Евгения Решетова

Древо мира. Игра с прошлым

Пролог

– Мне скучно.

– Тебе всегда скучно.

– Не всегда. Раньше с ними было весело, ну или грустно, но всегда интересно. А теперь скучно.

– И что теперь?

– Теперь? Пора напомнить о правилах, что были в прошлом.

Глава 1

Снег хлопьями падал на землю, укрывая ее надежным толстым пуховым одеялом. Снежинки взлетали, танцуя со слишком теплым для зимы ветром, и падали на отведенное им небом место. Их короткая жизнь – совершенство природы, все предопределено, все известно заранее. Нет нужды печалиться о несбыточном. Их удел – короткая радость полета и забота о земле. Их красота – идеальна. И нет в мире ничего более прекрасного и постоянного, чем зимний снегопад.

Девушка, в такой же белой как снег шубке, шла по застывшему саду. Каждое утро она выходила сюда и одним и тем же маршрутом пересекала уснувшее на зиму царство природы. Она пыталась представить, как бы выглядел этот сад летом, но фантазия пасовала. Слишком статичным, слишком унылым он ей казался. Она видела снежные фигуры, но это были всего лишь творения садовника, создаваемые им на потеху господ. А ей хотелось узнать его суть, увидеть, каким он был без прикрас. Но эта мечта была несбыточной, вряд ли ей удастся прожить в этом поместье до лета и увидеть, как расцветают здесь цветы.

– Ваше высочество!

Девушка скривилась. Даже в снежном царстве безмолвия ее не могли оставить одну. А почему? Отец. Он боялся за нее и приставил компаньонку – женщину, сумевшую вырастить пятерых дочерей идеальными леди высшего света. Но что смогла бы сделать госпожа Норина, если бы на поместье все же напали? Она не маг и не воин, просто старая женщина, вознесшая правила этикета на недосягаемую высоту. Компаньонка раздражала ее, но, чтобы не расстраивать отца, девушка была всегда с ней мила настолько, насколько могла. Но сейчас, спустя почти два месяца, это стало почти непосильной задачей. Ни единого мгновения ее не оставляли одну, даже в библиотеке или малой гостиной, где полагалось размышлять о высоком за вышивкой, читать или музицировать, госпожа Норина всегда была рядом. А вечерами, когда полагалось готовиться ко сну, стоило только попытаться открыть дверь, как компаньонка тут же спрашивала, не понадобилось ли чего юной госпоже. Порой девушке казалось, что та просто-напросто не человек, а неведомый дух, которому сон не требуется абсолютно.

– Ваше высочество, вам следует вернуться, – запыхавшись, госпожа Норина все же догнала девушку.

– Но я еще не закончила утреннюю прогулку, – пытаясь сохранить равнодушный вид, произнесла та.

– Прилетел вестник. Ваш отец направляется в поместье.

– Папа?

Она не стала скрывать радостную улыбку и повела себя совсем не так, как подобает леди. Подобрав юбки, не обращая внимания на возмущенные возгласы женщины, она побежала через сад к дому.

Единственный человек, ради которого можно было поступиться любыми правилами приличия, зная, что он все равно не откажет ей и наказания не последует. Потому что он не просто единственный, он – единственный родной человек во всей Долине Древа Мира.

Едва она успела миновать калитку в ограде сада, отделяющую его от поместья, как ворота распахнулись для всадника. Она замерла, в который раз подумав, что никогда не устанет восхищаться отцом…

Он был высок – девушка едва доставала ему макушкой до середины груди. Темные, почти черные волосы, совсем не похожие на ее, до сих пор не тронула седина. Аристократические черты лица делали его необычайно красивым и молодым, словно и не было у него семнадцатилетней дочери. Холодный и жестокий со всеми и совершенно иной со своей единственной дочерью. Любимый и любящий отец.

Увидев ее, он спрыгнул с коня, бросив поводья подбежавшему мальчишке-конюху и широко улыбнулся.

– Папочка!

Девушка бросилась к нему в объятья, точно зная, что обязательно подхватит и закружит, как всегда делал каждый раз при их встрече.

– Скучала, цветочек? – он без усилия подбросил дочь в воздух.

– Скучала просто безумно, – засмеялась она.

– По мне скучала? Или просто не знала, чем занять себя в этой глуши?

Несмотря на его улыбку, девушка поняла, что отца что-то сильно тревожит. Она знала его намного лучше, чем все остальные. И эта тревожная складка на лбу говорила о многом, а улыбка, не затрагивавшая глаз, не могла ее обмануть. Он боялся, и она была уверена, что боялся за нее.

– Что случилось? – спросила она, растеряв охватившее ее веселье и радость.

Он поставил ее на землю, обнял и повел в сторону дома.

– Боюсь, тебя больше нельзя здесь прятать. Эти… бандиты… узнали об этом месте и скоро попытаются его захватить, – в его голосе звучала с трудом сдерживаемая злость.

– Ох, – испуганно вздохнула девушка.

Уже четыре месяца она жила в этом уединенном поместье, о котором мало кто знал, только несколько проверенных слуг. С тех пор как люмины узнали о ее существовании, вся жизнь девушки превратилась в кошмар. За ней охотились те, кого не могла поймать вся королевская гвардия. Она была вынуждена скрываться, чтобы сохранить свою жизнь, переезжая из одного места в другое. И хотя девушка знала, что ее отец был невероятно могущественным магом, она понимала, что даже он был не в силах спасти ее от случайной стрелы или яда в бокале. Воскрешать мертвых не дано никому. Иначе не было бы в его глазах отголоска горя, которое не покинуло его сердце и мучило до сих пор. И он не винил бы себя так сильно, делая все, что можно, чтобы его дочь не познала, что такое страх.

– Здесь я не смогу тебя спасти, Лия, поэтому хочу, чтобы ты отправилась со мной в столицу. Там я буду рядом, – он крепко обнял ее. – Не хочу, чтобы ты погибла из-за нелепой случайности, как и твоя мама.

Она подняла взгляд на портрет матери, который отец специально для нее повесил в холле. Девушка с янтарно-рыжими волосами, глазами цвета неба в ясный зимний день и озорной улыбкой. Девушка, которую не смог спасти отец. И на которую до безумия была похожа Лия.

– Я буду делать все, что ты скажешь, папа. Хочешь, уеду на край света и поселюсь в гномьих пещерах?

Он улыбнулся и отпустил ее.

– Госпожа Норина, прикажите собрать вещи Лии и отправить во дворец Белых роз.

Девушка в восторге захлопала в ладоши, разом позабыв, из-за чего туда отправляется. Королевский замок в столице она не видела ни разу. А уж о том, чтобы побывать во Дворце роз раньше не было и речи. Отец слишком беспокоился о ее безопасности и никуда не отпускал из надежно охраняемых мест. Вся ее жизнь пролетала в одиночестве. А теперь сам везет ее в Даран! В голове не укладывается, как быстро меняется жизнь. Наследница, которая ни разу в жизни не была в столице своего королевства, наконец отправится туда. Ради такого она готова была даже каждый день подвергаться опасности. И пусть сам дворец фактически находился в целом дне пути от столицы, но все знали, что именно он и был сердцем Темных земель.

– Папочка, а почему ты решил взять меня с собой?

Он грустно улыбнулся:

– Просто там есть тот, кто точно сможет тебя сберечь. Кому я доверяю, как самому себе.

– Да? – Лия удивилась, но задать новый вопрос не успела.

В нескольких шагах от них замер один из приехавших с королем гвардейцев.

– Ваше величество, все готово, можно отправляться.

– Лия, ты поедешь в карете, – отец направился к выходу.

– Но…

– Не обсуждается. Так безопаснее. Охрана – надежные, проверенные люди. И в случае нападения тебя, по крайней мере, не заденет случайной стрелой или заклинанием.

– Хорошо, папа.

Лия побежала по лестнице в восточное крыло, которое занимала, живя здесь. Она ворвалась в свою комнату, на ходу снимая шубку, и замерла. Там царил хаос. Было видно, что ее вещи собирали в спешке, следуя приказу короля. Найти теперь дорожный костюм сама Лия бы точно не смогла. В растерянности девушка сделала несколько шагов, но ее окликнули.

– Ваше высочество, – горничная стояла в дверях, держа тот самый костюм, что искала девушка.

Лия улыбалась, думая о будущем. Наконец-то она будет жить там, где и должна, в королевском замке, принадлежащем ей по праву рождения. И отец теперь всегда будет рядом. Ведь он король и проводит там почти все время. Конечно, он будет чаще бывать в столице, чем в замке, но таковы обязанности всех правителей.

Карета уже ждала. Неприметная, в такой может путешествовать кто угодно. Черная снаружи, без каких бы то ни было опознавательных знаков, карета могла принадлежать и чиновнику, и землевладельцу, и обедневшему аристократу, который не хочет, чтобы его узнали. Зато внутри мягкие сиденья и большое количество подушек, а магические грелки создавали так необходимое зимой тепло. За всю свою жизнь девушка видела сотни таких. Ей опостылело прятаться, скрываться, но ради отца она готова была это делать. Он любил ее, в этом она не сомневалась ни минуты.

– Я поеду вперед, – он уже был в седле. – Не хочу привлекать к тебе лишнее внимание. Увидимся дома.

Он сорвался в галоп, а она продолжала смотреть ему вслед. За его жизнь бояться не стоило – никто бы не осмелился встать на его пути или причинить ему вред. Короля Дарана уважали и боялись. Он правил железной рукой, не боясь прослыть жестоким. Крупнейшее из королевств Темных территорий, Даран, главенствовало по эту сторону реки. А его королю подчинялись не только свои собственные подданные, но и жители других земель. Фактически, он был правителем всех Темных территорий. И хоть его власть и признали, он никогда ей не злоупотреблял, довольствуясь выказываемым ему уважением и налогами, идущими в его казну.

– Ваше высочество, – тот же самый гвардеец уважительно склонил перед ней голову, приглашая занять свое место.

– Благодарю, – с достоинством ответила девушка.

Мерно покачивалась карета, изредка подпрыгивая, когда колесо попадало в очередную яму. Лия думала о своей жизни, вспоминала, размышляла, что ждет ее в будущем. И все чаще возвращалась мыслями к словам отца.

Дворец Белых Роз был неприступен. Но не из-за высоких стен, укреплений или армии стражи. Нет, о нем позаботилась сама природа. Или тот, кто догадался построить его там. Неприступные горы с трех сторон и озеро с четвертой – небольшая долина словно бы повторяла весь мир Долины Мирового Древа. Лия видела его только на картинах, но в память навсегда врезались белоснежные ступени, спускающиеся к воде. И розовый рад, которому не было равных. Сотни кустов белых роз, давших название замку и окружавшим его землям. Дворец Белых роз, долина Белых роз – много названий, за которыми скрывается прекраснейшее из мест мира.

Сколько раз, закрывая глаза, она мечтала туда попасть, а теперь давняя мечта, наконец, станет реальностью.

Вот только отец. Слишком обеспокоенным он выглядел, да и переезд слишком уж внезапен. Он боится, внезапно осознала Лия, по-настоящему боится, что с ней что-то случится. Но ведь и раньше ей угрожала опасность, все эти семнадцать лет, так что же такого произошло за последние четыре месяца?

* * *

– Мы въезжаем в долину, ваше высочество.

Лия улыбнулась своему стражу. Она так и не узнала их имен. Сначала хотела, а потом… За эти дни она видела не так уж и много, только снег и деревья вокруг, деревья и снег. Они даже не заезжали в деревни, выбирая пустынные дороги. Из-за этого время их пути сильно возросло, ведь многие из этих дорог были неезжеными, засыпанными снегом, и тем, кто ехал в авангарде, приходилось расчищать дорогу для кареты принцессы. И люди, которые должны были сберечь ее даже ценой собственной жизни. Принцесса, их будущая правительница. Они и вели себя соответственно. И часто девушка ловила себя на мысли, что ей не хватает простых, немного грубоватых шуток, заботы, участия, которые были при ее путешествии из…

– Перевал!

Она сбилась с мысли и высунулась в окошко, чтобы посмотреть, что так встревожило ее охрану. И замерла, не в силах поверить в то, что видит.

Они словно оказались на границе двух миров. Тот, из которого прибыли – царство вечной зимы, белым призраком оставался позади, а вот впереди зеленели деревья и поля, блестела гладь озера, издалека казавшаяся синей кляксой. А вправо и влево от дороги, высотой всего в пару ладоней шла стена, оградка, делящая все на яркое живое разнотравье и стылый заснувший на долгие месяцы мир.

– Это всегда поражает, сколько бы раз ни видел, – сказал все тот же страж, а Лия так и не нашла что ему ответить.

Она привыкла к магии, но первый раз в жизни видела такое. Невероятную красоту двух времен года, собранную в одном месте.

* * *

Она смотрела, как приближающееся строение становится больше, выше, внушительнее. Теперь это место станет ее домом. Ее – по праву рождения.

– Ваше высочество.

Лия опустила взгляд. Дверцу кареты придерживал немолодой уже мужчина. Высокий, худощавый, но, хоть он и был одет дорого, с первого взгляда было видно, что он слуга.

Улыбнувшись, Лия протянула ему руку, которую тот с достоинством принял, помогая ей спуститься.

– Где отец?

– Его величество уже во дворце. За время его отсутствия накопилось немало дел, требующих его личного вмешательства, – чопорно произнес мужчина.

Девушка нахмурилась, она ожидала, что отец все же выйдет ее встретить, хотя король должен в первую очередь думать о своем государстве.

– А вы? – она не закончила фразу, обратившись к мужчине.

– Имя мое Буйрим Тахар Третий. С преогромнейшим удовольствием сообщаю, что являюсь представителем третьего поколения семьи Тахар, что честью и кровью служит в замке его величества в ранге управляющего замком.

– О, – протянула Лия, оценив пламенную речь.

Она вступила на вымощенную фигурным камнем дорожку и подняла взгляд на дворец. Ее затопила волна неистового восторга. Дворец был прекрасен, намного лучше, чем на картинах, которые она видела раньше. Белоснежные стены, словно монолитные, будто бы замок просто вырезан из единой глыбы камня, нигде не видно ни одного стыка, ни одного изъяна. Резные скульптуры, барельефы, украшающие фронтон, словно созданные не человеческой рукой, а божественной волей, настолько невесомыми и прекрасными они казались.

Управляющий уже отпустил ее руку и теперь шагал рядом, рассказывая о самом дворце и ее будущей жизни.

– Ваше высочество, как вам известно, резиденция его величества самодостаточна и в наименьшей степени зависит от внешнего воздействия. Мне сообщили, что в предполагаемом будущем может возникнуть вероятность неожиданного нападения со стороны отщепенцев. Смею вас заверить, что в этом случае вам лично никакой угрозы не возникнет. Штат слуг полностью укомплектован. Конечно, среди них в основном люди, но пусть вас это нисколько не беспокоит. Смею заверить, что они прошли жесточайший отбор и сомнений в их верности быть не может. Ваши покои готовы, но, если у вас возникнет желание обустроить их иначе, без промедления обращайтесь ко мне или госпоже Альране, она экономка и моя супруга.

– Я хочу увидеть сад, – внезапно сказала Лия.

Буйрим на мгновение запнулся, прервав перечисление слуг и их обязанностей.

– Вы правы, ваше высочество, совершенно правы. Первое, на что необходимо потратить ваше драгоценное время, это, без всяких сомнений, великолепнейший сад Белых роз.

Управляющий разливался соловьем, восхваляя мудрость юной госпожи, но девушка не слушала его, в нетерпении ожидая, когда откроется вид на сад, который поражал воображение даже на картинах.

Дворец был огромен, и Лие казалось, что они уже целую вечность идут вдоль стен, обходя его по выложенной камнем тропинке. Девушка хотела спросить, почему они не прошли замок насквозь, ведь так наверняка было бы быстрее, ведь карета остановилась прямо напротив парадной лестницы, но бросив взгляд на Буйрима, с поистине королевским видом шагавшего рядом, не решилась.

Очередной изгиб дорожки между статуями не то героев, не то богов, и перед Лией показался арочный проход, отделявшее восточное крыло от центральной части дворца. Он манил темным провалом, и там, буквально в нескольких метрах впереди уже зеленели деревья сада.

– Прошу, ваше высочество, – поклонился управляющий, пропуская ее вперед.

Она сделала всего несколько шагов, когда ее настиг ошеломляющий, невероятно сладкий запах. Будто осязаемый, он обволакивал ее, оседал на коже и заставлял вдыхать его снова и снова.

Розы. Аромат белых роз, тот самый, что отличается нежностью и легкостью, сводящий с ума своей нежностью и манящим откровением.

– Сюда, ваше высочество.

Буйрим указывал влево, ясно уводя ее дальше от этого чуда. Но… кому, как не ему, прожившему здесь много лет, знать, где скрываются чудеса. Лия улыбнулась и последовала за ним.

– Смотрите.

Она обернулась и потрясенно замерла. Все картины, что девушка видела раньше, были написаны с другого ракурса, со ступеней главной лестницы, той самой, прочь от которой ее увел управляющий. Сейчас же она видела эти ступени со стороны, утопающие в море белоснежных бутонов, спускающиеся к небесно-голубой глади озера. И замок казался продолжением волшебства. От эмоций, от охватившего ее восхищения, она не могла вымолвить ни слова, пытаясь увидеть все и разом, как можно больше запомнить эти мгновения, впитать в себя.

– Согласно легенде, разведением сада занималась сама Светлая Богиня ради умилостивления нашего покровителя Темного Бога, – управляющий очень тихо, отлично понимая ее состояние, рассказывал об истории замка. – В те стародавние времена еще не было такого разделения на темные и светлые земли, а Мировое древо было просто рекой, дарующей хлеб живущим у ее берегов. Так и служители Темного и Светлой жили пусть и в достаточно шатком, но мире. И боги не враждовали, поэтому подарок Богини мы по сей день бережно храним, передавая из поколения в поколение эту ответственность. И согласно все той же легенде, пока в саду цветет хоть одна роза, в этой долине всегда будет царить лето.

– Спасибо, – улыбнулась Лия. – Я бы хотела прогуляться одна.

– Как пожелает ваше высочество, – с поклоном отступил Буйрим.

Девушка долго ходила по дорожкам, дотрагиваясь до жестких листьев и нежных лепестков, удивляясь этому контрасту.

Этот день действительно стал ее сбывшейся сказкой. И она была готова простить отцу все годы, которые она провела взаперти, спрятанная от мира.

Сколько она бродила так, под теплым ветром, не способным разогнать чарующий аромат роз, сказать было сложно. Может, поэтому, когда ей на плечи опустились тяжелые руки, она вздрогнула, испуганно вскрикнув.

– Не бойся, – отец засмеялся, и Лия тут же успокоилась. – Не думал, что ты так увлечешься садом, что забудешь обо всем. И обо мне в том числе.

В его голосе прозвучала легкая укоризна, и она поспешила оправдаться.

– Здесь потрясающе красиво…

– Да, – он задумчиво обвел ряды белоснежных кустов. – Там, за горами, сейчас царит зима, а здесь – вечное лето, созданное богами только для того, чтобы эти розы всегда цвели.

– Значит, легенда не врет? – удивленно спросила Лия.

– Буйрим уже успел тебе рассказать? – улыбнулся отец. – Да, в его версии есть… кое-что от правды.

– Кое-что?

Его величество легкомысленно пожал плечами и потянул дочь в сторону замка, к главной лестнице.

– Пап?

– Ну, скажем так, для полной версии легенды тебе стоит немного подрасти.

– Пап! – возмущенно воскликнула девушка, но ее отец лишь весело рассмеялся.

Давно, очень и очень давно, никто не видел короля в таком отличном расположении духа. Давно он не улыбался столько открыто и радостно. И те, кто попадался им навстречу, ошеломленно смотрели ему вслед, пытаясь вспомнить, когда в последний раз видели искреннюю улыбку жестокого короля. И не могли.

– Я хочу познакомить тебя с тем, о ком говорил в поместье. Этот человек всегда сможет защитить тебя. Всегда, пока ты не покинешь пределов замка. Здесь он может контролировать абсолютно все и всех. Я бы даже сказал, – хмыкнул король. – В замке он – царь и бог, даже поглавнее меня будет.

– Вы преувеличиваете, ваше величество.

Лия вскинула глаза. Они уже успели подняться по длинной лестнице и стояли у массивных дверей, сейчас распахнутых. В их проеме стоял мужчина, достаточно молодой, но все же намного старше Лии. Драук. Высокий, с широким разворотом плеч, мускулистый. Устрашающий. Темная рубашка лишь подчеркивала мышцы на груди и руках, которые стали видны отчетливее, стоило ему сделать шаг им навстречу и поклониться. Стараясь делать это незаметно, Лия рассматривала его. Прямой узкий нос, темные, цвета столько любимого ею горького шоколада, глаза, но холодные и какие-то неживые. Губы упрямо сжаты, и все же нижняя явно полнее, резкая линия скул и подбородка, черные волосы чуть выше плеч, небрежно-аристократично перехваченные лентой. Весь его образ кричал об упрямстве, о непримиримом характере, жестокости и… огромном грузе страданий и боли, спрятанными за ледяным взглядом, равнодушным тоном.

Красивый и опасный мужчина.

– Лия, позволь представить тебе, командир Черных волков, моей личной гвардии, начальник внутренней охраны дворца, мое самое доверенное лицо во всем Даране, Кайрен.

Мужчина наклонил голову, Лия присела в реверансе, недоумевая, почему отец сказал только имя. Без фамилий жили только отверженные, те, от кого отказались семьи, но даже они предпочитали просто придумать себе новое имя, новую жизнь. Так чем же отличается этот драук?

– Рэн, моя дочь Лия с этого дня будет жить во дворце. Я надеюсь, что ты сможешь оградить ее от… неприятностей.

– Конечно, ваше величество. Как вам будет угодно.

Лия споткнулась, сбившись с шага, когда отец с явным недовольством воскликнул:

– Рэн, я прошу тебя, оставь этот официоз для балов и приемов! Мне претит выслушивать от тебя это «ваше величество»!

– И как же мне называть… тебя?

Быстрый взгляд, едва уловимый, на девушку и уверенный ответ:

– По имени.

– Хорошо, Ааронд.

Лия понимала, что… ничего не понимает. Отец и Кайрен знакомы и явно очень близко, но при ней не знают, как себя вести. Странно, но вполне решаемо. Она немного обживется в замке, а потом займется выяснением того, что же скрывает от нее отец. Теперь у нее на это есть время.

Глава 2

Она влетела в комнату, громко хлопнув дверью. Три дня! Лия живет в замке всего три дня! Но за это время уже успела понять, что ее мнение ничего не значит для окружающих. Отец появляется наездами, решая государственные дела, пытаясь отыскать мятежников, что подстрекают жителей южных земель к восстанию. А в замке в это время… никто, абсолютно никто не слушает его дочь, будущую королеву, между прочим! Нет, никакой грубости в ее адрес не было, да и приказы выполнялись незамедлительно, но… Лия не могла и шага сделать без уведомления своей охраны. И это в замке! О том, чтобы выйти в сад и речи не было, приходилось любоваться видом с балкона в компании трех хмурых драуков.

Кайрен, которому отец приказал заботиться о девушке, словно избегал ее.

– Да что вы все! – вскричала Лия и, схватив вазу, разбила ее о стену. Нежный, пыльно-розовый цвет обоев сразу разбавился отвратительным пятном. – Ненавижу…

В дверь тотчас постучали.

– Ну и что я теперь сделала не так? – пробурчала девушка, направляясь к двери.

Резко распахнув ее, она хотела грубо отправить восвояси тех, кто посмел побеспокоить ее, но так и не произнесла ни слова. Перед ней стоял Кайрен, чуть смущенно улыбаясь, и девушка не находила слов.

– Простите, ваше высочество, что оставил вас одну в эти дни, но, к сожалению, были дела, которые невозможно решить без моего личного присутствия. Надеюсь, вы простите меня и позволите пригласить на прогулку по саду?

– Да.

Она приняла его руку, ухватилась за локоть, все еще не веря, что сможет пройтись снова среди этого белоснежного великолепия.

– Меня не выпускали из дворца, – тихо пожаловалась Лия.

– Мне жаль, но теперь вы беспрепятственно сможете передвигаться по дворцу, саду и парку. Правда, если вам захочется осмотреть долину, придется взять с собой охрану, – произнес он.

– А, может вы… вы сможете сопровождать меня?

Мужчина нахмурился, потемнел лицом, а рука, на которой лежала ладошка девушки словно бы окаменела.

– Боюсь, это невозможно. Я не покидаю пределов дворца.

– А в качестве исключения?

– Для меня не существует исключений, – отрезал Кайрен.

Лия раздосадовано скривилась, но только в мыслях. Внешне же мило улыбнулась и задала следующий вопрос.

– Если честно, я не совсем точно поняла, чем вы все-таки занимаетесь во дворце?

– Охрана, – усмехнулся мужчина. – Все, что касается вашей безопасности – это моя забота.

– Только моей? – кокетливо переспросила девушка.

– Увы, не только. Хотя, откровенно говоря, я был бы бесконечно рад, если бы мои обязанности ограничивались лишь заботой о вас.

Они спустились по лестнице, не встретив никого на своем пути. Это удивило Лию, но не слишком. Мало ли какие дела могут быть у обитателей замка.

– Я должен сообщить вам, ваше высочество, что скоро в замке состоится бал в вашу честь, – в ответ на удивленный взгляд девушки Кайрен добавил. – Я сомневаюсь, что кто-то сообщит вам эту радостную весть. Но его величество перед отъездом распорядился начать приготовления.

Незаметно вздохнув, Лия постаралась изобразить самую счастливую из своих улыбок. Но все же увидела, что мужчина ей не поверил, и с облегчением поняла, что совершенно не хочет его обманывать.

* * *

– Не думаю, что в данном случае это уместно, – Лия вздернула подбородок, выказывая презрение.

Внутри клокотала ярость и обида. Хотелось ударить самым мощным из ей известных плетений, чтобы стереть с лица этой змеюки льстиво-снисходительное выражение лица. Леди Ариранда, долгое время исполнявшая обязанности первой леди, всячески старалась ее унизить. Вот и сейчас, на балу, вообще-то, посвященном Лие, якобы сочувственно предложила девушке удалиться в свои покои, мотивируя это тем, что для столь юных дев такие празднества утомительны.

– Я выполняю волю его величества. Он беспокоится за вас, – с самой искренней улыбкой сказала леди Ариранда.

Вот только за этой искренностью полыхала самая настоящая ненависть. С того разговора с Кайреном, когда он сообщил о бале, прошло уже больше недели, но в отношении окружающих к Лие мало что поменялось. Нет, обслуга замка и небольшая часть тех, с кем девушка встречалась постоянно, относились к ней с уважением. Что же касается аристократии, то тут все было с точностью до наоборот. Откровенное презрение, попытки задеть, уколоть, принизить, искусно замаскированные под заботу о благополучии принцессы или выполнение королевских распоряжений. И Лия прекрасно понимала, с чем это связано. Вся верхушка, вся аристократия, элита королевства были чистокровными драуками, а она простым человеком. Можно было бы поспорить, что и король – обычный человек, но он был могущественным магом, практически бессмертным и неуязвимым. Его боялись, и, если бы он был рядом, никто не посмел бы даже косо взглянуть в ее сторону. Но отца не было. Даже на бал, посвященный дочери, он явился только к самому началу, чтобы официально представить ее двору, как свою наследницу, и отбыл, как всегда, воспользовавшись порталом.

– И все же я считаю, что вам следует удалиться, – леди улыбалась, поглядывая по сторонам, явно ища, кого бы привлечь на свою сторону. – Вы слишком юны, чтобы я могла позволить вам наносить такой вред своему здоровью.

– И чем же я наношу вред? – Лия едва сдерживала злые слезы, отлично понимая, что малейшее проявление эмоций и ее съедят в этом рассаднике змей, а никак не благородных волков.

– Время движется к полуночи, и нарушение режима не может сказаться хорошо на вашем здоровье и внешности. Было бы преступно портить и дальше и без того невзрачный облик. И я считаю, что вам необходимо готовиться ко сну.

– Я совершеннолетняя!

– По человеческим законам – несомненно, – ехидная улыбка скользнула по ее губам. – Но по нашим…

– И что же такого особенного в наших законах?

С трудом удержав счастливую улыбку, Лия бросила взгляд на оказавшегося рядом Кайрена.

– О, м-милорд, – Ариранда заметно испугалась, и это удивило Лию.

Она уже не в первый раз наблюдала, как надменные аристократы бледнеют в присутствии этого мужчины.

– Я слушаю, мне необычайно интересно, – он подошел ближе и положил руку на ее талию, словно показывая, что у девушки есть защитник.

– Я всего лишь хотела…

Кайрен приподнял бровь.

– Его величество попросил позаботиться о ее высочестве, – к леди вернулась уверенность.

– О, я вижу, – насмешливо произнес драук и, отступив от Лии на шаг, поклонился. – Могу я рассчитывать, что ее высочество будет благосклонна и подарит мне один танец?

Лия слегка присела в реверансе, придерживая край пышной юбки платья, которое ей совершенно не нравилось. Слишком неудобное, слишком помпезное и кричащее, но, как выражалась все та же леди Ариранда, соответствующее статусу мероприятия. Девушка вложила свою ладонь в протянутую руку мужчины.

– Спасибо, – тихо произнесла она, когда они оказались в толпе и Кайрен закружил ее в танце.

– Вам не за что меня благодарить, ваше высочество, – несколько хмуро произнес мужчина.

– Почему же? Вы спасли меня от…

– Я не должен был оставлять вас одну в этот день.

– Ну что вы, – попыталась улыбнуться Лия. – Это ведь мои будущие подданные. Я должна уметь постоять за себя.

Что-то изменилось в его лице, но так стремительно, что девушка не успела понять, относится ли это к ее ответу, или причина кроется в другом.

– Кайрен, – несмело начала она. – А мы можем все-таки сбежать отсюда?

Он молчал, продолжая кружить ее в танце, сжимая горячими ладонями талию, рождая этим необъяснимую дрожь и смятение в ее чувствах. Жар пробежал по телу. Сердце попыталось остановиться… но лишь на миг. И Лия позволила себе вздохнуть глубже.

– Простите! Это, наверное, жутко глупо с моей стороны…

– Нет, – он опалил ее висок своим дыханием, склоняясь ниже и говоря еле слышно. – Но если мы сбежим прямо из центра зала, то это действительно будет выглядеть глупо.

И только теперь Лия заметила, что с каждым шагом они продвигаются все ближе к дверям, что ведут в сад. Музыка начинает угасать, танец подходит к концу, и в этот миг Кайрен легонько толкает Лию, так, что она не может удержаться на высоких каблуках, которые была вынуждена надеть, чтобы скрыть тот факт, что платье так и не подогнали под ее рост. Ее повело в сторону, и мужчина обхватил за талию, не давая упасть.

– Ваше высочество, не стоит доводить себя танцами до изнеможения, – с легкой укоризной в голосе произнес он. – Вы устали, вам нужно на воздух.

– Да…

На них не обращали внимания, что было, в принципе, вполне объяснимо. Одни просто не знали принцессу в лицо, даже после торжественного представления, которое устроил король. Странно все-таки, на нее смотрели как на пустое место. Другие почему-то боялись привлекать к себе внимания Кайрена, порой обходя его по дуге, из-за чего вокруг него образовывалось свободное пространство даже во время танца.

Он вывел ее на воздух, поддерживая под руку, словно она и вправду была уставшей или больной.

– Вот так, ваше высочество. Сюда, ваше высочество.

Он вел ее по дорожке между розовыми кустами. На этот раз густой, словно карамель, воздух не успокаивал, а будоражил чувства, словно подталкивая к сумасбродным поступкам. Лия чуть задыхалась, боясь признаться себе, насколько было волнительно направляться вслед за Кайреном в темную глубину сада.

– Я считаю, что он не прав, – голос мужчины, уставший и задумчивый, разрушил сказку, созданную воображением девушки.

– Кто?

– Его величество.

– Отец? – уточнила девушка с удивлением.

– Да. Он не должен был бросать тебя на растерзание этой своре.

– У него были дела…

– У него всегда дела, – с неожиданной горечью бросил Кайрен.

Ей прекрасно было видно выражение его лица, но, как и всегда, разгадать, о чем он думал, она не могла. Словно непрозрачная маска, имитация живых чувств. Черты лица как у человека, но неживые, будто кукловод забывает следить за движениями марионетки.

Мимо них пролетела стайка светляков, но он легким взмахом остановил их, и теперь светящееся облачко стало сопровождением.

В чем его сила? Универсал? Ведь девушка видела, что он использует разные умения. Похоже, что его боялись, но почему Лия понять не могла. У кого бы она ни спрашивала, все уходили от вопроса. Опасались… его гнева? Но ни разу при ней он не позволил себе даже проявить обычное среди элиты пренебрежительное хамство. Высокий, красивый, как и все драуки, да, она видела в нем жестокость, но никогда – ее проявление.

– О чем думаете, ваше высочество?

Лия поморщилась. Казалось, он насмехался над ней, словно не заслужила она такого высокого звания, между прочим, дарованного правом рождения. Все вокруг принадлежало ей, было ее, а он позволял себе говорить с ней свысока.

– О вас, драу Кайрен.

Он резко остановился.

– Прошу… ваше высочество, – словно выплюнув обращение, произнес он. – Не называйте меня так… дабы не оскорбились блюстители этикета и порядка, узнав об этом.

Не драу! Лия с трудом сдержала себя, чтобы не охнуть. Он не чистокровный драук! Полукровка! Вот чем объясняется его отношение к остальным. Но раз так, почему его настолько боятся, почему он равен, а то и выше элиты? Кто же он такой на самом деле?

– Вы хотите что-то узнать, ваше высочество? – его голос был полон грусти, и внезапно девушка осознала, что он одинок, невероятно, непостижимо одинок. В обществе, где чистота крови вознесена на пьедестал, он должен быть изгоем, ненужным никому.

И Лия сделала то, что никогда не одобрили бы ее воспитатели. Она подошла и обняла, прижавшись щекой к его спине.

– Простите меня, Кайрен. И… не нужно говорить мне «ваше высочество», у меня довольно неплохое имя.

Он хмыкнул, но девушке и этого хватило, чтобы сердце в радости забилось быстрее.

– Хорошо… Лия. Но я вынужден напомнить вам об этикете и правилах приличия, нарушение которых… ощущаю в данный момент.

– Ох, – Лия позволила рукам разжаться и отступила на несколько шагов, радуясь, что в темноте не видно, как полыхают ее щеки.

– Не смущайтесь, Лия, было даже приятно, – со смешком добавил Кайрен.

Девушка вздохнула, прикусила губу и отвернулась, хотя знала, ему не увидеть выражение ее глаз. В душе царило смятение, хотелось, как можно скорее сменить тему, отвлечь его от неловкой ситуации.

– Отец говорил, что доверяет вам больше, чем кому бы то ни было. Больше, чем самому себе. Не думала, что так бывает.

– Это действительно редкость, – улыбнулся мужчина, отворачиваясь от девушки к роскошным дверям, через которые они попали в сад. – Но мы с ним… знакомы достаточно долго, чтобы научиться доверять.

– Правда?

Лия замялась, поняв, как по-детски прозвучал последний вопрос. А чувство неловкости не хотело ее оставлять.

– Да.

Кайрен не был похож на себя, точнее на того, кого она в первый раз увидела стоящим в распахнутых дверях дворца – мрачного, холодного, неприступного. Сейчас он улыбался, шутил, подтрунивая над ее стеснительностью, и девушка чувствовала, что он не играет, вот такой он настоящий. И нравился ей еще сильнее.

– Правда, но сейчас я бы не хотел об этом говорить. Зачем омрачать ваш праздник страшными историями из прошлого?

– Страшными? Я не боюсь!

– Я и не сомневаюсь, но, увы, эта история не для сегодняшней ночи.

– А для какой? – уныло спросила девушка, растеряв охвативший ее было азарт. Ей нравились истории, особенно страшные, хоть она и не знала их достаточно, но почему-то думала, что они многое значат в ее жизни.

– Для другой, которая, надеюсь, наступит очень скоро. Лия, я могу задать вам нескромный вопрос?

– Это какой же?

– У вас есть увлечения? Просто я нигде вас не вижу, вы словно призрак сидите в своей комнате.

– Да, так оно и есть. Мне кажется, – Лия понизила голос, хотя вокруг никого не было. – Что все здесь настроены против меня. И если вдруг кто-нибудь подсыплет мне яд в еду или воткнет кинжал в спину, то я не удивлюсь. Это вопрос времени. Ближайшего.

– Вы нагнетаете! – воскликнул мужчина нахмурившись.

– Нет, меня даже прислуга перестала воспринимать как того, кто стоит выше по социальной лестнице. Я теперь на равных, не со всеми, конечно, но с некоторыми, а остальные откровенно презирают. Прямо как эта…

– Не нужно равняться на таких, как леди Ариранда. И, если уж быть совсем честным, то таких, как она, не так уж и много. В основном это те, кто не способен ни на что другое, кроме как плести интриги, – с горечью произнес Рэн. – Из-за них гибнут по-настоящему достойные. А в последние годы король совсем не уделяет внимания своему окружению. Надеюсь, что с твоим появлением все изменится.

Лия замерла, пытаясь осознать его слова, но спросить ничего не успела, на тропинке показалась весело болтающая парочка. Кайрен вновь повернулся к девушке и заговорил о чем-то совершенно незначительном.

Глава 3

Весь день ее что-то тревожило, что-то, чему она не могла найти объяснения. Кайрен пропал, и найти его казалось невозможным. Когда Лия спрашивала, не видел ли кто его, на нее недоуменно смотрели и отвечали «нет». Он растворился словно призрак. Такое уже бывало раньше, но сейчас Кайрен был ей просто необходим. Странная нервозность мешала, не давая расслабиться, тревога захлестывала. Нужно было просто увидеть его, чтобы знать, что все в порядке.

Не найдя его, девушка решила поговорить с отцом, может, он сможет успокоить ее.

Она поднялась в его личный кабинет, но отца там не было. Лия прошла к окну, прикасаясь к небольшим фигуркам, что стояли на столе и книжных полках, и, сев на широкий подоконник, прислонилась лбом к стеклу. Оно приятно холодило кожу, но все же не могло успокоить отчаянно колотящееся сердце.

Должно было случиться нечто важное. Настолько, что каждая клеточка тела кричала об этом.

Из окон королевского кабинета не было видно сада, они выходили на боковой двор, но вид на горы был великолепен. Покрытые снежными шапками, они своим видом напоминали, что во всем остальном мире сейчас царит зима, и только здесь вечное лето. Лия опустила глаза и увидела, как через небольшой внутренний двор, где в основном располагались хозяйственные строения, к боковой башне шел отец с каким-то высоким, одетым в черный плащ мужчиной. Он был ей незнаком, но это не имело никакого значения.

Девушка радостно улыбнулась и поспешила вон из кабинета. Ей не терпелось поговорить с отцом.

А сердце продолжало тревожно сжиматься, словно надвигалась беда.

* * *

Она спускалась по широким каменным ступеням, стараясь двигаться бесшумно. У нее почти получалось не обращать внимания на тени, прыгающие по стенам и превращающиеся в черных монстров, рожденных ее фантазией и неверным светом факелов в настенных держателях в виде корчащихся в муках людей. Лия закрывала глаза, старательно думая о чем угодно, только не о том, что ее окружает. Светло-голубые туфельки уже давно превратились в серые от пыли и грязи, хотя центр ступеней был чист, по нему ходили часто, и грязь просто не успевала скапливаться. Но девушка жалась к стене, собирая на себя не только вековую пыль, но и паутину, которой хозяйственные пауки заплели всю каменную кладку.

Под ногой что-то хрустнуло. Приоткрыв глаз, девушка искоса посмотрела вниз, готовая в любой момент вновь зажмуриться. И почти взвизгнула, но в последний момент успела закрыть рот ладонью. Прямо у нее под ногами лежал человеческий скелет. Хотя как это, лежал, скорее, он удобно устроился прямо на ступеньках, присел отдохнуть и вот-вот встанет. А Лие не повезло наступить на его ногу, сломав одну из костей. При этом череп у скелета наклонился, и теперь девушке казалось, что он смотрит на нее с осуждением. Глубоко дыша, она обогнула его и продолжила спуск, стараясь не оглядываться.

Подземелье встретило ее нерадостным затхлым запахом сырости и смерти. Почему именно смерти? Лия не задумывалась, она решила, что именно так должна пахнуть неизбежность – тяжело и отвратительно.

Внизу освещения не было, а коридор расходился тремя широкими рукавами. Замерев лишь на мгновение, чтобы засветить светляка, она двинулась по центральному проходу, уверенно, словно уже не раз бывала здесь.

Голоса послышались через несколько десятков метров.

– Я приказывал без жертв!

Голос отца девушка узнала сразу. Но вот его спокойный собеседник был ей незнаком, хотя что-то в памяти билось, крича, что это неправда, и этот голос ей уже приходилось слышать.

– Вы должны понимать, ваше величество, что в данной ситуации наши действия полностью оправданы. Вы могли бы использовать свои силы, и тогда жертв с нашей стороны не было бы вообще, а восстание задавили за считаные часы. И не пришлось бы тратить месяцы на бессмысленную погоню и игру в прятки.

– Я не воспользуюсь силой, можешь даже и не просить. Я дал себе слово и сдержу его. Конфликт назревал давно, рано или поздно, светлые бы решились на нападение.

– Но, ваше величество, вам достаточно лишь пожелать и…

– Я сказал – хватит! Я приказал, чтобы было как можно меньше жертв.

– Как прикажете. А что в таком случае делать с пленником?

В голосе короля, когда он ответил, была бездна усталости и обреченность.

– Что хочешь, Вирхард, мне все равно. Он слишком опасен, поэтому оставить его в живых мы просто не имеем права.

– Как пожелает, ваше величество.

Раздались шаги, и Лия поняла, что одна из дверей рядом с ней сейчас откроется. Бежать некуда, впереди и сзади прямой, как труба, коридор без поворотов и развилок. Но по левую сторону от девушки блестели кованым железом еще четыре двери. Скинув туфельки, чтобы не дай Темный, ее не услышали, девушка рванула к ним. Первая дверь не поддалась, вторая тоже, а вот третья открылась до странного легко и бесшумно. Лия только успела притворить ее за собой, как коридор ярко осветился. Король сразу направился к выходу – его шаги девушка узнала сразу. А вот второй направился в ее сторону. Лия прижалась к двери, затаив дыхание и вслушиваясь в четкие спокойные шаги. Он был все ближе и ближе, на мгновение ей даже показалось, что она слышит стук его сердца, но осознала, что это ее собственное колотится так сильно, что заглушает все остальные звуки.

Он прошел мимо, остановившись у следующей, четверной двери. Скрип, мурашками пробежавший по ее коже, стук откинутого засова, поворот ключа.

– Ну, здравствуй, падаль.

Полный презрения голос Вирхарда был отчетливо слышен в комнатушке, где пряталась девушка. И не только его голос. То, что ей пришлось слушать, было отвратительно, ненормально, ужасно.

Мужчина пытал пленника, не задавая ему никаких вопросов. Время шло, и Лие начало казаться, что он просто наслаждается тем, что делает. Она беззвучно плакала, с силой зажимая себе рот, чтобы не скулить от ужаса, слыша, как свистит в воздухе плеть, как она вгрызается в человеческое тело с противным хлюпающим звуком. Слышала звон метала и даже боялась представить себе, что это. Слышала треск и понимала, что именно с таким звуком ломаются кости. Ей хотелось зажать себе уши, но все, что она могла – это стискивать зубы на косточке большого пальца, иначе Лия бы, без сомнения, выдала себя. Она слышала стоны, тихие, но тот, кого пытали, держался, не давая своему палачу ни шанса на торжество.

– Может, перерыв? – с насмешливой, отдающей гнилью, заботой спросил Вирхард у своей жертвы. – Да, тебе определенно нужно немного прийти в себя. Я вернусь завтра, и мы продолжим наше увлекательное общение.

Он вышел в коридор. Спокойный шаг, четкий стук каблуков по каменным плитам. Лия снова сжалась, боясь, что Вирхард как-то узнает, что она рядом, что она близко, и все те ужасы, которые она, вопреки всему, слышала даже сквозь толстые стены подземелья, он сотворит с ней. Скрипнула дверь, поворачиваясь на несмазанных петлях, стукнул засов, возвращаясь в паз, и мужчина, весело насвистывая, направился к выходу из подземелья.

И Лия осознала две вещи. Первое, и самое главное, что она несколько часов провело на ледяном каменном полу босиком, стоя в неудобной позе, и теперь с трудом могла пошевелиться. И второе – Вирхард не закрыл дверь на ключ, только на засов. Может, он скоро вернется, и тогда нужно убираться отсюда как можно быстрее, а, может, просто решил, что его жертва никуда не денется от него.

Зашипев, когда сотни иголочек пробежали по ее ногам вместе с застоявшейся кровью, Лия медленно приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Тусклый свет позволил увидеть только то, что там никого нет. Она выскользнула, поморщившись, надела туфельки, потому что пальцы на ногах уже почти потеряли чувствительность от холода каменного пола и пошла в сторону лестницы. Но сделав пару шагов к спасительному выходу, поняла, что не сможет так поступить. Человек за соседней дверью был преступником, и она даже не знала, что он совершил. Но одно было точно, кем бы он ни был, что бы ни сделал, то, чему его подвергли было слишком жестоким. Лия вздохнула. Она принцесса, дочь короля, которого все боятся. Она не может проявлять милосердие в такой ситуации. Добро всегда возвращается, часто говорила ей нянечка, и не всегда добром. Люди эгоистичны и не помнят того хорошего, что для них сделали другие. Спасая этого неизвестного, она может совершить зло, которое ей будет не искупить. За дверью послышался стон, наполненный таким страданием, что становилось физически больно, и Лия осознала, что, погрузившись в размышления, уже сделала выбор.

– Потерпите, – тихо прошептала она, наваливаясь на засов и пытаясь его приподнять.

Руки заболели от прилагаемых усилий. Грубое дерево оставило на ладонях кровавые полосы. Но все же она смогла. Дверь открывалась неохотно, Лия старалась не шуметь, избегать скрипа, что так пугал ее. В камере было темно, но влетевший следом за ней светляк, до этого прятавшийся в складках ее платья, заставил в ужасе отвернуться, вновь зажимая рот руками.

В помещении ничего не было, только каменный пол и голые стены. Но вот в центре, в сверкающей багрянцем луже, лежал мужчина. То, что от него оставалось. Ни одного живого места, свисающая лохмотьями кожа, неестественно вывернутые пальцы, которые он, видимо, пытался сжать в кулаки, избегая боли. За что? Лия не могла осознать, что рядом с ней творится такое. Как жить дальше, зная, что близкие люди способны на такую жестокость. Ведь то, что отец прекрасно знал, что ожидает этого пленника, девушка понимала. Как понимала и то, что не сможет оставить его в таком состоянии несмотря ни на что. Пусть он злодей, возможно, даже убийца, но он не заслужил такой участи.

Осторожно ступая, стараясь не задеть лужи крови, девушка подошла к нему и наклонилась, придерживая подол платья. Из-за крови и ран она не могла рассмотреть, к какой расе он принадлежит. Не было видно ни цвета кожи, ни волос.

– И что делать? – прошептала Лия и испугалась своего голоса, неожиданно громко прозвучавшего в каменном мешке.

Его левая рука была вытянута вперед, и Лия взялась за нее кончиками пальцев, боясь сделать больнее и, в то же время, опасаясь, что испачканное в крови платье потом выдаст ее. Она сосредоточилась, ища ночные жилы поблизости. Вылечить его самой ей не хватило бы сил. Подземелье не обмануло, вокруг ртутью переливались целых четыре жилы.

Девушка потянулась к ближайшей и неожиданно для самой себя спросила у нее:

– Ты сможешь его вылечить?

И так же неожиданно почувствовала ответ.

«Не смогу. Я тьма… смерть».

Но другая вдруг сама потянулась к ней, шепча ночным ветром: «Я… лечу… целитель… смогу».

И Лия, не раздумывая, воспользовалась ее силой. На этот раз все было по-другому. Отец учил ее управлять потоками силы, но ее никогда не интересовало, есть ли у жил своя направленность, своя собственная воля. Или он просто не знал об этом?

Ночная тьма окутывала мужчину словно саваном, но теплым, как объятия родного человека. Она дарила покой, снимала боль, и Лия ощущала каждое движение, вздох, стук сердца. Она видела, как сломанные пальцы встают на место, и гасила боль, забирая у жилы силу. Ей становилось труднее дышать, магия, идущая через нее, выматывала, сжигая ее собственный резерв.

Стон вырвал из задумчивости, разорвал сосредоточенность. Мужчина очнулся и теперь силился разглядеть ее в полумраке. Каким чудом еще не погас светляк, Лия не понимала.

– Нужно идти, он скоро вернется, – голос был неестественным, словно у механической куклы, что была у нее в детстве, подарок от умельцев-гномов, и чужим.

Но мужчина замер, поднимаясь. Миг и он обхватил ее за плечи, вглядываясь в ее лицо. Миг – и потрясение отразилось на его лице.

– Эмми?

Она устало высвободилась. Он не держал, и поднялась на ноги.

– Вы ошиблись, но уходить нам все-таки нужно.

Она сделала шаг к двери, но он опередил, встав так, чтобы видеть ее лицо.

– Я не ошибся! Эмми, ты что… не помнишь меня?

– Простите, я не…

– Вспомни. Я – Лин, Линвар.

Лия отшатнулась, с ужасом глядя на него. Она спасла люмина! Зверя! Убийцу! Хуже того – он вар, полукровка, которые не может себя контролировать! И он – их заклятый враг!

– Не подходи! Я… я позову стражу!

Она чувствовала себя до невозможности глупой. Как можно было его спасать! Как же, как она могла так ошибиться?

– Ты… ты меня боишься? – растерянно спросил мужчина, неверяще заглядывая ей в глаза. Его плечи опустились, он отвел взгляд и мотнул головой в сторону двери. – Я не сделаю тебе ничего плохого, тебе не нужно меня бояться… Я… о, Светлая! Я слишком многим тебе обязан…

Они вышли все в такой же пустынный коридор. Сейчас это Лию не радовало. Она боялась, что ее необдуманный поступок может стать последним, или иметь такие последствия, о которых и думать страшно. Но вокруг не было никого, кто бы заметил, остановил их.

– Эмми, – тихо позвал мужчина.

– Меня зовут Лия, – чужое имя неприятно царапнуло душу.

– Лия? – его голос прозвучал так, будто он говорил сам с собой. – Лия… Тебя зовут Лия… Кто ты, Лия?

Она ускорила шаг, хотя это и было бессмысленно. Ей некуда бежать. Если этот преступник решит убить ее, она не сможет ему сопротивляться. Даже вся ее магия не поможет – опыта слишком мало. В который раз она пожалела, что не хотела учиться у тех, кого нанимал отец. А вот Линвар воин, это видно сразу. Воин и люмин. Жуткое сочетание. Белые монстры, вот кто такие люмины. Те, кто предпочел животную форму. Неуправляемые, опасные, невероятно жестокие твари, для которых нет ничего святого. Звери, у которых только одна цель – убивать. И она вылечила его! Того, даже идти рядом с которым было страшно.

– Я тебе ничего не сделаю…

Лия посмотрела на него. Открытый честный взгляд – настоящий или так умело притворяется?

– Я помогла вам, потому что ни один… человек такого не заслуживает, – Лия замялась, но не стала высказывать вслух, что знает, кто он. Пусть считает ее глупой, но выдавать ему, кто она, девушка не собиралась.

Мужчина вздохнул и бросил на нее еще один странный взгляд.

– Слушай, принцесска, я не собираюсь тебя убивать, не трясись так. Я не знаю, что с тобой случилось, что они с тобой сотворили, но ты должна всегда помнить, что я твой друг, Эм… Лия.

Он знает, кто она! Знает, что она принцесса! Но как, откуда? И эти слова… Девушка не ответила, хотя видела, что Лин ждет. Вместо этого, отвернувшись от него, начала подниматься вверх по ступеням, время от времени замирая, чтобы прислушаться, не спускается ли кто в подземелье.

– Там никого, – сказал вдруг мужчина, оказавшийся прямо у нее за плечом.

Вздрогнув, она тихо спросила:

– Откуда вы знаете?

– Я волк, детка, – ухмыльнулся Лин. – Кое-какие умения всегда при мне.

Волк, как она могла так быстро об этом забыть. Белый монстр, которого она спасла. Как же так у нее получилось? Отец прав, ни одно дело, даже исполненное благих намерений, не остается безнаказанным.

Лия поднималась, опасаясь того, кто шел позади, но при этом испытывая странное чувство защищенности, словно этот люмин не был способен на зло. Странное и глупое чувство безопасности рядом с врагом. Врагом, которого она имела глупость спасти.

– Стой.

Она замерла.

– Снаружи нет охраны, – тихо произнесла Лия.

– Но для тебя же лучше, если нас никто не увидит вместе. Иллюзию бы, но ты… в общем… Дайма нет, жаль, он в этом мастер…

– Я могу наложить на вас иллюзию, но она продержится недолго.

Стоя к нему спиной и боясь повернуться, Лия смотрела на убегающие к выходу ступени. Наблюдала, как по одной из них пробежал большой паук, взметнув лапками клочки пыли. Она была готова смотреть куда угодно, но только не на того, кто стоял позади нее.

– Сможешь, принцесска? А раньше не могла… это хорошо, но сколько сможет продержаться твоя иллюзия?

– Вы успеете дойти до ближайших ворот, если, конечно, поторопитесь.

– Да кто ж меня выпустит! – усмехнулся Лин с недоверием.

Лия закрыла глаза и сжала кулаки. Вдох-выдох, и она уже знает, где ближайшая жила. Ей нужно совсем немного силы, чтобы никто не заметил, что перед ним фантом. Могла бы справиться и своими силами, но тогда каждый сразу увидит, что это ее рук дело. Выбрать знакомые черты и наложить на мужчину дело пары секунд.

– Э, я стал меньше? – недоуменно спросил мужчина.

– Да, на вас облик одного из стражей внешнего периметра. Он человек, и из-за этого вы так явно ощущаете разницу в восприятии мира, и… неважно, – девушка сбилась, понимая, что словами выдает нервозность. – Все, что требуется от вас, дойти до ворот внешнего периметра и затеряться как можно быстрее. Иллюзия слабая, но иначе вас раскусят. И меня.

– Спасибо, – Лин развернул ее за плечи к себе. Лия ожидала увидеть невысокого рыжего паренька, который часто мелькал в замке. Она его и увидела, вот только сквозь иллюзию отлично видела самого мужчину. И он странно смотрел на нее.

– Все получилось, – сказала она. – Идите.

Он продолжал всматриваться в ее глаза, словно надеясь что-то в них отыскать.

– Я не знаю, что они с тобой сделали, но я вернусь за тобой. Все мы придем за тобой. Гай никогда не терял надежды найти тебя, мы верили, что ты жива, верили! А ты сейчас даже представить себе не можешь, что чувствовал твой брат! Так глупо потерять тебя… снова…

– У меня нет брата.

Лия попыталась отстраниться от и него. Этот люмин сумасшедший, но так даже лучше. Значит, он не знает, кто она, а просто придумал образ и теперь верит в него. Неужели это ее лечение так повлияло на него? Все же он светлый, а она его ночной силой вытягивала. Неизвестно, как на него могло подействовать, вот и повредился в уме.

– Послушай…

– Вам нужно идти! Иллюзия не вечная! – она оттолкнула его, отступая к стене.

Люмин замялся, но почти сразу собрался, оглядел себя. И с независимым видом оставил ее.

Еле слышно скрипнула дверь, когда он покинул подземелье, и Лия судорожно вздохнула, сползая по стене вниз. Она долго сидела на полу, но все же нашла в себе силы подняться и уйти. На выходе девушка вернула своей одежде нормальный вид. На эту ушли остатки сил, и Лия порадовалась, что не испачкала платье в крови. Очистить его она бы точно не смогла. Не сейчас.

Переполоха не было, значит, люмин смог уйти.

Нацепив беззаботную улыбку, Лия шла к саду, чтобы побыть одной. Как ни странно, в саду всегда гуляло мало людей, словно было в нем что-то, что отталкивало, заставляло выбирать для прогулок другие места. Она обошла флигель, где жили садовники, и по неприметной лесенке начала спускаться к озеру.

За эти дни она изучила сад и теперь знала в нем каждую тропинку, каждый куст. И это место было ее любимым. Стало таковым сразу, как только она его увидела. Почти у самой воды – небольшая площадка, заросшая невысокой мягкой травой, с которой открывался потрясающий вид, но практически незаметная со стороны, если, конечно, не знать о ней.

– Здравствуй, – услышала она и вздрогнула, резко разворачиваясь.

Кайрен стоял рядом и устало смотрел на неподвижную воду. Он выглядел так, словно давно не спал, словно на его плечах был неподъемный груз. Под глазами залегли темные круги, появились морщинки.

– Что-то случилось? – спросила Лия.

– Нет, просто устал.

Она бросила ещё один быстрый взгляд на него. Такой родной и в то же время далекий. Лия усмехнулась про себя. Стоило Кайрену оказаться рядом и все страхи, все, что испугало её в этом подземелье, больше не имело значения. То, что он тут, совсем близко, меняло ее, делая сильнее.

– И чем же таким вы занимались, что так устали? – она не могла не спросить, добавив в голос легкую ехидцу.

– Ты.

– Что?

– Мы вроде перешли на «ты», ваше высочество.

Лия нахмурилась.

– Ты прав, прости. Так чем занимался?

– У меня много дел, много обязанностей. Но сейчас, – он зло сжал челюсть, – здесь Вирхард, а мы с ним не особо ладим.

– Почему?

– Потому что он может то, что недоступно мне.

Лия обернулась к нему, но на лице Кайрена было непередаваемое выражение злости и отчаяния. Словно то, о чем он мечтал, было так несравнимо далеко и в то же время близко, что это причиняло ему боль. Немыслимую боль, что не давала ни минуты покоя.

– Что же? – еле слышно спросила девушка, ожидая и боясь ответа.

– О… – мужчина замолчал, словно очнувшись, и попытался улыбнуться. – Неважно. Это давно не имеет значения. Слишком давно.

Порыв ветра заставил девушку поежиться. Спрашивать его еще о чем-то, она побоялась и теперь просто стояла рядом с ним, наблюдая за рябью на поверхности озера, рожденную неведомо откуда взявшимся ветром.

Что-то нехорошее собиралось вокруг, пряталось среди дивных розовых кустов. И это что-то было невозможно остановить.

Глава 4

– Я боюсь себя. Знаешь, мне иногда кажется, что я здесь чужая. Все что-то говорят, а мне кажется, я не понимаю. Славно этот мир – не мой, а я не его. Мимо проходила, случайно здесь оказалась… Мне трудно привыкнуть ко всему этому великолепию, и, в то же время, я чувствую, что оно принадлежит мне. Невероятное чувство, словно я – совсем не я. Не могу даже объяснить этого толком. Но в то же время, я принцесса. Я не могу отступиться, от меня зависит судьба целого королевства, многих людей и драуков. Это величайшая ответственность, и мне с ней жить. А еще, так хочется выгнать всех этих нахлебников, что пригрел отец. Я всю свою жизнь, со всех сторон всегда слышала, что он жестокий правитель, но здесь он слишком мягок. Его обманывают, от него скрывают разные мелкие… и не очень мелкие проступки, над ним насмехаются. Я вижу это, а он не обращает внимания. Как так?

– Может быть, он просто выше всего этого, – Рэн закрыл книгу и отложил её в сторону.

– Выше? – Лия возмущенно уставилась на него. – Он король, его должны уважать! Я восхищалась им. Он ведь самый могущественный из людей! Он маг, которому все по силам!

– Он не совсем такой, каким ты его считаешь. Смотри, – мужчина сел ровно и вытянул вперёд руку.

Кайрен сел ровнее, выпрямив спину. Теперь он стал похож на того, кого Лия увидела впервые – на лице сурово-отрешенное выражение, на губах снисходительная улыбка. Он щелкнул пальцами. Миг, и на его ладони вспыхнуло пламя, неяркое, жёлтое, как маленькое солнышко. Оно росло, превращаясь в фигуру мужчины. Небольшая вспышка, и фигура разделилась. Теперь это было поле битвы, и огненная кровь стекала по ладони Рэна густыми каплями. Злоба и жестокость искажали призрачные черты лица, меняя его до неузнаваемости. Взмах огненной руки, и меч пронзает насквозь фигуру, стоящую на коленях.

– Он – не добрый король. На его руках слишком много крови. Было время, и я хотел стать таким же, как и он. Старался из всех сил, совершал такое, о чем сейчас даже вспоминать стыдно, а забыть не получается. И мне почти удалось. Знаешь, лишь встретив тебя, я понял, что для счастья не нужно быть монстром, можно просто быть собой.

Он сжал кулак, сминая огненную трагедию, что продолжала разворачиваться на его ладони.

– Я не знала, что ты маг, – тихо произнесла Лия, боясь спугнуть повисшую между ними тишину, наполненную заново рожденным доверием.

– Я не маг, – неожиданно резко ответил Кайрен. – Ааронд правильно сказал при нашей первой встрече. Здесь я могу все.

– Почему?

Он вдруг легко поднялся, прошёл к креслу, в котором она сидела, опустился на колени, забрал из её рук учебник по основам ночной магии и положил на столик. От неожиданности девушка замерла. Это было странно, видеть его рядом, так близко, да еще в такой позе.

– Когда-нибудь я расскажу тебе всё. Ты даже представить себе не можешь, как я этого желаю. Иногда мне хочется просто плюнуть на все обещания и сделать это. Придет время, и я расскажу все, обещаю, – он взял её руку и прикоснулся губами к пальцам, которые подрагивали, хоть Лия и пыталась сдержать эмоции. Не ожидала она, что он будет таким милым, нежным. – И когда этот момент наступит…

В дверь постучали. Лия вздрогнула от неожиданности.

Он зло выдохнул, резко встал и вернулся на софу, сев на которую, резко бросил:

– Войдите!

– Г-г-г-господин Кайрен, его величество ищет её высочество, – заикаясь, произнёс слуга, всего лишь чуть-чуть приоткрыв дверь, так, чтобы находящиеся в комнате его не увидели.

Кайрена опасались. Это было не странно, но до сих пор удивляло девушку. Кем же он все-таки был?

Лия вздохнула, несмело улыбнувшись Рэну, все ещё находясь под впечатлением от его слов. Точнее, от того, что он мог бы ей сказать. Что сказал, пусть и не прямым текстом, но честно, даря ей надежду, которая могла по-настоящему зажечь ее сердце. Глупо было верить в несбыточное, но что, если у них с Кайреном все же могло что-то получиться?

– Я пойду, – прошептала она.

Следуя за слугой, Лия размышляла об этом мужчине. По сравнению с ним она была юной, порой ей казалось, что он на много, много лет старше её. Полукровка, значит, его жизнь не была лёгкой. Драуки не терпят тех, в ком смешивается кровь разных народов. Но Кайрен – доверенное лицо короля. Он сам добился всего. Лия не слышала ни о его родных, ни о тех, кто мог бы помочь ему подняться так высоко.

Он привлекал её, и как тот, с кем было до удивления спокойно, и как мужчина, в которого так легко влюбиться. Мнение Рэна, его слова, заставляли стремиться к тому, что раньше не имело никакого значения. Девушка хотела быть достойной его, а не просто принцессой, за которой ему поручили приглядывать. Ее жизнь, ее сердце уже принадлежали ему. Но она об этом пока не догадывалась.

* * *

В королевский кабинет Лия входила с легкой улыбкой на лице. Ради отца, его спокойствия, она готова была делать вид, что ее ничто не заботит. Не нужно добавлять ему волнений.

– Ты меня искал?

– Да, – отец чуть нахмурился, словно решая что-то для себя. – Я хотел познакомить тебя с прим-генералом Вирхардом.

Лия обернулась, растягивая губы в насквозь фальшивой улыбке. Тот, чей голос, скорее всего, ещё долго будет преследовать её в кошмарах, был красив. Даже красивее, чем Кайрен. И сердце рядом с ним сжималось, вот только от страха. А ещё у него были страшные, чуть глубже, чем нужно, посаженые глаза, жёлтые, словно нечеловеческие, а звериные.

– Для меня это большая честь, принцесса, – в голосе Вирхарда, таком спокойном, ей послышалась издевка.

– И мне… приятно с вами познакомиться, – она надеялась, что он не услышал этой небольшой заминки.

Отец нахмурился.

– Прим-генерал – командующий Черными Волками.

– Да? Но разве не Кайрен командует ими?

– Прошу прощения, ваше высочество, но милорд Кайрен, – Вирхард произнес имя Рэна почти с брезгливостью, – в настоящий момент не покидает пределов замка и не может взять руководство на себя в полной мере. Он номинальная фигура, фактически, все руководство в моих руках.

Лия невольно посмотрела ему прямо в глаза. Этот драук был опасен. Она видела это в его взгляде. Он был тем, кто любит жестокость, тем, кто ни перед чем не остановится. И она помнила удовлетворение в его голосе, когда он пытал того люмина. Нет, это лучше поскорее забыть, словно самый страшный из снов. И то, что происходило там, и то, что совершила она.

– Цветочек, – король подошел и взял ее за руку. – Кайрену в последние дни приходится нелегко. Он меняет всю защиту замка, а это не просто. К тому же у него очень много других забот. Я боюсь, что с твоей защитой он может просто не справиться. Тем более, побег этого люмина…

– Побег? – Лия удивленно посмотрела на него.

Себя выдавать нельзя было ни в коем случае. Принцесса не могла освободить государственного преступника.

– Ты же не знаешь, – устало произнес отец, возвращаясь в свое кресло. – Мы захватили мятежника.

– Да? – испуганно прижала ладони к губам девушка, стараясь, чтобы это выглядело натурально.

– Да, цветочек. Он один из тех, кто за тобой охотится. Они подобрались ближе, чем мы думали. Его схватили почти у самой границы долины Роз, но он так и не выдал своих сообщников. А в том, что они есть, теперь нет никаких сомнений. Кто-то помог ему сбежать из темницы. Причем, это был маг, так что мы ищем человека, у драуков нет способностей к магии.

– Совсем нет? – уточнила Лия.

У нее перед глазами стоял огонь на руке Кайрена. Как-то же он сумел его вызвать?

– Абсолютно, – все с той же снисходительной издевкой подтвердил Вирхард.

Лия посмотрела на него, взглядом давая понять, что в его ответах не нуждается. Но он лишь вздернул бровь.

– Нет, драуки не имеют способностей к магии, как и люмины. А этот мятежник спокойно вышел из темницы. Более того, он был… ранен, оказал сопротивление. Его вылечили, наложили иллюзию и провели до ворот. Его сообщник – маг. И, судя по всему, давно живет во дворце. Слишком легко он все это провернул, никто даже ничего не заметил.

– И что же теперь делать?

– Ничего, цветочек. Кайрен усилит защиту дворца. Просто сейчас ты уязвима. Я не могу доверять никому из замка. Любой мог помочь бежать люмину. А генерал Вирхард заслужил и мое доверие и уважение. Он поможет присмотреть за тобой, – отец улыбнулся чуть напряженно, но искренне. – Ты ведь знаешь, я люблю тебя.

– И я люблю тебя, папочка.

Лия поняла, что разговор окончен, но уйти не успела, ее остановили слова Вирхарда.

– Позволите вас проводить, принцесса?

– Что?

– Да-да, лорд, это отличное решение, – не отрываясь от бумаг, произнес король.

Лия вымученно улыбнулась. Оставаться наедине с драуком, который пугал ее, она не хотела. Но и отказаться без объяснения причин, не могла.

– Лорд Вирхард, мне будет приятно прогуляться с вами, – сказала девушка.

Мужчина подставил ей локоть, чтобы она могла опереться. Прикасаться к нему было противно, но она пересилила свое отвращение и позволила ему вывести себя из кабинета.

Они молча шли, не обращая внимания на встречавшихся им на пути. Вирхард не спешил начинать разговор, а Лия боялась этого. Миновав большую картинную залу, девушка уже почти успокоилась. Впереди был только переход в центральную часть. Еще немного, и Лия будет свободна от общества драука.

– Вы очень красивы, принцесса, – внезапно нарушил молчание Вирхард.

Лия вздрогнула, и он точно это почувствовал.

– Простите, я задумалась, – поспешила оправдаться она. – Благодарю за комплимент.

– Это не комплимент. Вы действительно красивы, принцесса. И очень похожи на мать.

Это прозвучало странно. Девушка остановилась, но не успела ничего сказать. Вирхард склонился над ней.

– Что вы…

– Не думайте, принцесса, что я рад тому, что король поручил мне защищать вас, – почти прошипел он.

Лия отстранилась, сделав шаг назад. Вскинула взгляд и позади мужчины увидела Кайрена. Он смотрел на них, но, что выражали его глаза, девушка увидеть не могла. Только чувствовала, что он… зол?

* * *

Сердце заходилось в бешеном ритме.

– Кричи!

– Прыгай!

– Рви!

Казалось, она сходит с ума. Кошмар, в котором девушка оказалась, затягивал все глубже и глубже. Словно вязкое болото, тянул её вниз, туда, откуда доносились эти крики.

– Убей!

– Бей!

– Лги!

– Кради!

– Убивай!

Откуда они? Как она попала сюда? Уходящие прочь мысли терялись в полумраке творящегося вокруг хаоса. Ей даже виделись слова, поворачиваемые криками вспять.

Глаза закрывались, спать хотелось неимоверно.

Это происходит наяву? Или только снится?

– Ты кто?

– Кто ты?

– Кто мы?

– Мы кто?

– Ну, здравствуй.

Этот голос не был похож на остальные. Более человеческий, более живой. Настоящий.

И от этого еще более пугающий.

Она распахнула ресницы, но тьма вокруг неожиданно стала непроницаемой. Словно вглядываешься в ночь и не видишь ничего.

– Кто это? – собственный голос звучал страшнее испугавших её.

– Это я? А я – это я. Я – то, что есть, я – то, что было, я – то, что будет. Я – это ты, но ты – это не я. Я – это все вокруг и ничего из этого.

– Не понимаю…

– И не поймёшь. Меня нельзя понять, так же как меня нельзя поймать, увидеть, почувствовать, прикоснуться. Я – это то, что будет всегда, а без меня ничего не будет.

– Жизнь?

– И жизни не будет, и смерти не будет. Я и жизнь, и смерть.

– А я? – Лия почувствовала, что снова может нормально дышать.

– А ты фигурка на моем поле. И без тебя игра не идёт. Она тоже была в игре, но все сломала, хотя я подарила им целую новую игру. Они были плохими игроками, а ты, надеюсь, станешь хорошим. Игра идёт по новым правилам, и все из-за неё. И из-за него. А теперь, и из-за тебя. Хотя так даже интереснее. Вы забавные. И ты, и он. Да, это забавно, как он сможет играть, если его нет, а они не смогут ему помочь, потому что ее тоже нет. Но есть ты! Люблю такие игры.

Сумасшествие. Вот что она слышала в этом голосе. Кто бы это ни был, в его голове давно не было ничего нормального. Игра? Он? Она? И как выбраться из этой тьмы?

– Тёмный, за что? – вырвалось у неё неосознанно.

– Да-да, – оживился голос. – Тёмный вообще от рук отбился. Она игру сломала, а он поддержал её, а не меня. Отвратительный Тёмный. Сам во всем виноват. Надо же было так испортить такую беспроигрышную партию!

– Ты бог?

– Я – это я. Я выше ваших богов. Они приходят и уходят. Их забывают и молятся другим, а я вечно. Я буду всегда.

– Всегда, – тихо повторила Лия. – А я тебе зачем?

– Ты? Чтобы играть в настоящем по прошлым правилам.

– Как? Я не знаю правил.

– Проблема, – протянул голос. – Просто верни всё, как было.

– Но я не знаю, как было! – воскликнула девушка.

– Она знает, и он знает. Вот и спроси у них. Тебе-то точно ответят.

Глаза распахнулись сами. Задыхаясь, Лия села, подтянув колени к груди. Это был не сон, сны не бывают такими яркими, страшными и бессмысленными. Кто бы ни приходил к ней, он явно опаснее всех, кого она знала. Но это требование… как исправить то, о чем она даже не знает? Как вернуть в игру правила, если она даже не подозревает, что это за игра? Сумасшествие…

Ей до безумия хотелось, чтобы рядом оказался Рэн, чтобы обнял и успокоил. Но… такого никогда не будет. Он не давал ей даже малейшего повода думать о чем-то большем, чем простая дружба. Разговоры… Да, они были, была надежда. Еще вечером, укладываясь спать, она верила во все это, но сейчас… У них не будет вечности, и ночная тьма не распахнет свои объятия для истинных влюбленных.

Лия усмехнулась. Только сейчас она осознала, что за короткое время успела влюбиться в этого неприступного молчаливого мужчину.

По щеке скатилась слезинка. Страх не отступил, и теперь к нему примешивалась горечь от понимания, что никогда им не быть вместе. Она принцесса, а он, как бы к нему ни относился её отец, всегда будет стоять ниже её.

В этом мире все против них.

Лия откинулась на подушки, позволяя слезам скатываться по щекам. Холодные тиски, в которых потерялось сердце, забирали дыхание, но девушка молчала, не позволяя себе всхлипывать. Да, она одна, и никто не увидит её страха, ее слез, но Кайрен был прав – она будущая королева.

Глава 5

Она изменилась. Теперь никто не мог смеяться над принцессой без вреда для своей репутации, а то и здоровья. Её голубые глаза стали походить на осколки льда. Лия избегала людей и только Рэн, взявшийся вдруг учить её контролировать силу, мог вызвать на лёгкую улыбку. Она замкнулась в себе, но это мало кто замечал – слишком плохо в замке знали будущую королеву. У нее не было друзей раньше, и, уж тем более, они не появлялись теперь. Она вежливо, но холодно улыбалась тем, кто пытался сблизиться с ней, прекрасно понимая, что им нужна не девушка по имени Лия, а положение при дворе, расположение будущей королевы. И она занималась делами, которые приличествовали ее статусу, вникала в проблемы, но при этом не была сама собой.

И чем больше она теряла себя в дворцовой рутине, тем ближе к ней становился Вирхард. Девушка все так же боялась его, стараясь избегать с ним встреч, но он преследовал её, восхищаясь тем образом, который она создала вокруг себя.

– Будь осторожна, – говорил Кайрен в те редкие минуты, когда они оставались наедине.

И Лия старалась. Но что-то надломилось в ней, и теперь она не спешила помочь старой служанке, что оступилась и упала. Не шутила и не смеялась, слушая рассказы управляющего. Не ходила в розовый сад, чтобы вдохнуть аромат волшебных цветов.

Для всех принцесса стала идеальной. Её уважали, но уже за то, что она сама ненавидела в окружавших ее придворных. Надменность, пренебрежительность. Высокомерие. Гордыня. Нет, на самом деле Лия не была такой, но каждый день она пыталась вытравить из себя то, что делало её особенной, всю человечность, наивность, любовь к миру.

Почему она это делала? Из страха, что внушил ей ночной гость? Может быть… А, может, она старалась стать той, кого бы приняли. Лия и сама не знала, чего хочет на самом деле.

– Ваше высочество.

Лия подняла взгляд от вышивки – дела, которым необходимо заниматься настоящей даме из высшего общества. И которое она ненавидела всей душой. Но раз за разом вгоняла иглу в полотно.

– Я слушаю, – холодно произнесла девушка.

– Его величество желает вас видеть.

Она отложила иголку и поднялась. Сразу же вскочили две девушки, сидящие рядом – её новая свита. Все по-настоящему.

Отец ждал её в своём кабинете. Странно, но сейчас ей больше не хотелось им восхищаться. Она видела перед собой не великолепного короля, а уставшего от жизни человека. Он не был стариком, но девушка прекрасно видела весь груз прожитых лет в его взгляде, слышала в голосе. В ней многое изменилось, и Лия осознала, что не хочет жить во лжи, но ясно было и то, что никто и никогда не позволит ей самой решать свою судьбу. Мелочи, раньше казавшиеся неважными, заиграли новыми красками, рисуя совсем не радостное будущее. В котором у нее была только одна дорога.

– Лия, я хочу, чтобы ты отправилась в столицу.

Девушка в удивлении даже не сразу нашла, что ответить.

– Но почему?

– Здесь стало опасно. Мы так и не обнаружили того, кто помог сбежать преступнику. Я не могу рисковать тобой. Здесь стало слишком опасно.

– А в столице не будет? – она даже не скрывала сарказма, прозвучавшего в её голосе.

– Лия! – отец недовольно повысил голос. – Не дерзи! Я не знаю, где сейчас опаснее. Никогда не думал, что там, где для меня нет никаких преград, я окажусь беспомощным. Словно мне кто-то мешает, не дает увидеть… Прошу тебя, доченька, – на памяти девушки он назвал её так впервые. – Не подвергай себя риску. Я знаю, что в последнее время ты стала вести себя иначе, так, как и следует при твоём положении. Ты растешь. Я очень этому рад. Но все же будь осторожна. Как оказалось, Кайрен не всесилен.

Она промолчала, но королю и не требовалось ответа.

– Я приказал собирать твои вещи. Завтра ты отправишься в столицу.

Да, девушка оказалась права. Никому нет дела до ее мнения. Она даже не королева, пешка в чужой игре, правил которой ей никто не объяснил. А раз так, имеет ли смысл борьба, рано или поздно все равно завершившаяся бы поражением?

* * *

Карета дрогнула от удара. Кучер закричал, скорее всего, атака была направлена на него.

– Ваше высочество, – дверца резко открылась, и показался командир Сайварс.

Лия удивленно вздернула бровь – бывалый вояка казался слишком обеспокоенным.

– Вас нужно срочно отсюда уводить, – протягивая ей руку, говорил он. – Это светлые. Не знаю, как им удалось выследить вас, о маршруте никто не знал…

Совсем рядом упало атакующее плетение. На миг Лия застыла, оно показалось ей знакомым. Но Сайварс не дал ей времени на раздумья. Прикрывая ее своим телом, он уводил девушку прочь. А она в который раз подумала, что судьба над ней смеется. Столько лет Лия прожила в абсолютной безопасности, а теперь что ни день, так потрясение. Как они узнали, что именно сегодня девушка покинет дворец? Даже она узнала об этом буквально несколько часов назад. И Сайварс совершенно прав, в замке тоже никто не мог знать об этом. Тогда как получилось, что сейчас она бежит, спасая свою жизнь?

Он вдруг замер и начал заваливаться на бок.

В него попали. Ее сердце начало неистово колотится. Ей нечего противопоставить светлым. Если только… Рэн, ты не зря возился с глупой принцессой, уча ее ненужным, казалось, вещам.

Ее схватили за руку, резко разворачивая. Перед Лией стоял паренек, может, всего лишь на пару лет старше, чем она. Он улыбался, словно нашел то, что давно искал.

– Она здесь! – закричал он.

Лия смотрела в горящие неистовой радостью глаза и понимала, что теперь ее может спасти лишь чудо. Ее нашли, и смерть стала только вопросом времени. На что готовы пойти эти отщепенцы и предатели, чтобы свергнуть короля? Убить единственную его дочь – и ничего не нужно делать. Род оборвется, и страна канет в хаос. А светлым только этого и надо. Но она не дастся так просто! Дочь короля Ааронда Дарана не позволит страху взять верх!

– Отпусти, – тихо попросила она.

– Да, да, конечно, прости, – неожиданно для нее смутился паренек.

Странно, но не время над этим раздумывать. Она расслабилась и позволила магии течь сквозь нее. Отец был бы недоволен, ну и пусть. Яркой вспышкой на периферии зрения промелькнули ночные жилы. В этом состоянии ей не нужно было применять плетения, чтобы их видеть. И управлять ими. Одна из жил ожила и, сорвавшись с места, оплела ноги мальчишки. Он взлетел в воздух, неуклюже взмахнув руками, но так и не закричав.

– Стой! – раздалось позади нее. – Это ты делаешь?

Медленно обернувшись, Лия даже не подумала скрывать торжествующую улыбку. Если они думали, что нападают на беззащитную девушку, то сильно ошибались.

Перед ней стоял люмин. Полукровка. Высокий, мощный, но явно слабее любого чистокровного, со светлыми волосами, темнеющими к кончикам. Тот самый, которого она освободила из подземелья.

– Смесок, – презрительно сказала Лия, вздернув подбородок.

То, что однажды она совершила ошибку и помогла ему, ничего не меняло в ее отношении к светлым.

Он пошатнулся, словно споткнувшись обо что-то, и уставился на нее, явно не веря своим собственным глазам.

– Дайте мне уйти, и никто из… вас не пострадает, – девушка не дала ему опомниться. – Вам все равно не удастся меня убить.

– Мы и не собирались, – глухо произнес он.

– Тогда что же? Плен? Пытки? Это не будет!

– Ничего. Ничего из того, что ты назвала.

– Вы.

– Что? – он странно смотрел на нее, и девушка никак не могла понять, что же так смущает ее в этом взгляде. Неужели он думал, что она станет на их сторону? Да, Лия совершила ошибку и дорого платит за это, но ничто не заставит ее предать родного отца.

– К принцессе нужно обращать на «вы», – уточнила, добавив в голос холод.

– То есть, – вдруг подобрался он, становясь похожим на хищника. – Ты помнишь кто ты? Знаешь это?

– А? – Лия почувствовала, как слабеют ближайшие ночные жилы. Как всегда, она начала терять контроль над своей силой, стоило ей немного успокоиться. – Я знаю, кто я! И вы это знаете, иначе не нападали бы на меня!

– Мы-то знает. Вопрос, знаешь ли ты, – он неожиданно широко усмехнулся. – Эй, Гави, ты там живой.

– Все в порядке, Лин, – висящий в воздухе мальчишка даже засмеялся.

Странно, но это имя, Лин, ознобом прошло по телу. И пусть девушка слышала его раньше, собственная реакция поразила. Кроме того, казалось, они знали что-то, неведомое ей и теперь просто издевались. Поутихшая было, ярость вновь подняла голову, наполняя тело силой.

– Я принцесса Лия, дочь короля Ааронда Дарана, второй после него по силе темный маг! И если вы сейчас же не уберетесь с моих глаз, то этот день станет для вас последним!

Лин прищурился и обвел ее настороженным взглядом.

– Темный маг, значит, – протянул он. – Стой!

Лия обернулась, чтобы увидеть, к кому он обратился, и чуть не упустила жилу, испугавшись. Позади стояли двое мужчин. В одном из них она без труда узнала светлого мага, причем достаточно сильного. Ему она вряд ли смогла бы долго противостоять, но им об этом знать не следует. Второй был люмин, на этот раз чистокровный и, судя по его состоянию, только что из оборота. Все-таки не зря отец заставлял ее все это учить, да и Рэн был бы доволен ею.

Но вот тот, что стоял чуть впереди, вызывал странные эмоции. Он был человеком, и при всем желании, Лия не могла разглядеть в нем даже зачатков магии. Но что-то в ней кричало, что и он маг, мало того, ему она просто не сможет навредить. А еще… вспыхивало и гасло в груди то же удивительное чувство, которое она испытывала каждый раз, когда видела Рэна. Этот парень, нет, мужчина, с длинными, неровно обрезанными волосами, цветом чуть темнее, чем ее любимый янтарный мед, смотрел на нее так, словно она была самым дорогим, самым ценным человеком в целом мире.

– Гай, это принцесса Лия, дочь короля Ааронда, – с плохо скрываемой горькой насмешкой произнес Лин.

Тот, кого назвали Гаем, судорожно вздохнул.

– Как такое возможно? Ты не помнишь меня? – он с надеждой вглядывался в нее.

В душе у девушки происходила борьба. Часть ее отчаянно хотела вспомнить то, чего никогда не было, а другая, более рассудочная, приводила факты из прошлого, говоря, что она никогда не видела этих людей и, если не придумает, как сбежать от них, то они станут последним ее воспоминанием.

– Что вам нужно?

– Принцесска, поверь, то, что нам нужно, ты дать не в силах. У тебя есть выбор. Пока что. Можешь отправиться с нами добровольно, ну, или силком. Дайм поднаторел в разбрасывании сетей за это время. Ну, так что ты решишь?

Ответить она не успела. Да, если честно, даже и не думала, что можно было сказать. То, что ей не удалось бы с ними справиться, было ясно.

– Волки!

– Королевские волки!

Бандитов было немного, они были сильны, раз уж смогли одолеть королевский отряд, но Черные волки, драуки, были непобедимы. Рэн самолично тренировал их, а уже это говорило о многом. Да и Вирхард, какой бы сволочью он ни был, многое делал для волков, муштруя, вылепляя идеальных воинов.

Гай сделал к ней шаг.

– Идем с нами. Поверь мне, тебе ничего не угрожает.

Он протянул руку с надеждой, что она поверит ему. Лия отступила, и жила тут же выскочила из ее рук. Она вздрогнула, ожидая услышать звук удара, но ничего не произошло. Светлый маг поймал паренька в сети почти у самой земли.

– Гай, – второй люмин сделал шаг в сторону девушки.

– Нет, Май! Не так! Она должна сама…

– Сама? Посмотри на нее! Это не Эмми.

– Май…

– Что? Мы заберем ее с собой, и каждое мгновение будем ждать удара в спину. Внешне – это она, но душа… Разве ты не видишь? Там выжженная пустыня. Ни личности, ни памяти, ничего не осталось от той, которую мы знали. Линвар недооценил ее состояния. Заберем ее сейчас, и нам конец. Она сама сдаст нас драукам и не будет испытывать никаких угрызений совести.

– Замолчи!

– Ты знаешь, что я прав.

Рыжеволосый парень с отчаянием обернулся к магу, но тот лишь покачал головой.

– Мне все равно, что ты не помнишь меня, – громко, яростно произнес Гай, обращаясь к Лие. От неожиданности она даже сделала шаг назад. – Я все равно буду пытаться спасти тебя. Теперь я хотя бы знаю, что ты жива. Не знаю, что он с тобой сделал, но я выясню, и все станет как прежде!

– Уходим, – маг бросил на нее взгляд, значение которого она не поняла.

И тут Лия увидела то, что не должна была видеть. Рядом со светлым магом замерцало пространство, и в его руке оказалась солнечная жила, которую он быстрыми, точно выверенными движениями начал сматывать в кольцо. Девушка судорожно вздохнула. Маг строил портал. На такое способны единицы, да и то, лишь после долгих лет упорных трудов. Кто он, этот маг? И почему она видит все это? Темным магам, к которым она, без сомнения, относится, такое неподвластно!

Они исчезли в яркой вспышке. Почти одновременно с их порталом вокруг вспыхивали и другие. Кем бы ни был этот маг, но о своих людях он позаботился.

– Принцесса, вы в порядке?

Сайварс был ранен. Он, пошатываясь, подошел к девушке. На форменном камзоле расползалось кровавое пятно.

– Вам нужна помощь? – тихо спросила Лия.

– Помощь? – на его холеном лице была явная растерянность.

– Вы ранены. Вам помочь?

– Нет, королевский отряд скоро будет здесь, у них отличный лекарь… Ваше высочество, с вами все в порядке? Эти разбойники не причинили вам вреда?

– Нет.

Впереди показался отряд конников. Их командир вырвался вперед, резко остановил коня прямо перед принцессой, обдав ее горячим запахом конского пота.

– Где нападавшие?

Лия поморщилась. Глупый вопрос.

– Они ушли через портал. С ними был маг.

* * *

Это было невероятно. Лия повторяла себе, что она не знает этих людей, этих… бандитов, убийц, монстров. Но что-то никак не давало покоя, какая-то навязчивая мысль крутилась в голове, не желая принимать четкую форму. Она их не знала, но они знали её. Притворялись, чтобы смутить её, заставить поверить в то, чего не существует? Но слишком настоящими были чувства, такого не сыграть.

Отчаяние и ярость в глазах молодого мужчины. Кем он себя считал? Другом, братом, мужем?

Как узнать, что правда, а что нет? Слишком сложно, а в голове туман, как после долгой бессонной ночи. Забыться бы и забыть, но что-то не дает так поступить, словно есть в ее душе часть, которая верит в тот бред, что несли эти мятежники.

– Ваше высочество, вы в порядке?

Лия очнулась от размышлений. Пока она сидела, погрузившись в себя, они уже успели вернуться в замок, и теперь Буйрим с тревогой смотрел на неё.

– Да, со мной все хорошо, не стоит беспокоиться, – она протянула управляющему руку, чтобы он помог ей выйти из кареты.

– Позвольте, – Кайрен деликатно перехватил её руку.

Лия улыбнулась, но осознала, что не хочет никого видеть сейчас, даже его. Слишком много мыслей было в голове, слишком много вопросов.

– Спасибо.

Лишь дань вежливости, легкий наклон головы, и Рэн понимает. Он всегда знает, что она чувствует, знает, что ей нужно. Он волнуется, он переживает за нее, но Лия не может вмешивать его во все это. Там никто из ее свиты не слышал, о чем она разговаривала со светлыми. Пусть так и остается. Были угрозы. Был ее страх. А девушка сама разберется, кто ее обманывает и зачем. Главное, чтобы не стало хуже, а с остальным она справится.

– Проводи меня в мои комнаты, пожалуйста.

Все, что ей сейчас нужно, побыть одной.

Глава 6

– Как же здесь красиво!

Глаза девушки горели от счастья, когда она смотрела на лежащего рядом с ней мужчину. Самый любимый, тот ради кого она была готова на все. Действительно на все. И она знала, что его чувства не менее сильны, чем ее.

Она протянула руку и дотронулась до белого бутона, обведя пальцем нежные бархатистые лепестки.

– Я хочу стать, как эти цветы. Вроде бы хрупкой и нежной, но с шипами, которые больно ранят, стоит лишь им столкнуться с грубостью и жестокостью. Хочу быть сильной! Хочу быть красивой! Самой-самой! Чтобы никто не смотрел на меня свысока…

– Ты уже такая, – он взял её руку и поднёс к губам. – Нет. Ты в сотни, в тысячи раз превосходишь любой самый красивый цветок. Ты моя мечта, которая рядом со мной, которую я боюсь потерять, и в которую я до сих пор боюсь поверить. Ты для меня навсегда останешься светлым ангелом, спасшим из тьмы, вытащившим из пропасти злобы и отчаяния, куда я сам себя вогнал. Ты лучше, чем все эти цветы вместе взятые. Ты совершеннее, чем солнце и луна, прекраснее звёзд на ночном небе. Я дышу только тобой и только для тебя, – он перекатился и завис над ней, опираясь на локти. – Пусть проходят века, но моё сердце будет биться в такт с твоим. А эти цветы, как бы прекрасны они не были, лишь твоё бледное подобие. Мы их вырастили, и мы сохраним этот сад. Но только как память о том, что мечты могут сбываться.

– Ты поэт, – она засмеялась и потянулась за поцелуем.

– Никогда не бросай меня, мой светлый ангел. Без тебя мне не жить…

* * *

Солнце уже вызолотило воду в озере, но Лия все так же неподвижно сидела на своём любимом месте. Тёплый воздух вечного лета обжигал кожу, и лишь редкие порывы ветра могли ее остудить.

С самого своего возвращения девушка не могла понять, что с ней происходит. Она вспоминала страх и ярость отца, отправившего в погоню за разбойниками лучших из тех, кто был во дворце. Он и сам сорвался бы следом, но что-то его остановило. Может, странное оцепенение, сковавшее дочь, её нежелание ни с кем разговаривать, а, может, его собственный страх, чудом не ставший реальностью.

А между тем Лия раз за разом прокручивать в голове каждое слово – услышанное и сказанное. И не могла осознать – было ли это правдой. Эти люди и нелюди, порождение света, говорившие с ней – не лгали. Она знала это. Была в этом уверена. Но как? Чувство, что она знает каждого из них не покидало её, добавляя смятения в и без того путаные мысли.

Она сбежала ото всех к озеру, где когда-то точно так же сидел Кайрен, чтобы подумать обо всем случившемся. Она виновата, что отпустила люмина, помогла ему сбежать. Он нашел ее, втянув в противостояние, которой ей не выиграть. Можно все рассказать отцу, но часть сердца настойчиво отговаривает ее, словно своими словами она совершит еще более ужасный поступок. Девушка вздохнула и смяла розовый бутон, что вертела в пальцах. Больно. Ладонь укололо.

Ойкнув, Лия разжала руку. Белая роза. У самого основания, под чашечкой цветка, был один-единственный шип. Странно, откуда он? Но теперь на ладони девушки медленно набухала ярко-алая капля.

– Вот почему со мной всегда так? – пробурчала она и чуть не подпрыгнула, услышав позади встревоженный голос Кайрена.

– С тобой все в порядке? Что случилось?

– Руку вот… Уколола, – Лия смотрела на него, взглядом отмечая и бледную кожу, и впавшие глаза и синяки под ними, что казались черными, добавляя мрачности и без того темным глазам. Да и в целом он выглядел потрепано и устало, даже у него в волосах девушке почудились серебряные искры, которых она не замечала раньше.

– О шипы, да? А я перепугался, – Кайрен натянуто улыбнулся. – Будь поосторожнее в следующий раз.

– Буду, – машинально ответила Лия и, увидев, что он разворачивается, чтобы уйти, резко встала. – А как ты узнал?

Мужчина остановился и ответил с лёгкой заминкой, словно нехотя, но все так же, не оборачиваясь, стоя к ней спиной.

– Я почувствовал твою кровь и испугался, что он… они сумели добраться до тебя даже здесь.

– Ты… Почувствовал?

Но он не ответил, резко дёрнул головой, словно отмахиваясь от её вопроса, и пошёл прочь. А девушка в который раз подумала, что совершенно не понимает, что происходит вокруг неё.

И что происходит между ними…

* * *

Лия смотрела в сторону дверей, за которыми скрылся Кайрен в обществе очаровательной брюнетки, и считала про себя.

Один. Два. Три.

Ей до безумия хотелось пойти следом, но она держала себя в руках. Ведь этот бал был снова устроен в её честь.

Снова.

И снова она одна.

Сорок шесть. Сорок семь.

И она не ревнует. С чего бы ей это делать? Он ей ничем не обязан.

Семьдесят четыре. Семьдесят пять.

На нее смотрели с опаской, но не тревожили. После неудавшегося нападения ее вообще никто не трогал. Ни одного грубого слова в ее адрес, ни одного косого взгляда. И даже те, кто раньше насмехался над принцессой, видя отношение, тревогу короля, стараясь задобрить его, пытались заслужить ее расположение.

И этот праздник, что устроили специально для нее. Он был ей не нужен, но кого это волновало?

– Девяносто девять, сто…

Рэн ушел с другой девушкой в сад, и это не должно ее волновать. Глупость.

Лия огляделась. Все танцевали. Если за ней кто и наблюдал, то делал это незаметно для нее.

– Я только посмотрю, чем он занят и все, – уговаривала себя она. – В этом нет ничего ненормального. Я просто за него беспокоюсь.

Она медленно шла, останавливаясь, раздумывая, правильно ли она делает. Уговаривала себя.

Она не должна этого делать.

Она должна это сделать.

Если не увидит, чем он занят, будет мучиться до скончания века. А если вдруг увидит в его объятиях другую? Такого ее сердце не выдержит. Что же делать?

– Ваше высочество, разрешите пригласить вас на танец?

Девушка вздрогнула, но заставила себя натянуть благожелательную улыбку. Все же этот драук пользовался уважением ее отца. Значит, нужно забыть, какую реакцию он у нее вызывает.

– Драу Вирхард, не ожидала вас увидеть! Разве вы не отправились с отцом на инспекцию?

– Нет, моя принцесса, – он взял ее за руку и поцеловал, дольше положенного по этикету задержав ее дрогнувшие пальчики в своей руке. – Его величество проверяет готовность войск. У него нет сомнений, что светлые вскорости нападут. Этот инцидент с вами лишнее тому доказательство. Но мне и Черным волкам он доверяет безоговорочно, поэтому я и остался здесь, чтобы обеспечить вашу защиту. На всякий случай. Так что же вы ответите по поводу танца?

Теперь ей до ужаса хотелось сбежать. Этот драук внушал ей такой страх, что все чувства бунтовали. А его прикосновения не вызывали иных желаний, чем немедленно покинуть это сборище и отмыться. Желательно кипятком, чтобы смыть любое напоминание о нем.

– О, драу Вирхард, – Лия допустила в голос столько сожаления, сколько смогла наскрести в себе, стараясь не переигрывать. – Мне так жаль… Я уже собиралась уходить, – она вскинула на него глаза, стараясь, чтобы это выглядело максимально наивно, и доверчиво улыбнулась. – Понимаете, все эти празднества… Это не мое, и я так сильно устаю…

– Тогда, может, вы позволите проводить вас?

– О нет! Я не могу вас так… нет, это неправильно так поступать с вами… Я устала, но для вас праздник должен продолжаться!

– Боюсь, принцесса, что не могу оставить вас одну. Вы просто не понимаете, его величество доверил мне заботу о вашей безопасности, – Вирхард улыбнулся, но от этой улыбки девушке стало не по себе. Слишком уж она напоминала о том спокойном, даже добром, голосе, который ей довелось услышать в подземелье.

– Хорошо, – она чарующе улыбнулась. – Я потанцую с вами, но сейчас хочу несколько минут побыть одна, все же толпа меня несколько угнетает. Столько лет вынужденного затворничества, понимаете…

Он приподнял бровь, но отступил на шаг, пропуская ее. Лия мило ему улыбнулась и, едва сдерживаясь от того, чтобы сорваться на бег, направилась в сад. И все же спиной чувствовала колючий взгляд, от которого хотелось не то вымыться, не то просто сменить одежду, но в любом случае, оказаться как можно дальше.

Она вдохнула пьянящий аромат белых роз. Только он мог успокоить ее, но сейчас даже это не помогало. Слишком много волнений и тревог. Слишком много сомнений, и она уже не понимает, что правда, а что ложь.

– Что ты тут делаешь?

Лия резко обернулась. Кайрен недовольно смотрел на нее, стоя, опершись на каменный уступ лестницы.

Как ему удалось подойти к ней так незаметно?

– Я? А…

Она начала оглядываться, ища ту брюнетку, что ушла с ним, но ее нигде не было. Куда он ее дел?

– Лия, ты понимаешь, что тебе опасно оставаться одной?

– Я не одна, ты со мной.

– Это сейчас я рядом, но совсем не обязательно, что так будет всегда!

Кажется, он был зол.

– Неважно, – мотнула головой девушка. – Мне неважно, что будет потом. Я хочу, чтобы ты сейчас был рядом.

Сказала. Она сказала. Почти открыто призналась ему в своих чувствах. Вот так, с ходу, не расшаркиваясь в пустых любезностях.

Поймет ли он это?

– Лия, я не знаю, понимаешь ли ты, что происходит, но тебе лучше вернуться в замок.

– Нет.

– Это глупо, Лия…

– Я не хочу, – девушка подошла к нему, пытаясь понять, какие чувства скрывают эти темные глаза. Что же прячется там, в глубине, безразличны они, или это просто игра? – Я хочу быть с тобой.

Замерев лишь на миг, Лия качнулась к нему в намерении обнять. Рэн отшатнулся, словно испугавшись ее движения.

– Пожалуйста, – прошептала она.

О, Темный, что же она творит? И почему такое чувство, что, если она не признается ему во всем сейчас, то будет поздно. Слишком поздно.

– Лия, – простонал он.

– Рэн, – и в том, как она произнесла его имя, он услышал такую жажду, надежду невероятной силы, все то, что скрывалось, пряталось, но могло подарить им… будущее?

Что ей делать, если он промолчит? Что, если он откажет? Как она сможет жить дальше, если ее жизнь потеряет смысл? Когда он стал для нее всем?

– Я не могу так.

Он с отчаянием посмотрел на Лию. Но где-то в глубине его глаз она видела столь же безумную надежду, какая, и она точно знала это, была в ее собственных.

– Девочка, ты хоть понимаешь, что творишь? – он сделал движение, будто собирался взять её за руку, но остановился. – Ты сводишь меня с ума своими играми, а ведь я не железный!

– Я не играю. Всё это правда. Я хочу быть с тобой…

Она говорила тихо, словно боясь спугнуть то, что могло между ними зародиться.

Но Кайрен вдруг отступил от нее на шаг.

– Уходи, – неожиданно грубо произнес он. – Убирайся обратно на бал!

Девушка отшатнулась, не веря, что еще мгновение назад он смотрел на нее почти что с любовью, а теперь в его взоре горела ненависть. Почему?

– Ты слышала меня? Уходи.

Всхлипнув, Лия развернулась и бросилась к дверям, но не добежала до них. Глупо было заходить в бальный зал в слезах. Нет, ей необходимо успокоиться. И понять, что нашло на Кайрена. Он же явно испытывает к ней что-то, что намного больше симпатии. Так почему же отрицает свои чувства? Даже она сама нашла в себе силы признаться в том, что… любит. Любит его!

– Принцесса?

Что сегодня за день такой? Все к ней подкрадываются…

– Да, драу Вирхард? – она попыталась улыбнуться.

– Что случилось?

– Ничего страшного… Но, я боюсь, что не смогу с вами потанцевать сегодня. Мое настроение не предполагает дальнейших развлечений…

– Не думаю, принцесса.

Она в удивлении посмотрела на него. Драук улыбался, но эта улыбка была пугающей, словно оскал озлобленного зверя, который еще не решился на атаку. Лия попыталась отступить, но… Впереди были двери в бальный зал, а за ними толпы, ждущие малейшего проявления ее слабости. Нет, идти туда было так же опасно, как и оставаться рядом с Вирхардом. Но и вернуться назад, в сад, к Рэну, который прогнал ее от себя… Нет, она не могла сделать это.

И в то же время, один взгляд на стоящего рядом мужчину приводил ее в ужас.

– Драу Вирхард, – начала говорить она, еще не знаю, что именно скажет.

– О, принцесса, а мы вас потеряли!

Лия с облегчением обернулась к леди Ариранде. Она ненавидела ее, но сейчас была невероятно рада видеть. Иногда даже такие надоедливые и себялюбивые придворные могут быть полезны.

– Прошу нас простить, драу Вирхард, нам с леди нужно пошептаться, – девушка кокетливо взмахнула ресницами и, подхватив драуку под локоток, потащила в бальную залу.

Мило улыбаясь и кивая приветствующих ее гостей, она старалась как можно быстрее пересечь комнату. Перед ними расступались, ей приветливо улыбались, но ничего не имело значение. Нужно выбраться, бежать как можно дальше.

– Принцесса, что с вами? – Ариранда заметила странности в поведении девушки и явно жаждала подробностей.

Вздохнув, девушка закатила глаза, давая леди возможность понять, что в ситуации не было ничего особенного. Мелочь, не заслуживающая пристального внимания.

– Вы должны были такое испытывать… настойчивые поклонники… которые не понимают слова «нет»…

– О, да, принцесса, – глаза Ариранды загорелись. В мыслях она уже представляла, как рассказывает своим подругам о непристойном поведении будущей королевы.

Что ж, пусть будет так, все лучше, чем оставаться в обществе пугающего драука.

– И я надеюсь, вы простите меня, – Лия увидела, что Вирхард направляется к ним. – Так жутко болит голова…

– Я прикажу кому-нибудь проводить вас! – встревожилась леди.

– Нет-нет, – возразила Лия. – Я направлюсь прямиком в свою комнату. Нервное напряжение последних дней дает о себе знать.

– Да-да, ваше высочество, конечно, вы правы.

И девушка поспешила покинуть свой собственный праздник.

* * *

Лия огляделась. Пытаясь избежать встречи с Вирхардом, она сама загнала себя в ловушку. Вместо того чтобы и дальше идти анфиладой в другое крыло, она свернула и через малую танцевальную комнату попала в кабинет, который практически не использовался, как раз из-за своего неудобного расположения. Таких укромных уголков в замке было неисчислимое множество.

Решив, что здесь он может и не подумать её искать, ведь все думают, что она направилась к себе, девушка, повеселев, взяла с полки томик, но раскрыть не успела.

– Какое замечательное совпадение, – прозвучал от двери спокойный и чуть насмешливый голос. – А я везде вас ищу.

Дрожащими руками Лия сжала книгу, но ответила ему практически таким же тоном.

– Вы меня ищете, драу Вирхард? С чего бы это? – прозвучало все равно несколько нервозно.

– Ну как же, вы обещали мне танец.

Он подошёл к ней вплотную, и Лия с трудом сдержалась, чтобы не отступить назад, увидев в его глазах огонёк предвкушения.

– Танец? – её голос помимо воли взлетел вверх, выдавая волнения.

– Да, ваше высочество, танец.

Он грубо сжал её запястье, отбирая книгу.

– Что вы делаете? – попыталась вырвать руку она, но мужчина лишь покровительственно усмехнулся.

– Трудно, не правда ли? Больно? А ведь мне даже не нужно прилагать усилий, чтобы сломать ваши нежные ручки, принцесса. Правда, это забавно. Вам так не кажется?

– Пустите!

– Зачем же? Разве мы не прекрасно проводим время?

Лия дернулась снова, но он лишь усилил хватку.

– Отпустите меня!

– О нет, не нужно кричать. Вы выбрали отличное место для нашей беседы. Там вовсю гремит бал, а здесь пустынно и тихо. Словно в королевском склепе, не правда ли? – он наклонился почти к самому её ушку, притягивая ближе к себе. – На самом деле именно об этом вы и мечтали, принцесса. Я читаю вас как раскрытую книгу. Глубоко в душе вы точно такая же тёмная, а, может, даже и хуже, отвратительная, как и я. Только вот, что нравится вам, ваше высочество, испытывать боль или доставлять её?

Вирхард с силой сжал руку девушки, притягивая ее ближе к себе. Лия дернулась и в страхе оглядела комнату. Ничего, чем бы она могла воспользоваться. И ни одной жилы. Она сама загнала себя в ловушку.

– Отпустите меня, – она посмотрела на него, но встретив взгляд Вирхарда, с трудом удержалась от крика.

Его глаза светились, словно звериные, красно-желтым злым огнем, лишая ее способности связно мыслить. Пропал дар речи, и она могла только в ужасе смотреть, как на лице мужчины появляется жестокая усмешка. Все ужасы, что она представляла, становились реальностью.

– Ну же, принцесса, хочешь узнать себя?

– Пустите, – прошептала на грани слез она.

– Нет. Нет, я не отпущу тебя. И знаешь, почему? Мне надоело смотреть на твою смазливую мордашку и улыбаться, проявлять уважение, которого ты не заслужила. Ты маленькая дрянь, занявшая чужое место. Сколько лет я мечтал, что мы расправимся со светлыми отродьями, покажем, кто достоин занимать все земли Долины Мирового Древа. Кто достоин править ими. Думаешь, ты особенная? Ты жива только потому, что этого хочет он. И пока этого хочет он.

– Я вас не понимаю, – слезы обжигающими горошинами катились по ее щекам.

– Конечно, не понимаешь! Он разочаровал меня!

Вирхард почти выкрикнул последние слова и с силой оттолкнул девушку от себя.

Лия пролетела через комнату и ударилась о книжные полки. От удара перехватило дыхание, и она не смогла даже застонать. Только слезы быстрее покатились из глаз. Лия сползла на пол, даже не пытаясь подняться на ноги. Спина наверняка превратилась в один сплошной синяк, такой сильной была боль. Она проявила слабость, не успела поставить щит, и теперь ей придется за это расплачиваться.

– А знаешь, что самое разочарующее? Он приказал убить эту праймскую шлюху, которую они по недоразумению называли королевой. И мы выполнили приказ. Сделали даже больше, чем он просил, лишь упустив эту мелкую тварь. А он сошел с ума! Из того отряда, моего отряда, не осталось никого! Он убил всех, а я стоял рядом и смотрел, как с тех, кого я называл друзьями, стекает, ты можешь такое только представить, высочество, просто стекает, словно вода, капля за каплей, их кожа. Шипит, пузырится, тягуче, словно кипящее масло, ярко-алое, неестественное… А запах? Ты даже не можешь представить ту вонь, что окружала нас! И крики! Это было быстро, но у меня в ушах даже спустя двенадцать лет стоят их мольбы, они ведь действительно не понимали, за что он так с ними. Приказ был отдан и выполнен. Да, не полностью, свое отродье она сумела спрятать. Но с ней было покончено! Разорвали на части, даже жрать не стали ядовитую светлую тварь. А она не кричала, не умоляла, знала, дрянь, что не спастись. А как приятно было видеть эту боль! Жаль, до сих пор жаль, что она не кричала!

Вирхард выдохнул. Он был похож на безумца, и Лия замерла, боясь, что он очнется, выйдет из плена своих кровавых воспоминаний, и тогда ее уже ничто не спасет.

– Мы выполнили все. И какой была награда? Жестокая, мучительная смерть на глазах родных. Король… Да какой король сделает такое со своими верными подданными? Гнев за то, что мы упустили мелкое отродье! Разве так можно? Мы клялись служить ему верой и правдой! И вот спустя столько лет он находит тебя! В другом мире! Просит привести живой или мертвой! Кто же знал, что светлые настолько живучи! – с досадой воскликнул он. – Выжила! Сбежала!

Пусть говорит. Чем дольше он выплескивает накопившийся гнев, тем больше вероятность, что ее кто-то хватится. Но кто? Она сказала Ариранде, что идет к себе, значит, никто не осмелится больше ее беспокоить… Мог бы Кайрен, но он… ему нет дела до нее. Нужно придумать, как спастись. Самой…

И больше не слушать тот бред, что он несет.

– А потом он притащил тебя сюда! Как свою дочь! И я должен был унижаться перед какой-то… Но больше не буду!

Зловеще ухмыльнувшись, мужчина вновь обернулся к девушке.

– Я не могу убить тебя, он сразу же узнает об этом. Но… позабавиться-то мне ничто не мешает.

– Кайрен узнает, – вдруг тихо, но твердо произнесла убежденная в этом Лия.

Отец говорил, что он всесилен во дворце, и для него здесь нет никаких секретов. Так, может, он услышит ее? Спасет?

И нет нужды в слезах. Вирхарду нравится то, что он видит. Она должна лишить его возможности видеть ее страх. Не плакать, держать себя в руках.

– Он? – насмешливая кривая улыбка, и задумчивое: – Он может. Но мы все сделаем тихо, правда, высочество?

Ей показалось, что он стал больше. Хотелось закрыть глаза, зажать руками уши и спрятаться, словно маленькой, как от страшного кошмара. Как быть сильной, когда страшно до потери пульса?

Мужчина приблизился, навис над ней.

– Знаешь, принцесса, думаю нам нужно найти место поспокойнее. Тебе так не кажется?

Лия не успела ответить, да он и не ждал этого. Грубо схватив за плечо, приподнял над полом, выкручивая руку.

– Пусти, – она не могла не попытаться вырваться.

Но он лишь зло ухмыльнулся и потащил ее к двери. Лия упиралась, пыталась кусаться и царапаться, но он с легкостью блокировал любые ее трепыхания.

– А что же ты не кричишь? – насмешливо спросил он.

И Лия решилась.

– Рэн! – закричала она.

И дверь, к которой Вирхард тащил ее, резко распахнулась.

Глава 7

– О, Вирхард, мог бы и сказать, что ты уединился с девушкой! – чуть покачивающийся мужчина обнимал за талию подхихикивающую молоденькую служанку. – Я бы тогда так не вламывался!

– А ты и не спрашивал! – зло бросил ему в ответ драук.

– А ты никогда не выбирал таких унылых мест, – парировал мужчина. – Да, дорогуша, мы тоже, пожалуй, поищем местечко повеселее.

Лия замерла. Этот драук ей ничем не поможет, он, похоже, даже не узнал её. Да и самой ей никак не спастись. Вырваться из железной хватки Вирхарда у неё не хватит сил, а жилы, на которые она привыкла полагаться, словно бросили её одну.

– Да и я тоже не собирался здесь задерживаться, – ухмыльнулся мужчина.

Что же делать? Сдаться? Ни за что! Нужно выйти вместе с ним туда, где есть ночные жилы. После этого она сможет справиться с кем угодно. Драуки сильны, быстры, выносливы, но магией не обладают. Всё, что нужно, это добраться до жилы, своих сил ей не хватит. Отец все время говорил, тренировки, развитие навыка, увеличение резерва, ей просто необходимы. И Кайрен… нет, не думать о нем! Но как же Лия привыкла полагаться на источник магии, что всегда под рукой! Глупость, которая завела её в ловушку беспомощности.

– Ну, если ты уходишь, то мы, пожалуй, останемся тут, – мужчина приобнял свою спутницу, ущипнул пониже спины, так, что она взвизгнула.

Лие стало противно. Она никогда не могла понять, зачем девчонки идут с аристократами, зная, все, что им светит, роль постельной грелки на пару раз. Зачем унижаться?

– Тогда мы не будем вам мешать, – протянул Вирхард, сильнее сжимая запястье девушки.

И в этот миг она решилась.

– Помогите! – Лия попыталась вырвать руку, одновременно умоляюще смотря на невольного свидетеля. – Я принцесса, этот драук удерживает меня силой! Позовите стражу!

Служаночка испуганно округлила глаза, но даже не шевельнулась. А вот мужчина расхохотался.

– Да брось! Какая ты принцесса! А даже, если б и была, то драу Вирхард в своём праве. Нечего невесть откуда взявшейся девке нос задирать. Королю все равно никто не расскажет!

Замерев, девушка в ужасе уставилась на него.

– Вот так-то, высочество. Ты здесь никому, кроме меня, не нужна. А для чего нужна мне, скоро узнаешь…

Вирхард говорил тем самым спокойным, внушающим ужас, голосом, который часто снился ей в кошмарах.

Мужчина, стоящий в дверях, посторонился, пропуская их. Но его улыбка при этом была настолько отвратительной, что Лия еле сдержалась, чтобы не попытаться ударить его. Толку бы не было, лишь повеселила бы их. А такого допускать нельзя. Она принцесса, она должна держать себя в руках.

Они шли по коридору, по той части дворца, где ей ещё не приходилось бывать. Вирхард держал её под руку, но так, что со стороны они выглядели мило прогуливающейся парой, а на самом деле, крепко сжимал девушку чуть выше локтя, причиняя такую боль, что Лие хотелось плакать. Но она держалась.

Она заметила мелькнувшую рядом жилу, но ухватиться за неё не успела. Слишком далеко была та нить, что могла её спасти. Слишком крепко держал её драук.

Как же быть? Как поступила бы на её месте… Настоящая королева? Она ведь будущая правительница, а ведёт себя как испуганная девчонка! И что с того, что она действительно напугана до дрожи в коленях! Это её не оправдывает! Нужно собраться, чтобы освободиться от хватки Вирхарда и сбежать. К отцу! Смешно, а ведь он доверяет этому сумасшедшему. Как же он может так ошибаться? Получается, что великий король Ааронд не всесилен?

Детские иллюзии быстро рушатся. И для этого им нужен лишь крохотный толчок. Лия прикусила губу, внезапно захотелось смеяться. Как глупо! А ведь Вирхард тоже считает её не принцессой, а… Кем? Светлой?

Тот люмин называл её чужим именем, но это имя отзывалось теплом в груди. Оно было родным. Знакомым. Близким. Так не бывает. Это должно что-то значить! Кто они? Кто она?

Неужели в прошлом было нечто, позабытое ею?

Отец прячет её от всего мира. Она словно не существует для его окружения. Дочь. Наследница. Но так ли это? Кто объяснит, что происходит вокруг неё? В какую игру её втянули? И хочет ли она её продолжать?

Одни вопросы. А где же найти ответы, если рядом лишь тот, кто потешит свое самолюбие и не оставит в живых? Как спастись, зная, что выхода нет?

Жилы… Ночные жилы, где они? Такая редкость во дворце Белых Роз. Правы были те, кто называл его подарком Светлой! Только она могла так посмеяться над тёмными, позволяя им считать себя здесь в полной безопасности! Там, вдалеке от замка, были солнечные нити. Они помогали светлому магу, а ей, хозяйке этих земель, помочь не хотят! Почему же так происходит?

Слезы все же прорвались сквозь выстроенную стену. Лия больше не могла скрывать своего состояния. Она всхлипнула.

Вирхард довольно ухмыльнулся, останавливаясь в тени ниши, аркой врезавшейся в каменную стену.

– Ненадолго тебя хватило, принцесса. Тем лучше. Для меня, конечно же.

И он с нечеловеческой силой толкнул её прямо на стену.

Лия зажмурилась, сжалась в ожидании боли, что обязательно принесёт удар. Её магии хватит, чтобы смягчить его, но драук сильнее человека. Намного.

Она прошла сквозь стену, словно та была иллюзией, мягкой и пластичной, пропускавшей каждого, кто знал, что тут есть проход. Девушка упала на пол, успев подставить ладони, но услышала треск разрываемой ткани – каблуки и колени сделали свое дело. Нежнейший шёлк не выдержал.

– Какой вид, – насмешливый голос Вирхарда вдруг что-то сломал в девушке.

Ей захотелось кричать, бить, ломать все вокруг, чтобы не осталось ничего целого и никого живого. Страх обернулся яростью, неистовой, неуправляемой.

– Ты говоришь с будущей королевой!

Лия оперлась на окровавленные, разодранные о грубый камень ладони, и медленно поднялась. Она не хотела думать, что сейчас больше похожа на оборванку в разодранном, пыльном платье. Нет, она была королевой. Гордой и несгибаемой. Ей не нужны были пустые слова и сожаления. Теперь все было наоборот. Она жаждала действий.

Магия бурлила вокруг. Нет, здесь не было жил, но она чувствовала нечто, не похожее на то, что испытывала ранее. Могущество.

– Ты? Королева? – Вирхард издевательски расхохотался. – Тебе не стать королевой! А хочешь, я расскажу, что сделаю с тобой? Тебя ведь это волнует, не так ли?

– Мне плевать на твои фантазии!

– Как мы заговорили, – стена за его спиной чуть поколебалась и превратилась в обычную кирпичную кладку. – Знаешь, я передумал тебя убивать. Нет, я все так же хочу увидеть, как ты будешь корчиться от боли. Я жажду услышать твои крики. Ведь они будут лучше музыки для меня – самое прекрасное, что только может быть. Ты даже не представляешь, насколько я этого хочу! И пусть это будет расплата за все то, что совершила ты и твоя мамаша. Моя месть.

– Я расскажу…

– Не успеешь, – еще один плавный шаг, а ей некуда отступать. – Не сможешь. Ааронд сделал это один раз, но я могу повторить. Мне помогут, и никто никогда не узнает о том, что скоро произойдет в этой комнате. Ты не вспомнишь. Один Темный знает, как я хочу, чтобы ты помнила и боялась! Видеть твой страх – лучшее, что я могу придумать. И я буду, – взгляд Вирхарда снова окрасился багрянцем, – буду наслаждаться каждым мгновение. А после… после ты останешься жить.

Он сумасшедший! Но сдаваться Лия не собиралась. Отчуждение, спокойствие нахлынуло, стирая все страхи. Здесь больше не было ничего, что смогло бы ее испугать, поколебать то состояние, которое густой тишиной окружило ее.

Нет возможности спастись, но сдаваться на милость этого… Никогда!

Она выпрямила спину, не обратив внимания на боль, что огнем прошлась по спине в том месте, где уже расцвел огромный кровоподтек. Это было мелочью, не имело значения. Сейчас она была той, кого часто видела на картинах. Той, кем мечтала стать. Той, для кого не было сомнений, не было слова «нет». Лия была королевой. Будущей правительницей. Она не боялась смерти, не боялась боли, на какое-то время забыв, что они существуют.

– Ты пожалеешь, – с легкой улыбкой оборвала она монолог драука.

Желто-красные искры в глазах уже полностью заполнили радужку, превращая его в настоящего монстра. Вирхард стоял очень близко – совсем чуть-чуть и девушка сможет ощутить его дыхание на своей коже. Неприятно, пугающе. Она смотрела прямо в эти горящие глаза, зная и не зная, что произойдет дальше.

– Жалеть здесь будешь только ты, – все с той же ухмылкой парировал он.

И протянул руку, чтобы схватить за подбородок.

Он мог это сделать, и ему не потребовалось бы для этого много сил.

Но произошло то, что ни Лия, ни, тем более, Вирхард никак не ожидали.

Вокруг девушки возникло сияние. Словно разом зажглись тысячи звезд в ночи. Они вспыхнули и растворились в чернильной мгле, которая стекала с потолка, сочилась из щелей кирпичной кладки, пузырями проникала откуда-то снизу. Это было страшно, словно мир вокруг тонул, захлебываясь в этой мгле. Это пугало, потому что такой магии никто не видел. Это завораживало, казалось, что каждая капля живет своей собственной жизнью, переливаясь оттенками ночного неба.

И Лия была сосредоточием всего этого. Тьма, разделенная редкими нитями золота, такого же родного, как и сама ночь, окружала, обволакивала девушку, защищая ее от угрозы.

– Что за? – отшатнулся от нее драук.

Она почувствовала теплое прикосновение и шагнула вперед, уверенная в том, что ей ничего не грозит. Лия знала, что магия этого мира, наконец, пришла к ней на помощь. Жилы, которых не было вокруг, услышали ее мольбу и сами притянулись к ней. Это было чудо, спасение.

– Ты пожалеешь, – повторила она, делая к нему шаг.

И ночные жилы потянулись следом, оплетая ее, закрывая прорехи в порванном платье, создавая новый, поистине величественный образ. Черное кружево облегало ее, постепенно превращаясь во вторую кожу, впитываясь, растворяясь. Она уже не была собой, ее место заняла истинная королева этих мест – ночная тьма.

– Ты поднял руку на ту, которую должен был беречь. Ты осквернил имя своего Бога. Ты нарушил клятвы, что приносил своему господину. За каждое из этих преступлений лишь одно наказание – смерть!

Теперь Вирхард отступал. Он не пытался сделать что-нибудь, остановить ее, сбежать. Только как завороженный смотрел на приближающуюся к нему девушку, позабыв, что еще пару мгновений назад торжествовал, наслаждаясь ее страхом.

– Наказание приведет в исполнение твоя собственная рука, – в глазах девушки не было эмоций, пустые бездонные провалы в морскую глубь. – Ты виновен, ты преступник, но ты же – и свой палач.

Чернильные ленты сорвались с ее рук, связывая его. Это не было проклятием, слова Лии стали чем-то большим. Опаснее, чем все, что мог придумать человеческий разум. И Вирхард понял, что его месть не свершится, даже убей он сейчас эту рыжую тварь – его участь решена.

– Я отомщу, – прошипел он.

– Не сомневаюсь.

Драук резко развернулся и покинул комнатку, поколебав рябью призрачную стену. А девушка, словно очнувшись с его уходом, вдруг осела на пол.

Что это было? Магия, которую она призвала? Помощь высших сил? Нет, так не бывает. Все это глупости.

Слезы, с таким трудом сдерживаемые, кристальными горошинами покатились по щекам. Ночные жилы, что поддерживали ее, стали отступать, растворяясь в пространстве, словно их и не было. Но золотые искры, свет этого мира, чуть мерцая, тянулись к ней. Откуда они здесь в ночи, когда их попросту не должно быть? День уходит с закатом, оставляя всё и всех на волю и прихоти ночи. Его не остается, лишь отзвуки в свете фонарей и бликах звезд. Миражи, которые, тем не менее, могут дать сил.

Дневная жила, теплая, вкусная как мед с молоком, прижалась к ее рукам, стараясь излечить ссадины.

Оттолкнуть? Нет, Лия не могла этого сделать. Как бы это ни было странно, то, что было противоположно самой ее сущности, воспринималось на удивление органично.

Прав был Вирхард, называя ее светлым отродьем. И прав тот люмин, считая, что она не та, кем является.

Ее правильный мир сдвинулся, открыл прорехи, которые разум отказывался понимать.

Как?

Почему?

Боль перестала преследовать. Золотая жила последний раз мигнула и исчезла, отдав всю свою силу девушке.

Спина все так же саднила, но теперь это было лишь на крае сознания. Помеха, которая никак не мешает жить.

Лия поднялась. Платье вновь стало походить на лохмотья. Ночная мгла ушла, забрав с собой и тот величественный образ, что создала для принцессы. Для королевы. Для будущей королевы.

Идти так по коридорам замка? Придется…

Стена пропустила ее беспрепятственно. Вот уж кому было все равно.

Но не успела Лия сделать и шага, пытаясь определить, куда ей лучше направится, как услышала встревоженный голос.

– Лия!

Она оглянулась, чтобы сразу же попасть в объятия Кайрена.

– Что…

Но он перебил ее, вглядываясь в заплаканные глаза, проводя по оголенным плечам, в ярости стискивая зубы:

– Что произошло? Ты пропала, и я не чувствовал тебя! За это время я тысячу раз проклял себя, что прогнал… что не поговорил с тобой. Ты простишь меня? Я знаю, что виноват перед тобой.

– Я уже в порядке, – Лия улыбнулась, позволив себе прижаться к нему, такому уютному, родному и любимому.

– Что случилось после того, как ты ушла из сада?

– Меня весь вечер преследовал Вирхард, – она почувствовала, как напряглись его мышцы. – Я попыталась от него сбежать, но забрела очень далеко… А он…

– Он что-то сделал тебе? – голос Рэна стал таким же отрешенно-спокойным, как у Вирхарда. Страшным.

– Не успел. Я… со мной что-то произошло, и на помощь пришла магия. Не понимаю, как это могло произойти, – недоуменно произнесла девушка.

– Я послал все жилы, что есть во дворце, на твои поиски. Не понимаю, как он смог меня блокировать, – раздосадовано сказал Кайрен и прижал Лию крепче. – Наверное, они смогли тебя найти до того, как…

– Все в порядке, – и совсем тихо, только для себя, радостно. – Тебя все точно в порядке.

Но Рэн услышал. Услышал и попытался отстраниться, словно вспомнив, кто он и что за девушка сейчас стоит в его объятиях.

– Нам нужно идти. Сейчас тебя никто не ищет… То, что ты пропала, понял только я, но это даже к лучшему. Меньше сплетен и волнений для тебя. Пойдем.

– Стой. Рэн, я не хочу сейчас оставаться одна, – она удержала его руки, уже готовые ее отпустить.

– Я позову кого-нибудь из слуг, и ты не будешь одна.

– Нет… Я хочу быть с тобой.

– Лия, – Кайрен вдруг улыбнулся с такой горечью, что ей стало не по себе. – Ты не понимаешь, о чем просишь.

– Я понимаю, – упрямо глядя прямо ему в глаза, прошептала она. – Мне все равно, что подумают другие. Мне плевать на их предрассудки и вообще… Я… я люблю тебя.

Страх, пережитое потрясение так сильно всколыхнули все ее чувства, так испугали, что эти слова дались легко. Осознать, что любишь, что не можешь жить без кого-то – самое драгоценное, что может быть. Жить в вечном отрицании чувств – самый страшный кошмар, на который обрекаешь себя. Можно тысячу раз говорить «нет», но одно маленькое «да» полностью перевернет мир, подарит не просто надежду, но шанс.

Так и для Лии больше не стало преград. Она хотела сказать, что все, имевшее значение раньше, оказалось большим мыльным пузырем и лопнуло сегодня, когда пришло осознание – в этом мире нет никого, кто бы знал ее настоящую. И короткое «я люблю тебя» для Кайрена было прыжком в неизведанное. Ей хотелось, чтобы он ответил взаимностью, держал в своих объятиях и никогда не отпускал. Стал опорой, которой ей так не хватало.

– Лия, – простонал он, и сердце девушки ухнуло вниз.

Сколько было в его голосе досады и сожаления! Хватит, чтобы построить замок разбитых надежд!

– Я люблю тебя, – повторила, закрывая глаза, уткнувшись носом ему в грудь.

Пусть хоть так, но она рядом с ним.

– Ты не понимаешь, чего просишь.

– Я не прошу…

– Лия, я драук.

– Я знаю. И что?

Он покачал головой.

– Ты ничего не знаешь о нас, ведь так? Не спорь… мы живем замкнуто, а во времена, когда я родился, все было еще хуже. Строже. Прежде, чем ты попросишь меня о чем-то большем… Прежде, чем я смогу дать тебе ответ, а ты осознать, действительно ли ты его желаешь… Я должен кое-что тебе рассказать.

– Мне не нужно, – Лия попыталась улыбнуться.

– Это нужно мне, – резко ответил Кайрен.

Он молчал. Долго, просто стоял и молчал, крепко прижимая ее к себе, словно прощаясь, боясь потерять. И Лия даже не могла представить, что же он может рассказать ей такого, что изменит ее отношение. Девушка замерла, боясь того, что услышит.

Наконец, он глубоко вздохнул и начал говорить, тихо, так что она еле слышала его.

– Моя мать была из драуков, не из бедных, леди, настоящая леди. Высшее аристократическое общество было родным домом для нее. Но она… у нее не было пары, мужа, жениха… Она была одинока… А потом встретила моего отца. И влюбилась, безумно влюбилась. А он человек! – Рэн невесело ухмыльнулся. – Человек, понимаешь? Нет… Ты не понимаешь, что это значит. Тайна, которую мы скрываем себе во вред… Она сама обрекла себя на страдания. Любила, хотя знала, что им не быть вместе. Глупое чувство, которое сгубило столько жизней. И отец это знал. Знал, что она влюблена, что практически боготворит его. Но это… это может ее уничтожить. Но уступил ей, не знаю почему, может, из-за того, что он мужчина и слишком долго был один… Они прожили вместе недолго. Не знаю, были ли они счастливы, но мне всегда казалось, что нет. Их судьбы… пересеклись, но этого слишком мало для настоящей жизни. А потом она совершила то, за что ее никогда бы не простили, реши она вернуться в семью.

Рэн замолчал. Он был сосредоточен, уплыл в воспоминания о прошлом так глубоко, что, казалось, потерялся в них.

– У нас все не так как у вас. Совсем не так. Люди влюбляются, женятся, у них рождаются дети. Вы в праве выбрать себе в спутники человека, а можете гнома, верта, окраинца… да любого! И никто не остановит, не скажет «нет», потому что это… нормально. Обычно. Женщина может выбрать в мужья даже люмина, а волчица выйти за человека, ведь и у них все не так, как у нас! Мы поклоняемся Темному, но он, создавая нас, одарил настоящим проклятьем! Наша любовь похожа на сумасшествие, бешенство, когда каждый нерв оголен до предела. Сила такой любви неподвластна магии. Ее невозможно подавить, уничтожить, позабыть. Это дар, но… его обратной стороной стала неспособность уйти из кланов, от народа, создать семью с кем бы то ни было, кроме драуков. Кроме тех, кто одной крови с нами.

– Почему? – ее голос прозвучал сдавлено.

Все, что говорил Кайрен, было удивительно. Красиво. Но что-то пугало, недосказанность, тайна.

– Темный дал нам отменное здоровье, – вдруг сказал он. – Мы отличные воины, способны выдержать любые нагрузки, мы не склонны к болезням. Нас очень трудно убить. А даже, если и получится, то мы можем вернуться…. И дети… у нас нет детской смертности. Вообще. Но это среди чистокровных драуков. А есть еще смешанные пары. Они очень редки, потому что запрещены. Другие народы выставляют нас злом, говорят, что драуки помешаны на чистоте крови. Это не так. Это то, из-за чего нас возненавидели бы еще больше. Понимаешь, такой брак в любом случае несет смерть. Пара, где один иной крови, обречена с самого начала. Это наше проклятье… Драук, женившись на женщине иной расы, знает, что не сможет стать отцом. Ни один мужчина не прервет свой род так. Не сделает так… но наша любовь – это причина, по которой мы закрываемся в кланах, ограничиваем контакты с внешним миром. Влюбиться, значит обречь на смерть. Ребенок в утробе убьет себя и свою мать, и ни один маг не сможет им помочь. А если женщина, драу, выйдет замуж, ей повезет не больше. Мы сильнее людей, и она сможет выносить ребенка, но умрет, лишь разрешившись от бремени. Так было и с моей матерью…

– Мне так жаль…

Лия знала, что рубашка Кайрена уже мокрая от ее слез, но не могла остановить их.

– Моя мать знала, на что идет. Как знала и то, что отец не стал бы рисковать ею. Он не любил ее, но не позволил бы ей умереть. Она скрыла, что ждет ребенка, и лишь когда срок вышел, сообщила ему. Он принял меня на руки и успел узнать, как она хочет меня назвать. Вот и все, что я получил от матери – жизнь и имя, которые не принесли мне ничего хорошего. Я долгие годы пытался доказать всему миру, что достоин быть им равным, пока не осознал, что стою на краю пропасти. Так я оказался во дворце Белых роз.

– Отец помог тебе?

– Да, он мне помог… Теперь ты понимаешь, что у нас нет будущего? Я не смогу тебя отпустить, – тихо сказал он. – Я не смогу позволить тебе умереть, а ты, рано или поздно, захочешь стать матерью. Понимаешь?

– Да, – прошептала девушка. – Я понимаю. Но это не значит, что мы должны забыть о любви…

– Ты еще ребенок! – Кайрен отстранился. – Все, что я говорю, ты не слышишь!

– Я слышу! – вскипела Лия, оттолкнув его. – И понимаю! Но ты не хочешь услышать меня! Я готова отказаться от будущего ради тебя, понимаешь? А готов ли на это ты?

Обида, досада и сочувствие по отношению к нему смешались в такой плотный комок, что ей даже стало трудно дышать. Прочь! Прочь от него, пока она еще может уйти.

– Лия, постой! – она замерла, а Рэн добавил: – Ты не можешь идти по замку в таком виде.

Горько усмехнувшись, девушка провела рукой вдоль платья, надеясь, что злость поможет ей наложить иллюзию.

– Могу, – бросила она, вернув лохмотьям вид, которые они имели еще несколько часов назад.

Лия ушла, оставив Кайрена стоять. Сердце кровоточило, но она улыбалась. Пусть он и не сказал, что любит, не сказал, что хочет быть с ней, она знала, что теперь сможет добиться своего.

И лишь подойдя к дверям своей комнаты, она осознала, что сегодня была на волосок от смерти, от кошмара, чуть не ставшего явью. И тот, кто был этим ужасом – на свободе, совсем рядом. Ближе, чем она могла бы себе представить.

А она снова осталась одна.

Глава 8

Она могла гордиться собой. Этот народ, придуманный, созданный ею, оказался великолепен. Он напоминал ей о детстве, о единственных людях, что любили её, пусть и недолго. Но в этом народе она стремилась воплотить то, чего ей так не хватало.

Раньше.

Пускай, называют, как хотят, но она была Богиней. Она стремилась стать той, кто необходим. Быть нужной. И даже если сейчас у неё осталось мало возможностей для совершенствования этого мира, есть и то, что она может сделать. Народы, которых никогда не было. Люди, способные на подвиги. Идеальные и не очень. Добрые и жестокие. Настоящие.

Она наделила их теми чертами, что так ценила сама. Честность. Ответственность. Доброта. Сила. Они стали её лучшим творением. Нет, другие тоже были неплохими, но в белых волках царствовала её душа, как напоминание о прошлой жизни. Глупо, но эта сентиментальность помогла соединить вместе многое из того, что раньше не смогла бы. Она смогла. В одиночку, абсолютно не полагаясь на его помощь. И это был ещё один повод для гордости. Нет, она не пыталась стать самостоятельной, независимой. Просто за эти годы, что они провели, всё делая вместе, не расставаясь больше, чем на несколько часов, она не создавала ничего сама. И это творение грозило стать любимым – целый народ, который в скорости признает её богиней.

– Кто это?

Он всегда передвигался бесшумно. Может быть, из-за того, что не признавал обувь и ходил только босиком?

– Я создала их! – радостно улыбнулась она. – Они прекрасны, не правда ли?

– Светловолосые? – он прижался к ней, вдыхая цветочный аромат, который никогда не покидал её волос, оставался на коже. Ее чудесный, неповторимый аромат…

– Как ты, – вдруг смутилась она.

Он улыбался, но чувство, что поступает неправильно, не покидало. Уже сто лет, как он скрывает от неё слишком многое. Так нельзя… Но как сказать ей?

– Как я, – повторил он задумчиво. – А ты не против, если я создам их противоположность? Кто они?

– Белые волки.

– Волки… Я создам чёрных, сильных, смелых, для которых не будет слова «нет» ни в любви, ни на поле битвы!

– Зачем? – испуганно прошептала она.

– Чтобы они действительно были похожи на меня…

Она вздохнула. Сколько бы лет не прошло, какая сильная любовь не связывался бы их, иногда ей просто становилось страшно оттого, кем мог быть этот мужчина. Она помнила то прошлое, что связывало их, и понимала, что чёрные волки и для него станут напоминанием. Тем, что он не может забыть. Или не хочет.

* * *

Лия сидела на широком подоконнике, закутавшись в мягкое пуховое одеяло. Солнце только начало подниматься над горизонтом, золотя гладь озера. Цветы, что на ночь закрывали свои белоснежные бутоны, сейчас казались ненастоящими. Они яркими бликами мерцали в предрассветной тьме, словно светлячки, мании спуститься вниз и отправиться с ними. Но куда? Куда мог завести её этот лабиринт из чувств и эмоций, страхов, напряжения, отчаяния и боли? Ночь уходила, уступая солнечному свету, но впервые девушка боялась того, что может принести новый день. Вирхард был монстром, и знал, что она не сможет его забыть. Пусть и не произошло ничего непоправимого, но этот страх остался.

Больше. Он стал больше. Предрассветные тени рождали причудливых созданий, и для Лии это становилось кошмаром в яви.

А ещё, теперь она видела сны. Засыпая, просыпаясь от дико колотящегося сердца, она их помнила. Но не могла понять, осознать, для чего они, почему приходят именно к ней. Так не бывает. Поэтому, проснувшись в очередной раз, она не стала вновь укладываться в постель. Нет, Лия забрала одеяло и устроилась на окне, откуда могла наблюдать за последней битвой ночи.

Позвать слуг, чтобы принесли завтрак? Нет, сейчас и кусок бы не залез в горло. Её потряхивало, нервы были на пределе.

И очень хотелось увидеть Кайрена, поговорить с ним нормально. Он не прав, ему нужно объяснить всё. Пусть Лия и принцесса, на ней лежит долг перед огромным государством, но как она может отринуть то чувство, что возникло в ней вопреки её воле. Да, вчера она узнала его чуть лучше, но чем ей это поможет? Он не хочет быть с ней, потому что потерял мать, да и отцу похоже был не нужен. И по этой старой истории судит о том, что может произойти с ними. Как же Рэн не понимает, что Лия уже взрослая, и ей известно, чем может закончиться жизнь, если они оба потеряют свою любовь.

Король Ааронд не смог спасти жену, погибшую много лет назад. Но он до сих пор больше похож на свой призрак, чем на живого человека. Любовь к ней губит его, память не даёт идти дальше. Но у них же были годы счастья, годы, что сейчас помогают ему жить дальше! Как знать, может именно память даёт силу. Так почему же Лия должна отрекаться от себя?

Лучи солнца упали на ее ладони, что Лучи солнца осветили сложенные на пледе ладони, окрашивая их в розоватый рассветный цвет. Она вздохнула.

Утро пришло.

В дверь постучали. Тихо, словно неуверенно.

– Войдите!

В приоткрывшуюся створку заглянула горничная. Она осмотрелась и, не увидев принцессы, немного испуганно качнулась вперёд, словно собираясь упасть в обморок или опустится на колени, чтобы заглянуть под кровать. Лия невольно улыбнулась. Горничная была совсем юной, лет двенадцать, может, тринадцать на вид. Даже удивительно, как её допустили до службы в столь раннем возрасте. Но всякое бывает.

Лия отодвинула плотную штору, которая скрывала её от посторонних взглядов. Комната осветилась солнечными лучами, а девочка шарахнулась обратно к дверям.

– Не бойся, – улыбнулась Лия.

Она сбросила плед на пол и осторожно встала на него голыми ступнями. Странно, но в предрассветные часы в комнатах бывало очень холодно.

– Я не боюсь, ваше высочество, – горничная попыталась неуклюже поклониться.

Было заметно, что ей непривычно и страшно, поэтому Лия ободряюще ей улыбнулась.

– Как тебя зовут?

– Кияра, ваше высочество.

Голос девочки дрогнул, чуть не сорвавшись.

– Какое красивое имя, Кияра. Откуда ты?

– Из Больших Елей. Деревня такая на юге… У меня там… папа остался, – все тише и тише говорила Кияра.

– Ты, наверное, скучаешь по нему?

Подойдя к шкафу, Лия самостоятельно достала свежее платье, простое, которое не требовало помощи в надевании. Ей нравились такие вещи, которые не возвышали её над остальными. Обычные.

– Не очень, – все так же тихо произнесла девочка.

Лия удивлённо посмотрела на неё. Как-то необычно, что Кияра не скучает по дому. Но, может быть, здесь ей нравится больше, как знать?

– Ты теперь будешь мне помогать? – сказала девушка весело.

– Да. Госпожа Альрана послала меня вам в помощь. Она очень беспокоится о вас, ваше высочество. Тем более после того, что произошло… И она считает, что все эти балы… не нужны.

– Не думала даже, что кто-то во дворце меня поддерживает, – удивилась Лия.

– О, ваше высочество! – неожиданно оживленно воскликнула девочка. – Люди любят вас, вы очень хорошая! Они говорят о вас только самое хорошее! Честно!

– Верю, – рассмеялась девушка, видя с какой прямо-таки яростной убежденностью говорит Кияра. – Но помощь мне не нужна. Нет-нет, – поспешила добавить она, когда девочка опустила голову. – Ты можешь приходить, чтобы составить мне компанию. И не вздумай убираться! – шутливо погрозила пальцем.

Кияра улыбнулась.

Как-то незаметно отступили прочь сомнения, которые не давали ей уснуть, заставив встречать рассвет, глядя в сумерки за окном. Всё это ещё пугало, казалось нереальным, но словно поменялось, стало чуть иным, освещенное солнечным светом. Мысли уже не будоражили, заставляя думать – правда или нет. Напротив, и разговор с Кайреном, его откровения, и страх, что остался после встречи с Вирхардом, все так и осталось важным. Каждое слово имело значение. Каждый жест и взгляд отпечатались в памяти.

Пока Лия задумчиво смотрела в зеркало, застегивая пуговицы на платье, Кияра все же успела аккуратно заправить почти не тронутую постель и бочком прокрасться к двери, словно опасаясь, что принцесса её остановит.

– Я вам больше не нужна? – застенчиво спросила девочка, уже ухватившись за дверную ручку.

– Можешь идти, – ответила Лия, решив не пугать её больше.

Пусть привыкнет для начала, вряд ли она раньше допускалась до такой работы, не знает, как правильно себя вести.

Кияра юркнула в приоткрытую совсем немного дверь, что было и не удивительно, она же худенькая. А вот Лия снова погрузилась в раздумья, решив, что нужно идти к отцу и рассказать, что произошло ночью. Какое-то сомнение грызло душу. Конечно, Вирхард не дурак, и скорее всего уже сбежал из дворца. По-хорошему отцу она должна была все сказать сразу, чтобы он посадил его в темницу и казнил, но на душе была такая неразбериха, что тогда Лия об этом и не подумала. А теперь казалось глупым идти, но в то же время было страшно, а что, если драук решит отомстить? Он столько лет лелеял ненависть к королю, скрывая её под маской преданности, что неудивительно будет, реши он и девушку отправить к богам. Нет, отцу нужно сказать! И как можно быстрее!

На ходу заплетая косу, Лия быстро шла по коридору. Как только она оказалась там, чувства вновь выбрались на поверхность. Страх выпустил спрятанные до этого коготки, вытащив наружу то, что за ночь стало чуть ли не призраком прошлого. Каждая тень, что скользила по стене, каждый шорох, пугали ее. Она вздрагивала, когда кто-то появлялся перед ней, проходил мимо. Натянуто улыбалась, пытаясь не выдавать нервозность.

В итоге, к концу пути Лия уже с трудом сдерживала себя, чтобы не сорваться на бег. Или не расплакаться.

У кабинета короля стояли двое стражников из его личной охраны. Лия на миг замерла, недоумевая, откуда они здесь взялись. Отец никогда не боялся и считал это глупостью, излишней предосторожностью. Ну, кто мог угрожать одному из самых сильных магов Тёмных земель? Вся эта охрана была только для соблюдения статуса, не более.

– Ваше высочество?

Один из стражников почтительно склонился перед девушкой и поспешил открыть ей дверь.

Король сидел за столом, но Лию потрясло, с каким безучастным видом он смотрел на бумаги, разбросанные по всей поверхности столешницы. А ведь она была немаленькой! Словно он был очень далеко отсюда и не хотел замечать ничего вокруг. Был здесь, но в то же время его душа спала, покинув надоевшее ей тело.

– Пап, – девушка помялась немного, но привлекла его внимание.

Сначала ничего не изменилось, лишь дернулась голова, да на девушку уставились два провала в бездонную пропасть. Жутко.

Постепенно из взгляда Ааронда уходили тоска и… обреченность. Он оживал, на лице появилась улыбка, пусть и кривая, но живая, настоящая. Он становился собой, очень медленно, но это, хоть и немного, но успокаивало Лию.

– Цветочек, что произошло? – он бросил быстрый взгляд за окно. – Солнце только встало.

– Я очень плохо спала… Пап, мне тебе нужно кое-что рассказать…

– Конечно. Я весь во внимании, – отец откинулся на спинку кресла.

Вот он уже собран и больше похож на того, кем она всегда восхищалась.

Лия глубоко вздохнула, собираясь с силами, подумала, решительно направилась к точно такому же кресло, только предназначенному для посетителей, села, судорожно сцепив пальцы в замок, и открыла рот. Но так и не произнесла ни слова. Не смогла. Ей вдруг стало страшно, так же, как было ночью, когда она ничего не могла сделать. Беспомощность вспомнилась, вернулась кошмаром.

– Цветочек? – отец снова улыбнулся, но в его голосе она безошибочно угадала тревогу.

– Пап… Я, – на щеках вдруг появились мокрые дорожки, и сил сдерживаться больше не осталось. – Пап, не оставляй меня одну больше! Он меня чуть не убил! Я знаю, ты доверяешь ему, он твой советник, или кто там, я даже не знаю… Просто поверь мне, пожалуйста, поверь, что он настоящее чудовище. Он говорил ужасные вещи! Просто ужасные! Я не знаю, не могу ему верить, но он был убежден… и он… Он хотел сделать со мной такое… Пап, мне теперь так страшно! Он снова и снова повторял, что я никому не нужна, что я здесь чужая, что все вокруг – обман… Я не верила ему, но так боюсь!

Отец резко поднялся со своего места, обошел стол и опустился перед ней на колени. На его лице она увидела страх, почти такой же, как ее собственный.

– Что случилось? – в голосе была мягкая сталь, та, которая вроде и гнется, но при этом прочнее, чем что-либо.

– Да, – Лия снова всхлипнула и вцепилась в его руки. – Ты вчера уехал, я знаю, но устроил этот дурацкий бал…

– Я думал, тебе они нравятся.

– Ненавижу…

– Прости, больше никогда, – отец притянул ее к себе и обнял, поглаживая по спине, пытаясь успокоить. – Так что же произошло.

– На ба… На балу был Вирхард…

– Да, я сам попросил его присмотреть за тобой.

– Он и присмотрел, – горько усмехнулась она, уже не сдерживая слезы.

Говорить было трудно, но слово за словом, стараясь не погружаться вновь в пучину того ужаса, она рассказывала отцу обо всем, что произошло ночью. Упустила только разговор с Рэном, упомянув, что это он ее спас.

– Негодяй! Предатель! – Ааронд вскочил и теперь мерял шагами свой кабинет. – Я ведь доверял ему! Кайрен!

Мгновение, и в дверь постучали.

– Войди! – резко бросил отец.

Появившийся на пороге Рэн выглядел неважно. Темные круги под глазами стали больше, кожа приобрела странный оттенок, да и, в общем, он был похож на тяжелобольного. Не таким он был всего несколько часов назад. Так что же произошло за остаток ночи? Лия вздрогнула и была рада, что этого никто не заметил. К собственному страху теперь примешивалось и опасение за мужчину, который стал ей дорог. Слишком дорог, чтобы она могла открыто это показать.

– Ваше величество…

– Как ты мог такое допустить? – отец разочарованно мотнул головой. – Я доверял тебе!

Король не кричал, но его тон, его поза – все говорило о том, что он не просто зол, он в ярости.

– Ваше величество, как только я перестал чувствовать принцессу, то принял все необходимые меры…

– Это отговорки! Ты оставил ее одну!

– Я не могу находиться с ней круглосуточно, и вы это понимаете. Ей угрожала опасность, и я сделал все, что…

– Значит, этого было недостаточно! Она – моя дочь! И я просил тебя позаботиться о ней! Защитить! Неужели это было так трудно?

– Ваше величество, я сейчас не выполняю даже половины того, что должен, уделяя внимание… принцессе. Я знаю, что виноват, осознаю, что мог бы делать свою… работу лучше, больше уделять внимания вашей просьбе. Я уже говорил об этом. Но вы предпочли вызвать в качестве дополнительной охраны лорда Вирхарда, хотя я…

Но король снова перебил его, подойдя почти вплотную, чтобы заглянуть мужчине в глаза:

– Вирхард – предатель!

– Я предупреждал вас, ваше величество, много раз предупреждал, что ему не стоит доверять. Он отличный воин, но…

– Предупреждал! – с горечью воскликнул Ааронд, отходя в сторону. – Он предупреждал…

За окном уже вовсю буйствовало утро, слепило своими лучами солнце. Ветерок проникал сквозь приоткрытое окно, шелестя бумагами и грозя сбросить их на пол. И Лия, не ожидавшая такого, вздрогнула, когда отец стремительно направился к окну и с силой его захлопнул. Стекла задрожали и только чудом не треснули, чтобы осыпаться сверкающими в рассветных лучах осколками.

– Ааронд! – предостерегающе воскликнул Кайрен.

– Ну вот, теперь ты называешь меня по имени… Что с Вирхардом?

– Я отправил за ним три отряда, но ты же знаешь, он лучший. Всегда был лучшим. Я никогда не мог отследить его на территории дворца, а за его пределами… тем более. Вирхард даже по меркам драуков очень силен. Ты знаешь это. Он абсолютно невосприимчив к магии.

– Нужно было все сделать по-другому, – тихо, словно говорил это сам себе, произнес Ааронд. – Что отряды?

– Еще не вернулись.

– Боюсь, даже если и вернутся, хороших новостей нам не ждать…

– Может, не будем загадывать? – Лия поежилась, представив, что Вирхарда не поймают.

– Ты права, Цветочек, не будем… Скажи, почему ты сразу не пришла ко мне?

Лия прикусила губу. Почему?

– Я думала, что тебя нет, ты же был на смотре войск, так?

– Да, но вернулся сразу после полуночи. Хотя… ты права, ну кто бы рассказал тебе об этом! Рэн, понимаю, что на тебя и так свалилось слишком много забот, но я прошу, – король вновь сел в свое кресло, но выглядел при этом ничуть не лучше Кайрена. И, хоть он и пытался улыбаться дочери, девушка видела, как побелели костяшки пальцев, как напряглись желваки на скулах. Нет, отец не был так спокоен, как старался показать.

И этот умоляющий взгляд, что он бросил на мужчину.

– Тогда и я попрошу тебя, – ответил Рэн. – Ослабь защиту, что стоит на Лие, мне трудно чувствовать ее местонахождение.

– Но тогда, – он нахмурился, – может случиться…

– Я постараюсь этого не допустить, – твердо сказал драук.

– Что может случиться? – встряла девушка.

– Ничего, – напряженно улыбнулся отец. – Это мелочь, связанная с твоей безопасностью. Я, наверное, немного перестарался, вот Кайрен и просит. Ты сегодня рано поднялась, ступай на кухню. Госпожа Альрана наверняка не оставит тебя голодной. Да, и передай ей, что я завтракать не буду.

– Но, пап, я…

– Не нужно спорить, пожалуйста.

– Хорошо, – слишком уж уставшим, постаревшим в один миг, показался ей отец, чтобы спорить с ним.

Когда она проходила мимо так и стоявшего у дверей Кайрена, он легко, почти невесомо коснулся ее руки. Напомнил ей, что она не одна, он рядом с ней. Но Лия даже не подняла на него взгляд. Слишком свежи были воспоминания о его словах, о том страхе, что он испытывал при мысли об их будущем.

Как ей бороться с его страхами? Если она не может справиться даже со своим?

Стражники так и стояли у дверей, только теперь и они казались собранными и сосредоточенными.

Как же все глупо, подумалось Лие. Рэн весь измучен из-за нее, теперь и отец тревожится еще больше. А у нее в голове так и вертится тот вопрос, на который она так и не получила ответа.

Что имел в виду Вирхард, говоря, что она здесь никому не нужна?

Хотелось подслушать, что скажет отец Кайрену, но у нее не получилось бы это. Будущая королева не будет опускаться до такого, тем более на глазах у свидетелей.

Она спускалась по лестнице, ловя себя на мысли, что страх никуда не делся, просто спрятался глубже. Но, по крайней мере, она больше не шарахалась от людей.

– Ваше высочество! Ваше высочество! Леди Лия!

Девушка обернулась и увидела спешащую к ней Кияру. Сейчас девочка была одета иначе – в белое платье с кружевными рюшами, и со своими темными волосами выглядела в нем невероятно милой и хорошенькой.

Лия улыбнулась. Хоть она и была старше Кияры всего на несколько лет, чувствовала, словно на многие годы. Эта девочка, оторванная от семьи, стала олицетворение ее прошедшего детства. Грустно… Время идет, а она все так же грустит о прошлом. Как же изменилась ее жизнь после смерти мамы! Ее спрятали от целого мира, ее оберегали, защищали… Но жила ли она все это время? Нет… она боялась. Вот и все. И теперь в этой маленькой девочке видела себя – немного грустную, лишенную родительской любви, но так в ней нуждающуюся.

– Да, Кияра, что случилось? – она постаралась, чтобы ее голос звучал беззаботно.

– Я теперь ваша компаньонка, – девочка густо покраснела. Большущие карие глаза так и норовили спрятаться, чтобы принцесса не видела, что они выражают.

– Да? Это же замечательно. Проводишь меня на кухню?

– Конечно! А… вам по статусу можно? – нерешительно добавила Кияра.

– Мне можно все!

Они шли быстро, а Лия думала, что в компании действительно не так страшно.

На кухне госпожа Альрана тут же начала суетиться, подгонять поваров, чтобы они скорее накрывали на стол. Не забывала она и про девочку, обращаясь с ней неожиданно ласково.

Но Кияра покачала головой, сказав, что позавтракать она успела еще до рассвета, а потом, подойдя к Лие, тихо сказала, так, чтобы никто не услышал:

– Ваше высочество, меня просили вам передать. Только не подумайте ничего дурного, это очень хороший человек.

Лия нахмурилась, но ничего не ответила, потому что маленькая ладошка скользнула по ее руке, передавая что-то с острыми краями, что не больно царапнуло кожу. Ответить не успела, девочка убежала, схватив по пути яблоко со стола.

– Ох, мелкая негодница, – госпожа Альрана покачала головой. – Но хорошо, что она тут появилась, дети – это такое счастье… Айара! Ты что творишь! Это же окраинское серебро!

И госпожа управительница ринулась на защиту каких-то там драгоценных кубков, которые нерадивая помощница чуть не загубила неправильной чисткой. Лия же попыталась сдержать улыбку и развернула сложенный вчетверо листок бумаги, который ей и передала Кияра.

Но, прочитав то, что было на нем написано, Лия больше не хотела улыбаться. Ей вновь стало страшно.

«Знай, я рядом. И скоро приду за тобой».

Глава 9

Этот холодный сладкий аромат белоснежных цветов преследовал везде. От него невозможно было спрятаться ни в комнате за закрытыми дверями и окнами, ни на холме, со всех сторон продуваемом ветрами. Он проникал в глубины темниц, туда, где узники годами не видели солнечного света, ослепнув и позабыв, что такое жизнь.

Аромат можно было ощутить и в маленькой каморке под крышей высочайшей башни, которую заперли много лет назад и с тех пор ни разу не отпирали.

Он господствовал над всем этим миром, который принадлежал ему и только ему. Запах разложения и смерти так же покорился аромату белоснежных цветов, что были олицетворением самой жизни. Кухня, манившая свежим хлебом и аппетитно скворчащим на огне мясом, и та отступила перед ним.

Почему этот аромат был так всесилен? Почему все, что казалось чужеродным на его фоне, отступало прочь?

Вопрос, на который так трудно было найти ответ.

Да и существовал ли он на самом деле – ответ?

Лия сидела в библиотеке у раскрытых окон. Странно, еще совсем недавно в ее головке крутились тысячи вопросов, а теперь она не может даже вернуть свое внимание книге, так и лежащей на коленях корешком вверх. И если страницы замнутся, господин Брайнэм будет очень недоволен. Но ничего не поделать, нет желания продолжать чтение, как нет его, чтобы подняться и заняться чем-то другим.

Кайрен, как всегда появился, словно из ниоткуда, и присел на соседнее кресло.

Сейчас он выглядел уже лучше, чем утром.

– Читаешь? – слабо улыбнулся он.

Его голос дрогнул, почти незаметно, но девушка повернула голову в его сторону.

– Читаю…

Рэн отвел глаза, словно собираясь с духом.

– То, что я сказал ночью…

– Неважно, – перебила его Лия. Слушать извинения и оправдания ей не хотелось.

– Важно! Просто… выслушай меня. Я сказал правду – для меня сейчас нет никого дороже тебя. Может, это и звучит как-то не так, неправильно, но если бы я мог… если бы было нужно отдать за тебя жизнь, я не раздумывал бы ни единого мгновения. Когда ты рядом, я постоянно надеюсь, начинаю верить, что у нас с тобой может быть будущее. Знаю, что это невозможно, но мечтаю. И ты, своими словами, лишь укрепляешь эти пустые надежды. Помолчи! Я должен сказать! Я не тот, кем ты меня считаешь. Я ужасен настолько, что от меня когда-то отвернулись все родные. Я никому не был нужен, и никогда не испытывал привязанностей. Это лишь мешало. Но сейчас я смотрю на тебя и понимаю, что не хочу вызывать в тебе отвращение. И не хочу видеть эту боль в твоих глазах. Лия, я сделаю все, чтобы ты узнала правду! Пока что не знаю, как, но я найду способ. Они все правы, здесь от меня ничто не удержать в тайне.

– Так уж ничего, – пробурчала девушка, переворачивая книгу.

– Ничего. Я знаю, что того люмина выпустила ты.

Лия вздрогнула и вскинула на него глаза. Сердце застучало быстрее, когда она осознала, что все это время Рэн легко мог выдать ее. Но не сделал этого.

– Поверь, когда я понял, что это ты лечишь заключенного, я даже обрадовался. А после того как наложила иллюзию, сделал все, чтобы он незамеченным прошел к воротам. Сейчас ты этого не поймешь, но когда-нибудь… Я просто не мог добавить тебе лишних страданий. А ты обязательно страдала бы. После…

– После чего? – не дождавшись продолжения, спросила девушка.

– Всего. После всего этого.

Мужчина, хоть и выглядел вполне здоровым и даже отдохнувшим, все равно казался слишком старым, измученным для своих лет, словно нес неподъемную ношу в душе. Да такую, которой ни с кем не поделишься. Великую, опасную и невообразимо тяжелую.

Хотелось подойти, обнять его, одинокого в своих страданиях, но она не осмеливалась. Рэн просил не давать ему надежду, забыть о нем, но как это сделать, когда собственное сердце рвется от боли?

– Мне передали записку, – произнесла Лия, желая сменить тему.

– Какую записку? – нахмурился Кайрен.

– Сначала я подумала, что это от Вирхарда, испугалась, хотела отнести тебе или папе, но потом… меня словно что-то остановило.

– Покажи!

Она достала смятый листочек из складок платья, где был спрятан потайной карман. И опять на девушку нахлынуло это странное чувство, словно клочок бумаги был необычайно важен. Даже отдавать его не хотелось.

– Знай, я рядом. И скоро приду за тобой, – прочитал Кайрен. – Это точно не Вирхард. Он не стал бы предупреждать. Кто передал тебе записку?

– Я ее нашла, – выдавать Кияру ей не хотелось. Вряд ли девочка осознавала, что ей может грозить за вполне невинное действие.

– Ты же сказала, что ее передали? – вздернул бровь Кайрен.

– Выразилась неправильно! – фыркнула Лия. – Я ее утром нашла, когда из кухни вернулась, записка лежала на полу у дверей.

– Ладно, – Кайрен встал, но прежде чем уйти, улыбнулся девушке. – Я вижу, ты уже забыла, что я знаю практически все, что происходит во дворце?

Лия открыла рот. Точно, какая же она глупая! Он только что сказал, что ему известно все, и она тут же врет. Молодец!

– Я…

– Знаю-знаю, хочешь, как лучше. Не виню тебя за это… – внезапно Рэн изменился в лице. – Иди в свою комнату и не покидай ее.

– Что случилось? – встревожилась девушка.

– На дворец напали.

– Что? – она вскочила, уронив книгу с колен на пол.

– Не волнуйся. Их задержали на внешней границе. Я должен идти. Отправляйся в комнату. Хотя, – он словно задумался на миг, – я послал за охраной для тебя. Не оставайся одна, на всякий случай.

– Рэн, – Лия шагнула к нему, но замерла, не решаясь на большее.

И он сам обнял ее, прижал и тут же отпустил.

– Иди в комнату, – и покинул библиотеку.

Дверь за ним только успела закрыться, как открылась снова, явив двух стражников.

– Принцесса, – поклонился один из них. – Мы должны сопроводить вас.

– Да, конечно.

Она шла за ними, не зная, о чем думать. О записке, которая казалась очень важной, или о том, что у внешней границы сейчас идет бой. Что из этого могло подождать?

Записка! Кем бы ни был автор, хотел он причинить ей вред или нет, это все равно был пустяк по сравнению с тем, что светлые осмелились напасть на ее дом.

В коридорах было пустынно. Неужели все сейчас прятались по своим комнатам, словно испуганные зверьки? Да, скорее всего, так оно и было. А вот долг принцессы поддерживать дух ее народа! Но как ей это сделать, когда она сама, словно маленькая девочка, спешит укрыться от опасности.

Лия замерла. В портретной галерее, еще одной из десятка таких же, через которую они держали путь, был портрет ее матери. Совсем не такой, как в других местах, как те, что она видела раньше. Этот призывал ее к действию, разгонял застывшую от страха кровь в венах! Она должна выйти и сразиться, пусть не как воин, но, как будущая королева, словом. Чтобы все знали, что у Темных территорий, у Дарана, есть будущее!

– Вы знаете, где сейчас его величество? – спросила она у стражника, который стоял рядом, терпеливо ожидая, когда принцесса соизволит оторваться от созерцания портрета.

– Он у внешней границы, координирует действия отрядов, ваше высочество, – почтительно ответил тот.

Отца нет. Кайрен, скорее всего, уже рядом с ним. Что же делать?

Нужно попасть в кабинет, вызвать управляющего и подготовить торжественную встречу героев. В том, что они одержат победу, Лия не сомневалась. Они же темные – значит, намного сильнее и умнее тех, от кого в свое время отвернулись боги!

– Мне нужно в кабинет его величества! Проводите!

Стражники едва заметно переглянулись. Им не хотелось нарушать приказ лорда Кайрена, за это можно было пострадать. Но и ответить отказом принцессе они не могли. Впрочем, лорда-то здесь не было, зато ожидающая действий леди была.

– Следуйте за мной, ваше высочество.

Лия прекрасно знала, где кабинет отца, но не могла же она идти туда одна! Поэтому приходилось изображать надменную госпожу, величественно вышагивая за стражником.

У дверей она отпустила их легким кивком головы, внутрь им заходить было незачем. Но они не ушли, встав по обе стороны, собираясь хотя бы таким образом выполнять полученный приказ.

В кабинете царил идеальный порядок. Неужели отец все-таки разрешил горничной сюда войти?

Обойдя стол, Лия уселась в кресло, неожиданно утонув в его мягкости.

Вокруг все было таким знакомым, родным, но в то же время появилось чувство, что она здесь лишняя.

Рука потянулась к шнурку, чтобы вызвать Буйрима, но замерла. Стоит ли ей проявлять такую самостоятельность? За все это время отец ни разу не просил ее сделать что-нибудь, что могло подчеркнуть ее статус. Может быть, он не хотел этого?

Лия вздохнула. Совсем она запуталась. Ей начинало казаться, что вокруг нее одни недомолвки и обманы, но разобраться, что есть что, она пока не могла.

Магия. Раньше ей всегда становилось легче, когда она занималась. Вот и решение! Она подождет отца, немного позанимается, а уже потом обсудит с ним все, что хотела.

Улыбнувшись своим мыслям, позабыв на время о терзавших ее страхах и сомнениях, Лия поудобнее устроилась в кресле.

Хорошо знакомое движение для определения жил. Да, сейчас день, и вряд ли она увидит поблизости ночные, но разве это ее когда-нибудь останавливало? Тем более свой собственный резерв полон.

Она зажмурилась, с огромным трудом удержав испуганный возглас. Не сделай она этого, стражники, стоявшие за дверями, всполошились бы.

А между тем, вокруг нее творилось нечто невообразимое.

Сотни ночных жил, которым неоткуда было здесь взяться в разгар дня, свивались в причудливые узоры, опутывали пространство настолько густой сетью, что, если бы они были материальными, девушка не смогла бы протиснуться между ними. Но там, где жилы расходились в стороны, она видела то, чего никак не могла видеть, то, что поразило ее еще несколько дней назад, в день несостоявшегося похищения.

Солнечным светом, мерцая столь ярко, что хотелось зажмуриться, сияли дневные жилы, нити небесного светила, которые она – темный маг – просто не могла видеть!

Да что же творится в Долине Роз, если здесь появилось столько жил?

И они тянулись к ней, пытаясь прорваться сквозь черные заросли. Но как?

Вспышки, яркие, но тонущие в чернильной тьме родных для нее жил. Откуда они здесь появились? Их невозможно призвать, они созданы даже не богами, а самой природой. На них нельзя повлиять. Маги пользуются жилами, но при этом являются лишь инструментом, способом для великой силы вырваться на свободу.

На замок напали. Могли ли жилы взбеситься из-за этого?

Если да, то кто обладает такой силой, чтобы заставить их пойти вразнос?

Лия поднялась. Появилось непреодолимое желание дотронуться до какой-нибудь из жил, которые словно протягивались к ней нити-руки, молили, рассказывали о своей судьбе. Вот только девушка их не понимала.

Прикоснись! Мир вокруг, больше похожий на кружево, сплетенное из тягучего меда, мягкого, светящегося, и угля – твердого, неприступного, резкого в своих линиях и непроницаемо черного, так и звал к себе. Девушка протянула руку, но жилы расступились перед ней, открывая дорогу к окну. Она подошла, но не увидела ничего интересного.

– Ваше величество! – слишком громко произнес один из стражников за дверью.

Вздрогнув, Лия испуганно огляделась. Отец здесь, но почему? Вдруг стало неуютно оттого, что он увидит ее здесь. Качнулась штора на окне, потревоженная легким порывом ветра. Девушка юркнула за нее, затаила дыхание. Лучше ему не знать, что она пыталась быть королевой, еще рано.

– Свободны! – Ааронд прошел в кабинет, с шумом захлопнув за собой дверь.

Лия вздрогнула. Король был взбешен, это точно, зол, а попадаться под горячую руку ей не хотелось. Никогда раньше папа не высказывал недовольства дочерью, не повышал даже голос. Но сейчас девушка чувствовала, что его настроение далеко от идеального. А она может оказаться крайней. Значит, Лия будет прятаться, надеясь, что он не задержится в кабинете надолго.

Почти сразу в дверь постучали.

– Войдите! – раздраженно бросил король, усаживаясь в кресло.

– Ваше величество, – голос был девушке не знаком.

– Что надо, Инхаст? У меня нет времени.

– Ваше величество, нападающих отбросили…

– Я знаю! Я сам только что вернулся!

– Да, ваше величество, конечно, ваше величество. Но они успели прорваться в долину. Точно могу сказать, что, по крайней мере, один из светлых сейчас находится на наших территориях, и мы не знаем где.

– То есть как? – король вскочил, кресло упало, чуть не задев стоящую в опасной близости девушку.

– Пока все отражали нападение у распадка Луасы, трое светлых воспользовались практически полным отсутствием охраны на перевале Вечнозеленых Цветов. Там был обычный пост – три драука. Светлые застали их врасплох, двоих ранили, одного оглушили, но никого не убили.

– Значит, теперь три светлых твари бегают по моим землям?

– Один из них сразу же вернулся, но двоих никто не видел.

– Вон!

– Ваше вели…

– Я сказал – вон!

Раздался громкий топот, принесший дурные новости стремился как можно быстрее покинуть кабинет короля.

Какое-то время ничего не происходило, и Лия осмелилась выглянуть из своего убежища.

Отец стоял в центре комнаты, раскинув руки в стороны. Его ладони слабо мерцали, совсем как у слабых магов, которые не могут справиться со своими силами. Но так быть не может! Король Ааронд один из величайших и сильнейших магов!

Девушка вдохнула и повторила движения, чтобы снова увидеть жилы. И замерла, потому что то, что творилось вокруг, было еще страшнее, чем увиденное в первый раз.

Ночные жилы концентрировались теперь вокруг короля. Но не просто так. И не он призывал их. Наоборот. Его ладони рождали темную магию, выплескивая нити, которые взлетали вверх, проходили насквозь через потолок, а уже потом медленно опускались вниз, свиваясь в кокон, опутывающие Ааронда. Солнечных жил в кабинете больше не было. Исчезли? Погибли? Почему-то они казались девушке живыми существами, а не просто источниками магии. Ведь не зря же они помогли ей в том подземелье спасти люмина, подсказав, кто есть кто?

Король тем временем открыл глаза, и Лия вернулась на место, чтобы он не смог ее заметить. Но вряд ли он видел свою дочь – его глаза были черными, словно глубокие, бездонные колодцы. В них плескалась сама тьма, они пугали девушку.

Ее отец самый сильный из живущих в Долине Мирового Древа темных магов. Он не всесилен, но только потому, что сам не хочет этого. Так Ааронд всегда говорил ей. Он не врал?

Лия крепко зажмурилась, вознося молитвы Темному богу, чтобы все закончилось побыстрее, и охвативший ее страх не затянулся надолго.

– Это невозможно!

Голос отца прозвучал глухо, словно он был не рядом, а очень далеко. Лия сжалась. Злость, прозвучавшая в этом низком рокоте, мало похожем на голос, испугала ее еще больше, хотя она и не думала, что такое возможно.

– Ты помогаешь им, да? Прячешь от меня? Значит, ты жива… Тогда приди, вернись ко мне! – он кричал с неистовой яростью и болью, невероятным желанием, чтобы его услышали.

Жилы вокруг волновались, переплетаясь друг с другом, дергаясь, будто стремились вырваться из ограниченного пространства королевского кабинета. Но Ааронд не отпускал их, притягивая все ближе, запутывая в тугой клубок ночного мрака. Пугающая величием картина магии во всем своем великолепии.

– Ваше величество, – когда в кабинете появился Кайрен, Лия не знала, но обрадовалась ему.

– Рэн?

Девушка снова отодвинула штору, совсем чуть-чуть, только для того, чтобы видеть отца.

– Ты совсем потерял над собой контроль, – мужчина покачал головой, скользнув взглядом по тому месту, где стояла Лия.

Он же знает. Что она там! Для него нет никаких секретов, от него не укроется ничего из того, что происходит во дворце! Как она могла опять это забыть?

– Рэн, я не могу увидеть тех, кто проник в долину Роз. Инхаст сказал, что здесь должен быть светлый, но я не вижу. Я чувствую, что это правда, слышу его дыхание, но не могу определить местонахождение. Его прячут от меня. И, знаешь, на такое не способен ни один из магов. По крайней мере, ни один из тех, кто жив.

– Она? – Кайрен покачал головой. – Это невозможно. Ты сам видел ее тело. Ты хоронил ее.

– Я знаю это! – король ударил кулаком по столу с такой силой, что во все стороны полетели щепки. – Как никто другой, знаю! Но мне от этого не легче, Рэн. Светлый не должен пробраться во дворец. И тем более, нельзя допустить его встречи с Лией. Я не хочу этого, но придется провести ритуал снова, она становится самостоятельной, все больше походит на мать…

– Разве, ты не хотел этого? – Кайрен подошел ближе к столу, рассматривая нанесенный ему ущерб. – Сколько раз ты говорил, что она напоминает тебе ее? Ааронд, ошибки прошлого не изменить. Ее тебе уже не вернуть. Но подумай, ты же губишь Лию. Возможно, чуть больше свободы…

– И вместо дочери у меня под боком будет хорошо осведомленный враг!

– Не думаю, что…

– Рэн, тебе следует поменьше думать! – бросил король и, подхватив с дивана меч, направился к выходу. – У тебя это плохо получается.

На лице драука не отразилось никаких эмоций. Он привык, что его оскорбляют? Или просто не обращал на слова своего короля никакого внимания, понимая, что тот расстроен?

Лие стало жаль Кайрена. Каким бы доверием он ни пользовался, но и Ааронд принижал его. Как можно поступать так с тем, кто служит верой и правдой.

– Я хочу размяться. Ты составишь мне компанию, – король не просил, он ставил перед фактом.

– Как прикажете, ваше величество, – поклонился Рэн.

– Брось это шутовство! Если мои слова прозвучали оскорбительно, прости, но я никогда не лгал тебе.

– Как скажете, ваше величество.

И все же, Кайрена такое отношение задело.

Девушка ждала, когда закроется дверь, а потом стала считать. На цифре пятьдесят вылезла из своего укрытия.

Как понимать слова отца о том, что она становится слишком самостоятельной? Ему это не нравится? Но как ей тогда стать хорошей королевой, ведь рано или поздно…

Ничего не случится. Король Ааронд был сильным магом. Очень сильным магом. Сколько лет он правил? Сколько веков?

Он не собирался оставлять ей свой трон, вот в чем дело. Она просто его… отдушина, слабость, которую он когда-то проявил. А еще, она напоминает ему о матери, которую он любил до безумия. Вот и весь секрет. Чем меньше Лия показывает характер, тем лучше.

Она вышла из кабинета. Стражников уже не было. Идти к себе не хотелось. Читать? Нет, слишком много разных мыслей в голове, сумбур и каша, с которой нужно что-то делать.

– Ваше высочество?

На нее обеспокоенно смотрела Кияра. Девочка стояла в нише у статуи, словно пряталась там, и только сейчас вышла.

– Я в порядке Кияра. Но хотела спросить. Ты можешь рассказать, кто передал тебе записку?

Карие глаза наполнились испуганными слезами.

– Ваше высочество, я не хотела ничего плохого! Правда! Я думала, что так будет лучше!

Лия вздохнула. Вряд ли девочка осознает, что происходит. Но вот ее поведение заставляет переживать, а проблем у принцессы и так достаточно. Что же делать? Допытываться, пока не расскажет всю правду? Наверное, придется поступить именно так, чтобы хоть на одну загадку в ее жизни стало меньше. А то последние дни в постоянном напряжении скоро превратят ее в сумасшедшую.

– Я верю, что ты не хотела сделать ничего дурного, – Лия взяла ее под руку, со стороны теперь она просто прогуливалась со своей компаньонкой, и направилась к галерее, оттуда открывается потрясающий вид на розовый сад, да и поговорить можно спокойно. – Но мне очень интересно, кто же передал тебе послание.

Кияра всхлипнула, огляделась, и, лишь удостоверившись, что их никто не слышит, тихо ответила:

– Это мой хороший друг. Записку писал не он, то тот человек тоже очень хороший… Мой друг не причинит вам вреда, он говорит, что и вы, ваше высочество, тоже его друг. Вы, правда, с ним друзья, только почему-то не помните этого. Не сердитесь на меня, я виновата, но за вас сильно беспокоятся, даже меня сюда отправили, чтобы убедиться, что с вами все в порядке.

– Отправили? – уточнила Лия.

По коже пробежала легкая дрожь, стало страшно. Кто-то считает ее своим другом, может без усилий заслать ей в услужение девочку, которая… Кто она?

Лия в который раз обругала себя, что недостаточно занимается магией. Рэн считал, что все нормально, идет своим чередом, но теперь-то Лия начала понимать, что не только придворные были против нее. Даже отцу была нужна всего лишь кукла. А магия могла бы помочь ей узнать всю правду. Как жаль, что она не различает, когда ей лгут или говорят правду! Это помогло бы!

– Да, ваше высочество. После того как меня… Как я покинула отчий дом, я жила в деревне, обо мне заботились, и я за это крайне благодарна! Но, когда понадобилась моя помощь, я даже раздумывать не стала! – девочка вся светилась от гордости. – Ваше высочество, простой народ вас очень любит, я правду говорю! Ни капельки не вру! Все, с кем я разговаривала, готовы даже в войне участвовать, только чтобы вы были королевой.

– В какой войне?

Они вышли на галерею, и Лия встала у высокого, во всю стену окна, из которого открывался вид на озеро, сверкающее рябью в лучах солнца. Отражение неба, словно гигантский глаз в обрамлении белоснежных ресниц. Величественное зрелище, завораживающее. Девушка на миг замерла, в который раз удивившись, как само это место влияет на нее. Родное и чужое. Прекрасное и опасное. Опасное? Ей желают смерти многие, в этом нет сомнений, но как, как узнать, что же правда в этом мире. Как ей разглядеть среди великолепных цветов отравленный шип, ждущий лишь ее прикосновения. Верить и знать – два слова, что мучат ее. Она верит отцу, в его слова, в его любовь к ней. Но знает ли его?

Война? Мелкие стычки, о которых Лия постоянно слышит. Регулярные учения, смотры, на которых пропадает король. Ложь? Еще одна ложь?

– Светлые наступают на темные территории, ваше высочество. Уже месяц как они начали высаживаться по всей нашей стороне Мирового древа. Маги воды пытались их остановить, но безуспешно. У Корня идут самые ожесточенные бои. Хотя светлые не трогают тех, кто не поднимает против них оружия, они благородны. Щадят тех, кто сдался.

В этом ли благородство?

– У нас война? – переспросила Лия.

– Да, ваше высочество, – с готовностью подтвердила Кияра.

Значит, все же ложь. Уж не поэтому ли ее так спешно переправили сюда, где никто не скажет принцессе лишнего слова? Держать в неведении, чтобы она не беспокоилась, не волновалась.

И чем так опасна ее самостоятельность?

– Кияра, я хочу побыть одна, – тихо сказала Лия.

– Конечно, ваше высочество, – чуть удивленно, немного обиженно ответила девочка.

Ей еще многому предстоит научиться, если она захочет удержаться среди тех, кто близок к тайнам властителей.

А Лия может лишь порадоваться, что, как бы там ни было на самом деле, она – принцесса. И ее желания выполняются.

Глава 10

– Ты уже все знаешь?

Лия пожала плечами:

– Ты о том, что где-то там бушует война, а мне не удосужились даже сообщить об этом?

Кайрен обнял ее, прижав к своей широкой груди. Он был выше девушки, ему приходилось наклоняться. Но ведь он первый все это начал, так?

– Тебе оберегали.

Лия оперлась на него, позволяя себе расслабиться, слушая, как размеренно, успокаивающе бьется его сердце.

– И зачем? Что изменилось бы, узнай я раньше?

– Ты и сейчас не должна этого знать, – резонно заметил Рэн. – Я мог бы не допустить Кияру к тебе. Мог бы рассказать королю, что ты пряталась в его кабинете.

– Шантаж? – насмешливая улыбка скользнула по ее губам.

– Всего лишь факты, Лия. Я хочу, чтобы ты знала, я тебе не лгу.

– А мне здесь, похоже, никто не лжет, – рассмеялась она. – Вот только все недоговаривают…

Кайрен резко отстранился, развернул лицом к себе, все также продолжая обнимать.

– Есть вещи, которые ты узнаешь, просто нужно подождать. Еще рано для откровений.

– Неужели? – в голосе Лии сквозила ирония.

Снова тайны, до которых она, по всей видимости, еще не доросла. Почти оскорбление, если не больше. Но Рэн ей ничего не обещал, все его слова – уступки по собственной воле.

– Я прошу тебя подождать несколько дней. Мне необходимо найти того светлого, что скрывается в долине. После… ты узнаешь обо всем.

– Обо всем?

– Обо всем, что ты должна знать, – подтвердил Кайрен.

– И о войне? – с подозрением уточнила девушка. Как-то гладко все складывалось, и от этого появлялись у нее нехорошие сомнения. Словно упускала она что-то очень важное, но беда в том, что не знала даже, с чем это могло быть связано.

– И о войне.

Она посмотрела ему прямо в глаза, ища подвох, но то, что увидела там… нет, он никогда не скрывал, что чувствует к Лие нечто большее, чем может себе позволить. Но знать и видеть… в его глазах, сейчас почти черных и мало напоминающих шоколад бушевала не просто буря. Ураган. Ураган, способный смести все на своем пути, и этот дворец со всеми его обитателями, и горы, неприступно стоявшими на его страже. В этом всегда спокойном взгляде больше не было равнодушия. Страсть горела, сжигала дотла все, что могло стать преградой. Страх придавал остроту ощущениям. Нежность остужала накал, не позволяя нарушить высеченные в душе правила.

А еще там была решимость. Поступить правильно. Довести дело до конца, к каким бы последствиям это ни привело.

– Ты очень красивая, – прошептал Рэн. – Все цветы Блуждающего леса не сравняться с тобой. Каждая звезда на небе – это лишь отражение тебя, несовершенное, неидеальное, потому что и им не быть такими, как ты.

Лия смутилась. Никто раньше не говорил ей комплиментов с таким пылом и по-настоящему, а не просто так, потому что положено.

Рэн протянул руку. Скользнул по волосам, задержался на щеке, ласково её поглаживая, а потом легко приподнял подбородок, наклоняясь с недвусмысленными намерениями. Девушка задержала дыхание в ожидании такого желанного поцелуя. И застонала, когда его губы коснулись ее.

Мечты сбываются. Они всегда сбываются, главное правильно в них верить и никогда не предавать, не отступаться, а лелеять, хранить, беречь и делать все, чтобы они стали явью. Даже самые сумасшедший, самые несбыточные желания осуществятся, стоит лишь поверить в это.

Она подняла руки, запуская пальчики ему в волосы, притягивая к себе. Запуталась в ленте, рванула ее, не понимая, делает ему больно или нет. Все это не имело ни малейшего значения. Важен был только этот момент, который они делили на двоих. Поцелуй, что длился и длился.

Увидят придворные или слуги? Плевать! Сплетней больше о принцессе и самом мрачном из обитателей дворца или меньше, им это не повредит.

– Я люблю тебя, – прошептала Лия, прервав поцелуй. – А ты… ты меня любишь?

– Глупышка, – нежно выдохнул Рэн. Он прижал ее к себе так крепко, словно в любой момент мог потерять. – Значит, ты не боишься?

– Чего мне бояться?

Ей было так хорошо, что думать о чем-то она просто не могла.

– Я рассказывал тебе о родителях. Ты не боишься, что такое же может произойти и с нами?

– Нет, – рассмеялась она. – С нами такого не будет никогда!

У нее будто выросли крылья, которые поднимали все выше, к солнцу, к звездам, туда, где царила лишь одно безоблачное счастье.

– Я должен идти. Его величество ищет меня, – с печалью в голосе произнес Кайрен.

– Не иди, – Лия сцепила пальцы в замок за его спиной, всем видом показывая, что никуда его не отпустит.

– Не могу. Я должен. Но не бойся, пока ты во дворце, я всегда буду знать, где ты и что делаешь.

– Я должна бояться? – она шутливо прищурилась.

– Все возможно.

Кайрен выпустил ее из объятий, отступил на шаг и церемонно поклонился. Лия весело рассмеялась. Смех пронесся по пустому коридору, не встречая на своем пути никого и ничего. Его подхватил ветер, ворвавшийся в одно из распахнутых настежь окон, и унес вдаль. Над садом и розовыми кустами. Над зеркальной гладью озера. К высоким деревьям, что окружали сам дворец и раскинувшийся вокруг него парк. Ветер уносил ее смех туда, где возвышались горы, где среди скал цвели вечнозеленые травы.

И там, укрывшись среди крупных валунов, не видимые глазу, сидели молодой мужчина и огромный белый волк. Парень задумчиво рассматривал деревянную фигурку, которую только что вырезал. Ему некуда было спешить. Армия светлых отступила, дав ему возможность оказаться здесь. Теперь необходимо время, чтобы все успокоились, забыли о том, что он здесь.

Волк поднял голову, встрепенулись уши. Он прислушивался к происходящему вокруг. И ветер затих, как только волк услышал этот счастливый девичий смех. Он выполнил свое предназначение.

Белый волк недовольно заворчал, привлекая внимание парня.

– Лин? Ты слышал ее?

Согласный рык в ответ.

Молодой мужчина посмотрел в ту сторону, где, как он знал, находится дворец. Его не было видно из-за густых деревьев. Но разве что-то может остановить того, кто верит в себя?

– Я приду за тобой, сестренка. Я уже рядом.

* * *

Жила выскочила из ее пальцев и растворилась в траве.

– Еще раз, – повторил Кайрен.

Лия закатила глаза. Она уже устала, но эти два дня Рэн раз за разом заставлял ее тренироваться, повторять, оттачивать все то, что она уже умела.

– Может, хватит на сегодня? – умоляюще произнесла она. – У меня уже пальцы гудят от напряжения. Не думала, что ты такой изверг.

– Тебе нужно уметь защищаться.

– Да от кого, – рассмеялась девушка. – Мне никто не страшен, пока ты рядом!

Рэн подошел к ней так близко, что она была вынуждена задрать голову, чтобы видеть его глаза.

– Я не всегда буду рядом, ты ведь понимаешь?

– Нет, – легкомысленно заявила она, обнимая его. – Ты будешь рядом всегда!

– Лия, я…

– Лия!

Девушка вздрогнула и отступила на шаг. Ей все время казалось, что отец, узнай он об их с Кайреном отношениях, будет против. И она скрывала, каждый раз боясь сказать, что влюбилась в этого мрачного драука. Хватало и того, что Рэн практически не отходил от нее.

– Пап?

– Я искал тебя. Кайрен, оставь нас.

– Как прикажете, ваше величество, – Рэн едва заметно улыбнулся Лие и ушел.

Ааронд вздохнул и кивнул в сторону одной из тропинок, приглашая дочь на прогулку.

– Лия, нужно было раньше поговорить с тобой, но я сомневался. Ты уже взрослая, вполне самостоятельная, способна сама принимать решения… И я горжусь тобой! Но во всем Даране сейчас неспокойно. Светлые сбили людей с правильного пути, и мне нужно что-то с этим делать. Я слишком расслабился, пустил все на самотек. Не нужно было так поступать. Я уеду на время и хочу, чтобы ты заменила меня здесь.

Лия начала улыбаться, а затем почувствовала, как по ее коже будто поползли капельки воды. Небольшие, прохладные, обволакивающие мягко и незаметно. А, может, то была совсем не вода, но нечто ее напоминающее. Она дотронулась до цветка, мимоходом, словно случайно. И не почувствовала его. Видела белые лепестки среди пальцев, ощущала аромат, но кожа… кожа не чувствовала ничего. Как такое может быть?

Между тем, Ааронд продолжал говорить о том, что в такое время ему просто необходима поддержка, а ее долг – быть опорой. Он шел чуть впереди, и Лия решилась. Она сложила руки отработанным движением, чтобы увидеть, что же творится вокруг нее. В саду не было жил, они если и появлялись, то ненадолго. Не было их и сейчас. Но вот от короля к ней тянулись нити тьмы, такой же, какую она видела в его кабинете.

Магия? Он использовал магию?

Это не может быть защита. От защитных плетений не бывает так дурно. И слабость не накатывает волнами. Нет, там должны появляться новые силы. Что же отец творит с ней?

Лия попыталась вздохнуть, но горло словно стянули удавкой. В груди птицей забилось сердце, зашумело в голове. Его слова стали сливаться в единый ритм без смысла. Только голос, убаюкивающий, стирающий ненужные воспоминания, волнения и тревоги. Нет, какой же это голос? Это ручей, что бежит среди холмов, там, дальше, где столетние деревья смыкают кроны под небосводом. Хочется лечь в траву и слушать эту песню, такую наивную и невинную. И спать. Очень хочется спать. Уснуть надолго, а потом проснуться и улыбаться, ведь этот мир так чист и прекрасен.

– Ваше величество!

Чужой противный голос разорвал волшебное кружево, вторгся в дивный мир.

Открыв глаза, Лия попыталась понять, что происходит. Она стояла коленями прямо на дорожке, помяв и испачкав платье, а Ааронд склонялся над ней.

– С тобой все в порядке, цветочек?

В его глазах была тревога, голос звучал искренне, но Лия видела и готова была поклясться, что это его магия чуть не лишила ее рассудка.

– Да, папочка, все отлично, – улыбнулась, чувствуя, что мышцы на лице отказываются ей повиноваться.

– Тебе нужно прилечь. Наверное, вы с Кайреном переусердствовали, и тебе нужно меньше практиковаться с жилами. Все-таки не каждый маг способен работать с ними.

– Ты прав, папочка.

Он помог ей подняться и только потом обратил взор на того, кто нарушил их уединение.

– Что нужно, Инхаст?

Лия посмотрела на него, стараясь скрыть свой интерес. Обычный мужчина, человек, даже не драук, на мага тоже не тянет, значит, с его стороны можно не ждать угрозы.

– Светлого заметили на востоке. Спугнули почти у самого сада, – доложил он.

– Вот, значит, как, – протянул Ааронд. – Направь туда отряды. Я буду у себя, попытаюсь найти его… другим способом. Лия, – обратился он к дочери. – Я отведу тебя в беседку. Посиди там, пока не придешь в себя. Я прикажу принести чай.

– Да, папочка.

Ааронд взял ее под руку и как маленькую, медленно и осторожно повел к большой, сплошь увитой цветущим плющом беседке. Лие она никогда не нравилась, но спорить с ним она не решилась. Для начала она поговорит с Рэном, он-то точно знает, что происходит.

Король удалился, одарив ее еще одним встревоженным взглядом. Неужели она ведет себя неправильно? Хотя она ведь понятия не имеет, что должно быть правильным. Каких действий может ждать от нее отец? Как действует эта его магия?

Служанки принесли чай и вновь оставили ее одну. Пирожные выглядели заманчиво, но мысли, сновавшие в голове, перебивали аппетит.

– А в детстве ты не позволила бы чему-то сладкому вот так спокойно лежать на тарелке.

Лия испуганно вскинула глаза. В беседку зашел молодой мужчина. Не очень высокий, явно ниже Рэна, со светлыми, отдающими солнечной рыжиной волосами и загоревшей до золотистого тона кожей. Он был совсем не похож на жителей Долины Роз, да и всего Дарана тоже, хоть и был одет как селянин. Вся его внешность просто кричала, что он явился со Светлой стороны.

– Я могу присесть?

Не дожидаясь ответа, он сел напротив нее. И только теперь девушка осознала, что здесь их никто не может увидеть. Плющ надежно прятал всех, кто находился в беседке, от посторонних взглядов.

– Ты так и будешь молчать?

Он явно был недоволен, и Лия решила ответить.

– Зачем что-то говорить своему убийце?

– Что за чушь ты несешь? – возмутился он. – Я здесь, чтобы тебя спасти!

И тогда она его вспомнила. То нападение светлых, он был там и тоже кричал, что хочет ее спасти!

– И отчего же меня спасать? Я дома, вокруг только родные и любимые.

– Вот как, – парень напряженно усмехнулся. – Родные и любимые, значит. Я наблюдал за тобой. Единственный, кто хоть как-то тянет на эту роль, тот драук. Остальным на тебя плевать.

– Да что ты…

– Как они тебя называют? Лия? Бред! Ты моя сестра, Эмми, и я пришел, чтобы забрать тебя отсюда. Я развязал войну, чтобы забрать тебя отсюда!

– Тогда ты – монстр! – закричала Лия. – Убирайся отсюда!

Он встал.

– Я думал, ты сама сможешь меня вспомнить, но нет. Он обещал помочь. Если это сработает… Я буду ждать тебя там, где ручей впадает в озеро. До рассвета. Потом у меня больше не будет сестры.

Девушка зажмурилась и закрыла ладонями уши, чтобы не видеть и не слышать его. Но, когда вновь открыла глаза, парня уже не было.

* * *

Рэн все не приходил. Время шло, утекали минуты, а его все не было. Лия взволнованно мерила комнату шагами. Она очень хотела с ним поговорить, но нигде не могла его найти. Опять. Он просто растворился. Как можно так теряться?

– Ну, почему ты опять нервничаешь?

Лия чуть не подпрыгнула от неожиданности. Кайрен стоял, облокотившись о дверь, а она так увлеклась своими переживаниями, что не заметила, как он вошел.

– Мне нужно с тобой поговорить!

– Я тут и весь твой, – улыбнулся он.

И от этой улыбки мысли у нее потекли совершенно в другом направлении.

– Я спросить хотела… про папу… и про тебя…

– Да? – он подошел к ней.

Лия попыталась взять себя в руки, но его присутствие рядом лишало всякой возможности связно мыслить. Что с ней такое?

– Да… Хотела…

– И чего же ты хотела, – нежно улыбнулся Рэн.

– Я… хотела спросить… Что со мной сотворил отец? – с трудом проговорила она.

Рэн ласково провел по ее щеке.

– Это всего лишь страх. Он боится тебя потерять, как потерял ее, но не понимает, что цветы пускают корни и живут на одном месте, каким бы плохим оно ни оказалось, а вольная птица всегда будет стремиться к свободе. Ты – та самая птица, что уже готова расправить крылья, что он подрезал тебе, считая, что так ты разучишься летать. Его ошибка, которую он упрямо не желает признавать.

– Я не понимаю…

– Лия, – он тяжело вздохнул, а затем посмотрел на нее с отчаянием, причин которого девушка понять не могла. Что же такое он пытается сказать?

В голове шумело, мысли путались. Магия, так может влиять только магия! Папа, что же ты наделал?

– Поцелуй, – прошептала она, глядя в его невероятные черные глаза, утопая в их, теряя себя. – Поцелуй… не заставляй меня умолять.

Пусть она не понимает его слов, чувства, вот, что есть у них.

– Я не могу, – он закрыл глаза, но всего на мгновение, а когда открыл, в них читалась решимость и страсть, огонь, которого так долго ждала Лия.

Он прижал ее к себе так крепко, что на теле точно должны остаться синяки, и впился в губы яростным поцелуем. Он стал ее дыханием, а она его. В эти минуты они делили на двоих весь мир. Рэн дарил ей свои чувства, но не мог отдать целиком. Она же не хотела, чтобы все заканчивалось. Она хотела большего.

– Прошу, – как только он отпустил ее, вновь прошептала Лия.

– Нет.

Он притянул ее к себе, даря ту нежность, которую она заслуживала. Его солнышко, которое он должен отпустить, чтобы не сгореть.

– Ты не понимаешь.

– Так объясни.

– Я не могу.

– Я верю тебе. И буду верить всегда.

– Если скажу, больше не будешь.

Она подняла голову, чуть улыбнулась и сказала:

– Я клянусь солнечным светом, давшим жизнь всему сущему, и изначальной тьмой, дарующей милостивую смерть. Я клянусь силой, струящейся в моих венах. Я клянусь перед ликом Светлой, и да не простит меня свет, если нарушу эту клятву. Я клянусь перед ликом Темного, и да поглотит меня тьма, если нарушу эту клятву. Я клянусь пред тобой, Кайрен, что любые твои слова дойдут до моего сердца, но не заставят тебя разлюбить. И так будет, пока свет царит днем, а тьма – ночью.

– Сумасшедшая, – выдохнул Рэн, обнимая ее. – Высшая клятва, которую невозможно нарушить, не лишившись силы, а то и жизни!

Глупая девочка, любящая его, истинное солнышко его жизни, какая тьма не царила бы в его душе, она еще не понимает, что наделала. А когда поймет, никто из них не в силах будет ничего изменить.

– Я люблю тебя, как же мне еще доказать это?

– Я верю тебе, просто…

– Ну вот, опять! – она вывернулась из его объятий. – Что теперь? Или, может быть, клятвы для тебя было недостаточно? Я связала свое сердце с тобой навсегда! Навсегда!

– Ты не понимаешь, – он в отчаянии схватился за голову.

– Конечно, не понимаю! Ты же не можешь мне все просто взять и объяснить!

– Эмилия…

– Что? – девушка с неверием посмотрела на него. – Неужели за все это время ты даже не запомнил моего имени? Так напомню, – она вскинула подбородок. Не давая пролиться слезам обиды. – Меня зовут…

– Эмилия, – глухо повторил Рэн.

Отвернулся, но лишь на мгновение, словно собираясь с мыслями. А затем его фигура подернулась дымкой, словно он начал растворяться в воздухе. Свет в комнате померк. Даже воздух словно стал тяжелее.

– Нет…

Она не договорила. Внезапная боль прошла через каждую клеточку ее тела, оно перестало случаться ее. Лия хотела закричать, но не смогла. Не в силах сделать вдох, открывая рот, пытаясь поймать ускользающий воздух, девушка чувствовала, что слезы, теперь уже от боли, градом скользят по ее щекам. Почему? Что он делает с ней?

– Что? – просипела она, ощутив, что ноги перестали держать, и каменный пол становится ближе.

Она не упала. Рэн поймал ее, сел сам на пол и бережно опустил на свои колени. Он прижимал ее к себе, баюкая как ребенка.

– Прости меня, но я не могу иначе. Потерпи, скоро все кончится.

От его рук струился темный свет.

Кончится? Девушке хотелось бежать от него. Ей казалось, что она умирает, потому что больше всего это было похоже на агонию, предсмертную агонию, когда тело выгибает судорогой, и нет сил терпеть боль, а от крика можно сорвать голос. Вот только возможности кричать нет, и лишь слезы крупными каплями катятся по щекам.

– Потерпи, – шепчет Рэн, губами собирая хрустальные слезинки. – Потерпи немного.

Долгожданная тьма приходит на помощь, пряча в своих чертогах. Но даруемое ей спокойствие только кажущееся.

Во тьме ждут монстры пострашнее. Образы, люди, события.

Все то, чего не может быть.

Все то, чего не должно было быть.

Все то, что уже было, теперь повторяется вновь.

…Мама.

Женщина с волосами цвета закатного солнца. Но она другая, не такая, как должна быть. Не такая, как на парадном портрете в замке отца. Старше? Серьезнее? Нет, просто игра воображения, ведь эта женщина точно знает, чего она хочет.

А с ней рядом мужчина. И отчего-то Лия точно знает, что именно он – ее отец. Крепко сбитый, напоминающий медведя. Человек. Маг.

И мальчик, совсем маленький, смешной, рыжий как солнечный лучик. Противный и приставучий. Родной и любимый.

– Эмми, не обижай брата, – смеясь, кричит мама.

Ведь дети, они такие дети, не могут усидеть на месте.

– Никогда…

…Мама.

Она другая, снова другая, испуганная, сжавшаяся, словно ставшая старше на много лет.

Она знает, что ей не спастись, знает, что все скоро будет кончено. Но верит, что все еще можно изменить.

– Эмми, я буду всегда тебя любить, клянусь тебе светом и изначальной тьмой, клянусь силой, которая теперь течет в твоих венах, – она обняла ее, улыбаясь, легко подталкивает рукой. – Иди.

– Мама…

И она видит ее живой в последний раз через воронку портала…

… – Эмми, – Эстель никогда не сердится, но сейчас она недовольная. – Я сколько раз просила тебя не убегать без предупреждения!

– Прости, мама…

… – Сестренка, нам с тобой всегда приходят в голову дурацкие мысли, но, если это сработает, мы сможем сами решать, как нам жить. Герои вне интриг, помнишь?

Он вырос, тот рыжий мальчик. Как его имя?

Гиацинт. Гай. Ее брат…

Вот он кто.

Она не открывает глаз, но теперь не потому, что жаждет тьмы, как избавления от боли. Просто слез слишком много. Они прорываются сквозь ресницы, скатываются по щекам, губам, бегут по шее. Щиплются, потому что коже уже больно от соли.

Но эти слезы хорошие, еще немного и они унесут прочь все ненужное, лишнее, оставят только ее… настоящую.

– Рэн, – его рубашка, наверное, насквозь промокла. – Меня зовут Эмилия Миндаль, наследная принцесса Прайма. Дочь короля Вирана Прайма и королевы Тинары Прайм, – голос прерывается, звучит хрипло, но слова она произносит отчетливо.

– Да.

– Ты знал?

– Да.

– Давно?

– С тех пор как ты здесь появилась.

– С первого дня, – с горечью сказала девушка.

Он прижал ее крепче. Боясь, что теперь, узнав правду, она больше не даст этого сделать, начнет вырываться. Оттолкнет его.

– Зачем ты это сделал?

– Я же говорил. Не могу обманывать тебя. Ты не была собой.

– А теперь стала, – горечь и яд наполняли ее слова. – Я не знаю, кто я? Лия? Эмми? У меня в голове две жизни, совершенно разные. Так какой мне верить?

– Решать тебе, но я буду рядом. Поддержу любое твое решение.

– Боишься, – она усмехнулась. – Не бойся, я помню свою клятву.

Эмилия высвободилась. С трудом встала, опираясь на Рэна. Она смотрела на него и видела страх потерять ее. Надежду, что для них ничего не изменилось. Всепоглощающую нежность, которая появлялась в его взгляде каждый раз, когда он смотрел на нее. Заботу, потому что после всего произошедшего, он не мог не волноваться о ней. Она видела все это в его глазах и понимала, что для нее ничего не изменилось. Она любила его, будучи Лией, и точно так же любит теперь, став Эмилией.

– Я люблю тебя, – просто сказала она, решив, что ни к чему усложнять.

Он обнял ее вновь, зарылся носом в ее волосы, и только прерывистое дыхание выдавало его эмоции. Сколько они стояли так, слушая тишину и стук сердец друг друга?

– Теперь тебе нужно бежать.

– Зачем? – удивилась Лия.

– Он узнает. Он все поймет.

Она покачала головой:

– Если я сбегу, он меня догонит, и тогда мне точно не жить.

– Ааронд не убьет тебя. Ты стала ему дорога. Он… даже любит тебя.

– Наверное, учитывая этот фарс. Зачем ему было это нужно? Не могу понять, все смешалось.

– Это пройдет. Настоящие воспоминания вытеснят иллюзию, и все вернется.

– Но как ты сможешь мне помочь?

Рэн еще крепче прижал ее к себе.

– Он ждет тебя, твой брат. Я обещал помочь ему, если он увезет тебя как можно дальше. На Светлые территории, подальше от войны. Ааронд в ярости, и я боюсь, что не станет больше сдерживать свои силы. Обещание, данное мертвецу, не будет держаться вечно.

– Он приходил сегодня, но я не узнала его, – Лия вздохнула.

– Он не станет держать на тебя зла, он же твой брат. Пойдем.

Лия натянуто улыбнулась и приняла протянутую руку.

Глава 11

Все вокруг казалось частью сна. Хотелось оглянуться, потрогать что-нибудь, ущипнуть себя за руку, чтобы убедиться, что все это происходит на самом деле.

Они шли по дворцу, не встречая никого на своем пути. Кайрен позаботился об этом. Он держал девушку за руку очень крепко, словно боясь потерять ее.

– Я не смогу провести тебя прямо к брату, мне нельзя покидать территорию дворца, но я обеспечу тебе безопасную дорогу. Через сад мы пройдем быстро, есть один способ, о котором никто не знает.

– А пап… Ааронд? – поправилась Лия.

Она совсем запуталась, кто есть кто. И даже сейчас, понимая, что вся эта ее жизнь была выдуманной, пыталась соотнести то, что знала раньше. И не могла. Ааронд казался ближе и роднее, чем настоящий отец, брат – далекой сказкой, в которую не поверишь, пока не увидишь собственными глазами.

– Твой друг пока его отвлекает. Ну, – Рэн горько усмехнулся, – а в том, что касается жизни в самом дворце и его безопасности, Ааронд доверяет мне безоговорочно.

– Ты предаешь его, – Лия замерла, заставив и Кайрена остановиться.

– Да.

Простой ответ.

Они миновали все жилые помещения, свернув в сторону кухни. Только там можно было выйти, не привлекая внимания. Стражники не утруждали себя проверками хозяйственных помещений. Или это Рэн отдал такой приказ?

Ночной воздух наполнил легкие. Сейчас аромат роз казался еще более терпким, навязчивым, но все таким же загадочным. Лия шла, легко задевая кончиками пальцев закрывшиеся бутоны, и думала, что это последний раз, когда она видит их. Стало грустно, она успела полюбить этот сад, единственное, что не приводило в смятение мысли.

Но уйти вот так, оставив здесь Кайрена? Он стал ей дорог. Больше того, она его любит!

Но в хаосе мыслей всплывало имя человека, которому она тоже обещала свою любовь. Гиацинт. Смешной пухляш с копной рыжих непослушных волос. Таким он был давно, а сейчас стал мужчиной, но разве она должна любить брата меньше?

Глупые вопросы, чтобы ответить на которые, ей нужно немного времени.

– Пошли со мной, – произнесла она, не в силах больше выдерживать тягостного молчания.

Рэн не ответил, ведя ее одному ему известной дорогой.

– Я не шучу, пошли со мной, – повторила Лия.

Они подошли к высокой каменной стене, что окружала территорию дворца. Она была такой прочной, такой широкой и надежной, что никто из стражников не верил, что ее можно преодолеть. И только здесь она подходила к дворцу достаточно близко. Эта стена отделяла сад от лесов и полей, лишь в одном месте прерываясь. Озеро считали неприступным, непреодолимым препятствием, а, может быть, не хотели портить прекрасный вид. Так или иначе, вокруг него ее не было.

Он провел рукой по идеально подогнанным каменным блокам, и они начали растворяться, терять свою твердость, становясь пылью, сквозь которую девушка могла увидеть, что же творится по другую сторону стены.

– Тебе пора идти, – сказал Кайрен.

– Пошли со мной, – она подошла к нему и, поддавшись порыву, крепко обняла, прижимаясь к спине. – Как я там буду без тебя? Ааронд не найдет нас, мы скроемся, спрячемся и будем жить! Вместе!

– Не сможем… Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь. Даже здесь, без памяти, ты все равно оставалась собой, пыталась все изменить. Ты не успокоишься. Через несколько дней твоя память полностью вернется, и я стану всего лишь воспоминанием, о котором хочется забыть побыстрее, как о кошмаре.

– Никогда!

Кайрен легко высвободился и приподнял ее подбородок, вглядываясь в наполняющиеся слезами глаза.

– Ты упрямая. Может быть, и не забудешь. Но, и прятаться ты не станешь, иначе перестанешь быть той принцессой, что мне так нравится.

– Хотя бы проводи меня до места встречи с Гаем. Я хочу побыть с тобой еще немного…

Он поцеловал ее, касаясь так нежно, что это скорее напоминало прикосновение ветра, чем ласку любовника.

– Я не могу покинуть дворец, но прослежу, чтобы ты добралась благополучно, – и подтолкнул в проем. – Иди.

Лия смахнула слезы и сделала три шага, что разделили их, может быть, навсегда.

– Я люблю тебя! – выкрикнула она, увидев, что пыль вновь становится камнем.

Это все, что она могла сказать. А впереди ждал темный лес, в котором она просто обязана найти брата.

И все вернется на круги своя.

* * *

Он смотрел, как медленно занимают свои места каменные крупинки. Он слышал ее слова, но они болью резанули по сердцу. Если у него еще осталось сердце.

Как же он хотел уйти вместе с ней, только боги знают, как сильно он этого хотел!

И только боги знают, почему он не мог этого сделать.

– Лорд Кайрен?

Мужчина обернулся. Он так задумался, что не заметил, как к нему подошел стражник, патрулирующий стену. А ведь до его прихода еще было время.

– Я гуляю, Луас. Здесь все спокойно, можешь идти дальше.

– Как скажете, лорд Кайрен.

Простые люди его уважают, не то что аристократия. Насмешка судьбы, не иначе.

– Я люблю тебя, принцесса Миндаль, – произнес он, проведя рукой по стене.

Рэн чувствовал, что она уходит все дальше, и, единственное, что он делать, следить, чтобы рядом с ней не было диких животных и существ. С этим он справится. Вся Долина Роз – его владения. Он следил за каждым ее шагом до тех пор, пока не дошла до места, где ее ждал Гай.

Теперь все. Принцесса забудет его. Но, если принц выполнит свое обещание, ей больше ничего не будет угрожать. А Ааронд… Светлых жаль, но они сами виноваты, что вторглись на чужие территории.

Он медленно вернулся к дворцу, наблюдая, как начинает светлеть восток. Совсем скоро солнце взойдет, и все раскроется. Но несколько часов для любимой он выгадать сумеет.

Стены дворца были древними, в них еще тлела магии создательницы. Она помогает всем своим детям, должна помочь и Лие. Кайрен глубоко вздохнул и шагнул вперед, растворяясь в них.

* * *

Идти по лесу – то еще удовольствие, особенно по ночному. Под ноги все время норовят попасть камни и сучья. И, даже если приглядываться, их все равно не видно в обманчивом свете луны. Кажется, что впереди камень, но нет, это просто тень от ветки попала в небольшую ямку на земле.

Ночные иллюзии, обманы, то, чего нет на самом деле. Время тьмы. Удивительное время. Удивительная магия.

Лия отошла так далеко, как смогла. Слезы мешали, но она не вытирала их, позволяя соленым ручейкам забирать всю ее боль. Память, казавшаяся чужой, накатывала волнами, лишая физических сил.

Когда дворца уже не было видно из-за густых деревьев, она решилась и призвала небольшой светлячок, чтобы он мог осветить ей путь. Темным магам все равно нужен свет.

Но… От этой мысли девушка снова споткнулась. Она же не темный маг! Она светлая до кончиков ногтей и волос! Ее родители – светлые маги, как и брат. Как и она сама… Тогда почему ночная жила с таким восторгом отозвалась, позволив забрать частичку себя для светляка, что сейчас весело парит впереди?

Может, все дело в том, что не такая уж она и светлая в душе? Не зря же Ааронд называл ее дочерью. Где-то в глубине ее живет зло – темное, мрачное и отвратительное, способное на такое, отчего придет в ужас любой палач.

Другого объяснения быть не может.

Она вышла к берегу озера. Светлячок припал почти к самой земле, спрятавшись в траве так, чтобы его могла видеть лишь она одна. Излишняя предосторожность, потому что дворец на другой стороне мертвенно-черного озера выглядел мерцающей игрушкой. Вряд ли кто-нибудь увидел маленький, не больше кулака размером, светящийся шар, снующий между деревьев и кустов.

Вздохнув, Лия огляделась. Она никогда не была здесь, но страшно не было. Поздно бояться, когда все непоправимое уже случилось.

Тихий шелест раздался рядом с ней.

– Все же пришла, – сказал Гай.

– Пришла, – улыбнулась она с грустью.

Он медленно подошел, словно не веря, что это действительно она, и обнял. Сначала осторожно, а потом все сильнее и сильнее.

– Пришла! Ты ведь меня вспомнила?

– Вспомнила. Как я могла не вспомнить своего любимого младшего брата?

– Всего на несколько минут! – счастливо возмутился он. – Пойдем, нам нужно покинуть Долину до рассвета. У тебя есть теплые вещи? О чем я! Откуда они могут у тебя быть? Ну, ничего, я взял с запасом, как знал, что пригодятся. Мы с Лином прорывались сюда просто с боем, а тут есть выход через пещеры. Он, конечно, опасный, потому что Лин дошел только до половины горы, и там жутковато, на каких-то тварей наткнулся, но о нем никто не знает. И это точно! Иначе его бы охраняли. Выйдем за грядой, а там я подам сигнал Дайму, и нас заберут. Отец переправит тебя в Дейвернот, и мы начнем наступление. Будем отвоевывать свои земли!

– Они не наши, – вдруг остановила его Лия. – Гай, это не наши земли.

– Ты не понимаешь, сестренка, – он снова прижал ее к себе. – Мы нашли в одной из деревень у чокнутого мага старинные карты. Там вообще нет Темных территорий. Вся Долина Мирового Древа, за исключение Дарана, принадлежала светлым. И везде чтили Светлую богиню. Все исчезло с приходом Ааронда. Он – зло, с которым мы должны бороться!

– Хорошо, но я никуда не уеду, не отправлюсь домой. Я останусь тут.

– Эмми…

Она поморщилась, надеясь, что он не заметил этого. Имя казалось чужим, резало слух. Неужели так и будет, пока память не вернется.

– Гай, я все сказала. Я остаюсь. Будем считать, что это мой долг перед всеми народами Долины. Пошли, ты говорил, что мы должны спешить.

Принц Прайма недовольно поморщился, но он не был глупцом. Сестре нужно немного времени, чтобы успокоиться, а потом он снова поднимет эту тему. Он обещал темному выродку, что спасет ее, а честь королевского рода – не пустой звук.

Восход уже окрасился багрянцем, когда они подошли к скалам, что ограждали Долину. Девушка устала и хотела спать, но из чистого упрямства продолжала двигаться. Мысли в голове скакали как сумасшедшие, и она не очень понимала, что же реально на самом деле. Хотелось просто дойти уже куда-нибудь и упасть.

Когда она приехала сюда, путь ее кортежа проходил по самым красивым местам. Зеленые холмы, цветочные поляны, старые ветвистые деревья вдоль укатанной дороги. Здесь не было всего этого. В первых лучах солнца угловатые скалы выглядели уснувшими великанами, с одной стороны, жутковатыми монстрами, с другой, не способными причинить вреда. Удивительный серый мир, не принадлежащий ни темной, ни светлой стороне.

Один из камней покачнулся под ее ногами, и Лия с трудом удержала равновесие. Гай обернулся и схватил ее за руку, сжав так сильно, словно она стаяла на краю пропасти.

– Ты устала, – сказал он. – Потерпи еще немного, мы почти пришли.

Лия слабо улыбнулась, на большее, даже на ответ, не было сил.

Золотые лучи промчались над головой, выхватив уродливые корни деревьев, пытавшихся выжить на камнях. Промчались, не задев одного-единственного черного пятна – провала между скал.

– Нам туда, – указал Гай, помогая Лие спуститься туда.

Сырой прохладный воздух заставил ее поежиться. Внутри пещеры было много прелых листьев, которые раз за разом приносил сюда ветер, и мелкого песка, в котором вязли ноги. Но идти стало проще. Высота позволяла выпрямиться в полный рост, да и относительно ровный пол принес облегчение, можно было не беспокоиться, что споткнешься и упадешь, сломав себе при этом шею.

– Лин отвлекал темных, чтобы ты могла беспрепятственно выйти из дворца. Мы должны встретиться с ним здесь. Чуть дальше, впереди, есть галерея, она соединяет два прохода. В ней тепло и сухо, разведем костер, ты сможешь поесть и поспать. Жаль, что в этой Долине не работают браслеты Дайма, нельзя ни с кем связаться, сказать, что ты вернулась. Они ведь все очень сильно переживали, не только я.

– Переживали? – Лия позвала свой светлячок, чтобы он вновь освещал им дорогу, и удивленно посмотрела на брата. – Кто переживал?

– Дайм, Лин, Сарим, Торо, Ал… Ты что, не помнишь?

– Нет, – она виновато пожала плечами. – У меня в голове сейчас такая каша, что я и свое имя-то вспомнить не могу. Рэн сказал, что нужно несколько дней.

Она прикусила губу. Он сказал, что нужно несколько дней, чтобы иллюзия исчезла, но он же реален? Он не исчезнет из ее памяти?

– Все будет хорошо, – Гай крепко держал ее за руку. – Ты вспомнишь. Только представь, как я испугался, когда увидел тебя там, а ты меня не узнала! Все гадал, что же с тобой произошло.

Гай продолжал болтать, словно успокаивая себя и сестру, но девушка его не слушала. Она шла, с трудом передвигая ноги. Каменный пол манил не хуже, чем пуховая перина. А в голове, наконец-то, воцарилась звенящая пустота. Это было облегчением после нескольких часов непрерывного гула прошлого, которое пыталось ворваться в ее нынешнюю жизнь.

Коридор разделился на два узких рукава, и они свернули в левый, но, пройдя совсем немного, Гай повернул направо, и Лия с удивлением поняла, что они уже пришли. Это действительно напоминало большую залу – чуть удлиненную проходную комнату. По щелчку юноши в центре зажегся костер.

– Ты же не маг, – чуть удивленно сказала она.

– Сама ты не маг, – обиделся он. – Как универсал на такие мелкие фокусы вполне способен. Да и Дайм поднатаскал.

– Не обижайся, – примирительно улыбнулась девушка, опускаясь на расстеленное на полу покрывало.

– Я и не обижаюсь. Это ты у нас всегда должна была стать великим магом, а не я. Есть будешь? – спросил Гай, вешая над костром котелок.

– Нет, только спать.

– Ну, тогда спи. Разбужу, когда Лин вернется.

– Дым, – уже закрывая глаза, пробормотала Лия.

– Не беспокойся, дым я отведу.

Засыпая, она почувствовала, как Гай накрыл ее чем-то невесомым, но очень теплым.

* * *

– Тише ты! Разбудишь же!

– Хватит ей уже дрыхнуть, совсем что ли? Я через час после рассвета вернулся, а на дворе уже закат. Ей просто плохо будет.

– Не будет. Ты хоть представляешь, что могло с ней сотворить магическое вмешательство в разум? Тот драук сказал, что иллюзию он снимет, но последствия могут быть какими угодно. Она с ума может сойти, Лин. Поэтому, если хочет спать, то пусть спит. Нас здесь все равно никто не найдет. Понадобится, будем здесь месяц жить, понадобится – год. Она моя сестра.

– Вот же словес развез! Я что, против? Просто хочется на принцесску посмотреть. Она меня спасла, твое высочество. Не знала, кто я, что я, врагом считала, но спасла. А я даже «спасибо» нормально сказать не могу. Но как ты с этим темным связался, понять не могу! И, что значит, он иллюзию снял. Драуки, как и мы, к магии не способны!

– Я не знаю, Лин. Но, раз она здесь, значит, он это сделал.

– А это точно она?

– Что за ерунда! – в голосе Гая послышалось праведное негодование. – Я что, сестру родную не узнаю?

– Да не в этом дело. Телом-то это точно принцесска, а вот разумом… Сам сказал, магия. Что, если она притворяется? А потом, бац, и предаст.

– Лин…

– Что «Лин»? Скажешь, не думал так? Думал, еще как думал. Ее полгода не было. Она себя принцессой темных считала. Магом темным. Это я помню. Не боишься?

Лия стиснула зубы. У них есть право в ней сомневаться.

– Ему нечего бояться, – она села на своей импровизированной постели.

У костра сидели Гай и Линвар. Она вспомнила его. И то, как лечила в тюрьме, и самую первую их встречу, и его дурацкие шуточки. Белый волк. Люмин по имени Линвар.

– О, принцесска проснулась, – растекся в широкой улыбке мужчина. Он держал в руках кружку с чем-то горячим и издающим такой завлекательный запах, что у девушки заурчало в животе. – И принцесска хочет кушать, – прозвучало издевательски.

Откинув покрывало, в котором узнала шкуру того самого редкого северного зверя, Лия попыталась встать, но зашипела от боли, обнаружив, что успела отлежать ногу, и теперь по коже бегали болезненные иголочки.

– Не смешно, Лин, – процедила она, пытаясь размять непослушную конечность.

Гай покачал головой и зачерпнул из котелка наваристой жидкости.

– Сиди, нога сама отойдет. Поешь лучше.

Она благодарно улыбнулась брату и приняла кружку. В ней плескалась малоаппетитная на вид жидкость серо-зеленого цвета. Но пахла эта бурда просто изумительно, и девушка рискнула сделать глоток.

– Это… невероятно! – удивленно воскликнула она, парой глотков осушив кружку.

– Вкусно, да? – ухмыльнулся Линвар. – А по виду больше похоже на…

– Лин! – прикрикнул Гай. – Это изобретение магов из Браунхола. Они же вечно с гномами воюют из-за руды, ходят в походы. А эта смесь здорово экономит время. Купить ее практически невозможно, только у контрабандистов, она запрещена к вывозу. Но эта война всех объединила, так что, наслаждайся, пока есть возможность.

– А мне можно добавки?

– Нельзя! – хохотнул Линвар. – Ты через полчаса будешь корить себя за то, что всю кружку выдула. Эта дрянь, хоть на вид и отвратна, но очень питательна.

Лия пожала плечами. Голода она не чувствовала, сил прибавилось, только в голове все так же шумело. Она потянулась, встала, поежилась от холодного сквозняка.

– Ты говорил, у тебя есть теплая одежда? – обратилась она к брату.

– Да, сейчас.

Гай притянул к себе вещевой мешок, достал из него что-то огромное и бесформенное, меховое на вид. Следом появились сапоги из мягкой кожи, такие она уже носила, когда была в поместье у отца… у Ааронда. Ее отец – король Виран. Не стоит больше этого забывать.

– Чего ждем, принцесска? – насмешливо приподнял бровь люмин. – О, может, нам стоит выйти? Дабы не смущать привыкшую к роскоши госпожу?

– Было бы неплохо, – хмуро ответила девушка, не понимая, почему Лин все время пытается ее задеть.

Не верит? Это его право. Но ведь один раз она уже помогла ему! Спасла его!

Гай кашлянул, и мужчины вышли в боковой коридор. Она с наслаждением избавилась от платья, которое душило своей тяжестью, напитавшись пещерной влагой. Меховое нечто оказалось вполне удобным комбинезоном, чуть великоватым, но это не мешало. Магия пришла на помощь, укоротив рукава и штанины, а ширину убрал широкий кожаный пояс. Вот только со стороны она теперь мало походила на человека, скорее на дикое животное. Лия улыбнулась. Сказал бы ей кто-нибудь об этом вчера! Принцесса-дикарка!

Она подбросила в огонь несколько поленьев, чтобы огонь не потух.

– Я все! – крикнула Лия.

Но Гай вернулся один.

– Лин проверит, что там дальше. Я же говорил, мы не заходили далеко. Дайм научил, как отправлять поисковое плетение, так что, теоретически я знаю, что проход есть. А вот, что там на самом деле, – он пожал плечами.

– И что мы будем делать? Это же надолго?

– Ждать. А ты спать.

– Что? – Лия обернулась к брату, чтобы увидеть, как в нее летит маленькое слабое плетение.

– Это всего лишь сонное заклинание, – услышала она. – Тебе нужно прийти в себя.

* * *

В яблоневом саду все было по-старому. Бутоны на деревьях соседствовали с красными плодами. Запахи смешивались в чудесный коктейль, рождающий только счастливые эмоции.

Увитая плющом терраса особняка тоже ни капельки не изменилась.

Да и почему она должна была меняться? Снаружи это место оставалось постоянным. Осколок стабильности в цитадели хаоса. Нет, здесь не должно быть изменения, иначе, как понять, что ты уже на месте? Лия медленно шла по тропинке, чувствуя, как ветер играет с распущенными волосами. А ведь спать она ложилась с косой. Сон. Это просто сон.

Не просто.

Удивительный сон, в котором она оказалась против своей воли. Ведь так?

Скрипнули ступени, когда она поднялась по лестнице.

Здесь все было знакомо с детства, и даже память не имела ничего против этого места. Удивительно. Дом снов, о котором она позабыла.

Темный коридор, бесконечно длинный, словно нарисованный искусным художником, ненастоящий, теряющий кусочки стены, словно мозаичные детали. Но на их место тут же встают новые – более яркие.

Лия сделала несколько шагов, и дверь закрылась за ее спиной, отрезая от солнечного света. Ее отправил сюда Гай? Не может быть. Он не знала об этом месте. Или это она не спрашивала его?

Одинаковые двери, которые кто-то запер, чтобы случайные гости не могли их открыть. За любой из них, возможно, скрывается та часть ее памяти, что никак не проснется, ее прошлое. Но, может статься, что там и нет ничего, просто сны из ее детства или те, которым только предстоит явиться в этот мир.

Мимо пролетел порыв ветра, принеся с собой сладковатый запах белых роз. И Лия не смогла удержаться. Она пошла следом за ним, минуя двери, лестницы и коридоры, не замечая, идет она вверх или вниз, вперед или назад. Здесь это все не имело никакого значения. Второй это этаж или третий? Подвал или чердак? Прошлое скрывается за соседней дверью или будущее? Она не знала. Не помнила.

Ветер завертелся маленьким смерчем, останавливаясь перед единственной не имевшей цвета дверью. Белой. Он не мог попасть внутрь, но приглашал ее. И девушка решилась. Это ведь сон. Во сне не случается ничего плохого. Станет страшно или больно, и она просто проснется.

Дверь раскрылась медленно, без единого звука, очень мягко и плавно.

Светлая комната, наполненная почти осязаемым прошлым – запах старых книг и яблочного пирога, букет засохших роз на крохотном столике. У окна стояла девушка в длинном, словно сотканном из света платье, и наблюдала, как на улице волны разбивались о высокие неприступные скалы. Ее волосы горели пожаром в лучах солнца, которое, словно в насмешку, золотило всю комнату.

Она обернулась, улыбнулась замершей на пороге Лие:

– Здравствуй. Я так долго тебя ждала…

Глава 12

– Мама?

– Здравствуй, доченька. Вот ты и пришла.

Лия смотрела на девушку, которая выглядела ее ровесницей, и пыталась осознать, что это действительно ее мать. Юная, очень красивая и с безмятежной улыбкой на лице. Непохожая на портреты, что она видела раньше. Там была женщина – серьезная, много пережившая, тяготившаяся опытом и знаниями, что он принес. Сейчас же Лие улыбалась чистая, непорочная душа, слишком светлая для этого мира.

Тинара шагнула к ней, но ближе не стала. Комната словно увеличилась в длину, даже бликов на полу стало больше.

– Ты жива? – удивленно произнесла Лия.

– Нет, – девушка рассмеялась, и по комнате, словно волны, расходясь кругами в воздухе, поплыл ее смех. – К сожалению, я не жива. Но не бойся, жизнь прекрасна даже тогда, когда нет возможности видеть настоящее солнце и вдыхать настоящий воздух. Разница между нами, лишь в том, что ты можешь выбирать, куда идти, а я этого выбора была лишена. Все, что есть – эти стены и моя фантазия.

– Мне жаль…

– Жаль? Но почему?

– Это же из-за меня, – Лия начала говорить, но Тинара лишь грустно покачала головой.

– Я была самонадеянна. И глупа. Променяла огромный мир на жажду обладания тем, чего иметь не могла. Не должна была иметь. Судьба распорядилась так, а не иначе, я же попыталась ее переиграть, позабыв, что игры – это не мое. Я виню себя каждый день. Моя ошибка, что я не слушала того, кто говорил мне правду, пусть и врал при этом. Сейчас тебе не понять, но и я не могу сказать большего.

– Мама, – Лия всхлипнула.

Вот она – ее мать. Лия попыталась подойти к ней, но мир снов не давал этого сделать. Шаг вперед словно уносил на два назад. Солнечные лучи из окна ломали стены и смеялись над девушкой, призывая что-то сделать. Но все, что оставалось, это бессильно смотреть, как медленно тает фигура из золотисто-белого света. Даже воздух и тот проходит сквозь нее, развеивая как песочную картину.

Призрак прошлого. Призрак, к которому невозможно прикоснуться, нельзя обнять, нельзя почувствовать. То, что утеряно, и что не вернуть.

– Я рада, что Грегориус смог тебя научить приходить сюда, – Тинара провела рукой по оконной раме, и на ее ладони осталась солнечная пыль, которую она отправила в полет по комнате легким вздохом. – Ему трудно давалось знание об этом месте, сколько я сил потратила, ты даже представить себе не можешь! Сейчас это так смешно вспоминать! Но оно себя окупило. Ты здесь.

– Я часто бывала здесь раньше, но никогда не видела тебя. Почему так?

Как же Лие хотелось назвать ее мамой, но останавливало что-то неясное, никак не хотевшее обретать ясные очертания.

– Ты не помнила меня. Твоя собственная память заперла все двери, что могли нарушить покой. И я не хотела, чтобы лишние переживания беспокоили тебя. Мне тоже было больно расставаться с тобой, но все, что я сделала, была для твоего блага. Для тебя и Гая.

– А сейчас…

– А сейчас ты все вспомнила, – нежная улыбка скользнула по становившимся все светлее губам.

– У меня в голове каша, я не могу разобраться, что правда, а что вымысел, – Лия не хотела жаловаться, но слова сами вырывались. – Гай верит мне, но я сама не могу себе поверить!

– Тебе будет трудно, я не пугаю, просто говорю как есть. Испытания, что грядут, заставят усомниться в себе. Но ты – хранительница силы, в твоей груди бьется сердце, храбрее которого не видел мир. Мне жаль, что все, о чем я могу рассказать так расплывчато и мутно, но это все, что они позволили мне.

– Кто?

Лия вскинула глаза, вглядываясь в начавшую таять фигуру матери.

– Они…

– Нет! Мама!

Комната начала сжиматься, выталкивая Лию прочь. Стены ломались, складываясь, словно они были бумажными, словно попали в руки гиганта, желавшего все разрушить. Свет исчезал и появлялся, выхватывая из подступающего мрака фигурку Тинары. Пейзаж за окном стал черной мглой. Все перемешалось – сны стали кошмарами, правда – ложью, и лишь улыбка королевы Прайма все еще освещала исчезающий мир.

Разговор, породивший больше вопросов, чем ответов, был окончен.

– Я люблю тебя, цветочек. Люблю больше жизни. Запомни это и передай брату, что вы – это то, ради чего я готова повторить все снова…

Это были последние слова, что услышала девушка, прежде, чем мир снов схлопнулся, выкидывая ее.

* * *

Она мерно покачивалась вверх-вниз, будто в лодке. И лежать было удобно. Вообще, Лие подумалось, что она не проснулась, и ей до сих пор снится сон. Вот только о чем именно, она понять не могла. Волны несли ее так нежно, что хотелось наслаждаться ими и дальше.

Прямо над ней раздалось ругательство, произнесенное тихим голосом, и движение нарушилось.

Девушка открыла глаза и поняла, что ее несет на руках Линвар.

– О, проснулась, – широко ухмыльнулся он и вновь споткнулся. – Темный тебя забери, принц, ты за светляком смотри! И тут принцесска проснуться изволила.

– Сейчас сделаю поярче! – голос Гая прозвучал словно издалека.

– Отпусти меня, – попросила Лия.

– Ага, щас, разбежалась! – фыркнул люмин.

Девушка скосила взгляд в сторону метнувшегося мимо нее светляка и вздрогнула. Они шли по самому краю расщелины, среди острых камней. Одно неверное движение – и жизнь закончится на дне глубокой пропасти. Если у той, конечно, есть дно.

– Я здесь, Эмми, не волнуйся! – голос Гая она слышала, но взгляд оставался прикованным к тому, что она видела при равном, но тусклом магическом свете. Другого здесь попросту не было.

Помимо воли, она теснее прижалась к мужчине, который нес ее, чем заслужила полный ехидства смешок. Ну, и пусть он считает ее трусихой! Зато так надежнее!

– Не боись, принцесска, – Лин говорил очень тихо, чтобы их не слышал Гай, но его голос все равно разносился далеко, отраженный от каменных сводов пещеры. – Я сегодня уже дважды здесь проходил, ничего опасного нет. Неужели храбрая королева испугалась небольшой ямки в земле?

– Я не королева, – запротестовала Лия, зажмуриваясь. Лучше уж так.

– Королева-королева, только будущая. Вот вернешься домой и сразу это почувствуешь. Знаешь, как за тебя все подданные переживали? Армию собрали, чтобы на твое спасение отправиться!

– Значит, я начала войну из-за своей глупости? – девушке было трудно говорить, вина подступила почти к самому горлу, встав комом и перекрывая дыхание.

Неужели одна ошибка может привести к таким страшным последствиям?

– Да при чем тут ты! Знаешь, принцесска, пока вы с принцем тут путешествовали, отряды волков этих совсем обнаглели! К Древу вообще небезопасно стало подходить, даже музыкантишки забеспокоились. Раньше-то их не трогали, они ж нейтралитет держали, а тут и у них целый городок вырезали. Ночью, пока все спали. Наши граничники перестали справляться и отступили. Та деревня, где наша Фили жила – уничтожена. Да почти все поселения вдоль Пограничной опустели. Где-то народ сам ушел, где-то перебили. Знаешь, тебе не за что себя винить, принцесска. Ты – еще один повод, причина, чтобы люди могли пойти защищать свой дом, а не трусливо прятаться, поджав хвост. Драуков боятся, хотя они по природе, просто шавки, лают, кусают, но силы боятся, уважают ее. Они и под Аарондом ходят, потому что он сильнее. Если бы у них был настоящий вожак, кто знает, как все было бы. Так что, нечего слюни распускать и слезки лить. Нельзя будущей королеве таким заниматься.

Лия натянуто улыбнулась, глубоко в душе ужасаясь тому, что упустила. Сколько ее не было? Полгода? Больше? Меньше? Она и так практически не знала мир, а теперь он изменился еще больше.

Голова снова начала болеть, словно и не спала она все это время. К тому же не отпускало ощущение, что во сне привиделось что-то одновременно очень хорошее и грустное, но девушка не могла вспомнить, что же именно. Опять шутки памяти, что никак не могла прийти в норму?

Светляк сделал круг и вернулся, замерев у самых ног мужчины, но все равно его хватало лишь для того, чтобы видеть, куда ставить ногу, и больше ни на что.

Впереди раздался перестук камней, вероятно Гай зацепил один, и он покатился прямиком в пропасть, увлекая за собой остальные.

– Твое высочество, ты в порядке? – крикнул Линвар.

– Да! Здесь пропасть заканчивается, поворот резко за скалу уходит, так что будь осторожен.

– А то я не знаю, – фыркнул люмин. – Я тут не в первый раз иду.

Лия улыбнулась и хотела сказать что-нибудь смешное, но в этот момент откуда-то раздался звук, словно дикий зверь выл в предсмертной агонии. Так мог бы молить о милосердной смерти обреченный, которого окружили беспощадные враги, а острие копья уже пронзило грудь им на потеху. Без надежды, страшно до застывшей крови и холодных пальцев.

– Что это за звук? – прерывающимся голосом спросила девушка.

Ей казалось, что стоит чуть повысить голос и все, их найдут, и они разделят участь того, чей последний крик они только что слышали.

Странный вой повторился. Но теперь его издавал другой – победитель. Слишком много было в нем торжества. Были ли они разумны, или это всего лишь человеческая фантазия, способная наделить животных любыми чертами?

Линвар сделал последний шаг, переходя с острых камней на ровную площадку, и пропасть осталась позади. Он отпустил Лию, бережно поставив её на ноги, но не отошел, осматриваясь, готовый ринуться на ее защиту.

Девушка поежилась. Эта пещера казалась еще более неуютной, чем та, в которой они были до этого. Света, который давал летающий вокруг них шарик, не хватало, чтобы разглядеть подробности. Лия повторила хорошо знакомый жест, и рядом со светляком Гая появился ещё один, намного ярче и больше. Ну что ж, память не подвела, да и сила осталась с ней.

– Ничего себе, – протянул Лин.

И девушка была с ним абсолютно согласна.

Пещера была небольшой, вытянутой вверх, словно труба гигантского дымохода, но света не хватало, чтобы увидеть ее потолок, и он терялся в непроглядно-мрачной тьме. А еще она была круглой, может быть, и не идеально, но все же достаточно, чтобы узнать в этом изгибе знакомую с детства фигуру. Два черных провала могли быть выходами отсюда, но доверия не внушали. Возможно, из-за того, что выглядели творением рук человеческих.

– Эмми, смотри, – Гай отошел к стене, подманив к себе одного из светлячков.

Оглянувшись по сторонам, посмотрев под ноги, девушка не обнаружила ничего, что могло бы заставить ее остаться на месте, и подошла к брату.

– Смотри, – его рука прошлась по стене, стирая пыль и песок. – Видишь? Это письмена. Я таких не знаю, но они очень похожи на гномьи.

– Скорее на окраинские, – встрял Лин. – По крайней мере, те, что я видел, очень эти напоминают. Они же рядом с гномами живут, волей-неволей с ними контактируют, торгуют там или еще чего. Не знаю, какой у них свой язык, но вот эти надписи – точно их.

– Да быть такого не может! Откуда им здесь взяться? – не поверил Гай.

– Я почем знаю? Говорю, что видел. А они, может, жили тут когда-то.

Лия поежилась, ей это место совсем не нравилось, хотелось уйти отсюда побыстрее.

Где-то снова раздался вой, на этот раз приглушенный, словно отражение от стен, прошедшее очень долгий путь. Не разобрать даже, плачь это или торжество.

– Давайте пойдем уже отсюда, – попросила девушка.

– Принцесска, да не бойся ты, все нормально. Я ж дорогу разведал, прежде чем вас сюда тащить. Воют? Да. Опасно? Нет, – Линвар потянулся, разминая мышцы, присел пару раз, наклонился. – Перекинуться бы, но от этих камней все лапы болят. И ты тяжелая! Откормили что ли?

Она смерила его недовольным взглядом, но промолчала.

– Ладно, – Гай вздохнул. – Лин, нам, правда, нужно идти дальше, чем быстрее выберемся отсюда, тем лучше. Эмми, ты не устала?

Все еще кажущееся чужим имя вызывало чувство брезгливости, но девушка никак не могла попросить брата называть ее иначе. Ведь «Эмми» – это ее имя, с которым она выросла.

– Не устала, я же спала, – с улыбкой ответила она, подавив в себе это чувство. Брат не виноват в том, что она не чувствует себя нормальным человеком.

– Ты прости, что я тебя так… усыпил.

– Все нормально, – улыбаться беззаботно становилось все труднее.

– Это для твоего же блага. И…

– Ой, да ладно! Ну, хватит уже соплей! – Линвар закатил глаза. – Ваше принцешество и ваше принцество… принцевство… а-а, твое высочество, вы топать хотели? Так, пойдемте!

Он забавный. И совсем не страшный. В памяти всплыли страшные истории о люминах, которые рассказывала нянечка. Они жестокие убийцы, звери, ужас дневного света.

Не правда. Не было нянечки. Не было этих сказок. Это не ее память, и Линвар совершенно другой. Он добрый, честный, справедливый. Он никогда не бросит и не предаст. От напряжения мысли снова заболела голова. Потерпеть несколько дней и все пройдет, ведь так говорил Рэн? Но пройдет ли? И что останется ей?

Гай взял Лию за руку. Вместе с ним не страшно.

– Ну, веди нас, чудище лохматое.

– О, ха-ха! – воскликнул Лин. – Нам туда, – он указал на пролом, что располагался правее. – Тот никуда не ведет, заканчивается у пропасти. Я там был, так что можем туда не соваться.

Они подошли ближе.

– Это была дверь, – с удивлением рассматривая стену, произнесла Лия.

Пол её руками трухой рассыпалась древесина, но камни – обтесанные, плотно подогнанные друг к другу, покрытие все теми же символами – держались крепко. Вечный материал, что могло бы с ним случиться?

– Кому тут могла понадобиться дверь? – Гай перешагнул через образованный временем завал.

Годами камни трескались и отваливались, круша выстроенную неизвестным мастером стену, и со временем превратились в дыру, за которой начиналась тьма. Странное место в сердце горы.

– А есть разница? – Лин первым шагнул туда.

Девушка чуть помедлила. Ей не хотелось идти туда, тревога усиливалась, но она старалась не думать об этом. Все-таки Лин старше ее и намного опытнее, а он совсем не беспокоится, значит, и ей незачем.

Они отошли на несколько шагов, когда впереди раздался все тот же вой. Но теперь отчетливо было слышно, что он звучит оттуда, куда они направляются.

– Лин, ты уверен, что здесь безопасно? – остановился Гай.

– Я трижды исследовал эти переходы, слышал эти завывания, но никого не видел. Я люмин, принц, если нам будет грозить опасность, почувствую это первым, так что не беспокойся.

– И все же…

– Твое высочество, заткнись.

Линвар вдруг растворился во мраке, который не могли разогнать светляки, создававшие три пятна света. Лия вздрогнула, на миг ей показалось, что в том месте, где только что был мужчина, мелькнула белая тень, а еще через мгновение поняла, что не показалось.

Из тьмы медленно, рисуясь, вышел огромный белый волк. Его морда была практически на уровне ее лица, а на спине запросто могли бы уместиться и сама девушка, и ее брат. Свет отражался от кипенно-белой шерсти, и та, казалось, начинала испускать сияние. Ошеломленная увиденным девушка подалась вперед, желая прикоснуться к этому созданию. Желтые почти человеческие глаза насмешливо наблюдали за ней.

– Лин? – утвердительно спросила она, замерев в полушаге, так и не решившись дотронуться до него.

– Ну, естественно, это он! – сердито воскликнул Гай, и эхо глухо разлетелось вокруг «он-он-он».

Принц поморщился, а волк фыркнул, явно насмехаясь над ним.

Лия улыбнулась и, наконец, прикоснулась к зверю. Нежная, пушистая шерсть струилась между ее пальцев. Длинная, она обвивала ее ладони, словно не хотела их отпускать. Девушка положила руки на его спину, волк тяжело дышал, но только потому, что был огромным, ему требовалось много воздуха, которому в пещерах было неоткуда взяться. Люди не замечали этого, не замечали, как уходя все глубже, им становится все тяжелее идти.

– Красивый, – сказала Лия.

Волк рыкнул и игриво подтолкнул ее.

– Лин, успокойся, нам нужно идти! – недовольно сказал Гай.

– Да ладно тебе, – улыбнулась девушка.

Люмин скрылся в темноте, его глухое ворчание раздалось через мгновение, словно он их поторапливал. Лия засветила еще один огонек, привязав его к волку, чтобы видеть, куда он направляется. Белоснежный мех тут же стал отчетливо виден.

Девушка вздрогнула – где-то раздался грохот, словно падали камни. Только бы не обвал, мелькнула у нее в голове мысль. Это было бы очень плохо для них. Возвращаться в Долину роз опасно.

– Лин, что там? – обеспокоенно спросил парень.

Волк махнул хвостом, словно говоря, что все в порядке и нужно следовать за ним.

Они двинулись дальше.

Узкий проход, как коридор, вел все время прямо, никуда не сворачивая. Временами девушке начинало казаться, что под пылью и скальными наростами она видит кирпичную кладку, но остановиться, чтобы проверить, она не могла. Лишь раз, чуть-чуть задержавшись, провела ладонью по стене. Неровная, выщербленная временем скальная порода – вот и все, что там было.

Зато почти перестала болеть голова, и мысли уже не так путались. Да, кое-какие образы смешались в кучу, которую еще предстояло разобрать, но это уже было не так страшно. Лия теперь знала, что правда, а что – нет. Ведь это самое главное, уметь отделять истину ото лжи.

– Эмми, – Гай догнал ее и теперь шел не последним, а рядом. – Ты как себя чувствуешь? Не устала? Может, сделаем привал, и ты отдохнешь?

– Где? Здесь?

Светляки давали достаточно света, чтобы она могла понять, что там, где они находились, не было ничего. Просто прямой коридор, в котором два человека могут идти рядом, не боясь задеть друг друга или каменный выступ. Под ногами мелкие камешки и пыль, негде даже присесть, если захочется.

– Мы что-нибудь придумаем…

– Нет, покачала головой девушка. – Не нужно ничего придумывать. Будем идти, пока не найдем приличное место.

Шедший впереди Лин замер и зарычал. Почти в то же мгновение раздался вой. И на этот раз он острой бритвой прошелся по нервам, ударяя отчаянием и злобой, звучащими в нем. Нет, так не ревет палач, так не стонет жертва. Этот кто-то сам творит зло, скрываясь в непроглядной тьме, страдая от этого с такой же силой, как и те, кого он надеется погубить. Страх и безумие, животная ярость давно поселились в душе этого существа, если была таковая.

– Лин?

Волк начал пятиться, прикрывая собой девушку и ее брата.

– Лин, что случилось?

К надрывно звучащему стону-крику присоединился еще один. И еще. И еще. Лия пыталась посчитать, сколько их было, но сбилась со счета.

Десятки тех, кто жил во тьме, завели свою песню, от звуков которой могло остановиться сердце.

И она звучала все ближе.

Линвар резко развернулся и ухватил Лию за пояс комбинезона, закидывая на свою спину. Она взвизгнула, старая уцепиться покрепче, чтобы не сползать. Но, в то же время, ей не хотелось делать больно белому волку, что встал на ее защиту. Девушка обхватила его за шею, сползая по загривку.

– Лин, там очень опасно? – прошептала она.

Короткий рык не оставил сомнений.

Они бежали обратно, убегая от того, кого не видели, но причин не доверять люмину не было.

А вой раздавался все ближе и ближе, пока, наконец, впереди не показался тот пролом в стене, за которым была та идеально круглая комната. Недалеко же они успели уйти.

Резкая остановка волка, и Лия, не удержавшись на его спине, сорвалась вниз.

– Осторожно! – Гай поймал ее.

– Нужно уходить!

Линвар снова стал человеком, и, обычно непрошибаемый и веселый, сейчас он выглядел обеспокоенным, взволнованным.

– Быстрее! – нетерпеливо повторил он.

Гай пропустил Лию вперед, она перешагнула через образованный камнями порог и оказалась в свободном помещении, которое ворвавшиеся туда светляки тотчас же осветили.

– И куда нам идти? – спросила она. – Не возвращаться же обратно?

– Туда, – Лин качнул головой в сторону второго проема.

– Ты же говорил, что там тупик, – нахмурился принц.

– Твое высочество, сейчас это единственный выход. Или предпочитаешь вернуться в долину?

– Ладно, идем!

Они не успели пересечь залу, как раздался шум. Лин подхватил девушку, обняв ее за талию и прижав к себе так, что она не доставала ногами до земли, и он сам нес ее. Буквально в три шага они оказались за очередным проломом, и только тогда смогли оглянуться.

Светляки остались там и теперь освещали всю картину. Из тьмы выступали… Волки. Или животные очень на них похожие. Размером они лишь немного уступали Лину, но цвет, цвет у них был иной. Это были не люмины, но и не драуки. Эти волки словно были больны, шерсть и серая, и рыжая, и какая-то бурая свисала клочьями. Оскаленные морды, пасти с чересчур большими для них клыками, которые не закрывались из-за этого, придавая волкам недоуменно-глупый вид. И глаза – умные, но затуманенные безумием.

– Светлая, кто это такие? – пробормотал Гай.

– Проклятые, те, от кого отвернулись боги, – ответил Линвар, не отрывая от них взгляда. – Я думал, они – это сказка, вымысел.

Гай заметно напрягся и начал плести какое-то боевое заклинание, но Лин его остановил:

– Не получится. Если хотя бы половина того, что я слышал, правда, то эти твари практически неуязвимы. Попробовать можно, но только если не будет иного пути.

– Ты же говорил, что здесь безопасно, – сказала Лия, едва дыша от страха и вновь начавшегося головокружения.

– Было безопасно. Как человек, а не обладаю всеми способностями, а в качестве волка в ту сторону не ходил. А надо было! – почти прошипел он.

Волки приближались, полукругом окружая пролом в стене, отрезая от других дорог.

Гай задвинул Лию себе за спину, загораживая ее от опасности. Плетение слабо мерцало на его руках.

– Я попробую, – сказал принц и отправил заклинание.

Оно пролетело сквозь дыру и врезалось в стаю волков. Ярко полыхнул огонь, на миг ослепляя своим светом, а когда погас, то оказалось, что он не причинил ни малейшего вреда.

– Не получилось, – констатировала девушка, делая шаг назад.

Позади нее раздался уже знакомый перестук камней. Она оглянулась. Пропасть, о которой говорил Лин, была ближе, чем она думала.

Путь был отрезан.

Глава 13

Лия чуть отступила, покачнулась. Выбора не было, она должна попробовать сама защитить своих друзей. Не так уж и важно, темный она маг или светлый, какие воспоминания – правда, а какие – ложь, созданная для того, чтобы сбить ее с истинного пути. Она помнит все то, чему учил ее Рэн, значит, может и управлять.

В Долине Белых Роз всегда было очень мало жил, но сейчас они находились на самой ее границе. Так, может быть, в этот раз ей повезет?

Горящие глаза в тумане жажды крови следили за ними. Эти проклятые богами создания не сомневались, что загнали дичь в угол. Впереди было только пиршество. Жертва не может сопротивляться неизбежному. Они – неуязвимые повелители этих пещер, живущие без света солнца. Они точно знают это.

В сумраке, освещаемом лишь дрожащими огоньками светляков, страх пробирался под кожу, с потом срывался по спине куда-то вниз, замораживал души своими ледяными коготками. От него не спасала теплая одежда, призванная защищать от пронизывающего ветра, вдруг вырвавшегося из пропасти и со свистом пролетевшего мимо.

Там есть проход, неожиданно осознала девушка, и надежда придала ей сил, помогла сбросить корку оцепенения.

Магия неохотно потекла по рукам, своя, родная, но Лия знала, что этого ей не хватит, нужно больше, намного больше. Она не сможет одолеть тварей, но отбросить назад, выиграть немного времени… Да, пожалуй, это будет ей под силу.

Стоном отозвалась ночная жила, густой смолой разделяющая пространство. Здесь в кромешной тьме, веками властвовавшей безраздельно, она никуда не уходила и тратила своих сил. Жила росла из года в год, впитывала в себя мрак и давно позабыла о своем предназначении. Но зов мага, способного покорить ее, она не могла проигнорировать, как бы ей ни хотелось и дальше сонно коротать свой век. Ночная жила потянулась к девушке, недовольно рассказывая обо всех тех днях, что была в одиночестве.

И Лия вздрогнула, когда вся эта накопившаяся мощь хлынула к ней.

– Гай, Лин, – тихо произнесла она. – Когда скажу – прыгайте.

– Сбрендила? – пытаясь закрыть девушку своей спиной, прошипел люмин. – Там пропасть, мы разобьемся.

– А тут нас съедят, – резонно заметил Гай, но все-таки уточнил у сестры. – Ты уверена?

– Да. Доверьтесь мне.

Проклятые волки приближались медленно. Они не боялись, вовсе нет, дело было в другом. Пусть одна из жертв и была магом, это было не страшно. Пугало их иное. Сколько бы ни прошло времени, но учуять другого волка – сильного, светлого, любимого богами – они могли. Когда им встречался такой? Многие сотни лет назад, и они опасались. Но число их росло, опасения таяли. Атака могла начаться в любой момент.

– Принцесска, прости, но я прятаться и бежать не стану! – заявил вдруг Лин.

Его фигуру окружило сияние, всего миг, и вместо человека на защиту пролома в стене стал белоснежный волк. Он зарычал, и твари испуганно подались назад. Всего на мгновение.

А затем бросились в атаку.

Люмин стоял как вкопанный, встречая каждого нового волка на свои клыки. Он защищал свое, готов был стоять насмерть, он рвал их глотки, не жалея ни о чем. Он был прав.

Дыра была небольшой, и белому волку хоть и было трудно, но удавалось отражать отчаянные попытки проклятых прорваться к своим жертвам.

– Лин, зачем? – простонала девушка.

Она судорожно пыталась придумать или вспомнить хоть какое-то плетение, способное им навредить. Но как вспомнить то, чего никогда не знал?

Тварей было больше. Их потом не ослабевал. Тех, кого Лин отшвыривал назад – мертвых или раненных – добивали свои же. Вой и рычание не прекращались. Они рвали друг друга, пожирали своих сородичей. Нечего пропадать свежему мясу, все равно трех жертв на всех не хватит.

На ладонях Гай вспыхивали и тут же гасли разноцветные искры. Его сил не хватало на приличное боевое плетение.

– Эмми, что нам делать?

Девушка стиснула кулаки, а потом… Она вспомнила, как всего один раз Кайрен показывал ей заклинание, которое называл самым сильным из известных ему. Огонь богов, темный, поглощающий все, что попадается ему на пути. Это плетение забирало много сил, но, когда под рукой пышущая магией ночная жила, это не имеет значения. Лия начала выплетать его структуру, запутанную и сложную, боясь ошибиться, сделать что-то неправильно. Линии причудливо изгибались, терялись в хитросплетении узлов. Невозможно было проследить, где начиналась или заканчивалась каждая из них.

– Гай, когда я скажу, прыгайте в пропасть, – ее голос дрогнул.

– Что ты делаешь?

– Сделай, как я прошу.

– Сделаю, но…

– Лин, в сторону!

Удивительно, но волк услышал ее. В мгновение ока он отпрыгнул в сторону, освобождая путь для нее. В дыру тут же полезли твари, визжа, застревая в ней, но, не желая уступать никому дорогу, стремясь добраться до желанной дичи.

– Светлая, сохрани, – прошептала Лия и пустила плетение в беснующуюся стаю.

Огню не требуется много времени, чтобы пожрать все. И ему неважно, пострадает ли его создатель.

– Прыгайте!

Она почувствовала, как Гай ухватил ее за руку, утягивая за собой. Рядом пролетело белое пятно.

Несколько камней сорвалось в пропасть вслед за ними, а над головой уже раздавался надсадный вой, да пахло паленой шерстью.

* * *

Они летели вниз, но Лия не боялась. Пусть Гай и Лин не знали, но она все время держала под ними небольшую часть жилы, чтобы та успела их вовремя подхватить и не дать разбиться. Небольшая подстраховка на непредвиденный случай. Никто из них ведь не знал, что ждет там, внизу.

Вырвавшееся в пространство над пропастью пламя осветило все вокруг. А внизу отсветом показалась вода. Совсем близко. Лия зажмурилась, мысленно приказав ночной жиле подхватить их.

В следующее мгновение они рухнули в холодную воду, забурлившую от негодования. Магия чуть запоздала, выхватывая их из ледяного потока.

– Берег, – прошептала девушка, и жила мягко понесла их куда-то сквозь густую тьму.

Зажигать светляка ей не хотелось, тело зябко вздрагивало в успевшей промокнуть одежде. Но Лия успокаивала себя тем, что осталось немного потерпеть, и она согреется у костра, который они непременно разведут.

Жила поддерживала ее, не давая упасть, оплетая ноги и талию.

– Эмми, мы еще долго будем так висеть? – с опаской спросил Гай.

Ему было неуютно. Воин, привыкший во всем полагаться только на силу своей руки и удачу, был вынужден довериться магии. Причем магии, которую не знал, темной, как сама ночная мгла.

– Пока берег не появится. Или ты предпочитаешь вплавь?

– Нет, пожалуй, этот способ лучше.

Лия улыбнулась.

Жила покачнулась. Сердце девушки на мгновение замерло, ей показалось, что сейчас они все полетят в воду, но их опора всего лишь немного изменила направление. Возможно, в темноте Лия этого бы и не заметила, но легкий ветерок, да и брызги от воды, все это долетало с левой стороны. Теперь же все усилия здешних природных сил устремились прямиком в лицо, против их движения. И это могло означать только то, что впереди есть выход, дыра, по крайней мере, из которой сюда прорывается живительный воздух.

Но все же эта старая жила молчала, послушно исполняя приказы. Умела ли она говорить, как те, другие, что уже встречались девушке? Или то просто придумало ее воображение?

Почувствовав, что стало холодать, Лия высвободила одну из рук, что судорожно цеплялась за воздух, в котором только она и видела чернильную прядь тьмы. Простое движение, и прямо над ней зажегся маленький огонек, который все разрастался, заимствуя силу не у своей создательницы, а из жилы. Света, который он испускал, хватило, чтобы увидеть неспокойные, но могильно-тихие воды внизу, отвесную стену камня и узкую полоску берега, сплошь усыпанного острыми камнями. Тягучие волны накатывали на него и неспешно отступали прочь.

И чем дальше, тем шире становилась эта полоска, тем больше сухого пространства оставляли волны, и тем слабее становилась жила. Пока, наконец, Лия не почувствовала, что вокруг нее уже почти ничего не осталось.

И взвизгнула, рухнув вниз. Впрочем, лететь оказалось недалеко. Мелкие камешки и брызги разлетелись в стороны, заболело колено, которое она умудрилась ударить о камень побольше. Остальное спас мохнатый комбинезон, надежно укрывший тело.

– Вот же проделки Темного! – поморщился Гай, залечивая ссадину на руке. – Тебе помочь?

– Нет, я в порядке.

Лия сделала светляк ярче, чтобы лучше было видно окружающее их пространство.

Желоб подземной реки с отполированными временем стенами, уходящими далеко ввысь.

– Галька, – задумчиво произнес парень. – Только ненормальная какая-то, острая. Почему ее вода не обточила?

– Может, не успела? – предположила она.

Рядом выросла белая фигура, напугав ее.

– О, Лин! Живой! – улыбнулся принц и пояснил. – Он волком останется, так теплее, да и его нос будет полезен.

Волк оскалился. Поднял голову, торчком встали уши, словно прислушиваясь к чему-то. По шерсти пробежала рябь, словно люмин вздрогнул. А затем он наклонился и подтолкнул девушку, словно призывая ее идти вперед.

– Пошли, доверимся ему.

Лия улыбнулась брату, соглашаясь с ним. На нее напала дикая усталость, вновь заболела голова, и хотелось только одного – развести костер, согреться и уснуть.

Через сотню шагов, не меньше, в идеально гладкой скале обнаружилась трещина, достаточной ширины, чтобы там мог пройти человек. Волк заурчал и подтолкнул Гая, словно приглашая идти первым.

– Знаешь, Лин, это ты у нас в качестве следопыта. Почему бы тебе не пойти первым? – волк продолжал стоять, и тогда парень, хитро улыбнувшись, заметил. – Я ведь твой командир, могу и приказать.

Люмин покосился на девушку, намекая, что в братья ей достался настоящий зануда, и все же пошел первым.

– Гай, – тихо позвала Лия. – Он же не зря предлагал тебе идти…

– Да волчара просто боится застрять там, вот и все. Он же больше, чем мы, – усмехнулся принц. – А это уже позор для воина, ему придется перевоплощаться и идти как мы, в человеческом облике.

– Да? – девушке такое объяснение показалось неубедительным, но спорить она не стала.

Временами проход сужался, и волк действительно с трудом протискивался вперед. Каменные наросты на стенах, острые обломки скал цеплялись за одежду, словно пытаясь затормозить идущих, но у них не получалось. Где-то быстро, чуть ли не бегом, где-то медленно, осторожно, они продвигались вперед, оставляя позади опасности Долины Роз.

Неожиданно волк остановился.

– Что случилось? – спросил шедший позади Гай.

– Не знаю…

Девушка всматривалась в темноту, но не могла понять, что же заставило Лина замереть.

– Светляк потуши, – сказал брат.

– Что?

– Светляк, говорю, потуши.

Она послушалась его. Глаза тут же стали бесполезным органом чувств. Лия вцепилась в шерсть волка, еще мокрую, но все равно теплую, и пыталась разглядеть хоть что-то в царившем вокруг мраке.

– Видишь? – снова спросил Гай.

– Нет, что я должна…

Впереди, сперва едва различимое, но становившееся с каждой секундой все отчетливее, разгоралось пятнышко света. Настоящего дневного света, о котором они уже отчаялись мечтать.

– Выбрались, – прошептала Лия.

Она подтолкнула люмина, чтобы он двигался быстрее, но тот, напротив, не спешил. Он шел осторожно, принюхиваясь к чему-то.

– Там опасно?

Волк дернулся, словно хотел пожать плечами. Медленно и бесшумно переступая большими лапами, он продвигался к расщелине, из которой лился дневной свет. Временами он становился тусклым, словно что-то преграждало ему путь во мрак.

Наконец, Лин встряхнулся и порысил вперед, стремясь выбраться из пещер, которые успели ему надоесть.

Лия несколько раз споткнулась, тоже ускорив шаг. Свежий воздух, пусть и холодный, манил своей чистотой.

– Эмми, стой!

Но она уже выбралась вслед за Лином, отодвинула ветки густого кустарника, что закрывали ей обзор, и замерла. Здесь лежал снег, и она словно вернулась в те дни, когда единственной заботой было вовремя лечь спать. Станет ли все как прежде? Как знать.

А пока, она выбралась из Долины Роз. И понятия не имеет, как жить дальше.

Глава 14

– Ты сошла с ума! Стой! Эмми!

Она скатала еще один снежок и бросила в брата. Ей хотелось смеяться, дурачиться, впасть в детство. Воспоминания – не все, но малая часть – толкали на безумства. Она вспомнила Грега, свою первую зиму в том мире, первого снеговика и санки. Это было нечто совершенно новое, удивительное, и подзабытые, а теперь разбуженные чувства рвались наружу.

Белый волк взлетел из-под снежного покрывала, перехватывая снежок на лету. Ему тоже было весело.

– Лин! Хоть ты это прекрати!

Гай недовольно поморщился.

Они отошли уже на довольно приличное расстояние. Горы остались позади, а заснувший лес мог спрятать от посторонних взглядов, если они здесь были. Снега среди деревьев успело намести по колено, идти становилось все труднее. Но Линвар шел первым, пробивая дорогу, ориентируясь на звериное чутье.

– Хорошо, больше не буду, – девушка отряхнула ладони. – Куда мы идем?

– Нас Дайм ждет. Думаю, он уже понял, что мы тебя спасли и движемся к ним.

Холода девушка не чувствовала, магия пришла на помощь. И все же было вокруг что-то странное, что не давало покоя, словно воспоминания никак не хотели укладываться в голове и наделяли окружающее пространство знакомыми чертами.

– А долго нам идти?

– От границы мы уже отошли, – прикинул Гай. – Дайм засечет, откроет портал. И все, мы выбрались.

– Отлично.

Лия чувствовала, что устала. Все-таки ее выкрутасы с магией давали о себе знать. Да и просто, нужно было уже отдохнуть.

Пространство рядом замерцало, выплетаясь в золотистую сеть. Зашипел растапливаемый снег. Девушка вздрогнула – она уже видела такое. В тот день, когда на нее напали светлые маги. Нет, не напали. Это друзья пытались ее спасти.

– О, а вот и Дайм!

Портал сплетался все туже и туже, пока не превратился в искрящийся шар. И не лопнул, оставляя вместо себя чистую мокрую землю и трех мужчин.

– Эмми, птичка! Как же я рад тебя снова видеть! – огромная мохнатая гора устремилась к девушке, чтобы заключить ее в объятия. – Я ж переживал за тебя. Ты, никак, схуднула? Ну, ничего, дядюшка Торо все исправит!

Весельчак Торо! И как она могла о нем позабыть?

– Не задави девочку, – усмехнулся еще один знакомый голос. – Помнишь меня?

Сарим, кажущийся на фоне белого снега каким-то ненастоящим.

– Помню, – Лия улыбнулась Торо, наконец переставшему проверять ее ребра на прочность. – Здравствуй, Сарим.

– Как официально! – он покачал головой. – Ты в порядке? Что жива-здорова вижу, но вопроса это не отменяет.

– Со мной все хорошо, только устала немного, вот и все. Привет, Дайм.

Ученик мага… Нет, уже маг весело подмигнул.

– В прошлую нашу встречу ты, кажется, была нам не очень рада, – заметил он.

– Я не знала, что мы знакомы.

– О, как! – Торо снова притянул ее к себе. – Ну, до чего ж мне дочурку напоминаешь-то! Что это злодей с тобой сделал, а?

– Ничего, просто… Я все забыла, – Лия решила пока не вдаваться в подробности. А еще ей очень хотелось поговорить с магом наедине, рассказать о том, что она умеет, спросить совета..

– В лагерь? Накормим, напоим наших героев. Расскажем принцессе новости.

Она с благодарностью посмотрела на Сарима. Он ее понимал.

Даймир потянул на себя жилу, начиная выплетать портал.

– У меня есть готовый, – пояснил он. – Но шестерым с его помощью не переместиться. Мы же не знали, может, вам помощь нужна. Я быстро, поднаторел в этом за последнее время.

Лия снова улыбнулась. Если от нее ждали вопросов, то зря. В голове было очень пусто, даже воспоминания, до этого бурлившие как суп в походном котле, куда-то задевались. Будто бы дали ей немного времени на отдых. Так даже к лучшему. Ей нужно передохнуть, чтобы разобраться во всем.

– Прошу, ваше высочество, – церемонно поклонился Даймир. – Портал готов.

Золотая сеть мерцала, призывая вступить в ее пределы. Девушка в последний раз оглянулась на горы, что остались за спиной. Забудет ли она то, что происходило там, за ними? Сотрется ли из памяти то чувство, что даже сейчас грело сердце?

Нельзя допустить, чтобы война продолжалась.

Нельзя, чтобы они с Рэном оказались по разные стороны.

И она перешагнула тонкую нить солнечного света, вступая в портал, чтобы получить немного времени. Сон. Еда. А потом она закончит эту войну. Она одолеет Ааронда. И отомстит за маму.

* * *

Она сидела на песке, а теплые волны украдкой подбирались к ней, чтобы хоть в мимолетной ласке, но коснуться пальчиков ног. Наблюдать за этим было интересно, и все же ее угнетали мысли о том, что там, за морем, больше ничего нет. Такой большой мир оказался тесен для них двоих.

Даже сейчас, сидя в полном одиночестве, девушка с волосами цвета закатного неба боялась думать о нем. Казалось, подумай, и он тут же появится рядом.

Сердце болезненно сжалось, напоминая, что ему одиноко без того самого человека. Оно бьется всего лишь наполовину. И наполовину несчастно.

– Я люблю тебя, – прошептала она, подставляя руку очередной волне.

Пена разбилась о ладонь, брызги полетели в лицо, скрывая слезы. Соль к соли.

Как быть?

Прятаться вечно она не сумеет.

– Эй, ты идешь?

– Да! – вытирая слезы, чтобы никто ненароком их не заметил, крикнула в ответ она.

Она попытается еще раз. Всего один самый последний раз. И, если ничего не выйдет, вернется к нему. Без любви ей все равно не жить.

* * *

Лия сидела на поваленном дереве и задумчиво грызла палочку вяленого мяса. Вместе с памятью вернулись и сны. Понять бы еще, что к чему.

Сегодня опять пошел снег. Ночью завывал ветер, и в маленьком домике посреди леса, который она делила еще с тремя женщинами, было страшно.

Лагерь светлых расположился в брошенной много лет назад деревушке. С помощью грубой силы и толики магии восстановили дома. На окраине уже начали строить новые. Сначала Лия не могла поверить, что все эти люди были светлыми магами, что прятались многие годы. Но потом… Они не были добряками или святыми. Женщина из каменного домика изменяла мужу. Мага, который занимался разведкой, вытащили из темницы, потому что он убил человека. У каждого была своя история. Но при этом все хотели спокойной жизни, не скрываясь из-за своей сути.

Она дожевала, вздохнула и поднялась. Начался новый день.

И сегодня ее ждет первая вылазка.

Первое испытание на верность.

Она пошла обратно к дому, не обращая внимания, как ей вслед тянутся две жилы. Дневная и ночная.

26.03.2017 – 16.05.2018

Content

Евгения Решетова
Древо мира. Игра с прошлым

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14