Зелёный маг

1. Попаданец

Я проснулся от невыносимой щекотки, открыв глаза, увидел настоящего дракона, сидящего на лице и весело машущего хвостом. Не подумайте, это не я большой, это дракон был размером с крупную бабочку, с фасеточными глазами, как у мухи или стрекозы. Первая реакция — испуг, машинально я попытался смахнуть зверя, но тот улетел, и по гадёнышу, откладывавшему яйца или справляющего нужду на моей щеке, я не попал. Подняв вертикально туловище из положения лёжа, оглядевшись вокруг, я убедился, что похожих существ вокруг летало в избытке. На улице было светло, по внутренним часам где-то полдень. Сам я сидел посреди небольшого луга, усеянного диковинными цветами и травами, казалось, что всё вокруг было мне знакомо, но такие цветы я видел впервые: вот вроде бы ромашки, но лепестки тёмно-серые, а сердцевина красная. Даже края травы здесь были волнообразные и округлые, а не как у нас — прямые и заострённые на конце. Поляну со всех сторон окружал лес, деревья напоминали наши лиственные породы, вот только их окутывала редкая сеть лиан, как в тропиках.

— Не понял. Что за фигня? — я по привычке вслух произнёс то, о чём подумал. Говорят, что это улучшает мыслительный процесс, по крайней мере, я так себя успокаиваю, что это совсем не странно.

Голова раскалывалась, и я начал судорожно вспоминать, что произошло и как оказался в этом странном месте. Память неохотно подкидывала мне события вчерашнего дня. Вечером я возвращался с прогулки с друзьями и наткнулся на гоп-компанию, мерзко пристающую к девушке, и я, будучи по натуре рыцарем, попытался вмешаться. Драться я не особо умел, простой середнячок, но вот язык был подвешен хорошо. Я отвлёк отморозков на себя, спросил, как пройти до ближайшего метро, ребята отвлеклись, а девушка убежала. А дальше я запомнил только пьяный выкрик: «Ах ты, п…р!» и летящий мне в лицо кирпич. Я машинально дотронулся до лица, но никаких повреждений на родненьком не почувствовал, что тоже было странным. И снова подъехала порция воспоминаний.

Сначала была полная темнота, и я куда-то падал или наоборот взлетал, потом я увидел точку света, затем ещё одну. По мере приближения количество их росло и стало напоминать скопление звёзд в центре галактики, картина была завораживающая и пугающая одновременно. Моё внимание привлекла одна звезда, из всего множества лишь она отдавала зеленоватым цветом. Отчаянно захотелось взглянуть поближе, и меня начало притягивать к её свету, затем вспышка — и вот я здесь.

— Получается, я умер?

Ущипнув себя, я почувствовал боль. И в этот момент пришло новое понимание — руки не мои! Кисти грубее и больше, бицепсы более накаченные. Встав, я обнаружил, что кажусь себе выше: рост, судя по всему, чуть больше ста восьмидесятисантиметров, последний раз мой рост составлял сто семьдесят пятьсантиметров, хотя сравнивать не с чем, природа тут другая, и размеры окружающих вещей, быть может, тоже. На мне были надеты коричневые штаны из грубой ткани, напоминающей лён, поношенная выцветшая белая рубаха, перетянутая коричневым кожаным ремнём, на котором висел небольшой кинжал, и кожаная сумка в цвет пояса. Я открыл сумку и увидел в ней сложенный кусок кожи, напоминавший лист бумаги с неровными краями. Развернув его, убедился, что это была записка. Буквы напоминали мне грузинский алфавит, которого я в принципе не знал, но не раз сталкивался в интернете. К моему удивлению, я свободно понимал содержание.

«Я,Радан из Облачных гор, прошу никого не винить в моей смерти. Оставшись совершенно один на этом свете, я лелеял единственную мечту— стать магом. Но проклятая судьба словно в насмешку наделила меня бесполезной зелёной магией, похоронив мечты о великих свершениях, оставив в удел лишь выращивание земляных клубней и кормёжку ими рылоклыков. Но не думай, о нашедший моё бездыханное тело и эту посмертную запись, что я не попытал счастья вступить в магическую академию, пусть даже и на самый слабый факультет землепашцев, но и там меня ждала неудача. Не видя больше смысла в этой жизни, я испью яда сиреневого бутона, питающего назойливых дракокрылов. Жизнь моя была бессмысленной и бесполезной, никто меня не любил, как, впрочем, и я никого никогда не любил. Потому, читающий это прощальное письмо, возьми шесть серебряных монет, оставшихся в суме, и выпей за моё перерождение в существо более достойное, чемникем не любимый зелёный маг-слабак Радан из Облачных гор».

В голове вихрем крутились мысли. Значит, я как-то оказался в теле депрессивного суицидника— да ещё и мага.

— Очень интересно, магия…

И память выдала очередной финт: слово «магия» не удивляло меня, будто это было нормой, более того, память порционно выдавала моё географическое местоположение, я интуитивно пользовался знаниями предыдущего владельца тела, словно к моему мозгу подключили дополнительный, который хранит информацию наподобие жёсткого диска компьютера. Отметил, что тут очень красиво, словно выехал на природу далеко за город, только в какую-то экзотическую страну. Климат, как я понял, тут был немного теплее, чем в матушке России, но далеко не тропики, случались и снежные зимы, но местным лианам или вьюнам это никак не мешало.

— Хмм, очень интересно.

Снова произнёс я вслух.

Потом из нового мозга попробовал достать что-то из раздела про магию и неожиданно переключил зрение в другой диапазон, увидев движение зелёной энергии во всей растительности вокруг. Посмотрев на свои руки, я лицезрел, как по ним, словно по венам, текли такие же потоки энергии зелёного цвета. Ручейки этого света соединялись в области солнечного сплетения, это напомнило строение человеческой кровеносной системы. Память подсказывала, что я могу высвобождать энергию, подливая её в растения, и медленно ускорять их рост. Я попробовал влить света в первый попавшийся под руку цветок, и он начал увеличиваться, я добавил мощности к потоку, и растение моментально завяло, превратившись в труху. Я знал, что так будет, точнее, прошлый владелец тела знал, и всё равно мне нужно было увидеть процесс собственными глазами. Правда, объяснить физически происходящее предыдущий владелец тела не мог, а вот я уже сделал ряд предположений.

Это было очень круто — ощущать, что ты настоящий волшебник, хоть память Радана и подсказывала мне, что быть зелёным магом в этом мире как минимум не престижно. Тем более, что больше ничего магического он практически не умел и не знал. Единственным полезным навыком была способность отгонять вредителей от сельскохозяйственных культур, именно этим способом бывший владелец тела добывал себе на пропитание.

«Да и плевать. Всё равно это очень круто!» — подумал я и улыбнулся. Но тут меня начала накрывать хандра. Голову буквально разрывали разные мысли: «Блин, я же хрен знает где, что с моими близкими дома? Что с мамой? Выдержит ли сердце отца моё исчезновение? Или смерть? Охренеть, я же и вправду, видимо, умер. Долбанные гопники, чтобы вы сдохли, твари!». Моё отчаяние стало перерастать в гнев на этих уродов, ни за что убивших такого классного парня. Мне было двадцать пять лет, работал системным администратором в офисе, хотя сам по образованию юрист, но как-то профессия мне не зашла, а вот компьютеры я любил с детства и немного в них понимал. В целом, я был всесторонне развитым, но каких-то углубленных знаний не имел. Не женат, детей нет, да и девушки на момент кончины не было. Жил от зарплаты до зарплаты, вечерами гулял с друзьями или залипал на компе в «Контру» или «Доту». И вот, в один миг всей моей размеренной жизни вдруг не стало, хреновенько, однако…

— Так, Руслан, соберись! Ты дышишь, а значит всё ещё побрыкаешься. Надо не просрать и эту жизнь. В конце концов, если тут есть волшебство, может быть, имеется и вариант вернуться домой? — эта мысль вдохновила меня.

— Да, нужно вернуться домой и настучать по рогам уродам, отправившим меня сюда.

Я собрался с мыслями и направился в сторону ближайшего поселения, о котором помнил мой новый мозг. В пути я стал выуживать всё из памяти Радана об этом мире. Задавая себе вопросы и получая на них ответы. Этот мир, как и у нас, делился на государства, только технологически тут было раннее средневековье. В представлении Радана мир был одной сплошной землёй с несколькими морями, что за его пределами, и есть ли этот предел, он не знал. Зато я догадывался, что это такая же шарообразная планета, как и Земля, пространство освещало такое же, как и у нас, солнце. Мир назывался Креор, сейчас я находился в королевстве Мирил, в котором заправлял монарх и его четырегерцога. О политике я больше ничего особо не знал, Радан перемещался больше по глухим деревням. Теперь я был простолюдином. «Не фартануло, да, в принципе, и в прошлой жизни из серебряной посуды не ел, так что не привыкать». А вот по населению всё было гораздо интереснее. Мир населяли люди, эльфы, гномы, орки. Животный мир тоже был разнообразен, память находила совпадения в виде оленей и волков, рылоклыки— аналог свиней и кабанов, населяли планету и чудища, о которых Радан только слышал, но никогда не сталкивался. Судя по картинкам из книжек, прочитанных старым владельцем тела ранее, это были существа, напоминающие гигантских насекомых, рептилий и различных гадов.

Вообще, особыми знаниями моё теперешнее тело не владело, а многое было откровенным информационным мусором в виде средневековых суеверий. Но и того, что есть, хватит для задачи номер один — выжить! Память подсказывала мне, что нужно скорее выбираться из леса, пока не стемнело и не пришло время хищников. Я вышел на тракт и прибавил шаг, в сумерках добрался до поселения, окружённого частоколом. По местным меркам, это был достаточно большой посёлок с трактиром и постоялым двором. Под сотню домов, большинство зданий деревянные, но были и из камня с черепичной крышей. В целом напоминало небольшую деревню с европейским колоритом. В крови бурлил адреналин, скоро будет первый контакт с местными, и хоть память и подсказывала, как себя вести, волнение никуда не делось.

Трактир был большим каменным двухэтажным зданием, с незамысловатой табличкой, на котором была нарисована тарелка и ложка. Я зашёл внутрь. Взгляду предстала барная стойка, которую протирал полный лысоватый мужчина. Стены обиты деревом, возможно, сначала это был сруб, который позже обложили камнем, сверху словно давил невысокий потолок, обитый обработанной доской, а с него свисали закоптившиеся со временем масляные лампы на железных цепях. Возле стойки была винтовая лестница на второй этаж, в зале стояло с десяток столов с деревянными лавками. Несколько посетителей в простых одеждах вроде моей в разных концах заведения потягивали какой-то напиток, по виду напоминающий пиво. Хозяин за стойкой кивнул мне как старому знакомому — Радан ночевал здесь перед своим самоубийством.

Я кивнул ему в ответ, к счастью, тоже его помнил. Снял комнату на втором этаже, благо серебро имелось на целый месяц жизни в гостинице с трёхразовым питанием. В общем, у меня было время подумать, прежде чем придётся искать средства на пропитание. На втором этаже полностью обшитого деревом коридора висел рукомойник с зеркалом, и я наконец смог увидеть того, чьё тело занял. Конечно, вторая память прекрасно помнила моё нынешнее отражение, но видя всё своими глазами, испытываешь совсем другие ощущения, тем более до повстречавшегося зеркала я вообще не думал о своей внешности.

Радан был практически моей копией, только немного старше, около тридцати лет, тёмно-русые волосы, голубые глаза, высокий лоб. Он был явно крупнее меня, и, в отличие от моего, его лицо украшала небольшая борода. Увидев знакомые черты, я почувствовал себя гораздо легче гораздо легче, ну хоть лицо моё, да и тело помощнее, так что не всё так плохо. Плотно поужинав, принялся изучать новые возможности организма, магические умения буквально завораживали меня. Разумеется, посмотрел вниз, немного переживая за то, каким богатством меня наделила природа, но всё было хорошо, даже лучше, чем раньше, и я облегченно выдохнул. Дальше стал рыться в памяти нового тела, вытаскивая оттуда информацию о том, как управлять этой зелёной энергией. Знаний откровенно было мало, бывший хозяин тела действовал по наитию. Как я уже говорил, он обладал лишь средневековыми представлениями о мироустройстве. Выходец из сельской местности, он просто не мог прогрессировать без наставника. Ну а я знал гораздо больше. Как минимум уже вдвое больше. Проанализировав память предшественника, пришёл к выводу, что многое из неё представляет собой информационный мусор, за исключением каких-то бытовых вещей. Потому решил минимизировать использование старых знаний. И вот я приступил к практической магии. Первым делом сформировал своеобразное зелёное пламя на ладони и начал пристально его рассматривать. Впрочем, ничем внешне по структуре от просто огня оно не отличалось, за исключением разрядов тока, напоминающих миниатюрные молнии, которые появлялись и исчезали в его пляске, ещё от него не веяло теплом. По моим предположениям, энергия — своего рода биотоки организма, только гораздосильнее, чем в моём родном мире. Более того, она подчинялась моей воле, словно слышала мысли и даже могла менять форму, я попытался создать из неё шар, для чего необходимо было приложить определённые мысленные усилия, и у меня получилось. Сгусток на ладони по природе своей был хаотичным, по крайней мере, мне так казалось, и постоянно возвращался в изначальный огненный вид, и силы понемногу уходили из меня. Я погасил пламя, сжав кулак, затем снова сформировал его и запустил в стоящую на столе кружку, но ничего не произошло. Огонёк долетел до цели и, ударив по ней, сразу исчез. Запустил второй, уже с желанием уничтожить предмет — и опять тот же эффект. Подойдя ближе, увидел, что изменился цвет самого стола, в том месте, где стояла железная кружка. Так, моя сила влияет только на органические объекты?

Память подсказывала, что взаимодействовать можно только с растениями. Я вышел на улицу, набрал цветов и какой-то травы возле гостиницы и вернулся в комнату. Стал кидать сгустки зелёной плазмы в мишени. Уничтожались они мгновенно, превращаясь в труху. Попробовал ту же операцию провести на найденном там же насекомом, но результат нулевой. Я мог воздействовать только на предметы, содержащие ту же энергию, что и у меня. И такая была, судя по всему, только во флоре, в общем, боевой маг из меня никакой, видимо, я мог только вырастить дубинку и ей настучать по голове тем, кто захочет меня обидеть. Но и тут был облом, ускорить рост даже небольшого куста, не превратив его в труху, оказалось задачей архисложной. Но в чём причина? Я обратился к памяти Радана и его бесплодным попыткам вырастить что-либо, и у меня тут же возникла идея, почему у него не получалось. По представлениям моего суицидника, магия — своего рода волшебство, которое невозможно объяснить, и все процессы, связанные с ней, являются обыкновенным чудом. Потому он упрямо воздействовал на растение, желая его роста, но он не знал, что в материальном мире всё появляется из чего-то. Что нужно для роста, например, цветка? Питательные вещества и свет, и вот на счёт веществ этот горе-волшебник даже не думал, а потому не пускал энергию в рост корней.

Размышляя, я между делом швырял сгустки плазмы в импровизированные мишени, разливал её по полу, пытался выяснить, насколько большим может быть пламя, увеличивая его мощность, и в какой-то момент просто потерял сознание. Пробуждение последовало не из приятных, очнулся рано утром, были ощущения, что из центра моей груди словно вытащили органы. Тут до меня дошло, что же со мной случилось. Переключив зрение на энергетический спектр, я посмотрел в место неприятных ощущений. Ядро моей силы уменьшилось и отрывисто пульсировало. «Ну здравствуй, магическое истощение, и что теперь делать?» Подумалось, вдруг я умру, но память подбросила мне способ выхода из положения. Оказывается, я мог ещё и поглощать зелёную энергию. С трудом выйдя на улицу, присел на траву и стал жадно тянуть из неё силу, газон вокруг меня начал быстро увядать, и я остановился, не хотелось превращать трактирную лужайку в безжизненную пустыню, но мне определённо стало легче. Уже более уверенно я вышел за пределы деревни и направился в сторону леса. Я начал качать разлитую вокруг силу, питающую все растения, и она подобно воде тоненькими ручейками стала всасываться в центр груди, в мой источник, своего рода магический узел. Настроение заметно улучшилось, потом появилось чувство сродни насыщению пищей, но немного другое. Память подсказала: «Теперь я полон сил».

Снова обратившись к воспоминаниям, осознал, что количество усваиваемой мной энергии критически мало. Средние маги этого мира могут несколько часов запускать небольшие фаерболы и даже не выдохнуться. Ну а меня срубало очень быстро. И я снова начал вспоминать, как было у Радана в самом начале. Раньше узел в груди был гораздо меньше и не такой яркий, а это означало, что его можно прокачать. Полностью придя в себя, вспомнил о вчерашней догадке с ростом корней и тут же решил провести испытание. Стал вливать энергию в цветок, похожий на ромашку, одновременно думая и о росте его корней, и поглощении ими питательных веществ из почвы. Результат не заставил себя ждать, на моих глазах двадцатисантиметровый цветок вырос до метра в высоту, разумеется, став объёмнее. Я остановился, взглянул на свой энергетический узел и ужаснулся— ещё чуть-чуть, и меня опять бы отключило.

— Так не пойдёт, нужно что-то с этим делать. — проговорил я вслух. «Интересно, а можно ли одновременно закачивать и выкачивать энергию?» Я обратился к памяти, но там было пусто. Тогда попробовал сам — оказалось, можно. Я стал работать по принципу насоса, выкачивая энергию из окружающего леса и вливая её в мой цветок-мутант, который стал уже с меня ростом. Посчитав, что на сегодня достаточно, я отправился назад в свою каморку. Эксперименты с силой я проводил ещё в течении двух недель. И за это время многое узнал: зелёная энергия была программируемой, задавая мысли-команды, она взаимодействовала с растительной флорой, просто нужно было чётко представлять, чего хочешь. Потому я мог вырастить дополнительный лист или ветку на дереве. Зелёные потоки направлялись в нужную мне точку и ускоряли деление клеток объекта. Знания о молекулах и атомах в этом мире пока ещё известны не были, как минимум, широкому кругу людей точно. Ускорение деления клеток и программирование творили настоящее волшебство. На моём полигоне были десятки огромных цветов причудливой формы, деревья с неестественными прямыми ветвями, а ещё полуметровые грибы, которые, как я помнил, и не совсем растения, а нечто среднее, имеющее связь и с животным миром. Выращивать грибы было труднее, потому как их энергетическая сущность хоть и была родственна моей, но всё же не идентична. Победить голод в мире, если таковой тут имелся, я пока не мог, мои цветки-мутанты выкачивали все необходимые вещества из почвы и являлись по сути сорняками, убивающими другие растения. Подозреваю, то же самое ожидает и садовые культуры. Я смогу вырастить гигантское яблоко, но при этом в радиусе пятидесяти метров ничего больше расти не будет. Как бы там ни было, процесс полностью поглотил меня, это был захватывающий опыт, я вытаскивал из памяти двух личностей все воспоминания, что мог, объединял их, экспериментировал, сопоставлял и делал заметки в приобретённом мной блокноте на местном рынке, листы были из кусков кожи, а ручку мне заменяло гусиное перо, что, если честно, жутко раздражало, особенно постоянные кляксы и чернильные разводы. Из чего были чернила, я понятия не имел, но, к счастью, сохли они быстро. Приятным бонусом стал заметный рост сил— работая магическим насосом и перекачивая целые реки зелёного потока, я усилил свой магический узел, теперь без подпитки я мог швыряться плазмой в десять раз дольше. Более того, запрограммировал свой центр силы на подачу сигнала — в случае опустошения источника до уровня, близкого к критическому, зрение начинало переключаться с магического на простое, получалось своеобразное мерцание окружающего пространства. Но даже несмотря на все свои новые умения, я был очень слабым и посредственным магом. Память Радана отчётливо подкидывала воспоминания о том, на что способны сильные волшебники. Воздушники умели летать, вызывать смерчи, одним кастом скашивать целую просеку вековых дубов. Маги огня были способны сжигать целые города, оставшиеся без магической поддержки. И подобным могуществом обладали архимаги каждого направления, кроме моего, насколько мне известно, среди нашего брата не было человека даже уровня мастера. Официально магических классов было пять:

Первый — одарённые, кто-то вроде Радана, обладающие силой, но не умеющие ей толком пользоваться. Второй — ученики, которые уже имеют некое представление о силе и умеют кастовать простейшие заклинания. Вот на этом уровне и были самые продвинутые зелёные маги. Единственное, что, по мнению большинства, в этом мире мы могли сделать убойного, это вырастить поляну цветов, чтобы враги ослепли от такой красоты. Но я был уверен, мы способны на большее. Третий— мастера, хорошие середнячки. Четвёртый— адепты, очень сильные маги. Пятый — архимаги, сила которых не поддавалась измерению, о таких Радан слышал только в легендах.

2. Новый друг

На третьей неделе пребывания в этом мире, после серии экспериментов, под вечер я вернулся в свой трактир. Как обычно осмотрелся, несколько столов было занято одинокими путниками вроде меня, и лишь за одним сидела шумная компания криминального вида. Точнее, шумел один из них, человек с красноватой кожей, с таким же бандитским лицом, как и у четверых его спутников, только было в нём какое-то благородство, он выгодно отличался от своей компании, подтянутый, с озорной искринкой в глазах, парень громко и заразительно ржал, а его спутники снисходительно и как-то высокомерно посмеивались. «Орк», — подсказала мне память, он в принципе ничем не отличался от людей, только красный цвет кожи, заострённые уши и раскосые глаза выдавали расу. На нём была безрукавка с меховым воротником на голый торс, чёрные штаны из дублёной кожи и грубые сапоги в тон. На спинке стула висел изогнутый меч наподобие катаны, пояс с нагайкой и несколькими ножами. Сам орк был сухого телосложения и состоял из жгутов мышц, почему-то я вспомнил в этот момент Брюса Ли. Голову украшала объёмная шевелюра, закрывавшая лоб. Краснокожий, очевидно, был под градусом и толкал тосты с заметным акцентом.

— Когда в стэпи ты смотришь в шэст глаз магиры, ничэго нэ остаётся, кромэ плеча и мэчавэрного друга. За друзэй!

— За друзей! — подхватили собутыльники, которые были людьми.

Один из компании незаметно вылил содержимое стакана на пол и нехорошо переглянулся с собутыльником напротив. Я отвернулся, пока на меня не обратили внимания, и направился к стойке. Заказал у трактирщика куриную похлёбку и сел подальше от шумной компании, погружённый в собственные мысли.

Спустя какое-то время я вернулся в комнату. Лёжа на жестком матрасе, набитом сеном, пытался уснуть, но постоянно думал о том, как жить дальше, чем заняться и куда направиться. Поворочавшись около часа, решил выйти отлить и подышать свежим воздухом. Санузел был обычным деревенским туалетом на улице с дыркой в полу. Когда я зашёл внутрь, меня чуть не сбил с ног исходящий из ямы смрад. Будучи изнеженным горожанином, решил выйти и помочиться снаружи. Зайдя за туалет, я сделал своё грязное дело и услышал шаги, мне стало неловко, что пописал в неположенном месте, а потому решил не выдавать своего присутствия. Это были двое из-за стола шумного орка, мужики что-то оживлённо обсуждали.

— Да, хороший меч, да и ожерелье из зубов степных шакалов можно толкнуть алхимику.

— Что-то как-то стрёмно, лысый.

— Чего ссышь?

— Видно же, что этот краснозадый умеет железками махать.

— Так он упился в хлам, на улицу выведем, а там сзади ножичком и обработаем. Ненавижу этих мразей. Тупой как пробка, повёлся, что мы ему друзья. Ха, ну орки, ну бараны!

— Хорошо, только надо быстро, чтобы не опомнился. Искать орка всё равно никто не станет, кому он сдался?

Я сидел как мышь— быть убитым дважды в один месяц мне как-то не хотелось. А то, что непрошеного свидетеля уложат прямо у этого сортира, сомнений у меня не было. Облегчившись, двое направились назад в трактир. Выждав минут десять, я отправился вслед за ними, молясь, чтобы они не заподозрили меня в том, что я слышал их разговор.

— Так, Рус, не вмешивайся, это не твоё дело, это разборки местных. — уговаривал я себя, но долбанный рыцарь внутри меня, а может, ещё и совесть настойчиво требовали предупредить краснокожего об уготованной ему ловушке. Но как его предупредить, заорать на весь трактир: «Они хотят вас убить!»? Не вариант. Зайдя внутрь, я увидел орка, стоящего у стойки и заплетающимся языком требовавшего у трактирщика принести ещё вина. Поняв, что вот он, тот самый момент, я тоже подошёл к стойке. Объяснять что-то пьяному не самая лучшая идея, как бы он сам меня не прирезал, но выбор был сделан. Пока трактирщик спускался в погреб за пойлом, я встал в нескольких шагах от орка, положив локти на стойку. И несмотря в его сторону, произнёс:

— Уважаемый, ваши собутыльники вам не друзья. Я слышал, что они хотят вас убить и ограбить. Не выходите с ними на улицу, на вас нападут сзади с ножом.

Орк положил руку мне на плечо, я сразу напрягся. Пришлось посмотреть на него. Он был в том состоянии, когда шея с трудом держала голову, и она была немного наклонена, из этого положения он медленно повернул её ко мне, посмотрел в моё напрягшееся лицо, улыбнулся и хитро подмигнул. И тут я осознал, что грабители круто просчитались, и вовсе не он их добыча, а наоборот. В этот момент хозяин трактира вылез из погреба с бутылкой спиртного, орк взял напиток и, притворно качаясь, побрёл к компании.

— Ну что, братва, гуляэм!

Я заказал стакан молока, посидел некоторое время за стойкой бара, дабы не вызывать ни у кого подозрения, и отправился к себе в комнату, лёг на жесткую кровать и провалился в глубокий сон. Утром встал, пошёл завтракать, заказал каши. Настроения не было, да и откуда ему взяться, когда ты помер и оказался в другом мире? Тут мне на плечо упала твердая как камень рука.

— Привэт, друг!

На меня смотрело улыбающееся до ушей красное лицо орка.

— Здравствуйте. — разочарованно протянул я. Теперь, походу, меня ждут проблемы, память подкидывала мне все местные стереотипы об этой расе. Грубые, мечтающие обмануть людей, любители подраться — последнее, как позже выяснилось, оказалось правдой, по крайней мере, с данным конкретным орком.

— Позволь тэбя угостить.

— Да не надо, я уже заказал, спасибо.

— Ээ, дарагой, дай хатябы заплачу. Ведь ты достойный чэловек.

Я промолчал, обдумывая, как бы избавиться от непрошенного компаньона, тем временем орк продолжал.

— Знай, друг, Геро из Сухих трав добро нэ забываэт, тэпер у тэбя есть верный друг в этом мирэ. — произнёс он без улыбки на полном серьёзе. — А как тэбя зовут?

Я хотел было представиться именем Радана, но потом подумал, а пошло оно всё, останусь при своём.

— Руслан! Руслан с далёкой Земли. Друг, говоришь? А где твои вчерашние друзья?

Геро уловил иронию в моих словах и совершенно серьёзно сказал:

— Во-пэрвых, я ни разу нэ назвал их друзьями, а тосты о дружбэ никто не запрэщает. Да жэ?

И он снова улыбнулся во все тридцать два зуба или сколько их там у орков?

— Ладно, не придерёшься. — улыбнулся я в ответ. Орк обезоруживал своей искренностью и беззаботной улыбкой. Да и вообще, был приятным на вид парнем, конечно, лицо всё ещё оставалось бандитско-хулиганским, но было видно, что этот человек, то есть орк, не крыса. С виду Геро был моим ровесником— лет двадцать пять, не больше. Растительность на лице отсутствовала, видимо, орки её лишены. Вблизи он выглядел как самый обычный паренёк с некоторыми незначительными нюансами, вроде всё тех же заострённых ушей.

— Вот другой разговор. А эти кончэнные больше не обидят никого, разве что вонью распугают чэрвей в выгрэбнойямэ. Ха-ха-ха!

«Блин, да он их в сортире, походу, утопил, опасный малый».

— Не жалко? Людей, разумные всё-таки. — подсказала мне память.

— Нэт, в этих краях много кто сгинул по милости этих разумных. Они мнэ всё рассказали, когда я им кишки выпускал и наматывал на свой ятаган. Ха-ха-ха-ха!

«Вот блин, угораздило с садистом познакомиться». От внимания Геро не скрылось моё изменившееся лицо.

— Даа, ээ, расслабься ты, сдал я их мэстной страже, но скорээвсэго они не жильцы, повэсят, к провидцу нэ ходи. А людэй они и правда много извэли, твари.

— Ну и шуточки у тебя, друг Геро, — улыбнувшись, сказал я.

— Ты бы видэл своё лицо, небось про орков много чэго слышал, да?

— Да.

Не стал отрицать я, подумав: «точнее, слышал предыдущий владелец тела, но это формальности».

— Вот это мэня и удивило, зачэм предупредил? Чэстно скажи, вэд рисковал жэ, вижу, что нэ воин, а нэ побоялся, предупредил, да ещё и краснокожего злого орка.

— Честно?

— Да чэстно!

— Просто я замечательный человек. — сказал я с самым серьёзным лицом, на которое был способен. Но потом не выдержал и прыснул со смеха.

— Ха-ха-ха-ха!

Геро буквально разрывало от хохота.

— Убил, ты мэня убил, ха-ха-ха-ха-ха! А вэд и правда замечтаэльныйчэловэк! Ха-ха-ха!

Имы оба ржали в голос. В тот день я действительно обрёл настоящего друга, каких мало. Как сказали бы в моём мире, настоящего братана.

Как выяснилось позже, Геро направлялся в столицу соседней с королевством империи попытать своё счастье и поступить в магическую академию, в которую несколькими месяцами ранее не поступил Радан, любезно оставивший мне своё тело. Мне было нечего делать, и я решил идти с ним, может быть, у меня получится то, чего не получилось у Радана, да к тому же в компании нового друга хандру и депрессняк снимало как рукой.

3. Дорога

Я стоял посреди поля злачницы — это местный аналог кукурузы — и накладывал заклинание защиты от вредителей. Геро валялся рядом на травке, закинул руки за голову, закусил прутик во рту и рассказывал байки со своей родины. Я слушал вполуха, сконцентрировавшись на потоках зелёной энергии. У моих ног валялось полуживое насекомое, любезно пойманное Геро. Оно напоминало саранчу, только размерами было с голубя и выглядело довольно жутко — мерзкая, кусачая и очень шустрая тварь, которую поймать не так просто. Образец нужен был для снятия отпечатка её ауры, которая у всех существ была разная, подобно ДНК. Мои манипуляции с энергией, или, как тут его называли, заклинание распознавало ауру травожуев и било подобием тока каждую тварь, посягнувшую на защищённые мной владения. Процесс работы выглядел так: в указанных фермером границах я устанавливал исходные точки по периметру примерно в несколько гектаров, накачивая до максимума зелёной энергией стебли злачницы. Переполненные моей силой, они были своеобразным маяком, которые я видел магическим зрением на огромные расстояния. Если я перекачивал энергию, растение умирало, и мне приходилось повторять процесс. Всего таких маяков было около сорока, по десять на каждой из сторон поля. Затем я выпускал из рук энергию. Выглядело это как разряды тока, переходящие от стебля к стеблю. Напоминало плазменную лампу Николы Тесла и смотрелось довольно красиво. Энергия доходила строго до установленных мной точек, маяки равномерно притягивали к себе потоки. Я немного усовершенствовал метод обработки поля, предыдущий владелец делал это небольшими квадратами, устанавливая по пять-шесть маяков, я же, будучи очень ленивым, придумал, как отработать всю территорию сразу. Фермер был сильно удивлен скоростью и сначала даже не поверил в мою добросовестность, но взяв тушку насекомого, он проверил работу — при приближении к злачнице тушки травожуя её лупило разрядами зелёной энергии. Не сказав ни слова, работодатель отсчитал мне семь серебряных монет. За день работы это были неплохие деньги. Правда, столько времени ушло лично у меня, другие травники — так нас тут называли— тратили от трёх дней до недели. Я взял кровно заработанные, качнул головой расслабляющемуся на траве орку, показав, что мы уходим.

— Сегодня угощаю я. Ты и так меня кормишь несколько недель.

Геро лишь беззаботно улыбнулся и дальше погрузился в свои мысли. За месяц совместного пути я уже неплохо изучил его и знал, что сейчас парня лучше не трогать. Орк периодически уходил в себя, а подумать ему было над чем.

Геро — воин не из самого богатого и знатного рода кочевых племён орков, что впоследствии сказалось на его судьбе. Парень до безумия влюбился в дочь вождя из самого могущественного стойбища и, не долго думая, прямолинейный парень пошёл просить руки кровиночки к папке, прямо во время большой сходки орков, благо обычаи формально позволяли свататься к кому душе угодно, ибо дело достойное и соответствует кодексу чести краснокожих. Плюс любой вождь считался первым среди равных. Но это, как говорится, на словах, на деле же, как и везде, на первом месте стояла политика, династические браки, в общем, всё как у людей. Сама девушка отвечала моему новому дружбану взаимностью, но благословение родителей для орков обязательно. Геро не был дураком, а потому сделал предложение публично, в противном случае был бы послан далеко и надолго. А тут перед местными авторитетами папик не стал терять лицо и для начала предложил показать свою силу, раз замахнулся на одну из самых завидных невест в степи, у вождя было десятьдочерей и двенадцать сыновей от трёх жён и наложниц. Геро предложили схлестнуться с первым мечом стойбища до первой крови, и каково было удивление окружающих, когда в сущности молодой пацан, по меркам орков, уделал лучшего бойца. И вот тут бы и быть счастью молодых, если бы не нежелание папки невесты породнится со слабым родом. Тогда он выставил нереальное условие, сказав, что дочь, чей руки Геропросит, стоит головы яманбаса, сражённого воином в одиночку. Яманбас — пятиметровый богомол с молниеносными рефлексами, полным иммунитетом к магии и хитиновой бронёй как у танка, он по праву считался ужасом степи. В общем, условие невыполнимое, но Геро не был бы собой, если бы не согласился. Поклявшись памятью предков, парень обещал выполнить задание в течениетрёхлет или умереть. Это окончательно взбесило папку девушки, ибо даже если задание не будет выполнено и Геро протянет ноги в жвалах гигантского степного насекомого, Лейсан— так звали девушку— теперь сможет выйти замуж только за убийцу гигантского насекомого, это было дело чести. А таких дураков, как мой друган, в орде не было, ибо такую животину в одиночку победить не удавалось ещё никому. А вот если бы Геро склеил ласты раньше, до встречи с монстром, то всё можно было переиграть, и никакого тебе урона чести стойбищу. В общем, будущий тесть решил по-тихому прирезать слишком активного потенциального зятя и с маниакальным упорством стал подсылать к нему убийц. Но Геро победил первый меч клана Ай не случайно, парень был отчаянным рубакой, а потому убийц превращал в кровавый фарш. Как и большинство орков, Геро обладал зачатками магии ветра и здраво рассудил, что овладей он этой способностью, шансов победить тварь заметно прибавиться.

Горе-жених отправился в крепость магов-наставников — аналог магической академии у орков, но вездесущий потенциальный тесть и тут подсуетился, и парня, разумеется, не приняли. Тогда Геро решил отправиться к людям, которые хоть и недолюбливали орков, но состояли в давнем союзе, а влияние стойбища Ай имело некие ограничения. Конечно, тесть мог подгадить и тут, но для этого нужно было затратить слишком много политических очков и быть должным бледнокожим, на что, как справедливо надеялся мой товарищ, папенька не пойдёт. Люди были универсалами, среди нас встречались в равных долях как маги ветра, так и маги огня, а также маги воды и земли, ну, и разумеется, самые бесполезные по здешним стандартам зелёные маги, как ваш покорный слуга.

Вот так Геро оказался на моём пути. Приятным открытием для меня стало, что спутник был не только крутым воином, но и очень умным и начитанным парнем, хоть он и был из далеко не самого уважаемого рода среди орков, но принадлежал к элите нации, будучи племянником главы своего клана Жел. Обладая недюжинным интеллектом, он ко всему прочему неплохо знал историю, этикет, разбирался в дворянских домах сопредельных государств и не понаслышке знал, что такое интриги. А потому дома все удивились его выходке с кланом Ай, неохотно, но родне пришлось отстраниться от Геро, таким образом они дали знать самому могущественному стойбищу, что сватовство — это индивидуальная инициатива парня и он в этом деле сам по себе. Умом горе-жених понимал возможные последствия, но сердцу не прикажешь, парень буквально сгорал в пламени страсти. Как я понял, и у девчонки тоже снесло крышу — такие орочьи Ромео и Джульетта. Геро делился со мной самым сокровенным, видно было, что у него не осталось никого, с кем он мог поговорить. Орк открылся для меня с неожиданной стороны, в то время как для посторонних он надевал маску придурковатого имбецила, который не прочь поучаствовать в мордобое. Впрочем, подраться он любил и в самом деле и делал это мастерски, как с оружием, так и без. Возможно, так он глушил свои сердечные терзания.

— Слющай, брат, гдэ ты этому научился? Я, конэчно, нэ спэциалист, но нэ раз видел, как Травники тратят кучу врэмэни на обработку полэй, а ты — рраз, и готово.

— Талант. — с улыбкой ответил я.

— Вот уж нэ поспоришь, правда, талант.

Я постоянно расспрашивал Геро о магии, хоть мы принадлежали к разным классам, он воздушник, хоть и слабый, я был ещё слабее. Геро умел запускать воздушные кулаки, которые, правда, были не очень плотными, один такой выброс ветра немного отталкивал назад человека, не причиняя, впрочем, никакого вреда. Также он мог ускорять себя с помощью ветра. Прыгал выше простого человека и быстрее бегал. Ещё он мог направлять потоки на свои руки, что увеличивало скорость и мощность ударов. Правда, во время поединка с первым мечом клана Ай, по правилам, магией пользоваться он не мог, что, впрочем, ему было на руку, ибо соперник был гораздо продвинутее его.

— Слушай, наши сильныэ маги могут вминать бронзовые щиты силой вэтра. А то, что умею я, лишь баловство. А вообщэ, я первый из рода, кто обладает такой силой, потому и учить мэня было нэкому — делился со мной он.

В этом мире лишь одиниз десятитысяч обладал способностями, да и то далеко не всем удавалось получить хорошее образование и использовать дарованные силы в полную мощь. Геро — один из таких, все его умения были завязаны на личных опытах и интуиции. Как работала его сила, он не имел никакого понятия. А вот я уже что-то понимал и делился с ним.

— Смотри, воздух — это вещество. Как бы тебе объяснить? Вот, видишь? Земля— это тоже вещество.

— Но как? Эээ, воздуха же нет, а земля — вот она.

— Если мы чего-то не видим, это не значит, что этого не существует. Представь себе, что воздух — это вода, она тоже вещество, но более плотное, поэтому мы её видим и чувствуем, но и плотность воздуха тоже можно почувствовать. Например, когда ты скачешь на лошади, ты же чувствуешь сопротивление, словно что-то толкает тебя.

— Да.

— И чем быстрее будет твоя скорость, тем большеплотность воздуха, с которой ты сталкиваешься. Представь, что воздух — это лёгкая вода. Своей силой ты меняешь его плотность и потому у тебя получаются воздушные кулаки, которые могут оттолкнуть взрослого мужчину. Но у тебя они слишком большие, с низкой плотностью, и не причиняют особого вреда, вот если ты сможешь сжать воздух и сделать меньше кулак, то сила удара заметно вырастет.

Потом я битый час объяснял Геро, что такое плотность, ну, по крайней мере, как её понимал я. Он тоже понял. И за пару дней орк стал выбивать щепы из деревьев, словно бил по ним кувалдой. Геро был в дичайшем восторге, на много бросков его не хватало, в истинном зрении было видно, что его магический узел по величине был как у прошлого владельца моего тела. Но в бою даже пара таких ударов могла спасти жизнь. Я в свою очередь продолжал эксперименты с программируемой зелёной энергией.

— До трактира полдня пути, ээх, нам бы лошадей. Кстати, ты же дворянин, а почему тогда пеший?

— Эээ, лошадь загрызли волки, нарвался на стаю пятьдесят дней назад. Элэ отбился, вон дажэ сапог продырявили. Ну а с деньгами сам знаэшь, клан от мэня отвэрнулся. Но ничэго, когда я кину голову яманбаса к ногам вождя Ай, ситуация сильно измэнится.

Так, разговаривая о том о сём, мы и добрались до трактира, стоявшего посреди тракта. Во дворе было людно, служки метались туда-сюда, у коновязи стояли с десяток лошадей. Заведение было поприличнее того, где мы познакомились с орком, территория больше раза в два, красная крыша покрыта чем-то вроде черепицы.

Мы зашли внутрь, на нас сразу уставились десятки подвыпивших лиц. Точнее, всё внимание было обращено к моему другу. Я сразу почувствовал себя неуютно, а вот орк, наоборот, заулыбался во все свои тридцать тризуба или сколько там их у них. Проходя мимо столика с самыми злыми взглядами, Геро ещё и доброжелательно кивнул им.

— Господа!

Я откровенно стал потеть. А мой напарник, кажется, получал огромную массу позитивных эмоций. Его улыбка словно стала шире, а интонации максимально благожелательными. Вот только жизнь орка ничего не стоила в мире людей — охотно подсказывала моя старая память. Да и за порчу шкуры простолюдина вроде меня никто никого особо напрягать не станет, особенно если испортили её дворяне — а это были именно они. Молодые, бритые наголо, необлагороженные интеллектом лица выражали крайнюю степень презрения. Они буквально испускали волны злобы и высокомерия, один их вид начинал сильно бесить, что со мной случается редко.

— Слышь, красножопый, ты не заблудился?

Прошедший мимо компании Геро не сбавил шага. Никто этого не заметил, но взгляд его моментально изменился, хотя улыбка с лица так и не сошла.

— Обезьяна, я к тебе обращаюсь.

Мы с орком обернулись и увидели ухмыляющееся лицо самого здорового из компании воина в лёгком доспехе. На колене у него сидела бледная и плачущая официантка, которую тот попутно грубо лапал, делая девушке больно. Видя, что потенциальный насильник переключился на нас, она вырвалась и убежала, это явно испортило настроение подонку.

— Проститэ, сударь, вы назвали моэго друга краснозадой обэзьяной?

— Ха-ха-ха, он ещё и тупая обезьяна! Нээт, это я тебэ, морда нээмытая. — передразнил его дворянин. И вся компания дружно заржала.

— То эсть вы, сударь, назвали дворянина краснозадой обэзьяной, я вас правильно понял?

— Я назвал не дворянина, а дворнягу.

Договорить он не успел, в лицо мордоворота полетел дубовый стул. Такого поворота никто не ожидал. Даже раскосые глаза Геро стали шире от удивления на какие-то доли секунды. Да, каюсь, стулом запустил я, ночтобы простолюдин напал на дворянина — это было из ряда вон. Моя нервная система просто не выдержала, упало воображаемое забрало, а дальше всё было как в тумане. Дури в теле Радана было много, выросший на свежем воздухе, пивший экологически чистое молоко, питавшийся не менее экологичным мясом и творогом, я был теперь сильнее своего земного аналога раза в два-три. А потому тяжёлый деревянный стул казался мне его пластиковым собратом. Хамившего дворянина вырубило до конца драки, да и продлилась она считанные секунды. Геро за один удар сердца вырубал по молодцу, которые уже успели встать из-за стола и даже начали вытягивать из ножен мечи.

После побоища к нам подошёл хозяин трактира и попросил уйти, шёпотом он добавил:

— Это сын местного барона, если вас поймают, даже судить не станут, сразу повесят, барон очень мстительный человек, бегите, судари, как можно дальше.

— Спасибо. — также шёпотом ответил я.

Рассудив, что пешими далеко из баронства мы не уедем, пришлось выложить все деньги, что у нас были, и купить у хозяина двухлошадей.

Геро был на редкость задумчивым всю дорогу и с досадой косился в мою сторону.

— Что? На лице остались остатки еды? — я машинально стал стряхивать с физиономии предполагаемые частицы пищи.

— Эээ, лучшэ бы это была эда. Мы, как ты любишь выражаться, конкретно встряли, друг.

— Да ладно, выскочим из баронства, и ищи ветра в поле. А там уже в столице затеряемся. — неуверенно, но с наигранной бравадой сказал я. Потому что Геро я ещё не видел в таком расположении духа.

— Ты пэрвый пустил кровь дворянину, а потому эсли тэбя поймают, то чэтвэртуют. Ты мог вступить в схватку, в случае нападэния на мэня и суд встал бы на нашу сторону, хоть и с нэахотой, но тэпэрь ты прэступник.

Я побелел, память запоздало начала подкидывать мне все эти очевидные для этого мира истины… Я преступник государственного масштаба. Плюс ещё и Геро подставил, получается.

— Блин, братан, подставил я нас. В общем, езжай в академию, а я как-нибудь уж сам попробую выкрутиться, со мной тебе теперь ничего не светит.

— Ах-ха-ха-ха!

— Что смешного?

— Да вспомнил лицо этого подонка, когда в нэго лэтэл стул. Вот он удивился. Ах-ха-ха-ха!

— Я серьёзно, Геро, уходи. — не оценил юмора орка я. — У одного тебя проблем не будет, максимум оштрафуют, а со мной это уже укрывательство и соучастие.

С лица Геро вмиг слетела благодушная улыбка с фирменной хитрецой в глазах. В голосе прозвучал металл.

— Никогда Геро из Сухих трав, благородный сын клана Жел нэ оставит друга. Запомни это, Руслан с далёкой Земли.

И большэ таких ошибок нэ дэлай, а то прирэжу. Ах-ха-ха-ха-ха!

— «Не оставлю, но прирежу», — повторил я его слова. — Не самая радужная альтернатива. Так не доставайся же ты никому, друг? — и мы вместе продолжили смеяться, как два идиота. При том не останавливая лошадей и всё дальше удаляясь от злосчастного трактира.

Барон Метрих фон Терс действительно оказался мстительным гадом. То, что его тупоголового отпрыска вырубил простолюдин на глазах у публики, сильно беспокоило феодала. Во-первых, его семья выглядела уже не настолько авторитетной, а потому наглеца, то есть меня, надо было примерно наказать. Во-вторых, ему нравилось издеваться над людьми, а законная охота на человека развеивала его скуку. Фон Терс баловался и незаконной охотой на своей земле, убивая крестьян и одиноких путников, за которых никто не мог отомстить. Такие вещи негодяй выведывал сразу, прежде чем вручить бедолаге ржавый меч, отправить его в лес и спустя час пуститься в погоню вместе с собаками, так что шансов у его жертв не было. Один человек против полусотни отборных воинов, как и их хозяин, любящих убивать. Противопоставить этой своре объект охоты ничего не мог. По большим датам к забаве присоединялись и другие любители разумной дичи, вот к этой дате мы как раз и подвернулись.

«Хоть орк и простолюдин на лошадях, их скотина устанет» —, справедливо думал барон. Маг наложил чары на коней, и теперь они могли скакать без устали три-четыре дня.

С полсотни врагов застигли нас в небольшом глиняном каньоне. А десяток арбалетов со всех сторон взяли на прицел.

Геро как всегда беззаботно улыбнулся и бросил всё своё оружие на землю, сказав мне пока не рыпаться и ждать момента. Дальше нас начали избивать, долго и больно. Потом приехал сынишка барона и стал отбивать мне почки. К счастью, его остановили, сказав, что я не доживу до игры. Побитых нас доставили пред светлы очи барона, он безразлично мазнул по моему окровавленному лицу взглядом и приказал:

— В яму падаль, скоро приедут гости, к их прибытию сделайте так, чтобы он смог бегать.

— А с орком что? — спросил кто-то из воинов.

— Этого зверя тоже в яму.

Меня опять переклинило, когда заговорили о Геро в таком ключе, и я рыком попытался вскочить, но мне прилетела чья-то подошва в лицо, и я провалился в беспамятство.

Когда пришёл в себя, Геро поинтересовался моим здоровьем, я сказал, что в норме.

Он посмотрел на меня и начал как всегда заливисто смеяться.

— С ума сошёл, друг? — поинтересовался я.

— Нэт, просто отпечаток сапога на твоем лице со звэздой во лбу — очээньсмээшно.

Я вспомнил Пушкина: «А во лбу звезда горит», и тоже заржал.

Со стороны мы казались психами, закованные в цепи, в яме, с решёткой вместо потолка.

Охранявший нас часовой подошёл к краю, плюнул вниз и чуть не попав в Геро, произнёс:

— Через пару недель вам будет ещё смешнее, когда приедут господа дворяне с голодными псами.

— Уважаэмый, плюйте в другую сторону, пожалуйста! — наигранно возмутился Геро.

— Шути, шути, животное.

— Животное тебя на свет родило, образина! — снова вскипел я из-за расовых пассажей местных.

Охранник не обиделся, мерзко хихикнул и так смачно плюнул в меня, что я еле успел увернуться, после чего он отошёл к своему месту.

После этого Геро серьёзно сказал мне:

— Контролируй гнэв, Рус, эсли бы мы нэбыли нужны барону, эта сволочь ужэ выпустил бы тэбэ кишки.

— А зачем мы ему, судить будут?

— Нэт, пока ты тут отдыхал, я поговорил с другим охранником, и он рассказал, что мы живая дичь. Мэстная знать развлэкаэтся охотой на разумных. Обычно это провинившиеся крэстьянэ, ну а сэйчас им попался орк, воин, маг и красавчик в одном лице и его друг травник. Должна быть славная охота, вот и собираются друзья барона. Эти сволочи дэлают ставки, и кто убьёт нас, тот выиграэт много золотых монэт.

— И что делать будем?

— Быстро бэгать, ах-ха-ха-ха! — снова беззаботно заржал Геро.

Мой друган был откровенным маньяком, он не боялся делать больно другим, но и за свою шкуру не трясся. А вот мне, честно говоря, было страшновато, но без боя сдаваться я тоже не собирался.

И пока было время, продолжил практиковать свою читерскую способность в виде магии. Мой энергетический узел был уже ярче прежнего, я тренировался на корешках, торчащих из земли вокруг, заставляя их расти и двигаться согласно моей воле. По мне, смотрелось жутковато, словно сотни маленьких щупалец осьминога вырвались из земли. В это время Геро беззаботно дрых, как выяснилось позже, на него повесили антимагический ошейник, определив в нём воздушника, а вот травника они не боялись, чему я был бесконечно рад. За время практики по обрывкам знаний и сведениям, известным Геро, я узнал много интересного о магической энергии. Местные называли её «Каплями творения», или маной, по преданию она обрушилась с небес в незапамятные времена, когда Бог закончил создание мира, излишки энергии как-то попали на эту планету, подобно каплям краски, упавшим с холста художника, и мана наполнила этот мир. Так ли это было на самом деле, не имело особого значения. Главное, что я понял — это умная энергия, нечто способное созидать, энергия, подчиняющаяся воле мага, и чем больше знаний о законах мироздания ты имел, тем чётче мог отдавать приказы. А у меня этих знаний человека двадцать первоговека было предостаточно. И я точно знал, что вся материя в мире — это энергия с низкой вибрацией, то есть если понизить вибрацию зелёных потоков, то получится что-то твёрдое. Доступная мне энергия являлась составной частью растений, и если запрограммировать её на уменьшение колебаний, то, по идее, должно получиться что-то живое и, возможно, цветущее. Увы, представить такое было трудно, потому что я не знал, как выглядят частицы энергии и как происходит эта самая вибрация, да и на сколько нужно её уменьшить, тоже понятия не имел. Плазменный шарик в моей руке не становился материальным, как бы я ни старался. «А если использовать настройки готовой материи, сможет ли энергия частично её заменять?»— подумал я. Ещё несколько часов опытов, и проблема с отмиранием всего живого вокруг моих цветов-монстров отпала — сама энергия стала питать их. При этом и влага, и земля были жизненно необходимы, просто в меньшем соотношении. Самое сложное — соблюдать баланс между питательными веществами из почвы и питанием растений силой. Это был прорыв! На сколько подсказывала память, никто в этом мире не мог делать подобного. Оставалось только прокачивать свой магический узел и увеличивать запасы зелёной маны. А какие это открывало возможности, трудно было вообразить. Нас неплохо кормили, готовя к охоте, даже приходил целитель, подлатавший наши побитые организмы. Он с удивлением посмотрел на мой узел, но не предал особого значения, ну что может простой травник? А я кое-что уже умел. Скорость роста моих корешков выросла до скорости удара копьём крепкого воина, деревянные шипы буквально выстреливали из земли, после чего я забирал энергию назад, и они осыпались прахом. Было и ограничение: без особых энергетических потерь вырастить такой отросток я мог высотой максимум на полметра, а всё, что больше, жрало уйму маны, и я выдыхался через несколько десятков кастов. Но и с имеющимися результатами можно было наворотить кучу дел. Во время моих тренировок Геро стоял на шухере и в случае приближения стражников давал сигнал. Наблюдая за мной, он хищно улыбался, предвкушая лица уродов, которым мы преподнесем массу сюрпризов. Геро тоже не сидел на месте, постоянно тренировался: отжимался, подтягивался на решётке, и я делал это вместе с ним, он показывал движения с воображаемым мечом и копьём, объяснял принципы боя, благо какие-то основы за время нашего путешествия он уже в меня вложил.

Так прошло несколько недель, затем ещё. Время играло в мою пользу, по местным мерка я развивался очень быстро, спасибо воспоминаниям из прошлой жизни. Теперь я не просто видел энергию, развивающуюся в растениях, я буквально чувствовал её каждой порой своей кожи, словно я сам становился корнями или цветком, на который бросил свой взгляд. Успехи меня радовали, но настроение портила яма, в которой мы сидели, сырость после дождя и откуда-то появляющиеся крысы. С серыми пришельцами я справлялся в два счёта, насаживая их на корешки, выскакивающие из земли. После чего мои деревянные спруты медленно обматывали тушки и утаскивали под землю, превращая их в удобрения. Получалось безотходное производство. За время нашего заточения приводили ещё больше пленников, не брезговали никем. В соседние ямы бросали женщин, стариков, детей. Кто-то выл от ужаса, и его успокаивал древком копья местный страж. Настроение у всех было упадническое, с кем-то из узников удалось переговорить, пока наш охранник находился на другом конце площади с ямами. К нам подселили местного простолюдина по имени Дрейк, ранее служившего у барона, это, конечно, был подарок судьбы, он в красках рассказал нам, что дворяне делают с попавшимися в их руки во время охоты. Парень не раз прислуживал барону на таком мероприятии, но вот провинился и сам стал дичью. Местная мразь особенно любила мучить пойманных женщин и детей, и отдельным пунктом в развлечениях были пойманные мать с маленьким ребёнком. Их не убивали до конца охоты, пытая поочерёдно, потом давали надежду на то, что отпустят, и в последний момент убивали малыша. Как правило, мать либо сходила с ума, либо накладывала на себя руки под хохот дворян, смакующих винцо в шатрах. Меня откровенно трясло, нет, не от страха, а от бешенства. Никогда не отличался кровожадностью, но в этот момент я хотел убивать. Но главное, мы получили массу полезной информации.

4. Охота

Рано утром нас по очереди вытащили из ям и приказали искупаться, дабы не портить настроение господам своим непотребным видом, отобрали старые вещи и выдали простые мешковатые тряпки с рунами по всей поверхности. От новой одежды словно исходил какой-то неприятный запах, но я не придал этому значения, наконец-то сухие, чистые вещи. Всю толпу в сорок человек и одного орка загнали в тёплый барак, где нас снова осмотрел целитель, подлечив тех, кому это требовалось перед предстоящим забегом. Во время перехода из землянок я рассмотрел территорию вокруг, огромная площадь, огороженная деревянным частоколом размером с футбольное поле, по периметру забор окружали небольшие деревянные вышки с лучниками на них. В стену вмонтированы синие светящиеся кристаллы на значительном удалении друг от друга, по крайней мере, это то, что мне удалось увидеть. Воспоминания Радана идентифицировали их как артефакты, что конкретно они делают, я не знал, но точно что-то магическое, в центре всей этой территории и были несколько десятков ям, в одной из которых мы сидели. Остальное пространство застроено деревянными бараками, и один из них достался нашей компании.

Так мы жили ещё несколько дней, Геро играл с детьми, которые не понимали, что их ждёт, а я прокачивал через себя всю доступную зелёную энергию. К моему счастью, маги видели потоки только родственных им стихий и магический узел. Лекари — жизненную энергию внутри пациента, всё остальное только через дорогостоящие артефакты. Подозреваю, что для травников таких даже делать никто не стал, быть может, чисто в научных интересах в каких-то академиях. Я знал это наверняка, спасибо старой памяти Радана, а потому качал безбожно много, отвлекаясь только на еду и сон. Единственное, зелёным светились мои ладони.

Геро отваживал от меня детвору, а взрослые пребывали в апатии, ожидая смерти. Было в этой толпе и четверо живчиков, державшихся особняком, тёртые жизнью, настоящие бандиты. Прибыв в барак, они попытались установить свои порядки, сходу хватая самых симпатичных девчонок с целью последующего изнасилования, но Геро быстро им объяснил, что так делать нельзя, повыбивав уркам зубы, теперь они сидели в отдалённом углу, злобно на нас косились, при этом что-то тихо шепелявя. Когда Геро спал, я сидел на страже, потому они даже не пытались больше подойти. Спустя ещё неделю нахождения в тёплом и сухом бараке за нами пришли. Поместили в повозки с решётками и повезли в сторону местного замка — типичная средневековая твердыня, похожие не раз показывали в кино, да и предыдущий владелец тела на них насмотрелся, потому я не особо впечатлился и больше думал о том, как выжить.

Нас привезли на ристалище, где, очевидно, проводились рыцарские турниры, со сшибанием всадников и прочими забавами. Выстроили в ряд перед цветом местного общества, часть из которого находилась на возвышенности. С виду это были нормальные люди, никогда бы не подумал, что это кровожадные маньяки. Особенно почётные гости возлежали на ложах с балдахином, устланных матрасами и разноцветными одеялами, другие сидели на стульях, больше напоминающих троны. Эти были более собранными, что ли, видимо, главные охотники. Собралась приличная толпа — мужчины и женщины, все одинаково плотоядно смотрели на нашу шеренгу. Молодая девушка, стоявшая рядом со мной, стала рыдать, девчонку звали Лора, за неделю я знал практически каждого обитателя барака. Незаметно схватив её за руку, сквозь зубы буквально приказал:

— Не реви, им это нравится. Разозлись, подруга, представь, что плюёшь гадам в лицо.

Лора немного пришла в себя, но всё равно похныкивала. А я откровенно бесился, наверное, изменился после смерти. Откуда во мне было столько смелости, которой раньше не наблюдалось, непонятно, видимо, подсознательное понимание того, что жизнь не кончается с отключением организма, придавало мне уверенности. Но меня не пытали, «небольшие побои не в счёт», вот тогда, возможно, я бы поумерил свой пыл и был бы более покладистый, умом я это понимал, но эмоции брали верх. Тем временем местный аналог ведущего сообщил нам радостную новость.

— Рабы, вы свободны! Милостью его сиятельства герцога Итерна Ландайского вам дарована жизнь, но уйти вы можете только в сторону Артанских гор. Кто ослушается его милость, того отдадут на растерзание собакам. С собой вы можете взять один предмет по желанию, в пределах разумного, разумеется, никаких драгоценностей и артефактов вам никто не даст.

Я посмотрел на Геро, чтобы увидеть его довольную красную морду, понятно было, что он выберет. Ведущий продолжил:

— Итак, подходим к стойке, говорим громко, что нужно, так, чтобы и господа слышали. Затем отходим в сторону и ждём, когда вам это принесут. Уйдёте через ворота на другом конце площади.

Первым вышел мой широко улыбающийся друг, сделал грациозный реверанс в сторону дворян и громко сказал:

— Привэтствую, господа. Попрошу вэрнуть мне мой мэч.

В толпе зашушукались, что-то обсуждая, женщины захихикали. Жирная морда за балдахином, попивающая вино, благосклонно кивнула посмотревшему на него распорядителю игр. Жирдяй был тут старшим, наш барон чуть ли не вприпрыжку бегал вокруг ложа высокого гостя, пытаясь ему всячески угодить. В очередной раз подойдя к боссу, он негромко сказал, кивая в сторону орка:

— Это он, ваша светлость, лютый волчара.

Герцог продолжал жевать виноград, не выражая никаких эмоций. Геро, как и было сказано, отошёл в сторонку и стал дожидаться свою железяку, лихо улыбаясь и подмигивая дворянкам, те махали веерами, томно краснели и перешёптывались.

Затем вышел я и повторил за орком.

— Господа!

Только вот я сделал крестьянский поклон — руки по швам и согнулся буквой «г».

— Лопату! — попросил я.

В толпе над моей просьбой откровенно ржали. Кто-то начал громко шутить, что смерд решил сразу себя закопать, выдав тем самым, что нас не собираются отпускать. Впрочем, мы это и так прекрасно знали. В яме мы вытрясли из Дрейка, сидевшего с нами, всю возможную информацию о предстоящем забеге. Расклад был такой: на бегство жертвам давали четыре дня, в это время знать бухала и предавалась плотским утехам. Выяснили, что с магов не снимали ошейники, так что Геро не сможет кастовать. Обычно на пятый-шестой день конники уже нагоняли отстающих женщин, детей и стариков. Ловили, издевались, кого-то убивали или отдавали на развлечение тем, кто любил измываться над слабыми. Любители более острых ощущений загоняли мужчин. Особенно ценились воины, которые могли дать отпор. Высокие гости делали различные ставки на то, сколько продержатся и даже скольких слуг покалечат беглецы. Убить кого-то из охотников ещё никому не удавалось, их было много, а раненых, даже тяжело, вытаскивали сильные маги-целители. Обычно охота длилась дней десять, максимум на памяти Дрейка гонялись двенадцать дней за особенно прытким рейнджером, который хорошо ориентировался в лесу. Как находили беглецов, слуга не знал. Это понял я. Скорее всего, руны на наших рубахах оставляли след, недаром, будучи магом, я почувствовал от них что-то напоминающее запах.

После меня крестьяне наперебой тоже стали просить топоры и верёвки, несколько копий, огнива, всё, что нужно в пути. Женщины и дети, коих было пятнадцать человек: десять женщин и девушек от пятнадцати до шестидесяти лет, четыре пацана в возрасте от трёх до одиннадцати и одна семилетняя девочка. Большинство брали провизию: сушёное мясо и сухари, две девушки заказали материалы для шатров, в бараке мы заранее договорились, кто что возьмёт, потому что у нас было кое-какое представление о недалёком будущем.

Я спокойно стоял в новой шеренге обречённых и ждал свой инвентарь, а Геро уже нежно поглаживал меч.

— Муган, мой друг, как бы я бэз тэбя смог.

— Так я же твой друг. — прикололся я.

— Друг, но Муган— лучший друг.

— А вот это было обидно.

В это время кто-то буравил меня взглядом, я посмотрел на толпу дворян и увидел ухмыляющееся лицо сынка барона. Парень явно предвкушал, как будет накручивать мои кишки на свой меч. Я решил поиздеваться над недоноском и пантомимой показал поднятый воображаемый стул, затем последовавший за ним удар, после чего с высунутым языком наклонил голову вбок, напоминая засранцу, как вырубил его стулом. Спесивая улыбка слетела с лица мордоворота, и он бросился меня убивать, но его с разных сторон схватили дружки, при этом говоря что-то явно успокаивающее и бросая взгляды в сторону герцога. Я знал, что сейчас меня не тронут, ну точно не при начальстве. Потому решил добить гада, показывая рукой, как на моей голове растёт воображаемая шишка. Младший барон был красный как рак, но ничего поделать не мог, напоследок я подмигнул ему и отвернулся с максимально пренебрежительным видом. Меня словно физически окатила волна ярости. Прикинувшись шлангом, я стал демонстративно скучающе ковыряться в носу.

И вот всю нашу толпу выпустили. Геро шёл и улыбался, как на параде. Махал зрителям и кричал:

— Спасибо, Гэро, из Сухих трав, всэгда будэт помнить вашу доброту и доброту эго сиятельства! Будете в наших краях, заходитэ в гости! — отыгрывал наивного дурачка орк. Дворяне лицемерно хихикали, а мы всей толпой шли и глупо улыбались.

Четыре утырка, те, что пытались изнасиловать девчат в бараке, с выбитыми зубами и выбранными копьями побежали вперёд, бросив всех остальных, но мы на них и не рассчитывали. Они прекрасно знали, что нас не отпустят, а потому долго не думали. А вот мы, разумеется, женщин и детей бросить не могли, а потому шли всей массой в сторону леса и видневшихся вдали гор. Дойдя до скопления деревьев, мужики быстро соорудили переноски, чтобы нести маленьких детишек. Старики задерживали, но ничего с этим поделать было нельзя. Мы шли несколько дней, специально выстроившись в цепь, дыша друг другу в затылки, это было частью нашего коварного плана. На одном из привалов разрезали материалы для шатров и с помощью верёвок сделали примитивные одежды для всех беглецов. Затем скинули выданную униформу, от которой смердело магией и по которой нас, судя по всему, собирались выслеживать и убивать. Сложив её в одно место, мы переоделись в новое. Через несколько часов несколько крестьян, отлично ориентировавшихся в этих лесах, взяли всю снятую нами одежду и понесли её дальше. Это было первой частью плана. А мы тем временем остальной толпой свернули направо и пошли параллельно горам, как уверяли местные, через неделю этого пути можно будет уйти за пределы королевства в вольные земли, где люди барона и герцога не имеют власти.

Мы шли ещё сутки, но не просто так, один очень талантливый зелёный маг замыкал цепь и заметал следы с помощью своей силы. Наше соприкосновение с природой оставляло следы, видимые не только физически, но и в энергетическом пространстве, а я возвращал всё в прежний вид. И там, где я восстанавливал зелёные потоки, расправлялся растоптанный цветок или придавленная травинка, возвращал свою прежнюю форму раздавленный мох, отрастали сломанные ветки. Делал это на автомате, даже особо не напрягаясь, лес питал меня, тут я был в своей стихии. Вообще местная флора радовала взгляд: огромные вековые лиственные деревья, напоминающие секвойи, дубы и ели, и всё это было пронизано сетью лиан. Лес жил своей жизнью, пару раз мы встречали оленей, в отдалении слышали хрюканье кабанов, но близко зверьё к нам не подходило. В конце концов мы с Геро развернулись и пошли обратно, я проделывал те же процедуры, заметая следы. Вдвоём до точки разделения мы добрались быстрее и пошли догонять удалившихся крестьян с одеждой. Вернувшись на первоначальный курс к горам, я стал выполнять обратные действия с энергией — ломал структуру, создавая больше видимых следов вокруг, запомнив, как это выглядит после прохода нескольких десятков человек. План был прост: отслеживающие перемещение одежды маги не должны будут ничего заметить, вещи продолжали перемещаться в нужном направлении, тем временем мы отвели людей как можно дальше и замели следы, теперь у них будет приличная фора, по крайней мере, я на это надеялся. От собак защищала пыльца белых цветов, которую мы разбрасывали по пути — идею подкинул Геро. Я собрал несколько образцов растения и быстро размножал их. Мы шли по следам ушедших вперёд парней, как и договорились, они бросили тюки с одеждой через сутки пути и тоже свернули в сторону вольных земель. Несколько часов я заметал уже их следы, которые отчётливо видел магическим зрением. Нам снова пришлось вернуться, взять тюки с одеждой и двигаться в сторону гор, уводя погоню за собой.

Марлен фон Терс

Старший сын барона был вне себя от бешенства, Марлен фон Терс прокручивал в голове момент своего позора перед сыновьями виконтов и других баронов в таверне, какой-то простолюдин посмел ударить ЕГО, да ещё и стулом. Остальная компания тоже позорно проиграла, но ДВОРЯНИНУ, пусть даже это и орк. До Марлена стали доходить слухи, что за глаза его уже прозвали «Марлен-табурет». Убить гадёныша ему не дали, хоть он с наслаждением и отпинал наглеца, обладающие даром были нужны для предстоящего обряда, и орк с травником вовремя попали к ним в руки, пусть даже ради этого и пришлось понести некоторый репутационный урон. Но скоро он искупается в крови обидчика, причём в прямом смысле, потом съест его сердце, ну или почки, смотря, что достанется— думал Терс-младший. Похожие мысли были и у самых приближённых к Герцогу вассалов, которые любили побаловать себя мясом разумных. Несколько лет назад местная знать продала свои души инферналам в обмен на обещанную власть в этом мире. А преданность идеалам они должны были доказывать с помощью каннибализма. На первой кровавой вакханалии, где были съедены несколько крестьянок, Марлена тошнило, но со временем подобные пиршества начинали приносить удовольствие. Их семья угощала «деликатесным» мясцом и людей непричастных, которых они со временем пытались переманить в свой стан. Так понемногу весь цвет местной элиты постепенно становился каннибалами, а кто отказывался, незаметно умирал от яда или становился обедом, в зависимости от обстоятельств. В обмен инферналы давали им возможность открывать проходы и вызывать различные зубастые сущности из тёмных миров. Но пользоваться новыми способностями, не привлекая внимания клириков Братства Единого, было затруднительно. Потому, пока их культ не набрался силы, тёмная магия инферналов была для них табу и приходилось обходится стандартными средствами. Просто пожирать людей знати было скучно, и они придумали один из немногих знакомых им видов развлечений — охоту.

В погоне за беглецами Марлен вместе со всем молодняком шёл впереди основной свиты Герцога, ненадолго опережая её. На этот раз охота непонятно почему затягивалась, ещё никого настигнуть не удалось, и вот наконец приставленный маг-целитель доложил, что несколько беглецов прячутся в дупле одного из деревьев, которое было спрятано за густым кустарником. Первым к цели добрался виконт Дарийский со своими людьми, они азартно стали рубить кустарник и пробираться к заветному мясу. Судя по всему, там пряталась мать с ребёнком, молодой дворянин обожал мучить такие парочки, а потому рвался к их схрону активнее всех.

— Выходите, мои хорошие, я рыцарь и пришёл спасти вас!

Сальным голосом вещал виконт, возбуждённо пробираясь через кусты, от переизбытка чувств у него возникла эрекция, которую было видно невооружённым глазом. Как и все охотники, он был одет в лёгкий кожаный доспех и шлем. Доспехи были способны защитить тело даже от стрел, выпущенных из охотничьих луков. Ничего тяжёлого надевать не было смысла, да и что им могут сделать несколько голодранцев. Опасен был только орк, но один в поле не воин. Тем временем виконт всё ближе подбирался к заветной цели, чуть ли не пуская слюни от предвкушения.

Но сына барона игрища Виконта не волновали, все его мысли были о проклятом простолюдине. Будучи огромных размеров, являясь потомком рода воинов, которые честным клинком получили свой титул, Терс-младший не знал поражений — и тут такой конфуз в виде прилетевшего в лицо стула. «Всему виной алкоголь», — успокаивал он себя, но облегчение не приходило. Более того, перед его глазами снова и снова всплывало наглое лицо простолюдина и его кривляния на ристалище, он поклялся себе, что теперь смерть травника будет более долгой и мучительной, чем планировалось ранее. Предаваясь этим сладким мыслям, Марлен, наконец, услышал истеричный вопль женщины.

— Первая попалась! — улыбнувшись, сказал своим людям Терс-младший. Но что-то в этом визге было знакомое и отдалённо напоминало голос виконта Дарийского. Подойдя ближе к дереву, он действительно увидел дворянина, визжащего как женщина, из его ноги и паха фонтаном била кровь. Подоспевший целитель усыпил виконта прикосновением руки и начал заживлять раны. А Марлен тем времен зашёл внутрь изрубленного кустарника и увидел причину страданий раненого. Виконт провалился в небольшую яму, которая была усеяна острыми кольями. Обойдя её, Терс-младший попал внутрь дупла у самого основания дерева, внутри валялось два комплекта одежды с отслеживающими рунами. Подсветив факелом, он увидел отчётливую надпись, вырезанную лопатой: «Хотели развлечься? Тогда отымейте друг друга, девочки». Все, кто видел надпись, багровели от гнева, но докладывать герцогу не посмели, так их ещё никто никогда не унижал.

До этого места поправил

Что это работа травника, не было никакого сомнения. Взятая им на ристалище лопата говорила и о природе вырытой ямы, в которую и угодил виконт. Только теперь охотники поняли, почему так долго не могли настигнуть первых жертв. Вместо обычных одного-двух дней погони они скакали третьи сутки. Беглецы как-то узнали о зачарованной одежде. «Значит, придётся полагаться на следопытов и собак, маг стал практически бесполезен, а у травника и орка появилось больше форы», — раздражённо думал Марлен. Но это лес его рода, и ещё никому не удавалось уйти от возмездия Терсов в этих краях. Да и чем дольше проживёт травник, тем слаще будет месть!

К Марлену подбежал один из слуг.

— Докладывай. — высокомерно сказал наследник барона.

— Раненого виконта отправили в замок, теперь он долго не сможет развлекаться с женщинами, но благодаря целителю всё останется в рабочем состоянии. Собаки взяли след.

Марлен хищно улыбнулся, в его крови снова забурлил адреналин, он обожал охоту, особенно на разумных, а потому в эти минуты был по-настоящему счастлив. Хоть в этот раз абсолютно всё шло не по сценарию: собаки, люди, лошади всё чаще стали падать в такие же неглубокие замаскированные ямы с деревянными шипами, представлявшими собой ровные, заострённые корни деревьев, это сильно замедляло движение передовой группы.

— Ловушки умело маскируются травником, народ стал откровенно побаиваться наступать на места, где были какие-либо растения. Трава, мох или цветы, могут таить под собой опасность.

Докладывали об этом следопыты, впрочем, он видел это и без них. А потому постоянно держал впереди нескольких слуг.

Ведь, в одну из ям угодила даже лошадь герцога, и он всей своей массой упал лицом в грязь, злобно вереща.

— Найти, разорвать травника на части! — орал Итерн Ландайский.

В гневе он стал избивать кнутом кинувшихся к нему слуг, одному бедолаге даже выбил глаз, после чего приказал разбить палатку, ибо больше не хотел рисковать своей жизнью. Сюзерен велел привезти травника живым.

Марлен не сильно расстроился, потому что ему позволяли пытать жертв, и он вполне может насладиться обществом этого недомага.

Теперь охотники шестами проверяли дорогу перед собой, словно шли по болоту. По пути нашлись остальные меченые вещи, рейнджеры уверенно шли по следу и уверяли, что вся дичь продолжает идти гуськом в одном направлении. Через несколько дней поймали разбойников, которые с самого начала отделились от основной группы, за ними выслали отдельный отряд. Недовольные тяжёлой охотой дворяне отрывались от души — пытали, исцеляли и снова пытали. Герцог самолично занимался истязанием, требуя больше рассказать о травнике, но всё было тщетно. Следы беглецов вели к узкому скальному ущелью, где их и должны были настигнуть. Две параллельные стены отвесных скал тянулись на почти целый день пути, пешим ни за что не уйти от конников. Высота гор в этих местах была в тысячу саженей, забраться наверх было делом практически невыполнимым, а потому все предвкушали скорое развлечение. На подходек скалам их ждал очередной сюрприз. Проход был завален деревьями, кустарниками и прочим хламом, дорогу расчищали маги воздуха и слуги, убирая весь деревянный мусор на пути, на это ушло несколько дней. Наконец, погоня выбралась на открытое от скал пространство, представляющее собой всё тот же лес, который рос на несколько лиг вокруг, опоясывая подножие всего горного хребта. Настроение Марлена испортилось ещё больше.

— Следы беглецов пропали, словно они улетели или стали прыгать по деревьям. Собаки тоже потеряли их из-за пыльцы Белого многоцветника, откуда здесь столько этих цветов, непонятно. — докладывал рейнджер дворянам.

— Мне понятно, — прорычал Марлен, — проклятый травник, это его работа.

Марлен буквально рычал от негодования, теперь его семья попадёт в опалу к Герцогу, ведь это они устроили охоту, в которой всё их воинство было опозорено. Очевидно одно, ни травника, ни даже простой сбежавшей крестьянки им сейчас не настигнуть.

Отправленные на поиск семеро воздушных магов тоже ничего не обнаружили. Несколько недель понадобилось рейнджерам, чтобы понять, куда делась их добыча, но было уже поздно.

5. Свобода

Я очнулся от постоянной тряски, глазам предстали ноги Геро, облачённые в местный аналог лаптей. Орк почувствовал, что его ноша зашевелилась, и положил меня на землю. Он стоял в одной набедренной повязке, а второй кусок материи от палатки приспособил под петлю для меча. «Ну настоящий вождь краснокожих!» — подумалось мне, и я тихонько хихикнул.

— Вижу, всё в порядкэ, раз уж ты смэёшься. А я вот спины нэ чувствую, полдня тэбя нёс, а ты эсшо смэёшься надо мной.

— Прости, вспомнилось из прошлой жизни. Ничего такого.

Меня выключило от магического истощения, основные силы ушли на завал всяким хламом дороги в ущелье, преследователи уже были на хвосте, собачий лай подстёгивал, а потому я не скупился, расходуя ману. Я ломал деревья и кустарники, росшие на склоне скал, чем дальше был объект, тем больше усилий нужно было приложить, но сработало как надо. Потом выращивал Белый многоцветник, а Геро рассыпал пыльцу по пути нашего следования, чтобы сбить собак. Затем ваш покорный слуга долго и упорно заметал следы, и вот тут-то и пришла темнота. К счастью, всё получилось, и в схватку вступать не пришлось. Наши ловушки, судя по всему, тоже сработали как надо, Геро как сумасшедший копал небольшие ямки глубиной в полметра, а я выращивал острые корни и маскировал их. В сущности, капканов мы вырыли не так много, больше нужен был психологический эффект, чтобы замедлить погоню.

Несколько дней мы шли по горам, пару раз замечали человеческий силуэт в небе, это были воздушники, как Геро. Я в очередной раз восхитился магией: «Парни умеют летать, это так круто!». Но и мы не лыком шиты, нас с Геро накрывало плотной листвой, и мы становились невидимками в зелёном океане леса. Позже я сделал нам маскировочные костюмы из листьев лиан и веток, и мы стали походить на два ходячих куста. Спали на мягкой постели из травы, выращенной в несколько слоёв, такая трава-мутант. Сверху нас накрывал шалаш из деревьев, который напоминал ледяные дома эскимосов иглу, только мой сделан из деревьев и листьев, и стены были очень плотными. Огонь мы разводили ночью, чтобы враги не засекли дым. Небольшой костерок горел в предварительно вырытой яме, дабы не спалить деревянное убежище, в крыше нашего древесного иглу была дыра, из которой тянул воздух и дым. С помощью магии я мог решать массу бытовых вопросов, добывал кроликов на обед, один из которых сейчас жарился на углях, мои новые навыки охраняли нас от хищников, которые водились в этом мире. Ночью по периметру нашей палатки я выращивал множество острых кольев, торчавших из земли под углом, получалась приличная засека, которую было трудно преодолеть, не проткнув свою тушку. Пару раз она спасала нас от волков, которые кружили вокруг нашего лагеря, судя по следам, животные были размером с земных алабаев, это напрягало. Но мой друг беззаботно улыбался и был расслаблен, что успокаивало. На привалах мы, как всегда, болтали.

— Геро, а ты встречал чудовищ?

— Вэй, да в стэпи они под каждым кустом. Но я нэ встрэчал. — улыбнувшись, признался орк.

— Но эсли встрэчу, башка вжих, и дэло в шляпе. А почэму ты спросил? Почувствовал что-то? — напрягся Геро.

— Да нет, просто любопытно. Тоже никогда не встречал, но слышал. «Точнее, Радан слышал». Вообще, у меня мало информации об этих существах.

— А знаешь, почэму?

— Почему?

— Потому, что нэкому рассказывать. Обычно тэ, кто их встречал, становились их обэдом. Ах-ха-ха-ха. Лишь только такиэ вэликиэ воины, как я, потом могут что-то рассказать. Ыыы! — снова широко улыбнулся орк.

— И оооочень скромные.

Подколол я его, хотя он и правда был очень крут, знаю не понаслышке. Но нечего выпендриваться, а то зазнается ещё. Но Геро словно не обратил внимание на мою издёвку и продолжил.

— Поэтому их и называют чудовищами, Рус, практичэски полная нэвосприимчивость к магии, толстая шкура или невообразимая скорость дэлают их страшными противниками. Но нам с Муганом они нэ страшны, правда жэ, мой красавчик?

Геро обратился к своему мечу, нежно поглаживая его по лезвию, разве что не целовал железяку, по крайней мере, при мне. Потом орк продолжил.

— Эсть ещё такиэ виды, которыэ подчиняют слабый разум, как у тэбя. И жэртва сама идёт к ним в пасть.

— У кого это тут слабый разум? — наигранно возмутился я.

— А кто дворянина стулом по мордэ ударил?

Конструктивно парировал Геро. Крыть было нечем, но я всёже попытался.

— Зато скольких людей спасли, а?

— Тупой с добрым сэрдцем, тут нэ спорю.

— И это говорит орк, разговаривающий с железякой, ну-ну.

— Муган нэ жэлэзяка, нэ слушай эго, мальчик.

Геро нежно прижал меч к щеке. Потом мы как обычно долго ржали друг над другом, словно и не было на хвосте погони из толпы негодяев, жаждущих нашей смерти, и не рыскали в ночи голодные волки размером с маленьких медведей. Мы беззаботно смеялись и обменивались колкостями, словно находились на шашлыках в загородном доме. С Геро я становился таким же отмороженным на всю голову, видимо, это заразно.

Через три недели пути в небе перестали появляться парящие маги, от погони мы явно оторвались, но будучи немного параноиком, я продолжал заметать следы. Перед уходом прятали кострище, шалаш разрушали, после чего на этом месте вырастал небольшой кустарник. Снять антимагический ошейник с Геро не удалось, требовался кузнец, это жутко раздражало, орк — наша главная боевая единица, случись что. И по закону подлости, это что-то случилось, когда мы шли между двух склонов гор с подъемом примерно в тридцать градусов с обеих сторон на участке без деревьев, где вокруг были обильно разбросаны древние куски скал. Геро внезапно остановился, а его заостренные уши слегка шевельнулись. «Настраивает локаторы», — пришла мне в голову глупая мысль. А дальше было не до приколов, с одного склона посыпалась каменная крошка, и из травы стали подниматься здоровенные человекоподобные существа зелёного цвета, несколько прятались за валунами, всего их было семнадцать.

— Горные вэликаны, задэри меня магира. Да ещё цэлая стая. — разочарованно протянул Геро.

— А чего они хотят? — с надеждой на лучшее спросил я.

— Сожрать нас, конэчно. — уверенно заявил мой друг.

Размером гуманоиды были под три метра, сухие, жилистые, сморщенная кожа напомнила мои распаренные руки после купания. Лица хищные и отталкивающие, словно скрестили змей со свиньями, лысые головы, вертикальные зрачки в красных глазницах, змеиный лоб, перетекающий в свиную харю. Один из них открыл рот, обнажив множество острых зубов-игл одинакового размера, и истошно завизжал, у меня аж сердце в пятки ушло, и на какой-то миг я просто остолбенел. Но Геро больно ударил меня в плечо и закричал:

— Бэжим!

И мы почему-то помчались на противоположный склон. Благо существа передвигались не так быстро, как могли бы при их росте, они даже не бегали, а как-то несуразно и неуклюже ходили, словно им тяжело было поднимать ноги. Тем не менее, великаны неминуемо сокращали дистанцию.

— Убэжать нэ получится, займём высоту и там их встрэтим. — со сбивающимся дыханием проговорил орк.

— Тогда мне нужно дерево поблизости.

— Гдэ я тэбе дэрево возьму?

— Вон, там.

Я указал на выступ в ста метрах от нас.

— Нэ успээм.

Я обернулся — один великан сильно обогнал остальных и уже был в тридцати человеческих шагах от нас.

— Ты бэги к дэреву и нэ оглядывайся. Я догоню.

Склон горы не был равномерным, а сменялся небольшими равнинами, по принципу лестницы, выбегая на равнину, мы пропадали из поля зрения монстров. Вот на одном таком месте и остановился Геро, спрятавшись за камень, а я побежал дальше по склону, к спасительному дереву.

Великан был так сосредоточен на погоне, что не заметил ушлого орка, выскочившего как чёрт из табакерки. Одним ударом Геро подрезал ему сухожилие на ноге, и тот припал на колено, второй удар меча отсёк людоеду голову. А я тем временем, задыхаясь, поднимался к своей цели, периодически поглядывая назад. Ноги уже стали свинцовыми, дыхание сбилось, но я упорно продолжал бег. Спотыкаясь, падая на четвереньки и помогая себе руками, рвался к цели. К тому моменту, как я добрался до маленького кривого и неказистого дерева, напоминающего японский бонсай, в глазах начало темнеть. Но отдыхать времени небыло. Геро драпал со всех ног, к нему уже тянулись зелёные когтистые лапы, и, словно у него были глаза на спине, орк быстро крутанулся на месте так, что его силуэт на миг размазался в моих глазах, это выглядело как маленький торнадо. Людоед вмиг лишился лапы, после чего противно заскулил, обильно окатив обидчика своей чёрной кровью, фонтаном хлынувшей из культи. Но и я не сидел на месте, подключившись к энергетическим потокам деревца. Когда Геро достиг нужной точки и к нему тянулось уже две пары лап, из земли выстрелили деревянные колья толщиной с мужское предплечье, вонзившиеся в животы передних монстров. Такого великаны не ожидали и все разом остановились, услышав крики боли товарищей. Великаны напоминали насекомых, насаженных на иголки энтомолога.

Я воспользовался паузой и стал выращивать деревяный частокол с остриями, направленными в сторону врагов, одновременно покрывая стволы обильной листвой, которая нас в итоге спрятала. Дальше вырастил множество корней под деревом, после чего превратил их в прах, так под ним образовалась миниатюрная пещера, в которую мы юркнули, а на месте лаза выросли корни, закрыв его полностью от глаз монстров, оставив лишь небольшую щель для наблюдения за людоедами. Великаны снесли мой частокол за полминуты и начали нелепо оглядываться, не понимая, куда мы подевались. Минут через десять умственных усилий, которые им давались явно с трудом, кто-то из них наконец додумался, что надо бы проверить под деревом, попытался вырвать его с корнем, схватившись за ствол, но его ждал неприятный сюрприз в виде полуметровых колючек, выросших в один миг на коре. Тогда они взялись за камни и начали ломать наше укрытие. Мои силы были на пределе, потому оказывать должного сопротивления, выстреливая деревянными кольями, я не мог. Геро готовился к бою, разминая шею, делать больше движений не позволяла теснота нашей пещерки. Мы оба собирались отдать наши жизни подороже, я покрепче сжал лопату, которую до сих пор не бросил, и ждал момента, когда ко мне потянутся когтистые лапы, но буквально в мгновение что-то резко изменилось. Звуки, издаваемые гигантами, похожие на уханья сов, с деловито-расслабленного переросли в панический, беспорядочный, многоголосый хор. Великаны начали убегать в разные стороны, в их случае быстро и нелепо уходить. Спустя минуту мы увидели то, отчего они драпали. С вершины нашего склона спускалась гигантская змея, размеры животины поражали: голова чудовища была размером с Камаз, остальное тело тянулось на добрую сотню метров. Гад был точной копией чёрного полоза, которого я не раз видел в программах о животных, холодный взгляд немигающих глаз словно вынимал душу. О твёрдости чешуи говорили перетираемые в пыль булыжники, попавшие под её тушу. Когда чудовище, а это было именно оно, проползло мимо нас, мне показалось, что змея словно бы заметила двух теплокровных в корнях дерева, но, к счастью, не остановилось, а стало догонять уходящую пешком добычу. Выглядело это забавно и в то же время жутко. Я сидел и откровенно злорадствовал. Но мою радость обломал орк.

— Он видэл нас и вэрнётся. Змэй умээт выслэживать добычу, которую учуял.

— Так, а чего он нас сразу не схарчил?

— Великаны болээ сытный обэд, нэ просто такую тушу прокормить.

— Тогда бежим.

Под натиском моей магии корни дерева разошлись в сторону, словно дверные шторы, и мы продолжили утомительный марафон, только сейчас враг был пострашнее.

— И эшё одно, Рус! — на ходу сбивчиво сказал орк.

— Что?

— Никогда, слышишь, никогда болшэ не спрашивай мэня о чудовищах.

— Ну ты же «вэликий воин». — спародировал я друга.

— Канэчно, вэликий, но о чудовищах при мнэ больше ни слова. — С улыбкой резюмировал орк.

— Честно? Сам не рад. Я-то не великий воин. Хотя есть у меня один друг, если что, он разберётся.

— Дажэ нэ сомнэвайся. — сказал Геро, оглянулся и побежал ещё быстрее.

— Подожди, о великий воин. — снова не удержался я от укола.

— Нэ могу, впэрэди мэня ждут враги и приключэния. Потому и спэшу.

— Ну, тогда ладно, бежим быстрее. Нельзя врагов заставлять ждать.

Подыграл я ему. Смеяться на ходу мы не могли, хоть оба и были близки к истерике. Через несколько минут лёгкой трусцой по диагонали два измученных беглеца спустились по склону, дабы вернуться на прежний курс. Змей уполз в другую сторону, а потому мы надеялись, что времени ещё много. Спустя полчаса снова стали забиваться ноги, но перспектива быть проглоченными заживо давала стимул не останавливаться. Так мы вышли к достаточно спокойной реке, протекавшей в перекрёстном ущелье. Наконец часто дышащий орк остановился, а я облегчённо свалился на траву. По сравнению со мной Геро выглядел бодрячком, моё же обливающееся потом тело бежало на чистом упрямстве.

— Рэка может сбить слэд.

Я встал на ноги, согнувшись пополам, поднял руку, показывая, что мне нужно время, чтобы отдышаться. Потом сказал:

— Сделаю нам посудину.

Из ближайшего дерева я вырастил множество корней, переплетая их косичками, придал судну форму круглого тазика, энергии и так оставалось кот наплакал, потому щели стали обрастать выращенной травой, на которую тратилось меньше маны, трава росла по тому же принципу, что и корни, плотно обтягивая каркас, получилось мягенько и водонепроницаемо. Лопату приспособил в качестве руля, Геро срубил палку, которую мы в дальнейшем использовали как шест там, где это требовалось. Змей не стал нас преследовать или и вправду потерял след. Сход по реке был лучшей частью побега из герцогства. Набравшись сил, я постепенно совершенствовал нашу лодочку. Буквально вырастил крышу из веток и лопухов, сделал удобные лежанки из мха.

Погода была тёплая и сухая, ночью мы приставали к берегу и обустраивали лагерь по отработанной схеме. В горных пейзажах наш кораблик плыл пять дней, всё это время мы рыбачили с помощью гарпунов, охотились в лесу, который, как выяснилось, опоясывал практически весь хребет, собирали грибы и ягоды. Я легко находил нам всё нужное для жизни в этом зелёном океане — память Радана выручала. Орк лишь благодушно улыбался, уминая очередную вкусняшку. Потом вышли на равнину, где величественные горы сменились редким лесом и неухоженными полями с высокой травой, так прошло ещё несколько дней. И вот в одно прекрасное утро мы увидели остроконечные крыши зданий.

— Земля, три тысячи чертей! Вставай, юнга! — громко прокричал я, что, конечно, не понравилось спавшему орку.

— Отвали Рус, хватит дурака валять.

— Нет, правда. Смотри город, ура!

— Оо, я бы нэ особо радовался на твоём мэсте, — сонно пробурчал Геро, — посмотри, во что мы одеты.

Я взглянул на наш внешний вид и приуныл: два бомжа в набедренных повязках, без копейки денег. Из ценностей: лопата да меч, который, разумеется, не продавался. Но всё это было мелочью. Из города нас давно заметили, а потому на одной из многочисленных рыбацких пристаней уже ждал конный разъезд. Их было человек сорок. В кожаных доспехах, вооружённые до зубов, они сурово смотрели в нашу сторону. Из этой массы словно луна в ночном небе выделялся здоровенный усатый мужик, напомнивший мне Чапаева, выглядел дядька лет на пятьдесят. Подтянутый со строгим, но честным взглядом, который одним своим видом вызывал трепет и уважение. Полностью закованный в рыцарские латы, ярко блестевшие на солнце, он крикнул нам красивым баритоном с легкой хрипотцой:

— Мы стража Негзита. Немедленно пришвартуйтесь.

Мне почему-то на ум пришли земные гаишники, только вместо короткой полосатой палки у них были длиннющие копья, а вместо автоматов — взведённые арбалеты.

— Будэт сдэално, уважаэмый страж, мы чэстныэ разумныэ. — примирительно подняв руки, сказал Геро.

И вынув лопату из рулевого кольца, орк в несколько гребков пришвартовался к причалу.

— Именем герцога Арианского вы арестованы.

— Ну, вот. Приплыли. — разочарованно сказал я.

Дальше, ничего не объясняя, нас разоружили. У меня забрали так полюбившуюся мне лопату, у Геро же — его Мугана. На орка смотреть было страшно, он расставался со своим кривым мечом чуть ли не со слезами на глазах.

— Нэ пэрэживай, Муган, я за тобой приду.

— А это уже как решит его высочество. — вмешался в разговор усатый.

Так мы снова оказались в застенках, правда, в более комфортных условиях. Замковая темница была на удивление чистая, в ней не воняло, а в нашей камере на полу валялась большая копна сухого, а главное, свежего сена, которое тут, видимо, регулярно обновляли. «Не чета яме барона, чтоб ему пусто было». В углу стояло ведро, именно в него приходилось справлять нужду. Потом мы сами выносили его, выходя на прогулку. Да, нас выгуливали во внутреннем дворике тюрьмы, прям продвинутая пенитенциарная система, видимо, местный владыка оказался человеком прогрессивных взглядов. От тёмного коридора узников отделяла стальная решётка. К счастью, моим соседом по камере оказался Геро. Больше арестантов вокруг замечено не было, остальные семь отсеков были пусты. Кормили тут три раза в день, так что, можно сказать, мы даже немного отдохнули. Между делом подшучивали друг на другом и постоянно смеялись. Ещё узникам выдавали новую одежду, ну, не совсем новую, но, по крайней мере, роба из мешковины надёжно прикрывала наши причинные места, которые наслаждались сквозняком последние несколько недель.

Единственное, что портило настроение, это неизвестность. Нам не предъявили никаких обвинений и не объяснили, почему арестовали. Хотя мы догадывались, что без Герцога Ландайского тут не обошлось. К сожалению, мы не покинули Мирил, а просто оказались в соседнем герцогстве. Потому не сложно было сложить факты воедино, но какой-никакой план у нас всё же был. На меня снова не надели антимагический ошейник, и я спокойно тренировал свои способности. На этот раз работая с плотностью растений — делая их более крепкими и в то же время эластичными. Прототипом служил цветок, выращенный мной на земляном полу темницы, растение я сорвал по пути в замок и воткнул себе в волосы, никто даже не обратил внимания. Для такого маленького объекта не нужно было много энергии, за то требовалась филигранная работа на энергетическом и молекулярных уровнях.

6. Приключения в замке

Я постоянно находился в трансе, постигая секреты зелёной энергии, и не мог оторваться от процесса. Мне всё ещё не верилось, что человек способен владеть таким чудом. Единственным расстройством стало то, что магический узел больше не рос, точнее, рос, но с каждым днём всё медленнее и медленнее, видимо, я достиг определённого предела, и на расширение моих возможностей уйдут годы. В любом случае, в сравнении с тем, что было, когда я попал в этот мир, нынешний светящийся шар внутри стал больше и гораздо ярче. Геро тем временем продолжал тренировки и периодически гонял одного травника. Я безропотно выполнял все инструкции Геро, потому что, глядя на его ошейник, понимал, зачем они мне могут пригодиться в будущем.

И вот, в один прекрасный день за нами пришли стражники.

— Оба на выход. — сухо кинул один из них.

Меня охватило лёгкое волнение, но я не подал виду. Встал, отряхнулся от соломы и пошёл вслед за орком. Нас вели по длинным каменным коридорам куда-то вглубь замка, в этой части мы шагали впервые. Прогулочная площадка была в десятке метров от нашей камеры, а при первом конвое мы шли другими путями. Поднявшись по винтовой лестнице, нас завели в большой каменный зал под стать остальному замку. Обстановка была вполне спартанской, и в тоже время находившиеся тут вещи явно были дорогие и очень хорошего качества. У стен стояли стражники в начищенных латах и шлемах с вытянутыми забралами, напоминавшими клювы. Воины держали алебарды и чуть покачивались, в противном случае, от макетов их было бы не отличить. Где-то стены украшали гобелены с рисунками битв людей и рогатых существ, напоминавших демонов.

«Оо, знакомые мотивы», — подумал я. Зал освещали магические светильники, встроенные в огромную серебряную люстру. С потолков свисали красные портьеры с каким-то витиеватым гербом в самом низу, узор напомнил мне гарду шпаги мушкетёров. Между двумя такими шторами нас встречала целая толпа людей, сидевших на лавках. С виду это был типичный суд. В центре на резном стуле за столом восседал судья, только в простом камзоле из качественного материала. Мужчина был уже в годах, седина давно коснулась его волос, но назвать такого стариком не повернулся бы язык. Коротко стриженный, сухой, среднего роста, с небольшими усиками, как у Петра первого, острым и умным взглядом голубых глаз. Это был типаж строгого университетского профессора, которые, по правде, меня всегда недолюбливали, с первого взгляда определяя во мне раздолбая.

Недалеко на возвышении сидел знакомый нам герцог Ландайский, но не так высоко, как судья, он явно был на правах высокого гостя, в то же время хозяева замка подчёркнули, что главный тут не он. На половине лица вельможи красовалась ссадина и синяк под толстым слоем косметики, он буравил нас холодным взглядом акулы перед тем, как та съест свою жертву. За спиной жирдяя стоял мой «фанат», баронский сынок, который торжествующе смотрел на меня. Я любовно погладил спинку стула, напоминая ему об инциденте в таверне, после чего мило улыбнулся, смотря на него с самым невинным взглядом, на который был способен. Гадёныш покраснел, а улыбка на его лице превратилась в оскал. «То-то, утырок, умение “троллить” уродов в моём прошлом мире — дело привычное для интернет-пользователя, да ещё и благое, а ты в своём средневековье словно беззащитный младенец перед брутальным качком». Но лицо моё выражало полную смиренность и покорность. Геро тоже прикинулся шлангом. Кивнул залу и сказал:

— Господа!

Встав к судье лицом, он с достоинством поклонился ему, заложив правую руку за спину. После чего, повернувшись к жирному герцогу, продолжил.

— Ваша свэтлость, какоэ счастьэ видэть вас снова. Милость вашэго высочэства тронула моё орчьэ сэрдцэ, я обязатэльно сложу стихи о вашэй добротэ, когда научусь их писать.

Я вторил ему, включив опцию крестьянина-идиота, не переставая кланяться всем подряд, включая стражников, нелепо сгибаясь буквой «Г» во все стороны.

— Ваши светлости, ваши милости. Спасибо, спасибо.

Зал откровенно недоумевал отвида нас двоих, по рядам скамеек пошли шепотки.

Представление прервал судья. Голосом, не терпящим возражений, он сказал:

— Молчание в зале!

Дважды повторять не пришлось, воцарилась полная тишина. Главный продолжил.

— Милостью короля Рональда первого, во славу нашего отечества мы начинаем суд. Дело рассматривает судья и сюзерен этих земель герцог Марийский, то есть я. Подозреваемые: орк, младший вождь клана Жел, Геро из Сухих трав и простолюдин Радан из Облачных гор обвиняются в нарушения кодекса чести и законов Мирила. А именно: свободный простолюдин, не будучи слугой дворянина, ударил стулом по голове аристократа Марлена фон Терса. Тем временем вместо того, чтобы выдать преступника властям, Геро из Сухих трав стал укрывать его, что является преступлением не меньшим. Признаёте ли вы свою вину, обвиняемые? Положите руку на артефакт и говорите. Первый отвечает Радан из Облачных гор.

«Ну, точно как на учёбе», — подумал я. Подойдя к встроенному в стол белому шару, находящемуся посередине зала между судьей и зрителями, я положил на него свою кисть.

— Ваше имя.

— Радан из Облачных гор, или Руслан с далёкой Земли.

Как я понял, шар был местным аналогом детектора лжи, и сейчас его настраивали. Дабы не погореть на первом же вопросе я выдал всю правду, потому что не считал себя Раданом, по крайней мере, полностью. Артефакт засветился чуть ярче белым цветом.

— Хм, два имени? Интересно, но не важно. Признаёте ли вы свою вину?

— Целиком и полностью, ваша светлость.

В глазах сына барона блеснула искорка торжества, он был счастлив, представляя, как меня четвертуют на площади.

— Расскажи нам подробности, смерд.

И я начал пересказывать все детали нашей драки в трактире, закончив следующими словами:

— После чего не выдержал, схватил стул и врезал по этой самодовольной мо… лицу.

Местный герцог лишь недовольно скривился, ну что за идиот ему попался, наверное, думал он, с такими подробностями описывает все детали преступления. Да захоти он меня помиловать, не поняла бы общественность. Ему лишь оставалось придумать, четвертовать меня или колесовать. И тут я выдал:

— Только вот я не понимаю, почему нас с другом арестовали ваша светлость, в чём мы провинились?

В этот момент решивший промочить горло судья аж поперхнулся.

— Надо по спине постучать. — посоветовал я, когда он закашлял. Не обратив внимание на мои рекомендации, он задал ироничный вопрос:

— А нанесение увечий дворянину для тебя мало?

— Нет, конечно, ваша светлость, убивать таких гадов надо.

— Ну вот! Ты и ответил.

— Ну так а мы причём? — снова включил дурака я. — Мы никого не трогали, ну разве что пару великанов, но они-то не дворяне. Или за них тоже судят, ну, так они нас сожрать хотели, или мы нарушили кодекс по защите животных?

Артефакт продолжал светить белым, что означало, что я говорю чистую правду. Герцог недоумённо смотрел на артефакт и на меня.

— Так ты же сам признался во всём, что ударил дворянина стулом.

— Ааа, это! Ну так нас его светлость простил, дай Бог ему здоровья, и отпустил в лес. За что нас сейчас-то судят? Не понимаю.

На лице судьи появилась кривая усмешка, он повернулся в сторону жирного коллеги и спросил, как бы в воздух:

— А ведь и вправду, за что?

Герцог Марийский терпеть не мог владыку Ариана, и тут появилась прекрасная возможность утереть ему нос. Жирдяй совсем забыл, что милостиво и прилюдно отпустил нас в лес. Правда, позже собираясь убить, но кто об этом знает? Не рассказывать же ему, что он развлекается богомерзкой охотой на разумных. Поняв, что эту битву он проиграл, жирдяй не реагировал: ни один мускул на лице не показал его эмоций, держать удар толстяк умел, не зря управлял огромным регионом, вот только взгляд из холодного превратился в очень злой. После меня выступил Геро, который снова в мельчайших подробностях рассказывал детали драки, со смаком раскрывая каждую секунду, особенно много внимания уделил моменту удара стула по лицу, поведал о меняющемся выражении лица оскорбившего его человека из высокомерного-самодовольного в удивлённое. Припомнил даже, как брызги крови разлетались в разные стороны, словно события происходили в замедленной съёмке. Марлен дважды за вечер пережил события того дня, и, в отличие от своего хозяина, эмоции прятать не умел, что очень веселило, особенно когда он бросал на меня взгляд. В этот момент я начинал чесать несуществующую шишку на голове.

В конце орк подтвердил мои слова о том, что нас действительно отпустили на свободу и даже вернули ему меч. После чего поблагодарил «прэкрасного гэрцога».

— Кому есть что добавить, милости просим к артефакту. — с довольной улыбкой сказал судья. Но дураков опровергать наши слова не было.

— Тогда обвинения снимаются, подсудимые могут быть свободны. Отдайте им личные вещи.

— Спасибо за лопату, ваша светлость, очень пригодилась! — крикнул я жирдяю.

Тут его самообладание дало трещину, и он, забывшись, потёр ссадину на своём холёном лице. «Оо, так это наша работа», — понял я. «Ну что же, теперь если поймают, будут убивать медленно и с наслаждением, в Ландай по своей воле мы больше точно не пойдём», — подумал я, а когда нас повели обратной дорогой — тихо спросил орка:

— Геро, ты понял, откуда у нашего благодетеля синяк на пол-лица?

— ЫЫ, — осклабился орк, — крупная жирная рыбка попалась в малэнькую ямку. Тэпэрь она хочэт схарчить самих рыбаков, потому и приехала. Только нэ пойму, почэму цэлитэли нэ свэли синяк, это жэ совсэм просто.

Герцог Ландайский

Несколько часов спустя после «дурацкого суда» герцог ехал в своей карете вне себя от злости. Проклятые инферналы запретили ему сводить синяк, в наказание за провал на охоте. Рогатым уродцам нравилось издеваться над людьми, и даже владыка Ланды не был исключением. Такого унижения он ещё не испытывал, ему никогда не забыть этот насмешливый высокомерный взгляд Марийского владыки и предложение обратиться к его лекарю. «Но хорошо смеётся тот, кто смеётся над трупом врага. Я ещё доберусь до тебя, старый лис, и зажарю твою худосочную тушку на вертеле, но сначала сварю суп из этого травника, а орка пущу на шашлыки». Но даже эти приятные мысли не приносили облегчения. Сейчас его раздражало буквально всё, особенно этот тупой выродок сынишка барона, которого он заставил сожрать собственного папку, за такую «великолепную» охоту. Герцог снова автоматически потёр больное место на лице.

— Марис!!! — прокричал он и к окну кареты подъехал старший слуга.

— Жду приказаний, ваша светлость.

— Зайди ко мне.

Марис ловко спрыгнул с лошади, встал на ступеньку транспортного средства, после чего открыл дверцу и вошёл внутрь, расположившись на лавке напротив своего хозяина.

— Чем могу быть полезен?

— Слушай сюда, отправь щенка Терсов за головой этой парочки, пусть берёт своих людей.

— Вы позволите, ваша светлость?

— Говори.

— Марлен хороший воин, но боюсь, поручать ему такое задание опрометчиво. Эти двое показали, на что способны, при том на орке ещё был ошейник-блокиратор, который снимут. Марлен сильный воин, но скорее всего, краснокожий его выпотрошит.

Герцог жестом остановил слугу:

— Терс-младший безнадёжно туп и злобен и никакой ценности не представляет. Конечно, он предан нам, но сожрать собственного отца, это, пожалуй, слишком даже для культа. Если новоиспечённый барон подохнет, то и инфернал с ним. Меня начали раздражать эти Терсы. В конце концов он виновник встречи с этими негодяями. Ну а если принесёт нужные головы, быть может, я передумаю от него избавляться. Потому навредить он не может, а вот принести пользу вполне, даже если сдохнет. Так что исполняй. Свободен!

— Сейчас же передам ваше распоряжение, ваша светлость.

Слуга змеёй выскользнул из кареты, к нему подвели его лошадь, и он направил её в конец длинной колонны, где плёлся впавший в немилость новоиспечённый барон фон Терс.

Марийский замок

Сразу нас из замка не выпустили, но сняли с Геро ошейник, вернули ему меч, а мне — лопату, железяки, правда, пришлось оставить охране, когда уже знакомый нам усатый стражник снова повёл нас обратно в замок. И вот мы сидели в местной столовой с большими витражами. Длинные столы, стояли перпендикулярно главному, за которым обычно сидели местные шишки, очевидно, тут они пируют. Но сейчас были только мы с Геро, две тарелки супа и большой ломоть варёного мяса по середине. Усатый стражник усадил нас за стол и ушёл, не сказав ни слова. А мы принялись набивать животы приличной едой, не задавая вопросов уходящему. «Сами скажут чего хотят, а пока надо покушать, раз есть такая возможность». Доев, мы какое-то время сидели и помалкивали, вдруг нас слушают. Ждать пришлось около получаса, пока его светлость герцог Марийский лично не соизволил к нам спустится в сопровождении усача и двух гвардейцев. Владыка местных земель сел напротив и, особо не рассусоливая и ничего не объясняя, властно приказал:

— Рассказывайте всё, в мельчайших деталях.

В конце концов мужик нас не убил, за что ему большое спасибо, потому мы даже не спрашивали, что рассказывать, и больше не прикидываясь дурачками, поведали всё с момента драки с сыном барона, до развлечений аристократов из соседнего региона, увлекающихся охотой на разумных. Но герцог не особо удивился, видимо, местная разведка работает как надо. Ну, у такого строгого дядьки не забалуешь, везде в его владениях чувствовался порядок, начиная от замка и заканчивая улицами, по которым нас вели ранее, когда задержали. Мощённая камнем мостовая напоминала кремлёвскую площадь, вокруг стояли добротные дома горожан: двух-, трёхэтажные, с крышами, покрытыми красной черепицей. Мне почему-то вспомнились картинки старой Праги, в которой я сам не был. Город Марий был приличных размеров и тянулся на километры в ширину. На улицах было чисто, жители тоже прилично одеты, по дорогам бегали детишки, в сравнении с другими герцогствами королевства, где мне посчастливилось побывать, Марийское было, пожалуй, самым ухоженным и благополучным. Дослушав наш рассказ, герцог спросил:

— Какие у вас планы?

— Мы хотим поступить в магическию акадэмию импэрии Велты и направляемся туда. — ответил за нас обоих Геро.

— Что же, можете идти, вы мне ничего не должны, а я — вам. Верните казённые вещи на склад и свободны.

— Ваша светлость, вы позволите?

— Говори, травник.

— Так уж случилось, что мы остались в набедренных повязках и без гроша в кармане, но у меня есть хорошая лопата, оставьте нам робы, а я отдам в казну её.

— Нет, не пойдёт, по моим улицам не будут ходить люди в тюремной робе, да и в набедренных повязках вам тут разгуливать не дадим, но можете немного поработать на меня. Как я понял, ты хороший травник, ну а орк — мечник, потому условия такие: месяц ты занимаешься полями, а ты, Геро, в это время поспарингуешь с моими ребятами из стражи. Заплачу по окладу стражника каждому. Жить будете при казармах, питание за мой счёт. В любом случае академия будет набирать студентов ещё не скоро, так что вы можете смело задержаться тут месяца на три.

Мы переглянулись с Геро и синхронно кивнули друг другу. Особо выбора не было, бегать в костюме индейцев по улицам города не хотелось, да и кто бы нас нанял в таком виде? Потому предложение выглядело просто шикарным.

— Согласны! — произнесли мы в унисон.

— Тогда переходите в распоряжение сэра Тарка, — указал он на усатого, — разговор окончен.

Герцог Марийский встал и молча удалился.

— Господа, следуйте за мной. — сказал наш старый знакомый.

— Нэ простой у вас сюзэрэн. Мало кто в эго положэнии стал бы разговаривать с простолюдином и нищим орком.

— Его светлость оценивает людей не по знатности, а по личным качествам и полезности для государства. Потому в Марийе сильнейшая армия после королевской, конечно, и идеальный порядок.

— Да, хороший хозяин. — согласился я.

Нам выделили две койки в местной казарме, по соседству стояло около 10 деревянных кроватей. Это был продолговатый деревянный барак с тремя комнатами, ничего интересного: по несколько окон с разных сторон в каждом помещении, задние выходили на замковую стену, всё вокруг было сделано из древесины, которую обработали чем-то вроде лака. Молодые служки принесли нам простую, но добротную одежду — при казармах работали только ребята, женщинам сюда доступа не было, «дабы не совращать солдат и не портить дисциплину». В итоге мы разжились двумя парами серых кафтанов с закрепленными поясами, серыми широкими штанами и мягкими кожаными ботинками бежевого цвета. Каждому выдали по два комплекта нижнего белья, который представлял из себя тонкую льняную ткань в форме букв «T» с завязками, по мне та же набедренная повязка, просто более продвинутая и закрывающая низ. Мылись местные правоохранители в бане по соседству, куда мы с Геро отправились прежде, чем облачиться в новые вещи. Помывшись и переодевшись, мы отправились к казначею для получения небольшого аванса в несколько серебряных монет на карманные расходы. «Герцог действительно мужик что надо».

Сэр Тарк приставил к нам рыжего пацанёнка лет двенадцати, который показал нам, куда тут можно было идти, а куда пускали только с разрешения начальства. Когда Сэр Тарк сообщил, что на сегодня дел нет, мы решили прогуляться в качестве свободных людей по местным улицам. Спросили у мальца, где тут у них рынок — Геро нужны были ножны для Мугана. Вышли из ворот замка и отправились по широкой улице, где спокойно могли разъехаться две кареты, в указанном парнишкой направлении. Через двадцать минут пути натолкнулись на процессию всадников при оружии, во главе которой ехал наш знакомый сын барона.

— Ну вот мы и снова встретились, травник! — сказал он, медленно вытягивая из ножен свой полуторный меч.

7. Старые "друзья"

Геро хищно оскалился, а я, честно говоря, знатно так струхнул. С этим мордоворотом было человек двадцать на конях. Чуя предстоящую заварушку, гулявшие или шедшие по своим делам горожане начали разбегаться в стороны, прячась по лавкам, которые были в изобилии разбросаны на протяжении всей улицы по разным её сторонам. С врагами мы столкнулись в таком месте, где отсутствовали перекрёстки и повороты, можно было двигаться либо вперёд, либо назад. Ну или забежать в ближайшую лавку, где прятались люди. Так поступить мы не могли, всё-таки уроды пришли по нашу душу, остальные в этом не виноваты. Несмотря на конкретный мандраж, виду я не подал лишь вальяжно подошёл к столикам летнего кафе, заботливо расставленным хозяином. Взял первый попавшийся табурет в руку, улыбнулся барончику и сказал:

— Ну, привет, привет. За добавкой пришёл?

А дальше события начали развиваться очень стремительно. В нас разрядили с десяток арбалетов, но на пути болтов поднялась плотная стена из песка, брусчатки и корней, выращенных мной из ростка маленького деревца, которое только начинало пробиваться в щелях дорожных камней. Я просканировал местность на предмет растений в момент, когда шёл за стулом, и увидел этот маленький спасительный зелёный огонёк, при этом подав жестом сигнал орку, чтобы он держался ближе ко мне. Мы отрабатывали с Геро подобный и другие сценарии боя на привалах во время спуска по реке. Один раз арбалетчики нас уже заставили сдаться, больше такого допускать было нельзя. В мою стену ударила струя огня, словно кто-то бил из огнемёта.

— Огнэвик! — озвучил очевидный факт Геро. Долго преграда продержаться не могла, дерево спасали налипшие куски земли, глины и камней, но счёт шёл на секунды. Вдруг огненный натиск прекратился. «Видимо, магическая перезарядка», — подумалось мне.

— Я пошёл! — крикнул мой друг и, придав себе инерцию попутным ветром, буквально взлетел на крышу дома. Без блокирующего магию ошейника орк был ещё более страшным бойцом. За несколько секунд по крышам преодолев расстояние до врагов, Геро запустил в мага огня воздушный кулак и прыгнул следом. Магический удар разбился о прозрачное поле, окружавшее огневика, за ним последовал второй, но и его ждал тот же эффект. «Это был защитный артефакт», — подсказала мне память. «Какая нужная вещь?» — подумал я, — «нужно будет тоже таким разжиться». Маг заметил летевшего на него с крыши краснокожего воина, но было поздно, Муган снёс ему голову. Быстро перемещаясь между лошадьми, орк смёл ещё двоих всадников в лучших традициях кунг-фу, по крайне мере, мне это напоминало фильмы про восточные единоборства. Вот только развить успех ему не дали, среди врагов был ещё один маг, который стал забрасывать орка воздушными кулаками, тем временем остальные воины спешились и, сомкнув щиты, стали оттеснять его к стене дома. Но и про меня не забыли, отделившись от остальной группы, в мою сторону помчалось пятеровсадников во главе с Марленом.

— Травник!!! — бешено орал сын барона.

Моё защитное сооружение рассыпалось за ненадобностью и по причине того, что большая его часть просто сгорела. Поэтому мы прекрасно видели друг друга. Я развернулся и побежал прочь. Конечно, от лошадей уйти было невозможно, но никто и не собирался этого делать. Когда до меня оставалось расстояние в метров десять, из земли выскочили двухметровые деревянные колья, на которые и напоролась погоня. Кого-то проткнуло насквозь вместе с лошадью, кто-то упал и свернул себе шею, Марлен приложился башкой о брусчатку, но, видимо, из-за отсутствия мозгов, весь в крови, он сумел подняться на ноги. К счастью, гадёныш еле стоял на ногах, а у меня осталась треть от всего запаса маны, поэтому он уже был не противник.

Но барончик сумел неприятно удивить, вскинув руку и визгливо что-то пропищав. Я увидел, как между нами в воздухе образовался подпространственный карман, так я его обозначил в голове, из которого повеяло чем-то нехорошим. Я стал отступать назад, тем временем из этой щели появилась когтистая лапа размером с ногу крупного мужчины, после чего показалась и морда обладателя конечности. Шесть человеческих глаз, посаженных в выпуклости, как у хамелеона, расположенных по бокам и смотревших в разные стороны, в мгновение сфокусировались на мне. У монстра была морда, отдалённо напоминавшая человеческое лицо, только деформированное с вытянутой челюстью на манер собачьей. Из пасти торчали приличного размера клыки, тело как у крупной кошки наподобие льва бугрилось мышцами.

Когда тварь полностью вышла из портала, я понял, почему она так напомнила мне человека, все дело было в точно такой же коже, как у нас, только с редкой засаленной шерстью. Словно кто-то смял людей, будто это пластилин, и слепил вот этот ужас. Лысую голову украшали маленькие рожки. Тварь в один удар сердца преодолела расстояние в несколько метров и сбила меня с ног. Прижав лапой к земле, она открыла пасть, из которой повеяло очень неприятным запахом тухлого мяса. Челюсти уже смыкались на моей голове, когда из земли выстрелили колья, пронзившие брюхо и приподнявшие её в воздух. Пастьс щелчком закрылась в миллиметре от моего носа. Я кувырком откатился назад и для верности воткнул в неё ещё один кол. Монстр разочарованно завизжал, но явно не от боли, а скорее от обиды и кастанул в меня из центра лба чем-то чёрным, напоминавшим кляксу. Гадость больно впилась в плечо, и я снова упал, заорав от боли. Тем временем, колья, проткнувшие гадину, начали гнить, покрываясь чёрной слизью. Было видно, что ущерба кроме задетого самолюбия они ей не нанесли. «Сука, да что это за зверь?» — подумал я, и память Радана выдала: «Нечисть», я напряг свой мозг и стал искать инфу, чего боится нечисть. «Огня — не то, клириков Братства Единого — не то, серебра — не то, хотя, стоп!». В кармане приятно позванивали монетки из аванса, любезно выданного нам герцогом. «Ай, спасибо, дорогой ты наш». Всё ещё корчась от боли, я вытащил монетку, вырастил небольшой корешок, который опутал её. Тем временем высоко подпрыгнувшая освободившаяся тварь уже падала на меня сверху, а мой росток мгновенно увеличился в размерах и опять пронзил её брюхо. Снова зависшая воздухе на любезно предоставленном мной деревянном коле, тварь тонко завизжала от боли, почти на грани ультразвука, так, что закладывало уши. На меня стали вываливаться чёрные вонючие потроха, настолько хреново мне не было никогда, на месте плеча словно была дыра, и оно невыносимо болело. Сознание стало покидать меня. Окружающая реальность исчезала и снова появлялась: вот я вижу новых всадников во главе с усатым сэром Тарком, затем темнота. Вот злобно улыбающийся Марлен пропадает в таком же портале, из которого вышло существо, и снова темнота. Вот стражники тащат под руки окровавленного Геро. «Жив отморозок!» — радостно подумал я и отключился.

Проснулся в просторном помещении с длинными продолговатыми окнами, на одной из коек, выстроенных ровными рядами. «Больница», — первое, что пришло мне в голову. Заметил мужчин в серых рясах, снова обвёл взглядом помещение. Лечебница при местном храме, выглядевшая как аналог костёла изнутри. Только вместо сестёр милосердия братья со строгим, но добрым взглядом. Вот я и в Братстве Единого.

— Проснулся, наконец. Моё приветствие, я брат Тик. — сказал кто-то, стоявший у моих ног, я повернул голову, поморщившись от боли в плече, и увидел благообразного старичка, худощавого, небольшого росточка с длинной седой бородой и живым насмешливым взглядом. Заметив моё кривляние, дедушка в рясе добавил:

— Пока поболит сынок, но пройдёт. К счастью, руку лекарям удалось спасти, знатную дырку в тебе оставил пёс скверны. Скажи мне кто раньше, никогда бы не поверил, что травник одолеет такую тварь. А вот он ты, передо мной. Живу больше сталет и уже думал, что ничему не удивлюсь, но Создатель снова показывает мне, что я лишь дитё малое на весах мироздания. Ты молодец, быстро сориентировался и угостил падаль серебром. — похвалили меня дедушка.

— Спасибо. — с пересохшим горлом сипло ответил я и с трудом продолжил:

— Геро, где мой друг?

— Вот и снова удивил. Простолюдин дружит с орком, да где такое видано? Конечно, они такие же, как и мы, хоть и выглядят иначе. Да и среди братства немало краснокожих клириков, но то братство! Для нас все добрые души одинаковы. Но среди простолюдинов о других разумных много домыслов, да и орки в друзья не набиваются. Как так получилось?

Дед рассуждал вслух, напрочь забыв о моём вопросе.

— Геро? — напомнил я.

— Ох прости старого, Радан из Облачных гор. Жив твой друг, покромсали его хорошо, но и он упокоил семерых. Помощь братства ему не потребовалась, потому лекари оставили орка в замковой лечебнице. А вот тебя приложили скверной, тут без помощи братства было не обойтись. Как только мы очистили рану от грязи, маги заживили её.

— Спасибо большое.

— Да пустое, это тебе спасибо, травник. Тварь могла натворить бед, если бы вошла в силу.

— Так это была слабая нечисть?

— Да, но схарчив пару бедолаг, она бы родила подобную себе. Заметил её сходство с человеческим телом?

— Да, что-то отдалённо напоминало — кожа, глаза.

— Всё верно, псы скверны сделаны из разумных: людей, эльфов, гномов и орков. Когда этот вид нечисти пожирает нас, то очень быстро размножается, и за несколько часов они могут уничтожить практически целый город, потому истреблять их надо быстро и сразу.

— Тогда они уже давно должны были распространяться по миру. Маги и ваше братство есть не везде.

— Да, ты прав, травник, но милостью Создателя больше суток под нашим светилом они жить не могут. Лишь только сильные инферналы способны находиться тут неделями, при этом теряя в магической мощи. Ещё есть те, кто завладел человеческим телом, такие не испытывают дискомфорта. Но их находим мы и убиваем.

— Без ошибок?

— Сложно ошибиться, когда человек бьётся в конвульсиях, окроплённый заговорённой водой. Но сынок, как ты понял, я по делу. Позже можем поговорить о видах нечисти, это дело полезное и богоугодное. Лучше расскажи мне о том, кто вызвал тварь в наш мир.

— Сын барона Фон Терса, Марлен Фон Терс. У нас ранее был небольшой конфликт, с поломкой мебели. Вот он и не успокоится.

— Он уже сам Барон, копчёную руку его отца нашли в сумке лошади. Братья узнали её по остаточной ауре.

— Не понял, а зачем ему рука отца?

— Чтобы съесть, конечно.

— Серьёзно?

— Это одно из условий служения инферналам, поедать себе подобных. Правда, барончик возил в фураже мясо отца, что даже для культистов перебор.

— Извините, можно ещё один вопрос?

— Спрашивай.

— А что нужно этим инферналам?

Общая информация у меня была, в этом мире только глухой о них не слышал, но узнать из уст профессионального борца с нечистью дополнительные сведения дорогого стоило.

— Они пожиратели миров, проще говоря, их цель всех съесть, затем направиться в другой мир и сделать тоже самое. Судя по летописям, впервые на Креоре они появились три тысячилет назад, тогда-то и сформировалось наше братство.

— А зачем тогда люди с ними сотрудничают?

— Жажда власти порой затмевает собой здравый смысл. Но продолжим наш разговор. Расскажи мне всё, что тебе известно, сынок.

И я выложил всё, что знаю об охоте на людей, о том, что в забаве участвует знать Марийского герцогства. Старик внимательно слушал, выпрямлял рукой бороду и хмурился.

— Говорят, они измываются над пойманными женщинами и детьми. Но про то, что едят людей, честно, не слышал.

— Да, очень похоже на скверну, и юный барон был в свите герцога. Срочно нужно провести расследование. — задумчиво проронил дедушка.

Насколько я знал, власть братства в этом мире сильно ограничена. В сущности, это были волонтёры-бессребреники, посвятившие жизнь борьбе с нечистью, больше их ничего не интересовало. Они были прекрасными воинами со своими тайнами и умениями, но если дело не касалось инферналов, в политику не лезли и поддерживали нейтралитет даже в межгосударственных конфликтах, которые тут случалось довольно часто. Такое положение устраивало всех, братство не лезло в дела королей и императоров, а сильные мира сего оказывали им всяческую поддержку. Ведь братья занимались спасением людей, на которых держалась экономика и власть правителей. Из-за нежелания клириков заниматься политикой и наживать богатства среди них не было карьеристов. Их любили в народе, считалось за честь пригласить брата в дом, ведь ходили слухи, что после него нечисть не сможет зайти в жилище в течение года, что, конечно, было неправдой. Сражались они небольшими группами по пять-шесть разумных или вообще по одиночке.

Организованных вооружённых сил у них не было, но при нашествии полчищ нечисти, которые случались довольно редко, могли собраться в небольшую армию. Сначала Братство Единого казалось мне аналогом земной инквизиции со всеми вытекающими, но на деле это были реально хорошие парни, с принципами и крепкой верой в правое дело. Брат Тик оказался очень открытым человеком, его так и хотелось называть святым отцом. Да и информации для размышления он дал мне очень много. Судя по всему, тогда в лесу нас чуть не съели, и это не считая великанов и змея. Прислужников инферналов, ну, или демонов по-нашему, по-земному, называли культистами, и Марлен совершенно точно был одним из них, а вот доказать причастность герцога Марийского ещё предстоит. Со слов брата Тика, они напишут королю, и тот обязательно примет меры, ведь обладание силой инферналов может пошатнуть его трон, а правители такого не любят.

Я провалялся в больнице ещё несколько дней, меня постоянно навещал брат Тик, с которым мы подолгу говорили. Я расспрашивал его о видах нечисти и способах борьбы с ней, узнавал, как она двигается и какой силой обладает, что умеет кастовать. Повторную гадость мой организм может не пережить, потому надо было быть готовым ко всему. Да и Марлен от меня, видимо, не отстанет. Нечисть не любила серебро — «ну, это мы и так знаем», у неё была аллергия на определённые виды деревьев, я сразу вспомнил вампиров и осиновые колья. Растение именовалось колючница из-за обилия шипов. Также нечисть терпеть не могла огонь и заговорённую клириками воду, про себя я называл её святой водой, так привычнее. Ещё отлично работали заговорённые ими же клинки, либо рунные клинки, которые ковали гномы и эльфы. Тварей ослабляли молитвы и внутренний свет клириков — этот вид магии разумные получали со вступлением в братство, потому такой свет мне не светил. Собственно, моим вариантом были вода и серебро. С водой попроще, финансовой ценности она не представляла. Но и серебром нужно будет запастись. Нечисть обладала магией тьмы, что просто разъедала всё живое. Какая-то часть, например, относившаяся к типу вампиров, была нежитью, ещё были оборотни, которые могли принимать облик различных зубастых существ. Собственно, сами инферналы тоже были разных видов и расцветок, о количестве которых не знали даже в братстве. Чудовища к нечисти не относились, это были просто местные зверушки, которые, впрочем, тоже были не прочь полакомиться разумными, но справедливости ради, они пожирали всё, что двигается.

— Тик, а можете заговорить меч моего друга? — спросил я старца в одномиз наших разговоров.

— А он уже заговорённый, орки делают это также, как и мы. — обрадовал меня клирик.

— Здорово, а мне пока и заговаривать-то нечего, кроме лопаты.

— Можно и лопату. — спокойно сказал Тик. — Всё, что разит врагов разумных — во благо. Где она?

— В замке осталась, под моей койкой.

— Я распоряжусь.

Так моя любимая универсальная лопата теперь стала оружием против нечисти. Выписавшись из местного госпиталя, я направился в замок, в плече пока чувствовался дискомфорт, но как таковой боли больше не было. По пути несколько горожан улыбнулись и поприветствовали меня, а за спиной были слышны вопросы к тем, кто поздоровался:

— Это он, тот самый травник?

— Да. — отвечали они. «А я стал популярным!», было даже немного приятно, хоть и непривычно. Особенно радовали искренне улыбавшиеся мне девушки. В какой-то момент за мной увязалась детвора. Самая смелая девочка с русыми волосами и курносым носиком лет пяти подошла ко мне и сказала:

— Дядя травник, а вы и правда победили нечистую силу? А покажите нам вашу магию, а то Санка хвастается, что видела драку, и нос задирает. А нам обидно, мы бы тоже посмотрели, не побоялись бы, честно-честно! Просто не знали, что сражаться-то будете, вот. В следующий раз прибежим обязательно, только сейчас можете показать? — тараторила без остановки малышка.

Тем временем я очень строго спросил девочку:

— Как тебя зовут?

— Ханна.

— Так вот, Ханна, если услышишь, что где-то драка, прячься, поняла? И голову не высовывай. Обещаешь?

— А вы нам магию свою покажете? — хитро спросила она, наклонив головку с двумя косичками набок.

— Если пообещаешь прятаться, покажу.

— Обещаю! — забавно сдвинув брови, серьёзно заявила девочка.

— И вы, ребятня. — обратился я к её группе поддержки.

— Обещаем, обещаем! — хором заговорили дети. Тогда я повернулся к длинномугоршку, в котором росли красивые розовые цветы, выставил вперёд руку и вырастил из лежавшего в почве семечка такой же цветок, только в пятьраз больше. Глаза детей блестели от восторга. Я сорвал цветок и воткнул девочке в волосы со словами:

— Ну всё, беги, красавица, и помни: ты мне обещала прятаться, чуть что. И вы тоже, малышня.

Ребят как ветром сдуло, каждый хотел потрогать цветочек, но Ханна отбивалась со словами:

— Он мне его подарил, не трогай, сломаешь!

А я в приподнятом настроении пошёл по направлению к замку, который прекрасно был виден издали. На входе представился стражнику, меня проводили к сэру Тарку.

— Сэр Тарк, здравствуйте! Благодарю за своевременную помощь, без вас мы погибли бы.

— Не стоит, — забасил рыцарь, — это без вас, сударь, город мог погибнуть.

— Сэр, не откажите в просьбе увидеться с Геро.

— Кто же отказывает герою? — весело сказал начальник охраны. — Рим, проводи господина травника к раненому.

— Ну, вы скажете тоже: «господину», я обычный простолюдин.

И я точно знал, что в этом мире к нам так не принято обращаться.

— Я бы так не сказал, — хитро прищурился сэр Тарк.

Не обратив внимание на его подозрительное поведение, я пошёл за стражником, которого отправили со мной.

Геро лежал весь перебинтованный, но с тем же озорным блестящим взглядом. Увидев меня, орк широко улыбнулся.

— Оо, отмыли ужэ, в послэдний раз я тэбя видэл купающэгося в испражнэниях пса скверны.

Засмеялся, немного корчась от боли, мой друг. Я, тоже широко улыбаясь, ответил ему:

— Во-первых, не в испражнениях, а во внутренностях. Во-вторых, что ты там мог видеть, у тэбя всё лицо было в крови, да и сам ты больше походил на труп.

— Просто орки умэют хорошо притворяться. — отшутился он.

— Вот уж и правда, притворился так притворился. Не думал в актёры податься?

— Нэт, вэд я уже вэликий воин, что мнэ эти лицэдэи, пусть играют мэня.

— Ну, а серьёзно, как ты, великий воин?

— Да задэли пару раз зачарованными клинками, плохо срастаются раны, но ничэго, до свадьбы заживёт.

— ЫЫЫ! — снова осклабился орк.

— Если тебя раньше не сожрёт яманбас. — добавил я ложку дёгтя в мечты Геро. Напомнив о том, что прежде чем жениться, ему предварительно предстоит сразить чудище. У меня сразу возник логичный вопрос к орку.

— А кто сильнее, змей или яманбас?

— Змэй, бэзсомнэний, он больше, шкура крэпче. Яманбасов ужэ убивали отрядами, а вот чтобы гдэ-то висэла голова змэя, я нэ припомню. Ты думаэшь, Геро бы взялся за бэзнадёжноэ дэло, друг? Нээт, Геро умный, а главноэ, сильный.

— Ага, а голова у Геро чтобы в неё есть — знаем, знаем.

— Голова дана, чтобы бить эю врагов. — поддержал мою шутку орк.

8. Пока ты спал

Пока краснокожий лечился, я продолжал эксперименты с плотностью растений и ещё придумал, как стать более автономным и не зависеть от флоры той или иной местности. Как показала практика, в разгар боя искать объект, чтобы его вырастить, а потом бежать к нему сломя голову, мягко говоря, не практично. Потому мне было нужно что-то под рукой. На выручку пришли плоды деревьев наподобие желудей, которые я рассовал по карманам. И теперь в случае опасности мог вырастить дерево практически в любом месте и даже в воздухе. Выглядело это так: когда я бросал жёлудь, в землю впивалась тонкая нить для подпитки снаряда микроэлементами из почвы, затем спустя доли секунды из него выстреливали колья толщиной с большой палец руки, с повышенной плотностью, они могли пробивать деревянный щит. Вот только дальность была ограничена силой моего броска. Да и чем дальше находился объект каста, тем больше маны я расходовал, а она, как известно, имеет свойство быстро кончаться. На большом расстоянии потоки энергии вообще рассеивались, и я не мог ничего вырастить дальше сорока метров от себя, и это было очень грустно. Но если растение находилось возле меня, то я легко мог двигать его рост в нужном мне направлении, до тех пор, пока не кончится мана, так получалось гораздо дальше, энергия не рассеивалась, а как по проводнику двигалась в заданном мной направлении, тем не менее, расходуя ресурсы. В общем, моим уделом был ближний бой, с выстрелами кольев из земли, метанием желудёвых гранат и купольной защитой.

Я напросился на тренировки к местной страже замка. Сэр Тарк обучал меня работе с щитом, азы меча и копья Геро мне успел дать, но, конечно, этого было мало. С копьём было попроще такому новичку, как я, ведь оно длиннее, но хотелось стать максимально универсальным, да и нравится мне меч, чего греха таить. Ещё я был в дичайшем восторге от Мугана — меча Геро, но ему об этом не говорил, а то «вдруг приревнует к своей железяке».

Видя мой начальный уровень, Сэр Тарк разрешил мне комбинировать махание тренировочным железом с моими способностями. Так и его воины узнавали что-то новое, а я совершенствовался сразу по нескольким направлениям. С магией стало гораздо веселее. По технике владения мечом я уступал тут даже сопливым пацанам, но вот с читами одолеть меня было той ещё задачкой. Один на один это удавалось только сэру Тарку, который, как и Геро, обладал нечеловеческой скоростью, что я просто не успевал ему ничего противопоставить. При первой же попытке замаха рукой для каста рыцарь уже стоял за моей спиной, обозначая, что отрубил одному магу голову. Подозреваю, без хитростей тут не обошлось, вот только что именно использовал рыцарь, я не знал.

Ну, а с рядовыми воинами мы развлекались от души. В одной из первых схваток, когда я нанёс удар копьём, мой оппонент, молодой парень лет двадцати пяти, легко отбил его и начал теснить меня, как вдруг из земли выстрелил древесный кол, правда, затупленный на конце, коснувшись его доспеха, что означало мою победу. Поначалу мало кому удавалось уклониться от моих снарядов, но потом бойцы стали умнее, постоянно перемещаясь, они всё чаще доставали «треклятого мага». В свою очередь у меня уже неплохо получалось встречать атаки щитом и даже немного контратаковать копьем или мечом. Частенько оружие выбивали из моих рук, но мгновенно выращенный шест позволял продолжать схватку. Разумеется, я побеждал лишь только тогда, когда использовал магию. В схватках пробовал новые фишки, одну назвал деревянной тюрьмой — выращивал под ногами соперника кустарник с его рост, в котором тот застревал, если не успевал отскочить. Но на это требовалось немного больше энергии, чем на колья. Я давал названия каждой магической разработке, моё ядро словно запоминало речевые установки и быстрее воспроизводило тот или иной каст. В сущности, так я создавал новые заклинания.

Потом меня стали ставить против нескольких соперников, и я начал иногда проигрывать, но используя кусты-тюрьмы, которые били по площадям, побед всё-таки было больше. В такие моменты я уже практически не фехтовал, а чисто пытался выжить и контратаковать.

А вот против троих соперников из десяти схваток я чудом побеждал в одной, тем не менее, был очень доволен результатами. Я простой городской парень, могу теперь сражаться сразу с тремя обученными воинами, у которых не одна битва за плечами. Да так, что мужики выкладываются на полную и очень радуются, когда достают меня.

— Вам не хватает концентрации, господин Руслан, — наставлял меня сэр Тарк, — потому вы проигрываете в схватке с троими, даже используя магию. Вы не видите полной картины, отсюда ошибки в движениях и действиях.

— Ну третий же всегда сзади оказывается, как же я могу видеть полную картину? Затылком пока смотреть не научился.

— А должны. Вы пользуетесь только глазами, но воин должен задействовать все органы чувств, ловите звуки: каждый шелест, звон кольчуги, скрипение ремней, осязайте кожей колебания воздуха и уклоняйтесь. Предчувствуйте, включите интуицию. Используйте разум, в конце концов: предугадывайте действия оппонента. Делайте это быстрее, доводите до совершенства своё восприятие, вы же маг.

— Спасибо за урок, сэр Тарк.

«А ведь он прав, чёрт возьми!»— меня словно осенило, в магическом зрении я могу видеть энергию, разлитую вокруг, но это не взор глазами, это были скорее ощущения, словно я сам часть зелёных потоков. Но люди не растения, потому их мана мне была не видна. А вот цветочная пыльца могла бы стать неплохим подспорьем. Но нужно было сделать так, чтобы она как-то попадала на соперников. В голову пришла идея взрывающихся цветков по принципу недотрог, только растение должно выстреливать не семенами, а пыльцой. Схема была несложной — просто нужно было накачать энергией головку цветка так, чтобы он созревал и лопался, ну а дальше физика сделала бы свое дело. Дабы избежать сдувания ветром, цветы должны расти по всему периметру.

Ночь напролёт я корпел над своим магическим радаром, взяв за образец всё тот же белый многоцветник — «помимо пыльцы ещё и запах отобьет», закрыв лепестками бутон, я добавил больше маны в тычинки, увеличив количество вырабатываемой пыльцы многократно. По виду цветок стал напоминать нераспустившийся пион, под натиском содержимого головка немного уплотнённого растения лопалась, и на несколько метров в воздух выстреливали фонтаны жёлтой пыли, оседавшие на окружающих предметах, теперь с закрытыми глазами я видел объёмную картинку пространства, словно во мне был встроен эхолокатор. Так в моей копилке появилось новое заклинание «Радар», которое практически не съедало ману.

Добившись успеха, уснул под самое утро. Как обычно спозаранку меня разбудили со всеми постояльцами казармы на пробежку, это происходило уже третьюнеделю подряд. Раны орка до сих пор не затягивались, потому он находился под наблюдением лекарей. Днём, как и договаривались с герцогом, обрабатывал поля, с новыми умениями я сделал так, что в будущем местный сюзерен получит увеличенный урожай — это была моя личная благодарность за помощь двум бедолагам. Ну и установка стандартной защиты от вредителей. По возвращении меня ждала тренировка с сэром Тарком. На этот раз в битве с тремя соперниками мне удалось всех удивить: обильно рассеянные вокруг цветы наполнили воздух невидимой простому глазу пыльцой, для моего внутреннего взора это выглядело как пыль в ультрафиолете, только зелёного цвета. Я научился видеть в обоих диапазонах одновременно, и в магическом, и в простом — получалась своеобразная дополненная реальность. На этот раз моим оружием стало копье со стандартным круглым щитом локтевого хвата, соперники вооружены тем же. С подачей сигнала меня как обычно стали окружать, по стандартной схеме. Двое передних делали ложные выпады, вынуждая меня подставляться под удар копья за спиной. Но вместо того, чтобы пятится назад, я встречаю наконечник соперника на щит по касательной, увожу вправо, делаю ответный выпад, двух других останавливают выстреливающие из земли корни, разворот, шаг в сторону, укол, подставляю под очередной щит, каст, снова шаг в сторону, действую на рефлексах. Сказывается накопленный опыт ежедневных схваток, да и соперников своих уже изучил, как, впрочем, и они меня, только в этот раз им невдомёк, что я буквально вижу происходящее за спиной, которую невзначай подставляю под удар. Представляю радостное лицо воина, увидевшего такую возможность, и его дальнейшее разочарование. Каст, и он нарывается на точно вылетевшую из-под земли палку. В это время отскакиваю от удара копья справа и отправляю обидчика в деревянную тюрьму. Пугаю третьего ложным кастом, а сам наношу удар копьём, в прыжке попадая в грудь отвлёкшегося воина. Потом спокойно подхожу к заточённому в ветви третьему сопернику и наношу слабый тычок, отмечая, что победил.

— Теперь один на один против Рона и без магии. — обрадовал меня сэр Тарк.

Рон был первым, кого я вывел из строя в этой схватке. На лице парня появилась лёгкая мстительная улыбка. «Снова будут бить», — подумал я и обречено встал в стойку всё с тем же оружием. Вообще, соперник был неплохим парнем, мы жили в одном бараке, когда наступала его смена. Бойцу было двадцать семьлет, среднего роста, с широкой костью и добрым бульдожьим лицом. Он много рассказывал о жене и детях, ждавших его дома.

— Не сдавайтесь без боя, Руслан! Помните, шанс на победу есть всегда, и если он появится, то будьте готовы его использовать.

Сэр Тарк упорно говорил со мной на «вы». Ну, раз ему так удобнее, то пусть. Как и все предыдущие, совет был дельный, правда, в данном случае он не помог.

Рон первым атаковал меня уколом в лицо, я сделал шаг назад, закрылся щитом, потерял его из виду на доли секунды, но этого хватило воину, чтобы больно приложить меня в грудь. «Отомстил, сволочь, за мой подлый магический удар, ну, ничего, и на моей улице будет праздник», — думал я, лежа на спине, смотря в небо и восстанавливая дыхание.

— О чём мэчтаешь, друг?

Спросил меня ехидный голос над ухом.

— Да вот, думаю, какой ты великий воин.

Продолжая смотреть в небо, сказал я.

— Аа, это правильно.

Улыбнулся Геро, а сам с нетерпением ждал моей очередной подначки.

— Да, воин великий, а учитель оказался хреновый, я даже минуты против обученного бойца выстоять не могу.

— Ну, нэкторые учэники просто глупы и бэзнадёжны, таких даже великий воин не спасёт, смирись, друг.

Я повернулся к орку, как всегда сверкавшему своей белоснежной улыбкой уголовника-отморозка. Увидев это лицо, я наигранно закатил глаза, показывая, как мне надоело смотреть на этот оскал. Потом по-доброму спросил:

— Как ты? Выписали? В смысле, отпустили лекари?

— Как новэнький.

Геро наиграно расправил плечи.

— Не желаете ли, сэр, поучаствовать в спарринге?

Обратился к нему сэр Тарк.

— Очэнь жэлаю. Подайте мнэ для начала троих храбрэцов.

Озорно улыбнувшись, заявил орк. Видно было, что его поведение задело ребят из стражи, потому желающих наказать выскочку оказалось очень много. На спарринг вызвались практически все двадцатьчеловек за исключением троихматёрых ветеранов, которые по только им понятным признакам примерно понимали возможности орка.

— Грэг, Рали и Потм.

Назвал имена сэр Тарк. Вперёд вышли трое бойцов, двое с копьями, третий с мечом.

Геро взял тренировочный меч, бойцы стали обступать его. А дальше всё было в лучших традициях боевиков про восточные единоборства. Геро уложил их буквально за три удара сердца, в моём случае — за один, потому что оно остановилось от восхищения таким искусством. Впрочем, впечатлились все, не только я.

— Вы окажите мне честь, Геро из Сухих трав?

— Нэт, это вы оказываэтэ мнэ чэсть, сэр Тарк.

Любезно ответил орк без тени усмешки на вызов рыцаря. Геро взял по одноручному прямому обоюдоострому мечу в каждую руку, размахивая ими и привыкая к балансу, сэр Тарк взял полуторник и щит. Когда подали сигнал о начале боя, они не набросились друг на друга, а начали медленно ходить по кругу площадки, пристально смотря в глаза соперника. Складывалось впечатление, что они сражались ментально. Сэр Тарк был выше на голову, по моим прикидкам его рост достигал двухметров. Также он был почти в несколько раза крупнее орка, что совершенно не беспокоило моего краснокожего друга. Когда противники, в какой-то момент, одновременно перестали двигаться, у меня сложилось впечатление, что остановилось время. Потому что замерли все — воины, окружившие бойцов по кругу, замковые служки, смотревшие с открытыми ртами. Даже группа благородных женщин, шедшая куда-то по своим делам по каменным мостикам замка, тоже следили c любопытством и азартом, что-то при этом комментируя, прикрывая рты веерами. И вот, в момент, когда я моргнул, оба уже находились посередине пыльной арены, скрестив мечи. Впрочем, их смазанные движения могли уловить далеко не все, и я не был исключением — практически ничего не было видно

Но во дворе стоял такой шум от ударов металла о металл, что хотелось закрыть уши, в какой-то момент один из мечей Геро застрял в щите усатого громилы, и тот, не задумываясь, откинул потяжелевший предмет. Ещё несколько раз обменявшись ударами, оба, словно заранее договорившись, отошли в разные стороны площадки и поклонились друг другу.

— Благодарю вас, Геро — это было превосходное знакомство.

— Сэр Тарк, столько радости от жэлэзного танца я нэ испытвал с тэх пор, как оставил своэго наставника.

— Снимаю шляпу перед почтенным.

— Рырк! Учитэля зовут Рырк.

— Моё почтение господину Рырку.

Я удивился, что они остановили бой, но как мне позже объяснил Геро, после той скорости, которой они достигли, можно было легко убить оппонента даже тупым мечом. Потому мастера дальше никогда не заходят, если не желают сопернику смерти, разумеется.

С выздоровлением Геро мои тренировки усилились, словно они с сэром Тарком готовили меня к мировой войне. Ещё Геро подтягивал уровень стражи Герцога, в то время как усатый рыцарь занимался другими делами, охраняя тушку сюзерена. Так прошло около месяца, Герцога мы давно не видели, занимались своими обязанностями, получили жалованье, иногда выбирались в город с ребятами из нашего барака. Я продолжал оттачивать магию, но мне дико не хватало знаний, а потому я топтался на одном месте. В один из дней нас привели к Герцогу Арианскому.

Как всегда серьёзный и немногословный, он сидел за письменным столом, что-то выводя пером в бумагах, затем поднял на нас взгляд и сказал:

— К концу недели я ожидаю гостей, вы тоже приглашены. Оденьтесь подобающе, средства вам выделят. — немного поколебавшись, он добавил. — Всё за мой счёт.

— Благодарим, ваша светлость, но мой статус не совсем позволяет находиться в обществе благородных, тем более в качестве гостя.

Сказал я, ведь знал это наверняка, да и в Радана подобные постулаты вбивали буквально с детства.

— Это не обсуждается. Вы, конечно, мои гости, но отказа я не потерплю.

— Такому радушному хозяину мы просто нэ можэм отказать.

Поклонился Геро. Герцог удовлетворённо кивнул и кивком показал, что аудиенция окончена, снова окунувшись в бумаги.

Получив наличку у казначея, мы отправились в город. Моим нарядом занимался Геро, потому что в местной моде ни я, ни старый владелец тела не разбирались. Единственное, что я сделал, так это настоял на зелёном цвете, во-первых, это мне близко, во-вторых, проще прятаться в лесу. Хотя с краснокожим орком в ещё более ярко-красном камзоле прятаться было бы невозможно. Хотя, с другой стороны, одежда-то была на выход, а вот в лесу камзолкак раз и не нужен, ну, «да ладно», всёравно выглядело круто. Мне тоже подобрали камзол, брюки в цвет, на сдачу мы приобрели по балахону. С таким количеством врагов светить своими лицами в будущем опрометчиво, это тут в герцогстве, под протекторатом его светлости, мы в относительной безопасности. А вот дорога в академию таковой быть не обещает, с нашими-то умениями находить неприятности на пятую точку.

На балу я старался держаться в тени и не отсвечивать, холодные, высокомерные лица аристократов нервировали. А вот Геро отрывался на полную катушку, флиртовал с дамами, чуть было не нарвался на пару дуэлей, больше из-за цвета кожи, а не из-за поведения — вёл орк себя в рамках приличия. Но сэр Тарк мягко объяснял вспыльчивым гостям, что Геро почётный гость его светлости и, задев его, они заденут и герцога, на этом конфликт и заканчивался, а орк с самодовольной и нахальной улыбкой продолжал общаться с окружающими, излучая позитив. Тем временем я ушёл в свои мысли, забившись в дальний угол того самого зала, где нас впервые накормили. Про себя я прозвал его столовкой, только сейчас помещение украшали какие-то красные ткани на стенах, а столы расставили на манер шведских. Я спокойно уничтожал отнятые у проходившего мимо официанта канапе и никого не трогал. Как где-то на периферии слуха прозвучали трубы, и глашатай выкрикнул:

— Радан из Облачных гор, он же Руслан с далёкой Земли!

Я чуть не подавился, когда услышал своё имя. И даже не понял, как, но рядом уже стоял Геро, который начал подталкивать меня в сторону кресла герцога, напоминавшего трон, по бокам выстроился весь цвет местной аристократии.

— Подойди, воин. — торжественно сказал Герцог Арианский. Краснея как рак, и чуть ли не падая в обморок, «ну, не привык я к такому», я подошёл к его светлости и остановился, когда мне подали знак.

— Встань на колено, воин.

Я словно во сне встал на одно колено. Герцогу поднесли меч, и, обнажив его, он заявил:

— За спасение Арианы от тварей тьмы и проявленную доблесть нарекаю тебя Сэр Руслан с далёкой Земли. Встань, рыцарь, и прими этот меч.

9. Будни рыцаря

Я смотрел в мутное зеркало, стоявшее в нашем бараке, одетый в свой новый, зелёный камзол, и, вставая в крутые, на мой взгляд, позы, придумывал, как теперь буду представляться спасённым от драконов девчонкам.

— Привет, красавица, я сэр Руслан! Нет. Руслан, сэр Руслан, сэр Руслан с далекой Земли. Не то, какой-то Джеймс Бонд получился. Приветствую вас, я…

— Сэр дуралэй. — перебил меня Геро

— Тебе представляться не нужно, и так понятно, что ты дуралей.

Вступил я в нашу обычную игру обмена любезностями.

— Разве дуралэйможэт быть таким богатым и красивым? Да эщё и вэликим воином?

Орк похлопал по увесистому кошельку, который получил в благодарность за спасение города. Геро и так был дворянином, а потому в статусе рыцаря не нуждался, вот и подкинули орку золотишко. А мне досталась магическая метка рыцаря, жалко только, меч забрали после церемонии, так что я остался со своей лопатой. Тем временем орк наставительно продолжал:

— К тому же только дуралэй можэт кривляться пэрэд зэркалом.

Я махнул на него рукой, потом снова повернулся к отражению, направил указательный палец в сторону зеркала, сделав руку пистолетом, подмигнул сам себе и сказал:

— Не слушай его, ты красавчик, сэр Руслан.

Кончено, я больше валял дурака, но и чего греха таить, наслаждался новым статусом рыцаря.

— Утэшай сэбя сколько влэзэт, но я как твой друг должэн открыть тэбэ глаза, такого урода надо эщё поискать.

— И это мне говорит завтрак яманбаса.

— А вот это, друг, запрэщённый удар. — пожурил меня Геро.

— Да, прости, друг, меня понесло. В любом случае, на животину я пойду с тобой, ты же это понимаешь?

— Нэт, я должэн быть один. Таковы условия. Я поклялся прэдками.

Орк слегка взгрустнул.

— Я помню, ты должен сразить его один. Но я-то не буду его атаковать, а вот защищать твою дурную голову от того, чтобы её откусили, по-моему, установленные правила не запрещают. Да и к тому же, кто сказал, что ты должен завалить его с первой попытки? Не получится, уйдём, перегруппируемся, и попробуешь ещё раз.

Геро заметно повеселел, такой вариант и вправду мог прокатить. Хоть и читалась в его взгляде тень сомнения. Зная орка, уверен, он боялся рисковать ещё и мной. Но чтобы увести его от этих мыслей, я продолжил.

— А ты знал, что самка яманбаса, если самец плохо её обслужит, откусывает ему голову?

— Ах-ха-ха-ха!

— Поэтому ищем на всякий случай самку, ты её завалишь на сеновал, тем самым выполнив условие сразить яманбаса, а потом хорошенько ублажишь, чтобы она тебя не сожрала.

Геро смеялся во всё своё орчье горло.

— Идэальный план, но эсть один просчёт.

— Какой?

— Лейсан за мэня нэ выйдэт. Кому нужэн осквернитель яманбаса?

— Да, ты прав, но зато как звучит: великий воин Геро, осквернитель яманбасов.

Мы оба буквально катались по полу.

Соседи по бараку тоже посмеивались, но поддерживать шутку не стали, видимо, потому что они простолюдины, а мы статусом повыше. Теперь я мог смело разбить стул о голову зарвавшегося дворянчика, не рискуя сразу быть казнённым без суда и следствия. Позже после награждения герцог мне так и сказал:

— Теперь можете смело ломать мебель о кого пожелаете, сэр Руслан.

Впервые с момента нашего знакомства он улыбнулся. Как я позже узнал от сэра Тарка, присвоение мне титула было ещё и пощёчиной жирному Ландайскому коллеге, который, судя по всему, спутался с тьмой. Вообще, в присвоении мне рыцарского титула была масса плюсов. Во-первых, народ видел нашу драку с тварью, и в городе мы с Геро были настоящими звёздами, такое тут нечасто происходило, максимум разборки стражи и криминала. Потому правителя этих земель просто не поняли бы подданные, не награди он нас. Во-вторых, дать мне титул было финансово выгодно, потому что бесплатно, плюс вдохновляло его воинов на будущие свершения. За время тренировок сэр Тарк присмотрелся ко мне и сделал вывод, что честь его сюзерена я не посрамлю, в общем, выдал положительную рекомендацию. Ну и разумеется, возможно, главная причина — насолить жирдяю. Но я в их интриги не вникал, слишком мало информации, потому и думать, в сущности, было не о чем.

Задачи оставались прежними: выжить и прокачаться как магу, для того чтобы решить первую задачу. Честно сказать, мне было ещё и очень интересно постигать тайны зелёной энергии, я восхищался ею и хотел узнать как можно больше. Сейчас всё моё внимание занимали артефакты. В сражении с Марленом, заметив, как каст Геро врезался в защитный барьер, я заинтересовался тем, откуда взялся этот щит, и память Радана подкинула информацию о том, что это такое. Правда, принцип работы артефакта не знал ни прошлый владелец тела, ни орк. Единственное, что удалось выяснить: есть артефакты древние и очень могущественные, есть и современные модели, отводящие стрелы, ставящие барьер от стихийной магии. Кстати, такие выдавали всем стражникам, когда наступала их смена. Сделаны они были в виде нагрудных жетонов и несли сразу несколько функций. Во-первых, каждый, кто их видел, понимал, что перед ним стража, ну и второе — магическая защита. В среднем жетон защищал от пяти-шести фаерболов, ледяных стрел или воздушных кулаков. Стоили они безумно дорого, потому хранились в оружейной замка и выдавались под роспись. В первое время от моих корней артефакт не защищал, но потом приехал какой-то мужик, попросил меня кастануть колом в мишень с артефактом, что-то настроил, и мои деревяшки тоже стали разбиваться о невидимый барьер. Правда, всего штук пять-шесть и не самых плотных по структуре. Позже артефактор настроил и остальные жетоны, которые я лично проверил. Кто знает, может, Руслан с далёкой Земли не последний травник, который научился применять силу в боевой обстановке. Как я понял, принцип механизма был в расщеплении маны, отчего и физический объект растворялся в воздухе. Хорошая штука, мне жутко хотелось заполучить такуюже, но пока это было не по карману. День за днём мы тренировались с сэром Тарком, я серьёзно прибавил в воинском искусстве и мог спокойно сопротивляться стражникам без магии несколько минут, ну а когда мне разрешали кастовать, не оставлял им практически ни шанса, даже когда против меня выходило до пяти человек.

Несколько месяцев пролетели незаметно и вот, наконец наш договор с герцогом подошёл к концу. Впереди ждали вступительные экзамены в академию. Благодетель уехал куда-то по своим делам, проводить нас поручил сэру Тарку, который по приказу герцога взял с обоих обещаниетого, что мы обязательно к ним как-нибудь заедем. Бонусом усатый рыцарь передал нам два рекомендательных письма в академию, что автоматически давало один балл для поступления, где минимально надо было набрать пять. Всё-таки герцог был мужиком что надо. Тепло попрощавшись со здоровяком и ребятами из стражи, заранее прикупив пару лошадей, мы тронулись в путь. Увидевшая нас детвора бежала следом, махая на прощание. Так мы оставили город Марий Марийского герцогства.

Сначала мы поехали одним путём, но потом свернули в лес, я технично заметал следы, дабы никто не понял, куда мы подевались. О том, что мы едем в имперскую академию, знали только герцог и сэр Тарк, для остальных мы отправились в восточное королевство. Хоть за время нашего пребывания в Марийе ничего не происходило, за нами совершенно точно следили и ждали удобного момента, чтобы нанести удар. Врагов теперь у нас было более чем достаточно, не считая жирдяя Арианского, так я прозвал нашего недруга, были ещё и орки, которые хотели закопать моего друга. Да и с его любовью подраться не удивлюсь, что этот краснокожий отморозок нажил себе пару кровников ещё до встречи со мной. Потому пусть попотеют, пытаясь нас найти.

Надев капюшоны, мы вышли на нужное нам направление и несколько дней двигались по каменному тракту, в сторону империи. Пейзаж особо не менялся, лиственные деревья, усеянные паутинами лиан, всё та же волнистая травка. Периодически попадались однотипные деревушки с постоялыми дворами, все как один похожие на тот, где мы познакомились с орком. Ехали без приключений, что, по-моему, беспокоило великого воина на соседнем жеребце. Но я, честно говоря, наслаждался дорогой, отдыхом, отсутствием стресса. И очень просил Геро не нарываться на неприятности, не брать заказов на разыскиваемых бандитов, благо деньги у нас были, а спокойно доехать и поступить уже в эту академию. Орк лишь недовольно фыркнул, но лишний раз даже не светил физиономией, которая с его фирменной улыбкой так и просила кирпича. К концу третьего дня мы подъехали к очередному постоялому двору на перекрестке четырёх дорог. Этот был больше обычного, и на коновязи стояло с несколько десятков лошадей. У меня почему-то возникли ассоциации с байкерским баром из «Терминатора». Жутко хотелось спать и есть.

— Многовато лошадок, может не быть мест.

— Ничэго, попросимся в сарай, там всэгда есть мэстэчко.

На дворе царила осень, и спать ночью на улице нам не улыбалось.

— Ну, пойдём посмотрим.

Привязав коней, мы кинули медяк местному мальчишке-служке, чтобы он проследил за нашими лошадками, затем сдали оружие в местный арсенал, таковы были правила этого герцогства, именовавшегося Ланкария, владетель которого не любил насилие, потому во всех общественных местах предметы членовредительства нужно было сдавать. На входе в зал стоял артефакт, который сканировал людей на предмет железа, аналог нашего металлоискателя, ну и вишенка на торте: в заведениях Ланкарии нельзя было магичить. Когда мы отворили тяжёлые деревянные двери и одновременно вошли внутрь, из зала в нас уже летела бутылка с каким-то пойлом, от которой мы легко увернулись. В местном ресторане шла самая настоящая драка. В пьяном угаре махались буквально все против всех. Надо было видеть, как менялось лицо орка из нейтрально-скучного в очень, очень радостное, словно он нашёл мешок золота.

— Ты неисправим. — как обычно закатив глаза, сказал я. В зале царила полная вакханалия, летали табуретки, бутылки, официанты и хозяин прятались за барной стойкой.

И в самом центре я увидел её. Молодую девчонку с острыми ушами и очевидно пышной копной русых волос, сплетённых в тугую косу. Милее создания я в жизни не видел, от неё словно исходило сияние, при этом, когда она открыла, рот наваждение словно спало.

— На, получай, обезьянья отрыжка! — крикнула девчонка пьяным заплетающимся языком и прыгнула с двух ног в грудь какому-то здоровяку так, что тот отлетел на несколько метров. Сама эльфийка, а это была именно она, упала на спину и в момент, когда вставала, в её живот прилетел сапог другого мужика, в такой же военной форме, как и у здоровяка, видимо, местные силовики на отдыхе. Остроухая проехала по полу несколько метров, при этом избавившись от содержимого желудка. К ней подлетело ещё несколько молодцов в таких же одеждах, которые стали самозабвенно пинать поверженную ногами.

— Получай, остроухая тварь!

Вся в крови, сгруппировавшись и закрыв лицо руками, она умудрялась отвечать им:

— Да вы бьёте, как дешёвые портовые шлюхи! Ах-ха-ха-ха!

Мужики разозлились ещё сильнее и стали пинать интенсивнее. Все эти события происходили в какие-то доли секунды, и я даже сам не понял, когда оказался рядом с ней и ударом головы в нос снёс одного из обидчиков эльфийки. Затем сцепился со вторым, мы стали бороться, он сделал мне подсечку, я потянул его за собой, и мы покатились по деревянному полу, отвешивая друг другу удары. Я просто не мог смотреть, как избивают девчонку, и действовал на рефлексах. «Ни жизнь, ни смерть так ничему меня и не научили!». А плохих ребят в этом баре было человек двадцать, к моему противнику на помощь примчались ещё двое и начали бить меня ногами, иногда мне удавалось подставлять оппонента под их удары, и потому они были не столь активны, пытаясь выцелить мою тушку. Парни не знали, что у меня было секретное оружие, краснокожее и очень радостное, настоящая машина для убийств. Геро вырубал воинов хладнокровно скупыми точными ударами. Когда он добрался до моей троицы, меня уже знатно потрепали, благо натренированное тело неплохо сопротивлялась. Три удара и три бессознательных туши украсили зал. Я вскочил, ещё не чувствуя боли от избытка адреналина и увидел, что вокруг эльфийки творилась примерно такая же картина, как оказалось, сначала орк выручил девчонку — «Джентльмен!» — потом уже помог мне. И как только я расслабился, тот самый здоровяк, в которого прыгнула остроухая, с рёвом бросился к ней, еле поднимающейся и окровавленной. В руке у него был обломок то ли стула, то ли ещё чего, заострившийся на конце, который он с разбега воткнул ей в живот. В этот момент я уже бежал к ним сбоку, но не успел, лишь ударом локтя в челюсть отправил придурка в глубокий нокаут. Девчонка посмотрела на палку, торчащую из её тела, и сказала:

— Вот же урод!..

И, истекая кровью, завалилась на пол. Я подхватил умирающую на руки и побежал к стойке бара, где прятался трактирщик.

— Где у вас ближайший лекарь?

— Да она мне полтаверны разнесла, какой ей лекарь?

Мои глаза налились кровью.

— Отвечай, собака, или я тебя прям тут закопаю!

— Или я. — поддержал меня орк, схвативший дородного мужика за грудки. Гадёныш видел, как дерётся Геро, и выложил всё, что знает.

— Телега есть? Быстро говори. Мы заплатим.

— Да, есть, уже запряжённая даже, с города только вернулась.

— Веди.

Геро кинул мужику золотой, и тот стал охотнее сотрудничать.

Я бережно уложил раненную на дно телеги, и мы погнали в указанную трактирщиком сторону, лекарь жил в пяти минутах езды от таверны вверх по главному тракту. Наших лошадок мы привязали к бортам транспортного средства, и они следовали за нами.

Подъехав к одноэтажному дому, я судорожно начал стучать в дверь. Вышел высокий седой мужик в синей рубахе, который, увидев перекинутую через моё плечо раненную, не задавая лишних вопросов, приказал нам отнести её в рабочий кабинет. Девчонка была совсем бледная, практически не прощупывался пульс. Неся эльфийку на руках, я рассказывал лекарю всё, что успел заметить во время драки.

— Перед тем, как девушку проткнули, ей прилетел сильный удар в живот, потом ещё штук пять по рукам, спине и почкам.

— Понял, кладите её тут и выходите. Посидите в прихожей. Лечение обойдётся в один золотой.

— Да, да, только, пожалуйста, быстрее! — сказал я.

Тем временем Геро без лишних слов вытащил золотой из кошелька и протянул лекарю. Только после этого он закрыл дверь и приступил к своим обязанностям. «Гиппократа на тебя нет, скупердяй». Расположившись на скамейках в прихожей, молча стали ждать. Час спустя вышел утомлённый лекарь. Мы вопросительно уставились на него.

— Всё в порядке, инородный предмет извлёк, рану почистил, пришлось повозиться, вытаскивая занозы из органов. Жить будет, но так как она потеряла много крови, нужно время, чтобы восстановиться. Моя помощница присмотрит за ней, это входит в оплату.

— Мы можем подождать, пока она придёт в себя?

— Да, лавки в вашем распоряжении.

Анника

Вернувшись из забытья, первое, что я почувствовала, это ужасное похмелье. Так плохо мне не было уже давно. Когда открыла глаза, увидела незнакомый интерьер, затем пришло осознание того, что я полностью голая и накрыта лёгкой простынёй. Я запаниковала и резко села, прикрывая грудь своим одеялом. Справа от меня в кресле бессовестно дрыхла человеческая женщина лет пятидесяти. Посмотрев по сторонам, оценила обстановку: мази, травы, окровавленная деревяшка на столе. «Фууух, лечебница». Я резко откинулась на неудобном ложе, так что заболела голова. «Проклятый лекарь, мог бы и похмелье снять, чего ему стоило?». Я отчаянно пыталась вспомнить, что же произошло, и память стала подкидывать мне воспоминания. Знатно поиздержавшись, я была, мягко говоря, на мели, мне хватало лишь на миску жидкой каши в таверне, которую я и собиралась съесть, зайдя в харчевню. Увидела, как празднует ланкарская гвардия, мужики отмечали чьё-то повышение, на столе у них было много выпивки, а главное, запечённого мяса, которого я не ела уже несколько недель. А потому на приглашение одного из них составить им компанию ответила не задумываясь, сходу ухватив кусок баранины и вцепившись в него зубами.

— А выпей-ка с нами, красавица.

— Не, я не пью. Слишком буйная становлюсь. — пыталась откреститься я.

— А мы любим буйных женщин, правда, воины? — вскрикнул чернявый здоровяк с сальным взглядом.

— Да! Да! Да! — взревела толпа.

— Не, ребят. Ну, правда.

— Обидеть хочешь? — настаивал громила.

Обидеть я никого не хотела, а ещё больше хотела есть, потому пришлось принять правила игры, сделав вид, что не замечаю сальных взглядов подвыпивших солдат. В конце концов, в зале много народу, с десяток северных наёмников, несколько рыцарей со свитой в разных углах зала, таверна была буквально забита людьми. Я понадеялась, что удастся ускользнуть в нужный момент, то есть тогда, когда наемся. Честно говоря, выпила я не так много, но на голодный желудок захмелела быстрее обычного. Потому решительно встала и, качаясь, пошла к выходу. Но была поймана за руку здоровяком, который притянул меня к себе, прижал и схватил за зад со словами:

— Куда, шлюха, а платить кто будет?

Договорить он не успел, так как мой лоб уже врезался в его зубы.

— Ах ты, падаль! — выкрикнула я и добавила уроду с ноги по яйцам. Повскакивали его дружки.

— Стерва остроухая, сейчас мы тебя тут разложим!

И ринулись на меня толпой. Ударом в кадык вывела из строя ближайшего, толкнула на изрядно захмелевших северян второго, так что тот разлил пойло на нескольких суровых бородачей в шкурах. Недолго думая, наёмники приложили головой об стол бедолагу, а дальше пошла цепная реакция, кто-то на кого-то падал, и к драке присоединялись ещё люди. Потом урод, схвативший меня, сумел встать, и я помню, как влетела в него с двух ног, после чего упала и больно ударилась спиной. Затем были ноги, летевшие в меня, затем снова здоровяк, и та деревяшка окровавленная, что сейчас на столе, вошла мне в живот. Затем воспоминания были обрывочные, вспомнились добрые голубые глаза какого-то парня, что он орёт на кого-то. Потом я на руках, и снова его обеспокоенное лицо, потом темнота, и вот я здесь. Жутко хотелось пить. Обведя комнату взглядом, я не нашла ничего, напоминавшего воду, завернувшись в простыню, тихо открыла дверь и скользнула в неё. На движение среагировал тот самый голубоглазый, который за секунду до этого клевал носом. Заспанный, он резко встал на ноги и сонно сказал, протирая глаза:

— Привет, очнулась? Я Руслан.

— Сэр Руслан, я полагаю? — спросила девушка, смотря на мою метку.

— Да, простите. Сэр Руслан с далёкой Земли. Но можно просто Руслан, рыцарь я без году неделя.

— Леди Анника Зака Эфрон. Для друзей — Ника. — представилась она, забавно поправляя простыню на своём соблазнительном теле. С распущенными волосами она казалось мне какой-то сказочной нимфой. Ниже меня на полголовы, большие зелёные миндалевидные глаза, высокие скулы, маленький утонченный носик, спортивное тело с тонкой талией, и пышной грудью, красивые стройные ноги, соблазнительно выглядывающие из-под простыни. Я прям залюбовался.

— Насмотрелся?

Я аж покраснел от такого вопроса, потом вспомнив, что я всё-таки рыцарь, поспешно отвернулся.

— Простите меня, Леди Анника.

Эльфийка озорно улыбнулась. И добавила:

— Полагаю, вам я обязана своим спасением.

— Да, мелочи. Я ж рыцарь, таков долг. — с налётом иронии сказал я.

— Ну, если вы так говорите, то ладно.

«Вот коза, могла бы и спасибо сказать».

— Вы себя хорошо чувствуете, Анника?

— Умираю.

— Серьёзно? — заволновался я.

— Да, мне бы воды. Похмелье жуткое.

— Тьфуты!

— Плеваться в присутствии леди неприлично. — на автомате выдала она.

— Вода в бочке в углу. Я выйду, пожалуйста, быстро переоденьтесь, есть важный разговор.

— Я бы ещё полежала, голова раскалывается. В чём дело, сразу нельзя сказать?

— Вчерашние гвардейцы очень злы, и со слов целителя, будут тут через несколько часов в полной боевой готовности. Лекарь боится возможного бардака и просит поскорее уйти.

— Ааа, эти уроды.

Безразлично сказала она и продолжила:

— Хорошо, сейчас выйду.

Она с жадностью начала пить, схватив стоявший рядом с бочкой ковшик, при этом эльфийка задействовала одну руку, а другойдержала край простыни, позволив ей скатиться по спине и оголить прелестную попку. Я увидел эту сцену краем глаза, повернувшись к двери, снова покраснел как рак и выскочил из комнаты.

Геро сидел на крыльце дома и чистил свой любимый меч.

— Как дэла, гэрой?

— Всё хорошо, девчонка проснулась.

Геро одобрительно кивнул головой. В принципе, ни для него, ни тем более для меня не стоял вопрос о правильности того, что мы вмешались в драку. По моему глубокому убеждению, ни один мужчина не должен бездействовать, когда женщина в беде. Один раз меня уже убивали из-за того, что я вмешался, но это ничего не меняет.

Эльфийка вышла в ужасном расположении духа и с таким лицом, что все тут ей должны, словно она нам помогает, а не мы ей. На девушке была коричневая кожаная куртка и штаны с завязками по бокам, мягкие кожаные полусапожки и заштопанная в области живота белая рубаха. Служанка лекаря постирала вещи пациентки и зашила дырку. На спине красовался лук с колчаном стрел, на поясе — короткий меч. Ночью Геро вернулся в таверну и забрал наши и её вещи из оружейной, которые мы в спешке оставили там. Орк снова повстречался с бравыми гвардейцами и популярно объяснил здоровяку, ранившему эльфийку, на словах, правда, разбавляя свои нравоучения звонкими пощёчинами, что убивать разумных вот так запросто нельзя и тем более девушек, плюс ещё и симпатичных. Забрав компенсацию за траты на повозку и лекаря, он взялденег ещё и за причинённый ущерб остроухой и, довольный собой, вернулся к нам. Не удивительно, что бравые воины точили на нас зуб, ну или что там у них осталось после встречи с орком.

— Это Геро. — представил я друга.

— Леди Анника Зака Эфрон. — на автомате ответила она.

Геро тем временем кинул мешочек с серебром эльфийке, который та на автомате поймала.

— Это компэнсация от вчэрашних рэбят.

Эльфийка приятно удивилась и улыбнулась.

— Мы едем в сторону империи. Вас нужно куда-либо проводить, леди?

— Нам по пути. — бросила она.

И не говоря ни слова, перевались через край повозки, легла на то же место, где валялась, будучи раненной этой ночью, и уснула. Я сел на место извозчика, привязав третью коняшку к телеге. Орк был верхом.

Мы многозначительно переглянулись с Геро, мол, видел, какая фифа? И молча отправились в путь. Эльфийка забавно посапывала с открытым ртом, я периодически оглядывался на неё и умилялся этой картине.

Через часа три езды по тракту нас настигли, неожиданно и с воздуха. Два мага воздушника в гвардейской форме приземлились перед нашей процессией. При этом запустив пару кастов, эффектно взорвавшихся возле телеги и поднявших кучу земли, упавшую на нас.

— Именем его сиятельства герцога Ланкарийского вы арестованы, сдайте оружие, иначе мы применим силу.

Дальше происходило что-то невероятное. Громко храпевшая ранее эльфийка вскочила как панночка из гроба вфильме «Вий». С бешеным взглядом она выплюнула комья земли, попавшие ей в открытый рот. И заорала, вытянув руки вперёд:

— Вы обалдели, уроды?!

При этом с её рук сорвались гигантские фаерболы не меньше полуметра диаметром. Воздушники приняли удар на артефакт, потом начали отскакивать, ставить щиты, но Анника била словно из пулемёта, маги запускали в огненные шары воздушные кулаки, но у взбешенной эльфийки словно был автоприцел, и она, не снижая напора, продолжала жарить бедолаг, пока оба не рухнули от потери сил. Я в это время сидел с открытым ртом и наблюдал, но спохватившись, закричал:

— Стой! Убьёшь же!

Злая фурия явно собиралась сделать из мужиков жареные отбивные. Они в ужасе и с благодарностью посмотрели на меня. А эльфийка, сделав недовольную мину и посмотрев на бедолаг, как на червяков, начала полоскать рот водой из фляги и сплёвывать за край повозки.

— Полагаю, мы свободны? — ехидно поинтересовался Геро у слегка подпаленных воздушников.

— Да-да. Счастливого пути! — хором заговорили маги.

Отъехав на приличное расстояние от потрёпанных воздушников, Геро сказал:

— Ну ты даёшь, подруга. Чуть не превратила людей в бифштекс.

— Да, я в гневе плохо себя контролирую. — потерянно сказала девчонка.

— Никогда нэ видэл эльфов огнэвиков.

— Да, я тоже. Потому и вынуждена была оставить дом и отправиться учиться в империю. У нас магов огня даже не знают, как обучать.

— А каким даром обычно обладают эльфы? — поинтересовался я.

— Мы все без исключения немного травники. А одарённые, как правило, целители и изредка маги воды.

— Значит, вы уникальная?

— Мда, уникальная. — с иронией произнесла она.

Было видно, что для неё это больная тема. Но я не отставал.

— А чем вы так недовольны, леди, своим даром?

— А ты как думаешь, как чувствует себя маг огня посреди леса? По головке не гладили.

Резко бросила она и начала изливать двум незнакомцам душу. А я подумал: «Уже на “ты”».

— Анника безумная, взрывная Анника, как только меня ни называли. Правда, получали фаерболом по своим наглым эльфийским рожам. — с мстительной улыбкой делилась она.

Девчонка рассказывала нам свою историю, порой крепко сжимая рукой край телеги, которая начинала в этом месте дымиться, опомнившись, она одергивала себя и продолжала повествование. Если вкратце: столет назад в одной аристократической эльфийской семье родилась девочка с мощным огненным даром, что, мягко говоря, не очень ценится в их консервативном обществе. Анника стала настоящим изгоем лесного царства. Взрывоопаснее огненного дара был только её характер, несвойственный холодным и расчётливым эльфам. А ещё она всегда говорила то, что думает прямо в лицо собеседнику, несмотря на то, кто перед ней — эльфийский князь или нищий. Но ушла девушка из леса не по этим причинам. На одном из великосветских приёмов она сцепилась с одним из сильнейших боевиков-водников, который задел её, что, впрочем, было нетрудно. Отец девушки вовремя увидел назревающий конфликт и буквально спас её от дуэли и неминуемой гибели, оттащив от обидчика. Но гад не растерялся и вызвал на бой брата эльфийки, где прикончил бедолагу. Все понимали, что это был заказ враждующей семьи, дабы приструнить набиравший силу клан Эфрон, ну а проще всего было зацепить вспыльчивую огневичку. Анника была в глубокой депрессии. Остыв, девушка поняла, что пятисотлетнему Канису— так звали негодяя— она пока не соперник, потому втайне от всех собрала свои вещи и отправилась в империю совершенствовать огненную магию. Прямая, вспыльчивая, под стать её дару, она превратилась в хмурого и замкнутого одиночку, которому не с кем было поговорить. Она рассказывала нам это так, словно знала много лет. Ей явно нужно было выговориться, мы с Геро слушали и не лезли с расспросами — и так всё понятно. Учитывая её дар и возраст, она мало чего боялась, а потому так легко отправилась с нами в путь. В дороге эльфийка находилась уже полгода и успела всякого повидать в мире людей, а с её модельной внешностью неприятности сыпались как из рога изобилия.

— Так я и оказалась в таверне, а дальше вы всё сами видели. — закончила она.

Меня, конечно, удивил возраст.

— Целых столет?

— Эльфы нэмного иначэ устроэны, они созрэвают гораздо позжэ нас, по их меркам Анника примэрно наша ровэсница.

— Ну, хорошо, — не унимался я, — вот объясни мне, как такая взрослая леди оказалась в такой щекотливой ситуации? Поохотиться не пробовала, прежде чем садиться к толпе посторонних мужчин? Вон, и лук за спиной.

— Бить дичь можно только с разрешения властей, я уже один раз нарывалась на неприятности, потому не рискнула повторять.

— А вот напиться с толпой разгорячённых мужчин было куда безопаснее, видимо. — иронизировал я.

— Ну там столько людей было, думала, выкручусь. Признаю, идея была неудачная. — потирая живот, сказала она.

Эльфийка оказалась интересным собеседником, хоть за столет она впервые выбралась за пределы своего царства. И вообще, я получал эстетическое удовлетворение от присутствия такой красотки рядом, но меня грыз червь сомнения, ведь мы с Геро были не лучшей компанией, за нами по пятам шли убийцы герцога и орков. Анника была нормальной девчонкой, «женщиной, бабушкой?», а потому впутывать её в наши неприятности не хотелось. Отдав эльфийке вожжи повозки, я пересел на своего коня, подъехал к Геро и неслышно для девчонки сказал:

— Надо оставить её. Ты же понимаешь, что с нами опасно.

— Да, опасно.

— Если с ней что-то случится из-за нас, я себе не прощу.

— Что, сильно понравилась? — с улыбкой спросил орк.

— Да причём тут это? Блин, ей, конечно, столет и всё такое, но она же девушка. А за нами скорее всего следуют настоящие убийцы, друг.

— Эсли ты нэ замэтил, иэй и одной нэ слишком бэзопасно. Нэ будь нас рядом вчэра, её убили бы. К тому жэ с Анникой будэт гораздо вэсэлээ.

Геро с улыбкой до ушей чесал кулак, который вчера использовал.

— Я понимаю, что тебе лишь бы подраться. Но тут вопрос жизни и смерти.

— Нэ драматизируй, друг. Всё в руках всэвышнэго. Девчонка взрослая и сама должна решать, что иэй дэлать. Захочэт, пусть путэшэствэт с нами. Захочэт быть одна, пусть будэт. Я нэ против её общэства.

— Да, я тоже не против. Но она же не знает, что нас преследуют.

— Знаэт.

— Откуда?

— Эльфы слышат очэнь хорошо, так что вэсь наш разговор для нэё нэ тайна. Ах-ха-ха!

Я в очередной раз за сегодняшний день покраснел. И посмотрел на Аннику, которая утвердительно кивала головой, мол, всё слышала.

— Блин, ну ты и гад, раньше сказать не мог?

— И отказать сэбэ в удовольствии видэть это глупоэ лицо?

— Я с вами! — громко сказала она, слегка улыбнувшись шутке Геро. Так в нашем полку прибыло.

— Ну раз так, то нам пора заметать следы.

Отвязав лошадь от повозки, Геро отдал своего коня Аннике, а сам взял теперь уже её кобылу, потому что она была без седла, а так как он, цитирую, «родился на лошади» — и хорошо, что не от неё, хотя тогда бы он был кентавром, а не орком. В общем, менее удобный транспорт достался ему. Мы заехали в лес, и я автоматически стал заметать следы, как делал уже не раз. У эльфийки, мягко говоря, полезли глаза на лоб.

— Ты точно не эльф?

— Нет, я простой человек, травник.

— А учил тебя не эльф?

— Нет.

— Странно, очень похоже на принцип работы тайных троп Аллореана.

— Так вот, как вы это делаэтэ. Ах-ха-ха-ха!

— Даже не надейся, орк, принцип работы наших троп столь сложен, что его не знает даже большинство эльфов. — с улыбкой и гордостью сообщила эльфийка.

— Ты ещё нэ знаешь, на что способен Рус.

Я проигнорировал их пикировку, но тема меня заинтересовала. Вообще, всё, что касается моего дара, я готов был впитывать как губка и, покопавшись в памяти, выудил всё, что слышал об их тайных тропах и, судя по всему, понял, как они работают. Остроухие, как и я, были травниками, потому могли восстанавливать структуру растений и соответственно прятать следы. Скорее всего, они настраивали свои тропы так, что когда нужный им разумный подходил к дорожке, растения меняли цвет по мере продвижения объекта и возвращались к прежнему виду, как только он проходил — это было своего рода программирование умной энергии под нужную ауру. Никто не понимал, как дети природы добиваются такого эффекта, но всё оказалось довольно просто, по крайней мере, для меня. Были некоторые нюансы, которые я ещё не знал, как воплотить, но в целом, всё понятно. Правда, о своих мыслях благоразумно решил умолчать, не хотелось добавлять в список врагов ещё и ушастых.

Эльфийка как боевая единица была незаменима. Она отлично обращалась с луком, лазала по деревьям как кошка, ну и главный козырь — её фаерболы, у Анники был огромный запас маны, но вот кроме каста огненных шаров она больше ничего не умела. Огненный дар считался своего рода позором семьи у чрезмерно традиционных эльфов, а потому о нём старались не вспоминать и не говорить, конечно, если кто-нибудь не доводил эльфийку и она не поджаривала наглеца. При этом она могла регулировать температуру и плотность огня до такой степени, что он мог, например не обжигать, а просто отталкивать взрывной волной. Как объяснить это физически, я не знал, про холодный огонь, в принципе, слышал — его ещё используют в фейерверках, но вот как получалась взрывная волна без тепловой энергии, не понимал. Собственно, своих обидчиков она обычно угощала слабыми фаерболами, и они отделывались синяками и за редким исключением лёгкими ожогами, как встретившиеся нам недавно воздушники. Зато с разведением огня у нас теперь было меньше мороки.

10. Все ли беды из-за женщин?

Спустя три месяца после встречи в таверне мы крепко сдружились, как и надеялся Геро, Анника стала постоянным источником веселья, то есть драк, которые я слёзно просил их избегать. Но красота девушки делала из людей идиотов, или она притягивала идиотов, которые пытались схватить её за какое-нибудь причинное место, в такие моменты подключался даже миролюбивый зелёный маг, то бишь я. Ещё Анника могла ляпнуть что-то в самый неподходящий момент, после чего и начиналась заварушка. Мы уже вышли за пределы Мирила и неспешно ехали по тракту карликового королевства Трайфал. Ранним утром весеннее солнышко приятно припекало лицо, мы в благодушном настроении подставлялись под его лучи, плотно позавтракав подбитой куропаткой. Нам даже лень было разговаривать, потому все трое ехали молча и наслаждались жизнью. В какой-то момент нас начала догонять процессия, я про себя нарёк её кортежем, потому как в центре ехала богато украшенная карета, инкрустированная золотом и каменьями. Смотрелось транспортное средство очень забавно на этой дороге, которая в скором времени обещала превратиться в непроходимое грязное болото. В таком ужасном состоянии тракт становился сразу, как только мы преодолели границу, заплатив мзду погранцу. Карету охраняли четырнадцатьвоинов: шестьвсадников спереди и шестьсзади, двое арбалетчиков на крыше. Ведущий воин, видимо, заменявший сирену, прокричал:

— Прочь с дороги!

Мы лениво подали коней к краю тракта, уступая место местному хамлу. Но препираться лень было даже Геро. Потому мы спокойно пропустили кортеж мимо, не сказав ни слова.

Проехав несколько десятков метров мимо нас, карета остановилась. Один из стражников пренебрежительно подозвал нас рукой, с таким важным видом, будто он местный царь. Мы грустно выдохнули, потому что вообще не было никакого желания с кем-либо общаться, да к тому же со столь неприятными личностями, тем не менее, не спеша тронули коней.

— Быстрее, сучье племя!

Я аж поперхнулся от такой борзоты. Посмотрел на Геро, а у него уже радостно блестят глаза, а утреннюю сонливость как рукой сняло. Анника за словом в карман не полезла.

— А ну повтори, что ты сказал, грязная псина?

Воин схватился за меч.

— Отставить! — донёсся визгливый приказ из кареты, и охранник нехотя убрал руку с оружия. Затем из окна показалась голова белобрысого парня лет двадцати пятив маленькой зубчатой короне.

— Прошу прощения, прекрасная незнакомка, за поведение моего вассала. — сказал пацан, когда мы поравнялись с его окном.

При этом урод в упор не замечал нас с орком, словно мы были пустым местом. Мы офигевали, но молчали. А Анника скривилась как от зубной боли. Тем временем парень продолжил:

— Куда держит путь такая юная и беззащитная леди, да ещё и в полном одиночестве?

«Алло, она не одна, глаза протри, придурок, её МЫ защищаем!»

— Да я же не одна. — недоумённо заметила эльфийка. И туповато посмотрела на вопрошающего. «Ещё не проснулась».

— Для меня они просто грязь. Ведь я принц ТрайфалаАсинус первый. А как зовут тебя, красавица?

— Никак, я сама прихожу. Мальчик, езжай своей дорогой, вот честно, не до тебя сейчас.

Прыщавое лицо принца побагровело, и он выкрикнул:

— Что ты сказала, потаску..?

Но не успел он договорить, как ему в лицо уже летел низкотемпературный фаербол.

Гадёныша спас артефакт, поглотивший силу удара, но пацан явно не ожидал такого исхода. Быстро спрятав своё мерзкое лицо в карету, он прокричал:

— Этих закопать, девку в цепи!

11. На господ пойдём…

Рыжий, которого Анника обозвала псом, злобно улыбнулся, вытаскивая меч. Геро запустил воздушные кулаки в арбалетчиков, но клятые артефакты поглотили их. Тем временем два спаренных щелчка сообщили нам, что стрелки ответили. Геро отбил болт мечом, а я поднял древесную стену, стрела пробила мою защиту, и наконечник больно кольнул меня в нос. Я аж вскрикнул.

Анника прибавила жару своим фаерболам, но те искрящимися брызгами разбивались о невидимый щит артефактов. Мы пятились назад, пытаясь увеличить расстояние. Геро сцепился с рыжим, который оказался не ниже уровня сэра Тарка. Двигались оба на сверхскоростях. Мне и Аннике досталась остальная банда в количестве пятнадцатичеловек, но на мои фокусы у ребят защиты не было, потому первыми я нокаутировал арбалетчиков на крыше, дело сделали два тычка деревяшками с набалдашником, вылетевших им со спины. Убивать людей мне не позволяло воспитание, хотя умом я понимал, что либо они, либо мы, но, наверное, надеялся, что всё обойдётся. Не обошлось. Мои спутники о подобной фигне даже не думали. Анника взялась за лук и подстрелила одного из воинов, подскочившего ко мне сбоку. Тем временем я оплёл ноги семерым ближайшим, затем поднял свою тюрьму — мужики там знатно увязли, мана утекала как вода сквозь пальцы, благо кругом был лес и я тянул энергию отовсюду, куда мог дотянутся. Дальше всё пошло наперекосяк. Геро ранил рыжего, и тот отскочил от него, истекая кровью. Я уже мысленно праздновал победу и кастовал очередную гадость недругам, выставив руки вперёд, как вдруг между нами и Анникой выросла прозрачная стена. Выглядело это так, словно воздух стал водой, барьер имел чёрные оттенки и смотрелся противоестественно, я бы даже сказал, отталкивающе-мерзко, были ощущения, что по тебе ползают сотни рыжих тараканов. Но самым неприятным оказалось, что я не мог прикрывать эльфийку, потому как не чувствовал потоки маны за пределами барьера, а выстрелившие в него корни стали быстро разлагаться, причём мои растения умирали даже на энергетическом уровне, чёрная мерзость словно болезнь тянулась к источнику деревянных копий, то есть ко мне. Я моментально обрезал магические связи, и тут меня ждал очередной неприятный сюрприз: мимо пролетел металлический диск, который наполовину вонзился в дерево справа. И всё бы ничего, но штуковина пролетала в момент, когда я вытянул руки, срезав их чуть ниже локтей. Я поднёс фонтанирующие кровью культи к лицу, пребывая, мягко говоря, в шоке, в глазах резко потемнело. В панике посмотрел на друга и увидел его взволнованный взгляд, а затем упал как подкошенный, по инерции повернувшись лицом к барьеру и наблюдая сквозь прозрачную стену, как четверо мужиков, избивая Аннику, тащат её в карету. Дальше пришла спасительная темнота.

На господ пойдём, все спалим огнём (с)

Я открыл глаза в какой-то избе, моя тушка лежала на неудобной кушетке, стены из сруба приятно пахли смолой, в мутном слюдяном окне было видно, что на улице то ли день, то ли утро. В углу на стуле сладко спал орк. Минуту ваш покорный слуга пытался понять, что он за существо, затем, вспомнив имя, фамилию, адреса, пароли, явки, я вдруг осознал, что стал калекой и остался без моих любимых рук, при этом как-то чувствовал свои кисти и словно мог шевелить пальцами. Ранее я не раз читал про фантомные конечности, когда человек ощущает ампутированную ногу или руку и даже боль в ней. С содроганием согнул локти и увидел мои родненькие кисти на своих местах.

— Да!!! — заорал я во всё своё пересохшее горло. Геро аж подскочил, обнажив Муган.

— Ты что так орёшь, придурок?

— Геро! Мои рученьки, они на месте, — сказал я и стал целовать каждую по очереди, — спасибо, друг! Как ты их вернул, братан?

— Быстро зарэзал мага зэмли, это он отсёк тэбэ их, когда подняли тёмный барьэр, гад остался с нашэй стороны. Дальше подобрал твои культяпки, закинул тэбя на лошадь и ускакал.

— А Анника?

Геро изменился в лице.

— Эльфийка у них. Боевая баба, выиграла тэбэ врэмя, когда её тащили в карэту, она увидэла, что тэбя укоротили, вырвалась из рук врагов и устроила настоящий фэстиваль, какиэ делают мудрэцы востока из царства Минь, кастуя направо и налево.

— Фейерверк. — Машинально подсказал я.

— Вот-вот. Наврэдить, конэчно, нэ наврэдила, уж больно мощные у гадов артэфакты, но хорошо задэржала. Время шло на минуты, ты умирал. Я перэвэзал тэбэ обрубки и, к твоэму счастью, нашёл толкового лэкаря в одной из мэстных дэрэвень. Он-то тебе и приростил их на мэсто.

— Спасибо друг! — искренне поблагодарил я.

— Я дажэ попросил эго помэнять тэбэ руки мэстами, ты жэ и так был криворукий, а так хоть компэнсировал бы свои нэдостатки. Но лэкарь сказал, что нэльзя, не будут работать нормально, да и подтираться нэудобно. Ах-ха-ха-ха. Жаль, было бы забавно.

— Да иди ты со своими придурошными шутками! Когда тебе яманбас оттяпает Мугана-младшего, попрошу, чтобы на лоб тебе его пришили.

— А на лоб-то зачэм?

— Всегда хотел друга единорога. В компании девчонок единорог, ну а в повседневности унылый слоник. Ыыы!

— Какой ты злой чэловэк. — негодующе покачал головой орк, при этом сделав максимально серьёзное лицо.

— Ой, добряк нашёлся, руки мне местами хотел переставить.

— Так я жэ хотэл исправить твою криворукость. — улыбнувшись, парировал он.

— Ну а я всё ещё хочу подружиться с единорогом. — противно хихикнул я.

Поприкалывавшись, переключился на насущные проблемы, посмотрев на место отреза рук. «Конечно, останется шрам», но мне было плевать, главное, пальчики работали как надо, были ещё болевые ощущения, но тоже терпимые. Немного донимала слабость от потери крови, которая должна была скоро пройти, магия исцеления — это нечто. В такие моменты я не нарадовался, что оказался в магическом мире, это же настоящее чудо — прирастить человеку руки, да ещё в условиях какой-то деревни. Закончив собственную диагностику, я обратился к Геро.

— Надо найти Аннику.

— Да что её искать? Она в замкэ этого прыща принца. Пока ты валялся нэсколько днэй, я поспрашивал мэстных, монаршую семью тут никто нэ любит. С людей только дэрут налоги и уводят красивых дэвок, всэ ужэ знают, что дворяне балуются тёмной магией, да ты и сам видэл тёмный полог.

— Это тот барьер?

— Да, он. Говорят, что у местной знати дажэ хватило ума упокоить нэскольких людэй из Братства Эдиного. Окрэстныэ дэрэвни гудят, отправили эщё людэй за клириками. В общэм, тут назрэваэт бунт.

Люди Креора могут долго терпеть причуды феодалов, но вот связи с нечистью не прощают. Они не посмотрят, кто перед ними, король или пастух, быстро посадят на вилы. Трайфал бурлил — это карликовое государство, я бы даже сказал, страна-недоразумение, состояло из сплошных деревень и сёл. Город, конечно, был, но всего один, который по совместительству и являлся столицей. В центре находился богатый замок, где и держали мою Аннику, то есть нашу Аннику и ещё несколько сотен женщин и девушек разных возрастов. Страна находилась на стыке двух государств, Мирила и Грисена, и считалась нейтральной зоной. Она использовалась соседями для переговоров и решения деликатных вопросов. Земля тут не была богата ресурсами, а потому особой ценности не имела, дорвавшиеся до власти местные феодалы обирали свой многострадальный народ, а в последний год ещё начали уводить красивых женщин, но люди терпели. И вот теперь появились слухи о скверне.

К нам в комнату зашёл высокий мужчина, лет сорока, одетый с иголочки, в синем сюртуке, холёный, подтянутый, явно из дворян, улыбчивый блондин совершенно не вписывался в окружающий интерьер.

— Как мой пациент?

— Рус, это твой спаситэль, сэр Родрик. Нам повэзло, в этих мэстах оказался вэликий цэлитель.

— Ну право, что вы. Я скромный лекарь, к тому же лечение полностью оплачено, так что я сам рад, что встретил вас. Ах-ха-ха!

Я украдкой глянул на Геро и слегка поднял бровь, как бы спрашивая, на сколько он его нагрел. Орк незаметно показал три пальца и грустно выдохнул. «Три золотых, вот же крохобор», — подумал я. Но на самом деле, конечно, был очень благодарен сэру Родрику.

— Великолепная работа, искреннее вам спасибо.

— Так, дорогой мой, пошевелите-ка пальчиками, отлично. Как самочувствие?

— Прекрасно, немного побаливает в месте среза, ну, и слабость в теле, видимо, от потери крови.

— Сейчас станет лучше. Я как раз поднакопил маны.

Целитель поднес руки к моей груди и голове. По телу стало разливаться приятное тепло с легкими покалываниями.

— Теперь нужно хорошо кушать и пить больше жидкости, завтра будете как новенький.

— Спасибо большое. Вы действительно великолепный специалист.

Родрик лишь улыбнулся. А Геро не удержался и выдал, улыбаясь во все тридцать тризуба (да, у орков было всё как у людей, в том числе и зубов):

— А можэт, всё-таки пэрэставим руки мэстами? Ах-ха-ха!

— Так, будущий единорог, прекращай. — ответил я.

Доктор непонимающе посмотрел на нас, улыбнулся, поняв, что мы о чём-то своём, вежливо поклонился и ушёл. Через минуту дородная женщина лет пятидесятив коричневой тунике и белом фартуке, явно из местных крестьянок, принесла мне похлёбку с мясом птицы, на которую травник в моём лице жадно накинулся, заедая ржаным хлебом. Мне казалось, что ничего вкуснее я ещё не пробовал. Силы как по волшебству наполняли моё тело, впрочем, почему как? Целитель знал своё дело и не обманул. Через несколько часов я уже крепко стоял на ногах. Когда я вышел на улицу, моим глазам предстало приличных размеров село преимущественно из деревянных домов, с главной площадью посередине, где собралась толпа мужиков человек в пятьдесят, что-то громко обсуждающих.

— Да на вилы их брать надо, пока скверна не пошла по хатам.

— Дык у них армия в двестиголов. А кто на копья полезет? Ты, Мирол, что ли, или ты, Гатар? Да вы как латника увидите, сразу портки испачкаете, я вам как ветеран говорю.

— Да, какой ты ветеран, Хантер? Всю службу в сторожке мзду с купцов собирал.

— Побольше вашего повидал и знаю, что обученный латник может сделать с толпой таких ухарей, как вы. А ну, вон, сэр рыцарь подтвердит.

Толпа обернулась в мою сторону. Вообще, конечно, ситуация была в нашу пользу, ведь нам с Геро переться в замок придётся в любом случае, Аннику так просто никто не отпустит. К тому же делать это надо очень быстро, как бы её там не лишили девичьей невинности, если у столетней эльфийки она ещё имелась, в любом случае, мысли об этом доставляли мне очень много неприятных эмоций. Меня буквально разрывало от ярости, как только представлял, что кто-то трогает мою боевую соратницу и верного друга, «да, да, соратницу и друга, красивого друга, должен признать». Поэтому времени у нас было в обрез, денёк-другой эльфийка, может, ещё и посопротивляется, правда, рисковать не хотелось. Но и мужики обученным воинам не соперники, по себе знаю, без магии против хорошего бойца я не выстою и минуты. С другой стороны, все тут собравшиеся — люди взрослые и понимают риски восстания, да и сколько можно терпеть унижения? В общем, я решил высказать своё экспертное мнение:

— Да, воину крестьянин не соперник.

— Вот!

— Но я слышал, что в столице пропали несколько клириков святого братства.

— Да, говорят там поселилась скверна. — подтвердил один бородач в потёртом кафтане.

— В общем, мы столкнулись с вашим принцем, и кто-то из его компании поставил тёмный полог, а это что ни на есть магия тьмы, потому готовьте святую воду, серебро и заговорённые топоры, ведь скоро придётся защищать свои дома от псов скверны.

— Да байки это про псов! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Да нет. Не байки, я сражался с таким, мерзкая тварь и трудно-убиваемая. Благо не успела расплодиться.

И в красках описал, как она выглядит. Народ проникся. Про свой интерес в замке говорить не стал. Но на счёт спутавшихся с демонами людей и возможных последствий наслушался во время госпитализации в обители братства Единого. Всё сводилось к тому, что открытое использование магии тьмы говорило о том, что скоро откроется портал и мало не покажется никому. Теперь у людей было три варианта: запереться в хате и ждать, когда в дверь заскребут когти потусторонних зверей, бежать или идти и драться.

— Ой, заливает, один пса скверны уложил! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Да что вы его слушаете? Он пришлый, да ещё говорят, его девку в полон увели, вот и подстрекает нас на мятеж.

— Да, твою сестру тоже уволокли, али не беспокоишься о ней, Хантер?

Мужики были на грани, и вот-вот должна была начаться драка, как кто-то из толпы крикнул:

— Клирики!

— Да так много?

— Видать, точно прорыв будет.

Около полусотни всадников в серых балахонах, поверх которых были надеты доспехи, показались на центральной дороге в начале посёлка. Вооружен отряд был по-разному: секиры, мечи, копья, луки. Во главе ехал мой знакомый старичок. Вот кому я действительно обрадовался.

— Брат Тик! Вот же приятный сюрприз.

— Сэр Руслан, не удивлён увидеть вас в таком месте, у Господа на вас явные планы.

— Просто стечение обстоятельств.

— В этом мире ничего не бывает просто так.

— Вы в столицу?

— Да!

— Мы присоединимся?

— Как можно отказать убийце пса скверны?

Я многозначительно посмотрел на мужиков, «ну, и кто тут брешет теперь?», но, разумеется, ничего не сказал.

А брат Тик продолжил, обратившись к толпе:

— Люди Трайфала, двое наших братьев пали в Ауруме, и мы идём вычищать из столицы скверну. Нас пока не так много, но уже есть честные люди, присоединившиеся к святому войску. Времени мало, по нашим данным, скоро будет прорыв. До границы уйти не успеет никто, а запертый дом скорее всего не спасёт, потому скверну надо выжечь в зародыше. Во имя всего, что вам дорого, я призываю вас идти с нами в бой.

Монахов здесь почитали за святых, да, собственно, можно сказать, они такими и были: бескорыстные, бессеребренники, отдавшие свои жизни служению Богу и его людям.

— Клирик, ща мы мигом вилы похватаем и пойдём крушить гадов!

— Благослови вас Господь, тогда ждём вас на главном тракте.

Большинство мужиков действительно бросилось собираться в путь, ну а женщины с детьми спрятались в домах и стали молиться. Когда мы вышли на тракт, я даже присвистнул, святое воинство уже насчитывало человек пятьсот. Правда, в большинстве своём это были крестьяне, вооруженные абы как. У самых продвинутых имелся кожаный доспех. Среди прочего я заметил нескольких рыцарей, с ними мы обменялись вежливыми кивками, ещё пара десятков профессиональных воинов из числа наёмников, приятным дополнением стал целитель, сэр Родрик, «крохобор-крохобором, но в борьбе против тьмы не стал отсиживаться, уважаю». Остальные — землепашцы. Честно говоря, в функциональности этой толпы я сильно сомневался, ещё больше меня одолевали сомнения в их смелости, но как оказалось, зря. Мы с Геро держались в стороне, и я спросил его:

— Зачем они их вообще взяли? Сбегут же, как только столкнутся с реальным противником.

— Оо, друг, нэ всё так просто, они в святом воинствэ. Позжэ увидишь, что будэт.

— Заинтриговал, сразу сказать нельзя?

— Нээт, это сюрприз.

— Ну, хорошо, посмотрим.

По мне, толпа могла отвлечь основные силы на себя, пошумев и убегая от преследователей, в то время как основной костяк воинов мог идти обезглавливать змея. Но всё оказалось куда интереснее. Наша маленькая армия двигалась ещё сутки, собирая людей из встречающихся посёлков и деревень. Клирики специально заходили всей своей толпой в селение. Во-первых, большое количествочленов братства говорило о серьёзности проблемы и любые вопросы отпадали сразу, во-вторых, они проверяли деревни на наличие скверны, после чего возвращались с пополнением. К концу перехода нас было не меньше нескольких тысяч. И вот, в полдень следующего дня мы подошли к столице. Монахи занервничали и начали строить людей. Брат Тик стоял перед нашим войском. Затем этот маленький щуплый старичок заговорил, как-то, видимо, магически усилив свой голос так, что слышали все:

— Встань на колено, святое воинство!

И мы всей массой молча и беспорядочно упали на одно колено.

— Портал открыт, псы скверны уже заполнили Аурум, в городе никого не спасти. — грустно констатировал старец. В этот момент моё сердце сжалось: «Анника».

— Но мы можем защитить ваши семьи. Будьте смелыми!

И словно услышав его слова, из города донёсся леденящий душу вой нескольких десятков существ не из этого мира.

Я смотрел в глаза крестьян и читал в них откровенный ужас, оставались какие-то секунды, прежде чем люди начнут вскакивать и убегать. Страшно было не только им, но и мне. А дальше случилось то, о чём говорил орк. Инициативу снова перехватил брат Тик.

— Господи, даруй нам отвагу!

И в этот момент старец буквально засветился, словно стал маленьким солнцем.

Вся наша толпа, в том числе и я, даже не осознавая этого, хором воскликнула:

— Аминь!

— Господи, даруй нам силы!

— Аминь!

— Господи, даруй нам прощение!

— Аминь!

И на нашу армию с неба посыпались белые огоньки, которые, попадая на тело, впитывались в нас, как капельки дождя в одежду. Всякий страх и сомнения ушли. Тело наполнилось легкостью. Я посмотрел на крестьян, дрожавших от ужаса полминуты назад, и увидел в них лишь суровую решительность. Как оказалось, каждый член святого воинства прибавлял в силе и имел высокую сопротивляемость к магии тьмы. Из таких солдат не могли получаться псы скверны или другая нежить, погибший в сражении за святое воинство умирал окончательно.

— Ну, как тэбэ? — широко улыбаясь, спросил орк.

— Восторг! — искренне ответил я.

— В бой, воины света! — крикнул брат Тик, ловко запрыгнул на коня, словно двадцатилетний пацан, и пустил его навстречу городу. Мы дружно встали с колена и закричали:

— Дааа!!!

12. Город мёртвых

Казалось, что теперь мы сами наводим ужас на наших врагов. Армия уверенно тронулась с места, оставив коней в лагере по настоянию членов братства. Мы выходили гигантской цепью из леса, впереди нас на приличном друг от друга расстояния шли клирики, всего семьдесят пятьчеловек. Из стоявшего на возвышенности замка в центре города вверх поднимался чёрный дым, точнее, что-то, напоминающее его. Тёмная субстанция, медленно наползая на небо, закрывала солнце, и ясный полдень начал напоминать поздний вечер. В сумраке город смотрелся как окрестности замка графа Дракулы из многочисленных фильмов ужасов. Дополняла картину мёртвая тишина, нарушаемая периодическими шорохами и постукиванием когтей. Того душераздирающего воя больше не было, твари подали сигнал, почувствовав святую силу, и теперь нас ждала тёплая встреча.

Мы начали заходить в городские кварталы, разбившись на десятки групп. Я перехватил поудобнее копьё, поправил завязки на круглом щите, похожем на тот, в котором занимался с воинами сэра Тарка, лёгкая кольчуга оказалась не такой уж и лёгкой и стесняла меня в движениях, меч и верная лопата красовались за спиной. Оружие и доспех мы купили, ещё будучи у наших друзей в Ланкарии, вооружился только я, Геро тогда отказался, заявив, что за наши деньги нормального оружия не купить, при этом нежно погладив Мугана. Уверен, он ещё что-то при этом шептал своему мечу о том, что никого лучше в принципе и быть не может, а «кольчуга великому воину не нужна», якобы мешает двигаться, ну в целом, да, мешает немного. А вот такому оболтусу, как я, все эти вещи жизненно необходимы, и пусть даже плохого качества. Сейчас я был благодарен орку за его прозорливость: магия магией, а с оружием в руках чувствуешь себя увереннее. За время пути братья освятили всё железо нашего воинства, и теперь, по их заверениям, нежити мало не покажется. Благословение с неба работало как надо, даже войдя в тёмные переулки потрёпанных двух-трёхэтажных каменных зданий, мы были сосредоточены и спокойны как японцы во время чаепития. За время мобилизации наша армия худо-бедно, но тоже разжилась оружием, конфисковав его со складов местных силовиков «на благое дело», что-то у братьев было с собой. Потому как минимум по копьецу досталось каждому крестьянину, на многих были железные остроконечные шлемы, кольчуги, кожаные доспехи, латы. Чуть больше трети войска разжилось круглыми щитами, обитыми металлом. Самых вооружённых и защищённых планировалось ставить на наиболееопасные участки, и, понимая это, народ не рвался ухватитьсебе побольше барахла, никто даже не поругался во время дележа.

Нас вёл огромный мечник в рясе с большим прямоугольным щитом, похожим по форме и размеру на полицейские средства разгона толпы моего мира. Сам брат Рик чем-то напоминал мне викинга. «Северянин», — всплыло в моей дополнительной памяти.

— Внимание на окна, двери и крыши, не поворачивайтесь к тёмным пространствам боком, выставляйте железо. Было бы нас больше, отправились бы зачищать дома, но приказ всем: добраться до замка и захлопнуть портал. Двигаемся максимально быстро в моём ритме, прикрывайте спину. — сообщил нам бугай.

— Оо, на крышэ будэт с кэм подраться? Я тогда поверху, командир.

Рик кивнул Геро, одобрив замысел воздушника. Перед боем нас наскоро разделили по отрядам, предварительно узнав о примерной силе и способностях каждого. Брату Рику досталось два мага, правда, один бесполезный травник — «ну, он так думал» — а вот второй хоть и слабый воздушник, зато было видно, что настоящий рубака. Геро назначили помощником командира, остальные в нашей бравой сотне были крестьянами. Всех умелых воинов разбросали по другим отрядам. Из-за чего брат Рик с несвойственными для монаха эмоциями сильно сокрушался. Но брат Тик успокоил его, пообещав, что наша парочка не подведёт в трудную минуту.

Использовать силу я рассчитывал на минималках, ну, насколько это возможно. Мана, к сожалению, не бесконечная, лес остался позади, да и в зелёном царстве расход во много раз превышает время её накопления. А мне предстояло дойти до замка, найти Аннику, «сердцем чую, что жива эльфийка», загасить всех гадов внутри и вернуться назад. Потому и рассчитывал свои будущие шаги максимально рационально. Благословение помогло мыслить ясно, липкий страх заменило лёгкое волнение перед предстоящей схваткой, никакой паники, просто суперполезный навык. «Не вступить ли мне в братство?». Но такого уровня прокачки монахи добиваются годами, да и меня праведником назовёшь с трудом, потому я отмёл эту мысль. Будучи по меркам нашей армии бронированным воином, я шёл с краю колонны, в самом опасном месте, выставляя копьё в сторону тёмных провалов окон, как и рекомендовал брат Рик. Многолетний опыт просмотра фильмов ужасов буквально кричал во мне о главном правиле «не подходить к окнам», но выбора не было, я защищал колонну. Так мы продвигались по усыпанной мелкой галькой улице к цели, в проёмах между домами периодически сверкали факелы воинов на смежных улицах. Но врага не было, конечно, никто не терял бдительности, мертвецкая тишина резала уши, и лишь топот наших сапог и звон железа солдат напоминали о том, что в городе ещё остались живые люди. В какой-то момент я даже подумал, что, может, с таким успехом и до замка дойдём без приключений, как в одном из домов я увидел знакомый блеск шести глаз.

— Он тут! — крикнул я первое, что пришло на ум.

После чего эта скотина выпрыгнула из окна, лапой отклонив выставленное копьё, и всей тушей врезалось в подставленный щит. Я буквально улетел в толпу. Пёс скверны крутанулся на месте, схватил за ногу одного бедолагу, начал трепать его как куклу, мужик летал из стороны в сторону, растеряв всё вооружение. После чего монстр запустил живым человеком в ощетинившуюся копьями толпу, попутно откусив его ногу. Всё это действо длилось считанные секунды, но для меня время словно замедлилось, «Спасибо благословению!».

— Ах, ты ж сука! — взревел я, сплёвывая кровь из разбитой губы, одновременно на автомате толкая своё тело в вертикальное положение выросшими корнями деревьев, которых тут, к счастью, было в изобилии. В тот же миг в брюхо твари из-под земли выстрелил острый кусок дерева, который, как и ожидалось, стал моментально гнить от проклятой крови, но главную функцию отросток выполнил — задержал пса. Тем не менее, гадина успела кастануть в меня мраком, как в прошлый раз, который я спокойно принял на щит. В два прыжка оказавшись возле монстра, воткнул в него своё копье, существо завизжало, но вместо того, чтобы пожалеть животину, злые люди вокруг нашпиговали её подручным железом. Бедолага без ноги от множественных травм скончался на месте. «1–1».

А дальше началась, как я её назвал, адская гонка. Чудовища всё чаще стали выскакивать из разных щелей, забирая по две-три жизни, прежде чем мы успевали успокаивать их. Среди этой фауны были не только псы скверны, слепленные из нескольких тел. Но также и зубастые гуманоиды, лазавшие по стенам, которых я окрестил упырями. Один раз на нас в лоб полезли сотни гигантских насекомых: по виду нечто среднее между вшами и тараканами. Твари были слабые, но очень шустрые, первым полчища встретил брат Рик, кастовавший какой-то световой магией братства по площади, бешено размахивая мечом. Отчего гады лопались как переспелые арбузы, разбрызгивая останки по улице. Но многие тварюшки успели проскочить мимо, тут в дело вступил ваш покорный слуга, создав им миниатюрную тюрьму, в которой они увязли. Ну а мужики уже нашинковали тараканов. Тем не менее, нескольких бедолаг успели покусать, как у всей инфернальной живности их слюни были ядовитыми и причиняли сильные боли и страдания людям, от которых те впоследствии умирали. В нашем случае, находясь под благословением, мы были, я бы сказал, сверхлюдьми с повышенной выносливостью, реакцией и физикой, и как уже говорилось, с хорошей сопротивляемостью магии тьмы, потому ребята просто замедлились, но не погибли. Хотя в нынешних условиях это были почти синонимы, назад пути не было, отвести раненых в тыл мы не могли, да и не было тыла, тем не менее, никого не бросали, даже самых тяжёлых несли на копьях, благо не было ни капли усталости. И лишь когда человек отдавал Богу душу, он оставался на улице этого неприветливого города, для нечисти святые воины были сродни яду, потому за их перерождение мы не переживали.

Небесное благословение заменило годы тренировок профессиональных воинов, крестьяне ловко встречали каждое нападавшее на нас существо, методично и хладнокровно кромсая уродцев на ломти. Брат Рик вообще какая-то машина для убийства и столкнись он лицом к лицу с Геро, я бы небыл так уверен в победе моего кореша. Монах был невероятно силён и быстр, хотя какой он воин без благословения, неизвестно, тем не менее, на нашем фоне Рик был слоном, ну а мы — Моськами. На впереди идущего клирика могло напасть по три-четыре пса за раз, которых он в миг превращал в мясную вермишель. Никто даже не пытался помогать монаху, все понимали, что только помешают. Периодически туши падали с крыши, орк, как всегда, работал на совесть и со свойственной ему в любой драке самоотдачей. Иногда Геро предупреждал, чтобы мы ждали гостей сверху, если не успевал перехватить какую-либо тварь, это очень нам помогало. Через час пути перепачканные внутренностями нежити, злые как собаки, мы практически подошли к стенам замка, остановившись на условленной заранее площади. До цели добралась лишь половина нашей сотни. Улыбающийся орк спрыгнул сверху, погасив падение воздушной подушкой прямо перед самой землёй.

— Ну как вы тут, земноходные?

— Ой, птиц нарисовался. — ответил я другу.

— Конэчно, я тот эщё орёл: сильный и гордый. Который высоко и красиво парит.

— А, главное, скромный.

— Великий воин должэн быть скромным, как я.

Я показательно сделал жест рука-лицо, прозрачно намекнув на всё, что думаю о его скромности, и всё-таки ответил на первый вопрос:

— Как видишь, половину ребят потеряли. С десяток тяжело раненных. Брат Рик, вон, совещается с клириками на площади.

Мы были второй по численности выживших отряд, потери ошеломляли. Первое место досталось войску брата Тика — семьдесят процентов уцелевших. «Что он за монстр такой?». Несколько групп вообще не дошли до финиша, навсегда оставшись в городе мертвецов. В остальных группах всего по пять-десять человек и то бывалых воинов. Можно сказать, что крестьяне выжили только у нас и у чемпионской сотни. Всего в войске осталось человек триста-четыреста — и это из двух тысяч. Также не досчитались тридцати двух клириков. Видя такие результаты похода, к нам с Геро стали подходить ребята из нашей группы, мужики кланялись и благодарили. Моя магия и поддержка сверху неплохо так нас выручали.

— Спасибо, сэр травник, сэр орк!

Представиться друг другу как-то не было времени, а потому обращались к нам не по именам.

— Спасибо.

— Храни вас Бог!

— Так, мужики, собрались. Мы в самой, простите за выражение, жопе. Как вернёмся, отметим. «Если вернёмся». Я уже серьёзно сомневался в успехе миссии, но мысли о бегстве даже не посещали голову — «благословение». Хотя, конечно было приятно, что смог помочь людям, теперь уже боевым товарищам. С маной я всё-таки просчитался, потратив гораздо больше половины, и пока была пауза, тянул её отовсюду, где что-то росло в поле действия моего внутреннего насоса. Часть клириков и воинов охраняла периметр со стороны города. На стенах нас ждал неприятный сюрприз, сотни живёхоньких воинов короля, которые ранили стрелами нескольких наших подошедших к городу парней. Посовещавшись, клирики решили оставить основные силы на площади защищать тылы, а на штурм пошли небольшой группой в тридцатьвоинов, а полтора десяткаостались в резерве с армией. Как они собрались штурмовать эти стены, было непонятно, мало того, что высотой они были метров двенадцать, так наверху их ещё ждала гвардия из отборных головорезов.

Монахи двинулись в один из переулков, и мы с Геро поспешили за ними.

— Брат Тик, мы с вами!

Кто-то из хвоста ордена неодобрительно посмотрел на двоих чудиков в нашем лице. Но не успел он открыть рот, как я на корню отмёл все возражения:

— У нас договорённость с братством.

Во время сборов по пути к столице я рассказал Тику о цели нашей миссии по спасению эльфийки. И он, как говорится, благословил.

— Всё верно. — находу сказал добродушный старичок и добавил:

— Конечно, мы не ожидали, что тут настолько всё плохо, но договор есть договор. Идите с нами, но дайте клятву, что унесёте секреты братства, которые сейчас увидите с собой, в могилу.

— Клянусь!

— Клянусь!

Почти в унисон ответили мы, и над нами на мгновение засветился магический ореол, закрепивший клятвы. Проверять, что будет в случае нарушения оной, мне совершенно не хотелось. Тик, не останавливаясь, начал инструктировать нас.

— Когда мы пропадём, отсчитайте не менее двухсот ударов сердца и только тогда идите спасать свою подругу.

— В смысле, пропадёте?

— Вы сами всё поймёте. Помогать мы вам не сможем, у нас другие цели, так что вы сами по себе. На стену тоже заберётесь сами с Божьей помощью, дорогу мы расчистим, так что за это не переживайте.

— Хорошо.

Больше не задавая вопросов, мы молча последовали за клириками.

Штурмовой отряд остановился на соседней от площади улице, монахи упали на колени и стали читать молитвы. «Перед боем грех не помолиться». А дальше произошло что-то невообразимое, вся группа на наших глазах исчезла, и лишь по лёгким колебаниям воздуха было понятно, ребята стали невидимыми или, как говорят геймеры, ушли в инвиз. У нас с Геро буквально упала челюсть.

— Ты знал, что такое кто-то умеет?

— Знал? Да я дажэ нэ знал, что такоэ вообщэ возможно.

Орден явно умел хранить секреты. Отсчитав положенные несколько минут, мы тронулись в путь, попутно зарезав одного пса скверны, выскочившего из окна дома.

На стене и вправду никого не было видно, потому я безнаказанно начал растить деревья из имевшегося в моей сумки жёлудя, который я планировал использовать как гранаты. Мы с другом встали на ветки, и нас потащило вверх. Мой импровизированный лифт быстро доставил нас к цели. Стена была завалена свежими трупами воинов. Монахи постарались на славу — «Настоящие ассасины!». Теперь было понятно, почему правители считались с мнением ордена, не такие они и простаки, какими хотели казаться. Фактически, клирики могли проникнуть куда и когда захотят, и никто об этом не узнает.

Зачистив стену, братья вышли из инвиза и направились в сторону источника дыма, очевидно, невидимость не вечная. Мы же с орком двинули в другую сторону, в направлении каземата, благо в местных замках всё выглядело примерно одинаково. Если быть точным, то это был целый замковый комплекс, с большими дворами, каменными переходами, делившими территорию на отсеки, между которыми были арки. Пройдя так несколько участков, я попал в место, которое навсегда изменило меня. Десятки тел истерзанных и расчленённых женщин были намерено уложены замысловатыми узорами по всему двору. Невыносимая вонь ударила в ноздри, и мой желудок просто не выдержал, всё съеденное сегодня впопыхах вышло наружу. А с лица Геро слезла его фирменная улыбка, и я впервые увидел в глазах орка настоящий гнев.

Картину дополняли развешанные на манер гирлянды головы женщин и девочек разных возрастов, я заставил себя смотреть в перекошенные предсмертным ужасом и агонией лица и, к своему облегчению, не нашёл останков Анники. «Может, ещё жива». Потом уложенные кучи останков начали шевелиться и принимать знакомую форму псов. Всего таких куч было десять. Не мешкая, мы начали уничтожать оживающих монстров. Впервые во мне возникло желание убивать тех, кто такое сотворил. Когда ты видишь уже готовых существ, то волей-неволей не ассоциируешь их с людьми, а тут такое. Мы двинули дальше, всё больше сомневаясь в сохранности нашей эльфийки. И тут услышали женский крик. Двое молодцов возле похожей кучи женских останков, которые мы только что видели, расправлялись с очередной жертвой окровавленным мясницким топором. Девчонка уже лишилась кисти руки, садисты специально не убивали её, а заставляли мучиться, гаденько хихикая. Но смех резко оборвался, когда воздушный кулак врезался в голову одному из ублюдков, которая кровавыми брызгами разлетелась по округе. «Ура, артефакты есть не у всех». Второго со спины пронзил корень дерева, разорвав ему сердце. Меня снова вырвало, теперь уже из-за первого убийства человека, хотя назвать их людьми язык не поворачивался.

Девчонка была в шоке, но в сознании, мы остановили ей кровь, затем я сделал нишу в земле, используя корни, при этом потратив практически всю ману. Мы спрятали бедняжку в бомбоубежище, предварительно узнав, где содержат женщин и много ли их осталось — как оказалось, живые были, выводить их начали час назад. Мы приказали раненной потерпеть, затаиться и ждать. Время играло против нас, уводить её одну и обрекать других на смерть было бы преступлением. Добежав до местной тюрьмы, мы уложили ещё двоих, тащивших очередную жертву, точнее, мочил их Геро. И тогда я заметил, что глаза уродов были полностью чёрного цвета. На сердце немного отлегло, это оказались не совсем люди, а одержимые. Ворвавшись в застенки, где сидело под сотню перепуганных женщин и девушек, я стал звать эльфийку.

— Анника, Анника!

Но нашей подруги там не оказалось.

13. Неприятного аппетита!

Тюрьма была поделена на десять камер, огороженных стальными решётками, магия тут не работала, войдя, я сразу почувствовал отрыв от силы вокруг. Женщины были вне себя от ужаса, при виде нас они забились по углам, растрёпанные, в рваных одеждах, их держали тут как скот на убой.

— Не бойтесь, мы свои! — сказал я, но девушки мне явно не поверили.

— Девчата, кто-нибудь, очень прошу, скажите, не видели ли эльфийку?

Но вся толпа продолжала молчать.

— Мы пришли с братством Единого, мы из святого воинства.

Одна девочка лет семиосмелилась и подошла к решётке.

— Дяденька, а вы и вправду из братства, не обманываете?

— Я не из братства, но с ними, клирики тоже в замке.

— Смелую тётеньку увели к принцу, сказали, на обед.

Я аж побелел, потому что был наслышан о том, какие обеды устраивают культисты.

— Спасибо, малышка, мы вас вытащим, как разберёмся с гадами. Пока сидите тут, я закрою вход.

Мы быстро открыли клетки ключами, снятыми с обезглавленного охранника, Геро затащил оружие, собранное с трупов, бросил посередине коридора и сказал:

— Мы очэнь спэшим, кто эщё в состоянии, возьмите оружие и эсли потрэбуэтся, продайтэ свои жизни подорожэ, жэнщины Трайфала. Тэла тэх, кого вывэли раньше, осквэрнили тьмой.

Из общей кучи женщин вышли несколько несломленных девушек с горящими яростью глазами, они похватали колюще-режущие предметы, «Видимо, недавно поймали». Я принёс к ним девчонку, спрятанную ранее в земле. Она была уже совсем бледная и без сознания.

— Позаботьтесь о ней, за стенами есть целитель, нужно только продержаться. Запритесь изнутри и ждите условного стука, два длинных, три коротких удара, — показал я, — либо придём мы, либо клирики.

Самые смелые понимающе кивнули головами и уложили раненную, обступив её со всех сторон. Когда мы вышли, женщины стали строить баррикады изнутри. А я потратил последние остатки маны, на то, чтобы спрятать вход за плотной стеной небольших деревьев. Прежде чем войти, всем желающим придётся поработать топором. На всё про всё ушло чуть больше минуты, мы, как могли, спешили к Аннике, но и бросить сотню женщин на произвол судьбы было нельзя. А потому тратили драгоценные секунды. А дальше началась кровавая гонка.

Мы, не таясь, бежали к главному замку. Геро спереди, я немного позади. Оба без маны, при первой же попытке что-то кастануть нас бы ждал обморок, потому были только враги и честное железо. Ну, и благословение, испрошенное братом Тиком, с которым даже такой неумеха, как я, ощущал себя суперсолдатом. Первая же встреча с пятью стражниками показала, насколько я прибавил в скорости и силе. Разумеется, мне достался один, четверых на себя взял орк, но мужик был профессиональным убийцей, а я пока простым любителем, хотя уроки Геро и сэра Тарка не прошли даром.

Вылетев из очередного отсека комплекса, мы оказались на главной площади замка его королевского величества Трайфала. Пятеростражников в лёгкой кольчуге, вооружённые копьями и щитами, встретили нас одновременно, ощетинившись стальными жалами. Геро начал дразнить их быстрыми ударами по наконечникам, оттягивая основную массу солдат на себя. За него я не беспокоился, а вотв том, что меня сейчас продырявят, был почти уверен. Мой соперник сразу нанёс укол, на удивление я легко принял его по касательной на щит и ответил тем же, гад увернулся. Дальше начался обмен ударами, я был заметно быстрее, а он техничнее. Бой напоминал танец, с уклонами, поворотами, подсечками. Я прям почувствовал себя мастером кунг-фу, казалось, что схватка выглядит очень красиво, ведь двигался сэр Руслан как в лучших экшенах про боевые искусства. Только сейчас, сражаясь с человеком, я осознал всю мощь благословения, в битве против монстров не было понятно, насколько меня прокачали, а разница оказалась колоссальной. Жаль, эффект был временным и, по заверениям монахов, держался сутки. Через минуту интенсивного боя мой соперник уже тяжело дышал, а я был как новенький, но опыт есть опыт, потому гаду удалось вскользь задеть моё ребро, от резанной раны спасла кольчуга. Разозлившись, я усилил напор, как вдруг за его спиной появился орк и прикончил бедолагу.

— Эээ, друг, ты что тут устроил? Ты на танцы, что ли, пришёл? Я тэбя развэ этому учил? Что это за выкрутасы были? — говорил он на ходу, двигаясь к двустворчатой двери замка.

— Ой всё, потом посмеёмся. Анника! — напомнил я.

— А я и нэ смэюсь. Говорил же, надо было руки мэстами помэнять. — всё-таки сострил Геро.

Мы ворвались в здание, попутно сметая всех на пути. Ну если быть честным, дырявил подонков мой друг, он и так был зверем, но под монашьей магией орк стал настоящим чудовищем. Поймав какого-то служку, за два подзатыльника узнали, где обедает король, и рванули дальше по довольно широкому каменному коридору, освещённому факелами.

В обеденном зале собралась вся местная знать, присягнувшая новым хозяевам из потустороннего мира. Те, кто отказался, были съедены и, будучи переваренными, уже кормили опарышей в выгребной яме замка. Подумав об этом, король Трайфала Грегор III хищно улыбнулся. Карликовое государство, которым он правил, было гораздо меньше его амбиций. Всю жизнь находясь между Мирилом и Грисеном, он должен был крутиться, угождать этим напыщенным королям, которые не считали Григора себе ровней. Тем не менее, не имея дееспособной армии и даже сколько-нибудь приличных доходов, ему удавалось лавировать между соседними гигантами и сохранять самое ценное, что у него было — власть. Его рабы, именно так он воспринимал собственный народ, не хотели платить налогов, доставали своим нытьём о неурожайном годе и прочими баснями, мало волновавшими сюзерена, теперь расплачивались за то, что не ценили своего короля, ведь из их мяса он создаст армию и с помощью силы инферналов покорит этот мир.

С хозяевами Грегор познакомился на приёме у герцога Ландайского, этот мерзкий жирный боров предложил пройти некий обряд, который откроет для него истину и позволит вступить в общество избранных. Власть манила короля, ведь даже с золотым венцом на голове он был значительно ниже и беднее этого жирдяя. Потому не раздумывая согласился на предложение. Лишь когда ему поднесли в качестве блюда вырезанное на его глазах сердце женщины, он заколебался, но понимая, что после такого зрелища в случае отказа живым из зала он не выйдет, король жадно вцепился в чужую плоть. Жёсткий орган сначала не поддавался его зубам, Грегора тошнило, но он старательно смыкал челюсти под плотоядными взглядами Герцога и его окружения. Потом с каплями крови в тело стала проникать невиданная доселе сила. Мясо поддалось, теперь король наслаждался процессом, он осознал, что это лишь малая капля той мощи, которая пришла из мира инферналов, и ему захотелось больше. Никогда не владев магией и обрётя силу, почувствовав себя более могущественным, король возжелал перехватить инициативу у этого борова и встать во главе культистов и нового мира.

Получив связь с хозяевами, Грегор стал искать их расположения, а единственное, что могло порадовать монстров — человечина и эманации страдания. А кто как не король мог безнаказанно кормить хозяев вкуснейшим мясом? Ведь в Трайфале сюзерен — закон, и никто ему не указ. С тех пор, как он стал каннибалом, король питал слабость только к мясу женщин. За несколько месяцев государь обратил в новую веру всё своё окружение, сначала не явно, но чинил козни братству Единого, стараясь как можно меньше пускать клириков на свою землю под разными предлогами. Впустил в замок несколько слабых инферналов, которые завладели телами парочки слуг. Остальные были людьми, преданно служившими общему делу. План Грегора был прост: открыть устойчивый портал в потусторонний мир, но чтобы такое провернуть, нужно было множество жертв, для этих целей и послужила столица, идею он согласовал с могущественным инферналом второго круга, конечно, хозяин не был высшим, но он заверил, что в случае удачи их с Грегором наградят. Именно хозяин посоветовал избавиться от двоих клириков. Король делал ставку на скорость, одним ударом он хотел сокрушить соседние королевства, утопив их в скверне, потому не колебался, устраивая смертельную ловушку монахам. Сейчас хозяин Ажаз разбирался с надоедливыми монахами возле портала, а Грегор собирался подкрепиться. Открыв врата, он и его свита стали меняться, кожа обретала сероватой цвет и покрывалась чешуёй, усиливалось чувство голода, но вместе с тем росла и сила, как физическая, так и магическая. Знать королевства становилась инферналами. Такого мир ещё не видел. Да, демоны вселялись в людей, используя их как кожаные мешки, но чтобы люди становились ими…

План хозяев был безупречен, никто из них не мог долго находиться в этом мире, для этого нужны были порталы, завесы тьмы, наподобие той, что сейчас обволакивало небо чёрным дымом, по миру рыскали клирики, и осуществить подобное было затруднительно. А вот изменённые люди — совсем другое дело, в теории ничто не могло им помешать ходить под голубым небом сколько угодно, потому как они суть дети этого мира. Грегор был вне себя от счастья, что стал одним из первых, кому доверили такую честь, более того, королю обещали власть над всеми людьми Креора. Обгладывая ногу, он думал о том, как красиво обошёл жирдяя, эволюционировал и встал на одну ступень с хозяевами. С каждым оторванным куском мяса он всё меньше походил на человека, его зубы заострились, лицо превращалось в морду ящера. После полной трансформации знать должна присоединиться к битве с клириками во дворе у портала, потому они спешили, пожирая несчастных женщин, толком не прожёвывая. Его сын, жена и подданные пировали за длинным п-образным столом, с которого стекала кровь, всего за ним сидела сотня отборных и самых преданных людей. Кто-то приобретал облик рыкоклыков, у других вырастали клювы — магия инферналов искажала их до неузнаваемости. Слуги в белых балахонах, перемазанные кровью, носились туда-сюда, убирая и сервируя столы живыми людьми.

— Подайте эльфийку, время десерта! — прохрипел король.

— Папа, позволь мне высосать её глаза. Ведь это я её нашёл.

Король лишь зашипел. Если ушастая придётся ему по вкусу, ни с кем делиться он не собирался.

Как и других уже растерзанных женщин, эльфийку катили на железной тележке, подвозя к столам. При виде этой вакханалии Аннику вырвало.

— Всех сожгу тварей! — закричала Анника, буквально рыча. Зал взорвался хохотом.

— Мясо хорохорится!

— Вырвите ей язык!

— Пусть мучается!

Кричала беснующаяся толпа. В какой-то момент в помещение зашли двое слуг, у одного почему-то была лопата в руке. «Наверное, кровь с пола счищать», — подумал Грегор, но вместо уборки они набросились на слуг, что везли его величеству десерт. В несколько ударов меч, появившийся из-под полы просторного балахона того, что без лопаты, снёс головы официантам и рассёк верёвки ушастой. Второй тем временем закричал:

— Никому не двигаться, работает святое воинство! Все мордой в пол, руки за спину, кому жизнь дорога!

К чести гостей короля, пауза была недолгая, полулюди стали вскакивать из-за столов, чтобы убить и сожрать наглецов, хоть трансформация и не была завершена, все они стали гораздо сильнее.

Чем дольше мы с Геро двигались по замку, тем больше сопротивления встречали, идти дальше напролом было форменным самоубийством. Потому, завидев нескольких слуг в белых окровавленных балахонах, мы экспроприировали одежду и стали устранять врагов на своём пути, тихо, без лишнего шума сокращая дистанцию. Копьё и щит пришлось оставить в коридоре, при мне остался меч, спрятанный под балахон, а в руке верная лопата. «Мало ли, зачем слуге лопата, может, я садовник». К счастью, враги куда-то спешили, потому в этой суматохе мы смогли более или менее спокойно добраться до местной кухни. В момент, когда зашли в помещение в щель закрывающейся двери, на той стороне комнаты я увидел, как увозят Аннику. И разумеется, сразу рванул вслед за ней, но Геро остановил меня, сказав взять масло, которым пропитывали факелы. Сам он в это время превращал в фарш персонал, на всё про всё ушло не больше пятнадцати секунд. И только после этого мы вошли в зал. Вокруг пировали какие-то жуткие твари. Когда Геро прибил двоих, что везли Аннику к столу, на нас смотрели сотни злобных глаз, и чтобы сбить их столку, я заорал на манер спецназа. «Не помогло».

Мы драпали со всех ног, а когда вернулись на кухню, я бросил заготовленное масло в сторону двери, а следом факел — знатно вспыхнуло, двум существам удалось прорваться до того, как пламя объяло помещение, но их встретил Геро. Орку пришлось несладко, гады были безумно быстрые и сильные, а ещё они умело пользовались мечами. Голова одного напоминала морду бульдожка, второй походил на крысу. Я кинул Аннике свой меч, а сам поудобнее схватил лопату. Подгадав момент, когда оба увлеклись Геро и повернулись ко мне спиной(всё это время я не двигался и изображал из себя мебель), снёс лопатой башку крысе. Пёс потерял внимание и был заколот в глазницу злым орком. Анника не влезала в бой, потому что я её попросил, эльфийка была слаба, а мы, заряженные монахами, творили чудеса. Надо было срочно выбираться, но в тесных клетках у стены сидели скулившие от страха женщины, пришлось брать их с собой, некоторые в истерике отказывались идти, но эльфийка, раздавая пощёчины, быстро привела их в чувство. Геро прокладывал дорогу сквозь оставшихся стражников и слуг, а я прикрывал нашу колонну со спины. По пути найдя пару кувшинов с маслом, опрокидывал их и поджигал, выигрывая нам время. Судя по шуму, доносившемуся из глубин замка, уродцы наступали нам на пятки. Через пятнадцать минут беготни по лестницам и коридорам мы выбежали на улицу, в том же месте, где и зашли. Я снова был при щите и копье, которые забрал из схрона. Но на улице нас ждал неприятный сюрприз: уроды, сидевшие в зале, полным составом ждали нас снаружи.

— Приехали. Вот же мы встряли.

Выйдя вперёд, поравнялся с Геро. Рядом встала Анника с мечом в правой руке, в левой у эльфийки уже горел огромный фаербол, от которого веяло жаром.

— Червяки, это мой замок! Думали так просто уйти с нашим обедом? Теперь мы попробуем ваше мясо. — сказал ящер в короне, а рядом довольно хрюкнул прыщавый свин.

— Зубы не обломай, рептилоид хренов!

После этих слов с руки урода сорвалась чёрная молния, ударившая в мой щит, зачарованный монахами.

— Обломайся, урод! Анника, давай!

Эльфийке можно было ничего не говорить, ведь она уже отправила свой фаербол в сторону короля, но как и в прошлый раз на дороге, шар растворился в защите артефакта. «И у этого тоже есть, ну что за день?».

За время беготни я поднакопил немного маны, а потому воткнул копьё в землю, вынул горсть желудей из сумки и запустил в толпу уродов. Гранаты сработали как надо, протыкая десяток представителей этого зоопарка насквозь и перекрывая подходы к нам, затем крикнул Аннике:

— Жги, подруга!

И эльфийка запалила смачный костёр из получившегося леса. Несколько особо шустрых тварей прыгнули прямо через пламя, но к их несчастью, Геро тоже поднакопил маны и встретил нападавших в воздухе, приземлились они уже по частям. Мы понимали, что выиграли лишь немного времени, и как только спадёт пламя, нас задавят числом.

— Друзья, был рад знакомству.

Геро молча положил мне руку на плечо, а эльфийка нежно поцеловала в щёку, я аж покраснел.

— Спасибо, что пришли за мной. Для меня честь сражаться рядом с вами.

— Только мэня нэ цэлуй, подруга, дэвушка зарэвнуэт. — широко улыбаясь, сообщил орк.

Тем временем Анника подыграла:

— Ах, как жаль, такого мужчину увели!

— А видела, какие у него мускулы? — поддержал прикол я.

— Какой мужчина, какой мужчина!

— Да, Геро вэликий воин и красавэц.

Продолжая лыбиться, гордо констатировал орк.

Женщины позади нас откровенно офигевали, они не понимали, как мы умудряемся шутить в такой момент. «Ну не плакать же нам было».

И вот пламя начало спадать, маны больше не было, а фаерболы эльфийки никакого эффекта не производили. Мы встали в боевые стойки, готовые подороже продать свои жизни, как задние ряды врагов стали выкашивать арбалетные болты. После чего последовал рёв сотен глоток. Оказалось, что часть нашей армии перебралась через стену. Впереди, словно ревущий медведь, бежал брат Рик со своим огромным мечом, он словно ледокол прорубал путь сквозь беспорядочные ряды монстров. Легко отбивая выпущенные заклятья тёмной магии. Воины шли клином: пятеро клириков и две сотни простых бойцов произвели ошеломляющий эффект. С рук монахов срывались белые шары света, испепелявшие нечисть, северянин, как и в городе, размахивал мечом, кастуя по площади. Уродцы отвлеклись от нас, и мы с орком ударили им в спину, Анника устроила поддержку огнём на дистанции, как оказалось, артефакты были не на всех тварях. Потеряв около сотни простых воинов, наша армия взяла верх.

14. Щупальца

Брат Рик уверенно двинулся к нам, как только увидел.

— Геро, Руслан! Живы, разрази меня гром! Вы точно не инферналы? Прости, Господи, уж больно живучие.

Гигант подошёл к нам, схватил в охапку и обнял как родных. Хотя знаком был всего ничего. Мы стали боевыми товарищами, а это стоило целой жизни. Рик добродушно посмотрел на эльфийку, маячившую за нашими спинами, и сказал:

— Это ваша подруга? Да, за такой я бы и сам в пасть к хаосу пошёл. Прости, Господи.

Я сразу вспомнил о пленницах и доложил клирику:

— Командир, там женщины в темнице, я их деревьями закрыл. Надо бы вытащить и вот этих девчонок, кого удалось выдернуть из местной кухни, увести бы подальше. Ещё в темнице раненая, боюсь, долго не протянет.

— С нами сэр Родрик, сейчас всё сделаем. — серьёзно ответил амбал.

— Анника, там надо баррикаду быстро снести, поможешь? Я пока без сил.

Эльфийка кивнула и пошла с группой воинов, которой отдал приказ Рик.

— Ну вы, парни, звери, в такой каше выжить могут далеко не все клирики. А на вас ни царапины. — пробасил Рик.

— Это всё Геро, он у нас великий воин, а я так, на подхвате, лопаткой добиваю по башке и прикапываю.

— Чэго уж скромничать, я и правда очэнь хорош. Но бэз плоских шуток Руса так далэко мы бы вряд ли зашли. Вэдьвсэ эти испытания ничто прэд тэм, что мнэ приходится выносить каждый дэнь от этого чэловэка. Вы знаэтэ, что он мнэ про эдинорога сказал?

— Ой, кто бы говорил.

Прервал я исповедь Геро и спросил клирика:

— А вы тут как оказались?

— Вся штурмовая группа пошла на закрытие портала, мы же, те, кто остался, почувствовали, что совершается тёмный обряд в другой части замка. Твари могли ударить в спину братьям, а потому было принято решение идти на помощь. В городе справятся и те силы, что остались, ведь большую часть нечисти мы покромсали по пути к твердыне. Уже будучи на стенах, мы получили откровение, что обряд прервался, но мы не могли понять, почему, ведь все клирики были у дыры, а оказалось, ваших рук дело. Я совсем забыл, что двое моих рубак тоже шарят по дворцу, раздери меня гром. — сказал Рик и громко засмеялся.

— А Тику там помощь не нужна случайно?

— Нет, они уже почти закры…

Бугай не успел договорить, потому что его речь прервал жуткий вопль, пронзающий саму душу. Все, кто не состоял в братстве, закрыли уши. Брат Рик сдвинул брови, жестами отдал команду пятерым клирикам двигаться за ним, остальных оставил заниматься гражданскими и трусцой побежал к источнику шума. Мы с Геро переглянулись, в принципе, никто от нас больше никаких подвигов не ждал, миссия выполнена, Анника спасена, бонусом помогли нескольким сотням женщин. «Но блин, что там за зверь такой выполз? Интересно же!», да и ставших родными клириков как-то не по-пацански бросать. С Геро-то и так всё было понятно, у него аж глаза горели от желания вписаться в ещё одну драку, орк просто жалел меня, знал, что одного его не отпущу, потому, как только вопль прекратился, он с сожалением выдохнул, расстроенно пнув какой-то шлем под ногами.

— Да пошли уже, пока Анника не вернулась, а то увяжется за нами. Да и не бросать же наших монахов.

— Увэрэн?

— Ну что может быть страшнее змея? Погнали уже.

Два раза повторять орку было не нужно. Мы побежали вслед за удаляющимися монахами. Я понемногу тянул силу из растений восстанавливая запасы маны. К концу нашего маленького марафона энергии немножко прибавилось и должно было хватить где-то на несколько кастов.

Портал находился с обратной стороны замка, и из него вырвалось что-то чёрное, склизкое, с сотнями щупалец, существо торчало наполовину, продвижению мешали монахи. Его тело напоминало столб, на котором выросло множество глаз и конечностей как у осьминога, только присосок не хватало. От этой гадости веяло какой-то жутью, гадина подавляла волю и словно залезала в голову, и двадцать клириков уже были мертвы. Одного тварь как раз засасывала в дыру у самого основания столба, видимо, это была пасть. Монстр ломал нас ментально, из оставшегося пространства портала периодически выскакивала живность поменьше: псы скверны, тараканы, какие-то зубастые ящерицы. Клириков атаковали со всех сторон, они держались из последних сил, выставляя световые щиты. Подоспевший брат Рик с командой отсрочил неизбежный провал миссии, ударив столбом белого света, который двигался от него к существу. Другие монахи тоже не стояли на месте и отправляли в щупальца различные световые гостинцы. А нам с Геро было не до этого, ведь в голове звучал ласковый женский голос:

— Иди ко мне. Отдохни, воин.

И картинка стала меняться, чёрный столб превратился в прекрасную полуобнажённую темноволосую женщину, отправляющую мне воздушные поцелуи. Она, не переставая, томно звала меня к себе. Выглядела дама очень эротично, пышногрудая с тонкой талией и длинными ровными ногами, в общем, всё как я люблю. Искусительница была в прозрачной набедренной повязке, как у девушек, исполняющих танец живота. Более того, она сексуально покачивала бёдрами, слегка приоткрывая круглую попку. Я не понял, как выронил копье и, тоже пританцовывая и глупо улыбаясь, двинулся в сторону прекрасной незнакомки. Но что-то меня стало тревожить. «Анника? Да мы просто друзья-товарищи», мысли пытались собраться в кучу, но перед глазами были только эти манящие прелести и пухлые губки с многообещающей улыбкой. И я покорно шёл вперёд. На периферии сознания что-то орал брат Рик, обернувшись, увидел, как он кружит какую-то девушку с зелёными волосами. «Вот и амбалу нашему весело». Я продолжал идти, и был в нескольких метрах от брюнетки, как её длинные, чёрные волосы стали приятно щекотать мне лицо. Вот только тревога всё ещё не отпускала: «Да что не так-то?». Ответ не хотел приходить. «Надо покопаться в дополнительном сознании, быть может, вспомню, что хотел». Как только я скользнул в память Радана, мир изменился, вместо красотки передо мной снова была та жуткая тварь, которая почему-то не использовала свои щупальца, видимо, полагая, что любитель брюнеток сам зайдёт к ней в пасть с доставкой на дом. Так бы оно и было, не будь в моей голове дополнительного носителя информации. Напор световых кастов со стороны монахов усилился, клирики пытались нас отбить, но тщетно. Рядом шёл глупо улыбающийся орк со стекающей изо рта слюной, Геро забавно пританцовывал, при этом смешно крутя кистями рук в стиле ай-нэ-нэ. «Если выживем, доконаю его приколами», — невовремя подумал я. Друг был на пару шагов ближе и уже подходил к открытой пасти, которая представляла собой дыру в чёрном теле. Существо выпустило несколько маленьких отростков, выглядящих как кошачьи усы, видимо, для заталкивания этого танцора «цыганочки».

Срочно надо было что-то делать, хватать орка руками бессмысленно, отражаемые клириками щупальца твари разламывали замковые камни, а потому если она применит их на нас, шансов не останется. Благо клирики знатно связали её боем, и она не заметила, что человек с двумя сознаниями пришёл в себя. Незаметно вынув из кармана жёлудь, щелчком пальцев бросил его под ноги орку, где выросла стена тоненьких деревьев, в которую он благополучно уткнулся. С десяток глаз твари, заскользив по туловищу, съехались в одну точку и уставились на Геро, видимо, анализируя, что сейчас произошло. А я, недолго думая, в прыжке вонзил свою освящённую лопату в тело твари, после чего последовал очередной визг, затем удар щупальца по моему бренному телу. Отлетев на десяток метров в противоположную от твари сторону, я больно ударился спиной и покатился окровавленным колобком, ломая конечности. В итоге врезался в стену и отключился.

Когда сознание вернулось, глазам предстало синее небо, тело страшно болело, хреновей мне ещё никогда не было. Повернув голову вправо, увидел довольно скалящегося орка, валяющегося на траве, который был в точно таком же состоянии.

— Больно, да, друг?

— Псих, как ты ещё можешь улыбаться? — совершенно серьёзно заметил я, при этом еле ворочая языком. От того, чтобы не заплакать, меня удерживало только чувство собственного достоинства и гарантированные будущие издевательства краснокожего беспредельщика. Боль была адская.

— Тэрпи, ты жэ рыцарь.

— Да в жопу это рыцарство, почему так болит?

— У нас сломаны кости. Лэкарей всего пятеро, и чэтверо гораздо слабее сэра Родрика. А раненых много, они сохранили нам жизни, но на большее пока нэту сил, работают на прэдэлэ.

— Ну и что это было? — услышал я недовольный женский голос. Опустив глаза, увидел у наших ног злую эльфийку, упиравшую руки в бока.

— Какого друида вы меня там кинули, сволочи?

— Эээ, подруга, мы мир вообщэ-то спасали.

— И что, это повод меня бросить?

Честно говоря, мне стало немного обидно, мы из-за этой ушастой прошли огонь, воду и зазывно качающих бёдрами брюнеток, а она нам тут сцены устраивает.

— Ани, не сейчас. — еле-еле, но очень строго, насколько мог, сказал я.

Уши эльфийки мило покраснели, и она уже совсем другим тоном, ласково спросила:

— Сильно болит?

— Не представляешь, я сейчас, кажется, умру.

— Нэ умрёшь, цэлитэль гарантию дал.

— А вот тебя никто не спрашивает, солдафон, ты-то привык отхватывать, а вот Рус, он новичок ещё.

Анника опустилась возле меня на колени и неуверенно погладила по голове. И клянусь, мне словно полегчало.

— Эээ, какой я тэбэ салдофон, подруга, я воин!

— Великий! — добавил я, всё-таки выдавив из себя подобие улыбки, а потом снова потерял сознание.

Через несколько дней мы с орком уже стояли на ногах. В Аурум подтянулось ещё под сотню клириков и несколько армий из Мирила и Грисена с десятком лекарей. Брат Тик выжил, целым остался и наш здоровяк, который так крепко нас обнял, словно снова хотел сломать нам кости. А подошедший старичок сказал:

— Спасибо, друзья. Братство перед вами в долгу, да и мир тоже.

— Ну, это и наш мир тожэ, потому мы в расчётэ.

— Целиком и полностью поддерживаю моего друга, общее дело делали. «Хоть мир и не совсем мой».

— Как бы там ни было, отныне вы друзья братства Единого. На вас метка святого воинства — это значит, что любой встретившийся клирик, по первой просьбе, придёт на помощь. И ещё! Теперь вы умеете испрашивать малое благословение.

— Это как?

Ответил Геро:

— Тот же эффэкт, что и от большого, только дэржится примэрно пятьсот-шэстьсот ударов сэрдца.

«Около 5 минут».

— Вот за это отдельное спасибо!

— Благодарите Единого, это его дар.

— Мы благодарны.

— Куда вы теперь? — спросил Тик.

— Да как и планировали, грызть гранит науки.

— Братство поможет вам.

— Здорово, спасибо!

— Ради Бога!

Монах улыбнулся и откланялся. Клирикам нужно было найти остатки нечисти, разбежавшейся по округе.

А мы тем временем стали собираться в дорогу. Из нашего крестьянского отряда после того, как мы ушли в замок, никто не погиб, мужики робко подходили к нам попрощаться, кланялись, благодарили.

— Да прекращайте вы эти расшаркивания. — сказал я и крепко пожал руку боевому товарищу, а потом обнял его, после чего каждый ополченец посчитал своим долгом пожать мою руку. Улыбаясь, мужики начали вспоминать самые жуткие моменты битвы. Рядом стояла Анника и слушала, какие чудеса вытворял сэр Руслан на поле боя.

— А как вы этих тварей в ветвях заперли, я уж тогда думал, шо всё, конец тебе, Митько, ан нет, затормозили мерзость, а мы её передавили.

— А сколько с крыш падало скверны, а ведь господин Геро там один был совсем.

— Да, и правда, он же один бился.

Геро сидел и блаженно улыбался, как кот, налакавшийся сметаны. Я уж было хотел стереть эту самодовольную улыбку с его лица, «ещё зазнается», но быстро передумал, ведь понимал, что орк честно заслужил похвалу и имел право почивать на лаврах. Откровенно говоря, даже искренне радовался за него и гордился, что путешествую с таким воином, «но фиг ему такое скажу, не дождётся». Мы двинулись в путь, тепло распрощавшись с ополчением и клириками, искренне поблагодарили и сэра Родрика за повторную помощь, правда, не безвозмездную. «Гад с нас ещё два золотых вытряс», но он, конечно, стоил своих денег. За остальных платило братство, наверное, и за нас бы заплатило, но как-то неловко просить их о таком, потому-то и отдали деньги из своих запасов. Положа руку на сердце, без братства вытащить Аннику было нереально. Да и ввязались мы в эту авантюру, имея собственный интерес, а битва с нечистью стала лишь побочным квестом. Поэтому что-то требовать у клириков посчитали откровенной наглостью. К тому же мы получили умение малого благословения — на пять минут в сутки становиться суперсолдатом, это очень серьёзный навык, ещё обрели могущественных покровителей, которые к тому же помогут нам с поступлением в академию. В общем, грех было жаловаться. Но чего-то нехватало, и я не мог понять, чего, как вдруг меня осенило.

— А где моя лопата?

— У инфернала в жо… — Геро осёкся, посмотрел на Аннику и поправился, — в теле.

— В смысле?

— Ну, а как ты изгнал эго, думаэшь? Воткнул лопату, он от боли назад в портал подался и утащил её за собой, а пока вытаскивал, монахи дыру и захлопнули. Так что лопата твоя где-то тёмном месте, где плохо пахнэт. Ыы! — засмеялся Геро.

— Как тебе не стыдно, друг! А если бы Муган оказался в таком же месте, посмотрел бы я на тебя.

Я специально стал давить орку на больное место, орудие труда было жалко, но не так чтобы очень, всё-таки простая лопата.

— Тоже мне, сравнил лопату и самый красивый в мирэ мэч. Не слушай эго, мальчик, он просто тупой.

На достигнутом я не остановился и продолжал троллить орка, сравнивая меч со своей утерянной утварью.

— А вот может твой Муган землю копать? Нет. А моя лопатка могла, а ещё колоть и рубить, не хуже твоей железяки.

— Ну-ка быстро извинись пэрэд ним. Иначэ мы большэ не друзья. — с напускной серьёзностью потребовал орк. И я, конечно, подыграл.

— Ну всё, всё, прости Муган, дай я тэбя поглажу.

— Ээ, кривые руки свои убрал! Он тэбэ собака, что ли? — улыбаясь, сказал орк.

Мы размеренно ехали на лошадях, продолжая наши обычные перепалки, Анника плелась позади, погружённая в свои мысли. У девчонки был серьёзный стресс. Сначала похитили, хотели сожрать, потом нас двоих чуть не убили. После недавней потери брата окровавленные и переломанные тела единственных друзей для Анники стали настоящим ударом. Нас спасло чудо, а если точнее — благословение, не будь его, целителя бы мы не дождались. А вот эльфийку терзало чувство вины, и потому она даже не присоединялась к нашей пикировке, как делала обычно. С чувством юмора у ушастой всё было впорядке, оставались лишь проблемы с самоконтролем и неуместным правдорубством. Мы с Геро видели, с ней что-то не так, но никак не могли её растормошить, привести в чувство. Эльфийке нужен был другой стресс, как говорится, клин клином вышибают, к счастью, с этим у нашей компании особых проблем не возникало. Через несколько дней пути по тракту мы нарвались на группу всадников, окруживших какого-то малыша, размахивающего секирой. Человек пять сломанными куклами валялись на дороге, мелкий был один и пешком, а всадников больше двадцати.

— Ну всё, уродец, сейчас мы тебя отправим назад под землю!

— Рискни, презренный разбойник, я готов!

Низкорослый паренёк на деле оказался бородатым гномом, который уже был ранен в нескольких местах, тем не менее, он упорно стоял на ногах, отбивая нападки ватаги.

Мне даже смотреть не нужно было в сторону орка, чтобы понять, какое на нём сейчас довольное выражение лица. Краем глаза увидел, что оживилась и Анника, в пустых глазах нашей спутницы блеснули озорные искры, отчего улыбнулся и я. А Геро тем временем, оценив обстановку, взял инициативу в свои руки:

— Господа, в такой прэкрасный солнэчный дэнь давайтэ оставим ссоры позади. В этом огромным мирэ разумныэ должны любить друг друга, как завэщал нам Творэц.

Геро сложил руки на индийский манер, прижав их к груди, явно подражая клирикам братства, сделав самое святое лицо, на которое был способен. По мне, не получилось, как был фейс уголовника рецидивиста, так и остался.

— Оо, ещё три кошелька приехало!

— Атаман, с ними баба, да какая!

— Так, этих в расход, только девку не поцарапайте.

«Что-то мне это напоминает». Около пятнадцати разбойников направились к нам.

Правда, вся гоп-компания даже близко не стояла с гвардейцами, защищавшими карету принца, а потому мы разобрались с ними очень быстро и без особых напрягов.

После того, как гном добил последнего налётчика, он подошёл к нам.

— Господа, благодарю за помощь. Ну, и конечно, леди.

Мужичок подошёл к эльфийке, заложил одну руку за спину и галантно, с поклоном поцеловал её руку. Оба моих спутника немного, мягко говоря, прифигели от такого поведения подгорного жителя. Анника стояла с открытым ртом, Геро идиотски лыбился. А я обратился к памяти Радана, дабы понять, что больших грубиянов, матершинников, неотёсанных мужланов, чем все без исключения гномы, этот мир не знал. И тем не менее, это бородатое культурное недоразумение было из их расы.

15. Ещё одно "недоразумение"

В общем, такого быть не могло, потому что такого под небом Креора не бывает. Гном сделал два шага назад и снова изобразил лёгкий поклон в соответствии с этикетом и всеми принятыми международными стандартами аристократии этого мира правилами поведения, короче говоря, безупречно. Глаза Анники расширились ещё больше, выросшая во дворце среди народа, возводящего этикет и традиции высшего общества до абсолюта, Анника на автомате зажгла на руке гигантский фаербол, ведь перед ней был кто угодно, но только не гном. Геро медленно потянул Мугана из ножен, готовясь к нападению этого порождения тьмы, сменившего облик. Один я не сильно впечатлился, Радан был из деревни, а со мной и так всё понятно. Гном успокаивающе поднял руки и произнёс:

— Господа, прошу вас. Это недоразумение, позвольте всё вам объяснить.

Фаербол Анники стал приобретать более насыщенный цвет, а вокруг неожиданно потеплело. Но гном продолжил:

— Ваши опасения понятны, и простите мне неподобающее для представителя моего народа поведение, но вынужден сообщить, что был проклят одной неприятной ве… волшебницей за крутой нрав и не понравившиеся ей слова. Теперь пред вами вот такой покалеченный моральный урод. — еле выговорил он последнее слово.

— Аааааа!

— Аааааа!

Дружно выдохнули мои спутникии убрали своё оружие. В общем, все сразу расслабились.

— Позвольте представиться — Инган из клана Серебряного молота.

Мы назвались в ответ. Гном чинно кивнул каждому, и Геро с Анникой дружно прыснули от еле сдерживаемого смеха. Коротышка улыбнулся глазами, но постарался сделать безразличный вид. «А у мужика есть самоирония».

— Прости, уважаэмый, пойми нас, мы нэ со зла, но это нэчто.

— Не извольте беспокоиться, будь я на вашем месте, забавлялся бы не меньше.

На что Геро и Анника уже ржали в цвет, повторяя слова Ингана.

— Не извольте беспокоиться, я сейчас умру от смеха! Геро, останови его, кто-нибудь! Простите, простите, я не могу!

Анника, согнувшись, держалась за живот. В итоге смехом заразили и меня. Тем временем Гном посмотрел на наше остроухое чудо, изогнул бровь и сказал:

— Как я погляжу, леди Анника тоже далеко не типичный представитель своей расы.

— Ааа, эщё какой нэ тэпичный, правда, эй нэльзя об этом говорить, зажарит и только потом подумаэт, что натворила. Ха-ха-ха! — подтвердил наблюдение Ингана орк, не прекращая смеяться.

И в этот момент к нам присоединился гном, только он хохотал, как и положено при аристократических дворах, подавляя и приглушая свой смех, который считался неприличным. При этом его хриплый голос становился тоньше и напоминал быстро угукающего филина. Услышав его, мы стали падать от смеха и пришли в себя только через полчаса, при этом всем пришлось разбежаться в разные стороны, чтобы успокоиться, и не один раз: по возвращении, видя друг друга, мы снова начинали ржать. Как только все более или менее пришли в себя, снова заговорил Инган.

— Я задолжал вам жизнь и намерен отплатить, позволите ли вы мне сопровождать вас, куда бы вы ни направлялись?

— Я,ээ, точно нэ против. Давно так нэ смэялся.

— А тебе лишь бы поржать

Подначил я. А Анника подхватила:

— Да! И подраться.

— Эээ, когда это вы ужэ успэли спэться? Инган, тэпэрь точно пойдёшь с нами, будэшь за мэня.

Гном, зараза, снова слегка захихикал. И истерика вернулась, словно пряталась в кустах и поджидала удобного момента. Но когда мы совладали с собой, разговор вернулся в нужное русло.

— Я тоже за компанию Ингана. Мы направляемся в магическую академию, если вы не против, милости просим в нашу весёлую компанию.

Анника молча кивнула головой.

— Хмм, магическая академия вполне устроит, может, чему дельному научат и меня. И прошу вас, сэр Руслан, на ты, для вас троих я просто Инган.

— Тогда и ко мне на ты.

— И к нам. — подхватили мои друзья.

— Ты обладаешь даром? — спросил я, обратив внимание на слова гнома про учёбу.

— Да, мне подвластны тайны земли. К сожалению, сила действует на небольшом расстоянии. Не более двадцати локтей.

«Больше двадцати метров, неплохо». Только тогда я понял, почему часть бандитов словно закопана наполовину в землю, а вокруг виднелись воронки и выбоины.

Гном был широк в плечах, полностью закованный в латные доспехи рыцаря, от него веяло силой, под этой грудой железа явно скрывалась груда мышц. Макушка его головы была на уровне моего плеча, я встречал массу людей такого же роста. Голубоглазый, с русыми длинными волосами, заплетёнными в косы, грубым лицом и носом картошкой. На ум почему-то приходили варяги, примерно так я их представлял, только чуть выше.

Ингану было пятьдесят лет, что по гномьим меркамне так уж и много, коротышки жили в среднем триста-пятьсот лет, правда, за языком они не следили, а потому далеко не всем удавалось встретить старость. Наш гном не был исключением, более того он был типичным представителем своего народа, который порой вообще не чувствовал берега. И вот однажды на очередной попойке в таверне Инган встретил женщину средних лет, которая была излишне манерна, а главное, крайне высокомерна, что всегда подбешивало его. Так обычно вели себя эльфы — презренные остроухие выскочки. Ведь ушастый будет улыбаться тебе в лицо и одновременно подливать яд, не поведя и бровью — не чета настоящим мужчинам, коими являются гномы. Бородач всегда скажет в лицо, если ты ему не понравился. А если захочет убить, пускай и со спины, Инган не обманывался благородством некоторых представителей своего народа, тем не менее, пожелавший тебе зла гном никогда не будет лицемерно лыбиться. Прямые как клинки, которые они делают лучше всех под небом Креора, неуступчивые и несгибаемые, как горы, в которых они жили. Среди их расы подавляющее большинство магов имели связь с землёй, оттого их по праву считали лучшими в обработке металла. Хоть железо и не почва, тем не менее оно миллионы, а может, и миллиарды лет находилось в земле и обрело некоторые энергетические свойства грунта, а потому с трудом, но поддавалось определённым заклинаниям, в чём больше всех и преуспели гномы. Ещё они умело возводили нерушимые крепости, создавая нечто прочное из камня, земли и металла. Но Инган не был ремесленником, мужик сделал прекрасную карьеру в армии и даже дослужился до гвардейца Короля, куда попадали единицы.

И вот, в один проклятый день, отдыхая в таверне после смены, он встретил ту самую ведьму. Дама в чёрном балахоне, вела себя, мягко говоря, неадекватно в столице бородачей Меусе. Она требовала еды, чистой комнаты, возмущалась и, казалось, вот-вот назовёт кого-то из челяди таверны коротышкой, что считалось смертельным оскорблением. Вот только на ней был знак приглашённой королём, что давало ей гарантии неприкосновенности. Но гости так себя вести не должны, считал гном, а потому подвыпивший Инган сделала хамке замечание, очень красочно и с матерком, суть которого заключалось в том, чтобы она заткнулась и вела себя прилично. Он периодически вспоминал события тех дней:

— Как такую дуру король вообще пригласил в гости? — сказал раскрасневшийся от выпивки бородач.

— Сейчас же извинись! — прошипела женщина.

— Вот ещё, припёрлась, права качаешь. Ты свою высокомерную рожу в зеркало видела? Да вряд ли увидишь, зеркало просто инеем покроется или лопнет от такого зрелища.

Собутыльники одобрительно посмеивались и мысленно поддерживали Ингана, но наезжать на гостью короля не решились. Впрочем, наш гном и сам вполне справлялся.

— Будь ты проклят. — сказала она, развернулась на месте и вышла из здания.

— И вам желаю того же, злая, недостойная женщина! Ваша дерзость и невоспитанность вынуждают меня настоятельно просить вас удалиться и никогда более не тревожить наше общество.

— Инган, ну ты даёшь! — одобрительно смеясь, похвалили его собутыльники и одновременно сослуживцы.

— Я не мог иначе, ведь присутствие столь отвратительной дамы было сущим испытанием.

— Ну ты заливаешь! Может, стихотворение ещё прочтёшь какое? Ах-ха-ха-ха! — ржали гномы.

И только тогда Инган понял, что с ним что-то не так, алкоголь ещё мешал соображать здраво, и связи с женщиной гном не увидел. Вместо того, чтобы догнать её, он решил пойти отоспаться.

— Господа, вынужден вас покинуть. — вежливо поклонился он, чего не делал даже перед королём. Господа уже валялись под столом, а наш новый спутник поспешил ретироваться.

Но и на следующий день гвардеец не стал прежним, и через месяц, и через два. Так он постепенно превращался в изгоя, поначалу гномы сочувствовали ему, но потом мужик стал всем надоедать или откровенно бесить. Инган долгое время искал долбанную ведьму, пробивал через посольство, ведь как-то же она получила знак гостя короля. И кое-что выяснить удалось. Обеспечить беспрепятственный проезд попросил клан ведьм Вдовы Деструма из южных земель, которые славились своими проклятиями. По преданиям, несколько веков назад похожая дама посещала их королевство и как-то была оскорблена монархом, после чего бедолага больше не мог радоваться близости с женщинами. А в народе его запомнили как Дидрей вялый, бедолага не смог оставить потомство, и трон занял его брат. Молодой король, которому служил Инган, повторять судьбу родственника не хотел, а потому без лишних вопросов выдал даме знак неприкосновенности, а сам под предлогом важного совещания заперся в своих подземных покоях с повышенной антимагической защитой. По слухам, убивший такую змеюку сам получал смертельное проклятие. Правда это или нет, никто проверять не хотел. Быть может, ведьмы сами распространяли подобные слухи. Как бы там ни было, проклятия работали, и Инган стал живым тому свидетельством.

Много позже гном узнал, на кого нарвался, и в глубине души радовался, что потомки не назовут его Инганом вялым. Бородач не имел детей и не был женат, но оставить потомство хотел, как только созреет годам так к ста-ста пятидесяти. Инган так и не смог найти ведьму, да и лица, впрочем, он под балахоном толком и не видел, а выпитый им в тот вечер алкоголь лишь усугублял ситуацию. Клан этих женщин обитал где-то в районе пустынь, и в свои земли чужаков они не пускали, да и встреча с колдуньями могла принести очередные проблемы самому культурному гному. В его памяти крепко засела печальная история Дидрея вялого. Проклинающих в мире насчитывались единицы, по слухам, они как-то были связаны с тьмой, но доказать этого никто не мог. У братства Единого хватало своих забот по всему миру в борьбе с культистами и устраиваемыми ими прорывами. Да и ведьмы особых проблем никому не доставляли, лишь изредка появляясь в землях разных государств. В итоге Инган бросил поиски ведьмы, но и возвращаться домой не стал, был не в силах выносить насмешки сородичей. Потому гном решил попутешествовать и, быть может, найти другой вариант снятия проклятия.

Я слушал историю Ингана и размышлял о том, какой может быть разносторонней магия. Принцип действия проклятий, на мой взгляд, был в программировании жертвы. Из двух случаев, озвученных Инганом, оба изменили восприятия мира потерпевшими. Один перестал воспринимать женщин, а другой стал вежлив. «Вот только где гном понабрался манер?». Хотя, если подумать логически, служба при дворе, контакт с послами и дворянами других рас наложили свой отпечаток. Мозг запомнил, а проклятие вынудило вытащить все знания об этикете из головы коротышки. Получается, это своего рода вид гипноза или нейропрограммирования, что, в принципе, известен и в моём прошлом мире. Только вот такое внушение требует практики повторения нужной программы, а здесь хватило лишь нескольких фраз.

Для меня же встреча Инганом стала очередным подарком судьбы. Ведь он был магом земли — стихии, так тесно связанной с моей способностью. Гном мог двигать почву по своему желанию, увеличивать или уменьшать её плотность, открывать и закрывать провалы глубиной в несколько метров, правда, на это уходило много сил. Как выяснилось позже, магический узел у него был меньше моего, но больше, чем у Геро. Вообще, из нашей четвёрки по количеству маны орк занимал последнее место, что он вполне компенсировал своими нетривиальными умениями. Первой по яркости и вместительности узла была Анника, потом с приличным отставанием шёл я, дальше Инган и Геро. Но и того, что умел гном, мне хватило для моих экспериментов. С появлением бородача ко мне пришла идея комбинирования наших умений. За неделю пути по тракту я многое узнал о его способностях.

— А ты можешь определять наиболее плодородную почву?

— А как, ты думаешь, гномы выживают среди скал, где ничего не растёт? Мы заимствуем землю с самых плодородных мест равнины и перевозим её в наши города, где выращиваем всю необходимую для жизни культуру. Что не можем вырастить, закупаем в других странах.

— Здорово! А ты мог бы сжать вот такой участок земли? — я максимально расставил руки в стороны. — До вот таких размеров. — показал я пальцами величину с грецкий орех.

— Вполне.

— Конечно, получится что-то очень твёрдое и тяжёлое. — проговорил я мысли в слух.

— Да, но я могу сделать такой комок мягким, вложив в него силу, и более лёгким, отрезав его от связи с землёй.

Услышав это, я чуть не подпрыгнул от радости, ведь перспектива получить автономный источник питательных веществ решала массу проблем. Ещё будучи в замке при спасении Анники, я понял, что даже будь у меня полный запас маны, это совершенно не помогло бы, ведь без земли я не мог выращивать растения из ничего. Да, энергия заменяла львиную долю материи, но не полностью. Для каста небольшого ростка изсемечки без источника питательных веществ мне пришлось бы опустошить весь свой запас маны. То есть в помещениях без земли, я как маг был бесполезной единицей. В прошлый раз я не мешал Геро лишь благодаря благословению. В будущем такого бонуса может и не быть, а малого благословения на пятьминут может хватить лишь для того, чтобы попытаться убежать. Но бежать, когда твои друзья в беде, как уже было с эльфийкой, не вариант. Потому-то и нужно повышать свои шансы в любых условиях, в чём мне и помог Инган.

Найдя по пути место с наиболее плодородной землёй, гном слепил для меня шестьшариков из участков в двакубических метра каждый. Завернув их в тряпки, я распределил комки по разным местам. Два подшил в левый и правый рукав камзола, положив рядом жёлудь. Два расположились в боковых карманах, один отправился в сумку. Последний остался для испытаний, необходимо было узнать, насколько хватит его запасов, прежде чем он истощится. Его я подвязал к предплечью правой руки, но только снаружи. Чтобы исчерпать возможности спрессованной земли, мне понадобилось несколько раз опустошить свой узел, и это радовало, вот только был один жирнющий минус. Я не мог контролировать массу растений, как это делал гном с почвой, а потому точно выстреливать копьями из рук не получалось, под весом дерева рука автоматически падала вниз. Более того, я терял концентрацию и не попадал в цель. Потому автономная стрельба могла вестись тонкими ветками с высокой плотностью — недолго думая, назвал их иглами. Вот только новое оружие не пробивало металлический доспех, что сильно расстраивало, тогда я стал использовать комбо шарика и жёлудя, бросая их, и получилась идеальная граната. Но как выращивать серьёзные колья на каменной поверхности, создавая тюрьму и другие привычные в бою касты, я пока никак не мог придумать. Не имея корней, конструкция была неустойчивой и просто падала. Единственным выходом стало разрастание растения по площади на манер паутины, что давало ему опору, и лишь потом можно было пользоваться кольями и прочими фишками. Но это занимало кучу времени, а ведь в бою дорога каждая доля секунды.

Ещё одним недостатком такого метода стала манозатратность. Потому я пока остановился на иглах и гранатах. А Инган сделал мне ещё штук тридцатьшаров под них. Каждый день мы продолжали тренировки, к спаррингам присоединился гном, которому ваш покорный слуга проигрывал десятьсхваток из десяти. Помимо совершенного владения секирой, гном бессовестно пользовался и своими способностями, устанавливая защитные стены из земли, создавая провалы. Инган даже мог накидывать на себя доспех из почвы, который легко выдерживал мощные удары Геро. Высокая плотность давала прочность, а способность влиять на массу позволяла не терять мобильности. И это не считая того, что гном никогда не снимал с себя железа, если только не шёл купаться. В общем, Инган был страшным противником для любого воина. Конечно, Геро превышал его в скорости, но коротышка — «когда говоришь так про себя, гномы не обижаются» — обладал чудовищной силой и повышенной прочностью. По слухам, ещё каменный народ был очень живуч, но этого проверять мы не стали. Помимо одиночных спаррингов отрабатывали и групповые действия, которые в будущем могли пригодиться, ведь без приключений на пятую точку мы долго прожить не могли.

16. Не в том месте, не в то время

— Геро, дружище, не мог бы ты меня научить одному движению? Видел, как ты его делал, прям в душу запало. — сказал я орку во время очередного спарринга.

Гном с эльфийкой сейчас отдыхали на травке и смотрели на нас.

— Да, мой глупый учэник, дядя Геро тэбя научит всэму, что должэн знать вэликий воин. От какого движэния ты пришёл в восхищэние? От этого? — крутанул меч по горизонтали и вертикали. — Или это тэбе понравилось?

И он сделал какой-то умопомрачительный выпад, с несколькими уколами мечом. «Выпендривается перед зрителями».

— Нет. Без меча.

— Без Мугана?

— Быть может, тройной удар в прыжке? — подпрыгнул он на несколько метров и нанёс удары по воздуху в стиле кунг-фу. — Но ты слишком жирный, нэ сможэшь так прыгнуть. — подколол меня орк.

Анника с Инганом похихикали над глупой шуткой. «Ведь я не жирный». Правда, орк ещё не догадывался, к чему я веду.

— Да нет, помнишь, когда мы портал закрывали в замке, там мерзость с щупальцами была?

— Да, и что?

Геро уже стал подозревать что-то неладное.

— Ну, так вот. Ты руками как-то так делал и вот так покачивался. И по-моему, какой-то боевой клич издавал, что-то типа «ай-нэ-нэ».

Показал я Геро как он пританцовывал, попав под чары инфернала. При этом делал это максимально комично. Наши зрители не совсем понимали, о чём я говорю, ведь их там не было, а вот орк врубился сразу.

— Ах жэ ты нэблагодарная скотина!

— Не, ну серьёзно, что это было, психологическая атака на врага?

У орка не осталось аргументов, и он решил применить силу.

— А ну, иди сюда!

И я драпанул от другана в лес, наконец-то чувствуя себя победителем. «Не всё же им из меня дух на спаррингах выбивать».

На мечах я проигрывал даже эльфийке, в какой-то момент мне настолько это надоело, что однажды, к своему стыду, сжухлил и призвал малое благословение, после чего быстро одолел её.

Спарринги отвлекали нас от депрессивных мыслей, ведь после Аурума и того, что мы там видели, нормальный человек не выходил бы от психологов несколько лет. Местные держались ещё более или менее, для них видеть смерти и кровь не в новинку, а меня периодически колбасило. А когда становилось совсем невыносимо и перед глазами вставали погибающие товарищи или растерзанные женщины, я призывал своё малое благословение и меня на пятьминут отпускало. Сомнения уходили прочь, тело наполнялось силой, а душа — волей к жизни. Также душевные травмы лечили время и непоседливость моих спутников. Гном, как и Геро, оказался тем ещё отморозком, правда, культурным, что не мешало ему разбивать лица и крушить мебель в трактирах, обильно расположенных вдоль трактов. Но в защиту нашей компании хочу сказать, что обычно драку начинали не мы, если не считать эльфийки, конечно. Но и Анника била свой коронный лбом в нос не за просто так. То какой-нибудь недоумок ущипнёт за попку, то шепнёт непристойное предложение, пока мы этого не видим. Расплата приходила мгновенно и точно в нос. Если за приставалу вступались друзья, то и эльфийка сироткой не была. Рядом появлялся широко улыбающийся орк и не менее довольный гном. Я участвовал с грустным лицом, потому как терпеть не мог драться, магией в трактирной драке пользоваться было нетактично, «так мне сказал гном», а без неё мне доставалось больше всех, ведь суточное благословение тратилось на решение моих психологических проблем.

Вторым после эльфийки по вляпыванию в неприятности был наш вежливый бородач. Как говорится, доброе слово творит чудеса, в его случае всё действовало наоборот. Манерный гном вызывал оторопь у местного люда, народ думал, что крепыш так издевается над ними, и сразу лезли в драку. И угадайте, кто появлялся, как по мановению волшебной палочки рядом, озаряя трактир своей голливудской улыбкой? Геро не нарадовался нашим спутникам, моё вечное ворчание все уже воспринимали как фон и не особо реагировали.

Вот такой развесёлой компанией мы вступили на земли империи Велты. Уже на её окраинах стало понятно, что это настоящий оплот цивилизации. Пограничная стража располагалась в небольшом форте, который надо было пройти насквозь, заплатив пошлину. На руку ставили магическую печать, «аналог визы», без неё любой местный патруль мог тебя задержать и отправить в казематы. Ближе к границе сновали различные повозки, бедные и богатые, купцы и дворяне, представители разных рас и социальных классов. Возле форта скопилась приличная масса народа, желающего попасть на ту сторону, к счастью, для дворян была отдельная очередь, и надолго мы не задержались. На землях империи были каменные дороги очень хорошего качества — это сразу бросалось в глаза и многое мне говорило об уровне развития государства. Да, Радан бывал здесь, да, дивился убранству, но воспринимал информацию иначе, всё-таки видеть своими глазами и помнить— вещи разные. Все пройденные нами земли ранее, по сути, были провинцией, а Велта — центром притяжения, да и могуществом обладала немалым и играла ведущую роль в союзе с соседними государствами. Как ядерная держава, соседствующая с небольшими, но гордыми республиками, откуда и были родом мои спутники.

Но особенно меня впечатлила столица Просперия. Увидев её с возвышенности, я ахнул, без преувеличения, моим глазам открылся настоящий мегаполис, конца которого не было видно невооружённым глазом. Справа, по отношению к нам, на окраине города сиял мраморный замок императора Люка II.Огромная территория, на несколько гектаров окружённая величественным высоким мраморным забором в стиле самой резиденции. И судя по всему, с прекрасными фонтанами и садами внутри. «Интересно, туда водят экскурсии?». Ну а в центре столицы красовалась наша будущая академия, с территорией не меньшей, чем императорский дворец. Как только мы зашлив главные ворота, глазам предстали десятки белых мраморных зданий с куполообразными крышами, стены которых были инкрустированы чем то вроде зелёного оникса, белый цвет без примесей был привилегией правящей династии, у меня сразу возникли ассоциации со «Сказками тысячи и одной ночи», не хватало только ковров-самолётов, но левитировать в учебном заведении умели почти все воздушники. Правда, полёты в столице были строго запрещены и контролировались военными магами.

Лошадей, скраб мы предварительно оставили в гостинице, а потому пришли налегке, дабы записаться на вступительные экзамены. Я не взял собой оружия, не считая вшитых в одежду сюрпризов. В гостевом дворе стояли десятки столиков с сидящими за ними молодыми магами в чёрных мантиях — это были лаборанты, записывавшие всех прибывающих в толстые тетради. Мы встали в разные очереди, потому что не знали, какая дойдёт быстрее. Но дело у писарей спорилось, и хвосты из молодых абитуриентов двигалась примерно одинаково. Когда я подошёл к столу, маг сухо приказал мне положить руку на хрустальный шар. Я подчинился, но ничего не произошло. У предыдущих претендентов шар окрашивался цветом, соответствующим их силе, у огневиков — красным, у воздушников — серым, и так далее.

— Вы маг? — удивлённо спросил меня озадаченный лаборант.

— Да.

— А какой стихией владеете?

— Травник.

— А, ну всё понятно. Набор на факультет землепашцев закрыт, приходите через несколько лет.

— А я намерен поступить на общий курс.

Лаборант снова удивился, но возражать не стал.

— Тогда минуту, необходимо проверить наличие силы и настроить артефакт.

Я вырастил на руке небольшое деревце из спрессованной земли и жёлудя в рукаве.

— Так пойдёт?

— Вполне.

Видно было, что парню лень возиться с артефактом и вызывать настройщика.

— Представьтесь.

— Руслан с далёкой Земли.

— Вступительные экзамены начнутся через неделю. С правилами знакомы?

— Да.

— Тогда всего доброго.

— До свидания.

К счастью, в академии оказались вполне адекватные люди без стереотипов, «вот что значит учёные». Теперь главное — хорошо пройти отбор. Радан погорел ещё на стадии проверки мощи магического узла, который я успешно прокачал практически до предела. Вторым экзаменом должно стать какое-то практическое задание, каждый год оно меняется, дабы определить способности абитуриента в нестандартных ситуациях.

Всей честной компанией мы вышли в город и направились в нашу гостиницу, меня снова начала одолевать хандра или, как оно ещё называется, ПТСР, постоянные кошмары, лица умирающих и мерещащиеся монстры в каждой тени откровенно напрягали. Благословения я пока не использовал, держал на случай, когда станет совсем хреново и невыносимо. Чтобы развеяться, решил прогуляться по городу, благодаря второй памяти ориентировался я в нём довольно-таки неплохо, Радан прожил здесь с полгода до начала экзаменов, которые он с треском провалил.

Я попрощался с ребятами, сказав, что хочу пройти развеяться. Друзья, конечно, предложили составить компанию, но в этот момент хотелось побыть одному, упорядочить мысли и полюбоваться на красоты Просперии. Город и вправду был прекрасен, отсутствие деревянных строений создавало определённый колорит, люди жили в серо-коричневых двух-трёхэтажных домах, камни в стенах были разного размера и скреплялись каким-то раствором, смотрелось, на мой взгляд, довольно аутентично. Широкие мощённые брусчаткой улицы, чистые, словно их кто-то каждый день мыл. В городе была подземная канализация и совершенно не пахло дерьмом, как в том же Ауруме, будь он неладен. Во дворах домов жители разбивали сады и огороды, мужики играли в настольные игры в придомовых беседках, везде сновали неугомонные дети. По основным улицам ездили кареты и экипажи, где-то можно было ходить только пешком.

Климат в столице империи был тёплым, всё тут мне напоминало курортные города моего мира, те, что с древней архитектурой, единственное, не хватало моря. Я направился в сторону императорского дворца в надежде купить билетик на экскурсию внутрь, «ну, а вдруг». Чем ближе к стенам резиденции я подходил, тем богаче становились дома, в конце концов всё чаще стали попадаться особняки, обнесённые глухим забором. Я понял, что смотреть стало не на что, лишь дорога с дорогущими экипажами и редкие слуги, спешащие по своим делам, а белокаменный дворец всё никак не становился ближе. В один момент даже останавливала стража и проверила «визу».

— С какой целью тут бродите, сэр?

Дворянство давало некоторые льготы.

— Просто гуляю, только сегодня в город приехал, интересно посмотреть достопримечательности. Не знаете, а во дворец попасть никак нельзя?

Стражники напряглись.

— Только в случае назначенной аудиенции императорской семьи. Вам назначено?

— Нет. «Да кому я сдался». А просто посмотреть поближе?

— Если не хотите оказаться на допросе у тайной канцелярии, не советую.

— Понял вас, благодарю. Всего доброго, господа.

— Прощайте.

Сзади я услышал неодобрительный голос:

— Провинциалы, может, им ещё императорскую дочку в жёны отдать? Погулять у дворца, во даёт.

— Да, эти избалованные детки аристократов думают, что весь мир вокруг них крутится.

«Между прочим, человек из народа, можно сказать, с самых низов», — обиженно подумал я и направился восвояси. В общем, полюбоваться на дворцовую красоту не получилось, но зато немного отвлёкся. Шёл по улице и думал о том, что во всех мирах всё одинаково, служба безопасности не спит и тут. Вечерело, была шикарная погода, я неспеша плёлся в обратном направлении, мимо проехала очередная богатая карета, ничто не предвещало беды, но когда транспортное средство удалилось на метров двадцать от меня, вдруг произошёл взрыв, да такой мощи, что одного травника отбросило на пару метров. На несколько секунд я даже потерял сознание, а когда пришёл в себя, в голове гудело, а от ушибов саднило по всему телу. Из ушей и носа шла кровь, в глазах всё расплывалось. «Да что же это, блин, такое?». Когда я начал более или менее приходить в себя, то увидел, что у кареты разгорелся настоящий бой, неизвестно откуда взявшиеся люди в масках и чёрных костюмах, напоминающих ниндзя, кастовали в на удивление целую карету всем, чем только можно. Уровень заклинателей был не чета всем виденным мной ранее. Периодичность и мощь бросаемых в транспорт убийственных гадостей поражали. В него летели огонь, воздух, земля, лёд. В карету, точнее, в её защиту врезались гигантские сосульки, её накрывал огненный смерч, но она держалась. С крыш близлежащих особняков били арбалеты, но не физическое, ни магическое воздействие её не брало. При взрыве погибли лошади, да и дорогу усеяли огромные кратеры, как на луне, уехать она уже не могла никак, запряги в неё хоть целый табун. Но свою миссию экипаж выполнял, даря его пассажирам время до прибытия помощи. Мне надо было по-тихому слинять, «пока не заметили», рисковать жизнью не пойми ради кого совершенно не хотелось, быть может, внутри сидит злодей, да и уровень нападавших сильно превосходил мой, по крайней мере, мне так казалось.

Встав и периодически оглядываясь на это светопреставление, я, прихрамывая вдоль стены, поковылял подальше от смертоубийственных заклятий. Мышцы стали привыкать к боли, тело ускорялось, темп рос, через десять шагов я уже бежал трусцой, «рыцарь хренов». В общем, был уже в метрах трёхстах от эпицентра и чувствовал себя в относительной безопасности, продолжая держаться стены, как из кареты вылетела молния и ударила в нескольких метрах от меня, но вместо очередного бабаха на месте удара появилось двое людей, высокий мужчина в богато украшенном халате золотого цвета, он закрывал собой молодую девушку в пышном зеленоватом платье. Пара не заметила меня, притворяющегося кустом возле стеночки.

— Бегите, леди, я задержу их!

Мужик возвёл руки, и в тот час в воздух поднялись камни, земля и прочий мусор, обильно разбросанный взрывом, после чего послал всю эту кучу в сторону быстро сориентировавшихся нападавших. Впрочем, урона никакого он им не нанёс, на убийцах в масках тоже были артефакты. Ему ответили, но и мужик оказался защищён по той же схеме, «тут только один бедолага». Честно говоря, теперь я не знал, что делать, бежать параллельно девчонке? Будет выглядеть довольно странно, да и её спутник может неправильно понять и запустить камушек уже в мою тушку. Стоять тут тоже не вариант, на мне-то нет никаких артефактов, и может прибить шальным фаерболом, да и не уверен, что нападающие захотят оставлять свидетеля. Ну, а справа и слева высоченные заборы, за которыми скорее всего ещё по десятку киллеров. В общем, было принято решение бежать с брюнеткой, но немного позади, чтобы она не пугалась и не орала, и всё также держаться стены. Двигалась дама, мягко говоря, не быстро, всё время спотыкаясь и падая. «Да вставай ты уже!». В принципе, сейчас её можно было обогнать, но как всегда включился мой режим рыцаря, это когда женщина в беде. Никуда теперь я от неё не денусь, пока не провожу до безопасного места, как говорят мандалорцы: «Таков путь».

Я обернулся. На мужика в золотом плаще серьёзно насели, количество кастов было сравнимо с ударами по карете, но он держался, периодически молнией перемещаясь в разные точки дороги — геймеры в моём мире называют это блинком. «Крут дядька». Но и про девушку не забыли, две группы убийц двигались вдоль забора, и при очередном падении горе-бегуньи они наконец показались сверху. Всего шестероголоворезов, к счастью, лишь один из них был магом, пятеро спрыгнуло вниз, а маг занял позицию сверху и сразу запустил в жертву огненную стрелу, на которую я, честно говоря, не успел среагировать, но вместо того, чтобы спалить брюнетку заживо, каст растёкся о невидимый барьер. «Ну логично, у всех же есть артефакты». Остальная братия бежала к ней с мечами наперевес. И вот тут подключился уже я.

— Эй, придурки, стоять-бояться!

Убийцы на миг замешкались, переглянулись, кивнули друг другу, и один побежал в мою сторону. То есть на слабую девчонку толпой, а на здорового мужика один хмырь? Стало немного обидно, и я швырнул в его сторону гранату, сделав из бедолаги дуршлаг, люди в масках уже приближались к жертве, а я не успевал, но вдруг вспомнил про благословение моментально, задействовав его — моя сила, скорость и реакция усилились в несколько раз. Очередной бросок гранаты в сторону мага, засевшего как ворона на стене, предсмертный крик, но я уже не смотрю в ту сторону, а действую на обострённых инстинктах. Из рук выстреливают иглы, убирая ещё двоих, а падающий на голову сидящей на земле девушке меч встречает деревянное копьё. Затем иглы из моего костюма добивают обоих. «Получите, ниндзя хреновы!». Девушка с ужасом смотрит на меня, а мой взгляд ненароком падает на её смазливое личико, а потом невольно опускается в область декольте. «А хороша, чертовка». К счастью, сей далеко не рыцарский поступок она не замечает, ну, или делает вид.

— Леди. Сэр Руслан. Просто проходил мимо. Вы позволите вас спасти? — выговорил я со скоростью пулемёта.

Брюнетка неуверенно кивнула головой. Не говоря ни слова, подхватил это прекрасное создание, «и лёгкое», на руки, и дал стрекача. Оставалось минуты четыре, потом я стану не так силён: «Это вам не полное благословение». Но даже моя скорость не спасала от преследователей. Попутно кастуя различные препятствия в виде всё той же тюрьмы, которая за секунды сметалась магией, я быстро тратил ману, она буквально уходила как вода сквозь пальцы. А долбанная стража всё никак не появлялась. Потом стало понятно, почему — один из патрулей на нашем пути лежал бездыханными телами, убийцы подготовились очень хорошо. «Да кто, блин, у меня сейчас на руках?». Несколько кастов ударило в спину, но, как оказалось, артефакт девушки защищал и меня, теперь я готов был носить красавицу весь день.

Через пару минут выбрались из богатого квартала и стали вилять по улицам города. Но в итоге нас загнали в тупик из трёх высоких домов. Когда мы развернулись, из-за угла появилось пятерочеловек. Я поставил девушку возле стены, а сам встал перед ней. Среди преследователей был один маг — это он, гад, пулял мне в спину какой-то фигнёй, остальная колдовская братия сейчас занималась мужиком в халате. Ещё у двоих были арбалеты, которые те не раздумывая разрядили в нашу сторону. Я вырастил щит, по спирали закрутив ветки, и принял болты на него, затем швырнул гранату в сторону мага. Но тот взорвал её шариком света ещё в полёте. Одновременно со своим снарядом с щитом наперевес и новым копьём побежал и я. Из рукавов вылетели тонкие ветки, устремившиеся к тушке мага, но гадёныш спалил и их. Через секунд десять благословение должно спасть, потому необходимо было идти ва-банк, я максимально сократил дистанцию до мага и достал его горло кончиком копья. Но прилетело и мне, причем в нескольких местах сразу, на автомате отскочил назад, придав скорости выращенной веткой, и снова оказался перед застывшей в ужасе незнакомкой. Благословение-таки спало, и стало совсем хреново, кровь хлестала из правой руки, ноги и бока, силы уходили с каждой секундой. И пока сознание окончательно не покинуло меня, потратил всю оставшуюся ману, вплоть до истощения, чтобы вырастить вокруг нас кокон, и передал копье девушке со словами:

— Всё, что мог, леди.

И отключился.

17. Благодарность политиков

На этот раз пробуждение было самым неприятным из всех. Когда сознание стало возвращаться в тело, я сразу ощутил дискомфорт, причём по всем возможным параметрам: было жутко неудобно, холодно, влажно. «Почему так мокро?», — подумал я и открыл глаза, когда в лицо ударила очередная волна холодной воды.

— Всё, всё, мам, встаю, не надо! — на автомате выкрикнул я, но когда увидел неприятное лицо невысокого, щуплого и полностью лысого мужика, без бровей и ресниц, я автоматически отшатнулся и ударился затылком о каменную стену.

— Да блин!

Выругался от досады, а потом спросил:

— Где я?

— Тут задаём вопросы мы. — сказал рядом стоящий холёный мужчина в чёрной ливрее. Разум окончательно прояснился, и я понял, почему мне так неудобно. Во-первых, я был обнажённый, во-вторых, распят на стене, в-третьих, мне плескали холодной водой в лицо, чтобы привести в себя. Быстро скользнув глазами по помещению, понял, что я ПОПАЛ, причём во всех смыслах. Лысого мужика было несложно идентифицировать, человек в окровавленном фартуке и с различными железными щипчиками и острыми штуками на поясе — либо хирург, либо палач, «хоть бы хирург». Кем был второй персонаж, я догадывался. «Хоть бы главный врач», — пошутил я в своей голове и улыбнулся. После чего лысый мне отвесил смачную пощечину, разбив губу. Было непонятно, как у такого мелкого урода такая стальная рука.

— Не сметь улыбаться при его высокоблагородии!

Моё воображаемое забрало моментально падает в трёх случаях: когда обижают моих друзей, когда обижают женщин и детей и когда бьют по лицу. Улыбку сменила маска гнева. И я в ту же секунду ответил единственным доступным мне на данный момент способом, тем, что так любила использовать эльфийка — лбом в нос. Гадёныш упал, но быстро придя в себя, он заверещал, схватил какое-то шило и бросился ко мне, его остановил властный голос человека в ливрее.

— Стоять!

— Но, ваша милость, мясо вздумало кусаться! — заверещал палач.

— Слышь, ты, животное, ещё раз ко мне прикоснёшься, прокляну!

Палач напрягся, а вместе с ним и человек в чёрном. О проклятиях в этом мире знали очень мало, а потому жутко боялись их. Я искал, чем бы защититься в сложившейся ситуации, сыпать знакомствами не вариант, пока проверят, понаделают во мне лишних отверстий, а терпеть боль не моя сильная сторона, да что там говорить — было жутко страшно. К счастью, не так давно я встретил одного проклятого бородатого мужика и решение само пришло в голову. Магия в помещении не работала, «снова артефакты», но действовали ли они на проклятия, никто не знал. Видно было, что дядьки растерялись и обдумывали, как быть дальше, первым в руки себя взял старший из двойки. «Понял, что я блефую».

— Зубы нам не заговаривай, говори, кто вас послал?

При этом он подсознательно сделал шаг назад.

— Куда послал? Вы о чём, уважаемый?

— В столицу.

— Никто, сам пришёл.

Я не понимал, что хочет этот тип. И в этот момент мне в плечо впился острый штырь, который внезапно схватил урод в костюме. При этом сам он держался на почтительном расстоянии, «боится подходить, сволочь».

— А-а-а, ты что творишь, урод?!

— Кто послал вас напасть на принцессу?

— Какую, блин, принцессу?

— Кто нанял вас напасть на карету? Говори!

И урод крутанул штырь в ране.

— С…ка, стой!

При слове «карета», я наконец стал понимать, в чём дело.

— Если вы про девчонку из кареты, то я, наоборот, спас брюнетку, спросите у неё!

— Не девчонку, пёс, а её высочество!

— Да, хоть королеву! Штырь вытащи!

— Кто вас нанял?

— Будь ты проклят, урод!

Палач побледнел, мужик в костюме напрягся, но переборол суеверный страх и снова крутанул железяку.

— А-а-а-а! Да не нападал я ни на кого! Убери тыкалку, всё расскажу, как было, и проклятие сниму, так уж и быть. — отыгрывал я роль проклинателя.

Урод вытащил железяку и явно вздохнул с облегчением — «зассал всё-таки».

— Я приехал поступать в академию…

И рассказал всё от вхождения в город и до битвы в тупике.

— Я всё-таки рыцарь и обязан защищать женщину в беде и тем более дворянку. — давил я им на совесть.

Но урода мой рассказ не впечатлил, и он снова взял штырь, который ранее предварительно положил остриём в печь.

— Да правда это, клянусь. Ну, будь ты человеком, невиновного пытаешь, или ты с этими уродами в масках заодно?

Он сделал шаг вперёд, я зажмурился, приготовившись к очередной порции боли, как чей-то голос властно приказал:

— Достаточно!

Лысый и мой экзекутор поклонились и попятились назад, не отрывая взгляд от земли. А голос продолжил:

— Займитесь им.

Ко мне подошли двое мужчин в военной форме и сняли со стены, затем в камеру зашёл старичок в широком сером расписном халате, наложил руки на рану и стал её заживлять. Боль быстро ушла. Ну, а дальше из тёмной ниши в стене напротив моей пыточной показался и обладатель голоса. Высокий мужчина средних лет в чёрной ливрее с военными знаками отличия, в которых я, честно говоря, не особо разбирался. Суровое холодное аристократическое лицо, тонкие губы, небольшой острый нос, русые волосы, голубые глаза со взглядом удава. Было видно, что ему приказать убить разумного — раз плюнуть. В то же время вокруг него веяло аурой власти — это был человек, который привык повелевать и не терпел отказов.

— Так вот кто спас мою дочь.

Я сложил два и два из полученной информации про спасённую девицу.

— Ваше императорское величество? — полувопросительно, полуутвердительно спросил я.

Мужик кивнул, мол, да, это я, радуйся, смерд, что снизошёл до тебя. Но меня после проделанных процедур этот урод откровенно бесил. Я спасаю его дочку, а он меня дырявит.

— Извините моих людей.

«Вот гад, за людей извиняется, а по чьему приказу, интересно, они меня тут резали?» — подумал я, но, разумеется, промолчал. Император продолжил:

— Нам нужно было убедиться, что вы на нужной стороне, менталист проверил вас, всё впорядке. Кстати, неплохая попытка с проклятием.

Проигнорировав похвалу за мою маленькую ложь о проклятиях, я задал резонный вопрос.

— Менталист? Здорово. А дырку во мне зачем было делать? — сказал я, немного резковато выплеснув раздражение. Дядьке это явно не понравилось, и он поморщился. «Да пошёл он».

— Только через боль можно обойти существующие блокираторы, потому увы. У империи масса врагов, и шпионы тут не редкость. А так уж вышло, что вы теперь в фаворе у дочери сюзерена, и не проверить вас мы не могли. Летиция уже все уши мне прожужжала про своего спасителя и требует вас наградить, сэр Руслан. Потому пришлось заняться делом лично.

Я удивился. Откуда хлыщ знает моё имя? Но потом вспомнил — «виза». Всех вновь прибывших регистрируют на границе, неплохо у них тут всё налажено.

— Ясно.

Я автоматически потёр плечо, которое полностью зажило, что не укрылось от собеседника.

— Разумеется, вы заслужили и моё расположение. — нехотя бросил он, видимо, счёл это аналогом извинения. «Да пошёл ты в жопу!» — разозлённо подумал я, но выдал то, что от меня ждали:

— Это честь для меня, сир.

К счастью, менталисты не умеют читать мысли, а лишь улавливают, врёт человек или нет, по каким-то им ведомым признакам — это был известный всем факт, даже Радану. В противном случае меня уже бы линчевали без суда и следствия за оскорбление императора. «А вдруг умеют?» — подумал я, но никто не бежал меня наказывать с криками: «Он вас в жопу послал, сир!».

Меня подлечили, умыли, накормили и пригласили во дворец. Мысль оказалась материальна. «Вот тебе и экскурсия», как говорится, бойтесь своих желаний. Я хотел отказаться ехать сразу, нужно было предупредить друзей.

— О, не переживайте, ваши друзья в курсе.

— Их предупредили?

— Не совсем. Инор вас проводит и всё объяснит, а у меня дела, до встречи. Да, чуть не забыл, о том, что произошло тут, — он обвел рукой пыточную, — не должен знать никто, а особенно моя дочь. Император не может быть неблагодарным.

По его многообещающему взгляду понял, если я проболтаюсь, меня где-нибудь незаметно придушат. «Вот козёл».

— Хорошо. Я вас понял, ваше величество.

Император молча развернулся и вышел вместе с несколькими людьми, в отворённую кем-то с той стороны обитую железом дверь, которая располагалась дальше по коридору. Рядом остался один из военных, снимавших меня со стены.

— Сэр Руслан, прошу вас, следуйте за мной. — сухо сказал офицер и направился в противоположную от императора сторону, по длинному мрачному коридору тюрьмы. Планировкой она напоминала застенки Трайфала, где держали женщин. В любом случае, всё лучше ямы Герцога Итерна Ландайского, где мы сидели с орком под открытым небом. Жирный боров, видимо, слишком жадный, чтобы строить нормальную тюрьму. Хотя я был благодарен ему за лопату, «интересно, где она сейчас?». Идя вслед за проводником, размышлял о том, что меньше чем за год я стал опытным зеком, каких только казематов не насмотрелся. Впрочем, масштабы императорской тюрьмы впечатляли. Мы проходили коридоры с железными дверями, «видимо, местное ШИЗО». Поднимались по каменным ступеням, сворачивали, опускались, поднимались, снова сворачивали, блуждали минут пятнадцать, и скажи мне кто вернуться назад, я бы не смог найти дорогу. Одно было понятно, держали меня очень глубоко. И страшно представить, что бы случилось, не пройди я местный детектор лжи. Зайдя в очередное типичное помещение с решётками и длинным коридором, «аналог ИВС», я услышал родные голоса.

— Я им тут всё разнесу, если с ним что-то случится!

— Да всё с ним будэт в порядкэ, подруга. — неуверенно говорил орк.

Хотя сам, очевидно, нервничал не меньше.

— Этот парэнь прошёл Трайфал и горы, полные чудовищ, нэ пэрэживай.

Меня подвели к одной из камер, где на лавке лежал Геро, закинувший ноги на ноги, на другой посапывал гном, свернувшись калачиком, а злая Анника смотрела в зарешечённое окно, по её покрасневшим ушкам было видно, что эльфийка буквально кипит изнутри. Так приятно было видеть друзей!

— Ну, и во что вы тут опять без меня вляпались? — сказал как можно строже, хотя и знал, что ребят забрали из-за меня.

— Ай жэ ты скунс! Выкрутился, зараза, я жэ говорил тэбэ, подруга, нэ бэспокойся.

— Вот ещё, буду я по всяким гулякам беспокоиться.

Гном разлепил Глаза.

— Сэр Руслан, рад лицезреть вас в добром здравии.

Солдат, отпиравший клетку, удивлённо покосился на бородача. Но мы уже к такому привыкли.

— Ну и гдэ ты был, охламон?

— Да так, спас принцессу, поболтал с императором. Вот экскурсию мне устроили по местной тюрьме, иду я себе, смотрю на эту красоту и кого тут вижу? Стыдно, товарищи, такие большие, а попадаете без меня в неприятности.

Мне в лицо прилетела подушка, набитая соломой.

— Ай, больно же!

— Да мы тут из-за тебя всю ночь в тюрьме просидели, вместо тёплой ванны с пенкой, я вынуждена была торчать в этом месте. — брезгливо оглядела помещение эльфика.

— Вы ещё нижние этажи не видели.

Мне в голову прилетела вторая подушка. К счастью, везде стояли блокираторы силы и фирменного фаербола от эльфйики не последовало.

— Да пошутил я, Анни, что ты сразу заводишься?

— Я Анника Зака Эфрон, и как только мы выйдем наружу, тоже начну горячо так шутить.

— Господа и дама, пройдёмте. — позвал нас офицер.

Выходя, Геро сочувственно похлопал меня по плечу, так же поступил и гном. А я с растерянно виноватым видом стоял перед самой красивой девушкой, которую встречал в жизни, и ждал своей участи. Наверное, тоже самое чувствует кролик, загипнотизированный удавом. Но по глазам было видно, эльфийка уже отошла, а в её блестящем взгляде играли озорные бесята. Выйдя, она больно ткнула пучком пальцев в мой бок.

— Ладно, живи, шутник.

Я улыбнулся и со счастливым лицом пошёл вслед за покачивающей бёдрами девушкой, взгляд автоматически падал вниз, но собравшись, стал смотреть ей в затылок, и тем не менее, всё равно млел и таял — Анника была идеальна от пяток до макушки.

Нас проводили на улицу, вернули друзьям оружие, мне — мой изодранный и перепачканный кровью парадный камзол. Геро посмотрел нам меня и с обидой сказал:

— А эщё друг называэтся, ушёл бэз мэня вэсэлиться.

— Отстань, маньяк, не видишь, сколько во мне дырок сделали?

— Вижу, конэчно. Сволочь ты нэблагодарная.

Инган тоже посмотрел с неодобрением, говоря одним взглядом: «Что же ты, гад, без нас драться-то полез?». Анника слегка покраснела, злясь непонятно на что.

— Ой, да ну вас, будто меня кто спрашивал, хочу ли я драться, так получилось.

— А что ты там про принцэссу говорил? — спросил Геро.

— Да вытащил леди из передряги, на руках нести пришлось, представляешь?

И как только я это сказал, произошёл взрыв, в пяти метрах от нас разлетелся какой-то деревянный ящик. Все посмотрели на эльфийку. Красная как рак, она сказала:

— Что? Просто проверила, всё ли нормально после тюремных блокираторов.

— А это точно нэ из-за того, что Рус на руках нёс аппетитную красотку?

Подначивал Аннику Геро, который понятия не имел, как выглядела спасённая принцесса, хотя и попал в точку, «вот же мазохист».

— Геро, я тебя убью! — ещё больше покраснела эльфийка.

— Оо, смотритэ, дракон! — крикнул орк, мы все вперились в небо, а он, хитрец, шмыгнул за угол. Высовывал голову и беззастенчиво ржал. Офицер, сопровождавший нас, неодобрительно смотрел на всё происходящее. Сделал Аннике замечание за применение магии, но так как мы были, точнее я, на хорошем счету у императора, не стал особо наезжать. Тем временем к нам подогнали карету, он вручил мне мешочек золота и сказал:

— Посетите торговые дома, сэр Руслан, вечером у вас аудиенция во дворце. Карета на весь день в вашем распоряжении, кучер отвезёт вас в лучшие магазины.

— С друзьями можно?

— Боюсь, что приглашены только вы. Да и в такое неспокойное время везти во владения императора отъявленных головорезов не лучшая мысль. — посмотрел он на орка с гномом.

Тем временем Геро и Гном улыбнулись офицеру, и каждый сделал самый невинный взгляд, на который был способен, наверное, ощущая себя паиньками, я же видел двух скалящихся отморозков. А Эльфийка, надувшись, смотрела в окно кареты. «И что у неё на уме?».

— Понял, спасибо.

Заскочив в гостиницу, помывшись, накинул походный костюм, «больше ничего целого не было». Мы с Анникой отправились в магазин одевать меня, мои друзья-гопники отказались ехать. Денег было более чем достаточно, и я прикупил эльфийке платье, на которое она смотрела с нескрываемым вожделением, отчего та пребывала в полном восторге. Не удержался и предложил взять ей ещё парочку, она странно и оценивающе на меня посмотрела и убежала примерять наряды. Мой новый камзол и штаны подбирала тоже она, ведь, по её мнению, в моде я совершенно не разбирался. Единственное, на чём настоял — зелёный цвет, «нужно соответствовать имиджу». В итоге на мне сидел дорогой костюм по последним пискам местной моды, чем-то напоминавший мундир местных офицеров — приталенный, из бархатного материала, с серебряными пуговицами. Дополняли гардероб белые прямые штаны и белые сапоги. Вдобавок прикупил себе повседневную одежду схожего фасона, в которую сразу и переоделся. Потом во всём новом заскочили в салон, где меня постригли, а Аннике сделали маникюр. Так как до назначенного времени аудиенции оставалось ещё несколько часов, решили посидеть в летнем кафе на берегу речки, которая протекала сквозь всю Просперию и находилась недалеко от нашей гостиницы. Мимо проплывали лодочки с щебечущими парочками, а мы сидели, пили холодный сладкий отвар из трав и болтали.

Эльфийка была интересным собеседником, за сотню лет она перечитала множество книг и охотно посвящала меня во все тонкости жизни этого мира. Мы много говорили, смеялись, в этот момент ничто не напоминало про её взрывной характер. А заливистый нежный смех заставлял меня блаженно лыбиться и таять, как кусок сахара под струёй тёплой воды. Но всё хорошее когда-нибудь кончается, и мне нужно было выдвигаться во дворец. Забросил Аннику в гостиницу, снова переоделся, вернулся в экипаж, который повёз меня на аудиенцию к императорской семье, «таки попал на экскурсию». Посмотреть действительно было на что. Нас встречали гигантские, позолоченные, решётчатые ворота высотой с трёхэтажный дом, по краям стояли две мраморные статуи рыцарей на страже в цвет стены, окружавшей территорию. Въезжавший сюда понимал, что тут живёт очень богатый и могущественный человек, масштабы действительно впечатляли. Мне хотелось увидеть, как такие громадные створки будут открываться, но внутри были встроены ворота поменьше, через которые и проехала моя карета — «везде обман».

Шпили дворца отчетливо виднелись вдали, но ехать по ровной, выложенной белым камнем дороге до них было ещё минут двадцать. Территория впечатляла своим убранством, вечно-зелёный сад, поддерживаемый магией, «явно работа травников», радовал взор. Ландшафтный дизайн был на высоте — диковинные цветы, собранные по всему континенту, птицы, напоминающие павлинов, пасущиеся на лугу. То тут, то там появлялись невысокие белокаменные постройки, переливающиеся на солнце перламутром, фонтаны, подстриженные кусты и деревья. Я только и успевал, что перебраться с одной стороны кареты на другую, дабы увидеть как можно больше этой красоты. «Ээх, Аннику бы сюда». Только подъехав ко дворцу, осознал, насколько он огромен. Он словно состоял из десятков острых башен, подобно ракетам, устремлённым в небо. Основное здание было закругленным, и с высоты птичьего полёта скорее всего комплекс напоминал утыканного иглами ежа.

— Вам туда, сэр. — указал мне кучер на золотые двустворчатые ворота замка, где стояли несколько стражников в белых мундирах, с золотыми нашивками. «Кто-то тут фанат белого». В воротах были встроены большие двустворчатые двери, которые сами отворились, как только я подошёл ближе. Находясь под впечатлением, стал немного мандражировать и чуть не накинул на себя малое благословение, но переборол желание и ступил на порог замка его императорского величества Люка II.Внутри меня встречало огромное светлое фойе с разноцветной мозаикой на полу и всё теми же белыми стенами, украшенными лепниной. А в центре зала — целая делегация молодых девушек в пышных разноцветных платьях, их там была толпа, по моим прикидкам, человек сорок-пятьдесят. Все они беззастенчиво пялились на меня, шушукались и хихикали, закрывая рты веерами. Я начал краснеть, как какой-то школьник, и таки призвал благословение для уверенности, этот бой был мне не по зубам.

Вперёд вышла брюнетка в золотом наряде и томным голосом произнесла:

— А вот и мой спаситель.

18. Трон

— Ваше высочество, рад видеть в добром здравии.

— Всё благодаря вам, мой благородный рыцарь. Я только рассказала дамам о том, какой вы смелый человек.

— Я просто выполнял свой долг мужчины и рыцаря.

Ударил пяткой о пятку, расположил руки по швам и кивнул головой, на манер солдат прошлого из моего мира.

— Ха-ха-ха, какой вы забавный! — расхохоталась принцесса, и вся местная элита подхватила её смех.

— Зачем же так официально, сэр Руслан? Помнится, вы были не столь манерны и даже несли меня на руках. — уже тихо проговорила она, чтобы слышал только я.

— Увы, обстоятельства играли против нас, потому пришлось спешить. Если это вас обидело, прошу меня простить. И не сочтите за дерзость, но с таким прекрасным грузом этот день стал лучшим в моей жизни.

«Будем на всякий случай льстить». Я видел по глазам, что она довольна, но в тоже время не ощущал от принцессы благодарности человека, которого спасли от смерти. Она воспринимала ситуацию как должное. Не покидало ощущение, что скажи я что-нибудь не так, то меня ещё и накажут, не явно, конечно, а тихо, без суеты, при этом публично будут говорить, что я в фаворе и заслужил благодарность престола. Для них я был грязью под ногами, ещё недавно простолюдин, который как-то заслужил титул рыцаря. Почти уверен, что они сразу навели справки, да и просмотрели рекомендации, выданные нам в Марии для поступления в академию. В общем, я был никто и звать меня никак. Ещё в глазах Летиции читался интеллект, который трудно было разглядеть во время боя, да и декольте, надо признать, отвлекало, а ещё тот же холод во взгляде, что и у её папаши, как говорится: «От осины не родятся апельсины». Люди в руках политиков — инструменты, и делимся мы на полезных, бесполезных и вредных. Мне совершенно не хотелось казаться ни первым, ни вторым, всё-таки свобода есть свобода, хоть, в сущности, я и был бомжом, «зато гордым». Потому от греха подальше решил не блистать умом. План был прост — выглядеть как малополезный инструмент, что-то вроде ржавого молотка, как бы не особо нужный, но и выкидывать жалко, а потому оставленный где-то в сарае и забытый, «в общем, отстреляться сегодня и потеряться». Такое желание стимулировали воспоминания о местной пыточной, и хоть мучали меня сравнительно недолго, этого было более чем достаточно для изнеженного человека двадцать первоговека. Ещё у меня появилась очередная психологическая травма. Потому от императорского двора хотелось держаться подальше. Несмотря на внутренний холод, принцесса отлично отыгрывала на публику роль благодарной спасённой девицы.

— Ну что же мы стоим, мой дорогой рыцарь? Пойдёмте, я покажу вам дворец.

Принцесса взяла меня под локоть, явно нарушив все мыслимые и немыслимые правила этикета, и повела в следующий зал. В холле усилились шепотки. Вся процессия двинулась за нами — шли по огромному коридору, мраморные стены которого покрывали замысловатые золотые узоры, все помещение украшали картины, изображающие битвы, а также флору и фауну местного мира, завершали композицию красивые синие и красные цветы в каменных прямоугольных ящиках, установленных вдоль стен. В общем, глаза от такого шика разбегались в разные стороны. Принцесса что-то щебетала про интерьер, но я не особо вникал, лишь согласно кивал и восхищался убранством, в конце концов, я простой парень из деревни. Так мы зашли в следующий зал. Он уже был в более тёплых тонах белого. Там мне понравилось больше, потому что в его центре нас ждал стол, заставленный различной едой и напитками. Я сразу заметил, что сесть за него смогут далеко не все, так и случилось — усадили принцессу, меня и с десяток самых благородных дам из её свиты, остальные стояли в сторонке, угощаясь со шведского стола. Всем присутствующим в зале девушкам я дал бы не больше тридцати лет, как и самой принцессе. По моим прикидкам, ей было где-то в районе двадцати семи, но узнавать я, разумеется, не стал.

Дамы расспрашивали меня о том, чем я живу, чем зарабатываю. Я отвечал как можно пафоснее, дабы выглядеть максимально глупым.

— Я избрал для себя путь рыцаря, я верю, что мой меч и моя магия даны мне для того, чтобы вершить справедливость и защищать невинных.

— Ох, как благородно! — польстила мне одна из женщин. Максимально надувшись, как петух, я стал входить в роль, как можно красочнее описывая свои приключения.

— И когда грязная кровь адской твари брызжет тебе в лицо, и она дохнет, мне хочется верить, что души тех людей, которых она поглотила, обретают покой и радость. Ничто не заменит этих чувств.

— А как же любовь? — спросила та же дама.

— Отныне для меня существует только одна женщина, в красоте которой я утонул, лишь увидев её, — невзначай посмотрел на принцессу, — она словно солнце, прекрасна и недосягаема, приблизившийся к ней сгорит от жара, а потому наслаждаться её обществом можно только на расстоянии. «И, желательно, как можно дальше». — с жаром и чувством выпалил я.

— Как-то уж больно грустно звучит, ведь всегда можно рискнуть и попробовать приблизиться даже к светилу. — уловила моё желание соскочить принцесса.

«Ага, спешу и спотыкаюсь сблизиться».

— Ах, если бы это было возможно!

— А вы романтик, сэр Руслан.

— Я простой воин, попавший в стальные сети прекраснейшей из женщин. «Не Анника, конечно, но тоже ничего».

Летиция

За час до появления травника Летиция прокручивала в голове давешний инцидент. Она с одним из сильнейших боевых магов империи возвращалась с задания, данного ей отцом. Задача была проста — собрать коалицию из малых родов Грисена против зарвавшегося в последнее время монарха. И в случае возможных враждебных шагов с его стороны, попытаться сменить династию, благо желающих много. Ну, а если Марк одумается, то сдать ему заговорщиков и укрепить дружбу. Всё прошло гладко, договорённости достигнуты. Перемещаться необходимо было инкогнито, потому охранял её только Вольт, бедолагу знатно потрепали, но, к счастью, он выжил. Впрочем, и сама Летиция была не промах. Принцесса являлась адептом воды, это когда чародея от архимага отделяет одна ступень, хотя, конечно, пропасть с высшими магами была огромной и практически недосягаемой. Открыв в детстве сильный дар, её готовили как опору трона. Помимо магии, обучая фехтованию и всевозможным способам членовредительства, от приготовления ядов, до изощрённых пыток. И, конечно, все способности старшой дочери в императорской семье держались в строжайшем секрете. У властителя был один сын и три дочери, сестёр Летиции ждала судьба дипломатического товара для заключения династических браков, но только не её, хотя не один десяток принцев со всего мира мечтали о её обществе.

Въехав в столицу, они с Вольтом позволили себе расслабиться и проспали атаку на карету. От смерти их спасла защита, но обоих знатно оглушило. Скакнув в пространстве, они немного оторвались от убийц, к сожалению, заклинание спутника требовало перезарядки, и ей пришлось бежать, Вольт должен был отвлекать внимание на себя. А она — до конца следовать легенде и изображать испуганную девушку. Потом завести головорезов в тёмный переулок и устранить. Расчёт оправдался, её не сочли угрозой, хоть она и была приоритетной целью, а потому отправили резервную группу. «Дилетанты», — хищно улыбнувшись, подумала она. Летиция сразу заметила случайного прохожего, но не подала вида, а лишь больше стала изображать из себя неуклюжую дворянку, путающуюся в собственных ногах от ужаса. Дальних атак она не боялась, фамильные артефакты с полчаса могли отводить стрелы и поглощать касты мастеров. Чтобы ранить её, нужно было приблизиться и бить вручную, вот только подпускать принцесса никого не собиралась. Ну, а если кто-то бы и подошёл, то он сам виноват.

На удивление, в схватку вмешался тот самый прохожий, парень был в крови, но если и ранен, то легко, видимо, достало взрывом в момент, когда пытались остановить карету. Количество убийц и их возможности он прекрасно видел и, несмотря на это, вмешался в драку, что немного удивило девушку. Увидев знак рыцаря, удивление отошло, ведь среди воинов немало отчаянных рубак, которые совершенно не соображают, что делают. Но парень снова смог её удивить, оказавшись травником, причём боевым, как бы нелепо это ни звучало. Ещё он обладал недюжинной силой, потому как умудрился очень быстро двигаться с ней на руках. Существует масса техник, как такого добиться, но что использовал он, Летиция пока не поняла. Ей было приятно, ведь ещё ни один мужчина никогда не носил девушку на руках, не считая детства. В целом, он был довольно слабым магом, который компенсировал недостатки эффектом неожиданности. Таких вещей, что вытворял этот травник, мир ещё не видел. Защитник довольно быстро выдохся, по её подсказкам они забежали в тёмный тупик, где он держался до полного истощения и потери сознания. Дальше принцессе пришлось разбираться самой. Дав противникам разрубить сотканный им деревянный кокон, она подпустила их ближе. Враги уже праздновали победу и даже не уловили момента, когда их головы отделись от тела от скастованной водяной косы. Принцесса бросила Руслана и убежала, но не забыла про своего спасителя и, добравшись до стражников, распорядилась забрать отключившегося травника. Приказ проверить его в пыточной тоже отдала она. Потому как рассматривался и сценарий того, что покушение — лишь инсценировка ради внедрения своего человека в её окружение, рыцаря просто необходимо было расспросить. Конечно, проще убить и не ломать себе голову, кто он и почему появился, но Руслан был уникален, и Летиция это понимала, да и интуиция шпиона со стажем подсказывала, что он случайно оказался на её пути. Тем не менее, необходимо было избежать любых, даже малейших подозрений.

С отцом поговорили о том, чем может быть полезен травник в будущем, и решили привязать его ко двору своей благодарностью. В холл он вошёл уверенно, чем снова приятно удивил. По наведённым справкам выяснилось, что этот человек не так давно был простолюдином и стал рыцарем не за красивые глаза. Хотя, зная пройдоху Дилана Марийского, звание дворянина тот мог получить по самым разным причинам. Тем не менее, парень сразил пса скверны, потом участвовал в зачистке Аурума и выжил, по слухам, там случился небывалый прорыв, он же запечатал целого инфернала, во что девушка не особо верила. Руслан уже бывал в столице, но тогда он представлялся как Радан, пытался поступить в академию, но провалился, что странно при его способностях. Хотя, зная предвзятость к травникам со стороны этих плешивых стариков-магов, Летиция допускала, что могло случиться и такое. Хотя травники вносили огромный вклад в экономику страны, что тоже не особо афишировалось. Простолюдин оказался далеко не глуп, и вместо того, чтобы пускать слюни от счастья находиться в белом дворце, он вёл себя настороженно, надев маску простачка. И даже пытался играть влюблённого, что, с одной стороны, радовало её, но, с другой — откровенно бесило. Опытный глаз разведчицы сразу уловил, что объект не стремится к тесным контактам с престолом, возможно, негативную роль сыграли пытки, но принцесса отмела эту мысль, потому как особых воздействий на него и не было, лишь небольшая ранка. «Не может же воин быть таким неженкой». Дружба с семьёй императора для любого рыцаря, тем более безземельного, была подарком судьбы, но не для травника, что делало его ещё более интересным экземпляром. Потому Летиция твёрдо решила привязать Руслана к своей стране любыми путями. Принцесса слышала лесть ежедневно — и лживые признания в любви, и вполне себе искренние, неизменным в этом случае оставалось одно, её это нисколько не волновало, а вот сегодня, что-то дрогнуло внутри, хотя она сама до конца не понимала причину этих эмоциональных порывов. Глупый травник думал, что сможет, прикинувшись простачком, избежать внимания, но всё уже было решено.

Тронный зал

После обеда нас ввели в тронный зал, в этот момент так и захотелось присвистнуть, масштабы были впечатляющими. Потолок с огромной хрустальной люстрой и светящимися кристаллами был на уровне десятиэтажного дома, площадь как половина футбольного поля, у дальней стены возвышался белокаменный трон с десятком ступеней, на котором восседала надменная императорская морда. Мы с Летицией подошли к подножию этой маленькой горы и поклонились хорьку в короне, девушка — в реверансе. Я не стал сильно гнуть спину, удостоив его величество лишь скромным кивком. В конце концов, не его подданный, да и виделись сегодня, «да и пошёл он лесом». В общем, ругать меня никто не стал, ну и ладно, всё-таки я парень деревенский, простой, манерам не обученный.

— Сэр Руслан, мы рады приветствовать вас.

— Ваше императорское величество, спасибо за гостеприимство, это честь для меня.

Император кивнул, мол и без меня знает, что это честь для какого-то холопа.

— Не буду ходить вокруг да около, вы спасли мою драгоценную Летицию и заслуживаете награды. Просите что пожелаете, конечно, в рамках разумного. — хохотнул император, и все, кто находился в зале, тоже засмеялись, кроме меня и принцессы. Ей не пристало, а мне было не смешно.

— Побывать в гостях у вашего величества для меня наивысшая награда.

Козлина снова кивнул, мол, всё правильно говоришь и нефиг ничего просить, хотя, быть может, я слишком предвзято к нему отношусь, видимо, фантомные боли в плече давали о себе знать.

— Ваше бескорыстие похвально, но вы всё-таки спасли нашу родную дочь, а не служанку. — с наездом выговорил он, мол, чё выпендриваешься, сейчас мы тебя обратно в казематы упечём и заставим потребовать полцарства и коня. «Ну и фантазия у меня». После короткой паузы он продолжил:

— Потому наша благодарность будет более существенной. Отныне вам будет дарован титул баронета и участок земли на границе Старого леса.

Хитрожопая сволочь захотел сделать меня своим подданным и отделаться хреновой землёй. Как подсказывала память Радана, Старый лес был тем ещё «подарком», полным чудовищ. Я хотел было отказаться от такой «чести», как увидел в глазах Люка IIхолодный металл и не принимающий отказов взгляд, ещё в них отражалась виселица, отрубание головы и сидение на коле. В общем, я прикусил язык и с трудом выдавил:

— Я безмерно счастлив, ваше величество, послужить такому мудрому правителю

Этот змей снова кивнул. «Как же он бесит».

— Официально о награде будет объявлено на предстоящем балу, куда вы приглашены.

— А можно с друзьями? — решил понаглеть я, раз меня насильно записали в местный зверинец.

— Дозволяем.

Аудиенция была окончена.

Я в прострации вернулся в гостиницу, к моим психологическим проблемам прибавилось ещё больше головной боли.

Друзья встречали меня в таверне внизу.

— Ну, как прошло? — спросил орк.

Я не стал нагружать ребят своими пессимистичными умозаключениями о привязке к этой стране, а лишь задорно сказал:

— Перед вами новоиспечённый баронет с наделом земли. Так что ты теперь должен встречать меня реверансом. — указал я на Геро.

— Всэ видэли, да? Вот как власть мэняэт разумного. Он и раньшэ был плохим чэловэком, а тэпэрь стал эщё хуже.

— Враки, я хороший, скажи ему, Анника.

— Хороший не стал бы незнакомую девушку на руках носить по городу. Развратник, у неё что, ног небыло? — припомнила мне эльфийка.

— Вот-вот, я жэ говорю, нэгодяй.

И мы как обычно начали смеяться. Тем временем улыбающийся Инган сказал:

— Примите мои поздравления, сударь, в честь вашего возвышения нам стоит испить самых утончённых напитков этого прекрасного места.

— Эээ, знаем мы твои утончённые напитки, те, что ярчэвсэго горят.

— Напиток и должен пылать как сердце рыцаря. Ну, так что, закажем по бокалу? — топил гном за бухач.

— Конечно, спасибо тебе за поздравление, Инган, кстати, вам двоим стоит у нашего гнома поучиться, как надо радоваться за друзей. Но бросал бы ты столько бухать, сопьёшься, печень посадишь.

Гном лишь недовольно засопел, к его великому сожалению, он не мог материться, а также не мог послать меня куда подальше с моими советами, потому решил культурно промолчать. Ни я, ни Геро не пили вообще — когда тебя постоянно пытаются умертвить, находится в нетрезвом состоянии было сродни самоубийству, а у Анники после случая в трактире желание пить как отрезало, да и перед нами ей было неудобно. А вот гном мог квасить не просыхая, причём это нисколько не сказывалось на его боевых навыках, такой своеобразный пьяный мастер. Правда, я видел с ним только трактирные драки без применения оружия, но уверен, что и в битве насмерть бородач не подведёт.

В конце концов орк с эльфийкой наконец тоже соблаговолили меня поздравить. Я рассказал им о красоте дворца и о предстоящем бале, на который были приглашены все. Мы проболтали всю ночь и завалились спать лишь под самое утро. Впереди нас ждала подготовка к поступлению в академию.

19. Академия

Поступление в академию магии оказалось не таким радужным, каким я его себе представлял. Сначала всех абитуриентов собрали на площади, где мы ранее записывались. Из-за огромной толпы складывалось ощущение, что я пришёл на рок-концерт. Первым делом, как и в прошлый раз, когда поступал Радан, проверили мощь магического узла, отсеяв слабаков, потом нас громко поприветствовал какой-то маг в синей мантии, после чего велел разделиться на группы в соответствии с нашим даром. В итоге ваш покорный слуга остался совершенно один. На меня стали коситься после того, как последними разошлись мои друзья, направившись к своим стихиям, при этом каждый счёл своим долгом сочувствующе похлопать бедолагу травника по плечу.

— Крэпись, друг! — весело сказал Геро и поплёлся к толпе воздушников. Основные четыре очереди состояли из стихийников, еще несколько групп оказались представителями более редких способностей: универсалы, обладающие пространственной магией, целителей тоже было не так много. А вот мне компании не нашлось. Я так и остался стоять посередине площади.

— А вам особое приглашение нужно, молодой человек?

— А травников не называли.

— Ааа, так это вы тот самый наглец? Ну, что же пойдёмте, начнём с вас.

Внутри главного здания меня ждало нечто удивительное. Когда мы прошлинебольшой холл, глазам открылся какой-то барьер, напомнивший прозрачный кисель, причем всё, что находилось по ту сторону, было словно размазано, иногда угадывались силуэты людей, но двигались они как на перемотке.

— Простите, а что это?

Мужик в мантии высокомерно на меня посмотрел и, не говоря ни слова, прошёл за барьер, после чего тоже стал быстрее. Я последовал за ним и, как только переступил границу этого киселя, ничего не произошло и не изменилось, ну, кроме обстановки. За п-образным столом сидела толпа мужчин и женщин в мантиях разного цвета, судя по всему, каждая соответствовала факультету: у огневиков — красная, у водников — голубая, и так далее. До этого общавшийся профессорский состав, а это был именно он, замолчал. Все разом посмотрели на меня. Честно говоря, такого я не ожидал, ведь после проверки узла должен был быть практический экзамен. Как оказалось, местные шишки решили устроить дополнительное испытание лично для меня.

— Здравствуйте! — дерзко поздоровался я. После всех приключений напугать меня кучкой преподов было проблематично. Первым слово взял дядька в красной одежде, крупный мужчина на вид лет пятидесяти, с только тронувшей голову сединой. Ещё он выделялся ярко-красным лицом, но не потому, что был орком, а скорее из-за пристрастия к алкоголю. Мужик был явно с бодуна и в отвратительном настроении.

— А вот и наш наглец прибыл. — сходу заявил он.

— Простите, мы знакомы? — немного опешил я от такой характеристики.

— Нет, и не будем. С чего ты, выродок, взял, что можешь себе позволить издеваться над вековыми устоями?

Мужик умудрился взбесить меня с первых слов, я ожидал чего угодно, но точно не такого.

— Так, уважаемый, во-первых, вы говорите с благородным человеком, выбирайте выражения. «Гнида красномордая».

Урод поморщился, но наконец заметив мой рыцарский знак, понял, что ляпнул лишнего, тем не менее не утратил своего брезгливого выражения лица. Поступление травника на общий факультет воспринималось многими как некий вызов сложившимся устоям, ведь мы считались магами второго сорта, отсюда и такая неадекватная реакция. Когда они подняли документы и поняли, что некий простолюдин, уже проваливший экзамены на землепашца, вернулся, да ещё и претендует на факультет, где обучают элитных волшебников, решили, что я издеваюсь над высоким магическим искусством. Педсовет посчитал, что просто необходимо морально выпороть наглеца, дабы неповадно было.

— В любом случае, вам отказано.

— Позволите узнать причину?

— Вы нам не подходите. — уверенно заявил злобный огневик.

— При всём моём уважении, это не причина. Существуют правила академии, которым я прошу вас следовать. «Изучил их на досуге». Там говорится, что любой обладающий даром может попытать свои силы и поступить в академию.

— Но ты травник! — словно выплюнул огневик.

— В правилах ничего не говорится про направление дара. Я умею то, чего не могут простые люди, и готов продемонстрировать свои способности на экзаменах. В конце концов, если провалюсь, вы меня не возьмёте. Не вижу причин, чтобы так нервничать, господа.

Часть преподов явно склонилось на мою сторону, но мордоворот стоял на своём.

— И тем не менее, травники, они, они даже, в сущности, не маги, так, садовники.

Краснорожий откровенно бесил, ну ладно, гад меня лично оскорбил, но и всю нашу зелёную братву. «Придётся отстаивать честь травников».

— Извините, я куда попал?

— В каком смысле? — опешил агрессивный дядька.

— Это магическая академия или базар?

— Да как ты смеешь? Перед тобой профессорский состав лучшей академии континента! Да из этих стен выпустились великие архимаги нашего времени!

— Как вы смеете называть целый раздел искусства не магией?

В зале раздались редкие смешки, «дурачок назвал травничество искусством». Правда, смеялись далеко не все.

— Ну и что может твоё искусство?

Последнее слово мордоворот выдавил с насмешливой интонацией.

— Если вы, уважаемые профессора, — я специально медленно проговорил последнее слово, подставив под сомнение его значимость, — не открыли достойного, по вашему мнению, применения какому-то разделу магического искусства, о чём это говорит?

— И о чём же?

— На мой взгляд, вывод очевиден! Это говорит лишь о неполноценности ваших познаний о нём. Притом значимость, даже при имеющихся возможностях обладателей нашего дара, стыдно недооценивать, особенно людям, занимающимся наукой. Зелёные маги, возможно, несут больше пользы чем, например, огневики.

— Что?! — взревел мордоворот и встал из-за стола. Мужчина подле него с длинной седой бородой и в серой мантии положил руку ему на плечо, и тот послушно сел. «Дамблдор или Хоттабыч», — прозвал про себя бородача и продолжил утюжить учёный совет.

— Всё просто, огневики хороши на войне — это бесспорно. Но даже они любят кушать, и вы, — показал я на круглую морду моего оппонента, — явно не исключение. Мы же помогаем избежать неурожая, отгоняем вредителей, сохраняем посевы. Почему, думаете, этот мир не знает голода? Если не будет нас, то одно нашествие травожуев может ввергнуть в хаос весь континент. И никакая магия огня не поможет, ведь вы не сможете уничтожать вредителей, не сжигая посевы. И это ещё не говоря о двойных и тройных урожаях, собираемых с нашей помощью. Потому, — обвёл я взглядом призадумавшихся профессоров, — на нас держится экономика как в мирное, так и в военное время. И касаемо искусства, над которым тут так весело смеялись…

— Ну же, просветите нас, молодой человек! — с улыбкой процедил тот, кого я прозвал Дамблдором.

— Что такое магия?

— И что же?

— Управление потоками энергии, присущей каждому классу, и, как я понимаю, принцип у всех школ схож. При этом для лучшего эффекта нужно понимать структуру объекта, на который воздействует волшебник.

— Вы слышали, коллеги, какой забавный молодой человек? Ещё, может быть, что-то нам расскажете?

— Для чего, по-вашему, я пришел сюда? Информации катастрофически не хватает, мне нужны материалы, мне нужны знания, у меня пока тысяча вопросов без ответа, которые я надеюсь получить в этом заведении.

Я говорил с горящими глазами, потому что обожал свой дар, свои возможности и готов был прыгать от радости, открывая в себечто-то новое. Наверное, я напоминал какого-то сумасшедшего учёного. Впрочем, педсовет проникся.

— Полагаю, сэр Руслан с далёкой Земли заслуживает попытать счастья и сдать экзамены. Голосуем.

Над столом перед бородачом появился голографический кристалл, который загорелся зелёным светом, и такой же возник перед большинством преподавателей. А вот кристалл огневика окрасился красным, как раз в цвет его лица, «на принцип пошёл, гад», но по крайней мере, рта он больше не раскрывал. Не захотели меня принимать ещё человек пять. «Ну, да и плевать».

— Сэр Руслан, попрошу вас на испытание. — сказал «Хоттабыч». От одной из колонн оторвался молодой парень, до этого стоявший возле неё неподвижно.

— Следуй за мной. — сказал он. «На “ты”, так на “ты”». И я поплёлся за ним. Пока мы шли, спросил его:

— Слушай, друг, при входе в главное здание был барьер, за которым всё словно размазывалось, что это такое?

— Ускорение времени.

— Пояснишь?

— Всё просто, внутри академии оно течёт быстрее, чем снаружи, при этом не разрушая материю.

— Не старит, что ли?

— Всё верно, один год внутри примерно равен месяцу снаружи.

— Супер! Это же сколько возможностей!

— Будь иначе, полноценные маги выпускались бы отсюда седыми стариками.

Но давай к делу, для начала нужно поступить. У тебя четыреиспытания на выбор. Первое — поразить цель на расстоянии в двестиметров и разрушить её. Второе — добраться до нужной точки в срок. Третье — исцелить раненого. И четвёртое — продержаться триминуты против троихвторокурсников.

— А можно атаковать их или разрешено только защищаться?

— Можно, главное выстоять пятьминут.

В принципе, всё было понятно, первое задание — для огневиков и мне не подходило, так как с дальностью у моей магии проблемы, второе — для воздушников и пространственных магов, целительство тоже не то, хотя, конечно, я мог вырастить подорожник и прилепить на рану с заверениями, что она скоро затянется. Оставалось выстоять против второкурсников, в этом испытании расчёт был на магов земли с их способностью к обороне, но и мне было чем удивить соперников. Потому я зашёл в предложенную дверь, оказавшись на открытой арене с амфитеатром. «Гладиатор, блин». Зрителей было не так много, смотреть на защиту магов земли — занятие довольно скучное, потому основная часть народа находилась на других площадках. Внизу сидели трипреподавателя, которые и принимали мой экзамен. Сама арена была достаточно большая, что давало пространство для манёвра. Слово взял один из преподов.

— Кандидат, ваша задача выстоять против троихмагов, пока не упадёт последняя песчинка из этих часов.

Он показал на большие песочные часы на самом верху амфитеатра. Три моих соперника стояли напротив. На вид молодые ребята, каждому не больше двадцатилет. Но не успел экзамен начаться, как откуда-то появился красномордый, подошёл к парню в мантии огненного факультета, что-то шепнул, злобно зыркнул на меня, потом поднялся в зрительный зал. «Вот урод, явно решил напакостить». Тем временем огневик хищно улыбнулся, одним взглядом обещая поджарить глупого травника. Но я не боялся, был уверен и немного зол из-за мордатого препода. «Ща я тебе покажу, кто тут не маги, козёл». Из земли вырос деревянный посох с меня ростом, который аккуратно лёг в мою ладонь. Я достал кусок спрессованной земли и вложил его в свою новую разработку, которую назвал «палка-убивалка». Никто подобного выверта от травника не ожидал. В другой руке вырастил деревянный щит, закрутив ветви по спирали — смотрелось эпично. Противники напряглись — «и правильно сделали!». Как только часы перевернулись и зазвучал гонг, в меня тут же полетел каст от парня в красном, который назывался огненной тропой. Выглядело это так, словно кто-то под землёй поочередно зажигал газовые конфорки со струёй пламени в несколько метров. Огонь двигался очень быстро, но в ширину каст составлял полтора метра, а потому я легко уклонился, уже накинув на себя благословение. Тем временем в мой щит ударила сосулька, а от воздушного кулака я ушёл кувырком, срочно нужно было сокращать дистанцию. Щит здорово выручал от точечных атак. Да, при ударах он частично разрушался, но мгновенно зарастал новыми ветками, к сожалению, долго такое продолжаться не могло, запас маны у меня не резиновый. Больше всех старался огневик, отправляя огненные вихри, какие-то лучи из шаров над его головой, я старался уклоняться от атак, всё-таки огонь для растений не самая любимая стихия. Ребята с других факультетов косилисьна своего озверевшего товарища, но ничего не говорили, продолжая лениво пулять в меня самые простые варианты заклинаний. Моей целью был огневик, сократив дистанцию, я направил в него посох, из которого выстрелили десятки ветвей. К чести мага, встретил он их стеной огня. Но парня ждал неприятный сюрприз из-под земли, ударивший аккурат по рыжей голове: «минус один». Воздушник и водник, увидев, как закончил их товарищ по оружию, резко оживились. Вокруг них образовалась прозрачная сфера, сквозь которую не пробивались мои веточки. Тем временем из неё можно было безнаказанно кастовать всем, чем душе угодно. Водник обрушил на меня град сосулек, ударив по площади, точечные выстрелы при моей скорости были бесполезны. Я ушёл в глухую оборону, запечатав себя в деревянный кокон, тогда подключился воздушник, и моё убежище стало буквально разрывать на части, ребята били на истощение. Как назло, очнулся и уродец в красном, и тогда мне стало совсем плохо. Маны не осталось, я сбросил защиту, в отчаянии прыгнул в сторону, и сосулька-таки достала меня буквально за два удара сердца до завершающего гонга, который я не услышал, потому что отключился. В себя меня уже привёл целитель. Сидящий на том же месте красномордый злобно улыбался. Потом урод подошёл к тройке преподов и стал с ними о чём-то спорить.

— Но это гораздо выше уровня поступающего. — возразил экзаменатор.

Профессор-огневик парировал:

— Мне плевать, он провалился. Больше двухбаллов вы ставить не имеете права. Таковы правила, придёт в следующий раз. Ах-ха-ха!

Развернулся и ушёл.

Я, разозлённый, выскочил из амфитеатра, тот же парень, что привёл меня туда, показал место, где следовало ожидать конца экзаменов. Ждать пришлось очень долго, пока не сдадут все студенты. За это время успел вздремнуть, по очереди подходили друзья, и ждать результатов стало гораздо веселее. Как и в нашем мире, оценки вывесили на стене. Инган с Анникой получили по пятьбаллов, а вот мы с Геро — по четыре. Меня откровенно завалили, а орку снизили очки за небольшой магический узел. Но мы с моим спутником совершенно не расстроились. Всех, кто набрал нужное количество баллов, направили в правую дверь, таких было всего тридцатьчеловек, остальных попросили выйти. Мы, сделав максимально наглые лица, отправились направо вслед за счастливчиками, где снова оказались в зале с профессорским составом. Увидев меня, огневик изменился в лице, потом судорожно начал копаться в бумагах, ища мои отметки, а найдя их, он расслабился. Студентов по одному поздравляли, выдавали им мантию и отправляли ожидать остальных. Я и орк были последними в очереди. Решив не разделяться, вышли в центр зала вдвоём. Слово, разумеется, взял злобный огневик.

— Ну и что тут делает господин рыцарь со своими четырьмябаллами? Ведь нужно было набрать пять. — потом он снова посмотрел в бумаги и произнёс. — Так-так, у вашего спутника тоже четыре. Господа, приходите в следующий раз, быть может, вам повезёт. Нам очень жаль, что такие талантливые молодые люди не набрали нужное количество очков и пока не будут обучаться в нашем заведении. — наигранно любезно проговорил он.

Тем временем я улыбнулся и в тон ему ответил:

— Так отрадно, профессор, слышать тёплые слова. Очевидно, мы с вами не с того начали. Но у меня есть для вас прекрасная новость, нужное количество баллов для поступления набрано.

— Вы, видимо, считать разучились? — немного потеряв самообладание, возразил он.

— Нет, что вы.

Я положил им на стол рекомендательные письма от герцога Дилана Марийского, которые по международным договорам давали предъявителям льготный бал, потом посмотрел на огневика, улыбнулся и сказал:

— Теперь можете нас поздравить.

Взявший документы бородач проверил их.

— Всё в порядке, добро пожаловать в нашу академию, студенты.

Старый Герцог снова помог, «хороший всё-таки он мужик». Тем временем мордатый резко помрачнел, молча встал и ушёл. А к нам подошёл один из старшекурсников и повёл к остальным. От Геро не скрылась моя пикировка с огневиком, и он спросил:

— Что этот гусь на тэбя так взъелся?

— Поверишь? Сам не пойму, решил докопаться.

— Увэрэн, во всём твой длинный язык виноват, наговорил, нэбось, уважаэмому чэловэку гадостей.

— Ну, он первый начал про какие-то нарушенные устои рассказывать. Пришлось ответить, но я был максимально корректен, честно.

— Да, конэчно, так я тэбэ и поверил, криворукий балабол.

— Ой, опять ты со своими плоскими шуточками. Ты лучше думай, как самку яманбаса будешь удовлетворять.

— Конэчно, Муганом, и никак иначэ. — уже серьёзно сказал орк, поглаживая рукоять меча.

Тем временем нас привели в тот же зал, где мы ранее ждали результатов, потом вывели на улицу, в границах академии, с обратной стороны здания. Масштабы учебного заведения поражали, десятки корпусов, множество строений непонятного назначения, конечно, не было такого шика, как в императорском дворце, но площадь вуз занимал просто огромную. Повсюду сновали студенты в мантиях разного цвета. Вслед за нами вышел мужичок, который впервый раз привёл меня к высокой комиссии, он встал перед нами и сообщил.

— Я — мастер Ридз, и в этом году буду вашим куратором. Все поступившие сначала пройдут общий курс магии, и лишь потом последует распределение по разным факультетам.

После этих слов он почему-то посмотрел на меня.

20. Гранит науки

Срок обучения в академии составляет шесть лет, а так как время тут текло в двенадцать раз быстрее, то учиться мы должны были что-то около семидесяти двух. Ну, скорее всего поменьше. Спали и обедали мы в общагах, где время текло нормально. Да, собственно, и ускорялись только на время учёбы, даже, извините, чтобы сходить в туалет, нужно было выйти из ускоренного пространства. В принципе, в помещениях, где работала магия времени, их и не было, видимо, чтобы не искушать судьбу. В противном случае никакая канализация бы не справилась с наплывом, кхм, студентов.

Я сразу по достоинству оценил предоставленное учащимся преимущество — маги опережали весь окружающий мир на сотни лет вперёд. В ускоренное пространство можно было проносить книги и буквально поглощать знания. На первом курсе нас учили рунам и плетениям, которые преобразовывали магическую энергию по определённым алгоритмам. Принцип работы был простой, нужно начертить доступной тебе энергией знак в воздухе — своеобразное 3D-моделирование, напитать его строго отмеренным количеством энергии и получить результат. При этом у каждой стихии магический алфавит работал по-разному. Например, там, где у целителя знак означал ускорение регенерации объекта, у воздушника получался вихревой каст и так далее. Мы буквально зазубривали объёмные закорючки, на что должен был уйти целый год, и это по стандартным временным меркам. После того, как студенты осваивали руны, начинались уроки по их комбинации, которые преподы называли плетениями. Лично я понял, что вся эта схема работает по принципу программирования, где руны являются его языком, а плетения в сущности своей и есть готовые программы. Только меня ждал очередной облом. По моему зелёному направлению было открыто всего три рабочих плетения, которым и обучали всех травников на факультете землепашцев. При этом и руны им давали лишь для создания этих трёх заклинаний, ни руной больше, ни руной меньше, потому возможностей экспериментировать мои собратья по стихии не имели. Хотя если верить мастеру Ридзу, когда-то давно травники пытались, но ничего дельного у них не получилось, так эта область искусства и зачахла. Из доступных нам возможностей было: рассеивание энергии по площадям, в магическом зрении это выглядело как зелёный дождь, питавший огромные поля, что укрепляло и умеренно ускоряло рост урожая. Радан не раз видел такое а, следовательно, и я. Ещё было увеличение площади защиты полей от вредителей, в принципе, мой способ с маяками был ненамного хуже, но возиться приходилось подольше. Хотя и тут надо было ставить метки, ограничивая радиус действия заклинания. А вот третье плетение мне очень понравилось, оно давало возможность закачивать больше энергии в растение при меньшем расходе маны, раз так в шесть. Для меня это означало то, что как только я его освою, сражаться, не падая в обморок от истощения, получится гораздо дольше. Всё это я вычитал из книги по основам землепашества. Но и тут меня ждало разочарование — нужным мне рунам на общем курсе начнут обучать нескоро. Хотя без лишней скромности могу сказать, что в группе я считался теоретическим вундеркиндом, при моем воображении, понимании, что такое трёхмерное пространство, и общих знаниях об устройстве мира и сущности магической энергии, я запоминал рунную азбуку быстрее всех. Даже вредный Ридз оценил мои способности.

— Да, Руслан, таланта тебе не занимать, жаль только, что все эти знания для травника бесполезны. Зачем ты пошёл на общий курс, непонятно.

— Я постараюсь вас удивить, профессор.

— Ну, ладно, вот тебе следующая руна.

Уже более мягко сказал он и начертил в воздухе замысловатый узор, напоминавший объёмную восьмёрку с зубчатой короной и внутренними завихрениями. Академия давала кучу полезных навыков, например, я уже умел отпечатывать руны в уме, стоило один раз правильно её нарисовать, как она оседала в голове словно готовый чертёж, в нужный момент оставалось только подумать о требуемой букве, как та появлялась перед тобой.

Ещё радовало то, что в этих стенах я видел работу с потоками энергии всех стихий, а не только своей, без артефактов подобное было недоступно. Но наблюдал не только я. Однокурсники тоже смотрели за зелёными потоками, исходящими из моих рук, с ювелирной точностью создававшими в воздухе руны, что привело к появлению первых завистников. Из тридцати двух студентов меня в первые же дни стала недолюбливать добрая половина — это когда они поняли, что я всего лишь травник, ещё четверть, когда узнали, что поступил по протекции, «И то, что меня завалили на экзамене, мало кого волновало». В общем, не нравился сэр Руслан тут всем, кроме одного орка, эльфийки и гнома. Но и моя компания подтрунивала по-доброму над ботаном, хотя видно было, что на самом деле ребята гордятся.

Аннике и Ингану учёба давалась неплохо. А вот Геро оказался балбесом, нет, он не был глупым, но зубрёжка тяготила его, орк был в ужасном настроении, никаких тебе драк в трактирах, убийств монстров и побегов от кровожадных каннибалов. Единственным его развлечением стали тренировки с оружием между занятиями, где он продолжал меня гонять. Бесконечные выпады, приёмы, а Геро как-то уболтал нашего куратора, чтобы тренироваться в ускоренном режиме, физически я прибавлял не сильно, временной пузырь не действовал на тело, зато опыта перенимал очень много. Как и раньше, мы отрабатывали приёмы вчетвером, правда, без обычного использования магии, ею в ненаучных целях в стенах кампуса пользоваться было строго запрещено без допуска наставников, да и не могли мы с включенными блокираторами. В общем, никаких магических дуэлей на территории, только арена и только во время сдачи экзаменов и зачётов. Что радовало меня неимоверно, честно говоря, сильно устал от бесконечных стрессов и с радостью предавался науке и общению с друзьями. Даже хандра прошла, и я перестал пользоваться благословением.

С мордастым огневиком больше не сталкивался, он преподавал где-то на старших курсах и только обладателям родственной стихии, «видимо, “повезёт” Аннике». В общем, жизнь шла своим чередом, мы обучались почти месяц, за это время я перелопатил кучу литературы и формировал собственное видение об искусстве, сквозь призму человека технологического мира двадцать первого века. Первое время старшие курсы нас не замечали, пока до них не дошла весть о некоем выскочке травнике, который мало того, что поступил по блату, так ещё, гад, и на общий факультет, куда брали лучших из лучших, коим травник по определению быть не мог. В один из дней мы с Анникой немного отстали от ребят, обсуждая учёбу. Геро с гномом было интереснее поговорить о приёмах рукопашного боя, потому они не стали слушать мои восхищения о всей этой нудятине, которой нас учили, ребятам хватало и того, что говорят учителя. А вот Аннике тоже нравилось учиться, и тут мы, как говорится, спелись.

— Смотри, ну если соединить эти две руны, получится шар, улавливаешь? При создании геометрических фигур получаются интересные заклинания. Заметила, что готовые плетения имеют правильную законченную форму?

— Да, ты прав. То есть, это как части одной конструкции, которую нужно правильно собрать?

— Да, у меня на родине есть такая игра, пазл, картину разрезают на мелкие кусочки, затем перемешивают, после чего игрок должен правильно её собрать, тут похожий принцип. В восьмом трактате Нигилиза об этом говорится.

Я и эльфийка настолько были поглощены процессом беседы, что не замечали ничего вокруг, а к нам шла группа недовольных студентов из числа аристократов в количестве десяти парней и пятерых девушек с разных факультетов. Возглавлял процессию мой знакомый огневик, которого я вырубил на испытании. Рыжий был на голову выше меня и шире в плечах, и пользоваться он умел не только магией. Всё-таки аристократов обучали драться с самого детства.

— Ну, привет, травник. — поздоровался рыжий.

Увлечённый разговором с Анникой, я даже не уловил угрозу в голосе моего визави, кивнул ему, поприветствовал и пошёл дальше, ведомый высокими научными материями. Парень такого явно не ожидал. Толпа со старших курсов, хотя несколько человек были и с моего потока, должна была напугать новичка, ну, или как минимум заставить насторожиться, а вот я даже их не заметил.

— Ты куда это собрался, пёс? Стой, когда с тобой разговаривают уважаемые люди.

Я, честно говоря, даже не сразу вник в суть его слов, а вот ушки Анники смешно повернулись в обратную сторону и резко покраснели, я аж залюбовался этой милотой. Но потом вспомнил, когда такое происходит, напрягся, стал переваривать сказанное, пытаясь понять, суть слов, взбесивших подругу. Когда я как тормоз допёр, что меня оскорбили, эльфийка уже стояла перед здоровяком.

— Ты кому это сейчас сказал, личинка огра?

«Что за личинка? Огры же живородящие», — не понял я, а потом как понял!

— Отвали, ушастая, как ты меня назвала, потаску…?

Как и многие бедолаги до него, договорить рыжий не успел, получив коронный головой по зубам, до носа она просто не достала, уж больно высоким оказался огневик. Уродец не вырубился, а резко ответил ей кулаком в глаз. В своё оправдание скажу, что произошёл конфликт за считанные секунды, и я, честно говоря, к нему был не готов. Памятуя, что магические дуэли на территории академии невозможны, впервые за долгое время расслабился и очень пожалел. Бить Аннику, да ещё и по лицу, было его непростительной ошибкой. Ваш покорный слуга в порыве ярости даже забыл накинуть благословение, прыгнул с двух ног в грудь амбала, дабы сбить с ног, но урод уклонился, и я больно ударился боком о землю. Дальше меня начала пинать группа поддержки огневика, всячески оскорбляя.

— Ну, что, урод, нравится у нас учиться?

— Твой удел месить навоз!

— Возомнил себя магом!

— И где теперь твой добрый герцог?

Моя жажда крови никуда не исчезла, в какой-то момент после пяти-шести ударов по голове и телу, осознал себя вцепившимся в ногу рыжего зубами. Здравый смысл наконец вернулся, и я накинул на себя благословение, к счастью, никакие артефакты заблокировать его не могли, «спасибо, Господи!», движения нападавших замедлились. Боль отступила, и я откатился. Краем глаза заметил, как девчонки набросились на мою подругу и таскают её за волосы, попутно оскорбляя, «аристократки хреновы».

— Кем ты себя возомнила, нелюдь?

«Ещё и расистки». Но дурочки не с той связались, столетняя эльфийка, с крутым нравом, которая всю жизнь постоянно дралась, сделала что-то вроде сальто, но так, чтобы её красивые волосы не пострадали, и обрушилась всеми своими пятьюдесятью килограммами, на шею схватившей её обидчицы. Разумеется, та упала и была отключена одним тычком маленького кулачка. С остальными Анника разобралась не менее стремительно, местами угадывался стиль Геро, этот маньяк неплохо нас натаскивал. А в случае с Анникой, имевшей богатый боевой опыт, знания легли на благодатную почву. Разделавшись с женским коллективом, она рванула на помощь ко мне, готовая убивать взглядом. Но её встретили трое парней, я попытался прорваться к подруге, вырубив одного из нападавших, одновременно уклоняясь и блокируя удары толпы, но силы были неравны. Моя скорость в окружении не давала таких же преимуществ, как при возможности манёвра, плюс огневик явно был не простым и тоже пользовался каким-то дворянским допингом.

Поняв, что на моих глазах будут избивать Аннику, я заорал во всё горло:

— Геро, наших бьют!

Но это действие было лишним, орк уже большими прыжками нёсся по ухоженным лужайкам академии. Позади семенил Инган на своих коротких ногах, крича в спину краснокожему другу:

— Оставьте и мне парочку, любезный!

Я злобно улыбнулся.

— Ну, всё хана вам, придурки.

Бугай мотнул головой, показывая нескольким своим парням, чтобы те встретили орка. «Наивные». Остальная толпа осталась наказывать зарвавшегося травника. Совершив тем самым роковую ошибку, на орка нужно было бросать все силы, хотя нет, это тоже стало бы ошибкой, им нужно было бежать, а ещё лучше — не докапываться до меня. Но, как говорится, на ошибках учатся. Драка кончилась за считаные мгновения. Первыми вышли из строя трое отправившихся навстречу нашему маньяку, причём сделал это орк в умопомрачительном прыжке, в лучших традициях кунг-фу, он, конечно, мог и проще, но на нас уже смотрела вся академия, на горизонте показались преподы, размахивающие кулаками и спешащие к месту потасовки. Но Геро наслаждался моментом, смаковал его, насколько это было возможно, парень так устал от учёбы, что небольшая потасовка была для него как бальзам на душу. Следующими пали соперники Анники, их он вырубал унизительными оплеухами: «нечего на девчонок нападать». Как и просил Инган, орк оставил ему две жертвы, но когда коротышка-таки добежал, ребята смекнули, что биться на кулаках с гномом — дело абсолютно бесперспективное, и дали стрекача. Мне остался рыжий, я жестом показал Геро, чтобы он не вмешивался, и принялся мстить за мою эльфийку.

Оставалось где-то три минуты, после чего благословение спадёт. Обманным жестом показал, что бью в лицо, заставив соперника поставить блок, затем делаю подсечку и прыгаю на него, выставив локоть. Удар проходит, но гад не вырубается, хватает меня за плечи, я наношу удар головой, разбиваю ему ещё и нос, до которого не дотянулась эльфийка, он отвечает похожим ударом, но тот попадает мне в щеку. Дальше мы, рыча, начинаем кататься по земле и обмениваться ударами. Тут подоспел первый препод, и нас буквально оторвало друг от друга потоком воздуха. Я с сожалением понял, что не смог его нокаутировать, но хоть урона нанёс прилично, и, как мне кажется, больше, чем он мне.

— Прекратить! Иначе все пойдёте под отчисление! — грозно проорал педагог, и все подчинились.

Двадцать минут спустя мы уже стояли у ректора. Я с опухшей щекой и разодранной туникой, Анника с приличным фингалом под глазом, «хулиганка моя». Улыбающийся орк в наиблагодушнейшем из своих настроений, парень явно «поймал дзен». И насупившийся гном, наверняка думавший, почему у его народа такие короткие и медленные ноги. Пригласили и нашего куратора мастера Ридза, который не скрывал своей злости, пообещав нам семь кругов ада на предстоящих занятиях. Ректором оказался тот самый бородатый мужик, который Хоттабыч-Дамблдор, а звали его светлость сэр Нобиль для всего остального мира — архимаг Нобиль.

— Ну и что мне с вами делать, господа и дамы?

Ректор выразительно посмотрел на фонарь Анники, невольно улыбнулся, но собрался, накинув строгий вид, и продолжил.

— По моим данным, вы первые начали драку.

Он снова выразительно посмотрел на Аннику. Ушки эльфийки слегка покраснели, и она потупила взор.

— Видимо, придётся всю вашу компашку отчислить.

Анника испуганно подняла глаза и запротестовала.

— Но, ваша светлость, ребята не виноваты, они меня защищали!

Архимаг отвернулся от девушки и снова улыбнулся уголком рта, что заметил только я. «Играет, гад, в строго учителя».

— Вы позволите?

— Ну, давай, травник. Рассказывай.

— Мы с Анникой шли и обсуждали мои мысли по поводу объёмности плетений, я как раз продумываю новую модель создания нужных форм. И прикидывал, как повернуть принцип движения потоков в нужном мне русле, не разрушая конструкции заклинания.

Глаза преподов загорелись, мужики были в первую очередь фанатами магии, ну, и в тысячную — администраторами. Я продолжил.

— Потом студент Сник поздоровался.

Перешёл я на менее интересную тему, чем изрядно расстроил старичков, но не перестал говорить.

— Я поздоровался в ответ. А дальше начались оскорбления в мой адрес, а потом и в сторону леди Анники Зака Эфрон. И мало того, что мы были вынуждены терпеть этот цирк, так нас оторвали от главного, для чего мы тут все собрались, от учёбы.

— А что вы говорили о новой модели создания? — спросил меня архимаг.

— Есть у меня одна идейка и кое-какие мысли по ускоренному воплощению геометрических форм.

— Все варианты испробованы, всё давно открыто.

— А как насчёт того, чтобы разбить руны на составные части и создать язык форм иного порядка? Возможно ли такое?

— Так, все вон, кроме вас, студент и, разумеется, вас, профессор. — скомандовал архимаг.

Начавший зевать Геро обрадовался больше всех и пулей выскочил из кабинета, за ним последовали гном и эльфийка. А я остался со старожилами магии обсуждать мои идеи, которые, как позже выяснилось, имели тысячи недостатков, но какое-то разумное зерно в них всё же было, что и зацепило учителей. Конфликт был исчерпан, и никто даже не помышлял отчислять такое золотце, как я.

21. Воля императора

Своими вопросами и теориями я заслужил особого расположение ректора и мастера Ридза. Потому по большому блату меня досрочно стали обучать плетению травников, которое позволяло экономить ману. На него я выделял час в день стандартного времени. Заклинание содержало двадцать пять рун, из которых я уже знал три. Вообще, сложность запоминания магических букв заключалась в том, что нужно было воспроизвести сложную объёмную конструкцию по памяти, как только получалось, она отпечатывалась в уме. Но это было полдела, ведь из них ещё требовалось сформировалось плетение, соединить светящиеся нити рун, дабы получить цельную картину, было той ещё задачкой. И тоже требовало массы времени, но если маг справлялся, то плетение отпечатывалось в сознании навсегда. Говорят, многие обладатели силы годами изучают несколько заклинаний, к счастью, пока мне это даётся довольно легко. Более того, я заметил кое-какую особенность рун, все они состояли из нескольких одинаковых частей, «аналог нулей и единиц» в программировании, примерно об этом я и поведал педагогам, только в упрощённой форме. Вообще, если удастся правильно разобрать символы, то, возможно, получится и углубиться в саму суть магии. У меня уже была кое-какая сформировавшаяся теория о её природе. Как сказал кто-то мудрый на матушке Земле: «Математика — это язык Бога, которым Он написал Вселенную». И это следовало проверить, так как многое в местной мифологии сходилось с этим утверждением. Если энергия — это капли творения, то руны и плетения — способ систематизации или упорядочивания её. То есть местным оставили некий инструмент воздействия на суть вещей, которую мы называем магией. По её истории ничего в книгах я не нашёл, только рассказы о древних волшебниках и их так называемых подвигах, в сущности никто ничего нового не открывал столетиями, маги занимаются лишь изучением того массива знаний, который есть, и чем больше ты знаешь и чем сильнее запас твоей маны, тем могущественнее ты становишься. Но как я уже говорил, в моём направлении искусства была настоящая дыра. Потому не удивительно, что все остальные школы относились к травникам с нескрываемым высокомерием, за редким исключением. Несмотря на дружбу с архимагом, всеми своими соображениями я, конечно, не делился, ведь за слишком революционные знания могут случайно и придушить, а потому рисковать смысла не видел, хотя сэр Нобиль казался хорошим человеком, но все хороши, пока в дело не вступает политика, да и с разбором рун на составные мы и так вступили в неизведанные области.

Вечерами я любил посидеть в одиночестве, в своей небольшой комнате общаги и поразмышлять. Кстати, быт студентов был неплохо устроен, каждый учащийся жил один. Нам предоставляли кровать, письменный стол. В коридоре стояли умывальники, заполнявшиеся водой с помощью артефактов, туалет был общим, с дырками в полу и отдельными кабинками и находился на улице. Для желающих помыться в корпусе была пристроена баня, очень не хватало душа и земного толчка, но по местным меркам, всё было довольно шикарно. Ещё радовал вид на один из многочисленных дворов академии с аккуратно подстриженными зелёными лужайками и кустами, через которые проходили ровные каменные дорожки, соединяющие корпуса. Ночью зажигались магические кристаллы, которые красиво освещали окрестности в холодных тонах. Тут всё располагало к учёбе, чем я охотно пользовался.

Я так погрузился в науку, что совсем позабыл о предстоящем бале во дворце. А вот корона, к сожалению, не забыла. Когда пришло приглашение, меня даже немного передёрнуло, нахлынули неприятные воспоминания о пыточной, которые не смогла перечеркнуть даже экскурсия по дворцу и благодарность императора, «чтоб его одолел запор!». Всей честной компанией мы отправились покупать себе наряды, я, Геро и Инган особо заморачиваться не стали — взяли костюмы одинакового фасона, напоминающие военный мундир, просто разного цвета и с какими-то дополнительными финтифлюшками у каждого. Анника уже давно подсуетилась и заранее заказала себе приталенное белое платье, разукрашенное искусственными камнями, которые красиво переливались на свету. Всё в рамках эльфийской моды, заплела волосы в толстую косу, открыв свои очаровательный ушки. Платье подчёркивало все её достоинства, что спереди, что сзади. Увидев эльфийку в таком наряде, мы все обомлели и буквально потеряли дар речи. Было ощущение, что с нами в карете поедет голливудская звезда. Мы же на её фоне казались неприметными телохранителями. Первым опомнился Инган:

— Леди, вы прекрасны!

— Благодарю. — сдержанно ответила она. Мы вышли из главного входа академии, куда нам должны были подать карету.

— Ээ, подруга, чуэт моё сэрдце, придётся тэбя отбивать от мэстной аристократии. Аж руки чэшутся.

— Так, беспредельщик, даже не думай, — строго сказал я, — мы идём в культурное общество, веди себя подобающе.

Все трое начали откровенно ржать надо мной.

— Что?

— Да послэ нэскольких бокалов твоё, как ты выразился, культурноэ общэство прэвратится, как бы это помягчэ тэбэ сказать, о, придумал! В нэкультурное, совсэм, совсэм некультурное.

Анника поддержала Геро:

— Ты же впервые на приёме такого рода, потому эти напыщенные аристократы будут паиньками только в императорском зале, а вот за его пределами количество придурков на квадратный метр вырастет в геометрической прогрессии.

— Тогда из зала не выходим, никаких драк, я серьёзно.

И многообещающе посмотрел на орка с гномом.

— И Анника, свет очей моих, пожалуйста, будь сегодня чуточку посдержанней? Смотри, какое у тебя красивое платье, давай не будем его портить.

У эльфийки гневно покраснели ушки, и она более резко, чем сама того хотела, сказала:

— Я что, по-твоему, какая-то истеричка? Я сдержанная! — воскликнула она, а в руке автоматически зажёгся фаербол.

— Вот, об этом я и говорю. — показал я глазами на клубок огня.

Анника даже мило засмущалась.

— Ани, я не прошу тебя не быть собой, просто прежде чем бить головой в нос, попытайся хотя бы поговорить.

— Хорошо, я поняла. — недовольно пробурчала она.

— Обещаешь?

— Да, но если кто-нибудь начнёт распускать руки…

— То я сам его придушу. Ну, или ребята с радостью выполнят эту грязную работу.

Гном с орком довольно осклабились, демонстративно постукивая кулаками в ладони.

— Ой, вы безнадёжны. В общем, сделайте всё, чтобы мы не оказались в местной пыточной, хорошо?

— Ну, ты и зануда, Рус! — сказал орк.

И в этот момент к нам подъехала карета, я подал эльфийке руку и периферийным зрением заметил, как на меня с завистью смотрят десятки мужских глаз в округе. Не заметить эльфийку было просто невозможно.

Дабы попасть во дворец, пришлось отстоять несколько очередей, сначала из карет, а потом уже на входе. Маги просвечивали всех на предмет различных убийственных штук, вроде алхимических бомб или холодного оружия, которое нас заставили сдать в местную оружейную. Про прощание Геро с Муганом можно было снимать целые драматические картины, где мать расстаётся с сыном навсегда. Орк не забыл сказать и пару слов принимавшему железо слуге.

— Уважаэмый, очэнь вас прошу, положи его в самое сухое и возвышенное мэсто!

И кинул монетку мужику. Меня от такой расточительности даже немного перекосило, но зная любовь Геро к своему мечу, ничего говорить не стал, а лишь мысленно покрутил пальцем у виска. При входе во дворец Анника взяла меня под руку, акцентировав тем самым, что на сегодня я её кавалер. Мою спутницу мужчины буквально пожирали глазами, а женщины если бы могли, то прожигали в ней дыры. Да, на ней было недорогое платье по меркам местного-то олигархата, тем не менее, на её фоне даже гигантские рубины в колье смотрелись дёшево. Анника сама была сияющим сокровищем. При входе в уже знакомый тронный зал меня и моих спутников объявил распорядитель. Мы были далеко не самыми знатными гостями императора, не считая Анники, но из всей пёстрой массы носителей разноцветных нарядов, причёсок, кителей, выделялись, пожалуй, больше всех. Более того, нас вышла встречать дочь императора собственной персоной. Летиция была в меру пышном платье с глубоким декольте, открывавшим не менее пышные виды. Голову принцессы украшала бриллиантовая диадема.

— Сэр Руслан. Рада снова видеть вас.

— Ваше высочество. Это честь для меня.

— А это, я так понимаю, ваши друзья?

И она выразительно посмотрела на эльфийку.

— Да, позвольте представить вам леди Аннику Заку Эфрон, нойон Геро из Сухих трав, и сэр Инган из клана Серебряного молота. А это, господа, её императорское высочество леди Летиция, принцесса Велты.

— Для друзей Руслана я просто Летиция.

И она многообещающе посмотрела на меня. «Что это было?». Рука Анники, сжимавшая мой локоть, сомкнулась чуть сильнее, хотя, быть может, просто показалось.

Принцесса внаглую подошла с другой стороны и тоже взяла меня под руку. А потом громко сказала:

— А вы сердцеед, Руслан, помнится, недавно вы мне говорили что-то про то, что я предел ваших мечтаний. И о том, как вы утонули в моей красоте.

— Прям утонул? — уточнила Анника у принцессы.

— Да, да, так и сказал.

«Вот стерва, играет в открытую, ну, ладно!»

— Я бы не посмел такое сказать вашему высочеству.

— Но как же? Ах, да, припоминаю, вы не уточнили, кого именно имели ввиду. Но разве речь шла не обо мне? — наигранно гневно посмотрела на меня эта коза.

— Ваше высочество, между нашим положением такая непреодолимая пропасть, что даже очень сильно пожелай я того, признаться вам в любви просто бы не посмел. При этом отрицать, тот факт, что вы ослепительно красивы, я не могу.

— Но и леди Анника не менее прекрасна? — продолжила провокацию принцесса.

Сказать, что кто-то лучше, я не мог, одна могла меня казнить, а другая — поджарить. Хотя, конечно, эльфийка просто подруга и ничего мне не сделает, но обижать её из-за этой вертихвостки совсем не хотелось.

— Да, моя спутница невероятно красива.

— А я?

— А вы ослепительно красивы. «Век бы тебя не видеть, провокаторша!»

Пусть сама гадает, что красивее — ослепительно или невероятно. Принцесса звонко рассмеялась.

— А вы находчивый сердцеед, впрочем, чего ещё ждать от спасителя принцессы?

Толпа вокруг недоумевала, смотря на меня и гадая, что это за голодранец в окружении самой красивой и самой желанной девушек в этом зале. Но скоро их любопытство удовлетворили. Вышел император, и меня уже официально наградили титулом баронета и владениями у чёрта на куличках, на границе со Старым лесом. Бонусом выделили денег для благоустройства моих новых земель и найма персонала, которые я должен был получить у казначея. А ещё этот козлина приказал посетить мои земли в течении нескольких недель тоном, не предполагающим возражений. Учитывая, что по наведённым справкам добираться туда нужно дней семь, выдвигаться придётся в ближайшее время. И это не считая того, что на месте нужно разгрести дела, на что тоже уйдёт неделя-две, и только потом обратный путь. Долбанному императору было плевать, что у меня встанет учёба, в ускоренном формате терялся почти целый год. А потому я был в бешенстве, зачем меня туда сейчас отправлять, какая нужда? Я-таки попробовал отмазаться, несмотря на его фактически прямой приказ. «Да, пошёл он».

— Ваше величество, боюсь, у меня будут проблемы в академии.

— С ректором мы всё уладим, не переживайте, баронет.

После чего замолчал, взглядом давая понять, чтобы я проваливал.

Ещё одним важным моментом стало объявление меня другом короны, на уличном жаргоне это означало бы примерно: кто его тронет, пасть порвём. После чего интерес к моей скромной персоне от горячих голов приутих. Ведь желающих прибить выскочку, которого взяла под руку сама принцесса, было хоть отбавляй.

Потом начался бал с танцами. Геро отрывался по полной, галантно кружа местных дам, гном тихо побухивал в углу. А Анника, видимо, решила меня побесить и отвечала буквально на все приглашения на танец. В этот момент меня снова выловила принцесса и затащила в женский кружок великосветских дам.

— Знакомьтесь — это баронет Руслан, мой спаситель!

После чего представила мне нескольких герцогинь, графинь и их дочерей. Женщины с любопытством разглядывали меня как диковинную игрушку. Ну а мне не жалко, пусть смотрят на такого орла, я снова включил самовлюблённого идиота, коим, по их мнению, и должен быть настоящий рыцарь.

— Это правда, баронет, что вы травник?

Спросила герцогиня средних лет, красота которой не так давно начала увядать, но обаяние никуда не делось.

— Да, ваше высочество. Самый что ни на есть, настоящий травник, но я предпочитаю называть себя зелёным магом.

— А можете продемонстрировать нам свои умения?

— С превеликой радостью, но, увы, магия во дворце заблокирована.

— Так это не проблема! — сказала принцесса и приложила ко мне перстень. Я почувствовал, что канал силы открылся, но очень-очень маленький. Помимо желудей при мне всегда были и семена цветов для создания радара. Я засунул руку в карман и словно фокусник вытащил из него готовый цветок, потом ещё один, и ещё, раздавая их дамам, затем из одного создал приличных размеров букет и подарил Летиции, под всеобщее хихиканье прелестниц. Даже такого простого действия за короткое время местные травники проделывать не могли, не убив растения, потому мне удалось удивить дам.

— Прелестно, прелестно! — захлопала в ладоши герцогиня. Мы отходили от одной группы дворян и подходили к другой, принцесса, видимо, решила меня здесь со всеми перезнакомить, ведь, по сути, я теперь подданный этой страны, со всеми вытекающими. Так, переходя от одних к другим, и прошёл мой вечер. Аннику окружили десятки кавалеров и поочередно признавались ей в любви, к счастью, в рамках приличия. Вся команда послушалась меня и не покидала тронного зала до конца вечера. Геро выплеснул свою энергию, кружа молодых девиц, гном наслаждался отборными напитками, да и Анника чувствовала себя как рыба в воде, периодически поглядывая в мою сторону. К счастью, вечеринка наконец закончилась, я сдержанно попрощался с принцессой, которая бросала на меня задумчивые взгляды, как будто хочет препарировать. Хоть Летиция и выглядела невинным божьим одуванчиком, но что-то в ней было такое опасное, но вот что, понять я не мог.

— Только прошу вас, Руслан, не забудьте о поручении его величества.

— Как можно? Изучу свои земли в самое ближайшее время.

С одной стороны, я, конечно, злился, что меня пытаются привязать к этой стране. Но с другой, иметь собственную землю и дом, куда всегда можно вернуться, не самый плохой вариант. Не в деревню же Облачные горы мне топать, если припрёт. Потому придётся отложить науку и заняться делами насущными. Вырвал эльфийку из окружения кавалеров, состоявших в основном из молодняка, за что был удостоен десятка недовольных взглядов. Но пикнуть никто не посмел, всё-таки друг короны, а не хухры-мухры. По пути толкнул слегка покачивающегося гнома, смотревшего куда-то в стену. «Всё-таки слегка перепил». Махнул головой Геро стоявшему в окружении молоденьких дворянок, орк что-то им самозабвенно рассказывал, при этом жестами показывая, как он орудует Муганом, ну, о чём он ещё может им рассказать, как не о своих подвигах? Показав, что мы уходим, направился к выходу. Орк догнал нас в коридоре, когда мы подходили к двери.

— Эх жаль, что бэз драки сэгодня.

И как только он это сказал, на улице нас ждала компания перебравших дворян.

— А это что за краснокожая обезьяна?

Спроси чей-то подвыпивший голос, но не настолько, чтобы не обратить на него внимания. Геро повернулся ко мне, широко улыбнулся и сказал:

— Это, видимо, тэбэ говорят, друг, ты у нас самый нэкрасивый.

— Нет, это я тебе, орк. Как ваше племя дикарей вообще пускают на порог его императорского величества?

Я с наигранным сочувствием посмотрел на бедолагу, который захотел сегодня умереть, ну или отправиться к лекарю. Хотя, конечно, жалко его не было, ведь если каждого дурака жалеть, то они в итоге расплодятся.

— Только без убийства. — попросил я друга.

— Сэйчас дядя Геро тэбя научит хорошим манэрам аристократа.

22. Баронетство

Пыльная дорога говорила о том, что мы съехали с имперского тракта и направились в местную глухомань. У меня снова было отвратное настроение из-за дурацкого поручения императора. Видите ли, я должен был срочно ехать не пойми куда, не пойми зачем. Вот что может случиться с землёй, убежит, что ли? К чему эта спешка? Гад специально отправил меня в срочном порядке, чтобы показать, кто тут босс? У меня их императорская семейка уже сидела в печёнках. Ещё и Летиция, она так взбесила Аннику, что эльфийка нормально не разговаривала со мной несколько дней, лишь иногда бросала короткие, холодные реплики. Чувствовал я себя в этот момент как собака, которой бросили обглоданную кость, вроде бы и рад и хвостом готов вилять, а хочется большего. Я анализировал события на балу и пришёл к выводу, что коварная всё-таки женщина принцесса и ядовитая, как гадюка «не забудьте о поручении его величества», — передразнил я её вслух, «да, про вас, сволочей, забудешь». Но чего уж греха таить, девушка она привлекательная, а потому многое ей можно простить за смазливую мордашку, всё-таки не мог я долго злиться на женщин, особенно на красивых.

— Что ты там бубнишь, друг? — жуя травинку и подставляя лицо утреннему солнцу, весело спросил Геро.

— Да так, с ума схожу потихоньку.

— А, ну, то, что ты дурак, это давно извэстный факт. Навэрное, когда нас в Ландайском ущэлье побили, тэбэ слишком сильно по головэ досталось.

Геро говорил этот бред с совершенно серьёзным лицом, его лошадь лениво плелась вперёд, медленно покачивалась в такт к расслабленному настроению орка, словно чувствовала, чего хочет её хозяин. Краснокожему не хватало солнцезащитных очков, коктейля, моря и шезлонга для полного счастья.

При первой возможности этот лодырь удрал из стен академии. Анника всё ещё дулась на меня, непонятно из-за чего, «хотя, конечно, понятно», а потому не поехала в мои новые владения. Гнома не отпустил препод, припахав бородача на какие-то эксперименты. Геро тоже не хотели отпускать, всё-таки не самый успевающий студент, но я попросил ректора, и тот дал добро. Путешествовать одному мне не улыбалось, хотя говорят, что на землях империи сравнительно безопасно, но как показала практика, продырявить тебя могут даже у стен дворца. К тому же, у меня хватало врагов, что удивляло, при моей нелюбви к конфликтам. И вот мы снова вдвоём в пути и снова в какой-то глухомани, окружённые лесом. На привалах, как всегда, тренировались, в остальное время я прокачивал через себя силу, по крупицам раздувая магический узел, понимая, что порой даже маленькая толика магии может спасти жизнь. Ещё рисовал руны, но без контроля со стороны преподавателя занятие было мало полезным. В остальное время предавался раздумьям. Когда вспоминал, сколько времени я теряю в учёбе из-за этой поездки, мне становилось плохо и я снова начинал ворчать на императора. Из плюсов был выданный академией артефакт, который какое-то время защищал от магических атак и отклонял стрелы и болты, со слов выдававшего его нам работника хранилища, защиты хватало на десятьпростых болтов или на два-три пропитанных магией. Ну, а количество кастов подсчитать было трудно, всё зависело от их мощности, побрякушка на цепочке была чуть лучше той, что я видел на стражниках Марийского герцогства, но не сильно. Я пытался как-то рассмотреть его энергетическую структуру, но без специальных очков-артефактов, дело оказалось бесперспективным. Так сменялись дни, ничего не происходило, нас никто не убивал и не пытался побить, всё-таки страна была действительно благополучная, что не отменяло моей нелюбви к её правителю.

За время жизни в этом мире я многое повидал и уже думал, что удивить меня нельзя, но на пятый день путешествия мы услышали ритмичный стук, который периодически прерывался, потом через какое-то время он повторялся.

— Что это за звук? — спросил я у орка.

— Похожэ, впэрэди камэноломня.

Удовлетворившись ответом, я перестал думать о звуке, который с нашим приближением стал нарастать и усиливаться. Где-то через час после моего вопроса мы выехали из лесной просеки и оказались в скалистой местности, с огромным карьером, по которому шагали самые настоящие роботы. Ну, по крайней мере, мне так показалось. Хоть машины находились на приличном расстоянии, я сразу прикинул их примерную высоту на фоне шагавших за ними людей, что-то около трёх метров. Имели они вид гуманоидов, только без головы — руки, ноги и треугольная грудная клетка.

— Что это, Геро?

— Яма большая. — сумничал орк.

— Да я не про карьер, что это за штуки там шагают?

— Голэмы, что, в пэрвый раз видишь?

— Да, хотя, нет.

Память Радана подкинула воспоминание о медлительных железно-каменных магических машинах, которые разбивали скалы. Големы были настолько обыденной картиной этого мира, что особого внимания им никто не уделял, ну, кроме, быть может, детей. А я был поражён до глубины души. Механизмы были древней технологией гномов, которые подчинялись воле мага, в данном случае, разумного, обладающего маломальскими способностями к стихии земли. В бою они были непрактичны и выполняли односложные команды типа: ударь сюда, иди туда, поверни сюда. Иногда их использовали в качестве танков для пробития обороны, но из-за медлительности живые горы разбирали ещё на подступах. А из-за дороговизны механизмов отправлять их на убой было нерентабельно. Преимущество големов было в том, что при дефиците полноценных магов земли ими руководили разумные с зачатками дара. Что оказалось огромным подспорьем в горнодобывающей промышленности, машины поднимали грузы и пробивали тоннели в скалах, результат такой работы мы и слышали по пути сюда.

— Мне надо взглянуть.

— Ты сэрьёзно? Там грязи по пояс, а я только сапоги почистил в ручье.

— Не слезай с коня.

Всего големов в карьере было штук десять. Увидев аристократов, лишних вопросов нам никто из рабочих задавать не стал. Лишь один раз подошёл местный охранник в кожаном доспехе с увесистой дубиной вместо меча, узнать, может ли он нам чем-то помочь. Поняв, что мы просто позырить на голема пришли, парень ретировался с мыслями о том, чего только этим дворянам не придёт в голову. А я тем временем стал ощупывать одно из чудес гномьей инженерии, которое стояло без работы. Возле машины лежали в ряд сменные руки: молоты, зубила, металлические кисти с четырьмя пальцами. В плечевых суставах угадывались шарниры, приводы, цепные колёса. Потом я подошёл поближе к двигающейся машине и поспрашивал её оператора, щуплого мужичка лет пятидесяти. В принципе работы голема он не разбирался.

— Ну, как вам объяснить, сэр? Всё делаем как учили, чтобы шёл, отправляем сгусток в отметку номер один, чтобы бил — в номер два, всё по номерам значится.

— Понял, спасибо. Это вам за потраченное время.

Я кинул рабочему монетку, он благодарно поклонился. А мы с Геро покинули карьер. В общем, и тут без очков не обойтись, потоки земли я не вижу, и соответственно, так называемые сгустки, о которых говорил мужичок, для меня недоступны, подозреваю, так он называл энергию. В общем, по приезде в академию нужно будет прошерстить книги в библиотеке и почитать по этой теме. Я снова грустно подумал о том, сколько времени потеряю в этом путешествии. Но, с другой стороны, когда бы я ещё узнал, точнее, вспомнил о големах? Из имеющихся скудных данных было понятно одно, что машины выполняют программу, да, простейшую, но всё-таки. Осталось разобраться в их магическом устройстве, посмотреть, какое плетение используется или, быть может, отдельные руны. Хотелось скорее узнать об источнике энергии голема, что им движет, если магия оператора нужна лишь для управляющего контура, какая сила заставляет механизм выполнять операции? Ведь навскидку весил он несколько тонн. В общем, вопросы, вопросы, вопросы, на которые пока не было ответов.

Через несколько дней пути по любезно предоставленной мне карте в императорской канцелярии мы пришли на мои земли, которые представляли собой один деревянный острог, защищающий деревню из семидесяти хат на границе Старого леса. Вокруг деревенской крепости было раскидано множество обработанных полей. Мы спокойно въехали в открытые ворота, никто на нас даже не обратил внимания. Спросили у местных пацанят о доме старосты, который располагался в самом центре селения. Деревня была неплохая, добротные деревянные дома, местами попадались и обложенные камнем, у людей имелся скот, птица, небольшие огороды. Поля за пределами крепости тоже, видимо, были их. В принципе, в Велте крестьяне жили довольно сносно, если хорошо работали. А тут на отшибе их особо никто не трогал. Как выяснилось позже, за последний год я был четвёртым владельцем. Эта земля не пользовались популярностью у аристократов. Во-первых, достаточно далеко от столицы, во-вторых, лес, полный чудовищ, как дополнительный риск. В-третьих, делать тут аристократу было нечего, если он не любил ковыряться в земле. Как и меня, предыдущих владельцев награждали этим участком вместе с титулом. Но это всё было ерундой, основным минусом стал один нюанс: за безопасность отвечал новый владелец, а из-за соседства с различной живностью необходимо было держать собственный гарнизон, ну, или содержать императорский, который находился неподалёку. Солдаты с несколькими магами не давали всякой гадости шалить на землях его величества. Налоги с семидесяти домов не окупали затраты, и новоиспечённые баронеты спешили избавиться от этого «подарка» хитрожопого сюзерена, возвращая землю обратно короне, они ещё за это и платили кругленькую сумму. При этом оставляя за собой титул. Как правило, являясь аристократами с рождения, такие люди легко покрывали расходы и выходили из положения. Ну, а вот я не мог заплатить, потому как был самым настоящим нищебродом. Посему выходило, что, получая землю, я ещё буду должен этому императорскому козлу денег. Вот в такую налоговую кабалу меня загнал этот тип, уверен, что мне дадут всевозможные поблажки, отсрочки и, быть может, даже отсыпят золота под проценты, сути это не меняло, я откровенно попал на деньги, «спас, блин, принцессу». Теперь-то я понял, почему меня торопили со вступлением в должность, сволочь просто хотел пораньше повесить на меня это бремя.

Я узнал все эти новости, поговорив со старостой, невысоким грузным мужчиной лет шестидесяти, который был уверен, что хозяин земли скоро снова смениться, считая меня очередным мажором, таким образом купившим титул. Но я, возможно, был беднее его самого. Да чего там, теперь уж точно беднее. Всё моё добро уйдёт на оплату императорской защиты — «наградил, так наградил». Геро, как и я, сидел и слушал старосту с кислой миной. Деревня отдавала хозяину сорокпроцентов от урожая, при этом народ пользовался собственным оборудованием. Если бы не долбанный гарнизон, можно было бы жить припеваючи. В дни сбора урожая приезжали торговцы и скупали его, потому мне, как хозяину ничего делать было не нужно, оставалось лишь только подставлять карман. При наличии у аристократии артефактов в виде детекторов лжи крестьяне обманывать землевладельцев не спешили. Хоть по этому пункту тут всё было в порядке. Сверив дебет с кредитом, я пришёл к выводу, что даже при самом удачных раскладах, о которых говорил староста, я буду должен казне ещё около ста золотых в год. Даже с моими способностями, при которых я обеспечу лучшую урожайность, я всё равно останусь должен. Отказываться от охраны было нельзя, всё-таки теперь это моя зона ответственности, и я головой отвечал за вверенную мне территорию и людей, её населяющих. Нужно было думать, как стать богаче, «когда же мне учиться тогда?». Я снова ругал на чём свет стоит моего долбанного сюзерена.

— С чего ещё здесь можно получать прибыль? — задал я резонный вопрос старосте, бедолага аж в лице изменился, подумал, что захочу повысить налоги или как-то ещё ободрать бедных крестьян.

— Да, не менжуйся, Маркан, ничего вам повышать не стану, но и ты меня пойми, я человек не богатый, это мягко говоря, и заплатить за возврат земли не могу, сам недавно из крестьян в люди выбился.

— Вы из простолюдинов?

— Да, родом из деревушки победнее вашей. Вот наградили титулом, чтобы он неладен был, и землёй вместе с ним.

— Если бы больше крестьян было, то и доход вырос бы. Но к нам не особо спешит народ. Ночью лютуют волки, мы за острогом прячемся, маги какую-то хитрость придумали, днём к нам лесные жители не суются, а вот в ночи могут и забрести. Длиноклыки уж больно злобные твари.

В этом мире волки сами по себе были огромных размеров, а длиноклыки считались чудовищами, как я понял, вся живность, имевшая устойчивость к магии, относилась к этому разряду. Конечно, до змея или яманбаса им было далековато, но стая таких зверушек могла натворить бед. Если исходить из подобной классификации, в Старом лесу чудовищами были все животные, потому как даже местные белки обладали сопротивляемостью к волшебству. При этом они не были плотоядными, а как и все остальные грызуны их вида, собирали орешки, запасались провизией на зиму. Все животные Старого леса были крупнее их сородичей в других местах. Видимо, там есть какая-то аномалия, что-то вроде знакомой мне радиации, повлиявшей на живность.

— Вот ежели можно было в лес ходить, да травки набрать целебной или поохотиться, то прибыток хороший получился бы. Только даже маги туда не суются. Изредка собираются охотники, но таких единицы. Да и не все возвращаются.

— А что там такого ценного?

— Да за одну шкуру длиноклыка артефакторы платят под пятьдесят золотых.

— А ну-ка, с этого места поподробнее, пожалуйста. Вообще, Маркан, расскажи нам о здешней флоре и фауне.

— О чём? — не понял староста.

— Ну, о чудищах и растениях.

— Ааа, ну, так бы и сказали, ваше благородие.

— Геро, доставай справочник, будем сверяться.

У орка с собой была книжка с местным бестиарием. Это я порекомендовал ему почитать о повадках яманбаса. Всё-таки тварь была насекомым, хоть и гигантским, а соответственно, должно подчиняться инстинктами, что являлось его единственной слабостью. В мистификацию животных я не верил и в то, что у них есть человеческое сознание, тоже, и, как оказалось, был прав. Помимо яманбаса справочник содержал информацию и о других существах, которые в том числе обитали в Старом лесу. Честно говоря, книга содержала массу антинаучной мути, в ней были собраны поверья крестьян и различные сплетни, но не только. Ещё были наблюдения выживших энтузиастов, в которых рассказывалось, чем питается то или иное чудовище, когда охотится, как часто пьёт и так далее. То есть полезная информация о привычках и среде обитания. В общем, мы с орком стали помечать закладками в книге животных, которых называл Маркан, а также отдельно записывали цены на их тушки.

С травами было похуже, справочника у нас не было, а какие растения собирать, мы понятия не имели, мне, травнику, почему-то было особенно стыдно. Выудив всё, что можно, из замученного старосты, отправились в дом, который держали для хозяина этих земель. Это была крепкая деревянная хата, в которой постоянно поддерживалась чистота. Нам прислали дородную женщину из местных крестьянок, которая должна была выполнять роль домохозяйки. Всё-таки у баронета были небольшие бонусы, помимо геморроя, устроенного мне императором. Переночевав и плотно позавтракав, мы с орком направились прямо в лес. Староста оказался хорошим мужиком и пытался нас образумить, но мы успокоили его, обещав вернуться к обеду. В лесу я видел очень далеко даже с закрытыми глазами из-за обильной растительности и витающей в воздухе пыльцы с цветов и деревьев, мой радар работал как надо. Потому о любых опасностях нам было известно заранее. Первыми я заметил местных волков, которые, учуяли два куска мяса и шли в нашем направлении, но до того, как они обнаружили свой предполагаемый обед, мы уже сидели на дереве, спрятанные в деревянный кокон, а под нами рассыпалась целая поляна белого многоцветника, который до нас не рос в этом лесу. Попав в зону действия его пыльцы, длиноклыки начинали чихать и, конечно, теряли наш след. Немного покружив по округе, волки удалились подальше от этого противного цветка. Через какое-то время они снова выходили на наш след и снова нарывались на поляну из цветов, на которой ничего вкусного не видели. В итоге им надоело, и они больше не реагировали на запах двоих разумных.

23. Новый план

Сильно углубляться в лес мы не стали, если волки тут таких размеров, то страшно представить, что из себя представляют медведи. Как маги умудряются отгонять этих существ от земель людей, было загадкой, мне ещё многому предстоит научиться. Я также понятия не имел, как завалить длиноклыка и не стать при этом обедом остальной семьи, волки держались вместе, на сканируемой мной территории, это была стая из двадцатиособей. И если верить справочнику, животины могли кастовать какой-то серой субстанцией, разъедающей плоть жертвы по принципу кислоты. В общем, испытания проводить не хотелось, Геро было предложил схватить одного за задние лапы и затащить к нам наверх, но это больше шутки ради. Боюсь, обстрела стаи мы бы не пережили, даже с артефактами, которые не факт, что работают против этой разновидности магии. До настройки на мои веточки они, например, не реагировали. Но мне нужны были деньги и срочно, я не хотел оставаться в императорской кабале, тем более за виртуальный титул, ведь кроме управления деревней он мне больше ничего не давал, а, ну и геморрой размером со Старый лес.

Слово, данное старосте, не сдержал, и мы вышли к людям под самый вечер. Я долго продумывал, как заполучить ценную шкуру волка-мутанта, но ничего в голову не приходило. Вдвоём одного зверя мы бы, наверное, завалили, да и то не факт. «Бедный Геро, ему же ещё на яманбаса идти», — не вовремя подумал я, хотя целая стая могла поспорить и с гигантским богомолом. Не просто так из леса не лезет на теперь уже мои земли ничего более крупного, границы защищают они так, что если бы не периодические набеги с желанием отведать человечинки, длиноклыки были даже полезны, ведь, судя по рассказам местных, Старый лес полон разной гадости, на пути которой стояла стая. В общем, волков истреблять мне теперь не хотелось, а вот как-то регулировать популяцию и защитить моих людей, «ну, и заработать» было жизненно необходимо.

Ещё несколько дней мы с Геро изучали лес — точнее, я изучал, а друг был в качестве моего телохранителя. Перемещались поверху. Я обнаруживал опасность раньше, чем нас успевали учуять. По пути встречались большие змеи размером с крупного земного удава, красноглазые кабаны-переростки, тут даже зайцы были крупнее, но, к счастью, травоядные, хоть и не обделённые даром. Ушастые были быстрее их простых сородичей и в случае опасности могли блинковать. Все свои наблюдения я бережно записывал в блокнотик, но не научного интереса ради, а для того, чтобы избавиться от свалившейся на меня кабалы. И идея-таки наконец пришла, но нужно было время, чтобы её проверить. Всё было просто, на границах вверенной мне территории я начал рассаживать многоцветник, сделав его устойчивым к холодам, плюс необходимо было, чтобы выросший цветок сразу цвел, выделяя пыльцу, получился симпатичный гибрид. Проблема была в том, что цветы необходимо было периодически питать силой где-то несколько раз в месяц. А задерживаться я в моём новом имении не планировал, потому нужен был травник, который за зарплату будет проводить необходимые процедуры. Я попросил старосту кинуть клич по соседним деревням, что нужен травник на постоянную работу за шестьзолотых в год. А сам занимался озеленением любезно вверенной мне территории. Если всё выгорит, то мою землю будут защищать местные чудовища, а я начну получать прибыль с деревни, покрывая расходы зелёных магов за сущие копейки. На клич откликнулось три травника сразу. И это было хорошо, ведь ваш покорный слуга не учёл, что мой магический узел был в разы мощнее среднестатистического кудесника зелёного направления. Увидев меня истинным зрением, ребята немного офигели и до конца не верили, что такой узел может быть.

— Будете хорошо работать, быть может, покажу вам пару упражнений по увеличению запаса маны.

Но ребята явно не понимали, зачем им это, ведь чтобы питать земляные клубни или отгонять вредителей, их дара хватало за глаза. Показал им, что они должны делать, а это уход за цветами в лесополосе длинной в двадцать километров, в ширину она составляла около пяти-семи метров. Посадил я их не на самом краю леса, а внутри, чтобы увидеть цветы, нужно было углубиться на сто шагов в глубь, там поменьше ветра. При этом энергетически пыльца была привязана к материнскому объекту и в случае удаления от растения больше, чем на пятьсот метров, она превращалась в труху. Сделал я это намеренно, дабы не отпугнуть волков очень далеко, в случае ветреной погоды. Ведь свято место пусто не бывает. Раздражающие их микро-семена оседали на деревьях, так что даже в том случае, если ветер будет дуть в другую сторону, клыкастым придётся несладко, надумай они заявится в гости. План казался идеальным, пока не пошёл дождь, этот момент я как-то не учёл, но даже из него выход был, только вот требовал он очень много времени. Пришлось делать над цветами естественную крышу из множества веток, на что у меня ушла ещё неделя и уйма сил. Я снова ругался на этого гада императора, который заставил меня заниматься неизвестно чем, неизвестно где.

Из троих травников на работу подписалось двое, один испугался опасностей Старого леса, остальные согласились на хорошую зарплату, тем более я показал ребятам, для чего мы растим цветочки, взяв их на прогулку по царству зверей. Я показал им, как нужно подпитывать мои растения-мутанты. Потом посадил цветочки и вокруг острога — «на всякий случай». И с чувством выполненного долга отправился обратно в академию. Конечно, от солдат с магами я пока избавляться не собирался, нужен тестовый период, дабы проверить работу моей естественной преграды. А счётчик тикал, доход деревни составлял тысячу-тысячу двести золотых в год, моя доля была что-то около трёхсот монет. За содержание императорского гарнизона нужно было платить пятьсот жёлтых кругляшей. Золотой тут был размером с десять копеек моего старого мира и с примесью какого-то металла, видимо, для жёсткости. Монеты чеканились в императорском казначействе и имели несколько степеней магической защиты, которую видел даже человек без дара. Но это всё лирика.

В общем, у меня было чуть больше полугода, чтобы не уйти в минус, избавившись от гарнизона, потому я очень надеялся, что идея с пыльцой сработает. Конечно, возможность выращивать и модифицировать растения открывала массу перспектив, от гражданских проектов до военных, в какой-то момент меня захватила идея поэкспериментировать с ядовитым сиреневым бутоном, которым траванулся предыдущий владелец этого тела, дабы долбить по площадям выкашивая вражеские армии, только вот была масса «но», из-за которых я оставил эту мысль. Во-первых, чтобы сажать растения, мне нужно время, а враги ждать не станут, во-вторых, как самому не отравиться при посадке, я пока понятия не имел, в-третьих, могут пострадать союзники, даже если я решу первые две проблемы, в-четвёртых, насколько мне было известно, для целителей яд вообще не проблема, маги выводили гадость из организма в считанные секунды. Смазывать оружие ядом сиреневого бутона смысла тоже не имело, цветок убивал не сразу, а лишь спустя несколько часов, попадая в кровь, проверено. А если ещё добраться до целителя, то затея и выеденного яйца не стоит, и это не считая лечащих артефактов. И как раз артефакты стали тем, что меня действительно сильно интересовало, не только целительские, а вообще, все предметы, которые функционировали даже без присутствия мага.

Из книг, попавшихся по этой теме, я узнал их общие принципы работы, на предмет наносилось какое-либо плетение любой стихии. Например, за отвод стрел отвечала сила воздуха — что логично, расщепляющие ману заклятия накладывали универсалы. Маги земли с помощью артефактов усиливали крепости, оружие и доспехи, подозреваю, что над Муганом Геро они тоже поработали, уж больно он был крепким. Благодаря огневикам освещались улицы городов. Были артефакты комбинированные, как сейчас на мне, который защищал и от магии, и от стрел. Травникам это направление было недоступно, да нам, вообще, ничего не было доступно, хотя при защите той же злачницы от вредителей мы работали по схожим принципам, только без плетений, используя лишь голую силу. Тем не менее, заклинание на растениях держалось некоторое время, что, конечно, не сравнится с нормальными артефактами, в которых каст хранился до тех пор, пока носитель не разрядится, выполнив свою прямую функцию, либо не разрушится. В общем, мне было над чем подумать, этим я и занимался, периодически выдёргиваемый моим другом из размышлений, и то — для его тупых шуток, либо из-за периодических тренировок. За последнее я был ему очень благодарен, ведь как говорится: «В здоровом теле здоровый дух». К тому же при моей магической посредственности дополнительный бонус в виде рукопашки никогда не повредит. Я чувствовал, что серьёзно прибавлял в мастерстве владения как своим телом, так и оружием. И так не самое слабое тело Радана становилось более сухим, более жилистым, я учился двигаться быстрее и изящнее, превращаясь из неуклюжего мужика в настоящего рубаку.

— Друг, может, ещё покатаэмся, сдэлаэм круг, посмотрим империю? Успээм в эту акадэмию. — сказал мне Орк.

— Ах же ты лодырь такой, ты забыл, зачем мы вообще туда поступили?

— Да, помню, помню, просто как подумаю про эти руны, мнэ аж плохо становится, давай эщё нэмного отдохнём, обэщаю дажэ нэ встрэвать в драки.

— Ага, так я тебе и поверил. Да, твоя вечно довольная физиономия так и просит кулака, тебе даже ничего делать не надо, найдутся какие-нибудь придурки.

— Да нэ трону я их, поэхали покатаэмся.

— А что ты будешь делать, убежишь, что ли? Нет уж, друг мой, едем учиться. Да и не в драках дело, мы с тобой отстаём от нашего курса уже на месяцы, у меня столько идей, которые надо проверить. Время против нас играет, да в конце концов, мочить яманбаса мне, что ли, нужно? Я-то лично никуда не спешу, но вот чтобы одного дурака не сожрали, надо подготовиться.

— Ээ, какой ты зануда. Да мы с Муганом сделаэм из нэго шашлык.

Понимая, что не прав, бравировал Геро и послушно вёл своего коня вслед за моим.

— Тяжело в учении, легко в бою, друг, так говорили у меня дома. Так что не унывай. Лучше скажи мне, ты не в курсе, как артефакты удерживают энергию?

— В курсэ, конэчно. В них встраивают мана-кристаллы, вот и вэсь сэкрэт.

— Я как-то упустил этот момент, можно поподробнее?

— Ну, я нэ специалист, но насколько мнэизвэстно, существуют кристаллы, которые хорошо удэрживают ману. Для каждой стихии подходят конкретные, но они очэнь дорогие, потому-то и артэфакты эсть нэ у каждого. Рубин — для огня, сапфир — для водников и воздушников, алмаз для цэлитэлэй и универсалов.

Поняв, что цвет камня соответствует цвету стихии, я с надеждой спросил.

— А изумруд?

— Изумруд просто для жэнщин, для красоты. Шучу, да, изумруд для вас, бэздарэй. И он тоже не самый дэшёвый камень, хотя, конэчно, нэ такой цэнный.

— Геро, ты красавчик! — радостно заявил ему я.

— Да, а эщё великий воин!

— Ага. — безразлично согласился и снова погрузился в раздумья. Радан не интересовался драгоценными камнями, а потому во второй памяти информации о них обнаружить не удалось, сомневаюсь, что он вообще когда-либо видел их в своей глуши. А у меня банально не дошли руки до этой простой, но архиважной информации. В отличие от краснокожего балбеса, я постоянно думал, как ему помочь в предстоящей битве. Ведь придурку нужно будет завалить многотонного монстра с непробиваемой броней и зверским аппетитом. Конечно, можно и отказаться, но у орков это считается не по понятиям, что-то вроде нашего: «пацан сказал — пацан сделал». За Геро стоял его клан, который, правда, технично слился, дабы не враждовать с могущественными соотечественниками, тем не менее, это его родня, и подставлять их он тоже не мог. И это не говоря о том, точнее, о той, с кого вся эта каша началась — прекрасная Лейсан. Как мне кажется, парень за время странствия уже подостыл и, быть может, даже пожалел, что вписался в эту авантюру, расстояние притупляет даже самые сильные чувства, да и возраст у нас не такой романтический, как у подростков. Но он обещал ей, а у орков, как говорится, пацан сказал… Короче, вариантов было два, либо сдохнуть в жвалах богомола-переростка, либо срубить-таки ему башку. По условиям пари этот кретин подписался совершить подвиг в одиночку и ни моей, ни помощи остальных друзей орк не примет. По крайней мере, нам нельзя участвовать в битве напрямую, а вот артефакты— это уже оружие и совсем другое дело. Я не понимал, откуда устройства берут энергию, а теперь, зная про изумруды, этот вопрос был снят, осталось только заполучить камушек.

В академию мы вернулись без приключений, что сделало лицо Геро ещё более кислым. Анника оттаяла и встречала меня со сдержанной дружеской улыбкой. «Ну, слава Богу». Отметили с друзьями возвращение, между делом написал отчёт императору о том, что принял пост и передал письмо курьеру, на которого мне указали ранее, парень работал в местной почтовой службе. В тот же день пришёл ответ, чтобы я ждал назначения даты аудиенции. «Ему, что ли, больше заняться нечем?», — зло подумал я, ну какая к чертям аудиенция, когда у меня столько времени потеряно в учёбе!

Затем, забыв про всё на свете, я отправился в библиотеку, набирая груды фолиантов по теме рун, плетений, артефактов и магических камней. Была одна идейка, которую хотелось опробовать. Суть была проста: из лиан я сформировал клубок, напоминавший луковицу, которая при активации выстреливала гибкими стеблями с крюками на конце, по задумке они должны были оплетать жертву. Методом проб и ошибок я спроектировал растение так, что оно выстреливало на достаточную высоту для захвата гигантского богомола. Растение словно открывало огромную пасть, хватая всё, что над ним, по принципу мухоловки. Но без присутствия мага моя ловушка не работала, то есть задача была создать автономное устройство, срабатывающее по команде, что, собственно, и является артефактом. Откуда брать энергию для питания ловушки, я знал, но каким образом сделать так, чтобы она срабатывала как надо, понятия не имел. Потому судорожно искал и ставил эксперименты с уже изученными рунами. Побывал у ректора и выпросил у него изумруд с обещанием вернуть, либо заплатить в случае порчи или утраты. Я практически не выходил из зоны ускорения времени, пытаясь наверстать упущенное, даже не отвлекался на друзей, объяснив им, к чему готовлюсь. Ребята с пониманием отнеслись к моему ботанству и сами принялись более углублённо постигать магические науки, дабы тоже быть полезными в предстоящей битве. Я заучивал руны, накладывал их на растения, но всё было тщетно, объекты никак не реагировали на мои потуги, успокаивало только то, что мы не дошли даже до половины магического алфавита. И лишь спустя месяц у меня наконец наметился небольшой прорыв. Я выучил руну-активатор, которая освобождала энергию из кристалла, теперь оставалось дело за малым, понять, как перекачивать ману в мою заготовку.

Спустя ещё месяц работы над путами для чудовища обнаружил руны, которые уменьшали и увеличивали растение, вкачивая и выкачивая энергию. Оставалось найти способ передачи маны от кристалла к луковице. Параллельно держал руку на пульсе в моём баронетстве, эксперимент проходил отлично, длиноклыки не приближались к деревне ни днём, ни ночью. Ребята-травники работали как надо, староста платил им зарплату в счёт моей будущей доли, разумеется, я обещал отдать ему больше, чем он израсходует на наёмных сотрудников. Как бы там ни было, ещё несколько месяцев испытаний, и можно отказываться от дорогостоящего гарнизона, представляю недовольное лицо ЛюкаII, когда он услышит такую неприятную для себя новость. На душе стало немного светлее от таких приятных мыслей, и я улыбнулся, ведь аудиенцию мне назначили аккурат к этому времени.

24. Руны

Приехав из баронетства, я начал жадно поглощать знания, словно умирающий от жажды путник, нашедший оазис с водой в пустыне. Моя голова пухла от такого обилия информации, но, честно сказать, я получал неподдельное удовольствие, узнавая что-то новое или рассматривая знакомые мне вещи под другим углом. На Земле я так никогда не учился. Регулярно позволял себе прогуливать пары, откровенно забивать на какие-то предметы, но не в этом мире. Быть может, потому что там я не мог управлять магической энергией и повергать врагов лишь силой своей воли? Хотя, наверное, я просто понимал, что тут от приобретённых умений порой зависела моя жизнь и жизнь моих друзей. Враги были не эфемерны, а реальны, не какие-то гипотетические бандиты или гопники, от которых защитит полиция, «как оказалось, не всегда», а самые настоящие убийцы и даже монстры, которые с радостью тебя схарчят, а потом из твоей биомассы создадут себе подобных, ну, или удобрение, тут уж как «повезёт».

Дни буквально пролетали, словно были какими-то мгновениями. Чему способствовал однообразный распорядок дня: утром я слушал лекции, после перекуса в местной столовой бежал в библиотеку. С огневиком и его бандой мы не сталкивались, многие дворяне считали ниже их достоинства питаться за счёт вуза и бегали в рестораны за пределы академии, тратя время и деньги. А вот я время ценил, к тому же его оставалось всё меньше и меньше. Потом была работа с ректором в лаборатории. Затем собственные эксперименты, для чего нам с друзьями, по моей просьбе, выделили помещение в ускоренном пространстве. Лично я больше взаимодействовал с Инганом, всё-таки земля была незаменимым источником полезных веществ. Работали в паре и Анника с Геро, в основном делая упор на боёвку. Огонь и ветер как нельзя лучше дополняли друг друга. С моими близкими я делился всем, что знал о природе их стихий, объяснял, что огонь не может гореть без воздуха, «за редким исключением», будучи профаном, говорил о химических реакциях и распаде вещества, при этом смутно представляя этот процесс, но им хватало. Ребята пробовали комбинировать руны — получались ускоренные фаерболы, огненные смерчи, правда, миниатюрные, хоть комната для испытаний и была защищена от магии, внутри находились живые люди и не только, потому орк с эльфийкой особо не бушевали. В сущности, мы поделили выделенные шестьдесят метров на две части, в одной была земля и цветы, в другой — опалённые мишени и пара лавок, потому, когда они заканчивали тренировки, отдыхали в нашем прекрасном зелёном уголке, где мы с гномом разрабатывали артефакт-ловушку, который можно было активировать и в воздухе.

Луковица в нескольких вариантах была полностью готова спустя несколько месяцев работы. Одна модель срабатывала через три секунды после нажатия на земляной шарик в её центре, как только комок касался внутренних корешков, происходила реакция, и снаряд выпускал лианы. Работал артефакт по принципу ручной гранаты. Мы сделали её максимально миниатюрной, чтобы можно было бросать одной рукой, но всё равно штука получилась в разы крупнее земной лимонки, размером с грейпфрут и весила килограмма полтора. Вторая модель работала по принципу мины, растение раскрывало верхний слой в виде лепестков, которые стелились по земле, и как только объект наступал на них, происходил выброс лиан и ловушка захлопывалась. Мины были покрупнее гранат, за счет чего удалось увеличить толщину лиан. Их плотность была значительно выше дикорастущих экземпляров и по прочности они могли поспорить с сорокамиллиметровым хлопковым канатом. Разумеется, сдержать такую крупную зверюгу, как гигантский богомол, она не могла, но артефакт выбрасывал лианы до тех пор, пока не кончится зелёная энергия в кристалле, из-за чего получался такой приличных размеров клубок. Проблему передачи маны я решил инновационным способом. Как и обещал ректор, мне экстерном дали заучить плетения травников, но ни одна руна из этих магических конструктов не подходила, для нужных целей. Тогда я стал разбивать их на символы, как я и предполагал ранее, магические буквы состояли из условных нулей и единиц, просто в нашем случае играли роль направление и форма той или иной закорючки. В сущности, руна тоже была мини плетением, и вот комбинация из двух таких символов дала нужный результат. Тем самым я создал первую простейшую букву нового языка.

Когда я показал своё открытие ректору, он сначала не поверил, а когда увидел, что она работает, чуть не умер от счастья. В магической науке был откровенный застой, а новый алфавит открывал невиданные доселе горизонты. Хотя, не имея компьютеров, моделировать сложные руны было той ещё задачкой, как подбирать пароль к десятизначному шифру, если не больше, то есть это миллиарды вариантов, правда, в нашем случае правильных паролей могут быть десятки, если не сотни тысяч. Вот только что из этих комбинаций получится — маленькая искорка или атомный взрыв — было неизвестно. Хотя по моим предположениям, для каждой стихии нужно было в первую очередь разбирать те руны, которые подходили для плетений этих направлений, что сужало поиск. Собственно, так я и наткнулся на нужную мне комбинацию из двух значков, экспериментируя с рунами из плетений зелёных магов. Я потратил на поиск месяц, который был равен обычному году, и понимал, что это мне ещё повезло. Даже сложилось впечатление, что посадил при этом себе зрение, ведь руны рисовал маленькими, наполняя их крупицами силы, дабы не рвануло чего ненароком, надо будет не забыть зайти к целителю.

Параллельным проектом стали эксперименты с рунами, которые я обнаружил в самом начале, что уменьшали и увеличивали растения, к счастью, тогда под рукой был пучок лиан, колбаской лежавший на столе, из которых я создавал путы. Так вот, при уменьшении и увеличении растений на ум пришёл процесс сокращения мышц человека, уж больно мой гербарий напоминал подобие руки с пальцами на конце. Я начал по-разному сплетать лианы и поочередного накладывать руны, когда одни сжимались, другие разжимались, получилась такая искусственная мышца. С этого и начался мой проект экологичного, природного экзоскелета. Сотни опытов с подъёмом грузов, различные комбинации плотности и эластичности лиан дали свои плоды. Первым изделием стал наплечник с усиливающими рукавами, правда, с огромным количеством изъянов и несколькими направлениями движений, а если быть точным, всего четырьмя. Наплечник усиливал выпады рукой для нанесения укола, рубящий, а также боковой удар слева направо и справа налево, в остальном дополнительная мышца мешала двигаться носителю. Мне банально не хватало знаний анатомии, «надо будет попросить ректора прислать мне целителя для консультации».

Как бы там ни было, начало было положено, и до полного завершения работы мне нужно было время и парочка специалистов в разных областях. Вообще, из-за специфики моей силы требовалась комплексная работа с другими магами. Инган был незаменим, создавая мне земляные ядра. В нашей лаборатории с помощью очков-артефактов я мог видеть работу гнома на нематериальном уровне, помимо видимой работы с почвой он заряжал свои изделия энергией земли, что компенсировало приток полезных веществ к моим растениям. Было крайне любопытно смотреть за переходом коричневых потоков эманаций земли в горшке к посаженному растению. То есть мана земли как-то преобразовывалась в зелёную энергию. Это говорило о том, что разные типы маны взаимосвязаны и могут переходить из одного состояния в другое, и, очевидно, имеют первоисточник, что, в принципе, известно тут даже ребёнку. Вообще, теоретизировать на эту тему можно долго, и тут мысли уходят глубоко в раздел теологии, в которой я не силён, проще будет пообщаться с клириками, но это как-нибудь позже. Надо было подумать о более практичных вещах, на которые я или моё окружение могли повлиять прямо сейчас. Ведь получается, что все стихии искусства взаимосвязаны, даже огненная магия, которая олицетворяла собой световую и тепловую энергии, что так требовались всему живому, не говоря уже о воздухе и воде. Я кастовал быстрый рост зелени в боевых условиях, и мой арсенал получал всё, что необходимо из окружающего пространства. Помимо питательных веществ нужна была влага из земли и воздуха, плюс тепловая энергия, которая была разлита повсюду. Нехватку каких-то элементов компенсировала моя собственная энергия, что кратно увеличивало её расход. В условиях вечной мерзлоты маназатраты станут нереальными, боюсь, у меня даже не получится вырастить и дохленького цветочка. Но если вооружиться дополнительными источниками энергии всех четырёх стихий, я гипотетически смогу кастовать даже в полном мраке, в вакууме с отрицательными значениями температуры. В обычных условиях это обещало кратно уменьшить расход маны. У меня аж дыхание перехватило от такой мысли. То есть имея при себе заряженные кристаллы всех стихий, я смогу кастовать до полного их истощения.

Оставалась проблема преобразования в зелёные потоки чуждых мне стихий, ведь управлять ими я не мог, да что там, я их даже не видел без артефакта. Но вот растения делали это автоматически по заложенной программе. Сам-то я не создавал ничего нового, лишь мог видоизменять уже имеющиеся в природе цветы и деревья. То есть с помощью других магов требовалось настроить кристаллы на высвобождение нужного количества той или иной энергии по запросу условного цветка, который сам будет преобразовывать чуждую энергию в управляемую мной. Передо мной открывались невероятные перспективы. Для полного счастья не хватало водника, которому я мог бы доверять, а ещё кристаллов, денег и времени. К счастью, получилось сблизиться с ректором, которого полностью поглотили вновь открывшиеся тайны рун. На какое-то время глава академии пропал в своей лаборатории, вообще забив на административные дела. Наши делишки мы хранили в секрете от всего остального мира, в часть тайн был посвящен мастер Ридз, но только архимаг Нобиль сам решал, что моему куратору стоит знать, а чего — не стоит, я в это не лез, лишь выполнял его рекомендации. Так за всей этой суетой и подошло время аудиенции у моего сюзерена.

Как обычно, Люк II важно восседал на своем троне, смотря на меня, как на надоедливую блоху. Вот только, блин, это он меня вечно тянет во дворец, будь моя воля, я бы сюда ни ногой. Возможно, чувствуя мою нелюбовь к его компании, монарх так вымещал на мне своё недовольство. Ну, а чего он хотел? Сначала запытал, потом «наградил», а по сути, закабалил, ну, по крайней мере, попытался. Хрен ему, скотине, мои цветочки работают как надо, волки защищают границы, и клал я с большой колокольни на его охрану. Теперь надо как-то это ему сообщить.

— Ваше величество, спасибо за аудиенцию! Мне лестно, что человек вашего масштаба нашёл время для какого-то мелкого баронета.

Проигнорировав мои словесные реверансы, он сходу спросил:

— Как дела на вверенной вам земле, сэр Руслан? Всем ли вы довольны? — позволил себе ехидную улыбочку император.

«Не сдержался, скотина. Ну, ничего, сейчас я тебя обрадую».

— Более чем, прекрасные места, хорошие люди, работящие, природа — загляденье. Вы видели Старый лес, ваше величество? Это просто нечто, тысячелетние деревья размером с небольшие горы, а какая там живность, редкая, магическая! В общем, угодили вы с наградой.

— Да, про тамошнюю живность наслышан, аж приходится целый гарнизон держать на границе. Кстати, об этом.

Подвёл к самому интересному император:

— Как вы понимаете, империя не может позволить себе охранять ваши границы бесплатно.

— Всё понимаю. — кивнул я.

— К счастью, ваши земли приносят доход, а потому вы можете нанять дорогостоящую охрану или платить вдвое меньше имеющемся гарнизону.

— Ваша щедрость не знает границ, мой император. Я так вам благодарен, так благодарен. «Козёл ты в короне, чтоб тебя диарея не отпускала неделю».

— Не стоит. Мы умеем быть признательными. — важно сказал он, самодовольно улыбаясь, видимо, считая себя самым умным.

— Но вынужден отказаться от вашего «недорого» гарнизона. — интонацией выделив нужное слово, произнёс я.

— Но наёмная охрана вам обойдётся гораздо дороже, уверяю вас. Откуда такие средства? — спросил император.

«Смотрите, кто забеспокоился о моих деньгах».

— Моя охрана работает за еду.

— Да? И кто же эти альтруисты?

— Длиноклыки.

— И как же вы сумели с ними договориться, если не секрет? — не веря в услышанное, спросил он.

— Магический барьер нового образца.

— Как интересно. Поделитесь с нами этим плетением? — то ли спросил, то ли приказал император.

«Куда же я денусь».

— Разумеется, но процесс очень затратный. — намекнул я на вознаграждение.

«Ты ещё сам мне заплатишь».

— Не дороже содержание гарнизона, надеюсь?

— Конечно, нет.

— Конкретнее. — нетерпеливо произнёс ЛюкII.

— Штук пятнадцатьмагических кристаллов разных стихий и двестизолотых монет.

— Так это же гораздо больше. — аж покраснев, заявил император.

— Да, дороже в масштабах моих земель, но сущие копейки для всей границы.

— То есть ты решил продать секрет плетения своему императору? — неожиданно перешёл на ты мой навязанный сюзерен.

Здорово я так его взбесил, если бы не интерес к моему ноу-хау, боюсь, одного травника уже заковали бы в цепи. И пока он не решил выпытать из меня нужную информацию, я быстро пояснил.

— Ваше величество, технология новая, за свои земли я ещё могу отвечать.

— Головой!

— Головой. — грустно согласился я. — Но вот брать на себя ответственность за всю границу с лесом, без необходимых тестов, считаю безответственным. И вот как раз для более детального изучения фронта работ мне необходимы средства. Нужно изучить местность, оценить виды, обитающие возле границы, и их восприимчивость к моей магии, вы же понимаете, что зверьё в лесу непростое.

Император успокоился, ведь я говорил разумные вещи. Хотя, конечно, я тупо хотел получить вознаграждение за мою разработку, как он сам выразился, я не альтруист, да и ничего не должен этому козлу. Но не поделиться своими цветами я не мог, а вот заработать на этом был обязан. К тому же, камушки и золотишко действительно были нужно для опытов. Правда, для других.

— Всё тобой перечисленное получишь у казначея, но если плетение нерабочее, мы будем очень, очень недовольны.

— Как можно, ваше величество? В пределах моих земель всё работает как песочные часы. И да, это не совсем плетение, я ведь травник, а нам известно всего три рабочих рунных конструкта. Моё изобретение — это магические цветы.

Конечно, принцип работы пыльцы я ему говорить не собираюсь, пусть думает, что сами цветы как-то отпугивают животных. Гибрид уже готов, императору просто потребуется засадить ими свою границу леса, нанять травников и тратить освободившиеся средства на что-то более полезное. Тем не менее, он был явно недоволен, ведь не то что не привязал меня долгами, а ещё и заплатил.

— Свободен.

Я чинно кивнул и удалился.

Как только за мной закрылась дверь, император сказал:

— Ты была права, Летиция, мальчик действительно интересный. И с задачей справился на отлично.

Из-за трона вышла симпатичная брюнетка с сосредоточенным лицом.

— А как он элегантно выпросил себе награду?

— Да, было любопытно наблюдать как он выкручивается. Хитрый гадёныш.

— И полезный. — добавила его дочь.

— Да, тут не поспоришь.

— Честно говоря, я не до конца верила докладам с границы о барьере, установленном Русланом. Пока сама не увидела эти цветы.

— А мы точно не можем сами засадить границу леса белым многоцветником, вроде распространённый цветок?

— Это какой-то новый вид. Мы отдали образцы травникам, но они только разводят руками и не понимают принцип работы барьера. Хотя, конечно, они могут размножить растения, но будут ли они работать, а главное, в чём их секрет, мы не знаем. Так что без Руслана тут не обойтись.

— Хорошо. Что по академии?

— Разведка докладывает, что травник сблизился с Нобилем, ректор души в нём не чает. Наметился прорыв в рунной магии.

— Да кто этот парень такой?

— По нашим сведениям, простой селянин с неординарными способностями. Более того, ему благоволит братство. Он участник закрытия прорыва в Трайфале, обладает малым благословением. Лично знаком с братом Тиком.

— Даже так? Он точно не человек братства?

— Монахи так не работают, да и покуда мы не имеем дело со скверной, мы им неинтересны.

— Ещё вопрос: почему я об этом узнаю спустя столько времени?

— Агенты стараются работать без привлечения лишнего внимания, информацию собирали по крупицам.

Быстро отчиталась принцесса и дополнила:

— Да, ещё травник — личный враг Итерна Ландайского. Говорят, боров очень желает получить его голову отдельно от туловища. По их конфликту информации пока мало, работаем.

— Интересно. Надеюсь, не нужно тебе объяснять, что травнику необходимо обеспечить максимальную безопасность. И пора переходить к следующей стадии, как-то заслужить его доверие, дабы он охотнее с нами сотрудничал.

— У нас уже есть план. Травник крайне щепетильно относится к своим друзьям, поможем решить их проблемы, и он пойдёт на более тесный контакт.

— Хорошо, работайте. Да, и продумайте вариант с «кнутом» для сценария, где он не идёт на сближение.

— Конечно, отец. Вы позволите мне лично заняться им?

Император недовольно скривился, обдумывая просьбу дочери и утвердительно кивнул.

— Действуй, как считаешь нужным.

Не успел я вернуться в академию, как мне пришло надушенное письмо от Летиции с приглашением на чай. Пока не увидела или не унюхала Анника, от греха подальше сжёг конверти лёг спать. Свидание императорская дочка назначила на завтра, нужно будет хорошо отдохнуть, чего ждать от спасённой брюнетки, я не знал, но был уверен, что ничего хорошего. Но ей всё-таки удалось меня удивить.

25. Чего хочет принцесса?

Облачившись в свои лучшие одежды, «те же, что и вчера», прыгнул в любезно подогнанную к академии карету, ребятам сказал, что снова вызывают во дворец — и это было чистой правдой, но вот кто вызывает, не уточнял. Геро начнёт подкалывать, Анника — нервничать, а я вместе с ней, а гном — многозначительно подмигивать. В этот раз экипаж направился не к главному дворцу, а чуть правее, вдоль всё таких же изящных садов, белокаменных фонтанов и мраморных строений. Всё-таки сюда надо водить людей на экскурсии. Вся Просперия — прекрасный город, и если наша академия — его жемчужина, то дворец был настоящим бриллиантом. Отъехав на значительное расстояние от дворца, меня привезли к особняку поменьше, но не менее красивому. В сущности, это был тот же дворец, только в миниатюре. Экипаж встретил слуга в позолоченном камзоле и попросил следовать за ним.

Была прекрасная погода, всюду летали бабочки и дракокрылы, ландшафт украшали разномастные цветы. Слуга повёл меня к проходу в живой изгороди выше человеческого роста на полголовы, по мощённой всё тем же мрамором дорожке. Мы вышли прямиком к летней круглой беседке, за столом которой в совершенном одиночестве сидела Летиция.

— Прошу вас, сэр. — указал мне дорогу слуга и удалился с лёгким поклоном.

— Благодарю.

Мужчина оценил мою вежливость и слегка поклонился ещё раз. Видимо, дворяне не часто одаривают обслуживающий персонал вниманием. А, кстати, очень зря, всегда нужно быть в хороших отношениях с людьми, которые приносят тебе еду. Территория полностью была закрыта от чужих глаз, и мне стало немного неловко, а когда я приблизился к принцессе так, что смог её рассмотреть, стало дурно вдвойне. Длинные волосы были убраны в пучок, полностью открыв нежную тонкую шею и плечи, на которых были только нитки-бретельки красного облегающего шёлкового платья с глубоким декольте чуть ли не до середины пупка, которое просто не оставляло пространства для фантазии, а учитывая то, что надевалось оно без бюстгальтера, кровь начала отступать от головы и поступать в другое место. В этом мире ещё не изобрели лифчики, женщины носили повязки, что, в сущности, одно и то же, только попроще. Подойдя ближе к принцессе, я нервно сглотнул. Девушка делала вид, что не заметила меня, и задумчиво смотрела куда-то в сторону, давая разглядеть себя во всей красе. Ничего говорить не хотелось, потому как я стоял и наслаждался зрелищем того, как она грациозно пила чай из маленького фарфорового стаканчика, чуть касаясь его своими пухлыми розовыми губами, в деталях рассмотрел её маленький острый носик и улыбающийся взгляд. Внезапно принцесса медленно повернула своё смазливое личико.

— Ох, вы тут, мой рыцарь? Простите, я не заметила вас. Задумалась о своём, о девичьем.

«Ну-ну, так мы тебе и поверили».

— Ваша светлость.

— Прошу вас, сэр Руслан, без формальностей, пока никого нет, для вас я просто Летиция.

— В таком случае, просто Руслан.

— Договорились. Ну, что же вы, присаживайтесь. Извините, что встречаю вас в таком неофициальном виде, одетой по-домашнему.

Слегка улыбнувшись, выдала принцесса, выглядя так, словно перед фотосессией для обложки мужского журнала. «По-домашнему?», — ячуть на месте не упал.

Девушка указала мне на место за круглым столом напротив себя.

— Благодарю.

Честно говоря, я немного мялся и не знал, как себя вести. Потому как был застигнут врасплох. При людях я мог морозить глупости и отыгрывать влюблённого дурачка, но наедине с принцессой меня могли неправильно понять, а затем и казнить. Хотя от идеи выглядеть идиотом в её глазах ваш покорный слуга не отказался. Было непонятно, зачем принцесса так вырядилась, она и в пышных платьях смотрелась, мягко говоря, эффектно, но это тоненькое недоразумение, с разрезом от бедра, открывшее длинную стройную ножку в красных туфлях на высоком каблуке, пробуждало во мне все возможные инстинкты самца и притупляло чувство самосохранения. Наверное, сказывалось длительное воздержание, да кого я обманываю? Летиция была невероятно сексуальна и выглядела, как новогодний подарок, который не терпелось распаковать, разрывая эту красную обёртку на маленькие кусочки, «Так, Руслан, тормози». Она явно была довольна произведённым эффектом, который с лёгкостью прочитала на моём лице, видя идиотскую улыбку и, возможно, догадываясь по стекающей слюне из открытого рта, «последнее приукрасил», но чувствовал я себя именно так.

— Что же вы, Руслан, как в рот воды набрали? А где долгожданные комплименты о том, как вы восхищены? И всё же, я так и не поняла, что красивее — ослепительно или невероятно? — напомнила она о том, как я выкручивался на балу.

Ну, так как Анники рядом не было, я ответил:

— Разумеется, ослепительно.

Ответил, нагло улыбнувшись: «вот такой я гад».

— Рядом с вашей спутницей вы не были так уверены. — игриво сказала она, опершись на стол локтями и положив на них свои прелести. О! Каких мне трудов стоило смотреть ей в глаза, а не на это чудо природы и ещё находить слова, чтобы ответить что-то внятное.

— Анника — друг и боевой товарищ, а друзей обижать нельзя.

Летиции понравился такой ответ, как-никак она была воином и высококлассным боевым магом. После моего ответа она посмотрела на меня как-то иначе, без той игривости и, видимо, что-то решив для себя в уме, сказала:

— Руслан, давайте оставим эти игры и поговорим серьёзно.

— Не понял?

— Прошу вас, давайте не будем строить из себя тех, кем мы не являемся, ни вы, ни я. Хочу с вами поговорить откровенно. И очень прошу вас не отыгрывать роль рыцаря-идиота. Мы оба знаем, что вы далеко не дурак. Упрежу ваши вопросы — вы нам интересны, интересны империи, собственно.

— Но почему? — всё-таки вставил я.

— Да хотя бы потому, что вы первый в истории боевой зелёный маг, а это что-то да значит. А то, как вы решили проблему границы Старого леса, говорит само за себя. Потому мы и хотим вас приблизить, хотим, чтобы вы нам доверяли.

Она грациозно встала, случайно — «ага, конечно» — задела столовый прибор своим прямым животом, а потом на прямых ногах нагнулась, чтобы его поднять, деликатно пряча от меня свой вырез, при этом чуть повернувшись и невзначай выпятив то место, на котором только что сидела.

«И как с ней серьёзно разговаривать?». Потом подошла ко мне, подсела рядом, взяла под локоть и продолжила.

— Но чего хотите вы?

«Вот прямо сейчас, конечно, тебя», — подумал я, но ответил совершенно другое.

— Да, собственно, ничего, вы меня и так, вон, баронетством наградили.

Слегка скривился я, вспомнив про очередную подставу короны.

— Не обижайтесь, конечно, мы понимали, что это вас слегка свяжет.

— Слегка? Да вы меня чуть в долгового раба не превратили!

Не удержался я и прикусил язык, коря себя за эмоциональность, всё-таки Летиция умела располагать к неформальной беседе.

— Если бы вы не могли решить такую мелкую проблему, то были бы не настолько интересны.

— То есть это был тест? — скептически уточнил я.

— В том числе, но и ваш вариант тоже.

— Так о каком доверии может идти речь, Летиция?

— Наконец-то по имени. — улыбнувшись, сказала она.

А я слегка покраснел, одновременно сходя с ума от её запаха и старательно отводя глаза от приблизившегося на небезопасное расстояние декольте.

— Договорились же, без формальностей.

Чуть более резко, чем следовало, подтвердил я.

— Поймите, ничего личного. Интересы государства в первую очередь.

— Ну, хорошо, сейчас-то вы чего от меня хотите?

— Хотим подружиться.

— Ну, мы и так вроде не враждуем.

— Нет, мы искренне хотим сотрудничать, на партнёрских условиях. В разумных пределах, разумеется, и с соблюдением всех формальностей подданства.

— А с чего это вдруг вы изменили отношение?

— Мы не меняли к вам отношения, всё-таки вы — мой спаситель, и империя вам благодарна, но в политике немного размыты понятия «хорошо» и «плохо», применимые среди простых людей. Вы доказали, что заслуживаете нашего доверия не только в сражениях, но и в делах. Потому решено заслужить и ваше доверие. Так чего вы хотите? О чём мечтаете?

С придыханием сказала она, а мои желания за тридцатьсекунд не изменились, но ляпнуть такого я, конечно, не мог.

— Да честно? Ничего.

— Хорошо, спрошу иначе. Что вам дорого?

Мне не хотелось отвечать и говорить с Летицией откровенно, опыт подсказывал, что от императорской семейки можно ждать любых подлянок, но то ли близость девушки на меня подействовала, то ли хорошая солнечная погода, потому я честно ответил.

— Друзья.

— Вот видите, и мы желаем стать вам друзьями. Ну, а что вас тревожит? И не говорите, что ничего, нам докладывают о том, как вы не выходите из лаборатории академии работая, над чем-то сутками напролёт.

— Вы что, следите за мной?

— Ну, Руслан!

Она снисходительно посмотрела на меня, как на идиота, говоря одним только взглядом: «Конечно, следим, ты новый человек в империи, попавший в зону интересов монарха». Мне даже стало немного неудобно.

— Хорошо, я откроюсь вам. Да, я беспокоюсь за Геро.

— Это тот, что орк, насколько я помню?

— Всё верно.

— И в чём проблема?

— Как бы вам это сказать, этот дуралей, простите за выражение, должен в одиночку сразиться с яманбасом.

— Со жвальником? — удивлённо подняла свои тонкие брови принцесса. Так гигантского богомола называли в империи.

— Да, боюсь, несмотря на то, что Геро — действительно непревзойдённый воин, этой встречи он не переживёт. То, что я прочитал о чудовище, вгоняет меня в депрессию. А ведь его, придурка, не переубедишь, да и как я могу, когда на кону стоит честь и любовь? Но мысль потерять его меня убивает. Геро заменил мне брата, которого у меня никогда не было, понимаете? Конечно, я должен верить в его силы, поддерживать. Так, собственно, при нём и поступаю, но сомнения буквально выгрызают меня изнутри. И вот я бьюсь в академии над решением этой проблемы, а тут вы с вашими баронетствами, балами и чаепитиями.

Вывалил я всё, что было у меня на душе принцессе. Летиция умела слушать и совершенно не обиделась на мои последние слова, хотя я снова успел пожалеть, что ляпнул лишнего.

— Именно такого разговора я и просила от тебя, Руслан. — резко перешла она на ты.

Потом встала, дошла до перил, окружавших беседку. А я в расстроенных чувствах даже как-то перестал её рассматривать, принцесса повернулась, оперлась на перила и сказала:

— Мы можем помочь. Конечно, никаких гарантий, всё-таки это жвальник. Но значительно повысить шансы твоего друга мы в состоянии. Орк должен быть один, но оружие использовать же он может?

— Да, вот над оружием я и работаю.

— Мы дадим ему двух големов и фамильные мифриловые артефактные доспехи моей семьи. Последние с возвратом, разумеется, после окончания миссии вне зависимости от результата. — перешла на деловой тон принцесса. Я аж растерялся.

— А какие преимущества у доспехов?

— Они благословенны. Плюс обладают повышенной прочностью и защитой от магических и ментальных атак.

— Благословенны?

— Слышал о благословении, которое могут вымаливать члены братства Единого?

— Да!

«И не только слышал».

— Так вот, надевший их получает тот же эффект, только усиленный. Насколько известно, таких вещей в мире всего несколько штук, и они являются сокровищем нашей империи.

— И вы их нам дадите?

— Временно! С вами будут несколько доверенных лиц, которые должны будут вернуть артефакт во дворец.

— А ваш отец разрешит? — с сомнением спросил я.

Принцесса снисходительно мне улыбнулась. И тут до меня дошло, что всё они прекрасно знали и заранее подготовили предложение, от которого я не смогу отказаться.

— А что взамен? — напрягшись, спросил я.

— Как я уже сказала — твоя дружба. Ведь мы знаем, что это ты умеешь делать просто отлично.

— Откуда?

— Навели справки, знаем о Трайфале и спасении эльфийки. В конце концов, ты рисковал даже ради меня. Что говорит о твоём благородстве.

— Если всё действительно так, то вы получите верного друга в моём лице, ваше высочество. — расчувствовавшись, перешёл я на официальный тон.

— Я же просила, Руслан.

— Простите. — с улыбкой сказал я.

Теперь Летиция мне нравилась не только как женщина, но и как человек. Ведь появилась надежда спасти этого дурня. Геро сам по себе монстр, а в благословенном доспехе, да при поддержке нескольких големов, да ещё с моими разработками, от этого таракана он и мокрого места не оставит.

Летиция

Наконец ей удалось заставить раскрыться этого человека. Для чего потребовалось одеться, как на задание по соблазнению, а потом пообещать одно из сокровищ страны. Которое он, разумеется, получит. Хотя одеваться так, конечно, было необязательно, но после встречи с эльфийкой в девушке проснулся не свойственный разведчице дух соперничества. Принцессе было стыдно признавать, что этот человек, ещё совсем недавно бывший простолюдином, ей нравился, ей, дочери ИМПЕРАТОРА! Руслан не был похож ни на кого, с кем Летиции доводилось когда-либо встречаться. А ведь она имела богатый опыт общения со всеми, от нищих бродяг до императоров. Он был уникальным человеком, это стало понятно при первой их встрече, когда он сражался с помощью бесполезного травничества, а последующее общение в этом только убедило. Его стремление к знаниям, полученным у мастера-водника, положившего жизнь на изучение искусства, вызывало глубокое чувство уважения. А отношение к друзьям вызывало острые приступы ревности, потому как у принцессы не могло быть их, но это не значит, что ей не хотелось, и потому она всем сердцем завидовала его близким, особенно остроухой аристократке.

Поначалу девушка прогоняла эти мысли, но признавшись себе в том, что, как оказалось, она тоже человек, стало легче. Ещё он был хорош тем, что столь желаемая дружба с ним не противоречила холодному прагматизму. Ведь для неё не было ничего важнее Велты, а все её чувства и эмоции вторичны. Но с ним такой проблемы не стояло. Понимая, что Руслан становится ей небезразличен, она посовещалась с отцом, дабы убедиться, действительно ли он так полезен для страны, как ей казалось, или в ней говорили эмоции. И император развеял всяческие сомнения. Потому она твёрдо решила получить и друга, и союзника. Ранее с девушкой такого никогда не было, впервые она так страстно желала снова увидеть какого-то конкретного человека. А ещё ей жутко хотелось, чтобы он снова понёс её на руках, как тогда, во время нападения. Но не просить же его об этом, хотя всем женским нутром она чувствовала по тем взглядам, что травник бросал на неё, уговаривать его бы не пришлось. Тем не менее, она всё ещё принцесса, а потому попыталась подавить в себе это дурацкое желание. Увы, не получилось. Пока он мило улыбался, радуясь тому, что сможет спасти этого краснокожего идиота, ведь нормальный разумный на жвальника в одиночку не пойдёт. Она кастанула из земли несколько фонтанчиков вокруг их беседки, которые сформировали небольшое озерцо, «да простят её садовники», подгадав момент, когда они собирались выходить.

— Ой, сколько воды, я же промокну!

— Сейчас я сделаю мост.

Забыв о том, что чужая магия без позволения членов императорской семьи в стенах дворца не работала, выпалил Руслан. Но когда понял, что сделать этого не может, сказал:

— Сейчас я позову кого-нибудь на помощь!

— Да, нужен мужчина, который перенесёт меня. — его явно задело слово «мужчина» в таком контексте.

— Не сочтите за дерзость, но перед вами тоже мужчина. Летиция, вы позволите вам помочь?

Почти, как тогда, спросил он.

— Даже не знаю…

Она строила из себя недотрогу.

— В конце концов, у меня уже есть опыт. — обезоруживающе улыбнулся он.

— Хорошо, убедил, только ради Бога, поосторожней. — максимально безразлично произнесла она.

— Как скажете, леди.

Он бережно взял её на руки и пошлёпал по воде, заставив девичье сердце колотиться чаще. Пройдя водное препятствие, аккуратно, словно хрупкую вазу, поставил принцессу на землю, так, что они оказались лицом к лицу. Её вновь охватило это непреодолимое желание совершить очередную за сегодня глупость, и она неожиданно для себя нежно поцеловала его в губы. А потом, покраснев, словно девчонка, развернулась и ушла. Оставив шокированного травника практически в замороженном состоянии, не буквально, хотя и это она умела.

26. Доспех

— Роман с принцессой в мои планы точно не входил. Не прибьёт ли меня теперь её папашка? Хотя насколько я помнил из истории моей прошлой жизни, в которой был не очень силён, всякие там королевы могли спокойно иметь фаворитов. Вот только на счёт принцесс не уверен. Да и в конце концов, она сама. «Так палачу и скажу, она сама приставала». Хотя, откровенно говоря, мне было лестно, всё-таки дочь императора, а ещё и красавица. Отвергать нельзя, обидеться может. Но, честно говоря, Летиция мне нравилась как женщина. Особенно после того, как увидел её в том красном платье, после чего почувствовал себя бычком на корриде. Рогатые, конечно, дальтоники, но почему-то бросаются на эту тряпку, желая разорвать её в клочья, и я не далеко от них ушёл. «Вот только как бы не закололи».

В общем, решил, что пусть всё идёт своим чередом, будем решать проблемы по мере их поступления. Главное, удалось увеличить шансы одного имбецила на победу, и я был безумно счастлив, хотелось танцевать. Слуга проинструктировал меня, что завтра нам необходимо явиться на примерку и настройку доспеха под орка на дворцовый полигон, а также сообщил, что это сверхсекретная информация и о ней никто знать не должен. Мне не терпелось увидеть, что это за чудо-латы, которые император любезно решил нам одолжить. ЛюкII,конечно, тот ещё гусь, заполучил мою лояльность не мытьём, так катаньем. Если всё получится, действительно буду должен этой сволочи, ведь друзья — самое ценное, что у меня есть. Теперь я как-то даже потеплел к папке Летиции и обзывал его чисто по привычке, можно сказать, любя.

Вернувшись в академию, застал свою банду за спаррингом на тренировочном оружии. Эльфийка с гномом против Геро, при этом орк не может атаковать, а потому Анника с Инганом отрывались по полной, не заботясь о защите. К чести краснокожего балбеса, он уворачивался и парировал удары довольно успешно, прыгая по площадке как заправский акробат. Было видно, что эльфийки он опасается меньше, чем гнома, что невероятно бесило девушку, и она в порыве гнева бросалась в отчаянные атаки.

— Леди Анника, прошу вас, умерьте свой пыл, вы только играете ему на руку!

Увещевал её гном. Тем временем Геро подначивал вспыльчивую подругу.

— Ты вчэра лишнэго хлэбнула, подруга? Руки что-то дрожат. Оп! Нэ попала, ха-ха-ха!

Мне стало обидно за девушку, и я включился в махач с криком:

— Ребят, я за вас! Он же отвечать не может, правильно я понял?

— Да! — зло бросила Анника.

— Вот это здорово!

Если бы Геро мог контратаковать, я бы не полез, гад совсем не жалеет меня во время тренировок, отбивает конечности, наносит колющие удары в живот и ребра, пару раз треснул по голове, когда я допускал совсем уж грубые, по его мнению, ошибки. А сейчас у меня был шанс поквитаться. Орк перестал улыбаться, а мы начали технично брать его с трёх сторон, хоть он до сих пор был на недосягаемом для меня уровне, тем не менее, я уже что-то да умел: чувствовал ритм схватки, знал об уловках и финтах, просто не всегда успевал реагировать. И в нашей тройке именно я был той брешью, через которую орк уходил от атак, в поле работы Ингана это жук даже не совался, гном если и уступал ему в фехтовании, то совсем немного, к тому же у бородача был богатый опыт и служба в элитном подразделении, потому он всегда мог удивить соперника какой-нибудь уловкой.

Дабы совсем не ударить лицом в грязь, я призвал малое благословение, и стало гораздо интереснее. Орк заметил перемены, но ничего не сказал, в конце концов, это не магия, потому жульничеством мой ход назвать нельзя. Три минуты мы гоняли его по полигону, пока, наконец, я не заставил друга ошибиться и выйти на прямое столкновение с гномом. Геро отвлекся буквально на долю секунды, чем и воспользовалась Анника, достав его кончиком меча в отчаянном прыжке. Бой был окончен.

Анника завизжала от радости и прыгнула на меня, обхватив ногами и крепко обняв. Стало немного неловко, я аж покраснел. «В какой раз за день». Опомнившись, эльфийка слезла с меня и пошла обниматься с гномом. Понять её было можно, ведь за все время наших спаррингов она впервые достала орка. Геро, конечно, не признавался, но он явно был немного сексистом и очень не хотел проигрывать девчонке. А потому при похожих спаррингах в совсем безвыходных ситуациях уходил под атаки гнома и иногда с огромным нежеланием — под мои, зная, что потом я весь день буду его подкалывать. Но сегодняшнего случая мне хватит на целую неделю. «Великий воин, а проиграл девчонке», «Каково это быть побитым красоткой?», — сделал я в уме пару заготовок. При этом, конечно, буду игнорировать, что нас, вообще-то, было трое, и он не мог контратаковать, но кого такие мелочи волнуют?

— Ах, ты, коварная жэнщина, ты жэ на расстоянии копья была, и в реальном бою такой выпад был бы самоубийством.

Я перебил лузера.

— Ой всё, прими уже своё поражение, «великий воин». Ты проиграл! — и шёпотом добавил, — девочке.

При этом совсем забыв про чуткий слух Анники. Её локаторы повернулись в мою сторону, взгляд стал очень-очень злым, она направилась в сторону лука, а дальше началась моя беготня от тренировочных стрел разъярённой эльфийки под ржач орка и гнома.

— Да я пошутил, Ани, да хватит, ай!

— Ах-ха-ха-ха, это того стоило, друг! Готов каждый дэнь проигрывать этой могучэй эльфийской воитэльницэ!

Анника злобно зыркнула на орка, и тот поспешно добавил:

— Но только в чэстной схваткэ, конэчно.

Эльфийка благосклонно кивнула и дальше стала расстреливать свою живую мишень, а орк с облегчением выдохнул. Запустив последнюю стрелу с относительно мягким наконечником мне в плечо, Анника наконец успокоилась. А я ещё раз поспешил извиниться.

— Эх, Рус, такой момент испортил. — пожурила меня она, потом повернулась к орку улыбнулась и сказала. — Но я-таки тебя достала.

Геро радостно оскалился в свойственной только ему манере и сказал:

— Эщё бы, кто тэбя всё это врэмя учит?

Анника дружески стукнула орка в плечо.

— Вот всегда ты вывернешь ситуацию в свою пользу.

— Таково мастэрство вэликого воина. Эсть путь мэча, а эсть путь вэликих мыслэй.

— Ну, в твоём случае, путь изворотливого языка. — влез я.

— И это говорит мнэчэловэк, который так нэудачно шутит про проигрыш вэликой воительнице, называя её дэвочкой.

Одновременно подмазался к эльфийке орк и напомнил нашей вспыльчивой подружке об инциденте, исчерпанном ещё минуту назад. После чего и мне прилетел дружеский удар в плечо от нашей подруги, вот только у меня там были синяки и всё жутко болело.

— Сволочь! — выругался я. Брови Анники поползли вверх. А я отскочил, выставил руки перед собой и стал оправдываться: мол, да я не тебе, Ани, я этому гаду за то, что подставил. Эльфийка наконец-то соизволила пожалеть меня и наградила тёплой улыбкой под хохот двух этих отморозков. Инцидент был исчерпан.

— Вот вы тут издеваетесь над о мной, а я, между прочим, с хорошими новостями от… хм, императора. По поводу твоей проблемы, мой дорогой неблагодарный друг.

Все внимательно слушали и не перебивали.

— Только это строго между нами, никто не должен знать. В общем, ЛюкII,да продлятся его годы в славе и величии, выделит тебе, обалдую такому, какой-то очень серьёзный мифриловый доспех-артефакт, правда, во временное пользование!

— Это всё?

Никто особо не впечатлился новостью.

— Да, блин, это же супероружие!

Ребята скептически посмотрели на меня, лишь один гном прищурился и спросил:

— Могу ли я узнать название этого благородного изделия?

— Сейчас. На крепость похоже или замок, погоди, вспомню, а! «Фортис», кажется, да, точно, «Фортис»!

— «Фортис»? Тот самый, из легенд, о чём слагают песни наши барды? Несокрушимый «Фортис», что выкован был для героя древности, который после занял трон?

— Инган, ты ещё и стихами теперь заговорил?

— В моменты лишь невиданного восхищения, мой слог становится возвышенней ещё. Ну же, ответь, об этом ли доспехе речь?

— Летиция сказала, что это сокровище их семьи. «Блин, проболтался».

На лицо эльфийки наползла тень. Главное, теперь было не ляпнуть про поцелуй, может, у нас в конце концов была деловая встреча. Да и вообще, мы с Анникой друзья, вроде бы. Тем временем гном раскрыл нам, в чём фишка артефакта, помимо защиты от магических и физических атак.

— «Фортис» ковали мастера подгорных царств из звёздного металла, что в битвах был несокрушим, когда в наш мир впервые заявились твари бездны. Тогда с мольбой к Единому воззвали члены братства, благословляя артефакт. Затем в металл вплетались руны и каменья всех стихий, дабы усилить мага, надевшего его. А если будет ранен он, то исцелит его броня.

Как рассказал Инган, всего подобных легендарных вещей было три штуки. Полный доспех «Фортис», меч, разрубающий всё на своём пути — «Метус», который, по слухам, тоже находился в сокровищнице империи, но Люка, походу, его зажал, скотина, ну, да ладно, спасибо и за латы. И щит, который был утерян в одной из морских войн — «Дефенсор», сейчас он валяется где-то на дне океана. Артефакты берегут как зеницу ока и то, что нам дадут его поносить — знак огромной благосклонности короны, чрезмерной, я бы даже сказал. Но жизнь Геро мне дороже навязчивой «дружбы» его величества.

Пока было время, забежал к мастеру Ридзу узнать, что насчёт выделения мне толковых целителей для разработки мышечной массы экзокостюма, и через час двое мужчин, тоже уровня мастеров, были в моей лаборатории, я показал им, над чем работаю, свою мышечную колбаску, объяснил суть идеи и проблемы, с которыми столкнулся.

— Но есть одна загвоздка, анатомия человека очень сложная, сколько там этих мышц, сухожилий суставов и прочих частей тела, я понятия не имею, вы же буквально видите всё живое насквозь.

— Это просто невероятно. То есть ваш экзокостюм сможет помочь даже людям, которые не в состоянии двигаться?

— Честно сказать, не задумывался, я же не лекарь. Пока он предназначен для военных целей.

Мужики немного сникли, всё-таки у врачей собственная вселенная.

— Но если удастся как-то подключиться к нервной системе, к мозгу, то всё может быть.

Успокоил я их. В прошлой жизни не раз видел, как учёные разрабатывали компьютеры, управляемые силой мысли, а если точнее — электрическими импульсами мозга, которые улавливали датчики на голове. И если обучить моё растение воспринимать подобные разряды, то всё может быть.

— Но давайте сначала поработаем над мышечной тканью, и если можно, расскажите, для чего нужны сухожилия и как это работает? С мышцами примерно представляю.

И целители начали посвящать меня в основы анатомии. Так пролетел очередной день.

Утром мы с орком отправились в оружейную дворца, к академии снова подогнали карету, «скоро я к этому привыкну», в которой мы с комфортом разместились. Инган очень хотел поехать с нами и посмотреть на великий доспех «Фортис», но взять с собой его мы не могли. Информация и так была секретной, а я уже растрепал друзьям, о чём императору знать не обязательно. Тем не менее, глаза гнома были полны грусти, но я пообещал другу, что он обязательно увидит его, когда мы отправимся валить богомола. Через час мы уже были на полигоне дворцовой оружейной, нас встречала Летиция, на этот раз девушка была одета более практично: коричневые кожаные штаны для конных прогулок, полусапожки в цвет и чёрная рубаха с широкими замысловатыми манжетами и воротником им подстать. Волосы заплетены в тугую косу.

— Ваше высочэство!

Опередил меня орк. Я повторил за ним и легко поклонился.

— Сэр Геро, сэр Руслан. Как добрались?

Обратилась она к орку, при этом почему-то не встречаясь со мной взглядом.

— Всё прэкрасно, но ваши карэты слишком удобные, это врэдно для воина, расслабляэт.

— Трудно с вами не согласиться, но таков протокол. К тому же лишнее внимание нам не к чему, впрочем, это всё ерунда. Пойдёмте, покажу вам цель вашего визита.

Я уже было намылился посмотреть на имперские сокровища и кучи золота в огромных сундуках, но меня ждал облом. Доспех висел на шесте в пустой комнате, хотя, конечно «Фортис» впечатлял. Серебристый, он был словно собран из мелких чешуек змеи — подобная конструкция делала его гибким — броня защищала всё от пяток до макушки. Литой овальный шлем соединялся с остальной частью доспеха, более мелкими чешуйками в районе шеи, двенадцатьквадратных пластин защищали живот, даже сапоги были металлические. Как в этой груде железа двигаться, было непонятно, но смотрелся он невероятно. Я, да и Радан повидали множество различных доспехов, от лат простых стражников до брони аристократов, но все они меркли на фоне этого чуда кузнечного мастерства. Это как сравнивать запорожец и ламборджини. Отполированный до блеска, он словно сиял и под определенным углом даже отливал синими оттенками.

— Прошу вас, сэр Геро, примерьте, слуги вам помогут. Я подожду вас на полигоне, нужно будет провести несколько тестов. — сказала Летиция и удалилась.

Глаза орка блестели не меньше, чем висящие перед ним доспехи. Слуги помогли нацепить поддоспешник, а затем и саму броню. В которую он просто вошёл со спины, и когда створки за ним закрылись, доспех ожил и стал принимать форму носителя, смотрелось это эпично. «Прям трансформер». Вообще, орк не любил броню, она сковывала движения, но в эту он залез без колебаний.

— Ну, как ощущения?

— Это словно вторая кожа, я стал лэгчэ.

И он сделал несколько пробных ударов, со свистом прорезав кулаками воздух, после чего неверяще посмотрел сквозь щель забрала на собственные руки.

Затем нас вывели на арену, я сел недалеко от Летиции и заворожённо наблюдал за действиями друга. К доспеху нужно было привыкнуть, испытать его, да и проверить, в каком он состоянии, ведь броню никто не надевал лет пятьдесят. Император лично в битвах не участвовал, другим лицам артефакт не доверяли, потому он пылился на складе.

Сначала Геро продемонстрировал рукопашный бой с тенью, смотрелось красиво. Потом его попросили кастануть что-нибудь в мишень, и он отправил в деревянный манекен воздушный кулак, который буквально разорвал его в щепки. Орк явно не ожидал такого эффекта, потому как вкладывал в удар немного силы. Доспех увеличивал мощность любой магии, а потому если его наденет, например, огневик, эффект будет не менее впечатляющим. Геро прыгал, делал сальто, кувыркался, использовал магию для ускорения и перемещения. Броня показывала себя на «отлично» и работала как швейцарские часы. Затем началось самое интересное, спарринги. Сначала против двоих мастеров меча, с которыми орк расправился играючи. Затем их число достигло шестерых, но и против них орк показывал себя блестяще, не пропустив ни одного удара. Затем к мечникам подключились маги, сначала один, потом два, три, четыре. Они пытались опустошить доспех, но мана в нём не хотела заканчиваться, к тому же мой друг тоже не стоял на месте. Когда же число нападавших достигло двадцатичеловек, Геро стал иногда пропускать удары, в него стреляли из арбалетов, земные маги кастовали провалы, сотни ледяных сосулек, чередующиеся с огненными дисками, отвлекали внимание. Орка буквально засыпали различными убийственными снарядами, но он был неотвратим, словно ураган, завершая спарринги победами. Когда нападавших стало сорок человек, он мог только защищаться, даже легендарный доспех должен был скоро выдохнуться, его магические запасы небыли бесконечными и требовали подзарядки. Понимая это, орк прибегнул к последнему козырю, малому благословению. Мне было интересно, будет ли оно работать в купе с большим благословением самого доспеха, и да, всё получилось, на пять минут орк смог двигаться почти со скоростью звука. Победа снова оказалась за ним. Когда людей стало полсотни и малое благословения спало, испытания закончились.

Было видно, Геро не хотел снимать броню и вылезал из неё с лицом, полным вселенской скорби. По-моему, он полюбил её даже больше, чем свой меч, хотя, конечно, никогда в этом не признается, по крайней мере, возле «Мугана» точно, «вдруг обидится». К нам подошла Летиция с очень серьёзным лицом.

— Что скажете?

— Это нэвэроятная вэщь!

— Честно говоря, я и сама под впечатлением, не ожидала, что кто-то сможет справиться со стольким количеством лучших воинов империи, пусть даже в легендарном доспехе. У вас невероятный друг, сэр Руслан.

И она впервые с момента нашего поцелуя с надеждой посмотрела мне в глаза.

— Спасибо, ваше высочество, за такую возможность.

Я искренне поблагодарил Летицию, после чего улыбнулся, как бы говоря: «Не напрягайся, мне понравилось». Принцесса, видимо, правильно прочитала мой сигнал, слегка порозовела и искренне и обезоруживающе улыбнулась.

— Не стоит благодарности. Мы рады помочь нашим друзьям.

— Для нас это большая честь — называться вашими друзьями.

— Прекрасно. И ещё, господа, пока вы не уехали, один из гостей его величества хотел бы с вами повидаться.

«Ну, блин, кому мы ещё там сдались?»

Нас провели по территории дворца к похожей беседке, в которой мы встречались ранее с принцессой, где нас ждал щуплый старичок с самыми добрыми глазами.

— Брат Тик!

27. Планы меняются…

Мы с Геро постеснялись лезть к главе ордена с обнимашками, это сделал сам монах, подойдя к нам и по-отечески обняв. Принцесса удалилась, сославшись на срочные дела, оставив неподалёку слугу, который находился на почтительном от нас расстоянии, дабы разговор с Тиком не стал общественным достоянием.

— Как вы, дети мои?

— Всё замечательно, вот, подружились с его величеством. Меня даже сделали баронетом, одарили кхм, землёй.

— Да, мне докладывали о вашем, так сказать, «подарке», к счастью, нам не пришлось вмешиваться, правители этого не любят, но и друзей братства мы в обиду не дадим.

Мне стало приятно после этих слов, оказывается, монахи следили за нашей судьбой и готовы были выйти на самого императора. Я верил Тику, потому что доподлинно известно — монахи никогда не лгали, а если такое случалось и они сбивались с Божьего пути, их лишали благодати и всех умений, дарованных свыше. А то, что этот старичок был местным аналогом мастера Йоды, я убедился собственными глазами. Да, собственно, благодаря его молитвам мы могли призывать малое благословение, которое спасло мою жизнь, и это не говоря об их умении становиться невидимыми, что мы с орком хранили в тайне. Тика можно было смело называть святым отцом, потому как, по моим представлениям, он полностью соответствовал этому званию: честный, благородный, аскетичный, посвятивший жизнь служению Богу и человечеству. Мне до него было далеко. Но почему-то клирик искренне полюбил нас, двоих раздолбаев.

— Как вы, как ваше здоровье?

Спросил я, а Геро дополнил.

— Как там брат Рик? Пэрэдавайте от нас привэтсвиэ командиру!

— С Божьей помощью топчу этот мир, — улыбнулся монах, — обязательно передам великану ваше приветствие, немногие воины могут впечатлить его, но вам это удалось. Да и не только его. Братья из похода вспоминают вас добрым словом.

Мы с Геро даже немного зарумянились, точнее, орк стал краснее, чем обычно.

— Ещё я слышал, как ты изящно справился с проблемами на своих землях, теперь твой метод спасёт множество жизней от клыков лесных чудовищ, это похвально. Ты не перестаёшь удивлять, Руслан.

— Просто повезло. Извините, брат Тик, напрашивается вопрос, а почему монахи не занимаются монстрами?

— Потому что они — порождения этого мира, а мы сражаемся только с потусторонней нечистью. И убиваем местную живность только в случае крайней необходимости, как правило, в целях самозащиты.

— Да, следовало и самому догадаться.

— Как тебе в роли баронета?

— Честно? Пока ещё не понял, с чудовищами проблему решить удалось, но много земли не обрабатывается, крестьяне не охотно заселяются в эту местность, страх никуда не делся.

— Не хватает людей?

— Ну, не то чтобы не хватает, но хочется развиваться, расти, и площади это позволяют, вот только работать некому.

— А что ждёт тех, кто всё-таки решится переселиться к вам?

— Поможем устроиться, дадим землю для обработки, благо её хватает. «К тому же, теперь можно отжимать её у леса».

— Я попробую помочь с этим вопросом. — сказал Тик.

— Было бы здорово!

— Сколько людей нужно?

— Чем больше, тем лучше.

Легкомысленно бросил я и продолжил.

— А вы какими судьбами во дворце?

— Дела братства. Много тревожных вестей в последнее время приходят с другого континента. Нужна поддержка империи. Да и на нашем не всё гладко, к счастью, тот большой прорыв удалось закрыть, но кто знает, где ждать нового? Нас слишком мало, а правители заняты интригами и грызнёй друг с другом. Лишь немногие действительно понимают важность миссии братства, к счастью, Люк II — один из немногих, кто поддерживает нас не только на словах. А в это время Король Мирила отсылает членов братства под предлогом того, что мы якобы участвовали в заговоре и покушении на него.

— Но это же бред.

— Да, но слишком всё грамотно обставлено, несколько членов нашего ордена были убиты во дворце, а при них нашли отравленные ножи. Король в бешенстве или делает вид. Мы чувствуем руку проклятых скверной, но пока доказать ничего не можем.

— Даже ваш десант ничего не выяснил?

Намекнул я на невидимость.

— Нет. Увы. Мы присматриваем по вашей наводке за герцогом Ландайским, но он словно знает о том, в какой момент взор направлен на него. А без доказательств мы не можем действовать.

— А что сэр Дилан?

— Герцог Марийский внезапно заболел и в очень тяжёлом состоянии. Он один из немногих, кто мог образумить короля Рональда. А сейчас возле него крутится толстяк Итерн и король как с цепи сорвался, ещё этот дурацкий спектакль с заговором.

— Вот это очень плохие новости.

Герцога Мария мы с Геро всегда вспоминали с теплотой, его и сэра Тарка.

— Развэ братсво нэ можэт помочь?

— Лучшие целители из нашего ордена пытаются вылечить Дилана. Но пока даже не поймут, в чём причина его недуга.

— Да, расстроили вы нас, брат Тик.

— Дилан — мой старый друг и верный слуга Создателя, поверьте, мы переживаем не меньше. Собственно, Марий — единственное место, где братство всё ещё сохраняет присутствие в королевстве. Герцог плох, но иногда приходит в себя, и он однозначно дал понять, что братья с его земли никуда не уйдут.

— Извините за нескромный вопрос, но почему вы всё это нам рассказываете? Нет, нам это льстит, но такой занятой человек, как вы, вряд ли бы решил встретиться, чтобы просто поболтать.

— Как я уже говорил, нас мало. Найти толковых людей непросто. И братству нужна помощь.

— Какая именно?

Моя радость от встречи с Тиком немного поубавилась.

— Я понимаю, друзья, вы нам ничего не должны и даже наоборот.

— Вы нам тоже ничего не должны.

— Тем не менее, мне просто не к кому обратиться.

— Так в чём вопрос, брат Тик?

— Как я уже говорил, приходят тревожные вести с другого континента об участившихся прорывах. Нужно проверить эту информацию и, если всё плохо, забрать одну вещь.

— Что за вэщь?

— Благое копьё.

— А где оно хранится?

— В храме Единого.

— Напрашивается вопрос, а тамошние монахи не могут его вывезти?

— Нет, они не покинут континент, когда ему угрожает скверна, никто, даже молодые послушники.

— Ну, а местных людей, вроде нас, попросить не вариант?

— Многие поддались искушению, и мы никому не можем доверять. Вроде вас у нас там никого нет для такой миссии.

— А в чём особенность этого копья?

— Как и обещанный вам доспех «Фортис», копьё — великий артефакт, но только земель Магнатерры.

Магнатерра— так назывался другой материк, открытый местными мореплавателями пятьсотлет назад. При поддержке магов воды и воздуха находить новые земли в этом мире гораздо проще, чем было в моём во времена средневековья. Безлюдный материк сразу начали колонизировать, в отличие от нашего, который заселён разумными видами практически полностью, не считая Старого леса и ещё пары десятков смертельно опасных мест. Люди не освоили и одной десятой земель Магнатерры. Другие расы туда даже не стали соваться. За эти годы в новом свете выросло с десяток государств различной величины, а население перевалило за пару десятков миллионов человек. Было открыто ещё несколько материков, но их никто пока осваивать не стал. По крайней мере, также глобально, как Магнатерру. Но зная людей, думаю, пару тысяч энтузиастов можно будет найти на каждом.

— В общем, серъёзный артефакт.

— Проблема не в том, что это мощный артефакт, в нём благословение Единого, и если оно попадёт в лапы к инферналам, то станет мощнейшим оружием и угрозой всему живому.

— А как они смогут использовать то, что их самих убивает?

— С помощью кровавых ритуалов и эманаций скверны они могут перековать копьё под себя. И тогда в мир сможет вступить один из высших инферналов, который будет защищён от благословенного Творцом солнца. Высшая тварь с копьём может натворить много бед. Пострадают все разумные и, возможно, погибнет наш мир.

На Геро лица не было, он очень хотел отправиться в путешествие, ведь оно обещало славу, а главное — много драк, но его сдерживало обещание Лейсан и предстоящее сражение с яманбасом, только сказать это монаху он стеснялся. Где его проблемы и где проблемы целого мира? Потому эту миссию на себя взял я.

— Брат Тик, мы понимаем всю важность задания, но у моего друга есть обязательства, касающиеся чести. И ему предстоит битва, а я его не оставлю в такую минуту, да и не справлюсь без него.

— Братство знает о вашей миссии и предлагает не затягивать с ней, а решить всё в течение месяца и отправиться в путь из орчьих верфей. В свою очередь мы доставим вас до их земель в кратчайшие сроки. И будем молить Единого о полном благословении для Геро на время битвы с жвальником.

— А каков шанс, что молитвы будут услышаны?

— Пока Создатель ни разу нам не отказывал. Но на всё Его воля.

Полное благословение, да ещё с легендарным доспехом, теперь миссия уже не казалось такой невыполнимой.

— Мы подозреваем, что вам захотят помешать, но под присмотром братьев никто не осмелится это сделать. Наша делегация в степь направится через неделю, мы предлагаем вам отправиться с ней.

То есть нас практически под ручку приведут к чудовищу, останется только ему голову срубить. Предложение было очень заманчивым.

— Мнэ нравится идэя.

— Честно говоря, мне тоже. А сколько продлится миссия на другом конце света, по вашим оценкам? И вообще, сколько времени нужно, чтобы добраться до него?

— Месяц плавания. И по нашим расчётам, на всё про всё уйдёт не более года.

— А почему так долго?

— Храм находится в глубине материка, и братья не смогут вас встретить на побережье. А потому придётся добираться до них самим.

— Брат Тик, так мало времени осталось, а мне нужно закрыть вопросы на своих землях, проверить границы с лесом и оставить инструкции моим людям. Но только до них добираться неделю, а потом обратно. И вообще, как мы окажемся на землях Геро так быстро, когда туда в лучшем случае несколько месяцев пути верхом?

— Это решаемо, мы предоставим вам корабль братства.

— Какой корабль?

Не понял я.

— Воздушный, конечно!

Спокойно сказал старик.

И тут память Радана выдала всю инфу по тому, что говорил монах. Он видел их несколько раз, один раз в детстве, высоко в небе и один раз на земле. Конструкции отдалённо напоминали морские корабли. Они были похожи на заточенные карандаши с горизонтальными парусами, каждый из которых держался на четырёхмачтах по принципу крыши беседки. Пользовались ими не часто и только обеспеченные люди, ну, и монахи. Потому как удовольствие полетать на таком стоило очень дорого. Средний корабль на сорокчеловек обслуживало семеровоздушников уровнем близким к мастерам. Такая махина жрала немерено маны и требовала массы кристаллов, которые имели свойство изнашиваться. В общем, как гражданское средство передвижения, воздушные корабли оказались нерентабельными. Единственным их плюсом была скорость доставки пассажиров. Без знания азов аэродинамики корабли фактически работали на чистой магии, что и приводило к чудовищному расходу энергии, но если соорудить правильную конструкцию, которая сможет парить, то летать в этом мире смогут позволить себе все. И это не считая вариантов с воздушным шаром. В общем, я мог подкинуть пару идей местному населению, но точно не сегодня.

— Хорошо, с этим решили. Ещё одна просьба.

— Какая, сынок?

— Скорее всего с нами отправятся наши друзья, можно ли им вымолить, как и нам, малое благословение авансом? Всё-таки одно дело будем делать.

— Ты же понимаешь, Руслан, что благословение даём не мы? Мы лишь просим.

— Да, но вам же пока ещё ни разу не отказывали.

Напомнил я.

— С такими успехами, может случиться в первый раз. — пошутил монах. — Ваше благословение — это часть большого, оставшееся от святого воинства, не мы его просили, это был дар небес. Обычно он даруется одному достойному воину после битвы и то не всегда, а вы получили его вдвоём.

— Но попросить-то его можно?

— Да, можно.

— Ну так попросите, мы же отправляемся неизвестно куда, за вашим копьём. «Наглеть, так до конца».

— Хорошо, мы помолимся.

— Отлично, мы в дэлэ!

Влез Геро, поняв, что я могу начать выторговывать ещё больше плюшек для нашей банды. Мне же оставалось согласно кивнуть. Тик улыбнулся, пожал нам руки, сказал, где нас будет ожидать транспорт, и на этом мы попрощались. Монах уже обо всём договорился с его императорским величеством, «хитрый жук», а потому проблем с доспехом быть не должно. Надо было срочно мчать в академию порадовать друзей. И закрыть некоторые вопросы по моим опытам. С целителей я вытряс схему мышечных волокон, попросил их найти нужную мне литературу, от опытов отказываться я не собирался даже в пути. Ректора уже предупредило братство, но он особо не расстроился, поглощённый работой над рунами. А разговор с друзьями прошёл ожидаемо, никто не включил заднюю.

— В общем, миссия опасная, длительная и за это нам, наверное, ничего не заплатят, скажите спасибо этому дурню, который не дал мне нормально поторговаться.

— Эээ, это тэбэ нэ рынок, мир спасают нэ за дэнги.

— А жрать ты будешь тоже не за деньги? Ну, на миссию нас укомплектуют, в этом я не сомневаюсь, а потом что ты будешь делать? Да в конце концов, ты же жениться собираешься. Если тебя не сожрут, конечно.

— Дэнги — нэ главноэ.

Упёрся орк.

— Да, не главное, но важное.

— Ничего, что мы тут стоим? — вспыхнула эльфийка.

— Ой, простите, ну так что вы скажете, друзья?

— Я так и не отдал вам долг, а потому мой топор — ваш!

— Заканчивай, Инган, какой, к чертям собачьим, долг? Ты друг, ты ничего нам не должен.

— Рус хоть и идиот, но иногда вэрныэ вэщи говорит. Потому брось эти мысли, я тэбя прошу очэнь.

Гном зарумянился и сказал.

— Тем более, на мне долг дружбы.

— Вот упёртый, всё равно про долг талдычит. Но не прикопаешься. Рад, что ты с нами, дружище.

Я посмотрел на Аннику.

— А что, ты меня тут бросить хочешь, скотина?

Ни с того, ни с сего завелась эльфийка.

— Нет, нет. Спрашиваю же.

Успокаивающе поднял руки.

— Шучу я, не бойся. Конечно, я с вами, мальчики, хоть в пасть к змею.

— Тогда собираемся, завтра в путь.

Летающий корабль не впечатлил от слова совсем, управляли им маги из числа членов братства. Пассажиры сидели внутри и смотрели на мир сквозь маленькие бойницы. Собственно, ничего, кроме деревянных лавок и стен внутри не было. За то скорость радовала. До моих владений мы добрались буквально за часа два. Приземлились прямо возле деревни, которая всем составом выскочила поглазеть на чудо местной инженерии, а как по мне, так корыто с парусом. Хотя подозреваю, что в императорском корабле гораздо комфортнее, а тут монахи с их аскетичностью. Взяв двух нанятых травников и старосту, мы пошли обходить территорию, убив на это мероприятие целый день. На следующий день вновь вызвал к себе коллег по магическому цеху, для них я подготовил подробные инструкции по уходу за цветами и их созданию в случае непредвиденной ситуации. Благо мужики отчётливо видели мои манипуляции с энергией. На всё про всё ушел ещё день. Убедившись, что они всё поняли, я заставил их создать свои гибриды, что они сделали быстро и качественно. Успокоившись, отпустил их по своим делам. Потом начал обсуждать дела со старостой.

— В общем, Маркан, меня, возможно, не будет около года. Потому не ждите, да, в принципе, как-то без меня жили же раньше, так что ничего особо и не изменится. У меня в планах было расширить деревню и пригласить больше людей, но, видимо, придётся отложить.

— Жаль, рабочие руки нам бы пригодились.

«Да, а мне прибыль», — подумал я, но сказал другое.

— Согласен, но как говорится: мы предполагаем, а Бог располагает.

— Хорошие слова, сэр Руслан, надо запомнить.

Я лишь улыбнулся.

— В общем, расклад такой, Маркан. Пока меня не будет, часть прибыли отдашь страже, сегодня я официально откажусь от их услуг. Остальное прибереги до моего возвращения. И ещё, если сам привлечёшь людей — хорошо. Если придёт кто, не гони, надо расширяться.

— Да кто же придёт жить к Старому лесу? Дураков нет.

— Но вы-то не дураки, а живёте как-то. Давно наших предков сюда заселили, а мы уже пятое поколение, родившееся здесь, куда же мы денемся?

— В общем, мы друг друга услышали, чудовища теперь беспокоить вас не должны, потому набирай людей, помоги обустроиться. Расходы на строительство домов я беру на себя, благо дерева хоть отбавляй. Только строй типовые дома вроде этого. — Я указал на небольшую хату с площадью примерно в семьдесят квадратных метров. — Захотят больше или дворец себе забабахать, то уже за свой счёт.

Староста посмеялся над шуткой про дворец.

— Да сэр, как скажете.

— Вот и договорились. Ладно, дорогой, нам пора в путь. Не поминай лихом. Пойдём, я тебе в письменном виде оставлю указания, а то вдруг не вернусь, а с тебя потом потребуют мою долю, которую ты вложишь в обустройство поселенцев, некрасиво получится.

Староста явно обрадовался предусмотрительности владыки этих земель, но виду не подал.

Покончив с делами, мы всей нашей дружной компанией запрыгнули в это воздушное недоразумение и отправились в путь, следующей остановкой должен был стать Трайфал, где нас ждали члены делегации к оркам.

28. Эльфийская песнь

Карликовое королевство не особо изменилось, столица Аурум была закрыта монахами на карантин «ну и слава Богу» видеть мёртвый город желания особого не было. В качестве оцепления использовали солдат Мирила и Грисена. В сущности королевство наконец поделили пополам, возмущаться такому положению вещей было некому, вся местная аристократия продалась тьме и погорела, ну, а крестьян никто даже спрашивать не собирался. При этом после скандала с покушением на короля Мирила, члены братства прибывали в стане армии Грисена. Трайфал у меня вызывал массу неприятных воспоминаний: похищение Анники, отрубленные руки, орды монстров. Всё самое худшее что со мной происходило в этом мире, случилось в этих местах. Мне до сих пор снятся кошмары, где с крыш этого мрачного местечка буквально сыпятся упыри. И каждый раз я просыпаюсь в холодном поту. Трайфал изменил меня навсегда, не сломал, но что-то в психике точно нарушил. В принципе, все эти ужасы зацепили даже Геро, хотя орк вряд ли в этом признается. Анника судя по всему тоже успела насмотреться, пока её везли в качестве главного блюда, да и уходили мы оттуда не с завязанными глазами. Подобное не должно повторяться больше нигде и никогда. Потому я не особо раздумывал над просьбой Тика, отправиться на другой конец земли. Да, немножко поторговался, но всё для дела. Тварей тьмы я искренне и всем сердцем ненавидел а уродов пожирающих себе подобных не выносил ещё больше. Пожалуй подлинное чувство ненависти и отвращения я обрёл на улицах Аурума. Когда-то я видел смерти только в кино, а тут она была повсюду. Но было и хорошее в этом мраке безнадёжности — наше святое воинство, которое хоть и просуществовало совсем недолго. Тем не менее я чувствовал родство с парнями, которые прикрывали мою спину, а потерю каждого погибшего в зубах монстров я воспринимал, как личную трагедию. Из-за того, что единственный город королевства был закрыт, наш летучий корабль приземлился в одной из деревень этой страны-недоразумения под названием Вилачи. Братство устроило тут, что-то вроде своей штаб-квартиры. Сложилось ощущение, что мы попали не в глухую деревеньку, а на городской рынок, всюду сновали люди: местные, воины Грисена, ну и конечно клирики разных мастей, от послушников и писарей, до матёрых воинов. На земле нас встречала знакомая фигура северного варвара в сером балахоне.

— Командир! — первым среагировал Геро и прыгнул с ещё парящего корабля, эффектно притормозив потоками воздуха прямо у земли.

— Выпендрежник. — Беззлобно бросил я.

Воины пожали друг другу руки, а затем Рик схватил орка в свои медвежьи объятия. Геро то сам был словно из металла, а потому перенёс приветствие легко, а вот за свою менее тренированную тушку я стал откровенно переживать. Впрочем зря, душить меня никто не собирался, несмотря на свои габариты Рик контролировал своё тело в совершенстве и мог легко рассчитывать силу. Потому я тоже довольно спокойно пережил его объятия.

— Геро, Руслан! Тик рассказал мне, что вы прибудете с этой делегацией, не встретить своих героев я не мог. Леди Анника! — Рик смущенно поприветствовал эльфийку.

— Сэр Рик, рада вас видеть. — Улыбнулась она. Отчего великан даже немного зарумянился.

— Познакомьтесь это наш друг Инган. О нашем командире мы тебе уже рассказывали.

Представил я гнома.

— Приветствую вас благородный клирик, наслышан о вашей доблести и мужестве. И рад нашему знакомству.

— Взаимно! — Немного растерянно сказал северянин. И посмотрел на нас, с немым вопросом в глазах. «Что не так с этим гномом?»

— Да, это проклятиэ, одной из вэдьм клана Вдов Дэструма. Он тэпэрь всэгда такой.

Как бы подтверждая слова Геро, Инган лишь обреченно выдохнул.

— А пить и драться сэр Инган всё ещё умеет? — Спокойно спросил Рик.

— О, уж поверьте — это дело, показал я на болтающуюся флягу на поясе бородача, наш уважаемый гном не просто умеет и любит, но и довёл своё искусство потребления, до скажем так, совершенства. А что касается второго — мне до сих пор непонятно, что у него лучше получается, пить или драться.

— Тогда ведьма не так уж и много у тебя отняла, друг мой. — Улыбнулся Рик.

В тот же миг расцвёл и гном. Великан оказался не только хорошим воином, но и психологом. За какую-то долю секунду изменив настроение нашего спутника с упаднического, до очень хорошего.

— Смею заметить, как оказалось вы не только прекрасный воин и полководец, но и человек глубоко познавший смысл жизни.

— Я же клирик, постигать смысл бытия моя работа.

— Тогда быть может вы составите мне компанию, ведь мои доблестные спутники, наотрез отказываются прикладываться к благородным напиткам.

— С превеликим удовольствием, к нам как раз сегодня привезли славного Грисенского вина. К тому же бочонок-другой пойдёт, только на пользу.

Гном улыбнулся ещё шире и по моему, теперь восхищался Риком даже больше чем мы с орком. «Алкаши — ЗОЖНики хреновы».

— Но о приятном позже, пойдёмте я устрою вас. Делегация пока не в полном составе, денёк-другой придётся подождать братьев в Вилачи.

Нам выделили небольшой домик на на 2 комнаты, одну заняла Анника во второй расположились мы втроём. Трайфал серьёзно опустел с момента прорыва, многие жители из тех, кто не погиб в битве и кого не увели в Аурум уходили из этих проклятых мест. Страх перед скверной не отпускал людей, ну оно и понятно, то что творят инферналы и их прихвостни действительно ужасно. Потому пустующих хат хватало. Рик куда-то ушёл по своим делам, а нас оставил обещав вернуться вечером. В принципе, в деревне делать было нечего, смотреть тоже не на что, дома, да огороды. Военные Грисена ютились в палатках, пустующие дома забрали под нужды братства. Периодически появлялись делегации из Мерила, видимо, что-то решали по поводу дележа земель и будущих границ после того как отсюда уйдут клирики. А ещё выясняли, когда же расконсервируют эти земли. По международным законам после прорыва и до конца карантина, вся власть на этих землях принадлежала исключительно монахам и никто этот факт не оспаривал, даже посорившийся с орденом Мирил.

Побросав вещи мы всей компанией вышли пообедать в местной полевой кухне, о которой нам поведал Рик, потом вернулись во двор занятого домика с невысоким плетённым забором и стали тренировать грозу всех яманбасов краснокожего улыбаку. По окончании спаррингов нас окликнул парень в крестьянской одежде:

— Сэр Руслан, Сэр Геро. Здравы будьте. Это я Митько! Помните меня?

— Я посмотрел и вспомнил одного из бойцов нашего отряда, когда мы расчищали Аурум.

— Конечно, помним. Боевых товарищей забывать нельзя. — Я крепко пожал его руку и похлопал по плечу. А Геро тем временем приобнял. — Как ты боец? Много тут ребят из нашего отряда?.

— Да не, я один из этой деревни остался, ещё трое мужиков было, но они семьи забрали и ушли. Двое в Грисен искать счастья, один в Мирил к родне подался. Я и сам со своими хотел уйти, но клирикам пока помощь нужна, да и спокойно мне с ними. Как они соберутся уходить, так и я со своими сорвусь. И так жизнь не сахар была, а сейчас, вообще не пойми что.

— Да, понимаю.

— Сэр Руслан, а вы правда людей собираете на свою землю и даже хату обещали построить?

— Откуда узнал?

— Вчера брат Тик на проповеди объявил. Сказал, что дворянин из святого воинства и имя назвал.

— Я сразу смекнул о ком речь, но уверен не был. А меня возьмёте?

— Конечно, какие вопросы?

— Только вот у меня 5 детей, жена, да наши с ней старики, обузой не будем?

— Ну, попотеть придётся. Будешь хорошо работать, не пропадешь. Дом в рассрочку построим. Половину стоимости возьму на себя, не чужие люди. Куда идти знаешь?

— Знаю, брат Тик всё рассказал.

— А где он кстати?

— Говорят уехал.

— Ясно. Тогда поговорим по переезду. На Границе Велты проблем быть не должно, правда в очереди придётся постоять, многовато там народу.

— С этим разберёмся. Спасибо, ваше благородие.

— Да просто сэр Руслан «Или Бонд, Джеймс Бонд» — пришла в голову глупая аналогия. — Слушай Митько, а Тик часто проповеди ведёт?

— Да, постоянно. В какую деревню не заедет, по делам али по нуждам братства каким, так сразу и народ увещевает. Он хоть и из первых, но о люде не забывает. А когда говорит, хочется встать и жизнь за правду положить.

— Да, вдохновлять он умеет, не поспоришь. В каждой деревне говоришь проповедует?

— Ага.

Довольно сообщил крестьянин, а я призадумался. «Это же сколько он ко мне народу сейчас отправит». Тем временем словно услышав мои мысли, Митько радостно сообщил.

— Да к вам все захотят из нашего отряда, уж больно вы нам в душу запали. Да, и не только наши, о подвигах сэра Руслана и сэра Геро по трайфалу гуляют целые легенды.

«Кажется я попал, на много денег» А потом решил, что нужно будет отправить весточку Летиции, пусть их императорская семья выручает друга короны и поможет с обустройством моих людей, разумеется не бесплатно, всё до последнего золотого верну. Но принцесса опередила меня с письмом, вечером курьер передал мне розовый надухарённый конверт прямо перед Анникой. Готов поставить руку на отсечение, что специально приказала гонцу сделать это обязательно перед эльфийкой. Хоть Аннике я ничего не должен, письмо взял с максимально безразличным видом. Возможно даже немного переигрывая, эльфийка запустила фаербол в давно покосившийся сарай, который разнесло в щепки. Как и тогда возле тюрьмы, Анника Зака Эфрон покраснела от злости и смущения одновременно. Чем не преминул воспользоваться орк?

— Ну, а сейчас что? Блокираторов-то нет?

— Да, просто тренируюсь. — Выпалила она, развернулась и зашла в дом. Геро не стал злить подругу ещё больше, а с дурацкой улыбкой переключился на меня.

— Сволочь ты сэрдцээдная. Вскружил двум дамам голову, а жениться даже нэ собираэшься.

— Ой, отсань, никому я ничего не кружил. Да и кто за меня пойдёт?

— Ну-ну. Ладно нэ буду мэшать читай свои писульки.

— Я вскрыл конверт, достал письмо и прочитал содержимое:

«Возвращайся, жду» Было приятно и почему-то немного стыдно, что письмо видела эльфийка. Но эти мысли, я как всегда от себя отогнал.

Вечером у Рика с Инганом был знатный бухач, к которому видимо из каких-то протестных соображений присоединилась и Анника. Эльфийка уже была в дрова, в то время как Гном с северянином, ещё можно сказать, даже не начали пить всерьёз.

— Вот Инган, скажжжи мне, ык. Ты мииня как воина уважаешь? Вот только щщесно!

— Бесспорно леди. Вы прекрасный воин и соратник.

— Но я же, ну, давай чессстно, нууу, вот как есть, я же баба. Мы же рожать вам должны писюнов и писюшек должны, да? Воевать низзя нам, да? — Эльфийка врезала по столу своим изящным кулаком хмуря брови.

— Нет, что вы леди. Я никогда о вас не думал в таком ключе.

Съезжал с темы напряжённый гном.

— То есть я не жжженщина по твоему, да?

В подвыпивших глазах Ингана читалась паника. Рик притворился ветошью, причём умело. Геро вообще рядом не было, орк ушел несколькими минутами ранее. А я решил спасти положение и не портить ребятам вечер.

— Ани, пойдём, поговорим.

— Ааа, ты? — Спросила она с вызовом, слегка прикрытыми глазами и чуть покачивая головой словно болванчик. — Ну, пошли, если смелый такой, выйдем.

Я взял девушку под локоть и попрощался с компанией.

— Господа.

Ребята явно с облегчением выдохнули и стали дальше пить и вспоминать славные битвы. Тем временем, я вёл подругу через полевую кухню, где она с вызовом смотрела в глаза каждому встречному.

— Ани тебе пить нельзя, вообще. Ты знаешь?

— А кто мне запретит? Ты что ли? А ты кто мне? А иди ты к этой дуре ссссисястой. И ей указзывай. Поняяял.

— Да, заканчивай.

— Кто лучше ик! Я или она.

— Ты, конечно.

— Вреееешь скааатина!

— Не вру. Лучше тебя я никого не встречал.

— Правда? — Стала успокаиваться она.

— Да, правда. Пойдём уже, спать ляжешь. Да не хватай ты его. — Я отцепил её от молодого монашка, которого эльфика сцапала за грудки притянула к себе зло посмотрев ему в глаза. После чего кое-как довёл до двери нашего домика. Девушка повернулась ко мне своим всё ещё ангельски красивым лицом и сказала:

— Ну, зачем ты так со мной? Я же тебя бууууэээээээээ.

К счастью я успел отскочить от вырвавшегося потока сегодняшнего ужина и пяти выпитых бокалов вина. Что она хотела сказать, так и не понял. Подвёл подругу к кровати куда она плюхнулась и моментально отключилась. Вышел на улицу и закидал продукты желудочных спазмов землёй. Потом с чистой совестью тоже отправился спать.

Утром нам сообщили, что все члены делегации к оркам прибыли и мы отправляемся в путь в обед. Мы тепло попрощались с Риком, наш командир не был дипломатом, а потому на подобные миссии его не отправляли. Анника умирала от похмелья, а я попросил Рика, чтобы никто из местных целителей ей не помогал. «Будет ей уроком» и быть может немного боли и тошноты отобьют охоту пить в будущем. Ведь в какой-то момент мне даже показалось, что она начнёт рвать рубашку на груди, доказывая какой она крутой воин. Думаю после такого шоу, количество монахов в ордене резко бы уменьшилось. В общем, можно сказать я снова всех спас. Рик нехотя согласился не помогать нашей боевой подруге, были видно Анника ему симпатична. Да, она классная, никто и не спорил, но пить ей запрещено, с чем Рик вынужден был согласиться. Весь полёт эльфийка была серого цвета, ни с кем не разговаривала, держась за голову. Мне даже стало немного стыдно, из-за устроенной диверсии, но вспомнив, как она себя вела, без сожалений отогнал эти мысли.

Прилетели мы в столицу орков город Инжу, который порадовал своей цивилизованностью. Конечно далеко не Велта, но я представлял что увижу море шатров а не каменную твердыню с восточным, по земным мерка колоритом, окружённую гигантскими стенами из квадратных блоков, за которыми простирался огромный город из капитальных саманных построек. Убранством Инжу сильно уступал Просперии, но вот площадью, возможно даже превосходил. Почему-то на ум пришла картина вида Мехико с высоты птичьего полёта. Город был буквально утыкан зданиями, в связи с чем складывалось впечатление, что из одного его конца в другой можно было пройти по крышам домов. Подавляющее большинство жителей составляли орки, но были и представители других рас, из числа торговцев и клириков. Местный дворец никому конкретно не принадлежал — это была резиденция совета племён и в нём собирались, чисто для деловых переговоров. Несмотря на масштабы орочьего мегаполиса основная часть населения кочевала по степи, перегоняя стада лошадей и местных аналогов овец. В городе же жили, ремесленники и торговцы, часть орков вынуждено выбрали оседлую жизнь, ведь без нормального города и развития производства у их народа не было будущего. Тем не менее, те, кто жил в степи, относились к городским, с толикой снисхождения, видимо считая себя цветом нации. Впрочем местные платили им той же монетой. Как бы там ни было в этом социальном симбиозе за несколько дней могла собраться вооруженная до зубов армия всех видов войск, от пехоты до тяжёлой кавалерии, которые постоянно использовались против набегов варваров с южных степей и выводков различных чудовищ приходивших с юго-востока. Одна только магира — степной паук, могла привести под сотню голодных детёнышей, чтобы полакомиться свежим мясом. А если в стаю из восьми-десяти особей сбивались яманбасы, то это было подобно природной катастрофе. К счастью, степь была богата травой и различной дикой живностью, потому подобные инциденты происходили крайне редко и самые страшные чудовища этих краёв, как правило, появлялись возле разумных в гордом одиночества. Но и с одним жвальником справиться было задачкой не самой простой. Помимо сумасшедших рефлексов, силы, устойчивости к магии и толщины хитина, они могли умело маскироваться, сливаясь с окружающей средой подобно хамелеону, а ещё обладали зверским аппетитом, видимо из-за высокого метаболизма. Благо как и земные богомолы, между собой они не ладили, и лишь иногда бывали исключения. Задачка нам предстояла ещё та. Хотя наличие «Фортиса» обнадёживало. Доспех находился на корабле, под охраной двух мрачных гвардейцев и одного боевого мага неизвестного направления. Вместо того чтобы оставить и нас возле артефакта, монахи зачем-то повели всю нашу компанию на встречу с главами племён в составе делегации клириков, благо, не заставили надевать их серые балахоны. Геро заметно напрягся и не удивительно, орку предстояла встреча с массой знакомых лиц, которые не особо были ему рады, и которые даже пытались его убить, правда исподтишка.

29. Орки

Мы двигались в самом конце пешей колонны по пыльным узким улочкам Инжу, всюду сновали орки, город буквально кипел жизнью. В некоторых местах краснокожие жители продавали товары и громко торговались, по подворотням носились сорванцы, а почтенные старцы убивали время настольными играми напоминающими мне земные нарды, при этом попивая что-то вроде чая из медных остроносых чайничков. У многих были редкие бородки, которые они с достоинством и чинно поглаживали. Большинство людей одевалось довольно просто, женщины носили длинные скромные наряды, скрывавшие их фигуры, за исключением воительниц, которые облачались в мужскую одежду, молодые девушки прятали лица под полупрозрачной вуалью. Вообще было интересно посмотреть на женщин другой расы и культуры, в целом орчанки мне понравились, некоторые так стреляли большими чёрными миндалевидными глазами, что на моё лицо невольно наползала улыбка. Были тут девушки как симпатичные, так и не очень, помимо цвета кожи и заострённых ушек от женщин той же империи, их отличали высокие скулы, сердцевидные и ромбовидные овалы лиц. Город жил своей жизнью на членов братства тут смотрели с почтением, как собственно и в других местах этого мира. Геро вроде бы немного расслабился и стал снова улыбчивым. Хотя в его случае улыбка не показатель настроения, пару раз я даже видел её злую версию. Сейчас же, я охарактеризовал бы её как раздолбайскую.

— Вот друг так живёт мой народ. Нравится у нас?

— Да, люблю густонаселенные города. Всегда есть чем заняться. Но ты-то вроде из кочевых племён. Разве нет?

— Да мой клан живёт там.

Орк указал направление.

— Короче ты как я, деревенский.

— Нэт я кочэвник, мы перемещаемся с мэста на мэсто, это тэбэ нэ какая-то дэрэвня.

— Ааа, понял, БОМЖ значит.

— Что значит БОМЖ?

— Человек без определённого места жительства. Бродяга короче. — Произнёс я с самодовольным видом, при этом не забыв отойти на безопасное расстояние, ожидая его реакции. При клириках Геро должен постесняться применять грубую физическую силу.

— Да, кстати, тут так нэ шути. Нэ всэ обладают таким жэ острым умом, и нэвэроятной добротой, как я.

— Ну, так не все же орки великие воины. — Произнёс я максимально иронично.

— Да, я такой один. — Ответил мой друг, игнорируя издевательские интонации, при этом сократив расстояние между нами. Я потерял бдительность, а он приблизился и положил мне руку на плечо сказав:

— Извини мэня Рус!

— За что?

— Я тэбэ соврал.

— Когда? — Не понял я и не уловил подвоха.

— Тогда, когда сказал, что добрый. — А потом его рука сделанная словно из стали обхватила мою шею. — Ты кого бродягой назвал? Сэйчас я тэбэ сдэлаю красивую причёску. — И стал кулаком второй руки лохматить мои волосы.

— Да, не бродягой, а БОМЖОМ, это почти одно и то же, что великий воин, он тоже может жить в степи, полях, правда бывает, что воняет потому, что ходит под себя. — Его хват усилился а моя макушка стала резко болеть от более интенсивного натирания. — Всё, всё, шучу.

— Кто БОМЖ?

— Не ты, не ты.

— А кто?

— Я!

— Ты кто?

— Я, я БОМЖ!

— А кто тогда я?

— Да харэ! Уже!

— Кто я, я тэбя спрашиваю?

— Великий воин!

— Правильно, мой глупый учэник, и большэ нэ совэршай подобных ошибок. — Сказал довольный собой Геро и отпустил меня. Красный как варёный рак я стал щупать голову на предмет лысины.

— Между прочим применение силы, признак слабости ума.

— Геро просто показал тэбэ, что нэ только умный но и очэнь сильный.

— Вы когда-нибудь повзрослеете? — Вспыхнула Анника.

— Ээ да мы шутим подруга? Правда жэ БОМЖ?

— Вообще-то я баронет с наделом. — Парировал я поправляя одним пальцем на переносице воображаемые очки. Мой жест правильно поняли, потому как очки в этом мире имели место быть.

— Лысый баронэт, должен замэтить! — Сказал орк.

— Инган дружище, глянь, правда что ли? — Взволновано спросил я гнома, показывая свою макушку.

— Боюсь мой друг, что вам следует примерить шлем.

— Да ёлки-палки, Геро серъёзно? Ты мне проплешину сделал? — Уже испуганно и немного истерично выпалил я.

— Сэр, хочу заметить, что про шлем сказал я, дабы обезопасить вас на будущее. А так ваша шевелюра нисколько не пострадала.

— Сволочь Инган, я же поверил! — Сказал я и облегченно выдохнул, а друзья стали надо мной смеяться.

Обычно орк находил, что ответить, но сегодня парень явно нервничал, хотя даже себе вряд ли бы в этом признался. А потому на манер старшего брата, решил поиздеваться надо мной. Нет, от Геро я кончено отхватывал регулярно, но мстил он мне только во время тренировок, а сегодня получается нарушил наши неписаные правила. И тогда я решил мелко отомстить. Под ногой орка незаметно для него вырос корень дерева. Который он зацепил ногой, когда это произошло, я специально запоздало крикнул.

— Осторожно не споткнись!

Но Геро был магом воздухом и есть подозрение, что ещё и аккробатом, потому красиво крутанувшись в воздухе, он приземлился обратно на ноги.

— Нэплохая попытка.

— О чём ты? — Прикинулся я шлангом. Ведь корень уже исчез под землей.

Геро молча развернулся и пошёл дальше. А Инган лишь сочувственно похлопал меня по плечу, а за ним то же самое повторила Анника.

Так, как всегда валяя дурака, мы подошли к местному аналогу дворца, который с натяжкой можно было назвать таковым. Строение было чем-то средним между египетской пирамидой и классическим замком. Выложенное из огромных блоков оно поражало взор масштабностью, но вот какая-либо роскошь отсутствовала напрочь, по периметру не было замковых стен, правда стены окружали весь город, а потому особой надобности защищать это административное учреждение у местных не было. Такое ощущение, что его построили, чисто для имиджа расы, иного объяснения я просто не видел, ну и на время межклановых встреч внутри помещалось много народу. В остальное время этот дворец «пионеров» пустовал, находясь в ведении распорядителя и десятка охранников, перед встречами правителей степей пространство убирали и готовили к их визиту за счёт казны Инжу. На входе с двустворчатой дверью стояли несколько массивных орков из постоянного персонала. У вождей кланов были свои телохранители. Нас провели в огромный зал, с немного тускловатым освещением, город решил сэкономить на артефактах, а естественного света сквозь матовые витражи непонятного состава не хватало. Мы прошли в самый центр и встали пред ясны очи десятков вождей орочьих племён, которые смотрели на нас сверху вниз, восседая на лавках половинчатого амфитеатра. В этот момент я почувствовал себя артистом цирка, ну или каким-то дрессированным животным на арене, в общем стало неуютно. Хоть с нами и было с десяток монахов ордена, все взгляды были направлены на Геро. Именно здесь этот артист устроил в прошлый раз шоу со сватовством, приехав на собрание вместе с членами своего клана. Кто-то смотрел на него равнодушно, кто-то с явным презрением, я сразу выявил представителей клана Ай. Нашёл взглядом и ребят из Жела, смотревших с беспокойством и раздражением. За главами крупных кланов сидело по несколько десятков орков, за потенциальным тестем Геро их было под полсотни, что говорило о силе их войска. Ведь по обычаям на собрание вождь мог взять каждого тысячного бойца из своих земель. Так местная аристократия показывала кто в степи хозяин.

Как ни странно слово взял глава нашей делегации, пожилой монах Урк. Который за всё время нашего пути не проронил ни слова, я уж думал, что у деда обет молчания, а он как оказалось он просто не любил трепат языком.

— Мир вам благородные вожди орков. — Краснокожие дядьки важно и вразнобой закивали. — Мы пришли сюда поговорить о новых угрозах инферналов и о военной помощи со стороны защитников степей. Но прежде чем мы начнём, хотим попросить разрешение на проход через ваши земли.

Слово взял потенциальный тесть Геро, он тут был на правах постоянного председателя собрания. Здоровенный орк отмеченный сединой, его лицо прочерчивал старый вертикальный шрам от брови до щеки, когда то ему явно повезло остаться с целым глазом. Длинные волосы были сплетены в несколько тугих кос, на шее красовалась толстая цепь с каким-то кулоном, «как пить дать — артефакт». Дядька по виду был очень суровый и Геро на его фоне смотрелся сущим сопляком.

— И вам мира клирик. Но членам братства не нужно никакое разрешение на проход, и все об этом знают. В ваших рядах представители семей всех орочьих родов. — Глава клана Ай говорил на всеобщем на удивление чисто.

— Разрешение не для нас уважаемый Жаман, а для этих воинов. — Указал клирик на нашу четвёрку державшуюся особняком. — Нам нужно разрешение и гарантия их безопасности.

— И куда им нужно пройти? — Приподняв бровь и посмотрев в глаза Геро спросил этот злобный орк

— К океану.

— А для чего позвольте спросить?

— По нуждам братства, они отправятся на Магнатерру. Большего я, к сожалению, открыть не могу.

Все вожди согласно закивали Жаман злобно улыбнулся и сказал.

— Разрешение дано, они могут пройти. — Потом продолжил — Вижу среди этих воинов знакомое лицо.

— Мир твоэму клану и твоэму шатру бэй. — Сказал Геро на всеобщем языке. По этикету орков при разумных, которые не знают их языка, краснокожие должны говорить, так чтобы понимали все.

— Вижу блудный сын Жела, решил убежать от своего обещания и скрыться на другом материке. — Ядовито проговорил этот утырок, проигнорировав приветствие моего друга, чем меня откровенно взбесил. При этом урод мерзко и злобно улыбался. Ещё скотина умудрился наехать на Геро и одновременно на его клан, который от него формально отрёкся. Но вместо того чтобы разозлится и краснеть, наш имбецил нацепил свою самую фирменную улыбку и выдал:

— Всё в силэ бэй. Чэрэз три-чэтырэ дня ты повэсишь голову яманбаса в своём шатре. Так что скажи Лэйсан пусть шьет свадэбноэ платьэ. Надэюсь вы акэ (папа) не поскупитесь на хорошээ приданоэ.

Мужик покраснел, побелел, в зале поднялся шум, окружавшие дядьку соклановцы, стали вставать со скамеек. Мы с ребятами напряглись и подошли поближе к этому искателю приключений, давая всем понять, что драться он сейчас будет не один. Называть папой главу самого сильного клана, было мягко говоря не лучшим решением. Конечно это не было прямым оскорблением, но и Геро не был сыном Жамана. В общем ребят в амфитеатре начало клинить. К нашему удивлению к нам подтянулись монахи, что не скрылось от внимания орков. Слово взял один из глав кланов, за спиной которого сидело всего три воина — это был родной дядя нашего балбеса, который не мог проигнорировать издевки Жамана про блудного сына его рода, якобы решившего сбежать.

— Разве этот воин кого-то оскорбил? — Сказал уже немолодой Асыл. Дядя чем-то отдалённо напоминал моего другана, только с более интеллектуальным и интеллигентным лицом.

— Нет.

— Нет.

— Нет.

— Обычай не нарушен. — Послышалось со всех сторон.

— Так в чём причина этого буйства в Ай? — Все воруг понимали, что это их высокомерие, как самого сильного клана в степи. Но в зале сидело с десяток представителей разных родов и в сумме их число превышало несколько сотен орков, а это говорило об огромной армии за их спинами. Жаман это тоже понимал, а потому одним жестом приказал всей своей бригаде заткнуться. Он злобно зыркнул на дядю Геро а потом обратился к виновнику всей этой ситуации.

— Я смотрю Геро говорить ты мастер.

— Я и с мэчом мастэр, Кушты подтвердит. — И этот самоубийца весело посмотрел на лучший меч клана Ай, которого он когда-то уделал. У двухметрового амбала аж челюсть свело.

— Как ты так долго прожил придурок? — шёпотом спросил я.

Вообще неудивительно, что папик невесты, отправлял наёмных убийц по душу этого отморозка, так себя вести с серъёзными людьми, то есть с орками противопоказано. И теперь понятно почему родня вынужденно отказалась от его защиты с тремя тысячами воинов за спиной враждовать с таким огромным кланом было бы откровенной глупостью. А от жёстких наездов Жел защищало общее собрание родов, которые не питали особых чувств к Айю. Брат Урк неодобрительно посмотрел на Геро и попросил оставить их продолжить совещание, сказав двоим клирикам проводить нас. От чего орк решительно отказался, сказав, что хочет показать город друзьям, то бишь нам. Когда мы вышли из здания, мне почему-то стало ещё страшнее, казалось что откуда нибудь прилетит стрела или отравленный дротик. Геро верно понял мои опасения и заявил.

— Нэ бойся, после такого Ай не посмеет нас тронуть.

— Ты уверен?

— Конэчно, всэ кланы сразу поймут, кто это сделал и их авториэт упадэт, орки будут говорить что в Ай нэ мужчины и бьют в спину. Скорээ они тэпэрь нас защищать начнут. Ах-ха-ха-ха.

— И всё равно ты псих.

— Нэ псих, а вэликий воин.

— Геро правильно всё сделал, я уже сама чуть фаербол в этого старикана не запустила. Хорошо ты его уел.

— Право в какой-то момент я уже тоже было подумал, что отдам долг жизни, к несчастью обошлось. — Поддержал разговор Инган.

— К несчастью? С кем я путешествую? Ребят у вас вообще чувство самосохранения есть? Одна готова драться с полсотней головорезов, другой расстраивается, что не подрался с ними, а третий их внаглую дразнит.

— Это ты какой-то нэправильный рыцарь.

— Я правильный, всем рыцарям рыцарь. Но и на тот свет не спешу «бывал, мне хватило» — Проронил я.

Особо гулять не хотелось, в городе было достаточно жарко, а потому затарившись в местной лавке всякими яствами мы направились в гостиницу неподалёку от которой пришвартовался наш летучий корабль. Вечером пришёл очень злой дядя Геро заперся с ним в одной из комнат, откуда были слышны крики на орочьем, судя по всему матерные и характерные шлепки подзатыльников. Наш орк лишился родителей ещё будучи подростком. И его фактически воспитал дядя Асыл, но судя по всему делал это плохо, потому как выросло это краснокожее недоразумение. Закончив с экзекуцией они вышли, и нарвались на нас «чисто случайно» оказавшихся в коридоре грустный Геро тёр затылок, а я наконец нашёл того человека, который мог накостылять этому великому воину.

— Агай (дядя) познакомься это мои друзья: сэр Руслан — баронет империи Велта, сэр Инган из клана Серебрянного молота, и леди Анника Зака Эфрон. — Мы вежливо кивнули. А Геро продолжил. — А это мой дядя Асыл, глава клана Жел.

Дядя тепло нам улыбнулся.

Асыл.

— Когда он увидел своего племянника снова пришедшего на собрание кланов, Асыла разрывали самые противоречивые чувства. Геро был ему как сын, лучший воин клана, его ждало светлое будущее, но не теперь, когда на него ополчился весь Ай. А пообещав в одиночку убить яманбаса он подписал себе смертный приговор. В отличие от племянника, Асыл видел чудовище вживую будучи подростком, одна особь убила под сотню воинов их стойбища. Тогда им удалось его только ранить и жвальник отступил, и теперь Асыл искренне верил, что убить его в одиночку невозможно, каким бы великолепным мечником не был Геро, его шансы равны нулю. Это была одна из причин почему он отрёкся от почти мёртвого племянника, в пользу всего клана. Но никто и близко не понимал, как тяжело ему далось такое решение. И вот этот провокатор снова вернулся в степь и отправляется по заданию братства Единого на другой конец света. В какой-то момент Асыл решил, что племянник отказался от своего глупого обещания принести голову яманбаса. И с одной стороны почувствовал облегчение, что дурень останется жив, но с другой стороны бей злился, ведь он не так его воспитывал, чтобы тот нарушал данное слово и попирал свою честь и честь своей семьи. А ещё Жаман посмел упомянуть его клан, хотя знал, что Геро давно вышел из него. Но как оказалось этот наглец не отступился от своих слов, более того он поставил на место главу Ай. Вот тогда в Асыле проснулась настоящая гордость и он готов был за него умереть. Дядя Геро был битым политиком и не спешил делать резких движений, когда воины самого большого клана встали вскакивать с мест. Нужно было перетянуть симпатии собрания на свою сторону. Пока он обдумывал как поступить Асыл заметил, что человек, гном и эльфийка приблизились к Геро готовые драться с ним плечом к плечу. И в старом орке снова проснулась гордость за своего мальчика, который сумел найти друзей готовых отдать жизнь за него. К счастью, всё разрешилось миром, но бей твёрдо решил провести с неугомонным племянником воспитательную беседу. Выплеснув все свои чувства на несносного мальчишку, Асыл успокоился, а когда они вдвоём вышли из комнаты, их уже ждала это троица: эльфийка, гном и чем-то очень довольный человек.

30. И снова он

Через несколько часов застолья и знакомства с нами, Геро с дядей уехали по делам. Узнав про легендарный доспех, который получил орк и помощь самого императора Велты его нерадивому племяннику, этот суровый мужик чуть не расплакался от счастья. Я показал ему свои разработки, поделилися планом, того как наш орк будет осуществлять задуманное по устранению гигантского таракана. Мужик проникся и решил поучаствовать в таком благом деле. Глава клана Жел был не из самых могущественных вождей, но и у него были кое-какие возможности. К тому же победа племянника была очень выгодна для всего рода. Если опустить такие вещи как кровные узы, честь и слава, породнится с самым сильным кланом, означало получить их в союзники. Плюс иметь в своих рядах воина в одиночку одолевшего грозу степей очень престижно. Да после такого за Геро отдадут любую, кого он пожелает. Но к сожалению для дяди, этот дурень выбрал одну из младших дочерей, которых у Жамана было с десяток от разных жён и наложниц. Вот если бы он замахнулся на дочь от старшей жены, тогда Жел мог стать очень богатым кланом, потому как на приданое Ай бы непоскупилися. Лейсан же была одной из многих дочерей и не так ценилась на политических весах, хотя конечно оставалась дочерью главы, что утешало Асыла. По слухам девочка серъёзно втрескалась в этого вечно улыбающегося идиота и даже надела белый каптал объявив всем, что стала невестой. Её поступок не остался незамеченным, говорят женщины клана даже избили её, но она была верна обету и ждала этого дуралея. Хотя что ещё можно было ожидать от суровой степной женщины из правящего рода. Конечно от Геро отреклись дома, дабы не развязывать войну, но в случае успеха его миссии вернуть орка обратно в семью проще простого, нужно было пройти какой-то очищающий обряд и дело в шляпе. А главное общество поймёт Жел, да такого героя с распростёртыми объятиями примут в любой клан. Потому он и забрал его к родовым магам-целителям, чтобы те поработали над его телом. Нужно было исключить какие либо недоразумения в виде порвавшегося сухожилия или мышцы, тем более при его образе жизни, такое могло произойти в любой момент. В общем орк отправился на медосмотр, Анника занималась по академической программе у себя в комнате, пытаясь обуздать свою стихию и эмоции. Во многом эффективность магов огня зависела от их самоконтроля, с чем у неё были большие проблемы. Собственно огневики были все немного со взрывным характером, но светловолосая красотка могла дать им в этом фору. Ещё, вопреки здравому смыслу, эльфийка до сих пор винила себя в смерти брата, и это тоже затрудняло ей задачу самоконтроля. Потому что кроме голой силы, которой она прекрасно владела с детства, в бою с серьезными магами нужно было использовать голову и руны. Например знак запечатывания заклинания, на случай если подключится другой маг огня, который сможет перехватить простой поток энергии и использовать против неё. Для каждой стихии была своя руна, к счастью и для моей она тоже известна. Хоть пока я и не встречал зелёных магов своего уровня, которые смогли бы перехватить контроль над моими растениями, тем не менее, стоило перестраховаться. Эльфийка была прилежной ученицей, почти такой же как и я. Но сегодня я старался не пересекаться с ней, потому что монахи заставили её и гнома целый день поститься, прежде чем для них испросят малое благословение. В ближайшем будущем схваток с отродьями инферналов не намечалось, а очиститься духовно как-то было нужно. Потому ребята и сидели голодные весь день. Инган зависал в трактире, потому что ему нравился запах пива и вина, а умничка Анника занималась полезными делами. Не сидел без дела и я создавая свой магический конструкт экзокостюма, пособия целителей с анатомией человека очень мне в этом помогли. Я понял для чего нужны связки и какую функцию выполняют сухожилия, какую роль играют суставы. О принципах работы мышц я конечно уже знал, но как это всё работает слабо себе представлял. И вот передо мной из тазика с землей возывашлось растение, отдаленно напоминавшее высушенного гуманоида, которое по моей команде сгибало и расгибало колени и локти, поднимало вверх руки а затем опускало их. Поделка имела деревянный скелет с мышечными волокнами из уплотненных лиан. Конструкция была ещё сырой, но уже полезной, чертеж хранился в моей голове и при наличии достаточного количества маны и материала из чего мой экзокостюм сделан, я мог облачится в него за десяток секунд. Шедевр магического искусства делал носителя сильнее и быстрее, по моим прикидкам почти в два раза. Хотелось бы сделать костюм ещё мощнее, но из за недостаточности мышечной массы это был его предел. Более прокачанная версия пока не получалась, при большом количестве волокон добиться их правильного сокращения не удавалось, также я не мог решить конфликт между разными группами мышц. При сокращении одной рвалась другая, к счастью эту проблему я видел в энергетическом диапазоне, но пока не придумал как решить, скорее даже не то что не придумал, просто не хватало времени на эксперименты, в такие моменты мне жутко не хватало моей лаборатории. Ещё была проблема состава волокон лиан, оптимальной плотности и эластичности, суставной жидкости. В процессе эксплуатации мой костюм мог неожиданно сломаться. Конечно за счёт магии место поломки быстро зарастало, но это отвлекало, а в бою каждая секунда на счету. Тем не менее на одном из спаррингов мне удалось удивить Геро очень быстрым и опасным выпадом и даже достать орка. Правда, больше он подобных ошибок не допускал и продолжал избивать меня как младенца и наличие костюма совершенно не спасало «но это пока». Дабы лишний раз не светить своей разработкой во время тренировок выращивал его под свободным балахоном. Друзья, конечно знали о зеленом доспехе, и даже поучаствовали в его разработоке, но вот с остальным миром я такой информацией делиться пока не собирался. Своё творение назвал: Боевой костюм мага номер один или БКМ-1. К сожалению из-за несовершенства конструкции, пользоваться им мог пока только я. Но это было временно, потому как в моей голове бурлили сотни идей, как эту проблему решить в будущем. Из того что я знал ещё по прошлой жизни, мир растений был удивительным и открывал невероятное количество возможностей, как и где их сажать. Главным моим врагом помимо нечисти и людей жаждущих рыцарской крови было время, которое почему-то всегда поджимало ставя мне нереальные сроки. О как же хотелось, спокойно засесть в своей лаборатории, поговорить со специалистами, поэкспериментировать с разработками. Из-за нехватки времени ушёл в стол проект моего варианта голема, ждали своего часа идеи автономности моих зелёных игрушек, наружу рвались теории о сущности зелёной энергии и методах работы с ней. А ещё необходимо было подтягивать магический алфавит, экспериментировать с новыми видами рунных конструкций, создавать плетения. Всё это мне пришлось отодвинуть на потом в угоду сиюминутной пользы, экзокостюм оказался приоритетной разработкой, которая впрочем не спешила поддаваться моему гению За то с ним я мог надевать тяжелый доспех, и двигаться практически не ощущая его веса. Латы приобрёл ещё в империи, при этом мне удалось добился того, что носить постоянно на теле их было не нужно. Экзокостюм находился под ними, он же их и надевал — я сделал что-то вроде рюкзака который закидывал на спину. Скрепляли эту железную кучу растения и в нужный момент деревянные щупальца надевали на меня броню. Идею спёр из фильма про «Железного человека», когда костюм автоматически надевался на героя прилетая к нему по частям. В моём случае это было похоже на деревянного паука пристраивающего составные доспеха к нужным частям тела Вместо шнуровки использовались лианы. Конечно сразу красиво надеть броню не получилось, мне пришлось набить пару шишек металлическим шлемом, получить с десяток синяков и ссадин, прежде чем удалось отработать нужный алгоритм. Но это того стоило, да и что скрывать, смотрелось красиво. Поняв что сегодня БКМ лучше уже не станет, решил пройтись по городу и посмотреть как и чем живут орки без делегаций и провожатых. Накинул неприметный балахон и пошёл гулять. К голодной Аннике подходить честно говоря труханул, просто оставил ей письмо под дверью, мол «так-то то и так-то, не хотел отвлекать от учёбы потому и не позвал». Хотя чует мое сердце всёравно влетит, но это будет потом и не факт, что долго, а вот со злой эльфийкой гулять по городу то ещё приключение. В общем тихо шмыгнул наружу и растворился в толпе. Орки от людей империи особо ничем не отличались, ну не считая местного колорита и языка. Между собой они говорили на непонятной для меня тарабарщине, хотя порой по жестам можно было догадаться, о чем идёт речь, увидеть как кто-то торгуется, ссорится или проводит время за приятной беседой. Видел схожие неприличные жесты, которые иногда использовал и мой друг. На меня никто не обращал внимания и я был безмерно этому рад. Погрузившись в свои мысли медленно бродил по узким улицам Инжу размышляя о бренности бытия и рассматривая орчанок. В один момент почувствовал на себе неприятный липкий взгляд, услышал характерный щелчок после чего резко прыгнул в сторону влетев в какую-то лавку и больно ударившись коленом и предплечьем. А сквозь то место где я только что находился пролетел арбалетный болт, который впился в глиняную стену дома. Не думая о боли, но и не забывая материться, стал высматривать стрелка и наткнулся на безумный взгляд до боли знакомых глаз, прячущихся в тени чёрного капюшона.

— Марлен, бароний сын. Ты всё никак не уймёшься гнида?

Я знал, что этот придурок получил титул отца еще в бытность жизни в герцогстве Марий. Хотя после того как он раскрылся, что якшается с инферналами, на урода объявило охоту братство. И всё это время подонок где-то умело скрывался и вот наконец объявился. Честно говоря без Геро я себя чувствовал не очень уверенно, а потому думал нападать на говнюка или сделать ноги, как говорится: «Я не трус, но я боюсь». Но взглянув на людей вокруг «точнее орков», детишек скачущих на палках с лошадиными головами, женщин, стариков я обреченно выдохнул и пошёл бить морду уроду. Ведь если он выпустит пса скверны как в тот раз или того хуже парочку, то мало городу не покажется, да, тут есть члены братства и краснокожие воины не из последних, но пока до них всех дойдёт, что происходит, опустеют несколько кварталов если не полгорода. А учитывая плотность населения и его размер Аурум нам может показаться лёгкой прогулкой. Рюкзака со стальной бронёй я естественно не взял «кто же мог знать?», накинул благословение, которое дополнил прототиопм экзокостюмома и ринулся в бой. В руку лёг посох выросший прямо из земли. На его вершину я положил заряженный под завязку изумруд, на другом конце палка превращалась в острие копья. За это время гадёныш зарядил второй болт который я принял на сплетённый щит. Стрела оказалась с сюрпризом в виде скверны, которая стала пожирать мою защиту. Я сбросил зараженный щит и уже на земле он превратился в чёрную массу зловонной жидкости. Не останавливаясь вырастил новый, сократив дистанцию до выпада копьем. Урод парировал мечом, а выстрелившие из посоха острые ветви поглотила темная пелена окружавшая моего врага. И снова я увидел тёмный полог, как тогда в Трайфале, но в этот раз в виде личной защиты. Нахлынули неприятные воспоминания об отрубленных руках и я машинально отскочил назад. И должен сказать очень вовремя, потому как с крыши по мне ударило ещё два болта. В три прыжка оказался на крыше бросив в урода внизу гранату, шипы которой тоже поглотила защита, тем не менее она не прекратила свой рост, замуровывая подонка в куче ветвей, благо с кристаллом я мог себе позволить не задумываться о расходе маны, по крайней мере, во время боя. И пока Марлен отвлёкся занялся его подельниками. Убийцы сверху были орками без тёмного полога, судя по всему мужики являлись простыми наёмниками. План был прост, Марлен связывает меня боем, а эти орлы добивают одного очень хорошего рыцаря, ну, или ранят. И у них бы это получилось, не получи я в Трайфале психологической травмы в виде отрубленных конечностей. С этими двумя я расправился играючи, причём даже не пришлось никого убивать. Ребята перезаряжали арбалеты и не ждали меня на крыше так быстро. Воспользовавшись заминкой, посохом подсёк одного из нападавших, а когда он начал падать на лету врезал ему с ноги усиленной экзокостюмом, да так что тот улетел с невысокой крыши, «если вовремя оказать помощь жить будет». Второрого вырубил набалдашником выстрелившим из посоха аккурат в лоб. Снова почувствовал взгляд на спине, перекатился повернувшись к источнику и встал лицом к лицу с лысым отморозком. На крыше мне удалось получше разглядеть изменившегося Марлена, морда барона была словно вымазанна чёрной сажей, нечто похожее я видел на лицах одержимых Трайфала. Но взгляд у дебила оставался человеческим и всё такими же злым, и тупыми. «Ничто не меняется».

— Я убью тебя выродок, а потом сожру твоё сердце. Поганый плебей.

— Вообще-то моё имя сэр Руслан, баронет Велты и личный друг его императорского величества Люка II. «А ещё с принцессой целовался» — Как обычно невпопад подумал я, но хватило ума не говорить об этом вслух. «Всё-таки рыцарь и джентльмен» Как бы там ни было Марлена перекосило ещё больше и он ринулся в бой размахивая своим полуторным мечом. Надо сказать драться он умел и очень хорошо, что меня совершенно не радовало. Ветки, шипы, колья и прочие средства убивания продолжали тонуть в его защите, а он усиливал напор. Тренировки с моими друзьями не прошли даром, но в опыте я ещё сильно уступал этому парню, да что там, между нами буквально была пропасть и мы оба это прекрасно понимали. Всё-таки учиться сражаться с пелёнок и как я, без году неделя — большая разница. Да и честно говоря, поняв с каким уровнем столкнулся побеждать я больше не собирался, но связать урода боем, отвлечь дабы он снова не открыл портал и не пустил в мир какую нибудь гадость я мог, чем собственно последние пять минут и занимался. И надо сказать у меня это неплохо получалось. Правда приходилось прыгать по крышам как сайгаку. В скорости Марлен не уступал, даже несмотря на подходящее к концу благословение и экзокостюм, потому несколько раз гаду удалось меня достать, один рубящий удар пришёлся в плечо — спас БКМ, но в месте удара всё равно стало влажно от тёплой крови. Ещё он зацепил кончиком меча бедро, многообещающе улыбнувшись. Потом прижал к краю крыши и уже праздновал победу. Меня снова так взбесила эта самодовольная рожа, что я в чувствах плюнул ему в лицо и попал точнехонько между носом и губой. Как оказалось тёмный полог не защищал от смачного харчка. Придурок побагровел и кинулся окончательно меня убивать, а я показал ему неприличный жест нагло улыбнулся и сиганул с крыши приземлившись в объятия мягкой травы, лопухов и всего того, что росло внизу, которые к моему приземлению увеличились в размерах. Раненая нога начала отказывать, а потому в вертикальном положении держался за счёт экзокостюма, который то и дело рвался в разных местах от перегрузок, я заращивал прорехи, но с ногой такого сделать увы не мог, а потому быстро терял силы и понимал, что вполне вероятно скоро потеряю и сознание. Но я же не тупой Марлен, а потому весь наш бой смещался в сторону гостиницы, где обитала делегация монахов и очень злая эльфийка. Наконец разглядев серые сутаны, я немного расслабился и получил болезненный укол в область шеи, к счастью, не смертельный. Посмотрев мне за спину в глазах Марлена появился страх и он отступил в тёмный переулок со словами:

— Я хотел убить тебя лично, но ничего, пусть это сделают они, а когда дикари тебя выпотрошат я приду и сожру твою плоть.

«Кто они» подумал я, потом устало оперся о посох и сказал.

— Ага, жду не дождусь. И ещё Марлен, вытри лицо у тебя какая-то мерзкая дрянь над губой. Гы!

Напоминание о плевке в лицо вывело его ещё сильнее.

— Я выпью твою кровь падаль — Сказал он и растворился в тени портала.

А я лишившийся благословения испытал весь спектр чувств очень уставшего и побитого человека, которого трясло от жуткого мандража. Но по крайней мере, когда подоспели монахи не потерял сознание «росту»

Меня подлечили и одновременно допрашивали клирики и местная стража. Так как я был в составе делегации братства, вопросы задавали прямо в гостинице, а не в местном замковом отделе, за что им большое магическое спасибо. Я рассказывал всё что знал.

— Мы уже сталкивались с ним, в Марийском герцогстве, тогда он впустил в мир пса скверны. Благо удалось прибить гадину сразу.

— А не вешаете ли вы нам лапшу на уши сэр Руслан? — Спросил один из орков. — Быть может вы товарищу денег задолжали, а потом снесли нам полквартала.

«Ой, да пара дырок в крышах»

— Можете проверить, на месте нападения вы найдёте несколько болтов отравленных какой-то гадостью, почти уверен, что скверной. Плюс свидетели подтвердят, что Марлен использовал тёмный полог, да и братья видели как он ушёл в портал.

— Ещё что-то?

— Ну, он обзывался, вот ранил меня, к счастью клирики вовремя подсуетились небось и клинок обмазал каким нибудь дерьмом инфернала, с него станется. — Стражник закатил глаза но не прекращал слушать. — Ну и в конце сказал, что меня выпотрошат какие-то дикари, а он попозже придёт и сожрёт это совершенное тело. Вроде всё.

— Дикари? — оживился стражник, не обратив внимания на моё преувеличение про шикарное тело — Он сказал, когда они придут за вами?

— Да, нет, а что такое?

И тут в городе загудели трубы, от звука которых мне почему-то стало тревожно а все кто находился внутри комнаты резко напряглись. В гостиницу ворвался один из стражников ожидавших снаружи и закричал:

— Дикие племена под стенами, с ними сотни прирученных магир и говорят даже яманбас.

Наша делегация вперемешку со стражниками выбежала на улицу, где суетились орки, женщины запечатывали дома, а мужчины вооружались направляясь к стенам, куда потопали и мы. Сверху было видно, что сведения оказались не точными яманбас в этом войске был не один, над полчищами воинов которые казались с такого расстояния мелкими букашками, были отчетливо видны пять гигантских богомолов с вечно голодными глазами «Геро будет где разгуляться».

31. Чудовища

Впервые в жизни я увидел страх у такого большого количества разумных одновременно. Во взгляде тех, кто смотрел на орды под стенами города угадывался ужас и пустота. Кто-то в толпе выкрикнул:

— Они приручили яманбасов, мы обречены. Мы обречены, бегите, спасайте своих детей.

Правда, паникёра быстро заткнули, но липкий страх никуда не делся. Честно говоря, сначала я не понимал почему. Адреналин бурлил и в моей крови и, вообще, именно я тут выходец из века технологий и относительного благоденствия. А потому и бояться должен сильнее остальных, но краснокожие переплюнули даже такого трусишку. И тут я не выдержал и дёрнул одного из стражников, шёпотом спросив.

— Уважаемый, что за паника у народа в глазах? Неужели это такая страшная армия?

— Ниэт клирик — «подумал, что я монах» — Лучшиэ бы сюда пришла армия дикариэй и дажие иэслибы хвост их армии находился у самого окиэана, клянусь Иэдиным, даже нэопиэрившиэся юнцы встали бы против них виэсиэло смиэясь. Но погибель стиэпэй….

— Ты имеешь ввиду яманбасов воин?

— Да, они ниэпобиэдимы.

— Ну как-то же вы раньше справлялись?

— Приэжде чиэм прогнать или убить одного, мог погибнуть циэлый клан. Иногда они сами уходили обожравшись орочьих тиэл. Пиэрэд битвой с чудовищиэм воины пьют настойку, чтобы их мясо казалось иэму ниэвкусным.

Тогда я осознал всю глубину страха целой расы перед этими созданиями. Тысячелетия орки были добычей, а жвальники на вершине пищевой цепи. Справедливости ради, они пожирали всё живое и не имели конкурентов. По книгам я знал, что рядом с этим насекомым порой разумный чувствует такой страх, что просто не может пошевелиться. Подозреваю, что без каких-то выделяемых желёз тут не обошлось. Как бы там ни было, проблему нужно было решать. А главное, срочно найти моё главное оружие против чудовищ, этого неугомонного имбецила-беспредельщика. Даже издалека монстры впечатляли своими габаритами, но как они выглядят вблизи думать не хотелось. Голова твари находилась на высоте пяти метров, и это учитывая, то что оно стояло горизонтально, на задних лапах, оно внушало страх ещё больше. Ещё один вопрос, почему животина не нападает на ту кучу мяса вокруг, что трётся возле его ног. Как выглядели дикари я пока не видел — слишком далеко, очевидно было то что, это такие же гуманоиды с двумя руками и ногами, а потому очень питательны для ненасытных тел жвальников. И тут меня осенило, Марлен знал о приходе этой армии, а значит без скверны не обошлось. А как известно, скверна может управлять биологическими объектами и даже мертвыми, что если монстров контролируют из другого мира? Я подошёл к брату Урку, который задумчиво смотрел со стены на появившуюся армаду и поведал о своих предположениях ему, монах ожил. Ведь теперь это было дело ордена, в противном случае, клирики могли не вмешаться в дела смертных, сесть на свой летучий корабль и убраться отсюда. А ведь их помощь в битве может быть неоценимой «довелось повидать».

— Если так, то нам нужно подготовиться к ритуалу, найди и приведи друзей в главный храм. Будем молить Создателя о благословении.

— Я мигом!

Бонус в виде большого благословения, нам бы ой как пригодился. Топая в сторону гостиницы подумал какой Геро всё-таки отбитый, раз вызвался драться с этой машиной для убийства. Друзья уже ждали в полном составе. Рядом стояли офицеры его императорского величества, так как орк надел «Фортис», который они охраняли. Охота на яманбаса началась, так что всё в рамках уговора. Хотя по лицам мужиков было видно, как им неприятно давать сокровище империи в руки непонятно кого. Ну, да это их личное дело, нам сейчас не до их чувств. Я ворвался в помещение как вихрь и сразу взял быка за рога.

— Всем привет, все всё слышали, как я погляжу. — Выделил взглядом бронированного орка. И продолжил. — Я только что со стены, времени мало, нужно двигать в храм, монахи готовят обряд святого воинства. Армия дикарей пока стоит под городом и не двигается, у них пять жвальников, которых они как-то контролируют, есть подозрение, что это скверна. Сегодня встретил нашего общего «друга любителя табуреток» — сына барончика! — Пояснил я остальным, ведь про нашу стычку в Марийском герцогстве, мы им уже не раз рассказывали. — Что у вас?

— Артефакты ловушки я собрала. Кристаллы заряжены. А ещё очень хочется есть.

— И пить. — Дополнил гном эльфийку. — Что конкретно он хотел пить уточнять не стал и так, всем, всё было понятно.

— Муган начищэн и заточэн, мы с ним готовы. — Беззаботно улыбнулся орк. Он совершенно не нервничал, благословения с доспеха убивало все негативные и вредные эмоции. Поверх брони Геро нацепил обвес, заказали мы его у портного по моим наброскам, на нём крепились маленькие ловушки для богомола и несколько больших на спине. Лишние артефакты хранились в большой сумке, которую уже держал гном. Я в свою очередь наконец-то надел свой доспех усилившись экзокостюмом под ним. Гном перехватил покрепче секиру, эльфийка поправила лук и мы двинули в храм. По пути стали обсуждать планы и делиться мнениями. Меня беспокоило, то что дикари не нападают и я спросил друзей почему.

— Скорее всего атакуют они ранним утром, когда воины расслабяться и устанут за ночь. — Сказал Гном.

— Ну, а почему тогда показались? Они же как-то незаметно подошли к городу и им выгоднее было напасть внезапно, используя эффект неожиданности.

— Нэ всэгда всё идёт по плану Рус. У города на стэнах мощные артэфакты, видимо приблизившись, магия скрывавшая их спала.

— Ясно-понятно.

Весть о подконтрольных жвальниках дошла до всех жителей Инжу, орки были на грани паники, нок их чести не поддавались ей, а меланхолично занимались своими делами, подготавливались к осаде, прятали имущество и детей в подвалы самых крепких каменных домов, женщины сбивались в отряды чтобы охранять эти маленькие бастионы. Возможно именно с этой целью их и строили, кто знает. В любом случае, на осаде каждого такого здания враги будут терять драгоценное время, встречаемые разъярёнными матерями охраняющими своё потомство. В то время как все боеспособные мужчины отправились на стены и в ополчение. Ещё одним плюсом было то, что в столице проходил совет кланов, и вожди взяли с собой много отличных воинов. К сожалению, не всех, лишь причитающуюся свиту. Но и то хлеб, среди них были лучшие родовые маги, что тоже давало преимущество. С другой стороны если всех глав орков сейчас убьют, в степи воцарится хаос. Возможно враги именно на это и рассчитывают. Добравшись до храма, увидели что нас ждут только клирики, с которыми мы прибыли и с полсотни местных монахов и послушников. Я подошёл к брату Урку, с вертевшимся на языке вопросом.

— А где собственно остальное святое воинство, почему тут только мы и монахи?

— Среди нас нет высших клириков, только они могут молить Творца о благословении целого войска. Мы же не смеем просить о большем.

— А может стоит попробовать?

— Клирики проводники силы Создателя и слабый духом, просто сгорит в такой мощи.

— Значит брат Тик?

— Первый из первейших. Тика почитают как святого.

— Хотя он так явно не считает.

— Как и полагается святому.

— Ясно.

— Извините сэр Руслан, но нам пора начинать.

— Да, да конечно.

В общем не факт, что эта команда сможет сражаться в режиме невидимости и имеет те же способности, которые мы видели в Ауруме. В этот раз обряд длился дольше, я уже начал зевать от такого количества молитв на непонятном языке. И когда на нас снизошло благословение, несколько членов братства потеряли сознание, но быстро очнулись. А ко мне пришло уже знакомое чувство спокойствия, прибавились силы, а сомнения ушли. Анника с Инганом сразу оценили свои возможности сделав пару пробных выпадов. А потом словно враги только этого и ждали мы услышали мерзкий шум, словно кто-то включил гигантские пропеллеры. В принципе так оно и было, в город летело три богомола. Как выяснилось позже, два других отправились ломать стену. Со всех концов в тварей ударили тысячи заклинаний, маги пытались сбить их на лету, словно не зная, что чудовища не восприимчивы к подобным атакам. Затем подключились баллисты, арбалеты, и луки, тысячи стрел, болтов и десятки гигантских дротиков, ускоренных и укреплённых магией, не наносили чудовищам никакого вреда. Насекомые игнорировали местное ПВО и плавно садились протыкая глиняные дома своими огромными лапами.

— Геро, как их убивать?

— Да я откуда знаю, сэйчас на мэстэ разбэрёмся.

При этом жвальники действовали синхронно, не как безмозглые насекомые, методично разрушая всё что было на их пути: здания, инфраструктуру, погребая под обломками бедолаг, которые не успели выбраться. Было очевидно, что богомолами кто-то управляет, ведь из книг я выяснил, что в природе они только едят и размножаются, но не уничтожают архитектурные строения игнорируя свежее мясо.

— Вы были правы баронет, от них буквально веет скверной. — Сказал Урк.

— Можно что-то с этим сделать?

— К счастью да, твари не мертвы, им просто затуманили сознание.

— Значит инфернальная магия на них действует.

— Видимо да, ибо она из другого мира.

В принципе, всё логично, у местной живности выработался иммунитет к здешней энергии, а вот скверна имеет другую структуру и не подчиняется, основным законам магических наук Креора. Вакциной от этой заразы и были клирики с их примочками.

— Нам потребуется время чтобы снять чары.

— Хорошо, мы прикроем вас.

— Надеюсь на вас. — Сказал Урк и стал сбивать своих в круг.

Тем временем вдалеке начала рушиться часть стены под ударом лап чудовищ отправленных ломать преграду, когда остальные особи наводили хаос внутри города. По соседству вылетела ещё часть кладки, дорогу прокладывал второй монстр. После чего мы услышали душераздирающие крики каких-то существ.

— Магиры. — Обрадовал нас орк.

В месте пролома стали появляться гигантские пауки размером с лошадь. На другие части стены чудовищ отправлять не стали, видимо опасаясь защитников. В отличие от жвальников у пауков был более ли менее мягкий хитин, который можно было пробить, а также не такая сопротивляемость магии. Но твари были быстры, и живучи. По виду они напоминали верблюжьего паука, с выступающими хелицерами, которыми перекусывали быка за доли секунды. Тварей тоже встретили плотным огнём и более успешно, тех, кого доставало сильное заклинание или дротик падали сворачиваясь в комочек, но большинство всё равно проскочило в город и эта волна шла в нашу сторону. За несколько минут пауки по крышам добрались до своих союзников богомолов пожирая всех на своем пути. А яманбасы продолжали разрушать город. Магир снимали с крыш парившие маги воздуха, пауки нарывались на вооруженные группы орков создававших подобия римской черепахи и гибли под ударами копий и мечей, при этом забирая с собой, по нескольку краснокожих воинов. Но монстры не зацикливались на битвах словно ища чего-то. Геро с Инганом стояли буквально пританцовывая, ребятам не терпелось окропить оружие кровью врагов или что там у этих насекомых. Но монахи сейчас были в приоритете. Геро как всегда сиганул на крышу Аннику, мы поставили в центр где в позе лотоса сидели клирики. Ну а мы с Инганом встали с разных концов широкой улицы, так как подойти к молящимся братьям можно было с двух сторон. Гном взял сторону, с которой шли бестии, мне достался глубокий тыл, на случай если они обойдут. Город гудел, повсюду были слышны взрывы, визг насекомых и крики разумных, свист стрел и звон стали. Но на нашей улице пока никого небыло, я уже успел раскинуть свой цветочный радар и видел всё, что происходит на улице приблизительно в радиусе километра. И вот первые пауки уже подходили к нашим позициям. Я крикнул ребятам:

— Четыре твари идут по крышам, три по земле, через минуту будут у нас. После чего в зону моего радара вошло ещё штук пятнадцать этих бестий. В нескольких кварталах от нас маршем шёл отряд тяжелой пехоты орков. За это направление я не переживал, а вот с другой стороны пауки могли нас обойти, добравшись до моей линии обороны. Раскидав желуди по округе, я опустил забрало и приготовился к битве.

— Идут. — Снова крикнул я.

Первыми гадов встретил орк, применив несколько воздушных кулаков, он сбил ход трём монстрам, приняв на меч четвёртое. Точнее Геро в одно мгновение оказался сбоку насекомого и подрубил ему две ноги. Инган встретил своих каменными кольями из земли «у меня подсмотрел», один провалился в подготовленную гномом яму, в виде пустой полости, которую покрывал тонкий слой дорожного полотна, внутри противника ждали такие же колья. Но все три гадины остались живы, пока не подключилась Анника. Когда паук стал выбираться из ямы на него обрушился столб пламени, чего зверюшка уже не пережила. Как только насекомые увидели клириков, они издали всё тот же меркзий визг и в зону моего радара стало входить всё больше тварей, десять, двадцать, пятьдесят. Для скверны монахи были приоритетной целью, вдруг стало понятно, кого они всё это время искали. Очевидно что через минуту, если мужики в серых балахонах не проснуться, нас ждёт каюк.

— Анни зови Ингана, манёвр крепость. — Так назывался один из отработанных приёмов — Скоро тут будет не меньше полусотни.

И как только я это сказал, радар засёк первого жвальника, затем второго и третьего. Эти танки тоже шли к нам. «Ну, теперь точно кабзда». Тем временем, до моей позиции добрался первый членистоногий. Отправил его в тюрьму, которую он стал превращать в щепки, и пока уродец прогрызался сквозь препятствие, усиленный экзокостюмом и благсловением я прыгнул ему на спину пригвоздив двручным мечом. Затем побежал в в центр молящихся монахов к эльфийке. Инган уже добивал секирой последнего паука, зажав его между двух камней «опасные ребята эти маги земли». Одновременно с крыши упала иссечённая жертва Геро. Я жестами показал орку наш план и количество врагов, он понимающе кивнул и взлетел немного выше. Бесконечные тренировки не прошли даром, мы могли не только драться в связке, используя сильные стороны друг друга, но ещё и общаться без слов.

— 30 секунд до столкновения.

Как только я это сказал, вокруг стала расти стена из земли и камней, в ход шли пустые саманные домики, и лавки, брусчатка, всё то, до чего мог дотянутся гном. К счастью жители прятались в мини замках, что давало нам простор для манёвров. Так мы оказались внутри куполообразного земляного сооружения. Перед которым стал подниматься, самый настоящий лес, из кольев. К счастью с наличием кристаллов, маны на подобные выкрутасы нам хватало.

— 10 секунд. — Сообщил я.

И когда время истекло в нашу баррикаду ударила волна пауков. Хелицеры разргызали древесную плоть, приближая монстров к нам. И когда они были в нескольких метрах от нашей землянной защиты, пришёл черёд Анники.

— Я готова!

Как только она это сказала, в крыше образовалась дыра открытая гномом. Эльфийка сделала пасс руками, а в прореху вылетел сгусток пламени. Когда огонь покинул пределы нашего убежища, дыра в крыше закрылась, а наверху прогремел взрыв. Я знал, что сейчас огонь каплями падает вокруг бункера поджигая мой мини-лес. А сверху аккурат в середину убежища бьёт воздушный поток скатывающийся по стенам и раздувающий пламя вокруг. В этот момент я ослеп, точнее лишился своего радара, ведь пыльцу пожирало пламя вокруг. Сколько тварей мы убили было непонятно, да и не так важно, по моим прикидкам, вот-вот должны были подтянуться жвальники, а как справляться с ними, я не имел ни малейшего понятия. А монахи всё ещё что-то без устали продолжали шептать. И как только я подумал: «Господи, ну, скоро они там» клирики открыли глаза а с неба стали падать лучики света, напоминавшие дождь, причём их не останавливали физические преграды, лучики просачивались сквозь стены нашего убежища и домов вокруг. В небольшие отверстия с человеческую голову мы видели, что происходит с чудовищами. Когда на них падал небесный свет, насекомых охватывала судорога, а из тела начинала выходить какая-то черная жидкость. Но к моему разочарованию монстры не умирали, а просто переставали действовать слаженно, превращаясь в обычных хищников жаждущих отведать чьей нибудь плоти. Сделай монахи этот фокус часом ранее и сейчас проблемы бы были и войска под стенами, но гады, видимо, предвидели такую возможность потому направили всё что у них было в город, устроив тут небольшой филиал ада.

32. Слёзы…

Богомолы до нас не дошли, и стали хватать всё что шевелилось вокруг, больше всего пострадали домашние животные: лошади, коровы, собаки. При этом яманбасы стали отдаляться друг от друга. Жвальники явно не доверяли собратьям. Вообще по имеющимся записям если они и нападали стаей, то как правило будучи из одного выводка. Ну а не родственников могли и сожрать, но так как еды вокруг было предостаточно, они благоразумно держались от себе подобных на почтительном расстоянии, видимо решив не рисковать своими тушками. Судя по данным из бестиария, местные чудовища были по сообразительнее их маленьких земных аналогов и обладали интеллектом уровня млекопитающих, что делало их ещё опаснее. Благо магир они тоже воспринимали как добычу и рвали пауков, как и всю остальную живность. Стратегия была проста, сначала жвальник убивает всё в пределах одному ему известной территории, потом спокойно это поедает. Сейчас богомолы оставляли за собой тушки несчастных жертв. К счастью, в мини-крепости с женщинами и детьми они пока не лезли. Всё это я видел свои радаром, который работал за пределами огненного кольца. Пламя контролировала эльфийка, а потому удалось избежать пожара «ещё один плюс магического мира». В общем яманбасы нам пока не грозили, а вот сквозь стены землянной защиты стали пробиваться первые опалённые хелицеры. Пауки уже видели добычу и по инерции рвались заполучить её, то бишь нас. Но гадов ждали не только мы, но и очнувшиеся после молитв монахи, причём это были полсотни не самых слабых воинов. Клирики, что сражались вместе с нами, были хороши, конечно до уровня брата Рика им всем была далеко, тем не менее орден они не посрамили.

Волей гнома земляная крепость пала, осыпалась пеплом и моя преграда, а ветер посланный моим другом сдул всю эту массу в сторону противников и мы встретили, обожжённых, но не менее резвых пауков честным железом. Краем глаза увидел Геро прыгавшего с крыши на крышу, Анника посылала стрелы, а гном пошёл в лобовую атаку, оставив позади всю нашу братву. Бросать этого суицидника я не собирался, а потому рванул следом прикрывать спину бородачу. Инган грамотно комбинировал магию и фехтование — лапки одного паука проваливались в дорожную щель, которая в тот же миг закрылась, захватив конечности чудовища. И пока членистоногое теряло время вытаскивая её из ловушки, сверху на него уже падала секира. При этом пауки были невероятно сильны, тварь вырвала лапки, из ловушки с кусками дорожной кладки, что правда её не пмогло. Инган серъёзно ранил магиру и переключился на следующую, которая уже прыгала на здоровяка. Оставшуюся добил я. В один момент на нашего культурного коротышку бросилось три животины одновременно, боковых встретили земляные колья, а с центральной он сшибся выставив щит, подставив его под огромные хелицеры, одновременно сбоку от чудовища вылетел земляной кол. Мы с эльфикой тоже не стояли без дела, в один из множества глаз той, что слева прилетела стрела Анники, в правого монстра отправились мои гранаты, а снизу в брюхо впились деревянные колья, но магира была очень быстра и живуча, дико перебирая лапками, она выпрыгнула из объятий моих заклинаний. Бить так же точно как Анника у меня пока не получалось, а потому и урона я нанёс меньше. Хоть мой паучёк и не сдох, за то уже терял силы вместе с выходящей из брюха белой жидкостью. К тому времени гном разборался со своей жертвой и переключался на моего подранка. Анника всадила в свою бестию уже штук пять стрел, и один огромный фаербол. А мы с Инганом зарубили ту, что отвлекал я. Наша команда действовала слаженно и красиво, мы словно живая машина для убийства сеяли среди чудовищ смерть. Орк тоже не терял времени, с крыши уже упало шесть членистоногих, Да и монахи не зевали, встречая зверюг на копья и мечи. К сожалению без потерь не обходилось, улица окропилась кровью клириков, тело одного бедолаги одна тварь оттаскивала прямо по стене куда-то в переулок между домами, чудовища могли перекусить бездоспешного человека пополам, а потому один точный удар был для прямоходящих смертельным. То тут, то там какой нибудь зазевавшийся воин в сутане погибал в этих гигантских хелицерах. Но никто не робел и мужественно встречал врагов отплачивая им той же монетой. Конечно, без большого благословения, мы и минуты бы не протянули, монстры объективно вызывали ужас и отторжение у любого разумного, но сейчас никто из нас не помнил, что такое страх и сомнение. Радар показывал, что большая часть бежавших к нам насекомых ведомых скверной переключилась на отряд тяжёлой пехоты орков, на параллельной улице. Ребята несли серъёзные потери, но плотно держали строй протыкая жадных до плоти тварей. Пауки сыпались буквально им на головы, с огромною скоростью бежали поверх орочьей черепахи и сами же насаживались на выставленные копья и мечи. Будь они слаженнее как несколько минут назад, от сотни пехотинцев маршировавших к стенам уже ничего бы не осталось. Когда мы с Инганом зарубили последнюю тварь на нашей улице, я сообщил брату Урку о боевой обстановке вокруг и стал собирать свою шайку. Монахи же разделившись ушли, часть отправились помогать пехоте, остальные понесли немногочисленных раненых в свой храм. К нашей троице с крыши спикировал Геро.

— Брат, что это за доспэх ты достал, что мы с ним вытворяэм, ты бы видэл.

— Да, я заметил по ним. — Указал я на трупы тварей упавших с крыши.

— Принцессу от души поблагодари, да. Прям всё, что нэ попросит сдэлай. Дажэ эсли это будэт нэпристойность. Ыыыы — У Анники злобно блеснули глаза, а я проигнорировал выпад орка.

— Потом посмеёмся, сейчас не до этого. У нас есть большая проблема, а точнее их пять, огромных и злых. — Показал я вдаль на возвышающиеся над домами силуэты гигантских богомолов.

Орки не спешили к жвальникам, возможно чудовища выделяли какое-то вещество вызывавшее ужас у всего живого вокруг, ну, или магия у них такая. Потому убивать их с топорами наперевес местное воинство не спешило. Не заметить такие туши просто не могли. Хотя скорее всего где-то уже готовился отряд самоубийц. Благо на нас под благословением их ужасающий дебафф не действовал. Времени ждать помощи не было, один монстр сломал кладку мини-крепости с женщинами и детьми, и уже поедал одну из защитниц убежища. Смотреть на это даже с помощью пыльцы радара, было противно и больно, во мне просыпалась ярость.

— В общем, есть план. Только действовать нужно быстро, тварь подбирается к детям.

— Какой? — Спросила Анника.

— Мы с Геро приманиваем этих тараканов поближе друг к другу. Вы с Инганом ждёте в условленном месте. Когда мы подойдём, ты устраиваешь в небе небольшой взрыв и пожар вокруг отвлекая их внимание. — Сказал я остроухой — А в это время гном прячет нас за стеной земли, после чего мы ныряем в здание и счастливо воссоединяемся.

— А дальше что?

— А дальше, увидите.

— Так не пойдёт! — возразила девушка. — Я буду приманкой.

— На споры нет времени, там уже женщина погибла, скоро гадина доберётся до детишек. План хороший, должно выгореть, положись на меня. Главное, вы не подведите. Всем всё понятно?

— Вэди нас хитрый учэник.

И Мы побежали к одному из зданий между удалившимися на приличное друг от друга расстояние монстрами. Наживками мы стали неслучайно, Геро облачен в легендарный доспех, а у меня был мой лиановый экзоскелет, которые вкупе с благословением делали из нас Усейнов Болтов накаченных допингом. Правда, орк мог ещё и летать и ускоряться с помощью ветра, а я нет, но очень надеялся, что имеющейся скорости мне будет достаточно, в противном случае, меня просто схарчат. Я сбросил железные пластины доспеха, боясь что лишний вес будет только замедлять, да и против монстра ломающего лапой крепостную стену такая защита не имела смысла.

— Все готовы? — Друзья дружно кивнули. — Тогда как условились.

Я направился к твари, которая отобедала женщиной и уже крошила каменную кладку в поисках следующей жертвы. Подойдя на расстояние броска камня крикнул жвальнику.

— Эй тварина, посмотри какая вкуснятина пришла. — Но монстр то ли не слышал, то ли решил оставить меня на десерт. Тогда я взял булыжник помощнее и швырнул целясь зверюге в голову, бросок получился хорошим, за счёт всех имеющихся усилений, но не точным, и это мягко говоря. В общем, я промахнулся. Ближе подходить не рискнул, продолжив метать свои импровизированные снаряды, с пятой попытки удалось засадить гадине под глаз. «Надеюсь будет фингал». Чудовище в миг повернулось в мою сторону, да так резко и неожиданно, что у меня ёкнуло сердце. Из-за строения рта казалось оно улыбается, монстр показал мне ряд ровных акульих зубов, по всей пасти, которая у него распахивалась от уха до уха. А потом прыгнул выпустив гигантские крылья. Не будь на мне сейчас благословения, почти уверен, что наложил бы в штаны прям там же. Это было очень быстро, даже несмотря на то, что чего-то подобно я и ожидал. Так мне бегать ещё не приходилось. Словно сайгак я скакал по крышам глиняных лачуг, казалось, что гадина вот-вот схватит меня. Оборачиваться было нельзя — рисковал впечататься в какую нибудь стену и самовыпилиться на таких скоростях. Ещё мышцы проклятого экзоскелета постоянно рвались от перенапряжения, приходилось латать их прямо на ходу. Добежав до условленного места я увидел довольное лицо орка спрыгивающего с крыши напроив в нужный нам переулок, Геро был явно в боевом экстазе «отморозок», после чего над нами прогремел мощный взрыв, а за спиной выросла дугообразная стена из земли, на секунду скрывшая нас. Мы с братаном шмыгнули в за ранее выбитое окно какого-то дома и вышли с другой стороны улицы. Несколько поворотов и вот мы уже вчетвером смотрим сквозь щели ставней нашего временного убежища. Монстры замерли напротив друг-друга, оказавшись на расстояние удара, но драться не спешили. Поиграв в гляделки уроды стали неспеша расходиться. План не удался.

— Сэр Руслан, что дальше? — шёпотом задал резонный вопрос гном.

— Дальше они должны были подраться. — Геро с Анникой многозначно посмотрели на меня, особенно эльфийка одним взглядом обещавшая кому-то смертоубийство за неоправданный риск, как бы парадоксально это не звучало. Может быть поэтому я и решил срочно что-то предпринять. Почувствовав маленький росток у ног одного из монстров, я выстрелил колом сначала в дальнего, а затем в ближнего жвальника, так, чтобы удар получился одновременным. И это сработало, чудовища действовали на рефлексах защищая себя и в ту же секунду стали кромсать друг-друга.

— Ах ты ж хитрая жопа магиры. У тэбя получилось.

— А ты как думал? — Самодовольно заявил я. Бой яманбасов проходил на сверхскоростях. — И урон получали обе твари, в какой-то момент та что была ближе к деревцу лишилась хватательной конечности, а из брюха второй вытекала зелёная жидкость, на земле валялись откусанные лапки и частички головных антенн.

— Со следующими делаем так же. Но пока смотри и запоминай балбес, как они двигаются. Будешь драться с последним. — Сказал я.

— Ыыы.

Обрадовался этот краснокожий дуралей. Бой длился не больше нескольких минут когда наконец безрукому чудовищу удалось откусить голову оппонента и он с большим удовольствием стал пожирать его тело. Но как оказалось за схваткой следили не только мы. В какой-то момент на спину победителю прыгнул первый паук, затем второй, третий вцепился хелицерами в отрубленную культю. Всего членистоногих было семеро. Жвальник потерял в скорости, и силы явно покидали его, тем не менее, прежде чем погибнуть от хелицер прокусивших ему то место где у людей шея, он успел загрызть четверых пауков. А дальше подключились мы, обломав этим переросткам обед. С гадами расправлялись по уже отработанной схеме.

— Идём к следующим сэр Руслан? — Спросил гном, признав мой стратегический авторитет.

— Нет.

— Почэму? — Удивлённо уточнил орк.

— Нужно осмотреть туши и найти их слабые места, для твоей битвы.

— Молодец. — Дружески ударила меня кулачком в плечо Анни. «Предпочёл бы чмок в щёку»

— Какой ты коварный у мэня друг оказываэтся.

— Открою тебе секрет друг! Голова нужна не только для того чтобы в неё есть и бить лбом в лицо врагам. — Зачем-то ляпнул я, забыв, что это любимый приём нашей боевой подруги. После чего меня больно ущипнули за бок.

— Ай, я не тебя имел ввиду Анни.

— Ну конэчно, так мы тэбэ и повэрили. Добавь эму подруга для профилактики и от мэня, чтобы нэ зазнавался.

— Ай. Анни, заканчивай.

— Ах-ха-ха-ха. — Радовался своей подставе орк.

— Надо ещё посмотреть, кто тут чудовище. — Сказал я почесывая уязвлённое место. За что снова получил от плотоядно улыбающейся эльфийки. Ей явно нравилось делать мне больно «садистка». А может она просто мстила за что-то. Кто её разберёт?

— Ай, всё, всё, шучу. Ты добрая и милашка, прекрати. — Гном с орком откровенно ржали, наслаждаясь моими страданиями, впрочем, как всегда.

Как я и думал, слабостей у гигантских тараканов практически не было, даже в районе суставов, перерубить эти жгуты сухожилий было нереально. Мягкие места обнаружились лишь в районе основания крыльев, которые жвальники прятали под бронированным надкрыльями. Ещё одно место в районе горла, куда вцепилась магира. Учитывая, что это место защищала огромная зубастая пасть убить монстра было задачкой маловыполнимой, но, к счастью, возможной. В общем для друга я сделал всё что в моих силах, теперь всё будет зависеть только от него.

Со второй парой яманбасов мы провернули тот же фокус и снова провокация удалась, на этот раз оба чудовища сдохли, одно чуть раньше, другое несколькими минутами позже, когда жевало ногу оппонента. В какой-то момент оно остановилось, а затем завалилось набок.

Оставался последний, которого должен был упокоить Геро. Прежде чем выдвигаться, мы проверили артефакты на разгрузке орка. Затем крепко обняли его отправив в смертоубийственную атаку.

— Давай великий воин, не подведи. Или может, возьмём ту что есть голову и скажем что это ты его укокошил? — С надеждой спросил я.

— Нэт брат, это дэло чэсти. — Я лишь обреченно кивнул, в мыслях обзывая его «идиотом, имбецилом, отморозком». А вслед ему крикнул:

— Брат, а может попробуем вариант, с тем, что ты её по другому завалишь? И если вы понравитесь друг-другу, разойдётесь с миром. Как тебе?

— Это самэц! — Улыбнувшись парировал орк.

— Блин, тогда ничего не остаётся, прибей гада.

— Обязатэльно зарэжу. — Не оборачиваясь крикнул мой друг.

Геро стал удаляться в сторону пятого чудовища, которое мне показалось покрупнее остальных «видимо и вправду самец». Периодически на нас вылетал то один, то другой паук, которого мы тут же превращали в фарш. Затем продолжали заваражённо смотреть в сторону жвальника и идиота вызвавшего его на бой. Как только монстр заметил орка, началось представление. Вопреки моим ожиданиям Геро не стал драться с ним на месте, а побежал в сторону крепостной стены выводя его за пределы города. То ли эта скотина решил покрасоваться перед народом, то ли быть может просто уводил его подальше от гражданских. Хотя зная Геро и то, и другое. Мы забежали на наверх и стали наблюдать за битвой. Друг выбрал место между двумя армиями, с одной стороны дикари, с другой мы с орками на стене

— И он ещё меня называет хитрозадым. Устроил тут театр. — Беззлобно проворчал я.

Геро двигался молниеносно, а жвальник безуспешно пытался схватить такую прыткую добычу. Орк оказывался под брюхом чудовища, бил по конечностям, лупил в места о которых заведомо знал, что они непробиваемы. Для людей не сведующих, смотрелось красиво, но я то знал, что это бесполезно.

— Ну, точно выпендривается гад. — Сказал я неуклюже скрывая, как переживаю за этого недоноска.

— Давай, Геро! — Болела за краснокожего Анника.

— А гном делал смешные кривляния лицом и резкие движения всем телом, словно сражался не орк, а он.

В общем дела великого воина шли неплохо «его ещё не сожрали», за красивым подвигом заворожённо наблюдало несколько сотен тысяч разумных. Изящные сальто, отскоки, бесполезные скользящие удары муганом по хитину. В какой-то момент, под брюхом чудища оказался мой большой артефакт в виде луковицы выстреливший в монстра целым шквалом лиан. Орк отскочил на несколько метров, дабы самому не попасть в эти путы, а как только действие снаряда закончилось прыгнул в сторону открывшейся шеи выпутывающегося из ловушки монстра. За долю секунды я испытал целую гамму чувств: от восхищённого ликования, до обречённого ужаса. Монстр словно бумагу разорвал мои лианы и лапой поймал Геро на полпути к своему слабому месту. Затем поднял его на уровень глаз словно говоря: «Ну, что букашка, понял с кем связался?» при этом недвусмысленно показывая зубы брыкающемуся орку. Время для меня словно остановилось, я знал, что вот-вот моего братана начнут жрать. И не думая с криками сиганул вниз с высоченной стены.

— Нет, сука. Нет! Стой, Тварь.

Падение затормозили выстрелившие из моих рукавов ветки. Чудовище было слишком далеко, и что-то скастовать на таком расстоянии я не мог. А потому бежал в сторону монстра явно наслаждавшегося моментом. Армия Дикарей восторженно что-то орала и смеялась, защитники на стенах обреченно молчали уже похоронив своего героя. Я мчался со всех ног и орал во всё горло, но монстр не обращал на меня никакого внимания. Затем его пасть широко открылась и он стал подносить к ней свою вяло сопротивляющуюся добычу.

— Неет, сука, стой, неет! — Я бежал и уже откровенно ревел. — Следом за мной отставая на десятки метров с глазами наполненными влагой мчались бледные Инган с Анникой. В голове роем проносились обрывочные мысли: «Почему я сразу не подошёл ближе?», «Подстраховать», «Кретин, падла, кретин», «Геро, сука Геро!!!». Я споткнулся и на своих сверх скоростях, впечатался лицом в землю, пропахав так несколько метров, отчего стало ещё обиднее, я уже точно не успевал. Подняв окровавленную физиономию, сквозь смешавшуюся со слезами и соплями грязь, я увидел как из руки орка в открывшуюся пасть выстреливает сгустки лиан из моего маленького артефакта луковицы, которые попадают точно в горло твари. Это отвлекло монстра. Геро скастовал себе под ноги воздушный таран и пробкой вертикально вылетел из захвата, затем снова скастовал таран, сменив траекторию, вправо, затем вниз, за спину захлёбывающегося лианами чудовищу, затем оказался в нужном ему месте и вонзил муган по самую рукоять, под подбородок твари. Я обессиленно рухнул на задницу и глупо таращился с грязным окровавленным лицом на то, как эта гигантская туша заваливается на бок. Орк медленно подошёл к поверженному противнику и красиво вырвал свой меч подняв его над головой. Город взорвался криками, а дикари наконец замолчали. Затем орк приблизился к вражеской армии, встав так, чтобы его слышали он крикнул:

— Я Гэро! Кто бросит мнэ вызов?

Дураков не нашлось. Вражеская армия, которую мне наконец удалось рассмотреть, состоявшая из каких-то голодранцев — людей и орков, вооружённых дубинами, копьями, какими-то самопальными на вид щитами, развернулась и пошла прочь, туда откуда явилась. А на стенах Инжу тысячи глоток закричали ещё громче, словно такое было возможно. Так в истории этого мира появилась новая легенда, о герое в одиночку сразившем погибель степей и прогнавшим многотысячное войско несколькими словами. И долгие годы люди будут спорить, что сказал врагам этот великий воин. Орк повернулся спиной к уходящей армии и не спеша поплёлся в нашу сторону держась одной рукой за бок помятого доспеха «император меня прибьёт». Подойдя ближе он улыбнулся и сказал.

— Почему у тэбя всё лицо расцарапано и в крови, искал слабыэ мэста в задницэ у магиры?

Ничего не ответив, подошёл к нему и крепко обнял, пряча предательские слёзы.

Конец первой книги.

Content

Зелёный маг

1. Попаданец

2. Новый друг

3. Дорога

4. Охота

5. Свобода

6. Приключения в замке

7. Старые "друзья"

8. Пока ты спал

9. Будни рыцаря

10. Все ли беды из-за женщин?

11. На господ пойдём…

12. Город мёртвых

13. Неприятного аппетита!

14. Щупальца

15. Ещё одно "недоразумение"

16. Не в том месте, не в то время

17. Благодарность политиков

18. Трон

19. Академия

20. Гранит науки

21. Воля императора

22. Баронетство

23. Новый план

24. Руны

25. Чего хочет принцесса?

26. Доспех

27. Планы меняются…

28. Эльфийская песнь

29. Орки

30. И снова он

31. Чудовища

32. Слёзы…