Ваш новый класс — Владыка демонов 5. Желаете бросить вызов Богам?

Убийство души. ИнтерЛЮДия

— Мой генерал, донесение от разведки!

Золотоволосая девушка, оторвав взгляд пронзительно-голубых глаз от сводки с северного фронта, перевела его на полог, отделявший тёплое от переносного нагревателя нутро шатра и прохладную дождливую улицу. С отбытия протектора уже миновала неделя, за которую он взялся добраться до Лаграша, и со дня на день Райда ожидала каких-нибудь вестей. То, что Фальт попробует устроить Владыке испытание боем, даже не обсуждалось. Вопрос был лишь в том, когда старик на это решится и насколько целым ему удастся уйти. И, хотя ей могли принести доклад, касавшийся какого угодно вопроса, что-то в её душе подсказывало, что на этот раз донесение разведки касается именно встречи Владыки и Фальта.

— Входи, — коротко кинула она ожидающему снаружи солдату и отложила сводку в сторону.

Откинув тяжёлую ткань в сторону и впустив в шатёр насыщенный запах идущего на улице дождя, внутрь зашёл гонец во влажном плаще и с непромокаемой кожаной папкой для бумаг в руках. Отсалютовав приветствие, он бодрым шагом прошёл к столу Райды и, раскрыв папку, вытащил конверт с донесением.

Взяв его, девушка привычно срезала с конверта печать и вытащила небольшой лист бумаги с несколькими скупыми строками текста. И, пробежавшись по ним глазами, генерал невольно замерла. Что-то странное, немыслимое и нелепое было написано на бумажке, что она держала в руке. Что-то, во что она не поверила бы даже будь это слова самого Императора.

Протектор Фальт покинул Лаграш. Враг ликвидирован. Сувенир в пути.

Второй раз. Третий. Четвёртый. В который раз она ни перечитывала написанное, его суть не менялась.

Старик убил Владыку и возвращался с трофеем. С головой, а то и со всем телом врага.

Как гражданка Империи, Райда должна была ощущать радость от устранения опасного и неприятного врага и гордиться непревзойдённой силой протектора государства. Но вместо этого её ошеломило смятение и… глубочайшее неверие.

Она лично видела мощь Владыки демонов и испытала её на своей шкуре. Тысячи трупов фиарнийских солдат, оставшиеся лежать на вражеской земле, могли гарантировать, что это не была иллюзия или горячечный бред. Он был способен сражаться против целой армии — и побеждать. Но оказался убит, пускай даже прославленным и сильным, но человеческим стариком.

Нет. Невозможно. Нелепость! Где-то в этой истории есть двойное дно, скрытая правда, недоступная беглому взгляду. Действительно ли Фальт сражался с настоящим Владыкой? Принадлежит ли трофей самому Нотану? Не оказался ли протектор, сам того не зная, забавной игрушкой, наслаждающейся своим ложным триумфом?

Чем дольше Райда думала об этом, тем сильнее утверждалась в мысли, что смотрит лишь на подножие горы, тайна вершины которой сокрыта от глаз завесой из облаков. Владыка явно затеял какую-то игру, воспользовавшись протектором, но Райда пока не могла уверенно сказать, ради чего.

Опозорить протектора, позже вскрыв факт его фальшивой победы? Из нескольких теорий, что пришли девушке в голову, эта звучала наиболее правдоподобно. Но какая Нотану от этого выгода? Пока что о его существовании знают лишь Император и военные, да и то не все. А среди обычных граждан его персона практически неизвестна. Так как Фальт подчиняется непосредственно императорской чете, мнением военных можно пренебречь. А чтобы пошатнуть авторитет старика в глазах правителя, такой ерунды явно будет недостаточно.

Каков был истинный смысл этого поступка? Какую пользу Владыка хотел из этого извлечь? Как Райда ни старалась, но она пока не могла разобраться в происходящем.

Вздохнув, она кинула листок на стол и, подняв взгляд, обнаружила по прежнему стоящего в шатре посыльного.

— Всё ещё тут? — искренне удивилась девушка и запоздало поняла, что провела в раздумьях немало времени.

— Так точно, мой генерал, — ответил тот с лёгким замешательством. — Вы не приказывали возвращаться.

— Теперь приказываю, иди, — раздражённо махнула рукой Райда. — Стой. Передай Руммею, что до возвращения протектора информацию не оглашать. Он знает, о чём я. И ещё пусть костьми лягут, но выяснят, что происходит внутри города.

— Слушаюсь!

— А теперь точно иди.

Когда посыльный покинул шатёр, генерал встала и принялась задумчиво мерять помещение шагами. Происходящее выглядело донельзя странно. Нелогично. Противореча всякому здравому смыслу и фактам. Всё, что Райда знала о Фальте, указывало на отсутствие у того достаточной мощи, что позволила бы ему сойтись с Владыкой демонов лицом к лицу и уверенно победить. Всё, что знала… Если старик не прятал в рукаве какой-то козырь или трюк все эти годы.

Остановившись у стола, девушка вновь взяла записку и перечитала куцые строки донесения. Хотя она всё ещё не верила в поражение Владыки, червь сомнений начал вгрызаться в её убеждённость. Что, если это всё таки правда? А если правда, что делать ей, кого лишили цели и объекта вожделения?

Побеждает сильный, а слабый проигрывает. Довольно очевидно, что, раз Владыка проиграл в схватке, то он не стоил её внимания. До сих пор она жила по такому принципу и считала его абсолютным. Но теперь… почему ей казалось, что она не сможет принять подобный исход, если он окажется правдой?

Раздражённо смяв бумажку, Райда кинула её в рдеющее накалённой спиралью жерло обогревателя. Какое-то время скомканный доклад героически сопротивлялся обрушившейся на него невзгоде, но долго противостоять температуре не смог и вскоре начал тлеть, а после и вовсе вспыхнул, стремительно превращаясь в горстку пепла.

Глядя на то,как чёрные хлопья трепещут на потоках горячего воздуха, Райда решила не делать преждевременных выводов. Когда из Лаграша поступят новые донесения и Фальт вернётся в её лагерь, она сможет оценить ситуацию более трезво. А пока ей стоит просто ждать.

Увы, последующие донесения не смогли добавить ей ни понимания, ни спокойствия. Каждый день от работавших в регионе шпионов приходили донесения, основанные на слухах, что ходили вокруг города и внутри него.

Владыка демонов исчез. Пропал. Похищен. Убит. Среди горожан распространялись упаднические настроения и сдержанная паника. Бродили сплетни о каком-то видении, якобы ниспосланном богиней.

С другой стороны, никто не докладывал ни о попытках догнать Фальта, ни хотя бы выйти на его след. Разведчики даже не знали, ведут ли демоны хоть какое-то расследование произошедшего. И если первое вполне вязалось с утверждением о гибели Владыки, то второе — нет.

Разве не должны были его последователи жаждать мести? Разве погоня за дерзким убийцей с целью покарать не являлась их прямым долгом? Почему демоны не предпринимали абсолютно ничего? Им было плевать? Или им… запретили?

И хотя эти факты намекали на то, что смерть была фальшивой, с каждым днём настроение Райды, незаметно даже для неё самой, портилось всё сильнее. Непонимание, сомнения, подозрения. Они сплетались воедино в тугой и тяжёлый ком с копошившимся где-то на задворках её разума червём мрачного предчувствия, питая и взращивая его.

Дни ожидания момента, когда прибудет старик, становились всё тягучей, давя безвестностью и рутиной. И когда по лагерю разнеслось: «Прибыл протектор Фальт!», девушка даже подскочила со своего стула, не сдержавшись, но тут же взяла себя в руки и села обратно, благо в тот момент её никто не видел.

— А вот и я, генерал, — Фальт, вошедший спустя минут двадцать после прибытия в лагерь, выглядел всё так же, как и две недели назад. Ни единой раны или следов тяжёлого боя. — Надеюсь, до вас уже дошли новости?

— Сомневаетесь в скорости работы разведки Империи? — хмыкнула Райда, откладывая в сторону рабочие бумаги. — Итак, можно поздравить вас с успехом?

— Хмм… — старик в запылившемся с дороги костюме, задумчиво пригладив бороду, взял у стены шатра стул и устроился напротив Райды. — Невероятно сложный вопрос, генерал. Можно ли считать успехом результат, не принесший удовлетворения? Если говорить о задаче, поставленной Императором, то я её выполнил. Владыка демонов более не помеха нашим войскам. Что до моих личных интересов… — Фальт опечаленно вздохнул. — То я испытываю лишь неимоверное разочарование.

— Разочарованы победой? Почему же?

— Я надеялся получить сильного, интересного противника, но мои ожидания оказались слишком завышенными, — недовольно скривился протектор. — Возможно, он просто не успел освоиться со своими способностями. А может, я невероятно недооценивал превосходство предопределённости над силами этой богиньки… Хотя, это уже не важно. Владыка мёртв, его душа разорвана и вы можете открыть бутылку вина в честь избавления от этой головной боли.

— Что вы сказали? — внимание Райды зацепилось за странную реплику Фальта. — Душа… разорвана?

— Ах, да, вы же не знаете, — снисходительно усмехнулся старик. — Убить апостола не так уж просто. Даже если его тело будет стёрто в труху и развеяно по ветру, бог-покровитель способен возродить своего посланника, если обладает достаточной силой. А потому, убивать нужно не тело, — хищно ухмыльнулся протектор. — А душу.

— И как же вы это сделали? — спросила девушка, стараясь не выказывать мрачные тучи, что принялись окутывать её разум.

Эта история нравилась ей всё меньше и меньше, но Райда старалась не идти на поводу у эмоций и начала раздумывать над тем, с какой вероятностью заявление могло оказаться бреднями впавшего в маразм старика.

— С помощью своего клинка, разумеется, — улыбнулся Фальт и похлопал ладонью по рукояти висящего на поясе меча. — Но большего я не расскажу даже вам, генерал. Только с согласия Императора. Так как на счёт вашего отличного вина? Вы отпразднуете победу, а я смою свои печали.

— Мне доложили, что вы захватили трофей, — Райда ответила после небольшой паузы, оставив без внимания предложение выпить. — Я хотела бы взглянуть.

— О, конечно, конечно! — радостно закивал старик и встал со стула. — Пройдёмте, я оставил его прямо у входа.

В мыслях Райды творился бардак. Её уверенность в том, что Владыка демонов ради каких-то целей инсценировал свою смерть, невольно покрывалась трещинами. Но она всё ещё сомневалась в словах протектора. Возможно, он бредил. Возможно, он ошибся и сразился не с тем. С поддельным Владыкой, иллюзией, двойником, но не с настоящим Нотаном. И если трофей Фальта был способен пролить на это свет, она желала увидеть его как можно быстрее.

Снаружи командирского шатра, под охраной пары рядовых, лежал длинный, замотанный в грязное, бурое полотнище куль, в очертаниях которого угадывалась человеческая фигура. И Райда ощутила в сердце чувство, которое, казалось, на своей должности она давно позабыла. Тревогу. Тревогу перед тем, что ожидало её впереди. На миг ей стало даже смешно. Пока что у неё не было ни единого твёрдого доказательства смерти Владыки демонов, кроме слов Фальта. С чего она вообще начала так переживать? Почему… почему на её сердце вдруг стало так тяжело?..

— Солдат, откинь ткань, — скомандовал Фальт, остановившись возле своего груза.

Приблизившись, Райда поняла, что бурый цвет тряпки у неё не с рождения, а из-за смеси крови и дорожной пыли, что её пропитали. И когда боец оттянул угол тряпья, весь клубок запутанных мыслей в её голове сменился одной-единственной. Холодной и удивительно спокойной.

Это он.

Измазанный запёкшейся и засохшей кровью, обильно изливавшейся изо рта и раны на груди.

Это он.

Смотрящий в небо застывшим взглядом, в котором, как казалось ей, всё ещё бушевала яростная жажда жизни и победы.

Это он.

Человек, породивший в ней пламя обжигающего влечения и бросивший вызов всей Империи, глядя прямо в её глаза.

Это он.

Ставший безмолвным мертвецом.

Та часть разума, что старалась оставаться рассудительной, пыталась убедить девушку, что тут всё ещё могло быть место для подлога. Другая часть уже была твёрдо уверена, что это тот самый мужчина, сидевший напротив неё за круглым каменным столом.

— Вы уверены, что это настоящий Владыка демонов? — спросила она и не узнала собственный голос.

Почему её это так задело? Почему вдруг проснулись эмоции, которые она похоронила давным давно, у могилы матери, дабы они не мешали её продвижению к званию генерала Империи?

Слабые — погибают. Раз он погиб, значит, был слаб. Её не должна заботить судьба слабака. Не должна.

Но разве он был слаб? Ей померещились тысячи мёртвых тел её солдат, увечья и ранения, страх, поселившийся в душах выживших? Ущерб, который понёс браллакский фронт из-за его ударов, тоже выдумка? Почему тогда он проиграл так легко?

— О, абсолютно, — кивнул в ответ Фальт. — Клинок… Впрочем, это неинтересные детали. Я гарантирую, что сражался с настоящим апостолом.

— Что ж, тогда я вас поздравляю с успешно выполненным заданием, — взяв себя в руки, Райда подарила старику вежливую, сдержанную улыбку. — С радостью разделю с вами победное вино, но вечером. Сейчас, увы, много дел. Да и вам стоит… отдохнуть с дороги.

— Что ж, вы абсолютно правы, генерал, — протектор критически оглядел своё одеяние и попытался стереть особенно большое пятно с рукава.

— Рядовой, проводите протектора к квартирмейстеру. И у него же запросите материалы или готовый ящик по размеру тела. Я ведь полагаю, вы хотите доставить его Императору? — повернулась она к Фальту.

— Всё верно, — кивнул тот. — Его Величество лично хотел взглянуть на тело недруга, оставившего столько проблем. Кстати говоря, он хотел бы видеть и вас в моей компании.

Услышанное крайне удивило Райду и немедля породило вопросы. Император хотел вернуть её в столицу? С какой целью? Она точно не впала в немилость. Те, кто терял фавор правителя Империи, узнавали об этом мгновенно. Тогда в чём заключался повод?

— Давайте обсудим это вечером.

Проводив взглядом удаляющуюся в сопровождении солдата фигуру Фальта, Райда ещё раз посмотрела на лицо Владыки демонов. Хотя со дня его смерти прошла неделя, магия в теле ещё удерживала плоть от разложения. Это был известный фиарнийцам эффект. Тела мёртвых магистров могли лежать до пары недель в нетронутом состоянии. Что до Нотана… Девушка полагала, что он сможет продержаться ещё больше месяца.

— Накрой тело, — скомандовала она солдату и добавила. — Любопытных не подпускать.

— Есть!

Хотя Райда сказала Фальту, что она занята, генерал не вернулась в шатёр, а отправилась бродить по лагерю.

Её возлюбленный Владыка демонов, которого она так мечтала завоевать, мёртв. Теперь он никогда не падёт к её ногам. Не порадует её упорным сражением умов. Её цель и причина наслаждаться жизнью, исчезла. Что теперь ей делать дальше?

Сможет ли она найти достойную замену этой цели, что смогла бы вновь принести яркие краски и это незабываемое чувство любви в её сердце? Появится ли в её жизни новый враг, способный сиять так же ярко и ослепительно?

Обуреваемая этими мыслями, она потеряла счёт времени, блуждая по лагерю, и сама не заметила как ноги завели её в шатёр с коллекцией. Той коллекцией, главным экспонатом которой должен был стать он.

— Пощадите!..

— Накажите!..

— Госпожа!..

— Умоляю!..

Рассеянно обведя взглядом этих червей, извивающихся на полу в цепях и ползущих к её ногам, она лишь бросила короткое:

— Никчёмный мусор, — после чего вышла наружу.

Мир Райды потускнел и померк. Ему требовалась звезда, что наполнила бы его красками и светом, что стала бы маяком для стремлений девушки. Подняв голову к небу, спонтанно и внезапно для самой себя, Райда пробормотала:

— Все говорят, ты существуешь, да? Тогда почему твой апостол проиграл этому старику? Твои силы всего лишь шутка? Он говорил, что ты защитишь от нас этот мир, но не защитила даже его одного?! Бесполезное ничтожество! — её лицо скривилось в презрительной гримасе. — Если ты правда богиня, сейчас самое время доказать, что ты на что-то способна!

Глава 1. Возможность выбирать

По какой-то причине я всё ещё существовал. Я делал этот вывод на основе сентенции «Мыслю — значит, существую». В конце концов, это единственное, что я ещё мог. Однако, имея одну лишь возможность мыслить и лишившись всего остального, я начинал считать это заявление чересчур смелым. Так что, лично по моему мнению, даже существованием моё текущее состояние могло называться лишь с натяжкой. Я был изорван. Раздроблен. Разбит на тысячи осколков и брошен в густую липкую тьму. Она медленно поглощала меня, переваривала, словно стремилась сделать частью себя. Частью пустоты. Частью Ничто.

Но я всё ещё осознавал себя. Осознавал каждый клочок своего духа. Хотя, быть может, правда была иной и это клочки всё ещё пытались считать себя единым целым по старой привычке, создавая иллюзию самоосознания. Правда ли «Я» находился тут? Или же настоящий «Я» находился в другом осколке души, объятом алчным омутом тьмы, а я — всего лишь эхо прежних мыслей и стремлений?

Наверное, это всё уже не важно. Рано или поздно остатки моего сознания сольются с пустотой и больше ничто не будет иметь значения.

Жаль.

Жаль, что я ничего не успел. Впервые я занимался чем-то, что разожгло во мне азарт и интерес, но оказался слишком слаб, чтобы пройти этот путь до конца. Хотя, я оставил неплохое наследие. Технологические идеи, подсказки по развитию, знания. Если тельварцы смогут воплотить хотя бы часть из них, баланс сил может пошатнуться. Может быть, однажды они даже победят. Было бы славно…

Сколько я находился тут? Короткий миг? Неделю? Или целые месяцы? Мысль мимолётна, но в месте, где отсутствует время, может быть бесконечной. Как бы там ни было, я не надеялся на воскрешение. Откуда-то во мне находилось твёрдое понимание, что после смерти от того клинка уже не вернуться в мир живых. Он что-то сделал с моей душой. Подавил, изорвал в клочья и забросил в это странное место. Медленно истаивать посреди неподвижного, застывшего ничто. Так что мне оставалось лишь принять этот исход и ожидать, пока океан тьмы не закончит свою работу. Учитывая, насколько эта смерть отличалась от всех предыдущих, кажется, у меня не получится даже сказать пару прощальных слов Аллегри. Поблагодарить за шанс пожить ещё одной жизнью. Извиниться.

Имелся ли хоть один, крохотный шанс на то, чтобы выбраться отсюда и вернуться к друзьям? Наверное, чтобы его получить, я должен был как-то собрать свою душу воедино. Но что я мог? У меня больше не было рук, которыми я мог бы тянуться к осколкам себя. Я лишился ног, с помощью которых мог бы до них дойти. Будь у меня зубы, я бы вгрызался ими в эту тьму, чтобы ползти и даже радостно издавал бы при этом звук «Вака-вака». Что угодно, лишь бы это могло помочь.

Но всё, что мне оставалось, это безмолвно взывать к осколкам души и надеяться, что в этом мире без движения сдвинется хоть что-то и одни кусочки смогут соединиться с другими, чтобы вместе противостоять голодной пустоте.

Никогда ещё фраза «Соберись, тряпка» не была для меня столь актуальна.

Тьма. Пустота. Ничто.

Как долго я тут? Почему эта пытка всё ещё продолжается и никак не закончит мой путь? Множество раз я пытался взывать к частям своей души и столько же сдавался после отсутствия результата. В этом бесконечном цикле мне начало казаться, что они и правда стали ближе друг к другу. Но это была ложь. Самообман угасающего сознания. Несколько раз я словно проваливался ещё глубже в этот чёрный океан, забывая себя, но позже всё таки обретал ясность мыслей.

Как же не хочется исчезать вот так. В темноте и безвестности. Не увидев напоследок лица друзей и любимых. Не обняв. Не коснувшись. Не…

Касание. Немыслимое в этом месте чувство, почти стёртое из памяти хищной темнотой. Оно пронеслось по моему разуму ослепительной вспышкой, сравнимой по яркости с молнией в безлунную ночь. Меня что-то коснулось? Как? Невозможно! Что…

Осколок. Одинокий, крохотный осколок души каким-то невообразимым образом прицепился к другому, вызвав этот разряд. Неужели… у меня получается?

Ещё одна вспышка ослепила моё сознание, а потом ещё и ещё. Разрозненные обломки начали всё быстрее и быстрее притягиваться друг к другу, словно превратившись в россыпь магнитов.

Нет, не похоже, что это было плодом моих усилий. Вместе со вспышками касаний я начал ощущать, как нечто обволакивает осколки моего сознания. Что-то тёплое и дружественное, светлое, отгоняющее липкую тьму. И когда оно окутало все фрагменты, те единым рывком соединились воедино, заполняя мой разум невообразимой, зашкаливающей вспышкой.

Когда я пришёл в себя, вокруг уже не было опостылевшей тьмы. Я обнаружил, что сижу в кресле, стоящем посреди утопающей в тенях комнаты. Её стены были сплошь увешаны старинными часами с гирями и маятниками. У некоторых часов гири висели поднятыми до предела, у других они практически касались пола. Маятники, отблёскивая красно-оранжевым, покачивались невпопад. Одни делали это быстрее, другие медленней. Некоторые висели неподвижно и не всегда строго перпендикулярно полу.

То же самое касалось и стрелок на странных циферблатах, ни один из которых не мог похвастаться обычными двенадцатью цифрами. Их украшали десятки, а то и сотни делений, нанесённых хаотично, неравномерно. Самих стрелок всегда было не меньше пяти. Какие-то стояли неподвижно, какие-то крутись так быстро, что напоминали пропеллер, и не только в привычном направлении. А на одних часах стрелки и вовсе стояли абсолютно все, а крутился сам циферблат.

И всё это происходило в абсолютной тишине.

— Как тебе экскурсия в Первородный Хаос? — раздался чуть в стороне смутно знакомый голос и, повернув голову, я обнаружил поблизости ещё одно кресло.

В нём сидела высокая девушка в закрытом чёрном платье. С нашей последней встречи она ничуть не изменилась. Всё тот же крупный, туго натягивающий платье, бюст. Золотистые волосы, волнами ниспадающие по плечам, босые ноги, закинутые одна на другую. Разве что неожиданно добавились круглые тёмные очки. Но, так как девушка сидела чуть сбоку от меня, я видел, что её взгляд устремлён на многочисленные циферблаты.

— Это был Хаос? — слегка удивился я. — Разве он не должен выглядеть как… — я поднял руку и рассеянно пошелевил пальцами в воздухе. — Даже не знаю, цветастая мешанина всего и вся?

— Заблуждение человеческого восприятия, — пожала плечами Эрешкигаль. — Хаос — это не воплощение беспорядка, как привыкли думать вы, а абсолютный порядок, определённый пустотой и несуществованием. Всё, что по каким-то причинам не может несуществовать, выкидывается из Хаоса как помеха порядку пустоты. Полагаю, оттуда и пошло выражение «Порождение Хаоса». Хаос позволяет родиться тем, кто нарушает порядок, но сам он является его воплощением.

— Сложно, — честно признался я, задумчиво глядя на свою руку. Я снова выглядел как «Я», пускай и немножечко голый, но в то же время ощущал и видел себя как собранного из множества кусочков, держащихся друг за друга каким-то чудом. Словно собранный из магнитных шариков человечек. Слегка надави — и он изменит форму, сомнётся, скомкается. — А экскурсия паскудная была, — я поделился с Эрешкигаль своими впечатлениями. — Мне не понравилось. Паршивое место этот ваш Хаос, тёмное и конкурсы не интересные.

— Довольно смелое описание для колыбели первых Богов, — усмехнулась Богиня Смерти и скосила на меня взгляд. — Итак, что, по твоему, будет дальше, мальчик?

Я задумчиво поднял взгляд к тёмному потолку.

— Даже не знаю. Раз я попал на приём сюда, а не к Аллегри, наверное, это действительно конец. С другой стороны, не слишком ли много чести вытаскивать такого как я сюда? Мне показалось, это довольно хлопотное дело.

— Очень хлопотное, — кивнула Богиня. — Если бы я не подозревала подобный исход и, как говорят в твоём мире, не подстелила соломки, твоя душа исчезла бы практически мгновенно.

— Стоп. Стоп-стоп-стоп, — тут же вскинулся я. — А можно немного подробнее?

— Подробнее… — вздохнула Эрешкигаль. — Как ты знаешь, у богов есть различные силы. У Аллегри — сила Случайностей. У меня или, например, Либитины, сила Смерти. У кого-то вроде Гефеста — Созидание. Иштар повелевает Вожделением, заставляя одновременно как предаваться страсти, так и развязывать войны. Богов великое множество, как и их сил. И тебя, мальчик, убили Предопределённостью.

Осознание смысла слов, сказанных Эрешкигаль, заняло у меня время. Не сразу до меня дошло, на что намекала Богиня Смерти. А к тому моменту, когда я это понял, она уже пояснила всё сама:

— Мне давненько казалось, что кто-то медленно пытается лишить Аллегри сил и, возможно, даже уничтожить. Но это были лишь догадки, основанные лишь на интуиции и предчувствии. Но теперь, когда в дело вмешалась ещё одна божественная сила, сомнений уже нет.

Я внезапно обнаружил, что кресло Эрешкигаль уже не стоит сбоку от меня, а находится напротив. И, хотя теперь глаза Богини были скрыты тёмными стёклами очков, я отчего-то не сомневался, что её взгляд направлен прямо на меня. Зачем ей вообще эти очки? Стоп, я вообще не о том думаю!

— Погодите… На Аллегри нацелился другой бог?

— Возможно, не один. В конце концов, далеко не всем по нутру её сила. И говори со мной на «ты». Мне нравится, как легко ты общаешься с Легри. Хочу так же, — неожиданно заявила она.

Вот только меня пока беспокоили совсем другие вещи.

— Охре… Стоп, а как я вообще выжил тогда? Что за соломку ты подстелила?

— Помнишь второе умение, что я тебе подарила? — лукаво ухмыльнулась девушка. — Сказать по правде, я сделала это спонтанно и в шутку, но благодаря ему Легри смогла связать твою душу со своей, остановить распад и постепенно соединить осколки. Так что теперь… у тебя есть роскошь выбирать.

— Выбирать что?

— Свой дальнейший путь, — она сменила одну ногу на другую в своей позе и продолжила. — Обычная душа, после смерти своего тела, попадает в одно из Царств Мёртвых, где ожидает шанса на новое перерождение. Но твоя душа могла исчезнуть окончательно из-за поразившей её силы. Хотя Легри восстановила её, насколько было возможно, больше твой дух уже не будет прежним. Он хрупок. Неустойчив. Уязвим. Ещё одной такой раны он уже не выдержит и никакая божественная сила уже не сможет помочь. А потому я предлагаю тебе выбор.

Она медленно отвела в сторону левую руку и сбоку от кресла, подёрнув пространство рябью, возникла тёмно-синяя воронка, от которой ощутимо повеяло незнакомой мне силой.

— Войдёшь в этот портал и переродишься в маленьком спокойном мирке, где проживёшь новую жизнь, без войн и опасностей. Если же выберешь этот… — она отвела правую руку и по другую сторону возникла багрово-красная воронка. — Я отправлю твою душу обратно к Аллегри, где тебе придётся искать способ выжить в интригах нацелившихся на неё богов.

— Словно выбор таблетки… — пробормотал я и после этого чуть не подпрыгнул на месте, оценив происходящее. И тёмные очки на носу Эрешкигаль. — Погоди-ка! Она тебя покусала? Она тебя покусала, да? Заразила вирусом смертной культуры?!

— С кем поведёшься, от того и наберёшься, — без тени раскаяния хмыкнула Богиня Смерти, пожимая плечами.

Поняв, что сверлить её взглядом бесполезно, я, тяжело вздохнув, встал с кресла и направился к красному порталу.

— Какое быстрое решение. Ты уверен? Погибнешь ещё раз от рук врага — и уже не вернёшься. Не боишься?

— До дрожи в коленях. Мог бы — даже близко не лез бы во всё это.

— Но ты ведь можешь, — Эрешкигаль показала рукой на синий портал.

— Не могу, — помотал я головой. — Я ей обещал. И не только ей.

Эрешкигаль внимательно посмотрела на меня поверх тёмных стёкол и удовлетворённо кивнула:

— Всё таки у Легри хороший вкус. Тогда иди же, апостол! Иди и вновь неси во тьме огонь своего божества!

Сделав шаг к порталу и практически войдя в него, я остановился из-за неожиданно родившейся в голове догадки. С подозрением глянув на всё ещё висящий неподалёку синий портал, а потом на наблюдавшую за мной богиню, я решил спросить:

— Эрешкигаль, скажи честно. За тем порталом ведь нет никакого мира, верно? Мне кажется, ты слишком хорошо относишься к Аллегри, чтобы спустить с рук предательство и бегство. Если бы я выбрал его, то просто исчез бы с концами, да?

Богиня некоторое время молчала, воздерживаясь от ответа, но через пару секунд на её лице расцвела очаровательная улыбка, от которой так и веяло смертью.

Глава 2. Подушка для ног

Висящая перед глазами панорама бездонного звёздного океана казалась неправильной и искажённой. Она рябила и сыпалась на кубики помех словно повреждённый файл видеозаписи, превращая звёздную вуаль в беспорядочную мозаику, у которой постоянно путались и менялись местами кусочки. Но стоило один раз моргнуть — и наваждение прошло, словно ничего и не было. Передо мной предстал привычный вид на безмолвный космос, медленно проплывающий за пределами ротонды в обрамлении кольца из белоснежного мрамора.

Глядя с пола на это кольцо с расходящимися в стороны лучами-колоннами, я подумал о том, что оно стало символом. Символом одновременно как моей очередной гибели, так и немыслимо удачного спасения. Впрочем, удачного ли? Персонально для меня оно, вне всяких сомнений, определённо удачное. Но для Эрешкигаль и, во многом, для Аллегри тоже, это лишь результат предварительно предпринятых шагов и решений. Всё во вселенной чертовски относительно…

— Это самая интересная мысль, что смогла родиться у тебя в голове после спасения из Хаоса? — раздался усталый голос. — Довольно разочаровывающе.

Повернув голову, я увидел весьма впечатляющее зрелище. Трансформу. Плавный и величественный переход божественной ипостаси в человеческую, окружённый ореолом пространственного искажения. Парящее над полом ротонды непостижимое и сотканное из буйства энергий существо, от единого взгляда на которое мысли спутывались в хаотичный клубок, неуловимо меняло безумство законов мироздания на понятную и привычную сознанию девичью фигуру, по стройным изгибам которой змеями струились ожившие атласные ленты, сплетаясь в длинное фиолетовое платье. Из под приопущенных век Богини ещё лилось сияние непостижимой энергии, а распущенные волосы, трепетавшие за спиной, мягко переливались оттенками тёмной синевы, словно подсвеченные изнутри.

Удивительно. А это было так же красиво в прошлый раз? Вообще не обратил внимания ведь…

— Я, конечно, рада услышать в свой адрес хоть какие-то комплименты за всё это время, но кроносова отрыжка, как же я устала тебя склеивать! — вздохнула она, когда её ноги коснулись пола. — Ты не мог разлететься на кусочки покрупнее или что?

Хотя Аллегри пыталась хохмить, даже кому-то совершенно с ней незнакомому было бы ясно с первого взгляда, что её настроение далеко от бодрого. И это меня немного встревожило. Что такого должно совершить божество, чтобы вымотаться аки обычный смертный? Кажется, моё спасение обошлось дороже, чем представлялось поначалу.

— Давай ты не будешь забивать себе этим голову? — поморщилась демиургша в ответ на мои мысли и слегка отвела взгляд в сторону. — Спасла и спасла.

С её образа слетел последний флёр божественного сияния и теперь передо мной стояла обычная и привычная Аллегри, разве что в нетипичном для неё одеянии.

Встав с пола, я молча посмотрел на неё и потёр лицо руками, приводя себя и голову в тонус. В физическом смысле это не имело никакого значения, так как я был сейчас, по сути, бесплотным духом, но психологический эффект никто не отменял. Встряхнувшись, я зашагал прямо к Аллегри, твёрдо вознамерившись поставить точку в некоторых вопросах.

— Хм? Чего это ты задумал? — напряглась богиня, уловив мои мысли. — Не думаешь, что…

Похоже, она собиралась отчитать меня за возмутительную наглость, но я, подойдя вплотную, перешёл от намерений к действию и прижал богиню к себе, обняв от всего сердца.

— Ты что!..

— Спасибо, — твёрдо заявил я, постаравшись удержать забрыкавшуюся в объятьях Аллегри, от которой почти сразу начало веять угрожающей волной силы. — И прости.

Услышав это, богиня, кажется, передумала обрушивать на меня кару небесную и немного утихла.

— Балбес, — вздохнула она.

— Согласен, — кивнул я.

— Умудрился проиграть старику.

— Немыслимый позор, — не стал кривить я душой, хотя к «старику» имелся ряд интересных вопросов.

— И после этого ещё пытаешься выглядеть мужиком.

— У нас натура такая.

— Прижиматься голым к своей Богине это тоже натура? — ехидно поинтересовалась она.

— Я не виноват, это издержки командировки в Хаос, — пожал я плечами. — Кроме того, что есть одежда для бесплотного духа, лишившегося смертного тела? Не более, чем иллюзия!

— Тоже мне, философ выискался, — фыркнула Аллегри и беззлобно оттолкнула меня.

На этот раз сопротивляться я не стал и послушно сделал пару шагов назад.

— В целом, ты, конечно, прав, но если будешь расхаживать в таком виде, Эри надо мной лет десять глумиться будет, — похихикивая, заявила она. — А если бабуля заглянет, то развоплощением не отделаешься. Так что надо бы тебя всё же приодеть. Вот только во что? — слегка задумалась богиня. — Ты тут надолго теперь.

— В смысле, надолго? — напрягся я.

— Погоди, сейчас всё поясню, — отмахнулась Аллегри. — Но сначала с твоим видом разберусь. И кстати, а почему я в платье?..

Облик богини сменился совершенно неуловимо. Вот я поглядывал на мягкие переливы света на складках атласной ткани, а вот Аллегри уже стоит в своей любимой толстовке и коротких шортах.

— Так, а теперь ты.

Повернувшись ко мне, богиня показушно щёлкнула пальцами и моя астральная тушка оказалась запакована в привычный уже камзол.

— Так, нет, этот твой наряд мне уже порядком поднадоел, — недовольно скривилась Аллегри и щёлкнула ещё раз. — Может быть так?

Я обнаружил себя в белоснежном костюме-двойке, такого же цвета туфлях и расстёгнутой на несколько пуговиц бордовой рубашке со стильным воротником, торчащим поверх лацканов пиджака.

— Я тебе что, якудза какой? — спросил я, с сомнением разглядывая свой новый облик. — Выглядит стильно, конечно, но можно что-то более… домашнее?

— Домашнее, говоришь? — Аллегри скорчила задумчиво-забавную рожицу. — Ну тогда вот так.

Возможно, мне стоило держать язык за зубами. Ибо гавайская рубашка, в которой я оказался, выглядела настолько ярко-кислотной, что, казалось, могла бы растворить в своей кислоте даже само Мироздание. Я даже не мог понять, какой узор на ней изображён, ибо чувствовал, что при малейшей попытке вглядеться в него я рискую своим здравомыслием. Шорты с рисунком закатного океанического побережья, к счастью, рассудку не угрожали, но… Качающиеся на ветру диско-пальмы? Серьёзно? Они ведь правда покачиваются! Одни только сланцы оказались вполне обыденными. Тёмно-синими. В каком-то смысле это даже разочаровывало.

Вполне довольная моей реакцией, Аллегри ухмыльнулась и зашагала к дивану.

— А теперь идём, поговорим о делах насущных! — приглашающе махнула она рукой, зовя за собой.

Плюхнувшись на свой диван, она блаженно вытянула ноги и растеклась по нему бесформенной амёбкой.

— Оооо, хорошо то как, — зажмурилась богиня. — Как же я по нему соскучилась. Не думала, что жалкая пара недель может стать такой возмутительно долгой. Да ты не стой столбом, присаживайся, — похлопала она рядом с собой.

— Пара недель?.. — неуверенно переспросил я, перемещаясь на диван.

Хотя, пока я плавал в пустоте, понятие времени для меня полностью исчезло, после возвращения в более-менее привычный мир я почему-то начал считать, что провёл там не так уж много времени. Но… Я умер уже две недели как? Стоп, а что с моими!..

— С твоими друзьями и женщинами всё в порядке, — успокоила меня Аллегри, перехватив мысль на полпути. — Когда тебя прибили, я послала предельно убедительное видение всем, кому могла, чтобы оградить их от глупых и бессмысленных идей вроде мести. Так что они целы и невредимы. Твоих гоблинов тоже успели воскресить. Все в тревоге и печали из-за случившегося, но стараются верить в твоё возвращение, которое я им пообещала.

— …Но с которым имеются большие проблемы, верно? — вопрос родился сам собой, учитывая её недавнюю ремарку про «надолго».

Аллегри какое-то время молчала, глядя на плывущие над головой звёзды.

— Да. Увы, пока что я не могу отправить тебя обратно. На то есть ряд причин, — она лениво пошевелила рукой. — Первая — в данный момент твоя душа не выдержит переноса в физический мир. Я удержала её от распада и собрала воедино, но у меня не осталось достаточно сил, чтобы сделать её стабильной. Ты и сам видишь, наверное, что выглядишь как мозаика.

На это мне оставалось лишь кивнуть, я прекрасно понимал, что она имеет в виду.

— Я продолжу процесс, когда восстановлю силы, но это займёт время. Вторая причина — ты успел прожить в Тельваре достаточно долго, чтобы оказаться под воздействием законов отрицания. Хотя тебе удалось их пошатнуть, распространяя веру в меня, этого пока маловато чтобы провернуть такой трюк как истинное воскрешение на трупе двухнедельной давности. Связь с душой была разорвана слишком долго. Вы теперь… скажем так, две совершенно чуждые друг другу вещи. Если кратко, то тебе придётся сидеть тут и ждать, пока влияние Тельвара на твою душу не ослабнет. После этого я создам тебе новое тело и отправлю назад через пару лазеек, как в прошлый раз.

— И долго придётся ждать? — спросил я, предчувствуя главный подвох.

— Не знаю, — честно ответила богиня, взглянув на меня. — Год? Пять? Десять? На самом деле, думаю, не дольше года, всё таки ты прожил там не так уж долго.

Я молча откинулся на спинку дивана и уставился на звёзды, так же как незадолго до этого поступила Аллегри.

— Это катастрофа, — с лёгкой обречённостью пробормотал я. — Мы не можем столько ждать. Тот, кто на тебя нацелился, точно не будет сидеть, сложа руки, и попробует воспользоваться эти ослаблением.

— Откуда ты… — удивлённо встрепенулась Аллегри, но быстро обмякла. — А, Эри. Понятно. Ну… Тут тебе не стоит беспокоиться слишком сильно. Я — внучка Тиамат, младшая дочь Нюкты и та, кто носит в себе силу Случайностей. Даже самый безумный бог не решится выступить против меня напрямую, чтобы не подвергать опасности свою Судьбу. Всё, что им остаётся, это действовать руками смертных, дабы не показывать собственных лиц.

— Но они показали свою божественную силу. Разве это не…

— Богов Предопределённости больше пятидесяти, — помотала головой богиня. — А у нас пока нет даже первой буквы имени того, чью силу получил Фальт… Мда. Но как же ловко меня обдурили, моё почтение!

Отлипнув от спинки, Аллегри с наслаждением потянулась, после чего скинула с себя кроссовки и завалилась на диван с целью полежать. А свои пятки беззастенчиво водрузила прямо мне на бёдра.

— Ты хочешь породить во мне новый фетиш? — задумчиво спросил я глядя на то, как она рассеянно шевелит пальцами ног.

— Да на здоровье, — зевнула богиня и показушно вытянула одну из ног, подняв повыше. — Восхищаться своей грудью я тебе уже разрешила, можешь теперь восхвалять и мои ножки.

— Что делать-то будем? — спросил я, взглянув на её лицо.

— Ждать. Копить силы. Собирать информацию, — чуть помолчав, она добавила. — Вообще-то ты прав в том, что мои недруги могут сделать ход в ближайшее время. Ты разжёг в Лаграше неплохое пламя, поддерживающее восстановление моих сил. Я бы на их месте постаралась затушить его как можно быстрее.

— О, нет… — осознание пронзило меня ледяной иглой.

— Нужно найти способ отправить тебя обратно в ближайшее время. Думаю, у нас в запасе месяца два-три. Если сильно повезёт, то до конца зимы, но я бы на это не уповала. К кому бы обратиться?..

— Эрешкигаль? — логично предположил я её подругу.

— Ты, конечно, у Эри в фаворе, но мой долг перед ней и без того уже велик, — вздохнула Аллегри. — Не хочу влезать в новый, не разобравшись с прошлым.

— А что на счёт твоих родственников? Они, кажется, весьма могущ…

— Забудь, — решительно отрезала богиня и со смущением добавила. — Я не говорила им, что у меня возникли проблемы с моим первым же миром.

— Чтобы шею не намылили за разгильдяйство? Понимаю, — кивнул я.

— Эй, — раздалось угрожающее.

— Но я тебе хочу сказать, что девяносто девять процентов подростковых проблем решались бы куда быстрее и проще, если бы о них рассказывали роди…

Прямо под мои астральные рёбра вонзился большой палец ноги. И это оказалось очень болезненно.

— Мне больше трёх тысяч лет, сопляк, — палец углубился в тело ещё сильнее. — Ты кого жизни учишь?

— Всё, всё, молчу! — признал я поражение.

— То-то же, — наставительно проворчала Аллегри и перестала меня терзать. — Ладно, это моя головная боль, не твоя. Что-нибудь придумаю.

Некоторое время мы молчали и таращились на звёзды. Аллегри явно размышляла о том, как распутывать проблему, а я… ощущал себя бесполезной подушкой для ног и даже не знал, что сказать. Что я вообще мог в данный момент?

— Слушай, а что вообще за хрен с горы этот Фальт? — не выдержал я, когда молчание стало совсем уж гнетущим. — У тебя есть догадки как он получил божественный артефакт в обход тебя?

— Ну… Вообще-то есть, — с заметной неохотой ответила она. — Я примерно поняла схему, с помощью которой враги это всё провернули. Но дабы тебе стали понятны все детали… наверное, мне стоит рассказать о двух апостолах, что были до тебя. А особенно о Фальте.

Глава 3. Планы на будущее

Это был довольно забавный факт, но я ни разу не задумался о том, что до меня могли быть другие апостолы, хотя Аллегри в своё время чётко озвучила возможную частоту проведения ритуала Призыва Героя — раз в пятьдесят лет. Я не считал себя первым, единственным и неповторимым, но мысль о предшественниках даже не приходила в голову. Как-то не до того было.

Мне не приходила, а Аллегри помалкивала и о них не распространялась. И причину этого молчания я понял, едва услышав её рассказ. Мало кто любит делиться своими неудачами.

Первым апостолом Аллегри оказался орк из некоего похожего на Тельвар мирка. Могуч, зелён и отважен. Но не очень умён. Был он героем родных земель и боролся против местного владыки зла, но до победы самую малость не дожил, доблестно прикрыв товарищей от Последнего Заклинания врага. Свой перенос в Тельвар и полученное задание он воспринял с энтузиазмом… И с тем же энтузиазмом его провалил, погибнув уже через неделю.

Орк был исключительно хорош во многих аспектах. Сильный воин, врождённая стойкость к магии, ускоренная регенерация после ранений. А с копьём, щитом и в комплекте тяжёлых позолоченых доспехов, созданных Аллегри, он вовсе превращался в ходячую крепость.

Проблема оказалась в товарищах, а точнее в их отсутствии. Очутившийся в новом и незнакомом мире орк так и не успел обзавестись командой верных соратников. А они ему были ой как нужны. Ибо в прошлом мире боевые друзья не только прикрывали спину, но и всячески ограждали орка от всяких проявлений его зашкаливающей доблести. Например, попыток выйти и на рассвете схлестнуться в одиночку со всей вражеской армией, дабы об этой славной битве слагали легенды.

В Тельваре остановить его оказалось некому.

Аллегри пришлось оставить его без присмотра дня на четыре, выполняя какое-то поручение бабули. Она не думала, что за подобный срок что-то может случиться. Но за эти четыре дня орче не только успел словить очередной приступ доблести, трансформировавшийся в неудержимое желание вершить подвиги и спасать невинных, но и умудрился отыскать себе достойную мишень для реализации этого желания.

Вернувшаяся в свою обитель Аллегри застала его как раз в тот момент, когда он, ревя боевой клич, на всех парах нёсся в самую гущу фиарнийской дивизии с копьём наперевес. Не успев толком освоиться с артефактным доспехом и развить его, само собой. Технически, в тот момент он ещё мог остановиться и отступить… если бы богиня смогла достучаться до его охваченного жаждой боя и справедливости разума. Но орк был слишком зациклен на своих идеях-фикс и вломиться ему в голову у Аллегри не вышло.

Спустя полчаса ожесточённого боя орк дал слабину под постоянным натиском вражеской техники и пал. Аллегри лишилась первого апостола.

Полвека спустя она сделала ещё одну попытку и призвала нового Героя. Мечника Фальта. И его появление несколько отличалось от обычного. Фальт не погиб в родном мире, как это было со мной или орком. Ритуал выдернул его целым, живым и невредимым, доставив вместе с духом и телесную оболочку. На тот момент богиня не придала этому значения, так как заклинание призыва действительно могло поступить подобным образом, хоть это и было редкостью. Но теперь она подозревала, что кто-то извне смог вмешаться в ход ритуала и впихнуть туда свою пешку.

Как бы там ни было, поначалу всё шло довольно гладко. Первую пару недель Фальт осваивался в мире, впитывал информацию и вёл себя вполне воодушевлённо, помогая всем подряд. В его мыслях не проскальзывало ничего подозрительного, кроме некоторой неприязни к непривычным для него расам. Всё изменилось резко и в один день. Нить, что связывала Аллегри и её нового апостола, разорвалась. Проснувшись утром в таверне, Фальт в один миг отрёкся от покровительства богини и её сил. Без каких-либо предпосылок, раздумий — словно щелкнул рубильником. Или кто-то щёлкнул.

— В те дни я не смогла найти этому внятное объяснение, — Аллегри зевнула и почесала живот. — Даже в голову не приходил вариант, что это мог быть, как говорят на твоей родине, «спящий агент», заранее кем-то подготовленный. Просто очередная неудача, как мне казалось тогда. Жутко разозлилась, само собой, но ничего с этим сделать я не могла, кроме как следить за его передвижениями через оставшуюся на душе метку. Я подумывала сделать бросок на изменение его Судьбы, но побоялась ухудшить ситуацию. Но, думая об этом сейчас, может и стоило бы…

Она закинула одну ногу на другую и продолжила:

— Самая большая ошибка, которую я допустила тогда, заключается в том, что я не стала пересоздавать его тело из собственной силы. Дура. Обрадовалась даже, что сэкономлю за счёт этого энергию. Не поступи я так, у меня оставалась бы возможность развеять его тело и решить проблему в зародыше.

— А моё тело ты, значит, развеять можешь? — тут же спросил я с подозрением.

— А что, ты тоже хотел отречься? — нехорошо прищурилась Аллегри, глядя на меня, после чего фыркнула. — Не напрягайся так. Не давай мне повода и мне не придётся этого делать. Но да, я могу его уничтожить, если будет нужно. Впрочем, в твоём случае у меня есть ещё один рычаг воздействия, в случае чего.

— Это какой же?

— Твоя магия, — ухмыльнулась богиня. — Прошлые апостолы вместо магических сил попросили просто усилить их физические способности. Мне даже начинает казаться, что отважного качка-орка специально прислали первым, чтобы просьба Фальта позже не показалась мне подозрительной… Нет, это просто паранойя. Фальт — мастер клинка и, как и ты, из чуждого магии мира. Просьба не вызвала бы вопросов в любом случае. Но факт остаётся фактом — если бы Фальт получил от меня магические силы таким же методом как и ты, я могла бы в любой момент его их лишить, вне зависимости от того, отрёкся он или нет.

— А что насчёт артефакта? — спросил я, задумавшись. — Ты же дала ему что-то вроде тех дайсов?

— Угу. Меч Вероятностей, — кивнула богиня. — Но с артефактами есть проблема. Дабы смертный мог использовать божественное орудие, оно особым образом соединяется с душой владельца и переходит под его контроль. Бог-создатель остаётся источником силы артефакта, но лишается возможности управлять им напрямую. Там довольно сложная магическая система, я сама плохо представляю как она устроена. Тут надо спрашивать бога с силой Созидания. Но суть в том, что вмешаться в работу артефакта после передачи можно лишь при прямом контакте. С чем у меня, как ты понимаешь, проблемы. Единственное, что остаётся в таком случае — это перестать поставлять артефакту силу. Им всё ещё можно пользоваться благодаря магическому фону мира, однако этой энергии недостаточно для развития орудия, его эволюции по мере всё более тесного сплетения с душой.

— И что происходит с артефактом при смерти владельца? — не мог не спросить я.

— Да ничего особенного, в общем-то. Зависит от того, каким его создало божество. Некоторые просто исчезают. Другие лишаются силы и превращаются в обычный предмет. Доспехи того орка всё ещё бродят по рукам коллекционеров, кстати, — хмыкнула Аллегри и поёрзала, немного меняя позу. — Твои дайсы должны будут вернуться ко мне, если твоя душа развеется или отправится на перерождение. А вот меч Фальта превратится в простую железку. Ещё один мой промах, кстати… Если бы я сделала клинок возвращаемым, то точно знала бы, что старик ещё жив, когда его метка на душе исчезла.

— Кстати о мече, — нахмурился я. — Судя по названию, он должен обладать силой, схожей с Мастерскими дайсами. Но Эрешкигаль сказала, что меня поразили Предопределённостью. Как так?

— Фальт убил тебя не моим мечом, — вздохнула Аллегри и, подняв ноги с моих бёдер, перешла в сидячее положение. — Гляди.

Махнув рукой, она повесила в воздухе две проекции. Левая изображала красивый одноручный клинок, слегка отливающий синевато-фиолетовым с чёрно-синей рукоятью. Меч был похож на что-то европейское, но выглядел скорее как нечто парадное, а не боевое. Справа висел образ чёрно-красного меча с очень скромной, небольшой гардой и без особых изысков. И если бы кто-то спросил моего мнения, то выглядел он как что-то древнекитайское.

— Левый клинок — мой. И я перестала его чувствовать в тот же момент, когда с души Фальта исчезла метка. Понятия не имею, что с ним случилось. Красный — артефакт Предопределённости. И мне жутко интересно, как именно он оказался в Тельваре. Похоже, где-то есть щель. Крысиный лаз, который я не замечаю из-за состояния мира. Кроме того, есть ещё одна странность… Обычно артефакты такого ранга светятся словно лампочка для восприятия бога. Но я до сих пор его не вижу. Ни меч, ни Фальта. Что-то скрывает их от меня… словно они… не существуют, — задумчиво пробормотав это, Аллегри ненадолго погрузилась в размышления. — Ааа, как же бесит! Всё стало бы намного понятнее, если бы я могла спуститься в Тельвар!

— Ты смогла бы отыскать все эти лазейки?

— И смогла бы точно назвать все типы силы, что туда напустили, — мрачно уточнила богиня и взмахнула рукой, заменив проекции мечей огромной картой Тельвара, большая часть которой покрывало серое марево. — Смотри. Я называю это «туманом войны», он полностью закрывает от моего взора территории, где люды просидели дольше примерно года. Раньше я считала, что это следствие их чужеродности миру и отрицания моего существования, но теперь уверена, что причина рукотворная, как и в случае с Фальтом, только типы сил разные. Не берусь сказать, где что было применено. Сила Тайны. Лжи. Заблуждения. Вариантов хватает.

— Мда… — я окинул взглядом карту. — Успела же ты нажить врагов. Может лучше попытаться вспомнить, кому ты перешла дорогу?

— Эм… — смущённо кашлянув, Аллегри отвернулась в сторону и пробормотала. — С этим будут некоторые… сложности. Я раньше не отличалась хорошим поведением.

Сначала я хотел спросить о подробностях, но потом вспомнил слова, сказанные как-то Эрешкигаль. Про то, как Аллегри меняла шутки ради судьбы богов и устраивала бардак в их мирах. После чего все вопросы как-то сразу отпали.

Интересно, это видеоигры её так изменили или она просто переросла свой переходный воз…

Локоть сидевшей рядом богини вонзился в меня столь глубоко, что на миг мне показалось он вот-вот покажется с противоположной стороны. Нельзя же так с тяжело раненым! Сейчас на куски рассыплюсь!

— И поделом тебе будет, — сухо отрезала бессердечная демиургша. — Поваляешься на полу разбросанный. Подумаешь о смысле жизни, уважении, вежливости.

— Ашу… астить… апхпхпхпффф, — я не слишком успешно попытался извиниться.

Бездна, да почему же так больно-то? Я ведь уже мёртвый!

Фыркнув, богиня прекратила экзекуцию и, когда я немного пришёл в себя, наконец перешла к главной теме беседы:

— Итак, как мне пока кажется, произошло вот что. Когда я увлеклась играми, кто-то заметил, что мой контроль над миром ослаб и начал действовать. Сначала они нашли подходящий по уровню технологий и развития беспризорный мир. Мы называем так планеты, чей бог перестал существовать или просто бросил его на поживу Судьбе, отказавшись от прав на него. Я точно знаю, что он беспризорный, потому что пыталась найти божество родного мира этих тараканов, когда ситуация вышла из под моего контроля.

Она вывесила посреди ротонды изображение голубого шарика, похожего на Землю, но с иными материками.

— Это очень мудрый ход, кстати. Ведь если у мира нет божества, то и претензии предъявить некому, — хмыкнула Аллегри. — В общем, из того мира они забросили в мой горстку вредоносных микробов. Вероятно, таких же спящих, как и Фальт. Те понемногу копошились на своём отшибе мира, набираясь сил и не привлекая моего внимания. А потом начали откусывать от Тельвара кусочек за кусочком. Медленно, слишком не наглея. И в то же время, как я понимаю, начали подрывать мою религию. Процесс был малозаметным и постепенным, и я, увлечённая другими интересами, даже не ощущала как энергетическая отдача мира становится по чуть-чуть всё слабее.

Аллегри рассказывала это с заметной грустью, смотря чуть в сторону, словно бы в пустоту. Хоть я и считал её весьма легкомысленной, она явно переживала из-за случившегося. Впрочем, если бы она не переживала, то стала бы вообще возиться со спасением Тельвара? Учитывая, какого калибра были её родственники, и наличие паствы Рандома в других мирах, ей вряд ли грозило развоплощение. Она могла бы просто плюнуть на всё, подкопить сил и начать всё с чистого листа, учтя прошлые ошибки. Да, родители явно намылили бы ей голову, но это явно не того уровня причина, из-за которой она продолжала бы несколько сотен лет цепляться за отказавшийся от неё мирок.

— Переломным моментом стал удар фиарнийцев по арахни. Стремительная гибель целой расы не смогла пройти мимо моего внимания… но было уже поздно. Пожар вспыхнул. Тельварцы, чьи мысли уже оказались поражены ядом фиарнийских лазутчиков, в едином порыве начали отказываться от меня. Я хотела спуститься в мир, чтобы навести порядок… и лишь тогда поняла, насколько ослабла. Мир отворачивался от меня. Отталкивал. Всё, что мне удалось тогда сделать, это спасти императрицу арахни… И нет, твоя Шарли — не императрица, — хмыкнула она, перехватив мой невысказанный вопрос. — Ты давай уж сам найди ответ на эту загадку, а то будет не интересно.

Я тяжело застонал. Ну вот что ей стоило просто ответить? Не императрица… Стоп. Она сказала, что Шарлотта «не императрица», но не сказала, что «не арахни»? Это такой намёк? Но мне же говорили, что арахни выглядели иначе… Ничерта не понимаю!

И, судя по радостной ухмылке на лице Аллегри, именно так и должно быть.

Ясно. Понятно. Мои мучения для кое кого лишь увлекательное шоу.

— Ну а дальше, в целом, рассказывать уже нечего, — подытожила богиня. — Фальт, я думаю, был лишь подстраховкой на тот случай, если у меня появится кто-то вроде тебя. Даже не будь его, фиарнийцы потихоньку додавили бы остатки тельварцев. В целом, я не исключаю вариант, в котором его перевербовали уже после прибытия в мир. Это заняло бы куда меньше сил, чем вмешательство в ритуал… Но всё же мне кажется, что его готовили заранее.

Мда. Некислый получался переплёт. Чёртов шах, который готовили не одну сотню лет. Боги удивительно терпеливы, особенно мстительные. Хотя, что такое сотня лет для божества?

Ладно, это шах, но ещё не мат. Повоюем. Ну, по крайней мере, мне оставалось на это лишь надеяться. Ибо практически всё сейчас зависело от сидевшей рядом богини.

— Итак, каков наш план действий на ближайшее время? — поинтересовался я, переварив всё услышанное.

— Играть, — широко ухмыльнулась Аллегри, дав совершенно неожиданный ответ, и внезапно плюхнулась поближе ко мне, практически впритирку, извлекая на свет божий свою консоль. — Раз уж наметился внеплановый отпуск, я обязана познакомить тебя с парочкой шедевров. Ты будешь в восторге!

Глава 4. Да начнётся битва!

— Быть не может, я подбирала тактику против него целых четыре дня! — возмущалась Аллегри, заглядывая через плечо и всячески отвлекая от боя. — Как ты смог понять секрет с первой попытки?

Я яростно прожал комбинацию умений группы и пожал плечами, наблюдая за красочной анимацией результата.

— Даже не знаю. Интуиция, основанная на опыте? — хмыкнул я и выбежал из конуса атаки босса. — Готово!

— Будь ты проклят, Герой! — завыл из динамиков побеждённый Владыка Тьмы, получивший в лицо последнюю связку заклятий.

За моей спиной раздалось раздражённое сопение и Аллегри возмущённо прошлась несколько раз туда-сюда позади дивана. В целом, я понимал её чувства, но, как виделось мне, ей не стоило так уж из-за этого переживать. Мысль о том, что я играю немного лучше божества, само собой грела душу, но не сказать, что этот навык был поводом для гордости и полезным в жизни умением. Если так разобраться, больше мне похвастаться-то было и нечем.

— Пфф, — фыркнула демиургша, явно подслушав мои мысли. — Если ты думал, что это должно меня утешить, то глубоко заблуждаешься! А ну двигайся, сейчас я тебе покажу божественный навык клацанья по кнопкам!

Обойдя диван, она приземлилась возле меня и в её руках неожиданно возникла вторая консоль — точная копия той, что я держал в руках.

— Запускай МК! — с вызовом заявила она. — Устроим зарубу!

Зарубу? В файтинг? МК, видимо, её любимый, раз она выбрала именно его. А значит, наиграла немало. Ну что же, если несколько раундов помогут ей излечить задетую гордость, я только за.

Запустив игру, я подождал, пока Аллегри наладит соединение между устройствами, и принялся выбирать бойца. Интересно, кто у неё любимчик? На ком она наиграла двести тысяч часов? Если сделать правильную догадку, можно подобрать комфортную контру… Нет, план заранее обречён на провал, если она будет читать мысли. Надо верить, что она за честную игру, но, на всякий случай, готовиться к подвохам.

…Нет? Не последует никакого возмущения и упрёка, что я посмел усомниться в её честности? Неужели она и правда перестала заглядывать в мою голову на время соревнования?! Или просто хорошо делает вид и игнорирует мою провокацию?

Ладно, какой бы ни оказалась истина, намного интереснее будет отдать всё в руки Удачи и Судьбы. Случайный боец, я выбираю тебя! Обратный отсчёт дошёл до нуля и загрузилась арена.

Так-с, что тут у нас? Многорукий? Повезло! Я неплохо на нём наиграл в своё время. Даже помню все комбо до сих пор. А у Аллегри… Мммммм. Вообще-то, в обычной ситуации я должен был бы легко победить, но если это её фирменный боец, то мне придётся явно попотеть.

…А, нет, показалось.

Первый раунд я действительно проиграл, с непривычки путаясь в комбо. Аллегри сразу рванула в атаку, желая доказать своё превосходство, и обрушила на меня непрерывный град ударов и бросков. Я пытался отвечать, но, как оказалось, комбинации я помнил не так точно, как мне того бы хотелось, и лишь к концу раунда я более менее вспомнил базовые основы.

— Вот так-то! Мхахахаха! — торжествовала над ухом Аллегри, пока я обдумывал свои ошибки.

Может она и правда круто играет, но сливать без боя я точно не собирался.

Второй раунд начался похожим образом. Демиургша мгновенно рванула в атаку и мне пришлось попотеть, чтобы сдерживать её натиск, вот только перейти в контратаку никак не удавалось. Но в какой-то момент произошло странное. Быть может, Аллегри ошиблась в комбо? Или палец соскользнул с кнопки? Лаганула целестиальная локальная сеть? Причин могло быть множество, но в результате её боец не довёл до конца комбо с броском и просто замер. Такие ошибки я прощать не собирался и сразу рванул перехватывать инициативу.

— Эээй, куда! — немедленно завопила богиня.

Раунд оказался сложным. Блоки, подсечки, отступления и нападения, хрустящие от напряжения кнопки, яростно вдавливаемые в корпус. Аллегри играла отлично, без шуток отлично… Вот только, как мне показалось, немного терялась, когда упускала инициативу. И, в конечном итоге, я смог её одолеть. Правда и у меня под конец оставалось жизней максимум на один обычный удар.

Богиня, скосив на меня взгляд, раздражённо засопела, но ничего не сказала и приготовилась к третьему, решающему раунду.

На этот раз я поступил иначе. Оба прошлых раунда я начинал играть от обороны, но тут решил попробовать сыграть через нападение. Но не совсем так, как делала Аллегри, а отступив в самый последний момент и дав её встречному приёму поразить воздух, на миг открывая брешь в обороне.

В этот раз я одолел её куда увереннее. Заржавевшие навыки постепенно вспоминались, да и игра через нападение против богини оказалась очень действенной. После очередной цепочки ударов её здоровье опустилось до нуля и бойца красочно добили, разрывая пополам.

— Упс, — крякнул я, глядя на текущую по экрану кровь. — Повезло мне.

— Ещё как повезло, — ответила мне Аллегри, меча из глаз молнии. — Но второй раз тебе так не повезёт. Ещё матч!

Я кивнул. Ещё так ещё.

Итак… Если я выберу того же бойца, что и в прошлый раз, могу нарваться на заранее подготовленную ответочку. Почему-то мне кажется, что Аллегри будет готовиться именно к бою против него. Так что… Случайный герой, я снова выбираю тебя!

Второй бой. Третий. Четвёртый. Пятый.

Я не очень понимал, что происходит, но с каждым разом я побеждал всё легче и уверенней, хоть отчасти это была и не моя заслуга. Аллегри начинала каждый матч очень уверенно, буквально вкатывая меня в арену, но потом у неё неизменно происходила какая-то обидная заминка, позволявшая мне перехватить инициативу. После этого демиургша словно «сыпалась», и с каждым матчем нервничала всё больше и больше.

— Да что это такое вообще?! — вскипела богиня после шестого матча, точно так же проигранного со счётом один-два, как и все предыдущие. Только быстрее. — Признайся, ты что, проклят? Проклят на безграничную Удачу, да? У меня нет иных объяснений происходящему! Эфирная консоль не должна ломаться! Но у меня западают кнопки! Шалит соединение! Мигает экран! Это немыслимо!

— Может, у тебя просто день не задался? — я попытался осторожно утихомирить пылающую от возмущения Аллегри. — У всех бывают неудачные…

— Я в курсе, что я неудачница! Но это просто ни в какие ворота!

Эффект оказался полностью противоположным.

Вскочив с дивана и что-то злобно бормоча, девушка прошлась несколько раз туда-сюда, после чего вынесла свой вердикт:

— Меняем игру! На этот раз никакие кнопки запасть не смогут. Запускай третье Ремесло войны!

Мои брови удивлённо поползли вверх. Стратегия? Мне казалось, что её склад характера не слишком располагает к этому жанру, а потому я не ожидал подобного выбора. Тем более, есть ведь масса вариантов посовременней.

Так как спорить или задавать лишние вопросы могло оказаться себе дороже, я просто выбрал нужную игру и запустил её. На экране загорелось ностальгически знакомое меню, но в этот момент я немного засомневался, та ли это игра на самом деле? У неё ведь никогда не было консольной версии. Что с управлением?

— А, не беспокойся, — ответила на мой мысленный вопрос Аллегри. — Сконцентрируйся на экране и нажми такую последовательность кнопок: вверх — вверх — вниз — вниз — влево — вправо — влево — вправо — Б — А.

Последовательность? Интересно, а что она вообще должна делать? Консоль превратится в настольный компьютер с клавиатурой и мышкой? Минуточку, а это разве не код Кона… МММАТЬ!

Я внезапно оказался на промозглом поле брани, окутанном противным зелёным туманом. Неподалёку, опустившись краем в унылую лужу, валялся истыканный стрелами круглый щит, свидетель и участник прошедшей тут битвы. В нескольких шагах от него, покосившись в сторону, торчал штандарт. Красно-чёрное знамя на древке упорно сопротивлялось хлёсткому ветру, пытавшемуся его сорвать.

Поле не радовало разнообразием пейзажей. Жухлая трава, в которой прятались воткнувшиеся в землю стрелы, да грязные проплешины, на которых уже было почти не различить следы сражавшихся тут какое-то время назад. Всё сгладили ветер и дождь.

Какую-то живость вносили лишь изредка выглядывающие из тумана исполинские ели, да серая скала, у основания которой россыпью покоились валуны. Ставшие надгробиями тем, кто уже никогда не покинет это поле.

— Офигеть, — невольно выдохнул я и только после этого заметил на периферии зрения кнопки игрового меню.

Да это же виртуальная реальность!

— Можно сказать и так, — рассмеялась рядом богиня, но из-за царящей вокруг иллюзии казалось, словно её голос пришёл откуда-то из-за горизонта. — Попробуй пошевелить рукой.

Я выполнил инструкцию Аллегри и только после этого заметил, что в этом псевдомире я полностью лишён какого-либо визуального воплощения, а вместо руки в воздухе летала латная перчатка, до ужаса напоминающая обычный курсор.

— Управление не сложное, — продолжила демиургша. — Рукой обводишь отряды для выделения, тычешь пальцем куда им идти. Голосовые и мысленные команды тоже работают. При желании можешь вселиться в героя и управлять им напрямую. Симуляции боли нет. Ну, в общем, разберёшься. Так как я великодушная богиня, то ты можешь высказать пожелания по поводу карты и фракции. Ну, либо мы можем положиться на случайный выбор для всего.

— Давай случайный, — пожал я невидимыми плечами. — Так будет веселее.

Уже после того как мы начали сетевую игру и перед глазами побежала полоса загрузки я сообразил, какую каверзу подложила мне Аллегри. Выбор карты и фракций может и сделает машина, но что это значит для существа, способного манипулировать временем в своей обители? Готов на что угодно спорить — эта хитрая задница побывала на каждой карте из возможных, пока залипала в игру. А значит, она с самого начала будет в выигрышном положении, обладая знаниями о всех рудниках и иных ключевых точках интереса карты. Даааа, ловко, ловко, ничего не скажешь. Ну ладно, повоюем!

Итак, что же мне подкинул Рандом? Ага. Люди. И абсолютно неизвестная мне карта. Хотя, если так разобраться, я играл настолько давно, что даже известную бы не признал, так что какая разница? Никакой. Ведь единственное, что я всё ещё хорошо помню, так это вид ёлочек с высоты птичьего полёта. И могу заверить любого, что тут они всё так же хороши!

Управление и впрямь оказалось интуитивно понятным. Виси себе в небесах, изображай из себя божество, взирай на жалких крестьян, обречённых до конца дней своих трудиться на лесоповале, и тыкай перчаткой в кнопку постройки казарм.

Заготовка дерева, поиски рудников, первые отряды, патрули и разведка тумана войны. Воспоминания детства нахлынули на меня мощной волной и я погрузился в игровой процесс с головой, искренне им наслаждаясь и отвлекаясь на всякие мелочи. За что чуть не поплатился, совершенно забыв, что у нас тут матч, ставкой в котором была гордость целой Богини.

Отряды мертвецов появились у моей базы внезапно, вынырнув как раз с той стороны, которую я ещё не успел нормально разведать, и принялись крошить мою дорогую базочку в щепки. Так, погодите, а сколько времени вообще прошло? Мы же только начали!

— Эй-эй-эй, это что за корейское киберспортсменство! — не мог не возмутиться я, спешно собирая армию и ополченцев для защиты.

— Муахахахахаха! — только и услышал я из-за горизонта надменный смех, сочащийся довольством.

От первого набега мне как-то удалось откидаться, но дальше надо было браться за ум и играть серьёзно, иначе шансы на победу окажутся весьма призрачными. Богиня наверняка отлично владела картой и с каждой минутой игры её преимущество будет лишь нарастать. Даже сейчас меня спасло только то, что она отправила лишь обычное пушечное мясо, но не привела своего героя.

Герой.

Мне срочно нужен герой!

Вспомнив, наконец, о важности такой вещи как алтарь, я немедленно приказал начать его постройку. Это я, конечно, крепко усложнил игру сам себе, пока ёлки разглядывал. Аллегри, небось, свой алтарь построила на первые же деньги и теперь вовсю качает героя.

Когда постройка алтаря оказалась закончена, я начал выбирать, кого из героев стоит взять против нежити… и совершенно не понял, почему из всех кандидатов я выбрал именно царя гномов!

Почему? Зачем?! Где тут кабак?!

Стряхнув с себя наваждение я решил считать это бессознательным выражением душевной тоски по своей невесте и её деду. Ладно, пусть так. Вот только в кубическом теле как-то больно непривычно… да ещё этот топор в руках. Я маг, вообще-то! Почему я не выбрал мага?! Выйти из режима воплощения, что ли, и дальше играть по старинке, перчаткой?

Ладно, можно и так побегать. Ощущения всё же были довольно забавные. Пора идти качаться!

Какое-то время игра шла по рутинному сценарию. Я усиленно качал своего гнома, изучая его навыки, наращивал армию и отражал мелкие, но противные набеги нежити Аллегри. Навредить мне она особо не могла, зато портила воздух и пейзаж.

Когда мой гном уже разменял шестой уровень и приближался к седьмому, возле базы раздался тревожный гул. Выскочив из своего героя и глянув туда с высоты, я увидел надвигающееся войско Аллегри. И на этот раз она явилась с куда более серьёзными намерениями. Посреди армии трупов вышагивал рыцарь смерти, а шёл он под аккомпанемент скрипящих баллист. Меня собирались ровнять с землей, а я… А я был кубическим бородачом, который должен был это предотвратить.

— К оружию! — завопил я, командуя атаку, и, вернувшись в своего гнома, побежал в сторону героя Аллегри.

К моему счастью, я был не слишком далеко от базы, так что разрушить её не успели бы, но погрызть точно погрызут.

Выскочив на опушку леса, я побежал прямиком на холм, где стоял рыцарь смерти, усиливая своё войско. И когда я оказался у подножия, рыцарь повернулся в мою сторону и снисходительно расхохотался голосом богини:

— Тщетные потуги, Нотан! Тебе не превзойти подобную мощь! Я уже десятого уровня и собрала все нужные предметы! Просто прими своё поражение и покорно признай моё мастерс…

Добежав до неё на расстояние действия одного из своих умений, я молча активировал его и швырнул в голову рыцаря смерти боевой молот, который немедленно оторвал неплохой кусок от здоровья противника и оглушил его. Хм. А что-то мне это напоминает. Какая до боли знакомая сцена с летящим в голову молотком…

Пока я добежал до рыцаря, тот успел выйти из стана и поднял в замахе свой зловещий меч.

— Сейчас ты уви…

Я вмазал по рыцарю обычной атакой и тот неожиданно перестал шевелиться и издавать звуки. Шансовое оглушение с первого же удара? Ай да гномий царь, ай удружил!

— Ты про…

Снова стан. Вот это мне везёт!

— Что за…

Стан.

— Эй!

Стан!

— ЭЙ!

Стан.

— Оста… новись? — на этот раз оглушение не прошло и Аллегри была этому удивлена даже больше меня самого. — Ну всё, миг расплаты!

Рыцарь смерти активировал своё фирменное умение, восстанавливая солидный кусок здоровья, пожрав одного из союзников, а я кинул на ближайшую нежить громовой удар, дабы замедлить её скорость передвижения и атаки, так как те бросили войну с вышками и уже вовсю бежали на меня, дабы спасти своего генерала.

— Как тебе та…

Стан. С возвращением, родненький!

— Да какого!

Стан!

— Что за ерунда?! У тебя стан каждую атаку срабатывает! Это нечестно! Ты читеришь! — раздался из-за горизонта голос Аллегри, вылезшей из своего беспомощного рыцаря.

— Это механика игры! — радостно крикнул я, вбивая бедолагу в чавкающую кислотную грязь. — Я тут не при делах!

Ситуация и правда выглядела немыслимо, так как шанс на оглушение у моего героя был довольно низким и, по хорошему, просто не должен был срабатывать ВСЕГДА. Ну или почти всегда. Но кто я такой, чтобы на это жаловаться? Согласно теории вероятности, возможно всё, что угодно!

После того, как я полностью изничтожил рыцаря смерти под причитания богини и получил за него гору опыта, настал черёд обычных мертвяков, часть из которых к тому моменту порушили мне почти все башни и теснили мои войска, а другая часть уже старательно пыталась откусить мою бороду. Чудом избежав глупой смерти, я отступил к своим и принялся командовать войсками, стараясь накидывать станы наиболее опасным мертвякам. Чаша весов начала быстро склоняться в другую сторону и через какое-то время моя армия уже гналась по лесам и тропам за отступающими остатками нежити Аллегри.

Минут через пять под ударами топора пал последний барак и матч закончился моей победой. Сокрушительной и неостановимой.

— Что это было, Бездна тебя пожри?! — иллюзия исчезла и я обнаружил, что Аллегри стоит прямо передо мной, едва не касаясь моего носа своим и нехорошо сверкая глазами. — Только не надо мне тут втирать про теорию вероятности!

— Да я-то откуда знаю?! — искренне возмутился я. — Сам задавался тем же вопросом.

— …Вроде бы не врёшь, — фыркнула Аллегри через несколько секунд, во время которых пыталась сжечь меня взглядом, и отодвинулась. — Но это уже просто за пределами здравого смысла! Может, просто какой-то редкий игровой баг?.. Да, точно, это наверняка баг. В конце концов, игра очень старая, — кивнула богиня сама себе. — В общем, этот матч не считается. Давай по новой!

Вздохнув, я покорно кивнул и снова зашёл в игру.

На этот раз рандом определил меня в тёмные эльфы и я, памятуя о всём произошедшем в последнее время, сразу задумался — какой герой у этой фракции обладал хорошей пассивкой с шансовой активацией? Что, если произошедшее в прошлом матче не было багом или парадом планет в пятнадцати галактиках одновременно? Я очень хотел это проверить. И немедленно вспомнил подходящего кандидата.

На этот раз я не стал отвлекаться на ерунду в начале матча и сразу начал играть по уму. Ресурсы. Золото. Алтарь. Герой.

Моим выбором стал убийца демонов, чьё пассивное умение позволяло с некоторым шансом увернуться от атаки противника. И, хотя это было не очень разумно, первым умением я взял именно его, после чего отправился качаться, пытаясь освоиться с огромными луновидными клинками. Ну и неудобнейшая же хренотень, надо сказать!

Не уверен, подглядывала ли Аллегри в мою голову, но прессинг, что она оказывала в этой игре, стал куда жёстче чем в прошлой. Её орки серьёзно вгрызались в мою базу, стараясь замедлить развитие. И если прошлая игра правда была случайностью, у меня могут возникнуть серьёзные проблемы. Впрочем, пока что причин беспокоиться не было. Пока я качался, ни один монстр не смог меня даже пальцем задеть. Это вдохновляло!

В этот раз я не стал ждать, пока Аллегри пригонит к моим башням целую ватагу орков и, почувствовав, что я и моя армия достаточно окрепли, сам выдвинулся в сторону её базы.

В атаку. Час настал!

Аллегри встретила меня где-то на полпути к своей базе. В герои она выбрала мастера меча. Тоже, кстати, обладающего шансовой пассивкой. Неужели она решила попробовать положиться на возможный баг? Или удачу? Уверен, если она победит таким способом, то победа немедленно станет легитимной по целой куче причин. Учитывая это, я не видел особых поводов затягивать матч, а потому просто вышел вперёд и крикнул:

— Аллегри! Предлагаю бой на героях, один на один! Победитель считается выигравшим матч! Решим всё здесь и сейчас!

— Годится! — рявкнула она из своего орка и зашагала мне навстречу, поигрывая мечом.

Когда до неё оставалось метров пять, Аллегри активировала умение героя и нырнула в невидимость, дабы начать бой с усиленной атаки. Я тут же закрутился на месте, прикрываясь огромными клинками. Баг там или удача, но игра на гноме успела продемонстрировать, что и там бывают осечки. Лишиться сразу кучи здоровья в самом начале было бы…

О, чёрт! Только сейчас в голове молнией пронеслось смутное воспоминание о том, что мастер меча, кажется, не способен промахнуться, атакуя из невидимости… Вот это я просчитался!

— Что? Как так? — услышал я за спиной голос и резко отпрыгнул подальше, разворачиваясь в сторону Аллегри.

Та стояла и растерянно смотрела на свой меч, а потом взглянула на меня:

— Как ты смог увернуться?

Не попала? Действительно, не попала? Ха! Хахахаха! Невероятно! Это ведь было сродни битве непобедимого меча с несокрушимым щитом! Непромахивающаяся атака против гарантированного уворота! Курица против яйца!

Пока богиня искренне недоумевала, я бросил в неё магический огонь и кинулся в атаку сам. Аллегри тут же махнула мечом поперёк, чтобы пресечь мою попытку. Взмах произошёл настолько быстро, что я не смог бы увернуться при всём желании, но… Её меч сам увернулся от меня.

— ЧТО?! — завопила богиня и спустя секунду получила удар изогнутым лезвием под рёбра.

Само собой, этого не хватило для того, чтобы убить её более высокоуровневого героя и, когда она начала разворачиваться, замахиваясь клинком, я машинально отпрыгнул, чтобы попытаться избежать удара. Но оказалось, что я мог просто стоять на месте. Меч богини замысловато вильнул и взмыл остриём к небесам.

— ДА КАК?!

После этого я уже не занимался глупостями вроде попыток самосохранения и просто попёр в лобовое нападение. Это было удивительное чувство! Зрелище того, как меч врага буквально сам пытается избежать попадания по тебе, неимоверно окрыляло. Наделяло ощущением всемогущества. Непобедимости!

Двойники! Стальной вихрь! Всё это было ничем перед моим уклонением!

— Мхахахахахахаха!

Аллегри была вынуждена отступать под моим натиском и в какой-то момент резко отпрыгнула.

— С меня довольно! Я тоже буду читерить! — крикнула она и сделала странный жест, словно срывала что-то с орочьей шеи.

А после я услышал как по виртуальному миру раскатился довольно знакомый звук. После чего всё погрузилось в темноту.

С некоторых пор мне не очень нравилась темнота. Я, в некотором роде, приобрёл на неё аллергию. Но эта темнота, кажется, не имела никакого отношения к Хаосу. Что ж, по крайней мере, меня, кажется, не развоплотили в порыве раздражения.

С большим трудом мне удалось вырваться из погасшего мира обратно в ротонду и, повернув голову, я увидел как богиня сидит, подняв ноги на диван и, обняв их, уткнулась лицом в колени.

— Это нечестно, — пожаловалась она мне подавленным тоном. — Я не настолько неудачница! И твоя удача не настолько удачлива! Иначе ты бы не погиб от руки того старика. Ничего не понимаю…

Краем глаза я увидел, что на полу что-то валяется и, глянув внимательнее, я увидел там дайс, который богиня обычно носила на шее. Так как он был покрыт не привычными цифрами, а загадочными для меня знаками, я не мог оценить результат броска, но символ на верхней грани горел злобно-красным светом вместо обычного мягко-фиолетового.

— Ты пыталась изменить ход матча? — догадался я.

— Угу, — неохотно буркнула девушка. — Меня так выбесили твои читы, что я уже просто не думала. Вот только когда я сделала бросок, моя консоль просто распалась на изначальный эфир. Что тут сказать… В каком-то роде я и правда изменила ход матча. Ха-ха.

Это оказалось настолько грустное «ха-ха», что я даже не нашёлся, что сказать.

— И не надо. Если кто узнает, что меня смертный утешал, позора не оберусь, — хмыкнула богиня и спустила ноги на пол, возвращаясь в обычную позу. — Всё. Я наигралась, — сообщила она и глянула на меня. — И всё таки это ненормально. У тебя в роду не водилось бога Удачи? Хотя о чём это я, у тебя ведь душа без единого вкрапления божественной энергии. …Была… Может, причина в этом?.. Постой-ка, но если тебе передалась часть моей удачи, то моя неудача усилилась?! Верни! Верни мне мою удачу!

— Эээ, полегче! — я с завидной для самого себя прытью отпрыгнул подальше от дивана и собравшейся напасть на меня Аллегри. — Уверен, причина в чём-то другом!

— Пфф. Ну, ты прав, наверное, — согласилась она, слегка остыв. — Я лишь склеила тебе душу, а не делилась частью своей. Эх… А ведь такая теория была. Ладно, я достаточно отдохнула и восстановилась, так что пора браться за дело. Пойду пройдусь по знакомым богам, может, получится нащупать какие-нибудь слухи и сплетни касательно готовящихся против меня козней.

Так как внезапная угроза миновала, я расслабился и кивнул:

— Лады. А мне чего делать?

— Как чего? — удивлённо вскинула брови Аллегри. — Играй, отдыхай. Или ты хотел на мир богов поглядеть? В принципе, это возможно, у нас иногда бывают смертные… — слегка задумалась она, коснувшись подбородка. — Но немного позже, когда я ещё немного подлатаю твою душу. Ладно, не скучай! Обязательно поиграй в новый Д*агон Квест!

Колыхнувшись пространственным искажением, Аллегри просто исчезла из ротонды и я остался в ней совершенно один. Задумчиво вытаращившись на ползущие над головой звёзды, я завалился на диван и почесал пузо. Ну а что ещё мне оставалось?

Со дня моего появления тут прошло уже семь дней. Итого, вместе с тем сроком, что я откисал в Хаосе, в Тельваре меня не существовало уже три недели. Осознавать это было очень неприятно, особенно когда Аллегри показала, по моей просьбе, что происходило в городе после моей смерти. А настроения там бродили невесёлые. Хотя богиня постаралась смягчить психологический удар и оставить в душах луч веры и надежды, горожане всё равно ощутимо упали духом.

По Лони оказалось сложно понять, о чём она думает, но было видно, что гномка буквально с остервенением погрузилась в работу, словно пыталась за счёт этого выбросить из головы лишние мысли. У горничных же наоборот — подавленное настроение буквально читалось на лицах, хотя они, как и гномка, старались занять себя работой по дому или саду. Да и Эрмит изо всех своих пингвино-книжных сил старался их приободрить. Магистр-орнито, кажется, ни капли не сомневался в том, что я ещё вернусь — и старался передать эту уверенность окружающим.

Его примеру следовала Лионеллиан. Учитывая, чего я ей наговорил в день, когда она меня убила в исследовательском запале, она явно была уверена, что моё воскрешение — дело времени. И, раз я ещё это не сделал, на то есть веские причины.

Но, как ни крути, Лион и Эрмит, сохранившие бодрость духа, всё же были в меньшинстве. Из всех обитателей города им компанию составляли лишь Горт и Шарли. С Гортом всё было понятно заранее, вера старого шамана в меня и Аллегри была железобетонной. Что до Шарли, то её спокойствие было мне немного не ясным, учитывая, как она всегда за меня переживала. А Аллегри вместо объяснений хитро помалкивала.

Обиднее всего было понимать, что я, лично я, ничего с этим поделать не могу. Мне оставалось лишь лежать, чесать пузо под гавайской рубашкой и ждать, когда Аллегри сможет отправить меня обратно.

Повертев в руках консоль, я пока отложил её в сторону и вздохнул. Можно было сколько угодно жаловаться о своём бессилии, но в этом импровизированном отпуске имелись и плюсы. Например, я начал немного лучше понимать свою начальницу. Пока суть да дело, я пытался выудить из неё ответы на разные вопросы, которые меня давно мучали. Но богиня почти всегда отвечала либо крайне скупо, либо же просто сообщала, что я сам должен разобраться, иначе будет неинтересно.

Вчера я не выдержал и вспылил, спросив, почему она настолько не хочет облегчить мне жизнь, учитывая, что это и в её интересах тоже. И получил… довольно неожиданный ответ:

— Я действительно могу взять тебя за ручку и подсказывать каждый следующий шаг, — сказала она, весьма серьёзно глядя на меня. — Но понравится ли тебе жизнь безвольного инструмента? Тебе так хочется стать мячом, который катится туда, куда его пнут?

Я настолько ожидал услышать вместо этого какую-то глупость, что не нашёлся, что ответить. Да и сейчас, строго говоря, не представлял. Она хотела, чтобы я рос большим и самостоятельным, разбираясь с проблемами сам. В принципе, это даже разумно. Но разве это эффективно? Какая продуктивность у такого подхода? В конце концов, ставка здесь — целый обитаемый мир. Разве не прагматичнее контролировать ход событий, тем самым снижая риск ошибок и повышая шансы на успех?

Логика богов ускользала от меня. Ну или, по крайней мере, одной конкретной богини.

Что ж, делать нечего. Сказано — отдыхай и играй, значит буду отдыхать и играть. В конце концов, здесь это единственное развлечение. Взяв консоль, я выбрал порекомендованную богиней игрушку, многие части которой успел застать ещё на Земле, и уже собирался нажать кнопку старта, как вдруг задумался.

Я ж тут один.

Совсем один.

А ну как заглянет мама на огонёк? Или того пуще — бабуля? А я тут лежу, весь такой красивый, в синтвейв-шортах и гавайке.

Мне неожиданно стало очень неуютно. Очень-очень. Словно я был мелким ребятёнком, которого родители впервые оставили дома одного. В глубине души начало свербеть давным-давно позабытое чувство ожидания чего-то нехорошего. Громкого стука в дверь с незнакомым дядей за ней, что ласково начнёт увещевать открыть. Скрипа отмычек в замочной скважине, что засунули туда бдительные домушники, так и ждавшие, когда родители шагнут за порог. Пожара. Потопа. Срочной проверки электросчётчика.

Так, хорош. Выдыхай, бобёр. Нужно рассуждать здраво. Я не абы где, а в настоящей обители божества. Разве правильно считать её местом, в которое можно просто так взять и вломиться без ведома хозяйки?

…А с чего я взял, что нельзя? В ходу ли у них вообще концепция «дверей» в обычном понимании? Как именно боги «запирают» свои обители? И запирают ли вообще? Может тут порядки как в старой глухой деревне, где все друг друга знают и отродясь дверей на замок не закрывали? Но если закрывают, то разве не найдётся кого-то, кто мог бы их отпереть?

Хм… Отпереть. Действительно. А я ведь кого-то такого припоминаю…

Неожиданный приступ паники исчез так же быстро, как и появился, уступив место спонтанному озарению. Оно, правда, оказалось лишь частичным, ибо я так и не смог припомнить конкретную персону. Нужно будет посовещаться с Аллегри по её возвращению. Или она меня сейчас слышала? Ау, приём! Божественноокая спасительница души моей!

Увы, но похоже, мою голову в данный момент не прослушивали. Либо игнорировали из вредности, мелко мстя таким образом за сегодняшнее. Я не получил ответа ни мыслеречью, ни сообщением на браслет, вернувшийся в какой-то момент на запястье. Быть может, богине пока что было не до меня. Ну что же, подождём.

Зевнув, я наконец начал новую игру и погрузился в новое приключение. Консоль богини была довольно забавной штукой. Внешне она выглядела как устаревшая земная модель, и, в целом, при желании именно так и работала. Но теперь я знал её главный секрет, заключавшийся в волшебной комбинации. И намеревался воспользоваться эффектом погружения сполна, раз уж я остался один.

***

Когда перед глазами поползли титры, я отложил гаджет в сторону, выныривая из иллюзии, и задумчиво поглазел на звёзды. Дааа, всё таки здорово, когда никто не мешает. Да ещё и отсутствие нужды в перерывах на отдых, сон и еду тоже очень способствуют погружению в игровой процесс. По ходу прохождения игры я заметил интересный факт — эта моя загадочная удача никак там не проявлялась. Неужели это было как-то связано с сетевой игрой? Или с игрой конкретно против богини? Кстати про богиню. Позвольте поинтересоваться, а сколько времени прошло с тех пор, как Аллегри ушла по делам?

Часы в консоль как-то не завезли, в браслете их тоже не было, а единственная, у кого можно было это спросить, находилась вне зоны доступа. Ладно, попробуем прикинуть. Прохождение игры подобно этой занимает часов девяносто, но я потратил ещё немного времени сверху на получение парочки заковыристых достижений. В итоге получается… часов сто? Сто десять? То есть, я тут уже больше четырёх суток залипаю?!

Не долговато ли для похода по знакомым?

На душе стало немного тревожно и я попытался вновь окликнуть богиню, однако результат не изменился. В конечном итоге, я встал с дивана и принялся нервно бродить по ротонде, шлёпая сланцами и старательно гоня прочь ерундовые мысли. Спустя несколько десятков кругов по периметру, я пришёл к мысли, что будь с Аллегри что-то неладное, то она всё же дала бы знать. Да и вообще, созданный ею браслет на месте, одежда тоже, да и я сам не рассыпался по полу на тысячу маленьких Нотанов. Значит, всё в порядке.

Вздохнув, я прошёл между колонн к краю обители и немного помедитировал на панораму галактик. Любопытно. Тут ведь нет стен или перил. Что будет, если спрыгнуть отсюда? Есть ли защита? Или так и улетишь в объятья космического пространства? Интерес у меня был чисто академический, ставить практический опыт я не собирался, но вопрос имел место быть.

Вернувшись на диван, я принялся ждать возвращения богини.

Ждать.

Ждать…

Ждааааааать…

Да как они с ума не сходят в такой обстановке?! Это же просто непостижимо! Я даже не мог понять, сколько времени просидел истуканом на диване, в ожидании Аллегри. Час? День? Что вообще такое «время»? Оно съедобное?

Играть пока не хотелось, но кроме игр тут ведь вообще не имелось никаких развлечений! Только не говорите мне, что так живут все боги, а не только вот эта конкретная затворница-игроманка.

Я не имел ни малейшего представления, сколько ещё промаялся скукой, намотав по ротонде не одну сотню кругов и ужом извертевшись на диване, но когда Аллегри таки решила заявиться домой, то словно подгадала момент, когда я находился в не самой необычной позе.

Лёжа на полу с раскинутыми руками и задрав ноги на диван.

— Очень интересно, — раздался её голос где-то возле моей головы. — Это какая-то особая гимнастика?

Чуть скорректировав взгляд, я получил прекрасный ракурс на тёмно-синие шортики и пару идущих к ним в комплекте бёдер.

— Скучно, — честно пожаловался я стоящей прямо над моей головой Аллегри, насмешливо глядящей вниз. — Хоть волком вой. Теперь мне точно придётся вытаскивать тебя отсюда в Тельвар, чтобы проветрить. Тут ведь рехнуться можно, если в игры не играть!

— Вот поэтому, помимо игр, я и подглядываю за тобой, — весело фыркнув, богиня прошла мимо меня к дивану и плюхнулась на него.

То, что рядом торчали мои ходули её ни капли не смутило.

— Кстати про подглядывания — я до тебя тут пытался дозваться со своим гениальным озарением, но так и не смог. Чего это ты перестала за мной следить?

— А зачем? — удивилась Аллегри. — Ты же в моей обители, никаких опасностей тут нет, горничных тоже. Следить как ты пялишься в консоль? Пффф.

— Что за нездоровая привычка подглядывать за чужой личной жизнью? — возмутился я при упоминании горничных. — И что значит, нет опасностей? А если бы я выпрыгнул в космос?

— Пообщайся с Иштар хоть разок, ещё и не такого нахватаешься, — без тени раскаяния пожала она плечами и вдруг, прищурившись, окинула меня взглядом. — Нет, лучше забудь про это. С Иштар я тебя знакомить не буду, лучше даже на глаза не показывать. Что до прыжка… Ты же не прыгнул, раз спрашиваешь? Иначе бы уже знал, что это ни к чему не приводит. Просто появляешься в центре обители и всё.

Глядя на усмехавшуюся Аллегри, я скорчил недовольную рожу и, выразительно повращав глазами, вздохнул, возвращаясь к теме:

— В общем, ты как-то упоминала, что кто-то сделал в Тельвар крысиный лаз. И я тут вспомнил в нашей мифологии парочку божеств, которые специализируются на дверях. Никто из них не мог, как бы, «открыть дверь» в твой мир?

— Думаешь, мне не пришло это в голову первым делом? — богиня глянула на меня как на скудоумного. — Я ведь сегодня как раз на их счёт и интересовалась.

— …Сегодня? — переспросил я, аж приподнявшись с пола. — А как давно ты ушла на разведку?

— По твоему смертному времени… Часов двенадцать назад?

— Я не мог пройти Д*агон Квест за двенадцать часов!

— Конечно мог, я же растянула для тебя время в обители перед уходом. И как? Тебе понравилось? — подалась вперёд богиня. — Что скажешь на счёт концовки?

Я смотрел в эти искренние, сияющие невинным любопытством аметистовые глаза, в которых словно сияла россыпь крохотных звёзд и размышлял о том, что… Ладно, будет лучше просто ответить ей на вопрос.

Вот только я забыл, что Аллегри может читать мои мысли когда ей захочется. Например, сейчас.

— Ах, вот как? Вот она, благодарность за подаренное время? — фыркнула она и откинулась обратно на спинку дивана. — А я ведь как лучше хотела. И вообще, моей вины тут нет. Ты сам решил со скуки маяться, вместо того, чтобы поиграть во что-нибудь ещё.

— Нет возражений, ваша честь, — неохотно признал я. — А финал отличный вышел. Взрыв Башни Тьмы — просто ух!

— А то! — тут же повеселела Аллегри. Кажется, я помилован. — Я дважды загружала сохранение, чтобы пересмотреть этот момент!

— Ладно, что там с богами дверей? — решил я остановить зарождающийся фонтан восторга. — Удалось что-то выяснить?

— Честно говоря, пока не особо, — призналась она. — Сам понимаешь, я не могла задавать прямые вопросы, только кидать в воду камушки и смотреть, не пойдёт ли рябь. Так вот, если кратко, кто-то где-то слышал, что некто недавно очень усердно искал Януса.

— Это который Двуликий? — насторожился я. — Бог входов, выходов и вот этого всего?

— Он самый, — кивнула Аллегри и продолжила. — У него есть силы, способные создавать проходы в чужие миры, но…

— Но?

— Если бы я кого-то подозревала, то в последнюю очередь его. Бабушка с Янусом — большие друзья и меня он знает. Если бы он был чем-то недоволен, то пришёл бы высказать это лично, либо пожаловался бабуле Тиамат, — в этот момент у неё дёрнулась бровь и я понял, что прецеденты уже были. — Но с ним всё равно стоит поговорить. Если его искали именно мои недруги, то он сможет на них указать… Если захочет, — добавила она, поморщившись.

— Что ж, даже так — это всё равно шанс что-то узнать, — кивнул я и, сняв ноги с дивана, уселся на полу по-турецки. — А почему «если захочет»?

— Тяжело с ним общаться, знаешь ли. Чтоб ты понимал, у Януса не только два лица, но ещё и разума с характером тоже по две штуки. И они не сказать что похожи друг на друга или часто сходятся во мнениях.

— Оу… — только и смог ответить я, кивая. — А что до других «дверных» богов?

— Никаких зацепок, — развела руками Аллегри. — По крайней мере, пока что. Я думаю, стоит сначала побеседовать с Янусом и если ничего не узнаем от него, тогда уже точечно прощупывать остальных. Я даже не знаю, кто из них обладает достаточной силой, чтобы сделать лаз в чужой мир. Дохлые божки третьесортных миров, что даже мельче моего. Половина из них к «дверям» вообще имеет лишь очень условное отношение.

— Разумно, пожалуй… Вообще-то у меня на уме была ещё одна кандидатура, но раз так, наверное, стоит пока отодвинуть её в сторону.

— Хм? О ком ты? — заинтересовалась демиургша.

— Я её имя, честно говоря, не помню, — признался я. — Вроде бы, это тоже был древнеримский пантеон. Богиня дверей, замков и дверных крючков. Знаешь такую?

Сначала Аллегри никак особо не отреагировала на моё описание, лениво подперев голову рукой, упёртой в подлокотник..

— А, эта мелкая… Да у неё же… Погоди-ка! — она вдруг встрепенулась. — А ведь ты прав! «Отпирать то, что закрыто, и запирать то, что открыто», — богиня словно процитировала кусочек мифа, уж очень мне эта фраза показалась знакомой. — Она действительно способна на это! Молодец, Нотан, теперь у нас есть второй подозреваемый! Если Янус не при делах, то дальше пойдём к ней! Вот только есть ли у неё мотив? — задумалась Аллегри, слегка остыв. — Ничего плохого я ей, вроде бы, не делала… Или делала? Ладно, не важно. Давай я тебя ещё немного подлатаю, а потом мы прогуляемся по миру богов!

Там, куда опускается свет. ИнтерНЕЛЮДия

Верхний мир поражал. Был забавен. Широк. Свободен!

Поначалу от него болели глаза, так как в нём темнота почему-то постоянно сменялась ярким светом. Но постепенно стало понятно, что это было его единственным неудобством. Тут бегало много еды и не надо было пожирать своих братьев. Можно было размножаться вволю и не опасаться, что молодняк станет чей-то закуской. За то время, что поименованные демонами монстры успели немного изучить поверхность, халис-патриарх осознал, как крохотен был их тёмный подземный мирок.

Прежде демоны не видели смысла его покидать. Память предков, впитанная с молоком, гласила, что это их дом. Дом Великой матери. И его нужно хранить. Лишь редкие смельчаки или изгои покидали его, проскользнув мимо Мёртвого Стража и не попавшись в цепкие щупальца.

Но теперь умудрёный халис, встретивший посланника Великой матери, понимал, почему та позвала их наверх. Старый дом стал им тесен. И она желала показать им новый. Большой и свободный. Полный еды. Дом, где они смогут стать сильнее, чем прежде.

Но для начала его нужно было освободить.

Как и сказал посланник, на поверхности жили паразиты. Странные двуногие, от которых не пахло магией. Они жили вместе с покрытыми железом тварями с длинными хоботами на спинах. Твари двигались словно живые, но не испускали запахов крови и мяса. И что двуногие, что железные, едва завидев халиса и его общину, сразу начинали плеваться магическими сгустками из длинных палок и хоботов.

Это было не забавно.

Когда демоны впервые встретились с большой стаей двуногих, то сразу бросились на них. Они мечтали показать Великой матери как разорвут их на куски, пожрут и дадут молодняку вдоволь покататься по окровавленной земле. Но получили неожиданный отпор теми самыми палками и были вынуждены отступить, оставляя на подступах к паразитам множество трупов.

Но это лишь взъярило демонов. Как они будут смотреть в глаза Великой матери, если не смогут справиться даже с первой же кучкой паразитов? Они бросились на добычу ещё раз, но вновь были вынуждены отступить, неся потери. Однако эта попытка принесла не только новые трупы, но и пользу. Во время неё халис и пара других патриархов заметили, что некоторым монстрам палки и хоботы вредят меньше, чем другим. А кому-то, вроде самого халиса, и вовсе никак не угрожают. Пользуясь этим, они могли бы ворваться в ряды паразитов. Но будет ли это забавно? Много ли добычи они смогут добыть своим малым числом? Кого-то они убьют и сожрут, но остальные двуногие просто разбегутся.

Как убить их всех? Как доказать Великой матери, что её дети сильны и умелы? Халис неожиданно понял, что это было испытание. Урок. Урок, гласящий, что не сильный должен жрать слабого — принцип, по которому они жили прежде — а что сильные должны вести слабых за собой, так как лишь вместе они смогут пожрать пожрать без остатка всех, кто встанет на их пути, и этим сделать всю общину сильнее. Теперь они были не каждый сам за себя, как когда-то прежде.

Осенённый этой необъятной по своей глубине мыслью, халис начал действовать и доносить свою идею до менее мудрых собратьев. Как правило, рычанием и затрещинами по тупым головам. Хоть и с трудом, но патриарху удалось добиться нужного порядка от неорганизованного кодла, выставив вперёд наиболее сильных и устойчивых демонов. После чего лично возглавил атаку. И эти усилия полностью себя оправдали.

Объединившись, дети Великой матери стали неудержимы и пронеслись по стае двуногих смертоносной бурей. Немолодой уже халис, глядя на то как резвится среди охваченной ужасом добычи молодняк, словно и сам вернулся в те времена, когда глаза видели во тьме лучше, а лапы были сильнее и крепче. Какая забавная охота! Как вкусен запах крови двуногих и как радостно слышать их жалкие вопли!

Лишь с железные твари омрачали его радость. Под их железными шкурами не было мяса, а если навредить им слишком сильно, то они превращались в огненный шар, убивающий даже тех, кто не боялся плевков из палок и хоботов. Охотиться на них было не забавно. И даже бессмысленно. А потому монстры старались отогнать их подальше от уязвимого молодняка и там превращать в огненные шары. Но это было не интересно, долго и не всегда загонщики успевали убежать от огня. Не забавно.

Тем не менее, демонам было чем гордиться. Немногие двуногие смогли улизнуть. Остальные же стали пищей общины. Им не помогли ни железные твари, ни плюющиеся палки, ни забавные берлоги, сделанные из палок и тонких шкурок без шерсти. Просторные, но хлипкие и не способные защитить, рушась от малейшего толчка.

Демоны сожрали всё, что можно было сожрать, и сломали всё, что можно было сломать. Некоторые, в пылу стараний, даже умудрились сделать всё наоборот. Но халис-патриарх не видел в этом проблемы. Главное, что эта стая паразитов больше не могла досадить Великой матери.

И это было только начало.

Посланник матери сказал, что в стороне, куда перед приходом темноты опускается яркий свет, бродит ещё много таких паразитов. И халис твёрдо намеревался всех их попробовать на клык.

Поначалу, пока община бродила по землям тех двуногих, которые, как и они, пахли магией, патриарх сомневался, не обманул ли его посланник. Они всё шли и шли туда, куда опускается свет, но всё никак не могли найти паразитов, о которых он ему говорил. С каждым днём сдерживать орду становилось сложнее. Не всегда охота в лесах проходила удачно и в такие дни, если неподалёку находились берлоги двуногих, голодные демоны порывались устроить среди них охотничьи угодья.

Халис не позволял им этого. Что-то в его уме говорило, что пахнущих магией есть не стоит, нужны те, что без запаха. Иначе можно расстроить Великую мать. И он гнал общину дальше на поиски. Но с каждым днём его вера в слова посланника становилась всё слабее, а община слушалась его всё неохотнее.

Но теперь это было позади.

Демоны были сыты. Демоны были довольны. Демоны насладились сладким вкусом горячего двуногого мяса и солёной крови. И впереди их ждало ещё больше еды! Они пожрут её всю, очистят верхний мир от паразитов, а потом найдут посланника и тот направит их к Великой матери.

Халис повёл орду дальше. Наученные правильному методу охоты, демоны играючи разделывались со всеми паразитами, что встречались им на пути. И постепенно даже железные твари перестали доставлять неудобства. Община крепла, становилась сильнее. Умнее. Хитрее. А паразиты — нет. Они были всего лишь едой.

В одну из ночей, когда демоны бежали через холмы в поисках новой добычи, халис и другие патриархи неожиданно ощутили едва заметный, но очень знакомый запах. Пахло… их старым домом. Но как-то иначе. По другому. И к этому запаху примешивался запах двуногих.

Халису это не понравилось и он повернул путь демонов в ту сторону.

Орда вышла к очень большой яме, чьё дно было истыкано светящимися палками, между которых копошилось много двуногих. Железные твари тоже были, но странные. Патриарх впервые видел таких. Практически все они были без плюющихся хоботов. Большая их часть была раздувшейся, очень жирной, словно обожравшейся без меры. У оставшихся из спины росли огромные клешни, которыми можно было рвать и хватать.

И вся эта стая крутилась у входа в большую берлогу, из которой ощутимо тянуло запахом дома.

Халис взбесился. Он догадывался, кого хватали эти клешни. И на ком разжирели твари. Тут тоже был дом, в котором жили дети Великой матери. И паразиты привели сюда железных, чтобы его разорить. Не забавно. Непростительно!

Издав яростный вой, халис приказал общине спуститься вниз и устроить охоту.

Двуногие оказались ещё более лёгкой добычей, чем обычно. Паразитов с палками было мало, а остальные лишь бегали в страхе и пытались спрятаться в разорённой берлоге. Железные же твари вовсе никак не сопротивлялись и даже не превращались в огонь, когда их разрывали на куски.

Страх. Безумие. Дикие вопли добычи. Горячая кровь, растекающаяся по пасти и капающая с клыков на рыхлую землю. Халис и его демоны упивались этим. И, закончив снаружи, неспешно отправились внутрь. Патриарх не видел смысла спешить. Он желал, чтобы паразиты, пытавшиеся спрятаться тут, сполна вкусили страх и отчаяние.

Хотя запах был очень похож, вид этого дома отличался от того, что покинули демоны. На каждом шагу стояли странные железные штуки и торчали светящиеся палки, а по полу тянулись бесконечно длинные чёрные змеи, чем-то напоминавшие халису щупальца Мёртвого Стража.

Вылавливая паразитов по закоулкам, орда забиралась всё глубже и ниже. Железных штук становилось всё больше — и паразитов тоже. Патриарх был уверен, что от охоты сюда сбежало намного меньше двуногих, чем они находили тут. Паразиты захватили дом и теперь живут здесь? Не забавно. Но им же хуже!

Спускаясь всё ниже и ниже, демоны начали находить железные штуки и змей другого вида. От них пахло не паразитами, а домом, магией и пылью. Их количество постепенно увеличивалось и порой попадались целые пещеры, заваленные ими.

Это был странный дом. Непонятный дом. Не пахнущий демонами. Но пахнущий магией. Не такой, как бежала бурной рекой в глубине их старого дома. Другой. Колючей. От её запаха хотелось чихать и слезились глаза.

Халис не понимал, в чём дело. Жили ли тут вообще когда-либо другие демоны? Но если не жили, почему тогда так разжирели железные твари снаружи? Кого они съели? Что за странную магию он чуял? Если это был дом, построенный Великой матерью, то почему он так отличался от их?

Погружённый в эти мысли, халис вышел в огромную пещеру и растерянно остановился. Из всех мест в подземной берлоге, это выглядело непонятнее всего. И полностью было пропитано тем колючим запахом, который привёл патриарха сюда. Стены пещеры сплошь покрывали подмигивающие огнями железные штуки и целые пучки змей, тянущиеся к огромному шару, состоящему, как чуял халис, из магии. Той самой, чей запах раздражал его нос.

На полу пещеры крутилась большая стая двуногих. Совершенно беззащитных двуногих в тонких белых шкурках, множество которых демоны уже растерзали и съели по пути сюда. Завидев халиса и толпящихся за ним демонов, они тут же с воплями бросились в разные стороны, словно трусливые насекомые. Но патриарха они сейчас совершенно не волновали.

Как завороженный, он разглядывал висящий в воздухе магический шар, широко распахнув все три своих глаза и пытаясь вглядеться глубже. И, когда ему это удалось, толстые лапы халиса впервые в жизни задрожали, невольно отводя его на несколько шагов назад.

Глава 5. Конфликт поколений

Если надеть левый носок на правую ногу, то он сразу же становится правым носком. А тот, что прежде был правым, после данного действия сам собой превращается в левый. Это самый простой и понятный даже ребёнку пример, объясняющий принцип квантовой запутанности, что был мне известен. Почему я про это вдруг вспомнил?..

Сложно сказать. Возможно, потому, что Янус, с которым я имел неудовольствие познакомиться, оказался ходячим воплощением этого самого принципа. А возможно потому, что он познакомил меня с новой формой существования.

Экзистенциальной запутанностью.

Почти наверняка подобное состояние называлось как-то иначе, но я пришёл к выводу, что сие есть наиболее подходящее название для ситуации, когда человека выворачивают наизнанку и его внутренний мир становится внешним. И, уж не знаю почему, но внутренний мир почему-то больше всего напоминал лужу. Большую такую лужу из расплескавшихся эмоций, в которой причудливыми цветными разводами перемешивались страхи, надежды, стремления, успехи, ошибки и прочие составляющие жизненного опыта, стремительно растекающиеся в разные стороны.

— Ой, Нотан, фу! — отскочила от меня Аллегри и потрясла кроссовком, под который затекли мои надежды, оказавшиеся синевато-зелёного цвета. — Будь мужиком, не растекайся, соберись!

Да словно я это контролирую! И не разбрызгивай мои надежды по сторонам! Я их очень ценю, знаешь ли!

Невзирая на переполняющее меня негодование, выразить его я смог лишь возмущённым «бульком» на поверхности своего, некогда внутреннего, мира. На этом мои вербальные способности в этой форме заканчивались. Впрочем, как и любые другие. Будучи лужей, я ничем не отличался от зверька-индикатора из старого мультфильма. Всё понимаю, но не говорю. Только меняю цвет. Главное, чтобы никто не захотел меня стукнуть ради проверки, станет ли экзистенциально-запутанный Нотан фиолетовым в крапинку.

— Бульк-бульк!

А может, я всё таки могу управлять этой формой? Ну-ка… Э…

— Так вот, дитя, — прервал эту попытку старый Янус, глядя в мою сторону и почёсывая бороду. — Ты к нам теперь, скажем так, тоже другой стороной, так что позволь вернуть тебе твой же вопрос: какую из этих сторон считаешь главной?

На поверхности моей лужи поднялась стайка раздражённых бульков.

Кто, вот кто тянул меня за язык? Какой чёрт надоумил меня спросить у двуликого бога, какая из его сторон главная?!

Янус, услышав этот вопрос, очень долго смеялся, а Аллегри корчила страшные рожи, всем своим видом намекая, что я невероятный остолоп. И вскоре я понял, что она абсолютно права. Отсмеявшись, древний бог неожиданно ухмыльнулся своей молодой рожей:

— Какая сторона главная? А это смотря с какой стороны посмотреть, — и вывернул меня наизнанку.

Хохмач, блин!

Я и рад был бы ответить ему, что главная — та, которая может говорить и двигаться, но было абсолютно очевидно, что таким ответом я лишь ввяжусь в бессмысленный и бесконечный спор. Да и противоположным ответом, в общем-то, тоже. Древний бог находился в идеальной позиции для того, чтобы всласть поглумиться надо мной. В конце концов, обе «стороны» «меня» можно было назвать главными и важными.

Внешняя позволяла двигаться, добиваться целей, жить и творить. Внутренняя формировала личность, желания и те самые цели. Нельзя было утверждать, что какая-то из них была важнее другой. И, какой ответ я бы ни дал, у бога всегда нашлись бы контраргументы.

Впрочем, с тем, чтобы ответить, у меня имелись определённые проблемы.

— Бульк.

Возможно, это даже к лучшему? У меня есть законная причина не отвечать и избежать усугубления ситуации.

— Бульк.

Вот только перспектива продолжать своё существование в качестве лужи меня как-то не радовала.

— Бульк-бульк!

Мало того, что я не мог двигаться, так ещё и весь спектр чувств и ощущений сильно изменился. Картинку окружающего мира словно засунули в безумный фильтр, превращающий всё вокруг в картину Дали и искажающий цвета. Бесчисленные двери, от края до края заполнявшие обитель Януса, выглядели так, словно явились из плотницкого кошмара. Потёкшие, разломленные, закрученные крендельком, что-то жующие — иногда жевали соседнюю дверь.

Звук голосов щекотал поверхность моего нового «тела» острыми покалываниями, а чужие эмоции ощущались густо и чётко, словно нечто физическое. И я не мог сказать, что это доставляет мне хоть какое-то удовольствие. Раздражение, постоянно изливаемое старой стороной Януса, ощущалось настолько неприятно-липким, что мне казалось, что меня вот-вот вырвет. При том, что я был лужей.

Видел ли кто-нибудь хоть раз блюющую лужу?

Хм. А не давало ли это некоторый перевес на чашу весов с аргументами в пользу внешней стороны? Уже второй раз за достаточно короткий срок я сталкивался с осознанием того, что постулат «Мыслю — значит, существую» если не ошибочен, то явно довольно циничен. Вот взять, например, меня. Я сейчас мыслю? Мыслю. Значит, существую? Бесспорно. Но не более того! В данной ситуации это следовало читать как «прозябаю», так как ничего больше, кроме как быть лужей, я сейчас не мог. Следовательно, не мог и назвать это состояние «жизнью».

Выходило, что сторона, позволяющая полноценно жить, имела преимущество в споре о важности, но… Стоп, зачем я вообще об этом задумываюсь? Раскукожь меня обратно! Я всё понял и осознал!

— Бульк-бульк-бульк-бульк!

— Легри, что пытается пробулькать твой юнец? — спросил богиню молодой Янус.

— Один юнец называет другого юнца юнцом. Хапмф! Отличная шутка! — фыркнул старый Янус, повернувшись к Аллегри своей стороной.

— Старпёров не спрашивали! — отозвался молодой, занимая его место.

Между прочим, моей вины во всём произошедшем было не так уж много! Янус собственными стараниями создал всю эту ситуацию, развязав сам с собой спор о старшинстве! А я… Ну, мне и правда стоило держать язык за зубами, но в тот момент я влез в него чуть ли не машинально.

— Ты кого старпёром кличешь, сопляк? Моя сторона родилась раньше твоей!

— Только из-за того, что у твоей рожи борода есть, ещё не значит, что она старше!

— Да что ты!..

Карусель пошла на новый круг.

Почему карусель? Потому что двуликий бог обязательно поворачивался к собеседникам той стороной, которая говорила в данный момент. И делал это всегда столь стремительно, что в глазах начинало мельтешить, если Янус бросал поочерёдно несколько коротких фраз. Интересно даже, а к кому он поворачивается, когда говорит сам с собой в гордом одиночестве? Выворачивается вовнутрь, чтобы поговорить лицом к лицу?

…Бррр!

На поверхности моей лужи лопнула стайка мелких пузырьков.

Кудрявый седой старик с массивной бородой и кустистыми бровями, и вихрастый юнец, практически подросток лицом. Знакомьтесь, великий и ужасный Двуликий Янус. Некогда высший бог древнеримского пантеона, впоследствии передавший свой пост Юпитеру. И после столь близкого знакомства мне начало казаться, что сделал он это по весьма простой причине — договориться с самим собой ему было сложновато, что явно сказывалось на эффективности правления пантеоном.

— Бульк!

— Дядя Янус, — окликнула входящего в запал двубога Аллегри.

— Да если бы ты, малец, хоть раз!..

— Дядя Янус!

— А? Чего кричишь, Легри? — отреагировал на неё молодой.

— Я бородат, но не глух, — добавил старый.

— Дядя Янус, так всё таки, что ты сделал с тем мелким божком? — Аллегри повторила вопрос, ответ на который мы пока так и не получили из-за постоянных споров сторон.

— С каким? — нахмурил густые брови старый Янус.

— Который уговаривал меня создать тайную постоянную тропу в какой-то мирок. Ты даже это уже не помнишь, старая рухлядь?

— Словно я должен помнить каждого встречного наглеца! — фыркнул тот в бороду. — Лишь вы, сопляки, зачем-то помните всякий бесполезный мусор. Кстати, что я с ним сделал?

— Развоплотил, вроде, — безразлично пожал плечами молодой Янус. — Не знаю точно, я не видел. Но я бы тоже развоплотил. Скользкий хмырь.

— И наглый. Хампф! Сил никаких, в родословной одна гниль. Даже стоять рядом противно было.

Не будь я лужей, то удивлённо поднял бы брови. Янус взял и убил другого бога, потому что тот ему не понравился? Нет, я понимаю, двубог — демиург авторитетный и мелкого божка для него растереть не так уж сложно… Но подобные поступки в мире богов действительно в порядке вещей? Судя по тому, что Аллегри даже не изменилась в лице, услышав про это — да. Впрочем, если задуматься, тут богов бродит как саранчи. И если тот божок и правда был мелкой сошкой без серьёзных родственников или покровителей, то всем наверняка плевать. Одним больше, другим меньше. Какая разница?

— Дядя Янус, ты знаешь, кто его послал? — спросила богиня, пытаясь выжать всё из стремительно рассыпающейся в пыль зацепки.

— Если бы знал, то и его развоплотил бы! — зло фыркнула старая сторона божества.

— Просить Стража Путей открыть тайный лаз в чужой мир, — скривился молодой. — Он или тупой, или псих.

— Меня поражает неопрятность твоей речи, малец, но я вынужден согласиться с сими эпитетами.

А вот я — не очень.

В глупость неизвестного врага я решительно не верил — иначе он пришёл бы к Янусу лично, а не подослал мелкую сошку для прощупывания почвы. Да и безумство я тоже ставил под вопросом. Противник, по сути, лишь перебирал все доступные варианты, никого заранее не списывая со счетов. Впрочем, вполне ожидаемо, что Янус, как лицо незаинтересованное, всему этому не придавал никакого значения и даже успел наполовину забыть о произошедшем.

Аллегри, услышав ответ двуликого, лишь разочарованно вздохнула. И я был полностью с ней солидарен. Насколько проще стали бы наши поиски, будь Янус хоть самую малость сдержанней! Но, увы, лёгкий путь для нас оказался закрыт. Что ж, не привыкать.

Куда большей проблемой являлось то, что я сейчас был абсолютно недееспособной лужей!

— Бульк!

— Кстати, ты чего заглянула, Легри? — старый Янус сменил тему. — Не из праздного любопытства ведь?

— Нууу… Дядя Янус, а почему ты так давно не заглядывал к бабушке? —замявшись поначалу, Аллегри задала вопрос настолько непринуждённо, словно и правда только ради него и заходила. — Она всё чаще жалуется.

— Эхем! — смущённо кашлянул старый. — И правда, нехорошо вышло. Понимаешь, Легри, я тут просто одним делом увлёкся…

— Глупостью он увлёкся! — фыркнул молодой. — Прикинь чего удумал на старости лет — хочет создать дверь, пройдя через которую мы с ним разделимся.

— Этот сопляк надоел мне до изжоги! Избавлюсь от него и заживу спокойно!

— Мы с тобой одна сущность, старый пень! Хочешь нас на ноль поделить?!

— Я тебе уже говорил, зелень необразованная, что всё подсчитал! Всплеск энтропии процесса будет в пределах безопасного для вселенной!

Вот тут я напрягся, ибо «безопасно» для бога и «безопасно» для простых смертных — это немного разные понятия. Особенно когда формулировка звучит именно как «безопасно для вселенной». Для неё, быть может, и безопасно… А как насчёт тех, кто в ней живёт?!

— Не слушай этого маразматика, Легри! Когда он отвернётся, я подделаю его вычисления и не дам нас самоубить.

— Ах, вот как!

— Вижу, дело и правда непростое, — с беззаботным видом кивнула богиня, словно речь шла не о судьбе обитателей вселенной а, максимум, о том как замариновать шашлык к выходным. — Тогда желаю удачи!.. Всесторонне. Главное к бабушке поскорее загляни!

— В ближайшее время! — закивал старый, тряся бородой, на секунду отвлёкшись от спора со своим вторым эго.

После чего продолжил процесс с большим азартом, вертясь волчком.

— Дядя Янус! — вновь окликнула их Аллегри.

— Ну чего тебе ещё! — откликнулись обе стороны двубога почти одновременно.

Они наверняка отозвались бы хором, если бы не эта загадочная необходимость поворачиваться к присутствующим в момент изречения реплики.

— Нам идти пора. Может, вернёшь моему подручному прежний вид?

— Какому подручному? — непонимающе нахмурился старый. — Ах, да, припоминаю. С тобой ведь был спутник. А куда он пропал, кстати?

Я тут, мать твою!

На поверхности моей лужи забурлила целая россыпь возмущённых бульков, привлекая к себе внимание, и Янус опустил взгляд.

— Как любопытно! — неожиданно восхитился он. — Впервые вижу, чтобы смертный выбирал экзистенциальную форму для жизни.

Я её не выбирал! Это всё твоих рук дело! Точнее его! Короче ваших!

— Бульк-бульк-бульк-бульк-бульк-бульк-бульк-бульк!

— А он у тебя эмоциональный, Легри, — весело усмехнулся молодой. — Подручный, говоришь? Хиловат для подручного. Побитый какой-то. Хм… Раны от Предопределённости?.. — неожиданно серьёзно прищурился он, сменив тон, и глянул в сторону моей богини. — Во что ты влезла, Аллегри?

Девушка долго молчала, явно не желая посвящать двубога в подробности, но в итоге призналась. По крайней мере, отчасти:

— Кто-то пытался мне насолить, — вздохнула она, — и он попал под раздачу.

— Хммм. А я ведь говорил, что нужно вести себя скромнее, Легри, — отчитал богиню старый. — Ох уж эта молодёжь, никогда не слушают советы старших…

— Не бухти, старый пень, вспомни себя несколько эонов назад, — вступился за неё молодой. — Раны ты, вижу, уже лечишь… Но вот силёнок ему бы прибавить… Ещё и лишённая магии душа… А может ну его, Легри? — весело спросил он богиню. — Найдём тебе более полезного и не такого ущербного.

Я хотел закипеть целой горой пузырей, но… Так-то он ведь был полностью прав. Я всего лишь чудом выживший шлепок эмоций на этом полу. Даже если Аллегри сможет отправить меня обратно в Тельвар, что я могу противопоставить тому старику? Вечно озираться по сторонам, шарахаться от каждой тени и не вылезать из укреплённой комнаты? В конце концов, много ли пользы я принёс ей за это время?

— Дядя Янус, — Аллегри заговорила с лёгкой прохладой в голосе. — При всём уважении, судить о его пользе я буду сама.

— Ого! Ого! Слыш, старый, мне кажется или Легри к нему неровно дышит?

Неровно дышит? Пффф. Глупости какие.

— Эй, с чего!.. — тут же вспыхнула богиня, накрыв меня густой и тёплой волной неожиданного смущения, но оказалась перебита бородатой стороной Януса.

— Не лезь в чужие дела сердечные, сопляк, — недовольно осадил тот молодого. — У самого-то сколько было смертных фавориток? Напомнить?

— Так я ж не в упрёк! Наоборот, радуюсь! Раз такое дело… Легри, подставь-ка ухо.

Не знаю, что там двуликий нашептал Аллегри, но когда он закончил, богиня выглядела одновременно обрадованной и удивлённой.

— Это точно, дядя Янус? — уточнила она. — Он ведь бился над рецептом тысячи лет без каких-либо сдвигов.

— Абсолютно точно, — кивнул он. — Сейчас знают немногие, но это ненадолго. Так что советую заглянуть, пока не налетели другие желающие.

— Поняла! Спасибо, дядя Янус! — обрадованно кивнула Аллегри. — Тогда мы пойдём!.. А…

Ага. Куда пойдём? Я до сих пор лужа! И почему ты так смутилась? Подозрительно это всё.

Странное дело, но у меня сложилось впечатление, что ни Янус, ни Аллегри не могли читать мои мысли, пока я находился в этой форме. И это откровенно ставило в тупик. Разве выставленный напоказ внутренний мир не должен был позволить читать меня как открытую книгу? В чём тут подвох?

— Да, да, точно, сейчас, — спохватился старый Янус и взмахнул рукой, возвращая мне прежний вид.

Резкий переход от экзистенциальности к реальности едва не свалил меня с ног, полностью спутав мысли и дезориентировав. Но спустя несколько секунд я пришёл в себя и вновь начал видеть окружающую обстановку такой, какая она есть на самом деле.

Поправив на носу специальные защитные очки-звёздочки, выданные Аллегри на случай, если во время прогулки по миру богов попадётся какой-нибудь демиург в истинной форме, я смущённо кашлянул и кивнул Янусу:

— Спасибо. И простите за тот вопрос.

— Какой вопрос? — недоумённо переспросил старый Янус.

— А, точно, мы же ещё не разобрались с этим! — опомнился молодой.

— Прости, дядя Янус, мы спешим! — торопливо заявила Аллегри и, сцапав мою руку железной хваткой, спешно телепортировалась из обители.

Я испугался, что двубог может отправиться за нами следом, чтобы выяснить отношения, однако тот, кажется, решил оставить меня в покое. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости нет никакой угрозы, я облегчённо выдохнул.

— Нотан, скажи, ты самоубийца? — недовольно спросила меня Аллегри, отпуская руку. — Тебе повезло, что Янус был в хорошем настроении. Иначе мы бы уже не разговаривали.

— Прости. Не знаю, что на меня нашло, — повинился я. — Сначала спросил, и только потом уже задумался. Впредь буду осторожнее.

— Уж постарайся, — обречённо вздохнула Аллегри и махнула ладонью, зовя за собой. — Идём, нам надо заглянуть в одно место.

Так как выбора у меня особо не было, я зашагал следом за богиней, размышляя о произошедшем. Больше всего меня интересовал тот приступ смущения, но, хорошо подумав, я решил не поднимать эту тему.

Мир богов был забавным местом, если можно так сказать о локации, каждый шаг по которой мог привести к смерти, если не знать правильного пути. Понятие пространства и времени тут было сильно искажено и запутано. Повернув налево, можно было оказаться справа или вообще развернуться в обратную сторону. Некое подобие дороги, видеть которую помогали очки, могло в любой момент перевернуть тебя вверх ногами или отбросить на несколько мгновений в прошлое, дав уникальный шанс лицезреть собственную спину. Одна тропа могла мгновенно перенести тебя на тысячи метров вперёд за единственный шаг, а другая, неправильная, заставила бы вечно шагать, оставляя при этом на том же месте. Без опытного проводника, который знал все хитрости и тонкости этого пласта реальности, тут делать было просто нечего.

В некотором роде это место походило на обычный мир. Отчасти. Очень отдалённо. Тут имелись своеобразные дороги и улицы, на которых можно было найти входы в обители других богов или местные, так скажем, общественные места. Даже при поддержке очков мне было сложновато воспринимать всё это и описать внятными словами, но сознание всё таки как-то укладывало это для моего разума в какую-то более-менее понимаемую картину.

Временами, хоть и довольно редко, но попадались искажённые и опасные области, с которыми не сдюживали даже очки. Через такие места Аллегри проводила меня, взяв за руку. В такие моменты, ощущая тепло её ладони, я чувствовал себя… довольно странно. Словно становился ребёнком, которого переводят через дорогу.

Что до богов, то их тут бродило огромное количество, самых разных видов, форм и размеров. Многие, как Аллегри, Эрешкигаль или Янус, предпочитали околочеловеческий внешний вид, но попадались и более экзотические представители. Начиная различными и вполне банальными зверолюдами, и заканчивая летающими шарами, бродячими грибами и всевозможными родственниками Ктулху. Некоторых богов из толпы я даже умудрялся иногда узнавать. Допустим, Ра и Шиву. Если это и были не они, то очень и очень на них похожи. Иногда попадались такие, кого я чувствовал, что должен знать, но никак не мог выудить о них хоть слово из своей памяти. Подобными, например, оказалась парочка замеченных в дали богов: высокий парень в тёмном плаще с тростью, рядом с которым, активно что-то ему рассказывая и размахивая руками, стояла девочка в чёрном кимоно, расшитом тёмно-вишнёвыми цветами. Я хотел было расспросить Аллегри о них, но к тому моменту как смог привлечь её внимание, загадочной парочки уже и след простыл. А по описанию богиня их опознать не смогла. Демиургов с подобной внешностью, по её словам, было относительно много.

Но главной достопримечательностью мира богов были вовсе не бродящие по «улицам» местные обитатели. А огромная фигура обнажённого Атланта, возвышающаяся из-за горизонта и подпирающая местный небосвод. Аллегри уверяла, что это просто такая статуя, возведённая когда-то шутки ради, но… Почему, блин, она постоянно играет мышцами и подмигивает?! Более того, из-за искажений пространства, куда бы ты не направил взгляд, Атлант всегда находился перед тобой. Ситуацию немного спасала лишь линия горизонта, на самой грани скрывая нижнюю половину его тела. Если бы Атлант был бы виден целиком, то, боюсь, за время пребывания в мире богов я бы заработал моральную травму.

— Кстати, а куда мы идём? — спросил я о чём-то задумавшуюсь Аллегри. — Я так понимаю, наши планы немного изменились?

— Точно, — кивнула богиня и глянула на меня с весёлой хитринкой. — Возрадуйся, Нотан. Прозвучит странно, но ты, кажется, умер в самое подходящее время, какое можно было представить. У тебя появился шанс стать немного сильнее.

— Серьёзно? Каким образом? — я прибавил шаг и поравнялся с Аллегри.

— Скоро узнаешь, не буду портить сюрприз, — хмыкнула она, накручивая моё любопытство.

— Вредина. Скажи хоть, куда путь держим? Или к кому?

— Нуууууу… Ну ладно, скажу, — смилостивилась богиня и подмигнула. — Мы идём к Дионису!

Глава 6. Опора мира

Ответ Аллегри стал для меня полной неожиданностью. Я помнил, кто такой Дионис, и это знание слабо вязалось со словами богини о шансе стать сильнее. Сильнее в чём? В игре в литрбол? Так в Тельваре со мной в этой дисциплине уже не могут соревноваться даже гномы. «Стоик» стал слишком эффективен и плевал с высокой колокольни на любые токсины.

— К Дионису? А чем он может помочь? — я тут же высказал свои сомнения.

Богиня неожиданно остановилась и огляделась по сторонам, после чего вдруг перешла на телепатическую речь:

— Ты же слышал про нектар и амброзию? Как ты, возможно, догадываешься, мифы сааааааамую малость преувеличивают их эффект на смертных. Все эти сказки про обретение бессмертия после втирания амброзии или пития нектара были пущены в люди лишь для религиозной манипуляции. Правда же в том, что лишь полубоги способны принимать подобную пищу и получать от неё пользу, познавая суть божественности и постепенно приближаясь к статусу бога. Но энергия, заключённая в яствах богов, настолько сильна, что обычная смертная душа не способна выдержать воздействие даже самой крохотной капли концентрата истинного эфира.

Аллегри замерла на перекрёстке и, ненадолго задумавшись, повела меня налево. Дорога тут шла через какие-то оживлённые места и девушка ненадолго замолчала даже в моих мыслях, пока мы не миновали толпу.

— Дионис всегда мечтал создать нектарное вино, способное одарить даже обычных смертных хотя бы крохотной капелькой осознания тайн божественности, не убивая при этом их душу, — продолжила она. — И, по словам Януса, ему это наконец удалось, — она повернула голову в мою сторону и испытывающе прищурилась. — Богом или даже полубогом ты, конечно, от такого вина не станешь, но оно может помочь тебе в развитии собственной силы. Только я не знаю, как именно это произойдёт. Откроются чакры? Третий глаз? Зародится зерно источника магии? Или банально сможешь дышать огнём? Не узнаем, пока не попробуешь. Вопрос только в том… действительно ли оно получилось безопасным для смертных?

Последняя её ремарка мне отчего-то не понравилась. Очень-очень не понравилась. По тому, что я услышал от Аллегри и Януса, можно было однозначно сказать — рецепту без году неделя. И я сильно сомневаюсь, что Дионис проводил лабораторные и клинические испытания, прежде чем выпускать свой новый продукт «в люди». Как бы не стать первым подопытным…

— Не беспокойся слишком сильно, — на этот раз Аллегри заговорила вслух и уверенно улыбнулась. — Если будет выглядеть слишком рискованно, просто уйдём.

Это утешало. Самую малость. Всё же мои представления о риске немного расходились с мировоззрением Аллегри.

— Ах, да, — она остановилась и скептически меня осмотрела. — На этот раз я учту свою ошибку и предупрежу — постарайся не пить слишком много. Даже если мы сходим попусту, трезвым от Диониса ещё никто не уходил. Пару бокалов осушить придётся, хотя бы для вежливости. Однако не увлекайся и не ведись на его провокации продолжить гульбу. «Стоик» почти никак не влияет на твоё астральное тело, но эфирное вино — очень даже. И похмелье будет далеко не таким невинным как после гномьего спирта.

А вот это предупреждение оказалось действительно важным, за что я благодарно кивнул богине. Метафизические страдания — это совсем не то, что мне сейчас хотелось испытать. Да и времени на них особо не было.

Спустя ещё десяток поворотов, временных петель, пространственных возмущений и червоточинных колодцев с открытыми люками мы, наконец, оказались в обители Диониса. До сих пор я видел всего три личных божественных домена, так что не мог судить о том, как выглядит средняя сферическая обитель в вакууме, но то, что у Диониса она сильно отличалась от жилищ Аллегри, Эрешкигаль и Януса, было неоспоримым фактом.

Перед глазами расстилалась огромная необъятная долина, обласканная тёплым солнечным светом и исчерченная ровными рядами виноградников и хмеля. Как правило, в мире богов сложно было ощутить какие-либо запахи, но мягкий ветер, веющий со стороны долины, приносил густой и дурманящий запах спелого винограда, окутывающий с ног до головы словно пуховое одеяло. Пьянящий аромат и беззаботное щебетание птиц вдалеке умиротворяло и убаюкивало, словно призывая прямо здесь и сейчас растянуться на пышной зелёной траве да предаться полуденной дрёме.

Аллегри двинулась вниз по склону, спускаясь в долину, и махнула рукой куда-то чуть правее:

— Нам туда.

Приглядевшись, я действительно увидел крохотное пятнышко белого домика, прячущегося среди яркой зелени.

Шага по склону холма в глубь долины я не уставал удивляться тому, какое это удивительно спокойное и мирное место. Мне даже не верилось, что мы пришли в обитель бога, ибо виды вокруг казались слишком земными. Обычная трава, хоть и пышные и изобильные, но всё ещё обычные виноградники, обычные нагие сборщицы виногра… Стоп, что?

Беру свои слова назад!

Когда мы немного углубились в плантацию, мне на глаза практически сразу попались сновавшие по рядам молодые зеленовласые девушки, собиравшие кисти спелых ягод в плетёные корзины. Они не обременяли свои стройные и гибкие, словно молодая лоза, фигуры презренной одеждой. И единственным предметом их гардероба были пышные венки на головах, сплетённые из свежих виноградных листьев.

— Любопытные у Диониса вкусы, — пробормотал я, созерцая сих бесстыдных, но прекрасных дев.

Заметив мой интерес, сборщицы тут же оставили работу и принялись шушукаться, бросая в нашу сторону горячие взгляды.

— Ты о чём? — переспросила Аллегри, оборачиваясь, и проследила за направлением моего взора. — А, ты же ещё ни разу не видел нимф. Это дриады и альсеиды, приглядывающие за этим садом и его гостями, — глянув на меня, она лукаво прищурилась и в её глазах заплясали хитрые огоньки. — Кажется, они тебе по нраву. Не желаешь одарить их вниманием? Уверяю, они будут только рады.

— В смысле? — я даже малость опешил от столь неожиданного предложения.

— Ой, только не строй из себя невинность, — фыркнула она, закатив глаза к небу. — Ты прекрасно понял, о чём я. Неужели ты откажешься искупаться в их заботе и объятьях? Давай, не отказывай себе в маленьких удовольствиях. Когда ещё доведётся сюда попасть? Пользуйся моментом!

Сказать по правде, я успел забыть, что в этом отношении Аллегри мыслила несколько своеобразно с точки зрения обычного смертного.

— Спасибо за предложение, конечно, но мы, вроде, сюда по делу пришли, а не распутничать, — напомнил я о цели нашего визита.

— Ой, пара часов туда, пара часов сюда. Словно это что-то изменит. Хотя, ладно, ты прав. Сначала разберёмся с Дионисом, чтобы ты не нервничал попусту, — вздохнула богиня. — Только при нём не вздумай ляпнуть то, что сейчас мне сказал. Смертельно оскорбится.

— То, что мы по делу пришли? — почесал я в затылке.

— То, что мы пришли не распутничать, — усмехнулась Аллегри и зашагала дальше.

Переварив услышанное и вспомнив, что Дионис не только бог вина, но и покровитель всевозможных развлечений, я понимающе кивнул. Опыта существования в виде экзистенциальной лужи мне уже хватало, повторять не хотелось.

— Прошу прощения, прекрасные нимфы, — я прижал руку к сердцу и отвесил небольшой вежливый поклон. — Ваша красота ослепительна и чарующа, но нам нужно идти. Быть может, в другой раз.

От успевшей сделать несколько шагов вперёд Аллегри донеслось неприкрытое фырканье, а нимфы разочарованно вздохнули и разбрелись обратно к своим корзинам. Глупо ли я поступил, отказываясь от такого шанса? Возможно. Но и пускаться во все тяжкие мне как-то не хватало духу, хотя и знал, что за это слова дурного никто не скажет.

— Слушай, Аллегри, а скажи мне вот что, — с этой минуты я старался уже не обращать на дриад особого внимания, дабы не тешить их ложными надеждами. — А разве вам, богам, действительно нужно есть и пить как обычным существам?

— Хм…

Аллегри, расслабленно шагавшая, засунув руки в карманы толстовки, задумчиво взглянула на небо и ответила после небольшой паузы:

— Боги создали амброзию и нектар не так уж давно… По нашим меркам, конечно. И для выживания они нам не нужны. Ядро нашего существования — вера, а эфир — источник энергии и магии. Лишь они нужны для жизни божества. Всё остальное… лишь способы получить удовольствие. Если провести аналогию… Твой организм может выжить, получая лишь питательный раствор с достаточным количеством калорий. Но куда веселее и интереснее вместо безвкусной жижи съесть кусок жареного мяса. Понимаешь?

— Вполне, — кивнул я.

Аналогия была более чем красноречива.

— Правда, мы позволяем себе их не так уж часто. Постоянное поглощение амброзии и нектара способно свести с ума. И сводило. Когда-то моей бабушке с другими старшими богами пришлось отправить нескольких безумцев в Бездну.

— Погоди, так Бездна на самом деле…

Мой вопрос прервал томный стон, раздавшийся из ближайших зарослей винограда. В отличие от меня, кто-то не стеснялся порадовать Диониса, предаваясь развлечениям.

— Существует, — закончила за меня девушка, даже не поведя ухом. — Рай и Ад, о которых говорится во многих религиях, на самом деле выдумка. Но их образы основаны на мире богов и Бездне. Вот только в Бездну попадают не смертные грешники, а обезумевшие демиурги, пожиратели миров и прочие твари, угрожающие мирозданию.

— Короче говоря, это божественная тюрьма.

До сих пор я считал, что Бездна — это лишь присказка, родившаяся в местном фольклоре… Стоило догадаться, что подобное место может и правда существовать. Но тогда получалось, что «демоны», обитающие в Бездне, в основе своей просто низвергнутые боги. И правда, аналогии с Раем и Адом напрашивались сами собой.

— В точку. Это и правда тюрьма, по сути. В общем, пища богов опасна не только для смертных. Так что я невероятно удивлена, что Дионису удалось смягчить эффект до приемлемого для вас.

Богиня неожиданно шлёпнула по попке проходящую мимо дриаду и телепортировалась по другую сторону от меня, словно была не причём. Я не стал вестись на столь явную провокацию и сделал морду кирпичом, словно ничего не произошло.

— Раз так обстоят дела, то что за печеньками с чаем ты меня потчуешь регулярно?

— А, да простая имитация из эфира, — пояснила она. — Пользы ровно никакой, как и вреда. Просто небольшой… Каприз? Традиция? Даже не знаю как точно назвать.

Не уверен, какой ответ я надеялся услышать, но отчего-то испытал смутное разочарование. Мир богов на поверку вызывал чувство… лёгкой фальши. И неоправдавшихся ожиданий.

— Фальши, говоришь… — хмыкнула Аллегри, подслушав мысли. — В чём-то ты и прав. О, вот мы и на месте.

Дорога через виноградную долину привела нас к обширному дворику, вымощенному беловатым песчаником и украшенному множеством клумб и деревьев оливы. В глубине двора стоял двухэтажный дом, сложенный из точно такого же камня. Перед домом бил небольшой фонтан, а левее, под навесом, находилась какая-то каменная конструкция, назначения которой я пока понять не мог. Ванна для давки винограда? Можно будет понять, только подойдя ближе.

Клумбы выглядели весьма ухоженными, но, к моему удивлению, во дворике не наблюдалось ни единой души. Учитывая обстановку по дороге, я ожидал узреть тут разудалую отвязную оргию, начавшуюся ещё лет триста назад, но… Увидел лишь разбросанные повсюду кувшины с бутылками, да полуголого мужика в грозящей сползти повязке на бёдрах. Мужик лежал пузом на бортике фонтана и верхняя половина его туловища скрывалась под водой. Выглядел он… не очень живым.

— Эмм… А ему там нормально? — тихо спросил я.

— Типичный Дионис, — усмехнулась Аллегри. — Могу поспорить, что он соревновался с кем-то в, как ты говоришь, литрбол. И теперь приходит в себя.

— Как вообще бог может опьянеть? — подивился я. — Особенно бог вина.

— Это особая сила, доступная лишь богам выпивки. Благословлённый ими напиток способен опьянить любого и отправить в мир грёз.

Я недоумённо нахмурился:

— Не понял. Про что ты сейчас?

— Сны, Нотан. Боги не засыпают сами по себе и, соответственно, не могут увидеть сны. Но иногда нам… хочется. И единственный способ сделать это — эфирное вино, созданное кем-то вроде Диониса.

— Как-то сложно у вас тут всё, — пробучал я, глядя на приближающйся фонтан с торчащим из него мужиком.

— Скорее просто непривычно для тебя, — усмехнулась Аллегри и, подойдя к фонтану, пару раз легонько потыкала носком кроссовка в филейную часть божества. — Эй, Вакх! Ин вино веритас, ин аква санитас!

Тело в фонтане заворочалось, в районе головы поднялась целая гора пузырей и могучим рывком бог вина вынырнул из воды, воскликнув:

— Кто посмел столь грязно выразиться при мне?! Вода, хтьфу! Где сей… А! Это ты! — повертев мокрой головой, Дионис углядел Аллегри и радостно улыбнулся. — Прекрасно! Чудесно! Друзья мои, сама Аллегри явилась к нам! Мы обязаны выпить за появление столь ценной гостьи в моём скромном жилище! Стоп… А где все гости? Где мои дриады? Вакханки? …Ясно. Разбрелись все, уединились в виноградниках. Никому не нужен старый Дионис, упавший в фонтан.

Старым назвать его было сложно. Внешность у бога была довольно молодая. Типичный «юноша бледный со взором горящим», пробивающимся даже сквозь щелочку промеж слегка опухших век, и увенчаный кудрявой шевелюрой. Чем-то он мне напомнил одного знакомого паренька из медицинского. Знатный был эксперт по поглощению горячительных. Какое забавное, однако, совпадение, хоть и неполное.

— Хм? — вдруг призадумался он. — Фонтан?.. А зачем я туда упал? Почему я так захмелел, что он мне понадобился? Уфф… — по мученическому выражению лица было без слов понятно, что мыслительный процесс даётся богу очень тяжело. — Точно, вспомнил! Нинкаси! Нинкаси, душа моя, где ты?!

С трудом встав на ноги, Дионис покачнулся и побрёл в сторону дома, неуверенно оглядывая округу.

— Кто такая Нинкаси? — шёпотом спросил я у Аллегри.

— Богиня пива. У вас её саг-гиг почитали, то есть шумеры, — ответила девушка. — Они с Дионисом вечно соревнуются, кто кого перепьёт. Насколько я знаю, каждый раз заканчивали вничью.

Пока Аллегри рассказывала о Нинкаси, я вдруг почувствовал, что от фонтана исходит какой-то смутно знакомый запах. Сверкающие струи, бившие вверх и опадающие в чашу искрящимся на солнце зонтом жидкого серебра, изливали явно не воду. Но и запах от них исходил совсем не алкогольный.

— Нинкаси, вот ты где! — я хотел было проверить, что же плещется в фонтане, но Дионис меня отвлёк своим возгласом и неуклюже наклонился к земле по ту сторону фонтанной чаши. — Вставай, Нинкаси, я должен узнать, кто из нас победил! Ибо я не помню.

Выпрямившись, бог вина поднял с земли девушку в длинном и весьма помятом зелёном платье, перехваченном на талии золотым поясом в виде колосьев пшеницы. Выглядела она крепкой и фигуристой, но не полной. Крупная грудь, крутые бёдра. Эдакая сбитая сельская деваха. Но самой примечательной деталью её облика была вовсе не фигура, а беспорядочно спутанные волосы ослепительно-яркого алого цвета, опускавшиеся ниже пояса. В общем, внешность у шумерской богини пива оказалась достаточно запоминающейся. Вот только дурацко-блаженное выражение, застывшее на её спящем лице, очень плохо вязалось с её божественным статусом.

— Нинкаси, подъём! Хмель горит! — Дионис похлопал её щекам, но богиня лишь вяло всхрапнула и что-то неразборчиво промычала.

Божественный винодел сделал ещё несколько попыток привести в чувство свою коллегу, но успеха так и не добился.

— Понятно, — разочарованно вздохнул он и неожиданно толкнул бесчувственную богиню в сторону чаши. — В фонтан.

Запнувшись о бортик, спящая богиня рухнула в жидкость целиком, на пару секунд скрывшись в глубине.

Ошеломлённый столь бесцеремонным обращением, я всё же протянул к фонтану ладонь и, набрав пригоршню жидкости, осторожно её пригубил, подсознательно уже догадываясь, что обнаружу. И не ошибся.

Рассол. Отборнейший рассол. Целый фонтан первоклассного рассола.

Впрочем, чего ещё я ожидал от дома бога-алкоголика?

Он, конечно, явно отличался от рассола земного и, как и всё тут, наверняка был создан из магии и эфира… Но какая, к чёрту, разница, если на вкус это всё равно рассол? С соответствующим, как я понимаю, эффектом.

Утопив коллегу в рассоле, Дионис и сам припал к живительной влаге, сделав несколько внушительных глотков, после чего вернулся к нам, значительно прибавив в бодрости и твёрдости шага.

— Аллегри, радость моя, как давно ты не заглядывала, — радушно развёл он руки. — И даже пришла не одна! Сердце старого Диониса трепещет в восторге, узрев тебя вместе со спутником. Но если вы заглянули на оргию, то увы…

— Нет, Вакх, мы просто услышали, что тебе удалось свершить великое достижение и пришли поздравить, — невинно улыбнулась богиня.

— Понимаю! Ни слова больше! — воскликнул тот и обернулся к дому. — Либера! Либера, виноградинка моя! У нас бесценные гости, желающие выпить за наш успех!.. Либера? Эх, ушла проверить виноградники, наверное. Все бросили старого Диониса. Но не стоит печалиться, друзья! Даже если мы тут одни, сие обстоятельство никак не помешает нам славно и весело выпить!

Взмахнув рукой, он материализовал в воздухе три огромных кубка, до краёв заполненных рубиновым вином. Я скосил взгляд на Аллегри и получил от неё едва заметный одобряющий кивок. Значит, можно пить. Главное не забывать про меру.

— Позволь узнать твоё имя, смертный, — обратился ко мне Дионис, взяв в руку левитирующий перед ним кубок.

— Меня зовут Нотан, уважаемый, — слегка поклонился я, хватая свою чарку.

— Отличное имя с необычным смыслом, — хмыкнул бог. — Полагаю, твои деяния соответствуют ему во всей мере. Так как ты друг Аллегри, то отныне и мой друг тоже! Нет во вселенной радости большей, чем знакомство с новыми друзьями, готовыми вкусить с тобой радость вина. Мироздание полнится мириадами дорог и тропинок, на которых можно встретить безмерное количество новых друзей. Так выпьем же за то, чтобы на этих дорогах нам всегда попадались лишь друзья и никогда не повстречалась Гера!

***

— Знаешь ли ты, Нотан, на чём вообще держится наш мир? — спросила сидевшая рядом Аллегри слегка заплетающимся языком. — Великий и могущественный мир богов! Пффф! Если бы смертные знали правду, давно подняли бы нас на смех!

Она сделала несколько глотков из кубка и с грохотом поставила его на стол, после чего привалилась к моему плечу.

— Кажись, речь не о власти и силе, да? — спросил я задумчиво глядя на свою перевёрнутую чарку, из которой, вопреки физике, не пролилось и капли вина.

Кубок вообще походил на бездонный. Я планировал ограничиться им одним, соблюдя этикет, Но он всегда оставался полным до краёв, а вино, что плескалось внутри, было настолько вкусным, что лилось в горло в куда больших количествах, чем я хотел бы себе позволить.

Ну и ладно. Хорошо сидим же? Хорошо. В хмельной голове появилось желание приобнять разворчавшуюся Аллегри, изливавшую своё недовольство божественными проблемами, но я чувствовал, что ещё недостаточно пьян для столь смелого поступка.

Надо бы это исправить.

— Сила и власть, ха! — рассмеялась у меня на плече богиня и, подняв руку, неопределённо помахала ею в воздухе. — Нееее. Я о… более материальной поддержке. Кхм. Вакх, раскрой ему глаза. Мне он ни за что не поверит.

— С превеликим удовольствием, — кивнул Дионис и отхлебнул из своего кубка, промачивая горло.

Мы сидели тут довольно давно. В отличие от «внешнего мира», где всегда было светло, в обители Диониса имелся суточный цикл, и солнечный день успел уступить место уютным сумеркам и свету ярких оранжевых фонарей, осветивших владения бога, а пустынный двор божественного жилища постепенно заполнялся нимфами и другими гостями Диониса. Где-то в отдалении начинала играть музыка, возвещая о зарождении обширного кутежа. Но нам этот шум пока не мешал.

— Дружище мой Нотан, ведомо ли тебе, что наш мир — плоский? — задал неожиданный вопрос Дионис.

— Понятия не имел, — мотнул я головой. — Лично мне он представился огромным клубком из перепутанного пространства и времени.

— Это уже мелкие детали, — отмахнулся бог. — Издержки магических возмущений.

— Погоди, Дионис…

— Вакх! — перебил меня бог. — Зови меня так. У меня много друзей, но лишь достойнейшие могут звать меня Вакхом.

— Хорошо, Вакх, — кивнул я и спохватился. — Я достойнейший?

— Определённо, друг мой! Ведь ты всё ещё способен пить, хотя сидишь за столом с богами!

— Действительно необычный смертный, — подтвердила слова супруга Либера, вернувшаяся домой в самый разгар наших посиделок, когда я рассказывал Дионису о своих университетских годах. — Как жаль, что такие встречаются редко!

— Я считаю, что тут нужен тост! — подняла кубок над головой оклемавшаяся и присоединившаяся к нам ещё до Либеры Нинкаси. — Когда находится счастье — теряется зло. Но что есть дружба, омытая добрым вином и хмелем, как не великое счастье? Преумножай счастье и растеряешь всё зло. Выпьем же за то, чтобы на это счастье всегда хватало пива и вина, дабы превратить его в великое!

В поддержку тоста взревела вся толпа гостей, заполонившая каждый уголок двора. Интересно, это шумерский тост или просто к слову пришлось? А, какая разница. Он хорош и за него стоит выпить!

— Хорош! — одобрительно крякнула Нинкаси, глядя на то как я поглощаю вино. — После Вакха пойдём ко мне, я обязана угостить такого славного смертного своим лучшим пивом!

Предложение звучало заманчиво. Божественное вино оказалось прекрасным. Пиво должно быть явно не хуже.

— Эээй, Нинкаси, учти, это мой смертный, не твой, — насуплено пробормотала Аллегри, взглянув на красноволосую богиню.

— Не переживай, сестрица Легри, мои помыслы совершенно чисты, — тут же замахала руками Нинкаси. — Ты что же, подумала, что я приглашу его без тебя?

— Вот то-то же, — удовлетворённо кивнув, Аллегри откинулась на спинку скамьи и надолго припала к кубку.

— Так, а о чём мы вообще говорили? — нахмурился Дионис.

— О плоском мире, — напомнил я.

— Точно! Ты, мой драгоценный друг, вероятно, не знал, но все эти мифы о мире в форме диска зародились как раз из-за того, что некоторые смертные, побывав у нас, начинали считать, что и их родной мир устроен точно так же, — выдав столь долгую для его заплетающегося языка тираду, Дионису пришлось сделать паузу и пригубить вина. — Но не зная всей истины, они начали придумывать всяких черепах и слонов, которые, якобы, держат мир на своих спинах. Экая глупость! Мир богов держится совсем на другом! Как думаешь, что это?

— Не слоны… — задумчиво пробормотал я. — Значит, что-то более надёжное? Опоры? Сваи?

Мне казалось вполне логичным, что плоский мир должен стоять на монументальных космических сваях. Это куда практичнее троицы слонов, которые могут устать, заболеть или умереть от голода. В конце концов, кто бы их там кормил внизу, под мировым диском?

— Пхахахахахаха! — расхохоталась Аллегри. — Сваи!..

— Ты почти угадал, — ухмыльнулась Либера. — Да только свая там всего одна. И это…

— Стоп! Молчание! — остановил жену Дионис. — Я считаю, что наш бесценный друг должен собственными глазами увидеть истину! Иначе его познания о мире богов никогда не будут полными!

— Вакх, дружище, ты уверен? — засомневался я. — Это ж эта… Оберегаемая от смертных тайна. А я смертный!

— Что за вздор! — отмахнулся начавший вставать из-за стола Дионис. — Ты не просто смертный, а наш друг! Кхм! А ежели кто осмелится перечить… Нарекаю тебя, Нотан, своим названным братом! А брат бога смертным быть никак не может! Верно? Верно, — кивнул он сам себе и выпрямился, слегка пошатнувшись. — Моя логика безупречна. Прошу за мной!

Отмазка, предложенная богом вина, звучала весьма натянутой, но кто я такой, чтобы перечить? Брат так брат. Ик.

Мы поднялись из-за стола вслед за Дионисом и из-за изменения положения тела в пространстве мне пришлось приложить значительные усилия для того, чтобы вновь сделать картинку перед глазами ясной и чёткой. Кхм… Чутка перебрал, кажется.

— Друзья! — Дионис, тем временем, обратился к своим гостям. — Вынужден вас ненадолго покинуть. Появилось дело, не терпящее отлагательств. Пейте, ешьте, веселитесь! Мы скоро вернёмся и присоединимся к вам.

Дорога через виноградники в моём сознании как-то смазалась и прошла совершенно незаметно. Кажется, разок мне пришлось поддержать споткнувшуюся Аллегри. Или это споткнулся я и удержался за неё? Или она сама удержала меня? Мммхм… Кажется, эфирное вино наконец ударило по моему разуму в полную силу.

Впрочем, когда мы покинули пределы домена Диониса, моё сознание и мысли немного прояснились, позволив вновь отдавать отчёт в том, где я и кто я.

Аллегри, чуть пошатываясь, шла слева от меня, о чём-то задумавшись. А Дионис, приобняв Либеру и Нинкаси, вышагивал впереди и вместе с женщинами горланил гимны вину. Что было для меня немного дико и странно — никто из проходящих мимо богов не обращал на это абсолютно никакого внимания, словно всё было в порядке вещей. Видимо, и правда было?

Пока мы шли по улицам, я задумался над одной странностью. Почему Аллегри выглядит заметно пьяней, чем Дионис и его дамы я, в целом, представлял. Эта троица являлась профессиональными алкоголиками со стажем. И то, что они пьянели медленней обычных богов, вполне нормально. Но… Хм… Я ведь пил столько же? Да? Да. Не пропускал ни одного тоста. Почему я ещё на ногах? Почему я ещё жив? Я ни в коем случае не жалуюсь. Жить намного лучше и интереснее, чем умереть. Я знаю, о чём толкую, у меня есть опыт в умереть. Но непонятно. Хм…

— Легриии, — пробормотал я едва слушающимся языком.

— Ммммня? — лениво откликнулась девушка.

— Мы ведь столько выпили… Почему я ещё способен ходить?

— Аааа… Хехехехе, — внезапно захихикала она. — Потому что… Потом расскажу, — она неуклюже пихнула меня локтем в бок, чуть не промазав. — Секрет.

— Ладно, — смиренно кивнул я.

Получается, мы Диониса обжулили? Пока не знаю как, но выходит, что да. Успешно обжулили. А зачем? Хороший мужик ведь. Зачем обманывать? Была причина? А какая?

— Легриии.

— Ммммня?

— Слушай… А мы зачем вообще приходили?

Богиня недоумённо посмотрела на меня, морща лоб.

— И правда, зачем?.. Аааа… Точно… Вааакх! — окликнула она бога.

Дионис прервал на полуслове очередной гимн и обернулся к нам.

— Что-то случилось? Мы ведь почти пришли.

— Вакх, слушай, а ты можешь подарить Нотану бутылочку твоего нового вина? Ну, того, специального.

Брови бога сначала удивлённо поднялись, а потом он внезапно смутился.

— Кхм… Тут такое дело, Легри… Я бы с огромным удовольствием, но этого вина было очень мало. Пробная партия, ты сама понимаешь. Так что Нотан полностью его и выпил сегодня.

— В смысле, выпил? — слегка севшим голосом переспросила Аллегри, остановившись.

— В смысле, полностью? — на миг протрезвел я.

— Меня так поразило, с каким удовольствием он пил обычное эфирное вино во время первых тостов за знакомство, что я решил налить ему того самого. Дабы оценить как на него отреагирует столь ценящий вино смертный, — пояснил божественный винодел. — И Олимп мне в свидетели, никогда прежде я не видел в чьих-то глазах столь искренней радости от вкушения! Разве мог я отказать своему другу и гостю в дальнейшем наслаждении? Это опозорило бы имя Диониса! Потому я и подливал дальше это вино в его кубок, пока оно не иссякло.

Мне стало малость нехорошо. То есть, я всё таки стал подопытным кроликом, да?

— Вакх, — нехорошо прищурилась Аллегри. — Если твоё пойло его убьёт, клянусь, не сносить тебе головы!

— Побойся Хаоса, Легри! Я же следил за его душой! Всё будет в порядке! Я почти уверен!

— Почти?

Продолжили путь мы лишь через несколько минут, во время которых Аллегри сулила Дионису страшные кары, а тот в ответ неловко оправдывался. После этого бог вина шёл какой-то грустный и больше не распевал гимны, а Либера и Нинкаси оставили его в одиночестве и обсуждали с Легри какие-то божественные сплетни.

По ходу дела Дионис пояснил, что он пока и сам не знает, насколько быстро его нектарный напиток начнёт работать. Он специально создал его медленнодействующим, чтобы эффект раскрывался не сразу, а постепенно, смягчая нагрузку на душу. В противном случае у меня и правда были бы проблемы с тем, чтобы остаться в живых. Так что дальше нам с Аллегри оставалось лишь ждать и смотреть, к чему это всё приведёт.

— Пришли! — заявил Дионис, вернув бодрое настроение, и остановил нашу группу у довольно невзрачно и обычно выглядящей кабинки, внутри которой можно было увидеть первые ступени ведущей вниз лестницы. — Друг мой Нотан, настало время тебе узнать правду о мире богов! Правду о том, на чём держится наш мир!

Аллегри фыркнула и отвернулась, словно пыталась скрыть попытки сдержать смех. И, судя по этой реакции, внизу меня ожидало что-то весьма необычное. Расстояние до светового пятна внизу ясно показывало, что толщина диска равнялась всего нескольким этажам. Всего-ничего, если так разобраться. Что же ждало меня внизу? Космические опоры? Реактивные двигатели? Гигантские крылья, в движение которые приводили двигатели из божественных белок в беговых колёсах?

Нет. Должно быть, внизу ждало что-то не настолько прозаичное как белки. Хм… Если подумать, Либера ведь говорила, что там внизу какая-то свая…

Оказавшись внизу, на большой смотровой площадке, откуда открывался обзор на всё подмирье, я убедился в том, что с фантазией у меня оказалось слабовато. Такого зрелища я не ожидал. И, так как психологически я не был к нему готов, то, кажется, заработал таки себе моральную травму.

Если говорить кратко — статуя Атланта подпирала не только небосвод.

Почти сразу мне очень захотелось выпить. Чем больше, тем лучше. После чего мой разум погрузился в туман. Обратную дорогу я помнил лишь отрывочно, равно как и продолжение кутежа. Помню как много пил, помню смазанные перед глазами множество лиц, расслабление, эйфорию. И наконец — спасительный сон.

…

— Мы сделаем твоё оружие величайшим. Только посмей не вернуться, чтобы увидеть его. Иначе, клянусь предками, я… Я…

…

— Мой Владыка. Я не смею сомневаться в слове Матери Ночи. Но вас нет уже столь долго…

…

— Господин, где бы вы ни были, знайте — когда вы вернётесь, вас будут ждать горячая еда и жаркий камин. Главное… вернитесь.

…

— Шарли… Очень скучает…

…

Проснувшись, я ощутил страшную боль в груди. Словно моё сердце, пусть я и был сейчас всего лишь духом, прокрутили в мясорубке и бросили обратно, заставив снова работать. Хотелось выть и реветь от чёрной тоски и душевной боли, но постепенно она начала отступать, сменяясь умиротворяющим душу теплом.

Источником этой боли были сны?

Или это то самое похмелье от эфирного вина, о котором предупреждала Аллегри?

Правда ли я слышал во сне мысли тех, кого оставил в Тельваре, или же это просто выверты разгорячённого разума? В любом случае это лишь значит, что мне нужно обратно. Кажется, мы славно отдохнули у Диониса, да ещё и с пользой… наверное. Но настало время возвращаться к делам.

Я попытался встать, но понял, что словно придавлен к постели каким-то мягким грузом. И, переведя взгляд с безоблачного дневного неба на… Минуточку.

Одна.

Две.

Четыре…

Семь……

Я обнаружил себя лежащим на мягкой траве в костюме Адама. И целых семь прекрасных нимф спали на мне вповалку, довольно улыбаясь и тихонько посапывая.

Чем… чем я занимался? Что произошло? Точнее, я прекрасно понял, что произошло, но… как это случилось? Ничего не помню! Надо найти Аллегри и…

Переведя взгляд правее, на руку, которой во сне прижимал к себе одну из нимф, я понял, что немного обсчитался. Дриад и альсеид на мне спало лишь шесть. Седьмая же…

Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох.

Сосчитал до десяти.

После чего открыл глаза и вновь посмотрел направо.

Но ничего не изменилось.

…Мне конец. Мой жизненный путь окончен. Не знаю, как это случилось, но мне точно не жить! Никакие извинения тут не помогут!

Причина моей паники что-то пробурчала сквозь сон и слегка заворочалась, прижимаясь к руке посильнее, чем повергла меня на самое дно бездны отчаянья.

Нет, остановись, хватит! Не надо всё усугублять! Так, погодите-ка, может… Может всё не так страшно? На ней, конечно, недостаёт одежды, но она явно более одетая, если сравнивать с нимфами! Тут явно что-то не так! Есть какое-то объяснение. Причина…

Думай. Думай, Нотан. Ты любой ценой должен вспомнить, что произошло вчера, пока она не проснулась. Это твой единственный шанс найти или придумать реалистичное и не фатальное оправдание тому, почему ты проснулся в обнимку с полуголой Аллегри!

________

От автора: Друзья! Есть у меня к вам небольшая просьба. Если у вас найдётся желание и пара свободных минут, загляните, пожалуйста, в комментарии к первому тому цикла и оставьте свой отзыв для будущих новых читателей. Не обязательно прямо сейчас и не обязательно обширный. В любой удобной вам форме. Заранее большое вам спасибо за эту небольшую помощь. :)

Испытание Богини. ИнтерЛЮДия

Колонна из пяти грузотранспортных «Пауков» на крейсерской скорости мчалась на запад Фиарнийской империи, стремясь как можно быстрее доставить туда пару весьма важных пассажиров с сопровождением и один большой, но невзрачный ящик, наспех сколоченый из шершавых занозистых досок. Шагающим машинам не требовался отдых, только лишь редкая замена энергокристаллов, а потому они день и ночь неустанно выполняли свою задачу, останавливаясь лишь на санитарные и обеденные привалы. Благодаря чему, спустя три с небольшим недели колонна уже находилась в относительной близости от пункта назначения.

Золотоволосая девушка, сидящая в качающемся на ходу кузове командирского транспорта, безразлично наблюдала за поверхностью налитого в бокал вина. Оно колыхалось от тряски и подёргивалось сумбурными волнами, словно внутри, за тонкими стеклянными стенками, бушевал настоящий шторм.

— Бред собачий… — пробормотала она в пустоту и выпила содержимое бокала.

Её голос был столь тих, что даже если бы рядом находился кто-то ещё, то не услышал бы и слова за шумом механизмов движущегося шагохода. Мрачно посмотрев на пустой бокал, девушка испытала жгучее желание швырнуть его о стену, но сдержалась. Это был последний из когда-то обширного набора. И из чего потом пить? Из железной кружки, как эти рядовые недоумки, радовавшиеся гибели Владыки демонов?

Вздохнув, она вновь наполнила бокал и снова принялась наблюдать за всплесками и колыханиями красной жидкости. Райда предавалась этому занятию вот уже полторы недели. Наблюдала, осушала бокал, наполняла заново и вновь наблюдала. Она находила данное зрелище весьма наглядной демонстрацией того, что творилось у неё на душе.

Со дня поражения Нотана прошло уже больше трёх недель и с каждыми проведёнными в дороге сутками настроение Райды становилось всё хуже. Она перестала понимать к чему ей стремиться дальше и ради чего прилагать усилия. Возможно, останься она со своими войсками, то смогла бы забить голову работой, организовывая задержавшееся контрнаступление на Карушскую крепость. Но она была вынуждена тащиться в столицу на аудиенцию к Императору, проводя дни в одиночестве и безделье. Чего ради? Её хотели наказать? Или наградить? Поначалу она ещё пыталась понять мотивы повелителя Империи, но в какой-то момент ей стало наплевать.

Что бы ни произошло дальше, для неё это уже не имело никакого смысла. Цель, при мысли о которой у неё закипала кровь, исчезла. И Райда была уверена, что ей уже никогда не испытать подобного вновь. Впереди ожидала только серая, давно наскучившая обыденность, которая станет отныне лишь унылей и невыносимей, находясь в вечной тени от испытанных чувств. И она всерьёз задумалась о том, чтобы подать в отставку. Если, конечно, Император не лишит её статуса самолично.

Да… Это было бы неплохо. В глобальном смысле, лишение должности и привилегий могло рассматриваться изощрённой формой смертной казни. А добровольный отказ от них — изощрённым самоубийством. Все эти коршуны, через которых Райда переступила в своё время, конечно же попытаются отомстить, воспользовавшись ситуацией. Но девушка не переживала за свою жизнь. Пусть приходят. Если они смогут взять над ней верх, то достойна ли она вообще была того мужчины?

Поднеся бокал ко рту, Райда хотела сделать глоток, но так и замерла, даже не обращая внимания на вино, плещущееся в приоткрытые губы и тонкой струйкой стекающее по подбородку.

Достойна?

Почему она решила, что была достойна? Она столь смело и дерзко бросалась утверждениями, что богиня поддержит огонь в её сердце из женской солидарности. Но о чём думало божество на самом деле? Считало ли оно Райду действительно достойной партией своему апостолу?

Не устроили ли ей… испытание?

— Если так подумать… он умер смехотворно легко, — пробормотала генерал, отведя бокал и глядя на капельки вина, стекающие по стеклянным стенкам на её пальцы.

Вся эта ситуация неожиданно обрела новый оттенок, на который она прежде не обращала внимания. В рассказе старого хрыча не упоминалось ни одного смертоносного заклинания. Когда Райда слушала его, она решила, что Нотан не хотел задеть своих подданных… Неужели это был просто спектакль, подготовленный богиней? Фальт уверял, что удар его меча уничтожает душу, чтобы избежать воскрешения божеством-покровителем… Но это ведь не сработает, если богиня заранее приняла меры, верно?

В конце концов.

Она ведь Божество.

Быть может, пока Фальт трясётся в соседнем «Пауке» и самодовольно упивается своей мнимой победой, дух Нотана не знает бед и весело коротает время со своей госпожой, насмехаясь над наивностью врагов и выжидая момент для своего возвращения.

Вот только для чего богиня это сделала? Если это испытание, то чего она ждёт от неё? Что Райде следует сделать, чтобы заслужить одобрение?

Отомстить за его «смерть» Фальту? Это не так уж сложно, достаточно отдать команду транспортнику на самоподрыв. Девушка сомневалась, что такая банальность могла бы удовлетворить богиню…. Нет, Богиню. Она должна выказывать больше уважения и не повторять прошлых ошибок. Уважение… Может именно этого Богиня и ждала от девушки, словно мать от пришедшей в её дом невесты сына?

— Ха… Ха-ха-ха-ха!..

Да, точно… Определённо, дело именно в этом. Ей явно недоставало почтительности к хозяйке этого мира. Она даже посмела назвать её ничтожеством… горделивая дура! Немудрено, что ей решили преподать урок.

Запрокинув голову, Райда осушила бокал одним большим глотком, после чего, подумав, вылила в него остатки вина из бутылки и допила.

Хмель всё плотнее сжимал девушку в своих объятьях, но она чувствовала, как её мысли становятся лишь чище и чётче, словно кто-то сбросил с них наконец мешающую пелену. Она снова видела путь вперёд. Чувствовала, как её кровь вновь начинает бурлить. Ей становилось смешно от того, что она все эти недели не замечала столь простого и очевидного ответа на свои вопросы. И она не сдерживала этот смех, откинувшись на спинку кресла и сотрясаясь в радостном припадке.

— Я докажу, что достойна! — радостно завопила она в потолок. — Вот увидишь, Богиня, я смогу порадовать тебя!

Тьма и горечь, затопившие глаза Райды незаметно для девушки, бесследно исчезли, уступив место прежней наивно-искренней голубизне. Её хотелось прямо сейчас выпрыгнуть из транспорта, чтобы совершить что-то во имя Богини, но…

Столь серьёзное дело не терпело спешки.

Чтобы выказать уважение, обычно преподносят какой-то дар или оказывают услугу. Какой дар могла преподнести Райда, чтобы задобрить Богиню? Голову Фальта? Нет, этот вариант она уже отбросила. Старика слишком легко убить, а значит, его жизнь не имеет никакой ценности. Голову Императора? Его будет очень тяжело убить, что увеличивает ценность подобного дара, а в довесок, обезглавленная Империя рассыпется на куски и погрязнет в междоусобицах. Подобное подношение вполне могло бы прийтись по душе Богине… Но будет ли доволен подобным раскладом её любимый Владыка?

Его характер был похож на характер самой Райды, а значит, он хотел бы самолично взять верх над правителем Империи. Увидеть отчаяние на его лице. Крах надежд во взгляде и безумие от осознания того, что труд всей его жизни превращается в пепел. Ах, она и сама бы с удовольствием на это посмотрела, хоть и испытывала к Императору и его супруге определённую долю уважения.

…Почему она вообще подумала о подобном? Не значило ли это, что она подсознательно уже готовилась к поражению, представляя себя подле Владыки?

— Аааах, вот ведь дура!

Если бы в командирском транспорте находилась хоть одна живая душа помимо самой Райды, она могла бы стать свидетелем того, как зардевшаяся до ушей девушка замолотила каблуками сапог по полу и смущённо зажмурилась, укоряя саму себя вслух.

Но почему-то её голос звучал удивительно довольным, что не прошло незамеченным для самой Райды.

Неужели она так размякла за эти недели? Она и раньше допускала мысль о том, что может проиграть и считала это вполне нормальным. Ведь это лишь значило бы, что Владыка демонов победил в их маленькой игре. …Но почему её сердце теперь отзывалось на эту перспективу так же радостно, как и на желание взять верх самой. Это чувство оказалось для Райды в новинку. Она хотела налить себе ещё вина, чтобы обдумать всё за бокалом, но вспомнила, что та бутылка была последней в её запасах.

Ну и ладно. С этим она разберётся потом. Пока что перед ней стояла более важная задача: заслужить благосклонность Богини. Всё остальное в данный момент было не так уж важно.

Три следующих дня, которые заняла оставшаяся часть дороги, девушка провела в глубоких раздумьях. Она всё так же редко покидала свой транспорт, предпочитая уединение, но даже так каждый солдат смог заметить перемены в её настроении. Ещё недавно генерал смотрела на окружающих мрачным жестоким взглядом, то теперь к ним вновь вернулась спокойная и даже немного весёлая девушка с обманчиво наивными глазами.

Райда перебрала в голове массу вариантов, которые, как ей казалось, могли бы впечатлить Богиню. От сложных и изощрённых, до безумных и нелепых. Но раз за разом она отбрасывала их. Ей казалось, что она должна совершить что-то более простое и искреннее, идущее от всего её сердца… Но что?

Она не переставала думать об этом даже когда колонна прибыла в расположение военной базы при столице и Райда стояла на полу огромного ангара, выслушивая вместе с Фальтом ожидавшего их секретаря из императорского дворца. Тот сообщил, что Император с нетерпением ожидает своих верных помощников, однако принять их сможет лишь завтра утром, ибо сегодня выслушивает доклады министров. Однако девушка лишь чудом уловила смысл сказанного, так как в это время краем глаза следила за тем, как солдаты тащат из грузового «Паука» длинный ящик.

Не ошиблась ли она в своих выводах? Не затмила ли слепая надежда её разум? На миг её одолели сомнения, но она быстро отбросила их прочь. Один раз она уже позволила себе сдаться слишком быстро, хотя ещё не исчерпала все варианты. Теперь она не отступит, пока не проверит эту догадку, чем бы она не закончилась.

— Благодарю вас, секретарь. Я явлюсь к назначенному часу, — машинально поблагодарила она посланника дворца. — Передайте Его Императорскому Величеству…

Она резко осеклась, увидев, как из грузового отсека выводят её коллекцию, чтобы доставить в особняк на время пребывания Райды в столице. Она взяла её с собой из расчёта продать на чёрном рынке, где всегда имелся спрос на подобный товар. Для неё самой эти трофеи больше не представляли никакого интереса и ценности… Так ей казалось, до этой секунды.

Неожиданная идея ворвалась в ворох её мыслей, распугав все прочие своей ослепительной яркостью и простотой, и вернув коллекции Райды её прежнюю ценность. Даже больше — она искренне обрадовалась тому, что собирала её все эти годы.

— …Госпожа генерал? — напомнил о себе секретарь, когда пауза затянулась слишком сильно.

— Прошу прощения, — девушка подарила тому мягкую улыбку, — меня просто посетило озарение по поводу одной давно возникшей проблемы. Передайте Его Императорскому Величеству и его супруге мой поклон, а также пожелания крепкого здоровья. Я буду с нетерпением ждать завтрашней аудиенции.

Мыслями Райда уже была в своём особняке и положенные по этикету расшаркивания показались ей мучительно долгими. Словно тот, кто их утверждал, заранее предвкушал раздражение, стремительно заполнявшее разум девушки. И даже когда с ними оказалось покончено, а секретарь отправился обратно во дворец, девушку всё ещё не оставляли в покое.

— Кажется, вы давно не бывали в столице, леди Райда, — Фальт затеял явно праздный и ничего не значащий разговор. — Чем планируете заняться в первую очередь?

Генерал придушила в себе вспышку достигшего критической массы негодования и ответила ему как ни в чём не бывало:

— Поеду в свой особняк, устрою нагоняй слугам, а потом буду спать до самого утра. Не так уж часто выдаётся шанс побывать дома. Не стоит тратить его впустую, как считаете?

— Полностью с вами согласен. Что ж, тогда не буду задерживать, леди Райда. Думаю, я и сам последую вашему примеру как только проверю, что сувенир отправили во дворец.

Откланявшись с лёгким намёком на насмешку, протектор зашагал в направлении, куда унесли ящик с телом Владыки. Райда несколько секунд прожигала взглядом спину старого хрыча, после чего расслабилась и улыбнулась. Если у неё всё получится, то уже скоро этот самодовольный старик растеряет всю свою уверенность, превратившись в оставленного в дураках идиота. И она сполна насладится зрелищем того, как он начнёт рвать и метать, осознавая это.

— Лейтенант, я отправляюсь домой, — окликнула она ближайшего офицера. — Организуйте транспорт. И ускорьте доставку моей коллекции туда!

Как генерал и сообщила лорду-протектору, она собиралась отправиться прямиком в свой особняк. Но отдыхать девушка не планировала. Ей нужно было организовать отличный подарок Богине.

А на подготовку хорошего подарка, как известно, требуется время.

Глава 7. Прошлое на выбор

Все мои попытки вспомнить вторую половину вчерашнего вечера обернулись полным провалом.

Пустота. Белый лист. Вакуум и безмолвие. Мой разум зиял столь девственно чистой лакуной беспамятства после момента осознания истины о мире богов, что по отсутствию в нём чего-либо мог посостязаться с Первозданным Хаосом. Как я не старался, но так и не смог выдавить из памяти хоть самую малую и смутную крупицу воспоминаний. Иначе говоря, я не имел ни малейшего представления о том, что на самом деле произошло.

С дриадами, допустим, всё понятно. Даже если инициативу проявил не я, вокруг хватало усердных помощников, с радостью готовых организовать ночной досуг одного скромного, но не в меру пьющего смертного. И вот эта сладко дрыхнущая в моих объятьях особа — первый и главный кандидат на роль подстрекательницы и зачинщицы. Ладно подстрекательницы… но чтобы участницы? Я абсолютно не представлял, что именно могло привести к такому исходу. Неужели мы были настолько в дрова? Если она, как и я, тоже ничего не вспомнит… это всё будет очень сложно объяснить.

Но вы только посмотрите на это довольное спящее лицо. Может, всё не так страшно, как мне показалось в первый миг? Может ли кто-то спать с такой довольной рожей, если до этого испытал нежелание или разочарование? Наверное нет.

Между прочим, она возмутительно милая, когда дрыхнет с такой беззаботностью. Почему она не может всегда так выглядеть? Это вообще она? Может, тут просто лежит очень похожая девица? Этот невинный образ вообще не вяжется с ехидной любительницей поиздеваться над ближним своим. Моя Легри не может быть такой милой!

Лёгкая улыбка с ноткой мечтательности и распущенные, слегка взъерошенные волосы, тонко пахнущие каким-то сладким ароматом, полностью изменили её привычный образ. И у меня язык бы не повернулся сказать, что мне не по душе подобные изменения. Очень даже наоборот. Сказать по правде, после того, как я чутка успокоился, мой взгляд от неё уже не отлипал, хотя не стоило и сомневаться, что существо её уровня способно ощутить чужой взгляд даже во сне. А значит, своим пристальным интересом я вполне мог разбудить её в любой момент и этим ускорить возможное появление в моей жизни новых проблем.

Но… Бездна меня раздери, она и правда была хороша. Хоть я и раньше представлял особенности фигуры Аллегри благодаря её весьма открытой одежде, но Дьявол, как говорится, в деталях. Если раньше я просто считал её стройной, слегка худощавой, то теперь не мог назвать очертания её тела иначе как грациозными. Взгляд скользил по изящным изгибам бёдер и талии плавно и мягко, словно покачивающаяся на невысоких волнах лодка, после чего незаметно перебирался на аккуратные, едва прикрытые какой-то белой накидкой полусферки груди, выглядящие столь правильно, что их можно было безбоязненно назвать эталонными.

Больше всего вопросов у меня возникало именно из-за этой тонкотканной накидки, почти полностью сползшей вниз и от того ничего уже, по сути, не прикрывавшей, и… носков того же цвета. Во-первых, я не понимал, почему Аллегри была одета во всё это, а во-вторых, я впервые видел на богине носки, а потому ситуация обретала особый оттенок загадочности.

Так, что-то я очень серьёзно отвлёкся от своей главной задачи!

— О, ты проснулся? — перепугал меня очень знакомый женский голос, донёсшийся откуда-то со стороны моей макушки. — Кажется, вы отлично провели время!

Я не сразу сообразил, кто именно со мной говорит, первым делом решив, что таки разбудил Аллегри. Но взгляд на неё сообщил, что та продолжает сладко спать, и только после этого пока ещё тяжело ворочающийся разум выудил со своих полок имя Эрешкигаль.

Так как я всё ещё не мог толком пошевелиться из-за спящих на мне нимф и богини под боком, прижимающейся спиной к руке, то единственное, что у меня вышло сделать — это выгнуть шею в условном подобии борцовского мостика и, уперевшись макушкой в землю, немного заглянуть в сторону, откуда донёсся голос.

Там, удобно устроившись на небольшой кочке, действительно сидела Богиня Смерти, одетая в своё обычное чёрное платье. Сложно сказать, насколько удобно ей там было, ибо видел я её сейчас вверх тормашками, но видимого дискомфорта она точно не испытывала. Более того, она довольно ухмылялась.

— Здаров, — поприветствовал я Эри. — Давно ты тут?

— Увы, не особо, — развела она руками и помотала головой. — Всё самое интересное я пропустила.

В её голосе слышалось нескрываемое разочарование, заставив меня понять, что я имею дело с ещё одной вуайеристкой.

— Понятно, — вздохнул я и вернул голову в обычное положение. — Значит, и ты не знаешь, что произошло.

Моя несмелая надежда получить хоть какую-то ясность о случившемся исчезла, не успев даже хоть немного окрепнуть.

— Погоди-ка, о чём это ты? — всего миг, и лицо Эрешкигаль уже находилось надо мной, излучая мощные волны непонимания и любопытства.

— Ну, кхм… — я не сразу решился сказать правду, но раз уж я всё равно сказал «А», скрывать «Б» не имело особого смысла. — Мы так хорошо гульнули с Дионисом, что всё самое важное… я просто не помню.

Эрешкигаль долго смотрела на меня. Очень долго, прямо в глаза. Что вызывало определённый дискомфорт, ибо, хоть мы и стали в некотором роде друзьями, взгляд у неё всё ещё был соответствующий статусу Богини Смерти.

— Пфахахахахахаха! — но в какой-то момент у неё надулись щёки и она зашлась диким смехом, скрывшись из моего поля зрения. Судя по направлению, откуда раздавался хохот, Эри банально упала на траву и теперь каталась там в приступе веселья.

Богиня смеялась столь самозабвенно и звонко, что нимфы на мне тут же зашевелились, сбрасывая с себя оковы сна. Они сонно приподнимались, постепенно высвобождая меня из плена женских тел, и оглядывались по сторонам. После чего, оценив ситуацию, дарили на прощание нежное касание с лёгкой улыбкой и неуловимо ретировались в разные стороны.

— Ой, не могу, — продолжала надрываться Эрешкигаль. — Это самое печальное, что я слышала за последнюю лет тысячу!

— Если это так печально, то почему ты ржёшь во всю глотку?! — не мог не возмутиться я.

Про то, что под моим боком всё ещё дрыхнет Аллегри, я совершенно позабыл. И зря. Видимо, наши вопли достигли её спящего сознания и богиня, заворочавшись, начала просыпаться.

— Вы чего тут так шумите? — сонно пробубнила она и душевно зевнула. — Ыэээумм… Нотан, ты там живой?

Не совсем такой вопрос я ожидал услышать, а потому немного растерялся.

— Э… Вроде бы да, — без особенной уверенности ответил я.

Чёрт, неужели это был вопрос с подвохом и сейчас она скажет что-то в духе: «Тогда сейчас я это исправлю»? Нет, не стоит паниковать раньше времени. Возмущения на её лице пока не видно.

— Это хорошоооооооу, — вновь зевнула она и поёрзала, словно не собиралась пока вставать. — А то я уже начинала волноваться, что тебя добьёт раньше — непомерное трудолюбие или количество выпитого.

Сказав это, она снова зевнула, неожиданно придвинулась поближе и примостила голову у меня на плече, даже не обратив внимания на то, что от этого движения накидка окончательно соскользнула с тела.

Эй. Тебе там нормально вообще? Почему ты выглядишь так, словно тебя всё устраивает? Серьёзно, устраивает? Я зря паниковал? …Но Бездна меня раздери, теперь мне ещё сильнее хочется узнать, что произошло вчера! Я ж буду моржом от обиды реветь, если окажется, что там есть, что вспомнить! Кстати говоря, она ведь кое что упомянула. Надо как-то аккуратно потянуть за эту ниточку, не подавая виду о возникшей у меня маленькой проблеме с памятью. Вдруг она из тех, кто расценит подобное как личное оскорбление?

— Легри, я поражена, — не успел я закинуть удочку, как над нами вновь нависла Эрешкигаль. На губах богини играла лукавая улыбка, а в глазах горел весёлый огонь. — Думала, вы ещё пару лет будете вокруг да около ходить. Ну и? Кто набрался смелости и сделал первый шаг? Только не говори, что тоже ничего не помнишь, я же взорвусь от любопытства!

Я делал страшные глаза. Очень страшные. Потому что Эри зашла на опасную для меня территорию. Однако с намёком я сильно припозднился. Слово было сказано. Теперь оставалось лишь надеяться, что пронесёт и не заденет.

— Эри? И ты тут? — удивлённо спросила Аллегри, переведя взгляд наверх. — Сложно сказать это шагом, но… — она резко осеклась и нахмурилась. — Погоди-ка. Что значит, «тоже не помнишь»?

Атмосфера резко похолодела и богиня перевела взгляд на меня. И он не предвещал мне ничего хорошего.

— Ммм… — замялся я, понимая, что как бы я не сформулировал ответ, он всё равно не облегчит мою участь.

Любая женщина страшна в гневе. Стоит ли говорить, что разгневанная богиня будет опаснее в сотни раз?

— Нотан говорит, что из-за пойла Диониса ему память отшибло, — подлила масла в огонь Эри. — Представляешь, как ему не повезло?

— Хммммм? Вот как? — нехорошо прищурилась Аллегри. — Значит, какая-то жалкая огненная водичка смогла так легко стереть меня из твоей памяти? Я думала, что ты ценишь меня куда больше, Нотан.

Как я и подозревал, самолюбие Аллегри отреагировало на ситуацию весьма болезненно. Хотя девушка говорила достаточно спокойно, я каждым уголком своей души чувствовал скрытую за словами обиду.

— Ценю, очень ценю! — я попытался опровергнуть обвинение, тем более, что мои слова были абсолютно искренни. Пускай я всё ещё немного ворчал на богиню, за время пребывания в мире богов я стал куда лучше её понимать. Не говоря уже о том, что она не дала мне сгинуть в Хаосе и выдернула оттуда ценой собственной, едва начавшей восстанавливаться силы. Подобное я не собирался забывать. — Даже не представляешь, насколько. Но я же обычный человек, Легри, как я могу контролировать подобное?!

Девушка неверяще фыркнула и тоже приподнялась на локте, оторвавшись от моей руки.

— И я должна в это поверить после всех тех слов любви, что ты мне наговорил, а потом с лёгкостью забыл? Мои чувства для тебя лишь шутка? Я начинаю жалеть, что убила целых две недели на твоё спасение.

— Я тебе в любви признавался?.. — ошарашенно спросил я, глядя ей в глаза. — Стоп, погоди-ка, какие ещё две недели? Какое спасение? Легри, поясни толком, я ничего не помню ведь!

В голове царил натуральный бардак и я банально не знал, за какую мысль хвататься в первую очередь.

Ощущение пустоты в моей памяти стало обжигающе-болезненным. Я чувствовал, что потерял один из важнейших кусков своей жизни, даже не получив шанса его осознанно пережить. Меня уже не особо волновало как и из-за чего это всё произошло. Всё, что я сейчас испытывал, это чувство глубокой утраты. Если во вселенной существовала возможность украсть у кого-то часть его жизни, то последствия этого наверняка ощущались именно так.

И самое страшное, что Аллегри была… Чёрт, поверить не могу, что случилось нечто подобное, а я обо всём этом забыл! Можно ли было опозориться в её глазах ещё сильнее? Боги, позвольте мне провалиться сквозь землю здесь и сейчас!..

— Легри, ему, кажется, совсем худо, — раздался позади меня голос Эрешкигаль. — Может, ты всё же расскажешь что произошло? Мне ведь тоже интересно!

Аллегри некоторое время попрожигала меня взглядом, после чего гневный огонёк в нём угас и она, вздохнув, легла обратно на траву.

— Ладно, смертный, слушай. Думаю, начать стоит с того, что у тебя случился передоз.

— Передоз? — тупо переспросил я, перестав вообще что-либо понимать.

— Ага, — вяло кивнула богиня. — Дионис, засранец, всё таки просчитался с дозировкой и она оказалась на крохотную долю, но больше того, что могла бы вынести смертная душа. А споил он тебе целый чан. Так что ты начал кипеть от переизбытка энергии. К счастью, её оказалось не так много, чтобы сразу испепелить твою душу, но требовалось срочно излить её куда-то, чтобы тебя спасти, и Дионис созвал своих нимф.

— И излить, значит…

— Ага, — ухмыльнулась богиня. — Только представь, Нотан, целых две недели бесчисленное количество прекрасных девиц трудились до изнеможения, дабы спасти тебя, бедолагу. Да и не только они. Но и ты молодец, старался на славу. Хаос мне в свидетели, я даже не догадывалась, что некоторые позы в принципе возможны! Началось всё с банального…

Поначалу её красочное описание процесса моего спасения вызывало у меня лишь улыбку. Первое время мне даже казалось, что Легри просто разыгрывает меня, описывая позы из старой доброй Камасутры в различных комбинациях, но чем дальше уходил рассказ, тем холоднее становилась моя спина.

А это я вообще как сделал? Или вон тот трюк с руками — это же анатомически невозможно! Я хоть и дух, но даже так есть пределы, я только что проверил, хоть и машинально, не веря в описываемое! Может она правда издевается надо мной?..

— На восьмой день о твоём кризисе узнала Тласолтеотль и прислала своих многогрудых помощниц, близких родственниц суккубов. Настоящие профессионалки! Вот тут-то ты развернулся на полную.

Забавная складывалась ситуация, если так разобраться. С одной стороны, я провёл время с бесчисленным количеством красивых небожительниц. Такое могло бы привидеться лишь в самых дерзких и смелых снах. С другой… Процесс нёс в себе сугубо прагматичную нагрузку и, по факту, не имел никакого отношения к развлечениям. Кроме того, я его ещё и не помнил, помимо всего прочего. Даже не знаю, смеяться мне или плакать.

Исходя из рассказа Аллегри, в избавлении меня от избыточной энергии поучаствовали бесчисленное количество работавших посменно нимф, десяток посланниц Тласолтеотль, пяток заглянувших к Дионису полубогинь и…

— Что меня искренне удивляет, так это отсутствие на сём празднике жизни Иштар и Фрейи, — задумчиво пробормотала Легри. — Обычно они не пропускают подобное веселье и с радостью в нём участвуют. Отсутствие Иштар меня полностью устраивает, а вот с Фрейей ты мог бы и развлечься. Кстати, не забудь поблагодарить Тласолтеотль, если доведётся встретить. Её девицы сильно сократили срок твоего спасения.

…Наиболее важное имя, в итоге, так и не прозвучало. Имя самой Аллегри. Хотел ли я услышать и его тоже? Или боялся этого и желал, чтобы оно не прозвучало? Я не мог ответить себе, чего хотел больше, но самое важное было в другом. Она ведь обиделась, что я забыл про неё и мои слова любви, но почему она тогда до самого конца так и не упомянула о себе?

Что-то тут не так.

Что-то не сходится!

Я поднялся с травы и взглянул прямо Аллегри в глаза, решив спросить о самом важном честно и без обиняков, так как она всё равно могла узнать мой настоящий вопрос, если бы захотела:

— Легри, ты так и не рассказала, что произошло между нами. Почему? И почему ты спала столь странно одетой? Я никак не могу увязать одно с другим.

— Хо-хооо, — протянула грызшая всё это время печеньки Эрешкигаль, с интересом наблюдая за нами.

— Одета… Мммм, кстати про одежду, — Аллегри критически нас оглядела и перешла в сидячее положение. — Что-то я про неё забыла.

Подняв сцепленные руки над головой, она с наслаждением потянулась, красиво изогнувшись и подарив мне шанс ещё раз полюбоваться её фигурой, после чего хлопнула в ладоши и привела нас в цивилизованный вид, материализовав привычные одеяния. Это было немного грустно, но то, что она сделала это только теперь, весьма сильно меня удивляло. Кстати говоря, лишь сейчас, получив одежду, я обратил внимание, что браслет, так и не покидавший моей руки, ненавязчиво пульсирует рунами. Но лезть в него сейчас было бы верхом глупости. Успеется.

— Что произошло, говоришь… — на губах богини вдруг проскользнула задумчивая улыбка, что заставило меня неосознанно напрячься. — Хаааа… Даже не знаю, — она ушла от ответа и странно на меня взглянула. — Должна ли я рассказать об этом? Или лучше сохранить интригу?

Она неожиданно привстала и перебралась ко мне поближе, глядя прямо в глаза и слегка улыбаясь.

— Нотан, — её голос звучал как-то иначе, не так, как обычно. В нём одновременно смешались как веселье, так и лукавство, толика хитрости и предвкушения. — А ты сам какой ответ хотел бы услышать?

Неожиданно стало как-то очень жарко. Этот голос, взгляд, постановка вопроса. Меня завело как пацана. Но, в то же самое время, всё вопило о том, что Аллегри что-то задумала. К чему она вела? Что хотела услышать в ответ? Какой… Какой Я хотел бы дать ответ?

Богиня, тем временем, придвинулась ещё ближе, сверкая серебром звёзд в своих бездонных фиолетовых глазах, и моё ухо обдало жаром её дыхания.

— Ты так смело вступил на мой рут, смертный, — шепнула она. — Но как ты поступишь, оказавшись на развилке пути? Кого ты сейчас видишь напротив? Недосягаемое божество, перед которым в запале бросил несколько чересчур бравых фраз? Или женщину, которой тебе на самом деле хотелось бы добиться?

Она отодвинулась от меня и добавила с загадочной ухмылкой:
— Ответь ТЫ мне, Нотан. Провёл ли ты со мной ночь, полную любви и жарких слов? Или же я сейчас просто дурачусь и ты оставил эту границу нетронутой? Сделай выбор и впиши в белый лист своих воспоминаний то прошлое, которое считаешь верным.

Глава 8. Ценность воспоминаний

Если бы в самом начале моего пути кто-нибудь заявил, что однажды я услышу от Аллегри подобные слова, я бы сразу же поднял его на смех. В те времена я воспринимал богиню не иначе как вредной, ленивой и не слишком ответственной начальницей, поменять которую у меня даже не имелось возможности. Она была той, кто бросил меня, не умеющего плавать, посреди океана с заданием его пересечь. Моё отношение сложно было назвать тёплым и я воспринимал её не иначе как сумасбродку.

Но постепенно, шаг за шагом, я начал ей симпатизировать и в какой-то момент стал воспринимать куда дружелюбнее. А попав в мир богов и узнав некоторые вещи, то и вовсе взглянул на Аллегри по новому.

За внешней самоуверенностью скрывалась достаточно одинокая личность, переживающая из-за своих провалов и тотальной невезучести. Боги может и были почти всесильны, но это не значило, что это избавляло их от проблем и сомнений. Они оказались… куда человечнее, чем мне представлялось поначалу. По крайней мере те, с кем мне довелось пересечься.

Ощущал ли я к Аллегри романтический интерес? До недавних пор, наверное, не совсем. Пускай даже я объявил о намерении пройти её рут, мне это представлялось больше как постепенное развитие отношений на этапе, когда я смогу вернуть ей доступ в Тельвар. Но как-то… как-то всё повернулось немного по другому.

Выбор, озвученный богиней, застал меня врасплох. Во многом, из-за того, что инициативу проявила сама Аллегри. Я замечал некоторые оговорки и мелкие необычности её поведения в последнее время, но не предполагал, что всё это выльется в подобную ситуацию.

По идее, я должен был радоваться полученному вниманию, но на деле сидел в замешательстве. Ибо всё случилось слишком резко. Ну, по крайней мере, для меня. Для Аллегри-то прошло целых две недели… Прошло же?

Можно не сходя с места спросить об этом у Эри, да только момент явно неподходящий. И, если так разобраться… какая разница? Я не мог вспомнить события прошлых недель, но Аллегри сидела передо мной здесь и сейчас. И заставляла моё астральное сердце биться чаще. Разве это не ответ на заданный ею вопрос?

Нет. Это лишь значило, что я к ней неравнодушен. Я точно не хотел говорить «нет» и делать вид, что абсолютно ничего не произошло. Но, в то же время, я был тем ещё трусом и не мог найти в себе решимость сказать твёрдое «да». Возможно, это была просто подсознательная попытка оправдать своё малодушие, но мне мне не хотелось, чтобы ночь нашей близости была связана с подобными обстоятельствами.

…Может, в этом и был правильный ответ? Мой правильный ответ?

Хотя все размышления заняли лишь несколько секунд, во время которых Аллегри просто молча сидела напротив меня с выжидающей улыбкой на губах, мне казалось, что я провёл в раздумьях не меньше часа.

— Кажется, ты что-то решил? — негромко спросила она, глядя мне в глаза.

— А ты разве не видишь ответ в моей голове?

Я предположил, что Аллегри смаковала каждый миг моих метаний, наблюдая за мыслительным процессом, но к моему удивлению богиня слегка помотала головой.

— Это было бы немного нечестно в такой ситуации, — сообщила она. — Так что ответь сам. Что ты выбрал, Нотан?

Вздохнув, я кинул короткий взгляд на бесконечные ряды окружающих нашу полянку виноградников, после чего встал на ноги и вернул своё внимание к Аллегри.

— Знаешь, я тут подумал… А почему я вообще должен выбирать?

— О чём ты го… — начала было богиня, но прервалась, так как я наклонился к девушке и подхватил её на руки.

— Почему я должен что-то выбирать, если тебя уже мне подарили? — с усмешкой спросил я Аллегри, глядя прямо в глаза. В стороне раздалось сдержанное фырканье Эри, но я не стал обращать на это внимания. — Зачем мне выбирать, если я уже волен взять тебя и сделать что угодно? Например, унести куда-нибудь? — хмыкнул я, наслаждаясь удивлённым взглядом Легри, и воплотил сказанное в жизнь, зашагав наобум в сторону рядов винограда.

— Нотан, я же серьёзно! — запротестовала лежащая на руках богиня.

— А я предельно серьёзен. Знаешь… — я перехватил Легри чуть поудобнее и прижал к себе. Слегка. Но с нескрываемым намерением не отпускать. — Для тебя, наверное, не секрет, но мой уровень романтики и комплиментов примерно такой же как у придорожного валуна. Не умею я красивые слова говорить. А потому я совершенно точно уверен в том, что не мог нести всякую любовную чепуху. Так что твой намёк на ночь, полную слов любви… Он ещё тогда показался мне подозрительным. Но дело не в этом.

Я шагал куда глаза глядят, не выбирая дороги, и просто болтал всё, что было у меня в тот момент на уме. Назад я не оглядывался, но Эрешкигаль, кажется, за нами не последовала, оставив наедине — шагов за спиной я не слышал. Весьма тактично с её стороны.

— Хотел бы я провести с тобой ночь? Да, хотел бы, — честно признался я, набравшись духу. — Но я не хочу вписывать это в свой белый лист. Ведь тогда это станет лишь одним из эпизодов банальной пьяной оргии, после которой мне ещё и память отшибло. Это… не будет иметь ценности. Понимаешь?

— Забавно… Практически слово в слово, — едва слышно пробормотала Аллегри, глядя куда-то в сторону с лёгкой улыбкой.

— Ты о чём? — уточнил я, так как на слух пока не жаловался.

— Да так, — она взглянула на меня и легонько ткнула кулаком в грудь. — Неплохой ответ, Нотан. Я принимаю его. Похоже, я для тебя и правда что-то значу.

Глядя на её довольную ухмылку, я не удержался от подколки и фыркнул:

— Будь всё иначе, стал бы я так стараться ради тебя, учитывая, сколько ты доставляла хлопот?

— Эй!

Я вновь получил тычок, но на этот раз локтем и по рёбрам. Правда, удар оказался не так уж и силён.

На некоторое время мы замолчали. Не знаю, о чём думала в это время Легри, но требовать опустить её на землю она, вроде бы, даже не собиралась и выглядела весьма довольной. Я тоже решил пока не портить момент и просто шагал вперёд, любуясь её задумчивым лицом, пейзажами виноградников и наслаждаясь теплом, исходящим от её тела.

Причудливая всё таки штука жизнь.

— Слушай, так куда ты меня хочешь принести? — спросила Аллегри, первой нарушив нашу совместную тишину.

— Что? — задумавшись об этом, я даже остановился и кинул беглый взгляд по сторонам. — Да понятия не имею, честно говоря. Я просто взял тебя и понёс, чтобы завязать разговор.

— Хммм… — загадочно хмыкнула Аллегри и прищурилась. — Вот как? А я-то думала, что ты собрался отнести подаренную тебе богиню в какое-нибудь укромное местечко, где можно создать немного ценных воспоминаний. Неужели я ошибалась?

***

Создавать воспоминания нам понравилось настолько, что к дому Диониса мы вышли лишь с наступлением темноты и всю дорогу через виноградники я ощущал себя по-дурацки счастливым. Я не особо понимал, чем вызвал подобный интерес со стороны Аллегри, но и не забивал себе голову этим вопросом. Зная характер богини, я не сомневался в том, что даже если я спрошу прямо, она просто отшутится или сменит тему. И, если так разобраться, не всё ли равно, коли уж мы оба довольны? Не стоит заострять внимание на мелочах, когда можно просто наслаждаться моментом.

— Должна сказать, этот кризис пошёл тебе на пользу, — заметила Аллегри, пока мы шли. — Куски твоей души словно сплавились, пока горели от переизбытка энергии. Это всё ещё не сравнимо с её цельным состоянием, но ты уже достаточно здоров, чтобы вернуться в Тельвар.

— Так значит… — воодушевился было я, но, как сразу выяснилось, преждевременно.

— Не-а, — помотала головой Легри. — Рано радоваться. У меня пока нет нужного количества энергии на отправку. И я всё ещё не представляю, у кого её можно занять.

Я понимающе кивнул.

Почему-то я не сомневался, что Эри согласилась бы занять подруге ещё немного сил, однако осознавал, что Аллегри не станет к ней обращаться, так как ещё не расплатилась за прошлую помощь. А больше друзей я за ней как-то и не припоминал… Печально это как-то, блин.

Я взглянул на задумчиво шагавшую рядом девушку и, не удержавшись, приобнял её левой рукой.

— Ты чего? — удивлённо глянула на меня богиня.

— Да просто так. Чтобы настроение поднять.

— Мне или себе? — хмыкнула девушка.

В детали я решил не вдаваться, тем более, что мне на ум внезапно пришла одна мысль.

— Слушай, ты так часто упоминаешь Иштар. Вы подруги? Может, она согласится тебе помочь?

— Иштар… это самый экстренный и отчаянный вариант, — нехотя пробурчала Аллегри. — Она с лёгкостью подкинет мне сил, если я попрошу, но… С ней будет сложно расплатиться. Её запросы весьма специфичны. И всё усугубится, если она положит на тебя глаз.

— Ревнуешь? — хмыкнул я.

— Пффф, — в ответ я получил тычок плечом. — Ты же знаешь, что я к этому отношусь иначе.

Ну да, ну да. То-то кое-кто пьяненький бубнил на Нинкаси, когда та предложила посетить её владения.

— Проблема просто в том, что если она тебя сцапает, то ты задержишься здесь ещё на Хаос ведает какой срок. Иштар ненасытна и не отпустит тебя, пока не выжмет досуха, вот и всё. Тут, знаешь ли, не так часто появляются новые лица, — ухмыльнулась Легри. — А старые партнёры ей давно наскучили. Так что я всерьёз удивлена, что она не заявилась на веселье. Неужели она настолько занята?..

— Хм… А если спросить Вакха? — предложил я. — Кажется, он хорошо к тебе относится.

— Кхм… — неожиданно замялась богиня. — У него сейчас… некоторые проблемы. Помочь он не сможет.

Проблемы? Опять в фонтане откисает, видимо?

Немного позже Аллегри таки выскользнула из моей руки и во двор Диониса мы вступили с видом, словно ничего и не произошло. Пройдя ближе к дому, мы обнаружили за одним из столов Эрешкигаль в компании Либеры. Богини о чём-то оживлённо болтали и даже не сразу заметили наше приближение, хотя вокруг, к моему удивлению, больше никого не наблюдалось. Все гости Диониса куда-то запропали и даже винные бутылки с кувшинами, разбросанные всюду, исчезли без следа. Да и сам бог вина на горизонте не наблюдался.

— О, вы вернулись! — радостно воскликнула Эри, заприметив нас. — Ну как, разрешили свой вопрос?

— Мммм, более чем, — кивнула Аллегри с совершенно обыденным видом и села за стол.

— Понятно, понятно, — кивнула богиня смерти и, скосив на меня взгляд, украдкой от Легри показала большой палец, пока я присаживался на скамью.

— Хотите вина? — гостеприимно предложила Либера, но у меня это предложение вызвало очень противоречивые чувства.

А если точнее, то я банально содрогнулся.

— Нет, спасибо, лучше воздержусь, — помотал я головой.

— Я тоже не буду, — поддержала меня Аллегри.

К счастью, супруга Диониса не стала обижаться на наш отказ и лишь понятливо кивнула.

— Что ж, тогда я вас оставлю, — сообщила она. — Пойду проведаю как там мой глупый муженёк.

— Хм? С Дионисом что-то случилось? — удивился я сказанному.

Вместо Либеры мне ответила Аллегри и её тон буквально сквозил арктической стужей:

— Вакх наказан и размышляет о своём поведении. Тебе не стоит за него переживать.

От дальнейших вопросов я воздержался, так как они были излишни и, вероятно, даже чреваты.

Что ж, понятно, почему Дионис не сможет помочь. Крепись, братан. Я на тебя зла не держу, но женщины… женщины страшны в гневе. Надеюсь, тебя там не сильно потрепали. Хотя я должен отметить, если бы Аллегри не рубанула сгоряча, в качестве расплаты она могла бы как раз раскулачить Вакха на море божественной энергии. Да ещё и без последующей компенсации.

Когда Либера нас оставила, Аллегри неожиданно посерьёзнела и повернулась к подруге:

— Кстати, Эри, ты нас просто так искала или по делу?

— Удивительно, но мой повод сочетает в себе обе причины, — усмехнулась богиня и откинулась на спинку лавки. — Я давненько не видела вас двоих и решила узнать, что вам удалось разведать о вашей проблемке. Но в твоей обители никого не оказалось и я отправилась на поиски. Тут-то я и услышала слухи, что в гостях у Диониса объявился какой-то любопытный смертный, вусмерть вымотавший всех его нимф. Я сразу поняла, что речь идёт о Нотане и отправилась сюда, полагая, что ты тоже где-то поблизости.

— Так, погоди секунду! — возмутился я. — У тебя какое-то искажённое виденье моего характера! Что я такого сделал, что при упоминании чего-то подобного ты безальтернативно подумала обо мне?!

Эрешкигаль в ответ на это лишь фыркнула, так и не удостоив меня ответом. Возмутительно! С каких пор меня записали в секс-террористы?! Требую адвоката!

Так, секундочку, вообще-то меня должно беспокоить немного другое.

— …А что ты там сказала про слухи? — осторожно переспросил я.

— Сплетни разносятся быстро, знаешь ли, — пожала плечами Эри. — Так что в мире богов ты уже знаменитость. Смертные бывают у нас не так часто, а чтобы так отличившиеся… — усмехнулась она.

Я мысленно застонал и чуть не схватился за голову. Час от часу не легче. Получается, Легри не преувеличивала и я правда провёл тут аж две недели? Почему я не мог прославиться иным способом?! Нужна ли мне такая слава? Верните мне мой тихий и мирный быт!

— Итак, удалось ли вам что-то узнать? — спросила Эрешкигаль, перестав усмехаться.

— Пока что, можно сказать, вообще ничего… — помотала головой Аллегри и кратко пересказала всё, чем мы располагали на данный момент.

— Ясно. Значит, ваши поиски остановились из-за вина Диониса, — без особого удивления кивнула Эри. — Но, быть может, это даже сыграет вам на руку. Вести о попойке и оргии, что вы устроили, прокатились по всему миру богов. Кто бы не строил козни против Легри, в данный момент он не будет воспринимать её всерьёз из-за этого, считая, что она просто валяет дурака и ничего не подозревает. А значит, какое-то время вы сможете действовать, не опасаясь ответной реакции.

Обдумывая сказанное я не мог не подметить определённую долю уверенности в голосе Эрешкигаль.

— Эри, ты что-то знаешь, верно? — спросил я в лоб.

— Возможно, — слегка улыбнулась она. — Но Легри должна сама во всём разобраться. Я пока не вижу поводов для вмешательства.

Судя по тому, что Аллегри на сказанное даже бровью не повела, для неё всё это было далеко не новостью. Видимо, это нормальная у богов позиция — учить плавать, бросая в воду. Так что мне оставалось лишь вздохнуть.

— Однако кое с чем я вам всё же помогу, — неожиданно сказала Эрешкигаль.

— Да ладно? — искренне удивилась Аллегри.

— Вы ведь собирались дальше поговорить с этой мелкой дурочкой, верно?

Под мелкой дурочкой она подразумевала ту самую богиню, что пришла мне на ум, пока я торчал в ротонде и маялся со скуки. Как потом мне напомнила Легри, звали её Кардеей. И, судя по тому, что не только Аллегри отзывалась о ней не лучшим образом, но и Эри тоже, Кардея была… своеобразной персоной.

— Ага, — кивнула Легри. — Ты хочешь о ней что-то сказать?

— Именно, — улыбнулась богиня смерти. — Дело в том, что есть одна проблема, из-за которой вы не сможете с ней поболтать. Но я помогу её решить.

— Проблема? Какого рода? — нахмурилась Аллегри.

— Некоторое время назад она исчезла, — хмыкнула Эри. — Как думаешь, это из-за тебя или же нет?

Глава 9. Величайшая в обозримой Вселенной

— нУ ПосТОй ЖЕ, мАЛьЧик мОЙ! ДаВАй вМеСТе НАСлаДиМСЯ нАШиМи ЮНымИ ТеЛАмИ!

— Обойдёшься, каракатица! — завопил я на бегу. — Поищи себе какую-нибудь жабу!

— ОХ, мЕНя заВоДиТ ТВоЙ осТРыЙ яЗЫчок! ЛюБЛю дЕРЗкИх!

Хлюпающая щупальцами и присосками страхолюдина, невероятным образом до сих пор не отставшая от нас, пробулькала что-то ещё, но я уже не вслушивался в эту нагоняющую мурашки речь.

Чтобы я, и тентакли? Да ни в жизнь!

— Легри, почему мы удираем?! — завопил я бегущей рядом богине. — Сделай с ней что-нибудь!

— Ни за что! — крикнула в ответ Аллегри. — Тогда её папаша завалится ко мне в обитель и зальёт всё вонючей слизью! Пару веков эту смердоту вычищать буду!

— Папаша? А кто её папаша?!

— Дагон!

— Понял, тогда бежим быстрее!

Когда Эрешкигаль сказала, что слава о моём трудовом подвиге прокатилась по всему миру богов, я не думал, что всё окажется настолько плохо. Стоило нам покинуть обитель Диониса, как, откуда ни возьмись, постепенно начали появляться разные озабоченные дамочки. Поначалу это было даже забавно. Я не ожидал, что у меня появится столько фанаток, желающих повторить испробованное. Кроме фанаток имелась ещё и куча опоздавших к веселью, отчаянно пытавшихся убедить «дать им попробовать», И были такие как лишь недавно отвязавшаяся чавкающая розовая клякса или вот эта вот тентаклиевая каракатица за нашими спинами, с которыми я даже здороваться не хотел. Даже на расстоянии.

Но их слабо интересовало моё мнение.

— ПРиМИ МоЮ СтрАСть, мАЛыШ! мОИ ПОдРугИ ТаК теБЯ нАХВалИвАЛи! я уМРу есЛИ нЕ поПроБУю!

Скатертью дорога! Грустить не буду и венок не пришлю! Ты себя в зеркало видела вообще? Или оно взрывается вдребезги на мириады осколков, не в силах вместить страх и отвратность твоей рожи?! Стоп, подруги? Какие ещё подруги могут быть у подобного страшилища?!

— Легри! Колись! Неужели тогда были и каракатицы?!

К моему ужасу Аллегри не ответила сразу и поначалу долго смотрела на меня, словно сомневалась.

— Я не хотела говорить, но парочка приходила!

— Твою мать! — завыл я, физически ощущая как испаряется моя гордость.

— Но ты не переживай, они не смогли ничего сделать!

— Это как?!

— Ты устроил с ними шибари их же щупальцами!

Мне на миг представилась связанная её же тентаклями каракатица и от нелепости картины на душе даже стало немного легче. Правда, ненадолго, так как вскоре я осознал, что наверняка связывал их с совершенно определёнными целями. Чёрт, что ещё нового о себе я успею узнать?!

Любвеобильное страшилище проявило завидное упорство и преследовало нас, по моим ощущениям, не меньше часа, прежде чем потерялось из виду. Я даже не был уверен, что оно утратило ко мне интерес — скорее всего просто ухнуло в какую-нибудь червоточину в дороге или что-то в этом роде, и только потому отстало. Уж больно пылкая попалась «дама», такая преследовала бы до последнего, тем более, что устать в мире богов было весьма сложно. Особенно богам.

— Фууух! — выдохнула Эрешкигаль, и начала обмахивать своё лицо рукой, словно и правда запыхалась. — Давненько я так не носилась!

— Я могу понять, Легри, но ты-то зачем побежала? — спросил я, опасливо озираясь по сторонам.

С каракатицы сталось бы внезапно вылезти из какой-нибудь пространственной дыры, коих тут хватало с избытком, и сцапать меня своими загребущими щупальцами.

— Вы побежали и я побежала, — хмыкнула богиня смерти. — Кроме того, останься я там, кто потом показал бы вам дорогу?

— Разумно, — согласился я. — Итак, как сильно мы сбились с курса?

— Да вообще не сбились, — Эри легко пожала плечами и кивнула головой в сторону висящей в воздухе тёмной дыры, истекающей на землю чёрной гнилью. — Вон там, если не ошибаюсь, старое логово Ламашту, а значит, мы как раз на месте.

Это звучало обнадёживающе, вот только указанная дыра мне категорически не нравилась. И я ей, скорее всего, тоже. Оставалось лишь искренне надеяться, что нам не придётся заходить прямо в неё.

— А что вообще с тем логовом? — спросил я, глядя на жирные и тягучие капли тьмы, медленно сползающие на землю. — Аварийное жильё? Хозяину пришлось переселиться?

Богини хором фыркнули, после чего Аллегри внесла в вопрос ясность:

— Хозяйке, — поправила она, усмехаясь. — И да, переселиться. В Бездну. Моя бабуля лично решала вопрос как глава пантеона.

— Оу… — только и сказал я.

После таких новостей чёрная сочащаяся дыра не понравилась мне ещё сильнее.

— Поедание младенцев ещё никого до добра не доводило, — добавила к сказанному Эрешкигаль. — Особенно когда теряешь чувство меры.

Картинка вырисовывалась жутковатая и я порадовался, что подобных божеств всё таки отправляли в бессрочную ссылку, а не оставляли гулять свободно по вселенной. С богов бы, в принципе, могло статься поступить и так.

Поглазев на дыру ещё немного, мы приступили к поискам. По информации Эрешкигаль, Кардею в последний раз видели где-то здесь — совершенно случайно попалась на глаза подручному богини смерти. И когда Легри упомянула, что собиралась её искать, Эри любезно решила помочь и поделиться информацией.

По крайней мере, так она заявила — а что на самом деле было на уме у богини смерти, знала лишь она сама.

Места тут оказались пустынные, можно сказать — безбожные, если не брать в расчёт моих спутниц — весьма подходящий райончик для того, чтобы скрываться от любопытных глаз. Видимо, никто без весомого повода не хотел бродить возле места с такой сомнительной историей. Эдакий проклятый особняк местного разлива. Только, в отличие от надуманных проклятий реального мира, этот «особняк» гарантированно мог тебя сожрать, если не чего похуже. Я собственными глазами видел, когда мы проходили мимо него, как чёрная, стекающая на землю жижа, вяло заколыхалась, словно хотела протянуться в нашу сторону.

С тем, что Кардея скрывалась где-то тут, вырисовывалась весьма любопытная история. Хотя Эри и спросила Аллегри, не думает ли она, что Кардея, вероятно, виновна и потому скрывается от праведного гнева, на деле оказалось, что богиня дверных крючков пропала с радаров порядочное количество времени назад. Как минимум, ещё до моего прибытия в Тельвар. Так что, если она от кого и скрывалась, то точно не от нас.

— Слушайте, а как Кардея выглядит вообще? — запоздало спросил я, крутя головой по сторонам. — Вдруг на глаза попадётся.

— Коротышка с зашкаливающим самомнением! — хором ответили девушки.

— И жуткая слабачка в довесок, — добавила Легри, заглядывая в попавшуюся по пути червоточину. — Удивительно, как она всё ещё жива с таким характером.

На этом всё описание закончилось. Видимо, по их мнению, оно было вполне исчерпывающим.

Так как в нашей прогулке наступило небольшое затишье, я решил воспользоваться моментом и заглянул в браслет. Уж больно интересно мне стало, что такого я там наполучал за две недели своего беспамятства.

Как оказалось, большая часть изменений произошла в личном Статусе:

[Статус]

Владыка демонов Нотан

Апостол Аллегри, Побратим Диониса

Потенциал развития: ★★★☆☆

Последователей: 298

Обращено в веру: 194 679

Достижения: [Экклезиаст], [Искра], [Единение], [Несгибаемый]

Первым делом моё внимание, конечно, приковала третья звезда. Наконец-то, повышен! Само собой, я понятия не имел, как именно это поможет мне в развитии, ибо никаких изменений я не ощущал, но выглядело внушительно и многообещающе. Чем больше звёзд, тем лучше, это я знал совершенно точно.

На количество последователей и верующих я кинул лишь беглый взгляд. Нехитрые подсчёты быстро сообщили, что на новый навык я пока ещё не заработал. До тысячи шестисот очков недоставало не так уж и много Веры — но, тем не менее, недоставало. Досадно, но это лишь вопрос времени.

Всё равно самое интересное скрывалось за новыми достижениями. Там могли оказаться как новые навыки, так и что-нибудь ещё любопытное. Так что на первое из новых достижений я нажимал с изрядной долей предвкушения.

«Искра»

Вам удалось поглотить и впитать крохотную каплю истинного эфира. Хотя этой искре не суждено перерасти в большое пламя божественной силы, ей по силам разжечь в вашей душе сияние нового таланта. Трансформация духа уже началась, но даже боги не знают, каким будет итог.

…Ну да, ну да, чего я, собственно, ожидал от описания, если мне Аллегри с Дионисом прямым текстом заявили, что понятия не имеют, к какому результату это всё приведёт. Всё закономерно. Оставалось лишь надеяться, что по итогу мне выдадут что-нибудь действительно полезное, а не, допустим, умение квакать неотличимо от лягушек. Таланты, в конце концов, они бывают разные. Умение шевелить ушами — это тоже своего рода талант. Интересно, могу ли я как-то повлиять на процесс и подстроить его под свои пожелания? Какого-либо запрета в описании не значится… Но и как это сделать — пока тоже непонятно. Ладно, отложим это до лучших времён.

«Единение»

Многие могут назвать себя ближайшим сподвижником своего божества, но мало кто на самом деле настолько близок к нему как вы. Подобная связь редка и бесценна своей особенной глубиной и доверием, что сказывается на астральных каналах. До тех пор, пока вы бережёте её, ваши религиозные деяния получат усиленный эффект, а постоянные прихожане храмов, заложенных вами, будут приносить немного больше очков Веры, чем обычно.

Разблокировано умение «Благословение апостола».

А вот это уже звучало как нечто крайне полезное уже здесь и сейчас. Плевать на цитадель, первым делом строю храм! А лучше два! Или три! Во всех ближайших городах! Причём, если я правильно трактовал описание достижения, с меня требовалось лишь заложить для храма несколько первых кирпичей и, для верности, заполировать это умением «Благословения». Описание самого умения я ещё не читал, но, по идее, всё было достаточно очевидно ещё из названия. Типичный навык для верховного жреца.

Ну и последним я нажал на «Несгибаемого». Было достаточно очевидно, за что именно я получил данное достижение, и от того становилось вдвойне интересно, какие бонусы оно мне принесёт.

«Несгибаемый»

Сколько вина вам пришлось испить и скольких дев порадовать за раз, дабы получить сие достижение? Подобные старания должны быть вознаграждены.

«Стоик» улучшен до «Стоик II»

«Марафонец» улучшен до «Марафонец II»

Я несколько раз перечитал две скромные строчки текста, пока не убедился. что всё достижение от названия и до последнего знака в описании выглядит как созданное шутки ради! Если бы не улучшения сразу двух умений, я бы даже возмутился на эти проделки Аллегри.

В целом, конечно, вся Система была её рук делом, но я был уверен, что в большинстве случаев эта «надстройка над реальностью» работала сама по себе, руководствуясь заложенными правилами и законами. И на фоне обычного поведения Системы «Несгибаемый» выглядел именно как ручное вмешательство. Ну да ладно, даже если это шутка, то я её оценил. Грех не оценить, когда в комплекте идут такие бонусы. Подарочек оказался действительно жирный — каждое умение второго ранга стоило без малого по две тысячи очков Веры, а такое количество я пока мог видеть лишь в мечтах и, даже когда распространение аллегризма наберёт обороты, выбирать их придётся очень осторожно и с умом.

После этого я открыл меню навыков и глянул поподробнее про «Благословение апостола». И понял, что это умение — чистейшей воды религиозное жульничество.

«Благословение апостола»

Наделяет указанную сущность или объект вашим благословением, создавая ощущение сопутствующего успеха.

Если цель является объектом: распространяет наложенное на него благословение в ослабленной форме, в течении длительного времени.

Если цель одушевлённая: полноценный эффект благословения, но меньшей длительности.

Это даже не зачарование на Удачу. Там хотя бы действительно работают законы Вероятности. А здесь передо мной радостно подмигивало цветной иконкой незамутнённое шулерство!

В целом, конечно, ничего удивительного в подобном умении нет. Я мог даже больше сказать — учитывая род моей деятельности, оно могло считаться чуть ли не основным умением профессии апостола и, с этой точки зрения, даже странно, что оно стало доступным лишь сейчас. Польза от него не вызывала сомнений. Тельварцы будут охотно стекаться к храмам и святыням, ради этого эфемерного ощущения. Так что получил я его как нельзя кстати, особенно учитывая, что оно отлично дополняло эффект «Единения». Ух, заживём! Дайте только обратно вернуться.

Верности ради, я пробежался по всем разделам браслета, проверяя их на изменения.

В Навыках, помимо дарованных достижениями умений, больше никаких изменений не произошло. Иконка «Личной богини» после спасения из Хаоса никуда не пропала, но стала серой, словно бы неактивной, наводя меня на мысли, что её ещё можно будет каким-то образом реанимировать. Тем более, что прочесть описание умения я по прежнему не мог. Есть ли смысл его скрывать, если навыком больше никогда не воспользоваться?

Раздел Карты, по идее, показывал теперь не Тельвар, а мир богов, но малейший взгляд на эту дикую мешанину из линий, пятен и каких-то непонятных колебаний вызывал у меня жуткую головную боль и ощущение подступающего безумия.

В Инвентаре, как и стоило ожидать, тоже ничего не поменялось, однако взгляд на одну из ячеек неожиданно заставил меня задуматься над некоторыми перспективами. Так как в ней ожидала своего часа нерешённая проблема. Довольно серьёзная и весомая, надо сказать, проблема. Весомая во всех смыслах.

На текущий момент у меня не имелось какого-либо варианта с ней разобраться и за всеми хлопотами я о ней, скажем честно, позабыл. Единственным способом решить проблему, по сути, было лишь прямое вмешательство Аллегри. Которая пока что не могла спуститься в Тельвар… …Но теперь-то ей не обязательно этого делать, верно? Ведь я сам пришёл к ней! Вместе с проблемой в кармане. Интересно, могу ли я просто…

Стоило признать, начав возиться с браслетом и сопутствующей чепухой, я расслабился. Потерял бдительность и стал неосторожен. Но понял это лишь когда толстое щупальце, промелькнув перед лицом, захлестнуло мой рот надёжным кляпом, а руки и ноги оказались крепко стянуты и прижаты к туловищу. После чего меня резко дёрнуло в сторону, скрывая в складках пространственной аномалии.

— пОПалСя, СЛАдеНЬкИй! — услышал я знакомое бульканье над ухом. — ОТ меНЯ еЩё НИктО не УБегАл. НЕ ВОлнуЙся, Нам буДЕт ОчеНь ХоРОшО И БезГРАнИчНО дОлГО. Я ЗабЛОКиРовАЛА МенТАльНУю СВязЬ, ЧтОбЫ твОИ ПоДРуГи НЕ сМОГлИ нАс НАйТи И ПомЕшАТь вЕсЕЛЬю, хЕ-Хе-ХЕ-хЕ-хе.

Булькающий смех поверг меня в крайнюю степень ужаса и отчаянья. А от совершенно безрадостной перспективы стать игрушкой в извивающихся липких щупальцах буквально бросило в дрожь. Легри! Эри! Выручайте! Ау!

Но каракатица, на всех парах тащившая меня куда-то в глубины аномалии, судя по всему, не наврала. Как бы я мысленно не голосил, в ответ получал лишь тишину. А о том, чтобы крикнуть обычным способом или попытаться вырваться из хватки, и вовсе речи не шло — тентакли спеленали меня так, что я даже пальцем не мог шевельнуть, не то что открыть рот.

Всё, что у меня имелось, это немножко магии, которая едва работала в астральной форме. Для богов она, небось, сравнима с неумелыми фокусами дошкольника, так что нет никакого смысла на неё надеяться, но… Не хочу стать жертвой тентаклей! Буду бороться до конца!

— оХ, Ты МоЙ шАЛунИШКа! — забулькала тварь и её щупальца мелко завибрировали. — ТоЖЕ ГориШь ОТ нЕтеРПЕнИя? сЕЙчАс Я наЙдУ ДлЯ нАс УюТнУЮ НоРКу!

Понятно! Моя магия молний её только ещё больше завела! ПОМОГИТЕ!!!

Резко остановившись, каракатица покрутилась туда-сюда и затащила меня в какую-то щель, оказавшуюся на поверку входом в некий пространственный карман наподобие божественных обителей. Болтаясь в коконе из щупалец, особо разглядеть обстановку мне не удавалось, но вокруг, кажется, расстилалось пёстрое поле из бесчисленных цветов. Довольно необычный интерьер для дыры в пространственной подворотне.

— кУ-Ху-ХУ-ху-хУ! КАкОЕ уДаЧНоЕ МесТо! — разжав щупальца, каракатица бесцеремонно отпустила меня и я полетел вниз.

Впрочем, приземление оказалось очень мягким, так как на земле и правда оказался очень густой и мягкий ковёр из травы и цветов. Правда, в данный момент я видел в этом лишь страшную издёвку Мироздания, цинично подкинувшего для меня и монстробогини столь романтичную обстановку. Почему я такой неудачливый?!

Какого вообще чёрта?! Разве это не ситуация того самого рода, когда подругу главного героя похищает тентаклиевый монстр, утаскивая в своё логово дабы злостно надругаться, но герой приходит на помощь в самый последний и важный момент? Почему тогда именно мне досталась роль жертвы любвеобильных щупалец?! Спасибо хоть, что одежду своими соплями не прожгла. Или?.. Вашу мать!

— нУ Что ЖЕ, ПрИИииСТупииИИМ! — заколыхалась тварь, нависнув надо мной.

Срочно. Нужно срочно что-то придумать, пока мои руки свободны! Кинуть дайсы! Но на какое действие?! В голове полная пустота!..

— Эй, — неожиданно раздался холодный и незнакомый голос. — Кто позволил вам портить величайший цветочный ковёр во Вселенной?!

Щупальца недоумённо замерли и каракатица медленно повернулась на голос.

— ТуТ кТО-тО ЖиВёТ? — пробулькала она.

— Тут живёт величайшая богиня в обозримой Вселенной! — возмущённо заявил голос. — То бишь, великая Я! И вы, наглецы, не только вторглись в моё обиталище, но ещё посмели испортить мой невероятный ковёр!

Здравый смысл подсказывал мне бежать от каракатицы со всех ног, пусть даже с изрядным риском заблудиться в пространственных складках. Но любопытство молило хотя бы одним глазком взглянуть на неизвестную хозяйку этой странной обители. А ну как получится убедить её меня защитить? Вот только интуиция подсказывала, что от тех, кто столь смело заявляет о своём величии, обычно не стоит ждать добра.

Ну, ладно, я одним глазком…

Осторожно отойдя в сторону, дабы не привлечь обратно внимание каракатицы, я выглянул из-за её туши и обнаружил примечательную картину. Неподалёку от нас раскинулись обширные и пушистые заросли какого-то кустарника, сплошь усыпанного мелкими красными ягодками. Поверх кустов лежала целая россыпь цветных подушек, возвышающихся не только надо мной, но даже над немаленькой каракатицей. А на самой вершине, недовольно взирая на нас, возлежала на боку маленькая девочка в синем платье с коротким ёжиком торчащих в стороны светлых волос. Даже не маленькая. Крохотная. Росту в ней было, наверное, от силы в две мои ладони и этим она напоминала типичную фею.

— НЕ леЗь Не В сВоЁ дЕЛо, КОЗяВКА, — заколыхалась каракатица. — ПоГуЛЯй нА УЛиЦе, ПоКА вЗроСЛыЕ бУДуТ зАняТЫ.

— Что ты там булькнула великой мне?! — возмутилась фея и с воинственным видом взлетела с подушек, направившись прямо к каракатице.

По хорошему, мне следовало бежать прямо сейчас, пока каракатица отвлечена разборками с другой богиней. Проблема только в том, что, кажется, именно эта богиня и была нужна мне и Аллегри. По крайней мере, она действительно попадала под описание коротышки с зашкаливающим самомнением.

Каким-то невероятным образом, но похоже, что Судьба занесла меня прямо в тайное убежище Кардеи. Однако, если это и правда она, то… Я обязан остаться и придумать способ остановить назревающий конфликт. Иначе каракатица её просто прибьёт, оставив Аллегри и меня без возможной зацепки.

А всё потому, что Кардея не просто слабачка — но ещё и круглая дура без чувства самосохранения!

Глава 10. Ужасающая красота

— иСЧезНИ, ПОКа Не прИШИбЛа, — вежливо попросила каракатица подлетевшую к ней Кардею.

— Смеешь угрожать? — леденящим тоном спросила коротышка, недобро прищурив глаза. — Ты вообще понимаешь, кому дерзишь?

— МЕлюЗгЕ, — лаконично ответила дагонова дочка, колыхнув щупальцами.

Крохотную богиню аж передёрнуло от подобного заявления и я ощутил как атмосфера в обители стала значительно тяжелее от ощущения силы, хлынувшего от Кардеи. Запахло грозой. В переносном, правда, смысле, но сам факт того, что Кардея без стеснения бравировала силой, невольно наводило на мысли, что она могла быть не так уж и слаба.

Или на деле каракатица слабее, чем кажется, и никто просто не хочет связываться с её папашей?

— Ты дерзишь Кардее, величайшей богине в обозримой Вселенной! — надменно бросила ей фея. — Пади ниц и моли о прощении, пока не испытала мой гнев!

Итак, это и правда Кардея. Сильно сомневаюсь, что она стала бы называться чужим именем. И должен сказать, она весьма хитро называла себя величайшей! Если так подумать, то стоя тут, в обители, обозримая часть Вселенной как раз таки и ограничивается этой самой обителью. И если бы не заслонявшая обзор каракатица, то я никого, кроме Кардеи, и не видел бы, так как она жила тут одна. В обозримой Вселенной? В обозримой. Величайшая? Да словно у неё есть здесь конкуренты!

То, что я в данную минуту видел перед собой не только саму Кардею, но ещё и монстробогиню с кучей щупалец, она, видимо, в расчёт не принимала. Либо же и правда была сильнее.

— КАрДеЯ? — озадаченно почавкала щупальцем о голову каракатица. — вПерВЫе СлЫшу. тЫ ВЕлИчАЙшаЯ сРеДи КОгО? СрЕДи НиЧТоЖестВ?

— Ну всё, ты напросилась! — вспыхнула Кардея и её глаза засияли ярко-синим.

Ощущение тяжести и опасности резко усилилось, и я невольно затаил дыхание, ожидая, какую магию применит маленькая богиня. Какой силой в бою могла бы пользоваться владычица дверных петель и крючков? Что за заклинания она могла бы показать?

Я был полон неописуемых надежд, ибо ни разу не видел богов в бою, и меня даже не беспокоило то, что я сам могу попасть под удар. Я отступал в сторону лишь по той простой причине, что хотел насладиться зрелищем во всей красе, а не потому, что пытался свалить с места будущего изничтожения пространственно-временного континуума. Меня заворожило это ощущение от созерцания зарождающейся схватки и я предвкушал её развития словно ребёнок, включивший старый кинобоевик.

Но шли секунды, а пространство всё не рвалось и не взрывалось. Отойдя достаточно в сторону я увидел, что Кардея просто и без затей впечатала каракатице кулаком по лицу, да так, что тот аж ушёл вглубь головы, и щупальца каракатицы после этого медленно и бессильно опадали вниз. Обалдеть…

Это была победа с одного удара?

В каком месте Кардея слабачка, скажите мне на милость?!

— мОЁ ЛиЦО… КаК ПоСМелА, ТЫ, дЕРЗкАя КОзЯвКА! — взревела каракатица, красноречиво сигнализируя, что всё только начинается. — оСкВЕРниЛА МоЁ ПРеКраСНОе лИЦо!

Я пригляделся повнимательнее и для соблюдения исторической справедливости отметил, что та харя, которую она именовала лицом, ни капли от удара Кардеи не пострадала. Её чисто технически было очень сложно сделать хоть немного хуже, ибо Мироздание уже сделало всю работу ещё при её рождении. Жаль только, что каракатица моего мнения о её харе не разделяла.

Однако то, что Кардея не смогла нанести противнице какой-либо урон, значило лишь одно.

Она и правда редкостная слабачка!

Отвага воспевалась во все времена и в бесчисленном количестве культур. Без отваги не вершились подвиги и не одерживались невероятные победы. Без отваги не брали неприступные города и не срубали головы неодолимых чудовищ. Лишь отважные шли наперекор Судьбе и меняли истории целых миров. Отвага являлась фундаментальной частью одной из человеческих добродетелей — мужества, и не так уж много свершений представлялись без её участия. Даже в самом, казалось бы, невинном деле или ремесле требовалась отвага, чтобы шагнуть за пределы изведанного и освоить новую грань своего мастерства.

Вот только если отвага не подкреплялась разумом, с неё было больше вреда, чем пользы.

Можно смело и отважно шагнуть в вулкан, но какой в этом смысл, если ты сгоришь спустя десяток секунд? Можно отважно встать на пути лишившегося управления бульдозера, однако результат ожидаемо окажется фатальным, если у тебя нет достаточно силы и массы, дабы ему противостоять.

Вот и у Кардеи, похоже, не имелось ни силы, ни массы, ни даже репутации, дабы противостоять булькающей каракатице. Тем не менее, она весьма отважно подлетела к противнице и ещё более отважно залепила ей кулачком по бородавчатой роже.

Это было невероятно отважно.

Но предельно неразумно.

Безумству храбрых поём мы песню! И песня та зовётся «Гимн отваге и слабоумию».

Нет, я должен признать, поступок меня дико впечатлил, пускай даже сам вид того как крохотный кулачок увязает среди складок кожи и бородавок был весьма потешен. Кардею в каком-то смысле можно даже похвалить. Крохотная богиня стояла на своём и не прогибалась пред превосходящей силой. Не у каждого хватило бы духу на подобное даже с учётом отсутствующего чувства самосохранения.

Так что в тот миг я Кардею даже немного зауважал.

Но увы, это уважение не могло изменить факта, что в ближайшие секунды маленькая богиня прекратит существовать и отправится обратно в эфирный океан. Ибо дагонова дочурка, отойдя от удивления, злобно забулькала и истерично задёргала щупальцам. Прощать подобное она явно не собиралась.

И, судя по тому, что у Кардеи на лице появилась смесь из удивления с опаской, до неё это тоже начало доходить.

Коротышку надо было срочно спасать, пока тентакли ещё бестолково дёргались в воздухе от возмущения, а не пытались её прибить. Да только каким образом?! Каракатица хоть и отвратная, но полноценная богиня! Что я могу ей противопоставить? Скинуть на неё башню Эрмита и понадеяться, что та её раздавит? Ха! Кинуть в неё Флюгом или Гардалагом? Ну, на пару мгновений она может и отвлечётся, но дальше-то что? Попытаться её саму запихнуть в инвентарь?..

Божество? В инвентарь? Антоха, ты совсем рехнулся?! Это же противоречит всякому здравому смыслу! Нет, я согласен, что башни, замки и драконы тоже противоречат. Но богиня — это уже какой-то абсолютно иной, запредельный уровень!

Аллегри не могла дать мне настолько крутой артефакт, чтобы в него можно было засунуть целую божественную каракатицу.

Или могла?

Что я вообще знаю о Хранилище на самом деле? Откровенно говоря, немногое. Только то, что я таскаю в нём два здоровенных здания, некроголема, живого дракона и ещё целую пригоршню всякого хлама разной степени полезности. И ещё то, что он умел складывать в одну ячейку однотипные предметы вроде монет или ядер порингов. Все остальные характеристики загадочного инвентаря являлись для меня тайной.

Где был предел Хранилища? До какой степени простиралось могущество его всеобъемлемости? Насколько дерзко оно попирало законы пространства и времени? Круто ли оно настолько, чтобы всосать в себя божественную каракатицу?

Ну, не попробуешь — не узнаешь!

Дагонова дочка уже заносила над спешно отлетающей Кардеей свои щупальца, так что мне пришлось завязывать с размышлениями и переходить к действию. Пусть даже мне очень не хотелось вновь касаться этой склизкой массы.

Отправить в Хранилище!

Перед глазами мгновенно вспыхнули строчки гневно-алого текста, но прочитать я его не успел. Сознание тут же потемнело и нехорошо кувыркнулось, словно закинутое в барабан центрифуги. На пару секунд я точно перестал понимать даже кто я такой, но вскоре ясность вернулась. И я обнаружил, что вокруг моей шеи туго перехлестнулась тентакля, держа над землёй, на уровне хари каракатицы.

Недопустимый объект. Превышен предел энергетической вместимости. Угроза жизни носителя. Угроза коллапса артефакта.

Отказано в перемещении.

Отказано в перемещении.

Отказано в перемещении.

Мммать. Попробовал, называется. В голове всё гудит и монстробогиня, кажется, не особо довольна моим поступком. Гений. Стопроцентный гений! С чего я вообще взял, что есть хоть единый шанс провернуть подобное? От Кардеи я её, конечно, отвлёк, но влип по самое небалуйся. Надо было драпать, пока был шанс. Хотя… А я ведь всё ещё могу!

— ПРостРАНствЕНноЕ зАПеЧаТЫвАнИЕ? нА МнЕ? — зловеще пробулькала богиня. — КеМ тЫ СЕбЯ воЗОмНиЛ?

— Какое ещё запечатывание, дорогая? — прохрипел я, осторожно потянувшись к браслету. Кажется, она только что сказала нечто интересное по поводу принципа работы Хранилища, но обдумывать это не было времени. — Я лишь хотел создать для нас ую…

Меня встряхнуло так, что аж зубы клацнули.

— Не ВОдИ меНЯ зА Нос, СМерТнЫЙ, — рявкнула тварь.

Не повелась, жаль.

— Как я могу водить тебя за нос, дорогая? — криво ухмыльнулся я, касаясь пальцем браслета и открывая меню. — У тебя ведь его нет.

Я резко махнул рукой, чтобы как можно быстрее попасть в инвентарь и вытащить дайсы, но когда артефакт оказался у меня в руке, кулак стремительно захлестнуло щупальцем, не давая его разжать.

— ЧтО эТо ТЫ зАдУмАЛ? сМерТный, ТЫ УжаСЕн. БОльШе мНе НЕ НраВишЬсЯ.

Ой, огорчила! Уже рыдаю! А задумал я свалить от тебя, харя сопливая! «Дорога Судьбы» являлась дико рискованным решением, учитывая запутанность и хаотичность мира богов, и даже не факт, что сработала бы тут. Но в текущей ситуации она была единственным шансом на спасение моей шкуры. Да. Была.

Дайсы лежали у меня в руке, но бросить их я не имел никакой возможности.

— Никаких убийств! — возмущалась где-то за каракатицей мелкая богиня. — Великая Кардея не терпит убийств! Изволь отбыть к себе в обитель и там убивай сколько влезет! Эй, ты меня слышишь?! Пинок Кардеи!.. Ай! Отпусти!

Я не видел, что сделала каракатица, но вскоре пищащая фея, с головы до ног замотанная в щупальце, оказалась неподалёку от меня.

Ну, всё. Звезда котятам. И Кардею не прикрыл, и сам подставился. Великолепно. Просто великолепно!

— Эй, ты! Сделай что-нибудь! — сдавленно завопила мне мелкая. — Столь великая как я не может вот так позорно погибнуть!

— Если ты великая, то ты и спасай нас! — завопил я в ответ.

— Это выше нашего великого достоинства! — выдала она в ответ. — А от тебя пахнет сильной богиней! Значит и ты сильный!

Ну обалдеть у неё логические цепочки! Вот только что я, по её мнению, должен сде?!..

— Хооо? Так я сильная? — раздался за нашими спинами насмешливый голос, услышать который я уже и не надеялся. — Великая Кардея соизволила кого-то назвать сильной и это была скромная я? Немыслимая честь!

— Легри, хорош зубоскалить, спасай быстрее! — завопил я, задёргавшись в тентаклях.

— ЕщЁ ктО-То? СКолЬкО мОжНо?! я ВаС!..

Договорить каракатица не смогла. Неизвестная и невидимая мне сила плотным тараном врезалась в бородавчатую массу, сминая и корёжа каракатицу словно бумажную. Шупальца заходили ходуном и нас с Кардеей здорово встряхнуло. Божественная фея испуганно завизжала, а вот мне приходилось прикладывать все силы просто на то, чтобы удержать себя в сознании.

Хотя удар был нанесён точечно и вообще не коснулся меня, немыслимое давление от этого жгута силы едва ли не выворачивало наизнанку. Однажды я попал под удар Аллегри, но если сравнивать ощущения тогда и сейчас… В прошлый раз она просто шутила. А если сравнивать испытанное с ощущениями от силы Кардеи, то… Не будем о грустном.

— Я скажу это только один раз, Шай’Дурга, — голос Аллегри был тих и спокоен, но звучал отовсюду, словно заполнив каждый уголок пространства. — Оставь их и уходи.

Каракатица заклекотала и яростно всплеснула щупальцами, благодаря чему я наконец смог увидеть успевшую мне на выручку Аллегри. Она по прежнему была в компании с Эри, но если Богиня Смерти стояла вполне расслабленно, то Легри была в своём «супер сайян» режиме. Если бы не чудом уцелевшие диско-очки, то я даже не смог бы на неё взглянуть, так как явно увидел бы истинную форму богини.

Впрочем, её нынешняя вспышка силы немного отличалась от тех, что я видел прежде. Кулон в виде дайса, покрытого загадочными знаками, что Аллегри обычно носила на шее, лишился своего многогранника. Дайс парил у неё над головой и сиял ярким, мистическим светом.

Похоже, что богиня была серьёзна как никогда.

Вот только каракатицу это, кажется, не впечатлило. Злобно забулькав, она затряслась в припадке и заревела:

— кАЖдыЙ… КАждЫй… кАжДЫй!... КаЖДыЙ ПыТАетСя мНе ДикТОвАТь! Я — шаЙ’дурГа, ДОчЬ СаМогО ДА…

— Сила Случайности: Насмешка Судьбы.

Это было неожиданно. Я полагал, что Легри просто решила припугнуть каракатицу и не думал, что она действительно настроена на столь решительные ме…

Дайс Аллегри вспыхнул, заливая всё вокруг густым свечением и на одно мгновение я ощутил, словно всё, абсолютно всё во Вселенной разом остановилось, а потом начало меняться подобно перемешиваемым граням кубика-рубика. Это ощущение длилось один короткий миг, неуловимый и даже едва ли возможный к осознанию кем-то вроде меня. После чего всё вновь пришло в движение. И в момент, когда дайс погас, я рухнул на густой цветочный ковёр. Щупальца, державшие меня, исчезли. И, судя по звукам, Кардея тоже шлёпнулась на землю, не успев вовремя среагировать и воспарить.

Всё произошло так быстро, что я не сразу собрался с мыслями и какое-то время просто таращился в фальшивое небо обители, прежде чем…

— Ах~... ♡ — раздался неподалёку чей-то нежный, мелодичный голос. — Не может быть!~.. ♪ Как же я!~.. ♡

Удивлённо повернув голову, я увидел в паре метров от себя обнажённую девушку невероятной красоты. Если бы мне сказали, что она богиня любви и страсти — я поверил бы без единого вопроса. Её выразительная фигура так и манила взгляд, разжигая в сердце огонь вожделения, а белоснежная кожа превращала девушку в живую скульптуру. Волнистые, белокурые волосы мягкими волнами струились по её плечам, опадая к талии словно морская пена.

Почти наверняка она была прекрасна даже лицом… но его мне оценить было сложновато, так как лик девы был перекошен от непередаваемого ужаса. А сама она лихорадочно водила руками по своему телу и лицу, ощупывая тонкими пальцами каждый уголок и изгиб так, словно впервые их видела и ощущала.

— Отвратительно~! ♪ Ужасно~! ♡ Как я могла стать такой мерзкой~?! ♡ Моё прекрасное тело~! ♫ Моё несравненное лицо~! ♡ Всё исчезло~! ♡ Папа~! ♪ Папочка~!!! ♫

Провопив это, девица зарыдала, закрыв лицо ладонями, и со всех ног припустила в сторону выхода из обители, даже не посмотрев на шедших ей навстречу Легри и Эри.

— Вышло немного жестоко, не находишь? — с лёгкой задумчивостью спросила Эрешкигаль, провожая убегающую взглядом.

— Ты же знаешь, я не контролирую результат, — вздохнула Аллегри. — «Насмешка» и без того самое слабенькое воздействие на Судьбу из моего арсенала.

— Но это не отменяет факта, что её теперь выгонят из пантеона за профнепригодность, — сказала Эри.

Правда, особого сожаления в её голосе я не слышал.

Так, погодите минутку, так та красотка… это каракатица?! Её превратило из-за силы Аллегри?! …Ой-вэй. Даже не знаю, что сказать. «Насмешка Судьбы»… С одной стороны, я теперь был даже не против того, чтобы меня пообнимала такая «каракатица»… С другой стороны ведь, с её точки зрения, она стала жуткой уродиной и страшилищем. Какое страшное умение. Воистину Насмешка. С большой буквы.

Правда, теперь я немного не понимал, почему она так яро за мной гонялась, если человеческий облик был ей настолько противен, но… Женское сердце — потёмки.

— Спасибо за помощь, Легри, — сев на траве, я сунул так и не понадобившиеся дайсы в карман, и махнул рукой подошедшим богиням. — Даже не представляешь, насколько вовремя ты подоспела.

— Как и положено настоящему герою, — фыркнула Аллегри, задрав нос.

— Не слушай её, мы тут были с самого начала, — ухмыльнулась Эри. — Она просто выжидала самый драматичный момент для появления.

— Чего?! — возмутился я, но потом осознал, что это вполне в её духе. — Погоди, как с самого начала? Эта каракатица ведь заблокировала ментальную связь. Как вы меня нашли?

— Можно заблокировать телепатию, но не метку на душе, — подмигнула мне Аллегри.

Что ж, логично. Про это я как-то даже не подумал. Выходит, мне с самого начала ничего не грозило, да? Знай я это, мог бы поступить и как-нибудь иначе.

— Погоди, — спохватился я. — А что на счёт Дагона? У тебя же будут проблемы.

— А… Что-нибудь придумаю, — беззаботно отмахнулась девушка. — Не впервой. Возможно он даже не придёт скандалить, чтобы я его тоже не превратила во что-нибудь… Уточку там, например.

Я воспринял этот ответ с определённой долей скепсиса, но не стал как-либо его комментировать.

— Эхем! — раздался сбоку кашель Кардеи. — Минуточку внимания великой мне!

— А, точно, совсем о ней забыла, — хмыкнула под нос Легри, вместе с нами поворачиваясь к мелкой богине.

Удивительно, но произошедшее ни капли не подкосило настроение маленькой богини и она светилась от важности даже пуще прежнего. На её голубоглазой мордашке не нашлось ни единого намёка на страх или смятение, хотя ещё минуту назад она едва ли была столь безмятежна. Поразительная самоуверенность! Правда, её облик слегка изменился. Взамен платья, очевидно, полностью погибшего от слизи тентаклей, фея умудрилась соорудить себе за столь короткий срок бельё прямо из растущих вокруг цветов. Красиво и оригинально, но… Почему не воссоздала обычное одеяние при помощи своей силы? Как та же Аллегри, только что щелчком пальцев восстановившая мою пострадавшую одежду.

Убедившись, что ей удалось завладеть нашим вниманием, Кардея важно надулась и заявила:

— Великая я до глубины души впечатлена вашей силой и отвагой, благодаря которым вы изгнали сию дерзкую вторженку из моей обители. Столь достойный поступок заслуживает щедрой награды. Великая я долго думала, как вас отблагодарить, пока не поняла, что служение великой мне и есть величайшая во Вселенной награда. А потому я с радостью и щедростью приглашаю вас стать моими верными подданными! Что скажете? Заманчиво, правда?

Глава 11. Девять

— Как же она меня раздражает… — вздохнула Аллегри, нехорошо поглядывая на Кардею. — Уже жалею, что спасла её.

— Смотри на это с другой стороны, — я попытался найти для богини что-нибудь позитивное. — Ты спасла не летающий комок самодовольства, а вероятность заполучить ценную для тебя информацию.

— Эй, я вас слышу, если что! — возмутился комок, подлетев к нам с крайне рассерженным видом. — Как вы смеете столь нелестно выражаться о великой Кардее? Тоже желаете отведать моего кулака?!

Фея сжала кулачки и пробила в воздухе весьма агрессивную двоечку.

Да. Я серьёзно удивлён тому, как эта дурочка умудрялась выживать по сей день, с таким-то поведением. Уверен, ей до сих пор всё сходило с её крохотных рук только благодаря какой-то немыслимой удаче и тому, что многие считают её местной безвредной сумасшедшей, попросту не желая с ней связываться. Проще обойти стороной и сделать вид, что никого не видел.

И вот таких берут в богини? Как же низки, оказывается, стандарты профессии!

— Эй! — мрачно глянула на меня фея. — Великая Кардея уверена, что ты помыслил о ней какую-то мерзость. Извинись немедленно!

— Поверить не могу, что кто-то столь великий способен допустить настолько мелочные мысли! — возмутился я в ответ. — Разве может ли кто-то на белом свете подумать хоть что-то нелестное в адрес великой и несравненной Кардеи? Богине из богинь, идеальной и абсолютной? И, если так подумать, коли сама великая Кардея допускает подобную вероятность, не она ли первая ставит под сомнение собственные гордость и величие?

Судя по обалдевшему выражению на мордашке мелкой богини, моя мысль оказалась слишком сложна для её крохотного мозга. Пока возле меня сдержанно давились смехом Легри и Эри, Кардея смотрела на меня стремительно пустеющим взглядом.

— Кошмар! — резко завопила она спустя десяток секунд, схватившись за голову от отчаяния. — Как я могла допустить в свой великий разум столь возмутительную крамолу?! Как я посмела сама усомниться в себе? Разве могла бы великая Кардея породить хоть единственный повод думать о ней плохо? Невероятно! Какой позор! Ааааааах!

Упав на траву в исступлении, она вскоре успокоилась и снова взлетела, взглянув на меня.

— Ты! Смертный! Великая Кардея желает узнать твоё имя!

Кажется, она уже не желала от меня сатисфакции, ибо вновь лучилась важностью и жизнерадостностью.

— Нотан. Меня зовут Нотан и я апосто…

— Великолепно! — коротышка не дала мне даже шанса закончить. — Ты нравишься великой Кардее, Нотан! Уже второй раз за столь короткий срок ты приходишь мне на выручку! Как и ожидалось от моего лучшего подчинённого!

— Погоди, я…

— Ни слова более! Отныне великая Кардея назначает тебя, Нотан, своей правой рукой! — радостно выдала фея. — Или левой? Хм. А какая из них важнее?

Она задумчиво уставилась на свои ладошки, озадачившись невероятно философским вопросом.

Стоило признать, Кардея была круглой идиоткой. Клинической. Без шансов на излечение. Но в этой непосредственной самоуверенности и незамутнённой наивности было что-то, из-за чего её поведение меня скорее забавляло, нежели раздражало. Она напоминала мне зверушку, которая всеми силами пыталась привлечь к себе хоть немного внимания, чтобы её погладили и почесали за ушком. А большего ей и не требовалось.

И, как уже показал мой небольшой эксперимент, достаточно было правильно пощекотать её эго, чтобы повернуть нехитрое мышление коротышки в любую требуемую сторону.

Вот только Легри не собиралась идти путём дипломатии и воспользовалась правом силы, чтобы завязать дружескую беседу. Пока Кардея плутала в глубине своих чертогов разума, она подошла к ней, без особого пиетета схватила фею пальцами за травянистые завязки её цветочного лифа и хорошенько встряхнула.

— Эй, коротышка, ответь нам на несколько вопросов, — вежливо попросила она.

— Что за хамство! — забрыкалась фея, грозя порвать травинки. — Как ты смеешь так обращаться с ве…

— Цыц, — ещё раз встряхнула Кардею Аллегри и лиф угрожающе затрещал. — Не будешь отвечать, кину на тебя «Насмешку Судьбы». Хочешь?

— Ты не посмеешь! Я — великая Кардея, владычи!..

— Сила Случайности: Насмеш…

— Поняла! Поняла я! Отвечу я на твои вопросы, только отпусти!

Удовлетворённо хмыкнув, Аллегри разжала пальцы, освободив мелкую богиню, и та едва успела взлететь, избежав повторения своего позорного шлепка о землю. Выглядела фея предельно возмущённой и едва ли не пыхтела от раздражения, обильно бросая в сторону Легри испепеляющие взгляды.

— Давай, задавай! — надуто бросила она, скрестив руки на груди, и, чуть подумав, добавила. — Варварша! Знай, что великая Кардея ни за что не простит подобную грубость и запишет тебя в Тетрадь Недругов Кардеи на самое видное место!

— Тетрадь для недругов? — не удержался я от вопроса. — У тебя есть такая? Ещё и чёрного цвета, небось?

— Как и ожидалось от моего лучшего подчинённого! — радостно захлопала в ладоши фея. — Ты даже сразу догадался, какой цвет я могла для неё выбрать. Какой выдающийся ум!

Выдающийся? Разве не очевидно, что тетрадь для врагов будет именно чёрного цвета? Ну да ладно, это же Кардея.

— Знаешь, обычно я её никому не показываю, но сегодня сделаю исключение, — напыщенно сообщила фея. — Конечно, размеры её довольно скромны, ибо у великой Кардеи почти нет недругов, но как моя праволевая рука, ты должен изучить этот список и запомнить всех моих немногих злопыхателей!

Фея замысловато махнула рукой в сторону и на траве появилась тетрадь.

Тетрадень.

Тетрадище.

Тетратитан.

Титанотрадь.

Я не смог подобрать к увиденному правильный эпитет, ибо с обычной тетрадкой список врагов Кардеи в принципе имел очень мало общего. Ведь он был… монументальным. Огромная башня из бумажных листов, скрепленных чёрной обложкой, возвышалась надо мной на добрых пять или шесть метров.

«Скромны».

«Немногих».

«Почти нет».

Я молча взирал на эту покачивающуюся на ветерке башню и пытался прикинуть, сколько миллионов или миллиардов имён там может быть записано, если делалось это аккуратным и мелким почерком. А у феи явно очень мелкий почерк. Она нажила во враги половину Вселенной? Или просто настолько мелочна, что записывала сюда даже тех, кто просто косо на неё посмотрел? Если так, это был никакой не список недругов. Это был памятник. Памятник мелочизму и надуманным обидам. Который, устав раскачиваться на ветру, выбрал окончательный вектор движения и начал медленно заваливаться в сторону хозяйки.

— Я оставлю тебе этот список на пару дней, чтобы ты смог не спеша прочесть его и запо…

— Берегись! — заметив падение бумажной башни, я вскочил на ноги, однако со спасательной операцией запоздал.

Потеряв стабильность, многостраничный список вильнул аки змея и, набирая всё большую скорость, рухнул прямо на голову висящей в воздухе Кардее. Мелкая богиня, получив предательский удар от собственного имущества, даже не ойкнула и просто улетела вниз, скрывшись в зарослях травы, после чего её накрыло сверху бумажной массой.

— Твою мать, — только и смог сказать я, глядя на сцену произошедшей катастрофы. — Она там жива?

— Конечно жива, — фыркнула Аллегри. — Она ведь богиня, хоть и тщедушная. Сейчас оклемается.

Завалившаяся тетрадь обнажила содержимое своих страниц и я убедился, что был не просто прав — я сильно недооценил, насколько мелким окажется почерк богини и насколько плотно будут располагаться строчки. Местами я даже не видел за чернилами бумаги. Кардея была очень педантична и щепетильна в вопросе ведения учёта злопыхателей. Но если так подумать, разве произошедшее сейчас — это не проявление ниспосланной мирозданием кармы?

— Ай-яй-яй-йааа, — раздалось из под страниц. — Опять она на меня упала.

Опять? То есть, это уже не первый подобный случай, но она всё равно дала этой фиговине рухнуть ей на голову? Жизнь её вообще ничему не учит? Или её айкью просто равен девяти, а потому она в принципе не способна делать выводы?

Кольца бумажной змеи зашевелились и из под них выползла пришибленная фея, держась одной рукой за огромную шишку на голове.

— Уфф, — тяжело выдохнула она, освободившись из плена, и уселась прямо там, морщась и потирая ушибленное место. — В общем, как ты видишь, тут совсем чуть-чуть. Запомнить не составит проблемы.

…Она пытается сделать вид, что ничего не произошло? Серьёзно? Или это правда «чуть-чуть» по её меркам и на деле сия тетрадка должна была быть пятитомником?!

— Ну? Так что там у тебя за вопросы были? — мрачно буркнула фея, глянув на Аллегри.

— Почему ты бросила свою обитель? От кого-то прячешься? — вопрос, который Легри задала первым, слегка меня удивил.

Мне казалось, она начнёт с чего-нибудь в духе «мы тут ищем одного божка», но она решила зайти с вообще другого конца.

— Что? — нахмурилась коротышка. — Великая Кардея никогда и ни от кого не прячется! Я просто… решила сменить обстановку, да! Мне поднадоела моя старая обитель!

Я ей почти поверил. Почти. Хотя кого я обманываю? Подобной отмазкой можно было бы надурить только ребёнка, да и то не всякого. Неужели она решила, что сможет кого-то этим обдурить?

— Значит, ты совсем не прячешься от неких богов, что могли бы заставить тебя открыть тайную тропу в чей-то мир? — задала следующий вопрос Легри, даже не пытаясь замаскировать свои мотивы.

Нет, если быть точным, она не пыталась с точки зрения обычного человека. Но перед нами находилась Кардея, чей мозг работал каким-то совершенно особым образом, а потому подход Легри сработал даже лучше, чем я мог предположить.

— Ха?! Великую Кардею невозможно заставить! — заявила богиня. — Это… была вежливая просьба. И я милостиво согласилась её выполнить, ведь добродетельность Кардеи не знает границ!

Аллегри широко ухмыльнулась, а я разочарованно вздохнул. Что за святая простота! Нет, я всё понимаю, мы ведь за информацией пришли и, собственно, только что её получили. Я должен был радоваться этому. Но наивность маленькой богини заполняла меня искренним возмущением! Ведь Кардея косвенно призналась, что действительно помогла кому-то открыть лаз. Лаз в мир Аллегри. И призналась кому? Самой Аллегри! Конечно, имелся крохотный шанс, что сделала она это не с Тельваром и вся ситуация была лишь странным совпадением, но лично я подобную возможность даже не принимал в расчёт. А значит…

Нет, вы только гляньте на это необременённое раскаянием лицо! Её самомнение и уверенность в собственной непогрешимости настолько велики, что полностью подавляют чувство стыда за содеянное? Или она настолько наивна, что даже не знает, чей мир взломала?

— Угу, угу, понимаю, — закивала Легри, не изменившись в лице. — А не подскажешь, кто именно были эти вежливые просители? Очень нужно с ними побеседовать.

— Что?.. — Кардея вдруг побледнела и её взгляд забегал по сторонам. — Нет-нет-нет, это… Это профессиональная тайна! Великая Кардея чтит тайну личности своих нанимателей!

Больше походило на то, что её запугали до чёртиков и посулили самые страшные кары в случае, если она проговорится. В конце концов, не просто так ведь она подалась в бега и сныкалась в богами забытой и позаброшеной обители посреди пространственной аномалии? Вполне ожидаемо было бы, что в этот момент Аллегри перейдёт в более агрессивное наступление, чтобы попробовать дожать Кардею, но, к моему удивлению, это оказалось не так.

— Понимаю, понимаю, — кивнула богиня как ни в чём ни бывало. — Вопросы конфиденциальности очень важны.

— Конфи… Конфиды… Конфеты? — непонимающе переспросила фея, вопросительно наклонив голову к плечу.

— Конфиденциальности. Не запоминай, это сложно, — мило улыбнулась ей Легри. — Кстати говоря, а что это за мир хоть был, не знаешь?

— Мир? — успокоившаяся Кардея задумчиво почесала шишку. — Да какой-то мелкий был, захолустный, внимания Кардеи исключительно недостойный, — в этот момент бровь Легри ощутимо дёрнулась. — А назывался… Хм… Ты… Ту… Тульвар? Телвар? Да, кажется, что-то такое. Тель… Ва… Р…

В медленно поднявшихся на Аллегри глазах застыл неподдельный ужас, а сама фея стремительно бледнела. Вся. Целиком. Вместе с надетыми на неё цветами.

— Ага. Тельвар, — вкрадчиво произнесла Аллегри и наклонилась к Кардее с жутковатой улыбкой. — Мой Тельвар. Так что ты там говорила про тайну личности? Повторишь ещё разок? Я плохо расслышала.

— Йыык! — икнула коротышка и попыталась отползти от жутковатой Легри, после чего пулей рванула в мою сторону и спряталась за спиной. — Кардея ни в чём не виновата! Кардею заставили! Угрожали! Обзывали нехорошими словами! Нотан! Защити! Ты моя праволевая рука! Не дай в обиду свою великую хозяйку!

— Думаешь, сможешь сбежать от меня? — рассмеялась Аллегри, шагнув вслед за ней. — Ты, мелка… Уфф… Хаос всемогущий, что это?..

Богиня неожиданно изменилась в лице и, покачнувшись, опёрлась рукой о сваленную в кучу тетрадь Кардеи. Я шагнул вперёд, чтобы помочь ей, но не смог продвинуться из-за обрушившегося на меня ощущения нестерпимого жара, исходившего от Аллегри. Передо мной словно внезапно оказалось жерло вулкана и казалось, сделай я хоть шаг, меня просто испепелит без следа.

— Не подходи! — воскликнула Аллегри, выставив вперёд руку. — Я в поряаааах!

Ноги богини окончательно подкосились и она осела на бумажную гору с расфокусировавшимся взглядом и слегка прикушенной нижней губой. А я, глядя на это, лишь удивленно вскинул брови, так как стон, завершивший её фразу, даже близко не походил на болезненный, а был… полон удовольствия?

— Кааак интерееееесно… — раздался сзади негромкий голос Эрешкигаль.

Обернувшись, я увидел что взгляд Богини Смерти был прикован исключительно к Аллегри и был пронизан нескрываемым любопытством. А на её губах играла странная предвкушающая улыбка, которая мне почему-то сильно не понравилась.

От чистого сердца. ИнтерЛЮДия

— Госпожа Райда, выставочный зал подготовлен, — раздался из-за двери тихий голос служанки.

— Ясно, — лениво отозвалась девушка, не открывая глаз и повела плечами, погружаясь ещё немного глубже в горячую воду.

Хотя принесённая служанкой весть её несказанно обрадовала, Райда не спешила покидать уютную ванну и расставаться с согревающим ощущением ласкающей кожу воды. В целом, она никогда не считала себя зависимой от благ цивилизации и аскетичная походная жизнь не доставляла ей дискомфорта. Приличная кровать являлась генеральской привилегией, но она могла бы спать и на чём-то попроще, а походный паёк был Райде куда привычнее и понятнее роскошных ресторанных яств. Но имелась одна вещь, перед которой она питала откровенную слабость.

Нормальная. Просторная. Заполненная до самых краёв горячей водой, которую можно было подливать без ограничений. Ванна.

Да в условиях полевого лагеря тоже можно было помыться нагретой водой. Райде, как генералу, даже чаще раза в неделю, если позволяла доступность воды. Но ей не доставляло никакого удовольствия мыться в тесной жестяной бочке посреди помывочного шатра.

Как ни крути, а всё таки она была женщиной.

А потому она сполна пользовалась каждой возможностью полежать в приличной, человеческой ванне, где можно не только нормально помыться, но ещё и расслабленно вытянуться, дабы спокойно насладиться теплом. И в эти моменты для неё не существовало каких либо дел.

Даже ритуал подношения дара Богине мог подождать. Совсем чуть-чуть. Не может же она заниматься таким ответственным делом, будучи грязной и потной после долгой дороги? Это было бы проявлением неуважения. Нет, она подготовится настолько хорошо, насколько сможет. Сегодня она даже приказала служанкам подать ей ароматическое мыло, что делала прежде лишь один раз за всю жизнь в этом особняке.

Открыв глаза, она медленно подняла над водой правую руку, наблюдая за стекающими по коже потоками воды, бликующих в отсветах приглушённых светильников, и улыбнулась. Хотя внешне она оставалась всё той же обманчиво юной девушкой, ни капли не изменившейся за последние месяцы, Райда ясно видела изменения, произошедшие в её душе. Можно ли было сказать, что она стала мягче и наивнее из-за своей встречи с Нотаном? Наверное да. Ведь то, что она задумала, в случае успеха можно будет без малейших затруднений трактовать как предательство Империи.

Шутка ли? Один из самых известных генералов возвращает к жизни потенциально самого могущественного вражеского мага. Впрочем, ничего страшного. Всё равно никто не сможет понять, из-за чего это произошло, списав всё на силу Богини или халтурную работу Фальта. Может даже старику за это намылят шею? Мысль настолько понравилась Райде, что она легонько засмеялась, представив себе эту картину.

Так или иначе. но ещё пару месяцев назад она даже мысли не смогла бы допустить, что станет действовать на пользу врагу, поступившись интересами страны.

Но такова сила любви.

Понежившись ещё немного, Райда не без сожаления решила закончить с расслабляющими процедурами и вылезла из воды. Проведя руками по торсу, она помогла остаткам влаги сбежать с её тела и собраться на полу в небольшую лужицу под ногами. Фальт обожал позубоскалить по поводу её фигуры и, как бы едко Райда не отвечала ему, объективно она не могла не признать, что тело действительно выглядит едва достигшим зрелости. Когда-то давно ей пришлось немало пережить из-за этого, пробиваясь сквозь неизбежные из-за её внешности предубеждения.

Но Владыка демонов всегда, с самого начала воспринимал её всерьёз и даже глазом не моргнул, встретившись с ней лицом к лицу. Значило ли это, что его не беспокоила чрезмерная внешняя юность Райды? Или наоборот, она была ему весьма по нраву?

Толкнув дверь, девушка вышла из заполненной паром комнаты и сразу оказалась в руках ожидавших её появления служанок, принявшихся растирать её полотенцами и какими-то маслами для кожи. Так как Райда нечасто бывала в столице, прислуги она держала немного. Пару горничных для ухода за домом, приходящего по необходимости повара и молчаливого здоровяка, мастера на все руки, который отвечал за порядок в выставочном зале её особняка. Этой четвёрки хватало для всех её нужд.

После того, как её закутали в пушистый тёплый халат, Райда отправилась ужинать, дабы ничто не могло потом отвлечь её от ритуала дарения. И пока утоляла голод, краем глаза пробежалась по сводке новостей, доставленной недавно штабным гонцом. Лениво скользивший по строчкам взгляд не находил ничего особо интересного или неожиданного. Завершение строительства новой производственно-снабженческой базы неподалёку от линии фронта для упрощения логистики. Передислокация некоторых дивизий глубоко на севере. Успешный прорыв майора Дуркаса вглубь эльфийских рубежей. Прорыв монстров по Шелодскому направлению. Потеря контроля над…

Вилка с ароматным куском запечёного с овощами мяса так и не добралась до рта Райды, замерев на полпути.

Кое-что в сводке таки смогло её удивить. И удивить неприятно. Скупая строчка текста сообщала, что имперские войска потеряли контроль над зоной М-4. Райда не могла сходу вспомнить, что за объект там располагался, так как это выходило за пределы её зоны ответственности, но она не сомневалась, что это какая-то армейская лаборатория. Но кто мог…

Картинка сложилась у неё в голове резко, как по щелчку. Лаборатория. Шелодское направление. Прорыв монстров. Тех самых монстров, отчёты о которых она получала перед столкновением с Владыкой? Уже тогда ей казалось, что орда тварей как-то связана с Нотаном, но теперь она была твёрдо в этом убеждена.

Ни одна тварь, если она в здравом уме, не сунется захватывать охраняемую военную лабораторию, если только перед ней не поставили такую задачу.

— Ха. Ха-ха-ха-ха! Ахахахахахаха! — звонко рассмеялась она, бросая бумажку на стол.

Восхитительно! Его тело лежит в гробу, но он продолжает портить Империи кровь. Просто восхитительно! Сердце Райды оживлённо забилось и она поняла, что уже не может более терпеть.

— Госпожа? — недоумённо отреагировала одна из служанок на её приступ веселья.

— Я сыта! — объявила девушка, откладывая вилку в сторону, хотя тарелки ещё были полны еды. — До рассвета меня никто не должен беспокоить. По любому поводу!

— Слушаемся, госпожа, — хором поклонились горничные и начали убирать со стола.

Что бы они не подумали в тот момент о поведении Райды, своё мнение они держали при себе.

Покинув обеденный зал, девушка сначала заглянула в гардеробную, где, скинув халат, принялась выбирать достойные для поднесения дара одеяния. С этим имелись некоторые сложности, ибо она никогда не была великосветской модницей, а текущая ситуация и вовсе требовала особого подхода. Ей нужно было не только выглядеть элегантно в глазах Богини, но и сделать процесс дарения предельно гладким. И даже желанным для самих даров.

На миг она задумалась отправиться вот так, как есть, но… это было бы слишком безвкусно. Хотя не стоило сомневаться в том, что тогда дары отправлялись бы с невероятной охотой. Впрочем… слишком много чести для них. Достичь нужного эффекта можно и при помощи какой-нибудь лёгкой, слегка прозрачной ткани. Быть может, взять вон тот пеньюар и дополнить украшениями и каким-нибудь пояском?..

На входе в расположенный под особняком выставочный зал её встретил здоровяк, отвечавший за содержание этого небольшого подземного этажа. Звали его Гилу и, завидев Райду, он уважительно поклонился, приветствуя её, и даже бровью не шевельнул на необычный внешний вид хозяйки.

— Всё в порядке? — кратко уточнила девушка.

Выпрямившийся здоровяк кивнул и протянул руку к дверной ручке, открывая вход.

— Никого не впускай. Ну, ты знаешь.

В ответ она получила очередной кивок.

Вопреки распространённому мнению, Гилу не был немым, он просто был немногословен. Очень немногословен. За всё время Райда слышала его голос лишь дважды. Один раз при найме и второй раз, когда он предупредил её о проникновении в особняк случайно замеченного убийцы. И это полностью устраивало генерала.

Шагнув за порог, Райда подождала, пока за ней закроется дверь, после чего повернула на стене круглую ручку, включая освещение.

— Госпожа!

— Госпожа пришла!

— Нет… Не хочу! Только не снова!..

— Умоляю, выберите меня!

Страх. Безумие. Обожание. Влечение. Густой букет эмоций, приправленный звоном тонких цепей и лёгких кандалов, захлестнул её с головой, когда некогда бесценная коллекция увидела и осознала, кто переступил порог выставочного зала. С каждым из этих экспонатов она провела множество времени, дразня, истязая, ломая, запугивая, туманя разум сладкими обещаниями. Стирая их гордость и самоуважение, превращая в послушные игрушки, демонстрирующие то, что она желала от них видеть.

Вон то жалкое подобие человека, испуганно сжавшееся в углу… Райда даже не смогла вспомнить его имя. Это был самый первый экземпляр в её коллекции. И самый ненавидимый. Подонок стал причиной гибели её матери, а потому она не собиралась даровать ему роскошь смерти. Вместо этого она сделала так, чтобы тот забыл даже как звучат слова «радость» и «надежда». Долго, тщательно, никуда не торопясь, она превратила его в кусок истерзанной и искалеченной, трясущейся в бесконечном страхе плоти, способной лишь бессвязно мычать, пытаясь молить о прощении.

Живой отброс, дышащий мусор и человеческая падаль — вот какова была его роль. И, строго говоря, в дар он совершенно не годился. Девушка считала, что если преподнесёт Богине подобный кусок человека, то лишь оскорбит её в очередной раз.

Нет. Она подарит ей лишь лучшее. Отборное. А мусор… Нужно будет просто выкинуть.

Обещающе улыбнувшись устремлённым на неё взглядам, Райда подошла к небольшому столику и после краткого раздумья взяла с него длинный и узкий клинок, украшенный сложной чеканкой в виде вьющейся лозы. Эльфийская работа. Демоны, конечно, те ещё варвары, но местами у них получались достойные вещи. И девушка считала, что изящный и утончённый кинжал местной работы подойдёт для ритуала подношения даров хозяйке этого мира куда лучше замысловатых игрушек и инструментов, которыми она обычно пользовалась.

Но с кого же ей начать?

Задумчиво приложив острие клинка к губам, она неспешно пошла вдоль экспонатов, пытаясь выбрать подходящий для первого дара.

Вот Литор, воспитанный ею как псина. Много лет назад, когда девушка ещё не была генералом, этот штабист пытался ей овладеть. Озабоченное животное, которому закономерно досталась роль животного. По сути, такой же отброс как и убийца её матери, так что она не осчастливит его милостью стать подношением великой Богине. Такая душа ей точно не нужна.

Амал, тёмный эльф, несмело тянущий к ней руки в мольбе, желал тайн и боли. В основном, боли. Изощрённой и страстной, жгущей столь сильно, чтобы могла заглушить жжение секретов, которыми он более не мог поделиться с собратьями. Он был опытным и хитрым шпионом-диверсантом, долго портившим жизнь Райде и Руммею, пока не попался волею случая. И Райда научила его любить боль сильнее чужих тайн.

Эали Каэл’ит, знаменитый командир отряда отборных стрелков «Чёрные хвосты», с мурчанием осторожно приблизился к её ногам, повадками спрашивая дозволения приластиться. Милый и ласковый мальчик, любящий, когда ему чешут за ушком и не только. Одна из самых любимых раньше её игрушек. Он и его отряд целую неделю отважно сражались с солдатами Райды, умело укрываясь на местности, но так и не смогли вырваться из окружения, подготовленного девушкой. С ним будет даже жаль расставаться, а потому Райда не удержалась и подарила ему минуту поглаживаний.

Свирепый Шумбат, орочий воевода…

Бродя от трофея к трофею, девушка обошла весь зал, оценивая значимость каждого будущего дара, ведь начать она хотела с лучшего, дабы точно привлечь внимание Богини. Но, по сути, это была лишь формальность, ибо ещё до появления в этом зале она уже остановила свой выбор на Эйфере.

Эйфер был великолепным образчиком эльфа. Гордость, спесь, нерушимые принципы чести и абсолютная ненависть к фиарнийцам. Он был идеальным генералом, который даже смог одержать несколько побед в боях против Империи. И насколько же это было приятно низвести его до обычной похотливой подстилки, грезившей о теле Райды, но так и не получившей желаемого.

Да, она начнёт с него.

— Ооо! Госпожа! Госпожааа! — эльф бросился к ней с горящим взором, едва она начала приближаться. — Молю, позвольте этому рабу коснуться вашего тела!

— Эйфер, мальчик мой, — тепло улыбнувшись ему, Райда подошла поближе и остановилась в считанных сантиметрах, преодолеть которые эльфу не давали цепи. Это было выверенное расстояние, отмеренное ею самой. — Ты правда так меня обожаешь?

— Да. Да! Да!!! — истерично закивал головой экспонат. — Я грежу вами, госпожа! Мечтаю стать с вами единым целым! Молю, только скажите! Этот раб сделает всё во имя вас, только одарите наградой!

Он нервно дёргался и, если бы не цепи, давно бы сдёрнул с девушки её дразнящие одеяния, но зная, что он не сможет более приблизиться и на долю, она лишь придвинулась ещё чуть-чуть, всё больше его изводя.

— Наградой? — шепнула она ему. — Ты говоришь о бархатной коже под этой невесомой тканью? Об этих тонких пальцах, которые ты бы медленно облизал, как бы грязны они ни были? Об этих нежных бёдрах, меж которых ты бы зарылся головой?

— Да! Да! Прошу! Неужели я дождался? Неужели вы правда решили исполнить мечту этого верного раба?

Завороженный сиянием её небесных глаз, он плакал и сходил с ума, исступленно смешивая грёзы и реальность. Эльфу казалось, что ещё миг — и его заветная мечта осуществится.

— Мой милый Эйфер, — она провела пальцами по его щеке и осчастливленный прикосновением генерал забился в конвульсиях. — Ты получишь даже больше, если выполнишь одну мою крохотную просьбу.

— Всё что угодно, госпожаааа! Приказывайте вашему рабу!

— Ну хорошо, — улыбнулась Райда и игриво облизала губы, приближаясь ещё немного, словно хотела одарить несчастного поцелуем.

— Слушаю, Слушаю! — захрипел эльф, приоткрывая рот в ответ.

Но девушка в последний момент ускользнула от его губ и шепнула ему на ухо:

— Ты правда сделаешь ради меня всё, Эйфер?

— Абсолютно, Ваш раб абсолютно верен!

— Тогда исполни мой приказ. Умри во имя великой Богини Тельвара и моей любви.

С этими словами девушка мягко и неуловимо коснулась щеки эльфийского генерала своими губами, окончательно обращая сломленный разум в хаос эйфории, и вонзила кинжал в его грудь.

Первый дар Богине был отправлен. Отправлен от самого чистого сердца и с искренним почтением. Настало время приготовить следующий.

Глава 12. Проявление благодарности

— Эри, что происходит?

Сказать по правде, Эрешкигаль меня испугала. Её глаза, прикованные к Аллегри, медленно начали сиять золотисто-янтарным, и после этого во мне уже не было никаких сил в них смотреть. Ощущение смерти, неизбежного конца мгновенно проникало в мой разум, заставляя отчаянно дрожать.

Что случилось? Что мне делать? Почему Эри высвободила свою силу? Она всё ещё друг? Или враг? Если враг, как мне защи…

— Не ожидала, что в её мире может случиться что-то подобное, — пробормотала Богиня Смерти, словно завороженная, и с улыбкой шагнула вперёд. — Как интригующе!

Эта фраза полностью сломала ход моих мыслей и я растерялся. «В её мире»? «Случилось»?

— Возмутительно! — пискнула за моей спиной Кардея. — Она правда варварша! Как можно одобрять такую паству?!

— Да поясните хоть что-нибудь! — не выдержал я. — Я тут стою и ничего не понимаю, вообще-то!

Эрешкигаль, шагнувшая мимо меня в сторону Легри, неожиданно раскинула руки в стороны и упоённо крутанулась на месте, взметая полы своего платья.

— Энергия, Нотан! — весело крикнула она. — Перед тобой самая лучшая, отборная энергия, что способны подарить богу смертные! Энергия… — она медленно повела вверх по воздуху разведёнными пальцами и за их кончиками потянулись возникшие из ниоткуда липкие, тягучие тёмно-рубиновые нити. — Добровольно поднесённой жизни.

Голос Эри звенел от неописуемой радости, но глядя на неё я не мог сдержать пробежавшую по спине волну мурашек. Эрешкигаль смотрела на свисающие с её пальцев нитевидные капли с одержимой улыбкой и вожделением в глазах, и это разительно отличалось от её обычного состояния. Высунув язык, она медленно, смакуя, слизала с пальцев рубиновые нити и блаженно зажмурилась.

— Идеальный букет, — выдохнула она. — Щепотка страха, горсть преданности, густое и обволакивающее обожание. Как давно я не чувствовала вкус правильно проведённого ритуала. Всё же, даже в наши времена помнят старые-добрые традиции, — открыв глаза, она повернулась в сторону извивавшейся Аллегри и пробормотала с лёгкой завистью. — Это ведь её первое жертвоприношение. Самые яркие чувства всегда именно от него. Даже завидую немного.

— Ещё одна варварша! — возмутилась Кардея, забравшись мне на плечо и глядя на богинь. — Сущее безобразие!

Пока божественная фея изливала своё негодование, у меня в голове яркой вспышкой пульсировал лишь один вопрос.

Кто?

Кто преподнёс свои жизни во имя Аллегри? Кто провёл ритуал? Я ведь только начал возрождать веру в неё, как могли так быстро отыскаться подобные безумцы? Неужели кто-то из моего окружения? Верится слабо. Торговая ярмарка дала толчок в чьей-то приезжей и не совсем здоровой голове? Да быть того не может… хотел бы сказать я, но перед глазами уже имелся один яркий и наглядный пример уехавшей в закат крыши. В лице того волковидного эали.

— Варварша? — прищурившись, взглянула на Кардею Эри. — Ты явно не понимаешь, как это вкусно, коротышка. Тебе, видимо, не приносили в жертву даже ягнёнка. Но ничего страшного, — сообщила она фее с нехорошей ухмылкой и мазнула по воздуху парой пальцев, собирая новые нити. — Я помогу тебе понять.

— И что я должна помммхмпфхфф!!!

На миг исчезнув из моего поля зрения, Эрешкигаль вдруг оказалась прямо перед Кардеей и стремительным, напористым движением ввела обагрённые нитями пальцы прямо в рот опешившей и явно не ожидавшей подобного развития событий фее. Мелкая богиня попыталась что-то возмущённо промычать, задёргавшись на моём плече, но быстро затихла, икнула и густо зарделась. После чего у неё изо рта пошла пена и Кардея, закатив глаза, рухнула в траву.

— Ого, — пробормотал я, глядя на её подёргивающееся тельце.

— Тебе тоже стоит попробовать немного, — вкрадчиво раздалось у меня над ухом и в следующий миг рубиновая капля оказалась уже на моём языке.

Сначала я не ощутил ничего, кроме тонкого пальца Эри и непонятной, густой словно мёд субстанции без какого либо вкуса, а потом просто потонул в ослепительной вспышке непонятных образов и чужих эмоций. Они пронзили мой разум словно луч мощного прожектора, взрезавшего вязкую ночную тьму. Но уже спустя секунду прожектор выключили и я, покачнувшись на трясущихся ногах, упал на свою пятую точку, едва не придавив валявшуюся где-то в этом самом районе Кардею.

Что… Что это, мать вашу, было?!

— Хм… — в голосе Эри сквозило неприкрытое разочарование. — Совсем не тот эффект. Жаль. Видимо, для смертных она совсем иная на вкус.

Калейдоскоп из оборванных лоскутов чужих воспоминаний всё ещё мелькал перед глазами. Боль, радость, унижения, эйфория, похоть, страх, преданность. Каждый из обрывков нёс свой собственный отпечаток, оставшийся от своего владельца, позволяя самым краем глаза заглянуть в случайный эпизод из его прожитой жизни. Но очень мимолётно, смазанно, не позволяя разобрать ни единой осязаемой детали. Однако в этой мешанине был один образ, который на их фоне сиял ясно и чётко, словно навеки отпечатался в душах жертв.

Образ светловолосой девушки с пронзительно-синими глазами.

И я эту девушку знал.

— Райда, — невольно выдохнул я вслух.

— О, Легри ведь о ней что-то говорила, — призадумалась Эрешкигаль. — Разве это не та самая вражеская девчушка, что на тебя глаз положила? И это она провела ритуал? Хо-хоооо! — протянула она и весело глянула на меня. — Ты заставил вражеского генерала поверить в Аллегри? Как ты это провернул?

— Сам хотел бы знать, — удивлённо помотал я головой. — Когда мы расстались, она не выглядела особенно верующей. Ритуал точно её рук дело?

— Ты ведь о светловолосой? Да, насколько я могу судить, — кивнула Эри. — Но точно нам сможет рассказать только Легри, когда… — она выразительно кивнула в сторону постанывающей богини, — усвоит весь тот шторм энергии, что обрушился на неё.

— Жертвоприношение много приносит? — спросил я, пытаясь встать, но ноги всё ещё подкашивались.

— Обычное — не особо. Мало чем отличается от банального подношения в храме или истовой молитвы как по эффективности, так и на вкус. Но добровольно пожертвованная жизнь… это деликатес, — облизнулась Богиня Смерти. — Она несёт в себе колоссальный заряд энергии, образованной из добровольного отречения от последующего перерождения души, но мало какой жрец способен правильно подготовить жертву. Преданность жрецу, граничащая с фанатизмом, слепая готовность умереть во имя божества, отрицание собственного эго и беспрекословное подчинение чужой воле. Это лишь малая часть требований, которые должна удовлетворять будущая жертва. Единственная капля сомнений или проявления собственных желаний — и чистота энергии будет испорчена.

— Как много тонкостей… — пробормотал я и наконец смог оторваться от земли. — Если всё так, как ты говоришь, у меня к Райде будет очень много вопросов при следующей встрече.

— Не думаешь заручиться её помощью? — лукаво прищурилась Эрешкигаль. — Столь эффективный жрец мигом бы накачал Легри океаном энергии. Двадцать-тридцать тысяч добровольных жертв такого качества — и Аллегри перевернёт свой Тельвар вверх дном.

Я попытался прикинуть в уме соотношение одной подобной жертвы к обычным верующим и быстро оставил эту затею, цифра получалась какая-то пугающая. Ты вот мучаешься, распространяешь веру, зарабатываешь лояльность паствы, рожаешь проявления божественных чудес, а кто-то вжик-вжик ножиком один разок — и уже молодец. Как-то это нечестно. Где справедливость? Где баланс?! Зачем так напрягаться, если можно обойтись зиккуратом из трупов? Вот только…

— Есть и обратная сторона медали, верно? — с подозрением спросил я. — Выглядит слишком заманчиво для безопасного метода. И будет ли сама Легри счастлива, получив силу таким путём?

— Кто знает? — ухмыльнулась Эри, едва уловимо подмигнув. — Но если однажды ты окажешься перед выбором — окончательно потерять и мир, и его жителей, или же сохранить мир ценой всего лишь нескольких десятков тысяч жизней, будут ли тебя беспокоить побочные эффекты?

В словах Эрешкигаль сквозил сухой прагматизм, но это был прагматизм такого рода, над которым обычный человек предпочитал не задумываться. И я, как положено обычному человеку, решил не забегать настолько далеко в будущее, надеясь, что мне не доведётся оказаться в подобной ситуации. И надеясь, что эту тему Эри подняла просто к слову, а не ради какого-то недвусмысленного намёка.

— Ууууфф… — из травы у ног донёсся слабый стон и растительность заколыхалась, выпуская наружу покачивающуюся Кардею. — Всё горит… Как странно… Ооох…

Фея выглядела крайне растерянной и держала ладони на пылающих румянцем щёчках.

— Как тебе, коротышка? — насмешливо спросила её Эрешкигаль. — Понравилось?

— Я… Нет… Что?.. Ох… …Да… — под конец едва слышно пробормотала мелкая богиня и вновь залилась краской по самые кончики ушей. — Немножко… Но!.. Но! Это всё ещё варварство! Вот!

Хотя она пыталась дальше гнуть свою линию, звучала и выглядела фея весьма неубедительно.

Прошло немало минут, прежде чем охвативший Аллегри приступ пошёл на спад и она затихла. Однако я всё ещё не мог подойти даже на шаг ближе из-за буйства энергии, а значит, процесс не был завершён.

Всё это время Кардея летала вокруг «мучавшейся» от переизбытка энергии Легри и возмущённо пищала что-то про разврат и падение нравов, но при этом продолжала пристально наблюдать.

— Так ты говоришь, тебе угрожали, коротышка? — вкрадчиво спросила Кардею Эри, когда стало немного потише.

— Что? Ха-ха-ха!.. Какие странные вещи ты говоришь!.. — нервно засмеялась фея. — Великую Кардею невозможно запугать! Никто не посмеет угрожать великой Кардее!

— Но недавно ты… — начал было я, но оказался прерван.

— Показалось! Тебе показалось! — зашикала на меня богиня и замахала руками. — Раз великая Кардея говорит, что тебе показалось, то ты, как её праволевая рука, должен лишь кивнуть и согласиться, понял? Т ы . П о н я л ?

Подлетев вплотную, она схватила мою голову руками и, вращая глазами, скорчила мордаху, которая в её понимании, видимо, должна была меня жутко напугать. Но эффект вышел совершенно противоположным и я едва удержался от фыркающего смешка.

— Если ей правда кто-то угрожал, мы легко это узнаем, — раздался слабый голос Аллегри и, дружно взглянув в её сторону, мы увидели как богиня медленно приподнимается с бумажной горы и держится одной рукой за грудь. — Знаешь, Нотан, а твоя фиарнийская подружка не промах. Давненько во мне не бурлило столько энергии. Но если она продолжит в том же духе, тебе придётся застегнуть вокруг её шеи ошейник и посадить на цепь. Сегодня я жаловаться не буду, но в будущем мне такие подношения не нужны.

— Так это действительно Райда учудила? — спросил я, всё ещё не веря в это до конца, и шагнул к Легри, не ощущая больше преграды.

— Ага, она самая, — ответила Аллегри, становясь бодрее с каждой секундой. — И это твоя вина, кстати.

— Всмысле?! — от подобного заявления я остановился как вкопанный.

Каким боком я могу быть повинен в жертвоприношении, скажите на милость?!

— Ты столь коварно похитил сердце бедняжки, что она беззаветно уверовала в меня и принесла в жертву всю свою, кхм, коллекцию поверженных врагов, дабы я тебя к ней вернула.

— …Чё?

Какой-то более умной и глубокомысленной реплики я в ту секунду родить не смог. Райда… чё?

— Хаааа! — восторженно выдохнула Эрешкигаль. — Какая страсть! Я аж вспомнила кое-что из своей юности! Парень, да ты счастливчик.

— Ситуация становится вдвойне забавнее из-за того, что я и правда смогу вернуть Нотана в Тельвар благодаря её инициативе. Только подумай…

Пока они мило болтали и посмеивались над курьёзом, я торчал истуканом, пытаясь уместить его в голове и убедиться в том, что в озвученной цепочке нет никакой ошибки.

Райда. Фиарнийский, на минуточку, генерал. Влюбилась в меня? Ладно, это я ещё могу понять, ибо лично слышал её признание, пускай и в крайне своеобразной форме. Но влюбилась настолько, что уверовала во вражеское божество? И устроила для него жертвоприношение по всем правилам, только чтобы вернуть меня к жизни? Что? Что за бред?! Даже бразильцы не додумались бы до такого сюжета!

Погодите-ка, а разве Легри не сообщила только что нечто важное?

— Легри, я правильно тебя расслышал? — вклинился я в беседу подружек, вынырнув из своих мыслей. — Сможешь вернуть в Тельвар?

— Угу! — довольно кивнула богиня и встала на ноги. — Я не рада тому, что большая часть жертв состояла из тельварцев, но раз уж так вышло, использую эту энергию с пользой. Но давай обсудим это немного позже. Сейчас нам надо закончить дело с одним мелким недоразумением, — сказав это, она кинула острый взгляд в сторону Кардеи.

— Мелким? — недоумённо склонила голову фея. — Недоразумением? Это ты обо мне что ли?! Какая наглость!

Аллегри полностью проигнорировала возмущение Кардеи и любовно погладила кипу бумажных страниц, на которых недавно лежала.

— Знаешь, коротышка, — голос Аллегри так и сочился коварством. — Я вдруг поняла, что нам совершенно не нужно выпытывать у тебя имена.

— Ха-ха! — гордо надулась Кардея. — Ты наконец осознала тщетность сего занятия? Великая Кар…

— Нет, просто нам больше не нужно спрашивать тебя, чтобы их узнать, — ухмыльнулась Аллегри. — Они ведь запугивали тебя и обзывали, верно?

— Ну… Ну и что! — дрогнувшим голосом возразила фея. — Пусть так, великая Кардея никогда не раскроет имена тех, кто к ней обратился. Это.. Это… Вопрос репутации!

— О, да, я прекрасно понимаю, — закивала ей Легри. — Репутация очень важна. Хорошо, что у меня появился другой источник информации.

— Другой? — недоумённо почесала затылок Кардея и огляделась по сторонам. — И кто же? Лишь великая Кардея знает…

— Твоя тетрадка, коротышка, — многообещающе подмигнула ей Аллегри. — Раз они тебе угрожали, ты наверняка их туда вписала, верно?

— К… Кхххх!.. — если бы я в тот момент не видел Кардею, я бы решил, что её усиленно пытаются придушить, ибо звуки были точь в точь соответствующие.

— Так что я просто возьму и… — протянула Аллегри и медленно потянула пальцами тетрадь за ближайшие страницы.

— Н… Не позволю! — очнулась мелкая богиня и уже хотела рвануть к Аллегри, но я был наготове, схватив дернувшуюся фею за ноги.

Вот только я забыл, что слабачкой она считалась только по меркам божественного мира.

Ощущение оказалось такое, словно я пытался удержать на месте тронувшийся автомобиль. И результат был, по сути, сравнимым. Дёрнуло так, что на пару мгновений я оказался в воздухе и, выпустив от неожиданности тонкие лодыжки, бухнулся носом в траву.

— Пинок Кардеи!..

Раздались звуки ожесточённой возни, сдобренные возмущённым пищанием явно проигрывающей схватку феи, а потом по округе прокатился громкий хлопок в ладоши и я ощутил вспышку какой-то магической силы.

Подняв голову я увидел, как тетрадь стремительно исчезает в необычном пламени. Огненные языки были словно раскрашены под палитру окружающих цветов. Зелёная, напоминающая траву основа, увенчаная пёстрыми разноцветными мазками, разбрасывающими яркие искры. От пламени не исходило никакого жара и почему-то мне казалось, что даже если я суну туда руку, то ничего не случится.

— Мухахахаха! — рассмеялась Кардея с лёгкой ноткой нервозности. — Вот и всё, глупая! Больше тебе не узнать ни единой тайны великой Кардеи! Все имена её врагов сгинули в сём очищающем пламени! Да и какие враги? У великой Кардеи нет врагов! Мхахахахахаха!

Глядя на фею, что заходилась от смеха, уверенно уперев руки в боки, я чуть не скрипнул зубами от досады. Это ведь была железная зацепка! Как Легри могла допустить такую оплошность?!

— Ах, ах, какааая жалость, — сокрушённо покачала головой Аллегри. — Она сгорела. Теперь мне придётся силой выбивать из тебя ответ.

Услышав это, я удивлённо вытаращил глаза, ибо интонации в голосе богини были весьма далеки от тех, что должны звучать при утере ценной информации. Она что… именно этого и добивалась? Зачем?

— Ты… Ты не посмеешь! — пискнула Кардея, отлетая подальше от Аллегри. — Я буду жаловаться!

— Кому? — расслабленно фыркнула Легри. — Если бы за тебя правда кто-то хотел вступиться, ты бы не пряталась в этой дыре.

— Нннгхх!

Похоже, на это Кардее нечего было возразить даже при всём её непомерном самомнении.

Мне стало самую чуточку жаль маленькую богиню. Складывалось ощущение, словно Легри каком-то образом уже получила нужный ответ и теперь просто во имя справедливости кошмарила Кардею, открывшую лазейку в её мир. Но если смотреть объективно, она ведь это заслужила, верно? Если бы не её действия, то меня бы не убил тот старик. Я бы не попал в океан Хаоса, не посетил бы мир богов, не напился с Дионисом, да и с Аллегри бы… Хм. Огромное спасибо за помощь, великая госпожа Кардея! Кажется, у меня к вам должок! Но могу ли я как-то смягчить гнев, что собирается обрушить на неё Аллегри?.. Есть идея! Однако сработает ли она? Кардея хоть и слабая, но богиня. Весовые категории могут оказаться сильно разными… Если говорить откровенно, то моя задумка наверняка излишне оптимистична. Ладно, по ходу дела разберёмся! Импровизировать мне уже не впервой.

— Аллегри, ваша честь, у меня возражение! — заявил я, подскакивая с земли.

— Ха? — удивлённо глянула на меня богиня. — Нотан, ты что, собрался её защищать?.. Что ты задумал? — раздалась её речь у меня в голове. — …Аааа, понимаю, понимаю. А ведь неплохая идея! Может получиться забавное зрелище. Продолжай! Я не против проучить её таким способом. И заодно с твоей проблемой разберёмся.

Судя по всему, она заглянула в мои мысли и оценила задумку. Тем лучше. Значит, я не ошибся в своих предположениях и он — действительно подходящий кандидат.

— Нотан! Я знала, что ты на моей стороне! — радостно подскочила ко мне Кардея. — Хоть ты и попытался меня предать, когда схватил, но я ценю то, что ты решил одуматься!

— Ваша честь, я считаю, что богине вашего ранга не по статусу самолично заниматься такими незначительными вопросами…

— Что ты подразумеваешь под «незначительными»? — тут же возмутилась фея. — Великая Кардея очень значительная!

Я предпочёл проигнорировать её реплику и просто продолжил мысль, когда она закончила:

— …А потому я предлагаю поручить это дело кому-то, кто ближе к данной проблеме по силе и статусу.

— Кого ты только что назвал «проблемой»?! Ты вообще на моей стороне или нет?!

Пока Кардея пыхтела от злости, Аллегри сделала вид, что серьёзно задумалась и даже сделала несколько шагов туда-сюда, имитируя сложный мыслительный процесс.

— Хм… Должна признать, ты абсолютно прав, — наигранно вздохнула Легри. — Но кому я могу поручить это дело? Во всём мире богов нет никого, кто был столь же слаб, как и она. Даже многие полубоги посильнее будут. Кардея действительно слабейшая.

— Мне срочно нужна новая тетрадь! — взвыла фея. — Никогда прежде великую Кардею не оскорбляли столько раз подряд!

— Тогда как на счёт сильного магического существа? — ухмыльнулся я.

Одно такое как раз сидело у меня в Хранилище. Поначалу я беспокоился, не окажется ли оно слишком слабым противником для хоть и захудалой, но богини. Однако Аллегри ясно дала понять, что силы буду примерно равны. Что вновь возвращало меня к одному вопросу… Как она вообще в боги попала, если настолько тщедушная?! Может, имеет место быть какая-то особенность её сил?..

В любом случае, такой вариант для неё должен быть куда мягче, нежели взбучка от пылающей праведным гневом Аллегри. Что уже неплохо. Это всё, что я могу для вас сделать, госпожа Кардея!

— Какого ещё магического существа? — запаниковала означенная госпожа. — О чём вы толкуете вообще?!

— Оно должно быть действительно сильным, — якобы озадаченно взглянула на меня Аллегри. — У тебя есть что-то на примете?

— Да так, завалялось кое что в кармане, может подойти, — хмыкнул я и, коснувшись браслета, выразительно махнул рукой в сторону пустого пространства на цветочном поле. — Гардалаг! Я выбираю тебя!

Глава 13. Природа силы

— Гардакто?.. — начала было спрашивать Кардея, но остаток фразы богини лично я уже не услышал, ибо перед нами явился старый добрый Гардалаг.

Который перед отправкой в инвентарь находился в процессе дикого рёва, возмущаясь моими отвагой и слабоумием.

— …АГЛЕЕЕЦ! — прокатился по округе полный гнева рык, заставляя слегка вибрировать почву под ногами. — НЕ ДУМАЙ, ЧТО!.. … …ЧТО?

Судя по тому, как дракон изменился в голосе и начал крутить башкой по сторонам, до него, наконец, дошло, что обстановка сааааааамую малость изменилась. Как и количество действующих лиц. Впрочем, последнее он обнаружил не сразу

— Хм? — недоумённо нахмурилась Кардея, глядя на дракона. — Сподвижник мой, ты умеешь призывать драконов? Нет… это пространственная печать?

— Опустим столь несущественные мелочи, коротышка, — промурлыкала Аллегри, подойдя к фее и схватив её пальцами за шкирку, словно котёнка. — Сейчас тебя должно больше беспокоить то, как не оказаться у этого дракона в его огромной пасти. Посреди кошмарных зубов, зловонного дыхания и океана обжигающих слюней.

— Ха! Ты всерьёз пытаешься напугать великую Кардею этой ящерицей? — самодовольно усмехнулась фея. — Ей не продержаться и секунды против моего неудержимого и всесокрушающего удара!

— Проверим? — хмыкнула Легри. — Давай так, коротышка. Продержишься против него час или одолеешь — и я тебя отпущу. Ну а если он тебя сожрёт… Ну, значит, сожрёт.

— Сожрёт? Великую Кардею? Кажется, ты не осозна…

Землю под ногами тряхнуло и драконья туша плавно откатилась вместе с пластом почвы в сторону, из-за чего наша четвёрка наконец оказалась в его поле зрения, вот только в нашу сторону Гардалаг пока не смотрел, таращась куда-то ввысь.

— КАКОЕ СТРАННОЕ МЕСТО, — прогудел он. — РАЗВЕ ВОЗМОЖНА ПОДОБНАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ МАГИИ?

— Здаров, ящерица! — махнул я рукой, привлекая внимание здоровяка.

Огромная угловатая башка медленно повернулась к нам и прищурила свои жёлтые буркала.

— ХАХ? ЧТО ЗА КОЗЯВ… ТЫЫЫЫ! ТОТ НАГЛЕЦ! ДУМАЛ ОДУРАЧИТЬ МЕНЯ СТОЛЬ ВШИВОЙ МАСКИРО…

— Цыц, — раздалось возле меня.

Негромко, вполне себе буднично, но в эти три буквы оказалось вложено столько мощи, что я едва устоял на ногах, хотя вербальный удар был направлен вовсе не на меня. А неукротимый древний дракон от этого и вовсе заткнулся, не издав после ни единого звука.

— Давно не виделись, Гардалаг, — дружелюбно поприветствовала здоровяка Легри. — Где-то полтора тысячелетия, кажется?

— ХМ? ГО… ГОСПОЖА АЛЛЕГРИ?! — в голосе ящерицы звучало неприкрытое удивление. — ВЫ ЖЕ…

— Стою перед тобой, как видишь, — богиня улыбнулась дракону столь обаятельно, что тот аж вздрогнул, а дёргавшаяся у неё в руке Кардея немного притихла. — И у меня к тебе есть небольшой вопросец. Скажи мне, Гардалаг, как давно моё имя перестало что-то значить среди драконов Тельвара?

— ЧТО? МЫ ВСЕГДА ПОЧИТАЛИ ХОЗЯЙКУ МИРА! — возмущённо прогудел дракон.

— Вот как? — спросила Аллегри и, отпустив Кардею, с лёгкой задумчивостью прошлась у него перед мордой. — Допустим. Тогда почему ты пытался сожрать моего апостола?

Дракон скосил на меня буркала и я радостно помахал ему в ответ. На что получил раздражённое сопение.

— НА НЁМ НЕ НАПИСАНО, ЧТО ОН ВАШ АПОСТОЛ, ГОСПОЖА, — родил он гениальную отмазку после паузы.

Аллегри аж споткнулась от такой наглости и бросила на ящера очень нехороший взгляд.

— Он сообщил тебе об этом, Гардалаг, — тон богини стал ощутимо строже.

— НА НЁМ НЕ НАПИСАНО, — продолжил гнуть свою линию дракон. — ПУСТЬ ГРАМОТУ ПОКАЖЕТ. ИЛИ КАЖДЫЙ ПРОХОДИМЕЦ МОЖЕТ ПРИКРЫВАТЬСЯ ВАШИМ ИМЕНЕМ, А ГАРДАЛАГУ ВЕРИТЬ?

Я был вынужден признать весомую долю разумности в словах ящера.

— А отпечаток моей силы на душе и артефактах тебе ни на что не намекнул?!

Но для Аллегри они оказались не особо убедительными в виду озвученных причин. Гардалага так хлестнуло выплеском энергии, что тот попятился и прижался к земле словно набедокурившая псина. Вот тебе и гордый древний дракон.

— Значит так, Гардалаг, — холодно выдохнула Аллегри. — Будешь продолжать в том же духе и я задумаюсь о том, чтобы пересмотреть соглашение с драконами. Твоя сестричка Шарайнэ ведёт себя куда рассудительнее, возьми с неё пример.

— …ОНА ПРОСТО НЕ ОЩУЩАЛА ЭХО ТОГО МАГИЧЕСКОГО ШТОРМА, ЧТО ОЩУТИЛ Я, — мрачно пробубнил дракон. — ВАШ ОН АПОСТОЛ ИЛИ НЕТ, ГОСПОЖА, НО ЕСЛИ ИЗ-ЗА НЕГО ПОВТОРИТСЯ КАТАСТРОФА, Я НЕ СТАНУ СТОЯТЬ В СТОРОНЕ.

— Я собираюсь спасти Тельвар, а не добить его окончательно, — фыркнула Аллегри. — Так что впредь…

— Эй, хорош светские беседы вести! — запрыгала в воздухе фея и начала показушно боксировать. — Дайте уже оторвать его хвост, дабы вы поскорее покинули владения великой Кардеи!

— А, ну да, совсем о ней забыла, — пробормотала Легри, кинув взгляд на мелкую богиню.

Гардалаг повернулся в сторону коротышки и подслеповато прищурился:

— ЭТО ЕЩЁ КТО? — пророкотал он с лёгким недоумением.

— Что значит, «кто»?! — возмутилась богиня. — Перед тобой, ящерица, величайшая в обозримой Вселенной Богиня! Великая Кардея собственной персоной!

— …ВПЕРВЫЕ СЛЫШУ. В БОГИ БЕРУТ ТАКУЮ МЕЛЮЗГУ?

На миг мне показалось, что мелкая богиня аж потемнела от злости.

— Ну всё, с меня хватит! — взорвалась она и сжала кулаки. — Иди сюда, крокодил-переросток!

Резко сорвавшись с места, Кардея на полной скорости устремилась к угловатой морде Гардалага, отведя руку для удара.

— ДЕРЗКАЯ МАЛЯВГХА!!!..

Я ожидал увидеть уже вполне знакомую картину безнадёжно бессильного тычка от мелкой богини, однако кулак, влетевший в нижнюю челюсть дракона, заставил ту оглушительно лязгнуть и подбросил вверх массивную голову ящера. Неловко перебирая лапами, Гардалаг отступил на пару шагов, пытаясь избежать следующего удара маленькой богини, а я смотрел на это со стремительно округляющимися глазами.

А коротышка-то кое что может! Всё таки, она и правда богиня, раз умудряется теснить здоровенного древнего дракона голыми руками. Вот только не слишком ли бодро она взялась за Гардалага? Неровен час, она его и правда отметелит, а это не совсем то, что нам было нужно. По плану всё должно было быть немного наоборот… Ладно я, человек новый и неопытный во всех этих делах, но неужели Аллегри тоже недооценила силы фееподобной коротышки?

От дракона повеяло давлением магии земли и к промахнувшейся вторым кулаком Кардее рванули каменные шипы, при виде которых на меня сразу нахлынула ностальгия. Впрочем, в отличие от меня, ущербного, не способного оторваться от земли без опасных для жизни ухищрений, Кардея избежала шипов легко и играючи, просто набрав высоту. После чего коршуном спикировала на незащищённую макушку дракона.

— Пинок Кардеи!

После того как крохотная пятка мелкой богини буквально припечатала голову дракона к земле, заставив вздрогнуть почву под ногами, моё беспокойство возросло многократно.

— Мухахахахаха! — надменно рассмеялась фея, зависнув над головой противника. — Отведай мощи великой Кардеи, ящерица!

Дракон никак не отреагировал на насмешку и неподвижно лежал, тихо рокоча.

Эй-эй-эй, Гардалаг, ты чего! Подъём! Мы так не договаривались!

— Да он же продует!.. — тихо зашипел я вставшей рядышком Аллегри.

— Не паникуй раньше времени, — так же тихо ответила она. — Как ни крути, а это предел её сил.

— Какой ещё предел, она ведь пока по нему даже ни разу магией не ударила! — возмутился я.

— И не ударит, — сообщила мне внезапную новость Эрешкигаль. — Я не помню детали, но…

— НАГЛАЯ МЕЛЮЗГА!!! — от могучего рёва, казалось, завибрировала даже душа, и от туши дракона во все стороны поползли рваные трещины, разрывая цветочное поле на уродливые куски. — МНОГО О СЕБЕ ВОЗОМНИЛА!

Ощущение давление от дракона усилилось многократно и я увидел как чешуя ящера начала словно набухать, увеличиваясь в размерах. Как будто… дракон её наращивал при помощи слоя камней?

Кажется, при первой встрече я сравнил Гардалага с передвижной крепостью. Но то, что я увидел прямо сейчас… находилось на совершенно ином уровне. И у меня невольно пробежали мурашки по коже.

Я почти насмерть убился только ради того, чтобы засунуть его в инвентарь, а этот парень ведь даже не пытался сражаться со мной в полную силу, ибо небезосновательно не держал за равного соперника. Был бы у меня хоть малейший шанс, будь он немного серьёзней?

…Хорошо, что Аллегри малость вправила ему мозги.

— Мхахаха! Думаешь остановить великую Кардею таким жалким фокусом? — рассмеялась коротышка. — Сейчас я развею твои заблуждения! Отведай мой сильнейший удар!

Поверившая в свои силы богиня рухнула на голову дракона и от души заехала по увеличившимся в размерах и толщине защитным пластинам. Вот только на этот раз ящер даже не шелохнулся.

— Э?.. — растерянно пискнула она.

— ВОТ И ВСЁ, — довольно рыкнул дракон.

То, что произошло дальше, я осознал не сразу. Поначалу мне показалось, что под драконом что-то взорвалось, подбросив его вверх. Миг спустя я понял, что никакого взрыва не было — просто Гардалаг за какую-то секунду вырастил под собой небольшую скалу, использовав её как импровизированный лифт. А ещё миг спустя его огромная пасть захлопнулась прямо на замешкавшейся Кардее.

— Вот и всё… — пробормотал я, почему-то испытав некоторое разочарование.

Не то что бы я в тайне болел за мелкую богиню, но всё случилось как-то уж больно быстро.

— Ещё нет, — хмыкнула Аллегри. — Вон, смотр…

— ГРРРЯЯЯЯЯ!!!

Отчаянный вопль Кардеи, прокатившийся по окрестностям, звучал чисто и ясно, совершенно не походя на звук, который мог бы исходить от феи, оказавшейся в глубине драконьей глотки или просто захлопнувшейся пасти.

Скала быстро осела, опуская Гардалага вниз, и после этого я увидел, что его пасть не сомкнулась до конца, сдерживаемая покрасневшей от натуги и пыхтящей Кардеей, упёршейся руками и ногами в огромные зубы ящера.

— ААВАЙСА УЭ — невнятно прорычал дракон, замотав башкой во все стороны.

— Вот ещё! — крикнула в ответ богиня. — Не нашлось ещё никого, кто смог бы сожрать великую Кардею! И это точно будешь не… Ааааа! Фу! Слюни! Слюни подбери! Буэхмфпмфп…

Челюсти дракона звонко клацнули друг о друга, потеряв сопротивление. А сама фея, видимо, избежавшая ловушки не без помощи хлынувших из пасти слюней, неуклюже отлетела в сторону, старательно пытаясь отряхнуться от липкой жижи.

— А НУ СТОЙ! — взревел Гардалаг.

— Ни за что! — завопила коротышка и изо всех сил бросилась прочь.

Поняв, что добыча от него ускользнула, дракон возмущённо зарокотал и, всколыхнув пласт земли под лапами, двинулся за Кардеей. Спустя минуту оба скрылись вдали, оставляя за собой лишь чёрный след из перекопанной земли посреди цветочного моря.

Наступила непривычная и немного даже гнетущая тишина, изредка нарушаемая лёгкими порывами ветра, доносящими отголоски далёкого рычания и воплей.

— Так что ты там говорила про её магию? — вспомнив, спросил я Эрешкигаль.

— Я слышала краем уха о том, что Кардея не использует свои силы против живых, — задумчиво ответила Эри, лениво следя за тёмным пятном на горизонте. — Не вдавалась в подробности, почему так, но скорее всего это связано с её обетом оберегать детей от разной нечисти.

— Детей?.. — я озадаченно пошкрябал в затылке. — Разве её силы не относятся к ко всяким э… дверным петлям и крючкам?

И причём тут вообще нечисть? Что-то я ничего не понимаю. Как это всё связано?

Прояснить ситуацию вызвалась Аллегри:

— Божественная сила порой рождается довольно причудливым образом. Многие смертные думают, что боги способны на что-то, потому что рождены с определённой силой. Но на деле они обретают эти силы именно ради того, чтобы что-то сделать. Причина перепутана со следствием, — девушка красноречиво повертела пальцем в воздухе. — Кардея получила силу запирать и отпирать не для того, чтобы открывать или закрывать проходы, а чтобы иметь возможность ограждать детей от зла, что окажется у них на пороге. То, что благодаря этому она получила возможность отпирать и запирать что угодно, уже просто побочный эффект.

Сказать по правде, в таком ключе я размышлять не пробовал. И подобная перспектива порождала ряд новых вопросов. Что привело к тому, что Аллегри получила силу Случайности? Наверняка ведь отшутится. А сила Смерти у Эри? …Даже не хочу спрашивать. Крепкий сон дороже.

— Погоди, если она сильна против нечисти, почему не сладила против той каракатицы? — озвучил я внезапно вспыхнувший в голове вопрос.

— А с чего ты взял, что Шай’Дурга нечисть? — удивлённо приподняла бровь Легри. — Только из-за тентаклей? Ну и не забывай, что Кардея объективно одна из слабейших в мире богов. Так что её потолок — это откручивать головы вампирам или ещё какой ерунде из миров смертных. Ладно, хватит об этой коротышке. Нотан… — её взгляд вдруг стал очень серьёзным. — Ты готов вернуться в Тельвар?

— У тебя действительно хватит сил? — почти машинально спросил я.

Мне всё ещё немного не верилось, что я и правда могу взять и наконец вернуться домой. Сколько времени прошло со дня моей смерти? Больше месяца… Полтора? Два? Я совсем потерял счёт дням, ибо следить тут за ними крайне проблематично. И мысль о том, что придётся расстаться с Аллегри, немного печалила. Проводить с ней время было весело, да и к миру богов я начал привыкать. Но хорошего должно быть помаленьку — загробный отпуск и без того сильно затянулся. Пора возвращаться к друзьям и близким.

— Не только хватит, но ещё и останется на какой-нибудь…

Богиню прервал мощный земляной взрыв, раздавшийся где-то неподалёку, а после него Эрешкигаль, продолжавшая следить за Гардалагом и Кардеей, лаконично заявила:

— Возвращаются.

Глянув в ту сторону, мы увидели, что беглянка и её преследователь, сделав петлю вдали, стремительно возвращаются к нам, не выказывая намерений свернуть и изменить курс.

— ГДЕ ЖЕ ТВОИ ХВАЛЁНЫЕ УДАРЫ, КОРОТЫШКА?! — ревел дракон. — ОБЕРНИСЬ И ПОКАЖИ ИХ ГАРДАЛАГУ!

— Нееет! Изыди прочь, слюнявый! — отчаянно взвыла фея и рванула прямиком в мою сторону. — Праволевый! Защити свою госпожу!

Я нервно дёрнулся, ибо участвовать во всём этом точно не имел никакого желания, но фея оказалась слишком быстра и уже пару мгновений спустя просвистела мимо меня, теряя лепестки от одеяния. Спряталась ли она за моей спиной или полетела дальше, я не посмотрел, ибо моим вниманием полностью завладел прущий напролом дракон, обросший бронёй из каменных валунов.

Стоявшая рядом Аллегри, глядя на него, разочарованно вздохнула и подняла руку ещё до того как я начал паниковать.

— Довольно, — бросила она и Гардалаг остановился как вкопанный, словно упершись в невидимую стену. — На этом мы, пожалуй, закончим.

Дракон возмущённо запыхтел, но возразить не решился, ограничившись раздражённым порыкиванием.

— Вот как будет дальше, Гардалаг, — продолжила Легри. — Сейчас Нотан вернёт тебя в своё пространственное хранилище и высадит где-нибудь в Тельваре, когда вернётся туда. Дальше сам решай, что будешь делать. Хочешь — помоги ему, хочешь — уйди в сторону и наблюдай. Можешь отправиться к Шарайнэ. По сути, мне плевать. Но не вздумай ему вредить. Я ясно выразилась?

— …………ДА, — ответил ей дракон после немаленькой паузы, но судя по тону, при малейшем поводе он об этом обещании планировал забыть.

— Засовывай его, — кивнула на ящера богиня.

Хоть я и понимал, что в данный момент наши отношения с Гардалагом можно считать натянуто-мирными, приближался я к нему не без лёгкого мандража. Он и раньше-то был не красавчик, а теперь, когда чешуя обросла каменными валунами, шипами и пластинами, и вовсе не вызывал доверия и желания гонять вместе чаи. А таращится, таращится-то как!

Дойдя до лапы, где один только коготь был высотой где-то в два меня, я коснулся древнего дракона.

Отправить в Хранилище!

Исполинская туша тотчас исчезла и я облегчённо выдохнул. Одной проблемой стало меньше. Условно. Если он, конечно, не захочет меня сожрать или растоптать сразу по возвращению в Тельвар. Ну да ладно. Буду надеяться на то, что он достаточно благоразумен.

Обернувшись, я зашагал обратно к богиням и заметил, что коротышки нигде не видно, даже вдалеке. Не могла же она так быстро скрыться за горизонтом? Или просто спряталась в траве?

— А где Кардея? — спросил я, вернувшись, и осмотрелся ещё раз.

Ни единого следа этого мелкого недоразумения я не обнаружил, и даже в траве никто не шебуршился.

Аллегри ухмыльнулась и развела руками.

— Даже не знаааю… Сбежала, наверное, — сообщила она без намёка на расстройство.

— Смотрю, тебя это не печалит. Ты действительно как-то узнала нужные имена?

— Ты же не думаешь, что я просто так валялась на той тетради? — фыркнула богиня. — Она даже не заметила, что я ввела своё сознание в её артефакт. Там было с полтора десятка имён, записанных недавно, так что как только отправлю тебя обратно, займусь ими. Кто-то из них точно причастен.

Что ж, это хорошо. Не сомневаюсь, было бы намного лучше, останься Кардея под рукой, ибо из неё можно было бы выдавить больше конкретики, но раз Аллегри всё устраивает, то кто я такой, чтобы ворчать?

В целом, обустроенная Кардеей обитель пострадала от нашего прихода не так уж и сильно. Если стоять спиной к тем траншеям, что накопал Гардалаг во время погони, так и вовсе кажется, что ничего не произошло. Пастораль, благодать и кусты боярышника, обильно усыпанные ягодами. Разве что гора из подушек немного расползлась от постоянной тряски. Неплохая нота, чтобы расстаться с миром богов.

— Ну что же, — вздохнул я полной грудью и взглянул на Аллегри. — На что там ещё у тебя останутся силы, говоришь?

Чёрное солнце. ИнтерЛЮДия

— Госпожа, прибыл посланник из императорского дворца. Ваше присутствие на аудиенции ожидают через два часа.

Когда служанка сообщила это ранним утром под дверью спальни, Райда уже около получаса как бодрствовала и просто нежилась в постели, пребывая в чрезвычайно приподнятом расположении духа. Хотя спала она всего несколько часов, так как дарственный ритуал затянулся до глубокой ночи, а после она ещё долго смывала с себя кровь, девушка не испытывала усталости. Наоборот, её переполняло воодушевление. И непоколебимая уверенность в том, что она всё сделала правильно. Ибо в тот момент, когда она отправляла последний дар, Райда ощутила как что-то коснулось её. Но не в физическом смысле, а где-то глубоко в разуме. Словно её… признали.

А потому она не испытывала ни малейших сомнений в том, что её избранник вскоре вновь вернётся в их маленькую игру. Вопрос был только в том, когда именно это произойдёт. Случится ли это тихо и незаметно для всех? Или он восстанет с торжеством и помпой прямо на глазах у Императора, после чего одним движением обезглавит могущественную Фиарнийскую империю?

Невероятно интересно!

Глупо захихикав, девушка поёрзала в постели, представляя эту картину, после чего решительно откинула одеяло и опустила ноги на ковёр.

Будь Райда типичной аристократкой, необходимость явиться во дворец всего через два часа стала бы для неё настоящим кошмаром. Но девушка хоть и дослужилась до звания генерала, предпочитала держать себя в тонусе и не забывала, что такое подъём по тревоге. Чем были целых два часа в сравнении с этим? Объективно огромной кучей времени, даже если делать всё предельно не спеша. Всего через пять минут она была умыта, а ещё через пять минут с аппетитом поглощала завтрак, размышляя о прошедшей ночи.

К моменту, когда она, одетая в новёхонький мундир, покинула особняк, до прибытия во дворец оставалось более полутора часов. Учитывая, что транспорт уже был подан к воротам, ей ещё придётся искать способ убить время в ожидании аудиенции.

Во дворе Райда обнаружила Гилу. Молчаливый слуга отправился спать ещё позже хозяйки, но уже давно был на ногах и сейчас методично гнал по садовой дорожке палые листья.

Заметив появление хозяйки, здоровяк остановился и коротко, но уважительно поклонился.

— Избавился? — поинтересовалась Райда, дойдя до него.

Гилу кивнул.

— Следов не осталось?

Здоровяк красноречиво помотал головой.

— Хорошо. Можешь рассчитывать на премию, — обнадёжила слугу Райда.

При условии, что она сохранит звание. Или хотя бы голову. Но столь незначительные детали девушка упоминать не стала, дабы не плодить в голове прислуги лишних и ненужных мыслей. Тем более что, зная характер Императора, вероятность подобного исхода была довольно низка.

Услышав про прибавку, Гилу благодарно кивнул и вернулся к уборке сада. А Райда, забравшись в поданный из дворца транспорт, отправилась на аудиенцию.

Как генерал и ожидала, когда она ступила под своды императорского дворца, до приёма у Императора оставалось ещё больше получаса. За тот год с небольшим, что она не бывала тут, дворец ни капли не изменился. Белый камень всё так же чуть ли не светился от чистоты, тёмно-синие толстые ковры были тщательно выметены, а стены украшали многочисленные картины, пышная зелень в крупных кадках и скульптурные композиции, посвящённые подвигам героев нации. Император был неизменен в своих вкусах, утверждая, что постоянство это залог порядка, а потому текущие интерьеры дворца за последние лет шестьдесят лишь ремонтировались и освежались, но никак не менялись.

Так как бродить по дворцу у девушки не имелось желания, а встречаться с возможными знакомыми ей хотелось ещё меньше, Райда сразу же отправилась в комнату ожидания, расположенную неподалёку от малого зала аудиенций. Данный зал предназначался для встреч в узком кругу, без особого официоза и лишних ушей. Если же требовалось пустить кому-то пыль в глаза и заморочить голову церемониалом в присутствии массы чиновников и придворных аристократов, тогда аудиенция проводилась в большом тронном зале. Но важные вопросы в нём обычно не выслушивались и не решались.

Фальта поблизости не оказалось, что несказанно радовало генерала, так как старик своим присутствием и беседами однозначно подпортил бы то чудесное настроение, что переполняло её с утра. Единственным, кто ненадолго нарушил её уединение, стал придворный слуга, но тот лишь принёс напитки и лёгкие закуски, после чего удалился.

Откинувшись в кресле, девушка закинула в рот крохотный бутербродик и хмыкнула. По дороге сюда, глядя на статуи, полотна и барельефы, её неожиданно посетило ощущение, что старый порядок подходит к концу. И она лично сыграла в этом немаловажную роль. Девушка не сомневалась, что вне зависимости от того, была победа Фальта заслуженной или являлась частью плана Владыки и Богини, больше Империи не добиться прежних успехов в данной войне. Ибо Владыка Нотан, вернувшись, явно не станет сдерживаться.

Особенно если восстанет прямо из гроба в самом сердце Фиарнийской империи.

Даже если в прошлый раз Фальт победил не случайно, Нотан наверняка сделал из этого выводы и уже не позволит старику одержать верх. Кто тогда сможет его остановить? Что защитит столицу от акустического взрыва, способного уничтожить всё живое на своём пути?

Гвардия?

Экспериментальные солдаты?

Мольбы о пощаде?

Всё это полная чушь. Одно заклинание и в этом городе не останется ничего живого. Империя просто перестанет существовать. Да, её остатки ещё попытаются посопротивляться, но лишившись железной руки императорской семьи, быстро забудут про демонов и с головой погрузятся в увлекательный процесс передела власти, ещё больше ослабляя себя перед лицом могущественного врага.

Райда тихо рассмеялась. Её позабавила мысль о том, что огромная страна с многовековой историей может рухнуть от щелчка пальцев одного единственного человека. И сама она тоже ничего не сможет сделать, если он вернётся прямо тут. Разве что склонить голову и признать своё досрочное поражение.

И, хотя воображение рисовало яркие картины подобного развития событий, заставлявшие сердце Райды биться чаще, по здравому рассуждению этого не должно было случиться. Потому что, как казалось девушке, такой вариант попросту неинтересен Владыке. Она хорошо помнила, с каким упоением он говорил о войне. С каким восторгом рассказывал, как зажжёт всё от горизонта то горизонта, выжигая поверхность Тельвара от фиарнийцев. Он явно не относился к тем, кто ставит во главу угла сухую эффективность, предпочитая получать удовольствие от процесса. Возможно не только умопомрачительная сила, но и эта черта характера привлекла девушку во Владыке демонов.

Он не хотел лёгкой и быстрой победы. Он желал насладиться постепенным и погружающим противника в отчаяние уничтожением. А потому ей не стоило переживать о том, что он нанесёт Империи скорое и решительное поражение. У них будет ещё достаточно времени для их маленького сражения во имя любви.

Но так, как раньше, для Империи уже определённо больше не будет. В этом Райда ни капли не сомневалась. Прежняя она ещё могла бы сказать, что приложит все силы, дабы новый враг не ступил на земли фиарнийцев, но… С недавних пор вся эта шелуха перестала казаться генералу хоть сколько-то важной. Райду интересовала лишь победа или поражение. Её или его. И Империя в данном случае становилась не более чем инструментом для достижения цели. Незаменимым, но инструментом.

Без неё, без её возможностей и ресурсов сражение с Владыкой Нотаном было обречено на провал. Но и сражаться Райда будет не ради неё, а ради своих желаний. А потому Империи оставалось довольствоваться лишь этой скромной ролью.

В целом, в подобном положении вещей не находилось ничего нового. Райда всегда была эгоисткой. Просто никогда прежде цель не манила генерала столь сильно, чтобы прийти к подобному решению.

И теперь генералу оставалось лишь понять, каким станет её следующий шаг. А это зависело лишь от двух вещей. Первой были планы Императора на неё, а второй — время и место возвращения Владыки демонов.

Первое она узнает уже очень скоро. И девушка надеялась, что Владыка Нотан тоже не заставит себя долго ждать.

Дверь в комнату приоткрылась и на пороге возник секретарь:

— Госпожа генерал, время аудиенции, — сообщил он.

Райда, кивнув, встала с кресла.

— Лорд-протектор уже прибыл? — поинтересовалась она.

— Ожидает снаружи вместе с гвардейцами, госпожа генерал, — ответил секретарь.

Девушка слегка удивилась упоминанию гвардии, но всё быстро встало на свои места, стоило ей покинуть комнату ожидания. Четвёрка гвардейцев несла ящик с «трофеем», укрытый тёмно-синей тканью.

Это слегка удивило Райду. Она считала, что Фальт ещё вчера побывал на приёме у Императора и продемонстрировал ему тело Нотана. Но всё оказалось иначе.

— Доброе утро, леди Райда, — лучезарно улыбнулся ей старик. — Ваша юность по прежнему ослепительна.

— Благодарю, лорд-протектор, — вернула ему улыбку девушка. — Вы тоже неплохо выглядите для своих лет.

Старик фыркнул, но развивать пикировку в присутствии гвардейцев не стал и приглашающе взмахнул рукой, предлагая войти вместе.

— Ваше Императорское Величество, прибыли лорд-протектор Фальт и генерал Райда! — оповестил о них секретарь и отодвинулся в сторону, пропуская внутрь.

— Рады приветствовать, Ваше Императорское Величество! — хором отдали честь как Райда с Фальтом, так и гвардейцы, оказавшись в зале аудиенций.

— Рад вас видеть, проходите, — степенно кивнул седой мужчина преклонных лет, сидевший у окна в глубоком кресле.

Хотя годы оставили на его рубленом лице с крючковатым носом отпечаток в виде глубоких морщин, взгляд тёмных глаз мужчины лучился энергией и проницательностью. Рука, державшая на весу бокал вина, выглядела крепкой и никак не стариковской. Болезни и дряблость словно обходили мужчину стороной, и Райда знала, что во многом это заслуга его природного здоровья, а не усилий дворцовых докторов. Что до его одеяний, то в них не имелось ни вычурности, ни богатства украшений. Он был одет в скромный синий мундир с серебряным шитьём и эполетами, тёмные брюки, да мягкие чёрные сапоги. Однако каждый разумный гражданин Империи прекрасно знал, что во всей стране подобный мундир имел право носить лишь один человек. Император.

По заведённому порядку, Райда с Фальтом прошли немного вглубь комнаты и остановились не доходя до гостевых кресел, ожидая когда гвардейцы оставят у стены ящик с трофеем и покинут помещение.

— Друзья мои, давно не виделись! — смягчился мужчина, стоило двери закрыться за вышедшей четвёркой бойцов. Поставив бокал на низкий столик, он гостеприимно махнул рукой в сторону кресел. — Фальт, старина, ты всё так же пышешь здоровьем.

— Это всё прогулки на свежем воздухе, — с улыбкой отшутился протектор, на что Райда лишь мысленно хмыкнула.

Пешком от столицы до Лаграша. Неплохой маршрут для «прогулки».

— Райда, родная, как твой глаз?

— Благодарю за заботу, Ваше Величество, — вежливо кивнула девушка. — Уже почти пришёл в норму стараниями капитан-медиков.

— Рад слышать. Когда мне сообщили о твоих ранениях, я даже немного забеспокоился.

Райда знала Императора Тенгара уже много лет, но до сих пор не была точно уверена в том, было ли внимание повелителя Империи и его супруги к ней искренним или же они вели себя так из прагматических соображений. Но, как бы там ни было, за всё время ни Император, ни Императрица ещё не дали повода заподозрить их в двуличии, так что генерал относилась к ним с определённой долей уважения.

— Кстати говоря, а где Лиамм? — поинтересовался Фальт, присаживаясь в кресло.

Во всей Империи старик, вероятно, был единственным, кто позволял себе столь панибратскую форму общения с властвующей четой. Насколько было известно Райде, Император Тенгар был лишь немного старше Фальта и познакомились они ещё в молодости. Не имело смысла удивляться тому, что за столько долгий срок Фальт заработал себе не только прочную репутацию, но и дружеские отношения с Императором. Однако порой девушке казалось, что старик излишне фамильярничает.

— Она с раннего утра отправилась с инспекцией по городским приютам, — пояснил Тенгар отсутствие своей супруги, которая обычно присутствовала на подобных встречах. — Лиамм давно её планировала и решила не откладывать.

— Меня всегда восхищала её забота о детях, — улыбнулся Фальт. — И невероятно острый взгляд, безошибочно находящий среди них скрытые таланты, способные послужить на благо Империи.

— О, да, в этом ей нет равных, — хохотнул Император.

Лиамм была уже третьей женой Тенгара. Первая Императрица скончалась от долгой и тяжёлой болезни, когда Райде было всего несколько лет. Вторую Императору пришлось сослать на каторгу, а её ближайших родственников показательно казнить. Ожидаемая судьба для тех, кто пытался организовать дворцовый переворот. Насколько знала Райда, на каторге предательница протянула всего полгода, не выдержав нагрузок и недоедания. Своей третьей супругой Тенгар сделал собственную дочь от первого брака, которая отличалась не только тёплым и уважительным отношением к отцу, но и врождённой железной хваткой в политических и социальных вопросах.

В Империи не все одобряли подобное решение, особенно те, кто надеялся пропихнуть в Императрицы кого-нибудь из своих дочерей, и брак ещё очень долго обсуждали в кулуарах дворца. Но лично Райда всецело одобряла выбор Тенгара, так как Лиамм зарекомендовала себя не только как первая красавица Империи, но и как хваткая, порой жёсткая управленка, отлично справлявшаяся с государственными делами. Кроме того, так как Лиамм была всего на пару лет её старше, они быстро нашли общий язык и познакомившись с Императрицей поближе, Райда ощутила в ней родственную душу.

— Что же, друзья мои, давайте перейдём к делам, — посерьёзнел Тенгар и кинул взгляд на накрытый тканью гроб. — Он там?

— Доставил, как ты и просил, — кивнул Фальт. — Хочешь взглянуть?

— Было бы любопытно.

Протектор тут же встал и подошёл к ящику, сбросив с него плотную ткань. Под ней был всё тот же грубо сколоченный гроб, в котором тело Владыки демонов провело всю дорогу от стоянки Райды до самой столицы.

Откинув защёлки, Фальт сдвинул деревянную крышку и отошёл в сторону, приглашая Тенгара взглянуть. Император неспешно поднялся и, подхватив с собой бокал с вином, подошёл к гробу, некоторое время молча разглядывая его содержимое. Хотя Райде нестерпимо хотелось сделать тоже самое, она предпочла сохранить равнодушную маску и осталась сидеть в кресле.

— Подумать только, такой сопляк, а доставил столько проблем, — задумчиво пробормотал Тенгар. — Хорошо, что ты решил сразу с ним разобраться.

— Было бы неприятно, если бы мы дали этой стерве шанс развить его силы, — равнодушно пожал плечами протектор. — Болезнь нужно уничтожать в зародыше.

Райда чуть не фыркнула, найдя фразу лорда-протектора весьма забавной. Ведь он считал Владыку демонов болезнью, в то время как сам Владыка считал болезнью фиарнийцев.

— Что ж, отличная работа, друзья мои! — воскликнул Император, возвращаясь за стол. — И тебя это тоже касается, Райда. Уверен, ты коришь себя за поражения, но посланник Богини — это не тот противник, с которым можно сладить обычными методами. Так что выпей вина, расслабься и забудь об этом досадном недоразумении. В ближайшие пятьдесят лет нам больше не о чем беспокоиться.

— Благодарю вас за заботу, Ваше Величество, — сдержанно ответила девушка, но её разум в это время обуревали как насмешка над уверенностью Императора, так и вопросы, родившиеся после обронённой им фразы. — Но если позволите, почему именно пятьдесят лет?

— Насколько нам известно, Богиня не может отправлять новых апостолов чаще этого срока, — с улыбкой пояснил Тенгар. — А ко дню призыва следующего… Думаю, мы уже разделаемся с демонами раз и навсегда. В конце концов, они едва держатся. Кстати говоря, Райда. Я пока не отзывал твоё прошение о пороховом оружии, но полагаю, оно тебе больше не потребуется?

— Я собиралась испытать его против Владыки демонов, но раз уж он мёртв… — развела руками девушка, играя роль. — Впрочем, если позволит Ваше Величество, я бы всё равно не отказалась получить пару экземпляров древнего оружия. Сугубо из любопытства и желания опробовать его.

— Это была интересная технология, прекрасно тебя понимаю, — кивнул Император. — Я распоряжусь, чтобы тебе отправили образцы.

— Премного благодарна, — в душе Райды расцвела довольная ухмылка.

Хотя она уже не была заинтересована в смерти Владыки и желала получить его живым, всегда стоило держать в уме все возможные варианты. И если ей выпадет шанс испытать образцы, она обязательно им воспользуется, дабы полностью осознавать все возможности её избранника.

— Знаешь, Райда, я немного удивлён, — Император задумчиво покачал бокалом и вино заплескалось о стеклянные стенки.

— Чему именно, Ваше Величество? — сдержанно удивилась девушка.

— За всё время ты не задала ни одного вопроса о Богине, которую мы тут упоминали, — Тенгар внимательно взглянул прямо в глаза генерала. — Разве тебя не удивляет её существование?

Сердце Райды нервно заколотилось, но она практически сразу взяла себя в руки. Наверняка это был обычный вопрос и Император ничего не знал о её отношении к Богине. Не должен знать.

— Ответ довольно банален, Ваше Величество, — спокойно ответила она. — Лорд-протектор не так давно просветил меня о её существовании. Хотя это всё ещё кажется мне удивительным и странным, я не смею сомневаться в слова Вашего Величества. Если вы считаете её реальной — значит она существует.

— Понятно, — кивнул Император и сделал глоток вина. — Как и ожидалось от тебя. Да, она действительно существует, это факт. И, хотя мы избавились от её апостола, сохранилась одна проблемка, с которой нам следует разобраться.

Девушка невольно начала немного нервничать, ибо пока не понимала, в какую именно сторону клонит Император.

— И что же это, Ваше Величество? — осторожно спросила она.

— К сожалению, это твои войска, дорогая Райда, — печально вздохнул Тенгар. — Ты крепка разумом и честна сердцем, тебе я полностью доверяю, но этого не сказать об обычных солдатах и офицерах. Они слышали речи Владыки демонов и, боюсь, зараза веры прочно укоренилась в их душах. Велик риск, что вскоре она начнёт распространяться дальше, когда они смогут поговорить с друзьями, семьями и другими гражданами Империи. К сожалению, нельзя точно сказать, кто из них действительно уверовал, а кто нет, а потому нам придётся избавиться от всех. Имя Богини не должно распространяться.

— Избавиться? — в лёгкой растерянности переспросила девушка. — От всей дивизии? А как же корпус разведки? Руммей отличный, проверенный специалист. Его сеть…

— Исключений быть не должно, дорогая Райда, — непреклонно покачал головой Император. — Болезнь должна быть выжжена в зародыше. Собственно, потому я и вызвал тебя обратно в столицу. Получишь новое назначение и отборных солдат. Ну а старые… Что ж, они встретят достойную смерть на передовой уже в ближайшее время. Приказ подписан и направлен временному командиру.

— …Понимаю, — только и оставалось кивнуть генералу. — Как будет угодно Вашему Величеству.

Внешне она старалась сохранять спокойствие, но в её душе бушевала буря. Она не могла сказать, что души не чаяла в своих солдатах, но её текущие войска были проверенным и отлаженным механизмом, хотя и сильно поредевшим после стычек с Владыкой. Но больше всего её тревожила потеря Руммея и его разведывательной сети, раскинутой вокруг Лаграша. Всё, абсолютно всё придётся начинать с нуля. И новому командиру её развед-корпуса она не сможет доверять так же, как многократно проверенному и доказавшему свою лояльность Руммею.

Был ли хоть один шанс убедить Императора отказаться от этой идеи под её ответственность? Нет, ни единого. Он не обсуждал с Райдой уничтожение её дивизии, он поставил её перед фактом. Солдат ей точно не спасти. Сможет ли она выручить Руммея? Для этого нужно связаться с разведчиком, но, учитывая приказ Императора, все обычные каналы связи будут перекрыты. А необычные? Есть у неё один знакомый…

— Что будем делать с телом? — Фальт сделал глоток из бокала. — В нём столько магии, что мне кажется, он так будет лежать ещё несколько месяцев.

— Хороший вопрос, — задумчиво пригладил подбородок Тенгар. — По существу, если мы…

Дальнейшая речь Императора потонула для Райды в странном шуме, заполнившем её голову. В глазах потемнело, а по разуму пробежала горячая и щекочущая волна эйфории, едва не заставившая девушку застонать. От неожиданности её мысли спутались и она не сразу обратила внимание, что взгляды Тенгара и Фальта неожиданно оказались прикованы к окну.

— Что происходит, Фальт? — слух наконец вернулся к девушке и она услышала удивлённый вопрос Императора.

— Впервые вижу такое, — пробормотал старик. — Сегодня ведь не время для затмения, верно?

Повернув голову к окну, Райда поняла, что потемнело не у неё в глазах — весь мир медленно погружался во тьму вместе с висевшим в небе солнцем. С каждой секундой светило становилось всё чернее. Свет умирал, агонизировал и исчезал в чреве тьмы, ненасытно его пожиравшем. И вскоре о солнце напоминало лишь узкое тусклое кольцо белеющего цвета, испускающее в стороны редкие и узкие лучи, в центре которого зияла абсолютно чёрная дыра.

Райда смотрела на эту дыру и чувствовала, как её сердце начинало биться всё чаще и сильнее. Его заполнял восторг.

Резкий гул, раздавшийся в комнате, заставил всех отвернуться от окна и в слабых отсветах выеденного тьмой солнца они увидели как из гроба Владыки до самого потолка бьёт чёрное пламя, жадно набрасываясь на всё, до чего могло дотянуться.

— ВСЕ НА ВЫХОД, ЖИВО! — взревел Фальт, вскакивая с кресла и бросаясь на помощь Императору.

Они едва успели покинуть малый зал, когда пламя взъярилось ещё сильнее и охватило комнату целиком, выжирая её без остатка. По дворцу раскатилась трель тревожной сирены и всё погрузилось в хаос и панику. Фальт на всех парах уводил Тенгара в укрытие, гвардейцы беспомощно пытались затушить безумное чёрное пламя ближайшими ёмкостями с водой, ожидая пожарную команду. Слуги бежали кто куда, спасаясь от странного огня.

И одна лишь Райда стояла поодаль и наблюдала за пляской чёрных всполохов со счастливой улыбкой, которую никто не смог бы заметить во всей этой полутьме и суматохе.

Её сердце пело и трепетало, а душа вновь разгоралась в такт бьющим из зала огненным языкам, ведь у неё вновь появилась цель и смысл в жизни.

Он возвращался.

Глава 14. Папочка дома! Часть 1

Десантирование в Тельвар, как и в прошлые разы, абсолютно не порадовало комфортом и мягкостью посадки. После броска дайсов Легри я оказался в воздухе над какой-то толстенной веткой, на которую тотчас же и рухнул. Толком среагировать на это я не успел, так что пришедшаяся аккурат под рёбра ветвь сложила меня напополам, после чего верхняя часть туловища перевесила и я с благим матом продолжил полёт в сторону земли. Приземление вышло жёстким, прямо головой вниз, и шею я не свернул лишь каким-то чудом. Вот была бы хохма, если бы я как и в самый первый раз помер сразу после высадки, вернулся обратно в обитель Аллегри, а все излишки энергии она уже потратила на световое шоу в честь моего возвращения. Немного пофилософствовав с макушкой в земле, я закряхтел, отлепился от древесного ствола, вдоль которого упал и, пошатываясь, поднялся на ноги. После чего победно вскинул руки и сделал глубокий вдох.

Тельвар, родненький, я вернулся! Я дома! Ну, почти. Именно что до дома ещё только предстояло добраться.

Божественный рандомный телепорт закинул меня в какой-то лес, да ещё и время суток оказалось не наилучшим — судя по всему, дело шло к сумеркам и уже через пару часов тут дальше собственного носа ничего видно не будет. Интересно, после пересоздания тела я потерял бонусы, полученные при купании в магическом киселе? Что-то я не догадался спросить об этом Легри перед отправкой… Будет достаточно обидно потерять то усиление. И конкретно в данном случае — способность видеть в темноте.

Так-с. И куда меня, собственно, занесло? Надеюсь, не на соседний континент, иначе у меня окажутся некоторые проблемы с тем, чтобы добраться до Лаграша.

Сдвинув рукав своего нового, «сшитого» по спецзаказу одеяния, чтобы коснуться браслета и открыть карту, я обнаружил что тот призывно подмигивает рунами. Сообщение? Уже?

С возвращением в мир живых, Владычество! (－ｏ⌒) Как тебе снова оказаться запертым в оболочке из бренной плоти? Хе-хе. Точка высадки оказалась не самой удачной, но и не самой худшей. Возможно ты даже извлечёшь из этого пользу. (￣ー￣)b Определённо извлечёшь, если оглядишься по сторонам.

Ну всё, не буду отвлекать. Наслаждайся свежим лесным воздухом, новыми знакомствами и покажи всем мощь и величие Владыки демонов! (ノಠ益ಠ)ノ彡┻━┻

P.S.

Кстати, а что тебе шепнула Эри на прощание? (¬‿¬)

P.P.S

Тебя ждёт любопытный сюрприз! (●≧ω≦)9

В смысле, ждёт сюрприз? Где ждёт? Когда ждёт? Что за сюрприз? Могла бы хоть маленький намёк дать! Стой теперь и гадай, к чему это было сказано вообще. Что до Эри… Кхм… По правде говоря, я не совсем понимал, что конкретно имела в виду Эрешкигаль, так что внятно ответить Аллегри не мог. А сказала она, что я успел выполнить её обещанную просьбу ещё до того, как она решила её озвучить. Что она хотела этим сказать? Я помнил, что Богиня Смерти собиралась однажды озадачить меня некоей просьбой, но получается, пока я шатался по миру богов, каким-то образом умудрился её выполнить, сам того не зная? Удобно, конечно, жаловаться не буду… но что я сделал-то?!

Эх, ладно. Не об этом сейчас надо думать, а у том, куда меня…

Ммммать-перемать. А ещё дальше нельзя было? Рандом, бессердечная ты тварь, на кой ляд ты закинул меня почти на самый край эльфийской республики? Сколько я буду добираться отсюда до Браллака? Даже если будет везти с удачными координатами «Дороги Судьбы», времени уйдёт порядочно. Хотя погодите… Тут же линия фронта под боком. Может попробовать угнать у людов их кавалерийского двунога? Домчит с ветерком!

Если я смогу заставить его работать, конечно. А с этим, судя по тому, что я особо не наблюдал у тельварцев действующей трофейной техники, имелись определённые проблемы.

Значит, надо захватить не только двунога, но и его наездника, чтобы тот домчал меня с ветерком. Делов-то!

Ладно, проблемы надо решать по мере их появления. Пока что я даже не знаю, в какой стороне могут быть ближайшие войска людов. И всё таки, как же неудачно меня забросило… Если направляться к цивилизации, то до ближайшего города не меньше пары дней пешком. Поблизости есть несколько деревень, но у меня имелись сомнения в том, что в прифронтовой деревне я смогу разжиться хотя бы хромым ящером, не то что нормальным экипажем с кучером. А в городе имелись хоть какие-то шансы. Ещё в относительной близости от моего местоположения, днях где-то в трёх на запад, стояла приграничная крепость, но там мне точно ловить нечего. Если и получится что-то раздобыть, то только за жирную взятку.

Да, всё ещё можно было рвануть на юг, прямо в сторону захваченных людами земель, в надежде захватить механизированное такси, но если бы, да кабы… В общем, эта идея выглядит весело, но не особо надёжно. Лучше найти и нанять экипаж в городе. Может даже получится уболтать местного мэра обеспечить мне сеанс связи с Лаграшем по городскому кристаллу. Легри должна была ниспослать моим друзьям и горожанам видение о возвращении, но подать весточку лично будет не лишним. Решено! Иду в…

Глухой рокот, раздавшийся где-то далеко за спиной, на западе, отвлёк меня от обдумывания маршрута. Звук был странным и тревожно-знакомым, а потому я сразу обернулся, чтобы разобраться в чём дело. Вот только вокруг, куда ни кинь взгляд, был только лес и разглядеть вдали хоть что-нибудь не представлялось возможным.

После секундного раздумья я решил подняться выше и, активировав магию земли, начал растить под собой каменный столб. И эта своеобразная обзорная вышка сразу же принесла пользу, стоило мне подняться над макушками деревьев. В той стороне, откуда я слышал рокот, над подсвеченными заходящим солнцем кронами поднимался густой дым. Пожар? Очень похоже на то. Но разве смог бы я услышать гул пожара с такого расстояния? Мне было сложновато оценить расстояние на глазок, но его точно не получится охарактеризовать как «рукой подать». Вспоминая карту… вроде бы в той стороне находится деревенька. Но даже если сюда каким-то образом смогло донести гул пожарища, тот рокот не походил на…

Ответ пришёл сам собой в виде нескольких лиловых шаров, поднявшихся в небо, а после рухнувших как раз куда-то в район клубящегося дыма и я, глядя на них, чертыхнулся. Ситуация мгновенно стала кристально ясной и понятной, ведь я отлично знал, что это были за шары.

Снаряды долбаных Ходунов.

Но разве этот регион не должен защищать гарнизон ближайшей крепости? Эльфийские войска что, вообще мышей не ловят? Или… крепости просто больше нет?

«Оглядись по сторонам», сказала она. «Свежий воздух», сказала она. Я ещё даже вернуться не успел, а уже надо с кем-то воевать! Хатьфу!

Расстроенно сплюнув, я быстренько спустился вниз и, оставив под ногами небольшую каменную платформу, заскользил в сторону атакованной деревни настолько быстро, насколько позволяла местность. Стоило заметить, что мои ощущения при использовании магии как-то изменились, но увы — в данный момент у меня просто не было времени на то, чтобы остановиться, поэкспериментировать и проанализировать изменения.

Поглядывая одним глазом вперёд, дабы не впилиться в дерево или не найти лицом ветку, я ещё раз сверился с картой и прикинул время, необходимое для прибытия в деревню. Учитывая, с какой скоростью перемещалась моя метка… Мда. Хорошо, если доберусь примерно за час. Учитывая обстрел Ходунов, к моменту моего появления от поселения останутся одни головешки. Прибавить бы, да только тут особо не разгонишься. А если пробивать себе прямую дорогу магией, даже мои нескромные запасы маны долго не продержатся и к месту я доберусь попросту небоеспособным. Опоздать или остаться без огневой мощи. Такой себе выбор, честно говоря. Так что надо попробовать добавить хоть немного скорости своему землеборду!

На моё счастье, лес словно пошёл мне навстречу и через несколько минут расстояние между стволами стало немного больше, а сами деревья прибавили в высоте, что позволяло мне меньше осторожничать из-за объективного опасения встретить глазом ветку, ибо их нижние ярусы тоже начали располагаться выше. Физическая защита меня, думаю, убережёт, если я на что-то напорюсь, но приятного всё равно будет мало, да и скорость упадёт на какое-то время. Если говорить объективно, то условия могли бы оказаться куда как хуже, упади я в какую-нибудь наглухо заросшую чащу. Вот там без вариантов пришлось бы включать режим магического бульдозера. Так что мне ещё повезло.

За ближайшие двадцать минут, что я изображал из себя сёрфера посреди сумеречного леса, грохот раздавался ещё четырежды, каждый раз заставляя меня болезненно морщиться. Чёртов Рандом, если уж закинул к чёрту на рога, мог бы сделать это и поближе к деревне! Быть может, там и спасать уже некого, но…

Краем глаза я заметил справа какой-то просвет и, направив платформу туда, выскочил на проложенную меж деревьев тропу. Она оказалась недостаточно широка для повозок с телегами и, скорее всего, использовалась только местными промысловиками, но для меня эта тропа была сравнима с настоящим шоссе, позволив набрать приличную скорость.

Впереди грохнуло ещё раз и я вдруг сообразил, что мне стоит приготовиться к торжественной встрече с людами. Стараясь не отвлекаться от дороги, я коснулся браслета и, открыв меню, зашёл в Хранилище. Оттуда я почти не глядя, больше взмахивая рукой по памяти в сторону нужных ячеек, вытащил сначала Мастерские дайсы, которые отправил в карман, а после достал маску, ставшую уже неотъемлемой частью моего «парадного» вида.

Из-за возросшей скорости мана начала тратиться заметно быстрее, но пока не настолько, чтобы это могло доставить проблемы в перспективе. Более того, за время пути я немного освоился в новых ощущениях и понял, что начал чувствовать магию как-то… мягче. Это было сложно объяснить нормальными словами, но заклинания, протекавшие через меня, словно лишились острых углов. Я пока не знал, какую пользу это принесёт, но ощущения были определённо прия…

На изгибе тропы, лежавшем метрах в тридцати впереди, внезапно показались две фигуры и я тут же напрягся, ожидая недружественный приём, но уже миг спустя расслабился, ибо они оказались детскими. Завидев меня, дети замерли, а потом бросились в сторону с дороги.

Видимо, испугались. Сверкающие в сгущающихся сумерках глаза, белеющая костяная маска и развевающийся чёрный плащ — то ещё испытание для детской психики, ещё недавно явно пережившей не лучшие минуты своей жизни. В том, что дети бегут из той самой деревни, я не сомневался. А, блин, ещё ведь аура дайсов!

Бросать детвору одну в ночном лесу было нельзя, так что я, закинув Мастерские дайсы обратно в инвентарь, вильнул в сторону и съехал с тропы, чтобы их остановить. Отыскать их удалось не сразу, лишь по какому-то наитию я обернулся на уже проверенное место и увидел как из-за одного дерева выглядывает хрупкое детское плечо.

— Я вас вижу, выходите! — крикнул я, остановившись и спрыгнув с платформы. — И не бойтесь, я друг!

— Н-н-не подходи! Чудовище! — раздался в ответ испуганный девичий голосок.

— Лианис, беги скорее, пока он будет меня есть! — всхлипнул мальчишеский.

— Сдурел?! Это ты беги, я больше времени выиграю! — шмыгнула девочка. — Я больше и…

— Вы там оба сдурели! — возмутился я. — Не собираюсь я никого есть!

— Дядя чудовище, не трогайте сестру, я вкуснее! — нервно сообщил пацан, проигнорировав мои заверения.

— Я не чудовище, я Владыка демонов Нотан! — представился я по всей форме. — Слышали о таком? Даже если не слышали, не важно. Я апостол Богини Аллегри, она отправила меня на помощь вашей деревне. Никто вас не тронет, поняли?!

То, что они хоть как-то шли на контакт, было хорошим знаком. Значит, был шанс хоть немного разговорить детей и убедить их расслабиться. Иначе их либо придётся ловить силой, либо чёрт знает сколько времени бегать следом по лесам. Первое напугает их ещё больше, а на второе у меня попросту не было времени.

— …Не врёшь? — опасливо высунулась из-за ствола девочка, эльфиечка с огромными глазищами.

— Клянусь именем Богини, — серьёзно ответил я.

— Не знаю никакую богиню, — хмуро ответила девочка, сверля меня взглядом. — Но ты… вы вроде маг… — неуверенно замявшись, она спросила. — Вы правда спасёте нашу деревню?

— Сделаю всё, что смогу, — кивнул я. — Но сначала сделаю для вас укрытие. Вам опасно бегать по ночному лесу одним.

— Д… Дядя чу… Владыка! — выскочил из-за спины девочки мальчонка на полголовы её ниже. — Маму, дедушку… Спасите их!

— Аернис!.. — шикнула на него девчушка и, пряча его за спиной, вышла из-за дерева.

И, как оказалось, в руке она сжимала небольшой нож.

Судя по тому, как были похожи их физиономии, передо мной действительно были родные брат и сестра. Мальчишке, на глазок, было лет восемь, а девочке около двенадцати. Чумазые, подрагивающие от холода и страха до самых кончиков длинных ушей, в домашней, не по сезону лёгкой одежде. Но, вроде бы, целые и невредимые. И вцепившиеся друг в друга как клещи.

— Мы знаем лес, мы справимся, — твёрдо сказала она. — Не теряйте времени. Хотя что вы сделаете один против людов… — добавила она едва слышно.

— Не надо недооценивать незнакомцев, встреченных в ночном лесу, — хмыкнул я и активировал магию земли.

Детям нужно было убежище, а какое убежище будет лучше личного мини-замка Владыки демонов? Так что я, особо не скромничая, поднял земляной вал и, с грохотом и скрипом массово корчуемых деревьев, расчистил площадку под установку замка. А потом извлёк и само здание из Хранилища.

Довольно ухмыляясь, я обернулся к детворе и обнаружил парочку сидящими на пятых точках с упавшими челюстями.

— Идите внутрь и заприте двери, — наказал им я. — Не впускайте никого, кроме меня и других деревенских. Внутри есть растопленная печь, вода и горячая еда… или нет. Но продукты точно есть. В общем, разберётесь. Всё поняли?

Дети с обалдевшим видом перевели взгляды на меня и растерянно кивнули.

Одобрительно кивнув им в ответ, я создал новую платформу и, не теряя времени, отправился дальше. На всё про всё у меня ушло едва ли три-четыре минуты, но каждая из них могла оказаться критичной. Так что, вернувшись на тропу, я припустил во весь дух. Благо ночное зрение, как выяснилось, осталось при мне.

Зарево пожара показалось впереди минут через пять и время от времени я замечал в лесу бегущие фигуры. Возиться с ними у меня уже не было времени, тем более, что я видел там только взрослые силуэты. Так что я просто кричал на ходу, что возле тропы они могут найти убежище, надеясь, что они услышали.

Ещё минут через десять я выскочил на крупное поле, лежащее посреди леса, посреди которого располагалась уже догорающая деревушка домов на двадцать. Чуть поодаль от поселения стояла тройка Ходунов. Железяки вроде бы не шевелились, но это не гарантировало того, что они выключены. Жителей… вроде бы собрали в одном месте. Вон, в просветах порушенных и обгорелых стен видно какие-то фигуры и толкотню. Что до фиарнийских солдат, то они были везде — бродили как вокруг деревни так и шарились по улицам. Видимо, искали тех, кто мог как-то спрятаться.

Ну что же, пора навести тут немного порядка. Сначала надо вывести из строя технику, а потом браться за людов, иначе есть риск, что орудийным огнём накроет всех, когда я полезу в деревню. Эх, сюда бы Эрмита! С гримуаром я бы им устроил светопреставление… Интересно, как перекосило рожи людов в Империи? Аллегри пообещала, что моё старое тело исчезнет задорно и с огоньком, что в сочетании с фальшивым затмением, которое возникнет в некоторой области вокруг него, должно было устроить неплохое шоу оказавшимся неподалёку зрителям. Надеюсь, там было кому на это посмотреть.

Не став пока вытаскивать дайсы, дабы не привлечь случайно внимание раньше времени, я присел на корточки, чтобы немного скрыться в полевой траве, и заскользил в обход деревни прямиком к гексаподам. Машины, как оказалось, стояли наготове и сразу взвыли, стоило мне оказаться на дистанции работы их сенсоров или чем они там видели источники магии. Быстро наведясь, дула боевых машин выплюнули по снаряду, но я даже не стал уворачиваться, только раздвинул немного шире магическую защиту. Не приведи Аллегри попортят мой новёхонький плащ с не менее новой эмблемой, которую я решил использовать на своём будущем флаге. Люды, видевшие недавнее затмение, сочтут его весьма символичным, хе-хе…

Выстрелить во второй раз Ходуны не успели. Оказавшись на расстоянии действия магии земли, я запустил заранее подготовленное заклинание на полную катушку, демонстрируя тупым железякам силу гор. Порождённый магией камень стремительно обволакивал боевые машины, мешая им двигаться, проникал в щели, узлы и сочленения, после чего я его расширял и разрывал гексаподы на куски. Металл не мог устоять перед напором камня и печально стонал, превращаясь в груду рваного и истерзанного железного хлама. Удивительно действенный метод! Противостоять ему у Ходунов не было ни единой возможности, так как они не успевали даже активировать режим самоподрыва.

Произошедшее не осталось незамеченным среди напавшего на деревню отряда и со стороны людов пошло встревоженное шевеление и шум. Кстати говоря, а не жирно ли три гексапода на такую небольшую кучку солдат? Любопытно даже, с чего такая щедрость. Может это просто отделившийся от основных сил отряд? Ладно, по ходу дела разберёмся. Сейчас мне нужно как-то спасти деревенских. И желательно таким образом, чтобы их не использовали в качестве живого щита. Хм-хм-хм…

Пока я обдумывал возможный план действий, десятка два солдат выбежало из деревни мне навстречу и открыло плотный огонь из манастрелов. На что я, само собой, не стал обращать никакого внимания, если не считать того, что вновь закинул дайсы в карман. Для усиления, так сказать, воспитательного эффекта.

— Добрый вечер, уважаемые фиарнийские ублюдки! — гостеприимно раскинув руки, весело воскликнул я, когда подошёл достаточно близко и люды, паникуя, перестали палить почём зря в попытке отступления. — Меня зовут Владыка демонов Нотан и я вынужден огорчить вас одним весьма важным известием… Папочка вернулся, засранцы!

Глава 15. Папочка дома! Часть 2

Стоя перед дымящимися телами людов, выгнувшихся и замерших в причудливых от электрических судорог позах, я задумчиво таращился на свою ладонь. А если точнее, на тонкие нити плясавших между пальцами разрядов.

Нет, ощущения определённо стали иными. Именно ощущения. Я не заметил за собой какого-либо улучшения в чистой силе или магической выносливости. Контроль и скорость создания заклинаний и прежде были на высоте — даже если бы в данном аспекте произошли какие-то изменения, уверен, я бы их просто не ощутил на текущем фоне. Дальность осталась прежней, расход маны тоже не стал экономичнее. Если говорить объективно, не поменялось вообще ничего. Не стало ни лучше, ни хуже. Но при этом я чётко ощущал некие изменения в процессах. Как если бы старую дорогу с ямками и ухабчиками, по которой ездил много лет, неожиданно привели в порядок, положив новый и ровный асфальт. Число полос не изменилось, ограничение скорости тоже. Только комфорт.

Но дело ведь не может быть только в этом? Я не эксперт в магических науках, но это ведь наверняка следствие какого-то другого эффекта… Вот только я пока не понимал, какого именно. Даже цвет тех же молний и электрических разрядов остался прежним. Прежним же? Мне кажется, или раньше они были белее?.. Или нет?

Так, сейчас не время вообще-то!

Сбросив с себя задумчивость, в которую я впал секунд на десять после использования на людах молний, я перевёл взгляд на окраинные дома. Там мне уже готовили новую торжественную встречу, вот только следующая группа уже не спешила сломя голову выбегать на открытую местность, свято веря в силу в своих манастрелов. С этого момента действовать в лоб нежелательно, иначе враги быстро перейдут к тактике использования заложников. Вот только какой у меня выбор? Будь со мной Эрмит, я мог бы изобразить из себя вьетнамского партизана, уйдя под землю и передвигаясь там, устраивая людам сюрприз за сюрпризом. Вот только без заклинаний школы воздуха, записанных в фолианте, дышать мне…

Погодите-ка.

Открыв меню браслета, я сразу же перешёл в раздел Умений и нащупал взглядом строчку Очков Веры, после чего на моём лице мгновенно расцвела хищная ухмылка. Наконец-то хватает! После секундного раздумья я мысленно кивнул самому себе и ткнул пальцем в первый ранг «Магии Воздуха».

Да, я собирался выучить «Каменную кожу», дабы обезопасить себя от большинства возможных угроз, но… Мало ли чего я там хотел. Обстоятельства требуют гибкости подхода и своевременных решений.

Как и в случае с прошлыми типами магии, понимание действия воздушной немедленно хлынуло мне в голову, немного пихаясь локтями и занимая своё место в чертогах разума. И это знание оказалось… любопытным. Создание воздуха, воздушные массы, манипуляция потоками, усиление звука, барьер тишины, вакуум. Возможности открывались преинтереснейшие. Но большинство из них, конечно, требовало детального изучения в более спокойной обстановке.

Дружелюбно помахав рукой выглядывающим из-за укрытий воякам, которые явно недоумевали с того, что я тут стою и тыкаю пальцем в пустоту, я активировал магию и на пробу создал возле себя небольшой смерч. Заклинание послушно закрутило на месте поток воздуха, колыхая траву и поднимая немного пыли. Ве-ли-ко-леп-но!

Свежеобретённая магия жгла руки словно новая игрушка, которую хотелось поскорее пустить в дело и устроить каверзу. Я как-то не припоминал за собой подобных настроений в прошлые разы. Моё восприятие мира настолько изменилось за эти месяцы или же это просто из-за того, что если я раньше был слабым и не особо понимавшим, что творится вокруг, то теперь ощущал за собой превосходство? Стоп, если так разобраться, разве эти две версии не являются одним и тем же, только разными словами?

На секунду в голову закралось шальное желание устроить полноценное торнадо и направить его прямо на людов. Воображение уже даже рисовало красочные картины того, как я начинаю раскручивать смерч и увеличивать его мощность. Как заклинание охотно отзывается на вливание маны и всасывает её чуть ли не с жадностью, стремительно увеличивая скорость смерча и размеры. И вот я уже стою внутри ока бури, повелевая стихийным бедствием, и неспешно вышагиваю к деревне, наблюдая через просветы, как фиарнийцы трусливо разбегаются кто куда.

Ох, как заманчиво-то!.. А хватит ли маны? Ещё по эксперименту с Эрмитом я помнил, что подобный фокус весьма прожорлив и мог составить достойную конкуренцию «Мантии Владыки». Даже если допустить, что системная магия более экономная, нежели используемая через гримуар, соотношение эффективности к затратам всё ещё выглядело сомнительным. Да и вообще, как мне правильно подсказала фантазия, люды не станут покорно дожидаться, пока их настигнет стихия, и просто разбегутся во все стороны как тараканы. И в будущем снова принесут кому-нибудь горе и беды.

Нет, лучше я пойду в партизаны. В конце концов, мне нужно только добраться до деревенских и обеспечить им надёжную защиту. Например, огородить их от угрозы каменным куполом. После чего мои руки будут полностью развязаны. Впрочем, до первых деревенских улиц можно добраться и пешочком.

Развеяв маленький смерч, я засунул руки в карманы и, довольно улыбаясь, направился в сторону деревни. Нет, мой характер определённо поменялся. Ужасно хотелось устроить дебош и даже куска паршивой ткани не оставить от этих уродов, что, наведя на меня манастрелы, таращились из-за стен и заборов. Я стал злее? Несдержанней? Или меня просто так взбесил тот факт, что приходится возиться с этим мусором, даже не успев толком насладиться возвращением?

В меня полетели первые выстрелы, бессильно врезаясь в невидимый пузырь магической защиты и растекаясь по нему словно кляксы, исчезая через мгновение. Я нехорошо ухмыльнулся и активировал магию воздуха, дабы усилить свой голос и вдоволь поглумиться над стрелками. И неожиданно осознал, что «настроек» в системной версии заклинания куда больше, чем в записанной в гримуар, что позволяло вещать не только на область вокруг себя, но и создавать направленные колебания из заданной точки. Ещё и радиус действия магии воздуха метров на пятнадцать-двадцать больше, чем у той же земли.

Охваченный азартом естествоиспытания, я подкинул в заклинание немножко больше силы и, протянув руку в сторону ближайшего противника на моём пути, направил в ту же сторону очень узкий луч колебаний, выставив точку усиления возле своей руки. После чего с улыбкой щёлкнул пальцами.

— Бам!

Тонкое кольцо завихрения стремительно разошлось от пальцев, и практически в тот же момент покосившаяся и разрушенная до середины обгорелая стена, из-за которой выглядывал фиарнийский солдат, взорвалась мелким деревянно-угольным крошевом. Сидевший за ней боец дико взвыл и, схватившись руками за окровавленное лицо, в которое впились разлетевшиеся щепки, упал на землю, скрывшись за остатками его укрытия. Пхахахахахаха! Работает! И как экономно! Я заложил в заклинание не так уж много силы, но, в отличие от обычной ненаправленной «Громогласности», вся эта энергия пришлась в одну небольшую точку. Прекрасно! Великолепно!

Да, «Сандертрак» — ужасающее «заклинание». Если пытаться применить к нему какие-то рамки классификации, его можно будет с лёгкостью отнести к категории тактических. Гигантская, просто зашкаливающая смертоносная сила и огромная площадь поражения. Не исключено, что в мире, который ещё не познал тайну термоядерного распада, оно будет считаться одним из сильнейших. Но у подобной мощи есть своя цена. «Сандертрак» требует невероятных затрат маны, смертельно опасен для использующего его мага и может с лёгкостью задеть союзников, которым не повезло оказаться в радиусе поражения.

Направленный звуковой удар, тем временем, не мог похвастаться силой, способной одним залпом сразить десятки тысяч врагов, зато поражал хирургически точно, безопасно для мага и союзников за его спинами, и, кроме того, выглядел по своему эффектно для сторонних наблюдателей. Ведь однополчане пострадавшего люда, если всё сработало правильно — а оно сработало правильно — не должны были услышать ни звука. Лишь увидеть беззвучный щелчок пальцами и последовавший после этого небольшой взрыв. И, в общем-то, это был далеко не предел возможностей. Да, звуковой удар скорее всего проиграет молнии в дальности и разрушительной силе, но молния из-за некоторой непредсказуемости своего протекания через атмосферу не отличалась выдающейся точностью, особенно на максимальной дистанции.

Единственный вопрос, который тут оставался, кхм, подвешенным в воздухе, это поведение звуковой волны после того как она покинет радиус действия заклинания. Молния, к примеру, могла отправиться дальше, но уже абсолютно хаотично и непредсказуемо. С ненаправленным усилением всё было кристально понятно. Усиленный магией звук, покинув область «Громогласности», распространялся дальше своим ходом, подчиняясь обычным физическим законам, пока звуковые колебания не угасали. А что случится с узким пучком за пределами контроля? Начнёт распространяться вокруг точки «выхода»? Разойдётся конусом? Продолжит путь в виде луча, пока не затухнет?

Ладно, это всё потом. А пока…

— Бам!

Охваченные жаждой мести за товарища, люды сразу открыли по мне шквальный огонь, так что я выбрал себе следующую цель и щёлкнул пальцами. Только на этот раз я целился не в укрытие, которым фиарнийцу служила опрокинувшаяся и обгорелая телега, а прямо в его голову.

Результат полностью оправдал ожидания. Неустанно паливший по мне солдат немедленно замер и бессильно выронил манастрел, после чего рухнул возле телеги, заливая себя кровью, хлынувшей изо всех отверстий в его голове. Ха! Если покажу это тому тощему магистру, он просто одуреет!

— Бам! Бам! Бам!

Один за другим вокруг щёлкавших пальцев расходились полупрозрачные кольца, но, к сожалению, люды быстро смекнули, чем грозит направленная к ним рука, и немедленно бросались прочь с линии огня. Жаль. А ведь красиво получалось, стильно!

— Ну куда же вы, храбрые фиарнийские воины! — рассмеялся я, дружелюбно разведя руки и переключившись на «громкую связь». — Разве это не состязание в стрельбе? Я ведь не бегу от ваших выстрелов, почему же вы сбегаете от моих? Неужели среди вас одни слабаки, порочащие гордость Империи? Стойте до конца и пусть Богиня определит сильнейшего!

Выяснять, у кого стрелялка длинней, люды почему-то не захотели и начали отступать, продолжая безрезультатно поливать меня огнём из ружей. Вот только дарить им роскошь отступления я не собирался.

— Я сказал, СТОЙТЕ ДО КОНЦА! — рявкнул я, активируя магию земли и поднимая на пределе действия своих сил каменную стену, полукругом отрезавшую людам пути отступления.

Фиарнийцы допустили фатальную для них ошибку, продолжая удерживать свои позиции во время моего приближения. Что дало мне возможность подойти на нужное расстояние и использовать не только магию воздуха, но и весь имеющийся магический арсенал.

Со стороны людов раздались крики и панические вопли. Часть солдат вновь открыла по мне шквальный огонь, другая часть начала палить по стене или даже просто бить об неё прикладами, надеясь пробить путь, но я приложил достаточно усилий для того, чтобы всё это оказалось тщетно. А значит, пора было с ними заканчивать.

Я хотел сделать это красиво и внушительно, хлопнув в ладоши и послав вперёд конусную волну щедро накачанного магией звука, но в самый последний момент остановился. Хотя шансы были крохотными, в тех руинах, попавших в пределы стены, ещё могли быть местные жители. Брошенные из-за тяжёлых ран или просто чудом не найденные в каком-нибудь полузаваленном обломками подвале. И подобная атака могла задеть и их тоже. Увы, но действовать придётся по старинке.

Между моих пальцев заплясали электрические разряды.

— Во имя Матери нашей, милосердной и добросердечной Богини Аллегри, окутывающей этот мир своими теплом и заботой… Сдохните в муках, фиарнийцы!

Когда с очередной группой людов было закончено, я устало вздохнул и, подойдя к своей стене, сделал в ней крохотное окошко, чтобы оценить обстановку.

Завалившиеся заборы, покосившиеся стены, несколько тел местных жителей и один люд с вилами в брюхе, но ни малейшего намёка на новую партию солдафонов. Оставшиеся в деревне вояки, кажется, совершенно не спешили бросать против меня новые силы или как-то помогать попавшим в переплёт однополчанам. Неужели понимали, что тут уже нет никого в живых? Вдалеке, на видневшемся отсюда краю деревенской площади, я заметил какую-то невнятную суматоху, но что конкретно там происходило разглядеть не удавалось.

В принципе, а почему бы и не взглянуть с высоты? Сделать мне они всё равно ничего не смогут, даже если захотят, а я смогу быстро прикинуть расположение домов и улиц, чтобы точно и без проблем проникнуть к деревенским под землёй и обезопасить их. Ну, тогда наверх!

Обзор с вышки показал, что с размером деревни я немного не угадал и она раза в два крупнее, чем думалось поначалу. Деревенская площадь, где собрали выживших и не успевших сбежать жителей, находилась не по центру поселения, а ближе к тому краю, к которому вышел я. Что и ввело меня в заблуждение. Состояние деревни было катастрофическим. Пусть я и кинул на улицы очень беглый взгляд, но не заметил ни одного уцелевшего дома. Разруха, обломки, местами следы пожаров. Дальние улицы, к которым вела проходящая с севера на запад дорога, и вовсе были полностью охвачены огнём. Неподвижно лежавших тут и там тел тоже хватало. Если честно, их было удручающе много. И если прикинуть соотношение к тем, кого собрали на площади…

Так, погодите-ка, а что там вообще происходит?!

Я с удивлением понял, что фиарнийцы, бросив свою добычу на площади, спешно стягивались на ближайшие улицы и отступали на юго-запад. Именно отступали. Бодро, слаженно, держа на мушке окружающее их пространство и постепенно дробясь на мелкие отряды. Видимо, чтобы я не мог накрыть их одновременно всех и сразу. Вот ведь хитрые черти!

— Эй! Эй-эй-эй! Мы так не договаривались! Кто вам убегать разрешал?! — завопил я и запоздало спохватился, что усиление голоса в данный момент не работало.

Вот чёрт!

Отпускать этих уродов в мои планы не входило. Они ведь могут перегруппироваться и привести с собой подмогу. Нет, не «могут» — определённо приведут. Не верю я, что они тут одни хозяйничали. Наверняка основные силы топчутся где-то неподалёку, а этих ребят просто отправили разграбить беззащитную и однозначно не ожидавшую нападения деревеньку.

Броситься в погоню? Вероятно, я смогу их всех перебить, но, учитывая как они разделились, беготня займёт время. И это всё равно не обезопасит от возможной новой атаки на деревню, ведь эти ребята уже могли сообщить обо мне по манагласу. Не лучше ли потратить это самое время и силы на помощь жителям? Там наверняка целая куча раненых. Может даже среди тех, кто лежит на улицах, тоже есть выжившие, нуждающиеся в помощи… А, в Бездну! Пусть драпают. Постараюсь увести жителей до их возвращения.

Но и дарить им такой беззаботный побег тоже не хотелось.

Отправить следом Флюга? Мысль неплохая, да только некроголем слишком туп для того, чтобы вовремя прервать погоню и вернуться обратно. Ищи его потом. Выпустить Гардалага и попросить его проехаться по людам? Ха! Словно он станет меня слушать. Нет, этого товарища надо выпускать в более тактически подходящей ситуации. То есть, прямо на головы врагов. Только при подобном раскладе получится извлечь из него пользу.

Попробовать достать кого-нибудь звуком?..

Активировав магию воздуха, я навёлся на одну из отступающих групп и щёлкнул пальцами… И ничего. Всё таки в какой-то момент звуковая волна угасала и либо рассеивалась в разные стороны, либо просто теряла силу. Чёрт, обидно. Молния без усиления грозовым фронтом тоже почти наверняка не долетит… Ну да, как и следовало ожидать. Спущенный с цепи разряд пролетел где-то половину расстояния, после чего расползся на ветвистую плеть и впился в землю.

Не достать. Тут бы винтовку, а не магию… Стоп! Горт ведь стрелял сосульками, используя какое-то заклинание из школы воздуха. Ну-ка…

На моё счастье, Система послушно подобрала нужную формулу и маленький камушек, созданный перед наведённым в сторону людов указательным пальцем, послушно завис в воздухе, слегка подёргиваясь. Отлично! Огонь!

Камушек исчез из моего поля зрения с лёгким жужащим свистом, но его дальнейшую судьбу я так и не узнал. Не долетел? Перелетел? Просто промазал? В любом случае, никто из фиарницев не пострадал, так что первый блин вышел комом… А если сделать камень более крепким и добавить ускорение звуковой волной?

— Бам! — я вновь не удержался от звукового сопровождения, щёлкнув пальцами, и… опять мимо!

Но на этот раз я хотя бы увидел, куда прилетел камушек, так как тот поднял небольшой земляной фонтанчик в месте попадания. Увы, оно оказалось достаточно далеко от той спины, в которую я целился. Ладно, пока достаточно. Тут нужны довольно долгие тренировки, чтобы приноровиться к баллистике и правильному упреждению. Плюс, наверняка придётся подбирать правильную форму для каменных «пуль». А ещё техника, видимо, оказалась слишком навороченной с точки зрения количества одновременно используемых заклинаний, так что давалась с некоторыми затруднениями.

Опечаленно вздохнув, я оставил людов в покое и, глянув в сторону площади, начал спускаться вниз. Глаза многих местных жителей были устремлены в мою сторону, но в целом можно было сказать, что деревенские находятся в замешательстве. Кто-то, не теряя времени, уже пытался сбежать, пока фиарнийцы не передумали и не вернулись. Кто-то опустошённо сидел на земле, не реагируя на происходящее. Кто-то просто беспомощно озирался, пытаясь решить что делать дальше. В общем, разброд, шатания и апатия.

Покатившись на платформе в сторону площади, я спрятал дайсы в Хранилище. Тут уже было достаточно свидетелей тому, как я магией раскидываюсь, так что дополнительный аргумент мне при появлении не требовался. У народа и без того нервы сейчас ни к чёрту.

Население деревни, как в принципе и ожидалось, было разношёрстным. Орки, гномы, эали, эльфы, гоблины — хватало всех. Но с некоторым ожидаемым перекосом в сторону эльфов и эали. По крайней мере среди тех, кого я мог охватить взглядом, въехав на площадь. Увидев моё приближение, многие начали потихоньку отступать. Не то освобождая дорогу, не то просто из-за банального страха перед непонятным мужиком в маске.

Немного не доезжая до толпы жителей, я остановился и, добавив громкости голосу, крикнул:

— Жители Альвада! Меня зовут Нотан. Владыка демонов Нотан. Я апостол Богини Аллегри и прибыл на помощь вашей деревне. Все ваши вопросы я выслушаю позже, а сейчас вы должны привести ко мне деревенского старосту и всех раненых, кого сможете найти на улицах и в домах! Люды отступили, но могут в любой момент вернуться с подмогой, так что у нас мало времени! Поспешите!

Глава 16. Папочка дома! Часть 3

Последние минут пятнадцать своей новой и уже насыщенной событиями жизни я только и делал, что латал раненых «Исцелением», слушая вполуха пояснения старосты о нападении людов.

Рассказанная старостой история о произошедшем нападении хоть и оказалась весьма краткой, но оставляла после себя целую массу вопросов. И если быть точным, то весь рассказ можно было уместить в одно предложение: «На деревню обрушился артиллерийский огонь, после чего из леса вышли фиарнийцы».

Как оказалось, ничего не предвещало беды. Прежде крепость, что стояла западнее, всегда давала знать, если неподалёку от неё начиналось какое-то шевеление неприятеля. А с юга, днях в четырёх-пяти отсюда, регион прикрывало окопавшееся там армейское подразделение. И никто из деревенских не мог ожидать, что без всякого предупреждения со стороны своих, из леса покажутся фиарнийские солдаты. Это был обычный вечер обычного дня, во время которого ни одна душа не могла помыслить, что нужно собирать вещи и готовиться к бегству.

— Полагаете, крепость пала? — спросил я, вливая магию исцеления в лежавшую передо мной израненную девушку.

— И не сообщила о нападении? Сомневаюсь, — покачал головой староста, крепкого вида эльф средних лет, и задумчиво почесал короткую бороду. — Она ведь не могла исчезнуть в одно мгновение, кхм. Её осаждали немало раз и всегда разведчики крепости докладывали о подготовке к осаде ещё на ранних этапах, а комендант передавал весть нам, кхм. Я скорее поверю, что люды как-то перехватили вестовых, кхм. У нас ведь тут нет кристалла связи.

Не могла? Ну, я мог бы поспорить с уважаемым эльфом на эту тему, ведь охочие до крови тельварцев люды вполне могли изобрести что-нибудь весёленькое и испытать это на несчастной крепости. Кому как не мне, выходцу из технически продвинутого мира, понимать безграничные перспективы развития всё новых и новых орудий убийства себе подобных. Но какой в этом смысл в подобном споре, учитывая ситуацию?

И пускай я не стал вслух подвергать сомнению предположение старосты, в настолько простые объяснения мне отчего-то не верилось. На примере Фальта империя успела наглядно мне продемонстрировать, что у неё могло хватать в рукаве всяких козырей. Лучше я перестрахуюсь и потом буду не прав, чем отнесусь легкомысленно и хапну проблем по самые уши.

— Господин, ещё выжившие! — раздалось со стороны и я, кинув быстрый взгляд в их сторону, махнул рукой возле себя, заканчивая исцеление текущего пациента.

Увы, повезло немногим. Среди всех тех тел, что я увидел с вышки, признаки жизни подавало всего семеро, считая вместе с двумя мужчинами, которых принесли прямо сейчас. И, насколько я понимал текущую обстановку, почти наверняка они окажутся последними. Я находился в деревне уже минут сорок и местные жители за это время прочесали её вдоль и поперёк, выискивая выживших и забирая всё наиболее важное и ценное из своих домов, если ещё было что забирать.

Атмосфера вокруг стояла мрачная и гнетущая. Жители отошли от первого шока и начали в полной мере осмысливать случившееся, а главное — находить среди тел своих родных и близких. Хотя время поджимало, я согласился с просьбой деревенских дать им возможность собрать тела на площади, после чего я мог бы быстро их похоронить магией земли. Да, это был излишний риск, но я представлял, что сейчас творится у окружающих на душе.

К счастью, дело продвигалось довольно быстро благодаря носилкам и уцелевшей телеге, в которую впрягли выжившего тяглового ящера. Зверюга сорвалась с привязи во время обстрела, но далеко не убежала, принявшись бродить по недавно перепаханым с её же помощью полям. Парни с носилками приносили мне тех, кого ещё можно было спасти, а остальных под женские слёзы складывали в телегу и привозили на площадь.

Смотреть на всё это было очень непросто. Да, я уже не в первый раз сталкивался с людами и даже непосредственно приложил руку к сокращению их популяции, но до сих пор жизнь меня как-то щадила, не выставляя лицом к лицу с тем, что происходит в поселениях, за порог которых вступает вражеский сапог. Я наблюдал лишь последствия. Покинутые крепости, беженцев, тоску и безнадёгу в глазах окружающих. Но сегодня впервые оказался в самом эпицентре излома судеб.

— Странные дела пошли нынче, кхм, — вздохнул эльф. — Люды шляются как у себя дома. В городе говорят, что возле Эльвикана начали монстры бродить, которых там отродясь не видывал никто. А месяц назад, — он встревоженно понизил голос, — где-то в тех краях магическая буря прошла. Даже у нас видно было, как две ночи подряд небо с той стороны светилось, кхм. Говорят, что это где-то у людов бушевало… но от того ещё беспокойней.

Не отвлекаясь от исцеления, я задумчиво нахмурился, припоминая карту. Эльвикан… Это, вроде бы, крупный город сильно восточнее, ближе к границе с Браллаком? Кстати говоря, там ведь рядом расположена очень большая крепость и есть речной порт… А река впадает в ту, у которой стоит Каруш. Или берёт в ней исток? Чёрт знает, да и не важно. Главное — можно направиться туда и добраться до своих по воде. Это будет всяко быстрее, чем ползти по суше с постоянными остановками на ночлег. Даже если не повезёт с попутным ветром, я смогу сам решить этот вопрос.

Да, я помню, что зарекался от водных путешествий, но текущая ситуация требовала решительных мер! И вообще, как-то ведь местные судоходствуют, несмотря на обитающую в воде дрянь.

Итак, что получается — в данный момент у меня есть аж четыре варианта как вернуться домой. Первый — угнать фиарнийского двунога. Второй — нанять повозку или карету с кучером. Третий — доплыть по реке. И четвёртый… освоить, мать его, полёт!

Ну а что? Я же теперь маг воздуха или где? Почему бы и не оторваться от бренной земли? Над общим принципом я уже давно размышлял, пора бы приступить к практической реализации… Ладно, шутки в сторону. Мысль неплоха, но я понятия не имею, сколько времени займут тренировки, да и необходимость постоянно пополнять ману резко делает метод не настолько выгодным по скорости. С другой стороны, полёт и двуног позволяли использовать «Дорогу Судьбы», так как не зависели от дорожных условий в точке высадки. Но придётся делать остановки на ночлег. В случае с каретой этого тоже не избежать. Лодка, по сути, единственный вариант, который позволит продвигаться к Лаграшу и днём, и ночью. Не слишком стремительно, зато стабильно. А полёты и «Дороги Судьбы» упирались в целый ряд некоторых «если», которые могли как резко сократить путь, так и основательно его затянуть. Как ни посмотри, а речное путешествие выглядело наиболее оптимальным решением.

Впрочем, была ещё одна причина отправиться домой через Эльвикан. Услышанная только что история о магической буре. Конечно, у страха глаза велики, а людская молва обычно раздувает серьёзность случившегося раза в два — и это ещё если по скромному — однако история возникла не на пустом месте и интуиция подсказывала мне, что с ней нужно разобраться. Особенно если в деле замешаны люды. Хватит с меня сюрпризов.

Вскоре сбор погибших был завершён. Выживших среди тел на улицах, как я и ожидал, оказалось немного — всего восемь человек в конечном итоге. Двое детей, старушка, трое мужчин и две женщины. И вместе с теми, кого согнали на площадь, общее количество уцелевших в набеге жителей оказалось всего чуть больше сорока. А погибло, по подсчётам старейшины, больше сотни. Весьма паршивая математика. Хотя люды пришли сюда с явным намерением угнать местных в рабство, судя по подходу, их не слишком беспокоило количество итоговой добычи.

Погребальную церемонию не затягивали. Народ, собравшись вокруг выложенных плотными рядами тел, просто постоял в молчании пару минут, после чего староста кивнул и я опустил погибших на глубину.

— Господин Владыка, что вы решили, кхм? — подошёл он после этого, спрашивая о моих дальнейших планах.

Мы с ним уже давно договорились, что покинув деревню, люди доберутся до моего замка, где и переждут ночь, после чего направятся в ближайший город. С их слов, в окрестностях вокруг деревни давно перебили всех опасных монстров, так что беженцам не должно было ничего угрожать, но бродить по ночному лесу всё равно не стоило. Многим требовался нормальный отдых и сон.

Что до меня, то я ещё не решил как действовать дальше. Отправиться вместе с деревенскими в замок и лично порадовать детвору, что их родные выжили? Или попробовать нагнать людов и задать им трёпку? Может даже получится выйти на их основные силы, особенно если оставить кого-нибудь в живых и хорошенько допросить. И, так как жителям уже пора было выдвигаться, староста хотел узнать моё решение. Вот только я всё ещё не решил как именно стоит поступить и уже всерьёз подумывал бросить дайсы или монетку. Не на вероятность, а просто чтобы хоть таким образом прийти к какому-то решению.

— Я дам вам ответ через мину…

Даже не знаю, была ли это просто вовремя среагировавшая интуиция, или же я правда умудрился услышать подозрительные отзвуки вдалеке, но я сразу поднял вверх руку, призывая всех к тишине. Увидев жест и напряжение на моём лице, окружающие тут же затихли и встревоженно заозирались. А я вслушивался в ночную тишину и пытался понять — это у меня просто паранойя и на деле банально поскрипывают на ветру кроны деревьев или…

— В лес. К замку. Живо!

Я никогда не мог похвастаться наличием у меня паучьего чутья, довольствуясь жопным, стандартным для человеческого вида, но сейчас моя интуиция прямо завывала от предчувствия грядущих неприятностей. И спустя пару секунд я увидел подтверждение её правоте.

Прорезая ночное небо, над тёмными кронами деревьев взмыла россыпь магических снарядов. Два… Четыре.. Семь! Вот и подкрепление, будь оно не ладно!

Ровно один миг вокруг царила оглушающая тишина, после чего её прорезал крик запаниковавшей девушки и жители ломанулись прочь, словно только и ждали подобного сигнала. Вот только бежать уже было поздно, слишком поздно! Впившись взглядом в стремительно приближавшиеся сгустки снарядов засевших где-то в чаще Ходунов, я лихорадочно пытался придумать способ прикрыть убегающих беженцев от артиллерийского огня. Магическую защиту я просто не растяну на такую площадь. Защитная стена? Да они же разбежались! И в том была моя вина тоже, это стоило признать. Тогда как? Думай. Думай!

В памяти всплыло давнее воспоминание. Молния. Взрыв. Развороченное дуло гексапода. Так, а это может сработать. Только молния мне тут не поможет. Снарядов много и каждый на ощутимом расстоянии друг от друга, нужно бить по площади. Звук? А получится? Времени нет, надо пробовать!

Со стороны, наверное, могло бы показаться, словно я, встав с разведёнными руками, таким образом пытался прикрыть убегавших от летевших на деревню снарядов. Но на деле я готовился хлопнуть в ладоши. Очень громко хлопнуть.

Конус! Ещё немного шире. И силы, силы побольше, не время экономить, надо ударить наверняка. Ну, пошёл!

Я резко свёл ладони вместе в точке усиления и заклинание послало вперёд мощную звуковую волну, запустив от рук широкое вихревое кольцо. Чёрт, не поздно ли? Снаряды уже прямо над головой!

Завороженно наблюдая за их падением, я увидел как лиловые сферы вдруг резко замерли на секунду, словно уткнулись в незримую стену, а после растеклись по небу огромной кляксой пузырящегося магического пламени. Фиолетово-синеватый огонь на несколько секунд ярко осветило всю округу, превратив ночь в солнечный день, а после распался на мелкие огненные лоскуты, опадающие вниз истаивающими и исчезающими в темноте всполохами и искрами.

Сработало!

Так, перед следующим выстрелом будет задержка, так что жители успеют убежать из зоны обстрела. Что до меня… Мой недавний вопрос решился сам собой. Люды сами заявились ко мне, даже бегать не пришлось.

Хмыкнув и размяв шею, я без особой спешки зашагал на запад, откуда и прилетели плевки Ходунов. Больше меня ничего не сдерживало. Настало время продемонстрировать всё своё радушие и гостеприимство!

Пока я шёл к краю деревни, люды сделали ещё один залп, который я вновь развеял на подлёте звуковой волной. Не потому, что снаряды угрожали беженцам, нет — жители деревни за это время успели ретироваться достаточно далеко, чтобы их не накрыло огнём. А просто из вредности. Потому что я мог. В конце концов, дальше я собирался немного отдохнуть и восстановить силы, предоставив возможность размяться своему другу.

Красиво, блин… Лучше фейерверков! О, точно, надо в дороге подумать о том, можно ли магией как-то создать аналог салютов. Если получится, будет чем порадовать лаграшцев на праздники.

Выйдя из деревни, я оглядел лесную опушку, но никого не заметил. Где-то там явно таились наблюдатели, но обычные солдаты выползать навстречу не спешили. Опасаются? Или готовят какую-нибудь пакость? Ну, это уже не важно. Восемь бед — один ответ. И зовут его Флюгегехаймен!

Сейчас мы вас из леса-то выкурим, погодите немножечко.

Открыв Хранилище, я сначала вытащил и засунул в карман Мастерские дайсы, а потом заскользил взглядом по ячейкам, так как уже не помнил по памяти, в какой из них он у меня сидел. Так… Баблишко, подушки, бутербродики, Гардалаг, старые сменные плащи… Стоп. Подушки?

Я вернулся к первой во втором ряду ячейке и убедился, что глаза меня не обманули. Низ квадратика инвентаря был полностью завален цветными подушками, которые я точно видел буквально недавно в совершенно другом месте.

— Некроголем? — раздался над ухом абсолютно неожиданный, но знакомый голос. — Ну и гадость ты таскаешь у себя в карманах! Фу!

Глава 17. Папочка дома! Часть 4

Чуть ли не подпрыгнув от внезапности, я обернулся и увидел перед собой недовольную рожицу. И принадлежала она никому иной как величайшей в обозримой Вселенной Богине. Кардее. Которая, по всей видимости, до этого висела у меня за плечом и таращилась в инвентарь вместе со мной.

Чё…

— Если бы я знала, что придётся жить в одном пространстве с такой гадостью, дважды подумала бы, — фыркнула фея.

— …Как ты тут оказалась? — только и смог спросить я, и лишь после этого до меня окончательно дошло, что именно сделала богиня. — Нет, не так — как ты очутилась в моём Хранилище?!

Кардея удивлённо вскинула брови и посмотрела на меня как на глупенького.

— Что значит, «как»? — спросила она, недоумённо склонив голову на бок. — Открыла и вошла. Я ведь великая Кардея! Или ты забыл, что нет ничего, чего я не могла бы отпереть?

— А…

Ну, да. Звучало логично. Нет, ни черта не логично! Как она влезла вообще? Я ведь пытался запихнуть в Хранилище ту божественную каракатицу и Система чуть не обложила меня за это трёхэтажным матом из-за превышения… Ааааа. Кажется, понимаю. Кардея ведь слабачка, которую чуть не сожрал тельварский дракон. Вот и влезла. Да ещё и на Гардалага место осталось.

— Великая Кардея чувствует, что ты подумал о ней какую-то гадость, — заявила богиня, буравя меня полным подозрительности взглядом.

— Тебе показалось, — тут же ответил я.

Я так обалдел от неожиданного появления Кардеи, что совершенно позабыл о скрывающихся в лесу людах. А вот они обо мне — нет. В лесу раздались хлопки, сменившиеся долгим и приближающимся свистом. И в голове сразу всплыли попытки вояк Райды закидать меня жидким огнём, пока я таскал по их лагерю буйного дракона.

Так, а вот тут уже надо защищаться нормально! «Каменную кожу»-то я не взял!

На миг я подумал о том, чтобы отгородиться обычной воздушной бурей, но, по хорошему, такой метод годился лишь для обороны от лёгких снарядов вроде стрел. А зажигательным бомбам я лишь немного собью траекторию, что не будет гарантией того, что одна из них не рухнет прямо мне на макушку.

А потому я защитился старым и проверенным способом, возведя над собой надёжный каменный купол. Спустя пару секунд свист прекратился и вокруг зашлёпали врезающиеся в землю сосуды с напалмом.

— Грубияны, — недовольно поморщилась фея, глядя на потолок. — Праволевый, ты тут разберись, а я пока отдохну. Потом позовёшь.

После чего просто исчезла.

Эй. Эй, минуточку!

Я коснулся браслета, вновь вызывая Хранилище и увидел, что Кардея с комфортом расположилась на подушках и лениво покачивала ногой, закинув одну на другую. А разве время в инвентаре не должно останавливаться? Или ей такие законы не писаны?

Возмутившись царившим в моём собственном кармане беспределом, я сцапал богиню и вытащил из ячейки.

— Эй! — немедля возмутилась Кардея, смешно задрыгавшись в руке. — Что за вопиющая бесцеремонность?! Разве ты не сподвижник великой Кардеи?! Где твоё почтение?!

— Не припоминаю, чтобы соглашался быть сподвижником, — честно сообщил я. — Но подумаю об этом, если ты, великая и несравненная Кардея, покараешь дерзновенных наглецов снаружи своей божественной дланью. Ты же Богиня, чего тебе стоит?

— Но их же много, — удивлённо уставилась на меня коротышка. — И там ночь! Ты хочешь спихнуть на великую столь недостойные её статуса хлопоты? Для таких дел ведь как раз и есть ты, праволевый! Так что удачи тебе!

Подарив мне ободряющую улыбку, фея вновь бесследно испарилась, но я не собирался оставлять разговор незаконченным и опять полез в инвентарь, чтобы вытащить наглую богиньку наружу. Но вместо этого моя рука просто прошла через ячейку насквозь, а перед глазами возникла надпись:

Отказано в доступе.

…Э?

…Эээ?

…Ээээээ?!

Что значит, «Отказано в доступе»?! Это мой инвентарь, вообще-то! Что ещё за рейдерский захват целой ячейки?! Это ведь даже не её артефакт! Эй, Аллегри, это вообще нормально? А… Так вот про какой сюрприз она говорила.

Чёрт. Вот только реально бесполезной карманной богини мне ещё тут не хватало. И что с ней теперь делать? Работать нянькой для самодовольной феи — удовольствие из разряда крайне сомнительных.

Постояв ещё некоторое время, злобно вращая глазами и раздражённо пыхтя на развалившуюся среди подушек Кардею, я сплюнул и закрыл меню Хранилища. Бездна с ней, потом разберусь. А сейчас у меня есть другие дела.

Так как никакого свиста я больше не слышал, то уверенно сбросил купол и огляделся. По округе, тут и там, гудели огненные лужи, пожирая остатки забытой после сбора урожая ботвы. А сами люды, наконец, соизволили высунуться из леса и замерли на опушке широкой цепью, держа меня на прицеле.

— Рад вас всех видеть, дамы и господа! — радушно поприветствовал я вояк, прибавив громкости голосу. — Воистину, сегодняшняя ночь благословлена самой Судьбой, ведь я встретил множество новых друзей в лице вас! Это наполняет моё сердце невероятной радостью и надеждами. Ведь нет ничего ценней в этом мире дружеской поддержки и готовности прийти ближнему на помощь. И, пускай мы познакомились лишь сейчас, я вынужден попросить вас о помощи. Прошу, станьте обильным и щедрым подношением Богине Аллегри! Умрите в её честь и с её Именем на устах! Клянусь своей честью, честью Владыки демонов Нотана, что этим вы принесёте неоценимую пользу всей Вселенной! Хоть какую-то пользу за свою жизнь вы ведь должны принести, верно?

Не знаю, дошёл ли до людов заложенный в последнюю фразу сарказм, или же у их командиров просто сдали нервы, но сразу после этого солдаты открыли по мне плотный прицельный огонь. Но миномёты пока молчали, что меня радовало. Либо их конструкция не позволяла быстро заряжать новый снаряд, либо их у врага было очень мало и они решили приберечь оставшиеся.

— Похоже, добровольцев нет? — усмехнулся я, обводя взглядом опушку с засевшими там стрелками. — Ну, такой вариант меня тоже устраивает. Явись, Флюгегехаймен!

Появление массивной горы мёртвой плоти немного встряхнуло землю под ногами. Запашок от Флюга шёл тот ещё, но теперь я мог создавать возле головы свежий воздух, полностью забыв об этой проблеме.

— Подними меня на свою голову, — приказал я некроголему и тот, после небольшой задумчивой паузы, выпустил в мою сторону широкую тентаклю.

Я забрался на щупальце, стараясь не обращать внимание на подозрительно хлюпающую под сапогами плоть, и монстр медленно поднял меня к своей макушке. Обзор с неё открывался весьма неплохой, но вот комфорта пока не хватало. Сейчас исправим!

— Флюг, мне нужно кресло.

Ну а что? Я ведь собирался отдохнуть.

В этот раз монстр переваривал приказ куда дольше, впитывая ливень из мелкокалиберных плевков. Над лесом вновь взмыли артиллерийские снаряды, но долететь им до Флюга я не позволил. Всё таки попадание из подобного орудия не проходило для него бесследно.

В конце концов, после долгих раздумий макушка монстра запузырилась неподалёку от меня и из неё вылезла целая гора костей, своей формой напоминающая некоторое подобие кресла. Или трона.

С определённым скепсисом осмотрев конструкцию, из которой в самых опасных для меня местах проглядывали не то рога, не то какие-то костяные обломки, я создал поверх защитную каменную прослойку и лишь после этого расположился на «водительском» месте.

Ух, как по-Владычески вышло-то!

— А теперь сожри их, — вздохнул я, отдавая команду монстру.

По туше чудовища прокатилась вибрация, словно оно довольно заурчало, дождавшись любимого приказа. Качнувшись, некроголем медленно пополз вперёд и я увидел как на поверхности туши появляются старые-добрые черепа ящеров.

Поняв, что некроголем пошёл на сближение, люды мгновенно снялись с места и принялись отступать в глубь леса.

Но старина Флюг имел на этот счёт своё мнение.

Смертоносные лучи, тонкими зелёными спицами пронзившие ночную темноту, скользнули по деревьям, очерчивая широкую дугу перед монстром. И сразу после этого массивные стволы на десяток-другой метров вглубь начали заваливаться вниз с диким скрежетом, погребая под собой как останки тех, кто попал под действие луча, так и тех, кому по какой-то причине повезло их избежать. Уверен, там сейчас царят совершенно дикие вопли, но я их не слышу из-за расстояния и звуков лесоповала.

Взмыл ещё один залп, но на этот раз иначе. Шире. Гексаподы расходились в стороны и это был неприятный звоночек. Если они возьмут Флюга в коробочку, я не смогу защитить его от всех залпов. Было бы неплохо закончить всё до того, как это случится… Чёрт!

За всем творящимся вокруг хаосом я совершенно пропустил момент, когда люды дали новый залп из миномётов, и узнал об этом только когда свист почти подлетевших снарядов стал различим на фоне древесного грохота. Одна из бомб взвигнула в полуметре от моей головы и растеклась огненной лужей по спине некроголема, а по моей спине побежал ледяной пот.

Вот смеху-то было бы, поймай я напалм лицом! Только не моего смеха, а людов. Вашу ж мать…

Зашипела горелая плоть, сильно чадя, и я уже собирался как-то пытаться задавить напалм песком, но Флюгегехаймена произошедшее ничуть не смутило и со смачным чавканьем монстр просто сбросил с себя кусок горящего мяса.

Ай, молодец!

— Флюг, туман.

Повеселились и будет. Пора ставить точку в этой истории.

В чреве монстра что-то заклокотало и по всей туше открылись тонкие щели, из которых наружу, злобно шипя, рванул чёрный газ. Это было рискованно, ибо я всё ещё не знал, защитит ли меня от этого тумана «Стоик», или же нужна «Каменная кожа», но благодаря магии ветра и тактике, которую я собирался использовать, риск становился минимальным.

Активировав магию, я создал вокруг нас несколько воздушных потоков, которые могучим сквозняком сначала уводили весь газ за собой к земле, а после направляли его прямо в лес. Впервые я наблюдал работу этой атаки Флюга со столь близкого расстояния. Чёрный туман набрасывался на поваленные деревья с жадностью изголодавшейся саранчи, выжирая могучие стволы за считанные секунды без какого-либо остатка.

Будь дело на Земле, мне бы уже светила статья за умышленное уничтожение природных ресурсов и богатств в особо крупных размерах. Но тут… Никто ведь не будет жаловаться, если вместе с людами исчезнет немного леса, да?

Туман не оставлял после себя ничего, кроме голой и непроглядно-чёрной даже для моего ночного зрения земли. Деревья, тела, убегающие люды, а после и показавшиеся Ходуны, лишившиеся прикрытия леса — ничто не могло сопротивляться разрушительной силе чёрного газа, превращающего свою добычу в чёрные хлопья, рассыпающиеся в бесследно исчезающий прах.

— Дом, милый дом… — пробормотал я, созерцая раскинувшееся впереди торжество смерти и тлена. — И даже допросить теперь некого, блин. Перестарался на радостях.

Вот вроде бы и победил, даже не прилагая лишних усилий, но победа оставила после себя лёгкий привкус разочарования, а не удовлетворения. Да и Флюг остался без ужина.

Некроголем, постепенно продвигавшийся вперёд, неуверенно остановился, лишившись цели. А я, задумчиво уставившись на его макушку, впервые задался достаточно важным вопросом — а за счёт чего эта тварь вообще функционирует? Я же его постоянно в Хранилище держу и выпускаю только чтобы устроить небольшой филиал Ада в отдельно взятом месте. Разве не должен он был устать от такого обращения?

— Флюг, — спросил я, немного подумав. — Ты устал? Выстрели лучом один раз, если «да», и два раза, если «нет».

Учитывая мои прошлые приказы, я был уверен, что тварь меня поняла, но шло время, а некроголем сохранял гордое «молчание». Может, ему просто незнакома концепция усталости? Как бы задать вопрос иначе…

— Флюг, ты слабеешь в бою?

На этот раз неподалёку от меня из туши вылез череп ящера и выстрелил два раза. Почему-то в меня. Не то что бы это могло доставить мне неудобства, однако это было несколько неожиданно. Но, по крайней мере, у меня получилось найти способ общаться с тварью. Так, следующий вопрос… Надо сразу попробовать сформулировать его правильно.

— Ты питаешься смертями врагов?

Один выстрел. И снова в меня. Вот ведь проказник.

Ну что же, если Флюг стрелял осмысленно, а не от балды, то ситуация стала в разы понятнее. Некроголем не просто не страдал от постоянного возвращения в инвентарь, но и в какой-то мере жил идеальной жизнью, к которой могло бы стремиться подобное чудовище. Ибо за редкими исключениями, вроде того случая, когда я его выпустил лишь для того, чтобы припугнуть Лионеллиан, Флюг только и делал, что убивал. Убивал, убивал, убивал и убивал. Почти все его вылазки за пределы Хранилища — это бесконечный фестиваль смерти и карнавал кровопролития. Да у него же, мать его, райская жизнь! Кхм. Можно ли применять слово «райская» к подобному? А, не важно. Главное, что старина Флюг на меня явно не в обиде за подобное.

Вон, даже кресло подогнал. Сижу, катаюсь в своё удовольствие, горя не знаю. Медленно катаюсь, разве что. Но это и не мудрено, что Флюг медленный. С такой-то тушей.

Хм… А если бы он был меньше? У него ведь есть умение репликации. В бою со мной он даже разделился на двух некроголемов, которые действовали самостоятельно. Так, а ну-ка!

— Флюг, дружище, спусти меня вниз и отдели от себя небольшую самостоятельную часть, — приказал я, желая проверить новую теорию.

Вскоре я уже стоял на земле и наблюдал перед собой небольшую покачивающуюся горку плоти, постепенно принимающую форму уменьшенной копии большого Флюга. Размером она оказалась с небольшой внедорожник, что полностью меня устраивало. Оставалось проверить скорость перемещения этого «некроконя», а главное — сможет ли он двигаться самостоятельно без Флюгегехаймена под боком.

Отправить в Хранилище.

Огромная туша бесследно исчезла и… Мда. Жаль. Как же жаль.

Я с грустью осмотрел рухнувшую наземь кучу плоти, лишившуюся сил и воли, и разочарованно вздохнул. А ведь каков был план! Мда.

Возвращение Флюга на свободу не вернуло к «жизни» отпочковавшегося от него отпрыска, так что некроголем просто втянул этот шмат обратно в тушу и я попросил создать ещё одного. Всё таки хотелось узнать скоростные характеристики мини-голема, чтобы окончательно прояснить вопрос.

К сожалению, и тут меня ждало разочарование. Пускай малыш и был намного быстрее родителя, до скорости ездового ящера ему оставалось очень далеко, что очень резко сужало круг его использования. Немного погрустив из-за результатов тест-драйва, я махнул на всё это рукой и слив некроголема воедино, отправил его на побывку в Хранилище. После чего глянул на запад, откуда, похоже, и заявились люды.

Что тут всё таки происходит? Стоит ли ещё крепость? Произошедшее вызывало много вопросов и, по хорошему, с ними стоило разобраться, пока я тут. Станет неплохим вкладом в репутацию. Да, положа руку на сердце, конкретно сейчас в гробу я видал всю эту суету и хотел бы как можно быстрее вернуться домой, к друзьям и близким, по которым дико соскучился… Но работа есть работа. Сначала наведу тут порядок, а уже потом двину в Эльвикан.

Вот только надо бы понять, куда сейчас двигать и кому ломать хребтины? Нет, с «кому» всё таки как раз всё кристально ясно, а вот куда… Если крепость ещё держится, просто не может сдержать все силы врага и они постепенно проникают всё глубже, это одно дело. Если же от крепости остался один щебень, то совершенно другое.

Мне срочно нужна информация. И я знал, кто мог бы её предоставить.

Кхм.

О, Аллегри, моя бесценная и обожаемая Богиня, поделись своей бескрайней мудростью и неописуемым всезнанием, поведай своему скромному апостолу, что в сей момент творят черти фиарнийские!

Хотя обычно богиня предпочитала, чтобы я сам искал пути решения возникающих проблем, мне казалось, что сейчас не тот случай, когда она могла бы отказать в помощи. И не прогадал. Браслет мягко завибрировал и, коснувшись его, я увидел ответ от Легри:

Так-так-так, что это тут у нас? (¬‿¬) Кое-кто хочет немного считерить и использовать на карте взгляд бога? Ай-яй-яй, как не стыдно! Σ⊂(☉ω☉∩ )

Ладно, шучу.

Дела крепости плохи. ⊙︿⊙ Её взяли в кольцо и она всё ещё не пала только благодаря служащим там магам, но долго им не продержаться. Фиарнийцы, пользуясь этим оцеплением, вводят всё больше своих войск в регион. С севера к крепости уже выдвинулась подмога, но этих сил будет недостаточно. (￢з￢) Южные войска связаны отвлекающим манёвром людов. Ситуация там выглядит стабильной, но пока что лишних солдат у них нет.

Так что самое время для появления настоящего героя, единолично спасающего целую крепость! (￣▽￣)V Если поможешь гарнизону, то люды, уже влезшие на земли Лайенской республики, окажутся отрезаны от снабжения с подкреплениями и…

Ну ты понимаешь. (￣ー￣)b Дальше даже твоя помощь не потребуется, эльфы добьют их сами.

Понеся такие потери, фиарнийцы не смогут продолжать натиск и будут вынуждены отступить. И всё благодаря тебе! (●≧ω≦)9 Лавры, почёт, фанфары, эльфийские принцессы! (ಠ‿↼) Неплохой способ прославить себя и меня, верно?

P.S.

Смотрю, сюрприз тебе понравился. (◕‿◕)

P.P.S.

Только подумай, не каждый может похвастаться тем, что у него есть карманная богиня! (☆∀☆)

Ага. Карманная-то она карманная, да только достать её оттуда я не могу. Ну, ладно, это не самый важный вопрос на повестке дня. Итак, теперь у меня есть общее понимание происходящего. Крепость всё таки ещё цела, но нуждается в помощи. Значит, нужно выдвигаться, пока ещё есть куда. И время не ждёт. Вот только что делать в таком случае с замком? Можно оставить его тут, но тогда не факт, что к моему возвращению он останется в первозданном виде. Дня три туда, дня три обратно… Разграбят, как пить дать разграбят. Сгонять назад и забрать его с собой? А деревенских, значит, на мороз посреди ночи? Как-то не по-Владычески выходит…

Хм. А если…

Обдумав несколько секунд возникшую мысль, я пришёл к выводу, что она очень даже неплоха и, создав под ногами каменную платформу, на всех парах покатил к своему замку. Интересно, что мне ответят деревенские на такое предложение? И добрались ли они уже до места?

Дабы скоротать время в дороге, я коснулся браслета и опять открыл Хранилище.

— Эй, вылезай, я закончил, — сообщил я Кардее и изобразил стук пальцем по запертой изнутри ячейке.

Что ни к чему не привело. Как оказалось, пока я тут усиленно воевал, проливал пот, кровь и слёзы, фея безмятежно задрыхла, раскинув руки и ноги в разные стороны и едва не пуская слюни из приоткрытого рта. Вот ведь…

— Иммиграционной полиции сдам!

Глаза коротышки вдруг резко распахнулись и она столь стремительно вылетела из ячейки, увеличившись в процессе до своего обычного размера, что едва не врезалась в лицо и мне пришлось вынужденно остановиться из-за резкого уклонения.

— Не надо полиции! — завопила она, после чего озадаченно нахмурилась. — Стоп. Ты пытаешься обдурить великую? Этот мир не ведает подобной концепции!

— Специально для тебя создам, — пообещал я коротышке. — Как тебе титул первой в Тельваре незаконной иммигрантки?

— Быть первой — это кредо великой Кардеи!.. Стоп, ты опять меня дуришь!

— Просто не люблю, когда мной пользуются без моего ведома. Зачем ты пробралась ко мне в Хранилище? И отправилась в Тельвар?

— Великая Кардея обожает путешествовать!

Я тяжело вздохнул и хмуро глянул на мелкую засранку:

— Слушай, давай серьёзно. Ответь мне честно, зачем ты это сделала и я… — мне пришлось ненадолго задуматься, что я мог бы предложить подобной персоне. — Например, буду иногда угощать тебя вкусняшками? И не стану возражать из-за твоего проживания в артефакте.

— Вкусняшками? — заострённое ушко феи явственно дёрнулось. — Какими вкусняшками?

— Печенье, конфеты, пироженки…

Коротышка шумно сглотнула.

— А пироженки… они с кремом?

— С кремом, — кивнул я. — А летом ещё и с ягодами.

Судя по тому, как загорелись глаза Кардеи, она только что была куплена. Причём, с потрохами. Но фея всё равно попыталась оставить последнее слово за собой:

— Если с кремом… То так уж и быть, великая Кардея поведает тебе свой истинный замысел, праволевый. Но не раньше, чем ты сделаешь ей достойное подношение!

— Годится, — я не смог сдержать улыбку. — Угощу тебя через несколько дней, как только разберусь тут немного с делами.

— Разбирайся с ними как можно быстрее! — строго заявила коротышка. — Великая Кардея многого от тебя ждёт, праволевый, не разочаровывай её ожидания!

После чего она вновь юркнула обратно в Хранилище, едва слышно пробормотав напоследок: «Пироженки…».

Посмотрев на то, как она снова устраивается среди подушек, я хмыкнул и продолжил путь. Иметь дело с феей оказалось проще, чем мне казалось поначалу. Может быть даже получится сделать из неё союзницу со временем? Как ни крути, а она всё таки божество и по местным меркам силушкой совсем не обделена. Интересно, как много пирожных на это уйдёт?..

Размышляя о всякой ерунде, я даже не заметил как нагнал деревенских беженцев, которые к тому моменту уже практически добрались до замка. Я не стал сразу озадачивать их своим предложением, а сначала довёл до места, рассказывая по пути о том, что сделал с людами. После чего мне пришлось дать им ещё немного времени на то, чтобы оглядеться, освоиться, перевести дух и осознать, что они наконец-то в безопасности.

Детишки, которых я тогда встретил в лесу, успели тут немного похозяйничать и, что оказалось крайне дальновидным для их возраста, наварить чан простенькой похлёбки. И мне было приятно понимать, что они всё таки в меня поверили, раз уж готовились встречать спасённых.

И хотя стоило сначала дать людям согреть тела и души горячим бульоном, мне пришлось перейти к делу сразу после того, как они немного успокоились, ибо время поджимало.

— Минуточку внимания! Понимаю, что сейчас не лучший момент для подобного, однако у меня безотлагательный вопрос, — я обвёл взглядом всех присутствующих и убедившись, что привлёк внимание, спросил. — Уважаемые жители Альвада, не желаете ли вы отправиться вместе со мной в королевство Браллак и поселиться в Лаграше, священном и прогрессивном городе, находящимся под присмотром Богини Аллегри и моей личной защитой? Всем согласившимся гарантирую жильё, подъёмные, работу и медицину лучше столичной! Доставка до места почти мгновенная и за мой счёт!

Баллиста. Интерлюдия

— Тушите! Тушите! Нужно больше песка! Где мастер Гердан?!

— На северной стене, там тоже всё жидким огнём залили!

— Дерьмо! А мастер Ардук?

— Слёг с магическим истощением!

— И он тоже… Тогда воду тащите! И мастера Ливеколя!

— Ты совсем дурной, водой горящее масло заливать?!

— А что ты предлагаешь тогда, умник?!

Ссора солдат, безуспешно пытавшихся затушить во дворе огромную лужу напалма, разгоралась не хуже огня возле них. Высокая воительница с луком, краем глаза наблюдавшая за перепалкой со своего поста на стене, отвернулась и сконцентрировала внимание на фиарнийских окопах. Спорщикам сейчас отвесит затрещину спешащий с подмогой сержант, а её дело — следить за тем, когда фиарнийцы захотят дать новый залп и постараться этому помешать.

Не то что бы от этого был толк. Белобрысые ублюдки специально запускали свои бомбы издалека, куда достреливал далеко не каждый лучник, да и запас стрел за неполный десяток дней ожесточённой осады сильно сократился, из-за чего отрядам стрелков теперь приходилось тщательно выбирать цели. Однако не реагировать на подготовку к подобным залпам было нельзя, а потому отряды, один из которых и возглавляла воительница, делали всё возможное, чтобы осложнить людам жизнь или сбить круглые бомбы ещё в воздухе, на подлёте. Но делать это становилось сложнее не просто с каждым днём, а с каждым часом. Стрел становилось всё меньше, а дальности едва хватало даже могучим оркам с мощными ростовыми луками.

К счастью, самой воительницы эти проблемы касались мало.

Её стрелы в определённом смысле никогда не кончались и летели значительно дальше выстрела даже самого искусного обычного лучника. А всё потому, что она была очень необычной женщиной.

Если уж соблюдать точность, сама она себя считала недоразумением.

Полукровка, родившаяся в семье эльфийки и орка. Волшебница, из-за нехватки таланта так и не вышедшая за пределы ранга подмастерья. Но имевшая достаточно маны, чтобы не стоять с мечом на передовой.

Не эльфийка и не орчиха, не магесса и не воительница. Что-то где-то между.

Посередине.

Её звали Эйленталь и в Лайенской республике её считали героиней, хотя она сама от этого звания усиленно открещивалась. Как ей казалось, она не сделала ничего, чтобы получать подобную похвалу, но на деле в её послужном списке хватало серьёзных заслуг. Оборона Фиршоа, прикрытие отступления при Леватэ, штурм Арколии. Окружающие считали, что она прирождённая дева битвы, не покидающая фронт из-за страсти к сражениям. Но на деле… Хотя Эйленталь давно отслужила свой обязательный срок, возвращаться к обычной жизни она не хотела.

Для работы в Университарии она была непригодна из-за бесталанности и, как следствие, недостаточности навыков и знаний. А в обычной жизни её ждали лишь косые взгляды и шёпот за спиной.

Ведь она полукровка.

Там не будет железного доспеха, скрывающего её странную внешность. Там не будет рёва сражений, заглушающих всякие сплетни. Там не будет её братьев и сестёр по оружию, которым уже давно наплевать на её собственную кровь, ведь они вместе проливали вражескую.

И не будет боевого прозвища, приводящего в восторг своих и заставлявшего опасаться чужих.

— Баллиста, пригорок возле дерева! — привлёк её внимание один из стрелков.

— Молодец, вижу! — острый взор полуэльфийки тут же выхватил две фигуры вдали, тащившие длинный ящик. — Идиоты, — хмыкнула она и взяла стоявший у стены чудовищного вида лук.

В две трети её немаленького роста, собранный из железных пластин, колёсных блоков и тонкой стальной тетивы. Этот лук был создан специально для Эйленталь по заказу патриархов одним известным магическим кузнецом из Гор Талага и после ещё дополнительно усилен зачарованиями Университария. До предела оттянуть тетиву подобного чудовища мог только тот, кто обладал орочьей или гномьей силой и при этом мог подпитывать маной усиливающие руны. И, так уж вышло, Эйленталь подходила под оба требования.

Не спуская глаз с подносчиков снарядов, по своей дурости и на радость полуэльфийке решивших сократить путь поверх осадных траншей, она зашептала короткую формулу одного из немногих доступных ей магических конструктов, и создала в руке длинную и тяжёлую каменную стрелу. Впрочем, стрелой она именовала этот каменный штырь лишь условно. Тонкий, острый, зверски крепкий и выглядевший словно кручёная верёвка. Эйленталь потратила двадцать лет на то, чтобы подобрать подобную форму, и совершенно не понимала, в чём именно заключается её секрет, но она позволяла каменной стреле обходиться без оперения. И данный факт полуэльфийку полностью устраивал. Ведь благодаря этому не нужно было носить с собой полный колчан, завися от запаса снарядов.

Лучница без стрел, которую уважал каждый, кто её знал.

Наложив каменный снаряд на тетиву, она послала в лук порцию маны и одним движением натянула стальную струну до самого уха, скрытого сейчас под шлемом.

Облачённая в специальный доспех, внушительного роста и широкоплечая, с магическим луком в руках. Её фигура вызывала трепет в сердцах как друзей так и врагов, полностью соответствуя обретённому за годы прозвищу.

Баллиста.

Гулко хлестнув по воздуху, стальная тетива послала стрелу ввысь и Эйленталь, опустив лук, приподняла забрало шлема, следя за полётом стрелы. Секунда. Три. Пять. И от пары подносчиков и их ящика со снарядами осталось лишь воспоминание в виде вспухшего пламенного гнойника, опавшего через миг и растёкшегося во все стороны, заливая напалмом ближайшие окопы.

Увидев взрыв, солдаты возле неё обрадованно взревели, а сама женщина удовлетворённо хмыкнула. Хоть и ненадолго, но этот участок стены теперь был в безопасности.

— Почти два полёта стрелы, чтоб мне провалиться, — с лёгкой завистью крякнул один из её подчинённых, — да ещё и точно в цель.

— Командир никогда не промахивается, — хмыкнул его сосед. — Помню, когда…

— А ну затихли, — беззлобно бросила Эйленталь. — Лучше падайте на пол и спите, пока есть передышка. Очерёдность обычная.

— Зашибись, можно полчаса харю плющить! Это же на целых полчаса больше, чем вчера! — один из стрелков, чья очередь на сон как раз была в первой волне, не теряя времени плюхнулся на пятую точку и привалился спиной к мерлону стены. — Если помру, не будите.

Вокруг раздались нервные смешки.

— Командир, тебе бы тоже поспать, — к Эйленталь подошёл её лейтенант и заместитель. — Жопой чую, через пару часов ублюдки что-то устроят.

— Я тоже так думаю, — кивнула женщина. — Поспать, говоришь…

— Вот только давай без «потом», — поморщился заместитель. — Я это слышал уже дважды за последних полтора дня.

Вздохнув, Эйленталь кивнула и, прислонив лук к стене, опустилась на каменные плиты. Когда она вообще спала в последний раз? Дня два назад? Если бы не… Стоило ей сесть и прикрыть глаза, как усталость мгновенно взяла своё, погрузив полуэльфийку в глубокое забытье без снов.

Когда её начали трясти за плечо, едва проснувшееся сознание Баллисты даже не могло сказать, сколько времени оно провело в спячке. И лишь открыв глаза, женщина увидела, что солнце уже начало касаться горизонта.

— Ралгур, чтоб тебя ворласки драли! — рыкнула она, подскакивая на ноги. — Почему не разбудил?!

— Так повода не было, командир, — пожал своими орочьими плечами лейтенант. — Даже парням удалось ещё по полчасика сверху перехватить. Люды притихли. Видать, готовятся к чему-то.

— К чему-то… — фыркнул пожилой эльф, — Кончать они нас собираются, Ралгур, вот и всё.

— Уже больше недели пытаются, — попытался возразить его сосед.

— Скажешь, безуспешно? Внешний рубеж отдали. Нашу первую стену чудом не проломили вчера. Сколько ещё протянут маги, латая её? Сколько мы вообще продержимся под постоянным навесным огнём Ходунов? Если бы не командир…

— Четыре дня, — хоть и без особой надежды, но твёрдо и уверенно огласила Эйленталь, прерывая упадническую речь. — Если продержимся ещё четыре дня, на помощь придёт подкрепление от северного патриарха.

— А много ли придёт, командир? — скептически хмыкнул один из лучников. — У северян хватает своих проблем и с резервами у них не густо.

— Этого мне не сообщали, — честно признала полуэльфийка. — Но иных вариантов у нас всё равно нет. Так, все по местам! Ублюдки зашевелились!

С высоты крепостной стены было хорошо видно оживление, начавшееся в осадных траншеях. Взгляд Эйленталь скользил по окопам, выискивая для себя интересную цель, но как назло, в пределах досягаемости её стрельбы были лишь рядовые. После того, как она подстрелила тех горе-подносчиков, лишний раз напомнив о себе, с передовой испарились даже сержанты. Можно было бы попробовать достать вооон того урода в неразличимых с подобного расстояния погонах, но Баллиста сомневалась, что ей это по силам.

Вскоре ей стала понятна причина оживления. В глубине долины, выход из которой перекрывала крепость, показались тёмные силуэты ненавистных каждому тельварцу машин.

— Тревога! — зычно выкрикнула она, чтобы слышно было и во внутреннем дворе. — Осадные Ходуны! Приводите магов в чувство! Все по местам!

После чего, вторя её словам, над окрестностями прокатился тревожный рёв сигнального горна.

Крепость Лейваенн была одной из ключевых в обороне текущих границ эльфийских земель, а потому патриархи не поскупились при её возведении ни на фортификационных магов, ни на радаст. Она должна была стоять перед лицом любых угроз, включая осадные машины людов. И, в целом, пока что с этой задачей справлялась. Но и только.

Ещё несколько дней и гарнизону перестанет хватать материалов для починки требушетов и баллист. Потом слягут от магического истощения чародеи. Мастера земли уже начали падать из-за необходимости регулярно латать повреждённые укрепления. Маги других элементов продержатся немного дольше, но их силы тоже на исходе. Мана восстанавливается слишком медленно, а у восстанавливающих эликсиров недостаточно сильный эффект. Запас артефактов для диверсионных вылазок уже исчерпан. От сотни специальных зачарованных стрел, способных поражать Ходунов, остался жалкий десяток — и то лишь потому, что отряд Баллисты их почти не тратил, благодаря её способностям. На других участках стены подобные снаряды уже давно извели. Единственное, чего ещё было в достатке, так это провизии и дров, но это мало помогало солдатам, жившим под постоянным давлением неприятеля, выматываясь морально и физически. Большинство из них с радостью променяло бы плошку супа на лишний час сна.

…А всё из-за того, что разведка прохлопала подготовку к нападению. Была ли это чья-то безалаберность? Или в их ряды затесалась крыса? Лично Баллисту это интересовало мало. Её беспокоило лишь то, что происходило здесь и сейчас. А сейчас на их позиции надвигалась новая десятка осадных машин.

Если «повезёт», они пройдут стороной вместе с пехотой, отправляясь куда-то вглубь эльфийских земель. Если нет, то гарнизон ждёт очередной обстрел. И только от расчётов требушетов и баллист, да навыков самой Эйленталь зависело, как долго он будет продолжаться.

Из своих неполных ста лет жизни, почти восемьдесят полуэльфийка провела с луком в руках, стоя на стенах различных крепостей и фортов, а потому была привычна к подобным ситуациям. Целься лучше, стреляй дальше, уничтожай сначала технику, потом людов. Она давно придерживалась этих нехитрых правил и предпочитала не задумываться об остальном, из-за чего раз за разом отказывалась от повышений, оставаясь в звании капитана.

Такая как она должна просто стрелять. О тактике и стратегии пусть думают те, кто так стрелять не может. И пока она способна поражать своих врагов, то выкарабкается из любой задницы.

Однако сейчас, пристально вглядываясь в покачивающиеся корпуса машин, её вдруг охватило предчувствие, что надвигающаяся задница может оказаться самой глубокой за всю её жизнь.

— Эй, Бралло, — не отрывая взгляда от Ходунов, окликнула она одного из своих подчинённых, единственного гоблина в отряде.

— Да, командира? — откликнулся тот, дёрнув ушами.

— Если мы сдохнем, ты мне ничего не должен, — ухмыльнулась Баллиста под шлемом.

— Серьёзнай?! — повеселел гоблин. — А ты уметь бодрить перед бой, командира!

Стрелки рассмеялись.

— Это где такое видано было, чтоб Баллиста согласилась карточный долг простить? — поинтересовался кто-то из отряда.

— На моей памяти — впервые, — хмыкнул старый эльф. — Может, командир приболела?

Стрелки начали наперебой выдвигать версии, а гоблин, немного подумав, спросил:

— А если нет сдохнуть?

— Тогда я выбью из твоей тощей задницы всё, до последнего медяка, — зловеще посулила Эйленталь.

— Печальна, — понуро опустил уши гоблин и после паузы крикнул. — Эй, ворласково детя, мы должен сдыхать, поняли?! Только попробуй хоть один стрела попасть в люд!

Отряд разразился гоготом и Баллиста удовлетворённо кивнула сама себе. Пусть и немного, но ей удалось расслабить мысли бойцов перед боем. Который обещал стать крайне неприятным.

Чем дольше женщина вглядывалась в приближающиеся машины, тем сильнее уверялась в мысли, что эти Ходуны какие-то необычные. Новёхонькие, с ещё не обгоревшей и не облупившейся тёмной краской. И словно бы небольшие. Их размеры казались Баллисте меньше не только осадного автоматона, но и противопехотного тоже, однако впечатление они производили более мощное.

Коренастые, крепко сбитые, с орудиями непривычной формы. Эйленталь невольно сравнила их с гномами от мира машин. Совершенно незнакомые очертания скосов брони, крупные спаренные пушки на паукообразных спинах и… Поначалу женщина думала, что ей показалось, но чем ближе становились машины, тем очевиднее было, что и скорость передвижения у них тоже совершенно иная.

— Живо к защищённым бойницам, — скомандовала Эйленталь, проверяя в последний раз, в порядке ли лук. — Глаз не сводите с этих железок и держите наготове магические стрелы. У нас ещё осталось немного.

— Есть! — хором рявкнул отряд и снялся с места, дружно побежав к лестнице во внутреннюю часть стены.

Заместитель Эйленталь немного задержался, наблюдая за непривычно быстрым приближением новых машин, и наконец буркнул:

— Опять какое-то новое дерьмо придумали.

Вздохнув, он сделал пару шагов в сторону лестницы, как вдруг встал и обернулся к Эйленталь.

— Командир, если мы всё таки сдохнем, — начал он и вдруг ухмыльнулся. — Знай, я всегда любил... твой стальной пресс!

— Катись уже! — рыкнула Баллиста и уже нацелилась двинуть лейтенанту в ухо, но тот ловко увернулся и шустро припустил в сторону лестницы.

Эйленталь ненадолго задумалась о том, чтобы пустить стрелу в его орочий зад для дополнительного ускорения, но в итоге пожалела своего заместителя, уже добежавшего до лестничного пролёта.

— Народ, я признался!.. — донёсся до неё приглушённый вопль, полный радости и гордости.

— Балбес… Всё таки надо было засадить стрелу, — пробормотала женщина и вздохнула, пряча под шлемом лёгкую улыбку.

Верхняя часть стены по всему периметру крепости стремительно пустела. Никто не хотел оказаться под открытым небом в момент, когда Ходуны начнут поливать укрепления магическими снарядами. Единственными, кому приходилось оставаться снаружи, это дежурным расчётам установленных в крепостном дворе требушетов. И Эйленталь.

В отличие от обычных баллист, установленных в специальных помещениях внутри стены, Баллисте приходилось оставаться наверху, дабы ничто не ограничивало её уникальный метод стрельбы. Кроме того, так было проще реагировать на манёвры вражеской техники.

Поставив одну ногу на возвышение между мерлонами, Эйленталь пробормотала заклинание и поднесла стрелу к тетиве, ожидая, когда автоматоны подойдут достаточно близко для уверенного попадания.

Эйленталь не отдавала себе в этом отчёт, но её фигура, одиноко возвышающаяся над парапетом стены, была словно символ. Символ того, что оборона ещё не сломлена. Рдеющие всполохи закатного солнца, омывающие доспех воительницы жидким янтарём отсветов, превращали её фигуру в пылающий факел. Факел надежды для гарнизона крепости и факел неугасающего сопротивления для фиарнийцев. И те и другие знали — пока жива Баллиста, Лейваенн будет стоять.

Вот только если бы прямо сейчас кто-нибудь поделился этими мыслями с самой Баллистой, она бы нервно рассмеялась ему в лицо. Потому что подозрительные Ходуны оправдали худшие её ожидания и устроили поганый сюрприз, остановившись слишком далеко для уверенного прицельного огня.

— Да вы шутите нахрен!.. — изумлённо выругалась она, наблюдая, как замершие машины выдвигают орудия на полную длину и поднимают жерла вверх в наводке на цель.

Сердце полуэльфийки лихорадочно забилось, подгоняемое паникующим разумом. Слишком далеко. Слишком далеко, даже для неё! Если приложить все силы, возможно, она и сможет достать, но какой в этом толк, если стрела окажется почти на излёте?!

Зловеще сверкнули орудия и в небо взмыли снаряды. Не привычные, сине-лиловые, а угрожающе-красные. Скрипнув зубами, Эйленталь послала в лук порцию маны и натянула стальную тетиву. Расстояние. Ветер. Колебания стрелы. Угол выстрела. Сила натяжения. Нужно больше силы! Ещё больше!

Чудовищный лук в руках хозяйки опасно выгибался и жалобно скрипел. Тетива практически гудела от напряжения и Баллиста чувствовала, что каждая мышца, каждая жила в её теле сейчас натянулась не хуже, выжимая из себя всё, что имела.

— Пошла! — взревела она, отпуская тетиву, и в тот же миг её крик заглушил грохот разрывающихся магических снарядов, рухнувших на крепость.

Стена под ногами Баллисты покачнулась, словно спина исполинского зверя, и она грязно выругалась, едва успев восстановить равновесие. Мощь красных снарядов оказалась просто запредельной. Усиленный радастом камень стонал от обрушившейся на него энергии и сдаваясь под её напором. Позади женщины раздался треск и, оглянувшись, она увидела, как целый кусок второй, внутренней стены медленно оседает вниз, хороня под обломками один из требушетов.

В этот момент Эйленталь чётко осознала, что её горе-подчинённому и правда не придётся возвращать долг.

Спешно выплюнув заклинание, она создала новую стрелу. Судьба первой осталась для неё неизвестной — помешали взрывы. Хотя бы попала ли о…

Повернув голову обратно к Ходунам, Баллиста заметила, что позиции машин после прошлого залпа изменились. Некоторые выдвинулись вперёд, другие отошли назад, левее, правее, кучнее, реже. И те, что решили продвинуться дальше к крепости, словно напрашивались на выстрел. Женщина ухмыльнулась и начала натягивать тетиву.

Выстрелить она не успела. Вновь сверкнул залп осадных машин и ей пришлось броситься в сторону, так как один из снарядов летел прямо на её позицию. Зачарованный доспех, подаренный ей когда-то западным патриархом за спасение его дочери, возможно, и смог бы выстоять против подобного попадания, ресурс рассеивающего магию артефакта ещё не подошёл к концу, но проверять его на прочность против красных снарядов без весомого повода Баллиста не собиралась.

Алый сгусток магической энергии, зловеще гудя, пролетел над тем местом, где стояла женщина, и рухнул во двор, присоединившись к своим разрушительным собратьям. Большая часть требушетов, едва успевших сделать по паре выстрелов, уже оказалась выведена из строя. Да и толку от них было чуть — разве что устрашать людскую пехоту.

А положение машин, тем временем, вновь изменилось. И как не силилась Эйленталь, она не видела в этом никакого смысла. На этот раз она не стала готовиться к выстрелу и принялась пристально наблюдать за тем, что же на самом деле делают Ходуны после залпа.

Жерла машин выплюнули новый залп и после этого воительница наконец увидела, что происходит. Выстрелив, каждый автоматон начинал двигаться. Двигаться случайным образом. Тот, что стоял сейчас впереди всех, сместился влево, потом назад, потом снова влево. Самый дальний дважды отошёл вправо, а потом ещё дальше назад. Каждая машина, словно следуя некоему приказу, делала три перемещения, в которых не просматривалось никакой логики.

Шаг, шаг, шаг, несколько секунд подготовки, выстрел. Шаг, шаг, шаг, несколько секунд подготовки, выстрел. Шаг, шаг, шаг, несколько секунд подготовки, выстрел.

Залп за залпом падал на Лейваенн, отгрызая от крепости всё новые куски, а Эйленталь всё ещё не могла понять принцип этих движений. Их цель. Происходящее напоминало полуэльфийке какой-то дурацкий танец, смысл которого…

Просто не давать ей времени на пристрелку.

Эта простая и ясная мысль вспыхнула в её разуме подобно магической лампе, озарив всё происходящее ярким светом смысла. Эти Ходуны тут ради неё. Люды создали эти безумные машины специально против таких магических лучников как она. Быстрые, мощные, ещё более дальнобойные и не требующие закрепления на конкретной позиции для стабильных залпов.

Мало того, что они вели огонь с огромного расстояния, так ещё и оставались на месте перед выстрелом всего секунды на три. Этого было мало. Слишком мало, чтобы иметь хоть какую-то надежду попасть!

Защитная перчатка протестующе скрипнула, когда Эйленталь нервно сжала державший лук кулак. Положение выглядело отчаянным, но сдаваться она не собиралась. Кое что она всё таки заметила. Как бы странно не двигались машины, они старались не покидать некую незримую границу, которая берегла их от столкновения между собой. А значит… если планомерно обстреливать такой участок, рано или поздно она сможет попасть!

Оставалось лишь вложить в выстрелы всю свою силу, чтобы стрелы смогли нанести какой-то урон.

Плёвое дело.

Она с этим справится.

Отбежав в сторону от очередного снаряда, Баллиста создала стрелу.

Она знала, что этот план был сродни безумию, но других вариантов женщина не видела. Будь она хоть немного ближе, хотя бы на четверть дистанции, то она без проблем бы разделалась даже с такими суетливыми железяками. Но добиться этого можно только с помощью вылазки на позиции людов, и этот план был ещё более безумным, чем выбранный полуэльфийкой. А потому Эйленталь скрипела зубами, рычала и, наплевав на дикую боль в мышцах, посылала в сторону шныряющих словно жуки машин стрелу за стрелой. От жжения, растекающегося по телу расплавленным металлом, туманился разум и темнело в глазах.

И Баллиста слишком поздно заметила снаряд, летевший точно на неё.

Она бросилась в сторону, однако красный шар таки зацепил женщину и обжигающим ударом разорвал левую часть доспеха в клочья, закрутив полуэльфийку словно брошенную тряпичную куклу. На пару мгновений Баллиста потеряла сознание, но быстро пришла в себя и резким движением сбросила с головы раскалившийся шлем.

Рассеиватель магии всё же справился и уберёг Эйленталь от смертельного урона, но рассыпался в пыль вместе с частью доспеха. Однако будь это прямое попадание, женщина гарантированно была бы мертва.

Но это мало беспокоило Баллисту, потому что самая важная часть её тела таки получила страшную рану. Огромный лук, отлетевший в сторону, лежал у парапета стены. Погнутый и с порванной тетивой.

Откинув со лба слипшиеся от крови светлые волосы, Эйленталь, пошатываясь, подошла к своему верному другу, вместе с которым сражалась уже многие годы, и взяла его в руки, не обращая внимания на очередной ухнувший над головой залп.

Даже если его и можно было починить, то не в текущих условиях. И это был конец. Пускай Эйленталь таки смогла подбить одну из машин во время своей безумной стрельбы, повлиять на дальнейшее она была уже не в силах. Без этого лука и защитного доспеха она превратилась в обычную женщину. Здоровенную, нескладную и с дурацкими клыками, доставшимися от отца вместе с фигурой. Она могла бы сойти за орчиху и не знать бед, но вот цвет волос, кожи и некоторые черты лица ей достались от матери. Намертво приклеив к ней звание полукровки.

Впрочем, это уже ненадолго. Крепость была обречена и Эйленталь вместе с ней. Подняв к темнеющему небу взгляд светло-зелёных глаз, она апатично наблюдала за тем, как к укреплениям приближается очередной залп.

Неожиданно воздух взрезала тревожная трель, зазвучавшая на востоке, и женщина, очнувшись от своего ступора, с удивлением поняла, что это надрывается фиарнийская тревога. Неужели подкрепления?!

Удержавшись на ногах после очередного попадания снарядов в Лейваенн, полуэльфийка кинула взгляд в ту сторону и обомлела. Над тёмными кронами леса, лежавшего за долиной, возвышалась чёрная гора. Она колыхалась словно живая и, кажется, двигалась в сторону крепости.

Эйленталь, окончательно перестав понимать, что происходит, бессильно зарычала. Мало им было этих новых Ходунов, так ещё и какой-то монстр выполз из леса. Откуда он вообще взялся?! Это же безопасный регион!

— И молвила Богиня: «Не дай детям моим погибнуть бесславно».

Прокатившаяся по окрестностям громогласная речь ввела женщину в ступор. Кто это был? Какая богиня? Дети?

— «Протяни им руку свою в трудный час и одари защитой своей».

Каждое слово, каждая буква словно пронзала насквозь её тело, заставляя дрожать.

— «Покарай фиарнийскую гниль, что покусилась на их мечты, надежды и жизнь».

Тёмная гора сверкнула чем-то зелёным и тонкие лучи прорезали сумерки, скользнув где-то по открытой местности позади восточной стены.

— «Пусть познают захватчики Гнев Божий, а дети Тельвара — радость и свет нового дня!». Такова была воля Богини Аллегри. И я, Владыка демонов Нотан, прибыл её воплотить!

Глава 18. Сувенир

Выдав свою приветственную речь, я устало плюхнулся на торчавший из макушки Флюга костяной трон и, вытянув ноги, душераздирающе зевнул. Благодаря возросшим уровням «Стоика» и «Марафонца», у меня вышло добраться до осаждённой крепости всего-то за два дня вместо трёх, но из-за этого я ощущал себя не лучшим образом. Шутка ли — начиналась уже третья ночь с момента моего возвращения в Тельвар и всё это время я постоянно куда-то мчался, ещё ни разу даже не поспав.

И если бы кто-то узнал, каким образом я вообще сюда добирался, то точно не смог бы воспринимать меня как Владыку всерьёз. Много ли история знает Владык, спешивших к кому-то на помощь… бегом? А вот я таким стал. Как бы ни был велик мой запас маны, бесконечно кататься на землеборде я не мог. И когда магия подходила к концу, мне приходилось переходить на мускульную силу. И всё ради того, чтобы добраться до Лейваенна как можно быстрее.

Если бы не вынужденное путешествие в мир богов, провернуть такой фокус мне бы точно не удалось. Если первый ранг «Марафонца» просто средне увеличивал физическую выносливость, то второй ранг умения увеличивал её ещё больше и, в качестве бонуса, позволял в течении некоторого времени игнорировать усталость. Ну или превозмогать, если по простому. В целом, полезно в подобных ситуациях, особенно учитывая тот факт, что умение давало возможность не спать несколько ночей. Однако я уже ощущал, что и откат от подобного подвига станет существенным. Как минимум, отсыпаться придётся долго. А ещё, уверен, не помешает перед этим наложить на себя целебную магию. Но, так или иначе, главное, что это позволило мне сюда добраться в разумные сроки.

Впрочем, не «Марафонцем» единым жив Владыка. «Стоик II» тоже сыграл в этом немаловажную роль. Вот только его эффект был куда более неопределённым и неконкретным, нежели у «Марафонца». Изначально умение лишь наделяло повышенной сопротивляемостью к обычным токсинам. Теперь же оно даровало против них полный иммунитет, а также начало защищать от духовных ядов. Незначительно, но и то хлеб с маслом. Хотя я чувствовал, что после браги Диониса мне уже море по колено. Но самое интересное, что теперь «Стоик» мог с незначительным шансом преобразовать воздействие обычного токсина в случайный положительный эффект.

Умение прямо таки в духе Аллегри.

В итоге, мой путь до Лейваенна выглядел следующим образом. Когда заканчивалась мана, я бежал сам. Когда она восстанавливалась, я садился на самоходный каменный трон, чтобы отдохнуть физически, и обнимал мешок со своей любимой ядовитой черешней, закидывая её в рот горстями.

Ускорение регенерации маны, снятие усталости, дальнозоркость, увеличение силы, улучшение настроения, мгновенное мытьё головы, массаж ног, прибавка к… кхм, мужской гордости, ускорение мышления. По дороге сюда я ощутил на себе несколько десятков различных эффектов и сильно сомневался, что испытал их все, даже не смотря на то, что время от времени некоторые повторялись. Правда, сила каждый раз была разной, тоже определяясь Рандомом, а продолжительность действия варьировалась от десятка секунд до нескольких минут.

И, как и положено Рандому, большую часть времени он подсовывал слабосильный мусор и лишь один раз за почти весь мешок ягод я ощутил как моя мана махом восстановилась сразу аж на половину объёма.

Но как бы круты ни были новые ранги умений, у организма имелся свой предел, превзойти который мелкими подачками Рандома было просто невозможно. И, пусть медленно, но я всё же выматывался. Хотя, если бы «Стоик» соизволил бы хоть раз подкинуть мне какое-нибудь великое восстановление выносливости, я бы наверное не зевал сейчас как последняя сволочь.

— Флюг, они все твои, — вяло махнул я рукой. — Газом не пользоваться. Тех, кто в крепости, не трогать.

Я бы с удовольствием уснул прямо сейчас, но, боюсь, настолько полагаться на сообразительность некроголема не стоит. Хотя картина наверняка вышла бы эпичная. Буйствующий монстр из легенд, наводящий ужас на всё живое, и безмятежно храпящий на его макушке Владыка демонов.

Дела крепости выглядели настолько неважно, что с первого взгляда становилось ясно — задержись я ещё немного, и спасать было бы уже некого. Внушительный бастион и окружавшие его два кольца стен зияли крупными ранами от попадания вражеской артиллерии, из которых поднимался жирный красноватый дым. В самом здании крепости, кажется, не то начинался, не то уже затухал огонь пожара, но с текущего расстояния я не мог сказать, насколько сильно пострадали внутренние помещения. Вроде бы, тут в гарнизоне есть штатные маги. Буду надеяться на то, что они держат ситуацию под контролем.

За тем, как Флюг разбирается с войсками людов, я наблюдал в полглаза. Скорее для подстраховки, чтоб монстр ничего не учудил, чем из интереса. В конце концов, всё это я видел уже не раз. Что нового я там мог обнаружить? Скука.

А от того в сон клонило ещё больше.

Я вновь зевнул.

Скопление войск по южной стороне выглядело более массивным, чем на северной, а потому я сначала направил свой комбайн смерти именно туда. Флюгегехаймен неспешно полз по позициям людов, поливая их душем из зелёных лучей, заплёвывая костями и добирая уцелевших тентаклями. Изредка я покидывал в стороны молнии, но больше для острастки и напоминания о себе, чем для помощи Флюгу. По сути, я даже не смотрел, куда, собственно, их кидаю. В сторону людов и ладно.

Глядя на плотное окружение, меня слегка кольнула совесть. Если бы Орен не ушёл с головой в разработку рейлгана, возможно, он уже довёл бы свою бомбу до серийного производства. И тогда ситуация у Лейваенна не сложилась бы столь печально. Не знаю, насколько сложное и дорогое у неё производство, но штук пять таких малышек, правильно заброшенных требушетами, могли бы изрядно облегчить жизнь защитникам.

Надо будет с ним поговорить на эту тему. Выгорит ли история с рейлганом ещё вопрос, а бомба — вот она, почти готовая.

…Но как же много вокруг повреждённых Ходунов. Только неподалёку я видел штук двадцать автоматонов разной степени раскуроченности — начиная теми, что просто устали и прилегли отдохнуть на брюхо, заканчивая разложившимися на запчасти из-за взрыва энергосистемы. Осада явно была крайне жаркой для обеих сторон. Однако чем люды так потрепали крепость? Орудия гексаподов не способны наносить защищённому радастом фортификационному камню подобный урон. Иначе бы любая крепость тельварцев разносилась в клочья за два притопа и три прихлопа.

Неожиданно взгляд выцепил на пустынной стене одинокую женскую фигуру со странным луком в руке. Она стояла перед одной из брешей, перерезавшей дальнейший путь, и, кажется, смотрела в мою сторону. Выглядела она весьма потрёпанной, от левой половины доспеха остались одни лохмотья, но на ногах воительница держалась твёрдо. Интересно, что она тут делает в одиночестве? И что это, мать вашу? Блочный лук? Впервые вижу подобное в Тельваре.

Я попробовал сфокусировать «Взор Мудреца» на диковинке и увидел прелюбопытнейшее описание:

«Людобой»

Рейтинг: ★☆

Усиленный магический лук для стрельбы на сверхдальние расстояния.

Однозвёздочный артефакт с потенциалом развития? Любопытно. Мне, конечно, по дороге попадалось не так много именных предметов, но я впервые видел вещь с потенциалом.

Женщина на стене неожиданно крутанула головой, глянув куда-то, после чего сразу неразборчиво мне закричала и замахала рукой в сторону запада, словно пытаясь на что-то указать. Кинув взгляд в указанном направлении, я увидел, как к нам с Флюгом стремительно приближаются странные красные снаряды.

Ох, ты ж!.. А это что-то новенькое!

Уверен, это был залп Ходунов, но снаряды отличались от обычных, а потому ничего хорошего я от них вообще не ждал. Может, крепость разворотили именно такими гостинцами? Уж больно они необычные…

Размышляя об этом, я уже привычно развёл руки и, быстренько настроив параметры заклинания, отправил навстречу алым шарам свой подарок. Вышло немного поздновато и когда снаряды растеклись в небе инфернальным заревом, в лицо ударила удушающая волна жара и силы. Однако…

Красные снаряды ощущались в разы опаснее обычных лиловых и теперь у меня не оставалось сомнений в том, что стало причиной настолько значительного повреждения Лейваенна. Скосив взгляд на воительницу, я увидел, что та завороженно наблюдает за бушующим в небе морем алого огня, прикрывшись от жара правой рукой. Между прочим, а здоровущая же она… Если бы не цвет кожи и волос, я бы с лёгкостью принял её за орчиху. Неужели бывают такие эльфийки?

Резкая сигнальная трель фиарнийцев, прокатившаяся где-то дальше по курсу, переключила моё внимание и я глянул на поле боя. Ещё не ставшие добычей Флюга люды, перестав тщетно сопротивляться, оставляли свои позиции и со всех ног бежали на запад. Это был сигнал к отступлению? Так, а ну вернулись! Флюг ещё не наелся!

Нет, во мне не проснулась вдруг Владыческая кровожадность, то был чистый прагматизм. Чем меньше людов сможет покинуть эту долину, тем позже они вернутся для контрнаступления. Если уж я решил ввязаться в историю со спасением Лейваенна, то нужно сделать всё на совесть. И, так как Флюгегехаймен не отличался скоростью, я послал в сторону беглецов мощную звуковую волну. Убить не убьёт — расстояние великовато, да и столько силы как в «Сандертрак» я в заклинание не вливал, но сбить с ног и контузить вполне может, особенно ближайших. А дальше мой монстр сам со всем разберётся.

И он разбирался. Костяные снаряды щедрыми веерами разлетались в разные стороны, прибивая людов к земле подобно гвоздомёту. Зелёные лучи, плясавшие вокруг Флюга, устраивали настоящую дискотеку смерти, оставляя за собой лишь шипящие дымящиеся борозды и разрезанные тела. А если кому-то повезло избежать и того, и другого, то щупальца из гнилой плоти хватали вопящих бедолаг и стремительно засасывали внутрь. О их дальнейшей судьбе я предпочитал не задумываться, но как минимум все люды, и живые, и мёртвые, попавшие в чрево Флюгегехаймена, служили пополнением его костяного боезапаса. Что до брони из плоти, то с этим у некроголема сейчас был полный порядок, а потому излишки он просто сбрасывал на землю, оставляя за собой внушительную колею из мертвечины.

Однако методичное и даже монотонное уничтожение вражеских войск оказалось прервано показавшимися с западной стороны крепости автоматонами. Они бодро вырулили из-за стены вереницей из пяти машин и, остановившись буквально на пару секунд, всадили по нам с некроголемом из странных спаренных орудий. Я без труда остановил снаряды звуковой волной, но из-за того, что машины стреляли прямой наводкой и с относительно близкого расстояния, взрыв произошёл близко от земли и перед Флюгом забурлила Преисподняя. Магическое пламя, расплескавшись по земле, словно вскипятило почву и мгновенно испарило всех фиарнийцев, попавших под удар, как ещё живых, так и уже мёртвых.

Некроголем возмущённо завибрировал и я услышал, как нижняя часть его туловища смачно зашкворчала, поджариваясь на огне. К счастью для Флюга, энергия снарядов уже потеряла стабильность и довольно быстро развеялась, оставив после себя лишь несколько пылающих очагов. Однако от земли впереди всё ещё шёл нестерпимый жар. Машины, тем временем, начали рассредотачиваться, явно собираясь постепенно взять Флюга в кольцо.

Что это за Ходуны вообще, блин? На первый взгляд это были всё те же гексаподы, однако их конструкция выглядела непривычной, а «Взор Мудреца» сразу же отреагировал, едва я задумался о нём.

«Паук Тетта»

Экспериментальная полуавтоматическая боевая машина Фиарнийской империи. Тяжёлая осадная установка новой модели на высокомобильном шасси. Ускоренное наведение. Примитивная система уклонения от вражеских атак.

Я аж присвистнул. И ладно бы дело оказалось в том, что «Взор» наконец начал показывать подробности о вражеской технике вместо вопросительных знаков, но люды действительно выкатили какую-то новую и крайне злую игрушку! Нехорошо. Очень нехорошо. Это что же, я подоспел прямиком на полевые испытания? Ну что, тогда мне нужно срочно подпортить испытателям несколько отчётов! Ни одна из этих машин не должна остаться на ходу.

— Флюг, забудь ненадолго о живых, наша цель — чёрные железные жуки! — скомандовал я монстру.

Сонливость отступила на второй план и, когда орудия сверкнули, предвещая новый залп, я уже был готов к ответу, благо железяки не успели разбежаться слишком широко.

В этот раз я действительно не поскупился на силу. Я ещё помнил тот факт, подслушанный моими гоблинами, что удар «Сандертрака» перегрузил и вывел из строя все техномагические приблуды людов в зоне поражения. И сейчас я собирался использовать тот же принцип, надеясь, что после этого мне уже не понадобится большой объём магии для продолжения банкета. Главное — не зацепить краем заклинания стены крепости.

…Снаряды снесло. Их не остановило посреди дороги, не удержало на подлёте. Их просто размазало ровным слоем по магической звуковой волне и швырнуло обратно на Ходунов. Огненная стена захлестнула машины подобно девятому валу во время шторма, утопив в алом бурлящем киселе энергии, и продолжила свой путь дальше на запад, рухнув на позиции фиарнийцев яркой смертоносной кляксой. Рдеющее пятно выглядело словно выплеснутая из банки краска и, где могло, быстро расширялось, стекая в осадные траншеи и окопы словно расплавленный металл в заготовку. Часть этого «шлепка» пришлась на корпус обычного повреждённого Ходуна и через пару секунд гексапод разорвало в клочья мощным взрывом. Поняв, что сейчас может произойти, я перевёл взгляд на экспериментальных «Пауков» и как раз в этот момент Флюгегехаймен чиркнул по ним пучком своих зелёных лучей. Чтобы уж точно и наверняка.

После чего пространство впереди потонуло в цепочке оглушительных взрывов, а меня самого едва не выкинуло из костяного кресла. Ворласкова отрыжка, говорила ведь мне мама, сначала подумай, потом делай! Хоть и сильно запоздало, но я всё же воздвиг перед собой защитные каменные пластины и убрал их лишь после того, как всё окончательно затихло.

Кусок долины впереди превратился в иллюстрацию не то к военному фильму, не то к фильму-катастрофе. Вокруг глубоких воронок валялись искорёженные обломки машин, которые медленно облизывали остатки пламени. Вместо кляксы магической энергии на фиарнийских позициях теперь лежал чёрный ожог опалённой земли и множество тел вокруг него. Не то задетых силой обратного удара, не то попавших под мой звуковой залп. Бездна теперь разберёт, чем именно их накрыло.

Флюг, видимо решив, что предыдущий мой приказ можно считать выполненным, медленно полз вперёд и, миновав воронки, начал неторопливо собирать тела, всасывая их с жадным чавканьем. Не считая этих звуков, над полем боя царило полное безмолвие. И лишь где-то достаточно далеко впереди визжали трели тревог и мельтешили люды. Впрочем, я сомневался, что после такого они решатся на хоть какие-то действия, кроме спешного бегства.

Пока Флюг упоённо пировал и пополнял боезапас, я заметил неподалёку ещё одного экспериментального Ходуна. Тот выглядел подбитым и лежал на земле, завалившись правой стороной в один из окопов. Проехать мимо такого трофея я никак не мог, а потому сразу направил некроголема в ту сторону и приказал спустить меня вниз, когда мы добрались.

Пока монстр наворачивал круги по окрестностям, продолжая свою работу, я внимательно оглядел чёртову железяку. Машина выглядела явно брутальнее и технологичнее обычных гексаподов. Более сложные приводы лап, бронепластины толще обычных и уже не покато-округлые, а гранёной, рубленой формы, чёрная и новёхонькая глянцевая краска. При этом, корпус, кажется, был ощутимо компактнее. Но главное — это чёртова спаренная пушка на спине у машины. Здоровенная дура с непонятной приблудой в хвостовой части орудий, из которой в корпус машины уходил толстенный пучок чего-то вроде кабелей. Кстати говоря, если подумать, жерл тут два, а снаряд вылетал всегда один. Орудия вели огонь по очереди? Или же всё ещё сложнее и один мощный снаряд зарождался путём хитрой синхронизации двух источников? Ну, сам я в этом точно не разберусь.

Кстати, даже странно, что машина не самоподорвалась, когда её вывели из строя. Её корпус был пробит в двух или трёх местах, а из одного сочленения передней лапы торчал странный штырь, напоминавший не то сверло, не то бур. На ощупь оказавшийся каменным и со следами магического воздействия.

Оглянувшись на крепость, я бросил взгляд на зубцы стены, между которых вновь увидел ту самую воительницу. Вспомнив, что у неё в руках был артефактный лук, я снова глянул на штырь.

— Это она его так, получается?..

Ладно, сейчас это не так уж важно. Коснувшись гексапода рукой, я отправил железяку в Хранилище. Орену такой сувенир ой как понравится. А его технический отчёт понравится тельварской разведке ещё больше. Наверняка ведь прохлопали разработку.

— Флюг, назад! — приказал я некроголему. — Побаловался и хватит.

Ползать за трупами он может до самого утра, а я спать хочу, между прочим.

Отправив монстра в карман следом за трофейным Ходуном, я размял уставшее тело и, зверски зевнув, глянул в сторону бегущих людов. Сейчас бы толкнуть что-нибудь возвышенно-пафосное, во имя Богини-матери и всё такое… Но я настолько устал, что мозги уже вообще не ворочались. Надеюсь, Богиня-матерь простит мне эту слабость.

Простишь же?

Кинув взгляд на небо, я повернулся к фиарнийцам спиной и, зевнув ещё раз, на последних волевых создал землеборд, покатив в сторону крепости.

Надеюсь, у них там найдётся кроватка для своего спасителя.

Глава 19. Лайенское гостеприимство

Как оказалось, я свою усталость сильно недооценил. А точнее, недооценил откат от закончившегося «режима превозмогания». Хронику того, каким образом я доехал до крепости, мой разум хранил уже крайне слабо и смазанно. Помню, мне кричала та воительница со стены. Кажется, приглашала внутрь. Не припоминаю, что я ей ответил, но после этого я сделал себе аккуратный проход через стену, чтобы не ломать чужую защитную печать из магии земли на воротах. А дальше… Меня тепло встретили, вышла большая приветственная делегация. Воины салютовали копьями. …Или пытались проткнуть? Да не, глупости какие. Я же их спас.

Та большая эльфийка тоже вышла меня встречать. Хм… Помню, наложил на неё исцеление. Разве она была ранена? Наверное да. Хотя можно ли ранить такие мышцы? Ей бы на Мисс Олимпию записаться. Потом… Её отвели в сторонку какие-то орки? Или увели? Ничего не помню. А ведь приятная была женщина, хотела мне экскурсию устроить… Кажется. А дальше? А дальше я вообще ничерта не помню.

И от того мне становится ещё интереснее, почему я очнулся не на тёплой и удобной постели, а в каком-то занюханном и тёмном подвале с решёткой, связанный по рукам и ногам, да ещё с кляпом во рту?

— ХХМММФП! — испытывая глубочайшее возмущение, я задёргался и немедленно выразил его в вербальной форме.

Экспрессии хватило с головой, но вот произношение подкачало. Нужно поработать над артикуляцией.

— Даааа, а ты горазд поспать, праволевый, — раздался в сторонке голос Кардеи.

Повернув голову, я увидел как мелкая богиня висит где-то в метре от меня и скептически смотрит, сцепив руки за спиной.

— МММХФП?!

— «Что случилось», говоришь? — она задумчиво глянула на потолок и скрестила руки на груди. — Ну, тебя отказались пустить в крепость и попросили удалиться как можно дальше… Только в некультурной форме. Большая женщина на стене пыталась кого-то переубедить, но её не послушали. Тогда ты сказал, что не гордый и войдёшь сам, потому что сильно спать хочешь.

— Хфффммм, — сказанное меня слегка озадачило.

Я уже настолько не соображал в тот момент? Видимо да.

— Ты так перепугал этих бедолаг, что они чуть не подняли тебя на пики, но боялись подойти из-за ауры. Та большая женщина пыталась за тебя вступиться, но какой-то важный дядька приказал её увести, а тебя оглушить и связать. Они потом ещё пытались твой язык отрезать, чтоб колдовать не начал, когда очнёшься, но не смогли даже царапинки оставить. Ты бы видел их рожи!..

— Эй, что за болтовня в карцере?! — раздался рык из коридора. — Кто проник?!

Рык сменился шумным топотом и перед решёткой, отделявшей моё узилище от остальной крепости, возник потрёпанного вида гном с обгорелой бородой. Бешено вращая глазами, он собирался уже навести предписанный уставом порядок в вверенном ему помещении, но увидел висевшую в воздухе фею в цветочном бикини и окаменел.

— Ммхмф ууумпх, — вежливо поздоровался я.

— Что за… Бездна меня пожри, это ещё что? — сипло спросил он и потёр глаза, вытаращившись на Кардею. — Я ж ни капли вчера…

— Не «что», а «кто», неотёсанный смертный! — хмуро поправила его фея, подлетев к решётке. — Пади ниц и выкажи уважение, ведь перед тобой Кардея, величайшая в обозримой Вселенной Богиня!

Я на почти физическом уровне ощущал тяжёлый мыслительный процесс, проходивший прямо сейчас в голове у гнома-тюремщика. Он был сумбурен, тягуч как патока и закручивался в причудливые спирали вместе с ошалелым вращением глазных яблок.

— Ты что, глуховат? — спросила богиня, так и не дождавшись ответа.

— Ааа, к Предкам! — наконец пришёл к умозаключению гном. — Пойду старшего позову!

После чего тюремщика как ветром сдуло. Кардея, вылетев между прутьями в коридор, проводила его взглядом и насмешливо фыркнула.

Немного поразмыслив о превратностях жизни, я создал под верёвками слой из камня, после чего резко расширил его, разрывая путы. С кляпом вышла заминка. Поначалу я хотел его цивилизованно развязать, но узел оказался мне не подвластен, так что пришлось наколдовать из камня острое лезвие и решить вопрос радикально, перерезав скрученную жгутом тряпку.

— Пытались язык отрезать, говоришь? — осторожно расшевелив сведённые мышцы челюсти, спросил я фею, с интересом наблюдавшую за моим освобождением.

— Ага, — радостно кивнула коротышка. — Человек пять пробовало, по очереди. Последний аж вспотел от старания. Никак не могли поверить, что такое вообще возможно.

— А ты, значит, даже не пыталась их остановить?

— А надо было? — недоумённо склонила голову к плечу Кардея. — Они же всё равно ничего не смогли бы сделать.

— Они лезли ко мне в рот немытыми руками! — возмутился я.

— Фу, какой кошмар! — ужаснулась фея. — Если подумать, у того гоблина ногти были…

— Стоп! Достаточно! Ни слова больше! — завопил я, испытывая навязчивое желание хорошенько проплеваться, и тяжело вздохнул. Как же тяжело со всеми этими богинями… — Скажи лучше, как давно я тут валяюсь?

Сей вопрос я задавал не из праздного любопытства, а из-за зверского голода, который после моего пробуждения поднимал голову всё выше и настойчивее.

— Тебе в божественных днях или местных? — педантично уточнила Кардея.

— В местных.

— Три дня уже, — коротышка прямо в воздухе улеглась на бок и подпёрла голову рукой. — Я уже даже подумывала тебя разбудить, чтобы поскорее отправиться за пи… подношениями, но ты очнулся сам.

— Понятно… — пробормотал я. Как и ожидалось, восстановление заняло приличное количество времени. — Кстати, а сколько бы это заняло в божественных?

— Не имею ни малейшего представления, — дёрнула плечиком фея.

— Тогда зачем спрашивала?!

— Да просто к слову пришлось. Так что, когда за пирож… подношениями? — по факту, она даже не пыталась скрывать свой истинный интерес, так как от замены слова суть никак не менялась.

— Сначала я бы хотел понять, за что и почему нас сюда сунули, — сообщил я, оглядывая узилище.

Оно навевало воспоминания о старых добрых деньках, во время которых я познакомился с Шарли. Комнатушка была метра два на два, без каких либо удобств — даже без ведра! Скудный свет приходил откуда-то снаружи, из коридора, и не сказать, что от него было много пользы. Сам я, вроде бы, был цел и невредим, даже не раздет. Но дайсы вернулись из кармана в инвентарь, а любимая маска исчезла без следа.

— За то, что ты явился сюда, распространяя вокруг ауру ужаса и силы, сидя верхом на чудище, сотканном из смерти, крови и мириада трупов? А потом вломился силой в их уютную обитель?

— …Звучит как аргумент, — с неохотой признал я. — Хотя не могу согласиться, что это было мудрое решение с их стороны. Я ведь могу и обидеться на такое гостеприимство. …Бутербродик будешь?

— Буду, — кивнула богиня.

У меня имелся запас и более приличной еды, но лучше начать с лёгкого перекуса.

Открыв хранилище, я достал нам по бутерброду из своих запасов и, пока работал челюстями, создал себе из камня небольшой диван, слегка смахивающий на тот, что стоял у Аллегри, а потом застелил его старыми плащами. Сидеть на лике богини — это, пожалуй, достаточно святотатственное деяние, особенно для апостола, но если разложить плащи изнанкой наверх, то вроде бы всё в порядке?

Вот только сделать это я так и не решился. Хм. А ведь в подземелье меня это никак не смущало. Постояв некоторое время в задумчивости, я повернулся к занятой угощением фее и спросил:

— О, великая и и несравненная Кардея, не выслушаешь ли скромную просьбу своего праволевого?

— Хффмхфпм, — промычала с набитым ртом коротышка и, могучим усилием проглотив кусок, ответила уже куда разборчивее, — Поведай великой о своих чаяньях.

— Не могла бы ты буквально на одну секунду заглянуть вот в эту ячейку моего Хранилища… — я открыл инвентарь в браслете и указал пальцем на ячейку с моим карманным замком, — …и вытащить для нас из большой комнаты на втором этаже одеяло и пару подушек? Если, конечно, это не затруднит великую.

— Ты что же, сомневаешься в силах великой Кардеи? — укоризненно глянула на меня фея. — Подобная просьба для меня проще даже самого незначительного пустяка!

Сообщив это, она махом затолкала к себе в рот остатки бутерброда, из-за чего тут же стала напоминать хомячка, и юркнула в ячейку замка. Я даже увидел как она, став крохотным цветным пятнышком, пронеслась вдоль стены и скрылась в одном из окон. Любопытно, а время в ячейке в это время разморозилось или осталось прежним? Увидят ли её оставшиеся в замке жители деревни?

Ну что же. Кажется, я начал находить с Кардеей общий язы…

Вылетевшая из ячейки подушка, вмазалась мне прямо в лицо и прервала мысль на полуслове. И, пока до меня доходило, что произошло, ей вслед прилетела вторая. А после, меня и упавшие к ногам подушки накрыло большое и тёплое одеяло.

— Видал, праволевый? — послышался из-за одеяла самодовольный голос. — Нет ничего, куда великая Кардея не могла бы войти!

— Премного благодарен, — кивнул я, стащив с головы одеяло.

Убрав плащи обратно в инвентарь, я нормально застелил диван и кинул на него подушки. Одну для своего удобства, а вторую предусмотрел специально для Кардеи.

— О, а ты знаешь толк в удобствах! — просияла фея, когда я предложил ей устроиться на подушке, и плюхнулась на неё с разгону, сделав в воздухе замысловатый кульбит. — Так, погоди, мы разве не должны немедленно отправляться за пироженками?!

Вспомнив про лакомство, она тут же подскочила в воздух и уставилась на меня в гневном недоумении.

— Не прямо сейчас, — покачал я головой и устроился на диване, потянувшись в Хранилище за новой порцией бутербродов. — Нужно попробовать наладить отношения с местными, иначе может получиться так, что…

Меня прервал грохот железа где-то вдалеке, сменившийся недовольными возгласами.

— Да я тебе говорю, сержант! Девочка! С ладошку! Предками клянусь!

— Хоть бабушкой своей! Заруби себе на бороде, Гроггот, если я сейчас не увижу никакой девочки, то тебя самого в карцере сгною за безудержное пьянство!

Я скосил глаза на Кардею и увидел, что она сидит с задумчивым видом, глядя в сторону источников ругани, и хитро сверкает глазами.

— Ну, и где твоя…

Выскочивший из-за стены высокий и раздражённый эльф резко осёкся и уставился на меня, раскрыв рот.

— Здаров! — приветливо помахал я рукой. — А чайку у вас не найдётся?

— Г… Гроггот!!! — взревел эльф. — Что у тебя за дерьмо тут творится?! Пленный на свободе! Жрёт! Лежит! Откуда у него диван?!

— Ну какая это свобода, если я всё ещё за решёткой? — резонно возразил я. — И не жру, а культурно кушаю.

Похоже, что до эльфа только сейчас дошло, что я не только связан, но ещё и без кляпа, потому как он лишь после этих слов начал стремительно бледнеть и схватился за древко стоявшего неподалёку, как оказалось, копья. А второй рукой схватил за шиворот гнома.

— Гроггот, живо за магами! — рявкнул он и чуть ли не швырнул немаленького бородача в сторону выхода, а сам перехватил копьё и направил в мою сторону. — Только попробуй начать бормотать заклинание и я живо тебе пузо проткну, — посулил он.

Я пожал плечами и, показушно заткнув себе рот бутербродом, зажёг над головой три шаровых молнии.

Вопреки своему обещанию, эльф испуганно шарахнулся от решётки. Хотя почему вопреки… Он ведь обещал проткнуть меня в случая бормотания. А я ни звука не издал! Так что всё согласно договору.

Насладившись реакцией сержанта, я развеял молнии и принялся жевать бутербродик дальше. Что до Кардеи, то она куда-то исчезла ещё в самом начале и я понятия не имел, какую каверзу она затеяла.

Не знаю, что творилось в голове у эльфа, но он замер у стены, выставив в мою сторону копьё, и таращился почти не моргая.

— Мужик, ты вообще понимаешь, что происходит? — благодушно спросил я, заморив червячка и поудобнее развалившись на диване.

Сержант предпочёл сохранить гордое молчание… или просто не вступал в переговоры с врагом, коим я оказался в его глазах. Так что мне пришлось продолжить самому:

— Вы, ребята, попытались взять в плен апостола Богини Тельвара. Того, кто единолично остановил вторжение фиарнийцев в Лайен. Вас вообще не смутило, что я тут армию людов по долине ровным слоем размазал, нет? Или что вы не смогли на мне даже царапинки оставить? «О, заткнём его кляпом и бросим в подвал! Отличная идея!». Браво! Десять баллов из десяти за развитое чувство самосохранения! — я тяжело вздохнул и показал рукой на решётку. — Позволь продемонстрировать тебе небольшой фокус.

Мне даже напрягаться не надо было, чтобы сделать это. Активировав магию земли, я просто заставил каменную кладку «сжевать» и втянуть в себя металлическую решётку, перепугав этим эльфа до одури.

— Видишь? — спросил я, когда прекратился каменно-железный грохот. — Я могу уйти отсюда, когда захочу. И развалить вашу крепость на кирпичики я тоже могу в любой момент, даже не вспотею. Знаешь, почему я этого всё ещё не сделал?

Эльф, хоть и не сразу, но нервно помотал головой.

— Потому что я спасать вас прибыл, идиоты! От осады избавить, помочь излечить раненых! И это ваша благодарность? Ноги в руки и быстро притащил командира крепости в мой кабинет!

Сержант тупо моргнул и неожиданно спросил:

— Какой ещё… кабинет?

— Вот этот, — я обвёл комнатушку рукой и задумался. — Хотя ты прав, кое-чего не хватает.

Лёгким движением мизинца я создал возле дивана небольшой столик и, сунув руку в инвентарь, кинул на него рабочие бумаги. После чего вызвал «Магическое перо» и, взяв из стопки один из листов, помахал сержанту рукой.

— Всё, пошёл за командиром. Или я через час приду к нему сам, но вам очень не понравится, каким образом я это сделаю.

От увиденного у эльфа аж копьё опустилось. Нервно кивнув, он осторожно, бочком и не спуская с меня взгляда, двинулся вдоль стены в сторону выхода и…

— Ааа! — он неожиданно вскрикнул, когда наконец повернул голову и тут же увидел прямо перед собой самодовольную девочку.

— Преклонись и выкажи уважение Богине Кардее, смертный! — раздалось ему в лицо.

Пока я тут выпендривался магическими способностями, полностью приковав к себе внимание сержанта, фея медленно подлетела к нему сбоку и ждала мига, когда он наконец её заметит.

— Д… Девочка!.. — поражённо пробормотал он. — С ладошку!

— Какая я тебе девочка, смертный?! — возмутилась та. — Перед тобой сама Кардея, величайшая Богиня в обозримой Вселенной!

— Я… Э… Я… — замямлил эльф. — Нахер всё, пусть командир разбирается!

Завопив это, он бросил копьё и, сломя голову, припустил по коридору, но фея не собиралась отпускать его так легко. Схватив бедолагу за ворот, она одной рукой подняла его в воздух и встряхнула.

— Почтение великой! — потребовала она и тряхнула эльфа ещё разок.

То ли ткань уже давно хотела дать слабину, то ли Кардея просто немного перестаралась со своей непропорционально дурной силой, но воротник такого обращения не выдержал и с громким треском освободил своего хозяина от хватки феи. Сержант времени даром терять не стал и, едва коснувшись пола, рванул к выходу.

— А ну, стой! — завопила богиня, отбрасывая в сторону воротник и уже хотела полететь следом, но я её остановил.

— Смилуйся над несчастным, — рассмеялся я. — А то совсем рассудка лишишь. Кто к нам тогда местное начальство приведёт?

Скосив на меня взгляд, фея раздражённо хмыкнула и полетела к подушке, после чего вытянула руку, явно требуя ещё один бутерброд. …Они же чуть ли не с неё саму размером, куда в это тельце столько влезает?

На время в подземелье воцарилась тишина и я, вздохнув, перевёл взгляд на взятую для вида бумажку. И сразу же ощутил основательный укол совести, так как ей оказался один из двух договоров, которые я так и не успел отдать служанкам. Мда, как погано вышло… У Лаэнвеля я их забрал, а толком нанять и не успел. И жалование не выплатил. Как они там вообще теперь? Во сне я вроде бы слышал их голоса, значит, они не должны были покинуть особняк, но сон есть сон… Неизвестно, что случилось на самом деле. Нужно как можно скорее возвращаться домой, но я, кажется, на свою голову завязну сейчас в разборках с эльфами. И просто так бросать тут всё не стоит — вредно для репутации.

Момент тишины продлился недолго. Где-то на входе снова раздался шум.

— Капитан Эйленталь, майор приказал вас не пускать!

— Это будут мои проблемы, а не твои, рядовой! Я обязана с ним поговорить, раз он очнулся! В отличие от всех вас, мне знакомо понятие благодарности.

— Но!..

— Прочь с дороги!

Грохнуло железо, отсекая дальнейшее возмущение караульного, и к нам начали приближаться уверенные шаги. Любопытно. Всё таки тут нашёлся кто-то разумный. И голос был женский… Неужели это та самая воительница?

Моя догадка оказалась верна. К «кабинету» подошла высокая и крепкая женщина в кожаном доспехе. На первый взгляд, типичная эльфийка. Голубоглазая и длинноухая, со светлыми волосами чуть ниже плеч. Однако мощная мускулистая фигура с объёмистой грудью и резкие, почти нордические черты лица однозначно намекали, что всё не так просто. И эти подозрения перешли в абсолютную убеждённость, стоило лишь мне увидеть торчащие из под нижней губы клыки. …Орчиха? Нет… Полукровка? А ведь весьма недурно вышло. Эдакая эталонная валькирия, разве что с клыками. Викинги были бы в восторге.

Пока я разглядывал её примечательную внешность, сама женщина стояла перед входом в узилище и удивлённо разглядывала обстановку.

— Добрый день, уважаемая, — я вежливо нарушил затянувшуюся паузу и отложил в сторону лист с договором. — Или вечер? Честно говоря, понятия не имею, который сейчас час.

— Почти полночь, — кажется, едва ли не машинально ответила женщина. — …Я, конечно, слышала, что вы очнулись и навели тут свои порядки, но не ожидала, что это будет выглядеть… так.

— Вы против?

— Нет, думаю, вы в своём праве, — мотнула головой валькирия, всколыхнув волосы. — Всё таки, вы спасли нас от верной смерти. Ленфадаль просто исполнительный идиот и выполняет приказ текущего монарх-патриарха, прошу простить его.

— Ленфадаль — это?..

— Командир Лейваенна, — пояснила женщина.

— Ясно, — кивнул я. — Тот, кто решил отправить меня сюда. И о каком же приказе идёт речь?

— Я не знаю всех деталей… — смущённо призналась оркоэльфийка, — но по решению совета общин и монарх-патриарха, вы, Владыка демонов, считаетесь потенциальным врагом Лайенской республики. И, в случае появления на наших землях, вас приказано задержать или нейтрализовать.

— О как… — только и смог изречь я в ответ на подобное откровение.

Получается, эльфы меня заочно в недруги записали? Это на каком таком основании интересно? Аж захотелось пойти и вежливо спросить.

— Вы не подумайте, многие в крепости благодарны вам за спасение, но никто не хочет лезть на рожон. Я пыталась уговорить Ленфадаля проявить благоразумие, но… — она вздохнула.

— Если никто не хочет, почему на это решились вы?

— Потому что я считаю бесчестным отвечать злом на добро, — бесхитростно пояснила она. — Из-за этого я и пришла сюда. Господин Нотан, за спасение моей жизни и всех, кто находился в крепости… спасибо!

Она неожиданно согнулась напополам, отвесив глубокий поклон.

— Эйленталь, кажется? Забудьте эти глупости вроде поклонов, — вздохнул я. — Не ради них я сюда пришёл. Спас и ладно. Поблагодарите лучше Богиню Аллегри за то, что она направила меня сюда, а большего и не надо. Майора я тоже могу понять, он следует приказу правителя страны. Вот только что мне теперь со всем этим делать?..

Ситуация оказалась куда сложнее, чем я мог предполагать. И ведь Легри ни полсловом не обмолвилась об этом! Эльфийские принцессы, ха! Тут дело пахнет статусом персоны нон-грата в наихудшей форме, а не принцессами. И ведь в лоб вопрос не решить — Лионеллиан с её воскрешением находится весьма далеко отсюда. Найти другого мага жизни с рангом эксперта или магистра? Вроде был какой-то воскрешающий дед где-то в этих краях…

— Прошу меня извинить… — нарушила молчание женщина и аккуратно глянула в сторону увлечённой очередным бутербродом Кардеи. — А кто это?

— Знакомьтесь, это Кардея, — представил я фею. — Почти самая величайшая во Вселенной Богиня.

— Што шначит пошти?! — немедленно возмутилась коротышка с набитым ртом.

— Богиня… — удивлённо вскинула брови Эйленталь. — А ведь такая маленькая…

Не успела фея возмутиться в ответ на «маленькую», как женщина вновь склонилась и выдала:

— Богиня Кардея, благодарю вас, что прибыли к нам на помощь вместе с господином Нотаном!

Сбитая с толку коротышка смогла лишь кивнуть и, проглотив кусок бутерброда, пробормотала:

— Ммм. Славно, что ты по достоинству оценила вклад великой.

Вклад. Ага. Как же. А не напомнить ли мне, кто валялся на подушках все эти дни, пока я спешил сюда и занимался ликвидацией осады?

— Владыка Нотан, если позволите, — обратилась ко мне валькирия, когда выпрямилась. — Я бы хотела поблагодарить вас за спасение чем-то большим, чем пустыми словами. Хотя я не могу давать гарантий… Возможно, есть способ уладить ваши разногласия с республикой.

Глава 20. Эльфийский цирк

— Разногласия, говорите… — вздохнул я. — Лично у меня до сегодняшнего дня никаких разногласий с вашей страной не имелось. Это у неё почему-то они возникли. Ну да ладно, это уже детали. Что вы хотите предложить, госпожа Эйленталь?

Я создал у столика приличный стул и жестом предложил валькирии его занять.

— Без «госпожи», если позволите, — слегка поморщилась женщина, присаживаясь. — И можете меня называть просто Эйлен. Или Баллиста.

— Баллиста? — удивлённо переспросил я. — Какое интересное прозвище.

— Это из-за моего… уникального метода стрельбы, — кашлянула валькирия. — Но сейчас не лучший момент для обсуждения подобных вещей.

— И то правда, — кивнул я и сел в более приличной и серьёзной позе. — Что же, я слушаю.

— У меня есть влиятельная покровительница, имеющая вес в политической верхушке страны. И она… несколько более свободных взглядов, нежели большая часть совета общин. Не знаю, захочет ли она поддержать вас, но могу попробовать устроить встречу. Если вы с ней найдёте общий язык, она может попробовать изменить мнение совета и монарх-патриарха.

— Персона, способная повлиять на мнение правителя страны? А ваша покровительница — птица высокого полёта, — удивлённо присвистнул я. — Кто она, если не секрет?

— Какой смысл хранить личность в тайне, если я собираюсь вас познакомить? Это дочь патриарха западной общины, принцесса Арвель.

Я мысленно присвистнул. Ничего себе у валькирии «крыша»! То-то она не побоялась влезть в спор с местным командиром. Хотя, судя по рассказам Лаэнвеля, тут ведь неприкрытый патриархат, настолько ли большое у принцессы влияние? Наверное да. Думаю, Эйленталь не стала бы предлагать заведомо невозможный вариант. Кажется, эта Арвель достаточно любопытная персона…

Лайен хоть и назывался республикой, но главенствующую роль тут занимал местный аналог короля — монарх-патриарх. Должность монарха была выборной и ограниченной по сроку правления, но избираться мог не любой гражданин, как это обычно заявлено на бумаге в Земных республиках, а только из узкого круга глав местных общин. Собственно, патриархов. Всего их было пять. Четверо носили звания согласно основным сторонам света, в которых располагались их общины, а пятый вместе со своим регионом щеголял гордым званием центрального.

Монарх избирался сроком на десять лет и после его завершения отправлялся в политический «отпуск» на следующий десяток лет, так как избираться на второй срок подряд патриарх не имел права. Должность монарх-патриарха не была декоративной, в его руках находилось довольно много власти, как и положено нормальному королю, но, так как это было не королевство, а хоть и монархическая, но республика, у него имелся сдерживающий противовес — совет общин. Местная разновидность парламента или сената. В совет общин входили как проигравшие избирательную гонку патриархи, так и главы крупных родов со всей страны, а также другие крупные шишки вроде глав торговых ассоциаций. Иначе говоря — аристократия.

С виду, не самая плохая и, вероятно, даже в чём-то сбалансированная система, но даже ежу будет понятно, что каждый в этой пищевой пирамиде старался урвать как можно больше для себя, оставив поменьше другим. И то, что принцесса в этой патриархальной банке пауков имела достаточный вес, чтобы влиять на какие-то решения, вызывало неподдельное уважение.

Если, конечно, Эйленталь её не переоценивает. Но, раз уж принцесса ей покровительствует, валькирия должна хорошо представлять её возможности.

…………КАК ЖЕ НЕ ХОЧЕТСЯ ВО ВСЁ ЭТО ВСТРЕВАТЬ! Меня подмывало вытащить из Хранилища дайсы и воспользоваться «Дорогой Судьбы» в любую выпавшую сторону. Политика. Интриги. Дипломатия. У меня аж скулы сводило при одной только мысли. Домой хочу, а не вот это вот всё!

Но и бросать ситуацию в текущем виде было бы ой как неразумно. Мне вполне хватало фиарнийцев во врагах, иметь в их числе ещё и целую тельварскую страну как-то полностью противоречило моим целям и задачам. Боги, какая морока… Кажется, мне и правда стоит принять предложение Эйленталь. Смогу договориться с принцессой — и все эти хлопоты тут же переедут с моих плеч на чужие. Сможет она изменить ситуацию или нет, это уже другой вопрос, но вот если ничего не выйдет — тогда и буду думать над альтернативами.

— У вас весьма любопытное предложение, — не мог не признать я, пусть и с невысказанной неохотой. — Если говорить откровенно, мне глубоко наплевать, что там обо мне думает Лайен, но с текущими настроениями не получится выстроить деловые отношения, когда придёт время. Если принцесса действительно сможет… сгладить острые углы, было бы глупо упускать подобную возможность. Как и когда вы сможете связаться с ней?

— Сегодня. Сейчас. Мне лишь нужно вернуться в свою комнату и взять кристалл связи из тайника. Но ответ я получу не раньше рассвета.

— Вполне ожидаемо, раз сейчас ночь, — кивнул я и встал с дивана. — Тогда давайте прогуляемся к вашим апартаментам. Заодно я посмотрю, чем могу помочь крепости. Раненых много?

— Хватает, — подтвердила валькирия, встав вместе со мной. — У нас всего один целитель и он на грани изнеможения. Но разве вы… не ожидаете майора? Кажется, тот сержант, выскочивший мне навстречу, вопил нечто в этом роде.

— А… — вспомнил я об поручении эльфу. — И правда, было что-то такое. Ну… Найдёт, если захочет, — я пожал плечами и повернулся к Кардее. — Ты с нами или будешь отдыхать в своих «покоях»?

Богиня чуть задумалась и спросила:

— А ещё бутерброды будут?

— Пока нет, — покачал я головой.

Первичный голод я сбил, а жевать на ходу не слишком удобно.

— Тогда сами тут разбирайтесь, — поморщилась фея и взлетела с подушки. — Достанешь вкусняшки — зови. И помни про подношение!

Сообщив это, коротышка исчезла без следа.

Вот ведь мелкая зараза. Ты что, можешь перемещаться по нашему миру только пока что-то жуёшь? Бутерброды твоё топливо? Могла бы и подсобить чутка.

Ладно, просто буду считать, что у меня появилась зверушка для души.

Собрав подушки в куль из одеяла и закинув всё это в инвентарь, я повернулся к Баллисте:

— Что ж, ведите!

Коридор в подземелье оказался самым обыкновенным и непримечательным. Кирпичная кладка, пара тухленьких светильников, чьи кристаллы уже почти израсходовали свой ресурс, да колченогий стул возле обитой железом двери. Видимо, там и нёс свою бравую службу гном, пока мы с Кардеей не потревожили его мирный сон своей болтовнёй. Помимо клетушки, в которую меня засунули, я обнаружил ещё парочку, но они сиротливо пустовали в ожидании постояльцев.

В моей голове крутился ряд вопросов к новой знакомой, но пока я их обдумывал, мы уже добрались до двери и Эйленталь решительно её толкнула.

— Фух, — раздался голос стоявшего за дверью стражника. — Я уж думал, вы… Капитан!!! — взвыл молодой волк-эали, увидев меня позади валькирии. — Да вы что творите! Это же трибунал!

— Спокойно, рядовой, — осадила его женщина. — Всё в порядке. Меня просто взяли в заложники, понимаешь?

— Точно, точно, — радостно кивнул я. — Капитан Эйленталь в смертельной опасности, ты разве не видишь?

— А… Э… — вылупился на нас парень, смотря то на валькирию, то на меня. — Правда?

— Чистейшая, — я поднял руку и выразительно пошевелил пальцами, пропустив между ними электрические разряды. — Видишь?

— Вижу, — закивал стражник. — Э… А что мне теперь делать тогда?

— То же, что и всегда? Стой, охраняй дверь, — я скосил взгляд и увидел, что свободная от копья рука стражника густо замотана грязными бинтами. — Что за травма?

— А? — парень не сразу смог переключиться на новую тему. — Аааа, — он грустно поднял перемотанную руку. — Это меня прижарило в последней заварушке. Целитель сказал, что жить буду, и магию на тяжёлых поберёг, просто мази нашлёпал.

— Ясно. Разматывай.

— Чего? Зачем? — удивился стражник и даже опасливо отступил на один шаг.

— Лечить буду, вот зачем, — сварливо отозвался я. — Разматывай давай.

— Выполняй, что говорят, — прибавила рядовому мотивации Эйленталь, видя его сомнения.

Хоть и с явной опаской, паренёк всё же поддался на уговоры и, прижав к себе копьё локтем, начал разматывать бинт. Ах, сколько воспоминаний. Как сейчас помню тот день, когда я очнулся в полуразваленной крепости, весь в бинтах и этой вонючей пакости.

Рана выглядела скверно, рука была обожжена до самого плеча. Но ничего непосильного для моего ранга «Исцеления» тут не наблюдалось, так что я активировал заклинание и начал процесс. Кожа быстро приобрела приличный вид и молодо зарозовела. Эали смотрел на это с выпученными глазами и в конце лишь смог благодарно кивнуть:

— Спасибо, — пробормотал он и потыкал пальцем свежую кожу, словно проверял работу на качество.

— Не стоит меня благодарить, — я отечески похлопал парня по плечу. — Вознеси лучше свою благодарность Богине Аллегри, что направила меня сюда в столь трудный для вас час.

Эали ожидал услышать в ответ явно не это, так как замер с открытым ртом и глупо кивнул после долгой паузы.

— Кстати, не знаешь, где моя маска? — спросил я парня, увидев в сторонке небольшой сундук.

Может, он как раз предназначался для вещей тех, кого отправляли отдохнуть в карцер?

— Нет, — помотал головой эали. — Вас сюда… Без неё.

— Не беспокойтесь, Владыка Нотан, её подобрал боец моего отряда, — сообщила приятную новость Эйленталь. — Я забыла её захватить, когда шла сюда.

— Вот как, славно, — обрадованно кивнул я и повернулся к стражнику. — Хорошо неси службу, боец!

Ещё раз хлопнув служивого по плечу, я повернулся к валькирии и жестом сообщил, что готов идти дальше.

Караульный пост, на котором торчал эали, располагался в ещё одном коридоре, проложенном перпендикулярно предыдущему. Но был он уже куда просторнее и светлее. Я даже обнаружил в стене напротив пару небольших окошек, из которых доносились разгорячённые выкрики и какой-то неразборчивый спор. И, судя по небольшому кусочку пейзажа, что я мог наблюдать, находились мы совсем не в подвале и даже не в полуподвале, а вполне себе на уровне земли.

— Владыка Нотан, простите, я ведь совсем позабыла отдельно поблагодарить вас за моё исцеление. Если…

— Я уже говорил, — мне пришлось прервать тираду валькирии. — Благодарите Богиню, а не меня. Я лишь скромный исполнитель воли Её. Лучше проводите меня к другим страждущим.

— Кхм… Конечно, — не знаю, о чём думала в этот момент невозмутимая Мисс Олимпия, но вот у эали все эмоции были на лице написаны крупным шрифтом.

Парень явно не такого ожидал от страшного асани, силой вломившегося в их крепость.

Впрочем, спокойно продолжить путь нам не дали. Коридор заполнился звуками ругани, приказов и топота многочисленных ног, и впереди я увидел бегущую стражу.

— Сбежавший пленник! Задержать до прибытия магов! — завопил кто-то из глубины толпы. — Лучники бою!

— Да как к бою?! — возмутился один из солдат. — Он позади капитана! И вообще нас спас!

— Ой, народ, не ссорьтесь, — ухмыльнулся я, выходя из-за спины валькирии. — Сейчас я решу ваш конфликт интересов.

Взмахнув рукой, я возвёл перед вояками каменную стену, после чего создал для нас прямой выход на улицу.

— Прошу, — как истинный джентльмен, я пропустил даму вперёд.

Из-за стены, тем временем, доносилась дичайшая ругань.

— Ловко вы их, — хмыкнула женщина. — Как вы колдуете без чтения заклинаний?

— Божественный дар, — кратко пояснил я. — Искренняя вера в Богиню Аллегри и её почитание открывают путь к таким способностям, которые кое кто считает неестественными, знаете ли.

Выйдя на улицу, мы оказались на тренировочной площадке. Когда-то она была засыпана песком, чтобы беречь бойцов от травм, но тот давно затоптался до состояния бетона. В дальнем конце стоял десяток стрелковых мишеней, а в углу у стены я заметил несколько соломенных «манекенов» для отработки ударов.

И на эту площадку уже стягивались многочисленные солдаты.

— Раненые есть? — поинтересовался я у новой делегации, не откладывая дело в долгий ящик.

— Чего? — переспросил один из вояк.

— Владыка демонов спрашивает, есть ли среди вас те, кого не стали исцелять магией, — пояснила Эйленталь.

— Ну… есть, конечно, — кивнул солдат, глянув по сторонам. — Только нам сказали, что вас в карцер вернуть надо…

— А ты хочешь попытаться? — ухмыльнулся я.

— Не особо. Приказ отдали, мы и пошли, — поёжился парень и его примеру последовали остальные. — Так-то все понимают, что вы нас спасли от смерти. Майор просто доноса боится, особистов, а мы люди подневольные.

— Ну вот и разобрались, — хмыкнул я. — Подходи по одному! Лечить буду.

Ничего слишком критичного среди присутствующих не нашлось, так что я быстро управился и Эйленталь повела меня дальше. Солдаты, чуть потоптавшись, просто пошли следом за нами. Вроде как не просто так ходят, а выполняют приказ, беглого пленника преследуют.

Таким образом мы и бродили от места к месту. Где-то я лечил солдат, где-то чинил стены, попутно всячески упоминая Аллегри. В результате, моё сопровождение становилось всё обширнее. Но в какой-то момент я заметил, что позади нас начинается нездоровое оживление.

— Стоять! Стоять всем! Это приказ! — раздался командирский рык и солдаты, ощутимо погрустнев, остановились, начав переглядываться.

— А вот и Ленфадаль, — вздохнула валькирия.

Через толпу начал кто-то пробиваться, но солдаты уступали дорогу весьма неохотно.

— Ворласково дерьмо, что тут вообще творится?! — вновь раздался голос пробивающегося сюда майора. — Почему я должен бегать за пленным по всей крепости?! Почему не задержали и не дождались магов?! Вы тут для украшения?!

Из толпы солдат вывалился крупный эльф с весьма важными на вид усами и бакенбардами, коим позавидовали бы многие боцманы, а следом за ним показалась парочка немолодых магов.

— Как не задержали? — усмехнулся я и обвёл всех рукой. — Вот конвой, сопровождает меня… А куда, собственно, сопровождает? — поинтересовался я у валькирии.

— На место проведения строительных работ, к коим вы привлечены в качестве военнопленной рабочей силы, — невозмутимо подхватила Эйленталь.

— Идиота из меня делаете?! — вспылил майор. — Мастера чародеи, схватить Владыку демонов!

Я перевёл взгляд на магов, приготовившись пафосно ничего не делать, демонстрируя им их бессилие, но к моему удивлению, те лишь переглянулись и пожали плечами.

— Вы что, не слышали?! — обернулся к ним Ленфадаль.

— Прекрасно слышали, мастер майор, — спокойно ответил ему один из магов. — Но ничем помочь не можем. Владыка демонов внесён Советом Башни в список союзников Университария, ни один маг, знающий об этом, не станет с ним конфликтовать. Мы не будем ему помогать, так как временно находимся на службе у Лайена, но и вам мы не помощники из-за указа Башни.

— Да чтоб эту вашу независимость! — сплюнул майор и повернулся ко мне, злобно пуча глаза.

А я мысленно присвистнул. Однако! Я думал, эта старая карга Шарайнэ предаст меня при первой возможности, но она наоборот решила подстраховать наш договор дополнительными мерами? Приятный сюрприз. Вот только с какой радости?

— Ну и? Что планируете делать теперь? — спросил я усатого эльфа. — В прошлый раз на вашей стороне оказалась чистая случайность. Кроме того… — я хищно ухмыльнулся. — У вас передо мной должок.

— …Давайте поговорим наедине, — мрачно предложил Ленфадаль после долгой паузы.

Сильно по закоулкам майор меня не водил, ограничившись просто тем, что отошёл на достаточное расстояние.

— Вы вообще понимаете, что творите?! — яростно зашипел он, убедившись, что поблизости никого нет.

— Восстанавливаю крепость согласно воле Богини, — пожал я плечами. — А ещё долго и страшно истязаю ваших солдат магией исцеления, пока эти несчастные не начинают рыдать из-за того, что я сделал их слишком здоровыми, умоляя вернуть обратно травмы, с которыми они успели сродниться. Но я, конечно же, издевательски отказываюсь.

— Вы подводите всех нас под трибунал! — злобно зашевелил усами эльф, не оценив моё чувство юмора. — Я понимаю, вы молодой, горячий, охота похвастаться силой, но поймите вот что. Вы спасли жизни этих солдат и они не осмелятся поднять на вас руку. Но в глазах монарха это предательство!

— Ваш монарх настолько глуп и неблагодарен, что покарает своих подданных за то, что их спасли от гибели, а крепости вернули боеспособность? — ощерился я. — Ну тогда у меня есть вопрос, из какой Бездны вы откопали такого монарха. Думается мне, что-то серьёзное грозит только вашей голове, любезный Ленфадаль.

— Не вижу ничего плохого в том, чтобы любить свою голову, — огрызнулся майор. — Я с ней родился, знаете ли, и расставаться пока не хочу.

— А я вот, верите или нет, со своим языком родился. И тоже расставаться с ним не хочу. Но вы моего мнения не спрашивали, когда хотели его оттяпать. Почему тогда я должен учитывать ваше мнение о вашей голове?

— …Я руководствовался уставом, — буркнул майор, словно оправдываясь.

— Лучше бы руководствовались здравым смыслом, — равнодушно пожал я плечами и шагнул мимо эльфа. — Желаю удачи вашей голове, майор. Я буду за неё болеть. Авось и пронесёт.

Оставив его позади, я вернулся к Эйленталь и своему «конвою», обдумывая слова эльфа. В чём-то он был прав и имелся шанс, что у гарнизона Лейваенна в будущем могут возникнуть проблемы. Как ни крути, а теперь я обязан в любом случае найти какой-то способ наладить отношения с республикой, чтобы не подставить этих приятных ребят. Так что, подойдя к валькирии, я решил немного скорректировать наш маршрут:

— Прежде чем мы продолжим обход, давайте сделаем то, что хотели изначально. Чем раньше узнаем ответ, тем лучше. Что-то я немного устал от этого цирка эльфийского гостеприимства.

Глава 21. Снова в путь

— ММХГФМ!

— И нечего так нервничать. Вы же знали, на что шли? — вежливо спросил я у стоявшего передо мной эльфа, скованного камнем по рукам и ногам, с каменной затычкой во рту на роли кляпа.

Кляп как-то сам собой вышел специфической круглой формы, навевая ассоциации о ролевых игрушках с Земли, но я решил не придавать значения подобным мелочам.

— Гффмх!

— Хгфмгх!

— Уыфхмхы!

Товарищи эльфа решили дружно поддержать своего командира, но столкнулись с той же проблемой в виде затычки во рту.

— Ну всё, теперь мне точно голову отрубят! — завыл где-то позади меня Ленфадаль.

— Да никто вам ничего не отрубит, — вздохнул я, наклонившись за выпавшим из рук запертого в камне эльфа пергаментом. — Дражайший Ленфадаль. Что, ну вот что вы мне могли сделать, если я могу на месте испепелить вас вместе со всей крепостью, а вы не смогли меня даже поцарапать, пока я был без сознания? Расслабьтесь и получайте удовольствие. Так-с, что тут у нас… Угу, угу, военная полиция, так… Взять под стражу, ага… Ограничить магические силы, угу… Конвоировать в Элимар для проведения особого расследования. Ну понятно. А, тут ещё и дорожная грамота особая. Просто прекрасно. И вы молчали, Ленфадаль? Даже словом не обмолвились, что вызвали по мою душу военную полицию? А если бы я сейчас осерчал, что кто-то пытается меня остановить, и поджарил бедолаг?

— ХГФФГХ!

— Да не надо так переживать, — успокоил я командира конвоя, сворачивая бумаги в трубочку и пряча во внутреннем кармане. — Приказ, люди подневольные, долг зовёт. Я всё прекрасно понимаю. Понимаю, и даже готов пойти вам и майору Ленфадалю навстречу.

— Что? Вы сейчас о чём? — с подозрением спросил командир крепости, приблизившись.

— Ну как о чём? — улыбнулся я, обернувшись к майору. — Чтобы обезопасить себя, вам нужно передать меня военной полиции, верно? А этим молодым людям, — я кивнул в сторону конвоиров, — сопроводить меня в столицу республики. Все вы дети Богини и, как её верный слуга, я не могу не пройти мимо ваших проблем! Потому я с радостью заберу этих славных представителей военной полиции с собой, дабы вы, Ленфадаль, смогли честно и со спокойной душой доложить о том, что Владыка демонов отбыл вместе с отрядом конвоя. А они, в свою очередь, будут находиться при мне во время моего путешествия, и никто не сможет сказать, что они пренебрегли долгом, позволив мне уйти или сбежать. Все будут довольны! Как вы считаете?

Я уставился на усатого эльфа с откровенной ухмылкой, прекрасно осознавая, что майор даже приблизительно не понимает суть моей задумки.

— Вы что, решили согласиться на арест? — неверяще спросил он, ожидаемо начав думать в совсем ином направлении. — Да быть того не может!

— Арест? Разве я упоминал подобную нелепицу? — у меня не получилось удержаться от презрительного фырканья. — Я же вам на чистом тельварском сказал, что заберу этих молодцев с собой. Пока они находятся при мне, формально, их можно назвать конвоем. Но… — я нехорошо усмехнулся. — Нигде ведь не сказано, каким образом они должны меня сопровождать.

Повернувшись к десятке свалившихся на мою голову эльфов из военной полиции, я активировал магию земли и театрально взмахнул рукой. Тонкие стены, пол, крыша — и вот на глазах у изумлённой публики, собравшейся на плацу понаблюдать за тем, как господа комиссары будут пытаться задержать и арестовать Владыку демонов, возникла каменная коробка, заключившая в себе полицейский отряд. После чего я отправил «шкатулку» с конвоем прямиком в инвентарь. И ведь только недавно Хранилище перебирал, а опять каким-то хламом забиваю…

Толпа на плацу поражённо ахнула и даже стоявшая чуть в сторонке Баллиста удивлённо округлила глаза.

— Что… Что вы с ними сделали?!.. — с долей испуга пробормотал майор, опасливо подойдя к пустому пятачку, на котором ещё недавно стояли эльфы. — Убили?!

— Ленфадаль, вы что, напрочь отказываетесь слушать, что я говорю? — немного скривился я. — Сказал же, заберу их с собой. Они теперь в моём пространственном кармане. Понимаете? Буду таскать с собой, в случае очень большой нужды, — я криво ухмыльнулся, — могу даже предъявлять их на каких-нибудь КПП. Кхм. Наверх доложите, что Владыка демонов отбыл вместе с отрядом конвоя, усекли? Именно так и не иначе. Это наибольшее, что я могу сделать для такого неблагодарного засранца как вы. И то лишь потому, что за вас… — я скосил взгляд на Эйленталь, — настойчиво попросили.

Со слов валькирии, Ленфадаль был, в целом, неплохим дядькой. Сильно лучше многих, под чьим началом ей доводилось служить. Но уж больно трепетно относился к уставу и всякого рода должностным инструкциям. Не сказать, что это обеляло его в моих глазах, но и выгоды от того, что усатому дураку могут сделать секир-башка, я тоже не имел, так что пошёл навстречу воительнице. Тем более что настоящий, штатный особист погиб во время осады, а завербованные им среди обычных солдат и младших офицеров агенты, вопреки опасениям майора, с высокой долей вероятности никому не донесут по понятным причинам.

— Ну что же, мы готовы отправляться, — кивнул я валькирии, ободряюще похлопав майора по плечу на прощание. — Тем более, что господа военные комиссары любезно предоставили нам отличных ездовых ящеров.

— Командир, ты уверена, что нам не надо с тобой? — хмуро спросил орк из её отряда. Вроде бы, его звали Ралгур. Валькирия познакомила меня со своими лоботрясами, но шапочно, так что особо я их и не запомнил. — Мало ли что в дороге случится.

— Мало ли что тут случится, — поправила подчинённого Эйленталь. — Люды отступили, но могут вернуться в любой момент, особенно если узнают, что я и Владыка демонов отбыли. Так что вы, парни, остаётесь тут. Должен же в Лейваенне остаться хоть кто-то, кто умеет держать лук.

Бойцы тут же насмешливо зафыркали и гордо напыжились.

— И ещё, Ралгур, — серьёзно добавила воительница, глянув на лейтенанта.

— Да, капитан? — тут же подобрался орк.

— Когда я вернусь, мы очень серьёзно поговорим на счёт пресса.

Я не особо понял, о чём идёт речь, но мне показалось, что зеленокожий здоровяк самую малость смутился. От тренировок отлынивает, что ли?

— А… Кхм… Ага!

Попрощавшись со всеми, Баллиста подобрала с земли свои вещи и пошла с ними к одному из ящеров, оставленных недавно прибывшими эльфами, чтобы приторочить их к седлу. Вещей у воительницы было, в определённом смысле, немного. Лук, скромных размеров вещмешок с привязанным снизу одеялом и длинный тряпичный свёрток. Но вот именно он вызывал некоторые вопросы, ибо мало походил на обычную дорожную поклажу. Уж больно здоровенным выглядел. Поначалу я решил, что это палатка и уже собирался напомнить валькирии, что она нам не понадобится, как заметил под тканью свёртка напоминающие круги или колёса очертания. Стоп… Это тот артефактный лук? А зачем ей тогда обычный?

Задумчиво почесав щёку, я махнул солдатам рукой и, поправив вернувшуюся ко мне маску, отправился выбирать себе «коня» из широкого ассортимента. Не сказать, что я был большим экспертом по ездовым ящерам, но один параметр я мог определить точно и именно по нему выбирал себе скакуна. А именно, меня интересовало то, кто из зверюг спокойнее всего отнесётся к ауре Мастерских дайсов. Так как она отлично разгоняла всякое хищное зверьё, я не горел желанием прятать дайсы в инвентарь, пока мы будем в дороге.

К счастью, скакуны оказались не нервными и, когда я сделал к ним несколько шагов, лишь немного попятились, поглядывая с подозрением. Но как угрозу не расценили Так что никаких проблем не возникло. Спустя несколько минут мы с Эйленталь покинули крепость.

Ответ от принцессы пришёл ещё до рассвета. Она любезно согласилась встретиться со мной и сообщила, что будет ожидать в Альвалене, довольно крупном городе, расположенном ближе к центру республики. Со слов Баллисты, принцесса направлялась туда по своим делам и, к моменту нашего прибытия, как раз должна будет с ними разобраться. В общем, всё складывалось как нельзя лучше.

Если переговоры в Альвалене пройдут удачно, оттуда я смогу рвануть напрямую в Эльвикан и, если с местным светящимся небом не связано ничего серьёзного и опасного, можно будет спокойно завалиться на первую попавшуюся лодку и отправиться домой. Впрочем, не буду забегать вперёд. Что-что, а у меня ещё ничего и никогда не проходило гладко.

Однако, до Альвалена я должен был выполнить ещё два неотложных дела. Во-первых, мне надо было заглянуть в Фелаен, ближайший к крепости город, и высадить там всех тех спасённых жителей из деревеньки, кто не пожелал воспользоваться уникальным предложением по переселению. Во-вторых, одна мелкая и вредная богинька уже слова не могла сказать, не упомянув про пирожные. А значит, мне стоило направить свои стопы на поиски ближайшей приличной кондитерской, если я хотел втереться в доверие к Кардее и заработать дополнительные очки лояльности. В общем, все дороги ведут в Рим. Только вместо Рима на этот раз был Фелаен.

Кроме того, комендантом города служил хороший знакомый Эйленталь и валькирия любезно согласилась поспособствовать отправке сообщения в Лаграш. Увы, но кристалл связи в крепости на такое был не способен, так как был самым простым, работающим лишь со своим ответным собратом по принципу рации.

Так как до города было несколько дней пути, когда мы отъехали от Лейваенна, я достал из кармана дайсы и сделал бросок на «Дорогу Судьбы», однако выпавшие координаты меня не порадовали, предложив отправиться далеко на юго-запад — в совершенно противоположном нужному направлении.

— Прошу прощения, — нарушила молчание Эйленталь, наблюдавшая за моими манипуляциями. — Это какой-то артефакт? Кажется, я видела эти странные кости, когда вас обыскивали, но они почти мгновенно исчезли.

— Да, это артефакт, — кивнул я, пряча дайсы в карман. — Он привязан к моей душе, так что его нельзя ни потерять, ни украсть. Поэтому кости и исчезли, когда оказались в чужих руках.

— Любопытно… Никогда не слышала о подобной магии. Всё таки, вы очень отличаетесь от обычных магов.

Я скромно оставил эту фразу без ответа и, раз уж речь пошла в данном направлении, кивнул в сторону здоровенного свёртка:

— А у вас что за игрушка? Это ведь тот лук, с которым вы были на стене? Зачем вам тогда ещё один, обычный?

— Потому что мне нужно исправное оружие, — вздохнула женщина и, замедлив ящера, наклонилась к стремени, возле которого висел свёрток, и оттянула край ткани. — Глядите.

Под тряпкой действительно оказался «Людобой», и вблизи я понял, что состояние огромного блочного лука просто удручающее. От тетивы, свитой, кажется, из металлической проволоки, остался лишь оплавленный огрызок. Плоское железное плечо самого лука было неестественно изогнуто, а блочные колёса покорёжены. Причём, судя по внешнему виду металла, явно температурой. На мой профанский взгляд, лук был скорее мёртв, чем жив, и вряд ли подлежал починке.

— Печальное зрелище, — пробормотал я и неожиданно зацепился взглядом за выглядывающее из под ткани клеймо — Это ведь знак мастера, верно? — я указал пальцем в его сторону. — Выглядит очень знакомо…

— К сожалению, я не знаю, чьё это клеймо, — покачала головой валькирия. — Когда мне дарили этот лук, то сказали лишь, что это гномья работа с зачарованиями Университария.

— А вот я, кажется, знаю, — удивлённо крякнув, сообщил я, когда понял, где видел такой же отпечаток. — Это же клеймо Орена! Вот так совпадение.

— Что? — удивлённо взглянула на меня Эйленталь. — Вы знаете кузнеца, создавшего этот лук?

— Это не просто кузнец, — усмехнулся я. — Орен Меднобород — лучший магический инженер Тельвара, очень известная личность. Ну а главное — он дед моей невесты.

— Так вы с ним знакомы?! — кажется, женщина даже малость опешила от этой новости. — Подумать только… Честно говоря, я везла «Людобой» к принцессе с просьбой посодействовать в его починке. Он попал под снаряд тех Ходунов и энергия выжгла его магические конструкты, так что силами обычного кузнеца его не починить. А без него я… Как вы думаете, Владыка Нотан, мастер Орен сможет это сделать?

— Боюсь, я не смогу ответить за него, — покачал я головой. — Если в создании участвовал Университарий, то конструкция лука явно намного сложнее, чем кажется… Скажите, Эйленталь, вы ведь маг, верно? «Людобой» в некотором роде ваш магический посох?

— Маг? — валькирия усмехнулась с заметной грустью в глазах. — Я так и не смогла выбраться из ранга подмастерья, Владыка. Не хватило таланта. Всё, что я могу, это создавать себе самой боеприпасы. Сейчас покажу.

Она прошептала короткое заклинание, от которого повеяло магией земли, и у неё в руке оказался длинный и острый каменный штырь, словно закрученный вдоль своей оси. Точно такой же, как я выдернул из брони подбитого Ходуна. Значит, это и правда она разделалась с ним.

Эйленталь протянула мне стрелу и, взяв её в руку, я ощутил солидный вес полноразмерного и не обломанного снаряда.

— Меня прозвали Баллистой из-за того, что я стреляла вот такими малышками из «Людобоя», и стреляла дальше и точнее кого либо, — не слишком весело похвасталась женщина. — Хотя бы на что-то сгодилась.

— Как интересно… — пробормотал я, внимательно разглядывая каменную стрелу… скорее даже каменный болт при свете дня. — Дальность и точность, говорите…

Когда я щупал подобную стрелу в долине, то не придал этому особого значения, но снаряд, по ощущениям, весил чуть ли не под добрый килограмм. Даже арбалету было бы тяжело зашвырнуть такую «малышку» на достаточное расстояние. А значит, повреждённый лук валькирии обладал просто чудовищной мощью, раз позволял Эйленталь стрелять дальше, чем летела обычная лёгкая стрела. Впрочем, обычно этого и ждёшь от магического оружия. Но я наконец начал понимать, почему женщину прозвали Баллистой. Сочетание дальности с кинетической энергией снаряда подобной массы давало ошеломительный эффект.

— Она странно выглядит, да? — неожиданно смутилась женщина, видимо, неверно истолковав мою задумчивость. — К сожалению, это одна из немногих каменных стрел, позволяющая не использовать оперение. Хотя я даже не знаю, почему. Случайно наткнулась на неё во время экспериментов с формой.

— Нет, не странно. Я бы сказал, прекрасно, — ободряюще улыбнулся я. — Если моё предположение не ошибочно, то во время полёта стрелы встречный поток воздуха, попадая в эти углубления, начинает раскручивать снаряд, — я покрутил стрелу пальцами, демонстрируя эффект. — Скорее всего, это постепенно замедляет её, но взамен она обретает стабильность и ровную траекторию. Я собирался поэкспериментировать с чем-то похожим по принципу, но вы, кажется, меня опередили.

— Вы? — недоумённо спросила Эйленталь. — Зачем вам это? Вы ведь не лучник.

— Это не значит, что я не могу стрелять, — фыркнул я и поднял руку с вытянутым вперёд указательным пальцем.

Перед ним послушно возникла подрагивающая в воздушном вихре каменная пуля, через миг после щелчка отправившаяся в полёт в сторону ближайшего дерева. По округе прокатился звонкий хлопок от врезавшегося в древесину камня и на стволе возникла небольшая дыра, в глубине которой застрял каменный снаряд.

— Как видите, на небольших дистанциях у меня нет никаких проблем, — сказал я, глядя на место попадания. — Но заклинаний для боя на короткой дистанции у меня и так целая гора, а я хотел бы что-то предельно дальнобойное и, при этом, точное. Думаю, плоды вашего эксперимента… Хм, вы в порядке? — глянув в сторону Эйленталь, я увидел, что она смотрит на меня в какой-то прострации.

— …А… Прошу прощения. Просто я в очередной раз поняла, насколько ваша магия превосходит обычную, — покачала головой валькирия и вздохнула. — Что уж говорить про мою.

На мой взгляд, Эйленталь относилось к себе чересчур критично, хотя на деле имела вполне обоснованный повод для гордости. Мне хотелось как-то поддержать воительницу, но в данный момент я не имел никакого представления о том, как ей помочь. Она и так смогла извлечь очень многое из своего скудного магического таланта, превратив его в эффективный метод ведения боя. Но увы, при этом она сильно зависела от своего артефакта и, похоже, этот момент нельзя было никак обойти.

Да, за время путешествия в моей компании она станет сильнее, чем раньше, но я не думаю, что усиление за столь короткий срок окажется значительным, всё же счёт идёт на считанные недели, а не месяцы. К тому же, оно точно не решит её главную проблему. Всё таки, у каждого есть свой предел. Предел…

— Не надо вешать нос, Эйленталь, — задумчиво сказал я, взглянув на небо. — Судьба — причудливая штука. Ещё не так давно я не мог зачаровать даже жабу, настолько был слаб.

— Вы серьёзно? — спросила воительница с неприкрытым удивлением.

— Абсолютно. Так что не сдавайтесь раньше времени. Быть может, однажды жизнь предоставит вам шанс всё изменить.

Пускай это были очень простые и незамысловатые слова, я надеялся, что они хотя бы немного разгонят тучи на душе у валькирии.

Покрутив в руке стрелу Эйленталь ещё немного, я кинул её в седельную сумку, дабы поэкспериментировать с формой своей пули где-нибудь на привале, взяв творение воительницы за образец.

На какое-то время путь проходил в молчаливой тишине, но постепенно мы разговорились и Эйленталь поведала немного о себе самой и довольно много о стране в целом, рассказывая как о местных политических силах, так и о всяких бытовых мелочах. Кроме того, так как я уже никуда не торопился как угорелый, то наконец смог себе позволить насладиться пейзажами эльфийских лесов.

Хотя осень уже давным-давно вступила в свои права и дело уверенно приближалось к зиме, многие деревья тут не спешили укутывать землю в пёстрый плед из красно-жёлтой листвы, упрямо хвастаясь изумрудно-синеватыми кронами, в которых только начинали появляться признаки сменившегося сезона. Однако в этом имелись и свои минусы — кроны здоровенных деревьев, напоминавших дубы-переростки, создавали в лесу густую тень, ещё больше охлаждая и без того не жаркий осенний воздух.

Изредка среди этого буйства зелени попадались необычные деревья с серебристой листвой и светло-серой корой. Они были не такими мощными как «дубы» и на их фоне выглядели весьма тщедушно, но это был лишь обман зрения, так как на деле они тоже могли дать фору многим обычным деревьям.

Со слов Эйленталь, эти деревья назывались арелос и те экземпляры, что я видел, были лишь молодой порослью. В тёплые месяцы их листва была снежно-белой, осенью становилась серебристой и, когда дело приближалось к зиме, обретала близкую к хрусталю прозрачность. А когда на землю ложился снег, листва начинала набирать красивый тёмно-вишнёвый оттенок, сверкая и переливаясь в отражённом от снега солнечном свете. С приходом весны листва опадала и уступала место новой, серебряной.

Происходило это благодаря магическим свойствам арелоса. И раньше, когда земли эльфов простирались дальше на запад и юг, где эти деревья росли в огромном количестве, их использовали для создания магического оружия и артефактов. Пик наилучших свойств древесина набирала как раз зимой, когда обретала вишнёвую листву. Кроме того, из зимней листвы получались первоклассные зелья восстановления маны.

Увы, но те времена давно прошли. Фиарнийцы выжгли дотла арелосовые рощи вместе с большей частью эльфийских лесов, а искусственному разведению данное дерево почти не поддавалось. И те ростки, что таки соизволили пойти в рост, не трогали, надеясь, что со временем молодняк сможет восстановить популяцию. Единственное, что пускали в ход, это опадавшую весной листву, да погибшие по естественным причинам деревья.

— Если вам доведётся попасть в столицу, советую заглянуть на дворцовую площадь, — закончила свой рассказ о дереве Эйленталь. — Там растёт старейший из уцелевших арелос, перенесённый туда магией. Очень красивое и величественное зрелище.

За подобными историями и прошёл день. Когда стало основательно темнеть, а уставшие ящеры уже шагали вяло и неохотно, я объявил привал.

— Заночуем тут, — на глаза как раз попалась подходящая полянка, куда можно было бы вместить замок.

— Согласна, место неплохое, — кивнула воительница. — Но почему вы сказали, что палатка в дороге не понадобится?

Я хитро ухмыльнулся, предвкушая реакцию:

— Потому что у меня есть кое что намного лучше, — весело ответил я и открыл меню Хранилища. — Добро пожаловать в мой личный походный замок! Чувствуйте себя как дома.

Сказать, что Эйленталь удивилась, значит не сказать ничего. Как и у любого знающего о пространственных артефактах мага, её шаблон представления о них оглушительно треснул, рассыпавшись в мелкую пыль. И пока она стояла, глупо моргая и пытаясь осознать произошедшее, дверь в замок открылась и из неё выглянули первые любопытные головы, встревоженные неожиданной для них тряской здания.

— Дядя Владыка, что случилось?

— О, ничего серьёзного, — я помахал детишкам рукой. — Лучше идите сюда, я познакомлю вас кое с кем интересным. Вы когда-нибудь слышали о воительнице Эйленталь?

***

После обеда пятого дня впереди наконец показались городские стены. Первая ночёвка в замке, конечно, выдалась весьма бурной, ибо Эйленталь не ожидала, что здание окажется с целой кучей людей внутри. А жители Альвада не ожидали, что я, едва покинув замок, окажусь на его пороге с героиней республики.

Я, в общем-то, тоже до последнего не знал, что привёл в замок настоящую героиню, ибо об этой маленькой детали в своей биографии Эйленталь не рассказывала. Так что остаток того вечера прошёл в различных историях и пояснениях. А когда наружу, учуяв запах еды, вылезла Кардея, начался настоящий хаос, ибо её немедленно взяла в плен деревенская детвора. Впрочем, богиня этому не особо то и сопротивлялась.

Поразмыслив, что ближе к городу подъезжать не стоит, мы съехали с дороги и я вытащил замок, установив его на пустующем поле, дабы те, кто решил остаться в Лайене, дальше могли отправиться своим путём. Таковых было около трети жителей деревеньки. В основном, люди в возрасте, давно прикипевшие к родной земле и опасавшиеся что-то менять. Но во время ночёвок некоторые из них поменяли своё мнение и решили остаться в замке. Впрочем, передумавших оказалось немного.

Когда с прощаниями было закончено, я водворил замок в Хранилище и мы с Эйленталь, вернувшись на ящеров, отправились вперёд. Так как до города было ещё прилично, я не слишком переживал за то, что кто-то мог заметить вдалеке возникший на пару минут небольшой замок. Меня больше интересовало то, получится ли проскочить в город за счёт чужой подорожной.

К счастью, никаких проблем не возникло. Та как я заблаговременно спрятал в инвентарь дайсы, стража у городских врат встретила меня настороженно, но без откровенного опасения. А когда они увидели Эйленталь и невероятно важно выглядящие печати с подписями на пергаменте, который я показал им с ящера, стараясь не передавать в руки, то и вовсе потеряли к странному чудаку в маске из военной полиции всякий интерес. Теперь главное не засветить бумажку перед настоящим коллегой тех парней, что поселились у меня в Хранилище, дабы не наводить лишней суеты.

Так как валькирия знала Фелаен куда лучше меня, она сразу же повела нас на приличный постоялый двор, которым заправлял её знакомый. Сняв комнаты и оставив там вещи Эйленталь, мы отправились по своим делам. Воительница собиралась заглянуть к коменданту, чтобы договориться об использовании городского кристалла связи, ну а я, расспросив хозяина постоялого двора, отправился в сторону лучшей, с его слов, городской кондитерской, лелея в душе надежду, что уже скоро смогу дать знать своим о том, что я в полном порядке.

Эх… Интересно, как они вообще там?

Заседание пяти. Интерлюдия

Острое лезвие скальпеля, зажатого в изящных смуглых пальцах, небрежно скользнуло по печати Университария, вскрывая пухлый конверт из вощеной бумаги. Вытащив из него несколько исписанных мелким почерком страниц, чародейка не глядя кинула опустевший конверт в потрескивающий углями камин и углубилась в чтение. И чем больше она погружалась в текст, тем оживлённее становился взгляд её янтарно-золотых глаз.

— Как любопытно!.. — задумчиво пробормотала она с лёгким возбуждением в голосе. — Невероятное желание запутать следы. Даже не два, как предполагалось, а три слоя шифрования… поразительно, что он смог разобраться всего за несколько месяцев. Всё же у мальчишки невероятный талант. Хм… Судя по первым страницам, это магический трактат. Но чему он посвящён? Очень странная вводная часть. Словно её писал безумец... Жертвоприношение у пригорья Рафат? Впервые слышу. ...Упоминает Законы Лаваены. Речь пойдёт о магии жизни? Но почему Законы упоминаются не в той форме, что я их помню?.. Словно... их пытались переработать для магии тьмы. Бездна, текст закончился в самом начале важного абзаца! Почему я не переписала на один лист больше?!

Успокоившись, чародейка перечитала содержимое страниц ещё раз.

Вероятно, книга всё же была напрямую связана с арахни. Как было известно Лион, погибшая раса находилась в весьма тесных отношениях с магией тьмы и то, что было написано здесь, вполне могло косвенно намекать на причастность паучьей расы к написанию трактата. ...Вот только автор этой книги если и не сошёл с ума, то явно находился на грани здравомыслия.

«Законы Лаваены» были фундаментом, нерушимым стержнем магии жизни, вычисленным в незапамятные времена асани по имени Лаваена и чудом сохранившимся до современных дней. Сложный комплекс магических конструктов с описанием их взаимосвязей с законами жизни и природы открывал дорогу к заклинаниям высшей сложности, к числу которых относилось «Воскрешение». Уже многие годы Лион безуспешно билась, пытаясь нащупать через Законы дорогу к массовому воскрешению, но только недавно, благодаря записям и пояснениям Владыки, начала понимать неявные и скрытые недостатки этих Законов. Они были неполны, неточны, местами даже ошибочны. И всё чаще магесса приходила к мысли, что к моменту, когда она постигнет все нужные тайны мира, ей придётся составить свой, принципиально новый свод конструктов.

И мысли, звучавшие с первых страниц трактата, намекали на то, что его автор пытался пройти похожей дорогой, изменив Законы под свои неведомые нужды. Но с какой целью он пытался применить их к магии тьмы?.. Ведь она не пригодна к какому-либо созиданию, даже некромантия в этом аспекте выглядела бы куда более подходящей комбинацией.

Лионеллиан, просидев некоторое время в задумчивости, взглянула на последний лист, исписанный ключами и таблицами для расшифровки и, приняв решение, начала писать ответное письмо. Чародейку сжигало любопытство и используя эти таблицы, она могла бы расшифровать оставшуюся часть текста сама, но это поглотило бы всё имеющееся у неё время, полностью остановив текущие исследования на неопределённый срок. Позволить себе этого она не могла. А продолжение расшифровки книги посредством переписки могло стать рискованным делом. Потому магистр собиралась уговорить молодого языковеда, докопавшегося до сути первых страниц, перебраться в Лаграш для полной и детальной работы над книгой, дабы не отвлекаться на это дело самой. Благо, что сам паренёк тоже книгой очень заинтересовался. Конечно, следовало сначала обсудить всё с Владыкой Нотаном, но, во-первых, он сам изначально и подал идею о приглашении сюда перспективного специалиста, а во-вторых он сейчас отсутствовал, чародейке приходилось действовать по собственному разумению.

Впрочем, она всё же честно призналась себе, что поступает так из жгучего любопытства. Она чувствовала, что старинная книга скрывала секреты, которые будут интересны не только её Владыке, но и ей самой. И понимала, что не удержится, и ещё до приезда языковеда самостоятельно расшифрует несколько страниц, хотя бы ради того, чтобы побыстрее дочитать вводную часть книги.

Закончив писать короткое письмо, Лион достала из своего саквояжа чистый конверт и, написав на нём адрес и имя получателя, засунула в него послание, после чего запечатала. Для отправки было уже поздновато, так что в почтовую службу чародейка решила заглянуть утром. Кроме того, на сегодняшний вечер у неё запланированы другие дела.

Потянувшись, она встала с кресла и, убрав всё со стола, покинула кабинет, заперев за собой дверь.

Несколько дней назад, когда всем жителям Лаграша приснился странный сон с чёрно-белым затмением, каждый проснулся с твёрдой убеждённостью в том, что это знак от Владыки или Богини. Ни единая душа не могла внятно аргументировать, откуда взялась подобная уверенность, но никто не подвергал её сомнению точно так же как и то, что солнце поднимается на востоке, а заходит на западе.

Все, как один, без единой тени сомнений в голосе заявляли — Владыка вернулся.

И среди всех жителей города Лионеллиан считала себя наиболее убеждённой в этом, ибо знала об ещё одном знаке. Внутренний орган Владыки, который Лион кропотливо исследовала все эти месяцы, ещё до явления загадочного сна сгорел в чёрном пламени, едва не подпалив всё помещение. Подобное не могло произойти из-за простой случайности, только лишь повинуясь конкретной воле своего прежнего владельца. Ибо в момент вспышки, находившаяся в кабинете чародейка не ощутила ни единого следа посторонней магии, колебания исходили прямо из селезёнки Владыки. Вмешательство со стороны было исключено.

— Хорошего вечера, магистр, — кивнул ей дежурный лекарь, сидевший в приёмной и взвешивавший травы. — Вы домой?

— Нет, сегодня я буду до поздней ночи в особняке Владыки, — сообщила ему тёмная эльфийка. — Если будет что-то срочное, сначала ищите меня там.

— Понял вас, — кивнул мужчина и вернулся к работе.

Выйдя на улицу, Лионеллиан устало потянулась и, вдохнув полную грудь свежего прохладного воздуха, зашагала по улице, привычно ловя на себе мужские, а порою и женские взгляды.

Пару месяцев назад, когда по городу прокатились слухи об убийстве Владыки, на город было больно взглянуть. Когда Лион только приехала сюда, вместо унылого захолустья она увидела яркий цветок развивающегося города. Его бутон лишь начинал раскрываться, но уже тогда ей показалось, что его соцветие может стать одним из самых ярких из виденных ею. Владыка Нотан наполнял окружающих его людей уверенностью в завтрашнем дне и смелыми надеждами.

Всякий его план приносил горожанам благо, он всегда возвращался с победой, дети во дворах до драк спорили о том, кто из них сегодня будет грозным Владыкой, а кто вшивыми людами, которых он будет карать. И никто не ожидал, что его пронзит фиарнийский клинок в самом сердце Лаграша.

Ниспосланное Матерью Ночи успокаивающее видение смогло смягчить ситуацию и остановить подготовку к погоне за его «убийцей». Многие после него засомневались в том, что их Владыка действительно мог так легко проиграть, и начали верить в оставленные Богиней слова о большом и сложном плане, который начал воплощать её апостол. Начали верить в то, что скоро он вернётся.

Однако цветок Лаграша уже не был столь ярок. Сомнения и страхи, несмотря на веру, всё равно порождали тучи и туман в сердцах горожан, и это не могло не сказаться на городской атмосфере и настроениях людей. И чем дольше не было вестей от Владыки, тем темнее становились эти тучи и слабее становились надежды. А слухи о том, что где-то в двух неделях от города люды вновь затеяли какие-то передвижения, лишь добавляли масла в огонь.

Лишь немногие безоговорочно верили в то, что Владыка жив и обязательно вернётся, как только исполнит свой замысел. Это были те, кто как и Лион, воочию видели невероятные вещи, на которые был способен Нотан. Те, кто понимал, насколько далеко за пределы разумного простираются его знания и силы. Но среди них, вероятно, лишь чародейка успела на собственном опыте убедиться, что Владыка демонов в силах превзойти даже смерть.

А потому она спокойно ожидала его возвращения и старалась передать своё спокойствие окружающим.

Теперь же, когда все последователи Богини увидели весть и преисполнились уверенностью, она вновь наблюдала перед собой тот самый Лаграш, представший перед ней в самый первый день прибытия. Яркий, распускающийся цветок, сияющий стремлениями и надеждами.

— …Но ответьте мне, братья и сёстры-кве! — донеслось до чародейки с площади, мимо которой она шла. — Разве способна наступить полная тьма-кве? Даже с приходом ночи на небе сияют звёзды и луна-кве, освещая путь тем, кому должно двигаться дальше в это мрачное и непроглядное время-кве. Даже затмение не способно подавить собою мощь солнечного света-кве, упрямо сияющего вокруг чёрного диска и не позволяющего тьме взять верх, изгоняя её прочь-кве. Вот почему Богиня избрала сие знамение в наших снах-кве, дабы указать на возвращение нашего Владыки-кве! Тёмные времена придут и уйдут, словно затмение-кве, но его свет и свет нашей Богини всегда будут сиять-кве! И потому я заявляю вам…

Остановившись, Лионеллиан с лёгкой улыбкой понаблюдала за тем, как фолиант Владыки, активно жестикулируя страницами, проповедует горожанам у подножия статуи, возводимой в честь Матери Ночи. Строительство уже приближалось к завершению, скульпторы закончили большую часть работы и теперь доводили до ума голову. Но, так как статуя умышленно создавалась несколько обезличенной, на основе того самого образа, что Владыка носил на своём плаще, чародейка не думала, что это займёт много времени.

Могло показаться, что фолиант, установленный на своём посохе прямо под простёртыми к слушателям руками статуи, ничем не защищён. И любой подлец или охотник за артефактами мог невозбранно подбежать к Эрмиту. Но на деле гримуар охраняло оцепление из гоблинов Горта во главе с самим шаманом, державшее толпу на расстоянии.

В целом, Лион считала место, куда всегда устанавливали посох Эрмита, весьма удачным, так как вещавший под руками Богини талмуд со стороны выглядел очень возвышенно и даже символично. А ещё это было неплохое место на случай дождя.

Эрмит, как и чародейка, был с самого начала свято уверен в возвращении Нотана, стараясь убедить в этом всех, чьи сердца одолели сомнения и неверие, став ради этого проповедником. Не сразу у него начало получаться. Но фолиант, ежедневно практикуясь, следя за настроениями паствы и ища новые тропинки к их сердцам, совершенствовался. И когда лаграшцы получили знак, все те, кто до этого слушал речи Эрмита со скепсисом и печальной усмешкой, стали его главными последователями, убедившись в истинности его речей. И, как подозревала Лион, слухи об удивительной книге-проповеднике уже начали распространяться за пределы города, что в скором времени могло привести к волне паломников.

Спустя четверть часа Лионеллиан добралась до особняка Нотана и, поднявшись на крыльцо, пару раз ударила дверным молотком.

Вскоре дверь открылась, но к её удивлению, сделали это не горничные, а рыжая гномка, невеста хозяина дома.

— А, Лион, проходи! — улыбнулась она и пропуская тёмную эльфийку внутрь.

— Добрый вечер, мастер Лони, — магесса подарила ответную улыбку, заходя в дом.

Внутри всё было точно так же, как и всегда. С кухни доносились запахи свежей горячей еды, жарко натопленный камин уютно гудел, согревая гостиную, а вокруг царили безупречный порядок и чистота. Казалось, стоит немного подождать, и Владыка спустится вниз, подарив ей радость своего присутствия, но Лионеллиан знала, что это ощущение обманчиво и время ещё не пришло.

И, пускай она не сомневалась в его возвращении, сердце тёмной эльфийки слегка защемило от тоски.

— Госпожа Шарли, мы прекрасно всё понимаем, но юной девушке не пристало возвращаться с прогулки, будучи в крови с ног до головы! — до эльфийки донёсся приглушённый голос Латики, исходивший из купальни и развеявший накатившее на неё дурное настроение.

— Но…

— Никаких «но», юная госпожа! — на этот раз говорила Эсми. — А если бы в этот момент вернулся господин Нотан? Разве рад был бы он видеть ваше окровавленное лицо? Скорее он бы весь испереживался, посчитав, что вас кто-то обидел и ранил!

— …

Весело фыркнув, Лион присела вместе с гномкой на диван и кивнула головой в сторону купальни:

— Шарлотта опять нашла какого-то люда?

— Ага, — кивнула рыжая. — На этот раз где-то за городом. Сама понимаешь, там её уже никто не смог остановить от славного пира. Будешь чай? Они там надолго.

— Не откажусь, — приняла предложение эльфийка, скосив взгляд в сторону купальни, ощущая в сердце приятное тепло.

Она искренне считала Шарлотту очень славной девочкой. И то, что она могла безошибочно находить фиарнийских лазутчиков, приводило её в настоящее восхищение. Окружающих немного смущало то, что Шарлотта расценивала людов сугубо как еду, но Лионеллиан считала это вполне нормальным и даже логичным, учитывая, кто именно вырастил девочку.

«Люды пригодны лишь для того, чтобы стать кормом». Это безмолвное послание легко и непринуждённо читалось за поступками Шарлотты, и эльфийка жалела лишь о том, что сами люды вряд ли когда-либо поймут его.

В конце концов, Шарлотта их просто съедала, если в этот момент некому было её остановить.

— Ну как, вы уже провели испытания? — спросила Лионеллиан, отпив чаю.

Гномка радостно просияла и кивнула, заговорщицки подсев поближе к эльфийке:

— Вчера ночью провели полевые стрельбы с участием гоблинов. Дед в полном восторге от мощи и точности пушек! Говорит, уже можно их в производство запускать. Вот только… — Лони немного помрачнела. — Прототипы стабильны и надёжны, но вот потребление магической энергии нам так и не удалось снизить…

Об этой проблеме Лионеллиан уже знала. Магическая пушка Владыки, которую он величал «Рейлганом», оказалась невероятно прожорливой. Для ручного варианта ещё можно было обойтись сумкой со сменными кристаллами, но гномы опасались, что прокормить её полноразмерную версию даже альд-кристаллами станет очень дорогостоящей задачей, однако решения пока отыскать не могли.

— Я думаю, Владыку устроит уже то, что она сможет стрелять и не ломаться, — выразила своё мнение тёмная эльфийка. — Уверена, что проблему энергии он решит. Как минимум, ему ведомо где раздобыть сильд.

— И то верно, — повеселела рыжая и подначила чародейку. — Тогда я должна сказать, что дни вас, магов, на поле боя сочтены. Наши малышки стреляют дальше и куда больнее вашей магии. Гоблины Горта уже застолбили за собой первую партию. Сказали, что с ними они теперь точно смогут называть себя гвардией Владыки.

— Ты так говоришь, словно мы спим и видим, как бы повоевать на фронте, — хмыкнула в ответ Лион. — Когда думаете устроить публичную демонстрацию?

— Думаю, через месяц, — Лони откинулась на спинку дивана и задумчиво покачала в руке чашку с чаем. — Дед отправит приглашения армейским чинушам и знакомым аристократам. Пускай обалдеют и оставят у нас свои кошельки. Заодно их появление вместе с отрядами охраны должно смутить тех людов, что снова шныряют на западе. Не нравятся мне их манёвры, да ещё в подобное время.

Гномка ненадолго замолчала.

— Надеюсь, его изобретения и правда смогут переломить ход войны, — добавила она. — Ну а у тебя какие успехи?

Пока служанки приводили маленькую охотницу на людов в порядок, эльфийка с гномкой успели выпить по чашке чая, обсуждая свои проекты, мелкие городские новости и сводки с фронта. Лионеллиан даже не помнила, каким образом это получилось, но в определённый момент после «смерти» и исчезновения Владыки они начали пару раз в неделю собираться в особняке и устраивать небольшие женские посиделки. Шарлотта в них участвовала нерегулярно, обычно предпочитая бегать по городу или спать, а вот Лионеллиан, Лони, Эсми и Латика стали постоянными членами этого маленького клуба.

Раньше это могло показаться странным, ведь Эсми и Латика были обычными горничными, Лони являлась официальной невестой Владыки, а Лион, пусть и с молчаливого одобрения будущей супруги, просто любовница. Шарлотта… о ней вообще сложно было сказать что-то определённое. И то, что они все вместе садились время от времени выпить чаю и поговорить о жизни, со стороны могло показаться несколько странным и неуместным. Разное положение при Владыке, разный статус в обществе, но… их объединяло одинаковое стремление стать надёжной опорой и поддержкой человеку, что старался принести в мир свет победы и неомрачнённое тревогами будущее.

Именно осознание этого факта сплотило женщин и позволило им поддерживать друг друга во время отсутствия Владыки Нотана. Хотя сама Лион не слишком переживала из-за его пропажи, она охотно поддерживала остальных вместе с Шарлоттой, так как девочка всегда с улыбкой заявляла, что «У братца Нотана всё хорошо!».

Лион не знала, была ли это простая вера во Владыку, или же паукодевочка скрывала какие-то ведомые ей одной подробности, но выяснить эльфийке этого не удалось. На все её вопросы Шарлотта всегда отвечала хитрой улыбкой и говорила, чтобы «тётя Лион» ни о чём не тревожилась.

Но, по крайней мере, она хотя бы пояснила, почему назвала Владыку братцем, когда научилась говорить:

— Потому что братец Нотан назвал Шарли сестрёнкой, когда познакомился с ней! — гордо заявила она в тот день.

Щёлкнула задвижка на двери купальни, выдёргивая чародейку из размышлений, и в гостиную ворвалась укутанная в банный халат Шарлотта, распространяя вокруг себя влажное тепло и запах травяного мыла.

— Тётя Лион! — радостно подпрыгнула она, увидев чародейку.

— Привет, Шарли, — улыбнулась ей Лионеллиан. — Говорят, ты поймала ещё одного люда?

— Угу! — гордо кивнула девочка. — Шарли решила пробежаться у опушки, а он там сидит на дереве. Смотрит. Шарли тоже на него посмотрела, а потом скушала, — девочка замолчала и задумчиво склонила голову к плечу. — Не надо было, тётя Лион?

— Всё в порядке, продолжай в том же духе, — усмехнулась эльфийка, представляя, насколько перекошенная от ужаса рожа была у люда, когда он увидел, что к нему на дерево лезет паукообразное чудовище с голодным взглядом.

— Госпожа Лион, чему вы учите ребёнка?! — возмущённо спросила подошедшая Латика.

— Шарли не ребёнок! Шарли взрослая! — возмутилась девочка.

После небольшого спора о возрасте, манерах, этикете и несварении желудка, в котором так и не определился победитель, Шарлотта отправилась сушиться у камина, блаженно зажмурившись.

Устало вздохнув, Латика заправила выбившуюся прядку волос за ухо и, сообщив, что они с Эсми подадут ужин через несколько минут, удалилась на кухню, куда вскоре прошла и её напарница-эали.

Пока горничные накрывали на стол, Лионеллиан скосила взгляд на сидевшую возле камина Шарлотту. Девочка была полна загадок. Чародейке очень хотелось понять, на что же уходит поглощаемая Шарли магическая энергия и почему её не раздувает подобно шару, хотя она поглощает невероятное количество еды, не говоря уже о том, что девочка была способна сожрать целого люда и не поморщиться. Какую магию скрывало это хрупкое тело и какие процессы бурлили в нём? Лионеллиан было очень интересно!

Но магистр понимала, что если она поднимет на девочку скальпель, то её дни действительно будут сочтены. Владыка мог пощадить за нападение на него самого, но стоит лишь тронуть Шарли…

Представив, какая судьба могла бы её ожидать, эльфийка вздрогнула и выкинула искушающие мысли из головы. На такое она не могла пойти даже во имя науки!

Вскоре еда оказалась на столе и горничные пригласили всех в столовую.

— Итак, — взяла слово Лони, когда все заняли свои места, — сегодняшнее заседание совета женщин Владыки Нотана объявляю открытым. Так как никто из нас больше не сомневается в его возвращении после того сна, предлагаю обсудить и придумать план как можно более тёплой встречи, чтобы быть готовыми к его возвращению. Такие важные вещи стоит продумать заранее.

— Согласны! — хором кивнули все остальные.

— Тогда… — неожиданный барабанящий стук в дверь прервал гномку и заставил женщин напряжённо посмотреть в сторону входа.

— Одну минуту! — крикнула Эсми, вставая из-за стола, как неожиданно стук прекратился, а в левом от двери окне показалась радостно ухмыляющаяся гоблинская рожа.

— Владыка связаться! — радостно сообщила рожа через стекло. — Сообщение по кристалл! Мэр звать всех!

Глава 22. Город фонтанов

— Обладать величайшим талантом — это невыносимо тяжёлая доля, — напыщенно заявила фея, не сводя взгляда со стола. — Вокруг тебя всегда будет царить плотный кокон из зависти и алчности тех, кто будет стараться обратить твоё величие себе на пользу. Твои мысли и деяния всегда будут превосходить понимание тех, кто в силу своей ограниченности не способен охватить своим скудным разумом полёт и размах безбрежных идей и задумок. Каждое движение величайших, каждый крохотный шаг — объект пристального внимания, изучения и, конечно же, критики. Но знай, сподвижник мой, истинные великие не держат на это обид. Они милостивы и всепрощающи, и в мудрости своей могут лишь снисходительно улыбаться в ответ на зависть и интриги, что плетут вокруг них, ведь это не более чем бессмысленная суета, не стоящая внимания и забот. Их возвышенный дух парит над мелочными дрязгами и тёмными умыслами, демонстрируя всем и вся своё ослепительное величие, великолепие и несравненную белизну.

Тяжело сглотнув, Кардея подлетела поближе к столу.

— Да, — добавила она. — Именно такую, как у этой великой пироженки с большой горой белоснежного крема.

Сказав это, величайшая в обозримой Вселенной богиня схватила руками одно из пирожных на блюде и, широко раскрыв рот, погрузилась лицом прямо в невесомое облако кондитерского крема, позволив пленить себя несравненной сахарно-белковой сладости.

Даже у величайших имелись свои слабости. И слабостью Кардеи были вкусняшки.

«Ах, что за мягкость! Что за несравненная услада, заполняющая её уста с каждым укусом! Что за не уступающее амброзии чувство тающего на языке воздушного лакомства! Наслаждение и нега, восторг и блаженство! Апофеоз рукотворного источника упоения, который по силам создать смертной душе!» — насколько я мог судить, богиня пыталась сообщить что-то вроде этого, поедая угощение.

Но вместо этого вся её речь превращалась в бесконечное:

— ФХМПХ ХФМГФГ ПХХХМФМ ХВМПФ!

— Вынырни из пирожного, потом говори, — вздохнул я, закатив глаза.

— ФТО? ЙА НЕ ФЛЫФУ! — пробубнила фея, вытащив голову из крема.

— Конечно не слышишь, у тебя ведь крем в ушах, — фыркнул я, глядя на сидящий передо мной белый комок, посреди которого моргали голубые глазищи.

— Как… Как бестактно! — возмутилась Кардея. — Просто возмутительно! Как мой сподвижник, ты должен проявлять больше уважения великой Кардее!

— Моё уважение прямо у тебя на лице, — не удержался я от подначки, привалившись к стене, возле которой сидел на кровати. — Разве эти прекрасные сладости не являются отражением моих искренних помыслов? И вообще, это не моя вина, что великая и несравненная Кардея пренебрегает всяческими правилами этикета, ныряя в пирожные с головой.

— Кх!.. — смутилась на короткий миг коротышка, но быстро нашла как вывернуться из положения. — Будучи великой, Кардея вольна сама устанавливать правила, которые бы соответствовали её пониманию манер и этикета!

На это заявление мне оставалось лишь вздохнуть и покачать головой, оставив фею в покое. Хорошо уже то, что я не позволил ей разграбить кондитерскую в Фелаене, где она чуть не довела хозяйку до истерики. Кто мог предполагать, что оказавшись в этой обители сладостей, мелкая засранка тут же вылетит из Хранилища, напугав всех вокруг, и начнёт с ошалелыми глазами надкусывать всё, что попадётся на эти самые глаза? Дегустаторша, ммммать. Пришлось проводить долгую и напряжённую беседу о поведении в общественных местах и особенно в кондитерских.

Фея, вроде бы, внушение поняла и приняла, но основательно надулась, из-за чего мне пришлось отложить свой вопрос до более благоприятного момента, когда коротышка перестанет строить из себя оскорблённую невинность. И только сегодня, спустя неделю после отъезда из Фелаена и отправки сообщения в Лаграш, я решил, что Кардея уже достаточно подобрела для небольшой беседы.

Но перед тем как задавать вопрос, я решил благоразумно подождать, пока она приговорит сегодняшнее «подношение», купленное по прибытию в очередной город. К счастью, в случае с Кардеей, это не занимало много времени. Она не относилась к тем, кто растягивает удовольствие и смакует каждый кусочек.

Всего через минуту целое блюдо десертов оказалось полностью уничтожено и коротышка начала приводить себя в порядок, выковыривая остатки крема из ушей и волос.

— Довольна ли великая сегодняшним пиром? — усмехнулся я, глядя как фея сосредоточенно облизывает измазанные кремом пальцы.

— Ммм! Весьма! — радостно откликнулась Кардея. — Всё же не зря я назначила тебя своим праволевым!

— Ну, коли по нраву тебе сии подношения, настало время великой выполнить свою часть уговора, — старая кровать постоялого двора легонько скрипнула, когда я подался вперёд. — Зачем ты проникла в Тельвар в моём кармане? На самом деле.

Услышав вопрос, фея немного нахмурилась, скривила рожицу, но в итоге ответила:

— Что же, раз таков был уговор, великая не отступит от своего слова! — напыжившись, заявила она. — Внемли же словам моим, праволевый, и восхищайся несравненной хитростью и остротой ума великой Кардеи! Как ты знаешь, великую преследовали подлые злодеи, желавшие заполучить силы её и в очередной раз открыть лазейку в сей мир. А потому великая решила, что раз им так нужно попасть в этот мирок, то пусть попробуют добраться до Кардеи, когда она будет в нём! Мхахахахаха! Ну, что скажешь, сподвижник мой? Ты восхищён? Ты поражён размахом мысли великой?

Преисполненная чувства собственной важности и гениальности, Кардея парила над столом, уперев руки в боки и надменно смеялась, а я сидел и пытался понять, то ли богиня продала свою.божественную душу какому-то демону в обмен на эту искру озарения, то ли эта мелочь куда умнее, чем пытается казаться.

— Действительно… хитро, — не мог не признать я. — Но почему ты не сделала этого раньше?

— Раньше великая просто не задумывалась об этом, — развела руками Кардея. — Мысль сия посетила меня во время бегства от дра… В общем, не задумывалась и всё! — резко закончила она, поняв, что ляпнула кое что лишнее.

Нет, видимо, всё таки замешаны демоны. Интересно, а в самом деле, возможна ли технически продажа души бога какой-нибудь высокоранговой нечисти? Если да, то что можно получить взамен такого крупного и редкого товара? Если нет, то какие ещё есть ограничения на сделки с Дьяволом? И вообще, какие там условия, обязанности сторон, поводы для расторжения?..

От обдумывания высоких и важных материй, а также вопроса о том, кто были те упомянутые злодеи, меня отвлёк шум, раздавшийся с первого этажа. Кто-то усиленно рычал что-то неразборчиво-приказное, после чего по лестнице загрохотали шаги тяжёлых сапог. Вздохнув, я махнул рукой в сторону входа и запечатал комнату каменной стеной.

— Не будешь выходить? — спросила Кардея, покосившись на каменную плиту.

— Не хочу, — поморщился я. — Надоели. Пускай сами как-нибудь восвояси свалят.

— Это здесь! — поднимавшийся по лестнице отряд остановился напротив моей комнаты.

— Владыка демонов, вы задержаны именем монарх-патриарха! Немедленно откройте дверь!

О, как дружелюбно! Не «арестованы», а «задержаны». Сразу повеяло безграничным радушием и гостеприимством.

В дверь, оставшуюся по ту сторону камня, усиленно заколотили.

— Мы знаем, что вы там!

Ну знайте дальше. Душевно зевнув, я скинул с ног сапоги и завалился на кровать. Пусть мы и сменили ездовых ящеров на приличный дилижанс, нанятый в Фелаене во имя комфортного путешествия, дорога всё равно утомляла.

— Несите топор! — раздался из-за стены приглушённый приказ. — И лом найдите!

Сидевшая на столе Кардея фыркнула и припала к большой кружке с водой. Судя по габаритам, она была то ли гномьей, то ли орочьей. В целом, её размеры позволяли послужить фее кадкой для мытья, но эта мысль пришла мне в голову слишком поздно. Ладно, в прошлые разы она ведь как-то обходилась без ванны, верно?

Смачный хруст раскалываемой древесины нарушил мою едва начавшуюся дрёму и я понял, что спокойно заснуть мне всё равно не дадут. Раздражённо вздохнув, я сел и опустил ноги в сапоги, попутно нашаривая на столе маску.

— Всё таки выйдешь?

— Ну ты же видишь, какие они настойчивые. Придётся воздать должное их упорству.

Дверь, тем временем, уже азартно рубили, выгрызая петли. И пока я разбирался с сапогами, полотно весело хрустнуло под напором лома, после чего грохнулось на пол коридора. На несколько секунд после этого повисла звенящая тишина.

— Это… что такое, мать вашу?!

— Каменная стена, капитан!

— Без тебя вижу, что каменная! Ч…

— Тогда зачем спрашиваете, раз видите? — любезно поинтересовался я, подойдя к выходу из комнаты и убрав стену, что стало неожиданностью для незваных гостей. — И вообще, кто вам разрешал так шуметь в столь поздний час, ммм?

Стражники, а точнее представители славной военной полиции, каким-то образом таки пронюхавшей, что я передвигаюсь по подложным бумагам, уже не в первый раз пытались меня повязать. Сначала их отряд нагнал нас вскоре после отъезда из Фелаена. К счастью, кучер нанятого нами дилижанса, флегматичный гоблин с хитрой рожей, не высадил нас после такого у ближайшей обочины, а просто и без затей запросил тройную оплату.

Вторая попытка произошла близ следующего города. Комиссары ожидали нас загодя и даже раздобыли где-то не то рассеиватели, не то подавители магии. Мне пришлось наглядно продемонстрировать им, что против божественной магии подобные игрушки самую малость не вышли рангом.

На пятый день пути вояки притащили с собой несколько магов, видимо из местных и уже не имевших обязательств перед Университарием. Я даже дал им небольшую фору, чтобы посмотреть как они будут пытаться взломать мою магическую защиту.

А сегодня… пришли вот эти. Даже без магов и артефактов. У них закончились идеи как со мной совладать? На что они надеются? Или это жест отчаянья, когда приказ есть, а решения нет? Даже жаль их немного.

— Схва!.. — во рту командира тут же оказался уже фирменный каменный кляп и я укоризненно покачал пальцем.

— Ну я ведь только что сказал про шум. Давайте спустимся во двор и там решим все вопросы.

Взмахнув рукой, я запаковал весь отряд в каменные доспехи с кляпами и, ухмыльнувшись, испытал своё новое изобретение. Магический каменный экзоскелет с удалённым управлением. Развернув солдат в сторону лестницы и выстроив их в шеренгу, я заставил их шагать на выход с постоялого двора, дирижируя в процессе пальцем и напевая бородатую песенку:

— Аты-баты, шли солдаты, аты-баты, на базар. Аты-баты, что купили? Аты-баты, самовар.

Не уверен, что комиссары знали, что такое самовар, но строевую песню они поддерживали радостным и активным мычанием.

Мои навыки управления пока оставляли желать лучшего, так что с лестницы я их чуть не спустил самым дурацким образом, но внизу всё снова наладилось и мы дружно прошагали мимо бледного как мел хозяина таверны, взиравшего на нашу процессию в непередаваемом ужасе. Примерно в таком же виде, наверное, были бы и сидевшие в обеденном зале постояльцы, но с приходом военной полиции они, кажется, рассосались кто куда. Ну и ладно.

Весело подмигнув хозяину, я вывел отряд во двор, где наконец смог вытащить из Хранилища свою коробку для идиотов, куда и завёл новых постояльцев. Место в ней, к слову, уже заканчивалось. Если так и продолжится, её точно придётся расширять.

Уладив, наконец, проблему, я глянул на звёздное небо, наслаждаясь тишиной. К счастью, сегодня с самого утра небо было чистое и ясное, не предвещая никакого дождя, так что ничто не мешало мне любоваться ночными видами.

…И всё таки странная история. Все эти появления военных комиссаров, кроме самого первого, в крепости, выглядели как-то подозрительно. Ни один стражник, которому я показывал бумагу, даже бровью не пошевелил, чтобы оставить хоть намёк на то, что он что-то заподозрил. Неужели в Лайене настолько вышколенная стража, что просто делает морду кирпичом при встрече, а после того, как я заворачиваю за ближайший угол, докладывает куда надо?

Что до самой полиции… как-то мелко работают. Они явно имеют представление о моём маршруте, раз то и дело пытаются перехватить прямо на дороге. Почему бы не стянуть побольше сил? Продумать план и всё такое. Хотя бы яму с кольями выкопать, в конце концов! Ладно, даже я сам не представляю как на их месте должен был бы арестовать себя, так что нет смысла придираться к их скудной изобретательности. Всё, что могут, то и делают.

Всё ли? Последняя группа явно подошла к делу спустя рукава. Да и вообще, есть в действиях всех этих ребят ещё одна странность…

Немного подумав, я неожиданно нашёл вполне приличное объяснение происходящему и, хмыкнув, отправился обратно в здание.

Стоявший у входа хозяин постоялого двора, едва завидев меня, тут же юркнул за стену, словно не подглядывал всё это время за тем, как я разбираюсь с эльфами, через приоткрытую дверь. Зайдя в обеденный зал, я подошёл к стойке и высыпал на неё несколько серебряных монет.

— За беспокойство! — крикнул я, надеясь, что хозяин прячется где-то неподалёку, а не решил, что ему давно пора было отправиться в путешествие и повидать новые места.

Когда я вернулся на этаж, то не обнаружил ни одного любопытного взгляда. Видимо, постояльцы в соседних комнатах благоразумно решили, что они ничего не слышали и вообще это их не касается. Лишь одна дверь оказалась открыта и из неё выглянула обеспокоенная Эйленталь.

— Всё в порядке, господин Владыка? — уточнила она.

— В полном, — кивнул я, — Доброй ночи.

Ещё в крепости я объяснил валькирии, что ей не стоит беспокоиться о подобных мелочах и вообще в случае повторения ситуации стараться не попадаться на глаза комиссарам, но теперь я начал понимать, что, скорее всего, даже не сделай я этого, ей бы мало что грозило.

Чёртовы эльфы. Я ещё почти ничего не сделал, а уже вляпался в какие-то интриги и закулисные игрища. Мда. Ладно, пойду попробую всё таки узнать у Кардеи, кто же её обижал.

***

— Добро пожаловать в Альвален!

Радостный крик кучера, раздавшийся после полудня двенадцатого дня пути, ознаменовал для меня конец дорожной тряски, а для него — долгожданный остаток оплаты.

Как и положено региональному центру, к Альвалену сходилось множество крупных трактов, по которым перевозили грузы и товары из каждого уголка страны. Оживление, царившее на улицах города, мог бы, пожалуй, перебить лишь хаос столицы. Откровенно говоря, я впервые с момента переселения в Тельвар оказался в таком густонаселённом и крупном «мегаполисе», и он вызывал во мне серьёзную ностальгию по родному городу, оставшемуся на Земле вместе со всей суетой, мельтешением и бесконечными делами его жителей.

В ожидании, пока под руку не подвернётся свободный экипаж, я разглядывал улицу и заприметил стоявшего на углу паренька с листовками, который оживлённо ими размахивал и что-то кричал толпе. Мне стало любопытно, что такое там происходит, и я решил немного усилить звук в своём направлении магией воздуха.

— …Новости! Читайте свежие новости! Принцесса Арвель продлила свой визит к графу Фальдаэ! Скрывается ли за этим нечто помимо политики?! Легендарный ростовщик, барон Эльказар, вышел на свободу после тюремного заключения за крупнейшие в истории Лайена финансовые махинации! Узнайте главные подробности о деле двухсотлетней давности и том, сколько же крови барон выпил у своих должников! Министерство мудрости выпустило новый букварь для желающих обучиться читать и писать! Что ещё нас ждёт после закона о реформе всеобщего образования?! Городская стража сообщает о краже нескольких мешков…

Как любопытно! Это что, газета? Судя по виду, написана от руки, а не напечатана на станке, но всё же! Ай да эльфы, удивили так удивили. Может, копируют каким-то заклинанием вроде моего «Магического пера»? Надо бы прикупить интереса ради.

Но журналисты тут, конечно, вообще не стесняются. И сплетни о принцессе публикуют открыто, и пусть даже отсидевшего, но аристократа кровопийцей прозывают. Непривычно видеть такую прямоту в подобную эпоху. Главный редактор у них или бесстрашный или бессмертный. Или кто-то из высшей аристократии.

Пока я размышлял об искусстве продающих заголовков, Эйленталь поймала извозчика и мы отправились к заранее подготовленному принцессой жилью, по дороге подрулив к пареньку и купив у него газету. Углубляться в её чтение или исследование я не стал, отложив на потом, отдав предпочтение городским видам.

Из того, что я увидел, Альвален можно было назвать городом фонтанов. Они тут торчали чуть ли не на каждом углу. Большие и маленькие, скульптурные и самые примитивные. Но все, как один, работающие и очень ухоженные. А вот деревьев, на мой вкус, для эльфийского города было маловато.

Как вскоре выяснилось, принцесса приготовила для нас скромный, но уютный домик. Ожидавший там слуга сообщил, что немедленно доложит о нашем прибытии Её Высочеству Арвель, однако она будет занята ещё день или два и потому, вероятно, не сможет сразу организовать встречу. В целом, это можно было рассматривать и как обычную занятость титулованной особы, и как желание меня помариновать. Аристократия обожала подобный «язык», порою передавая своим оппонентам такими жестами гораздо больше, чем потом высказывала в лицо.

Но я решил склоняться к мысли, что принцесса всё же банально занята. В конце концов, может в слухах о продлении её визита действительно виноват граф, а вовсе не мой приезд?

Когда слуга удалился, мы немного передохнули с дороги и пообедали, после чего Кардея поставила на повестку дня крайне важное дело:

— Великая Кардея желает провести исследование местных кондитерских! — безапелляционно заявила она, буравя меня взглядом.

Так как с феей было проще согласиться, чем спорить, я вздохнул и смирился. Тем более, что Кардея пока не желала открывать мне имена обидевших её богов. Но я не сомневался, что ещё сотня-другая десертов и её оборона даст трещину. А значит, следовало продолжать её закармливание.

— По одной кондитерской в день, — тем не менее, я внёс в её намерения своё условие. — Великой стоит уделить исследованию достаточно времени, чтобы оценить все тонкости искусства местных кондитеров, а для этого необходимо не менее одного дня на каждое заведение.

Фея ненадолго задумалась и потом уверенно кивнула.

— Хорошо. По одной в день. Но не реже! — строго заявила она. — Великая Кардея достаточно искусна в дегустации, чтобы оценить всё за день.

— Всецело согласен, — улыбнулся я.

…Наивняк! Какой же наивняк!

Так как откладывать дело в долгий ящик коротышка не собиралась, нам пришлось тут же выдвинуться на поиски десертов. Благо, ближайшее заведение оказалось всего в четырёх улицах от нас.

Удивительно, но, хотя Кардея не стала прятаться у меня в Хранилище, мало кто из толпы на улице вообще обращал на неё внимание. Словно маленькая летающая девочка — это рутина и обыденность. Удивлялись, в основном, только дети, но и то ненадолго. Я даже начал подозревать, что богинька просто отводит глаза, чтобы её не донимали лишний раз.

— Мы на месте, — Эйленталь указала рукой на невысокое здание с вычурной вывеской чуть впереди.

— Довольна? — хмыкнул я, повернувшись к коротышке. — Сейчас отведёшь душу… Эй, Кардея?

Как оказалось, фея немного отстала от нас и зависла на месте, уставившись словно через здания в какую-то далёкую точку. Выглядела богиня напряжённой и словно бы даже… разозлённой?

— Эм… — я снова окликнул Кардею, подойдя поближе. — Что случилось? Мы за пироженками идём или нет?

— А? — богиня словно очнулась от транса и посмотрела на меня обычным взглядом. — Идём. Конечно же идём, праволевый! Что за глупые вопросы?!

Глава 23. Ослепительное сияние будущего. Часть 1

Тонкое, почти призрачное белоснежное покрывало первоснежья, готовое исчезнуть с первым же пробившимся сквозь хмурые тучи лучом солнца, звонко хрустнуло под подошвой сапога, когда я вышел из экипажа перед резиденцией принцессы Арвель.

До прихода полновесной зимы оставался ещё месяц, но погода уже начинала демонстрировать свой скверный характер, с ночи затянув небо над Альваленом и бросив на город первый в сезоне снегопад. Многие деревья и кустарники в эльфийских землях всё ещё продолжали упорно зеленеть, невзирая на глубокую осень, а потому оседающие на их листьях снежинки выглядели как настоящая шутка природы.

Зябко поёжившись и укутавшись поплотнее в плащ, я пообещал себе изобрести нормальный пуховик до прихода настоящих холодов, после чего вместе с Эйленталь последовал за встретившим нас слугой, высоким и крепким эали с отчётливой проседью на кошачьих ушах.

Ожидание встречи с принцессой заняло полтора дня. Больше, чем я надеялся, но меньше, чем могло быть при неблагоприятном раскладе. На самом деле, я был даже немного рад этой паузе. Прогулки по городу и спокойные часы отдыха в гостевом доме позволили мне немного расслабиться и, что называется, выдохнуть.

Да, меня забросило далековато от дома. Да, приняли меня совсем не радушно. Но с другой стороны, это был отличный шанс изучить быт и культуру Лайенской республики, а заодно обзавестись полезными знакомствами и связями на будущее.

А потому я должен был скорее даже радоваться тому, что Судьба подарила мне шанс уладить разногласия с Лайеном заранее. Впрочем, иллюзиями я себя не тешил. Подобные вещи — это всегда сделка, но не всегда взаимовыгодная для сторон. И в текущих условиях мяч находился не на моей стороне поля. Пускай Арвель действительно в силах изменить настроения в правительстве, я пока ещё не знал, что именно она попросит взамен такой серьёзной услуги. Было бы глупо полагать, что она сделает это по доброте душевной, из чистого чувства благодарности за спасённую крепость, но со слов Эйленталь, нрав у принцессы был довольно мягкий и радушный, и я надеялся, что она не попросит в качестве платы за услугу нечто непомерное.

Однако же, даже если наша встреча окончится ничем, я не видел в этом ничего трагического, так как, по факту, абсолютно ничего от этого не потеряю, кроме затраченного на путь времени. Отношения с Лайеном из-за этого явно не станут хуже, а значит, все останутся при своём. Не такой уж и плохой расклад. Поэтому на встречу я ехал с лёгким сердцем и не тревожился понапрасну.

Вопреки ожиданиям, присланный принцессой экипаж привёз нас с Эйленталь не в роскошный особняк, а в неброский домик лишь немногим крупнее того, что служил нам жилищем в последние дни. Сад был немного обширнее, да на несколько комнат больше — что даже удивляло, ведь персону подобного положения должна была днём и ночью сопровождать целая орда прислуги и охраны.

Сначала к принцессе, по понятной причине, отправилась валькирия. Во-первых, следовало в подробностях рассказать о всём, что произошло в крепости, так как связь по кристаллу не позволяла заниматься слишком обширным пересказом. Ёмкость малых кристаллов для личной связи была ограничена. Я не сомневался, что рапорт о произошедшем, составленный усатым эльфом, уже облетел всех, кому полагалось знать подобные вещи. Но подозревал, что его видение ситуации самую чуточку отличается от реальности. К тому же, рапорт это одно, а подробный пересказ от непосредственного участника событий — совсем иное.

Второй пункт проистекал из первого. Оружие валькирии получило серьёзные повреждения во время боя и требовало очень недешёвого ремонта. Но влезать в этот вопрос я не собирался, да и не имел на это ни единой причины. Пускай эльфы сами разбираются с Ореном и Университарием, да потрясут мошной. Им полезно будет.

Ну и напоследок — воительница хотела дополнительно замолвить за меня словечко. Я не думал, что в этом есть смысл, ведь Арвель и так согласилась встретиться со мной, а наше возможное соглашение это не яблоки на базаре, чтобы на него можно было дать скидку. Но и отговаривать Эйленталь я не стал, чтобы на душе у прямолинейной валькирии царило спокойствие и осознание. что она сделала для меня всё, что могла, дабы выразить благодарность за спасение.

Пока валькирия была где-то на втором этаже, я коротал время, сидя в кресле у камина и разглядывая лист свежей газеты, обнаружившийся на столике. Среди новостей я не нашёл для себя ничего любопытного, но зато получил возможность ещё раз исследовать экземпляр местной периодики.

В прошлый раз, когда у меня таки дошли руки заняться купленной на улице газетой, я действительно ощутил крайне слабый магический след, оставшийся на бумаге и чернилах. Но, к сожалению, это ни о чём мне не рассказало. Ощущения отличались от того, что оставляло моё «Магическое перо», но на этом мои полномочия магического эксперта заканчивались, так как я не мог опознать ни тип используемой магии, ни, тем более, точное заклинание.

И новый выпуск газеты, попавшийся мне, стал лишь подтверждением прошлой проверки. Лист ещё хранил в себе следы магического воздействия, а значит ни о каком станке не шло и речи. Если только это не была некая магическая самопишущая машина, в чём я изрядно сомневался. Как бы там ни было, у меня имелось серьёзное желание узнать детали используемого способа, чтобы открыть в Лаграше свою типографию для печати агиток, информационных брошюр и прочей пропагандистской макулатуры.

Пока что я ещё обходился своими силами и помощью мэрии, но был готов с превеликой радостью полностью сбросить это дело на чужие плечи. Особенно когда потребность в этих материалах вырастет ещё больше.

За всё то время, что я ожидал своей очереди в небольшой комнатке, за дверью лишь пару раз прозвучали чьи-то негромкие шаги. В резиденции принцессы было удивительно тихо и безлюдно, учитывая её статус. Конечно, внешнее запустение не означало, что соседние комнаты не забиты под завязку охраной, готовой выпрыгнуть на малейший шум, но выглядело это всё равно непривычно.

Как же куча стражи у каждой двери и окна, чей взгляд пытается просверлить тебя насквозь? Где гора прислуги, день и ночь натирающая каждую вазу и паркетину, уничтожая не то что малейший намёк на пыль, а пытаясь стереть её существование из истории?

Немного не так мне представлялся визит к особе монарших кровей и я, по сути, даже не мог сказать были ли эти расхождения ожиданий с реальностью к худшему или лучшему, так как причина могла оказаться какой угодно.

Было ли это из-за того, что принцесса подготовила хитроумную западню? Или же наоборот, отослала почти всю свиту, кроме самых надёжных, прочь, дабы избавить нашу встречу от лишних глаз и ушей? Может, она была недостаточно влиятельна, чтобы содержать большой штат прислуги? Или наоборот, её влиятельность и авторитет распространялись столь широко, что в её присутствии порядок наводился сам собой, из-за чего принцесса не нуждалась в толпе слуг и охраны?

В доме вновь зазвучали шаги, но не тихие и аккуратные, крадущиеся по коридору, а чёткие и уверенные, спускающиеся по лестнице и явно оглашающие возвращение валькирии со второго этажа. Моя догадка оказалась верна, так как вскоре шаги приблизились к комнате ожидания и открывшаяся дверь явила мне их обладательницу, которая зашла внутрь с непонятным выражением на лице.

— Её Высочество зовёт вас, господин Нотан, — сообщила Эйленталь.

— Отлично, — кивнул я, откладывая газету в сторону и вставая с кресла. — Как всё прошло у вас? Принцесса, случаем, не отказала вам в ремонте оружия? Вы как-то странно выглядите.

— Что? Ах, нет, всё в порядке, — неожиданно смутилась воительница. — Просто принцесса любит меня подразнить при личной встрече и иногда… слишком увлекается.

Я задумчиво посмотрел на кончики ушей полуэльфийки, которые почему-то самую малость порозовели, но не стал вдаваться в детали. Но похоже, что принцесса действительно хорошо относится к Эйленталь.

— Понятно. Что ж, тогда я пойду… — я уже собирался было покинуть комнату, как вдруг задумался, в каком виде мне стоит войти к принцессе.

Сейчас я был без маски, ледяной воздух вынудил меня снять её ещё утром, едва я вышел на улицу, сразу же выстудив из костяной пластины всё тепло и заставив её неприятно морозить кожу. Стоит ли мне надеть её на встречу, поддерживая свой публичный образ? Обычные жители Лайена знать не знали как я выгляжу, но те, кто находился достаточно высоко при власти, явно видели меня на той записи боя под Лаграшем. Или же сегодня мне следует вести себя проще, создав образ мирного и дружелюбного соседа-асани?

Коим я, в общем-то, и являлся.

Не трогайте меня и я не трону вас. Что это, как не образцовое дружелюбие?

— Что-то не так? — тут же спросила Эйленталь, заметив моё замешательство.

— Просто задумался о разной ерунде, — покачал я головой и, оставив валькирию, отправился наверх.

Лишь там я увидел хоть какого-то слугу и им оказался тот самый эали, встречавший наш экипаж. Он что тут, блин, единственный на весь дом?! И дворецкий, и охрана, и…

Чёрт, а судя по взгляду, которым он меня сейчас одарил, возможно я не так уж и далёк от истины. Всего на секунду, но немолодой эали посмотрел на меня так, словно прикидывал в уме, как быстрее всего будет меня убить и не запачкать при этом хозяйский ковёр. Раньше я, пожалуй, даже не обратил бы на подобный взгляд никакого внимания, но после встречи с Фальтом у меня, кажется, появилась некоторая чуйка на подобные вещи.

— Её Высочество ожидает, — слегка поклонился мне слуга с подозрением на непростую вторую профессию и вежливо указал на приоткрытую дверь.

Ну что же, посмотрим, к чему приведёт эта встреча.

Взявшись за ручку, я уверенно вошёл в кабинет и не глядя закрыл за собой дверь, ибо взгляд мой оказался прикован к стоящей у окна стройной женской фигуре. Принцесса была одета в закрытое и приталенное красное платье из похожей на бархат ткани, поверх которого по её спине опускался оканчивавшийся ниже талии роскошный водопад волос, столь же белоснежных как и новорождённый снег, медленно падающий за окном, на фоне которых ярко мерцала замысловатая диадема из мелких прозрачно-рубиновых листьев. Настоящие листья арелоса? Или просто их имитация?

— Перемены подобны первому снегу, — неожиданно услышал я её голос, спокойный и мягкий, пронизанный задумчивостью. — Ты можешь знать, что они грядут, но всё равно никогда не будешь готов к их появлению, равно как и никогда не будешь готов проснуться посреди заснеженного пейзажа, засыпая среди обычной осенней листвы.

— Интересная мысль, — согласился я, мельком оглядывая кабинет. — Но разве нельзя сказать то же самое, к примеру, про появление первых почек, предвещающих появление зелёной листвы?

— Совершенно верно. Первый снег и первые листья. Все они — вестники приближающихся перемен, которые надолго изменят уклад жизни и повседневные нужды. Разница лишь в том, что одно предвещает приход тепла, жизни и плодородия. А другое несёт за собой холод, спячку и бесконечно долгие ночи. Перемены могут быть разными. Скажите, Владыка Нотан, — эльфийка неожиданно обернулась ко мне, — а какие приносите с собой вы?

Стоило признать, начало разговора немного застало меня врасплох. Ни тебе здрасьте, ни добрый день — сразу философией, да прямо в лицо. Можно поменять эту принцессу на какую-нибудь попроще?

Но стоило признать, она была весьма хороша собой. Выразительные тёмные глаза с глубоким красноватым отливом выглядели ярко и запоминающеся в сочетании с белоснежными ресницами и бровями, и идеально гармонировали с её мягкими чертами слегка округлого лица. С виду Арвель выглядела лет на двадцать, но в пересчёте на эльфийские ей могло быть как двадцать, так и сорок, а то и все шестьдесят. Впрочем, её молодой вид нёс на себе отпечаток некоей серьёзности прожитых лет, так что я склонялся к тому, что принцессе, вероятно, уже несколько за сорок.

В чувстве стиля ей было сложно отказать. Красное платье отлично подчёркивало её белые волосы, уложенные в причёску-водопад под рубиновой диадемой, а дополнительным элементом она выбрала небольшие тёмно-красные серьги. Весьма скромно в плане количества украшений, но стильно и запоминающеся. Стройную фигуру подчёркивала небольшая аккуратная грудь, усиливая впечатление изящества, а поза и жесты, явно отточенные десятками часов тренировок дворцового этикета, лишь дополняли ощущение статусности, исходящее от неё.

Арвель неожиданно улыбнулась и добавила, прежде чем я успел что-то ответить:

— Не придавайте моему вопросу слишком большого значения, Владыка Нотан, всего лишь способ развеять скуку, дабы немного отвлечься от беспросветной рутины будней, — взгляд принцессы скользнул по огромной кипе бумаг, за которой едва был виден её письменный стол. — Прошу, присаживайтесь.

Кабинет Арвель производил впечатление логова глубоко погрязшего в делах человека. Книжные полки были сплошь заставлены пухлыми папками и книгами. Длинная тумба возле горящего камина щеголяла целым десятком различных кристаллов связи и, как я подозревал, это была не полная «коллекция», а лишь наиболее важные линии связи. Ни тебе зеркала, чтобы припудрить носик, ни ещё чего-нибудь в подобном духе. Словно я попал в кабинет к матёрому чиновнику, а не к эльфийской принцессе.

Необычно. И неожиданно.

— Ответ на ваш вопрос довольно прост, Ваше Высочество, — справившись со своими секундными потрясениями, я направился к креслу, на которое указала её рука. — Славным детям Тельвара я приношу благие перемены, врагам их — худые. Такова воля Богини Аллегри и у неё не может быть иного толкования.

— А если дети желают причинить вам зло? — Арвель отошла от окна и вышла из-за стола, чтобы сесть в кресло напротив меня.

— Разве вам всё ещё неизвестен ответ? — криво ухмыльнулся я. — Навредил ли я тем, кто попытался пленить меня в крепости? Лишил ли жизни или здоровья тех, кто мешал мне в пути? Уверен, вы очень внимательно следили за этим, верно? Я поначалу терялся в догадках, какой вам резон от этого представления с военной полицией, однако теперь всё встаёт на свои места. Но неужели вас не смущал риск, что я мог обойтись с ними не так мягко?

Принцесса задумчиво приопустила белоснежные ресницы и после секундной паузы медленно кивнула головой:

— Риск есть всегда и везде. Даже в таком безобидном поддразнивании. Но если бы у вас лопнуло терпение из-за подобной ерунды, боюсь, наша сегодняшняя встреча бы не состоялась, — в её тёмных, чёрно-рубиновых глазах зажёгся огонёк любопытства и она спросила с заинтересованной улыбкой. — В какой момент вы поняли, что это моих рук дело? Точнее, какое обстоятельство навело вас на сию мысль?

— Обстоятельство… — покачал я головой. — Все эти попытки меня арестовать, кроме самой первой, в крепости, были странными от начала до конца. Но ключевым стал тот факт, что никто из них не пытался арестовать Эйленталь, хотя по ходу дела комиссарам должно было стать известно, что она путешествует со мной и оказывает помощь. Тогда я и понял, что всех этих балбесов подбрасываете вы, наказав им не трогать вашу подопечную. Из военной ли полиции они вообще?

— Даже не сомневайтесь, — кивнула Арвель. — Но это не лучшие её представители. Им давно следовало преподать небольшой урок, — сообщила принцесса и сдержанно хихикнула. — Простите за эту небольшую игру, Владыка Нотан. Рада с вами познакомиться.

— Взаимно, Ваше Высочество, — дружелюбно улыбнулся я. — Не ожидал, что вы окажетесь столь… интересной личностью.

Это был весьма вежливый способ сказать, что Арвель была явно непростым человеком. Впечатление о ней при личной встрече оказалось куда более сложным, чем то, что я составил по рассказам Эйленталь. Может принцесса и называла свой поступок «поддразниванием» и «игрой», но по сути это показывало, как далеко могут дотянуться её руки, раз она смогла провернуть подобное и при этом не дать начать против меня полноценную облаву.

Связи. Влияние. Ресурсы. Похоже, что она обладала всем перечисленным и не стеснялась этим пользоваться для достижения своих целей.

С одной стороны я был рад, что моей проблемой займётся искушённая в подобных делах интриганка. С другой… сам я не особо хотел становиться частью подобных интриг.

— Давайте без лишнего официоза, Владыка Нотан, — предложила она. — Я надеюсь, что в будущем нас свяжут если не дружеские, то крепкие партнёрские отношения.

Глядя на миловидную улыбку девушки, я прямо видел в глазах принцессы её образ с огромным арканом в руках, который она готовилась накинуть мне на шею. Партнёрские отношения, кхм… Что ж, посмотрим, в какую махинацию она попытается меня втянуть в обмен на свою помощь.

— Всегда рад взаимовыгодному сотрудничеству, принцесса, — я подарил ей ответную улыбку.

— Скажите, как вам Лайен? — неожиданно спросила она, откинувшись на спинку кресла. — Что вы думаете о нашей стране?

— Хм… — за этим вопросом явно что-то крылось, но я был слишком тупым, чтобы играть на настолько глубинном уровне смыслов и иносказаний. — Крайне впечатлён лайенским гостеприимством, — не удержался я от шпильки. — Но в целом, страна показалась мне очень спокойной и развитой. Некоторые ваши достижения даже заинтересовали меня в практическом смысле.

— Вот как? — слегка удивилась принцесса. — Что же привлекло ваше внимание?

— К примеру, газеты, — не стал скрывать я. — Мне бы пригодилась технология или магия, лежащая за ними.

— Любопытно… Я ожидала услышать что-то из военных новшеств. Впрочем, слово — это тоже оружие, — улыбнулась Арвель, видимо, уловив суть моих планов. — Что же, тогда мы обсудим и газеты, но пока что позвольте мне отвлечь вас от дел и забот хорошим вином и закусками.

Окликнув стоявшего в коридоре эали, она приказала тому подать лёгкий обед и вскоре на столике между нами красовалось блюдо с различными деликатесами, а также хрустальный графин с парой бокалов, по самую макушку заполненный рубиновым вином.

Наполнив наши бокалы, слуга поставил графин на стол и с поклоном удалился.

— Давайте выпьем за нашу встречу, Владыка Нотан, — элегантно подняв бокал, принцесса произнесла тост. — Надеюсь, она принесёт для нас обоих лишь пользу и благие перемены.

— За благие перемены, — согласился я и мы легонько звякнули бокалами.

Вино оказалось чертовски вкусным. Очень мягким и слегка сладким, без отталкивающей приторности. Было бы неплохо захватить домой бутылочку-другую.

После тоста принцесса включила режим радушной хозяйки и принялась знакомить меня с эльфийскими деликатесами, предлагая попробовать ту или иную закуску, рассказывая из какого она региона и особенности приготовления, после чего узнавала мои впечатления. Я не мог сказать, что чем-то недоволен, однако я самую малость не так представлял нашу встречу.

Стоило признать, угощение и впрямь тянуло на королевскую кухню. При всём уважении к моим горничным, но до уровня королевских поваров они всё же чуть-чуть не дотягивали. Каждое новое блюдо казалось вкуснее предыдущего и из-за своего невероятного вкуса даже заставляло чувствовать себя лучше. Прохладные муркатоли, похожие на земных креветок, благодаря сочетанию свежести и слегка острого соуса принесли заряд бодрости, а конфеты из центрального региона, поданные в листьях фаали, своей мятной сладостью прояснили мысли. Каждая закуска из представленного многообразия смогла чем-то удивить и к концу дегустации я ощущал себя куда жизнерадостней, вдохновлённый новыми вкусами.

Когда мы выпили ещё по бокалу и я испробовал все предложенные яства, попутно поболтав с принцессой о разной ерунде, Арвель отодвинула блюда в сторону.

— Ну что же, теперь мы можем перейти к делам, — сообщила она, внимательно на меня посмотрев. — Но перед этим, я хотела бы принести вам свои искренние извинения, — Арвель неожиданно сделала небольшой вежливый поклон, после чего подарила мне мягкую улыбку. — Надеюсь, вы примете их.

— Извинения? За что именно? — удивился я неожиданному поступку принцессы.

— За то, что только что пыталась вас убить, — заявила она, по прежнему тепло улыбаясь.

Глава 24. Ослепительное сияние будущего. Часть 2

Я смотрел в сверкающие искренностью глаза принцессы и размышлял о том, что опять, опять меня кто-то пытается убить при первой же встрече. Что не так со всеми этими людьми? Или это со мной что-то не так? Какие грехи я оставил в прошлой жизни, что у меня теперь такая карма? Если забыть о врагах, то среди союзников меня убивали, пытались убить или выказывали такое намерение не меньше восьми человек. И почти все они позже стали надёжными друзьями и соратниками. А теперь ещё одна кандидатка если не в друзья, то союзницы, как на духу призналась в покушении на мою жизнь.

Это становилось уже просто смешным! Это было настолько глупо и смехотворно, что я даже не разозлился после признания принцессы, хотя сразу же осознал, откуда на самом взялись все те ободряющие и тонизирующие эффекты. Из-за старого доброго яда, придающего всякому блюду нотку утончённой пикантности.

Вот только… нахрена? Нормально же общались!

— У меня лишь один вопрос. Зачем? — вздохнув, спросил я и взял с блюда один из оставшихся бутербродиков с морепродуктами, отправив его в рот.

Вкусный, зараза. Да ещё и полезный. Ну, лично для меня.

— Дабы подтвердить, что вы — это вы, — ответ принцессы оказался для меня слегка неожиданным. — Не поймите неправильно, даже если я приму на веру тот факт, что вы появились у Левайенна исключительно ради спасения крепости, это произошло слишком неожиданно и загадочно. Доклады разведки о вас чересчур неоднозначны и противоречивы, и зиждятся большей частью на слухах. Одни утверждают, что вы не покидали Лаграш, другие гласят, что вы отправились на тайную миссию. Третьи и вовсе утверждают, что вы мертвы. Как мне узнать, что вы не самозванец под личиной спасителя? Уж больно удачным оказалось время и место для вашего появления. Действительно ли вы — Владыка демонов? Или же вы другой асани, доселе державшийся в тени? А может, вы асани на стороне фиарнийцев? Я допускала и такой вариант, учитывая все странности, происходящие на южной границе. По докладам… впрочем, речь сейчас не об этом.

Вздохнув, Арвель ненадолго замолчала и сделала глоток вина из бокала, после чего с задумчивым видом откинулась на спинку кресла и посмотрела на кучу бумаг, от которых ломился её стол.

— Чтобы подтвердить или опровергнуть вашу личность, я не придумала ничего лучше, кроме как начать испытывать на практике все факты и слухи, что о вас ходят. Сила, способности, характер, убеждения. Пока вы находились в пути, я старалась проверить каждую крупицу информации, отправляя отряды с определёнными приказами и приставляя к ним наблюдателей. В конечном итоге, мне оставалось проверить лишь последнее.

— Мою невосприимчивость к ядам? — криво усмехнулся я.

Осведомлённость принцессы даже немного напрягала. О том, что я хлещу гномий спирт и прочие токсины как воду, знало не так уж много народу. Однако данный факт всё таки просочился аж сюда. Если так разобраться, в случившемся нет ничего удивительного, ибо я никогда не относился к этому как к тайне. Но знали об этом лишь моё ближайшее окружение, гномы, да отряд графа Вриду, ставший свидетелем моей дегустации коллекции ядов Лионеллиан. И этого оказалось достаточно, чтобы сплетни добрались до осведомителей принцессы? Эх, лучше бы так вера в Аллегри распространялась, мне сразу стало бы куда проще жить.

— Именно, — кивнула Арвель. — И я ещё раз прошу прощения за это. Уверена, вы оскорблены подобным поступком, но я была обязана убедиться в вашей личности, дабы не терзаться сомнениями по поводу дальнейших шагов и решений. У меня нет ни единого шанса защититься, если вы пожелаете излить свой гнев, и я уповаю лишь на то, что вы сочтёте перспективы нашего вероятного сотрудничества более выгодными, чем сиюминутная месть.

Сотрудничество… Аллегри мне в свидетели, как же сейчас недостаёт Лион под боком с её заклинанием воскрешения! Всадить бы каменное копьё промеж этих хитрющих глаз и отправить к Легри на промывание мозгов, чтобы не теряться в догадках, что на самом деле творится в голове у этой лисицы и какие планы она вынашивает. Нет, стоп, промеж глаз ведь нельзя. Тьфу ты, да какая сейчас разница вообще?

Ладно, вообще-то этот вопрос решаемый, хоть и займёт лишние месяцы для Лион на дорогу сюда и обратно. Возможно, можно решить его как-то иначе. Внести заклинание воскрешения в «Нулевой арканум» и отправить Эрмита по почте? А если его потеряют по дороге или украдут? Нет, это точно не вариант. Хотя у меня и имелись небезосновательные подозрения, что тельварская почтовая служба работает куда быстрее и надёжнее той, что осталась на моей земной родине.

Ладно. Пока что можно посмотреть, что она предложит мне сейчас, а попозже придумать как организовать воспитательное перерождение, если это будет иметь смысл. Найти того деда-магистра, допустим. С ним можно даже ни о чём не договариваться, просто убить Арвель у него на глазах и пускай спасает. Кхм. Мрачноватая идея какая-то, ну да ладно. В крайнем случае, если я его не найду, принцессу можно просто забрать в кармане с собой в Лаграш, а потом, проведя все нужные процедуры, отправить обратно со всеми почестями и даже охраной. Зря, что ли, у меня полный инвентарь лайенской военной полиции? Хе-хе…

Только не пахнет ли это похищением королевской особы? Сможет ли принцесса наладить мои отношения с республикой после подобного фортеля?

…Звучит сомнительно. Более того, если это всплывёт, можно нарваться на конфликт. В лучшем случае, на дипломатический. В худшем — на военный. А это лишняя головная боль.

Так, не буду забегать настолько далеко вперёд! В любом случае, у меня есть варианты. Я могу просто расслабиться и посмотреть, что получится дальше. Арвель искренне настроена на мир и дружбу? Прекрасно! Тогда я готов ей простить эту небольшую проверку. Хочет меня обдурить? Тогда я даже немного ей подыграю, чтобы потом сполна насладиться тем, как она, преисполнившись мудрости и величия Матери леса, будет слёзно ползать в ногах, молить простить её коварство и позволить стать безропотным инструментом для искупления своего недостойного поведения.

Не такая уж и плохая судьба, если подумать, иной на моём месте мог бы просто убить. Причём, ещё в тот момент, когда она призналась в попытке отравления.

Впрочем, я склонялся к мысли, что принцесса всё таки благоразумна и не станет делать из меня врага. В конце концов, чем она может мне угрожать? Есть ли у неё хоть один инструмент для того, чтобы меня контролировать? Скажем откровенно, ни единого. Сила? Пффф! Не сочтите зазнавшимся, но есть ли у неё хоть кто-то, кто мог бы сравниться с Фальтом или Гардалагом, чтобы держать меня в узде? Конечно же нет. Заманить в ловушку и взять в плен? Просто смешно. Угрозы? Шантаж? Интриги? Всё это и яйца выеденного не стоит, ибо я всегда могу воспользоваться старым-добрым насилием и перечеркнуть всё это на корню. Единственное, что она может, это скинуть мне на голову наковальню. Но если бы ей был нужен мёртвый Владыка, к чему тогда все эти сложности и беседы? Не проще ли подготовить по дороге нормальное, приличное покушение, не подставляя собственную шею?

Нет, она определённо желала убедиться в том, что я — настоящий. Настолько сильно желала, что поставила свою жизнь на кон, устраивая последнюю проверку. Почему она так в этом заинтересована? Похоже… принцесса нуждается во мне куда больше, чем я в ней. Очень интересно!

Я считал, что инициатива на этих переговорах будет в её руках, но кто бы мог подумать, что всё окажется в точности наоборот?

Что ж, посмотрим, какого рода… сотрудничество она хочет предложить. И покажется ли оно мне достаточно выгодным, чтобы в нём участвовать. В некотором роде я оказался даже заинтригован и раздражение от прежнего непонимания мотивов принцессы сменилось любопытством.

— А если бы вы ошиблись? — спросил я, лениво подперев голову кулаком. — Если бы я был настоящий, но слух о ядах — лживым?

— Большие ставки — большой риск, — развела руками принцесса. — С другой стороны, будь вы фальшивкой, я бы легко и тихо устранила вероятного врага.

— А если бы я был фальшивкой с невосприимчивостью к ядам?

— Кажется, вы считаете, что другие асани похожи на вас, — неожиданно улыбнулась Арвель. — Но это не так. Те, в ком порой ещё пробуждается древняя магическая кровь, безусловно, очень могущественны, но… они просто сильнее рядовых магов, понимаете? А ваши умения превосходят даже первородных асани. По крайней мере, то их описание, что сохранилось в книгах и летописях. Особенно невосприимчивость к ядам. Вы ведь не использовали даже крохотной капли целительной магии, чтобы его нейтрализовать! Ни один маг в истории не был на такое способен без применения заклинаний.

Я слегка удивился ноткам возбуждения, прорвавшимся через её спокойный тон.

— Кажется, вы неплохо осведомлены в данных вопросах, — полувопросительно подметил я.

— Разумеется, я ведь училась в Университарии, — не без гордости ответила принцесса. — Хотя я вернулась в страну после пяти лет обучения и не стала пытаться развиться дальше ранга мастера, курс истории магии я прослушала полностью. Летописи и легенды всегда были мне интересны.

— Погодите, вы маг? — эти известия застали меня врасплох. — Эйленталь ни слова не сказала об этом!

— Вероятно, потому что она об этом не знает? — в глазах принцессы зажёгся лукавый огонёк и она развела руками. — Уверена, она говорила, что мы познакомились при отступлении от Леватэ, но некоторые детали тех дней ей неизвестны. Наши войска почти окружили и командование снарядило отряд, чтобы гарантированно вытащить меня из смыкающегося кольца. На тот момент я была на грани магического истощения и уже не могла колдовать, да ещё и лишилась посоха. Увы, люды заметили этот манёвр и попытались нас перехватить. К счастью, подкрепление подоспело вовремя и, пока основная его часть разбивала окружение, Эйленталь вместе со своими лучниками помогла отбиться моему отряду. Во время сражения мне хватало сил только на то, чтобы держаться в седле, так что мне оставалось лишь восхищаться мастерством и отвагой Эйлен… — голос Арвель заметно потеплел и она словно погрузилась в воспоминания. — В общем, в тот день она не могла увидеть от меня ни единого заклинания. И, так как всё это случилось незадолго до конца моей обязательной службы как мага, после тех событий мне уже не представилось возможности использовать свои навыки. А позже я и вовсе решила не демонстрировать их без острой нужды, узнав получше характер Эйленталь. Мне понравилось с ней общаться и не хотелось, чтобы рядом со мной она чувствовала себя неуютно, — улыбнулась принцесса.

Я медленно кивнул, соглашаясь с решением Арвель, памятуя о комплексах воительницы. Теперь мне было понятно, почему Эйленталь ни разу не упоминала о магическом таланте принцессы. Быть может, она всё же и знала об этом, так как слухи и сплетни не знают преград, но предпочитала пропускать услышанное мимо ушей или просто не придавала этому значения. Так или иначе, но у нас, по сути, разговор в такую плоскость и не заходил. Меня в тот момент куда больше интересовали политические таланты принцессы и её характер. Который, к слову, сааамую малость отличался от того, что описывала мне валькирия. Добродушная и мягкая? А я точно в нужную дверь вошёл? Может тут по соседству ещё одна принцесса сидит? Хотя, невооружённым взглядом было видно, что к полуэльфийке Арвель испытывает уважительные и глубоко дружеские чувства, так что не мудрено, что у Эйленталь сложилось подобное впечатление. Я же увидел другую личину принцессы.

Что до магических умений Арвель, то они, судя по услышанному сейчас, были вполне заурядными. Чародейское сообщество делилось на шесть официальных рангов и семь-восемь, если речь шла о неофициальных. Официальные включали в себя ранги ученика, подмастерья, старшего подмастерья, мастера, эксперта и магистра. В учениках ходили те, кто изучал лишь бытовую магию и не имел таланта к чему-то большему, а более перспективных кандидатов записывали в подмастерья. При успешном освоении базового курса изучения магии, чародею присваивали звание мастера и, по сути, это была самая нижняя планка, на которой человека начинали считать настоящим магом.

Что до неофициальных званий, то к ним можно было отнести архимага, коими называли тех чародеев, кто владел тремя и более элементами на уровне эксперта или выше, а также архимагистра. Лион, к примеру, можно было считать архимагом, ведь она на достаточном уровне владела магиями света, жизни и некромантией, но официально за ней числились лишь свет и жизнь. Что до архимагистра, то этот титул носила лишь старуха Шарайнэ, да и то «за глаза», ведь для посторонних все магистры были равны.

Иначе говоря, Арвель ну никак нельзя было считать сильной и опасной чародейкой. По навыкам она, скорее всего, была на том же уровне, что и Эсваль. Но если юный маг земли планировал после альтернативной службы в Лаграше продолжить обучение, то принцесса, насколько я мог судить, получив базовое образование, предпочла отслужить положенное и вернуться в политику.

Хотя это была достаточно незначительная деталь, случайно всплывшая во время беседы, она добавила принцессе несколько очков репутации. Уверен, Арвель могла воспользоваться своим положением и связями отца-патриарха, чтобы избежать службы на передовой, но не сделала этого.

— Что-ж, понимаю. Тогда и я не стану раскрывать вашу маленькую тайну Эйленталь, — заверил я принцессу.

— Премного благодарна, — любезно ответила она.

— Каким элементом вы владеете, если не секрет? — я не смог сдержать любопытства.

— Огонь, — не стала скрывать Арвель. — Кажется, я могу овладеть ещё и магией воздуха на некотором уровне, но я никогда ею не занималась. Не уверена, что она будет мне полезна.

— Серьёзно? — я удивлённо поднял брови. — Но ведь воздух не только может серьёзно расширить боевые возможности огненной магии, но и приносить пользу иными способами. Позвольте продемонстрировать.

Поддавшись порыву, я остро взглянул на принцессу и, небрежно взмахнув рукой, полностью остановил движение воздуха вокруг её головы. Полагаю, она не сразу поняла, что произошло, но пару секунд спустя её грудь судорожно дёрнулась в тщетной попытке втянуть в себя хоть немного свежего воздуха и глаза принцессы испуганно расширились. Её грудь и горло панически законвульсировали, не в силах ни вытолкнуть из себя углекислый газ, ни получить порцию кислорода. Арвель, открыв рот, машинально провела руками по лицу и горлу, оттягивая ворот платья и пытаясь сбросить с себя незримую преграду. Само собой, у неё ничего не вышло и после этого принцесса в ужасе уставилась на меня, безуспешно пытаясь что-то сказать. Видимо, поняв, что и это у неё не получается, Арвель обмякла и с пониманием во взгляде склонила голову.

Я остановил действие заклинания и принцесса тут же судорожно втянула в себя воздух, зайдясь кашлем от слишком резкого вдоха. Скосив взгляд, я глянул на дверь, но она так и не шевельнулась. Я ожидал, что слуга снаружи сразу же бросится на помощь принцессе, услышав ненормальный кашель, но ничего подобного не произошло. Заранее приказала не вмешиваться?

— Я так понимаю, это предупреждение? — хрипловато спросила Арвель, отдышавшись.

— А разве в нём есть необходимость? — ответил я с лёгким удивлением и, вальяжно откинувшись на спинку кресла, закинул ногу на ногу. — Мне казалось, что вы прекрасно осознаете кто я, на что способен, и ваше положение. Можете считать это небольшой местью за все разы, что ваши подчинённые будили меня, грохоча в двери гостиницы. Так о чем мы там говорили?

Внимательно посмотрев на меня, Арвель медленно кивнула, после чего поправила ворот платья.

— Понимаю. Но, в любом случае, хочу заверить, что у меня нет планов делать из вас врага. Ведь тогда я точно не смогу воплотить свою скромную мечту.

— Мечту? — я вопросительно поднял брови.

Принцесса кивнула и, окончательно восстановив самообладание, спросила:

— Скажите, Владыка Нотан. Насколько мне известно, у вас есть невеста… вы её любите?

Если я какого-то вопроса и ожидал, то точно не этого. От удивления у меня чуть глаза на лоб не полезли и я с трудом сохранил более-менее нейтральное выражение на лице. Но незамеченным моё удивление точно не осталось.

— Определённо, — справившись с эмоциями, дал я ответ. — Почему вы спрашиваете?

Невольно в голову закралась мысль, что Арвель надумала предложить политический брак. А не слишком ли она отчаянная, учитывая, как сейчас ко мне относится страна? Даже если принцессе удастся переменить ветер настроений, подобный шаг всё ещё будет рассматриваться сквозь призму прежних суждений.

— Могу я узнать, насколько сильно? — слегка улыбнулась эльфийка. — Это просто влечение? Или страстная одержимость? Готовы ли вы поступиться этой любовью ради власти или военной выгоды? Или вы обратите против себя весь мир, но не расстанетесь с нею?

— Вы задаёте очень странные вопросы, принцесса, — нахмурился я. — К чему вы клоните?

— Пожалуйста, ответьте, — настояла Арвель.

— Я уничтожу любого, кто попытается встать между нами. Если будет нужно, пойду войной. Вас удовлетворит такой ответ?

К чему она вообще ведёт? Неужели Лони что-то угрожает?

— Ваши слова звучат искренне, благодарю, — признательно склонила голову Арвель. — Так уж вышло, что в моём сердце тоже кое кто есть и я хотела узнать, в полной ли мере вы поймёте то, что лежит у меня на душе.

Мечтательно глянув в сторону окна, за которым по прежнему продолжался слабый ленивый снегопад, Арвель встала с кресла и медленно пошла к нему.

— Я безнадёжно влюблена, Владыка Нотан, и влюблена уже довольно давно, — со вздохом сообщила она, наблюдая за снежинками. — Но, увы, мне приходится держать это чувство на замке, не позволяя ему обрести волю и силу. Виной тому плен. Плен, в котором находится наш народ. Мы скованы путами древних замшелых традиций и устоев, которые ограничивают нас подобно стенам. Консерватизм и кондовость, предрассудки и предубеждения. Малейший шаг в сторону от завета предков, от сложившихся норм, сразу подвергается критике и порицанию. И чем выше ты находишься, тем больше преград тебя окружает. Я ношу титул принцессы общины, но что я могу? — с каким-то злым весельем спросила эльфийка, повернувшись ко мне. — Стоит мне сделать лишь шаг навстречу своей любви, как законы и традиции, столь чтимые этими чванливыми старцами, вцепятся в нас обоих, подобно голодным ворласкам, и будут терзать до тех пор, пока не разорвут на куски! Осуждение! Презрение! Насмешки! Вот что нас ждёт, за невинное желание любить!

Принцесса остановилась возле кресла, остановив свой эмоциональный взрыв, и продолжила уже немного спокойнее:

— Моя мечта, Владыка Нотан — любить свободно, — сказала она с немного маниакальной улыбкой и огнём в глазах. — Открыто, без оглядки и тревог. И ради этого я хочу освободить наш народ от плена старых законов и истлевших традиций. Так же, как когда-то сделали матриархи тёмных эльфов. Помогите это осуществить, Владыка Нотан. И взамен вы получите абсолютную лояльность Лайена.

— Принцесса Арвель, вы что… задумали переворот? — с нескрываемым удивлением спросил я, подавшись вперёд.

Во имя Аллегри! Да почему мне так везёт на женщин с идеями фикс? Не зря я чувствовал, что меня попытаются втянуть в какую-то несусветную авантюру!

— Переворот? Можете называть и так? — мягко усмехнулась эльфийка. — Я предпочитаю называть это обновлением. Даже если отбросить в сторону мою мечту, у страны есть множество проблем, которые патриархи не хотят решать, боясь менять заведённый порядок. Всё, что их заботит, это победа на выборах, ради которой они будут изо всех сил поддерживать иллюзию стабильной жизни, не решаясь на кардинальные перемены, которые могли бы что-то изменить, но принесли бы с собой потрясения. Знаете, почему патриархи вас боятся, Владыка? — ухмыльнулась эльфийка и, склонившись над столом, вкрадчиво шепнула. — Их приводит в ужас мысль, что вы вытащите их из тёплых и уютных домов, и заставите идти за собой на поля сражений. Они не хотят воевать в полную силу, их устраивает эта спокойная жизнь в глухой обороне. Поднимите Альянс на решительную контратаку с вами во главе — а они с удовольствием понаблюдают за этим со стороны, оказывая, быть может, видимость поддержки.

Поправив выбившуюся из-за уха прядку волос, Арвель изящно опустилась в кресло.

— Разве не выгоднее заполучить более лояльного союзника в лице меня? — с невинной улыбкой спросила она напоследок. — Поддержка в Альянсе, военная помощь, ресурсы, финансирование, технологии — я могу гарантировать всё это в любых объёмах, пока это не ставит под удар сам Лайен. Всего лишь за то, что вы проложите дорогу для томящейся в моём сердце любви.

Звучало всё это крайне сладко и заманчиво, но переворот… Ох, как я не хотел бы встревать во что-то подобное без предварительной подготовки!

— Скажите хоть, ради кого вы так стараетесь? — спросил я, чтобы нарушить затянувшуюся паузу, а заодно выиграть себе ещё немного времени на размышления. — Кому удалось настолько пленить ваше сердце?

— Эйленталь, разумеется, — заявила она как ни в чём не бывало. — Разве это не очевидно?

О. Оооо! Оооооого! Аааааа, всмысле, да? Вот так? Вот оно как? Серьёзно? Так вот почему… Во делааа. Поддразнивания, говорите, да? Ох-ох-ох. Сколько же слов и невинных фраз сразу же обрело доселе неочевидный смысл!

Всё происходящее резко заиграло новыми красками и были они строго определённого оттенка. Воображение тут же услужливо нарисовало в голове картинку могучей и нагой валькирии, трепетно обнимающей эту точёную и хрупкую эльфийскую статуэтку. Уффф.

Так, спокойствие! Гусары, молчать!

— Кажется, я действительно смогла вас удивить, — хихикнула наблюдавшая за моей реакцией Арвель. — Владыка Нотан, именно из-за неё я нуждаюсь в вашей помощи. Лишь благодаря вашей невероятной подавляющей силе и несравненному таланту покорять сердца окружающих я смогу добиться желаемого, не устилая путь кровью и ненужными жертвами. Вы, в свою очередь, тоже не останетесь в накладе. Что скажете?

Глядя на неё, я начал мелко трястись от смеха, а потом и вовсе не смог сдержаться, выпустив его наружу.

— Ха-ха… Ахахахаха. Ахахахахахахахаха! — рассмеялся я из-за лёгкого налёта безумия у происходящего, однако именно из-за него я наконец поверил, что Арвель действительно не собирается быть мне врагом. — Хорошо! Но у меня есть два дополнительных условия.

— Я вся внимание, — радостно и оживлённо кивнула эльфийка.

— Первое, — поднял я палец. — Вы упоминали, что любите легенды и летописи? Достаньте для меня всё, что связано с императрицей арахни. Любую информацию, любые упоминания, слухи и домыслы. Насколько мне известно, в последний раз её видели где-то на северо-западе материка лет двести назад и я уверен, в эльфийских летописях должны были остаться какие-то записи об этом.

— Императрица арахни? — удивлённо приподняла белоснежные брови принцесса и тут же кивнула. — Я поняла, с этим не будет никаких сложностей.

— Прекрасно, тогда второе, — я немного подался к столу, предвкушая ответ принцессы. — Каков размер населения республики?

— Около двенадцати миллионов жителей, — ответила она после небольшой паузы и я едва не захлебнулся слюной.

— Прекрасно! — не скрывая своего восторга, я откинулся на спинку и, грезя о неожиданно открывшихся перспективах, озвучил требование. — Мне нужны все они, принцесса. Все до единого!

— …Что? — озадаченно переспросила Арвель и нахмурилась. — Вы хотите поставить всю страну под копьё? На такое я не могу…

— Да в Бездну копья, принцесса! — возбуждённо отмахнулся я и вскочил с кресла, начав активно жестикулировать. — Моя цель — создание для Богини паствы! Верующих! Тех, чьи молитвы смогут призвать её обратно в сей мир! Поверьте, от этого будет куда больше пользы, чем от бестолково огромной армии, ведь вернувшаяся Мать леса в силах одним махом изгнать фиарнийскую гниль! А потому мне нужна полная ваша поддержка в этом деле. Государственная религия, храмы в городах, регулярные службы, пропаганда. Понимаете?

Несколько секунд Арвель смотрела на меня с широко открытыми глазами, после чего тоже вскочила с кресла.

— Как элегантно!.. — восторженно пробормотала она. — Мать леса — явно мудра и добросердечна, раз моё желание не противоречит её воле, Владыка! Если мы зажжём пламя веры в сердцах народа, то реформы последуют сами собой! Поощряемое Богиней новое общество, свободное от прежних оков! Единые стремления и вера, что сплотят общины в крепкий и нерушимый кулак! Воистину это станет обновлением… Нет, перерождением эльфийского народа! С чистыми и бьющимися в унисон сердцами, вольными от замшелых традиций, мы сможем прийти к новому расцвету! Владыка, вы даже не представляете, как я рада, что встретила вас! — заявила мне принцесса, в запале схватив за руки.

Сияние будущего, стоявшее сейчас в её взоре, было столько ослепительным и ярким, что я ощутил серьёзную потребность в солнцезащитных очках.

Впрочем, вероятно, мои глаза сейчас сияли точно так же, ибо я уже с головой ушёл в грёзы о том, сколько высокоранговых умений смогу изучить, получив Очки Веры с двенадцати миллионов человек.

— Я тоже, принцесса, я тоже рад, что встретил вас! — с улыбкой заявил я. — Давайте же поднимем ветер перемен в этой стране!

— Да! — довольно кивнула она, но неожиданно самую чуточку нахмурилась. — Правда, я одного не могу взять в толк. Вы ведь апостол богини Аллегри, верно? Как она связана с позабытой эльфами Матерью леса?

— Мать леса, Мать ночи, Великая мать — это лишь малая часть имён, под которыми народы Тельвара знают свою создательницу, — охотно пояснил я. — Но на деле нет иной Богини, кроме Аллегри, ведь это истинное имя матери всего Тельвара. И я, Владыка демонов Нотан, апостол и пророк её.

— Ох, вот оно ка…

— Что значит, нет иной Богини?! — неожиданно раздался рядом голос одной надоедливой коротышки. — Объяснись перед великой Кардеей, праволевый!

Округлив глаза, принцесса уставилась на взявшуюся из ниоткуда богиньку, а я лишь тяжело вздохнул в душе.

Такой момент испортила, мелкая зараза!

8 апр. 2022 г. — 04 окт. 2022 г.

Публикация шестого тома уже началась и ждёт вас! https://author.today/reader/226628/2028005

И помните, что ваша поддержка придаёт всё больше сил Богине Аллегри, приближая день освобождения Тельвара!

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

Ваш новый класс — Владыка демонов 5. Желаете бросить вызов Богам?

Content

Ваш новый класс — Владыка демонов 5. Желаете бросить вызов Богам?

Убийство души. ИнтерЛЮДия

Глава 1. Возможность выбирать

Глава 2. Подушка для ног

Глава 3. Планы на будущее

Глава 4. Да начнётся битва!

Там, куда опускается свет. ИнтерНЕЛЮДия

Глава 5. Конфликт поколений

Глава 6. Опора мира

Испытание Богини. ИнтерЛЮДия

Глава 7. Прошлое на выбор

Глава 8. Ценность воспоминаний

Глава 9. Величайшая в обозримой Вселенной

Глава 10. Ужасающая красота

Глава 11. Девять

От чистого сердца. ИнтерЛЮДия

Глава 12. Проявление благодарности

Глава 13. Природа силы

Чёрное солнце. ИнтерЛЮДия

Глава 14. Папочка дома! Часть 1

Глава 15. Папочка дома! Часть 2

Глава 16. Папочка дома! Часть 3

Глава 17. Папочка дома! Часть 4

Баллиста. Интерлюдия

Глава 18. Сувенир

Глава 19. Лайенское гостеприимство

Глава 20. Эльфийский цирк

Глава 21. Снова в путь

Заседание пяти. Интерлюдия

Глава 22. Город фонтанов

Глава 23. Ослепительное сияние будущего. Часть 1

Глава 24. Ослепительное сияние будущего. Часть 2

Nota bene