Ирина Богданова

Сказка о весёлых чудесах и их маленькой хозяйке

Фея вея

В одну морозную зиму, сразу после новогодних утренников, в самом обычном детском саду стали происходить необыкновенные чудеса: то у повара каша превратится в клубничное мороженое, то детская площадка окажется заставленной пузатыми снеговичками, а то по коридору сама собой запрыгает зелёная надувная лягушка.

Никто: ни заведующая, ни воспитатели, ни дети, не могли догадаться, что случилось, и кто это озорничает. Ну, кому могло прийти в голову, что в этом детском садике поселилась настоящая фея?

Она появилась в тот самый день, когда на новогодний утренник в детский сад пришли Дед Мороз со Снегурочкой.

Снегурочка танцевала вокруг высокой ёлки, а Дед Мороз загадывал загадки и раздавал подарки.

Праздник удался на славу!

За всей этой суматохой никто не заметил, что под ёлкой лежит забытый кем-то листочек бумаги с нарисованной на нём маленькой феей с зажатой в кулачке волшебной палочкой. Неумелой детской рукой под рисунком было написано: «Вея».

Наверное, юный художник перепутал буквы и вместо буквы «ф» поставил букву «в».

– Раз, два, три! Ёлочка, гори! – изо всех сил закричали дети, и дед Мороз взмахнул своим чудесным посохом. Он очень старался зажечь огоньки на роскошной красавице-ёлке, и так сильно тряхнул посохом, что с серебряной шишечки на ручке сорвалась волшебная звёздочка и упала прямо на нарисованную фею. Раздался тихий звон, как будто где-то далеко запел колокольчик, листок вспыхнул голубоватым светом, и Вея ожила.

– «Ой, где это я? – подумала малышка. – Как много ребят кругом, и как здесь весело! – она захлопала в ладоши. – Интересно, что это за бородатый дед с красивой тётей?»

Фея с интересом посмотрела на Деда Мороза и решила, что этот забавный старик ей нравится. Потом взглянула на Снегурочку и расстроилась, потому что Снегурочка была пригожая, блестящая, украшенная бусами. А она, маленькая фея размером с ладошку, такая бледная и прозрачная, что её никто не замечает.

Но феи долго грустить не могут, и Вея сразу же забыла о своём горе.

Она стала потихоньку подлетать к музыкальному руководителю, потому что ей очень захотелось рассмотреть повнимательнее, что это за большой музыкальный ящик с клавишами, на которые ловко и быстро нажимает незнакомая тётя.

Музыкальная тётя ей тоже приглянулась, но больше всего фее понравились ребята. Нарядные и радостные, они громко и дружно пели песни и рассказывали интересные стихи! А когда девочки вышли на танец снежинок, фея Вея не удержалась: она взмахнула своей волшебной палочкой, поднялась в воздух и уселась прямо на корону одной из девочек-снежинок как на креслице.

Малышка немного посидела на голове у девочки, поболтала невидимыми ножками, попела вместе с ребятами песенку для Деда Мороза и, наконец, сказала себе, что останется в детском саду навсегда.

В детском саду

Вея сидела на подоконнике в опустевшем музыкальном зале и размышляла, где бы ей поселиться? Конечно, днём она будет летать по всему детскому садику и играть с ребятами. Но ведь ночью, когда дети уйдут домой спать, она тоже должна лечь в какую-нибудь мягкую кроватку.

Надо выбрать себе место. Она наморщила лобик и покрутила головой по сторонам. Может быть, стоит поселиться на веточке пушистой ёлки?

Вея подлетела к зелёной ветке и покачалась на ёлочной игрушке. Колкая иголочка уколола её прямо в крошечный нос, а волшебная палочка сразу же запуталась в серебряной гирлянде.

«Нет, это мне не подходит», – подумала фея и вылетела в дверь, чтобы присмотреть себе местечко поуютнее.

В коридоре было шумно и весело. Это шли с утренника ребята. Все они прижимали к груди пёстрые мешочки с подарками и конфетами, а рожицы у некоторых детей были уже перепачканы шоколадом. Один мальчик в наряде клоуна украдкой бросил на чистый пол шуршащий фантик.

Фея нахмурилась. Нет! Сорить в детском саду она ни за что не позволит! Вея подлетела к фантику и щёлкнула по нему волшебной палочкой.

Фантик взвился вверх, как настоящий воздушный змей и прыгнул прямо в руки к невоспитанному мальчику.

– Что такое? Я же тебя выбросил? – мальчик-клоун непонимающе посмотрел на бумажку в руках и швырнул её на пол. Фантик как резиновый отскочил от пола и опять прилип к руке мальчика. Мальчик бросил обёртку на пол в третий раз, но упрямая бумажка снова подскочила и прилепилась теперь прямо на лоб озорника.

Ребята кругом засмеялись, а воспитательница сняла с его лба бумажку, положила к себе в карман и сказала, что, наверно, Дед Мороз положил в подарки такие волшебные конфеты, которые лучше некоторых детей знают, куда надо выбрасывать фантики.

Мальчик-клоун покраснел как морковка, а довольная фея полетела дальше осматривать свои владения. По дороге она успела перекрасить красный бантик на занавеске в синий цвет и насыпать воспитательнице на голову серебряных блёсток.

Первая дверь, в которую влетела Вея, оказалась дверью кухни. Фея немножко покружилась под потолком и посмотрела, как повара в белых халатах варят в огромных котлах аппетитный обед. Чтобы детям было еще вкуснее, фея добавила в суп горстку изюма и орехов. Она представила, как обрадуются ребята, когда найдут в своём супе такую вкуснятину и захлопала в ладоши.

«Я каждый день буду летать сюда и делать детям всякие вкусные сюрпризы», – подумала Вея и направилась в медицинский кабинет.

Вот уж где ей совершенно не понравилось, так это у медсестры! В кабинете пахло лекарствами, а на полках стояли разные бутылочки и баночки с непонятными надписями.

– Ви-та-ми-ны, – прочитала по складам Вея и понюхала жёлтые горошки.

«Нет, – покачала она маленькой головкой, – хоть они и симпатичные, но шоколадные конфеты всё-таки лучше».

Фея чуть-чуть полежала в коробке с ватой и бинтиками, попробовала взвеситься на больших весах и полетела в широко распахнутую дверь средней группы.

Свою новую кроватку Вея увидела издалека. Разрисованная яркими цветами колыбелька стояла в большом кукольном уголке и легонько покачивалась из стороны в сторону. Правда, на мягких подушках этой чудесной кроватки уже пристроилась спать большая кукла. Но Вея подумала, что кукла совсем не помешает. Будет даже веселей. А то по ночам, когда дети уходят домой, будет не с кем и словом перекинуться.

Фея очень устала за сегодняшнее утро. К тому же, в садике наступил тихий час, и дети уже укладывались спать. Поэтому фея очень вежливо попросила куклу подвинуться, свернулась калачиком под мягким голубым одеяльцем и крепко уснула.

Именно с этого самого дня и стали случаться в детском саду всякие чудеса.

Мороженое из каши

Как только фея проснулась, она спрятала под подушку свою волшебную палочку и полетела умываться.

Но умывалась она не водой, потому что нарисованные феи боятся воды, а свежим ветерком перед открытой форточкой. Ветер был такой сильный, что отнёс лёгкую фею обратно в кукольный уголок. Там она стряхнула с себя крошечные ветринки, достала волшебную палочку и полетела на кухню, чтобы как следует понюхать чего-нибудь вкусного. Она очень проголодалась, а ароматные запахи – самая лучшая еда для всех фей.

«Так, сегодня у нас манная каша», – поняла Вея и повела своим носиком в сторону огромной кастрюли, в которой тётя-повар мешала великанской ложкой.

«Каша – это, конечно, хорошо, но шоколадка или конфетка в сто раз лучше», – подумала фея.

Она просияла и хлопнула в ладошки:

«Придумала! Пусть эта каша превратится в мороженое! Вот уж что-что, а мороженое любят все дети на свете».

Вея взмыла вверх и замахала над кастрюлей волшебной палочкой.

– А ну-ка, каша-малаша, варись, варись, клубничным мороженым становись!

Каша в кастрюле зашипела, забурчала, и круглые металлические бока посудины покрылись толстым слоем инея.

«Ну вот! Теперь то, что надо!» – фея довольно оглядела свою работу и гордо взмыла к потолку.

Но тёте-повару такое превращение совсем не понравилось. Она с ужасом посмотрела, как от кастрюли повалил холодный пар и вдруг взвизгнула, а потом подскочила на месте и уронила ложку на пол.

– Караул! Спасите! Помогите! – закричала она как пожарная сирена и без сил рухнула на стул.

Вея услышала, как со всех сторон гулко захлопали двери, затопали каблуки, и в кухню стали вбегать люди: сначала прибежала медсестра Мария Петровна, потом заведующая, а потом два дворника. Один с большой лопатой для снега, а другой с веником.

– Что здесь происходит? Кто кричал? – строго спросила заведующая.

– Кому здесь плохо? – схватила повара за руку Мария Петровна.

– Кто стрелял? – хором закричали дворники.

Повар молча показала пальцем на холодную кастрюлю, из которой застывшей розовой пеной подымалось мороженое, и прошептала:

– Там, в кастрюле, мороженая каша. Точнее каша из мороженого.

– Кто это выдумал варить мороженое? – удивлённо подняла брови заведующая. – Откуда оно здесь взялось?

– Я не знаю, – сказала повар.

– И мы не знаем, – покачали головами дворники.

«Странно, что никто не обрадовался, – подумала фея, – ведь съесть тарелку мороженого куда приятнее, чем тарелку каши».

Медсестра Мария Петровна решительно подошла к плите. Взяла самую маленькую ложку и зачерпнула из кастрюли прохладную массу. Она внимательно рассмотрела её через очки, понюхала, и сунула ложку в рот:

– Как вкусно! – сказала она тёте–повару. – Никогда такого чудесного блюда не пробовала. Надо же, Валентина Ивановна, какое вы умеете делать необыкновенное, просто волшебное мороженое!

Она наложила всем по полной поварёшке мороженого и в тишине кухни

дружно застучали ложки.

Весь день у феи Веи было очень хорошее настроение: ведь никто из детей во всём детском саду не капризничал за завтраком и не мешал есть другим ребятам, а нянечки и воспитатели едва успевали подкладывать на тарелки добавку.

Послушные краски

Каждый день, кроме субботы и воскресенья, ровно в семь часов утра в детский сад начинали собираться ребята.

В это время фея любила забраться на полку около входной двери и наблюдать, в каком настроении дети приходят в сад.

Самыми первыми приводили двух толстеньких мальчиков в ясельную группу. Они всегда плакали и не хотели идти. Но Вея знала, что через несколько минут воспитательница начнёт петь им забавные песенки-потешки, малыши успокоятся и займутся игрушками.

Потом в дверь важно заходила высокая девочка Вера из подготовительной группы. Она несла с собой большую куклу в зелёной шапочке. Кукла была аккуратно завёрнута в пушистое одеяльце, а во рту у неё торчала игрушечная соска, точь-в-точь как настоящая.

«Наверное, эта девочка, когда вырастет, будет самой лучшей мамой на свете», – думала фея.

Следующим за Верой бойко влетал в дверь Серёжа из средней группы. Он звонко здоровался со всеми, кто попадался ему на пути, и быстро бежал раздеваться. Было видно, что ходить в детский сад Сереже очень нравится. Но сегодня с ним что-то случилось.

Фея озабоченно посмотрела на мальчика и нахмурилась: Серёжа шёл опустив голову, ни с кем не поздоровался и тихо проскользнул в дверь своей группы.

«Надо узнать в чём тут дело», – решила Вея и торопливо соскочила с полки.

Она так спешила вслед за Сережей, что чуть не врезалась в Вериного папу, возвращающегося из подготовительной группы.

Папа почувствовал, как ему в ухо подул лёгкий ветерок, и поискал глазами открытую форточку, но, конечно, не догадался, что в этот момент мимо него пролетела самая настоящая фея.

В среднюю группу Вея успела вовремя. Она застала Серёжу за очень странным занятием: мальчик встал на стул, поднялся на цыпочки и быстро-быстро, пока никто не вошёл в помещение, доставал из воспитательского шкафа коробочки с красками. Серёжа поставил краски на пол, оглянулся, не вошла ли из раздевалки воспитательница с детьми, и засунул краски под стеллаж с книгами.

«Интересно, зачем он прячет краски? – удивилась фея. – Ведь все дети просто обожают рисовать красками всякие яркие картины».

Она вспомнила, как одна девочка из младшей группы вообразила себя великой художницей и сделала рисунок на стенке в умывальной комнате. Фее потом пришлось немало помахать волшебной палочкой, чтобы смыть со стены зелёную принцессу с фиолетовыми волосами и коня, похожего на крокодила.

Пока фея удивлялась, Сережа закончил своё занятие и, повесив голову, уселся на стульчик.

«Хорошо. Посмотрим, чем кончится дело», – подумала Вея и опустилась на лампочку ждать, что же будет дальше.

Скоро все дети группы были в сборе, и день пошёл своим чередом: сначала ребята делали гимнастику, потом позавтракали и стали собираться на занятие.

– Ребята, все помнят, что сегодня у нас рисование? – громко спросила воспитательница.

– Ура, рисование! Конечно, помним! А что мы сегодня будем рисовать? – вразнобой закричали ребята.

Вея внимательно посмотрела на Серёжу. Он грустно молчал и вроде бы собирался заплакать.

– Ты что, Серёжа? Разве ты не любишь рисовать? – удивлённо спросила его девочка Лариса.

– Нет, не люблю, – мальчик насупился и покачал головой. – У меня в прошлый раз совсем не получилось картинка. А Даня Петров весь день смеялся надо мной. Я больше никогда не буду рисовать.

«Оказывается, вот в чём дело! – поняла фея. – Серёжа спрятал краски потому, что боится рисовать!».

Как нехорошо, что Даня Петров поднял его на смех.

«Ничего, – Вея улыбнулась, – эту маленькую неприятность мы исправим».

Она взмахнула волшебной палочкой и из-под стеллажа паровозиком, друг за другом, выехали коробочки с красками, которые спрятал там Серёжа.

– Что за чудо? – громко охнула воспитательница и удивлённо посмотрела на ребят. – Как краски там очутились и почему они едут сами собой? Может быть, кто-то из вас привязал к ним ниточку?

Она покачала головой, подняла коробочки с пола и разложила их на столы.

– Серёжа, Лариса, помогите раздать бумагу и кисточки, – обратилась к детям воспитательница и протянула им большую пачку голубой бумаги.

Серёжа нехотя взял один лист и сел за стол. Напротив него крутился на стуле Даня Петров.

– А у тебя опять ничего не получится. Я лучше всех нарисую, – громко прошептал он Серёже и схватил в руки кисточку.

– На сегодняшнем занятии мы будем учиться рисовать снежных зайчиков, – сказала воспитательница и показала ребятам как быстро и правильно рисовать нужные детали.

– Не забывайте тщательно купать кисточку в краске, – добавила она, – иначе у вас получатся совсем бледные зайки.

Вея увидела, как Серёжа обмакнул кисточку в воду, и на его глаза набежала маленькая слезинка.

Она вспорхнула к столу, за которым сидел мальчик, поправила себе причёску, одёрнула платьице и приготовилась к волшебству.

– Краски, краски, слушайтесь Серёжу и не слушайтесь Даню, – велела краскам фея, взмахнув волшебной палочкой.

Белая краска послушно обвилась вокруг Серёжиной кисточки и ровно заскользила по голубой бумаге. На листе один за другим появлялись пузатенькие длинноухие красавцы.

– Ай да Серёжа, молодец! – воскликнула воспитательница.

– Полюбуйтесь, ребята, как правильно и аккуратно рисует Серёжа, – она высоко подняла его рисунок и показала группе. – Обратите внимание, какие здесь густые и чистые краски и ровные линии.

– А ты, Даня, почему не стараешься? – укоризненно спросила она Сережиного соседа, потому что на бумаге у мальчика вместо заек получались размазанные каляки-маляки. – Попроси Серёжу тебе помочь.

Даня искоса взглянул на Серёжу и ему стало очень стыдно.

– Знаешь, Серёжа, – вздохнув сказал он, – давай всегда вместе рисовать и помогать друг другу, если не получается.

Серёжа улыбнулся ему и погладил пальцем коробочку с красками. Он никогда больше не будет прятать краски и, может быть, даже станет настоящим художником.

Снеговички

Поздно вечером, когда все ребята расходились по домам, а в коридорах детского сада воцарялись тишина и покой, фея любила посидеть в кабинете заведующей детским садом и понюхать запах свежезаваренного кофе.

Но в этот четверг кофеварка была выключена, а сама заведующая хмурилась и озабоченно звонила по телефону.

– Вы представляете, какая беда, – громко сказала она в трубку, – что делать, ума не приложу! На улице сильнейший снегопад, а все дворники заболели.

Вея глянула в окно и удивилась: так много снега она никогда не видела. Казалось, что за несколько часов узкая улица перед детским садом превратилась в сказочный городок, по которому вместо разноцветных легковушек ездили пушистые белые автомобили, а вместо обычных пешеходов важно шествовали снежные короли и королевы в пышных сверкающих шапках.

Заведующая еще несколько раз позвонила по телефону, принесла и поставила к себе в кабинет две лопаты для снега, оделась и ушла.

«Что-то надо учудить, а то за ночь садик совершенно завалит снегом и завтра утром дети не смогут пробраться в свои группы», – подумала маленькая фея.

Она приложила ко лбу прозрачный пальчик и глубоко задумалась: остановить снегопад или растопить снежные заносы она не может, ведь такая большая работа совсем не во власти маленьких нарисованных фей. Тут может справиться разве что Дед Мороз или Снегурочка. Но где их искать Вея не знала.

Она думала, наверное, целых десять минут, пока, наконец, не увидела на стене кабинета большую новогоднюю аппликацию. Там с листа бумаги ей весело улыбался забавный снеговичок в нахлобученном набекрень красном ведёрке.

– Придумала! – Вея запрыгала от радости на одной ножке и захлопала в ладоши.

– Снег, снег, скатайся в шары! – закричала снегу фея и забарабанила по окну волшебной палочкой.

Вея прижала носик к стеклу, чтобы получше рассмотреть, как действует её волшебство, и ей показалось, что она на миг заглянула в чайник с кипящей водой: снег на участке забурлил, запыхтел, и высоко к небу стали подпрыгивать маленькие круглые снежки, как будто их подкидывал невидимый клоун из цирка.

– Смотрите, смотрите, какие здесь творятся чудеса! – раздались крики за окном, и фея увидела, что со всех сторон улицы к забору детского сада бегут люди.

Побросав свои сумки и открыв рты от изумления, прохожие смотрели, как вокруг детского сада шустрыми клубками катаются снежные комки. С каждой секундой снежки становились всё больше и больше, пока не превратились в огромные белые мячики.

Скоро снега на участке совсем не осталось, зато выше крыши детского сада возвышалась груда снежных шаров.

Фея удовлетворённо вздохнула и снова приготовила волшебную палочку:

– Шары, шары, слепитесь сами в снеговичков! – махнула она рукой, и в воздухе, как снаряды из пушки, замелькали снежные комья. Они ловко запрыгивали друг на друга, сцеплялись вместе и готовый снеговик тут же отбегал в сторону и становился в ряд.

– Ну и ну! – кричали люди из-за ограды и хлопали в ладоши. – Снежные бабы сами собой лепятся и строятся! Звоните скорей на телевидение!

Не успели зеваки достать из карманов телефоны и камеры, как весь двор оказался заставлен плотной толпой снеговиков, а на подходе к дверям сада не осталось ни снежинки.

Фея довольно вздохнула, но вдруг нахмурилась: она вспомнила, что снеговикам не хватает носов из морковок и глаз.

Пришлось снова доставать волшебную палочку.

– Хочу, чтобы у каждого снеговика было по красивому носу и глазкам, – загадала она.

Вея шевельнула своей палочкой, задрала голову вверх и засмеялась. Она увидела, что прямо из снежного облака на детский сад сыплется дождь из больших красных морковок и сухой фасоли.

Чпок, чпок, чпок! – морковки, как стрелы врезались прямо в середину снежного кома – туда, где у каждого порядочного снеговика всегда торчит красный нос.

Плюм, плюм, плюм! – щёлкали в воздухе фасолинки и вставлялись на место глазок.

Толпа за забором даже притихла от неожиданности, а потом снова загудела. Именно в этот момент к детскому саду подъехала телевизионная бригада.

– Кто из вас звонил в программу новостей? – зычно закричал оператор. – Показывайте, кого тут снимать?

Он осмотрел заставленный снежными бабами двор и стал срочно включать свою камеру.

А вечером, после программы «Спокойной ночи, малыши», дети, родители, воспитатели и заведующая узнали из новостей про новое чудо, которое опять произошло в их детском саду.

Про Петю

Мальчик Петя из младшей группы очень не любил одеваться, но зато обожал привередничать и плакать. Каждый раз, когда мама утром собирала его в детский сад, он ложился на пол и кричал:

– Не буду одеваться! Зачем ты даёшь мне зелёную рубашку? Я хочу синюю!

А когда мама приносила синюю, Петя начинал стучать ногами и кричать ещё громче:

– Не желаю синюю! Хочу белую с кармашками.

– Петенька, дорогой, если ты не перестанешь капризничать, то мы придём в садик последними, а я опоздаю на работу, – уговаривала его мама.

Но сын её совсем не слушал и продолжал гудеть своё: не хочу, не буду!

Мальчик успокаивался и позволял нарядить себя только тогда, когда мама давала ему конфету или жвачку.

Поэтому ежедневно Петя приходил в детский сад самым последним и видел, что вся группа уже сидела за столами и ела кашу.

Воспитатель укоризненно качала маме головой и объясняла, что дети должны приходить в сад пораньше, чтобы успеть сделать утреннюю гимнастику и хорошенько помыть руки перед едой.

Расстроенная мама терпеливо слушала строгую воспитательницу и огорченно извинялась за опоздание.

Что делать с непослушным сыном, мама не знала.

Поскольку утреннюю гимнастику Петя тоже не любил, то был даже рад, что они опоздали.

В это время он стоял важный, надутый и тихонько трогал пальцем конфету в кармане шортиков.

И вот однажды дверь приоткрылась, по воздуху как будто повеял лёгкий ветерок, и в группу проскользнула фея Вея.

Она посмотрела на Петю, на маму, на воспитательницу и сердито нахмурила тоненькие брови.

«Та-а-ак, с этим мальчиком надо разобраться», – подумала фея про себя и неслышно коснулась маминого плеча своей волшебной палочкой.

Грустная мама вдруг просияла, попрощалась с воспитательницей и весело поспешила на работу. Теперь она точно знала, как научить сына быстро одеваться.

На следующее утро Петя проснулся хмурый и сразу решил, что будет капризничать до тех пор, пока мама не даст ему не одну, а целых две конфеты.

– А-а-а-а, не хочу белый свитер, хочу серый, – привычно затянул он, как только мама вошла в детскую комнату.

Петя думал, что мама, как обычно, побежит за серым свитером, а потом будет его долго уговаривать, целовать и позволит выбрать из пёстрой коробки самую большую и красивую конфету.

Но сегодня мама и не думала его уговаривать. Она согласно улыбнулась и сказала:

– Знаешь, сынок, я, пожалуй, надену на тебя сразу все твои рубашки, свитерки и шортики, и тогда на тебе обязательно окажется та вещь, которую ты желаешь.

Она натянула на сына сначала белый свитерок, потом серый, потом голубой, а потом еще четыре рубашечки: жёлтую, коричневую, в клеточку с мишкой на карманчике и голубую с вышитой обезьянкой.

На Петины ножки мама надела красные колготки, а потом втиснула Петю в чёрные шортики, спортивные брючки и украшенные молниями джинсы.

– Прекрасно! Теперь, ты должен быть доволен, – сказала мама и потянула сына к двери.

Но бедный Петя совсем не мог идти: его руки и ноги растопырились в стороны и он был похож на толстого надувного зайца, какие всегда продавались в их торговом центре.

А уж передвигать ноги сразу в трёх шортиках у мальчика совсем не получалась.

Петя зашмыгал носом, подумал немного и сказал:

– Прости меня, мамочка, я больше никогда не буду утром капризничать.

Потом ещё подумал и добавил:

– И конфеты мне тоже не надо.

С тех пор Петя всегда приходил в садик раньше всех. До завтрака он успевал покормить рыбку, покатать пожарную машинку и раскрутить все гайки в большом пластмассовом конструкторе.

Жаль, что гимнастику Петя так и не научился любить. Но, может быть, фея подскажет ему, как это сделать?

Праздничное платье

Ах, что за неделя выдалась в подготовительной группе! Каждый день был чей-нибудь день рождения. В понедельник поздравляли Даню, во вторник принёс торт Женя, а сегодня в группу вошла нарядная Таня.

Как только Танюша переступила порог, все девочки ахнули – такое красивое праздничное платье случается увидеть не часто. Ярко-жёлтое, с цветами на поясе, из тонкой блестящей ткани. Подружки сгрудились вокруг именинницы и стали описывать друг другу свои праздничные платья. Перебивая друг друга, маленькие модницы вспоминали на своих нарядах каждую складочку и каждый бантик.

Только худенькая черноволосая Катя не проронила ни словечка. Ей было не о чем рассказывать, и нечем хвастаться, потому что у неё совсем не имелось праздничной одежды.

Так случилось, что Катя жила вдвоём со старенькой бабушкой, которая не могла купить ей дорогое нарядное платье.

Больше всего на свете Кате хотелось надеть воздушное платьице и войти в нём в группу в свой день рождения. И чтобы все девочки и мальчики, и даже воспитательница Светлана Михайловна, вот так же, как около Тани, стояли и восхищённо трогали золотистые оборки.

Катя тихонько села за стол, придвинула к себе бумагу с карандашами и начала рисовать красивый наряд.

«Может быть, – думала девочка, – какой-нибудь добрый человек узнает, что скоро мой день рождения и пришлёт мне праздничное платье.

– Как повезло Золушке, что её крёстная оказалась феей, – вздохнула она и принялась закрашивать зелёным карандашом пояс на платье. – А у меня никого, кроме бабушки нет. Но бабушку я ни за что не буду просить, ведь у неё совсем мало денег.

Катя полюбовалась на платье на рисунке, представила, какая она была бы в нём красивая, и крупно подписала внизу листа: «Катя Попова. Детский сад № 67».

Как раз тогда, когда на рисунке была поставлена последняя точка, в группу залетела фея Вея.

Она с одного взгляда поняла в чём тут дело и закружилась вокруг Катиной головы.

«Думай, Вея, думай, – говорила себе маленькая фея. – Ты обязательно должна что-нибудь придумать, чтобы у Кати появилось необыкновенное праздничное платье».

«Придумала!» – хорошая мысль подкинула Вею вверх, где под самым потолком она увидела неплотно закрытую форточку.

«Вот, как раз то, что надо», – обрадовалась фея и взмахнула над Катиным рисунком волшебной палочкой.

– Лети, рисунок, в самый большой магазин праздничных платьев для девочек, – приказала она листку бумаги.

Он послушно, как живой, взмыл со стола вверх, протиснулся в оконную щель и упорхнул в голубое небо.

Сразу после дневного сна в группу постучалась незнакомая тётенька. В руках женщина держала большой пакет, перевязанный яркой лентой и Катин рисунок.

– Здравствуйте, – обратилась она к воспитательнице. – Не в вашу ли группу ходит девочка Катя Попова?

– Да, это наша девочка, – ответила Светлана Михайловна. – Вот она.

Воспитатель подозвала к себе Катю и обняла её за плечи.

– А что случилось?

– Как хорошо, что я вас так быстро нашла, – обрадовалась тётя. – Разрешите представиться, – кивнула она Кате, как взрослой, – я директор магазина детской одежды. И к нам в окно, совершенно случайно, занесло ветром вот этот рисунок.

Она протянула Кате её рисунок и перевела взгляд на столпившихся рядом ребят:

– Нашим продавцам он так понравился, что мы решили сделать его рекламой для магазина, а тебе, Катя, подарить за него вот это платье. Надеюсь, что оно тебе будет впору.

Директор достала из пакета что-то очень пышное и кружевное и развернула.

– Какая красота, – закричали одновременно все дети и Светлана Михайловна. В руках у женщины переливалось всеми цветами радуги необыкновенное праздничное платье.

– У Кати, как нарочно, скоро день рождения! – обрадовалась неожиданному подарку Светлана Михайловна. – Мы все попросим тебя, Катюша, надеть это платье, чтоб мы могли на него налюбоваться.

Девочка взволнованно кивнула. От радости она даже не могла говорить.

– А еще, – продолжила директор, – наш магазин будет одевать тебя, Катенька, пока ты не вырастешь.

– Ура! Ура! – захлопала в ладоши фея Вея. – Как отлично я начудила!

Она перекувырнулась в воздухе через голову, послала тёте директору воздушный поцелуй и полетела дальше по своим важным фейским делам.

Холодный душ

С одним мальчиком из старшей группы по имени Елисей случилась крупная неприятность – он насмотрелся плохих мультфильмов.

Хотя мама, папа и бабушка не разрешали ему смотреть некоторые программы по телевизору, Елисей их не слушался. Как только он оставался в комнате один, то сразу же переключал кнопки на телевизионном пульте и, не отрываясь, смотрел всё, что попало. Особенно ему нравились мультфильмы про драки.

В этих мультфильмах лохматые мальчики и странно одетые девочки умели высоко подпрыгивать, крепко бить ногами и даже, как по полу, ходить по стене. Они ничего не боялись и всегда могли отобрать игрушку у других детей.

«Какие ловкие ребята, – завидовал Елисей. – Я постараюсь стать таким же, как они. А то взрослые учат глупостям: «делись с другими, никого не обижай». Не то, что эти дети! Они никого не слушаются, а их все боятся! И игрушек у них, наверно, целая куча!»

Утром в детском саду Елисей первым делом взял в руки лопатку для снега, чтобы быть похожим на черепашек-ниндзя, и толкнул ей в спину Леру за то, что она села напротив его шкафчика. Пусть Лера знает, что он здесь главный.

Правда, девочка не растерялась и успела поцарапать обидчика в ответ, но Елисей всё равно остался доволен, потому что Лера отсела от него на другую сторону и посоветовала подружкам держаться от Елисея подальше.

«Вот какой я сильный! – загордился Елисей. – Сам теперь буду играть во все игрушки в детском садике. Никому не дам!».

Он немножко походил вокруг парт, заглянул в кукольный уголок, подскочил к мольберту и отобрал у Маши карандаши, хотя рисовать совсем не собирался и карандаши ему были не нужны.

Добрая Маша ничего не сказала, а просто взяла другую коробку.

– Баю-бай, баю-бай, ну-ка глазки закрывай, – услышал он голос Марины. Девочка играла в маму и укачивала в кукольной коляске запелёнатого пупса.

– Отдай мне куклу, – дёрнул коляску за ручку Елисей.

– Ты хочешь быть папой? – удивлённо спросила Марина и протянула ему малыша.

– Ничего я не хочу, – засмеялся мальчик, бросил пупса на пол и убежал.

– Ему же больно! Он маленький! – закричала Марина и заплакала от обиды так громко, что её услышала фея Вея. Как раз в это время она направлялась в подготовительную группу поиграть с одной грустной девочкой, у которой мама уехала в командировку.

– Эй, – остановилась на лету Вея. Разве можно так себя вести? Этого мальчика стоит проучить!

Она помахала своей волшебной палочкой и загадала, чтобы каждый раз, когда Елисей захочет обидеть друга, ему на голову брызгала холодная вода.

«Я слышала, что ледяная вода самое лучшее средство против драчунов», – вспомнила фея.

Она спряталась в кармашек на фартуке дежурного и стала наблюдать, как Елисей медленно пошёл к большому дому из кубиков, который построил Даня.

Не успел строитель поставить крышу, как Елисей размахнулся и приготовился ударить постройку ногой, словно дети в его любимых мультфильмах, но разрушить замок так и не смог, потому что прямо ему на голову брызнули холодные капли.

– И–и–и–и–и, – завизжал он как маленький поросёнок. – Перестань, Даня!

– А я тебя не трогаю, – удивился Даня и поправил пошатнувшуюся постройку.

– А кто же тогда? – шмыгнул носом Елисей и краем глаза заметил, что Коля принёс в группу новый фонарик, а воспитательница смотрит в другую сторону.

Он внимательно огляделся по сторонам чтобы убедиться, что рядом с ним никто не держит в руках стакан холодной воды, подскочил к Коле и выхватил у него из рук фонарик.

– Ой, мама-мамочка! – закричал вдруг Елисей и запрыгал как козлик: ему показалось, словно за шиворот попал целый кувшин воды. – Спасите! Тону! На меня льётся холодный душ!

– Какой такой душ? – подбежала к мальчику воспитательница. – Здесь нет никакого душа.

Она присмотрелась к Елисею и всплеснула руками:

– Да ты и вправду весь мокрый! Немедленно рассказывай, как это произошло? Просто так дети посреди группы не тонут.

Елисей повесил голову и глубоко вздохнул:

– Сначала меня облили, когда я хотел разрушить дом у Дани, – еле слышно прошептал он. – А потом – когда отобрал у Коли фонарик.

Елисей оттопырил губу и заревел в голос:

– Я больше так не бу-у-уду.

– Не знаю, кто тебя так наказал, – сказала воспитательница, – но это прекрасный урок. В старину на драчунов всегда выливали ведро холодной воды.

– Я не драчун, – всхлипнул Елисей, – я хотел быть сильным, как мальчик в мультфильме.

– Сильные должны быть добрыми, – покачала головой воспитатель, – а вот твою маму я попрошу больше не включать телевизор.

С того дня Елисей перестал смотреть злые мультфильмы. И никогда больше никого не обижал.

Фиолетовая Даша

На день рождения крёстная подарила Даше целую бутылочку настоящего детского лака для ногтей. Лак был фиолетовый, с блёстками, и Даша никак не могла налюбоваться на такую красоту.

Она несколько раз за день красила свои короткие ноготки и твёрдо решила взять завтра подарок в детский сад.

Так Даша и сделала. Наутро она положила лак в карманчик платья и крепко-накрепко застегнула его на пуговку, чтоб не вывалился. Девочка, конечно, знала, что такие вещи в группу лучше не приносить, но ничего не могла с собой поделать – ей очень хотелось похвастаться подарком и показать подружкам свои красивые ярко-фиолетовые ногти с золотыми искорками.

В садике Даша уселась около своего шкафчика и стала медленно–медленно раздеваться. Так медленно, чтобы за это время успеть поговорить со всеми девочками, которые приходили из дома.

Каждой подружке Даша таинственно приоткрывала карманчик и потихоньку показывала полную стеклянную бутылочку.

Правда, полной она была очень недолго, потому что добрая Даша разрешила всем девочкам покрасить ногти, а одна девочка ухитрилась покрасить Дашиным лаком даже губы.

Когда, наконец, подружки толпой вошли в группу, фея Вея как раз прихорашивалась около кукольного зеркальца.

Она взглянула на весёлых подружек и увидела, что все они держат ладошки за спиной.

Воспитательница это тоже заметила и громко спросила:

– Что это вы прячете за спину, барышни? Мы тоже хотим посмотреть.

Девочки застеснялись и нехотя протянули воспитательнице свои ручки, измазанные густо–фиолетовым лаком.

Любопытная фея подлетела поближе посмотреть, что там, и от такой красоты у неё даже дух захватило.

– Это я принесла, – похвасталась Даша.

– Ой-ё-ёй, – сказала воспитательница! – Идите-ка вы мыться, а то скоро завтракать. – А ты, Дашута, лак больше в сад не приноси.

– Жалко, что воспитательница строгая, – нахмурилась фея. – Неужели девочки никогда больше не будут приходить в сад с такими красивыми ноготками?

Ей невероятно понравился яркий фиолетовый цвет, да еще с золотинками внутри.

Фея легко поднялась в воздух и притиснулась к Дашиному карманчику, чтобы получше рассмотреть необыкновенный лак.

– Хочу такие же ноготки, – подумала Вея, – сейчас я их себе попрошу.

Она прицелилась волшебной палочкой на свою руку и сказала:

– Пусть здесь будет такой же фиолетовый цвет с блёстками.

Но тут её кто-то случайно толкнул под руку. Палочка выскочила из Веиного кулачка, шлёпнулась на Дашину ногу, а потом закатилась под диванчик.

– Даша, Даша, что с тобой!? – закричала воспитательница.

– Даша! Даша! Посмотрите на Дашу! – подхватили ребята.

И все уставились на Дашу, потому что девочка вдруг стала фиолетовая и с блёстками.

Фея от ужаса закрыла лицо руками. Ведь это она виновата, что волшебная палочка с загаданным желанием упала на Дашу. Надо скорее её достать из-под дивана и перезагадать желание!

Фея распласталась на полу и стала на животе заползать под диван.

Вея была такая маленькая, а диван такой большой, да и палочка, как назло закатилась в самый дальний угол…

Когда фея вся в пыли выползла с зажатой в руке волшебной палочкой, в группе никого не было.

– Куда же все ушли? – подумала малышка и на всех парах вылетела из двери искать детей.

Она нашла их в медицинском кабинете.

Медсестра Мария Петровна внимательно со всех сторон осматривала фиолетовую девочку.

– Ничего не понимаю, – удивлённо сказала она воспитательнице и поставила Даше градусник.

– Я прежде никогда не видела фиолетовых детей, да ещё с блёстками.

Она покачала головой и посмотрела на Дашу через увеличительное стекло:

– Это не ветрянка. И на корь не похоже. Может быть, больную помыть?

Мария Петровна подвела Дашу к раковине и открыла кран.

Фея размахнулась палочкой над Дашиными фиолетовыми волосами, зажмурилась и отчаянно попросила:

– Пусть Даша снова станет обыкновенной!

– Ну вот, – обрадовано воскликнула медсестра, – смотрите, это всё смывается! Не успела я губку достать, как Даша снова стала чистой!

– Это я, наверное, в лаке для ногтей испачкалась, – пробубнила Даша и выбросила лак в помойное ведро.

Фото на память

– Ну и устала же я сегодня, – сказала себе фея, – надо посидеть отдохнуть.

Она примостилась на голову проходящей мимо заведующей и поболтала невидимыми ножками.

«Удачно, что заведующая идёт в среднюю группу, – обрадовалась Вея, как только увидела знакомую дверь. – Пойду, полежу в своей кроватке».

– Светлана Михайловна, – сказала воспитательнице заведующая, – повесьте, пожалуйста, объявление для родителей, что завтра придёт фотограф. Надо, чтобы все дети пришли нарядные.

Фотограф! Вею подбросило вверх от восторга. Она тоже обязательно будет фотографироваться!

«Я, конечно, получусь очень-очень красивой, – размечталась фея. – Ничего, что я прозрачная и меня никто не видит. Я всё равно буду позировать как другие ребята. Чем я хуже? – рассуждала она. – Ничем! У меня тоже есть руки, ноги, голова, платьице и даже волшебная палочка. Надо только утром проснуться пораньше и как следует проветриться под форточкой».

Утром Вея была на ногах так рано, что с неба еще не успели скрыться запоздавшие звёздочки. Она чисто-начисто вымылась свежим ветерком и подлетела к зеркалу полюбоваться на своё отражение: хотя люди не могли разглядеть маленькую феечку, она-то себя прекрасно видела!

Довольно осмотревшись со всех сторон, Вея присела на стол воспитательницы и стала ждать детей.

Один за другим в групповое помещение входили празднично одетые ребятишки.

Яна пришла в ярком жёлтом сарафанчике, а Алине и Ларисе мамы повязали по огромному пышному банту.

Тёма, Митя и Даня надели белые рубашки с чёрными жилетками, галстуки-бабочки и были похожи на маленьких пингвинят.

Сразу после завтрака в детский сад пришёл фотограф с помощницей и расположился в музыкальном зале.

Люди, конечно, никак не мог предположить, что вместе с ними в музыкальный зал влетела прозрачная фея и неслышно приземлилась на пианино.

Фотограф достал из чёрной сумки фотокамеру с длинным объективом и привинтил к ней металлические ножки, а его помощница поставила на пол большую мягкую сумку.

Вдруг фея громко ахнула от восторга и зажала ладошкой рот – женщина достала из сумки золотую корону.

«Неужели фотограф с помощницей – царь и царица, или король и королева? – подумала фея. – Интересно, из какого они пришли королевства?»

Только она собралась поразмышлять об этом, как воспитательница привела в зал ребят.

Тётя-помощница взяла за руку первого мальчика, усадила на стульчик около лампы, надела ему на голову блестящую корону и укутала в короткий бархатный плащик.

– Ты будешь принц, – сказала она, – улыбайся в объектив, – тётя показала рукой на фотографа.

«Так вот для чего эта корона, – догадалась фея. – Это чтобы дети в ней фотографировались!»

– И я, и я хочу быть принцем, – захлопали в ладоши мальчики.

– А я хочу быть принцессой, – запрыгали от возбуждения девочки. – Сначала нас сфотографируйте!

Только одна девочка, по имени Оля, опустила голову и промолчала.

– Иди теперь ты, – заметила её тётя–помощница, – смотри, какая ты будешь красивая.

Она пристроила корону на девочку и отошла в сторонку, чтоб не мешать.

Оля надулась и оттопырила губу.

– Что-то ты, девочка, загрустила, – заметил фотограф. – Разве ты не мечтаешь стать принцессой?

– Не мечтаю, – еще больше надулась Оля. – Я хочу быть Мухой-Цокотухой.

– Мухой-Цокотухой? – поразился фотограф. – Почему?

– Потому, что она весёлая и зелёная, – объяснила Оля. – Муха нашла денежку, купила самовар, и ещё у неё позолоченное брюхо.

Она содрала с головы корону, сделала губы трубочкой и собралась заплакать.

– Что ты, что ты, не плачь! – расстроился фотограф.

– Оля, прекрати сейчас же! – сказала воспитательница. – В следующий раз мы найдём тебе костюм Мухи-Цокотухи.

«Ой, зачем же в следующий? – подумала фея Вея и приготовила свою волшебную палочку. – Это мы и сейчас сделаем. Пусть Оля превратится в Муху-Цокотуху!»

– Эй! Эй, девочка, куда ты дела корону? – вдруг закричал фотограф и уронил свою камеру на колени. Он увидел, как вместо короны на Олиной голове появилась мушиная шапочка с огромными глазами в сеточку, а Олино платье стало зелёного цвета с золотым пятном на животе.

– Посмотрите, у неё и брюхо стало позолоченное, – всплеснула руками тётя-помощница.

– Вася, снимай скорее! – закричала она фотографу. – Эта девочка в точности, как настоящая муха! Посмотри, у неё даже монетка в руке.

Все взглянули на Олину руку и увидели, что она сжимает в ладошке огромную картонную денежку, размером с тарелку.

– Оля, где ты это всё взяла? – удивилась воспитательница. – Я в первый раз вижу такой костюм.

– Ура! Я Муха-Цокотуха! – засмеялась от радости Оля. – Я буду так фотографироваться.

Как только дядя-фотограф сделал снимок, Муха-Цокотуха снова превратилась в обыкновенную Олю из средней группы.

– Ну и чудеса, – посмотрели друг на друга фотограф и его помощница. – Сколько в детских садах работаем, никогда такого не встречали.

А воспитательница ничего не сказала, ведь в их детском саду чудеса случались уже не раз.

– А теперь будем сниматься все вместе, – пригласила детей помощница.

Она рассадила ребят полукругом, а в центре поставила воспитательницу.

– Вот сейчас и я сфотографируюсь вместе со всеми, – обрадовалась фея.

Она вспорхнула воспитательнице на плечо и старательно уставилась в фотокамеру. Малышка Вея очень хотела как можно лучше получиться на снимке.

– Сейчас вылетит птичка, – сказал фотограф, и все заулыбались, потому что знали, что никакая птичка из камеры никогда не вылетает, а фотографы так говорят, чтобы всем было веселее сниматься.

Через несколько дней принесли фотографии. Все родители столпились около стенда и громко восхищались – они никак не могли налюбоваться на своих детей в коронах и на весёлую Олю-Цокотуху. А когда внимательно присмотрелись к общему снимку, кто-то заметил, что на плече у воспитательницы нарисована симпатичная маленькая фея.

– Интересно, как на фотографию попал этот рисунок? – подумали люди, но никто так и не догадался, что это была самая настоящая фея.

Царевна-лягушка

– Сегодня я расскажу вам сказку о Царевне-лягушке, – сказала детям воспитательница Светлана Михайловна и достала большую книжку с картинками.

– Здорово! – обрадовалась фея Вея. – Я очень люблю лягушек, потому что они зелёные и добрые.

Она пристроилась на стакан с карандашами, чтобы было лучше видно картинки, и затаила дыхание.

– В некотором царстве, в некотором государстве, жил-был царь. И было у него три сына. Младшего звали Иван–царевич, – начала читать Светлана Михайловна.

Она развернула книгу и показала ребятам яркий рисунок, на котором были нарисованы три царевича с луками в руках.

Вея вытянула шею и присмотрелась к картинке: два царевича были толстые и в ярких кафтанах, а третий – в простой белой рубашке, красивый и кудрявый.

– Наверное это и есть Иван-царевич, – догадалась фея и стала слушать, что же случилось с этими царевичами дальше.

– Батюшка-царь приказал сыновьям выстрелить из луков, посмотреть куда упадёт стрела и взять оттуда невесту, – продолжила воспитательница. – Стрела старшего царевича попала на боярский двор и подняла её боярская дочка. Стрела среднего царевича прилетела на двор к купцу и подняла её дочь купеческая. А стрела Ивана-царевича упала на болото и её подняла лягушка-квакушка.

Светлана Михайловна нагнулась и, как фокусник, достала из коробки на столе пузатую надувную лягушку.

– Здравствуй, Иван-царевич, – сказала воспитательница за лягушку и пошевелила игрушкой.

Дети засмеялись и захлопали в ладоши, а фея Вея от восторга рухнула со стакана с карандашами рядом с лягушкой.

«Получится забавно, если эта лягушка запрыгает как настоящая», – подумала фея и взмахнула волшебной палочкой, чтобы просто сдуть с неё пылинку.

Но палочка уже поспешила выполнить это желание хозяйки, и резиновая лягушка в руках у воспитательницы вдруг раздулась и хрипло квакнула.

Воспитательница вздрогнула и выпустила игрушку из рук.

– Ой, смотрите, она живая! – закричали дети, вскочив со своих мест, а Светлана Михайловна, наоборот, плавно опустилась на детский стульчик и с удивлением наблюдала, как надувная лягушка, тихо поквакивая, неторопливо прыгает по направлению к аквариуму.

– Надо её поймать! Окружаем! – взволнованно закричали мальчики и кинулись на квакушку.

Но лягушка проявила неожиданную прыть. Она в два прыжка сменила направление и бойко юркнула под кровать в просторной спальне.

– Петя! Она под твоей кроватью! Смотри! – закричали Пете девочки.

Петя повалился на пол и пополз под свешивающееся покрывало.

Лягушка не растерялась. Она немножко сдулась и в один миг оказалась под кроваткой девочки Оли.

– Ко мне, ко мне, лягушка, – загалдели дети, как горох рассыпавшись по всей спальне. – Пусть лягушка ко мне прыгнет!

– Может быть, выбить её из-под кровати кубиками? – предложил кто-то из мальчиков.

Фея нахмурилась и собралась коснуться лягушки волшебной палочкой, но тут в дверях появилась воспитательница:

– Ну, уж нет, никакими кубиками мы швыряться не станем, – строго сказала она, – я думаю, что лягушка тоже хочет дослушать конец сказки, и если мы спокойно сядем на стульчики, то игрушка выскочит к нам сама.

«Молодец воспитательница», – подумала фея. Ей страшно хотелось узнать, что же случилось с лягушкой в сказке и почему она оказалась царевной.

Ребята сразу угомонились и принялись слушать книжку дальше, не отрывая глаз от двери спальни.

Когда сказка уже подходила к концу, и фея наконец узнала, что это Кощей бессмертный превратил красавицу–царевну в болотную квакушку, в группе послышалось негромкое шлёпанье. Это прискакала надувная лягушка. Она важно привалилась к ноге Светланы Михайловны и квакнула.

Фея немедленно подлетела к резиновой озорнице и приготовила волшебную палочку.

– Лягушка, стань обычной игрушкой, – загадала Вея и провела волшебной палочкой над зелёной спинкой

Лягушка подпрыгнула в последний раз и замерла.

Светлана Михайловна подняла её за круглую лапку и показала ребятам:

– Видите, это самая обычная игрушка.

Она открыла дырочку на животе у лягушки, и дети услышали, как оттуда со свистом выходит воздух.

– Я думаю, что у нас по группе гуляет сквозняк и это ветерок гоняет лёгкую игрушку с места на место. Надо будет проверить все форточки.

Воспитатель свернула сдутую лягушку в трубочку и положила себе на стол.

– Завтра мы познакомимся со сказкой про трёх поросят, – сказала она.

«Как интересно! – обрадовалась фея. – Надо не забыть прилететь послушать!»

Зубная фея

Как только фея Вея увидела на пороге детского сада Марину, она сразу поняла, что у девочки случилось что-то очень необычное. Всегда оживлённая и шумная Марина сегодня медленно ступала по коридору и вместо привычного «здравствуйте», важно кивала головой знакомым детям.

«Как интересно! – подумала любопытная фея. – Надо разузнать, в чём тут дело».

Она легко вспорхнула со шкафа в раздевалке, полетела вслед за Мариной и стала наблюдать как девочка неторопливо вошла в группу и остановилась около дверей.

– Марина, иди к нам собирать бусы, – увидели её подружки.

Марина молчит.

– Марина, смотри, какой у нас конструктор, – позвали Марину мальчики.

Марина молчит. Только искоса поглядывает на воспитательницу.

– Здравствуй, Мариночка, – обратилась к ней воспитательница. – Что же ты к нам не проходишь? Почему ты такая загадочная? У тебя есть новость?

Марина шумно задышала и смущённо улыбнулась:

– У меня качается зуб.

– Поздравляю, – сказала воспитательница. – Значит, ты у нас уже большая.

– Здорово! – закричали дети. – Везёт тебе, Марина! Покажи нам зуб!

Девочка немножко поважничала, а потом чуть-чуть приоткрыла рот щёлочкой и показала всем беленький передний зубик.

– Дай покачать, – стали просить Марину друзья, – ты ведь не жадная.

– Не жадная, – сказала Марина, – но сначала вам надо помыть руки. Тогда дам.

– Нет-нет, – вмешалась воспитательница, – мы не будем все по очереди качать Маринин зуб, а то он вывалится раньше времени.

– В старые времена на Руси, – продолжила она, – когда у ребенка выпадал зуб, его бросали за печку и говорили: «Мышка, мышка на тебе репный, а дай мне коренной».

– Правда? – обрадовалась Марина. – У меня дома есть электрическая хлебопечка, может быть, мне за неё зуб бросить?

Воспитательница засмеялась и обняла девочку:

– Давай дождёмся, когда твой зуб выпадет, тогда ты и решишь, как поступить.

«А действительно, – задумалась фея Вея, – кому же дети отдают выпавшие зубы?»

Она открыла свой ротик, размером с горошинку и постучала пальцем об зубы. Они сидели крепко и не шевелились.

– Хотя мои зубки не поменяются, – сказала она сама себе, – мне всё равно хочется знать, куда они деваются.

Весь день фея поглядывала на Марину, не выпал ли её зубик? Зуб был на месте и вывалился только после полдника. Воспитательница завернула его в чистую салфетку и положила Марине в карман.

Когда дети разошлись по своим домам, фея прилегла в кукольную кроватку и стала представлять, как юркая серая мышка с длинным хвостиком ловит брошенный за печку зуб и уносит его в норку.

Она не заметила, как заснула, и проснулась от негромкого стука в окно.

«Кто это припожаловал? Наверное, синичка или снегирь», – подумала спросонья фея и притиснула нос к окну.

Не может быть! За окном Вея увидела другую фею! Незнакомка была одета в красивое розовое платье и держала в руке волшебную палочку с золотым зубом на конце. Малышка присмотрелась и ахнула: вместо бус на шее чужой феи висело ожерелье из маленьких детских зубиков!

Она скорей приоткрыла форточку и впустила в группу неожиданную гостью.

– Хелло! – поздоровалась с Веей неизвестная фея. – Ну и холод здесь у вас в России, не то, что у нас в Англии. Я совсем замёрзла. Давай знакомиться, – приветливо сказала чужестранка, – меня зовут Зубная фея, а ты кто?

– А я детскосадиковая фея, – сказала фея Вея. – Я никогда не слышала, что на свете есть зубная фея.

– Конечно, есть! А как же? – Зубная фея потёрла озябшие руки и удобно уселась на игрушечный барабанчик.

– Я живу в Англии, и все английские дети прячут под подушку свои выпавшие зубы. Ночью я их забираю и кладу взамен по монетке.

Новая знакомая достала из золотой сумочки блестящую денежку и показала фее Вее.

– Здесь у вас в соседнем доме живёт мальчик-англичанин, и как раз сегодня у него выпал зуб. Мне надо поторопиться, чтобы успеть забрать его. Была рада с тобой познакомиться. Жду в гости!

Зубная фея положила монетку обратно в сумочку, взмахнула своей волшебной палочкой и исчезла. Фея Вея подлетела к барабанчику, где только что сидела Зубная фея и потрогала ладошкой еще тёплое сиденье.

«Как же так, – подумала она озабоченно, – у английских детей есть Зубная фея, а у русских нет. Только зубная мышка за печкой, которая не дарит за зуб никаких подарков. Надо это исправить! – решительно тряхнула головой Вея и уселась на барабан как следует подумать.

– Дарить вместо зуба монетки совсем не интересно, – она потёрла лоб рукой и нахмурилась. – Ну какой интерес в монетке? Как было бы смешно, если вместо зуба под подушкой оказался, например, мячик или металлофон. Хотя, наверное, на металлофоне или мячике не очень удобно спать, – отбросила эту мысль Вея и принялась думать дальше.

– Придумала! – фея подпрыгнула на барабанчике и отбила ножкой радостную дробь. – Я буду менять детям выпавшие зубки на магниты для холодильника! Магнитики любят все дети, и под подушку их класть нетрудно. Магнитик влезет куда угодно!» – она вспомнила, что Марина положила зуб в карман.

Решено!

– Выпавшие зубы, меняйтесь на красивые магнитики, – громко сказала фея в тишине группы и махнула волшебной палочкой.

В этот миг Маринин зуб, завернутый в салфетку, превратился в яркий серебряный магнит с нарисованной на нём зубной щёткой.

«Вот Марина удивится, когда его увидит!» – подумала фея Вея и довольная полетела встречать детей, потому что уже наступило утро.

Театр

– Ребята, сообщите своим родителям, что завтра к нам приезжает театр, – объявила детям воспитатель Светлана Михайловна. – Мы будем смотреть спектакль «Красная Шапочка».

– Ура, театр! – запрыгали малыши, а фея Вея от радости перекувырнулась в воздухе.

Назавтра она прилетела в музыкальный зал, где устраивали театр, самая первая. Чтобы было лучше видно, фея забралась на верх люстры и оттуда внимательно посматривала, что делают приехавшие актёры.

Их было двое – мужчина и женщина. Фея удивилась, что они обыкновенные люди, и совсем не похожи на волшебников.

«Непонятно, как тогда артисты превращаются в разных животных и людей?»– подумала Вея.

Она видела по телевизору в кабинете заведующий, что один и тот же человек может сегодня быть, например, добрым солдатом, а завтра – Кощеем Бессмертным.

Артисты ловко растянули на деревянной раме тяжёлый бархатный занавес – Вея знала, что это называется «ширма» – и стали доставать из спортивной сумки больших кукол. Тётя раскладывала кукол на столике за ширмой, а дядя собирал из отдельных деталей красивый домик, в котором будет жить бабушка Красной Шапочки.

Когда все декорации были готовы, в зал стали заходить ребята и рассаживаться по поставленным в ряд скамейкам. Фея увидела, как актриса надела на руку куклу Красной Шапочки, а дядя приготовился играть за волка. Наконец зазвучала тихая музыка, наверху ширмы показалась Красная шапочка, и спектакль начался.

Фее Вее так нравился спектакль, что она забыла обо всём на свете.

Затаив дыхание, малышка смотрела, как Красная Шапочка идёт по лесу и поёт весёлую песенку. Беспечная кукла не замечала, что за кустиком её выслеживает злой серый волк.

– Здравствуй, Красная Шапочка! – волк выскочил на дорогу и встал перед девочкой. – Куда ты идёшь?

– Неужели Шапочка скажет, что идёт к бабушке? – заволновалась фея. – Ведь мама строго-настрого запретила ей разговаривать с незнакомцами!

– Не говори с волком! Убегай! – кричали дети, но Красная Шапочка их не слышала.

– Я иду к моей бабушке, – честно ответила она серому разбойнику.

– Эх, глупая, – подскочила на месте фея Вея, – я бы ни за что не рассказала волку, куда я иду!

Она с осуждением покачала головой и стала смотреть дальше.

А дальше стало совсем страшно: оказывается хитрый волк показал Красной Шапочке длинную тропинку, а сам побежал к бабушке по короткой.

Фея зажала руками рот и круглыми от ужаса глазами смотрела, как волк остановился около бабушкиной калитки. Он погладил лапой толстый живот, громко сказал: «Пообедаю-ка я сейчас бабушкой» и постучал в дверь.

– Бабушка, не открывай, там волк, – затопали ногами дети.

– Дёрни, деточка, за верёвочку, дверь и откроется, – услышала фея Вея добрый бабушкин голос.

Этого она уже никак не могла стерпеть.

– Надо помочь бабушке, – решила Вея и взмахнула волшебной палочкой:

– Волк, волк, превратись в утёнка!

В один миг кукла волка на руке кукловода превратилась в смешного жёлтого утёнка с красным клювом.

Дети ахнули и завизжали от восторга. Только артисты ничего не заметили и, как ни в чём не бывало, продолжили играть спектакль.

– Бабушка, бабушка, я тебя съем! – завыл утёнок диким голосом и двинулся на бабушку.

– Не ешь меня, серый волк! Ой…, жёлтый утёнок! – актриса наконец заметила, что это не волк и растерялась.

– Какой я тебе утёнок? Я волк – зубами щёлк! – взревел утёнок и попытался схватить упирающуюся бабушку.

– Ты утёнок, утёнок! – скандировали хором дети и фея Вея. – Ты не можешь съесть бабушку!

– Ещё как могу, – упорствовал утёнок и щёлкал клювом.

– Ты же утёнок, посмотри на себя! – закричала наконец тётенька-актриса, а кукла-бабушка в её руках шлёпнула настойчивого утёнка подушкой с кровати.

Утёнок остановился, немного постоял на месте и вдруг спрятался за ширму.

– Утёнок, утёнок, иди сюда! – звали дети и громко хлопали в ладоши.

Утёнок, наконец, показался из-за ширмы. Он низко поклонился, взял под руку бабушку и появившуюся невесть откуда Красную Шапочку и хриплым голосом сказал:

– А сейчас, дорогие дети, мы станцуем вам танец маленьких утят. Спектакль окончен.

Фея просто влюбилась в театр и сразу же захотела стать артисткой. Вечером она особенно долго сидела перед кукольным зеркалом. Вея внимательно разглядывала себя и думала, может ли из неё получиться настоящая актриса? Такая же красивая, как Красная Шапочка.

Лук – великан

Заканчивался февраль. Солнышко всё чаще и чаще проглядывало из-за пузатых снежных облаков, и в один прекрасный день воспитательница сказала:

– Скоро весна. Нам пора сажать лук.

Она рассмотрела с детьми тугую золотистую луковку и попросила всех нарисовать её на листке бумаги.

– Мы с вами будем наблюдать за её ростом, и на своих листочках дорисовывать всё то новое, что увидим.

– Лук очень полезен, – продолжила воспитатель. – Недаром на Руси говорили: «лук – от семи недуг». Это означает, что лук хорошо помогает при болезнях–недугах. Вот и мы с вами будем ждать, когда на наших посадках появятся зелёные пёрышки, полные полезных витаминов.

– А нам можно будет эти пёрышки попробовать? – спросила девочка Оля.

– Конечно, – улыбнулась воспитательница, – мы будем каждый день крошить их в суп, чтобы не болеть.

Фея Вея, которая в это время качалась на занавеске, с уважением посмотрела на жёлтую луковую головку и задумалась, как бы было хорошо, если бы дети никогда не болели!

Она зацепилась ногой за складку на тюле и повисла вниз головой. Вниз головой думалось хуже, а смотреть, что делают воспитательница и ребята было совсем неудобно, поэтому фея снова перевернулась.

Вея увидела, как воспитательница налила воды в стеклянный стакан, поставила туда луковицу, а потом повела детей на прогулку.

Оставшись одна в группе, любопытная фея подлетела к новой посадке и уселась ждать, когда лук вырастет. Она хорошо слышала, как воспитательница сказала, что лук растёт очень быстро, и потому ждала, что корешки и перья появятся с минуты на минуту. Но время шло, а лук никак не желал расти.

– Непорядок, – подумала фея и достала из кармана свою волшебную палочку, – дети придут с прогулки, а витамины еще не выросли.

– Расти лук большой-пребольшой! – приказала фея и постучала по стакану волшебной палочкой, чтобы волшебство подействовало сильнее.

Луковица подскочила в стакане и начала раздуваться, как воздушный шар.

Вея не успела положить волшебную палочку обратно в карман, как на столе оказалась громадная луковица, больше похожая на бочку, из которой шлангами торчали вверх до самого потолка толстые зелёные перья.

– Очень красиво получилась, – залюбовалась фея на свою работу.

Она представила, как обрадуются воспитательница и ребята, когда увидят, что в группе уже появились луковые витамины, и полетела встречать детей с прогулки.

Первым в группу вбежал мальчик Митя, который всегда раздевался быстрее всех.

Он чуть не ткнулся головой в широкий бок луковицы, поднял глаза вверх, да так и застыл с открытым ртом.

– Светлана Михайловна, а наш лук уже подрос! – звонко закричал воспитательнице мальчик.

– Быть этого не может, лук так быстро не растёт. Ты что-то путаешь Митя, – сказала Светлана Михайловна, заходя в группу.

Она увидела лук-великан и удивлённо замолчала.

– Это, наверное, шутка, – шёпотом сказала воспитательница, – такого лука не бывает. Это няня пальму принёсла, пока мы были на прогулке!

Она осторожно подошла к раскидистому луку и пощупала его ладонью, потом понюхала перо, которое было толщиной в её руку.

– Похоже на лук, – кивнула головой Светлана Михайловна, – удивительно.

– Идите сюда ребята, посмотрите какое чудо у нас произошло, – позвала она детей. – Я сейчас позвоню в институт и приглашу учёных объяснить этот фокус.

Воспитательница достала справочник и быстро набрала номер на мобильном телефоне.

– Ура! Я скоро увижу настоящих учёных! – обрадовалась фея. – Я думаю, что они все старички с длинными бородами и в очках.

Не успели дети пообедать, как в группу прибежала целая делегация учёных–ботаников в белых халатах.

Фея Вея ошиблась – исследователи были молодые и весёлые.

Им очень понравилась необыкновенная луковица. Ботаники фотографировали её, пробовали на вкус и рассматривали кусочки под микроскопом.

Наконец они расселись в группе на детские стульчики, выпили по чашечке чая, посовещались и, наконец, выдали воспитательнице особый документ.

Светлана Михайловна торопливо надела очки, внимательно вгляделась в крупные буквы и громко прочла всем детям:

«Это настоящий лук, в котором очень много витаминов. Рекомендуется употреблять в пищу. Особенно полезен для больных детей».

Воспитательница немного подумала, посмотрела на притихших ребят и спросила:

– Может быть, мы не будем есть этот замечательный лук, а отправим его в больницу, для больных детей? А для себя мы посадим новый лук.

– Правильно! Правильно! – дружно закричали ребята. – Надо обязательно отдать его докторам в детскую больницу!

– Спасибо, дорогие мои, – улыбнулась воспитательница. – Я была уверена, что вы именно так и скажете. Сразу после работы я договорюсь с шофёром грузовика и отвезу наш лучок в больницу. Думаю, что скоро все дети в больнице выздоровеют.

– Отлично! – подумала маленькая фея и от радости перепрыгнула со шкафа на коробку с мозаикой. – Молодцы ребята!

Потеряшки

У Людиной мамы пропало дорогое колечко. Где только ни искала его расстроенная мама: и в шкатулке, и под диваном, и под ванной, даже плиту на кухне отодвинула – кольцо словно испарилось.

– Куда же оно могло деваться? – утирала слёзы мама.

Маме даже в голову не могло прийти, что кольцо взяла её собственная дочка Люда. Взяла и унесла в детский сад похвастаться перед подружками.

Всё началось с того, что с большим пластмассовым перстнем на пальце в группу пришла Полина. Она показала девочкам розовое кольцо с нарисованным цветочком и весь день ходила, оттопыривая в сторону указательный палец, чтобы подругам было лучше видно, какая у неё есть драгоценность.

На следующий день все девочки пришли с кольцами, а у Даши было надето по кольцу на каждом пальце.

Не было колечка только у Люды. Мама сказала ей, что маленьким девочкам кольца ни к чему. Люда, конечно, была умненькой девочкой и хорошо понимала, что мама главная и лучше знает, что ей, Люде, надо. Но надеть на пальчик кольцо всё равно очень хотелось. Иногда добрая Даша давала ей поносить на прогулке одно из своих колец, но это было чужое кольцо, которое надо было отдавать.

Вот Люда и решила, что тихонько возьмёт мамино колечко, поносит его в садике денёк-другой, а потом положит на место. Мама ничего даже не заметит.

Так она и сделала.

Как только мама попрощалась с дочкой в раздевалке и ушла на работу, Люда торопливо достала из кармашка крупное кольцо с красным камнем и надела на тонкий пальчик. Кольцо было велико и всё время соскакивало, но гордая Люда не согласилась бы его снять ни за что на свете.

– Какое красивое у тебя кольцо, – сразу заметили подружки. – Это тебе мама подарила?

– Да, мама, – соврала девочка и покраснела.

Воспитательница тоже спросила про обновку.

– Мне мама разрешила. Это ненужное кольцо, – повторила неправду Люда.

Кольцо красовалось на Людином пальце весь завтрак, сверкало на руке во время рисования, а после занятия по физкультуре Люда с ужасом увидела, что кольцо исчезло.

«Что делать? Как сказать маме?» – думала Люда и ничего не могла придумать.

Два дня она молчала, а на третий день мама заметила, что кольца нет на месте.

– Светлана Михайловна, – спросила мама у воспитательницы в детском саду, – никто не находил кольца с красным камнем? Может быть, я его здесь потеряла?

Воспитательница внимательно посмотрела на Люду.

– А это не то самое кольцо, которое вы подарили своей дочке? – поинтересовалась она.

Люда громко заплакала.

– Мамочка, я его потеряла! Я больше никогда-никогда не возьму чужие вещи! – изо всех сил просила Люда. – Прости меня, пожалуйста! Я нечаянно!

– Интересно, кто это так плачет? – удивилась пролетающая мимо фея Вея. – Неужели Люда? Она всегда такая спокойная и хорошая девочка.

Фея притормозила и присела на причёску Людиной мамы, чтобы было лучше слышно.

«Ага, Люда взяла без разрешения мамину вещь и потеряла её, – поняла малышка из разговора. – Это мы сейчас исправим. Я думаю, что Люда и так достаточно наказана».

Она достала из карманчика волшебную палочку, чисто вытерла её носовым платочком, чтобы она лучше действовала, и сказала:

– Вещи-потеряшки, идите к своим хозяевам!

И тут началось невообразимое.

Их всех уголков детского сада, катились, ползли, прыгали, и даже падали с потолка потерянные вещи.

За всё время, пока работал садик, их накопились целые горы.

Самым первым выскочило из физкультурного зала кольцо Людиной мамы. Оно лежало на самом дне коробки с мячиками. За ним как змеи извивались по коридору потерянные скакалки, пробирались в кухню чайные ложки, из группы в группу шлёпали разноцветные чешки, вываливались из шкафчиков давно забытые носки, трусы, майки, шапочки и варежки. С этажа на этаж летал и жужжал целый рой резиночек для волос, а прямо по лестнице поднималось оставленное в кладовке старое пальто.

То здесь, то там в саду слышался весёлый смех и радостные крики – это вещи встречались со своими хозяевами.

– Ну и ну, – сказала Людина мама Светлане Михайловне, – никогда такого чуда не видела, чтобы потеряшки сами собой находились! – она надела на руку своё кольцо, улыбнулась и обняла Люду. А Люда обняла маму.

Барабан-самостук

– В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван–солдат, – начала рассказывать детям сказку воспитательница.

– Шёл один раз солдат по лесу и повстречал старичка. Поделился он хлебцем со старинушкой, а дедушка подарил ему за доброту дудочку-самогудочку. Стоит только сказать волшебные слова: «дудочка, играй», как тотчас все вокруг пустятся в пляс. А как только попросишь: «дудочка, замолчи» – дудочка умолкнет.

Воспитательница долго читала ребятам чудесную сказку о приключениях Ивана-солдата. Девочкам и мальчикам сказка нравилась, но особенно внимательно слушала её маленькая фея.

Чтобы лучше разглядеть картинки в большой книге сказок, она даже незаметно приземлилась на плечо воспитательнице и уселась там, свесив тоненькие ножки.

«Повезло Ивану-солдату получить такую дудочку, – подумала Вея. – Вот бы мне такую!»

Когда дети разошлись по домам, фея решила поискать себе дудочку в музыкальном уголке.

Она подлетела к широкой полке и пересчитала разложенные в ряд музыкальные инструменты. Вея увидела две игрушечные гитары без струн, деревянные ложки, трещётку, три металлофона, бубен и барабан.

Ничего похожего не дудочку в уголке не было.

– Как жалко, – расстроилась малышка. – Где же мне взять дудочку?

Тут её взгляд упал на высокий кругленький барабан в красную и синюю полосочку по бокам.

Он уверенно и солидно стоял прямо посередине полки и выглядел очень значительным.

«Чем барабан хуже дудочки? – пожала плечами фея и довольно улыбнулась. – У Ивана-солдата была дудочка-самогудочка, а у меня будет барабан-самостук».

Сказано – сделано. Фея любовно обтерла свою волшебную палочку об подол платьица, подошла поближе к барабану и решительно сказала:

– Барабан, барабань!

Как только её палочка щёлкнула по туго натянутой коже инструмента, из барабана раздалась чёткая дробь.

– Ура! Забарабанил! Сам собой! И даже без палочек! – фея запрыгала от радости на одной ножке.

Она немного потанцевала под барабан, потом под его ровные удары сделала вечернюю гимнастику, а потом ей это надоело, и она легла спать. А про барабан и забыла.

Он ещё немножко побарабанил, но танцевать под него было некому, и барабан замолчал.

Молчал час, молчал два, а утром решил как следует побарабанить.

Бочком, бочком, барабан свалился с полки и выкатился из группы. Он скатился вниз по лестнице, прокувыркался мимо музыкального зала, пропрыгал мимо кухни и закатился прямо в открытую дверь медицинского кабинета.

Медицинская сестра и врач сидели за столами и что-то старательно записывали в толстые тетради. Рядом с ними стояла высокая тётя с двумя кудрявыми мальчиками и доставала из сумки документы.

Барабан неслышно закатился под кушетку и дал первую дробь.

– Бум-бум-бум, – разнеслось по кабинету.

Доктор с сестрой подняли головы и посмотрели на тётю, а тётя посмотрела на своих мальчиков.

– Бум-бум-бум-бум, – зазвучало с новой силой.

Тётя, мальчики, врач и медсестра соскочили со своих мест, взялись за руки и закрутились в лихом хороводе.

Барабан стучал всё быстрее и быстрее, и ноги танцующих так же ускоряли темп.

– Доктор, что с нами? – выкрикнула на ходу тётя и пошла вприсядку.

– Не знаю, – пропела в ответ врач. – Может быть нам сделать всем по уколу?

Она схватила медсестру под руку и начала танцевать танго.

– Мы не хотим укол, – запыхтели мальчики, кружась лодочкой. – Мы лучше новый танец спляшем.

– Что это тут у вас за веселье? – заглянула в кабинет заведующая и мгновенно встав на цыпочки, поплыла в «Танце маленьких лебедей».

– В детстве я ходила в балетную школу, – похвасталась она.

Через десять минут танцевал весь детский сад. Даже повар и дворники.

Не танцевала только фея Вея. Она крепко спала в кукольной кроватке и видела во сне шоколадный торт.

Наконец торт улетел на воздушном шаре, и фея открыла глаза.

«Что это за стук и шум?» – полюбопытствовала она и полетела посмотреть, что случилось.

Как только малышка увидела немыслимые пляски, она сразу поняла в чём дело.

– Барабан! Я забыла его остановить! Барабан, замолчи! – закричала она изо всей силы, замахав волшебной палочкой.

Барабан умолк, и танцы прекратились.

Люди с удивлением осматривались по сторонам и никак не могли понять, что их так развеселило.

– Почему нам вдруг вздумалось потанцевать? – сказала, наконец, врач и поправила сбившийся на бок белый халат. – Но мне понравилось! Давайте ещё как-нибудь потанцуем!

Микробы

Когда воспитательница говорила Жене: «Иди, умойся», он неторопливо шёл к умывальнику, открывал кран и мочил водой один палец. Этим пальцем он возил сначала по щекам, потом трогал кончик носа, а затем долго вытирал мокрый палец об полотенце.

– Светлана Михайловна, я уже помылся, – звонко кричал Женя воспитательнице.

– Ой, Женя, Женя! Как ты плохо моешься! Ты совсем грязный, иди вымойся снова, а то все микробы с рук попадут в рот, – каждый раз говорила она.

Но хитрый Женя перемываться и не думал. Он заходил в умывальную комнату, дожидался, когда воспитательница будет смотреть в другую сторону, и быстро шмыгал за стол. Никаких микробов он совсем не боялся.

«Что они, дурачки что ли залезать в животы к детям? Чего их опасаться, если этих микробов даже не видно, – думал Женя и хватал хлеб грязными, как резиновый сапог, руками.

Один раз, во время обеда, Женины руки заметила соседка Таня.

– Женя, почему у тебя такие коричневые пальцы? Да еще и с жёлтыми полосочками? – спросила Танюша и на всякий случай отодвинулась от мальчика подальше. – Разве ты не знаешь, что на грязных руках остаётся много вредных микробов?

– Как вы мне надоели с этими микробами! – в сердцах сказал Женя и сунул Тане под нос заскорузлую ладошку.

– Где ты видишь микробов? Покажи? – попросил он.

Как раз в этот момент на Танином бантике сидела фея Вея. Она услышала эти глупые слова и нахмурила лобик, чтобы подумать.

Хорошая мысль прибежала в головку феи очень быстро. Она обрадовалась и достала из кармашка волшебную палочку.

– Ну, микробы, – сказала она, высоко подняв свою палочку, – сейчас Женя вас увидит!

Не успела Вея договорить, как Женины глаза быстро-быстро завертелись вокруг себя, остановились и стали видеть как электронные микроскопы.

– Мамочки, кто это? – закричал на всю группу Женя и уставился на свою руку.

Он вдруг увидел, что его ладошка, пальцы и даже ногти покрыты толстым слоем каких–то противных прозрачных палочек.

Эти палочки шевелились, дрались между собой и ползали по руке. Особенно много палочек было под ногтями. Они вылезали из-под ногтей и старались прокусить кожу.

– Светлана Михайловна! – заревел испуганный Женя, – посмотрите, что у меня на руках!

Воспитательница наклонилась над мальчиком и внимательно рассмотрела дрожащую протянутую ладошку. Даже очки надела, чтобы лучше видеть.

– Ничего кроме грязи рассмотреть не могу, – наконец сказала она, – но думаю, что твоя рука вся кишит микробами. Я тебе сто раз об этом говорила.

– Так это, наверное, микробы! – догадался грязнуля и вздрогнул, потому что один бледно-зелёный микроб подпрыгнул и разделился на две части, которые шевеля челюстями стали есть грязь с Жениных рук и раздуваться, как воздушные шарики. Женя посмотрел на другую руку и ахнул – на большом пальце стал расти отвратительный оранжевый гриб.

Гриб лопнул, его кусочки разлетелись на все стороны, вцепились в кожу и начали прорастать серыми нитями.

– Светлана Михайловна! Можно я вымою руки, – захлёбываясь от слёз, завыл Женя.

– Не можно, а нужно, – сказала воспитательница и повела мальчика в умывальную.

Она достала новый кусок душистого мыла, открыла кран с горячей водой и встала рядом.

– Давай, намыливай у меня на глазах.

Женя подставил руки под тёплую струю и жадно схватил мыло.

– Вода! Мыло! Спасайся кто может! – вопили микробы, когда вода смывала их прямо в раковину.

– Ничего, мы найдём другого грязнулю! – отвечали им грибки.

«Ну, нет, – подумал Женя, – больше я никогда не разведу у себя эту гадость! А ну, как они попали бы ко мне в рот, а оттуда в живот!»

Он снова и снова намыливал руки и тщательно полоскал каждый палец. Потом он три раза вымыл лицо и вытерся чистым полотенцем.

Женя взглянул на свои руки и не нашёл на них ни одного, даже самого маленького микробика.

– Совсем другое дело, – радостно заулыбалась фея, когда сияющий чистотой мальчик снова сел за стол.

– Я знаю, что теперь Женя всегда будет чистым и опрятным, – подумала она и полетела наводить порядок в старшей группе.

Лепка

– Сегодня у нас будет лепка, – сказала воспитательница, когда дети расселись на свои места, – но необычная. Мы будем лепить из солёного теста.

Она поставила на стол кастрюлю, достала оттуда большой упругий колобок и раздала всем детям по кусочку.

Фея Вея, которая уже собиралась улететь из группы, замерла в воздухе и развернулась назад. Лепить она очень любила.

Вея вспомнила, как на прошлой неделе она помогала мальчику Саше слепить зайке уши и вся перепачкалась в пластилине. Да так, что ей пришлось лететь в кухню и целый час лежать в холодильнике, чтобы тёплый пластилин затвердел и отвалился с её платьица.

«Странно, – подумала фея, – обычно дети лепят из пластилина, а сейчас из теста. Да еще из солёного. Не может такого быть! Наверное, воспитательница ошиблась. Тесто должно быть сладким и вкусно пахнуть. Как на кухне в детском садике.

– Да, точно, – кивнула Вея сама себе головой, – наверняка перепутала. Ну да не страшно. Это я сейчас исправлю».

– Тесто, тесто, стань сладким и вкусным, – сказала малышка и потыкала тесто волшебной палочкой.

Довольная, она уселась на коробку со скрепками и стала смотреть, что будет дальше.

– На прошлом занятии, – продолжила воспитательница, мы с вами знакомились с домашними животными. Вспомните, кого из них помните, и кого хотите слепить. А когда ваши поделки высохнут, мы раскрасим их красками.

Приступайте к работе.

– Здорово! – выдохнула фея и увидела, что все дети уже старательно запыхтели над дощечками для лепки.

Максим лепил толстого кролика. Артур решил, что у него лучше всех получится лошадка. Миша сделал корову с одним рогом и шестью ногами, чтобы покрепче стояла.

– Один рог, чтобы бурёнка не бодалась, – объяснил он воспитательнице.

Все девочки трудились над кошечками, а Андрюша быстро слепил свинью с тремя поросятами и подумал, что ничего не случится, если он откусит один кусочек теста.

«Воспитательница сказала, что оно солёное, – размышлял мальчик, – но есть его наверняка можно, вдруг мне понравится?»

Он незаметно скатал круглый шарик и положил его за щёку.

Какая вкуснятина!

– Светлана Михайловна, – не удержался Андрей, – а тесто вовсе не солёное, а сладкое и вкусное.

– Не выдумывай, – сказала воспитательница. – Я это тесто сама делала. Там ровно три стакана муки и три стакана соли.

– Нет, сладкое! Попробуйте, – заупрямился Андрей и сунул в рот толстенькую кошечку, которую успела слепить соседка Оля.

– Светлана Михайловна! Андрей съел мою киску!

– Выплюни сейчас же. А то я съем твою свинью с поросятами! – закричала Оля.

– Дети, дети! – строго остановила их Светлана Михайловна. – Прекратите ссору! Это тесто несъедобное.

– Съедобное! Оно сладкое! – не согласился Андрей.

Воспитательница отщипнула крошечку теста и лизнула.

– Действительно, очень вкусно, – сказала она. – Неужели я перепутала соль с сахаром?

– Ну, вот что, – обратилась она к детям, – раз уж у нас такое необыкновенное тесто, то я схожу к поварам. Попрошу их испечь наших животных.

– Ура! Испечь! – засмеялись дети и захлопали в ладоши.

Когда после тихого часа Светлана Михайловна принесла из кухни целый противень ребячьих поделок, все увидели, что домашние животные испеклись на славу.

С пылу, с жару, румяные зверюшки выглядели очень аппетитно. Особенно удалась корова с шестью ногами и одним рогом. На ней-то и сидела, невидимая никому фея Вея.

– Вот какая я молодец! Как удачно начудила, – подумала она. – Разве из солёного теста получилась бы такая красота?

Хвостатый колобок

В каждой группе детского сада обязательно есть книжный уголок. В нём живут самые интересные книжки с яркими картинками, а еще там лежат карандаши и альбом. Это чтобы ребята всегда могли сделать иллюстрацию к любимой книге.

Как-то раз, девочка по имени Лера, вместо того, чтобы нарисовать на чистом и белом листе бумаги, решила порисовать в книжке. И хотя она знала, что книги нельзя портить, взяла простой карандаш и тихонько, пока никто не видел, пририсовала колобку нос пятачком и длинный хвост. Потом Лера оглянулась по сторонам, закрыла книжку и положила её на место.

Конечно, девочка думала, что изрисованную книжку никто не заметит. Скорее всего так бы и случилось, если бы фея Вея не решила почитать сказку перед сном.

Она подлетела к книжному уголку, уселась на полочку, положила книгу на стол, перевернула первую страницу волшебной палочкой и громко, чтобы слышали все куклы, прочитала:

«Жили-были старик со старухой.

Вот и говорит старик старухе:

Испеки-ка ты, бабка колобок.

Замесила старуха муку на сметане, состряпала колобок, изжарила в масле и на окошко студить положила».

Фея посмотрела на картинку и чуть не свалилась с полки от удивления – вместо колобка на окошке сидела круглая жёлтая свинка с длинным, как у мышки хвостом.

«Наверное, это другая сказка, – огорчилась Вея, – про поросёнка. Интересно только, почему он жёлтый? Ведь все знают, что поросята бывают розовые. Может быть, поросёнок заболел желтухой, и это сказка про доктора Айболита? Тогда почему здесь нарисованы старик со старухой и куда подевался колобок? Непонятно».

– Поросёнок, расскажи мне, куда пропал колобок? – попросила фея и дотронулась до страницы волшебной палочкой.

В тот же момент картинка засветилась ярким светом как экран телевизора, а свинка зашевелилась и заплакала.

– Я совсем не поросёнок, – прорыдала она, – я колобок.

– Колобок? – не поверила своим ушам Вея. – А почему у тебя есть хвост и пятачок?

– Потому, что мне их нарисовала девочка Лера, – грустно вытер слезу колобок, – и теперь все звери в лесу и все ребята, которым читают мою сказку, будут надо мной смеяться.

– Какое безобразие! – закричала фея и даже топнула ножкой от возмущения. – Разве можно так обращаться с книгами? Ну, уж нет!

– Не волнуйся, колобочек, – ласково сказала она колобку–поросёнку, – завтра с самого утра Лера приведёт книжку в порядок. Не будь я детскосадиковой феей!

Вея еще раз махнула волшебной палочкой над картинкой и поставила книжку на полку.

– Надо наказать Леру, – решила Вея, – чтоб ей было неповадно делать всякие глупости. Наверно, надо сделать так, – Вея покрутила в воздухе своей палочкой, и в соседний дом, где крепким сном спала маленькая хулиганка, полетел странный сон.

Лере приснилось, что она колобок и лежит, остужается на окне.

«Как снаружи красиво! Птички поют, бабочки летают! Уйду-ка я от дедушки и бабушки, – подумала Лера-колобок и спрыгнула с окна.

– Теперь надо покатиться по дорожке, – вспомнила сказку девочка. – Только с лисой я не буду разговаривать».

Она подпрыгнула как мяч и покатилась с крутой горки.

Но катиться оказалось очень неприятно, потому что при каждом повороте её нос-пятачок крепко стукался об землю.

– Ой, ой, ой, что это?! – что есть мочи завопила она. – Откуда у меня взялся нос?

– Колобок, колобок, я тебя съем, – вдруг услышала Лера-колобок писклявый голос из-за кустов, и на дорогу выскочил зайка.

– Не ешь меня, заяц, я тебе песенку спою, – громко шмыгнула разбитым пятачком Лера и захрюкала:

«Я колобок, колобок,

По сусеку метен,

На сметане мешон

Да в масле пряжон,

На окошке стужон.

Я от дедушки ушел,

Я от бабушки ушел,

От тебя, зайца, подавно уйду!»

– Ну, уж нет, никуда ты не уйдёшь! – пропищал заяц и схватил Леру-колобка за длинный хвост.

Он широко раскрыл рот и уже собрался откусить от девочки самый лакомый кусочек, как вдруг Лера закричала и проснулась.

– Что ты, доченька? – подбежала к кроватке мама и пощупала Лерин лоб рукой. – Не заболела ли?

– Нет! Нет, мамочка, – голосила испуганная Лера, – мне приснилось, что я колобок и заяц поймал меня за хвост. И ещё я разбила нос.

– Но ведь у колобка нет хвоста, – удивилась мама, – и носа тоже нет.

– Есть, – сказала Лера и насупилась, – я нарисовала это в книжке. Завтра приведи меня в садик самой первой, я всё сотру резинкой. И никогда так больше не буду делать.

Новый друг

– Посмотрите, ребята, кого я вам принесла, – сказала воспитательница, когда все дети расселись на занятие по аппликации.

Она вынесла из кладовки загадочный ящик, укутанный в тёмный платок, и поставила его на стол.

Дети затаили дыхание.

Воспитательница сдёрнула ткань, и под ней оказалась клетка с хорошеньким попугайчиком. У него были пушистые голубые пёрышки и забавные глазки-бусинки.

– Мне сказали в магазине, что этого попугая зовут Дусик. Теперь он будет жить у нас в группе, и дежурные по очереди будут ухаживать за ним, – объяснила она детям.

– Ура! – обрадовались ребята. – Мы давно хотели попугая.

– Чтобы Дусику у нас сразу понравилось, – продолжила воспитательница, – каждый из вас сделает его портрет.

Воспитательница рассмотрела с детьми попугая, потом показала, как необходимо правильно вырезать из бумаги детали, напомнила правила работы с клеем, и в группе наступила тишина.

Не могла успокоиться только фея Вея, которая всё это время кружила над клеткой с попугаем.

«Как здорово, что у нас появилась птичка, – думала она. – Надо обязательно подружиться с ней. Она такая же маленькая, как и я. Наверно нам будет очень весело играть вместе».

Она подлетела к клетке и стала внимательно разглядывать Дусика.

Он спокойно сидел на жёрдочке, любуясь на себя в маленькое зеркальце, прикреплённое к клетке.

– Надо же, – удивилась фея, – оказывается, попугаи смотрятся в зеркало совсем как люди.

Она посмотрела на ребят и нахмурилась, потому что мальчик Максим нечаянно пролил клей на свою работу и собирался расплакаться от обиды.

«Надо помочь», – сказала себе фея.

Вея подлетела поближе к Максиму и уже размахнулась волшебной палочкой, как вдруг её пальчики разжались и палочка упала прямо в клей.

– Ой, что же делать? – в испуге заметалась над листом бумаги малышка. – Надо вытащить палочку!

Фея осторожно протянула руки за пропажей, дёрнула её что есть духу. Оп, и приклеилась!

– Ребята, заканчивайте работу, – сказала воспитательница.

– Меня же выбросят вместе с этой испорченной аппликацией, – подумала фея и заплакала.

Напрягая все свои силёнки, Вея упёрлась ногами в листок и еще раз попыталась оторваться. Но всё было напрасно. Только теперь к аппликации приклеились и её ноги.

– Максим, что тут у тебя случилось? – услышала фея голос воспитательницы и сжалась в комочек от ужаса.

Вот сейчас–то уж её точно отправят в помойку!

Воспитательница взяла Максимову аппликацию в руки и рассмотрела со всех сторон.

– Знаешь, Максимка, – сказала она, – давай повесим её на выставку. Попугай у тебя получился красивым, это всем видно, а клей пролиться может у кого угодно.

Расстроенный Максим просиял и согласно кивнул головой, а воспитательница аккуратно повесила его работу рядом с остальными.

Конечно, никто не мог даже догадаться, что на этом листе картона, накрепко приклеенная к синему попугаю, горько плачет бедная маленькая фея.

После занятий дети побежали гулять, потом они обедали и спали, затем полдничали и, наконец, разошлись по домам.

Фея осталась совсем одна. Бедняжка так обессилела от страха и слёз, что уже не пыталась вырваться из бумажного плена.

«Видно я так и умру на этой бумажке, и детский сад останется без феи», – подумала она.

Когда за окном совсем стемнело, Вея услышала тихий щелчок. Фея насторожилась, и почти сразу над её ухом, чуть хрипловато, раздался бодрый голосок.

– Здравствуй, малышка, – сказал незнакомец. – Что, приклеилась?

Фея повернула голову и увидела рядом с собой попугая Дусика.

– Да, – она горестно кивнула и всхлипнула, – наверное, так и погибну здесь.

– Ни за что! – весело прощёлкал попугай и стал ловко расклёвывать крепким клювом затвердевший клей.

Прошла всего минутка и фея была свободна.

Она чмокнула спасителя в пёрышко на щеке и расправила свои измятые крылышки. До чего же хорошо снова оказаться на свободе!

– Дусик, пожалуйста, достань теперь мою волшебную палочку. Я ведь фея, а фей без палочки не бывает, – попросила Вея.

– Получай свою палочку! – сказал попугай и еще раз стукнул клювом.

– Ура! Ура! Я снова настоящая фея, – она закружилась под потолком в воздушном танце.

– Иди ко мне, Дусик. Давай полетаем вместе!

– Давай, – согласился попугайчик, и друзья на радостях принялись веселиться и баловаться.

– Но как же ты здесь оказался? – спросила фея, когда они присели отдохнуть на стол воспитательницы.

– «Как-как?» – засмеялся попугай. – Открыл клетку, конечно же. Наши хозяева думают, что мы не можем оттуда выбраться, а на самом деле замки умеют открывать даже самые желторотые попугайчики.

– Я тебя сразу заметил, – важно сообщил фее Дусик. – Это только люди не могут видеть фей.

– Ты такая красивая, – добавил он и почистил клювом головку феи Веи.

– Спасибо, Дусик. Ты мне тоже очень понравился, – фея погладила голубые пёрышки птички, – ты очень добрый и умный. Я не знала, что попугаи умеют хорошо разговаривать.

– Конечно, я добрый и умный, – хвастливо подхватил попугай. Он влетел в клетку и посмотрелся в своё зеркальце.

– Дусик хороший! Дусик хороший! Дусик хороший! – повторил он несколько раз и закатил глаза от восторга.

– Хочешь, поклюй со мной зернышки, – пригласил он фею. – И, вообще, давай с тобой дружить!

В этот вечер взволнованная фея долго не могла уснуть в своей кроватке и ворочалась с боку на бок. Ещё бы! Столько событий в один день. И хотя она чуть не погибла, но зато приобрела нового друга!

Наверное, теперь их ждут впереди необыкновенные и захватывающие приключения!

История Дусика

Всю неделю фея Вея и попугай Дусик веселились изо всех сил: как только сторож запирал детский садик и уходил домой, фея открывала волшебной палочкой все двери, а Дусик торопливо выскальзывал из своей клетки, и озорная парочка начинала гоняться по детскому саду наперегонки.

– Не догонишь, не догонишь, – дразнил фею Дусик и взлетал к потолку.

– Догоню! – хохотала в ответ малышка. Она очень быстро настигала своего друга и салила его волшебной палочкой по спинке.

«Ну, нет, – подумал однажды хитрый Дусик, – сегодня фея меня ни за что не догонит, потому что я не просто улечу, а спрячусь в укромный уголок».

Птичка давно заприметила большую дырку на кухне, закрытую тонкой решёткой.

Сказано – сделано. Как только началась игра, Дусик прямиком рванул к заветному месту, протиснулся через прутья решётки, и даже сам не понял, как очутился на улице.

– Наверное, это труба, чтобы проветривать кухню, – запоздало понял он и шлёпнулся на землю.

– Догоню! Догоню! – попугай издалека услышал голос своей маленькой подружки и хотел ответить, но слова застряли у него в клюве: прямо перед собой птичка заметила два зелёных светящихся глаза и улыбающийся зубастый розовый рот.

– Мур-р-р, – сказал рот и облизнулся длинным мягким язычком, – какая приятная встреча! Я сегодня ещё не ужинал!

Кот лениво протянул лапу и зацепил попугая за голубой хвостик.

– Не ешь меня, киса, – сказал Дусик, – я тебе сказку расскажу.

– Ну, расскажи, коли не шутишь, – ухмыльнулся кот и пошевелил одним ухом.

– Жил-был один бегемот, – хриплым от испуга голосом затянул Дусик, – был он маленьким и вредным.

– Как таракан? – поинтересовался кот.

– Почти, – таинственно подтвердил Дусик. – У этого бегемота был длинный и пушистый хвост и крепкий клюв. Вот такой!

Птичка подскочила и со всей силы клюнула кота в нос.

– Получай!

– Ой, что ты делаешь, – взвыл кот и выпустил храбреца из когтей.

– Надо улететь отсюда подальше, – подумал попугай и перелетел через забор.

Кругом лежал снег, а по земле начинала виться позёмка.

– Надо приземлиться так, чтобы не отморозить лапки, – решил попугай и поискал глазами местечко почище.

Дусик разглядел на снегу забытый нерадивой хозяйкой пушистый коврик и аккуратно опустился в самую середину пёстрого меха.

Коврик вдруг пошевелился, и Дусик обнаружил, что сидит вовсе не на ковре, а на спине лохматой собаки.

– Попугай, попугай, я ведь тебя съесть могу, – прорычал пёс.

– Не ешь меня, собачка, я тебе сказку расскажу, – отозвался Дусик и, не дожидаясь ответа, затянул:

– Жил-был один бегемот. Был он маленький и вредный…

– Я люблю вредных, – обнюхал Дусика пёс, – я и сам такой. Хорошо рассказываешь, душевно, – сказал пёс и помахал хвостом-баранкой, – откуда ты такой взялся?

– Из детского сада, – ответил Дусик. – Около трубы, из которой я вылез, сидит кот, и я не могу попасть обратно. А меня фея ждёт. Наверно, уже весь сад обыскала. Может быть, даже плачет, бедняжка.

– Не горюй, – тявкнул пёс, – я тебе помогу.

Он бодро вскочил и потрусил к самой стене кухни.

– Ну-ка, кот, освободи место, – грозно прогавкал он коту, – и не смей обижать маленьких!

– Да я и не собирался, – сказал зеленоглазый разбойник, – это я так, шутил. Но вообще-то мне надо очень спешить на собрание. Скоро весна и меня на крыше ждут друзья. Нам надо обсудить это событие. Пока!

Кот махнул хвостом и медленно полез по водосточной трубе вверх.

– Ещё встретимся! – мяукнул он на прощание и исчез из глаз.

– Спасибо тебе, добрая собака, – поблагодарил Дусик, – ещё увидимся!

Он прыгнул в трубу и через секунду сидел на ручке большой кастрюльки в тёплой кухне.

– Догнала! Догнала! – закричала фея и шлёпнула его по спинке волшебной палочкой. – Признавайся, где ты так долго прятался?

Озорное молок

о

Самой первой, ровно в пять часов утра, в детский сад приходила повар тётя Люба. Она открывала большим ключом дверь кухни, включала свет и внимательно осматривала свои владения.

– Доброе утро, – громко здоровалась она с начищенными кастрюлями и шла наливать в них молоко, чтобы к завтраку сварить ребятам вкусную и полезную кашу.

И вот однажды, когда тетя Люба, как всегда, потянулась к картонной коробке с пачками молока, она с ужасом увидела, что они исчезли, и коробка совершенно пуста.

Это было очень странно. Она хорошо помнила, как вчера вечером своими руками поставила целёхонькую коробку на полку в кладовой.

На всякий случай, тётя Люба заглянула под плиту и под раковину, а потом сбегала проверить бачок с отходами, но молоко как сквозь землю провалилось.

Расстроенная тётя Люба присела на стул, обхватила голову руками и стала думать, как поступить. Сварить кашу без молока? Но тогда она будет жидкая и невкусная.

Придётся готовить другой завтрак.

Только повар решила сварить яйца, как вдруг сквозь приоткрытую дверь кухни заметила, что по коридору одна за другой прошмыгнули три пачки молока.

От удивления у тёти Любы чуть не свалились с носа очки.

Она всплеснула руками и на цыпочках прокралась вслед за беглянками.

Отсвечивая глянцевыми боками, пачки шустро ехали по направлению к лестнице и, бочком-бочком, скакали вверх по ступенькам.

На самом верху лестницы они кувыркались как весёлые котята и спешили в групповое помещение.

Стараясь не шуметь, тётя Люба заглянула в группу и охнула: на верхушке самого большого цветка сидел попугай Дусик и хриплым голосом командовал как на параде:

– Молоко, стройся! Шагом марш!

Пачки с молоком послушно выстроились цепочкой и, постукивая донышками по полу, пошли по кругу.

– Раз, два, три, четыре! Не отставай! Пачка с коровкой на боку, подтянись!

Тут тётя Люба не выдержала:

– Ах вы бессовестные! – громко закричала она и кинулась ловить сбежавшее молоко.

Но не тут-то было!

Попугай испуганно взлетел вверх и ловко проскользнул в клетку, где немедленно притворился мёртвым, а пачки, дразня тётю Любу, кинулись врассыпную и забились под шкафы и кроватки.

– Ну, погодите у меня!

Тётя Люба сбегала за шваброй и принялась тыкать ею под мебель, выуживая оттуда одну пачку за другой и складывая их в мешок.

Молоку в мешке не нравилось и оно шевелилось там как живое, недовольно перебулькиваясь между собой.

– Одна, вторая, третья, четвёртая, пятая, – повариха пересчитала пачки и утёрла пот со лба. Осталось собрать ещё десять пачек.

Она огляделась в поисках озорниц, грустно думая о том, что если сию минуту не поймает всё сбежавшее молоко, завтрак может опоздать.

– Не бывать этому! – громко воскликнула тётя Люба и в сердцах топнула ногой так крепко, что в кукольном уголке закачалась игрушечная колыбелька, в которой сладким сном спала фея Вея.

Полночи она баловалась с неугомонным Дусиком, а потом, по просьбе выдумщика-попугая, оживила пачки с молоком и завалилась в кровать.

Фея спросонья посмотрела на гневную тётю Любу, на непослушные пачки молока и в ужасе схватилась за свою волшебную палочку, спрятанную под подушку.

– Молоко, молоко, ступай в кухню! – приказала она.

На глазах у тёти Любы пачки с молоком стали выползать из-под шкафов и, словно бумажные лягушки, прыгать ей в руки.

«Удивительные чудеса у нас творятся», – думала повариха, складывая в мешок присмиревшее молоко.

Каша удалась на славу! Дети ели, да подхваливали. А тётя Люба, стоя в дверях кухни, во всеуслышание рассказывала, как у неё сбежало молоко.

Паровозик

Воспитательница Светлана Михайловна повесила на доску яркую картинку с весёлым паровозиком, подозвала к себе ребят и сказала:

– Сегодня у нас не обычное занятие, а занятие–путешествие.

Давайте, рассмотрим картинку повнимательнее и обсудим, что на ней нарисовано.

– Давайте, – закричали ребята, столпившись около рисунка.

Пузатый озорной паровозик с большими круглыми глазками выглядел очень привлекательно. Художник не забыл нарисовать клубы пушистого дыма, летящего из широкой трубы на крыше, и детям показалось, что паровозик вот-вот тронется в путь.

– На этом поезде мы поедем далеко-далеко, за леса, за горы, за голубые озёра. А чтоб нам в пути не скучать, разучим весёлую песенку. Составляйте стульчики паровозиком, рассаживайтесь по своим вагончикам и отправляемся в дорогу!

«И я хочу попутешествовать, – решила фея Вея. – Я ещё никогда не путешествовала, да ещё на таком расчудесном голубом паровозике с круглыми глазками!»

Пока дети устраивались на своих местах, Вея, прикрыв глаза, воображала, как она мчится в незнакомый город, застроенный детскими садами, и в каждом саду живёт по необыкновенной фее. Новые подружки, подобно бабочкам, выпархивают ей навстречу, целуют, осыпают цветами и приглашают на праздничный пир понюхать клубничное варенье.

Малышка так размечталась, что не заметила, как ребята составили паровозик, взялись руками за спинки стульев, и занятие началось.

Светлана Михайловна запела задорную песенку:

«Мы едем, едем, едем

В далёкие края.

Весёлые соседи,

Счастливые друзья…».

Потом мотив подхватили дети. Они радостно подпевали, подмигивали друг другу глазами и махали ладошками, словно из окна настоящего поезда.

Вдруг мальчик Боря засопел и оборвал песню на полуслове:

– Как бы я хотел сейчас очутиться на настоящем поезде.

Он задумчиво покачал головой, посмотрев на Олю, сидящую впереди него.

– Мы же понарошку катаемся, – возразила Оля и вздохнула. – Хотя, я бы тоже не отказалась проехать с ветерком.

– Молодец, Боря! Замечательно придумал! – похвалила про себя мальчика фея Вея, вытаскивая припрятанную в карманчик волшебную палочку. – А ну-ка, палочка, принимайся за работу!

Она проскользнула к цепочке стульчиков, постучав палочкой по самому большому стулу, на котором сидела Светлана Михайловна:

– Стульчики, слушайте мою команду, катитесь по-настоящему, словно вагончики!

Едва фея спрятала палочку, как стулья плавно сдвинулись с места и покатились по кругу друг за другом.

– Ой, мамочки! – закричала Светлана Михайловна, цепляясь руками за спинку стула. – Я куда-то еду! Люди, помогите! Спасайте детей!

Она оглянулась, чтоб посмотреть, не испугался ли кто, и кому из ребят нужна помощь, но дети и не думали бояться.

Беззаботно хохоча, они вперегонки скользили на стульчиках и во всё горло распевали только что выученный куплет:

«Нам весело живется,

Мы песенку поём,

А в песне той поётся

Про то, как мы живем:

Красота! Красота!

Мы везем с собой кота,

Чижика, собаку, Петьку-забияку,

Обезьяну, попугая.

Вот компания какая!

Вот компания какая!»

– Посторонись! Дай дорогу! – визжала радостная Люда, обгоняя Машу Панову, – Я еду быстрее всех.

– А я ещё быстрее, – закричал Даня Мальков, направляя свой стульчик прямо на Люду.

– Светлана Михайловна, а Даня обгоняется, – пожаловалась Люда, надувая щёки от обиды.

– Дети! Не разъезжаться в стороны! – скомандовала воспитательница, оседлав свой стул покрепче. – Я буду паровозом, едем за мной дружным строем.

– Ту-ту-у-у, – загудели ребята, пристраивая свои стульчики за воспитательским, который плавно покатился в раздевалку а оттуда вниз по лестнице, огибая медсестру в белом халате, направлявшуюся в среднюю группу.

– Добрый день, Мария Петровна, – вежливо поприветствовали её дети, чуть притормозив на повороте.

Мария Петровна отскочила в сторону и застыла как статуя, переводя недоумённый взгляд со Светланы Михайловны на ребят. От удивления она даже забыла поздороваться, а только прижала руки к груди и на всякий случай прикрыла глаза.

Светлана Михайловна помахала медсестре рукой, сделалав приглашающий жест:

– Присаживайтесь ко мне, Мария Петровна, места хватит!

– Нет, нет, я постою, – пролепетала медсестра, провожая взглядом весёлый поезд, – я лучше пойду, сделаю себе укольчик от головной боли. А то мне кажется, что я приболела.

На подъезде к кабинету заведующей ребята снова затянули только что выученную песню «мы едем, едем, едем…».

Теперь, когда в лицо детям дул лёгкий ветерок странствий, а стульчики приятно покачивались, скользя ножками по полу, песенка зазвучала особенно звонко и радостно.

– Ай, да Светлана Михайловна, – сказала заведующая, выглянув из кабинета, – удивительно интересные занятия проводятся в средней группе. Надо попросить воспитательницу поделиться опытом с другими педагогами.

– Это я! Я придумала, – закричала фея Вея, сидящая на спинке стула-паровоза, но её никто не слышал – повсюду раздавался только смех ребят и скрип стульчиков.

Фея слегка нахмурилась, но скоро её лобик снова разгладился, а ротик расплылся в счастливой улыбке: не всё ли равно, кто придумал как развлечь ребят. Главное, что у малышей прекрасное настроение, а по детскому садику летает весёлая песенка!

Игра в магазин

После утренней зарядки и завтрака в каждом детском саду бывает свободное время, когда ребята играют в разные игры, одна другой интереснее.

Мальчики любят строить большой корабль и играть в моряков. Для этого у них есть крупные кубики, пластмассовый бинокль, настоящая матросская бескозырка и корабельный штурвал, который в прошлом году выпилил из фанеры Серёжин папа.

Пока мальчики плавают на корабле, бесстрашно споря с бурными морскими волнами, девочки открывают магазин, где продаётся всякая всячина. Вдруг смелым морякам захочется сойти на берег и купить себе мороженое или вкусную булочку с изюмом?

Жалко только, что пирожки и булочки в игрушечном магазине сделаны из пластилина, а овощи и фрукты пластмассовые, хотя это совсем не помешало некоторым ребятам пытаться укусить их по-настоящему. Только невкусно было.

Даня тайком прокусил небольшой банан, а Оля прогрызла дырку в резиновой сосиске.

«Вот бы все продукты в игрушечном магазине вдруг превратились в настоящие», – размечтались однажды девочки-продавщицы Катя и Оля, сидя за невысоким прилавком. – Тогда в наш магазин всегда стояла бы очередь, а то мальчиков не допросишься купить здесь что-нибудь из съестных припасов».

Пролетавшая мимо фея Вея увидела, как из игрушечного магазина вылетела какая-то мечта и закружила под потолком около лампы.

– Интересненько, о чём это думают девочки? – прошептала фея, поймав мечту в кружевной фартучек.

Через минуту она уже бодро крутила волшебной палочкой над разложенными овощами и фруктами, приговаривая:

– Фрукты-фрукты не ленитесь, поскорее превратитесь! Превратитесь в настоящие фрукты и овощи!

Раздался щелчок, и девочки-продавщицы увидели, как на их глазах пластмассовые груши налились сладким соком, а зелёные яблоки позеленели ещё больше.

– Катя, смотри, они стали настоящими, – сказала Оля своей подружке, – давай никому не скажем, а съедим всё сами.

Катя с сомнением потыкала пальцем в красный помидор, ставший глянцевым и мягким, немного подумала и согласилась:

– Давай, всё равно на всех детей не хватит. Только надо есть так, чтоб никто не заметил.

Девочки развернулись спиной к другим ребятам, прикрыв прилавок юбочками, и схватили то, что попало под руку.

Оле досталась небольшая свёкла, а Кате продолговатый лимон с толстой кожурой.

Глядя на сырую свёколку, Оля задумалась:

– Что-то я ещё не очень голодная.

Надкусив лимон и поморщившись, Катя поддакнула:

– И я. Лучше отдать лимон и свёклу мальчикам. Пусть они съедят, а себе возьмём что-нибудь повкуснее.

Переглянувшись, подружки отложили лимон со свёклой в сторонку и на ощупь вытянули новое лакомство. Теперь у Оли в руках оказался огурец, а у Кати крошечный кочанчик капусты.

– Это уже лучше, – одобрили выбор девочки и дружно упихали овощи в рот.

Следом за этим они съели по репке, баклажану и луковице, хотя от неё на глазах выступили слёзы, а язык как будто бы огнём зажгло.

Потом, громко чавкая и вытирая об футболочки перепачканные соком пальцы, бывшие продавщицы принялись за фрукты.

– Девочки, что это вы там жуёте? – заметила их странную игру воспитательница.

– Мы понарошку, – соврала Оля с набитым морковкой ртом.

– Понарошку? А мне кажется, что по-настоящему, – подошла к ним воспитательница. Она строго посмотрела на растерявшихся подружек, оценила отложенные в сторону свёклу с лимоном и взглянула на игрушечный прилавок. – Да у вас тут пир горой! И всё настоящее! Хоть вы и ели втихомолку, не поделившись с друзьями, но, надеюсь, хотя бы вымыли овощи и фрукты.

– Нет! – испуганно сказали девочки, чувствуя, как у них начинает громко бурчать в животах. – Мы забыли, что это опасно!

– Да, – сказала воспитательница, – жадным быть очень опасно. Чтоб вы надолго это запомнили, придётся отвести вас к медсестре и промыть желудок. Ведь мне неизвестно, чего вы там наелись.

Взяв девочек за руки, она сокрушённо покачала головой и двинулась в сторону медицинского кабинета, чуть не задев головой прицепившуюся к занавеске фею Вею.

Малышка была грустна:

«Я хотела, чтоб девочкам было весело и интересно, – сокрушённо размышляла она, – а вместо того, чтоб дружно играть с другими ребята в настоящие овощи и фрукты, Оля и Катя не на шутку объелись».

Вея утёрла с носа слезинку, тут же превратившуюся в бусинку, и решила, что в следующий раз, прежде чем выполнить чьи-нибудь мечты, будет хорошенько думать.

Дусик в беде

Все будние дни с утра до ночи хлопотливая фея Вея летала по своему хозяйству, зорко следя за порядком. Но в выходные, когда детский садик отдыхал от ребячьих голосов и топота ног, она направлялась прямиком к попугаю Дусику. С тех пор, как в старшей группе завели птичку, ей не приходилось скучать в ожидании понедельника: ведь вдвоём можно придумать невообразимо много потешных игр и важных занятий.

Но в это воскресенье Дусик сидел словно в воду опущенный, и даже не повернулся, когда фея громко сказала ему: «Приветик!» и помахала ладошкой.

– Дусик? Что произошло? Ты заболел? – забеспокоилась малышка.

Но в ответ попугай лишь спрятал голову под крыло, безнадёжно щёлкнув клювом в ответ. Это означало, что Дусик пребывает в глубокой печали.

Беда пришла тогда, когда на любимое зеркальце попугая Дусика присела отдохнуть нахальная чёрная муха, недавно пробудившаяся от крепкого зимнего сна.

– Ну и красавица же я! Фотомодель! – сказала сама себе муха, чмокнув хоботком своё отражение в зеркальце. – Разве можно отыскать на всём белом свете шесть таких прекрасных волосатых лапок как у меня? Нельзя!

Она повозила ими по зеркальцу, оставляя на чистой поверхности липкие следы, и довольно захихикала:

– Пожалуй, я возьму себе эту блестящую стекляшку и буду глядеться в неё день и ночь. Представляю, как обзавидуются другие мухи.

– Как это, «возьму себе»? – возмутился попугай Дусик, недовольно уставившись на незваную гостью круглым глазом. – Это моё зеркальце, я тебе его не дарил и дарить не собираюсь!

– Ну, и жу-жу-жу, – сказала в ответ бессовестная муха. – Было твоё – станет моё! Мы, мухи, знаешь какие настойчивые! Что хотим, то себе и забираем. Вот позову своих сестрёнок, начнём мы всей семьёй по твоему зеркальцу ползать, да так его запачкаем, что ты тебе и самому будет в него смотреть противно.

Захватчица снова взглянула на своё отражение и принялась прихорашиваться.

Такого безобразия Дусик вынести никак не мог. Он воинственно подпрыгнул, размахнулся, да склюнул противную муху прямо в тот момент, когда она корчила рожи, стараясь чтоб они выглядели пострашнее.

Крак! Раздался треск, и от сильного удара Дусикова клюва зеркальце рассыпалось на тысячу мелких кусочков.

– Беда! Беда! Помогите! – затарахтел испуганный попугай. Но ему никто не ответил: фея ещё не прилетела, куклы спали, а круглолицые матрёшки на полке бессмысленно таращили голубые глаза и молчали.

В общем, когда, наконец, к Дусику заглянула маленькая фея, настроение у него было самое невесёлое.

– Всё понятно, – проговорила фея Вея, разглядывая осколки зеркальца, – бедному Дусику теперь не в чем себя рассматривать. От такого горя у кого хочешь температура поднимется.

Она на всякий случай потрогала попугаеву лапку, чтобы убедиться, что у него нет горячки. Прохладная лапка чуть царапнула её коготками, и Вея ненадолго успокоилась: раз ножки ещё шевелятся, значит попугаю можно помочь.

– Дусик, Дусик, – позвала друга Вея, – ты забыл, что у меня есть волшебная палочка. Я сейчас попрошу тебе новое зеркальце.

– Правда? – попугай вытащил из-под крыла головку и приоткрыл один глаз.

– Конечно, правда!

Вея покрутила палочкой в воздухе, от души попросив помощницу:

– Палочка-выручалочка, помоги попугаю получить новое зеркальце.

В тот же миг осколки старого зеркала растаяли как льдинки, оставив на полу клетки небольшую серебряную лужицу, а на крючке в клетке заблестело новое зеркальце в голубой оправе.

– Прекрасно!

Дусик радостно тряхнул хвостом, распушил перья и приготовился на себя любоваться.

– Дусик хороший, – завёл он свою песню, – Дусик пригожий. Самый толстый, самый зелёный.

Он вдруг поперхнулся и озабоченно защёлкал клювом:

– Нет, Вея, это плохое зеркало. Забирай его обратно. Я в нём совсем не зелёный, а какой-то синеватый.

– Да нет, Дусик, ты очень даже зелёненький. Как огурчик, – попыталась переубедить его фея.

Но попугай стоял на своём:

– Синий, синий, синий, синий.

– Ну, хорошо, – сдалась фея Вея, – попрошу тебе другое зеркальце.

С глубоким вздохом она постучала палочкой по зеркальному стеклу, вежливо произнеся:

– Палочка-выручалочка, подари Дусику другое зеркало.

С тихим шипением зеркальце в голубой оправе растворилось в воздухе, уступив место другому – продолговатому как овал.

Попугай привстал на цыпочки, уставился в отражение и скривился:

– Это тоже плохое зеркало. Я в нем выгляжу очень тощим. Забирай его обратно. И вообще, ты нарочно подсовываешь мне испорченные зеркала, потому что хочешь посмеяться над моим несчастьем! Бедный я, горемычный, никто меня не любит! – принялся причитать попугай.

– Любит, любит, – испугалась Фея и взмахом палочки добыла Дусику третье зеркало.

– Ах, что за ужас я там вижу! – закричал попугай, мельком взглянув в блестящее стекло и, поджав лапки, рухнул на пол как мёртвый.

Напрасно маленькая фея, отчаянно размахивая волшебной палочкой, меняла зеркала. Сначала с красного – на синее, с синего – на зеркальце в форме сердечка, а с «сердечного» зеркала – на зеркало с подвешенным пушинками. Дусик не подавал признаков жизни.

Новое зеркальце

– Что же делать? Что делать? – забегала по потолку фея Вея, поглядывая на бездыханную тушку Дусика со скрюченными лапками.

От огорчения малышка заплакала, и её превратившиеся в бусинки слезинки градом посыпались на попугая. Дусик пошевелился. Открыл один глаз, потом другой, а когда особо крупная бусина ударила его прямо в лоб, вскочил на ноги:

– Ты зачем в меня бусами кидаешься?

– Дусинька! Ты живой! – расцвела в улыбке фея Вея.

Она подлетела к другу и принялась осыпать поцелуями его недовольно распушённые перышки.

– Конечно живой, а какому мне быть? – сварливо проворчал попугай, смущённо отворачиваясь.

Поняв, что попугаю стало стыдно за своё поведение, фея Вея примирительно предложила:

– Знаешь что, Дусик, давай напишем письмо на зеркальную фабрику, пусть они пришлют тебе самое лучшее зеркальце для попугаев, какое только есть на земле.

Такая блестящая идея подруги пришлась Дусику по душе. От мысли, что у него будет лучшее на земле зеркальце для попугаев, Дусик гордо поднял хохолок, по-орлиному расправив короткие крылышки:

–Ур-р-р-ра, ур-р-ра! – И требовательно посмотрел на фею. – Давай, пиши!

– Я? – растерялась малышка. – Я думала, ты сам напишешь.

Дусик снова нахохлился:

– Я, конечно, могу написать как курица лапой, но думаю, что у тебя получится гораздо лучше.

– Ладно, ладно, – торопливо согласилась Вея, испугавшись, что попугай снова завалится в обморок, – я напишу.

Она подлетела к воспитательскому столу, выбрала там листок голубой бумажки и, постучав волшебной палочкой по карандашу, чтобы он стал маленьким, принялась за работу.

– Дорогая фабрика! – старательно начала письмо фея и задумалась.

Нет. Так не годится. Ведь зеркала делает не фабрика, а люди, которые там работают. Как же они называются?

Приложив ко лбу пальчик, фея вспомнила: рабочие, которые хорошо умеют работать называются мастерами.

Она подула на написанные буквы и они, словно песчинки, разлетелись в разные стороны.

Теперь письмо звучало так: «Дорогие стекольных дел мастера!

Отважный попугай Дусик из детского садика срочно нуждается в самом лучшем в мире зеркальце для попугаев.

Если вы не пришлёте зеркальце, то от огорчения Дусик может скончаться, и тогда все ребята будут плакать день и ночь.

Вея. Фея из детского сада.

Бумажная фея бодро поставила последнюю точку, сложила лист в четыре раза и хлопнула в ладоши, вызывая конверт.

Откуда ни возьмись, к Вее прилетели целых три конверта: голубой, розовый и белый.

«Для письма на фабрику лучше всего подойдёт белый, – рассудила она, запечатывая важное письмо, – разноцветные конверты слишком легкомысленные».

Пару раз постучав по письму волшебной палочкой, Вея мигом отправила его по назначению и утешительно сообщила дружку, что ему придётся немного подождать: вдруг мастера не успели вчера наделать новых зеркал для попугаев?

Как ни странно, но Дусик не стал капризничать и фокусничать, а согласно кивнул хохолком и весело запрыгал по клетке:

– Ждать, ждать, ждать!

Ровно через три дня, когда Дусик начал проявлять беспокойство, почтальон принёс заведующей небольшую заказную бандероль на которой вместо адреса было написано: «Попугаю Дусику. Детский сад номер шестьдесят семь».

– Что бы это могло быть? – удивилась заведующая, разворачивая пакет и охая от восхищения, потому что в нём, завёрнутое в бархатную тряпочку, лежало лучшее в мире зеркало для попугаев.

Дусик был в неописуемом восторге. Ещё бы! Ведь в этом замечательном зеркале, сделанном рабочими местной фабрики, отражался не один, а сразу два попугая Дусика. Причём, один из них был зелёный, а другой – синий!

Потерявшееся терпение

Конец февраля выдался снежным и пасмурным. День за днём зима насылала на город злые снежные бураны и колючие вьюги. Бураны любили налетать громко и шумно, а хитрые вьюги выжидали, когда наступит затишье, чтобы застать врасплох растерявшихся горожан.

Когда тихий час в стены детского садика заколотила очередная незваная гостья–вьюга, фея Вея заметила, что вокруг происходит неладное.

Сначала она услышала, как медсестра Мария Петровна громко пожаловалась повару тёте Любе:

– Ужасно надоела холодная погода. Когда же придёт весна? Я потеряла всяческое терпение.

– Да, да, – подтвердила повариха, – моё терпение тоже на исходе.

Дворник у входа, стряхнув снег с веника, сердито пробурчал в ответ:

– Моё терпение истощено до предела.

Проходившая мимо по коридору заведующая остановилась, грустно посмотрела за окно и заявила:

– Ну, всё! Моё терпение лопнуло! Весна бродит неизвестно где, а на носу первое марта!

Сидевшая на плече у медсестры фея Вея прищурила глаза, внимательно посмотрев на нос заведующей в надежде отыскать там первое марта, но не заметила там ничего примечательного.

На всякий случай, чтоб заведующая не расстраивалась, она нарисовала у неё на носу цифру один и задумалась, загибая прозрачные пальчики:

– Терпение Марии Петровны потерялось, терпение поварихи тёти Любы на исходе, терпение дворника истощено до предела, а терпение заведующей вообще лопнуло! – она с ужасом представила, как раздувшееся словно воздушный шар терпение заведующей лопается с оглушительным грохотом, засыпая пол неаккуратными ошмётками, и прижала руки к щекам. – Ой, ой, ой, что же будет, если в детском саду ни у кого не останется терпения!? Необходимо срочно разыскать весну и вернуть терпение назад. Вот только заведующей, наверно, придётся добывать новое терпение. Ведь всем известно, что лопнувшее склеить уже невозможно. Придётся посоветоваться с Дусиком. Может всезнающий попугай подскажет верное решение?

Торопливо перекувырнувшись в воздухе, Вея на всех парусах понеслась в старшую группу.

– Дусик, Дусик, ты должен помочь мне разыскать весну!

Дусик нехотя оторвался от своих двух отражений в зеркальце и рассеянно сказал:

– А, это ты, Вея? Как думаешь, какой хохолок мне больше идёт, синий или зелёный?

– Зелёный, – наугад ответила фея, чтобы отвлечь попугая от созерцания своего образа.

– Зелёный? – удивился Дусик, – а мне кажется – синий. – Он снова припал к зеркалу, и упоённо закатил глаза, – Дусик хороший, Дусик хороший.

Фея пролезла в клетку и дёрнула его за крыло:

– Ты слушаешь меня, или нет?

– Слушаю, – исправился попугай, бросая своё занятие и переменив тон на деловой. – Чем могу быть полезен?

– Можешь, – таинственно округлив глаза, сказала маленькая фея, – у нас в детском саду стало пропадать терпение. Если мы не разыщем весну – быть большим неприятностям.

Долго думать попугай не стал, а назидательно сощурил глазки и важно изрёк:

– Если б ты была не бумажной феей, а великолепным зелёным попугаем, то знала бы, что весну всегда приносят птицы. Недавно воспитательница читала детям стихи, и там было написано:

«Травка зеленеет, солнышко блестит,

Ласточка с весною в сени к нам летит».

– А ещё я знаю песенку про весну.

Дусик три раза подпрыгнул, выкатил грудь и хрипло затянул:

«Грачи прилетели, грачи прилетели,

На крыльях весну принесли».

– Спасибо тебе умный попугай! – захлопала в ладошки фея Вея, – ты надоумил меня, что надо делать.

Она стремглав подлетела к воспитательнице и с размаху щёлкнула её по плечу волшебной палочкой. Воспитательница остановилась, поправила очки, серьёзно обведя глазами ребят, усаживающихся на занятие по лепке, и сказала:

– Дети, давайте отложим пластилин в сторону. Сегодня у нас будет совсем другое занятие.

Оригами

Воспитательница раздала детям листы бумаги и цветные карандаши, дождалась, когда за столиками воцариться тишина и начала рассказывать:

– Давным-давно, в далёкой стране Японии родилось необычное искусство, которому может научиться каждый человек. Для того, чтобы овладеть им, нужно иметь всего-навсего листочек бумаги. Называется это искусство «оригами», что по-японски означает «сложенная бумага». Перегибая бумагу разными способами, мастера оригами могут изобразить всё, что угодно: цветы, деревья, насекомых, зверей и птиц. И сегодня мы с вами будем учиться делать необыкновенных птиц. Необыкновенных потому, что когда выйдем на прогулку, мы отправим их в странствие и попросим разыскать красавицу-весну, заблудившуюся по дороге.

– А как весна узнает про нас? – спросила Оля.

– А вот как, – улыбнулась воспитательница, – на каждой своей птичке вы нарисуете знак весны, чтобы она сразу поняла, с каким нетерпением ждёт её наш детский сад.

– Ура! – закричали дети, – давайте скорее делать волшебных птиц! Попросим весну поторопиться!

– Вот и отлично, – подвела итог воспитательница, принимаясь объяснять, как правильно мастерить прочных и красивых птичек.

Не прошло и получаса, как на каждом столике сидело по четыре великолепных бумажных птахи.

Людочка нарисовала на своей птичке цветочек, Леночка – ручеёк, Оля – веточку дерева с листочками, а Серёжа с Ваней решили нарисовать весне по танку с красной звездой на боку. Вдруг ей захочется поехать к детям именно на танке?

– А я не буду рисовать танк, – сказал друзьям Серёжа, – я нарисую бутылку кваса, потому что весной моя мама всегда делает окрошку.

Танюша задумалась и тихо сообщила:

– Тогда я нарисую лопатку. Ведь весной надо копать землю и сажать огород.

– А я – скворечник!

– А я – резиновые сапожки! – сыпались предложения со всех сторон.

Ребята так увлеклись изготовлением поделок, что не обратили внимания на прижавшееся к оконному стеклу чьё-то сердитое лицо с белыми бровями и длинными–предлинными белыми волосами, похожими на снежную паутину.

Заметила незнакомку только фея Вея. Заметила и испугалась, потому что успела прекрасно узнать злой нрав колючей метели и её недобрые забавы.

–У-у-у-у-у, противные дети, – провыла метель, тряся прядями волос, которые тут же опутали пеленой весь детский сад, – я вижу, они делают посланцев к весне! Не бывать этому! Теперь я разбушуюсь не на шутку!

Она подняла вверх ледяные руки, бросая в окна стрелы-сосульки, и с негодованием крича:

– Никогда дети не смогут выпустить этих гадких птиц, потому что в такую метель все прогулки отменяются!

С досады фея Вея чуть не заплакала. Ведь если ребята не пошлют птиц разыскать весну, терпение лопнет не только у заведующей, но и у всех людей в городе! Это будет катастрофа.

Фея снова метнулась к попугаю:

– Дусик, выручай! Подскажи, как прогнать отсюда метель, чтобы дети смогли выйти на прогулку!

Дусик задумчиво клюнул зернышко, почистил пёрышки на ноге и снисходительно изрёк:

– Какие же вы, маленькие феи, несообразительные!

Он постучал коготками по зеркальцу, хитро подмигнув в его глубину:

– Позови на помощь солнечных зайчиков.

От такого умного предложения у феи Веи даже дух захватило!

Конечно, надо попросить солнечных зайчиков забросать метель своими лучиками–солнышками. Наверняка ей это совсем не понравится.

Фея вытащила палочку, поцеловала звёздочку на конце и взмыла вверх под самый потолок, весело проверещав:

– Солнечные зайки, ну-ка соберите свои лучики в пучок! Прогоните прочь зловредную метель!

Сквозь снежную круговерть малышка выглянула в окно, увидев, как идущие по улице женщины и девушки словно по команде резко остановились и принялись копаться в своих сумочках.

Одна за другой, они доставали оттуда маленькие зеркала и круглые пудреницы, ловя в них редкие отблески солнца, укрытого снеговыми тучами.

Было заметно, что сначала прохожим никак не удавалось поймать золотые искорки. Но вот заблестело одно зеркальце, за ним ещё одно, ещё одно… Вскоре вся улица была залита весёлыми бликами, сливавшимися в яркий огненный круг.

– Ой, погибаю! – раздалось завывание метели, с каждой минутой становившейся всё тише и тише.

– Победа! – запрыгала на одной ножке фея Вея. – Скоро-скоро наши птички долетят до весны и поторопят её приход!

Так и случилось.

Утром фея Вея заметила, как с окон дома напротив стали звонко отваливаться сосульки, а около крыльца детского сада разлилась большая голубая лужа, через которую детям и родителям пришлось перепрыгивать.

Но никто из них не хмурился и не ругал дворника. Наоборот, все улыбались и говорили, что наконец-то пришла настоящая весна!

Глупая ссора

С наступлением первых весенних дней дел у феи Веи прибавилось. Теперь она не сидела в группах день-деньской, зорко наблюдая за порядком, а прихватив с собой нарисованный зонтик из книжки раскрасок, вылетала с ребятами на прогулку. На улице было столько нового и интересного, что дух захватывало!

Юная весна во дворе детского садика веселилась от души: она звенела капелью с сосулек, шутя лопала почки на деревьях и, главное, она разослала во все стороны быстрые ручейки, в которых было так приятно возиться, когда не видит воспитательница.

Саша Павлов именно так и делал. Прокопав во влажном песке глубокую канавку, он умело пустил туда воду из тающего сугроба, постаравшись, чтоб она текла за раскидистый куст сирени. Правда, куст был без листиков, но Саша любил это укромное местечко, куда редко забегали посторонние дети, и почти никогда не заглядывала воспитательница.

С сомнением оглядев свои прогулочные брючки, Саша махнул рукой и решительно опустился на колени: чего беречь одежду, если она равно испачкается к концу прогулки, а ему надо успеть запустить чудесный бумажный кораблик, сделанный с папой накануне вечером.

«Я назову кораблик «Смелый», – думал мальчик, помогая своему судёнышку лавировать по крутым изгибам ручейка. – Сначала он поплывёт по моему ручейку, а потом попадёт в огромное море».

– Плыви «Смелый», – шёпотом приговаривал Саша, – у тебя на борту опытный капитан и много-много пушек, чтоб отстреливаться от злых пиратов. А когда ты доплывёшь до моря, не забудь, что твой путь лежит на необитаемый остров, где живут зелёные обезьяны. Твоя команда должна поймать их и привезти в наш детский сад.

Зачем в детском саду зелёные обезьяны, мальчик не знал, но ему казалось, что друзьям очень понравится, если парочка шустрых мартышек вдруг поселится в их группе и научит детей корчить забавные рожи и лазать по занавескам.

«Смелый» послушно плыл указанным фарватером, иногда загребая бортом воду, когда прямо перед ним появился ещё один кораблик, опущенный в ручеёк мальчиком Колей.

– Это мой ручеёк, – сказал Саша, – я его первый увидел. Уходи, Колька.

– Нет, мой, – насупился Коля, – он течёт из сугроба, который я зимой накопал.

– Мой! – постарался оттолкнуть Колю Саша.

Коля в долгу не остался: он показал язык и попытался перекрыть ручеёк лопаткой:

– Мой. Мой, мой.

– Вечно, ты, Колька, лезешь куда не надо! – раскрасневшись от обиды закричал Саша, сжимая кулаки. Ты знаешь кто?

– Ну, кто? Скажи, кто? – подзадорил его Коля.

«Безобразие! – глядя на глупую перепалку возмутилась маленькая фея. – Такие большие мальчики, а ссорятся из-за ерунды. Да, того и гляди, наговорят друг другу всяких гадостей».

С осуждением покачав головкой, Вея достала волшебную палочку, направив её кончик прямо на двух спорщиков:

– Пусть мальчики вместо плохих слов, могут говорить только хорошие.

Она довольно хихикнула, перелетела на сиреневый куст, с интересом прислушиваясь к Саше и Коле.

– Ты, ты, – кричал Коле Саша, – ты… умный.

Он на секунду замолчал, не веря своим ушам, снова набычился и приготовился выкрикнуть дразнилку: «плакса-вакса, гуталин, на носу горячий блин». Но вместо этого из его рта вылетели неожиданные звуки:

– Хохотушка-веселушка на носу лежит ватрушка.

«Ой, что я говорю! – Саша зажал рот руками, на ходу придумывая, что бы ещё сказать. Он вспомнил дразнилку, которую пели девочки на даче, надумав чуть её переделать в «Колька-Колька колбаса, на верёвочке оса».

Набрав полную грудь воздуха, он по-петушиному подскочил к противнику, нарочно повысив голос, чтоб слышали другие ребята:

– Коля, Коленька-дружок, на верёвочке флажок!

Запрокинув голову, Коля засмеялся и хлопнул Сашу по плечу:

– Я всегда знал, что ты настоящий друг. Давай будем вместе пускать кораблики. Вдвоём всегда интереснее играть, а кораблям безопаснее плыть в открытом море. Мир?

– Мир, – подтвердил Саша, подцепляя мизинцем мизинец Коли. – Мири-мири навсегда, кто поссорится – свинья.

И, немного подумав, добавил:

– Знаешь, я сегодня понял, что добрые слова всегда лучше злых.

– Правильно, Саша, – одобрила мальчика фея Вея.

Повернувшись к двум воробьям, купавшимся в луже, она назидательно сказала:

– Запомните, воробьи, что если захочешь чирикнуть другу глупость, или подразниться, то самое время закрыть клюв и хорошенько подумать.

Комарики на воздушном шарике

Хорошо весной – тепло, светло. Утром пригревает яркое солнышко, вечером над городом выплывает круглая луна, раскидывая по небу весёлые звёздочки.

И вот однажды, перед восходом солнца, ветер принёс из дальнего леса ярко-красный воздушный шар.

– Смотри, смотри, какой красивый шарик летит по небу! – сказала фея Вея попугаю Дусику. – Кажется, что он приземляется на наш детский сад.

Малышка очень обрадовалась такому необычайному событию и, конечно, никак не могла предположить, что на этом самом шарике в детский сад прилетели комарики.

Они появились на свет совсем недавно в огромном сыром болоте посреди лесной чащобы и сразу решили, что ни за что не останутся жить среди глупых квакушек и молчаливых пиявок.

– На этом противном болоте не с кем и словом перекинуться, – заявила старшая сестра только что вылупившимся из личинок братишкам и сестрёнкам, – я не я буду, если не переселюсь жить в большой красивый город.

– А там есть еда? – пискнул самый прожорливый комарик.

Комариха мечтательно закатила глаза и прошептала:

– Подружки мухи рассказывают, что во всех городах полным-полно еды. Причём отменной. Прямо по улицам любят гулять очень вкусные дети с тонкой, чистой кожицей. Это вам не волосатый медведь или повалявшийся в грязи кабан!

– Интересно, как выглядят эти дети? – зашевелились комарики, вопросительно глядя на старшую сестрицу.

Она чуть задумалась и, воинственно выставив вперёд хоботок, уверенно пояснила:

– Дети – это такие крупные существа с белым питательным туловищем. Но вот имеют ли дети лапы и хвост, я не знаю. Может, они ползают, как черви…? Муха не говорила. Удачно, если у детей нет хвоста, чтобы отмахиваться от насекомых. А то я вчера пыталась укусить корову и чуть не погибла. Да, бесхвостые дети с нежной тушкой – наверняка великолепное блюдо!

От такого предположения комарики приободрились, сбились в кучу и принялись обсуждать план действий, как наилучшим образом подобраться к такой вкуснятине, как маленькие детки.

Пока они совещались, пронзительно пища своими тонкими крылышками, мимо плавно пролетал красный воздушный шар. Его подарили на день рождения девочке Оле и она, загадав желание, выпустила его в синее небо.

Желание сразу сбылось, потому что Оля загадала порцию мороженого и получила его, а на выпущенный шарик уселись комары, радостно пропищав болотным лягушкам последнее «прощай».

Сильный порыв ветра вознёс шарик над рощей, пронёс через лес и плавно опустил на подоконник того окна, где пристроилась фея Вея. Увидев малышку, комарики почувствовали острый голод и встрепенулись, разглядывая прозрачную незнакомку. Но через секунду разочарованно принялись водить хоботками из стороны в сторону, громко возмущаясь, какая она тощая и бледная.

– Тут даже укусить не за что! – зазудел самый прожорливый комар, оборачиваясь к сестре. – Разве о таких детях мы мечтали?

Фея удивлённо подняла бровки, глядя на незваных гостей, но всё же вежливо произнесла:

– Доброе утро! Вы кто такие и откуда к нам прибыли?

– Как, кто такие? – хором запищали комары. – Мы комары-комарики на воздушном шарике. Прилетели в город, чтобы как следует перекусить. Покажи нам скорее, где тут у вас много-много вкусных детей и расскажи, вырос ли у них хвост, и с какого бока ты их кусаешь?

От такого вопроса бедная фея чуть не упала в обморок.

– Как это я кусаю детей?

– Неужели целиком глотаешь? – с уважением удивились комарики. – Ну, ты даёшь! А с виду такая маленькая.

– Вон они, дети, я их сразу узнала! – запищала вдруг главная комариха, взмывая к потолку и указывая на ворота, в которых показалась девочка Катя с маленьким братиком.

– Ура!

Комары строем рванулись в открытое окно, а фея Вея дрожащими руками принялась выпутывать из кармашка волшебную палочку. Она так волновалась, так спешила её достать, что пальчики совершенно перестали слушаться, вместо палочки всё время доставая что-то другое: то носовой платочек, то бусинку, то шёлковую ниточку. С трудом выудив палочку, она крепко сжала её в кулачке, закричав вслед летучим разбойникам:

– Палочка-выручалочка, поскорее преврати комаров в пушинки!

Сетрёнка Катя внезапно остановилась и принялась отряхивать голову братишки от налетевшего на неё лёгкого белого пуха.

– И откуда столько пушинок? – удивилась девочка, не слыша, как с окна на втором этаже, звонко разнеслась победная песенка маленькой феи.

Потерянное время

Все дети и родители знают, что подготовительная группа в детском саду – самая важная. Ребята ходят туда не только играть и гулять, но и готовиться к школе, ведь первого сентября они превратятся в школьников!

Вечером лягут спать ещё дошкольниками, а когда маленькая стрелка часов дойдёт до цифры «двенадцать», сами собой станут первоклассниками.

Но для того, чтобы это понять, надо изучать время.

– Ребята, – сказала на занятии воспитательница, повесив на доску картонный круг с цифрами и стрелками, – перед вами часовой циферблат. Сегодня мы с вами научимся определять время и узнаем, какие были часы в далёкой древности.

Воспитательница достала из шкафчика толстую свечку с делениями и показала ребятам:

– Как вы думаете, что это?

– Свечка! – закричали дети. – Мы зажигали такую на даче, когда в грозу отключали электричество.

– Правильно, свечка, – сказала воспитательница, – но не простая свечка, а свечка-часы. Видите, на ней нанесены деления и написаны цифры?

Иногда в старину так определяли время. Каждое деление горело ровно один час. Значит, если свеча стала короче на три деления, то прошло три часа.

Ещё люди придумали солнечные часы, песочные часы и даже водяные часы, представлявшие собой кувшин, из которого по каплям вытекала вода. Но только тогда, когда мастера догадались сделать колесо с зубцами, появились современные часы.

Первые часы горожане стали устанавливать на башнях церквей, чтобы не пропускать время молитвы, потом господа побогаче, захотели иметь часы в своих замках, и только к нашему веку часы стали самой обыкновенной вещью, без которой не может обойтись ни один человек.

Воспитатель указала на круглые настенные часы, громко отсчитывающие время:

– Посмотрите на наши часы, они помогают людям правильно установить распорядок дня. Без них мы бы не догадались, когда нам кушать, а когда идти на прогулку.

«Надо же, какая, оказывается, интереснейшая вещь часы! – подумала фея Вея, внимательно слушавшая воспитательницу вместе со всеми детьми. – А я думала, они в группе просто так висят, для красоты!».

Она подлетела к часам и принялась кружить вокруг них в весёлом водовороте.

– Влево – вправо, влево – вправо, – приговаривала озорница, совершенно не замечая, что её волшебная палочка случайно задела стрелки на циферблате, и они стали двигаться в другую сторону.

Так в детском саду номер шестьдесят семь время пошло вспять.

Воспитательница закончила занятие, посмотрела на часы и удивлённо отметила:

– Странно, наши занятия начинаются в девять часов, а сейчас только полдевятого, неужели я перепутала время? Ну, ничего, значит у нас появилось время для лепки.

Она усадила детей лепить дымковскую игрушку, а сама села разводить краски.

Белила в одну баночку – ими ребята покроют всю игрушку с головы до ног.

В отдельные баночки – жёлтую, синюю и зелёные краски – ими раскрасят фигурки, когда они подсохнут.

В тишине время летело незаметно.

Воспитательница отставила краски, посмотрела на часы, потом на детей, потом снова на часы и удивлённо сказала:

– Ребята, похоже, что нам пора делать зарядку.

– Как зарядку? – удивились девочки, – мы же уже делали?

– Ура, зарядка! – закричали мальчики, быстро построившись в колонну по одному.

Воспитательница тревожно глянула за окно на разгорающееся яркое солнце и начала показывать упражнения:

– Руки на пояс, ноги на ширине плеч, делаем наклоны вперёд. Раз – два, три –четыре.

Ребята послушно повторяли задание до тех пор, пока стрелка часов опустилась к цифре восемь.

– Пора завтракать, – объявила воспитательница.

– А мы хотим обедать, – заныли ребята.

– Ничего не знаю. На часах ровно восемь утра, мы идём на завтрак.

Она построила детей парами и повела в столовую, где уже метались растрёпанные повара, раскладывая по тарелкам остатки давно остывшей каши.

Ребята приуныли:

– Мы не хотим кашу, мы хотим суп и пюре с котлеткой.

– Какое пюре? – возмутилась повар тётя Люба. – Вы посмотрите на часы: ровно восемь, минута в минуту – пора завтракать. Хотя, если честно, – шепнула она воспитательнице, – я не понимаю, как произошло, что у нас в один день получается два завтрака и ни одного обеда. А уж про ужин я и подумать боюсь.

– Я сошла с ума, – заявила медсестра Мария Петровна, прибежав к детям подготовительной группы, вяло ковырявшими ложками в тарелках. – Вы только представьте: в восемь часов утра измерила температуру Вале Курочкиной, а сейчас, похоже, придётся снова ставить градусник.

Она измерила Вале температуру, что-то записала в своём блокноте, и убежала, чуть не столкнувшись в дверях с растерянной заведующей.

В руках заведующая держала круглый будильник, поблескивающий в ярком дневном свете.

– Не понимаю, что творится в нашем детском саду, и почему родители привели детей в такую рань. В это время им пора только вставать с кровати.

Она высоко подняла руку с часами, показывая всем, как часовая стрелка медленно подползает к семичасовой отметке.

– Всем воспитателям необходимо немедленно обзвонить родителей по телефону и выяснить, почему дети находятся в детском саду и не ночевали дома.

Услышав грозные слова, дети заволновались, тревожно переглядываясь:

– Но мы ночевали дома, – закричал Миша, – правда, Катя? – Обратился он к соседке по столу.

– Дома! Дома! – замахала руками Катюшка, – я встала ровно в семь утра.

– Ты не могла подняться в семь утра, потому что семь утра только сейчас!

Катя надула губу, обвела глазами притихших друзей и часто-часто заморгала, собираясь заплакать. Она бы так и сделала, если бы фея Вея, не догадалась, что это она напутала время в детском саду. Стукнув волшебной палочкой по настенным часам, она заставила стрелки перескочить на своё место. Раздался звон и все часы дружно показали одиннадцать часов утра. Пора на прогулку.

Заведующая, воспитатели, повара и медсестра Мария Петровна недоумённо развели руками. Но, впрочем, они постепенно привыкали ничему не удивляться.

Зато дети были несказанно рады погулять на улице, а вместо остывшей каши получить наваристый суп с морковным пюре и свежей котлеткой.

Средние неприятности

Все в люди знают, что в жизни случаются неприятности. Иногда они крупные, иногда мелкие, а в средней группе детского сада, где жила фея Вея, произошли неприятности средние: перед уходом с работы, няня случайно высыпала все пазлы в одну коробку.

Высыпала и ушла, а перемешанные кусочки картинок остались лежать в куче и принялись потихоньку ссориться.

Первым возмутился пазл с головой Красной Шапочки:

– Я не хочу, чтоб у меня было туловище от репки, руки от серого волка, а вместо ног хвост от крокодила.

– Не знаю, чем тебе не понравился мой хвост? – обиделся зелёный крокодил, одновременно пытаясь разыскать свои лапы. – Не нравится мой хвост, так выбери себе другой.

Он шевельнулся и приставил Красной Шапочке аккуратный заячий хвостик с чёрным пятнышком на конце.

– Верни мой хвост, – заверещал пазл с зайцем. – Кто тебе дал право распоряжаться чужими хвостиками? Вон, дай лучше Красной Шапочке лисий хвост. Он никому не нужный валяется.

– Как это, никому не нужный? – вступил в разговор пазл с лисой. – Очень даже нужный.

Лиса вставила пазл на положенное место и, довольная, облизнулась.

– Тебе бы, заяц, вообще лучше помалкивать.

Она искоса взглянула на Красную Шапочку, которая загребая волчьей лапой пыталась приладить себе пышную юбку Снежной Королевы.

В коробке раздался тихий шелест – это затарахтел пропеллер Карлсона.

– Осторожнее, Карлсон, ты сейчас разбросаешь во все стороны мои лапы, –предупредил озорника серый волк.

– Пустяки, дело житейское, – пробурчал Карлсон, но пропеллер всё-же выключил.

На миг воцарилась тишина, прерванная голосом Бабы Яги. Старушка была недовольна тем, что к её ступе пристроилась головка уточки с розовым бантиком.

– Пазлы, пазлы, давайте не будем спорить, – принялась уговаривать недовольные картинки бабушка Красной Шапочки, – потерпите до утра, придут ребята и разберут нас как надо.

– Хорошо тебе, бабуля, рассуждать, – взвился серый волк, отдирая от своего бока прицепившийся ботинок Карлсона, – попробовала бы полежать ночку с заячьей лапой в носу, тогда бы узнала!

Несмотря на невежливые слова волка, умная бабушка совсем не обиделась. Она немного подумала и предложила:

– Давайте позовём фею Вею, пусть она сложит нас правильно, и все будут довольны.

– Ура, бабуле! – радостно выкрикнула Красная Шапочка.

– Ура! – подхватили лиса с зайцем, а Карлсон в знак одобрения три раза включил и выключил пропеллер.

Пазлы немного повозились, располагаясь в коробке поудобнее, и дружно зашелестели, так громко, как могли:

– Фея Вея, ау!!!

Но фея их не слышала. В это время она сидела в клетке у попугая Дусика и беседовала с ним о скверном поведении аквариумных рыбок, которые сегодня не поздоровались с улиткой Улей.

Охрипнув и выбившись из сил, пазлы рассыпались по дну коробки, приготовившись страдать до самого утра. Не отчаялась только предприимчивая лисичка, ухитрившаяся собрать всю свою картинку.

–Так и быть, помогу вам, проберусь к фее Вее, если Баба Яга пустит меня к себе переночевать, – умильно проговорила лиса, поглядывая на носатую старушку с помелом наперевес, – очень уж нравится мне избушка на курьих ножках!

Приободрившись, пазлы принялись уговаривать Бабу Ягу ненадолго приютить лисичку-сестричку.

Но Баба Яга была непреклонна:

– Вы что? Не помните сказку про избушку лубяную и ледяную? Я не хочу, чтоб меня лиса так же, как косого из дома выжила. Да ещё, чего доброго, курьей ножкой от моей избушки закусит!

– Эх, дело житейское! – вдруг воскликнул пазл с Карлсоном и, поднатужившись, взлетел вверх на полусобранном пропеллере.

– Фея Вея, – издалека услышали другие пазлы, как он звал малышку на помощь, потом всё стихло, и раздался скрипучий голос Дусика:

– Вея, смотри, ко мне в кормушку упал кусочек картона, пожалуй, я его склюю.

– Ну, всё. Пазлик с Карлсоном можно выбрасывать, – ехидно сказала лисица, – надо было меня слушать.

Не успела она договорить, как по всей комнате разлетелся звонкий голосишко феи:

– Нет, нет, Дусик, это не просто картонка, это пазл с частью картинки. Я отнесу его на место.

Принесённый феиной рукой, Карлсон плавно опустился в коробку, куда тут же свесилось любопытное личико феи:

– Что здесь происходит? Э, да я вижу, у пазлов неприятности!

Она махнула палочкой, пазлы взлетели вверх, кружась как осенние листья на ветру, и точно сложились в красочные картинки, где всё было на своём месте:

Красная Шапочка шла к бабушке, серый волк подглядывал из-за куста, а отважный Карлсон весело парил над крышами города Стокгольма.

Мешок с капризами

Начиная с осени около детского сада кипела стройка: скрипели подъемные краны, грохотали молотки и тарахтели тяжёлые грузовики. Новый дом быстро подрастал, словно гриб-боровик в дождливый денек.

И вот однажды весной к чистеньким парадным стали подъезжать машины, нагруженные мебелью, а в дом потянулись новосёлы. Люди деловито распоряжались вещами, указывали друг другу на свои окна, непринуждённо знакомились и, глядя на весёлые лица, фея Вея понимала, что жильцы очень рады переехать в красивые и просторные квартиры.

Только одна девочка, выпрыгнувшая из светлого автомобиля, кривила рожицу:

– Не хочу! Не буду! Мне не нравится! Сама делай! – слышался сквозь оконное стекло окно её недовольный голос.

«Такая симпатичная девочка, а такая капризная», – подумала маленькая фея, глядя на круглые бровки над чёрными глазами и сжатый в горошинку маленький рот.

– Оксаночка, внученька, помоги бабушке, – уговаривала её мама, указывая на старушку, заносившую в дом ящик с игрушками.

– Кто их в машину клал, пусть тот и выносит, – отвечала Оксана, отворачиваясь от мамы.

– Оксана, посиди минутку на лавочке, – просил папа, – позволь нам разгрузить вещи.

Оксана надувала щёки, опускала голову и начинала возить кулачками вокруг глаз:

– Я есть хочу.

– У меня приготовлен супчик, сейчас я тебе разогрею, – говорила бабушка.

– Не хочу суп, – гудела внучка, – хочу жареную картошку с фрикадельками, а потом мороженое.

До самого вечера фея наблюдала за привередливой Оксаной, а потом махнула рукой и пошла спать в свою кроватку.

Вее снился очень сладкий сон про шоколадную страну, и она даже не предполагала, что в новой квартире девочки Оксаны происходило нечто необычное.

Когда в очередной раз внучка отодвинула от себя тарелку с едой, заканючив, что она хочет есть пирожное с кремом, бабушка не выдержала.

– Вот что я сделаю, дорогие мои, – заявила она семье. – Не хочу я переселяться в новую квартиру со старыми капризами. Поэтому сейчас я обойду все углы, соберу в мешок Оксанкины капризы и выброшу их на улицу. Пусть их медведь в лес унесёт.

Сказано – сделано. Мама, папа и бабушка принялись бегать по всей квартире, хватать капризы в кулаки и бросать в прочный жёлтый мешок из-под игрушек с надписью «Детский мир».

Хотя капризы были ловкие и юркие, папа, мама и бабушка тоже не зевали. Очень уж им надоело ежедневно ссориться с Оксанкой. Мешок быстро пополнялся, и когда папа выудил из шкафа последний каприз, его торжественно положили в тугой баул и крепко-накрепко перевязали верёвкой.

– Ну, всё! – провозгласил довольный папа, утирая пот со лба. – Надеюсь, что теперь мы заживём мирно и дружно.

Он грозно глянул на съежившуюся на стуле Оксанку и покачал головой.

– Ну а ты, дочка, так и знай: принесёшь домой ещё один, хоть самый маленький капризик – будешь разбираться с ним сама. Поняла?

– Поняла, папочка, – пролепетала Оксанка, убегая в свою комнату. Там она спешно рассадила кукол по местам, на всякий случай погрозила пальцем плюшевому мишке, и объявила:

– Запомните, куклы, больше – никаких капризов. Понятно?

Куклы промолчали, и довольная Оксанка пошла смотреть по телевизору «Спокойной ночи малыши».

А мешок бабушка отнесла на улицу и поставила около помойки.

Приключения старого мешка

Мешок с капризами стоял на помойке, привалившись боком к ржавому бачку, и свежий ветерок трепал завязанную на горловине верёвку, то и дело взмётывая вверх туго затянутые концы.

– Котята, котята, посмотрите, какая хорошая игрушка, – мяукнул сестрёнке и братишке серый полосатый котёнок с белой грудкой, – айда играть и баловаться.

– Айда, – невесело согласилась маленькая чёрненькая сестрёнка, – может быть, в мешке найдётся шкурка от колбаски или кусочек сыра? Мы ведь ничего не ели со вчерашнего дня.

– Вам, девчонкам, только бы есть, – пискнул третий котёнок, похожий на разноцветный клубок шерсти, – я тоже голодный, но поиграть всегда готов. К тому же, я недавно перекусил сухой корочкой хлеба.

Котята подпрыгнули и, помогая друг другу, вылезли из подвала, где жили вместе с мамой-кошкой. Позавчера она ушла гулять и больше не вернулась, посчитав, что её дети уже вполне самостоятельные и могут сами найти себе пропитание. Хотя маленькие лапки разъезжались в разные стороны, а хвостики дрожали от усердия, котята были настроены очень решительно.

– Ты кто? – спросил у мешка с капризами первый котёнок, подтолкнув его носиком.

Пакет покачнулся, но устоял.

– Давайте его разорвём, – предложил второй братец, с разбегу прыгнув на скрипящий под коготками полиэтилен.

Он схватил концы верёвочки и принялся раскачивать их из стороны в сторону, то и дело запутываясь в длинных концах завязки.

Сестрёнка играть не стала, а обошла пакет со всех сторон, втягивая носиком прохладный весенний воздух.

– Там не пахнет никакой едой, – жалобно мяукнула она и отошла в сторону.

– Нет-нет, – попытался убедить её полосатый брат, – в таком большом и толстом пакете наверняка найдётся что-нибудь вкусное! Мама рассказывала, что на помойках всегда полно еды, а это и есть самая настоящая помойка.

Склонив на бок головку с взъерошенной шёрсткой, кошечка немного подумала и стала помогать цапать верёвочку завязки.

Весёлое занятие пришлось котятам по душе, они забыли про голод, терзающий их тощие животики, и так завозились, что упустили момент, когда над их головами затопали большие ноги и зазвучали людские голоса.

Мама-кошка учила, что в таких случаях надо срочно прятаться, но было уже поздно.

– Девочки, смотрите, какие хорошенькие котята, – услышали малыши человеческую речь, – котят трое и нас трое. Давайте, возьмём себе по котёночку.

Котята увидели, как перед ними опустилась на корточки высокая девочка в голубых джинсах и красной куртке. Одним пальцем она погладила между ушек робкую кошечку и спросила:

– Пойдёшь ко мне жить?

– Мяу, – ответила сестрёнка, оглянувшись на братиков, которых уже подхватывали ласковые руки других девочек.

Братики доверчиво прыгали в подставленные ладони, сразу признавая новых хозяев.

– Возьмите и нас, возьмите и нас, – забубнили капризы в мешке, – мы тоже хотим найти приют. Ух, мы и развернёмся. Всех закапризим!

Но старались капризы впустую, потому что девочки-подружки поспешили домой кормить своих новых питомцев.

Капризы немного пошуршали в мешке и снова затихли.

– К кому бы прицепиться? – гадали они, совещаясь между собой. – Как привольно нам жилось у Оксанки, а теперь стой тут на холоде, да жди, что тебя и правда медведь в лес унесёт. Кому в лесу капризничать, волкам что ли?

Капризные размышления прервал сильный удар лапой, и грубый голос прорычал:

–Р-р-р-р-р, признавайся, пакет, ты зачем здесь стоишь? Я – дрессированный пёс, и должен отнести тебя своему хозяину.

Пёс схватил зубами пакет и поволок по дороге.

– Марс, фу, – прозвучала вдалеке громкая команда собаковода.

Марс разжал зубы, и пакет брякнулся на землю неподалёку от ворот детского сада.

Крупные неприятности

Мальчик Богдан из подготовительной группы был необыкновенно хозяйственным ребёнком. Он ни за что в жизни не прошёл бы мимо брошенной игрушки, не положив её на место. Рано утром, проснувшись, он первым делом чистил зубы и аккуратно ставил в стаканчик свою зубную щётку так, чтобы она располагалась ровно посередине стаканчика, не отклоняясь ни в одну сторону. Потом он тщательно развешивал скомканные мамой полотенца и шёл одеваться.

Костюмчик на нём всегда сидел, как с иголочки: рубашка застёгнута на все пуговки, чистые брючки подпоясаны настоящим ремешком с пряжкой, а белые кроссовки без единого пятнышка.

Так случилось, что именно Богдан проходил в то утро мимо мешка с капризами.

– Странно, очень странно, совсем новый мешок, наверное, его кто-то потерял – сказал Богдан, глядя на жёлтый пакет с затаившимися капризами.

– Похоже, – согласилась мама.

Богдан призадумался:

– Воспитательница нам говорила, что брошенные мешки трогать нельзя, а надо сразу вызывать милицию.

Мама снова согласилась с сыном и уже достала мобильный телефон, но тут Богдан вспомнил как девочка Женя из его группы вчера жаловалась, что потеряла спортивную форму.

– Знаешь мама, – сказал мальчик, – мне кажется, что это Женина спортивная форма. Она тоже лежала в жёлтом мешке с надписью «Детский мир».

Богдан решительно поднял пакет и понёс его в детский сад. Вот Женя обрадуется!

Женя, действительно, очень обрадовалась. Так обрадовалась, что звонко чмокнула Богдана в щёку.

Она бодро развязала мешок, сунула туда руку…

Дальше в детском саду началось невообразимое: из мешка вывалились капризы и немедленно расползлись по всему детскому саду.

Их было так много, что досталось каждому ребёнку без исключения.

Крупные капризы цеплялись к ребятам из старшей и подготовительной группы, а мелкие капризики как пиявки впивались в малышей из яселек. Один небольшой, но вредный каприз по имени «всё не так» даже ухитрился забраться под крыло к попугаю Дусику!

– Всё не так! Всё не так! – заверещал попугай, переворачивая свою поилку с водой. – Эта вода пахнет мышами. Дайте мне другую!

От его громкого крика фея Вея выскочила из кроватки и протёрла кулачками глаза:

– Дусик? Что случилось?

– Не так ты, Вея, со мной здороваешься, – не унимался попугай, щёлкая клювом, – я люблю, когда со мной по-другому обращаются! Ты должна подойти ко мне с поклоном и три раза подпрыгнуть!

Фея Вея пожала плечами, намереваясь подлететь поближе и выяснить, какая муха укусила Дусиика, как вдруг до её ушек донесся плач из яселек:

–А-а-а-а, хочу к маме, хочу к папе, хочу машинку. Хочу! Хочу! Хочу! – на все лады заливались слезами малыши, сидя на горшочках в туалете.

«Надо лететь туда», – рванулась в сторону двери фея, но остановилась на лету, заслышав невнятный гул в средней группе. Дети сидели за столами перед Светланой Михайловной и обиженно подвывали.

–У-у–уу, не хотим рисовать, – бубнили мальчики, – хотим лепить.

– У-у-у-у, не хотим лепить, – возражали им девочки, – хотим рисовать.

Что за безобразие? Вея уже подняла, было, свою волшебную палочку, но её сбила с ног воспитательница из старшей группы:

– Что делать? Что делать? – с порога закричала она Светлане Михайловне. – Все мои дети отказываются обедать.

– Все как один? – уточнила Светлана Михайловна, пытаясь одной рукой раздать мальчикам пластилин, а другой бумагу девочкам.

– Да. Все как один. Вместо супа они требуют, чтоб им по тарелкам разливали компот!

Воспитательницы посмотрели друг на друга и дружно уставились на дверь, в которой появилась воспитательница из подготовительной группы:

– Мои дети уверяют, что не будут спать в тихий час, – сообщила она. – А Богдан с Женей принялись ловить рыбок в аквариуме.

Чуть подумав, Светлана Михайловна поправила очки и уверенно шагнула к двери:

– Надо сообщить заведующей, что в нашем саду крупные неприятности.

«Это точно, – подумала маленькая фея, – и я тут совершенно бессильна. Конечно, я могу попросить волшебную палочку избавить от капризов парочку детей, но со всем детским садом она не справится».

Лекарство от капризов

В тихий час, который в этот день был необыкновенно громким от плача и шума, в кабинете заведующей собрались все воспитатели, медсестра Мария Петровна и фея Вея.

Чтобы быть в центре событий, малышка уселась на голову к заведующей и, как полководец за сражением, наблюдала оттуда за экстренным педсоветом.

Собрание начала заведующая.

– Мне ясно одно, – сказала она, в волнении взявшись рукой за сердце, – наши дети серьёзно больны. Ничем иным я не могу объяснить их капризное поведение.

– Да, да, именно больны, – подхватила воспитательница из старшей группы, – вы представляете, Женя Лукин посреди бела дня улёгся на воспитательский стол и заявил, что у него температура.

– Мои малыши тоже нездоровы, – покачала головой воспитательница из яселек. Плачут всё время.

Она достала носовой платок и громко засморкалась, украдкой смахивая слезинки с ресниц.

Взгляды всех присутствующих обратились на Марию Петровну.

Медсестра встала, нервно одёрнула халат и заявила:

– Когда я училась в медицинском училище, старый профессор рассказывал нам о подобном случае. Как сейчас припоминаю его лекцию. Она закатила глаза к потолку и мечтательно произнесла:

– Ох, я тогда была совсем молоденькой студенткой.

Заведующая постучала карандашом по столу, возвращая Марию Петровну к действительности.

–Ах, да, – спохватилась медсестра, – профессор советовал ставить капризулям очистительные клизмы.

От неожиданного предложения фея Вея встрепенулась на голове у заведующей, взбрыкнув прозрачными ножками. Ну и ну! Бедные дети!

Вея зажмурила глаза, представив, как Мария Петровна ходит по группам с огромной клизмой наперевес и ставит её всем детям подряд, заливая лекарством из огромной бочки на колёсиках.

Нет, нет! Необходимо придумать что-то другое. На то она и фея.

От усердия фея Вея даже покраснела.

– Думай, Вея, думай, – рассуждала она вслух, посматривая на полную решимости Марию Петровну, подсчитывающую, сколько клизм ей понадобится.

– Придумала!

Воодушевлённая светлой мыслью, Вея взлетела до потолка, перескочив на плечо к медсестре.

– Дорогая палочка, помоги! – Вея прошептала желание, проведя волшебной около самого уха Марии Петровны.

Та вздрогнула, отложила калькулятор и, радостно протягивая руки к воспитателям, воскликнула:

– Как же мне сразу не пришло в голову?! Конечно! Сейчас же еду в аптеку и покупаю детям новейшее средство – леденцы «Антикапризин».

Она послала всем воздушный поцелуй и умчалась, оставив после себя сладковатый запах витаминок.

Через час все дети в детском саду сосали леденцы с мятным вкусом, а успокоенные повара накрывал на стол, сервируя запоздавший полдник.

– Какая у вас в саду необыкновенная тишина, – хвалили своих чад родители, забирая их домой, – никаких капризов, никаких слёз.

– Да, чудесный детский садик с отличными педагогами, – обсуждали воспитателей бабушки, – и как хорошо их слушаются дети. Нам бы так научиться!

Усы для красы

Лиза Белова решила стать парикмахером. Но не простым, а парикмахером по усам.

Накануне вечером мама водила её к мастеру тёте Лене, и та, весело пощелкивая ножницами, мигом выстригла Лизе модную пушистую чёлку. Точно такую же, как у соседки Нади. Надя уже большая девочка. Она ходит в третий класс, а Лиза в школу только собирается. Но это совсем не мешает ей начать приводить в порядок свои волосы, торчащие как крысные хвостики.

– Нет некрасивых людей, а есть непричёсанные, – сказала мастер Лена, любуясь на Лизино отражение в зеркале. А дядя в соседнем кресле подмигнул и показал большой палец: хороша, мол, ты.

Дядя тоже был симпатичный. Толстый, лысый, с огромными пышными усами, которые парикмахерша красила ему в чёрный цвет.

– Дяденька, зачем тебе усы? – шёпотом поинтересовалась Лиза, набравшись смелости.

–Усы – для красы, – гордо ответил мужчина и снова подмигнул.

Вот тогда Лиза и приняла решение всю жизнь стричь и брить мужские усы, чтобы все мужчины стали красивыми и весёлыми, как этот дяденька.

– Жалко, Даня, что у тебя ещё не выросли усы, – сказала она утром по дороге в детский сад встретившемуся на пути приятелю из их группы, – я бы твои усы покрасила и завила колечками.

Даня призадумался, но согласился, что ему усы бы не помешали:

–Только мне не нравится колечками, – отказался он от Лизиного предложения, я хочу усы, как у капитана.

Покладисто кивнув, Лиза взяла Даню за руку, решив его немного утешить:

– Ничего, ты отпустишь усы, когда вырастешь.

– Тогда я много чего сделаю, – поделился с ней мыслями мальчик. – Сначала я окончу школу, а потом сразу уйду в плаванье, как папин брат и сделаюсь капитаном.

– Капитану без усов нельзя, – заметила Лиза и стала думать, кого бы из мальчиков уговорить поиграть с ней в парикмахерскую.

«Не беда, что у них ещё нет усов, – рассуждала Лиза, – можно ведь играть понарошку».

Девочка была уверена, что её лучшая подружка Катя наверняка согласится прийти к ней в салон стричься, но представить Катю с усами Лиза никак не могла.

– Елена Александровна, можно я поиграю в парикмахерскую? – спросила Лиза у воспитательницы, когда наступило время свободных игр.

– Конечно можно, – разрешила Елена Александровна, – только играйте тихо, я буду заниматься математикой с Людой и Олей.

Обрадованная разрешением Лиза обошла всех ребят и пригласила их во вновь открывшийся парикмахерский салон для усов, а сама поспешила достать коробку с принадлежностями мастера-парикмахера. Чего тут только не было.

На столе выстроились бутылочки из-под шампуней, расчёски, пластмассовые ножницы всех цветов, игрушечный фен, зеркальце и, конечно, красивая накидка в сиреневый цветочек.

– Я мастер по стрижке усов, – объявила Лиза, – поэтому принимаю только мальчиков или тех девочек у которых выросли усы.

– Вот ещё выдумаешь, – фыркнули подружки, недовольно зыркнув глазами на Лизу, – ты говоришь глупости, у тётенек усов не бывает, и мы не пойдём в твою парикмахерскую.

Мальчики тоже не спешили в салон, спокойно занимаясь своими делами, и как только Лиза ни упрашивала друзей, уговаривая, что это ведь понарошку усы, а не взаправду, никто не хотел к ней идти. На стульчике в очереди сидел лишь верный Даня, собирающийся стать капитаном.

Лиза горестно вздохнула, отошла к окошку и тихонько заплакала.

– Никто не хочет со мной играть, – причитала она еле слышно, – а я всего лишь хотела сделать всех мальчиков очень красивыми.

«Почему бы мне не помочь Лизе? – призадумалась фея Вея, скакавшая по подоконнику на одной ножке. – Я легко могу так сделать, что у всех мальчиков вырастут роскошные усы».

Эта мысль показалась ей очень забавной, поэтому, не откладывая дела в долгий ящик, Вея вытащила палочку и провела ей в воздухе:

– Палочка–подружка, приделай мальчикам усы! И пусть их может состричь только Лиза.

По группе пролетел нежный шелест, и у всех мальчиков под носом распушились великолепные усы.

– Мамочки, что это? – воскликнул Серёжа, глядя как у него с подбородка свесились тонкие ниточки волос, как на картинке про Соловья-разбойника.

–У тебя усы! – шёпотом сказал ему Максим, сидевший напротив.

– И у тебя! – Серёжа указал дрожащим пальцем на кудрявую полоску над верхней губой Максима.

– И у Саши! – хором закричали они, глядя на седую щетину как у Деда Мороза, покрывавшую Сашины щеки.

Мальчики принялись тревожно переглядываться, сравнивая друг с другом длину усов. Самые густые оказались у Дани.

Он довольно посмотрел на них в зеркальце и сказал, что с такими усами его хоть завтра возьмут работать капитаном самого большого корабля и в школе учиться теперь совсем не обязательно.

– А я хочу в школу, – заныл Серёжа. – Кто же меня теперь туда возьмёт с такими усищами?

Он что есть силы дёрнул за усы, но они крепко сидели на губе, не собираясь отрываться.

– Подумаешь, усы, – сказал Максим, успевший прийти в себя,– я буду каждое утро бриться как папа.

–Точно! Молодец, Макс, хорошо придумал, – облегчённо заговорили мальчики.

– Елена Александровна, а у мальчиков усы, – услышали они голос Полины, обращавшийся к воспитательнице.

– Не говори ерунды, – сказала Елена Александровна, не оборачиваясь, – это они играют в парикмахерскую.

Заслышав слова воспитательницы, мальчики вспомнили, что Лиза приглашала их всех в салон подстричь усы. Буквально через минуту у её столика толпилась бойкая очередь, а раскрасневшаяся от удовольствия Лиза старательно щёлкала у мальчиков под носом пластмассовыми ножницами.

И, странное дело, от прикосновений игрушечного инструмента в руках девочки, мальчишеские усы растворялись в воздухе, словно лёгкий дымок от костерка.

Когда воспитательница закончила учить Люду и Олю делить квадрат на равные части, у мальчиков на лице не осталось даже воспоминаний о превосходных усах, которыми их ненадолго наградила маленькая фея.

День рождения Дусика

Входя утром в свою группу, дети всегда зорко смотрели, не привязан ли к какому-нибудь шкафчику воздушный шарик. Если он там был, значит сегодня будет праздноваться день рождения! День рождения – радость для всех ребят. День рождения – это хоровод «Каравай», конфеты, сок и печенье. А ещё рисование поздравительных открыток имениннику и много других весёлых затей.

– Знаешь, Вея, а ведь у меня тоже скоро день рождения, – сказал подруге попугай Дусик, когда они наблюдали за нарядным Максимом Малышевым, раздающим друзьям конфеты.

Вея удивилась. Она никогда не задумывалась, что у попугаев могут быть дни рождения, как и у ребят.

Она подняла бровки-чёрточки и вежливо поинтересовалась, сколько же лет исполниться её пернатому дружку.

– Ровно один год, – торжественно объявил Дусик, гордо распушив перья на хвосте, – я уже вполне совершеннолетний попугай и могу жениться.

– Жениться? – растерялась фея.

– Ну, это я так сказал, ради красного словца, – махнул крылом попугай. – Но вообще-то в год мы, попугаи, уже взрослые, ответственные птицы.

– Да, ты очень ответственный, – подтвердила фея, начиная думать о том, что день рождения Дусика необходимо отметить как следует, с размахом и весельем.

Как организовывать попугайское веселье, Вея не знала и осторожно поинтересовалась:

– Скажи, а кого бы ты хотел пригласить в гости?

Дусик глубокомысленно закатил глаза, щелкнул клювом и, зардевшись от смущения, хрипло прошептал:

– Жар-птицу.

Фея растерялась:

– Жар-птицу?

– Да. Я слышал, как воспитательница читала ребятам сказку про Жар-птицу и показывала им картинку. Ах, Жар-птица такая красивая!…

Маленькая фея озадаченно почесала лоб рукой, не представляя, откуда может появиться в городе Жар-птица, и робко предложила:

– Дусик, может быть вместо Жар-птицы послать приглашение тётушке Сороке, или воробьям?

Дусик сурово нахмурился, отрицательно поводя хохолком из стороны в сторону, что означало решительное «нет».

«Ну, ладно, – смирилась про себя фея Вея. Придётся раздобывать Дусику Жар-птицу.

А хоровод? Хоровод «Каравай» просто необходим в день рождения, а значит нужны гости.

Вея так крепко задумалась, что чуть не попала под дырокол на столе у воспитательницы. Хороша бы она была с дыркой в платьице или, того хуже, в голове! Тогда уж точно ничего хорошего в голову бы не пришло. Все мысли вывалились бы через дырочку.

Обогнув опасную зону, Вея присела передохнуть на бантик Маши Пановой, вырезающей себе бумажную куклу.

Фея понаблюдала, как из ловких Машиных рук выпорхнула симпатичная матрёшка, и почувствовала, что её осенила блестящая идея. Она тоже вырежет гостей из бумаги и пригласит на день рождения к попугаю!

Едва дождавшись, пока дети разойдутся по домам и детский сад опустеет, фея засучила рукавчики и принялась за работу.

Первым делом она попросила палочку подарить ей маленькие ножницы. Они славно ложились в руку и очень приятно пощёлкивали при движении.

«Вырезать ими будет – одно удовольствие», – решила Вея, старательно складывая пополам лист бумаги. Маша делала именно так: сложила листик пополам, вырезала половину куклы, а потом развернула – вместо половинки получилась целая, большая кукла.

Кукол надо три или пять, посчитала фея, хоровод должен быть большим, чтобы охватить своим кругом Дусика.

Закусив от усердия губку, малышка вырезала пять кукол, а чтоб не путаться, назвала их по первым буквам алфавита: «А», «Б», «В», «Г» и «Д».

Не беда, что у «Б» чуть перекошен левый бок, а у «Д» одна ручка покороче другой, куклы всё равно получились на славу!

Довольная Вея постучала по поделкам волшебной палочкой, подула каждой в нарисованное личико, и бумажные куклы вдруг зашевелились, медленно поднимаясь на ноги.

– Добрый день, дорогие гости, – поприветствовала их фея Вея, – извините, что не в моей власти оживить вас навсегда, но зато я могу пригласить вас на день рождения попугая Дусика.

– Это ты попугай? – спросила у Веи кукла «А».

Вея засмеялась:

– Глупышки! Я фея из детского сада. А Дусик – попугай. Птичка такая. Ему исполняется ровно один годик, и мы с вами должны будем сводить ему праздничный хоровод «Каравай».

Глупые куклы захлопали длинными ресницами, достающими им до лба, но промолчали.

Вея посмотрела на колышущиеся на ветерке лёгкие бумажные фигурки, подумав, что кроме гостей было бы неплохо придумать для Дусика стихи. Она слышала как на утреннике, посвящённом Дню защитника Отечества, дети читали такие задушевные поздравительные стихи, что один дедушка даже заплакал от радости. Дусик, конечно, вряд ли будет ронять слёзы, но приятно ему точно будет.

Фея Вея расположилась за воспитательским столом, подпёрла щёку ладонью и принялась сочинять стихотворение.

Как малышка ни ломала голову, на ум приходило только

«Дусик-дусик, попугай,

Сиди дома не гуляй».

Такое произведение никуда не годилось.

Второй стих сложился сам по себе. Вот так раз – и придумался.

«Скоро я стану настоящей поэтессой, – довольно подумала фея, но своё творение забраковала. Навряд ли попугаю понравятся такие строки:

«Попугай наш громко плачет,

Уронил он в речку мячик.

Тише, попочка, не плачь –

Не утонет в речке мяч».

Над третьим стихотворением ей довелось изрядно потрудиться. Для начала пришлось долго гоняться за вдохновением, которое, как нарочно, улетучилось в неизвестном направлении. Пришло оно к ней только тогда, когда Вея, замученная творчеством, присела отдохнуть на коробку с карандашами.

Звучало оно так:

«Скоро год тебе, О Дусик!

Ты зелёный лампампусик».

Кто такой «лампампусик» Вея не знала, но решила, что словечко очень даже милое и должно обязательно понравиться имениннику.

Усталая но довольная, фея Вея написала своё поздравление на кусочке красного картона, перевязала его золотой ниточкой и приступила к дальнейшим действиям.

Жар-птица

Теперь Вее предстояло самое сложное – раздобыть Жар-птицу.

Она выпорхнула в приоткрытую форточку и подлетела к воробьям, верещавшим на ветке берёзы.

– Дорогие воробьи, – вежливо обратилась фея к маленьким болтунам, – будьте так любезны, ответьте, пожалуйста, не встречали ли вы поблизости Жар-птицу?

Старая воробьиха с выщипанным хвостом хитро глянула на малышку круглым глазом, похожим на ягоду–смородину, и пискнула:

– Дай крошечку, тогда скажу.

Покопавшись в карманчике, Вея разыскала завалившееся зёрнышко риса, которым угощала Дусика:

– Вот, возьмите тётушка-воробьиха.

Птица жадно склюнула рисинку, немного помолчала и начала рассказывать:

– Про Жар-птицу мне поведал мой дед, а ему его дед, а деду деда – его дед.

Давным-давно, когда мы, воробьи были не маленькими пичужками, а большими гордыми птицами с ярко-красным оперением, прилетела в нашу стаю необыкновенная гостья. Незнакомка выглядела царственно: шея длинная, как у лебедя, крылья золотом горят, а хвост такой красоты, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

Воробьиный царь сразу узрел раскрасавицу и чуть дара речи не лишился:

– Кто ты, чаровница? – спрашивает он залётную странницу.

Та головку наклонила, хвост распушила, глазки закатила, да как гаркнет на царя грубым голосом:

– Жар-птица я, не видишь, что ли?

Заслышав такую грубость из прекрасных уст, воробьиный царь тотчас чувств лишился, а когда очнулся, то от огорчения стал маленькой незаметной птичкой.

С тех пор воробьишки превратились в малых птах, а Жар-птица улетела восвояси.

Осторожно погладив рукой мягкие перышки, фея Вея сочувственно вздохнула:

– Быть невежливым – очень некрасиво. Этим можно нанести собеседнику огромный вред. Я знаю случаи, когда феи от обиды теряли свои чудесные способности.

Чирикнув малышке слова прощания, тётушка воробьиха полетела догонять шустрых внучат, а фея Вея глубокомысленно свела бровки домиком: приглашать к Дусику неучтивую гостью в её планы никак не входило.

Взгляд Веи остановился на сытом белом голубе, самозабвенно воркующем под крышей детского сада. Придумала!

Поймав воздушную струю, фея мигом взлетела вверх, остановившись напротив птичьего жилища.

Голубь лениво развернулся, неспешно кивнув головой неожиданной посетительнице:

– Чем обязан?

– Уважаемый голубь, я слышала, что все голуби великие артисты и даже выступают в настоящем цирке! – издалека приступила к беседе фея Вея.

Голубь величественно распушил грудь:

– Это так.

– Ну а раз так, то я хочу пригласить вас сыграть одну очень важную роль на торжественном ужине.

– Ужине? – оживился голубь. – Ужинать я люблю. Как, впрочем, завтракать, обедать и полдничать.

– Вот-вот, – подхватила фея, – если вы хорошо сыграете роль, то я подарю вам целую коробку отменного птичьего корма.

Пару раз переступив с ноги на ногу, голубь хлопнул крылом по руке феи Веи:

– Согласен! Кого надо изобразить?

– Жар-птицу.

– Всего-то? – презрительно проворковал голубь. – С такой ерундовской ролью я без труда справлюсь. Давай мне костюм.

– Нет проблем, – сказала счастливая Вея, коснувшись волшебной палочкой голубиного крыла, немедленно озарившегося золотым блеском. – Не забудь, милый голубь: ровно в десять часов вечера залетай в открытую форточку. Ждём тебя с нетерпением!

Торжественный ужин

К десяти часам вечера притихший детский сад был подготовлен к празднованию: на клетке Дусика красовался воздушный шарик, бумажные куклы А, Б, В, Г и Д построены в ряд, а посередине стола возвышался круглый торт саморучно изготовленный феей Веей из любимого лакомства попугаев – цветов мать-и-мачехи, перемешанных с натёртой свёклой. Верх торта, робко помаргивая тонким пламенем, венчала одна свеча.

Сама фея Вея стояла чуть поодаль, спрятав за спину руки с поздравительной открыткой, и умилённо смотрела, как из настежь распахнутой двери клетки величественно выходит виновник торжества.

Сделав знак рукой бумажным куклам, Вея приблизилась к попугаю, откашлялась и звонко произнесла:

– Дорогой наш попугай Дусик! Позволь нам, твоим друзьям, в этот счастливый день поздравить тебя с юбилеем!

Милостиво наклонив голову, Дусик дал понять, что позволяет и ждёт продолжения.

Вея продолжила речь:

– В честь твоего дня рождения один неизвестный поэт написал чудные стихи. – Почувствовав, как от волнения у неё пересохло в горле, Вея снова откашлялась и прочла: «Скоро год тебе, О Дусик!

Ты зелёный лампампусик».

– Ура! – зашелестели бумажными голосами куклы-гости. – Многая лета попугаю Дусику! Ура нашему славному зелёному другу!

На круглых глазах Дусика выступили слёзы. Смахнув их, он задумчиво клюнул себя в крыло, поблагодарив:

– Спасибо, маленькая фея. Но, всё-же, я ждал другого подарка.

– И он будет! – воскликнула фея Вея, дёрнув за верёвочку тяжёлой фрамуги, – вот он, твой главный подарок!

Приоткрыв клюв от восхищения, Дусик проследил взглядом, как через форточку протискивается тяжёлая тушка голубя, посверкивая золотом на перьях, и ахнул:

– Жар-птица!

Голубь неловко плюхнулся на пол, чуть не сбив с ног фею Вею, и назидательно проворковал:

– Здравствуйте, дорогие хозяева, я Жар-птица. Решила заглянуть к вам на огонёк.

Голубь оценил Дусикову растерянность и протянул:

– Ты, что ли, именинник?

– Я, – сконфуженно прошептал всегда бойкий Дусик, смущённо ковыряя лапкой пол.

– Ну, поздравляю, – переодетый Жар-птицей голубь дружески шлёпнул Дусика крылом по плечу и подмигнул:

– Угощенье-то у тебя приготовлено? А то у меня от голода живот подвело.

– Пожалуй к столу, дорогая Жар-птичка, – засуетился попугай.

– Фея, фея, – что ты стоишь? Подай, скорее Жар-птице жёрдочку, – лихорадочно зашептал он на ухо фее Вее, расчищая дорогу расфуфыренному голубю.

Разомлевший от такого горячего приёма голубь вёл себя как дома. Небрежно развалясь на жёрдочке, он положил лапы в поилку, одним клевком уничтожив праздничный торт:

– Ничего тортик. Неплохой, только маленький. А свечка невкусная. Он поковырял в клюве и выплюнул на пол покореженный кусочек воска. – Ты, вот что, попугай, в следующий раз, когда будешь меня приглашать, заготовь торт побольше и без этих дурацких украшений. Мы, Жар-птицы, этого не любим. Запомни – мы птицы скромные. А это кто такие? Они мне не нравятся, – голубь ткнул крылом в бумажных кукол, начинающих медленно крутиться в хороводе.

– Это наши гостьюшки, – прервала голубя фея Вея, осторожно намекнув, – не хочешь ли, Жар–птица, станцевать с ними хоровод в честь нашего дорогого хозяина-именинника.

Голубь осоловело прикрыл один глаз:

– Вообще-то не хочу, но раз ты настаиваешь…

Он нехотя сполз с насиженного места и прицепился к кукле Д.

Пригласив Дусика в середину, Вея затянула всем известный «Каравай»:

«Как на Дусиковы именины испекли мы каравай.

Вот такой вышины, вот такой нижины.

Вот такой ужины, вот такой ширины.

Каравай, каравай, кого хочешь выбирай».

– Я люблю вас всех, а Жар-птицу больше всех, – лихо высвистал Дусик, втягивая в круг неуклюжего голубя.

Тот растопырил золотые крылья, курлыкнул от удовольствия и наложил посередине круга небольшую кучку голубиного помёта.

– Что-то в туалет захотелось, – объяснил он оторопевшему Дусику и фее Вее.

Такого безобразия фея уже никак не могла стерпеть. Она и так весь вечер старалась не обращать внимания на бессовестного голубя, совершенно не похожего на Жар-птицу из волшебной сказки.

«Удачно, что бумажные гости ничего не замечают, – подумала фея Вея, покрываясь краской стыда, – хотела как лучше, а получился большой конфуз».

– Знаешь, что Жар-птица, – сказала малышка, обращаясь к невежде. – Ты, пожалуй, лети домой, думаю, что тебя там ждёт что-то вкусненькое.

– Правда? – выдохнул голубь и, не попрощавшись, протиснулся в форточку, оставляя на стекле грязные следы и потёки золота, слетающего с его крыльев.

– Знаешь, фея, мне совсем не понравилась Жар-птица, – признался Дусик, провожая бывшую желанную гостью,

Он потёрся головкой об феино плечо, любовно пощёлкивая клювом. – Ты прекраснее всех на свете Жар-птиц. Старый друг лучше новых двух.

Маленькой фее было очень приятно слышать в свой адрес такие добрые слова. От радости она захлопала в ладоши и пустилась в весёлый танец, на ходу сочиняя новое стихотворение:

«С попугаем мы вдвоём замечательно живём.

Утром весело играем, ночью песенки поём».

Необыкновенный полёт

В конце рабочего дня, когда детей в группе остаётся совсем мало, воспитательница Светлана Михайловна любила послушать радио. Она брала в руки чашечку кофе и, прихлёбывая ароматный напиток, слушала последние новости, рассказывающие о жизни города. Поэтому, когда в приёмнике раздался голос диктора, Светлана Михайловна сделала радио погромче, нечаянно разбудив фею Вею, прикорнувшую после обеда на кукольном диванчике.

Просыпаться малышке совершенно не хотелось и она, свернувшись калачиком, сквозь дремоту принялась слушать, что творится за воротами детского сада.

– Внимание! – сказал диктор. – Из ботанического сада сообщают, что сегодня зацветёт Царица ночи. Познакомиться с ней смогут все желающие. Ботанический сад будет работать до рассвета.

Необыкновенные слова про «Царицу ночи» заставили фею немедленно поднять голову и напрячь слух. Но диктор уже рассказывал о том, как на свиноферме в Англии выведена порода особенных свиней, умеющих хрюкать на разные голоса.

«Какое красивое имя «Царица ночи», – подумала фея Вея, – это тебе не коротенькое имечко из трёх букв. Ах, если бы меня звали по-особенному, например «Волшебница ожившей бумаги», или «Прозрачная красота»…

Она решительно встала с диванчика, упёрла руки в боки и притопнула ножкой:

– Я не я буду, если тотчас не отправлюсь в этот самый ботанический сад знакомиться с царицей ночи!

Но каким образом? Если полететь по воздуху, как делают взрослые феи, то её тощее тельце закрутит ветер, а то и вообще кинет в пучину моря, словно листочек бумажки. Попросить Дусика? Но ботанический сад на другом конце города и в такую даль Дусик не долетит. Блуждая взглядом по полкам с пособиями для детского сада, фея заметила игрушечную ракету, стоявшую рядом с картой звёздного неба.

Конечно! Вот что мне поможет!

Выхватывая на ходу волшебную палочку, Вея устремилась к космическому аппарату.

Стоп! Для полёта на ракете нужен скафандр! Недавно на занятии дети рассматривали картинки про космос и делали аппликацию космонавта на Луне.

Загадав самый лучший скафандр для маленьких фей, Вея обвела себя волшебной палочкой, увидев в зеркальце, как на голову нашлёпнулся круглый шлем с короткой антенной, а руки, ноги и туловище спрятались в серебристый костюм, похожий на растянутую гармошку. На груди костюма алела эмблема детского сада – улыбающаяся детская рожица.

Восхищённая собственной красотой, фея Вея, пыхтя от усердия, залезла в ракету, с большим трудом шевельнув волшебной палочкой:

– Вези меня, ракета, в ботанический сад.

Раздалось жужжание и неведомая сила прижала малышку к пластмассовому сиденью, словно хотела превратить её в чехольчик для стула.

«У меня сейчас оторвётся ручка или ножка», – только успела подумать отважная путешественница, как снова услышала жужжание, и ракета стукнулась о твёрдую поверхность.

Видно, палочка не сработала. Фея, еле шевелясь, приоткрыла люк, высунула наружу голову и зажмурилась от неожиданности: ракета стояла на верхушке высокой пальмы, посредине густо-зелёной листвы.

– Добро пожаловать в ботанический сад. Меня зовут Урания. – раздался за спиной весёлый голос, принадлежащий необыкновенно красивой бабочке размером с саму фею Вею.

При каждом движении крылья Урании отливали разноцветным блеском, а затейливый чёрный узор на шёлковой поверхности казался почти прозрачным.

Порхающее создание плавно опустилось на свисающую нитку лианы, с любопытством глядя на пришелицу из космоса в сверкающем скафандре:

– Ты похожа на гусеницу, – глубокомысленно заметила бабочка, – у них тоже круглая голова и туловище в гармошку. Надеюсь, скоро ты превратишься в бабочку и мы будем подружками.

– Должна тебя огорчить, – с сожалением сказала фея Вея, – но боюсь, я никогда не превращусь в бабочку, потому что вовсе не гусеница, а фея из детского сада.

– Ой, как интересно! – захлопала крыльями новая знакомая. – Я знакома с феей из яблоневого сада, с феей из вишнёвого сада и с феей из нашего ботанического сада, но про детский сад я никогда не слышала. Расскажи, что растёт в твоём саду?

– В моём саду растут дети, – гордо ответила маленькая фея, – и это самый лучший в мире сад.

Урания понимающе кивнула:

– К нам в ботанический сад на экскурсию всегда приходят дети, но я даже не предполагала, что их выращивают в садах. Скажи, а часто ли детей надо поливать или пропалывать?

Вопрос бабочки ненадолго поставил Вею в тупик, но она быстро нашлась с ответом:

– В нашем саду детей не поливают, а моют. Вернее, они сами моются.

Представив торчащих из грядок детей, которые при этом сами моются, Урания охнула от восхищения. Уважительно взглянув на малышку, успевшую за время их беседы освободиться от скафандра, вежливо предложила:

– Фея из детского сада, полетели, я покажу тебе ботанический сад.

– Полетели, – согласилась фея Вея, – только сначала представь меня Царице ночи. По радио сказали, что познакомиться с ней можно только сегодня.

Царица ночи

Услышав о Царице ночи, бабочка Урания шевельнула усиками, одобряя просьбу маленькой феи:

– Верное решение. Чудо Царицы ночи можно увидеть только раз в году. Смотри, сколько людей пришли взглянуть на главное волшебство ботанического сада.

Она указала на притихших людей, чинно входивших через распахнутые двери в длинную галерею, обильно засаженную диковинными растениями.

– Это зона тропического леса, – принялась объяснять Вее гостеприимная хозяйка, – здесь собраны деревья и цветы, привезённые из жарких стран с влажным климатом. Тут всегда жарко и сыро.

Фея и бабочка принялись перелетать с дерева на дерево, едва не задевая головы людей внизу. Все они стояли небольшими группками, внимательно слушая экскурсоводов с указками в руках. Особенно интересно рассказывала пожилая женщина, то и дело указывая на разные растения.

– Обратите внимание на эту траву, – говорила она экскурсантам, остановившись под раскидистой пальмой с сочными листьями. – Вы, наверное, думаете, что это пальма?

– Да, да, конечно, пальма, – вразнобой ответило ей сразу несколько голосов, а один мальчик звонко выкрикнул. – Тётя, это банановая пальма. Вон и бананы висят!

Улыбнувшись, экскурсовод дотронулась указкой до низко висящей банановой грозди, и пояснила:

– Банан – это трава. Да-да. Обыкновенная тропическая трава гигантского размера.

– Ну и ну! – вслух удивилась фея Вея.

Каких только чудес нет на белом свете! В их детском саду часто давали детям бананы, но она никогда не задумывалась, откуда они берутся. Оказывается, бананы растут в жарких странах, и в Россию их привозят на огромных морских судах-банановозах.

Дальше экскурсовод стала рассказывать об исполинских папоротниках, которые, оказывается, были одними из первых растений на земле, и показывать на длинные зелёные верёвки с листочками, именующиеся «лианами».

Вея залюбовалась на дивные цветы – один другого больше, но не посмела остановиться и перекинуться с ними словечком, боясь опоздать на встречу с Царицей ночи.

Порхающая впереди бабочка внезапно остановилась, плавно опустившись на красный лист неведомого Вее растения, и указала усиками на огромный белый цветок с ярко-жёлтой сердцевиной.

Взглянув на чудо-цветок, выросший на некрасивом тощем кактусе, больше похожем на змею, чем на кактус, фея Вея задохнулась от восхищения: она даже представить не могла, что на земле может вырасти такое великолепие, распространяющее вокруг себя лёгкий аромат ванильных кексов.

Вокруг кактуса благоговейно стояла группа людей, неотрывно любуясь сказочным чудом природы.

– Это она – Царица ночи, – пропищала Вее Урания. – Этот кактус, именуемый драконьим кактусом, цветёт только раз в году и только одну ночь, поэтому цветок очень трудно увидеть.

Фея Вея чуть не упала от удивления. Как же так? Царица ночи оказалась кактусом, да ещё таким невзрачным. А она-то, глупышка, насочиняла себе, что Царица ночи – неведомая красавица из полуночных стран, заколдованная злым волшебником гулять только по ночам.

Невидимая фея подлетела к цветку Царицы ночи и сквозь шум людских голосов уловила нежный шёпот, идущий из середины цветка. Она опустилась пониже и поняла, что к ней обращается Царица ночи. Её речь звенела словно падающие с лепестков капли росы:

– Здравствуй, прозрачная маленькая фея, я рада, что ты пришла познакомиться со мной.

– Здравствуй, Царица ночи, – оробев от неожиданности, ответила Вея.

– Я вижу, что ты удивлена, увидев, как некрасивы и бледны мои колючие стебли.

Покраснев от стыда, фея Вея поняла, что мудрая царица смогла без труда прочитать её коротенькие мысли. Она хотела, было, извиниться, но Царица ночи предпочла продолжить беседу.

– Никогда не стоит обращать внимание на внешний вид, маленькая фея, – слегка качнул венчиком дивный цветок, – главное то, что расцветёт в душе, и то, чем ты порадуешь людей.

Вот послушай, какую легенду рассказывают обо мне люди.

Царицына сказка

Давным-давно одной маленькой страной, затерявшейся среди каменистых гор и густых лесов, правила молодая царица. Была она не только мудра, но и необыкновенно красива. Подданные любили свою прекрасную царицу и желали постоянно любоваться её светлым ликом, но она, будучи очень скромной, выходила из дому только в самую тёмную ночь года, когда все обитатели крепко спали.

Тихонько, чтобы никого не разбудить, царица обходила своё крошечное царство и каждому, кто нуждался в её заботе, оставляла у дверей подарок. Наутро, находя щедрые дары и ободряющие письма, жители благодарили добрую правительницу, именуя её между собой не иначе, как Царица ночи. Много лет продолжалось мирная и благополучная жизнь царства-государства, до тех пор, пока не появился в горах злой и уродливый дракон.

Никто не ведает откуда прилетело свирепое чудовище и почему облюбовало именно эту беззащитную страну, но как только его гнусная морда возникла на главной площади, жители не знали ни минуты покоя и радости.

Для начала, громко щёлкнув зубастой пастью, дракон приказал строить ему просторные хоромы, выстланные пушистыми коврами, над входом повесить красные фонари, а стены украсить золотом и драгоценными камнями.

Заплакали горожане, запричитали, ведь у них не было ни золота, ни драгоценных камней, да, честно признаться, и ковров у них тоже не было. Но дракон был непреклонен:

– Если в три дня не построите мне драконий замок, съем всех самых красивых девочек в царстве.

В подтверждение своих слов он поурчал толстым животом и дохнул на людей огненным факелом.

Услышав о таком горе, Царица ночи решительно вышла из своего дворца и смело пошла прямо в лапы дракона.

– Дракон! – заявила она мерзкому чудищу, лениво катающемуся с боку на бок посреди клумбы с цветами. – Ты не должен трогать мой любимый народ, но если тебе обязательно надо кого-то съесть, ты можешь проглотить меня.

Взглянул дракон на отважную царицу красным глазом, пыхнул синим пламенем из пасти, да и говорит:

– Я не буду царица, никого обижать, если ты отдашь мне свою красоту, а сама станешь такой уродливой, как я.

Радостью вспыхнуло пригожее лицо Царицы ночи.

Протянув к дракону руки, она громко воскликнула:

– Я согласна. Забери себе всю мою красоту до последней капельки, но только оставь в покое мой чудесный, добрый и беззащитный народ.

Только она произнесла эти слова, как безобразный дракон превратился в нарядную большеглазую девушку, а лучезарная царица обернулась невзрачным колючим кактусом, похожим на корявого дракона. Но никакая недобрая сила не смогла отнять у Царицы ночи её великодушное сердце. С тех пор, как и много веков назад, одну ночь в году драконий кактус Царица ночи дарит людям чудный цветок, настой из которого может исцелять больные человеческие сердца, а кисло-сладкий плод утолять голод и жажду.

Закончив свой рассказ, Царица ночи умолкла, а фея Вея, которая слушала старинную легенду как зачарованная, с уважением посмотрела на колючие отростки Царицы ночи, расползающиеся во все стороны, и вполголоса сказала:

– Спасибо тебе, милая Царица ночи. Я поняла, что совсем неважно, красивый ты или нет, а важно лишь открытое сердце и щедрая душа.

– Ты права, маленькая фея, именно об этом я и хотела тебе поведать, – прошелестел цветок, медленно начиная закрывать ослепительно-белые лепестки. – Моё время закончилось. Прощай до следующего лета. Ровно через год я буду ждать тебя в гости. И помни, красота приходит и уходит, а доброта остаётся навсегда.

Как ни жалко было фее Вее прощаться с Царицей ночи, но сделать это пришлось. С грустью она наблюдала, как лепестки роскошного цветка потемнели и свернулись, оставив после себя лишь воспоминание.

– Никогда не забудем эту дивную ночь, – переговаривались между собой люди, успевшие полюбоваться на мимолётную красоту Царицы ночи, – через год обязательно придём ещё раз.

«Год – это очень долго, – прикинула в уме фея Вея, – но, зато, за целый год я успею сделать много добрых дел, чтобы рассказать о них моей новой подруге».

Эта мысль обрадовала её и, попрощавшись с бабочкой Уранией, фея поспешила к ракете. Нельзя надолго оставлять без присмотра любимый детский сад.

Хрустальный башмачок

Если дети хорошо обедали и не капризничали за столом, то перед дневным сном воспитательница Светлана Михайловна читала им вслух что-нибудь интересное.

Книжки были самые разные: мальчики больше любили слушать страшные рассказы про Кощея Бессмертного или Бабу Ягу, а девочки обожали засыпать под мысли о прекрасных принцессах и сказочных русалках.

Но сказку про Золушку любили слушать и девочки, и мальчики, а особенно фея Вея, ведь там говорилось о её тетушке – старой мудрой фее из сказочного королевства.

Каждый раз, когда малышка видела в руках у воспитательницы синюю книжку с яркой обложкой, она предвкушала хорошо проведённое время в приятном семейном кругу.

Однажды, когда Светлана Михайловна в очередной раз перечитывала любимую сказку, фее вдруг стало очень жалко неосторожную Золушку, ухитрившуюся потерять не что-нибудь, а новенький хрустальный башмачок!

Вея посмотрела на свои тоненькие ножки, похожие на прутики с надетыми на них туфельками с пряжками, и подумала, что, наверное, ходить в одном башмачке Золушке было очень неудобно. Для проверки она стряхнула с пяточки правую туфлю и поковыляла по письменному столу – от настольной лампы до стаканчика с карандашами. Ходить в одной туфельке удавалось с большим трудом: левая нога постоянно подворачивалась, а правой приходилось вставать на цыпочки.

«Бедняжка Золушка», – взгрустнула маленькая фея, – жаль, что моя старая тётя не догадалась подарить Золушке не хрустальные башмачки, а хрустальные сапоги или кроссовки. Они бы никогда не свалились с ноги.

Вея вспомнила, как нелегко приходилось воспитателям раздевать зимой Мишу Соколова, которому мама купила сапоги с тугой молнией. Пока воспитатели расстёгивали молнию и стягивали обувь, Миша крепко держался двумя руками за скамейку, чтобы не упасть.

Такие сапоги ни за что не потеряются!

Она ещё немного поразмышляла на эту тему, надела на ногу свою туфельку и сдула пылинки с волшебной палочки: придётся исправить ошибку тёти феи.

«Хрустальный башмачок, переделайся в хрустальную кроссовку!», – прошептала Вея, помахав палочкой крест-накрест.

В книжке с картинками раздался еле слышный шелест, и девичий голосок мелодично и отчётливо сказал:

– Ой!

«Ну, то-то же!», – гордо вздёрнула носик-кнопочку довольная фея Вея, представляя, как обрадуются дети, обнаружив, что у Золушки теперь нет никаких проблем с обувью.

Долго ждать не пришлось. На следующий же день Маша Панова запросила послушать любимую сказку Шарля Перро. К ней присоединились другие девочки, и хотя мальчики ещё днём намекали на повесть про «Незнайку», от «Золушки» они тоже не отказались.

Уговаривать Светлану Михайловну не пришлось. Она достала синюю книжку и, найдя нужную страницу, с выражением прочитала на всю спальню:

– «Золушка», сказка Шарля Перро.

Успокоенные дети поправили подушки, разлеглись по кроваткам и навострили уши.

Сначала сказка шла как обычно и фея Вея начала, было, нетерпеливо ёрзать на подоконнике в ожидании, когда же наконец, воспитательница дочитает до нужного места. Но вот в сказке появилась Веина старая тётушка с волшебной палочкой, заставив малышку постараться слушать так, чтоб не пропустить ни единого словечка.

– Фея слегка прикоснулась к Золушкиному платью своей волшебной палочкой, и старое платье превратилось в чудесный наряд из серебряной и золотой парчи, весь усыпанный драгоценными камнями… – читала Светлана Михайловна.

– Молодец тётя, платье она правильно переделала, – как обычно одобрила тётушку Вея, – посмотрим, что будет дальше.

Светлана Михайловна перевернула листок и продолжила:

–… Последним подарком феи были кроссовки из чистейшего хрусталя, какие и не снились ни одной девушке. – Она остановила чтение, поднесла книгу к глазам и внимательно всмотрелась в строки, повторив ещё раз, – «кроссовки из чистейшего хрусталя».

Как кроссовки?

Воспитательница впилась взглядом в рисунок на котором красовалась Золушка в бальном платье и сверкающих белых кроссовках с ярко-красными шнурками и жёлтой подошвой.

«Наверное, я так часто читала книжку, что заснула, и мне снится сон, – подумала Светлана Михайловна, – а раз так, то можно продолжать».

Она как ни в чём ни бывало показала ребятам картинку и начала читать дальше.

Но сказка вдруг начала складываться совсем по-другому: когда Золушке подошло время потерять подарок феи, она потрясла ногой и забеспокоилась: ведь если принц не подберёт хрустальный башмачок, то никогда не найдёт и его хозяйку. Поэтому сообразительная Золушка начала потихоньку спихивать кроссовку с ноги. Но обувь сидела как приклеенная.

– Ну, нет, кроссовка! Я всё равно тебя сниму, – пыхтела раскрасневшаяся Золушка, с силой отлепляя застёжку на липучке, под которой оказалась ещё и шнуровка с туго затянутым узелком. – И кто тебя только так прочно завязал?

Красавица подцепила узелок ногтем, но шнурок не поддавался.

«Наверно, придётся развязать его зубами!».

Золушка подобрала юбки, плюхнулась на ступеньки крыльца и попробовала подтянуть ногу к губам. Это было нелегко, но Золушка славилась во всём королевстве как великая мастерица, поэтому узелок начал понемногу поддаваться.

Девушка так увлеклась, что не обратила внимание на полночь, обратившую её платье вновь в лохмотья, и на то, что все гости давным-давно покинули бал, а слуги уже закончили во дворце уборку.

Долго ли коротко ли, но Золушка услышала над головой голос принца:

– Прекрасная незнакомка, не желаете ли вы выйти за меня замуж?

– С превеликим удовольствием, – ответила Золушка, покраснев, как маков цвет.

Свадьба устроили невероятно пышную. Принц надел бархатный камзол, шитый золотом, а невеста щеголяла в роскошном подвенечном платье и прозрачных кроссовках на жёлтой подошве с алыми шнурками. И все жители королевства любовались на молодую жену принца и шептались, какая она умная девушка, что догадалась надеть на бал кроссовки с прочными застёжками, и принцу не пришлось бегать от дома к дому, примеряя потерянную туфельку незамужним барышням.

Светлана Михайловна закрыла книжку и обвела глазами детей. Все они крепко спали и видели сладкие сны. Не дремала только маленькая фея, она болтала ножками в башмачках с пряжками и радовалась тому, как удачно устроила судьбу несчастной Золушки.

Библиотека

Если выйти из ворот детского сада и свернуть налево, то можно прийти к высотному дому, на первом этаже которого висит вывеска «Детская библиотека». Название «Детская библиотека» звучало для феи Веи очень таинственно.

Она не раз обсуждала с Дусиком, что же делают в библиотеке, и для кого она предназначена? Но толково ответить на этот вопрос попугай не мог. Он знал только то, что попугаи в библиотеках точно не живут.

«Надо будет как-нибудь слетать в библиотеку и поинтересоваться, не опасна ли она для маленьких фей и попугаев?» – однажды решила Вея, раскачиваясь на колокольчике в музыкальном уголке. К счастью, придумывать как осуществить путешествие ей не пришлось, потому что в помещение вошла заведующая с прекрасным известием.

– Завтра в одиннадцать часов утра детей подготовительной группы ждут на экскурсию в библиотеку, – сообщила она воспитателю Елене Александровне.

Фея подпрыгнула на колокольчике, заставив его три раза громко звякнуть: «Динь, динь, динь».

– Колокольчик звонит сам собой, – задумчиво произнесла Елена Александровна, пощупав себе лоб, – наверное, я переработалась. Ничего, завтра в библиотеке отдохну.

«А, так библиотека – это то место, где отдыхают, – поняла фея, – тогда понятно, почему там не живут попугаи. Ведь за ними надо ухаживать».

Она с волнением стала ждать завтрашнего дня, и ради похода в библиотеку даже побрызгала на своё платьице духами, сделанными из вишнёвого варенья. Вдруг в библиотеке живёт библиотечная фея или странный, но приятный незнакомец.

Ровно в одиннадцать часов утра фея Вея, пристроившаяся на воротнике Леры Веселовой, въезжала в дверь библиотеки, где детей встречала нарядная тётя с добрыми глазами и приветливой улыбкой.

– Добро пожаловать в нашу библиотеку, – поприветствовала она немного оробевшую ребятню, – надеюсь, вы знаете, что такое «библиотека»?

Дети оживились, и по их весёлым лицам фея Вея поняла, что почти все они знают ответ.

– Библиотека, это место, где хранятся разные книги, – без запинки ответила девочка Лера, очень любящая читать и рисовать.

– Умница, – похвалила её тетя и обратилась к ребятам. – Сегодня я познакомлю вас с нашей библиотекой и расскажу о творчестве детского писателя Корнея Чуковского.

– Слово «библиотека» состоит из двух греческих слов «библио» – книга и «тека» – хранилище, – повела экскурсию хозяйка. – А люди, работающие в библиотеке, называются библиотекарями.

«Как интересно!» – с восторгом слушала библиотекаря фея Вея.

Так много книг сразу она никогда не видела. В книжных уголках детского сада тоже были книги, но они умещались на одной полке, а здесь вот их сколько!

Малышка без устали летала вдоль длинных стеллажей, уставленных разноцветными томами, не переставая удивляться, сколько, оказывается, чудес находится у неё под боком.

Библиотекарь разъяснила, что у каждого стеллажа есть своя буква. На стеллаже на букву «А» стоят книги писателей, чья фамилия начинается на букву «А», а на стеллаже, помеченном буквой «Б» – писатели с фамилией на «Б».

Одну детскую писательницу с фамилией Барто, фея Вея даже знала.

Она присела передохнуть на том со сказками и размечталась:

– Стану писательницей, напишу книгу про детский сад, и её поставят на полку с буковой «Ф», потому что меня зовут фея Вея.

Тем временем дети расселись на диванчики в круглом зале, называющимся «читальный зал», и принялись слушать стихи писателя Чуковского.

Стихи Корнея Ивановича фея любила, но всё же решила, пока все заняты, самостоятельно полетать по библиотеке в поисках приключений.

Старинный фолиант

Перво-наперво, фея принялась изучать разноцветные книжки, на обложках которых нарисованы разнообразные феи. Она с первого взгляда узнала свою тётушку из сказки «Золушка», добрую фею из «Спящей красавицы» и «Голубую фею» из сказки писательницы Лидии Чарской.

Следом за книгами про фей располагались разные справочники и энциклопедии. Вея знала, что это книги, где объясняются самые разнообразные вещи. Как раз недавно она изучала вместе с мальчиками «Энциклопедию российского флота». Весьма поучительная книга. Рассмотрев картинки, любая фея легко могла отличить парусник от ледокола, а лодку-плоскодонку от океанского лайнера.

Обследуя помещение, Вея обратила внимание на крепко запертый стеклянный шкаф, где лежали три книги: маленькая, средняя и большая.

По размеру маленькая книжечка как раз подходила для феи Веи. Она была размером не больше стирательной резинки для карандашей. «Стихи о любви», – по складам прочитала название фея и презрительно наморщила носик. Стихи о любви – совсем не интересно.

Средняя книга была самая обычная – такая, какую каждый день читает воспитательница. А вот третья книга, мало того, что выглядела огромной и толстой, словно диванная подушка, так она ещё была очень и очень старая. Это сразу замечалось по потёртому кожаному переплёту и пожелтевшим страницам с истрёпанными краями.

Фея проникла в шкаф, встала тонкими ножками на обложку и, водя волшебной палочкой как указкой, прочла «Ганс Христиан Андерсен».

Приложив пальчик ко лбу, фея призадумалась: где-то она уже слышала это имя. Но вот где? Никак не вспомнить.

Недолго думая, фея Вея бойко скинула башмачки и юркнула между страницами:

«Посмотрю своими глазами, что это за Ганс Христиан Андерсен».

Она подалась вперёд, подтянулась на руках и оказалась в какой-то незнакомой картинке, рядом со стручком зелёного гороха.

– Ах, где это я? – громко поинтересовалась она, разглядывая неведомую страну, изображённую искусным художником.

– Ты в сказке «Пятеро из одного стручка», – ответило ей сразу несколько тоненьких голосков. Мы – горошинки, а ты кто?

– А я маленькая фея.

– Мы никогда не видели настоящих фей, – заинтересованно посмотрели на неё горошинки, – расскажи нам, кто тебя придумал?

Вея развела руки в стороны, подумав, что не знает как ответить на этот вопрос и в свою очередь спросила:

– А вас кто выдумал?

Горошинки гордо напружинились и хором произнесли:

–Про нас написал знаменитый датский сказочник Андерсен. Неужели ты никогда о нём не слышала?

– Ну, конечно! – осенило фею Вею. – Вот откуда она знает это имя: она слышала его на занятии по развитию речи, когда воспитательница читала детям чудесную сказку «Русалочка», а затем все дети рисовали к ней картинки.

Наскоро попрощавшись с горошинками, фея двинулась в другие сказки: ведь книга такая толстая, что надо поторапливаться, иначе она не успеет просмотреть её до самой ночи.

Следующая сказка оказалась про Снежную королеву. Ох, и холодно же там было! От пронизывающего ветра у феечки заледенел кончик носа. Она хотела повернуть обратно, но оказалось, не тут-то было. Её крепко держала за платьице красивая белая рука с тонкими пальцами.

– Кто ты, прозрачная малышка? – произнёс хрипловатый голос, напомнивший хруст снега за окном. – Ты похожа на прозрачную льдинку.

Рука опустилась вниз, и фея очутилась на большом столе, вырезанном из снежной глыбы. Она подняла голову, встретившись взглядом с голубоватыми глазами красивой дамы в белой сияющей короне.

– Ты очень забавная, – небрежно заметила дама, дохнув пронизывающим холодом так, что плоское тельце феи Веи затрепетало словно листик. – Пожалуй, я заморожу тебя на память. Видишь ли, я коллекционирую разнообразные зимние диковинки, но ничего похожего на тебя в моей коллекции нет.

Снежная королева усмехнулась одними губами и собралась дунуть на Вею, навсегда обращая её в бесполезный кусочек льда, но фея успела молниеносно выхватить из кармана волшебную палочку и отчаянно махнуть ей со словами:

– Хочу в другую сказку!

Бумс! Перекувырнувшись через голову, она оказалась на лужайке перед небольшим, но причудливым дворцом с тремя башенками.

– Очень мило, – одобрила пейзаж фея Вея, заметив симпатичного молодого человека, увлечённо мастерившего что-то из жирной, коричневой глины.

В ответ он вежливо приподнял шляпу и продолжил своё занятие.

Фею разобрало любопытство. Взлетев над лужайкой, она расположилась вблизи мастера, пристально следя за его руками.

– Что ты делаешь?

– Чудесный горшочек, – ответил молодой человек, не поднимая головы, и пояснил, – я принц из сказки «Свинопас» и хочу слепить этот горшочек, чтобы заработать десять поцелуев гордой принцессы.

– Неужели принцесса будет целовать тебя за глиняный горшок? – удивилась фея.

– Не знаю…, – принц задумчиво почесал затылок, оставляя на волосах следы от глины, – надеюсь, что не будет. Порядочные девушки не должны продавать поцелуи.

– Пожалуй, ты прав, – серьёзно согласилась малышка, – но, будь любезен, покажи мне твой чудесный горшочек.

Принц с готовностью протянул фее Вее дивный кругленький горшочек с серебряными бубенчиками по краям и пояснил:

– Когда там варится еда, горшочек вызванивает весёлую песенку: «Ах, мой милый Августин, Августин, Августин».

– Как здорово! – захлопала в ладоши фея.

– Это не всё, – сказал принц, – если подержать над горшочком два пальца, то можно узнать, какое блюдо готовит каждая хозяйка.

– Действительно, чудесный горшочек! – восхитилась Вея. – И сказка твоя хорошая. Поверь, уж мы, феи, в этом отлично разбираемся!

Сквозь толщу страниц она услышала детские голоса, прощавшиеся с библиотекарем, и немедленно отвесила принцу глубокий поклон:

– До свидания, милый принц. Теперь я знаю о прекрасном сказочнике Гансе Христиане Андерсене и надеюсь, что его книги будут в домашней библиотеке у всех детей нашего детского сада!

Великая сказочница

Увиденное в библиотеке так впечатлило маленькую фею, что она немедленно разыскала в книжном уголке сказки Андерсена и принялась внимательно их перечитывать.

– Ты понимаешь, Дусик, – обращалась она к попугаю, – оказывается, ребёнку совершенно невозможно вырасти, не прочитав этих сказок. Кто бы мог подумать!

Прежде я хотела стать великой поэтессой, но теперь окончательно решила быть великой писательницей. Хочешь, напишем книгу вместе? Как ты думаешь?

Дусик понимающе наклонял голову, щёлкал клювом, тряс хвостом, но присоединяться к фее не собирался. Видимо, стать великим попугайским писателем он был совершенно не готов.

Вея прилегла на кроватку, заложила ногу на ногу и принялась обдумывать грандиозную книгу.

О чём бы написать?

Первой ей вспомнилась сказка «Репка».

«Что если написать сказку про…, – она запнулась, но тут же нашлась, – про морковку! Начать её надо так: «Посадил дед морковку. Выросла морковка большая-пребольшая…»

– Хорошее начало, – похвалила себя фея, – но что дальше?

А дальше получалось всё то же самое, как в сказке «Репка».

Нет. Это неинтересно. Надо выдумать нечто совсем новенькое. С иголочки!

Крепко зажмурившись, Вея принялась перебирать в уме знакомые сказки, чтобы случайно не написать точно такую же. Сказок оказалось много. Даже слишком много. Что бы юная писательница ни выдумала – всё уже было. Только задумала написать сказку про вылепленную из снега девочку, как вспомнила про Снегурочку. Хотела приняться за роман о волке, но её взгляд упал на картинку волка с козлятами, да ещё перед глазами постоянно маячила кукла в наряде Красной Шапочки.

Про деревянного мальчишку книжка есть, про мальчика-луковицу – тоже, даже про крокодила, и то написано!

Нет! Оказывается, сочинять интересные книги совсем непросто.

Перевернувшись на бок, фея обратила внимание на половую тряпку, выглядывающую из ведра в ванной комнате. Вот оно! Про половую тряпку точно ещё никто не писал.

Вея облегчённо вздохнула, мысленно поаплодировала своей блестящей находке и приступила к сказке, сразу определившись, что для мальчиков сказки должны быть страшные, а для девочек – романтические.

«Жила-была одна половая тряпка, – записала Вея в своём блокноте. – Она была очень страшная: с острыми зубами и длинными когтями.

Пошла раз тряпка погулять и встретила…».

Кого встретила страшная половая тряпка, фея додумать не успела, потому что пришла няня и унесла ведро с тряпкой мыть прихожую.

«Ну и ладно, – подумала малышка, – не удалось написать ужасную сказку для мальчиков, напишу красивую для девочек».

Придумывать сказки для девочек оказалось куда проще. Главное, чтобы в сказке был розовый бантик. И готово. Можно сочинять.

Послюнив для верности простой карандаш, фея быстро застрочила в своем блокноте:

«Жила-была, – на этом месте карандаш дрогнул, но тут же уверенно выправился, – жила-была воспитательница. Она была очень красивая и всегда носила на голове розовый бантик. Один раз воспитательница потеряла свой бантик и принялась плакать и причитать:

– Бантик, бантик, куда ты подевался? Если я тебя не найду, то умру от горя».

Фея Вея прервала работу, перечитала написанное и довольно улыбнулась: замечательно! И романтично, и страшно, и, главное, необыкновенно захватывающе.

Скорее писать дальше, пока не ушло вдохновение!

Строчки ровно ложились на бумагу, продолжая повествование:

«…Услышал плач воспитательницы мальчик Серёжа, взял свой игрушечный лук и пустил стрелу в белый свет: куда улетит стрела, там и бантик воспитательницы. Улетела стрела далеко-далеко, за синие моря, за высокие горы, где живёт огромный великан.

Не испугался мальчик Серёжа великана, смело подошёл к гиганту и говорит:

– Великан, великан, отдай мне розовый бантик.

– Не отдам, – отвечает ему великан, – я сам его носить буду.

Хотел великан съесть Серёжу, но Серёжа не дался, а поборол великана одной левой. Отнял бантик и отдал воспитательнице.

Она так обрадовалась, что сразу же провела занятие по рисованию, где все ребята нарисовали смелого Серёжу с розовым бантиком в руке!»

Записав сказку, фея почувствовала неимоверную усталость. Она откинулась на подушки, но сон не шёл. Перед глазами мелькали образы великанов, пробежал мальчик Серёжа с розовым бантиком на голове и половой тряпкой в руке.

– Ох, и трудно приходится нам, писателям, – сказала Вея попугаю и, подлетев к книжному уголку, гордо поставила на полку крошечный блокнотик с новой сказкой – пусть дети читают!

Бяка-закаляка

«Дали Мурочке тетрадь,

Стала Мура рисовать…», – начала читать стихотворение Чуковского воспитательница Светлана Михайловна.

«…Это – елочка мохнатая.

Это – козочка рогатая.

Это – дядя с бородой.

Это – дом с трубой.

Ну, а это что такое,

Непонятное, чудное,

С десятью ногами,

С десятью рогами?

Это Бяка-закаляка

Кусачая,

Я сама из головы ее выдумала».

Что ж ты бросила тетрадь,

Перестала рисовать?

Я ее боюсь!».

Всем ребятам очень понравилось смешное стихотворение. Они громко хохотали над глупенькой Мурочкой: ну как можно бояться собственного рисунка?

Не улыбался только Вова Помидоров. С самого утра у него было отвратительное настроение: мама заметила его в кухне, когда он ложками ел сахар из сахарницы. И хотя она ничего не сказала сыну, а только сурово сдвинула брови, Вова понял – сахара ему больше не видать.

Потом под руку подвернулся Петя с новенькой пожарной машинкой.

– Дашь поиграть? – спросил Вова.

Петя насупился и отвернулся:

– Не дам. Я ещё сам не наигрался.

– Ну и не надо. Жадина-говядина, пустая шоколадина, – ответил ему Вова, но настроение совсем пропало.

Именно поэтому, как только воспитатель закончила занятие, Помидоров взял синий карандаш, тайком прокрался в раздевалку, и в укромном уголке нарисовал жирную Бяку-закаляку. Точно такую, какая была в стихотворении: с десятью ногами и с десятью рогами. Немного подумал и дорисовал ей ещё один рог. Одиннадцатый. Для верности.

Нарисовал и забыл, потому что вскоре Петя дал ему покатать машинку, а на улице выглянуло солнышко и дети побежали играть в мячик.

А Бяка-закаляка осталась и принялась набираться вредности не по дням, а по часам.

Придут дети с улицы, начнут раздеваться – Бяка злится: шумно ей, суетно.

Уйдут гулять – Бяке опять плохо – скучно, нерадостно.

Губы у Бяки вниз перекошены, изо рта острые зубы торчат, мешают рот закрыть, вот она и злится, всем недовольна. Злилась она, злилась и так злобой налилась, что зашевелилась и спрыгнула со стены.

Встала посредине раздевалки, огляделась, прошагала в группу, два пальца в рот засунула, да как свистнет:

– Я теперь буду здесь хозяйкой! Эй, куклы-муклы, все меня слушайтесь! И ты, попугай, мне подчиняйся, а не то укушу!

И зубами лязг-лязг. Одиннадцатью рогами трясёт, руками машет, словно вентилятор.

Испугался Дусик, крыльями захлопал, стал фею Вею на помощь звать:

– Фея, фея!

А Бяка-закаляка знай себе от смеха покатывается, ногой топает, да приговаривает:

– Кричи, кричи, я твоей феи не боюсь, она из рисунка сделана и я из рисунка. Ещё посмотрим, кто из нас главнее! А справиться со мной только Вова Помидоров может. Он меня нарисовал!

Покричала так Бяка-закаляка, да как пошла куролесить: взяла фломастер и мигом куклам на лбу кружочки начирикала, в строительном уголке кубики разбросала, в коробке пазлы перепутала, а в довершение ко всему клетку с бедным Дусиком счётными палочками закидала.

Испугался Дусик, замолчал, надулся, сидит, фею Вею ждёт. А её как нарочно, всё нет и нет. Откуда попугаю знать, что его подружка сейчас в ясельной группе с детьми с горки катается. Весело Вее, радостно. Малыши смехом заливаются и фея не отстаёт. Знай себе, летает вверх-вниз на плечах у толстенького Миши Павлова.

А Бяка-закаляка, не будь глупа, побезобразничала в группе пока дети гуляли, покуролесила, да и шмыг под диванчик. Прилепилась к стенке и затаилась, словно её и не было.

Пришли дети с прогулки – ничего понять не могут. Уходили – игрушки на место убрали, а вернулись – всё вверх дном.

Девочки увидели изрисованных кукол, заплакали:

– Это мальчики их исчирикали!

Мальчики заметили разбросанные кубики, расстроились:

– Мы после игры кубики в коробку сложили. Наверняка это девочки их раскидали!

Встали дети друг напротив друга – лица обиженные, того и гляди подерутся.

Вдруг кто-то вслух подумал:

– Может это попугай нахулиганил?

Повернулись ребята к клетке, а попугай сам сидит ни жив, ни мёртв от страха, а вокруг него разбросанные счётные палочки валяются.

– Никак не пойму, кто это успел набедокурить? – строго сказала Светлана Михайловна, оглядев притихших детей.

– Это не мы! – хором закричали девочки и мальчики.

– Знаю, что не вы…, – воспитатель немного подумала и предположила, – наверное, это ворона в форточку залетела. В следующий раз не буду окно так широко открывать.

Немного повздыхав, мальчики снова сложили кубики, а девочки пошли отмывать перепачканных кукол. Только Дусик одиноко сидел в своей клетке и горестно грыз счётную палочку.

Охота на Бяку

С тех пор, как в детском саду появилась Бяка-закаляка кусачая, для феи Веи закончились спокойные деньки.

Закаляка хитро перебегала из группы в группу и везде умудрялась оставить разгром и беспорядок, а бедняжке фее Вее ничего не оставалось, как метаться по садику и убирать Бякины бесчинства. Ещё бы! У синей хулиганки имелось целых десять быстрых ног и одиннадцать рогов, а у Веи только крылышки, да хрупкая волшебная палочка.

– Моя волшебная палочка, наверное, скоро износится и сломается, – пожаловалась она попугаю Дусику, – так много, как за эту неделю, она за всю зиму не работала.

Нахохленный Дусик понимающе пискнул.

Он уже знал, что фея просила палочку-выручалочку сделать Бяку доброй и приветливой, но сколько малышка ни махала своим инструментом в сторону врага, Бяка только корчила рожи и насмехалась.

– Давай, поставим на Бяку капкан, – предложил попугай. – Я слышал, как воспитатель рассказывала, что на свирепых хищников охотники ставят капканы.

Закаляка попадётся в капкан, мы с тобой подскочим и пооткусываем ей рога.

Фея отрицательно покачала головой, с трудом представляя, как она откусывает Бяке рога.

– Нет, Дусик, такой метод не годится. Мне кажется, что безрогая Бяка-закаляка навряд ли станет добрее, чем есть.

Их негромкую беседу прервал громкий детский плач в ясельной группе.

Вея устало вздохнула:

– Наверняка опять Бякина работа…

Она оказалась права: в ясельной группе кто-то неизвестный перепутал ночные горшки, а в кроватки вместо подушек положил грязные полотенца.

– Палочка-выручалочка, верни всё на место, – чуть не плача попросила помощницу фея Вея и бессильно опустилась на стул. – Нет! Дальше так продолжаться не может. Наверное, Дусик прав и на Закаляку надо ставить капкан. Только какой?

Крепко подумав, фея вспомнила, как познакомилась с Дусиком. Да. Это был тяжёлый день. Тогда дети делали аппликацию, а она нечаянно попала в клей и приклеилась к бумаге.

Чистый лист бумаги на столе воспитателя лежал так удобно, что Вея не стала долго раздумывать, а вылила на него целую бутылочку прекрасного белого клея и осторожно потащила ловушку к диванчику, под которым любила прятаться Бяка-закаляка.

– Правильно, правильно! – одобрительно захлопал крыльями попугай, наблюдая за действиями подруги. На радостях он подмигнул двум своим изображениям в зеркале, мечтательно закатив глаза. – Скоро у нас снова поселятся мир и порядок.

Но обхитрить Бяку-закаляку им не удалось.

Увидев лист с густо размазанным клеем, безобразница сразу догадалась в чём дело.

Мерзко хихикая, она вылезла из-под диванчика, семеня десятью ногами, обошла Веину западню и выкрикнула:

– Выходи, фея Вея, вызываю тебя на бой.

– Девочки не дерутся! Девочки не дерутся, – истошно заверещал Дусик, придержав Вею за платьице.

– А я не девочка, а Бяка-закаляка, – драчунья показала Дусику язык и крепко сжала кулаки на руках. – Ох, и побью я сейчас противную фею Вею, отниму у неё волшебную палочку, стану главной закалячной феей и весь детский сад в мелкие клочки раздеру.

Как ни хотелось фее Вее разобраться с неуёмной Бякой, она все же заставила вести себя так, как подобает благовоспитанной девочке из приличной сказки:

– Нет, Бяка-закаляка, – серьёзно ответила малышка, – я не буду с тобой драться. Лучше уж буду как и прежде летать за тобой и убирать беспорядок. Надеюсь, что когда-нибудь тебе станет стыдно.

– Ой, ой, ой, не дождётесь, – показала фее с Дусиком «нос» Бяка-закаляка, попутно боднув одиннадцатым рогом плюшевого мишку, – не появился ещё на свет тот человек, который может меня остановить.

Ей не следовало говорить эти слова, потому что в птичьем мозгу Дусика словно молния сверкнула: он вспомнил Бякин рассказ про то, что справиться с ней может только тот, кто её нарисовал, то есть Вова Помидоров.

– Вея, – возбуждённо затрещал попугай подруге на ухо, – срочно разыщи Вову Помидорова. Он один может остановить противную Закаляку.

Фея понимающе кивнула и уже собралась отправиться к детям на прогулку, как в раздевалке раздался громкий шум, и к своим шкафчикам подбежали два мальчика:

– Я первый пришёл! – заливисто похвалился черноглазый Даня Мальков, – я быстрее всех бегаю.

– Нет, я первый, – заспорил с Даней краснощёкий мальчик, оказавшийся Вовой Помидоровым, – это тебе показалось, что ты первый, а на самом деле второй! Эх, было бы у меня десять ног, я бы знаешь, как бегал.

Тут он вспомнил, что недавно рисовал Бяку-закаляку с десятью ногами, и кинулся в дальний угол проведать своё произведение.

Бяки не было.

«Наверное, няня нашла и стёрла, – задумался он, – вторую Бяку, что ли нарисовать?».

– Ни в коем случае! – воскликнула про себя маленькая чудесница, легко читавшая мысли ребятишек.

Вея подлетела к Помидорову и провела над его глазами волшебной палочкой.

Вова остановился как вкопанный, несмотря на то, что Маша Панова успела оттеснить его от шкафчика и быстро стягивала с себя комбинезон.

Он в задумчивости подёргал себя за ухо, рассеянно взглянул на Машу, негромко произнеся вслух:

– Вообще-то мне вдруг захотелось разыскать свою Бяку-закаляку и кое-что исправить в её внешности.

Веселушка-красивушка

Бяку-закаляку Вова увидел очень скоро: когда дети раздевались и ложились спать, он заметил какое-то странное мелькание под Серёжиной кроватью.

Что бы это могло быть? Мальчик свесил голову вниз и увидел два синих Закалякиных глаза, направленных прямо на него.

«Значит, няня не стёрла мой рисунок», – понял Помидоров, сразу сообразивший, что Бяку надо поймать и обезвредить.

Крепко зажмурившись, Вова сделал вид, что спит, а сам принялся гадать как лучше подобраться к шустрой Бяке-закаляке.

«И угораздило же меня нарисовать ей десять ног, – думал Помидоров, начиная засыпать по-настоящему, – нарисовал бы одну, и никуда бы она от меня не делась».

Во сне ему грезилась одноногая Бяка-закаляка, щерившая свой зубастый как у акулы рот. Она прыгала за Вовой, стараясь тяпнуть его за палец на ноге, а Вова боялся и плакал.

После такого ужасного сновидения мальчик проснулся полный решимости немедленно покончить со своим художеством. Немного подумав, Вова сообразил, что лучше всего Бяки-закаляки должны приманиваться на мороженое. Лично его, Вову Помидорова можно было бы очень легко поймать на фруктовое мороженое.

Он выбрал розовый карандаш, цветом напоминающий клубничный брикет, и в том месте раздевалки, где прежде сидела Бяка-закаляка, нарисовал прекрасное мороженое в вафельной трубочке. Сам бы ел!

Сделав дело, он сел в засаду за дверцу шкафа и стал ждать.

Буквально через минуту, его глаз засёк любопытную Закаляку, с размаху прыгнувшую на стену.

С криком «Попалась!», Вова рванулся к синей хулиганке, прижал её ладошкой к стене и, выхватив заранее приготовленную стиральную резинку, молниеносно стёр её злой зубастый рот.

– Теперь я нарисую тебе приятный улыбающийся ротик, – приговаривал он, пыхтя от усердия, – и ты сразу станешь доброй и милой.

Сначала Бяка пыталась вырываться, но вскоре поняла, что из Вовиных цепких пальцев ей хода нет, и затихла.

Так! Готово!

Помидоров оторвался от работы и полюбовался на симпатичную Бячку-Закалячку с двумя ровными ножками, улыбающимся ртом и густой копной волос, полностью скрывающей безобразные рога.

– Знаешь, Бяка, ты получилась такой славной, что я, пожалуй, дам тебе другое имя. Теперь ты будешь Веселушка-красивушка! – проговорил довольный Вова, обещая себе никогда больше не рисовать на стенах, ну а уж если придётся, то все его рисунки будут отличаться добротой и красотой.

Увидев сказочное преображение бывшей злючки, фея с Дусиком были на седьмом небе от счастья.

– Ура! Ура Вове Помидорову, – тряс хвостом Дусик.

– Да здравствует Веселушка-красивушка! – вторила ему фея Вея.

Друзья так увлеклись поздравлениями, что не сразу расслышали писклявый голосок, идущий с пола:

– Ля-ля-ля, ля-ля-ля, – распевал он весёлую песенку.

Попугай с феей взглянули на стену и увидели, что Вовин рисунок снова исчез, а вместо него на полу пляшет маленькая Веселушка.

Заметив, что на неё смотрят, Веселушка-красивушка сделала глубокий поклон и вежливо сказала:

– Простите меня, друзья. Я, кажется, успела наделать немало глупостей. Но больше этого не повторится, сию минуту я отбываю жить в супермаркет. В вашем детском садике мне места маловато, разгуляться негде, – пояснила она своё намерение. – Но не расстраивайтесь, а поджидайте меня в гости.

Не успели фея Вея с Дусиком опомниться, как Веселушка сверкая пятками развернулась и умчалась в близлежащий супермаркет, манящий посетителей яркими витринами и броскими вывесками.

– Надеюсь, что магазин придётся нашей новой подруге по вкусу, – заметила маленькая фея, глядя, как через дорогу пролетела еле заметная точка и скрылась в пёстрой толпе покупателей.

Ветрянка

Очень много дел у медсестры детского сада Марии Петровны: ведь ей надо не только следить за здоровьем ребят, но и давать задание поварам, какие блюда готовить. Ещё она должна делать прививки, раздавать витаминки и записывать всякие важные сведения в толстых журналах и тоненьких медицинских карточках.

Сведения о карантине считаются необыкновенно важными, потому что если Мария Петровна объявляет воспитателям о карантине, то они всегда всплёскивают руками, хмурятся и бегут вешать на дверь объявление, написанное крупными буквами.

Так случилось и в тот день, когда озабоченная Мария Петровна вошла в дверь средней группы.

– Светлана Михайловна, объявляйте карантин, – заявила она с порога. – Лера Веселова сегодня не придёт. У неё ветрянка.

От такого известия фея Вея, катавшаяся на игрушечной лошадке, чуть не свалилась вниз.

Она натянула вожжи, остановила лошадку и заинтересованно уставилась на медсестру: про ветрянку она ещё никогда не слышала. Интересно, кто она такая эта ветрянка, и почему она не пускает Леру в садик?

Думала фея недолго. Лера жила через дорогу, её окна маленькая чудесница знала хорошо, поэтому мгновенно решила навестить Леру и лично познакомиться с таинственной ветрянкой.

Попрощавшись с Дусиком, неутомимая Вея сделала круг под потолком, на ходу превратила муху в плюшевого слоника и, словно воздушный шарик, умчалась к Лере Веселовой.

Лерочка с грустным видом сидела в кровати и, положив на коленки альбом для рисования, раскрашивала голубым цветом только что нарисованного лебедя.

Фея Вея присела девочке на голову, залюбовавшись чудной картиной в альбоме.

Лера изобразила морской берег, где по синей морской глади плавали голубые лебеди, из морской пучины выглядывали диковинные рыбы, а высоко в небе раскидывало лучи ярко-жёлтое солнышко.

Рисунок был так хорош, что Вее захотелось немедленно обсыпать его золотыми блёстками. И она уже подняла для этого свою волшебную палочку, как вдруг заметила, что Лера и сама вся изрисована. Только не чудными рисунками, а ярко-зелёными точками. От изумления из Веиных рук чуть не вывалилась волшебная палочка. Зачем Лера так себя разукрасила?

Конечно, если бы это был Вова Помидоров, или, к примеру, Даня, то фея ничуть бы не удивилась. Она хорошо помнила, как Даня разрисовал себе красным фломастером коленки, а Вова вывел на щеках буквы. На правой щеке букву «В» – Вова, а на левой «П» – Помидоров. Но чтобы умная и спокойная Лера хулиганила? Быть этого не может!

«Не иначе, как девочку подговорила ветрянка, – сообразила малышка и негромко позвала незнакомку. – Ветрянка! Ветрянка!

– Ау! Кто меня вызывает? – прошелестело в ответ, и фея Вея, заглянув под кровать, обнаружила там распластанную по полу прозрачно-зелёную кляксу, которая на феиных глазах вытянулась, превращаясь в неприятную носатую тётку.

Тётка шмыгнула носом, с любопытством оценивая крошку с волшебной палочкой, и поинтересовалась:

– За вирусом пришла? Ты какой хочешь, покрепче, или послабее?

Вея опешила:

– За каким вирусом?

– За вирусом ветрянки, – снисходительно объяснила тётка. – Смотри!

Она подлетела к ничего не подозревающей Лере и дунула на неё.

– Ой, ой, – закричала потрясённая фея, глядя, как Ленина рука покрывается пятнышками.

– Мама, снова ветрянка высыпала, – позвала маму Лера.

– Иду, – отозвалась мама. Она достала пузырёк с зелёнкой, взяла ватную палочку и поставила на месте сыпи аккуратные зелёные точки.

– Поняла, почему Лера разукрашена, – сказала себе фея, грозно посмотрев на довольную результатом ветрянку. – Так ты болезнь?

– Конечно. А ты как думала? – засуетилась зелёная тётка. Она протянула вперёд цепкие пальцы, норовя притянуть к себе фею Вею. – Давай, подходи ближе, я тебя заражу. Мои вирусы знаешь какие шустрые, летучие как ветерок. Меня поэтому и называют «Ветрянка». А не захочешь подойти, я снова на Леру подую.

Ветрянка вытянула губы трубочкой, приготовившись выдохнуть партию вирусов.

Фея Вея подпрыгнула от злости на бессовестную Ветрянку и щёлкнула её волшебной палочкой прямо по длинному зелёному носу:

– Не дам обижать нашу Лерочку!

– Спасите! Помогите, люди добрые! Честную Ветрянку вирусов лишают! – заголосила Ветрянка, с каждой секундой становясь всё меньше и меньше, пока не превратилась в крошечную точку на полу, которую сообразительная фея немедленно замазала целым пузырьком самой лучшей зелёнки.

– Надо же, – удивилась Лерина мама, входя в комнату, – я и не заметила, что пролила зелёнку на пол.

Она принесла швабру и тщательно вымыла пол.

А через три дня выздоровевшая Лера пришла в детский сад.

– Удивительно, как быстро поправилась Лера, – сказала медсестра.

Но карантин так и не отменили, вдруг ещё кто-то заболеет. Откуда Марии Петровне было знать, что фея Вея уже успела расправиться с незваной гостьей по имени Ветрянка.

Необыкновенное гнездо

Больше всего на свете девочка Юля не любила мыть волосы и причёсываться. Каждый раз, когда Юля купалась, маме приходилось подолгу уговаривать дочку капнуть на голову хоть чуточку самого мягкого и ароматного детского шампуня из красивой бутылочки.

– Нет! Не дам! Не буду мыть волосы! – кричала Юля настолько громко, что из квартиры снизу прибегал сосед дядя Витя и принимался расспрашивать маму почему она жестоко обращается с ребёнком.

– Ну, всё. Мне твои фокусы надоели, – сказала мама в один прекрасный день, – ходи как хочешь.

Юля была необыкновенно довольна. Наутро она полюбовалась в зеркало на свои волосы, свисающие на глаза грязными сосульками, и пошла в детский сад.

– Опять у нас Юля нечёсаная, – укорила её воспитательница, заметив прическу девочки. Вздохнув, она достала Юлину расчёску, поискала в кармане запасные резиночки для волос и без лишних разговоров завязала Юле два хвостика.

Спорить с воспитательницей Юля не посмела, но как только выдался подходящий момент, завернула за угол и содрала с головы ненавистные резиночки – одну розовую, а другую голубую.

«Никому не дам трогать мои волосики, – сердито думала она, тайком засовывая резиночки в игрушечный домик к трём поросятам, и совсем не замечая удобно устроившуюся на его крыше маленькую фею.

Окинув взглядом Юлину голову, маленькая чудесница погрузилась в размышления. Ей стало совершенно ясно, что кудлатую Юлю необходимо проучить. Но как?

Может быть, стоит ненадолго сделать Юлю лысой?

«Нет. Не смешно, – отмела первую мысль фея Вея. – Превратить грязные волосы в сахарную вату? Тоже не очень. Навряд ли серая сахарная вата будет выглядеть аппетитно».

От дум фею Вею отвлек дробный стук по стеклу и тоненькое попискивание:

– Привет, фея из детского сада!

– Привет! – обрадовано ответила фея, помахав рукой своей доброй приятельнице птичке-синичке. – Ты-то мне и поможешь!

– Всегда рада, – чирикнула синичка, – только попроси.

– Дело вот в чём…, – фея вылетела из форточки, остановилась около подруги и тихо прошептала ей на ухо несколько слов.

– Поняла. Это будет очень потешно, – согласно махнула крылышком синичка, выслушав Вею. – Посмотрим, что получится из нашего замысла.

Заговор двух подружек прервал громкий голос воспитательницы:

– Ребята, собирайтесь гулять, занятие будем проводить на свежем воздухе. Посмотрите, как чудесно на улице.

Действительно, площадка перед детским садом выманивала ребят весенней чистотой. Приветливо качала серёжками раскидистая берёза над деревянной песочницей, чуть поскрипывали от тёплого ветерка новенькие качели, а яркое солнышко пригревало так крепко, что воспитатель позволила всем снять куртки и остаться в одних кофточках. То-то было радости!

– Нам разрешили раздеться! – оповестил мальчиков и девочек Даня Мальков, на бегу расстёгивая молнию комбинезона. – Ура!

– Ура! Ура! – наперебой подхватили дети, и через секунду единственная скамейка была завалена грудой пальтишек, курточек, шарфиков и зимних шапочек.

– Именно это мне и надо, – чирикнула соседке мелкая пташка на берёзовой ветке. – Смотри в оба, я полетела выполнять поручение феи Веи.

Синичка вспорхнула и принялась кружить над детской площадкой, явно выбирая какую-то цель. Она то приближалась к играющим малышам, то взмывала на куст сирени, прячась в его пышной свежей листве. Казалось, птичьим затеям не будет конца. Но вот синичка коротко взмахнула крыльями и перепорхнула с куста на светлую растрёпанную головенку девочки Юли.

– Какой чудный, свалявшийся пучок волос, – громко оповестила пташка знакомых синичек. – Я совью тут чудное гнёздышко и выведу трёх крепеньких, горластых птенчиков. Двух мальчиков и девочку.

Не обращая внимание на застывшую от изумления Юлю, синичка немедленно приступила к работе по постройке гнезда.

– Чики-бом, чики-бом,

Я построю мягкий дом, – принялась распевать устроительница, разгребая лапками сбившиеся в кучу волосы.

Бедная Юля не знала, что и делать.

– Смотрите, смотрите, у Юли на голове сидит птица! – закричал Вова Помидоров.

– Ой, какая хорошенькая! Маленькая, славная, – завизжали от восторга девочки. – Ты, Юля не шевелись, не испугай птичку. Она у тебя гнёздышко вьёт.

– Наверное, скоро яйца отложит…, – рассудительно заметил Богдан, недавно прочитавший с мамой «Энциклопедию птиц».

– Какие яйца? – заревела в голос Юля. – Я не хочу никаких яиц на голове!

– Ну, на такой нечёсанной голове любой захочет яйца отложить. Радуйся, что это не ворона, – заметила подошедшая воспитательница, внимательно посмотрев на сгрудившихся вокруг Юли детей.

Заслышав слова воспитательницы, девочки принялись поправлять бантики на туго заплетённых косичках, а мальчики усиленно приглаживать чёлочки, опасаясь, что их головы тоже присмотрит какая-нибудь пичуга.

Юля взревела с новой силой:

– Не хочу нечесаную голову, – захлёбывалась от плача девочка, – хочу бантики!

– Ну, и напрасно! – обиженно чирикнула синичка, покидая насиженное место, – Придётся вить себе другое гнездо!

Она подмигнула фее Вее, пристально наблюдавшей за Юлей с подоконника, и, распевая песенку, помчалась за зазевавшейся мошкой, а воспитательница вздохнув, достала из кармана расчёску.

– Иди сюда, горе луковое.

Не успела синичка полакомиться мошкой, как радостная Юля была тщательно причёсана. А чтобы больше ни одна птичка не польстилась на Юлину голову, воспитательница завязала девочке не два, а целых три хвостика!

С тех пор Юлина мама на дочку не нахвалится:

– Вы не представляете, какая моя Юля чистюля, – говорит она знакомым. – Моет голову каждый день! А какие причёски научилась делать! Её косичку даже в детский журнал сфотографировали! Смотрите!

Мама показывала яркую обложку журнала, на которой улыбалась аккуратно причёсанная Юля с пышным красным бантом и красовалась надпись: «Детский шампунь без слёз».

Майский жук

С наступлением тепла на улице стали появляться странные незнакомцы: то на цветок одуванчика опустится маленький круглый жучок с пятнышками на спинке, то запорхает белокрылая бабочка, то под качелями пропрыгает зелёная лягушка. Но однажды случилось вот что…

Фея Вея, по своему обыкновению, устроилась на подоконнике и пыталась рисовать на стекле солнечным лучиком, когда сзади неё раздалось густое жужжание и звонкий щелчок.

Резко обернувшись, фея увидела крупного коричневого жука с чёрной головой и жёсткими крыльями.

– Добрый день. Кто ты?

Она пытливо посмотрела на гостя, ожидая приветствия, но его не последовало.

Вместо этого пришелец повёл усиками в её сторону, шевельнул лапками и сипло проскрипел:

– Пожалуй, это нам подходит.

– Объясни, будь любезен, что вам подходит? – забеспокоилась фея.

Жук не спеша прогулялся к цветку герани в белом горшке, задумчиво пожевал пахучий листик и снисходительно пояснил:

– Нам подходит это дом и двор. Теперь мы тут будем жить.

– Вы? – вспыхнула от негодования маленькая фея, – Кто это вы?

– Майские жуки, – последовал короткий ответ, вслед за которым жук пошарил у себя под крылом, поднёс к уху лапку с малюсеньким телефоном и внятно сказал:

– Алло. Это говорит главный майский жук. Передайте моей жене, дяде, тёте, двоюродному брату, бабушке, дедушке и четвероюродным племянникам чтоб немедленно паковали вещи и летели ко мне. Я нашёл нам хорошую новую страну. Кустов тут много, листья уже зелёные, нашим гусеницам надолго еды хватит. До последнего цветочка всё объедим.

Он немного отвёл лапу в сторону, выслушал слова невидимого собеседника и проговорил, отвечая на вопрос:

– Нет, нет, других жуков здесь пока не видно. Бегает тут какая-то прозрачная, но на жука она не похожа. Думаю, мы с ней легко справимся.

– Ах, так! – воскликнула фея Вея, решительно сдвинув брови. – Не видать вам наших кустов!

Грозно подняв свою волшебную палочку, она задумала желание, как избавиться от захватчиков, но осуществить его не успела – майский жук перехватил Веину руку и, щёлкнув челюстями, с оглушительным хрустом разгрыз волшебную палочку на мелкие кусочки.

Не глядя на остолбеневшую от ужаса Вею, жук развернул крылья, зажужжал и полетел на куст сирени.

– Палочка, моя палочка… Как же так? – приговаривала маленькая фея, пытаясь собрать свою выручалочку дрожащими пальчиками.

Но её усилия были совершенно бесполезны. Разжёванная в мочалку палочка бессильно разваливалась в её руках, а яркая звёздочка, прежде сияющая на конце острия, превратилась в обслюнявленный комочек бумаги.

Всю ночь маленькая фея проплакала. Она плакала так много, что её слезинки, превращаясь в хрустальный бисер, наполнили целое кукольное блюдечко.

А наутро, выглянув в окно и увидя, что куст сирени под окном кишит шустрыми майскими жуками, фея Вея слегла от горя.

Доброе братство милее богатства

«Фея Вея заболела», – на утренней заре эта недобрая весть вылетела из детского сада и принялась кружить по окрестным дворам.

– Вы слышали? Заболела маленькая фея из детского сада! – выкрикнула сорока с верхушки берёзы.

– Фея Вея хворает, – переговаривались между собой синички.

– Занедужила прозрачная малышка, – шелестели страницами книжки в библиотеке.

– Больна фея из детского сада, – сообщила Царице ночи бабочка Урания.

– С феей Веей случилась беда, – прочитала Зубная фея в утреннем послании, написанном на лёгкой паутинке. Она расстроено покачала головкой, надела ожерелье из детских зубиков и шагнула в дверь, – надо собираться в детский сад!

Самой первой, сверкая синими пятками, на помощь заболевшей фее примчалась Веселушка-красивушка, бывшая когда-то Бякой-закалякой.

– Как наша больная? – спросила она у нахохлённого Дусика, не отходившего от постели подруги.

– Плохо, – коротко сказал попугай, кивнув на заплаканных кукол, у которых всё валилось из рук.

– Очень плохо, – хором подтвердили куклы.

– Беда! Беда! – заверещала Веселушка-красивушка, забегав кругами по стене. Она так суетилась, что чуть не задела птичку-синичку с полным клювиком травинок.

– Когда мы, синички, болеем, мы клюём целебную травку, – защебетала пташка, бережно опустив свой груз в кроватку к Вее, бессильно лежавшей на кукольном одеяльце.

Попугай горестно щипнул себя за крыло:

– Травка ей не поможет. Её спасёт только новая волшебная палочка.

– Точно так, зуб даю! – подтвердила Зубная фея, влетая в распахнутое окно, – без волшебной палочки феи исчезают. Необходимо достать новую волшебную палочку.

Дусик оживился:

– Ну, так это легко! Когда я разбил своё зеркальце, Вея написала на зеркальную фабрику и мне немедленно прислали новое зеркало. Давайте напишем на фабрику волшебных палочек, и дело с концом.

– Ох, Дусик, Дусик, волшебные палочки не делают на фабриках, – охладила его пыл Зубная фея, – палочки даются каждой фее при рождении.

– Разрешите влететь? – спросила необыкновенно красивая бабочка, плавно опускаясь на край Веиной кроватки. – Я бабочка Урания из ботанического сада, – представилась она собравшимся. – В наш сад ветром донесло печальную новость о тяжёлой болезни маленькой феи, и Царица ночи немедленно отправила меня проведать бедняжку. Кроме того, Царица ночи послала фее в подарок свою колючку. Вот она.

Урания шевельнула крыльями, стряхивая с них небольшую острую иглу.

– У-у-у-у, – чуть не заплакал с досады попугай Дусик, – нам волшебная палочка нужна, а не иголка.

– Из любой иголки можно сделать волшебную палочку, – вдруг произнёс незнакомый женский голос.

– Кто? Кто? Кто это сказал? – заозирался по сторонам попугай, прикрывая крыльями кроватку с феей.

Он одним глазом увидел, как посреди пола разлилось розовое сияние, и в круге света из него шагнула восхитительно красивая дама в старинном платье.

–Я тётушка всех фей. Фея из сказки «Золушка».

Тётушка потрепала по щеке Зубную фею и заглянула в кроватку с больной. На миг на её лице появилось озабоченное выражение, но тут же исчезло, как только старая фея увидал собравшихся вокруг феи Веи друзей.

– Хорошо, что вас так много, – одобрительно заметила она. – Значит, вы вполне справитесь с моим заданием.

– Итак, – тётушка испытующе замолчала, – вам предстоит превратить колючку в волшебную палочку. Предупреждаю – это чрезвычайно трудно.

– Мы готовы, говори, дорогая тётушка, что надо сделать! – нетерпеливо выкрикнула Зубная фея.

– Да, да, мы готовы, – заговорили разом синичка, попугай, бабочка Урания, куклы и Веселушка-красивушка.

– Ну, слушайте!

Тётушка фей понизила голос и повела рукой в воздухе:

– Знайте – у каждого существа на свете есть кусочек волшебства. Ты, попугай, умеешь волшебно подражать голосам людей, ты, бабочка Урания, имеешь дар волшебно сверкать в солнечных лучах, ты, синичка, можешь волшебно чирикать весёлые песенки, Зубная фея – волшебно дарит подарки за выпавшие зубы, ну а Веселушка-красивушка волшебно бегает по гладкой стене.

Если каждый из вас не пожалеет своего волшебства для феи Веи, то колючка, несомненно, превратится в волшебную палочку.

– Я согласен, – отважно выпятил грудь Дусик, – пусть я больше никогда не буду разговаривать, лишь бы моя любимая подружка выздоровела.

Он махнул крылом и затянул песню:

«Дружба крепкая не сломается,

Не рассыплется от дождей и вьюг».

Но, внезапно поперхнувшись, замолк на полуслове, не в силах больше вымолвить ни одного человеческого слова.

– И я согласна, – тихо сказала Урания, с лёгкой грустью глядя, как с её крылышек медленно осыпается позолота.

– И мы согласны, – обнялись синичка с Веселушкой-красивушкой.

Последней к тётушке подошла Зубная фея. Низко опустив голову, она со слезами на глазах сняла с шеи своё ожерелье из белоснежных зубиков и махнула рукой:

– Пусть я никогда не смогу дарить таких чудесных подарков, как прежде, но я буду стараться и придумаю какие-нибудь другие.

Лицо старой феи засияло от радости:

– Спасибо вам, друзья мои, вы сотворили чудо. Смотрите!

Плавным жестом она указала на лежащую на Веиной кроватке тонкую колючку.

Все одновременно посмотрели в указанном направлении и ахнули, потому что вместо некрасивой белёсой колючки, на синем покрывале лежала блестящая и гибкая волшебная палочка с алым цветком на конце.

– Раз, два, три, фея Вея оживи! – хлопнула в ладоши тётушка всех фей.

На счёт «три», глазки феи Веи широко распахнулись, и она села на кроватке, схватив в кулачок новую волшебную палочку.

– Ура! Мы победили! Да здравствует фея Вея, – раздалось со всех сторон, а неуклюжие куклы на радостях пустились в пляс.

– Спасибо, дорогие мои, – поклонилась друзьям малышка, – я знаю, что каждый из вас отдал мне своё волшебство, но я уверена, что сумею всех утешить, правда, тётя?

Не дожидаясь тётушкиного ответа, она взмахнула новой волшебной палочкой и громко загадала:

– Пусть ко всем моим друзья волшебство вернётся с новой силой.

–Умница, – похвалила прозрачную племянницу старая фея, посылая ей воздушный поцелуй и растворяясь в воздухе.

– До встречи, дорогая тётушка всех фей! – неожиданно для всех затарахтел Дусик на чистейшем человеческом языке.

– До встречи! – махнула крыльями бабочка Урания и они вспыхнули золотом так ярко, что люди на улице начали тревожно переглядываться, не пожар ли в детском саду.

Веселушка-красивушка подхватила на руки лёгкую синичку, запевшую радостную песенку, и понеслась по стене, оставляя там крошечные голубые следы.

Лишь Зубная фея ничего не сказала, а улыбаясь, трогала на своей шее великолепное ожерелье из прекрасных зубиков, думая о том, что теперь все дети с выпавшими зубами будут получать от неё…

То, что они будут получать, Зубная фея ещё не придумала, поэтому попрощалась в феей Веей и улетела в свой домик глубоко поразмышлять.

На следующий день все городские газеты вышли с крупным заголовком:

«На территории детского сада произошло сенсационное событие: майские жуки на кусте сирени сами собой превратились в пышные розы. Учёные со всего света спешат познакомиться с необыкновенным фактом. Куст сирени помещён в ботанический сад».

Отпуск

Отшумел капелями озорной апрель, красным надувным шариком пролетел быстрый май, притащив за собой на ниточке солнечный месяц июнь.

– Сегодня наступило лето, – сказала детям воспитательница и развернула яркий календарь, – давайте вспомним, сколько у нас времён года.

«А действительно, сколько? – призадумалась фея Вея, притулившаяся на лампочке дневного света. – Я помню только два времени года: зиму, когда я появилась на свет, и весну, которую мы ждали так долго, что чуть не потеряли терпение».

Оказалось, что на самом деле времён года четыре. Кроме зимы и весны есть ещё лето и осень.

Про осень малышка пока ничего не знала, а юное лето видела за окном. Оно обдувало её теплым ветерком и рассыпало по зелёной травке нежные цветочки, обволакивающие фею тонким ароматом мёда.

От души наслаждаясь звонким летом, фея не сразу заметила, что в детском саду начали пропадать дети.

Сначала не пришла в садик Маша Панова, потом исчез Максим Малышев, за ним испарился Даня Мальков, а в понедельник не явилось сразу пять детей.

Не успела маленькая чудесница опомниться, как во всём садике осталось только две группы из двенадцати.

Таинственные события не на шутку обеспокоили фею Вею и она решила посоветоваться с Дусиком.

Попугай, как обычно, сосредоточенно вертелся перед зеркальцем, разглядывая себя то с одного, то с другого бока.

Заметив подружку, Дусик не преминул задать свой обычный вопрос:

– Дусик хороший?

– Очень хороший, – подтвердила фея, забираясь с ногами на насест. – У меня к тебе серьёзный разговор.

– Неужели? – попугай ещё раз окинул взором своё отражение и нахохлился, – слушаю тебя внимательнейшим образом.

С недавних пор он полюбил выражаться очень высокопарно.

Фея не стала крутить вокруг да около, а сразу перешла к делу:

– Дусик, ты не замечаешь, что у нас в саду исчезают дети?

Попугай поперхнулся от неожиданности, задумчиво выдрал у себя перо из грудки и согласно закивал:

– Заметил, заметил, заметил. Я думаю, что у ребят отпуск.

– О-о-отпуск? – протянула фея Вея. – А что это такое?

– Это если кого-нибудь куда-нибудь отпускают, – снисходительно принялся объяснять Дусик, – например, если меня выпустят из клетки, то у меня будет отпуск.

Слова попугая об отпуске заставили фею немного обидеться за детский сад:

– Детский сад не клетка, чтоб отсюда детей выпускать.

Раскрасневшись от негодования, она решила лично разведать, чем заняты пропавшие дети и, если понадобиться, оказать им помощь.

Ближе всех к детскому саду жил Вова Помидоров из старшей группы.

Форточка квартиры Помидоровых на десятом этаже высотного дома была распахнута настежь и даже не скрипнула, когда лёжа на воздушном потоке в комнату незаметно проскользнула малышка фея.

Вова Помидоров сидел на чемоданах и ел мороженое из вафельного стаканчика, то и дело обтирая об брючки липкие пальцы.

Вовина мама копалась в груде вещей, перекладывая их из одной кучи в другую.

– Курточку не возьмём, шортики возьмём. Главное, не забыть купальник, – озабоченно приговаривала она, поглядывая на папу, упаковывающего ласты для подводного плавания.

Наконец, мама вытерла пот со лба, оторвалась от своего занятия и выпрямилась:

– Кажется, всё уложила. Теперь весь отпуск буду не вылезать из моря.

«Понятненько, – дёрнула себя за чубчик фея Вея, – отпуск – это когда сидишь в море».

В следующем подъезде фея навестила квартиру Максима.

Максим, как и Вова, сидел на чемоданах, но только он ел не мороженое, а большое красное яблоко и читал детский журнал, в то время как родители носили в машину удочки, палатку и большую плетёную корзину.

– Надеюсь отпуск подарит мне целую корзину грибов, – объявила мама Максима, беря сына за руку, – жду-не дождусь первого подосиновика.

Фея Вея притормозила на лету и наморщила лоб: эта фраза звучала совсем загадочно. Неужели отпуск не только позволяет сидеть в море, но еще раздаёт желающим корзины грибов? Ну и ну!

Она развернулась в воздухе и со всего духа ворвалась в квартиру Серёжи.

Серёжина мама грустно сидела на диване и смотрела, как по телевизору показывают растрёпанную певицу с толстыми ногами.

– Пропал отпуск, – вздохнула она, когда Серёжа забрался к ней на колени, – придётся его разорвать на две части. Часть взять сейчас, а часть в августе.

Отпуск можно рвать на части? Фея окончательно перестала что-либо понимать и почувствовала, как её голова пошла кругом, вращаясь сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее.

Сама не своя от растерянности, фея Вея влетела в кабинет заведующей и растянулась на полке с книгами, невольно прислушиваясь к разговору взрослых.

– Через неделю детский сад уходит в отпуск, – сказала заведующая, обращаясь к медсестре Марии Петровне.

Это было уже слишком. Обессиленная фея Вея прикрыла глаза и стала представлять, как огромный детский сад с высокой крышей и голубым заборчиком беспечно плещется в море, а на его крыльце в это время стоит огромная корзина с грибами, которые пищат, вылезают наружу и рвут пополам лист бумаги, на котором крупно написано «Отпуск».

– Ах, какая глупая маленькая фея, – внезапно сказала Вея, взлетая вверх, – надо спросить у воспитательницы, что такое отпуск, и сразу станет всё ясно.

До свидания, детский сад

С наступлением лета детей в группах было не застать – почти всё время они гуляли на улице. Именно туда и направилась маленькая фея, заранее приготовив свою новёхонькую волшебную палочку, на верхушке которой огоньком алел симпатичный цветочек.

– Хочу знать, что такое отпуск! – загадала фея, махнув палочкой на проходящую мимо воспитательницу.

Та остановилась, улыбнулась и подозвала к себе ребят.

– Дети, на следующей неделе наш детский сад закрывается. У нас всех будет отпуск. Так называется свободное время, когда можно не работать и не ходить в сад, а гулять, отдыхать, набираться сил и путешествовать!»

– Ура! Отпуск! – загомонили ребята, взахлёб начиная делиться друг с другом воспоминаниями о прошлом лете, а озадаченная фея Вея поспешила к попугаю Дусику.

– Дусик, я разузнала, что такое отпуск! – выкрикнула она, планируя прямо на верхушку клетки. – Это когда сад закрывается, чтобы мы все набрались сил и попутешествовали.

Спящий на жёрдочке попугай подскочил от неожиданности и принялся озираться по сторонам, ища глазами свою чудесную подружку:

– Как надо набираться сил, я понимаю, – утвердительно кивнул он своему отражению в зеркале. – Я стану кушать не пять, а шесть раз в день. Буду ещё лучше чистить пёрышки и купаться на ночь. Может быть, даже решу начать делать зарядку. Но как правильно путешествуют, я не знаю.

– Я тоже не знаю, – сказала фея Вея, переместившись с клетки на край кормушки с зёрнышками, – но думаю, чтобы это узнать, нам стоит отправиться в необыкновенное путешествие. Куда бы ты хотел попасть?

Дусик надолго задумался, несмело предположив после паузы:

– Наверное, я хочу в Африку. Моя мама рассказывала мне, что попугаи родом из Африки. Вдруг я встречу там родственников или познакомлюсь с какой-нибудь милой попугаихой?

– Интересно, есть ли в Африке детские садики для попугаев? – принялась размышлять вслух фея Вея. – Должны же маленькие попугайчики где-то расти?

– Уверен, что в Африке есть множество детских садов, и не только для попугаев, но и для жирафов, слонов и крокодилов, они ведь тоже живут в Африке, – заявил Дусик, нетерпеливо начиная подпрыгивать с ноги на ногу.

От восторга фея захлопала в ладоши:

– Ой, хочу скорее попасть в чудную Африку и посмотреть на детский садик для крокодильчиков!

Она обняла Дусика за шею и, заглянув ему в глаза, попросила:

– Полетели путешествовать в Африку? А ровно через месяц, когда наш детский сад снова откроется, вернёмся из отпуска обратно.

– Решено! Вот тебе моё крыло! – сказал Дусик, протягивая фее Вее крылышко в знак согласия. Она ласково пожала растопыренные пёрышки, понадёжней пристроила в карманчике воздушную палочку и распахнула дверцу клетки.

– В путь!

– Смотрите, смотрите, наш Дусик улетел, – закричали дети, увидев, как над игровой площадкой закружила маленькая зелёная птичка с волнистой грудкой.

– Ловите его, ловите, – побежала за попугаем воспитательница, но вдруг остановилась, глядя как с неба прямо к ней в руки летит небольшой листок бумаги.

Она развернула его на ладони, поднесла к глазам и громко прочитала записку, написанную золотыми буквами: «До свидания, детский сад! Вернёмся после отпуска. Фея Вея».

Content

Ирина Богданова
Сказка о весёлых чудесах и их маленькой хозяйке

Фея вея

В детском саду

Мороженое из каши

Послушные краски

Снеговички

Про Петю

Праздничное платье

Холодный душ

Фиолетовая Даша

Фото на память

Царевна-лягушка

Зубная фея

Театр

Лук – великан

Потеряшки

Барабан-самостук

Микробы

Лепка

Хвостатый колобок

Новый друг

История Дусика

Озорное молок

Паровозик

Игра в магазин

Дусик в беде

Новое зеркальце

Потерявшееся терпение

Оригами

Глупая ссора

Комарики на воздушном шарике

Потерянное время

Средние неприятности

Мешок с капризами

Приключения старого мешка

Крупные неприятности

Лекарство от капризов

Усы для красы

День рождения Дусика

Жар-птица

Торжественный ужин

Необыкновенный полёт

Царица ночи

Царицына сказка

Хрустальный башмачок

Библиотека

Старинный фолиант

Великая сказочница

Бяка-закаляка

Охота на Бяку

Веселушка-красивушка

Ветрянка

Необыкновенное гнездо

Майский жук

Доброе братство милее богатства

Отпуск

До свидания, детский сад