Вуд Джосс

Горячая встреча

Джосс Вуд

Горячая встреча

Поцелуй — Harlequin — 193

Глава 1

Айша Шетти шагала по выложенной камнем дорожке, бегущей посреди изумрудно-зеленого газона, и бросала обеспокоенные взгляды на огромный живот своей спутницы, Ро Мии Мэтьюз. Они только что покинули особняк «Сент-Урбан», который под руководством Айши должен был превратиться в шестизвездочный бутик-отель.

Радуясь тому, что это удивительное двухсотлетнее здание станет местом ее обитания в течение шести месяцев, а может быть, и дольше, Айша с нетерпением ждала момента, когда сможет увидеть, что еще в состоянии предложить «Сент-Урбан». Она очень надеялась, что у ее нового босса не начнутся схватки до того, как они доберутся до старых винных погребов «Сент-Урбана».

Беременная женщина переваливалась с ноги на ногу, как утка.

— Долго еще? — спросила Айша, кивнув на живот спутницы, стараясь приспособить свой широкий шаг к ее неуклюжему ковылянию.

— Восемь недель. Я ношу близнецов, мальчиков, и, похоже, они огромные.

— Серьезно?

— Абсолютно, — улыбнулась Ро, уперев руки в бедра и выгибая спину. Ее живот приподнялся, и под обтягивающей футболкой Ро увидела, какой он большой. Ро положила руку на живот. Ее голубые глаза сияли счастьем и гордостью. — Я обещала Музи, что начну ко всему относиться спокойно, поэтому очень рада, что нам удалось завершить оформление твоего контракта и что ты здесь.

Айша подумала о контракте, который она подписала, и ей пришлось взять себя в руки, чтобы не пуститься в пляс от радости. Как один из десяти консультантов, работающих в «Линтел энд эмп», международной компании, специализирующейся на проектировании, отделке, ремонте и дизайне отелей высшего разряда по всему миру, она получила контракт на реализацию амбициозного проекта Ро «Сент-Урбана».

Ремонтные работы в здании были завершены, оставалась отделка. Теперь все — от обоев до униформы обслуживающего персонала и планировки садов — работа Айши. Она должна превратить это конструктивно надежное, пустое здание в роскошный home away from home[1].

И если она добьется успеха, сможет претендовать на должность начальника оперативного отдела, поскольку Майлз Линтел, ее непосредственный босс, стала генеральным директором, после того как в конце года ее знаменитый и богатый отец ушел на пенсию.

Новая должность потребует от Айши Шетти большого напряжения, зато и зарплата будет настолько высокой, что она наконец, сможет устроить свою жизнь: купить дом, свить уютное гнездышко.

Десять лет она жила в гостиничных номерах и арендованном жилье. А ей хотелось спать на кровати, которую она сама купила, украсить свой быт произведениями искусства по своему вкусу, готовить в кухне, которую сама спроектировала.

Надоело быть профессиональной бродяжкой, обеспеченной странницей. Она по-прежнему будет путешествовать, но хочет возвращаться в собственный дом в городе, который назовет своим.

Основанная в Южной Африке новая международная компания «Линтел энд эмп» имела штаб-квартиры в Йоханнесбурге и в Лондоне, и в любом из них она может пустить корни.

Поскольку ее семья — родители и четыре сестры — живет в Кейптауне, Айша, вероятно, выберет Лондон. Она и ее семья, как правило, ладят намного лучше, когда между ними расстояние в десять тысяч миль.

— Как тебе нравится коттедж управляющего, Айша? — спросила ее Ро.

Коттедж с двумя спальнями, спрятанный среди деревьев в глубине участка, откуда открывается потрясающий вид на зубастую гору Симонсберг. Сейчас начало осени и погода все еще прекрасная, но зима в Западном Кейпе бывает сырой и холодной. В ее коттедже есть дровяной камин, уютная гостиная и мягкая, по-королевски огромная кровать. Все красиво со вкусом оформлено, и ей там будет хорошо.

— Он замечательный, спасибо, — ответила Айша.

Телефон Ро ожил, и она, извинившись, отвернулась, отвечая на звонок. Айша тем временем оглядела окрестности. Винный погреб, как и дом, представлял собой побеленное каменное здание со скромным фронтоном над входом, с дубовыми бочками в похожем на пещеру помещении с регулируемой температурой. Погреб расположен по другую сторону дубовой рощи, листва которой отливала золотом и всеми оттенками красного. Территория «Сент-Урбана» обширная, между виноградниками и зданиями протекает небольшая река. Это романтичное и живописное место, так что Айше здорово повезло.

Айша удивлялась, что прошло одиннадцать лет, плюс-минус неделя или две, с тех пор, как она жила в Кейпе. Больше десяти лет назад она встретила Паско, десять лет прошло с момента их развода. Пять лет миновало с тех пор, как она в последний раз разговаривала со своими родителями… и не могла вспомнить, когда последний раз общалась с тремя из своих четырех сестер.

Достойные дети своих родителей, университетских профессоров, все сестры Шетти блестяще учились и были абсолютно совершенны. Но Айша поддерживала отношения только с Прией, единственным членом семьи, который заступился за нее много лет назад. Прия, стойкий миротворец, была чрезмерно взволнована возвращением Айши на Мыс и систематически намекала на то, что пора вернуться в семейное гнездо.

«Ты не можешь вечно быть белой вороной, Айша». Но она в этом сомневалась.

Айша, единственная из сестер, не могла похвастаться талантами и, хотя была самой младшей, всегда стояла за пределами семейного круга. В школе ее называли сестрой Хемы, Иши, Прии или Рейки, и она сомневалась, что кто-либо из учителей знал ее настоящее имя. Она жила в их тени, ослепленная их светом, и даже не мечтала достичь вершины, на которой они чувствовали себя совершенно свободно.

Она была их сестрой, дочерью своих родителей, а затем женой Паско. Потребовался подростковый бунт, неудачный брак, душераздирающий развод и дьявольски напряженная работа, чтобы выстроить карьеру и обрести уверенность в себе. На это ушли долгие годы. Но она добилась своего, и теперь никто не заставит ее усомниться в себе или в своем месте в этом мире.

Однако бросаться обратно в эти кишащие пираньями воды она не собиралась.

— Как я уже говорила, мы предложили ландшафтным дизайнерам представить свои идеи по озеленению территории. Хотелось бы обсудить их с тобой, — сказала Ро, закончив разговор по телефону. Она прошла вдоль стены до угла здания и остановилась. — Нам нужно успеть высадить растения к открытию отеля.

Бутик-отель «Сент-Урбан» должен был открыться в ноябре, то есть всего через пять с половиной месяцев. А еще так много нужно было сделать: нанять и обучить персонал, декорировать помещения, активировать маркетинговый план. И это работа Айши — сделать «Сент-Урбан» идеальным, чтобы все шло как по маслу с того дня, как он откроет свои двухсотлетние двери для дорогих (в буквальном смысле) гостей. Ромита Мэтьюз потратила огромные средства, чтобы «Сент-Урбан» стал одним из немногих шестизвездочных бутик-отелей в Африке.

Айша уже открыла отель на краю национального парка Вирунга, в Руанде и на Багамах, в Гоа и Бутане. Несмотря на то, что в семье она считалась глупой, — в то время как у ее родителей и сестер был гениальный IQ, — со всеми своими проблемами отлично справлялась сама.

Превратить «Сент-Урбан» в бутик-отель — непростая задача, но она с ней справится.

— Я буду рада взглянуть на планы ваших ландшафтных дизайнеров, — ответила Айша, когда они продолжили прогулку. — Ведь уже все ремонтные работы в здании закончены?

— Плиточники как раз заканчивают отделку ванной комнаты в десятом номере, а пятый номер красят. Мастера заверили меня, что они все сделают к концу недели.

Айша удовлетворенно кивнула. Она ожидала прибытия своей команды декораторов и постепенную доставку мебели в течение следующих нескольких месяцев.

Они обошли здание с тыльной стороны, и Айша заметила, что треть кирпичной стены разобрана и заменена французскими окнами. Она не помнила этих изменений в документах, которые ей были присланы.

— Ро, это что-то новенькое, — сказала она, подходя к конструкции из дерева и стали. Сложив ладони домиком и прижав их к лицу от света, Айша прильнула к пыльному окну и заглянула в комнату. Мастера шлифовали великолепный пол из желтого дерева. — Что там происходит?

Глаза Ро возбужденно сияли.

— Ах, это что-то вроде проекта в последнюю минуту.

— Что за проект? — спросила Айша.

— Я хочу, чтобы в этом помещении был высококлассный ресторан изысканной кухни, и планирую пригласить самых интересных шеф-поваров управлять заведением.

Ресторан? Для изысканной кухни? Знает ли Ро, какой объем работ предполагается для организации ресторана? Айша не планировала открывать ресторан! Этого и в бюджете не было заложено.

Деньги — не проблема для Ро благодаря унаследованному огромному родительскому состоянию, она может легко добавить еще один или пять миллионов долларов к бюджету.

— Ресторан сможет принять пятнадцать человек одновременно, и я хочу, чтобы еда была изысканной, дорогой, такой, которая никогда не забудется. Это будет настолько эксклюзивное место, настолько удивительное, что бронировать столик придется за месяцы, возможно даже, за год!

Это было хуже, чем Айша предполагала. Одним из ее первых сольных проектов было открытие ресторана изысканной кухни в Гонконге, и это была адская работа. Благодаря тому кошмару у них с Майлз теперь было соглашение: она будет работать на «Линтел энд эмп», а Лили и Майлз держали ее подальше от ресторанов и придирчивых, требовательных, высокомерных шеф-поваров. Шеф-повар из Гонконга был вроде Паско: как и ее бывший, он был высокомерным, напористым и необычайно самоуверенным.

Айша прижала руку к груди, пытаясь, как она всегда делала, отогнать острый укол боли, вспышку негодования. Ее недолгий брак — девять месяцев с момента их знакомства до момента расставания, год до их развода — был не тем, о чем ей нравилось думать. Но «Сент-Урбан» находится во Франсхуке, родном городе Паско, возможно, поэтому мысли о нем постоянно приходят ей в голову.

Айша не интересовалась бывшим мужем, напротив, активно избегала сообщений о нем. Но она знала, что у него ресторан во Франсхуке и что большую часть времени он проводит в Нью-Йорке, наблюдая за своими ресторанами, отмеченными звездами Мишлен, на Манхэттене.

Молодой шеф-повар, с которым она познакомилась в Йоханнесбурге через год после окончания школы, теперь стал именем нарицательным и мультимиллиардером благодаря своим ресторанам, ассортименту продуктов питания и кухонных принадлежностей, а также невероятно успешному путешествию и кулинарному шоу. Он был одним из самых молодых, энергичных и симпатичных шеф-поваров — знаменитостей и считался звездой в кулинарном мире.

Он создал ту жизнь, которую хотел для себя, добился большего, чем обещал. Айше хотелось, чтобы он уделял ей хотя бы часть того внимания, которое посвящал карьере, тогда она не ушла бы от него с разбитым сердцем. Айша думала, что он сможет залечить раны, нанесенные ее семьей, но он только углубил их.

Чтобы найти себя, стать цельной, независимой, ей пришлось уйти от него. Ро похлопала ее по руке.

— Майлз сказала мне, что тебе это будет интересно, а поднять ресторан с нуля помогут.

— Какого рода помощь?

— Есть человек, который внесет свой вклад в планирование пространства и объяснит, какое оборудование потребуется. Он старый друг моего мужа, и мы ему безоговорочно доверяем.

Айша напряглась. Кто этот парень и как много он знает о ресторанах класса люкс? Не было абсолютно никакого смысла тратить сто с лишним миллионов на строительство отеля, если ресторан не соответствует его уровню.

Она попыталась объяснить Ро, в чем проблема. Создание ресторана на территории отеля — отличная идея по своей концепции. Дегустационный ресторан, камерный, эксклюзивный — это прекрасно, но дизайн и концепция должны существовать в полном соответствии с отелем.

— Я понимаю, — ответила Ро, — но у нашего парня огромный опыт, и он знает, что делает.

Айша заметила, как упрямо вздернулся подбородок Ро, и вздохнула. Она вернется к теме знающего шеф-повара-консультанта позже.

— У вас есть план архитектора? Вы консультировались с дизайнером интерьера? Кто-то из «Линтел энд эмп», Лили или кто-нибудь еще?

— Нет и нет.

Айша предпочитала работать по подробным планам и чертежам и не была поклонницей свободного стиля. Ей не нравилось навязывать свои дизайнерские предпочтения пространству, которое ей не принадлежало, — слишком многое могло пойти не так! — и с поварами, кстати, работать было просто кошмаром. Они плохо воспринимали рекомендации и предложения. Что делать? Как с этим справиться?

Айша услышала мужские голоса, доносившиеся со стороны здания. Ро, стоявшая на углу здания, повернулась и тихо вздохнула. Ее глаза смягчились, губы изогнулись в улыбке, и выражение чистого блаженства появилось на лице.

Айша поняла этот взгляд, она хорошо его знала. Так смотрит влюбленная женщина на своего мужчину; так она смотрела на Паско целую жизнь назад. Она любила его так сильно, как только может женщина любить своего мужчину. Она думала, что если сделает его центром своей вселенной, то такое же место он отведет для нее. Что он будет дарить ей любовь и внимание, которых ей не хватало всю ее жизнь.

Но для Паско работа была его первой и единственной любовью, его любовницей и причиной, по которой он просыпался каждое утро. Возможно, жена занимала отдаленное четвертое, пятое или десятое место в его списке приоритетов.

Статный мужчина в дорогих джинсовых шортах и желтой футболке, идеально подчеркивающей его темно-коричневую кожу, поспешил к Ро, собственнически положил руку ей на живот и накрыл ее рот своим. Затем он отстранился и заправил прядь волос Ро за ухо. В выражении его лица при этом читался упрек.

— Милая, ты весь день была на ногах. Тебе нужно отдохнуть.

— Успокойся, Музи, — ответила Ро и указала на Айшу. — Познакомься с нашим перспективным менеджером. — Ро улыбнулась своему мужу, скорчив Айше гримаску. — Извини, я забыла твой официальный титул.

Айша ухмыльнулась.

— Официально я консультант по управлению отелем, но то, что вы сказали, не противоречит истине, — заметила Айша, пожимая большую руку Музи. — Приятно познакомиться с вами, Музи.

— И мне с вами, Айша, — ответил Музи и посмотрел через ее плечо. — А, он закончил телефонный разговор.

В этот момент из-за угла дома вышел высокий мужчина, и Айша почувствовала, как кровь отхлынула от головы и в мозгу произошло короткое замыкание. Ну как это могло случиться с ней!

— Айша Шетти, познакомься с Паско Килдэром.

Айша мысленно чертыхнулась.

Первой мыслью Паско было: «Вот она», второй — то, что она выглядит потрясающе, а третья мысль была самая тревожная — он все еще хочет ее.

Он быстро взял себя в руки, потому что давно научился скрывать свои чувства, в отличие от его бывшей жены, у которой все было написано на лице. И, глядя на нее, Паско сразу понял: Айша глубоко потрясена.

Его бывшая жена, с тех пор как он видел ее в последний раз, стала еще красивее. Высокая и стройная, с тонкой талией, подчеркнутой узким кожаным ремешком, в бело-оранжевом платье, облегающем ее превосходную фигуру и открывающем прелестные колени, она выглядела действительно потрясающе.

Свои длинные черные волосы она зачесала назад, и они роскошной волной ниспадали ей на спину. До боли родное лицо было по-прежнему прекрасно: высокие и четко очерченные скулы, пухлые губы, словно созданные для поцелуев, и большие карие глаза, обрамленные пушистыми длинными ресницами, — великолепная женщина!

В девятнадцать лет Айша была прелестной; теперь она стала изысканной. Эта неотразимая женщина когда-то была его женой. Они дали друг другу брачные обеты, но не смогли их сдержать. Молодые супруги потерпели неудачу, он потерпел неудачу, а это было не в его характере, он привык к успеху.

Паско растерянно провел рукой по лицу, вспоминая их импульсивное решение пожениться через три недели после первой встречи с Айшей. Ему нужно было вернуться в Йоханнесбург, чтобы начать работать су-шефом[2] у одного из лучших шеф-поваров страны, и он не мог понять, как с его занятостью на работе они смогут поддерживать отношения на расстоянии. Она сказала, что ее родители ни за что не разрешат ей уехать из Кейптауна, тем более жить с мужчиной вне брака. Не желая терять ее, он сделал ей предложение.

Она удивила его, согласившись, и несколько дней спустя они сказали друг другу «да» в мрачном здании суда. На сексуальном и эмоциональном подъеме, когда она еще не оправилась от жестокой ссоры с родителями, они уехали в Йоханнесбург и поселились в его маленькой квартирке. Ему потребовалось меньше недели, чтобы понять: теперь он отвечает не только за себя, он несет ответственность и за нее. Ее безопасность и благополучие в его руках.

Подписав свидетельство о браке, он стал мужем молодой и неопытной девушки, то есть дал клятву — по крайней мере, в своем сознании — обеспечить жене дом, защиту и достойный образ жизни.

Вспоминая свое беспокойное детство, голод и юношеские пирушки, он испытал небольшую паническую атаку при этой мысли.

Все, что он знал тогда, — это то, что он не будет таким, как его отец, не причинит боль Айше. Паско слишком хорошо помнил, как его отец заставлял страдать его маму. Он знал, каково это — жить в неопределенности, бояться того, что может принести завтрашний день, и поклялся, лежа на их скромной супружеской кровати в квартире, что будет работать так усердно, как только сможет, добьется успеха, станет мужчиной, которого Айша с гордостью назовет своим мужем. Он покажет своему отцу, где бы, черт возьми, тот ни был, как выглядит настоящий успех.

На их малогабаритной двуспальной кровати, такой узкой, что его молодая жена почти лежала на нем, он поклялся дать ей все, чтобы она никогда и ни в чем не нуждалась.

Но жена ушла от него.

— Привет, Айша, — сказал он и качнулся на ногах с пяток на носки. — Давненько не виделись.

В последний раз он видел ее, когда уходил на работу ранним осенним утром, думая, что увидит ее, когда закончит свой рабочий день. Он отчетливо помнил ночь перед ее уходом, как был взволнован, когда сказал ей, что ему предложили должность шеф-повара за очень большое вознаграждение в новом эксклюзивном ресторане в Лондоне.

Он пришел домой с бутылкой шампанского и выпил ее залпом, рассказывая ей о своих планах, о том, как он воспользуется этой возможностью, чтобы найти инвесторов для своего собственного заведения. Ей придется остаться в Южной Африке на несколько недель, может быть, на месяц или два, пока она будет ждать свою визу, за это время он найдет для них дом и обустроит его так, чтобы все было готово для нее.

Она поздравила его, они занялись любовью, а потом он заснул, взволнованный их будущим. Это был его большой шанс, которого он так долго ждал. Жизнь наконец-то стала налаживаться.

А на следующий день он вернулся в пустую квартиру. Сначала подумал, что жена пошла на встречу с друзьями и задержалась, немного обеспокоенный тем, что уже поздно, а ее все нет. В полночь он был встревожен, к часу ночи пришел в бешенство. В два часа ночи он подумывал о том, чтобы позвонить в полицию. В два десять он нашел ее записку на своей подушке.

Он все еще помнил текст:

«Поздравляю с твоей новой должностью, но это ничего не изменит, и мы оба это знаем. Я больше не могу так жить, мы больше не пара. А.».

— Привет, Паско.

Проницательный взгляд Музи метался между ними.

— Вы что, знакомы?

Паско не смог сдержать усмешки.

— Когда-то мы были женаты немного дольше десяти минут.

Музи изумленно поднял брови:

— Вы были женаты? Серьезно? И почему, черт возьми, я этого не знал?!

Паско посмотрел на Айшу, которая нервно переступала с ноги на ногу. В тот день, когда они поженились, пока она сообщала своей семье, что вышла за него замуж, по настоянию Айши, он ждал в машине. Потом он вошел в дом, чтобы забрать вещи своей молодой жены: большой чемодан и тяжелую коробку. Карие глаза Айши были полны боли. Она сказала ему, что ее родители плохо восприняли новость и она не знает, будут ли ей рады, если когда-нибудь вернется.

Они собирались навестить и его родителей в тот же день, но Айша была в совершенно растрепанных чувствах и не готова к этому. Они уехали из Кейптауна, никому больше не сказав о своем браке. Не желая сообщать новости по телефону, он думал, что расскажет маме и отцу, когда они совершат одну из своих поездок в Йоханнесбург, но той зимой они так и не собрались навестить родителей.

Он и представить не мог, что к сентябрю они разойдутся, а к Рождеству оформят развод.

Прежде чем Паско смог ответить Музи, Ро подошла к Айше и положила руку ей на плечо.

— Прости, я понятия не имела, что вы с Паско были женаты, — Ро бросила на него горячий взгляд, — должно быть, вы оба шокированы. Давайте встретимся снова через день или два и поговорим о ресторане, участии Паско и вообще о вашей будущей совместной работе.

Он собирался заговорить, когда Айша подняла руку. Он заметил, что она побледнела, а глаза стали холодными и почти черными.

— Прости, я не поняла, что ты имеешь в виду?

Ро сморщила нос и указала на здание.

— Ты будешь работать с Паско, чтобы привести ресторан в соответствие со стандартами мирового класса, — смущенно пояснила ей Ро. — Он мой шеф-консультант.

Айша на мгновение закрыла глаза, и Паско сосчитал до десяти, ожидая, что она вот-вот взорвется. — Независимо от того, были мы с Паско женаты или нет, это абсолютно не влияет на мою способность выполнять свою работу. Я одна из лучших и наиболее опытных консультантов в компании, и то, что мы с Паско состояли в браке, ни в малейшей степени не повлияет на мою работоспособность.

Музи и Ро облегченно вздохнули, а Паско почесал шею, удивленный ее бесстрастным ответом. Она повзрослела, подумал он, стала более жизнерадостной.

Как он будет работать, если его сердце в ее присутствии бьется как сумасшедшее и во рту пересохло. Ведь эта женщина пустила под откос его жизнь. Он не боится тяжелой работы и наслаждается решением сложных задач. Но работать со своей бывшей женой, которая бросила его, когда он готов был свернуть для нее горы, — пожалуй, слишком даже для него.

Она больше не юная девушка, невероятно сексуальная, уверенная в себе и потрясающе красивая. И он все еще хочет ее.

— Я так рада это слышать, Айша. Спасибо, — произнесла Ро, улыбаясь.

Музи обхватил рукой талию своей жены и обратился к Айше:

— Если Ро тебе больше не нужна сегодня, я отвезу ее домой.

Ро тяжело оперлась на руку мужа.

Паско кипел от гнева. Он не был готов остаться наедине с Айшей, поэтому указал на тропинку.

— Давайте все направимся к отелю, — холодно предложил он.

Ро неуверенно улыбнулась ему.

— На самом деле я была бы признательна, если бы ты смог показать Айше помещение ресторана, рассказать ей, каким мы его видим, — сказала Ро. — Это мне очень помогло бы, Па.

Паско посмотрел в сторону своей машины, ему хотелось скользнуть за руль, включить зажигание и рвануть с места. Ему не нужны сложности с возвращением к прошлому, он не стремился ворошить старые воспоминания, не хотел пересматривать прошлое.

Переваливаясь с ноги на ногу, как уточка, Ро подошла к нему, встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.

— Спасибо, я ценю это.

А ведь он не говорил, что согласен.

Ро пообещала Айше связаться с ней позже, и, взявшись за руки, они с Музи отправились восвояси. Паско проводил их взглядом и, когда они оказались вне пределов слышимости, повернулся к Айше, намереваясь внести ясность.

— Это мой город, мои друзья, мой мир. Я не заинтересован в работе с тобой, и я уверен, что ваша компания может заменить тебя без особых проблем, — холодно произнес он.

Потребовалось несколько секунд, чтобы его слова дошли до нее, и, когда это произошло, ее глаза вспыхнули гневом.

— Это моя работа, моя карьера, и я никуда не собираюсь уходить, — с раздражением в голосе заявила Айша. — Уйдешь ты, и я найму другого консультанта по ресторану. Я знаю больше, чем многие другие в таком деле, и ты мне не нужен.

Да, она совершенно ясно дала понять, что он ей не нужен, когда ушла от него. Паско сжал переносицу большим и указательным пальцами, пытаясь прогнать головную боль, которая вдруг стиснула его голову.

— Ро — мой друг, и она попросила меня проконсультировать по организации ее ресторана, но я не могу работать с тобой. Если это необходимо, я поговорю с твоим боссом. Дай мне его номер.

Ее глаза сверкнули яростью.

— Ты высокомерный осел! Кем ты себя возомнил? Мне не нужно, чтобы ты разговаривал с моим боссом, потому что я не собираюсь уходить из этого проекта. Мой босс — женщина, а ты заносчивый придурок!

— Я просто имел в виду… Мне нужно, чтобы ты ушла, Айша. Просто уходи.

— Ты уходи! — Айша резко отпрянула. Ее щеки порозовели от гнева. — Я бы предпочла, чтобы меня укусила Кейп-кобра, чем работать с тобой. Ты суперзвездный шеф-повар, у тебя разные начинки в разных пирогах. «Сент-Урбан» — мой единственный пирог, так что оставь его в покое! Я подписала контракт, и эта работа важна для меня, она имеет решающее значение для моей карьеры.

Айша ткнула пальцем ему в грудь, подойдя так близко, что он мог видеть тонкие оттенки цвета в ее черно-коричневых радужках. Мысли о ресторанах и отелях отступили, перед его глазами промелькнули воспоминания о ее гибком и прекрасном теле, разумеется, обнаженном. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы не склониться к этой разъяренной женщине, не накрыть ее рот своим, не притянуть ее в свои объятия.

И если бы он это сделал, то мог бы получить от нее хук справа. Да, она выросла, стала жестче, решительнее, ни дать ни взять — стойкий оловянный солдатик.

Он не знал, злиться ему или восхищаться.

Не обращая внимания на его задумчивый вид, Айша запустила руку в свои густые волосы и обожгла его горячим взглядом.

— Я остаюсь здесь и буду делать свою работу, включая создание этого ресторана. Если ты решишь принять участие в процессе, будешь относиться ко мне с доверием и уважением. Все ясно?

Он ничего не ответил, словно размышляя над ее словами, поднял брови и просто смотрел на нее. Айша возмущенно вскинула руки, отвернулась, шагнула раз, другой и остановилась, чтобы бросить яростный взгляд через плечо.

— Я должна работать, Килдэр, а ты тратишь мое время впустую.

Глава 2

Несколько позже, вернувшись в свой офис в «Сент-Урбане», Айша сняла туфли на каблуках и прошла по одному из двух персидских ковров в своем кабинете к ряду окон, выходящих на обширные виноградники. Летом они пышные и зеленые, а зимой выглядят как маленькие старички, опирающиеся руками на проволочные нити. Теперь осень, листья желтеют и опадают, создавая небольшие всплески желтых, оранжевых, коричневых оттенков. Айша знала, что «Клос-дю-Кадье», компания Музи, арендовала виноградники у Ро, и вспомнила, что читала о редком старинном деревенском сорте вина, который Музи обнаружил на этой территории. «Сент-Урбан» — собственность, переданная Ро ее печально известной биологической матерью. Джиа Темпест-Вейн было местом, где Ро и Музи полюбили друг друга.

Это было красивое здание, и реконструкция многовекового дома была проведена с особой тщательностью. Когда она вернет оригинальную мебель ручной работы, а также украсит стены отреставрированными картинами, дом начнет оживать. Она так ясно все представляла: роскошная мебель, подлинные произведения искусства, вышколенный персонал, готовый исполнить любое желание постояльцев, классическая музыка, доносящаяся из общих помещений дома, и чудесный вид на виноградники и горы — прекрасная возможность отдохнуть и расслабиться. Она может сделать это место одним из любимых убежищ богатых и знаменитых, особенно для тех, кто пережил стресс.

Ей просто нужно игнорировать Паско Килдэра, пока она творит магию.

Айша нервно обхватила себя за плечи, не в силах перестать думать о бывшем муже. Она чертыхнулась в сердцах. Он выглядел великолепно: сексуальный и сильный. Ему пошли на пользу эти десять лет, он возмужал. О, как он целовался! Она не могла забыть его большие, умелые руки на ее теле, то, как он мог заставить ее трепетать всего одним горячим взглядом. Это было так давно, но теперь казалось, что вчера. Воспоминания об их недолгом браке нахлынули на нее: их маленькая квартирка, кровать, на которой они спали и любили друг друга, письменный стол, втиснутый в угол гостиной. Разномастные столовые приборы и посуда, старый, потрепанный двухместный кожаный диван, который он нашел на дворовой распродаже. Запах Паско и то, как его руки крепко обнимали ее во сне. Стон, вырывавшийся из его груди, когда он входил в нее, всегда готовую его принять. Он встречал ее независимо от того, сколько продлилась их разлука, десять минут или десять часов, крепко обняв, целовал так, как будто они никогда больше не встретятся. И Айша теперь задавалась вопросом, знал ли он подсознательно, что их совместная жизнь не продлится долго.

Он был влюблен в свою карьеру, а она — в идею быть женой Паско. В девятнадцать лет, одинокая, неуверенная в себе и жаждущая внимания, она отчаянно хотела быть в центре семьи, которую они с Паско создали, идти по жизни с товарищем по команде, с кем-то, кто поддерживал бы ее, кто сделал ее центром своего мира.

Она встретила его в пабе и сразу же очаровалась его природной уверенностью в себе. Он был парнем, с которым хотели быть все девушки. Она не ожидала, что Паско заметит ее, не говоря уже о том, чтобы провести остаток вечера, разговаривая с ней. Он шеф-повар, но мечтает о своем собственном ресторане, а потом еще о куче других.

Айша подивилась и порадовалась его амбициям, ей нравилось, что он знает, куда идет и как собирается достичь своей цели. Ей потребовался месяц, чтобы понять: от четырнадцати до шестнадцати часов в день Паско всегда отдает своей работе, и еще шесть месяцев, чтобы убедиться: он трудоголик и не собирается сбавлять обороты, даже ради нее. Возможно, все было бы не так плохо, если бы это было их единственной проблемой, но она никогда не была равноправным партнером в их браке. Паско отказывался от ее вмешательства, чего бы это ни касалось, финансов или будущего их семьи. Он все спланировал, и ее вклад был либо проигнорирован, либо отвергнут.

И когда она все-таки пыталась настаивать на своем, он отвлекал ее сексом или говорил, что устал и не хочет ссориться, обещая найти время для разговора, но почти никогда не сдерживал обещания. В конце концов она поняла, что их «машину» ведет Паско по его дороге, а ее даже не спрашивает, согласна ли она следовать этому маршруту.

После нескольких унылых месяцев, наполненных одиночеством и потрясающим сексом, Айша наконец поняла, что покинула одну золоченую клетку, чтобы перелететь в другую. Она была одиноким, заброшенным, невидимым подростком, а потом стала одинокой, заброшенной, невидимой женой.

Но теперь она живет в реальном мире и будет считаться с его законами. А это означает, что сотрудничество с Паско неизбежно. Айша собирается произвести впечатление на своего босса и правление, это ее путь к продвижению по службе.

Айша вспомнила требование Паско, чтобы она покинула «Сент-Урбан», и фыркнула. Его высокомерие выводило ее из себя. Она не станет корректировать свои планы, менять свой курс просто потому, что он этого потребовал. Айша выросла в пассивно-агрессивной семье — прямых конфликтов Шетти избегали любой ценой, — но тонкая словесная война, язвительные замечания и иносказательные оскорбления были изощренно жестоки. За годы, проведенные вдали от своей семьи и Паско, Айша научилась настаивать на своем, говорить «нет», когда это необходимо, держать удар и давать сдачи.

Теперь Паско не сможет манипулировать ею. Айша понимала, что проект «Сент-Урбан» сложнее, чем большинство тех, которыми она занималась, потому что все игроки в этой игре связаны. Ро замужем за самым влиятельным виноделом в стране, человеком, обладавшим международной репутацией превосходного винодела, и он близкий друг братьев Темпест-Вейн, миллиардеров, владельцев различных компаний, в том числе отеля «Вейн», одного из лучших в мире. Они уже пользовались услугами «Линтел энд эмп» раньше и считались особенно важными клиентами.

А лучший друг Музи — признанный шеф-повар и ее бывший муж. Почему жизнь так наказывает ее? Почему Паско стал еще привлекательнее, чем был в молодости?

Его плечи стали шире, бедра крепче, руки явно сильнее. Он систематически тренировался, это было очевидно. Его светло-каштановые волосы выгорели на солнце, и ему очень шла двухдневная щетина, глаза глубокого темно-зеленого цвета, обрамленные короткими темными ресницами, были такими же проницательными, как и прежде. Но он был более жесткой, горячей версией себя в молодости, и ее тело, неподвластное разуму, желало его ласк.

Нет, она не поставит под угрозу свою карьеру. Она больше не позволит себе быть второстепенной в отношениях с мужчиной.

Если они собираются работать вместе, а все выглядит именно так, то они должны определиться с некоторыми правилами. Первое правило: она ни в коем случае не влюбится в него снова. Второе: она будет равноправным партнером в процессе принятия решений. Эти правила определят границы их отношений в работе.

Хитрость заключается в том, чтобы заставить Паско, который не любит, когда ему указывают, что делать, принять их.

Лафонтен был вторым домом Паско, и он обожал Мими, женщину, которая усыновила Музи, когда он был ребенком, но, черт возьми, ему совсем ни к чему идти на коктейльную вечеринку Мими. Однако он обещал ей, что придет, а Паско был не из тех, кто не держит слово.

Через восемь часов после встречи со своей бывшей женой он припарковал свой «МакЛарен Артура» — подарок самому себе — между винтажным «битл» и классическим «роллс-ройсом» и уткнулся лбом в руль. Паско боролся с желанием дать задний ход и отправиться домой. Или вернуться в «Сент-Урбан», найти Айшу и зацеловать ее до бесчувствия, а потом уложить в постель.

Он не хотел быть здесь, и у него не было настроения общаться со своими друзьями.

Он не хотел улыбаться, быть обаятельным, этаким успешным ресторатором-миллиардером с кучей звезд Мишлен за плечами. Люди смотрели на него и думали, что его жизнь прекрасна, так оно и есть, но, черт возьми, они не знали, чем он пожертвовал, чтобы стать таким успешным.

Они не знали, что иногда он задается вопросом: «А оно того стоило?»

Когда он вернулся на Манхэттен, его сомнения усилились. Он больше не был счастлив в быстро меняющемся городе. И думал, что, возможно, пришло время отступить, притормозить, испытать что-то другое. Полагая, что он перегорел, столько лет работая на износ и устав от Нью-Йорка, он продал свой чрезвычайно успешный и знаменитый ресторан на Манхэттене, ожидая, что почувствует себя лучше. Но этого не произошло.

После месячного отпуска, отчаянно скучая и беспокоясь о том, что не зарабатывает денег, он начал сожалеть о продаже ресторана на Манхэттене. И когда Дигби Темпест-Вейн предложил ему открыть ресторан изысканной кухни в отеле «Флюгер», он с радостью согласился, еще и запустил линию кухонных принадлежностей.

Полагая, что путешествия пойдут ему на пользу, он согласился исследовать кулинарные культуры мира и надеялся, что посещение новых мест, таких как Монголия, Марокко и Реюньон, поможет ему почувствовать себя обновленным. Но и это не сработало. У него было все, чего он хотел, но чего-то не хватало.

В детстве он поставил перед собой цель — быть полной противоположностью своему совершенно бездеятельному отцу.

Внешне они были поразительно похожи, Паско часто называли копией его отца. Ему это было ненавистно. Именно отец был причиной того, что Паско так отчаянно стремился проявить себя.

Мать-врач и отец-домосед — стабильная семья среднего, даже высшего класса, но за благополучным фасадом мало кто видел, как они выглядят на самом деле.

В какой-то момент Джеральд решил вернуться на работу. Но не в его характере было трудиться с полной отдачей и упорно идти к цели, он хотел немедленного успеха, кучу денег в банке, и как можно быстрее.

И поскольку он был нетерпелив и импульсивен, тянулся к каждому, кто мог предоставить ему возможность быстро заработать. Если существовала схема быстрого обогащения, Джеральд пробовал ее, всегда используя для финансирования зарплату своей жены. Он открыл множество кредитных карт на ее имя, увеличил их количество, а затем перезаложил их дом. Паско помнил, как в детстве жил в постоянной тревоге, что небо обрушится на них.

По мере того как Паско взрослел, Джеральд становился все более отчаянным и крайне иррациональным. А потом все развалилось.

Паско поклялся, что никогда не будет бедным, что у всех, кого он любит, будет стабильная жизнь. Все его дома и машины были оплачены, у него не было долгов по кредитной карте. А долги по бизнесу всегда были под строгим контролем.

Контроль имел для него первостепенное значение, он не доверял никому и всегда сам принимал решения. Неудаче не было места в его жизни.

Брак? Да, в этом он потерпел неудачу. Он думал, что они с Айшей будут вместе всю жизнь, но ошибся. Снова доверять кому-то, доверять своим чувствам, когда дело касается любви? Ну уж нет! Что касается сотрудничества с Айшей? У Музи и Ро куча денег, они могут нанять нового шеф-консультанта, не обязательно, чтобы это был Паско.

Внезапно в окно автомобиля постучали. Паско повернул голову и увидел Музи. Вздохнув, он нажал кнопку стеклоподъемника.

— Что? — спросил он, хмуро глядя на своего старого друга.

Музи положил обе руки на проем окна и уставился на Паско:

— Как все прошло с Айшей? Все улажено?

— Пока нет.

— Чертовски неприятно столкнуться со своей бывшей женой, которую ты скрывал от своих ближайших друзей и, я полагаю, от семьи.

Паско смущенно провел рукой по волосам.

— Ее родители плохо отреагировали на нашу новость, поэтому мы решили подождать с оглашением. Мы знали, что нас будут осуждать за то, что поженились так рано, тот год был беспокойным для всех нас, и мы так и не вернулись на Мыс. К Рождеству мы развелись, я жил в Лондоне и просто хотел оставить все позади.

— И тебе это удалось? — спросил Музи.

Он думал, что да, но, увидев ее снова, понял, что нет. Айша, тогда и сейчас, действовала на него так, как не удавалось ни одной другой женщине.

— Мне казалось, мы с тобой ничего не скрываем друг от друга, Килдэр. Послушай, я понимаю, что снова увидеть Айшу для тебя было, скажем так, неожиданностью, но вы оба нужны Ро, чтобы запустить ресторан. Она в стрессе, переутомляется. У нее поднялось кровяное давление, и мы с врачами пытаемся заставить ее сбавить обороты, расслабиться. Она не станет настаивать на вашем участии, если подумает, что вы с Айшей в ссоре, тогда ей придется найти нового шеф-повара или нового консультанта, чтобы наладить работу «Сент-Урбана», — добавил Музи, и в его голосе слышалась тревога. — Похоже, Айша собирается остаться. Мне нужно, чтобы ты поступил так же.

— Не волнуйся. Я знаю, по крайней мере, трех шеф-поваров, которые ухватились бы за возможность работать в перспективном ресторане в отеле «Сент-Урбан», — скороговоркой произнес Паско.

Музи снова наклонился и прищурил глаза, его губы скривились в улыбке.

— Даже не думай, Килдэр. Вы обещали моей жене свою помощь и участие, и она рассчитывает на вас. Я надеюсь на тебя. Я уже зол на тебя за то, что ты не сказал мне, что был женат. Не усугубляй ситуацию, подводя мою, беременную двойней, измученную жену.

Музи точно знал, на какие кнопки нажимать. Паско включил зажигание и бросил на Музи кислый взгляд:

— Скажи Мими, что мне жаль, но кое-что случилось.

Музи ухмыльнулся и постучал по крыше машины.

— Сделаю. Передай Айше: жаль, что мы не познакомились с ней раньше.

Да, Музи знал, на какие кнопки нажимать. Отец подводил Паско сотни раз сотней разных способов, и Музи знал, что его друг никогда так не поступит с людьми, которых любит. И это единственная причина, по которой он решил съездить в «Сент-Урбан» и поговорить с Айшей, обсудить, как им работать вместе.

Глава 3

Айша злилась на Паско. Эмоционально и физически истощенная, она решила отправиться в Кейптаун, собираясь побаловать себя пиццей в компании Прии.

Переодевшись в джинсы и легкую майку, Айша бросила куртку на пассажирское сиденье и пристегнула ремень безопасности, прежде чем ввести адрес Прии в свой GPS. Она и ее третья по старшинству сестра часто созванивались, но не виделись более пяти лет.

Не так-то просто встретиться двум сестрам, если одна мотается по всему миру, а у другой муж, двое маленьких детей и напряженная работа. Прия числилась одним из лучших педиатров города. У младшей сестры с Прией всегда была крепкая связь, именно она заставила других сестер поумерить свой пыл, когда ей показалось, что их поддразнивания зашли слишком далеко. Прия никогда не дарила ей рождественские подарки, призванные исправить ее, — книги по самопомощи, классическую литературу или абонементы в спортзал, — и никогда не называла ее неудачницей, как часто делали другие ее сестры. Она была той, кому Айша позвонила, когда ее нужно было отвезти домой во время ее бунтарской выходки. Сестра выручила, когда родители наказали Айшу, оставив без карманных денег, единственный человек, который не заставил ее чувствовать себя полной дурой, когда она попросила помочь разобраться в сложных дробях.

После бурного семейного скандала пять лет назад только Прия была семьей Айши.

Айша включила зажигание и покатила по обсаженной деревьями подъездной дорожке. Когда она приблизилась к мосту, пересекающему небольшую реку, увидела огни другой машины, шедшей ей навстречу, и нахмурилась. «Сент-Урбан» — частная собственность, никто чужой не должен вторгаться на эту территорию.

Немного нервничая, Айша остановилась и заперла двери своего автомобиля. Она наблюдала, как машина остановилась на другой стороне моста с выключенными фарами. Дверца машины открылась вверх. Подумать только! — вздохнула она, когда узнала длинноногую фигуру водителя. Килдэр.

Именно тот человек, которого она не хотела видеть. Айша откинула голову на подголовник и снова вздохнула, пытаясь собраться с мыслями и справиться со своими бушующими эмоциями. Никто, ни до, ни после, не влиял на нее так, как Паско. Это он сделал ее такой, какой она стала: невероятно злой, грустной, возбужденной, горячей и разочарованной…

Паско остановился посреди моста, засунув руки в карманы брюк, и уставился на нее с непроницаемым выражением лица. На нем были черные брюки, модные кроссовки и мягкий на вид свитер цвета молочных сливок. Рукава свитера были закатаны, открывая мускулистые предплечья. Он был сильным и сексуальным, но выглядел несчастным.

Было время, когда его глаза теплели при взгляде на нее, когда его обычным приветствием был страстный поцелуй и радостная улыбка. «Я так чертовски рад тебя видеть», — произносил он скороговоркой.

Он прошел половину моста и, похоже, ждал, что она выйдет ему навстречу.

Она же не хотела никаких переговоров с Паско Килдэром.

Но его машина преградила ей путь. Придется поговорить с этим мужчиной. Вздохнув, Айша подхватила куртку и вышла из машины. Солнце садилось, становилось прохладно, поэтому она натянула кожаную куртку и побрела туда, где стоял Паско.

— Дела обстоят ужасно, если приходится перекрывать дорогу, чтобы заставить девушку поговорить с тобой, Килдэр, — с усмешкой произнесла она.

— Не льсти себе. Я пришел, ты пришла, мы можем поговорить здесь так же легко, как и в «Сент-Урбане».

Типичный Паско, подумала она. Время и место подходят ему, подходят ли ей — не важно.

— Вообще-то, я еду кое с кем встретиться, мы можем поговорить в другой раз.

Она повернулась, направляясь к своей машине. Паско нужно было понять, что дни, когда она делала все по его команде, давно прошли.

— У тебя свидание?

Дрожь возбуждения пробежала по ее телу, когда она заметила нотки ревности в его глубоком голосе. Айша боролась с желанием развернуться и броситься к нему. Досчитав до десяти, она медленно повернулась и посмотрела в его зеленые глаза.

— Да, — соврала она без колебаний и без тени вины за ложь.

Челюсть Паско напряглась, а губы сжались.

— Вот как.

Ухнула сова, и он повернул голову на звук, оглядывая деревья.

— Я решил помочь открыть ресторан и рассматриваю предложение Ро быть приглашенным шеф-поваром в течение трех месяцев, когда он откроется. Я отправлю тебе электронное письмо как можно скорее о спецификациях кухонного оборудования, о том, какой декор я хочу, и о планировке.

Опять он решал без ее участия, как поступал раньше, когда они были женаты.

— Со мной это не сработает, — заявила она, вздернув подбородок.

— Почему нет? — поинтересовался Паско.

— Во-первых, я не твой подручный и не подчиняюсь твоим приказам. Во-вторых, я не хочу с тобой работать, — сказала она. — Я собираюсь убедить Ро найти другого шеф-повара, чтобы проконсультироваться по поводу ресторана.

Паско обратил на нее полный разочарования взгляд.

— Ты не сделаешь ничего подобного.

— Что еще за новости, не зарывайся, ты мне не начальник.

Действительно, кем он себя возомнил, пытаясь командовать ею? Его су-шеф?

— У Ро стресс, а стресс вреден и для нее, и для малышей. Она разволнуется, узнав, что мы не можем работать вместе, и тогда Музи оторвет мне голову.

— На самом деле мне все равно, что будет с твоей головой, — заметила Айша.

— Но тебе, надеюсь, не все равно, что случится с Ро, — отреагировал Паско. — Послушай, я хочу работать с тобой еще меньше, чем ты хочешь работать со мной, но Музи — мой лучший друг, он и Ро много значат для меня. Я стараюсь не разочаровывать людей, которых люблю.

Его слова стрелой пронзили ее сердце.

— За исключением меня!

Как только слова слетели с ее губ, она пожалела, что не может взять их обратно. Она говорила, как обиженная и озлобленная жена.

— Эй, ведь это ты меня бросила! — воскликнул Паско.

— И ты так легко меня отпустил! — возразила Айша.

Айша скрестила руки на груди, защищаясь от холода осенней ночи, и посмотрела на россыпь звезд над головой. Это была прекрасная ночь, и она была в компании красивого мужчины, но, к несчастью, он ее презирает, во всяком случае, она так думает. И можно ли винить его за это — она действительно ушла от него без предупреждения, оставив лишь ничего не объясняющую записку. Если бы он так поступил с ней, она бы тоже все еще злилась.

В то время Айша знала, что, если попытается объяснить свои мысли и чувства, объяснить, что он ее не видит, что ей нужно его присутствие в ее жизни, он либо поцелует, либо очарует, либо уговорит ее остаться. В тех редких случаях, когда ей удавалось объяснить ему свое состояние, он не прилагал никаких усилий, чтобы по-настоящему обратить на нее внимание, в котором она так отчаянно нуждалась.

В конце концов, она не выдержала, написала записку и ушла.

Прошлое стало прошлым, и ничего нельзя изменить. Но она может справиться с тем, что происходит сейчас. Особенно с учетом того, что для нее ставки очень высоки. Если она хорошо поработает в «Сент-Урбане», то получит повышение. Если этого не сделает, то останется там, где была, проводя месяц за месяцем в чужих странах. Еще один шанс на повышение появится не скоро, если вообще появится.

Айша решила, что должна относиться к Паско так же, как к любому другому консультанту. Но строже.

— Нам нужно выработать концепцию, руководящие принципы. — «Боже, что она пытается сказать?» — Нам нужно выработать правила.

— Правила? — переспросил Паско, насмешливо улыбаясь.

Айша холодно посмотрела на него:

— Да, я знаю, ты крутой шеф-повар, который уверен, что к нему не применимы правила, но в нашем случае, если мы собираемся работать вместе, нам нужно обсудить условия.

— Есть только одно условие, — заявил Паско, уперев руки в бока. — Делай то, что я хочу и когда этого хочу, и мы прекрасно поладим.

Если судить по этому заявлению, он не изменился. Айша сжала кулаки, она не отступит, с ним проявлять слабость нельзя.

— Тебе стоит повидаться с психологом, чтобы поговорить о твоей мании величия, Килдэр.

— Твой язычок стал острее, Айша Килдэр.

— Айша Шетти. Я избавилась от твоей фамилии, как только смогла.

Паско ответил насмешливой улыбкой.

— Почему ты вернулась сюда, Айша?

— Что ты имеешь в виду? — спросила она, сбитая с толку быстрой сменой темы.

— Ты выяснила, что я хороший друг Мии Мэтьюз, и подала заявку на работу в «Сент-Урбане», чтобы вернуться в мою жизнь?

Айша фыркнула.

— Зачем мне это делать? — сухо спросила она.

— Десять лет назад ты бросила меня, потому что я был бедным су-шефом и не мог дать тебе ту жизнь, которую ты хотела, ту жизнь, которую я тебе обещал, но я уже не беден. И у меня по всему миру есть контакты в гостиничном бизнесе, которые могли бы тебе пригодиться. Снова переспать со мной было бы разумным шагом.

Айша была потрясена, он что, действительно думал, что она ушла от него потому, что они жили в крошечной квартирке и было туго с деньгами?! Да она жила бы с ним и в лачуге, уделяй он ей хоть немного внимания. Она не стала возражать. Срок объяснений истек давным-давно.

— Итак, я вернулась за твоими деньгами и твоими связями, — задумчиво произнесла Айша. — Интересно. Конечно, иного ты и подумать не мог. Да будет тебе известно, что я являюсь лучшим консультантом «Линтел энд эмп» и собираюсь стать самым молодым руководителем оперативного отдела среди тех, кто когда-либо занимал такую должность. Я усердно училась, получила степень МБА[3] и работала несколько лет в этом бизнесе, набираясь опыта в создании отелей по всему миру, не для того, чтобы составить десятилетний генеральный план возвращения на Кейп и в твою жизнь!

Она с радостью увидела, как его глаза расширились от удивления.

— Ты такой умный, что догадался об этом, Килдэр. Как, черт возьми, мне удалось прожить так долго без тебя и твоих мудрых умозаключений?!

Айша затаила дыхание, ожидая его реакции. Паско сделал два быстрых шага и оказался так близко, что она видела даже едва заметный шрам, рассекающий его правую бровь, и маленькую родинку на правом виске. Свет фар машины падал на его лицо, придавая ему золотистый оттенок, отчего его зеленые глаза казались темнее, чем обычно. Айша видела страсть в его взгляде и чувствовала, что и ее тело горит желанием. Ей хотелось сейчас же броситься бежать от него, но ее ноги словно приросли к земле, потому что тело жаждало его объятий.

Паско собирался что-то сказать, но вместо этого накрыл ее губы своим горячим ртом в жарком, страстном поцелуе. Айша пыталась оставаться невозмутимой, приказывала своему телу быть неподвижным, как статуя, но через десять секунд, может быть двадцать, прижалась к нему. Ее защита рухнула.

Его язык обвился вокруг ее языка, и она вдруг словно вернулась в их квартиру. Как будто снова ей девятнадцать лет, влюбленная, отчаянно желающая ласк своего молодого мужа. Ее руки блуждали по его спине. Айша вздохнула, почувствовав под одеждой крепость мышц Паско, мягкость его волос, когда ее пальцы гладили его голову.

Айша положила руки на грудь Паско и оттолкнула его, отчаянно желая, чтобы между ними было хоть какое-то расстояние. Он был слишком привлекательным, слишком обольстительным, и, несмотря на то, что несколько минут назад он почти вызвал в ней ненависть, она хотела его.

Айша подняла голову и увидела триумф и чистое мужское удовлетворение, пылающие в его глазах.

— Ты все еще хочешь меня, — самоуверенно констатировал он.

Высокомерный, самонадеянный, тщеславный осел! Она открыла рот, чтобы обругать его, и увидела, как он надменно приподнял бровь. Он ожидал, что она закричит на него, потеряв над собой контроль, в общем, выставит себя дурой.

Будь она проклята, если доставит ему такое удовольствие. Айша высоко подняла голову и расправила плечи.

— Я всегда знала, что ты решительный, целеустремленный парень, которому нравится добиваться своего. — Она помолчала немного, убеждаясь, что полностью завладела его вниманием. — Слушай меня внимательно, Килдэр. Ничто из того, что ты можешь сделать или сказать, не помешает мне работать с моей заказчицей, превратить «Сент-Урбан» в один из лучших бутик-отелей в мире. И если Ро захочет открыть дегустационный ресторан на территории отеля, она это получит, с твоим сотрудничеством или без него. Я уже не та кроткая, легко управляемая овечка, какой была раньше. Не сомневайся в этом. Если ты укусишь, я укушу в ответ.

Сделав это заявление, Айша тут же направилась к своей машине, скользнула за руль и захлопнула дверцу. Не глядя на Паско, она развернулась и поехала обратно в «Сент-Урбан».

Паско пришел к выводу, что должен извиниться перед Айшей. Прошлой ночью он перешел все границы и чувствовал себя настоящим ослом. Она была права, он демонстрировал высокомерие в отношении ее, и кульминацией его идиотизма стало предположение, что она вернулась на Мыс ради него. Еще более раздражающим было его тайное желание, чтобы это было правдой.

Одетый в свои самые старые джинсы и самые удобные ботинки, он шел по дороге в сторону «Сент-Урбана». Дом Паско находился недалеко от нового жилища Айши — коттеджа управляющего, расположенного в углу участка.

Вернувшись к себе прошлой ночью, он направился прямо в свой домашний офис и включил ультрасовременный ноутбук. Ни разу за прошедшие годы он не пытался искать Айшу в Интернете. Просто не хотел оглядываться назад или мучить себя. Теперь другое дело, он должен знать. Паско ввел ее девичью фамилию в поисковую систему и обнаружил самые положительные отзывы о ее работе и статью, в которой говорилось, что она одна из самых интересных инновационных консультантов в сфере гостиничного бизнеса, потом наткнулся на серию работ, которые Айша написала для отраслевого журнала.

Затем он зашел на веб-сайт «Линтел энд эмп» и в «Знакомьтесь, наша команда» прочитал еще одну статью о своей бывшей жене. Она действительно получила степень МБА и считалась одной из лучших в своей группе. Айша открывала отели в отдаленных, иногда негостеприимных местах, ее уважали за хладнокровие и практичность. Она была быстрой, эффективной и умной. Сотрудники и клиенты обожали ее.

По сути, если кто-то хотел организовать гостиничный бизнес, Айша Шетти была тем человеком, которого нанимали для этого. Ро наняла лучших из лучших.

Паско сдвинул солнцезащитные очки на макушку и потер усталые глаза. Сон, всегда ускользающий, прошлой ночью вообще отсутствовал. Он растянулся на диване перед телевизором с большим экраном, просматривая повторы старых международных игр по регби, но думал только о поцелуе, которым они с Айшей обменялись.

В прошлой жизни их неудержимо влекло друг к другу, но этот поцелуй сказал ему, что чувства никуда не делись. Ее тело, еще более стройное, чем прежде, когда она была моложе, идеально подходило ему, а аромат ее кожи кружил ему голову. И ее губы, такие сладкие! И что теперь делать? Как они будут сотрудничать? Вопросы есть — ответов нет.

Паско пнул камень и взглядом проследил за его полетом. Затащить Айшу обратно в постель — не очень хорошая идея, но как заставить себя не желать ее?

Неожиданно для себя Паско свернул налево и неторопливо зашагал по дорожке, ведущей к подвалам. Подойдя к зданию, обошел его с тыльной стороны, чтобы посмотреть на реконструкцию ресторана. Затем проскользнул в незапертую дверь и, стоя на недавно посыпанном песком полу, осмотрел некрашеные стены.

Ресторан, подобный этому, был его невысказанной, самой глубокой, никогда не озвучиваемой мечтой. Маленькая кухня, почти все он делает сам, выращивает фрукты и овощи в собственном саду и огороде, собирает их по утрам и использует для приготовления обеда и ужина, полностью сосредоточившись на создании превосходных блюд, забыв о звездах, наградах и отзывах.

В идеале, в другой реальности он отказался бы от своих ресторанов, туристических шоу и имиджа первого в стране шеф-повара — знаменитости международного уровня. Он бы читал, работал над кулинарной книгой, бродил по построенной им теплице, разводил кур и коз, делал сыр. Он не стал бы бегать от бизнеса к бизнесу, от проекта к проекту, имея дело с персоналом и поставщиками, следя за тем, чтобы установленные им высокие стандарты неизменно соблюдались им самим и его сотрудниками.

Он устал, черт возьми!

Но всякий раз, когда думал о закрытии своих ресторанов, уходе из энергичной жизни, чувствовал, как учащается его сердцебиение, невидимая рука сжимает его легкие. Он знал, каково это — терять все ценное, дома, машины и, да, деньги, знал, как это опустошительно, когда его жизнь переворачивается с ног на голову в мгновение ока. Жить простой жизнью, свободной от давления и амбиций, было прекрасной идеей, но это несбыточная мечта, мираж.

Паско знал: нужно складывать яйца в разные корзины, тогда, если одно предприятие провалится, другое удержит его на плаву. Он нуждался в давлении, похвалах, восторженных отзывах и внимании, потому что это увеличивало дистанцию между ним и его отцом, напоминало ему, что он не похож на человека, который был так полон решимости вести легкую жизнь, не прилагая усилий в добывании средств.

Теперь Паско богат, очень богат, но одно неверное решение, один неверный шаг в финансовом отношении может уничтожить его успешный бизнес. Вот почему у него были резервные планы, десять различных фондов, и почему он так разнообразил свою деятельность. Если бы что-то пошло не так с «Паско» в «Вейне», он мог бы рассчитывать на доход от «Паско» во Франсхуке и его доли в «Бинте». Если бы они все всплыли брюхом вверх, он мог бы расширить свое шоу о путешествиях и кулинарии. Он не потерпит краха подобного тому, который постоянно переживали его родители.

Паско вышел из подвала и направился к тропинке, которая должна была привести его к коттеджу управляющего, чувствуя, как в нем разгорается искра возбуждения. Поскольку редко испытывал волнение по поводу чего-либо еще, он неохотно признался себе, что хотел бы проводить больше времени со своей бывшей женой. Повзрослевшая, теперь дерзкая, иногда свирепая, Айша стала неизмеримо более привлекательна, чем была в их юности.

Паско обреченно вздохнул: вот уж попал так попал! И деваться некуда.

Глава 4

Вернувшись с пятикилометровой пробежки через грушевый сад, мимо ручья и через виноградник, насладившись его прекрасными осенними красками, Айша вернулась в коттедж и приняла душ. Выйдя из ванной, натянула черные спортивные штаны, пушистые носки и удобный хлопковый свитер с открытыми плечами. Сегодня она намеревалась работать в коттедже, и большой квадратный обеденный стол в ее гостиной, столовой и кухне открытой планировки идеально для этого подходил. Айша сварила кофе и с удовлетворением отметила, что благодаря вчерашнему походу в гастроном и пекарню во Франсхуке она обеспечена едой на целых два дня.

Молодая женщина предвкушала день плодотворной работы. Но сначала решила потратить пять минут на релаксацию. Она взяла чашку кофе, вышла в крошечный внутренний дворик, ведущий из кухни, и села на белую бетонную стену, огораживающую небольшую площадку с маленьким столиком из кованого железа. Айша подставила лицо солнцу, с наслаждением ощущая легкий ветерок, и вытянула ноги.

Это был прекрасный день, ясный, прохладный и солнечный, и женщина не могла оторвать глаз от горы Симонсберг, купающейся в лучах солнца. Гора была похожа на огромный зуб дракона с неровными краями, полный трещин и расселин.

Прошлой ночью, после того как ее гнев утих, слова Паско продолжали звучать у нее в голове: «Ты бросила меня, потому что я был бедным су-шефом и не мог дать тебе ту жизнь, которую ты хотела, ту жизнь, которую я тебе обещал». С какой стати он решил, что она ушла от него из-за отсутствия денег? Из всех причин, по которым она ушла, самая главная — недостаток внимания, а не деньги.

Родители практически отлучили ее от семьи, ее учебу в университете оплатил дядя Доминик. Она, по возможности, подрабатывала официанткой в бистро неподалеку. Родители были вполне в состоянии оплатить ее учебу, но не сделали этого.

Айша не удивилась, увидев Паско, ожидала, что он появится этим утром. Этот мужчина не из тех, кто оставляет спор незаконченным. Что удивило ее, так это потрепанные, выцветшие джинсы, обтягивающие его бедра, и старые, забрызганные грязью ботинки. Манжеты на футболке с длинными рукавами — темно-синей, облегающей широкую грудь — также имели некоторые признаки износа.

Но часы на запястье его руки из ограниченной серии Patek-Philippe, а также изящные солнцезащитные очки-авиаторы» — самого высокого класса, определенно дизайнерские. Она не могла назвать марку, но знала, что они безумно дорогие. Его волосы искусно подстрижены, а одеколон, аромат которого она почувствовала благодаря легкому ветерку, представлял собой неотразимую смесь, напоминающую ей о солнце и море, и эта смесь стоила больших денег.

Он выглядел подтянутым, энергичным и сексуальным, но Айша не собиралась идти ему навстречу. Сначала пусть хорошенько попресмыкается.

— Чего ты хочешь, Килдэр?

Паско сунул руки в карманы джинсов. Его широкие плечи выдвинулись вперед.

— Вообще-то, я хочу извиниться. Прошлой ночью я был взбешен и расстроен, мне не следовало говорить того, что я сказал. Очевидно, что ты очень хороша в своей работе, а я перешел все границы, — добавил он. — Мне жаль.

Айше, шокированной его искренними извинениями, понадобилась минута, чтобы переварить его слова, поэтому она поднесла чашку с кофе к губам и сделала глоток, собираясь с мыслями. Она ожидала еще одной драки — Паско ненавидел проигрывать, — но не ожидала извинений.

Айша кивнула:

— Спасибо. — Она заметила, что он смотрит на ее чашку, и вздохнула. — Хочешь кофе?

— Я бы с удовольствием выпил чашечку, — ответил он, выходя во внутренний дворик.

Айша спустила ноги со стены и вошла в свою кухню. Паско следовал за ней на шаг позади. Она взяла кружку и налила ему кофе.

— Я не слышала шума машины. Как ты сюда добрался? — спросила его Айша.

— Пешком, — ответил Паско. Он увидел ряды разноцветных папок на столе и наклонил голову, чтобы прочитать вкладки. — Вообще-то, я владею небольшим поместьем по соседству. Этот коттедж находится примерно в десяти минутах ходьбы, по прямой, от задней двери моего дома. Но я пошел пешком в обход по Сент-Урбанз-драйв.

Айша повернулась к нему спиной, размышляя над тем, какие неудобства повлечет за собой такое близкое соседство с ее бывшим мужем.

Паско выдвинул стул и сел за стол.

— Франсхук — мой родной город, поэтому я купил здесь жилье.

— Каждый день приходится долго добираться до «Паско» в «Вейне», — заключила Айша, ставя перед ним чашку с кофе, черным и крепким, таким он любил его раньше.

Он принял чашку, отхлебнул и закрыл глаза. Его губы изогнулись в улыбке.

— Я вижу, ты все еще пьешь эфиопский йерга-чеффе.

Она улыбнулась и пожала плечами. Когда они жили вместе, денег было мало, но Паско заявил, что в некоторых вещах нельзя идти на компромисс. Кофе, превосходное южноафриканское вино, исключительное оливковое масло. «Один знаменитый шеф-повар научил меня этому».

— У меня были серьезные причины отказаться от этого принципа, когда я не могла позволить себе подобные траты из своего студенческого бюджета, но, как только начала зарабатывать приличные деньги, все вернулось в список. Этот шеф-повар научил тебя хорошему.

А она многому научилась у Паско: тому, что касается еды, вина и физической любви.

— Ты вчера говорил о деньгах, и кое-что потрясло меня.

— Что же именно?

— Я не хочу ссориться с тобой этим утром. — Она предостерегающе подняла палец. — Мы действительно должны выработать правила нашей совместной работы, Паско.

— Позже. И все же, что тебя так шокировало в моих словах?

— Ты сказал, что я ушла, потому что ты не зарабатывал достаточно денег, не дал мне той жизни, которую я хотела.

Паско кивнул:

— Но это действительно так.

— Я ушла не потому, что мы были финансово стеснены, Паско. Это никогда не было проблемой. Были другие вещи, но не это.

— Что же?

— Потом как-нибудь. Сегодня прекрасный день, и я объявляю перемирие. Мы говорили о твоей поездке в город.

Паско вздохнул, прикрыв на мгновение глаза, и Айша поняла, что он не станет настаивать.

— Я не живу здесь постоянно, мой дом во Франсхуке — что-то вроде убежища, — объяснил он. — У меня есть квартира и ресторан во Френе, но мой шеф-повар, или исполнительный шеф-повар, отлично им управляет.

— Хорошая работа, раз ты можешь себе это позволить, — заметила Айша, садясь напротив него. — Эй, я работал без отдыха в течение долгих лет, чтобы заслужить такую свободу, — огрызнулся Паско.

Айша огляделась, словно в поисках нейтральной темы для обсуждения, но Паско опередил ее, указав на папку.

— Расскажи мне о «Сент-Урбане». Уверен, Ро все рассказала тебе о своих планах относительно этого места. — Устраивая свои длинные ноги под столом, Паско коснулся коленом ее коленей, и Айша почувствовала знакомое легкое возбуждение. Паско положил руки на стол и покачал головой. — К сожалению, мы не обсуждали с ней подробно, как именно она представляет себе «Сент-Урбан». Мы, Музи, Ро и я были заняты нашими конкретными делами в «Сент-Урбане». Музи выпускает новое вино из редкого сорта винограда, а я занимаюсь ассортиментом кухонных принадлежностей и продуктов питания. Ро следит за ремонтом. Когда мы собираемся вместе, каждый говорит о своем участке работы. А хотелось бы представлять проект в целом. — Паско усмехнулся. — Честно говоря, в последнее время чаще всего мы обсуждали беременность Ро. — Он скорчил гримасу. — Я знаю больше о беременности и родах, а также о многоплодных родах больше, чем мне хотелось бы.

Айша улыбнулась:

— Но это правда здорово, что у них будут близнецы.

— О, им уготовано тревожное будущее, потому что у них будут мальчики-близнецы, — заметил Паско. — Я знал Музи ребенком, он был невероятным сорванцом.

Айша приподняла бровь.

— А ты разве не был? Не ты ли был тем парнем, который въехал на своей машине в окно городской художественной галереи?

— Ты помнишь мой рассказ? — удивился Паско.

Она помнила все, что он рассказывал ей о своих подростковых годах, школе-интернате и приключениях с Музи и Дигби Темпест-Вейном. Но он никогда не рассказывал о своем раннем детстве. С другой стороны, она тоже никогда не говорила о своей семье.

— «Сент-Урбан», Айша? Ну же, — Паско легонько подтолкнул ее коленом, — расскажи мне все, что знаешь о нем.

— Хорошо. С чего начать? — Она взглянула на папки, размышляя. — Ладно, давай начнем с поместья. Для Ро с самого начала было важно сохранить элегантность и величие здания, поэтому такие характерные детали, как расписанные вручную перила, широкие балки пола из желтого дерева, и миллион других деталей были сохранены и при необходимости восстановлены. После обширной реконструкции в поместье могут разместиться шестнадцать человек в апартаментах со спальнями, гостиными и ванными комнатами. Она также переоборудовала гостевой дом поменьше, и в нем могут разместиться еще восемь человек в таких же условиях. Таким образом, у нас есть возможность разместить более двадцати человек в роскоши самого высокого уровня.

Я бы хотела, чтобы гости чувствовали себя так, словно они вошли в свой второй дом, поэтому, хотя все должно быть изысканным, оно также должно быть гостеприимным. Ро и мой босс Майлз, которая в настоящее время возглавляет операционный отдел «Линтел энд эмп», разделяют это мнение, и именно в этом направлении мы пошли.

Библиотеку мы наполним книгами, в гостиных установим мягкие диваны, и повсюду будут стоять свежие цветы. К счастью, дом был заполнен антикварной мебелью, когда Ро унаследовала его, поэтому многие письменные столы, тумбочки, обеденные столики и столбики кроватей вернутся в свои комнаты, когда их отреставрируют и отполируют.

Я планирую роскошные пикники у реки, маршруты для пеших прогулок и катания на горных велосипедах, небольшой бар с лучшим алкоголем, который можно купить за деньги. Гости смогут выпить коктейли на веранде или под массивным дубом с раскидистыми ветвями.

— Поговорим о еде. Шеф-повара, поставщики продуктов, меню.

Она откинулась назад и скрестила ноги.

— Что касается поставок на кухню, я думаю о фермерском столе, сезонном, местном, прекрасном. Это все, что я могу сказать сейчас. Очень важно, кого мы наймем для обслуживания гостиничной кухни.

— У тебя есть кто-нибудь на примете? — спросил ее Паско, водя пальцем вверх-вниз по краю своей кофейной чашки.

— Нет, пока нет. Я объявлю о вакансии через месяц или два и, если не найду кого-то подходящего, буду работать через агентство.

— У меня есть на примете двое чрезвычайно талантливых людей, которые готовы управлять собственной кухней, могу переслать тебе их резюме.

— Спасибо, я буду тебе признательна. Музи восстанавливает погреба и хочет поселить здесь винодела. Он собирается сосредоточиться на производстве вина найденного им редкого сорта. Музи также наймет персонал, необходимый для дегустации вин и экскурсий по погребам. Погреб такой старый, это такое удивительное место, я хотела бы найти историка, который мог бы преподать мне урок истории виноделия в долине и, надеюсь, истории «Сент-Урбана».

— Мой брат Кэм — винодел, и он большой знаток местной истории. Я уверен, что он сможет тебе в этом помочь.

Айша сделала пометку в своем телефоне.

— Ты оказался удивительно полезным этим утром, Килдэр.

— Очень рад, — ответил Паско, улыбаясь. — Ладно, давай перейдем к делу… Значит, ресторан Ро. Что у тебя с этим?

Айша посмотрела на него и развела руками.

— Ничего, потому что я узнала об этом только вчера.

— Ресторан с дегустационным меню занимал последнее место в списке приоритетов Ро. Это была идея, о которой мы немного поболтали, но так и не реализовали ее по-настоящему. Я как-то сказал Ро, что мне интересно этим заняться, но только в течение нескольких месяцев. Ей понравилась идея привлекать разных шеф-поваров мирового класса по сменному графику.

— Так вот как родилась идея ресторана! Интересно было узнать. И почему же ты принимаешь участие в проектировании ресторана?

— Потому что я хорош в этом, и у меня репутация человека, который придерживается заоблачных стандартов, когда дело доходит до декора, обслуживания и, очевидно, самой еды. Мне нравится вносить свой вклад в дизайн ресторана и полностью контролировать еду, меню и тех, с кем я работаю.

— И при этом ты не вложил в проект ни цента из собственных денег, — заметила Айша, впечатленная его холодной уверенностью и немного разочарованная его высокомерием.

— Я один из лучших шеф-поваров в мире, и люди будут заказывать столик в «Сент-Урбане» только для того, чтобы отведать мою еду.

Айша склонила голову набок и послала ему взгляд из-под ресниц.

— Тебе нужно поработать над самоуверенностью и самоуважением, Паско.

Он взял со стола ручку и бросил в нее.

— Дерзкая девчонка!

Айша посмотрела в окно на гору, освещенную солнцем.

— Я собираюсь быть главным человеком, представляющим Ро в проекте, Пас. Сможем ли мы работать вместе?

Выражение лица Паско оставалось невозмутимым.

— А почему бы и нет?

— Потому что ты требовательный, властный и полон решимости добиться своего. И я тоже, — ответила Айша. — Я уже не тот человек, которым была раньше, Паско.

— Я был бы разочарован, если бы это было не так, Айша. Людям положено расти, ты же знаешь. Она подозревала, что он не понимает, что она пытается сказать.

— Но я не собираюсь просто кивать и говорить: «Да, Паско, нет, Паско». Я собираюсь спорить с тобой, противоречить тебе, иногда прямо говорить тебе «нет».

Он уставился на нее. Уголки его рта подергивались. — С каждым мгновением я становлюсь все более испуганным.

Айша подозревала, что Паско не воспринимает ее всерьез. Она потянулась через стол и ткнула пальцем в его бицепс.

— Ты не слушаешь меня, Килдэр! Я предана Ро и ее представлению, каким должен быть «Сент-Урбан». Если ты захочешь сделать что-то, противоречащее этому представлению, я буду вынуждена вмешаться.

— Я знаю, что ты попытаешься, — заверил ее Паско, все еще улыбаясь. — Расслабься, Айша, мы сможем договориться.

Она знала: он имеет в виду, что она смирится и не станет с ним воевать. Невыносимый человек!

И снова ткнула его.

— Не говори, что я тебя не предупреждала, Паско.

Он посмотрел на свой бицепс.

— Это должно произвести впечатление?

Она отдернула руку и сердито посмотрела на него. Он ухмыльнулся, встал и взглянул на часы.

— Куда ты собрался? — требовательно спросила Айша. — Нам все еще есть что обсудить!

Он перевел взгляд с нее на кофейную чашку в своей руке.

— Я собирался приготовить себе еще одну чашку кофе.

— О! Ты мог бы сначала попросить меня!

— Дорогая, мы были женаты и развелись, и я подсадил тебя на этот конкретный наркотик. Хочешь чашечку?

— Нет, да, хорошо.

Айша запустила руки в волосы и сделала глубокий вдох. Она просто забыла, что иметь дело с Килдэром — значит быть под большим напряжением. И не имеет значения, как плотно облегают джинсы его крепкие, стройные бедра и ягодицы, или имеет?

Он обернулся, поймал ее пристальный взгляд и приподнял бровь. Айша покраснела, раздраженная его ухмылкой и выражением удовлетворения в его глазах.

Да, он весьма привлекательный парень, и у нее нет против него иммунитета, поэтому она не допустит прикосновений, но смотреть-то можно.

— Нельзя забывать о правилах ведения боевых действий… — пробормотала она.

Паско вернулся на свое место.

— Что ты там бормочешь?

Айша помахала указательным пальцем между ними.

— Нам нужны правила. Прошлой ночью я пыталась поговорить с тобой о том, как будем работать вместе, но мы отвлеклись.

— Ну, наш сегодняшний диалог — один из способов понять это, — протянул Паско.

Она придвинула к себе блокнот. Взяв ручку, несколько раз щелкнула по ней и записала основные пункты.

Он с любопытством наблюдал за ее действиями, а заглянув в блокнот, разочарованно фыркнул:

— У тебя ужасный почерк.

— Твой, насколько я помню, не многим лучше, — парировала Айша. — Я записываю, что нам нужно обсудить: например, бюджет, идеи декора, оборудование, персонал. И нам нужно название.

— «Паско в „Сент-Урбане»«, - немедленно отреагировал ее бывший.

— Э-э-э…

— У меня есть «Паско в Ви-Вейн», «Паско дома» — это мой бренд кухонных принадлежностей и продуктов питания, — «Паско, Франсхук». Мое имя — бренд, мгновенное узнавание — именно так будет называться этот ресторан, если я подпишу контракт, — заявил лучший в мире шеф-повар с решимостью в глазах.

Айша сморщила нос, понимая, что уже проиграла эту битву. К счастью, она понимала смысл его слов и была готова вручить ему эту победу.

— Хорошо, тогда давай поговорим о том, как и когда мы собираемся встретиться. — Придвинув к себе планшет, она открыла календарь и повернула его лицом к Паско. — Как ты можешь видеть, я довольно свободна, но это скоро изменится. Итак, выбери дату. Я думаю, нам следует встречаться раза два в неделю.

Паско покачал головой:

— Вряд ли это возможно. Мое расписание меняется изо дня в день. Я иду туда, где нужен в данный момент, каждый день решаю проблемы по мере поступления. Лучшее, что могу сделать, — предупредить тебя часа за два, когда буду свободен.

Айша потрясенно смотрела на него, не в силах поверить, что правильно поняла его слова. Паско не понимает, как много ей предстоит сделать, какие горы ей нужно свернуть, чтобы привести «Сент-Урбан» в соответствие с высокими стандартами. Она уже сейчас работает в условиях нехватки времени, и это было до того, как она узнала о ресторане.

Но сейчас, как и десять лет назад, работа Паско — на первом месте. Айша почувствовала волну негодования и отвернулась, чтобы он не увидел, как сильно на нее подействовали его беспечные слова. Итак, на самом деле ничего не изменилось.

Она должна была что-то сказать, но уже устала от него, а главное, поняла, что он возвращает ее в прошлое, где ее интересы всегда были для ее мужа на заднем плане.

— Я вижу, что некоторые вещи не изменились.

Паско нахмурился, пытаясь понять, что его бывшая жена имеет в виду.

— Нет, со мной этот номер не пройдет. Ты должен сообщить мне определенное время, когда мы можем встретиться, потому что я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать твоего звонка. Для этого у меня слишком много дел.

Она ждала его ответа. Ей почудилось нечто похожее на уважение в его глазах. Паско отнес пустые кофейные чашки в раковину, вернулся, встал перед ней, засунув руки в задние карманы джинсов, и кивнул:

— Достаточно справедливо. Я посмотрю, что могу сделать, но это будет непросто.

— Найди время, Паско, это важно.

— Принято к сведению. — Он бросил взгляд на часы и вздохнул. — Кстати, мне нужно добраться до «Флюгера». У меня встреча, а потом я проведу вторую половину дня, тестируя новые блюда.

Айша посмотрела на свой обеденный стол и вздохнула.

В дверях Паско обернулся и наклонил голову, словно намереваясь поцеловать ее, но заколебался. Она увидела сомнение в его глазах. Казалось, оба припомнили, что поцелуй при расставании много лет назад был приятным ритуалом для них, но то, что было нормой тогда, неуместно сейчас.

Она послала ему свою самую безличную улыбку. Или, по крайней мере, ей так показалось.

— Увидимся, Килдэр.

— Не будь такой, как я, не работай целые дни напролет, Айша.

— Как и у тебя, у меня нет времени расслабляться, Паско. У меня миллион дел и минимум времени, чтобы все осуществить. Вот почему мне нужно твое сотрудничество.

— Я сделаю все, что в моих силах, Айш. — Он посмотрел ей в глаза, и выражение его лица стало печальным. — Знаю, что могу показаться деспотичным, но испытал на себе, что такое эмоциональное выгорание, и мне бы не хотелось, чтобы это случилось с тобой. Так что делай, как я говорю, а не как я делаю, и отдохни немного, расслабься. — Вместо поцелуя он сжал ее плечо. — Я дам тебе знать, когда мы сможем встретиться снова.

Айша с раздражающим возбуждением наблюдала, как он выходит из задней двери ее коттеджа. Избрав, как она заметила, короткий путь обратно к своему дому.

Глава 5

В пятницу утром Паско обогнул заднюю часть особняка «Сент-Урбан» и направился к старому каретному сараю, который Ро превратила в офисы для менеджеров отеля и административного персонала. Войдя внутрь, он услышал голоса, доносящиеся из крайнего помещения, прошел по короткому коридору и прислонился плечом к дверному косяку, наблюдая, как Айша расхаживает по своему неустроенному кабинету, уперев руки в бедра и выпрямив спину.

— Да, я понимаю, что вы должны получить заказ сегодня, но мне нужно, чтобы мой консультант подписал этот заказ, а я не могу получить ответ от этого человека!

Этим человеком был Паско. Он поморщился.

За последние четырнадцать дней он получил около дюжины электронных писем от Айши и почти столько же телефонных звонков, которые проигнорировал. Не потому, что не хотел с ней разговаривать, а потому, что беспокоился, что, как только он начнет спускаться на этот полный опасностей путь, не сможет найти дорогу назад. Как бы то ни было, он провел слишком много времени, думая о своей сногсшибательной, сексуальной бывшей жене.

В промежутках между воспоминаниями о том, как великолепно она выглядит обнаженной, и фантазиями о том, что сделает с ней, если когда-нибудь получит шанс увидеть ее такой снова, он прокручивал в голове ее слова, пытаясь понять, что она имела в виду, когда сказала: «Я ушла не потому, что мы были финансово стеснены, Паско».

Если деньги не были проблемой то, что заставило ее сбежать? Он хотел знать, ему была ненавистна мысль о том, что он ошибся в чем-то настолько важном.

Паско вспомнил, как, едва ли не шатаясь от усталости, вернулся домой после долгой смены и увидел, что Айша сидит на диване, подсунув руки под бедра, а в ее глазах отражаются трепет и решимость. Она сказала: «Нам нужно поговорить», и это было последнее, чего он хотел после напряженной ночи. Конечно, он всегда был готов к тому, чтобы заняться с ней любовью, но поговорить? На это у него не было душевных сил.

Возможно, это была одна из причин распада их брака: Паско замалчивал проблемы и притворялся, что все у них в порядке. Теперь он понимал, что был не прав. Но разговор о чувствах был для него мучителен. Он начинал испытывать неуверенность в себе и уязвимость. Он не умел и не хотел обнажаться эмоционально.

Паско считал, что должен как можно больше зарабатывать, иначе его молодая жена будет жаловаться на скуку, отсутствие развлечений, но развлечения требуют денег и времени, а они едва держали голову над водой.

Всякий раз, когда он слышал от нее: «Нам нужно поговорить», обращал все в шутку, в игру, старался отвлечь ее, увести от темы. К счастью для него, она была податлива в его руках, и один глубокий поцелуй и прикосновение большого пальца к ее соску обычно заставляли ее забыть о проблемах.

Теперь он расплачивался за свое юношеское высокомерие, потому что не мог перестать думать об истинной причине ее несчастья и хотел знать, что заставило ее сбежать. Он сгорал от желания понять ее, и это раздражало его. Давно пора было уяснить, что между ним и Айшей все кончено.

Кроме того, что Паско страстно хотел ее. И еще, это было трудно признать, но чем больше времени он проводил с Айшей, тем сильнее становилось желание быть с ней.

Она его бывшая жена, бывшая, об этом не надо забывать, а теперь просто сотрудница, с которой он вынужден работать. Выход один — стараться не проводить с ней много времени и не придавать большого значения их встречам.

Причина, по которой знаменитый шеф-повар оказался здесь, в ее офисе, заключалась в том, что он направлялся в свой ресторан коротким путем мимо «Сент-Урбана». А также потому, что тон ее сообщений и электронных писем перестал быть вежливым и профессиональным, становясь все более раздраженным.

Беда в том, что, находясь рядом с ней, он испытывал непреодолимое желание целовать ее. Айша Шетти все еще обладала способностью переворачивать его мир с ног на голову.

Пятнадцать минут… Паско даст ей пятнадцать минут, а потом уберется отсюда. Максимально допустимое время, в течение которого он сможет держать свои руки подальше от нее.

Айша закончила разговор по телефону, подняла глаза к потолку и издала низкий, пронзительный стон, сцепив руки за головой.

— Проблема? — поинтересовался Паско, когда ее руки опустились.

Она резко обернулась, ее щеки пылали, в глазах горел гнев. Он никогда не видел ее такой красивой.

— Какого черта ты здесь делаешь, Килдэр?!

Взгляд Паско опустился на ее пухлый рот, и он вспомнил нежность этих сексуальных губ.

— Кажется, я видел по меньшей мере две дюжины электронных писем от тебя с требованием, чтобы я зашел.

Айша поджала губы.

— Я пыталась дозвониться до тебя последние две недели, — произнесла Айша сквозь зубы.

— Я был занят, — сказал Паско, входя в комнату и сунув руки в карманы, опасаясь, что схватит ее в объятия и начнет раздевать.

— Ты очень неприятный человек, Килдэр, — сказала ему Айша, обеими руками откидывая волосы назад.

— Мне это уже говорили, — ответил Паско, сохраняя непринужденный тон.

Он сел на кожаный диван с мягкой спинкой и вытянул ноги.

— У меня есть пятнадцать минут. Рассказывай.

Айша посмотрела на него так, словно у него выросло шесть уродливых голов.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной!

Мне нужны часы твоего времени!

— Пятнадцать минут — это то, на что ты можешь рассчитывать. — Он взглянул на циферблат и притворно поморщился. — Уже тринадцать.

Рука Айши сжала степлер, и Паско всерьез опасался, что канцелярская принадлежность полетит ему в голову. Ее губы шевельнулись, и он был уверен, что она беззвучно выругалась, но степлер вернулся на свое место, что несказанно порадовало Паско. Свирепо посмотрев на него, Айша потянулась за планшетом и постучала по нему. Ее пухлые губы сжались в раздражении.

— Я говорила с поставщиком коммерческих холодильников. Если мы хотим получить их по старым ценам, должны немедленно разместить заказ. — Я все еще изучаю другие варианты.

Айша оперлась ягодицами о край письменного стола и сердито посмотрела на бывшего мужа. На ней был темно-синий комбинезон в сочетании с солнечно-желтой курткой, но веселый цвет совершенно не вязался с хмурым выражением ее лица.

— Я выслала тебе эту информацию десять дней назад, Килдэр! — охрипшим от гнева голосом произнесла Айша.

Он усмехнулся:

— И я работаю над этим. Следующий вопрос?

— Я получила портфолио с эскизами внутреннего убранства. Нам нужно определиться с интерьером, особенно если ты хочешь мебель на заказ, включая барную стойку.

— Я заберу портфолио, когда буду уходить, и обещаю, что дам рекомендации к концу недели.

Айша явно ему не поверила, и он не мог винить ее за это.

— Ты ведь знаешь, что сегодня пятница, верно? Что сегодня конец недели?

— Буквально конец недели приходится на воскресенье.

Его содержательный комментарий был встречен низким, сексуальным рычанием. Он не собирался раздражать Айшу, но ему нравилось, как она при этом выглядит. В качестве его жены она была гораздо сговорчивее. За прошедшие годы Айша стала жесткой и дерзкой. Паско вынужден был признаться себе, что испытывает к ней такое же душевное влечение, как и физическое.

Паско встал, подошел к ней и остановился в футе от нее, на мгновение закрыв глаза, вдохнул ее аромат. Ему хотелось уткнуться носом в ее шею, проложить дорожку из поцелуев к ложбинке между грудей, ощутить запах ее тела, и, что греха таить, он хотел гораздо большего, чем просто вдыхать ее аромат.

Паско выхватил планшет у нее из рук и посмотрел на аккуратно напечатанный список на экране. Оставалось еще пятнадцать пунктов, которые им нужно было обсудить, и, черт возьми, он не сможет рассмотреть все пункты за пару минут. Но Паско не мог позволить себе проводить с ней длительное время: его самоконтроль подвергнется слишком жестокому испытанию.

— Отправь мне этот документ по электронной почте, — предложил он и поморщился оттого, что это грубо прозвучало.

— Я это сделала! Много раз! — возразила Айша, сверкнув глазами. — Паско, ты все делаешь в сто раз сложнее, чем должно быть. Я уже открывала ресторан изысканной кухни. Просто отойди в сторону и позволь мне разобраться с этим. У тебя нет времени, потому что ты, похоже, не очень в этом заинтересован.

— Боже. Ты прелестна!

Она моргнула, не уверенная, что правильно его расслышала.

— Что?

Он не совсем понимал, как эти слова сорвались с его губ, совершенно не связанные с их разговором, но сдержать их было невозможно. Потому что с гневно сверкающими глазами и поджатыми губами она была великолепна.

— Твоя кожа безупречна, а твой аромат сводит меня с ума, — пробормотал Паско.

Удивление промелькнуло в ее глазах и, кажется, удовольствие.

— Спасибо, но мы говорили о…

Она не договорила. Он увидел желание в ее глазах, увидел, как ее рот приоткрылся, а кончик языка коснулся нижней губы. Было очевидно, что она забыла о предмете их разговора, и он был рад, что не был единственным, кто впал в безумие. Айша вздохнула и шагнула к нему. Он медленно опустил голову, давая ей возможность отстраниться, если она передумает, затем его губы встретились с ее губами.

Едва заметным движением он скользнул губами по ее губам, почувствовал, как напряглась Айша, и был уверен, что она оттолкнет его. Но ее рот смягчился, она обхватила пальцами его затылок и крепче прижалась губами к его рту в страстном поцелуе.

Их языки переплелись, его руки скользили по ее спине, ягодицам, груди. Этот поцелуй был сладким, нежным и глубоким.

«Мы просто мужчина и женщина, которые хотят друг друга», — успокаивал себя Паско. У них всегда было мощное взаимное притяжение, и это ничего не значит. Но если он углубит поцелуй и отнесет ее на диван, что будет потом? Паско оторвался от ее губ и прижался лбом к ее лбу.

— Где портфель, Айша?

Айша убрала руки с его шеи и отступила назад.

Она откинула волосы с лица и сделала глубокий вдох.

— Что?

— Портфолио эскизов декоратора, который я должен просмотреть. — Ему потребовались силы, чтобы его голос звучал по-деловому.

— Э-э-э… — Айша посмотрела на свой стол, все еще пытаясь собраться с мыслями.

Он заметил большой кожаный портфель на тумбочке за ее столом и, преодолевая сильнейшее притяжение к этой удивительной женщине, отошел от нее и взял портфель.

— Это оно?

— Да, — ответила Айша. Она скрестила руки на груди, взглянула на его рот, покачала головой и расправила плечи. Холодное выражение ее лица сказало ему, что она поняла его намек и готова притвориться, что между ними ничего не произошло. — Но мне нужно объяснить…

Черт возьми, нет. Ему нужно было убираться отсюда, пока он не схватил ее на руки и не отнес на этот диван, чтобы взять прямо здесь среди бела дня. «Стоп, Килдэр, возьми себя в руки!»

— Я открыл гораздо больше ресторанов, чем ты. Я все придумаю. — Он сделал вид, что смотрит на часы. — Время вышло, мне нужно идти.

— Но…

Паско не осмелился снова взглянуть на нее — в этом не было необходимости, он слышал гнев в этом единственном слове. Он направился к двери, рывком закрыл ее за собой и через мгновение услышал звук удара тяжелого степлера о деревянную панель.

Да, вероятно, он это заслужил.

* * *

Айша стояла в дверях закрытого магазина товаров для здоровья и смотрела на оживленный вход в «Бинту», знаменитое заведение на берегу океана, в нескольких шагах от одного из самых известных пляжей Кампс-Бей. Это культовое место, центр общественной жизни города. «Бинта» — прекрасный, вызывающе дорогой, уютный ресторан, и в любой другой день она была бы счастлива встретиться здесь с Прией, чтобы выпить и поужинать, любуясь великолепным закатом.

Но, к несчастью для нее, Прия устраивала вечеринку по случаю пятидесятилетия своего мужа в «Бинте», и большая часть семьи Шетти должна была присутствовать.

Она пыталась отказаться от участия в мероприятии, но Прия отвергла все ее возражения. Был субботний вечер, и она все равно не должна работать. Остановилась Айша в гостевой комнате Прии. Ее сестра жила недалеко в огромном доме, и в ресторан Айша пошла пешком. Прия заранее получила заверения от нее.

Вот как! Они оставят, это вряд ли, и Айша ожидала худшего, чем несколько ехидных комментариев. Она предполагала, что будет много мечтательных пожеланий — «Мы все хотели, чтобы Айша последовала за своими сестрами в науку, но этому не суждено было сбыться» — и двусмысленных комплиментов, от которых ей всегда хотелось с криком выбежать из комнаты. Пять лет назад ее родители, наконец, были готовы простить ее за неудачный брак, когда события, точнее, ее сестра Рейка, вернула их в каменное молчание.

Последние два года Айша звонила родителям по видеосвязи каждый месяц или около того, это были короткие, легкие разговоры. Сегодня она увидит своих родителей во плоти впервые более чем за десять лет и поэтому сильно нервничала.

И всему виной Прия, которая настояла на том, чтобы на семейный праздник явилась младшая сестра. Да, она понимала, что не сможет избегать их вечно, что ей придется увидеться и поговорить с Хемой и Ишей, а также разобраться с Рейкой, но она не хотела этого. Было бы гораздо проще вернуться в «Сент-Урбан» и работать. У нее много дел, и ей совсем не нужна драма, которую ее семья постоянно обрушивала на ее голову. Она всегда уходила от встреч с ними, чтобы не подвергать сомнению себя и выбранный ею путь.

Айша посмотрела через дорогу на океан и впервые за долгое время пожалела, что нет мужской руки, о которую можно опереться, плеча, на которое можно положить голову. Кто встанет на ее сторону, кто защитит, без колебаний вмешается, когда почувствует, что над ней издеваются или проявляют неуважение. Нет такого человека. Да, она научилась быть сильной женщиной, но даже сильные женщины иногда нуждаются в защите и поддержке.

Она была бы рада, если бы Паско был сейчас здесь…

Он ничего не знал о ее семье, кроме того, что у нее куча сестер и что ее родители не одобрили их брак. Она никогда не говорила о них, не рассказывала ему, как над ней издевались и унижали, какой одинокой и невидимой она себя чувствовала.

Они почти не разговаривали. Айша смотрела, как волны накатывают на пляж, и думала. Он тоже не открылся ей… Боже, как было тяжело признать, что физически они были невероятно близки, но она не знала, что творится в душе у него, а он — у нее. Что двигало ими или причиняло им боль, делало их счастливыми или заставляло плакать.

Все, что у них было, — это неконтролируемое влечение. И оно стало еще ярче, чем раньше. Она пыталась игнорировать это, чтобы сосредоточиться на бизнесе, и отправила ему еще одну порцию электронных писем, оставив гневные сообщения, чтобы он связался с ней. Хотя, честно говоря, он дал ей отзыв о декоре ресторана и разрешил заказать кое-что из кухонного оборудования. Но все еще многое нужно было сделать. В понедельник она намеревалась снова поймать его, и на этот раз они преодолеют больше двух пунктов.

Но если он поцелует ее снова — если она поцелует его в ответ, — все ее защиты и, возможно, одежда будут сняты.

Айша посмотрела на симпатичный фасад здания ресторана, собравшись с духом, ступила на тротуар. Вокруг ее лодыжек вился подол ее платья до щиколоток, с длинными рукавами в белых и фуксиевых тонах, с черной окантовкой по вырезу. Она прикоснулась к тонкому черному кожаному поясу на талии, словно проверяя, все ли в порядке. Это было консервативно, но очень стильно. Присобранные с боков волосы красивой пышной волной легли на спину, макияж она сделала неброский. Айша выглядела прекрасно, но знала, что ее мама и сестры найдут, за что ее покритиковать.

Они всегда так делали.

Прия и Оскар стояли в дверях ресторана и выглядели именно так, как должны выглядеть: чрезвычайно успешная, красивая пара, у которой дела идут отлично. После того как Оскар обнял Айшу, Прия взяла ее за обе руки и затанцевала на месте. — Разве это место не фантастическое? Я не могу поверить, что нам удалось его забронировать.

Айша оглянулась через плечо на оживленный бар и лаунж-зону и увидела голливудскую знаменитость за одним из столиков. «Бинта» вибрировала энергией и, судя по смеху и гулу разговоров, выглядела как веселое место.

Может быть, когда вся ее семья соберется здесь, она сможет спрятаться в толпе и заказать один из всемирно известных коктейлей «Бинты». Что-нибудь цитрусовое, чудесное и крепкое. Ей это понадобится, в этом она не сомневалась.

— Все наверху. Мы просто ждем пару гостей, а потом присоединимся к вам. — Прия увидела, как Айша поморщилась, и быстро добавила: — Ты можешь подождать с нами внизу.

— Я подожду.

Прия снова сжала ее руку, прежде чем отвернуться, чтобы поприветствовать вновь пришедших. Айша отступила назад, прислонилась к стене и наблюдала, как люди, одетые в дизайнерскую одежду, почти непрерывным потоком следовали мимо них в бар на первом этаже. Ей понравилось, как распахиваются двери, ведущие во внутренний дворик, отделенный от дороги огромными арками. В ресторанном зале были расставлены растения в кадках, которые обеспечивали столикам некоторую приватность, но не скрывали вид на пляж и заходящее солнце. Да, это действительно уютное заведение мирового класса.

— Оскар и Прия, я полагаю?

«Паско? Как он здесь оказался?» Айша моргнула раз, другой, но перед ней определенно стоял Паско, одетый в костюм цвета берлинской лазури и белую рубашку с открытым воротом, коричневый кожаный ремень и дизайнерские туфли дополняли его костюм.

Прия вложила свою руку в его и улыбнулась.

— Паско, рада наконец с тобой познакомиться. Это мой муж, Оскар.

Паско пожал Оскару руку, прежде чем переключиться на Айшу.

— Айш, ты прекрасно выглядишь.

Айша хотела бы сказать ему что-нибудь в том же духе, но быстро спохватилась и сурово спросила:

— Почему ты здесь?

Паско огляделся и пожал плечами:

— Я бываю здесь раз в две недели, просто чтобы присмотреть за этим местом.

— Зачем тебе это делать? — не унималась Айша.

Паско перевел взгляд на Прию, и та закатила глаза.

— Когда ты сказала мне, что снова работаешь с Паско, я позвонила ему, представилась его бывшей невесткой и попросила порекомендовать хороший ресторан, в котором можно отпраздновать пятидесятилетие Оскара. Он предложил «Бинту» и разработал для нас специальное меню, — объяснила Прия.

Ее сестра никогда не сомневалась в своих действиях. Айша посмотрела на Паско и скорчила гримасу. Его ослепительная улыбка заставила ее смутиться.

— Извини, — одними губами произнесла она.

В ответ он лишь слегка пожал плечами.

Кусочки мозаики складывались в общую картину.

— Это тоже твое? — спросила она, имея в виду ресторан.

Прия и Оскар в этот момент отвлеклись, чтобы поприветствовать новых гостей.

— С партнером, — ответил Паско, окинул ее долгим взглядом с ног до головы и тихо присвистнул. — Ты действительно роскошно выглядишь, Айша.

Она боролась с желанием покружиться перед ним, как это сделала бы маленькая девочка. Видя восхищение и желание в его глазах, она почувствовала себя неотразимой. Затем вспомнила, что он провел последнюю неделю, снова игнорируя ее.

— Ты избегал меня. Почему?

Паско положил руку ей на талию и повел к лестнице.

— Честно?

— Да, конечно, — ответила Айша, думая о том, как чудесно ощущать его большую теплую руку на своем теле.

— Потому что каждый раз, когда я нахожусь в шести футах от тебя, мне приходится бороться с желанием схватить тебя в объятия и целовать до бесчувствия, — ответил он, когда они поднимались по лестнице.

— Я не знаю, что на это сказать, — призналась Айша после долгого молчания.

На верхней площадке лестницы Паско остановился и посмотрел на нее сверху вниз, печально улыбаясь.

— Я признаю, будет чудо, если нам удастся запустить этот ресторан. — Потом указал на дверь дальше по коридору. — Тебе туда.

Айша посмотрела на полуоткрытую дверь и поморщилась.

— Я, пожалуй, подожду Прию и Оскара здесь.

— Но твоя семья уже там. Кстати, ты очень похожа на свою маму, — заметил Паско.

— Они знают, что ты здесь?

Он покачал головой:

— Нет, я не считаю своим долгом представляться гостям. — Он нахмурился. — Они все еще злятся из-за того, что мы поженились?

— Когда речь идет обо мне, они всегда чем-то недовольны, — призналась Айша. Услышав шаги позади них, она повернулась и увидела Прию и Оскара, поднимающихся за другой парой вверх по лестнице.

Она изобразила улыбку, глядя на Паско, и ткнула ему в грудь указательным пальцем.

— Мы должны поговорить, поработать. Почему бы нам не встретиться в очень людном месте на следующей неделе и не прошерстить весь проект?

Паско кивнул, криво улыбнувшись:

— Да, хорошо. — Он посмотрел в сторону отдельной столовой. Костяшки пальцев скользнули по ее скуле. — Если тебе понадобится помощь, позвони.

— Спасибо, со мной все будет в порядке. Я не собираюсь оставаться здесь дольше часа, максимум двух. Паско поцеловал Айшу в щеку, и она сделала вид, что не заметила, как ее сестра присвистнула, когда он уходил. Пристально посмотрев на Прию, Айша увидела миллион вопросов в ее глазах и приложила палец к рубиново-красным губам Прии.

— Ни единого слова, Прия, я серьезно.

Прия кивнула, но, как только Айша опустила палец, слова сами собой сорвались с ее губ:

— Один вопрос, только один! Какого черта ты отпустила этого великолепного мужчину?!

«Причин, — подумала Айша, — много, очень много причин».

Глава 6

Паско стоял у служебной двери, ведущей в отдельную столовую, не сводя глаз с Айши. Менеджеры «Бинты» блестяще справлялись со своей работой, и вмешательство босса, к счастью, не требовалось, тем более что он с тех пор, как появилась Айша, был не способен заниматься делами. Он думал только о бывшей жене.

Никому, ни до нее, ни после, не удавалось так завладеть его мыслями.

Паско отошел в сторону, пропуская официанта с подносом суши, и тут же снова вернулся на прежнее место, чтобы видеть Айшу, которую окружила семья. Прошло минут пятнадцать с тех пор, как она присоединилась к этой компании, а еще не сказала ни слова. Судя по ее словно высеченному из камня лицу, на котором застыла улыбка, она уже получила пару словесных ударов.

Любой, кто способен быть достаточно внимательным, мог увидеть страдание в ее глазах, ее напряжение. Это было заметно по сгорбленным плечам и по тому, как она крепко сжимала бокал с шампанским.

В отличие от всех остальных Айше было совсем не весело.

Черт бы побрал такой праздник! Он больше не мог стоять здесь и смотреть, как она страдает. Развернувшись, он прошел по короткому коридору и вошел в очень оживленную кухню, поймал взгляд шеф-повара, требовательно спросил:

— У тебя все в порядке?

— Абсолютно.

— Прекрасно. Вы не видели Дженну?

Старший из двух дежурных менеджеров ответил, что она в кладовой. Как раз в этот момент появилась Дженна с бутылками рома в руках.

— У нас разминка с «Мохито», — весело сообщила она ему.

— Превосходно, — ответил он и задумчиво провел рукой по волосам, чувствуя себя неловко. — Сможете ли вы и Сбу справиться, если я уйду?

Она кивнула:

— Конечно.

— Я буду на телефоне, если понадоблюсь.

Дженна одарила его улыбкой:

— Босс, мы часто управляем этим заведением сами. У нас все будет в порядке, я обещаю.

Он привык быть в курсе всех дел, сам все контролировать и всюду успевать. Но сейчас Айша нуждалась в нем, а его бизнес — нет.

— Спасибо. Позвони мне…

— Это не понадобится, — заверила его Дженна, уходя.

Паско вынул телефон из кармана куртки и набрал номер Айши. Его пальцы порхали по экрану, когда он набирал сообщение.

«Я заметил, что тебе не очень весело, поэтому посылаю к тебе официанта. Он проводит тебя на парковку для персонала, где я буду ждать. Не заставляй меня идти за тобой, потому что ты знаешь, я это сделаю».

Айша пришла на небольшую автостоянку позади «Бинты» и увидела Паско, прислонившегося к своему «МакЛарен Артура». Ее глаза встретились с его, и она сделала глубокий вдох, едва вспомнив, что нужно поблагодарить официанта за то, что он показал ей дорогу. «Он такой потрясающий мужчина», — подумала Айша, подходя к бывшему мужу. Уверенный в себе, гипермужественный, альфа до мозга костей. Умный, симпатичный и подтянутый, у этого мужчины есть все. Можно ли ее винить за ее эротические фантазии?

Зажав клатч под мышкой, она пересекла небольшую автостоянку, не сводя глаз с Паско, когда он обошел капот своей машины, чтобы открыть для нее пассажирскую дверь.

— Ты в порядке?

Она хотела солгать, но не смогла.

— Теперь лучше.

Айша устроилась на пассажирском сиденье, и сразу же Паско сел рядом с ней. Его присутствие рядом заставляло ее чувствовать себя увереннее и придавало сил. Она повернула голову, чтобы посмотреть на него, и обнаружила, что он наблюдает за ней. По прошествии, как ей показалось, нескольких минут она смогла улыбнуться.

— Разве ты не должен работать? — спросила она.

— Честно говоря, это место так хорошо организовано, что я, пожалуй, даже мешаю персоналу.

— Это не похоже на тебя, ты ведь любишь сам все контролировать, — заметила Айша.

— «Бинта» не нуждается во мне, а ты нуждаешься.

Глаза Айши расширились от удивления. Он предпочел ее работе? Что происходит?

— Я была со своей семьей, — заявила Айша, сохраняя непринужденный тон, — а не стояла перед расстрельной командой.

— Не пытайся убедить меня в том, что тебе было там уютно, — возразил Паско, нажимая кнопку пуска на своей машине, и двигатель с ревом ожил.

— Я ненавидела каждую минуту, которую там находилась, — призналась Айша, когда он выехал со стоянки на главную дорогу.

Айша наблюдала, как головы поворачиваются в их сторону, и заметила оценивающие взгляды, которые вызывала его модная машина.

— Куда мы направляемся? — спросила она, полуобернувшись к нему лицом.

— Куда-нибудь, где мы сможем поговорить.

— В публичной или частной обстановке? — уточнила Айша. Она пожала плечами, когда он резко повернул голову. — Да ладно, Па, мы оба знаем, что если окажемся где-нибудь наедине, то не будем разговаривать.

Паско снова обратил свое внимание на дорогу, и Айша увидела, как напряглись его челюсти.

— В публичной, черт возьми!

Десять минут спустя он заехал на стоянку примерно в пятистах метрах вниз по дороге от «Бинты». Открыв перед ней дверь, он взял ее за руку и повел через оживленную улицу к небольшому старомодному двухэтажному дому пыльно-розового цвета. На веранде стояли столики, и официанты суетились вокруг. Паско проигнорировал ступеньки, ведущие на веранду, повел ее вокруг дома и вверх по стальной лестнице. Он нажал на кнопку дверного звонка, и через несколько секунд дверь со щелчком открылась.

Привлекательная женщина, одетая в короткое черное коктейльное платье, улыбнулась им:

— Привет, Паско.

— Буси.

Паско расцеловал ее в обе щеки и только потом представил Айшу.

— Все занято сегодня вечером?

— Большинство завсегдатаев на коктейльной вечеринке в «Вейне», так что нет.

Айша отошла от Паско и Буси и вышла на веранду, любуясь обширной панорамой океана и неба. Здесь открывался потрясающий вид на горы Львиная Голова и Двенадцать Апостолов, а также на пляж.

— И это тоже принадлежит тебе? — спросила Айша, когда они расположились за столиком,

Паско послал ей медленную улыбку.

— Нет. Именно поэтому я могу здесь расслабиться. — Он поднял свой бокал и чокнулся им о ее бокал.

— Твое здоровье.

Айша ответила ему таким же пожеланием, сделала большой глоток и облегченно вздохнула, оценив чудесный напиток. Она всхлипнула и обхватила бокал обеими руками.

— Боже, ты не представляешь, как сильно мне это было нужно!

— Так что там у тебя с семьей?

— Все мои сестры — научные сотрудницы, как мои родители, и очень уважаемые ученые, все читают лекции в университете. Они невероятно умны, а я нет. Они видят успех в академических достижениях, а я нет, я их подвела.

— Это совершенная чепуха, Айша. Ты — на редкость организованная и талантливая личность. И потом, у тебя есть степень магистра.

— В бизнесе. Это одна из самых распространенных программ для аспирантов в мире, и в ней нет ничего особенного. Мои сестры — врачи и ученые, которые, как часто напоминают мне мои родители, меняют жизнь людей к лучшему. Я этого не делаю. Он серьезно и пристально посмотрел на нее:

— И это еще не все, как я понимаю,

Айша сделала еще один глоток из бокала и откинула голову на спинку дивана.

— Они такие, знаешь, пассивно-агрессивные. Я не могу с ними справиться. Иногда мне просто хочется, чтобы они кричали, обвиняли, высказались, наконец, прямо. Но нет, они выражают свое неодобрение иносказаниями, подчеркиванием своих успехов и пренебрежением ко всему, что, с их точки зрения, не заслуживает уважения, в том числе моя работа.

— Но с Прией, похоже, у тебя хорошие отношения.

— Да. Она никогда не дарила мне экземпляры «Математики для чайников» на день рождения или фотографии в рамках, на которых запечатлены мои сестры в день защиты диссертации. И она была единственной, кто принял мою сторону, когда…

— Ну, что же ты, милая, не молчи, рассказывай.

Она отхлебнула из бокала и полуобернулась к нему. Смотреть на Паско было приятно.

— После того как я сказала им, что мы развелись, им потребовалось много времени, чтобы связаться со мной, и это сделала только Прия, больше никто. Так или иначе, два года спустя линии связи открылись, но было совершенно очевидно, что если раньше я была просто разочарованием, то теперь опустилась ниже некуда.

— Мне очень жаль.

Она пожала плечами и смахнула набежавшую слезу.

— Пять лет назад у моих родителей была сороковая годовщина свадьбы, я накопила денег, купила им билеты в гости ко мне в Лондон и на турне по шести разным городам Европы. Четырехзвездочные отели, частные туры и тому подобное — все это обошлось мне в чертову кучу денег.

— И что случилось? — мягко спросил Паско, положив свою большую руку ей на бедро. Это было так же хорошо, как и то, что она положила голову ему на плечо.

— Примерно за месяц до того, как они должны были ехать, Рейка, сестра чуть старше меня, обручилась. И, как ни странно, единственный день, когда она смогла устроить вечеринку по случаю помолвки, был прямо посреди поездки моих родителей. Я умоляла ее перенести празднество. Она хотела, чтобы я изменила даты поездки моих родителей, но я не могла. Я уже заплатила за все, менять было поздно и невероятно дорого. У меня просто не было лишних денег.

— Как долго они должны были отсутствовать?

— Всего месяц.

Паско отстранился, нахмурившись.

— Она не хотела отложить вечеринку по случаю помолвки на месяц?!

Айша покачала головой:

— Нет. Две старших сестры поддержали ее, только Прия встала на мою сторону, но мои родители были вынуждены выбирать.

— И они выбрали вечеринку по случаю помолвки, которую можно было отложить, — заявил Паско. — Сильно.

Айша потянулась за своим напитком.

— Сегодня вечером я впервые за последние десять лет встретилась со всей семьей. Судя по тому, как они вели себя, я никогда не была замужем, Рейка не была законченной сукой и я не потеряла кучу денег.

Паско провел рукой по ее волосам.

— Я тебе очень сочувствую.

Айша пожала плечами и попыталась улыбнуться. Она откинулась назад и прислонилась к Паско. Впервые за этот день она немного расслабилась. Для нее это был маленький кусочек рая. «Маргарита» была холодной, заходящее солнце все еще грело, а перед ней открывался потрясающий вид. И на этот раз она не была окружена электронными таблицами и списками, размышляя о том, что делать дальше.

Айша сбросила туфли, пошевелила пальцами, глубоко вздохнула и закрыла глаза. Она давно не чувствовала себя такой умиротворенной.

— Почему ты ушла от меня?

Айша вскочила и резко обернулась, чтобы посмотреть на него. Паско сделал глоток виски и поморщился, увидев, как ссутулились ее плечи.

— О, это неожиданный вопрос. Почему ты спрашиваешь меня об этом сейчас, десять, почти одиннадцать лет спустя?

«Так уж получилось», — подумал он.

— Почему, Айша? Ты оставила мне чертову записку и больше ничего.

Стыд мелькнул в ее глазах, но через секунду его сменило раздражение.

— Паско, я пыталась поговорить с тобой, объяснить, что я несчастлива, что я не вижу тебя, что мне одиноко.

— Я работал, Айша! Пытался обеспечить нам достойную жизнь.

Она глубоко вздохнула, и, когда заговорила, ее голос был спокоен. Во всяком случае, спокойнее, чем у него.

— Но в том-то и дело, Паско, что ты пытался создать жизнь для меня, для нас, но без меня. Мы должны были делать это вместе. Ты принимал все решения, ты строил для нас будущее, в котором я не имела права голоса, отчасти потому, что я тебя почти не видела, а когда видела, мы редко разговаривали. Мы строили планы, но они всегда проваливались, потому что твоя работа всегда была на первом месте. А я где-то на заднем плане. Я чувствовала себя гостем в твоей жизни.

Он потрясенно уставился на нее:

— Почему ты не сказала, что хочешь уйти от меня? Почему ты не дала мне шанс все исправить? — Па, я пыталась, много раз. Но ты всегда говорил, что слишком устал, чтобы разговаривать, менял тему или соблазнял меня. Те несколько раз, когда я заставляла тебя выслушать меня, мое несчастье нисколько не уменьшили, потому что твое поведение никогда не менялось. Ты не приложил усилий, чтобы дать мне то, в чем я нуждалась. — Айша беспомощно пожала плечами. — Ты устроился на работу в Лондоне, не посоветовавшись со мной. Ты принял серьезное решение — переезд в другую страну, — но ты принял его без меня. Это доконало меня, доконало нас.

Он принимал решения, планировал их жизнь и был совершенно уверен, что поступает правильно. Его мотивы были оправданны — обеспечить их семье и детям, которых он хотел иметь с ней, безопасную жизнь.

— Я совершил так много ошибок с тобой, Айша, прости меня.

Она потрясенно посмотрела на него, и Паско понимал почему: не в его привычках было в чем-то раскаиваться, тем более просить прощения. Он скорчил гримасу.

— Я готов взять на себя ответственность за ту роль, которую сыграл в разрушении нашего брака.

Она неуверенно улыбнулась ему, явно застигнутая врасплох его извинениями.

— Но ты могла бы, по крайней мере, сказать мне, что уходишь, что хочешь развестись. Ты должна была сказать мне это в лицо.

К его удивлению, Айша кивнула в знак согласия:

— Да, теперь я это понимаю. Я неправильно поступила и сожалею об этом.

Ее искренность удивила его. Они были так молоды и совершили так много ошибок: один из гордости и упрямства, другая из-за страха, одиночества и неуверенности. Паско поймал ее взгляд и попытался улыбнуться.

— И что же мы будем делать дальше, Айш?

Айша положила руку на его предплечье и сжала. — Мы не можем вернуться, Паско, но я бы хотела, чтобы мы были друзьями.

А он думал о том, что ему трудно быть ее другом, каждую минуту испытывая желание обнять ее и целовать, ласкать ее прекрасное тело. Он хотел, чтобы Айша обхватила его бедра своими длинными ногами и застонала от наслаждения, когда он проникнет в нее. Он хотел не дружить с ней, а любить ее.

Бывшие супруги смотрели на закат, и час обернулся двумя, затем тремя, пока они делились друг с другом, как жили последние десять лет, по молчаливому соглашению обходя темы, касающиеся их брака и развода. Он рассказал ей о своем бизнесе, о жизни в Нью-Йорке и Лондоне. Она ему — о своем повышении и о том, как сильно ей хочется занять эту должность, иметь собственный дом, в котором ей будет уютно. Они говорили о музыке и книгах, даже о политике, с удовольствием смеялись и шутили.

Молодые люди поужинали морепродуктами и выпили бутылку вина, а когда поднялся холодный ветер, вошли внутрь и сели за барную стойку. Паско наблюдал, как Айша ела щедрую порцию тирамису. Около одиннадцати они вышли из ресторана и побежали через дорогу к его машине, смеясь оттого, что ветер задрал ее платье до колен и бросил волосы ей в глаза.

Айша наблюдала, как Паско обходит капот машины. Вот он остановился, чтобы сунуть бездомному немного наличных, затем извлек телефон из внутреннего кармана куртки, поймал ее взгляд через ветровое стекло и поднял палец, прося дать ему минуту.

Кивнув, она закрыла глаза. Они провели с Паско действительно прекрасный вечер, но у нее разболелась голова от напряжения, пережитого с семьей.

Что за ночь! Она знала, что вечер с бывшим мужем будет непростым, но она не предполагала, что у нее с ним произойдет откровенный разговор.

И конечно, не ожидала, что он попросит прощения, от этого воспоминания у нее потеплело на душе. Они оба совершали ошибки. Став взрослой, приобретя жизненный опыт, Айша понимала, что они были слишком молоды, чтобы создать семью, слишком импульсивны, опьянены желанием и наивны в своей вере, что любовь может победить все.

Она была рада, что они поговорили о своей жизни, о том, что их тяготило. Оба могли бы доверить друг другу больше, но, пожалуй, достаточно и того, что было сказано. Ну что изменилось бы, если бы бывшие супруги глубоко погрузились в прошлое? Ничего.

Айша увидела перемены в Паско. Хорошие перемены. И разве не в этом смысл жизни? Расти и меняться, приобретая все больше мудрости? Паско стал более вдумчивым, более внимательным. Она любила его тогда, но сегодня он нравился ей больше, чем прежде. Глядя на него, Айша против воли вспоминала их жаркие объятия, горячие руки на своем теле, смелые ласки, которые сводили ее с ума, поцелуи, которыми он осыпал ее тело.

У нее не было опыта общения с другими мужчинами, она открыто признавала это, но чувствовала, что бывший муж действительно хочет ее. Хотя она не возражала против того, чтобы они были друзьями, это облегчило бы жизнь, но ей больше нравилась мысль о том, что они любовники, точнее, временные любовники. Пара ночей здесь и там, чтобы унять желание и удовлетворить свое любопытство относительно того, соответствуют ли ее воспоминания реальности.

Это настоящее безумие. Ей нужно работать, заслужить повышение по службе. У нее нет ни времени, ни сил на любовную интрижку.

Но, как ни старалась Айша, не могла выкинуть из головы воспоминание об их совместной жизни. Что бы он ответил на предложение повысить их статус с друзей до любовников? Подумав так, она почувствовала, как ее тело затрепетало, и поняла, что это не самая удачная идея. Их отношения с Паско никогда не были простыми, а сложности ей ни к чему. И все же…

Айша тряхнула головой, отгоняя неуместные мысли.

Паско закончил разговор, сел за руль и закрыл дверцу, потом повернулся, чтобы посмотреть на нее, и их взгляды встретились.

Его глаза горели желанием. Он склонился к ней и прижался губами к ее губам. Его рот был таким же требовательным, как ее, и мир исчез, все ее существование сузилось до их губ и его теплой руки на ее бедре. Его язык проник в ее рот, лаская ее язык, обещая еще большее наслаждение.

Айша ответила на его поцелуй со всем накопленным за годы жаром. Она запустила пальцы в его волосы, другой рукой, скользнув под воротник рубашки, гладила его шею. Услышав стон Паско, на мгновение отстранилась, посмотрела на него и снова припала к его губам в поцелуе. Его рот был горячим, пряным от виски, и у нее кружилась голова от его пьянящего запаха. Ее страсть разгоралась все больше и больше. Ей хотелось снова, как в юности, исследовать его большое, сильное тело. Как она могла так долго обходиться без него? Как она выжила без этого удовольствия, без его рук на своем теле, заставляющих ее чувствовать себя соблазнительной, дикой и женственной?

Рука Паско обхватила ее грудь, большой палец коснулся соска, и она потянулась со своего места, отчаянно желая быть ближе. Рычаг переключения передач врезался ей в бедро, и она мысленно прокляла тесноту автомобиля. Внезапно Паско отстранился и провел рукой по лицу.

— Что? — со сбившимся дыханием спросила Айша.

— Я не могу позволить себе взять тебя здесь и сейчас.

— И я не могу позволить тебе это, — призналась Айша. Она положила руку на его бедро и прерывисто вздохнула. — Ты так восхитительно целуешься, я и забыла, насколько ты хорош.

— То же самое могу сказать о тебе, милая. — Паско прижался губами к ее губам, но, предупреждая новый «приступ» их бурных ласк, положил руки ей на плечи и подтолкнул ее обратно на сиденье.

Айша мечтательно смотрела на проезжающие мимо машины, на пешеходов на тротуаре. Ее рука оставалась на бедре Паско. Никуда не деться от того, что ей нравится прикасаться к нему.

Паско схватил ее за руку и не отпускал ее пальцы. Она медленно повернула голову, чтобы посмотреть на него.

— Тебе это не нравится?

Он изобразил не то улыбку, не то гримасу.

— Мне это слишком нравится, и я изо всех сил стараюсь удержать твою руку.

— Ты хочешь меня, — пробормотала она.

— Безумно, — прорычал Паско, сжимая ее пальцы. — Я никогда не занимался любовью в тесных машинах в общественных местах, но ты сводишь меня с ума.

Сильнейшее желание вспыхнуло в ней от его охрипшего голоса. Он был таким сексуальным мужчиной, и осознание того, что он хочет ее, взволновало молодую женщину до глубины души. Ее сердце бешено колотилось, грудь тяжело вздымалась. И это было только от поцелуя Паско. Что же с ней будет, если он займется с ней любовью?!

Айша повернулась на своем сиденье, чтобы посмотреть на его красивый профиль, и ее сердце пропустило удар.

— У тебя ведь есть дом где-то здесь, верно?

Он резко повернул голову, чтобы взглянуть на нее, в его глазах загорелась надежда.

— Моя квартира во Френе находится примерно в десяти минутах езды отсюда, если я буду ехать быстро.

— Жми на педаль, Па.

Он нежно сжал ее подбородок своей большой рукой и посмотрел ей в глаза:

— Если я отвезу тебя домой, ты будешь голой через десять секунд после того, как я введу тебя в свою парадную дверь, милая.

Она схватила его за запястье и послала ему, как она надеялась, соблазнительную улыбку.

— Что ж, я не прошу тебя отвезти меня домой и играть со мной в скрэббл.

Паско запечатлел на ее губах страстный поцелуй, прежде чем отстранился и запустил мощный двигатель своего автомобиля. Выехав задним ходом с парковки, он умело и быстро проехал по все еще оживленным улицам к роскошному пригороду Френа.

Они добрались до его дома за семь минут.

Глава 7

Паско припарковал машину в одном из четырех отсеков своего гаража и повел свою бывшую жену к входной двери. Айша ускорила шаг, чтобы не отставать от него, смеясь, когда он неуклюже вводил код, чтобы открыть свою восьмифутовую входную дверь. Наконец дверь со щелчком открылась. Паско подтолкнул Айшу внутрь, ногой захлопнул дверь, и сразу в холле зажегся свет.

Вместо того чтобы потянуться к женщине, он сунул руки в карманы брюк и уставился на нее, его взгляд метался от ее рта к глазам и обратно. На его челюсти дрогнул мускул, и она видела напряжение в его широких плечах, в том, как он держал свое большое тело.

Почему он просто стоит и смотрит на нее? Если он не поцелует ее сию же минуту, она может потерять самообладание…

Айша потерла рукой бедро, внезапно занервничав.

— Что с тобой? Ты словно остолбенел.

— В те времена обычно я всегда был инициатором в любовных отношениях. Тебе ничего не стоит завести меня. Я хочу тебя так безумно.

Айша шагнула вперед, но остановилась, когда он поднял руку, и нетерпеливо подняла брови, глядя на него. В его глазах промелькнуло сомнение.

— Ты уверена? — спросил он. — Потому что, если ты решилась, знай, я не отступлю.

Айша не сомневалась, она хочет этого великолепного мужчину так сильно, что просто не сможет передумать. Плохо это или хорошо, ей было все равно. В кои-то веки она собирается воспользоваться моментом, плыть по течению, лететь к чертовой матери — все что угодно, лишь бы лежать в его объятиях. — Айш…

Нерешительность все еще таилась в его глазах. — Заткнись, Па.

Глаза Паско не отрывались от ее глаз, когда она шагнула к нему, чтобы скользнуть рукой под его пиджак, туда, где бьется сердце. Оно гулко стучало. Она провела рукой по его груди, восхищаясь мускулами, жаром, исходящим от него.

Он оставался неподвижным, как статуя, когда Айша стянула пиджак с его плеч, позволив ему упасть на пол. Она посмотрела на него снизу вверх и встала на цыпочки, чтобы скользнуть губами по его губам, прежде чем вытащить его рубашку из-за пояса брюк. Мучая их обоих, медленно расстегнула пуговицы на его рубашке и раздвинула ее, прижимаясь ртом к его коже.

Ее руки скользнули вверх по плечам, когда она поцеловала его сосок и провела носом по светлым волоскам на широкой груди, вытащила его руки одну за другой из карманов и залюбовалась ими, большими и сильными. Он по-прежнему не шевелился, а ее пальцы двигались к пряжке его ремня. Она подняла взгляд, и напряженность в его зеленых глазах послала электрический разряд сквозь нее, воспламенив ее тело.

— Прикоснись ко мне, Па, мне нужно, чтобы ты это сделал, — попросила Айша, поднимая руку, чтобы коснуться его лица.

И он внял ее просьбе, обняв за талию и притянув к себе, завладел ее ртом в страстном, жадном поцелуе. Айше нравилось это, нравилось желание, которое она ощущала во всем его теле.

Не прерывая поцелуя, она стянула рубашку с его плеч и засмеялась, когда рукава застряли на его запястьях. Паско выругался и разорвал свои манжеты, пуговицы со звоном разлетелись по полу холла. Освободившись, он снова завладел ее ртом и задрал ее длинное платье, издав стон удовольствия, когда его рука легла на ее бедро. Потом уткнулся лицом в ее волосы и произнес:

— Ты такая приятная на вкус и на ощупь.

Он стал покрывать поцелуями ее шею, груди поверх бюстгальтера. Айша торопливо расстегнула пояс, стянула с себя платье и отбросила его в сторону. Теперь она стояла в его прихожей в узких черных трусиках и кружевном прозрачном бюстгальтере и смотрела, как темнеют от вожделения глаза Паско. Он медленно, очень медленно оттянул край одной кружевной чашечки бюстгальтера в сторону и залюбовался ее грудью, затем наклонился и обхватил губами сосок. Она застонала и запустила пальцы в его волосы, выгибая спину. Паско выпрямился и прижал большой палец к ее нижней губе.

— В спальню, сейчас же.

Но она не могла ждать так долго.

— Здесь, немедленно.

— Ты уверена? — спросил ее Паско. — Если мы останемся здесь, это будет очень быстро и стоя.

Она кивнула. Это было то, что ей нужно в этот первый раз с ним: горячий, быстрый и дикий секс. — Это то, чего я хочу.

Паско кивнул и полез в задний карман за бумажником. Он вытаскивал карты и наличные, пластик и банкноты падали на пол, пока он искал презерватив. Наконец, нашлось то, что нужно. Паско бросил кожаный бумажник и потянулся к Айше, скользнув руками под ее трусики.

Его поцелуй был всепоглощающим, безграничным, и Айша растворилась в нем. Но это не помешало ей расстегнуть его ремень, затем молнию. Она просунула руки внутрь, и там был он, горячий и такой твердый.

С этого момента время остановилось, их руки жадно скользили, лаская, заново узнавая друг друга. Они не стали тратить время на то, чтобы раздеться полностью, ее трусики были сдвинуты в сторону, его брюки упали до середины бедер, ровно настолько, чтобы он мог двигаться. Айша натянула презерватив на его возбужденную плоть, и через секунду после этого Паско подхватил ее под ягодицы, она обняла его талию ногами, и он вошел в нее одним движением.

Паско застонал и прислонил ее спиной к ближайшей стене, прижавшись лбом к ее лбу. Он двигался в ней, и она отвечала, еще больше возбуждая его и себя. Они наслаждались друг другом, это было упоение страстью, любовью и нежностью. Айша ахнула, когда он вошел в нее глубже, сжала бедра и внутренние мышцы, надавила вниз и тут же достигла вершины наслаждения.

Как же она по нему скучала. Скучала по нему в своем теле. И в своей жизни.

Рано утром следующего дня Айша оставила Паско спать в его огромной кровати, надела его рубашку, прошла через огромную спальню, миновала маленькую гостиную, посмотрела направо и обомлела, замерев.

Как она могла этого не увидеть?

Небо, окрашенное оттенками розового и фиолетового, было прекрасно, волны бились о камни, создавая особенное настроение. Очарованная волшебством чудесного утра, Айша подошла к бескаркасным складным дверям, отыскав нужную кнопку, нажала на нее, и двери открылись без малейшего шума.

Ей хотелось побыть одной, постоять в утреннем свете и насладиться великолепным видом. Она вышла во внутренний дворик, обошла длинный бассейн, остановилась на мгновение, окунула ступню в воду и убедилась, что она подогрета. Из квартиры Паско открывался великолепный вид на море, белый песок и невероятной красоты африканское небо. Айша оперлась локтями о стеклянную балюстраду и узнала пляж справа от себя, это был пляж Мозеса — прекрасное место.

Единственное, что могло бы улучшить этот вид, — это чашка кофе.

Восхитительный восход или нет, но невозможно обойти тот факт, что прошлой ночью она переспала со своим бывшим мужем, с которым должна работать в течение следующего месяца. Они начали в коридоре, перешли в гостиную открытой планировки — она вспомнила массивные кремовые диваны и выдающиеся, яркие произведения искусства — и, наконец, добрались до его спальни. Господи, она даже делила с ним душ, обмениваясь долгими томными поцелуями и предаваясь самым смелым ласкам.

Айша легонько ударилась лбом о край стеклянной балюстрады, гадая, не сошла ли она окончательно с ума. О чем она только думала? И думала ли вообще?

У настоящего профессионала нет времени на интрижку, на любовника. Айша не может позволить себе отвлекаться, особенно теперь, когда так близка цель, которую она поставила перед собой и не собирается отступать.

Айша посмотрела на циферблат больших мужских часов на своем запястье, было чуть больше шести, и подумала о том, чтобы вызвать такси, заехать к Прие, там забрать свою машину, а затем отправиться обратно во Франсхук. Надо было избежать встречи с Паско. Совершенно необходимо провести немного времени на расстоянии друг от друга, просто прийти в себя.

Айша скривилась, глядя на все еще великолепное, но уже посветлевшее небо, и вздохнула. Сейчас она потихоньку наберется смелости, вернется в спальню, разбудит его — но только после чашки кофе или трех — и объяснит, что эта ночь была ошибкой и эту ошибку не нужно повторять. Они будут работать вместе, поэтому должны поддерживать чисто деловые отношения. Ей нельзя отвлекаться, у нее есть цель — добиться повышения, купить дом, устроить свою жизнь.

Она усвоила один урок от Паско: наряду с тем, что никогда не следует принимать поспешных решений, любовь мешает карьере, и это означает, что дело должно быть на первом месте.

В конце концов, он именно так и поступал.

— Красивый восход.

От его низкого, бархатного голоса по коже Айши побежали мурашки. Она обернулась, чтобы посмотреть на него. Паско стоял в дверях гостиной открытой планировки с двумя дымящимися кофейными чашками в руках. На нем были легкие хлопчатобумажные брюки, бледно-серая футболка облегала широкую грудь. Его золотисто-каштановые волосы выглядели растрепанными, трехдневная щетина этим утром стала гуще, а на правой щеке остался след от подушки.

Он выглядел потрясающе.

Паско обошел шезлонги, подошел к Айше и сунул ей в руки чашку, подняв свою в безмолвном тосте.

— Раньше было красивее, с прожилками темно-розового, пурпурного и золотого, — сообщила ему Айша и кивком поблагодарила за кофе.

Паско сделал глоток, прежде чем ответить.

— Думаю, это лучшее место для того, чтобы любоваться восходом солнца, даже лучше, чем Столовая гора. Помню, как зашел к школьному другу, он жил в этом районе, мне было лет десять или одиннадцать, и увидел такой восход солнца. Я тогда поклялся, что когда-нибудь у меня будет собственный дом прямо на пляже.

Айша посмотрела через балюстраду на камни внизу. Да, если Паско определил для себя цель, ни за что не отступит.

— Я видел закат раньше, проснулся, когда ты встала с кровати, — признался Паско. — Я наблюдал за тобой последние пятнадцать минут.

Пока она думала, что ему сказать, он снова заговорил:

— Итак, когда ты собираешься поговорить со мной о правилах, сказать мне, что вчерашняя ночь — не очень хорошая идея, что мы коллеги, которые не должны усложнять себе жизнь любовными отношениями?

Боже! Она ненавидела, когда он читал ее мысли. Она боролась с желанием либо стукнуть его, либо поцеловать и стереть это всезнающее выражение с его лица.

— Мне нечего добавить, ты все сказал за меня, — ответила она, довольная своим сверхразумным тоном. — Мы взрослые люди, Айша, мы можем отделять секс от работы, — сказал ей Паско резким тоном. — Одно не имеет ничего общего с другим. — Разве ты не говорил, что избегаешь меня из-за того, что тебя влечет ко мне? Потому что ты продолжал думать о том, как бы затащить меня в постель.

— Справедливое замечание, — признал он.

Айша посмотрела на него поверх края своей кофейной чашки.

— У нас есть история, Паско, та, которую не стереть одной горячей, как огонь, встречей. Мы разведены, и одна ночь разговоров не избавит нас от прошлого. А нам нужно работать с тобой, наши личные отношения все усложнят.

Паско вздохнул и поставил свою чашку на балюстраду. Он нахмурился и провел рукой по лицу. — Ты хочешь еще раз поговорить о прошлом?

— Я вижу, что ты этого не хочешь, — парировала Айша.

— Что еще я могу сказать? Я был властным и надменным и не проводил с тобой достаточно времени. Ты не объяснила, в чем причина твоего несчастья, а потом сбежала, оставив только записку. Эйш, ребята не сильны в подтексте, мы не читаем между строк. Я прямолинейный парень. Я мог бы понять, насколько ты была несчастна, если бы ты усадила меня, посмотрела мне в глаза и все объяснила. Такие слова, как «я уйду, если ты не изменишь свое отношение ко мне», «я несчастна», «помоги мне разобраться с этим»… — Он пожал плечами. — Но может быть, из-за того, что я был слишком молод, или слишком тщеславен, или слишком ленив, мне было легче сказать себе, что все, из-за чего ты переживаешь, пройдет.

В немалой степени ей хотелось, чтобы Паско был во всем виноват. Но это было бы несправедливо. Айша смотрела, как волна покрывала скалы белой пеной, и собиралась с духом.

— Все в моей семье очень умны и эрудированны, Паско. Они также чрезвычайно рациональны, и, будучи учеными, ни один из них не руководствуется эмоциями. Я кукушка в гнезде. Мне было трудно выразить себя словесно, при этом я была ходячим сгустком эмоций. Я пыталась говорить с ними, но, поскольку мы подходили к вопросам с разных сторон — рациональное мышление против эмоционального, — редко понимали друг друга. По этой причине я стала уходить от разговоров, чувствуя себя ничтожной и очень глупой. Я научилась отключаться, держать свои мысли и чувства при себе. Не только с ними, но и со всеми. Наверное, я перенесла это в наш брак. Глупо было думать, что, если ты любишь меня, сам поймешь, что я переживаю.

— Зато у нас нет проблем с общением в деловой обстановке, — прокомментировал Паско.

— В первые дни работы в «Линтел энд эмп» меня прокатили с повышением, несмотря на то что я была чертовски хороша в своем деле, и прокатили не один раз, а дважды. Майлз, мой босс, отвела меня в сторону и сказала, что, если я хочу продвинуться, мне нужно научиться формулировать свои мысли и замыслы, лучше общаться.

Айша понимала, что должна все обдумать, и повернулась, чтобы уйти, но Паско удержал ее за край рубашки. Она резко обернулась и хмуро посмотрела на него:

— Что?

— Куда ты идешь?

— В дом, чтобы одеться, а потом вызвать такси. Я должна вернуться в «Сент-Урбан». У меня есть работа, которую нужно сделать.

— Ты злишься на меня, — разочарованно произнес Паско.

Ее подмывало сказать: «Да, злюсь», но врожденная честность не позволила ей этого.

— На самом деле я больше злюсь на себя, чем на тебя. — Она пожала плечами. — Я хотела бы сказать, в том, что наш брак распался, виноват ты, но теперь понимаю, что сыграла не меньшую роль. Это трудно принять.

Улыбка Паско была нежной, когда он заправлял ее волосы за уши.

— Мы можем препарировать прошлое, разбирать его по частям, но это ничего не изменит. Что, если мы решим простить друг друга, простим нас, более молодых и глупых, и будем двигаться дальше?

Она взяла его за руку.

— Паско…

Он наклонил голову, чтобы потереться носом о ее висок.

— Я не хочу ссориться с тобой, Айша. Мы были детьми, оба совершали ошибки. Но вот мы здесь, мы стали старше и, надеюсь, немного мудрее. Давай двигаться дальше, милая. — Он прижался своим лбом к ее лбу. — Мне так жаль, что я причинил тебе боль.

— И мне жаль, что я причинила тебе боль.

Айша вздохнула. Раны в ее сердце начали затягиваться. Она надеялась, что и его тоже.

— Давай проведем этот день вместе, — предложил Паско. Его губы коснулись ее губ. — Я хочу пить кофе и любоваться восходом солнца с тобой в моих объятиях. Потом хочу приготовить тебе завтрак и отвести обратно в постель. Подари мне сегодня, милая, один день, когда у нас не будет ни прошлого, ни будущего, ни забот, ни планов на будущее.

Он ее искушал. Это так соблазнительно. Она хотела этого не меньше, чем он. Провести день с мужчиной, от которого ее сердце учащенно бьется и кожу покалывает от желания, — верх баловства. Она не посещала спа-салоны, не брала отпусков, не устраивала вечеринок, только работала. И заслужила день счастья. Большая девочка могла себе это позволить и принять последствия.

— Давай, Айша, решайся, всего один день.

Когда он смотрел на нее вот так, она тонула в этих глубоких зеленых глазах, искушающих ее, она не могла устоять. И какая женщина смогла бы устоять?

После завтрака — пышных блинчиков с черникой, медовыми сотами, омлетом с беконом — и еще одного раунда захватывающих дух, томных, прекрасных занятий любовью Паско отнес ее в душ и сказал, что вернется через полчаса. Она приняла душ, натянула футболку с длинными рукавами, которую он оставил ей, забралась обратно в его кровать, уткнулась носом в его подушку и уснула.

Она проснулась через час и увидела кучу одежды в изножье кровати. Зевая, она порылась в ней, отыскала дизайнерские джинсы, белую мужскую рубашку на пуговицах, мягкую кожаную куртку, ремень, обувь, носки и даже нижнее белье. И размеры были точь-в-точь ее. Она оделась, неся сапоги на низком каблуке и носки, прошла по коридору в прихожую — эта стена всегда будет вызывать нежность в ее сердце — и попала в гостиную.

Светило солнце. Паско открыл все двери, ведущие в зону отдыха, и она могла слышать, как волны разбиваются о скалы внизу. Бодрствуя, а не в сексуальном тумане, она могла рассмотреть детали его изысканно обставленной квартиры, мягкие кремовые диваны с разноцветными подушками, огромный телевизор с плоским экраном, стеллажи с книгами. Скульптуры и картины, старинные и современные, много говорили о вкусах хозяина дома.

Бросив сапоги на персидский ковер, она прошла мимо десятиместного обеденного стола — снаружи был еще один — и обнаружила кухню для гурманов с первоклассной бытовой техникой и огромным холодильником.

Паско стоял у островка, умело нарезая овощи. Он улыбнулся ей, и Айша почувствовала, как ее сердце перевернулось.

— Разве у тебя нет помощников, чтобы нарезать овощи для тебя? — спросила она.

— Есть, но я предпочитаю держать руку на пульсе, — ответил Паско. Его нож продолжал работать, хотя он не сводил глаз с возлюбленной.

Скользнув на барный стул, она потянула носом, вдохнув аромат чеснока и трав.

— Что ты готовишь? Пахнет восхитительно.

— Я подумал, что проверю идею, которая пришла мне в голову по поводу одного рецепта, пока ты спала, — ответил он, наклоняясь через остров, чтобы быстро поцеловать ее в губы. Он оглядел ее и заметил: — Я рад, что одежда подошла.

— Спасибо, что приготовил ее для меня, — улыбнулась Айша. — Я верну тебе деньги.

Он проигнорировал ее предложение, и Айша оглядела квартиру.

— Это потрясающее место, Килдэр. Сколько спален?

— Три плюс кабинет, винный погреб, тренажерный зал и сауна наверху.

— Когда ты его купил?

Он высыпал нарезанный кубиками лук в кастрюлю, стоящую на изящной плите, встроенной в островок.

— Когда я продал свой дом в Нью-Йорке. Я пришел домой, поискал место на пляже, увидел этот участок и в тот же день связался с продавцом. — Таким образом, ты достиг еще одной из своих целей, — заметила Айша и налила себе из графина немного свежевыжатого апельсинового сока изумительного качества.

Паско кивнул, его мысли были далеко.

— Я думаю, дом, который я видел так давно, произвел на меня такое впечатление, потому что у семьи моего друга было так много всего, а у нас так мало. — Уголки его рта приподнялись в легкой улыбке.

Айша опустила свой бокал, пытаясь осмыслить его слова.

— Я не понимаю. Ты из состоятельной семьи, твой отец — один из самых богатых людей в долине, твоя мама — врач.

Паско помешал лук, положил ложку и оперся о столешницу.

— Человек, которого я называю своим отцом, которого считаю своим отцом, — на самом деле мой отчим. Я взял фамилию Джона в год, когда мне исполнилось тринадцать, когда перешел в среднюю школу. И да, он богат, но до того, как он женился на маме, мы временами были жестоко бедны.

— И все же не понимаю. Твоя мама — врач.

— Это ужасная история, Айша, — сказал он, очищая доску от луковой шелухи.

Раньше он не рассказывал ей о своем детстве, о семье, которую она не знала. И тот факт, что он рассказывал ей об этом сейчас, одновременно и радовал, и пугал ее. Не рассчитывает ли он на продолжение их близких отношений?

Паско встал, выключил плиту и вытер руки белоснежной кухонной тряпкой.

— Мой отец, также известный как донор спермы, изучал бизнес-менеджмент в университете, но бросил учебу на втором курсе. Вскоре после того, как мама окончила школу, они поженились, а через год после этого родился я. Моя мама была кормильцем в нашей семье, поэтому она работала, а мой папа оставался дома и заботился о нас и наших финансах.

Гнев и печаль вспыхнули в его глазах, и Айша подавила желание подойти к нему, чтобы утешить, но знала, что, если она это сделает, он замолчит.

После долгой паузы Паско заговорил:

— Моя мама зарабатывала хорошие деньги, а мой отец тратил их на бесконечные проекты обогащения. Он перепробовал все, от изготовления шнурков до продажи мобильных телефонов. У него был фургон с едой, потом мясная лавка. Он продавал монеты через Интернет и антикварную мебель.

— Похоже, он не умел зарабатывать деньги, — заметила Айша, стараясь, чтобы в ее голосе не прозвучало осуждения.

— Отец не мог ни на чем задержаться больше чем на минуту. Он занимал деньги, используя кредит моей мамы, открывал бизнес, а потом ему становилось скучно. Пару месяцев спустя он снова занимал деньги, история повторялась.

Айша склонила голову набок.

— Почему твоя мама не положила этому конец?

Паско потер затылок.

— Моя прекрасная, потрясающе умная мать становилась дурой, когда дело касалось моего отца. Она любила его слепо и безоглядно. Он промыл ей мозги, ограбил или обманул, заставив поверить, что любовь — это полное доверие. Самой глупой ошибкой в ее жизни, как она теперь признает, было то, что она дала ему доверенность на свои доходы. Для кого-то вроде моего отца это было все равно, что дать подростку кредитную карту без ограничений и высадить его в торговом центре. Ему удавалось скрывать от нее наши денежные проблемы в течение долгого времени, но я слышал его разговоры и понимал: что-то не так. Но он запретил мне беспокоить маму, объяснив, что у нее стресс, она устала и он сам обо всем позаботится. — Но он этого не сделал.

— Нет, не сделал.

— Что он натворил, Пас?

— Это был первый раз, когда она проникла под его безупречную внешность и захотела узнать, чем закончились его начинания.

Айша молчала, боясь спугнуть возникшее между ними доверие.

— Его кредиторы наконец-то добрались до него, — заявил Паско механическим тоном. — Мой день рождения за неделю до Рождества, и они устроили мне вечеринку по этому случаю. Я пригласил всех, кого знал, девушек, парней, старых друзей, новых друзей. Мы жили в хорошем доме… не шикарном, но в нем был такой большой бассейн, мы решили устроить вечеринку около него. Родители наняли диджея, и это была лучшая вечеринка в моей жизни… до тех пор, пока не ворвались сборщики долгов и не начали грузить нашу мебель.

Айша прижала руку ко рту.

— Боже!

— Они забрали все, что не было прибито гвоздями, все, что имело хоть малейшую ценность. Мой магнитофон и наша игровая приставка, картины, драгоценности, которые моя мама унаследовала от своих мамы и бабушки.

— Почему они забрали ее собственность? — возмутилась Айша.

— Мои родители были женаты с условием общей собственности, так что все было честно, — объяснил Паско. — Мы остались с нашими домашними животными, двумя кошками и тремя собаками, и по чемодану одежды на каждого.

— И все это произошло во время вечеринки? — в ужасе спросила Айша.

— Да, я помню ссору между диджеем и агентами по сбору платежей, потому что они пытались забрать его оборудование. Некоторые девочки плакали, мальчики смеялись. Одна из наших собак укусила перевозчика.

Паско попытался улыбнуться, но улыбка вышла невеселой.

— В конце концов, все убрались, и мы остались в этом доме, я не шучу, ни с чем. Даже чайника не было. Была еда, агенты сняли ее со столов на кухонный пол. Но ее нельзя было приготовить потому, что не было ни плиты, ни кастрюль, ни сковородок.

Айша в ужасе прижала руки к щекам.

— Как отреагировала твоя мама?

Гнев, горячий и яркий, вспыхнул в его глазах.

— Я никогда не забуду, как моя мама сидела на полу в своей пустой гостиной и смотрела на моего отца. Она спросила его, сколько денег осталось в банке, и он сказал, что у них перерасход. Она перечисляла все счета, и он каждый раз отвечал, что там ничего нет. Кредитные карты были исчерпаны. У него в бумажнике было немного наличных, у нее их не было. — Паско скрестил руки на груди и смотрел прямо перед собой. — Мы можем перестать говорить об этом сейчас?

— Расскажи мне, что было дальше, Па. Пожалуйста.

Он посмотрел на нее с отчаянием в глазах.

— Не могу, с меня хватит, — ответил он охрипшим голосом. — Я не думал годами и не говорил об этом с тех пор, как все случилось. — Он расправил плечи и потянулся к кастрюле на плите, вываливая содержимое в мусоропровод. — У меня начинается клаустрофобия, давай убираться отсюда.

Айша смотрела на широкое пространство террасы, на солнечный свет, струящийся в его квартиру, и чувствовала себя так, словно стоит на краю земли, легкая и свободная. Его дом был связан с землей, морем и небом, и в нем не было ничего, что могло бы вызвать клаустрофобию. Паско хотел убежать не из своего дома, а от своего прошлого, от воспоминаний. И она могла это понять. Теперь он был успешен, финансово обеспечен, но напоминание о том ужасном времени в его жизни заставило его нервничать.

Ей хотелось узнать больше, но она понимала: откровенность Паско давалась ему с трудом. Может быть, позже он расскажет ей, что было после той несчастной вечеринки.

Она кивнула и, когда он протянул руку, вложила свою в его ладонь.

— Куда мы направляемся?

— Все равно куда, лишь бы на вольный воздух. — Он указал на яркое солнце и чистое, глубокое голубое небо. — Сегодня прекрасный день, мы вместе прогуливаем, разве имеет значение, куда мы направимся?

Глава 8

Айша отломила кусочек рыбы и посмотрела на Паско через стол для пикника. С их места открывался вид на широкий, потрясающей красоты пляж. Их мотошлемы лежали на скамье, а на деревянном столе уже были расставлены холодные запотевшие бутылки пива.

Она собрала волосы в свободный узел на затылке. Солнцезащитные очки, которые он ей одолжил, постоянно сползали на нос. В уголке рта у нее сияло пятнышко жира. Весь ее вид излучал довольство жизнью, пока она расправлялась с фантастически вкусной рыбой и чипсами.

После того как Паско излил свою душу бывшей жене, он поклялся провести остаток их дня весело и беззаботно. Вместо того чтобы взять одну из трех своих машин, он вручил Айше шлем и посадил ее позади себя на свой мощный «Дукати», думая, что это действительно отличный день для езды по великолепной дороге Чепменс-пик. Айша просто улыбнулась, обхватила его своими тонкими руками и прижалась к нему, уверенная в его способности уберечь ее от опасности на дороге.

Они остановились на смотровой площадке, чтобы полюбоваться великолепным видом и выпить кофе. Айша сняла шлем и солнцезащитные очки. Он увидел возбуждение в ее глазах и удивился, как он так долго жил в Нью-Йорке и до этого в Лондоне — без таких вот дней, как эти, легких, наполненных любовью? Слыша ее смех по внутренней связи и наслаждаясь близостью ее гибкого нежного тела, прильнувшего к нему, он продолжал нестись вверх по побережью.

Они остановились на обед в Прингл-Бей, очаровательной прибрежной деревне, расположенной на знаменитом китовом маршруте. Вместо модного ресторана он направился в маленький магазинчик, торгующий рыбой и чипсами, и заказал им обед навынос. Хек был приготовлен превосходно, и они с наслаждением поедали его, слизывая соль с пальцев и подставляя лицо осеннему солнцу.

— Боже, как вкусно, — пробормотала Айша, беря еще одну рыбку и помахав ею вокруг. — Расскажи мне о Прингл-Бей. Я никогда здесь раньше не была.

Паско указал на гору справа от себя.

— Город окружен горами с трех сторон, а океан и залив, как ты можешь видеть, потрясающие.

Айша вытерла руки бумажной салфеткой и сделала глоток пива.

— Кто такой мистер Прингл?

Паско улыбнулся ей:

— Это был контр-адмирал Томас Прингл, милая. Город был основан в конце 1700-х годов. Здесь также есть пещера, которая использовалась заключенными и беглыми рабами в качестве убежища в восемнадцатом веке.

Глаза Айши расширились.

— Серьезно? Мы можем это увидеть?

Он покачал головой:

— Ее трудно найти, и это частная территория. Она находится в бухте, омываемой морем, и добраться до нее можно по веревке между скальными стенами. Мне кажется, я припоминаю, кто-то в 1890-х годах нашел скелеты в пещере.

Айша повернулась боком на скамейке, положив на нее ноги. Паско был счастлив сидеть на солнышке, пить пиво и наблюдать за ней. Секс с Айшей был замечательным десять лет назад, но прошлой ночью это было просто потрясающе. Она стала менее сдержанной, чем была в девятнадцать лет, он — более терпеливым, и в результате их секс стал идеальным. Он помнил ее аромат, ощущал ее нежную кожу под руками, нежность ее губ. И снова хотел Айшу и был уверен, что не перестанет желать ее. Его тянуло к ней, как мотылька к пламени. И с этим ничего нельзя поделать, да и надо ли?

Айша — потрясающая женщина, понятно, что мужчины обращают на нее внимание, понятно и то, что его так тянет к ней физически. Но Паско не мог взять в толк, почему рассказал ей о своем отце, о своей жизни до того, как его семья переехала во Франсхук.

Он никогда ни с кем не говорил о том, что ему и маме пришлось пережить из-за его отца, предпочитал забыть об этом. Их нормальная жизнь началась, когда они переехали во Франсхук и Джон начал встречаться с его мамой.

После развода с Айшей у Паско было много любовниц, но он всегда держался с ними отстраненно, не вникая в их жизнь и не позволяя им копаться в его. Как только они начинали настаивать на более глубокой связи, он объявлял, что у него нет времени на серьезные отношения, главное для него — работа. На этом все и заканчивалось. Иногда женщины жаловались ему на его эмоциональную недоступность, но он не позволял их слезам или гневу повлиять на него.

Но он все еще не мог рассказать Айше самое худшее. Только его мама, брат и отчим Джон знали следующую главу этой ужасной истории.

— Здесь очень красиво. Так же красиво, как в «Сент-Урбане».

— Я подумывал о покупке недвижимости здесь, когда вернулся из Штатов.

— Ты задумал какое-то предприятие? — спросила Айша и с любопытством посмотрела на него. — У меня была идея купить участок земли, установить теплицы и управлять небольшим фермерским хозяйством — не так много работы, сам себе хозяин. Исполнение мечты — жить простой жизнью, ты же знаешь.

Ее брови недоверчиво поднялись.

— Я знаю? По-моему, ты идеализируешь подобную жизнь. Я бы сошла с ума через полгода. Признаюсь, ты удивил меня, я слышу тоску в твоем голосе. Похоже, это то, что ты хотел бы сделать.

— Наверное, это не для меня, Айша. Я лучше справляюсь в условиях высокого давления.

— Но тебе это нравится?

Он нахмурился, глядя на нее:

— Прости?

— Тебе ведь нравится управлять своими шикарными ресторанами? Это делает тебя счастливым?

Долги были выплачены, деньги вернулись в банк. Безопасность, которую это давало Паско, действительно делала его очень счастливым. Быть успешным, а не идти по стопам своего отца — вот что имело значение.

— Да.

— Не слишком ли просто, Килдэр?

Паско вытер руки, собрал пакеты из-под еды и выбросил их в ближайший мусорный бак. Вместо того чтобы снова занять свое место, он обошел стол и сел позади Айши, поставив ноги по обе стороны скамьи, на которой та сидела. Затем он обнял ее и прижал к своей груди.

Она сжала его руку в своей ладони и вздохнула. — Сегодня такой прекрасный день. Я могла бы сидеть здесь до заката, попивая пиво и наблюдая за волнами, надеясь увидеть кита.

— Надо подождать июня, — пробормотал он, зарываясь носом в ее сладко пахнущие волосы. Потом посмотрел через ее плечо на свои часы, они показывали начало четвертого. На пять у него была назначена телефонная конференция с тем же инвестором, который помог ему открыть ресторан на Манхэттене семь лет назад. Хэнк был не из тех, кто звонит, чтобы просто поболтать, скорее всего, он нашел интересное место или наткнулся на новую концепцию ресторана.

Ресторан должен был находиться в Нью-Йорке, потому что Хэнк родился и вырос в Бруклине, а Манхэттен был его игровой площадкой. Хэнк все еще не простил Паско за то, что он бросил Большое Яблоко[4] — в его глазах это было единственное место, где стоит существовать, — и поставил своей жизненной задачей вернуть Паско в город.

Возможно, пришло время подумать об этом; его местные рестораны теперь управлялись исключительно хорошо, и ему больше незачем здесь оставаться.

Стоит послушать, что скажет Хэнк.

Единственное, что заставляло его колебаться, — эта женщина в его объятиях.

Он напрягся, немедленно отбросив провокационную мысль, сказав себе: «Килдэр, это была одна прекрасная ночь и один замечательный день». Он больше не был молодым идеалистом и знал, что одна ночь в объятиях женщины, пусть даже такой роскошной, как Айша, ничего не значит. У них был отличный секс — они и в юности подходили друг другу физически, — они шутили, смеялись. Это был способ ненадолго забыть о делах. Когда-то им выпал шанс, но пути назад нет.

— Где ты собираешься жить, когда закончишь с «Сент-Урбаном» и получишь повышение?

Он почувствовал, как она слегка пожала плечами. — После моего не очень радостного воссоединения с семьей прошлой ночью, думаю, будет лучше, если я буду держаться от них как можно дальше, так что, вероятно, в Лондоне.

Если он и будет в Нью-Йорке, то это всего лишь шестичасовой перелет между городами. Перелет из Лондона в Кейптаун занял полдня. Неужели он действительно думает так далеко вперед?! А ведь еще даже не поговорил с Хэнком.

Одно свидание, одна ночь вместе, и он уже строит планы, как и десять лет назад. Он увидел ее в том пабе, решил, что она будет принадлежать ему, и вознамерился осуществить это. С другими женщинами все было просто, в основном он получал то, что хотел, — просто секс или короткую интрижку и не позволял партнерше влиять на его жизнь каким-либо образом.

В этом Паско был похож на своего отца, и эта мысль выводила его из себя. Как и отец, он стремился к тому, чего хотел, не задумываясь о том, как его действия влияют на других. От этой мысли Паско стало нехорошо.

Но не таким он будет с Айшей, он не станет повторять свои прошлые ошибки. Она заставляла его глубже чувствовать, быть добрее. Да, она разогрела его кровь, но она также успокоила его разум и побудила его стать душевно мягче, понятливее. Но мысль, что он будет жить с переполненным чувствами сердцем, приводила его в ужас.

— Мы должны подумать о возвращении, Айш.

Она вздохнула и поцеловала его запястье.

— Я знаю. Мне нужно забрать свою машину у Прии и вернуться в «Сент-Урбан».

— А у меня конференц-связь, и мне нужно проверить счета.

Айша встала, Паско последовал за ней, и они направились к его матово-черному «Дукати». Паско протянул ей шлем и снял свои солнцезащитные очки с ее макушки.

— Нам нужно поговорить о ресторане.

Айша склонила голову набок, чтобы посмотреть на него.

— Я понял, что, если я уделю тебе немного времени, мы легко это сделаем. Я изменю свое расписание, освобожу несколько полных дней на следующей неделе.

Айша кивнула:

— Было бы здорово, если бы мы могли работать по выходным, тогда я смогу заниматься «Сент-Урбаном» в течение недели.

Он покачал головой:

— Выходные обычно у меня напряженные, а через несколько выходных мы к тому же устраиваем бал общества «Темпест-Вейн». Ты пойдешь?

— Что за бал?

— Ежегодный бал по сбору средств для фонда «Темпест-Вейн».

— Я слишком занята для таких мероприятий.

Паско послал ей ленивую улыбку.

— Милая, никто никогда не бывает слишком занят для бала «Темпест-Вейн». Я организую для тебя приглашение — ты должна прийти.

Он увидел нерешительность на ее лице.

— Тебе следует познакомиться с «Темпест-Вейн». Они станут отличными контактами для тебя. — Это деловое предложение или ты просишь меня быть твоей парой, Килдэр? — спросила Айша, прежде чем усесться на заднее сиденье мотоцикла.

Он заметил, что она немного раздражена.

— Я бы хотел, чтобы ты была моей парой, но мне нужно заниматься кухней, так что я смогу присоединиться к тебе только около половины одиннадцатого — в одиннадцать. Я устрою так, чтобы ты сидела с Музи, Ро и членами «Темпест-Вейн».

Он видел ее нерешительность и вздохнул.

— Эй, готовить буду я, и меню потрясающее. Ты же знаешь, что не можешь устоять перед моей едой.

Она не улыбнулась.

— Ты хочешь, чтобы я была там?

— Да.

— Ладно, тогда это свидание. — Она подняла указательный палец и послала ему дерзкую улыбку. — Но я приду только за едой.

Он ухмыльнулся. Нет, эта женщина так просто не сдается.

— Принято к сведению. И когда мы сможем встретиться, чтобы обсудить ресторан Ро?

— У меня завтра спокойный день, но, полагаю, ты будешь занят?

Его сердце подпрыгнуло при мысли о том, что он так скоро снова увидит ее. И он кивнул. У него было несколько встреч, но их можно перенести.

— Годится. Я буду у тебя в девять.

Прежде чем помочь ей закрепить шлем, Паско поцеловал ее в губы. Затем уселся на мотоцикл и, почувствовав ее руки на своей талии, вздохнул. Он не хотел, чтобы этот день кончался. Так хорошо быть с ней рядом, прикасаться к ней, слышать ее голос, вдыхать ее аромат. Ему нравился секс с Айшей, но нравилось и говорить с ней, шутить и смеяться.

Она была прелестна, все так же мила, но более раскованна. И еще его бывшая жена обрела силу, уверенность в себе. Между ними определенно был баланс, которого раньше не наблюдалось. Он мог, если бы ему было нужно, опереться на нее, знал, что на этот раз она не сломается. И не убежит. Паско уже не так высокомерен, она более рассудительна, и теперь они больше подходят друг другу, чем в юности.

И это вызывало у него одновременно и восторг, и ужас.

К несчастью, Паско добрался до «Сент-Урбана» только во вторник утром. Он опоздал на целый день, но в воскресенье вечером, после разговора с Хэнком, который действительно хотел, чтобы Паско прилетел осмотреть здание для нового ресторана, он узнал, что Дэвид, шеф-повар ресторана в отеле «Вейн», заболел. Болезненная бледность Дэвида, усталые, тусклые глаза и хриплый голос заставили Паско понять, что его правая рука на грани срыва.

Паско, обеспокоенный тем, что Дэвид заразит остальных своих сотрудников, велел ему идти домой. Но Дэвид отказался, сказав, что два его шеф-повара тоже заболели. Паско, не колеблясь, направился в ресторан. Он велел Дэвиду идти лечиться, а сам натянул свою поварскую куртку и принялся за работу. В понедельник Дэвид еще оставался дома, а во вторник, к счастью, уже чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы приступить к своим обязанностям.

— Привет, — сказал он, когда Айша помахала ему рукой, приглашая в свой кабинет. Он бросил взгляд на ее лицо и поморщился. Сжатые губы, прищуренные глаза, стиснутая челюсть. Ясно, что его компаньонка сердита.

Паско сел на стул напротив нее и положил ногу на ногу, любуясь пышной косой, свободно спадающей на грудь молодой женщины. Выбившиеся завитки должны были придать ей образ мягкий и женственный, если бы не холодный взгляд и раздраженное выражение лица.

— Ты в порядке?

Айша не смотрела на него и ничего не ответила. Его охватило беспокойство. Он решил попробовать еще раз.

— Ты готова спуститься в подвал? — спросил он, взглянув на часы.

Было почти девять, и, если их работа продлится не более трех часов, он сможет совершить короткую поездку в город и на месте проверить свои рестораны. Он заметил рост расходов и снижение доходов, и ему нужно было разобраться в этой проблеме.

Похоже, это никогда не прекратится. Айша сцепила пальцы вместе и положила руки на стол.

— Нет.

— Хорошо. Когда ты будешь готова? Через десять минут? Пятнадцать?

Айша повернула к нему экран своего компьютера, и он оторвал взгляд от ее прекрасного лица, чтобы посмотреть на то, что, как он предположил, было расписанием встреч. Айша ткнула пальцем в экран.

— Я оставила это время для тебя вчера. На сегодняшнее утро у меня назначено множество встреч.

Конечно, она зла на него.

— Мне жаль, что я вчера не явился, но кое-что случилось. Ты не могла бы отложить сегодняшние утренние встречи?

Айша хмуро посмотрела на него:

— Могла бы, но не собираюсь этого делать.

Юная Айша сделала бы все, о чем он попросит; теперешняя Айша не сдвинулась с места. Проклятье. — Если бы ты дал мне знать раньше, что не можешь приехать, я бы изменила свое расписание. Но ты этого не сделал, потому что твое время намного важнее моего.

— Ресторан Ро все еще находится в стадии планирования. Мои рестораны функционируют. И если возникает проблема, я должен поставить их на первое место. Ведь это разумно, не так ли?

Айша посмотрела на свой экран.

— Мы можем встретиться завтра в четыре или в четверг в одиннадцать, — произнесла она очень ровным, безжизненным тоном.

Паско поднялся и обошел стол, чтобы встать у Айши за спиной. Он посмотрел расписание встреч на ее экране в следующие несколько часов и тихо выругался, когда увидел, что она должна была осмотреть парк с управляющим территорией «Сент-Урбана». Ее вторая встреча была с местным поставщиком чистящих средств и расходных материалов для домашнего хозяйства.

— Прости, с моей стороны было невежливо не уведомить тебя об изменении моих планов, — сказал он, присаживаясь на край стола, затем кивнул на экран. У него заканчивалось время, и ему действительно нужно было сегодня попасть в рестораны. — Почему бы тебе не позвонить этим людям, чтобы перенести встречу, тогда мы займемся нашей работой?

Айша смотрела на него минуту, может быть, дольше, и до Паско медленно дошло, что он умудрился превратить плохую ситуацию в худшую. Она отодвинула стул и встала, откинув свой легкий жакет и положив руки на бедра. Он гладил эти изгибы, целовал гладкую кожу, скользил руками по ее очаровательной попке.

— Ты высокомерный, самоуверенный осел! Как ты смеешь врываться сюда и требовать, чтобы я изменила свой рабочий день, чтобы приспособиться к тебе? Ты не уважаешь мою карьеру.

— Конечно, я уважаю твою карьеру!

— Если бы это было так, ты бы отправил сообщение о том, что не явишься через час после того, как мы должны были встретиться! — Она взмахнула руками, прогоняя его. — Это для тебя не имеет значения.

— На самом деле это имеет значение. Поговори со мной.

Ее глаза расширились от удивления, и она наконец кивнула, нахмурившись.

— Суть в том, что ты не уважаешь меня, мое время и то, что я пытаюсь здесь сделать! Иначе ты бы не вошел в мой офис как ни в чем не бывало с предложением отменить мое расписание.

Паско поморщился. Он скучал по ней, скучал по ее улыбке и голосу, скучал по ней в своей постели. Скучал по ее запаху и по ее телу в своих объятиях. Его квартира казалась пустой без нее.

— Я был нужен в ресторане, — осторожно произнес Паско. — Мой шеф-повар…

— Конечно, ты должен ставить свою работу на первое место. Так было всегда, и это не изменилось. В следующий раз предупреждай меня заранее, что не сможешь явиться на встречу. Уважай меня и мое время. — Она протиснулась мимо него, пересекла комнату и рывком открыла дверь своего кабинета, жестом предлагая Паско уйти. — Когда бы ты хотел встретиться? Завтра в четыре или в четверг в одиннадцать?

Уже зная, что спорить бесполезно и нет никаких шансов, что она передумает, он сунул руки в карманы брюк и направился к выходу.

Что касается другой встречи с ней, все зависело от того, что он найдет в ресторане сегодня.

— Я дам тебе знать, — пообещал он.

Она вздернула подбородок и сквозь стиснутые зубы бросила:

— Прекрасно.

Паско вздохнул, остановился и повернулся к ней. Она была права, он проявил неуважение. Если он хочет, чтобы в его жизни была Айша, ему придется быть внимательнее, больше думать, перестать верить, что мир вертится вокруг него. Есть и другие достойные люди.

— Мне действительно жаль, милая.

Он увидел удивление в ее глазах, но вместо того, чтобы пригласить его обратно в кабинет, она захлопнула дверь у него перед носом.

Его уважение к ней все больше росло.

Глава 9

Почти целый день Айша размышляла. В конце концов, ей нередко приходилось переносить встречи, и было много случаев, когда она не могла записаться на прием, потому что возникали какие-то проблемы. В этом никогда не было ничего особенного.

Но у нее всегда хватало порядочности сообщить об этом другой стороне, объяснить свои действия. Нет, решила она, Килдэр все испортил, и она была права, дав ему понять, что он перешел все границы.

Ей уже не девятнадцать, она профессионал и может постоять за себя.

«Ты намного сильнее, чем та девушка, которой была, Айша, ты не слабак».

Айша усмехнулась в темноту. Она хмуро смотрела на темные деревья, возвращаясь к своему коттеджу, ориентируясь на тропинке с помощью фонарика в своем телефоне. Уставшая и с головной болью, Айша вытащила шпильки из волос и позволила им рассыпаться по спине. Она шла, втянув голову в плечи от холодного ветра, пронизывающего ее сквозь одежду, и все еще лелеяла свой гнев на Паско.

Усталая женщина ускорила шаг, думая о том, что сможет приготовить, когда вернется домой. Попыталась вспомнить, что есть в холодильнике, и скривилась. Если не считать нескольких бутылок вина на ее маленькой винной полке — сегодня вечером она выпьет бокал или три, — в ее доме было не так уж много еды. Айша собиралась съездить в деревню, чтобы запастись продуктами, но этот поход постоянно откладывался в самый конец ее списка дел.

Может быть, если она отправится в город завтра ближе к обеду, то сможет застать Паско в его ресторане «Франсхук», договориться о времени их встречи и купить какой-нибудь провизии. И когда они встретятся снова, им нужно будет провести непринужденный, продуктивный разговор о ресторане. Она должна повернуть их рабочие отношения в нужное русло, и для этого ей придется держаться от него на расстоянии, чтобы между ними было пространство.

Когда он вошел в ее офис, ее сердце сбилось с нормального ритма. Несмотря на то что она была чрезвычайно зла на него, едва удержалась от того, чтобы броситься в его объятия.

Айша не могла сожалеть о том, что переспала с ним, — их близость была просто замечательной, но знала, что это не может повториться. У них нет будущего, не может быть. Он не видел в ней равного партнера, никогда не ставил ее на первое место в своем сердце, а она не могла согласиться на меньшее.

Айша поднялась на свою веранду и вскрикнула, когда увидела похожую на тень фигуру. Снова вскрикнув, она уже сбросила одну туфлю на каблуке, собираясь убежать, когда услышала хорошо знакомый голос:

— Это я, милая.

Паско, не двигаясь, сидел в кресле-качалке в углу веранды.

Айша нашла свою туфлю, наклонилась, подняла ее и обулась, прежде чем выйти на веранду. Она оглядела мужчину с ног до головы, отметив, что он надел кожаную куртку-бомбер поверх рубашки и что его волосы выглядят более растрепанными, чем обычно. Даже при слабом освещении было заметно, что он усталый и грустный.

Он выглядел искренне раскаявшимся. Айша сокрушенно покачала головой и отперла дверь. Паско вошел за ней с большой термосумкой в руке. Айша бросила портфель с ноутбуком на обеденный стол.

— У тебя есть какое-нибудь вино? — спросил он. — Меняю цыпленка с лимоном, запеченным картофелем, овощами с розмарином и пирогом с орехами пекан на бокал вина.

Усталая, измученная Айша уже хотела попросить его уйти, но в животе у нее заурчало от голода. Она внимательно посмотрела на Паско, в его глазах она увидела тоску. Он выглядел опустошенным и одновременно обескураженным. Что-то произошло после того, как он покинул ее офис.

— Сядь, Паско, — сказала она, сбрасывая туфли. Взяла с полки бутылку красного вина, поставила ее на стол, порылась в ящике в поисках штопора. — Открой и налей нам немного. Бокалы в шкафчике над холодильником. Я хочу переодеться во что-нибудь более теплое и удобное.

Паско потянулся за вином, а Айша побежала в свою спальню. Она натянула спортивные брюки и просторную толстовку, на ноги — толстые носки и кое-как собрала волосы в хвост. Вздохнув, мельком взглянула на себя в зеркало. На вид ей было лет шестнадцать, и оделась как-то небрежно. Но это ведь не свидание. Они поедят, выпьют немного вина, а потом она отправит Паско восвояси. Что он вообще здесь делает, пришел извиниться?

Айша вернулась в гостиную. Паско уже разлил вино по бокалам, развернул тарелку с едой, убедился, что блюдо остыло, поморщился и направился к микроволновке. Айша обычно покупала замороженную еду и разогревала ее в микроволновке, но Паско, придирчивый шеф-повар, презирал такую практику.

— А где твоя тарелка? — спросила она, выдвинула стул и уселась.

— Я поел в ресторане раньше, — ответил Паско, нажимая кнопки на микроволновой печи.

Он повернулся, посмотрел ей в глаза, и между ними словно искра пробежала, может, это раздражение, кто знает? Он хотел что-то сказать, но тут звякнула микроволновая печь. Он повернулся, вынул тарелку и поставил ее на темно-синюю салфетку перед Айшей. Она вдохнула восхитительные запахи лимона, лемонграсса и чеснока, розмарина и жареной курицы.

— О! — только и смогла произнести голодная, усталая женщина, взяла вилку, нож и набросилась на еду.

Минут пять она только наслаждалась вкуснейшим блюдом, потом подняла глаза. Паско все еще стоял перед барной стойкой, она заметила, что он так и не пригубил вина.

— Я благодарна тебе за превосходную еду, это потрясающе вкусно, но все еще не понимаю, почему ты здесь.

— Это был тест для одного из шеф-поваров-стажеров, он должен был приготовить еду для персонала ресторана. Я думаю, он хорошо справился.

Более чем хорошо, подумала Айша, откусывая еще кусочек курицы. Она ела и наблюдала, как Паско смотрит в окно ее кухни, на что он мог смотреть, если снаружи темно и ничего не видно. Его плечи были напряжены, и он продолжал массировать шею, как будто пытался растереть узел в мышцах.

— Па, сядь наконец.

Он повернулся, посмотрел на нее через плечо, как будто размышляя, что сказать, но лишь кивнул. Он выдвинул стул и вытянул свои длинные ноги.

— Еще раз я сожалею о том, что произошло. Я был придурком.

— Принято. Так что же произошло сегодня?

Паско взял свой бокал с вином и осушил его одним глотком. Снова наполнив его, он посмотрел на Айшу задумчивым взглядом:

— Мое чутье уже давно подсказывало мне, что в моем ресторане во Франсхуке что-то не так, но я проигнорировал свою интуицию. Расходы выросли, доходы упали, я собирался узнать, что происходит, но постоянно был занят.

— Разве твой бухгалтер или бизнес-менеджер не могли провести расследование вместо тебя? — спросила Айша, складывая столовые приборы. — Это было фантастически вкусно, спасибо. Я была так голодна. — Я догадался, — сказал Паско, и в его глазах вспыхнула искорка смеха. — Это была порция размером с человека. Как в тебя все это влезло?

— Отличный обмен веществ, — ответила Айша. — Так что с рестораном?

— Мой бизнес-менеджер и бухгалтер оба сказали мне, что нет причин для тревоги, что прибыль есть и что это, вероятно, просто временное падение доходов. Беспокоиться не о чем, потому что менеджер также является одним из моих самых надежных сотрудников. Джейсон был со мной с самого начала. Мы вместе работали в моем первом ресторане в Лондоне.

Айша взяла свой бокал с вином и сделала глоток, откинувшись на спинку стула.

— Когда ты выгнала меня из своего офиса…

Айша хотела запротестовать, но осеклась, потому что его слова были справедливы, кивнула, внутренне отказываясь чувствовать себя виноватой, и жестом велела ему продолжать.

— Я направился в ресторан. Пришел рано и отправился прямо в офис, думая, что проведу пару выборочных проверок. Я уже собирался начать, когда услышал стук в заднюю дверь, в которую входит персонал.

— Кто был у двери, Па? — спросила Айша, когда он заколебался.

Паско потер лоб пальцами.

— Жена Джейсона. Один ее ребенок лежал в коляске, другой у нее на бедре, по ее виду я понял, что она плакала, может быть, несколько дней. Она спросила меня, здесь ли Джейсон, я сказал ей «нет», и у нее на мгновение подогнулись колени. Дети заплакали — это был содом.

— Что ты сделал?

— Я пригласил ее внутрь, угостил кофе. Спустя некоторое время я узнал от нее всю историю, — ответил Паско с мрачным выражением лица.

— И это была некрасивая история, — догадалась Айша.

— Джейсон бросил ее пару месяцев назад и не платил ей никаких алиментов. Она почти без денег. Ее выселяют со съемной квартиры. Сегодня она пришла повидаться с ним. Ей нужны деньги, чтобы поехать к матери в Кимберли.

— А Джейсон? — спросила Айша.

Взгляд Паско посуровел.

— Ну, очевидно, у Джейсона новая женщина, новый дом и он тратит все, что зарабатывает, а это немало, на свою новую девушку. Он купил ей новую машину, одежду, мебель, драгоценности. Все это время его жена не может получить от него никаких денег, чтобы заплатить за подгузники, детское питание и аренду за жилье.

Айша поморщилась:

— Что за мерзавец!

— Да, — ответил Паско. — Он подонок, которого я считал своим другом. Я не узнаю его. Это не тот парень, которого я знал.

— Значит, теперь он стал таким, — заключила Айша. — Я полагаю, ты дал жене пачку наличных?

Паско кивнул.

— Я заплатил за ее квартиру, дал денег, чтобы она купила то, что ей нужно, нанял водителя, который отвез ее в Кимберли, — сказал Паско разъяренным, рычащим голосом. — Сегодня у Джейсона выходной, я поработал на кухне и провел несколько выборочных проверок. Он обворовывает меня. Завтра я собираюсь уволить его.

— У тебя есть доказательства?

— Есть несколько сомнительных счетов, он предъявил их к оплате дважды.

— Вот оно что!

— Он потребовал наличные по счетам, которые были оплачены кредитной картой компании. Я вызову команду аудиторов, чтобы они проверили каждый клочок бумаги.

Айша провела большим пальцем по костяшкам его пальцев.

— Мне жаль, что он причинил тебе боль, Па, — тихо произнесла она.

Паско посмотрел на нее затравленным взглядом:

— Он был моим первым сотрудником, Айш, он работает со мной уже много лет. Почему самые близкие люди так подводят?

Он молчал, но Айша знала, что призраки из прошлого сомкнули свои холодные пальцы на его горле.

— Ты думаешь об отце?

Он пожал плечами:

— Да как-то неожиданно вспомнил о его проделках.

Джейсон разбередил раны Паско, которые, казалось, уже затянулись.

— Расскажи мне о своем отце, Па.

Паско пальцами потер переносицу и тряхнул головой.

— Моя мама изо всех сил старалась наладить свой брак, но конфискация ее дома стала последней каплей. Мы переехали во Франсхук, а мой отец остался в городе. Это было тяжелое, очень тяжелое время для нас. Я помню, как она плакала по ночам. Он не переставал звонить ей или пытаться увидеться с нами, являлся в полночь или под утро, устраивал сцену за сценой и угрожал забрать нас. Мама подала на развод. Она буквально впряглась в работу, чтобы погасить долги, которые он накопил на ее имя. Потом встретила Джона, моего отчима, но отказалась принимать какую-либо финансовую помощь от кого бы то ни было, включая свою богатую семью. Она сказала, что была глупа и должна заплатить за свою глупость. Я несколько раз встречался с ним. Это было ужасно, потому что он не интересовался тем, как мы выживаем, разглагольствовал о моей маме, о том, как он собирается нас забрать. Потом он пропал, я переживал и чувствовал себя виноватым перед ним, потому что рядом был Джон, а он замечательный, спокойный, уверенный в себе и мы с мамой были ему интересны, понимаешь?

Айша кивнула.

— Я с трудом выдержал последний год учебы в начальной школе, зная, что иду в Дункан-Хаус. Все мои дедушки и дяди ходили в эту школу, и мой дедушка оставил деньги на оплату обучения. Это было то, что помогло мне пережить тот год, — знание того, что я пойду в эту фантастическую школу.

Айша судорожно вздохнула, подозревая, что он собирался сказать дальше.

— За пару недель до того, как я должен был начать обучение, моей маме позвонили из школы и попросили о встрече. Она пошла, а когда вернулась, плакала…

Кадык Паско дернулся.

— Твой отец украл и эти деньги тоже? — мягко спросила Айша.

Он обратил взгляд в окно, в его глазах было страдание.

— Моя мама наивно полагала, что он не опустится так низко, чтобы забрать наш образовательный фонд. Но у него была эта чертова доверенность, и он это сделал. Моя мама просто замкнулась в себе, развалилась на части. Она справилась с потерей своего дома, своих сбережений, но потеряла возможность финансировать образование своих мальчиков. Это едва не убило ее.

— Но ты же обучался в Дункан-Хаус. Как это произошло?

Он мягко улыбнулся.

— Неделю Джон терпел слезы моей мамы и сказал, что к черту все это, пошел в Дункан-Хаус и выписал чек на мое и Кэма образование, на целых пять лет.

— Вы, должно быть, испытали огромное облегчение, — улыбнулась Айша.

— Да, конечно, но я был страшно зол на своего отца. — Паско поморщился и потер затылок. — Мне нужно было поговорить с ним, противостоять ему, понимаешь? Я узнал, где он живет, не помню как, поймал попутку до города и поехал к нему.

— Продолжай, Па, — попросила Айша, когда он заколебался.

— Я ожидал увидеть дом, что-то великолепное, что можно было бы купить за все деньги, которые он украл, но это была лачуга. На полу лежал матрас, спальный мешок и стояла плита с двумя конфорками. Холодильника не было. Он сказал, что потерял деньги в какой-то финансовой пирамиде и совершенно обездолен. Он попросил у меня денег, у своего двенадцатилетнего сына. Я смотрел на все это и задавался вопросом, что он за человек, черт возьми, и как он мог принимать такие глупые решения. Я поклялся, что никогда не буду таким, как он, что буду полной его противоположностью.

Вот почему Паско был таким целеустремленным, так предан своей карьере. Айша уставилась на него, чувствуя себя потрясенной и опечаленной. — И что ты сделал?

— Сбежал оттуда и позвонил Джону. Он забрал меня в городе и привез домой.

Айша погладила тыльную сторону его ладони кончиками пальцев.

— Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это и что Джейсон подвел тебя и снова вызвал все эти старые воспоминания.

— Я не понимаю, как Джейсон мог уйти из своей семьи не оглядываясь, как он может притворяться, что они не существуют. Я сделал все, что мог, чтобы моя семья была финансово обеспечена. Им никогда в жизни не пришлось бы работать ни дня, ну разве что сами этого захотят.

Айша склонила голову набок.

— Что ты имеешь в виду?

— Я создал трастовый фонд. Если у моих родителей, или у моего брата, или у тебя возникнут финансовые проблемы, то этот огромный траст с миллионами защитит вас.

— Я?! — нервно пискнула Айша. — Почему я там?

Он пожал плечами:

— Я основал траст, когда мы только поженились. Каждый цент, который я зарабатывал сверхурочно, уходил в этот фонд. — Он нахмурился, глядя на нее. — Как ты думаешь, почему я работал все эти дополнительные часы? Мне нужно было убедиться, что с тобой все будет в порядке.

Айша обхватила голову руками.

— Боже, Паско!

Его прежние действия внезапно обрели для нее гораздо больше смысла, чем когда-либо прежде. Он стал трудоголиком, тем, кто не мог усидеть на месте больше минуты. Ему постоянно нужно было работать, потому что, если он находил минуту, чтобы расслабиться, ему казалось, что он становится похожим на своего отца, он не мог вынести этой мысли.

Теперь она понимала причины его стремления к успеху, его решимость и напористость. Это происходило не потому, что он был безжалостно честолюбив, а потому, что ему нужно было защищать тех, кого он любит. Он строил и планировал свою жизнь так, чтобы никогда не подвести свою семью, как это сделал его отец.

— Па, ты не несешь ответственности за действия других, и это не твоя работа — убирать беспорядок твоего отца.

— Он украл деньги моей мамы, — горячо возразил Паско.

— Да, он это сделал. — Айша глубоко вздохнула, зная, что ему будет трудно услышать то, что она собиралась сказать. — Но твоя мама сыграла определенную роль в том, что это произошло. И, судя по тому, что она сама взялась погасить долги, которые наделал твой отец, она приняла свою роль в том, что произошло. Твой отчим богат, твой брат финансово стабилен, со мной все в порядке… Никому из нас не нужно, чтобы ты горбатился, Паско. Ты не несешь ответственность за наше финансовое благополучие. Мы должны быть в состоянии выстоять и пасть в соответствии с нашими собственными решениями и действиями. Наш выбор, наши результаты.

Айша поднялась, обошла стол и встала вплотную к Паско. Он подтянул колени, его руки инстинктивно потянулись к ее бедрам. Айша прижалась грудью к широкой груди Паско, откинула волосы с лица и поцеловала, нежно прикусив его нижнюю губу. Они оба едва не загнали себя в безумной гонке за успехом, пришло время оставить этот день позади, расслабиться и зарядиться энергией. И она знала очень хороший способ сделать это.

— Подумай о том, что я сказала. Но только потом, позже.

Глава 10

Обслуживание бала «Темпест-Вейн» было напряженным, к тому же Паско прибежал на час позже, чем наметил. Быстро приняв душ, он надел черный костюм, белую рубашку, черный галстук — строго, но элегантно — и направился в бальный зал на третьем этаже, прямо над его оживленным рестораном. Паско помедлил, решая, не проконтролировать ли работу персонала ресторана, но подавил в себе это желание, по опыту зная, что, если он это сделает, будет втянут во все, что происходит на кухне.

Никто не обращался к нему с проблемой, и это укрепило его решение ни во что не вмешиваться. Надо признать, он с нетерпением ждал момента, когда попадет на бал и увидит Айшу.

Что-то изменилось в их отношениях с того вечера, который они провели в ее коттедже и поговорили о его отце. Их связь углубилась. Он много думал о ее словах об ответственности, которую он не должен взваливать на себя за всех и вся, и пришел к выводу, что она права. Но как изменить привычки всей жизни, он пока не представлял. Потребность защищать явно заложена в его генах, и он не знал, перестанет ли когда-нибудь беспокоиться о людях, которых любит.

Паско вошел в лифт. Его кровь бурлила от предвкушения встречи с возлюбленной. Последние несколько недель были невероятно напряженными, но им каким-то образом удалось вместе провести несколько вечеров и ночей, правда, встречались они поздно и разбегались рано. Когда они не могли быть вместе, их ранние утренние и поздние ночные телефонные звонки помогали ему пережить часы до следующей встречи.

Их напряженная жизнь не была идеальной, но они справлялись с этим, стараясь приспособиться друг к другу настолько, насколько это было возможно. Они определенно научились общаться, а в плотской любви достигли совершенства. Но ему всего было мало, он чувствовал неудовлетворенность и хотел большего. Больше постельных утех, больше разговоров обо всем и ни о чем, а проще говоря, быть всегда вместе. Его удивляло то, что он переживает подобные чувства, и он не знал, как с этим справляться.

Последний месяц был настоящим штурмом: его основная работа, запуск гостевого комплекса «Сент-Урбан», а тут еще и Хэнк засыпал его видеозаписями складских помещений, из которых, по его убеждению, мог бы получиться потрясающий ресторан. Он буквально умолял Паско вернуться в Штаты. Кроме того, его продюсеры хотели получить определенный ответ на вопрос, собирается ли он сниматься в еще одном сезоне своего популярного шоу о путешествиях. И он метался, заезжая в «Сент-Урбан», прежде чем отправиться в «Паско» во Франсхуке, где он нанял временного шеф-повара и менеджера.

Он не посещал «Бинту» уже несколько недель, а также пренебрегал своей линией кухонной утвари. Честно говоря, он хотел игнорировать все и провести немного времени с Айшей, неторопливо пообедать, сходить в кино, посмотреть, как солнце садится за гору Симонсберг, с бокалом красного вина.

Паско потер лицо, удивленный своей тоской по домашнему уюту. Но была только одна женщина, которую он мог видеть своей женой, и это была его бывшая жена.

Действительно ли он хотел таких перемен? Или просто переутомился от слишком напряженного ритма жизни? Но внутренний голос настаивал на том, что его первым выбором была единственная женщина, с которой он мог представить, как проведет остаток своей жизни.

Абсурдная идея, но от этого она не становится менее правдивой. Никуда не деться от того, что Айша для него давно стала всем. Но как они могут — даже если бы она захотела — еще раз попытаться быть вместе? Айша претендовала на повышение, и, если она его получит, а она его получит, у нее будет выбор жить в Лондоне или в Йоханнесбурге. Если она переедет в Лондон, а он не вернется в Нью-Йорк, они будут только изредка видеться, учитывая их расписание.

Но видеться друг с другом, хотя бы изредка, лучше, чем не видеться совсем. Впрочем, он знал, что после нескольких месяцев мотаний с континента на континент путешествия станут тягостными. И со временем они отдалятся друг от друга.

Его выводило из себя то, что он не может найти решение.

В любом случае жить отдельно — не то, что ему нужно. Ему необходимо видеть Айшу каждый день. Он мечтает жить с ней под одной крышей, а это значит — хочет, чтобы она стала его женой.

Но чтобы это произошло, одному из них придется принести огромную жертву. Либо ему притормозить, либо Айше бросить свою работу. Ни один из вариантов не возможен. Он не мог замедлиться; он уже пробовал раньше, и был несчастен. Айша более чем усердно работала ради своего повышения, и он не мог просить ее отказаться от этого — это было бы несправедливо.

Наконец до него дошло: он никогда не переставал любить эту необыкновенную женщину.

Паско вошел в богато украшенный бальный зал — белый с золотом — в поисках предмета своей страсти в море черно-белых смокингов и разноцветных бальных платьев. И увидел Айшу. Она и Музи оживленно беседовали, стоя рядом с танцполом. На Айше было сари с оборками сногсшибательного цвета фуксии. Украшенная стразами крошечная блузка с глубоким вырезом, приоткрывающим красивую грудь, и пояс в тон придавали ее традиционному наряду модный и стильный вид.

Айша была так прекрасна, что Паско не сразу обрел способность двигаться и соображать. Наконец он подошел к ней и смог оценить легкий макияж, крошечную серебряную бинди[5] между бровями и простую прическу — великолепные густые волосы черной блестящей волной ниспадали ей на спину. «Как жаль, что я не могу прямо сейчас отнести тебя в спальню и раздеть».

Глубокий смех Музи, вспыхнувший румянец на щеках Айши и удар локтем под ребра подсказали ему, что последнюю фразу он произнес вслух. Но Паско и не собирался отказываться от своих слов. Он пожал Музи руку и коротко обнял друга.

— Как Ро? — спросил Паско.

— Пока все спокойно. — Музи поморщился и оттянул рукав куртки, чтобы посмотреть на часы. — Уже поздно. Я ухожу.

Паско сжал его плечо.

— Дай нам знать, когда у Ро начнутся роды.

— Будет сделано, — пообещал Музи и ушел.

Айша послала ему легкую улыбку.

— Он просто сумасшедший.

— Музи обожает Ро и беспокоится о ней, — возразил Паско, провожая друга взглядом.

Айша взяла бокал шампанского у официанта с подноса, а Паско заказал бурбон. Она сделала глоток и оглядела зал.

— Ты хочешь детей? — спросила она.

Он не был удивлен ее вопросом, потому что видел тоску в ее глазах, когда она смотрела на огромный живот Ро.

— Я не думал об этом, но если бы решил иметь детей, то только от тебя.

Айша потрясенно уставилась на него:

— Что?!

— Ты же слышала, — улыбнулся Паско и сунул руки в карманы брюк.

— Но ты и я, мы просто… — Айша запнулась, и ее бокал задрожал.

Паско забрал его, поставил на высокий столик и взял руку женщины, переплетя ее пальцы со своими.

Он наклонил голову и поцеловал ее в висок, вдыхая женственный, прекрасный, возбуждающий аромат.

— Любовники? Бывшие? Друзья? Мы — все это, но также и гораздо большее.

— Насколько большее, Па? — спросила его Айша. Ее глаза расширились от удивления.

Паско, не отвечая, потянул Айшу на танцпол, обнял и прижался щекой к ее голове, когда они скользили по полу в танце. Они двигались легко и слаженно, словно единое целое.

— Я думаю, мы должны обсудить это, обсудить нас. — Паско поразился тому, что его голос дрожит. — Не думаешь ли ты, что нам пора переписать правила? — спросил он и затаил дыхание, боясь, что она скажет «нет».

Его сердце замедлило ход, и он забыл дышать. — Да, — ответила она.

Слава богу, подумал он и с облегчением закрыл глаза.

— Могу я пригласить тебя на ужин в следующую субботу вечером, в какое-нибудь безумно романтичное место? Может быть, мы придумаем, как нам добраться отсюда до… наших детей.

Она не ответила, и Паско почувствовал, как напряжено все ее тело. Он отстранился, чтобы посмотреть на любимую женщину.

— Это то, чего ты хочешь, милая?

— Я не знаю, чего хочу, Па. И это пугает меня, — мягко ответила Айша, положив голову ему на грудь. — Я знаю, мне тоже страшно. Но, вероятно, мы сможем разобраться в этом вместе, — пробормотал Паско, прежде чем притянуть ее ближе и крепче обнять.

Поздно вечером в среду Айша сидела в своем офисе, просматривая резюме кандидатов на высшие должности в «Сент-Урбане». Наконец она отодвинула папки в сторону, встала и, скрестив руки на груди, подошла к окну. Айша была расстроена тем, что не может сосредоточиться.

Паско хотел поговорить об их отношениях. Боже, у нее отношения с бывшим мужем… Как это произошло? Ведь это было правило номер один: не влюбляйся в своего бывшего, и она нарушила его. О чем она думала? Думала ли она вообще? Нет, как и много лет назад, ее мозг отключался всякий раз, когда она приближалась к этому мужчине на расстояние шести футов!

Айша ценила его желание найти способ быть вместе, но она пыталась быть благоразумной, все обдумать. Она собиралась пробыть в стране еще четыре, может быть, пять месяцев и, если получит повышение, переехать в Йоханнесбург или в Лондон. Если ее не повысят, она будет заниматься следующим проектом, который может быть в Канаде или Картахене.

В любом случае она будет в нескольких часах полета от Паско. Айша понимала, что некоторые люди умели наладить отношения на расстоянии, но она не могла взять в толк, как им это удавалось. У них не получалось, даже когда они жили вместе в одной квартире.

Да, они стали старше и мудрее, но и в одном городе они с трудом выкраивают время, чтобы побыть вместе. Как они справятся с этим, находясь в разных городах, в разных часовых поясах?

Она хотела быть с ним, видеть его чаще, но… как это сделать?

Ее компьютер сообщил о видеозвонке. Айша обрадовалась, что может отвлечься от своих мыслей, но вздрогнула, увидев, что звонит мама. Она потерла пальцами лоб и вздохнула.

— Привет, мам.

— Я звоню, чтобы узнать, придешь ли ты на ужин в следующую субботу. Будут все.

Хотя бы раз ее мать начала разговор с вопроса: «Привет, дорогая, как поживаешь?»

— Думаю, нет, мам.

— А почему?

— Потому что на прошлой вечеринке вам всем не было до меня дела, а когда я попыталась высказать свое мнение, оно было немедленно отвергнуто. Потому что семья меня игнорирует.

— Это не так!

— Мам, в чем смысл? Зачем все это?

— Ты наша дочь.

— Мне так не кажется! Я чувствовала себя уродливой падчерицей, никогда не была частью семьи, и с тех пор ничего не изменилось.

— Мы не…

Ее голос звучал немного обиженно, но Айше было уже все равно.

— Мам, вы все интеллектуалы, и я вам не соответствую. Я не разбираюсь в высшей математике и не знаю, как составить карту нейронных путей мозга. Но я не идиотка!

— Ну, никто из нас так не думает.

Айша усмехнулась ее прохладному ответу.

— Я не вписываюсь в ваш круг, мама, и никогда не вписывалась.

Ей было приятно выразить свои давние обиды, как будто ее кровь стала чище, а сердце бьется чуточку ровнее.

— Это неправда!

— Это правда, мама. Эту правду я испытала на своей шкуре.

— Если ты так себя чувствуешь, — заявила ее мать жестким от возмущения голосом, — я не собираюсь умолять тебя передумать.

— Мам, не будь такой непримиримой, ладно? Все поправимо, но только в том случае, если мы будем общаться и идти на компромисс. Поговори с папой и позвони мне через день или два, если ты думаешь, что мы сможем найти другой способ общаться. Может быть, вместо семейного ужина мы могли бы собраться только втроем. Что ты об этом думаешь?

— Я поговорю с твоим отцом, — пробормотала ее мать.

Честно говоря, это был прогресс.

Айша нажала отбой. Она удивлялась самой себе, тому, что учится надирать задницы. Потом глубоко вздохнула, чувствуя себя все лучше и светлее. Она узнавала о границах своих возможностей и наконец-то научилась заботиться о себе.

И, черт возьми, это было приятно!

Айша снова услышала звуковой сигнал входящего видеозвонка, поступающего на компьютер, и повернулась к экрану, щелкнув беспроводной мышью. На экране появилось милое улыбающееся лицо ее босса.

— Привет, Майлз, — радостно ответила на улыбку Айша.

Слава богу, что у нее есть интересная работа.

Улыбка Майлз исчезла, она наклонилась вперед и озабоченно воскликнула:

— Черт возьми, девочка, ты выглядишь ужасно! Ты там не слишком усердствуешь? Ты вообще спишь?

Красивая умная Майлз была для Айши кем-то вроде матери.

— Много дел, Майлз.

— Как продвигается работа в ресторане?

— Дело идет.

— Я понимаю, что взвалила на тебя большую работу. — Майлз поморщилась. — Но я не хочу, чтобы ты убивала себя. Если вы не справитесь, я пришлю кого-нибудь — может быть, Кендалл, чтобы она взяла на себя управление рестораном.

Кендалл — молодая сексуальная женщина и неисправимая кокетка. Она бросила один взгляд на Паско и решила непременно добавить его в качестве зарубки на столбике своей кровати. Айша не имела претензий к Кендалл из-за ее непринужденного отношения к мужчинам и сексу, но не в случае, когда это касалось ее мужа, пусть даже бывшего.

Ну уж нет. Она предпочитает работать круглыми сутками, но без помощи Кендалл. Большое спасибо.

— Я дам тебе знать, если буду захлебываться, Майлз, — произнесла она сквозь стиснутые зубы. — Тебе решать, — заключила Майлз. — Кстати, я знаю, что это неожиданное сообщение, но мы с отцом вылетаем в Йоханнесбург завтра вечером, хотим провести совещание по стратегии в пятницу и в субботу утром. В субботу вечером папа устраивает ужин в своем доме для высшего руководства, он хочет, чтобы ты присоединилась к нам.

Получить приглашение в дом председателя правления было большой честью, такого с ней раньше не случалось. Похоже, ее шансы на повышение увеличились.

Айша почувствовала волнение и велела себе не распускать нюни.

— Это было бы…

О черт! Они с Паско строили планы на субботний вечер, и он потянул за ниточки, чтобы попасть в потрясающий ресторан в Кейптауне. Чтобы забронировать там столик, приходилось ждать месяцами. Паско хотел поговорить.

— У тебя есть планы… — догадалась Майлз. — Горячее свидание?

Айша озабоченно почесала лоб, не желая лгать. — Да, но я отменю…

— Судя по растерянному выражению лица, похоже, что встреча с ним важна для тебя.

Так и есть, но настолько ли, насколько важна ее работа? Ей хотелось бы сказать, что нет, но она не могла. Возможно, не менее важна. И в этом была разница между ней и Паско: он без колебаний ставил свою работу на первое место. «Нет, Паско явно готов поставить меня на первое место», — подумала Айша.

И насколько иронично то, что именно ей теперь пришлось выбирать между личными отношениями и своей работой? Но она не могла отказаться от этого приглашения. Паско поймет.

— Пожалуйста, поблагодари своего отца за приглашение, и да, я буду там.

К ее удивлению, Майлз покачала головой, выражение ее лица было задумчивым.

— Мы закончим дела к обеду в субботу. Закажи обратный рейс на середину дня, и ты сможешь успеть на свидание.

Айша нахмурилась:

— Да ничего страшного, я отменю.

— Это обычный ужин, Айша, а не референдум о твоей работе. И ты знаешь, что я за баланс между работой и развлечениями. Ты слишком много работаешь и слишком мало отдыхаешь, поэтому ты пойдешь на это свидание.

— Твой отец иначе на это посмотрит, — возразила Айша.

Отец Майлз всегда ожидал, что, если он скомандует прыгнуть, его сотрудники только спросят: «Как высоко?» Она часто благодарила Бога за то, что Майлз, а не ее отец является ее боссом, иначе ей пришлось бы уволиться много лет назад.

— Дорогая, я благодарна тебе за отличную работу, правда. Но меня беспокоит твое стремление стать трудоголиком.

Айша фыркнула. Трудоголик? По сравнению с Паско она дилетант.

— Я беспокоюсь о тебе, потому что ты сама недостаточно беспокоишься о себе. Я та, кто должна настаивать на том, чтобы ты взяла отпуск, и кто практически вынуждена навязывать тебе повышение зарплаты. Я волнуюсь из-за того, что у тебя роман, и еще больше волнуюсь из-за того, что этот мужчина так важен для тебя.

К сожалению, так оно и есть. Он всегда был важен для нее, и, вероятно, так будет всегда.

— Он живет в Кейптауне?

— Да, — пробормотала Айша, удивляясь, почему Майлз спрашивает.

— Это серьезно?

Майлз ничего не пускает на самотек, она как бультерьер, когда во что-то вонзает зубы, не отпустит, пока не получит свое. Поэтому Айше лучше сказать правду и сэкономить им немного времени. — Мы поженились, когда я была очень молода. Мы недавно возобновили связь, и это… в общем, все сложно.

Майлз потрясенно произнесла:

— Я этого не знала.

— Ну, об этом почти никто не знал. Он очень занятой парень, но в субботу вечером отвезет меня к «Мишелю», чтобы обсудить, сможем ли мы найти способ двигаться дальше.

Майлз присвистнула.

— У «Мишеля»? Тебе повезло, я целую вечность ждала, чтобы поужинать там. Ладно, это решает дело, ты улетаешь обратно в субботу днем.

— Мистер Линтел будет недоволен, — запротестовала Айша.

— Ну, со своим отцом я это дело уж как-нибудь улажу, — заверила Майлз. — Послушай, папа не уверен, что ты готова к повышению, а я уверена. Когда я перейду на должность генерального директора, ты будешь моим операционным директором.

Айша догадывалась, что у мистера Линтела были сомнения на ее счет, но, услышав подтверждение своих подозрений, поморщилась. Может быть, стоит отменить свидание с Паско?

— Даже не думай об этом, — предупредила ее Майлз. — Тебе нужна нормальная жизнь, и, когда ты получишь повышение, я буду подталкивать тебя к тому, чтобы ты установила баланс в своей жизни. И если какой-нибудь помешанный на тебе мужчина захочет, чтобы ты осталась в Кейптауне, мы сможем это устроить. После Соvid-19 мы все поняли, чего можно достичь, работая удаленно.

Айша глубоко вздохнула, испытав смешанное чувство замешательства, облегчения и печали.

— Я ценю это, Майлз, правда. Я просто не знаю, получится ли у нас что-нибудь с Паско. Наши отношения были какими угодно, только не гладкими. — Отношения не могут быть гладкими, Айша. Что в этом интересного? В отношениях бывают провалы и взлеты, долины и вершины. Важно то, как вы преодолеваете препятствия, как вы поддерживаете друг друга в трудные времена.

Айша приподняла брови.

— Ты узнала это от датского принца, с которым встречаешься?

— Нет, я узнала это, наблюдая отношения моих родителей. Они прожили в браке почти тридцать пять лет, — ответила Майлз. — Ладно, с этим разобрались. Увидимся в пятницу в Йобурге, хорошо? — Ладно. — Взглянув на стопку резюме на своем столе, Айша оживилась. — Могу я задать вопрос о «Сент-Урбане» и моих поисках генерального менеджера?

— Конечно.

Из-за Джейсона, который подозревался в совершении должностных преступлений, Паско работал в своем ресторане во Франсхуке в среду вечером. Неожиданно прибыл автобус с английскими туристами, и Паско понял, что его плану улизнуть пораньше, чтобы провести ночь с Айшей, не суждено сбыться. Туристы настроились повеселиться, вследствие чего кухня работала на полную мощность, а бармены и официантки сбились с ног.

Паско разрывали на части. Когда он вышел из кухни в ресторанный зал и увидел Айшу, сидящую за стойкой, ему пришлось подавить раздражение. Но оно было вызвано не ее присутствием, а тем, что он не видел ее с вечера бала и благодаря их плотному графику знал, что они не смогут провести время вместе вплоть до субботнего вечера.

«Даже если небо обрушится, ничто не помешает моим планам на субботний вечер. И воскресенье», — решил он.

Паско успел лишь махнуть Айше рукой, как к нему обратилась официантка, и обреченно вздохнул, когда один из его постоянных посетителей встал, чтобы переброситься с ним парой слов. Наконец он добрался до Айши.

Наклонив голову, он поцеловал женщину в висок и обхватил рукой ее запястье.

— Пойдем со мной.

Айша последовала за ним через двери с надписью «Только для персонала» по короткому коридору, который вел в его кабинет.

Отступив назад, он втолкнул ее внутрь, вошел сам и захлопнул дверь, повернув ключ в замке. Не давая ей времени заговорить, он наклонился к ее губам, захватывая ее рот в поцелуе.

— Ты так нужна мне сейчас.

Айша с готовностью приоткрыла рот навстречу его настойчивому языку, и он не смог удержаться, чтобы не скользнуть рукой вверх под ее тонкий свитер, провел большим пальцем по ее уже отзывчивому соску. Паско почувствовал, как в нем вспыхнуло вожделение, когда она наклонила голову, чтобы позволить ему глубже проникнуть в ее рот. Ее язык переплелся с его языком. Она застонала, провела пальцами по его животу, по возбужденному члену и, наконец, обняла его узкие бедра.

Три сильных удара в дверь заставили его поднять голову.

— О черт! Дайте мне минуту! — крикнул он.

Услышав удаляющиеся шаги, Паско снова припал в поцелуе к губам Айши. Видеть ее было невероятным удовольствием, и весь остальной мир должен был оставить его в покое хотя бы на пять минут. Лучше на тридцать. Или на пару часов. Что, черт возьми, может быть таким важным, когда рядом эта женщина?! Паско уткнулся носом в ее шею и задрал свитер до ключицы, провел языком по груди сквозь кружевную ткань, прикрывающую сосок. Потом оттянул чашечку ее бюстгальтера в сторону и взял сосок в рот, улыбнулся, когда она положила руку ему на голову, чтобы удержать на месте.

Ей нравилось то, что он делал с ней… и ему нравилось это делать. Захваченный страстью, возникшей между ними, он упивался ею. Сгорая от желания, он просунул руку ей между ног.

— Па!

Паско услышал мольбу в ее голосе и стал возиться с молнией на ее джинсах, чтобы почувствовать горячую плоть на своих пальцах.

Кто-то снова постучал в дверь кабинета.

— Босс?

Паско поднял голову и уставился на дверь.

— Что?! — раздраженно крикнул он.

— Э-э-э… прибыл еще один автобус с туристами. Нам нужна еще одна пара рук в баре.

Паско застонал и прижался лбом ко лбу Айши. Он закрыл глаза и положил руки ей на бедра, тихо бормоча череду ругательств.

— Я просто хотел провести с тобой хотя бы полчаса, — пробормотал он, обнимая ее. — Тридцать минут, вот и все.

Руки Айши погладили его по спине.

— Неподходящее время.

Он отстранился, чтобы провести рукой по ее волосам.

— У нас есть какой-нибудь другой тип хронометража? — спросил он с сожалением в голосе.

— Похоже, что нет, — ответила Айша, засовывая руки в задние карманы джинсов. — И по этому поводу, насчет субботнего вечера…

Паско увидел извинение в ее глазах и поморщился.

— Ты отменяешь наши планы?

Он почувствовал волну разочарования, небольшой укол где-то в районе сердца. Неужели она чувствовала то же самое каждый раз, когда он отменял их планы раньше? Тогда это просто ужасно.

— Не отменяю, просто вношу поправку, — ответила Айша.

Паско с облегчением перевел дыхание. Айша объяснила, что уезжает в Йоханнесбург по работе и вернется четырехчасовым рейсом в субботу днем. — Наверное, мне следовало бы остаться на ужин у председателя — меня впервые пригласили, — но я уйду.

Для Айши это было большое событие, и он оценил ее решение.

— Нет проблем. Должен ли я перенести бронирование с семи на восемь?

— Да, пожалуйста.

Айша потерла затылок, и он заметил, что она выглядит усталой.

— Может, я заберу тебя из аэропорта?

Айша покачала головой:

— Нет, не волнуйся. Я оставляю там свою машину, так что просто встретимся у твоей квартиры во Френе. Если я приземлюсь в шесть, то, полагаю, смогу быть там к половине восьмого.

Паско понимал, что с дороги женщине необходимо принять душ, сделать прическу.

— Я закажу столик на восемь тридцать.

— Спасибо. — Она взглянула на запертую дверь и кивнула. — Ты должен идти, ты там нужен.

Он готов был уйти, но хотел знать, почему видит в ее глазах беспокойство, почему мышцы на ее шее были так напряжены.

— Все в порядке?

— Конечно.

Айша отвела взгляд, и Паско понял, что она лжет, что-то ее беспокоит. Он? Их отношения? Он не винил ее. Он также задавался вопросом, правильно ли они поступают, нужны ли им сегодня серьезные отношения? Он не приблизился к пониманию того, как они смогут быть вместе, не переосмыслив свою жизнь заново, да и в состоянии ли он это сделать?

Нет, наверное, нет. Он не хотел круто менять свою жизнь. Он просто хотел, чтобы у него было время для встреч с Айшей. Хотел бы, чтобы ее график не был таким напряженным. Осознав это, Паско тут же упрекнул себя в лицемерии.

Услышал рев, доносящийся из бара, он понял, что нужно срочно вернуться к работе. Обойдя Айшу, он отпер дверь.

— Я должен работать.

Айша кивнула.

— Долг зовет.

Он скользнул губами по ее губам и отстранился, понимая, что может снова потерять контроль над собой и послать весь остальной мир к черту.

— Увидимся в субботу.

Он провел большим пальцем по ее нижней губе, не уверенный, что с ней все в порядке. А до выходных еще далеко.

Глава 11

Айша крутила ножку своего бокала с вином и боролась с желанием снова посмотреть на часы. Было половина десятого, и она сидела за этим столиком в «Мишеле» уже сорок пять минут, ожидая Паско. Она чувствовала на себе пытливый взгляд официантки и знала, что если посмотрит на нее, то увидит в ее глазах сочувствие и любопытство.

Сочувствие, потому что ее подставили, любопытство, потому что мало у кого хватало смелости пропустить обед у «Мишеля».

Паско был одним из немногих людей, которые могут себе это позволить.

Айша провела кончиками пальцев по лбу, поставив локоть на стол. Какой глупый, сумасшедший, супернапряженный день. Стратегическая сессия началась позже, чем ожидалось, и она заметила, как мистер Линтел, выслушав ее извинения, нахмурился, недовольный тем, что она рано уходит. Когда она вбежала в терминал внутренних рейсов, ее имя вызывалось по системе общественного оповещения. Она в ускоренном темпе прошла регистрацию и помчалась к своим воротам, на ходу извиняясь перед невозмутимыми служащими.

Она нашла свое место в самолете, проигнорировала неприязненные взгляды, которыми ее наградили пассажиры за задержку рейса, мысленно произнесла: «Всего лишь пять минут, люди!» и пристегнула ремень безопасности. Она, как и все остальные, ожидала услышать, как заработают двигатели, но этого не произошло. Пятнадцать минут спустя ей сказали, что рейс задерживается из-за того, что другому самолету пришлось неожиданно приземлиться.

Стюардесса объяснила им, что это не чрезвычайная ситуация, а всего лишь получасовая задержка, которая растянулась на сорок пять минут.

Узнав, что приземлится в Кейптауне позже, чем ожидалось, Айша позвонила Паско, чтобы сообщить ему это, но он не отвечал на звонки. Она отправила ему электронное письмо, текстовое сообщение и сообщение в WhatsApp, — ни на одно из них он не ответил.

Наконец она приземлилась в Кейптауне, но от него все еще не было вестей. Айша сделала еще один звонок; на этот раз его сообщение отправилось прямо на голосовую почту. Ничего не понимая, может, он потерял свой телефон? Он умер? Наконец она позвонила к «Мишелю» и спросила, отменил ли Паско их бронирование. Оказалось, он этого не сделал, поэтому она решила отправиться прямо в ресторан. Надеясь — какая наивность, — что он будет там.

Она приехала в восемь сорок пять, а он все еще не связался с ней.

Что, черт возьми, происходит, почему он не может позвонить?!

Айша оглядела свою белую блузку, которая немного помялась и была уже не такой белой. Для этого случая она купила красное коктейльное платье, великолепные туфли и собиралась завить волосы. Она примчалась из аэропорта в этот модный ресторан и, чувствуя себя вялой и несвежей, торчала здесь, как больной палец.

Черт возьми, Килдэр, где ты?!

«Он будет здесь, — ответил тихий голосок глубоко внутри ее, — просто дай ему еще немного времени».

Она подождет еще десять минут и ни минутой больше. Айша сделала глоток вина и посмотрела в окно, на волны, разбивающиеся о скалы. Прожектор на крыше ресторана освещал скалистый морской пейзаж внизу, и Айша бесстрастно наблюдала, как краб пробирается по камню, уворачиваясь от набегающей волны.

Именно так выглядела ее жизнь с Паско. Айша будто постоянно уворачивалась от набегающих волн.

Айша вздохнула, удивляясь, почему пренебрегла данным себе обещанием не влюбляться в него, сохранять эмоциональную дистанцию? Ведь знала, что должна быть осторожна, но снова попала под его чары.

Можно ли быть большей дурой?

Она хотела быть с ним, не урывками, но реальность такова, что, если они еще раз рискнут и пойдут на серьезные отношения, одному из них придется притормозить. Будет ли Паско ожидать, что она сократит свою рабочую нагрузку, не меняя его график работы? Будет ли она той, кто пойдет на жертвы, чтобы дать их отношениям шанс?

Он крутой шеф-повар с огромной империей, о которой нужно заботиться, и это отнимает у него почти все его время. Но чтобы иметь отношения, одному из них придется уступить, отдать больше, чем другому, и Айша знала, что это будет она.

И если она это сделает, сколько времени пройдет, прежде чем ей станет обидно, и придется просить его проводить с ней больше времени? Сколько она продержится, прежде чем снова оставит его?

От чего может отказаться Паско? Или не может?

Айша плеснула еще немного красного вина в свой бокал и хмуро посмотрела на пустое место напротив. Прошло еще пять минут. Поведению ее возлюбленного не было оправдания.

Скорее всего, он просто игнорировал ее звонки, потому что был поглощен работой — в Вейне, во Франсхуке или в «Бинте» — и не хотел иметь дело с ее раздражением и злостью.

Утром он появится у ее двери и извинится, объясняя, что задержался, или его телефон разрядился, или произнесет еще какую-нибудь глупую отговорку, и попытается очаровать ее. Если слова не помогали, он целовал ее, зная, что она тает в его руках, затаскивал ее в постель, надеясь, что хороший секс улучшит ее настроение.

Обычно так и было.

Айшу охватила ярость. У нее был адский день, и она чуть не погибла, когда гнала как сумасшедшая, чтобы успеть на рейс, а потом добраться до этого ресторана. Она ушла с мероприятия, вызвав недовольство председателя правления, и все ради свидания с Паско.

И он, черт возьми, бросил ее!

Если ей нужно было четкое сообщение о том, как будет развиваться ее жизнь с Паско, вот оно, большое и жирное, написанное блестящими буквами высотой в шесть футов: «Ты всегда будешь последней в его списке приоритетов».

Она обманывала себя, думая, что он изменился в отношении ее, что он готов освободить для нее место в своей жизни. Он по-прежнему предан своей карьере и постоянно демонстрирует это.

Она стояла за пределами его жизни, желанная только тогда, когда это его устраивает. И разве это ей не знакомо? Разве не так обращается с ней ее семья? Непонятно только, почему она продолжает любить людей, которые заставляют ее страдать.

Хватит ждать, надеяться, что Паско изменится. Это прекратится сейчас, сегодня вечером. Она покончит с надеждами и желаниями.

Пришло время посмотреть правде в глаза. Она любит Паско и, вероятно, всегда будет любить, но ей не нравится чувствовать себя лишенной поддержки, отвергнутой.

Айша достала из сумки кошелек и положила на столик деньги — сумму достаточную, чтобы с лихвой покрыть стоимость почти полной бутылки вина. Она сунула кошелек обратно в сумку, и ее сердце пустилось в свободное падение, когда она увидела, что на экране загорелся незнакомый номер.

Она ткнула пальцем в зеленую кнопку и поднесла трубку к уху.

— Айш? Извини.

Айша услышала, как мужчина кричал: «Паско в пабе?» Его голос то появлялся, то исчезал — сигнал был ужасный, — она услышала только «извини» и «утром».

Не произнеся ни слова, она просто отключила звонок, встала на дрожащих ногах и набросила ремешок сумки на плечо.

Она поставила его для себя на первое место, а для него она все еще оставалась вариантом.

Но больше этого не будет.

* * *

Пожар в «Паско», во Франсхуке, вспыхнул ближе к вечеру, вскоре после того, как Паско покинул Франсхук, чтобы вернуться в город на свидание с Айшей. К тому времени, когда Паско вернулся в деревню, старый коттедж с его деревянными полами, дверными рамами и деревянной мебелью был полностью охвачен огнем. Пожарная машина добралась туда не сразу, и пожарные обнаружили Паско, его брата Кэма, сотрудников ресторана и жителей Франсхука, пытающихся потушить пламя с помощью шлангов и ведер с водой.

Но их усилия оказались напрасными.

Паско смотрел на гору, залитую ранним утренним светом, когда шел долгим путем к коттеджу Айши после бессонной ночи. Ему нужно было время, чтобы подумать, решить, как объяснить, что произошло.

Увидев огонь, он сразу же ушел в свою зону «реши проблему», не позволяя себе отвлекаться. Он таскал шланги и ведра с водой, управлял шлангом древней пожарной машины, бил по горящим кустам одеялами. Он утешил своих потрясенных сотрудников и отвез домой тех, кто пользовался общественным транспортом.

Ему нужно было спасти здание и бизнес, и ничто другое в тот момент не было важно. Он унаследовал от своего отца способность сосредотачиваться на чем-то одном, исключая все остальное, и это сделало его невероятным целеустремленным шеф-поваром, склонным к перфекционизму. Это также делало его паршивым человеком.

Не то чтобы он не думал об Айше — конечно, думал, просто отложил необходимость связаться с ней. Захваченный огнем и тем, что ему предстояло сделать, он решил, что она может подождать. На самом деле не потребовалось бы много времени, чтобы добежать до его машины и отправить ей сообщение или просто позвонить. Пять минут? Десять? Но нет, поскольку он был помешан на контроле, не мог отстраниться даже на такое недолгое время. За эти минуты может что-то случиться, он что-то упустит или может быть срочно нужен. В результате он позвонил ей только после девяти, и, хотя сигнал был ужасным, сразу почувствовал ее гнев и разочарование.

Он снова подвел ее. Собирался ли он когда-нибудь прекратить так поступать?

Чувствуя себя разбитым и опечаленным, Паско позволил своим мыслям переключиться с Айши на свой ресторан и причину пожара. Он слышал разговоры о том, что из-за старой проводки начался пожар или на плите осталась кастрюля с маслом. Ерунда все это. Пару лет назад он полностью переоборудовал здание, и его сотрудники следовали правилам в конце смены, включая мытье и упаковку всех использованных кастрюль и сковородок. Из фритюрницы вылили масло и отключили питание всего оборудования на кухне. Он знал, без тени сомнения, что все эти протоколы соблюдались, потому что он управлял кухней во время обеденного обслуживания и все проверил.

Паско постучал в дверь коттеджа Айши и подождал, пока она откроет. Существовало только одно логичное объяснение пожара, который разгорелся так жарко и так быстро, и оно заключалось в том, что ему кто-то помог.

И был только один человек, который был достаточно взбешен, чтобы сделать это с Паско. Господи, Джейсон!

Дверь открылась. Айша, одетая в пижаму, с растрепанными волосами, хмуро смотрела на него. Выглядела она так, как будто спала меньше, чем он, а он и не спал почти.

— Сейчас только начало восьмого, Килдэр. Что ты здесь делаешь так рано? — спросила она холодно с замкнутым выражением лица. — На самом деле знаешь что? Мне все равно. Просто уходи.

Ее реакция не была неожиданной, но, поскольку она не захлопнула дверь у него перед носом, он последовал за ней в кухню, где она сразу же направилась к кофеварке. Включила ее, нажав на кнопку тыльной стороной кулака.

— Я действительно сожалею о прошлой ночи, Айша.

Он надеялся, что она услышала искренность в его голосе.

— Извинения ничего не значат, ты не меняешься, Паско.

Он вздрогнул от ее ледяного тона и мгновенно понял: будет чудом, если она его простит, потому что он крупно облажался. Почему он не потратил пять чертовых минут, чтобы позвонить ей? Что, черт возьми, с ним не так?!

Айша прошла мимо него, чтобы открыть холодильник, но он перехватил ее, притянул к себе. Она так хорошо пахла, ее аромат пробивался сквозь запах дыма, от которого он не мог отделаться после ночного пожара.

— «Паско» сгорел прошлой ночью, — без предисловий сообщил он. — Пожар начался сразу после пяти, мы смогли взять его под контроль около восьми — восьми тридцати.

Когда она отступила назад, он заметил, что ее глаза расширились от шока.

— «Паско» сгорел дотла?

Он потер рукой глаза.

— Ты действительно не знала? Я думал, ты уже слышала — новости в этой долине распространяются быстро.

Паско посвятил ее в детали, и к тому времени, как он закончил, его кофе остыл.

— Между нами говоря, я думаю, что это был Джейсон.

Брови Айши взлетели вверх.

— Джейсон? Парень, которого ты недавно уволил?

— Да.

— Я здесь всего два месяца. Местные меня еще не подключили к сети оповещения сплетнями, — объяснила Айша. В ее глазах отразилось сочувствие. — Мне так жаль. Думаешь, он поджег здание, потому что ты его уволил?

— И потому что я выдвинул против него обвинение в краже, — ответил Паско твердо. — Он горячая голова, я легко могу представить, как он напивается и делает что-то вроде этой глупости. Пожар, как считают специалисты, начался в офисной зоне. Там горело жарче всего. Разве ты не слышала, я рассказывал тебе о пожаре, когда позвонил прошлой ночью?

Она покачала головой:

— Нет, я слышала шум на заднем плане, но больше ничего. Ты звонил с чужого телефона.

— Я воспользовался телефоном моего брата, — объяснил Паско, поморщившись, когда вспомнил о текстовых сообщениях и о пропущенных звонках, которые пришли, когда он зарядил телефон. — Я пытался позвонить тебе позже, но твой аппарат был выключен.

— Я выключила его, когда вышла из ресторана, — сказала Айша ровным тоном.

Конечно, она это сделала, и он не винил ее. Он посмотрел на нее и покачал головой. Несмотря на ее боль, несмотря на то, что он обходился с ней как с чем-то второстепенным, сочувствие светилось в ее глазах. В эту минуту Паско потрясенно осознал, что он недостаточно хорош для нее и никогда не сможет сделать ее счастливой.

Дело в том, что он похож на своего отца, такой же эгоистичный, сосредоточенный на своих интересах. Ладно, он принимал хорошие денежные решения вместо плохих, сочетал решимость, унаследованную от отца, с чрезвычайно тяжелой работой, но по своей сути оставался сыном своего отца. Эгоистичный, безжалостный, жесткий. И так же, как отец, влюбился в женщину, которая была слишком хороша для него. Паско почувствовал, как к горлу подступила тошнота, мышцы, казалось, теряют силу, а руки дрожат.

Айша должна была занять первое место в его жизни, но, как показала прошлая ночь, он был слишком похож на своего отца, слишком ценил только свое время и свое дело. Он понял, что не может продолжать причинять ей боль — это просто непорядочно. Паско потер затылок, не представляя, что сказать, что сделать. Он не мог уйти, но и остаться тоже не мог. Ему хотелось погрузиться в нее, раствориться во вкусе ее губ, мягкости и аромате ее кожи, но он потерял право прикасаться к ней. Он стоял, опустив голову, его глаза внезапно увлажнились.

Айша поставила свою чашку на обеденный стол и вцепилась в спинку стула так, что побелели костяшки пальцев. Он посмотрел на нее и заметил, что ее карие глаза потемнели, лицо побледнело, рот горестно кривится.

Она подняла глаза, встретилась с ним взглядом и медленно покачала головой. Он собрался с духом.

— Когда мы встретились, я сказала себе, сказала тебе, что нам нужны какие-то правила, ограничения, что ли, чтобы иметь дело друг с другом. Я внушала себе не связываться с тобой, не позволять прошлому вмешиваться в будущее. Но не прислушалась к тому, что сама же предложила. Я не могу этого сделать, Паско.

Ее слова были тем, чего он ожидал с тех пор, как впервые осознал, что бросил ее прошлой ночью. Она больше не была его молодой женой. Айша была энергичной, умной женщиной, которая знала, чего хочет, и он знал, что зашел с ней слишком далеко, проверил ее пределы, исчерпал все шансы. И Паско отказался прятаться за огнем, использовать это как оправдание. Он все испортил.

Хватит причинять ей боль. И если это означает, что надо уйти, то надо уйти.

Паско смотрел на нее затравленным взглядом, его лицо было бледным и осунувшимся. Было очевидно, что он физически истощен, но Айша знала, что он еще и на грани нервного истощения. В таком же состоянии пребывала она.

Они продолжали выбивать друг из друга дурь, испытывая боль, были близки к тому, чтобы все получилось, но не смогли сделать все правильно. Пришло время сдаться, прекратить попытки. Она больше не могла выносить такой жизни.

— Этот вечер у «Мишеля», казалось, был важен для тебя, и он жизненно важен для меня. Я отказалась от ужина, на который была впервые приглашена председателем правления моей компании, чтобы помчаться обратно в Кейптаун, к тебе, Паско! Я объяснила Майлз, что не могу пойти, что у меня важное свидание. Она поняла, хотя очень любит порядок во всем.

Паско нахмурился, и Айша поняла, что ее упрек попал в цель.

— Как бы то ни было, я едва успела на свой рейс. Но рейс был отложен. Я пыталась дозвониться тебе, но ты не отвечал, поэтому я помчалась из аэропорта в ресторан, но тебя там не было. Слушай, мне жаль, что такое случилось с твоим рестораном, но я зла на тебя. С меня хватит, Паско. Покончено с надеждой на то, что все изменилось. Я знаю, что твое отношение ко мне осталось прежним. — Она закрыла глаза и покачала головой. — Я не была и никогда не буду главной в твоей жизни. Быть занятым, развивать бизнес, контролировать банковские счета и своих служащих, быть уверенным, что ты совсем не похож на своего отца, — все, что для тебя важно!

Что-то в его глазах мелькнуло: чувство вины, сожаления? Может быть, но он ничего не сказал, просто продолжал смотреть на нее пронзительным взглядом. Во второй раз в жизни Айша собиралась порвать с мужчиной, которого любит, и, хотя знала, что поступает правильно, не была уверена, что сможет это вынести. Внезапно у нее потемнело перед глазами, и она испугалась, что не выдержит и будет умолять его остаться. Айша тряхнула головой, собираясь с силами.

— Знаешь, что я поняла прошлой ночью? — тихо спросила она и сложила руки на груди.

— Что? — прохрипел он.

— Пытаясь быть полной противоположностью своему отцу, ты оказался больше похож на него, чем предполагал.

На его лице промелькнуло отвращение, и ей стало жаль, что она причинила ему боль, но он должен услышать правду. Или правду такой, какой она ее видела.

— Ты говорил, что у твоего отца была привычка тянуться ко всему яркому, привлекательному, что он хотел получить это любой ценой, не заботясь о последствиях.

Айша увидела отражение целой бури чувств в его глазах и ожидала, что он ответит, опровергнет ее обвинение, но, к ее удивлению, он и на этот раз промолчал, жестом предлагая ей продолжать.

— Ты тоже тянешься ко всему яркому, Паско, но твои вожделения — работа, успех и почести, вещи, которые убеждают тебя, что ты совсем не такой, как твой отец, что ты успешен. И ты тянешься к ним, причиняя боль людям, которые любят тебя. Ты предпочел бы работать, намереваясь и дальше наживать деньги и успех, потому что, делая это, можешь сказать себе, что ты не такой, как он. Но, поступая так, ты причиняешь боль женщине, которая любит тебя, которая всегда любила тебя, точно так же, как твой отец причинил боль твоей маме. Ты и твой отец тешите свои амбиции, но страдают ваши жены.

Паско стоял совершенно неподвижно, все краски отхлынули от его лица, глаза на изможденном лице стали изумрудно-зелеными.

— Господи! Да не молчи же! — почти крикнула измученная женщина. — Умоляй меня быть твоей, скажи, что любишь меня, убеди, что ты стоишь того, чтобы я рискнула!

Он хотел что-то сказать, но покачал головой и после паузы лишь произнес:

— Ты права.

Айша впилась в него взглядом,

— Это все, что ты можешь мне сказать?

Он пожал плечами. Мысленно Айша кричала на него, чтобы он сказал или сделал что-нибудь, боролся за нее, боролся за них.

Она ждала, не отрывая от него пристального взгляда. Но Паско молчал.

Наконец она не выдержала:

— Ладно, хватит уже. — Голос Айши стал жестким. — Я была слабой раньше, Паско, но это в прошлом. Мне не нужно, чтобы ты обеспечивал меня, я не впечатлена твоим успехом или твоими деньгами. У меня есть моя карьера, мои собственные деньги. Я люблю тебя, правда, но не могу быть с тобой, потому что мне нужно больше, чем ты можешь дать. Мне нужно твое время. Мне нужно, чтобы ты был рядом, разглядел меня.

— Но я вижу тебя.

Его слова прозвучали слишком поздно и были далеко не убедительны.

— Ты не понимаешь, Паско, на самом деле. Ты не видишь во мне равного партнера, кого-то, кого ты готов поставить на первое место, кого ты хочешь поставить выше своей потребности доказать себе, что ты лучший мужчина, чем твой отец. Кстати, все, кроме тебя, это знают. Все мое детство прошло под знаком того, что меня не видели и не уважали, меня отвергали. Но теперь я не потерплю этого ни от своей семьи, ни от тебя, ни от любого другого мужчины. Я отказываюсь стоять за пределами твоей жизни только для того, чтобы быть втянутым в нее, когда тебе это будет удобно. — Айша заставила себя подойти к нему, коснуться его щеки кончиками пальцев. — Майлз предложила прислать кого-нибудь, чтобы помочь тебе с обустройством ресторана. Я думаю, что приму ее предложение. Кендалл будет работать с тобой. Она тебе понравится, она веселая.

Он покачал головой, и на мгновение, всего на мгновение, ей показалось, что он крепко прижимает руки к груди, чтобы не потянуться к ней.

— Мне жаль, Айш. Мне действительно жаль, — только и сумел прохрипеть он.

Айша тихонько всхлипнула и покачала головой.

Долгую, мучительную неделю спустя Паско стоял на пустом складе в Нью-Йорке, пытаясь не обращать внимания на свое пульсирующее, ноющее сердце. Хэнк болтал о вместимости и посадочных местах, рассказывая ему, как город жаждет нового ресторана, как изменилась атмосфера в подобных заведениях после Соvid-19. Он не обращал внимания и слышал только отдельные слова.

Он мог думать только о словах Айши: «Ты тоже тянешься ко всему яркому, Паско, но твои вожделения — работа, успех и почести, вещи, которые убеждают тебя, что ты не такой, как твой отец, что ты успешен».

Он преуспевающий бизнесмен, но вряд ли хороший человек. Во многих отношениях он сын своего отца. Он не хотел быть тем целеустремленным, сверхамбициозным придурком, каким был раньше.

Так почему же он здесь? В Нью-Йорке? Он не хочет жить в этом городе, работать на износ, снова быть хваленой историей успеха Нью-Йорка.

«Будь честен с самим собой, Килдэр, — сказал он себе, — ты на Манхэттене только потому, что оставаться в Кейптауне было слишком больно. Даже находиться в том же районе, что и Айша. Потому что надеялся, что полет в Нью-Йорк и оценка предложения Хэнка отвлечет тебя от удушающей боли и избавит от тяжелого камня, сдавливающего сердце».

Он скучал по Айше. Ему казалось, что без нее ему не хватает воздуха. В последний раз, когда они расстались, он с головой ушел в работу, сосредоточив всю энергию на укреплении своей империи. Но на этот раз работа не смогла увлечь его.

Забронировав номер в «Уолдорфе», он сразу же отправился гулять по городу, который был его домом в течение пяти лет. Он шел много часов и в конце концов остановился у своего старого ресторана, который теперь превратился в элитный гастроном. Здесь он заработал первую из своих звезд Мишлен, его хвалили за то, что он привнес инновационные блюда на пресыщенную гастрономическую сцену. Его представляли в кулинарных журналах и в туристических программах, фактически это привело к тому, что у него появилась своя собственная программа.

Его еду ели члены королевской семьи и богатые негодяи, знаменитости всех размеров, форм и сортов. Отзывы о нем, как правило, были хорошими, и он заработал много десятков миллионов, обеспечивая вкусной едой великих, хороших, и не очень, жителей этого великолепного города.

Ему определенно не нужно было делать это снова. Паско посмотрел на Хэнка, который не перевел дух с тех пор, как запрыгнул в такси, доставившее их сюда. Хэнк носил толстую золотую цепь на шее, еще одну на запястье и «ролекс». У него была великолепная квартира с видом на Центральный парк, он каждый вечер ужинал вне дома и каждый месяц заводил новую девушку. Он был инвестором-миллиардером, еще одним коллекционером ярких предметов, таких как бизнес и биткоин. — Я говорю тебе, Паско, мы можем сколотить состояние.

У Паско уже было состояние, и это было до того, как он пересчитал деньги, которые вложил в трасты для своей семьи. У него есть квартира в Нью-Йорке, еще одна в Лондоне, вилла в Греции и два дома в Южной Африке. Помимо своих ресторанов он владел парой промышленных объектов и многоквартирным домом, которые приносили доход от сдачи в аренду. Он получал деньги от своего ассортимента кухонных принадлежностей, проценты со своих толстых банковских счетов.

— Мы с тобой можем делать великие дела вместе. Более великие дела, — поправился Хэнк, улыбаясь.

Паско сунул руки в карманы брюк, посмотрел на пожилого мужчину и неожиданно сурово спросил:

— Почему ты так и не женился, Хэнк?

Хэнк нахмурился, это был неожиданный вопрос. — Слишком много хлопот, нет времени на личную жизнь, — в конце концов, ответил он. — По правде говоря, я люблю свою работу больше, чем когда-либо мог бы любить женщину. Мы похожи, ты и я.

Паско не понравилось это замечание. Он любит свою работу, но… Но Айшу он любит больше. Все, что он делает, теряет смысл без нее. Так что, если ему придется выбирать, он выберет Айшу. Забавно, ему потребовалось выставить себя полным идиотом и пролететь полмира, чтобы прийти к этому заключению.

— Нет, Хэнк, это мне не подходит, — заявил Паско.

Нью-Йорк больше не был его домом; он не хотел возвращаться сюда, работать по четырнадцать часов в день в течение следующих десяти или более лет.

— Хорошо, а что тебе подойдет?

Паско представил маленький ресторан, хорошо приготовленные простые блюда, отличное вино, теплицы, сад и огород, где растут овощи и пряные травы… Сын, бегущий в его объятия, и Айша, беременная их вторым ребенком.

Что подошло бы ему больше всего, так это жизнь рядом с Айшей и ради нее, потому что она — самый важный человек в его жизни, теперь он это понял.

Он даст ей все, чего она пожелает. Его жена может работать, если хочет, или не работать, лишь бы она была счастлива, удовлетворена, жила так, как ей хочется.

Он должен был поговорить с ней, найти способ все уладить, должен вернуть ее.

— Так чего ты хочешь, Паско?

Паско улыбнулся:

— Я хочу домой, Хэнк. Я хочу пить вино со своей женщиной, смотреть на горы, вдыхать аромат цветов. Нью-Йорк больше не для меня.

Паско почувствовал, как завибрировал его телефон, и вытащил его из внутреннего кармана куртки. Звонил Музи по видео.

— Как дела, парень? — спросил Паско.

— У Ро схватки! Я собираюсь стать отцом!

Сердце Паско подпрыгнуло, и он тихо выругался. Какого черта он здесь делает, когда все люди, о которых он хочет заботиться, находятся на другом континенте, в восемнадцати часах полета?!

— О, Музи, это потрясающе! — воскликнул он.

— Ро говорит, что это может быть ложная тревога, но я знаю, что это так, Пас. Я собираюсь стать отцом!

— Здорово, друг! — Это была первая хорошая новость, которую Паско услышал за всю неделю. — Я рвану прямо в аэропорт и улечу, как только смогу, приеду прямо в больницу, хорошо?

— Отлично! — Музи положил руку на сердце. — Я в восторге, но не готов к этому, Па.

Паско направился к выходу и вышел на солнечный свет.

— Ты готов, брат, и, даже если бы ты не был готов, они уже в пути. Крепись, Музи, и держи меня в курсе, хорошо?

— Спасибо, Па, мне нужно, чтобы ты был здесь… И Паско нужен был его друг, а еще ему нужна Айша, он должен найти ее и любить всю оставшуюся жизнь.

Глава 12

Айша достала из холодильника бутылку вина и, увидев, что та почти пуста, выругалась. Она жила в одном из лучших винодельческих районов мира, но после довольно паршивого дня может выпить лишь несколько глотков вина.

Ну что ж, это лучше, чем ничего. Плеснув остаток вина в бокал, она прикинула, что могла бы съесть на ужин, поняла, что все еще не купила еды, и решила, что не голодна.

Она бы сейчас, пожалуй, съела какой-нибудь нездоровой пищи, например пачку картошки фри или огромную плитку шоколада. Лечебное питание, Айша?

Взяв бокал, она направилась в гостиную, свернулась калачиком в углу дивана и начала просматривать свои аккаунты в социальных сетях. Ее старший племянник был чемпионом по шахматам; Хему пригласили выступить на конференции в Германии; Рейка опубликовала свою фотографию с мужем.

Они выглядели красивыми, идеальными, но ей было все равно. Впервые за долгое время она смогла избавиться от чувства неуверенности и не судить о своей жизни по достижениям своих сестер. Она сделала потрясающую карьеру, отлично выполняла свою работу, босс ценил ее. Есть шанс, что она все же получит повышение, которого так хотела. Но, в отличие от сестер, в свои почти тридцать она все еще не замужем.

Наплевать! То, что она не состоит в браке, — не проблема и не грех. Для нее быть одинокой — нормальное состояние. И по-видимому, так же это воспринимала ее мать. Тот ужасный телефонный разговор неделю назад фактически привел к тому, что она и ее родители в один из вечеров сели за стол втроем. Им было неловко и неуютно, но они старались, и за это Айша была им благодарна.

Она была уверена, что их следующая встреча будет легче и со временем, возможно, она даже сможет пересмотреть свои отношения с сестрами. Ей никогда не сравниться с ними в интеллектуальном блеске, но она больше не испытывала в этом необходимости; у нее есть свои достоинства. Ее отношения с Рейкой безнадежны, и Айша не против оставить все, как есть, быть вежливой, в интересах единства семьи, но иметь с этой сестрой как можно меньше контактов.

Айша пролистала еще несколько постов в социальных сетях и замерла, увидев фотографию, опубликованную Ромитой час назад. Она сидела с растрепанными волосами на больничной койке, выглядела усталой и бледной, но глаза светились счастьем. На руках она держала своих малышей, завернутых в голубые одеяльца. Айша поднесла руку ко рту, ее глаза наполнились слезами. Она открыла еще фотографии. Музи целует жену в лоб, его глаза закрыты, слеза на щеке. Музи держит своих мальчиков. Еще фото — Музи показывает своих мальчиков близким. Айша ожидала увидеть Паско, но его не было.

Странно, что его нет? Паско — лучший друг Музи, он бы ни за что не пропустил рождение близнецов. Все ли с ним в порядке? Почему его там нет?

Вероятно, он только что вышел из комнаты и пропустил фотосессию. Айша увеличила фотографию близнецов и улыбнулась их пухлым щечкам, вьющимся волосикам и ротикам, похожим на бутон розы. У обоих были карие глаза Музи.

Айша положила руку на сердце, почувствовав спазм. Она была так счастлива за Ро и Музи, за своих друзей, за клан, который она видела на экране. Потому что эта семья — страховочная сетка для каждого, кто в нее входит. Конечно, они до крайности богаты, но у них есть то, чего нельзя купить за деньги: они — люди, связанные любовью. Айша мечтала о семье, в которой ее любят такой, какая она есть.

Ей тоже нужны друзья, и, когда ее сердце перестанет болеть, она, возможно, даже поищет подходящего мужчину. Айша не ожидала снова испытать дикую любовную связь, такое бывает раз в жизни, но, возможно, она встретит мужчину, с которым сможет создать семью.

Но мысль о том, чтобы жить с кем-то, кроме Паско, вызывала у нее легкую, нет, сильную тошноту. Ничего, она поработает, введет в действие «Сент-Урбан», а завтра проинформирует Кендалл, которая сегодня днем прилетела в Кейптаун, о ресторанном проекте Ро. Майлз почти уверена, что повышение принадлежит Айше, поэтому она начнет искать маленький дом, возможно, в Йоханнесбурге, чтобы быть поближе к Прии, место, которое она могла бы назвать своим. Она будет чем-то занята, и со временем ее разбитое сердце восстановится.

В конце концов, все решено. Ей просто нужно держаться, пока боль не утихнет, пока ее слезы не перестанут литься, пока снова не засияет солнце.

Айша почувствовала, как у нее заурчало в животе, и сказала себе, что должна поесть. У нее не было аппетита, но ей нужно топливо, почти так же сильно, как нужен сон. В последнее время и то и другое было в дефиците. Заставив себя подняться, она сморщила носик, гадая, что сможет заставить себя проглотить.

На кухне она открыла дверцу холодильника и хмуро посмотрела на пустые полки. Сыр, йогурт, увядший салат. Нет!

Тихий стук в дверь заставил ее обернуться, и, благодарная за то, что отвлеклась, она вернулась в гостиную, ожидая увидеть Кендалл на пороге, поскольку ее коллега обещала зайти сегодня вечером.

Айша открыла дверь и уставилась на темно-синюю футболку с длинными рукавами, опустила глаза, увидела края кожаной куртки, длинные ноги, обтянутые джинсами, и модные кроссовки. Она подняла голову, ее глаза встретились с его глазами, глубокими и зелеными, как лес.

— Ты не в больнице. Ты здесь, — потрясенно произнесла Айша, пытаясь осознать тот факт, что на пороге стоит Паско. Почему он не со своими лучшими друзьями и их детьми?

Она склонила голову набок.

— Почему ты не в больнице?

— После того как я приземлился, забежал в больницу, посмотрел на близнецов, и кинулся сюда.

— Почему? Все, кого ты любишь, там.

— Кроме человека, которого я люблю больше всех, — ответил он. — Здесь холодно. Может, войдем внутрь?

Айша кивнула, ее мозг все еще пытался осознать реальность, а ноги остались прикованными к месту, глаза не отрывались от его глаз. Паско подхватил ее на руки, внес внутрь коттеджа, ногой захлопнув дверь, и поставил перед собой.

Глядя на нее сверху вниз, он сбросил свою кожаную куртку-бомбер и швырнул ключи от машины на поверхность маленького столика.

— Привет, — сказал он, проведя большим пальцем по ее скуле.

— Привет, — прошептала она, повернулась и, чувствуя легкую дрожь, села на край серого дивана, положила подушку себе на колени и обняла ее. Она указала на стул напротив себя и наблюдала, как Паско садится. — Ты сказал, что приземлился. Где ты был? — спросила она.

— В Нью-Йорке, — ответил Паско, не сводя с нее глаз.

— Почему в Нью-Йорке? И почему ты здесь?

— Я был там, потому что рассматривал возможность открытия еще одной точки. Мой инвестор, Хэнк, нашел недвижимость, и в ней есть потенциал для потрясающего ресторана.

Сердце Айши ушло в пятки. Она обхватила себя руками, чтобы унять дрожь, сделала глубокий вдох и заставила себя улыбнуться.

— Выглядит интересно.

— Это отличное место, но не для меня.

Она нахмурилась:

— Я не понимаю.

— Яркий предмет, который должен быть у меня. — Паско натянуто улыбнулся. Она увидела его неуверенность. Она никогда не видела, чтобы он выглядел неуверенным в себе. Ей это не понравилось. — Ты была права, я провел свою жизнь, доказывая себе, что я не сын своего отца. Но, пытаясь быть его противоположностью, я стал больше похож на него, чем мог представить. Но я не он. Я отказываюсь им быть, — горячо заявил Паско. — Я хочу быть с тобой, Айш. Я буду хорошим партнером, обещаю. Я дам тебе копии всех моих банковских счетов и никогда не спрошу о твоих. Я буду менять подгузники и готовить, и мы будем принимать все важные решения вместе. Возможно, мы будем спорить, но я клянусь, что выслушаю и всегда буду уважать твою точку зрения. Я буду уважать тебя.

Она собиралась заговорить, но Паско опередил ее.

— Я передам полный контроль над «Паско» в Вейне моему шеф-повару и не буду перестраивать «Паско» во Франсхуке. Если ты получишь повышение, я перееду в Лондон или Йоханнесбург. Если ты не получишь повышение, я последую за тобой, куда бы ты ни направилась.

Пальцы Айши впились в ткань подушки.

— Ты готов отказаться от своей карьеры ради меня?!

Паско кивнул.

— Не думаю, что это будет легко, и, вероятно, иногда буду вести себя по-идиотски, но, если это то, что нужно, я это сделаю.

— Но почему?

— Потому что твоя работа важна для тебя. Ты упорно трудилась, чтобы построить свою карьеру, и ты любишь свою работу. Но ты — мой приоритет, твое счастье — мой единственный приоритет. Ты самый важный человек в моей жизни, черт возьми, ты — моя жизнь!

Айша слушала и не верила: его слова были слаще музыки и чудеснее, чем она могла себе представить. Ей хотелось обнять его, поцеловать, прикоснуться к его телу, но она молчала и не двигалась.

— Я бы хотел, чтобы ты что-нибудь сказала, Айша.

— Я не хочу и не нуждаюсь в том, чтобы ты отказывался от своей карьеры или бизнеса ради меня, Паско, в этом никогда не было смысла. Я просто хотела чувствовать, что я так же важна для тебя, что у меня есть равное право на твое время. — Айша улыбнулась, заметив, что он вздохнул с облегчением.

Она понимала: если Паско не будет работать, это сведет их обоих с ума. Его большой палец скользнул по ее скуле.

— Я обещаю, что ты никогда больше не будешь сомневаться во мне.

Он сделал движение встать, но Айша жестом удержала его. Он откинулся назад и уставился на нее с выражением легкого разочарования на лице.

— Можем ли мы теперь заняться сексом по принуждению? — спросил он.

Айша улыбнулась, зная, что он пытается снять напряжение.

— Пока нет. Мне все еще есть что сказать.

Паско глубоко вздохнул и расправил плечи, словно готовясь выдержать еще одну словесную взбучку. — Когда ты вошел, сказал, что любишь меня. Это правда? — спросила она.

Паско кивнул:

— Я люблю тебя.

Слова, такие простые, такие мощные.

Айша сморгнула выступившую на глазах влагу. — Я тоже тебя люблю.

Он бросился к ней, но она рассмеялась:

— Еще нет! Просто держись, ладно?

Паско взглянул на часы.

— У тебя есть две минуты, говори быстро.

— Я все еще претендую на повышение и, если его получу, перееду в Кейптаун. Я не хочу прекращать работу и тебе тоже не позволю бросить все, поэтому нам нужно будет скорректировать наши графики.

— Принято. — Он легко согласился. — Часть меня хочет притормозить, успокоиться, просто быть с тобой.

Это были самые сладкие слова, которые она когда-либо слышала.

— Но мы должны установить некоторые правила, — добавил он.

Айша притворно нахмурилась, глядя на него, ее губы дрогнули от удовольствия.

— Ты ведь не силен в правилах, Па.

— С этими я справлюсь, — сказал он, обхватив ладонью ее щеку. — Одно правило, две части, мы всегда ставим друг друга и наших детей выше работы. Это не подлежит обсуждению.

— Согласна.

— И мы принимаем все важные решения вместе. Договорились?

Айша с энтузиазмом кивнула:

— Договорились.

Он улыбнулся ей, прежде чем посмотреть на свои часы.

— У нас все еще есть минута и десять секунд в запасе. — Его губы изогнулись в той сексуальной улыбке, которую она так обожала. — Что-нибудь еще, что нам нужно обсудить, или я могу раздеть тебя прямо сейчас?

Чего же ей еще желать? У нее есть мужчина, который любит ее и ценит, даже готов бросить свой бизнес ради нее!

Она глубоко вздохнула.

— Ты женишься на мне снова, Па? Будешь любить меня каждый день и во всех смыслах, сделаешь мне детей? Будешь ли ты говорить со мной и советоваться со мной, поддерживать меня, когда я чувствую себя маленькой, и возвращать меня в строй, когда я веду себя ужасно?

— Ты никогда не бываешь ужасной, — возразил Паско, и Айша сглотнула, увидев выражение обожания на его лице.

— Ты не сказал «да», — притворно обиделась Айша, сдерживая смех. Но может, она слишком торопится? — Прости, я тороплю тебя.

Паско подошел к дивану, сел на кофейный столик и положил руки на колени любимой женщины. — Посмотри на меня, милая.

Айша подняла голову и затаила дыхание, когда увидела его лицо. Его глаза были нежными, его рот изогнулся в довольной улыбке, пальцы были теплыми на ее бедрах.

— Конечно, — заявил он уверенно.

— Здорово, но на что ты соглашаешься, Пас?

Он обвил своей большой рукой ее шею и прижался лбом к ее лбу.

— На все, — прошептал он. — И на многое другое.

Она коснулась губами его губ, прежде чем отстранилась.

— Еще кое-что?

— Говори быстрее, — пробормотал он, покрывая поцелуями ее лицо.

— Давай на этот раз не будем держать наши отношения или наш брак в секрете, хорошо? Любовь должна сиять на свету, а не во тьме.

Паско вытащил свой телефон из заднего кармана джинсов и провел большим пальцем по экрану.

— Что ты делаешь, Килдэр? — сурово спросила Айша, разрываясь между смехом и разочарованием.

Он ударил пальцем по клавиатуре, поднял телефон, сфотографировал ее и снова посмотрел на свой экран. Затем протянул ей свой телефон, и она посмотрела на экран, увидев свои растрепанные волосы, широкую улыбку и счастливые глаза.

Она прочитала серию однострочных сообщений, которые он отправил членам группы «Семья и друзья».

«Моя невеста. Мы собираемся пожениться. Снова. Ты приглашен на свадьбу. Оу!»

Паско выхватил телефон у нее из рук и набрал еще одно сообщение, прежде чем швырнуть его на диван. Когда он наклонился, чтобы поднять Айшу, она прочитала его слова и ухмыльнулась.

«Люблю ее безумно. Отвечу на все вопросы позже. Гораздо, гораздо позже».

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

Дом вдали от дома (англ.).

2

Су-шеф-повар - заместитель шеф-повара. (Примеч. пер.)

3

МБА-мастер делового администрирования (Master of Business Administration).

4

Большое Яблоко (Big Apple) - прозвище города Нью-Йорк.

5

Бинди - в индуизме - знак правды: точка, которую индуски наносят в центре лба, так называемый «третий глаз».

Content

Вуд Джосс Горячая встреча

Джосс Вуд Горячая встреча

Поцелуй — Harlequin — 193

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Примечания