Александр Шихорин

Ваш новый класс — Владыка демонов 3. Желаете возвести Цитадель?

Ужас, высеченный в сердцах. ИнтерЛЮДия

* * *

— Шире шаг, салаги! — раздавался над рядами бодрый сержантский рык. — Империя ждёт ваших подвигов!

— Подвиги, пхх, — фыркнул один из солдат, поправляя висящий на спине манастрел. — Захватить и разрушить несколько захолустных городков без гарнизона, это разве подвиг? Всё самое вкусное генерал Райда себе забрала, крепость штурмует, а мы…

— Да не зуди ты, — ухмыльнулся его сосед. — В крепости одни мужланы, да и под боком генерала не забалуешь. А у нас командиры понимающие и несколько городов с девками!

— Ты что, демонических баб объезжать собрался? — покосился на него другой.

— А чего? Мне дядька говорил, что ушастые самое оно для этого дела! И внизу у них всё как у нас.

— Если у тебя внизу как у демонических баб, Ххорг, то у меня для тебя плохие новости. Потому что у всех остальных нормальные агрегаты, как положено.

— Да пошёл ты! — вскинулся Ххорг на шутку ниже пояса.

По строю пронёсся довольный гогот.

Один из солдат по имени Кенней, маршировавший рядом с шутниками, незаметно вздохнул и покачал головой. Как можно было думать о подобных пошлостях во время выполнения первого приказа, отданного им Империей? В груди Кеннея горела решимость как можно безукоризненней выполнить свой долг и помочь Родине преподать урок демонам, когда-то оставивших его предков выживать на нищем клочке земли, где даже трава росла с большим трудом. А потому к подобным однополчанам он относился с большим неодобрением, хоть и скрываемым. В его голове принципиально не укладывалась концепция того, что кто-то мог возбудиться при виде страшных демонических женщин, лишь отдалённо напоминавших фиарнийских красавиц.

Кенней поднял взгляд к небу и ещё раз вздохнул. Прекрасное малооблачное небо, радовавшее поутру, стремительно затягивалось тяжёлыми чёрными тучами, от которых доносился гулкий рокот. Погода стремительно портилась и норовила вот-вот обрушить на солдат потоки воды. И, увы, это означало, что скоро придётся месить грязь. В штабе не пожелали выделять для их дивизии транспортные автоматоны кроме как для припасов и провизии, отправив выполнять приказ пешим маршем. Хорошо хоть, что только от Ликрама, а не через всю страну.

— Ну правда, Ххорг, мерзко же, — сплюнул один из соседей Кеннея, озвучивая невысказанные мысли парня.

В отличие от большинства марширующих здесь солдат, включая Кеннея, новобранцем он не был и успел немного повоевать.

— У отца раньше имелась рабыня из этих… Длинноухих короче, — продолжил он. — На неё даже смотреть противно было. Батя всё думал ей уши укоротить, чтоб хоть как-то на человека походила, да подохла раньше. Ещё и волосы синие. Мерзость.

Неожиданно беседу солдат прервал рык сержанта:

— Ррразговорчики! Сомкнуть строй! Авангард сигнализирует о подозрительном демоне на дороге.

— Всего один демон? — тихо буркнул кто-то. — Снести ему голову, да и всё.

Кенней немного усмехнулся. Маги демонов были довольно сильными противниками… когда-то. Пока инженеры Империи не разработали технологию по извлечению энергии из вельд и альд-кристаллов. Новое оружие и автоматоны, использующие магическую энергию, позволили наголову превзойти демонов на поле боя и с тех пор Империя неторопливо подминала под себя тельварских дикарей. Так что одинокий демон, будь он хоть трижды сильнейший маг, ничего не мог бы противопоставить организованной армии.

— Внимание! — разнёсся над рядами голос командира роты. — «Уловитель» регистрирует мощный магический фон. Уровень не ниже двухсот единиц и нарастает. Приготовиться к залпу «Пауков»!

Кенней немного удивился. Не перебарщивают ли отцы-командиры, давая залп сразу из пушек самоходных орудий по одному жалкому магу? Достаточно ведь было бы просто подойти на дистанцию огня манастрелов.

— Двести единиц? — пробормотал сосед Кеннея, тот самый, бывалый. — Да это ж уровень ихнего магистра, не ниже…

Тяжёлый гул пролетевших над головой сгустков энергии ударил по ушам и Кенней вытянул голову, чтобы посмотреть, на кого решили так расщедриться, так как шагал не так уж далеко от переднего края.

Впереди он разглядел фигуру одинокого путника в тёмной одежде, с плащом, трепетавшем на всё усиливающемся ветру. Но фигуру быстро скрыло облако пыли и грязи, взметнувшейся от ударившего по дороге залпа орудий.

— Недолёт! Поправка — пятнадцать!

Скрипнули шестерни машин, корректирующих угол атаки, и прогудел ещё один залп. Сгустки легли намного ближе, но Кенней вскоре увидел, что фигура вышла из облака пыли, никак не реагируя не ведущийся по ней огонь.

Кенней никогда не видел прежде вживую ни одного мага демонов и его поражало, насколько спокойно он шёл навстречу своей смерти. Неторопливо, уверенно, мерно переставляя массивный посох.

— Продолжать! Стрелки передних рядов, приготовить манастрелы! Стрелять по готовности. Магфон — триста!

Кенней всерьёз удивился. Зачем манастрелы, когда цель вот-вот окажется в зоне поражения орудий? От него ведь даже пыли не останется.

Однако его опытный сосед оказался совершенно иного мнения.

— Чтоб я сдох, — выругался он. — Откуда в этой дыре такая тварь? Салаги, глядите в оба. Будут потери.

— Хорош чушь молоть, Йонес, — одёрнул кто-то его. — Он же всего один.

Йонес не стал ничего отвечать и лишь буркнул:

— Хорошо, что мы не в первых рядах.

Кенней не знал, как на это реагировать, но в его груди поселилось тревожное чувство и он начал вглядываться в приближающуюся фигуру ещё пристальнее. В очередной раз взвыли орудия и на этот раз накрыли вражеского мага целиком.

Так-то! Кенней ликовал. Никто не в силах соперничать с достижениями лучших умов Фиарнийской Империи!

Так он думал, пока не понял, что фигура, приняв в лоб около десятка залпов самоходок, продолжает идти вперёд.

— О, Император… — поражённо выдохнул кто-то впереди.

— Огонь на подавление! — раздался приказ для передних рядов и Кенней увидел как стрелки вскидывают манастрелы, отправляя в демона сотни магических сгустков.

Но все они бессильно разбивались о его силуэт, бессильно обтекая или рикошетя в сторону.

По спине Кеннея сбежала струйка ледяного пота.

Он как завороженный следил за степенными шагами демона и не сразу понял, что в какой-то момент тот начал подниматься над дорогой всё выше, создав под собой каменный постамент с множеством ступеней, которым не могли навредить ни залпы самоходок, ни попадания манастрелов.

— Двести ялмов! Продолжать огонь! Приготовиться к ближнему бою! За Императора! За Императрицу!

Хотя до мага было всё ещё далековато, у Кеннея уже получилось разглядеть некоторые детали его внешности. Толстую раскрытую книгу на навершии посоха, белую угловатую маску, напоминающую торчащий прямо из кожи череп с короткими рогами. И пронзительно мерцавшие в глубине глазниц крохотные точки фиолетового света, от которого у паренька невольно всё сжалось внутри.

Несколько долгих мгновений демон просто стоял, спокойно взирая на приближавшихся фиарнийцев, которые продолжали вести по нему огонь. Наконец он зашевелился, начав медленно поднимать левую руку.

И воздух просто разорвало от заполонивших его донесений и приказов.

— Готовится атака!

— Резкое усиление магического фона!

— Усилить огонь! Не дайте ему!..

— Магфон — четырес!..

Ослепительная стена рухнула на передние ряды дивизии и пришедший следом громовой раскат заставил Кеннея упасть на землю, зажимая уши от невыносимой боли. Кажется, он закричал. Не то от боли, не то от нахлынувшего страха. Вокруг мелькали забегавшие в панике солдаты и пару раз парню ощутимо прилетело по рёбрам.

А потом на шеренги фиарнийцев рухнул ещё один удар, бивший хаотично по разным отрядам. Вставая на ноги, Кенней увидел хаос и панику. Прямо на его глазах одна из молний ударила в командира соседней роты. А после ещё одна ударила прямо за его спиной, заставив парня с жутким воплем вновь упасть на землю, прикрывая голову. Из ушей потекла кровь, слух окончательно пропал. Сердце стучало как бешеное и Кеннея захлёстывала паника.

Он хотел бежать. Бежать как можно дальше от этого ужаса и спрятаться. Он готов был прямо сейчас зарыться под землю, лишь бы не попасть под атаку этого чудовища.

Но шли секунды, а на фиарнийцев больше не обрушивались новые молнии. Борясь с дрожью, Кенней поднял голову и взглянул в сторону демона, надеясь, что его наконец таки порешили. Но надежды оказались тут же разбиты, едва он увидел врага стоящим на всё том же возвышении, словно ничего не произошло.

Кенней огляделся и понял, что командиры и сержанты пытаются навести хоть какое-то подобие порядка. Он тоже должен был встать и занять своё место в строю, ведь он солдат Империи. Даже если он потерял слух, он всё ещё мог видеть жесты командиров и жать на спусковой крючок манастрела.

Встав на ноги, он покрутил головой и, глянув туда, где был Йонес, резко отвернулся, сдерживая тошноту. Не было больше Йонеса. Как и нескольких человек возле него. Заклинание демона ударило аккурат в предупреждавшего всех солдата, превратив Йонеса… Кенней предпочёл не думать дальше о его судьбе. Сейчас его должны были волновать лишь враг впереди, приказы командиров и воля Империи.

Но только он увидел, как демон величественно разводит руки, и страх вытеснил из головы все прочие мысли и сковал тело, оставив ему лишь возможность предательски дрожать.

— От имени Богини Аллегри, я, Владыка демонов Нотан, искренне приветствую вас, фиарнийцы, на землях Тельвара!

На солдат не обрушились новые заклинания, косящие людей десятками. Никто больше не погиб. Демон заговорил. И заговорил на чистейшем фиарнийском.

В голове Кеннея носились сотни мыслей. О непостижимо сильном демоне, что двумя атаками остановил продвижение целой дивизии и почти полностью её деморализовал. О том, почему он неожиданно заговорил. И почему его жуткий голос словно проникал в череп парня, наплевав на его потерю слуха.

Демон говорил что-то странное, о визах, землях и заселении. Кенней не понял почти ничего из его речи, кроме одной фразы, что он произнёс под конец:

— Вы должны быть мертвы.

Кенней вновь захотел сбежать. Без оглядки, подальше от этого безумного места, позабыв о приказах. Мёртвые не умеют их выполнять. Но страх, сковавший конечности, держал парня на месте, не давая сдвинуться. И он видел, как точно так же стоят, дрожа, его однополчане.

За спиной демона появился огромный трон, на который он лениво опустился и принял расслабленную позу. Демон взирал на всех оттуда надменно и апатично, словно повелитель. Владыка.

— А ведь точно… — вяло прошептал Кенней.

Он ведь назвал себя Владыкой демонов.

Маг на троне говорил что-то ещё, но парень не обратил на эти слова никакого внимания, поглощённый страшной мыслью и неожиданным воспоминанием о слабых слухах, прошедших по Империи несколько месяцев назад. Слухах о том, что у тельварцев появился какой-то странный маг, называющий себя посланником божества.

И Кенней не сомневался, что сейчас стоит прямо перед ним.

Владыка демонов, сказав что-то про помощника, вытянул руку в сторону и произнёс фразу, от которой у парня кровь застыла в жилах:

— Явись, Флюгегехаймен!

Он не знал, кого призывает маг, но по одному только имени, от которого просто несло чем-то чёрным и жутким, понял, что марш их армии закончится здесь.

И через мгновение убедился, что был прав.

Подле трона появилось кошмарное чудовище, состоящее из костей и гнилой плоти. Огромное, смердящее трупной вонью, оно почтительно склонилось к Владыке и немедленно получило приказ:

— Позаботься о наших гостях.

Резко повернувшись в сторону фиарнийцев, чудовище начало расти на глазах и Кенней увидел, как на поверхности его туши проявляются морды жутких существ, похожих на ящериц. В чёрных глазницах зардело колючее зелёное пламя и спустя секунду оно превратилось в длинные лучи, полоснувшие по рядам солдат, словно тонкие клинки.

Один из таких лучей промелькнул перед Кеннеем и парень понял, что заваливается назад, перестав чувствовать что либо. Его взгляд стремительно окутывала тьма и последнее, что ему удалось каким-то чудом услышать своим повреждённым слухом, было:

— О, Император, оно убило Кеннея!

Глава 1. Флюгегехаймен

Опустившаяся на землю туша некроголема вызвала лёгкую дрожь вокруг себя, заставив мелко завибрировать моё возвышение с троном. До рядов фиарнийцев эти колебания, конечно, не дошли. Но, судя по тому как они замерли при появлении Флюгегехаймена, одного лишь только вида того, как из ниоткуда появляется тварь, которая выглядит как нечто родом с самых глубин Ада, да ещё метров эдак пятнадцати высотой, им оказалось достаточно, чтобы проникнуться моментом.

Встряхнувшись, некроголем пошевелил торчащими из его туши костями и словно вопросительно повернул голову в мою сторону.

Уважаемые фиарнийские разведчики. Почтенные тельварские доносчики. Я не знаю, где вы находитесь, но уверен, что вы всё прекрасно слышите. И, надеюсь, ясно видите. Наблюдайте, запоминайте, транслируйте происходящее через магические кристаллы, если обладаете такой технологией. Разносите вести о происходящем в каждый уголок континента. Отныне я — та сила, с которой вам всем придётся считаться.

Поверьте, я сам не рад тому, как всё повернулось. Если бы мог, с радостью прикинулся бы ветошью и не отсвечивал. Я просто хочу жить тихо и мирно, наслаждаться спокойствием в городе, что меня приютил, распутывать романтическую глупость, в которой оказался вместе с Лони, вяло и для виду отбиваться от домогательств красивых служанок, вкусно есть, долго спать и подкидывать одному гномьему инженеру новые идеи для передовых разработок. Это жизнь, которая мне нравится. Если бы мне удалось заработать себе репутацию не вылезая на поле боя, я бы с превеликой радостью не высовывал носа из города

Что ж, Судьба любит злые шутки. И раз уж у меня не осталось выбора, кроме как защищать своё спокойствие и друзей при помощи силы, я покажу всё, что успел обрести с момента прихода в этот мир. Чтобы ни у кого не возникало сомнений, что Владыка демонов — не просто глупые слухи. Что апостол Богини — не просто самоназванный шарлатан. Тот, кто придёт к моему дому с злыми намерениями, получит достойный отпор.

— Флюг, — сократил я для удобства кличку монстра. — Позаботься о наших гостях.

Качнув уродливой башкой в сторону людов, некроголем вытянул тело, поднимая его повыше. Из недр брюха раздалось глухое чавканье, от монстра ударила волна той самой давящей силы, что я ощутил в подземелье, и по шеренгам людов скользнул десяток зелёных лучей.

Пальцы дрожали, я морально настраивался на зрелище изорванных на куски тел, однако удар лучевой магии взметнул в воздух кучу земли и пыли, скрыв от меня большую часть неприятного зрелища.

Проведя ещё несколько раз лучами по толпе, в которую превратилось упорядоченное ещё пару минут назад войско, Флюг пополз вперёд, время от времени обстреливая врагов в куче пыли костяными снарядами, а также новыми атаками, которые я в подземелье не видел. Видимо, некроголем просто не успел ими воспользоваться. Одной из таких атак стала кислотно-голубая жижа, которой монстр время от времени поливал всё впереди себя из толстой тентакли, словно из брандспойта. Что делала эта жижа я не знал, так как всё происходящее было скрыто в пыли и дыму, но выглядела она явно не безобидно.

Другой атакой стал чёрный туман, который начал время от времени выпускать Флюгегехаймен. Опять же, ничего доброго я от него не ждал. Но из-за него поле боя оказалось окончательно накрыто непроглядной пеленой, над которой торчала лишь башка Флюга, крутившаяся туда-сюда словно перископ. Единственное, что удавалось увидеть в завесе, это вспышки фиарнийских ружей-«манастрелов», название которых мне подсказал обновлённый «Взор мудреца».

Спустя десяток-другой секунд, во время которых, как я догадывался, творилась чистая и незамутнённая резня, в бой вновь вступили Ходуны и открыли по некроголему огонь. Массивные сгустки энергии били по его туше, расплёскиваясь красными языками и уничтожая крупные куски тела. Но практически сразу Флюг начал восстанавливать потери. Выпустив множество тонких щупалец вглубь дымной завесы, он затягивал внутрь своего тела поверженных людов. И чего-чего, а этого «стройматериала» у него оказалось в избытке.

Хотя я видел немногое, всё равно быстро заметил, что вскоре самовосстановление некроголема начало полностью покрывать ущерб, нанесённый Ходунами. Более того, через какое-то время Флюг принялся заметно распухать, поглощая всё больше жертв.

Меня невольно передёрнуло. Воистину кошмарная участь.

Постепенно на поверхности Флюга начали проступать странные пятна. Некоторые были тёмными, другие тускло-серебристыми. Поначалу я принял их за подготовку к ещё одному новому типу атаки, но приглядевшись, я внезапно осознал, что это кирасы фиарнийцев. Чёртова тварь воспользовалась моментом и организовала себе легкобронированную «чешую».

По крайней мере, мне так казалось поначалу. Но спустя время я заметил, что кирасы медленно выдавливает наружу и они опадают вниз. Похоже, суть некроголема плохо переносила неорганические материалы.

Тем не менее, пока что остававшиеся торчать во Флюгегехаймене кирасы ещё больше усилили стойкость монстра к атакам ходунов. По большому счёту, Флюг с самого начала не обращал на ходячие железки никакого внимания, охотясь только за живой добычей. И вот это было не очень хорошо, так как два десятка Ходунов — это всё ещё слишком серьёзный аргумент в любом споре.

Но моим опасениям оказалось не суждено укрепиться. Когда Флюг продвинулся ещё немного вглубь вражеской армии, назойливый огонь автоматонов заставил таки некроголема обратить на них внимание.

Повернув тушу, некроголем полоснул лучами по ближайшему месту, где в дыму сверкали крупные вспышки. Но первая атака, видимо, не принесла ожидаемого результата, так как во Флюга с того направления вновь ударил магический снаряд. Следующий удар монстр нанёс намного выверенней. Зелёные лучи, вновь выпущенные в сторону автоматона, свелись в одной точке. Сквозь дым пробилось сияние нагревшегося металла и через пару мгновений жахнул взрыв.

Ударная волна изорвала густую пелену, висевшую над людами, с которой не мог справиться даже порывистый ветер, и разогнала лохмотья в разные стороны, приоткрыв вид на поле брани. Я ожидал ужасающего зрелища, однако старина Флюг позаботился о моей неподготовленной психике.

Там, где ещё недавно стояли шеренги солдат, сейчас виднелась лишь истерзанная почерневшая земля. Всё тела врагов Флюг методично втягивал внутрь своей туши. Это немного противоречило моему обещанию, что я дал фиарнийцам, но будем считать, что я просто образно выражался.

Те, кому повезло выжить в первую минуту, стремительно отступали. Хотя «отступление» тут было, пожалуй, чересчур громким словом. Фиарнийцы бежали, бежали без оглядки, сломя голову, топча споткнувшихся и игнорируя любые приказы. Которые, к слову, звучали всё реже.

Внушительная часть армии, что пока стояла под прикрытием Ходунов, ещё держалась и безостановочно палила по Флюгу, но взрыв одного из автоматонов и пытающиеся прорваться прямо сквозь их ряды деморализованные бойцы авангарда неумолимо распространяли среди них панику и страх. Стоит некроголему разобраться с Ходунами и какое-либо сопротивление останется в прошлом.

И тварюга явно вознамерилась именно это и сделать.

По следующему гексаподу Флюг нанёс удар, ни много, ни мало, а щупальцами. Толстые жгуты, хлестнув по броне, обвились вокруг лап и ствола, потянув машину к некроголему. Протестующе взвыли механизмы упирающегося железного паука. Лапы впились глубоко в грунт и канаты из подгнившей плоти начали истончаться, грозя, того и гляди, порваться. Но некроголем выпустил из себя ещё несколько щупалец и с их помощью сорвал Ходуна с места, выдернув его из грунта и погнув ствол в процессе. Машина жалостно скрипела, пытаясь вырваться из хватки монстра, но через десяток секунд Флюгегехаймен просто втянул её внутрь своей туши, из недр которой тут же раздался дикий скрежет.

Я ненашутку забеспокоился. Если автоматон сейчас рванёт прямо в брюхе Флюгегехаймена, собирать себя монстр будет по всей округе, если вообще окажется на это способен. Нужно было срочно, что-то придумать, дабы не лишиться единственного в текущей ситуации козыря, но каких-либо идей у меня на этот счёт не оказалось. Кроме, разве что, одной.

— Флюг, — прогремел мой голос над полем боя, — Выплюнь каку.

Как ни странно, это сработало. С громким чавканьем из некроголема вывалилась груда искорёженного металла, мало чем напоминавшая гордую боевую машину, которой была ещё буквально минуту назад. Выгнутые и заломленные лапы перепутались с изорванными листами обшивки. Из обрывков шлангов и трубок хлестал пар, подкрашенный сиянием питающих механизм кристаллов.

Глядя на плачевное состояние автоматона, я ожидал немедленного самоподрыва, однако скрежет из недр переломанной железки становился всё тише и вскоре заглох вообще, вместе с потухшим сиянием кристаллов. Ходун пробыл внутри некроголема всего ничего, но тот успел превратить его за столь короткий срок в натуральный металлолом. Похоже, что моё беспокойство оказалось немного напрасным.

Третий гексапод Флюг приголубил сначала костяным залпом, не возымевшим никакого эффекта, после чего окатил из «шланга» голубой жижей, зацепив походя стоявших рядом с Ходуном солдат. На судьбу вояк я предпочёл не смотреть. Подозревая, что, даже пропустив большую часть усердных трудов Флюгегехаймена, несколько бессонных ночей мне обеспечены. Тем более что Ходун, принявший на себя большую часть атаки, наглядно демонстрировал, чем заканчивается контакт с жижей.

Металл обшивки пузырился и исходил дымом, медленно стекая на землю густыми, тягучими, словно мёд, каплями. Просачиваясь внутрь корпуса машины через стыки и сочленения, жижа быстро делала своё дело и через какое-то время Ходун беспомощно рухнул на брюхо, в буквальном смысле разваливаясь на куски.

На этом неутомимый монстр, само собой, не остановился, продолжая вгрызаться в ряды врагов и повергая их в первобытный ужас. Возможно, если бы тут сейчас стояли ветеранские полки, а я почти не сомневался, что к Лаграшу отправили сопливую зелень, да командиры потолковее, мы с некроголемом вполне могли несдобровать. Несколько манёвров, чтобы рассредоточить силы и уменьшить потери, упорядоченный сконцентрированный огонь по мне и конкретным точкам на туше некроголема — и поминай нас как звали. Остатков моей магии ненадолго хватило бы, чтобы поддерживать защиту под постоянным и шквальным огнём. Что до Флюга, то, сократив некроголему до минимума источники для самовосстановления, люды рано или поздно сожгли бы демоническую колбасу до хрустящих углей.

Но, даже понимая всё это, подавляющая мощь монстра просто ужасала и в моей голове непрерывно пульсировала единственная мысль. И вот с ЭТИМ я тогда решил сражаться?! Воспользуйся Флюг своим туманом или жижей в подземелье, и от нас с Лони не осталось бы и воспоминания. Ибо я подозревал, что природа у этих атак сугубо физическая. Почему он тогда не стал их применять? Само собой, некроголем не мог ответить мне на этот вопрос, но вот Аллегри была абсолютно уверена в том, что мы смогли бы продержаться ещё какое-то время во время того боя в подземелье. Получается, она знала причину, по которой Флюг не спешил пользоваться чем-то помимо костяных копий и лучевой магии. Может быть, поначалу он просто не воспринимал нас за серьёзную угрозу и отнёсся к процессу охоты спустя рукава?

Кроме того, наблюдая за действия Флюга, я понял, что жижу и туман он использует намного реже костяных залпов и зелёных лучей. Особенно туман. В будущем эти немаловажные вещи следовало учитывать и я сделал себе зарубку в памяти.

Но даже с учётом этих нюансов, некроголем наглядно демонстрировал, за что его прозвали королём мясорубки.

Армия фиарнийцев находилась в полном хаосе и раздрае. Одни ещё пытались воевать, другие пытались сбежать. Третьи, ещё слушаясь командиров, пытались помешать вторым и повернуть их назад, в бой с некроголемом. Флюгегехаймен же чувствовал себя в этом хаосе максимально вольготно. Каждая атака оставляла в людском море внушительные проплешины. Каждый взрыв поверждённого Ходуна разбрасывал пехотинцев, словно удар ребёнка игрушечных солдатиков, нанося даже большой ущерб чем единичная атака Флюга.

Заслуживали ли они такой участи? Я не знал. Наверное, их тоже дома ждали друзья и семьи, а в этих краях они оказались лишь из-за приказа и пропаганды. Но я тут защищаю своих друзей и, можно сказать, почти семью. Так что, пожалуй, всё честно. Или мы, или они.

Но если бы не постоянные вспышки, взрывы и дым, бросаемый ветром из стороны в сторону, я наверняка не смог бы наблюдать за происходящим с подобным спокойствием. Хотя даже текущее моё состояние было далеко от него. Тело била нервная дрожь, а рука вцепилась в древко посоха судорожной хваткой. Но покажите мне того, кто в подобной ситуации смог бы сохранить самообладание? Всего несколько месяцев назад я расставлял книги в алфавитном порядке и если что и убивал, то только время за видео и мобильными играми.

В какой-то момент фиарнийцы потеряли последнюю волю и надежду, бросившись наутёк под прикрытием оставшихся до последнего Ходунов. В принципе, такой исход меня устраивал. Флюг уничтожит оставшуюся боевую технику, а выжившие в этой резне посеют на родине качественные семена страха, не чета нашей прошлой встрече на холме с крохотным отрядом. На глазок, отсюда драпало несколько тысяч солдат. Несколько тысяч сердец, в которых уже был высечен ужас и страх от встречи со мной и Флюгом. А страх, как известно, заразен не хуже гриппа.

Оставалось лишь нанести на это полотно последний штрих.

Собравшись с силами и оперевшись на посох, я поднялся с трона. По прежнему активированная «Громогласность» исправно разнесла мой голос во все стороны:

— Уважаемые фиарнийские крысы! Надеюсь, вам понравилось наше гостеприимство и радушный приём. Запомните этот день, запомните его навсегда. Вы можете считать себя сильными и непобедимыми, но всё это просто пыль перед волей Богини Рока. Грядёт час расплаты за все ваши грехи и не будет такого убежища, что сможет вас укрыть! Бегите, пока можете, и тешьте себя иллюзией спасения! — я огляделся и увидев, что некроголем уже расправился с последним автоматоном и теперь безуспешно гонится за бегущими людами, настреливая им в спины, добавил. — Флюг, достаточно. Возвращайся.

Убедившись, что монстр внял приказу и пополз в обратную сторону, я вновь опустился на трон и разжал ненадолго хватку на посохе, обрывая канал силы для заклинания.

— Неплохо сработал-кве, — одобрительно взмахнул страницей Эрмит. — Такую встречу они запомнят надолго-кве.

— Лучше бы навсегда, — буркнул я.

Несмотря на безоговорочную победу, все проблемы были только впереди. В покое Лаграш не оставят, это понятно. Вопрос только в том, когда враг придёт в следующий раз. Я надеялся, что сегодняшняя демонстрация значительно оттянет этот момент. Но, в то же время, к следующему разу люды подготовятся намного лучше, допросив свидетелей и изучив отчёты. Впереди предстояло очень много работы, чтобы приготовить к следующей встрече массу сюрпризов. Приятных для меня и неприятных для людов.

— Кстати-кве, — нарушил тишину фолиант. — А что у тебя под рукавом мигает-кве?

Я удивлённо перевёл взгляд и увидел, что браслет действительно переливается рунами. Но не так, как это бывало с приходом сообщения от Аллегри, а просто мягко и ненавязчиво пульсирует, не пытаясь привлечь внимание вибрацией. Не попадись он на глаза пингвину, я бы ещё долго не замечал сигнал.

Заинтересованный тем, по какому поводу случилась иллюминация, я коснулся браслета и удивлённо вскинул брови, когда узнал причину:

«Истинный Владыка демонов»

Количество ваших поступков достигло значимого рубежа. Уровень навыка увеличен до 10. С данного уровня начинают действовать дополнительные эффекты усиления.

Продолжайте поднимать уровень навыка, чтобы становиться сильнее и приближаться к званию Истинного Владыки.

Снижение уровня навыка приведёт к уменьшению усиления.

…Впрочем, чему я удивляюсь? Этого следовало ожидать.

Глава 2. Урожай крови и стали

В целом, сообщение меня скорее порадовало, чем нет. Усилению я был всегда рад, особенно в свете намечавшихся хлопот. Вот если бы оно было более надёжным и не из столь сомнительного источника, я мог бы оказаться вообще в полном восторге. Кроме того, сухое сообщение не давало более подробной информации о загадочных дополнительных эффектах, что делало его почти полностью бесполезным с точки зрения новой информации. Вот если бы «Взор Мудреца» действовал на описания навыков…

— Так что это-кве? — напомнил о себе Эрмит.

Тихо вздохнув, я закрыл сообщение и ответил пингвину:

— Божественный артефакт. Откровения, послания, техподдержка.

— Тех…что-кве?

— Забудь, — отмахнулся я, — это я о своём, апостольском.

Пока я был занят чтением сообщения и болтовнёй с Эрмитом, некроголем практически дополз до трона и моё внимание переключилось на него.

— Ну и разжирел же ты, парень, — пробормотал я, оценив его новые габариты. — Тебя после каждого побоища так раздувать будет?

Флюг, само собой, оставил мой вопрос без ответа.

— Я не специалист в вопросах некромантии-кве, но слышал, что есть предел на количество существ, которое может контролировать одно ядро-кве, — Эрмит неожиданно выдал весьма полезный комментарий. — Так что я посоветовал бы наполнять его полезными монстрами-кве. Тела людов дадут только массу-кве.

— Спасибо, Эрмит, — искренне поблагодарил я. — Хорошо, что ты про это упомянул.

Только после его совета я осознал, что, хотя Флюг натащил себе в брюхо несколько тысяч фиарнийцев, в бою от них толк был бы если только в качестве внешнего слоя брони. Собственно, некроголем и начал их поглощать, чтобы восполнить потери своего тела. А это значило, что, несмотря на выросшие габариты, Флюгегехаймен, вероятно, стал слабее, потеряв во время боя трупы полезных тварей. Неприятно. Очень неприятно.

Флюг наконец добрался до трона и выжидающе замер, направив в мою сторону корявую подгнившую голову.

— Придётся скорректировать тебе рацион, — сообщил я монстру. — Знать бы только, каким образом…

Посидев на троне ещё немного, пытаясь упорядочить мешанину мыслей, я встал и отправил Флюга в Хранилище, с трудом отыскав на туше место, которого можно было бы коснуться без зашкаливающего омерзения.

— Твои манипуляции над пространственными законами просто возмутительны-кве, — сообщил Эрмит, наблюдая за процессом.

— На всё воля Богини, — я дал ему краткий, но исчерпывающий ответ.

Мои собственные навыки ведь и правда были тут абсолютно не при делах.

Сквозь тучи начало медленно и неуверенно пробиваться солнце, освещая истерзанные во время боя поля. Половина посевов точно сгинула в небытии, что грозило в будущем серьёзной нехваткой тканей. Однако теперь на полях «рос» другой урожай. Из перевороченной земли торчали манастрелы, как целые, так и изрезанные Флюгом, шлемы, кирасы и другая экипировка, оставшаяся после погибших и бежавших фиарнийцев. Уцелевшие манастрелы — страже. Доспехи на переплавку или тоже страже. И это ведь не считая тех куч металлолома, в которые превратились уничтоженные ходуны. Некоторые из них торчали над землёй железными холмами, других раскидало во все стороны взрывами. Сколько там было ещё металла и других полезных ресурсов вроде магических кристаллов я даже не брался прикидывать.

Лаграш лишился внушительной части одного ресурса, но приобрёл огромное количество другого. И, как я небезосновательно подозревал, металл ценился намного дороже ниток. Не значило ли это, что мы ещё и в плюсе оказались? Но узнать ответ я смогу, скорее всего, только когда вернётся казначей.

Обойдя трон, я, постукивая посохом, принялся спускаться с постамента, чтобы отправиться обратно в город. Даже отсюда мне было видно, что у городских ворот царила какая-то толкотня. Видимо, особо нетерпеливые уже рвались сюда, чтобы лично оценить результаты битвы. И я даже подозревал, кто именно был в их числе.

Ожидания меня не подвели. Когда я прошёл всего лишь треть пути до Лаграша, ко мне уже подлетала на полном ходу, оседлав верховых ящеров, ватага гоблинов с Лони и Гортом во главе. Позади них изо всех сил спешили стражники и ополченцы из тех, кто посмелее. Наиболее удачливые отставали от гоблинов не слишком сильно, ибо тоже передвигались верхом. Ну а остальные плелись далеко позади, хоть и старательно бежали на своих двоих.

— Владыка, вы в порядке?! — завопил Горт издалека.

Вопрос оказался сложный, так как чувствовал я себя малость паршиво, несмотря на уверенную победу. Но шамана интересовал явно физический аспект, а с этим у меня был полный порядок. Как говорится, даже не вспотел. Впрочем, вру, потел как скотина. От нервов. Но на этом всё.

Быстро сократив расстояние, мои бандиты столпились вокруг плотным кольцом и принялись победно вскидывать копья.

— Владыка самый сильный!

— Разбить людов!

— Славный битва!

Глядя на ликующие рожи краснокожих охламонов, довольного Горта и одобрительно ухмыляющуся Лони, я незаметно для себя расслабился и тучи над моей душой постепенно рассосались. Как бы там ни было, я всё сделал правильно. Я смог защитить их всех.

— Ну, тихо, тихо, — смущённо замахал на них я. — Нам просто повезло, что у людов не оказалось толковых командиров.

— Излишняя скромность тебя до добра не доведет, — покачала головой гномка. — Я видела со стены, что ты там устроил. Точнее, нихрена не видела, но сверкало и гремело так, что аж в городе всё тряслось.

Я хотел было ввязаться в спор, но спохватился и мысленно махнул на это рукой. Ещё будет время обсудить вскрывшиеся слабые места. Когда эмоции немного улягутся. Но большая часть сегодняшнего успеха однозначно заключалась в нерасторопности вражеских командиров и в том, что армия людов шла относительно узкой колонной, что не дало ей времени рассредоточиться и взять Флюга в кольцо, выжигая его Ходунами с безопасного расстояния.

Увидев, что стражники тоже начали собираться вокруг, я махнул рукой командиру и крикнул:

— Внимание всем! На поле боя осталась куча трофеев! Доспехи, манастрелы, металл с Ходунов, магические кристаллы и прочее полезное добро! Добычу нужно собрать и доставить в город в кратчайшие сроки! Учитывайте, что часть трофеев могло засыпать землёй в процессе боя, не пропустите ничего!

— Сделать, Владыка! — нестройным хором завопили гоблины.

— Все слышали?! — рявкнул командир на стражников. — Тогда вперёд! Сержант, гони в город и веди сюда столько телег, сколько найдёшь!

Толпа вновь сорвалась с места и отправилась к месту поражения людов, ведомая отрядом весело улюлюкавших гоблинов. Возле меня остались только Лони и Горт. И неожиданно я услышал сдержанное шмыгание. Его источником оказался старый шаман.

— Старче, ты чего? — спросил я, гадая, что вдруг случилось с гоблином.

— Знаете, Владыка… — ответил Горт, смахивая слезу. — Не думал, что увижу бегство людов на своём веку. Уже несколько десятилетий они не терпели такое разгромное поражение. Вы, конечно, можете говорить про их слабых командиров, везение и многое другое, но… Тельварцы слишком давно не видели настоящих побед. И я уже трепещу в ожидании момента, когда вы, Владыка, покажете нам следующую.

Я смущённо пошкрябал в затылке. С одной стороны, было очень приятно слышать подобное, пускай даже шаман традиционно перегибал палку. Но всё же слишком многое в этот раз оказалось на моей стороне. Будет очень неловко, если эта победа так и останется единственной.

— Хватит уже думать о разной ерунде, Владычество, — сказала Лони, видимо, почувствовав моё настроение. — Наслаждайся моментом, ты его полностью заслужил.

— Ну, может ты и права, — вздохнул я.

— Я всегда права, — хмыкнула гномка и протянула руку. — Забирайся давай, поедем в город.

Молчавший всё это время талмуд, услышав предложение гномки, неожиданно встрепенулся и замахал страницами:

— Нотан, кинь меня пока в свой пространственный карман, ладно-кве? — озвучил он весьма нестандартную просьбу.

— Эм… Не вопрос, только с чего это ты сам туда просишься? — спросил я в лёгкой растерянности.

— Кхм… Не люблю я этих верховых-кве, — неохотно буркнул бывший пингвин. — Я когда за Нулевым арканумом охотился, мне один такой чуть крыло не откусил-кве. Вон и сейчас, гляди как зыркает-кве. Явно страницы на зуб попробовать хочет-кве. Или обложку.

Я перевёл взгляд на ездового ящера Лони. Тот выглядел как ящер, познавший Дзен и взирающий на мир с беспристрастностью статуи, с одинаковым равнодушием игнорируя как Эрмита, так и вообще всё вокруг. Вероятно, прямо сейчас он пытался постигнуть самые сокровенные тайны вселенной. Но пингвину было, конечно, виднее, так что я не стал спорить.

— Ну, в карман так в карман, — пожал я плечами и отправил посох с талмудом в Хранилище. — Мне же проще.

Воспользовавшись помощью гномки, я запрыгнул на спину меланхоличного велоцираптора и устроился поудобнее. К счастью, у меня уже был опыт езды на этих ребятах, так что я не сильно опасался шлёпнуться на землю, тем более, придерживаясь за Лони. Правда, обнимать нагрудник доспеха оказалось далеко не так удобно как саму гномку.

Убедившись, что я сел надёжно, Горт с Лони тронули ящеров и мы отправились к Лаграшу.

Встреча с ополченцами вновь прошла под радостные вопли. Одна часть горожан отправилась дальше, чтобы помочь страже в сборе добычи, а остальные решили вернуться в город вместе с нами, в качестве почётного сопровождения.

Отовсюду доносились оживлённые разговоры, радостный смех и восхваления могущественного Владыки и Богини-хранительницы. Время от времени знакомые горожане заводили с нами разговор, но большей частью обсуждали событие между собой, не докучая особо расспросами. И, несмотря на многочисленные «но» в голове, я начал проникаться атмосферой и даже принял более подобающую Владыке-победителю позу, насколько это было возможно, сидя за спиной у гномки.

В Лаграш мы въехали с помпой и триумфом. Разве что красной дорожки и фанфар не хватало. Но фанфары с успехом заменила стоявшая за городской стеной толпа народу, встретившая нас оглушительным рёвом:

— Слава Владыке!

— Долгих лет Владыке Нотану!

— Да здравствует посланник Богини!

Искренняя радость пронизывала воздух и я осознал, что если раньше у этих людей и могли быть какие-то сомнения во мне и моих проповедях, то теперь всё это исчезло без какого-либо следа. Я завоевал лояльность лаграшцев окончательно и бесповоротно. Может даже это скажется на Очках Веры, нужно будет потом проверить.

Проехав какое-то время через радостных горожан, мы наткнулись на Лаэнвеля. Пожилой эльф, взобравшись на составленные горой ящики, словно на трибуну, взмахнул рукой и принялся горланить длинную витиеватую речь, воспользовавшись той самой «Громогласностью», разве что в ощутимо меньших масштабах.

Речь была типично эльфийской. О неоценимых заслугах и бесценной помощи, о неоплатных долгах и великих победах. О новой главе в истории города и начале новой эпохи для всего Тельвара. Он вещал долго и в какой-то момент я даже потерял нить речи, но под конец Лаэнвель наконец затронул довольно важную для всех тему:

— …А потому я предлагаю славно отпраздновать этот великий день! Несите столы на центральную площадь! Готовьте еду и напитки! Вечером мы будем пировать!

Судя по тому, какой рёв поднялся вокруг, эту часть речи мэра все оценили намного лучше, чем любые витиеватые словеса до неё. И я вполне разделял их энтузиазм, ибо на смену стрессу пришёл дикий голод.

— Жратва! — довольно ухмыльнулся я.

— Бухлишко! — поддержала меня Лони.

Глава 3. Штурм при свете фонарей

Если бы вдруг фиарнийцы по какой-то причине набрались храбрости и решили вернуться, то Лаграш мог бы пасть в считанные мгновения. Практически весь город, кроме тех бедолаг-стражников, которым пришлось идти в дозор или патруль, собрался сейчас на площади перед мэрией и усиленно приводил себя в небоеспособное состояние. Включая, конечно же, меня.

Загляни сюда прямо сейчас кто-нибудь, незнакомый с обстоятельствами последних дней, он ни за что бы не подумал, что город ещё недавно стоял на грани захвата и, вероятно, уничтожения. Всюду разносился смех, гремели ложки и сталкивались стаканы. По всей площади жарко гудели костры, освещая столы, согревая воздух и весело разбрасывая искры в темнеющее небо.

— За Владыку! — в очередной раз донеслось с какого-то стола.

И по округе немедленно, словно пирующие только этого и ожидали, раскатилось нестройное, но весьма воодушевлённое:

— ЗА ВЛАДЫКУ! — перемежаемое звоном и грохотом стукающихся кружек, бокалов и прочей посуды.

Я не стал отставать от коллектива и осушил кубок. Застолье длилось уже пару часов, а я всё ещё ощущал лишь начальные признаки захмеления. Если так подумать, а ведь гирака, которой нас потчевал старейшина орочьего племени, была малость покрепче, но тоже меня едва проняла. Только сейчас, задумавшись над этим и сравнив, так сказать, показания внутреннего алкометра, до меня дошло, что это всё «Стоик». Когда речь шла не о гномьем спирте, навык творил настоящие чудеса.

Хотя, будем честными, настоящие чудеса он творил именно в случае с гномьим спиртом, выжить после которого могли только гномы. И от этого я всё сильнее задавался вопросами о том, как и из чего бородачи гнали своё демоническое пойло, что оно получалось ТАКИМ?

Я скосил взгляд на довольно жмурившуюся от вкусной еды гномку. Можно было бы и спросить, конечно, но тогда она явно обратит внимание на то, что я прихлёбываю «какой-то компот» вместо настоящего праздничного напитка. И тогда мне придётся сменить содержимое кубка. Хотя «Стоик», после всеобщего улучшения моих сил, отныне мог ликвидировать похмелье от умеренного количества гномьего спирта, процесс его пития всё ещё был далёк от приятного. И требовалось особое настроение, чтобы я добровольно захотел опрокинуть стаканчик с ним.

И раз гномка пока не обращала внимание на то, что именно мне подливают в кубок, я предпочёл бы, чтоб так всё и оставалось.

Несмотря на приближение ночи, гульба на площади только набирала обороты. Горожане притащили музыкальные инструменты и пытались сыграть какую-то мелодию. Получалось криво и нестройно — зато громко, успешно справляясь с задачей звучать громче собравшейся тут толпы. А народу гомонило вокруг преизрядно. Я даже в лучшие дни не собирал столько лаграшцев за раз на свои речи и проповеди, сколько сидело сейчас за столами.

Поначалу, когда пир только начался, я воспринимал происходящее не иначе как чистый хаос. Но постепенно, когда немного пригляделся, начал замечать, что всё очень даже организованно. Например, островки составленных вместе столов чётко делились на определённые группы. Поблизости от нас восседали влиятельные и зажиточные лаграшцы с семьями. Глава союза торговцев, старший градостроитель и прочие уважаемые личности. Восточнее я заметил столы ремесленников. Рядом с ними скучковались фермеры. Иногда эту стройную систему нарушали те, кто собирались за столами не по роду деятельности, а по месту проживания. Например, пировали по-соседски, целой улицей. В общем, так или иначе, люди предпочитали находиться в кругу своих коллег или друзей.

Так что самым разношёрстным столом на площади был именно наш. Тут сидели и гоблины-добытчики со своими семьями, и представители кузнечной династии Меднобородов из клана Медного Горна, единственный на всю округу шаман, градоначальник собственной персоной, а также целый Владыка демонов и даже его служанки. А в промежутке между составленными П-образно столами сидела огромная паучиха и доедала уже третье блюдо чего-то смахивающего на зажаренного целиком кабанчика.

Надо сказать, что усадить Эсми с Латикой за стол мне удалось с большим трудом. Девушки настаивали, что так делать не положено и всё норовили остаться где-нибудь позади моего стула, чтобы подливать вино и менять блюда. Наверное, в этом был определённый смысл и нормы этикета, но мне не нравилась мысль, что такой хороший вечер старательные девчонки проведут на ногах.

Пришлось поставить им ультиматум, что если они хотят исполнять свои обязанности, то делать им это придётся сидя за столом, справа от меня. Слева, согласно своему официальному статусу невесты, расположилась Лони. Дальше сели Орен, Горт и Лаэнвель. И где-то дальше, среди гоблинов, умудрились затесаться Эсваль и ещё пара хороших знакомых из мэрии.

Столь близкое соседство с Ореном поначалу меня немного напрягало, так как кузнец мог начать задавать неудобные вопросы, ответы на которые мы с гномкой пока не обсудили. Но тот ограничился небольшой беседой о всякой ерунде и альд-кристаллах, а потом принялся обсуждать с Гортом и Лаэнвелем наше путешествие. И делал это, надо сказать, весьма дружелюбно, хотя гнома с шаманом до отъезда даже приятелями было назвать сложно.

Но, раз уж они вдруг нашли общий язык, тем лучше для меня. По крайней мере, Орен был занят и не мешал нам с Лони обсуждать яства, поданные на стол. Так как некоторую их часть приготовили как раз эльфийка с эали, то первое время они жутко стеснялись и ёрзали на стульях, не зная как быть. Но постепенно атмосфера праздника сделала своё дело, а вино сгладило какие-либо оставшиеся углы. Служанки сидели всё ещё раскрасневшиеся, но теперь уже по иной причине. И в последнее время начали как-то уж чересчур часто посматривать в мою сторону, постреливая взглядами, что вызывало предчувствия определённого рода. Ох…

Чтобы не давать чертовкам повода для лишних мыслей, я сделал вид, что не обращаю на них никакого внимания и потянулся к блюду, сцапав с него последнюю птичью ногу, зажаренную до румяной корочки. Буквально на секунду опередив чёрный блестящий коготь Шарли, тянувшийся к окорочку с противоположной стороны.

Не нащупав на блюде лакомства, паучиха приподнялась на лапах повыше и заглянула на стол, а потом посмотрела на меня.

— Кто успел, тот и съел, — развёл я руками. — Вон, у гоблинов ещё мясо осталось, отожми у них.

Шарлотта понятливо кивнула и повернулась к другой части стола. Гоблины на это отреагировали мгновенно, бросившись на защиту еды. Блюда с мясом накрывались руками, а то и широкой гоблинской грудью, чтобы точно не подпустить врага к провианту. Но Шарли сдаваться просто так не захотела и бросилась на штурм. Вскоре на правой части нашего стола закипела почти безобидная потасовка.

Неожиданно я почувствовал как меня аккуратно тянут за правый рукав. Повернувшись, я увидел Эсми, пытавшуюся таким образом привлечь моё внимание. И кажется, эали хотела что-то сказать.

— Господин Нотан, — шепнула она. — Это не наше с Латикой дело, но вам не кажется, что стоит уделять госпоже Лони больше внимания?

Я опасался, что малость захмелевшая служанка начнёт говорить всякие глупости, однако…

А ведь они правы. Как бы там ни было, а Лони сейчас — моя невеста. А всё, что мы сделали за вечер — это кратко обсудили несколько блюд и после этого почти не общались. Понятно, что большинству не до того, но наверняка найдётся кто-нибудь глазастый, кто этот нюанс углядит. Сидим-то мы на самом виду.

Спохватившись, я сразу повернулся к гномке и увидел, что она задумчиво смотрит в нашу сторону, сидя вполоборота, и рассеяно покачивает кружку. И как давно она так сидит? И о чём думает? Вроде бы, я не сделал ничего дурного, но на миг почему-то смутился.

Просидев так ещё пару секунд, гномка неожиданно опустошила кружку за пару глотков, кхекнула, поднялась со стула и, оставив опустевший сосуд на столе, сказала:

— Нотан, давай прогуляемся?

Окончательно растерявшись, я лишь кивнул и отправился следом за Лони.

— Владыка, но как же ваша речь?! — спохватился Лаэнвель, увидев наш уход, однако был остановлен широкой рукой Орена и усажен обратно на место.

— Дела у них, не видишь чтоль? — пробасил кузнец и вернулся на свой стул, бросив на прощание ободряющий взгляд.

Как пить дать старик понял всё не совсем так.

Интересно, что это на неё нашло? Предложение прогуляться звучало довольно серьёзно. Она собирается высказать мне за слишком разгульную жизнь со служанками? Или просто поколотит за то, что это бросает тень на её репутацию?

Хотя я шёл бок о бок с гномкой, в мою сторону она голову особо не поворачивала, глядя куда-то вдаль. Я даже не был уверен, что она ведёт меня в какое-то конкретное место, скорее просто хотела уйти подальше от толпы и шагала в выбранном наугад направлении.

— Ты хотела о чём-то поговорить? — не выдержав неопределённого молчания, я решил прощупать почву и нарушил затянувшуюся тишину.

— Угу, — коротко кивнула гномка, продолжая идти.

Одно лишь короткое «угу». Никаких пояснений. Из-за этого намечающийся расклад начал нравиться мне всё меньше. Никак и правда поколотит?

— Если это из-за моих горничных, — неуверенно начал я, — то…

— Чего? — спросила Лони, замедлившись, и взглянула на меня. — Причём тут они?

— Как причём? Это ведь ты на нас волком смотрела, когда они вдруг начали глазки строить.

— И ничего не волком, — нахмурилась рыжая. — Задумалась просто, вот и всё.

Она внезапно остановилась прямо посреди улицы и глубоко вздохнула.

— Слушай, Владычество. Я понимаю, что вся эта каша заварилась из-за моей глупой шутки. Ты весьма разумно предполагал, что я просто откажусь от договорного брака, ты сохранишь деловые отношения с дедом и все будут довольны. А вышло то, что вышло, — сказала она и взглянула мне прямо в глаза. — Но если я вдруг правда соглашусь с идеей дедушки, как ты поступишь? Что ты вообще думаешь обо мне?

Опа… Я, конечно, планировал взвешенный разговор двух взрослых людей, но как-то не предполагал, что он произойдёт в такое время и в таком месте.

Что думаю? Да если бы я знал! На самом деле, я много чего думаю. Даже слишком много и всё разное. Описать это в двух словах было сложновато и я растерянно почесал голову.

— Давай найдём какую-нибудь скамейку? — предложил я.

Искомый объект нашёлся довольно быстро, мы уселись и я, вздохнув, принялся вываливать на Лони всё то, что крутилось у меня в голове последние полтора месяца. Рассказал о том, что слишком привык быть вольной птицей, что не хотел покушаться на её свободу. Об уважении, что к ней испытываю. И всём прочем, что успел мысленно обмусолить уже не один десяток раз. Это заняло больше времени, чем я предполагал, но в конце я ощутил невероятное облегчение. Ком этой проблемы зрел слишком давно и успел затянуться в весьма плотный узел.

— …В общем, как-то так, — неловко закончил я. — Даже если бы я решился таки предложить тебе брак, чтобы сохранить связи с Ореном, то не стал бы настаивать в случае отказа.

Лони ответила не сразу, задумчиво глядя куда-то в даль.

— Знаешь, мне даже немного обидно стало, — фыркнула, наконец, гномка и взглянула на меня. — Получается, я недостаточно женственная для тебя? — она перевела взгляд на свою одежду и задумчиво оттянула рубашку, словно видела её в первый раз. — Никогда не задумывалась о подобных мелочах, честно говоря. Для гномки так одеваться вполне нормально. У нас как-то не в ходу все эти расфуфыренности. Но если это единственное препятствие… — она вновь взглянула на меня, но на этот раз её глаза как-то хитро блестели, — значит, у меня есть шансы?

Так, минуточку. Куда это вдруг свернул разговор? Туда, куда я думаю? Лони что… Стоп, серьёзно? Да ну, бросьте… Хотя, если так подумать, тогда некоторые её последние действия обретают некоторый новый смысл. И всё же… Чёрт, а сердце-то заколотилось. Всё таки, не каждый вечер приходится осознавать подобные вещи. К тому же, женственности в гномке может было и маловато, но она всё ещё оставалась рыжей и симпатичной. И своей в доску.

Я смущённо почесал в затылке и брякнул первое, что пришло в голову:

— Как ты до этого докатилась вообще?

Вопрос звучал настолько по дурацки, что Лони расхохоталась и долго не могла успокоиться.

— Да даже не знаю, — ответила она, отсмеявшись. — Наверное, просто понравилось как уверенно ты тогда схватил меня в подземелье и прижал к себе. Я вообще не думала, что мы уйдём оттуда живыми, и тут ты вдруг не просто бросаешься в бой, а успешно сражаешься и ещё меня прикрываешь, полностью разрушая свою личину осторожничающего лентяя. Разве девичье сердце могло после такого устоять?

— Хорош издеваться, — отмахнулся я, решив умолчать о том, что решение сделать ставку на «Магическую защиту» было совершенно спонтанным.

— Но я же серьёзно, — насупилась гномка. — Ты вообще представляешь мои мысли в тот момент? Я вдруг поняла, что сильно заблуждалась на счёт твоего настоящего характера. А вот деда, похоже, ещё тогда что-то такое в тебе увидел.

Нет, блин, ничерта он не увидел! Это всё дайсы!

— Когда ты вдруг упал замертво, меня словно кувалдой по кумполу шарахнули, — добавила она. — Война уже забирала у меня друзей и знакомых, но ни разу до этого я не ощущала такой пустоты внутри. Странно даже, до сих пор удивляюсь.

— Это всё потому, что ты в душе понимала — дед тебе голову открутит из-за моей гибели, — шутливо хмыкнул я.

— Балбес, — беззлобно огрызнулась гномка и пнула меня по ноге. — Такой рассказ испортил.

— Ладно, не обижайся, я понял, что ты хотела сказать, — теперь настала уже моя очередь молчать и витать в мыслях. — Хорошо. Мой ответ — да, шансы есть. Но разве тебе этого достаточно, чтобы согласиться с идеей Орена?

— Ну… — задумалась она. — Если бы всё шло обычным чередом, разговоры о браке стали бы действительно чересчур поспешными. Но тут ведь особые обстоятельства, верно? Хотя причины у нас разные, ни ты, ни я не хотим разочаровать одного дедулю.

— И всё таки…

— Скажем так, я верю в свои силы, — прервала меня Лони. — Ты смог изменить моё мнение о тебе. Значит и у меня получится сделать так, чтобы ты взглянул на меня по новому. Вопрос лишь в том… — на её лице заиграла лукавая улыбка, — какие шаги я буду предпринимать для этого.

Подняв руку, она зацепилась пальцем за воротник и притянула к себе. Я увидел отблески уличных фонарей, мерцающие в её зелёных глазах. Чуть подрагивающие пушистые ресницы. И слегка приоткрытые губы, которые, спустя миг, коснулись моих.

Рыжее чудовище. Как есть чудовище. Сначала устроила на ровном месте ворох проблем, а потом встряхнула их ещё больше своим неожиданным откровением. И вознамерилась начать штурм моего сердца. И вот что теперь делать с этим воплощением хаоса?

А ещё в голову стукнула мысль, что с момента прихода в Тельвар я постоянно играю роль ведомого в каких либо отношениях. Сначала горничные проявили инициативу и взяли меня в оборот, теперь вот гномка. Может, у них тут тайно в ходу матриархат, а я и не в курсе?

— Утром наверняка будешь об этом жалеть, — пробормотал я, когда она наконец отстранилась и отпустила мой воротник.

— Почему? — удивилась гномка. — Потому что протрезвею? Так я ведь и не пила практически, только для храбрости немножко.

Правда что-ли? Я задумался. припоминая события вечера, и понял, что ни разу не видел, чтобы Лони подливала что-нибудь себе в кружку. По крайней мере, у меня на виду. Если это правда так, значит, гномка была сегодня действительно серьёзна.

Пока я сидел с выражением задумчивого Буратино, Лони встала со скамейки и потянулась.

— А на счёт свобод особо не волнуйся, Владычество, — неожиданно сказала она. — Я не дура и понимаю, каких целей ты хочешь добиться. И знаю, какими путями порой тебе придётся идти. Может даже дело дойдёт до политических браков.

Э… чё?

— Не забивай себе этим голову слишком сильно, — продолжала она, не обращая внимания на медленно захлёстывающий меня шок. — Главное, это какие отношения будут у нас с тобой.

Чего???

— У меня будет к тебе одна просьба по этому поводу… Но это потом, — улыбнулась рыжая. — Сейчас рано говорить о таких вещах.

Что значит — «рано»? Да я с каждой секундой понимаю всё меньше и меньше!

— И, кстати говоря, — она вдруг заговорила тише и, наклонившись к моему уху, насмешливо шепнула. — Если деда узнает про горничных, точно голову тебе отвертит.

Я нервно икнул, вспомнив, по какой тонкой грани хожу благодаря тем девицам. Нет, всё, хватит таких экстремальных приключений. Я просто маленький бедный Владыка, который пытается не помереть в этом ужасном и полном опасностей мире. Как оказалось, опасностей хватало и в пределах городских стен и даже собственного дома.

— Ладно, Нотан, пойду я спать, — заявила тем временем гномка, встряхнув копной рыжих волос. — Хочу завтра с утра заняться проектом этого твоего ре… рейлгана. Кстати, загляни в мастерскую после обеда, надо обсудить пару моментов.

— Э… Хорошо, — кивнул я, едва уловив, о чём вообще шла речь.

Махнув на прощание, гномка отправилась восвояси, оставив после себя шок, хаос, душевный раздрай и сладковатый привкус на губах.

Проводив Лони взглядом, пока она не скрылась за поворотом, я немного упорядочил бардак в голове и пришёл к одному несколько философскому заключению:

— В Бездну всё. Возьму и женюсь. Из вредности.

Встав со скамьи, я повернулся, твёрдо намереваясь вернуться на пир и поискать чем ещё можно набить пузо, чтобы заесть стресс, и увидел примечательную картину. В паре домов отсюда, из-за угла торчали головы. Самые разные головы. Бородатая, красная и сморщенная, парочка служаночьих и даже одного немолодого эльфа. А на тротуаре лежало несколько краснокожих тел, сжимавших в руках по пушистой ветке и старательно косивших под клумбы. А на стене дома, на уровне второго этажа, мерцала россыпь рубиновых точек.

Ах вы, засранцы… Надеюсь, вам было весело. Но сейчас сеанс романтической комедии превратится в ужасающую резню! Я вам покажу, как лезть в чужую личную жизнь!

Словно дождавшись этого момента, на руке завибрировал браслет. Чувствуя, как уровень моего раздражения стремительно повышается до немыслимых пределов, я коснулся артефакта и увидел вместо обычного текста один-единственный смайлик:

︶ε╰✿

Глава 4. Неожиданное бегство

— А неплохой отсюда видок, как считаете? — спросил я, оглядывая мирную пастораль, слегка подпорченную чёрным пятном пострадавших во время битвы полей.

Шарли, крутившаяся во все стороны, согласно кивнула. Паучихе, кажется, очень нравилось тут, так как она почти неотлучно сопровождала меня во время создания нового слоя городской стены. А может она просто опасалась, что я отсюда звезданусь.

— Стену можно было сделать и повыше-кве, — проворчал Эрмит, стоявший неподалёку от меня в специальном пазу для посоха. — Снаряды будут перелетать-кве.

— Это если мы подпустим Ходунов достаточно близко, — пожал я плечами. — Кроме того, мой многостраничный друг, это лишь временная конструкция. Постепенно будем наращивать и усилять.

— Ты эту дострой для начала-кве, — пробухтел фолиант.

Ну, доля истины в его словах имелась. Дело шло не так уж чтоб быстро. Стены я укреплял на совесть, как в толщину, так и по плотности, создавая внешние секции метров пятнадцать в длину и пять в толщину. А после этого хорошенько всё уплотняя. Именно сжатие и спрессовка породы сжирала львиную долю моих сил, так что требовался регулярный и относительно долгий отдых. Зато стена получалась на загляденье, а под ней, в качестве бонуса, появлялся впечатляющих размеров ров.

В целом, после некоторых опытов, я разобрался как создавать землю при помощи одной только магии, но это увеличивало и без того немалый расход энергии. Так что я действовал более экономно, черпая землю прямо возле будущей стены. Хотя нужда в рве была, так сказать, весьма сомнительной, лучше с ним, чем без него, верно?

Даже если вдруг он не понадобится по прямому назначению, его всегда можно наполнить водой, запустить туда крокодилов или ворласков. И по праздникам сбрасывать вниз со стен пленных людов на потеху горожанам. Кхм… Так, о чём это я? Ах, да, стена.

На то, почему я начал именно со стены, а не с цитадели, имелась одна весомая причина. Цитадель требовала грамотного плана, начертить который я поручил городскому архитектору, пояснив все свои хотелки и особенности блочного строительства при помощи магии. И пока градостроитель корпел над заданием, я отправился укреплять городскую стену.

Так или иначе, её всё равно требовалось привести в надлежащий вид до того, как браться за постройку обители. Возведение цитадели явно займёт приличное количество времени, а вот люды могли вновь подойти к стенам города, едва им этого захочется. Приоритеты были очевидны.

К тому же, пока я находился тут, меня обычно никто не тревожил, если не считать ворчащего Эрмита. И это позволяло немного собраться с мыслями после всего произошедшего. Ведь признание Лони оказалось не последним потрясением, свалившимся на мою голову за последние пару суток.

Как мы и договаривались, на следующий день я заглянул в кузницу гномки, чтобы обсудить с Лони вопросы, которые она хотела уточнить на счёт прототипа. И вообще не узнал мастерскую. За время нашей экспедиции Орен, полностью погрязший в разработке вундервафли, переделал мастерскую под свои нужды и на родном месте остались лишь печь, да наковальня. Повсюду стояли хитроумные станки, стеллажи с деталями и чертёжные доски, плотно заполненные чертежами и записями.

Покрутив головой, разглядывая изменения, я понял, что Лони пока что нигде не видно. А старикан так увлёкся процессом, что даже не сразу обнаружил моё присутствие, несколько минут воспринимая за очередного ассистента. Лишь когда гномка, наконец, появилась, старый бородач пришёл в себя и очень удивился тому, как неожиданно я оказался в мастерской.

Мы принялись обстоятельно чесать языками. Орен поведал о своём прогрессе, показал некоторые детали прототипа, а заодно и специальный загон на заднем дворе кузницы, в котором десяток порингов вовсю занимался обработкой альд-кристаллов. Шутки ради, я применил на слаймов «Волю Владыки» и заставил их прыгать строем, от чего дед пришёл в настоящий восторг.

По ходу дела Лони выяснила всё, что хотела, после чего дед с внучкой рыкнули на подмастерьев и велели организовать обед, накрыв небольшой стол прямо в кузнице, чтобы не отрываться от производства. Я было решил, что беседа сейчас зайдёт пускай и об уже решённом, но всё ещё слегка неловком вопросе свадьбы. Однако речь пошла не о ней. Точнее, не совсем о ней.

— Итак, зятёк, — Орен отложил ложку и внимательно на меня посмотрел. — Стоило бы обсудить день свадьбы, коли уж вы вернулись. Но раз такая круговерть с людами поднялась, хочу сначала выслушать твои планы на ближайшее будущее.

Это немного застало меня в расплох. Не сказать, что я не был готов ответить на подобный вопрос, просто морально готовился к совсем другой беседе и от того не сразу переключился на нужный лад. Подумав пару секунд, я кашлянул и рассказал о своих обозримых целях.

О планах на цитадель и укрепление города, дальнейшее развитие плана с одеждой, про желание заложить храм аллегризма, о том, что хочу подкинуть Орену и Лони идеи других полезных на войне механизмов. Более простых и быстровоплотимых. Про намерение улучшить магическое мастерство тельварских магов. И прочие мелочи.

— Дааа, кучеряво мыслишь, зятёк, — крякнул гном, — широко. Тогда вот что я думаю. Свадьбу пока придержим… Чего вы так на меня уставились? До конца дослушайте. Кхм, так вот. Ты, Нотан, сначала начни строить этот свой бастион. Когда он будет хотя бы частично готов, тогда вот гостей и соберём.

— Надо кому-то пыль в глаза пустить? — тут же смекнул я.

— Не повредит, — ухмыльнулся Орен. — Так как я добро на вашу помолвку дал, прилюдно никто возражать не стал бы. А вот за спиной шептаться — это запросто. Но если ты на свадьбе продемонстрируешь статус и перспективы, — инженер с особым нажимом выделил два этих слова, — тогда злопыхателей почти не останется.

— А кто был бы против-то, деда? — удивилась Лони.

— Да хотя бы Медноноги, — пренебрежительно фыркнул старик. — Их отпрыск Медио, по слухам, как раз собирался начать подбивать к тебе клинья, когда ты рванула на поверхность. И в то время я мог бы даже счесть его достойным кандидатом.

— Медио, Медио… — задумчиво забормотала Лони. — А, тот выскочка? Хорошо, что я смылась. Мне он никогда не нравился.

— Зато у его отца крупнейшая сеть плавилен в Медном Чертоге, — возразил Орен. — В общем, желающие побухтеть обязательно нашлись бы. Так что Нотану следует наглядно продемонстрировать, что он птица совсем другого полёта.

— Понятно. Ну, раз надо как следует подготовиться… — я изо всех сил постарался не показать облегчения от внезапной отсрочки. Несмотря на то, что мы с Лони пришли к пониманию, мысль о свадьбе всё ещё вызывала лёгкую панику. — Тогда, если Лони не против подождать, то и у меня нет возражений.

— Что скажешь, внучка? — Орен повернулся к гномке.

— Раз надо подгадить кучке завистников, то я только за, — ухмыльнулась рыжая и стрельнула в мою сторону взглядом. — Личный замок — это внушительный аргумент для любого гнома. Надеюсь, ты предусмотрел там кузницу для меня?

— Обижаешь, — ухмыльнулся я. — Для тебя с дедом целое крыло в проекте отвёл. Из взрывоупорного камня.

— О, это дело! — тут же воодушевился Орен, потирая руки.

— Но есть один момент, — продолжил я. — Хотелось бы стены, не только там, а везде в цитадели, укрепить тем магостойким минералом. Как там его…

— Радаст, — хором напомнили дед с внучкой.

— Хочешь закупить радастовый порошок, значит? — пригладил бороду Орен. — Не сказать, что он в дефиците, но стоит немало. Уверен, что город согласится выделить настолько крупную сумму на твои нужды?

— Если получится, я хотел бы вообще не запускать руку в городскую казну, — помотал я головой. — Есть у меня одна вещица, которую, мне кажется, можно было бы неплохо продать или обменять на радаст. Но я могу ошибаться и есть шанс, что она вообще ничего не стоит. Может, взглянете? Уверен, это как раз по гномьей части.

— Интригуешь, парень, — хмыкнул инженер.

Лони, одарив меня крайне подозрительным взглядом, фыркнула:

— Что бы ты там не вытащил, я не удивлюсь. В последнее время, ты так часто творишь всякие безумства, что я уже отвыкла удивляться.

На это заявление гномки я лишь пожал плечами и, заглянув в Хранилище, положил на стол небольшой продолговатый кристалл, слегка мерцавший всеми цветами спектра. За пределами магического канала кусок сильда уже не выглядел настолько впечатляюще и больше напоминал простое подсвеченное стекло. Однако его появление на столе вызвало весьма бурную реакцию.

С округлившимися глазами Лони схватила пустую миску и, перевернув, накрыла ею кусок руды. В то же самое время Орен, с грохотом подпрыгнув со стула, встал спиной к столу и рявкнул на суетившихся неподалёку подмастерьев:

— Так, оболтусы! Ноги в руки и марш из мастерской, пока не позову!

Простояв так, пока за последним гномом не захлопнулась дверь, Орен убедился, что ставни надёжно закрыты, и лишь после этого повернулся обратно к столу. А Лони всё это время сверлила меня странным взглядом, полным удивления напополам с недоверием.

Что-ж, такая реакция меня радовала. Она означала, что штука явно ценная.

— Чтоб меня камни съели… — Орен скрестил руки на груди и зыркнул на меня. — Парень, ты вообще понимаешь, что притащил и так беззаботно выложил на стол?

— Знаю только название. Сильдовая руда. Больше ничего, — сказал я чистую правду и развёл руками.

Даже продвинутая версия «Мудреца» ничего, помимо названия, мне не сообщила.

— Ты мог хотя бы спросить, прежде чем вот так вываливать его на стол! — Лони плюхнулась на стул с возмущённым видом. — Когда ты умудрился его раздобыть вообще?

— Так в подземелье, — я виновато почесал в затылке. — Я ж прямо в магический канал звезданулся, а там всё дно из этого кристалла.

— О, предки… — сокрушённо покачала головой гномка. — И за всё это время ты и слова про сильд не сказал?

— Да я забыл про него, понимаешь? Вообще не до него было. Только утром сегодня и вспомнил.

Орен схватился за бороду так, словно собирался её оторвать.

— Забыл, словно это побрякушка какая, — забормотал он. — Парень, ты серьёзно не знаешь, что носишь в кармане?

— Да разве б я спрашивал, если бы знал? — не выдержал я. — Рассказывайте уже, хватит делать загадочные лица и смотреть на меня как на умалишённого.

Дед с внучкой переглянулись и взяли себя в руки.

— Кхм, прости, — виновато глянула на меня гномка. — Просто ты всё таки смог меня удивить. Почему с каждым разом ты умудряешься творить всё более невероятные вещи?

— Наверное, это мой скрытый талант, — пожал я плечами и кивнул на перевёрнутую миску, по прежнему накрывавшую кусок руды. — Так что на счёт сильда?

— Этот камушек — практически легенда, — взял слово Орен. — Альд-кристаллы просто песок по сравнению с теми запасами магии, что хранит в себе сильд. Лет двести назад один из наших кланов где-то раздобыл подобный кусочек сильда и очень дорого продал магам Университария. Маги почти полторы сотни лет питали свою башню и эксперименты этим камушком.

— И насколько дорого он был продан? — осторожно поинтересовался я.

— Дай подумать, — задумался бородач. — Думаю, тех денег тебе, зятёк, хватило бы, чтобы с потрохами выкупить всё это графство и титул в придачу. Маги матерей родных продадут за подобный источник энергии. Знаешь, страсть как хочется его к делу приспособить, но, учитывая твои планы, денег понадобится очень много. А чтобы получить деньги от богатых меценатов нужно время и работающая технология, которую можно наглядно продемонстрировать. А ждать, как я понимаю, не в твоих интересах. Люды, считай, на пороге.

Я сидел и медленно пытался переварить то, что озвучил гном. Столько золота, что можно купить графство? Не слишком ли хорошо звучит? Обмозговав эти сомнения, я тут же изложил их Орену и получил предсказуемый ответ:

— Да, тут ты прав, — кивнул гном и откинулся на стуле. — Наши территории всё меньше, война высасывает всё больше ресурсов. Университарий физически не сможет дать цену двухсотлетней давности. Но, я гарантирую, ты всё равно не останешься обиженным, зятёк.

— Уж что-что, а радаст ты точно купишь, — хмыкнула Лони.

После этого гномы заставили меня спрятать камень и остаток наших посиделок мы провели за обсуждением как грамотно обстряпать сделку. Так как я лицо пока новое и ещё мало кому известное, несмотря на недавний подвиг, Орен предложил забросить удочку через надёжных соклановцев, которые должны будут предложить магам сделку от лица Медного Горна. И когда все главные вопросы будут улажены, мы с Лони отправимся в Университарий в качестве продавцов. На том пока и порешили. Про то, что у меня в загашнике есть ещё пара подобных камушков, я пока умолчал. Может и повезёт деду, и получит он в своё распоряжение магоядерный энерджайзер.

— И кстати говоря, зятёк, — серьёзно добавил Орен после этого. — Ещё немного и тебе придётся общаться с местной знатью. Может, будут приглашать к себе, а может сами заявятся. Мой тебе совет — всегда иди на такие встречи вместе с Лони. То, что моя внучка — твоя невеста, добавит тебе авторитета и, может, сгладит кое-какие углы.

— Учту, — кивнул я. — Только боюсь, что она там всех поубивает со скуки.

— Не волнуйся, как-нибудь выдержу, — хихикнула гномка. — Но раз так дела обстоят, кажется, действительно придётся обзавестись платьем…

— Эй, ты чего застыл-кве? — голос Эрмита вырвал меня из задумчивого состояния. — Ты ведь ещё две секции поднять хотел, а потом отдыхать-кве.

— Ты надсмотрщик что ли? — отмахнулся я. — Когда хочу и отдыхаю.

Однако фолиант правильно заметил, работы впереди предстояло вагон и ещё вагон, без всяких там тележек, а я что-то стою и прокручиваю в голове вчерашний разговор вместо того, чтоб делом заниматься. Вздохнув, я подошёл к краю укреплённой секции и приготовился спускаться вниз, чтобы начать возводить следующую, как услышал топот со стороны старой стены. Кто-то очень спешил наверх и бежал явно в мою сторону. Оглянувшись, я увидел, что по лестнице взбегает один из посыльных мэрии и машет мне рукой.

— Владыка! Владыка Нотан! — закричал он, увидев, что я повернулся. — Мастер Эртус прибыл в город! Просил передать, что ваши просьбы выполнены!

— Ох ты-ж! — восхитился я и резко приободрился, позабыв об укреплении стены.

Прихватив посох с Эрмитом, я широким шагом направился к лестнице. Стройка может и подождать, а вот с Личенбергом я обязан был встретиться прямо сейчас. Перед отъездом я оставил ему два поручения. Первое — привезти мне кое какие книги. Учебники магии для новичков, книги по истории Тельвара за разные периоды, кое что о местных обычаях и этикете, ну и немного развлекательных книжек, куда же без них.

Но если бы речь шла только о книгах, немёртвый казначей мог бы подождать и до вечера. Но раз уж он передал посыльному, что выполнил все просьбы… это меняло дело! Я обязан был встретиться с орком как можно быстрее.

Спустившись вниз и вскочив на ящера, любезно оставленного гоблинами для удобства моего перемещения, я рванул прямиком в мэрию на скорости, которую называл про себя «величественно поспешая». Не прям уж чтобы быстро, но так, что со стороны становилось понятно — Владыка торопится, лучше его не беспокоить.

В приёмной сегодня сидела давно знакомая мне Терал, эали-волчица. Сразу догадавшись, по какому поводу я на всех величественных парах вошёл в мэрию, она приветливо кивнула и показала наверх:

— Добрый день, Владыка. Мастер Эртус сейчас у себя, вместе с гостьей из Университария.

— Спасибо, Терал, — поблагодарил я девушку и отправился наверх.

Надо же, у орка и правда получилось. Честно говоря, я вообще не надеялся на успех, особенно учитывая, какую мутную наводку дала Аллегри. Однако Эртус не просто нашёл нужного человека, но ещё и притащил её в нашу дыру! Как ему это удалось вообще?

Немного не дойдя до кабинета казначея, я ненадолго остановился и перевёл дух. Негоже для моего статуса влетать в чужие кабинеты, не приведя себя в порядок. Пока переводил дух, задумался, стоит ли вытащить на волю Эрмита, который всегда просился в Хранилище на время езды на ящере. Всё таки, вид у посоха с фолиантом был что надо, давал сразу плюс сто очков к харизме. Но, наверное, не в этот раз. Вдруг там хрупкая впечатлительная девочка-клерик. Знакомство с фолиантом в первый же день будет для неё чересчур. Да и Эртус начнёт интересоваться. Лучше я их всех познакомлю в следующий раз.

Оправив плащ с камзолом и пригладив волосы, я подошёл к двери и, пару раз стукнув, вошёл внутрь.

— Владыка Нотан, рад видеть! — тут же раздался рык и из-за стола поднялась ни капли не изменившаяся фигура одетого с иголочки скелета в цилиндре.

— Давно не виделись, старина. Проблем в дороге не было? — кивнул я, оглядывая кабинет в поисках гостьи.

И обнаружил её в кресле. Но, как это обычно и бывает, ожидания самую малость расходились с реальностью. Я думал, что Эртус привёз хрупкую стеснительную девочку-клерика, но…

— Да ну что вы, — отмахнулся орк. — Какие могут быть проблемы, если путешествовать с охраной? — заметив, как мы с гостьей уставились друг на друга, он перешёл ближе к делу. — Владыка Нотан, позвольте представить мастера Лион, магистра магии света, и эксперта магии исцеления и воскрешающих заклинаний. Исключительно талантливая чародейка, способная практиковать сразу два магических направления на очень высоком уровне.

Представив её, Эртус повернулся в сторону гостьи:

— Мастер Лион, позвольте представить…

— …Владыку демонов Нотана, мага исключительной силы, — прервала его Лион и поднялась с кресла, — в одиночку отразившего атаку целой армии людов.

Довольно забавно, но магистр магии света оказалась тёмной эльфийкой. И, кажется, она осознавала этот небольшой каламбур, подчёркивая его своим гардеробом. Вся её одежда, начиная от шляпы мага и высоких сапог, заканчивая свободной хламидой, была белоснежного цвета, выгодно подчёркивая смуглую кожу. Которой, несмотря на свободный покрой одежды, выглядывало весьма много, демонстрируя длину ног, изгиб крупных бёдер и королевский размер груди.

Не дойдя до меня несколько шагов, Лион замерла. Ярко-жёлтые глаза на её овальном лице были частично прикрыты не в меру длинной и растрёпанной чёлкой платиновых волос, но даже так мне было понятно, что она смотрит на меня с огромным любопытством. Возможно даже слишком огромным. Ощущалось в её взгляде что-то… опасное.

— Легенды не лгали, асани действительно сильны, — задумчиво пробормотала она. — Вы сейчас совершенно спокойны, но от одной только ауры мне хочется бежать прочь, — я запоздало спохватился, что не закинул дайсы в Хранилище. — Ох, теперь мне стало ещё любопытнее! Мой интерес стал просто безграничен! — неожиданно воскликнула она со сверкающими глазами и запустила изящную руку в карман своей хламиды.

— И что же вас так заинтересовало? — спросил я, пытаясь понять, что именно меня в ней вдруг начало напрягать.

— Что у вас внутри, конечно же! — возбуждённо ответила эльфийка и вытащила из кармана блестящий скальпель. — Владыка, позвольте вас препарировать? Всего пару надрезиков во имя науки! Я вас потом воскрешу! Владыка, куда вы?! Подождите!

Глава 5. Высококлассный специалист с сомнительной мотивацией

— Эртус, старина, на пару слов, — сказал я из коридора, следя, чтобы опасная для моего здоровья особа не просочилась через щель приоткрытой двери.

К счастью, с её возмутительными формами воспользоваться подобной возможностью было бы малость затруднительно. Кроме того, Лион даже не пыталась броситься в погоню, опустив руку со скальпелем и смотря в мою сторону с нескрываемой печалью. Словно дитя, у которого отобрали любимую игрушку. Мне стало её почти жаль. Почти.

На лице костяного казначея было сложновато прочесть какие-либо эмоции ввиду отсутствия этого самого лица, так что я затруднялся сказать, как именно он отнёсся к происходящему. На мою просьбу он ответил вежливым кивком и вышел из-за стола.

— Мастер Лион, прошу прощения, — рыкнул он, галантно приподняв цилиндр. — Я покину вас буквально на минуту.

— Да-да, конечно, — печально кивнула эльфийка, сделала пару неловких шагов обратно к креслу и перевела взгляд на скальпель, словно не зная, что с ним теперь делать.

Казначей чинно пересёк кабинет и вышел в коридор, прикрыв за собой дверь.

— Эртус, старина… — вкрадчиво начал я. — Кого ты сюда притащил?! Она же ненормальная!

Одной из вещей, что меня всегда удивляла в жизни, так это то, как принципы и законы коммуникации позволяют общаться шёпотом, но при этом на повышенных тонах.

— Владыка, я выполнил вашу просьбу в точности, — немного удивлённо ответил орк. — Мастер Лион — высококлассная чародейка и всего одна из двух магов на весь Университарий, владеющих заклинаниями истинного воскрешения. То, как она увлечена своим делом, лишь доказывает её преданность выбранному пути.

— Хочешь сказать, её попытка вскрыть мне брюхо — это от большого профессионализма? — хмыкнул я.

— Возможно, она немного перевозбудилась, ощутив ваше величие, Владыка, но я уверен, в конечном итоге, вам бы это ничем не грозило.

— Кроме железки в пузе, ага, — буркнул я и вздохнул. — Одна из двух, говоришь?

— Именно так, — кивнул Эртус. — Второй маг подобного уровня в данный момент отбыл куда-то на фронт. Кроме того, он весьма стар и бородат, и не смог бы радовать ваш взор.

Я вздохнул ещё раз.

— Стар, говоришь… А сколько тогда Лион? «Всего-то» сто двадцать? — скептически уточнил я.

Учитывая, что тельварские эльфы, что обычные, что тёмные, жили, в среднем, где-то по две сотни лет, такой возраст ещё вполне мог считаться «в самом расцвете сил».

— Мастер Лион весьма молода, Владыка, — орк заговорщицки наклонился ко мне. — Как я слышал, ей всего около пятидесяти. Один из самых молодых магистров в истории! Но это лишь слухи, сама она о своём возрасте говорить не любит.

Угу, угу, знаем мы таких. Вечные восемнадцать. Только с поправкой на долгожительство. Впрочем, я не имел ни малейшего представления, сколько лет, к примеру, той же Латике. Разумом и телом она молодая горячая девчонка, но кто знает, сколько десятков лет она на самом деле топчет этот грешный мир? Да и гномы, по хорошему, тоже долгожители. Смерть на четырнадцатом десятке для них это «мог бы ещё пожить». А у Лони я как-то тоже на счёт даты рождения не справлялся.

— Ладно, раз уж это наилучший вариант… — я смирился с неизбежным и повернул ручку двери. — Попробуем познакомиться ещё раз.

Тёмная эльфийка обнаружилась в том же кресле, понуро опустившей уши. Отреагировав на шум открывшейся двери, она встрепенулась и в погасших глазах, взгляд которых устремился ко мне, вспыхнул огонёк надежды.

Я прошёл к соседнему креслу и, устроившись поудобнее, ещё раз оглядел магессу. Ну, чертяка Эртус был прав, услада для глаз была что надо. Я невольно начал подозревать, что у тёмных эльфиек такие фигуры заложены на генетическом уровне самим мирозданием. Однако, несмотря на такие весомые поводы, знакомиться с дамочкой поближе желания не возникало. Во-первых, я без пяти минут женатый человек, а во-вторых, не хотелось поутру проснуться и узнать, что стал подопытной лягушкой. А интерес ко мне у эльфийки читался сугубо и всецело академический, аж мороз по коже шёл.

— Итак, давайте начнём сначала, — заговорил я, выждав паузу и дождавшись, когда хозяин кабинета вернётся на своё место. — Меня зовут Нотан, Владыка демонов Нотан. Я апостол Богини Аллегри и был послан в Тельвар, чтобы остановить экспансию людов и, в идеале, вышвырнуть их из мира к ворласковой матери. Как вы понимаете, это задание не из простых и связано с некоторыми конкретными рисками расстаться с жизнью. Для этого я хотел бы иметь в окружении специалиста, способного воскресить меня в случае, кхм… непредвиденного развития событий. Господин Эртус вас настоятельно рекомендовал, но я хочу, чтобы вы сами поведали, по какой причине согласились приехать сюда.

Волшебница поначалу слегка удивилась, но удивление быстро сменилось лёгкой приветливой улыбкой.

— Владыка Нотан, приятно познакомиться, — она привстала с кресла и, сняв шляпу, отвесила замысловатый поклон, из-за чего её длинные волосы пришли в окончательный беспорядок. — Меня зовут Лионеллиан Релонас, магистр Университария, практик магии света и магии жизни. Моя главная цель — постичь секреты нашего строения, чтобы углубить и улучшить заклинания жизни. Сделать их более сильными и масштабными, дабы никто более на поле боя не боялся быть убитым.

— Вы хотите создать заклинание массового воскрешения? — заинтересовался я.

— Именно так, — кивнула эльфийка. — Не буду скрывать, я прибыла сюда с господином Эртусом только потому, что услышала, что меня хочет нанять самый настоящий асани. Я решила, что это шанс узнать нечто действительно новое. Отличается ли организм асани от обычного? Меняется ли он со временем? Можно ли использовать эти знания при лечении и воскрешении обычных людей и магов? — она сделала небольшую паузу. — Когда мы прибыли сюда, я услышала последние новости и убедилась, что сделала правильный выбор. С нетерпением ожидала нашей встречи, — её глаза вновь лихорадочно заблестели. — Но вы не позволяете сделать даже небольшой надрезик!

Честно говоря, наблюдать за тем, как серьёзная соблазнительная эльфийка превращается в надувшееся дитя, было довольно забавно. Да и цели Лионе… Лионы… Лион оказались, на поверку, весьма благими. Разве что методы чересчур прямолинейны.

— Давайте кое что проясним, — вздохнул я, побарабанив пальцами по подлокотнику. — Я крайне не люблю, когда в меня тыкают острыми железяками. Считайте, что у меня на это аллергия. Так что резать себя живьём я не позволю, — после этих слов эльфийка вновь погрустнела. — Готов дать вам образцы крови, слюны, волос и тому подобного, если вам это потребуется. Что до моих потрохов…

Почувствовав, что для неё не всё потеряно, Лион дёрнула ушами и выжидательно уставилась на меня.

— Скажите, каковы условия для успешного воскрешения? — спросил я и чародейка растерялась от резкой, как ей показалось, смены темы.

Однако этот вопрос был напрямую связан с тем, что я хотел ей предложить. Лион довольно быстро отбросила смятение и ответила на вопрос:

— Собственно, условий всего два. Первое, — она приподняла руку и отогнула палец, — с момента смерти должно пройти не больше часа. Второе — голова погибшего должна быть цела. Если точнее, то мозг. Ну и, само собой, меня не должны отвлекать от заклинания.

Только когда эльфийка привлекла внимание к своим пальцам, я обратил внимание, что она носит довольно много колец. Тонких, ажурных, инкрустированных россыпью небольших камней разного цвета. «Взор мудреца», едва я на них сконцентрировался, как с цепи сорвался, завалив меня справками. Как оказалось, магистр таскала на себе целую кучу зачарованных украшений. И все зачарования относились исключительно к магиям жизни и света, усиляя различные аспекты. Стоил такой наборчик явно немалых денег. Похоже, статус магистра давал не только уважение, но и ощутимые материальные блага.

Что-ж, учитывая вышесказанное, магия позволяла до некоторых пределов отодвинуть границу клинической смерти. Но вот восстанавливать мозг магия исцеления не умела, стоило это учитывать. Правда, вопрос был в том, фундаментальное ли это ограничение, или же связано с недостатком знаний тельварцев о биологии в целом, и о нейронах с синапсами в частности? Правда, даже если я напрягусь и выдам все свои скудные познания о строении мозговой коры, это всё равно ничем не поможет.

Хотя, если подумать, при обычных условиях необратимые изменения в мозге наступают спустя три-четыре минуты с начала клинической смерти. И через час, который озвучила Лион, клетки уже должны быть гарантированно мертвы. Значит, на кое-какие обратные процессы в данном случае, магия всё же способна. Говорила мне мама, иди в медицинский… Сейчас бы щеголял знаниями о гипоталамусе, гипофизе, нейропластичности и как вся эта природная шайтан-машина умудряется работать.

— А если мозг будет цел, но голову, что называется, снесут с плеч? — уточнил я на всякий случай.

— Честно говоря, Владыка, не доводилось воскрешать с такой, кхм, травмой, — смущённо призналась чародейка. — Обязательно проведу эксперименты, чтобы выяснить.

— Главное, чтоб не на мне, — проворчал я. — К слову, что будет, если пройдёт больше часа?

— Провести истинное воскрешение уже не получится, — серьёзно ответила Лион. — Вернуть персону с того света можно, но тело будет безвозвратно мертво, — она выразительно посмотрела в сторону Эртуса.

— Неужели грань между живым и мёртвым настолько тонка?

— Я пока не смогла понять, с чем это связано, — вздохнула чародейка. — Однако магия жизни и некромантия, как ни странно, очень тесно связаны между собой и разделяют многие принципы построения формул.

— Значит, в теории, вы можете поднимать и мертвецов? — ухватился я, почувствовав нечто интересное.

Лион плотно сжала губы и отвела взгляд.

— Ритуал некромансии требует личного одобрения короля, — уклончиво ответила она, — и нарушение этого закона сурово карается. Кроме того, чем дольше мертва персона, тем ниже шансы поднять её с сохранением личности.

Я мысленно хмыкнул. Значит, при очень большой необходимости и должной мотивации, Лион можно развести и на поднятие мертвяка. Учтём, учтём…

— Хорошо, — хлопнул я себя по коленям. — Магистр Лион, моё предложение таково. Я предлагаю вам жить и работать здесь, в Лаграше, и сопровождать меня во время опасных миссий. Раз вы прибыли сюда, значит, вопрос с жалованием вы уже обсудили с…

— Золото меня не волнует, — неожиданно остановила меня эльфийка, подняв ладонь. — В нём я не нуждаюсь. Я прибыла сюда за новыми знаниями и только за ними.

— Иначе говоря, ваша плата — мои потроха, — нервно усмехнулся я. — Не беспокойтесь, моё предложение это учитывает. Итак, что я предлагаю. В скором времени я начну возведение цитадели, в которой могу отвести вам помещение для работы и исследований. Если согласитесь, обсудим детали. Это первое. Второе, как я уже говорил — моя кровь, прочие телесные жидкости и образцы тканей для исследования. В разумных пределах, — эльфийка ещё не выглядела достаточно заинтересованной, но кивнула. — Третье — рост вашей собственной силы и способностей.

Вот этот пункт её немного удивил и она тут же попросила:

— Поясните?

— Так уж вышло, что те, кто искренне считает меня союзником и находится неподалёку, получают божественное благословение, — я чуть улыбнулся, заметив блеск в её глазах. — Оно понемногу, день за днём, увеличивает силы моих последователей. Как физические, так и магические. Можете потом пообщаться с моей гоблинской гвардией, очень наглядный пример.

Я сделал небольшую паузу, дав эльфийке время переварить услышанное.

— Четвёртое, — сказал я с улыбкой искусителя. — У вас ведь в запасе целый час на воскрешение, верно? Если обстановка вокруг будет безопасной и не помешает провести ритуал, я дозволяю оставшееся в запасе время ковыряться в моём брюхе как вам заблагорассудится.

Вот после этого Лион окончательно проняло. Услышав заветное разрешение на вскрытие, она так резво вскочила с кресла, что её немалое достоинство опасно качнулось.

— Меня устраивает, Владыка! — воодушевлённо ответила она. — Когда вы отправляетесь на фронт? Планируете ли ещё одну стычку с людами на этой неделе? Часто ли сражаетесь с монстрами? Может, любите рыбачить?

Эртус, сидя за столом, деликатно кашлянул и магистр, смутившись, сделала шаг назад.

— Прошу прощения, Владыка Нотан. Я, Лионеллиан Релонас, с удовольствием принимаю ваше предложение. Мои знания и навыки к вашим услугам. Взамен… я буду с нетерпением ждать часа вашей смерти, — уже спокойнее ответила она и предвкушающе улыбнулась.

Глава 6. Экспресс-курс истинной веры

После того, как тёмная эльфийка скрылась за дверью, отправившись в выделенные ей гостевые апартаменты мэрии, я некоторое время провёл в задумчивом молчании.

Одной проблемой стало меньше. Правда, её решение немного попахивало очередной головной болью, но… Наверное, у меня такая судьба — решать одни проблемы путём создания других.

Впрочем, если позабыть о маниакальных наклонностях, Лион производила весьма хорошее впечатление. Мы весьма плодотворно обсудили мелкие нюансы нашего сотрудничества и даже договорились, когда чародейка возьмёт у меня первый образец крови на исследование.

— Что-ж, пожалуй, я тоже пойду. — сообщил я Эртусу, поднимаясь с кресла. — Полагаю, книги отправлены ко мне домой?

— Само собой, Владыка, — кивнул скелет. — Однако не могли бы вы задержаться на пару минут? Есть один вопрос, требующий обсуждения.

— Слушаю, — сообщил я и вернулся в сидячее положение.

Надеюсь, Эртус не собирался подкинуть мне какие-нибудь новые хлопоты. Но, судя по тону, вроде бы нет.

— Я ещё не вникал в подробности скопившихся дел, но успел немного поговорить с Лаэнвелем и он сообщил о своём желании возвести в вашу честь какой-нибудь памятник, — огорошил меня казначей. — Может, у вас будут определённые пожелания к размеру и материалам, чтобы я мог верно составить смету со скульптором?

Я неодобрительно покачал головой. Мэр, конечно, молодец, самолюбие изрядно подогрел, вот только…

— Никаких памятников, — решительно отказал я. — Это была единичная победа, не стоит раздувать из мухи слона.

— Но город хочет отблагодарить вас за защиту и спасение, — рыкнул Эртус, озадаченно почесав около носового отверстия. — Разве это плохо?

— Лаграш даровал мне пищу, кров, и обеспечивает всем необходимым для реализации моих планов. Я просто вернул накопившийся долг.

Казначей тяжело вздохнул.

— Владыка, даже у скромности должен быть предел, — проворчал он и принялся загибать костяные пальцы. — Вы отогнали дракона, это раз. Остановили нашествие порингов, это два. А теперь повергли в бегство целую армию фиарнийцев. Это три. Как ни крути, а баланс не в нашу пользу.

На этот раз тяжело вздыхал уже я. Особнячок подогнали? Подогнали. Служанок наняли? Наняли. Содержание — полный пансион. Я даже не знаю, на какие шиши закупаются продукты. Ещё и мануфактуру мою спонсируют. С расчётом на хорошую долю от прибыли, конечно, но всё таки.

Но нет, теперь им памятник захотелось смастерить. Словно мало денег на меня тратят. А мне этот памятник на кой чёрт? Он мне денег даст? Нет. Может, новых верующих? Тоже нет. Для этого памятник должен быть в честь Аллегри. К слову, неплохой вариант! Я бы даже сказал, отличный.

— Хм… Нужно обговорить с Лаэнвелем, — после короткого раздумья ответил орк, когда я поделился с ним своей идеей. — Уверен, он не будет против, но надо согласовать. Для порядка.

— Ну вот и отлично, — кивнул я, представив, как Аллегри обрадуется монументу в её честь.

Статуя — это тоже символ. И пока я не возведу храм, отлично сыграет роль места для паломничества. Да и потом будет привлекать внимание. Как ни глянь, а сплошная польза.

— Так-то оно так, — вздохнул казначей. — Но вы уверены, что не хотите какую-то награду лично для себя?

— Ну мы же это уже обсудили… — вздохнул я. — Если бы…

И осёкся. Неожиданно промелькнувшие в голове кольца магистра Лион натолкнули меня на одну мысль, о которой я до сих пор не задумывался. Хотя причины это сделать становились всё очевиднее с каждым днём.

— Знаешь, а вообще-то есть одна вещь, с которой вы с Лаэнвелем могли бы мне помочь, — задумчиво пробормотал я. — Скажи, у вас тут в ходу обручальные кольца или что-то вроде того?

* * *

Из здания мэрии я вышел в приподнятом настроении. Несмотря на некоторые нюансы, проблемы постепенно решались, планы воплощались, а жизнь снова устаканивалась. Ещё бы сильд продать повыгоднее и совсем хорошо станет.

Конечно, затишье это временное. Люды такой плевок в лицо без ответа не оставят. А тельварцы начнут выяснять, что на самом деле у меня на уме, невзирая на то, что я свою позицию однозначно выразил поступками. Просто это в природе всех разумных существ — сначала подозревать худшее.

Да, после представления на подходах к Лаграшу, меня однозначно начнут воспринимать всерьёз, тут Аллегри права целиком и полностью. Но сей факт ведь не означает, что из-за этого они не захотят меня по тихому прирезать, например. Неопределённость пугает намного сильнее явного и понятного врага. А я, пока что, тёмная лошадка, которая, если так разобраться, никому не подчиняется, кроме одной ленивой демиургши. Что, вкупе с титулом, делает меня слишком тёмной лошадкой.

Стелиться перед местной аристократией и идти на поклон к королям, убеждая в своей полезности и необходимости нести свет истинной веры в простой народ? Звучит неинтересно. Я как-то, знаете ли, успел привыкнуть к вольной жизни, где сам себе начальник, а окружающие считают меня самой важной шишкой на планете.

Как быстро люди привыкают к хорошему, всё таки.

Значит, мне нужен какой-то план, чтобы быстро и эффективно обращать всяких графов и герцогов в лояльных сподвижников. Возможности читать им проповеди месяцами мне явно не дадут. Нужен какой-то метод, который будет работать так же надёжно как боксёрский удар по печени. Да только о подобном можно лишь мечтать. Чёрт, насколько проще стала бы моя миссия, если бы Аллегри могла бы являться в Тельвар лично, хотя бы на минутку.

Печально вздохнув, я сделал несколько шагов с лестницы, направившись в сторону ящера и крутившейся вокруг него Шарли, которой надоело сидеть на стене в одиночестве. Мда, жаль, очень жаль. Вот если бы…

Так, стоять. Минуточку!

Разве встреча с Аллегри так уж невозможна? Очень даже возможна. Есть, правда, некоторые нюансы, а сама идея пахнет чисто тёмновластелиновскими методами, но…

Хм…

Хммм…

Хмммммм!

А ведь может сработать!

Методика, конечно очень экстремальная и экспериментальная. Аллегри, наверное, снова назовёт план безумным и… ворласки меня раздери, он и правда безумный. Но других путей я просто не вижу. По крайней мере, настолько быстровыполнимых. Нужно было только прояснить у Аллегри один вопросец…

И ответ от богини не заставил себя ждать:

Очередной безумный план, ура! ʘ‿ʘ Ты продолжаешь меня радовать своим свежим подходом к решению проблем. Просто невероятно, как тебе это вообще пришло в голову. ୧(ಠ⌣ಠ)୨

Но идея шикарная и вполне выполнимая. Можешь не сомневаться, с моей стороны всё будет в лучшем виде. (≧∇≦)b Хоть где-то я смогу помочь не только советом, но и делом. (*￣∀￣)

Только не забудь решить вопрос со своей безопасностью, лады? От магии ты защищён, а вот от копья в пузо — пока что не особо. 눈_눈 А способ уж больно неортодоксальный, всякое может случиться.

P.S.

Чёрный мифрил — лучший друг молодых гномок. (￣･ω･￣)

P.P.S.

Как тебе буфера у этой чародейки? (´ｖ｀) Даже Эри себе такие не позволяет, скромничает. Просто возмутительно как щедро иногда бывает Мироздание! (｀□′)╯┴┴

P.P.P.S.

Статуя!!! (♥ω♥*)

Прочитав последнее предложение, я весело фыркнул. Да уж, размер такой, что даже небожители не остаются равнодушными. Абсолютно возмутительно, совершенно согласен.

Но ближе к делу. Итак, значит, со стороны Аллегри проблем быть не должно. Отлично, просто отлично. Меня беспокоили некоторые сложности, которые могли бы возникнуть из-за временных ограничений, но, видимо, я слишком много думаю.

Но, вообще-то, Аллегри права, способ не особо безопасный. Если называть вещи своими именами, его безопасность равна примерно нулю. Стоило подумать о том, как это решить. И, возможно, не стоит рассматривать этот план как «План А». Пусть лучше будет «Планом Б» на тот случай, если не получится добиться желаемого другим путём.

Ну, раз с этим разобрались, можно заняться и другими делами. Только какими? Возвращаться на стену уже не хотелось. Мой визит в мэрию порядком затянулся. Настолько затянулся, что уже начало вечереть, а оставшаяся на стене паучиха пришла сюда, когда соскучилась.

Может, заглянуть к Лион и поболтать о магии жизни и Университарии? А заодно поспрашивать об аристократах и чиновниках, с которыми может свести дорога в ближайшем будущем. Узнать о характерах, привычках, политических взглядах и прочих полезных в переговорах вещах. И тоже самое нужно будет вызнать у Горта, Лаэнвеля и Эртуса. Мне нужен максимум возможной информации. Но к Лион по этому поводу лучше идти точно не сегодня. Магистр только с дороги и ей явно не до моих вопросов. Тогда… домой?

Сформировав план действий на ближайшее время, я продолжил путь к Шарли и ящеру, насвистывая какую-то беззаботную мелодию. Воистину жизнь налаживается! Нет, как ни крути, а перспективы родившегося сегодня плана мне нравятся. Есть, правда, в самой концепции что-то зловещее и мрачное, но разве титул меня не обязывает? Надо соответствовать. Потрепав подскочившую ко мне Шарлотту по макушке, я вскочил на ящера и отправился домой. Этим же вечером по городу пронеслась новость, что Карушская крепость успешно отбила атаку людов, благодаря подоспевшим подкреплениям.

Следующая пара дней прошла своим чередом. Я строил стену, утрясал мелкие дела мануфактуры, заходил в гости к Лони с Ореном, разбирал добытые казначеем книги, понемногу продолжал писать своё пособие для будущего попаданца, а также побывал у магистра Лион, сдав первый анализ крови и поболтав о том, о сём в нужном мне направлении. Надо заметить, что эльфийка без дела не сидела, а принялась налаживать дела городской больницы, давно оставшейся без полноценного целителя.

Кроме того, когда мне надоедало раз за разом поднимать каменные пласты стены, я занимался более творческим процессом, служившим мне, помимо всего прочего, тренировкой тонкого манипулирования магией. А именно — практиковал создание каменного доспеха. Пытался сделать его достаточно тонким и лёгким, чтобы не сковывал движения и не весил тонну, но достаточно прочным, чтобы выдерживал, например, удар стрелы. А лучше чего-то помощнее.

Предупреждению Аллегри я внял предельно серьёзно и, поразмыслив, пришёл к выводу, что лучшим вариантом для меня станет доспех, созданный магией земли. Из главных его преимуществ я мог назвать доступность — до тех пор, пока магия была при мне, я мог использовать его в любой момент. И скрытность — мне не надо было таскаться в броне каждую минуту, так как натренированный каменный доспех мог быть создан из магии буквально за секунду. И, при необходимости, под одеждой, незаметно для потенциального врага.

От внезапного ножа в спину, само собой, такое решение не спасёт, но для этого у меня были гоблины, которые всегда крутились где-то неподалёку и бдили. А вот где-нибудь на переговорах со знатью, ежели беседа свернёт не туда, каменный доспех станет прекрасным решением и фактором неожиданности.

За этими приятными хлопотами, не связанными с приключениями и риском для жизни, время пролетело совершенно незаметно. Небольшие изменения в этой неспешной рутине наметились лишь на утро третьего дня, когда посыльный от Эртуса передал мне записку с сообщением. Как и ожидалось, моя несколько эгоистичная просьба была удовлетворена и меня с визитом уже ожидал один из городских ювелиров.

Но перед походом туда мне стоило решить один незначительный вопрос. И я надеялся, что в этом мне поможет Орен.

Глава 7. Уважительная причина опоздать к обеду

Вопреки ожиданиям, Орена я обнаружил не корпевшим за очередным станком, а сидящим на табурете. Гном шумно прихлёбывал чаёк из огромной кружки и внимательно разглядывал какой-то чертёж на огромном листе, расстеленном перед ним на столе.

Подойдя поближе, я увидел, что чертёж весьма смахивает на ту версию рейлгана, что Орен рисовал мелом на доске и показывал мне в первые дни знакомства. Но с тех пор он стал выглядеть более лаконичным и законченным. В простых линиях чувствовалась опасность и хищность механизма, созданного с целью вселять страх и ужас на противника.

Длинное орудие покоилось на шестерёнчатом лафете с несколькими степенями регулировки. Задняя часть устройства ощетинилась иглами кристаллов, установленных в два ряда вдоль массивной детали, к которой крепился ствол. Сам же ствол больше напоминал желоб, вдоль которого пролегали рельсы ускорителя.

— Выглядит здорово, — сказал я, садясь по другую сторону ствола.

— Это мы с внучкой на двоих покумекали и попытались сделать пушку не такой массивной, — с некоторой гордостью в голосе поведал гном. — Похоже, что неплохо вышло. Здоров, зятёк. Хлебнёшь чего-нибудь?

— Привет, Орен. Нет, спасибо, я ненадолго, — вежливо отказался я.

Гномы, как я успел выяснить, были далеко не дураки по части выпить. И речь шла не только о горячительных, но и о просто горячих напитках. Банальное чаепитие, ежели у участвующих не имелось срочных дел, спокойно могло занять не меньше часа. В целом, я эту черту характера глубоко разделял и уважал, однако не планировал сегодня надолго задерживаться в кузнице.

— Лони в мастерской? — уточнил я.

Гном мотнул головой:

— Не, час назад ушла в мэрию. Большой заказ на сельхоз инструмент для фермеров, — пояснил он. — Повидать хотел?

— Повидать я её ещё успею сегодня. А вот вопросец, с которым я пришёл, лучше бы обсудить в её отсутствие, — подмигнул я.

— Тааак, — протянул Орен, отставляя кружку в сторону. — Очень любопытно, выкладывай.

На самом деле, я завалился к инженеру не с одним вопросом, а с двумя. Но главный из них решил приберечь напоследок:

— За тем и пришёл, — кивнул я, — однако сначала есть пустяковая просьба. Можешь сделать для меня песочные часы, которые отмеряли бы ровно один час?

Понятие часов и минут в Тельваре было вполне известно. Однако сами часы не были особо распространены. В городах и и крупных деревнях обычно имелся колокол, который бил ровно два раза в сутки. В полдень и полночь. Причём, звонаря с часами там не было — лишь какой-то механизм на вельд-кристалле, срабатывающий в нужное время.

Часы более привычного вида тут тоже имелись, но видел я их за всё время только один раз — в кабинете Лаэнвеля. Резной деревянный корпус, круглый циферблат без цифр, размеченный лишь на четыре деления, и одна-единственная стрелка.

О том, что тут знакомы и с песочными часами, я узнал совершенно случайно — увидев их во время визита к Лион. При помощи таких часов городские лекари, не обладавшие магией исцеления, замеряли время проведения лечебных процедур. Я немедля послал гоблина на рынок, чтобы принёс мне такие, но оказалось, что их изготавливают только на заказ. В быту товар спросом не пользовался.

— Я посмотрю на складе, у нас должны быть такие, — обрадовал меня Орен. — Если нету, то сделаем.

— Сколько буду должен? — тут же уточнил я.

— Свои люди, сочтёмся, — великодушно махнул рукой гном. — Ну, что ты там хочешь обсудить без моей внучки?

— Скажи-ка, Орен, — я заговорщицки подался к инженеру, чтобы ненароком не подслушали снующие вокруг подмастерья. — А ты сможешь узнать какой размер кольца подойдёт Лони?

Гном сначала взглянул на меня немного удивлённо, а потом расплылся в широченной улыбке.

— Ай да зятёк! — радостно хлопнул он по столу. — Смог таки удивить!

— О чём это ты? — недоумённо нахмурился я.

— Пойдём-ка, поболтаем с глазу на глаз, — поманил меня Орен, вставая из-за стола.

Гном отвёл меня в одну из подсобных комнат, где не было лишних ушей, и усадил на стул, расположившись напротив. Секунд десять он молчал, о чём-то размышляя, прежде чем начал говорить:

— Знаешь, Нотан, я ведь не верил, что вы надумаете венчаться, — заявил он.

Сказать, что это меня удивило — значит, ничего не сказать. С тех пор, как помолвка была утверждена, Орен ходил довольный как слон и не давал ни единого повода усомниться в его настроении.

— И не смотри на меня так, — хмыкнул инженер. — Думаешь, я не видел, что вы думали о договорном браке? Решили, небось, не огорчать старика сразу, а, к примеру, сделать вид, что разругались в поездке или что-то вроде? Да не хлопай ртом как рыба на берегу, я уже достаточно пожил, чтобы замечать такие вещи. Я же знаю, что вам поначалу идея пришлась не по душе.

Вот же хитрый бородатый дед! Всё просёк с самого начала, но помалкивал в бороду! Выжидал, блин. А чего выжидал? Когда мы сами признаемся или другого чего?

— Что изменилось, Нотан? — продолжил, тем временем, Орен. — Внучка ходит веселей прежнего, глаза сверкают. Ты вдруг о кольце заговорил, хотя женись вы по договору, никто бы и не вспомнил. Ещё и лобызались посреди улицы!

— Так, погоди! — вспылил я. — Не посреди улицы, а чинно, на лавочке! И вообще, радуйся, бородатый, что вы тогда вовремя дёру дали. А то я бы преподал всем урок хороших манер.

— Ладно, ладно, не кипятись, — примиряюще поднял руки гном. — Хмельные все были, сам понимаешь… Так что скажешь? Что изменилось?

Я легонько вздохнул. И как тут сказать, что именно в тот вечер некоторые изменения и произошли?

— Ситуация… немного сложная, — начал я и в общих чертах описал наши текущие с Лони отношения.

Собственно, а чего скрывать? Старый бородач с самого начала видел нас насквозь, однако дал ситуации развиваться своим чередом. Даже Лони, знавшая своего деда намного лучше меня, ничего не заподозрила. Так что я не видел смысла в том, чтобы замалчивать истинное положение дел.

— Вот оно как, — задумчиво пробормотал гном, когда я закончил. — За честность спасибо. Жизнь — штука сложная, и хочу сказать тебе, что многие хорошие семьи начинались отнюдь не с любви, а с товарищества и уважения. По крайней мере, у нашего народа такое частенько случается. Так что уверен, у вас всё в порядке будет. Одно то, что ты решил пойти внучке навстречу и о кольце задумался, о многом говорит.

Пошарив по карманам, он вытащил на свет клочок пергамента и писчий стержень, заменявший в Тельваре карандаш. Накорябав пару цифр, он отправил стержень обратно в карман, а пергамент передал мне.

— Оперативно, — хмыкнул я. — Спасибо.

— Уже есть что-то на примете? — полюбопытствовал инженер. — Металл, камень?

— У ювелира ещё не был, — помотал я головой. — Но хочу подобрать что-нибудь из чёрного мифрила. Ну и камушек какой покрасивше.

— А ты знаешь толк, — одобрительно крякнул Орен. — Только не уверен, что найдёшь такое кольцо в вашем захолустье. Если что, дай знать, я отправлю весточку в клан, подберут хорошее колечко. Везти, правда, долго будут. Путь неблизкий.

— Кстати про весточку, — спохватился я. — Есть новости по поводу сильда?

Для связи с кланом Орен пользовался специальным кристаллом, вроде того, по которому в город пришли вести о нападении на Каруш, а также приходили иные новости и военные сводки. Так что послание о продаже осколка сильдовой руды гном отправил в тот же день, когда мы это обсудили.

— Пока тихо, — покачал головой Орен. — Уверен, наши сразу с Университариумом связались. А чародеи, небось, от таких вестей знатно обалдели и теперь совещаются, как сильно готовы опустошить свою казну. Ты сильно не переживай, зятёк, дня два-три и дадут ответ. Уж больно лакомый у тебя товар.

— Хорошо, если так, — кивнул я. — Просто время не на нашей стороне. Хочется успеть подготовить как можно больше вещей перед следующей заварушкой. А ведь ещё придётся тащиться в Университарий на торги, верно?

— Да, дел у тебя и правда невпроворот… — задумался Орен, постукивая пальцем по столу. — Можно попробовать сделать вот как. Когда дело дойдёт до оглашения личности продавца, соклановцы назовут меня и скажут, что я готов продать сильд в Лаграше, где сейчас нахожусь. Пусть сами сюда топают. Ворчать, конечно, будут жутко, но могут согласиться. Главное, чтобы у них были сейчас свободные боевые маги для конвоя. Без охраны точно никто не придёт.

— Попытка не пытка, верно? Если не получится, тогда уже поеду сам.

— Добро, — подтвердил Орен. — Я передам нашим. И кстати говоря… Тебе ведь много работников понадобится, верно? Городских работяг не хватит, большинство свободных рук уже в полях или у ткацких станков. Может, из клана мастеровых наймёшь? Возьмут по свойски, я прослежу.

Я слегка усмехнулся и кивнул. Не успею я получить деньги, как их часть тут же уплывёт к гномам Медного горна. Возможно даже, исключительно в семью Меднобородов. Орен, как и положено гному, выгоды не упускал и хватался за любую возможность приумножить достаток семьи. Как говорится, всё в дом. Но предложение было хорошее и разумное, так что я сразу же согласился.

Но уточнить у Эртуса среднюю ставку мастеровых всё таки стоит. Мало-ли что гномы понимают под словом «по свойски».

* * *

Домой я попал лишь сильно за полдень, опоздав к обеду. Чем навлёк на себя молчаливое неодобрение служанок. По их мнению, будучи в городе, без уважительной причины обед пропускать было нельзя. Но когда я показал им причину, они быстро сменили гнев на милость, согласившись, что она была весьма уважительной.

— Какое изящное… — хором дали они весьма лестную оценку, разглядывая содержимое маленькой бархатной коробочки.

— Чем-то похоже на госпожу Шарлотту, — заявила Эсми, подёргивая ушками.

Мне оставалось лишь согласиться с эали. Глянцево-чёрный металл в сочетании с тремя красными камушками создавал чёткие ассоциации с обликом паучихи. Особенно когда она крутилась рядом и заглядывала в коробочку.

— Госпожа Лони будет довольна, — одобрительно кивнула Латика.

Я уже и не припомнил момент, когда служанки перестали использовать в обращении к гномке слово «мастер», употреблявшееся тут в адрес умелых мастеров и деятелей искусства, и перешли на «госпожу», подчёркивая её будущий статус.

— Мне покажите-кве! — замахал страницами Эрмит, стоявший возле камина.

Пингвин, вопреки моим опасениям, неплохо поладил со служанками и с большим энтузиазмом оставался дома, нежели сопровождал меня во время строительства. В целом, меня это устраивало, так как в данный момент в магии воды я особо не нуждался, а таскать здоровенный посох сугубо статуса ради было лениво. Постоянно прятать Эрмита в Хранилище тоже не походило на удачную идею. Так что фолиант невозбранно наслаждался обществом двух прекрасных девушек, а они были и не против.

Знакомство с талмудом девчонки, к слову, перенесли с невообразимым спокойствием, словно каждый день видели говорящие книги, приветливо помахивающие обложкой. Возможно, действительно не в первый раз встречают такую диковинку?

Я подошёл к посоху и поднёс коробочку с кольцом поближе к книге.

— Симпатичное-кве, — хмыкнул пингвин. — Это кровавый эльвар?

— Он самый, — кивнул я. — А кольцо из чёрного мифрила.

Кровавый эльвар очень походил на земной рубин, но его нутро словно слегка светилось тёмно-красным светом, вызывая на огранке камня красивые переливы, напоминающие пламя. Всего в кольце находилось три таких камушка. Один относительно крупный, по центру, и два помельче. Насколько я понял объяснения ювелира, кровавый эльвар был не особо дорогим камнем и часто использовался в украшениях. Но за дороговизной кольца я не гнался, а сочетание чёрного металла и красных камней, чьи отливы играли на поверхности тонкого кольца, мне очень пришлись по душе.

Кроме того, это было единственное кольцо из чёрного мифрила у этого ювелира и в городе вообще.

— В металлах я не разбираюсь-кве. Из орнито вообще плохие ремесленники-кве, — с лёгкой грустью пояснил Эрмит.

Так или иначе, но колечко получило всеобщее одобрение. Даже Шарли, аккуратно потрогав украшение когтем, одобрительно подпрыгнула пару раз.

Остаток дня я провёл на стройке стены. Прогресс, хоть и не быстрый, меня очень радовал. По крайней мере, городская стена начинала походить на настоящее защитное укрепление. Вечером, вернувшись, в особняк, я, как и обычно, вкусно поужинал, а потом принялся за дела писательские. Набросал несколько страниц в пособие для попаданца, а потом взялся за более насущный труд. Побывав в городском лазарете и посмотрев, как выглядит местная медицина без магии исцеления, я решил привнести капельку современных знаний.

Я изложил на бумаге всё, что знал о микробах, бактериях и вирусах, о заражениях крови, принципах санитарии, методах дезинфекции ран и медицинских инструментов, зависимости температуры тела от иммунной реакции организма, и прочие мелочи, известные обычному землянину. Я не уточнял, что в Тельваре из этого уже знали, а что нет, просто выплеснув на листы все свои нехитрые знания на эту тему. Вручу Лион, а она уже пускай разбирается и проводит разъяснения на местах.

Закончив с этим, как мне казалось, нужным делом, я устало откинулся в кресле и отхлебнул свежего горячего чаю, принесённого Латикой. Вместе с чаем эльфийка пыталась привнести в комнату немного греха, но я выпроводил её из кабинета, сославшись на большое количество дел. Предупреждение гномки ещё было свежо в памяти. Конечно, шансы того, что за мной кто-то целенаправленно шпионил по поручению Орена были практически нулевыми, но…

Немного поразмыслив, наблюдая за мирно сопящей на ковре Шарли, я решил, что достаточно на сегодня поработал и взял со стола книгу. Одну из многих, что привёз Эртус из столицы по моей просьбе.

Сейчас я читал древнейшую историю Тельвара и чтиво, хотя было сугубо историческим, оказалось весьма увлекательным, описывая эпоху до появления в этом мире фиарнийцев. Как гласила вводная часть книги, сей труд был одним из немногих, приоткрывающих свет на загадочных асани, правивших в то время обитаемыми континентами.

Перипетии исторических фактов настолько меня увлекли, что я провёл за книгой несколько часов и сидел бы дальше, если бы не деликатно постучавшаяся в дверь Эсми:

— Господин Нотан, отправляйтесь спать, — обеспокоенно сказала она. — Время ведь уже давно за полночь.

Я мысленно фыркнул. Что такое «время» для того, кто обнаружил интересную книгу или начал зубодробительный квест в видеоигре? В таких случаях «время» превращается в нечто маловажное, существующее в некоей иной плоскости и не имеющее ценности, до тех пор, пока квест не окажется пройден, а в книге не перелистнётся последняя страница. Важность «времени» навязана социумом и возложенными на нас обязательствами. но лишь мы должны определять истинную ценность «времени» в каждый конкретный момент времени нашей жизни.

Я широко и мощно зевнул.

— Да, Эсми, я уже собираюсь идти спать, не беспокойся, — кивнул я и отложил книжку в сторону.

Удовлетворившись моим ответом, эали дёрнула ушками, кивнула и закрыла дверь, отправившись в комнату для прислуги.

Несмотря на свои слова, я просидел в кресле ещё минуты две, переваривая прочитанное, после чего встал и подошёл к окну, чтобы немного проветриться перед сном. Дни нынче стояли жаркие и безветренные, открытые окна начинали приносить прохладу лишь ночью, когда воздух остывал и приходил в хоть какое-то движение. Как бы приспособить магию для создания кондиционера?..

Моё внимание привлекло странное шевеление на крыше соседнего дома. Словно какая-то тень колыхнулась у дымохода. После чего сверкнула красная вспышка и, с коротким гулом, в моё лицо врезался красный магический снаряд.

Глава 8. Чесалка для спины

Лишь когда о мою харю растеклось ещё два гостинца, тормознутое засыпающее сознание спохватилось и дёрнуло тело в сторону от оконного проёма.

— Вашу мать! — выругался я, увидев, как мимо пролетает ещё один снаряд и врезается в потолок, оставляя на нём чёрную и глубокую дымящуюся подпалину.

Шарлотта, разбуженная шумом ночного нападения, нервно подпрыгнула и рассерженно зашипела словно кошка, уставившись прямиком в окно.

— Шарли, в сторону! — крикнул я. — Заденет!

Но паучиха не обратила на мои слова ровно никакого внимания, встопорщила короткую шерсть и, припав к полу, одним рывком выпрыгнула в окно прямо из центра комнаты.

— Стой, глупая! — рванул я следом к окну, на ходу создавая защитные пластины каменного доспеха на груди и голове на случай, если неизвестный решит отправить в мою сторону что-то более… материальное, нежели магический снаряд.

Выглянув в окно, я увидел, что Шарли умудрилась одним махом оказаться на крыше соседнего дома и уже бросилась на нападавшего. Фигура в тёмном балахоне попыталась дать отпор, и вскинула что-то длинное. Практически подсознательно я угадал в силуэте фиарнийский манастрел, только был он чёрного цвета, под стать владельцу.

Враг успел выстрелить лишь раз. Паучиха резким броском пропустила снаряд мимо себя и накинулась на противника. Тускло сверкнули когти на передних лапах и от фигуры неудавшегося ассасина отделилась державшая рукоять манастрела рука. Отрезанная по самое плечо, она брызнула тёмным фонтаном и, так и не выпустив оружие, покатилась вниз с глухим грохотом. Окрестности разорвало от душераздирающего вопля противника, но Шарли не дала ему времени даже на болевой шок, сбив с ног и подмяв под собой. Ещё раз взмыли когти и вопль сменился булькающим хрипом.

Понял, принял, осознал. Я настолько привык к тому, что Шарли — ласковая и воспитанная домашняя любимица, что успел забыть о её истинной хищной природе. Паучиха расправилась с угрозой в кратчайшие сроки. Пока я прятался и тупил, хотя мог, пользуясь своей магической защитой, сразу шарахнуть молнией в ответ, паучиха мгновенно оценила ситуацию и ликвидировала врага. С момента прыжка до предсмертных хрипов прошло секунд пять, максимум десять.

Убедившись, что добыча перестала дёргаться и хрипеть, Шарлотта ослабила свои смертельные объятья и вытащила когти передних лап из горла противника. После чего, на всякий случай, опутала тело паутиной и весело помахала мне лапкой.

Я поднял руку, чтобы помахать ей в ответ, но замер на полпути, поняв, что что-то не так. С другой стороны дома, в районе входной двери, раздавался тревожный шум и неразборчивые вопли. Послышался звон разбитого стекла и приглушённая неразборчивая брань.

Ну вашу-ж мать!

— Шарли, в дом! — крикнул я и бросился из кабинета.

Я, конечно, ожидал проблем, но не так быстро! И не в виде открытого нападения на особняк посреди ночи! Убийц что, манерам не учили? Ассасинскому этикету какому-нибудь? Например, что нужно дождаться, пока жертва ляжет спать, после чего культурно прокрасться в спальню и сделать дело чисто и тихо. А не вульгарно шмалять в лицо из пукалки людов.

На основе этого нехитрого умозаключения я сделал вывод, что работали полные профаны в киллерском деле. Вот только кто они и откуда? Под балахоном мог в равной степени скрываться как эльф, так и люд. Допросить бы, да только Шарли сработала слишком быстро и надёжно. Послать за Лион? А что, отличная мысль! Но сначала надо разобраться, что там вообще творится на улице.

Вылетев из кабинета, я обнаружил Эсми и Латику стоящими у подножия лестницы. И, как ни странно, вооружёнными. Эали, нервно помахивавшая кончиком хвоста, держала в руке короткий меч, удобный для схватки в помещении. А в руках у эльфийки обнаружился короткий лук с со стрелой. На бедре, вися на перехваченном вокруг талии поясе, покоился полный колчан. Надо сказать, я не припоминал никакого оружия в особняке, кроме парочки парадно-декоративных мечей на стенах. Но и в комнату служанок я никогда толком не заглядывал. Даже если бы они там хранили бомбу Орена, я был бы об этом ни сном, ни духом.

В особняке пока никого постороннего не было, однако окно справа от входной двери щеголяло разбитой створкой, и через дыру доносился лязг и забористая ругань гоблинов.

— Господин! — ко мне обернулась услышавшая звуки кабинетной двери Эсми. — Вернитесь к себе, тут опасно.

— Заварушка-кве, — подал голос Эрмит. — Кто-то ломится в дом-кве! Наверное, хотят украсть Нулевой арканум-кве.

— Это будет считаться как кража или как похищение? — спросил я, чем погрузил фолиант в глубокие раздумья.

— Господин Нотан, вам опасно тут находиться, — поддержала хвостатую подругу эльфийка. — Пожалуйста, вернитесь в свой кабинет.

— Минуту назад я получил там три снаряда из людского ружья в лицо, — со скепсисом хмыкнул я и, увидев побелевшие лица девушек, поспешил их успокоить. — Так, без паники, магией меня не взять, а с наглецом уже разобралась Шарли. Так что кабинет и без меня обойдётся. А вот вы дуйте отсюда и к окнам ни ногой, пока не станет безопасно, поняли?

Услышав это, служанки нахмурились, ясно давая понять, что подобных глупостей они уже давненько не слышали.

— Господин, снаружи идёт ближний бой! Магия вас не берёт, но как на счёт мечей? — резонно возразила Эсми.

Точку в этом, так и не успевшем начаться, споре, поставил сдавленный вскрик. После чего раздался звон упавшего на мостовую железа и топот ног.

— Стоять, люда! — услышал я голос одного из гоблинов.

— Хватать его, я тут быть! — крикнул второй и к удаляющемуся топоту добавился грохот ещё одной пары сапог.

Спустя полминуты на улице стало тихо, а в разбитом окне показалась рожа гоблина. Окровавленная, но довольная.

— Владыка! — радостно ухмыльнулся он, завидев меня. — Напасть двое людов! Один убить, один сбежать. Глупый люд, не знать, что мы охранять.

— Молодцом, — кивнул я. — Но одного пропустили, стрелял в меня через окно кабинета.

Гоблин немедленно изменился в глазах и подавленно понурил уши.

— Простить, Владыка… Мы усилить караул…

— С этим потом разберёмся, — отмахнулся я, подходя к входной двери. — Сначала более важные дела.

В свете придомовых фонарей лежало тело в уже знакомом чёрном балахоне. Из его груди торчало излюбленное оружие гоблинов Горта — копьё с электрическим наконечником, древко которого оказалось не то срезано в бою, не то укорочено сознательно. В стороне валялся чёрный манастрел, а подле тела обнаружился одноручный меч со следами крови.

Где-то вдалеке зашумело и по улице раскатилась звонкая трель свистка ночного патруля. А это значило, что скоро весь город встанет на уши.

Глянув на виновато топтавшегося в стороне гоблина, я заметил у него на бедре приличных размеров порез. Да и на голове, похоже, имелось рассечение. Кровь продолжала медленно стекать по лицу и капать с подбородка.

— Глук, иди сюда, — позвал я бедолагу, активируя магию исцеления. — Подлатаю немного.

Гоблин послушно подошёл, грустно поджимая уши.

— Как тебя угораздило аж две раны схватить? — спросил я, пока лечил гоблина. — Вы же крепкие парни.

Ещё и изрядно подкачавшиеся благодаря постоянному присутствию вблизи меня.

Гоблин смущённо шмыгнул носом и ткнул пальцем в декоративный кустарник на другой стороне улицы.

— Я по нужде отойти, Владыка, — с явной неохотой признался он. — Очень хотеть было. Начал дело делать, а оттуда кааак тыкнуть…

* * *

Как и ожидалось, город быстро стряхнул с себя сонливость. Над крышами то и дело раздавалась трель патрульного свистка, координируя облаву. Зажигались окна в домах и на улицу начали выползать первые зеваки.

— Эсми, Латика, — повернулся я к служанкам. — Мне нужна мастер Лион, очень срочно. Сообщите ей, что требуется воскрешение.

— Будет сделано, господин Нотан, — хором ответили девушки.

— Я отправлюсь в её гостевые апартаменты в мэрии, — сообщила Латика.

— А я проверю городской лазарет, если она задержалась там, — кивнула Эсми.

Оставив оружие в гостинной, служанки немедленно отправились выполнять поручение.

— Воскрешение? Зачем воскрешение, Владыка? — недоумённо спросил вылеченный гоблин.

— Чтобы провести допрос, конечно же, — ответил ему я.

Спустя минут десять у моего дома находились все, кто нужен и не нужен. Стражники и гоблины Горта держали толпу зевак на уважительном расстоянии, а внутри оцепления, осматривая тела, ходили шаман с Лаэнвелем, командир стражи Аксилан с одним из своих капитанов и кто-то из мэрии. Чуть в стороне, чтобы не мешать, стояла Шарлотта и бдительно осматривала округу. Лони с дедом пока видно не было, но я подозревал, что это лишь вопрос времени.

Чтобы не бегать по всей округе, оба трупа стащили в одно место. Если точнее, тот, с копьём в груди, лежал там же, где и упал. А второй притащила сюда Шарли, аккуратно положив рядом отсечённую руку. Третьего нападавшего, говорят, взяли живьём и отправили сразу в городскую темницу.

— Прошляпили, — мрачно буркнул Горт, осматривая тела. — Под самым носом люды напали, в центре города!

В том, что это были люды, уже не оставалось никаких сомнений. Под капюшонами чёрных балахонов обнаружились типичные человеки с блондинистыми шевелюрами. Правда у того, который стал жертвой праведного гнева Шарлотты, часть этой самой шевелюры просто отсутствовала. Вместо неё на голове находилась крупная корка не то ожога, не то спекшейся крови. Но паучиха тут была не при чём, рана оказалась не первой свежести и сильно гноилась.

— Со всех своих дуралеев спрошу, — не менее мрачно посулил командир стражников, — с каждого лично.

Магистр Лион, прибывшая совсем недавно, о чём-то поговорила с Лаэнвелем и подошла ко мне.

— Доброй ночи, Владыка. Ваша служанка сказала, что требуется срочное воскрешение, но вы, как я вижу, целы и невредимы, — сказала она, внимательно оглядев меня с ног до головы.

— Воскрешение действительно требуется, но не мне, — хмыкнул я и кивнул на два тела у крыльца. — А вот этим джентльменам.

Эльфийка взглянула на киллеров-неудачников и брезгливо поморщилась:

— Оживлять людов? — в её голосе сквозило нескрываемое удивление напополам с нежеланием. — Чего ради?

— Ради информации, — пояснил я. — Эта троица прошмыгнула в центр города мимо всех караулов, патрулей и умудрилась устроить покушение. Я хочу знать, как они это сделали, как давно готовились и есть ли в городе ещё сообщники этих гавриков.

Лион ненадолго задумалась и слегка смягчилась:

— Ну, допустим. Но стражники ведь уже взяли одного люда живым. Разве этого мало?

— Мастер магистр, я поддерживаю Владыку Нотана, — вклинился в беседу командир стражи. — Если на допросе будет лишь один пленник, чтобы избежать длительных пыток, он может напридумывать любых небылиц, лишь бы запутать нас и направлять по ложному следу. Намного проще, когда можно проверять сказанное перекрёстным допросом.

— Хорошо, убедили, — со вздохом сдалась чародейка. — Но вы, Владыка, будете должны мне ответную услугу, — предупредила она и я понял, что за этой фразой скрывается совсем не обыденный образец крови.

Эльфийка, тем временем, повернулась к телам и принялась готовиться к ритуалу, ворча под нос:

— Надо же, воскрешаю людов, до чего я вообще докатилась…

Я впервые имел возможность своими глазами проследить за действом, что, в теории, должно будет спасать мне жизнь в будущем, так что приготовился смотреть как можно внимательней.

Первым делом Лион что-то шепнула и в её руке оказался пухлый белый саквояж. Похоже, что она хранила его в карманном измерении. И, вспоминая реакцию окружающих на то, как я прятал в своём Хранилище зверей и здания, этот саквояж вполне мог быть тем максимумом, что влезало в его аналог у тельварского мага.

Содержимое у саквояжа оказалось примечательным. Примечательным в том плане, что больше походило на сумку доктора, нежели на орудия магистра магии. Внутри лежал свёрток белой ткани с цветной вышивкой, множество мензурок и пробирок с разноцветными жидкостями, пара небольших книг, тугие пучки трав, коробочки с неизвестным содержимым и полный набор хирургических инструментов, при виде которого меня бросило в дрожь.

Вишенкой саквояжа оказался коротенький жезл с янтарного цвета камнем на навершии. «Взор Мудреца», стоило мне капельку сосредоточиться на магическом орудии, тут же сообщил, что Лион держит в загашнике очень примечательную вещицу…

«Маяк для ушедших душ»

Рейтинг: ★★

Ускоряет процесс призыва и возврата ушедшей души в почившую оболочку. Увеличивает шансы на успешное поднятие одушевлённой нежити.

Это же жезл некроманта, верно? Определённо жезл некроманта. Вне всяких сомнений, это самый некромантский жезл из некромантских жезлов, что я мог бы встретить. И что, позвольте спросить, подобный артефакт делает у магистра света и жизни?

С подвохом была тёмная эльфийка, ой с каким подвохом. И не просто так, похоже, она тогда уклонилась от прямого ответа. Нарушает потихонечку государственные законы в свободное от работы время? Не исключено. Но мне-то до этих законов какое дело? Некромантия — штука в хозяйстве весьма полезная, хотя и не пользуется поддержкой общественности. Применение найти всегда можно. Даже вон поднять роту скелетов с заброшенного погоста и пущай денно и нощно мостят дороги между городами и деревнями, улучшая логистику и скорость переброски войск и грузов. Неутомимый костяной стройбат. Что? Наверняка без души поднимутся, ибо слишком давно в земле лежат? Ну так тем лучше, значит, будут молча приказы выполнять, не нудя на счёт отпусков и профсоюзов…

С Лион надо дружить, определённо надо дружить. Только как бы её умаслить на нарушение некоторых тельварских законов? Ещё и систематическое. Не под нож ведь ложиться? Конечно, в загашнике ещё имелся трёхзвёздочный торшер, который, возможно, мог бы привлечь её внимание, но я не хотел слишком быстро извлекать из штанов подобный аргумент. Во время обсуждения нашего сотрудничества я даже не стал о нём упоминать, так как наличие подобного бонуса в «контракте» могло создать ситуацию, когда Лион вела бы себя чересчур лояльно и я не смог бы правильно оценить её отношение ко мне. Если он, конечно, привлёк бы её внимание. Впрочем, кому не нужен столь редкий трёхзвёздочный артефакт? Таких людей, наверное, просто не существует.

Ладно, поживём — увидим. Пока не время ставить вопрос ребром.

Пока я размышлял о трудностях налаживания взаимоотношений в трудовом коллективе, Лион вела подготовку к ритуалу воскрешения, вытащив из саквояжа, как ни странно, ту самую вышитую тряпицу. Расправив её, словно скатерть, она расстелила полотно на мостовой и я с удивлением понял, что ткань украшена не просто узором, а очень хитрым и сложным магическим конструктом, который, казалось, состоял из множества слоёв, вышитых нитями разных цветов. Полевой, блин, многоразовый ритуальный круг. И, бросив взгляд на саквояж, я увидел внутри ещё несколько похожих тряпиц.

Расправив, насколько позволяла местность, все складки, она велела стражникам аккуратно перенести на конструкт одно из тел. Те, недолго думая, подхватили однорукого, который оказался к ним ближе всего. Заметив, что конечность осталась лежать на земле, Лион нахмурилась и повернулась ко мне:

— А что делать с его рукой? Назад прирастить или отрастить новую?

— Зачем такие сложности? — удивился я. — Воскрешайте как есть, магистр. А руку дадим в качестве сувенира, сделает из неё чесалку для спины.

Глава 9. Настоящее чудовище

К моему удивлению, на столь циничную шутку Лион отреагировала веселым смешком. После чего повернулась к телу и, опустившись к полотну, коснулась конструкта руками, начав едва слышно что-то произносить. Мгновение спустя я ощутил от магистра мощную волну энергии. Но не колюче-ледяной, как это бывало от Горта, и не давящей, как от лучей некроголема, а мягкой и бархатной, окутывающей словно одеяло. Разноцветные нити начали тускло светиться и все, затаив дыхание, оставили беседы, принявшись пристально наблюдать за процессом.

Однако никаких иных спецэффектов, помимо светящихся нитей, так и не появилось. Лион монотонно бормотала заклинание минуты три или четыре и, как мне показалось, вливала в него целую прорву силы. Короче говоря, как для такого редкого и могущественного заклинания, зрелище оказалось весьма скучным. О том, что всё сработало как надо, стало понятно лишь когда тело воскрешаемого задёргало ногой.

Завершив ритуал, Лион поднялась на ноги и аккуратно утёрла со лба бисеринки пота.

— Возвращается, — сообщила она и кивком попросила стражников сменить оживающего на его пока ещё мёртвого подельника. — Сейчас немного подёргается и очнётся.

С нашего первого разговора я помнил, что Лион способна за раз оживить не больше троих, после чего ей требовался длительный отдых, либо восстановление магической энергии при помощи вельд-кристаллов. И теперь воочию убедился, что заклинание сильно изматывает.

Когда стражники уложили на полотнище второе тело, магистр собралась приступить к ритуалу, но ей неожиданно помешала Шарли. Подбежав к второму фиарнийцу, она подняла его в воздух несколькими лапами и опутала паутиной. Видимо, на всякий случай. За тем, как здоровенная паучиха играючи крутит в лапах безвольное тело и заматывает в тонкую белую нить, зеваки смотрели с намного большим интересом, нежели за самим процессом воскрешения.

— Какой у вас любопытный… питомец, — задумчиво пробормотала эльфийка, внимательно наблюдая за процессом.

— Её зовут Шарлотта, — гордо пояснил я. — Моя верная подруга и компаньон. Но, если честно, я всё ещё понятия не имею к какому виду она относится и где такие пауки обитают.

— Боюсь, тут я ничем не смогу помочь, — разочаровала меня магистр. — Впервые слышу о пауках подобных размеров. Да ещё и, вне всяких сомнений, очень разумных. Будь ещё живы арахни, я могла бы предположить, что она как-то связана с ними, но тот народ исчез уже несколько сотен лет назад.

Увидев, что Шарли оставила тело в покое и отошла в сторонку, эльфийка аккуратно размяла шею и отправилась творить своё чародейство. И, как раз в это самое время, через толпу пробилась знакомая гномка. Найдя меня взглядом, она махнула рукой и направилась сюда.

— Цел? — коротко спросила она без лишних прелюдий.

— Жив, цел, орёл, — кивнул я.

— Орёл?.. — недоумённо склонила голову на бок гномка, качнув хвостом рыжих волос.

Я запоздало спохватился, что в Тельваре не знают про орлов и неопределённо махнул рукой:

— В порядке я, в общем. Орен тоже тут?

— Нет, остался в кузнице. Его за час до переполоха посетило озарение и он засел за чертёжную доску, — весело хмыкнула Лони. — Даже не знает, что тут что-то случилось, с бородой в работу ушёл, ничего вокруг не замечает. Итак, что у вас тут происходит? — увидев приготовления чародейки, гномка сменила тему.

— Ритуал воскрешения, — пояснил я. — Будем этих горе-убийц допрашивать.

— Оооооо… — протянула Лони, оценив глубину и размах мысли. — Хитро.

— Вот и первый клиент, кстати, — я кивком показал на первого воскрешённого, который, окончательно очнувшись, резко сел и принялся заполошенно озираться по сторонам. Увидев, что я стою неподалёку и таращусь прямо на него, фиарниец ещё больше изменился в лице и попытался пуститься в бегство. Однако его попытка, спасибо паутине Шарли, больше походила на конвульсии пьяной гусеницы.

Подойдя к люду, я сел на корточки и, взглянув тому прямо в глаза, постарался выдать наиболее тёплое и радушное приветствие, к которому располагала ситуация:

— Ну здравствуй, крыса фиарнийская.

Пленник под моим взглядом замер, оставив попытки к бегству. Однако по частому дыханию и дрожи в глазах, стало понятно, что он сделал это не от благоразумия, а из-за банального страха. Люд боялся меня, боялся до одури. И ведь трясся передо мной не сопливый малец вроде того, что воскрешала сейчас Лион, а крупный мужик лет за сорок. Неужто так проняла моя демонстрация силы?

— Ну и какого ляда вы трое тут забыли? — я попытался поддержать беседу, задав, по сути, весьма риторический вопрос.

— Ч… Чудовище!.. — прохрипел он через силу. — Убийца!

— Хм? Где? — удивлённо заозирался я.

— Ты!.. Ты убийца! — в голосе люда прибавилось храбрости. — Тысячи солдат погибли из-за тебя! Весь мой взвод стал кормом твоей твари!

Ах, понятно, у нас тут один из бывших командиров разгромленной армии. Пришёл, стало быть, за моей головой, чтобы его парни не остались неотомщёнными. Можно даже не сомневаться, что у его подельников похожие мотивы. Что-ж, в чём-то я вояку понимал и даже уважал. Нужно обладать колоссальной силой воли и духа, чтобы решиться на карательную вылазку после той резни, что устроил Флюг. Однако кое в чём фиарниец очень сильно заблуждался.

— Давай проясним одну вещь, дружище. Я вашу армию в гости не звал. И первым на вас тоже не нападал. Или, может, напомнить, чья армия шла к городу и открыла огонь из всех орудий, едва завидев меня?

Судя по выражению на лице фиарнийца, помнил он хорошо. Даже слишком хорошо.

— Самоходные орудия… Манастрелы… — забормотал он. — И ни единой царапины… Хочешь сказать, что ты не чудовище?! — сорвался, наконец, фиарниец. — Монстр! Самый настоящий монстр!

— Вот только давай без оскорблений, — поморщился я, подметив, что ближайшие стражники сразу придвинулись, стоило пленнику повысить голос. — Вот Флюгегехаймен — монстр, отрицать не буду. Но ему по должности положено. И кстати, с чего ты, друг любезный, решил, что раз тысячи залпов армии со мной не справились, то уж твоё-то ружьё точно сможет?

Ответа я не услышал, но по лицу и без того стало понятно, что двигало воякой.

— Думал, небось, что дома я расслаблюсь? Буду беззащитен? — спросил я и по глазам увидел, что попал в точку. — Вот не повезло-то, да? Ладно, хватит лирики. Сейчас я тебя вручу в заботливые руки командующего Аксилана, и вы с ним чудесно проведёте время за допросом и пытками. Расскажешь ему, как проникли в город, где прятались, сколько ещё бегает по Лаграшу подельников.

— Генерал Райда прикончит тебя, монстр, — посулил мне фиарниец сквозь стиснутые зубы. — Воспоминания не останется! И от меня вы ни слова не услышите, демоны! Я пыток не боюсь, можете стараться хоть до смерти!

Я со вздохом выпрямился и жестом приказал поднять пленника на ноги. Про смерть он, конечно, загнул красиво и пафосно, в гордости ему не откажешь, но фиарнийцу стоило разъяснить некоторые вещи:

— До смерти? Ха! — я ухмыльнулся ему в лицо. — Я так понимаю, ты ничему не научился, умерев лишь один раз. Ты кое-чего не разумеешь, дружище. Думаешь, во время допроса будут обычные пытки, которые закончатся до того момента, когда ты уже не сможешь связно говорить? О, нет, так легко не будет.

Я подошёл вплотную, чтобы горе-убийцу проняло получше. Чем убедительней будут мои слова, тем проще окажется Аксилану и его людям выбить нужную информацию без лишних хлопот.

— Тебя и твоих друзей действительно будут пытать. Просто пытать, не задавая никаких вопросов. И продолжится это до тех пор, пока вы не испустите дух. А потом вас воскресят. И начнут пытки по новой. Раз за разом, смерть за смертью, — я с удовлетворённой улыбкой наблюдал, как фиарнийца начинало явственно трясти в руках стражников, а лицо искажалось в плохо скрываемой гримасе страха. — Вас будут пытать и воскрешать до тех пор, пока вы не станете с ужасом думать об одной только мысли о жизни. Вы сами, без всяких вопросов, расскажете всё, что мы хотим знать, лишь бы прекратить своё существование и насладиться покоем окончательной смерти.

— Ты… Ты… — пытался выдавить из себя фиарниец.

— Настоящее чудовище, — улыбнулся я. — Да, я знаю, ты уже говорил. Увести!

Судя по лицам стражников, они тоже весьма прониклись перспективами, которые я обрисовал перед людом.

— Стоп, совсем забыл, — спохватился я и подобрал с земли отсечённую руку. — У нас тут для тебя есть сувенир, дружище. Не отказывайся, мы от чистого сердца.

Путы Шарли немного мешали, но я таки смог пристроить подарок за пазухой балахона. Разве что ладонь осталась торчать наружу. Взяв её, я отечески потрепал фиарница по щеке его же рукой. Чем, кажется, добил его расшатанную психику окончательно.

— А вот теперь увести, — удовлетворённо кивнул я.

Не знаю, о чём сейчас думал пленный фиарниец, но потряхивало его заметно, да и шёл он с трудом. Так что стражникам приходилось регулярно стимулировать его шагательный процесс.

— Господин Нотан, я согласилась помочь вам на этот раз, но мне не доставит удовольствия постоянно заниматься воскрешением этих отбросов, — нахмурившись, заявила Лион, как раз закончившая к этому моменту со вторым трупом.

— Владыка, — к нам подошёл командир стражи. — Мне кажется, такой подход — это немного…

— Чересчур жестоко? — уточнил я. — Не волнуйтесь, мастер Аксилан, иногда достаточно просто придумать убедительную угрозу, чтобы сломать пленника. Помаринуйте его немного в темнице и уверен, он расскажет всё, что нам нужно, едва завидев щипцы.

— Так мне не придётся снова его воскрешать? — с ощутимым облегчением спросила Лион.

— Не думаю, магистр, — улыбнулся я. — Если уж даже мастер Аксилан поверил в мои слова, то этот давно сломленный люд и подавно.

— Рада слышать, — окончательно повеселела эльфийка. — Но должна сказать, вы смогли меня удивить. Судя по вашим манерам и характеру, я никогда бы не подумала, что в вашу голову могло прийти нечто подобное. У вас в роду не бывало палачей темных эльфов?

— Мне расценивать это как комплимент? — хмыкнул я. — Но я вас расстрою, в Тельваре нет никого, чью кровь я бы носил.

— Определённо как комплимент, — заверила меня Лион. — Светлоэльфийские чистоплюи в жизни бы не догадались использовать светлую магию для пыток. Это противоречит их взгляду на жизнь.

— Нотан намного умнее и хитрее, чем пытается казаться снаружи. Вы даже не представляете, какие идеи крутятся у него в голове, — с явной долей гордости за меня заявила гномка. — Бездна с ней, с магией. Слышали когда-нибудь о пушке, которая стреляет за горизонт?

— Передовые методы ведения войны можно обсудить позже, — прервал их я и кивнул на задрыгавшегося люда. — А у нас тут новый клиент на задушевную беседу.

* * *

— Прекрасно, просто прекрасно! — сообщил я, разглядывая аккуратные чертежи с множеством коротких и ясных пометок.

— Всё как вы просили, Владыка, — кивнул мне Лурук, главный зодчий Лаграша и, по совместительству, гоблин. — Секционное строительство отдельными шпилями, возможность объединения блоков в крупные помещения, расчёт колонн и прочее. Сами понимаете, на планы внутренних помещений нужно больше времени, но вы просили сначала заняться именно внешними стенами и общей схемой.

— Всё верно, мастер Лурук, — подтвердил я. — С нутром цитадели мы ещё успеем разобраться.

Гоблин, который, судя по речи, явно получил весьма приличное, по меркам гоблинов, образование, постарался на славу. Он не просто разработал для меня план поэтапного возведения твердыни при помощи отдельных башен, но и сделал это основным мотивом архитектурной композиции, немного поиграв с их высотой и внешним видом. Хищно оформленные, с угрожающими шпилями, башни, казалось, грозили самому небу. А сам замок, если приложить к его силуэту некоторую фантазию, мог издалека сойти как на знаменитый железный трон из мечей, так и на криво отколовшуюся бутылочную «розочку». И в том, и в другом случае ассоциация была вполне угрожающей.

На вершине некоторых башен, у основания шпилевидных крыш, находились кольцеобразные платформы, на которых, в будущем, будут находиться рейлганы. По моей задумке, стоять они будут на рельсах, которые помогут канонирам более гибко регулировать сектор и направление обстрела. «Мёртвой зоной» останется только сама цитадель, чтобы какой-нибудь умник не решил устроить диверсию при помощи передовой пушки.

Ну а самое мощное и большое орудие будет стоять на самой высокой башне. Чтобы ещё больше увеличить его и без того невменяемую, по представлениям Тельвара, дальность ведения огня. Правда, я всё ещё не придумал, как осуществлять наведение на таких расстояниях…

Но когда придумаю, любая армия трижды подумает, прежде чем сунуться на дистанцию недельного марша до Лаграша. А оборонять Каруш можно будет, не вставая с кресла. Лишь бы у Орена и Лони получилось заставить работать свой хитромудрый магопанк. Но я в гномов верил, они в себя тоже, так что по этому поводу особо не дёргался. Тем более, что Лони обещала через пару месяцев довести ручной прототип до работающей модели и тогда мы быстро выясним жизнеспособность плана.

— Мастер Лурук, моя благодарность, — кивнул я, скатывая в трубочку специально начерченные для меня копии. — Думаю, уже в ближайшие дни приступлю к строительству, как только мэр утвердит подходящее место.

— Если будут вопросы, сразу обращайтесь, Владыка Нотан.

Попрощавшись с архитектором, я вышел из кабинета. Дальше по списку дел у меня значилась Лион. Я собирался отдать ей те несколько листов, что исписал перед самым покушением, и надеялся, что это позволит компенсировать ту услугу, что чародейка оказала ночью.

Новостей от командира стражи пока не было. Видимо, допрос находился в самом разгаре. Меня немного мучило любопытство, сработал ли мой психологический террор на тех воскрешённых горе-убийц. А ещё, когда я выспался и привёл мысли в порядок, у меня возник вопрос к Аллегри. Точнее, претензия. О таких вещах как покушение можно было бы и предупредить! Но я ни капли не сомневался, что, даже если демиургша и снизойдёт до ответа, это будет нечто в духе: «А разве тебе что-то угрожало? (・・？)».

Спустившись с лестницы и прощально кивнув секретарю в приёмной, я собрался выйти из мэрии, как услышал в коридоре торопливые шаги и оклик:

— Владыка! Подождите секунду, Владыка!

Оглянувшись, я увидел посыльного, одного из тех, что обычно приносили ко мне домой бумаги от Эртуса или Лаэнвеля.

— Хорошо, что застал вас здесь, Владыка Нотан, — затараторил паренёк. — Господин Лаэнвель просит вас срочно подойти в зал для совещаний. По кристаллу связи пришло сообщение. К нам направляется сам граф Вриду!

Глава 10. Позвольте спросить ваше тело

Итак, к нам едет ревизор. Точнее, граф. Рано или поздно это должно было случиться, но лично я был бы не против, если бы это вообще никогда не произошло. В моей жизни и без всяких графов хватает стресса и головной боли.

Вести, которые я услышал в зале для совещаний, оказались не слишком утешительными. Граф Вриду, наладив дела в Карушской крепости после нападения людов, выдвинулся к нам. В сопровождении небольшого войска и пары приближённых аристократов калибром поменьше. А значит, счёт уже шёл на дни. От Каруша до Лаграша трое суток на ящерах. Но сделаем скидку на то, что граф, вероятно, не будет гнать пеших солдат скорым маршем, и это немного затянет время на дорогу. Так что прибудет он дней через пять.

В обычной ситуации, мы бы о грядущей проблеме даже не узнали, однако в крепости служило много солдат, чьи дома и родных я спас, откинув людов от Лаграша. Так что предупреждение было отправлено при первой же возможности и дало нам несколько дней для подготовки.

Времени в запасе не так уж и много, но достаточно, чтобы сносно приготовиться к прибытию столь важной шишки. Как минимум, я точно успею закончить укрепление того сектора стен, чтобы создать некоторое впечатление на прибывающую коллегию. Если получится, можно начать возведение замка, хотя логика подсказывала, что не надо оставлять дела незавершёнными и следует закончить стены и уж потом заниматься цитаделью. Мда. Как много дел и как мало меня.

Хорошо хоть, что благодаря постоянному использованию магической энергии в больших количествах, моя чародейская выносливость начала понемногу расти. Отдых требовался немного реже, а секций за день получалось возвести чуть больше. Как оказалось, постоянные и изнурительные тренировки требовались даже в магическом деле.

Да, решено. Как бы у меня не чесались руки поскорее приступить к возведению цитадели, усиление городской обороноспособности в данный момент на главном месте. Закончу стены — а уж потом примусь за замок. Тем более, что Лаэнвель, увидев мои труды, задумчиво почесал голову и прислал к западным вратам бригаду плотников, чтобы те заменили нынешние жиденькие ворота на что-то соответствующее новым стенам. Вроде даже подумывал о том, чтобы укрепить их железными полосами, благо запасы металла после стычки с людами оказались хорошо пополнены.

Мне же пришла в голову мысль сделать каменные ворота, до предела укреплённые магией. Но их непомерный вес потребует создания специального отворяющего механизма. Так что, прежде чем подкидывать Лаэнвелю такую идею, я хотел сначала обсудить её с Ореном или Лони. Кому, как не гномам, делать подобную приспособу?

Я устало вздохнул. День ещё даже не начался толком, а я уже чувствовал себя вымотанным. Около часа ушло на то, чтобы утвердить первые и самые важные детали. Где будет проходить наша с графом встреча, что следует подготовить, какие будут меры моей безопасности и так далее, и тому подобное. Всяких нюансов оказалось невероятно много, особенно когда в зал ворвался Горт, услышавший новости, и присоединился к обсуждению.

На каком бы хорошем счету я не был сейчас у лаграшцев и городских управителей, они допускали вероятность того, что граф едет сюда не ордена раздавать. Хотя Лаэнвель уверял, что в докладах преподносил мои достижения по защите и развитию городской экономики в наиболее выгодном свете. Но зная, что ожидания не всегда совпадают с реальностью, я убедил мэра предусмотреть все варианты, включая попытку моего ареста.

Я не оставлял надежды на то, что с Вриду удастся договорится по нормальному, но, если вдруг все планы провалятся и дело дойдёт до серьёзной стычки, я хотел быть уверен что для Лаграша возможные последствия окажутся минимальными. Подставлять тех, кто стал мне надёжными друзьями, я не хотел.

Однако ни Лаэнвель, ни кто либо ещё, не собирались отчуждаться и оставлять меня без поддержки, заявив, что я за несколько месяцев сделал для города больше, чем граф за несколько лет. Интересно, отдавали ли они себе отчёт в том, что это, де-факто, предательство феодала? Я понимал их чувства и откуда у них ноги растут, но и граф, судя по всему, тоже не на пятой точке сиднем сидит. У него на плечах оборона целого региона и проблемы крохотного городка на отшибе страны там явно не в приоритете. Что до того, насколько качественно граф Вриду справлялся с поддержанием порядка в своих землях в целом… Об этом судить не мне.

— Владыка, вы в порядке? — раздался позади голос вышедшего из зала Горта.

— Просто задумался, старче, — успокоил я шамана. — Скажи-ка, что ты думаешь о графе? Я уже слышал мнение Лаэнвеля, теперь хочу узнать твоё.

— Хм… — гоблин задумался на пару секунд. — Я хорошо знал его отца, а вот о самом Вриду могу сказать немногое. Очень упрям, скор на решения и без ума от своей жены. Кстати говоря, эльфийки из какого-то старого рода. Он настолько ей предан, что никто не видел даже, чтобы он банально лапал служанок. Но я не исключаю, что граф просто умело скрывает свою внебрачную жизнь, так как аристократы очень редко заводят отношения лишь с одной женщиной. Чаще всего причины сугубо политические, но не всегда. Хм… Кроме того, я слышал, что граф не в ладах с герцогом Гурком. Как раз из-за того, что женился на эльфийке. И, пожалуй, больше мне сказать нечего.

— Ммм… Спасибо, старче, — кивнул я и, попрощавшись с Гортом, направился в сторону городского лазарета.

По большому счёту, ничего нового я от гоблина не услышал. Ещё до прихода шамана Лаэнвель сообщил почти тоже самое, но добавил, что, по его наблюдениям, Вриду довольно властен, хотя старается этого не выпячивать. А значит, моё здешнее самоуправство для него может оказаться как кость в горле. Смотря, как именно он это воспринял из докладов Лаэнвеля. С другой стороны, он казался мне гоблином весьма широких взглядов, раз уж решился нарушить аристократические традиции и взять в жёны не гоблиншу, а эльфийку. Так что шансы на мирные переговоры хоть и были малы, но они были.

Надейся на лучшее, готовься к худшему. Именно этим девизом я решил руководствоваться в подготовке к встрече. Но, так уж вышло, что лично я сейчас мог сделать немногое. Лишь тренироваться, становиться сильнее и продумывать варианты развития нашей с графом беседы. Более материальная часть приготовлений, как и прежде, оказалась в руках Лаэнвеля и его помощников.

После жаркой, почти раскалённой улицы, местная больница встретила меня приятной прохладой и запахом целебных трав. Лекарей, которые крутились тут в дни моих прошлых визитов, было не видать. Равно как и больных, чьё количество с появлением Лион резко сократилось до нуля. Правда, местные эскулапы без дела не сидели, так как Лион, помимо своей магии, привнесла в лечебное учреждение новые методы традиционной медицины и теперь лекари постигали новые рецепты медицинских порошков, свойства малоизвестных трав и прочие премудрости лечения подорожниками. И мне хотелось верить, что та стопка страниц, что я принёс эльфийке, ещё больше расширит горизонты их знаний.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости никого нет, я отправился к кабинету, в котором обычно находилась магистр. Если точнее, ранее он принадлежал старшему лекарю, но, по понятным причинам, тому пришлось временно переехать в помещение попроще.

Дверь в кабинет оказалась открыта, так что стучаться не пришлось. Тёмная эльфийка, запалив на столе небольшую горелку, кипятила над ней загадочную зелёную жидкость и, внимательно наблюдая за процессом, время от времени вносила какие-то записи в толстую тетрадь.

— Не помешаю? — вежливо поинтересовался я.

— О, господин Нотан, проходите, присаживайтесь, — Лион приглашающе махнула рукой, не отрываясь от процесса. — Я закончу через пару минут.

Кивнув, я прошёл вглубь кабинета и расположился на кушетке, на которой обычно осматривали пациентов. Какой-либо ещё мебели для посетителей тут не имелось.

Лион, как и обещала, закончила минуты через две или три, когда из колбы выкипела большая часть жидкости а на дне образовался плотный осадок. Почему-то красного цвета. Разочарованно вздохнув, Лион вписала в тетрадь пару фраз и, закрыв её, повернулась ко мне.

— Ожидали не тех результатов? — поинтересовался я.

— Это мягко сказано, — слегка поморщилась чародейка. — Ваша кровь почему-то ничем не отличается от крови любого другого тельварца. Тельварца без магического дара, хочу заметить! Кровь мага, особенно такого сильного, должна реагировать на раздражители и реактивы совсем по другому!

Опа, как интересно. Кровь магов должна чем-то отличаться от обычной? Никогда раньше не слышал. Впрочем, я и не спрашивал, да и не у кого было. Впрочем, в отличии от Лион, ответ на возникшую перед ней загадку мне был хорошо известен. Но не говорить же ей, что вся моя магия — заёмная и отпускается по тарифу? Хотя, после купания в магическом канале, в этом направлении явно произошли какие-то сдвиги. Не просто так ведь я стал сильнее и эффективнее колдовать?

— Может, вам стоит копать немного глубже? — пожал я плечами. — На клеточном уровне, например?

— Клеточном… уровне?.. — недоумённо спросила эльфийка. — Вы сейчас о чём, господин Нотан?

Я молча извлёк из Хранилища пачку листов, посвящённых медицине и основам биологии, и передал чародейке.

Всё ещё ничего не понимая, Лион взяла стопку и, сосредоточившись, принялась читать. Процесс затянулся надолго, минут на двадцать, а то и тридцать, так как эльфийка частенько перечитывала определённые места по несколько раз и о чём-то размышляла, но ожидать, пока она закончит, было совсем не скучно.

Выражение на лице эльфийки постоянно менялось. С удивлённого на неверящее. С неверящего на шокированное. С шокированного на озарённое. С озарённого на задумчивое. Непрерывный калейдоскоп эмоций отлично развлекал и позволял играть в «Угадайку» по поводу того, какая информация на странице заставляла Лион удивляться или сомневаться.

Когда последняя страница моего скромного труда была давно прочитана несколько раз, Лион продолжала молча сидеть и рассеянно сжимать листы. Я затруднялся предположить, что именно из прочитанного сейчас занимало её мысли, но не сомневался в том, что не зря заставил магическое перо столько корпеть над этими заметками.

Эльфийка неожиданно уставилась на меня пронизывающим взглядом.

— Мне трудно вот так сразу поверить во всё, написанное тут… Но многое укладывается в мысли и теории, что звучат среди целителей в последние десятилетия. И потому я склонна верить и во всё остальное. Конечно, потребуются проверки и опыты, но если это подтвердится, обычные лекари смогут спасать намного больше жизней. Господин Нотан… — она отложила бумаги и встала из-за стола и направилась в мою сторону. — Откуда у вас подобные знания? Я не восприняла тогда всерьёз тот рассказ о дальнобойной пушке… Но теперь я начинаю верить и в неё. Вы определённо не обычный маг. Вокруг вас слишком много тайн. Тайн, которые я пока что не могу разгадать. Это ведь не всё, что вы скрываете, верно?

Она подошла к кушетке почти вплотную и скрестив руки под грудью, наклонилась ко мне.

Да, чародейка определённо прониклась написанным. Во взгляде пылал интерес и жажда знаний, словно она только что очнулась от долгой спячки

— Я ничего не скрываю, магистр. Моя…

— Скрываете, — оборвала меня чародейка и придвинулась ещё ближе, заставив сесть на кушетку чуть дальше. — Ваш разум, решения, даже ваше тело. Все они полны тайн и секретов, о которых мы узнаем, только когда вы сами этого захотите.

Опустив колено на кушетку, она заставила меня откинуться на стену и упёрлась в моё тело грудью. О, Аллегри, как же ты была права. Подобный размер — это чистейшее преступление против человечности и морали.

Пронзительно-жёлтые глаза, пылающие огнём не то алчности, не то вожделения, замерли всего в нескольких сантиметрах от меня, пристально пытаясь заглянуть в самую душу. От пышной груди исходил явственный жар возбуждения. Подавшись ещё ближе, отрезая мне последние пути к отступлению, Лион подняла руку и, ловко расстегнув несколько пуговиц на рубашке, скользнула внутрь, дразняще щекоча длинными пальцами.

— Я не в силах повлиять на разум, но… Господин Нотан, будет ли ваше тело так же упрямо хранить секреты, если я начну спрашивать с особым усердием? — тихо и вкрадчиво заговорила она, всё сильнее приближаясь к лицу. — Будет ли оно столь неприступно, когда окажется в моих руках?

Пухлые губы дразняще изогнулись и я начал немного паниковать. Что, блин, не так с местными женщинами? Почему они настолько инициативные? Какого…

— Позвольте спросить ваше тело, господин Нотан, — жарко шепнула она мне на ухо.

— Магистр Лион, я почти женат!.. — вяло запротестовал я.

— Хм? — она неожиданно чуть отодвинулась от меня и вытащила руку из под рубашки. — А разве это помеха для небольшого вскрытия?

— Чё… — тупо выдавил я, а потом перевёл взгляд вниз, где ещё недавно на моей груди покоились шаловливая ладонь эльфийки и парочка результатов незаконной генной инженерии самой природы.

И увидел, что из отворота рубашки торчит наружу длинная чёрная спица. Рванув пуговицы, я откинул ткань и обнаружил, что уходит она прямо в грудь, в сторону сердца.

Как…

И почему я ничего?!..

— Не беспокойтесь, Владыка Нотан, — вновь услышал я возбуждённый голос у уха и его обдало почти обжигающим дыханием. — Вам не будет больно.

После чего моё сознание отключилось и я упал в непроглядную темноту, быстро сменившуюся мерцанием мириадов звёзд и белым мрамором ротонды.

— Мдааааа, — донёсся до меня сочувствующий голос Аллегри. — Я хоть и знала, что она задумала, но до последнего надеялась, что сначала тебе перепадёт немножко веселья. Ну ты проходи, что-ли, садись на диван. Поглядим на прямую трансляцию твоего вскрытия. Печеньки будешь?

Глава 11. Очень странный стрим

Первое, что я ощутил, оказавшись в ротонде Аллегри, это огромную обиду. Совсем не из-за того, что, как выразилась богиня, не перепало веселья. А из-за неожиданного предательства от того, кто, по идее, как раз должен был оберегать мою жизнь и здоровье…

— Вот только не надо делать такую кислую мину, — раздалось с дивана и, повернув голову, я взглянул Аллегри.

Богиня сидела, с ногами забравшись на свой диванчик, и сосредоточенно жевала какую-то пироженку. Перед диваном стоял уже знакомый столик со сладостями, чашкой и дымящимся чайником. Щёлкнув пальцами, Аллегри создала ещё одну чашку и приглашающе похлопала по дивану рядом с собой.

— Думаешь сейчас, небось, что-то в духе: «О, как она могла?! Какое вероломство!», верно?

Интонации, когда она пародировала мои мысли, звучали так, словно она считала подобную реакцию какой-то глупостью.

— А это что, по твоему, не предательство? — зло бросил я.

— Предательство, — вполне серьёзно кивнула Аллегри. — Немножко. Только ты несколько переоцениваешь его тяжесть, потому как поглощён обидой.

— Предательство есть предательство, Аллегри! — бонусом к злости меня начало захлёстывать нешуточное раздражение. — Нельзя предать совсем чуть-чуть или не до конца!

— Пфф. А что именно она предала, Нотан? Твоё доверие? А на чём оно основывалось, не считая устной договорённости? С чего ты вообще взял, что можешь ей доверять? — хмыкнула богиня. — Лионеллиан — наследница древнего рода, изучавшего некромантию и магию крови больше полутора тысяч лет. В истории её семьи есть даже ритуальные жертвоприношения. Лишь пару поколений назад они начали изучать близкие им направления из разделов светлой магии, чтобы избежать гонений. И ты решил, что можешь слепо верить ТАКОЙ персоне?

Я не сразу смог дать ей ответ. Внутри меня кипело множество негативных эмоций. Раздражение, гнев, обида, разочарование, злость. Злость на Лион, что воткнула мне спицу в сердце. Злость на Аллегри, которая открыто поглумилась над моей наивностью. И злость, в первую очередь, на самого себя, так как богиня была кругом права. Я слишком привык к той лояльности, что окружала меня до сегодняшнего дня.

— Могла бы и предупредить, — обиженно буркнул я.

— А зачем? — богиня удивлённо вскинула брови. — Разве интересно знать сюжет книги или игры наперёд? Ты уже взрослый мальчик, вполне можешь сам разобраться с подобными мелочами. Тем более, Лионеллиан никогда в жизни не нанесёт тебе вреда.

— Что-что, прости? — я выпал в осадок. — Мне кажется, или она меня только что убила? Или мне это всё привиделось?

— Можно ли называть это убийством, если она тебя воскресит через час, а то и раньше? Кроме того, ты же даже ничего не почувствовал, ведь она оградила тебя от любой боли. Было бы из-за чего так беситься, — она откусила кусочек печенья и, проглотив его, продолжила. — Нотан, ты, кажется, не понимаешь, но она одержима тобой. Одержима твоей силой, знаниями, личностью и поступками. Она готова на всё, чтобы разгадать тайну твоей магии и продвинуть исследования массового воскрешения. Если ты потребуешь у неё денег в обмен на возможность исследовать тебя, она отдаст всё, до последней нитки, оставив лишь лабораторные инструменты. Если ты скажешь ей лечь в койку, она раздвинет ноги и спросит, сколько раз в день должна тебя ублажать.

— Только она предпочла просто пырнуть меня спицей, вместо того, чтобы предложить что-то из этого, — съязвил я. — Ведь если получить необходимое силой, то и предлагать ничего не придётся, верно? Если уж пытаешься её оправдать, придумай что-нибудь поубедительней.

— Ты сам виноват, — развела руками Аллегри. — Вывалил на бедную девочку с нестабильной психикой и неограниченной жаждой знаний целую гору ответов на тайны, о которых она даже не догадывалась. Вот она и сорвалась. Между прочим, до последнего боролась с искушением убить тебя и ограничиться обычным соблазнением. И могу гарантировать, что она ещё предложит тебе цену, когда ты очнёшься.

— И что? — скривился я. — Теперь мне надо её взять и простить? Сделать вид, что ничего не произошло? Да хрена с два! За такие выкрутасы даже в темнице сгноить мало! Лучше бы Эртус привёз того целителя-пенсионера. Он явно был бы адекватнее.

— Магистр Айрад через полгодика начнёт путать заклинание воскрешения с заклинанием вечного поноса, — фыркнула Аллегри. — Уверен, что тебе нужен такой целитель?

— А оно разве сработает на трупе? — не удержавшись, спросил я.

— Говорю же — вечного, — ухмыльнулась богиня и взяла со столика чашку с чаем. — Уж лучше слегка помешанная, но соблазнительная эльфийка под боком, чем маразматичный старик, согласен?

Ответить на это мне было нечего. Но желание оборвать под корень уши этой самой эльфийке меньше не стало. Прибью. Ей-богу, прибью!

— Мой дорогой Владыка демонов, — насмешливо поманила меня Аллегри. — Сделай глубокий вдох, сядь на диван и возьми печеньку. Сейчас ты немного посидишь, успокоишься и поймёшь, что лучше не пороть горячку и не лишаться ценного союзника, а найти более выгодный способ решить проблему.

Хотя я всё ещё был раздражён и горел от желания рвать и метать, предложение Аллегри звучало рационально и здраво. Так что, вздохнув и попытавшись хоть ненадолго отрешиться от произошедшего, я пересёк ротонду и сел на диван. Который, несмотря на свой старинный вид, оказался весьма мягким и удобным.

— Эм… А разве можно на него сажать не богов? — спросил я, осознав, что явно сижу на божественной реликвии.

— Конечно, — легонько отмахнулась Аллегри. — Ты же мой апостол. На последователя, конечно, никак не тянешь. Препираешься постоянно, пошлости всякие фантазируешь. Но на боевого товарища и подельника — вполне. Считай это знаком моего особого расположения.

— Мммм, спасибо, — тупо кивнув, размышляя о том, как прошёл путь с сидения на каменном полу, до чаепития с богинями, а теперь и до Самого Дивана, я взял с блюда печеньку и принялся сосредоточенно жевать. Песочное печенье всегда было моим любимым, а у этого внутри оказалось ещё какое-то варенье. Вроде бы абрикосовое. Красота.

— Остыл немного? — спросила демиургша, явно заглянув в мои мысли, и взмахнула рукой. — Тогда взгляни сюда.

Подняв взгляд, я обнаружил в воздухе проекцию, демонстрировавшую тот самый кабинет, ставший местом преступления. Вот только картинка почему-то не двигалась. Со мной-то всё ясно, я был мёртв и трепыхаться не мог уже по определению, но вот почему не шевелилась Лион, так и замершая надо мной в двусмысленной позе, я не понимал.

— Я позволила себе немного замедлить для тебя время в Обители, — ответила Аллегри на невысказанный вслух вопрос. — Чтобы ты не опоздал к началу сеанса.

Она легонько пошевелила пальцами и трансляция снялась с «паузы». Сойдя с кушетки, Лион сделала несколько шагов назад и, кажется, глупо ухмылялась, но потом выражение на её лице резко изменилось. Золотые глаза распахнулись в откровенном страхе и эльфийка торопливо попятилась, натолкнувшись на стол и чуть не столкнув с него реторту с колбой.

— Что это с ней? — удивился я.

— Я же говорила, что она одержимая? — непринуждённо спросила Аллегри и хлюпнула чаем. — Здравый смысл уходит на второй план, когда она видит перед собой шанс раскусить тайну и познать новое. Поначалу она держала себя в руках и терпеливо ждала оговорённого момента, но твой «трактат» сорвал ей крышу. Она захотела узнать о тебе всё здесь и сейчас. Жажда знаний и страсть к открытиям, что поделать.

— И… часто с ней такое? — уточнил я, наблюдая, как Лион в панике бросается к двери в кабинет и запирает её на ключ.

— Ты у неё первый, — ухмыльнулась богиня, но, заметив мой хмурый взгляд, вздохнула. — Первый асани, я имею в виду. Загадки подобного калибра не каждый день встречаются, согласен? Но да, это типично для неё.

— Мой целитель — спятившая маньячка, мечтающая меня убить, просто прекрасно, — я закатил глаза. — В какой момент логика твоего мира настолько сломалась?

Аллегри глупо ухмыльнулась и предпочла оставить этот вопрос без ответа.

Эльфийка, тем временем, подбежала к окну и, проверив, нет ли кого на улице, задёрнула занавески.

— О, Мать Ночи, я всё таки сорвалась… — услышал я растерянное бормотание. — Он точно будет в бешенстве…

— Что значит «буду»? Я уже в бешенстве, — мрачно буркнул я. — И что за Мать Ночи?

— О, это она про меня, — довольно ухмыльнулась Аллегри и на краткий миг я увидел перед собой не привычный облик, в котором она обычно являлась передо мной, а статную тёмную эльфийку в баснословно дорогого вида тканях и тонких белых татуировках по всему телу. — Или ты уже забыл, что каждый народ видит меня по своему?

Мне тут же вспомнился горячий спор Горта и Эртуса, когда они пытались выяснить, как же на самом деле выглядит Аллегри.

— Воскресить и извиниться? Может быть и простит… — пробормотала эльфийка на трансляции и нервно закусила нижнюю губу. — Но… Такой шанс!.. — вдруг решительно сжала кулак магистр и взглянула на моё бренное тело. — Потом я извинюсь и приму любое наказание, но, раз так вышло, нельзя упускать возможность.

— Да у неё ни капли совести! — возмутился я, так и не донеся очередную печеньку до рта. — Если бы она воскресила меня прямо сейчас, то, может я бы и принял её извинения. Но она всё равно собралась резать!

— Конефно шобралась, — пробубнила Аллегри с набитым ртом и шумно проглотила сладость. — А ты бы не собрался на её месте? Кроме того, Нотан, ты немного лукавишь. Дамочка просто отправила тебя вздремнуть на часок, во имя магического и медицинского прогресса. Ты ничего не теряешь, кроме кусочка задетой гордости. А что задумал ты в отношении аристократов? Настоящее промывание мозгов! Ты не подумай, я не осуждаю, очень даже наоборот — я от плана в полном восторге. Но ты собрался идти ради своих целей намного дальше, но, при этом, сидишь и старательно осуждаешь Лион!

— А… — родившиеся поначалу возражения, к концу тирады Аллегри так и не слетели с языка. Я всерьёз задумался о том, что на деле, ничем не лучше убившей меня волшебницы. Детали могут отличаться, но методы… Есть ли у меня тогда моральное право её обвинять?

— О, смотри, началось, инструменты достала, — оживлённо сказала Аллегри и толкнула меня в бок локтем.

Я вновь поднял взгляд к проекции и увидел, что Лион уже извлекла свой саквояж и теперь раскладывает на столе хирургические принадлежности.

— И что, мы будем смотреть, как меня режут? — повернулся я к богине.

— А почему нет? Когда ещё выпадет шанс посмотреть на собственную селезёнку? — заявила она и, сменив позу, потянулась за новой порцией угощения. — И вообще, от этого твоего убийства одна сплошная польза. Текущий предел моих сил — всего лишь возможность проникнуть в твои сны. Когда бы мы ещё вот так чаю попили нормально?

— Ну, так-то, конечно, да… — пробормотал я и налил себе свежую порцию чая, размышляя о философском смысле концепции любования собственной селезёнкой со стороны, сидя в божественной обители и поедая печеньки с пироженками, которые то ли существуют, то ли нет.

Ведь, если так подумать, все боги — воображаемые. Рождённые верой сущности, которые существуют лишь до тех пор, пока в них нуждаются породившие их сознания. Можно ли тогда считать эти печеньки настоящими, если они созданы волей воображаемого существа?

Кхм… Лучше вернуться к трансляции, пока меня с абрикосового варенья не унесло в полный метафизический экзистенциализм.

В мастерстве Лион, конечно, было не отказать. За время всей процедуры не пролилось ни капли крови, а ведь я поначалу очень переживал за чистоту своей рубашки. Ловко и уверенно орудуя инструментами, Лион вытаскивала один орган за другим и отправляла их в крупные колбы, которые заполняла странным голубым дымом. Дым плескался внутри колб, словно жидкость, но даже не пытался выйти наружу через открытую горловину. Интересный у них тут формалин…

Если так разобраться, вся ситуация попахивала чистым сюром. Временно убиенный я, сидел на диване вместе с настоящей богиней, попивал чаёк с печеньками и наблюдал за процессом собственного вскрытия. Каждый раз, когда я начинал думать, что уж на этот раз мир ничем не сможет меня удивить, жизнь выкидывала вот такое вот коленце с хитровывертом.

— А это вообще имеет смысл? — спросил я, наблюдая за процессом. — Образцы моей крови не дали ей никакой информации.

— Имеет, даже не сомневайся, — Аллегри покачала чашкой в руке. — Просто Лионеллиан пока что копала недостаточно глубоко.

— Но я ведь обычный человек!

— Твоя душа — обычная, да, — кивнула богиня. — Но тело целиком и полностью воссоздано при помощи божественной силы и способно раскрыть много тайн о жизни и смерти для тех, кто умеет искать. Лионеллиан умеет. Просто ещё не нащупала ту тропинку, по которой ей надо пройти.

— Хмм…

Немного остыв, я осознал, что Аллегри целиком и полностью права. Я остро нуждался в навыках Лион, слишком много идей начало завязываться на её умениях. И даже если забыть о моих собственных хотелках, она была чересчур полезна для Лаграша. Упускать такой ценный кадр было бы верхом неразумности. Но…

— Я не могу просто взять и закрыть глаза на случившееся, — спокойно сказал я, наблюдая, как Лион аккуратно вытаскивает мою правую почку.

— Совершенно согласна, — кивнула Аллегри.

— Это даже не обида, а вопрос иерархии и репутации, — пояснил я.

— Именно. Ты посланник богини или кто? — подтвердила демиургша и ткнула пальцем в трансляцию. — О, смотри, вторую почку достаёт.

— Мне нужно преподать ей такой урок, после которого в её памяти бы намертво выжегся запрет на подобные фокусы.

— Безусловно. Но ты ведь не собираешься её бить или мучать молниями? — уточнила богиня.

— Я пока ещё недостаточно задемонился для такого, — помотал я головой. — И не уверен, что когда либо…

— Тогда каков твой план? — она, наконец, с интересом повернулась в мою сторону.

— Ударю по ней её же одержимостью, — я повернулся в ответ и посмотрел в горящие искрящимся фиолетовым пламенем глаза богини. — Продемонстрирую, что даже отдаваться своему безумию она должна лишь после моего дозволения. И, чтобы начать этот урок красиво…

— Тебе нужно возродиться без помощи её магии, да? — Аллегри прочла план перевоспитания одной слишком тёмной эльфийки прямо из моих мыслей. — Это проблема. Твоя душа слишком сильно успела привязаться к Тельвару и без помощи Эри я уже мало что могу сделать. А она сейчас улаживает дела в одном из своих миров. Но есть один вариант это провернуть.

— Какой же? — заинтересованно подобрался я, не обращая внимания, как на трансляции заботливо отсекают образец моего кишечника.

— Кинь дайсы.

Внезапное предложение богини ввело меня в ступор. Какие ещё дайсы? Они же там, а я тут!

— Мастерские дайсы исчезают после смерти, — напомнила мне Аллегри. — Но если быть точной, то они отправляются вместе с тобой сюда. Если бы ты умер окончательно, я забрала бы у тебя артефакт и отправила твою душу в последний путь. Но раз ты просто прилёг вздремнуть… — она насмешливо развела руками.

Я торопливо хлопнул себя по карману плаща и обнаружил как под тканью топорщится пара знакомых кубиков. И, вытащив их на свет, я убедился в правоте слов богини. Тускло поблёскивая гранями, на ладони лежали чёрные кости с красными точками.

— Конечно, учитывая твои силы, отдача от броска на такую вероятность окажется просто катастрофической, — чуть задумалась Аллегри. — Но если ты сделаешь его в момент, когда Лионеллиан начнёт формировать заклинание и установит канал между твоим телом и душой, то последствия будут минимальными, не серьёзней обычного. Кстати говоря, ты же кидаешь их каждый день? — неожиданно поинтересовалась она и сцапала артефакт с моей ладони. — Ну-ка, взглянем…

Прикрыв глаза, Аллегри приняла сосредоточенный вид, а точки на дайсах пронзительно засветились.

После подземелья асани я действительно старался делать по броску каждый день, на вероятность какого-нибудь пустяка, так как обновлённое описание гласило, что это приближает эволюцию артефакта. Но что именно хотела посмотреть богиня? Неужели она видит счётчик оставшихся бросков?

Так и оказалось:

— Продолжай в том же духе, — сообщила она с довольным видом, возвращая дайсы. — До улучшения осталось не так уж и много.

— Сколько? — тут же спросил я. — И что даст эволюция?

— Секрет, — Аллегри показала язык. — Так что, будешь делать бросок на воскрешение?

Я кинул взгляд на трансляцию препарирования и обнаружил, что Лион уже окутала моё тело магией и на глазах восстанавливает исчезнувшие органы. Прошёл десяток секунд и, без следа затянув разрез на моей груди, Лион вытащила из саквояжа своё знаменитое покрывало для воскрешения. Ритуал должен был вот-вот начаться.

— Пожалуй, — кивнул я и поднял руку с дайсами. — Как раз сегодня бросок ещё не тратил. Вот только… А что будет, если он окажется неудачным?

— Дай подумать… — Аллегри рассеянно почесала щёку. — Даже не знаю. Твою душу развеет по Мирозданию?

Моя столь целеустремлённо занесённая рука немедленно опустилась и я жалобно спросил:

— А можно мне более безопасный способ?

Глава 12. Плохих девочек нужно наказывать

Вернувшись в тело и разлепив веки, я ожидаемо обнаружил над собой Лион, сосредоточенно бормотавшую заклинание воскрешения.

— Не утруждайтесь, мастер магистр, я уже здесь, — язвительно сказал я, глядя в стремительно расширяющиеся глаза.

Около секунды замолчавшая эльфийка стояла без движения, лишь пару раз глупо хлопнув глазами. И только после этого, изменившись в лице, шарахнулась от меня в сторону, словно от прокажённого.

— Как вы… — растерянно забормотала она. — Заклинание ведь…

— Магистр Лион, — прервал я эльфийку, садясь на кушетке и критически оглядывая свою грудную клетку без единого намёка на недавний разрез или хотя бы прокол. — Неужели вы полагали, что смерть — это неодолимая преграда для апостола Богини? Хочу, чтобы вы поняли сразу. Ваши услуги мага-воскресителя мне необходимы лишь для удобства и экономии сил. Как видите, я в силах и сам вернуться к жизни, просто это… немного хлопотно.

А ещё практически невыполнимо без магического канала, который установила Лион в самом начале ритуала. Но знать об этом эльфийке не следовало.

— Господин Нотан, — эльфийка попыталась взять себя в руки, — я…

— Должна извиниться, — я закончил за неё фразу, понимая, что сейчас творится на уме у чародейки. — Да, безусловно. И на счёт наказания вы тоже абсолютно правы.

Застёгивая рубашку, я пристально наблюдал за нервничающей Лион.

— Я пошла на поводу своей несдержанности и готова понести любое наказание за свою грубость, господин Нотан, — тихо сказала она и, видимо взяв себя в руки, твёрдо посмотрела мне в глаза. — Я не только нарушила наш уговор, но также запятнала честь Башни Университария. Я готова к любому возмездию и принесу любые извинения, даже если вы потребуете моё тело. Я прошу лишь об одном, — в её взгляде сверкнула решительность. — Не лишайте меня возможности исследовать полученные образцы.

— Исследовать образцы… — задумчиво пробормотал я, поднимаясь с кушетки. — Знаете, магистр, при всех ваших несомненных достоинствах, вы крайне грешная женщина. Ваш главный грех — неуёмная жадность. Жадность знаний. Вы купаетесь в ней и упиваетесь ею. Вы настолько несдержанны в своём грехе, что отдаётесь ему полностью и без остатка, позволяя себе опускаться даже до нарушения собственного слова и подлого убийства. Только ради того, чтобы удовлетворить сиюминутные позывы.

Говоря это, я медленно направился к столу, полностью заставленному склянками с моей требухой. Лион не пыталась возражать на мои обвинения и внимательно слушала, понимая, что у неё сейчас нет права говорить.

— Наверное, для наследницы семьи вроде вашей это прекрасная и нужная черта. Да, не надо на меня так смотреть, я прекрасно знаю вашу скрытую тёмную сторону. Даже больше скажу, в разумных пределах ваша страсть должна лишь поощряться. Но! — я остановился у стола и хмуро взглянул на чародейку. — Вы перешли черту дозволенного.

Отвернувшись от неё, я принялся разглядывать склянки с органами. На каждой обнаружилась аккуратная бумажка с моим именем, датой и названием органа. Лишь большим усилием я смог подавить навязчивое желание вздрогнуть. Смотреть вживую на собственные потроха — то ещё удовольствие.

— Пока вы кромсали меня, я долго думал над тем, какую кару вы должны понести за содеянное. И знаете, я понял, что нечто банальное тут не годится. Казнить вас, едва очнувшись? Вроде бы логично, жизнь за жизнь. Но я не настолько злобен, — сказав это, я, само собой, оставил без упоминания тот факт, что ещё мне нужен целитель и воскреситель под боком, даже если не для меня, то на благо города. — Бросить вас в темницу? Вариант ничем не лучше. Стоит горожанам узнать о произошедшем — и вас не спасёт ни сила и статус магистра, ни железная решётка.

Я придвинул к себе склянку с левым лёгким, пристально осматривая его. Я, конечно, не доктор, но на вид выглядит вполне здоровым.

— Кроме того, с вашей смерти я не получу никакой выгоды, кроме морального удовлетворения. Это же касается и пыток.

— Если вам нужно золото… — начала Лион, расценив это как намёк.

— Нужно, — охотно кивнул я. — Но не от вас. Я думаю, вы не так уж сильно привязаны к презренному металлу и, учитывая статус и связи, быстро восполните потери. А какое тогда это наказание? Что до вашего тела… Оно весьма соблазнительно, отрицать не буду, — Лион на это, хоть и слегка, но гордо повела плечами, чтобы подчеркнуть свою грудь. — однако в чём смысл подобной кары, если вы будете получать удовольствие? Нееееет, обычные наказания тут не годятся.

Да, посиделки с Аллегри дали мне время немного остыть и осознать некоторые вещи. Что материальная или телесная месть не даст, ровным счётом, никакого эффекта. Маньячку вроде неё это ни капли не всколыхнёт. А значит, бить надо по чему-то более дорогому, самому ценному для неё. И этим была её одержимость.

— Поэтому я решил наказать ваш грех. Вашу неуёмную жажду знаний. Истоптать её своими грязными сапогами до такой степени, чтобы даже при малейшем позыве пойти на поводу своих низменных желаний, вы сразу вспомнили, чем закончилась ваша сегодняшняя попытка. Вспомнили, как самые желанные и ценные для вас вещи сгорают дотла!

Подцепив пальцами парящее в клубах газа лёгкое, я резко выудил его наружу и пропустил сквозь орган высоковольтный разряд, мгновенно превративший нежные ткани в обуглившийся скукожившийся ошмёток, упавший на пол кабинета.

Глаза Лион широко распахнулись и она чуть дёрнулась вперёд, но сразу же подавила свой импульс броситься на защиту едва добытого ценнейшего материала для исследований. Глядя на это, я лишь хмыкнул.

— Знаете ли вы, мастер магистр, для чего живым существам нужны лёгкие? — я придвинул склянку со вторым лёгким и задумчиво подцепил его пальцем. — Они позволяют нам дышать. Но знаете ли вы, что есть дыхание в сути своей? Это весьма сложный процесс. Если пояснить совсем кратко, то когда мы вдыхаем воздух, лёгкие поглощают из него особый газ, кислород. Он нужен для окисления и переработки различных веществ, поддерживающих нашу жизнь и развитие. В процессе окисления организм вырабатывает тепло, что греет нас изнутри, а также отходы в виде углекислого газа, который выходит из нас вместе с выдохом. Как-то так.

Лёгкий треск и второй обгорелый ошмёток упал на пол, рассыпая вокруг чёрную пыль.

— Сердце. Хотя оно считается важнейшим органом, его функция в организме, пожалуй, самая простая и незамысловатая. Это насос, что позволяет крови циркулировать по нашему телу и доставлять до каждой живой клетки необходимый ей кислород и другие вещества.

Очередной шмат горелой плоти упал возле стола.

— Почки!..

Я брал один орган за другим, рассказывая всё, что знал об их назначении. И, судя по выражениям на лице Лион и её взгляду, о многом она даже не догадывалась. Что, впрочем, совсем не удивляло, учитывая уровень местной традиционной медицины.

Органов на столе становилось всё меньше, горелых ошмётков под ногами всё больше. А Лион, кажется, приближалась к грани морального срыва. Вытаскивая из колбы очередной орган, я осыпал её свежей порцией неизвестных знаний и загадок. А потом отвешивал звонкую пощёчину, на её глазах уничтожая главную загадку, терзавшую её разум в данный момент. Эльфийка стойко переносила экзекуцию, но по костяшкам сжатых пальцев медленно сочилась кровь. Длинные ногти, впившись в ладони, с каждым уничтоженным органом вонзались в плоть всё глубже и глубже. Но Лион, кажется, даже не знала об этом, глядя на меня с пустой обречённостью и не пытаясь залечить раны, которые наносила сама себе.

Когда мне осталось опустошить одну или две склянки, на глаза попалась лежащая между колбами толстая тетрадь в бежевом переплёте. Та самая, в которую эльфийка делала записи в момент моего прихода. Заинтересовавшись, я взял её в руку и тут Лион сорвалась:

— Нет, молю, только не её! Там важнейшие записи за последние годы! Редчайшие результаты! — бросилась ко мне эльфийка, опасаясь за судьбу записей.

Она остановилась, нервно сжимая руки. Судя по её движениям, поначалу она явно собиралась как-то остановить меня, но так и не решилась на это. Неужели сочетание ауры дайсов с репутацией асани, которая явно обросла за века немыслимыми мифами, способно внушать такой страх и осторожность магу подобного уровня? Это немного обескураживало.

Впрочем, сейчас меня интересовало другое. А именно — судьба тетради. Сжигать подобную вещицу не хотелось, она могла бы и пригодиться для чего-нибудь. С другой стороны, если спалить, урок окажется намного нагляднее.

— Магистр Лион… Вы не посчитались с моим мнением и нашим договором. С чего вы взяли, что я должен считаться с вашим?!

Почувствовав магический импульс готовившейся в выплеску молнии, Лион в ужасе распахнула глаза:

— НЕТ!

Ощущение было такое, словно я на миг взглянул на само Солнце с расстояния в пару метров. Ощущение чего-то нестерпимо яркого и слепящего накрыло меня с головой, а секунду спустя позади эльфийки замерцала россыпь маленьких, пронзительно сияющих точек. Магия света, да?

Моё лицо скривилось. Ну давай, ушастая. Я, по доброте душевной, прямо сейчас преподаю тебе урок и хочу даровать шанс искупить проступок. Но если нападёшь, я забуду о своих намерениях и превращу эту комнату в каменный аналог «Железной девы». Ты, может, и магистр, но уверен, что моя защита продержится против тебя несколько секунд. А вот продержишься ли ты против десятков каменных шипов, которые пронзят тебя в ответ?

К счастью для Лион, да и для меня тоже, благоразумие взяло верх над эмоциями и эльфийка, безвольно опустив руки, рухнула на колени. Россыпь белоснежных точек, грустно моргнув, истаяла без следа.

— Господин Нотан… Умоляю… — в её голосе отчётливо слышались следы задавленной гордости. — Годы труда будут утеряны, если вы…

Не договорив, она склонила голову в мольбе.

Платиновые волосы, которые сейчас не сдерживала шляпа, так как она мирно висела на вешалке, соскользнули с плеч вниз и окончательно растрепались. Статная гордая чародейка, к которой я привык за эти дни, превратилась в стоящую на коленях попрошайку, нервно сжимавшую подол своих одежд.

Не перестарался ли я? Да не, в самый раз. Час назад я вообще хотел её прибить, так что, можно сказать, легко отделалась. Я бы даже сказал, что воспитательный эффект следует углубить и закрепить.

— Это последствия вашей одержимости, магистр, можете винить в произошедшем только себя, — холодно бросил я и комнату на короткий миг озарила ослепительная вспышка, сопровождаемая треском разряда. — Мда… Как хрупка бумага, не осталось даже пепла.

Лион тут же вскинула голову и, увидев, что у меня в руках действительно больше ничего нет, сломалась. Глаза потеряли какой либо блеск. Былой целеустремлённый и гордый огонь исчез без следа. Хотя именно такого результата я и планировал добиться, наблюдать его воочию…

На мгновение меня даже кольнула совесть, уговаривая достать из Хранилища тетрадь, отправленную туда за миг до показушной вспышки, но я быстро посоветовал ей заткнуться и не отсвечивать, пока снова не запонадобится.

Хотя, признаться, мысль вытащить тетрадку и, отшлёпав ею эльфийку по щекам, посмотреть на реакцию Лион, выглядела очень заманчивой. Но сей пряник лучше приберечь на потом. Пока что у нас по плану кнут.

— Магистр Лион, — я сделал пару шагов к замкнувшейся в себе тёмной эльфийке. — Ничего этого бы не случилось, прояви вы капельку терпения и чтя наши договорённости. Но вы как маленький и капризный жадный ребёнок, который захотел получить новую игрушку здесь и сейчас, — приблизившись к ней, я обхватил пальцами подбородок чародейки и потянул вверх, заставив её немного прийти в себя и встать на ноги. — А как называют девочек, которые много капризничают и жадничают?

Хотя во взгляде Лион добавилось ясности, она смотрела на меня с откровенным непониманием. Я медленно провёл тыльной стороной пальцев по её щеке и чародейка окончательно растерялась, явно решив, что мне таки захотелось компенсации иного рода в качестве бонуса. Но её догадка была весьма далека от моих настоящих планов.

— Таких девочек называют плохими, магистр, — чуть улыбнулся я. — А плохих девочек нужно наказывать. Или давать им урок хороших манер.

Мои пальцы скользнули по обратной стороне заострённого ушка и Лион тихо вскрикнула. Ого! А Латика так не реагировала. Это только у тёмных эльфиек так? Или я просто не обращал внимания раньше?

— Но если вы думаете, что урок для вас закончился… — я позволил себе хищную ухмылку. — То вы очень. Глубоко. Заблуждаетесь.

Отправить в Хранилище!

Глава 13. Тот, кто правит чудовищами

Прикарманив эльфийку, я не сразу сдвинулся с места и некоторое время задумчиво смотрел в пустоту. После всего сделанного, несмотря на моральное удовлетворение от мести, на душе остался небольшой, но гадливый осадок. Хреновенький пока из меня Владыка, что уж там говорить. Лион, конечно, заслужила добротную порку за содеянное, но это не значило, что я мог вот так просто и без последствий переступить через своё воспитание, привычки и моральные ориентиры.

С другой стороны, это всё просто с непривычки. Фактически, я перед своей совестью кристально чист, так как обошёлся без рукоприкладства и публичных унижений. Если так подумать, Аллегри, наверное, защищала вовсе не чародейку, а меня самого. Чтобы не наделал сгоряча глупостей, о которых мог сожалеть.

Как бы там ни было, проект по перевоспитанию девочки-волшебницы ещё не завершён и пора переходить ко второй части урока!

Окинув на прощание кабинет я обнаружил, что оставил нетронутым один из своих органов. Забавное совпадение, но им оказалась именно селезёнка, упомянутая во время чаепития. Первой мыслью стало прожарить и её за компанию, но, чуть подумав, я не стал этого делать и припрятал склянку с селезёнкой в Хранилище. Благо, некоторое время назад я немного расчистил инвентарь и теперь вновь мог складывать туда всякий хлам. Ёмкости с органами там, нашкодивших эльфиек…

Убедившись, что больше ничего ценного тут нет, я заглянул в зеркало, дабы проверить, что нормально выгляжу после всего случившегося, и шагнул к выходу. В тот же миг нога оказалась на каких-то угольках и по кабинету раскатился смачный хруст. Упс. Кажется, это было сердце? Теперь уже не разобрать.

Мда, ну и насвинячил же я тут. Кому-то придётся неплохо попотеть, чтобы прибрать тут всё и отмыть пол. Хорошо, что это не моя забота.

Покинув кабинет и закрыв дверь ключом, который Лион оставила торчать в замочной скважине, я не сразу решил, как быть. Присутствуй в здании хоть кто-то из лекарей, я бы вручил ключ ему, сославшись на то, что магистр была вынуждена срочно отлучиться. Но вокруг по прежнему не наблюдалось ни души. Оставить ключ в замке? Конечно, шансы, что сюда залезет посторонний, невелики, но они есть. А значит, мысль так себе. Ничего не поделаешь, придётся забрать его с собой.

Кинув ключ в карман, я принялся насвистывать какую-то вспомнившуюся из земной жизни мелодию и отправился на улицу. Немногочисленные прохожие, завидев меня, радостно прикладывали к сердцу сжатый кулак, на что я отвечал улыбкой и благодарным кивком. Сражение с людами вывело мою популярность среди горожан на совершенно немыслимый уровень. Даже среди тех, кто пропустил всё светопреставление, и только сейчас возвращался в город.

Оглядевшись по сторонам, я коротко свистнул и позвал:

— Тук, Гук, живо сюда.

Я так и не понял, откуда вывалилась парочка гоблинов с копьями в обнимку и в полюбившихся им чёрных плащах, но они словно из под земли выросли неподалёку от меня. Если бы я не знал, что в магии они полные нули и способны только на заклинание тупой шутки, всерьёз мог бы решить, что они прячутся при помощи каких-нибудь чар.

— Здеся, Владыка! — довольно ухмыльнулись гоблины.

— Значит так, обормоты. Мне нужно выехать за город и сделать одно очень важное дело, — сообщил я своей охране. — И об этом деле никто не должен знать. Включая вас. Следовательно, вы должны остаться в городе. Я понятно излагаю?

— Понятно, Владыка! — кивнул Тук.

— Но мы следуй за вами! — сообщил Гук.

— Не понял, — опешил я. — Это что, лихорадка какая-то? Вас эта буйная покусала?

— Какой буйная, Владыка? — почесал лысую макушку Тук.

— Никакой лихорадка нет, Владыка, — озабоченно пощупал лоб Гук.

— Тогда какого рожна вы мой приказ выполнять отказываетесь?

— Если оставить пост, шамана злой будет, — доверительно сообщил Тук. — Сильно злой. Много ругать.

— Жалование уменьшать, — грустно шмыгнул Гук. — И суп целый месяц замораживать.

Если ругань и уменьшение оклада я ещё ожидал, то вот замораживание похлёбки меня реально удивило. Горт явно знал толк в наказаниях, не то что я.

— Ну и что? — спросил я, тем не менее. — Горт настолько страшный, что вы готовы мой приказ проигнорировать?

Гоблины переглянулись и, взглянув на меня, синхронно кивнули с серьёзными рожами:

— Очень страшный, Владыка, — хором сообщили они.

— Ваш безопасность важнее всего, — важно изрёк Тук.

— Мы всегда следовать за Владыка! — бодро гаркнул Гук, выпятив грудь колесом.

Я вздохнул и устало покачал головой. Сегодня прямо праздник непослушания какой-то. Магнитные бури на солнце, что-ли? Или Нибиру где-то рядом пролетает? Но в случае с этой парочкой обормотов утешало то, что делали это они от большой преданности и ретивости. Ну и немного из-за страха грызть замороженный суп. Вот только лишние глаза и уши мне всё ещё не требовались.

— Ладно, тогда, чтобы вам не прилетело по шапке, сделаем вот так, — ухмыльнулся я и активировал магию земли.

Изначально каменный доспех практиковался мной для увеличения защиты и обороноспособности. Но кто сказал, что его можно использовать только для этой цели? И кто сказал, что использовать только на себе?

— Ась? — хором вздрогнули гоблины и глянули вниз.

И обнаружили там некоторые изменения. Их обычная одежда и лёгкие кожаные нагрудники скрылись под слоем стильных каменных доспехов. Брутальный внешний вид! Непревзойдённая защита! Личный дар Владыки демонов! И в качестве бонуса — абсолютная монолитность конструкции, не позволяющая гоблинам даже пальцем на ноге дёрнуть. Фактически, я заковал обормотов в каменные саркофаги, приросшие к мостовой, из которых на свободе торчали только ушастые головы.

Конечно, просто запереть их в каменной коробке было бы быстрее и проще, однако в последнее время я старался больше работать с мелкими деталями, чтобы улучшить свой контроль.

— А… Ыыы… — глубокомысленно изрёк Гук.

— Владыка хитрый, — резюмировал Тук. — Спасти нас от шамана, — сказав это, он грустно повесил уши. — Но идти куда-то один, без защита.

Я не стал говорить, что именно под их защитой уже прошло два покушения, которые они не смогли остановить. Первое было со стрелком на крыше, а второе случилось сегодня, от рук тёмной эльфийки. И, надо заметить, эльфа добилась куда лучших результатов, чем фиарнийский вояка! Но если с воякой и была их вина, то за случившееся с Лион я мог корить лишь самого себя.

Потрепав оболтусов по лысым макушкам, я усмехнулся и попробовал их успокоить:

— Не переживайте, орлы, я недалеко, да и ненадолго. Ничего со мной не случится.

В ответ на это гоблины лишь печально вздохнули.

* * *

Привязав ящера к крепкой ветке, я закрыл его от будущего зрелища каменной стенкой, а вокруг, на всякий случай, возвёл простенький загон. А то будет досадно, если зверюга всё таки перепугается по каким-то причинам и оборвёт привязь.

Убедившись, что всё в порядке, я направился к крупному пустырю в стороне от полей и дорог. Если бы не беседа с Лаэнвелем по поводу места строительства цитадели, я бы и знать не знал о его существовании. А так, даже если место для стройки будет другим, этот клок земли всё равно послужит мне на пользу.

Добравшись до пустыря, я создал под собой высокий постамент. Вроде того, что делал в битве с людами, только значительно выше, проще и без трона. Закончив с короткими приготовлениями, я ещё раз оглянулся, дабы убедиться в отсутствии лишних свидетелей. Ну, вроде нормально.

Глубоко вздохнув и прокрутив в голове всё задуманное, я коснулся браслета, чтобы открыть Хранилище, и вытянул руку вперёд.

Непонимание. Растерянность. Замешательство. Шок. Эмоции одна за другой сменялись на лице появившейся передо мной эльфийки. Сделав пару шагов назад, она беспомощно озиралась по сторонам, пытаясь понять, куда исчез кабинет лечебницы.

— Успокойтесь, магистр, — усмехнулся я. — Мы всего-то вышли подышать свежим воздухом.

— Не… Не может быть… — бормотала, тем временем, Лион, едва обращая на меня внимание и осматривая окрестности. — Телепортация? Как?! Это же невозможно!

— Магистр Лион! — чуть повысил я голос, зовя её.

Чародейка, спохватившись, повернулась ко мне, даже не пытаясь спрятать глубокий шок. Забавно, насколько разную реакцию вызвало пребывание в Хранилище у неё и у Эрмита. Пингвин воспринимал всё невозмутимо, как скала, и поначалу, кажется, даже не осознавал, что выпадал из реальности на несколько часов. И лишь сильно позже поинтересовался деталями.

Что до Лион, то она вообще поняла всё абсолютно неправильно, приписав мне очередную сверхспособность. Я, в целом, не против, это полезно для репутации. Но имелась и обратная сторона — в будущем из-за данного недопонимания могут возникнуть неприятные казусы. Тем не менее, я решил не развеивать её заблуждение. Если сделать это прямо сейчас, то воспитательный эффект определённо ослабнет.

— Господин Нотан, как… — начала она с уже знакомым блеском в глазах, однако я её прервал.

Эльфийка явно собиралась выпытать у меня всё по поводу «телепортации», да только рассказать я ей ничего не мог. Даже если бы хотел.

— Мастер магистр, как думаете, что вы видите перед собой? — спросил я, обведя рукой пейзажи вокруг нас.

— Что?.. — сбитая с толку Лион последовала взглядом за моей рукой и принялась неуверенно перечислять. — Поля? Подлесок? Городские стены?

— Вы видите спокойствие, магистр, — сообщил я правильный ответ. — Спокойствие и безмятежность. Всего несколько дней назад эти поля могли быть вытоптаны, стены разрушены, а город предан огню и железу.

— Вы про ту армию людов, которую остановили? — эльфийка недоумённо склонила голову набок.

— Именно, — кивнул я и взглянул на чародейку. — Знаете ли вы, как я это сделал, магистр?

Это был достаточно важный вопрос, так как исходя из ответа на него я должен буду решить, какую тактику урока использовать дальше.

— Только в общих чертах, — помотала она головой, качнув гривой волос. — Сами знаете, в тот момент я находилась в пути. А горожане мало что видели, кроме жуткой бури и ослепительных молний. И ещё я слышала, что в бою вы использовали своего ручного монстра. К слову, кто это был? Шарлотта или кто-то ещё? Удивлена, что вам вообще понадобилось кого-то брать на бой, учитывая ваши способности.

Я проигнорировал неприкрытую лесть и задал следующий вопрос:

— Магистр Лион, вы находитесь в плену не только своего греха, но и весомых заблуждений. Как бы ни был силён маг, никому не под силу остановить в одиночку организованную армию с поддержкой артиллерии.

— Арти… что?.. — попыталась переспросить эльфийка, но я не стал заострять на этом внимание и продолжил.

— Чтобы сразить одну армию, нужна другая армия, мастер магистр. И если вы желаете превзойти это правило, нужно быть богом или кем-то близким к нему по силе. Так уж устроен мир. А я, хоть и апостол, очень далёк от подобного уровня силы.

Несколько секунд Лион молчала, глядя на меня с недоумением и озадаченно нахмурившись.

— Боюсь, я не совсем понимаю, о чём вы, господин Нотан, — сказала она, наконец. — Если не считать какого-то ручного монстра, вы ведь были один. О какой армии идёт речь?

Я холодно улыбнулся, чем заставил эльфийку слегка вздрогнуть. Неужели так хорошо вышло?

— Задумывались ли вы когда-нибудь, о том, какой на самом деле смысл скрывается за моим титулом? — спросил я, не убирая с лица улыбки. — Если нет, то я расскажу вам, магистр. Владыка демонов — это тот, кто правит чудовищами. Властитель тех, с кем не хотелось бы повстречаться даже во сне. Это титул тех, кто способен вести за собой исчадия Бездны и отдавать им приказы.

Хотя это пояснение изначально родилось спонтанно и понравилось мне за пафосность и общую непротиворечивость, но сейчас, когда я озвучил его вслух, то и сам задумался над тем, что оно, вообще-то, звучит крайне близко к истине. Я мог общаться с разумными чудовищами. Я мог склонить их на свою сторону или заставить сделать что-то силой, бросив дайсы на убеждение или приручение. Я мог сделать много чего, о чём было даже невдомёк обычным тельварским магам.

Быть может, именно в этом и заключалась истинная сила и цель «Полиглота»?

Само собой, свора монстров не особо тянула на козырь, скорее являлась приятным бонусом и дополнительной гирькой на чаше возможного успеха. Но всё же. Что до тельварцев, которые постепенно собирались под моими знамёнами… Разве их уже не считают чудовищами фиарницы? Грязными демонами, что подлежат истреблению? Значит, нужно всего лишь сделать так, чтобы это прозвище превратилось из пустого пропагандистского звука в настоящий кошмар.

Вера, передовое техномагическое оружие и устрашение. Вот три ключа, которые должны будут открыть дверь к изменению хода войны и возвращению Аллегри в мир.

Неуверенный ответ Лион прервал сильно затянувшееся молчание и вернул мои размышления к текущей ситуации:

— Я… Я всё ещё не понимаю, — покачала она головой.

— Сейчас поймёте, — вновь улыбнулся я, добавив многообещающих ноток, и направился к краю платформы. — Да будет вам известно, мастер магистр, что под моим началом находится две армии чудовищ. Одна из них действует сама по себе и движется прямиком на запад через гоблинское королевство. Уверен, очень скоро вы о ней услышите.

Я и сам ежедневно ждал панических новостей о чудовищной орде, сметающей всё на своём пути, однако ничего похожего в город пока не передавали. Странно даже, неужто заблудились или передрались насмерть по пути?

— Две армии… — задумчиво пробормотала Лион. — А где вторая, господин Нотан? Хотите сказать, что держите у Лаграша орду монстров? Как вы их вообще прячете и чем кормите?!

Моя улыбка растянулась чуть ли не до ушей. Вот мы и подошли ко второй части нашего урока.

— Прячу? Кормлю? Смилуйтесь, магистр, думаете, я нуждаюсь в подобных мелочах? Мою личную армию не нужно кормить, и уж тем более не нужно прятать. Она всегда при мне и готова броситься в бой в любое мгновение, — ухмыльнулся я, заметив в глазах Лион полное и окончательное непонимание. — Желаете увидеть своими глазами? Хотя, чего это я спрашиваю, конечно же да. Смотрите внимательно, магистр. Уверен, вам очень понравится. Особенно когда вы познакомитесь поближе.

Остановившись у края, я поднял руку в пафосном жесте, по ходу дела открывая Хранилище, и громко крикнул:

— Явись, Флюгегехаймен!

Тяжело вздрогнула земля от появившейся на ней массы и о платформу ударила воздушная волна, принесшая с собой тяжёлый смрад некроголема. Не ожидавшая такого эльфийка сделала несколько шагов назад, прикрываясь от ветра, но, разглядев, что возникло перед ней, словно окаменела.

Лион не шевелилась и ничего не говорила. Широко распахнув глаза, она взирала на появившегося перед нами Флюга с каким-то благоговейным ужасом, словно лицезрела древнее хтоническое божество.

«Божество», само собой, было не в состоянии по достоинству оценить проявленный к нему трепет и лишь безмолвно покачивало смердящей тушей туда-сюда, время от времени помахивая торчащими из плоти костями.

— Невероятно… — наконец выдавила из себя Лион. — Сколько злобы и истлевших душ… Нет, не только истлевших. Чувствую свежие… Не может быть! Фиарнийцы?!

— Кажется, вы впечатлены, магистр, — хмыкнул я, наблюдая за её реакцией.

— Господин Нотан… Где… Где вы достали эту тварь? — севшим голосом спросила эльфийка, с трудом оторвав взгляд от некроголема. — Вы за ней в Бездну спускались? Нет, плевать, не это главное. Почему вы способны ей приказывать?! — в её голосе проскользнули истерические нотки. — Ядро, родившееся из стольких мук и боли, не должно кому-либо подчиняться!

— Ему, видимо, об этом забыли сообщить, — фыркнул я, пожимая плечами. — Знакомьтесь, магистр, этой мой друг, Флюгегехаймен. Можно просто Флюг. И он — моя карманная армия. Что до того как мы повстречались… Скажем так, я подобрал его у дороги. Он сидел на обочине и умилительно смотрел на меня своими пустыми глазницами. Не смог пройти мимо такого очаровательного малыша.

Лион несколько раз открывала рот, желая что-то сказать, но так и не произнесла и звука.

— Безумие… Это всё чистое безумие! — наконец сообщила она. — В некромантии нет способа держать подобную тварь под контролем! Кто вы всё таки такой, господин Нотан? — спросила она более тихим тоном, в котором сквозило отчаяние.

— Апостол, Владыка, филантроп, — насмешливо поклонился я. — Хотя нет, для филантропа пока рановато… Хм. С другой стороны, я ведь дарую тельварцам защиту и надежду, это ли не величайший акт благотворительности? Любопытно…

Меня настолько увлекла эта мысль, что я едва не отвлёкся от дела. Вовремя опомнившись, я кашлянул и вернулся к теме:

— Итак, магистр, как вы наверняка успели заметить, являясь специалистом по некромантии, Флюг — некроголем. Как я понимаю, чуточку более некроголемный некроголем. чем вы привыкли встречать, но его суть от этого не меняется. Но, к моей великой досаде, у него есть один небольшой недостаток. Флюг немного слабоват. Не смог, знаете ли, уничтожить армию людов единым махом. Да ещё и потрепали его малость.

— Слабоват?.. Он — слабоват?! — неверяще переспросила чародейка.

Сцепив руки за спиной, я принялся медленно шагать вдоль края платформы, поглядывая на Лион.

— И знаете, магистр, хотя я недавно сказал, что ваша смерть не принесёт мне никакой выгоды, в процессе нашей беседы я кое что осознал. Вы ведь можете посмертно стать частью моей армии! — с деланной радостью воскликнул я, разведя руки.

Я смотрел на Лион с полубезумной ухмылкой, стоя спиной к своему ручному чудовищу, и удовлетворённо наблюдал как тёмная эльфийка стремительно меняется в лице.

— Что?.. Нет… Вы не можете!.. — забормотала она, медленно шагая назад.

— Я могу всё, что в моих силах, магистр! — рявкнул я в ответ. — Вас что-то не устраивает? Ещё недавно вы заявляли, что готовы понести любое наказание! И вот оно! Служба в моей армии! Во имя защиты невинных и победы над людами! Чем вы недовольны?! Только представьте, насколько силён станет Флюг, вобрав в себя целого магистра с множеством умений!

В эту самую секунду мне было действительно жаль Лион. Смотреть на то, как ломаются гордые и уверенные в себе личности, столкнувшись с чем-то, что, по их мнению, многократно превосходило их силы и возможности… В этом было мало приятного. Свою порцию удовлетворения от мести я получил ещё в кабинете и теперь занимался не самой весёлой, но крайне нужной процедурой закрепления созданного эффекта.

— Нет… Умоляю… — паникующе замотала головой чародейка. — Убейте меня, если хотите, но только не таким способом! Пожалуйста!

Я готовился к тому, что она попробует дать бой или хотя бы попытается банально сбежать после такого предложения о вербовке, однако… Эльфийка просто бессильно рухнула на колени, мелко дрожа. Дух и воля Лион оказались не столь тверды, как я предполагал. Я настолько сильно прижал её в лечебнице? Нет, не думаю. Кажется, дело в другом.

Уж больно остро тёмная прореагировала на появление Флюга. И, кажется, ощутила его дикие и яростные первобытные эмоции. Это из-за близости к некромантии? Не исключено. Точнее, наверняка из-за этого, даже не стоит сомневаться. И, похоже, с душой существа, попавшего во власть ядра, происходит нечто отвратное. Она же реально боится! Её не перспектива столь позорной смерти привела в ужас, а нечто, что будет за ней!

То, что результаты урока превзошли мои ожидания, это ещё слабо сказано. Дух магистра был не просто уничтожен, а развеян в пыль. И вышло это совершенно случайно. Кхм. Простите, магистр. Аллегри мне в свидетели, я не собирался доводить до такого.

Но раз уж так вышло…

— Значит, вы отказываетесь от своего слова? — язвительно спросил я. — От хвалёного слова магистра Университария?!

— Умоляю… Только не такой смертью… — продолжала бормотать Лион, склонив голову и уставившись в пол.

Отдав Флюгу мысленный приказ сделать парочку неспешных кругов вокруг платформы, я направился к чародейке. Остановившись перед ней, я не стал ничего говорить и просто молчал, созерцая спину эльфийки. Блин, какие же, всё таки, изгибы. Даже свободного покроя одежда была не в состоянии их скрыть.

Не выдержав изрядно затянувшейся паузы, Лион осторожно подняла голову и взглянула на меня взглядом, полным невысказанной мольбы.

— На ваше счастье, Лион, — на этот раз я опустил её звание магистра, чтобы подчеркнуть нашу разницу в иерархии, — я весьма милосердный и великодушный Владыка. Я дам вам шанс отработать свою вину собственными руками. Но запомните накрепко, если вы ещё раз нарушите наш договор, от вас не останется даже воспоминания в сердцах живущих.

Загнул, конечно, крепенько, но какая разница? Звучит угрожающе, да и эльфа сейчас в таком состоянии, что поверит даже в посул превратить её в хомячка.

— Да! Да! — лихорадочно закивала Лион. — Клянусь, такого больше не повторится! Я сделаю всё, чтобы загладить вину перед вами!

— Не надо говорить «всё», Лион, — вздохнул я. — Не обещайте того, чего не сможете выполнить. Вы ведь не сможете ходить на ушах, даже если я вам прикажу это сделать? Вот видите. Обещайте лишь то, что можете. А можете вы… — я сделал вид, что задумался, — немного повоскрешать для меня мертвецов, например.

— Владыка Нотан, неодобренные правителем ритуалы некромантии жестоко караются! — замотала она головой. — Вы сделаете своим врагом всё королевство гоблинов! А если не повезёт, то и весь альянс государств!

— Это если король узнает, — пожал я плечами, однако слова Лион заставили меня задуматься. — Слушайте, а как вообще звучит этот закон?

— Соглашение, — поправила меня эльфийка. — «Соглашение альянса Государств Тельвара о запрете на попрание прав и свобод живых на честный труд и оклад», — она прикрыла глаза и зачитала текст по памяти. — «Никто и никогда, без высочайшего дозволения правителя страны, входящей в альянс, не может заниматься воскрешением его усопших подданных для…»

— Стоп, — тут же прервал я. — Достаточно. Я услышал всё, что мне было нужно.

Лион удивлённо распахнула глаза, но мои мысли уже пустились в довольный пляс. Экие, однако, крючкотворцы неопытные. Такую дырку оставили в законе. Даже не дырку. Дырищу! Дырень! С другой стороны, с чего бы им думать ещё и о правах фиарнийцев?

Радостно плюхнувшись рядом с ничего не понимающей и окончательно ошалевшей от всего произошедшего Лион, я приобнял её за плечо в порыве чувств, от чего эльфийка испуганно дёрнулась, ожидая очередной подставы. Но я лишь устроился поудобнее и свободной рукой указал на ползущего неподалёку Флюга.

— Магистр Лион! А не хотите немного попрактиковаться в некромантии? Причём, совершенно легально, не нарушая законов! У меня тут во Флюге припрятано несколько тысяч фиарнийских солдат. Как думаете, не пора ли им своим трудом искупить вину перед Тельваром?

Глава 14. Зомбическая сила!

— Не нарушая законов? — переспросила Лион. — И без разрешения короля?

— Именно! Ведь закон касается только подданных стран альянса, верно? — спросил я. — А люды, насколько я могу судить, в альянсе не состоят, и вообще наши кровные враги. Флюг их сожрал просто для массы, особой пользы они ему не несут, не считая дополнительного слоя плоти против снарядов. Почему бы не пустить их в дело? В городе вот-вот начнётся дефицит рабочих рук и мёртвые трудяги, которых можно отправить на какие-то тяжёлые и изнурительные работы, пойдут ему лишь на пользу.

— Вы верно говорите, но… — нерешительно замялась чародейка. — Короли и аристократия всё равно будут недовольны столь вольным применением некромантии.

— Да в Бездну их недовольство, магистр! — рассмеялся я, наконец отпустив Лион. — Закон, точнее, соглашение мои действия ведь не нарушают, верно?

Она, чуть подумав, нерешительно кивнула.

— Соглашение запрещает подъятие нежити, так как это может привести к ситуации, когда мертвец займёт рабочее место живого тельварца, лишив того заработка. Но… — она несмело усмехнулась, поймав ход моих мыслей, — нигде не написано, что использовать труд нежити запрещено.

— Ну вот и пусть идут лесом. Я действую в рамках правового поля, — я пренебрежительно взмахнул рукой. — Если они считают иначе, пусть попробуют меня арестовать. Но тогда я перестану соблюдать рамки приличий и очень сильно им нагрублю.

Лион некоторое время смотрела на ползущего вдоль платформы Флюга, глубоко задумавшись. Прежнее отчаяние во взгляде ушло, уступив место чему-то вроде отрешённости. Лёгкий ветерок сдул ей на лицо несколько прядей волос, однако эльфийка не обратила на это никакого внимания.

— Вы жуткий человек, господин Нотан, — тихо сказала она через какое-то время. — Произнеси вы подобное несколькими днями раньше, и я подняла бы вас на смех в душе. Но сейчас как никто другой осознаю, что это не пустые слова.

— Я вовсе не жуткий, Лион, — вздохнул я. — Просто терпеть не могу, когда нарушают спокойствие моей жизни. Если короли не станут слишком нагло вмешиваться в мои дела и окажут военную поддержку, когда это будет необходимо, то у меня не найдётся причин покушаться на их авторитет. Видит Богиня, мне плевать на власть как таковую. Это всего лишь инструмент, которым я пользуюсь для выполнения миссии, что она мне поручила. И один из способов защитить моих друзей и близких.

Я повернулся к эльфийке и, взглянув прямо ей в глаза, произнёс:

— Магистр, вы должны чётко понять одно. Я разозлился не из-за того, что вы меня убили. Плевать я хотел на смерть, для меня это лишь незапланированный визит на чай к Богине. Я зол из-за того, что вы предали моё доверие, — я поднял руку и показал ей три пальца. — Есть три вещи, которые выводят меня из себя. Попытки разрушить моё спокойствие, угрозы или вред моим близким, и предательство. В то же время, я всегда щедро плачу за лояльность и дружбу, и никогда не забываю добро, — я встал на ноги и размял затёкшие плечи. — Надеюсь, вы запомните эти нехитрые правила, Лион, и будете их соблюдать.

Эльфийка подняла голову, взглянув на меня, и кивнула.

— Такого больше не повторится, господин Нотан, — заверила меня она. — Я найду способ держать себя в руках. Только… — чародейка слегка смущённо отвела взгляд, — прошу вас, не усложняйте мне эту задачу, закидывая с головой разными тайнами.

— Это я уже успел осознать, — хмыкнул я. — Отныне тайны будете получать в малых дозах и под усиленным присмотром.

После этого, немного пришедшая в себя Лион поднялась на ноги и мы провели некоторое время, обсуждая нюансы создания первого мёртвого стройотряда.

Как выяснилось, если мертвец нужен потупее, чтобы не качал права и не требовал отпуск, имелось три варианта. Первый — это подъятие гуля. Гули отличались определённым разумом, могли утвердительно или отрицательно мычать на несложные вопросы, а также выполнять некоторую не слишком тонкую, но кропотливую работу вроде прополки сорняков или уничтожения вредителей. Кроме того, они не воняли и не разлагались, чем-то походя на забальзамированную мумию. Подвижность у гуля довольно вялая, как и сила. Типичный гуль больше всего напоминал поведением лентяя, которого заставили работать, а он прикладывает все усилия на то, чтобы выглядеть занятым, но работать поменьше. Кроме того, унылая работа вроде прополки сорняков быстро выводит гуля из себя.

Будучи тварью, по сути своей, весьма злобной и испытывающей остатками разума безграничное огорчение по поводу преждевременной кончины, гуль постоянно терзается желанием отомстить жестокому и несправедливому миру. От чего намного охотнее размахивает острым железом, что делало тварей неплохими жнецами или лесорубами. Правда, в этом случае Лион советовала держаться от них подальше, а спиной и вовсе не поворачиваться, не удалившись на значительное расстояние. В бурном прошлом её семьи, как оказалось, нередки были случаи, когда зазевавшийся некромант получал тяпкой по темечку.

Увы, при их страсти размахивать железом, вояки из гулей получались паршивые. Уж больно нерасторопными они были. Так что в военном деле некроманты прошлого их обычно не использовали.

Ну и зря, как по мне. Не обязательно отправлять этих хлопцев на передовую, чтобы утолить их кровожадность. На мой взгляд, из гулей могли бы выйти неплохие канониры. Конечно, там тоже необходима скорость движений, но ещё важнее безошибочность действий. И если у гулей с этим всё в порядке, то намного лучше, когда у пушки стоит немного медленный, но точный и бесстрашный мертворобот, чем паникующие спешащие канониры с трясущимися руками.

Что до их кровожадности — что лучше может её утолить, нежели зрелище разрывающего вражеские ряды снаряда? Хмм…

Вариант второй — зомби обыкновенные. Тупые, рычащие и гниющие. Вопросов не задают, право от лево отличить не могут, гниют на ходу и жутко воняют. Зато очень сильные и упорные. Ежели зомби приказать, например, пройти стену насквозь, он будет биться об неё до тех пор, пока эту самую стену не проломит. Ну или пока сам на куски не развалится во время попыток.

Главный минус — зомби ещё медленней гулей. И для тонкой работы вроде сбора вредителей в поле не годятся. Зато неплохо работают как тягловые. По крайней мере, пока не развалятся посреди дороги. Но и эту проблему, мне кажется, можно решить. Заковать зомбарей в каменные доспехи, продумать конструкцию сочленений, чтобы отгнившая рука не падала вместе с каменной перчаткой… Эдакий экзоскелет на зомбической тяге. С зомби-оператором. Пушек каких на вельд-кристаллах приделать или рейлганы, и вообще красота будет.

С такой экипировкой, силой и весом, их неповоротливость уже не их проблема. Расставить шеренгой, ткнуть пальцем в сторону вражеских укреплений и отдать один-единственный приказ: «Давите». Справятся не хуже бульдозера! И в дорожном деле, наверное, можно использовать. Привязать к тягачу в десять-двадцать зомбических сил здоровенную плоскую каменюку — и пусть тащат по тракту. Ямы-ухабы ровняют. А позади будет идти бригада гулей или скелетов и брусчаткой отутюженную дорогу замащивать.

Ну и раз уж речь зашла о скелетах, то это третий и последний вариант не шибко умной нежити.

Как и положено ребятам, не обременённым всякого рода излишествами вроде плоти, они были легки на подъём и не забивали себе голову всякой ерундой. Соплей по поводу скучной работы не разводили, приказы выполняли любые, но не слишком сложные. Сказывалось исключительно полное отсутствие мозга. По этой же причине вояки из них получались лихие и бесшабашные, чуть ли не отмороженные. И, в качестве бонуса, юркие и быстрые.

Из недостатков — тяжёлые грузы им были не по плечу. Ибо плечи банально отваливались, так как кости скелетов держались исключительно на честном слове и капле магии. Ей-богу, проволокой и изолентой и то было бы надёжнее. Как результат, тельварским скелетам нельзя было ни здоровенный фламберг вручить, как порядочной фэнтезийной нежити, ни в тяжёлый доспех заковать. По состоянию, так сказать, здоровья. Из-за этого же в полноценный бой их тоже лучше не отправлять — развалятся после первого же хорошего удара.

Но на какой-нибудь несложный труд вроде диверсий, подрыва морального духа, прополки полей или уборки улиц их можно запросто поставить. Правда, диверсанты из них, скорее всего, паршивые. Кости бряцают. Хотя… Если обмотать их тряпьём…

Само собой, на этих трёх группах дело не ограничивалось. К примеру, у гулей имелись более продвинутые собратья — альгули. Разума у них водилось побольше, могли не только мычать, но и изъясняться несложными фразами. Правда, уровень речи у них, как сказала Лион, был даже хуже самого дремучего неотёсанного гоблина, всю жизнь прожившего в глухом лесу под гнилым пнём. Альгуль искупал это повышенной злобностью и вполне приличной на фоне обычных собратьев подвижностью. А ещё был у обычных гулей в авторитете. В общем, вполне подходил на должность сержанта. Но держать при себе целый отряд подобных хлопчиков было себе дороже.

Разновидностей скелетов, само собой, имелась тьма-тьмущая. И речь шла не о банальных скелетах-магах или воинах, а о более концептуально сложных формах. Костяных големах. К примеру, из полусотни обычных скелетов опытный некромант мог собрать костяную сколопендру или паука, а из пары сотен или более скелетокомплектов, поднапрягшись, можно было сбацать костяного дракона. Но подобные твари мне пока были ни к чему, особенно учитывая, что недостатки у них были те же самые, что и у обычных клацающих челюстями собратьев. А костяной дракон ещё и летать не умел, ко всему прочему. Для полётов надо было поднимать зомби или скелета из настоящего дракона.

Что до зомби… Зомби есть зомби. Чем мощнее и злобней тварь поднимешь, та и будет среди собратьев за главную. Некроголем, по большому счёту, тоже являлся разновидностью сей вонючей братии. И, учитывая его силу, вопрос об иерархии тут можно было даже не поднимать.

Но, в общем и целом, на данном этапе мне требовалась лишь гуманоидная нежить. Её можно приодеть во что-нибудь приличное, дабы местные жители не нервничали слишком сильно. А если держать подальше от города, так и вообще издалека никто не отличит от обычных работяг и фермеров. Что? Почему фермеры в поле посреди ночи? Так у нас высокая производительность труда и работа в три смены. Пятилетку за год и всё такое. Что? Почему без факелов и ламп? Ну, просто зрение хорошее.

Если говорить по существу, то обкатывать пилотную программу по применению нежити я собирался именно за городом. Во-первых, при нападении людов значительно пострадала часть полей. Само собой, даже если их засеять прямо сейчас, урожай до снега уже не получить, но привести их в порядок нужно. Выгрести мусор, выровнять почву, перекопать. Может, проложить новые арыки от ближайшей речки. Да и расширить поля было бы неплохо. У меня имелось предчувствие, что наша текстильная промышленность скоро начнёт набирать обороты. Опять же, нежить может ухаживать за полями днём и ночью, повышая урожайность.

Во-вторых, я хотел в кратчайшие сроки проложить по региону несколько хороших дорог. До Карушской крепости, в сам Каруш и ещё несколько городов неподалёку, включая те, что находятся восточнее нас. Выгода от этого мероприятия была очевидна и прекрасно доказана ещё древними римлянами. Хорошие дороги ускоряют переброску войск, товаров и грузов, облегчают обычные путешествия между населёнными пунктами. В общем, напрямую способствуют усилению обороноспособности региона и его экономическому росту.

Увы, для начала дорожных работ мне, так или иначе, требовалось взаимопонимание с графом, дабы в процессе не возникло каких-нибудь неприятных происшествий. Но, думаю, мы с ним придём к договорённости, так или иначе. Строго говоря, у графа попросту нет выбора, только он об этом ещё не знает.

Если мёртвые рабочие покажут себя хорошо, то сферу их применения можно будет постепенно расширять. Взять хотя бы тот же Бар-Гаот. Отправить туда штук пятьсот мертвяков и нехай кирками машут, добывают кристаллы и железную руду, если попадётся под руку. Военное применение, опять же. На Земле вовсю начали использовать беспилотники и дроны, у фиарнийцев есть автоматоны, а у меня будут… зомбиботы! Зомбиоты? Зомботы? Некроиды? Некроботы?.. Некроматоны?.. Зомбиматы?….. Надо подумать.

А закон этот пусть катится в Бездну, живые тельварцы без дела не останутся. Учитывая мои планы, работы хватит на всех.

— …подин Нотан. Господин Нотан! — донеслось до меня и я, с удивлением, понял, что довольно сильно провалился в свои мысли.

— Простите, магистр, задумался. Кхм-кхм, — кашлянул я. — О чём вы говорили?

— О помещении, — повторила Лион то, что я пропустил мимо ушей. — Подъятие дело не быстрое и лечебница для этого не годится.

— Это решаемо, — кивнул я, побарабанив пальцами по подлокотнику каменного кресла, созданного в процессе беседы. Ещё одно, но поскромнее, досталось эльфийке. — Со дня на день, как вы помните, я начну возводить свою цитадель и первым делом возведу маго-техническое крыло. Создам уютный подвал для нежити и прочие помещения по вашему запросу. Там и начнём производство.

— Мысль хорошая, вот только… — неожиданно задумалась чародейка. — Подвал понадобится очень большой. Вы же не будете каждый раз призывать вашего некроголема на улице, чтобы извлечь из него нужное количество тел, верно?

— Ох, чёрт, — ругнулся я. — А вот об этом я как-то не подумал. Ну что же, большой так большой…

Сказав это, я окинул взглядом продолжавшего ползать кругами Флюга, оценивая его габариты. Ммммать. Только сейчас я окончательно осознал, насколько же некроголем разжирел. На габариты пятиэтажки он пока ещё не тянул, но… был близок. Очень близок.

— …А может, лучше ему дворик какой соорудить? — неуверенно спросил я сам себя и вздохнул. — Ладно, это я ещё успею обдумать. Пора нам закругляться, магистр. Дел невпроворот. Что до вашей ненасытной жажды знаний и тайн… — ненадолго задумался я над внезапной идеей. — Есть у меня одна штука, которая поможет вам отвлечься на какое-то время. Скажите, магистр, вы когда-нибудь изучали экзувии гигантских разумных пауков?

Огненная Райда. ИнтерЛЮДия

Золотоволосая девушка, задумчиво сцепив руки под подбородком, внимательно смотрела на разворачивающуюся перед ней картину необузданной резни ясным и чистым взглядом, словно наблюдала за тем, как резвятся маленькие котята. Ни один мускул на её лице не шевелился, когда под напором огромного монстра бесславно гибла очередная сотня солдат. Казалось, что происходящее на записи ни капли её не волнует, а смотрит её она лишь из праздного любопытства.

Но люди, собравшиеся вокруг девушки и, соблюдая почтительное молчание, смотревшие запись вместе с ней, отлично знали, что внутри у неё всё кипит от злости и ярости. Зрелище погибающих солдат вызывало в ней тихий гнев. Хотя изображение, которое мог выдавать записывающий кристалл, было мутным и плохо разборчивым, общую картину она понимала прекрасно. И отлично представляла, сколько жизней уносила каждая вспышка на поле боя.

Сначала, когда штаб получил донесение о почти полном уничтожении дивизии полковника Шугта, она не поверила своим ушам. Да, он повёл в бой необстрелянных салаг, которые едва запомнили с какой стороны держать манастрел, но и задача перед ними стояла не по захвату одной из вражеских столиц, а по рядовой зачистке провинциальных городов для подготовки плацдарма.

Тем не менее, отчёты сообщали невероятное. Дивизия Шугта столкнулась с одним-единственным демоном-магом, чей магический фон, якобы превышал четыре сотни единиц, что уже само по себе попахивало бредом. За всю историю войны с тельварцами Империя не регистрировала у врага магов подобной силы. Но даже если и так, в одиночку он всё равно не смог бы что-то противопоставить вооружённой дивизии с поддержкой автоматонов. Но дальше отчёты сообщали и вовсе нечто немыслимое — обрушив на войска шквал из молний, демон создал прямо на поле боя огромный трон, уселся на него и призвал для боя какую-то жуткую тварь, которая и перебила практически всё войско Шугта.

Девушка долго думала, верить ли настолько бредово звучащим отчётам, пока в расположение её штаба не прибыл разведывательный отряд с записывающим кристаллом. Именно его она и просматривала в данную минуту, убеждаясь в том, что донесения оказались чистой правдой. Действительно один демон. Действительно с жуткой тварью.

Что, впрочем, в глазах девушки не меняло того факта, что сражение было проиграно абсолютно бездарнейшим образом. Весь её гнев был направлен не на демона и его ручного монстра, устроившего всю эту резню, а на бездарного командира, положившего у стен города несколько десятков тысяч молодых солдат. За просто так.

— Шугт, хитрый мерзкий ублюдок, — откинулась она на высокую спинку стула, завершив просмотр. — Решил подло сдохнуть, чтобы не лишили звания и не сослали в Ульриг на каторгу. А Империи теперь придётся семье полноценные полковничьи посмертные платить.

— Вы считаете, что у него были шансы на победу, генерал? — осторожно спросил кто-то из присутствующих в командном шатре.

— Шансы? — фыркнула девушка, презрительно глянув в сторону спросившего. — Это должна была быть верная победа, включи он хоть немного голову и перестрой боевые порядки. Тварь, которую на них спустили, еле шевелится. Достаточно было оставить ей на растерзание авангард, чтобы выиграть время для манёвра, отвести назад основные войска и взять монстра в клещи, накрыв огнём «Пауков» с нескольких сторон.

По шатру пронёсся одобрительный гул. Несмотря на свою обманчивую, чересчур юную внешность, генерал Райда считалась одним из самых умелых военачальников Империи. Хотя, бывало, ей тоже приходилось отступать или заканчивать сражения вничью, как произошло на днях у стен Карушской крепости, на её счету не было поражений. Тех, настоящих разгромных поражений, после которых с плеч командира летят погоны.

И даже если Райда отступала, позже она возвращалась, полностью сокрушая упрямого врага. До сих пор не было ни единого исключения из этого правила.

На стороннего наблюдателя, не знакомого с генералом и не слышавшего о её достижениях, Райда могла произвести крайне несерьёзное впечатление. Невысокого роста, с огромными голубыми глазами, которые взирали на всё вокруг с мнимой наивностью и искренностью, её внешний вид тянул едва ли лет на восемнадцать-двадцать, хотя на деле она была значительно старше. Но тот, кто имел глупость купиться на это в бою или во время подковёрных игр Империи, быстро осознавал жестокую истину, скрывавшуюся за маской простушки.

Райда не щадила врагов, с одинаковой тщательностью вбивая в грязь как демонов-тельварцев, так и имперских смутьянов, не делая никаких скидок на статус и происхождение. Если Империя приказывала ей: «Уничтожить», то никто даже не сомневался, что приказ будет выполнен и на месте цели останется лишь зарево пожара. Именно за этот подход, а также генеральский доспех с золотой чеканкой, который она выкрасила в ярко-багровый цвет, на фронте ей дали прозвище Огненная.

— Какие будут наши действия, генерал? — осмелился спросить один из её помощников.

Райда ответила ему не сразу, задумчиво глядя на раскинутую по столу карту региона, посреди которой лежал уже погасший запоминающий кристалл.

— Руммей, — коротко окликнула она, не отрывая взгляда от топографических линий.

— Здесь, генерал! — бодро отрапортовал один из присутствующих, делая шаг вперёд.

Им оказался командир региональной разведывательной сети. Именно его люди смогли добыть запись боя на запоминающем кристалле.

— Что нам известно об этом демоне?

— Немногое, генерал, — разочарованно нахмурился он. — Если свести воедино несколько разрозненных донесений, то он появился в регионе около трёх месяцев назад. Впервые его повстречал патрульный отряд из лагеря майора Гурга. Отряд был разгромлен, «Пауки» уничтожены на месте. А солдат унизили, раздев догола и отправив в таком виде обратно в их лагерь. После этого его никаких боевых или иных контактов с ним не было…. до нынешних дней. Мои люди говорят, что он называл себя Владыкой демонов…

— Владыкой? — прервала его Райда. — Разве у демонов не альянс? С каких пор у них объявился единовластный Владыка?

— Не могу знать, генерал. В сводках разведштаба нет ни слова о возможной смене власти или государственном перевороте у демонов. Однако так он именовал себя и при первом контакте с отрядом Гурга. Кроме того, именно из-за него среди солдат одно время ходили слухи о роке и какой-то демонической богине. Но очаг слухов быстро исчез, так как лагерь майора попал под атаку дракона и был почти полностью уничтожен.

— Ладно, пока забудем об этом, — кивнула девушка. — Продолжай.

— К сожалению, я добавлю немногое, генерал. Описаний его внешности почти нет. Среднего роста, демоническая раса неизвестна, носит тёмный плащ и одежду вроде аристократической. Лицо либо скрыто маской из звериного черепа, либо часть плоти на голове действительно отсутствует. Феноменально силён. Даже если предположить, что показатели магоуловителя ошибочны, это не отменяет того факта, что демон больше пяти минут находился под шквальным огнём «Пауков» и манастрелов, даже не поморщившись. Допускаем, что это была иллюзия, но иллюзии не испускают столь невменяемый магический фон. Кроме того, не знаю, стоит ли это говорить… — неожиданно замялся Руммей.

— Стоит. Говори, — приказала Райда.

— Это всего лишь домыслы, генерал, но у моих парней сложилось впечатление, что этому демону было… просто лень сражаться. Именно поэтому он и выпустил на поле боя ту тварь.

— Лень? — удивлённо вскинула брови военачальница.

По шатру прокатилась волна тихих обсуждений.

— Как я уже сказал, генерал, это лишь домыслы разведчиков, исходя из поведения демона.

— Хм… — Райда задумалась и, скрестив руки на груди, вновь взглянула на карту. — Хочешь сказать, что он мог даже не показать всю свою силу? И дивизия Шугта была обречена в любом случае?

— Боюсь, у меня нет информации для столь смелых выводов, генерал, — отрицательно помотал головой разведчик.

— Понятно, — кивнула Райда и погрузилась в размышления.

Командиры у стен шатра тихо обсуждали увиденное и услышанное, стараясь не мешать генералу. Райда редко проводила военные советы с помощниками, почти всегда принимая решения единолично. И этот случай не оказался исключением. Генерал не собиралась спрашивать мнения присутствующих о сложившейся ситуации. Однако это не значило, что она собрала их тут просто так. В любой момент каждому мог быть отдан приказ или запрошена необходимая для принятия решения информация. Подход Огненной отличался от других генералов Империи, но не давал повода усомниться в его эффективности.

— Каруш подождёт, — наконец прервала она своё молчание. — По крайней мере, пока я не смогу ясно представить уровень угрозы от этого… Владыки. Руммей!

— Да, генерал! — тут же шагнул вперёд командир разведчиков.

— Делай, что хочешь, но засунь в этот город, Лаграш, своих шпионов. Я хочу знать об этом демоне всё. Кто он такой, что ест, о чём думает и кому раздвигает ноги по ночам. Ты меня понял?

— Так точно, генерал! — браво рявкнул Руммей.

— Гарум! — Райда, тем временем, принялась раздавать приказы другим командирам.

Когда с постановкой задач подчинённым было закончено и шатёр опустел, девушка позволила себе устало потянуться и похрустеть затёкшей шеей. То, что сокрушение Каруша придётся на какое-то время отложить, её опечалило, но лишь самую капельку. Так как загадочный демон, объявившийся в регионе, показался ей более интересной мишенью для испытания своих сил и талантов.

Ей крайне редко встречались достойные противники, и каждого она, если это не противоречило приказам Императора, бережно сохранила в живых. Будь то демоны или фиарнийцы, подобными персонами нельзя было разбрасываться. А потому Райда предпочитала их коллекционировать.

Невзирая на все её таланты, обычные победы на поле боя почти не вызывали отклика в душе Райды. Гораздо приятнее ей было сокрушать дух и волю того, кто оказался этого достоин. Кто доказал свою силу и непоколебимость, сражаясь против её армии. Кто смог заставить её искать нестандартную стратегию и необычную тактику для победы.

Лишь уничтожение воли и убеждений, превращение в личную игрушку подобной личности доставляло Райде настоящее, сладостное удовольствие. В какой-то момент она поняла, что не радость служения Империи и патриотизм, а жажда пополнения коллекции стала единственным смыслом и поводом, ради которого она продолжала воевать, хотя сама военная жизнь ей давно наскучила. Но Райду это полностью устраивало. Радость от новых игрушек, с которыми можно было развлекаться ночами напролёт, полностью искупала любые неудобства военно-походной жизни.

Спохватившись, что она какое-то время сидит, мечтательно подняв взгляд к потолку, Райда вздохнула и встала со стула. Хотя сейчас было не время, внутри неё стремительно нарастало возбуждение и желание развлечься, дабы притушить распалившееся предвкушение встречи с сильным противником.

Приняв решение, Райда поправила золотую генеральскую мантию, выглядящую прямо как продолжение её волос, и широким шагом вышла из штабного шатра. Приказы были отданы, важных дел пока не имелось, а значит, в ближайшие часы её никто не побеспокоит и она вполне может позволить себе провести немного времени среди коллекции.

Свои игрушки Райда всегда возила с собой, выделяя под коллекцию отдельный шатёр. Само собой, подобное было против устава, однако Император и главнокомандующие снисходительно закрывали на это глаза, признавая за Райдой право на маленькие удовольствия.

Искомый шатёр стоял чуть в стороне от лагеря, дабы звуки и шум, доносящиеся оттуда, не мешали отдыхать обычным солдатам. Так что Райде понадобилось несколько томительных минут на то, чтобы добраться до окраины лагеря и откинуть тяжёлый полог её сокровищницы.

Стоило ей зайти внутрь, как генерал оказалась с головой укутана в столь любимые ею звуки: звон цепей, несвязные мольбы, испуганный визг и распалённые признания в верности. Привыкнув после улицы к полумраку шатра, Райда любовно оглядела свою коллекцию и перевела взгляд на длинный стол, на котором покоилось множество различных предметов, без которых не обходилось ни одно развлечение. Как непритязательных, но острых и начищенных до блеска, так и более изощрённых, которые не вредили плоти, но позволяли получить более изысканное удовольствие.

Убедившись, что всё в полном порядке, Райда медленно провела по рукоятям пальцами, выбирая, с чего начать сегодня.

— Владыка демонов… — медленно пробормотала она, словно смакуя титул своей новой цели. — Достоин ли ты стать главным украшением этой коллекции? И как долго сможешь кричать, оказавшись в моих руках?

Глава 15. Новая должность Эрмита

— Знаешь, асани, в том, что всё так повернулось, есть свои плюсы-кве, — неожиданно заявил Эрмит, пожелавший сегодня отправиться со мной на строительство стены. — У этого облика множество неудобств, зато я смог немного посмотреть мир и узнал, что не только у орнито есть симпатичные пташки-кве! Прислуживающие тебе по дому девы воистину услада для глаз-кве.

Я, не сдержавшись, фыркнул от неожиданного признания. От чего-чего, а от ксенофобии и расизма пингвин явно был очень далёк. Вот она, сила красоты и доброго нрава!

— Тогда чего это ты решил отправиться сегодня со мной? — поинтересовался я с усмешкой.

Утро фолиант провёл в особняке, как и делал все последние дни. Однако днём, когда я вернулся домой на обед, неожиданно попросился на строительство стены.

— Общество прекрасных дам это, конечно, хорошо-кве, но постоянно стоять на одном и том же месте очень надоедает-кве, — взмахнул страницей талмуд. — Хоть я и стал книгой, но мне всё ещё нравится ощущать как ветерок обдувает страницы-кве. Кроме того, я не хотел мешать-кве.

— Мешать? Чему мешать? — удивился я, отвлёкшись от процесса формирования очередной секции стены.

— Девичьим посиделкам-кве. Сегодня ведь к служанкам опять заглянет твоя рыжая подружка-кве, — пояснил Эрмит так, словно это было самим собой разумеющимся фактом. — А когда они уходят на кухню о чём-то шушукаться, мне становится скучно-кве.

— Лони приходит к моим служанкам? — удивился я ещё больше. — Да ещё и не в первый раз?

— Разве ты не знал-кве? — на этот раз поразился пингвин.

— Впервые слышу, — помотал я головой. — И о чём они там говорят?

Я как-то не припоминал, чтобы Лони была с моими служанками так тесно знакома. Да что там, они наверняка друг друга едва знали. С чего бы им внезапно начать проводить кухонные посиделки? Неужели гномка решила отчихвостить девчонок за их ночные атаки на мою постель? Ну… звучит правдоподобно. Но это ведь было ещё до того, как наши отношения вдруг стали серьёзнее! Значит, это не должно её беспокоить. А после той ночной беседы с поцелуем и двусмысленного предупреждения я начал держать служанок на расстоянии. Чем немало их расстраивал.

— Если бы я знал-кве, — горестно вздохнул пингвин. — Обычно они говорят очень тихо, так что я почти ничего не слышу-кве. А то, что до меня изредка доносится, мало похоже на обсуждение великих тайн-кве. Что-то про наряды, какие-то развлечения-кве, смех.

Я озадаченно хмыкнул. И правда обычные посиделки. Неужели Эсми и Латика действительно знают гномку намного лучше, нежели мне казалось?

— Шарли, а ты не знаешь, о чём они там шушукаются? — спросил я в шутку у лениво лежащей рядышком паучихи.

Та, немного приподнявшись, озадаченно глянула на меня и развела передними лапками. Мол, знать ничего не знаю, дрыхну на ковре целыми днями. А даже если бы и знала, как я должна это сказать?

— Ну, да, резонно, — вздохнул я в ответ.

Немного поразмышляв о том, сколько всего я ещё не знаю даже вокруг себя, махнул на эти мелочи рукой и вернулся к работе.

Как правильно говорят — глаза боятся, а руки делают. Казалось бы, ещё недавно я топтался у западных ворот, а уже приближался к северным. Такими темпами, глядишь, к прибытию графа вся северная часть стены будет щеголять брутальностью и неприступностью. Время от времени мне помогал Эсваль, но минутка на это у юного тёмного эльфа находилась не слишком часто. Так как проблема рабочих мест для беженцев неожиданно оказалась решена, многие из них захотели осесть в Лаграше и обзавестить приличным жильём. Кроме того, наскоро возведённые из дерева цеха моей мануфактуры требовали до первого снега обзавестись каменными стенами. В общем, работы для штатного мага земли хватало. Ну а так как уровень силы у него был далеко не магистра, процесс двигался совсем не столь бодро, в отличие от моего.

Несколько дней общения с милыми девушками послужили для Эрмита неплохой терапией. Он уже почти не нудел по поводу выпавшего на его хвост несчастья и больше рассуждал о плюсах и перспективах своей текущей формы. А ещё, наконец, начал задумываться о том, как ускорить процесс возвращения в своё прежнее тело.

— Итак, если я тебя правильно понимаю-кве, — взмахнул страницей фолиант. — Богиня не может спуститься в мир лично и повырывать фиранийцам все перья-кве, потому что у неё слишком мало верующих-кве?

— В общем и целом — да, — кивнул я, начав поднимать секцию. — Вера — основа силы любого бога, а если точнее, её источник. Если весь мир безоговорочно верит в своё божество, оно будет воистину всемогущим. Так что мне не обязательно сражаться с людами самому. Достаточно заставить тельварцев вновь поверить в Аллегри.

— Хм… — Эрмит задумчиво зашелестел страницами. — У тебя ведь есть какой-то план-кве?

— Конечно. Духовная пропаганда, распространение учения, религиозные предметы быта. Прямо сейчас по всей стране расползается новость, что посланник Богини спас беззащитный город от уничтожения и обрушил кару на головы мерзких людов. На ближайшей ярмарке мы начнём распространять религиозные одеяния, которые будут рекл… эм… ненавязчиво оставлять семена веры среди жителей других регионов. Позже, когда я закончу с цитаделью, то возведу храм. А Лаэнвель обещал установить статую Богини. Основная цель заключается в том, чтобы сделать Лаграш местом паломничества. Тогда тельварцы сами начнут разносить веру по странам и процесс будет только ускоряться. Главное — продолжать творить чудеса во имя Богини, чтобы заложить крепкий фундамент в сердцах людей.

Сказав о фундаменте, я спохватился и начал вливать силу для уплотнения возводимой секции. С собеседником, конечно, заниматься строительством было повеселее. С Шарли, которая всегда сопровождала меня здесь, тоже можно было поболтать, но диалог всегда выходил несколько односторонним. С другой стороны, болтовня немного сбивала с рабочего ритма. Но это, скорее, просто дело привычки. Если хорошо подумать, то мне наоборот стоит брать сюда какого-нибудь собеседника, чтобы отточить действия до полного автоматизма даже при наличии отвлекающего фактора.

— Храм, значит… — Эрмит изогнул одну из страниц, задумчиво почесав себя уголком в районе корешка. — А когда твоя Богиня станет достаточно сильна, чтобы вернуть мне прежнее тело-кве?

Доведя секцию до нужной высоты, я слил каменную колонну с остальной частью стены до монолитного состояния и задумался.

— Если честно, я не знаю, — признался я. — То, что она сможет это сделать — даже не сомневайся. Но она ничего мне не говорила о том, какой уровень силы требуется для этого. Возможно, ей даже не понадобится личное присутствие в мире?

— Хмм… — промычал фолиант и довольно долго после этого я не слышал от него ни звука.

Секции усиленной стены размеренно вырастали одна за другой, день медленно шёл к своему завершению. Ещё немного и солнце коснётся горизонта, забирая с собой опаляющую летнюю жару. Работать было жарко даже в фирменной футболке с ликом Аллегри, которую я взял в личное пользование. Я даже не хотел задумываться о том, что творилось бы со мной в обычном парадном камзоле с рубашкой и плаще, на которых, за неимением подушки или ковра, расположилась Шарли и бережно переносила с одной секции на другую. И как ей не лень?

— Может дождик забацать на остатки маны?.. — задумчиво пробормотал я.

Как раз Эрмит был сегодня под рукой. Но пока я раздумывал над тем, стоит ли бахнуть дождя или лучше поднять ещё одну секцию, фолиант неожиданно нарушил молчание:

— Скажи-кве… Если ты будешь строить храм, то тебе понадобятся служители-кве?

— Само собой, — удивлённо повернулся к нему я. — Кто-то же должен вести ежедневную работу с паствой? Меня одного на все должности не хватит.

— Я тут просто подумал-кве… Что и сам должен приложить силы к своему освобождению-кве, — сообщил Эрмит. — Как думаешь, из меня выйдет проповедник-кве?

— Чё? — тупо спросил я, позабыв и о дожде, и о стене, и вообще обо всём на свете, настолько внезапным оказался этот вопрос.

— Ну… — помахал страницами талмуд. — Вот смотри-кве. Особой работы для меня нет. По крайней мере, пока что-кве. Заниматься магическими исследованиями в таком виде я тоже не могу-кве, даже если помощников найти-кве. Зато могу помочь тебе распространять эту вашу религию и приблизить день своего освобождения-кве! Говорить я могу, сон мне не нужен-кве. А представь, как паломники впечатлятся артефактом-проповедником-кве?

Эрмит говорил что-то ещё, но меня настолько захватила выданная им идея, что я полностью провалился в свой воображаемый мир, где уже находился храм, полный прихожан, а перед ними, на внушительном постаменте, стоял посох с Эрмитом. И пингвин, активно жестикулируя страницами, читал паломникам религиозную речь, полную огня и страсти.

Да это же обалдеть какой эффект! В какой ещё религии есть говорящий магический фолиант, который сам несёт свет веры в массы? А у нас будет! Разве что придётся напихать в храм побольше охраны, дабы уберечь пингвина от воров, вандалов и прочих агрессивных еретиков.

Нет, мне определённо нравится эта мысль! Я даже не ожидал, что Эрмит проявит такую инициативу для приближения часа своего освобождения.

— Эй, асани-кве! — донеслось до меня. — Ты меня вообще слушаешь-кве?

— Ты нанят, — сообщил я пингвину без предисловий.

— Чего-кве? — удивился тот. — Вот так просто-кве?

— А почему нет? — пожал я плечами. — Идея интересная, необычная. Разве что тебя надо будет к должности подготовить. Написать пачку проповедей на разные темы, подумать о вопросах, что могут задавать новые прихожане. Ну и придётся потренироваться произносить речи. По себе знаю, это требует привычки и практики.

— Ну ты ведь и храм не завтра открываешь, верно-кве? — махнул страницей талмуд.

Тут он подметил совершенно верно. Работы впереди предстояло валом. Может так получиться, что строительством храма даже не я буду заведовать. А если запрячь на это дело графа, когда он окажется на моей стороне? Хм…

— Эй, Нотан, у тебя гости-кве, — неожиданно сообщил фолиант и ткнул уголком приподнятой страницы куда-то в сторону западных ворот.

Шарли, глянув туда, обрадованно подскочила и, бодро перебирая лапами, побежала навстречу приближающейся фигуре.

— Эй работяги! — раздался над стеной звонкий голос и фигура, подняв руку, покачала каким-то увесистым свёртком. — Проголодались, небось?

Глава 16. Там, где я вырос

— Лони? Какими судьбами? — я помахал рукой гномке.

Эрмит тоже приветственно пошелестел страницей.

— Соскучилась, — улыбнулась рыжая. — Ты против?

— Вот ещё, конечно нет. Я даже хотел вчера заглянуть, да в делах замотался, — я создал пару каменных кресел и сделал приглашающий жест.

Я ведь действительно хотел зайти вчера к гномам, чтобы поболтать и заодно обсудить идею каменных врат. Да только происшествие с Лион полностью выбило меня из колеи. Ознакомив чародейку со старой шкуркой Шарлотты и убедившись, что она ею вполне заинтересовалась, я отправил экзувий обратно в Хранилище, а потом, воспользовавшись ненавязчивым предлогом коснуться эльфийки, проделал с ней тоже самое. Последним на отдых отправился Флюг.

После этого я вернулся в город, выслушал долгую нотацию Горта, которую удалось прервать лишь заявив, что мне нужно было уладить божественное дело особой секретности. Потом я отправился расколдовывать оставленных у лазарета гоблинов. Как оказалось, малая нужда не щадила никого. Бедолаги были уже на грани и их собратья по отряду начали подтаскивать зубила и кувалды. Я подоспел в последний момент, аки настоящий герой. Минутой позже, и… Впрочем, это была бы уже совсем другая история.

Разобравшись с гоблинами и приказав ожидать снаружи, я вернулся обратно в кабинет Лион и вытащил свою карманную эльфийку. Правда, немного небрежно. Одна из её ног оказалась на горелом ошмётке и, не ожидавшая этого магесса, глуповато взмахнув руками, завалилась на злосчастную кушетку.

Поймать я её не успел — среагировал слишком поздно. С другой стороны, если бы успел, то не стал бы свидетелем весьма примечательной позы. Я не мог сказать, что у меня к Лион имелся интерес определённого рода, однако восхищаться некоторыми вещами можно и без подобных мыслей. Что я, в общем-то, и сделал.

А вот у Аллегри имелось иное мнение на этот счёт. Сообщение от неё пришло практически мгновенно. Правда, прочёл я его позже, уже когда покинул кабинет.

Слегка поворочавшись на кушетке после падения, возможно, несколько дольше, чем должна была, Лион поднялась и, слегка смутившись, попыталась сделать вид, что ничего не произошло. Я тактично её в этом поддержал и перешёл к делу, вновь вытащив на свет экзувий паучихи.

Обсудив пару деталей на счёт будущих планов, я распрощался с магистром и вышел в коридор, напоследок заметив, каким взглядом она оглядывает разбросанные по полу угли. Ну, думать надо было раньше. Она и без того, можно сказать, легко отделалась, благодаря вмешательству Аллегри и моей доброхарактерности.

Мдааа, не тяну я пока на Владыку, не тяну. Только и могу, что запугивать людей дешёвыми угрозами. Хмммм… Хотя, кажется, очень неплохо вышло?

Когда я немного отошёл от кабинета, то вспомнил о сообщении в браслете. Как и ожидалось, Аллегри была в своём репертуаре:

Твой шанс, Нотан! (≧◡≦) Прыгай! Как Богиня утверждаю — грешно упускать момент! (●≧ω≦)9

В смысле, прыгай?! «Рыбкой» что-ли?! Это же не прыжки в воду с трамплина! И вообще, я ж не маньяк какой, чтобы запрыгивать на первую попавшуюся тёмную эльфийку в пикантной позе. И вообще, ей что, мало тех ночей, когда со мной служанки развлекаются? Тоже мне, нашла бесплатного актёра махровых фильмов для взрослых. И вообще, лучше бы она так оперативно реагировала, когда на меня проблемы сыпятся. Не дождёшься ведь, блин.

Я устало вздохнул и покачал головой.

— Что такое, Владычество? — спросила Лони, внимательно взглянув на меня.

Сообразив, что вздохнул не у себя в мыслях, а в реальности, я торопливо замахал руками:

— Нет-нет, не волнуйся, просто вчера был действительно суматошный день. Как у тебя дела?

Я с удобством расположился в кресле и пристроил рядом посох с Эрмитом, однако пингвин неожиданно замахал страницами:

— Нет-нет-нет, вы тут лучше сами без меня поворкуйте, голубки, а я в карманном измерении посижу. Не буду вам мешать, — сообщил он. — Нотан, будь добр.

Пожав плечами, я коснулся древка и отправил посох с фолиантом в инвентарь.

— Неплохой всё таки посох вышел, — хмыкнула Лони, глядя на исчезновение пингвина. — Солидный.

— Гордишься?

— А то. Как и каждым своим изобретением или выкованным клинком, — с ноткой важности заявила рыжая.

— Кстати про изобретения. Я думал, ты из кузницы вылезать не будешь, пока не разберёшься с прототипом рейлгана, — я краем глаза покосился на свёрток, что принесла гномка. Пахло зверски вкусно.

— Я тоже так думала, — лукаво улыбнулась гномка. — Но оказалось, что у меня намного больше дел, чем предполагала поначалу. От фермеров пришёл большой подряд на полевой инструмент. Мэрия заказала партию замков. А ещё одинокий Владыка, который требует основательного подхода. Ворласки меня раздери, я даже не думала, что выбор фасона платья и заказ у портного — это такая сложная наука! Если бы не твои девушки, я бы в жизни не разобралась в этих тонкостях.

Я немного подзавис:

— Погоди-ка, какие девушки? Ты моя единственная девушка на данный момент.

— А как же твои служанки? — недоумённо взглянула на меня гномка. — Милейшие девушки. Столько интересного про тебя рассказали!

Ах, так вот, значит, какова была причина их кухонных посиделок? Косточки мне перемывали. Понятно, понятно.

— И что же, например? — поинтересовался я.

— Ну… — ненадолго задумалась рыжая. — Все уши прожужжали, какой ты замечательный господин, как часто их хвалишь даже за пустяковую работу. Как много трудишься в кабинете по вечерам, когда обычные аристократы уже давно бы бездельничали. О чём любишь с ними болтать, какие блюда тебе нравятся, какие позы предпочитаешь…

В её глазах сверкнул лукавый огонёк, а меня словно молнией шибануло.

Так.

Всмысле?!

— И нечего так на меня смотреть, — хихикнула гномка. — Как невеста я же должна разобраться во вкусах и привычках своего жениха, м?

Моя реакция её откровенно забавляла. Но как ещё я должен был реагировать на подобное?!

— Ну… так-то, наверное, да… — забормотал я. — Да к чертям, Лони, разве это нормально? Я боялся, что ты им решишь большой разгон дать, хотя всё было только до твоего признания, а ты принялась подробности узнавать!

Подход гномки совершенно не укладывался в моё мировоззрение. Но если подумать, что я вообще знаю о подобных нюансах в тельварской культуре? Может, это нормально? Или всё таки нет? Для меня, землянина, это всё звучало очень дико. Где чувство собственничества? Ревность? Неприязнь? Пожалуй, впервые со времени своего появления в Тельваре я настолько остро ощутил культурную разницу между мирами. И, подумать только, по какому поводу!

— Хм… — чуть задумалась рыжая. — Ну, я бы возмутилась, залезь ты на какую табуретку подзаборную. Но это же твои горничные? Они обязаны следить за физическим и душевным здоровьем своего господина, — почти слово в слово повторила она распоряжение Лаэнвеля и вдруг посмотрела на меня очень хитро. — И, да будет тебе известно, мой будущий муж, обычно служанки не столь щедры к своим нанимателям. Только к тем, у кого им действительно нравится работать. Вывод сделай сам.

От чего-то у меня натурально заболела голова и я потёр виски.

— Знаешь, там… где я вырос, традиции совсем другие, — зачем-то сообщил я ей. Видимо, когнитивный диссонанс окончательно меня добил. — Ни одна девушка в здравом уме не стала бы так реагировать на подобную ситуацию… Погоди, а почему тогда сделала то предупреждение тем вечером? — спохватился я.

Как-то её текущие слова не совсем вязались с тем внушением, что она решила до меня тогда донести.

— Ну, просто у гномов культура немного отличается, — пояснила она. — Внебрачные связи осуждаются, а многобрачие допускается только в политических целях, для усиления и обогащения клана и семьи. А дед мой — приверженец старых традиций.

— А ты, значит, нет? — глянул я на неё с лёгким подозрением.

— Я улизнула из клана за месяц до своего совершеннолетия, — хмыкнула Лони. — Очень хотела мир повидать, ковать мечи троллям, зашибить парочку людов… — она задумчиво глянула в сторону заходящего солнца. — В общем, я тогда была достаточно юна, чтобы раздолье поверхности подвыветрило из меня строгие порядки родного края. Не полностью, конечно, всё же некоторые вещи у нас в крови, но на многое я смотрю иначе, чем мои землячки, никогда не покидавшие подземные города, — она повернулась в мою сторону и добавила. — Я уже говорила, Нотан. Такие вещи не будут меня беспокоить, пока наши собственные отношения в полном порядке. Главное, следи, чтобы деда не прознал. А теперь хватит болтать о глупостях, создай нам столик и давай поедим.

Несколько секунд я просто смотрел на улыбающееся лицо Лони.

Мда, странно всё это. Точнее, непривычно. И, наверное, немного ошеломляюще. Как бы там ни было, а прошлое предупреждение гномки можно было трактовать по разному. И как то, что надо хранить такие вещи в тайне от Орена. Так и в том смысле, что если я продолжу поддаваться соблазнам, гномка сообщит всё деду и тот отвертит мне голову. Но если рассуждать здраво, не в характере Лони было ябедничать. Скорее, она бы просто засунула меня в печь, чтоб железо лучше плавилось.

Продолжая размышлять о странностях местной культуры, я создал рядом с креслами столик, на который рыжая тут же водрузила свой кулёк. Потянув за верёвку, она развязала узел и ткань опала. Мощный запах свежей выпечки немедля заполнил лёгкие, заставив живот восторженно и предвкушающе заурчать.

Под тканью оказался румяный, ещё пышущий жаром высокий пирог и средних размеров кожаная фляга.

— Держись, Нотан, — торжественно провозгласила Лони. — Сейчас ты попробуешь коронный гномий пирог. С мясом, нашим перцем и жареным грикко. Тем самым, про который я рассказывала.

— Ого! — я тут же вспомнил привал, во время которого Лони с Гортом пустились в обсуждение гномьей кухни. — Ты сама готовила?

— А то!

Шарли, уже давно почуявшая манящий запах пирога, скромно переминалась с лапки на лапку, сверля лакомство пристальным взглядом всех своих глаз.

— Не волнуйся, подруга, и тебе достанется, — рассмеялась гномка, заметив её интерес.

Взявшись за пирог, она разломила его на три дымящихся куска, один из которых сразу протянула Шарлотте. Паучиха, радостно подпрыгнув, схватила угощение и принялась с интересом разглядывать светло-зелёную, слегка светящуюся начинку.

Выглядела она, конечно, малость подозрительно. Светилась, словно изотопы киношной радиации, но я уже успел привыкнуть к необычным тельварским продуктам, так что такое меня не пугало. Взяв свою порцию, я втянул аромат начинки. Пахло мясом, чем-то вроде мяты, пряным перцем и ещё чем-то приятным, но совершенно неуловимым и неизвестным.

— Пробуй, — выжидательно воззрилась на меня Лони.

Откусив кусок от пирога я принялся вдумчиво жевать плод кулинарных талантов гномки. И не остался разочарован! Мягкое тесто было словно воздух, ни капли не забивая вкус мягких и сочных кусочков рубленого мяса. Жгучего гномьего перца Лони добавила ровно столько, сколько надо было для того, чтобы взбадривать вкусовые рецепторы, а тот самый жареный мох грикко, чем-то напомнивший мне картофель пай своими волокнами, аппетитно похрустывал и смывал жгучесть перца приятной прохладой, неожиданной для горячего блюда.

— Обалденно, — честно признался я, проглотив первый кусок. — Ты здорово готовишь.

— Не так хорошо, как кую оружие, но тоже кое что умею, — поскромничала рыжая, но я видел, что она явно осталась довольна похвалой. Она потянулась к фляге и нахмурилась, — Ворласковы кишки, стаканы забыла.

— Один момент, — махнул я рукой и, сконцентрировавшись, постарался магией земли создать пару стаканов с самыми тонкими, но прочными стенками, на какие был способен.

— Даааа, с тобой ни на одной попойке не пропадёшь, — одобрительно протянула Лони, взяв ближайший стакан и покрутив его в руке, разглядывая со всех сторон. — А прозрачные можешь?

Я задумался. Технически, в природе существовали прозрачные, ну или условно прозрачные минералы, а значит, как-то до них можно было добраться через магию земли. Только я пока не мог даже управлять тем, какую породу хочу получить в результате, что уж говорить о более сложных, кристаллических структурах. Кроме того, если магия всё таки позволит однажды проводить подобные манипуляции, то не слишком ли жирно это будет? Возможность неограниченно создавать какие-нибудь алмазы или изумруды попахивает обвалом рынка и обесцениванием драгоценных камней. В любом случае, мне сейчас даже создание настоящего гранита не под силу, лишь его условного заменителя. Так что есть ли смысл об этом задумываться?

— Нет, увы, — развёл я руками.

— Ну и ладно, — гномка поставила стакан на место и откупорила флягу.

Я ожидал, что она притащила с собой традиционную гномью самогонку, однако в стаканы полилась рубинового цвета жидкость с запахом трав. Похоже, это была гирака.

Рдеющий закат, мягкое вино, вкусная еда и рыжая девчонка. Можно ли закончить рабочий день лучше?

Какое-то время мы молча жевали пирог, запивая гиракой, пока Лони неожиданно не нарушила молчание:

— Я тут подумала… — задумчиво сказала она, покачивая пальцем стакан на столе, придерживая его за кромку. — А где ты вырос, раз у вас другие порядки?

Этот вопрос застал меня врасплох и я крепко задумался над тем, как должен ответить. Набрехать с три короба и отшутиться божественной волей? Просто замять тему? Пытаясь понять, какой ответ станет наиболее правильным, я столкнулся с взглядом Лони и увидел в её глазах искреннее любопытство. Собственно, а чего я так напрягся? Тот же Горт, уверен, уже давно обо всём догадался. Есть ли смысл скрывать подобный пустяк от гномки?

Подняв голову к небу, где уже скоро должны были зажечься первые звёзды, я отхлебнул гираки и начал рассказ:

— Там, среди звёзд, есть множество других миров, похожих на Тельвар. Десятки? Сотни? Тысячи? Я не знаю. Возможно, их намного больше. В общем, вот в одном из таких миров я и родился. Он очень отличается от Тельвара. Там есть люди, которые верят в магию или мечтают о ней, но она не существует в том мире. Это мир машин и технологий. Его жители способны преодолевать за час расстояние месячного пешего перехода, мгновенно узнавать любую известную миру информацию и летать к другим планетам…

Меня словно прорвало. Немного сумбурно, сбиваясь с третьего на десятое, но я всё рассказывал и рассказывал Лони об удивительных механизмах и изобретениях, коими полнилась Земля. Про машины и самолёты, ракеты и смартфоны, интернет и сельские комбайны, робототехнику и ядерные реакторы. Не так и не здесь я хотел поделиться с ней знаниями и идеями, что принёс с собой из родного мира, но не мог остановиться, наслаждаясь мечтательностью и восторгом в её взгляде, хотя это было просто сбивчивое описание мира без каких-либо технических подробностей. Я даже не представлял, до конца ли она поняла всё то, что я пытался до неё донести. Мне просто хотелось выговориться, словно из души или разума случайно вырвали какую-то пробку.

Когда я закончил, солнце уже давно скрылось за горизонтом, а я жутко охрип и пытался исцелить пересохшее горло вином. Лони ничего не говорила и не спрашивала, просто мечтательно смотрела ввысь на пригоршни звёзд.

Не решив, что мне сейчас стоит сделать, я запихнул в рот остатки своего куска пирога и принялся сосредоточенно жевать. А ведь правду говорили Горт с Лони, этот мох, грикко, действительно хорошо восстанавливал силы и бодрость духа. Я чувствовал себя так, словно и не работал весь день на страшном солнцепёке. В шахтах эта штука, наверное, просто незаменима.

— Раз твоя богиня притащила тебя сюда, то, наверное, ты был кем-то важным и сильным на родине? — неожиданно спросила гномка, не отрывая взгляда от ночного неба.

— Если бы, — грустно усмехнулся я. — Обычный человек из обычной семьи. Читал книги, флиртовал с девушками, работал в библиотеке, как бы это сказать, архивариусом. Я всё ещё не представляю, почему Аллегри выбрала именно меня.

А если точнее, почему её заклинание выбрало такого как я. Трусоватого лентяя без особых способностей. Есть ли вообще смысл в подобном заклинании, больше напоминающем гача-рулетку из мобильных игрушек, если оно выплёвывает такого как я, забрав у Божества пятидесятилетний запас его маны? Если честно, пахнет как одно большое нахлебалово.

— Ну, мне кажется, ты справляешься вполне неплохо, — с добродушной усмешкой сообщила гномка, поворачиваясь в мою сторону. — Но если дело обстояло именно так, почему ты вообще согласился отправиться сюда? Разве ты не скучаешь по дому? Родным?

— А у меня выбора не было, — развёл я руками. — Я там, знаешь ли, умер. Довольно глупо, кстати. Тюкнуло по виску упавшим книжным шкафом. Так что мне повезло, что я чем-то привлёк внимание Аллегри и смог отправиться сюда, да ещё и с магическим даром в комплекте. Что до родных… — я тяжело вздохнул. — Знаешь, это довольно странно, но нет, не скучаю. Я без проблем могу их вспомнить, прокрутить в голове голоса, но вместо тоски или горести — просто туман. Может быть, это Богиня постаралась, чтобы я не съедал себя изнутри грустью по дому?

Помнится, она мне так и воспоминания от падения в вулкан подрихтовала. А то нажил бы себе психологическую травму или фобию. Так что и тут, наверняка, тоже имелось её вмешательство. И я даже не знал, стоит ли мне её за это отблагодарить или от души высказать.

Шарли, внимательно слушавшая мою речь всё это время, подошла поближе и успокаивающе погладила меня лапкой по руке.

— Прости, мне не стоило поднимать эту тему, — смутилась Лони. — Даже не думала, что дело обстоит вот так… Но твой родной мир удивителен, Нотан! Многие вещи я пока просто представить не могу! — она вскочила с кресла. — Транспорт, оружие, идеи! Если мы сможем разобраться, понять и воплотить хоть каплю из того, что ты знаешь… — Лони повернулась ко мне и спросила немного обеспокоенно. — Мы ведь сможем? Пусть даже не лишь я с дедом, а… все?

— Скажу честно, я не знаю, — покачал я головой. — Мои технические знания очень поверхностны. Я вообще не представляю, как Орен смог понять что-то из моих пьяных объяснений и разобрался в принципе рейлгана.

— Пьяных объяснений? — подобралась гномка. — А сколько ты тогда выпил? За какой срок? Что именно пили? Как развивалась беседа?

С каждым вопросом она подходила всё ближе, сверкая глазами и до пугающего напомнив мне этим одну тёмную эльфийку из Университария. Разве что Лони, в отличие от неё, не задумывала меня убить ради знаний. Наверное.

В конце концов, её лицо оказалось прямо рядом с моим. Гномка подошла вплотную к креслу и, опершись руками о подлокотник, подалась вперёд. Рыжая, зеленоглазая, симпатичная и прямолинейная. Спасавшая мне жизнь и напивавшаяся вместе до беспамятства. С пляшущими в любопытном взгляде искорками горящих огней ночного города. Вкусно пропахшая специями и выпечкой.

Я слабо помнил как притянул её к себе, поддавшись спонтанному порыву. Слабо помнил как устроил контратаку на её губы, беря реванш за прошлый штурм. Даже не понял, как долго мы наслаждались этим маленьким сражением и кто в итоге одержал верх. Очнулся лишь тогда, когда мы уже какое-то время сидели в одном кресле и каждый задумчиво молчал о чём-то своём.

Можно ли было сказать, что её прошлая атака возымела какой-то эффект, раз я так отреагировал? Наверное. Но она ведь для того её и устраивала. И, как бы там ни было… я чувствовал, что не против продолжения этого процесса. Хотя ещё недавно при одной только мысли впадал в тихую панику.

Скосив взгляд, я увидел сидевшую неподалёку Шарлотту, пристально смотревшую в нашу сторону во все свои восемь глаз. Отчего-то я немного смутился.

— Слушай, а ведь я так и не спросила, — неожиданно встрепенулась Лони. — А как называется твой родной мир?

Я на секунду погрузился в размышления. Земля, наверное, будет звучать странновато для тельварки? Это название-то и на родине способно вызвать вопросы о том, почему Земля это Земля, когда земля — тоже земля. Так что я решил произнести немного иное, более древнее и благозвучное название:

— Терра.

Глава 17. Это всё харизма

— Терра… — эхом повторила за мной Лони. — Есть в этом имени что-то сильное. Мне кажется, оно очень подходит для мира изобретений. Но, кажется, у тебя дома не очень мирно, раз вы создали столько оружия?

— По всякому бывает, — не стал я касаться подробностей, — но да, некоторые места Терры сложно назвать мирными. Мы достигли невероятных технических высот, но так и не научились уживаться друг с другом.

Гномка вновь погрузилась в свои мысли и мы ещё пару минут провели в уютном молчании.

— К утру подмастерья закончат отливать вельфитовые катушки, — вдруг сообщила она. — Так что завтра я займусь твоей чудо-пушкой вплотную. Деда сказал, что тоже подключится — уж больно ему хочется поскорее узнать, верны ли его расчёты. Просто не в его привычках самому начинать с малого, такой уж характер.

Я на это лишь усмехнулся. Изобретатель-максималист — горе в семье. Если пушки, то только самые большие. Если бомбы, то лишь самые мощные. Подход, в общем-то, неплохой, но не слишком рациональный. Хотя, раз уж Орен прослыл гением, значит осечки случались редко.

— Буду с нетерпением ждать результатов, — искренне ответил я и чуть прижал сидевшую под боком гномку. — Кстати говоря, хотел обсудить один вопрос…

Я описал свою идею с каменными вратами и необходимость специального механизма открытия-закрытия подобной махины. Который, как мне казалось, гномы точно должны знать как сделать. И не ошибся.

— Каменные створки? Плёвое дело, — фыркнула Лони. — Любой гном знает, как делать такую штуку. Просто сообщи мне или деду когда надумаешь их создавать — отрядим пару ребят, чтобы механизм состряпали. Дня за два соорудят.

— Это хорошо, — кивнул я. — Тогда предупреждаю прямо сейчас.

— Поняла, — рассмеялась гномка. — Подойди завтра к обеду, обсудим что да как. Кстати, а ты не знаешь, из какого мира пришли люды? — она довольно внезапно сменила тему.

— Аллегри не говорила, а я и не спрашивал, — помотал я головой. — Это знание ничего бы и не дало. Знаю только, что первые фиарнийцы, оказавшиеся в Тельваре, были изгоями своего мира. Убийцы, грабители, насильники и прочее отребье. Их просто собрали и выкинули в первое попавшееся место, чтобы очистить своё общество. Полагаю, Тельвар не единственный мир, удостоившийся подобного «подарочка».

— Серьёзно? — взглянула на меня Лони удивлёнными глазами. — А нам они заявляли другое, когда неожиданно появились на материке.

— Ага, то, что они бежали от ужасного деспотичного режима родины, — хмыкнул я.

Исторические книги, что я читал недавно, немного касались этого момента, но вот до более подробного изложения событий я пока не добрался.

Мирно скучавшая возле нас Шарли вдруг встрепенулась и, поднявшись, повернулась в сторону одной из лестниц.

— Идёт кто-то? — прислушалась Лони.

— Стража, вероятно? — предположил я. — Тут больше ходить-то и некому. Или патруль, или мои гоблины.

Как оказалось, на стену поднимались ни те, ни другие.

— Господин Нотан! Господин Нотан, вы тут? — раздался со ступеней знакомый голос.

— Лион? Что она тут делает? — удивлённо пробормотал я.

Вроде бы, все основные вопросы мы с ней обговорили ещё вчера. Она уже успела до докопаться до каких-то результатов?

— Лион? Магистр? — спросила гномка и принялась вставать с кресла, покидая полуобьятия моей левой руки.

Я с сожалением отметил, что вместе с Лони ушло и ощущение уюта, а подсознание кольнуло смутное желание вернуть всё как было. Чёрт… Очаровала, всё таки, чертовка рыжая. Ну и ладно. Хоть какая-то определённость появилась. Может, это был хороший момент вытащить из Хранилища кольцо?

— Да, определённо она, — кивнул я, усаживаясь поудобнее. — Вот только понятия не имею, зачем она тут.

— Ну, скоро узнаем, — хмыкнула Лони и разлила по стаканам остатки гираки.

Долго ждать не пришлось. Торопливо забежав на стену, Лион огляделась по сторонам и, увидев наши посиделки, скорым шагом двинулась сюда.

— Хорошо, что вы ещё тут, господин Нотан, — с явным облегчением выдохнула чародейка. — Доброй ночи. Мастер Лони, — она повернулась к гномке. — Приветствую и вас. Невероятная удача, что я застала вас обоих.

Я серьёзно удивился этому заявлению. Ладно я, но для чего это Лион вдруг понадобилась гномка?

— Что случилось, магистр? — тут же спросил я.

— Кхм… — та всё ещё переводила дух. — Дело в том, что час назад со мной связались из Университария… И как раз по поводу вашего города.

Опа. Очень интересно! В кутерьме последних дней я уже успел подзабыть, что через гномов закинул в Университарий удочку с очень жирной приманкой.

— Мне сообщили, что мастер Орен, — продолжала, тем временем, эльфийка, — желает продать Башне некий… артефакт, имеющий очень большую ценность.

Тааак. Ага. Желает. Очень желает!

— И, так как я прямо сейчас нахожусь в Лаграше, остальные магистры поручили мне уточнить, насколько достоверна эта информация.

— Это всё замечательно, — прикинулся я ветошью. — Но причём тут я? Думаю, такие вещи вам надо уточнять непосредственно у мастера Орена.

— Звучит разумно, но… — замялась эльфийка. — При всём уважении к вашему дедушке, мастер Лони, лично мне слабо верится в то, что именно у него находится та… вещь. Я более чем уверена, что именно господин Нотан является первопричиной этого запроса.

— Любопытства ради, почему вы так считаете? — усмехнулся я, сделав глоток вина.

— Просто интуиция, — пожала плечами чародейка. — У вас слишком много карт в рукаве, господин Нотан. Настолько много, что я уверена: если рядом с вами происходит что-то, выбивающееся за рамки обычного или разумного, то причина этого — вы. После… того, что случилось между нами, думать иначе было бы странно.

Я хмыкнул. Интересная позиция, о таком взгляде на ситуацию я не подумал. Однако, само собой, дойти до такого умозаключения можно было лишь узнав о некоторых моих способностях и возможностях. А я произвёл на Лион неизгладимое впечатление. Настолько неизгладимое, что теперь она была готова подозревать меня по любому мало-мальски подозрительному поводу.

Ну что же.

— Допустим, вы правы, — сказал я и допил остатки вина. — Допустим, продавец я. Что вы будете делать в таком случае?

— Значит, моя догадка верна, — кивнула эльфийка, скорее самой себе. — Я не собираюсь ничего делать, господин Нотан. Если вам нужно, чтобы в моём отчёте фигурировал мастер Орен, так и будет. Я лишь хочу взглянуть на артефакт, чтобы предоставить Башне как можно более точную оценку. Кроме того, с моим поручительством переговоры о сделке пройдут куда проще. Мне есть, чем повлиять на большинство магистров, — недвусмысленно намекнула она.

А вот это уже солидный аргумент. У меня не имелось ни капли сомнений в том, что маги будут торговаться как минимум не хуже старого одессита на Привозе. А то и похлеще. Так что возможность сэкономить время, нервы и, в теории, получить чуть больше денег со сделки, звучала крайне заманчиво.

— Ну что же… — я создал вокруг нас кольцо стен на случай случайных глаз или ушей, после чего состряпал ещё одно кресло и приглашающе взмахнул рукой. — Присаживайтесь, магистр.

Пока Лион занимала предложенное место, я открыл в браслете Хранилище и извлёк кусок сильда, который хотел продать. Эльфийка, шепнув какое-то заклинание, создала над нами небольшого светлячка, который залил импровизированную комнату ярким молочным светом.

— …Поразительно. — только и смогла сказать она после нескольких секунд созерцания кристалла.

Вооружившись из саквояжа каким-то инструментом вроде кронциркуля, только дополненного узкой дугообразной измерительной шкалой, Лион аккуратно сняла и записала все размеры кристалла. Помимо этого она просветила осколок сильда каким-то заклинанием, пристально высматривая что-то внутри. Набросав ещё пару записей на листок, она удовлетворённо кивнула.

— Никогда не думала, что увижу сильд воочию, да ещё такой изумительной чистоты, — призналась она после небольшой паузы. — Честно говоря, качество этого кристалла несколько выше того, что описали магистрам. Где вы его раздобыли, господин Нотан? Если… Если это не секрет, конечно. — поспешно добавила она.

— На всё Воля Божья, — развёл я руками. — Ну и немного удачи.

Хотя можно ли было считать падение в магическую бездну удачей — большой вопрос. Я, конечно, после этого остался в большом плюсе, но удовольствие всё равно из сомнительных.

— Я не могу сказать, какую цену предложит совет магистров, но я постараюсь добиться для вас наиболее выгодных условий, — сообщила эльфийка. — И готова помочь во время торгов. Если… вы будете в них участвовать лично, конечно.

Я ответил не сразу. Последняя фраза эльфийки могла звучать весьма невинно на первый взгляд, однако я смутно понимал, что всё несколько сложнее. Самое очевидное — Лион не собиралась участвовать в торгах, если их будет вести Орен. Мог ли я на неё надавить? Несомненно. Но нужно ли? Она намекает на то, что именно я должен вести переговоры? В общем и целом, мы с Ореном примерно так и собирались сделать, но мне стало очень интересно, какая мотивация в этом вопросе у Лион.

— Какой ваш интерес в моём личном участии, магистр? — спросил я, откидываясь на спинку кресла, и кинул взгляд на Лони.

Гномка, удобно устроившись, если так можно сказать про каменную мебель, с интересом наблюдала за нашим разговором, но участвовать не пыталась. Шарли же, поначалу немного побегала кругами вдоль стен, после чего залезла наверх и бдительно зыркала по сторонам.

Я не думал, что чародейка задумала какую-то игру против меня, хотя допускал подобный вариант. Но интуиция подсказывала, что подоплёка в чём-то ином.

— Моего интереса тут нет, — помотала головой Лион. — Я действую лишь из вашего. Во-первых, вам так будет проще заявить о себе перед другими магистрами. Мой голос имеет вес в совете и, видя меня на вашей стороне, некоторые магистры воспримут вас благосклоннее. Но это не главное. Основная причина в том, что записывающий кристалл с вашим боем против людов уже наделал шуму среди тех, кому положено знать, — хитро улыбнулась эльфийка. — Когда магистры поручили мне узнать про мастера Орена, они интересовались и вашей персоной. Вас уже начинают опасаться и опасаться сильно, так как никто не знает, что от вас ожидать. Не думаете, что лучше проводить знакомство с магистрами Университария, находясь на своей территории и на своих условиях? Да ещё и имея некоторую поддержку в совете?

— И пользуясь фактором неожиданности, — внезапно добавила Лони. — Я подозреваю, что они решили связаться с дедом через мастера Лион, потому как опасаются твоего присутствия в городе. Сам знаешь, ты тёмная лошадка. Возможно, они даже прибудут в город инкогнито, не привлекая внимания, чтобы купить сильд, а заодно разведать что-нибудь о тебе. И тут ты появляешься перед ними собственной персоной! Если они достаточно разумны, чтобы не хвататься сразу же за посохи, то будут вынуждены сесть за стол переговоров.

— Именно так, — кивнула чародейка. — Если провести эту встречу правильно, Башня Университария может стать вашим союзником. Что облегчит дальнейшее сотрудничество с ними и расширит доступные ресурсы. Что думаете, господин Нотан?

Я побарабанил пальцами по подлокотнику, размышляя о предложении Лион. Да, изначальный план именно таковым и был, однако эльфийка упомянула факторы, о которых я поначалу не догадался подумать. Ввиду чего мне пришлось по новому рассмотреть весь план. Но, как бы я его не крутил в голове, серьёзных поводов отказаться не находил.

— Хорошо, — я дал добро на план встречи, который и готовил изначально. — Я буду участвовать. Само собой, легенда не меняется. Сильд у Орена.

— Я поняла. Тогда немедленно сообщу в Университарий о качестве сильда, — эльфийка так резко поднялась с места, что её грудь весьма опасно заколыхалась. — Господин Нотан, мастер Лони, прошу прощения, что вторглась в ваше уединение. Доброй ночи.

Церемонно поклонившись и выслушав наши пожелания доброй дороги, магистр отправилась восвояси.

Дождавшись, когда её шаги растворятся в ночной тишине, гномка насмешливо фыркнула:

— Ты же это и планировал, Владычество? Встречу с магистрами. Зачем тогда ломал всю эту комедию?

— Она так намекала на необходимость моего присутствия, что мне захотелось понять, что у неё на уме, — а заодно посмотреть, действительно ли Лион стала полностью лояльной, но вслух говорить этого я не стал. — Спасибо, что подыграла, кстати.

— Брось, было бы странно, не сделай я этого, — улыбнулась гномка и устало потянулась. — Ну, наверное, мне тоже пора. Хорошо посидели, но завтра насыщенный день, надо отоспаться. О, кстати, — она неожиданно повернулась ко мне с лукавой улыбкой. — А что там такого случилось между тобой и этой эльфой? В жизни не видела, чтобы магистры были такими покладистыми. Неужели ты успел её…

— Аллегри мне в свидетели, это всё харизма, — честно сообщил я, не дав Лони закончить мысль.

Глава 18. Право Владыки

— Красота-то какая, лепота! — протянул я, глядя на новые городские ворота.

— Ляпо… что? — попытался осмыслить незнакомое слово один из гоблинов.

Похоже, «Полиглот» решил не переводить красивое старорусское слово и передал его как есть. Вот только для собравшихся вокруг гоблинов это оказалось чересчур.

— Ляпота, дубина, — ответил ему Тук. — Владыка красиво сляпать! Совсем не понимать?

— Сляпать и чтобы красиво… Владыка талант! — подметил ещё один обормот. — Я не уметь красиво ляпать.

— Никто не уметь красиво ляпать. Только Владыка!

Мысленно посмеявшись, я махнул на своих бандитов рукой.

Ворота и правда вышли на загляденье. От массивных каменных створок, которые я украсил барельефами зверских демонических рож, так и пёрло мощью и неприступностью. Здоровенные, толстенные и жутко прочные, так как для них я сжал породу до максимально доступного мне предела. Проще было сломать стены вокруг, чем это произведение магического искусства.

Кстати говоря, надо будет хотя бы по десятку метров стены вокруг также укрепить, а то может выйти грустная и одновременно забавная история о том, как ворота осаждённого города остались стоять на месте. В то время как стены вокруг них оказались полностью разрушены.

Посмотреть на то, как их любимый Владыка будет создавать новые несокрушимые врата своей магией, собралась целая толпа зевак. И в данную минуту они, как и гоблины поблизости, живо обсуждали появившуюся на их глазах диковинку.

Пробившись через толпу, ко мне подошёл короткобородый молодой гном, бригадир выделенных мне техников-подмастерьев.

— Прикажете испытать механизм под нагрузкой? — спросил он у меня.

— Да, начинайте, — кивнул я.

Гном отправился обратно к вратам и вскоре по площади прокатился тяжёлый, солидный рокот, от которой брусчатка под ногами мелко задрожала. Между огромными створками появилась узкая полоса света, становившая всё шире по мере того как половинки врат расходились в стороны. Неспешно, деловито, щеголяя своей внушительной толщиной. Всем своим видом намекая, что отныне в город попасть можно лишь с их дозволения.

Горожане встретили это зрелище восторженным гулом. И я вполне мог их понять. Ничто так не усиливает ощущение безопасности от жилища, как хорошо бронированная дверь. Время от времени до меня долетали обрывки радостных возгласов и пожеланий долгих лет Владыке.

— Эрмит, будь добр, активируй «Громогласность», — вполголоса шепнул я пингвину. — Чтобы на этой площади было слышно.

— Секунду-кве, — взмахнул страницей фолиант и я ощутил как он зачерпнул немного моей силы. — Готово-кве.

Речь я не готовил, решение сказать что-нибудь собравшимся пришло ко мне спонтанно. Так что мне понадобилось с полдесятка секунд, чтобы прикинуть, о чём говорить. Но тут важен был сам факт речи и её настроение, нежели какие-то детали содержания.

Звонкий удар по брусчатке подбитой пяткой посоха, усиленный заклинанием, разнёсся по площади перед вратами и мгновенно перекрыл рокот раскрывающихся створок.

— Друзья! — окутал следом площадь мой голос. — Недавно наш город был слаб и беззащитен, сомневался в своём будущем и испытывал множество проблем. Однако мы смогли найти работу для тех, у кого её отобрала война. Мы начали строить дома тем, кто остался без очага и крова. А сегодня мы сделали один из первых шагов, чтобы превратить наш город в неприступное и безопасное убежище! Да, впереди ещё много дел. Но сейчас вы видите пред собой первый результат не просто моих, но всеобщих трудов и надежд. Надежд на то, что даже если враг окажется под стенами Лаграша, то он обломает все зубы, а наши близкие в это время будут спокойно спать, ничего не опасаясь. И мы сможем это сделать! Нашим трудом и усилиями мы создадим безопасный и богатый Лаграш! Нашей верой и молитвами мы навлечём беды на наших врагов! Слава о Лаграше прогремит по всему Тельвару и каждый будет мечтать поселиться здесь! Мы добьёмся этого нашим трудом! Достигнем этого нашей верой! Если враги прозвали нас демонами, то мы создадим место, достойное называться оплотом демонов. От одного лишь упоминания которого вражеские полководцы будут бессильно опускать руки! Вера и труд, демоны Лаграша! Вера и труд!

— Вера и труд! — восторженно взревела толпа под последние звуки раскрывшихся створок.

На секунду приотпустив посох, я разорвал канал маны и заклинание прервалось.

— Вроде неплохо вышло, — тихо пробормотал я.

— Отличная речь, как и всегда, Владыка, — прослезился стоявший рядом Горт.

Испытания можно было с уверенностью считать успешными и с моих плеч свалился очередной, так сказать, камень. По грубым расчётам, до прибытия графа оставалось не больше двух дней. И то, что феодала встретят приличные стены и могучие ворота, несказанно меня радовало. В конце концов, это уже совсем не тот Лаграш, что знал граф. Если он здесь вообще бывал, конечно.

В целом, подготовку северной части стены и ворот можно было считать законченной. Конечно, полностью завершить работы со стеной и остальными воротами займёт немалое время, однако после установки каменных створок на западном въезде в Лаграш, самые проблемные направления окажутся защищены намного лучше, чем прежде. Юг и восток подобной срочности не требуют, но и затягивать их укрепление я не планировал. Просто буду совмещать с началом возведения цитадели, благо моя выносливость продолжала улучшаться с каждым днём. Знал бы раньше — хреначил бы молниями с утра и до ночи.

Последние дни вообще выдались довольно хлопотными. Помимо своего обычного списка дел, я добавил новое. Вопрос Лони о прозрачных стаканах крепко засел у меня в голове и, в итоге, я решил попробовать один способ улучшить своё понимание магии земли. Для этого я, при помощи Эсваля и городских каменщиков, набрал образцов различных каменных пород. И теперь каждый вечер, когда заканчивал свои кабинетные дела, брал в руки пару разных камней и окутывал их магией земли. Основной задачей, что я ставил перед собой во время данного процесса, это постараться «прочувствовать» магией разницу в структуре пород, запечатлеть в своей памяти и потом попытаться воссоздать. Пока что получалось плохо. Если точнее, то никак не получалось.

Магия легко позволяла прочувствовать камни как соответствующий элемент, но при попытке пойти дальше начинались сложности. Я словно проваливался в плотную глухую вату, обволакивавшую меня непроницаемым коконом, через который не проходили ни обычные, ни магические чувства. Несмотря на активную магию земли, я не ощущал ни камни в руках, ни стены особняка, ни что либо ещё, связанное с элементом земли. В довершение всего, нахождение в этом состоянии выжирало мою магическую энергию с ошеломительной скоростью. Понять что-либо в подобных условиях было попросту непосильной задачей. Все силы уходили на то, чтоб хотя бы просто удержаться в этом более глубоком слое восприятия. Вероятно, если бы не возросшая выносливость, я бы не смог даже этого.

Но сдаваться я пока не собирался. И дело было вовсе не в прозрачных стаканах, а в жизненной необходимости научиться создавать конкретные материалы. Одно дело сжимать и прессовать обычную почву, затрачивая на это массу сил и времени. И совсем другое — просто взять и создать гранитный блок. Если бы мне это было по силам, укрепление стены заняло бы раза в три меньше времени, чем сейчас. Да и строить цитадель таким способом станет куда проще, даже несмотря на то, что строительный материал будет создаваться исключительно магическим путём.

Лони после того вечера тоже по самые уши окунулась в работу. И, хотя я заглядывал к гномам пару раз, наибольшее, что мы сделали, это кратко обсудили дела. В кузнице вовсю неустанно грохотали молоты, плавился металл, поскрипывали шестерни хитроумных станков, визжали свёрла. В общем, творился типичный производственный ад. И дело было не только в рейлгане, но и в массе кузнечных заказов, обрушившихся на Лони.

Убедившись, что ворота открылись без каких-либо проблем, а ход механизма достаточно плавный как для такой махины, гномы принялись закрывать врата обратно. Пусть людов и погнали от Лаграша поганой метлой, недавняя попытка покушения ярко продемонстрировала то, что расслабляться не стоит. С той ночи городские ворота держались закрытыми и открывались только при явной необходимости. Хлопотно, зато надёжно.

Хотя подготовка к прибытию графа была завершена, а план действий, в теории, не уступал по надёжности швейцарским часам даже при наихудшем развитии событий, на душе всё равно назойливо пошкрябывали кошки. Совсем не из-за того, что у меня имелись некие конкретные поводы беспокоиться. Нет, вовсе нет. Подсознанию просто хотелось попаниковать перед серьёзным событием. Потому что ему так хотелось, блин.

И чем меньше становилась щель между смыкающимися створками, тем сильнее становилось это беспокойство. Лаэнвель заверял, что в своих отчётах выставлял меня в наилучшем свете, всячески нахваливая те блага, что я принёс городу. По идее, тревожиться было не от чего. Но не упустил ли я что-то важное? Не переоценил ли расклад сил? Выйдет ли склонить графа к сотрудничеству?

Толпа вокруг исходилась в радостном возбуждении после моей речи, а я просто стоял и смотрел, как закрывающиеся врата словно отрезали мне пути к какому либо отступлению, хотя в реальности всё было ровно наоборот.

— Вас что-то беспокоит, Владыка? — спросил Горт, заметив моё изменившееся настроение.

— Да не то что бы… — рассеянно ответил я. — Через день-другой прибудет граф и я задумался, не упустил ли чего?

— Не стоит беспокоиться, Владыка. Ваши планы всегда отличались невероятной надёжностью, — убедительным тоном произнёс Горт. — Не вижу причин, почему в этот раз может быть иначе. Сама Богиня ведёт вас к цели, так что отбросьте пустые тревоги и доверьтесь своим решениям. Полагаю, в вас просто говорит усталость, Владыка. Вы трудитесь без устали уже много дней. Быть может, стоит немного отдохнуть?

Уверенности Горта оставалось только позавидовать. И даже восхититься, так как старый шаман верил в мудрость Богини намного сильнее её собственного апостола.

Но в чём-то он, пожалуй, прав. Накручивать себя можно бесконечно, а нервные клетки, как известно, не восстанавливаются. В конце концов, у меня всегда есть План Б. А если не сработает даже он, то нужна ли Тельвару такая богиня?

А вот сейчас обидно было! >_<

…Немедленно прилетело на браслет.

Ехидно хмыкнув, я устало размял шею и, попрощавшись со всеми, отправился в сторону дома. К чёрту всё. Последую совету Горта. Сегодня я буду отдыхать. Откисну в горячей водичке, наемся от пуза, обниму истосковавшихся горничных, которые уже начали всерьёз считать, что чем-то провинились, раз я перестал уделять им внимание. И до завтрашнего утра позабуду о любых делах. В конце концов, имею ведь я право на выходной? Что я за Владыка тогда вообще, если не могу устроить себе выходной, когда захочу, а?

Глава 19. Славный город Лаграш

Моим мечтам об отдыхе до самого утра сбыться оказалось не суждено. Сильный и настойчивый стук дверного молотка раскатился по особняку гулким набатом, едва первые проблески рассвета озарили небосклон. Мирно посапывающие по бокам от меня горничные сонно встрепенулись и приподнялись с постели, но я, протянув руки, попытался прижать их обратно к себе.

Даже не открывая дверь, я хорошо представлял причину этого стука. Даже если это не вести о графе, то наверняка ещё какие-то проблемы. Не хочу. Не буду. Мой выходной ещё не закончился. Пусть стучатся в приёмные часы, тогда и выслушаю. А пока буду лежать и обнимать девчонок.

Увы, но Эсми с Латикой разгадали мой великий тунеядческий план и, ловко выскользнув из объятий, рассмеялись.

— Простите, господин Нотан, время работать, — улыбнулась Эсми, махнув хвостом.

— И, судя по стуку, вам тоже, — подмигнула Латика, собирая растрепавшиеся голубые волосы.

Мои опустевшие руки, так и не поймавшие упорхнувшую парочку нагих нимф, бессильно упали на одеяло. И всё, что мне оставалось, это бессильно наблюдать как горничные, споро собрав свою одежду, выскользнули за дверь спальни.

Несмотря на очевидную необходимость, вставать не хотелось. Мир вокруг был холоден и жесток, а Эсми с Латикой были мягкие и тёплые. Почему вселенная столь несправедлива, что зажмотила мне ещё несчастных два-три часа заслуженного спокойствия?

С великим сожалением и безграничным нежеланием я таки заставил себя откинуть одеяло в сторону и, перекатившись брёвнышком к краю кровати, опустить ноги на ковёр. Чтобы встать в полный рост, потребовался отдельный подвиг, но потом процесс пошёл куда легче.

Прошлёпав к тумбочке, на которой всегда стоял кувшин с водой и небольшой тазик, я ополоснул лицо и окончательно привёл себя в чувство. Грохот дверного молотка к тому моменту утих и теперь до моего слуха доносились приглушённые неразборчивые голоса. Мне оставалось только позавидовать способности служанок столь стремительно входить в рабочую колею.

Наскоро обтерев лицо полотенцем, я поспешно отправился на поиски штанов. Граф ли там, или иная напасть, а встречать такие вести в костюме Адама было не по статусу. К счастью, штаны нашлись быстро, и даже в этой самой комнате, что стало приятной неожиданностью.

Едва я успел запрыгнуть в штанины и скрыть срамные места, в дверь спальни деликатно постучались и раздался голос Эсми:

— Господин, я принесла свежую рубашку.

Ну и шустрые же они, блин.

— Входи, — дал я добро.

В облике появившейся на пороге эали не оказалось ни намёка на недавнее пробуждение. Свежее улыбающееся лицо, ясный взгляд, аккуратная причёска и рубашка с юбкой без единой лишней складочки. Аж зависть берёт!

У кошкодевушки ожидаемо обнаружилась моя сменная рубаха, аккуратно переброшенная через руку.

— Граф Вриду и его войско показались на горизонте, — сразу же доложила она причину прибытия утреннего визитёра и расправила рубашку, помогая мне одеться. — Гонец сообщил, что они будут у стен города часа через три. Может, два.

— И вот чего ему не спится? — мрачно пробурчал я, заныривая в рукава. — Мало того, что сам не отдыхает и солдат не бережёт, так ещё и приличных людей спозаранку тревожит.

Застёгивая пуговицы, я, между делом, проклинал всех жаворонков на свете и одного отдельно взятого графа в частности.

— Господин, вы отправитесь сразу или прикажете подать завтрак? — поинтересовалась Эсми.

Хотя мне стоило заглянуть кое-куда до того, как начнётся основная суета, времени, вроде, хватало. Негоже заниматься важными делами на пустой желудок.

— Завтрак, — кивнул я. — Но не сложный.

— Сию минуту, — слегка поклонилась эали и исчезла за дверью.

К тому моменту, когда я таки соизволил покинуть спальню, с первого этажа уже доносились аппетитные запахи, уютное шкворчание нагретой сковороды и быстрые постукивания ножа о разделочную доску. Похоже, меня ожидала старая добрая яичница и что-то вроде салата в нагрузку.

— Знаешь, асани, подслушивать вас первые часа эдак три было довольно забавно-кве, — раздался голос Эрмита, стоило мне спуститься в гостиную. — Но у всего должны быть границы-кве! Вы даже не подумали, что я мог спать-кве!

— Но ты ведь не умеешь спать в этой форме, — резонно возразил я, задумавшись, тем временем, о том, не слишком ли мы шумели вчера?

— Это неважно-кве! — замахал страницами талмуд. — Суть в том, что я не мог сосредоточиться на важных размышлениях-кве!

— Хмм… А может, ты просто завидуешь? — хмыкнул я.

— Вот ещё! — гордо фыркнул пингвин, но его интонация меня не убедила.

— Тогда что это были за размышления? — ехидно поинтересовался я.

— Эм… Ну… Так сразу и не пояснить-кве… — тут же замялся фолиант, зашелестве страницам.

— Значит, завидуешь, — кивнул я, утвердившись в своей догадке. — Ничего, друг мой, немного терпения и в твоём гнезде тоже будет праздник.

— Хотелось бы верить-кве, — печально вздохнул пингвин, а я отправился в сторону кухни.

В своих прогнозах я ошибся не слишком сильно. Меня действительно ожидала доведённая до идеального состояния глазунья о пяти желтках, готовых растечься от малейшего касания вилкой. Тонкие брусочки обжаренного мяса, мягкий воздушный хлеб, поверх которого лежала щедрая подушка из ломтиков свежих овощей. И, само собой, традиционная большая кружка чая.

Я немного скучал по земному кофе, но в здешних краях такого напитка не знали. Благо, местный чаёк бодрил не хуже.

Увы, сегодняшнее утро не располагало к неспешной трапезе, так что я умял завтрак так быстро, как только мог. После чего меня запаковали в камзол, плащ, и вручили ту самую маску, с которой я воевал против людов. Поначалу я засомневался, брать ли её, но крохотный бонус к удаче — всё ещё бонус. К тому же, горничные посоветовали придерживаться того образа, что попал на записывающие кристаллы.

Оказавшись на улице, я обнаружил, что гоблины-охранники уже ожидали меня и держали наготове ездового ящера.

— В мэрию, — отдал я короткую команду, залетая в седло.

Работники городской управы вовсю готовились к приёму высокого начальства. До блеска натирали полы и окна, поправляли ковровые дорожки. И, само собой, щеголяли свежей униформой. Но все эти мелочи меня интересовали мало. Единственное, что действительно волновало, так это готовность зала для совещаний, который Лаэнвель выделил под нашу с графом встречу. Так что, прибыв в мэрию, я сразу же направился туда.

К счастью, это помещение подготовили давным давно. Кроме массивного стола, резных стульев и ковров, в комнате появилось множество горшков и кадушек с цветами. Они были подобраны и расположены таким образом, что даже мысли не приходило о том, что расставляли их с определённым умыслом. А ведь, между тем, они являлись немаловажной частью Плана Б.

Убедившись, что ничего доделывать в срочном порядке не нужно, я покинул зал и отправился прямиком в кабинет мэра, в последний раз обсудить с ним будущее Лаграша.

Лаэнвель нашёлся не сразу. В кабинете он отсутствовал и обнаружился на первом этаже, в процессе добротного разгона подчинённым, которые что-то напортачили.

— Доброго утра, господин мэр, — поприветствовал я старого эльфа. — На пару слов.

— Одну секунду, Владыка Нотан, — кивнул он мне и пригрозил своим олухам. — Мы ещё не закончили!

После этого Лаэнвель отвёл меня в ближайший свободный кабинет, где не было лишних ушей.

— У меня к вам довольно серьёзный разговор, господин Лаэнвель, — сообщил я мэру без обиняков, едва он закрыл дверь. — Касаемо того, что произойдёт в ближайшие часы.

— Мы ведь это уже обсуждали, господин Нотан, — недоумённо напомнил эльф. — Или у вас появились новые мысли?

— Нет, тема всё та же. Однако я должен спросить ещё раз, Лаэнвель. Чтобы ни в чём не сомневаться, — пояснил я. — Если граф не воспылает ко мне дружелюбием, вы точно уверены, что хотите остаться на моей стороне?

— Абсолютно, — кивнул мэр без тени сомнений. — Без вас этот город мог бы уже не существовать. А сей старый эльф — не ходить на своих двоих.

— Тем не менее, граф Вриду — представитель законной власти, — напомнил я. — Моё нежелание гнуть перед ним спину понятно, я даже не подданный королевства. Но вас могут заклеймить предателем короны.

— Какое это имеет значение, если вы закладываете в Лаграше столицу нового государства? — спросил Лаэнвель с искренним недоумением.

Вот только вопрос ввёл меня в полный ступор. Какого ещё государства?! Почему я не в курсе, что что-то закладываю?!

— Я не сразу разгадал ваш замысел, Владыка, — продолжал, тем временем, эльф, — но постепенно смог его осознать. Укрепление обороны, строительство замка, приглашение в город гениального инженера и самого известного магистра-целителя. Планы по улучшению экономического состояния, условия для прироста населения. Никто не стал бы так сильно стараться, не имея далеко идущих планов на наш городишко. А самый масштабный план, что пришёл мне в голову — создание собственного государства. Конечно, не исключено, что я ошибаюсь, но…

Лаэнвель многозначительно замолчал, ожидая, когда я подтвержу или опровергну его теорию. А я…

А я разразился диким смехом. Какая столица? Какое государство? Я просто хотел, чтобы место моего проживания было как можно более безопасным! Неужели я немного увлёкся? Ну, вроде бы нет. Неужели увлёкся Лаэнвель? Пожалуй, что да. Его выводы звучали, вроде бы, логично, но казались мне прямо таки чересчур оптимистичными.

— Всего один вопрос, старина, — спросил я, отсмеявшись. — С чего вы решили, что я вообще заинтересован в государстве?

— Всё дело в вашей цели, Владыка Нотан. Тот, кто прожил достаточно долго, как я, хорошо понимает, что для её достижения требуется настоящее единство. Но в Альянсе, несмотря на все соглашения, его нет, — покачал головой мэр. — Так как мы не в силах оттеснить людов, каждый народ тянет одеяло на себя и старается протянуть подольше за счёт своих соседей. Вера — хороший инструмент, чтобы направлять сердца. Но чтобы направлять руки — нужна власть.

Следовало отдать старому мэру должное — говорил он здравые вещи. Вот только в моей ситуации власть не особо требовалась. Главное — восстановить веру в Аллегри, чтобы эта геймерша-неудачница могла заявиться сюда лично и раздать всем леща. А потому перспективы стать местным Македонским или Нобунагой меня не интересовали. Слишком хлопотная задача. Но на весь Тельвар об этом маленьком факте знали всего двое человек и одна книга. Горт, Лони и Эрмит.

— Значит, вы верите, что однажды станете мэром целой столицы? — ухмыльнулся я.

— Ну, не без этого… — немного смутился Лаэнвель. — Но не такая уж и плохая мечта, согласитесь?

Пусть я и прикладывал силы к тому, чтобы сохранять невозмутимость, лёгкий смех всё равно прорывался наружу, заставляя меня добродушно похихикивать. Что ж, амбиции Лаэнвеля мне были вполне понятны. А его ставка на Владыку ощутимо льстила, пускай даже мэр немного заблуждался в моих целях. Чтобы не разочаровывать пожилого эльфа, я хлопнул его по плечу и сказал:

— Хорошо, будем считать, что я получил ответ на свои вопросы. Тогда вернёмся к делам и будем надеяться, что граф просто решил заглянуть на чай и справиться о делах.

Мы вышли обратно в коридор и лишь после этого я вспомнил ещё об одном деле:

— Ах, да, господин Лаэнвель. Нужно послать кого-нибудь за Лони и Лион, чтобы они прибыли в мэрию. Я планирую, чтобы они тоже присутствовали на наших посиделках.

— Сделаем, — кивнул мэр и повернулся к парочке подчинённых, недополучивших свой нагоняй. — Значит так, вы, личинки рыхлов, у меня есть задание по вашим способностям!..

* * *

Уже второй раз за столь недолгий отрезок времени я наблюдал за тем, как к Лаграшу приближается армия. Впрочем, отличий от прошлого раза имелось множество. В этот раз я стоял не посреди дороги, а на городской стене, под прикрытием массивных мерлонов. К городу приближались не люды, а тельварцы. Ну и самое главное отличие — на этот раз никто не пытался меня убить, едва завидев.

Компанию моей персоне на стене составили Лаэнвель, Горт, парочка его гоблинов и Эрмит. Казначей Эртус остался внизу и руководил последними приготовлениями. Незадолго до открытия городских врат мы тоже должны будем спуститься вниз, но, пока имелась возможность, я хотел поглазеть на приближающиеся войска. Ну а все остальные, не считая Эрмита, увязались следом.

Армия графа Вриду приближалась быстро, вздымая пылевую завесу. В передних рядах трепетали алые стяги с тремя белыми птицами. Большая часть войска шла пешим маршем, но через пелену пыли я смог заметить и наездников на ящерах. Однако была ли это полноценная кавалерия, или же какие-то отдельные отряды, понять не удалось.

В принципе, картина была вполне ожидаемая, если бы не одно «но». Спешка. Даже люды, когда шли на приступ города, не торопились столь сильно. И эта спешка мне очень сильно не нравилась.

— Прукк, — подозвал я одного из гоблинов, — Сбегай-ка вниз и предупреди — ворота открывать только по моему приказу.

— Так точно, Владыка! — браво гаркнул оболтус и рванул к лестнице.

— Господин Нотан, вас что-то беспокоит? — тут же встревожился мэр.

— Меня беспокоит всё, старина, — мрачно буркнул я, вглядываясь в солдат. — На чай с печеньками так никогда не спешат. Граф прибыл с двухдневным опережением нормального графика и…

Я ненадолго замолчал, пытаясь сформулировать ещё одну вещь, что начала меня беспокоить.

— В общем, что-то не хочу я видеть солдафонов на улицах Лаграша, — закончил я мысль. — Они будут конфликтовать с моим чувством прекрасного. А ещё клумбы затопчут.

— Граф будет крайне недоволен тем, что его войску отказали в казармах и квартировании, — предупредил Лаэнвель.

Впрочем, без особой тревоги в голосе.

— Ну, это будут уже его проблемы, — хмыкнул я. — Однако же хочу заметить, что наши с графом взгляды уже начали расходиться… Господин Лаэнвель, прошу прощения, но приветственную речь буду говорить я.

Как так вышло, что встреча, не успев начаться, уже пошла по неприятному и муторному пути? Может быть я просто себя накрутил, но атмосфера, исходившая от прибывающих солдат, мне очень не нравилась. А я привык доверять своей интуиции. Граф может катиться к чертям собачьим и ворласковой мамаше, если его что-то не устраивает. Но солдат в город я не пущу. Особенно когда их в несколько раз больше, чем городской стражи.

В этот момент я окончательно осознал, что начал считать Лаграш своими владениями. В этом городе я жил, в этом городе я любил. Ради этого города я пролил кровь тысяч фиарнийцев. Я, а не граф Вриду.

Да, наверное, звучит чересчур эгоистично и самодовольно. И весьма нетипично для моего характера. Граф защищает целый регион, а я всего один городок на отшибе. Будь я подданным королевства, такой ход мыслей вполне мог тянуть на мятеж. Вот только я, по факту своего существования, никому здесь не подчинялся. Ни графьям, ни маркизам, ни королям.

Единственная, кому мне должно подчиняться по статусу — это Богиня Тельвара!

— Добро пожаловать в славный город Лаграш, путники! — поприветствовал я подошедшую к вратам армию через «Громогласность». — Позвольте узнать, с какой целью вы прибыли сюда?

Глава 20. Недоразумение. Часть 1

— Именем графа Вриду, открыть ворота!

Несмотря на моё тёплое и гостеприимное приветствие, гоблин-глашатай, выехавший на передний край войска, проорал именно это грубое и банальное требование. Чем сильно меня расстроил. Разве так следует проситься в гости к апостолу Богини?

Так что в ответ я насмешливо фыркнул:

— А где волшебное слово?

— Тебя казнят до заката, наглец! — сделал попытку глашатай.

— Неправильный ответ, — вздохнул я, разочарованно покачав головой. — Нужно было сказать: «Сезам, откройся!», «Алохомора!», ну или, в крайнем случае, просто «Пожалуйста».

Бедный гоблин замер с открытым ртом и не нашёлся что ответить. Лишь спустя секунд десять он смог родить более убедительную, на его взгляд, волшебную фразу:

— Тебя казнят до обеда! Немедленно открыть ворота перед графом!

— Перед графом может и открою, — я не стал мучать бедолагу ещё больше. — Но что на счёт всех этих уважаемых мужей, что прибыли с ним?

— А что с ними? — тупо переспросил гоблин. — Войску требуется отдых! Место для ночлега и горячая еда! А ты умрёшь уже утром!

Я едва держался от желания рассмеяться. Даже интересно стало, угрозы казни для таких упрямцев как я входят в курс подготовки этих глашатаев? Или гоблин просто импровизирует? На удивление гладкая речь, кстати говоря. Видать, образованный.

— Раз им нужен отдых и ночлег, почему они до сих пор не ставят палатки? — полюбопытствовал я. — А горячая еда для приготовления требует костров, но их я тоже не вижу. Может, у вас закончились дрова? Мы готовы продать.

Меня понесло. Понесло чисто и незамутнённо. И я вполне отдавал себе в этом отчёт. Все эти дни и недели я надеялся на мирное знакомство, но теперь сам же нарывался на конфликт. Хотя ещё миг назад планировал совсем иное. И самое забавное, что мне это нравилось. Внутри бурлила какое-то весёлое и задорное желание кому-нибудь насолить. Например, вот этим незваным гостям. Хотя бы за то, что ни свет, ни заря выдернули из тёплой постели и женских объятий.

Глашатая к подобной дерзости, видимо, не готовили. Он таращился на меня с ящера, глупо хлопая глазами и пытаясь придумать достойный ответ. Что, уверен, было довольно затруднительно, так как он уже повысил ставки до казни этим утром. Посулит смерть на месте? Это станет большой неосмотрительностью с его стороны, так как неисполнение угрозы ляжет пятном не на него, а на репутацию графа.

Из неловкого положения бедолагу спас другой гоблин. С горделивой осанкой, в красно-белой мантии и с пышной тёмной шевелюрой. Он проехал на ящере через расступившиеся ряды солдат и, подъехав к глашатаю, жестом отослал его прочь.

Стало быть, это граф собственной персоной. И второй гоблин на моей памяти, который щеголял шевелюрой вместо лысины. Первым был гоблинский король на картине. У гоблинов что, носить шевелюру дозволено только дворянам? Оболтусов Горта за бритьём макушки я ни разу не заставал, да и вообще за бритьём. Значит, специально отращивают? Интересно, а как? Специальные мази? Заклинание роста волос? Пересадка орочьей шевелюры? Или… просто парик?

Пока я раздумывал о всякой чуши, граф внимательно разглядывал меня и ожидал спешащую к нему со всех ног магичку-эльфиечку, с которой постоянно слетала шляпа. Учитывая, что большую часть войска составляли именно гоблины, её присутствие тут выглядело если не неуместно, то точно забавно. Когда она, наконец, поравнялась с графом, тот коротко бросил ей несколько слов и эльфа, вытащив из-за пояса длинный жезл, схватила его обеими руками и забормотала себе под нос.

— Так значит, вы и есть тот самый Владыка демонов Нотан? — по округе раскатился усиленный магией голос графа. — В докладах вы казались… серьёзнее.

В последнем слове звучала откровенная насмешка, на что я откровенно ухмыльнулся.

— Боюсь, вы не обрадуетесь, если я стану серьёзным, граф Вриду, — сообщил я. — Фиарнийцы могут вам подтвердить. Я всего-то спросил, с какой целью прибыли сюда вы и ваше войско, а ваш холуй принялся угрожать мне, — чётко выделил я слово, — смертью. Смешно, правда? Вот я и решил поддержать его шутку. У вас весьма остроумные подчинённые, граф. Итак, я повторю вопрос ещё раз: зачем вы здесь?

— Во-первых. я бы хотел выразить вам благодарность за спасение Лаграша и других городов, что попали бы под удар, — заявил граф. — Во-вторых… я хочу понять, опасны ли вы. Честно говоря, поначалу я подумывал ворваться в город и всех арестовать, а уже потом разбираться в том, что тут творится, — неожиданно честно признался он.

Это меня малость поразило. На подобную откровенность я в своих планах даже не рассчитывал. Судя по поражённому оху Лаэнвеля за спиной — он тоже. Хотя, наверное, эльфа поразила сама идея тут всех арестовать, несмотря на все его отчёты.

— Я человек простой, граф. Отвечаю злом на зло и добром на добро. Вы даже не представляете, насколько просто вести со мной дела, если помнить про это правило, — хмыкнул я. — Предлагаю обсудить сие за хорошим обедом. Но вашим бойцам придётся остаться снаружи.

— Боитесь? — оскалился граф.

— Ага, боюсь, — кивнул я. — Они же клумбы затопчут, к девкам приставать начнут. Зачем мне бардак в моём городе? Вы уйдёте, а мне потом порядок наводить.

— Это не ваш город, не забывайтесь, — резко нахмурился феодал.

— Я вижу, вы пока не осознаетё некоторых очевидных вещей, — снисходительно улыбнулся я. — Но это поправимо. Думаю, все вопросы решатся за обеденным столом. Вам откроют ворота, граф! Но только вам.

— Не держите меня за идиота! Откуда мне знать, что это не ловушка?

— Мой драгоценный. Любезный. Граф, — отчеканил я каждое слово. — Неужели вы думаете, что мне нужно опускаться до такой смехотворной вещи как ловушка? Вы ведь видели запись боя? Скажите честно, как долго вы продержитесь, если я вздумаю напасть на ваше войско?

По рядам солдат прокатилась волна растерянного шёпота. А эльфиечка, державшая для графа заклинание «Громогласности», испуганно взвизгнув на всю округу, спряталась за ящером гоблина.

Не дожидаясь, пока Вриду даст какой-либо ответ, я продолжил:

— Поймите одну важную вещь, граф. Я здесь лишь для того, чтобы нести светлое имя Богини Аллегри и показать людам их истинное место на этой планете. Не знаю, что там успели придумать король и дворяне в мой адрес, но ничто иное меня интересует. Если вы хотите беспочвенно видеть во мне врага — пожалуйста, мне плевать. Но относиться к вам я буду соответствующе. А теперь хватит нести чушь и давайте поговорим рационально, чем мы можем быть друг другу полезны. Если вам так нужна свита, возьмите с собой десяток бойцов, — я ненадолго задумался и ткнул пальцем в подрагивающую эльфийку, опасливо выглядывающую из-за ящера. — И её прихватите.

— З-зачем?! — не удержавшись, пискнула она.

— Зажарю и съем, — ухмыльнулся я, наслаждаясь тем, как эльфа взвизгнула ещё громче и почти бросилась наутёк.

Интересно, что заставило её остаться на месте? Преданность графу?

Строго говоря, у меня не было никаких причин как-то её выделять и приглашать в город. Лишь внезапно заскрёбшееся предчувствие почему-то советовало обратить на неё внимание. А я привык своей интуиции доверять. Как тут вообще не доверять, если несколько минут назад она уберегла меня от попытки графа захватить город?

У графа, помнится, имелась жена-эльфийка. Могла ли это быть она? Нет, маловероятно. Как мне говорили, он женой был одержим и точно не стал бы таскать вместе с собой в потенциально опасное место. Ну и точно вёл бы себя с этой дрожащей как травинка на ветру трусишкой совсем иначе. Нет, тут было что-то иное… Жаль, что интуиция — дама неразговорчивая и общается лишь намёками.

Кроме того, мысль о том, что придётся лицезреть перед собой несколько часов сплошь краснокожие гоблинские рожи, которые ещё и не питают ко мне симпатий, вгоняла меня в тоску. А так пусть будет хоть что-то красивое разбавляет их ряды, хотя бы поначалу.

Да, надо сказать, наше знакомство с Вриду прошло немного крутовато. Это было хорошо заметно по прищуренному взгляду графа и рассерженно раздувающимся ноздрям. Но если уж начинать выстраивать себе репутацию, то не стоит прибегать к полумерам и вежливым экивокам с ножом за спиной. Лучше один раз чётко и ясно обозначить свою позицию, не допуская иных толкований.

Кроме того, я слишком ленив для интриг. И не слишком хитёр.

— Приоткрыть врата для входа по одному! Впустить графа и его свиту в город. После — закрыть! — скомандовал я привратникам, на роль которых мы назначили сегодня Гортовых обалдуев, и, оборвав канал силы для заклинания, принялся наблюдать за тем, как засуетились прибывшие.

К Вриду и эльфийке тотчас бросилось несколько десятков сподвижников разной степени важности. Видимо, убеждали, что именно они достойны сопровождать графа в столь опасном месте.

— Владыка, господин Лаэнвель, отправляйтесь вниз, — неожиданно сказал Горт и кивнул головой на второго оставшегося наверху гоблина. — Мы проследим, чтобы граф не совершил глупость. В крайнем случае, я запечатаю врата льдом, пока их будут закрывать. А вам нужно готовиться к встрече, нет смысла торчать наверху.

Что ж, предложение шамана звучало вполне разумно. Я сказал всё, что хотел, теперь решение только за Вриду. В любом случае, ему понадобится некоторое время на то, чтобы собрать себе свиту из надёжных сподвижников. И стоять тут всё это время было бы не особо интересным занятием. Так что я кивнул и, перехватив посох поудобнее, шагнул на лестницу.

Скользнув взглядом вниз по пролёту, я неожиданно обнаружил там знакомую гриву рыжих волос. Знакомую и, в то же время, отличавшуюся от привычного образа. Носительница гривы, скучающе ходившая внизу, подняла голову наверх и, увидев нас, приветственно помахала рукой. А я постепенно приходил в приятное изумление, разглядывая представшую мне в новом свете гномку.

— Нравится? — насмешливо спросила она, когда я спустился с лестницы и остановился перед ней.

— Не то слово, — честно признался я.

Обычные для Лони тяжёлые ботинки, штаны и рубаха исчезли без следа. Им на смену пришло бархатно-чёрное платье с алыми вставками. Чуть более откровенное, чем было принято у местных модниц. С обнажёнными плечами, поддерживаемое всего парой перекрещенных бретелек, и интригующе выглядывающей из под края платья грудью. Облегающе сверху, от талии, перехваченной красным поясом, платье переходило в вмеру пышную юбку и заканчивалось почти у пят. Пышные волосы Лони, обычно собранные в хвост, сегодня вольно ниспадали по её спине и плечам.

— Даже и не знаю, что сказать, — я чувствовал, что должен родить какой-то комплимент, но мозг решил уйти в предательскую пробуксовку.

— Да и не надо, — рассмеялась рыжая. — Выражение твоего лица уже рассказало мне всё, что надо. Теперь я выгляжу достаточно женственно, верно?

— Даже не сомневайся, — кивнул я и заметил краем глаза, как Лаэнвель потихоньку удаляется в сторону, дабы не мешать нашей беседе. Эрмит тоже тактично помалкивал. — Затмишь любую эльфийку.

— Ой, вот только палку не перегибай, — фыркнула гномка и сменила тему. — Ну что там? Граф въедет в город?

— Думаю да, — кивнул я. — Хотя бы из аристократической гордости и права землевладения. Иначе его репутация сильно пошатнётся. Кстати говоря, разве посыльный не должен был отправить тебя в мэрию?

— Я была у портного, тут неподалёку, — ухмыльнулась гномка. — Забирала платье. И когда твой гонец меня нашёл, ты уже начал вести с графом светскую беседу. Я решила, что нет смысла идти в мэрию одной, если можно отправиться туда в компании, — подмигнула она. — Кроме того, вдруг тут завязалась бы драка, а я всё пропущу?

— Драка, а ты в платье и без шестопёра? — с сомнением спросил я.

— Ой, словно так сложно найти в округе ухватистую дубину или железку, — пренебрежительно фыркнула она.

— Понятно, — улыбнулся я. — О, слушай, раз такое дело…

Аккуратно двигая руками, чтобы не привлекать излишнего внимания со стороны к странным жестам, я извлёк из Хранилища маленькую коробочку-шкатулку.

— Знаю, момент вообще не подходящий, но так как ты будешь присутствовать на встрече, мне кажется, оно должно быть у тебя, — сказал я, протягивая гномке коробочку.

Удивлённо распахнув глаза, Лони взяла коробочку и, открыв её, долго и внимательно смотрела на содержимое.

— Ты уверен, Нотан? — серьёзно спросила она, переведя взгляд на меня. — Это ведь…

— Кольцо, — кивнул я. — Считай это знаком того, что я готов серьёзно относиться к твоим намерениям. Кроме того, так никто не станет шептать за спинами всякие глупости, — хмыкнул я.

— …Я поняла. Спасибо, — тепло улыбнулась она и вытащила кольцо из коробочки. — Надо же, умудрился достать в этих краях чёрный мифрил. Ты действительно серьёзен.

С этими словами она надела кольцо на безымянный палец левой руки. Как ни странно, но в этом аспекте тельварская традиция ничем не отличалась от земной, в чём я уже давно успел убедиться за время жизни тут.

Лишь когда кольцо оказалось на пальце, до меня, наконец, дошёл смысл цветов, выбранных для платья. Ай да горничные, всё грамотно сделали, подсказав гномке цвета в тон колечку. Видать, подозревали, что вручать его я буду, когда гномка предстанет в своём новом наряде.

— Граф приближается! — раздалось в стороне и мы, не сговариваясь, глянули в сторону ворот.

— Пойдём, — сказал я и протянул гномке руку. — Время заняться делами.

Для встречи графа Лаэнвель собрал небольшую приветственную процессию. Почётный караул из стражи в начищенных доспехах, яркие вымпелы феода с графским гербом. Красный ковёр от ворот до середины площади, в конце которого графа и его свиту встречали, сидя на ящерах, мэр, ряд высокопоставленных городских чиновников, включая Личенберга, и мы с Лони.

По сторонам от стражи толпились горожане, собравшиеся поглазеть на происходящее. Всё ж, не каждый день в город графья приезжают.

Вриду и его свита проехали под аркой неспешно, с достоинством, всем видом показывая, кто тут настоящие хозяева города. Даже пугливая эльфийка старалась держаться достойно, но всё портила постоянно съезжавшая с головы шляпа. Когда процессия вступила на ковровую дорожку, стража бодро проревела замысловатое приветствие в честь графа, положенное по распорядку.

Треть пути они проделали гордо и с помпой, но потом что-то изменилось. Ящеры замедлились, шли неохотно и постоянно фыркали. Наездники тоже начали встревоженно и растерянно крутить головами, переглядываясь друг с другом. И чем ближе они подъезжали, тем встревоженней выглядели. Граф и вовсе явственно сжал в руках поводья и прищурился, зыркая во все стороны, словно ища угрозу.

Не сразу, далеко не сразу до меня дошло, что граф со свитой попали под воздействие эпицентра ауры Мастерских дайсов. Горожане уже давным давно привыкли к этому чувству и не обращали на него внимания… Но Вриду и его люди столкнулись с этим впервые.

Может, надо было спрятать дайсы в инвентарь? Да не, пусть терпят. Если так подумать, Лион особо даже не поморщилась, когда ощутила на себе их давление при нашем знакомстве. Хотя, эта дамочка — отдельный разговор.

В конце концов, кажется, до графа дошло, что источником тревоги и страха, что нарастал в его душе, являюсь именно я, и он зафиксировал взгляд на моей фигуре. По взгляду я понял, что если раньше он мог отнестить ко мне с неким пренебрежением и превосходством, то теперь всё это осталось в прошлом. Похоже, что Вриду отбросил все предубеждения и оценивал меня максимально серьёзно.

Но вот эльфийка… оказалась не столь крепка духом. Когда до нас оставалось метров десять, она уже ощутимо дрожала в седле, а ящер, видимо, чувствуя панику наездницы, шёл вперёд всё неохотней, продолжая двигаться лишь из чувства стайности. Но метров за пять эльфийка вздрогнула, ойкнула и, уронив шляпу с головы, полетела вслед за ней, потеряв сознание и вывалившись из седла.

Процессия остановилась, площадь погрузилась в озадаченное молчание.

А я смотрел на это ушастое недоразумение и думал о том, что пригласить её в город, пожалуй, было не самой лучшей идеей.

Глава 21. Недоразумение. Часть 2

— И… что теперь с ней делать? — неуверенно пробормотал кто-то за моей спиной.

Да, кстати, отличный вопрос. Можно было просто оставить её отдыхать прямо тут, на коврике. Но это как-то… негостеприимно, что ли? Даже если ковёр мягкий и тёплый, а сверху пригревает солнышко.

К счастью, от решения этой проблема меня спасла сама эльфийка. Придя в сознание, она охнула и, нащупав шишку под пшеничного цвета волосами, попыталась сесть. Всё это время я краем глаза наблюдал за реакцией Вриду, однако он лишь бросил на эльфу довольно раздражённый взгляд. Нет, тёплых и нежных чувств он к ней точно не питает, значит это не жена. Тогда кто?

Большую часть графьего войска составляли гоблины. Там имелось некоторое количество орков, эльфов и, кажется, я заметил даже парочку гномов, но именно эта особа смотрелась в его рядах… чужеродно. Для военного мага она даже не казалась — была слишком несобранной, пугливой и неуклюжей. Словно… котёнок, подобранный у дороги.

После того, как в моей голове появился этот образ, отделаться от него я уже не смог. А наблюдать за эльфийкой стало ещё забавнее.

— Быстрее, — тихо прошипел граф, наблюдая за тем, как эльфа пытается взобраться обратно в седло. — Хватит меня позорить.

— Простите, Ваше Сиятельство!.. — тихо пискнула она.

Любопытно, но после падения она стала выглядеть немного уверенней. Словно обморок немного смягчил давление ауры от Мастерских дайсов. Эльфиечка — а разглядев её вблизи я уже не сомневался, что она очень юна даже по меркам остальных народов — больше не тряслась и не смотрела на меня выпученными глазами. Испуг и настороженность по прежнему чувствовались, но теперь у неё получалось как-то лучше держать их в узде.

После этого случая более никаких происшествий не случилось. Собравшись в единую процессию, мы отправились в сторону мэрии. Мы с Лони поехали в голове колонны, дабы наглядно продемонстрировать Вриду истинный табель о рангах внутри городских стен и то, как ко мне относятся жители. Граф по дороге внимательно оглядывал город и, время от времени, задавал вопросы о его развитии и благоустроенности. На них с готовностью отвечал Лаэнвель. Отвечал вежливо, согласно этикету, однако по практически незаметно проскакивающим интонациям в его тоне, я понял, что за начальника старый мэр уже графа не считает.

По крайней мере, далеко не в том смысле, в каком относился к нему ранее. Всё ещё сохранялось прежнее уважение, но вот свои «фишки» мэр поместил на зеро. В общем-то, ничего удивительного я в этом не видел. Старый эльф наверняка пережил уже не одно поколение местных графов и королей. И наверняка научился относиться к смене начальства весьма философски.

Помимо эльфийки, в свите графа находился виконт феода, барон, пара командиров его войска и четверо солдат, двое из которых были здоровенными орками. И, опять же, помимо эльфийки, никто из них даже близко не был знаком с магией. Причина подобного выбора меня немного смущала. На магистра, способного в одиночку отделать целую кучу противников, эльфа ну никак не тянула. В то, что она единственный маг на всё войско, я тоже не верил.

Неужели Вриду пришёл к выводу, что воевать со мной магией бесполезно? Ну, если он видел запись того, как люды безрезультатно закидывали меня снарядами манастрелов и Ходунов, то вполне мог дойти до подобного умозаключения. Фиарнийские ассасины стреляли в меня от большого отчаянья и после пережитого ужаса ничего уже не соображали. Вриду же ничто не мешало обдумать ситуацию спокойно, сложив два и два.

Кстати говоря, а ведь от нашего командира стражи всё ещё не было новостей о незадавшихся киллерах. Неужели решили стоически молчать? Так я ведь могу и вежливо попросить Лион воплотить для них те угрозы. Теперь она точно не откажет мне в небольшой просьбе. Надо бы поговорить с Аксиланом. Прямо сейчас командир ехал в нескольких шагах от меня, ненавязчиво прикрывая спину, да только момент для обсуждения столь деликатного дела был не лучший.

Так как граф совмещал поездку по городу с деловыми вопросами, до мэрии мы добрались только спустя минут двадцать. В городской управе все уже были наготове. Вриду встретили с полагающимися почестями, помогли покинуть седло и провели в здание. Но только после того, как проделали всё это со мной и Лони.

Судя по лицу, граф этим остался крайне недоволен, равно как и его свита, однако вслух никто не возмутился. Не то из-за негласного приказа графа, не то стесняясь моей ауры. Ну, что тут сказать — привыкайте, господин Вриду. Было бы странно позволять вам хозяйничать тут, учитывая мой статус и репутацию.

Мда. Даже удивительно, насколько сильно я в последнее время обнаглел.

Его и без того плохо скрываемое недовольство стало почти физически ощутимым, когда мы вошли в холл и там нас встретила ожидавшая магистр Лион.

— Добрый день, Владыка Нотан, Лионеллиан Релонас явилась по вашему зову, — тёмная эльфийка обольстительно улыбнулась и отвесила лёгкий церемониальный поклон.

Мастер Лион ещё не успела привыкнуть к новому приветствию, которому я научил лаграшцев.

— Ваше Сиятельство граф Вриду, рада видеть вас в здравии, — уже не столь тепло поздоровалась чародейка, одарив графа чем-то средним между её поклоном и обычным кивком.

Однако Вриду настолько удивился тому, что встретил здесь магистра Лион, что даже не обратил на это вопиющее издевательство над привычным ему этикетом никакого внимания.

— Магистр Лионеллиан? — не скрывая удивления переспросил он. — Что вы здесь делаете? Какое-то поручение Башни?

— Ох, что вы, Башня тут не при чём, Ваше Сиятельство, — улыбнулась она. — Просто Владыка Нотан сделал мне предложение, от которого я не могла отказаться. И отныне я полностью принадлежу ему.

— …Простите? Я не ослышался? — неуверенно пробормотал Вриду.

Мне хотелось задать точно-такой же вопрос! Какого чёрта несёт Лион?

Магистр ничего не ответила графу и лишь загадочно улыбнулась. А вот Лони таки легонько пихнула меня в бок и весело шепнула:

— Так ты что, всё таки её того?

— Потом расскажу, — отмахнулся я, пытаясь сохранить невозмутимый вид, благо маска, скрывая часть лица, облегчала это дело.

Вот только наши перешёптывания не укрылись от слуха Вриду и ему, кажется, окончательно поплохело.

…Простите, граф. Мои соболезнования.

После этого работники мэрии провели ряд формальных церемоний, положенных при приёме важных и уважаемых гостей. Как бы там ни было, я не планировал растаптывать гордость Вриду. Ну, по крайней мере, не окончательно. Всё, что случилось до этого, было чистой случайностью. Честно.

Когда с церемониями было покончено, служащие отвели нас на второй этаж

— Владыка, Ваше Сиятельство, пожалуйте сюда, — с этими словами, они приглашающе распахнули двери зала, отведённого для переговоров.

Помещение встретило нас красиво сервированным столом, полным холодных закусок. На счёт обеда я ни капли не шутил. На полный желудок беседовать всегда интереснее, так что небольшой перекус был изначально заложен в план встречи.

Слегка усмехнувшись, я повернулся к Вриду:

— Если хотите, ваши люди могут проверить помещение.

— Нет смысла, это и правда слишком сложно для ловушки, — нервно отмахнулся граф.

В некотором роде я с графом не был согласен. Однако, даже если бы он согласился, его люди всё равно ничего бы не обнаружили. В комнате отсутствовали даже потайные двери, что уж говорить о чём-то более сложном.

— Как пожелаете, — кивнул я. — Побеседовать хотелось бы без лишних ушей. С моей стороны будут присутствовать лишь моя невеста, Лони Меднобород из клана Медного горна, и магистр Лионеллиан, — я впервые произнёс её полное имя, не споткнувшись на том этапе, когда его надо было вспомнить. — Решайте, кто достоин доверия с вашей стороны.

— Виконт Гроку и барон Кульд, — не раздумывая сообщил Вриду. — Двое, как и с вашей стороны.

Виконт мне не нравился. Прямо таки категорически. В отличие от молчаливого и спокойного барона, который всю дорогу был словно сплошь погружен в свои мысли, виконт постоянно шнырял взглядом, косился на меня и моих людей, а также регулярно что-то нашёптывал графу. Всё это производило на меня прямо таки пренеприятнейшее впечатление.

Но раз уж он был доверенным лицом Вриду, а титул виконта, как я помнил, давался непосредственному заместителю графа, то у меня не было причин для отказа.

— Тогда прошу к столу.

— Подождите, Ваше Сиятельство! — неожиданно пискнула эльфийка. — Прошу… Возьмите и меня тоже!

— Тебе нечего там делать, — отказал граф, едва глянув в её сторону.

— Ваше Сиятельство, пожалуйста, измените решение! — упорствовала она.

Граф неохотно повернулся в её сторону и спросил:

— Причина?

— Я… — стушевалась под его взглядом эльфа. — Я единственный маг в вашей свите! И не могу отпустить вас туда без надлежащего прикрытия. Я… Я не доверяю господину Нотану, — неожиданно заявила она и взглянула на меня своими голубыми глазищами, плотно сжав губы, которые предательски слегка подрагивали. — И оберегать вас — моя работа, Ваше Сиятельство. Я обещала госпоже!

Я мысленно присвистнул. Девчонка может и была пугливой, но, как оказалось, имела стержень. И теперь я, кажется, хотя бы примерно начал понимать, что она делает при графе.

— Это исклю… — начал было Вриду, но был перебит мною.

— Я не против, — усмехнулся я. — Вам стоит ценить подобную самоотверженность, граф.

Мрачно пожевав губами, Вриду долго молчал, глядя на замершую эльфийку.

— Ну хорошо, — согласился он, наконец, — пойдёшь с нами, Астиль. Но не заставляй меня жалеть об этом.

— Спасибо, Ваше Сиятельство!

Услышав решение графа, девчонка прямо таки воспряла и поспешно закивала головой, едва не уронив шляпу в очередной раз. И почему Вриду так с ней строг? Да, она явно растяпа, но растяпа искренняя и преданная.

— Полагаю, вы захотите добавить кого-то со своей стороны? — обратился ко мне граф.

— Желаете присоединиться, господин Лаэнвель? — спросил я мэра.

— Спасибо за предложение, Владыка, но разговоры за этими дверьми будут не по моему уму, — скромно улыбнулся эльф.

— Как знаете, — пожал я плечами и зашёл в зал.

Позволив гостям самим выбрать места себе по душе, я сел напротив графа. Лони расположилась по левую руку от меня, а Лионеллиан справа. А неплохо, наверное, выглядит со стороны.

— Не стоит вести серьёзные беседы на пустой желудок. Прошу вас, угощайтесь, — предложил я гостям и подал пример, наложив себе немного салата и дополнив его бокалом вина. — Уж простите, но обойдёмся без слуг.

Моя порция была чисто символической, ибо мои горничные не знали слов «лёгкий перекус» и всегда кормили на убой. Я даже начал опасаться, что такими темпами начну набирать вес. Впрочем, до тех пор, пока мне на голову так и будут валиться нервные потрясения, ожирение мне грозить не должно.

Не знаю, голодны ли были мои спутницы, но они последовали примеру и ограничились скромными порциями.

На другой стороне стола процесс выглядел не столь неформально.

— Астиль, — коротко бросил виконт, даже не думая последовать нашему примеру. — Обслужи графа и нас, раз уж ты тут.

— Сию минуту! — вскочила эльфиечка и бросилась подавать еду и вино своим господам.

Что характерно, делала она это из тех же мисок и графинов, что и мы. Да ещё и нашёптывала что-то под нос в процессе. Неужели она и правда считала, что столько усилий было приложено ради банального отравления?

Когда она закончила, граф приподнял бокал с вином и взглянул на меня:

— Итак, в первую очередь я бы хотел поблагодарить вас, господин Нотан, за отвагу и доблесть. Ваши действия уберегли регион от пламени войны и, каковы бы ни были ваши истинные мотивы, я искренне рад тому, что вы сохранили мир и покой на этих землях.

— Благодарю вас, граф, — улыбнулся я и отсалютовал ему бокалом.

Судя по кислой мине на лице виконта, благодарности Вриду он не разделял, а меня, похоже, сильно недолюбливал. Интересно бы знать, из-за чего у него сложилось такое отношение.

На несколько минут за столом воцарилась тишина, пока все наслаждались едой. Лишь Астиль скромно взяла себе с блюда несколько ягод, которыми и ограничилась, после чего тихо покинула стол и расположилась на стульчике у стены, стараясь не отсвечивать.

Когда с трапезой было покончено, граф отложил столовые приборы и внимательно оглядел нашу троицу.

— Признаюсь честно, я всё меньше понимаю, что тут происходит, — с некоторой мрачностью сказал он, постукивая пальцем по столешнице. — Вы взялись из ниоткуда, но горожане смотрят на вас с обожанием, город неожиданно стал укреплён едва ли хуже околостоличных крепостей. Мой мэр, которого я лично назначил сюда, смотрит вам в рот словно дрессированный. Магистр Университария стелется как кошка. Что до особы с кольцом слева от вас… — Вриду немного нахмурился. — Правильно ли я понимаю, что она приходится родственницей Орену Меднобороду?

— Я его родная внучка, Ваше Сиятельство, — улыбнулась гномка, слегка склонив голову в элегантном полупоклоне.

И откуда вдруг такие манеры взялись?

— Даже так? — хмыкнул граф. — А знает ли он, за кого вы собрались замуж?

— Само собой, Ваше Сиятельство, — ещё шире улыбнулась рыжая. — Он лично предложил этот брачный союз. Вы можете услышать это от него лично, прямо сейчас он живёт здесь, в Лаграше, воплощая одно изобретение по проекту моего жениха.

— Изобретение? — оживился Вриду.

— Новое магомеханическое оружие для атаки с большой дистанции, — кратко пояснила Лони. — Мы с дедушкой обязательно покажем его вам, когда будет возможно провести наглядную демонстрацию.

— Хмм… Расскажете мне подробности позже, — кивнул граф, удовлетворившись ответом, и повернулся к Лион. — Магистр Лионеллиан, не расскажете подробнее что связало вас с господином Нотаном?

— Боюсь, это слишком личное, чтобы посвящать в это посторонних, — отказалась чародейка с дежурной улыбкой.

В своих мыслях я тяжело вздохнул. Казалось бы, она сказала всё как есть, но почему это звучит настолько двусмысленно? Лион явно пыталась выставить наши отношения в несколько ином свете, чем они были… Вот только зачем ей это?

В этот момент я поблагодарил служанок за то, что они надоумили меня прихватить с собой маску. Не будь её, далеко не факт, что мне удалось бы сегодня успешно сохранять внешнюю невозмутимость.

— Любопытно… — хмыкнул граф и без стеснения уставился на меня. — Знаете, господин Нотан, пока я не увидел запись боя при Лаграше, то действительно думал, что вы чудаковатый добросердечный маг, который пару раз помог городу и решил вести в нём дела. Не знаю, сам ли Лаэнвель решил выставить в таком свете, или же вы его принудили, однако на той записи я увидел ваше истинное лицо. Жестокое, властное, не знающее пощады.

— Вы серьёзно? — усмехнулся я. — Я что, должен был нюхать цветочки вместе с врагами?

— Вместо того, чтобы нанести быстрый и чёткий удар, вы игрались с ними. Развлекались и упивались своим подавляющим превосходством, — скривился граф. — Для меня этого достаточно, чтобы сделать выводы о вашей личности. Так что я не верю, что вами двигают доброта или бескорыстные мотивы. Давайте начистоту… Владыка. Что вам нужно от Лаграша и от меня? Как вы умудрились так быстро подмять город под себя? На улицах я видел не просто симпатию в глазах горожан, а преданность и обожание. Это какая-то магия? Вы заморочили всем мозги?

— Я всего лишь живу в этом городе и пару раз помог ему в час беды, — пожал я плечами. — Почему бы лаграшцам не любить меня, если они наглядно видят как наладилась их жизнь с приходом апостола Богини?

— Заморочили, как я и думал, — осклабился Вриду. — Скажу честно, удивлён вашей находчивости. Подумать только, что вы придумали как приспособить для своего дела давным давно забытую религию, чтобы прикрыть её своё одурманивание. Только зачем вам это? Насколько я могу судить, вы достаточно сильны, чтобы просто взять силой всё, что вам заблагорассудится. Я даже не уверен, что покину эту комнату живым.

— Меня расстраивает ваше неверие… — устало вздохнул я, процитировав одного тёмного лорда. — Я не собираюсь ничего захватывать, граф, уясните уже это наконец. Всё, что мне от вас нужно — невмешательство в мои дела и сотрудничество во время военных операций. Богиня направила меня в ваш мир, чтобы навести порядок на землях Тельвара и возродить в сердцах жителей веру в её светлое имя. Иных планов у меня нет. По крайней мере, до тех пор, пока никто не мешает выполнять мой долг.

— Ваша Светлость, только послушайте его! — влез виконт. — Он даже не скрывает того, что хочет заморочить разум всему королевству!

— Я не верю в богов, господин Нотан, — сообщил Вриду. — И солидарен с мнением виконта. Думаю, что вы просто прикрываетесь красивой легендой, чтобы подмять земли под себя. Хотя всё ещё считаю метод слишком сложным. Виконт вообще считает, что вы фиарниец, получивший каким-то образом магические силы. Это мнение я не разделяю, но подобное самоуправство на своих землях допустить не могу. Даже если вы утверждаете, что всё это во благо.

А меня не устраивало направление, в котором пошёл разговор. Граф явно не хотел идти на контакт. Верно все говорили, что он упрямый и властный. А вот широта взглядов, кажется, была задвинута в угол подозрениями, что Вриду питал в мой адрес.

— Вы не хотите победить, граф? — спросил я. — Не хотите выкинуть зарвавшихся людов в Бездну? Вы так долго проигрывали, что теперь единственное, что может спасти вас, тельварцев, это моя помощь и сила божества, от которого вы когда-то отвернулись. Вы оставили её, позабыли, лишили сил своим предательством и сами себя обрекли на постоянные поражения. Она могла бы отвернуться от вас в ответ и оставить на растерзание иномирцам, но она каждый день и каждый час пытается помочь своим неблагодарным детям, пытаясь сломить стену неверия, что вы выстроили.

— Не слушайте его, Ваша Светлость! — завопил виконт. — Да он же и вас пытается одурманить!

— Ответьте на простой вопрос, граф! — повысил я голос. — Когда вы, тельварцы, в последний раз гнали людов поганой метлой? Если вам не нужна Богиня, то где ваши победы?! Почему вы теряете город за городом? Почему ваших жителей угоняют в рабство, насилуют и убивают? Почему для того, чтобы этого не случилось хотя бы в одном городе, Богине пришлось отправлять своего апостола?!

— Как ты смеешь в таком тоне!.. — влез виконт, вскакивая с места.

— Помолчите, виконт, — оборвал его Вриду, мрачно глянув в его сторону.

Тот хотел возразить что-то в ответ, но вовремя прикусил язык и тяжело опустился обратно на стул. Потеряв к нему интерес, граф вновь взглянул на меня, но сразу отвечать не стал, погрузившись в свои мысли.

На эльфийку моя речь, судя по всему, произвела впечатление. Она сидела с широко распахнутыми глазами, смотря в нашу сторону и крепко сжимала лежащий на коленях жезл. Я не знал, о чём она думает, но складывалось ощущение, что мои слова смогли достучаться лишь до неё одной.

Всё это время молчавший барон неожиданно кашлянул и обратился к графу:

— Позвольте слово, Ваша Светлость.

Голос этого гоблина звучал ровно и взвешенно, что породило во мне надежду на то, что барон Кульд внял моим словам.

— Слушаю, барон, — заинтересованно кивнул Вриду.

— Мы не можем отрицать тот факт, что господин Нотан защитил эти земли, — обнадёжило меня начало его речи. — И действительно, до того дня нам было сложно подумать о столь уверенной победе. Но было ли это сделано силами, якобы, божества? Не думаю. Именно господин Нотан сразился с людами и разбил их армию. Именно он, а не непонятное выдуманное существо из легенд. Тем не менее, прикрываясь этой легендой, он порабощает сердца и умы тех, кто его окружает. Мы не знаем, правдивы ли те слова, которые он говорит столь складно. И какие цели он преследует на самом деле. Оставлять столь непредсказуемую личность на нашей земле… слишком опасно. Как и опасно конфликтовать.

— Я вас услышал, барон, — кивнул Вриду.

Я тяжело выдохнул через нос. И этот туда же. Нет, говоря откровенно, я прекрасно понимал их ход мыслей. Скорее всего, на их месте я бы вёл себя точно так же. Но как же это, блин, раздражало!

— Знаете, господин Нотан, даже если бы не мнения моих вассалов, я бы всё равно не смог вам поверить, — произнёс он после некоторой паузы. — Вы хозяйничаете на моей земле так, словно правите ею. Разрабатываете оружие, не известив о том армейский инженерный корпус. Каким-то образом склонили на свою сторону мастера Орена и магистра Лионеллиан. Возможно, против их воли. Ваши слова расходятся с теми фактами, что вижу я. И то, что вы пытаетесь прикрыться сказочкой о какой-то богине, лишь усугубляет моё недоверие. На основании чего я вообще должен вам доверять? Да, вероятно, вы правы и без вашей силы мы обречены проигрывать и дальше. Но есть ли разница, исчезнуть под натиском людов или стать вашими безвольными марионетками? Для меня — никакой.

Я устало закрыл глаза, утомившись от этого зашкаливающего уровня паранойи.

— Вы бредите, граф, при всём моём к вам уважении, — холодно бросила Лион. — Мне довелось ощутить на себе силы и возможности господина Нотана. И знаете что? Если бы он хотел навредить вашей стране, тут уже всё бы горело от горизонта до горизонта. Но ему плевать на вас и ваши амбиции. Дурман? Морок? Просто смешно! Пригласите сюда магистра Алаян или магистра Парго. И они подтвердят, что разума местных жителей не касалась даже малейшая капля магии.

— Если он столь добродетелен, тогда почему он захватил контроль над городом? — процедил гоблин. — Почему игнорирует законы Браллака? Я вижу здесь не тихий ремесленный город, а зарождающуюся крепость, жители которой поклоняются неизвестно кому! Это смахивает на мятеж!

— Не захватил Лаграш, а взял его под свою опеку, — неожиданно поправила графа Лони. — Это немного разные вещи. И да, он укрепляет город. Что в этом плохого? Вокруг война, если вы забыли.

— Он не подчиняется законам королевства и творит своеволие! — возмутился виконт.

— Я подчиняюсь только Богине! — отрезал я, окончательно потеряв терпение. — И творю лишь то, что угодно ей! На благо вашего же мира!

— Богине, которой не существует, — хмыкнул барон. — Очень удобное прикрытие. Ваше Сиятельство, мне кажется, пора заканчивать этот балаган.

— Да, вы правы, — согласился я, хотя он обращался к Вриду. Было наивно думать, что мне не придётся переходить к Плану Б. — Этот цирк имени вашего упрямства пора заканчивать. Вы не верите в Богиню, верно?

— Как можно верить в сущность, которую никогда не видел? — презрительно пожал плечами Кульд.

— Тогда вы её увидите, — ухмыльнулся я, активируя магию земли.

Когда я окончательно решил, что переубедить графа и его вассалов поможет лишь это, то моё раздражение как рукой сняло. Зачем я вообще трепал себе нервы и ввязался в этот бессмысленный спор немого с глухим? Следовало просто поступить так с самого начала.

Звон лопнувших цветочных горшков и кадушек прокатился по комнате, смешавшись с испуганными вскриками и хрипами. Всю комнату пронизали тонкие каменные иглы, за мгновение выросшие из земли в горшков. Можно было обойтись и без них, но я опасался, что в свите графа будут серьёзные маги, которые смогут быстро сориентироваться и испортить мой замысел. А с некоторым количеством земли в комнате всё становилось проще и надёжней. Один миг — и трио безбожников отправилось на встречу с…

О, Богиня…

Моё сердце паникующе замерло, когда я увидел, что позади насаженного на шип графа медленно оседает ещё одно тело, удерживаемое на ногах лишь тем самым шипом, пробившим насквозь грудную клетку. С глухим стуком на пол упал магический жезл.

Я был уверен, что не попаду в неё. Я проверял, что её не должно быть на линии атаки! Не сомневался, что сработаю быстро и чисто!

Я ошибся.

Я облажался.

Не знаю, замешкался ли я сам, или же Астиль сама что-то почувствовала заранее, но в момент атаки девчушка бросилась прикрывать графа от создаваемого заклинания и попала под удар. Я всё ещё ощущал слабый магический след каких-то чар, что она пыталась создать. А во взгляде остекленевших голубых глаз ещё читалась смесь страха и решительности.

Всё должно было пойти не так. На встречу с Аллегри должны были отправиться лишь эти трое, после чего их бы воскресила Лион. Обновлёнными и познавшими истинную суть вещей. Демиургша гарантировала результат, так как могла растягивать время в своей обители, уделяя перевоспитанию столько времени, сколько было необходимо.

Но теперь у меня на руках оказалось четыре тела… И одному из них не суждено было воскреснуть.

Последняя осень эльфов. Интерлюдия

Госпожа всегда говорила ей, что она слишком доверчива. Постоянно напоминала, что нужно осторожнее относиться к любым словам, особенно если те многое сулят, но ничего не требуют взамен. Астиль старательно следовала этому правилу, но всё равно поддалась на пылкие речи того странного мага. На единственный миг поверила, что у их народов и правда есть шансы переломить ход войны.

Этого мига оказалось достаточно, чтобы пошатнуть её бдительность.

Она изо всех сил пыталась защитить и спасти Его Светлость, вот только действовать начала слишком поздно. Ярко блеснувшие в тёмных провалах маски глаза навсегда выжглись в её памяти. Равно как и всё, что последовало после. Ощущение подавляющей тяжести. Ослепительно-невыносимая боль в груди. Вкус крови, хлынувшей в рот горячим потоком. И осознание предательства.

Открыв глаза, она увидела над собой яркий полог осенней листвы, медленно колыхаемый нежным тёплым ветром. Боль от страшной дыры в груди бесследно исчезла, как и сама рана. А Астиль мягко обнимала пышная перина из опавших красно-жёлтых листьев, словно пытаясь вобрать в себя все её заботы и горести.

Несколько минут девушка просто лежала, безучастно наблюдая за танцем колышущихся в вышине ветвей. Хотя в лесу было светло, словно днём, и листва полыхала яркой медью и золотом, в редких промежутках густых крон Астиль видела бесконечно чёрное небо, усеянное сотнями звёзд.

Яркий мир, не имевший солнца. Бесконечная ночь без темноты. И лес, навсегда погрузившийся в вечную осень. Девушка вспомнила старое предание эльфов, что рассказала когда-то ей бабушка, и окончательно осознала, где оказалась. Ферия Домо. Последнее пристанище умерших.

Повернувшись на бок, Астиль сжалась калачиком и, прижав к себе охапку тёплой ароматной листвы, чтобы хоть немного заглушить отчаяние и одиночество, тихо заплакала. Многие часы она лежала так, орошая листву своими слезами. Раз за разом корила себя за наивность и неосторожность. И молила прощения у тех, кого подвела.

Но никто не мог ей ответить, простить или повинить в слабости. Вокруг девушки были лишь деревья и палая листва. Мир за пределами её горя жил своим чередом и сорванные ветерком листья медленно падали вниз, неспешно накрывая пёстрым одеялом рыдающую Астиль.

Она не знала, сколько времени так провела. К моменту, когда последние слезинки давным давно упали на осенний ковёр, тонкий слой листвы уже накрыл девушку с головой. В конце концов, она заставила себя сесть и хоть немного оглядеться.

Само собой, она не увидела вокруг ничего, кроме деревьев. Как гласила легенда, Ферия Домо было одиноким местом. Попав сюда, эльф проживал свою последнюю осень. Полную размышлений о прожитой жизни и осмысления своих поступков. Здесь почивший мог оценить свой жизненный путь и решить, жил ли он зря или достиг чего-то значимого. Стоило ли придавать столь много значения пережитым обидам. Какие моменты в его прошедшей жизни были по настоящему ценными, а в каких он глубоко заблуждался.

Так что тут не могло быть никого, кроме самой Астиль и груза на её сердце. Но, оглядываясь, она всё ещё тешила себя робкой надеждой, что среди леса найдётся кто-то. Кто угодно, лишь бы не оставаться одной с той ношей, что свалилась на неё перед смертью.

Увы, но вокруг не нашлось ни души.

Не зная, что ей теперь делать и как дальше быть, Астиль встала на ноги и побрела не разбирая дороги. Никто не знал, как долго длится последняя осень. Бабуля сказала лишь то, что когда у эльфа не останется сожалений о прожитой жизни, в Ферия Домо пойдёт первый снег и душа постепенно растворится в белизне его чистоты, уйдя куда-то дальше. А куда — никто не знал. Если же эльф так и не сможет разобраться с собственной жизнью, то так и останется бродить неприкаянным в мире вечной осени.

Довольно быстро она потеряла счёт времени. Бродила ли она день или неделю? Месяц или всего несколько часов? Раз за разом она прокручивала события последнего дня, вспоминая каждое слово этого асани. Ненавидела его за бесчестный поступок. Ненавидела себя за слабость и наивность. Пыталась понять, могла ли она сделать хоть что-то, дабы не допустить того, что случилось?

Неизвестно, сколько ещё бы она так бродила, погрузившись в этот бесконечный цикл, если бы не странное чувство, коснувшееся её сердца и пробудившее от мрачных переживаний. Очень тёплое, близкое и родное. Как в те дни из детских воспоминаний, когда её семья собиралась по вечерам за обеденным столом. Астиль ощущала, что где-то рядом находится нечто, очень важное для неё.

Беспомощно заозиравшись в попытках понять, куда ей следует направиться, она покрутилась на месте, делая нерешительные шаги то в одну сторону, то в другую. Так и не приняв какого-либо решения, девушка вновь двинулась наугад, прислушиваясь к загадочному ощущению.

К её удивлению, спустя полминуты ходьбы оно ничуть не ослабло и даже начало постепенно усиливаться, словно подбадривая продолжать в том же духе. Воодушевлённая Астиль начала шагать всё быстрей и вскоре перешла на бег, взметая ногами вихрь из разноцветной листвы, кружащийся позади неё причудливым шлейфом.

Неожиданно она выскочила на широкую поляну, полную осенних цветов. Посреди поляны стояла старого вида мраморная ротонда без крыши. Высокие потрескавшиеся колонны увивал буйно раскинувшийся плющ, явно намеревавшийся однажды полностью захватить строение.

Легенда о Ферия Домо не упоминала, что в мире последней осени можно встретить нечто рукотворное, а потому Астиль сильно удивилась и сбавила скорость. К ротонде она подходила не спеша, настороженно, даже несмотря на то, что чувство тепла в её сердце постоянно нарастало по мере приближения.

Между колоннами она увидела небольшой старый диванчик, что заставило девушку окончательно растеряться. Краем сознания она начала понимать, что приближается к чему-то крайне важному.

Ступив внутрь ротонды, Астиль медленно пошла вдоль колонн, обходя диванчик по широкой дуге. И когда спинка перестала мешать обзору, девушка тихо ахнула.

На диване дремала эльфийка в серебристых, едва уловимо просвечивающих одеждах. Её лучшие годы давно остались позади и теперь красота, которой она некогда обладала, неизбежно увядала как сад, готовящийся к зиме, на мысли о которой наводили длинные белоснежные волосы незнакомки. Но даже этих отголосков хватило для того, чтобы Астиль поняла как она когда-то была прекрасна. Она не сомневалась, что спящая эльфийка некогда сияла ярче звёзд, влюбляя в себя всех без исключения: как мужчин, так и женщин. И даже на закате лет могла оставить позади многих известных Астиль красавиц.

Что она делала в Ферия Домо, мире личного одиночества и самопознания? Почему так безмятежно спала и вызывала у Астиль столь сильное чувство дома и безопасности? У девушки не нашлось даже малейшего предположения.

Снежно-белые ресницы незнакомки неожиданно дрогнули, сбрасывая оковы дрёмы, и эльфийка приоткрыла глаза. Медленно сменив позу, она повернула голову в сторону Астиль и у той перехватило дыхание, когда она взглянула в глаза незнакомки. В них бушевал безбрежный океан сапфирового пламени, который тут же накрыл девушку с головой, чаруя пляшущими в глубине искрами чистейшего серебра. Она почувствовала невообразимые силы, скрывающиеся в этом взгляде, и вместе с этим в её разум пришло чёткое и яркое осознание того, кто сидел перед ней.

Сама Богиня Тельвара. Когда-то почитаемая эльфами как Мать леса.

— Ох, кажется, я вновь задремала… — тихий и нежный, словно утренний бриз, голос эльфийки вырвал Астиль из плена её завораживающих глаз. — Здравствуй, дитя. Разве не рановато наступила твоя последняя осень?

— Великая Мать леса… — поражённо прошептала в ответ Астиль. — Это правда вы?

— Да, дитя, — легко кивнула та. — Хотя моё время уже давно прошло. Что ты здесь делаешь, малышка? Я чувствую, что твоя последняя осень ещё не настала, — она ненадолго прикрыла глаза и неожиданно тепло улыбнулась. — Вот оно что, тебя послал сюда мой верный апостол. Любопытно. Похоже, ему что-то в тебе приглянулось, раз он решил подарить тебе встречу со мной.

— Что?.. — растерянно спросила Астиль. — Подарить встречу?.. Но…

— Возможно, ты знаешь, но я уже давно не могу спускаться в Тельвар, — с лёгкой грустью сказала Мать леса. — Ныне не возносятся молитвы, которые питали бы меня силой. Моему имени больше нет места в ваших сердцах. Всё, что мне остаётся, это доживать здесь свои последние дни и надеяться, что посланник мой сможет хотя бы немного изменить вашу нелёгкую долю. Увы, но единственный шанс поговорить с вами, моими драгоценными детьми, настаёт лишь тогда, когда ваши души покидают Тельвар.

— …То есть, когда мы умираем?

Разум Астиль обуревало смятение. Она чувствовала всей своей душой, каждой порой своего тела, что действительно встретила Мать леса, о которой рассказывали старые сказки. Но она не знала, должна ли благодарить асани за то, что он отправил её сюда. В конце концов, этим он оборвал её жизнь. И не только её.

— Всё верно, — кивнула эльфийка. — Но не спеши корить моего посланника за то, что он отправил тебя в земли последней осени. Ведь ты вернёшься назад.

— Что? — мысли девушки замерли, остановив свою растерянную круговерть.

— Ты не отправишься дальше, по снежной дороге, а вернёшься назад, дитя, — добродушно улыбнулась ей Мать леса. — Как и двое из тех, кто встретил моего апостола вместе с тобой. Ваш земной путь ещё не закончен и впереди ждут многие достойные дела. И дабы в ваших сердцах не тлели уголья сомнений, а цель не застилала мгла неопределённости, мой апостол решил одарить вас встречей со мной.

Сердце девушки возбуждённо забилось. Неужели это правда? Неужели всё это — ради встречи с Матерью леса, великой Богиней, о которой говорил асани? Неужели она не подвела Его Светлость? Неужели…

По щекам девушки побежали блестящие дорожки слёз облегчения. Все страхи и горести, сжигавшие девушку изнутри с момента появления в медно-золотом мире, стремительно уходили прочь вместе с этими слезами. А взамен душу Астиль заполняло чувство тепла и доброты, исходящее от Матери леса.

— Не надо плакать, дитя, лучше подойди сюда и помоги мне встать, — протянула ей руку Богиня.

— Уу… Угу! — шмыгнула девушка и поспешила к диванчику.

Протянутая ей рука оказалась невесомой, словно облако, от чего сердце девушки болезненно сжалось. Она поняла, что Богиня перед ней столь слаба и хрупка, что даже она, с её невеликим ростом и слабым телом, могла бы без труда поднять Мать леса на руки и отнести куда угодно.

Это их вина? Это из-за них, тельварцев, она готова вот-вот исчезнуть? Почему так случилось, что весь мир отвернулся от своей создательницы, обрекая на подобное? В какой момент их сердца столь очерствели, что стали считать имя её не более, чем старой сказкой и выдумкой?

Астиль не знала ответов на эти вопросы, и от этого её сердце сжималось всё сильней и сильней.

— У тебя добрая душа, малышка, искренняя и незапятнанная, — легонько сжала её ладонь Богиня. — Но тебе не стоит так за меня переживать. Жизнь и смерть — естественный процесс для всего во Вселенной, и боги не исключение. Я достаточно пожила и моё единственное опасение — это то, что я уйду, так ничего и не изменив.

Она поднялась с дивана, оперевшись на руку Астиль, и тихо вздохнула.

— Владыка демонов — мой последний шанс это исправить. Я даровала ему этот титул, чтобы он вызывал страх у врагов. Одарила остатками своих сил, чтобы он мог вести вас к победам. Я хотела лишь, чтобы он помог дать отпор иномирцам. Но его доброе сердце хочет помочь и мне тоже, из-за чего он тратит много сил для того, чтобы вновь одарить мир светом веры и возродить мои силы. Но… — она печально улыбнулась. — Эта задача куда как сложнее той, что я ему поручила.

— Как… Как я могу помочь? — воскликнула Астиль. — Что я могу сделать, чтобы вы жили дальше Великая?

Богиня нежно погладила девушку по щеке.

— Просто не забывай меня, когда вернёшься в мир живых, хорошо? Как бы ни была мала капля твоей веры для океана Вселенной, она всё ещё даст мне немного сил, чтобы жить. А о большем я не прошу.

Сморгнув вновь подступающие слёзы, Астиль молча кивнула.

Она уже решила для себя, что не удовлетворится собственной каплей. Она будет рассказывать о нелёгкой судьбе Матери леса всем, кому сможет. Постарается достучаться до их сердец, чтобы они тоже ощутили в своей душе это безграничное тепло и заботу. Может она не столь сильна как тот асани… как господин Нотан, но она будет стараться и приложит все силы, чтобы её голос был услышан.

— Давай пройдёмся? — предложила ей Богиня.

Это было самым чудесным временем, что провела Астиль за последние годы. Она грелась в ауре тепла и доброты, рассказывала о своей жизни, даже не задумываясь, что Богиня наверняка и так знает всё. Она делилась горем и радостями, поведала о своих мечтах. Мать леса в ответ подбадривала её и давала советы. Они не отходили далеко от ротонды, гуляя по цветочной поляне и делая круг за кругом, но Астиль не вела счёт времени и даже не замечала этого.

Но в какой-то момент её души коснулось чувство, словно ей нужно куда-то ещё.

— Время пришло, дитя, — остановилась Богиня, взглянув на Астиль с доброй улыбкой. — Тебя зовут назад. Я бы хотела оставить тебе какой-нибудь дар на прощание, да только сил моих почти не осталось.

— Ничего не нужно, Великая! — горячо помотала головой девушка. — Просто… не исчезайте!

— Хорошо, — кивнула Мать леса и, наклонившись, легонько коснулась её лба своими губами. — И да будет твой путь устлан зелёной травой, малышка.

Прошёл миг и Астиль рассыпалась на радужные искры, отправившись в стазис, дожидаться возвращения обратно в своё тело. А Аллегри устало, но довольно потянулась, стремительно молодея до привычного облика.

— Мда… Уже семнадцать лет, а всё ещё такая наивная. Какой-нибудь старый двухсотлетний хрыч наверняка провёл бы тут целый месяц, пока не убедился, что я не морок и не заклинание на его разуме. Ну, тем лучше. Искренность и наивность — хорошие инструменты, чтобы открывать двери в чужие сердца.

Взмахнув рукой, она вернула окрестностям привычный и любимый вид открытого космоса и отправилась к дивану, под подушкой которого ждала своего часа припрятанная консоль.

Неожиданно она остановилась и оглядела свой наряд.

— Кстати говоря, весьма удобный и красивый фасон, — задумчиво пробормотала она. — Интересно, как отреагирует Нотан, если в следующий раз я явлюсь ему в таком наряде вместо толстовки? Может, стоит его подразнить и сделать ткань ещё легче? Ммхмммм…

Задумавшись об этом, она плюхнулась на диван, закинув ногу на ногу, и вывесила перед собой проекцию происходящего в зале совещаний. Как и ожидалось, её добряк-апостол всё ещё терзал себя глупыми страданиями из-за одного лишнего тела.

— Следующим точно обработаю графа, — покачала она ногой. — На этого упрямца придётся убить немного больше времени. Что до остальных… — Аллегри неожиданно ухмыльнулась. — Интересно, Нотан перестанет винить себя во всех смертных грехах, если я скажу ему, что он убил предателя?

Глава 22. Недоразумение. Часть 3

Липкое и мерзкое чувство накрыло меня с головой. Не такого я хотел добиться, но результат… Три воскрешения. Четыре тела. Кому-то из них не суждено ожить и этот выбор предстоит сделать лишь мне. Кого бы я не выбрал, итог не изменится — его кровь останется на моих руках. И, как это ни печально, кандидатура слишком очевидна.

Жизни местных аристократов, в чьей поддержке я нуждаюсь для тихой и спокойной жизни… Или одна эльфийка, приставленная к графу, как я понимаю, его женой. Как ни крути, а одна из чаш этих воображаемых весов слишком тяжела.

Да, виконт мне не нравился, крайне не нравился, но это была весьма сомнительная причина вычёркивать его из списка живых и ожидать очередные возможные проблемы. Тогда как после перевоспитания у богини он мог стать ценным и полезным союзником. С другой стороны, эта девчонка… Астиль, вроде бы… никакой пользы для меня не несла. Однако была вообще ни в чём не виновата и попала под удар по идиотской случайности и моему же недосмотру. Готов ли я идти дальше с этой кровью на руках?

…А кто меня вообще спрашивает? Я ведь сам всю эту кашу заварил. Вот и хлебай теперь. Полной ложкой хлебай, Владыка. И привыкай к мысли о том, что ты настоящий убийца. Если в прошлый раз ещё можно было успокоить совесть защитой родных и друзей… То сегодня у меня нет никаких оправданий. И как бы я не решил это уравнение, ответ всегда будет неверным.

— …тан? Нотан? — донеслось до меня, выдёргивая из вязкого ступора.

Повернув голову, я увидел встревоженный взгляд Лони, тормошившей меня за плечо.

— Ты в порядке? Понимаю, что они тебя выбесили, но разве стоило… поступать так?

Я запоздало спохватился, что не посвятил гномку в свой План Б. Я в него вообще никого не посвятил, лишь отдав указания подготовить зал согласно моим требованиям.

— Таков… план, — пробормотал я, вновь поворачивая голову в сторону неприятного зрелища.

Практически машинально взмахнув рукой, я извлёк из Хранилища песочные часы, те самые, что заказывал у Орена, и поставил их на стол.

— В данный момент, сии заблудшие во тьме невежества аристократы отправились на аудиенцию к Аллегри, — я постарался добавить в свой голос столько спокойствия, сколько вообще мог в данной ситуации. — Там они избавятся от своих заблуждений и познают истинное положение вещей. В течении часа мы их воскресим. Обновлёнными. Помудревшими. И намного более сговорчивыми, — я старательно пытался убедить себя самого, что цена того стоила. — Жаль только, что всё прошло не так идеально, как я задумывал. Магистр Лион, вы ведь сможете воскресить лишь троих, верно?

— Да, Владыка Нотан, — подтвердила эльфийка. — Даже если я использую вельд-кристалл ради пополнения сил для ещё одного ритуала, на это уйдёт два-три часа. Как я понимаю, вы не планировали убивать эльфийку?

— И в мыслях не было, — вздохнул я. — Крайне глупое недоразумение вышло.

— Если положили на девчонку глаз, никто не расстроится, если вы пожертвуете бароном или виконтом, — хмыкнула Лион. — Лучше, конечно, виконтом. Его многие не любят, в отличие от самого графа. По барону, строго говоря, тоже мало кто будет плакать. Кульд просто слишком малозначим для серьёзных последствий.

Пользуясь преимуществами маски, я скосил взгляд на тёмную эльфийку. Она с таким поразительным спокойствием обсуждала варианты по выкидыванию чей-то жизни, что у меня аж мороз по коже прошёл. Хотя чего я ожидал от некромантки из семьи, у которых подобное было в порядке вещей? Может это тут вообще как доброго утра пожелать? Перевороты, интриги, предательства… Лони ведь тоже не выглядит возмущённой моим поступком. Её лишь смутила его целесообразность.

Я опять тут один за всех себя накрутил?..

Вот только легче от этого не становилось. Чья-то жизнь — всё ещё жизнь. Уравнение от этого ни черта не изменилось.

— Владыка, а разве вы не можете воскресить её своими силами? — неожиданно задумалась чародейка.

— Увы, это умение распространяется только на меня самого, — помотал я головой. — Кроме того, я уже говорил, что это крайнее средство — на случай, если вы не подоспеете. Слишком уж много с ним хлопот.

— Хм, жаль, весьма жаль… — эльфийка задумчиво накрутила прядь волос на палец. — Но, говоря откровенно, Владыка Нотан, из всей четвёрки вам действительно необходим лишь граф. Потерю виконта Гроку он переживёт. В конце концов, это обычный ставленник, а не наследник. Сам виконт — не сказать, что птица высокого полёта. Это лишь сплетни, но я слышала, что он постоянно мутит воду и пытается проворачивать какие-то дела в обход графа Вриду. Тот его держит лишь за какие-то прошлые заслуги. Много кого пытался обмануть, а от того имеет достаточно врагов.

Я внутренне нахмурился. Холодный прагматизм Лион оказался очень заразен. Я уже всерьёз начал подумывать, что воскрешать виконта не так уж и необходимо. Речь эльфийки, усиленная моим собственным неприязненным впечатлением, быстро посеяла в сердце подленького червячка сомнений. А зачем мне вообще сторонник с такой мутной и сомнительной репутацией? Который лет через десять-пятнадцать, как и положено гоблину, двинет коней. Тогда как у эльфиечки впереди вся жизнь.

— Что до барона, — продолжала тем временем Лион, — то он просто вояка. Хороший вояка, умелый, заработавший себе баронство на поле боя, но не более того. Серьёзных связей и поддержки у него нет.

Но я в этот момент её не особо слушал. Внутри меня начало что-то ломаться. Что-то важное, из прежней жизни, но, видимо, не слишком нужное здесь. Это было… весьма неприятно. Я взглянул на Лони, молча смотревшую в мою сторону. Спросить совета как быть? Ну уж нет. Может у них тут и другие нравы и порядки, но чёрта с два я свалю ношу этого выбора на её плечи. Если уж мне суждено сегодня забрать чью-то жизнь, то нести это должен я сам.

Привыкай, Владыка.

Наивно было думать, что пройти этот путь можно с чистыми руками.

Песок медленно и лениво пересыпался в нижнюю часть колбы, и ход времени нельзя было остановить. Каждый ритуал воскрешения занимал около десяти минут, а значит, я должен был принять решение до конца этого получаса. Решение кому жить, а кому умереть.

…Знаешь, Аллегри, я ведь на такое не подписывался.

Реакция последовала столь неожиданно, что я чуть не подпрыгнул от резкого покалывания на запястье.

Приветик, Владыка! (@^^)/ Не ожидала, что ты когда-нибудь это сделаешь. Ты все-таки взялся за беспорядочные убийства! Как ты мог? 눈_눈 Я верила, что ты выше этого!

Ну, по крайней мере, теперь твои руки по локоть в крови невинных, как у любого порядочного Тёмного Владыки!

(｀∀ ´)Ψ

Титулу надо соответствовать, согласен?

P.S.

Ладно, шучу. (＾▽＾) Половину из твоих посланцев уже обработала.

P.P.S.

Хорошая работа по устранению предателя! (￣ー￣)b

P.P.P.S.

Сюрприз-сюрприз! Да, тут кое кто снюхался с людами. Хочешь знать, о ком я? Хочешь? Хочешь? (✧ω✧)

P.P.P.P.S.

Просто прислушайся к своему сердцу. ❤

P.P.P.P.P.S.

Если угадаешь, кто это, и очень хорошо попросишь, я даже подскажу где лежат доказательства. ಠ‿↼

Я таращился на эти строчки с едва ли не выпученными глазами. Она… Она серьёзно? Предатель? Кто? Какого хрена, Аллегри?! Неужели нельзя сообщить настолько важную вещь нормально, без вот этих вот шуточек?! Что значит, прислушайся к своему сердцу?! Я слышу из него только нецензурную брань!

— Владыка, что с вами? — отвлёк меня встревоженный голос Лион. — Ваша магическая аура резко сгустилась. Что-то произошло?

После слов чародейки я немного собрался с мыслями и понял, что начал непроизвольно готовить молнию, чтобы спустить пар. Да, нервы что-то у меня сегодня ни к чёрту. Хотя, с такой начальницей…

— Похоже, на него снизошло божественное откровение, — хмыкнула Лони. — И, судя по его виду, эта его богиня опять над ним шутки шутит.

Чёрт, я и не думал, что гномка начала так хорошо понимать ситуацию! Хотя я ведь, кажется, сам ей рассказывал про непростой характер Аллегри.

— Шутки? — с лёгким удивлением переспросила чародейка. — У Матери Ночи настолько весёлый характер?

— Вредный, ехидный и несносный, — поправил я магистра Лион. — Мне было бы куда проще выполнять свою миссию, если бы она не старалась поиздеваться надо мной при каждом удобном случае.

— Хмм… Любопытно, — в голосе эльфийки прорезался искренний интерес. — Легенды о таком не говорили…

— Легенды вообще часто всё приукрашивают и много где привирают, — буркнул я. — Но Лони права, Богиня действительно ниспослала мне откровение. И ситуация приобрела весьма интересный поворот. Магистр Лион, вы говорили, что виконт ведёт мутные дела?

— Да, именно так, — подтвердила чародейка. — Хотя я просто сообщила гуляющие в обществе слухи. Они вполне могут оказаться беспочвенными инсинуациями злопыхателей.

Что ж. Как бы там ни было, но намёк Аллегри оставила достаточно однозначный. Ведь из четверых присутствующих, самая мутная репутация лишь у виконта. Верно? Пожалуй. Граф, вроде бы, на хорошем счету. Барон не для того лупил людов топором по каскам, или чем он там воюет, чтобы потом с ними снюхаться. Эльфийка… Померла бы со страху. Кандидат в предатели ведь очевиден, да? Или это всё таки девчонка, прячущая своё тёмное нутро за маской невинной простушки?

…Если это так, в Голливуде она была бы нарасхват с такой актёрской игрой.

Пуаро из меня, конечно, весьма хреновый, но методом логического исключения я не мог получить иной кандидатуры, кроме как виконта Гроку. Что ж… земля пухом, как говорится. Скучать по нему я, конечно же, не буду.

— Магистр Лион, начинайте ритуал, — сообщил я чародейке, бросив взгляд на часы. Времени оставалось даже с запасом. — Виконт предал народ Тельвара, а значит, у него больше нет права вернуться домой.

— Что?! — хором удивились мои спутницы.

— Нотан, ты уверен? — уточнила Лони?

— Лично я вообще ни в чём не уверен, — фыркнул я. — Но это слова Богини. Значит, так оно и есть.

Лукавил, конечно. Потому как Аллегри сказала совсем не это. Она вообще, блин, почти ничего внятно не сказала! Но если я и дальше буду сомневаться в своём решении, то лишь ещё больше усугублю ситуацию.

— Раз таковы слова Матери Ночи, — уважительно наклонив голову, сказала магистр и извлекла из своего артефакта саквояж с магическими инструментами.

На браслет, тем временем, пришло новое «откровение»:

Бинго! Ну вот скажи, разве это было сложно? ◑.◑ Неужели ты видел так много кандидатов? И вообще, я крайне возмущена тем, что выбирая для воскрешения между молодой эльфиечкой и старым гоблином ты всерьёз смотрел рассматривал кандидатуру гоблина! (๑°ㅁ°๑) Ужасно. Просто кошмар. Лишь наша давняя дружба не дала мне в тебе разочароваться. ಠ_ಠ

P.S.

Не забудь хорошо попросить, чтобы узнать где доказательства.

P.P.S.

Все, кроме виконта, обработаны. (*＾∀ﾟ)ъ

В этот раз я не стал реагировать на послание столь бурно, как сделал это в прошлый раз, и просто мысленно фыркнул. С момента начала встречи не прошло и часа, а я уже чувствовал себя вымотанным в край. Так что я устало растёкся по стулу и на пару секунд прикрыл глаза. Интересно, а если бы я выбрал… ну, допустим, кого угодно, но не виконта, эта вредина бы меня остановила?

— Владыка Нотан, не могли бы вы убрать шипы? — раздался голос Лион и я, спохватившись, заставил землю вернуться обратно в остатки разбитых горшков.

Тело эльфийки с глухим стуком рухнуло на ковёр, лишившись поддержки, аристократы же остались сидеть дальше на стульях, удерживаемые резными подлокотниками.

— И с кого прикажете начать? — уточнила она.

— Думаю, начнём с графа, раз уж именно из-за него все мы здесь сегодня собрались, — решил я.

Лион кивнула и с неожиданной лёгкостью выдернула тело Вриду из-за стола, бросив его на свою волшебную простыню.

— Слушайте, — задумчиво сказала гномка, глядя на эти приготовления. — А ни у кого не возникнет вопросов, когда они выйдут отсюда с огромными окровавленными дырами в одежде?

Мы с Лион посмотрели на неё, а потом на тела. И я со всего маху хлопнул себя ладонью по маске.

Твою же мать! Так и знал, что что-то забыл!

Глава 23. Недоразумение. Часть 4

Вопреки ожиданиям, ни Кульд, ни Вриду не засыпали меня вопросами после своего воскрешения. Барон лишь коротко извинился за своё невежество, налил вина и погрузился в какие-то размышления. Поступив практически так же, как и граф незадолго до него. Вриду очнулся с коротким: «Вот, значит, оно как…» на устах, после чего сел за стол и принялся с задумчивым видом раскуривать вытащенную из кармана трубку.

Я, в принципе, ничего против этого не имел. Пусть соберутся с мыслями. Лишь немного удивляло, что им вообще это понадобилось. По моим представлениям, они провели у Аллегри явно не час и не два. Разве не должны были они обдумать всё необходимое ещё там?

И вообще, разве так должны выглядеть Свидетели Аллегрины? Где фанатичный блеск в глазах и всё такое прочее? Что за ужасающее ледяное спокойствие и отрешённая задумчивость? Мои ожидания малость законфликтовали с наблюдаемой реальностью и я даже немного засомневался в том, что у Аллегри всё получилось. Однако в сообщении она заявила, что обработала всех, кого нужно, да и сейчас браслет помалкивал. Так как мне оставалось лишь довериться ей в этом вопросе, я принялся глазеть на кольца дыма, которые начал пускать граф и обдумывать всякую ерунду.

Например, что хочет услышать от меня эта вредина, чтобы поделиться сакральным знанием о доказательствах, касающихся предательства виконта? Явно не банальное «пожалуйста». Или же да?

…Пожалуйста?

Нет, не сработало?

Пожалуйста, милостивая Богиня?

Тоже нет? Ну, я даже не знаю.

О, всемогущая Аллегри, одари милостью и безграничной мудростью своего верного слугу и укажи ему путеводную звезду во тьме незнания!

Что, и это не сработало? Серьёзно? Каких ещё словестных кружев я должен наплести, чтобы она осталась довольна? Вредина. Как есть вредина.

А мне вообще нужны эти доказательства, если графу и правда «сменили прошивку»? Хм… Нет, граф графом, но разве эти доказательства нужны не для моей совести, в первую очередь? Хотя я вроде бы уже свыкся с мыслью, что виконта воскрешать необязательно. Нет, дело в чём-то другом. Уж как-то чересчур настойчиво демиургша про них упоминала. Значит, они нужны для чего-то ещё? Любопытно…

Вот только как мне задобрить Аллегри? Ну не свидание с ужином же предлагать, как какой-нибудь студентке, у которой хочешь курсач списать? …Не-не-не, это точно не сработает. Не сработает же? Аллегри, хочешь на сви?..

Додумать мысль я не успел, получив впечатляющий разряд тока через браслет и едва не выпрыгнув от этого из-за стола. К счастью, ни граф, ни барон не обратили на это никакого внимания. Тихо шипя от жгучего зуда в запястье, я потряс рукой, пытаясь стряхнуть болезненные ощущения, и проверил браслет. Как и следовало ожидать, следом за ударом пришло сообщение, состоящее из одного-единственного слова:

Балбес. ˋ 皿ˊ

Буквально через секунду пришло ещё одно послание:

Сколь невероятно великолепные, головокружительные наглость и простодушие. (⍪_⍪)

Я мысленно пожал плечами. Попытка не пытка, верно? Попробовать стоило. Тем более, что чай с печеньками мы уже вместе пили.

Едва я хотел опустить руку на подлокотник стула, как браслет вновь призывно мигнул и пощекотал раздражённое запястье короткой вибрацией.

Ладно, исключительно за отвагу и смелость с подобными идеями. 눈_눈 Нужные улики спрятаны в особняке виконта, в небольшом тайнике. Кабинет на втором этаже, за картиной слева от камина. Распорядись ими грамотно! (･ω･)b

Ага, значит, с доказательствами вины всё действительно не так уж просто. Во мне зажёгся интерес. Аллегри не так уж часто тыкала на что-то пальцем явно и конкретно. Если быть точным, то всего два раза. Отправив на встречу с Ореном и указав местоположение Эрмита, когда я разнылся по поводу своей слабосильности. Сегодня это случилось аж в третий раз за все эти месяцы. Так что конкретными инструкциями Аллегри меня никогда не баловала.

Распорядиться, значит… Что бы это могло быть? И должен ли я, в таком случае, говорить об этих уликах графу? Хотя, если следовало соблюдать какую-то тайну, Аллегри бы намекнула. Наверное.

Кинув взгляд по сторонам, я понял, что мой маленький сеанс связи с высшими сферами остался замечен лишь гномкой. Магистр находилась в самом разгаре воскрешения эльфийки, барон Кульд медленно и задумчиво цедил вино, а граф докуривал свою трубку.

Пустив ещё несколько завидных дымных колец, Вриду пробормотал, глядя в потолок:

— Просто поразительно, как мы собственными руками подвели наши народы к краю гибели, — рассеянно посмотрев на трубку, словно потеряв к ней интерес, граф перевёл взгляд на меня. — Успеем ли мы это исправить?

— Хотите честный ответ? — я медленно покачал вино в полупустом бокале. — Понятия не имею. Я просто прикладываю все силы, которые могу, чтобы изменить ситуацию. Но в одиночку я могу немногое.

— По этому городу не скажешь, — хмыкнул граф. — Как и по силе, что вы показали людам. Не буду извиняться за свою прежнюю подозрительность, Владыка Нотан, ибо считаю её уместной в той ситуации. Однако могу заверить, что теперь я понимаю ваши цели и стремления куда лучше.

— Рад слышать, — довольно кивнул я. — Как вам аудиенция у Богини?

— Сказать по правде, я всё ещё в смятении, — признал Вриду. — Но, в то же самое время, чувствую себя значительно спокойней, нежели прежде. Нет больше неопределённости, лишь понимание конкретных шагов, которые могут приблизить день, когда мы отправим людов в бегство. Я готов помочь вам со всем, что будет в моих силах. Всё таки я не король, — добавил он с многозначительной интонацией. — К слову, раз вы отбили атаку на Лаграш, не планируете ли нанести ответный удар по людам?

— В данный момент я… — хотел было сказать, что ничего не планирую, помимо своей цитадели, но мысль зацепилась за последнюю фразу графа. — Одну минуту. Думаете, имеет смысл перейти в наступление прямо сейчас?

— Не совсем так, я пока говорю не о широкомасштабных военных действиях. Больше пользы будет от точного и выверенного удара с помощью вашей силы, чтобы нанести фиарнийцам в этой части фронта ещё больший урон. Это позволило бы нам вернуть некоторые важные позиции, а также вынудило бы командование людов сместить баланс сил и снизить давление на других участках фронта.

— Но заставит их ударить по Лаграшу с ещё большей силой? — усмехнулся я.

— Не стоит переживать, Владыка Нотан, — успокаивающе поднял руку граф. — Военная машина — штука неповоротливая. На реорганизацию фронта уйдут недели даже в том случае, если мы не будем на это реагировать… А мы будем, — хищно ухмыльнулся гоблин. — Я изложу свои измышления поподробнее, как только к нам присоединится виконт. У него тоже может найтись пара интересных мыслей.

Я смущённо кашлянул.

— Боюсь, мне придётся вас расстроить, граф. Виконту Гроку было отказано в божественной аудиенции, — сообщил я.

— Поясните? — это заявление явно застало Вриду врасплох и он машинально взглянул в сторону виконта.

Виконт лежал лицом в тарелку, залив некогда белоснежную скатерть кровью.

Я обрисовал графу сложившуюся ситуацию максимально ясно и лаконично, упомянув, после небольшой заминки, и про улики.

— Вот ведь ворласково отродье! — не сдержавшись, выругался барон.

— Мразь, конечно, — куда сдержанней высказался Вриду, — мне стыдно за то, что я столь долго ему доверял и закрывал глаза на его сомнительные дела. Но эта информация позволяет взглянуть на его последние встречи под совершенно новым углом. Экий интересный может распутаться клубок…

— Змеиный, — сплюнул Кульд и махом осушил бокал вина. — Топором бы их всех… — с мрачной мечтательностью добавил он.

— Такое дело спешки не терпит, барон, — усмехнулся Вриду. — А топором мы всегда успеем. И, сдаётся мне, не раз и не два.

— Подозреваете, что в этом замешан ещё кто-то из высших сословий? — спросила Лони, заинтересованно подавшись немного вперёд.

— Подозреваю? Практически уверен. Но вывести их на чистую воду будет непросто, — ответил граф с лёгкой задумчивостью. — И… тем важнее будет пошатнуть баланс сил, чтобы разворошить это кодло и заставить его действовать активнее и менее осмотрительно.

Я незаметно вздохнул и сделал глоток из бокала. Кажется, меня опять втягивают во что-то хлопотное, рискованное и раздражающее. Можно я просто буду строить себе новый домик, а не вот это всё? Ну пожалуйста.

— Закончила, — раздался усталый, но удовлетворённый голос магистра Лион и тёмная эльфийка, утирая платком бисеринки пота, вернулась за стол.

— Благодарю за хлопоты, магистр, — кивнул я чародейке.

— Ооо? — повернулся в сторону своей волшебницы граф. — Я как-то даже не обратил внимание. Вы и Астиль позволили встретиться с Богиней?

— Не планировал, но так получилось, — развёл я руками. — Очень самоотверженная девчушка. Почему вы так к ней холодны?

Граф немного замялся, прежде чем ответить.

— Это всё каприз моей жены, — неохотно ответил он. — Она считает, что возле меня всегда должен находиться маг из числа тех, кому она доверяет. Астиль — потомственная служанка её рода, вот только… Почему-то Богиня не одарила её ничем, кроме преданности.

Со стороны магической простыни раздался тихий стон и на этом обсуждение эльфийки прекратилось, а мы повернулись в сторону ушастого недоразумения, из-за которого я умудрился истрепать себе столько нервов.

Так как Лион вернулась за стол, моему обзору начало мешать внушительное округлое препятствие, вынуждая немного вытягивать шею. Лони же вообще пришлось немного привстать, чтобы что-то увидеть

Немного поворочавшись, эльфиечка распахнула свои голубые глазищи и медленно приподнялась, переводя себя в сидячее положение. Оглядевшись по сторонам, она зафиксировала свой взгляд на мне и в уголках глаз заблестели слезинки. Даже не пытаясь встать, эльфа неожиданно опёрлась на колени и глубоко поклонилась.

— Простите меня, господин Нотан! — ошарашила она всех возгласом.

Что? Чего? Что происходит вообще?

— За что я должен тебя прощать? — растерянно спросил я.

— Я была груба и не понимала, сколь многое вы взвалили на свои плечи. Не только спасение нашего мира… но и спасение Богини. Ваша душа столь широка и добра, а я… Отныне я тоже приложу все силы, чтобы донести Её имя до сердец остальных!

Эм… Что там ей наплела Аллегри? А Вриду с Кульдом? Они как-то не слишком удивлены её тираде. Наверное, надо тактично поинтересоваться содержанием их встречи, чтобы случайно не разрушить легенду…

— Не переживай так, я не держу на тебя обиды, — сказал я, успокаивая эльфийку. В конце концов, у меня и правда не было к ней никаких претензий. — И выпрямись, будь добра, терпеть не могу, когда передо мной бухаются на колени. Истинный тельварец должен смотреть только вперёд, с гордо поднятой головой.

— Хорошо! — обрадованно воскликнула она, глянув на меня, и встала на ноги.

Её взгляд сильно изменился с момента, когда она стояла перед дверью в этот зал, пронзая меня лучами подозрительности. Теперь в нём сквозило… восхищение? Обожание? Нет, хоть и похоже, но было там что-то иное. Более яркое?

— Астиль, присядь, — негромко сказал граф. — Не доставляй неудобств господину Нотану.

— Да, Ваша Светлость! — ответила ему эльфийка и села за стол.

Так и не отрывая от меня взгляд.

Аж мурашки по коже.

— Итак, раз с этим мы закончили, давайте вернёмся к теме людов и виконта, — сказал я, перебарывая это жутковатое ощущение. — Но перед этим, кхм… — мой взгляд скользнул по разодранной робе Астиль. Точнее по тому, что проглядывало из окровавленной прорехи. — Давайте решим вопрос с вашей одеждой.

Повернувшись к Лони, я попросил гномку:

— Лони, выгляни за дверь и прикажи кому-нибудь из наших доставить сюда три одеяния с моей мануфактуры.

— Те самые? — лукаво прищурилась гномка.

— Те самые. — кивнул я.

Граф и его спутники ведь не откажутся немного порекламировать наши новые модные футболки и плащи, верно?

Глава 24. «У Владыки»

— О, Бездна, как же я вымотался… — устало пробормотал я, глядя на выезжающую из города крытую телегу.

Внутри повозки, скрывающей своё содержимое от любопытных глаз, лежало тело виконта. По некоторому размышлению граф решил не придавать факт его предательства широкой огласке. По крайней мере сразу. Дело было щепетильное и требовало вдумчивого подхода, чтобы не спугнуть из сетей другую рыбу. Возможно даже, что более крупную. Для широких масс была заготовлена легенда, что виконт принял моё приглашение немного погостить в городе.

Граф и его спутники отбыли вместе с телегой. Войско следовало поставить лагерем, раздать приказы, отправить одних специальных людей к другим специальным людям, чтобы запустить тонкую и запутанную цепочку слухов. В общем, дел хватало. Так что от моего любезного предложения остаться в Лаграше граф отказался.

Большую часть дня мы провели за столом, обсуждая наиболее животрепещущие вопросы. Но в итоге упёрлись в понимание, что пока мы не выясним, что за улики спрятаны в особняке виконта, не стоит переходить к активным действиям. А потому было решено, отправив верных прохвостов аккуратно запустить приманку, самим отправиться к жилищу предателя малым и быстрым отрядом, пока никто не решил нас опередить.

Отправка была назначена на раннее утро послезавтра. Вместе с графом должен был отправиться барон Кульд, Астиль и десяток отборных солдат. Со мной отправлялись Горт, магистр Лион, аналогичный десяток наших обалдуев и, конечно же, Эрмит.

Как по мне, народу набиралась целая толпа. Но, по меркам Вриду, это был небольшой отряд. И, честно говоря, с таким основным составом группы я даже не был уверен, что стоило брать так много обычных бойцов. Хотя… Наши гоблины за обычных уже врядли считаются.

Эти гыгыкающие обормоты, встретившись в коридорах мэрии с солдатами Вриду, снисходительно посматривали на них с высоты своего немалого роста. Немалого для гоблинов, само собой. Если точнее, то каждый из наших оболтусов возвышался над доходягами графа минимум на полголовы, а про ширину плечей и разницу в мускулатуре я предпочту вообще скромно промолчать. Что-что там хотели сделать шаманы древности? Найти способ создания хобгоблинов? Что-ж… Кажется одинокий Владыка демонов добился куда больших успехов на этом поприще.

Старина Тук, подойдя к гоблину, что считался в отряде Вриду за капитана, смерил его с ног до головы оценивающим взглядом. После чего широко ухмыльнулся и встал в картинную позу, напрягая все мускулы. Раздался тихий треск натянувшейся ткани и скрип кожаного доспеха, под которым набухли мыщцы. Капитан после этого стал очень грустным. Столь печального взгляда у гоблина я не видел никогда в жизни.

— Чем вы их кормите? — мрачно спросил тогда Кульд, которого тоже явно задела за живое мускулатура Тука.

— Святым духом, — честно ответил ему я.

Так что называть после такого отряд Горта «обычными гоблинами» язык уже не поворачивался. Что интересно, после нашего возвращения в Лаграш я как-то даже не придавал значения тому, как они преобразились на фоне собратьев. Хотя, казалось бы, вокруг хватало гоблинов, чтобы это заметить. Лишь во время этой маленькой встречи до меня дошло реальное положение дел.

Однако, истинный смысл такого размера отряда был вовсе не в силе, а в количестве бойцов. Виконт, само собой, жил не один. В особняке была его семья, охрана, прислуга. И всё это следовало надёжно оцепить и держать под контролем, пока мы с Вриду разбираемся с тайником. Тем более, что кто-то из домашних вполне мог быть посвящён в планы предателя и мог попытаться нам помешать.

Покосившись на Лони, сидевшую в седле соседнего ящера и наблюдавшую вместе со мной за отбытием важных гостей, облачённых по последней лаграшской моде, я невольно задумался. А осталась ли гномка всё той же, что я увидел тогда в кузнице полуразрушенной крепости? Я точно знал, что физически она стала ещё сильнее, так как сама говорила об этом. Но внешне? Стала ли выше? Вроде бы нет, подросли только гоблины. Мускулистей? Маловероятно. В конце концов, мои руки успели в этом убедиться во время памятной поездки на ящере. С другой стороны, раньше ведь я её не лапал… Так или иначе, её телосложение, кажется, никак не изменилось. Равно как и у Эсми с Латикой, которые были по прежнему нежными и стройными. Но обзавелись ужасающей выносливостью, с которой я едва справлялся…

Похоже, что у гоблинов с моей аурой сложились какие-то особые отношения.

Почему эта штука не действует на меня? Это несправедливо! Я что, не считаюсь для себя союзником? Я сам себе враг?! Учитывая, что я добровольно согласился с предложением Вриду укусить людов за бочок, наверное да…

Похоже, я издал невольный вздох, так как Лони повернулась в мою сторону.

— Кажется, кому-то не помешает хорошая порция пирога с грикко, — насмешливо заметила она.

Услышав о еде, мой желудок разразился требовательным рёвом. Всё, чем я его сегодня удостоил, это завтрак и небольшой перекус во время переговоров с Вриду. Последующее обсуждение прошло столь плотно, что мы практически не прикасались ни к вину, ни к закускам.

— Пирог… Было бы здорово, — пробурчал я. — Чувствую, я опять останусь надолго без домашней стряпни.

— Но ты ведь можешь забить ею свой пространственный карман до отказа, — удивилась гномка, припомнив наши обеды в подземелье.

— Нееее, это не то, — помотал головой я. — А как же домашняя обстановка, треск камина и всякое такое? Домашняя еда — она на то и домашняя, чтобы наслаждаться ею в уюте и комфорте!

— Ну, тогда поехали, испеку как в тот раз, — подмигнула рыжая. — У тебя дома очень кстати осталось немного грикко с прошлой готовки.

— Поедем ко мне? — слегка удивился я неожиданной новости.

— Ты против? — вскинула брови гномка.

— Нет, ты что, просто это прозвучало несколько неожиданно, — смутился я. — Думал, ты отправишься в кузницу, при твоей-то загруженности.

Лони весело фыркнула.

— Уже конец дня, Владычество, а я в новеньком платье и с опухшей головой от вашего трындежа. У тебя совсем нет сердца, если ты в такой момент гонишь меня к горну.

— Прости, я… — забормотал я, окончательно смутившись от своей бестактности.

— Да расслабься, — улыбнулась рыжая. — Я просто решила позволить себе прогулять остаток этого дня. В конце концов, послезавтра вы отбудете на полторы недели. Что мне ещё делать в эти дни, кроме как уйти в работу с головой?

— Разумно, — кивнул я и потянул за поводья ящера. — Тогда не будем терять время.

Попрощавшись со всеми, мы отправились к моему дому.

Всю дорогу голова гудела от кучи проблем, что в ней крутились. Ещё недавно я радовался мирному затишью, наступившему в моей жизни, как на голову снова посыпались хлопоты. Покушения, предстоящая продажа сильда, графы, виконты, новая поездка чёрти куда и, как следствие, срыв начала возведения цитадели. А ведь потом ещё ехать и что-то отвоёвывать у людов!

И я уже молчу о куче других планов и идей помельче, выполнение которых тоже откладывалось. Тот же стройбат из нежити. Талмуд заклинаниями заполнить. Да и башню Эрмита надо бы из инвентаря вытащить и уберечь от разрушения.

Хочу сменщика. Хочу отпуск! Хочу лежать в кровати целую неделю! Можно не одному. Эх…

Так, а кстати о цитадели…

Да, я пока лишился возможности заниматься основным строительством, но можно ведь сделать на скорую руку небольшую цитадель? Мини-версию, так сказать. Да и… небольшой её можно будет считать лишь на фоне основного проекта. Шутка ли? Мои текущие способности в магии земли позволяли воздействовать лишь на область около двадцати метров в диаметре, с моей скромной персоной в центре. Но разве это мало? Тем более, что наращивать высоту я вообще мог более-менее спокойно. Так почему бы не сделать себе походный замок?

Один корпус, три-четыре этажа, изысков по минимуму, чтобы долго не возиться, дозорный шпиль. Внутри сделать столовую, купальню и приличные спальни. Закрытое безопасное стойло для ящеров. Склады для багажа и припасов. Возможности ведь позволяют! Даже привыкшие ко всему оболтусы Горта будут рады возможности ночевать не на камнях и земле, а в нормальной постели, пусть и без особого шика. Правда, нужно будет решить вопрос с мебелью, сам я могу сделать лишь что-то, для чего сойдёт и камень. Обеденный стол, допустим, печь, ёмкость для мытья. Но это всё решаемо. Пускай и не мгновенно. Решено. Завтра поутру сделаю походный замок! Владыка я или кто, в конце концов?

И вообще, каков будет эффект! Прибыть на место стоянки, презрительно окинуть взглядом других вставших на отдых путников, ютящихся на земле или телегах, и пафосным жестом вытащить из ниоткуда целое здание. И отправиться в него ночевать, в сухости и комфорте. И не страшны ни дождь, ни ночные монстры, ни сквозняк.

А если… А если накинуть ещё пару этажей и наделать там скромных комнаток, их можно сдавать случайным попутчикам за разумную плату. Передвижной постоялый двор «У Владыки»! Опять же, это настоящее укрепление, которое всегда под рукой. Мало ли что случится в дороге. Или во время атаки на людов? Нет, определённо, я обязан это сделать перед отбытием, пусть даже поначалу там не будет мебели и продуктовых запасов.

— Какое-то у тебя чересчур довольное и предвкушающее лицо, — раздался слева весёлый голос Лони. — Тебе так понравилась моя готовка в прошлый раз?

Я чуть было не ляпнул какую-то глупость, сбившись с мысли, но вовремя прикусил язык и кивнул:

— Разумеется. Но дело не только в ожидании твоего пирога. Возникла у меня одна мыслишка…

Пока мы неторопливо ехали через город, я поделился с гномкой своей идеей и у той от услышанного загорелись глаза.

— Я, конечно, сама видела, как ты засунул в свой пространственный карман целую башню того пингвина… Но, честно, я даже не задумалась, что это можно использовать так.

Я скромно умолчал о том, что планировал похожим образом поступать, при необходимости, и с будущей большой цитаделью, и вообще перебрасывать таким образом войска. Но пока решил начать с малого. Интересно, а почему я схватился сразу за столь огромный проект? Орен меня, вроде бы, не кусал… Неужели я тоже максималист?

А ведь граф ещё не в курсе о таких возможностях. Интересно, какое будет у него лицо, когда он это увидит?

За обсуждением карманного замка время пролетело незаметно и вскоре мы вошли в дверь моего особняка. Вокруг сразу забурлила активная деятельность. Шарли принялась радостно нарезать вокруг нас круги. Латика взялась за подготовку всего необходимого к моей «командировке», а Эсми отправилась помогать Лони с гномьим пирогом. Точнее, попыталась. Гномка заявила, что настоящий гномий пирог может приготовить лишь гном, так что эали пришлось отступить и заняться другими блюдами к ужину. Правда, у Лони на пути к её цели возникла небольшая проблема. Сменной одежды гномьего размера в особняке не водилось, а платье не слишком располагало к тому, чтобы прикрывать его передником. Впрочем, решение нашлось довольно быстро. Гномка потребовала у меня одну из футболок, что я держал дома для экспериментов с зачарованием, и переоделась в неё.

Зрелище оказалось немного забавное, но… чертовски притягательное. Особенно вид ножек гномки, которые теперь ничто не прикрывало начиная с середины бёдер. Эрмит, занявший по возвращении домой своё, ставшее уже традиционным, место неподалёку от камина, был со мной полностью согласен.

Ужин прошёл оживлённо. Лони поведала о последних новостях из её мастерской, о том, как продвигается работа над ручным прототипом. Поведала несколько баек из времён, когда ещё жила в гномьем царстве и ходила в глубинные экспедиции. Судя по этим историям, помимо глубинных драконов, внизу хватало и других монстров, предпочитающих свежие головы на завтрак. Кроме того, гномка регулярно жаловалась на отсутствие у меня дома приличной выпивки. В общем, этот ужин разительно отличался от молчаливого спокойствия, которое обычно царило на сей кухне.

Помимо пирога, Эсми наготовила ещё всякого вкусного, так что из-за стола мы вылезли сытые и довольные. Бодрящий подземный мох творил настоящие чудеса. Незадолго до отбытия графа, Лион наложила на меня расслабляющее заклинание, но оно даже близко не дало такой эффект, как первый кусок остро-освежающего пирога с грикко.

После стола мы переместились на диван и расслабленно по нему растеклись. Тихо шелестел страницами Эрмит, о чём-то размышляя. Шарлотта, ухватившая свою долю пирога, мирно задремала на ковре. Горничные позвякивали посудой, наводя порядок на столе. За окном сгустилась усыпляющая темнота, лишь слегка разбавленная светом уличного светильника, и, радуясь наступлению ночи, где-то у крыльца приступали к исполнению своей партии сверчки. Которые, к моему удивлению, жили и в этом мире. Для полноты картины нехватало лишь гудения огня в камине, но сейчас стояли слишком жаркие дни и ночи, чтобы разжигать его даже с минимальным количеством дров, исключительно ради уюта.

В суматохе сегодняшнего дня мои внутренние часы полностью сбились и я слабо представлял, который сейчас час. Понимал только, что время уже было позднее. Посидев так немного, я собрался с мыслями и взглянул на Лони. И, как оказалось, она уже какое-то время поглядывала на меня с хитрыми искрами в глазах.

— Ну и долго мы будем так сидеть? — усмехнулась она. — Или может ты собираешься отправить восвояси одинокую девушку, которая уже даже в платье не одета? Добираться домой по ночному городу, полному опасностей и сомнительных личностей?

Гнать её домой я, конечно же, не собирался, и давно понял, что гномка собралась остаться сегодня у меня. Но, как известно, остаться можно по разному. И выбранный ею вариант меня, хоть и приятно, но удивил. Несмотря на наладившиеся между нами отношения, мне казалось, что этот этап наступит несколько позже. Но получил лишь очередное доказательство того, что по прежнему слабо понимал о чём думают женщины во всех мирах.

— Боюсь, ты любой сомнительной личности переломаешь руки и ноги, а потом потребуешь компенсацию за моральный ущерб, — я выдал наиболее реалистичный прогноз, с учётом всех обстоятельств и характера Лони.

— Это правда, — ухмыльнулась гномка. — Но ты ушёл от ответа, Владычество.

— Пойдём наверх, — подмигнул я. — И я покажу тебе, что планирую сделать с одинокой девушкой, на которой уже даже платья нет.

— Кажется, самая сомнительная личность в городе находится прямо тут, — лукаво прищурилась гномка, немного сближаясь.

— Только без рукоприкладства! — шутливо запаниковал я, поднимая руки и немного отодвигаясь.

— Смотря как ты будешь себя вести, — фыркнула рыжая и, сцапав мою ладонь, повела свою добычу в сторону лестницы.

Краем глаза я успел заметить горничных, глядящих в нашу сторону из кухни и шушукающихся с довольным видом. Проснувшаяся Шарлотта с любопытством следила за тем, как мы поднимаемся наверх. А Эрмит зашелестел страницами и угрюмо заворчал:

— Опять всю ночь шуметь будут-кве…

Глава 25. Вулкан

Утро принесло с собой любопытное осознание. Я начал понимать, почему тот орк из горного поселения так хотел завоевать сердце Лони. Не всякая орчиха смогла бы столь качественно размять его уставшие мышцы и суставы после тяжёлого рабочего дня.

Но я-то не орк! Я обычный человек! Моё тело не рассчитано на такие нагрузки! Никакие горничные не сравнятся с ураганом, что обрушился на меня в эту ночь.

Испустив этот беззвучный вопль, исходящий из самых глубин моей души, я осторожно попытался пошевелить конечностями. Так. Позвоночник… хрустит, но цел. Левая нога шевелится. Левая рука на месте. Правые рука и нога… проверка пройдена, вот только далась она с ощутимым трудом. Но причина этого была вполне понятна. На правой половине моего бедного тела, беззастенчиво на неё навалившись, сонно сопело рыжее чудовище. Моя правая нога была взята в надёжный плен её ногами, а рука оказалась не просто захвачена спавшей на ней гномкой, но и взята под стражу округлостями, которыми та обладала.

Поначалу всё шло хорошо. Лони вела себя вполне прилично… насколько это слово можно было применить к происходящему, но постепенно начала входить во вкус и в какой-то момент окончательно захватила инициативу в свои руки.

Я словно попал в вулкан. Раскалённый, яростный и неукротимый. Бурлящий от беснующегося внутри страстного пламени и изнывавший в ожидании мига, когда он сможет взорваться и покорить всё вокруг неудержимыми потоками ревущей магмы, тягуче кипящей рдеющей истомой.

Буйство огненной стихии сминало любые препятствия и вовлекало в себя, в этот неистовый огненный шторм, раскаляя до предела все чувства. Неукротимый огонь был столь силён, что норовил спалить в яркой, ослепительной вспышке, но, в то же время, манил и пьянил до сладостного головокружения, призывая отдаться, соединиться с пламенной бурей и раствориться в ней без остатка.

И я отдался во власть этой ночи огня. Позволил себя загипнотизировать причудливым танцем медно-рыжих волос, искристо переливающихся мистическими оттенками в молочно-белом свете Тельварской луны и нежно-тусклом фиолетовом сиянии кристаллических ночников. Разрешил себе утонуть в тёмно-изумрудной бездне её сияющих, мерцающих бликами глаз. Упивался её вкусом, наслаждался прикосновениями её кожи. Кожи, которую сложно было ожидать от той, кто большую часть жизни провёл у кузнечного горна. Мягкой и горячей, словно бархат, напитавшийся солнечным жаром в ясный безоблачный день.

Я растворялся в её знойном дыхании, впивался в мягкие сладкие губы, которые, в ответ, словно хотели меня поглотить. В конце концов, этот вулкан, который я наивно лелеял надежду хоть немного обуздать, окончательно взорвался, извергая всё пламя, что скрывал до этого в своих недрах.

После этого я решил, что встречу свою кончину прямо здесь, однако же наступило утро и я всё ещё не рассыпался на кусочки и не стал пеплом. Просто невероятно. Как выяснилось, я всё же крепче, чем кажется. Ну… или меня пощадили. Последняя мысль заставила легонько вздрогнуть и я клятвенно пообещал себе потратить следующие две сотни очков Веры на физическое усиление.

Кстати, я давненько не проверял как там дела. Надо бы заглянуть. Тем более, вчера я заметил, что браслет ненавязчиво подмигивает. Совсем не так как в моменты, когда Аллегри одаривала меня своими посланиями. Так что, само собой я не стал сразу проверять, что там. И даже если бы это было сообщение от богини, то ему пришлось бы подождать. Вчера ночью, а именно ночью я заметил подмигивание рун, моя занятость не позволяла отвлекаться на подобные мелочи.

Скосив глаза на приоткрытое окно, я попытался оценить, сколько сейчас времени и поспал ли хотя бы часов пять. Судя по положению солнечного пятна в комнате — ничерта подобного. Мда. И зачем я тогда проснулся? Хотя… если не считать чувства, что меня трижды разобрали по косточкам, а потом собрали назад, ощущал я себя вполне свежим и с ясной головой. Что, блин, за мох выращивают гномы в своих подземельях? Подозреваю, что допинг-контроль на Земле он бы не прошёл.

Неразборчиво замычав что-то сквозь сон, Лони заворочалась и ещё сильнее прильнула, вытянув правую руку поперёк моей груди и защекотав плечо касаниями скользнувших по нему мягких холмиков.

Сохранить после этого спокойствие стоило мне серьёзных усилий, ибо в голове сразу расцвели яркой вспышкой фейерверка воспоминания о прошедшей ночи. Чуть повернувшись в сторону гномки, я некоторое время просто лежал, разглядывая её спящее лицо, чуть подрагивающие пушистые ресницы и скользил взглядом по плавным изгибам, с которых столь удачно соскользнуло одеяло. И наслаждался ровными и сильными ударами сердца, что ощущала моя рука. Того сердца, что почему-то обратило внимание на меня. Это оказалось… удивительно приятно.

Так получилось, что в своей прошлой жизни я много с кем начинал встречаться, но ни с одной у меня не вышло по настоящему серьёзных отношений. Короткие интрижки, ни к чему не обязывающие знакомства. А потому эти ощущения умиротворяющего единения я испытывал впервые в жизни. Как оказалось, понимание, что рядом спит не очередная капризная пассия, а та, кто всерьёз решила связать свою судьбу с таким раздолбаем как я, стоило всех проблем и хлопот, что свалились на меня в этом мире.

Ведь, во многом, именно благодаря им у меня появилась не просто любовница, а подруга, напарница и партнёрша. Упрямая, смелая, весёлая, с душой нараспашку. Своя в доску. Моя.

И чего я дёргался раньше?

Теперь мне оставалось лишь посмеяться над собой прежним.

Полежав ещё немного, я понял, что так можно валяться весь день, а вот дела сами себя не сделают. И, хочешь не хочешь, а надо вставать и браться за работу. В конце концов, меня впереди ожидала стройка, а ещё было бы неплохо заглянуть к Аксилану и выяснить, чем закончилась история с допросом горе-киллеров.

Но выполнить это оказалось не так просто. Как обнаружилось, мои конечности пленили намного надёжнее, чем представлялось поначалу, и, не разбудив гномку, освободить их не получится. Та, хоть и дрыхла самозабвенно и сладко, но вцепилась в меня как клещ. Подозреваю, ей снился бочонок с гномьим спиртом, который надо было крепко держать.

Прерывать чужой сон было немного жаль, так что я позволил себе ещё немного посозерцать раскинувшиеся рядом долины и холмы, и лишь после этого принял твёрдое решение встать, начав решительно будить свою невесту:

— Эй, чудище рыжее, подъём, — начал я тыкать её в щёку пальцем свободной руки. — Нас ждут великие дела.

Чудище просыпаться не хотело и лишь сонно промычало что-то в ответ, ещё плотнее прижавшись к руке. Подушка я ей, что ли?

— Владыка вызывает Лони, приём, — не оставил я попыток и попытался потрясти захваченной рукой.

Но результат оказался далёк от ожидаемого. Преодолеть силу спящей гномки мне не удалось. И более того, в результате столь необдуманного действия моя кисть оказалась в ещё большем плену. Королевском плену, устланном яркой золотистой медью.

Моё спокойствие вновь оказалось под большой угрозой. Посреди белой пустыни одеяла, тронутой лишь барханами складок, вот-вот норовил взмыть генеральский шатёр, возвещающий о скором начале новой битвы. И, пока всё не зашло дальше необходимого, я решил прибегнуть к методу экстренного пробуждения любого вменяемого если не тельварца, то гнома точно:

— Гномы, подъём! — зарычал я, стараясь отрегулировать голос так, чтобы достучаться до сознания Лони, но при этом не переполошить горничных. — Люды атакуют!

Сработало безотказно. Лони вылетела из под одеяла так, словно её выкинуло оттуда катапультой. Но у способа оказался один крохотный недостаток. Отпустить меня она не успела и машинально потащила за собой. Я такой подставы не ожидал, зацепился ногами за одеяло, запутался в нём и, в отличие от выпрямившейся на кровати гномки, рухнул ей в ноги и завалил на себя.

— Где люды?! Откуда идут?! — спросила она без тени сонливости, даже не обратив внимания на своё падение. — Где моя Матильда?

— Доброе утро, — поприветствовал я гномку с весёлой ухмылкой, глядя как непонимающе мечутся её глаза.

— Доброе, — ответила она и, продолжая лежать на мне, озиралась по сторонам. — Так где люды?

— Нету людов, — ухмыльнулся я. — Разбудить тебя не мог, пришлось импровизировать.

Ситуация вышла какая-то дурацкая, прямо таки клишированная… но дюже приятная. Особенно когда гномка задумчиво поёрзала на мне, ища позу поудобнее. И кто сказал, что клише — это плохо?

— Значит, никто не нападает? — уточнила рыжая на всякий случай.

— Если только ты на меня, — развёл я наконец-то полностью свободными руками.

— Мда? — задумчиво прищурилась Лони и скользнула взглядом по нашей позе. — Ну, да, у тебя как раз весьма удачно связаны ноги, — хмыкнула она и скользнула вниз уже сама, защекотав живот рыжими волосами.

Дела пришлось отложить ещё на полчаса.

Когда Латика постучала в дверь спальни и доложила о том, что завтрак готов, мы уже прекратили шуметь, но ещё не хотели отпускать друг друга, а потому просто лежали, откинувшись на подушки.

— Слушай, — задумчиво пробормотал я, припомнив наш старый разговор. — А что за просьбу ты упоминала тем вечером?

— Просьбу? — непонимающе нахмурилась гномка. — …А, поняла. Ну, думаю, теперь её и правда можно озвучить, — хитро улыбнулась она. — Она пустяковая, на самом деле. Я просто хотела бы, чтобы твой первенец, когда ты надумаешь завести детей, был от меня.

Ах, вот оно что. В ответ на эту простую просьбу я лениво закивал и чуть сильнее прижал к себе гномку. Первенец, значит. Дети. …Дети?

Дети?!

Я подскочил на кровати так, словно подо мной оказалась обжигающе ледяная глыба. Дети. А я ведь уже сколько… И без… Ооооой-вэй!

Чувство эйфории, переполнявшее меня всё утро, стремительно улетучивалось, словно воздух из продырявленного шарика. На смену ей мою душу заполняло огромное, тяжёлое, отлитое из чугуна слово «Ответственность». Жизнь в очередной раз доказала мне, что я — безалаберный идиот, ни разу не задумавшийся над тем, что могут случиться последствия.

— Ухахахахахахаха! — раздался сбоку звонкий безудержный смех. — Ухухухухухухухахахах!

Я взглянул на бившуюся в истерике гномку с непониманием и даже обидой. Я, конечно, сам дурак, но надо ведь чувствовать ситуацию!

— Дай угадаю, — сквозь смех спросила рыжая, — ты сейчас думаешь на счёт своих горничных?

— Ну… типа того, — неохотно признался я, отводя взгляд.

— Расслабься, — сказала она и игриво пихнула меня ногой. — Когда надо, они пьют настойку из корня гароча. Я проверяла.

— Проверяла? — удивился я. — Как?

И что, блин, за корень гароча? Местный контрацептив? Почему я впервые слышу?!

— Есть методы, — ухмыльнулась Лони и подмигнула. — Но тебе их знать не надо. Это девичьи тайны. В общем, не волнуйся.

Я немного собрался с мыслями и, кивнув, рухнул обратно на кровать. Хотя слова гномки меня успокоили, в душе всё ещё бурлили остатки смятения. Это ж надо было так…

Через пару минут самобичевания до меня вдруг дошло, что и Лони в данный момент не планирует посвящать себя материнству. Собственно, вся суть её просьбы была именно об этом. Не раньше, чем я сам решусь, хм… А сейчас точно было не время.

Дав себе обещание впредь включать голову почаще и задумываться не только о войне с фиарнийцами, я окончательно успокоился. Правда атмосфера сегодняшнего утра оказалась вдребезги разбита. Вскоре мы привели себя в порядок и спустились вниз.

Ну, если точнее, это с нашей точки зрения мы привели себя в порядок, однако Эсми с Латикой, едва мы появились, тут же загнали нас в купальню, после чего ещё долго кружили вокруг, наводя лоск.

Позавтракав, Лони переоделась в платье и умчалась домой. А если точнее, в мастерскую, навёрстывать за вчерашний прогул. Гномка пообещала к моему возвращению из поездки если не нормально работающий прототип, то хотя бы барахлящий и стреляющий через раз. В конце концов, без этого этапа сложно было обойтись.

Ну а я, захватив Эрмита, что-то неразборчиво ворчащего про царящий в доме моральный упадок и полное отсутствие приличий, и Шарлотту, вышел на улицу и полной грудью вдохнул свежий утренний воздух. А всё таки жизнь налаживалась! Несмотря ни на что. Сегодня я осознал это с кристальной ясностью. И ощутил, что на душе стало намного легче, чем прежде. Ведь я не один.

Хмыкнув на ворчание раздражённого и завидующего фолианта, я потрепал Шарли по макушке и направился к ящеру, чтобы добраться до памятного пустыря, на котором перевоспитывал магистра Лион.

Время возводить цитадель!

Пускай и маленькую.

Глава 26. Два золотых

Как обычно и водилось в последнее время, подготовленный и оседланный с раннего утра ящер ожидал на привязи неподалёку от дома, вместе с парочкой гоблинов и ещё двумя ездовыми животинами. Как оказалось, сегодня была смена Тука и Крука. Тук являлся самым умным из группы добытчиков Горта, но Крук, как я помнил, не сильно уступал ему в сообразительности. Прямо таки золото, а не гоблины. Даже удивительно, что двух самых головастых парней поставили в одну смену, а не разнесли по разным, чтобы приглядывали за менее рассудительными собратьями.

Едва завидев, что я вышел из дома, краснокожая парочка моментально подскочила ко мне и, ударив кулаками себе по груди, выжидающе уставилась.

— Добрый утра, Владыка! — бодро гаркнули они.

— Здорова, орлы, — кивнул я. — Всё спокойно?

— Так точно!

— Ну и славно. Тогда по коня… всмысле, по ящерам и давайте за мной. Нужно сделать кое-что за городом.

— Надо звать остальной? — уточнил Крук.

— Нет нужды, — отмахнулся я.

Понятливо кивнув, гоблины отвязали ящеров, я спрятал ворчащего Эрмита в Хранилище, ибо пингвин так и не избавился от своей ящеронепереносимости, и вскоре мы отправились в путь. Так как дорога была не особо близкая, по пути я решил разобраться что же там хотел сообщить мне браслет сегодня ночью.

Коснувшись артефакта, я взглянул на меню и немного удивился. Как и подозревал, Аллегри тут была не при делах. В сообщениях не добавилось ни единой новой строчки… и это казалось довольно странным после такой-то ночи. Весьма удивительно, что богиня решила не использовать столь удобный повод для зубоскальства.

А вот какой пункт меню браслета призывно подмигивал, так это [Статус]. И это прямо таки вводило меня в ступор. Что такого могло измениться в моём статусе? Неужели мне была дарована ещё одна звезда?

Ага, щас, разбежался.

[Статус]

Владыка демонов Нотан

Апостол Аллегри

Потенциал развития: ★★☆☆☆

Последователей: 261

Обращено в веру: 161 182

Достижения: [Экклезиаст]

Как было две звезды, так и осталось. Хотя я так прокачался! Где в этом мире справедливость вообще?! Доколе мне сидеть на дне рейтинга? И какими силами тогда надо обладать для получения третьей звезды?

Ответов на эти вопросы мне, само собой, никто не дал.

Впрочем, по поводу своей двухзвёздочности я грустил недолго. В счётчике верующих произошёл существенный всплеск, который весьма и весьма меня радовал. Стычка с людами под стенами Лаграша дала свои плоды, разнеся молву обо мне и Богине в разные уголки Тельвара. Строго говоря, такого эффекта я даже не ожидал.

Но вот что на самом деле требовало моего внимания, ритмично подмигивая, так это первое, за всё время, достижение. казалось бы, я уже многого добился и разгрёб немало проблем, но до сих пор сей раздел был девственно чист. И вот теперь, спустя месяцы, меня соизволили одарить первой «медалькой».

С некоторым предвкушением и даже волнением, я ткнул пальцем на название достижения, чтобы прочесть описание.

«Экклезиаст»

Работа апостола нелегка. Но пылкие речи и чистые помыслы — настоящая дорога к умам и сердцам. Демонстрируемые вами искренность и упорный труд вдохновляют окружающих следовать вашему примеру. И некоторые из них хотят облегчить вашу нелёгкую ношу, приняв часть её на себя. Трое представителей разных народов твёрдо решили стать продолжением вашего голоса. И теперь вы экклезиаст. Проповедник над проповедниками.

Улучшено умение «Вдохновитель». Расширен диапазон воздействия, незначительно усилен оказываемый эффект.

Ого. Ого! А ведь это даже выглядит как нечто весьма полезное! Мои сподвижники теперь станут ещё сильнее? Осознание этого факта не могло не радовать. Интересно, гоблинов теперь начнёт раздувать ещё больше? И успели ли они достичь прошлого предела до этого момента? Будет забавно, если в конце концов, они догонят в габаритах орков…

Увеличенная область действия тоже звучала обнадёживающе. Хоть я и не имел ни малейшего представления, сколько мог охватить «Вдохновитель» прежде, однако я не думал, что изначальный показатель был слишком уж мал. А с новым усилением он станет действовать ещё дальше. Вопрос в том, насколько…

Мой взгляд скользнул по неспешно шагающим на работу горожанам и от неожиданно вспыхнувшей мысли я резко натянул поводья, останавливая ящера.

— Что-то случиться, Владыка? — тут же поравнялся со мной Тук.

— Надо кое что проверить, — рассеянно пробормотал я, сомневаясь в собственной догадке, и зашарил глазами по толпе. — Почтенный гоблин в сером кафтане! Да-да, вы! Прошу, подойдите к нам на минуту! — подозвал я случайно выбранного ушастого работягу.

Тот непонимающе и удивлённо округлил глаза, увидев, кто его зовёт, и поспешно подбежал к нам.

— Добрый утра, Владыка! — радостно улыбнулся он. — Чем скромный Друк мочь вам помочь?

— Друк, будь другом, встань ровно и выпрями спину, — попросил я и повернулся к своим охранникам. — Тук, встань рядом с ним.

Бухнув по груди кулаком, тот спрыгнул с ящера и встал рядом с ничего не понимающим работягой. Вашу-ж ворласкову маму… До меня неожиданно начало доходить, почему мне не бросалась в глаза разница между оболтусами Горта и другими гоблинами из Лаграша.

Потому что они тоже, мать его, росли! Не так активно и мощно, так как совершенно точно не были постоянно под воздействием ауры, но… росли! Крепкий, мощный, откромленный гоблин-капитан из войска Вриду, когда я наложил его габариты по памяти на фигуру Друка, оказался самую капельку, но меньше обычного городского работяги!

— Друк, подскажи, а кем ты работаешь? — вкрадчиво поинтересовался я.

Всё таки, была большая разница, стоял ли тут, допустим, писарь, или же лесоруб, который круглыми днями занимается тяжёлым физическим трудом.

— Друк травник, Владыка! — довольно улыбнулся гоблин. — Собирать полезный растения для городской лекарь!

— Спасибо, Друк, не смею тебя больше задерживать, — кивнул я.

Задумчиво почесав лысину, травник отправился по своим делам, а я так и остался стоять на месте, пытаясь осознать и переварить результаты этого маленького эксперимента.

«Вдохновитель» воздействует на горожан. Казалось бы, простая и вполне очевидная мысль, но которой я никогда раньше не придавал особого значения. Вполне очевидно, что их развитие было значительно слабее. Умение явно не накрывало весь город и многие получали свою дозу «облучения» лишь тогда, когда я мотался по нему из-за каких-то дел. Допустим, из-за строительства стены или поездок по гостям. Либо, когда горожане приходили послушать какую-нибудь речь. Так что до моих постоянных спутников им было очень далеко. Но всё же! Эффект ведь будет постепенно накапливаться, верно? А это значит… А это значит, что, рано или поздно, часть горожан станет столь же сильна, как Лони или наши гоблины сейчас.

Ой.

Устремившись взглядом в небесную пустоту, посреди которой сверкала во всём блеске своей неочевидности сакральная истина, лежавшая настолько на видном месте, что оставалась незамеченной, я молча тронул ящера и продолжил путь.

Ладно. Хорошо. Похоже, зона воздействия «Вдохновителя» была несколько больше, чем я привык предполагать подсознательно. И постепенно набирают силы не только те, кто находится поблизости от меня, но и… немного дальше. Честно говоря, это были просто прекрасные вести. Но что мне делать с этим знанием, я пока не представлял. Наверное, ничего? По крайней мере, прямо сейчас.

В конце концов, увеличение выносливости и силы не делало из травника Друка воина, так как он никогда не учился сражаться. Так что, в сиюминутной перспективе, это усиление лишь давало лаграшцам возможность меньше уставать на работе, таскать более тяжёлые вещи в хозяйстве и реже болеть. В общем-то, тоже неплохо. Даёшь повышение производительности труда! Пятилетку за квартал! Усердный труд — удар по врагу! Богиня трудится — и ты потрудись!

Немного поразмышляв над возможными лозунгами, я решил переключить мысли на проповедников, о которых вещало достижение. Главным кандидатом был, конечно же, Эрмит, который сам вызвался на эту должность. Вторым… точнее, второй, стала та девчушка Астиль. Аллегри знатно промыла бедняжке мозги. А последний проповедник… Откровенно говоря, я терялся в догадках, кто бы это мог быть. Наверняка кто-то, кого система посчитала последователем, а основной рывок на этом счётчике произошёл после посещения Брулхи и спасения той маленькой кошкодевочки. Видимо, это кто-то из селян? Знать бы ещё, кто именно…

Поломав немного голову над этим, я решил оставить вопрос до лучших времён из-за нехватки информации и начал обмозговывать предстоящую стройку. В данный момент я представлял план мини-цитадели лишь в очень размытых чертах и, пока мы ехали к месту, следовало продумать детали. Расположение лестницы, комнат и всё такое прочее.

К моменту прибытия на пустырь, я уже более-менее представлял, где что будет находиться и как выглядеть. Оказавшись на месте и спешившись, я оглядел место для строительства и неожиданно задумался. А ведь мебель не такая уж проблема. Точнее, проблема, но не в той степени, чем мне казалось поначалу.

У городских плотников всегда были кое-какие изделия на продажу. Те же табуретки, скамейки. Быть может, найдётся несколько кроватей. За раз обставить всю цитадель не выйдет, но наскрести на базовые потребности, пожалуй, можно. В конце концов, деньги на это у меня есть. Ещё те, стартовые, что выдала Аллегри. Можно было бы обратиться к Эртусу, немёртвый казначей наверняка не отказал бы в такой просьбе, но… Мне неожиданно захотелось, чтобы хотя бы первая мебель для моей цитадели была куплена на мои деньги. Пусть даже это будут лишь табуретки.

Немного прикинув цены, я достал из Хранилища две золотые монеты и повернулся к гоблинам:

— Тук, иди сюда! — подозвал я.

На подобное задание следовало отправлять самого сообразительного гоблина. Как удачно, что самый головастый из них, после Горта само собой, был сегодня под рукой.

— Здеся, Владыка! — радостно подскочил он.

— Слушай задание. Возвращайся в город, возьми несколько парней в подмогу и пару телег. Я даю два золотых. На эти деньги ты должен купить десятка два табуреток и стульев, несколько скамей, кроватей сколько окажется сейчас в наличии у плотников. Будет превосходно, если среди них найдётся одна большая. Дальше. Деревянные вёдра, несколько мешков дров, бочку масла, продукты…

К моему собственному удивлению, список оказался значительно больше, чем я ожидал поначалу. К концу я искренне засомневался, что даже такой сообразительный гоблин как Тук сможет всё это запомнить, и начал подумывать о том, чтобы всё это дело как-то записать. Но, во-первых, я не был уверен, что тот умеет читать. Во-вторых, оказалось, что он без проблем запомнил немалый список, повторив его передо мной по памяти.

…Честно говоря, я не был уверен, что сам бы смог повторить всё в точности, хотя сам же его оглашал.

Взглянув на ухмыляющегося оболтуса по новому, я вручил ему деньги.

— У… Ы… Настоящая золотой! — на роже гоблина появилось благоговейное выражение и он потыкал в монеты пальцем, словно сомневался, не исчезнут ли они как дым прямо сейчас. — Никогда не видеть настоящий золотой, — поделился он со мной откровением, словно передавал священную тайну.

— Серьёзно? — удивился я.

— Да, Владыка, — кивнул Тук. — Обычно платить медь. Серебро. Даже товар за золотой монета считать в серебро. Может в крупный город больше золотой монета, Тук не знать.

— Понятно, — задумчиво пробормотал я. — Ну да ладно. Когда закончите с покупками, всё доставить сюда. Если вдруг денег не хватит, поручись от моего имени, что доплатишь позже.

Я сомневался, что всё необходимое будет стоить больше двух золотых, но мало ли что.

— Сделать, Владыка! А… Зачем вам весь это? — озадаченно почесал он лысину.

— Буду замок возводить, — сообщил я. — Небольшой. Чтобы в карман влезал. Это барахло для него нужно будет.

— Тук понимать! Отправляться! — гоблин бухнул кулаком по груди и, спрятав золото во внутренний карман, вскочил на ящера и рванул обратно в город.

И даже не задал ни единого вопроса по поводу того, как я собираюсь замок в кармане носить. Владыка сказал — Тук делает. Остальное не его проблемы.

Сделав для Крука лавочку и оставив его приглядывать за округой и ящерами, я прошёл к центру пустыря, чтобы спокойно заниматься возведением, и вытащил наружу Эрмита, которого «поставил на паузу» как раз посреди пылкой речи о моральном облике тех, кто его окружал.

— …Где найти слова-кве, чтобы оплакать падение нравов-кве, позор и несчастье всего… — талмуд неожиданно прервался, заметив смену обстановки, и перестал бухтеть. — Где это мы-кве?

— Неподалёку от города, — пояснил я. — И сейчас будем заниматься возведением постоялого двора!

— Какого ещё постоялого двора-кве? — вопросительно изогнул страницу Эрмит.

— Это я шутки шучу. Хочу построить карманный замок, чтобы носить его с собой в походах и вытаскивать наружу при необходимости. Хотя бы для того, чтобы комфортно переночевать, — пояснил я. — Ну и раз такое дело, думаю один этаж сдавать другим путникам за небольшую сумму.

— Хооо! — пингвина моя задумка явно поразила. — Понимаю, понимаю-кве. Хитро и мудро-кве. Отличное применение твоих способностей, асани-кве. Вот только… — он неожиданно задумался.

— Хм? Что тебя смутило? — насторожился я.

Всё таки, Эрмит не просто пингвин, но ещё и магистр, повидавший немало всего. И вполне мог обратить внимание на какой-то нюанс, о котором я не догадывался.

— Сдавать за деньги-кве? Ты серьёзно-кве? — хмыкнул фолиант. — Как думаешь-кве, что подумает народ, если великий и великодушный Владыка демонов начнёт брать деньги с путников как обычный трактирщик-кве? Подумай о репутации-кве!

— А… — призадумался я. — А ведь ты прав. Спасибо.

Не сказать, что я был не в меру щедрым, но и подобной мелочности за собой раньше не замечал. С каких пор во мне появились столь мещанские замашки? Неужели из-за длительного общения с гномами?

Ну да ладно, пора строить!

Раскинув зону контроля магии земли до предела и мысленно пробежавшись ещё раз по плану здания у себя в голове, я приступил к делу. В первую очередь была создана мощная плита фундамента. Я немного опасался за последствия, если вдруг замок окажется на мягком или нестабильном грунте, так что уделил вопросу побольше внимания. Конечно, я всегда мог укрепить площадку под замок магией, но мало ли что могло случиться.

Закончив с плитой, я принялся «расчерчивать» на ней схему комнат, создавая низенькие, сантиметров тридцать в высоту, стены. Это оказался правильный метод, так как воображение и реальные пропорции оказались несколько разными и мне довольно долго пришлось двигать стены-заготовки туда-сюда, пока не удалось добиться результата, что меня бы устраивал.

Пока я занимался планированием, Шарли, заскучав, отправилась исследовать округу и вскоре принялась гонять какую-то мелкую живность.

Наконец, с разметкой было покончено и, убедившись, что можно строить дальше, я вновь встал в центре и принялся за работу. Возведение цитадели перешло в активную фазу.

Очень быстро я осознал, что для подобного требуется несколько больше контроля над магией, чем при создании городской стены. И если бы я не занимался усиленной тренировкой этого аспекта, и без того не быстрый процесс мог сильно затянуться.

Я планировал полностью управиться до обеда, но по итогу, к этому моменту я лишь стоял на вершине дозорной башни, а под ногами у меня было совершенно пустое здание с коробками комнат. В которых ещё только предстояло создать всякую мелочёвку, вроде каменных столов, печи и прочего.

Само собой, я не стал тратить время на излишнюю вычурность, так что ничего особенного из себя цитадель не представляла. Гладкие, чуть скошенные формы, узкие окна-бойницы, немного зубцов-мерлонов. Однако я не удержался и всё таки поселил на карнизе крыши четырёх горгулий весьма свирепого вида. Мелочь, а приятно. Шарлотта, когда я их закончил, внимательно проинспектировала каждую, особое внимание уделив надёжности крепления и достаточно ли грозно они выглядят. Результатами, судя по виду, паучиха осталась довольна. Потом, когда будет время, можно будет дополнительно заняться экстерьером, но пока и так сойдёт.

Само собой, я истратил изрядное количество времени и сил на укрепление конструкции, но зато мог быть уверен в том, что здание выдержит даже небольшой штурм.

Возвращаться в особняк на обед не стал, перекусив бутербродами, запас которых уже начинал подходить к концу. Вечером, ясное дело, получу нагоняй от горничных за то, что не пообедал нормально, но я ещё хотел заглянуть сегодня к командиру стражи, а потому решил не тратить лишнее время.

Немного передохнув на дозорной башне и потрындев с Эрмитом о разной ерунде, я размял плечи и настроился на финальный рывок. Оставалось пройтись по комнатам и создать каменную утварь. Ещё было бы неплохо проверить работу печи, каминов и дымоходов, так как я сааамую малость сомневался, что сделал всё правильно, но для этого требовались дрова. А дров не будет, пока не вернётся Тук. Кстати говоря, не запаздывает ли он?

Обойдя шпиль башни, чтобы взглянуть на город, я замер и немного прищурился, чтобы получше разглядеть то, что увидел возле него.

— Что это-кве? Торговый караван-кве? — вопросительно взмахнул страницей Эрмит.

Шарли, лениво гревшаяся на площадке во время моего обеда, на слова пингвина подскочила и шустро забралась на самый шпиль, чтобы самой проверить обстановку. И теперь вместе с нами таращилась на приближающийся обоз.

Торговый ли? Я не знал, но телег там было штук пять или шесть, гружёных до самого верха. Возле повозок шла целая толпа народу и вся эта пеше-колёсная процессия направлялась прямо сюда. А на козлах передней телеги я обнаружил смутно похожую на Тука фигуру.

…Какого чёрта тут происходит? Я ведь дал всего две монеты!

Глава 27. С миру по нитке — Владыке убранство

— Тук, родной, что происходит? — спросил я довольного обормота и ещё раз оглядел огромный караван, который он припёр вместе с собой.

Телег оказалось аж шесть штук и все с горой были завалены всякой всячиной. Я, конечно, огласил своему помощнику весьма обширный список… Но не настолько же! Тут ведь всякой всячины намного больше, чем на два золотых. Например, из под брезента третьей повозки торчат ковры. Я не заказывал ковры!

— Тук делать покупка. Тука спросить, для чего ему столько табуретка, — пояснил гоблин. — Тук рассказать. И все вокруг побежать собирать полезные вещи для замок Владыка.

— Точно, точно! — подхватил кто-то из толпы горожан. — Вы столько раз спасали наш город, Владыка, как мы могли остаться в стороне?

— Это самая малость, которой мы можем отплатить! — крикнул ещё один.

— Если нужен ещё вещь, только сказать, Владыка! — добавил третий, явно гоблин. — Мы пройтись по другой часть города!

— Да-да!

Толпившиеся у повозок горожане радостно загалдели, суля ещё больше вещей. А я, медленно оглядев толпу, осторожно спросил у гоблина:

— Тук, скажи, неужели на всё это хватило двух монет? Или мы уже в долгах?

— Никакой долгах, — доверительно шепнул гоблин, радостно осклабившись. — Тук не потратить ни монетка!

— Чего? — искренне удивился я.

Обормот сунул руку за пазуху и вытащил оттуда увесистый позвякивающий мешочек, который протянул мне.

— Сначала разменять все монета на серебро, — пояснил он, заметив мой недоумённый взгляд. — Иди покупать. А потом все сказать, что не взять денег.

Я молча взял мешочек и рассеянно подкинул его в руке. Тот отозвался весёлым звоном и вернулся в ладонь приятной тяжестью.

Они нагрузили шесть телег всякого добра и не взяли за это ни монеты?..

— Жители тебя любят-кве, — подметил фолиант.

На это мне оставалось лишь кивнуть.

Да уж… Как выяснилось, я сильно недооценил банальную благодарность, ибо даже близко не ожидал подобной реакции. Но лаграшцы были простыми людьми, которые отвечали добром на добро. Не знаю, все ли тельварцы походили на них характером, но вот за этих я точно воевал с людами не зря. И вид гомонящей наперебой толпы, уважительно поглядывающей в сторону появившейся посреди пустыря каменной твердыни, вызвал у меня чувство радостного удовлетворения.

Словно почувствовав моё настроение, Шарли довольно потёрлась о руку и рванула в сторону повозок, наверняка искать что-нибудь интересное.

— Даже не знаю, как вас благодарить, — сказал я, наконец, неловко кашлянув.

Вся эта ситуация неожиданно меня смутила.

— Не надо благодарить! — замахал руками смутно знакомый мне орк, вроде бы из плотников. — Мы это… От чистого сердца! Это… Чего мы топчемся-то, народ? Давай это, разгружай!

— Точно! — поддержали его в толпе. — Давайте, парни, заносим! Владыка, показывайте что куда!

Оглядев ещё раз телеги, я понял, что процесс затянется и, незаметно вздохнув, махнул рукой, приглашая всех за собой. Начался длительный и шумный процесс заполнения цитадели мебелью. В этом действе умудрилась поучаствовать и Шарли, таскавшая в передних лапах всякую мелочёвку.

Всякий, кто хоть раз в жизни постигал искусство переезда с одной квартиры на другую, с обязательным ритуалом перевозки мебели и прочими сопутствующими хлопотами, хорошо представляет, что по некоей мистической причине время, которое нужно затратить на них, всегда нужно умножать на два. Минимум. Если вы думаете, что занесёте и расставите весь свой хлам за час, на деле это займёт не меньше двух. Уверены, что справитесь за три? Смело вычёркивайте из жизни шесть часов. Запланировали целый день? …Да помогут вам боги.

У меня тут был не переезд, но принципы оказались теми же. Довольно скоро я понял, что имею реальные шансы сегодня до Аксилана не добраться. А завтра нас ждала путь-дорога. Немного поразмыслив, я решил, что раз гора не может прийти к Магомеду, Магомед должен сделать это сам. А потому, поймав Тука, я отправил его с новым поручением — передать весточку командиру стражи. В которой интересовался ходом дела и добытой информацией. Когда Тук отбыл, я решил, что так даже лучше. Вдруг по каким-то причинам командиру ещё нечего доложить, а я буду как дурак носиться туда-сюда, теряя время. И, как выяснилось спустя час, когда гоблин вернулся, в некотором роде моя догадка оказалась верна.

От Аксилана Тук доставил ответную записку, в которой командир стражи извинялся за задержку и пояснял, что она вызвана неизбежной продолжительностью процесса. Так как, чтобы составить достойный рапорт, командиру было мало слов пленников. Несколько дней заняли различные перекрёстные допросы и маринование в отдельных камерах. После чего стража принялась за расследование на основе полученной информации о путях проникновения и прочей рутине. Однако… помимо этого командир высказывал смутные опасения, что, несмотря на мою угрозу, пленники говорят не всё, что знают. Однако ему нечем было подкрепить свои подозрения, кроме интуиции.

Моя собственная интуиция после прочтения записки недовольно заворчала, а значит, мне стоило лично убедиться в том, не переусердствовал ли командир в своих подозрениях. В конце концов, оказавшись в камере, люды могли немного взять себя в руки

Немного подумав об этом, я отправил Тука обратно к Аксилану с сообщением, что загляну на огонёк ближе к закату. Глядишь, в моём присутствии голубчики запоют другие песни. Более раннее время я назначать не стал, ибо был уверен, что быстро с обустройством замка мы не закончим.

Мои предположения оказались полностью верны. Мало было просто занести мебель, следовало её ещё грамотно расставить. Так что процесс завершился лишь вечером. По моим ощущениям, в районе часов шести или семи. И то, лишь благодаря хозяйкам, что пришли сюда с некоторыми мужьями. Без женского хозяйственного ока мы бы или закончили быстро и кое как. Либо глубокой ночью, но так и не придя к окончательному решению, где что должно стоять.

И сей несостоявшийся вариант развития событий меня воистину ужасал. Ибо даже после ускоренной программы по меблировке цитадели у меня колоколом гудела голова, а в ушах до сих пор раздавалось эхо от постоянных «туда-не-сюда».

И, когда тепло попрощавшись, горожане загрузились в опустевшие телеги и укатили в город, у меня чуть не закружилась голова от навалившейся тишины.

— Фух… — выдохнул я.

— Ты так вздыхаешь, словно самолично всё это таскал-кве, — поддел меня Эрмит.

Лаграшцы и правда не дали мне и шанса поучаствовать в переносе вещей, так что всё, что я делал — это следовал своему прежнему плану по созданию каменных предметов. Список которых изрядно сократился с приездом обоза. К примеру, в столовой теперь стоял добротный деревянный стол с массивной столешницей, способный выдержать даже гномью попойку. Как минимум, хотя бы один раз.

В целом, прибавилось много всего, чего я не заказывал. Больше разной мебели, несколько тонких, но симпатичных ковров, различная посуда, украшения из глины, подушки и одеяла. И даже пара картин. Не все привезённые вещи, но подавляющая их часть были совершенно новыми, прямо с прилавка или верстака мастерской. И этого количества оказалось достаточно, чтобы прилично обставить почти половину комнат. Пустовать пока что остались лишь те, что я планировал отвести под гостевые комнаты для попутчиков, да немного не хватило кроватей в комнаты моих спутников. Некоторое время гоблинам придётся кидать жребий, чтобы определять тех неудачников, которым придётся спать на полу.

Ну да ничего, со временем и эти вопросы решатся. Поначалу я даже на такое не рассчитывал, а оно вон как вышло.

Проводив взглядом удаляющийся обоз, я развернулся и отправился в цитадель. Гоблины из отряда, которых Тук привёл вместе с телегами, по случаю «новоселья» затеяли на кухне какое-то кашеварево и по округе начал разноситься очень даже неплохой аромат. Виной тому, во многом, было полное отсутствие в цитадели каких-либо дверей, включая входную. Этот вопрос тоже надо будет со временем решить, а пока я мог просто запечатать вход в цитадель или свои покои каменной плитой.

Пока ноги несли меня к карманному замку, я оглядел всю округу и немного забеспокоился.

— Эрмит, а ты давно видел Шарли? — спросил я пингвина.

— Хмм… — задумался он. — Около часа или двух назад-кве? — неуверенно ответил фолиант, взмахнув страницей. — Но, мне кажется, что она отправилась внутрь здания и с тех пор не выходила-кве.

Кивнув, я зашёл в здание и принялся осматривать комнаты в поисках своей питомицы.

А всё таки тут стало очень уютно. Пока не было мебели, голые коробки помещений давили и угнетали своим запустением. А теперь внутри даже было приятно находиться. Честно говоря, стараниями горожан убранство стало даже богаче, чем я задумывал поначалу. Всё таки, задачи у замка были сугубо утилитарные.

В столовой царил весёлый галдёж. Отдыхающие гоблины ждали заслуженный ужин и рубились в карты. Я махнул рукой следовавшему за мной Круку:

— Иди, отдохни пока, попозже отправимся в ещё одно место.

А сам отправился дальше, разыскивая паучиху. На первом этаже её не оказалось и я поднялся на второй, где находились комнаты для сна. И практически сразу же понял, где её искать.

В дверном проёме, что вёл в мои личные покои, висела белоснежная занавеска из весьма знакомого мне с виду материала. Похожего на тот самый, из которого был соткан гамак, подаривший мне немало комфортных часов в приснопамятной шахте. Коснувшись занавески рукой, я убедился в том, что глаза меня не обманули. Передо мной висела та самая, бархатная паучья ткань, появиться которая могла лишь благодаря Шарли.

Откинув занавеску, я оказался в царстве безукоризненной белизны. На узких окнах висели белые шторки, пол устилал толстый белоснежный, словно слой свежего снега, ковёр. Нашедшаяся таки большая кровать так же щеголяла безукоризненной белизной. Простыня, одеяло, огромные воздушные подушки — всё было сделано из паучьей нити. А с потолка свисал полупрозрачный балдахин.

Единственное, что выделялось на фоне этого белого царства, так это сама Шарли, устало распластавшаяся на кровати, да принесённый сюда горожанами ковёр, который деятельная паучиха убрала с глаз долой, скомкала и приткнула в угол.

Дабы не осквернить труды Шарли презренной грязью, я скинул ботинки и лишь после этого зашёл в комнату. Ноги мгновенно утонули в ковре по самую щиколотку. Поразившись тому, сколько труда паучиха во всё это вложила, я подошёл к кровати и, присев на край, принялся гладить восьмилапую подругу.

— Спасибо. Сильно устала?

Паучиха в ответ поёрзала на одеяле и довольно вытянула лапы, словно потягивающаяся кошка.

— Я скоро отправлюсь по делам. Ты со мной или будешь отдыхать?

Немного подумав, Шарлотта подняла правую переднюю лапку и лениво помахала коготком в стороны. И я вполне мог её понять. Если бы не необходимость заглянуть к Аксилану, я увалился бы прямо ей под бок и задрых, благо постель тут теперь была на зависть даже королям. Может, тут и заночевать, когда с делами закончу? Только Эсми с Латикой предупредить надо…

Сонливость, тихо и коварно подкравшись со спины, едва не свалила меня на одеяло. Встряхнувшись, я устало потёр глаза и с огромным сожалением встал, пока ещё был в силах сопротивляться сну.

— Позже вернусь, — сообщил я Шарлотте, чтобы она не искала меня потом по всему городу, и отправился на выход.

Раз уж Аксилан подозревал, что пленные чего-то темнят, стоило ему немного помочь. Интересно, хороший ли выйдет из меня дознаватель?

Глава 28. Как стать Рыцарем Смерти

Перед тем, как приступить к допросу пленников, мы с Аксиланом около часа провели в его кабинете. Сначала я, само собой, ознакомился с протоколами прошлых дознаний, однако ничего интересного лично для себя там не обнаружил. Более того, всё находилось абсолютно в пределах ожидаемого. Разве что немного удивил тот факт, что попавший к нам в руки капитан оказался двоюродным братом командующего дивизией. Так что я далеко не сразу понял, что именно вызывало беспокойство командира стражи.

— Что именно вас смущает, мастер Аксилан? — спросил я после того, как несколько раз обдумал прочитанное в протоколах допроса. — Показания сходятся, я не вижу никаких расхождений.

— Владыка, вы знаете размер войска, которое атаковало Карушскую крепость? — ответил он вопросом на вопрос.

— Не интересовался, — мотнул я головой. — Это важно?

— Да как бы сказать… — замялся эльф. — Вот смотрите. Судя по сводке, люды задействовали около двадцати тысяч человек, из которых десять тысяч пришли подкреплением. Генерал Гаргал отправил на помощь Карушу семнадцать тысяч солдат, боевых магов и большой обоз провианта. После столкновения с подмогой от Гаргала, генерал Райда отступила. Полагаю, сочла длительную осаду неоправданной, так как с усиленным гарнизоном и большим запасом провианта крепость могла сопротивляться довольно долго.

Я медленно кивнул. Предположение Аксилана звучало вполне логично, на мой взгляд.

— А вот теперь начинаются странности, — посерьёзнел страж. — На тысячу солдат у фиарнийцев используется пять боевых Ходунов, пять транспортных и десяток малых кавалерийских двуногов. Это стандартный состав людского батальона. Бывают некоторые изменения в ту или иную сторону, но не сильные. К стенам Лаграша, по подсчётам моих наблюдателей и разведчиков, а также показаниям пленных, подошла дивизия. Без малого, двадцать тысяч солдат. Владыка, вы не замечаете ничего странного?

Я задумался. Аксилан не просто так упомянул про батальон. Двадцать тысяч душ — это двадцать батальонов. Даже если отбросить кавалерийские автоматоны и транспортники, Ходунов должно быть…

— Слишком мало боевой техники, — удивлённо распахнул я глаза.

В войске, что пыталось напасть на город, были транспортники, державшиеся глубоко в тылу. И они успели отступить вместе с арьергардом дивизии. Но вот боевых гексаподов было ровно двадцать. Я подсчитал их ещё на проекции Аллегри, и каждый из них был уничтожен Флюгом во время той мясорубки. Двадцать «Пауков», по одному на батальон.

— Или слишком много солдат, — мрачно кивнул Аксилан. — У нас нет сильного гарнизона с поддержкой боевых магов, и стены, до недавнего времени, не были укреплены. Двух батальонов с десятком Ходунов с лихвой хватило бы, чтобы уничтожить как наш город, так и несколько других, что находятся восточнее. Скажу больше, пара нормальных батальонов продвигалась бы куда быстрее дивизии, в которой не хватает боевых автоматонов.

— И вообще, какого чёрта на штурм беспомощных провинциальных городков отправили столько же войск, сколько на атаку Каруша? — задался я вопросом, продолжая раскручивать ниточку, которую подбросил мне Аксилан. — Возможно, я заблуждаюсь, но Райда ведь могла без проблем взять крепость, будь у неё эта дополнительная дивизия?

— Я думаю, что так и есть, Владыка Нотан, — кивнул командир стражи. — Логичнее было бы сначала захватить важную стратегическую позицию, и лишь после этого отправлять часть сил на зачистку региона. Теперь вы понимаете, почему я озадачен?

— Более чем, — я задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. — Я полный ноль в военном деле, но интуиция вопит, что дело нечисто. Возможно, люды хотели скрыть какую-то миссию за штурмом наших городов, для чего и понадобились лишние солдаты… Либо, хм, кто-то в Империи хотел подставить Райду? Нет, звучит слабо…

— Владыка, не забывайте, что это также могла быть ловушка, — заметил командир стражи. — Райда осознанно отступает и дожидается момента, пока силы генерала Гаргала не бросятся на помощь гибнущим городам. А потом, — он выразительно сжал ладони, — две армии людов уничтожают их, взяв в тиски.

Я взял со стола протоколы допроса и пробежался по ним ещё раз. Рядовых в расчёт не берём, они могли до последнего не знать истинного положения дел и настоящих приказов, что получили их командиры. Строго говоря, всякие сержанты-лейтенанты тоже могли быть ни сном, ни духом. Но у нас тут сидел целый капитан. Да ещё и родственник командовавшего дивизией полковника. Если они были в нормальных отношениях, он не мог не знать настоящего приказа. Ну, по крайней мере, мне хотелось так думать.

Но, судя по записям, на допросах капитан не оставил ни намёка на то, что знает что-то сверх уже рассказанного дознавателям. Но после беседы с командиром стражи я был уверен, что у этой военной операции фиарнийцев имелось второе дно.

— Ну что же, мастер Аксилан, — сказал я, возвращая протоколы на стол. — Устройте мне экскурсию по темнице, покажите пыточную. Ну и, само собой, пригласите туда и эту троицу. Побеседуем с ними немного по душам.

* * *

— Доброго вечерочка, — поприветствовал я людов с дружелюбной улыбкой. — Как вам наши камеры? Сквозняки не беспокоят?

Фиарнийцы, которых сюда привела стража, с трудом передвигали ноги от нахлынувшего на них страха. На моё добродушное приветствие ни один из них ничего не ответил, лишь одарив меня ненавидяще-испуганными взглядами.

— Исхудали что-то, — обеспокоенно оглядел я пленников. — Хорошо питаетесь? Постарайтесь есть побольше сухарей. Кстати, а где ваша чесалка для спины? — обратился я к командиру фиарнийцев. — Я ведь подарил от чистого сердца. Неужели отобрал тюремщик? Только скажите и я разберусь.

— К… Катитесь в ад! — глухо выдавил из себя вояка.

Просто удивительно, какой сногсшибательный эффект оказывала на людов аура Мастерских дайсов. Я ведь и пальцем не шевельнул в их сторону с того момента, как зашёл с Аксиланом в тюремное здание, а они уже тряслись от ужаса. А что будет дальше, когда мы начнём беседовать по душам?

— Ну зачем же так грубо… — притворно расстроился я. — Вы ведь уважаемый фиарниец, капитан Империи, да ещё, — я демонстративно сверился с листком протокола одного из допросов, — ажно целый двоюродный брат полковника Шугта. Не того ли самого Шугта, что командовал атакой на Лаграш?

— Вам то какое дело? — с нескрываемой ненавистью ответил он. — Шугт всё равно мёртв.

— Но вы-то живы, — осклабился я. — Пока что. И сможете оставаться таковым, если ответите мне буквально на парочку вопросов.

— Думаете, я поверю демону?!

— Да мне, в общем-то, без разницы, поверите вы мне или нет, — усмехнулся я. — Вы всё равно ответите. Потому что такова моя воля. Разница лишь в том, как это произойдёт.

Я лениво бросил листок на стол справа от себя и, вальяжно откинувшись на спинку стула, закинул ногу на ногу.

— Вариант первый. Быстрый и очень скучный, — я поднял палец. — Вы отвечаете на вопросы, я оставляю вас в живых на правах военнопленных. И даже позволю вашим семьям заплатить за вас выкуп.

Судя по несмелым огонькам надежды, зажегшихся во взгляде у парочки рядовых, этот вариант им очень нравился.

— Вариант второй. Долгий, но очень весёлый, — широко улыбнулся я, поднимая второй палец. — Как я уже говорил раньше, вас окунут в бездну бесконечных пыток, воскрешая раз за разом, пока вы не начнёте умолять об окончательной смерти в обмен на нужные мне ответы. Это займёт какое-то время, зато скучно не будет. Вы даже не представляете сколь изобретательны орки и тёмные эльфы в вопросах пыток.

Я смерил троицу взглядом, оценивая оказанный эффект. И, судя по их нервному поведению и ужасу в глазах, они ещё помнили нашу прошлую встречу. Однако, я мог предложить им ещё кое-что. Придётся всё немного приукрасить, конечно же, но так это ведь сугубо для пользы дела!

Вариант третий… — я чуть задумался, вспоминая свою беседу с Лион о некромантии и сортах зомбей. — Быстрый, но не менее весёлый, чем предыдущий.

Я подался на стуле вперёд, вперился взглядом прямо в глаза пленного капитана и тот вздрогнул.

— Вас можно просто убить, прямо сейчас, — сказал я, не убирая с лица улыбки. — А потом поднять в качестве нежити. Разумной нежити. Вы будете помнить себя, сможете разговаривать, думать… Но будете мертвы. И будете подчиняться всем моим повелениям. Сначала я прикажу вам ответить на мои вопросы. А потом… — я тихо засмеялся. — Потом я одену вас в лучшие доспехи, вручу лучшее оружие, по уши накачаю ваши мёртвые тела отборными, сильнейшими зачарованиями и отправлю вас домой. С единственным приказом. Убивать. Ваших жён, детей, родителей! — я медленно встал со стула и нависнул над пленниками. — Семьи, друзей, соседей, всех, кого вы знаете или увидите по пути! Вы будете резать своих сыновей, но не сможете остановить свою руку! Вы будете ненавидеть меня всей душой, но не сможете ослушаться приказа! Ваш разум утонет в гневе и ярости, ваши тела пропитаются кровью любимых и близких! Вы будете плавать в этом океане отчаяния, растворяться в нём, пока не погрузитесь в добровольное забвение, спалив дотла собственную душу, чтобы она больше не причиняла боль воспоминаниями о содеянном! Убийство всех и вся станет вашим единственным желанием, единственной причиной продолжать своё существование. И тогда… вы переродитесь. Переродитесь в Рыцарей Смерти, что несут тьму и погибель на собственный род! Превращают улицы городов в русла кровавых рек, берега которых усеяны гниющими трупами! — я перестал нависать над капитаном, единственным, кто ещё сохранял хоть какое-то присутствие духа, и выпрямился, с предвкушением на прикрытом маской лице оглядев неудачливых киллеров. — Весело, правда?

Судя по тому, как задёргались пленники, они в полной мере оценили глубину идеи и были от неё в полном восторге. Так что я с довольным видом сел обратно на стул и хлопнул в ладони:

— Согласен, звучит просто превосходно. Давайте так и поступим! Весёлые варианты — мои любимые.

— Не надо! — забился один из рядовых, пытаясь отползти куда-нибудь в угол, но получил пинок от одного из стражников.

— Надо, Федя, надо, — ухмыльнулся я.

— Я не Федя, — всхлипнул пленник, — я…

— Да без разницы, — махнул я рукой, затыкая бедолагу. — Сделаю нежитью, назову Федей. Привыкай заранее.

— …Я согласен, — раздался тихий, подавленный голос.

Я перестал глазеть на поименованного Федей пленника и перевёл взгляд на капитана, чей голос и произнёс эту фразу.

— Я расскажу то, что вы хотите узнать, — уже громче сказал он, и поднял взгляд, пытаясь прожечь им меня. — Если это даст шанс хотя бы им вернуться домой живыми… я расскажу.

Я не сразу ответил однорукому вояке, лениво играя с ним в гляделки.

— Вы лишаете меня развлечения, — хмуро сказал я через некоторое время, немного прищурившись, на что фиарниец едва заметно вздрогнул. — Но что поделать, я ведь сам предложил этот вариант. Да будет так. Однако помните, капитан… Весёлые варианты нравятся мне куда больше. Так что я буду с нетерпением ждать момента, когда вы попытаетесь солгать. Мастер Аксилан!

— Здесь, Владыка! — ответил выжидавший позади меня командир стражи, выходя вперёд.

— Вы упоминали, что знаете людский? Тогда не буду лишать вас удовольствия провести допрос, — я приглашающе указал на согласившегося сотрудничать вояку. — Спрашивайте у капитана всё, что нужно. А этих двоих… — я кивнул в сторону его подопечных. — Уведите отсюда. И облейте водой. Кажется, кому-то из них не помешает постирать портки.

Когда их увели, и в комнате, кроме нас с Аксиланом, остался лишь однорукий фиарниец, писарь, да парочка стражников, командир принялся задавать вопросы:

— Итак, первое… Какая задача на самом деле стояла перед вашей дивизией? — вкрадчиво начал он.

Глава 29. Уважение по-тёмноэльфийски

Лаграш и его города-соседи не просто так считаются захолустьем и окраиной гоблинского королевства.

Лежащие на юге от них леса скудны на дичь и ягоду, хотя простираются на четыре-пять дней пути. Попытки основать там промысловые деревни неизменно оборачивались неудачей, так что единственной ощутимой пользой от них была лишь древесина для отопления и строительства. На опушке леса и вовсе сильно редеют и превращаются во влажную мшистую марь, предвестницу бескрайних топей Чорганских болот, раскинувшихся на юго-западе материка.

Горт рассказывал, что дорога через эти топи может занять целые месяцы. И даже не потому, что на каждом шагу ожидает зыбкая трясина и раскисший торф. А из-за тварей, что населяют эти места. Гигантских змей в костяной броне, комаров размером с молодого гоблина, сонмов прячущихся в воде пиявок, что способны за минуту высосать досуха кровь зазевавшегося путника. И прочих, не менее забавных и любопытных представителей местной экосистемы. К примеру, тех же болотных порингов, блуждающих разумных мимиков-трясин или виспов, пытающихся ночью поджечь твою палатку или болотные газы возле лагеря.

Но даже если хватит духу и сил пересечь эти гиблые места, то дальше на юг смельчака ждёт лишь каменистая пустошь, постепенно переходящая в опаляющую пустыню, где-то в центре которой находится гнездовье огненных драконов. К счастью, твари редко покидали свой дом, а охотиться предпочитали не на гоблинов или эльфов, а где-то юго-западнее. На тучных равнинах, полных упитанной травоядной добычи. Так что каких-то особых проблем от них, несмотря на явную близость обитания, обычно не ждали. Но «обычно» — не значит «совсем». Так как в истории случалось всякое. Но в целом, гоблины и драконы практически не пересекались.

Иначе говоря, южная граница Королевства Бракка выглядела совершенно бесперспективно. По крайней мере, в глазах коренных тельварцев.

В моих же глазах, глазах бывшего жителя Земли и владельца «Полиглота», за болотами обитали невероятно мощные и опасные потенциальные союзники, живая авиация. Опыт общения с тем драконом наглядно демонстрировал, что ребята они, в общем-то, не злые. А то, что города жгут — так это просто приветствие такое. Между прочим, уважительное и искреннее, исходящее от всего драконьего сердца. А сердце у них большое. Не их вина, что мы просто несведущи в драконьей культуре. И не наша вина, что драконы не разбираются в наших обычаях.

Как ни крути, а договориться друг с другом ни одна сторона раньше не пыталась. Из-за банального незнания языка.

Но я-то знал! И мог попробовать наладить контакт. Вопрос был сугубо во времени, что придётся затратить на дорогу… и в отсутствии самой дороги. Но кто сказал, что её нельзя построить? По моим смелым расчётам, сотне мертвяков это будет вполне по силам. Хотя и займёт приличное количество времени. Но я в ту сторону ведь и не тороплюсь? У меня пока и прямо здесь дел по самые уши…

Зачем я вообще вспомнил про драконов? Да просто в качестве примера того, что, обладая некоторыми знаниями и иным пониманием ситуации, можно видеть перспективы там, где остальные видят лишь смертельный риск и верную погибель. Вот и люды, похоже, знали о нашем регионе несколько больше, чем сами местные жители. И очень хотели воспользоваться своими познаниями.

Увы, всех подробностей капитан не знал, даже несмотря на блестящие перспективы стать элитой элит армии Тьмы, что я ему описывал. Его двоюродный брат о полученных приказах говорил мало и с явной неохотой. Точнее даже, неприязнью, если верить словам пленника. Достоверно капитан знал лишь одно. Транспортные Ходуны тащили в кузовах, помимо провизии, огромный запас высококачественных вельд-кристаллов и какие-то ящики с неизвестным содержимым, за которые отвечали несколько таинственных офицеров от генштаба. Они присоединились к выходившему из Ликрама войску в самый последний момент и передали приказ об изменении поставленных перед войском задач.

Изначально все они должны были выдвинуться на помощь Райде, ни о каком рейде на города речь не шла. Однако новоприбывшие офицеры разделили войско на две части, взяв с собой лишь немного боевой техники и прорву солдат. Шугт пытался протестовать, в меру своих полномочий и положения, однако повлиять на штабных ему не удалось.

Куда направлялись загадочные фиарнийские шишки, не знал ни капитан, ни его почивший двоюродный брат. Единственное, что те им приказали, так это двигаться сквозь тельварские города, оставляя за собой побольше разрушений и хаоса, затрудняя преследование тельварскими разведчиками. А во время атаки на третий город штабные планировали воспользоваться хаосом штурма и, позаимствовав часть транспортников и солдат, исчезнуть в подступающем прямо к стенам города лесу. Зачем и для чего? Шугту не доложили. А, соответственно, не знал и пленный капитан. В этом я почти не сомневался, так как он не «вспомнил» новые важные детали даже после того, как я, раз уж он пытается водить меня за нос, приказал в шутку его убить и стражи утащили капитана в соседнюю комнату, дабы не оскорблять мой взор кровью премерзкого люда.

Короче говоря, фиарнийцы, судя по всему, собирались что-то отыскать в наших землях. Вот только что? Аксилан обещал перетрясти все легенды и слухи, до которых мог дотянуться, но особых надежд узнать ответ я, честно сказать, не питал.

Неслышно вздохнув, я легонько прижал к себе спящих служанок и поёрзал спиной, стараясь как можно глубже и уютнее утопить себя в мягкой паучьей постели. Нет, никаких шалостей сегодня не произошло. На самом деле, я вообще не ожидал увидеть своих горничных в замке. Но они заявили, что, услышав от посланного к ним гоблина историю о замке, должны были лично убедиться в комфортабельности моего походного жилья. Кроме того, подмигнула Латика, если их не будет поблизости, господин рискует проснуться не раньше обеда и опоздать к отбытию. Аргумент звучал очень весомо.

Так как я вернулся довольно поздно и мне ещё следовало хорошо выспаться, пришлось сразу же заявить, что грехи сегодня отменяются. На что служанки безропотно согласились, однако лукаво заявили, что раз господин опять отбывает на неопределённый срок, его горничные, дабы не чувствовать себя в это время слишком одиноко, сегодня составят ему компанию. Я сначала было хотел решительно отказать, но потом махнул рукой.

В результате, когда я поел и отправился спать, девушки зажали меня с трёх сторон. С трёх — потому что практически в наших ногах, вплотную к кровати устроилась почивать Шарлотта. Притащи горожане сюда орочью кровать, так и она бы на неё залезла, место бы позволяло. Поначалу, ложась спать, я думал, что вскоре начнутся поползновения определённого толка, однако горничные повели себя на удивление смирно и быстро уснули.

…В какой-то момент я даже почувствовал себя обманутым.

И что самое обидное, хотя я намеревался хорошенько выспаться перед дорогой и обломал служанок, сон никак не шёл. В голову лезла всякая чепуха обо всём подряд, начиная от того, как вообще дальше жить и заканчивая тем, как забавно будут выглядеть зомби-дорогоукладчики с застрявшими в них гигантскими комарами. И главное — какого хрена люды забыли в нашей глухомани? Я пытался послать Аллегри мысленный запрос, но ответа так и не дождался. В конце концов, мерное дыхание спящих девушек таки смогло меня усыпить и я отключился до самого утра.

Пробуждение принесло ожидаемую суматоху. Проснуться, умыться, съесть до крошки обязательный завтрак, выгнать всех из замка и проверить, что нигде в каморке не сныкался спящий гоблин.

Не то что бы я был против того, чтоб кто-то прокатился в Хранилище, просто соблюдал равноправие. Если уж мне предстоит отбивать задницу в седле и натирать мозоли, то это должны делать и все остальные, кто будет ехать вместе со мной. И вообще, если бы Эсми с Латикой прознали, что я могу таскать в кармане и живых существ, они попытались бы остаться в замке, чтобы сопровождать меня в пути.

Не могу сказать, что идея была так уж плоха, но лучше уж пусть сидят дома. К тому же, в таких условиях, если они будут излишне рьяно выполнять свои обязанности, то даже их неутомимости окажется недостаточно, так как при отправке замка в Хранилище, время для них бы просто замирало. Весь путь превратился бы для них в бесконечную череду работы с редкими вкраплениями сна.

Такая перспектива меня не слишком радовала, так как попахивала плохим обращением с прислугой, даже если они сами будут уверять, что не против.

Наконец, отправив замок в Хранилище, а девушек обратно в особняк с наказом следить за ним до моего возвращения, я созвал краснокожую братию и отправился через город к противоположной его окраине. Туда, где встали лагерем солдаты графа Вриду и он сам. Шарли, не захотевшая уходить вместе с Эсми и Латикой, гордо семенила впереди моего ящера.

По пути к нам присоединились остальные гоблины во главе с Гортом и магистром Лион. Гоблины щеголяли своими любимыми электрическими копьями с чёрными стягами на древках и любовно одёргивали на плечах тёмные плащи-накидки, поправляя складки. Что до магистра… Сегодня я старался лишний раз в её сторону не смотреть, ибо её нынешнее одеянии оказалось ещё возмутительнее предыдущего.

Подъезжая, Горт и Лион что-то степенно обсуждали, рисуя пальцами в воздухе какие-то загогулины, вероятно, магические конструкты. А потом старый шаман приблизился ко мне:

— Доброе утро, Владыка, — поздоровался он и перешёл на доверительный шёпот, — Госпожа Лони просила передать, что не сможет проводить вас. Работа оказалась тоньше и сложней, чем она предполагала.

— Спасибо, старче, — кивнул я.

И правда, ушла в работу с головой как и обещала. Наверное, даже лучше, что я покину город на какое-то время. Гномке предстояла куча хлопот, не только над малым прототипом, но и над банальными городскими заказами. И моё присутствие, как показывал недавний опыт, её бы лишь отвлекало.

— И она просила вам вручить кое-что, — добавил Горт и запустил руку под кольчужное пончо, выудив оттуда небольшой мешочек. — На всякий случай. Сказала, что это спасительный корень и вы знаете, для чего он.

Моя рука, в которую опустился холщовый мешочек размером с кулак, предательски дрогнула. Спасительный корень? Тот корень?! О чём вообще думает эта рыжая язва?! Что я вот так вот начну направо и налево, едва ступив за порог?! Ну я ей выскажу, когда…

— Господин Нотан, — раздался у уха вкрадчивый голос и я вздрогнул от неожиданности, осознав, кто успел ко мне подкрасться.

И поспешно спрятал мешочек с глаз долой, пока не начались какие-нибудь неудобные вопросы. От Лион, а это была именно она, они стали бы особенно неудобными.

— Господин Нотан, сегодня ночью я разговаривала с магистрами Башни, — тем временем, продолжила она вполголоса, лениво, без особого интереса, скользнув взглядом по «гостинцу» от гномки. — Они готовы прибыть лично за… товаром, однако подготовка займёт время. Прямо сейчас в Университарии недостаточно боевых магов для организации охранного эскорта. Кроме того, требуется создать несколько дополнительных артефактов карманных измерений для перемещения золота.

— Про артефакты могу понять, — я озадаченно почесал щёку. — Но охрана? Зачем магистрам охрана? Разве они сами по себе не сильнейшие маги?

— О, Владыка, это же вопрос статуса, — ехидно усмехнулась тёмная эльфийка, выразительно вскинув брови. — Половина магистров даже по нужде ночью без сопровождения не отправится. Не приведи Бездна, пойдут слухи о том, что они стали недостаточно влиятельны, раз уже не могут позволить себе даже банальный почётный караул.

— Пыль в глаза друг другу пускают, понимаю, — хмыкнул я. — Так что там с временем на подготовку?

— Они прибудут сюда недели через три, не раньше, — сообщила чародейка.

— Прекрасно, значит, мы без каких либо проблем успеем вернуться, — обрадовался я и неожиданно задумался.

Три недели… Хм… А ведь скоро осень?

Я совсем забыл о ярмарке, что будет проходить в Лаграше в конце лета. По идее, на неё мы тоже без проблем успевали, вот только… Подготовиться к ней я так и не успел! Нет, мануфактура работала вовсю и старательно шила футболки, плащи, флаги и гобелены с ликом Аллегри, с этим не было никаких проблем. Вот только я планировал зачаровать хотя бы немного вещей, чтобы выставить часть на аукцион, а часть разыграть в лотерее. Но мой текущий запас… был крайне жиденьким.

Ну, стоило уже смириться с тем, что ничто в этом мире не желало идти по моему плану.

Спасибо хотя бы на том, что год в Тельваре оказался длиннее земного. Всё те же четыре сезона, но каждый длился на один месяц дольше. Так как я прибыл сюда, как в итоге выяснилось, в конце весны, почти перед самым началом лета, то у меня имелся ещё один лишний месяц форы для манёвра. Ну, если точнее, то уже чуть меньше. Но если мы действительно уложимся в полторы недели на всё про всё, то у меня ещё оставались шансы немного наверстать отставание по зачарованию вещей.

— Разумеется успеем, Владыка, — ответила чародейка, поправляя непослушную прядь, упавшую на лицо из под шляпы. — Даже если нет, не сомневайтесь, они вас подождут. Есть одна вещь, что вызывает у меня куда большее беспокойство.

— Хм? О чём вы, магистр? — я немедленно навострил уши.

— Я решила порадовать ваш взор лучшим традиционным одеянием тёмных эльфов, но вы даже не смотрите в мою сторону, — сказала она с лёгкой тревогой в голосе и я чуть с ящера не свалился, когда это услышал. — Может я вновь сделала нечто, что разочаровало вас и теперь вы не желаете меня видеть?

Разумеется, ничего такого Лион пока не совершила, к моей огромной радости.

Вот только лучшее традиционное одеяние тёмных выглядело как несколько полос ткани, наброшенных на плечи, и перехваченных на талии изящным поясом. И на этом, если опустить белый цвет и золотистые узоры, его описание можно было заканчивать. Повседневное одеяние Лион, в котором она ходила прежде, хотя и было… вызывающим, всё ещё держалось в рамках приличий.

Но мимо этой, кхм, одежды приличие даже рядом не пробегало. Крупная грудь эльфийки покачивалась в такт шагам ящера и, того гляди, норовила выскользнуть из ненадёжных объятий тканевых лент. А светлые угловатые татуировки, нанесённые на кожу, притягивали взгляд и так и норовили завести его куда-нибудь на соблазнительные бёдра, а то и куда подальше — на едва прикрытые тканью ягодицы, например. Белые невысокие сапоги, да шляпа были самыми целомудренными предметами её гардероба.

Иначе говоря, смотреть на Лион было просто опасно. А я всегда старался держаться подальше от опасностей.

Вот только как об этом сообщить чародейке?

— Не беспокойтесь, магистр, вы не сделали ничего такого, — успокоил её я. — Просто обдумывал некоторые вещи. К слову, не знал, что наряды тёмных эльфов столь откровенны, — в итоге я решил тактично пойти в обход. — Разве он удобен для длительного похода?

— В нём не жарко и он не стесняет движений. Кроме того, эти наряды — наша гордость, — эльфийка бесстыдно провела рукой по груди. — Среди тёмных эльфов сдержанность и скромность считаются пороками, Владыка. Мы гордимся нашими телами и не стыдимся желаний. И подобные одеяния… — она опасно оттянула одну из лент пальцем, едва не стянув её с плеча, — прекрасный способ показать себя тем, кого мы уважаем, не посягая на нормы приличия других народов. Что думаете, Владыка? Разве наша культура не прекрасна?

— …Действительно прекрасна, — после короткой паузы признал я.

А что ещё мне оставалось ответить? Мама учила меня всегда говорить правду.

Однако сразу возникали вопросы по поводу Эсваля. До сегодняшней беседы с Лион я даже не задумывался о том, что его поведение не соответствует народным традициям. Молодой маг земли хоть и был тёмным эльфом, вёл себя… крайне порочно. Был тих, скромен, не слишком уверен в себе и носил закрытую одежду. Похоже, что парнишка некогда хлебнул лиха, раз вёл себя настолько отлично от родных культурных устоев. О чём, к слову, весьма красноречиво свидетельствовали его укороченные кем-то уши.

Вот только раньше у меня не было повода задуматься над его характером, так как до встречи с Лион Эсваль был единственным тёмным эльфом, которого я видел с расстояния ближе сотни метров. Уж больно редко попадались на глаза его соплеменники. Что тоже, в общем-то, вызывало вопросы.

— Вы подарили мне жизнь, несмотря на оскорбление, что я вам нанесла. И даже оставили шанс разгадать ваши тайны. И раз я получила от вас дар жизни, то отныне принадлежу вам. Такова честь тёмных эльфов, — тихо сказала магесса, чтобы не услышали остальные, и добавила уже громче. — Мне остаётся лишь выказывать своё уважение к вам всеми возможными способами, и верно служить душой и телом, чтобы отплатить за проявленную щедрость и заработать утраченное доверие. Если будет нужно, не стесняйтесь использовать их без раздумий.

Она произнесла это столь обыденным тоном, что мне оставалось лишь неопределённо кашлянуть в ответ. Так значит, она ничуть не приукрашивала, когда говорила об этом графу, при встрече в мэрии. Теперь мне всё стало более-менее понятно. Но вот осадочек от прошлого убийства у меня пока никуда не исчез. И как бы не бурлила кровь при взгляде на эти дьявольские изгибы, едва прикрытые тканью, разум советовал держать эту знойную дамочку на некотором расстоянии от себя и не спускать с неё глаз, сколь бы двояко это ни звучало. Мало ли когда и от чего её снова замкнёт.

Вот только, судя по подарочку от Лони, моя невеста сильно сомневалась в том, что разум рано или поздно не переметнётся в другой лагерь. Мда. Да что там, она даже была уверена, что всё уже произошло. Вот это и называется доверие? Или, наоборот, это и есть доверие, несмотря ни на что? Слишком сложный какой-то мир… На Земле всё было проще и понятнее.

А может… Это просто неизбежный отпечаток висящей над головой гибели цивилизации? Все вокруг просто стремятся жить и брать от жизни лучшее, пока в голову не прилетит заряд манастрела. Кажется, я не так давно уже задумывался об этом. А может, это просто дежавю. Но, в любом случае, теория имела право на существование.

От сложных размышлений, отягощённых невольным созерцанием покачивающихся смуглых бёдер, меня спасли северные ворота города и расположившиеся за ними войска Вриду. В качестве жеста вежливости, граф немного отвёл свою армию от городских стен и лишь после этого отдал приказ разбивать лагерь. Так что теперь между ставкой графа и Лаграшем простиралась полоса свободного пространства.

Прям то что надо, дабы поставить тут мой карманный Горменгаст. Не откладывая дело в долгий ящик, я приказал своему отряду остановиться и взмахнул рукой, перетаскивая походную цитадель из ячейки Хранилища на свободу.

От мощного, тугого удара земля под ногами натурально вздыбилась и ящеры занервничали. В лагере Вриду взвыл тревожный рог и в нашу сторону сразу бросились солдаты. На то, чтобы навести порядок, ушло немало времени и окончательно успокоить солдат графа смог лишь он сам, когда явился к моему замку вместе с Астиль и охраной.

— Во имя Богини, что это такое? — спросил он, поражённо глядя на возникшее из ниоткуда здание.

— Это, граф, наша походная палатка, — хмыкнул я. — В ней мы сможем поесть и поспать, пока будем в пути. Внутри есть склады, относите припасы и вещи туда, мои парни покажут дорогу. Справа ворота в стойло для ящеров. Можете завести туда подменных зверюг, если хотите. Только фураж не забудьте.

— Но где?.. Как?.. — поражённо мямлил Вриду совсем не по-графски.

Астиль и вовсе смотрела на замок огроменными глазами и даже не обратила внимания, что её шляпа давно упала на землю.

— В кармане, мой дорогой граф, — пояснил я и на всякий случай уточнил. — Пространственном.

Вриду медленно перевёл поражённый взгляд на меня и тихо спросил:

— В карманном измерении? ВОТ ЭТО?!

— Вот это, — кивнул я и устало вздохнул.

Почему у них у всех такая одинаковая реакция? Хоть бы кто-нибудь отреагировал иначе!

В конце концов, ажиотаж в войске немного спал и бойцы Вриду занялись погрузкой припасов и прочего барахла. И, по некоторому размышлению, запасных ящеров тоже добавили в «багаж». Мы сможем двигаться ощутимо быстрее, если будем полдня двигаться на одних зверюгах, и полдня на других, свежих. По заверениям тех, кто ухаживал за этими пародиями на велоцирапторов, ночи для них будет вполне достаточно, чтобы отдохнуть и восстановиться.

В итоге, мы были готовы к отправке лишь спустя час-полтора, но эта задержка, в теории, стоила того. Убрав замок в Хранилище под восторженных вздох толпы, я выдохнул и повернулся к Шарлотте.

— Шарли, девочка моя, нам пора, — я потрепал паучиху по макушке и та довольно заёрзала. — Беги домой и жди моего возвращения, хорошо?

Паучиха неожиданно сделала пару шагов назад и помотала головой. А потом, словно для доходчивости, скрестила передние лапки.

— Шарли, не капризничай, — чуть нахмурился я. — В этот раз кареты не будет, тебе придётся всё время бежать вместе с ящерами. Разве ты выдержишь такой темп?

Шарлотта на удивление уверенно закивала и пару раз подпрыгнула.

Некоторое время я сверлил её взглядом, надеясь, что питомица одумается, но та лишь нетерпеливо перебирала лапами.

— Ну хорошо, — вздохнул я, соглашаясь. — Но если устанешь, отправлю в замок и будешь там сидеть до ночного лагеря, поняла?

Шарли понятливо подпрыгнула и радостно подбежала ко мне.

Уделив довольной паучихе ещё минутку, я вскочил на ящера и оглядел наш отряд. Довольно лыбились гоблины, что наши, что графа, Вриду с Гортом и Кульдом тихо обсуждали что-то, глядя на карту, магистр Лион задумчиво листала нечто вроде блокнота и рассеянно вертела в пальцах пишущий стержень. А Астиль нервно теребила в руках жезл и время от времени поглядывала в мою сторону.

Немного странноватый, на мой вкус, вышел отряд, но какой уж есть.

Ладно. Пора выдвигаться!

Глава 30. Восхитительное коварство

К моему небольшому удивлению, поместье виконта находилось почти под боком, неподалёку от Каруша. Не крепости, а чуть дальше на север — подле самого города, на той стороне реки, которую защищало укрепление. Даже без подменных ящеров, путь до крепости занимал трое суток скорым темпом. И ещё около дня заняла бы дорога до поместья. Итого восемь дней ушло бы на дорогу туда и обратно. И ещё два-четыре дня на разгра… обыск особняка и разбирательства с его обитателями.

В нынешних же условиях, по подсчётам барона, мы сэкономим в сумме где-то полтора дня, даже если не будем загонять ящеров вусмерть. К счастью, по мнению Вриду, этого и не требовалось. Так что мы двигались в меру быстром, стабильном темпе, не создавая излишней суеты. И что самое ценное, что я обнаружил во время нашей первой подмены ящеров — у меня даже есть роскошь позволить себе чашечку чая в уютной тишине замковой столовой, пока гоблины занимаются зверюгами.

Но эта тишина неожиданно оказалась нарушена подошедшей Астиль.

— В… Владыка, разрешите задать вопрос? — нервно спросила она, потупив взгляд.

— Хм? Что такое? — повернулся я к ней и отставил в сторону кружку с чаем.

С самого начала пути девчушка постоянно поглядывала в мою сторону и я заподозрил, что она хочет что-то спросить. Мои подозрения только что подтвердились, вот только эльфийке понадобилось целых полдня чтобы решиться на это.

— Владыка, я… — неуверенно начала она. — Я долго думала о том, что хочу помогать вам доносить до окружающих любовь и заботу Богини, но… — она нервно смяла сжимаемую в руках шляпу. — Если честно, я плохо понимаю, с чего я должна начинать, что говорить? Мне о стольком хочется рассказать остальным после встречи с Матерью леса, но едва я задумываюсь о том, как это всё изложить, то сразу теряюсь. Словно мне и нечего сказать!.. — удручённо поделилась она проблемой. — Я начинаю думать, что мои слова окажутся недостаточно искренними, слишком неубедительными. И… И… И я сделаю всё только хуже…

Она стояла, понурив уши, и теребила поля своей шляпы, которая, судя по виду, уже не первый год терпела столь бесцеремонное обращение.

Усмехнувшись, я потянулся со стула к эльфийке и вытащил у неё из рук несчастную шляпу. Эльфа уставилась на меня удивлёнными глазами и, казалось, даже позабыла на секунду о своей проблеме.

Мельком оглядев зелёный головной убор, украшенный узором листьев из серебряной нити, я расправил смятые поля и нахлобучил шляпу обратно на Астиль.

— Так-то лучше, — сказал я, одобрительно кивнув.

— А?.. — окончательно растерялась девчушка и неуверенно потянулась к полям.

— Эта шляпа — символ твоего статуса, — пояснил я, наставительно подняв палец. — Старайся не портить её вид. Если она не нужна в данный момент, положи где-нибудь или повесь. Кроме того, когда ты вот так её жмакаешь, не только собеседник, но и все вокруг видят твою неуверенность.

Астиль, поправив шляпу после моего вмешательства, задумчиво кивнула.

Я не стал говорить, что её настроение читалось как с открытой книги и без всякой шляпы. Но может хотя бы от этой привычки она себя отучит.

— Твоя проблема мне понятна, она не так уж и редка, — сообщил я Астиль. — Многим непросто даётся их первая речь. И, к сожалению, нет быстрого способа побороть свои страхи. Но это не значит, что их нельзя преодолеть, — добавил я, увидев погрустневший взгляд эльфийки. — Просто это занимает время и требует усилий.

Услышав это, Астиль с надеждой воззрилась на меня.

— Что мне нужно делать, Владыка?

Я ненадолго задумался, вспоминая всё, что читал когда-то о боязни сцены, и свой собственный ораторский опыт. Рекомендаций на деле было великое множество, но важно было понять, какие из них нужны конкретному человеку, так как первопричина нервозности и неуверенности у каждого находилась своя.

— В первую очередь, тебе не надо бояться того, что у тебя не выйдет кого-нибудь убедить, — начал я и улыбнулся. — Потому что с первой попытки действительно не выйдет. Так что не стоит переживать о неизбежном. Дверь в чужие сердца сердца всегда открывается медленно и неохотно. Просто двигайся вперёд шаг за шагом и никуда не торопись. Кроме того… Тебе нужно научится говорить громче и уверенней. Хотя бы так, как в тот раз, когда ты настояла на том, чтобы зайти вместе с графом в зал совещаний.

Астиль немедленно зарделась и стала красная как помидор, вспомнив о том случае. Он явно потребовал от неё немало смелости в тот день. Но именно такой настрой и был нужен, чтобы предстать перед глазами толпы.

Вот только это может стать для эльфийки настоящим испытанием. Насколько я понимал, она была родом из семьи потомственных слуг, что наложило на её характер и воспитание определённый отпечаток. Интересно, можно ли было придумать что-то такое, что не требовало бы от неё изменений натуры?

Мой взгляд упал на Шарли, играющейся в углу с коконом, внутри которого находилась огромная крыса, пойманная паучихой незадолго до привала. Я хотел было сказать ей, чтобы перестала баловаться с едой, как в голове возникла внезапная вспышка озарения, принесшая идею, которая, кажется, отлично подходила для решения проблемы эльфийки.

— Скажи-ка, Астиль, — решил я сразу же уточнить. — А ты ладишь с детьми?

— Что? С детьми?.. — слегка растерялась она. — Да, Владыка. До того, как я отправилась за госпожой, мне часто приходилось приглядывать за малышами.

— Вот тебе и решение проблемы, — подмигнул я ей. — Общаться с детворой ведь будет намного легче, верно?

Астиль заинтересованно кивнула.

— Тогда начни с того, что начнёшь рассказывать о Богине местным детям. Не в виде проповеди, лучше придумай несколько сказок или интересных историй, что передавали бы её характер и желания. Отвечай на их вопросы. И, я думаю, через какое-то время ты сама почувствуешь в себе готовность идти дальше.

— Сказки… — задумчиво повторила девчушка и её глаза радостно заблестели. — А я знаю несколько, Владыка! Мне бабушка рассказывала!

— Прекрасно! Значит, тебе уже есть с чем работать! — одобрительно кивнул я. — Но нужно будет придумать ещё несколько. Чем больше, тем лучше. Дети любят, когда историй много. И знаешь что ещё, — я заговорщицки понизил голос и подался вперёд.

Эльфийка сразу же придвинулась ближе и подставила ухо.

— Нет более верных последователей, чем те, кто уверовал в детстве, — сообщил я начинающей проповеднице. — Кроме того, они будут опосредованно влиять и на своих родителей, так что когда ты решишь донести свет Богини и до них, двери в их сердца уже будут немножко приоткрыты.

Голубые и ясные, словно чистейшее небо, глаза Астиль восторженно засветились, словно она только что получила настоящее божественное откровение.

— Я поняла, Владыка! Спасибо вам огромное! — горячо поблагодарила она и отвесила поклон, из-за чего её шляпа вновь слетела с головы.

— Астиль, я уже говорил. Мы должны смотреть лишь вперёд, в наше светлое будущее, что выкуют наши руки и сердца. Поклоны — удел людов, которым придётся склонить головы пред нашим величием.

— П… Простите, Владыка! — смущённо затараторила Астиль и, поспешно выпрямившись, прижала кулачок к невеликой груди. — Я приложу все силы, чтобы отучиться от старой привычки!

Когда эльфийка, получившая заряд уверенности и целеустремлённости, вышла из столовой, я выдохнул и потянулся к кружке недопитого и уже остывшего чая.

— Какое восхитительное коварство, — раздался возле меня бархатный голос Лион и я чуть не подпрыгнул от неожиданности.

Что это, блин, за талант незаметно подкрадываться?!

— О чём это вы, магистр? — спросил я чародейку, обернувшись к ней и делая глоток из кружки.

Ну да, действительно остыл. Полностью.

— О вашем плане сеять зёрна веры через детей, конечно же, — улыбнулась она с хитрецой и грациозно расположилась на соседнем стуле, закинув ногу на ногу. — Детские умы — это чистый лист. И то, что будет там записано в детстве, окажет влияние на всю их дальнейшую жизнь. Прекрасный ход.

— Вы переоцениваете мою дальновидность, — расслабленно фыркнул я, словно и не вещал только что Астиль почти тоже самое. — Просто дал совет как правильно использовать особенности её характера для достижения цели. В Лаграше родители сами приводят свою детвору послушать мои речи.

— В Лаграше вас хорошо знают и ценят, — парировала Лион. — И, следовательно, доверяют, воочию лицезрея результаты ваших речей и деяний. Но в иных местах всё не так. Слухи о Богине и её апостоле лишь начали распространяться после вашего боя у города. Так что завоевать доверие в других городах будет не так просто. Потому я и говорю, что действовать через детей — прекрасное решение, которым я могу лишь восторгаться.

Я приговорил остатки чая и отставил кружку в сторону, внимательно посмотрев на чародейку.

— А вы сами верите в Богиню, магистр Лион?

— Мне не нужно верить, господин Нотан, — прищурилась магесса. — Я, как и вы, знаю, что Мать ночи существует.

— Вы её видели? — искренне удивился я.

— О, нет, не видела, — качнула она головой и поправила волосы. — Хотя и хотела бы. Просто ритуалы некромантии… Как бы это выразить… Это диалог между нами, некромантами, и Матерью ночи. Хотя в нём не используются слова, мы в некотором роде спрашиваем её дозволения на использование усопшего тела.

— И что, бывали отказы? — спросил я больше в шутку.

Но ответ оказался на удивление серьёзным.

— Разумеется, Владыка. По легендам, некроманты прошлого как минимум дважды пытались подъять давно почивших святых патриархов нашего народа. Мать ночи не позволила тревожить посмертный покой их тел.

— Любопытно… — пробормотал я, машинально взглянув наверх, словно Аллегри сидела именно где-то там.

С технической точки зрения, наверное, примерно так и было. Но всё зависело от того, была ли сейчас планета повёрнута в сторону висящей где-то среди звёзд ротонды или нет. Если обитель Аллегри вообще находилась где-то в этой реальности, конечно.

— Какая она, господин Нотан? — неожиданно спросила Лион, подавшись вперёд. — Какая из себя Мать ночи? Большая часть легенд о ней забыта нашим народом, как и она сама. Что-то помнят лишь некроманты, которых осталось немного. Вы же лицезрели её собственными глазами! Умоляю, расскажите!

Я едва успел поднять руку, чтобы остановить пошедшую на сближение магессу. В прошлый раз, когда я позволил ей это сделать, поддавшись на вид манящей груди, пухлых губ и ароматы её тела, всё закончилось не слишком хорошо. Для обеих сторон.

Дождавшись, когда она вернётся к обычной позе, я опустил руку и немного призадумался.

— Кажется, вы уже знаете, что у неё… своеобразный характер? — задал я больше риторический вопрос.

— Да. И хотя я была бы не против узнать об этом подробнее, больше всего меня интересует её внешность, — уточнила Лион. — Древние гравюры утеряны, а упоминания в уцелевших легендах слишком мимолётны и из них понятно лишь то, что Мать ночи — тёмная эльфийка. Но это ведь и так очевидно, — фыркнула чародейка.

Я едва не фыркнул в ответ. Очевидно ли? Аллегри ведь является в том облике, что соответствует представлениям народа о ней. Но я не стал пока перепрыгивать с темы на тему.

— Внешность, хм… — я едва не ляпнул про кроссовки и короткий топик с толстовкой, как в голове промелькнул тот образ, что я видел лишь мимолётно, единожды. — Она чуть выше вас. Статная и гордая, словно выточенное из камня воплощение величественности. Взгляд её полон достоинства, но в нём нет и капли надменности, а сами глаза похожи на фиолетовый космос, сияющий мириадами звёзд. Её чувственные манящие уста никогда не покидает лёгкая улыбка, а голос похож на шёпот ночи — тихий и успокаивающий. Лунное серебро волос словно плащ, опускается до самых пят, мягко переливаясь жемчужным сиянием. Такого же цвета и одеяния её из невесомого шёлка, прозрачного, словно вуаль предрассветного тумана, ниспадающего по всему телу, но не скрывающего ничего.

Да, Аллегри показала мне немного иной образ. Да, я немного приукрасил. Ну как немного. Самую чуточку. Но это ведь исключительно во имя воссоздания её облика в умах тёмных эльфов! Во имя тёмноэльфийской культуры! По одним только горящим глазам Лион прекрасно видно, что моё описание попало прямо в цель, прокатившись горячим целительным бальзамом по её сердцу! Ну и раз уж на меня не обрушилась Кара Небесная за всё вышесказанное, значит и сама Аллегри не против подобной трактовки.

— И в довершение облика, — закончил я, — каждый изгиб её безупречной фигуры подчёркнут тонкими светлыми линиями, переплетающимися в таинственный узор.

— Линии?! — взбудораженно подскочила Лион и показала на свою руку. — Вот такие? У Матери ночи есть свой клановый знак?

— Так это какая-то метка клана? — слегка удивился я новой информации. — Да, есть, я их видел.

— Просто невероятно, — поражённо выдохнула чародейка и совсем не грациозно плюхнулась обратно на стул. — Владыка Нотан… А вы их помните? Сможете нарисовать по памяти? Хотя бы примерно! Это очень важно!

Просьба оказалась довольно неожиданной и застала меня врасплох. Аллегри показала тот облик лишь на секунду и, в отличие от моего, соответствующего культуре тёмных эльфов, описания, ткани на её теле были далеко не прозрачными и многое скрывали. Но я видел, насколько важной оказалась эта тема для магистра Лион, и решил попробовать напрячь память и воспроизвести хотя бы какие-то узоры показанной татуировки.

— Могу попробовать, — ответил я, задумчиво почесав щёку. — Но за верность не ручаюсь.

— Премного благодарна, Владыка! — воодушевилась эльфийка. — Тогда на вечернем привале я подготовлю краску и предоставлю вам холст, чтобы вы попытались нарисовать их как можно точнее.

— Хорошо, — кивнул я.

Спустя пару секунд в столовую заглянул кто-то из гоблинов Вриду и сообщил, что отряд готов продолжать путь, так что нам пришлось прервать беседу. Уже отправляя замок в Хранилище, я мельком задумался, зачем всё так усложнять, если я мог набросать узор обычной писчей палочкой на листе бумаги или пергаменте, а то и попробовать сделать это «Волшебным пером»? Но, так как для меня не было какой-то особой разницы на чём рисовать, я махнул на это рукой. В конце концов, кажется, этот вопрос очень важен для Лион. Если хочет холст, пусть будет холст.

А вот разговор о детях, поднятый ею, заставил меня поглубже задуматься над некоторыми вещами. Чародейка была во многом права на их счёт и я внезапно осознал, что идею, которую я подкинул Астиль, можно развить в нечто более масштабное и эффективное. Но лишь сама эльфийка могла сказать, потянет ли она подобное. Когда отряд снялся с места, я поискал глазами зелёную шляпу волшебницы и направил своего ящера в ту сторону. В моём уме зрел план по созданию передвижного детского театра. С особым уклоном. И обязательным ларьком по продаже сувенирных футболок.

Глава 31. Бурное начало путешествия

Пробравшись через нестройные ряды гоблинов, я подъехал к Астиль и изложил ей свою новую идею. Хотя она и засомневалась в своих способностях, сама концепция её серьёзно заинтересовала и явно зацепила что-то в душе, и мы принялись обсуждать детали. Ну, если точнее, Астиль задавала кучу разных вопросов о том, как функционирует театр, а я старался на них отвечать как можно подробнее. В процессе к нам присоединился и граф, заинтересовавшийся нашей беседой.

— Что думаете? — спросил я Вриду, когда мы с Астиль пересказали ему суть наших сегодняшних бесед, и сразу же намекнул. — Готовы профинансировать предприятие?

Театр требовал стартового капитала и последующих вливаний. И уж точно не из моего кармана. Раз уж Астиль слуга графского дома, ему с этим вопросом и разбираться.

Как оказалось, Вриду это не беспокоило:

— С этим не возникнет проблем, — кивнул он. — Но организация займёт время. Найм работников, декорации…

— Мы никуда не спешим, — ухмыльнулся я и покосился на эльфиечку. — В конце концов, нужно сначала сочинить несколько сказок-сценариев.

— Я приложу все силы, Владыка! — твёрдо ответила она, сжав кулачки.

Граф внимательно посмотрел на неё и хмыкнул:

— Удивительно. Никогда прежде не видел, чтобы её охватывал такой энтузиазм и это было не связано с приказом. Супруга этому очень обрадуется. Если она ещё и от неуклюжести своей избавится, будет просто прекрасно.

Услышав это, эльфийка тут же смущённо вспыхнула и натянула шляпу поглубже, словно пыталась в ней спрятаться.

Помимо этого разговора ничего примечательного в пути не происходило. Мы оставляли позади километр за километром и натирали мозоль за мозолью — ну я так точно. И, чтобы хоть как-то скоротать время, я задумался над одной теорией, на которую меня натолкнули сегодняшние появления Лионеллиан за спиной. Раз могла она, пусть необычная, но чародейка, то какому-нибудь профессиональному убийце это будет вообще раз плюнуть.

Я не мог полагаться на свои обычные органы чувств в этом вопросе, по крайней мере, пока не изучу что-нибудь вроде «Усиленного восприятия» или «Шестого чувства». Следовательно, мне требовалось создать мало-мальски работающую замену из того, чем я владел сейчас. И решение виделось мне в магии земли. А если точнее, то в банальной сейсмолокации.

При активации магии этого элемента восприятие окружающей среды немного менялось. Я словно бы начинал неуловимо ощущать давление и объём находящихся возле меня пород. Толщина стен, пустоты в земле, расстояние до каменных объектов — всё это словно едва заметная проекция возникало в моём разуме и не исчезало, даже если я закрывал глаза. Поэтому я подозревал, что в силах научиться чувствовать вибрации на поверхности земли, неизбежные при движении любого наземного или подземного существа.

Но имелось несколько проблем. Даже без сформированного заклинания, поддержание магии земли в активном состоянии требовало заметной концентрации и чуть-по-чуть тратило мою магическую энергию. Мне следовало научиться тратить на этот процесс как можно меньше сил и внимания. Крайне желательно, чтобы вся эта ерунда работала вообще незаметно для меня, прямо как «Магическая защита», но я догадывался, что без поддержки Системы рассчитывать на столь идеальный результат не стоит. Вторым камнем преткновения было моё крайне плохое понимание элемента. Я всё ещё не мог прочувствовать магией отличия одной породы камня от другой, а сейсмолокация, как мне казалось, потребует хотя бы некоторого понимания в этой области.

Поёрзав в седле ровно бегущего ящера, усаживаясь понадёжнее, я убедился, что впереди пока не предвидится резких ям или поворотов, после чего закрыл глаза и активировал магию. Как и ожидалось, с первой попытки вообще ничего не вышло. Я ощущал, как под ногами проносится плотная толща утоптанного и укатанного грунта, остаются позади редкие валуны и камни, лежащие в придорожной траве. Но ни единого намёка на более чем два десятка передвигавшихся по тракту существ. Я принялся экспериментировать, концентрируя внимание на тех или иных вещах, стараясь прочувствовать мелкие вибрации грунта, однако не добился ничего, кроме головной боли.

В тренировке пришлось взять длительную паузу.

Когда до сумерек оставалось совсем немного, люди Вриду свернули с тракта в сторону и вывели нас на симпатичную полянку, идеально подходящую для установки замка.

В том, что Хранилище останавливало время объекта, оказавшегося в ячейке, имелись огромные преимущества. Например, разожжёные кухонные печи или камины не гасли и не тратили дрова, пока замок лежал в кармане. Сразу после установки можно было приступать к приготовлению пищи или просто быстро согреться, если в пути застала непогода. Хорошо протопив замок перед зимним походом, можно было не сомневаться, что на поддержание температуры внутри будет затрачиваться минимальное количество угля или дров. Серьёзно облегчалось хранение продуктов, опять же. Всё это существенно улучшало комфорт в путешествии и снижало затраты времени на всякую мелкую рутину.

Так что когда я поставил замок, назначенные на сегодня кашеварами бойцы сразу бросились заниматься похлёбкой, а все остальные оккупировали столовую и устроили весёлый галдёж. Кто-то рубился в карты на деньги, кто-то просто на щелбаны. И если на щелбаны побеждал кто-то из наших оболтусов, соперники проигрывали с треском. Эрмит, которого я вытащил на свет божий после дневного перехода, в меру своих возможностей влился в веселье и вскоре перезнакомился со всеми вокруг, вызвав небольшой фурор. Граф и его отряд никак не ожидали увидеть воочию разумный артефакт. Пингвину подобное внимание весьма польстило. Особенно когда им заинтересовалась Лион.

— Уважаемый Эрмит, вы прекрасны! — восхищённо заявила она после знакомства. — Эта аура древности, чувство силы! Касаясь обложки, я словно ощущаю саму магию!

— Ох, магистр, вы мне льстите-кве, — замахал страницей талмуд. — Я всего лишь скромный орнито, оказавшийся пленником этого пустого гримуара-кве.

— Ах, к слову, — чародейка взглянула в мою сторону. — Господин Нотан, почему ваш гримуар практически пуст?

— Недавно обзавёлся и не успел заполнить, — пояснил я. — Всё ещё размышляю над списком необходимых заклинаний.

— Могу помочь вам, если пожелаете, — предложила Лион, посерьёзнев. — Быть может, вам нужно что-то из моего арсенала?

— Поделитесь заклинанием воскрешения? — больше в шутку спросил я.

Однако тёмная эльфийка задумчиво посмотрела на Эрмита вполне серьёзным взглядом и полистала его страницы, особое внимание уделив тем, что уже были заполнены Гортом.

— Полагаю… займёт около пятидесяти-шестидесяти страниц, Владыка, — сообщила она. — Не считая полотна с многослойным конструктом, само собой. Что до заклинаний воскрешения иного рода, — намекнула она на некромантию, — то их больше десятка под разные нужды, и каждое займёт не менее двадцати листов.

Услышав это, я тихо присвистнул. Весь Нулевой арканум насчитывал в себе страниц триста. Весьма немного, на самом деле. Массивным и толстым гримуар был только из-за солидной, обтянутой кожей металлической обложки, и толстых страниц, сделанных не то из очень плотной бумаги, не то из чего-то вроде пергамента, не потерявшего гибкости от времени. Из этого объёма одна десятая часть уже была занята «Громогласностью», «Грозовым фронтом» и формулой создания обычной воды. Если накинуть туда воскрешалку и что-то на поднятие зомби или скелета… в гримуаре уже будет заполнена треть страниц. И это по минимальным подсчётам. …Оу. Так ли мне это нужно, имея саму Лион со всем арсеналом соответствующих заклинаний? Нужно крепко это обмозговать.

— Я сообщу вам, если надумаю, — кивнул я чародейке.

— Владыка, а могу я… — застенчиво потупилась Лион, — могу я немного изучить ваш гримуар, когда мы вернёмся? Обещаю, верну в целости и сохранности! — торопливо добавила она, увидев как я сразу нахмурился.

— Обсудим это когда окажемся в Лаграше, — уклончиво ответил я.

— Изучить-кве? — заинтересованно встрепенулся Эрмит. — Что такая очаровательная леди хотела бы изучить-кве?

— О, уважаемый Эрмит, — улыбнулась магесса. — Если Владыка Нотан даст своё дозволение, мы с вами уединимся и…

Дальнейшего я не услышал, ибо Лион приблизилась к фолианту и что-то вкрадчиво ему зашептала, после чего Эрмит оживлённо задёргался на посохе и замахал страницами.

— Нотан, дружище-кве, ты обязательно должен отдать меня на пару дней этой дамочке-кве! Нет, лучше на недельку-кве!

Я явственно ощутил, как у меня дёрнулась бровь. Что такого наобещала ему Лион, раз он так оживился? Что будет хранить его между своих грудей?

К счастью для моего душевного равновесия, из кухни донеслись вопли, что ужин готов, и все бросились к мискам, чтобы первыми успеть к раздаче похлёбки. Графу с бароном и магистру Лион, само собой готовили отдельно. А я же вообще вовсю пользовался своими возможностями и вытащил из Хранилища полноценный домашний ужин.

Лион закончила с едой быстрее всех и, покидая стол, сообщила, что заглянет ко мне примерно через час, как только приготовит всё необходимое. Так что я, приговорив ужин и посидев ещё немного, отправился к себе вместе с Шарли, оставив Эрмита развлекаться беседами в обществе гоблинов.

Шарлотта, пройдясь по комнате, устроилась в углу и решила немного подремать. Я же уселся на кровать и принялся коротать время в ожидании Лион. И, пользуясь случаем, решил разобраться с «гостинцем», что передала мне гномка.

Вытащив из кармана мешочек, я подкинул его на руке. Внутри находилось что-то сыпучее и не слишком тяжёлое. Развязав шнурок, я обнаружил внутри мелкие кусочки песчаного цвета и клочок бумаги, на которой обнаружилась краткая инструкция по применению. Весьма, надо сказать, незамысловатая. Щепотку корня следовало бросить в стакан горячей воды и дать настояться около часа, после чего полученный настой был готов к употреблению любовницей. Пить его следовало либо до, либо после действа, но с разницей не больше суток. Весьма удобно, надо сказать.

Разобравшись с содержимым, я завязал мешочек и отправил его с глаз долой, после чего развалился на кровати и задумчиво уставился в потолок, размышляя над тем, как мне добиться от магии земли нужного эффекта.

Шум внизу постепенно стихал, сытые и довольные гоблины разбредались по комнатам, а Лион почему-то всё не появлялась, хотя, по ощущениям, прошло явно больше часа. Время шло, глаза начали слипаться и я уже было собирался сам сходить и узнать, в чём дело, как за пологом на входе показался знакомый силуэт:

— Разрешите войти, господин Нотан? — раздался голос Лион.

— Конечно, — отозвался я, сгоняя сонливость и переводя себя из лежачего положения в сидячее на краю кровати.

Откинув завесу, эльфийка грациозно зашла внутрь и я обнаружил у неё в руках одну из приснопамятных лабораторных склянок и какую-то тряпицу. Внутри склянки находилась белая жидкость и, когда чародейка подошла поближе, до моего носа донёсся едва уловимый запах гуаши и лимона. Ага, стало быть, это краска.

— Прошу прощения за задержку, — извинилась Лион и прошла к столу, чтобы поставить на него свою ношу.

— Ничего страшного, — махнул я рукой и озадаченно почесал макушку.

Что-то в облике магессы неуловимо изменилось. Вроде бы, всё та же одежда, всё та же причёска, но чародейка словно стала немного иной. Однако я никак не мог сообразить, в чём же дело.

— Что же, давайте к делу, Владыка, — радостно улыбнулась эльфийка. — Смотрите, это специальная краска, которой наш народ наносит клановые знаки. Процесс довольно прост. Нужные линии наносятся на кожу и закрепляются крохотным вливанием магии любого элемента. Если этого не сделать, то рисунок быстро смоет потом и влагой. Однако при закреплении он держится годами. А вот эта тряпочка, — показала она пальцем, — пропитана специальным раствором, который позволяет легко стирать закреплённую краску. Когда закончите, просто протрите свои пальцы ею.

— Пальцы? — удивился я.

— Само собой, — кивнула чародейка. — Рисунок наносится на кожу пальцами и сразу же закрепляется выпускаемой на кончиках пальцев магией.

— Хм… Понятно, — кивнул я, подивившись необычной методике. — Но зачем она нам сегодня? Вы ведь говорили, чтобы я нарисовал знаки на холсте.

— Владыка, это же очевидно! — удивлённо взглянула на меня Лион. — Самый лучший холст для кланового знака — это тело!

Подняв руки, она неуловимым движением сбросила с плеч полосы ткани, оголяя бюст, а следующим расстегнула пояс на талии и, лишившись последней поддержки, и без того нескромное одеяние перестало что-либо скрывать, упав на ковёр.

— Я специально смыла свой клановый знак, чтобы вам было проще работать, Владыка! — с ноткой гордости заявила эльфийка и, разведя руки, шагнула ко мне. — Пожалуйста, приложите все силы, чтобы изобразить виденный вами знак Матери ночи как можно точнее! Это крайне важно!

Будь проклята та минута, когда я набрехал про прозрачные одеяния! Я же видел лишь шею, руки и немного бёдра! И помню их весьма смутно! Вот только Лион явно ожидает от меня настоящего шедевра, передающего каждый штрих. Ну, теперь я хотя бы понимал, что именно смутило меня в облике магистра — исчезновение с кожи светлых линий клановой татуировки.

Но что теперь делать-то? Аллегри, выручай! Это ведь твоя…

Я ожидал всякого, но никак не того, что внезапно окажусь посреди ротонды и увижу как Аллегри, лёжа на боку и подперев голову рукой, будет смотреть на меня с лёгким раздражением на лице. На диване, подле неё, лежала включенная консоль.

— Ну, чего разорался-то? — буркнула она и шумно почесала неприкрытый топиком живот.

— Как это чего? — опешил я. — Там проблема, между прочим! И она касается тебя.

— Но ты ведь сам её заварил? — фыркнула богиня. — И вообще, разве это проблема? Намазюкай на неё что-нибудь, да завали в койку между делом. Все будут довольны.

— Тебе что, без разницы, что я нарисую? — искренне удивился я. — Это же часть твоего божественного образа среди тёмных эльфов. Разве это не требует точности? А вдруг эта отчаянная напросится к тебе на аудиенцию?

Я вполне допускал такое развитие событий в случае, если я всё таки попрошу Лион внести в Нулевой арканум заклинание воскрешения. С этой поехавшей на тайнах Вселенной станется попросить убить её на часок.

— Так-то ты, конечно, прав… — вздохнула Аллегри и села, задумчиво поглаживая подбородок. — Тогда, давай сделаем вот что.

Она щёлкнула пальцами и в воздухе повис полупрозрачный обезличенный женский манекен, по поверхности которого тянулись линии. Рисунок был не слишком сложным, но требовал внимательности.

— Запомни его хорошенько и постарайся ничего не перепутать, раз уж так озаботился точностью, — хмыкнула Аллегри.

— Спасибо, — выдохнул я и подошёл поближе к парящей над полом проекции женской фигуры, чтобы изучить все нюансы. — Кстати говоря, — вспомнил я между делом, — ты так ничего и не ответила по поводу того, чем заинтересовались люды в наших краях.

Я предполагал, что Аллегри как обычно отболтается какой-нибудь ерундой или вовсе сменит тему, дабы не признаваться, что в очередной раз заигралась в видеоигры, однако демиургша дала неожиданно серьёзный ответ:

— Я догадываюсь, что они ищут, но тебе… пока рановато в это лезть, — хмуро сообщила она. — Силёнок ещё не набрал.

Я отвлёкся от изучения рисунка и удивлённо уставился на Аллегри.

— Позволь узнать. А что было бы, найди люды… ну, это? — поинтересовался я, чтобы понимать масштаб теоретических неприятностей.

— Погибли бы, так что не парься особо по этому поводу, — хмыкнула богиня, скрестив руки на груди. — Когда беженцы с Ильвара высаживались на этой части материка, убегая от континентальной катастрофы, асани… кое-что тут потеряли. Но детали тебе знать рано, извини. Слишком много рисков.

— Да я и не стремлюсь, — фыркнул я. — Ты прекрасно знаешь моё отношение к опасностям и риску.

— Уточнить будет не лишним, — пожала плечами Аллегри. — А теперь давай, изучай свой знак и возвращайся. У меня битва с секретным боссом в самом разгаре.

Что ж, причина её раздражения оказалась вполне ожидаемой. И от того было втройне удивительней, что она ответила на мой вопль отчаянья, да ещё столь быстро. Видимо, ей всё таки тоже это важно, а на меня она бухтела просто из вредности?

— Я всё слышу, между прочим! — раздался с дивана раздражённый возглас.

Внимательно изучив рисунок со всех сторон и убедившись, что смог запомнить его в точности, через несколько минут я повернулся к богине и кивнул:

— Вроде бы запомнил.

— Ну наконец-то! — оживилась Аллегри.

Протянув руку, словно хотела щёлкнуть пальцами в мою сторону, она неожиданно замерла и о чём-то задумалась, не спуская с меня взгляда.

— Эм… Что-то не так? — тут же встревожился я.

Аллегри поначалу ничего не ответила, лишь задумчиво поднесла руку к подбородку, продолжая сверлить меня взглядом.

— Скажи… — неожиданно заговорила она и вновь замолчала, слегка отведя взгляд. — А, не важно. Давай, хорошенько развлекись там с этой дамочкой!

И ротонда исчезла, сменившись интерьером моих походных покоев.

— Владыка? — раздался обеспокоенный голос Лион и я взглянул на неё, не без труда сфокусировав зрение. — Вы в порядке?

— Да, в полном. А что такое?

— Вы словно… исчезли из своего тела на краткий миг? — неуверенно сказала чародейка, озадаченно склонив голову набок. — Вы точно в порядке?

Однако, удивительное дело, что Лион смогла почувствовать мой сеанс связи с Аллегри. Ведь по идее, в реальности, благодаря силе богини, всё это заняло буквально доли секунды. И всё таки она что-то почувствовала. Таковы способности магистров? Или это из-за её навыков некромантии?

— Не волнуйтесь, магистр. Давайте лучше приступим к делу, — сказал я, потянувшись к баночке с краской.

— Да, господин Нотан, приступайте! — тут же оживилась Лион. — Каждый уголок моего тела в вашем распоряжении!

Окинув взглядом фронт предстоящих работ, который, будем честными, вызывал вполне определённые желания, я макнул пальцы в белесую краску и нанёс свой первый штрих, сразу же добавляя к нему каплю электричества от магии молний. И эльфийка отреагировала на моё касание весьма внезапным способом, неожиданно издав сдавленный стон.

…Мда. Дальнейший процесс почему-то превратился в странную пародию на фильмы для взрослых. На большинство моих касаний эльфийка реагировала подрагиваниями и приглушёнными стонами. И, что характерно, короткий опыт показал, что это происходило только при магическом касании. Какого чёрта?

— Ммм… — не удержала в себе тихий стон магистр после того, как я провёл очередную линию. — Владыка, я не думала, что вы настолько… Аах!

Мои пальцы, скользнувшие по упругой груди, заставили её прерваться и слегка вздрогнуть.

— Не знал, что вы так чувствительны, Лион, — хмыкнул я, пытаясь сохранить вселенское спокойствие на лице.

— Обычно нет, но вы почему-то… уммм, — довольно зажмурилась она, когда я щекочущими касаниями прошёлся по её животу. — Эта энергия… Ваша сила просто с ума сводит.

— Только лишь сила? — я сделал вид, что немного обиделся, и легонько кольнул чародейку, выпустив через пальцы чуть больше электричества, чем до этого.

— Ах, нет, я не это… Ах! — наэлектризованные пальцы, оставив след на внутренней стороны бедра, заставили ноги Лион резко ослабеть и подкоситься.

Чтобы она не упала, мне пришлось подхватить её за талию и эльфийка, оперевшись о меня, тяжело задышала.

— Господин Нотан, пожалуйста, ещё секунду, — тихо простонала она, прижавшись и переводя дух.

Я действительно не думал, что эта горячая тёмная эльфийка, каждым своим движением и словом излучающая раскрепощённость и соблазн, начнёт таять от первых же прикосновений, пускай даже с крохотным применением электрических зарядов магии. И я ведь даже не приступал к каким-нибудь более серьёзным действиям, хотя сложившаяся ситуация и упершаяся в меня грудь ежесекундно испытывали моё терпение и стойкость.

— Мне нужно немного отдохнуть, Владыка. Впереди всё как в огне, — сказала она, показывая на грудь, когда немного успокоилась. — Займитесь пока другой стороной.

Повернувшись к окну, Лион вцепилась в край стоящего рядом стола и, откинув в сторону волосы, открыла мне призывно выгнутую спину.

Мягко мерцавший на стене светильник отбрасывал причудливые тени, когда я водил пальцами по этим изгибам то вверх, то вниз. Касаясь шеи, немедленно доводя Лион до глухого стона, то опускаясь на ягодицы и дальше, от чего каждое новое касание заставляло Лион дрожать и крепче держаться за каменную столешницу. А когда я прошёлся по позвоночнику финишным штрихом, эльфийка и вовсе обмякла, рухнув на стол.

Мда. А ведь в соседних комнатах явно всё слышно. Слухи пойдут — мама не горюй! И попробуй объясни потом этим гыгыкающим охламонам, что я всего лишь наносил на её кожу клановый знак. Не моя вина, что эта извращенка так перевозбудилась на ровном месте!

— Владыка… может, на кровать? — слабо спросила она, горячо дыша.

Я без особых раздумий согласился, иначе, того и гляди, пришлось бы делать это на полу, где не очень удобно. К счастью, краска, что сделала Лион, при использовании магии высыхала почти мгновенно, так что риск испачкать постель был минимальным.

Чародейка буквально переползла на кровать и перекатилась на спину, давая мне возможность нанести последние штрихи впереди. Они же оказались самыми сложными. В конце концов, я не бодхисаттва и даже не банальный аскетствующий монах. Очень сложно сохранять самообладание, когда перед тобой лежит восхитительной внешности обнажённая женщина, сгорающая от возбуждения. Даже если она тебя не так давно банально убила, есть вещи в человеческой природе, что, после определённой границы, довлеют над рассудком и разумом.

Так что рисунок я заканчивал на последних волевых усилиях, и пару раз ловил себя на том, что давал рукам несколько больше воли, чем требовалось для работы. Но, наконец, процесс по воссозданию кланового знака Аллегри был закончен.

— Готово, — сообщил я, с трудом отводя взгляд от тяжело вздымающейся груди Лион.

Выдохнув, хотел было сесть на краю кровати и поставить опустевшую склянку на стол, после чего оттереть с пальцев краситель, но неожиданно смуглые руки со свеженанесённым рисунком обвились вокруг меня.

— Премного… благодарна… Владыка, — пробормотала магесса и, начав притягивать меня, добавила. — Но оставлять меня вот так было бы… слишком жестоко с вашей стороны, не находите?

Я посмотрел прямо в глаза эльфийки, слегка прикрытые, помутневшие от затянувшей их поволоки, и покачал головой.

— Магистр Лион, вы не забыли, что, вообще-то, наказаны? — поинтересовался я, напомнив о нашем прошлом, так сказать, постельном опыте.

— Да, Владыка, наказана и прошу наказать меня ещё больше, — она облизнула губы и сама подалась вперёд. — Так, как вам захочется. Так, как понравится!

Истинно дьяволица в обличии тёмной эльфийки. Ну что же, она просит о наказании, да? Которое мне понравится? Есть у меня одна мыслишка…

Склянка из под краски покатилась по одеялу и глухо упала куда-то на пол. Подавшись к Лион, я притянул разгорячённое тело к себе и завалил обратно на постель. Эльфийка радостно попыталась прильнуть к моим губам, однако на её пути неожиданно оказался палец.

— Не так быстро, магистр, — сказал я с лёгкой улыбкой, прижимая свой палец к её призывно приоткрытым устам, и Лион взглянула на меня с лёгкой растерянностью. — Для начала… я думаю, нам надо выровнять один счёт.

Сообщив это магессе, я весело подмигнул ей и активировал магию, пропуская через тело чародейки добротный разряд. Лион издала резкий полувскрик-полустон и её тело выгнулось от прошедшего сквозь него тока. Наказание было совершено.

Сцепившиеся на моей спине руки ослабли и мягко упали на одеяло, а сама чародейка, отлипнув от меня, безвольно распласталась на кровати, закатив глаза и мелко подёргиваясь от остатков заклинания. Я даже забеспокоился, не переборщил ли, однако эльфийка дышала ровно, так что я быстро отбросил тревогу.

Окончательно убедившись, что всё в порядке, я накрыл Лион одеялом и хмыкнул ей на ухо:

— Будем считать, что теперь у нас ничья по преданным ожиданиям.

Маловероятно, что мои слова достигли её бессознательного разума, но я не сомневался, что Лион была достаточно умна для того, чтоб понять мотив моего поступка.

Отойдя от кровати на пару шагов, я задумчиво почесал затылок.

— Может, не надо было так строго? Как думаешь, Шарли? — спросил я паучиху, всё это времени сидевшую у стены.

Та чуть подумала и развела лапками, мол, тебе виднее, после чего подбежала к кровати и потыкала отрубившуюся чародейку в бок.

— Да в порядке она, в порядке, — я потрепал Шарлотту по макушке. — Скоро очнётся.

Так-с, надо бы стереть, наконец, краску с пальцев. Куда там Лион положила ту тряпицу, пропитанную специальным составом?..

На руке неожиданно завибрировал браслет, что вызвало у меня лёгкое удивление. Аллегри решила высказать своё неудовольствие по поводу несостоявшейся «клубнички»? Однако, коснувшись артефакта, я обнаружил перед собой слегка неожиданное уведомление о повышении ранга «Истинного Владыки демонов».

Серьёзно? Это наказание для одной грешной женщины тоже пошло в зачёт? Или сыграл тот факт, что я сделал это с условной союзницей и не проявил милосердия? Не исключено. Более того, звучит логично. Ну, как бы там ни было…

«Истинный Владыка демонов»

Количество ваших поступков достигло значимого рубежа. Уровень навыка увеличен до 15. С данного уровня начинают действовать дополнительные эффекты усиления. Разблокирован навык «Мантия Владыки».

Продолжайте поднимать уровень навыка, чтобы становиться сильнее и приближаться к званию Истинного Владыки.

Снижение уровня навыка приведёт к уменьшению усиления и потере разблокированных навыков.

Заинтересовавшись, я тут же перешёл в раздел умений и нашёл свежеразблокированный навык.

«Мантия Владыки»

Тьма — исконный союзник всех демонов. И по вашей воле она готова соткать из своих нитей величественную мантию на ваших плечах.

Незначительная защита от всех типов урона. Средний бонус к харизме. Средний бонус к контролю чудовищ и демонов. Адаптация.

Очень, очччччень интересно, чёрт побери! Чудовищ и демонов? Это ведь не о тельварцах речь, которых прозвали демонами сугубо красного словца ради, верно? Явно же не о них? Любопытно…

Хотя, чему я вообще удивляюсь? Раз кругом мирами заправляют бесчисленные боги, значит где-то есть и демоны. Банальная логика. Вопрос только в том, насколько сложные у них взаимоотношения. Ибо эффект умения прямо наталкивал на мысли, что демоны, равно как и прочие существа Тельвара, родились не по собственной воле. Хм.

Так, ладно, мантия, говорите? Надо взглянуть.

Я уверенно активировал навык и… чуть не задохнулся от ужасающей скорости, с которой из меня потекла магическая энергия! Ммммать! Как же он жрёт ману! Минут на пять меня может и хватит, но не больше. Но выглядит, надо признаться, чертовски круто.

Повернув голову, насколько мог, я с любопытством разглядывал лоскут абсолютно непроглядной тьмы, висящий у меня на плечах и живущий собственной жизнью. Мантия трепыхалась без всякого ветра и словно горела по краям чёрным пламенем, разбрасывая вокруг быстро исчезающие угольные искры.

Шарли поначалу испуганно отпрыгнула в сторону, но любопытство быстро пересилило страх и паучиха подбежала поближе, наблюдая за причудливым танцем плаща. Я коснулся мантии рукой и с удивлением обнаружил, что она вполне осязаема. Чуть тёплая на ощупь и мягкая, похожая на бархат, она свободно тянулась за рукой, никак не ограничивая себя в форме. При желании, я мог полностью обернуться в неё, не опасаясь порвать загадочную ткань из самой Тьмы.

Чертовски классная штука! Словно из лучшего демонического ателье. Но как же жрёт энергию…

С некоторым сожалением мантию пришлось отключить, после чего дышать стало сразу как-то легче.

Я бросил очередной взгляд на накрытую одеялом чародейку, из-за которой… или благодаря которой у меня улучшился «Истинный» и добавилось новое умение в арсенале. Мда. А ведь ещё полдня назад я даже не думал, что тихий вечер обернётся подобной ситуацией. И главным моим промахом стала, само собой, неверная оценка слова «холст». А если точнее, то, что я даже не попытался представить ход мыслей Лион и, выбросив это из головы, занялся другими делами.

Тяжело вздохнув, я оттёр таки краску с пальцев и взглянул на Шарли, предложив ей небольшую прогулку:

— Пойдём, подышим воздухом на башне?

Паучиха ответила на это радостным кивком и побежала впереди меня.

Ночное небо встретило нас россыпью ярких звёзд и свежим, прохладным воздухом. Раскалённые душные ночи наконец остались в прошлом. Ещё немного и на ночь придётся разжигать камин. Но сейчас ещё воздух был именно той, идеальной температуры для ночной поры.

Я оперся на перила площадки и, глядя на звёзды, тихо вздохнул, старательно выкидывая из головы ещё свежие воспоминания о сегодняшнем вечере. Как-то больно бурно началось это путешествие. А ведь прошёл всего один день! Если так пойдёт и дальше, у меня явно прибавится седых волос на голове.

Гоблин, дежуривший на площадке, тактично удалился на другую сторону, дабы не мешать нашему отдыху. Однако вскоре ночную тишину нарушил звук шагов. Кто-то ещё поднимался сюда по лестнице.

— Не помешаю, Владыка? — как оказалось, не спалось графу Вриду.

— Конечно нет, проходите, — приглашающе кивнул я.

— Собственно говоря, я по делу, Владыка Нотан, — кивнул граф и встал рядом, сцепив руки за спиной. — Пока вы скрашивали досуг, на мой личный кристалл связи пришли новости из соседнего графства. И мне показалось, что они должны вас заинтересовать.

Глава 32. Просто новая мантия

Скрашивал досуг.

На этих словах Вриду я мысленно застонал, ибо произошедшее восприняли именно так, как я ожидал… и так, как опасался. То есть, совершенно неправильно. Можно было бы попытаться внести ясность, но… Во-первых, я сомневался, что от этого будет толк. Во-вторых, в том, что ситуацию поняли превратно, имелись своим плюсы. Как минимум, репутационные. Так что пусть, от меня тут точно не убудет.

— Ну что же, выкладывайте, — хмыкнул я, в ответ на упоминание о новостях. — Случилось что-то серьёзное?

— Вы знаете, где находится Лакуш? — спросил граф и я чуть напряг память, вспоминая карту королевства.

— Город на северо-восток отсюда, вроде бы? Днях в десяти пути?

— Именно так, Владыка, — кивнул граф. — Это владения вдовствующей графини Ригук, но тут важно другое. В окрестностях города появилась огромная стая монстров.

То, с какой интонацией Вриду сообщил мне эти вести, не оставляло повода для сомнений. Граф считал, что это именно мои монстры, о существовании которых он узнал в день своего перерождения, когда мы засели за обсуждение удара по людам.

— Они напали на город? — уточнил я, памятуя, что забыл приказать обитателям подземелья относиться к тельварцам с должным уважением.

— Насколько мне известно, нет, — помотал головой гоблин. — Точнее, монстры были у стен города, но не вся орда, а лишь несколько мелких групп. Ничего серьёзного.

— Славно, — со сдержанным облегчением кивнул я.

Честно говоря, то, что новости о монстрах появились только сейчас, сильно меня удивляло. Учитывая, как долго они плутали по стране, я каждый день с некоторой опаской ожидал новостей о том, что они где-то объявились и сожрали какую-нибудь деревню. Но с тех пор, как наши дороги разошлись в ущелье Бар-Гаота, я не слышал о них ни слуху, ни духу. Что за маршрут выбрали твари, раз только сейчас попались на глаза тельварцам? И где шарашились всё это время?

— Сможете организовать слежку за их продвижением? — спросил я графа. — Нам нужно понимать, когда и где они впервые столкнутся с людами, если вообще столкнутся. Было бы неплохо устроить на их позициях двойной переполох, — ухмыльнулся я. — Один организуем мы, а другой обеспечат монстры.

— И желательно в один день, чтобы фиарнийцы вообще одурели от таких подарков, — хмыкнул Вриду. — Но сначала нужно разобраться с «наследством» виконта. Прежде чем мы начнём, нужно попытаться взять в свои руки все ниточки, ведущие к тем, кто остался в тени. А по поводу слежки — даже без моих распоряжений за монстрами уже присматривают. Появление такой орды на обитаемых землях дело просто неслыханное. Так что меня будут держать в курсе происходящего.

Я удовлетворённо кивнул.

Всё могло стать намного проще, если бы можно было провернуть сценарий, который я наплёл сидящим под присмотром Аксилана пленникам. Тот, в котором они умирают, поднимаются в виде нежити и отвечают на все вопросы. Увы, благодаря Лион я знал, что нежить становится покорной в обмен на потерю разума. Чем сообразительней поднятый мертвец, тем свободнее он от оков поднявшего его некроманта. Старина Эртус Личенберг тому прекрасный пример. Будучи возвращённым на этот свет скелетом, он подчинялся кому-либо лишь по собственной воле, так как его прежний благодетель, некогда оплативший любимому казначею посмертие и выбивший у правителя разрешение на ритуал, сохранил разум Эртуса в полной неприкосновенности. Ибо именно разум он в нём и ценил.

Но, так как виконт после подъятия наверняка бы заартачился и ушёл в несознанку, поднимать его требовалось покорным и послушным, готовым выполнить любое требование хозяина. К сожалению это означало, что его лучшими репликами стали бы: «А», «Ы» и «Слушаться». Не совсем то, что требовалось при нормальном допросе.

— Ах, да, граф, ещё кое что, — спохватился я. — Было бы неплохо донести до других, чтобы они не пытались сражаться с ордой и дали ей, так сказать, свободную дорогу до людов. Я бы даже попросил поставить для них дорожные знаки с надписями «Люды там», да только эти твари читать не умеют.

— Ожидал, что вы это скажете, Владыка Нотан, но… — неопределённо повёл рукой Вриду. — Сами понимаете, моя власть ограничена. Если король или маркизы решат действовать, я смогу лишь дать им свою рекомендацию, не более того.

— Я понимаю, граф. Этого будет достаточно.

— Если позволите вопрос… Как вы планируете устроить для Его Величества аудиенцию с Богиней? — неожиданно спросил меня Вриду, опершись на башенный мерлон.

— Ха? — я повернулся к гоблину. — Любезный граф, вы даже не допускаете мысли, что мы сможем разойтись полюбовно?

— Я допускаю мысль, что Его Величество может говорить лишь то, что вы хотите услышать, но при этом иметь совсем иные планы. Лучше действовать наверняка, — ухмыльнулся граф.

Иначе говоря, Вриду открытым текстом советовал убить короля. Принять превентивные меры, так сказать. Временно, конечно, убить, но тем не менее. И, памятуя о своей неудачной попытке договориться с графом, я склонен был с ним согласиться. Граф хотя бы честно заявил, глядя прямо в глаза, что видит во мне угрозу.

— Что-ж, будем разбираться с проблемами по мере их поступления, — кивнул я. — В конце концов, с напрыга этот вопрос не уладить. Никто в здравом уме не позволит мне остаться с королём тет-а-тет. А проливать лишнюю кровь не хотелось бы.

— Полностью с вами согласен, — задумчиво кивнул Вриду. — Я подумаю, что можно сделать в данном случае.

— Ну, один вариант могу назвать вам прямо сейчас, — хмыкнул я. — Сначала переродить всех придворных аристократов, одного за другим, а потом устраивать встречу с королём. Но это займёт невероятно много времени.

Мы постояли некоторое время в молчании. Граф долго смотрел в ночную даль, видимо, размышляя о делах насущных, а потом повернулся и взглянул на шпиль у нас за спиной.

— Вам бы штандарт, Владыка, — задумчиво сказал он.

— Строил в спешке, — развёл я руками, — о флаге как-то не подумал.

Штандарт, да?.. Строго говоря, его у меня пока и не было. Схематичные игральные кости на стягах у гоблинов я за таковой не считал, ибо рисунок появился там в результате небольшой шутки. В тот день, когда оболтусы решили повязать на свои копья чёрные тряпки, кто-то из них спросил, должны ли они на них что-нибудь намалевать. Так как я буквально незадолго до этого крутил в руках Мастерские дайсы, они мне первыми в голову и пришли.

В том, стоит ли и дальше использовать этот знак, я малость сомневался. В изображении дайсов, конечно, имеется своя ирония и символизм, однако… выглядит ли он достаточно серьёзно? Это следовало обдумать.

Вскоре граф оставил нас с Шарли и отправился почивать. Да и нам стоило закругляться. Так что, посмотрев на звёзды ещё немного и подумав о смысле жизни, Вселенной и всего такого, мы пошли вниз.

Магистра Лион к тому моменту в комнате уже не оказалось и о её посещении напоминала лишь смятая постель, да позабытая на столе склянка из под краски. Скинув одежду, я занырнул под одеяло и практически сразу рухнул в темноту сна, лишь самым краем сознания успев отметить, что Шарли тоже забралась на кровать и устроилась под боком.

Утренняя встреча с Лион прошла на удивление гладко. Я опасался… чёрт его знает, чего опасался, но предполагал, что поведение чародейки должно было как-то поменяться после вчерашнего. Однако она вела себя как и прежде, и, при встрече, первым делом горячо поблагодарила меня за работу над клановым знаком.

По её признанию, она практически всю ночь не спала, занимаясь исследованием знака, Однако многие узоры требовали глубокой расшифровки, ибо не относились ни к общераспространённым, ни к знакам высшего сословия. И, при первой же возможности, она собиралась отправить в Университарий и на родину подробное письменное описание знаков, чтобы ими могли заняться геральдисты, так как передать все нюансы, пользуясь лишь голосовой связью кристалла, было невозможно.

Что до небольшого инцидента на кровати, то его словно и не было. Я даже засомневался, а запомнила ли эльфийка то, что с ней произошло. Единственным отличием от её обычного поведения стала разве что чаще окутывавшая её задумчивость, да чаще на свет появлялся блокнот, в который она что-то усердно записывала, невзирая на тряску от ящера.

А вот кто изменился, так это гоблины. После вчерашнего звукового представления, устроенного чародейкой, они бросали на меня немного завистливые, но уважительные взгляды. Особенно это касалось бойцов Вриду. Мои же охламоны, уже привыкшие за время ночных дежурств у дома к самым разным звукам, больше надувались от важности, всеми силами демонстрируя как велик их Владыка. Что касается Астиль… Первую половину дня эльфиечка провела ярко-алой, ибо стыдливо краснела всякий раз, как ей на глаза попадались я или Лион. Почему-то меня это очень забавляло.

Несмотря на крайне бурное начало путешествия, в дальнейшем дорога проходила тихо и спокойно. Мирные пейзажи проплывающих мимо полей, лугов и лесочков неизменно радовали душу и настраивали на благодушный лад. Невольно вспоминалась наша прошлая поездка к Карушской крепости. С отбитыми задницами и ночёвками на холодной земле. Всё таки, неплохо я развился с тех пор.

Единственным примечательным событием стал попавшийся по дороге путник в незамысловатых холщовых одеждах. Он сидел на обочине, спрятавшись от солнца под ветвями невысокого дерева, и пил из фляги. Поначалу я даже не обратил на него особого внимания, однако что-то зацепило меня на самой периферии взгляда и оглядел его повнимательнее.

— Старче, — слегка удивлённо спросил я ехавшего рядом Горта. — А это кто?

Издалека путник выглядел как обычный эльф. Стройный, длинноухий, разве что ниже обычного. Но приглядевшись, я понял, что тот абсолютно лыс, а кожа окрашена в какой-то странный телесно-бордовый оттенок.

Шаман, глянув в сторону отдыхающего путника, ни капли не удивился и сразу же пояснил:

— Полукровка, Владыка. Редкое зрелище.

— Полукровка? То есть, полуэльф? — уточнил я.

— Можно и так сказать, — кивнул гоблин. — Обычно дети от представителей разных народов рождаются по крови матери. Но иногда случается так, что кровь отца пытается взять верх и дитя получает некоторые черты его народа. У встреченного нами путника мать эльфийка, а отец гоблин, Владыка.

— Понятно, спасибо, старче, — кинул я, мысленно удивляясь принципам работы местной генетики. — И часто рождаются такие дети?

— Сложно сказать, Владыка, — задумчиво поправил бронешляпу Горт. — До сегодняшнего дня я видел четверых таких за всю свою жизнь. Этот пятый.

— А как их воспринимают в обществе?

— …По разному, — расплывчато ответил шаман после небольшой паузы, но подобный ответ был для меня весьма исчерпывающим.

Персон с физическими отклонениями, вне зависимости от эры и культуры, если не боялись, то всегда сторонились. И было бы глупо ожидать что в ином мире внезапно обнаружились бы другие порядки. Возможно, стоит в будущем добавить к своим проповедям что-то на тему любви ко всем ближним?

К ночи второго дня пути мы уже стояли лагерем восточнее Карушской крепости, которую мне, хоть и издалека, но удалось увидеть не в состоянии щебёнки. Как же славно, всё таки, жахнула тогда бомбочка Орена. Вон и запруда, образовавшаяся после взрыва, всё ещё на месте, сияет отражением закатного солнца. Терраформинг по-гномьи, мать его… Если он на пару с Лони и рейлган такой забабахает, будут люды бедные, это я гарантирую

Резко контрастируя со вчерашним вечером, сегодняшний прошёл абсолютно и исключительно спокойно. Идя в свою комнату, я мельком заглянул в дверной проём Лион и обнаружил, что та, разложив на столе какие-то бумаги и пару хитроумных устройств, напоминавших увиденные в башне Эрмита, вовсю занялась неким экспериментом. Удобная, всё же, штука, эти пространственные карманы. Можно таскать с собой даже мини-лабораторию.

Я лишь пару раз видел чародейку в настолько сосредоточенном состоянии и находил его довольно интересным. Магистр сбрасывала с себя амплуа раскрепощённой эльфийки и полностью отдавала себя процессу. Серьёзный, отрешённый от всего внешнего взгляд, задумчивое лицо и полная самоотдача работе делали её по особому привлекательной. Наблюдение за увлечёнными людьми всегда немного завораживало, не важно, касалось ли это Лони, Лионеллиан или даже служанок, когда они хлопотали по дому.

Я не стал отвлекать чародейку расспросами, чтобы не рушить эту тонкую рабочую атмосферу, и отправился дрыхнуть. Как выяснилось за время этого путешествия и той ночёвки у стены постоялого двора, в компании с Шарли спалось заметно лучше обычного.

Наутро следующего дня магистр Лион подошла ко мне. Выглядела она жутко невыспавшейся. Судя по всему, она почти не спала уже вторую ночь подряд. Сначала из-за кланового знака Аллегри, а потом из-за эксперимента неизвестного рода. Тем не менее, в глазах эльфийки сверкала воодушевлённость. И когда она заговорила, цели её вчерашнего эксперимента выяснились сами собой:

— Владыка Нотан, я обнаружила кое что интересное касательно шкурки вашей питомицы, — сообщила она с довольным прищуром. — Скажите, Шарлотта обладает какими-нибудь магическими способностями?

— Магическими? — удивился я и покачал головой. — Нет, ни разу не видел. Шарли, у тебя есть магия? — спросил я паучиху.

Шарлотта в ответ лишь растерянно развела лапками. Впрочем, ожидаемо. Обладай Шарли магией, в качестве врага она была бы беспредельно страшна. А природа, как известно, любит баланс.

Если, конечно, природа имела хоть какое-то отношение к Шарли.

— Дело в том, что вчера я закончила первую часть исследований экзувия, что вы мне оставили, Владыка, — пояснила истоки своего вопроса Лион, изящно взмахнув рукой. — И обнаружила, что основным его свойством является поглощение магии.

— Поглощение? Но ведь её присутствие не мешает мне или Горту создавать заклинания… — начал было я и Лион торопливо замахала руками.

— Неправильно выразилась, Владыка. Не поглощение, а… впитывание, — поправилась она. — Этот покров не забирает чужую магическую энергию насильно, но постоянно вбирает в себя свободные эманации эфира, излишки от высвобожденных заклинаний и прочее.

— Очень любопытно… — пробормотал я и взглянул на паучиху. Оказалось, что та смотрит на Лион очень внимательно, словно старается не упустить ни единого слова. — И что происходит с этой энергией потом?

— Простите, Владыка, этого мне пока понять не удалось, — погрустнела эльфийка. — Могу пока лишь сказать, что сам экзувий не является хранилищем собираемой энергии, подобных свойств у него я не обнаружила. Он лишь собирает капли магии, чтобы куда-то её передать, что с ней происходит потом… Боюсь, знает лишь сама Шарлотта, — задумчиво пробормотала Лион, глядя на паучиху.

— Понятно, что ничего не понятно, — хмыкнул я и кивнул. — В любом случае, спасибо за информацию, Лион. Продолжайте в том же духе, может выясните что-то ещё.

— Само собой, Владыка, — улыбнулась чародейка.

Через полчаса, после быстрого завтрака, мы снялись с места и, проехав немного вдоль реки, перебрались на другой берег по лёгкому мосту. И памятуя о монстрах вроде ворласка, способных таиться в обманчиво безопасной реке, я двигался по переправе с большой опаской.

Сказанное магистром не выходило у меня из головы и я постоянно поглядывал в сторону бегущей неподалёку паучихи. Впитывает магию… Уж не поэтому ли она так раздобрела? Мало того, что я фоню магизлучением что тот реактор, так ещё и постоянно усиливаю паучиху своей способностью. Для чего бы ей ни была нужна эта энергия, она получает её практически постоянно, первосортную, да ещё и с устрашающим усилением развития.

Впрочем, одно лишь это не объясняло странности Шарлотты, ведь с самой первой минуты нашей встречи она была очень умной. Да что там — вполне разумной и явно смышлёнее некоторых гоблинов.

— Как же жаль, что ты не умеешь говорить, — пробормотал я и Шарли, словно услышав это, на мгновение остановилась и глянула в мою сторону, после чего вновь затрусила подле отряда.

Магическая энергия… Переключившись с Шарлотты на размышления о магии, я задумался над тем, что умудрился улучшить свою магическую выносливость во время постоянного использования силы при строительстве стены. Отличный бонус, спору нет, но за счёт чего это происходило? Будь это какая-нибудь из многочисленных новелл, прочитанных мной на Земле, принцип описывался бы на манер «растягивания» магического сосуда мага при каждом полном использовании силы.

Вот только у меня, на минуточку, нет никакого сосуда. Вся моя магия — заёмная. И силу я получаю, так сказать, через шланг. Растягивается шланг? Звучит сомнительно. Система, что приделала ко мне Аллегри, видится мне с немного иными принципами работы. Тогда за счёт чего увеличивается моя выносливость мага? И действительно ли я прав с теорией, что ключ к этому — постоянное колдовство на износ, как было во время строительства стены? Ведь именно тогда я и заметил первые сдвиги.

Было бы неплохо найти более весомые подтверждения мои догадкам.

— Старче, Лион, — подозвал я своих спутников.

— Да, Владыка? — хором ответили они с разных сторон.

Горт ехал неподалёку и обсуждал с бароном Кульдом какие-то нюансы разведческого дела, а Лион традиционно тёрлась где-то поблизости от меня.

— Есть вопрос, — сказал им я, когда ящеры спутников поравнялись с моим. — Возможно, немного странный. Верно ли утверждение, что запас магической силы увеличивается при полном её использовании? Частом и регулярном?

В глазах шамана и эльфийки проскользнуло удивление, сменившееся недоумением.

— Честно говоря, старый Горт впервые слышит о таком методе развития, — озадаченно сказал гоблин. — Любой маг, постигая основы ремесла, учит раздел специальных заклинаний-конструктов, направленных на внутреннюю тренировку своего магического источника. Более того, частый полный выплеск силы и регулярное магическое истощение приведут лишь к увяданию источника.

— Всё так, как говорит мастер Горт, — кивнула Лион. — Почему вы задали подобный вопрос, Владыка? Неужели развитие асани имеет серьёзные отличия от обычных магов?

— Честно говоря, я просто обдумываю одну теорию, — уклонился я от прямого ответа. — И стало интересно, имеет ли место подобная практика.

— Нет, Владыка, — покачала головой Лион. — Ни один маг в здравом уме не станет вредить собственному источнику.

— Спасибо.

Поблагодарив своих экспертов по практической и теоретической магии, я вернулся к прерванным размышлениям. В общем и целом, обстоятельства я понял, хотя и не подразумевал, что дело должно доходить до полного истощения. Я его испытал на себе дважды и точно знал, что штука поганая. И это при том, что у меня нет собственного источника, на который это влияет напрямую. Обычным магам, наверное, приходится ещё хуже.

Иначе говоря, мои методы развития отличались от общепринятых… Наверное. Строго говоря, у меня был единственный способ это проверить. Начать расходовать магию на всё подряд. Чем быстрее, тем лучше, чтобы успевать восстанавливать её как можно чаще в течении дня. Один чёрт мне в дороге заняться совершенно нечем. Если прямая зависимость действительно имеется, то при быстрых циклах расхода-восстановления эффект прирастающего запаса силы будет заметнее и понятнее. Если же причина не в этом, то и данный момент я смогу заметить довольно быстро.

Вот только на что можно тратить магию, не слезая с бегущего на крейсерской скорости ящера? Да ещё и быстро? Не стены же строить на ходу, ей-богу.

Ответ пришёл внезапно, в виде вспомнившегося свежеполученного умения. Если кто и мог высосать меня досуха за считанные минуты, так это «Мантия Владыки»! И с ящера слезать не надо, как-то по особому концентрироваться тоже. Идеально!

Без какой-либо задней мысли, искренне радуясь обнаруженному решению задачки, я решил не откладывать в долгий ящик проверку теории и приступить к эксперименту немедленно. Чем быстрее я начну прокручивать запасы своей магии, тем быстрее пойму, не ошибся ли в предположении. Будь наш отряд сильно меньше, я бы побоялся так поступать, однако вокруг скакало два десятка солдат, опытные вояки в лице Вриду и Кульда, старина Горт и настоящий магистр. Ну и эльфиечка, для ровного счёта. Условия, можно сказать, чуть ли не лабораторные!

На грудь навалилось знакомое по прошлому разу ощущение тяжести и нехватки дыхания, сила хлынула из меня полноводной рекой, превращаясь в трепещущий на попутном ветру идеально-чёрный плащ с всполохами тёмного огня по краям.

И в тот же момент вокруг раздались встревоженные крики. Все, кроме Горта и Лион, бросились в разные стороны, а от своих спутников-магов я немедленно ощутил хлёсткие волны готовящихся заклинаний, из-за которых ящеры заартачились и решили остановиться.

— Владыка, берегитесь! — зарычал Горт, вскидывая посох и быстро оглядывая окрестности.

— Атака тёмной магией! — рявкнула Лион, подбрасывая вверх сферу непонятного заклинания с элементом света. — Искать противника!

Одна лишь Шарли, уже видевшая мантию из чистой тьмы, спокойно наблюдала за происходящим чуть в стороне.

Белоснежная вспышка, разлившись над головой, заключила нашу троицу в жемчужный пузырь мягкого света и отрезала от чего-либо за его пределами. Даже земля под лапами ящеров — и та скрылась за молочной пеленой. Бесследно исчезли все тени. Похоже, это была какая-то форма барьера. И буквально один миг спустя, когда я только задумался о том, чтобы попробовать всех успокоить, мантия из тьмы на плечах вскинулась словно огромное крыло, ширясь и ярясь своим бездонно-чёрным пламенем, и ударила по световому пузырю, причудливо смешиваясь с ним словно выплеснутые в молоко чернила.

Лион болезненно вскрикнула, едва не упав с ящера, и барьер взорвался белоснежными искрами, пуская вокруг себя волну потерявшей форму силы. Поднялась пыль и захрустели мелкие камни, отброшенные во все стороны. А мантия, тонкими трепещущими жгутами раскинувшаяся почти по всей форме исчезнувшей сферы, стремительно возвращалась к прежнему виду.

— БЕЗ ПАНИКИ! — заорал я, вскидывая вверх кулак, и бросил взгляд на Лион.

Магистр выглядела откровенно плохо. За какое-то мгновение её лицо стало осунувшимся, а из носа бежал ручеёк тёмной крови. В широко распахнутых глазах, чей взгляд был направлен прямо на меня, полопались сосуды. Саму же эльфийку била крупная дрожь.

Это плащ её так огрел? Вы что, шутите?!

— Всем спокойно! — повторил я, скользя взглядом по отряду и убеждаясь, что те перестали искать несуществующего врага и поворачиваются в мою сторону. — Друзья, всё в порядке! Никакого врага нет! А это… просто моя новая мантия! Называйте её Тьма! — брякнул я под конец, в попытке разрядить обстановку.

Глава 33. Лучшее в мире лакомство

— Видите? — я опустил руку и, взяв за край Тьму, помахал мантией как обычной тканью, после чего снова взглянул на Лион.

Чародейке явно становилось хуже. Её плечи бессильно опустились, а руки слабо придерживались за поводья, которые не давали им упасть вдоль тела. Кровотечение не останавливалось и тёмные крупные капли, срываясь с подбородка, падали вниз, пачкая грудь и стекая дальше на живот. Я даже не был уверен, что эльфийка ещё находится в сознании. Ещё миг — и она могла просто упасть с ящера.

— Помогите магистру, живо! — рявкнул я и, отключив мантию, спрыгнул вниз.

Ближайшие гоблины бросились выполнять указание и стягивать Лион с седла. Я же, сняв с себя свой обычный плащ, бросил его на землю, после чего помог гоблинам перенести её на подстилку. Подозрения оправдались, на происходящее она никак не реагировала, а взгляд, который я поначалу принял за направленный на меня, словно застыл. Отогнав толпящихся вокруг помощников, чтобы не мельтешили перед глазами, я активировал своё «Исцеление».

Ворласковы потроха, какого чёрта только что произошло?! Почему мантия вдруг бросилась на купол Лионеллиан? Я всё понимаю, Свет и Тьма, непримиримая вражда элементов, война бобра с ослом и всякое такое, но разве должен так вести себя плащ, пускай и магический?!

— Лекаря к госпоже Лион! — раздался где-то слева голос Кульда, но я на это лишь мысленно поморщился.

Что может сейчас сделать лекарь? Приложить к ней подорожник? Не считая самой чародейки, я единственный в нашем отряде, кто может хоть как-то исцелять магией. Если не смогу что-то сделать я, среди присутствующих не сможет никто. Разве что… Астиль? Как-то так вышло, что я всё ещё не знал, на чём специализируется девчонка. Возможно, она тоже владеет магией жизни?

Физические повреждения, которые я почувствовал заклинанием, оказались на удивление незначительными и ограничивались, в основном, лопнувшими сосудами. Положив руку на лоб эльфийки, ибо в голове сосуды пострадали больше всего, я начал вливать поток исцеляющей магии. Кровотечение остановилось практически мгновенно, но я не представлял, способно ли моё низкоранговое исцеление вытащить чародейку из того состояния, в котором она оказалась. Работает? Не работает? Через заклинание я чувствовал, что все внутренние травмы уже исцелились, вот только состояние Лион никак не менялось. Похоже, она получила ментальный урон, избавить от которого заклинание оказалось не в силах.

Неожиданно рядом показалась красная сморщенная рука и легла на лоб эльфийке.

— Пуста, — сообщил подошедший сзади Горт. — Коллапс заклинания выжег весь её запас силы, Владыка. Но источник магии не повреждён, её разум просто оглушило отдачей коллапса. Продолжайте исцеление и она скоро должна очнуться.

Я кивнул, изрядно успокоившись после слов шамана, однако всё ещё не мог переварить произошедшее. Что за умение мне досталось с лёгкой руки Эрешкигаль? Почему в описании нет ни слова о том, что оно будет атаковать союзников? Да что там союзников — в принципе кого-то атаковать!

Стоящая чуть поодаль толпа расступилась и пропустила вперёд Вриду. Следом за графом тенью скользнула Астиль.

— Владыка Нотан, что это было, Бездна меня пожри? — спросил граф, едва приблизившись.

Я раздражённо мотнул головой. Вот уж нашёл время вопросы задавать. С другой стороны, учитывая всеобщую реакцию, я знатно всех перепугал и было бы странно, не начни Вриду допытываться до причины произошедшего. Вот только ситуация пока была ну крайне неподходящая.

— Поговорим позже, граф, — сказал я и кивнул в сторону столпившихся гоблинов. — Поставьте пока отряд на привал.

Вриду не стал настаивать на ответе и отправился отдавать указания. А я, тем временем, неотрывно следил за пустым взглядом жёлтых глаз и пытался высмотреть в них хоть одну искорку возвращающегося сознания. Положив пальцы свободной руки на запястье Лион, я нащупал пульс и он меня вообще не вдохновил. Сердце чародейки колотилось как бешеное и не думало успокаиваться.

— Вот это да… — тихо пробормотала Астиль, оставшаяся после ухода графа. — Не думала, что одиночного потока может хватать…

— О чём это ты? — спросил я, глянув на эльфиечку.

— О вашей технике исцеления, Владыка, — смутилась та, поняв, что я её услышал. — Обычно целители разделяют заклинание на два потока для усиления циркуляции лечащей магии по телу. Например, прикладывая одну руку на голову, а вторую в область сердца.

— А ты откуда знаешь? — сразу заинтересовался я. — Ты целитель?

Неужели я всё таки зря не принял во внимание эльфиечку?

— Нет, я маг-воздушник, — тут же смутилась девчушка, потупив взгляд. — Моя мама целитель, так что я немного знаю о таких вещах.

— Понятно, — кивнул я. — Усиление циркуляции, говоришь?..

Доверившись Астиль, я решил попробовать описанный ею метод. Разделив заклинание на два потока, я положил вторую ладонь прямо над сердцем и продолжил процесс. Пару минут спустя лихорадочная пульсация сердца под моей рукой замедлилась и выровнялась. Жутковатая осунутость Лион начала пропадать, возвращая лицу привычные очертания. Наконец ресницы тёмной эльфийки слабо затрепетали и во взгляде появился осмысленный блеск.

— Ааааа, Владыка… — слабо пробормотала она, когда смогла сфокусировать взор, и попыталась улыбнуться. — Исцеление? Сюрприз за сюрпризом, как и всегда…

— Как вы себя чувствуете, Лион?

— Словно меня жгли изнутри, — поморщилась эльфийка. — Но ваше исцеление так освежает, что скоро буду как новенькая. Как я и говорила, ощущения от вашей силы просто непревзодённы.

— Не успели очнуться, а уже заигрываете? — фыркнул я.

— Говорю чистую правду! — вяло возмутилась она и зашевелила руками. — Но раз вы такого мнения, надо соответствовать…

С усилием подняв руки с плаща, она положила их на живот и свела вместе. Всего лишь небольшое движение, но из-за него величественные холмы её груди приобняли мою руку.

— Вам нравится?

— Похоже, в дальнейшем исцелении вы уже не нуждаетесь, — ухмыльнулся я. — Уж больно оживились.

Ох уж соблазнительница темноухая, растудыть её через буфера.

— Не цените вы женское внимание, Владыка… — пробормотала Лион и устало прикрыла глаза.

Однако руку из плена не выпустила.

После недолгой паузы она вновь заговорила, но затронула уже иную тему:

— Что произошло, пока я была без сознания, господин Нотан? — спросила она. — На вас напала какая-то сущность с элементом тьмы и я тут же создала заклинание «Очищение светом», чтобы ослабить его или уничтожить. Но тварь ударила в ответ столь яростно, что взорвала всю мою магическую энергию.

— Кхм… — неловко кашлянул я. — Боюсь, в этом есть моя вина. Вы приняли за врага мою магическую мантию, магистр.

— Мантию?! — ошарашенно распахнула глаза Лион.

— Дело в том, что недавно Богиня ниспослала мне новое умение…

Я кратко рассказал эльфийке о «Мантии Владыки» и том, что решил активировать её в дороге совершенно спонтанно, поддавшись порыву проверки новой теории. В процессе рассказа я вновь увидел во взгляде Лион безудержное пламя жажды знаний. Но, к счастью для меня, прямо сейчас чародейка не совладала бы даже с воробушком.

Когда я закончил, она не стала сразу как-то комментировать произошедшее и перевела взор с меня на небо, о чём-то задумавшись. Я не стал пока спрашивать её о чём-либо и просто продолжил вливать исцеляющую магию.

— Магия земли и молний. Познания в магии жизни. Масштабные пространственные манипуляции, телепортация. Способ восстать из мёртвых, — Лион неожиданно начала перечислять список моих умений, как настоящих, так и мнимых. — Протекция Матери ночи и знания, выходящие за границы нашего понимания мира. А теперь… ещё и элементаль тьмы, — она вновь посмотрела на меня. — Я так мечтала познать хотя бы малую крупицу ваших тайн, но с каждым днём их становится всё больше, а я не стала даже на шаг ближе. Это очень обидно… Однако так возбуждает исследовательский азарт!

Я знал этот взгляд, который сейчас был направлен на меня. Слишком хорошо знал! В прошлый раз, когда на меня так смотрели, дело кончилось незапланированным посещением Богини.

— Тайны имеют свойство заканчиваться, — философски ответил я, не зная, как было бы правильно отреагировать на неожиданный приступ Лион.

— Кажется, это не ваш случай, — тяжело вздохнула она и немного успокоилась, после чего добавила с кривой усмешкой. — Надо же, разбита в пух и прах одним ударом плаща. Какой позор. Господин Нотан, не могли бы вы сохранить эту тайну между нами? В Башне меня на смех поднимут, если узнают.

— Не беспокойтесь, буду нем как ворласк, — усмехнулся я и уточнил. — Но за остальных поручиться не могу.

— Ах, да, гоблины… — хмыкнула она. — Но я уверена, они даже не поняли, что произошло. Пусть так и будет, я позже придумаю для них хорошее объяснение, — она чуть помолчала, переводя дыхание. — Что до мастера Горта, Астиль и господ аристократов, то в их молчании я уверена.

Она вновь прикрыла глаза и какое-то время я лечил её в тишине. Гоблинов давно разогнали на отдых. Полевой лекарь, приблизившись, растерянно потоптался и разумно решив, что с травами и порошками ему тут делать нечего, тоже удалился. И теперь рядом остались лишь Горт, Астиль и Шарлотта. Шарли просто лежала и наблюдала за ситуацией, а шаман отвёл эльфиечку в сторону и та шёпотом что-то спрашивала у гоблина. Вид у Горта при этом был задумчивый. О чём там эльфа спрашивала шамана я мог лишь догадываться. Назойливый ветерок, гнавший по земле серую дорожную пыль и трепыхавший скудное одеяние Лион, сносил в сторону и без того тихий шёпот Астиль.

Когда неловкая пауза затянулась, я ляпнул первое, что пришло на ум:

— Почему вы решили, что это элементаль?

— Вы же сказали, что мантия ударила без вашего ведома, Владыка. Значит, у неё есть некое подобие разума. Или, я бы сказала, инстинктов, — охотно пояснила Лион. — Это характерно для чистейшего, абсолютного воплощения любого элемента, хотя, признаюсь, об этом я знаю лишь из книг. Подобное воплощение и именуется элементалем, — она ненадолго замолчала, непрерывная речь всё ещё утомляла её. — «Очищение светом» — враждебное заклинание для воплощения, ставшего вашей мантией. И оно отреагировало соответствующе.

Как говорится, чем дальше в лес, тем толще партизаны. Чем больше я пытался вникнуть в произошедшее, тем более интересные вещи всплывали. Плащ-элементаль? Если чуть задуматься над строчками описания, гласящими, что Тьма готова соткать мантию из своих нитей, теория Лион обретала определённый смысл. Чтобы быть готовым что-то сделать для кого-то, полагаю, нужно осознавать некие причины и необходимость. То есть, уметь думать, делать выводы и принимать решения. Разумная Тьма соткала мантию из самой себя?

Ой-вэй…

— Мои извинения, магистр, — кашлянул я. — Стоило сначала продемонстрировать мантию в более спокойной обстановке.

— Извинения… будут приняты, если вы позволите немного исследовать вас, когда мы вернёмся, — лукаво прищурилась чародейка.

Я устало вздохнул. Всё таки, она неисправима. Конечно, некоторое чувство вины перед эльфийкой я испытывал, но недостаточно глубокое, чтобы с лёгким сердцем позволить ей копаться в моих кишках. Так что чародейку ждал большой облом.

— Разве у вас есть право не принимать извинения? — я скептически взглянул на неё, решив подловить Лион на весьма двусмысленных словах, которые она сказала мне на днях. — Вы ведь теперь моя собственность.

— Что? Собственность? — озадаченно вскинула брови Лион и я мысленно расхохотался.

— Разумеется, — кивнул я с предельно серьёзной рожей. — Разве не вы недавно сказали, что отныне принадлежите мне?

И без того удивлённо распахнутые глаза магессы расширились ещё больше, губы медленно изогнулись в улыбке и она расхохоталась:

— Охохохохохохохо-кха-кха-кхаааахаха, — звонкий, заливистый смех, впервые услышанный мной от Лион, быстро перешёл в резкий, судорожный кашель, но эльфийка не сразу прекратила смеяться. — Кха-кха… О, Бездна, как же больно… Уфф… Должна признаться, Владыка, подобной игры слов я не ожидала. Казалось бы, смысл один и тот же, на как же по разному воспринимается. Ну, если ставить вопрос так… То я определённо ваша собственность, — лукаво ухмыльнулась мне чародейка и хитро прищурилась. — Но раз вы заявили права на меня таким образом, не значит ли это, что теперь я из обычной женщины превратилась в вашу женщину?

…Крыть это мне было нечем. Я оказался разгромлен на собственном поле хитрой длинноухой дьяволицей, обернувшей мой словесный трюк против меня самого.

— Не только вы умеете играться с логикой, Владыка Нотан, — бархатно промурлыкала эльфийка, заметив моё замешательство, и сладко улыбнулась. — Не будете же вы из-за этого отказываться от своих слов?

Ситуация полностью вышла из под контроля. Кто меня вообще за язык тянул?! Хотя, стоп. Так легко меня не одолеть. Мы ещё посмотрим, кто кого.

Во взгляде Лион плескался целый океан искреннего и незамутнённого коварства, однако ему было уготовано разбиться о сокрушительный волнолом правды жизни.

— Конечно же нет, магистр, — любезно улыбнулся я в ответ. — Но вы должны понимать, что моя женщина должна отвечать некоторым требованиям, дабы действительно являться таковой.

— Ооо? — заинтересованная Лион попыталась приподняться, позабыв о своём неудовлетворительном состоянии и, болезненно поморщившись, легла обратно. — Могу я услышать эти требования?

— Конечно, — кивнул я и принялся перечислять. Будь мои руки свободны, даже начал бы показушно загибать пальцы. — На самом деле они довольно просты. Уметь штопать носки, гладить рубашки и прибираться по дому. А самое главное, уметь варить борщ!

— Бо… рсч? — растерянно переспросила тёмная эльфийка. — Что это за зелье? Это алхимия?

— Это кулинария, — хмыкнул я. — Борщ — великое блюдо, непревзойдённый и восхитительный суп. Горячий и красный как кровь врагов, льющаяся на землю во время славной битвы! Борщ исцеляет душу, согревает сердце и объединяет умы. Да, можно сказать, это алхимия. Алхимия кулинарии!

Зрелище того, как Лион в полной растерянности хлопает глазами, доставило мне несказанное удовольствие. Контратака явно удалась. Само собой, мне было глубоко наплевать, умеет ли она штопать носки или варить супы. Тут важен был лишь элемент неожиданности и фактор того, что я выдвинул требования, до которых персона её социального положения вряд ли когда-либо опускалась. Мне показалось хорошей идеей посмотреть на то, как Лион отреагирует на подобную ерунду.

— Борщ… Так, погодите секунду, Владыка! — опомнилась она и сверкнула глазами. — Вы надо мной издеваетесь?

— Ничуть, — я постарался сохранить как можно более невозмутимую рожу.

— Нет, я же вижу, что издеваетесь! — возмущение Лион оказалось столь велико, что она таки заставила себя сесть, сбросив мои руки с исцеляющим заклинанием, и наши глаза оказались на одном уровне. — Я ведь была с вами вполне серьёзна! Мои связи, репутация, ресурсы, тело — всё это в вашем полном распоряжении. Но вы просите сварить какой-то… суп? Я не понимаю… — растерянно закончила она с поникшими ушами.

Я невооружённым взглядом видел, как в голове тёмной эльфийки трещит по швам и рассыпается мелкой пылью сложившийся шаблон восприятия мира. Она болезненно кривилась от последствий отдачи коллапса, но продолжала сидеть и упрямо смотреть мне в глаза со смесью непонимания, возмущения и… обиды? Любопытная реакция.

— Диктуйте рецепт, — неожиданно твёрдо заявила Лион. — Я не понимаю ход ваших мыслей, но раз это нужно для того, чтобы добиться вашего расположения, я сделаю это.

От того, как столь быстро магесса приняла решение, я немного растерялся. Моя шутка внезапно получила более серьёзные последствия, чем я ожидал.

— Почему вы так стараетесь магистр? — серьёзно спросил я. — На наш с вами договор это никак не повлияет.

— О, дело вовсе не в договоре и даже не в традициях моего народа, — она чуть приблизилась к моему лицу и слегка понизила голос, вкрадчиво пояснив. — Просто в тот день… вы заставили меня ощутить себя маленькой беззащитной девочкой. Для той, кто добился звания магистра и прошёл три крупных военных кампании, это весьма необычное чувство. И оно… мне понравилось. Согласитесь, не каждый день кто-то вроде меня может встретить мужчину, рядом с которым можно ощущать себя слабой и хрупкой. Да ещё полного манящих тайн и загадок. Было бы кощунством упустить подобный шанс.

Одарив меня горячим взглядом, словно и не держалась сидя на одной лишь воле, Лион устало опустилась обратно на плащ и прикрыла глаза.

— Пожалуйста, порадуйте моё тело вашим ласкающим исцелением ещё немного, — попросила она. — И поведайте, наконец, вашей собственности рецепт этого неведомого борща, мой Владыка.

Непроизвольно сглотнув от бархатного тона, которым чертовка подчеркнула обращение, глубоко в душе я тяжело вздохнул и вновь положил руки на тёмную эльфийку, чтобы довести исцеление до конца.

* * *

Своими силами подняться на ноги Лион смогла лишь минут через тридцать, однако продолжать путь в седле она пока была не готова, но пообещала, что через час уже придёт в норму. Магия потихоньку возвращалась в её источник и магистр уже могла сама заняться своим восстановлением, обладая в этом вопросе куда более широкими и эффективными навыками, нежели я.

Дабы не торчать всё это время посреди дороги, я решил поставить замок и попить чаю, дабы успокоить нервишки. Почесав макушку и оглядевшись по сторонам, я не нашёл поблизости ни одной приличной полянки и бухнул замок прямо посреди тракта. Всё равно на горизонте не наблюдалось никого, кому он мог бы помешать.

Астиль помогла отвести Лионеллиан к нормальной кровати, после чего я отправился чаёвничать. Гоблины, тем временем, принялись менять ящеров. Сегодня это произошло раньше срока, но останавливаться ещё раз, окончательно выбиваясь из графика, никто уже не хотел.

Спокойно насладиться чаем, увы, не удалось. Сначала ко мне подошёл граф Вриду, заждавшийся внятных объяснений. Пришлось поведать ему суть случившегося и взять обещание, что он будет помалкивать на этот счёт, а также проследит, чтобы помалкивали остальные члены его отряда. А потом в столовую ввалилась ватага гоблинов, которые разобрались к тому моменту с переоседланием зверюг, и с горящими глазами принялись просить показать им «тот чёрный страшный штука». Кто я такой, чтобы отказывать страждущим?

Насытив любопытство красноухих охламонов, я решил немного прогуляться по округе и вкусить каплю спокойствия. Так что, оставив всех обсуждать сегодняшние события, я вышел из замка вместе с Шарли. За нами последовали лишь Горт и Тук, но держались они на расстоянии, дабы не мешать моему отдыху.

Когда я искал место для установки замка, то среди деревьев, справа от дороги, приметил какую-то симпатичную рощицу и теперь решил направить свои стопы именно туда. Запоздало спохватившись, вспомнил, что не вытащил из кармана Эрмита, дабы тот мог развлечься в компании гоблинов пока мы стоим на привале. Но, немного подумав, махнул рукой — подождёт до вечера. Возвращаться в замок ради него я не видел смысла, а сам же в данную минуту на беседы настроен не был.

Начало дня выдалось чересчур хлопотным. Не успел я поутру обрадоваться тому, что первоначальная буря уступила место спокойному путешествию, как обстановка вновь перевернулась с ног на голову. И вновь в эпицентре нового шторма оказалась Лион, пускай в этот раз не без моей вины. Но шуршание зелёной, местами чуть желтеющей листвы над головой, щебетание забавных, толстых и ярко-красных птичек, а также освежающий ветерок быстро восстановили моё душевное равновесие.

Неспешным шагом добравшись до примеченной рощицы, я вздохнул полной грудью свежий воздух и выкинул всё из головы. И Лион с её планами, и фиарнийцев, и даже старину Горта. Хотелось просто упасть на травку вместе с Шарли и чтобы никто не трогал. Нет, лучше упасть на травку вместе с Шарли, Лони и горничными. И чтобы никто не трогал! Минимум месяц. Вот эта рощица идеально подходит…

Добравшись до намеченного места, я растерянно нахмурился и оглядел растущие тут деревья. Уж больно знакомыми они мне показались. Высокие, с узкими, словно свисающими вниз листьями и разлапистыми ветками, щедро усыпанными серёжками крупных, тёмно-красных ягод. Чем больше я в них вглядывался, шагая вдоль хаотично растущих стволов, тем сильнее что-то скреблось в подсознании, пытаясь выбраться наружу. Я применил на деревья «Взор Мудреца», но тот ничегошеньки не показал.

Горт с Туком остались стоять на краю рощицы, поглядывая в мою сторону и лениво что-то обсуждая. А Шарли, услышав в траве неподалёку какой-то шорох, бросилась на охоту. Остановившись, я принялся гипнотизировать одно из деревьев взглядом, надеясь, что если таращиться на него достаточно долго и упорно, то память таки смилостивится надо мной и подскажет, что такого знакомого я углядел.

И когда это действительно произошло, я тихо ахнул:

— Чтоб мне пусто было, да это же черешня! Откуда она здесь?

Сорвав одну ягоду, я задумчиво покрутил её перед глазами, придирчиво осматривая. Похожа. Как есть, похожа! На черешню, либо крупную вишню. И даже запах тот самый!

Недолго думая, я закинул ягоду в рот и раскусил, отделяя мякоть от косточки. Божественный сладко-кислый вкус, знакомый с самого детства, заполнил каждый уголок моего рта, окатывая его волной исцеляющей душу свежести. По щеке скатилась слеза. Слеза ностальгии и радости того, что мне удалось встретить хоть что-то, похожее на земное лакомство.

Сегодня я поведал Лион про борщ, но сильно сомневался в том, что его получится воплотить в хотя бы приблизительно похожем виде, ибо многие продукты в Тельваре либо отсутствовали, либо отличались. А черешня — вот она! Крупная, сочная, сладкая! Настолько вкусная, что подобной я даже дома не едал. Почему её никогда не подают к местному столу? Игнорировать подобное наслаждение просто преступно!

Я начал поглощать ягоды одну за другой и успел съесть целую пригоршню, с наслаждением плюясь косточками, прежде чем меня окликнул встревоженный голос Горта:

— Владыка? Что вы делаете, Владыка?!

Оглянувшись назад с полной горстью ягод в руке, я увидел как ко мне бегут шаман с Туком и на обоих в буквальном смысле не было лица.

— Владыка, беда! — вопил на ходу Тук. — Бросать караги!

— Не ешьте их, Владыка! — вторил ему Горт, практически порозовевший от бледности. — Это страшный яд!

Услышав это я аж вздрогнул и чуть не бросил ягоды на землю, однако вид, запах и вкус, которые невозможно было с чем-то спутать, заставили меня сомневаться в тревоге гоблинов. Я со скепсисом посмотрел на черешню, потом на подбежавших гоблинов и уточнил:

— Старче, ты ничего не путаешь?

— Да как я могу, Владыка! — запричитал шаман. — Плоды караги — один из самых страшных природных ядов! Одной ягоды достаточно, чтобы убить за десять вздохов! Тук, немедленно веди сюда магистра! Мы должны возродить Владыку!

— Да я помирать-то вроде не собираюсь, — сообщил я, прислушиваясь к организму.

Организм довольно урчал и требовал ещё ягод. Если от них и можно было заработать какую-либо смерть, то разве что от обжирания.

— Сколько вы их съели, Владыка? — севшим голосом спросил Горт.

— Эммм… Сложно сказать, — задумчиво почесал я в затылке. — Десятка два?

Шаман рухнул на колени как подкошенный. Посох выпал из его руки, глухо шмякнувшись в густую траву, а старый гоблин словно состарился ещё лет на десять.

— Беда! — завопил Тук. — Звать магистр!

И припустил в сторону замка.

— Да погоди ты! — крикнул я ему. — Сюда вернись! Десять вздохов уже давно прошли, а я всё ещё жив-здоров. Отставить панику! Старче, ты точно уверен, что это ядовитые ягоды?

Сбросив оцепенение после моих слов и взглянув на меня словно с надеждой, шаман неуверенно осмотрел ягоды и кивнул:

— Выглядит как караги, Владыка. Старый Горт не знает других подобных ягод. Но вы всё ещё дышите, а из ушей не хлещет кровь, — растерянно сказал он.

— Значит это не караги, а другая ягода, вполне съедобная, — сделал я логичный вывод и отправил в рот ещё одну черешину. — Между прочим, невероятно вкусная.

— Другая ягода… — пробормотал старик, поднимаясь с колен. — Никогда не слышал о такой же, как караги, ягоде.

— Мы живём в мире, которому предстоит ещё множество открытий, — философски заметил я и приглашающе протянул к гоблинам руку с черешней, чтобы они угостились. — Ещё тысячи лет исследователи и учёные будут открывать новые виды растений и ягод.

Горт, хоть и убедился в том, что я помирать не собираюсь, от дегустации отказался. А вот Тук смело взял одну ягоду и попробовал её, следуя моему примеру.

— Вкусный ягода! — одобрил он с довольным видом.

— И даже одно растение, казавшееся ядовитым, — продолжил я спонтанную лекцию, взяв за пример земной картофель, — может оказаться вполне съедобным, если употреблять в его пищу совсем другую часть. Всё это…

Я резко осёкся и посмотрел на Тука. Горт, внимавший моим словам, тоже повернулся в его сторону и побледнел во второй раз.

Глаза умнейшего, после Горта конечно же, гоблина закатились, в приоткрытой пасти густо пузырилась пена, а по щекам бежали кровавые ручьи, берущие начало где-то в недрах ушного канала. Покачнувшись, Тук рухнул в траву лицом вниз, обильно заливая её хлынувшей из горла пеной.

— Всё таки караги! — завопил Горт, хватая себя за уши. — Владыка, это караги! Вы тоже умрёте! Надо звать магистра Лион!

Я растерянно смотрел то на тело храброго Тука, то на лежащие на ладони ягоды, пока на меня не снизошло озарение.

— Аааа, точно! У меня же есть «Стоик», — обрадованно вспомнил я и хлопнул Горта по плечу. — Не боись, старче, таким ядом меня не взять.

Надо же, а черешня и правда оказалась ядовитой. Кто бы мог подумать? Но, раз такое дело, это значит, что я могу наслаждаться этой вкуснятиной в гордом одиночестве и ни с кем не делиться? Вся черешня этого мира только моя!

Придя к этому, безусловно радостному выводу, я закинул в себя ещё несколько смертельно опасных, но безумно вкусных ягод.

— А вот Тука надо спасать, — виновато пробормотал я, глядя на бедолагу.

Вспомни я раньше про свою стойкость к токсинам, гоблин не встретил бы столь печальный и дурацкий конец. Припомнив, как лихо и быстро паучиха таскала тело убитого ею фиарнийца, я повернулся в сторону, в которой исчезла паучиха, и заорал что есть сил. — Шарли! Срочно сюда! Нужна транспортировка больного в замок!

Надеюсь, у Лион уже достаточно сил, чтобы оживить одного гоблина. Иначе у нас возникнет маленькая проблема.

Глава 34. Слабый ветерок

Вот уже несколько минут как Лион, не говоря ни слова, неотрывно глядела на меня, неспешно водя пальцем по пузырькам, полным подозрительного вида жидкостей. Зелёных, пурпурных, бурых, искрящихся крохотными молниями, стучащихся изнутри флакончика и просто прозрачных. Пузырьки эти занимали всё пространство белого саквояжа, и это был совсем не тот чемоданчик, в котором тёмная эльфийка хранила реквизит для воскрешений и подъятий. И, в отличие от ягод, горсть которых лежала между нами на столе, «Взор Мудреца» охотно реагировал на большинство этих флакончиков.

«Грозовая погибель», «Сжигатель души», «Ужас королей», «Чёрный поринг», «Кровь кислотной виверны», «Шиворот-навыворот», «Гниющее сердце». Лишь кинув взгляд, я узнал десятки названий местных ядов, которые магистр Лион, как оказалось, почему-то носила с собой. А спустя ещё некоторое время, я не просто узнал их названия, но и попробовал некоторые на вкус.

— Ммммм, — с томной задумчивостью протянула тёмная эльфийка и вытащила из саквояжа очередной пузырёк. — Как на счёт этого, мой непостижимый Владыка? «Красный бархат». Три капли крови скальфага, две капли раствора из чёрного вельда и пять капель сока чианы для приятного вкуса. Очень надёжный и быстрый, сладкий как девичьи уста в ночную пору. Совершенно безболезненный. Попробуйте, вам понравится.

Расслабленно держа двумя пальцами флакончик с полупрозрачной рубиновой жидкостью, похожей на обычное виной, она изящно поставила его передо мной. В компанию к почти десятку уже опустевших собратьев.

— У «Красного бархата» есть одна особенность, — сцепив пальцы под подбородком, лукаво промурлыкала эльфийка, когда я взял флакончик. — Он не действует на женщин. Самые известные истории его применения связаны с тем, как дамы добавляли его себе в вино, а потом дарили мужчине, которого хотели убить, страстный поцелуй. Не желаете соблюсти ритуал? Я с радостью омочу губы для вас.

— Почему именно в своё вино? — спросил я, проигнорировав неприкрытое домогательство чародейки. — Почему не в бокал мужчины?

— О, вы явно не понимаете, сколь странные формы порой может принимать женская месть, — фыркнула Лион и, сменив позу, мимолётно коснулась своих губ. — Итак, не хотите ли продегустировать его через мой поцелуй, как того требуют традиции?

Тихо вздохнув, я сковырнул большим пальцем пробку флакончика и сначала попробовал оценить запах яда. Но, как и многие его предыдущие товарищи, никакого отличительного аромата он не имел.

Осушив небольшой пузырёк, я, как истинный сомелье, покатал рубиновую жидкость на языке. Действительно, сладкий, практически сахарный на вкус, но без настораживающей приторности. Ощутив подобную аккуратную и тонкую сладость во время поцелуя, будучи под влиянием выпитого вина, мало кто подумает что это не вкус прильнувшей к нему женщины, а признак смертельного яда на её губах. Особенно если вообще не знать о его существовании.

Не обнаружив во вкусовом букете яда иных ноток, кроме сахарности, я проглотил жидкость и прислушался к голосу организма. Впрочем, как и от содержимого прошлых пузырьков, мне от «Красного бархата» оказалось ни холодно, ни жарко. Так что, выждав некоторое время и, так и не дождавшись каких-либо последствий, я закусил его одной из лежащих рядом ягод.

Вокруг раздался хор поражённых вздохов.

— Владыка велик!

— Очень велик!

— Яды нипочём!

— Владыка пить отрава и гномий брага как вода!

Услышав один из таких возгласов, магесса уставилась на меня словно на привидение и спросила:

— Господин Нотан, это правда? Вы можете пить гномий спирт?

— Могу, — кивнул я. — Моя невеста — гномка, знаете ли. Как думаете, сколько бочонков мы с ней выпили на пару?

— Невероятно… — прошептала Лион и вскинулась. — Нет, я должна увидеть это своими глазами!

Повернувшись к саквояжу, она уверенно выудила из него флакончик с кристально-прозрачной жидкостью, на которую «Взор Мудреца» реагировать не стал.

— Вот! — с перевозбуждённой хрипотцой в голосе заявила магистр. — Порция гномьего спирта!

Пожав плечами, я уже отработанным движением вскрыл пузырёк и выпил те жалкие несколько капель, что дала мне Лион. Словно эти слёзы способны мне что-то сделать, ха! После заплыва в магическом киселе «Стоик» усилился настолько, что мне нужна была целая бутыль адского гномьего зелья для того, чтобы просто ощутить опьянение. Похмелье? Что такое похмелье?

Если так подумать, то и от ядов, вероятно, можно было бы добиться эффекта. Но вопрос был в том, какая дозировка для этого потребуется? Или какой принцип действия? Допустим, «Чёрный поринг», вяло пытавшийся выбраться из своего флакона, мог оказаться вполне эффективным. «Стоик» был рассчитан на сопротивление ядам, оглушениям, ослеплениям и прочим негативным статусам. Про то, что он спасёт от слайма, поедающего меня изнутри, в его описании не было ни слова. Ещё у меня имелись определённые подозрения по поводу чёрного тумана, который мог выпускать Флюгегехаймен. От чего-то мне казалось, что от него умение тоже не спасёт, однако проверять это я не горел желанием. Впрочем, кое-какие мысли по защите от подобных невзгод у меня имелись и даже претворялись в жизнь.

Мои обормоты, уже знавшие итог дегустации гномьей браги, торжествующе взревели. А Лион, не обращая внимания на беснующихся от восторга гоблинов, буквально пожирала меня взглядом и возбуждённо дышала, благодаря чему я понимал, что ещё немного и она вскроет меня прямо на этом столе.

А значит, эксперимент следовало сворачивать.

— Предлагаю на этом закончить, магистр Лион, — улыбнулся я тёмной эльфийке и придвинул в её сторону опустевшие флакончики.

— Что? Нет, подождите, Владыка! — спохватилась чародейка и протянула руку к чемоданчику. — Есть ещё некоторые яды, которые мы можем проверить прямо сейчас… «Туманный сон»? Нет, слишком слабый. «Чёрный поринг»? Но это и не яд, технически, лучше не проверять в полевых условиях… А вот этот я вам никогда не дам, от этого яда мужчины навсегда теряют свою ночную силу. Мало-ли что пойдёт не так… Так, а если?..

— Магистр Лион, — добавил я твёрдости в голос. — Достаточно.

— Но!.. Хорошо, как скажете… — разочарованно сдалась эльфийка и перестала перебирать пузырьки. — Но это просто немыслимо! — она в сердцах стукнула по столу ладонью. — Вас не одолел даже гномий спирт! Если бы я не видела всё собственными глазами, в жизни бы не поверила!

— Вы так возмущены, словно действительно надеялись меня отравить, — усмехнулся я в ответ на негодование Лион.

— Возмущена? Да я в невероятном восторге!

Лион так резко встала, что стул с грохотом оказался на полу. Навалившись на стол, она перегнулась в мою сторону. Глаза тёмной эльфийки горели безумием, а на лице застыла кривая улыбка.

— Полная невосприимчивость к ядам! — весь её голос был насквозь пропитан фанатичным восторгом. — Уверена, что полная! Ни одного подобного случая за всю историю! Умоляю, Владыка! Заклинаю! Позвольте вас исследовать прямо сейчас! — с каждой фразой она пыталась приблизиться ещё больше, невзирая на широкую столешницу, и под конец просто полезла на неё. — Я стану вашей вещью до конца своих дней, и даже смерть!.. Ай!

Смачный щелбан, которым я наградил симпатичный смуглый нос, малость остудил чародейку и в её взгляде появилось немного разума.

— Вы обещали держать себя в руках, Лионеллиан, — вздохнул я, напоминая эльфийке о договорённостях. — Или вы забыли своё слово из-за такой малости как иммунитет к токсинам?

— П-прошу прощения, — смутилась чародейка, немного придя в себя, и принялась слезать со стола. — Я немного забылась… А? Полным именем?..

С её страстью к патологоанатомии надо было что-то делать, градус одержимости следовало снизить до безопасных для меня пределов, иначе имелся ощутимый шанс нарваться на очередной срыв. Нельзя сказать, что мне это грозило чем-то серьёзным, учитывая, что после этого магистр вернула бы меня к жизни. С Аллегри бы чаю попил, опять же. Кто откажется попить чаю с симпатичной богиней? Но ощущать себя подопытным кроликом не хотелось. Репутационные риски, опять же.

Так что, пока эльфийка смущённо бубнила что-то про имена, я оценил ситуацию и решил, что пора бы вытащить из Хранилища склянку с моей селезёнкой. Той самой, уцелевшей во время показательного уничтожения образцов.

Величественно взмахнув рукой, я опустил на стол перед Лион стеклянный резервуар, полный загадочного голубоватого дыма, посреди которого висел сохранившийся образец. В конце концов, если у Лион окажется материал для исследования, то какое-то время ей не надо будет меня вскрывать, верно?

С появлением на столе склянки бубнёж прекратился. Как со стороны Лион, так и со стороны гоблинов, с увлечением наблюдавших за моей дегустацией ядов. Чародейка растерянно глядела на резервуар и её взгляд словно приклеился к парящему в нём органу.

— Владыка… это… — забормотала она.

— Моя селезёнка, — кивнул я, расслабленно откинувшись на спинку стула.

— Но… как?! — она удивлённо посмотрела на меня. — Я же видела, как вы уничтожали образцы!

— Ей повезло как-то избежать сей участи, — развёл я руками и усмехнулся. — Так что я решил, что такова воля Судьбы и припрятал её в карманное измерение. Но вы этого не заметили.

Само собой, я не стал упоминать о том, что сама Лион в тот момент тоже сидела в Хранилище. Кроме того, туда же я определил и якобы сгоревшую в разряде молнии толстую тетрадь Лион с результатами её многолетних исследований, но возвращать лабораторный журнал пока не спешил. Пряники следует выдавать понемногу.

Магесса коснулась склянки так осторожно, словно внутри находилось величайшее сокровище и, вероятно, в её восприятии мира всё именно так и обстояло. Кончики её эльфийских ушей едва заметно подёргивались, когда она нежно, словно едва народившееся дитя, взяла резервуар и поднесла поближе, чтобы рассмотреть повнимательней. После чего, прижав его к груди, она глубоко поклонилась.

— Владыка Нотан, я не способна выразить словами всю ту признательность, которая обуревает меня! — чисто и ясно сказала она, не поднимая головы. — Я знаю, что ещё не заслужила подобной щедрости и доброты, и приложу все усилия, чтобы оправдать их.

— Полно вам, Лион, — заворчал я. — Не бейте поклоны. Просто извлеките из этого образца максимум возможного.

— Всенепременно! — склонилась магесса ещё глубже, вопреки моим словам, после чего выпрямилась и взглянула на меня столь ярким и живым взглядом, словно я только что подарил ей смысл жизни и никак не меньше.

Временно вернув колбу на стол, Лион прибрала со стола опустевшие флаконы и отправила саквояж с ядами в артефакт пространственного кармана, после чего вновь бережно подхватила образец.

— С вашего позволения, — попрощалась она, чуть ли не светясь изнутри как лампочка, и немедленно удалилась.

В столовой воцарилась вязкая тишина, нарушить которую не осмеливались даже гоблины. Хватило их, впрочем, ненадолго. В какой-то момент плотину молчания прорвал бурный поток галдёжа, суть которого сводилась к тому, что гоблины пытались понять, что только что произошло.

Я раздосадовано вздохнул. Хоть тут и все, в основном, свои, теперь обязательно пойдут сплетни о том, что между мной и магистром что-то произошло. Нельзя сказать, что из нашего короткого разговора можно было понять ситуацию, но это ещё хуже, в некотором роде. Домыслы — жуткая вещь, особенно в головах гоблинов.

Вриду с Гортом, заметив моё настроение, тут же принялись разгонять народ:

— Поглазели и хватит! Не мешайте Владыке наслаждаться отдыхом! — старче принялся подгонять оболтусов посохом в сторону лестницы.

— Марш отдыхать, выдвигаемся рано утром! — скомандовал граф.

Несмотря на задержку, связанную с Лион и последующим воскрешением Тука, мы успели добраться до нужного места до темноты, так что до особняка почившего виконта оставалось всего ничего. И граф собирался ворваться в его владения перед рассветом, когда сон любого разумного существа наиболее крепок. Похоже, он весьма любил тактику заставать всех врасплох, пока они ещё лежат под одеялом, глядя десятый сон.

Недовольно ворча, что развлечение закончилось, гоблины отправились наверх. Чудом избежавший смерти Тук, перед тем как вступить на лестницу, повернулся ко мне, гулко бухнул по груди кулаком и во взгляде его светилась абсолютная преданность. А ведь он даже не знал, что цена за его воскрешение оказалась воистину немалой.

Когда мы притащили тело почившего Тука в замок, Лион ещё не могла взяться за столь затратное заклинание как воскрешение. Тёмная эльфийка хмуро сообщила, что даже если она выпьет несколько эликсиров, ускоряющих восстановление магической энергии, и начнёт поглощать энергию из вельда, у неё не получится собрать достаточно маны за столь короткий срок. Это было бы возможно в Университарии, где имелась специальная манапередающая установка, позволяющая эффективно и быстро перекачивать магию из кристаллов или других магов тому, кому она требовалась. Но тут, в полевых условиях, выкачка маны из вельд или даже альд-кристалла имела мало смысла. Говоря земными терминами, коэффициент полезного действия процесса был слишком низок.

Лион пояснила, что без специального устройства и поддерживающих заклинаний, она сможет брать из кристаллов лишь небольшую долю имеющейся в них энергии, а вся остальная пропадёт впустую. Понадобятся целые горы вельда, чтобы собрать достаточно энергии для заклинания воскрешения.

К счастью, у меня имелось кое-что, способное заменить гору вельд и альд-кристаллов. Открыв Хранилище, я протянул опешившей магессе кусок сильда.

— Владыка, это же безумное расточительство! — попыталась образумить меня она в тот момент. — Хотя для сильда это не так страшно, много энергии всё равно исчезнет впустую. Его ценность для Университария снизится!

— А с чего вы взяли, что это тот же кусок сильда, что я собираюсь продать, магистр? — усмехнулся я, чем поверг чародейку в ещё больший шок.

Да, само собой, я понимал, что подобный шаг действительно пахнет огромным расточительством. Но к этим гыгыкающим оболтусам я уже как-то прикипел и не слишком хотел терять одного из них по глупости, да ещё собственной. Кроме того, я знал, где можно добыть ещё кристаллов сильда, если они будут очень нужны, хотя мысль вновь опускаться на дно магического канала планеты меня не слишком радовала. В общем, пожертвовать немного энергии на благое дело было не жаль. К тому же, я сильно сомневался, что магистр сможет осушить кристалл хотя бы на одну десятую часть от его ёмкости, даже учитывая неизбежные потери. Будь сильд настолько хилым, Университарий бы за ним не гонялся.

В общем-то, так и вышло. Чародейка, восстановив нужное количество сил, даже не смогла сказать, какую долю магической энергии потерял в процессе кристалл. В конечном итоге, Тук вернулся к жизни, хотя успели мы, буквально, в последние мгновения — процесс пополнения сил чародейки занял чертовски много времени.

После воскрешения Тук немного изменился. Не просто стал более преданным, но и… нормально заговорил. Понятной, гладкой речью. С неописуемым восторгом он поведал нам, что великая Богиня научила его, неразумного, многим новым вещам, в том числе и правильно излагать свои мысли. Глядя на это я аж задумался над тем, чтобы отправить всех обормотов Горта в божественную школу для получения среднего гоблинского образования, но тут же получил на браслет гневную отповедь, суть которой свелась к тому, что Туком она занялась от большой скуки и в качестве великого исключения.

После того, как счастливый и живой гоблин отправился по своим делам, Лион потребовала от меня объяснений. Как так вышло, что один из моих подчинённых оказался смертельно отравлен? И почему я постоянно жую подозрительно знакомые ей ягоды, извлекаемые из кармана?

Я ожидал, что на мой рассказ о караги последует весьма бурная реакция, но… эльфийка восприняла всё удивительно спокойно. Быть может, это произошло из-за усталости, а может просто смогла сохранить самообладание, но она лишь задала несколько уточняющих вопросов, после чего погрузилась в размышления. И, так как чародейка уже была в состоянии двигаться самостоятельно, мы решили продолжить путь. Но перед этим я отправил пару гоблинов надрать мне ягод про запас, со строжайшим наказом даже не пытаться их пробовать. Пример Тука был довольно убедительным, так что указание они выполнили в точности.

Вторая часть пути прошла спокойно. Так как все уже были в курсе про Тьму, я вовсю развлекался с мантией, продолжив эксперимент. И, учитывая время на восстановление, активировать «Мантию Владыки» мне удалось четыре раза за пол дня. Неплохой результат, честно говоря. Можно даже было бы увеличить это число в несколько раз, умей я извлекать энергию из кристаллов как из батареек. Но, во-первых, я не умел, а во-вторых, тратить на это ресурс недешёвого сильда было бы огромной глупостью. В конце концов, это не вопрос жизни и смерти, а просто экспериментальная тренировка, итог который пока что даже неизвестен.

К позднему вечеру, когда мы уже остановились на ночлег и сели ужинать, я даже позабыл о досадном недоразумении, случившемся днём. Я позабыл, а вот Лион — нет. Сразу после ужина, она незатейливо сдвинула пустую посуду в сторону и водрузила на стол белый чемоданчик, а меня попросила сесть напротив. В тот миг и началась моя карьера великолепного и единственного в своём роде сомелье ядов.

— Владыка, у вас с госпожой Лион что-то случилось раньше? — осторожно поинтересовался Вриду, когда гоблины скрылись на втором этаже.

— Ничего, о чём вам следовало бы беспокоиться, граф, — отмахнулся я. — И тем более знать.

— Понимаю, — полукивнул-полупоклонился Вриду и сменил тему. — Тогда, с вашего позволения, я тоже удаляюсь. Завтра нам предстоит насыщенный день.

— Я тоже вас покину, Владыка, — приложил кулак к сердцу шаман. — Только проверю дозорных напоследок.

В столовой воцарилась умиротворяющая тишина, изредка нарушаемая лишь тихим бряцаньем домываемой посуды с кухни, да потрескиванием поленьев в камине, но к последнему у меня не имелось никаких претензий. Шарли, оставшаяся со мной, поластилась немного, чтобы я погладил её макушку, а потом отправилась к камину. Скорее всего, чтобы вздремнуть под мерное гудение огня.

Неожиданно на лестнице раздались лёгкие шаги и я увидел спускающуюся Астиль.

— Я закончила, Владыка Нотан! — радостно сообщила эльфиечка, сжимая в руках посох с Эрмитом.

Вместе с этим демонического вида дрыном и немаленького размера талмудом в его резных декоративных лапах, мелкая девчушка выглядела скорее как забавный аксессуар, приложенный к артефакту, нежели волшебница. И её несоразмерная шляпа мага только усугубляла ситуацию.

— О, друг мой, асани-кве! — замахал страницами Эрмит. — Воистину у сей юной девы руки нежные, словно ветер-кве! Я буду очень признателен, если ты наймёшь её своим личным писарем-кве! — заявил он.

Астиль, услышав это, сразу же покраснела и чуть не сверзилась с лестницы, споткнувшись от смущения.

— Она настолько хороша? — усмехнулся я.

— Ты даже не представляешь-кве! — живо откликнулся талмуд. — Касания пером нежные, словно утренний ветерок-кве! Штрихи лёгкие, словно парящая паутина-кве! Мне совсем не было щекотно-кве!

— Господин Эрмит, пожалуйста, хватит! — взмолилась эльфиечка. — В моих навыках нет ничего такого!

Подобную похвалу от Эрмита я услышать не ожидал. Боязнь щекотки была главной проблемой фолианта и он постоянно дёргался, когда в него заносили заклинания, норовя испортить всё на ровном месте. Я всерьёз задумался о том, чтобы договориться с Вриду о переводе её под моё покровительство, но… В данный момент проповедник мне требовался намного больше.

— Прости, дружище, но у нас с Астиль уже есть определённые планы на её навыки, — разочаровал я орнито. — Так что, не в ближайшее время.

— Жаль-кве… — вздохнул талмуд.

— Вот, — смущённо протянула посох эльфиечка, дойдя до меня. — «Оберегающий ветер», как вы и просили.

Узнав, что Астиль воздушник, я задумался над тем, что мне не помешало бы какое-нибудь полезное заклинание из этой стихии в «Нулевом аркануме», помимо «Громогласности». Расспросив эльфиечку на этот счёт я узнал, что её магические навыки довольно скромные и единственное её достоинство — высокая чувствительность к магической энергии, что, во многом, объяснило для меня то, что она успела отреагировать на мою атаку на графа и компанию.

Тем не менее, в её арсенале нашлось кое-что, сразу привлекшее мой интерес. Заклинание «Оберегающий ветер». Простое как палка, короткое и экономное относительно занимаемого в гримуаре места. Но крайне полезное. Заклинание создавало подле мага небольшую область, в которой вокруг заклинателя постоянно крутились воздушные потоки. Оно позволяло относительно спокойно передвигаться, допустим, по ядовитым болотам, не позволяя токсичным испарениям подобраться к магу. Что и натолкнуло меня на мысль о том, как можно избежать воздействия чёрного тумана Флюга. Но это, в общем-то, было не главное свойство заклинания. Основным преимуществом, что я в нём видел, была возможность создать воздух для дыхания где угодно и когда угодно. Например, оказавшись под водой без возможности вынырнуть. Или под землёй. В общем, весьма простое, но крайне полезное заклинание. Ещё и мух с комарами могло отгонять, и освежать в жару. Как ни посмотри, а сплошные плюсы!

— Большое спасибо, — поблагодарил я, забирая назад свой посох.

— Но вы уверены, что вам будет достаточно такого простого заклинания? — неуверенно спросила Астиль. — Вы ведь могли бы найти более опытного мага и внести в гримуар что-то более мощное, например, «Око бури».

— А вот это мы сейчас и проверим, — усмехнулся я и встал из-за стола. — Пойдём на улицу.

На улице уже основательно стемнело и окрестности подсвечивал лишь слабый свет местной луны. Где-то вдали тяжело ухала какая-то птица, изредка прерываемая подвываниями неизвестной, но явно очень обиженной на мир зверюги. Впрочем, близко к замку местные хищники не приближались, благодаря ауре Мастерских дайсов.

Выйдя за порог, я сказал Эрмиту:

— Давай слабенько, для начала. Шагов на пять вокруг меня и чуть-чуть силы.

— Полетели-кве! — махнул страницей талмуд и потянул из меня силу тоненькой, едва ощутимой ниточкой.

Подул свежий ветер, зашевелив полы плаща и закрутившись вокруг меня спиральными потоками, и я удовлетворённо кивнул.

— Вот видите, Владыка, заклинание довольно слабое, — расстроено сказала Астиль.

— Это мы ещё посмотрим, — хмыкнул я и показал ей на вход в замок. — Стой тут, за мной не иди. Если что, прячься внутри. И ты тоже Шарли.

— Что? Хорошо… — судя по тону и растерянно хлопающим глазам, девчушка не очень понимала, что я задумал.

Зато понимал я. И Шарли. Задумчиво посмотрев на меня, паучиха выстрелила паутиной в сторону стены, а второй конец ловким движением лапы пришлёпнула к спине эльфийки, создав надёжный страховочный трос. Ай, да Шарлотта, сходу всё поняла.

В отличие от Системы, форма заклинаний из гримуара всегда была неизменна и не давала возможности импровизировать, как я делал это с молниями или землёй. Но это не значило, что я был закован в какие-то жёсткие рамки. Сидевший внутри талмуда Эрмит позволял проводить некоторую настройку желаемого результата, а именно — область действия и мощность. В теории, даже слабенький «Оберегающий ветер» мог стать ужасающей штукой, если влить в него чёртову Бездну энергии. А вливать прорву силы — это была моя, так сказать, специализация.

Отойдя от замка метров на сто, я огляделся по сторонам и убедившись, что Астиль осталась стоять на пороге под присмотром Шарли, спросил Эрмита:

— Каков предел по расстоянию?

— Так сразу и не скажешь-кве, — он задумчиво почесал себя уголком страницы. — Шагов сорок от тебя-кве?

Значит, около двадцати-двадцати пяти метров. Несколько больше, чем у магии земли, что радовало.

— Тогда давай расстояние по максимуму, а силы… — я надолго задумался над тем, сколько энергии будет достаточно для проверки мощности заклинания. — Бездна с ней, давай половину. Гулять так гулять.

— Начинаю-кве!

Резкий порыв ветра хлопнул плащом, словно огромной мухобойкой и вокруг меня закрутились толстые жгуты воздушных потоков, явственно осязаемые кожей. Грозно засвистели ветра, поднимая вокруг струи пыли и листьев. Потоки набирали скорость и вскоре вокруг меня бушевал настоящий порывистый шквал, под которым жалобно скрипели деревья, изо всех сил пытавшиеся устоять под натиском стихии. До настоящего, сносящего с ног урагана, способного сокрушать хлипкие постройки и вырывать упрямые деревья, ему пока было далековато, но время от времени до меня доносился треск ломаемых ветвей, которые тут же отшвыривало центробежной силой.

Я пока не знал, как много пользы будет от ветра в бою, но это воистину прекрасное заклинание, чтобы отгонять комаров!

Глава 35. Судьба знает путь

Развлекался я недолго. Как и ожидалось от поддерживаемого заклятия, на подобных «настройках» силу оно качало не хуже мантии. Остановив действие, я попросил Эрмита снизить радиус заклинания где-то до метра и влить в него половину от той энергии, что у меня осталась. При «полных баках» это была бы четверть или немного меньше.

Результат не разочаровал. «Оберегающий ветер» создал вокруг меня кокон из плотного ветра, который буквально высекал в дороге небольшие борозды. Дышать было тяжеловато и слезились глаза, но, в целом, терпеть можно. В теории, подобная сфера должна была обладать достаточным давлением, чтобы создать под водой пригодный для дыхания воздушный карман. Несомненно, тут ещё требовались дополнительные испытания, но первыми я оказался полностью удовлетворён.

Решив на этом закончить, я остановил заклинание и направился обратно в замок, из окон которого в эту сторону уже таращились любопытные рожи. Шуму я наделал предостаточно.

Астиль встретила меня испуганно-удивлённым взглядом, выглядывая во входной проём из-за стены. Учитывая радиус заклинания, до замка я достать никак не мог, однако со стороны маленькая ночная буря явно выглядела не очень безопасно, так что эльфиечка предпочла занять более защищённую позицию.

— Владыка Нотан, что это было?! — пискнула она, когда я подошёл достаточно близко.

— «Оберегающий ветер», что же ещё? — ухмыльнулся я. — Или ты записала мне какое-то другое заклинание?

— Нет, конечно же… Но… Как же… — окончательно потерялась она.

— Не стоит относиться к асани с могущественным гримуаром как к обычному магу-кве, — добродушным тоном заметил Эрмит. — Наши возможности несколько отличаются-кве.

— Пожалуй, вы правы… — кивнула девчушка. — Но это невероятно. Оказывается, «Оберегающий ветер» может лишь немного уступать «Оку бури».

— В принципе, я мог бы разогнать заклинание ещё немного… — задумчиво пробормотал я.

— Серьёзно?! — ужаснулась Астиль.

— …Но смысла в этом мало, так как оно сожрало бы огромное количество магической энергии, — закончил я мысль.

Основной недостаток подобного трюка был довольно близок к проблеме поглощения маны из кристаллов. Простой конструкт заклинания не рассчитан на манипулирование подобным образом, из-за чего ощутимая доля энергии не реализовывалась. И чем сильнее требовалось раскачать заклинание, тем больше были потери. Если я действительно надумаю использовать ветер в бою, мне придётся заменить это простенькое заклинание на более сложный и громоздкий вариант, обладающий улучшенной эффективностью и экономичностью в расходе энергии. Но, строго говоря, пользоваться им для сражений я, пока что, не планировал и добавил в свой арсенал исключительно ради утилитарных целей.

— Ладно, побаловались и хватит. Пора идти отдыхать, — подвёл я итоги вечера и отправил Астиль на боковую, а сам запечатал вход в замок магией земли.

Мне, в общем-то, тоже следовало отдать должное дару Морфея, но перед этим я решил выпить чайку. Как бы там ни было, а плескавшиеся в желудке яды следовало разбавить чем-то более привычным.

Кухня уже опустела, отмытая посуда неспешно сохла на столе у стены, но жестяной чайник, стоящий на затушенной печке, ещё радовал сносной температурой своих полированных боков. Не кипяток, но жить можно. Организовав себе кружечку напитка, я устроился прямо на кухне, у отдающей последнее тепло печи, и расслабленно откинулся на стуле. Шарли, потоптавшись в не самых просторных для неё проходах кухни, простодушно запрыгнула на один из столов и пробралась ко мне по верхам, устроившись возле моего стула. Прислонёный к стене Эрмит молча размышлял о чём-то своём, тихо шелестя страницами.

День выдался неописуемо суетливым и нервным, но я всё равно чувствовал удовлетворение. Мой арсенал расширился, выяснилось, что покушения при помощи ядов мне, в целом, можно не бояться. Кроме того, оказалось, что второй кусок сильда мог играть роль магического энерджайзера для Лион. Жизнь штука весьма непредсказуемая и знание, что есть возможность проводить больше трёх воскрешений в день за счёт подпитки кристаллом, привнесло некоторое облегчение. Мало ли что и как может обернуться в будущем.

Невольно задумавшись над тем, где ещё можно было бы применить энергию сильда, я неожиданно дошёл до довольно странной мысли:

— Шарли, а что будет, если накормить тебя сильдом?

Паучиха привстала с нагретого места и, внимательно на меня посмотрев, сделала пару шагов назад.

— Не бойся, не собираюсь я тебя камнями кормить, — рассмеялся я. — Так, теоретизирую.

Шарлотта вернулась на прежнее место, но сделала это с явной опаской, словно я и правда уже готовился варить кашу из толчёного сильда.

Но вопрос и правда был интересным. Что произойдёт, если паучиха действительно начнёт получать ещё больше магической энергии? Если она на самом деле растёт за счёт неё… Мне представился огромный паук с половину замка высотой и я нервно помотал головой, отбрасывая пугающую фантазию.

— Нет уж, такого мне не надо, — решительно заявил я и глянул на Шарлотту. — Шарли, если сможешь, не расти больше. Лучше так и оставайся небольшой и милой паучихой, ладно?

С «небольшой», конечно, уже прямо сейчас имелся некоторый перебор, но этот размер всё ещё находился в рамках комфортного. И я не был уверен, что обрадуюсь, если Шарли вымахает размером с грузовик.

Шарлотта вновь встала, но не для того, чтобы убежать. Потоптавшись на месте, она глянула на меня, а потом на свои передние лапы, словно пыталась что-то понять, после чего протянула правую лапку в мою сторону и коснулась руки. Почему-то в этот момент она выглядела довольно растерянной и я понял, что брякнул какую-то глупость, не подумавши.

— Прости, — потрепал я её по макушке. — Ерунду несу. Расти так, как считаешь нужным.

Шарли довольно поёрзала под ладонью, словно домашняя кошка, и, вроде бы, вернулась к своему обычному настроению. Да уж, всего-то несколько месяцев назад, до своей дурацкой смерти от удара книжного стеллажа, я даже подумать не мог, что вскоре обзаведусь гигантской паучихой и научусь различать нюансы её настроения.

Допивая чай, я вдруг осознал, что за всей этой кутерьмой совсем позабыл сделать свой традиционный бросок дайсов на какую-нибудь ерунду. Узнав, что броски приближают эволюцию артефакта, я начал стараться каждый день, когда обстановка виделась мне безопасной, делать бросок на вероятность какой-нибудь мелочи. Например, что чай окажется сегодня слаще обычного, или там, допустим, вода в ванной будет медленней остывать.

Довольно быстро я отметил забавную странность. На несерьёзные броски дайсы отвечали несерьёзными результатами. Ни разу на подобную мелочь они не выкидывали больше восьми или меньше пяти. Иногда это заставляло задуматься, а так ли уж случайны результаты Мастерских дайсов? С другой стороны, пути Рандома неисповедимы и, по теории вероятности, они могли бы выкидывать даже один и тот же результат несколько раз подряд.

Вытащив из кармана чёрные шестигранники, я задумчиво покатал их на ладони. На что бы потратить бросок? Чаю я уже попил, приказа разогреть воду в купели не отдавал, да и не было повода для иных мелочей, доступных во время спокойной жизни в Лаграше. Придумать причину для броска оказалось на удивление сложно и я устало зевнул.

— Ну и Бездна с ним, кину дайсы на крепкий и здоровый сон, — пробормотал я, вспомнив, что вставать завтра придётся сильно раньше обычного.

В конце концов, на такой ерундовый бросок даже отрицательный результат не будет слишком неприятным. Так я думал, пока кубики весело стучали гранями по столешнице.

— Какого!.. — подскочил я в момент, когда они остановились, и переполошил Шарлотту.

С замерших костей на меня уныло взирали две красные точки.

Эй-эй-эй, секундочку! Что ещё за внезапная критическая неудача?! С чего бы…

Додумать мысль мне не дало яркое красное свечение, окутавшее дайсы и на миг ослепившее меня.

— Что у тебя там происходит-кве? — раздался голос Эрмита, но я оставил орнито без ответа.

Перед моими глазами висела надпись. Долгожданная, но всё равно неожиданная:

Условия эволюции Мастерских дайсов соблюдены. Произведена трансформация.

Рейтинг повышен до: ★★★☆☆

Мастерские дайсы получили способность «Дорога Судьбы». Незначительно усилены положительные и отрицательные последствия манипулирования Вероятностью.

Бросков для следующей эволюции:???

Аллегри Всемогущая, наконец-то! Это произошло даже быстрее, чем я надеялся.

Красное сияние спало и я увидел на столе уже не классические шестигранные кости, а самые настоящие восьмигранники. Дайсы прибавили в лоске, красиво поблёскивая гладкими антрацитовыми гранями, красные точки сменились на изящные резные цифры, контуры которых тускло рдели не просто краской, а слабым багрово-вишнёвым светом. Не успел я взять их в руку, чтобы посмотреть поближе, как браслет призывно завибрировал.

Парам-пам-пам! Мои поздравления, Владыка! (*￣0￣*)ノ口 Ты сделал очередной шаг к своему могуществу! Уверена, обновлённые Мастерские дайсы принесут тебе ещё больше пользы, чем прежде. (≧ω≦)b

Как тебе дизайн? Правда симпатичные? ಠ‿↼ Я подумывала сделать их полупрозрачными, с красивой подсветкой в сердцевине, но решила оставить это на следующую эволюцию.

Кстати, поздравь меня, тот секретный босс наконец-то побеждён! (☼Д☼) Даже не представляешь, сколько крови он мне попортил. Больше суток пыталась его одолеть. Ах, какое всё таки наслаждение испытываешь от прохождения сложного уровня! (｀∀´)Ψ Уверена, ты меня понимаешь. С нетерпением жду момента, когда смогу одолжить консоль. Уверена, ты с ним намучаешься, раз даже я, богиня, не одолела с первого раза! く(＠Д＠)

P.S.

Эри обещала скоро заглянуть. Уверена, её порадует твой прогресс. (＾＿－)

P.P.S.

Так приятно, когда называют всемогущей и симпатичной. Повторяй почаще, особенно про всемогущую! (〃▽〃)

Мда, она в своём репертуаре. Про игрового босса написала больше, чем по делу. Хоть бы полслова сказала про количество бросков до следующего улучшения. Впрочем, чего ещё ожидать от богини-геймерши? В конце концов, в чём-то я её понимал. А по поводу сложности босса это мы ещё посмотрим!

Так, ладно, теперь к дайсам. Схватив со стола блестящие восьмигранники, я прочёл обновлённое описание артефакта, но ничего нового, относительно появившегося в воздухе уведомления, «Взор Мудреца» не сообщил. Эволюция, три звезды вместо двух, так и не открывшееся количество бросков до следующей звезды и появившееся у артефакта встроенное умение.

«Дорога Судьбы»

Жизнь любого существа состоит из препятствий и решений о их преодолении, но иногда препятствия на пути слишком велики и неприступны, чтобы справиться с ними своими силами. Но Судьба всегда знает путь вперёд. Доверьтесь ей и найдите новую дорогу!

Раз в сутки Мастерские дайсы позволяют сделать бросок и получить случайные координаты X-Y вокруг точки броска, с возможностью телепортировать владельца дайсов в случайную область около координат. После телепортации повторное использование возможно через трое суток.

— Да ладно… — неверяще ахнул я, перечитывая описание.

— Ответь уже, наконец-кве! — возмутился пингвин. — Чего это твой артефакт изменился-кве? И такое чувство… словно он стал давить ещё сильнее-кве.

Так как фолиант почти постоянно находился где-то рядом, в какой-то момент я показал ему Мастерские дайсы, хоть и не стал посвящать в детали.

— Так и есть, — ответил я, собираясь с мыслями после сюрприза. — Я вывел его на новый уровень силы.

— Серьёзно-кве?! — удивился Эрмит. — И что он теперь может-кве?

— Телепортировать, — ухмыльнулся я.

— Да ладно-кве?!

— Не шучу, — я подкинул дайсы на ладони. — Но не всё так радужно. Точку выхода я не контролирую, телепорт хаотический. И куча других нюансов. В общем, пользоваться надо очень аккуратно.

— Оу… Это значит, он может и в скалу телепортировать-кве? — высказал резонное опасение гримуар.

— Да ворласки его знают, — честно признался я. — Я хоть и владею элементом земли, но не уверен, что это спасёт при прямом попадании внутрь горы.

В конце концов, давление породы может расплющить меня за доли секунды, даже мяукнуть не успею, не то что заклинание создать. Надо будет придумать какие-то меры защиты.

Но это потом, глянем пока как вообще выглядит получение координат.

Подумав об использовании «Дороги Судьбы», я кинул дайсы на стол и те, остановившись после несколько скачков, тускло подсветили выпавшие цифры — восьмёрку и тройку. А над дайсами появились полупрозрачные икс и игрек, обозначая, на каком кубике какая координата выпала.

Передо мной, прямо как уведомление, появилась карта, разделённая на секторы тонкими линиями, где за нулевую точку отсчёта брался левый нижний угол карты. Сама карта выглядела точь в точь как та, что имелась в браслете, но показывала куда как меньше территории.

А под самой картой горел вопрос:

Желаете телепортироваться?

Нет! Ни в коем случае! Пока я не пойму, что тут к чему, никаких телепортаций вслепую!

После мысленного отказа надпись сразу исчезла, а вместе с ней и карта. К счастью, я примерно запомнил ориентиры и сразу открыл большую карту в браслете, чтобы сориентироваться получше.

После вдумчивого сравнения я пришёл к выводу, что дайсы позволяли прыгнуть в радиусе ажно около двухсот километров от точки броска. Сущий пшик по земным меркам, но чудовищное расстояние по местным. И слава Аллегри, что я случайно не согласился на прыжок. В области по выпавшим координатам находилось приличных размеров озеро и у меня были практически стопроцентные шансы оказаться прямо в нём.

Если я правильно трактовал описание встроенного умения, то телепортация происходила не на конкретную точку, а куда-то рядом с ней. И, я подозревал, что в это «куда-то» входили четыре сектора, примыкающие к точке. В общем, разброс нехилый. Как и озеро, что там находилось.

Сама возможность телепортации звучала шикарно. Можно было мгновенно пересекать расстояние недельного перехода в один миг… если повезёт получить с броска подходящие координаты и не вляпаться после после прыжка в озеро, море, океан, вулкан, местную Джомолунгму, логово ворласков или ещё какую-нибудь дрянь несусветную.

Так что, когда первая эйфория спала, моё отношение к умению оказалось довольно смешанным. Вроде бы круто, но так неудобно, аж жуть!

Вздохнув из-за того, что вновь не обошлось без подводных камней — да не просто камней, а целых скал, я поставил опустевшую кружку на стол и закинул дайсы в карман.

— Пойдём спать, — сказал я Шарли и, широко зевая, поднялся со стула.

— Доброй ночи-кве, — махнул страницей Эрмит.

Талмуд на ночь предпочитал оставаться внизу и коротал время, беседуя с гоблинами, которые после пересменки заскакивали глотнуть водички перед сном или стащить бутерброд. За сохранность гримуара я особо не беспокоился. Замок всю ночь неплохо охранялся, да и сам орнито, чуть что, горланил бы раненым петухом. Кроме того, разумный гримуар отличался от обычного очень важной особенностью — им нельзя было пользоваться без согласия самого гримуара.

Уже вступив на лестницу, я вдруг вспомнил, что дайсы перед эволюцией порадовали меня двойкой. А значит, спать я сегодня буду крайне хреново. Вот же блин… Ладно, может, компания Шарли поможет немного нивелировать обрушившуюся на меня неудачу? Или вдруг из-за эволюции результат броска не засчитался? Шансов было мало, но я решил верить в лучшее.

— Я уже хотела спуститься на ваши поиски, — раздался голос тёмной эльфийки, когда я поднялся на этаж.

Лион со скучающим видом стояла у входа в мою комнату, ожидая, пока я подойду.

— У вас что-то срочное, магистр? — спросил я, предчувствуя, что недавний бросок и чародейка связаны самым что ни на есть прямым способом.

— Очень срочное, Владыка, — улыбнулась Лион и, отправив непослушную прядь за ухо, приблизилась ко мне. — Не требующее никаких отлагательств.

— Я думал, вы с головой погрузились в исследования образца, — скрестив руки на груди, я привалился плечом к стене и усмехнулся.

Настроение роковой эльфийки было ясным как безоблачный день.

— Вы шутите? — фыркнула магесса. — Мои походные инструменты не пригодны для изучения настолько ценного материала. Я просто поместила его в свой артефакт, пока мы не вернёмся в Лаграш.

— Тогда что вас сюда привело?

Я решил сыграть простачка, однако оказался немедленно раскрыт:

— О, не пытайтесь сделать вид, что не понимаете, Владыка, — усмехнулась эльфийка, подходя почти вплотную. — Меня привёл мой долг. Долг, что растёт с каждым днём. Было бы страшной глупостью не начать его гасить прямо сейчас. Давайте пройдём в вашу комнату и обсудим детали? — игриво улыбнувшись, она немного склонила голову набок и выжидающе смотрела мне в глаза, ожидая ответа.

Вот, значит, какая бывает критическая неудача по версии дайсов? Любопытно, любопытно… Аллегри, небось, уже вовсю поп-корн трескает в предвкушении. Вот только что я сам думаю по этому поводу? Я был бы большим брехлом, если бы сказал, что она меня не привлекает, но прошлые шероховатости ещё никто не отменял.

Конечно, можно сказать, что с тех пор наши взаимоотношения достигли некоторого баланса, ведь сегодня мне даже удалось погасить её зарождающийся срыв, однако…

Лион легонько вздохнула и сделала пару шагов назад.

— Я вижу в ваших глазах смятение, Владыка. И, наверное, понимаю ход ваших мыслей. Подорванное доверие не так уж просто вернуть и за это я могу винить лишь себя саму. Но вы придаёте слишком много значения мелочам.

— Например? — слегка заинтересовавшись, я выпрямился, перестав опираться на стену.

— Ну… — хитро прищурилась магесса. — Например, вы явно думаете, что таким отношением я пытаюсь сильнее втереться к вам в доверие и увильнуть от прохождения испытания. Да, вы мне интересны как мужчина, но я понимаю, что подобный подход разве что добавит немного симпатии, не более того. Ведь вы ожидаете, в первую очередь, результатов, иначе не сохранили бы тот образец и не строили свои планы с учётом моих способностей. Так что я не тешу себя иллюзиями о том, что согрев вашу постель, быстро восстановлю репутацию.

— Тогда…

— Просто ради удовольствия, Владыка, — ответила эльфийка на мой невысказанный вопрос. — Вы взрослый мужчина, а я взрослая женщина, и, уверена, мы оба умеем разделять дела и развлечения. Так почему бы вам не принять этот небольшой комплимент с моей стороны? — она неожиданно усмехнулась и неопределённо взмахнула рукой. — Кто-нибудь менее щепетильный на вашем месте уже давно пользовался предоставленными возможностями, а вы не тронули меня и пальцем… Фигурально выражаясь, — поправилась она, явно вспомнив процедуру нанесения татуировки. — Это многое говорит о вашей чести, но тревожит мою гордость. Неужели моя внешность вам противна?

Я, не удержавшись, громко фыркнул:

— Нет, магистр, — добродушно усмехаясь, я помотал головой. — Не так просто отыскать кого-то, кто смог бы затмить вашу внешность. И врать не буду, ваше внимание мне льстит.

— Раз так, то я тем более не понимаю, почему вы столь порочно скромны! — удивлённо вскинула брови Лион.

В голове у этой женщины бродили странные мысли. Не сказать, что нелогичные или бредовые, просто странные. Для моего, ещё не перестроившегося до конца менталитета. Конечно, у Лион за её действиями, в любом случае, скрывался некоторый корыстный интерес, было бы глупо это отрицать. Но неужели задетое самолюбие — основная причина её настойчивости? Нет, я, конечно, и на Земле знавал таких девушек, что были готовы соблазнить кого-нибудь исключительно ради демонстрации превосходства своей внешности, но, строго говоря, все они были теми ещё самовлюблёнными стервами. Лионеллиан же помешана исключительно на магии и исследовании её тайн.

Впрочем, не стоит забывать, что она не просто «безумный учёный», но ещё и тёмная эльфийка, выросшая в не слишком скованной моралью культурной среде своего народа. Любопытное, надо сказать, сочетание. И вот что мне с этим чудом делать?

Я даже не знал, что именно меня останавливает — случившееся в прошлом недоразумение или же, как ни странно, карт-бланш, выданный гномкой. Реверсивная психология во всей её красе.

— Я ведь уже говорила вам, что скромность — это порок, — продолжила Лион, забавно нахмурившись и ткнув своим длинным пальцем мне в грудь. — Путь, по которому вы идёте, сложен и тернист. А потому никогда не упускайте шанса взять своё из-за глупой скромности. Вне зависимости от того, идёт ли речь о власти, золоте или женщинах.

Ещё минуту назад она пыталась меня соблазнить а теперь отчитывала вовсю. Её жёлтые глаза решительно сверкали, словно я был неразумным сопляком, которого учила уму-разуму мудрая наставница. В какой-то мере оно так и было, конечно. Лион — повидавшая всякое эльфийка, добравшаяся до вершин местного магического ордена. А я маленький и неопытный Владыка. Я ещё только учусь. Но это изменение в её настроении выглядело настолько забавно, что я прыснул со смеху.

— Почему вы смеётесь, Владыка? — слегка растерялась Лион. — Я сказала что-то глупое?

— Ох, нет, я смеюсь не над вашими словами, Лионеллиан, — помотал я головой и, вздохнув, посмотрел в сторону одного из немногочисленных окон коридора, через которое было видно крошечный кусочек звёздного неба. — Я смеюсь над собой.

Сделав несколько шагов, я задумчиво подошёл к окну и взглянул в ночную высь.

— Просто я всё время забываю, что я уже не лентяй-библиотекарь, которым был когда-то, — тихо пробормотал я. — И играть теперь следует по новым правилам.

— Вы были библиотекарем? — тут же навострила уши Лион.

— Когда-то давно, — уклончиво ответил я. — Это была просто работа, тихая и не хлопотная, не придавайте этому большого значения.

И тут я душой не кривил. Платили немного, но достаточно для моих скромных нужд. Кроме того, никаких форс-мажоров и масса свободного времени даже в рабочие часы. Меня вполне устраивало.

— Не придавать? Но это ведь объясняет ваши обширные знания! — воскликнула эльфийка. — Неужели это была библиотека Матери ночи?

Я с трудом подавил смешок.

Божественная библиотека звучит слишком жирным местом работы для такого обалдуя, каким я был прежде. Впрочем, в этом отношении ничего не изменилось, я и сейчас обалдуй. Но как объяснить тёмной эльфе, что читал я, в основном, не серьёзную литературу о науках и военном деле, а обычные приключенческие книжки? И все мои, якобы, невероятные знания — лишь обрывки подзабывшегося школьного и университетского обучения, да вершки, надёрганные во время чтения интернет-энциклопедий. И есть ли смысл объяснять? Это лишь породит кучу новых, ненужных вопросов, что ещё больше всё запутают.

Повернувшись к Лион, я окинул её каким-то обновившимся, посвежевшим взглядом. Да, быть может, втайне она считает меня забавной экзотической зверушкой, из-за загадок которой не грех с ней и сблизиться. Быть может, она на деле и правда лишь желает задобрить меня, чтобы побыстрее выйти из недоверия. Ну и в Бездну всё это. Я ведь тоже не останусь в накладе, верно?

У неё есть навыки, ресурсы и связи, нужные для моего дела. Аллегри утверждает, что она меня не предаст, и я склонен ей верить, но… Это ведь не значит, что мнение эльфийки в будущем не может поменяться из-за обиды или задетой гордости? Намного лучше, когда сподвижница довольна и счастлива. И намного безопаснее. А если она вдруг действительно не лукавит в своих сладких речах… Ну, время покажет.

— Ваш взгляд изменился, — с интересом отметила Лион.

— Решил последовать вашему совету, — хмыкнул я и, приблизившись, притянул эльфийку к себе за талию. Та в ответ охотно подалась навстречу.

— Рада это слышать, — мурлыкнула она, прижимаясь всем телом, и кровь мгновенно закипела.

Бросив извиняющийся взгляд Шарли, которая на это просто расслабленно махнула лапкой, я вернул своё внимание к тёмной и, на всякий случай, уточнил:

— Учтите, магистр, испытания борщом это не отменяет, — после чего подтолкнул её через полог, отделяющий мою комнату от коридора.

Как и было сказано волей Рандома и дайсов, этой ночью выспаться мне не удалось. И не только мне.

Наутро мы были неслабо помятыми и сонными, но довольными, а предусмотрительно переданный гномкой мешочек оскуднел на щепоть. Я вынужден был признать мудрость и прозорливость Лони, которая явно с самого начала прочитала ситуацию.

Гоблины выглядели пободрее нас двоих, но гыгыкали уж больно больше обычного, пока Вриду не принялся давать им разгон и проводить последний инструктаж. А Астиль… Что-ж… Она была настолько красной, что если бы её вдруг звали Заку, то я уже начал бы оглядываться в поисках белобрысого мужика в белой маске.

— …И помните! — рычал граф на бойцов. — Без нашего приказа или дозволения ни одна крыса не должна покинуть поместье или проникнуть в него. Все уяснили?!

— Да! — нестройно проревели в ответ гоблины.

— Тогда вперёд!

До поместья виконта наконец-то оставалось всего-ничего.

Глава 36. Тессера

— Напоминаю. Вы шестеро — окружить особняк и следить за всем, что происходит. Кульд, бери троих и обшарь здание прислуги. Слуг под замок. Мастер Горт, прошу вас отправить по паре ваших бойцов на главные и задние ворота. Остальные в здание поместья! Всех обитателей вниз!

До кованых ворот было рукой подать. Пока Вриду отдавал последние приказы и выстраивал отряд, я сместился немного в тыл, чтобы не путаться под ногами. Лион с Астиль последовали моему примеру. Нам с магистром суетиться было не по статусу, а девчушка просто не хотела мешать и собиралась нагнать графа чуть позже, когда отряд совершит главные манёвры.

Поместье виконта окружал высокий забор из буровато-жёлтого кирпича, несколько потрескавшийся от времени и увитый разными растениями. Железные створки ворот были заперты по утренней поре, но несколько заклинаний Горта решили проблему на корню, снеся створки к гоблинской бабушке. Раздались крики встревоженной стражи, но отряд это, само собой, никак не остановило.

Пролетев мимо грустно распластавшихся на газоне ворот, я натянул на лицо маску и активировал «Мантию Владыки». Минут на пять-шесть её хватит, а больше и не надо. Главное эффектно появиться, деморализовать дух обитателей поместья, а гоблины сделают всё остальное.

Перед особняком виконт держал весьма обширный сад. Мимо нас проносилось множество клумб и кустарников, пару раз я заметил странные, но красивые деревья с розовато-фиолетовыми листьями. Всюду чувствовался постоянный уход. Когда мы промчались по мощёной дороге до площади перед особняком, я увидел, что виконт организовал перед домом настоящий фонтан в виде обнажённой гоблинши с воздетым к небу посохом, из навершия которого била вода. Надо понимать, что композиция изображала прекрасную шаманку.

Мда, со вкусом жил виконт, широко.

Особняк был под стать. Красный, гладкий, явно дорогущий кирпич, белая лепнина карнизов, колонны у входа, массивные перила балконов. Мой уютный домик в сравнении с этим родовым гнездом выглядел жалкой бедняцкой халупкой. Даже не сомневаюсь, что хозяйством тут заправляет старый чопорный мажордом, выправкой не посрамящий даже британских дворецких.

Правда, имелось в облике особняка что-то странное, что смущало меня на грани подсознания. И я далеко не сразу сообразил, что высота этажей у здания какая-то… низковатая? Неужели дом строился с расчётом исключительно на гоблинов? Я видел в Лаграше такие домики пару раз, но чаще всего на отшибе, где обитал народ победнее. А в основном, здания строились с учётом разношёрстного и разновысотного интернационального контингента. Разве что для орков высота потолков подгонялась отдельно — в домике типовой постройки им приходилось передвигаться слегка пригнувшись, чтобы не сносить люстры.

Раздался треск ломаемого дерева. Пока я любовался архитектурными изысками, старина Горт вынес толстые двери из древесного массива и те с грохотом упали внутрь здания.

— Именем графа Вриду! — раздалось сразу после этого, но мне показалось, что порядок был немного перепутан.

Стоило сначала объявить, кто ломится в двери, а уже потом сносить их с петель. Впрочем, им виднее. Спрыгнув с ящеров, большая часть гоблинов с оружием наперевес ринулась в здание, а оставшихся граф отправил следить за периметром вокруг особняка, чтобы никто не попытался сигануть через окно.

Из дверного проёма раздался грохот, звон разбитого фарфора, испуганные крики, ругань и устрашающий рык гоблинского спецназа. Где-то вдалеке весело забренчали осколки выбитого стекла.

— А не сильно ли они лютуют-кве? — поинтересовался Эрмит, которого я вытащил сразу как покинул седло ящера.

— Ни в коем случае, — откликнулся граф, наблюдая за входом. — Славный погром при штурме знатного дома — добрая и уважаемая традиция, доставшаяся нам от предков. Виконт хоть и предатель, но принадлежал к древней фамилии, а в таком случае положено соблюдать традиции.

— Какая любопытная культура-кве… — задумчиво пробормотал гримуар и я был склонен с ним согласиться.

Спустя около минуты, когда шум и грохот немного поутихли, Вриду кивнул и сказал:

— Вот теперь можем и мы зайти.

Я двинулся вперёд, солидно постукивая посохом по брусчатке и ступеням для пущей внушительности. Мантии, по прикидкам, оставалось ещё минуты на две-три, так что эффектное появление, призванное склонить к сотрудничеству мятежные разумы и сердца, гарантировано. Чеканя шаг, в сопровождение следовавших чуть позади Горта, Лион, Вриду и Астиль, я, вынужденно пригнувшись в дверном проёме, вошёл в здание и тихо выругался. Распрямившись по привычке, я ожидаемо воткнулся рогами маски в потолок. Перспектива ходить ссутулившись мне как-то не приглянулась, а потому я создал под деревянными перекрытиями потолка каменную плиту и выгнул её вверх, поднимая потолок. Со второго этажа раздался глухой грохот и скрип трескающегося дерева.

Судя по хаосу вокруг, гоблины отнеслись к соблюдению древней традиции с особенным рвением. Вокруг валялись черепки разбитых ваз, оборванные шторы, обломки резных стульев. Возле лестницы на второй этаж покачивалась на боку опрокинутая цветочная кадка, щедро усыпав землёй пушистый ковёр. Как по мне, так дальний родственник земного фикуса точно ни в чём не был виноват, так что я собрал землю магией обратно в кадку и вернул ей вертикальное положение.

Постепенно рассредоточившиеся по зданию гоблины стаскивали в холл его обитателей. Пока они ещё находились относительно далеко, можно было насладиться отголосками ругани или испуганных и растерянных возгласов, но чем ближе их подводили ко мне, тем тише становились вопли. А уж когда их заводили в холл, наступала абсолютная тишина. Аура эволюционировавших дайсов, пылающая непроглядно-чёрным пламенем мантия и полумаска, в глазницах которой сверкал фиолетовый свет моего взгляда делали своё дело, полностью подавляя какое-либо желание сопротивляться, заменяя его чистым страхом перед неизведанным. А стоявшая рядом Шарлотта ещё больше усиливала эффект.

Жильцов в особняке оказалось не так уж и много, и все, без исключения, оказались гоблинами. Несколько вусмерть перепуганных служанок из дежурной смены, четверо охранников, изо всех сил старающийся не растерять достоинство дворецкий, пара мелких гоблинят и… семейный маг?

— Владыка, осторожно, — тут же шепнули мне Лион с Астиль, а от Горта я ощутил подготовку контр-заклинания. — Он…

— Да, я заметил, — тихо ответил я ей, глазея на немолодого гоблина в остроконечной заломленной ночной шапочке и рубахе, губы которого безмолвно подёргивались от читаемого про себя заклинания.

От него так пёрло обжигающим ощущением огня, что я сразу же, ещё до предупреждения Лион, растянул свою сферу магической защиты насколько смог. Вроде бы даже все влезли, кто стоял возле меня.

— Я дам тебе одну попытку, старик, — мрачно сообщил я шаману в исподнем и приподнял свободную руку. — И после неё я тебя убью. Либо ты развеешь своё заклятие и останешься жив и здоров.

На ладони с оглушительным треском зажглась шаровая молния, хищно стреляющая вокруг себя короткими разрядами.

— Без заклинания? — поражённо вытаращился тот и ощущение готовящейся к выбросу энергии развеялось. — Но как? А… Асани?! Не может быть!

— Ты бы присел, старик, — посоветовал я. — Не приведи Богиня, ещё удар хватит.

— Ваша Светлость, как это понимать?! — раздался с лестничного пролёта возмущённый, но изрядно дрожащий женский голос.

Кинув туда взгляд, я увидел на лестнице темноволосую гоблиншу, слегка смахивающую на виденную во дворе скульптуру в фонтане. Укутавшись в светлый домашний халат, она спускалась вниз под присмотром Тука и скользила по нам растерянным взглядом.

— Виконтесса Шурги, моё почтение, — галантно отвесил вежливый полупоклон граф. — Рад видеть вас и ваших детей в добром здравии. Хотя, должен сказать, что теперь к вам было бы правильнее обращаться вдовствующая виконтесса Шурги.

Да уж, Вриду сложно было отказать в такте, гоблиншу он не щадил и сходу припечатал её вестью о кончине супруга. Я бы так не смог, наверное. Есть чему поучиться.

— Что?.. — замерла на ступенях гоблинша и, спустя миг, ощутимо покачнулась.

Тук едва успел подхватить её и уберечь от падения вниз.

— Что с моим мужем? — тихо спросила она, немного придя в себя. — И… И кто этот жуткий господин рядом с вами, Ваша Светлость?

— Жуткий? — переспросил я с ухмылкой. — Благодарю за комплимент.

Отрадно слышать, что усилия оказались приложены не зря.

— Рад знакомству, вдовствующая виконтесса, — я изобразил намёк на вежливый кивок. — Я Владыка демонов Нотан, апостол милосердной и добросердечной Богини нашей Аллегри. Тот, кто казнил вашего супруга.

— Милосердной?.. Казнил?.. Что за бред вы несёте? Ваша Светлость, что происходит?!

— Виконтесса Шурги, ваш супруг предал страну, — холодно бросил граф. — Вы обязательно узнаете подробности, а пока составьте компанию своим детям и не делайте глупостей.

— Предал?.. Так всё же он… — слабо пробормотала гоблинша и, цепляясь за перила, медленно осела на ступеньки.

— Мама! — хором воскликнули мелкие гоблинята и бросились к ней.

Стало быть, это отпрыски виконта. Немного неловко осознавать, что лишил детвору отца, но… нечего было с людами снюхиваться, верно?

— Прошу за мной Владыка, — приглашающе махнул рукой граф. — Потом с ними разберёмся. Но, судя по реакции, вдовствующая виконтесса немного понимает причины происходящего.

Запас магической энергии подходил к концу и я отключил мантию. После чего глянул в сторону семейного мага и задумался на пару мгновений, что с ним делать. Шаман, вроде бы, утихомирился, но кто знает, что взбредёт в его лысую голову, пока мы будем наверху. Тут, конечно, останутся старче с Лион, но… наверное, лучше подстраховаться?

Приняв решение, я бросил в огненного шамана лёгкий разряд. Служанки, сидевшие на полу неподалёку, испуганно шарахнулись в сторону, а наши бойцы немного напряглись, видимо решив, что шаман хотел устроить какую-то подлянку. Кхакнув от пронзившей его молнии, гоблин покачнулся, уронив с головы ночной колпак, и рухнул на пол.

— Убили? — довольно равнодушно поинтересовался Вриду. — Мог бы пригодиться.

— И пригодится, — пожал я плечами. — Он просто без сознания, чтобы глупостей не наделал.

— Разумно, — одобрил граф. — Что-ж, пройдёмте. Глаз ни с кого не спускать! — крикнул он бойцам напоследок.

Мы отправились на второй этаж, пройдя мимо виконтессы и её детишек. Разглядев даму вблизи, я был вынужден отметить, что гоблинши, когда они не лысые, по своему даже симпатичные. Может и правда основать свою страну, чтобы разрешить в ней всем гоблинам носить причёски? Гоблинам-мужикам это поможет мало, а вот дамам — совсем другой разговор.

Шарлотта не стала меня покидать и отправилась следом за нами, но перед этим запечатала лежащему на полу шаману рот паутиной и склеила руки. Сообразительность паучихи уже перестала меня удивлять, но я не мог не отметить её предусмотрительность. Молодчина, Шарли!

Погром на втором этаже оказался не хуже, чем на первом, и я даже забеспокоился, не разнесли ли наши молодчики под шумок кабинет виконта? Однако, когда граф подвёл меня к нужной двери, я понял, что без меня или Горта её можно было снести только тараном или взрывчаткой.

— Словно дверь в казну-кве, — дал свою оценку Эрмит и я был склонен с ним согласиться.

Тяжёлое, явно толстое деревянное полотно было густо обито железными полосами, поверх которых я заметил магические знаки и вязь заклинаний. Усиленная сейфовая дверь по версии фэнтези-мира? Надёжнее её был бы лишь цельный металлический лист.

— Раньше я думал, что Гроку обычный параноик, — задумчиво пробормотал граф перед дверью. — Но теперь осознаю, что вообще его не знал и не понимал.

— Как давно он у вас служил? — поинтересовался я, подёргав для проформы дверную ручку, без какого-либо результата, само собой.

— Десять лет. И поначалу он казался мне действительно славным малым, — вздохнул Вриду. — Немного циничным, но дерзким как на войне, так и в политике. И пару раз уберёг меня от крупных проблем. Не хочется думать, что уже тогда он работал на другую сторону. А главное, ради чего?

— Ну, это мы сейчас и узнаем. Наверное, — пробормотал я и заполнил дверной замок каменной породой, после чего резко увеличил её в объёме.

Раздался металлический хруст, затрещало дерево и кусок двери вокруг замочной скважины вспух пузырём, выгнув укрепляющие полосы. Удалив камень из разорванного замка, я хорошенько дёрнул дверь и она приглашающе открылась. «Владыка и Ко», вскрытие замков любой сложности и чароустойчивости. Круглосуточно, без выходных. Очень дорого.

Ну что же, посмотрим, что такого интересного прятал виконт у себя в тайнике.

* * *

— Всё даже серьёзней, чем я предполагал… — мрачно пробормотал Вриду, сидя за рабочим столом виконта и разглядывая ворох бумаг и несколько прелюбопытных вещиц, которые мы обнаружили в его тайнике.

Все бумаги были записаны шифром, распознать который «Полиглот» отказался. Возможно если прокачать умение на следующий уровень, то такие вещи не станут для него проблемой, но лишних двух тысяч очков в загашнике у меня пока не водилось. Так что почётное право разбираться с макулатурой я оставил графу, благо в этом он понимал куда больше меня.

А вот вещицы, извлечённые из тайника, привлекали меня намного сильнее. «Взор Мудреца» среагировал на некоторые из них, а на другие справка от ноосферы и не требовалась. Первый предмет, выглядящий как железная коробка с тремя круглыми шкалами и ручками настройки под ними, «Взор» поименовал «Дальним манагласом». Иначе говоря, рацией, если оперировать терминологией прошлой жизни. И Вриду сравнение подтвердил, сообщив, что это фиарнийский аналог тельварских кристаллов связи. Тяжёлый и громоздкий, зато способный подключаться к различным, так сказать, абонентам. В то время как природные кристаллы связи работали только парами, словно рация. В нижней части устройства находился паз с потускневшим от истощения вельд-кристаллом, а наверху, над круглыми шкалами, блестела мелкая металлическая сетка, закрывавшая не то отверстие под динамик, не то под микрофон.

Второй примечательной вещицей из сейфа оказался лёгкий манастрел. Младший брат фиарнийского ружья. Назвать его пистолетом язык не поворачивался, так как габаритами он находился где-то между кремниевым пистолем и обрезом, но в сравнении с ружьём выглядел вполне компактно. Удобная штуковина для личного использования. Впрочем, совершенно очевидно, что мощность и дальность ведения огня у этой игрушки сильно меньше, чем у полноразмерной версии.

Ну а вишенкой на торте добытого из тайника оказалась стопка из четырёх массивных кругляшей. Совершенно обычных, так как «Взор» на них не реагировал, но, пожалуй, наиболее важных среди всего обнаруженного.

Каждый кругляш, обтянутый чёрной кожей с серебряным тиснением, открывался на манер медальона, открывая металлическое нутро, где умелой гравировкой были выбиты имена, данные о расе, дате пожалования кругляша и месте законного проживания владельцев, коим везде значилась «Зона 11», что вызвало у меня лёгкий приступ сдержанного фырканья. Бывают же такие совпадения.

Ну а снаружи, серебряными буквами блестела величественная надпись: «Тессера пожалованного гражданина». Иначе говоря, имперский паспорт. На каждого члена семьи виконта. Его самого, жены и двух детей. Знатно, видать, виконт спелся с людами, раз ему гражданство отсыпали.

Вот только выяснилось, что всё не так радужно было для него, как мне показалось на первый взгляд.

— Пожалованные — подданные второго сорта, — сообщил мне Вриду, брезгливо кидая кругляш на стол после осмотра. — Даже третьего, я бы сказал. Они защищены от рабской участи, но имеют право жить лишь в специальной резервации, где обязаны надзирать за своими порабощёнными собратьями. Это может быть поселение при крупных рудниках, лесозаготовках, заводах… Иллюзия свободы и власти, ради которой некоторые охотно предают свой народ.

— Потому что не верят в победу тельварцев? — уточнил я. — Страх смерти или рабства может толкнуть на многое.

— Именно так, Владыка, — кивнул граф, возвращаясь к бумагам. — Но это их не оправдывает.

Я задумчиво крутил в руках имперскую тессеру, разглядывая качественную гравировку, и размышлял о словах Вриду. Предательство предательством, но я догадывался о мотивах виконта. Готов был поставить золотой, что он решился на это только из-за семьи.

— Сколько лет его детям? — решил уточнить я.

— Семь. Они одногодки. Почему вы интересуетесь этим, Владыка? — слегка удивился граф.

— Да так, просто мысли. Знаете, я почти уверен, что якшаться с людами он начал уже после их рождения.

— Хм… — задумался гоблин. — Ваше предположение не лишено смысла, — судя по всему, он отлично понял, к чему я клоню.

Меня нельзя назвать благочестивым или принципиальным человеком. Мне точно так же присущи сомнения, эгоизм и страх за свою шкуру. Так что, в чём-то я мог понять покойника. Можно погибнуть на войне или в плену, можно пуститься в бесконечные бега, стараясь держаться подальше от линии фронта. А можно, задавив гордость, склонить голову пред захватчиками и перейти на их сторону, обеспечив хоть и безрадостное, но тихое и, возможно, безопасное будущее. Виконт выбрал последнее.

Понять я его мог. Одобрить его выбор — нет.

Шарли, скучающе осматривавшая кабинет, по какой-то причине уже пару минут стояла перед книжными полками, но я даже близко не представлял, что могло заинтересовать там паучиху. После обыска схрона, мы наспех осмотрели и сам кабинет, но ничего интересного не заметили. Книжный шкаф, на который я поначалу понадеялся, был сплошь заставлен экономическими подшивками, реестрами, книгами о финансовом деле и пергаментами соответствующего толка. Никаких исторических книг, магических фолиантов или хотя бы рыцарских романчиков я не приметил.

Однако Шарлотта неожиданно поднялась на задних лапах и аккуратно вытащила когтем потрёпанного вида книгу с верхней полки. Аккуратно опустив её вниз, она несколько секунд внимательно смотрела на книжицу, после чего повернулась ко мне и подбежала с добычей.

— С каких пор ты научилась читать, девочка моя? — усмехнулся я, потянувшись за книгой. Даже интересно стало, что за книжку притащила мне Шарли и зачем. — Если бы ты…

Фразу я не закончил, увидев, что Шарлотта умудрилась отыскать действительно что-то интересное и пропущенное мной во время осмотра полок. В моих руках оказалась весьма старого вида книга, обтянутая изрядно обтёршейся кожей. Никаких следов названия ни на корешке, ни на лицевой части обложки не оказалось. Скорее всего, по этой причине я и оставил книгу без внимания. Но вот внутри, на ломких жёлтых страницах, потускневшие от времени чернила ещё позволяли прочесть написанный от руки текст книги. Точнее, позволяли бы прочесть, если бы «Полиглот» вновь не спасовал. Текст книги был либо зашифрован, либо написан на каком-то весьма древнем языке, перевести который умение в данный момент не могло.

— Любопытно-кве… — пробормотал Эрмит, задумчиво шелестнув страницей. — Это не гримуар, но книга защищена магией-кве. Правда, она уже почти развеялась-кве, иначе состояние не было бы столько печальным-кве. Пока она находилась на полке, я даже не чувствовал чары защиты-кве, настолько они слабы.

— Нашли что-то интересное? — отвлёкся от разбора бумаг Вриду.

— Граф, видели когда-нибудь подобные тексты? — спросил я гоблина, показав ему открытые страницы.

Тот, задумчиво хмыкнув, внимательно оглядел строчки и отрицательно помотал головой.

— Впервые вижу. Книга явно древняя, так что опознать её сможет разве что Университарий, — как и ожидалось, порадовать меня граф не смог.

Но я особо и не надеялся. Позже покажу находку Лион, а там видно будет. Однако же…

— Почему ты решила достать эту книгу? — спросил я Шарли. — Как поняла, что она особенная?

Паучиха, растерянно потоптавшись на месте, грустно развела передними лапками. Мол, и рада бы сказать, да только как?

Потрепав её по макушке, я ещё немного полистал находку, надеясь найти хоть что-нибудь, поддающееся пониманию, но потерпел фиаско. Книга не баловала иллюстрациями и лишь изредка на глаза попадались аккуратно расчерченные схемы с непонятными примечаниями.

— Документы придётся отправлять на расшифровку. — разочарованно заключил граф, перебрав кипу бумаг из схрона. — Я немного знаком с шифрами людов, но такой вижу впервые. Жаль. Я надеялся сразу получить зацепки, с которыми можно было бы работать.

— Раз отказываются говорить бумаги, спросим его супругу, — пожал я плечами и отправил загадочную книгу в Хранилище, благо теперь там имелось место, ранее занимаемое селезёнкой. — Судя по её реакции на обвинение в предательстве, кое что она точно знает.

— Боюсь, после заявления, что вы выступили палачом её мужа, Владыка, виконтесса будет не в настроении для признаний.

— О, не беспокойтесь, граф, я знаю прекрасный способ это исправить, — хмыкнул я и встал с гостевого дивана, стоящего неподалёку от стола. Гоблинские кресла для меня были малость маловаты и тесноваты. — Позвольте продемонстрировать.

Я заявил это вполне уверенно, но сам, тем временем, отправил мысленную телеграмму Аллегри с запросом на промывание моз… наставление заблудшей души на истинный и единственно верный путь.

— Ооо, кажется, понимаю, — хищно ухмыльнулся Вриду, сразу уловив мои намерения. — Тогда дайте мне минуту, всё это нельзя оставлять без присмотра.

Быстро отыскав в ящике стола мешок для бумаг, граф сложил туда документы и тессеры, после чего отправился на выход.

— А оружие и манаглас? — напомнил ему я.

— Как спустимся, отправлю за ними, — пояснил граф. — Эти вещи не столь важны.

К счастью, на этот раз демиургша не стала вредничать и почти сразу ответила, что всегда готова внести свою лепту, пока это не касается обучения гоблинов или троллей грамоте. На душе моментально полегчало и я задумался над тем, чтобы проверить одну вещь. В прошлый раз мне совершенно не пришло в голову засечь, увеличивается ли счётчик обращённых в веру после посещения Аллегри. В конце концов, хотя они и обращаются в истинную веру, основные усилия тут прикладывает богиня, а не я. С другой стороны, счётчик ведь понемногу растёт и без моего прямого участия, за счёт народной молвы и других… проповедников? И если вдруг подобные «перерожденцы» тоже идут в зачёт, то заклинание массового воскрешения, которое пытается создать Лион, может резко обрести новый уровень ценности.

Пока мы шли по коридору от кабинета, я залез в меню браслета и сверился с показателями. В данную минуту за мной числилось сто шестьдесят одна тысяча и сто девяносто восемь верующих. Совсем немного до круглого числа. И я надеялся, что мои подсчёты верны и эти два очка позволят мне добраться, наконец, до нового навыка, которым я давно пообещал себе взять что-то на физическую защиту или усиление.

В тот день, когда я строил свою мини-цитадель, то во время перерывов немного занялся увлекательной математикой. Подсчитав соотношение изученных, а не полученных иными способами умений, к количеству набранных очков, я пришёл к теории, что одно очко равняется где-то двум сотням уверовавших. Но на данный момент это лишь голая гипотеза, которой требовалось подтверждение. На счётчике веры уже долгое время не хватает всего одного очка до круглой цифры в тысячу четыреста. И если в моих расчётах нет ошибки, этот рубеж позволит мне наконец изучить новое умение.

Ну что же, посмотрим. Если всё пройдёт гладко, то получится провести два прелюбопытнейших эксперимента одновременно.

Виконтесса обнаружилась на том же месте, что и до нашего ухода. Сидя на ступенях, она прижимала к себе детей и, услышав наши шаги и гулкие удары посоха, обернулась. Гоблинша не сказала ни слова, но я отлично видел в её взгляде разгорающееся пламя ненависти. Что-ж, это ненадолго, полагаю.

Обстановка внизу особо не изменилась. Пока мы отсутствовали, прислугу и охрану согнали в одно место, туда же оттащили и бесчувственного шамана. Горт стоял неподалёку и приглядывал за толпой, опираясь на посох. А Лион замерла у одной из стен, разглядывая чудом уцелевшую при погроме картину.

Граф тут же подозвал одного из своих капитанов и отправил его наверх за оставшимися уликами. А я, выйдя на середину холла, тяжело бухнул подбитой пяткой посоха по полированной плитке пола и уставился на виконтессу. Та в ответ лишь сильнее приобняла детей и презрительно скривилась.

Создав за собой небольшой трон из камня, я опустился на него и, прислонив посох с Эрмитом к подлокотнику, принял позу поудобнее и глянул в сторону гоблинши:

— Виконтесса Шурги, подойдите сюда.

— Вы забыли добавить «вдовствующая», — ядовито ответила виконтесса.

Кинув взгляд на графа, она увидела, что тот не пытается оспаривать мои приказы и вообще стоит в стороне, безучастно наблюдая за происходящим. Вероятно, поняв, что спорить не в её интересах, Шурги поднялась и направилась ко мне. Гоблинята следовали за ней, вцепившись как клещи, и шумно шмыгали. Лица у них были явно зарёванными.

— Раз язвите, значит, уже взяли себя в руки, — удовлетворённо кивнул я, пока гоблинша спускалась вниз и подходила к трону. — Это хорошо.

— Не собираюсь истерить перед смертью, — мрачно фыркнула она.

— О, не волнуйтесь, убивать вас я не собираюсь, — улыбнулся я как можно добродушнее. Но в сочетании с маской, наверное, желаемого эффекта не добился. — Наоборот, вы и ваши дети нужны мне в добром здравии.

Лукавил я, конечно, преизрядно. Ведь именно убить виконтессу я и планировал. Была даже шальная мысль отправить на встречу с Аллегри и детей, но что-то в подсознании противилось этому ходу. Попахивало от него какой-то явно несмываемой и окончательной чернотой. К такой циничности я пока был не готов, хотя и понимал, что смерть эта для них временная, а пользы принесёт массу.

— Расскажите эти сказочки кому другому, — прищурилась гоблинша, словно прочитав мои мысли. — Семьи предателей королевства никогда не оставляют в живых.

— А вы станете первым исключением! — жизнерадостно обрадовал я виконтессу. — Знаете, я считаю, что некоторые старые порядки весьма закостенели и не способны следовать в ногу со временем. От подобных пережитков следует избавляться, дабы они не мешали уверенно двигаться в светлое будущее. Виконт искупил своей смертью грехи перед Тельваром, ну а вы… вы верная супруга, которая поддерживала своего избранника, даже когда он сошёл с верного пути. Кто-то мог бы сказать, что как добропорядочная подданная королевства, вы обязаны были сообщить о проступке мужа куда следует… Но я считаю, что семейные узы превыше государственных. Как же тогда я могу вас в чём-то обвинять?

— Я не понимаю, к чему вы клоните, — мрачно буркнула Шурги. — Кто вы такой, Бездна вас пожри? Почему Его Светлость при вас ведёт себя так, словно сопровождает короля?

— Позвольте, виконтесса, я ведь уже представился, забыли? — пожурил я забывчивую даму. — Давайте лучше обратно к делу. Не сомневаюсь, что как верная супруга, вы были в курсе многих дел вашего мужа и знаете, с кем он встречался в последнее время. И сейчас вы расскажете мне и графу всё, что знаете, а взамен никто не погонит вас и ваших детей на мороз. Поместье и земли останутся вашими. Что до сохранения титула виконтессы… тут уж слово графу, — развёл я руками. — Только ему решать, сможете ли вы заменить своего покойного мужа на посту.

— Зависит от её способностей, — коротко бросил Вриду со стороны.

— Вот видите? — ухмыльнулся я. — Всё в ваших руках. Так что давайте немного поговорим о делах и дружно позабудем этот беспокойный день.

— А если я откажусь? — неожиданно взбрыкнула виконтесса.

На это я мог лишь развести руками.

Шурги ещё не понимала, что вскоре сама начнёт разделять мою точку зрения. По большому счёту, я затеял этот разговор только чтобы немного развеять скуку, хотя мог сразу и без затей отправить гоблиншу на тот свет ещё на лестнице. Но это было бы… несколько грубо и невежливо, это раз. Два — совершать подобное на глазах у детей однозначно не стоит. Так что перед началом процедуры их надо будет отослать с Туком в другую комнату… Или нет, лучше саму виконтессу отвести туда, подальше от взглядов остальных, чтобы не множить ненужные вопросы. Заодно этого семейного шамана туда же захватить и тоже отправить к Аллегри ненадолго, больно нервным он мне показался.

— Не откажетесь, уверяю. Вы даже сами через некоторое время подтвердите свою готовность сотрудничать, — усмехнулся я и, подхватив посох, встал с трона. — Сейчас мы с вами, графом Вриду и магистром Лион пройдём в более подходящее для беседы место и всё обстоятельно обсудим. Но прежде чем мы начнём… Скажите, виконтесса, верите ли вы в Богиню?

Глава 37. Самоубийственная миссия

Магическое перо, легко порхая над листом, прилежно записывало на бумагу строчку за строчкой. Пока мы торчали в поместье покойного виконта, я решил воспользоваться образовавшимся затишьем и немного заняться своими делами. Чтобы успешно конкурировать с людами в вооружении, Тельвару требовалась техническая революция и, будучи в Лаграше, я уже занялся тем, что начал в меру своих сил подробно описывать концепции будущих изобретений. Не рельсотроном единым жив тельварец, требовалось подтянуть и другие аспекты.

Дома, в специальной папке, уже лежал проект маго-электрического двигателя. Технарь из меня был так себе, но я как мог описал принцип его работы и нарисовал несколько примитивных схем, иллюстрирующих основные моменты. Надо сказать, магическое перо показало себя в этой ситуации просто блестяще. Оно рисовало куда лучше меня и умудрялось выхватывать из смутных воспоминаний даже больше деталей, чем я сам смог бы осознанно указать. Так что я рассчитывал, что если Орен с Лони смогут сделать работающий рейлган, то банальный электромотор станет для них вообще плёвым делом.

В целом, возможность вырабатывать электричество из магических кристаллов могла открыть интересные перспективы, с которыми я плохо представлял что делать. Необходимость электрического освещения вызывала сомнения, так как тут вполне обходились световыми кристаллами и это было куда проще, так что я подумывал лишь описать концепцию прожектора. Который, опять же, скорее всего мог быть создан и на кристаллах.

Электрическая связь? Звучит классно, ибо, насколько мне известно, кристаллы связи стоили каких-то конских денег и мало кто мог себе их позволить. Так что линия связи, проложенная по линии фронта, могла в разы облегчить координацию подразделений и скорость передачи приказов. Вот только имелась одна крохотная проблемка — я в душе не представлял как всё это работает. Мой предел — проволочная рация из двух стаканчиков. Так что и описать хоть как-то принцип работы я был не в силах. Если только в виде телеграфа Морзе с мигающей лампочкой на стороне принимающего абонента? Но тогда теряется вся суть новшества, ибо на расшифровку морзянки потребуется время. Хм… Кроме того, не стоило забывать и про дефицит металлов, которые однозначно потребуются для создания проводов.

Более близкий и понятный метод применения — бомбы Орена с возможностью подрывать их дистанционно и в нужное время с помощью электричества. Концепция простая как палка, очень эффективная и нужная в военном деле. Я думаю, старик её весьма оценит.

Кроме того… не помешал бы кипятильник. Несмотря на наличие магии, доступность горячей воды в больших объёмах была тут под большим вопросом. Если домочадец не обладал талантом к магии и не мог использовать бытовые заклинания, греть воду для мытья приходилось дровами или углём. Прислугу с нужными навыками позволить себе могли немногие. Что до магических печей, то подобные вещи были редкостью и стоили немало, так как на каждую требовался труд высококлассных начертателя и зачарователя. По факту, подобная печь уже была настоящим артефактом.

Так что, в теории, кипятильник мог немного решить эту бытовую проблему и улучшить санитарные условия жителей. Но имелись вопросы. Какова будет цена устройства? На какой срок будет хватать вельд-кристалла? Окажется ли это вообще выгодно и посильно для обычного народа?

Впрочем, если так разобраться, это уже не мои проблемы. Моё дело — предоставить идеи. И, в идеале, получать от гномов процент от реализованных товаров. А уж как гномы будут решать вопрос ценообразования и добычи сырья в условиях дефицита металлов — это их дело…

Закончив описание очередной концепции, перо выжидающе замерло над бумагой. Работа на этом ещё не была закончена. Я подумывал описать римский бетон, чтобы снизить нужду в магах земли при постройке надёжных зданий и укреплений. Попробовать вспомнить всё, что читал и видел о полигональных и звёздчатых крепостях. И ещё многом другом, но… на сегодня хватит.

Я остановил работу заклинания и устало откинулся на спинку стула, прикрыв глаза. Ещё со дня атаки на Лаграш меня беспокоила тревога о том, как будут развиваться события дальше, а теперь, после беседы с виконтессой, мне начало казаться, что я пытаюсь нагнать уходящий поезд. Мир вокруг не ждал, пока я соберусь с силами и хорошенько приготовлюсь. Браллак тихо и незаметно трещал по швам изнутри, снаружи готовились к новому удару фиарнийцы. Утром пришли вести, что эльфы потеряли за одну ночь два важных города, из-за чего Вриду, и без того не особо радостный после допроса Шурги, ходил мрачнее тучи.

Что до дел виконта… Его супруга знала лишь общие детали, но рассказанного ею оказалось достаточно, чтобы граф смог сделать определённые выводы. Около четырёх лет назад к виконту прибыл герцог Гурк, тот самый, что был не в ладах с Вриду, и о чём-то долго беседовал с ним в кабинете. Деталей Шурги не знала, но через несколько дней после этого её муж как-то спросил за обедом, верит ли она в то, что однажды альянс сможет дать отпор фиарнийцам? Виконтесса честно ответила, что сомневается в этом.

На тот момент она не придала вопросу никакого значения. Они с мужем часто обсуждали политическую и военную обстановку, так что вопрос не слишком отличался от любого другого. Более того, рано или поздно им задавался любой тельварец.

Но именно после того разговора виконт начал меняться. В свои дела он посвящал жену всё меньше, в поместье принялись появляться сомнительные персоны, с которыми виконт обсуждал какие-то дела за закрытыми дверьми. Время от времени он начал запираться у себя в кабинете, приказывая до его появления никому не приближаться к помещению.

Однажды нервы Шурги не выдержали и она, ослушавшись наказа мужа, прокралась к двери его кабинета. Изнутри доносились отголоски какой-то беседы, что сильно удивило гоблиншу. Ведь в последнее время в поместье не прибыло ни одного гостя. Однако она ясно слышала, что в кабинете беседуют двое. Её муж и кто-то ещё, со странным, словно хрипящим голосом. Толстая створка не дала разобрать ей суть разговора, но виконтесса смогла понять, что диалог шёл не на тельварском языке.

Когда виконт вышел, Шурги прямо спросила его что происходит и разразился скандал. Супруг так и не объяснил, чем занимается, но виконтесса была достаточно умной гоблиншей, чтобы сложить нехитрую мозаику. В конце концов, виконт заявил, чтобы она не лезла не в своё дело, но искренне заверил её в том, что всё происходящее — только ради безопасного будущего семьи.

Шурги долго мучилась сомнениями. Разум советовал ей доложить обо всём королю, но страх возможной казни всей семьи, включая ни в чём не повинных детей, не давал ей этого сделать. В конце концов, она смирилась и оставила всё на самотёк, доверившись мужу. Обратиться за помощью к родне она тоже не решилась, отношения с родителями у неё были прохладные.

По итогу, помимо герцога, на карандаш к графу попал один маркиз, имя которого я слышал впервые в жизни, несколько придворных чиновников и какая-то торговая компания. По всей видимости, приторговывающая с людами.

Мрачный настрой графа был вполне объясним. С его статусом бороться против дворян такого ранга ему будет непросто, даже если он подключит все связи.

…Может, прибить их к ворласковой матери? Непросто, но, наверное, решаемо, если уж граф даже на короля замахнулся. А дальше Судьба рассудит. Проникнутся величием Аллегри — получат новую жизнь. Может, даже станут двойными агентами и будут кормить врага дезинформацией. Хм. А ведь неплохой план, вообще-то.

Если бы не одно «но». У меня просто нет времени разъезжать по стране и бегать за мятежными дворянами. Это может занять месяцы, за время которых я не смогу воплотить ничего из задуманного. Распад страны — не такая уж серьёзная проблема, если мы сможем оборвать фиарнийцам щупальца, которыми они хотят собрать плоды этого процесса. Отбросив внешнего врага, расправиться с внутренним уже не столь сложно. Да и в целом, это уже не моя забота, а местного короля.

Ну а если он не справится… Может мысли Лаэнвеля об основании собственной страны не так уж безумны? Граф, не раздумывая, встанет на мою сторону. В процессе переделки страны наверняка удастся ухватить ещё земель. И вот уже на руках полноценное княжество. Всех чиновников — через обряд перерождения, на всякий случай. Чтобы не испытывать судьбу.

Открыв глаза, я кинул взгляд на закатное солнце в окне замка, переваривая свои последние мысли. Даже странно. Я никогда не мучился угрызениями совести из-за использования этого метода. Да, можно вспомнить случай с виконтом, но я переживал не из-за самого способа достижения цели, а из-за лишнего трупа, который образовался по неосторожности. Но в остальных случаях… ни разу? Я всегда воспринимал это как что-то естественное, вроде переговоров. Хотя, если вдуматься, ситуация довольно пугающая и мрачная.

Непонятный и никому не известный маг-асани убивает всех неугодных, а после воскрешения они полностью переходят на его сторону. Попахивает чем-то воистину демоническим. Я к этому не особо-то стремился, но, похоже, сейчас я куда ближе к своему титулу Владыки, нежели раньше… Этого ли я хотел?

Жаль, что Шарли сегодня убежала на охоту. Даже поболтать не с кем. Уж она-то бы меня поняла и подняла настроение.

— Владыка, разрешите? — неожиданно раздалось со стороны входа.

— Проходите, магистр, — откликнулся я, не оглядываясь.

— Ваш голос звучит замученным, — заметила она, входя в комнату. — Да и сами выглядите неважно, — закончила она, подойдя поближе.

— Мммм, просто устал. Кажется, я вообще ничего не успеваю, — вздохнул я, вновь прикрывая глаза. — Вот бы заняться всем этим на полгодика раньше…

— Увы, мой Владыка, это лишь заблуждение, — я услышал шаги магессы, направляющиеся в мою сторону, и вскоре почувствовал её руки на плечах. — Полгода назад у вас были бы другие проблемы и иные обстоятельства. Времени всегда не хватает, таков уж его закон. Так что не давите на себя слишком сильно, даже вы не в силах сделать больше, чем на то способны.

Лион начала мягко массировать мои плечи и шею, а от её рук заструилось лёгкое согревающее тепло какого-то восстанавливающего заклинания. Я утомился не физически, а ментально, но почему-то это нехитрое сочетание расслабило не только тело, но и разум. Мысли начали постепенно упорядочиваться.

— Вы отправили гонца в город? — решил я сменить тему.

Сегодня утром я показал Лион ту самую книгу, но она дала тот же ответ, что и граф Вриду. Чтобы помочь прояснить ситуацию, она предложила скопировать несколько первых страниц и отправить их в Университарий вместе с описанием клановой татуировки Аллегри, которое собиралась выслать сегодня в Башню и на родину.

— О, конечно, ещё днём, — ответила чародейка, продолжая разминать мышцы. — Но почтовые дилижансы не слишком быстры, так что ответ мы получим не скоро.

— Не страшно. К слову, Лионеллиан… Что вы думаете по поводу ситуации в Браллаке?

— Хм… В целом, Университарий находится вне контроля какой-либо страны, так что нас редко беспокоят вопросы политики, — задумчиво пробормотала чародейка. — Наше дело — готовить новых магов, вести разработку заклинаний и исследовать запутанные тайны и законы магии. Единственное наше обязательство — после обучения поступать на службу в армию альянса на десять лет, либо в городскую управу на двадцать, но на это требуется одобрение магистров и проситель не имеет права выбирать страну и город на своё усмотрение. Так что обстановка в гоблинском королевстве меня мало интересует, однако… — она задумалась и её руки ненадолго остановились. — Исходя из того, что я услышала вчера, готовится большая диверсия. Королевство могут расколоть, словно дровяное полено. И это сильно подкосит южные рубежи эльфийской Лайены, на которую и без того очень сильно давят в последние лет десять.

— Фиарнийцы хотят воспользоваться своим численным преимуществом и заставить эльфов распылить силы, растянув линию фронта… Кроме того, получат проход до границ гномов и орков. До чего же поганая ситуация, — вздохнул я.

— Совершенно согласна, Владыка. Кроме того, хотя вы наверняка защитите Лаграш от любой атаки, в итоге город будет отрезан от поставок провианта и сырья, — совершенно верно подметила чародейка.

— Можно отказаться от мануфактур и засеять поля зерном и овощами, — задумчиво пробормотал я, — но в полной изоляции городу долго не простоять. Да и защищать поля будет очень тяжело даже с отрядами из нежити. Иначе говоря, мы должны отбить у людов всякое желание соваться к границам страны.

— Почему мне кажется, что у вас уже есть какой-то план, мой Владыка? — вкрадчиво спросила Лион на ухо, вызвав лёгкие мурашки.

— План? — усмехнулся я в ответ. — Скорее безумная авантюра. Но… Как говорит одна моя хорошая знакомая, именно они и удаются мне лучше всего. Тук! — открыв глаза и повернув голову в сторону входа, я окликнул дежурившего в коридоре гоблина.

— Звали, Владыка? — бодро отозвался обормот, моментально возникший на пороге комнаты.

— Беги в поместье, найди Горта и Вриду. Через два часа я хочу обсудить с ними план атаки на фиарнийцев. Пусть приготовят подробную карту текущего расположения их ключевых главнокомандующих. И вообще места дислокации всех их войск. Когда будут готовы, пусть ожидают внизу, возле Эрмита. И да, Кульда тоже пусть захватят. Всё запомнил?

— Так точно, Владыка!

— Тогда вперёд, — махнул я рукой.

Тук тут же бросился выполнять распоряжение, а я вновь расслабленно растёкся по спинке стула, наслаждаясь массажем Лион.

— Поведаете о вашем замысле, Владыка? — поинтересовалась она, когда стихли удаляющиеся шаги.

— Потерпите немного, магистр. Вам тоже придётся поучаствовать в обсуждении, там всё и узнаете, — хмыкнул я.

Откровенно говоря, задуманное мной было не просто авантюрой, а попахивало чистым самоубийством. И я не был уверен, что мои спутники согласятся с планом. Даже я сам не хотел с ним соглашаться, однако иного варианта переломить ситуацию не видел.

По людам нужно было не просто нанести удар, а сделать это настолько внезапно и стремительно, чтобы это посеяло панику и заставило их отвести войска вглубь занятых земель. И, увы, я хорошо понимал, что под прикрытием армии этого не добиться. Она медлительна, неповоротлива, и её перемещения легко отслеживаются. Намного лучше действовать крохотной командой диверсантов. Тем более, что у диверсантов имелся быстровозводимый замок и чудовищный некроголем на поводке.

Само собой, наш отряд, я более чем уверен, тоже находился под наблюдением разведки всех возможных сторон, но теперь у меня имелся способ резко оборвать все хвосты с помощью единственного броска дайсов. Слежка? Ха! Попробуйте отследить нас после телепорта, неудачники. Владыка неостановим и неуловим!

Да, имелись риски, существенные риски, но я не собирался делать необдуманный прыжок. Сегодня я собирался посмотреть, как долго продержится предложение на телепортацию и может ли оно истечь в принципе, если его не трогать. И на основе этого можно оценить, сколько времени после броска будет отпущено для анализа области выхода и степени рисков.

Но выждав несколько дней, пока не выпадут удачные координаты, можно будет сделать людам боооооооольшой и очень неприятный сюрприз. В идеале, конечно, самым оптимальным станет прыжок поближе к какой-нибудь цели, но это не обязательно. Рандом капризен и кидать дайсы в ожидании идеального расклада можно до бесконечности, но так ничего и не добиться. Нет, меня удовлетворит просто прыжок куда-то в нужную сторону и сброшенная с хвоста слежка. Дальше мы и сами разберёмся.

Нападать в лоб было бы чистым безумием, но теперь мой набор умений позволял передвигаться под землёй, что делало меня воистину идеальным диверсантом! Кто ждёт того, что Владыка демонов лично вылезет из под земли прямо посреди стоянки Ходунов и превратит там всё в маленький филиал Ада? Флюг их пережуёт и не подавится, а потом примется и за людишек. Даже если что-то пойдёт не так, Флюгегехаймена всегда можно закинуть обратно в карман и нырнуть под землю. Поминай, как звали!

В идеале, я хотел нанести два-три подобных удара, а потом ещё орда монстров из подземелья заполировала бы начатое. По моим размышлениям, подобная авантюра могла сильно ослабить силы людов на границе с Браллаком и надолго лишить их желания лезть дальше вглубь королевства. А пока они там будут приходить в себя, в стране наведут порядок.

Ворласкова отрыжка, правда, это значит, что в Лаграш мы быстро не вернёмся и я явно пропущу ярмарку, но что поделать. Приоритеты оказались не в пользу мирного быта. В конце концов, Лаэнвель знает что делать, так что ярмарка может обойтись и без моего личного участия. Хотя в идеале, конечно, стоило бы показаться перед купцами и прочими гостями города и прочитать им парочку проповедей.

Аааааааа, не хочу рисковать! Хочу домой, на ручки к Лони и горничным! И чтобы ничего не делать!

Но, увы, провернуть задуманное не сможет никто, кроме меня. Эх. С каких пор я стал таким решительным?

Понежившись немного под руками тёмной эльфийки, я вспомнил одну деталь, упомянутую ею, и решил кое что уточнить.

— Магистр, недавно вы сказали, военная служба может быть заменена на городскую с согласия магистров. Как я понимаю, есть какие-то особые условия для такого назначения?

— Физические, либо душевные увечья, — пояснила Лион. — Смею предположить, что вы хотите узнать как в Лаграше оказался тот мальчишка Эсваль? После обучения он поступил на обычную службу, но почти сразу попал в плен, а оттуда в рабство на два года. Я не узнавала, почему его, мага, оставили в живых и даже не лишили языка, но благодаря этому он смог сбежать и вернуться на земли тельварцев. Однако снова выходить на передовую его разум уже не в состоянии.

— Вот оно как… — я открыл глаза и потянулся, двигать плечами и шеей стало куда легче. — Я подозревал, что у него не самая лёгкая судьба, но жизнь потрепала его сильнее, чем я думал. А так даже и не скажешь. Вполне бодрый, старательный паренёк. Ну да ладно. Получается, маги при городе не частое явление?

— Я бы так не сказала, Владыка. Хотя магический талант, достаточный для практики боевой магии, довольно редок, слабых магов относительно много. Они не обучаются в Университарии, но могут поступить в специальную школу, дабы научиться лучше владеть своими способностями. Многие после этого нанимаются в состоятельные семьи, так как прислуга с навыками бытовой магии получает хорошее жалование. Впрочем, в городах вроде Лаграша подобных людей действительно мало. Все стараются найти работу в городах побольше и побогаче.

Иначе говоря, все бегут из захолустья и провинции туда, где больше работы и жирнее зарплаты. Закон, работающий в любом мире. Но вот вопрос. Действительно ли слабых магов нельзя взрастить до боевых единиц? Пусть не полноценных, но для каких-нибудь вспомогательных ролей? Сейчас я уже не хотел грузить себе голову такими вопросами, но позже надо будет его прозондировать. Как минимум, сначала мне вообще надо разобраться в основных формах местной магии и понять, как её улучшить при помощи своих скромных познаний. А потом уже заниматься взращиванием боевой силы. Так что не горит. Пока что надо разобраться хотя бы с собой.

— Магистр, не поможете мне с одним экспериментом? — спросил я, останавливая сеанс массажа?

— Что? Конечно же! — воодушевлённо ответила Лион. — Я всегда рада шансу узнать нечто новое. Что вы хотите проверить, Владыка?

Коснувшись браслета, я перешёл в раздел навыков. Результаты проверки, которую я устроил на Шурги, полностью оправдались. И виконтесса, и её шаман засчитались за обращённых в веру и добили, наконец, очки до желаемого уровня. Вот уже сутки у меня на руках имелось две сотни очков для нового навыка, однако тратить сразу я их не стал. Следовало подумать, чего я хочу больше — физической защиты или усиления тела? С одной стороны, защита никогда не повредит, а с другой тот же «Марафонец» прекрасно себя зарекомендовал.

Раздел физических усилений делился на несколько веток по специализации умений. «Марафонец» поднимал выносливость, позволяя не только дольше бегать, но и не ударять в грязь лицом во время ночных сражений против превосходящих сил противника. Дальше шла «Кровь Геркулеса», увеличивающая физическую силу. На первом уровне эффект был не постоянным, активировался лишь на несколько минут, но для небольшого разового подвига Геракла этого было вполне достаточно. Впрочем, большая сила имела мало смысла без крепкого скелета, для чего имелся навык «Стальные кости».

Последней шла «Каменная кожа». В отличие от физической защиты, которая должна была уберегать от коле-режущих предметов, падающих на голову брёвен и кирпичей, «Кожа» предназначалась для защиты от агрессивной среды. Огня, холода, кислотных луж и прочих невзгод. И я со вчерашнего вечера размышлял, в чью пользу сделать выбор.

В итоге я пришёл к выводу, что сила и кости могут подождать. Да, со слов Горта, крепкое тело увеличивало боевые возможности мага, но я склонялся к мысли, что этот аспект пока не является критичным. Так что, после раздумий, я сузил свой выбор до «Физической защиты» и «Каменной кожи». Каждое из умений было хорошо по своему и, в идеале, я хотел бы получить оба, обеспечив себя комплексной защитой от, практически, любых угроз, но… Подобная роскошь пока что была мне недоступна.

Взвесив всё как следует, я пришёл к выводу, что наиболее разумным выбором на данный момент станет именно физическая защита. Хотя и не от всего, но от части бед вроде огня или кислоты я был в силах справиться при помощи имеющихся способностей. А вот от стрелы в спину или, не приведи Богиня люды вспомнят про огнестрельное оружие, пули в голову защититься сложнее. Каменный доспех, который я натренировался создавать, мог спасти от стрелы, но точно не от пули. Да и защищал он не всё тело. Кроме того, не носить же его круглосуточно? А принцип работы «Физической защиты» был точно такой же, как у её анти-магической сестры. Легко, удобно, можно держать активной круглосуточно.

Но дабы обдумать все эти нюансы, я потратил практически весь день и пришёл к окончательному решению только сейчас и коснулся нужной иконки. Никаких особых изменений в ощущениях после этого не случилось, разве что стал чуть выше фоновый расход магической энергии. Но он всё ещё спокойно покрывался моей естественной скоростью восстановления. По крайней мере, до тех пор, пока я не начну накачивать защиту энергией, чтобы блокировать мечи или магию в больших количествах.

Поднявшись со стула, я повернулся к крайне заинтересованной чародейке и принялся закатывать правый рукав.

— Лионеллиан, скажите, ваша знаменитая игла при вас? — поинтересовался я. — Она бы весьма пригодилась.

Брови эльфийки поползли вверх и она немного растерялась.

— Игла? Та самая, которой я… Кхм, да, Владыка, она в моём карманном пространстве, — неуверенно кивнула она. — Но для чего она вам?

— О, ничего такого. Вы просто должны попробовать проткнуть мою руку, — озвучив просьбу, я улыбнулся и протянул её в сторону Лион.

— Проткнуть?! — моя просьба явно её удивила. — Вы уверены, Владыка?

— Абсолютно, — кивнул я. — Скажу больше — у вас почти наверняка не получится. Я просто хочу узнать, в какой форме это произойдёт.

Удивление на лице тёмной эльфийки сменилось любопытством. Изящно коснувшись одного из своих колец, она извлекла ту самую иглу размером со спицу и аккуратно провела по её поверхности пальцами, словно желая убедиться в её чистоте и остроте. После чего, Взяв мою руку, чтобы она не шевелилась, аккуратно надавила острием на предплечье.

Эффект… оказался довольно интересным. Хотя мы видели, что игла вроде бы касалась кожи, Лион не могла не то что её проткнуть, но даже хотя бы немного её продавить. Я видел и чувствовал, что эльфийка с каждой секундой прикладывала всё больше усилий, но это ни к чему не приводило, кроме увеличивающегося ощущения давления на руку. Иначе говоря, умение защищало от урона и боли, но, похоже, не от прикладываемого усилия. Если я правильно понимал происходящее, то при ударе, допустим, боевым молотом, я не получу никаких внешних повреждений, но сама энергия удара всё равно собьёт меня с ног и, вероятно, нанесёт внутренние повреждения.

Чтобы точно убедиться в этом, я высвободил руку и попросил Лион ударить по ней со всего маху. Предположение полностью подтвердилось. Я не ощутил ни удара, ни боли, только прокатившееся по предплечью лёгкое давление. Рука не получила никаких повреждений, но при этом удар отбросил её в сторону.

— Хмм… — Лион придирчиво осмотрела моё предплечье и ощупала его пальцами. — Ни царапины, ни синяка. Какая любопытная способность. Я так понимаю, новая?

— Новая. И очень любопытная, — хмыкнул я. — Особенно любопытно мне, что произойдёт, если на голову упадёт каменюка в двести-триста килограмм. Голова может и цела останется, а вот шея и остальные кости… не уверен.

Всё таки, без «Стальных костей» не обойтись. Что ж, буду иметь в виду.

К слову, стоило отметить, что ощущения при работающей защите всё же слегка изменились. Касания одежды и рук чародейки казались чуть притупленными, не такими ясными как прежде. Но дискомфорта это не приносило, так как разница была несущественной.

Некоторое время я задумчиво созерцал свою руку. Нет, о выборе я не жалел и не думал о том, что стоило изучить что-то иное. Просто стоило учитывать некоторые моменты и не лезть на рожон. Если сравнивать умение с магической защитой, я мог бы встретить грудью сотни стрел и не почесаться, но не стоит вставать на пути осадного тарана. Ускорение и перегрузка от полученного удара всё ещё могли сделать своё мрачное дело. Хм…

— Тем не менее, это невероятно, — покачала головой магистр. — Когда я касаюсь вас, то чувствую обычную мягкую кожу. Но удар иглой отдался так, словно я пыталась проткнуть железный лист. Никогда не слышала о подобной магии. На ум приходят разве что тролли с их непробиваемой шкурой, но моя игла зачарована так, чтобы проникать даже сквозь неё. Владыка, это какое-то заклинание? Вы можете научить ему кого-то ещё?

— Увы, — помотал я головой. — Считайте это божественной защитой, магистр. Она просто… работает. И я не имею ни малейшего понятия как она устроена.

— Очень жаль, — разочарованно вздохнула чародейка и нахмурилась. — Но если так подумать, какие законы могли бы использоваться в подобных чарах?..

Она погрузилась в мысли и невнятно забормотала под нос названия каких-то теорий и магических законов.

А я решил ещё немного потестировать защиту. Повернувшись к столу, я легонько ударил по углу столешницы ребром ладони, но та лишь чуть отскочила обратно. Я нанёс ещё несколько ударов, с каждым разом увеличивая силу, но раз за разом рука лишь отскакивала назад. Ни травм, ни боли. Просто прекрасно. Как минимум, я теперь был защищён от критического урона тумбочкой об мизинчик. Ахиллесова пята? Пффф. Ахиллес просто никогда не бился об угол мизинчиком. Если бы ударился хоть раз, никакая стрела в пятку его бы уже не убила. Не тот уровень.

— Владыка, а вы можете накладывать эту защиту на кого-то ещё? — неожиданно спросила Лион.

— Накладывать? Точно нет. Но я могу попробовать её растянуть, с магической защитой это получается, — я вытянул руку в сторону, чтобы легче было представить защитную сферу, и принялся накачивать её магией.

То, что произошло дальше, я осознал не сразу. Так как опыт с подобным умением у меня уже был, защитная плёнка на моём теле охотно ответила на мысленную команду и подалась вширь. А вместе с ней и одежда. Надувшись пузырём, ткань натянулась на быстро увеличивающемся защитном поле и лопнула по швам с оглушительным треском, разлетаясь во все стороны бесформенными лохмотьями.

— А… — только и выдавил я, глядя на воцарившийся бардак и падающие на пол лоскуты.

— О! — заинтересованно загорелись глаза Лион и она облизнулась. — Какой прекрасный побочный эффект!

К назначенному мною же собранию мы чутка опоздали.

Спускаясь с лестницы, я заметил, что Вриду прихватил ещё и Астиль. В целом, решение было правильным, но учитывая мой малость безумный план, я не был уверен, что стоит тянуть за собой эльфиечку. Этот вопрос тоже надо будет обсудить. Кроме того, я обнаружил внизу даже Шарли, хотя считал, что она ещё на охоте.

Мои спутники и советники ничуть не скучали в ожидании, обсуждая с Эрмитом что-то об обстановке в стране орнито. На столе уже лежало несколько запрошенных мною карт и какие-то бумаги с заметками. Лион сразу же заняла свободное место, подсев к Астиль. Шарли тоже решила поучаствовать в заседании и, отодвинув в сторону один из стульев, привстала у стола, положив на него передние лапы.

— О, асани-кве! Говорят, ты что-то задумал-кве? — приветственно взмахнул страницей Эрмит.

— Сейчас всё узнаете, — усмехнулся я, махнув рукой в ответ. — Только чайку сначала налью.

Заглянув на кухню, я наплескал чаю в самую большую кружку и только после этого сел за стол, готовясь к долгому обсуждению.

— Дамы и господа, есть серьёзный разговор. Но прежде, чем мы к нему приступим, стоит сделать вот так, — взмахнув рукой, я наглухо запечатал все входы и выходы из столовой, чтобы исключить возможность подслушивания. — А теперь к делу. Обдумав сложившуюся ситуацию, я пришёл к выводу, что нам нужно нанести быстрый и жёсткий удар по фиарнийцам, дабы обеспечить себя достаточным временем на спокойное искоренение предателей. Скажу сразу, моя задумка довольно безумна и рискованна, а потому я хочу сначала выслушать ваше мнение по её поводу, прежде чем принимать окончательное решение.

— А ей обязательно быть безумной и рискованной-кве? — сразу же уточнил Эрмит.

— Определённо, — ответил я с лёгкой ухмылкой и орнито разочарованно вздохнул.

— Не могу говорить за всех, Владыка, но скажу за себя, — взял слово Горт. — Всё, что вы делали для нас до сих пор, всегда оборачивалось успехом. И я уверен, что эта задумка — не исключение. Но если вы считаете, что ваши скромные слуги способны помочь советом, то так тому и быть. Поведайте нам ваш план, Владыка Нотан!

Вриду с Кульдом согласно закивали, поддерживая шамана. Астиль, с самого начала сидевшая тихо как мышь, лишь нервно сцепила руки, а Лионеллиан заинтересованно улыбнулась и слегка подалась вперёд. Шарли же нетерпеливо подпрыгивала и смотрела на меня.

— Что-ж… Тогда приступим! — кивнул я. — И начну я, пожалуй, с главного. Все мы можем мгновенно погибнуть.

Объявление войны. Часть 1. ИнтерЛЮДия

Пронзительно голубые глаза задумчиво глядели в сторону висящей на стене шатра карты, сплошь усеянной разными отметками. Глядели спокойно и безмятежно, словно впереди находилась не карта боевых действий, а необъятные луга, покрытые пёстрым узором полевых цветов. Любой, кто увидел бы лишь эти светлые, сияющие невинностью глаза, никогда не смог бы предположить, что они принадлежат одному из генералов Фиарнийской Империи.

Руммей, командир региональной разведки, закончив доклад, терпеливо стоял перед генеральским столом и ожидал, пока генерал Райда закончит размышлять. И терялся в догадках о том, какая в итоге последует реакция. С момента, когда объект наблюдения покинул Лаграш, разведчики подавали всё более странные рапорты.

Всё началось с доклада о гибели одного из его основных агентов, разумно переметнувшихся на сторону Империи. Руммей возлагал на погибшего определённые надежды, отправляя его в Лаграш на разведывательную миссию. Он имел определённую власть и статус, и даже мог подтолкнуть самих тельварцев разобраться с проблемным демоном.

Но шли дни, Руммей получил доклад, что означенный Владыка демонов покинул город в составе отряда местного графа, направившись на север. За отрядом последовали четверо его людей и практически на утро следующего дня командир разведчиков получил донесение, что одного из наблюдателей ночью сожрало чёрное паукообразное чудовище, всюду следующее за Владыкой демонов.

Ещё через день его люди сообщили, что не могут угнаться за отрядом. Чёртов Владыка, пользуясь какой-то безумной магией, на каждом привале создавал укреплённое здание, выглядящее как крохотный замок, и отряд пересаживался на свежих ездовых ящеров, которых из этого замка выводили. Ранее Руммей получал сообщение о том, что Владыка возвёл возле Лаграша подобное здание и даже провёл в нём ночь, но потом оно бесследно исчезло перед его отбытием. Ну не в кармане же он его увёз?!

Опытный разведчик хорошо знал, что у тельварцев есть артефакты для переноски вещей в специальном подпространстве. И так же он знал, что объёмы подобных хранилищ невелики. И варианты того, что демон пользовался подобной вещью, он сразу отметал как бредовые.

С трудом не потеряв преследуемый отряд из виду, разведчики смогли нагнать его у поместья того самого виконта-перебежчика. И в тот же день Руммей получил известия о его гибели. Командира это немного напрягло. У него начали появляться смутные подозрения, что Владыка затеял против его шпионской сети какую-то игру. Чтобы разобраться в происходящем, он приказал своим людям подобраться как можно ближе к цели и попытаться выяснить обстановку.

И к вечеру второго дня пребывания Владыки в поместье, он получил очередной рапорт. От единственного оставшегося в живых разведчика. Двое других стали новой закуской для чёрного чудовища.

Дабы не разделить их судьбу, оставшийся наблюдатель больше не смел приближаться к поместью и загадочному замку этого Владыки демонов. Больше недели ничего не происходило, разве что время от времени из поместья и в него сновали гонцы. А на девятый день и замок, и отряд бесследно исчезли. Испарились. Растаяли в воздухе. Хотя разведчик до смерти боялся чёрного паука, к полудню он всё же осмелился приблизиться к поместью и поляне, где стоял замок, но не нашёл ни единого следа того, что отряд двинулся куда-то дальше.

После этого доклада Руммей впервые за долгое время службы растерялся. Он не понимал способностей врага, не смог выяснить его цели и, при этом, потерял несколько опытных разведчиков и толкового агента, дослужившегося до пожалованной тессеры, и готовящего почву для крупномасштабной диверсии, которая подорвала бы оборону страны на корню. Он был не единственным винтиком в сложном механизме, однако любые потери в таком непростом деле могли сказаться на результате.

На доклад к генералу Руммей пришёл с тяжёлым сердцем и мрачными мыслями. И заранее готовился принять ответственность за проваленный приказ.

— Как думаете, Руммей, могла это быть телепортация? — с каким-то странным удовольствием спросила Райда и перевела взгляд с карты на разведчика.

— Сказать по правде, мой генерал, мне страшно даже допускать подобную мысль, — признался разведчик. — До сих пор навыком телепортации владел один-единственный вражеский магистр и он мог перемещать лишь себя самого… Если этот Владыка способен на массовый перенос, последствия могут оказаться весьма неприятными.

Скрестив руки на алом нагруднике с золотой чеканкой, Райда мечтательно взглянула в потолок и слегка улыбнулась. Её обманчиво невинная девичья внешность в такие моменты могла сразить любого, но Руммей слишком хорошо знал, что за этой маской скрывается жёсткий и даже жестокий полководец.

— Это ведь невероятно, верно, Руммей? Враг, способный перемещаться по полю боя так как ему заблагорассудится… Все эти древние стратегические и тактические догмы против такого противника можно будет смело выбрасывать в помойную яму. Но не будем спешить с выводами, — решила она. — Это могла быть мощная иллюзия или что-то иное. В конце концов, вашего человека могли поймать и заставить передать ложный доклад или промыть мозги магией.

— В первом случае мои разведчики будут использовать специальные ключ-фразы, которые позволят опознать ложное донесение. Что до второго… исключать подобный вариант нельзя. Кроме того, если этот демон владеет массовой телепортацией, к чему было передвигаться на ящерах? Попытка отвести внимание от чего-то?

— Причин может быть множество, Руммей, — девушка сменила позу и принялась рассеянно наматывать прядь волос на палец. — Но давайте пока не плодить беспочвенные догадки. Пока ваш разведчик не выяснит, чем этот демон занимался в поместье вашего агента, мы не сможем сделать верные выводы. Однако… — она ненадолго замолчала и, приняв решение, выпрямилась. — Исходить будем из наихудшего варианта. Адъютант!

Полог штабного шатра мгновенно откинулся и внутрь зашёл молодой офицер.

— Здесь, мой генерал!

— Приказ всем подразделениям. Усилить караулы внешнего и внутреннего дозора. Установить резервные магоуловители внутри военных лагерей и докладывать о любых подозрительных всплесках магического фона. Есть вероятность, что силы врага способны неожиданно появиться посреди наших военных лагерей. Выполняйте.

Девушка отдавала приказы спокойно и скучающе, словно отправляла адъютанта в продуктовую лавку, из-за чего смысл последней фразы дошёл до него с некоторым запозданием и он несколько секунд растерянно топтался на месте.

— У вас есть вопросы, адъютант? — поинтересовалась Райда.

— Никак нет, мой генерал! — опомнился тот. — Передам в точности!

Когда офицер бросился выполнять приказ и покинул шатёр, девушка легонько вздохнула.

— Вы уверены? — уточнил Руммей. Не в его привычках было сомневаться в решениях генерала, но сейчас ему казалось, что она погорячилась. — Генштаб разведки ведь сообщал, что телепортация возможна лишь в те места, где маг уже побывал.

— Сколько лет этим данным, Руммей? — чуть усмехнулась девушка. — Тридцать? Демоны ведь не стоят на месте и ищут новые способы нас одолеть. Я лишь рассматриваю наихудший вариант, настоящее положение дел наверняка куда проще. В любом случае, командирам подразделений не помешает немного понервничать, это их взбодрит.

Довольно улыбнувшись, она откинулась на спинку стула и вновь взглянула на карту. С момента неудачной атаки на Карушскую крепость прошло уже несколько недель, однако девушка не спешила с планом реванша, полностью потеряв к ней интерес и переключившись на более интересную цель. И решение генштаба сыграло ей в этом на руку. Хотя она сама не планировала начинать активные действия, пока не определит уровень угрозы от загадочного Владыки демонов, объявившегося тут, от главнокомандующих пришёл приказ ничего не предпринимать касательно Каруша до их распоряжения. Такое положение дел полностью устраивало девушку.

Но имелась одна вещь, что портила ей настроение. Райде сообщили, что сюда приближался он. Старик Фальт. Сильнейший воин Империи и единоличный убийца нескольких магистров. Но каким бы опасным не казался этот Владыка демонов, она пока не видела повода выдвигать против него козырь Империи. Она всё ещё склонялась к мысли, что Шугт — бездарный идиот, погубивший целую дивизию строго по вине своих никчёмных навыков.

Возможно дело было в миссии, что втайне выполняли приставленные к его дивизии штабные разведчики? Во время того боя они не погибли, но и в расположение имперских войск не возвращались, затерявшись где-то вместе с двумя транспортными «Пауками». Связи с ними не было ни у Райды, ни у Руммея. Вот только старик Фальт выдвинулся задолго до проведения операции. Сразу как появились слухи о Владыке демонов.

Так что она была почти уверена, что Фальт выдвинулся по его голову. И ей это не нравилось. Владыка должен стать её игрушкой и она никому не позволит мешаться! До его прибытия оставался ещё месяц с небольшим и за это время она или должна разобраться с Владыкой демонов, либо найти способ перенаправить интерес Фальта в иное русло. В крайнем случае, Райда могла бы попытаться его убить… однако она понимала, что такую дерзость Император ей не простит.

Руммей, всё ещё ожидавший приказов генерала, едва заметно вздрогнул, заметив опасный огонь, промелькнувший на мгновение во взгляде Райды. Он не знал, что её беспокоит, но понял, что госпожа генерал от чего-то сильно не в духе. Однако спросить о причине не осмелился. Если бы она хотела что-то сказать, то уже сказала бы.

— Стоит ли нам выдвинуться в сторону Лаграша?.. — неожиданно спросила девушка словно саму себя.

— Простите? — решил уточнить разведчик.

— Не берите в голову Руммей, просто рассуждаю, — легко махнула рукой Райда и вернулась к своему обычному невинному выражению лица. — Давайте-ка пока сделаем вот что…

Раздавшийся снаружи шумный топот привлёк внимание генерала и она замолкла, повернувшись в сторону полога. Без серьёзной причины никто в лагере так спешить бы не стал.

— Мой генерал, срочное донесение от бригады полковника Сурака!

— Докладывай! — мгновенно посерьёзнела Райда.

В шатёр зашёл обеспокоенный вестовой из отряда связи и в душе Руммея заворочалось нехорошее предчувствие.

— Мой генерал, семьдесят третья бригада докладывает о бедственном положении! У границ лагеря неожиданно возник демон, подходящий под описание Владыки, и отряд гоблинских воинов в чёрных плащах. Магфон демона превысил шесть сотен единиц. Призванное им огромное чудовище полностью уничтожило механизированный полк «Пауков», и наносит огромные потери личному составу! Кроме того… после начала атаки перед лагерем была возведена небольшая крепость, в которой демон укрылся. Нанести ответный удар не представляется возможным. Конец доклада!

Поражённый Руммей непроизвольно сжал кулаки, догадавшись, что сейчас произошло в лагере бригады и посмотрел на генерала, осознавая, что мрачный прогноз их полководца только что сбылся. И сбылся слишком быстро для того, чтобы принять хоть какие-то ответные меры.

— Какие будут приказания, мой генерал? — тихо спросил вестовой.

Райда спокойно смотрела на него и, размышляя, постукивала по щеке полусогнутым пальцем. Спустя десяток секунд она, наконец, дала ответ:

— Семьдесят третью бригаду объявить погибшей в сражении. Передать приказ всем нашим подразделениям немедленно свернуть лагеря и переместиться на другую позицию, не ближе чем в двух сотнях ялмов от прежней. Прежние инструкции, выданные сегодня, выполнять в точности и ожидать дальнейших приказов. Выполнять!

— Есть!

Не дожидаясь, пока вестовой покинет шатёр, Райда поднялась из-за стола, захватив с него толстый карандаш.

— Руммей, покажите точное место, где исчез Владыка демонов.

Разведчик тут же подошёл вместе с генералом к карте и указал на точку чуть в стороне от города Каруш. Райда сделала там жирную отметку и обратной частью карандаша провела незримую линию между поместьем и ставкой уничтоженной бригады, находившейся далеко на западе от Каруша.

— Если это телепорт, то он сделал почти двести ялмов за один прыжок… — задумчиво пробормотала она. — Это предел? Или же нет? Как часто он может это делать?

Пристально глядя на карту и отрешившись от всего, девушка небрежно нарисовала вокруг ставки большой круг, в пределах которого могла бы произойти новая предполагаемая атака. В их числе оказался лагерь и самой Райды, в том числе.

— Руммей, передайте мой следующий приказ. После передислокации лагерей все командиры должны выставить вокруг скрытые дозорные посты минимум на двадцать ялмов вокруг. Пусть не жалеют средства связи и магоуловители. Всех, чьи лагеря попадают в этот круг, особо предупредить об опасности. И… — она задумчиво постучала карандашом по карте. — Оповестите наш штаб, я созываю военный совет. Владыка демонов только что объявил нам личную войну.

Конец третьего тома.

Content

Александр Шихорин
Ваш новый класс — Владыка демонов 3. Желаете возвести Цитадель?

Ужас, высеченный в сердцах. ИнтерЛЮДия

Глава 1. Флюгегехаймен

Глава 2. Урожай крови и стали

Глава 3. Штурм при свете фонарей

Глава 4. Неожиданное бегство

Глава 5. Высококлассный специалист с сомнительной мотивацией

Глава 6. Экспресс-курс истинной веры

Глава 7. Уважительная причина опоздать к обеду

Глава 8. Чесалка для спины

Глава 9. Настоящее чудовище

Глава 10. Позвольте спросить ваше тело

Глава 11. Очень странный стрим

Глава 12. Плохих девочек нужно наказывать

Глава 13. Тот, кто правит чудовищами

Глава 14. Зомбическая сила!

Огненная Райда. ИнтерЛЮДия

Глава 15. Новая должность Эрмита

Глава 16. Там, где я вырос

Глава 17. Это всё харизма

Глава 18. Право Владыки

Глава 19. Славный город Лаграш

Глава 20. Недоразумение. Часть 1

Глава 21. Недоразумение. Часть 2

Последняя осень эльфов. Интерлюдия

Глава 22. Недоразумение. Часть 3

Глава 23. Недоразумение. Часть 4

Глава 24. «У Владыки»

Глава 25. Вулкан

Глава 26. Два золотых

Глава 27. С миру по нитке — Владыке убранство

Глава 28. Как стать Рыцарем Смерти

Глава 29. Уважение по-тёмноэльфийски

Глава 30. Восхитительное коварство

Глава 31. Бурное начало путешествия

Глава 32. Просто новая мантия

Глава 33. Лучшее в мире лакомство

Глава 34. Слабый ветерок

Глава 35. Судьба знает путь

Глава 36. Тессера

Глава 37. Самоубийственная миссия

Объявление войны. Часть 1. ИнтерЛЮДия