Хозяин арены чудовищ Книга 2

Глава 1

Темно-зеленый внедорожник выехал с поселка и поехал в сторону Москвы. Я старался держаться на отдалении, но все же не рисковал сильно отдалиться, чтобы не потерять его из виду. Благо, на улице совсем стемнело, поэтому наверняка было трудно заметить в плотном потоке преследующую машину.

Мы проехали довольно много, километров сто пятьдесят, не меньше, прежде чем внедорожник съехал с трассы на еле приметную дорогу. Я дождался, когда он скроется, и поехал следом. Это было очень опасно, ведь он мог заметить меня, а так как это была проселочная дорога, то кроме нас на ней никого не было.

Внедорожник ехал медленно из-за неровностей на дороге и тяжелого прицепа, в котором сидел глотар. Этот вид монстров напоминал крокодила. Шолох у генерала Ворошилова был как раз глотаром. Я знал, что одного укуса этого бойца было достаточно, чтобы оторвать лапу или даже голову противнику.

Через двадцать минут пути впереди между деревьями показался свет. Он исходил от фар множества машин, припаркованных у темного здания. Подъезжать было опасно, но и останавливаться здесь я не мог, потому что тем самым привлекал внимание. Помедлив, я все-таки решил остановиться там же, где и все остальные, и попытаться выдать себя за «своего».

Когда подъехал, увидел посреди большой поляны здание. Оно было без окон и собрано из черных плит. Наверняка эти плиты быстро разбирались, поэтому можно было оперативно собраться и переехать на новое место.

Между тем внедорожник остановился, и из него вышел высокий, широкоплечий мужчина с большой родинкой на правой щеке. Он подошел к клетке, проверил монстра и направился к большим двустворчатым дверям, возле которых стояла толпа мужчин.

Припарковавшись на другой стороне поляны, за громоздким грузовиком, я, не спеша, направился к толпе. Мужчины обсуждали предстоящий бой. Кто-то говорил, что победит глотар и надо делать ставку на него, кто-то утверждал, что глотары неповоротливы, поэтому победит его противник — сумрал.

Я же встал рядом с ними и тоже включился в спор, пытаясь выдать себя за своего. Мужчины ничего не заподозрили, и вскоре вся компания поделилась на два лагеря: одна за глотара, другие за сумрала. Я знал оба вида этих монстров и, если честно, то даже не мог предположить, кто из них победит. У обоих были как сильные стороны, так и слабые. Скорее всего, здесь будет иметь значение оснащение монстров и умение их хозяев.

Вскоре из здания вышел Богдан, и я смог рассмотреть его повнимательнее. У него были вьющиеся черные волосы, зеленые глаза и аккуратная бородка, которая призвана была спрятать шрам на подбородке, но его все равно можно было увидеть. Такое ранения мог нанести монстр как нарочно, так и нечаянно.

— Богдан, ты уже завозишь глотара? — крикнул ему вслед мужчин в дорогом синем костюме.

— Да. Делайте ставки, господа! Бой начнется через десять минут, — ответил он и торопливо зашагал к внедорожнику.

Мужчины воодушевились и направились к дверям, на ходу вытаскивая из карманов какие-то карточки. Я хотел пройти вместе с ними, но уже у самой двери, они выстроились в очередь и заходили по одному с карточкой в руках.

Я сделал вид, будто что-то потерял: прощупал карманы, осмотрелся, затем снова проверил каждый карман.

— Кажется, потерял, — развел я руками и посмотрел на толстяка, который стоял прямо за мной.

— Без пропуска не пустят, — покачал тот головой.

— А у вас, случайно, нет запасного?

Он удивленно посмотрел на меня и рассмеялся:

— Даже если бы и был, то ты на меня совсем не похож, — он показал мне пропуск, на который была вклеена фотография, а сверху стояла какая-то печать. Однако ни имени, ни еще каких-нибудь надписей на пропуске не было.

— Что же мне теперь делать? — я старался выглядеть растерянным. — Такой долгий путь проделал и все напрасно?

— А чего ты хотел? — ко мне повернулся пожилой мужчина с толстой золотой цепью на шее. — В этом деле главное — осторожность. Если законники пронюхают, то живо закроют, а я, между прочим, после здешних боев даже в Колизей не хожу. Сражения там какие-то пресные, без движухи.

— Вот-вот согласен. Слишком много правил и ограничений, поэтому даже неинтересно смотреть, — поддакнул толстяк.

Между тем очередь продвигалась и вскоре дошла до меня. Я захотел рискнуть и зайти. Глубоко вздохнув, решительно открыл дверь и увидел трех мордоворотов, которые угрюмо смотрели на меня.

— Пропуск, — пробасил один из них и протянул огромную лапищу.

— Дело в том, что пропуск я обронил в траву и не смог найти. Могу я пройти без него, а потом найду и покажу?

— Нет. Пропуск.

Я увидел, как насторожились охранники, и решил не рисковать.

— Хорошо. Пойду еще поищу.

Как только я вышел, толстяк с сожалением посмотрел на меня и проговорил:

— В прошлый раз я пропуск дома забыл, поэтому пришлось возвращаться. А я, между прочим, аж с Твери приехал.

Кивнув, я медленно двинулся вдоль здания, делая вид, что что-то ищу в траве. Пока разгребал ногами траву, изображая поиски, сам внимательно осматривал здание. Было видно, что черные плиты были сделаны из дерева и по краям укреплены железными уголками и пластинами. Местами пластины сильно проржавели, а дерево раскрошилось, поэтому я решил, что как только начнется бой, попробую сломать одну из плит и пробраться внутрь.

Как и говорил Богдан, бой скоро начался, и зрители принялись активно болеть за бойцов, подбадривая их криками и свистами.

Я воспользовался шумом, доносящимся изнутри, и вовремя очередных восторженных оваций с силой пнул самую потрескавшуюся плиту. Нога провалилась внутрь и через дыру я увидел арену, похожую на ринг для боксеров, только в три раза больше. Зрители сидели вокруг ринга, совершенно не боясь попасть под удар сражающихся монстров.

Аккуратно, чтобы не наделать шуму, я обломал края плиты и пробрался внутрь. Подойдя к рингу, опустился на свободную скамью и осмотрелся. В здании не было пола, поэтому сиденья и сам ринг располагались на земле, посыпанной сверху песком и опилками, сквозь которые все равно пробивалась трава. Сверху установлены три большие лампы, которые дарили желтый рассеянный свет.

— Нашел-таки пропуск! — прокричал кто-то справа.

Обернувшись, увидел того самого толстяка, с которым стоял в очереди. Я кивнул и повернулся в сторону ожесточенного сражения.

Глотар, раскрыв пасть, ринулся к сумралу, похожему на броненосца, но с зубастой пастью и мощными когтями. Сумрал подпрыгнул и скрутился, подставляя противнику крепкий панцирь, который к тому же был укреплен металлическими вставками.

Когда глотар попытался прокусить панцирь, из металлических вставок выдвинулись шипы и поцарапали его морду и ранили язык. Глотар взревел и попятился от опасного противника.

— Хорош Ёж! Не подступишься! — радостно прокричали за моей спиной.

Между тем Богдан не торопился снова нападать и отозвал бойца к противоположной стороне ринга.

Владелец Ежа — пухлый коротышка в кепке и с волосатыми руками улыбнулся, продемонстрировав несколько золотых зубов, и прокричал.

— Сдаешься? Я могу так хоть два дня его продержать!

— Держи хоть месяц, мой Клык все равно не сдастся, а твой Ёж с голода сдохнет! — ответил Богдан.

— Ну ладно! Сам виноват, — зло процедил коротышка.

В это время сумрал по кличке Ёж, распрямился и ринулся на глотара. Тот не стал дожидаться, а стремительно пополз навстречу, взмахивая тяжелым мощным хвостом, отчего с песчаного пола подымалось облако пыли.

Монстры бросились друг на друга, орудуя когтями и клыками. Невозможно было определить, кто из них побеждает, пока желтые глаза глотара не вспыхнули красным огнем. Я знал, что последует за этим, и инстинктивно отодвинулся, ведь был всего в трех метрах от ринга.

— Конец Ежу, — упавшим голосом проговорил толстяк.

В это самое время Клык схватил сумрала когтями за голову, подтянул к себе и раскрыл зубастую пасть.

Первые две секунды ничего не происходило и мне уже начало казаться, что артефакт не сработал, но вдруг его челюсть будто вытянулась еще сильнее, а зубы стали острее. Он резко наклонил голову вперед и начал яростно работать мощными челюстями, которые буквально пропускали Ежа сквозь мясорубку. Тот успел лишь резко вскрикнуть, но тут же замолчал, а глотар даже не думал останавливаться, превращая тело противника в кровавое месиво.

Артефакт назывался «ярость», и его использование было запрещено на официальных аренах. Если возникнут подозрения в том, что хозяин прикрепил к своему бойцу такой артефакт, то его дисквалифицируют навсегда без права возвращения на арену. Это было суровое наказание, но зато никому и в голову не могло прийти применить его.

Между тем глотар неистовствовал и разрывал на части уже мертвого сумрала. Ошметки поверженного врага лежали повсюду, кровь залила арену, но Клык не мог остановиться и наверняка не слышал команды своего хозяина.

Я не хотел на это больше смотреть, поэтому поднялся с места и прошелся по зданию арены. В углу у входа торговали выпивкой и закусками, и, хотя я был голоден, не мог туда подойти, потому что рядом слонялись охранники.

Никакой кассы я не обнаружил, поэтому для меня осталось загадкой, как здесь делают ставки и получают выигрыш. Чтобы разузнать все получше, я подошел к Богдану, который стоял возле ринга и, сложив руки на груди, наблюдал за своим бойцом, который все еще не успокоился.

— Отличный бой! Поздравляю с победой, — сказал я и протянул руку.

Тот внимательно посмотрел на меня, пытаясь вспомнить, но потом пожал руку и ответил.

— Спасибо. Клык постарался. Правда, вся морда в ранах. Придется подлечить.

— У целителей есть хорошие травяные мази. Быстро заживляют. К тому же у монстров хорошая регенерация, поэтому через пару дней даже следа не останется.

Он удивленно вскинул брови и уточнил:

— У вас тоже есть монстр?

— Был. Погиб на днях, — как можно равнодушнее ответил я, чтобы не выдавать свои настоящие чувства. — Я здесь недавно, но пока только как зритель. Не подскажете, как попасть на ринг?

— Как обычно, — пожал он плечами. — Подходите к организатору, называете от кого пришли, регистрируетесь и договариваетесь о дате сражения. Но лучше поторопиться: я слышал, что они через два месяца переезжают куда-то под Новгород.

— Неужели это единственная теневая арена в округе?

— Нет, не единственная, но про остальные я ничего не знаю. Организатор этой арены приезжает сюда только в мае и стоит до октября, поэтому часть года я здесь выступаю, а остальное время в Колизее, — пояснил он и в это время повернулся к глотару, который уже выдохся и теперь пятился назад.

Он был весь в крови, а глаза стали обычного желтого цвета. Действие артефакта прошло.

Между тем я не собирался отступать и продолжил вытягивать из Богдана нужную мне информацию:

— Слушайте, а не подскажете, где купить бойца по дешевке? Все деньги вбухал в нового монстра, а тот успел всего два сражения выиграть, прежде чем погиб. Поэтому я сейчас совсем на мели.

— Ну-у, если не боитесь попасться, то берите незарегистрированных. Они в несколько раз дешевле стоят, чем на рынках.

— Нет, не боюсь, — отмахнулся я и тут же уточнил. — Может, подскажете, где можно купить такого монстра?

Он велел глотару опуститься у небольшой ограды и задумчиво уставился перед собой:

— Хм, даже не знаю. Говорят, совсем недавно накрыли одних, поэтому остальные отсюда рванули, опасаясь облав. Вы лучше у Дениса спросите. Он только на прошлой неделе своего булдора купил.

При упоминании о булдоре, у меня невольно сжалось сердце.

— А где этот Денис? — огляделся я.

— Так, вот он, — кивнул он на молодого человека, на котором темно-синий костюм чуть не расходился по швам от объемной мускулатуры.

Я поблагодарил и не спеша подошел к Денису. Он смотрел на ринг и пил пиво из жестяной банки.

— Приветствую. Мне сказали, что вы недавно приобрели монстра. Не подскажете, где стоят перекупщики? — я старался держаться уверенно, будто постоянно всем задаю такие вопросы. Ведь не только продажа, но и покупка незарегистрированных монстров серьезно каралась.

Он повернул ко мне голову, настороженно оглядел с головы до ног и пробасил:

— А вы вообще кто такой?

— Я пришел с Богданом, — кивнул я в сторону молодого человека, который отодвинул одну из частей ограды, выпуская Клыка.

— А-а-а, ясно. Уж он-то только с официальных рынков берет. Боится что-то. А вот я ничего не боюсь. Уже седьмого монстра купил, еще ни разу не остановили, — похвастался он.

— Я вот тоже не хочу тратить большие деньги на покупку. Говорят, у перекупщиков монстра можно купить чуть ли не в три раза дешевле, чем у официальных продавцов?

— Так и есть. А если повезет и найдете дефект, то можно вообще за пару тысяч купить. Правда, есть вероятность попасть на монстра, который сам через неделю умрет. Перекупщикам верить нельзя. Они ловко маскируют таких монстров и напитывают их различными энергетиками, чтобы те выглядели здоровыми и активными. Поэтому будьте внимательны при покупке.

В это время работники арены выволокли растерзанную тушу Ежа, и один из них подбежал к Денису.

— Готовься. Ты следующий.

— Кто противник? — крикнул он ему вслед.

Работник поправил черную кепку и кивнул на высокого, худощавого мужчину лет сорока.

— Черт побери. Только не это, — зло взглянув на худого, процедил сквозь зубы Денис.

— Что такое? — заинтересовался я.

— Так это ж Мясник. Если он привез своего Скорпиона, то моему Динго конец, — поморщился он, развернулся и направился к выходу, но я преградил ему дорогу и напомнил:

— Так, а где перекупщики стоят?

— Возле Выборга стояли. В заброшенном здании сталелитейного завода. У местных спросишь, они покажут, — быстро ответил он и поспешил за своим монстром.

Я посмотрел на мужчину, которого Денис назвал Мясником, и невольно поежился. Темные круги под глазами, впалые щеки и безумные глаза делали его похожим на психически больного человека.

Он засунул руки в карманы клетчатых брюк и не спеша направился к выходу за своим монстром. Так как здесь никак не заботились о безопасности, то монстры просто проходили к рингу прямо между зрителями. Уверен, если случится что-то плохое, то организаторы просто соберутся и уедут отсюда и наверняка не будут возмещать убытки или отвечать перед законом.

Между тем зрители все прибывали и, судя по разговорам, как раз посмотреть на бой Мясника. Мне тоже стало интересно, поэтому я прошел на прежнее место и опустился возле толстяка.

Он похоже был очень словоохотлив, поэтому тут же подвинулся ко мне и с жаром заговорил:

— Сейчас будет выступать Скорпион. А ведь именно ради этого сражения я сюда и приехал. Потратил два часа и двести рублей, чтобы просто поприсутствовать при этом эпичном бое. А он наверняка будет эпичным. Мясник знает, как развлекать публику, и никогда никого не оставит равнодушным, — он расстегнул верхнюю пуговицу, будто даже от разговоров об этом ему становилось жарко. — В прошлый раз я с трудом до дома добрался.

— Почему?

— Руки тряслись. Натерпелся страху, будь здоров.

— А двести рублей вы за что заплатили? — уточнил я. Ведь это была половина моей зарплаты.

— Как «за что»? За возможность пройти. А вы что ж, меньше заплатили? — он удивленно посмотрел на меня.

— Столько же, — отмахнулся я и повернулся к арене, на которой появился первый боец.

— Начинается, — воодушевленно проговорил толстяк и в нетерпении заерзал на скамье, потирая руки.

Ну что ж, посмотрим, за что люди платят такие сумасшедшие деньги.

Глава 2

Первым на арене появился Денис, а за ним его боец Динго. Монстр был булдором, но меньше, чем мой Шторм. Я заметил на его груди два артефакта, про которых ничего не знал. Скорее всего, тоже из запрещенных.

Денис провел Динго к дальнему краю, поправил на нем артефакты и повернулся, чтобы выйти из ограды, но тут на его лицо легла печать страха. Было видно, как он боится того, кого увидел. Я проследил за его взглядом и увидел Мясника, а рядом с ним Скорпиона.

Это было существо, похожее на ящера, но оно передвигалось на мощных задних лапах. Прямо над ним, изогнувшись, возвышался хвост с острым жалом. Теперь было понятно, почему его назвали Скорпионом.

На груди бойца висели как минимум пять артефактов. Иногда артефакты стоили гораздо дороже самого монстра, поэтому их использовали только богатые люди, а по внешнему виду Мясника нельзя было сказать, что он так уж богат: поношенный костюм, стертые ботинки. Ни часов, ни запонок, ни золотого зажима для галстука я так и не заметил. Однако такой необычный боец и артефакты говорили об обратном. К тому же, исходя из того, что многие зрители приехали именно для того, чтобы посмотреть на Скорпиона, говорило о том, что он достаточно популярен.

— Почему Денис так удивился тому, что его противник Мясник? Неужели они заранее о сражении не договаривались? — обратился я к толстяку.

— Нет, конечно! Ты что, в первый раз на этой арене? — опешил он. — В том и смысл: никогда не знаешь, с кем будешь бороться. От этого столько интереса. Это тебе не Колизей. Иногда здесь такие сражения случаются, что кровь стынет в жилах.

Толстяка передернуло. Видимо, даже воспоминания о таких сражениях будоражили его.

Тем временем Мясник повел Скорпиона к рингу. Я видел, как люди испуганно пятились от них, а монстр, не стесняясь, шипел на зрителей и выпускал из пасти длинный раздвоенный язык.

Когда Мясник завел своего бойца на огороженную площадку и закрыл за ним ворота, к нему подошел Денис и принялся о чем-то говорить, активно жестикулируя.

— Просит пощадить своего Динго, — усмехнулся толстяк. — Но Мясник не согласится. Уж я-то его знаю.

Будто в подтверждение его слов Мясник мотнул головой и отошел от обескураженного Дениса.

Между тем прозвучал гудок, и хозяева монстров уставились на своих подопечных.

— В прошлом месяце один из владельцев, когда увидел, что будет бороться против Скорпиона, отказался от боя и хотел увести бойца, но Мясник не дал ему этого сделать. Монстры сражались прямо здесь, среди зрителей. Двоих людей сильно ранили, а одному даже голову снесли. Все были в ужасе, кроме Мясника, он стоял с такой ухмылочкой, будто наслаждался тем, что происходит, — последнюю фразу толстяк проговорил еле слышно, опасливо косясь на худого мужчину, который сложил руки на груди и следил за своим бойцом, который медленно приближался к булдору.

Я видел, как нервничает Денис, но он не позволял Динго носиться по рингу, а велел терпеливо ждать. Я бы сделал точно так же. Все-таки сильная сторона булдора — это скорость и умение прыгать. Благо здесь не было ограничивающей решетки.

Когда Скорпион дошел до центра арены, то раскрыл пасть, и зарычал. Вместе с потоком воздуха из его глотки вырвалось пламя. Сработал один из артефактов.

Динго ловко ушел в сторону, отчего под огонь чуть не угодил один из зрителей, который неосмотрительно подошел к арене ближе, чем располагались места.

В это время булдор оббежал противник и хотел наброситься сзади, но не тут-то было. Длинный хвост с острым жалом будто жил сам по себе, и пока Скорпион поливал арену горячим пламенем, его хвост развернулся и с огромной силой ударил по земле. В точности туда, где до этого стоял булдор.

Теперь я понимал Дениса, который не хотел рисковать своим бойцом. Я бы тоже поостерегся выступить против такого монстра. И откуда Мяснику такое необычное существо? Надо будет спросить у него. Хотя я сомневался, что он ответит. Однако стоило попробовать.

Между тем монстры закружились по арене. Булдор никак не мог добраться до Скорпиона и только и делал, что уворачивался от яростных атак хвоста и от адского огня, жар от которого чувствовал даже я, хотя сидел за пятнадцать метров от сражения.

Вдруг булдор высоко подпрыгнул и опустился на противника, который потерял его из виду, и мотал головой. Скорпион свалился в песок, а булдор схватил зубами хвост почти у самого основания жала. Это была отличная идея, так монстр не мог ударить жалом.

Зрители радостно зааплодировали, подбадривая Динго и Дениса. Мясник же сжал и без того узкие губы и, прищурившись, отдавал мысленные приказы своему обездвиженному бойцу.

Пока булдор пытался прокусить усиленную броню на хвосте противника, тот оттолкнулся и повалился на левый бок, сбрасывая с себя врага. Динго потерял бдительность, свалился на землю и подняться не успел. Длинное, острое жало воткнулось ему прямо в голову.

Монстр взревел, но тут жало поднялось и нанесло еще несколько ударов, после которых булдор замертво свалился на землю. Скорпион подошел к поверженному врагу и принялся поливать его огнем. Запахло палёным.

Денис не смог наблюдать за происходящим, поэтому развернулся и направился к выходу, а Мясник с мерзкой улыбкой смотрел, как его боец превращает булдора в горящую головешку.

— Ну и сражение. Я даже весь вспотел. Мне даже на секунду показалось, что Динго сможет победить, — проговорил толстяк, вытирая рукавом испарину со лба.

— И вы ради этого заплатили двести рублей? Бой длился от силы десять минут, — я внимательно посмотрел на него, не понимая его восторга и потраченных денег.

— Этот бой — да. Но Мясник всегда берет по три-четыре боя за раз.

Будто в подтверждение его слов вскоре привели к арене еще одного монстра. Скорпион прекратил поливать огнем то, что осталось от булдора и отошел к дальнему краю. Я же потерял интерес к сражениям и направился к проходу, который выбил ногой.

Удостоверившись, что все взоры обращены к новому противнику опасного монстра, я выбрался на улицу и двинулся к своей машине. То, что творилось на этой арене, мне явно не нравилось, но у меня не было другого выхода.

Забравшись в машину, я доел последний пирожок с мясом, запил водой и двинулся в сторону дома. Теперь мне нужно было раздобыть деньги и поехать к заброшенному заводу в Выборге. Я не знал, за сколько можно купить хорошего монстра, поэтому решил собрать все деньги, что у меня остались, и попробовать сторговаться. Уверен, перекупщики могут продать почти за бесценок, чтобы только не таскаться по всей империи с монстрами и не кормить их.

Домой я вернулся поздно вечером. Дед с генералом как раз садились ужинать.

— О! Дима, ты чего так быстро? — удивился дед, когда я появился в дверях столовой.

— Все сделал, потому и вернулся, — ответил я и поднялся к себе.

После того как принял душ и переоделся, спустился к столу, за которым уже шла оживленная беседа. Дед и генерал спорили о том, что лучше всего посеять на полях: горох или репу. Я ничего в этом не смыслил, поэтому принялся за еду и начал прикидывать, откуда мне взять монстра. Притом довольно сильного, потому что на теневой арене можно встретиться с таким, как Скорпион.

Я примерно подсчитал, сколько зрителей было на теневой арене — около ста человек. При стоимости входа в двести рублей мне было понятно, почему вообще люди рискуют жизнями и организуют такие арены. Ведь организаторам обычно светит пожизненная каторга или даже смертная казнь.

Но мне было непонятно, почему зрителя готовы платить такие большие деньги? Ведь вход в Колизей, на самый раскрученный и дорогостоящий бой, стоил тридцать рублей, а тут целых двести. Скорее всего, эти люди пресытились обычными развлечениями и им требовалось чего-то пожестче.

По моим подсчетам, если порыться по всем карманам и счетам, то смогу собрать тысяч семь, не больше. Просить в долг у друзей я не хотел. Уж лучше возьму кредит в банке.

Между тем генерал наелся и засобирался домой. Мы с дедом проводили его до ворот и пообещали прийти к нему завтра с ответным визитом.

— Слушай, дед, сколько у нас денег в сейфе лежит? — спросил я, когда мы вернулись в дом и опустились на мягкие диваны в гостиной.

— Не помню. Тысячи две, наверное. А что?

— Хочу монстра купить, — признался я.

— Хе-хе, — рассмеялся он. — На две тысячи разве можно монстра купить?

— Нет, поэтому возьму кредит в банке.

Дед тут же посерьезнел и настороженно спросил:

— Ты уверен? Ведь кредит отдавать придется?

— Это я знаю, — усмехнулся я. — Но отказываться от арены я не намерен. Для меня сражения уже как смысл жизни. Я даже не представляю, как можно жить без этих эмоций.

— Влюбиться тебе надо и семью завести, — потряс дед крючковатым пальцем. — Вот тогда из головы вся дурь выветрится.

Я не стал говорить, что, похоже, уже влюбился. Только мы такие разные люди, что даже увидеться не можем.

У меня еще было несколько свободных дней, поэтому решил вплотную заняться покупкой монстра. Брать деньги у банка было рискованно, но мне не хотелось просить у Ильи или Миши. Все-таки я верил в народную мудрость, которая гласила: дружба дружбой, а деньги врозь. После деда они были единственными близкими мне людьми, поэтому я очень дорожил ими.

На следующее утро за завтраком дед сел за стол и протянул мне синюю бархатную шкатулку.

— Что это такое? — я раскрыл и увидел ожерелье, украшенное синими камнями.

— Я хотел отдать тебе его перед свадьбой, но, похоже, сейчас оно тебе нужнее. Это ожерелье твоей матери. Она рассказывала, что оно принадлежало ее бабушке, а той досталось от матери мужа. Короче, не одно столетие этому украшению. Продай и купи монстра.

Я аккуратно взял его в руки, поднес к глазам и тяжело вздохнул. За пять лет, что я прожил в теле Дмитрия Державина, его воспоминания стали моими, поэтому перед глазами тут же появилась красивая женщина с густыми белокурыми волосами. Она наряжалась на какое-то мероприятие и застегивала на шее это ожерелье.

Державину тогда было лет пять. Он играл с солдатиками и изредка бросал взгляд на маму, которая что-то напевала под нос, вертясь перед зеркалом. Это было его последнее воспоминание о ней. С того мероприятия ни мать, ни отец не вернулись. Их убил незарегистрированный монстр, который вырвался на свободу и убивал всех, кого встречал на своем пути.

Именно поэтому Дмитрий так стремился попасть в Имперскую службу. Он хотел сажать всех недобросовестных охотников, перекупщиков и организаторов теневых арен.

— Нет, не возьму, — я убрал ожерелье в коробку и протянул деду.

— Почему? Ведь оно тебе по праву принадлежит.

— Не хочу продавать. Пусть останется в семье. Деньги возьму в банке. Если не смогу вернуть с боев, то верну с жалованья. Может, все-таки переведут в оперативники, а у них доход выше на целых сто двадцать рублей.

Дед с сомнением посмотрел на меня, но не стал больше настаивать и забрал шкатулку.

После завтрака я прямиком направился в банк. Увидев мои документы, у сотрудников банка не возникло никаких вопросов, и мне тут же выдали нужную сумму. Я решил, что двадцати пяти тысяч должно хватить на хорошего монстра у нелегальных перекупщиков, поэтому взял именно такую сумму.

Поездку за монстром тоже не стал откладывать в долгий ящик, поэтому уже после обеда забрал у кузнеца новую клетку и поехал в Выборг. Сначала хотел взять с собой Илью с Мишей, но потом передумал. Им лучше не знать, какие темные дела я проворачиваю.

Через два часа я подъехал к Выборгу. Один из местных жителей подсказал, где находится заброшенный сталелитейный завод, и удивился тому, сколько в последнее время к нему ездят. Он утверждал, что местные уже растащили все, что может представлять ценность, поэтому я зря туда еду, тем более с таким большим прицепом, который я предусмотрительно накрыл тентом, чтобы не привлекать излишнего внимания. Ответив, что еду за кирпичами, я развернулся и поехал в указанном направлении.

По всей видимости, завод был заброшен давно, поэтому вся территория обросла кустами и деревьями. Я медленно заехал в покосившиеся ворота и направился по дороге, которая была довольно заезженная. По обе стороны от меня высились громадные полуразрушенные здания закрывшегося завода.

Я свернул за гигантскую трубу, которая видимо свалилась от старости, и увидел несколько машин, припаркованных у длинного одноэтажного здания, которое, скорее всего, раньше использовалось как гараж.

Остановившись возле небольшого ржавого грузовика с клеткой в кузове, я вышел на улицу и приблизился к старым, потрескавшимся о времени воротам. Внутри слышались разговоры и рев монстров.

Меня охватило волнение, которое возникает перед каким-то знаменательным событием. Не знаю почему, но мне вдруг показалось, что сейчас решится моя судьба. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, я взялся за ржавое кольцо, которое являлось дверной ручкой, и потянул на себя.

Сквозь небольшие окна под потолком свет проникал внутрь здания и освещал клетки с монстрами. Несколько человек стояли неподалеку и торговались. Увидев меня, они настороженно замолчали. Я заметил краем глаза какое-то движение и, обернувшись, увидел мужчину бандитской наружности. У него в руках было ружье, но он не целился в меня, а лишь крепко его сжимал. Чтобы как-то разрядить обстановку, я протянул ему руку и, натянув доброжелательную улыбку, проговорил:

— Приветствую. Мне подсказали, где вас найти. Хочу купить монстра.

— Здорова, — хриплым голосом ответил он, пожал руку и кивнул в сторону клеток. — Выбирай.

— Только вот этого я беру. На него даже не смотрите, — торопливо сказал мужчина, до этого бурно обсуждающий что-то с другими, и ткнул пальцем в клетку напротив.

В клетке сидел летающий монстр с огромным клювом, в котором виднелись мелкие острые зубы. Он щелкал клювом, пытаясь поймать мелких паразитов, которые бегали по нему. Как и сам монстр паразиты были тоже инопланетными из Аномалии.

— Он стоит сорок, а у тебя всего лишь пятнадцать. Я не отдам, — упрямо заявил один из мужчин и сложил руки на груди.

— Но меня нет сорока! Я же объясняю, что мне нужен этот монстр.

— А я еще раз повторяю. За пятнадцать не отдам. Максимум за тридцать восемь.

Они продолжили спорить, а я медленно двинулся вдоль клеток, внимательно осматривая монстров. Некоторые из них понравились мне сразу, но я решил сначала просмотреть всех, а потом выбирать.

Почти в самом конце ряда увидел черное существо и тут же подошел к его клетке. Это был теневик. Его покрывала черная матовая кожа, отчего он легко прятался в ночи и даже в тени, принимая вид объекта за счет гибкого тела. Основным преимуществом была способность прятаться, бесшумно передвигаться и цепляться за отвесные поверхности, за счет множества крючков на подошве ног.

В спокойном состоянии теневик был похож на ящерицу. Правда, длиной в целых три метра. В полутьме его было трудно разглядеть, и можно было с легкостью пройти мимо, думая, что клетка пуста, но его выдавали необычайно голубые глаза, которые пристально следили за мной.

— Это же Державин! Он из Имперской службы! — услышал я знакомый голос и, обернувшись, увидел Самохина, который со своими шестерками стоял в дверях.

Перекупщики тут же всполошились и направили на меня ружья.

Глава 3

Я не знал, как себя вести. Если убеждать, что я здесь сам по себе, как частное лицо, а не представитель службы, то они наверняка не поверят. Я бы сам не поверил. Скорее бы подумал, что подослали засланца, чтобы провести контрольную закупку, а потом нагрянут оперативники, чтобы взять всех скопом.

Мне не оставалось ничего другого, как отбиваться. Закрывшись защитным полем, я рванул прямо на бандитов, которые от неожиданности сначала опешили, так как думали, что буду убегать или прятаться, но точно не нападать, а затем принялись стрелять.

В воздухе запахло порохом, в дымке от выстрелов все заметались, а я приблизился и ударил первого бандита по корпусу. Когда он хрипло выдохнул и наклонился вбок, то я схватил его ружье и резко дернул. Мужчина не устоял на ногах и повалился на пол. Вырубив его ударом приклада по голове, я побежал за остальными. Они поняли, что я маг, поэтому решили удрать, зная, что не смогут справиться.

В этом мире ребенок-маг мог родиться в любой семье, но только аристократов принимали на учебу в магические академии и учили управлять своей энергией и преобразовывать ее в заклинания. Простолюдинам же строго запрещалось пользоваться магией. Правда, многие старались обучаться самостоятельно или нанимали таких же самоучек, но если об этом становилось известно, то налагались большие штрафы.

Я не встретил магического сопротивления со стороны бандитов, но тут по защитному полю сильно ударило. Это явно была не пуля, которая буквально увязла бы в сильном энергетическом поле.

Обернувшись, увидел, что это Самохин. Эта сволочь под шумок решила расправиться со мной.

Я сформировал целую тучу ледяных шипов и отправил вслед убегающему бандиту, который грузно бежал, со страхом оглядываясь. Шипы не могли убить, но наносили множество мелких, очень болезненных ран. То, что нужно, чтобы задержать его.

Бандит споткнулся, вскрикнул и упал на землю, закрывая голову руками, чтобы спастись от шипов. В это время я повернулся к Самохину, который формировал очередную огненную сферу, чтобы атаковать меня. В это же время полетели воздушные удары и ледяные копья от его дружков.

— Самохин, ты в своем уме? Ты что творишь? — возмутился я.

— А какого хрена ты нам мешаешь монстра покупать?

— Ну ты идиот, — выдохнул я и, удостоверившись, что второй бандит до сих пор лежит на земле под беспрерывным дождем из шипов, побежал на Самохина.

Этого недоразвитого сына главы города уже давно следовало проучить. Когда я к нему приблизился, защитное поле пропало, не выдержав натиска со стороны его дружков, но мне это не помешало в два прыжка оказаться рядом с жирдяем и со всей силы ударить по пузу.

Огненная сфера, которую он уже хотел выпустить на меня, упала на землю и рассыпалась на искры, поджигая опилки и прошлогоднюю траву.

Второй удар пришелся ему по шее, отчего Самохин вырубился и повалился на землю. Оставшись без главаря, трое его дружков не знали, что делать.

— Вы двое быстро подберите Самохина и оттащите его от огня! — рявкнул я и ткнул пальцев в третьего. — А ты сними ремень и пошли за мной!

— З-зачем? — несмело проговорил он.

Я не стал отвечать, а, убрав шипы, продолжающие атаковать съежившегося мужчину, скрутил ему руки и связал их ремнем самохинского подпевалы.

— Грузи его вон в ту клетку, — кивнул я на свой прицеп и направился в здание с монстрами.

Бандита не было на прежнем месте, и мне уже показалось, что он успел сбежать, но тут уловил какой-то скрип за дверью справа, прямо возле клетки с летающим монстром. На всякий случай сформировав в руке разрушительную сферу, медленно подошел к двери и с силой дернул.

В подсобке, спрятавшись за старыми деревянными ящиками, сидел бандит и крепко сжимал в руке ржавый топор. Я не стал просить или уговаривать убрать топор, а просто показал сферу, которая парила над рукой, переливаясь, как бензин в луже.

— Одно мое движение — и ты труп, — сухо проговорил я.

Тот сглотнул и выронил топор. Я убрал сферу, скрутил ему рук и повел к прицепу. По пути увидел дружков Самохина, которые отчаялись привести его в чувство и просто понесли к его машине.

— Нет, не туда. Сажайте ко мне, — махнул я на машину генерала, ведь мой пикап до сих пор был на покраске.

Те переглянулись, но не торопились выполнять мое указание.

— А, может, вы все хотите сесть вместе с этими перекупщиками за соучастие? — я грозно сдвинул брови.

Угрозу они быстро поняли, потащили тяжелого Самохина к машине и свалили на заднее сиденье.

Посадив в клетку второго бандита, я задумался, как лучше поступить: везти их в местную полицию или в мое отделение Имперской службы. Поразмыслив, я все же решил, что лучше сдать в полицейское управление Выборга.

Я огляделся, но больше никого не видно было. Покупатели и остальные бандиты успели сбежать.

Пока добрался до города и нашел управление, уже наступил вечер. Представившись и показав удостоверение, я сдал полицейским бандитов и Самохина, который уже пришел в себя и угрюмо смотрел на меня. Я не стал рассказывать о его нападении на меня, а лишь пояснил, что он покупатель нелегальных монстров.

Следователь, конечно, удивился, почему я пошел один ловить банду перекупщиков, на что я ответил, что нашел их случайно. Его мой ответ вполне удовлетворил.

Разбираться с монстрами предстояло местному отделению Имперской службы, поэтому я объяснил, как найти монстров, и попросил отправить телеграмму моему начальнику, чтобы он знал, что случилось. Попрощавшись и заверив, что, если понадобится, смогу в любой день приехать и дать показания, я сел в машину и поехал к заводу.

Мне нужно было до приезда Имперской службы забрать теневика. Правда, я не знал, как загнать его в клетку без порабощения, но решил попробовать.

Подъехать к клетке с прицепом было невозможно, так как проход был слишком узким. Мне нужно было как-то заставить монстра забраться в прицеп.

Когда остановился у здания с монстрами, на улице совсем стемнело. Вечерние тучи закрыли небо, поэтому стояла почти кромешная тьма.

Пугать монстров фарами я не хотел, поэтому нашел в бардачке коробок спичек и крепко сжав его, направился внутрь здания.

Монстры шумно дышали, рычали, грызли прутья решетки и царапали пол, пытаясь выбраться. Тихо было только в клетке теневика, которого я вообще не видел, но знал, что он здесь.

Чиркнув спичкой, я поднес огонь к клетке и вздрогнул от неожиданности. Монстр сидел у самой решетки с приоткрытой зубастой пастью, но с закрытыми глазами. Видимо, он знал, что его выдают голубые глаза, поэтому предпочел скрыться.

Я не придумал ничего лучше, чем просунуть руку сквозь решетку на свой страх и риск и дотянуться до пульсара. Если бы теневик открыл глаза, то уверен, схватил бы меня за руку, и тогда мне конец. Нужно было действовать одновременно быстро и очень осторожно.

Между тем свечка догорела и потухла, а я в это самое время приложил руку к горячему месту под нижней челюстью и отправил такой мощный поток энергии, на какой мог быть только способен. Вообще, так нельзя делать, так как можно просто убить монстра, но у меня не было другого выхода. Теневик считался одним из самых редких монстров, поэтому они были очень дорогими. У меня явно не хватило бы денег на его покупку.

Монстр дернулся, но не смог отодвинуться, так как жгучая энергия, от которой у меня будто полыхало все тело, не позволяла ему даже шелохнуться.

«Подчинись и все пройдет», — мысленно проговорил я, морщась от боли во всем теле.

Мучились мы оба, но я и не думал прекратить порабощение. Монстр засопел, будто ему не хватало воздуха, но он продолжал внутренне сопротивляться мне.

«Подчинись!»

Я почувствовал, как закружилась голова и появилась слабость в ногах. На миг показалось, что теряю сознание, но я сжал зубы, ухватился второй рукой за прутья решетки и продолжил, так как знал, что теневику гораздо хуже, чем мне. Он страдает и уже почти не дышит, но все еще не хочет признать меня своим хозяином.

Время растянулось. Мне стало казаться, что мы уже не один день стоим вот так в темноте и буквально до последнего издыхания не хотим отступать. Пустить больше энергии, чем сейчас, я не мог, так как боялся рухнуть на пол, и тогда он просто разорвет меня на части.

Вдруг теневик продолжительно выдохнул и смирился. В этой невидимой схватке победил я.

Убрав руку с пульсара, я почувствовал, как она дрожит. Мне нужно было немного прийти в себя, поэтому на ослабших ногах добрался до выхода и прислонился к стене, вдыхая прохладный ночной воздух.

В голове промелькнула шальная мысль поработить еще одного монстра, но я отринул ее, понимая, что слаб и могу не выдержать еще одного такого сильного бойца.

Через минут десять мне стало легче, поэтому я включил фары, чтобы осветить все здание. Монстры недовольно заерзали и зарычали, так как многие уже спали, но я не обращал на них внимания и, прихватив ржавый топор бандита, двинулся к решетке теневика.

Тот по-прежнему сидел в углу клетки и дышал так, будто пробежал многокилометровый марафон.

Все дверцы клеток были закрыты на замок, поэтому я ударил обухом несколько раз по дужке, на которой висел замок. Та наполовину отломилась. Я резко дернул дверь на себя и открыл ее.

Теневик поднял на меня свои голубые глаза и издал звук, похожий на коровье мычание.

«Выходи и иди за мной!» — как можно строже сказал я и двинулся по проходу в сторону машины, прислушиваясь к тому, что творится сзади.

Когда почти добрался до распахнутых настежь ворот, сзади послышалось шуршание и сопение. Теневик шел за мной.

Я дождался его, все еще крепко сжимая в руках ржавый топор. Бывало так, что даже порабощенные монстры отказывались подчиняться и бунтовали. Именно поэтому на шее Гриши Жукова такой страшный шрам. После порабощения его монстр решил, что сможет вырваться из-под власти хозяина, если убьет его.

Такая вероятность существовала всегда, поэтому так важно было хорошо обращаться с бойцом и сытно кормить. Он, как и земной зверь, просто привязывался к человеку, и подчинение не вызывало внутреннего сопротивления.

Теневик дошел до меня и остановился, а не помчался на свободу, как любое другое существо, до этого просидевшее в клетке. Отлично! Он меня слушается!

«Забирайся в клетку», — я подошел к прицепу и указал на открытую дверь.

Теневик замер. Он только что вышел на свободу, а тут его опять заставляют забираться в столь ненавистную клетку.

«Забирайся в клетку!» — на этот раз я вложил в голос силу, чтобы он даже не думал сопротивляться.

Теневик медленно подошел ко мне, понюхал клетку и осторожно взобрался в нее. Клетка была ему впору, поэтому он покружился вокруг себя и лег, скрутившись, как змея. Я поразился его невероятной гибкости. Одно дело знать про способности монстра, и совсем другое — наблюдать собственными глазами.

Я сел за руль и поехал домой. По дороге обдумывал, как дальше поступить с деньгами, которые взял в банке. Сначала хотел вернуть их обратно, но вспомнив о том, что творится на теневой арене, решил потратить эти деньги на артефакты. В нашем городке их было не достать, но в столице располагались целых три артефакторных мастерских.

***

Добрался до дома только под утро. Чтобы никого не будить, я не стал завозить теневика во двор, а остановился у ворот и выпустил его на улицу.

«Иди за мной», — велел я и двинулся в сторону амбара.

Теневик остался стоять на месте озираясь. Скорее всего, он толком и не видел Землю.

После того как охотники усыпляют монстров и выносят их из Аномалии, то те сразу попадают в клетку, накрытую сверху тентом или находящуюся в вагоне. С этого момента они находятся только в клетке, пока их не выкупит хозяин. Поэтому мне было понятны чувства теневика, но я не хотел, чтобы он почувствовал волю и подумал, что может быть свободен.

«Ты должен выполнять все мои приказания. Иди за мной!» — я быстрым шагом направился к нему и хотел приложить ладонь к пульсару, но монстр попятился назад, будто понимал, что за этим последует.

Неприятно екнуло сердце. С собой у меня ничего не было из оружия, чтобы остановить монстра, если тот вдруг захочет наброситься на меня и убежать. Продолжительно выдохнув, чтобы успокоиться, я еще раз повторил:

«Иди за мной».

Теневик не сдвинулся с места. Тогда я сформировал разрушительную сферу, которая хоть и не смогла бы убить, но причинила бы боль.

«Ты должен выполнять то, что я говорю», — я прицелился и бросил сферу в его переднюю лапу.

Теневик взревел и отдернул лапу. Ему наверняка было больно, но так нужно. Иначе никак, если он отказывается слушаться.

«Иди за мной, или тебе снова будет больно, — пригрозил я и сформировал еще одну сферу.

Теневик, видимо, понял, что к чему, поэтому склонил голову и не спеша двинулся ко мне. Я развернулся и пошел к амбару, изредка поглядывая на него. Монстр двигался почти бесшумно, поэтому иногда мне казалось, что он остановился, но это было нет так, просто теневик был умелым маскировщиком.

Мы прошли возле дома, обогнули его и почти приблизились к амбару, когда из небольшой конуры, которую я в первый раз видел, выбежал щенок и, виляя хвостом, побежал к теневику. Монстр раскрыл пасть и двинулся навстречу.

— Только не это, — выдохнул я и побежал наперерез монстру, чтобы защитить щенка Мити.

Глава 4

Теневик уже распахнул пасть, чтобы схватить беззаботного щенка, решившего поиграть с монстром. Почти у самой морды монстра я схватил щенка на руки и прижал его к себе.

«Нельзя! Не смей ни на кого набрасываться без моего разрешения!»

На этот раз я успел дотянуться до пульсара и отправил мощный поток жгучей энергии. Теневик замер, не в силах даже вздохнуть.

«Тебе нельзя никого трогать! Если еще раз откроешь пасть без моего разрешения, то будет больно. Очень больно!»

Я убрал руку, монстр упал у моих ног и глубоко задышал, глядя на меня небесно-голубыми глазами, в которых читались страх и ненависть. Я был готов к этому. Вряд ли кто-то будет любить своего мучителя, но со временем это перерастет в большую привязанность.

Щенок же даже не понял, что был в шаге от смерти. Он лизал мне руку и счастливо повизгивал. После того как монстр успокоился и поднялся на ноги, я поднес к его морде щенка и еще раз повторил:

«Без моего разрешения не смей открывать пасть».

Я нарочно поднес щенка к нему, чтобы он запомнил его запах и знал, что с ним будет, если он хоть раз еще раз осмелится наброситься на него. В это время из-за дома показался Митя и в ужасе воскликнул:

— Дмитрий Иванович, не делайте этого! Не надо!

Теневик обернулся на бегущего к нам Митю. Я видел, как он хищно прищурил глаза и предупредил:

«Стой на месте! Не смей открывать пасть!»

Митя же бесстрашно бежал к нам, не сводя обеспокоенного взгляда с Полкана.

— Ты забыл, как надо вести себя при новом монстре? — я строго посмотрел на него.

— Но… — замялся он и остановился, понимая, что повел себя очень глупо.

Только недавно я ругал Нину за подобное, а тут он сам кричит и бежит в присутствии монстра, который видит его в первый раз в жизни.

— Вы нового монстра купили? — наконец выдавил он, убедившись, что я не скармливаю его щенка своему бойцу.

— Не совсем купил, но да. Это теперь мой новый боец.

Я подошел к нему, отдал щенка, а затем повернулся к монстру и велел.

«Иди за мной».

На этот раз теневик не отставал ни на шаг, но продолжал крутить головой осматриваясь.

После булдора Митя помыл клетку, засыпал свежими опилками и свалил в углу кучу соломы, поэтому она уже была готова к приему нового бойца. Мы зашли в клетку. Теневик будто понял, что это теперь его новое жилье, поэтому принялся все обнюхивать и даже попробовал лизнуть опилки, но тут же закашлялся.

Я принес и налил в корыто два ведра воды. Монстр тут же принялся шумно пить. В это время Митя зарезал одного барана и оставил у входа в клетку.

После того как монстр утолил жажду, я положил перед ним барана и велел его съесть. Долго уговаривать не пришлось, проголодавшийся теневик тут же приступил к еде, а я запер клетку и устало двинулся в сторону дома.

— В первый раз вижу такого монстра, — ко мне подошел Митя. — Что за вид такой?

— Теневик. Он очень редкий.

— Дорого стоил, наверное?

— Дорого, Митя, — кивнул я.

Слуги частенько обсуждали между собой господ, поэтому я поостерегся рассказывать ему, откуда взял монстра.

— На его черной коже даже клейма не видно, — продолжил он, а я даже не подумал об этом.

А ведь точно! Обычно все присматривались к клеймам, чтобы узнать, откуда монстр и через сколько продавцов и хозяев прошел, но на черной матовой коже теневика ничего нельзя было разглядеть. Правда, если кто-то задастся этой целью, то поймет, что на нем нет никаких опознавательных отметин. С таким монстром мне был закрыт вход на легальные арены.

Я попросил Митю приглядеть за монстром и разбудить меня, если что-то произойдет, и зашел в дом. Время было пять утра, но на кухне уже слышалась возня. Кухарка месила тесто, а невыспавшаяся и недовольная Нина чистила картошку.

— Есть что-нибудь поесть? — спросил я и опустился за стол.

— Дмитрий Иванович, могу пока только буженину, сыр и хлеб предложить. Завтрак еще не готов, — виновато проговорила Клавдия.

— Давай буженину. И чая горячего, — махнул я рукой.

Перекусив, я поднялся к себе и завалился спать.

Проснулся только в обед. С улицы доносились голоса, что сильно напрягло меня, поэтому я тут же поднялся с кровати и выглянул на улицу. Возле амбара стояли дед, генерал, Митя и слуга Валера.

Я с облегчением выдохнул. Мне на секунду показалось, что кто-то узнал о том, что я украл монстра и пришел за ним.

Приняв душ и переодевшись, я спустился на первый этаж. Дед и генерал как раз зашли в дом, поэтому сразу подошли ко мне.

— Дима, где ты раздобыл теневика? — не поздоровавшись, спросил восторженный Ворошилов. — Такого монстра днем с огнем не сыщешь.

— Места надо знать, — усмехнулся я и повернулся к деду — Обедали?

— Нет, ждали, когда ты проснешься… Теперь понятно куда и зачем ты ездил. Мог бы и сказать, чтобы я зря не тревожился, — пробурчал дед и зашаркал в столовую, держась за поясницу.

— Я сам не знал, что смогу раздобыть такого бойца. Можно сказать, что это трофей.

Генерал понимающе кивнул и не стал больше задавать вопросов, а по глазам деда я понял, что не отверчусь, и придется обо всем ему рассказать.

После сытного обеда, состоящего из щавелевого супа, щучьих котлет и печеной картошки, мы вышли на улицу с кружками крепкого кофе, в который Валера подлил коньяка.

— Завтра Шолоха на бой везу. На пять вечера договорились, — проговорил генерал, смакуя напиток.

— Против кого выступаете?

— Против Гриши Жукова. Он к соревнованиям готовится, поэтому договорились без серьезных увечий.

— Меня дядя Веня тоже хотел отправить на соревнования с булдором.

— Так иди с теневиком. Даже лучше. Он наверняка будет лучше булдора, — предложил Ворошилов.

— Я не успею его подготовить. Соревнования уже должны быть на днях.

— Так, их же перенесли. Император поехал в какую-то поездку по ближним государствам и велел без него не начинать. Он же у нас азартный зритель, — усмехнулся генерал.

— Не знал. И когда же начнутся соревнования? — заинтересовался я.

— Никто пока не знает. Говорят, что в следующем месяце, но точно даты пока не обозначили.

Я сначала задумался о том, что можно было бы и поучаствовать, но потом вспомнил, что у меня незарегистрированный монстр, которому закрыты двери на все официальные мероприятия.

После того как мы выпили кофе, отдали кружки Валере и направились амбару, чтобы еще раз полюбоваться на монстра. Тот спокойно лежал на соломе и сонно смежил глаза, поглядывая на нас.

— Какой же красавец! Раньше я таких только в своей энциклопедии видел. Кстати, там о теневиках много интересного написано.

— Можете дать мне эту энциклопедию? — воодушевился я.

— Конечно, пошли, — махнул он рукой.

Дед запер дверь амбара на замок, а мы с Ворошиловым направились к его дому. Энциклопедия была изрядно замусоленная. Генерал признался, что это его настольная книга, которую он просматривает каждый день перед сном.

— Иногда я мечтаю о том, что буду выступать на лучших аренах мира с мощным монстром типа заврала или докку. Но это всего лишь мечты, — горько усмехнулся он.

— А что вам мешает? Все карты в руки.

— Куда там, — отмахнулся он. — Мне сто лет исполнится, когда смогу подняться на такую высоту. Это вы — молодые еще все успеете, а я уже старый. Мне бы лет десять еще протянуть и посмотреть, какими внуки вырастут, а потом можно и помирать.

Он вдруг как-то опечалился, и глаза увлажнились. Я только сейчас увидел в нем не статного властного генерала, а уставшего старика. Поблагодарив за энциклопедию, пожелал выиграть в завтрашнем бою и направился домой.

Дед ждал меня в гостиной и тут же убрал утреннюю газету, как только я зашел в дом. Мне не хотелось посвящать его в свои дела, но то, что монстр нелегальный, я не мог умолчать.

— Вчера накрыл очередных перекупщиков. Теневик оттуда, — не вдаваясь в подробности, пояснил я.

— Как это «оттуда»? Ты его купил что ли? — дед напряженно посмотрел на меня.

— Не совсем, — замялся я и, оглянувшись на дверь, шепотом пояснил. — Я украл незарегистрированного монстра.

Дед аж подпрыгнул от неожиданности и возмущения.

— Ты в своем уме? Ты что ж, на каторгу захотел?

Он так вытаращил глаза, что мне стало не по себе.

— Нет, на каторгу я не хочу и не попаду. Можешь не волноваться, — попытался успокоить я его, но дед только сильнее распалялся.

— Где ж это видано, чтобы у бандитов красть? И что ты с ним будешь делать, если даже сражаться никто не позволит? Просто так обузу на нашу шею притащил?

Я глубоко вздохнул, чтобы не поддаваться эмоциям, закрыл дверь гостиной и, опустившись напротив деда, принялся объяснять:

— Я буду участвовать в сражениях, но на теневых аренах. Там не требуют никаких документов.

— Час от часу не легче! Ты должен закрывать эти арены, а не наоборот! Тебя не просто уволят за такое, но и посадят. Ты это понимаешь? — его прям затрясло от негодования.

— Нет, дед. Никто меня не посадит. Все будет хорошо. Доверься мне, — спокойно сказал я и направился к двери. — Пойду теневика дрессировать.

Он еще что-то хотел сказать, но в это время в дом зашел Валера, и дед решил отложить разговор, чтобы не вмешивать в него остальных.

Митя с щенком в руках уже был в амбаре и с любопытством разглядывал монстра.

— Дмитрий Иванович, а чего он умеет-то? По виду не такой уж он и сильный.

— Не только сила побеждает, Митя. Ты же сам видел, как Бурелом одерживал верх над противниками, которые были чуть ли не в два раза больше его.

— Это я понимаю, но очень уж он какой-то беззащитный: ни больших клыков, ни рогов, ни костяных пластин.

— Он защищается по-другому. Хочешь, покажу? — предложил я и открыл дверь клетки.

— А это не опасно? Может, не надо? — встревожился парень.

Я не стал отвечать, так как сам не знал, как он отреагирует на меня. Когда зашел в клетку, монстр даже не обратил на меня внимания, продолжая лежать на мягкой соломе и наблюдая за солнечными лучами, которые проникали сквозь щели между досок амбара.

Я присел рядом с ним и взял переднюю лапу. Только сейчас теневик приподнял голову и уставился на меня.

— Дмитрий Иванович, может, не надо? Он все-таки еще не совсем привык к нам, — осторожно уточнил Митя.

— Все будет хорошо. Смотри, что сейчас будет.

Я крепко сжал лапу монстра двумя руками и велел:

«Освободи лапу».

— Мне не нравится, как он на вас смотрит, — прошептал парень, но я не стал ему отвечать, а еще раз мысленно повторил.

«Освободи лапу».

Монстр шумно вдохнул, будто уже устал от нелепых приказаний и просто вытянул лапу. Как бы я ни старался удержать лапу, она вдруг стала необыкновенно скользкой и мягкой и буквально выскользнула из моих рук, хотя держал я довольно крепко.

— Что это было? — не понял дворовый работник.

— Он, как осьминог, может легко пролезть в любую щель. Главное условие, чтобы в щель пролезла его голова, а все остальное тело с легкостью протискивается следом.

— А он из нашей решетки не сбежит?

Митя невольно попятился к двери, прижимая к груди Полкана.

— Нет, но если бы его голова была чуть меньше, или расстояние между прутьями решетки шире, то тогда он бы с легкостью выбрался. Я тебе показал лишь одну из особенностей этого бойца. На самом деле их много, и одна невероятнее другой.

Митя кивнул, но вышел из амбара и плотно прикрыл за собой дверь. Я же начал стандартную тренировку. Теневик сначала выполнял все приказы неохотно, будто все еще надеялся, что скоро все закончится, и он вернется домой, в свой родной мир, но уже к концу тренировки сам с готовностью выполнял все упражнения.

Я поостерегся выпускать его сегодня из клетки, давая время привыкнуть подчиняться мне беспрекословно.

Над именем я особо не думал и назвал его Ночь. Несколько раз повторив имя, в дальнейшем я обращался к нему начиная с него. Так он быстрее поймет, что это его имя, и начнет на него реагировать даже не арене. Один из моих бойцов — Лягуш, очень радовался, когда перед боем называли его имя и всем видом показывал, что говорят про него: радостно прыгал, рявкал и мотал головой.

Вечером, покормив и напоив бойца, я вышел из клетки и зашел в дом. Не успели мы с дедом сесть за стол, как к воротам подъехали Илья и Миша. Друзья хотели позвать меня с собой в кабак, но, услышав от Мити о появлении нового бойца, попросили показать его.

— А где боец-то? — удивился Миша, стоя перед клеткой.

— Видишь черное пятно в углу? Это и есть Ночь, — усмехнулся я.

— Ничего себе! Теневик! — воскликнул Илья и двинулся к клетке, но потом, похоже, вспомнил, что было в прошлый раз, когда он захотел потрогать булдора, поэтому тут же остановился и сделал пару шагов назад к двери. — Я видел теневика в Колизее, когда ездил в гости к отцу.

— И? Кто победил?

— Теневик, конечно же. Ты попробуй его поймать. Ни за что не получится. Он будто вытекал из лап и пасти второго бойца, — поделился воспоминаниями Илья. — Мне даже казалось, что у него нет костей.

— Если бы у него не было костей, то он бы просто растекся по полу, — хмыкнул Миша и ткнул пальцем в теневика, который приподнял голову и с любопытством смотрел на нас голубыми глазами, которые будто светились в полутьме.

Я пригласил друзей на ужин, и мы все вместе зашли в дом. Завтра был мой последний выходной, и я намеревался потратить его на поиски артефактов. Правда, так и не решил, какие артефакты лучше купить, но зарекся использовать запрещенные. Все-таки в моей голове крутилась мысль, что можно попытаться как-то зарегистрировать монстра, но я еще не знал, как это сделать.

Плотно поужинав и опустошив три бутылки вермута, я велел Нине приготовить комнату для гостей и настоял на том, чтобы друзья остались у меня, а не возвращались пьяные на машине домой. Миша тут же согласился, а Илью пришлось уговаривать, ведь он считал, что и пьяным хорошо водит машину.

Мы вышли на улицу, чтобы освежить голову, и расселись на крыльце.

— Ты даже не знаешь, как я одинок, — признался Илья и пьяно всхлипнул. — Мне тошно сидеть дома изо дня в день. Может, действительно, поехать в Питер к отцу?

— И что ты там будешь делать? — уставился на него Миша. — Работать ты не хочешь, поэтому также будешь сидеть дома. Лучше устройся на работу. Хочешь, я попрошу отца тебя взять? Я уверен, он согласится.

— Ага, конечно. Он меня терпеть не может, — усмехнулся он. — Думает, что я тебя с праведного пути сбиваю. Если бы не я, то ты бы не по десять часов работал, а по четырнадцать.

— Неправда! Он ко всем вам хорошо относится. Не хочешь, как хочешь. Мог бы чему-нибудь научиться. А то единственное твое умение — это бутылки глазом открывать.

Мы рассмеялись.

Перед сном я проверил, закрыт ли амбар на замок, и поднялся к себе. Однако сколько ни ворочался, сон никак не шел. Из-за стенки доносился храп Миши, на улице кричала какая-то ночная птица, а в голове беспрестанно крутилась мысль о том, как зарегистрировать теневика.

Охотники ставили первое клеймо, по которому можно было судить, из какой Аномалии вытащили его, а также какая гильдия это сделала. Следующее клеймо ставили официальные продавцы, а потом хозяева. Самое первое и главное клеймо ставили охотники, без наличия такого клейма остальные теряли смысл. Мне нужно придумать, как уговорить охотников зарегистрировать теневика. Если я просто подойду с таким предложением к одному из них, то, скорее всего, меня тут же скрутят и передадут полиции. Поэтому нужно действовать очень осторожно.

Глава 5

Наутро мы позавтракали, сели в машину Ильи и поехали в Петербург к мастерам-артефакторам и заодно забрать мой пикап.

Илья был бодр и свеж, будто и не пили вчера, в отличие от Миши, который всю дорогу стонал и без конца просил остановить машину, а то его тошнит.

— Чаще пить надо, тогда организм привыкнет, — поделился своими наблюдениями Илья.

— Я вообще больше пить не буду. К черту весь алкоголь. Уж лучше поесть чего-нибудь вкусненького, чем этим пойлом себе жизнь портить, — пробурчал Миша, раскрыл окно и подставил лицо ветру.

Илья не стал с ним спорить, и каждый остался при своем мнении. Я не встревал в их разговор, обдумывая, какие артефакты подойдут Ночи.

С одной стороны, лучше использовать те, что усиливают уже имеющиеся навыки. Например, чтобы монстр стал еще быстрее, хотя и так был достаточно быстрым. Таким образом, ему не придется долго учиться управлять новым навыком, он всего лишь поймет, что теперь нужно быть осторожнее на поворотах и что увеличится тормозной путь.

В то время как совершенно новый навык будет сначала пугать его, затем причинит немало проблем, прежде чем монстр примет его и научится использовать. Однако мне казалось, что для такого редкого монстра вряд ли можно будет найти что-то подходящее, поэтому придется выбирать из того, что есть.

Самой знаменитой мастерской была «Артефактная братьев Погребницких». Они занимали трехэтажное здание в центре города и славились самым богатым выбором артефакторов, которые к тому же были и самыми надежными. Чтобы не терять время зря, я решил поехать сразу туда.

Мы подъехали за полчаса до открытия, поэтому зашли в ближайший ресторан.

Мише стало легче, поэтому кроме трех бутербродов с ветчиной, он умял большой кусок яблочного пирога и несколько пирожных с масляным кремом. Мы же Ильей выпили по две чашки крепкого кофе.

— Ты уже решил, что купишь? — спросил Миша с набитым ртом.

— Пока нет. Посмотрю, что у них вообще есть, а там уж решу.

— Я бы взял «Огненное дыхание». По-моему, самое опасное из всех артефакторов, — сказал Илья.

— Не-е-т, это жесть. Прежде чем он научится им управлять, то спалит не только амбар, в котором живет, но и всю усадьбу. Да и сам обожжется не раз. К тому же таким артефактом уже никого не удивишь, и часто хозяева бойцов знают, как защитить своего монстра от такого воздействия.

— Ну если так, то, конечно, лучше не брать. Я слышал про артефакты, которые создают броню. Думаю, такой пригодится.

— Ты прав. О защите нужно думать в первую очередь.

После того как Миша наелся и с довольным видом похлопал по животу, мы вышли на улицу и направились к мастерской. Я здесь уже был несколько раз, правда, заходил только посмотреть и приценится, но так ничего и не купил.

Стоимость артефакторов начиналась от пяти тысяч, что было для меня очень дорого, но я всегда мечтал заработать достаточно, чтобы позволить себе улучшать бойцов, но так до этого дело и не дошло.

На входе нас встретил один из мастеров, работающих здесь. Это был худощавый мужчина лет сорока с очками на тонком длинном носу.

— Доброе утро, господа! Чем могу вам помочь?

— Доброе утро. Мне нужны артефакты для теневика. Есть у вас что-то подходящее.

— Все наши артефакты — универсальны и могут подойти любому монстру. Здесь только дело вкуса. Если вы еще не определились, то предлагаю пройтись по выставочному залу. Может, вам подойдут уже изготовленные артефакты. Если ничего не подберете, то можем сделать на заказ, но тогда стоимость сразу увеличится на две тысячи, а ждать придется минимум две недели, — предупредил он.

— Ясно, — я кивнул и медленно двинулся по огромному залу со стойками.

За стеклом располагались артефакты, выполненные в виде плоских металлических овалов с различными символами и знаками. Такие артефакты с легкостью крепились на кожу монстра и даже во время боя не отцеплялись.

Под каждым артефактом значилась цена и описание, что позволяло сделать правильный выбор.

Мы разбрелись по залу, внимательно изучая каждый артефакт.

— Я нашел «Невидимку»! — радостно прокричал Миша.

Он стоял за несколько рядов от меня и указывал на одну из стоек. «Невидимка» позволяла монстру становиться невидимым. Правда, эффект длился всего несколько секунд, но этого было достаточно, чтобы уйти от противника.

— Сколько стоит?

— Пятнадцать семьсот.

— Дорого для меня, — вынужден был признать я.

Выбор был огромен, но из того, что могло подойти теневику, стоило очень дорого. Я проходил стойку за стойкой и иногда еле сдерживался, чтобы не выругаться, ведь некоторые артефакты стоили баснословных денег, которых у меня никогда не было.

Видя, что я не могу определиться с выбором, ко мне снова подошел мастер.

— Еще раз назовите вид монстра и какую сумму рассчитываете потратить, — попросил он.

— У меня теневик. Могу потратить только двадцать пять тысяч. Но мне нужен защитный артефакт и атакующий.

— Я понял. Попробую вам подобрать несколько подходящих позиций, — кивнул он и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

В это время ко мне подошли Миша и Илья.

— Что за адские цены? Ни за что не поверю, что все это так дорого стоит. Наверняка душат конкурентов и устанавливают свои цены, которые не имеют ничего общего с реальностью, — недовольно пробурчал Миша. — Это ж надо, какой-то «Долгий укус» стоит девять тысяч! Ты прикажи своему бойцу, так он будет кусать так долго, пока бой не закончится.

— Нет. Этот артефакт действует по-другому…, — договорить я не успел, так как мастер быстро спустился по лестнице и направился к нам.

— У меня есть для вас несколько предложений. Во-первых, для защиты теневика подойдет артефакт «Дикобраз». При опасности тело монстра полностью покроется иглами длиной в семь сантиметров. Эффект длится двадцать секунд. А интервал не меньше десяти минут.

— Сколько стоит? — сразу уточнил я.

— Одиннадцать двести, но мы готовы продать за десять, если вы купите еще один артефакт.

— Хорошо. Что вы еще хотели предложить?

— Тоже защитный артефакт «Панцирь моллюска». Он закроет спину и живот монстра на все время сражения.

— То есть теневик тем самым лишится одной из своих особенностей и больше не сможет избежать захвата? — уточнил я.

— Так и есть, но зато его тело будет защищено одним из самых прочных панцирей.

— Нет, это мне подходит, — сразу ответил я. — А что насчет атакующих артефактов?

— У меня также есть два варианта, — мастер прошел к одному из стоек, подозвал меня и указал на артефакт, покрытый зелеными символами. — «Плевок жабы». Этот артефакт тоже можно отнести к защищающим, но я все же склоняюсь к тому, что он служит атакующим. Ваш монстр начнет плеваться вязкой субстанцией, которой можно залепить глаза противнику, и сделать так, чтобы он на мгновение увяз лапами в жиже, что позволит нанести ему серьезный урон.

— Нет, мне такое не подходит. Что еще?

— Прошу, идите за мной.

Мы прошли ползала и остановились у стойки, на которой лежал артефакт размером с монету.

— «Ядовитое дыхание». После активации артефакта в течение пяти минут монстр выдыхает концентрированный яд, который поражает всех, кто находится на расстоянии пяти метров.

При упоминании о яде я тут же вспомнил Бурелома.

— Нет, с ядами не хочу иметь никаких дел. Что еще?

— На этом все. Остальное вы можете посмотреть здесь, — развел он руками и окинул взглядом большой, хорошо освещенный зал.

— Хорошо, я подумаю.

На всякий случай я еще раз прошелся между стоек, но не смог найти ничего подходящего за те деньги, что у меня были. Тогда я решил посетить оставшиеся две мастерские и поискать атакующие артефакты у них, а здесь купил артефакт «Дикобраз». Мне понравилось, что оно действует всего двадцать секунд, а потом каждые десять минут можно его использовать вновь.

Заплатив за него полную стоимость, я убрал деревянную шкатулку в карман и вышел с друзьями на улицу.

— Так, у меня осталось тринадцать тысяч восемьсот. Надеюсь, смогу найти что-нибудь подходящее на эти деньги.

— Мы с Мишей добавим, если не будет хватать, — заверил Илья, а Миша с готовностью согласился.

Я с благодарностью посмотрел на них, но покачал головой.

— Нет, у друзей я денег не беру.

Они принялись уговаривать и возмущаться, но я был непреклонен. Я знал наверняка, что смогу пережить смерть очередного монстра, но не потерю друзей.

Следующая мастерская была намного меньше та, в которой мы уже были, и находилась в пригороде Петербурга. Я здесь не был ни разу, но видел ее в воспоминаниях недобросовестных перекупщиков и также владельцев незарегистрированных бойцов, памяти которых просматривал во время работы в Службе.

— Ты уверен, что мы правильно приехали? Это здание больше похоже на магазин автозапчастей.

Егор с сомнением остановился у одноэтажного белого здания, возле которого высилась горя старых шин.

— Это мастерская. Правда, довольно необычная.

— Ты здесь уже был?

— Нет, в первый раз.

Мы зашли в здание и очутились в небольшой лавке, в которой, кроме прилавка, двух стеллажей и трех стульев, больше ничего не было.

— Здравствуйте! — поздоровался я с пожилым мужчиной, который склонился над кроссвордом и что-то нашептывал себе под нос.

Он поднял голову, оглядел меня с ног до головы и спросил:

— Как называется монстр, который живет триста лет?

— Докку, — ответил я.

Мужчина проверил кроссворд и воскликнул:

— Все сходится! Заполнил. Теперь бегом на почту. Надо успеть отправить до двадцатого и получу какой-то приз, — он скрутил газету, зажал ее подмышкой и торопливо направился к двери.

— Вообще-то, мы — покупатели. А этот ваш кроссворд — сплошной лохотрон, — недовольным голосом сказал Миша и преградил ему путь.

— Покупатели? Вам что же, артефакт нужен? — оживился пожилой мужчина, и повернулся ко мне.

— А что же еще? Ведь это артефактная мастерская. Или я что-то путаю, — засомневался я.

— Ну-у-у, дело в том, что мы закрываемся и уже ничего не изготавливаем на заказ. Кое-что осталось из прошлых запасов и все. Просто в последнее время сюда приходят только покупатели недвижимости, поэтому я на посетителей уже внимания не обращаю. Посмотрят и уйдут.

— А почему вы закрываетесь? Дела плохо идут? — заинтересовался Илья.

— Дела-то хорошо шли, только вот неугодны мы местным властям. При продаже артефактов мы никогда паспортов не спрашивали, что оказалось большой нашей ошибкой. Оказывается, этом пользовались хозяева нелегальных монстров. После двух скандалов власти велели все распродавать и съезжать отсюда. Трое моих мастеров уже перешли на работу в «Артефактную братьев Погребницких». Один я остался.

— Жаль, что так получилось. Я знаю, что вы разрешали приводить своего бойца и на нем демонстрировали действие артефактов. Это было очень удобно.

Мужчина тяжело вздохнул и провел рукой по волосам.

— Да, удобно. Это позволяло показать покупателю, как срабатывает артефакт, и как монстр на это реагирует. Думаю, что это было правильно, — тут он кивнул на гору шин, виднеющуюся из окна. — Вместо противников они боролись с шинами, поэтому мне каждую неделю приходилось заказывать грузовик и вывозить разрезанные, расплавленные и разорванные шины на свалку.

— А-а, вы владелец мастерской? — догадался Миша.

— Был. Теперь продаю здание. Уже вывеску снял и все, что можно, распродал, — тяжело вздохнул он.

— Можно посмотреть, какие артефакты остались? Вдруг мне что-нибудь подойдет? — спросил я.

— Там нечего смотреть. Пару «Громыхало» осталось для увеличения силы рева. Один «Защип» и «Быстрая поступь». Можете все забирать за пятьсот рублей, — махнул он рукой и поправил газету.

Мне даже за пятьсот не нужны были эти артефакты. Не надеясь на удачу, я все же спросил:

— А вы можете изготовить артефакт? У меня есть тринадцать тысяч.

— Тринадцать? Хм… Могу, я же все-таки артефактор. А что вам нужно? — заинтересовался он.

Скорее всего, он нуждался в деньгах, поэтому сразу согласился.

— Точно не знаю. Какой-нибудь атакующий артефакт для теневика.

Услышав вид монстра, у мужчины брови поползли наверх.

— У вас теневик! Невероятно. Давно его не встречал. Он же стоит тысяч двести. Вот это да!

Я кивнул, но не стал ничего объяснять, а тем более говорить, что он достался мне бесплатно.

Между тем мужчина продолжал:

— Теневику я бы усилил его челюсти. Что думаете насчет «Ярости»?

Он хитро прищурился. Таким образом, артефактор хотел понять, кто перед ним. Ведь нелегальные покупатели или перекупщики не стали бы отказываться от такого мощного артефакта.

— Нет. Его запрещено использовать на официальных площадках, — сухо ответил я.

Мужчина задумчиво почесал затылок и предложил еще парочку подобных сильных, но запрещенных артефактов. Именно поэтому к нему обращались те, в мозгах которых я рылся.

— Нет, я же говорю, что планирую выступать на официальных аренах и участвовать в соревнованиях.

— Хм, даже не знаю, что еще предложить. Вы не хотите иметь дело с огнем и ядом. Что же тогда?

Наступила тишина. Каждый думал, что еще можно предложить, и тут я вспомнил, как на одном из соревнований увидел у бойца с необычным артефактом.

— В прошлом году во время новогодних каникул мы с дедом приезжали на бой в Колизее, и тогда я увидел монстра, у которого были алмазные зубы. Он орудовал ими там, что сражение закончилось через три минуты.

— Знаю-знаю. Даже делал пару раз такой. Это артефакт «Сияющий укус».

— Вы сможете его изготовить? — воодушевился я.

— Смогу, но на это нужно время. Если сегодня начну, то дней через десять будет готово, — прикинул мужчина.

— Отлично! Начинайте прямо сегодня. Он мне нужен.

— Хорошо, но я работаю по стопроцентной предоплате, — артефактор внимательно посмотрел на меня.

С одной стороны, было рискованно отдавать сразу всю сумму, ведь этого человека я видел в первый раз, тем более он продает мастерскую. Мои друзья подумали также, поэтому принялись делать многозначительные жесты, чтобы остановить меня.

Но, с другой стороны, на оставшиеся деньги нельзя было приобрести сильный атакующий артефакта, поэтому я решил рискнуть. Но, прежде чем отдать деньги, задал несколько вопросов.

— А сколько он действует?

— Сколько потребуется. Монстр сам будет решать, когда его активировать. К тому же вы должны знать, что раньше я его продавал за сорок тысяч, но сейчас трудно с деньгами, поэтому готов сделать почти даром.

— Тринадцать тысяч — это даром? Это же моя годовая зарплата! — возмутился Миша. — Дима, пойдем выйдем. Мне нужно с тобой поговорить.

Я понимал, что он меня начнет отговаривать и, скорее всего, приведет очень убедительные аргументы, но я уже все решил.

Вытащив деньги, я пересчитал их при нем, но, прежде чем отдать, попросил показать паспорт. Мужчина недовольно сморщился, но полез в карман и протянул мне паспорт.

— Грибоедов Фаддей Гринеевич? Какое необычное у вас имя, — поразился я.

— Да уж. Но только так меня не зовите. Для всех я — Федор Григорьевич.

Он даже покрылся красными пятнами от смущения.

— Хорошо, Федор Григорьевич. Держите деньги. Мне сюда за артефактом приехать?

— Нет, надеюсь к тому времени я уже продам мастерскую. Приезжайте ко мне домой. Успели адрес прописки запомнить?

— Да, вы живете на Фонтанке.

— Так и есть. Тогда встречаемся ровно через десять дней… Только приезжайте после обеда, с утра я люблю поваляться в постели.

Мы попрощались и вышли.

— Зря ты это сделал. Очень даже зря, — проговорил Миша.

— Никуда он от меня не денется, — махнул я рукой.

— Что теперь будешь делать? — спросил Илья.

— Поеду обучать Ночь. Впереди нас ждут грандиозные сражения. Вот увидите.

Глава 6

Забрав пикап с покраски, я вернулся домой. Дед ждал меня, поэтому мы сели за стол, где я рассказал ему о том, что купил, и о своих дальнейших планах. Идея участвовать на теневых аренах ему по-прежнему не нравилась. Он снова пытался мне отговорить, но я стоял на своем. Деда я тоже понимал, ведь если об этом станет известно, то тень ляжет не только на меня, но и на него. В нашем обществе за такое ты становился нерукопожатным. Но и я не видел пока другого выхода.

Всю свою прошлую жизнь я посвятил дрессировке тигров, потому что горел ареной и продолжаю гореть. Для меня в этом был смысл жизни.

После ужина я поднялся к себе и взял в руки энциклопедию генерала. У меня тоже было несколько книг с описанием монстров, но я эти книги уже знал наизусть, и в них не было подробного описания теневика, так как он был мало изучен.

В содержании я отыскал нужную главу и с радостью отметил, что в ней не три предложения, как обычно, а целых две страницы текста.

Однако, углубившись в чтение, понял, что ничего нового не написано, кроме того, что теневики могут оставаться неподвижными, создавая иллюзию того, что никого нет, довольно долго. Некоторые неделю могли просидеть без движения и даже не дыша, чтобы не выдать себя. На арене такой навык точно не пригодится.

Перед сном я проверил, закрыт ли амбар на замок. После смерти булдора я строго-настрого наказал Мите каждый раз запирать дверь амбара.

Я заглянул в щель между досок, но не увидел монстра. Оно и понятно: в полутьме его было нереально обнаружить.

— Дмитрий Иванович, я его покормил и напоил. Правда, зайти побоялся, поэтому пришлось барана по частям через прутья просовывать, — послышался сзади голос Мити.

Он прогуливался по двору с Полканом на руках.

— Хорошо. Молодец! Как щенок? Освоился уже?

— Да-а-а, Полкаша очень умный. Бегает за мной по пятам. Нина даже предлагает его в дом пустить, чтобы был совсем домашним.

— А вот этого не надо. Это сторожевой пес, а не пудель. Пусть живет на улице, в конуре. Кстати, как у тебя отношения с Ниной? — мы медленно направились в сторону дома.

— Все хорошо. Она Полкана молоком и бульоном поит. Вчера вместе входили прогуляться с ним по лугу. Она уже не такая злая. Я же говорил, что она хорошая.

Я не стал ничего отвечать. Главное, чтобы она не обижала Митю, который и так был сиротой и немного отставал в развитии.

Погладив сонного щенка, я зашел в дом и поднялся к себе. Завтра был рабочий день, поэтому нужно было выспаться, чтобы не клевать носом перед начальником. Все-таки быть под постоянным наблюдением Августа Валерьяновича мне совсем не нравилось. Чувствовал себя школьником перед строгим учителем.

Наутро я поехал в Имперскую службу. О том, что произошло в Выборге, начальник уже знал, поэтому, как только я зашел в кабинет, на меня посыпались вопросы.

— Почему ты вообще туда поехал? Что ты делал в Выборге?

— По личным делам, — уклончиво ответил я.

— А как ты перекупщиков нашел?

— Подсказали, — снова не стал вдаваться в подробности.

— А зачем ты один туда полез? Ты хоть понимаешь, что это опасно, — Август Валерьянович буравил меня сердитым взглядом.

— Я просто проверил, и оказалось, что это правда. Ну не мог же я просто уехать, — развел я руками.

— У меня нет слов… Но благодарность тебе уже выписали, — недовольно пробурчал он и уткнулся в свои документы.

Как оказалось, все эти дни под бдительным взглядом начальника Федя исправно выполнял мои обязанности и разгреб ту кипу бумаг, что накопилась, поэтому сегодня я быстро зарегистрировал новые сделки и пошел на обед. Ехать домой не хотелось, поэтому решил прогуляться.

Сам того не осознавая, ноги привели меня к медицинскому училищу, в котором училась Таисия. Когда поднялся на высокое крыльцо старинного здания, услышал, как внутри прозвенел звонок и студенты хлынули на улицу.

— Тая! — крикнул я, когда она вместе с подругой Галей пронеслась мимо меня.

Девушка остановилась и удивленно посмотрел на меня.

— Дима? Здравствуйте! Что вы здесь делаете? — обрадовалась она.

— Проходил мимо, решил заглянуть, — соврал я.

— А пойдемте с нами в столовую? Здесь недалеко. Там дешевле всего можно пообедать, — предложила она и указала на двухэтажное деревянное здание, покрытое облупившейся синей краской.

— Хорошая идея. Я тоже еще не обедал.

Мы зашли в столовую, и я невольно задержал дыхание. Пахло горелым маслом, чем-то кислым, вроде перебродившей браги, и хлоркой. Убойная смесь запахов, от которой точно не просыпался аппетит.

Судя по длинной очереди к раздаточному столу, было понятно, что многие студенты предпочитали столоваться здесь. Я же не хотел даже сидеть в этом месте, не то что есть, поэтому предложил:

— Пойдемте в другое место? Обед закончится, пока мы здесь стоим.

Девушки переглянулись, и Тая ответил:

— В столовой училища тоже много народу, поэтому больше некуда идти.

— Здесь же «Аленушка» через дорогу. Пойдемте туда?

— Но это же ресторан, — пояснила Галя. — Мы там только чай с булкой сможем съесть.

— Я вас угощаю, поэтому не волнуйтесь о деньгах.

Девушки снова настороженно переглянулись, я же продолжил их уговаривать, чтобы быстрее покинуть это место, пока весь не пропах тошнотворной вонью.

— Там очень вкусно и все свежеприготовленное. Мы там точно не отравимся.

Между тем на кухне что-то громыхнуло и послышалась злобная матерная ругань.

— Хорошо, пойдемте отсюда, — согласилась Тая.

В «Аленушке» было многолюдно, так как время обеденное. Я заказал густой мясной борщ и запеченную рыбу, девушки же взяли по куриному супу и салату из капусты. Это были самые дешевые позиции во всем меню. Я попытался уговорить их взять что-нибудь еще, но они отказались. Видимо, боялись, что я не выполню обещание и им придется самим платить.

— Я даже не знала, что здесь так красиво, — прошептала Таисия, рассматривая лепнину на потолке и хрустальные люстры. — Когда проходила мимо, то всегда пыталась представить себе, как все устроено внутри.

— А ты видела зеркала на входе в позолоченной раме? Будто во дворец императора попали, — улыбнулась Галя.

Я хотел сказать, что было бы неплохо чаще видеться, но тут услышал голос.

— Дима, а чего ты без нас?

Обернувшись, увидел Илью с Мишей. Парни поздоровались с девушками и тут же подтащили себе стулья и сели за стол вместе с нами.

— Мне стало скучно, поэтому подъехал за Мишей и позвал его на обед. Видели бы вы, как прожог меня взглядом его отец. Я даже удивился, что на мне дыры не осталось, — усмехнулся Илья.

— А что ты хотел? — хмыкнул Миша и повернулся ко мне. — Он встал под нашими окнами и начал сигналить. Всех работников переполошил. Конечно, отец рассердился. А как иначе? Тем более у нас было собрание.

— М-да? И о чем же вы говорили на вашем собрании? — равнодушно спросил Илья, не спуская взгляда со смутившейся Гали.

— Хотим в следующем году заняться фасолью, — он потянулся к корзинке с хлебом и начал намазывать батом сливочным маслом.

— Вы же консервы выпускаете? Какая еще фасоль? — не понял я.

— Ну так мы будем консервированную фасоль выпускать. С томатом, с овощами, в остром соусе, — принялся перечислять он. — Также хотим попробовать пюре из фасоли сделать. Короче, планы грандиозные. Работать много придется.

— А откуда вы столько фасоли возьмете?

— Надо уже начинать искать поставщиков, чтобы следующий урожай сразу к нам пришел.

— Погоди-погоди! Не ищи пока никого. Мои старики как раз обсуждали, что на землях сажать. Я сегодня этот вопрос с дедом обсужу, а потом подъеду к тебе, — заверил я, чувствуя возможный заработок.

— Хорошо. Поговори. Так даже лучше. Не надо будет на логистику тратиться.

Илья предложил прогуляться нам всем вместе сегодня вечером, но девушки отказались, так как их ждали дети в сиротском доме. Я тоже намеревался провести тренировку со своим бойцом. Только Миша был согласен.

В приятной компании я даже не заметил, как пролетело время, поэтому с обеда пришел на полчаса позже.

Как только я поднялся на свой этаж, из кабинета вышел Федя и, увидев меня, воскликнул:

— Явился, не запылился! Тебя здесь ждут, между прочим, — он недовольно покачал головой и упер руки в бока.

С трудом сдержавшись, чтобы не спустить его с лестницы, я прошел мимо, грубо задев плечом, на что он сразу же возмущенно забубнил, но я не обратил на него внимания, так как в кабинете снова были посторонние люди, которые внимательно уставились на меня.

— Господа, этот молодой человек и есть Державин Дмитрий Иванович, — представил меня начальник после того, как недовольно взглянул на меня.

Трое мужчин и одна женщина, одетые в строгие синие костюмы Имперской службы, поднялись со стульев и приблизились ко мне.

Один из посетителей: высокий седовласый мужчина с небольшими проницательными глазами, протянул мне руку и произнес.

— Очень приятно познакомиться, Дмитрий Иванович! Я руководитель выборгского отделения Имперской службы. Меня зовут Федор Бояринов.

Я пожал ему руку и вопросительно уставился. Что им от меня могло понадобиться? Неужели узнали о том, что я теневика украл?

Неприятно засосало под ложечкой.

— Мы были в Петербурге и решили заехать и лично поблагодарить за оказанную помощь. Нам докладывали, что на нашей земле объявились перекупщики, поэтому уже в течение недели мы их искали, но так и не нашли. А тут вы нам сделали такой подарок.

Остальные тоже поблагодарили, а у меня отлегло на сердце. Я уже хотел уточнить, будет ли какое-нибудь денежное вознаграждение, но Бояринов продолжил:

— Наши менталисты вытащили из них все, что только можно, и в воспоминании обоих преступников мы видели одного монстра, которого не оказалось в клетке. Это теневик. Вы что-нибудь знаете о нем? Видели?

Я сделал вид, что задумался, на самом же деле старался не выдать себя. Вдруг среди них есть люди, которые читают по мимике и жестам?

— Теневика не припомню, но я не заглядывал в клетки, поэтому не могу сказать, кто там был. К тому же, кроме тех двоих, были еще покупатели, которые могли вернуться, после того как я уехал, — выкрутился я.

— Да, вы правы. Менталист увидел их лица, но имена нам до сих пор неизвестны, — подтвердил Бояринов. — Насчет теневика еще хотел добавить, что его клетка была открыта. Мы боимся, что он просто смог как-то сбежать и теперь сидит в наших лесах. Мы запретили на месяц посещение лесов. Сейчас там работают кинологи с собаками. Вдруг выйдем на след.

— Правильное решение. Безопасность превыше всего, — с серьезным видом кивнул я. — Кстати, что насчет Самохина?

— Его дело в полиции. Пусть сами разбираются. К тому же, как выяснилось, он сын главы вашего города, который уже поднял все свои связи, чтобы вызволить его. Судя по тому, сколько газетчиков пасется у здания управления полиции, от наказания он не уйдет. По всей видимости, это дело сделают образцово-показательным, чтобы вся империя узнала о неподкупности полиции и судей.

— Ему уже предъявили обвинение?

— Да. Он пойдет по двум статьям: попытка купить незарегистрированного монстра и нападение на представителя Имперской службы при исполнении.

— Сколько ему за это грозит? — уточнил я.

— Думаю, за попытку купить монстра он отделается штрафом, а вот за нападение на вас, Дмитрий Иванович, предусмотрен реальный срок от двух до семи лет. Но это уже, как суд решит.

Мы попрощались, и представители выборгского отделения направились к выходу. Федя стоял в дверях и с досадой смотрел им вслед. Видимо, он надеялся, что у меня будут проблемы, но его надежды не оправдались.

— И как вам это удается? — задумчиво проговорил начальник.

— Что именно? — я опустился на свое место.

— Встречаться с такими опасными людьми и выходить победителем.

— Не знаю. Скорее всего, врожденное, — пожал я плечами и усмехнулся. — Врожденный оперативник. Кстати, у нас еще не появилась вакансия оперативника?

— Нет, но можете быть уверены. Я обязательно вас туда переведу. Все-таки у Феди лучше получается работать с документацией.

Федя, который все это время стоял в дверях и подслушивал наш разговор, что-то пробурчал под нос и торопливо направился к своему кабинету.

После работы я сразу же поехал домой. Дед уже сгорал от нетерпения увидеть, как сработает артефакт «Дикобраз».

— Не думаю, что так легко будет научить его пользоваться тем, чего у него отродясь не было, — с сомнением покачал я головой.

Мы стояли у раскрытой двери амбара.

— У Ночи все получится. Ты только глянь, какие у него умные глаза… или у нее. Как вообще определить, кто перед нами?

— Сам не знаю, — пожал я плечами.

Я решил сначала пройтись по стандартной тренировке, чтобы он в точности выполнял все мои распоряжения: стоял смирно, рычал, вставал на задние лапы, бил хвостом и тому подобное.

Только после того, как он вошел во вкус и уже сам с нетерпением ждал приказа, я вытащил из кармана коробочку и достал артефакт. Он крепился к коже монстра с помощью специального липкого слоя.

Я присел рядом с теневиком и приклеил артефакт возле пульсара. Монстр недовольно пробурчал, видимо, опасаясь того, что я вновь причиню ему боль, но я приклеил и тут же отошел, чтобы Ночь успокоился.

— Теперь надо заставить тебя обороняться, чтобы артефакт сработал, — тихо проговорил и задумался.

Сам нападать на монстра я не могу. Он запомнит это и перестанет доверять. Если попрошу Митю или деда, то боец их начнет считать врагами и нападет при первой удобной возможности.

— Шолох! — обрадовался я догадке и двинулся к генералу, надеясь, что и в этот раз он не откажет потренировать моего бойца.

Ворошилов сидел на террасе и вырезал что-то из куска дерева. Увидев меня в воротах, он махнул рукой.

— Дима, заходи!

— Здравствуйте! Чем заняты?

Я подошел и кивнул на кучу щепок и стружек у его ног.

— Да вот, игрушку хочу внуку смастерить. Сначала хотел монстра сделать, а потом подумал и решил, что для трехлетки и зайца будет достаточно. А ты чего? Бойца готовишь?

— Да. Поэтому и пришел. Может, устроим тренировочный бой? Хочу проверить артефакт.

— Что за артефакт? — заинтересовался Ворошилов.

— Защитный. Ничего опасного, — махнул я рукой.

— Ну если так, то я согласен. А то он еще от сражения с Громом не отошел, — генерал покачал головой и тяжело вздохнул.

— Гриша победил? — догадался я.

— Да. Хорошо хоть серьезных ран не нанес, и на том спасибо.

— С Гришей трудно тягаться, он всерьез занимается боями. Каждый год на соревнования ездит. В каких-то региональных даже победил. Теперь вот к всероссийским готовится.

— Я это знаю, поэтому ему не обидно проигрывать… Когда хочешь провести бой?

— Прямо сейчас, — я выжидающе посмотрел на пожилого вояку.

Он что-то прикинул в уме, отложил недоделанного зайца и, встряхнув сор с колен, поднялся и кивнул.

— Приводи. А я пошел за Шолохом.

Глава 7

Я вывел своего бойца из клетки и повел к воротам. В это время на крыльцо выбежала Нина. Увидев ее, я потряс кулаком, на что она еле заметно кивнула и застыла, как изваяние. Правильно, пусть лучше делает вид, что ее нет, чем орет и носится по двору.

Ночь даже не взглянул на нее и проскользил мимо, ведь он двигался так бесшумно, будто летел над землей.

Мы вышли за ворота, перешли дорогу и остановились у ворот генерала. Я видел, что он как раз заводит на тренировочную площадку Шолоха. Опытный боец сразу прошел к дальнему краю площадки и замер, ожидая приказа хозяина. Я же взглянул на Ночь и глубоко вздохнул.

Первый бой всегда может стать последним, если что-то пойдет не так. Если в Шолохе я был уверен, так как он беспрекословно слушался Ворошилова, то Ночь был для меня полной загадкой. Я знал, что у генерала есть жезлы, которыми пользуются продавцы, поэтому решил на всякий случай держать их наготове.

Как только генерал оставил Шолоха на площадке, я завел во двор монстра и повел его к огороженной территории, которую Ворошилов постарался сделать в точности, как арена, чтобы монстру было легче приспособиться.

— Тимофей Кондратьевич, может принесете хотя бы один жезл? — крикнул я ему издалека.

— Уже принес, — он указал в сторону скамеек. Я пригляделся и увидел довольно старый, но, надеюсь, исправный жезл. Между тем генерал продолжал. — Мне самому не совсем комфортно оттого, что у тебя такой сильный боец, который еще никогда не сражался под твоим руководством. Надо быть на страже. Я думаю, ты тоже знаешь случаи, когда подчинившийся монстр резко менял свое мнение и убивал не только противника, но и хозяина.

— Да, бывали такие случаи. К счастью, они довольно редки, иначе никто бы не осмелился иметь дело с этими созданиями.

Между тем мы с бойцом приблизились к площадке. Ночь, увидев Шолоха, вмиг оживился и глухо зашипел.

«Стоять! Ты должен делать только то, что я приказываю!» — как можно строже сказал я и первым делом направился к сиденьям за жезлом, не спуская настороженного взгляда с Ночи.

Монстр вплотную приблизился к решетке и уставился хищным взглядом на Шолоха, который делал вид, будто совсем не замечает противника.

Удостоверившись в том, что жезл работает, я вернулся к Ночи и открыл небольшие ворота, пропуская его внутрь.

«Иди рядом со мной»

Я крепко сжал жезл, когда Ночь пригнулся, чтобы броситься в атаку.

«Иди со мной!» — я попытался придать внутреннему голосу максимальную силу.

Ночь громко фыркнул, но не осмелился ослушаться и пошел рядом, не спуская голубых глаз с Шолоха.

— Дима, во время сражения ты к ним близко не подходи. Если понадобится, я еще и ружье приготовил! — генерал поднял и показал свое именное ружье, которым хвастался не раз.

— Надеюсь до этого не дойдет, — я с сомнением посмотрел на Ночь, который явно был враждебно настроен по отношению к противнику и с трудом сдерживал себя, в то время как его хвост энергично стучал по земле, разбрасывая песок.

«Стой и слушай мои приказания. Если ослушаешься — будешь наказан!»

Чтобы напомнить ему, что последует за непослушанием, я потянулся к его пульсару, но тут Ночь оторвал взгляд от Шолоха и пристально посмотрел на меня.

Это был тяжелый взгляд, полный ненависти. Мне даже стало не по себе и захотелось побыстрее отойти от него, но я пересилил себя и приложил ладонь к пульсару.

Поток жгучей энергии заставил монстра съежиться и хрипло выдохнуть.

«Так будет каждый раз, когда ты ослушаешься. Запомни!»

Убрав руку, я вышел за решетку и запер дверь на массивный засов.

Ночь хватило несколько секунд, чтобы прийти в себя. После чего он выпрямился и продолжил сверлить противника убийственным взглядом.

— Дима, помни, что мы здесь не на арене. Постарайся не ранить Шолоха, — предупредил генерал.

— Я помню. Мне всего лишь нужно проверить, как Ночь будет справляться с артефактом… Если вообще поймет, что теперь может полагаться в том числе и на него, — задумчиво проговорил я.

У моих бойцов никогда не было артефактов, поэтому я не знал, как правильно тренировать монстра, чтобы он научился его активировать. Если сейчас не получится, надо будет спросить у кого-нибудь знающего. У того, чьи монстры успешно используют артефакты.

— Тимофей Кондратьевич, нападайте! Мне нужно, чтобы Ночь начал отбиваться!

Ворошилов кивнул и дал указание Шолоху. Гигантский монстр, похожий на крокодила, будто ожил, хотя до этого стоял и безучастно смотрел перед собой. Он покрутил головой, поднял по очереди все лапы, пару раз клацнул зубами и, повернувшись к Ночи, медленно пошел на него.

Мой боец зарычал, но побоялся тронуться с места и только чуть присел, ожидая, когда к нему приблизится Шолох. Тот, между тем, остановился в пяти метрах, внимательно осмотрел черного монстра, а затем распахнул зубастую пасть и рванул на него.

«Стой на месте и защищайся!»

Теневик подпустил к себе глотара и, когда тот уже хотел схватить его зубастой пастью, просто поднырнул под него и с помощью цепких лап пробежал сначала по животу Шолоха, а потом взобрался тому на спину и буквально распластался на нем.

Шолох закрутился на месте, пытаясь сбросить противника, но это было бесполезно, так как теневик держался не только лапами, но и ухватился зубами за его толстую шкуру.

Вскоре Шолох сообразил, что делать, и сначала повалился набок, а затем рухнул на спину, но Ночь успел соскочить с него и, ощерившись, бросился на шею Шолоха.

«Назад!»

Ночь будто не слышал. Он с силой ударил по морде лежащего на спине Шолоха, который, как жук, двигал лапами, пытаясь встать.

«Нельзя! Отходи!»

Я уже потянулся к задвижке, чтобы забежать на площадку и выпустить заряд из жезла, который утихомирит его, но тут Ночь оглянулся на меня и отступил.

В это время Шолох смог подняться, а я посмотрел на генерала, который тоже был встревожен и вытирал испарину со лба рукавом.

— Тимофей Кондратьевич, все в порядке?

— Да, струхнул маленько. Никогда не знаешь, чего ожидать от нового бойца. Тем более такого необычного. Не знаю почему, но он нагоняет на меня ужас, — признался генерал.

— Не на вас одного, — тихо ответил я.

Между тем мы развели бойцов в разные стороны, и я задумался. Этот бой был организован с единственной целью — активировать артефакт. Однако то ли теневик совсем не испугался, то ли артефакт неисправен. Я знал, что хозяин мог приказать воспользоваться тем или иным артефактом, но монстр точно знал, что это значит. В первый раз он должен был как-то сам об этом догадаться. Но как?

В это время ко мне подошел Ворошилов.

— Что делать будем?

— Давайте еще раз попробуем, и, если ничего не получится, то я разузнаю, как активировать по-другому. Может придется съездить до мастерской и спросить у артефакторов.

— Хорошо. Но ты уж будь наготове.

— Обязательно, — кивнул я.

Генерал вернулся на свое место и вновь велел Шолоху нападать. Монстр ринулся к теневику, яростно рыча и распахнув гигантскую пасть.

«Стой!»

Мой боец застыл на месте. Я видел, что Шолох вот-вот схватит его мощными челюстями, но упорно твердил:

«Стой! Не смей двигаться!»

Мне самому было тяжело смотреть на это, но я должен был заставить Ночь выпустить эти чертовы шипы.

В это время глотар вцепился в левую лапу теневика. Вместо того чтобы вырвать лапу монстр облепил морду Шолоха и принялся быстро орудовать мелкими зубами. В разные стороны хлынула кровь.

Я не мог дать команду отступать, потому что это Шолох держал его за лапу, а генерал не видел, что происходит.

Между тем противник утробно взревел, а я не понимал, почему он просто не отпустит Ночь, который в это время буквально разгрыз ему щеку.

— Тимофей Кондратьевич, отступайте! Отступайте! — закричал я и замахал руками.

— Не могу! Не слушается! — генерал грузно побежал ко мне, снимая с плеча ружье.

Только сейчас я заметил, что это теневик не дает глотару открыть пасть, крепко сжимая его челюсти, в которых до сих пор была его лапа.

«Назад! Ночь, отпусти, я сказал! Я тебе сделаю больно! Отпусти!»

— Жезл. Жезл давай! — генерал выхватил у меня оружие и бросился к двери.

Но не успел он отодвинуть задвижку, как Ночь отпустил Шолоха, вытащил из его пасти свою лапу и, как ни в чем не бывало, встал на прежнее место.

— Что же он сделал?! Что же он сделал? — закричал Ворошилов, когда увидел, что левая сторона черепа его бойца превратилась в кровавое месиво.

Я же впал в ступор, не зная, как на это реагировать. Все произошло буквально за несколько секунд.

В это время генерал отодвинул задвижку и намеревался зайти на площадку.

— Подождите, сначала уведу бойца, — попытался его остановить, но он не обратил на меня никакого внимания, забежал на площадку и приблизился к воющему от боли Шолоху.

— Ох ты ж… Как же он так? Ведь и зубов-то почти нет.

Я чувствовал вину за произошедшее и решил, что обязательно извинюсь, но позже. Сейчас он меня просто не будет слушать. Оставшись за решеткой и ожидая, когда Ворошилов уведет бойца, я еще раз прогнал в памяти произошедшее. Было очень странно, что Ночь не издал ни звука и не попытался освободиться, когда опасный хищник с плотным рядом острых зубов схватил его за лапу. То есть он сознательно пожертвовал своей плотью, чтобы добраться до врага.

В это время Ночь слизал кровь со своей морды и, хищно прищурившись и пригнувшись, побежал на Шолоха.

«Нет! Назад! Нельзя!»

Я побежал к двери, понимая, что жезла у меня нет. В это время генерал обернулся и увидел, как к ним бежит Ночь.

— Не сметь трогать моего бойца! — взревел он, вытянул жезл и нажал на кнопку.

Электрическая дуга вырвалась с металлического набалдашника и перекинулась на монстра. Ночь задергался, распахнул пасть, не в силах вздохнуть. Его голубые глаза, поднятые к небу, покрылись красными прожилками.

— Хватит! Вы его убьете! — я подбежал к Ворошилову и хотел отобрать у него жезл, но тут замер, увидев, как монстр начал покрываться шипами.

Темно-серые шипы с белыми остриями сделали его похожим на дикобраза. Видимо, из-за этого эффекта этот артефакт именно так и назывался.

Генерал выключил жезл, и Ночь свалился на землю. Я подошел к нему, опустился рядом с ним и заметил, что он не дышит. Контакт был слишком долгим. Мне даже стало казаться, что он умер, но тут Ночь пошевелил одной лапой, затем второй и открыл небесно-голубые глаза.

«Все прошло. Ты справился», — похвалил я и увидел, как исчезают шипы.

Между тем генерал увел Шолоха в клетку, а я отвел Ночь в амбар и снова вернулся. Генерал поливал раны Шолоха обеззараживающим раствором.

— Тимофей Кондратьевич, хочу попросить у вас прощения…

— Да брось ты, Дима. Не надо извиняться. Это бой, а не детский сад. Всякое могло произойти. Я вот тоже испугался, что чуть не убил твоего бойца. Так что мы в расчете, — он протянул мне руку, которую я с готовностью пожал.

У меня отлегло на сердце, ведь я думал, что он обвинит меня в произошедшем, а портить отношения с соседями — это дурной знак. Никогда не знаешь, что может произойти, и какая помощь понадобится.

— Тогда может за целителем Сорокиным съезжу? Пусть обследует Шолоха.

Генерал недовольно поморщился.

— Сорокин за вызов много берет. Шолох сам справится, — махнул он рукой.

— Не волнуйтесь, Сорокину я сам заплачу, — заверил я.

— Ну тогда ладно. Пусть посмотрит. Не мешало бы швы наложить, чтобы грубый рубец не остался.

Я торопливо направился к машине и вскоре остановился у калитки дома Селиверста Алипеевича. Он нехотя согласился, услышав, что нужно помочь бойцу генерала Ворошилова. Я знал, что они недолюбливало друг друга, поэтому сделал упор на то, что за выезд накину сверху процентов двадцать. Он быстро подсчитал в уме, сколько получит и согласился.

Все-таки в наше время деньги на дороге не валялись, и отказываться от них только по причине личной неприязни он не хотел.

Пока Сорокин осматривал Шолоха, мы с генералом зашли в дом и сели за стол. Расторопные слуги тут же принялись носить различные закуски и поставили в центр стола блестящий самовар.

— А я люблю по-старинке. Грызть кусок сахара и запивать горячим чаем из блюдца — вот это и есть самое что ни на есть русское чаепитие, а не какой-то там файф о клок, — последнюю фразу он произнес с жутким акцентом, но я не стал его исправлять.

Раздобревший генерал после двух чашек чая принялся рассказывать о своих приключениях в армии, но я слушал его вполуха, так как уже придумывал, как активировать следующий артефакт — «Сияющий укус». Теперь Ворошилов мне точно не позволит использовать его бойца, поэтому придется выставить Ночь на реальную арену… теневую арену.

Глава 8

Последующие дни я только и делал, что после работы тренировал теневика. Он у меня не только за курицами гонялся, но и за кроликами и овцами. Чем больше движения, тем лучше. По скорости он уступал булдору, но действовал по-другому. Часто он сначала внимательно следил за траекторией движения животного, а потом делал резкий рывок и мигом достигал его. Это демонстрировало, насколько он умен. Я уверен, что Шторм носился бы за кроликами высунув язык, а не продумывал, как быстрее их поймать.

Умный монстр — это хорошо и плохо одновременно. С одной стороны, он, даже получив приказ, вносил в него свои коррективы. С другой, я боялся, что наступит момент, когда он поступит не так, как я приказываю, а это означает неподчинение. Единожды не подчинившийся монстр через какое-то время может стать полностью неуправляемым.

Ночь шипы больше не выпускал, и я не знал, понял он вообще, что произошло во время удара током из жезла или нет. Повторять я не хотел, поэтому понадеялся, что он все осознал.

Почти каждый вечер ко мне приезжал Илья и недвусмысленно намекал, что не прочь бы встретиться еще раз с девушками. По всей видимости, ему понравилась Галя, о которой он постоянно расспрашивал, но я не мог ничего ответить, так как кроме того, что она учится на медсестру и помогает сиротскому дому, больше ничего не знал.

В пятницу вечером я согласился поехать с ним к общежитию, хотя даже не надеялся встретиться с Таисией, которая всегда была очень занята.

При виде меня вахтерша добродушно улыбнулась и, не дожидаясь вопроса, ответил:

— Пришла только что. Десять минут назад.

— Спасибо! — я направился к лестнице, а Илья остался сидеть в машине.

Он заметно нервничал, хотя раньше я такого за ним не замечал. Обычно он легко подходил к любой понравившейся девушке.

На громкий стук дверь приоткрылась, и показалось настороженное лицо Гали. Однако, как только она узнала меня, то тут же расплылась в улыбке.

— Здравствуйте, Дмитрий! Вы чудом нас застали дома.

— Дима пришел? — послышался голос Таисии, и она появилась в дверях.

По радостному лицу девушки было понятно, что она тоже очень рада меня видеть.

— Приходи. Мы как раз чайник поставили на огонь.

— Я не один, а с Ильей. Мы хотели вас пригласить на ужин.

Девушки переглянулись и одновременно ответили.

— Мы согласны!

— Отлично! Тогда ждем вас в машине, — кивнул я.

Как только я вышел из общежития, Илья высунулся из окна автомобиля и прокричал:

— Ну что?

— Сейчас выйдут, — кивнул я и, спустившись с крыльца, подошел к машине.

Илья просто светился от счастья.

В «Аленушку» они больше не захотели ехать, так как «там очень дорого, а они не такие, чтобы шиковать за чужой счет». Мы с Ильей не стали настаивать и пригласили их в свой излюбленный кабак. Правда, и на этот раз их пришлось уговаривать, упирая на то, что мы полдня ничего не ели и жутко голодны.

— Я хотела поехать к родителям на выходные, а, оказывается, количество рейсов в том направлении уменьшили, и теперь до деревни можно добраться только в понедельник или среду. А как я поеду в будние дни, если учусь и работаю? — пожаловалась Таисия, когда мы сидели за столом и ждали наш заказ.

— А давай я тебя отвезу? На выходных я свободен, — выпалил я, даже не подумав о том, как это будет выглядеть в глазах ее родителей.

Тая с сомнением посмотрел на меня, затем подумала и кивнула.

— Хорошо. Я согласна… У них совсем дела плохи, поэтому хочу помочь по мере своих сил.

— Чем занимаются твои родители? — уточнил я, хотя Галя мне рассказывала об этом.

— Они владеют маслобойней, но у них возникли какие-то проблемы с реализацией, и весь товар испортился. Теперь они должны много денег поставщикам молока. Да и кредит каждый месяц надо платить, — она тяжело вздохнула.

Я был далек от этой темы и даже не знал, что ей посоветовать, но решил, что постараюсь помочь хоть как-то.

Плотно поужинав, мы вышли на улицу и неспешно двинулись в сторону общежития. Галя без умолку болтала, а Илья зачарованно смотрел на нее с дебильной полуулыбкой. К тому же я заметил, что он не выпил ни рюмки, что было очень странно.

С Таей мы договорились, что завтра в восемь я за ней заеду. Проводив девушек до общежития, мы вернулись за машиной.

— Правда, она прелесть? — спросил Илья все с той же дебильной улыбкой.

— Ты про Галю? — на всякий случай уточнил я.

— Ну конечно! Про кого же еще? — возмутился он и непонимающе уставился на меня.

— Да, прелесть, — кивнул я, лишь бы он отстал от меня.

Пока Илья вез меня до усадьбы, раз десять сказал, что никогда не встречал таких девушек и уже подумывает о женитьбе. Я хотел спросить, не слишком ли он торопится, но передумал. Пусть сам решает, немаленький уже. Хотя в Гале он, возможно, увидел смысл в жизни, которого ему так не хватало.

На следующее утро за завтраком я сказал деду, что поеду с Таисией в деревню и вернусь поздно вечером.

— Ты бы хоть свою Таисию к нам пригласил познакомиться. А то как-то не по-людски, — недовольно пробурчал дед.

— Приглашу… как-нибудь, — ответил я набитым ртом.

Через полчаса остановился у общежития и просигналил. Тая вышла через пару минут, одетая в мужскую клетчатую рубашку, темные брюки и высокие сапоги. Это было неожиданно. Я привык ее видеть в женственных платьях нежных расцветок и в шляпке с цветами.

На мой удивленный взгляд она ответила:

— Я еду работать. Наряды там ни к чему.

По пути до деревни Тая поподробнее рассказала о том, что произошло с ее семьей. Много лет ее родители занимались преподавание, а когда вышли на пенсию, то взяли все свои накопления, добавили деньги из банка и купили маслобойный аппарат и арендовали помещение. Сначала все шло хорошо: местные фермеры и частные домохозяйства с готовностью продавали им молоко, а те, в свою очередь, делали из нее масло и поставляли в магазины.

Через несколько месяцев успешной работы к ним приехал местный авторитет Курочки и потребовал закрыть маслобойню по причине того, что его масло перестали покупать и у него упала прибыль. Родители Таи, конечно же, отказались.

В следующем же месяце в их масле обнаружили опарышей, а затем и плесень. Магазины вернули нераспроданное масло и отказались брать следующую партию, поэтому несколько сотен килограммов масла просто испортилось из-за того, что родители Таи так и не смогли найти покупателей.

— А откуда в их масле плесень и опарыши? — прервал я затянувшееся молчание.

— Не было там никаких опарышей. Свежее масло отправляют. Откуда там такая гадость появилась — неизвестно, — развела она руками. — Родители думают, что это Курочкин все испортил.

Я ничего не ответил, но решил с этим делом разобраться.

Через два часа мы въехали в небольшую, но чистую деревеньку с ухоженными дворами и почти одинаковыми домами. По дороге сновали куры и гуси, в загонах щипали траву овцы, вдали за огородами виднелось стадо коров с пастухом.

— Тихое спокойное место, прям как на моей усадьбе, — сказал я, разглядывая местных жителей, которые не скупились раздавать улыбки и приветственно кланяться.

— Да, мне здесь тоже нравится. Когда окончу медучилище, то вернусь сюда.

От этих слов мне стало не по себе. Даже не знаю почему. Вероятно, я просто не хотел, чтобы она уезжала далеко от меня.

— Вон тот дом с синей крышей, — ткнула она пальцем.

В самом конце улицы стоял старый дом с потрескавшейся черепицей и облупившейся краской. Дому требовался ремонт, но, похоже, хозяева все деньги пускали на маслобойню.

— Как ты представишь меня своим родителям? — насторожился я, остановившись у покосившейся калитки.

— М-м-м, — девушка задумалась.

Видимо она не подумала об этом. В это время дверь дома открылась и показалась миловидная пышнотелая женщина. Она прищурилась, разглядывая нас, затем всплеснула руками и воскликнула:

— Тая! Приехала! А мы тебя уже не ждали, — она торопливо спустилась с крыльца и направилась к нам.

— Скажу, что ты мой хороший знакомый. Ладно? — прошептала она и вопросительно уставилась на меня.

Я кивнул. Впрочем, это была правда. Мы виделись всего несколько раз, и между нами не было ничего такого, что говорило бы о том, что мы больше, чем просто знакомые.

— Валентина Игоревна, — представилась женщина и протянула руку.

— Дмитрий Державин, — я чуть склонил голову и пожал ее мягкую руку.

— Очень приятно! Проходите, пожалуйста, вы как раз к обеду.

Она нежно обняла Таю, махнула нам рукой и направилась к дому.

Внутри обстановка была типичная деревенская: большая печь, скамьи вдоль стен, вышитые занавески и ажурные салфетки.

Отец Таи — Василий Александрович, тоже очень обрадовался приезду дочери и поблагодарил меня за то, что я привез ее.

Обед состоял из щей, отварной картошки с солеными грибочками и различных домашних солений. Судя по всему, на мясо у них просто не было денег, поэтому питались они исключительно овощами и домашними заготовками. Впрочем, немудрено с такими-то денежными трудностями.

Василий Александрович более подробно рассказал о том, что случилось с их товаром. Оказывается, благодаря хорошим и выгодным условиям им удалось переманить всех поставщиков молока, а также заключить доходные сделки со всеми близлежащими магазинами и столовыми.

Это не понравилось местному помещику Зиновию Курочкину, который тоже держит маслобойку и раньше он снабжал всех маслом. Курочкин несколько раз приезжал к ним и предлагал перепродать ему маслобойку, затем начал угрожать тем, что все равно не даст им спокойно работать.

— Я думаю, что это он причастен к тому, что случилось? — вполголоса проговорил отец Таи.

— А как он это сделал? — не понял я.

— Не знаю, но не может масло за пару часов так сильно испортится.

— Вы сами отвозили масло по магазинам? — уточнил я.

— У нас нет машины. На соседней улице живет Харитон Горлов. У него старый грузовик. На нем он и возил наше масло. Мы с утра ему отгружали и давали список, кому и сколько отгрузить.

— Не думаете, что это он виновен? — спросил я и внимательно посмотрел на него.

— Не-е-ет, мы с Харитоном старинные друзья, — махнул рукой Василий Александрович.

М-да уж. Еще одни старинные друзья. Мой дед тоже слишком уж доверял своему Савелию.

Я решил больше ничего не выспрашивать, а лучше поговорить с этим Харитоном, так как это он был единственным посредником между маслобойней и покупателями.

После обеда мы вышли из дома и направились к старому кирпичному зданию, которое родители Таи арендовали у сельского совета.

Как оказалось раньше у них было даже два работника, но сейчас им приходилось работать сами, потому что денег на зарплату не было. Пока Таисия с матерью возились у маслобойного аппарата, спросил у Василия Александровича, где найти Харитона.

— Это не он. Я уверен, что мой друг ни в чем не замешан, — заупрямился он.

— Я тоже так думаю, но все-таки хочу поговорить. Вообще-то, я — менталист и ложь за версту чую, поэтому просто задам ему пару вопросов, и все. Вам не о чем волноваться, — заверил я.

— Ну-у, не знаю, — с сомнением протянул он. — А о чем будете спрашивать?

— О том, как он доставляет ваше масло. Больше меня ничего не волнует

Василий Александрович отошел к жене, о чем-то с ней шепотом переговорил и кивнул.

— Хорошо, пойдемте. Все же надо выяснить, что произошло с нашим маслом.

Мы вышли из маслобойни и двинулись к дому Харитона. Как сказал Василий Александрович, жил он один и очень радовался гостям, которых у него было очень мало. За время работы налоговым инспектором он нажил себе много врагов и почти не заимел друзей, кроме отца Таисии.

Едва мы зашли в заросший сорной травой двор, как нам навстречу ринулся Харитон.

— О-о-о, Вася! Ты чего? На рыбалку пришел позвать? А это кто с тобой? — подслеповато прищурился пожилой мужчина.

Одного взгляда хватило, чтобы понять, что этот человек не из обманщиков и предателей. В нем чувствовалась сила. Светлая сила.

Василий Александрович представил меня, как друга Таи, и я совсем не возражал. Все же пусть будет друг, чем просто знакомый.

— Харитон Григорьевич, расскажите, как вы доставляете масло? — попросил я.

— Как-как? Обычно, — пожал он плечами.

— Понятно. А можно поподробнее? Прям шаг за шагом.

Он задумался. Мы с Василием Александровичем его не торопили и терпеливо ждали.

— Утром встаю, умываюсь, завожу свой грузовик и еду к маслобойне. Там Вася меня ждет. Вдвоем мы его масло грузим в кузов, и я везу. Вот и все.

— Похоже, вы что-то упускаете. Не торопитесь и подробнее расскажите о том, что происходит после того, как вы загружаете масло, — попросил я, потому что чувствовал, что он упускает что-то очень важное.

Харитон продолжительно выдохнул и, мельком взглянув на друга, продолжил:

— Я еду сначала к Аришке на завтрак, а уже оттуда по магазинам.

Он почему-то покрылся красными пятнами и затравленно посмотрел на друга. Тот вытаращил глаза и еле слышно спросил:

— К Арине Холоповой? Вы что же это… гуляете?

— Да, уже второй месяц. Но она просила никому не рассказывать. Так что и ты молчок.

— Кто это, Арина Холопова? — уточнил я.

— Наша староста. Моложе меня на десять лет… И что во мне нашла? — Харитон еще сильнее раскраснелся и улыбнулся той самой дебильной улыбкой, которую я уже видел на лице Ильи.

— Сколько времени вы проводите у старосты?

— Минут сорок… Может, час.

— А машина все это время где?

— Стоит у забора. Да что это маслу за час сделается? Ничего! Так что я здесь ни при чем, — возмущенно проговорил он и сложил руки на груди, бросая на друга виноватый взгляд.

— Имеет ли отношение это Арина к Курочкину? — задал я прямой вопрос.

— Конечно! Она же его троюродная сестра, — кивну Василий Александрович.

— Вы что ж это, Аришу мою подозреваете? — воскликнул Харитон.

— Нет, ее братца.

Мы с Василием Александровичем вышли из калитки и остановились на дороге. Было ясно, что эта самая Аришка причастна к испорченному маслу, но как? Я решил не тянуть время и сразу наведаться к Курочкину.

— Харитон прав, за час масло не испортишь, — с сомнением сказал отец Таи, когда мы подошли к шикарному, по местным меркам, особняку Курочкина.

— Зато за час его можно подменить на испорченное. Если Курочкин не мог продать свое масло, то, скорее всего, он подметил ваше свежее масло на свое испорченное, — предположил я. — Надо поговорить его и припугнуть, чтобы не смел больше переходить вам дорогу.

Василий Александрович замялся, но потом подумал и кивнул. Я подошел к большим резным воротам и потянул их на себя. Ворота с легкостью открылись, ведь в деревне некого было бояться.

К нам тут же подбежал работник и спросил, кто мы такие и чего надо. Я представился и сказал, что пришел к Курочкину по делу. Работник кивнул и уже хотел побежать доложить о нашем приходе, но тут из-за дома показался плешивый мужчина с пивным животом, а рядом с ним гигантский монстр докку.

— Это и есть Курочкин, — прошептал Василий Александрович. — Не знал, что у него есть монстр.

— Эй, Вован, ты чего приперся? Кто тебя сюда звал? — грубо окликнул Курочкин.

— Нам нужно с вами поговорить, — ответил я, вложив в голос металлические нотки.

— Поговорите с моим Лемуром, — зло процедил он сквозь зубы и выкрикнул. — Лемур, взять их.

Отец Таи испуганно охнул и попятился к калитке, а я решительно двинулся вперед. Меня не запугать.

Глава 9

Я насмешливо смотрел на Курочкина, который продолжал выкрикивать команды своему монстру. Он, видимо, не раз так проделывал, отпугивая непрошеных гостей, но я, как владелец монстра, точно знаю, что таким образом боец не отреагирует. Между хозяином и монстров образуется ментальная связь, поэтому управлять им можно только мысленно.

Обернувшись, увидел, что Василий Александрович уже стоит в калитке, готовый пуститься бежать, как только Лемур сделает хоть шаг в нашем направлении.

— Разорви их на части! Разгрызи им головы! — орал Курочкин, как ненормальный, и даже раскраснелся.

Я повернулся к отцу Таисии и, чуть улыбнувшись, сказал:

— Василий Александрович, идите в маслобойню. Я скоро приду.

— А тебя не оставлю. Пойдем вместе, — прошептал он, не спуская настороженного взгляда с твари, которая будто и не замечала нас.

— Со мной все будет хорошо. Я просто хочу поговорить с этим…человеком тет-а-тет.

Мужчина тяжело вздохнул, вновь опасливо покосился на монстра, кивнул и, осторожно прикрыв калитку, быстрым шагом направился в сторону маслобойни.

Все это время Курочкин продолжать запугивать нас, придумывая все изощренные убийства.

— Оторви им сначала руки и ногу! Пусть проживут хотя бы пару минут, мучаясь от ужасной боли! Никто не смеет проникать на мою территорию. Иначе им грозит…

— Заткнись уже, придурок, — усмехнулся я и быстрым шагом направился к нему, не обращая внимания на монстра вида докку, который стоял на задних лапах и возвышался над хозяином.

Курочкин сначала недоуменно уставился на меня, но затем испуганно попятился, прячась за своего бойца.

— Ты кто такой вообще? Что тебе надо? — залепетал он, когда я добрался до докку и, погладив монстра по морде, ринулся к Курочкину и схватил его за грудки.

— Что ж ты, гад, свое порченое масло за чужое выдаешь, а?

Я встряхнул его с силой, отчего у опешившего мужичка клацнули зубы.

— Ничего не делал. Это не я, — он попытался вырваться, но я лишь сильнее его встряхнул.

В это время из дома выбежали двое слуг: парень и пожилой мужчина, и вопросительно уставились на хозяина, не понимая, что происходит.

— Бейте его, олухи! — взвизгнул Курочкин, который заметно осмелел в присутствии своих работников. —

Парень поднял рукава, сжал кулаки и, грозно насупившись, пошел на меня. Пожилой забежал в дом и тут же вышел обратно с тяжелым ухватом наперевес.

— Ну и клоуны, — выдохнул я, сформировал разрушительную сферу и бросил к их ногам.

Работники испуганно отскочили в разные стороны и больше не смели приблизиться. Курочкин, видимо, тоже не ожидал, что я маг, поэтому больше не посмел открыть рот и только испуганно таращил на меня глаза, не зная, как себя вести. Использовать монстра против меня он боялся, так как за это мог пожизненно сесть в тюрьму. Я знал о том, что он не посмеет отдать приказ убить человека, поэтому и вел себя так решительно.

— Ты сейчас же поедешь со мной по всем продавцам и признаешься, что поменял масло. Ясно? — процедил я сквозь зубы и грозно сдвинул брови.

Курочкин энергично замотал головой и еле слышно ответил:

— Никуда я не поеду. Не заставишь, а если хоть волос упадет с моей головы, то…

Договорить он не успел. Размахнувшись, я с силой ударил его по скуле. Мужчина охнул и упал, держась за щеку.

— Во-первых, с твоей плешивой головы уже ничего не упадет. А, во-вторых, если ты этого не сделаешь, то я конфискую твоего докку, на котором нет ни одного клейма. За это тебя власти по лысой макушке не погладят, — я вытащил из нагрудного кармана свое удостоверение и сунул ему под нос.

— Имп… имперская служба, — разочарованно выдохнул он, пробежав взглядом по удостоверению.

— Заведи бойца в клетку и иди за мной, — велел я.

Курочкин поднялся на ноги и как-то странно посмотрел на меня. Этого взгляда хватило, чтобы я понял его задумку. Он все-таки решил избавиться от меня и натравить монстра. В ту же секунду я сформировал разрушительную сферу и атаковал монстра, затем еще одну и еще. За считанные секунды я обстрелял его всего, причиняя боль. Докку ревел от боли и пятился вглубь двора. В таком состоянии он не сможет услышать хозяина.

— Прекрати! Что ты делаешь? Ты же убьешь его? — закричал Курочкин, прижимаясь к стене дома, чтобы не попасть под атаку сферами.

— Я тебе сказал отвести монстра в клетку! — взревел я и бросил еще пару сфер, которые оставили черные прожженные дыры на толстой шкуре монстра.

— Я отведу! Отведу! Не стреляй!

— У тебя есть две минуты. Не надо со мной шутить, иначе костей не соберешь, — пригрозил я и опустил руки.

Удостоверившись в том, что я больше не стреляю, он попятился к монстру, затем ринулся за дом, а следом за ним докку. Послышался скрип дверей, какой-то грохот и звук задвигаемого засова.

Курочкин не осмелился ослушаться, поэтому вскоре показался из-за дома и, понурив голову, побрел ко мне.

Как оказалось, Василий Александрович не ушел на маслобойню, а стоял неподалеку и за всем наблюдал.

— Куда ты его? Неужели и вправду по закупщикам повезешь? — вполголоса спросил он, неприязненно косясь на бывшего авторитета, а ныне запуганного мужичка с огромным синяком на левой скуле.

— Да. Надо же как-то вашу репутацию восстанавливать.

— Надо, а то ни кредит не вернем, ни за молоко не сможем расплатиться. Только я поеду с вами, чтобы точно никого не пропустить.

Мы забрались в пикап. Курочкин сел между мной и Владимиром Александровичем, который тоже осмелел и теперь уж не стеснялся высказывать ему свое недовольство. Тот упорно молчал и изредка дотрагивался до раздутой щеки.

Посетив больше десяти мест, где Курочкин плаксивым голосом жаловался на то, что его товар не продается, поэтому вынужден был пойти на крайние меры. Кто-то довольно агрессивно отреагировал на признание, отчего нам даже пришлось вмешиваться и отбивать Курочкина.

Кто-то с раздражением выслушал его и поспешил удалиться, предварительно заверив Владимира Александровича в том, что все договоренности в силе и они с радостью примут новую партию масла.

Были и те, кто признался в том, что предполагал, что к этому делу имеет отношение Курочкин, но не мог ничего предъявить без доказательств.

По итогу через два часа мы с Владимиром Александровичем вернулись к маслобойне. Он был очень доволен и, поблагодарив меня, поспешил обрадовать жену. Увидев, что мы вернулись, Таисия сразу же поспешила ко мне.

— Где ты был? Я уже начала волноваться, — призналась она.

— Решал кое-какие дела, — отмахнулся я.

Девушка с сомнением посмотрела на меня, но больше ни о чем не расспрашивала. Я помог ей перелить сливки в маслобойку и включил насос, чтобы накачать воды в чан, в котором она принялась мыть бидоны из-под молока.

В это время ко мне подбежала мать Таисии и, хлюпая красным носом, принялась благодарить. Тая удивленно посмотрела на нее, а затем на отца, который в двух словах объяснил, что произошло. Девушка тут же присоединилась к матери, отчего мне стало вдвойне неловко. Я считал, что ничего особенно не сделал, а для них стал героем. Ну ладно, смирюсь как-нибудь.

Поздно вечером, после вкусного и сытного ужина, мы с Таей попрощались с ее родителями и поехали в город.

— А тебя в общежитие пустят? Приедем в полночь, — предупредил я.

— Конечно, пустят. Они же меня знают, — улыбнулась она. — Кстати, как твой новый боец? Когда выставишь на арену?

— Пока не знаю, — уклончиво ответил я.

Приглашать ее на теневую арену я точно не хотел.

Когда подъехали к общежитию, я проводил ее до двери общежития и по обыкновению взял руку, чтобы поцеловать, но она выдернула руку, обняла меня за шею и несмело поцеловала. Я тут же крепко прижал ее к себе.

Сколько мы простояли вот так, я не знаю. Мне показалось, что одно мгновение, но Тая утверждала, что на нас уже из всех окон пялятся, так как мы стоим, обнявшись, уже полчаса.

Я завел ее в общежитие, чтобы удостовериться, что у нее не возникнет проблем с поздним возвращением. Вахтерша без вопросов отдала ключ от ее комнаты, но недовольно покосилась на меня и пробурчала:

— В следующий раз привези ее пораньше, а то по правилам мы должны в одиннадцать закрываться.

— Хорошо, учту.

Тая отправила мне воздушный поцелуй и поспешил к лестнице, я вышел на улицу и вдохнул полной грудью ночной воздух. Хороший был сегодня день.

Навалилась приятная усталость, и захотелось спать. Я поехал к усадьбе, но еще издали понял, что что-то случилось. Во-первых, везде горел свет. А, во-вторых, в полях мелькали люди с фонарями.

Я остановился у ворот и мне навстречу побежал обеспокоенный дед.

— Что случилось?

— Дима, он сбежал.

— Кто?

— Теневик твой. Митя вечером, часов в восемь, зашел к нему с ведром воды, а тот, как рванет, и все. Нет теперь его нигде. Генерал со своими людьми тоже подключился. Я даже думал в управу Валеру послать с запиской, чтобы отправили кого-нибудь с оружием, но Тимофей отговорил. Дима, говорит, все разрулит. Не знаю, правильно ли я сделал, — он горестно вздохнул и выжидательно посмотрел на меня.

— Все правильно, дед. Найдем. Никуда Ночь не денется, — уверенно ответил я, забрал у него фонарь, подошел к амбару.

Дед повздыхал и зашел в дом. Я старался быть спокойным, чтобы не тревожить его еще сильнее. Сейчас был первый час ночи. За четыре часа теневик мог убежать очень далеко. Так далеко, что ни одна ментальная связь не достанет.

Удостоверившись, что монстр действительно сбежал, а не прячется в темном углу, я вышел на улицу и приказал:

«Иди ко мне!»

Я вложил в мысленный приказ очень много энергии, чтобы усилить дальность его воздействия.

«Возвращайся!»

Погрузившись в себя, я попробовал почувствовать монстра, но ничего не получилось: теневика рядом не было. Черт побери! Этого только не хватало!

Перед глазами тут же предстали разоренные деревни с горами трупов и теневик, доедающий чью-то ногу. Сердце неприятно сжалось. Прежний Дмитрий Державин был бы в шоке от того, что случалось по моей вине. Он жаждал бороться с такими, каким я его сделал.

Я понимал, что от переживаний толку никакого, поэтому нужно действовать. Присев рядом с дверью амбара, внимательно осмотрел землю. Теневик двигался бесшумно, но следы все же оставлял. Притом они были такие специфичные, что ни с чем не перепутаешь.

На земле увидел следы Митиных сапог, рисунок ботинок деда и еще несколько следов. Скорее всего, следы теневика уже стерлись. На всякий случай я обошел весь амбар, прошел по тропе, ведущей к реке, присмотрелся к земле у ворот, но нигде не обнаружил свежих следов моего бойца. Куда же он подевался?

В это время с ружьем наперевес вернулся Валера.

— Я обошел дальний луг. Монстра не встретил. Все тихо. По пути тоже ничего необычного не заметил, — отрапортовал он.

— Хорошо. Иди отдыхай, — кивнул я и вгляделся вдаль.

Туда, где мелькали другие фонари. Искать монстра было опасно всем, кроме меня, поэтому я решил вернуть всех по домам и продолжить искать одному. Сев в пикап, я поехал навстречу огням.

Первым встретил дворецкого Ворошилова. Увидев меня, он с облегчением выдохнул и с готовностью взобрался в кузов. Следующим был Митя. Он сначала отказывался возвращаться, поэтому пришлось повысить голос. Обиженный парень опустился рядом с дворецким.

Генерал тоже не захотел ехать домой, но я его уговорил, объяснив, что теневика не чувствую, а это значит, что его поблизости нет.

Вернув всех по домам, я задумчиво уставился на посветлевшее небо. У меня не было никаких мыслей, как найти существо, которое специализировалось на маскировке. Времени было совсем мало, поэтому я решил с утра пойти с повинной к начальнику и все объяснить. Он умный и сообразит, что делать.

Заходить домой совсем не хотелось, поэтому я побрел к лугу, на котором тренировал теневика. Я надеялся, что он по старой памяти может пойти туда, но, когда приблизился, понял, что ошибся.

— Где же ты? — прошептал я и опустился у дерева, вокруг которого теневик намотал много кругов.

На востоке за усадьбой поднималось солнце. Павлиний хвост лучей раскинулся по небу, пробуждая все живое. Над головой запели птицы, издали послышалось кукареканье. Я решил дать отдохнуть глазам, которые уже слезились от усталости, и не заметил, как уснул.

Приснилась мне арена. Но не в нашем дворце и даже не теневая, а Колизей. Роскошный, украшенный лепниной и позолотой зал, весь светящийся от множества огней. На арене сражались теневик и гигантский заврал. Я был спокоен и лишь изредка давал указания своему бойцу, который сам руководил своими действиями. Это было очень необычно и в реальной жизни не осуществимо. Все знали, что нельзя давать свободу монстру даже в мелочах, поэтому то, что происходило во сне, не могло быть взаправду.

Между тем зрители восторженно кричали и аплодировали, поддерживая моего бойца, ведь именно ради него они и пришли сюда. Я наблюдал за действиями теневика и поражался тому, как умело он вел бой и как ловко вводил в заблуждение противника, нанося ему сильные удары и опасные укусы.

Вскоре сражение закончилось победой моего монстра, но за все это время я дал только два указания, ведь приказами их нельзя было назвать: «Попробуй продлить бой», «Не слишком наседай, а то быстро победишь».

Вдруг сквозь сон я почувствовал, как меня схватили за ногу и потащили. Я ударился головой об землю и проснулся. Кто посмел со мной так грубо обращаться?

Глава 10

Я резко приподнялся и увидел теневика. Он схватил меня передними лапами за ботинок и тянул в сторону дома. Заметив, что я уже не сплю, монстр тут же отпустил меня и принялся радостно подпрыгивать. Ну прямо как пес, соскучившийся по хозяину.

Я с облегчением выдохнул, поднялся на ноги, отряхнул брюки от сора и внимательно посмотрел на ботинок, на котором остались царапины. С одной стороны, я был рад возвращению теневика. Но, с другой стороны, до сих пор было тревожно. Я не знаю, где он был и что делал. Ведь за время отсутствия мог и убить кого-нибудь. И даже не одного.

Чтобы выяснить, чем занимался монстр, и в то же время проучить его за побег, я подошел к нему и прикоснулся к пульсару. Теневик уже знал, что это значит, поэтому невольно напрягся и задержал дыхание. Первым делом я прожог его внутренности своей энергией и строго сказал:

«Сбегать нельзя! Если ты еще раз без моего разрешения покинешь клетку, я тебя убью!»

Я повторил это несколько раз для лучшего усвоения, а затем проник в его голову, чтобы посмотреть, чем он занимался все это время.

Сначала увидел глазами теневика, как Митя зашел в клетку с ведрами воды, затем он перевел взгляд на открытую дверь амбара и щенка Полкана, прогуливающегося неподалеку. Ночь сорвался и побежал на щенка, но потом вспомнил мой урок и резко повернувшись, рванул в сторону реки.

Тут мне в голову пришло, что я тест на воду не проводил и даже не знаю, умеет монстр плавать или нет.

Тем временем он с разбегу нырнул в прохладную воду и тут же поймал щуку, которая имела неосторожность проплывать мимо. Оказывается, все это время он был в реке, где вдоволь плескался и поедал местную рыбу. Никому и в голову не пришло искать его там. Вернувшись к амбару, он попытался забраться внутрь, но дверь была закрыта на задвижку. Прогулявшись по двору, теневик вспомнил про луг, на котором любил побегать, поэтому и пришел сюда.

Удостоверившись в том, что он никого не убил, я успокоился и убрал руку. Теневик упал у моих ног и жадно задышал. Дав ему время прийти в себя, приказал идти рядом и направился в сторону дома.

Во дворе еще никого не видно было. Я посмотрел на наручные часы и увидел, что время только четыре часа утра.

Теневик с радостью зашел в свою клетку и разлегся на куче мягкой соломы. Я запер его и зашел в дом. Вот все удивятся, когда обнаружит теневика на своем месте.

Дед спал в гостиной в своей походной одежде, в которой искал теневика. Я не стал его будить и поднялся к себе. Уже лежа в кровати, вспомнил сон, в котором теневик сражался на арене. Если раньше у меня даже мысли не было дать бойцу свободу, то после произошедшего я понял, что вполне могу это сделать. Ночь вернулся обратно и в его голове даже не возникло мысли, что можно просто сбежать от меня. Он просто хотел поплавать, а я не догадался отвести его к воде.

К тому же он прекрасно помнил все, о чем я ему говорил, поэтому не тронул ни щенка, ни Нину, которую заметил возле бани. Чем больше я думал о том, чтобы дать ему свободу на арене, тем яснее мне казалось, что это отличная идея. Ведь он, как никто другой, знает свои сильные стороны и умеет защищать себя. Возможно, такому монстру, как булдор не стоит давать свободу, но теневик достаточно умен, поэтому правильно распорядиться ею.

Проснулся я от несмелого стука в дверь.

— Кто там? — пробурчал я и приоткрыл один глаз.

Дверь открылась и показался Митя.

— Дмитрий Иванович, вы не спите? — прошептал он.

— Уже нет. Чего хотел?

— Ночь вернулся и… сам себя в клетке запер.

— Чего? — не понял я и, приподнявшись, внимательно посмотрел на него.

— Честное слово. Я встал раньше всех, а боец уже в клетке и заперт… снаружи. Как он это сделал? Неужто хвостом?

Я еле сдержался, что не расхохотаться. Я, конечно, знал, что Митя наивный и немного отстает в развитии, но даже не предполагал, что настолько.

— Ты только об этом никому не рассказывай, а то подумают, что ты все выдумал, — сдержав улыбку, ответил я.

— Вот ведь умный какой! Ни за что бы не подумал, что он на такое способен…Ох, это ж получается, он всегда сможет сам выйти?

— Да, все возможно, поэтому не спускай с него глаз и всегда запирай амбар, — строго сказал я. — К тому же вчера ты оставил дверь настежь открытой, вот он и сбежал. Впредь будь внимательнее.

— Буду. Можете на меня положиться, — кивнул он и исчез за дверью, но уже через пару секунд вернулся и шепотом спросил. — А можно я Нине расскажу?

— Нине? Можно. Но больше никому, — пожурил я пальцем.

Когда спустился в столовую, Клавдия с Валерой накрывали на стол. Дед уже сидел за столом, уткнувшись в газету.

— Где ты его нашел? — спросил он из-за газеты.

— Сам вернулся. В реке купался, — я потянулся к пышной булке и подвинул в себе масленку с подтаявшим сливочным маслом.

Сразу вспомнилась Тая. Мы договорились с ней встретиться во вторник. Если получится.

— Сам? Или ты его дозвался? — он опустил газету и внимательно посмотрел на меня.

— Я заснул, а он меня разбудил. Умный монстр. Не зря во всех книгах делается упор на то, что они быстро обучаются и кое-что понимают из человеческой речи.

— М-да, не нравится мне это, — насторожился дед и с наслаждением вдохнул аромат свежесваренной ухи, донёсшейся до его носа, когда Валера открыл крышку супницы.

— Что именно тебе не нравится?

— То, что он вернулся. Сбежать — это нормально, но вернуться, — он покачал головой. — Если бы он боялся тебя, то не сбежал бы. А уж если сбежал, то ни за что бы не вернулся. Не нравится мне все это. Ненормально как-то.

Я пожал плечами. Пусть думает как хочет, но я-то знаю, что у него даже в мыслях не было сбежать. Он просто сначала увлекся щенком, который очень аппетитно пах, а потом учуял реку и решил освежиться. Я и раньше замечал, что он поглядывает в ту сторону, но даже подумать не мог, что его тянет к воде.

После обеда я выпустил теневика на улицу и не спеша двинулся с ним по тропе в сторону реки. Монстр знал, куда мы идем, и в нетерпении подпрыгивал, но я не позволял отступать от себя ни на шаг. Пусть привыкает к послушанию, а то своеволие рано или поздно может обернуться для нас обоих плачевно.

Я взобрался в лодку и только когда отвязал ее от бревна, торчащего из воды, разрешил Ночи залезть в воду. Теневик нырнул, опустился почти на самое дно и медленно поплыл по течению. Я взялся за весла и поплыл вслед за ним.

Как оказалось, монстр довольно долго мог быть под водой и лишь раз в пять-семь минут поднимался наверх, чтобы вдохнуть новую порцию воздуха.

Мне даже пришло в голову, что он бы даже мог участвовать на водной арене… Если выживет после теневой.

Только когда впереди показалась деревенька и множество лодок на берегу, я велел теневику развернуться. Чтобы не грести против течения бросил в воду веревку, с помощью которой привязывали лодку, и приказал Ночи тянуть лодку в сторону дома. Тот схватил веревку зубами и довольно быстро домчал меня до причала.

Все последующие дни я только и занимался подготовкой теневика. С Таисией встретиться не удалось, так как ее попросили заменить заболевшего работника в больнице, поэтому все ее вечера проходили там.

Через десять дней с момента заказа артефакта после работы я заехал за друзьями, и мы поехали в Петербург. Первое, на что я обратил внимание — это поведение Ильи. Он был сам не свой и больше молчал. К тому же с собой не взял даже одну бутылочку пива.

— Ты не заболел? — забеспокоился я.

— Пф-ф-ф, опять о своей Гале думает, — рассмеялся Миша, за что тут же получил от Ильи локтем в мягкий бок.

Я не стал ничего говорить, а лишь улыбнулся, увидев, как смущенно покраснел Илья.

Когда подъехали к дому, в котором жил артефактор Федор Григорьевич, Миша уговорил Илью сходить с ним в кулинарию, а я зашел в парадную двухэтажного дома. Дом был старинный, как и все дома в этой части города. Первое, что я почувствовал, когда открыл дверь — это запах сырости. Со стен облезла краска, и даже бетон местами начал крошиться. Это все было из-за речки, которая протекала буквально в паре десятков метров от дома.

Квартира артефактора располагалась на первом этаже. Дверь была старая и обшарпанная. Впрочем, под стать парадной. Это было довольно необычно, ведь мастера-артефакторы считались довольно зажиточными людьми и многие из них жили в роскошных особняках с большой придомовой территорией прямо в черте города.

Дверного звонка не было, поэтому я просто постучал. Ждать пришлось недолго: через несколько секунд из-за двери раздался голос Федора Григорьевича:

— Кто там?

— Это Державин. Я пришел за артефактом, — наклонившись к двери, ответил я.

— Какой еще Державин?

— Вы, наверное, забыли. Десять дней назад я заказывал у вас артефакт «Сияющий укус» для теневика, — напомнил я.

Вполне возможно, что он просто не запомнил мою фамилию, но уж название артефакта должно было ему напомнить о нашей договоренности.

— Какой еще артефакт? Молодой человек, я уже давно не делаю артефакты. К тому же мастерскую продал неделю назад.

Я с раздражением выдохнул. Похоже, сбылись опасения Миши насчет этого дельца. Но меня это не сильно беспокоило. Деньги я из него выбью, но неужели он и артефакт не сделал, и я зря прождал столько времени?

Сформировав разрушительную сферу, отошел на пару метров от двери и, прицелившись, бросил в замок. Я знал, что силы сферы не хватит взорвать дверь, но зато сильно ее повредит.

Послышался хлопок, и на двери появилась черная дымящаяся отметина. Я тут же приблизился и сильным ударом ноги выбил дверь. Из глубины небольшой квартиры послышались звуки открываемой двери.

— От меня не уйдешь, — выдохнул я, забежал в квартиру и добрался до артефактора, когда тот почти вылез из окна.

Перехватив его за шею, обратно затащил в квартиру и закрыл окно, чтобы не привлекать внимание прохожих.

— Что вам надо? — пролепетал он.

— Верни деньги или отдай артефакт, — спокойным голосом ответил я.

— Какие деньги? Какой артефакт? Я у вас ничего не брал, — он энергично замотал головой, отступая в сторону двери.

У него за спиной висел довольно объемный рюкзак. Видимо, он был готов к тому, что придется бежать.

— Зачем устраивать этот цирк? Я все равно не уйду отсюда, пока не получу то, за что заплатил.

— Ничего ты не получишь, сволочь, — он вдруг злорадно ухмыльнулся, резко взмахнул рукой, и мне в лицо полетел какой-то черный сгусток.

От неожиданности я отпрянул и едва успел выставить защитное поле, прежде чем эта черная жижа ударилась и стекла на пол. Пока я отвлекся на сгусток, мастер рванул к входной двери, но я все равно был быстрее и с силой пнул его по заду. Мужчина свалился на пол, схватил табуретку, стоящую в прихожей, и швырнул ее в меня.

Табуретка ударилась о защитное поле. В то же мгновение послышались выстрелы, и в меня полетели пули. Артефактор откуда-то вытащил пистолет и без стеснения палил мне в голову. Ну, я тоже решил не стесняться, поэтому подошел, отбил пистолет ударом ноги и с силой ударил по горлу.

Мастер захрипел и вцепился руками за горло. Следующий удар пришелся по щеке, а затем по виску.

Только когда он без сознания откинулся назад и замер, я глубоко вздохнул, чтобы восстановить дыхание, и огляделся. Квартира была однокомнатная, но с хорошим, дорогим ремонтом и различными статуэтками и гобеленами. Убедившись, что в квартире больше никого нет, я снял с артефактора рюкзак и развязал горловину.

Внутри лежали аккуратно перевязанные пачки денег, а также два десятка шкатулок с артефактами. Большинство из них были очень дорогие, а некоторые я видел в первый раз в жизни и не знал, какую способность они даруют.

— Думаю справедливо, если взамен за твою никчемную жизнь, я заберу кое-что, — я повесил на плечо рюкзак и вышел на улицу.

Миша с Ильей уже стояли у машины и оба грызли копченые крылышки.

— Что-то ты долго. Мы уже хотели пойти на выручку, — сказал Илья и потянулся к бумажному пакету в руках Миши, но тот резко развернулся и пробурчал.

— Иди пиво пей. Не трогай мои крылышки.

Я аккуратно положил рюкзак в кузов и сел за руль. Друзья переглянулись и забрались в машину.

— Что произошло? — настороженно спросил Миша.

Я завел двигатель и направил машину в сторону дома. По пути рассказал друзьям о том, что случилось. Миша тут же напомнил о том, предупреждал, так как чувствовал, что этот артефактор — «жук навозный». Илья сказал, что я правильно сделал, что наказал наглого дельца.

Когда мы выехали из Петербурга и помчались в сторону дома, все с облегчением выдохнули.

— Погоди-ка, а артефакт, который ты заказывал для Ночи, есть в рюкзаке? Он все-таки его изготовил? — уточнил Миша.

— Не знаю. Я не успел все шкатулки пересмотреть, но даже если и нет, то там полно других очень крутых артефактов. Правда, большинство из них нельзя использовать на официальных аренах.

— Почему? — Миша грыз очередное копченое крылышко.

— Они сильно меняют монстра, поэтому даже самый слабый и дешевый боец может победить мощного гиганта. Обычно допускаются артефакты, которые даруют лишь улучшение уже имеющихся способностей, или по согласованию каждый хозяин цепляет артефакт, который наделяет монстра дополнительным параметром. Но так только на официальных, а на теневых аренах можно делать все что вздумается.

— Что? Ты решил участвовать на теневой арене? — воскликнул Илья. — Но это же незаконно! Тебя посадят.

— Пусть сначала поймают и докажут, — спокойным голосом ответил я и улыбнулся.

Мне не терпелось выставить теневика на арену. Тем более теперь, когда у меня артефактов на целое состояние.

Глава 11

Сегодня был последний день работы перед отпуском. Начальник внимательно следил за тем, чтобы я не оставил неоконченных дел, поэтому пришлось даже задержаться.

Вчера вечером, поднявшись в свою комнату, я вытащил все, что было в рюкзаке. Купюры были сложены по тысяче рублей в пачке, поэтому я быстро пересчитал и с радостью отметил, что обогатился на целых семьдесят две тысячи.

От разнообразия артефактов рябило в глазах, когда я раскрыл все шкатулки и разложил их на письменном столе. Большинство артефактов были запрещенными, и я бы не осмелился применять их даже на теневой арене. Все-таки бой должен быть честным, а если нацепишь на своего монстра десяток артефактов и выставишь его против бойца, на котором нет ни одного, то не получишь удовлетворения от победы. По крайней мере, мне такая победа точно не нужна. Такой бой больше похож на казнь, а не на сражение двух воинов.

Среди артефактов был также и тот, что я заказывал: «Сияющий укус». Испытывать этот артефакт в сражении против Шолоха генерал бы не позволил, да и сам я не хотел. Ему и так досталось во время прошлой тренировки. Хотя, по утверждению деда, который ходил на обед к Ворошилову, рана оказалась не такой уж и серьезной, и Шолох уже без проблем открывает рот и с жадностью поедает баранов.

Все артефакты были атакующими, поэтому кроме «Сияющего укуса» я выбрал также «Огненное дыхание» и «Сильный удар». Все три артефакта я намеревался применить на сегодняшнем сражении, поэтому с нетерпением ждал окончания рабочего дня.

— Дмитрий, вы сегодня какой-то нервный. Что-то случилось? — спросил Август Валерьянович, когда я ускорился, чтобы записать оставшиеся бланки.

— Нет, просто тороплюсь. У меня сегодня важное мероприятие.

— Да? И какое же? — начальник откинулся на спинку кресла и с интересом уставился на меня.

— Сражение, — не поднимая головы, ответил я, быстро орудуя ручкой.

— Не знал, что у вас появился новый боец. Во сколько сражение? Приду посмотреть.

— Вы же не любите арены, — я чуть не выронил ручку.

— Не люблю, но старший сын давно просится. Думаю, ему будет интересно посмотреть на сражение бойца, которым управляете вы. Кстати, что за монстр?

Я невольно напрягся, ругая себя за длинный язык. Надо было сказать, что с девушкой встречаюсь, тогда вопросов бы не возникало.

— Монстр пока не готов, поэтому бой может и не состояться.

— Ни за что не поверю, что вы не подготовили бойца. По рассказам других, вы очень ответственно относитесь к сражениям. К тому же вы так и не ответили, что за монстра вы приобрели?

Признаваться в том, что у меня теневик, я не хотел, так как Август Валерьянович прекрасно знал виды монстров, поэтому его обмануть не получится. К тому же он знал, что у меня проблемы с деньгами и я бы не смог купить монстра, который на официальных невольничьих рынках стоит больше двухсот тысяч.

Спас меня Федя, который снова забежал в кабинет и с вытаращенными глазами заявил:

— Пришел мужчина, который утверждает, что видел на реке бесхозного монстра. Говорит, что тот ему все сети порвал и рыбу своровал. Просит разобраться.

Начальник встревожился и ринулся к двери. Уже в коридоре крикнул:

— Дмитрий, идите за мной.

Я посмотрел на часы и раздраженно выдохнул. Было уже полпятого, а еще с этим разбираться. Хорошо хоть мужчина вовремя пришел, из-за этого Федя вмешался в разговор, и мне не пришлось врать.

Мы спустились на первый этаж и подошли к худощавому мужичку с темно-коричневым обветренным лицом.

— Здравствуйте. Меня зовут Август Валерьянович. Могу узнать ваше имя? — начальник протянул руку мужику.

— Леня Дуркин, — представился он, пожал протянутую руку и вполголоса спросил: — Это вы тут главный?

— Да, слушаю. О чем вы хотели поговорить?

Дуркин снял кепку, вытер пот со лба рукавом и, кивнув в сторону выхода, заговорил:

— На днях я сети натянул, чтобы рыбу на продажу поймать. Ранним утром поплыл, а тут он, как выпрыгнет из воды! Ох и страху я натерпелся, — пожаловался он и прижал руку к груди.

— Кто выпрыгнул?

— Монстр! Кто же еще? — насупился Дуркин. — Весь черный, а глаза как вода. Я сначала испугался, отплыл от него подальше и засел в кустах. А потом смотрю — нет его. Ждал-ждал, а он так больше и не появился. Я потом в лодку сел и снова подплыл к сетям, а они все порваны, и рыбы нет.

— То есть этот монстр порвал вашу сеть, съел рыбу и пропал? — спросил начальник, приподняв одну бровь.

— Получается, что так, — кивнул мужчина.

— Вы позволите нашему менталисту посмотреть то, что вы видели. Думаю, он сможет выдать более точную информацию, — Август Валерьянович кивнул на меня.

— Конечно. Смотрите, если надо, — с готовностью согласился тот.

Мы зашли в комнату допросов, и начальник указал Дуркину скамью, на которой до этого сидели браконьеры. Я опустился на стул напротив и, сконцентрировавшись, погрузился в его сознание.

Рыбак действительно видел моего теневика, но тот, как ни странно, его не заметил, поэтому я не увидел эту встречу, когда просматривал сознание своего бойца.

Выставлять мужика сумасшедшим я не хотел, но в то же время, если я подтвержу, что монстр был, то Имперская служба начнет прочесывать реку и кто-нибудь из служащих узнает про моего монстра и предъявит его на опознание Дуркину.

Поразмыслив, я не придумал ничего лучше, чем просто чуток подкорректировать воспоминания. Для этого я заменил образ теневика на медведя.

— Август Валерьянович, это был медведь, — сказал я, когда выбрался из сознания Дуркина.

— Медведь? Ты уверен?

— Да. Даже, скорее всего, двухгодовалый медвежонок.

В это время Леня потер виски, ведь от моих манипуляций у него заболела голова, и подтвердил.

— Точно медведь. А вначале мне показалось, что это монстр. Извиняйте меня, если зря потревожил, — несмело сказал он, продолжая тереть виски.

— Ничего страшного. Главное, что разобрались. В соседнем регионе ищут монстра, поэтому мы проверяем все заявления.

Дуркин еще несколько раз извинился и торопливо двинулся к выходу, что-то бормоча себе под нос. Мне было немного не по себе оттого, что я воспользовался своими способностями и изменил воспоминания мужчины. Но другого выхода я не видел. Хорошо, что он обратился к нам, а не в петербургское отделение, иначе теневика бы отобрали, а меня посадили лет на двадцать за кражу и превышение полномочий.

— Август Валерьевич, рабочий день уже закончился, и у меня начался отпуск. Увидимся через две недели, — радостно сообщил я.

Он хотел что-то сказать, но я махнул рукой и направился к выходу.

С утра я предупредил Митю, чтобы к моему возвращению теневик был накормлен и напоен, поэтому сразу заехал во двор и, зацепив прицеп, подкатил его к двери амбара.

— Дима, ты уже едешь? — окликнул меня дед, когда я открывал большой навесной замок.

— Да. Ехать далеко, поэтому не хочу задерживаться.

Я распахнул дверь, зашел внутрь и открыл дверь клетки. Ночь будто все понимал, поэтому даже без приказа вышел на улицу и забрался в клетку на прицепе.

В это время дед подошел сзади и твердо заявил.

— Поеду с тобой. Если что-то случится, то против барона не осмелятся выступить.

Мельком взглянув на него, я мотну головой.

— Нет. Это мое решение, поэтому сам разберусь. Не хочу тебя подставлять.

— Дима, ты хорошо подумал? Про теневые арены много плохого говорят. Там не только монстры, но и люди умирают.

Я чуть приобнял деда, внимательно посмотрел ему в глаза и уверенно заявил:

— Все будет хорошо. Ни о чем не беспокойся.

Он тяжело вздохнул, опустил голову и кивнул. Дед знал, что бессмысленно уговаривать меня. Если я что-то решил, то не отступлю. Не только я был таким, но и сам Дмитрий Державин. Кое в чем мы были очень похожи.

Сев за руль, я выехал со двора и помчался в сторону теневой арены. Была большая вероятность, что они уже снялись с места и переехали, но я очень надеялся, что они до сих пор на той поляне. На другие арены с незарегистрированным монстром меня просто не пустят.

***

В десятом часу вечера я увидел в полутьме между деревьями свет и с облегчением выдохнул. По пути мне не попалась ни одна машина, поэтому стало казаться, что арены на прежнем месте уже нет, но свет от самой арены и множества фар говорили об обратном.

Я подъехал и, как и в прошлый раз, припарковался за ржавым грузовиком. Скорее всего, он принадлежал организаторам, и именно на нем они перевозили арену, состоящую из блоков.

На улице было немноголюдно, зато внутри слышались звуки сражения и восторженные крики зрителей. Я уверенной походкой направился к воротам, хотя еще не придумал, как буду действовать.

На входе стояли охранники и тоже следили за боем двух гигантов, от рева которых закладывало уши. Они были так увлечены сражением, что просто не обратили на меня никакого внимания. Я отошел от них подальше и, с облегчением выдохнув, пошел на поиски организаторов, чтобы сообщить о том, что хочу участвовать в сражении.

Слева от входа в углу находилось небольшое здание, похожее на газетный киоск. Я подумал, что именно там и могут находиться организаторы и касса, поэтому сразу направился туда.

В киоске не было окошка, только железная дверь с красной кнопкой звонка. Недолго думая, нажал на кнопку и, затаив дыхание, принялся ждать. Вскоре послышался щелчок и показалось угрюмое, небритое лицо мужчины. Он внимательно оглядел меня с ног до головы и грубо спросил:

— Ты кто такой?

— Я бы хотел выставить своего бойца на арену.

— От кого?

Я уже понял, что здесь все повязаны друг с другом, поэтому припас на этот случай ответ:

— От Петрова Богдана. У него боец глотар.

— Какого еще Богдана? Не знаю такого, — мужчина еще сильнее помрачнел и бросил взгляд на охранников, которые стояли у входа, но по-прежнему следили за боем.

И тут до меня дошло, что здесь все участвуют под псевдонимами, чтобы не оставлять своих настоящих имен. Когда выступал Богдан, я не обратил внимания на то, как его назвали. Черт! Похоже, я влип.

Пока я судорожно придумывал, как можно выйти из этой ситуации, меня сзади окликнули.

— Добрый вечер. На этот раз все в порядке с пропуском? — с улыбкой произнес тот самый толстяк, рядом с которым я сидел при предыдущем посещении этой арены.

— Да, все хорошо, — я сделал вид, что мы давно знакомы и даже немного приобнял его. — Кстати, не подскажете, сегодня Богдан будет выступать?

— Какой Богдан?

— Ну тот, с глотаром.

— А-а-а, понял. Правда, он себя по имени не называет. Его представляют, как Витязя. Но глотар у него отменный боец. Вчера на клочки порвал заврала.

— А сегодня от будет выступать?

— Не знаю, но я его не видел, — пожал он плечами и кивнул в сторону огороженного ринга, в котором наступила тишина. — Пойду займу место. Сейчас должен Мясник своего Скорпиона привести.

Я кивнул и вернулся к мужчине, который уже вышел из киоска и направлялся к охранникам.

— Извините, отвлекся на знакомого. Я бы хотел выставить теневика, а привел меня сюда Витя…

— Теневика?! — он так громко воскликнул и вытаращился на меня, будто случилось что-то страшное. — Вы привели теневика? Он здесь?

Он схватил меня за руку и потряс ее, будто торопил с ответом.

— Да, ждет в клетке. А что? — теперь уже я напрягся, увидев такую ненормальную реакцию.

— Я просто рад. Очень рад! Давно у нас не было таких редких бойцов. Что ж вы раньше не сказали, что хотите выступить с теневиком? Мы бы сюда столько народу нагнали, что раза в три смогли бы увеличить выигрыш, — он говорил очень быстро и продолжал трясти мою руку.

Пришлось с силой вырвать руку и немного отстраниться от странного мужчины. Я, конечно, понимал, что с помощью редких монстров количество зрителей и желающих сразиться вырастет, но даже не предполагал, что меня так рады будут здесь видеть.

— У меня не так давно появился теневик, поэтому я еще не совсем изучил его. К тому же у меня новые, непроверенные артефакты…

— Понимаю-понимаю, — снова прервал он меня. — Поставлю кого-нибудь менее опасного.

Он задумчиво огляделся, высматривая тех, кто изъявил желание выступить сегодня.

— Та-ак-с, поставлю вас против Жоржа с Норкой, — он вытянул руку и ткнул пальцем в парня, который стоял неподалеку и выглядел лет на пятнадцать.

— Он хоть совершеннолетний? — вполголоса спросил я, отметив прыщи на лбу, жидкую бороденку и нескладное, угловатое телосложение.

— Я не знаю, — равнодушно ответил он. — Мы документы не проверяем.

— Ясно.

В это время мимо нас прошел Мясник, рядом с которым, глухо рыча, переступал мощными лапами Скорпион. Зрители испуганно пятились и отодвигались он необычной парочки. Похоже, Мяснику нравился эффект, который производил его опасный монстр, поэтому на его губах играла легкая надменная улыбка.

— Как представить вас и монстра? — вновь обратился ко мне мужчина.

Мне тут же в голову пришли клички моих тигров из прошлой жизни.

— Меня назовите Лордом, а бойца — Вулканом.

— Лорд и Вулкан. Запомнил. А меня можете называть графом Толстым, — представился он и протянул руку.

— Приятно познакомиться, — ответил я, хотя понимал, что его имя тоже ненастоящее.

В это время показался противник Мясника, и я невольно присвистнул. Его я здесь точно не ожидал увидеть.

Глава 12

К арене, напоминающей боксерский ринг, направлялся Гриша Жуков со своим Громом. По-видимому, его здесь знали, поэтому со всех сторон послышались приветственные возгласы.

Он кивал в ответ и сдержанно улыбался. Я хотел окликнут его, но тут он сам повернул голову, увидел меня и испуганно замер. Он знал, что я работаю в Имперской службе, и, скорее всего, подумал, что здесь по службе. Чтобы как-то вывести его из ступора, я сказал:

— Удачи.

Гриша выдохнул и двинулся к рингу. По пути пару раз обернулся и посмотрел на меня, но я оставался на месте и не делал никаких попыток задержать его.

— Сейчас начнется жара. Я не могу это пропустить, — сказал организатор, который представился графом Толстым, и торопливо направился вслед за Гришей.

Я тоже не мог остаться в стороне. Тем более с Гришей мы хорошо знакомы, а также я видел, на что способен Скорпион. Мне даже хотелось предупредить Гришу, чтобы тот не связывался с Мясником, но тут вспомнил основное условие боев на теневых аренах — никто не знает, с кем будет сражаться. В этом-то и главный интерес и азарт зрителей. То, что мне удалось договориться, чтобы Ночь поставили против не слишком сильного противника, скорее всего, сработает лишь раз. Уверен, если я второй раз подойду с такой просьбой, то мне откажут.

Между тем Гриша завел Грома на ринг и закрыл за ним ворота. Прозвучал гонг, и все зрители притихли, не спуская глаз с бойцов. Я протиснулся между рядами скамеек и опустился рядом с толстяком.

— Обожаю этих двоих, — возбужденно прошептал он. — Они еще никогда не сражались друг против друга. Как вы думаете, кто победит?

— Не знаю. Но я бы хотел, чтобы Гром.

— Гром? Здесь нет Грома. Бой между Скорпионом и Зубром, — толстяк недоуменно посмотрел на меня.

— Да, точно, — слегка улыбнулся я.

Похоже, Гриша себе и Грому тоже имена поменял.

В это время Скорпион, чье жало блестело под прожекторами, хищно зашипел и медленно двинулся вдоль ринга, не спуская немигающего взгляда с Грома. Тот оставался на месте, но был напряжен и собран.

Гром был чуть ли не в два раза меньше Скорпиона, но я знал, что он очень сильный и ловкий, поэтому надеялся на его победу.

— В жале у него столько яда, что можно убить целую сотню таких, как Зубр, — воодушевленно проговорил толстяк.

— Вы болеете за Скорпиона? — уточнил я.

— Конечно! По-моему, здесь все очевидно.

Я не был с ним согласен. На арене нет ничего очевидного. Столько раз я был очевидцем того, как с легкостью монстр, кажущийся слабым, убивал того, кого все считали победителем.

В это время Скорпион, обойдя по кругу Грома, пошел в наступление. Он выставил перед собой передние лапы с острыми изогнутыми когтями и, угрожающе зарычав, бросился на противника.

Гром был начеку и отбежал в сторону. Это было для него типичным поведением. Сначала Гриша заставлял своего бойца носиться по арене, будто он боится противника, но на самом деле тем самым он изучал второго монстра, чтобы нанести сокрушающий удар.

Скорпион поднял жало и несколько раз со всего размаху ударил по земле в опасной близости от Грома. Тот вдруг зашипел, пригнулся и стрелой помчался на противника.

Обычно ни хозяин противника, ни сам монстр не успевали отреагировать на такую быструю атаку, поэтому получали серьезный урон от острых зубов Грома, но на этот раз все было по-другому. Скорее всего, это воздействие одного из артефактов, которые висели на груди Скорпиона.

Гром не успел даже добежать до второго монстра. Его вдруг отбросило назад с огромной силой и припечатало к земле.

Я посмотрел на Гришу и увидел, как тот поджал губы и побледнел. Гром хотел вскочить на ноги, но жалобно взвизгнул. Приглядевшись, увидел, что он сильного удара у него что-то стало с задней левой лапой. Она неестественно выгнулась. Перелом или сильный вывих. Как бы то ни было, но монстр не мог наступать на нее и двигался, лишь упираясь на передние лапы.

Скорпион, не спеша, приблизился к грозно шипящему Грому, который неуклюже отходил от него, поднял гигантское жало над головой и с силой опустил его на монстра.

Острое жало с ядом воткнулось в бок Грома, который, пересилив боль, пытался отбежать в сторону, но не успел.

Раздался душераздирающий вопль боли. Зрители притихли, наблюдая за происходящим, а Гриша побледнел и сжал кулаки. Он уже понимал, что проиграл.

Между тем Скорпион еще раз занес жало, но Гром упал на землю и, оттолкнувшись, откатился в сторону. Черное блестящее острие вонзилось в землю в полуметре от монстра. Зрители одобрительно загудели. Кто-то поддерживал Грома, который был серьезно ранен, но продолжал сопротивляться. Кто-то был за Скорпиона и поздравлял с победой.

Я видел, как Гриша торопливо направился к Мяснику. Видимо, хотел договориться, но все знали, каким будет исход битвы.

Выслушав Гришу, Мясник презрительно скривил губы и мотнул головой. В это самое время Скорпион догнал Грома и сделал еще один удар жалом. На этот раз блестящее острие попало по голове. Боец вскрикнул и замер. Он был мертв.

По залу одновременно разнеслись вздохи сожаления и радостные выкрики.

— Не-е-ет!

Гриша ринулся к рингу, распахнул ворота и подбежал к своему бойцу, совершенно не опасаясь Скорпиона. Он опустился на колени возле Грома, поднял его голову и, удостоверившись в том, что тот мертв, крепко выругался.

В это время довольный Мясник вывел Скорпиона из ринга и повел к выходу. Я не сдержался и поспешил к Грише.

— Мне очень жаль. Гром был хорошим бойцом, — сказал я и опустился рядом с ним.

Гриша поднял на меня глаза полные слез и попросил.

— Помоги донести до прицепа. Я его здесь не оставлю.

— Конечно, — кивнул я.

Вдвоем мы подняли монстра, который был хоть и небольшим, но довольно тяжелым, и понесли к выходу.

Охранники беспрепятственно раскрыли двери, выпуская нас на улицу с мертвым монстром на руках.

Когда мы погрузили Грома в клетку, Гриша тяжело вздохнул, вытер рукавом набежавшие слезы и вполголоса спросил:

— Что ты здесь делаешь? Собираешь информацию?

Я сначала хотел соврать, что так оно и есть, но потом передумал. Гриша — надежный человек, он меня не сдаст.

— Нет, я привез бойца на бой.

У мужчины удивленно поползли брови наверх.

— Что? И давно ты здесь сражаешься?

— Это первый бой.

— Погоди-погоди. А кого ты привез? Я слышал, что булдор умер.

— Да, так и есть. У меня новый боец. Пойдем, покажу.

Вдвоем мы подошли к ржавому грузовику и, обогнув его, подошли к клетке. Теневик лежал на полу клетки и принюхивался.

— Откуда тебе такое сокровище? — изумленно выдохнул Гриша.

— Неважно, — отмахнулся я.

Мужчина обошел клетку по кругу, осматривая черного монстра, затем подошел ко мне и кивнул в сторону арены.

— Ты такое сокровище хочешь выставить на эту арену?

— Ну ты же выставил Грома.

При упоминании бойца Гриша тут же погрустнел и кивнул:

— Дурак, потому что. Хотел побольше денег заработать на артефакты перед соревнованиями. А теперь…

Он тяжело вздохнул и потер переносицу.

— Давно ты здесь участвуешь?

— Вторую неделю. На нужный артефакт уже собрал, решил напоследок еще чуток подзаработать… Дурак.

Увидев, как он переживает, у меня промелькнула мысль просто уехать отсюда, но потом я вспомнил, что у меня нет выбора. Незарегистрированный монстр не сможет участвовать ни на одной арене, кроме теневой.

Гриша попытался меня отговорить, но я был непреклонен. Правда, не стал ему объяснять, почему хочу участвовать на этой арене, а не вернуться в наш городок.

Мы попрощались, и я направился в сторону арены. Гриша сначала хотел пойти со мной и посмотреть на бой, но потом передумал, так как не хотел стать свидетелем смерти еще и редкого теневика. Объяснив это тем, что на сегодня хватит потрясений.

Охранники видели, как я выносил Грома вместе с Гришей, поэтому без вопросов пропустили внутрь. Тут же ко мне подбежал граф Толстой.

— Где вы ходите?! — возмущенно воскликнул он. — Я уже два раза объявлял ваш бой. Жорж Норку уже привел.

— Хорошо. Сейчас вернусь, — кивнул я и торопливо направился к выходу, чтобы привести теневика.

Ночь будто понял, что его ожидает бой, поэтому едва увидев меня, тут же принялся крутиться в клетке и даже попробовал прокусить толстые жерди.

«Успокойся и иди рядом», — строго сказал я и распахнул дверь клетки.

Монстр шумно выдохнул, спустился на землю и встал рядом со мной. Я вытащил из кармана три шкатулки и нацепил артефакты на грудь теневика. Тот возмущенно повздыхал, но не осмелился их сдернуть.

Один артефакт был защитным. Тот, из-за которого появлялись шипы на теле монстра. Второй артефакт — тот, что я заказывал у мастера-артефактора. Третий позволял создать оглушительный рев, из-за которого не только закладывало в ушах, но и была высокая вероятность оглохнуть.

Все три артефакта можно было использовать на официальных аренах, именно поэтому я и решил их использовать. Ведь я все-таки надеялся, что рано или поздно найду возможность зарегистрировать монстра.

Я завел теневика на арену и повел к огороженной площадке. Зрители, до этого возмущенно выкрикивающие недовольства организаторам арены, тут же замолчали и уставились на черного матового монстра, который больше напоминал движущуюся тень. Только голубые глаза его выдавали.

Пока мы шли к рингу, вслед звучали различные реплики:

— Это же теневик!

— Невероятно! Кто-то смог раздобыть редкого монстра.

— Никогда такого не видел. Откуда он? Из какой Аномалии его раздобыли?

— Скорее всего, с Уральской. Я слышал, что именно там обитают эти существа.

Пока мы шли к рингу, я наслушался много всего интересного, что требовалось проверить.

Когда завел Ночь на ринг, ко мне подошел Жорж. Я видел, что он мнется и весь раскраснелся оттого, что решается на что-то, поэтому внимательно уставился на него и сложил руки на груди.

— Извините, господин Лорд, но я не могу не спросить. Дело в том, что я совсем недавно получил своего монстра, поэтому очень бы не хотел, чтобы он погиб. Может, договоримся? — последнюю фразу он произнес еле слышно.

— О чем?

— О том, чтобы сохранить жизни нашим бойцам. Если надо, то я могу заплатить за эту услугу, — он совсем раскраснелся, будто предлагал что-то постыдное.

— Хорошо, я согласен.

— Сколько вы хотите? У меня есть пятьсот рублей, — предложил он.

— Ничего не надо.

Парень кивнул и поспешил на свою сторону ринга. Туда, где стоял его монстр. Это был довольно большой зубастый ящер, похожий на глотара, но с объемными надбровными дугами, массивной выступающей вперед челюстью и толстыми чешуйчатыми пластинами.

Когда прозвучал гонг, противник Ночи угрожающе закричал и не теряя времени бросился в атаку. Теневик оглянулся на меня, ожидая приказаний.

«Защищайся!»

Ночь раскрыл пасть, пригнулся и приготовился. Зубастый монстр, которого почему-то звали Норкой, неумолимо приближался. Когда он был уже в паре метрах, Ночь пригнулся и рванул прямо под ним, ловко обходя когтистые лапы. Норка неестественно выгнулся и заревел.

Зрители загомонили, не понимая, что происходит. А я знал, что сделал теневик. Пробегая под пузом, на котором кожа была намного мягче и нежнее, чем на спине, Ночь выпустил те самые шипы. Он вонзил их в мягкое брюхо и прочертил множество неглубоких, но болезненных ран.

В это время я поднял глаза и встретился с обеспокоенным взглядом хозяина Норки — Жоржем. Он сжал кулаки, посмотрел на своего бойца и отдал следующий приказ. Монстр отвернулся от теневика и сильно замахал мощным хвостом, пытаясь отбросить его в сторону. Теневик подпрыгивал или приседал в зависимости от того, по какой траектории летел на него хвост. В то же время я не давал ему никаких приказаний. Он сам сл принял решение вести себя подобным образом.

«Активируй артефакт «Сияющий укус».

Я не знал, получится у него или нет, но все же понадеялся на то, что если он уже умеет управлять шипами, то сможет и включать следующий артефакт. Так и произошло. Теневик распахнул рот, и его зубы засияли.

«Схвати за хвост», — велел я, но не стал уточнять, как именно это сделать.

Пусть сам решает.

Теневик рванул прочь, оббежал монстра сбоку и ринулся на него. Через пару секунд он уже сидел на спине Норки и держался цепкими лапами.

Я не понимал, что он делает, ведь велел схватить противника за хвост, а не сидеть у него на спине, как наездник.

В это время теневик подполз к хвосту разъяренного монстра, который пытался скинуть с себя врага, и схватил сияющими зубами за основание хвоста.

Норка взревел дурным голосом и принялся носиться по рингу, глядя перед собой ошалелыми глазами. Среди зрителей раздались смешки.

Я знал, что «Сияющий укус» дарует монстру небывалую силу укуса. Благодаря этому Ночь мог хоть три дня висеть на хвосте и не устал бы.

Однако мне надо было попробовать третий артефакт, поэтому я приказал:

«Активируй «Оглушительный рев» и используй на своего противника. Это важно! Только на противника!» — предупредил я, так как не хотел навредить никому из зрителей.

Теневик разжал зубы, выпустил хвост Норки и, продолжая цепляться за чешуйчатую кожу монстра, развернулся и схватился передними лапами за его шею.

Бедный монстр не знал, как избавиться от приставучего теневика, и жалобно смотрел на хозяина, продолжая носиться по рингу, и извиваясь всем телом.

Я ждал, когда теневик использует третий артефакт, и в принципе был готов отступить, если Жорж сдастся. Но тут Ночь вместо того, что опустить голову и использовать усиленный рев на противника, повернулся к зрителям и раскрыл зубастую пасть.

«Не смей этого делать!» — грозно предупредил я.

Но теневик слишком увлекся и не обратил на меня никакого внимания. Случилось то, чего я очень опасался — боец почувствовал свободу и перестал меня слушаться.

Глава 13

Я пожалел, что нацепил на теневика третий артефакт. Использование «Оглушительного рева» разрешалось на официальных аренах, но об этом нужно было заранее предупреждать администрацию, а те на входе на арену должны раздавать всем зрителям беруши и оповещать их об этом артефакте еще на этапе продажи билетов.

«Не смей рычать на людей! Иначе я тебя накажу!» — еще раз предупредил я бойца, у которого глаза сверкнули сиреневым племенем, оповещающим о том, что артефакт активировался.

Теневик взглянул на меня так, будто хотел убедить, что я не шучу, затем тяжело вздохнул и взревел прямо в голову противника. Не сказать чтобы рык был такой уж сильный, но опасность заключалась в другом — человеческое ухо было не способно распознать вибрации этого звука так, как считывали его монстры. Поэтому многие могли оглохнуть, даже не понимая, что случилось.

Норка остановился (или остановилась. Я так и не понял, самка это или самец) как вкопанный, а затем с силой замотал головой. Ночь продолжал реветь и крепко держаться за противника.

Зрители, сидящие на первых рядах, повскакивали с мест и ринулись подальше от ринга. Они явно почувствовали что-то неладное. Остальные недоуменно смотрели им вслед и переговаривались, не понимая, что происходит.

В это времЯ ко мне побежал Жорж.

— Остановите! Остановите! Он не слышит мои приказы! Норка не реагирует! — кричал он на бегу.

— Сдаешься? — уточнил я.

— Да-да, — энергично закивал он и молитвенно сложил руки.

Я повернулся к рингу и велел:

«Отступай».

Теневик закрыл пасть, спрыгнул на песок и не спеша двинулся к воротам. Недовольные зрители принялись перешептываться, а некоторые даже ругаться. Как я услышал, не для того они пришли, чтобы наблюдать за тем, как противники по договоренности расходятся.

Краем глаза заметил, как к нам спешит граф Толстой. Наверняка хочет выяснить, почему нет кровавой драмы, ради которой все пришли сюда. Но это мой бой, и только я буду решать, когда все закончить.

Я уже подошел к воротам, но открыть их не успел. Норка развернулся и бросился на теневика.

Это было так неожиданно, что я не успел среагировать. Монстр схватил моего бойца за заднюю лапу и с силой отбросил на противоположную сторону ринга.

Зрители одобрительно загудели и принялись поддерживать Норку.

В это время Жорж ринулся прочь от меня, не спуская взгляда со своего монстра. Я не понимал, что это было: подстава или он уже сейчас решил переиграть. Как бы то ни было, но он поплатится за такую подлость.

В это время теневик, не дожидаясь моего приказа, покрылся шипами и приготовился отразить очередное нападение. Однако вместо того, чтобы сражаться, Норка остановился и захрипел. Я не понимал, что происходит, ведь Ночь еще не успел ничего сделать.

— У него «Копир», — услышал я сзади голос и, обернувшись, увидел Гришу.

Оказывается, он не уехал, а наблюдал за сражением.

— Что еще за «Копир»? — не понял я, наблюдая за тем, как Норка начал темнеть.

— Артефакт, с помощью которого монстр превращается в точную копию противника. Сначала хозяин посмотрел, на что способен твой монстр, а потом дал задание своему бойцу активировать артефакт. Только мне непонятно, почему ты отступил? — он вопросительно посмотрел на меня, но у меня не было времени объяснять.

В это время монстр Жоржа почти превратился в теневика и тут же покрылся шипами.

— Он даже действия артефактов копирует? — поразился я.

— Да. Полная копия.

На официальной арене такое невозможно. Ты всегда знаешь все характеристики бойца, против которого выступаешь, а здесь чертова рулетка!

Тем временем Норка, приблизился к Ночи и принял точно такую же позу. Я поразился тому, насколько они похожи. В пылу битвы боюсь, даже не смогу их различить.

«Активируй «Сияющий укус» и схвати его за шею», — велел я.

Теневик бросился в атаку, но Норка снова полностью скопировал его и побежал навстречу, распахнув пасть.

Они столкнулись в центре ринга и закружились, набрасываясь друг на друга. Вначале я еще понимал, какой из монстров мой, но потом совсем запутался, поэтому даже не знал, какой приказ отдать. В конце концов, махнул рукой и велел:

«Делай что хочешь, но победи противника»

Один из теневиков замер, и вдруг наступила полная темнота.

— Эй, что со светом? — послышался грубый голос со стороны зрительских мест.

— Двери хотя бы откройте! На улице светлее, чем здесь.

— У меня спички были, сейчас зажгу… Не горят что-то.

Прошло около минуты, и тьма так же внезапно отступила, как и возникла. Все недоуменно переглядывались, а я уставился на ринг. Один из теневиков был убит, а второй сидел рядом и облизывался, как кошка.

Я не знал, какой из монстров убит, поэтому с замершим сердцем произнес.

«Иди к воротам»

Теневик перестал облизываться, поднялся с места и неспешно двинулся к воротам ринга. Я с облегчением выдохнул и пошел ему навстречу.

В это время поверженный противник стал принимать свой естественный облик. На черном теле не было видно увечий, но когда он стал самим собой, то я увидел, что у него разорвано горло.

— Хорошее свойство. Правда, пропадает быстро, — сказал Гриша.

— О чем ты? — я мельком взглянул на него, прежде чем открыл ворота теневику.

— Про тень. Теневик создал тень. Я насчитал двадцать семь секунд. Говорят, что сильные теневики могут накрывать тенью на три минуты.

Тут я вспомнил о том, что прочитал в энциклопедии генерала. Там было написано, что теневик умеет создавать тень. Но я даже не думал, что это происходит таким образом. Невероятно! Оказывается, я все еще очень мало знаю про своего монстра.

Я вывел Ночь с ринга и повел его к выходу. Гриша пошел рядом.

— Слушай, а ты здесь зачем? Почему не участвуешь в нашем дворце?

— Не могу… Пока не могу, — ответил я, но не стал вдаваться в подробности.

Когда отвел теневика в клетку, попрощался с Гришей и направился обратно к арене, чтобы забрать свой первый выигрыш. Почти у самых дверей столкнулся с Жоржем, который был мрачнее тучи и шел, не разбирая дороги и не обращая внимания на то, что происходит вокруг.

Когда я с ним поравнялся, то схватил за шиворот и потащил за угол.

— Э-э-й, ты чего? Что тебе от меня надо? — он попытался вырваться, но я держал крепко.

Нас провожали любопытные взгляды, но никто не осмелился вмешаться. Я затащил его за угол и с силой впечатал о стену арены.

— Что вам надо от меня? Чего вы хотите? У меня нет денег! — взвизгнул он и пытался оттолкнуть меня. Но сильный удар по корпусу заставил заткнуться и притихнуть.

— Ты меня обманул. Мы о чем договаривались, а?

— Сохранить жизни бойцам. Но это вы убили моего монстра! — возмутился он.

— Я велел отступить, а ты воспользовался этим. Ты меня обманул, а я такого не прощаю.

В это время он попытался пнуть меня, но я ушел в сторону и ударил со всего размаху по левой скуле. Кожа на его лице лопнула и потекла кровь.

Жорж упал на землю. Одной рукой он схватился за щеку, а вторую поднял и направил на меня. Прямо из ладони вырвался огненный шар и полетел на меня. Я тут же сформировал защитное поле и в ответ бросил ледяным копьем. Две противоположные стихии столкнулись друг с другом, раздался хлопок и во все стороны хлынул густой пар.

В это время Жорж снова приготовился атаковать, но я не стал дожидаться очередного огненного шара. Подбежав, с силой ударил по виску, отчего он охнул и повалился на землю без сознания.

Удостоверившись в том, что он жив, я развернулся и направился на арену.

Граф Толстой стоял возле киоска и разговаривал с одним из зрителей.

— А вот и Лорд, — кивнул он на меня.

Мужчина развернулся и протянул мне руку.

— Оказывается, я единственный, кто успел поставить на вас до начала сражения. Благодаря вам я разбогател на несколько сотен.

Я пожал его руку.

— Рад за вас. Я бы тоже хотел получить свой выигрыш, — последнюю фразу я произнес, повернувшись к так называемому графу.

— Выигрыш вы обязательно получите, но сначала послушайте предложение этого господина.

Я вопросительно посмотрел на мужчину, и тот принялся объяснять.

— Дело в том, что мой работодатель коллекционирует монстров. У него их уже больше тридцати различных видов. Я нарочно посещаю такие заведения в поисках чего-нибудь необычного. Вот сегодня увидел вашего теневика. Такого экземпляра нет в коллекции, поэтому я готов предложить за него хорошие деньги. Что скажете?

— Хорошие деньги — это сколько?

Мужчина повернулся к организатору и тот поспешил ретироваться.

Когда мы остались одни, он понизил голос и произнес:

— Предлагаю триста тысяч за вашего монстра. Расчет возможет как наличными, так и на банковский счет.

— Триста? — поразился я.

В первый раз мне предлагают такие большие деньги, притом за монстра, которого я даже не покупал. Это было очень выгодное предложение. На эти деньги я мог купить сильного монстра на легальном невольничьем рынке, а не участвовать на теневой арене без возможности заявить о себе и участия на соревнованиях.

— Я не тороплю. Подумайте о моем предложении. Давайте встретимся здесь через неделю и все обсудим, — предложил он мне.

— Это очень выгодное предложение, но вынужден отказаться.

— Подумайте, и встретимся через неделю, — настойчиво проговорил мужчина.

— Нет, я не буду продавать теневика, — твердо заявил я.

Лицо мужчины исказилось гневом.

— Такому человеку, как мой работодатель, не отказывают. Он все равно найдет способ заполучить теневика. Возможно, даже без вашего согласия.

— Мой теневик останется при мне, — холодно ответил я, прошел мимо него к киоску и грубо задел плечом.

Мужчина что-то зло процедил между зубами, но я не расслышал и не стал переспрашивать.

Когда зашел в киоск, граф уже ждал меня со стопками наличных денег.

— Теневик — отменный боец, поэтому в следующий раз вы сможете больше заработать, но и сегодня я намерен поблагодарить вас за необычный бой. Правда, в тени вашего теневика мы ничего не увидели, но даже это было очень необычно.

— Благодарю, — кивнул я и не стал уточнять, что сам не ожидал такого поворота сражения.

Я пересчитал деньги, и оказалось, что они оценили наше сражение в семь тысяч рублей. Я еще никогда не зарабатывал на сражении столько денег. Учитывая, что моя зарплата была всего четыреста рублей, то для меня это действительно были большие деньги. Правда, никто не гарантировал, что я буду выигрывать каждый раз, поэтому предложение в триста тысяч вновь возникло в моей голове.

А что, если продать теневика? Таким образом, я избавлюсь от незарегистрированного монстра, поэтому мне больше не надо будет скрывать его.

Нет. Я не хочу продавать своего бойца. Если этот влиятельный человек не смог достать теневика на рынках, значит, его не так-то уж легко найти и, возможно, у меня больше никогда не будет такого необычного монстра.

Я забрал деньги и уже, когда открыл дверь, чтобы выйти из киоска, вспомнил о пропуске, которого у меня никогда не было.

— Вы можете сделать мне новый пропуск. Свой посеял куда-то, — как бы между прочим сказал я.

— Конечно. Только принесите фотографию. Кстати, напомните, кто вас привел? — подозрительно прищурился он.

Этот вопрос застал меня врасплох. Я ему уже говорил, что от Богдана, но ответ был неправильным. Тогда толстяк подсказал прозвище Богдана, но я не запомнил. Кажется, Витязь, но я не был уверен.

— Какая разница, от кого я пришел, если уже здесь? — холодно спросил я.

— Это обязательная процедура. Вы же сами знаете, что с улицы к нам никто не приходит и ответственность за вас будет нести тот, кто привел сюда. Все-таки за нами гоняются законники всей империи, поэтому осторожность превыше всего.

Я видел, как граф Толстой напрягся и убрал правую руку куда-то под стол.

— Меня привел Витязь. Знаете такого? Сражается с глотаром, — у меня не было выбора, поэтому решил рискнуть.

— А-а, Витязь, — тут же расслабился он и поднял руку на стол. — Точно! Вы же мне уже говорили. Совсем запамятовал.

В это время дверь распахнулась и появился встревоженный охранник. Он покосился на меня и махнул Толстому.

— Я подготовлю ваш пропуск, только не забудьте принести фотографию, — напомнил он.

Попрощавшись, я вышел на улицу и подошел к своему пикапу. Теневик лежал на полу клетки и смотрел на меня своими голубыми глазами.

Я завел двигатель и медленно поехал по узкой проселочной дороге, которая использовалась для вывоза сена с лугов, которых здесь было огромное количество. За мной следом потянулись еще две машины.

Я не знал, до скольки работает эта арена, поэтому решил, что это просто зрители, которые едут по домам, ведь прицепов у них не было.

Выехав на трассу, я ускорился, но тут те две машины, что ехали сзади, взревев движками, промчались мимо меня. Я успел подумать о том, что так недолго и до аварии, когда недоуменно уставился перед собой и замедлился.

Две машины стояли поперек дороги, закрывая проезд.

— Чего они добиваются? — тихо проговорил я, но даже не думал останавливаться, а съехал на обочину, желая проехать мимо, но тут в лобовое стекло прилетела пуля.

Проделав идеально ровное отверстие в окне, она пролетела возле моей головы и застряла в заднем сиденье.

— Что за…

В это время еще две пули устремились к машине. Одна из них поразила левое колесо, а вторая прошила приборную панель. Пикап заглох, а я накрылся защитным куполом, выскочил на улицу и решительно зашагал в сторону машин.

Зря они меня разозлили. Очень зря.

Глава 14

Четверо мужчин прятались за своими машинами и стреляли в меня из пистолетов. Они наверняка видели, что пули отскакивают от защитного поля, но никто из них и не думал прекращать стрелять. Таким образом они пытались пробить мою защиту, которая и так была недостаточно сильна, ведь все свободное время я занимался монстрами, а не совершенствованием своего тела и магических умений.

Сформировав несколько разрушающих сфер, я бросил в них, но тут на мое удивление они ударились о невидимую преграду. Среди них был маг.

Я понимал, что, когда пропадет защитное поле, мне придется несладко, отбиваясь от четырех вооруженных бандитов, поэтому ускорился и буквально влетел на одну из машин и, прицелившись, бросил ледяное копье в мужчину, которого видел на арене среди зрителей.

Копье не пролетело и полуметра, застряв в защите, которую явно кто-то удерживал. Все это время в меня продолжали лететь пули, поэтому я решил действовать по-другому.

Спрыгнув с капота, я отбежал назад к пикапу, затем запустил ледяное копье в один из бензобаков. Острие копья легко пробило металл, и бензин струей потек на землю.

— Стой! Не надо! — закричал один из бандитов, сообразив, что я собираюсь делать.

— Вы первые начали, — спокойным голосом ответил я и запустил в образовавшуюся брешь разрушительную сферу.

Пламя взметнулось вверх, и уже через несколько секунд прозвучал взрыв. Я успел подбежать к прицепу и закрыть защитным полем теневика, который встревоженно метался по клетке.

Сквозь черный столб дыма я увидел, как носятся бандиты. Похоже, их спасло защитное поле, которым они были закрыты.

Я забрался в машину, но завести не смог. Пули изрядно изрешетили пикап, поэтому он даже не заводился. К тому же нужно было покончить с бандитами, которые снова заняли удобные позиции и принялись стрелять.

Я не мог отойти от теневика, боясь, что его заденут пули, поэтому не осталось другого выхода, кроме как выпустить его из клетки и позвать с собой.

Он будто понимал, что происходит, поэтому не отходил от меня ни на шаг. Вдвоем мы быстро добрались до леса, где среди деревьев прятались бандиты. Они разошлись далеко друг от друга, поэтому наверняка кто-то остался без защиты. Я запустил в каждого по сфере и вскоре выяснил, кто остался без защитного поля и отправил в него целую тучу ледяных шипов.

Послышался крик боли, и бандит ломанулся вглубь леса в надежде спастись от острых шипов, которые вонзались в его тело.

Пока был занят заклинаниями, даже не заметил, что теневик пропал.

«Иди ко мне!» — велел я, и в это время очередная пуля пробила защиту и пролетела в паре сантиметров от моей шеи.

Я бросился в лес, чтобы не быть легкой мишенью, и снова атаковал разрушительными сферами бандитов, которые на этот раз были все закрыты куполом. Однако он так же, как и мой, не смог бы долго сдерживать натиск, поэтому я, перебегая с места на место, не прекращал атаковать.

Теневика между тем нигде не было видно. Я уже подумал, что им удалось его как-то схватить, но тут услышал беспорядочную стрельбу в противоположной стороне от меня, которая скоро прекратилась.

— Серый, ты чего?! — прокричал один из бандитов в паре десятков метров от меня.

Ответа не последовало. Я решил воспользоваться затишьем и тем, что, скорее всего, они потеряли меня из виду, поэтому, стараясь не шуметь, направился к бандиту, который был ближе всего ко мне.

Но, когда почти добрался до него, то увидел, как что-то черное промелькнуло между деревьями, и по лесу разнесся душераздирающий крик. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы добраться до него, однако на примятой траве осталась лишь лужа крови.

«Иди ко мне!» — вновь повторил я оглядываясь.

Это мог быть только теневик, но куда он подевал бандита и почему не возвращается?

Между тем в живых остался лишь один из нападавших, но его нигде не видно было. Перебегая от дерева к дереву, я обошел всю округу, но так и не обнаружил бандита. Однако вскоре откуда-то из глубины леса донесся пронзительный крик.

Я прислушался, но больше ничего не услышал.

Между тем огонь полыхающей машины уже уменьшился, и я решил посмотреть на вторую. Как оказалось, она осталась почти невредима, и даже ключи остались в зажигании. Я решил добраться на ней до города и обратиться в ближайшее полицейское управление. Однако оставить теневика здесь я не мог, поэтому пошел на его поиски.

К счастью, долго искать не пришлось. Едва я снова позвал монстра, как он выскочил из леса и побежал ко мне.

Я сначала хотел наказать его за непослушание, но потом махнул рукой и просто погладил по голове и отвел к клетке.

Зацепив прицеп с клеткой к машине бандитов, я понял, что не могу вместе с ним подъехать к полиции, поэтому решил сначала отвезти его домой, а уже потом оповестить о том, что случилось.

***

К дому подъехал только утром. Уже никто не спал, поэтому дед и Митя поспешили мне навстречу, увидев из окна.

— Это еще что за машина? Опять новая? Откуда ты ее взял? — засыпал вопросами дед.

— Потом расскажу. Сначала Теневика заведу в амбар.

Я не стал завозить прицеп во двор, а выпустил монстра прямо на дорогу и позвал за собой. Боец послушно пошел рядом.

Дед сгорал от нетерпения узнать, как прошел бой на теневой арене и на чьей машине я приехал, но он понимал, что есть вещи, о которых нашей прислуге лучше не знать. Они, как и любые подчиненные, очень любят обсуждать жизнь своих хозяев и быстро разнесут новости по соседям.

— Митя, накорми и напои теневика, — велел я и устало поплелся к дому.

Парень кивнул, отпустил щенка и поспешил к колодцу, гремя двумя железными ведрами.

Дед ждал меня в гостиной, и как только я зашел в комнату, тут же плотно закрыл за мной дверь.

Я не стал долго мучить его неведением и рассказал о том, что случилось на арене и по дороге.

— Что им нужно от тебя?

— Не знаю. Может, это тот проигравший придурок подсуетился. А, может, тип, который хотел выкупить теневика. Во всяком случае пусть полиция разбирается. Отдохну немного и поеду в управление.

— Езжай сразу к Грише Жукову. Если он в курсе того, что ты участвовал на теневой арене, то лучше обратиться к нему.

— Хорошая идея! Сразу поеду к нему, пусть возьмется за это дело, пока к расследованию не приступила петербургская полиция.

Между тем кухарка уже накрыла на стол, и мы с дедом прошли в столовую. Валера предложил налить чего-нибудь покрепче после бессонной ночи, но я отказался, хотя очень хотелось.

Гриши в управлении не было, поэтому я поехал к нему домой. Он жил в двухквартирном деревянном доме на окраине города. Его семья не принадлежала к аристократии, поэтому он потратил много сил и времени, чтобы получить достойное образование и занять место в полицейском управлении.

На долгий стук из-за двери послышался его сонный голос.

— Кто?

— Гриша, это Дима Державин. Мне нужно с тобой поговорить.

Послышался щелчок и показалось опухшее от сна лицо Гриши. Он огляделся, будто высматривал кого-то и кивнул.

— Заходи и запри за собой дверь… У меня много недоброжелателей.

Первое, что я увидел — это запустение, будто в доме никто не жил. Из мебели была только одноместная кровать, небольшой стол в углу и пару табуреток.

Вещи висели на гвоздях или лежали стопками на подоконниках.

Гриша перехватил мой удивленный взгляд и горестно вздохнул:

— Я все поставил на победу Грома. Победа на соревнованиях окупила бы мне все расходы. Черт дернул меня связаться с…

Он не стал договаривать, но и так было ясно, кого он имеет в виду.

— Зачем пришел? — он подошел к бочку, стоящему на полу, зачерпнул воду ковшом и с шумом отпил.

— На меня напали.

— Кто? Когда? — он чуть не поперхнулся.

— По пути домой. Мой расстрелянный пикап остался на обочине.

— Ты знаешь, кто это может быть? — насторожился он.

— Нет, но у меня есть несколько предположений. К тому же я приехал на одной из машин бандитов.

Гриша выглянул в окно и кивнул.

— Собирайся. Поехали в управлении. По номеру быстро выйдем на одного из нападавших, а там уже всех раскрутим.

Он быстро оделся, и мы вышли на улицу. Гриша сел в свой старенький автомобиль, а я покатил на машине бандитов.

До самого обеда я просидел в полицейском управлении. Гриша поднял все связи и быстро выяснил, кому принадлежит автомобиль. Затем отправил подчиненных к месту происшествия, а потом и поехал сам, велев мне возвращаться домой и никуда не уезжать, на тот случай, если ему вдруг что-нибудь понадобится.

Я вернулся домой и совершенно без сил рухнул на кровать. Проспал до самого вечера и проснулся разбитым. Как оказалось, пока я спал приезжал Гриша, но не стал меня будить, а попросил подъехать завтра в управление.

После сытного ужина я вышел на улицу и подошел к амбару. С тех пор как убили булдора, Митя постоянно запирал амбар на замок и вешал ключ на гвоздь на кухне. Я не стал заходить за ключом, а только посмотрел в щель, но в полутьме теневика было нереально увидеть. После нападения на дороге я боялся, что снова придут бандиты и просто убьют монстра или каким-то образом похитят его, поэтому решил устроить дежурство.

Вызвав Валеру и Митю в гостиную, я сел напротив и положил перед собой отцовское охотничье ружье. Они испуганно посмотрели сначала на него, затем перевели настороженные взгляды на меня.

— Мы в чем-то провинились? — еле слышно спросил Валера и вновь покосился на ружье.

— Нет, конечно! Ты что про меня подумал? — возмутился я.

— Просто вы, Дмитрий Иванович, такой суровый и ружье опять же… Я подумал, что мы в чем-то провинились, — виновато проговорил он и неловко усмехнулся.

Митя энергично закивал, соглашаясь с ним. Я же продолжительно выдохнул и принялся объяснять:

— Я хочу сохранить теневика, поэтому мы с вами по очереди будем дежурить. В течение дня все снуют по двору, поэтому охранять не надо, но ночью монстр без присмотра. С сегодняшнего дня мы с вами по очереди будем дежурить. Каждый по два часа. Я начну, потом разбужу Митю, — я перевел взгляд на дворового работника. — А он через два часа разбудит тебя, — я посмотрел на Валеру. — Дежурство будет начинаться в одиннадцать вечера и продолжаться до пяти утра. В пять часов Клавдия и дед уже не спят, поэтому они присмотрят. Все ясно?

Митя и Валера переглянулись, с облегчением выдохнули и согласились. Я не стал рассказывать о том, что случилось по дороге от теневой арены, чтобы не пугать их, но тщательно проинструктировал, что делать, если заметят что-то подозрительное.

Во-первых, стрелять запрещено. Ружье будет заряжено, но воспользоваться им можно будет только в крайнем случае, когда есть угроза жизни и здоровью.

Во-вторых, при малейшем подозрении нужно разбудить меня. Все решения буду принимать только я.

В-третьих, лучше не бродить по двору, привлекая к себе внимание, а сидеть в предбаннике или в дровянике и следить за обстановкой оттуда. Благо эти строения располагаются неподалеку от амбара, и оттуда все будет видно и слышно.

Повторив все мои наставления, Митя и Валера разошлись по своим делам, а я зарядил ружье, повесил его на плечо и вышел во двор.

— Дмитрий Иванович, вы что же, на ночь глядя на охоту собрались? — спросила Клавдия, устало бредущая от сарая с овцами в сторону домика слуг.

— Да, но надеюсь, что никого не поймаю, — ответил я.

Кухарка удивленно посмотрела на меня, но ничего не ответила и, широко зевая, двинулась к одноэтажному дому.

Я прошелся по двору, удостоверился, что замок на амбаре заперт, а не просто висит, и зашел в предбанник, оставив приоткрытой дверь, сквозь щель которой виднелся амбар. Сначала все шло хорошо, я даже помечтал о Таисии и о том, как зарегистрирую теневика и буду побеждать с ним на соревнованиях, но вскоре глаза начали слипаться.

Я как мог, силился не заснуть: умывался холодной водой, прохаживался по ночному притихшему двору, отмахиваясь от комаров, отжимался на каменной дорожке у дома. Когда до конца дежурства оставалось всего пятнадцать минут, решил снова засесть в предбаннике. Однако едва опустился на скамью и навалился спиной о брусчатую стену, как веки отяжелели и сон сморил меня. Проснулся я от странного звука.

Глава 15

Прислушавшись, я понял, что звук идет со стороны амбара. Приоткрыв дверь, выглянул на улицу и увидел, как две черные фигуры возятся возле двери амбара. Выставив перед собой ружье, я медленно вышел из предбанника и прицелившись в одного из них, проговорил:

— Руки за голову! — прокричал я.

Те резко развернулись и в меня полетел… трезубец. Я вмиг закрылся защитным куполом и выстрелил одному в ногу. Прозвучал оглушительный выстрел, но пуля застряла в их защитном поле, которое по мерцанию напоминало то, что было у бандитов, напавших на меня на дороге.

Лица мужчин были закрыты черными масками, но трезубец выдал одного из них.

— Рузанов, что ты снова удумал? Хочешь еще одного моего бойца убить? — прокричал я.

Мужчины переглянулись, и один из них стянул с лица маску. Как и я думал, это был Артем Рузанов. Вряд ли у кого-нибудь еще имеется такая магия, как искрящийся позолотой трезубец.

— Убери ружье, Державин. Все равно не сможешь пробить мою защиту, — нагло усмехнулся он.

— Какого хрена ты здесь делаешь? — зло спросил я.

— Не твое дело, — огрызнулся он.

— Нет, никуда ты не уйдешь. Я так полагаю, это твоих людей мой теневик положил. Пришел мстить?

Рузанов недоуменно посмотрел на меня.

— Каких еще людей? Я никого не подсылал.

Теперь пришел мой черед удивляться.

— Тогда что ты здесь делаешь?

— Прошел слух, что у тебя новый монстр. Ты должен отплатить мне за дыру в плече, которая до сих пор болит.

— Рузанов, ты в своем уме? Ты пострадал от своего трезубца. Я здесь ни при чем.

— Как это ни при чем, если я в тебя стрелял, а попал в себя. Ты первый начал! Ты убил моего монстра! Ты хоть знаешь, сколько он стоил и как долго я его ждал? Теперь такого бойца ни на одном рынке не найдешь. Отдай мне своего теневика!

Я устало выдохнул. Ну и придурок.

— Иди отсюда, пока я тебя в тюрьму не посадил за порчу имущества и проникновение на чужую территорию.

Рузанов переглянулся со своим соучастником, что-то вполголоса сказал и кивнул:

— Хорошо, но ты мне за все заплатишь. Еще пожалеешь, что встал на пути Рузановых, — пригрозил он, задрал нос и направился в сторону дороги.

— Рузанов, если ты еще раз объявишься или отправишь сюда кого-нибудь, то я больше не буду так великодушен. Лучше держись от меня подальше. Ваша семейка мне изрядно надоела.

Он не стал ничего отвечать, а пнул ведра, забытые Митей, и вышел за ворота. Вот ведь придурок!

Удостоверившись, что они уехали, я подошел к дому прислуги и постучал в окно Мити. Тот выглянул, увидел меня и, кивнув, выбежал на улицу, грохоча своими тяжелыми сапогами.

— Я не спал. Ждал, когда вы меня позовете.

— Как это не спал? Теперь же будешь носом клевать, — возмутился я.

Потом до меня дошло, что в этом я виноват, так как не объяснил, как действовать. Все-таки Митя в свои восемнадцать мало чем умственно отличался от семилетнего ребенка.

— Если что-то подозрительное увидишь или услышишь, сразу буди меня. Сам ничего не делай. Понял? — строго сказал я.

Митя энергично закивал головой. Я зарядил и отдал ему ружье. Парень повесил его на плечо, приставил руку ко лбу и, чеканя шаг, направился к амбару.

Я зашел в дом и поднялся в свою комнату. Выглянув из окна, увидел, как Митя засел в дровянике, выставив дуло ружья в щель между досками. Надеюсь, он никого не пристрелит.

Уже засыпая, я подумал о том, что надо было навалять Рузанову, чтобы он больше не смел и близко подходить ни к усадьбе, ни к моему монстру.

Казалось, я только закрыл глаза, как почувствовал толчок в плечо и услышал торопливый шепот:

— Дмитрий Иванович, там кто-то есть.

С трудом продрав глаза, я поднял голову и хрипло спросил:

— Где?

— Там, за амбаром. Шебуршит кто-то, — Митя был встревожен.

— Может, мышь? — предположил я, мечтая снова окунуться в сон.

— Нет-нет. Я знаю, как мыши шебуршат. Там точно не мышь. А если и мышь, то размером с корову.

Я нехотя поднялся, натянул штаны, засунул ноги в старые стоптанные тапочки и двинулся к лестнице.

— Ружье, ружье возьмите! — Митя побежал за мной следом.

Мы спустились на первый этаж и вышли на улицу. Сначала я ничего не услышал, но потом различил какую-то возню, доносящуюся из-за амбара. Митя был прав, столько шуму мыши не наделают.

— Стой здесь, — шепотом велел я, забрал у него ружье и на полусогнутых побежал к амбару.

В мягких домашних тапочках было совсем неслышно шагов, поэтому я благополучно добрался до амбара, прижался спиной к стене и заглянул на угол. В темноте мелькал светлый круг от фонаря. Два человека в черном выпиливали доски, сразу за которыми находилась клетка теневика.

— Рузанов, перестань испытывать мое терпение! — выкрикнул я и выстрелил в ногу одному из мужчин.

Тот вскричал от боли и упал на землю. Второй развернулся и довольно резво побежал в сторону леса.

— Стоять!

Ему вслед я отправил большой ледяной снежок. Снежок угодил как раз по затылку, и мужчина, охнув, повалился на землю.

Я подошел к первому, который катался по земле и стонал от боли, схватил за темную куртку и потащил к кругу света от фонаря, который висел у задней двери.

— Я же предупреждал, чтобы вы больше не возвращались.

Мужчина ничего не ответил, продолжая стонать от боли. Когда свет упал на его лицо, я с удивлением обнаружил, что вижу его в первый раз.

— Митя, скрути этому руки, а я за вторым пойду!

Парень забежал в дом и уже через пару секунд появился с мотком толстой веревки. Пока он обматывал первого, я поспешил за вторым. Тот лежал без сознания. Я нащупал огромную шишку на его затылке, а также обратил внимание на длинные волосы, которые явно не могли принадлежать Рузанову.

Когда подтащил его за ноги к дому, то удостоверился, что он не Рузанов.

— Кто вы такие? — спросил я у раненного, которому Митя догадался перевязать рану и остановить кровь.

Мужчина исподлобья посмотрел на меня, но отвечать не стал. Пришлось применить силу. После двух ударов по лицу и пинка по раненой ноге, он заговорил:

— Нас наняли украсть монстра.

— Кто?

— Не знаю. Имен мы не спрашиваем.

— Куда вы должны отвезти монстра?

— Адрес в кармане, — кивнул он на левый нагрудный карман. — Сказали оставить в клетке и уезжать. Дальше — их дело.

Я наклонился, вытащил из его кармана клочок бумаги и взглянул на запись. Судя по ней, монстра следовало отвезти в гараж номер три во втором ряду гаражного общества.

— Как вы намеревались заставить теневика следовать за вами? Ведь вдвоем вы его наверняка не смогли бы дотащить до машины.

— Жезлами.

Я вспомнил, как что-то сверкнуло на земле у амбара, когда я рванул за вторым бандитом. Велев Мите проверить за амбаром, я загрузил обоих мужчин в машину генерала, которую без спросу вывел со двора.

— Вот они! — Митя принес и протянул мне жезлы.

Я положил их в багажник и поехал к полицейскому управлению. Там я подробно объяснил дежурному, что случилось, и передал жезлы, которые наверняка были краденные, так как их можно было купить только официальным работникам рынков и арен, а также владельцам зарегистрированных монстров. Никто не будет отдавать свой жезл с уникальным номером на рукояти, чтобы с помощью него провернули такое темное дельце, как кража монстра. Хотя, вероятно эти жезлы принадлежали бандитам, которые могли также работать где-то, а не только воровать чужим бойцов.

Дежурный следователь все подробно записал и сказал, что свяжется со мной, как только выяснит заказчика. К полудню должен подъехать штатный менталист, который пороется в их мозгах и, возможно, сможет узнать подробности. Я сказал, что сам являюсь менталистом и могу посмотреть, но следователь запретил.

Заверив, что я не буду предпринимать никаких самостоятельных шагов, я вышел из управления и поехал сразу к гаражам, куда должны были отвезти моего монстра. Я намеревался сам найти заказчика и проучить его так, как не сможет ни один суд. Так как кража не состоялась, значит, ничего ему не сделают.

Я остановился за трансформаторной будкой, находящейся метров за двести от гаража, и побежал вдоль леса, чтобы не привлекать к себе внимание.

На улице было уже совсем светло, поэтому все хорошо просматривалось. Добравшись до первых гаражей, я двинулся вдоль них ко второму ряду, где и находился, судя по записке, гараж, в который должны были доставить моего теневика.

Еще издали я увидел две машины и несколько человек, в нетерпении прохаживающихся по дороге. Они наверняка ждали, когда привезут моего монстра.

Идти к ним по проходу между гаражами было очень рискованно, поэтому я выбрал другой путь, а именно: взобрался на крышу ближайшего гаража и, пригнувшись, двинулся в их сторону. Я старался идти по противоположному краю, чтобы меня не заметили.

Когда добрался до них, то прижался к чьей-то крыше, покрытой не строганой доской.

— А если они нас кинули? Говорил же самим надо было ехать, — зло выругался один из тех, кто стоял возле нужного гаража.

— Нет, эти бы не кинули. Тем более я им только половину денег отдал. Может их поймали? Тогда нам лучше сваливать отсюда, пока…

— Поздно! — я поднялся на ноги и встал над ними.

Окинув взглядом недоуменно переглядывающихся мужчин, я понял, что никого из них не знаю. Правда, двое мне показались знакомыми, видел их в городе, но лично не был знаком.

— Кто вас подослал ко мне? — спросил я, предварительно закрывшись защитным куполом.

— Вы о чем? Мы здесь друга ждем, — ответил один из них и сделал еле различимый жест остальным. — Но сейчас уже уезжаем.

— Вот это вряд ли, — усмехнулся я, сформировал целую дюжину ледяных копий и отправил на их машины.

Некоторые копья пробили колеса, некоторые разбили лобовые стекла, но большинство оставили только вмятины на кузове.

Судя по испуганным лицам мужчин, было понятно, что они явно не маги. Однако некоторые полезли за пазуху, поэтому пришлось намекнуть им, что со мной лучше не шутить.

Разрушительная сфера сорвалась с моей ладони и с громким хлопком ударилось о стену прямо над их головами.

Мужчины испуганно отпрянули и пригнулись.

— Кто вас подослал? Кому вы должны отвезти моего теневика? — грозно спросил я и сформировал еще одну сферу.

Никто не торопился с ответом, надеясь друг на друга, поэтому я выбрал ближайшего ко мне и ткнул пальцем.

— Говори ты!

— Мы работаем на молокозаводе на Вадима Ивановича Голышева. Он сказал, нам забрать отсюда монстра и отвезти в его зверинец.

— Голышев?! — воскликнул я.

Это был тот самый Голышев — владелец молокозавода, в дом которого забрались бандиты, а в соседнем дворе в подвале я нашел монстра. А может этот монстр принадлежал Голышеву? Тогда это много объясняет.

— Где находится его зверинец?

— Прямо на территории завода. В самой дальней ее части за очистными сооружениями. Кого там только нет: косули, медведи, страусы, даже слон небольшой имеется, — разговорился мужчина.

— А монстры?

— И монстры, конечно же, — закивал он. — Но только они отделены от зверей. Говорят, что звери их чувствуют и живут в постоянном страхе. А от этого у них и шерсть сыплется, и аппетита нет. Да и потомства не дождешься.

«Уж не тот ли Голышев коллекционер монстров, про которого говорил мужчина на теневой арене?»

Я спрыгнул с крыши гаража и велел мужчинам идти вперед, но они запротестовали:

— Куда? Зачем?

— Мы ничего плохого не сделали!

— Мы всего лишь наемные работники. Что нам сказали делать, то мы и делаем, — пробубнил мужчина, у которого за пазухой явно был пистолет. Он постоянно пытался незаметно его достать, но я не спускал с него настороженного взгляда.

— Вы не просто работники, а соучастники преступления. В полицейском управлении вы расскажете о Голышеве все, что он вам приказал делать. А теперь вытаскивайте и бросайте оружие на землю!

Друг за другом на землю попадали жезлы.

— Чьи они?

— Вадим Иванович выдал.

До полицейского управления было двадцать минут ходьбы, поэтому я решил просто отвести мужчин к следователю, и пусть он дальше сам с ними разбирается. Один из них хотел сбежать, но я запустил ему в спину несколько ледяных снежков, которые хоть и не ломали кости, но оставляли сильные болезненные ушибы.

После этого никто не осмеливался бежать, и все безропотно дошли до управления. По пути в управление я поговорил с ними и понял, что никакие они не бандиты, в отличие от тех, кто пришел к амбару, а обычные работники: водители, грузчики и даже один из них инженер.

Следователь очень удивился, увидев меня и пятерых мужчин, которые выглядели, как провинившиеся ученики. Он выслушал меня, обещал во всем разобраться и попросил больше не встревать в расследование.

Я, конечно же, обещал, что ничего не буду делать. Но, когда добрался до машины генерала, то сразу же поехал к Голышеву. Было еще раннее утро, поэтому он наверняка еще дома. Я понимал, что с такими людьми, как Голышев, нужно быть очень осторожным, ведь он был не только одним из самых богатых людей нашего городка, но и аристократом, а, значит, магом. Но я также прекрасно осознавал, что он может выйти сухим из воды благодаря своим связям, а я больше не намерен никому ничего прощать.

Глава 16

Когда добрался до дома, в котором когда-то обезвредил бандитов, то на секунду засомневался в том, что намеревался сделать. Однако еще раз все обдумав и взвесив, понял, что это будет лучшим решением.

Припарковавшись прямо возле ворот, я вышел из машины и подошел к калитке. Возле закрытой железной двери, которую поставили уже после нападения, на столбе забора находилась красная кнопка звонка. Недолго думая, я нажал на кнопку и из дома донесся мелодичный звонок.

Тут же послышались чьи-то шаги, и настороженный старческий голос спросил:

— Слушаю вас. Чего хотели?

— Меня зовут Дмитрий Державин. Я бы хотел поговорить с Вадимом Ивановичем.

— Так рано? Может, подойдете ближе к обеду? Боюсь, Вадим Иванович только встал и еще не готов принимать просителей.

— Никакой я не проситель, — возмутился я и пригрозил. — Немедленно доложите о моем приходе, иначе мне придется это сделать самому.

Старик еще что-то пробурчал, но зашаркал в сторону дома. Как я и думал, обратно он вылетел стрелой, распахнул передо мной дверь и низко поклонившись, виновато проговорил:

— Прошу простить старика. Не подумавши, ответил вам. Вадим Иванович сказал, что для вас двери нашего дома всегда открыты. Уж извините, что повел себя так неразумно. Стар я стал и глуп.

Последнюю фразу ему наверняка сказал его хозяин, который в отличие от своих слуг запомнил имя человека, спасшего его дом от грабежа.

Я не стал сердиться на старого слугу, который лишь исполнял свои обязанности, поэтому молча прошел мимо и зашел в дом. Сам хозяин дома — Вадим Иванович уже встречал меня на пороге.

— А-а-а, Дмитрий! Проходите-проходите! Я вам всегда рад, — он расплылся в улыбке и протянул мне свою большую крепкую руку, однако его взгляд оставался холодным.

Вообще, он был довольно крупным мужчиной с суровым серьезным лицом, по которому было видно, что ему приходилось принимать множество серьезных решений и нести большую ответственность. По-другому и быть не могло, ведь он владелец одного из самых крупных заводов в нашем регионе и поставлял продукцию не только на прилавки магазинов, но и на императорский двор.

— Здравствуйте, Вадим Иванович, — я пожал протянутую руку. — Мне нужно с вами поговорить.

Я взглянул на слуг, который выстроились за ним, ожидая приказаний. Голышев сразу все понял и поманил меня за собой.

— Пройдемте в кабинет. Там нам никто не помешает, и никто ничего лишнего не услышит.

Я кивнул и последовал за ним. Кабинет, как я и предполагал, был гордостью своего хозяина: дорогая мебель из темной древесины, картины в позолоченных рамах, статуэтки, восточные вазы, мягкий шерстяной ковер и целая стена, увешенная оружием.

— Прошу, присаживайтесь, — он указал на кресло напротив его письменного стола.

Опустившись в мягкий кожаный диван, я почувствовал себя так, будто лег на перину. Не удивлюсь, если наполнение диванов состоит из какой-то особой шерсти.

Голышев опустился на свое кресло с высокой спинкой, оперся локтями о стол, сцепил пальцы и внимательно посмотрел на меня своими светло-зелеными глазами.

— Что вас привело ко мне? Судя по времени, дело не требует отлагательств.

— Так и есть. Я бы не хотел откладывать этот разговор, поэтому пришел сразу, как только узнал обо всем.

Вадим Иванович, прищурившись, поддался вперед, показывая всем видом, что он весь внимание.

— Слушаю.

— Вам знаком этот адрес? — я вытащил из кармана клочок бумаги, на котором был написан адрес гаража, к которому должны были привезти теневика.

Когда он взглянул на надпись, то невольно поморщился, будто съел что-то кислое.

— Да, знаком. И что? — он перевернул бумажку, чтобы удостовериться, что на той стороне ничего не написано, и положил ее на место. — Это один из моих гаражей.

— Я знаю, что он принадлежит вам, поэтому и пришел сюда. Дело в том, что этой ночью пытались украсть моего бойца. Я поймал похитителей и передал их полиции. У одного из них в кармане был адрес гаража, к которому они должны были доставить моего теневика. Там я вышел на работников вашего завода, которые ждали, когда бандиты доставят к ним монстра, и те, в свою очередь, отвезут его в ваш зверинец.

Я замолчал и пристально уставился на Голышева, но его лицо оставалось невозмутимым. Он будто не слышал всего того, что я только что сказал.

— Ваших работников я тоже отвел в полицейское управление, в котором с ними побеседует не только следователь, но и менталист.

На этот раз Голышев раздражительно выдохнул, откинулся на спинку кресла и принялся мять подбородок.

Я не сводил с него взгляда, ожидая от него хоть каких-то слов. Через пару минут он снова вздохнул и упавшим голосом произнес.

— Так это ваш теневик. Я не знал… Ко мне приходил мой помощник, который занимается поиском необходимых экземпляров. Он сказал, что нашел теневика и спросил, нужен ли он мне или нет. Я, конечно же, сказал, что нужен. Такого редкого и ценного экземпляра не хотелось упускать. Правда, кому принадлежит этот монстр, я не уточнил и просто велел доставить его ко мне.

— То есть вы хотите сказать, что не знали, кому принадлежит теневик, но разрешили нападать с применением оружия?

— Про нападение я ничего не знаю. Помощник спросил только про возможность кражи, на что я дал «добро», — развел он руками. — Но повторюсь, что я не знал о том, что теневик принадлежит вам.

— Вы хотите сказать, что ваш так называемый помощник всегда ездит с вооруженными людьми, которые готовы наброситься на любого, на кого им укажут? — в моем голосе послышались металлические нотки.

Взгляд Голышева стал тяжелым, а поджатые губы говорили о том, что он зол. Только на кого: на меня или своего помощника?

— Я не в курсе того, что произошло на дороге. Помощник сам принял это решение без моего ведома, — сухо ответил он.

— А откуда вы знаете, что они напали на дороге? Я об этом не говорил.

Я не сводил с него взгляда, размерено постукивая пальцем по подлокотнику. Голышев напрягся. Его кулаки непроизвольно сжались и на скулах заиграли желваки. Мы буравили друг друга глазами.

— Зачем вы пришли? Хотите компенсацию за моральный вред? — наконец выдавил он.

— Нет, деньги мне ваши не нужны.

— Тогда, что? — удивился он.

Я сделал вид, будто задумался, хотя на самом деле уже все решил. Мне нужно было, чтобы он признался в содеянном полиции. Если его признают виновным, то можно настоять на том, чтобы с его воспоминаниями поработал менталист. Мне кое-что нужно было выяснить.

— Вы должны добровольно явиться в управу и сознаться в содеянном. Я знаю, что вы все делали через своего помощника, поэтому делаете вид, что вы здесь ни при чем, и все сваливаете на него, но я думаю, что будет справедливо, если…

— Вы правы, — перебил он меня и криво усмехнулся. — Я не при делах. О том, что творил мой помощник, мне неведомо. Он всего лишь доложил мне о теневике, и я предложил выкупить его. О том, чтобы нападать на хозяина монстра, речи не было и не могло быть.

— Хм, я думал, что с вами можно договориться по-хорошему, но вижу, что придется действовать силовыми методами. Хотите вы того или нет, но вам придется сознаться в…

Договорить я снова не успел, так как в меня полетела сфера, искрящаяся зеленым светом.

Защитное поле среагировало за доли секунды от удара и спасло меня от ядовитой сферы, которая при попадании приводит к тому, что разъедает кожу, и человек умирает в жутких муках.

— Ну что ж вы так? Вроде приличный человек, а без предупреждения используете такую опасную магию, — я покачал головой.

— Убирайся отсюда, гаденыш! — от добродушного хозяина не осталось и следа. Его лицо исказилось гневом, а в глазах полыхала ярость.

— Зачем же так грубо? Давайте еще раз попробуем договориться? — я говорил спокойно и даже улыбнулся уголками губ.

— Ни о чем я не буду с тобой договариваться. Никто не смеет меня шантажировать. Тем более такое убожество, как ты! Твой дед кичится тем, что вы из древнего рода. Но что толку от древнего рода, если вы — нищета. Ваша убогая усадьба скоро рухнет вам на головы. Вы даже не в состоянии сделать ремонт, не говоря уж о том, чтобы построить новый дом.

Он знал, на что давить, но я не был настоящим Державиным, поэтому меня это не так сильно трогало, хотя было неприятно.

Я хотел вразумить его без применения насилия, но, когда в меня снова полетели сферы, понял, что придется заставить идти в полицию.

Вскочив, я спрятался за кресло, чтобы поберечь защитный купол, и отправил друг за другом сначала рой ледяных шипов, затем несколько разрушительных сфер.

— Ты думаешь, что сможешь пробить мою защиту? Я регулярно упражняюсь в магии и прокачиваю свои умения, — прокричал он.

Затем вскочил с места и совершенно не опасаясь шипов и сфер, принялся крошить кресло атакующими заклинаниями, пытаясь добраться до меня. Когда от кресла остались одни ошмётки, я бросился к полкам, на которых стояли различные статуэтки, и принялся закидывать Голышева ими.

— Ты что делаешь?! Ты хоть знаешь, сколько они стоят? — взревел он и побежал ко мне.

Именно этого я и добивался. Еще когда разговор не принял агрессивную манеру, я приметил огромную железную люстру, которая наверняка весила не меньше сотни килограмм.

Когда Голышев оказался под ней, я запустил разрушительную сферу в крепление на потолке. Люстра вздрогнула, но не упала.

— Пф-ф-ф, ты еще и косоглазый. Как можно промазать на таком расстоянии? — злобно усмехнулся он и выпрямился, так как присел, думая, что стреляю в него.

— Я не промазал, — спокойным голосом ответил я и запустил еще одну сферу.

На этот раз люстра сорвалась и полетела вниз прямо на Голышева. Он был закрыт защитным куполом, поэтому не пострадал бы от удара. Но я этого и не хотел.

Когда люстра сорвалась, мужчина испуганно вздрогнул, присел и инстинктивно закрылся руками, спасая голову. Люстра гулко ударилась о купол и упала набок, не причинив никакого вреда, но в это время я запустил в мага еще несколько голубых туч с ледяными шипами и разрушительные сферы, которые при взрыве распространяли черный дым. Вокруг него разразилась такая суматоха, что он не видел меня, и бросал свои зеленые сферы куда попало. В конце концов, его купол не выдержал и пропал.

Я подбежал, одним сильным выверенным ударом оглушил его и, взвалив на плечо, понес к двери.

В коридоре столпились испуганные слуги, которые, увидев меня, попятились.

— Все в порядке. Я из Имперской службы, — придерживая Голышева одной рукой, второй я полез за пазуху и вытащил удостоверение.

Слуги пригляделись и вроде немного успокоились, но все же провожали меня настороженными взглядами.

Погрузив тяжелого Голышева на заднее сиденье автомобиля, я с облегчением выдохнул, помял заболевшую поясницу и сел за руль. Сначала хотел отвезти его прямо к нашей службе, но потом передумал. Пусть лучше им сначала займется полиция.

Увидев меня на пороге с Голышевым на плечах, следователь тихо выругался и кивнул на продавленный диван, стоящий в углу его кабинета.

— Положите его туда… Я же просил не заниматься самоуправством. За нападение на человека вы сами можете попасть под статью, — пригрозил он.

— Я на него не нападал, а только отбивался. Напишу на него заявление, а ваш менталист это подтвердит. К тому же у меня, как у служащего Имперской службы, есть еще несколько вопросов, которые должен выяснить менталист, когда проникнет в голову подозреваемого.

— И какие же? — заинтересовался следователь.

***

Чуть позже, когда я написал заявление на Голышева и перечислил те вопросы, которые должен был выяснить менталист, вышел на улицу и устало вздохнул. Если мое предположение подтвердится, то меня не только поощрят премией, но и найдут место в оперативниках. По крайней мере, я на это надеялся.

Когда вернулся домой, то увидел, что весь двор перекрыт вооруженными людьми. Сначала насторожился, не понимая, что происходит, но тут показались дед и генерал.

— Дима, не волнуйся! — прокричал Ворошилов. — Это я свои связи поднял, чтобы защитить твоего теневика!

Я зашел во двор и подошел к ним. Первым делом извинился за то, что без спросу взял машину, на что генерал лишь махнул рукой и ответил, что я ему, как сын, и могу пользоваться всем, чем захочу. Затем вдвоем они с дедом забросали меня вопросами о том, что произошло ночью. Услышав, что Артем Рузанов снова приходил и хотел похитить теневика, дед зло выругался и хотел поехать к нему, но я остановил и сказал, что сам разберусь с ним.

Потом разговор зашел о Голышеве. На этот раз удивились оба старика. И тот и другой считали его порядочным человеком, поэтому сначала с недоверием отнеслись к моему рассказу. Но когда я рассказал о том, как он напал на меня, то они уже не стали отрицать его причастность к нападению на меня на дороге и в организации кражи.

Я объяснил, что если бы не привел Голышева в полицейское управление, то все закончилось тем, что признали бы виновным его помощника, который наверняка получал приказания в очень обтекаемой форме. Так делали часто, так как все знали, что с тех пор, как в штате полиции и Имперской службы появились менталисты, скрыть что-то было очень трудно. В своей работе я часто сталкивался с этим, поэтому отлично знал, как преступники себя вели, пытаясь не оставить след в памяти других людей.

По поводу вооруженных людей на территории усадьбы я поблагодарил Ворошилова, но попросил отпустить их заниматься более важными делами. Он повозмущался, но вынужден был признать, что переборщил.

Уставший и голодный, я наконец-то зашел домой и совершенно без сил рухнул на диван в гостиной.

— Дмитрий Иванович, если хотите, мы можем здесь вам накрыть, — предложил Валера, увидев в каком я состоянии.

— Не будем сердить деда. Накрывайте в столовой, — устало проговорил я.

— Выпьете чего-нибудь покрепче?

— Да. Тащи пол-литровую бутылку коньяка.

Валера кивнул и поспешил в погреб. Я скинул ботинки и с наслаждением вытянулся на диване. В это время послышались тяжелые шаги, и в дом забежал Митя.

— Дмитрий Иванович, за вами приехали! — выпалил он, тараща на меня глаза.

— Кто? — насторожился я.

— Из управы. Сказали, срочно. Что-то там у них произошло, — протараторил он.

Следом за ним в дом зашел дед.

— Дима, собирайся. Тебя вызывает следователь. Приехал подручный.

— Ни минуты покоя, — выдохнул я и потянулся к ботинкам, которые беспорядочно валялись на полу.

Глава 17

Следователь по фамилии Попов, мерил шагами свой кабинет, когда я открыл дверь.

— Дмитрий Иванович, проходите, — устало выдохнул он.

Зевая во весь рот, я плюхнулся на продавленный диван, на котором до этого лежал Голышев. Следователь опустился на свой стул и потер красные глаза. Он уже давно должен был сдать дежурство и пойти домой, но из-за ночных происшествия о сне он мог только мечтать.

— Вы были правы. Голышев, прикрываясь своим заводом, творил все, что ему заблагорассудится. Я не могу рассказать вам все, о чем удалось выяснить нашему менталисту, поэтому остановимся лишь на тех вопросах, которые интересовали вас.

— Да? И что же выяснилось? Я был прав? — от сна не осталось и следа.

Я напрягся, не спуская пристального взгляда с Попова.

— Да, Дмитрий Иванович. Все ваши предположения подтвердились. В его зверинце много тварей, большая часть которых не зарегистрирована. Более того, ненужные экземпляры он продавал через нелегальных перекупщиков и активно спонсировал весь этот темный бизнес. Кстати, монстр, которого вы обнаружили в подвале на соседнем участке, тоже принадлежит ему. Как сказал менталист, Голышев пытался сбыть этого монстра своему товарищу графу Рузанову, но тот в последнюю секунду отказался от него, так как нашел экземпляр получше.

— Рузанов?! Этот черт и здесь замешан? М-да, ну и семейка, — не сдержавшись, выпалил я. — Но почему Голышев оставил монстра в подвале, а не перевез его обратно в зверинец?

— Потому что ваша служба перехватила тех перекупщиков, с которыми он проделывал свои делишки. Нанимать посторонних людей он не хотел, поэтому просто оставил монстра умирать в подвале.

— Почему же он не перепродал монстра кому-нибудь еще? Ведь боец из него вышел бы отменный.

— Зачем? Голышев не нуждался в деньгах, поэтому смерть одного из монстров никак не отразилась бы на его благосостоянии, — следователь развел руками. — Кстати, я уже связался с вашим руководством, поэтому они будут вести это дело параллельно с нами. Август Валерьянович должен сейчас подъехать со своими оперативниками.

— Отлично! Пусть разбираются, — я откинулся на спинку дивана и с облегчением выдохнул.

Эта ситуация с монстром в подвале не давала мне покоя. Я никак не мог взять в толк, как он оказался там, поэтому частенько мысленно возвращался к нему. Теперь же все стало на свои места.

— Вы сами будете вести это дело? Может, я все данные по монстрам и зверинцу передам вам? — вывел меня из раздумий Попов.

— Нет-нет. Я в отпуске! Пусть этим делом занимается Август Валерьянович, а я пойду домой и хорошенько высплюсь, — я поднялся на ноги. — Если у вас нет ко мне вопросов, то я пойду домой.

Следователь замотал головой.

— Идите. Если у нас еще возникнут какие-нибудь вопросы, то я отправлю за вами.

— Только не сегодня! У меня выдалась тяжелая ночь, — строго сказал я.

Следователь подавил зевоту и кивнул.

Я вышел из кабинета и чуть не столкнулся с начальником.

— А-а, Дмитрий. Приветствую! — он протянул руку.

В отличие от меня и следователя, он выглядел отдохнувшим и бодрым.

— Здравствуйте, Август Валерьянович, — я пожал протянутую руку.

— Уж не знаю, под какой вы звездой ходите, но ваша удача нам только в плюс. Это ж надо схватить такого жирного дельца! Чувствую, за веревочкой потянется целая вереница нелегалов, — он потер руки, изнывая от нетерпения. — Наши оперативники уже на заводе и изучают зверинец Голышева. Надо будет тщательно порыться в голове его помощника, который и занимался поиском необычных монстров. Уж он-то выведет нас на перекупщиков, теневые арены и…

— Погодите, а помощника уже поймали? — прервал я его.

Вот об этом я не подумал. Мне еще нужно было испытать несколько артефактов и набраться опыта в сражениях на теневой арене, прежде чем ее прикроют.

— Пока нет, но день-два и он будет сидеть в нашей допросной. Обещаю! — заверил начальник.

— Хорошо, работайте, а я в отпуске, — развернувшись, направился к выходу, обдумывая как же поступить.

Найти еще одну теневую арену проблематично, поэтому нужно было действовать быстро. Я решил, что сегодня же вечером снова повезу теневика на арену.

Вернувшись домой, я по обыкновению заглянул в амбар и проверил теневика. Тот лежал на куче соломы и облизывался. Митя недавно скормил ему двух небольших овец.

— Дима, ты уже вернулся. Зачем следователь вызывал? — послышался сзади голос деда.

— У Голышева полно незарегистрированных монстров, поэтому его дело переходит в Имперскую службу. Боюсь, что могут найти и закрыть теневую арену, на которую я возил теневика.

— И хорошо. И пусть. Ты сам первым делом должен был доложить о ней, а не участвовать, — пробурчал он.

— Если арену закроют, то я больше не смогу участвовать на сражениях. Ты забыл, что теневик не зарегистрирован?

— Продай его и проблем не будет, — пожал плечами дед.

— Нет, не могу. И не хочу. Теневик — мой боец. Не знаю, как это объяснить, но будто между нами особая связь… Я ему доверяю и знаю, что он меня не подведет.

Дед повздыхал, но больше ничего не сказал и двинулся к дому. Я погладил монстра по черной бархатистой коже и вышел на улицу.

В глаза светило полуденное солнце. Справа по тропе, ведущей к реке, шли двое. Я пригляделся и понял, что это Митя и Нина. Девушка прижимала щенка Полкана к груди и смотрел на Митю, который что-то рассказывал, активно жестикулируя. Похоже, их отношения стали налаживаться. Это не может не радовать, ведь Митя был сиротой и очень хотел иметь семью.

Дед ждал меня в столовой. Еда остыла, поэтому Клавдия снова все подогревала и расставляла на стол. Валера уже налил немного коньяка в широкий стакан и оставил бутылку рядом со мной.

Разговаривать не хотелось, поэтому на все вопросы деда я отвечал односложно. В конце концов, он отстал от меня и остаток обеда прошел в тишине. Наевшись и выпив всю бутылку коньяка, я поднялся к себе, скинул одежду и залез под душ. Сильные горячие струи воды били по голове и спине, снимая напряжение последних суток. Слишком много всего произошло.

Во-первых, я снова без машины. Что за напасть такая?! Скорее всего, пикап можно починить, однако уверен, на это уйдет уйма времени и денег. Но покупать новый автомобиль я точно не хотел.

Во-вторых, теневик убил двух человек, которые напали на нас на дороге. Он сделал это сам без моего приказа. А что, если он продолжит это делать? Вдруг, вкусив человеческую кровь, он нападет на кого-нибудь из своих? На деда, например. Или Митю.

От этой мысли мне стало не по себе. К тому же я не знал, что монстр сделал с теми людьми: убил или… съел?

Был только один способ выяснить это — порыться в его мозгах.

Я выключил душ, вытерся махровым полотенцем и, натянув легкую летнюю пижаму, спустился на первый этаж.

— Ты куда собрался? Ложись спать, а то на тебя больно смотреть, — строго сказал дед.

Мы столкнулись у входной двери.

— Мне нужно кое-что посмотреть. Я быстро, — заверил я и выбежал на улицу.

В это время Митя как раз открывал амбар. Возле его ног стояли два ведра воды.

— Не заходи! — крикнул я и поспешил к нему.

— Только воды хотел ему налить, — Митя удивленно посмотрел на меня.

— Я сам налью.

Схватив ведро с водой, я зашел в амбар и открыл дверь клетки. Теневик приподнял голову и посмотрел на меня своими небесно-голубыми глазами, которые сейчас мне казались зловещими и ледяными.

Я запер за собой клетку, опустился напротив монстра и закрыл глаза. Мне понадобилось достаточно много времени, чтобы проникнуть в его сознание, так как я никак не мог расслабиться и освободить голову от навязчивых мыслей. Когда мне это все же удалось, я увидел все, что видел монстр.

Оказалось, что он видит совсем не так, как мы. Все живое светилось оранжевым огнем. Он не различал лиц, только ауру и запах человека. Так он отделял меня от других.

«Перемотав» его память назад, я увидел, что он сделал с бандитами, которые напали на нас. Первого он просто придушил, навалившись на него всей массой. А на второго сначала использовал артефакт «Оглушительный рев», потом схватил за ногу, поднял на высокое дерево и оттуда скинул на землю. Умер он или нет, монстр не знал, так как услышал меня и побежал со всех ног.

Кстати, насчет смерти первого, я тоже был не уверен. Скорее всего, он просто был без сознания. Проверять, так это или нет, я не собирался. Это уже работа полиции. Я и так сделал за них почти всю работу.

Удостоверившись в том, что теневик не попробовал человеческой крови, я немного успокоился. Погладив его по черной морде, налил в корыто воды и вышел из амбара.

— Дмитрий Иванович, все хорошо? — осторожно спросил Митя.

— Да, все в порядке. Я видел тебя с Ниной. Вы подружились?

Мы вместе двинулись в сторону дома. Митя не сразу нашелся, что ответить, и густо покраснел.

— Она хорошая… Ей понравился Полкан. Мы только о нем и говорим, — наконец смущенно выдал он.

— Это хорошо. Хоть что-то вас объединяет.

Парень кивнул, но больше ничего не стал рассказывать.

Вернувшись в дом, я поставил будильник на восемь вечера и завалился спать. Мне показалось, что только закрыл глаза, как будильник уже прозвенел. Я нехотя сел, спустил ноги с кровати и потер сонные глаза. На улице уже было темно, поэтому первым порывом было вновь забраться под одеяло и проспать до утра, но тут я вспомнил о том, что это возможно последний шанс еще раз поучаствовать на теневой арене.

Переодевшись в темно-серый костюм, в котором я обычно ходил с дедом на охоту, я спустился в столовую. Как оказалось, дед уже поужинал и сопел на диване в гостиной, накрывшись газетой.

— Дмитрий Иванович, ужинать будете? Курочка запеченная осталась, — предложила Клавдия, когда я зашел на кухню.

— Да, давай курочку, — кивнул я и опустился на табуретку.

Кухарка быстро накрыла передо мной стол и добавила углей в самовар. Валера сидел напротив и полировал серебряные ложки и вилки.

— Что за праздник намечается? К чему готовишься? — спросил я и кивнул на аккуратно разложенные на белоснежном полотенце сияющие ложки.

— Так, у Харитона Афанасьевича скоро именины. Его Благородие сказал, что позовет друзей.

— Именины? А сегодня какое число? — напрягся я.

— Двадцать второе уже.

— Фух-х-х, хорошо, что напомнил, а то я совсем забыл.

Валера дотер последнюю ложку, сложил все приборы в деревянную коробку и предложил мне чего-нибудь выпить. Я отказался, так как нужно было ехать на теневую арену, а там нужна светлая голова.

Поблагодарив за вкусный ужин, я вышел на улицу и двинулся к амбару. Митя неподалеку пытался дрессировать Полкана, но плюшевый щенок лишь лез к нему поластиться и совершенно не понимал, чего от него хотят.

— Дмитрий Иванович, у меня ничего не получается, — пожаловался он. — Научите меня, как правильно дрессировать.

Я подошел к ним, опустился на корточки и погладил щенка, который тут же начал вертеть хвостом и лезть мне на колени.

— Мне кажется, он еще маловат для дрессировки. Пусть подрастет. Ему сейчас главное — хорошо есть и вволю бегать. А потом я тебя научу всему и сам тоже займусь дрессировкой.

— Правда? Спасибочки! — Митя расплылся в улыбке.

Я вывел прицеп генерала с его двора, прицепил его к машине и пошел за теневиком. Когда шли с ним к воротам, на крыльце появился дед.

— Дима, ты куда собрался?

— Туда, — неопределенно махнул я рукой.

— А, может, не надо? Боюсь, ничем хорошим это не закончится, — с тревогой в голосе произнес он. — Не нравится мне все это.

— Все будет хорошо. Не переживай.

Увидев клетку, теневик воодушевился, ускорился и в нетерпении закружился у прицепа. Я запустил его в клетку и сел в машину. Дед все еще стоял на крыльце и не сводил с меня встревоженного взгляда.

— Это последний раз. Обещаю, — вполголоса сказал я, завел двигатель и медленно поехал по узкой проселочной дороге в сторону города.

***

Когда подъехал к теневой арене, то с облегчением выдохнул. Всю дорогу я был на взводе, думая, что мои сослуживцы уже успели добраться до него. Однако все было, как прежде.

Множество машин было припарковано на поляне, а из здания арены доносился яростный рев и восторженные крики толпы. Я вышел из машины и подошел к двери. Охранники узнали меня, но все равно потребовали пропуск. Я заверил, что мой пропуск находится у графа Толстого и назвал свой псевдоним. Один из охранников сбегал к киоску и вскоре вернулся, подтвердив, что новый пропуск уже изготовлен, но пока без фотографии. Меня пропустили, но с условием, что в следующий раз я обязательно продемонстрирую его.

Я прошел внутрь и увидел, что на ринге сражаются два гиганта. Один из них был весь в крови, но продолжал атаковать, не обращая внимания на рваные раны, которые покрывали все его тело. Наверняка на нем был артефакт, который поддерживал его в таком состоянии, иначе он бы уже давно сдался или испуганно бегал от противника, который продолжал кромсать его железной челюстью и двойными железными когтями.

— Теневика привез? Отлично! — воскликнул Толстой, увидев меня. — А то у меня один боец без пары.

— Сколько заплатите за бой? — спросил я.

— Это будет зависеть от зрелищности боя. Могу сказать минимум, который ты в любом случае получишь при победе.

— Сколько? — повторил я.

— Пятнадцать.

— Хорошо.

— Приготовься. Ты следующий.

Я кивнул, вышел из киоска, и в это самое время на ринге израненный монстр протяжно взревел и рухнул на землю. Зрители поздравили победителя и принялись переговариваться, обсуждая бой.

Когда ринг был очищен и покрыт свежим песком, я завел на него теневика и повернулся в сторону выхода, ожидая появления противника.

— Волнуетесь? — послышался знакомый голос.

Ко мне незаметно подошел толстяк, который, как оказалось, был завсегдатаем этой арены.

— Нет. А почему я должен волноваться?

— Уважаю, — он протянул мне руку и в это самое время я увидел сначала монстра, а потом и его хозяина.

— Мясник, — выдохнул я и сжал руку толстяка до хруста.

Глава 18

Мясник, не спеша, шел к рингу и самодовольно улыбался, обнажив нестройный ряд невероятно длинных зубов, похожих на лошадиные. Следом за ним шел его боец Скорпион.

— Прошу вас, отпустите меня, — послышался совсем рядом жалобный голос.

Толстяк весь покраснел и с силой тянул руку, которую я сжал так, что она уже посинела.

— Ой, простите. Задумался, — искренне извинился я, но уже не смотрел на толстяка, а лишь на Скорпиона, который шипел и щелкал челюстями, пугая зрителей, оказавшихся в опасной близости от него.

Теневик заметно оживился, не сводя пристального взгляда голубых глаз с приближающегося противника. Он явно не испугался и будто был в предвкушении боя.

Я же напрягся, так как знал, как действует мясник. Он никогда не оставляет противника в живых. Значит, сегодняшнее сражение будет жарким и для кого-то трагическим.

Мясник завел Скорпиона на ринг и кивнул одному из работников. В то же мгновение прозвучал гонг.

Я велел теневику не двигаться. Мне хотелось посмотреть, как будет вести себя Скорпион. Мясник мельком взглянул на меня, криво ухмыльнулся и перевел взгляд на своего бойца. Необычный монстр с телом мощного ящера и хвостом скорпиона ринулся на теневика.

«Уходи от атаки!» — велел я.

Теневик побежал прочь от него, постоянно оборачиваясь. Скорпион победоносно взревел и снова бросился в атаку. Теневик не стал дожидаться моей команды и снова отбежал от него на безопасное расстояние.

— Ты так и будешь бегать или все-таки примешь бой?! — недовольным голосом прокричал Мясник. — У меня нет желания тратить на вас много времени. Если выступил против меня, то судьба твоего бойца уже предрешена, поэтому нет смысла затягивать бой. Сражайся!

— Хорошо, как хочешь, — дернул я плечом и повернулся к теневику, на грудь которого нацепил новые артефакты из тех, что забрал у мастера-артефактора.

«Активируй «Морозное дыхание», — велел я.

Глаза теневика из голубого поменялись на синие, а морда тут же покрылась инеем.

Он больше не убегал, поэтому Скорпион приблизился и, раскрыв зубастую пасть, выпустил адское пламя.

«Отражай!»

Навстречу пламени ринулся морозный вихрь. Два противоположных явления столкнулись друг с другом. Весь ринг покрылся густым паром.

В это время поднялось и блеснуло панцирем жало Скорпиона.

«Будь начеку! Следи за хвостом», — предупредил я.

Увидев Мясника с его монстром, я уже знал, как с ними справиться, но организаторам требовалось зрелищное сражение, поэтому я решил потянуть время и испытать новые артефакты.

В это время Скорпион резко ушел в сторону, одновременно направляя жало в теневика. Ночь распластался на земле, пропуская жало над собой. Затем схватился за него и, быстро перебирая цепкими лапами, ринулся на противника.

Тот повернул голову, продолжая изрыгать пламя, чтобы поджарить теневика, но мой монстр был довольно сообразительным, поэтому отскочил в сторону, а Скорпион поджарил свой хвост.

По арене разнесся оглушительный рев боли. Адское пламя, порожденное магией артефакторов, превратило жало в обугленный отросток.

Мясник изменился в лице. Он больше не улыбался и не смотрел с чувством превосходства, а сжал зубы и с ненавистью уставился на моего теневика, который прошел к дальнему краю ринга и облизывал свою замерзшую морду.

После того как Скорпион немного успокоился, Мясник снова отправил его на теневика. Вся грудь монстра пестрела разнообразными артефактами, поэтому нужно было быть начеку. Я не знал, что еще умеет Скорпион.

Между тем монстр двинулся к Ночи, волоча за собой обгоревший хвост. Я не стал дожидаться нападения, поэтому приказал первым:

«Активируй «Двойника»

Глаза теневика блеснули желтым огнем. Он подпрыгнул, но на землю приземлились уже два одинаковых монстра.

Скорпион сначала замер в замешательстве, но, руководимый своим хозяином, быстро пришел в себя и, распахнув передние лапы, принялся неистово бить ими. Я сначала не понимал, что он делает, ведь до теневиков было не меньше трех метров, но потом увидел, как из его лап вылетают острые шипы, которые в беспорядке летят в разные стороны.

Зрители, сидящие по ту сторону ринга, бросились врассыпную, крича от боли, ведь здесь не было никаких защитных стен или решеток, поэтому шипы просто вонзались в людей.

Теневик активировал защитный артефакт, отчего оба монстра: Ночь и его двойник, покрылись частыми шипами, о которые ударялись шипы Скорпиона и отскакивали на землю.

— Если сдашься, я сохраню жизнь Скорпиону! — прокричал я Мяснику.

— Я никогда не сдаюсь и не проигрываю, — сквозь зубы процедил он.

Я не стал говорить о том, что в моих глазах он уже проиграл. Моего теневика ему не одолеть.

Между тем Мясник понял, что шипы не принесли никакого эффекта, и велел Скорпиону нападать на теневика. Я увидел, как глаза монстра загорелись красным огнем. Активировался один из запрещенных артефактов. Как он действует, я уже видел, поэтому сердце невольно сжалось.

Пока Скорпион нападал на двойника теневика, я велел своему бойцу:

«Действуй! Убей противника!»

Теневик мельком взглянул на меня, и в ту же секунду наступила кромешная тьма.

— Эй! Включите свет! Я ничего не вижу! Включите свет, твою мать!!! — яростно заорал Мясник.

Я же напряженно вслушивался, пытаясь определить, что происходит на ринге. Вдруг прозвучал пронзительный визг. У меня замерло сердце. Я не мог определить, кто кричит: теневик или Скорпион.

Мне самому захотелось, чтобы тьма отступила и я своими глазами увидел, что происходит на ринге, но прерывать теневика не хотелось. Я все же надеялся на то, что он знает, что делает.

Между тем Мясник продолжал орать и угрожать расправой всем, кто имеет отношение к темноте.

— Ублюдки! Вы все сговорились, чтобы убить Скорпиона! Но у вас это не получится. Мой боец всех вас разорвет на куски! Сволочи, включите этот чёртов свет!

Через пару минут визг прекратился и наступила гнетущая тишина. Я уже понял, что это не теневик, иначе тень, которую он настлал, пропала бы.

«Убери тень!» — велел я.

Прошло несколько секунд, прежде чем яркий свет хлынул в глаза. Все невольно зажмурились, но, прежде чем я смог разобрать, что творится на ринге, услышал очередной вопль Мясника:

— Гады! Подонки! Вы убили его! Вы убили моего бойца!

На свежем песке чернела лужа, в которой лежал Скорпион. Его отгрызенная голова валялась поодаль, а все тело было истыкано шипами. Теневик стоял у дальнего угла. На первый взгляд на него нем не было ни царапины, но я все же хотел повнимательнее его рассмотреть, поэтому двинулся вдоль ограды к своему монстру.

Когда проходил возле убитого горем Мясника, который продолжал орать и проклинать всех вокруг, он схватил меня за руку и нависая надо мной, угрожающе произнес:

— Ты еще поплатишься за то, что сделал твой теневик. Я вас…

Договорить он не успел. Я вырвал руку, развернулся и со всего размаху ударил его в глаз. Мясника отбросила на ограду ринга, через которую он перевалился и упал в лужу крови Скорпиона.

— Если я хотя бы увижу тебя рядом с теневиком, то ты — труп. Ясно? — рявкнул я.

Измазанный кровью Мясник поднялся на ноги, что-то невнятно пробурчал, перелез обратно через ограду и двинулся к выходу.

Я осмотрел своего бойца и, убедившись в том, что он цел и невредим, повел его к прицепу. Мясника нигде не было видно.

Когда теневик взобрался в клетку и устало опустился на пол, я поспешил обратно к арене за выигрышем. Мне не хотелось оставлять монстра без присмотра, поэтому я торопливо зашел в кассу и подошел к Толстому.

— Вы как раз вовремя. Я уже отсчитал нужную сумму, — сказал организатор и протянул мне довольно толстый конверт.

— Сколько здесь? — я взвесил конверт в руке.

— Двадцать пять.

— Но ведь вы го…

— Вы единственный, кто смог победить Скорпиона. Этот дьявольский монстр унес жизни по меньшей мере двух сотен монстров. И это только на нашей арене.

— Я здесь ни при чем. Это теневик постарался.

— Ваш теневик — великолепен! Он наш новый герой. Помните, мы будем рады вас видеть на нашей арене хоть каждый день. Люди уже устали от грубого, неотесанного мужлана — Мясника и его мутанта Скорпиона, поэтому многие выразили желание поблагодарить вас, поэтому сразу же принесли мне еще деньжат, — довольным голосом произнес он и улыбнулся. — Нам ждать вас завтра?

— Пока не знаю, — пожал я плечами, убрал конверт в карман и поспешил на улицу.

Когда подошел к прицепу, Ночь тихо посапывал. Видимо, сражением со Скорпионом забрало у него много сил.

Я поехал в сторону дома, но всегда был начеку. Никогда не знаешь, что можно ожидать от оскорбленных проигравших.

Мои опасения оказались напрасными, в дороге нас не поджидалМясник, что уже радовало. Как-то слишком много недовольных в последнее время.

Дед, видимо, хотел дождаться меня, поэтому заснул прямо на крыльце в кресле-качалке. Валера позаботился о нем, накрыв шерстяным пледом.

Я завел теневика в амбар, подошел к деду и потряс его за плечо.

— Просыпайся. Иди в дом и ложись в кровать, а то опять спина будет болеть, — предупредил я.

Дед недоуменно посмотрел на меня, затем огляделся и только через несколько секунд сообразил где он.

— Дима, ты давно вернулся? — хрипло спросил он.

— Нет, только что.

— Как все прошло? Боец жив? — он с кряхтеньем поднялся и повернулся к амбару.

— Жив. Победил. Мне заплатили двадцать пять тысяч.

— Сколько-сколько? — переспросил дед и удивленно вскинул кустистые брови. — Чего ж так много-то?

— Они хотят, чтобы теневик стал их новой звездой, раз предыдущую сверг. На самом деле, я даже не знаю, что произошло на ринге, так как теневик снова накрыл тенью и ничего не было видно. После того как все закончилось, его противник лежал в луже крови без головы.

— И что ты будешь делать? Неужели снова туда повезешь? А ведь ты обещал, что…

— Да, обещал и выполню обещание. Теперь у меня есть примерно сто тысяч, и я намерен заняться официальной регистрацией Ночи… Правда, пока не знаю, как это сделать, — задумчиво добавил я.

— Хм, у меня есть кое-какие мысли на этот счет, но я должен проверить. С утра же пойду на почту и отправлю телеграмму одному своему давнему знакомому… Надеюсь, он еще жив.

***

На следующий день я поехал на работу, чтобы выяснить, как обстоят дела с поиском помощника Голышева. Как только я подошел к двери своего кабинета, как услышал разъяренный голос начальника.

— Федя, вы идиот! Как можно быть таким болваном? Вон отсюда и больше не смейте высовывать нос из своей каморки!

Дверь распахнулась, и в коридор вылетел раскрасневшийся Федя. Он пробежал мимо, даже не заметив меня.

— Доброе утро, Август Валерьянович! — поздоровался я и зашел в кабинет.

Начальник что-то с грохотом искал в ящиках своего письменного стола.

— Дмитрий, доброе утро. Что вы здесь делаете? Ваш отпуск еще не закончился, — он с облегчением выдохнул и вытащил из ящика свой пистолет.

Проверив обойму, убрал его в карман.

— Пришел спросить насчет помощника Голышева. Поймали его?

— Поймали бы еще ночью, но этот придурок Федя решил не тревожить никого ночью и оставил срочную телеграмму у себя, чтобы утром мне ее отдать.

— Что за телеграмма?

Начальник протянул мне узкий лист бумаги, на котором был следующий текст: «Предположительно находится в Камышово в доме 23. Снегирин»

— Снегирин? Так это же наш осведомитель.

— В том-то и дело. Он по своим связям уже нашел этого помощника и доложил вчера вечером, а этот, — он с трудом подавил желание снова обозвать Федю, — припрятал телеграмму у себя, чтобы утром отдать мне лично. Выслужиться хотел, идиот.

Начальник направился к двери, прошел мимо меня и торопливо двинулся к лестнице.

— Можно мне с вами? — крикнул я ему вслед.

— Поехали!

Глава 19

Деревня Камышово располагалась в двухстах километрах от нашего городка. Как удалось Снегирину выяснить, где прячется помощник Голышева, осталось для меня загадкой. Неужели у нашего осведомителя есть свои осведомители? Если да, то это будет покруче, чем наша сеть Имперских служб, которые расположены по всей империи.

В дороге Август Валерьянович рассказал мне, что им уже удалось выяснить. Помощника Голышева звали Вадим Кочанов. Он уже отсидел два раза за мошенничество.

— Голышев не мог нанять кого-нибудь с более подходящей биографией? — спросил я.

— Для тех делишек, которые проворачивал Голышев, Кочанов идеально подходит. В зверинце на заводе больше половины монстров не зарегистрированы. Мы вчера всех вывезли и распределили по базам. Пришлось даже особо крупных в Петербург отвезти.

— Нам удастся их продать?

— Конечно. Все оформим и распродадим во благо Империи…

— … и нашей Службы. Мне бы не помешал кабинет.

Начальник напряженно посмотрел на меня.

— Вам плохо со мной в кабинете работается? Зачем вам отдельный?

— Вообще-то, я все же надеялся, что за заслуги меня переведут в оперативники, и не придется до самой пенсии корпеть над бумажками, — я многозначительно посмотрел на него.

Август Валерьянович дернул плечом и отвернулся к окну, будто он ничем не может помочь. Ага, так я и поверил! Наверняка он может помочь перейти мне в другой отдел, просто не хочет этого делать. И я его понимаю. Тогда он останется с тугодумом Федей. По крайней мере, пока не подберут кого-нибудь на мою должность.

На двух машинах вместе с оперативниками мы въехали в деревню. Издали казалось, что она заброшена, но когда подъехали поближе, то увидели, что примерно треть дворов ухожены, а по узким проселочным дорогам бегают собаки и овцы.

Номеров на домах не было, поэтому я подошел к ближайшему двору и зашел в калитку. Навстречу мне бросился лохматый пес и глухо зарычал. В окне появилось светлое пятно лица.

Я шикнул на пса и направился к крыльцу. Пес оскалил зубы и побежал следом, но нападать не стал. Большой опыт дрессировки научил точно определять, когда хищник готов наброситься, а когда лишь пытается напугать.

Постучать в дверь не успел. Навстречу мне вышел пожилой мужчина с молотком в руке и настороженно уставился.

— Доброе утро. Я из Имперской службы, — привычным движением вытащил удостоверение, раскрыл и выставил перед собой. — Подскажите, где дом номер двадцать три?

Мужчина подслеповато прищурился, разглядывая фотографию и сверяя со мной, затем кивнул и махнул рукой в сторону домов.

— На отшибе стоит. Крыша там зеленая. Раньше Вася-рыбак жил, а недавно там кто-то чужой поселился. Нелюдим, никого к себе не приглашает и сам ни с кем не здоровается. Мы с мужиками сразу поняли, что дело нечисто, — махнул он рукой, положил молоток на перила крыльца и вполголоса уточнил. — Сбежавший уголовник?

— Да, — кивнул я, убрал удостоверение в карман. — Спасибо.

— Помощь нужна? У меня ружье охотничье есть. Правда, порох отсырел и не всегда стреляет, — виновато произнес он.

— Нет, сидите дома и не высовывайтесь. Работают профессионалы.

Я вернулся к машине и передал информацию Августу Афанасьевичу. Пока они на машинах медленно ехали по узкой ухабистой дороге, я побежал между дворов к нужному дому.

Когда впереди показался нужный дом, за которым начинался густой темный лес, я пригнулся и, прячась за высокой травой, оббежал его и подошел с задней калитки. Как я и думал, Кочанов услышал в тиши деревни подъезжающие машины. Он раскрыл настежь окно, выкинул в него сначала туго набитую сумку, затем высокие болотные сапоги, а потом показался сам. Одет он был в темно-зеленый спортивный костюм, а в руках держал пистолет.

Я дождался, когда он уберет пистолет за пояс и подберет вещи.

— Стоять! Руки за голову! — прокричал я и выпрямился из травы.

Кочанов испуганно вздрогнул, выпусти сумку и сапоги, но когда увидел, что у меня в руках ничего нет, то полез за пояс, за оружием.

— Я же сказал, руки за голову, — спокойным голосом повторил я, и в помощника Голышева полетела огромная сосулька и ударила по колену.

Мужчина вскрикнул и повалился на землю, одной рукой держась за колено, а второй все еще пытаясь достать пистолет, который зацепился за пояс. Следующая сосулька угодила по той самой руке, отчего та повисла плетью.

— Помогите! Убивают! — заорал он.

— Сейчас помогут. Погоди немного, — усмехнулся я и кивнул на подбегающих оперативников.

Его тут же скрутили, надели наручники и повели к машине. Начальник, как положено, зачитал права и то, в чем его подозревают. Кочанов заспорил, но его никто не стал слушать и запихали в машину.

Мы с Августом Валерьяновичем прошлись по двору, осмотрели дом, но не нашли ничего примечательного. Открывать его сумку решили уже по приезде на рабочее место.

— Можно я покопаюсь в его мозгах? — спросил я, когда мы сели в машину и, развернувшись, двинулись в сторону трассы.

— Зачем? — удивился он. — К тому же ты в отпуске. Отдыхай, а мы сами как-нибудь справимся.

— Мне нужно, — с нажимом сказал я.

Начальник подозрительно прищурил глаза и еще раз спросил:

— Зачем?

— Не могу сказать. Но для меня это очень важно.

— То есть ты хочешь покопаться в мозгах подозреваемого по личному делу? — похоже, он немного охренел от моей наглости.

— Да. Именно по личному делу.

Август Валерьянович ответил не сразу, поэтому мне уже подумалось, что придется действовать втихаря.

— Хорошо, но сначала нужно выяснить все, что имеет отношение к нашему делу, а уж потом…

Он не стал договаривать, но было ясно, что я получил разрешение.

Когда мы прибыли в Имперской службе и завели Кочанова в допросную, начальник тут же принес свой блокнот и уселся напротив подозреваемого, который яростно сражался с оперативниками, которые приковывали его к стене.

— Это произвол! Я не разрешаю подсматривать свою жизнь! Вы даже не полиция! Уроды! Вы все уроды!

Кричал он так недолго. Оперативник Олег не выдержал и сильным ударом в лицо, приказал заткнуться. Из глаз Кочанова брызнули слеза, а изо рта кровь и передний зуб.

— Сам виноват, — пожал плечами Олег и, удостоверившись, что Кочанов надежно прикован, вышел из допросной вместе со своим коллегой.

Остались мы втроем. Август Валерьянович закинул ногу на ногу, раскрыл блокнот и кивнул мне.

— Начинай.

Через полчаса я рассказал все, что видел в воспоминаниях подозреваемого. Как я и думал, Голышев давал задания в очень обтекаемой форме, не называя имен и мест. Временами это звучало, как в сказке: иди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. Однако Кочанов точно знал, что имеет в виду хозяин, и в точности выполнял его приказы.

Когда я ответил на все вопросы, что заготовил начальник, то принялся рыться в поисках нужной мне информации. Прошло довольно много времени, и у меня уже жутко болела голова, но я не останавливался, ведь это касалось будущего теневика.

— Дмитрий! Дима, прекратите! Вы слышите меня? — послышался голос начальника и за плечо потрясли. — У вас уже кровь идет из носа. Прекратите сеанс!

Меня всегда удивляло то, как он в зависимости от ситуации переходил с вы на ты и обратно.

Я вынырнул из чужой головы и открыл глаза. Первое время все видел так, будто был в мутных очках. Но через пару минут зрение восстановилось.

Начальник протянул мне свой носовой платок. Я прижал его к носу и убедился, что он в крови. Странно, со мной такое впервые.

— Ты выяснил все, что хотел? — уточнил Август Валерьянович и налил дал стакан воды.

— Думаю, да, — хрипло ответил я и понял, что язык плохо ворочается.

Похоже, я провел больше времени в сознании Кочанова, чем планировал. Сам же подозреваемый выглядел так, будто был сильно пьян. М-да, похоже и на нем это сказалось.

— Думаете? То есть не уверены? — не отставал от меня начальник.

— Да, не уверен. Но кое-что обнаружил. Возможно, этот след приведет туда, куда нужно.

— А куда нужно? — заинтересовался он.

— Неважно, — отмахнулся я, поднялся со стула и поплелся к выходу.

Голова болела так, что каждое движение давалось с трудом. Будто кипяток плескался. Но это ничего. Мне не привыкать. В первое время каждый раз себя чувствовал гораздо хуже, чем сегодня.

Попрощавшись с дежурными, сел в машину и направился к человеку, которого увидел в голове Кочанова. Я нарочно ничего не рассказал о нем начальнику.

Того человека звали Эдуард Жорин. Жил он на самой «богатой» улице нашего городка и владел неимоверных размеров особняком. Уж теперь-то я знал, на чем он его заработал, но до поры до времени не буду его трогать.

Я припарковался у особняка и позвонил в звонок у ворот. Вскоре послышались шаги, и к воротам приблизился охранник. Это был здоровый бугай и квадратной челюстью.

— Чего надо? — грубо спросил он.

— Мне к Эдуарду.

— Зачем?

Хм, похоже, это не просто охранник, иначе не посмел бы так разговаривать.

— По делу, — ответил я и, оглянувшись, добавил. — Но здесь бы я его не обсуждал.

Охранник окинул меня оценивающим взглядом, затем перевел взгляд на машину и кивнул.

— Хорошо. Жди здесь. Сейчас доложу, — ответил он, развернулся и не спеша двинулся к лестнице особняка, сделанной полукругом.

М-да, он даже не пытался казаться вежливым. Это о многом говорит. В частности, о том, что его хозяин не из аристократии, которые с молоком матери впитали нормы поведения как свои, так и прислуги. Про таких говорят: из грязи в князи.

Ждать пришлось довольно долго. По большей части оттого, что охранник двигался неспешно и будто нарочно тянул время.

— Оружие есть? — спросил он, открывая ворота.

— Нет.

Он подозрительно прищурился, внимательно осмотрел на меня и кивнул.

— Проходи. Как зайдешь, вторая дверь налево. Тебя ждут.

Я кивнул и поспешил к дому. Это было рискованно. Ведь Жорин мог знать, кто я такой, и не стал бы разбираться, по какому поводу служащий Имперской службы заявился к нему домой.

На входе в дом меня встретили две прелестные девушки-служанки. Их рабочая форма обтягивала упругие груди и едва скрывала задницы. Они с интересом посмотрели на меня, улыбнулись и поспешили скрыться в гостиной, размахивая метелками.

Я подошел ко второй двери слева и без стука открыл дверь. На диване полулежал мужчина. Он походил на выброшенного на берег моржа: толстый и усатый.

— Эдуард Жорин? — уточнил я на всякий случай.

— Да. Ты кто?

Он попытался приподняться, но у него это не получилось, поэтому остался лежать.

— Я бы не хотел называть имен, так как пришел по не совсем законному делу, — я плотно прикрыл за собой дверь.

— А-а-а, очередной игрок. Тебе нужен монстр? Какой? Я могу любого достать. Правда, услуги мои стоят дорого.

— У меня уже есть монстр. Мне нужен охотник, который поставит на нем свое клеймо, — я внимательно посмотрел на Жорина.

Тот задумался, кряхтя, повернулся набок и ответил:

— Я могу дать контакты, но и эта услуга будет платная. К тому же сам охотник возьмет пару тысяч. Они тоже не хотят подставляться.

— Согласен.

Толстяк схватился за край дивана, пыхтя и краснея, поднял свое необъятное тело и подошел к письменному столу. На этот раз он не стал садиться в кресло, а навалившись одной рукой на стол, второй что-то написал на листке в блокноте.

— С тебя пять тысяч, — сказал он и поднял голову.

Я без лишних вопросов отдал деньги и получил клочок бумаги, на котором было написано имя охотника и кодовое слово.

— Он охотится в Уральской аномалии. Живет в деревне охотников. Подойдешь, скажешь это слово и договоришься.

— Хорошо.

Я засунул листок в нагрудный карман, не прощаясь, вышел из кабинета и направился к воротам. Охранник проводил меня подозрительным взглядом, но ничего не сказал.

Поехал я не домой, а вновь к работе. Теперь, когда я узнал имя охотника, не было смысла скрывать этого борова.

Увидев меня, начальник удивился, а когда узнал, что я нашел еще одного фигуранта дела, то всплеснул руками и удивленно воскликнул:

— Дмитрий, и как вам все это удается? Похоже, вы ходите под счастливой звездой.

— Ну хоть в чем-то мне должно везти, — дернул я плечом и добавил. — Кстати, Август Валерьянович, завтра выезжаю в служебную командировку.

— В какую еще командировку? Я вас никуда не отправляю. Вы же в отпуске.

— Надо проверить кое-какую информацию. Сколько пройдет времени — не знаю. Возможно, задержусь, поэтому оформите это, как служебную командировку.

— Не нравится мне ваша самодеятельность, — посуровел начальник.

— Вам не о чем беспокоиться. Буду держать в курсе дела, — я направился к выходу.

— Куда вы хоть собрались? — крикнул он мне вслед.

— К Уральской аномалии, — ответил я и вышел на улицу.

Глава 20

Услышав, что я собираюсь ехать к Уральской аномалии, да еще и с теневиком, дед нахмурил кустистые брови и молчал весь ужин. Видимо, обдумывал что-то.

— Ну, тогда и я с тобой. Тебе может помощь понадобиться, — выдал он, когда мы с чашками горячего кофе с коньяком вышли на улицу.

— Не о чем беспокоиться. У меня удостоверение служащего, поэтому я всегда смогу объяснить, откуда у меня теневик и куда его везу. А если что-то случится, то тебе лучше быть здесь. Не хватало еще, чтобы нас обоих повязали.

— Повязали, говоришь? Получается, есть о чем беспокоиться, — тяжело вздохнув, сказал он.

— Никогда не знаешь, что произойдет в дороге. Но не думаю, что возникнут трудности. Завтра в обед сяду на поезд и прямиком до Урала. Теневика в грузовой вагон определю, — я отпил кофе, обжигающий горло.

Я знал, что чем ближе к аномалиям, тем лучше организовано перемещение монстров. Из Уральской аномалии выносили больше всего монстров, поэтому существовала даже станция, от которой можно было напрямую попасть в аномалию, не заезжая в другие города. Я намеревался ехать туда прямо с теневиком, потому что сомневался, что охотник доверит мне свое клеймо.

По пути домой я заехал на вокзал и купил билеты, а по приезде велел Валере собрать мне небольшой дорожный саквояж.

Услышав, что везу Ночь к аномалии, Митя расстроился и принялся ходить за мной по пятам и упрашивать оставить его здесь. Он подумал, что я его возвращаю обратно в свой мир. Пришлось объяснить, куда и зачем я еду, а то у него уже глаза были на мокром месте.

— Можно и мне с Полканом с вами прокатиться? Я люблю поезда. В них так хорошо спится, — попросил он.

— Нет, Митя. Ты здесь нужен. Как же Клавдия будет без тебя по хозяйству справляться?

— А Валера на что? Пусть работает, а то из погреба не вылазит. А когда вылезет, от него за километр брагой несет, — возмущенно пробормотал парень.

— У каждого своя работа. На Валере весь дом, а ты во дворе и в огороде помогаешь. Не возьму я тебя с собой, Митя, — я по-дружески похлопал его по плечу и подошел к амбару.

Увидев меня, теневик тут же поднялся с места, подошел к двери и принялся биться головой, просясь на свободу.

— Сейчас выпущу. Побегай по лугу. Ближайшую неделю придется в клетке просидеть, — я распахнул дверь и дал мысленный приказ монстру.

Тот выбежал на улицу, перепрыгнул через забор и рванул во тьму в сторону реки. Я пошел следом, совершенно не заботясь о том, что он может убежать или причинить кому-нибудь вред. Я ему доверял.

Пока теневик почти бесшумно носился по лугу, среди деревьев и нырял в воду, я мысленно прокладывал путь до аномалии. Чтобы доехать до нужно станции уйдет чуть больше суток. Затем арендую грузовик и повезу клетку с теневиком прямо к деревне охотников.

Осталось надеяться, что нужный охотник на месте. Была вероятность, что его нет в живых, ведь охотники часто погибали, когда охотились на монстров в чужом мире. Именно поэтому монстры стоили так дорого. Ведь мало кто согласится рисковать жизнью ради денег.

После возвращения к усадьбе велел Мите выдать теневику двух баранов и поменять воду в корыте. Ему следовало хорошенько подкрепиться перед дорогой, так как я не знал, когда смогу в следующий раз его накормить.

***

На следующее утро генерал отвез меня и теневика на вокзал. Там я взял в аренду довольно просторную клетку, чтобы теневик мог свободно в ней перемещаться, и оплатил его погрузку в грузовой вагон.

Грузчики, видимо, раньше не имели дел с монстрами, поэтому долго не могли решиться подойти и погрузить его в вагон. Один из них даже настаивал на том, чтобы Ночь усыпили. Однако после того, как я обещал им накинуть сверху по пятьдесят рублей, грузчики нехотя согласились и с помощью специального подъемника погрузили клетку.

«Я буду рядом. Веди себя спокойно», — я просунул руку между прутьев, погладил монстра по голове и велел закрыть дверь вагона.

Поезд должен был отходить через полчаса, поэтому я попил с генералом кофе и обсудил, когда ему приехать за нами. Вообще-то, у меня уже были деньги на новую машину, к тому же следовало отремонтировать пикап, но все это подождет. Сначала нужно решить дело с теневиком. Интересно, а теневую арену уже накрыли или тоже мне придется за это взяться?

Попрощавшись с генералом, сел в поезд и с радостью отметил, что в двухместном купе кроме меня никого нет. Отлично! Не люблю попутчиков.

На каждой станции, где стояли больше двадцати минут, я проверял теневика. Он вел себя смирно и радостно извивался всем телом, когда видел меня. У меня даже промелькнула мысль выпустить его на свободу в его мир, но я быстро отогнал эту мысль от себя. Теневик — мой боец.

На следующий день под вечер поезд остановился на нужной мне станции. Местные работники быстро справились с выгрузкой и даже подсказали, где нанять грузовик, поэтому я быстро нашел деревянный дом, возле которого стояли три грузовика разных размеров, а из трубы валил дым. Оно и понятно, если в моем городке только вечером холодало, здесь же шел уже мелкий снег и лужи покрывал тонкий слой льда.

Я постучал в дверь и зашел. Первое, что увидел — почти непроглядный смог от табачного дыма. Пятеро мужчин сидели за громоздким деревянным столом и курили трубки.

— Добрый вечер, — поздоровался я и оставил дверь чуть приоткрытой, чтобы хоть немного проветрить помещение и разглядеть мужчин.

— Добрый-добрый! — самый старший из них поднялся с места, подошел ко мне и протянул руку. — Чего желаете?

— Я бы хотел арендовать грузовик.

— За монстром приехали? Говорят, так дешевле выходит, — кивнул он.

— Не совсем, — мне очень не хотелось им ничего рассказывать, поэтому решил не вдаваться в подробности. — Мне просто нужно свозить к аномалии своего бойца и привезти обратно.

Мужчины недоуменно переглянулись.

— Зачем вам это? — спросил рыжебородый толстяк, который сидел ближе всех ко мне.

— Неважно, — отмахнулся я. — Думаю, много времени не займет.

— Вообще-то, до аномалии часов десять ехать. Если сейчас выедем, то к утру только доберемся. Обратно столько же.

— А до деревни охотников сколько ехать?

— Примерно столько же. Они живут в десяти километрах от аномалии. Раньше вообще стояли впритык к входу, но после того, как разбуянившиеся монстры разнесли к чертовой матери их деревню, они переехали подальше, — ответил рыжебородый и рассмеялся.

Остальные поддержали его. По всей видимости, они недолюбливали охотников. Но меня это мало волновало. Главное, сделать то, за чем я приехал в такую даль.

— Понял. Не будем терять время и выедем сейчас.

Мужчины переглянулись, но никто не выразил готовности предоставить мне грузовик.

— Темно уже, скоро ночь. А в такое время тарифы повышаются, — осторожно сказал старший и почесал бороду.

— Сколько? — сухо спросил я.

— Плюс пятьдесят процентов, — ответил он и пристально уставился на меня, следя за реакцией.

Я прекрасно понимал, что они хотят развести и взять больше, чем полагается.

— Плюс десять и ни процентом больше. Иначе дождусь утра и найду других извозчиков.

По металлическим нотам в моем голосе они быстро поняли, что со мной такие штуки не пройдут и лучше соглашаться, чем остаться совсем без заработка.

— По рукам. Теперь надо определиться, кто поедет. Если вы обратили внимание, то мы разных возим. Если монстр весит меньше ста килограмм, то Валера на своей сможет отвезти. Если больше пятисот, то я с Геной. А уже если за тонну, то только Юра, — старик кивнул на рыжебородого.

— Юра, собирайся. Поехали, — сказал я и вышел из избы.

Теневик лежал на полу клетки, и издали в полутьме казалось, что в ней никого и нет. Однако, когда я приблизился, он открыл небесно-голубые глаза.

— Как же ты сражаешься во тьме, если у тебя так ярко светятся глаза? — задумчиво проговорил я, вспоминая бой со Скорпионом.

Тогда я не спускал взгляда с ринга, беспокоясь о теневике, но не увидел ни зги. Тьма была кромешная. Такая не бывает даже в пасмурную осеннюю ночь. Неужели он сражался с закрытыми глазами? Нужно будет заглянуть в его память и посмотреть, как на самом деле происходил бой.

Сзади послышались тяжелые шаги и хриплое дыхание рыжебородого.

— Поехали, что ли? Только сразу предупреждаю, что беру больше всех, так как мой зверь выпивает не меньше меня, — он улыбнулся, обнажив пеньки желтых зубов, и похлопал себя по круглому животу.

— Сколько?

— Двести в одну сторону, — вполголоса ответил Юра и почесал заросшую щеку.

Я прикинул в уме расстояние и понял, что это адекватная стоимость. Все-таки грунтовка в горы не самый легкий путь.

— Только деду Алику скажите, что мы договорились на сто пятьдесят, — оглянувшись, прошептал он.

Увидев мой настороженный взгляд, рыжебородый поспешил объясниться.

— Мы отстегиваем ему почти половину заработанного. А ведь у нас семьи. К тому же топливо сами закупаем и привозим сюда.

— А за что вы ему платите?

— Так это же он здесь все устроил. Он ходил по инстанциям и добивался, чтобы отдельную станцию выделили. Чтобы электричество провели. И дом этот за свой счет построил, — мужчина кивнул на избу, из окон которой виделся теплый свет ламп. — Теперь пожинает плоды и шикует на старости лет.

— В таком случае он заслужил половину вашего заработка. Но ты не волнуйся, я не скажу, что ты попросил больше, — заверил я.

Сейчас для меня это были совсем небольшие деньги, поэтому я даже решил, что если все пройдет хорошо, то добавлю ему еще пару сотен сверху.

С помощью хитрого самодельного подъемника клетку поместили в кузов грузовика, и мы тронулись в путь.

В кабине пахло соляркой и мазутом, пол проржавел, а вместо резиновых ковриков под ногами были домотканые разноцветные половики, которые тоже уже изрядно поизносились.

— Я думал у вас здесь золотая жила. А оказалось все не так радужно, — проговорил я, глядя в треснутое боковое окно.

За окном было темно. С двух сторон возвышались деревья. Небо заволокли вечерние тучи, и единственным источником света были тусклые фары грузовика.

— Если бы, — горько усмехнулся он. — Охотники с нами не делятся. А могли бы, между прочим! Зачастую именно мы привозим к ним покупателей. Я уже не говорю, что нас частенько нанимают, чтобы отвезти монстра до железной дороги.

— Зачастую? То есть еще перевозчики?

— Конечно, есть! С ними живут в деревне. Вот они-то откормленные. Дерут чуть ли не в два раза больше.

Тут я увидел за водительским сиденьем жезл и дуло двуствольного ружья. Зачем нужен жезл, и так было понятно. Ведь при перевозке монстров может всякое случится. У меня до сих пор от сбежавшего монстра Рузановых мурашки бегают. Страшно подумать, если бы я не встретил его на дороге, и он бы пришел в усадьбу.

— На охоту ходите? — отогнав недобрые мысли, спросил я и кивнул на ружье.

Юра посуровел и мотнул головой.

— Не совсем. Есть здесь твари пострашнее монстров. Вот от них и защищаемся.

— Да? И кто же это? — я не мог себе представить кого-то более опасного и безжалостного, чем монстры.

— Люди.

Я хотел спросить, что он имеет в виду, но не успел. Прямо перед нами вдруг загорелись ослепительно-белые огни. Прикрыв глаза от яркого света, я повернулся к водителю и увидел, как тот вцепился в руль, прищурился, но не остановился, а лишь сильнее надавил на педаль газа.

— Остановись! Ты же не видишь дороги! — прокричал я.

— Нельзя останавливаться. Они только этого и ждут, — процедил он сквозь зубы и добавил. — Господин, достаньте ружье и приготовьтесь. Скорее всего, нам придется отбивать вашего монстра. Они его увидели, поэтому просто так от нас не отстанут.

— Кто они? — спросил я, пытаясь хоть что-то разглядеть, но ничего не выходило.

Глаза слезились и болели от нестерпимо белого света.

— Бандиты. Мы здесь вдоль дороги уже столько трупов находили, что со счёта сбились. Вытаскивайте ружье и жезл. Будем отбиваться.

— Мне не нужно ружье, — ответил я, растянул насколько было возможно защитное поле, закрыв им теневика и водителя, и сформировал в руке разрушающую сферу.

Так и знал, что дорога легкой не будет.

Глава 21

Открыв настежь боковое окно, швырнул сферу прямо в белые огни. Из-за них мы ничего не видели, зато сами становились легкой добычей.

Сфера достигла цели и взорвалась, повредив мощные фонари. В ответ послышались звуки выстрелов. Защитный купол отлично справлялся со своей задачей, и ни одна пуля не попала в грузовик.

Водитель испуганно вжал голову в плечи, но не останавливался и продолжал давить на газ. Он был прав, нужно поскорее уезжать отсюда.

Когда глаза привыкли к темноте, я увидел, что следом за нами на пяти мотоциклах едут бандиты и палят из ружей. Впереди неровная извилистая дорога, грузовик постоянно подпрыгивает и виляет, поэтому клетка с теневиком бьется о борта кузова. Наверняка ему там несладко.

Я был уверен, что нас живыми не отпустят, а сила защитного купола с каждым выстрелом убывает, поэтому надо действовать быстро.

— Веди ровнее, чтобы я не выпал! Нужно избавиться от них! — прокричал я, распахнул дверь и, схватившись правой рукой за спинку кресла, левой принялся отправлять друг за другом разрушительные сферы, целясь в мотоциклы.

В одного удалось попасть. Мотоцикл резко остановился и вспыхнул, а бандит с диким криком вылетел из «седла» и, кувыркнувшись, упал на землю прямо у заднего колеса грузовика.

Остальные быстро сообразили, в чем дело, поэтому просто съехали на левую сторону дороги. Из-за кузова я их не видел.

— Черт! Я не смогу до них добраться.

Снова послышались выстрелы, и защитный купол замигал.

В это время Юра открыл окно и принялся палить не глядя, в надежде попасть в нападающих.

— Господин, зарядите! Одной рукой мне неудобно, — попросил он и протянул мне ружье.

— Это бесполезно. Ты не видишь, куда стреляешь, и просто зря тратишь пули. Лучше сделаем по-другому. Чуток притормози, а я заберусь в кузов и уже оттуда займусь бандитами. Они там будут как на ладони.

— Господин, это очень опасно. А если вы упадете? Так можно и под колеса попасть, — замотал головой водитель. — Я за вас тоже ответственность несу. Если вы погибнете, то с меня спросят.

— Если я погибну, то и ты нежилец. Притормози! — прикрикнул я.

Юра тяжело засопел, но сбросил газ.

Цепляясь за кабину, я дотянулся и поставил ногу на выступ кузова. Затем оттолкнулся и ухватился за деревянный борт, подтянулся и перевалился в кузов, прямо рядом с клеткой теневика. Тот выжидательно уставился на меня своими голубыми глазами.

Он наверняка хотел, чтобы я его выпустил, но я не мог рисковать его жизнью. В конце концов, именно из-за него мы сюда и приехали.

Грузовик хоть и замедлился, но по-прежнему скакал на ухабах, и удержаться на ногах было той еще задачкой. Схватившись за прутья клетки, я поднялся и, сформировав тучу ледяных стрел, отправил в нападающих, которые все это время беспрестанно стреляли.

Они наверняка поняли, что в машине маг, поэтому их выстрелы не достигали цели, но также были осведомлены о том, что защитный купол можно пробить. В принципе именно это они сейчас и делали.

Ледяные стрелы вывели из строя сразу трех мотоциклистов. Одному стрела угодила в глаз, двум другим в грудь. Единственный оставшийся в живых понял, что не сможет тягаться с магом, поэтому развернулся и уехал прочь.

Испуганный водитель проехал еще пять километров, прежде чем остановился и позволил мне пересесть в кабину, а не болтаться по кузову.

— Фух-х-х, отбились. Даже не верится. Если бы не вы…

Тут он замолчал и засопел, сдерживая слезы. Перенервничал.

— Если бы не я, они бы вообще не нападали, — ответил я и похлопал Юру по плечу. — Ты тоже молодец. Не стушевался и продолжил ехать.

— У нас здесь жизнь суровая. Остановился — дальше не пойдешь.

Он вытер глаза тыльной стороной ладони и потянулся к фляжке. Руки у него тряслись, но он смог откинуть крышку и отпить.

— Будете? — предложил он.

— А что это? — я взял фляжку и понюхал.

Пахло сладкой брагой.

— Яблочный сидр моей тещи. Сил прибавляет и сон отгоняет. Попробуйте.

Я не стал противиться и пригубил сидр. Густой сладкий слегка алкогольный напиток приятно пробежал по пищеводу и опустился в желудок.

Вдвоём мы выпили всю флягу. Алкоголь расслабил тело и развязал язык. Юра рассказал о своей жизни, а вскользь упомянул о своей. Про теневика я ничего не говорил, но он и сам догадался, зачем я везу его в деревню охотников.

— Это вы правильно придумали, — кивнул он. — Всего-то и надо — клеймо поставить. Все равно его вытащили из этой же самой аномалии.

— Кто-нибудь так уже делал?

— Не знаю. Лично я в ту сторону монстров еще не возил. Только оттуда к станции.

Ближе к утру, когда небо посветлело, впереди на возвышенности показалась деревня охотников. Правда, на деревню не очень похоже. Скорее небольшой городок с двух и трехэтажными особняками, с уличными фонарями и даже с фонтаном. Сразу видно — деньги у охотников есть.

На въезде в деревню нас остановили трое человек в одинаковой серо-зеленой форме. Один из них внимательно осмотрел грузовик, даже заглянул под наши сиденья и очень удивился, увидев теневика.

Второй проверил документы, а третий стоял немного поодаль и не спускал настороженного взгляда. У них не было оружий, поэтому я сразу понял, что они маги.

— Неужели и вам бандиты покоя не дают? — спросил Юра, когда нам разрешили проехать дальше.

— Еще бы! Житья от них нет. Даже со стороны гор пытались подобраться. Пришлось всех положить… А вы чего монстра сюда привезли?

— Мы проездом, — отмахнулся Юра. — Бывайте, служивые.

Уже на подъезде к деревне дорога сильно изменилась, стала ровнее. В деревне же все дороги были выложены брусчаткой, которые идеально подогнаны к друг другу, поэтому ехать одно удовольствие.

Возле высоких заборов, за которыми виднелись добротные дома, сидели лохматые сторожевые псы. Почти из каждого двора слышался рев монстров. Навстречу нам двигалась повозка, в которую впряжены два небольших монстра, похожих на бегемотов, только с острыми зубами и длинными когтями.

— Здесь монстров используют, как домашних животных? — спросил я у Юры.

— Да, господин. Также с помощью прирученных монстров вытаскивают других монстров из Аномалии.

— А где находится Аномалия?

— Вон видите, — ткнул он пальцем в ущелье, виднеющееся за деревней. — Там за высокой скалой. Правда, сам я в Аномалии никогда не был. Только слышал о том, что там творится. Охотники не зря столько денег берут за монстров. Очень опасно на них охотиться и живыми к нам притаскивать. Каждый год погибают… Но на их место быстро прибегают другие. Каждому хочется хорошо жить.

Мы добрались до центра деревни, где находилась небольшая площадь. В центре стояла статуя мужчины с копьем, а под его ногой убитый монстр. Статуя настолько реалистичная, что видна каждая морщина на суровом лице охотника и каждая чешуйка кожи монстра. Искусный мастер поработал.

— Оставайтесь здесь. Мне нужно найти охотника.

— Как имя того охотника? Может, я его знаю и смогу подсказать.

Я вытащил лист бумаги из внутреннего нагрудного кармана и прочел имя:

— Серго Шенгелая.

— А-а-а, Серега! Так, я его знаю. Он живет в конце этой улицы в доме с зеленой крышей, — водитель понизил голос и добавил. — Только будьте с ним осторожнее.

— Почему?

— Мутный он какой-то. Все знают, что он какие-то делишки проворачивает, но никто ни разу его на этом не поймал.

Именно поэтому мне и нужен мутный Серго. Другой бы не стал так рисковать.

— Хорошо. Ждите здесь. Головой за теневика отвечаете, — строго добавил я и направился по указанной улице в сторону дома с зеленой крышей.

Через два дома увидел двухэтажный гостевой дом с парковкой и большими пустыми клетками под навесами. Скорее всего, он предназначался для охотников, которые приезжали сюда на подработки.

Когда проходил мимо открытой двери, почувствовал аппетитный запах жареного мяса и свежего хлеба. В животе призывно заурчало. Перед глазами тут же возникла тарелка с поджаренными кусочками свинины, нарезанные кружками маринованные овощи и свежеиспеченные сырные лепешки. Сглотнув, я ускорился. Придет время для отдыха и еды. Сначала нужно решить дела с этим Серго.

Вскоре показался дом с зеленой крышей. Выглядел он довольно скромным по сравнению с другими: одноэтажный, деревянный забор, старые покосившиеся хозяйственные строения во дворе. Странно. Мне казалось, что такой жулик должен хорошо жить. Видимо, он достаточно умен, поэтому не привлекает к себе ненужного внимания.

Я подошел к калитке. Скрип несмазанных петель разнесся по округе, и в окне появился светлый овал лица.

Седой мужчина, подозрительно прищурившись, осмотрел меня с ног до головы и исчез. Через несколько секунд дверь распахнулась и на крыльцо вышел настоящий великан: высокий, широкоплечий, с седыми вьющимися волосами до плеч и окладистой бородой.

Одет он был в длинную рубаху-косоворотку, широкие холщовые штаны и высокие сапоги. Обычно так одевался наш дворовый работник Митя.

— Чего надо? — грубо спросил он и сложил руки на груди.

— Вы Серго Шенгелай?

— Да. Кто спрашивает?

— Я от Жорина.

Серго с сомнением посмотрел на меня, затем осмотрелся и кивнул.

— Заходи.

Он развернулся и скрылся в доме. Почему он не спросил кодового слова? Жорин утверждал, что без него он ничего не будет делать.

Я поднялся на крыльцо, перешагнув через сломанную ступеньку, и заглянул в темные сени. По стенам висели березовые веники, на полу под скамьей лежали мотки сухой коры.

Прошел до открытой двери в горницу и увидел Серго. Он сидел на стуле и буквально пронизывал меня взглядом.

— Слушаю. Что надо?

Я перешагнул через высокий порог и осмотрелся. Внутри было в точности, как в деревенских домах: длинный деревянный стол, скамейки, полки и большая печь в углу. В общем, скудная обстановка, по которой даже не скажешь, что здесь живет охотник на монстров.

— У меня есть теневик, на которого нужно поставить клеймо охотника. Жорин посоветовал обратиться к вам. Я хорошо заплачу.

— Заплатишь-заплатишь, куда денешься, — он недовольно поморщился. — Только не все ты мне сказал.

Охотник выжидательно уставился на меня. Видимо, пришло время для кодового слова.

— Мираж, — уверенно произнес я.

Он хмыкнул, тяжело вздохнул и кивнул.

— Хорошо. Где сейчас твой теневик?

— В грузовике на площади. Я сейчас велю подогнать.

— Не надо. Прогуляюсь. Засиделся я что-то дома.

Мы вместе вышли на улицу и двинулись к площади. Я пару раз хотел завязать разговор, но охотник отвечал либо односложно, либо вообще игнорировал.

Люди, встречающиеся на нашем пути, не здоровались с Серго, а на меня смотрели с подозрением и неприязнью. Интересно, что вообще у них здесь творится? Было бы время, я бы пожил здесь и все хорошенько разнюхал, но задерживаться с теневиком не стоит. К тому же дед будет переживать.

Когда мы подошли к грузовику, Юра вышел из кабины и поздоровался с Серго. Тот еле заметно кивнул, прошел мимо него и забрался в кузов. Я пошел следом и увидел, что охотник внимательно осматривает теневика.

— Хорош… Очень хорош. Дорого стоит.

Казалось, он разговаривает сам с собой.

— Зачем вы оцениваете моего монстра? — спросил я.

Серго встрепенулся, будто я застал его за постыдным делом, затем недовольно поморщился и спустился на землю.

— Откуда ты его взял?

— Какая разница? Откуда взял, его там уже нет. Сколько стоит поставить клеймо?

— Бесплатно.

Он внимательно посмотрел на меня своими черными глазами.

— Как это бесплатно? Почему?

— На своих монстров я бесплатно ставлю клеймо.

Я недоуменно уставился на него, не понимая, что происходит.

— Мираж — означает шухер. Хотел подловить меня, паскуда?

Он поднял руку, и в меня полетела искрящаяся голубая молния. Я едва успел уклониться в сторону. С громким треском молния ударилась о землю.

Юра испуганно охнул и спрятался за грузовик. Я же закрылся защитным полем и выпустил в Серго разрушительную сферу. Тот тоже создал магический щит, по которому пробегали голубые молнии, поэтому сфера взорвалась, не долетая до него.

— Против меня ты не выстоишь, — презрительно скривил губы маг. — Кто такой?

— Не твое дело.

— Ты прав. Это не важно. Главное, что ты привез теневика. На таких монстров большая очередь.

Он провел рукой над головой и создал черную тучу, из которой с треском вырывались молнии.

— Спасибо за теневика. Прощай, — усмехнулся он, развернулся и пошел к кузову.

Черная туча поплыла ко мне и атаковала молниями.

Глава 22

Трескучие молнии вырывались из черной тучи и били по защитному куполу. Серго был прав, я не выстою, если не избавлюсь от этой чертовой тучи. Я попробовал разогнать ее разрушительной сферой, но толку было мало. Разбросанные черные ошметки тучи вновь соединялись и обрушивали на меня ослепительные зигзагообразные стрелы магической энергии.

Больше всего из всех стихийных магий мне нравился лед, но в этом случае он совершенно бесполезен. На всякий случай я отправил ледяной вихрь, но льдинки проносились сквозь тучу и никак не влияли на нее.

Придется действовать по-другому.

Во время учебы в академии я взял уроки по основам различных видов магии. До сегодняшнего происшествия в них не возникало надобности, поэтому многое просто позабылось. Времени на то, чтобы восстановить их в памяти, совершенно не было, ведь защитный купол уже начал мерцать. Вот-вот пропадет. Поэтому пришлось применить то, что я знал в совершенстве, но очень не хотел использовать. На это заклинание уходило столько сил и энергии, что потом даже снежок создать не смогу. Однако другого выхода не было.

Выставив руки перед собой, произвел необходимые манипуляции, шепотом проговорил заклинание и отпрыгнул в сторону. Получилось идеально!

Мой двойник остался стоять под куполом, а я невидимкой находился в двух метрах от него. Эффект невидимости держался не более двух минут, поэтому нужно было действовать.

Правда, я был без оружия и без магии, зато мог незаметно подобраться к паскуде Серго. Этот гнусный тип уже цеплял к клетке крюки с цепями, чтобы спустить с кузова.

— Водила, иди сюда! Кому говорю! — грубо прокричал Серго осматриваясь. — Пришла пора выгружать твое корыто. Куда ты запропастился?

Он перегнулся через борт кузова, чтобы найти Юру. Я воспользовался этим и, подпрыгнув, схватил его за рубашку и резко дернул вниз. Серго не удержался и свалился на землю. Что-то хрустнуло. Я уж было подумал, что он сломал шею, но маг схватился за руку и взвыл дурным голосом, вращая непонимающими глазами. Меня до сих пор не было видно.

Недолго думая, я схватил его за здоровую руку и заломил назад. Теперь он не мог ничего сделать, ведь вторая рука плетью лежала на земле.

— Юра, беги за служивыми! — прокричал я, удерживая разъяренного Серго, который извивался всем телом, пытаясь освободиться.

Юра вылез из-под грузовика, бледный, как полотно, и заикаясь спросил:

— А ч-что им с-с-сказать-то? — он обращался к моей копии, которая, как ни в чем не бывало, стояла под куполом и изображала меня, и опасливо косясь на Серго, который почему-то валялся на земле и изрыгал проклятья.

Щелчком я снял заклинание раньше времени и предстал перед ним. Юра с облегчением выдохнул, а туча продолжала выпускать молнии, но уже на пустующее место.

— Скажи, что представитель Имперской службы схватил недобросовестного охотника и просит помощи с задержанием.

— А может его… того? — Юра провел большим пальцем по горлу.

Я, признаться, тоже сначала хотел добить охотника, но передумал. Таких лучше живьем брать и под суд. Опять же, нашему отделению плюс к заслугам перед империей.

— Нельзя. Живым он полезен, а мертвым никому не нужен.

— Понял. Сейчас приведу, — он развернулся и грузно побежал в сторону въезда в деревню.

Пока Юра ходил за подмогой, Серго пытался меня уговорить отпустить его.

— У меня деньги есть. Большие деньги. Тебе о таких только мечтать. Как только отпустишь, так и сразу я тебе и скажу, где они лежат.

— Пф-ф-ф, на такое даже мой недалекий Митя не пойдет.

— Не знаю, кто такой Митя, но ты зря отказываешься. Хочешь целую тысячу дам? А две? Может, за десять отпустишь?

Тут я вспомнил, зачем вообще пришел к нему.

— Где твое клеймо?

— При мне. Всегда с собой ношу. Если отпустишь — соглашусь поставить свой знак на твоем теневике.

— Кто тебя спрашивать будет? — хмыкнул я.

Хватило одного удара ребром ладони по шее, чтобы вырубить его. Нужно действовать быстро, пока Юра не привел подмогу.

Сначала я проверил карманы Серго, но кроме пачки сигарет, коробка спичек и всякого мелкого сора ничего не нашел. Однако увидел на толстой шее золотую цепь. Пришлось перевернуть и расстегнуть рубашку. А вот и клеймо.

Снял цепь с клеймом с его шеи и спрятал в карман. Хорошо, что Серго без сознания. Когда с ним будет работать менталист, то не увидит, куда делось клеймо.

Вскоре вернулся Юра и маги, охраняющие деревню. Вокруг собралась толпа зевак, но никто не вмешивался и не задавал вопросов. Похоже, здесь у них свои правила.

Я показал удостоверение и велел передать Серго полиции, чтобы те под конвоем отправили его в мое отделение Имперской службы. Прямо там, практически на коленях написал сопроводительное письмо, в котором указал свои данные и причину задержания.

Когда Серго грузили в фургон, он пришел в себя и начал вырываться, но опытные бойцы его быстро утихомирили.

— Ну что? Назад? — спросил Юра, когда фургон скрылся из глаз.

— Не сегодня. Нужно отдохнуть. Я здесь видел гостевой дом. Поехали к нему, — предложил я.

— Согласен.

Уже через двадцать минут мы сидели за столом и ждали свой заказ: запеченного мяса, свежих овощей, лепешек и холодного пива. Также я оплатил свежее мясо для теневика и напоил его водой.

— Ты говорил, что знаешь Серго, — сказал я, когда перед нами поставили большое глиняное блюдо с мясом.

— Да, знаю, — он виновато посмотрел на меня. — Мы его Серегой называли. Он часто обращался к нам, чтобы вывезти монстров. Я даже не предполагал, что он такой… гнида. Казался нормальным человеком. Скупой, правда. Никогда сверху не накинет, хотя мы всегда с погрузкой и выгрузкой помогали.

После еды мы поднялись на второй этаж и разошлись по комнатам. Как сказал хозяин гостевого дома, сейчас несезон, поэтому постояльцев немного. Всего два охотника снимают по комнате.

Прошлая бессонная ночь и тяжелое заклинание вымотали меня, поэтому я заснул сразу, как только голова опустилась на подушку. Правда, проспал недолго. Усилием воли заставил себя проснуться. На часах полночь — самое время, чтобы доделать то, за чем приехал сюда.

Внизу было тихо. Все уже спали, и только часы с маятником отсчитывали секунды. Прихватив с собой свечу и спички, вышел на улицу и подошел к грузовику. Убедившись, что никто не подсматривает, забрался в кузов и встретился взглядом с теневиком.

— Придется потерпеть. Ради этого мы проделали такой долгий путь.

Теневик будто понял, что я ему сказал, и, шумно выдохнув, опустил голову.

Я поставил свечку на пол кузова, поджег ее и подвесил над огнем клеймо. Оно представляло собой круг, внутри которого инициалы охотника выполнены в виде сложного каллиграфического рисунка. Такое клеймо трудно повторить.

Огня свечки не хватило, чтобы как следует раскалить клеймо, поэтому пришлось применить магию. Когда металл нагрелся настолько, что стал красным, я перехватил клеймо толстой засаленной перчаткой, которую нашел в кабине грузовика, и приблизился к теневику.

Тот понимал, что сейчас произойдет, но не отпрянул и не огрызнулся, а позволил поднести горячий металл к своей груди.

Когда клеймо зашипело, оставляя фигурный ожог на черном теле теневика, тот застонал, но продолжал стоять и не шевелился.

«Молодец! Когда вернемся, велю Мите скормить тебе двух баранов — заслужил. И гулять буду выводить каждый день», — мысленно пообещал я и убрал клеймо.

Теперь нужно от него избавить и так, чтобы никто не нашел. Что же с ним сделать?

Тут я вспомнил, что по пути сюда, мы проезжали возле ущелья, на две которого протекала река. Со дна той реки наверняка никто не сможет достать клеймо.

Еще раз похвалив теневика, я спустился с кузова и спрятал еще горячее клеймо под свое сиденье. Завтра нужно будет улучить момент и выбросить его, но так, чтобы Юра не заметил.

На следующее утро мы позавтракали и выехали в обратный путь. Был большой соблазн съездить до Аномалии, но я, хорошо обдумав, решил, что нужно поскорее вернуть теневика домой. Он уже много дней сидит в клетке и может заболеть.

Юра пару раз аккуратно спросил, зачем вообще я приезжал к деревне охотников с монстром, но каждый раз я уходил от ответа. Не хотелось посвящать его в такие сомнительные дела. Тем более он теперь знает, кто я такой.

Когда проезжали возле ущелья, попросил его остановиться и незаметно выбросил клеймо. Пару раз оно со звоном ударилось о камни, выступающие по краям ущелья, и с тихим плеском упало в воду. Всё, теперь его никто не найдет.

Мне повезло — поезд до Петербурга шел сегодня вечером. Когда мы добрались до станции, оставалось еще пару часов, поэтому мы выгрузили клетку с теневиком, и я позволил ему прогуляться и размять ноги.

Кожа на том месте, где я поставил клеймо, опухла и покрылась коростой. Не хватало еще, чтобы загноилась. С собой у меня не было никаких медикаментов, поэтому пришлось просто промыть кипяченой водой и насухо вытереть. По приезде нужно будет послать Митю за целителем Сорокиным, пусть посмотрит.

Когда поезд прибыл, работники станции помогли погрузить клетку в грузовой вагон. Мне не хотелось оставлять без присмотра теневика, но не ехать же с ним в грузовом вагоне, в котором даже туалета нет, не говоря уж о комфорте и уюте.

На всех станциях, на которых поезд стоял больше пятнадцати минут, я подходил к вагону с теневиком и проверял его самочувствие и поил чистой водой из трехлитровой банки.

Я заранее на одной из станций отправил домой телеграмму, где написал, во сколько мы с монстром приезжаем, и велел нас встретить. Поэтому, как только поезд остановился, увидел Митю и Валеру, бегающих от вагона к вагону.

— Дмитрий Иванович, вернулись! — радостно воскликнул Митя. — А мы-то уж испереживались все, вас ожидаючи.

— Как доехали, Ваше Благородие? — с поклоном поинтересовался Валера.

— Удачно. Надеюсь, вы догадались прицеп привезти?

— Конечно! — с жаром ответил Митя, будто я сморозил какую-то глупость. — Тимофей Кондратьевич любезно согласился помочь. Ждет у вокзала на своем автомобиле и с прицепом.

— Хорошо. Ждите здесь.

Я вышел из вокзала, нашел генерала и, поприветствовав, указал, куда подъехать. Затем клетку с теневиком спустили на погрузчике, и я выпустил монстра. Работники вокзала, конечно же, стали возмущаться, но я лишь отмахнулся от них и велел теневику забраться в прицеп. В знакомом прицепе он ожил и стал активнее, будто радовался возвращению.

— Не буду спрашивать, куда и зачем ты ездил. Спрошу лишь об одном: удачно или нет? — спросил Ворошилов, когда мы выехали с парковки и поехали по городу.

— Удачно. Все получилось, — кивнул я и с облегчением выдохнул.

Только сейчас я осознал, что теперь не надо прятать теневика. У него есть клеймо, с которым перед нами открыты двери всех арен.

По пути в усадьбу попросил заехать к Сорокину. Целитель осмотрел клеймо и вынес какую-то мазь, велев наносить тонким слоем три раза в день в течение недели.

— Я сам буду мазать Ночь, — вызвался Митя.

— Уже не боишься?

— Нет. Соскучился по нему жутко. Привязался, как к Полкану, — Митя повернул голову и любовно посмотрел на монстра через заднее стекло автомобиля.

Когда мы подъехали к усадьбе, дед выбежал на улицу и торопливо зашагал к нам.

— Вернулись, наконец-то. Я уж и спать перестал. Все какие-то кошмары снились, — признался он и крепко обнял меня.

— Что за меня переживать? Взрослый уже, не пропаду.

— Для меня ты как был дитем, так им и останешься. Даже когда поседеешь, — отмахнулся он и кивнул на теневика. — Поставил?

— Да. Теперь он официально добыт с Уральской аномалии.

— Ну и хорошо. Отведи монстра в амбар и домой. Мы с Клавой уж и стол накрыли. Тимофей Кондратьевич, тебя это тоже касается, — махнул он генералу и двинулся к дому.

Ворошилов никогда не отказывался от хорошей компании и вкусной еды, поэтому присоединился к деду, и вместе они зашли в дом.

Я отвел теневика в амбар и велел дать ему двух баранов. Дворовый работник кивнул и побежал в своих тяжелых сапогах выполнять мое распоряжение.

С наслаждением вздохнув прохладный вечерний воздух двинулся к дому. Я был уверен, что теперь нас с теневиком ждет великое будущее.

Глава 23

На следующее утро я первым делом поехал на службу. Еще не дошел до кабинета, как услышал гневный голос Августа Валерьяновича.

— Федя, я тебя за такие дела на каторгу отправлю! В Сибирь сошлю, на рудники!

— Я… я не нарочно. Я не хотел, — плаксиво ответил Федя, которого назначили на время вместо меня.

— Не нарочно! Тебе сколько лет? Сколько лет, спрашиваю?!

Я приоткрыл дверь и увидел, как Федя весь съежился, а над ним нависает начальник и трясет тем самым журналом, в который я вношу все сделки с монстрами.

— Доброе утро. Что тут у вас? — я зашел и протянул руку начальнику.

Тот пожал протянутую руку и показал журнал.

— Ты только глянь, что этот болван сделал, — раздраженно выдохнул он и кивнул на Федю, который почти провалился под стол, спасаясь от гнева начальника.

Я раскрыл журнал и ужаснулся: листы сморщенные и грязные, местами прожженные, и чернила все расплылись — ничего не разобрать.

— Что случилось? — я уставился на Федю. — Журнал же был почти заполнен и в нем четыреста листов.

— Отвечай ему! — прикрикнул Август Валерьянович на Федю и плюхнулся на свое кресло.

Я выжидательно посмотрел на испуганного сотрудника. Тот выдохнул, немного приподнялся на стуле и вполголоса принялся объяснять:

— Работы навалилось, поэтому решил взять домой журнал и документы, чтобы закончить…

— Так и скажи, что выслужиться хотел! — прервал его начальник, который вновь начал распаляться.

Федя нервно сглотнул, покосился на Августа Валерьяновича и продолжил:

— Документы в папку убрал, а журнал подмышкой зажал. Накануне дождь был и везде лужи. Хотел перепрыгнуть через одну, но поскользнулся на грязи и выронил журнал в воду.

Он развел руками и тяжело вздохнул.

— Ты не юли, а все выкладывай!

Федя кивнул.

— Хотел просушить и дома над огнем раскрыл. Отвлекся и не заметил, как страницы загорелись, — виновато проговорил он и быстро добавил. — Но я сразу же потушил, поэтому журнал почти целый.

— Ага, целый он, как же! Все чернила расплылись, — начальник уже остыл, но все еще продолжал ворчать. — Хорошо хоть документы целыми остались. Бери новый журнал, подними все сделки, зарегистрированные в журнале, и переписывай. Даю тебе два дня. И не дай Бог, ты что-то вынесешь из кабинета, — грозно проговорил он и потряс пальцем.

— Я? Но ведь Дима уже вернулся, — пытался соскочить Федя.

— Какая тебе разница вернулся он или нет! Делай, как говорю. У Дмитрия Ивановича новая работа.

Я невольно напрягся. Что еще за новая работа? Опять менталистом хотят припахать? Терпеть не могу рыться в чужих мозгах.

— Подойди и распишись в приказе, — Август Валерьянович подвинул на край стола лист бумаги и ручку.

Я пробежал взглядом приказ. В нем говорилось, что меня переводят в оперативники. Сразу после окончания отпуска должен приступить к новым обязанностям.

— Неужели не рад? — спросил начальник и внимательно посмотрел на меня.

— Рад. Очень рад, — кивнул я, протянул руку и с жаром добавил. — Спасибо большое, Август Валерьянович! Я вас не подведу.

— Я знаю. Уверен в тебе на сто процентов. Собери свои вещи и дуй на первый этаж. Будешь сидеть в одном кабинете с Олегом.

— А отдельного кабинета не найдется? — осторожно спросил я.

— Не наглей. Не дорос еще до отдельного кабинета. Вот как дослужишься до…

Он задумался. Видимо, сам не знал, до какого звания нужно дослужиться, чтобы выделили отдельные хоромы, ведь сам сидел со мной в одном кабинете.

— Кстати, Дмитрий Иванович, — он вновь перешел на «вы», значит, обрел душевное равновесие. — К нам вчера поступил охотник по фамилии Шенгелая. Менталист выудил из него много интересного. Я даже не буду спрашивать, как вы на него вышли.

— Правильно. У меня свои методы.

— Да и, что самое главное, они очень действенны. Спасибо за работу, — кивнул он.

Я забрал из тумбочки кружку и запасную рубашку. Больше ничего моего здесь не было, и спустился на первый этаж. Олег уже был предупрежден о новом соседе и даже приготовил для меня рабочее место.

— Рад, что ты теперь с нами. Заслужил, — похвалил он и похлопал меня по спине.

До самого обеда Олег вводил меня в курс дел. Оказывается, у оперативников тоже достаточно бумажной волокиты, но мне не привыкать, поэтому я лишь отмахнулся. Прорвемся.

— Ты, наверное, не знаешь, но мы недавно такую «жирную» арену закрыли. Прятались прямо на лесной поляне. Никогда бы не додумался там искать.

— Сообразительные, — кивнул я.

Ну не признаваться же, что я отлично знал про эту арену и даже пару раз участвовал в боях.

На обед мы вдвоем сходили в забегаловку. Олег вкратце рассказал о последних событиях и о планах на ближайшие месяцы. Клубок, который они начали раскручивать, оказался гораздо глубже. К незаконной торговле монстрами и к подпольным боям были причастны приближенные императора, поэтому нужно действовать очень аккуратно, чтобы самим не лишиться свободы, а, может, и жизни. Для таких людей ничего не стоит идти по головам и оставлять за собой руины и выжженное поле.

Вторую половину дня я посвятил изучению инструктажей и правил, а также получил другую форму, табельное оружие и жезл.

После работы поехал к арене, хотя очень хотелось повидаться с Таисией. Но она наверняка снова на учебе или работе, поэтому придется поискать. Неуловимая моя.

Когда зашел во дворец, то увидел Гришу Жукова, который отсчитывал администратору Анне карточки монстра.

— Здорова, Дима! Ты где пропадал? — он пошел мне навстречу.

— Привет, Гриша. Уезжал по делам. А ты что здесь делаешь?

Я сразу вспомнил бой, унесший жизнь его монстра Грома.

— Новый боец у меня, — похвастался он и протянул карточку.

— Острозуб. Хороший боец, послушный, — кивнул я и вернул карточку.

— Гром был лучше, но и этот сойдет, — сразу поник он.

Мне захотелось приободрить его, поэтому я приблизился и вполголоса произнес:

— Теневик убил Скорпиона.

— Да ты что! — изумленно воззрился он на меня. — Неужели кто-то победил этого демона? Молодец, Дима. Твоя заслуга — хорошего бойца воспитал.

В это время возле касс появился владелец арены дядя Веня и принялся что-то обсуждать с Анной. Та кивала в ответ и делала записи в блокноте.

Я попрощался с Гришей и направился к нему.

— А-а-а, Дима! Что-то совсем к нам дорогу забыл, — пожурил он пальцем.

— Дела, заботы, — отмахнулся я.

— Понятно. Пришел на бой посмотреть? Сегодня глотар сражается.

— Я бы с радостью посмотрел, но времени совсем нет. Дел навалилось невпроворот. Вообще я к вам пришел.

— Ко мне? — заинтересовался дядя Веня и приблизился вплотную. — По какому делу?

— Кто едет на соревнования от вашей арены?

— Уже никто, — печально вздохнул он. — Некого в этом году выставлять. Монстры какие-то слабые попались — всех убили. Я тут еще двоим предложил поучаствовать и обещал хорошее вознаграждение за каждую победу, но они отказались. Никто не хочет рисковать. Выбирают слабых противников и на них деньги делают. Они не понимают, что во время соревнований не только поднимают рейтинг арены, но и прокачивают своего бойца. Перед победителем всегда открыты двери самых престижных арен, где только за участие платят целое состояние.

— Я пойду, — с готовностью ответил я.

— Не понял. Куда пойдешь? — напряг он кустистые брови.

— Участвовать в соревнованиях. У меня клейменные теневик.

Дядя Веня не верил своим ушам. Он еще пару раз переспросил, точно ли я буду участвовать, а потом схватил меня за руку и потянул к своему кабинету.

— Сейчас все составим и подпишем, пока ты не передумал. Аннушка, беги сюда! Помощь понадобится!

Вдвоем они быстро подготовили необходимые документы для участия в соревнованиях. Я все подписал и заверил, что буду беречь монстра и «сохраню его жизнь хотя бы до первого этапа соревнований» — такое обещание взял с меня дядя Веня. Оказывается, между аренами и их владельцами тоже есть соперничество, и если какая-нибудь из арен не участвует в соревнованиях, то ее считают никудышной. Типа это признак того, что никто не согласился представлять ее даже за деньги.

Соревнования начинались через полторы недели, поэтому у меня было время подготовить теневика и вылечить воспаленное клеймо.

Попрощавшись с дядей Веней и Анной, я вышел на улицу и задумался, гадая, где же сейчас Тая? Но взглянув на часы, все понял. В это время она может быть либо на дежурстве в больнице, либо в сиротском доме, учеба уже давно закончилась.

Ехать с пустыми руками в сиротский дом я не мог, поэтому закупился сладостями. Однако, оказалось, что ее там нет. Передав сладости сиротам, я поехал в больницу.

На удивление в коридоре было пусто. Я опустился на скамью в надежде, что Тая будет проходить мимо, но тут дверь одного из кабинетов открылась и вышел мужчина с перебинтованной головой. Он шел вдоль стенки и охал, будто каждый шаг отдавался болью в голове.

— Следующий! — донесся знакомый голос.

Я поднялся, зашел в кабинет и плотно прикрыл за собой дверь. Таисия сидела за столом и заполняла какие-то бланки.

— На что жалуетесь? — спросила она, не поднимая головы.

— На сердце. Болит от неразделенной любви.

Девушка подняла голову и удивленно уставилась на меня. Затем продолжительно выдохнула и улыбнулась:

— А по-моему, оно болеть не может. Ведь любовь взаимная.

Глава 24

Едва я подошел к столу Таи, как дверь кабинета открылась и появился пожилой доктор. Мда-а, не суждено нам остаться наедине.

— Таисия, в процедурном кабинете требуется ваша помощь, — сказал он и опустился за соседний стол.

— Хорошо, Игорь Васильевич, — девушка встала и двинулась к двери, бросив на меня быстрый взгляд.

— Я буду ждать тебя, — прошептал я.

Тая кивнула и вышла в коридор.

— Молодой человек, присаживайтесь. На что жалуетесь? — он внимательно посмотрел на меня из-под кустистых бровей.

— Теневик заболел. Клеймо воспалилось, не подскажете…

— Не подскажу, — мотнул он головой. — Здесь больница. Она для людей, а не монстров. Обратитесь к целителям.

— Хорошо, спасибо.

Я вышел из кабинета, но Таи уже не было видно. Снова побежала кому-то помогать. Интересно, до скольких длится ее дежурство?

Дальше по коридору орудовала шваброй санитарка. Я решил спросить у нее.

— До восьми. А вам-то чего? — она с подозрением прищурилась.

— Жду друга.

— Ну-ну, — хмыкнула она и продолжила натирать и так чистый пол.

До восьми еще два часа, поэтому я решил съездить до друзей. Сначала заехал за Ильей, а потом мы вдвоем приехали к Мише.

— А где будут проходить соревнования? Я ни одного боя теневика не пропущу, — заверил Илья.

— В Петербурге, конечно. Не в нашей же глуши их проводить, — усмехнулся Миша. — Я тоже отпуск возьму и квартиру сниму, чтобы не кататься туда-сюда.

— Зачем квартиру, если у меня отец В Питере живет? У него и остановимся. У нас там шестикомнатная квартира, — предложил Илья.

— С отцо-ом? — с сомнением протянул Миша. — При нем же ни выпить, ни девушек в гости пригласить.

— Ты хоть раз девушек приглашал? — рассмеялся Илья.

Миша что-то пробурчал под нос.

— А ты долго еще будешь на машине генерала рассекать? — спросил Илья и кивнул на громоздкий автомобиль.

— Надо купить свой, но пока времени не было. Давайте завтра после работы съездим до Питера и купим? — предложил я.

— Я согласен… Только Галю предупрежу, чтобы не волновалась.

— Так, у тебя с ней все серьезно, что ли? — удивился я.

Этого я совсем не ожидал от ловеласа Ильи, который ни одну юбку не пропускал.

— Да. Вчера ездил к ее родителям. Славные люди. Хорошо приняли. Угощали соленьями.

Мы с Мишей переглянулись. Раньше бы Илья с простолюдинами даже не разговаривал, а тут за одним столом сидел. Как же меняются люди из-за любви.

Обговорив завтрашнюю поездку, отвез Илью обратно домой и поехал в больницу за Таей. Подъехал вовремя, она как раз вышла и устало плелась в сторону общежития.

— Девушка, можно с вами познакомиться? — крикнул я из приоткрытого окна.

Таисия улыбнулась и кивнула.

— Можно. Только с условием, что подвезете до общежития. Ноги совсем не идут. Устала.

Я вышел из машины и учтиво открыл ей дверь, как перед госпожой. Она весело рассмеялась.

Мы поужинали в ресторане, и я повез ее к общежитию. Правда, у общежития простояли еще часа три — никак не могли наговориться, будто целый год не виделись. Мне было так легко и спокойно с ней, что я сам не заметил, как все выложил про теневика. Она не стала осуждать или поучать, а лишь ответила, что я все правильно сделал.

Я проводил ее до двери и понял, что не хочу оставлять ее здесь и не хочу расставаться. Она мне нужна. Жизненно необходима.

— Возможно, здесь не место и не время. И вообще, все должно быть по-другому, но не могу не спросить, — проговорил я, глядя ей в глаза и прижимая ее руку к своей груди.

— Что случилось? — напряглась она.

— Ты выйдешь за меня замуж? — слова вырвались быстрее, чем я сообразил.

Девушка с минуту смотрела мне в глаза, будто никак не могла понять смысл сказанных слов.

У меня же даже сердце остановилось, в ожидании ее ответа.

— Я согласна, — еле слышно проговорила она, и из ее глаз выкатились слезы.

Мы обнялись и простояли так минут десять, пока на крыльцо не вышла вахтерша.

— Прекратить! Вы как себя ведете в общественном месте? На вас же люди смотрят, — прошипела она.

— Пусть смотрят, — отмахнулся я. — Я, между прочим, свою невесту обнимаю. Имею полное право.

Вахтерша удивленно воззрилась на меня, затем развернулась и молча зашла в общежитие.

— Завтра. А нет, завтра не получится… Послезавтра я познакомлю тебя с дедом и покажу, где живу. Не хоромы, конечно, и ремонт требуется, но жить можно.

— С тобой хоть в шалаше, — улыбнулась она.

— А давай я тебе дом сниму? Или номер в гостинице? Поживешь там до свадьбы.

— Зачем?

— Чтобы ты не оставалась в этом клоповнике, — кивнул я на общежитие.

— Все хорошо. Я здесь живу уже не один год, поэтому еще потерплю, — она поднялась на цыпочки и поцеловала меня в кончик носа.

— Ну ладно. Значит, надо как можно скорее сыграть свадьбу. Завтра же заеду в загс и все выясню.

Мы поцеловались на прощанье, и Тая исчезла за дверью. Я был вне себя от распиравшего в груди чувства. Если бы сейчас ко мне подошел нищий и попросил денег — отдал бы все до копейки. Я простил всех врагов и больше ни на кого не держал зла. Даже Рузанову руку бы пожал.

Вернувшись домой, первым делом вывел теневика погулять. Обещал ведь, когда клеймо поставил.

Ночь тут же опрометью ринулся по полю и скрылся из глаз.

— Радуется, — послышался сзади голос Мити.

— Еще бы. Столько дней в тесной клетке просидел. Ты ему клеймо помазал? Не испугался?

— Нет, конечно. Он будто бы все понимал и даже не шелохнулся, когда я мазал. Умный такой. Ну, прямо, как мой Полкан, — он любовно погладил щенка, которого держал на руках.

Через полчаса я мысленно велел теневику вернуться, и он послушался. Когда запер его в амбаре, велел Мите накормить, а сам зашел в дом.

Дед уже ждал меня за столом в столовой.

— Ты где так долго ходишь? Уже остыло все, — произнес он недовольным голосом и отложил газету.

— Предложение делал, — ответил я и сел за стол.

— Какое еще предложение? — не понял он.

— Руки и сердца. Завтра… А нет, послезавтра привезу ее знакомиться.

Дед махнул рукой и потянулся к запеченной куропатке.

— Ну и шутки у тебя.

— Дед, я не шучу. Женюсь в самое ближайшее время. Так что готовься, скоро в усадьбе появится хозяйка.

Он внимательно посмотрел на меня, но я был серьезен.

— Правда, что ли?

Я кивнул.

— Ну, Слава Богу! Наконец-то! Может и правнуков успею понянчить, — воскликнул он и сжал мне плечо. — Валера, тащи Имперскую водку! Праздник у нас.

***

Прошла неделя. Я купил себе мощный внедорожник, чтобы без проблем возить тяжелый прицеп с теневиком даже по бездорожью.

Познакомил деда с Таисией. Она ему очень понравилась, и он весь вечер не отходил от нее, показывая усадьбу и рассуждая о том, как здесь все можно изменить к появлению детей. Она сначала смущалась, но потом включилась в обсуждение и предлагала свои варианты.

Дед, как и я, не хотел, чтобы она жила в общежитии, поэтому уговорил до свадьбы поселиться в гостинице. Она могла бы остаться у нас, но все понимали, что нельзя компрометировать девушку, поэтому я в тот же день помог ей перевезти вещи и оплатил гостиницу на месяц вперед. Как раз до дня свадьбы.

Каждый день я тренировал теневика, который выкладывался по полной и радовал меня своими достижениями. Теперь не только он принимал решение, когда накрыть все темнотой, но и я мог ему приказать использовать эту способность.

К тому же я перебрал все артефакты и, выбрав разрешенные к использованию, научил теневика использовать их.

Клеймо зажило, и теперь на его груди красовался шрам с витиеватым рисунком, в котором прятались инициалы Серго. Кстати, охотник всем говорил, что это я украл у него клеймо, но кто же ему поверит?

До начала соревнований оставалось два дня, и сегодня мы с теневиком, Ильей и Мишей выдвигались с вещами в Петербург. Таисии я дал обещание, что буду приезжать между этапами соревнования.

— Сколько длятся соревнования? — спросил Миша, забравшись на заднее сиденье моего внедорожника с пакетом копченых крылышек.

— У всех по-разному: кто-то вылетит уже в первый день, кто-то продержится до самого конца и получит награду, — ответил Илья.

Он купил себе бутылку лимонада и не спеша потягивал его.

— Теневик выиграет, — махнул рукой Миша.

— Посмотрим. Все-таки на соревнования отправляют лучших со всей империи, — ответил я. — Если бы Гром не погиб, то поехал бы Гриша Жуков. Его монстр был самым сильным на нашей арене. Никогда не проигрывал.

Мы выехали из городка и поехали в сторону Петербурга.

Отец Ильи знал о нашем приезде, поэтому, когда мы подъехали к большому величественному зданию в семь этажей, нас уже ждали у крыльца несколько слуг, чтобы помочь с вещами.

Квартира находилась на седьмом этаже, и лифт открывался прямо в холле. Андрей Владимирович — отец Ильи, накануне уехал с женой в отпуск на черноморский берег, поэтому квартира была в нашем распоряжении. Осталось только придумать, куда поселить теневика. Не хотелось держать его в прицепе на улице.

— При каждой арене есть целые комплексы для монстров. Почему туда не сдашь? — спросил Илья, когда мы после обеда спустились на парковку и подошли к прицепу, в котором дремал теневик.

— Никому не доверяю. Любой может подойти к клетке с теневиком и что угодно с ним сделать. Больше не хочу рисковать своим бойцом. Он для меня очень дорог.

Я огляделся, но вокруг стояли лишь роскошные дома богатеев, поэтому придется поискать жилище для теневика в другом месте.

Мы прокатились по округе, но снова ничего подходящего не нашли.

— На какой из арен будут проходить соревнования? — спросил Миша, поедая печатный пряник.

— В Колизее, конечно, — ответил Илья, отобрал у него пряник и выкинул в окно под нос бродячей собаке.

— Э-э-э, ты что творишь? — возмутился тот.

— Прекращай есть. До добра не доведет, — Илья сурово сдвинул брови.

— Ой-ой, давно ли ты таким правильным стал? Сам еще недавно от бутылки не отлипал, — обиженно пробубнил Миша.

— Я понял свою ошибку. Пора бы и тебе за голову взяться.

— Вот когда влюблюсь, тогда и возьмусь. А пока, не надо мне мешать наслаждаться жизнью, — он вытащил из кармана еще один пряник и с наслаждением откусил половину.

Илья тяжело вздохнул, но не стал отбирать. В конце концов, у каждого своя голова на плечах.

— Давай поищем у Колизея? Может, там найдется местечко? К тому же не надо будет далеко возить, — предложил Илья, и я с ним согласился.

Пока ехали к арене, увидели зоопарк, который был окружен плотным кольцом деревьев. Я сразу понял, что лучшего места не найти, поэтому припарковался и направился к зданию администрации парка.

Директор зоопарка, услышав, что хочу поселить у них монстра, был категорически против. Однако, когда узнал о сумме, которую я готов заплатить за проживание теневика, тут же нашел подходящее место.

В прошлом году умерла белая медведица, и ее вольер был свободен. Мне вольер понравился: крытое место для сна, небольшой чистый пруд, есть свободное место для прогулок. Я заплатил обговоренную сумму и съездил за теневиком.

Монстр сначала с опаской отнесся к новому месту, но уже через несколько минут плескался в пруду и выглядел вполне довольным.

Теперь осталось ждать начала соревнований и попытаться продержаться как можно дольше.

Глава 25

На следующий день с самого утра я поехал к Колизею. В первой половине дня регистрировали участников, а после обеда начинался отборочный тур.

Всего от каждой арены допускались три бойца, но со всей империи приехало столько народу, что я с трудом представлял, как можно разместить столько монстров. К тому же некоторые были размером с трехэтажный дом. Особенно мне приглянулся крылатый монстр, похожий на дракона из детских сказок про рыцарей и принцесс. Такой боец наверняка обошелся владельцу, как годовой бюджет небольшого городка.

Когда зарегистрировал теневика, подошел к администратору, чтобы уточнить, как будет проходить отборочный тур.

— В этом году мы придумали кое-что оригинальное. Экспериментальное испытание. Руководство Колизея настояло на том, чтобы мы не распространялись. Поэтому узнаете только перед самым началом, — ответила девушка в красном жилете.

В таком ходили все работники Колизея.

— Все ясно. Когда жеребьевка?

— Всех участников поделят на три группы. Перед самым испытанием мы уведомим, кто в какой группе. Желаю удачи!

Она одарила меня лучезарной улыбкой и торопливо зашагала прочь. Наверняка не хотела больше ни о чем распространяться.

Интересно, что это за экспериментальное испытание?

На обед мы с Ильей и Мишей зашли в ресторан напротив Колизея. Теневика я уже привез с зоопарка, и он ждал нас в прицепе на охраняемой парковке. Я вручил несколько купюр охраннику и велел не спускать глаз с теневика. Тот клятвенно обещал, что никого к нему не подпустит.

— Я слышал, что сам император Иван Васильевич посетит соревнования. Хотел бы я увидеть его вживую, — сказал Миша, уплетая печёного осетра.

— Не увидишь, — мотнул головой Илья.

Он заказал котлеты из медвежатины с брусничным соусом, но, похоже, ему не пришлись по вкусу, поэтому предложил мне. Я же съел с удовольствием, хотя они были суховаты. Клавдия добавила бы свиного шпика и спасла котлеты, но здешний повар не так искусен в кулинарии.

— Почему не увижу? Со зрением нет проблем, — возмущенно проговорил Миша набитым ртом.

— Ты смотрел на билеты? Видел, какие места нам достались? Боюсь, мы даже с театральным биноклем не сможем увидеть ни теневика, ни императора.

Я ничего не сказал, но, как только доел котлеты, вернулся на арену, чтобы найти подходящие места для своих друзей.

На кассе ответили, что осталось несколько мест только в ложе для высокопоставленных лиц. Билеты в то ложе стоили в пять раз дороже, чем те, что купили Миша и Илья. И к тому же эти места держали для важных гостей, поэтому не продавали.

Ну что ж, придется идти на хитрость. Я напрямую направился в кабинет директора арены.

Надменный господин в дорогом костюме удивленно уставился на меня, когда я зашел в кабинет и представился оперативником Имперской службы.

— Что вам надо? — спросил он, даже не поздоровавшись.

— Мы предполагаем, что один из участников привез на соревнования ворованного монстра. Причем довольно дорогого монстра. У нас есть два свидетеля, которые должны опознать его, но в то же время не привлечь внимание похитителя, чтобы тот не успел скрыться.

— Понятно. Чем я могу помочь?

— Я знаю, что у вас есть свободные места в ложе. Оттуда лучше всего видно арену, поэтому с опознанием не возникнет проблем.

Директор задумчиво помял подбородок, не торопясь с ответом. Поэтому пришлось еще сильнее надавить.

— Вы только представьте, какой будет скандал, если об участии ворованного монстра станет известно прессе. Репутация Имперского Колизея будет подпорчена. Думаю, после такого Его Величество больше не захочет посещать вас и вкладываться в развитие, — я многозначительно посмотрел на побледневшего мужчину.

— Хорошо. Займите свободные места, — быстро ответил он. — Однако хочу попросить, чтобы вы не поднимали шумиху и взяли вора за пределами Колизея.

— Можете не волноваться. Все сделаем в лучшем виде, — заверил я.

Мы вместе вышли из его кабинета. На кассе он велел дать мне два билета и еще раз попросил, чтобы об этом деле никто посторонний не узнал.

Я забрал билеты и вернулся к друзьям, которые ждали меня у прицепа с теневиком.

— Ну что? Когда начало? — спросил Илья.

— Через полчаса. Это вам, держите, — я протянул им билеты.

Друзья непонимающе уставились на меня.

— Зачем? Мы же уже купили? — удивился Миша.

— Теневик расстроится, если вы не увидите, как он побеждает противников, — улыбнулся я.

— Это же… имперское ложе? — глаза Миши стали похожи на блюдца, а руки затряслись, когда он протянул их, чтобы забрать билеты.

— Не совсем имперское. Соседнее, — улыбнулся я.

Их радости не было предела, но у меня не было времени выслушивать восторженные возгласы и клятвы в вечной дружбе. Я вернулся в Колизей, в котором уже развесили большие плакаты со списками бойцов.

Теневик был в первом списке. Однако, кроме него в списке значились еще девятнадцать кличек. Что за соревнование такое, в котором участвуют сразу двадцать монстров?

В это время главный зал Колизея начал наполняться. Я с трудом вырвался из непрерывного потока зрителей и поспешил к парковке.

— Начинается. Идите в зал, а я заведу теневика, — сказал я друзьям, которые поили теневика молоком прямо из бутылки.

— Победа будет за нами! — провозгласил Миша, просунул руку сквозь прутья клетки и погладил монстра.

— Удачи! Не рискуй теневиком понапрасну. Победа любой ценой — не наш девиз. Главное, чтобы он остался жив и невредим, — сказал Илья и пожал мне руку.

— Согласен.

Я объехал Колизей и подвез теневика к проходу для монстров. Заездов было целых пять, поэтому большой очереди не возникло. Работники арены инструктировали, куда кому заехать, поэтому уже через десять минут я зашел в главный зал и направился к площадке, с которого хозяева управляли бойцами.

Только когда поднялся на площадку, понял, что за испытание устроили организаторы. Прямо на арене находился лабиринт, собранный из каменных блоков. Монстров запустили в дальний угол, в котором они огрызались друг на друга, но никто не посмел нападать.

Я обернулся на ложе и увидел друзей, которые махали и указывали куда-то в сторону. Проследив взглядом, понял, что они хотели сказать. В соседнем ложе, окруженный свитой, сидел император. Его Величество с интересом рассматривал лабиринт, а ему в ухо что-то нашептывал директор арены.

Вдруг яркий свет вспыхнул прямо под потолком и осветил мужчину, плавно спускающегося на тросе. Одет он был в красный костюм с блестками и в высоком цилиндре на голове. В его руках был рупор.

— Дамы и господа! Добро пожаловать в Имперский Коли-и-зе-ей! — прокричал он, и зал взорвался аплодисментами и одобрительными возгласами. — Нам оказана большая честь. Ведь нас посетил Его Величество Ива-ан Васильеви-ич! Поприветствуйте его! — снова вспышка хлопков, возгласов и свиста.

Император встал с высокого кресла и, улыбнувшись, окинул взглядом зал. Зрители неистовствовали.

— Сегодня начинаются наши ежегодные соревнования между лучшими бойцами империи и их владельцами за право обладания золотым кубком, инкрустированным рубинами, щедрым денежным вознаграждением и титулом «Хозяин арены чудовищ»!

Ведущий сделал паузу, ведь зал снова взорвался.

— По результатам отборочного тура будут определены бойцы, допущенные до завтрашних сражений. Три группы монстров должны будут пройти лабиринт под руководством своих хозяев. Но только первые пять бойцов из каждой группы перейдут на следующий этап. Желаю удачи участникам! Состязание начи-нается!

Свет с ведущего перевели на лабиринт. Интересно, он так и будет висеть в темноте под потолком?

Прозвучал громкий звук гонга.

Пока остальные владельцы осматривались или задрав головы вверх смотрели на ведущего, я мысленно прочертил самый короткий путь, поэтому, когда прозвучал гонг тут же мысленно обратился к теневику:

«Беги направо до первого поворота» — теневик сорвался с места и рванул в указанную сторону.

Однако двадцать монстров тоже пытались продвинуться дальше, поэтому началась давка.

«На стену. Беги по стене!»

Ночь, цепляясь крючками на лапах, взобрался на отвесную каменную стену и беспрепятственно рванул в сторону поворота.

— Вы только посмотрите! У него что, липучки на лапах? — послышался голос из зала, и все подключились к обсуждению, как довольно крупному монстру удается удержаться на стене без каких-либо специальных приспособлений.

Я же не обращал внимания на то, что творится вокруг, и был сосредоточен только на теневике. Под моим руководством он вырвался вперед и преодолел уже половину пути.

Вдруг я заметил, что один из монстров, той же породы, что и мой погибший Лягуш, просто перепрыгивает каменные стены, не удосуживаясь искать проход. Судя по тому, что ведущий молчит — это вполне приемлемо.

Интересно, а летающий монстр, который попал в третью группу и еще ожидает выхода, может просто пролететь лабиринт? Ему достаточно будет сделать пару взмахов, и он окажется на другой стороне арены.

Между тем прыгающий монстр уже достиг теневика. Еще два прыжка и он обошел Ночь. Это не страшно. Первые пять монстров попадут на соревнования, а теневик только второй.

Однако вскоре к теневику начал приближаться еще один боец. Длинным телом он походил на ящерицу, только вместо четырех лап, имел целых восемь, поэтому двигался очень быстро.

Несколько секунд и теневик уже третий. Это меня совсем не радовало. Я не спускал с него взгляда и мысленно вел к выходу из лабиринта.

Вдруг я вместо того, чтобы отправить его в правый проход, отправил в левый, и теневик уперся в тупик.

«Назад! Разворачивайся!»

Ночь выбрался из тупика, но чуть не столкнулся с гигантским булдором, который при виде теневика, внезапно появившегося перед ним, раскрыл пасть и грозно заревел. Теневик не остался в долгу и зашипел в ответ.

Только этого не хватало.

«Обходи его! Нельзя нападать!»

Монстр послушался и хотел пробежать мимо булдора, но то клацнул зубами, не пропуская его. В это время еще один монстр вырвался вперед, и теневик оказался четвертым.

Черт побери! Мы не можем проиграть в самом начале соревнований!

«Бей его лапой по морде и беги!»

Теневик отцепил от стены переднюю правую лапу и с размаху ударил монстра. Тот взревел и отступил на пару шагов. Этого было достаточно, чтобы теневик смог пролезть между ним и стеной. Правда, когда теневик почти выбрался из западни, булдор снова клацнул зубами и чуть не схватил Ночь за хвост, но тот был начеку и вовремя отвел его в сторону.

«Беги направо!»

Хорошо, что я его научил определять право и лево, иначе не смог бы вывести из лабиринта.

Еще пару поворотов и теневик выбежал на открытое место, где уже были три бойца. Следом за ним прибежал еще один и прозвучал гонг. Свет снова взметнулся вверх и осветил ведущего.

— Испытание окончено! Все пять бойцов переходят на следующий этап, а те, кто остался в лабиринте, выбывают из соревнований!

Хозяева проигравших монстров возмущенно загудели. Я повернулся к друзьям и улыбнулся, увидев, как они приплясывают и скандируют:

— Ночь! Ночь! Ночь! Ночь!

Спустившись с площадки, я вышел на улицу и посадил теневика в прицеп. Нужно было освобождать место для следующей группы участников.

«Молодец!» — я погладил его морде. Теневик застучал хвостом по полу и прикрыл глаза. Он понимает, что победил и радуется.

Следующий этап назначен на завтра, поэтому я отвез теневика в зоопарк и вернулся к арене. К этому времени уже все прошли через первое испытание и остались только пятнадцать бойцов, в том числе тот дракон, которого я сразу заприметил. Как я и думал, он просто пролетел над лабиринтом, и организаторы посчитали это приемлемым и засчитали победу.

— Поздравляю с победой! — радостный Илья похлопал меня по плечу.

— Разве это победа? Их с теневиком только допустили до сражений, — поправил его Миша. — Но я тоже очень рад, что вас не выкинули сегодня. Чувствую, завтра будет жаркий день.

— Когда будут распределять, кто с кем сражается? — спросил Илья.

— Завтра прямо перед началом сражений, поэтому пока не знаю, с кем встретится теневик, — ответил я. — Поехали на рынок, мне надо купить мяса. Ночь должен быть полон сил к завтрашнему дню.

— А потом в ресторан! Я хочу есть, когда нервничаю, — заявил Миша.

— Ты всегда хочешь есть, — усмехнулся Илья.

— Да! И что? Между прочим, еда — мой лучший друг, — мы с Ильей переглянулись, — Не считая вас, конечно же.

Вмиг исправился Миша и первым двинулся к внедорожнику.

Глава 26

На рынке купил целую тушу свиньи и отвез теневику. Тот с опаской притронулся к еде и нехотя начал есть холодное мясо. Да, не сравнится с живым бараном, но где я в столице живого барана найду?

После зоопарка мы первым делом поехали на почту и отправили телеграммы. Я написал деду и Таисии, Илья — Гале, и только Миша сказал, что ему некому писать, а родные по нему еще не соскучились.

Сытно поужинав в ресторане, мы вернулись в квартиру отца Ильи. Квартира занимала весь этаж и была обставлена по богатому: ковры, позолоченные светильники, статуи и даже небольшой фонтан в столовой.

Мне сразу вспомнилась обстановка в имении: протекающая крыша, облупившаяся краска на стенах, старая мебель. И в такой дом я привезу свою красавицу жену? Нет. Надо выиграть это соревнование и отгрохать новый дом. Судя по разговорам, на выигрыш можно не только дом построить, но и купить землю с подданными в пару тысяч душ. Щедрое вознаграждение, но и противники сильные.

На следующее утро после завтрака поехал на жеребьевку. Миша и Илья еще спали, а вот в Колизее собрались почти все участники. Через полчаса ожидания, когда администраторы отметили всех владельцев, началась жеребьевка.

Для этого прямо в фойе Колизея поставили стол, а на него большую круглую стеклянную вазу. К нам вышел тот самый ведущий, который вчера летал под потолком. Только сегодня он одет был не в красный блестящий костюм, а, как и все работники арены, в белую рубашку и красную жилетку.

— Доброе утро, господа! — поздоровался он, и послышался гул приветствующих голосов. — Поздравляю вас с успешным прохождением отборочного тура. Сегодня ваши бойцы впервые встретятся друг с другом. На следующий этап перейдет выигравший. Для того чтобы выяснить, кто с кем будет сражаться, вам нужно написать имя своего бойца, закрутить записку и бросить в нашу «Вазу распределения». Лизонька, раздайте господам листки и ручки, — повернулся он к девушке, стоящей справа от него.

Красотка с кукольным лицом и белокурыми волосами прошлась между нами и выполнила распоряжение ведущего. Друг за другом все владельцы монстров подошли к вазе и опустили сверки.

— Отлично! Теперь Лизонька все перемешает и вытащит первую пару сражающихся.

Девушка засунула руку в вазу и не глядя перемешала листки. Заем выбрала два и прочитала:

— Небесный Рог и Кувалда, — объявила она томным голосом и окинула взглядом напрягшихся мужчин.

— Итак, первая пара известна. Это Небесный Рог и Кувалда. Желаю успеха вашим бойцам! Продолжайте, Лизонька… Ой-ой, чуть не забыл. Отборочный тур прошли пятнадцать участников, но, как известно из школьной программы, пятнадцать на два не делится. Поэтому именно для таких случаев у нас есть свои бойцы, которые составят пару, оставшемуся монстру. Еще раз желаю удачи! — улыбнулся он.

Мужчины принялись перешептываться. Никто не хотел «кота в мешке». Им мог быть кто-нибудь из звезд Колизея, а это уже совсем другой уровень.

Между тем Лизонька продолжила вытаскивать записки, а теневика все не было. Признаться, я напрягся, когда в вазе осталось три записки.

Девушка засунула руку, вытащила две записки и зачитала:

— Соловей и Огневик.

Я едва сдержался, чтобы не выругаться. Против теневика выступит монстр из Колизея.

— И последним остался…, — ведущий сделал паузу, а Лизонька вытащила записку и прочитала.

— Ночь.

— Ага, значит, Ночь! Поздравляю хозяина Ночи, ведь его противником будет сам граф Рузанов со своим…

— Что? Рузанов? — выпалил я.

— Да, а что? — встревожился ведущий. — Вы против?

— Кто из Рузановых? Сам граф или его сын? — я проигнорировал его вопрос.

— Сам Арсений Адамович. Если вас не устраивает противник, то я могу поговорить с директором. Мы попробуем подыскать вам другого бойца, — ведущему явно не понравилась моя реакция, и он пытался сгладить ситуацию, чтобы не возникло скандала.

— Нет, не надо другого. Кстати, с каким монстром Рузанов выступает?

— С вайкуром по кличке Грозный Вой.

— Вайкур? — я задумался.

Не припомню такого. Жаль, у меня с собой нет энциклопедии монстров.

— Ну так что? Будете сражаться против Рузанова или поменять? — ведущий напомнил о себе.

— Буду, — кивнул я.

Он с облегчением выдохнул.

— Итак, господа, уже через час должна быть готова первая пара. До обеда выступят первые четыре пары, остальные после обеда. Желаю удачи!

Я вышел из Колизея и первым делом поехал проверить теневика. Монстр плескался в пруду и даже не заметил меня. От свиньи не осталось ни косточки.

Мы выступаем последними, поэтому заберу его отсюда только после обеда. Пусть пока отдыхает и наслаждается водными процедурами.

Друзья сидели за столом и ждали моего возвращения.

— Ну что? С кем будет сражаться теневик? — выпалил Миша, едва я появился в дверях столовой. — Только не говори, что с тем летающим демоном.

— Нет, не с ним… С бойцом Рузанова, — я сел за стол и потянулся к колбасной нарезке.

— Какого Рузанова? Того самого Рузанова? — нахмурился Илья.

— Да, того самого, — кивнул я, сделал себе бутерброд и налил горячей кофе из кофейника.

— Его же не было на соревнованиях. Я бы увидел в списках. Откуда вылез этот черт? — возмутился Миша.

Я пересказал им то, что было в Колизее. Илья тут же пошел в отцовскую библиотеку и вернулся с книгой.

— Вайкур, говоришь? Так-так, — он перелистывал страницы, просматривая монстров. — Вот! Нашел.

Он подошел и бухнул книгу на стол передо мной. Наверху страницы крупными буквами название монстра: Вайкур. Под ним фотография.

Сначала мне показалось, что это медведь, но приглядевшись, понял, что ошибся. Монстра покрывала густая бурая шерсть, морда приплюснута, на спине кожистые крылья с острыми когтями на концах.

— В первый раз в жизни вижу такого урода, — послышался голос Миши.

Он встал надо мной и склонился над фотографией.

— Что там написано? Что умеет это чудо с крыльями?

— «Вайкур испускает мощный ультразвуковой крик, который способен оглушить и парализовать врага на короткое время. С помощью крыльев может совершать короткие полеты. Имеет подчелюстные ядовитые железы, поэтому его слюна ядовита. Яд вызывает паралич, а затем смерть», — прочитал я.

— Я так и знал. Разве у Рузанова может быть обычный старый добрый монстр с острыми зубами и когтями? Конечно, нет! Обязательно какая-то ядовитая мерзкая тварь. Выбирает монстров по себе, — в сердцах высказался Миша.

Илья ничего не сказал и выжидательно смотрел на меня.

— Хорошо, что мы выяснили, кто такой этот вайкур. Теперь осталось придумать, как обезопасить теневика, — задумчиво проговорил я. — Если он оглушает ультразвуком, то можно заткнуть уши Ночи берушами. Я все равно общаюсь с ним мысленно. От яда… От яда защитит артефакт. Есть у меня такой, но он действует лишь раз. Если вайкур сможет укусить теневика дважды, то артефакт больше не сработает. А крылья… С помощью крыльев он сможет атаковать сверху… Ну что ж, пусть попробует пробить «Панцирь моллюска».

Выбрав необходимые для сражения артефакты, мы поехали в Колизей. Интересно понаблюдать за боями остальных бойцов и подметить их слабый и сильные стороны. Возможно, с кем-то из них теневик встретится в бою.

Билеты действовали на всем протяжении соревнований, поэтому Миша и Илья сразу прошли в ложе, а я направился на первый ряд, который предназначался только для участников соревнований.

Небесный Рог и Кувалда уже сражались. Рог походил на носорога с тремя рогами. Два на носу и один, просто гигантский, на голове. У Кувалды был выпуклый костяной лоб и крепкое мускулистое тело. Он уже был весь в крови от ран, которые нанес Небесный Рог своими рогами.

Они кружили по площадке, атакуя друг друга, но преимущество было на стороне Рога, ведь неповоротливый Кувалда так ни разу и не смог добраться до него, натыкаясь на его рога.

В конце концов, Небесный Рог насадил его на гигантский рог, проткнув насквозь. Монстр взревел, обливаясь собственной кровью. Чтобы он не мучился, его хозяин дал знак работнику арены и тот просто пристрелил монстра.

Как только площадку расчистили, пустили следующую пару. Я смотрел на сражение, но мыслями был далеко. Мне нужно было до мельчайших подробностей продумать бой. Наверняка Рузанов тоже использует артефакты, поэтому нужно действовать очень аккуратно, чтобы не навредить теневику своими приказами. А, может, позволить ему действовать самостоятельно? Ночь — умный монстр. Он знает свои способности и сумеет ими воспользоваться. Решено, пусть сражается сам. Я вмешаюсь только в крайнем случае.

Вскоре бой окончился по договоренности хозяев. Оба монстра остались живы, но победил тот, кто нанес больше всего урона противнику.

Я просмотрел еще два сражения, на которых один из монстров погибал. Хозяева боролись до последнего, не желая сдаваться.

Начался обед. Мы перекусили в забегаловке, так как там продавали готовую еду и не надо было ждать, когда приготовят.

Затем я поехал в зоопарк за теневиком. Каждый раз, когда он проходил мимо клеток с другими животными, те реагировали: кто-то замирал, кто-то в панике убегал в дальний угол, кто-то испуганно вопил. Никто не оставался равнодушным, ведь от монстра веяло смертью, и они это чувствовали.

Теперь, когда сражения начались, я не мог оставить его без присмотра, поэтому сразу подъехал к задним воротам и ждал, когда наступит наша очередь выступать.

Примерно через два часа ожидания ко мне подошел работник арены и указал, куда завезти теневика.

Я нацепил на него артефакты, запустил на пустую арену и поспешил в зал. Когда поднялся на площадку, увидел, как впустили Грозного воя. Он был в точности таким, как на фотографии. Только шерсть немного темнее.

Вскоре на противоположную площадку поднялся Рузанов старший и удивленно воззрился на меня. Получается, он даже не знал, что будет сражаться со мной. Тем лучше. У него не было возможности подготовиться к сражению, в отличие от меня.

Еще в зоопарке я заткнул уши теневика плотными шариками ваты, поэтому от ультразвука он был защищен. Также на грудь повесил три артефакта. Я мог бы и больше, но по правилам разрешалось только три.

Ведущий, снова летающий под потолком, объявил нас, и следом прозвучал звук гонга. Рузанов окинул меня презрительным взглядом и переключился на своего Воя. Я тоже приказал теневику приготовиться, но предупредил, чтобы он действовал так, как посчитает нужным. Его единственная цель — победить противника любыми способами.

Уродливый Вой раскрыл зубастую пасть и бросился на теневика. Тот не стал отражаться нападение, а лишь пропустил его рядом с собой, ловко увернувшись гибким телом.

Вой расправил крылья и, тяжело махая, поднялся в воздух и… Тут его глаза сверкнули оранжевым огнем. Он активировал один из артефактов.

«Будь осторожен! Он что-то задумал», — предупредил я, и в то же мгновение Грозный Вой раскрыл пасть и издал пронзительный звук.

Зрители закрыли уши руками, кое-кто даже побежал к выходу. Однако теневик продолжал стоять и, как ни в чем не бывало, следил за Воем.

Тот же, прооравшись, понял, что его вой не произвел нужного эффекта на противника, поэтому замахал крыльями и, повиснув прямо над теневиком, выпустил из пасти огненную струю.

— «Огненное дыхание», — догадался я.

Этот артефакт был разрешен к использованию на аренах.

За доли секунды до того, как пламя достигло теневика, тот использовал «Панцирь моллюска». Огонь обрушился на подсвеченный голубым огнем магический панцирь.

Теневик стоял и спокойно наблюдал за действиями вайкура. Тот выпустил еще пару огненных струй и понял, что не сможет пробить защиту теневика, поэтому снова раскрыл пасть и ринулся вниз.

Ночь подпустил его к себе и рванул в сторону. Вой, который хотел обрушиться сверху на теневика и кромсать его зубами, не смог поменять положение тела, поэтому просто рухнул мордой вниз и покатился кувырком, подминая под себя крылья.

Теневик воспользовался этим, прыгнул ему на грудь и уже хотел вцепиться в горло, но я вмешался:

«Нельзя! Он ядовит».

Ночь клацнул зубами почти у самой его шеи, чем сильно напугал Воя. Тот начал испуганно визжать, а теневик активировал «Сияющий укус» и за считаные секунды прогрыз ему грудь и добрался до сердца. Грозный Вой обмяк и замолчал. Сражение длилось не более пяти минут.

Я поднял голову и увидел, как Рузанов уходит. Решил смыться до того, как Ночь объявят победителем. Ха! Так будет каждый раз, когда кто-нибудь из их мерзкой семейки захочет выступить против меня.

После того как зрители поздравили меня и Ночь с победой, я пустился с площадки и двинулся к выходу. Меня догнали Миша и Илья.

— С победой! Теневик был просто великолепен! — Миша похлопал меня по плечу.

— И стоило Рузанову так позориться со своим хилым Воем? Сидел бы уж лучше дома, — усмехнулся Илья.

— Нет, Вой совсем не хилый. Если бы я заранее не знал, с кем буду сражаться, он бы уже на первой минуте оглушил и парализовал теневика, а потом поджарил до хрустящей корочки. Только предварительная подготовка помогла так быстро и эффективно с ним справиться.

Я забрал теневика и отвез его в зоопарк. Затем втроем мы решили прогуляться по городу, наслаждаясь последними теплыми деньками.

— Осталось три этапа, — сказал Миша, облизывая мороженое в вафельном стаканчике. — Ты уже знаешь, с кем завтра теневик будет сражаться?

— Пока нет. Думаю, завтра утром также через жеребьевку узнаем, — ответил я.

Мы шли по набережной. По водной глади проплывали корабли, над головой кричали чайки — благодать. Мне сразу вспомнилась Таисия. Нужно будет привезти ее сюда на несколько дней и провести по самым красивым местам и самым дорогим ресторанам.

Я уже отправил телеграмму, в которой написал, что первый этап успешно пройден. Наверняка они с дедом волнуются за теневика и с нетерпением ждут от меня новостей.

Вернулись в квартиру поздно вечером и сразу разошлись по комнатам. Приняв душ, забрался под одеяло и мыслями снова вернулся в Колизей. После сегодняшних испытаний осталось восемь бойцов. Завтра сражаются всего четыре пары, поэтому, вероятнее всего, завтрашним днем все и закончится.

Правда, никогда не заешь, сколько времени будет продолжаться бой: от нескольких минут до получаса. Противники, равные по силе и возможностям, сражаются дольше всего. Я знал, кто из монстров победил. Они, действительно, лучшие из лучших.

К тому же трудно подготовить теневика к бою, если не знаешь, кто из оставшихся семи монстров будет его противником. Я решил на всякий случай взять с собой все разрешенные артефакты и уже на месте определиться, какой из них лучше подойдет.

На следующее утро мы поехали к Колизею все вместе. Ведущий уже ждал нас в фойе. На этот раз не было той прозрачной вазы. Значит, распределение будет проходить по-другому.

— Приветствую вас, господа! — он обнажил ослепительно-белые зубы. — Поздравляю с победой в первом этапе соревнований! Администрацией Колизея было принято решение провести сегодня следующие два этапа, поэтому финал будет уже завтра. К десяти часам вы все должны привезти своих монстров.

— А кто с кем будет сражаться? — подал голос здоровяк, которому принадлежал тот булдор, с которым теневик столкнулся в лабиринте.

— Об этом вы узнаете прямо перед выступлением. После каждого боя я буду объявлять следующую пару. Проигравшие могут возвращаться домой, а выигравшие должны будут остаться на следующий этап. Господа, всем все понятно? — он обвел нас взглядом.

Мужчины были недовольны тем, что не будут знать заранее противников, но вынуждены были кивнуть. Все-таки они на соревнованиях, а не на боях по договоренности.

Я вышел из Колизея и рассказал обо всем друзьям. Те тоже недовольно поморщились и пожелали удачи, а я поехал за теневиком.

Глава 27

Когда все участники вернулись со своими монстрами, а зрители заполонили арену, под потолком снова повис ведущий. Он, как обычно, поприветствовал всех и объявил о начале следующего этапа.

— Ита-ак, сейчас я назову первую пару, — он вытащил из кармана лист бумаги и прочитал. — Мигель против Стража!

Двое мужчин поспешно вышли из зала, чтобы запустить своих монстров. В это время в углу заиграли музыканты и огромный роскошный зал со сводчатым потолком заполнился невероятно красивой музыкой. Император Иван Васильевич сидел в высоком мягком кресле и с полуулыбкой разговаривал с приближенными, которые наклонились, чтобы не пропустить ни слова, сказанного им.

Через несколько минут друг за другом появились монстры. Один шел на задних лапах и хрипло дышал сквозь плотный ряд острых зубов. Темно-зеленая лоснящаяся кожа блестела так, будто была намазана маслом.

Второй — Страж, выглядел так, будто уже умер и даже подсох: угловатый, под серой кожей с редкими жесткими волосами виднелись сухожилия, морда вытянутая и близко посаженые желтые глаза.

Как только прозвучал звук гонга, Страж сипло заревел и, оттолкнувшись всеми четырьмя лапами, полетел на противника. Тот активировал щит, который выглядел как сфера. Мигель стал похож на игрушку в шаре, которую покупают детям на день рождения.

Сколько бы Страж ни бился о сферу, не мог пробить ее. Однако и сам Мигель не мог атаковать, находясь в нем, поэтому, когда Страж отошел на безопасное расстояние, он убрал защиту и довольно резво побежал на задних лапах, выставив передние с мощными когтями.

Страж рванул навстречу, и они столкнулись в середине площадки. Два монстра раздирали друг друга когтями и вырывали зубами куски кожи.

Вдруг Страж схватил Мигеля за заднюю лапу и резко дернул вверх. Мигель свалился на спину, а противник навалился сверху, орудуя острыми зубами.

В это время я заметил, как глаза Мигеля сверкнули красным огнем.

— «Ярость»? Но этот артефакт запрещен, — проговорил я, не спуская взгляда с монстров.

Как я и думал, Мигель сначала замер, а затем вместо того, чтобы защищаться, схватил Стража, притянул к себе и вцепился в морду. Послышался крик боли. Мигель оторвал нос противнику, выколол глаза и раздирал кожу ревущего дурным голосом монстра.

— Стойте! Мы сдаемся! — поднял руку хозяин Стража.

Однако владелец Мигеля не мог повлиять на монстра, которому «Ярость» застила глаза. Я знал, что он не успокоится, пока не пройдет действие артефакта.

Через пару минут тело мертвого Стража повалилось на пол. Вокруг Мигеля лежали оторванные куски плоти.

— Дисквалификация! За применение запрещенного артефакта боец по кличке Мигель выбывает из соревнований! — прокричал ведущий. Он выглядел так, будто его сейчас вырвет. И немудрено, ведь ему лучше всех видно, что творится на арене.

В это время хозяин Стража подбежал к владельцу Мигеля и с размаху ударил по лицу. Началась потасовка. Прибежали охранники арены, разняли дерущихся мужчин и увели из зала.

Когда площадку прибрали и помыли, ведущий объявил следующую пару:

— Злодей против… Ночи!

Я двинулся к выходу вслед за мужчиной в свободном легком костюме с рисунком в виде карточных мастей.

— Это вы хозяин Ночи? — спросил он, когда я поравнялся с ним.

— Да. А вы Злодея? — усмехнулся я.

— Угадали, — улыбнулся он и протянул руку. — Семен Говорков.

— Дмитрий Державин, — я пожал протянутую руку.

— Слушайте, я понимаю, что мы на соревновании, но все равно хочу предупредить, что не допущу смерти своего бойца. Как только его жизни будет угрожать опасность, я остановлю бой.

— Понял. Уважаю, — кивнул я.

Мы запустили монстров на арену и поспешили в зал. Прозвучал звук гонга.

Монстр по прозвищу Злодей походил на острозуба, но был намного крупнее и с костяными гребнями на спине.

Как и в прошлый раз, я разрешил теневику самому принимать решения и действовать так, как посчитает нужным. Только напомнил, что нам нужна победа.

Монстры закружили по арене, присматриваясь к друг другу. Я заметил на груди Злодея три артефакта, но рассмотреть их было невозможно. Далековато, да и боец постоянно двигался.

Теневик зашипел и бросился в атаку. Злодей остался стоять на месте, будто только и ждал этого. Когда Ночь приблизился, Злодей открыл рот и обдал его голубоватым дыханием. И когда он успел активировать артефакт?

Теневик отпрянул. Его морду покрывал слой инея. Фыркнув, Ночь снова побежал на Злодея, который приготовился выпустить очередное морозное дыхание. На этот раз теневик пригнулся, нырнул под ноги противнику и резким движением повалил на спину. Злодей не растерялся и, повернувшись на бок, поднялся на ноги.

Когда теневик снова решил подобраться к противнику, в него полетели ледяные шипы из пасти Злодея. Ночь активировал «Панцирь моллюска» и, пригнувшись, побежал на монстра. Шипы отскакивали от магической брони, не причиняя вреда моему бойцу.

Теневик добрался до противника, но вместо того, чтобы нападать, резко свернул влево и взобрался тому на спину.

Злодей заметался по арене, пытаясь сбросить с себя довольно тяжёлого противника. Но теневик цепко держался своими лапами с крючками. Когда монстра устал и остановился, Ночь подтянулся и схватил его за шею.

— Всё-всё! Мы сдаёмся! — закричал Семен Говорков и поднял руки.

«Отпусти его и отходи», — велел я теневику.

Тот разжал зубы, спрыгнул на пол и не спеша двинулся прочь. Он знал, что победил в этой схватке.

Вдруг Злодей, вместо тог, чтобы идти к выходу, развернулся и, ощерив зубастую пасть, рванул следом за теневиком.

«Опасность!» — мысленно крикнул я.

Теневик обернулся и… Больше я ничего не видел. Наступила кромешная тьма.

Зрители не были готовы к такому, поэтому послышались встревоженные выкрики, кто-то зачиркал спичками, кто-то пытался добраться до двери, но натыкался на людей и сиденья и падал чертыхаясь.

— Не волнуйтесь! Это теневик! Оставайтесь на своих местах! — прокричал я в сторону зала.

Прошло еще несколько секунд, и тьма отступила. На арене лежал мертвый Злодей с неестественно вывернутой головой, а рядом с ним стоял теневик.

Хозяин монстра испуганно охнул, потом злобно уставился на меня и прокричал:

— Я же сказал, что остановлю бой! Я же предупреждал, что не хочу смерти Злодею! Державин, ты подлец!

— Теневик отступил, а ты отправил Злодея нападать со спины, — спокойным голосом ответил я, но так, чтобы все расслышали. — Ты поплатился за свою ложь.

Говорков хотел возразить, но тут к нему подошел один из работников арены и попросил его удалиться и не устраивать разборок при императоре и нескольких сотен зрителей.

Тот бросил на меня злобный взгляд и спустился с площадки. Я направился к выходу, чтобы вывести теневика. Ко мне подбежали Илья и Миша.

— Поздравляю с победой! Я так и знал, что теневик победит! — Миша светился от счастья. — Остался еще один бой и финал. Если Ночь победит, то я…я куплю ему целое стадо овец! Нет, не овец, а коров! Да, стадо коров.

— Ловлю тебя на слове, — улыбнулся я.

— Ну и гад, — процедил сквозь зубы Илья, глядя куда-то в сторону.

Я повернулся и увидел Семена Говоркова. Он стоял в окружении мужчин и что-то быстро говорил, указывая на нас. Наверняка жалуется, типа договорились, а я не сдержал обещание. Кажется мне, изначально эта договоренность уже была обманом. Не хотел он отступать, а только выиграть время и напасть со спины.

Я вывел теневика, посадил в прицеп и похвалил за хороший бой. Илья сходил до ближайшего магазина и принес пять литров молока. Теневик с удовольствием выпил. Миша же вернулся обратно на арену, чтобы выяснить, кто победит и с кем может встретиться Ночь.

Следующий этап назначен на послеобеденное время, поэтому у нас было еще часа три свободного времени. Через полчаса вернулся Миша.

— Осталось три бойца вместо четырех. Ведущий сказал, что они снова выставят кого-то из бойцов арены. Пойдемте поедим, и я расскажу, кто выиграл. Остается неизвестным только темная лошадка от арены. Даже кличку не сказали. Я считаю, что это нечестно, — пробурчал он. — А вдруг снова попадется теневику.

Я решил не оставлять теневика без присмотра, поэтому припарковался рядом с рестораном вместе с прицепом и сел у окна, чтобы наблюдать за монстром. Проходящие мимо люди со страхом и интересом посматривали на теневика, а тот не обращал на них внимания и нежился на солнце, прикрыв от наслаждения глаза.

— А ты что сделаешь теневику, когда он победит? Как его поздравишь? — спросил Миша у Ильи, уплетая пельмени. — Ведь он прославит не только Диму, но и весь городок. Во всех газетах будет написано откуда он. Может, даже нашу фотографию приложат.

— Я уже думал об этом. Построю новый большой амбар, укрепленный железом, чтобы не надо было в клетку его сажать. Сделаю всякие переходы и лестницы, чтобы было чем заняться. Манекенов закажу, — воодушевился Илья.

— Эй, вы что-то размечтались, — усмехнулся я. — Он еще не победил, а вы уже подарки навыдумывали.

— Ничего ты не понимаешь, — махнул рукой Миша. — Мы приближаем победу. Не слышал, что ли, что мысль материальна? Вот мы ее и материализуем.

После обеда зашел в ближайшее почтовое отделение и написал деду о победе на втором этапе. Наверняка Митя не отходит от почты и ждет от меня телеграммы.

— Пора, — сказал я, глянув на часы.

Мы уже стояли у Колизея, который снова заполнялся людьми.

— Удачи. Хрен с ней с победой. Главное, чтобы Ночь остался цел и невредим, — попросил Илья. — Даже то, что он дошел до полуфинала, уже большое достижение и этим можно гордиться.

— Согласен, — кивнул я.

— А я все-таки нацелен на победу. Пусть всех порвет! — потряс кулаком Миша.

Похоже, они поменялись местами. Раньше Илья был дерзким и агрессивным, а Миша — тихоней. Сейчас же всё, наоборот.

Мы зашли в Колизей. Императорское ложе еще пустовало. Без него наверняка не начнут, поэтому придется подождать.

Прошло не меньше часа, когда, наконец, явился Его Высочество. Он опустился в кресло, похожее на трон, и кивнул директору. Тот дал указание дальше, и вскоре снова появился ведущий. Остались только два пары бойцов, которых он и объявил. Ночь должен сразиться с монстром Ерёмой. А дракону Драко, которого я приметил еще на отборочном туре, выпал боец арены — Аспид.

Я видел бои Ерёмы, поэтому знал, что он сильный боец, и теневику придется попотеть, чтобы одолеть его. Ерёма — был колоссом. Именно колосс находился в том перевернувшемся грузовике возле моей усадьбы.

— Мне нравится твой теневик. Я наблюдал за ним. Отличный боец. Я рад, что мой Ерёма сразится с достойным противником, — сказал хозяин Еремы, когда мы запустили бойцов на арену и вместе двинулись к залу.

— Твой колосс тоже хорош, — кивнул я. — Уверен, бой будет зрелищным

Мы заняли места на противоположных площадках.

Прозвучал гонг. Ерёма медленно двинулся на задних лапах, не спуская внимательного взгляда с теневика, который зевал и оглядывался, будто был на прогулке, а не на арене. Мне даже пришлось мысленно обратиться к нему, чтобы был внимательнее и не терял бдительность.

Колосс приблизился на расстоянии около десяти метров и рванул с глухим рыком на теневика. Тот будто ждал, когда это произойдет. Ночь гораздо быстрее и маневреннее, поэтому с легкостью ушел от нападения и схватился за заднюю лапу. Мгновение и он уже восседает на спине громадного монстра. Теперь от него не так-то легко избавиться.

Колосс попытался схватить его зубами, но сколько бы ни вертелся, не мог этого сделать. Гибкости не хватало, чтобы достаточно сильно повернуть голову.

Прошло минут десять безуспешных попыток, и Ерёма заметно выдохся. Он больше не мотал головой и не извивался, а стоял на месте и тяжело дышал. Я поднял взгляд на вторую площадку и посмотрел на хозяина колосса. Тот выглядел озадаченным. Так не может продолжаться весь бой, иначе теневика просто объявят победителем, ведь это он сидит на спине противника.

Среди зрителей послышались недовольные возгласы, когда колосс снова задвигался. На этот раз он побежал к каменной стене и со всей силы приложился боком. Теневика встряхнуло, но он удержался. Ерёма раз за разом бился о стену, но уже через пару минут стало понятно, что желаемого результата это не принесет.

Тогда громадный монстр просто повалился на землю и попытался перевернуться, но сколько бы ни силился, не мог этого сделать. Слишком уж неповоротливый.

Я знал, что мой боец намного слабее противника. Ведь одного укуса колосса хватит, чтобы перекусить Ночь надвое. Поэтому теневик выбрал правильную тактику. Таким образом, он не пострадает и добавит себе баллов для победы.

Через полчаса, когда всем стало ясно, что дальше ничего выдающегося не будет и теневик может просидеть на спине колосса хоть три дня, ведущий остановил бой.

— Впервые на нашей арене такое сражение, но и оно имеет место быть. После жарких споров было принято решение остановить бой. Выиграл теневик Ночь! — прокричал ведущий.

Зрительный зал взорвался. Кто-то принялся аплодировать и поздравлять теневика, кто-то возмутился, что колосс не виноват, что таким уродился и просто не может избавиться от паразита, прилепившегося к нему.

Мы встретились с владельцем колосса у двери.

— Это вы хорошо придумали, — похвалил он. — Признаться, я так и не понял, как спихнуть его со спины Ерёмы.

— Это не я. Сам теневик принял решение.

— Будет мне уроком. Показали слабое место колосса. В следующий раз прикреплю шипастую броню.

Миша и Илья присоединились, когда я посадил теневика в прицеп. По пути в зоопарк купил еще одну свиную тушу и скормил теневику. Тот снова был недоволен, но ничего не поделаешь. Придется потерпеть.

Вечером за ужином Миша предложил отметить победу в полуфинале, но я был против. Успеем еще. Завтра все решится. Вторым выигравшим был дракон Драко — летающий огнедышащий монстр раз в пять больше теневика. Именно с ним завтра и встретится Ночь. Я даже не представлял, как можно победить такого гиганта, поэтому решил позаботиться лишь о защите и выбрал три защитных артефакта. Как только возникнет смертельная угроза, я тут же остановлю бой. Мне не нужна победа ценой жизни теневика.

На следующее утро мы все вместе поехали в зоопарк и оттуда сразу к Колизею. До начала заключительного сражения еще целых два часа, но вокруг арены уже царило оживление. На финал приехали много высокопоставленных людей и журналистов.

Я отогнал прицеп сразу к заднему заезду и оставил теневика под присмотром одного из работников арены. Когда начнется бой, он сам сможет запустить монстра.

— Дима, ты только посмотри, кто здесь! — услышал я крик Ильи откуда-то сзади, когда зашел в здание Колизея.

Обернувшись, расплылся в улыбке. В углу фойе стояла целая толпа: дед, Таисия, Митя, Валера, Клавдия, Нина, дядя Веня и даже начальник Август Валерьянович с оперативником Олегом.

— Вы что здесь делаете? — спросил я, поздоровавшись с каждым.

— А как мы могли такое пропустить? — всплеснул руками дед. — Правда, нам сказали, что билетов нет. Теперь вот боимся, что нас не пустят даже у двери постоять и не увидим бой нашего теневика.

— Подождите здесь, — я развернулся и почти бегом направился в кабинет директора арены.

— А-а, наш финалист. Прошу, проходите, присаживайтесь, — расплылся в улыбке директор. — Что вас привело ко мне?

— Приехала группа поддержки теневика в составе девяти человек. Надо бы найти для них места.

— Девять? Нет, уже все занято. Даже двоим не найти место, не говоря уж о девяти, — покачал он головой.

— Я знаю, куда их посадить, — улыбнулся я.

Через пять минут я вернулся к своим людям и завел их в зал.

— Как же здесь красиво! — восхищенно произнесла Тая.

— И на нашей арене устроим такую красоту, — заверил дядя Веня. — Когда Ночь выиграет, все владельцы потянутся к нам. Всем будет интересно, где же тренировался победитель.

— Но теневик ни разу не выступал на вашей арене, — улыбнулся я.

— Это уже не важно и никому знать не положено. Если вы выступаете от моей арены, значит, и готовились тоже на ней, — твердо заявил он.

Я провел их к первому ряду, где были выделены места для хозяев бойцов. Только трое остались на финал, остальные после проигрыша поспешили вернуться по домам.

Когда все разместились и порадовались тому, что все хорошо видно, я поднялся на указанную мне площадку. Хозяин Драко тоже был на месте.

— Дамы и господа! Приветствую вас! — донесся голос ведущего из рупора. — Сегодня фи-и-ина-а-ал! — зал взорвался. — Уже сегодня станет известно, кто же станет «Хозяином арены чудовищ»! Давайте поприветствуем финалистов: Дмитрий Державин и его теневик Ночь и Алексей Дорин и его Драко!

Зал взорвался. Я обернулся на первый ряд и увидел, что все сосредоточены и напряжены. Таисия мнет в руках платочек, дед постукивает пальцем по подлокотнику, Митя и Валера о чем-то жарко переговариваются, начальник сложил руки на груди и внимательно смотрит на ведущего. Остальные тоже чем-то заняты, но радости на лицах нет. Понимают, чем может закончиться бой.

— Да начнется битва-а-а!

Свет с ведущего перевели на арену, и в это время запустили бойцов. Свое появление Драко оповестил грозным криком, от которого зрители испуганно вжались в кресла. Силен, признаю. Теневик же зашел скромненько, без спецэффектов и огляделся в поисках меня.

«Будь осторожен».

Теневик чуть заметно кивнул.

Прозвучал звук гонга.

Драко вальяжно прошел в центр арены и, прищурившись, уставился на теневика, который походил на щенка рядом со слоном. Монстр с шумом вдохнул и, это время его грудь раздулась и осветилась внутренним огнем, просвечивающим сквозь кожу. Раскрыв пасть, он выпустил в сторону теневика струю огня. Теневик рванул в сторону и, остановившись на безопасном расстоянии, снова замер. На том месте, где он стоял до этого, осталось черное прожженное пятно.

Драко не спеша повернул голову в сторону теневика и снова выпустил адское пламя. Мой боец рванул к нему, пропуская огонь над собой. Однако проделать то же самое, что и колоссом, ему не удалось. Едва Ночь приблизился к противнику, как тот взмахом крыльев просто смахнул его в сторону.

Теневик вскочил на ноги и зигзагом снова побежал на Драко. Тот грозно рыкнул и выпустил изо рта очередную струю пламени.

«Защита! Активируй «Панцирь моллюска!» — мысленно прокричал я.

Я даже не заметил, как от напряжения так сжал кулаки, что они побелели и с ладоней потекла кровь из ран от ногтей.

Теневик последовал моему совету и накрылся голубым магическим панцирем. Когда он добежал до противника, свет погас. Вернее, его притушил Ночь. Что он собирается делать, ведь его зубы не смогут даже пробить усиленную кожу Драко?

Однако почти сразу же зал осветился пламенем изо рта монстра. Его огонь рассеял тьму, созданную теневиком. Не знал, что такое возможно.

Зрители оживились, ведь кроме пламени, ничего не видно, и никто не знает, что происходит на арене.

Вдруг раздался оглушительный вой. Это явно не теневик. Вслед за ним снова вспышка племени, но уже значительно меньше. Будто у Драко заканчивалось топливо. Снова вой.

Я даже не знал, что думать, но тревожное чувство нарастало. Между тем в кромешной тьме виднелось только пламя Драко, которым он поливал в разные стороны. Я не знал, что происходит на арене, поэтому не давал никаких советов теневику. Это может только навредить.

Тем временем Драко продолжал орать и выпускать свой огонь, пламя которого значительно уменьшилось. Вдруг пронзительный душераздирающий вой прокатился по сводчатому потолку, и огонь из Драко хлынул в разные стороны. В это же время теневик вернул свет, и все увидели, что произошло.

Драко был объят огнем. Собственным огнем, которое вырывалось из разорванной груди.

— Убейте его! Он мучается! — прокричал владелец Драко.

Прозвучал выстрел, и вой прекратился. Наступила звенящая тишина. С глухим звуком громадное обугленное тело Драко повалилось на пол арены. В воздухе носился запах гари и паленой кожи.

Теневик стоял неподалеку. С его морды капала кровь.

— Победил Но-о-очь! Поздравляем Дмитрия с титулом «Хозяин арены чудовищ»!!!

Только сейчас я осознал, что случилось, и с облегчением выдохнул. Всё, теперь всё…

Эпилог

Я зашел в дом и услышал оживленные голоса, доносящиеся из гостиной.

— Синий — благородный цвет. Он всегда к месту, — твердо заявил дед.

— Синий не подойдет. Уж лучше зеленый или желтый, — Таисия ткнула пальцем в толстый каталог.

— Желтый? Пф-ф-ф. Мой правнук не будет жить в желтой комнате. Иначе вырастет каким-нибудь полоумным, — дед сложил руки на груди.

Я откашлялся, обращая внимание на себя.

— Вам не надоело спорить? Может, лучше подождать, когда ребенок родится и уже тогда красить стены? — предложил я, подошел к жене и погладил по округлившемуся животу.

— Ничего ты не понимаешь, — махнул рукой дед. — Я могу не дожить до его рождения.

— Не говорите так. Мне нельзя нервничать, — Таисия протянула руку и погладила старика по плечу. — Вы должны не только дожить до рождения, но и помочь вырастить его. Без вас я не справлюсь.

Дед успокоился и кивнул:

— Ну, желтый — так желтый.

Таисия пошла на кухню распорядиться насчет ужина, а мы с дедом опустились на мягкий диван. Вот уже полгода мы жили в новом доме, построенном через дорогу от старого, рядом с участком генерала Ворошилова.

— Как на службе дела?

— Вышли на советника императора. Все подпольщики под ним ходили. Теперь надо его грамотно закрыть, чтобы не смог выкрутиться.

— Сможете, — махнул он рукой. — Уж если ты за что-то взялся, то не отступишь. Уж я-то тебя знаю. Кстати, Илья приезжал. Привез новых манекенов на второй этаж амбара. Один очень похож на того Драко, которого Ночь одной левой приложил.

На самом деле теневик тогда тоже пострадал. Пытаясь прогрызть грудь противника, он обломал часть зубов, поэтому теперь без артефакта «Сияющий укус» я его на бои не выпускал.

Как и предполагал дядя Веня, на нашу арену выстроилась длинная очередь из желающих на ней выступить. Деньги рекой полились в наш городок, ведь приезжим требовались жилье и еда.

В дверях появилась Таисия.

— Все готово. Пойдемте за стол.

Как только мы прошли в столовую, в дверь позвонили. Валера поспешил открыть, и вскоре на пороге столовой появились гости: Илья, Галя и Миша.

— А вот и мы! — сказал Миша и махнул рукой.

Рядом с ним появилась пухлая девушка с румяными щечками.

— Знакомьтесь, это Лида. Моя невеста.

Я улыбнулся. Наконец-то и Миша нашел свое счастье.

Content

Хозяин арены чудовищ Книга 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27