Андрей Еслер

Менталист. Резервация

* * *

Глава 1. Пробуждение

Сознание вернулось плавно, без резких рывков.

Сначала я почувствовал, как затекли конечности. Поза неудобная, половина с левой стороны никак не давала о себе знать.

Что происходит?

Вопрос набатом разносился внутри головы. Но каждый отзвук вызывал боль.

Помнится, мы вошли в летаргический сон, чтобы выйти из него спустя какое-то время… Милиена, Света, Настя…

Имена вызвали новую вспышку боли в голове.

Крики, слышу какие-то крики, кричит женщина…. Какое-то неясное сияние. Снова боль.

Сознание прячется, словно страус зарывая голову в песок. Погружаемся во тьму, спасительную и мягкую словно руки матери.

Снова прихожу в себя позже, теперь превалирующим чувством выступает холод. Холодно до безумия. Трогать воспоминания не хочу, новая вспышка боли может выключить сознание.

Правая рука шевелится, пробую перекатиться на бок. Видимо просто отлежал левую ногу и руку. Боль в теле умеренная, будто прокатился с невысокой горы, прямо в кусты шиповника.

Ссадины ноют, но без перегиба. Во рту привкус крови, горло обжигает калёным железом, стон вызывает боль.

Пробую открыть глаза, левый не открывается, что-то мешает. Перекатываюсь на спину, трогаю лицо.

Корка, крови или грязи.

Через минуту удаётся прочистить глаз. Всё равно практически ничего не вижу.

Глаза слезятся, усиленно моргаю, выдавливая влагу.

Через несколько минут удаётся получить хоть какую-то картинку.

Небо, порезанное ветвями деревьев, будто треснувшее стекло.

Звезды, много звёзд, большая луна. Никогда не видел такой большой луны. Может за столько лет, пока мы были во сне, луна изменилась?

Попытка осмыслить происходящее приводит к боли. Вспоминать больно, а без воспоминаний соединить картинку крайне трудно. Получается какое-то слайд-шоу, вместо видеоряда.

Я точно помню, как вышел из сна.

Люди.

Группа людей, они просили помощи, какие-то роботы и…Темнота.

Бес! Я устал терпеть эту боль. Стоит сначала разобраться в текущей проблеме. Просто понять, где нахожусь и что с телом. Неплохо, звучит, как настоящий план.

Левую сторону тела покалывает, восстанавливается кровообращение. Вместе с ним начинаю слышать звуки. Вокруг тишина, редкий скрип деревьев и какие-то шорохи.

Зрение приходит в порядок, дышу ровно. Пытаюсь шевелить пальцами затёкшей ноги и руки, новая боль, но уже куда приятнее, тело двигается. Сил нет, даже встать. Надо просто полежать, прийти в себя.

Клонит в сон.

Третий раз сознание возвращается уже по другому. Я не пришёл в себя, а просто проснулся.

Тут же закашлялся и выплюнул вязкую слюну с кровью.

Солнечный свет неумолимо бьёт в глаза, отворачиваюсь.

Видимо тело восстановилось, мне удаётся встать. Опираюсь на локти, колени, встаю будто умертвие. Именно так в кинематографе поднимаются зомби, скрипя и клацая челюстью.

Мысли о всякой ерунде не дают мозгу попасть в петлю, попытаться что-то вспомнить. Фиксирую, последние воспоминания моего пробуждения, дальше пропасть.

Только сейчас вижу окружающую местность. До этого были видны только кроны деревьев, крохотный кусочек неба и несколько уходящих вверх стволов.

Понимаю, что оказался в лесу. Вокруг что-то похожее на секвои, широкий, необычайно широкий диаметр стволов, раскидистые шапки, мощные ветви усеянные овальными листьями.

Под солнцепёком жарко, вокруг никого, я на какой-то прогалине, не полянка, а именно небольшой просвет между сплошным лесом. Моха нет, плотная листва раскинулась повсюду вокруг, лес плотный, дальше пятидесяти метров ничего толком не видно.

Осмотр тела выявил, что меня неплохо так отделали.

Доспехи висят лохмотьями, кое-где не хватает целых куском, кожа под ними содрана, тело болит, но крупных ран нет. Хотя, на правом плече нет наплечника, пластины разошлись и обуглились, но на плече ровная розовая кожа.

Меня кто-то лечил, а может я сам.

Только сейчас приходит мысль о магии. Пробую раскинуть ментальную сетку. Ничего не выходит.

Резерв на нуле. Неужёли я снова попал в какую-то временную линию, где нет магии?

Проверяю организм, пытаюсь применить глиф концентрации.

Глиф не работает, но поток маны пошёл, слабый и неравномерный. Выдыхаю, заставляя организм собирать энергию.

Тело закрылось, магия сработала, как подушка безопасности, она поддерживала мой организм пока я лежал без сознания, поэтому я оказался так выжат. А затем просто включился режим энергосбережения, выключая все ненужные системы.

Соскребаю с века засохшую корку крови, встаю на обе ноги. Лёгкое головокружение и чувство голода, но перед этим бесконечная жажда.

Надо найти воды. При такой скорости, ядро будет собирать энергию ещё не один час, прежде чем я смогу воспользоваться ею.

Найти воды. Вот основная цель.

Бреду по лесу, периодически останавливаясь, чтобы прислониться к очередному стволу дерева.

Как же хочется пить!

Ещё этот шёрох, где-то позади. Несколько раз оборачиваюсь, чтобы убедится, что никого нет. Наверное, меня здорово приложили по голове, может даже слишком.

А эта ветка точно тут было?

Прибавляю шаг, списывая всё на свои травмы.

Идти в неизвестность не хочется, но я выбрал некое направление, вниз. Земля явно имела уклон, если где-то и есть вода, она внизу.

Через несколько десятков минут просвет, где-то далеко впереди.

Ускоряю шаг, силы возвращались с каждой минутой, уже могу спокойно переставлять ноги и не бояться упасть.

Лес заканчивается неожиданно, вот он есть, а вот он я на берегу небольшого озера. Водоём заключён в ожерелье из древесных гигантов, меж которых я так долго шёл.

Бросаюсь к воде, будто истощённое долгим переходом по саване животное. Разве что не встал на коленки, чтобы утолить жажду.

Захожу в воду по колено, черпая двумя ладонями удивительно чистую воду.

Полоска берега небольшая, несколько метров. Напившись, оборачиваюсь, чтобы оценить вид.

— Чёрт! Мне кажется, тебя тут не было…

Снова ветка, лежит почти на самом берегу. Её точно тут не было, когда я пришёл. Надо освежиться. Сдираю доспехи и кидаю на берег, хочу окунуться в воду. Захожу по пояс. Странная ветка не даёт покоя, периодически бросаю на неё взгляд.

Может я схожу с ума?

Когда в очередной раз проверяю на месте ли ветка, упускаю из внимания озёрную гладь. Поворот головы и я вижу нового участника.

В двух метрах передо мною девушка. Мокрые волосы, гладкая кожа, полная грудь, тяжёлая и белоснежная, она свисает спелыми плодами. Невольно облизываюсь, настолько картинка красивая и нереальная. Приходится отвесить себе пощёчину. Совсем поехал, вижу галлюцинации.

Но девушка не пропадает, она наоборот приближается Мокрые спутанные волосы ниспадают в воду, губы синие, может она замёрзла?

Галлюцинация всё ближе, протягивая точёные руки и неожиданно плавно падает мне в объятия, будто кошка, встречающая хозяина.

— Привет. — Пробормотал я. — Какая реальная нереальность…

Она подносит палец к губам, заставляя меня замолчать.

Её тело необычайно холодное, большие глаза без белков перламутрового цвета, они пугают и завораживают, обнимаю девушку за тонкий стан, её грудь прижимается к моей, между нами будто бы появляется электричество.

Когда она меня целует, я даже не замечаю… Просто отдаюсь на волю ощущениям, лаская в руках необычайно красивое тело. Её поцелуй похож на прикосновение льда, она тянет меня вперёд, нас качает волнах удовольствия.

Волнах?

Тело приходит в движение и я понимаю, что под ногами нет земли.

Падаю вниз, погружаясь с головой. Открываю глаза. Озеро чистое, прозрачное и просматривается на несколько метров вперёд. Это мне помогает, отрезвляет. Когда ты видишь огромный рыбий хвост, а сверху в ломанном отражении через воду лицо прекрасной девушки… Это приводит в себя.

Поднимаюсь, удерживаясь на воде. Девушка всё так же стоит, обнажённая и красивая, даже ранимая… Нет, не смотреть в глаза, это какая-то атака на разум.

Гребу назад, медленно и без резких движений, не сводя взгляда с её груди. Почему груди? В глаза смотреть опасно, вот я и пытаюсь что-то с этим сделать.

Её лицо выглядит расстроенным, она приближается и снова тянется ко мне. Стараюсь разорвать дистанцию, вот уже нащупываю ногами дно, осталось только отойти.

Тут выражение нимфы меняется, она хмурится, её прекрасный лобик разрезают морщины. Она злится.

— Было приятно познакомится, но мне пора.

Создатель, что я несу?

Лицо красотки приходит в движение, она вдруг открывает рот и мои волосы начинают вставать. Между разошедшихся пухлых губ, которые хотелось целовать целую вечность, высовывается длинные красный язык, а сама челюсть открывается шире, брови сходятся на переносице.

Бог ты мой! Да у неё челюсть до самых ушей! А за губами ряд треугольных зубов, которые могут измельчить кусок мяса не хуже блендера.

Под кожей у нимфы что-то начинает меняться, лицо становится острее, она всё больше теряет человеческий облик. Кожа будто бы сохнет, покрываясь чешуёй.

Бегу, что есть сил.

В реальности прошло несколько секунд, пока я завороженно наблюдал за её трансформацией. Она бросается вперёд, словно аллигатор.

Прыгаю прочь, выбегая из воды.

Противный протяжной крик проносится над спокойной водной гладью. Закрываю уши, крик запутывается глубоко в голове и вызывает боль, похоже на ультразвук.

Надеюсь, она не выйдет.

Не вышла, доплыла до глубины по пояс, а затем несколько секунд смотрела на меня, снова возвращая прежний облик. Взглядами мы не встречаемся, не уверен, что выстою снова, особенно без энергии.

Через мгновение, она исчезает, моргаю, никого нет. Только круги на воде напоминают мне о произошедшем и полностью подтверждают то, что это не игра воспалённого сознания.

Вспоминаю чувство поцелуя, из живота поднимается тошнота.

Вот бы это забыть.

Поворачиваюсь, чтобы собрать доспехи и уйти в лес, пока не вернусь готовым.

Странная ветка, гигантская, она всё ещё тут. Даже ближе. Что происходит?

— Эй, кыш… — Машу рукой.

Кажется, или она пошевелилась?

Присматриваюсь к ней, чтобы заметить движение, пристально, насколько могу.

Какое интересное дерево, странный узор…

Узор?

Бес! Это же змея! Гигантская, мать её, змея!

Отпрыгиваю в сторону и несусь вдоль берега, оставляя разбросанные доспехи. Шорох за спиной заставляет обернуться. На меня летит по настоящему странная тварь.

Змея, поднявшая голову. Она имеет странные не то плавники не то жабры, они веером расходятся с каждой стороны, на полметра, а то и больше. Она что, летит на них?

Да, эта хреновина развивает скорость хвостом, а голову держит в воздухе, ей помогают веера жабр. Пасть раскрыта, в ней утонет моя нога. Животинка решила, что обед наконец-то приготовился.

Думать нет времени. Кидаю взгляд, чтобы найти что-то чем можно отбиться.

На глаза попадается сразу два предмета, палка и камень. Кидаюсь к палке, пока змея в десятке метров.

— Аааай, бес тебя задери! — Передумываю, палка не мой вариант, если вдруг меня будут преследовать две палки, моя психика не выдержит.

Беру камень. Ну, шансов мало, один бросок один труп, желательно змеи, а не мой.

Голова анаконды раскачивается, но не сильно. Меня бросает в дрожь, без магии непривычно и страшно, но резерв уже слегка восполнился, поэтому у меня есть план.

Усиливаю бросок кинетикой, камень летит будто выпущенный из пращи, а не брошенный обессиленным парнем двадцати лет.

Попадаю, правда не туда, куда хотел.

Камень попадает по одному из крыльев-плавников-жабр, сбивая змею.

Порадоваться не успел, бревно защипело, и снова кинулось вперёд, намереваясь не упускать ужин.

— Да, чтоб тебя!

Собираю накопившуюся энергию, надеясь, что у неё есть мозги и наношу ментальный удар, без ограничений, стреляя всем, что есть.

Ноги подкашиваются, кажется не рассчитал.

Последнее, что помню, это летящую на меня змею с растопыренной пастью.

Темнота.

* * *

Возвращение неоднозначное, снова ощущение слабости и жажды, тело уже практически не болит.

Открываю глаза. Я жив, это уже не мало.

Резко сажусь на задницу, голова от такого кульбита слегка кружится, но терпимо. В свете луны вижу развалившуюся тушу твари рядом. Видимо я прибил её последним патроном.

Лоб саднит, на нём кровь. Всё-таки добралась и оцарапала меня, надеюсь не клыками, вдруг ядовитая. Но если и так, думаю я бы не проснулся.

Резерв, что странно, впитал немало магии за этот срок. Процентов на пять заполнен, а значит я могу успокоить ещё две ползающие ветки.

С трудом встаю на ноги, чтобы подойти к озеру, пить хочется невыносимо, организму трудно отказать.

Заходить в воду даже не собираюсь, быстро черпаю воды и пью, не отводя взгляд от едва потревоженной моими движениями глади.

Соблазнять меня никто не торопится, это хорошо, ато я не в духе.

После того как напился, желудок радостно сообщил, что неплохо было бы что-то туда положить и тогда он сможет убрать головокружение и тянущее чувство голода. Учитываю доводы, соглашаюсь, что звучит логично.

Рядом лежит как минимум метра три колбасы.

Со вздохом встаю и направляюсь к добыче.

Возвращаться в лес не собираюсь, сколько там таких подарков неизвестно. Чудо то, что я смог так долго проваляться на той уютной прогалине. Рисковать больше не стоит.

Остаюсь на берегу, думая, как подступиться к лежащему здесь ужину.

Я не знаю, ядовитая ли она или нет, но это и не важно. Где-то слышал, что любую змею можно употребить в еду, главное не трогать голову.

Возвращаюсь к брошенным в полутора сотнях метрах доспехам.

Сиротливо лежащий наплечник отлично подходит на замену кухонному ножу, отрубаю голову за несколько минут, после чего нюхаю содержимое. Пахнет как и обычное мясо, разве что слегка отдаёт древесиной, как мне показалось, но это скорее выверты сознания, нежели чем действительность.

— Приятного аппетита, Фёдор. — Бормочу себе под нос.

Бормотать под нос важно и необходимо, особенно если ты застрял в какой-то глуши в одиночку. Самое страшное, что я не понимаю, где я.

Попытка обратится к воспоминаниям не приводит к чему-то хорошему. Хотя, мазахисты бы со мной не согласились. Их мечта причинять себе боль одним лишь усилием мысли.

Смеюсь.

Крик, сияние, темнота… Кто кричит, неизвестно.

Одно ясно точно, я где-то очень далеко от дома, и что самое главное от своих близких.

Вздохнув, я приступил к еде.

Жевать сырое мясо то ещё удовольствие, но других вариантов нет. Яблок или ещё каких-то плодов видно не было.

На вкус оказалось очень даже ничего и когда трапеза закончилась, я смог уснуть. Расстелился на песке и уже через несколько минут отключился, надеясь не проснуться в чьём-то желудке.

500 лайков и глава вне очереди)

Глава 2. Не земля

Утро порадовало солнечным светом.

Очнулся одним рывком, вдруг вспоминая, где нахожусь. К этому времени светило уже стояло на десяти часах, если делить небо часовой системой и прилично прогревая песок. Спать в таком тепле было удовольствием, особенно после холодной ночи.

Ужасно хотелось пить, но первым делом стоит проверить, есть ли кто-то поблизости. Вчера я был настолько уставшим, что понадеялся на случай. Случай выручил, никто меня даже не погрыз.

Посмеявшись от своих мыслей, встал и направился к воде.

Попить удалось, голые девушки не появлялись, что меня безумно порадовало.

Вода кристально чистая, а вот водная гладь ровная и непоколебимая, докуда хватает глаз. Возможно здесь не осталось даже рыбы, что не удивительно, учитывая кто тут обитает.

Плана совсем не было, а желудок уже напоминал о себе.

Резерв за ночь прилично пополнился, но всё ещё недостаточно быстро.

Прикрыв глаза ладонью, будто козырьком, осмотрел местность более дательно.

Озеро в диаметре не больше трёх километров, со всех сторон плотная стена леса. Ни единого просвета или большого пляжа, линия везде ровная и одного размера, какое-то максимально искусственное водохранилище, проскочила мысль.

Заметил неподалёку реку, не рассмотреть, впадает она или наоборот выходит из озера. Но это не самая главная проблема, сначала надо плотно перекусить.

Змея подошла как нельзя лучше, наплечник снова выручил. Добытое мясо умял за несколько минут, насытив на какое-то время желудок.

Остатки змеи проводил грустным взглядом. Сорвал несколько растений с широкими гладкими листами, завернул туда пару кусков мяса. Воды набрать было не во что, поэтому вдоволь напился перед выходом.

Своей целью приметил самую большую гору. Если что-то и даст мне понимание, где я нахожусь, так это осмотр с высоты.

В голову закрадывались мысли, что это совсем не земля. Не припомню подобных тварей, змеи умеющие с таким успехом мимикрировать под окружающую среду. Удивительные создания, не смотря на их явные гастрономические интересы ко мне.

С другой стороны, за сотни лет могло многое изменится. Погасил тревогу и собрал свои доспехи, кое-как натягивая их.

Вещи сполоснул, те что были сильно повреждены выкинул, остальное надел на тело, за несколько часов они обязательно высохнут.

Солнце стояло в зените, когда я выдвинулся в лес. Осторожно и с опаской. Флора и фауна здесь враждебна, не знакома, доказательство тому лежало за пазухой, плотно завёрнутое в лист.

Открыл себя миру, просканировав несколько десятков метров вокруг. Неожиданностей можно пока не ждать, по крайней мере до того момента, пока источник себя не исчерпает, а затем надо смотреть в оба.

Вошёл под сень леса, поражаясь тому, какие здесь гигантские деревья. Вчера и не заметил, так был вымотан и устал. Часто встречались здоровенные папоротники и другие растения, иногда превышающие по высоте мой рост.

Вообще, подобная местность мне не известна, она напоминает смесь тропиков и какой-то натуральной тайги, где стоят вековые кедровые сосны и дубы. Но всё настолько большое, что я начинал чувствовать себя насекомым.

Скорость передвижения нарастала, по мере того, как я набирался смелости. Ко всему прочему, у меня появилось оружие. Сейчас я наверное, больше напоминал неандертальца, вооружившись палкой, которую пришлось сточить о камень для усиленного нанесения урона.

Только сейчас отметил птиц и насекомых, раньше я таких не видел, могло ли развиться столько организмов за несколько сотен лет? А за тысячу?

Оставил мысли на потом, сосредоточившись на текущей реальности. И не даром. Сеть тут же зафиксировала присутствие какой-то твари.

Я остановился и стал озираться. Щебетали незнакомые птицы, но кроме этого вокруг всё так же никого не было. Магия подсказывала примерное направление, которого я и стал придерживаться, чтобы понять, кого нашёл.

Энергия сигнализировала лёгкими покалываниями, до цели оставалось не более трёх метров, но я всё ещё никого не видел.

Меня вело к дереву, настолько большому, что за ним можно спрятать пару носорогов. Значит надо обойти, противник может затаиться за ним.

Я максимально замедлился, обходя ствол по кругу. Но на другой стороне тоже никого не оказалось.

— Что за бесовщина… — Бормочу себе под нос.

Когда я оказался прямо на той точке, где сигнал стал настолько ярким, что онемела кожа на груди в районе сердца, меня атаковали.

Стоя под деревом, я не понимал, где искать. Земля абсолютно нормальная, вокруг на десятки метров никакого движения. Но я абсолютно забыл про дерево.

Что-то зашуршало сверху, а когда я поднял глаза, на меня летела уже знакомая морда. Змея.

Перекат и уход в сторону, плечо взрывается болью. Тут же встаю на ноги, поворачиваясь к твари.

Я представлял себе, что она упадёт и врежется в землю, но не тут то было, если бы не острота реакции усиленного волшебством тела, меня бы ждала бесславная смерть под сосной переростком.

Тварь распушила свои крылья и усиленно извивалась, планируя прямо на меня.

Оставалось считанное мгновение до встречи с оскаленной пастью, поэтому я принял единственное верное решение. Она может планировать, но резко повернутся ей врятли удастся.

Новый перекат и я ухожу сторону и вперёд, оставляя змеюку с носом.

Тварь падает на землю, как мне показалось раздосадованно шипя. Может я стал понимать змеиный язык? В детстве мне рассказывали сказку про одного мага, который понимал змей, закончил он печально, убившись своей же магией.

Монстр не больше предыдущего, может это эталонный размер взрослой особи? Поворачиваюсь лицом к лицу, точнее к морде. В руках заострённое бревно и дикое желание кого-то убить. Чувствую себя плохо, когда какие-то летающие шланги пытаются меня убить, настроение сразу портится, смертельно портится.

Змея нападает, снова набирая скорость, как и в прошлый раз, поднявшись на добрый метр и стартует в атаку, раскидывая листву.

Что ж, сейчас я убавлю тебе прыти.

Копьё смотрит ровно в оскаленную пасть, на всякий случай. Как вчера бить артиллерией по букашке не стану, но вот небольшой толчок, чтобы она потеряла ориентацию в пространстве.

Сказано, сделано. Нас разделяет несколько метров и пара секунд, мысли несутся вскачь. Формирую посыл и бью по разуму, точечно, словно делаю важный хирургический разрез.

Тварь тут же падает, прямо перед моими ногами, прилично врезаясь в землю.

Пользуюсь случаем, делаю широкий замах и пришпиливаю ей одно из крыльев. Можно было попробовать ударить в голову, но шанс пробить череп такой махины маловат, поэтому делаем проверенным методом.

Быстро ищу взглядом ближайший камень, пока эта пародия на василиска пребывает в нокдауне. Нахожу приличных размеров валун, который окончательно отправляет тварину к создателю.

Сажусь рядом, сразу же раскидывая сеть. Вокруг никого, руки трясутся, но это скорее от усталости, нежели от пережитой драки. Куда ей до Шесса и его посланников, точнее моих посланников, точнее посланников двойника.

Так, закуска.

При мысли о еде желудок тут же требует платы.

Достаю лежащий за пазухой кусок мяса, впиваясь в него зубами.

Так и сижу около получаса, периодически откусывая от быстро тающего куска. Змеятина зашла на ура, но надо продолжать путь, итак потратил целый час на всего одного монстра.

А сколько ещё тут этих летунов?

Теперь шагал по лесу уже не так смело, постоянно смотрел наверх.

Плавно начался подъём на гору. Местность стала слегка реже, деревьев попадалось меньше, а вот змей нет.

Второй раз я уже заранее понял, где притаилась эта тварь. Сразу же стал смотреть наверх и через десять минут тщательного поиска, нашёл слегка отличающуюся по размерам ветку. Её обвила давняя знакомая, настолько хорошо слившись, что я принял её за обычный нарост.

Но не всё просто так, натренированный взгляд заметил вторую гадину. Она притаилась не на ветке, а на стволе, скрывшись среди впадин на коре. В отличии от первой она была больше и имела утолщение. Либо она вынашивает потомство, либо недавно покушала.

Замерев, я стоял и искал новых и новых змей.

Через пол часа, когда ноги окончательно затекли, я пришёл к неутешительному выводу. Я в полном дерьме, но есть нюансы.

Первое, я насчитал вокруг себя пять десятков летающих тварей. На разной высоте, разной толщины и так далее.

Нюанс заключался в том, что я не видел и половины из них. Отображалась только десятка, остальных я нашёл сугубо визуально. По спине пробежали мурашки от мысли, что я несколько километров шёл по лесу полном таких подарков.

Я сложил картинку из всех факторов, вышло следующее.

Они спят. Впадают в спячку, как только съедят кого-то. Поэтому магия не видит тех змей, кто имеет утолщение. Сразу стало понятно, почему здесь никого нет. Как и в случае с озером, тут есть один доминирующий вид хищников, остальные либо мигрировали, либо были съедены.

Решение пришло не сразу, сначала я вправду рассматривал возможность перебить всех и пустить на колбасу, но потом поумерил аппетиты. Мне не нужно сражаться с змеями в лесу, мне нужно найти выход из проклятого леса.

От такой простой мысли пришло облегчение, плюс резерв уже начинал показывать, что кончается, будто разряженный смарт. Пришлось сузить сеть до десяти метров, чтобы пройти сегодня максимально большое расстояние.

Сказано — сделано.

Началась игра в пятнашки, где я пытался найти правильный вариант передвижения. Проходил мимо тех мест, где все змеи спали, либо находились очень высоко.

Работа пошла веселее, но без казусов не вышло.

Пару раз находящаяся слишком высоко змея камнем падала вниз, после чего мне приходилось её убивать уже по накатанной схеме. Небольшой выброс для дезориентации, обездвижить, камнем по голове и идём дальше.

К вечеру, когда солнца стало окончательно не видно, а лес погрузился в сумерки, я наконец-то поднялся на гору.

Большое спасибо сильному и тренированному телу, а ещё большее магии хаоса, которая его укрепила. Обычному человеку ни за что не покрыть такую дистанцию за такое время.

На горе к большому счастью не было деревьев, сама верхушка оказалась лысой с небольшими вкраплениями скал. Когда я поднялся, то сразу же опустился на один из камней, убедившись, что рядом никого. Камень хорошо прогрело солнцем, это успокаивало и согревало в наступившей прохладе.

Вид с горы открывался не особо шикарный. Над лесом повис туман, ибо резкая смена температуры перед ночью заставила его поднять своё покрывало выше деревьев.

Когда наступила ночь, не заметил. Но поразился красоте момента.

Я находился на горе, под которой раскинулось настоящее облачное небо. Туман походил на облака, а на самом небосклоне в отличии от низа не было ни облачка. Картина достойная кисти какого-то художника, а я просто восхитился и перевёл внимание на более насущные вещи, а точнее еду. Ел снова сырое, думая о том, что сделаю завтра.

Такими темпами не сразу заметил, что сзади есть какое-то свечение.

Сначала списал это на проказницу луну, которая диско-шаром зависла прямо передо мной, а затем понял, что это не она.

Обернувшись, решил обойти ряд скал, и увидел нечто, что повергло меня в шок. Вышел из-за последней в ряде скал, наблюдая огромный шлейф, а за ним какая-то не менее огромная планета. Шлейф, это астероидный пояс, а за ним что-то нереальное. Так вот почему ночью я видел так много света, но вырубался раньше, чем мог заметить среди крон на самом горизонте этого гиганта.

Теперь вопросов стало меньше. Я точно не дома.

Но вот где?

А ещё, кроме необычайно большой и очень близкой планете, я нашёл вход в нору. Не просто нору, а настоящий храм какого-то зверь. В ущелье между двух скал, третья упала так, что образовала букву П. Ровно между ними, находился вход ведущий вниз, выкопанный, явно не природный, а лапотворный.

Почему я так решил? Потому что следы его хозяина были прямо возле входа. Видимо несколько дней назад прошёл дождь и в грязи сохранилось несколько отпечатков, которые потом подсохли, оставляя отличную улику. Настоящий звоночек для таких как я, если я здесь не единственный разумный.

БЕГИ! Так гласила надпись, точнее отпечаток лапы.

Он был огромным, если у него одна лапа такая, сам он точно размерами не меньше трактора.

— Руар! — Раздалось где-то далеко внутри.

— Бл***! Приехали…

Кажется или даже земля сотряслась. Он сейчас выйдет из своей норы, а у меня одна палка, видимо пойдёт в качестве гарнира. Постойте! А разве шум идёт не сзади?

Поворачиваюсь на сто восемьдесят, чтобы оказаться нос к носу с динозавром. Напоминает крота переростка, размерами с мамонта, принюхивается, в свете луны сверкают бусинки глаз, я бы сказал хищно и кровожадно. А может мне просто кажется.

В любом случае, бежать и только бежать.

Развернувшись, я снова оторопел, на этот раз от другой картины. К пещере пожаловал вовсе не хозяин, а кто-то другой. Из самой подземной дыры сейчас вылезло что-то похожее на обросшего иголками броненосца. Мощные лапы, вытянутая пасть и ряды костяных игл размером с мою руку.

Да что тут вашу мамашу происходит?! Билась мысль в голове.

Я успел рвануть вперёд, прежде чем крот пришедший на разборки, выпустил струю вязкой зелёной слизи изо рта, с чавканьем выплевывая это в образину с иголками.

Игольчатый тут же отвернул морду, но игла раскрывать не стал, выпрямил их, чтобы они полностью закрыли тело. Жидкость попала на иголки, что-то неприятно запахло.

Я отбежал в сторону, прячась за скалой. В лес лезть не хотелось, а поединок предстоял интересный. Плюс, я успел глянуть на монстров магическим зрением и меня привлекло странное сияние внутри них. Такое же было в змеях, только гораздо слабее. Может это разум?

Гадать не следовало, надо просто подождать, пока один из гигантов победит. Думаю их не заинтересует такой маленький и вёрткий кусок мяса, как я.

Схватка перед пещерой игольчатого набирала обороты. Он повернул назад своё вытянутое рыло и раскрыл пасть, защитпев. Его глаза покраснели, не знаю, от гнева или от запаха той жижи, но думаю он был в ярости.

Крот встал на задние лапы, обнажая живот и грудь закрытые пластинами на манер черепахи. Мощные передние лапы он развёл в стороны, будто приглашая к бою.

Игольчатый не растерялся, он резко прыгнул и сделал кувырок по земле, складывая иголки. После чего, когда встал на свои четыре лапы прямо под носом у крота, он выпрямил иголки, обнажая их частоколом копий и сделал ещё один рывок, пытаясь нанизать пузо крота на свою спину.

Ничего не удалось, видимо крот не просто так принял именно такую позу, жизнено важный органы были прилично укрыты, а остальное мелочи, главное, что он успел перезарядить и снова сплюнул вязкую жижу. Его будто бы совсем не волновало, попадёт она на защиту или на тело врага, он просто поливал его.

Крот отпрыгнул сокращая дистанцию.

Земля сотрясалась от таких кульбитов, словно рядом рушились пятиэтажные здания.

Каждый из монстров весил под тонну, они шипели и ходили кругами.

Крот не торопился нападать. Он перебирал лапами, напоминая бронированного белого медведя, разве что с руками лопатами и вытянутой мордой, чересчур вытянутой, очевидно для плевания.

На сближение гость не шёл, словно чего-то ждал.

Да он же отравляет его! Пришла мне в голову мысль, когда игольчатый сделал пару неверных шагов, его лапы стали заплетаться.

Хитрец, ой хитрец! Я оценил тактику крота, хоть он и выступал тут агрессором, не стоит забывать, что это дикая природа.

Игольчатый почувствовал, что сила покидает его, поэтому сделал последний рывок, снова превращаясь в колобка. Крот вообще не стал связываться, он просто прыгнул в сторону, сотрясая поляну и издали наблюдал, как его враг умирает.

Когда игольчатый полностью перестал двигаться, противно зашипел в последний раз, крот подошёл ближе и стал раздирать голову дикобраза.

Пытается убить? Чтобы наверняка?

Спустя минуту стала понятна причина такого интереса. Крот ударил, череп игольчатого треснул, оттуда на траву выкатилась светящаяся перламутровая сфера.

— Так вот, что там такое. — Проворчал я. — Пожалуй, я не могу тебя отпустить с таким подарком, мне он нужнее.

Глава 3. Драконы

Пока сфера не оказалась в бездонной пасти чудовища, собираю все крупицы магии и бегу вперёд.

Рассеянный удар по сознанию монстра не проходит, он тот по какой-то причине замечает меня, хотя должен растерять прыть.

То, что недооценил тяжесть ситуации, я понял очень быстро, когда неожиданно проворный крот повернулся ко мне мордой и выплюнул длинный красный язык. Увернуться не удалось, принял его на наруч. Рука внезапно приклеилась, а меня потянуло вперёд.

Я смотрел на пасть, полную небольших кривых зубов, и понимал, что сейчас, как та крыса, бегущая по конвейеру, который несёт куски мяса в мясорубку.

Аналогия мне не понравилась, поэтому не нашёл ничего лучше, чем схватиться за язык руками. Были мысли, что он вовсе не липкий. Как оказалось, я был прав. Просто на кончике есть какая-то присоска, которая и закрепляется на добыче.

Вперёд я полетел так, будто меня привязали верёвкой к грузовику, а тот рванул без предупреждения. Если бы не укреплённое тело, было бы хуже.

Меня подкидывает вверх, прямо в пасть. Не нахожу ничего лучше, чем растопырить ноги. Безумное везение, мне удаётся положить их ровно на две челюсти, благо они здоровенные, площадка не такая маленькая.

Монстр опускает морду вниз, непонимающе качая головой.

Ну что, дружок, не ожидал такого?

Скоро он всё поймёт, тогда просто ударит меня о землю, либо дотянется лапами. Какой же он при всём этом медленный и глупый…

В голову неожиданно приходит очень простая мысль, такая простая, что хочется ударить себя по лицу.

Готовлюсь к прыжку и до того, как монстр понимает, что надо что-то менять, просто отстёгиваю наруч, падая на землю прямо под бронированное брюхо. Если эта махина сейчас на меня опустится, мне будет не очень хорошо.

Откатываюсь в сторону, только сейчас понимая, что сфера давно позади меня.

Отлично, бежим к сфере и хватаем её. Приятная, немного тёплая.

Позади нарастает шум, крот понял, что кто-то уводит его добычу из-под носа. Ну, извините, мне и правда нужнее.

На одних инстинктах откатываюсь в сторону, пропуская мимо себя машину для убийства, точнее сказать, автобус. Он настолько огромный, что я оказываюсь в нескольких сантиметрах. Не жду, пока тот развернётся, просто шагаю в сторону.

Иду спокойно, прикрывая глаза. Сфера в ладони начинает растворяться, превращаясь в дымку. О да… Это море силы по сравнению с прежним резервом.

Зверь видит, каким-то невероятным образом понимает, что я сделал. Рёв негодования разносится по всему лесу, теряясь в стволах вековых деревьев.

Крот пару раз ударяет себя лопатообразными руками, после чего рвёт вперёд, буквально выбрасывая комки земли и камней из-под лап. Он просто в ярости, но мне уже всё равно.

Сила струится по телу, грея организм и возвращая чувствительность. Время растягивается, смотрю на несущегося монстра. Такой большой и такой сильный, но такой глупый, тебе надо бежать в другую сторону.

Пара камней под ногами поднимается в воздух, чтобы расщепиться на пластины, после чего по одному взмаху руки в крота летят десятки острых пластин.

Они режут и секут морду, добираются до мозга. Туша падает на землю, замирая в нескольких метрах.

Тут же иду вперёд, чтобы разорвать его голову телекинезом. Действие непростое, трата энергии, но я надеюсь, что у него есть подарок. И правда, ещё одна сфера…

Этот лесок явно начинает мне нравиться.

Если каждый здесь имеет такой лакомый кусочек, это меняет дело.

В природе есть градация, там всё просто, хищники едят травоядных, травоядные убегают и сбиваются в кучи. Но есть в природе и ещё один вид, суперхищники. Те, кто находится на вершине пищевой цепочки и может с легкостью разделаться с любым самым опасным, но простым хищником.

Посмотрим, кто выше в этой цепи.

* * *

Дана из племени Трёх рек.

Дана смотрела на своих соплеменников, смотрела в глаза каждому из них, и в её голове билась только одна мысль: «За что? За что?»

Колени саднили, руки, связанные за спиной, давно затекли. Дана пошевелила ногами, чтобы хоть как-то поправить задравшуюся ткань. Она не хотела показывать слабости, тем более перед теми, кто рангом намного ниже неё.

Девушку схватили под локти и завели на невысокий деревянный помост. Вокруг разлилась толпа простого народа, собранная регентом и главным шаманом.

Сам регент, высокий Суори с огромными клыками, придающими ему свирепости, стоял рядом. Тут же расположился и шаман, завёрнутый в шкуру лесного Тиируса, убитого им в день испытаний. Старик опирался на посох, витой, словно гигантский корень, он увенчивался фиолетовой сферой размером с яйцо, добытой всё из того же Тиируса.

Толпа вывалилась на главную площадёнку, узкую, не способную вместить всех. Кто-то скрывался за домами, кто-то оседлал заборы и низкосидящие крыши. Ещё половина народа скрывалась в близлежащих улочках.

Все Суори стояли молча, многие с настороженными лицами, но никто не говорил ни слова.

Редкая картина в селении Трёх рек, дочь недавно умершего вождя судят. Регент, младший брат вождя, сейчас олицетворял всю власть в регионе фронтира, ближайшем к дикому лесу участке земли, где обосновались разумные.

Дана презрительно фыркнула и встала, несмотря на угрожающий взгляд регента Маурона.

— Сегодня мы судим Дану, дочь покойного владыки Ганадила. — Взял слово шаман, периодически делая паузы, то ли от старости, то ли от усталости, что, по сути, одно и то же. — За сговор с нашими заклятыми врагами, племенем Зелёной чащи.

Шаман напоминал огромную птицу, если бы не коричневая накидка из шкуры Тиируса и ожерелье из зубов монстра. Он стоял и смотрел куда-то поверх голов собравшихся Суори, будто видя незримое.

— Все вы знаете, какой разлад у нас с этим народом. Они заняли единственную доступную чащу, и их владыка начал просить больше, чем требовалось. Мы больше не имеем доступа к их лесу, нам приходится ходить в обход, покрывать лиги, чтобы найти хоть какую-то живность и древесину.

Шаман снова сделал паузу, некоторые из присутствующих в толпе одобрительно закивали, их взгляды становились острее, Дана чувствовала их открытыми участками тела, которых было немало, ведь всю одежду у неё забрали, кроме короткой ночнушки да пары колец.

— Дана предала Три реки. Все мы знаем, что она была отдана на откуп владыке леса, Сенту. Она сбежала с обряда, не думая о нас, о своём народе, не стала следовать словам отца…

— Это неправда! — закричала Дана, смотря на всех присутствующих в поисках поддержки. — Отец не отдавал меня лесным, он хотел добиться перемирия другими способами. Но регент Маурон…

— Замолчи, проклятая! — рыкнул Маурон. — Нет доверия той, кто носит в себе такие пагубные для народа мысли о переселении, да и не только…

Адрок, шаман, прервал Маурона, подняв руку. Регент почтительно склонил голову.

— Не будем же спорить, я верю словам боевого вождя, Маурона.

Дана лишь крепче сжала зубы, было очевидно, что оба Суори в сговоре, и она ничего не сможет изменить.

— Мы приговариваем тебя к неподкупному суду, тебя осудит дикий лес.

Шаман выдвинул приговор.

Все тут же зашептались, взгляды, колющие синеватую кожу Даны, сменились с острых на сочувствующие. Никто не возвращается из диких мест, тем более сейчас, в период летнего солнцестояния, когда весь лес дышит опасностью и пестрит разнообразными тварями. Когда каждая ветка скрипит под весом выросших за сезон Тиирусов.

Многие лета суд племён отправлял туда виновных. Многие лета никто не возвращался. Древняя и никому не нужная традиция, всё равно что казнь, только умрёшь ты не от топора палача, а в желудке очередного змея, а может, сразу двух.

По всему телу Даны пошли мурашки. Она представила кишащий тварями лес, себя, ей стало дурно, желудок свернулся в узел.

Дана последний раз окинула селение взглядом. Пять сотен домов с крышами из речного листа, несколько башен, купол храма Искупителя… Девушке снова стало дурно, глаза наполнились влагой, как горные озёра в сезон дождей, они грозили выйти из берегов.

Дана усиленно заморгала, она не позволит себе вот так рыдать, вызывая жалость у народа. Если эти разумные заплутали, Искупитель их рассудит, она лишь подчиняться его воле, тем более в таких обстоятельствах, когда шанса на спасение совсем нет.

— Сегодня вечером мы подготовим плот. Дана из Трёх рек отправится в последний путь. Да будет так! — провозгласил шаман, избегая яростного взгляда дочери владыки. — Но мы не можем жить в неведении, поэтому надо сразу же выбрать нового владыку. Я предлагаю Маурона, боевого вождя. Он многие лета служил нашему народу, избавляя от бед и нашествия лесных тварей как разумных, так и неразумных. Если есть кто-то, кто хочет возразить, выйдете вперёд.

Толпа сохраняла молчание, взгляды их бродили от одного к другому.

Дана их понимала, кто в своём уме пойдёт против Маурона, сильнейшего воина Трёх рек, которого полностью поддерживает единственный на пятьсот лиг шаман.

Плакать нет смысла, просить пощады тем более, они всё решили и уже делят накопления отца и его покои. Дана знала, что шаман давно выжил из ума, но что настолько, чтобы поддерживать Маурона, этого дочь владыки не могла предугадать.

Выли рыски, мычали недоенные шемганы, наступал вечер, всех уже давно ждут дела, они представляют себя в уютных кроватках и хотят, чтобы это поскорее закончилось.

Дана замерла от бессилия и злобы, разъедающей сверху донизу, как тлеющую свечу.

— Хочу сказать Слово! — выплюнула она неожиданно сильно и угрожающе.

— Твоё право, — кивнул шаман, не обращая внимания на настороженный взгляд Маурона, верхняя губа которого поднялась, обнажая клыки.

Понадеявшись на быстрый исход, народ тут же подобрался. Право последнего слова — традиция, но, как и всё остальное, она жива, пока все верят.

— Я принимаю суд, пусть лес покажет, кто прав, а кто виноват. Хочу лишь всем напомнить, что это не окончательное решение. Если лес выпустит меня обратно, я приду и выжгу вам глаза, ибо нет от них никакой пользы.

Последнее Дана буквально прорычала, смотря на непоколебимого шамана и готового сорваться Маурона.

— Да будет так, — кивнул шаман.

Все потянулись по своим домам, а двое воинов из личного отряда Маурона взяли Дану под руки и двинулись вместо холодной к ратуше, храму Искупителя, где отправленные в лес проводили последнюю ночь.

Дана была рада, что не придётся сидеть в земляной клетке, она с удовольствием потёрла запястья, когда сняли путы, и прошла в небольшую комнату, отделанную закаленной глиной.

Кровать представляла собой сбитый из досок поддон, на котором в плену крепкой ткани лежала душистая лесная трава, отличное ложе для последнего сна.

Почему последнего? Следующий будет тяжёлым и наркотическим. Виновного положат на плот с невысокими бортами, перед этим тщательно проследив, чтобы он выпил настой и уснул. В следующий раз Дана очнётся уже где-то в спокойных озёрных водах рыболюдов. Если повезёт, проснётся, когда плот прибьёт к берегу, если нет, окажется посреди вод, где привлечёт к себе внимание и погибнет.

Впрочем, на берегу тоже мало шансов, стоит зайти в лес — и его ветви оживут, смертельно опасные пасти сомкнуться на её теле.

От мыслей о предстоящем путешествии Дану чуть не стошнило. Она легла на кровать, свернувшись калачиком.

Вот так, Дана Струя Воды, ты погибнешь, думала девушка, вспоминая отца и его тёплую улыбку, ей было так нужно тепло, хотя бы немного.

Водной струёй её прозвал отец, когда она была крохотной, она называл её не иначе как Струйка. Дочь уродилась крайне слабая, постоянно болела, пока не набрала силу. Избавитель не забрал маленькую Суори, и она выросла в красивую девушку, проходившую под небом уже двадцать два лета.

Тонкая, словно тростинка, она имела телосложение, не свойственное народу Суори. Там, где другие девушки хвастались крепко сбитой фигурой и стальными мышцами, Дана всегда выделялась отнюдь не в лучшую сторону.

— Как она вскормит ребёнка с такой грудью, да она еле помещается в мужскую ладонь! — обсуждали её старухи-повитухи.

— С такой талией и высоким ростом сложно будет вести хозяйство, надо укреплять спину! — бурчали все вокруг.

— Ноги длинные, тонкие, как хворостинки, клыков совсем нет, волос хоть отбавляй, мыть замучаешься, да ты глянь, лицо обгорает за один сезон, постоянно болеет…

Чего только не слышала всю свою жизнь Дана. Но она бы послушала это снова, лишь бы выжить. Девушку вдруг обуял страх смерти, он подступал к горлу и застревал там комком. Как бы она ни хотела его выплюнуть, не получалось, он лишь становился больше, не давая дышать.

Дана проснулась от скрипа засова. Кто-то зашёл внутрь. Девушка быстро села, понимая, что забылась беспокойным сном. Кровать смята, холодный пот струится по пояснице, а сердце рвётся наружу испуганной птицей.

— Не бойся, это я! — прошептал знакомый голос.

— Таша? — Свет больно резал глаза, но спустя пару мгновений Дана разглядела гостью, приглушившую масляный фонарь в комнате.

— Да, это я, — проговорила подруга.

Обе Суори тут же обнялись.

Одна стройная и проворная, как молодой Тиирус, а вторая крепко сложенная, с крутыми бёдрами и широкими плечами, напоминающая ствол старого дерева.

Таша заплакала, роняя горячие слёзы на плечи Даны.

— Я не понимаю….

— Тссс… — прошептала Дана, обнимая подругу. — Сначала скажи, как ты сюда попала, если нас увидит Адрок, он всыплет тебе плетей, а меня и вовсе утопит, вместо того чтобы отправить в лес.

— Уж лучше так! — простонала Таша, стирая слёзы. — Сегодня у двери храма надзор Камеля, он впустил меня. Уже глубокая ночь, прости, что разбудила и прервала последний сон. Но мне так хотелось тебя увидеть.

Таша снова заплакала, будто ребёнок, утыкаясь лицом в грудь Даны. Ночнушка быстро стала мокрой, но Дана не отняла рук, крепче прижимая подругу, единственную подругу в селении.

— Там не выжить… — глухо пробормотала Таша, глотая слёзы. — Камель рассказывал, что это практически невозможно. Разве что отсрочить свою смерть, не более. Этот лес — порождение бездны, там живут самые опасные животные под этим бескрайним небом, а ведь оно действительно бескрайнее, чего там только нет….

— Ну, спасибо, — преувеличенно весело ответила Дана.

— Ой, прости… Я совсем не подумала, какого тебе. — Таша взяла подругу за плечи и вытянула руки, рассматривая, словно старалась впитать такие близкие и знакомые черты лица, чтобы помнить их подольше. — Я всегда удивлялась тому, какая ты храбрая. Видит Избавитель, это не просто так. Если там кто-то и выживет, то это будешь ты.

— Я постараюсь, — прошептала Дана, не давая эмоциям выплеснуться наружу.

Подруги ещё долго говорили, пока окон на потолке не коснулись первые лучи солнца. После этого Таша ушла, оглядываясь каждые полшага.

Дана же стала ждать провожатых.

Утром Дану обрядили в платье, даже накормили, после чего вывели наружу.

Из селения выдвинулась целая процессия, каждый счёл своим долгом проводить Дану, дочь Ганадила, в последний путь. Но не каждый смог найти в себе силы защитить её от этого пути. Все недобро смотрели на шедших впереди Маурона и Адрока, но, стоило тем оглянуться, опускали глаза.

Следом за Даной шла Таша, еле двигаясь, словно шемган, которого тащили на убой. Её глаза изливали слёзы, платок стал мокрым, она вытирала веки, отчего они стали насыщенно-синего оттенка, а нос постоянно шмыгал, будто она простыла.

Дана улыбнулась, когда ей поднесли церемониальный рог с настоем. Она забрала его из рук подносящего, отсалютовала всем и смело выпила.

— Всё решит судьба, — прошептала она, забываясь крепким сном без сновидений.

Плот толкнули, сухое дерево приняло течение реки, и Дана отправилась в последний путь.

* * *

Течение унесло Дану очень далеко. Когда та пришла в себя, желудок стонал от изнеможения, а над головой светило солнце, но уже следующего дня.

Девушка робко подняла голову, высовываясь из-за борта, и её сердце опустилось в пятки.

Плот застыл в озере, дул лёгкий ветер, явно уносящий его от ближайшего берега.

— Избавитель милосердный, дай мне лёгкой и безболезненной смерти… — еле слышно зашептала Дана.

Рыболюды чувствуют биение сердца, они скоро узнают, что она пришла в себя. Если под настоем можно было не бояться полуразумных созданий, сейчас шансов не оставалось.

Где-то послышался всплеск, затем второй. Дана боялась поднять голову, чтобы возвыситься над крохотным бортиком, который сейчас отделял её от белых, словно снег, лиц.

Пролежав так целую вечность, Дана нашла в себе силы сесть. Она хотела смотреть смерти в

Глава 4. Принцесса

Туша крота лежала у ног, неподалёку его противник, кодовое название «Игольчатый».

В руках сфера, увесистая, приятно оттягивает руку. Вот тебе и подарочек, оказывается, я где-то на земле. Только тут я видел эти странные сферы, пришедшие из другого мира…

Так, стоп! Другой мир…

Интересно, может существовать такая вероятность, что я сейчас нахожусь где-то там?

Обращение к памяти вызвало такую раздирающую голову боль, что пришлось встать на колени, ибо земля вдруг начала вращаться, а я стал чувствовать её вращение.

Нет, это какой-то бред.

Но логика говорила, что подобная флора и фауна не могла развиться на Земле, это принципиально новая форма жизни какая-то. Взять хотя бы крота, он лишь внешне чем-то напоминает подобное животное на моей родине. Но на этом можно смело вспахивать поля! Не меньше!

А игольчатый, его дружок, да это же настоящий плод радиации и какого-то зоофила. Что-то здесь явно не сходится.

Посмотрел налево, где в скале зияла пещера. Может быть там кто-то есть? Кто-то, кого искала эта парочка, а затем, когда подобралась близко, попросту не поделила.

Маловероятно, но всё таки опасения не безосновательны.

Стоит углубиться в эту тему и проверить логово.

Посмеялся от каламбура, конечно же в голове, не желая привлекать лишнее внимание.

Хотя, снова таки, если апеллировать к логике, здесь произошло побоище, которое могло разбудить целый город. Может сюда уже шуршит плеяда тех шлангов, которые мать полоумная природа, местного характера, развесила как новогодний дождик на каждое дерево.

А может тут так новый год встречают?

Кто знает местные традиции, вполне возможно, что за время сна, мои потомки изобрели какое-то новое празднование. Я бы назвал его «Звездец».

Стоит отталкиваться от уже известного. Если вспомнить недавнюю мысль про хищников, эти двое явно занимают не последнюю должность, а значит рядом априори не может быть кого-то серьёзнее.

Если бы он был, он бы уже мчал сюда со всех ног.

Энергии достаточно, раскидываю сеть радиусом в полкилометра, чтобы убедиться в своих умозаключениях.

Всё верно, одни светящиеся шарики ленточных червей переростков, которые кстати оказались не такими бесполезными тварями. Во первых, как я теперь понимаю, каждый из них имеет камень сферу, которую я принимал за свечение разума, а значит где-то по пути моего следования раскиданы десятки маленьких батареек.

Во вторых, раз энергии достаточно, чтобы завалить таких мегалодонов, значит в пещерке меня точно ничего не испугает.

Уверенный в своих выводах, иду к чернеющему проёму, чтобы как следует его обшарить. Осталось только как-то добыть свет, впрочем, это было бы не особо трудно, раньше подобное бы далось легче, чем щелчок пальцев, но сейчас запасы маны ограничены, хоть и здорово пополнились.

Нахожу ветку, собираю сухой травы. Урок выживальщика номер один, надо каким-то образом добыть огонь, как это легче всего сделать? Правильно, выжечь искру.

Полчаса маялся с тем, чтобы хоть что-то заискрилось, кроме естественно молний из глаз, которые я метал от злости, матеря грёбанные камни на разный лад.

Не сразу понял, что затея гиблая, ибо они не хотели искрить, хоть ты тресни. Выбрал из них тот что по целее и стал бить по нему железным наручем. Получилось куда лучше, результат не замедлил себя ждать.

Трава вспыхнула, осталось только подождать, когда разгорится костерок и запалить на неём сухую ветку.

Ждать пришлось не мало.

Вторая гениальная мысль была в том, что я на сраной горе, а значит не совсем верным решение стало разжигать огонь у всех на виду. Перенёс не сильно большой костёр меж камней, где его практически не видно.

Палка разгорелась, следовало пойти внутрь, пока пламя не потухло.

Подошёл к пещере ближе, в нос тут же ударили запахи чего-то естественного. Где-то слышал поговорку, «не сри, там где ешь», видимо владелец этих чудесных апартаментов её не слышал.

Дышать старался ртом, вошёл внутрь.

Сразу же чуть не скатился по накатанной горке. Здесь на полу был камень, какое-то чудище прогрызло пещеру прямо в нём, сделал ставки, вероятнее всего это был крот, иначе зачем ему такие лапища.

Прошёл дальше, попадая в овальный коридор на стенах которого везде присутствовала шерсть. На кроте шерсть тоже присутствовал, путём нелёгких вычислений, сдвинул коэффициент ставок в пользу крота. Игольчатый, извини, сегодня явно не твой день.

Упасть и не встать! Пещера по настоящему большая, размерами как хорошая такая квартира, комнат на двенадцать. Прихожая правда слегка запачкана, проблемы с канализацией, у подъезда часто буянят.

Пошёл дальше, голова потолка не касалась, что в принципе тоже в стиле крота, он парень не маленький.

Дальше потолки увеличились, тут хозяин явно занимался перепланировкой. Повсюду дизайнерский ремонт, аля «когтеточка» для котёночка из зоны с повышенной радиационной активностью размером с танк.

Впервые пришла мысль, что он может быть не одинок. Была большая вероятность встретить миссис крот, но мысль тут же была откинута, как неразумная, жилище явно было холостяцкой берлогой.

Повсюду пивные банки… То есть человеческие останки.

Человеческие? Подношу самодельный факел ближе, бес меня подери, а тут явно давно не убирали. Кости смешались, где-то видел фрагменты змей из леса, а где-то целые гуманоидные черепа. Размер явно больше чем человеческий, могу надеть такой череп себе на голову в качестве шлема, но делать этого не стану.

Осмотрел череп под ломаным светом факела.

Нууу… Если представить, что человек с рождения не был у дантиста и любил бегать на четвереньках, возможно этот череп мог принадлежать ему. А ещё, этот индивид любил бодаться, рога явно ему были для чего-то нужны.

А в остальном, он напоминает типичный череп Суори.

Догадки о нахождении в другом мире обретали плоть, в отличии от этих скелетов, тут процесс пошёл вспять.

Бродил по останкам каких-то не слишком удачливых синекожих ещё полчаса. Свет факела не претендовал на солнечный и даже на фонарный, поэтому мы оценивали свои силы трезво. Я никуда не спешил, всё больше понимая, что это финиш.

Побочным успехом было то, что меня никто не попытался съесть, а это значит, что кротостяк жил один.

Стало как-то легче, убийство семейной пары это уже другая статья.

Юмор позволял принимать реальность спокойнее, поэтому мои мысли скакали с бешеной скоростью, навешивая на всё ярлыки из своей реальности. Очень не хотелось думать, что меня занесло в мир, который когда-то покинули сами рогатые. Если им здесь не понравилось, мне вряд ли удастся прижиться, слишком я люблю тёплый пол, унитазы и туалетную бумагу, а судя по останкам, здесь тёплый пол только под рыжеволосыми красотками.

Занимаясь оценкой жилплощади, которая перешла мне по наследству, нашёл много металлолома. Какие-то клинки, доспехи, лошадиные подковы.

Такое ощущение, что попал в комнату недоделанного дракона, не хватало ещё найти тут принцессу. Забустую и жутко голодную, ибо крот явно её объедал.

Сознание нарисовало девушку, полулысую с большими глазами, она сидит где-то в темноте за моей спиной и доедает ногу последнего рогатого рыцаря. Получается не дождалась его, он рога вырастил.

Точнее дождалась и трепетно баюкает его частичку, периодически откусывая понемногу.

Истерично смеюсь. Вот же бес!

Обхожу пещеру по кругу, спотыкаясь о какие-то обломки, колёса.

Тут что была телега?

Так, а рыцарей то похоже сюда завозили пачками, коней на всех не нашлось, они взяли такси.

А может рогатые тащили упряжку? Не могу этого исключать, слишком мало фактов и слишком много неуёмной фантазии.

Что-то явно не так. Пока не могу понять, что…

Бродил по пещере ещё несколько десятков минут. Стала кружиться голова. Факел догорал, но уходить не хотелось.

Соберись! Прокричал сам себе.

Я сам себе? Да ну, бред какой-то.

Вдруг меня прошиб пот. Что я здесь делаю?

Вокруг темнота, пахнет гарью. Иду на еле видимый свет к выходу.

Когда полностью выбираюсь из пещеры, меня начинает тошнить. Полощет так, что мистер крот бы позавидовал. Он явно даже в лучшие свои времена так не плевался. Точнее блевался.

Падаю на траву, понимая, что что-то происходит. Скорее всего пещера чем-то отравлена.

И чем же, Ватсон? Может быть тем, что мистер крот изрыгал на своего оппонента.

Звучит логично, шиза ты моя милая, что бы я без тебя делал.

С каждым вдохом свежего воздуха, становится легче. Видимо я действительно надышался чем-то, причём ещё здесь, на поляне.

Ползу к припрятанной сфере, чтобы тут же её поглотить. Хотел сделать из неё накопитель, но организму так плохо, что идея была отброшена, как неразумная. Почему неразумная? Может потому, что трупам запасы ни к чему.

«Бог-император погиб от едких испарений слюны крота переростка», так и вижу новостные заголовки.

Поглощённая сфера приятно холодит тело энергией.

Вырубаюсь прямо на поляне, возле какого-то камня, но подальше от крота и его миазмов.

* * *

Утро встречает солнечным светом, прямо в лицо.

Уже порядочно припекает, светило на десяти часах, интересно во сколько тут восход?

По фрагментам восстанавливаю вчерашнюю картину, после чего становится как-то тошно. Глупо было вот так резко нарять в пасть к зверю, с другой стороны, кто мог подумать о такой подставе.

Воспоминания были весёлыми, несколько раз меня пробивало на смех. Ну, видимо сумасшествие, оно такое.

Понял, что очень хочу пить, а источник воды помню только один.

Со вздохом проверил ядро, убедился, что энергии предостаточно и побрёл вниз.

Можно было бы прыгнуть порталом, но вот тратить попусту заряд нет никакого желания. Неясно, когда я ещё смогу подзаправиться.

По дороге надеялся собрать приличный урожай из тех, кого приколотил вчера. Но увы, планы разбились в дребезги. Хищники явно не брезговали каннибализмом, ели себе подобных только так, одного из таких прибил на месте, когда увидел, что он почти проглотил убиенного.

Выпало сразу два камня-сферы, размерами куда меньше чем из крота и его дружка, игольчатого, где-то с куриное яйцо.

Ускорил шаг, жажда не давала спокойно думать. И куда делась та выносливость тела, когда я мог не есть целыми неделями? Видимо организм находится в не лучшем состоянии для подобных кульбитов, надо его подлатать и дать отдохнуть.

До озера добрался спустя час с небольшим, по внутренним ощущениям, ведь часов у меня с собой не было. Если в следующий раз решу затеряться у беса на куличках, обязательно прихвачу их с собой.

Когда вода была уже так близко, без раздумий кинулся к ней. Присел и зачерпнул живительной влаги.

Ощущения захлестнули, от удовольствия прикрыл глаза, смакуя момент.

Какой-то странный плеск?

Замечаю перед собой плот, метрах в ста от берега, может больше.

На нём сидит Суори и слегка пошатывается.

Сперва не сразу понимаю, что это реальность, только затем замечаю головы русалок, кружащих хоровод. Вот же развлечения у рогатых!

Острое зрения позволяет увидеть, как она напугана.

Русалки ускоряются, того и гляди, рванут на абордаж. Понимаю, что Суорю сейчас будут убивать, причёт быстро.

Ну, что ж, план по драконам выполнен, вот и моя принцесса.

Прыгаю порталом вверх, ловлю взглядом плот, а затем вниз.

— Кого-то потеряла?

Глава 5. Замок

Дана очнулась от пылающего жара.

Оказалось, что девушка лежит на песке рядом с озером возле низко опущенного дерева. Видимо, она была в тени, но солнце переместилось, вытягивая её на свет.

Осмотревшись, девушка заметила своего спасителя.

Странный Суори стоял в воде, она поднималась чуть выше его коленей. Прямо перед ним из озера торчала пара десятков голов рыболюдов, которые пытались сманить его поглубже, но он не обращал на них внимания.

Суори, а это был вовсе не Суори, попросту мылся.

Сердце Даны стало стучать куда сильнее. Что вообще происходит? Где она? Какой-то белокожий разумный зачем-то спас её, а теперь, судя по всему, ждёт пробуждения.

Дана села, чем тут же привлекла внимание незнакомца.

Он выглядел как мужчина, с чертами глаже и уже, чем у Суори, а ещё у него не было рогов. Разумный посмотрел на неё, а затем продолжил умываться. Рядом с берегом лежали доспехи, очевидно, парень был одет в них.

Парень, какое интересное слово, его Суори применяли к своим детям, которые имели возраст от двенадцати до четырнадцати лет, после этого те уже считались мужами, воинами, защитниками.

Здесь же Дана едва ли могла определить возраст, особенно с такого расстояния.

Незнакомец оглядывался на неё, отчего по телу Даны шли мурашки, она не разглядит его лица, а вот он, такое ощущение, что видит её в малейших деталях.

Отбросив мысли, девушка встала на ноги. Живот скрутило от голода, но в остальном самочувствие было прекрасное. Дана из Трёх рек давно определилась, если бы её хотели убить или ещё как-то воспользоваться бессознательным положением, давно бы сделали это.

Сейчас этот странный разумный один из тех, кто не желает её убить, а может, и единственный.

Дана посмотрела на рыболюдов, некоторые из них бесновались, меняя людской образ на звериный. Другие же строили глазки, не теряя надежды выманить добычу.

Рыболюды… Как давно Дана не вспоминала про этот вид.

Даже их имя было чуждым, она знала о рыбе, но не знала о людях. Кто-то говорил, что далеко в прошлом, когда начался великий поход, Суори нашли мир, где жили разумные, похожие на речных монстров из этого мира, они звали себя людьми.

Но как давно это было и было ли вообще, а может, это просто сказания и легенды?

Одна из старых забытых сказок стояла перед ней.

Дана направилась к озеру, где зачерпнула воды и с удовольствием напилась, утолив жажду.

— Как себя чувствуешь? — спросил незнакомец.

Он знает язык, поразилась Дана.

Незнакомец понимающе улыбнулся.

— Да, я знаю ваш язык, — сказал он. — Хочешь есть?

Дана задумалась, но живот выдал её с головой.

— Вижу, что ты не против. Надеюсь, ты умеешь разводить огонь камнями? Мне удалось высечь искру вот этим.

Незнакомец протянул Дане наруч.

Девушка механически приняла часть доспеха, кивнула и направилась к лесу.

— Ветки уже собраны, в лес лучше не суйся, иначе станешь чьим-то ужином, — посоветовал красноволосый.

Дана вздрогнула, вспоминая рассказы, и скупо кивнула.

Красноволосый оделся, девушка не смела двинуться, смотря на обнажённый торс. Спустя десяток секунд Дана сглотнула и пошла разводить огонь.

Незнакомец нырнул в лес и пропал.

Сердце Даны пропустило удар, а что, если он погибнет там, она останется совсем одна.

Девушка постаралась выкинуть дурные мысли из головы и быстро развела костёр, умело ударяя по камню металлом.

Когда огонь занялся, она внимательнее осмотрела попавший в руки фрагмент доспеха. Не сразу поняла, из какого металла он был создан. Наруч на удивление крепкий, искусно выполненный, такой тонкой работы Дана не видела никогда в жизни.

А ведь незнакомец весь закован в подобные латы. Судя по виду, не так давно он побывал в страшном сражении, если металл подобной крепости так деформировался, с кем же бился таинственный незнакомец?

Красноволосый появился спустя полчаса, сначала Дана подумала, что он тащит бревно, но затем разглядела добычу и отпрыгнула в сторону, шипя на манер кошки.

Парень с удивлением на неё глянул, но не стал придавать этому значения, кинул Тиируса рядом с костром и забрал у Даны наруч, как ни в чём не бывало приступив к разделке.

— Это… это… Тиирус! — пробормотала онемевшими губами Дана.

— Наверное, — пожал плечами парень.

— Ты его убил?

— А ты из «Гринписа»? — подозрительно прищурился он, но глаза его смеялись, значения слова она не знала, но быстро поняла, что он шутит. — Иначе бы он убил меня, а ты осталась голодной. Мне не очень нравится это мясо, но других вариантов быстро добыть еды не было. Хотя…

Красноволосый посмотрел на гладь озера.

— Я ещё не пробовал русалок.

Дану пробрала дрожь.

— Ты хочешь съесть рыболюда? — Её глаза расширились, она села и обхватила колени руками.

— Ну, попробовать можно, хотя бы хвостовую часть, — спокойно сказал парень.

Оба замолчали, Тиирус был разделан, Дана наблюдала, как парень выломал несколько веток и, зачистив их, стал нанизывать жирные куски мяса.

Самый активный сезон для змей, сейчас они набирали массу, чтобы выносить потомство, очевидно, ему попалась самка. А ведь они самые злые.

Блюдо отправилось на огонь, а Дана так и не смогла прийти в себя после такого варварского зрелища.

Тиирусы невероятно опасны в такие сезоны, они начинают активно искать самок, каждая ветвь кишит подобными тварями. Даже Адрок бы не рискнул сейчас вот так гулять по лесу, а ведь он шаман. В телах взрослых Тиирусов попадаются камни душ, способные запасать энергию, один из таких в посохе Адрока уже очень давно.

И тут странный незнакомец просто так идёт в лес и убивает взрослую особь! Это выглядело бы настоящим везением, если бы не спокойствие парня. Он будто делал рядовую работу, как собирать хворост или ягоды.

Мясо вышло вкусным, по-настоящему, а может быть, Дана просто так давно не ела, что могла сгрызть палку, принеси красноволосый что-то подобное.

Сам парень ел аккуратно, постоянно задумчиво смотрел куда-то вдаль. Да так, что Дане стало неудобно за свое поведение, на ела с урчанием, поглощая куски целиком и не всегда разжёвывая.

Когда трапеза была закончена, Дана удовлетворённо села, упираясь руками в тёплый песок, и с интересом осмотрелась.

— Как ты тут оказалась? — последовал неожиданный вопрос, заставляя девушку собраться, нега сошла на нет.

Говорить про изгнание? Или не стоит? Несколько секунд ушли на сомнения, ещё несколько на то, чтобы собрать мысли в порядок.

— Меня отправили по течению, так в нашем селении поступают с виновными.

— Со всеми? — быстро сориентировался парень, Дане показалось, что он видит её насквозь.

— Нет, только с теми, кто этого заслуживает.

— А ты заслужила?

— Нет, — тряхнула головой спасённая.

— Хорошо, тогда следующий вопрос. Где мы?

Фраза заставила Дану задуматься. Как описать, что сказать?

— В каком смысле?

— Вот с самого начала, как бы ты описала это человеку, который оказался здесь впервые, — растолковал красноволосый.

— Человеку? — Дана удивилась.

Красноволосый понимающе кивнул.

— Ты не видела таких, как я, верно?

— Нет.

— Я так и думал. Эту планету населяют такие, как ты, Суори, да?

— Да.

Парень выругался на неизвестном языке. Дане стало страшно, она вдруг поняла, насколько далёкими от реальности были его вопросы.

— Ты не отсюда? А откуда? Из-за дикого леса, я слышала, что там есть другие племена, они наверняка даже не знают о моём народе.

— Нет, я не оттуда, — мрачно сказал парень. — Боюсь, я из таких мест, о которых ты и не слышала.

Оба снова замолчали.

— Расскажи всё, что ты знаешь, вообще всё.

Дана несколько минут думала, вспоминая все известные данные.

— Мы сейчас в диком лесу, ещё его называют проклятым, здесь обитают самые опасные монстры, — начала она. — С той стороны, откуда пришла я, есть много племён, они раскинулись на тысячу лиг, прямо до гор. Говорят, в горах есть другие племена, но я никогда там не была. То, что находится за лесом… Я тоже ничего не знаю. Говорят, там живут другие Суори. Есть большие города, где население больше десятка тысяч. А ещё там есть большая вода, море…

— Не очень много информации.

Дана смутилась, она вдруг поняла, как мало знает о мире вокруг.

— Нам пора выдвигаться, скоро солнце зайдёт, а нам надо осмотреться с высоты и понять, что делать дальше. Меня зовут Фёдор, а тебя?

— ФьодоР? — спросила она.

— Ты привыкнешь, — уверенно сказал парень.

— Меня зовут Дана.

— Отлично, приятно познакомиться.

Фёдор затушил огонь, просто присыпав его песком, после чего встал и надел наруч.

— В лесу слушай меня, иначе погибнешь.

— Мы пойдём в лес? — ужаснулась Дана. — Но там опасно!

— Ты же не собираешься, жить? — Девушка покачала головой. — Вот и я не собираюсь, тем более здесь не так безопасно. Ты назвала этих змей Тиирусами, думаю, они выползают сюда. Надо глянуть на всё сверху, ты покажешь направление, где живёшь, может, решим, куда двинуться дальше.

— Хорошо.

Девушка с готовностью встала.

— Мы отправимся вот на ту гору, — сказал Фёдор.

— Далеко, успеем до захода солнца? — засомневалась Дана, смотря на хилое по сравнению с воинами Суори телосложение человека.

Фёдор правильно всё понял, но только усмехнулся.

— Не отставай и иди чётко за мной.

Он сорвался с места, переходя на лёгкий бег.

Дана не растерялась и пристроилась сзади, следуя команде, данной ранее.

Парочка нырнула в лес через несколько метров, Дана не понимала, как он выбрал место для входа, но решила довериться. Он явно здесь куда дольше, а значит, понимает, что надо делать.

Человек удивил, он оказался на удивление быстрым, настолько, что Дана уже через полчаса сбила дыхание, а на нём это никак не сказалось. Он даже не вспотел!

Дана сжала зубы и постаралась не потерять спину воина из виду. Девушка даже стала уважать этого парня за умение так перемещаться, легко и относительно бесшумно.

Он часто сворачивал и менял траекторию, порой они оббегали с виду обычное дерево, непонятно зачем, но чутьё Даны подсказывало, это не просто так.

Девушка совсем выбилась из сил, всё больше раздражаясь тем, что её спутник чувствовал себя так, словно не было многокилометровой гонки в гору.

Они вышли на просвет неожиданно, Суори даже не сразу поняла, что всё кончено.

Она упала на траву, переводя дыхание. Фёдор прошёл чуточку вперёд, безумно хотелось пить.

Дана повернулась на бок, смотря на Фёдора.

Её взгляд упал на раздробленную голову монстра, отчего она вскочила на ноги быстрее заправской кошки и зашипела.

— Он мёртв, — пояснил красноволосый.

— Это же сарк! Раздери тебя Тиирус… Какого шамана ты пришёл к его пещере?

— Так это его пещера! — радостно улыбнулся Фёдор. — А я всё ломал голову.

— Давно он умер? — напряжённо спросила Дана.

— Вчера, — махнул рукой парень.

— Его яд очень токсичен, если вдохнуть пару глотков, можно умереть.

— А-а-а-а, так вот чего меня так накрыло, — непонятно выразился красноволосый. — Я вчера исследовал его домик, вон там…

Он указал на пещеру.

— И что? — затаив дыхание, спросила Дана.

— Ну, меня явно опьянили местные ароматы. Чуть не потерял сознание внутри….

— А это что ещё такое! Сарк, теперь это, да я даже не могу найти слов…

Дана указала на монстра, покрытого иглами, она не знала о таком. Но выглядел он даже внушительнее сарка. Оба имели одинаковые раны в голове.

— Ты убил их? — догадалась Дана, получив только скупой кивок.

Дана обескураженно подошла к трупам, обойдя их со всех сторон.

— Лучше осмотри местность, можешь показать, где находится твой дом?

Суори оглянулась, пытаясь высмотреть хоть какие-то ориентиры.

— Вон те горы, думаю, нам надо туда.

— А что скажут те, кто выпроводил тебя? — иронично спросил парень.

— Тебя больше должно волновать, как они отреагируют на тебя, — не осталась в долгу Дана.

— За меня не беспокойся, — уверенно заявил Фёдор. — Но нам следует остаться здесь на пару дней перед выходом.

— Зачем?

— Мне нужно закончить дела.

* * *

Я насобирал хвороста, пещера проветрилась, поэтому можно было развести огонь в её стенах.

Дана прошла вперёд, морща носик, вдали ещё оставались запахи, поэтому два собрата по несчастью устроились у входа.

Мне нужно набрать как можно больше сфер, а для этого надо найти тех, кто их носит. Соваться в деревеньку Суори без ничего опасно.

Пока Дана готовила костёр, принёс ей ещё одного Тиируса, почувствовав себя настоящим добытчиком. Суори только смешно содрогнулась, когда позади неё упала трёхметровая туша сравнительно небольшого монстра.

— Надо рассказывать, что голова отрубается? — спрашиваю её.

— Нет, — тихо отвечает спасённая.

— Сегодня я уйду, оставайся возле пещеры, запах этих тварей не даст никому подойти, они были убиты недавно, пока разложение их не коснулось, как бы ни старалось солнце.

— Куда ты пойдёшь? — с тревогой в голосе спросила она.

— Мне необходимо сходить на охоту, не хочу идти к твоим соплеменником без ничего. Сможешь сделать из шкуры что-то вроде бурдюка для воды?

— Да, я попробую.

— Не спускайся дальше в пещеру, иначе погибнешь.

Последние наставления закончены, могу выходить.

Перед тем как идти, немного прореживаю шкуру игольчатого. Метровые, а то и больше иглы выглядят привлекательно в виде оружия. Одну такую иглу отдаю Дане, которая с трепетом принимает оружие, едва касаясь его.

— В нашем племени подобного не имеет никто, — объясняет она своё поведение. — Даже шаман, сраный Адрок, не может убивать Тиирусов так, как это делаешь ты.

— А он силён? — интересуюсь я.

— Да, он очень силён. Один из последних шаманов на пятьсот лиг, а то и на всю тысячу. Если учитывать, что он единственный на пять племён.

— Эти твари вёрткие, а он наверняка старик, — смеюсь я. — Но мне они проблем доставили немало, особенно вначале.

— Давно ты тут?

— Несколько дней.

Дана только кивает, странности зашкаливают, по её информации, тут вообще нереально выжить.

Иду в лес, вооружившись иглой монстра и надеждой на то, что не встречу кого-то подобного, иначе придётся здорово побегать.

В планах хорошенько зачистить территорию, как минимум. На одних сферах Тиирусов долго не протянуть, они не составляют и полпроцента от текущего объёма внутреннего магического резерва.

Но на крайний случай можно будет устроить змеиный геноцид и насобирать достаточно энергии.

Неизвестно, что за шаманы в племени и какой уровень у их бойцов, но, если всё примерно так, как это описывает Дана, здесь вообще какой-то первобытный уровень развития.

А вот и первый клиент.

С дерева падает крупный змей. Он ещё в воздухе получает ментальный удар и валится на листву куском мяса, подбегаю вперёд и всаживаю иглу в глаз.

С черепом труднее, но, находя выход, пробиваю шкуру в районе затылка и достаю сферу оттуда. Руки быстро пачкаются в крови, надо придумать менее маркий способ добычи энергии.

Делаю круги около стоянки, всё больше уходя в лес. Брать какую-либо сумку для переноски камней не стал, впитываю их сразу. Картина не очень впечатляющая, половина энергии тут же расходуется, чтобы оглушить очередного василиска.

Но благо этих тварей здесь много, по-настоящему много, практически каждые два шага на меня падает очередной шланг, не говоря уже о том, как пестрит ментальная сеть.

На то, чтобы зачистить расстояние в сотню метров, у меня уходит больше часа. Солнце полностью прячется за деревьями, но усиленное магией зрение позволяет продолжить охоту, даже когда наступает глубокая ночь.

Проходя по одному и тому же маршруту второй-третий раз, начинаю спотыкаться о тела уже убитых.

Вот бес! Мне явно нужна добыча покрупнее, чем змеи.

Но пока фронт работ очень большой.

Зачистив всё на две сотни метров, начинаю игнорировать Тиирусов. Резерв уже наполовину полон, звучит оптимистично.

Бегу по лесу, раскинув сеть. Монстры на ней отображались ярче, зависит от размера, но пока попадаются одни еле заметные огоньки Тиирусов.

Приходится удалиться на добрый километр, чтобы найти добычу там.

Интересно, а рыболюды тоже имеют внутри подобную сферу? Каких она размеров?

За неимением лучшего варианта приходится спуститься к озеру.

Стою на узкой береговой линии и смотрю на сияющую в свете луны водную гладь.

Ладно, решаюсь на какие-то действия.

Вхожу в воду по колено, дальше уже опаснее, начинаю стучать самодельным клинком по воде. На зов ожидаемо приплывает парочка девиц, начиная гипнотизировать провалами глаз.

Что ж, посмотрим, что у вас внутри.

Глава 6. Кирпич в стену

Утром Дана проснулась очень рано, виной тому был прогорающий костёр и чувство прохлады, забирающееся под тоненькое ритуальное платье.

Девушка зябко поёжилась и встала, чтобы разогнать кровь по организму. Вокруг шумел лес, какие-то насекомые исполняли только им знакомую мелодию, можно было подумать, что вокруг не так опасно, но это станет первой и последней ошибкой.

Предрассветная дымка ещё не ушла, поэтому лес стал ещё более загадочным в глазах молодой Суори, ни разу не видевшей мир за пределами племени.

Чувство тревоги кольнуло острой шпилькой, разом заставляя тело вспотеть. Фёдор ушёл на охоту ранним вечером, но не вернулся. Может быть что-то произошло, возможно он мёртв или что похуже… Например лежит где-то раненый.

Девушка не могла найти себе места, то подбегая к краю поляны, где начинался густой дикий лес, то снова возвращаясь к пещере.

Через какое-то время, инстинкт взял верх, Дана затаила дыхание и рванула вниз, по уже знакомой дорожке ведущей к озеру. Соваться за пределы не хотелось, она верила, что и Фёдор не стал идти в неизвестные места, скорее всего он где-то тут.

— Фьодор! Фьодор! — Громко звала Дана, переставляя босые ноги, собирающие утреннюю росу. — Ай!

Дана заметила торчащий хвост Тиируса из-за соседнего ствола и мигом замолчала.

Она замерла без движения, парализованная страхом.

Так прошла минута, затем следующая. Змей не двигался, Дана тоже.

За время, пока она стояла без движения, Дана осмотрелась, замечая ещё больше Тиирусов. Многие из них имели раны на голове, дыры в затылочной части. То, что морды остались целы, делало их такими живыми на первый взгляд.

Суори расслабилась, делая пару робких шагов, перед тем, как обойти дерево и увидеть, что этот змей тоже давно мёртв.

Страшная картина, будто какой-то зверь прошёлся по курятнику и вырезал всю скотину. Тиирусы лежали вповалку, порою по несколько штук на одной прогалине. Все как один имели разрезы в затылке, очевидно, Фёдор искал камни и нашёл немало сокровищ.

Да даже в лучшие свои годы, ни один известный, даже сказочный шаман не мог иметь столько богатств.

Голова Даны при мысли о таком количестве камней, попросту закружилась. Девушка механически совершала шаги, будто загипнотизированная. Она попыталась считать убитых Тиирусов, но счёт сбился после полутора сотен.

Он спрашивал её, спрашивал о племени… Хочет пойти туда. Но кого она приведёт с собой? Кто он такой?

Дана пошла дальше.

Очередного Тиируса она не заметила, приняв за пустое тело, каких были сотни.

Но неожиданно он задвигался и Дана с ужасом увидела, как на неё несётся оскаленная пасть с парой веерообразных крыльев.

Девушка вскрикнула и побежала в сторону озера, благо до него оставалось не так далеко.

Дана выпрыгнула на узкую песчаную полоску не разбирая дороги, вывалилась, как дикий кабан из пролеска, ломая ветки и спасаясь от охотника.

Всё, что успела заметить Дана, так это Фёдора, который удачно поймал Суори за талию, останавливая её бег.

— Там! Там! — Показала она, собирая остатки дыхания.

На береговую линию вылетел Тиирус, делая поворот, он видимо только обрадовался, что его погоня закончилась таким сюрпризом, целыми двумя жертвами.

Змей оскалился и полетел на Дану.

Девушка выскользнула из рук Фёдора и схватила отложенную им иглу, собираясь дорого продать свою жизнь. Сейчас Суори действовала на одних инстинктах, ей не пришло в голову, что сотни змеиных трупов не появились просто так. Ей двигала жажда жизни.

Фёдор, лишившись оружия, просто поднял руку сжимая кулак, и летящего Тиируса вбило в землю, размозжил голову. Кулак Фёдора разжался.

— И тебе доброе утро. — Кивнул он.

— А…а…а… — Стала заикаться Дана. — Что… ка…

Только теперь, она осмотрелась по сторонам.

Картина привела её в животный ужас! Всё вокруг пестрило телами, телами рыболюдов. Они лежали на берегу, плавали в воде, качались на ветвях деревьев… На деревьях!

Сколько тут, десять, двадцать… сто?

Геноцид, иначе это не назвать. Все они после смерти приняли форму людей, на каждом лице был написан ужас.

— Присядь, ты выдохлась, пока бежала. — Посоветовал он.

Дана упала на песок, тяжело дыша.

Взгляд Суори упал на горку камней душ, тут было около сотни крупных, размером с кулак кристаллов. Рот Даны раскрылся от удивления, но поражаться уже не было сил.

* * *

Я сидел на берегу и наблюдал за сваленными в кучу телами. Солнце встало, прогрело землю. Больше никто не высовывался из воды, было даже слегка скучно.

Кидаю взгляд на лежащие накопители.

Веселье я устроил знатное. Сперва занимался всем в ручную, пока не расщедрился на порцию энергии и не устроил им гражданскую войну. Русалки начали уничтожать сами себя, выбрасывались на берег и притаскивали сюда же своих соплеменников.

Как итог, почти восемьдесят шесть сфер, которые обеспечат меня энергией на неделю вперёд, ато и больше.

Встал актуальный на сегодняшний день вопрос, что дальше?

С утра я уже не раз пытался обратится к воспоминаниям, это не дало мне никакого результата. Всё та же поглощающее сознание боль. Но с каждым разом будто слабее.

Может необходимо время?

Сейчас, я примерно знаю, где находится пара селений Суори, по ближайшим планам, надо будет добраться до этого места, а затем обжить территорию. Первостепенный вопрос заключался в том, что будет с энергией, возможно ли пополнять её запасы за пределами дикого леса? Если это не реально, значит я надолго задержусь на его окраинах.

Конечно же, первым делом, сразу после попытки подобраться к воспоминаниям, я попытался переместится в знакомый по фрагментам зал, где обрывалась вся информация.

Мы вышли из сна, а что потом…

Переместиться не удалось, я остался отрезан от всего, что было дорого и знакомо.

Селение Суори привлекало меня тем, что они могут послужить отличными батарейками. Уже закрадывались мысли, что это не энергия медленно наполняет ядро, а просто размеры самого источника настолько большие, что фоновая магия не может наполнить их, а это значит только одно — нужны последователи.

Разумные, не важно кто, я заставлю их поверить в себя.

Пожалуй начнём с уже знакомого селения, а дальше будет видно.

Второй немаловажный вопрос, как добраться. Шагать целыми днями по опасному лесу, не самая приятная прогулка, и дело не в безопасности, а в банальных временных затратах.

Дана сидела, как прибитая пыльным мешком, со страхом смотрела на меня и ещё не полностью отошла от гонки с Тиирусом.

— Ты, что ты сделал? — Спросила она через какое-то время, пока я был занят погруженный в свои размышления.

— О чём ты?

— Этот жест, магия…

— Ты имеешь ввиду, то, как я убил змея? Это и правда магия.

Дана замолчала, переваривая сведения, перед тем, как задалась новым вопросом.

— Я никогда не видела подобного. Адрок часто показывал нам силу, но не так. Он может поджигать предметы, может заставить воду подчинится ему, поднять её из под земли или спустится с неба…

— Это называется магия стихий. Я знаю о ней. — Киваю.

— А твоя магия, как она работает? — Дана подобрала ноги, обхватив их руками.

— Та что ты видела, подходит больше всего для убийства… Я могу подчинить стихии, но они плохо слушаются. В прошлом я был воином.

— Я знаю… — Тихо прошептала Дана.

Волосы девушки спутались, она задумалась.

Красивая, мелькнула у меня мысль, действительно красивый экземпляр.

— Дана, ты мне веришь? — Решаюсь на эксперимент.

Суори секунду подумала и кивнула.

— Я хочу увидеть в твоей голове место, твой дом, так будет проще туда попасть, понимаешь?

— Наверное, да. — Она напугана, но держится.

— Всё пройдёт быстро, главное, ты не должна сопротивляться. Начнём?

Дождавшись кивка, лезу в голову.

Сознание не похоже на разум человека из моего мира, оно куда больше напоминает звериное логово. Всё хаотично и не структурировано, но это не страшно, мне легче работать.

Выдёргиваю воспоминания, ласково и неторопливо.

Вот она проснулась, вот бежит и… Создатель, что же ты обо мне могла подумать, трупы Тиирусов и правда выглядят настоящим побоищем. Впрочем, так и было!

Мне нужно кое-что раньше, ещё раньше…

Вот! Селение, шаман, суд. Да здесь и правда средневековье, не меньше.

Картинка найдена, теперь начинаем её запоминать, что не очень трудно с прокаченным телом и разумом, подобным огранённому алмазу.

— Вот и всё. Не страшно? — Говорю мягко.

— Чуточку щекотно, будто кто-то водит пером под волосами. — Улыбается Дана.

Вытираю пот со лба, работа филигранная и я выложился на полную, подобное я делаю не часто, поэтому важна каждая деталь.

— Разведёшь огонь, нам надо поесть перед выходом.

Отвлекаю Дану делами, пока сам занимаюсь тем, что прячу все излишки сфер.

Зачем тащить весь набор в селение, ещё неизвестно, как поведёт себя шаман. Беру только десяток камней, использую для этого сделанный Даной бурдюк для воды, за ним приходится перемещаться на гору, а затем вернутся назад. Суори даже ничего не заметила.

Нахожу нового Тиируса, что сложнее чем раньше, ведь я здесь неплохо поработал.

Дана уже развела огонь и мы вместе приготовили Тиируса.

Не хватает соли, а так, во многом я уже привык к подобному рациону.

Перед обедом, иду в воду, чтобы смыть с себя всю кровь и пот за прошедшую ночь.

— Что нам может угрожать, когда мы окажемся в твоём селении? — Задаю вопрос, когда мяса уже не осталось.

— Не знаю, практически всё. Адрок, его прихвостень Маурон, у Маурона достаточно воинов, а шаман он и в диком лесу шаман.

— Информативно. Сколько воинов у Маурона?

— Около пяти десятков.

— Все подчинены ему?

— Нет, многие недовольны, его костяк, где-то десяток, не больше.

— Хорошо.

— Что ты собираешься сделать? — Тревожно спрашивает она.

— Подчинить ваше племя. — Говорю честно, чтобы впоследствии не возникло проблем.

— Так просто? — Удивляется она. — Никто не может взять и подчинить целое племя. Один наш воин, равен трём Тиирусам.

— Сколько ты видела по дороге убитых змей?

— Много, сотни.

— Так какие шансы у ваших воинов?

Дана молчит.

После еды, когда всё собрано, встаём на пляже, последний раз окидывая эту опасную местность. Уверен, по всему лесу ещё бегает разнообразная живность, куда опаснее здешних обитателей, но я займусь ими потом.

— Приготовься, сейчас будет неприятно.

Пока Дана не успевает опомниться, беру девушку за руку и совершаю прыжок.

* * *

Портал вспыхнул и перенёс нас именно в то место, куда и задумывалось.

Мы оказались неподалёку от трибуны, на которой пару дней назад девушке выносили приговор.

Глаза сразу же выхватили картинку, небольшая деревня, по центру какой-то храм, прямо через пятачок площади в сотню-полторы метров. Мычат коровы… Коровы?

Смотрю на ближайший источник шума, девочка лет двенадцати с бурёнкой на поводу, открыла рот и встала на месте.

Коровы не обычные, выглядят больше как бизоны, плюс имеют сразу шесть ног. Вот это поворот, теперь сомнений в том, что я не на земле нет.

Кроме девочки на площади замерли ещё несколько жителей, точнее жительниц.

Дородная дама Суори с вёдрами полными воды, ещё две у ближайшего домика, они разговаривали через невысокий заборчик, разделяющий два двора.

Ещё одна оторвалась от куцых грядок, поднимая голову.

Одеты все в домотканую одежду, имеющую очень заметные швы. На ногах какое-то подобие ботинок, обмотки, подошва к ним привязана верёвками.

Тишь да гладь, посреди которой меня начинают глушить женские крики.

Тут же слышу шаги, на шум бегут воины, находящиеся снаружи деревеньки. Думаю сейчас здесь не все, но тем не менее, эти немногие могут доставить проблемы. Перехватываю иглу поудобнее, готовый ко всему.

Остаёмся на месте, дожидаясь первых гостей. Ждать приходится недолго, минут десять.

К нам направляется здоровенный Суори с витыми рогами и здоровенным набором клыков. Следом за ним хромает старик, посох, накидка, это, наверняка, Адрок.

Нас окружают, держа наготове дурно выкованные клинки.

— Дана? — Глаза здоровяка опасно сужаются. — Что ты здесь делаешь?

— Вернулась, чтобы посмотреть на тебя. — Огрызается та.

А смелости у неё прибавилось, здешних жителей она боится меньше, чем находится бес знает где.

— Ты вернулась. — Не спрашивает, а заключает шаман.

— Кто это такой? — Маурон указывает на меня, чем-то вроде ятагана с зазубринами на конце. — Ты привела нечисть? Предлагаю его убить!

— Не так быстро, рогатый. — Вмешиваюсь в беседу я.

— Это мой союзник, человек. — Дана говорит громко, чтобы все вокруг слышали. — Он помог мне выжить в диком лесу, а затем его магия принесла нас обратно, в мой дом. Я говорила, что найду путь и говорила, чем это вам грозит.

Окончание предложения Дана выплёвывает в лицо Маурона.

— Я вернулась! — Продолжает она. — Со мной маг, силу которого я не могу описать, но не встречала раньше. Впрочем, он сам скажет.

Я дождался, пока взгляды скрестятся на мне. От уровня развития местных Суори хотелось и плакать и смеяться. Когда видишь всё это в реальности и с такого расстояния, понимаешь, что это не соперники.

Но вот шаман меня беспокоил, какой-то у него недобрый взгляд.

— Племя Даны! Я не хочу с вами воевать, у меня мирные намерения. Знаю лишь то, что вы несправедливо поступили по отношению к ней. Теперь, она под моей защитой, как и её племя, все вы. Если кто-то не согласен, он может попробовать оспорить моё слово.

Развозить сопли по щекам не собираюсь, пусть сразу знают, кто есть кто. Естественно, убивать и линчевать никого не собираюсь, мана веры не может появиться просто так, они должны считать меня богом, а не дьяволом.

— Ты заигралась, девочка. — Прорычал Маурон. — Притащила какую-то тварь, решила выдвинуть условия, не выйдет! Зря ты вернулась, надо было бежать, так далеко, как видят глаза…

Дана даже отступила на шаг, слегка сжалась, но увидев, что я даже глазом не повёл, расправила плечи.

— Уходи, Маурон, иначе тебя ждёт смерть.

— Шаман может остаться. — Добавил я. — Мне нужны ответы.

— Убить их! — Резко прорычал Маурон, сдвигаясь назад, за спины подоспевшей пятёрки Суори.

Все тут же сделали шаг вперёд, сужая круг, в который заключили нас с Даной.

Я вскинул руку сжимая кулак, и воинов откинуло назад, словно в центре произошёл взрыв. Всех, кроме шамана.

— Адрок! Сделай что нибудь…

Шаман молчал, он единственный остался на ногах, его старые выцветшие глаза внимательно смотрели на меня. Этот старый хрен мне нужен, но если вдруг что-то выкинет, его голова окажется отдельно от тела.

— Шаман! — Рычал Маурон, но нападать не стал.

Адрок поднял руку, призывая к молчанию.

— Я не чувствую в тебе магии… — Прошелестел он.

— Он не маг! — Тут же подхватил Маурон.

Суори отошли подальше, наблюдая из-за заборов, площадь оказалась полупустой.

— Эта сила мне не ведома, она море, она океан, я не чувствую дна.

Все затихли.

— Ты не почувствуешь этой магии, здесь нет стихий, это не твой уровень, старик. — Ответил я. — Но я бы даже не стал пытаться на твоём месте.

— Не буду. — Заключил Адрок. — Это не имеет смысла.

Шаман с кряхтением встал на колени, медленно, так же медленно, как угасала искра надежды в глазах Маурона.

— Ты выжил из ума, старый хрыч! — Заорал Маурон. — Бейся, бейся или я убью тебя…

Адрок махнул посохом, тело Маурона тут же обуял огонь, от чего Суори начал метаться, как горящая курица.

— Они твои. — Заключил я, отходя за спину Дане.

Так мы и стояли, по центру площади, перед коленопреклонным шаманом.

Пространство наполнялось другими Суори, они покидали свои дома и все как один падали рядом с Адроком. Десятки, нет сотни, в моих глазах они выглядели не иначе как ресурсом, не вызывая никаких эмоций.

Ненавижу ёб**чих Суори! Кто-то очень извращённый засунул меня сюда.

Другой мир? Не важно, он всё равно станет моим.

Глава 7. Первые гости

— Мне нужна бумага.

— Что такое бумага?

Мы с Даной заняли бывший храм, я сразу же приметил его, как самое большое и обустроенное здание. Во первых оно каменное, во вторых крупнее, в третьих какой ещё бог, когда есть я.

Я — единственное божество на этой планете, смею надеяться.

— Совсем забыл, что здесь не тот уровень развития… — Бормочу себе под нос. — Вот, смотри, мне нужно что-то подобное!

Показываю на стену храма, где на какой-то коже написана какая-то хрень о местных божествах.

— Бери это, можно даже использовать обратную сторону. — Дана медлит, не хочет снимать писанину.

Подхожу и сдёргиваю всё вниз.

Отлично, можно писать на обратной стороне.

— Позови Адрока, он мне нужен.

Дана кивнула и вышла.

Шаман появился спустя несколько минут. Он вошёл тихо, смотрел спокойно, думаю в его возрасте он уже отбоялся до конца жизни.

— Мне нужна карта всех известных тебе земель. Покажи мне, что и где расположено.

Старик молча подошёл к столу.

В комнате стоят два небольших шкафа из толстых необработанных досок. Один из них он и открывает с противным скрипом деревянных шарниров.

Вооружившись углём, приступает к изобразительным искусствам. Сажусь на стул рядом, запоминая всё.

— Вот здесь мы, здесь проклятый лес, — начинает объяснять он. — Ближайшие к нам племена в тридцати лигах. Наша территория не большая, в ходе войн нас прижали к лесу, заставляя тратить силы на два фронта, обороняться от тварей и сражаться за ресурсы.

Час с лишним я полностью фокусируюсь на рассказе шамана.

По всем прикидкам, дела у племени трёх рек не очень хороши. Доступ к воде есть, но кругом одна степь, ближайшая роща занята другим кланом.

Здесь есть зима, она бывает очень серьёзной, это испытание для маленького народа Суори. Они вынуждены ходить за деревом в проклятый лес и постоянно теряют бойцов.

Задача минимум, благоустроить жизнь этих разумных, чтобы они искренне верили и пополняли запас маны. Затем можно будет масштабировать влияние на несколько племён.

Шаман закончил, стоит рядом и ждёт дальнейших указаний.

А я смотрю на карту, пытаясь понять с чего надо начинать.

— Племя из рощи имеет шамана?

— Нет, уже давно. Но их очень много, поэтому мы им не соперники.

— Зачем вы затеяли историю с Даной? Что должно было произойти после?

— Мы должны были влиться в племя из рощи, только это позволит нам выжить зимой, мало еды, мало топлива, иначе смерть. — Разводит руками шаман.

— Вы занимаетесь выращиванием каких-то культур?

— Нет, земли здесь не сильно плодородные…

Шаман быстро объяснил ситуацию.

Они выращивают что-то типо картофеля, но он всё меньше и меньше, другие более прихотливые культуры не приживаются. Садить ближе к дикому лесу опасно, река под контролем рощи, чуть выше к горам есть излучина трёх рек, где и основали племя, но сейчас это место под влиянием противника.

Остаётся один приток, ведущий в лес, но здесь они под давлением и не могут защитить свои посевы, русалы не терпят кого-то близ реки, поэтому действуют очень агрессивно, они выпускают тварей, больше всего похожих на гигантских раков, которые хорошенько пропалывают грядки.

Сложное положение, вся флора и фауна откровенно убивает этот народец, медленно и неотвратимо. Отчасти, я понимаю действия шамана и Маурона, они хотят выжить.

— Мне нужны все семена, которые ты можешь найти. У тебя два часа. Затем пересчитаем всех свободных воинов, детей и женщин, способных работать, мне нужно полное представление.

— Будет сделано.

Шаман совершает поклон и уходит.

Дана появляется с подносом, где лежат несколько разваренных картофелин, зелень и пара шматков мяса. Именно шматков, еле поджаренных с кровью.

— Разделишь со мной? — Спрашиваю, смотря на голодные глаза Суори.

Та кивает, приступаем к еде.

— Что ты хочешь сделать? — Спрашивает Дана, не забывая отщипывать куски мяса и с удовольствием смакует каждый из них.

— Сначала, надо накормить всю вашу ораву, выстроим цепочку добычи пропитания, после этого будем действовать дальше.

— Я верю тебе. — Признаётся Дана. — Если кто-то и сможет помочь моему народу, то это ты.

— Спасибо, но пока, я помог только тебе. У вас большая проблема с мясом?

— Да, мы редко забиваем шемганов, их не так много. — Пожала плечами Дана. — А охотится здесь негде, пойдёшь в лес и сам станешь добычей, река ничем не уступает по опасности.

Проблему примерно понял, выхожу на улицу.

Тело Маурона уже унесли, жители деревни смотрят на меня искоса, не знают чего ожидать.

Пять десятков домов, может чуть больше, дерево и глина, крыши из каких-то листьев, они плотные и судя по всему тяжёлые.

Обхожу селение, стараясь смотреть в оба, будет не очень хорошо, если какой-то оппозиционер засадит мне стрелу промеж глаз.

На окраине нахожу запас дерева, куцый такой и не внушающий уважения. Несколько десятков брёвен и коряг, что для подобного селения, практически капля в море. Сейчас они не используют много дров, но думаю зимой тут бывает очень холодно.

Все встреченные жители обходят меня по дуге, слышу разговоры на фоне, событий тут мало, поэтому я — главная сплетня на несколько дней вперёд, а то и недель.

На краю села вижу блестящую в солнечных лучах реку, рядом с ней начинается лес, высокий и невероятно густой. По высоте некоторые гиганты деревья сопоставимы с пятиэтажным домом. Одного такого дерева хватит, чтобы пару недель отапливать дома, но полагаю, не всё так просто.

Перед лесом вижу около десятка воинов в кожаных доспехах, они патрулируют небольшую стену, отгораживающую лесную часть от селения.

Подхожу ближе, собирая заинтересованные взгляды. Все тут же отводят глаза, стоит мне повернуться, но любопытство моя фигура вызывает жгучее. Они никогда не видели человека, исключая русалок, это всё равно, что если бы по Москве ходил какой-то инопланетянин.

Думаю люди так же реагировали на Суори.

Только вот рогатые завалились на землю целой толпой, а я здесь всего один.

Осматриваю стену, где-то это частокол, а где-то похожий на колючую проволоку сорняк. Видимо это укрепление разбирали на дрова, когда дефицит древесины коснулся особо остро.

— Воин, как тебя зовут? — Спрашиваю одного из крайних Суори, на вид лет двадцать, молодой, даже рога не такие большие.

Остальные в патруле на расстоянии нескольких десятков метров, прислушиваются. Вижу, как один из старших идёт к нам.

— Силок… — Хмуро бурчит он.

— Отлично, меня зовут Фёдор. — Протягивать руку не стал, не знаю, как они сочтут подобный жест.

— У вас есть соль, такая специя, для еды.

— Да, но не много. — Силок расправил плечи, старается выглядеть большим и грозным.

Суори постарше подходит и встаёт рядом.

— Моё имя Хорех, я отец Силка. — Поясняет он. — Если что-то надо, говори со мной.

— Мне нужна соль и пара бочек, если такие есть.

— Бочки? — Хорех почесал затылок. — Таких нет, есть кадка с водой.

— Принеси эту кадку, острый нож и пару горстей соли, а лучше ещё больше. Какого размера кадка?

— Вот такая… — Хорех показывает на себе, примерно выше пояса, метра полтора в высоту и метр в ширину.

— Хорошо. А колодец есть?

— Есть, с другого края…

— Можешь идти. — Киваю Хореху.

Рогатый хмуро глянул на меня, но подчинился и пошёл к деревне, периодически оглядываясь.

Перехватываю свою иглу, встаю на своеобразные леса у забора и перемахиваю на другую сторону.

— Куда вы! — Слышу крик Силка.

Сеть заработала, резерв полный, до леса не больше полукилометра. Но сканер уже через двести метров показывает мне несколько точек. Замечаю молодых змеек, Тиирусов, прячутся в траве.

Меня такая мелкая добыча не интересует, поэтому обхожу стороной и направляюсь к лесу, где сеть тут же показывает висящих в ожидании жертвы змеев.

Выбираю край, где виднеется всего пяток Тиирусов, провоцирую сразу двух, бью рассеянной магией. Пара ударов в голову и змеи отходят в иной мир, гастрономический.

Оставшиеся трое долго не живут, ещё несколько атак магией и готово.

Стаскиваю мясо в общую кучу, достаю камни и сую за пазуху.

Змеев нанизываю на иглу, прямо через глазные отверстия и тащу за собой.

К забору возвращаюсь через сорок минут, издали наблюдая, как поднявшиеся на него Хорех и Силок наблюдают за мной, сложив ладони козырьком.

Описать эмоциональный фон Суори трудно.

Мне открыли дверцу, она расположилась чуть правее того места, где я перелез. Встретили меня шоком, Силок так вовсе задрожал от близкого присутствия уже мёртвых гигантских змей.

— Принёс нож?

— Ээээ… Да.

Поднимаю одного змея и пришпиливаю к забору, своей иглой, больше у меня оружия нет.

— Разделывай, необходимо только мясо, голову не трогаем, шкуру отдашь женщинам, пусть используют. Куски складывай в кадку, слоями, каждый слой надо солить, Силок, сходи пока за водой, надо будет промыть мясо.

— Будет сделано. — С энтузиазмом и лёгким страхом, Суори бежит за водой.

— Чудесны дела твои и намерения, Избавитель… — Бормочет Хорех, приступая к разделке.

Хорошо, хорошо, возводи хвалу своему ложному богу, придёт день и ты станешь молиться мне.

Силок притаскивает два ведра на каком-то подобии коромысла.

Хорех разделывает змей, а я решаю занять себя ещё одной вылазкой.

— Ещё кадки есть?

— Д-да. — Силок готов снова бежать.

— Неси, понадобится ещё две, соль осталась? Если да, тоже неси.

— Будет…

— Давай уже!

Сам забираю у молча смотрящего на меня Хореха иглу и протягиваю руку, чтобы взять у него что-то вроде кинжала, без труда поднимаю змея под сотню килограмм, вколачивая в забор.

Хорех уважительно косится, за спиной вздохи «охреневания», а так это остальные защитнички подтянулись.

— Распределится по местам, охрану никто не отменял, поле усеяно мелкими гадами. — От моего приказа они тут же начинают оглядываться, будто змеи уже проникли и где-то под ногами.

Ещё два раза хожу в лес, притаскивая по пять Тиирусов.

Вопрос пропитания на ближайшие дни решён. Ману стараюсь расходовать грамотно, не тратить много, уже всерьёз опасаюсь, хватит ли лесной живности для пополнения резерва.

Возвращаемся в деревню, кадки каждая по полтора центнера, ещё несколько змеев не влезли. Подхожу к колодцу, единственному колодцу в деревне.

Опуская деревянное ведёрко на верёвке ко дну которого прикручен камень. Жду плеска, набираю воды. Одно ведро, два, всё.

Прикидываю глубину, сам колодец метров пять, из них один метр под чистую воду, дальше дно.

— Почему колодец такой маленький? — Задаю вопрос стоящему рядом Хореху.

— Земля сложная, песка много, где-то камни, до этого сезона хватало воды.

Киваю.

Как же всё запущено, если раньше на Земле я в шутку называл себя феодалом, теперь я почувствовал на себе, что это такое.

Смотрю кругом, дети сгрудились у змеев, по очереди подбегая и тыкая каждого палкой. Воины рядом расправили плечи, будто каждый их них убил минимум по две твари, смотрят снисходительно, играют мышцами перед дамами.

Самые молодые стоят кучкой, смотрят на охотников, словно те сошли с неба.

Снова бросаю взгляд на колодец, он обрамлён чем-то похожим на сруб, сверху маленький навес.

Отхожу на пару шагов и обращаюсь к кинетики, она не дремлет и тут же выполняет волю. Опалубка колодца поднимается, вырываю её с корнями.

Народ начинает убегать в разные стороны, боязливо оглядываясь. Со мной остаются только Хорех и Силок, да и то оба аж позеленели от страха.

Мановением руки убираю в сторону лишнее, формируя круг. Энергии уходит прорва, расширяю диаметр круга, делаю грани острее и стабильнее, начинаю опускать его вниз.

Земля вокруг дыры колодца сминается, появляется чёткий круг, давлю дальше, почва сходит пластами, падая на дно.

Сперва всё идёт просто, пока не упираюсь в пару скальных массивов.

Продавливаю их и режу, чтобы пройти ещё несколько метров, останавливаюсь на двадцати. Этого достаточно для того, чтобы иметь хороший запас питьевой воды для всех в деревне.

Теперь самое сложное, энергии уже затрачено двадцать процентов от запаса. Подсекаю снизу, забирая почву, начинаю её поднимать.

Огромная колонна вылазит из под земли, будто подняли прозрачный стакан с водой, камнями и грязью.

Не трачу резерв попусту, откидываю мусор на пару десятков метров, сваливая кучей.

Из грязи со дна поднимаются все камни, самые большие рублю на несколько частей, захватываю щупальцами телекинеза и они паровозом устремляются вниз, где встают плотными кольцами ряд за рядом, облицовывая колодец изнутри.

Камня не хватает, поэтому приходится обращаться к фундаменту чьего-то дома, выдёргивая из под него всё необходимое.

Облицовка заканчивается через добрые полчаса, даже хватает ресурса, чтобы сделать высокие борта сверху. Магия умна, дай ей только волю, никакой человек бы не справился с такой филигранной укладкой.

— Шоу закончено, расходимся. — Кланяюсь зрителям.

Такой магии этот захудалый мирок не видел, но толку с неё, если я даже не приблизился к тому, чтобы понять, как попал в эту задницу.

— Хорех, подвяжи бочки и опусти в воду, так чтобы они на три четверти были в ней. Надо сохранить запасы мяса. Силок, забирай своих приятелей и идите сторожить подходы, раз вы там стоите, это место представляет опасность.

Среди толпы замечаю голову Даны.

— Фьодор, у нас проблемы. — Подбегает ко мне стройная Суори, хмурится, постоянно смотря куда-то назад.

— Веди.

Возвращаемся в храм, где в главной комнате, которую я сделал штабом, сидит троица великанов, каждый с рогами в пол метра, едят словно свини и разбрасывают крошки.

— Это ещё кто такие? — Прохожу и сажусь на свободный стул за круглым столом.

Троица дикарей в доспехах с металлическими бляшками, ножи на столе, смотрят на меня с удивлением и усмешкой. Главный слегка разжирел, лицо противное, напоминает синюю свинью, даже уши оттопырились. У всех заплетены косы.

— И правда, рыболюд, чистый рыболюд. — Протягивает он. — Ты кто? Понимаешь нас, да?

— Не понимаю, какого хера вы припёрлись сюда. — Складываю руки на груди.

— Слышите? И правда понимает… Я таких рыболюдов не видел. — Продолжает жирный.

— Как и свой член, под таким то пузом, но это у тебя удивления не вызывает. У вас десять секунд, чтобы объяснить мне, что вам тут понадобилось.

Жирный откидывается, стул скрипит под более чем двумя сотнями килограмм.

— Мы пришли за ней. У нас уговор. Но видимо уйдём не с пустыми руками, притащу тебя отцу, будешь развлекать нас…

По обе стороны от него такие же кабаны, но чуть менее разжиревшие. Каждый тянется к ножу.

Ускоряюсь, хватаю ножи и втыкаю обоим в руки, пригвоздив тем самым к столу.

— Повторяю ещё раз, тупой ты ублюдок, какого рожна ты тут качаешь права?

Жиртрест пытается встать, но очередной нож застревает в столе, прокладкой ему служит толстая лапа уродца.

— Отец! Отец! Заключил…Уууу…. договор! — Хрипит толстый. — Её, взамен на объединение…

— Предложение уже не актуально, он может взять в жёны рыболюда, а теперь валите отсюда, пока я вам не покрошил.

Неторопливо вытаскиваю ножи.

Троица тут же подскакивает и выметается наружу.

Выхожу следом, наблюдая, как они улепётывают к коновязи, где прыгают в телегу запряжённую как ни странно легионером. Ну, хоть какая-то информация, тут снова таки есть центурионы и легионеры.

— Вот значит такая кодла и пришла за кротом, правда он их всех употребил в качестве деликатеса.

Смотрю, как на дороге поднимается пыль. Дана стоит рядом, тревожно смотря вслед.

— Ты грубо обошёлся с ними.

— А ты ожидала, что я спою колыбельную, накормлю и уложу спать?

— Нет, но…

— Я этого и хотел. Эти гавнюки, наверняка, позовут подмогу, самому мне добираться лень, решим всё здесь. Выстави патрули с этой стороны, хочу знать, когда они появятся на горизонте.

Глава 8. Первый шаг к цивилизации

Рогатые ускакали в степь, оставляя за собой только дурно пахнущую комнату и объедки на столе.

Я тут же попросил пригнать кого-то на уборку и открыл дверь. Вот и первая конфронтация, скоро тут будет больше интересного, а пока мне не совсем есть когда заниматься всем этим.

Пока убирались, сидел на улице и наблюдал за разумными.

Планы в голове строились в чёткие цепочки, надо как можно скорее построить здесь общество, накачать себя всей возможной маной и понять, что же произошло.

Но для начала бытовые дела на первом месте.

Уборка закончилась, крепкая Суори с платком на голове выскользнула наружу и я вошёл внутрь, смотря на карту.

Наступил глубокий вечер, когда планы хоть немного прояснились.

Ночь мне не помеха, после всех событий тело хорошо восстановилось, ночное зрение прекрасно работало, показывая всё в чёрно белом свете.

Я решил заняться делами, сил много, а вот работы не меньше.

Пошёл прогуляться до реки, осмотрел окрестности, прибил пару змеев и даже чуть не был прибит одним из олухов стерегущих стену.

Река была спокойной, что у её русла, что у леса, почва была в разы лучше чем у деревеньки а то и дальше от неё. Теперь понятно, они же просто годами, десятками лет истощали её под собой. А дальше степь, она конечно хороша, но не намного лучше выработанной земли.

Какой же ареал обитания моего стада рогатых, что они даже не собираются выращивать что-то. Настолько маленький? Надо будет выяснить, когда Суори проснуться.

А пока, возвращаюсь в дом, точнее бывший храм. Беру уголёк и начинаю рисовать прямо на столе, в неровном свете факела под потолком, жутко не хватает ручки. Через полчаса пыхтений, отбрасываю неблагодарное занятие.

Я маг, или погулять вышел?

Не хотелось тратить резерв на такую мелочь, но на то она и мелочь.

Создаю ментальную карту, где наношу всё увиденное, плюс оставляю короткие заметки.

Начинаю возводить целый город, плана минимум нет, если завоёвывать мир, не надо скромничать.

Вижу реку, лес, если брать кромку леса, они образуют что-то вроде угла в девяносто градусов. Вот в этом углу и заперты трёхречники, вперёд я так понимаю нас не пустит жирдяй, он скоро нагонит сюда своих подельников и начнётся весёлая заварушка, давно я не убивал Суори, жду врагов, но они видимо идут очень медленно.

Пока, начинаю проектировать город таким образом, чтобы он расположился у реки, имел к ней выход, она будет делить его на две половины.

Почему именно здесь? А где иначе.

Лес — это не просто опасное место, а ещё и очень много древесины и продуктов, кроме всего прочего здесь есть то, что мне жизненно необходимо.

Ставлю для начала небольшой план, где-то на десять тысяч жителей. Учитывая, что здесь нет племени размерами крупнее трёх, я стану настоящим гигантом, столицей.

Спешить некуда, ведь я даже не представляю куда двигаться дальше. По возрасту и прочему, я бессмертный, если не полностью, то частично — точно.

Город на плане выглядит изумительно.

Кирпичные дома, мощёные улицы, ещё бы придумать что-то с транспортом и будет шикарно. Некая викторианская эпоха я бы сказал. А то не хочется, чтобы на улицах моего города валялось лошадиное дерьмо, очень некстати.

Проектирование в сознании очень увлекательная штука, я вдруг понял, что могу даже измерить количество затрачиваемых ресурсов. Мозг вытаскивал всё что я когда-то видел и слышал, начиная от строительства, заканчивая математикой и земледелием.

Вдруг осознаю, что информации куда больше чем полагал, сколько же я наслушался непонятных слов, когда Ганц и его ребята застраивали квартал. Теперь стало проще, я будто находился в виртуальной реальности, где везде видел подсказку, куда не глянь.

Произвести расчеты вышло не сразу, постоянно путался в цифрах, пока не разделил всё на блоки по районам, а затем решил приступить к итогам.

Также вывел колонку с нужными материалами, чтобы не забыть.

Древесина, камень, металлы, лёгкие и не очень, стёкла, ткани… Всего и не перечислишь.

Утром у меня был крепкий план на город.

При условии, что в нём будет проживать десять тысяч жителей, пока распланировал три с небольшим тысячи квартир. Какие-то располагались в многоэтажных зданиях, этажами от трёх до пяти, а какие-то в частных.

Как и везде, сделал достаточно однокомнатных клетушек и целые загородные дома, чтобы они видели разницу в качестве и понимали куда стремиться, ведь всё познаётся в сравнении.

Аборигены даже не представляют, что их ждёт впереди.

Хихикнул себе под нос и продолжил бродить по районам города, где был царём и богом, наслаждаясь видами.

А как же моё жилище? Всё правильно, себя я не мог обойти стороной, иначе зачем всё это делать.

После небольших размышлений, решил, что поставлю дом в самом центре города, а почему же нет? Выстроил его в виде огромного поместья в пять тысяч квадратных метров, обнёс стеной, разбил парк и пруд, обозначил комнаты и больше не трогал.

Смотрелся городок эпично.

За счёт того, что окраины имели одноэтажный уровень, а центр самый многоэтажный, город выстроился практически идеальной пирамидой. Мне нравился такой вид, в прошлом, где я основа империю поглотившую весь обжитый мир, у меня были большие города…

Боль сковала сознание, при попытке прошерстить воспоминания, я тут же был наказан. Найду, того кто всё это сделал и прикончу нахрен!

Утро встретило диким желанием выпить чашку кофе, но пришлось удовлетвориться только простой водой из уже отстоявшегося колодца.

Народ здесь рано просыпался, как и в любой деревне.

Я отправился к реке, где умылся и сбегал в лес. Здесь Тиирусов было меньше чем у озера глубоко в лесу, поэтому на каких-то деревьях даже встречались птичьи гнёзда.

Кур у Суори я не видел, но яичницы очень хотелось.

Яйца в лесу мелкие и зачастую собирать их поздно, там зародилась жизнь. Стал искать в другом месте. Когда нашёл необходимое гнездо, быстро проверил яйца на зачатки жизни и приметил птицу, что уже неслась на меня.

Эта особь не умела летать и напоминала курицу, совершая лишь короткие подпрыгивания и планировала. Гнездо она разместила в кустах, где толстые Тиирусы бы не стали искать что. Лазить по кустам змеи не станут, слишком слабые ветки, понизу колючки и шипы, плюс плотная посадка. Но я пробрался и стал счастливым обладателем нескольких яиц.

Убегать от птицы не стал, закинул ментальный удар и забрал безвольное тело.

В течении часа нашёл ещё четыре «курицы», собрал около двадцати яиц и забрал всех тварей с собой. Убивать не собирался, пусть лучше живут и кормятся.

Внешне они больше напоминают миниатюрных страусов. Клюв мощный, ноги сильные, бегают и прыгают, планируя по несколько метров.

Заметил также, что вокруг куча разных растений и ягод в отличии от степи где стоит деревня, вот только Суори сюда не суются.

И правильно делают, здесь им не выжить.

Кроме Тиирусов я несколько раз заметил странную продолговатую тень, она скакала с бешеной скоростью, постоянно ускользая из моего радара, будто чувствовала его.

Пришлось перемещаться порталами.

Назад вернулся прыгнув через пространство в комнату храма, где Дана как раз принесла поднос с едой.

Девушка взвизгнула и перевернула подношение, всё рассыпалось по полу.

Смотрю на пару картофелин, естественно разваренных, несколько тушёных овощей и кусок не особенно приятного мяса. Вместо чая или кофе — вода.

Вздыхаю.

— Убери здесь всё, прости, что напугал. Ты должна привыкнуть к этому.

— Хорошо.

В храме была кухня, куда я и направился.

Здесь давно не готовили, но держали помещение в чистоте.

Печь, обмазанная глиной, земляной пол, большой стол на корявых ножках. С тоской смотрю на всё это. Вот же угораздило залезть в подобное.

Нахожу кое-как сковороду, дурную, как и всё здесь.

Прошу Дану, чтобы принесла кусочек сала шемгана, местной коровы.

Разжигаю огонь, пробую себя в огненной стихии. Раньше огонь бы меня не послушал, но после боя с Шессом, во время разговора с ветром и нового уровня силы, огонь подчиняется.

Стать огнемётом пока не смогу, но разжечь печь способен.

Дровишки затрещали, установил сверху тщательно вымытую сковороду и кинул кусочек сала, тут же начавшего шипеть.

Яйца взбил в деревянной кружке, кинул каких-то приятно пахнущих трав с ближайшего огорода, зарубил одну из куриц и вырезал филе, чтобы попробовать на вкус, не бекон конечно, но что-то.

На запах лисицей проскользнула Дана.

Хрупкая для своего вида девушка смешно поводила носом. Сейчас платье сменилось на кожаные штаны, рубаху и нагрудник, что ещё больше выделяло её из толпы коренастых Суори.

В принципе, мне даже кажется, что она сейчас дразнит всех женщин, принимая себя такой, какая есть.

— Выглядит очень аппетитно, не думала, что ты умеешь готовить.

— Там, откуда я пришёл, почти все мужчины умеют готовить. — Пожимаю плечами, бросая немного крупной соли сверху.

— Что это за странное место? — Дана уверена, что там всё не так. — Зачем тогда женщины? Они разве не готовят? Я слышала конечно, что наши племена в этом месте называют дикарями, есть страна, где правят женщины, они сильнее и способнее мужчин, а ещё, мужчины там похожи на женщин…

Дана ужаснулась, ей было не привычно, она не могла даже допустить подобной мысли.

— Нет, у нас всё иначе. — Говорю я. — Женщина может делать всё то, что мужчина. Она свободна вести себя как угодно, есть какие-то стереотипы и рамки, но они исчезают.

— А кто же тогда защищает дом? — Ужаснулась дикарка.

— Специальные люди, им платят, они охраняют дома и служат городу.

— Защищают от других племён. — Понимающе кивнула девушка.

— Что-то типо того. — Не стал её разубеждать я.

Яичница уже была готова, дело оставалось за мясом.

Поджарив ломти с обеих сторон, разделил яичницу и поставил на огонь чайник.

— Можешь угощаться. — Протягиваю деревянную тарелку с наскоро уложенной едой, сервировка самая простая, на глаз, но Дану это приводит в восторг.

Девушка осторожно пробует.

— Это прекрасно! — Она работает ложкой быстрее и быстрее. — Такие простые ингредиенты, а так вкусно получилось, особенно эта трава.

— Вы совсем не умеете готовить? — Подложил ей мясо.

— Умеем, — грустно вздыхает она. — Но делаем это не так часто. Основное занятие здесь, это спасать свою жизнь. Второстепенное, спасти жизнь близким, а уж потом всё остальное, еда здесь даже не на десятом месте.

Дана закончила говорить и с наслаждением стала доедать приготовленную яичницу.

После быстрого завтрака, я пригласил несколько селян, которых отобрала Дана и презентовал оставшихся бессознательных кур. С такими системами по производству яиц они были знакомы, поэтому с удовольствием приняли птиц и пообещали каждое утро снабжать меня яичницей.

Я продолжил рыскать по деревне, изучая всё и удостоверяясь, что работы очень много.

Можно было спокойно жить где-то в глуши, изучать магию и копить сферы, но руководитель во мне пытался оптимизировать работу, к тому же сферы — это батарейки, их можно заряжать, но пока не понятно откуда брать ману для зарядки, а вот люди, точнее Суори куда производительнее чем какие-то кристаллы.

Дана помогла собрать двадцать человек, свободных от какой-то работы. В основном это были защитники селения, недовольно поглядывающие на меня.

Вообще-то, приказ был найти как можно больше не занятых рук, но она неверно истолковала мои масштабы.

Ну ничего, голубчики, сейчас вы станете ремесленниками, какая от вас нахрен защита. Но условности не такая простая тема, не по рангу было воинам заниматься черновой работой, да ещё и оставляя границы со стороны чаще открытыми.

Спорить не стали, но нет-нет поглядывали со спины, думая, что я не замечаю.

Нахожу у реки несколько месторождений глины, открываю сезон её добычи.

В голове крутится где-то прочитанный рецепт изготовления кирпича, а его мне понадобится много.

Слегка подумав, решил выделить на это ещё тридцать человек, итого почти пять десятков начали раскопки рождений.

Уже к вечеру я хотел видеть тонну чистой глины, которую мы замешаем и поставим отлеживаться, для изготовления качественного материала уже сегодня.

Когда сам оказался у месторождения, проинструктировал работников, как очистить её от вкраплений, но вдруг понял, что она невероятно жирная, а значит надо будет разбавлять.

Пришлось пятёрку отправить за песком. Закрепил за ними шамана, иначе они ни в какую не хотели приближаться к реке.

Работа закипела, а сам я стал заниматься остальными мелочами.

Народ в деревне потихоньку кончался, имея более двух сотен жителей мужского пола, село не могло обеспечить исполнения даже трети моих сегодняшних задач.

Не хватает рабочих рук! Очень не хватает. Я всё посматривал на горизонт, где очень далеко у горы имелась роща.

Ещё несколько десятков рогатых пошли со мной. Инструмента практически не было, поэтому как сформировать кирпич, я понял не сразу. Срочно требовался кузнец и много, очень много металла.

Но пока, мы можем относительно безопасно и быстро производить материалы для строительства, пока жители формируют небольшие блоки, я успею построить печь для обжига и запастись дровами.

Для этого поступили достаточно просто.

Я отобрал несколько здоровенных мечей у воинов с границы, которых охраняли село от леса.

Мне не важно качество металла, хоть это и даже не сталь, а какой-то черновой сплав. Важно, что мечи были крепкими, а ещё, прямыми.

Вооружившись парой таких клинков, я собирался сделать доски для огромного настила на котором буду формировать кирпичи.

Пришлось идти в лес.

За простым хождением, тратилась уйма времени, поэтому я не стал его терять, а просто прыгал порталами.

Каждый такой прыжок первые несколько часов приводил людей в ступор. Они видели это и останавливались, зависая на несколько секунд.

Но через несколько часов, когда все насмотрелись, вспышки портала и хлопки стали привычными, все до сих пор оглядывались, но не вставали столбами.

Лес встретил меня огромным деревом, которое я вознамерился срубить.

Как это сделать? Самым простым способом, хоть оно и было гигантским.

Телекинез, расскажу как он работает.

Это невидимая сила, я контролирую пространство перед собой, чем ближе к телу тем лучше, чем дальше… Ну, вы поняли.

Таким образом, пространство вокруг исполняет требования разума, точнее его умеющей управлять энергией части.

Телекинез, как я подозреваю, часть магии воздуха, точнее одно из проявлений стихии, поэтому ветер тогда помог мне и открылся.

Поэтому мы можем мять такой неосязаемый воздух и придавать ему формы. Когда мы дуем, мы можем делать это так сильно, что некоторые небольшие предметы приходят в движение, струя воздуха твёрдая, потому что воздуху придали направление.

Вот и сейчас, я просто придал ему направление и заодно форму, гигантского топора.

Резерв порядком просел, ибо почему-то эти затраты показали колоссальную просадку.

Закрыв глаза, я прицелился и почувствовал в своих руках силу. Отталкиваю ладонями её, будто толкаю кораблик, в лицо бьёт ветер, он говорит, что исполнит просьбу.

Свист, земля сотрясается, я почувствовал удар.

Открываю глаза, дерево как стояло, так оно и стоит.

Пытаюсь понять в чём дело, где же я так ошибся. Но всё вроде сделано правильно, тогда какая встала проблема?

Пока думаю, не замечаю, как со стороны леса начинает дуть ветер, колышущий кроны деревьев.

Тот ствол, который я подрубил, вдруг клонится в мою сторону.

Прыгаю порталом.

В том месте где я находился, падает дерево, накрывая своим стволом и массивной кроной приличный участок земли.

Смотрю на идеально ровным срез внизу дерева.

А неплохо так справился самодельный топорик.

Больше применять телекинез для подобного не собираюсь, большие затраты.

Втыкаю мечи в землю и размахивая руками, цепляя их кинетикой, после чего они под управлением не очень хорошего лесоруба начинают счищать ветки, словно рубанком.

Сила кинетики такова, что металл практически не чувствует сопротивления, а по энергетическим затратам это намного стабильнее и меньше.

Доски выходят ровные. Если колоть бревно топором, оно расколется очень криво, но если разрезать его с огромной силой относительно ровной полоской стали, вырезая нужные фрагменты и придерживая с двух сторон, это уже выглядит как план.

Глава 9. Послание

Стою весь в поту, резерв на нуле, перед глазами ряд относительно ровных досок, которые ещё надо привести в порядок, чтобы они смогли выполнять свои функции.

Раскидываю сеть и зачищаю находящихся рядом Тиирусов, чтобы они не препятствовали работе моих разумных рогатых друзей.

В деревне уже ждёт Силок и его отец Хорех. Этих двоих я выбрал естественным отбором, они одни шли на контакт и не особо боялись магии.

Оба стоят с опущенными головами, думают зачем я из позвал. Может они в чём-то провинились, а может этому монстру нужно пить кровь Суори, чтобы так долго находиться на ногах и бегать по всей округе?

— Хорех, мне нужны ответы, сколько мужчин, парней, мальчиков, могут работать. Дана! — Выловил я пробегающую девушку. — Нужно точное количество женщин и девочек, которые могут помочь мне.

— Поняла. — Кивнула она и побежала дальше.

Вообще, Дана сегодня с самого утра в мыле. Когда все встали и увидели работающего меня, они будто сочли оскорблением, что какая-то чудь белоглазая с тварьей головой работоспособнее массивных коренных жителей.

— От тебя Хорех, я хочу ещё кое-что. Мне нужно, чтобы ты оставил всего пару воинов обходить периметр села, остальные мне нужны для заготовки глины.

— Но, кто-то должен смотреть за лесом, чтобы молодые Тиирусы не пролезли за ограду и не поели скот. — Возразил разумный.

— Я могу видеть все их перемещения и когда надо скажу. А лучше сам прибью пару змеев.

— Тогда ладно. — Было видно, что согласился Хорех только из страха и уважения, внутренне согласен он не был и поспешил добавить, дабы я одумался. — Вы разозлили чащу, они придут, чтобы наказать нас.

Суори был мрачным, но меня переубедить сложно.

— Этого тоже не стоит опасаться, я специально это сделал. Какое расстояние до чащи?

— Лиг двадцать, не больше. Её даже видно, если присмотреться.

— Отлично, значит гости придут сегодня. — Кровожадно улыбаюсь, от чего Силок громко сглатывает.

— Но зачем вы их разозлили? — Решается спросить Хорех.

— Всё просто! Мне нужны рабочие руки, или вы долго не протянете.

Хорех ужасается, представляя фронт работ.

Оба Суори уходят выполнять задания, сын поможет отцу, справятся быстро, как мне я полагаю.

Не успеваю сдвинуться с места, как чувствую опасность сзади заставляет развернуться на пятках и чуть ли не принять боевую стойку.

Резко оборачиваюсь, на меня идёт что-то с чем-то. На вид Суори, но больше походит на жену древнерусского богатыря, кровь с молоком, точнее синее с красным, разбитная, ростом под два метра, на плече коса с мою руку, фартук и полушарию груди колоссальных размеров.

— Господин шаман! Надо поговорить! — Брови хмурятся, она даже не боится меня, касаюсь её эмоций, точно не боится, только разгневана.

— Поразительно. — Шепчу себе под нос.

— Что-что?

— Ничего, — качаю головой. — Я не шаман, я маг.

— Да хоть мужчин любите, мне всё равно. — Отрезает она. — У меня нет рабочих рук, вы всех мужчин забрали, видела я как они там вкалывают, придут потом измученные, словно с каторги. Чем мы с вами будем их кормить?

— Мы? — Удивляюсь.

— А, так я одна получается? Я думала, раз вы забрали всех кто на ногах может стоять, то сами будете помогать в готовке?

— Я? — Снова удивляюсь.

— Ну не я же! — Восклицает она, складывая руки на груди.

— Эй, что ты от меня хочешь, женщина, говори нормально.

— Зачем всех забрали? Надо готовить, ухаживать за скотиной.

— А-а-а-а, — понял я свою ошибку. — Можешь взять всех девочек, маленькие будут помогать тебе, большие мне.

— Маловато будет. — Ставит условие.

— Больше не дам. Можешь брать ещё стариков и старушек.

— Хм! — Она круто разворачивается и идёт прочь.

Сморю вслед странной Суори. Бёдра широкие, походка пружинистая, моргаю, убирая наваждение.

— Что это нахрен было? — Спрашиваю себя. — И что за хм?

Дана и Хорех отчитываются через полчаса.

В деревне всего пятьсот двадцать семь жителей. Двести тридцать три женщины всех возрастов из которых сто восемьдесят пять могут работать, остальные старые или слишком маленькие.

Мужчин всего двести девяносто с хвостиком, но рабочих рук аж двести пятьдесят.

Отлично, не самый плохой результат.

Оставляю в деревне подростков, совсем неоперившихся, выходит около пятидесяти особей обоих видов.

Половину мужчин отправляю набирать глину, а вторую половину прошу раскопать мне квадратный километр земли.

Осматриваюсь, в деревне есть несколько коней, пара телег, хочу использовать их. Отбираю десяток мужчин приказывая им запрячь свободных лошадей и отправиться со мной.

Идём к лесу, за мной двигается целая колонна притихших Суори. Около ста женщин и два десятка мужчин с парой телег.

Как и ожидалось, лопат не хватает, поэтому приходится выкручиваться.

Не думал, что когда-то буду делать деревянные лопаты.

Указываю на доски, что изготовил с утра. С тяжёлым сердцем жертвую несколько досок под нужды населения. Оставляю пяток мужчин на выравнивание досок, они мне нужны уже к вечеру, чтобы сколотить поддоны и поставить первую порцию кирпичей.

Остальные двигаются за мной.

Тиирусов я проредил изрядно, поэтому опасности нет, но женщины всё равно боятся до безумия, кто-то из молодых девушек даже плачет. Мужчины более стойкие.

Останавливаю колонну перед лесом, обращаясь ко всем сразу.

— Сколько вас было в прошлом тёплом сезоне? — Задаю вопрос.

— Летом? — Тупо переспрашивает один из мужчин.

А я думал, что сезоны они называют по другому.

— Да.

— Восемьсот семьдесят. — Суори мрачнеет на глазах, а затем добавляет тише. — Этой зимой похоже будет меньше.

— Почему вы потеряли так много Суори?

— Были сильные морозы. — Отвечает всё тот же рогатый. Интересная у него внешность, как бочонок на ногах, крупный и звероватый, но самый адекватный и инициативный, руки будто стволы деревьев, шеи почти не видно, крупная борода скрывает всё до груди. — Не хватало еды, как и в любой другой сезон, но в этот Избавитель забрал больше, чаща отказала, приходилось собирать топливо для очагов в диком лесу.

— Плохая погода, недостаток еды, проблемы с другими племенами. — Перечислил я, не хватало только взять блокнотик и обслюнявить карандаш. — Вот поэтому вы тут.

Народ затих, связи они не видели, но я покажу её.

— Вы видите, что я загрузил вас работой.

Все молчали, но внутренне, я почувствовал, как они согласились.

— Это не просто так. Сейчас первая группа делает кирпич, основа для будущих очагов и домов, да для всего. Эти дома не будут гореть и станут хорошо сохранять тепло.

— Каменные дома?

— Я слышала про такие, говорят в горах все живут в таких.

— Да, да, и я слышал. Такие не горят и там теплее.

Все стали перешёптываться.

— Правильно, такие дома не горят и они очень тёплые. Вам не станет угрожать холод. Лес очищен на целые полторы лиги, Тиирусов нет. Но я тут с вами, чтобы защитить. Вторая ваша группа, а это вы! Будет заготавливать картофель, те клубни, которые я видел. Вы должны собрать как можно больше картофеля и других полезных растений, всё, что можно есть. Позже, мы отсортируем это и посадим, чтобы к осени был богатый урожай. Рыболюды больше не станут угрожать, я загоню их глубоко под воду. Группа мужчин, что пришли с нами, вы будете возить землю на то место, где третья группа вспахивает поле.

Чувствую себя каким-то президентом, не иначе.

— Я не знаю, как я оказался здесь, но я скоро это выясню. А пока, я не дам вам умирать просто так. Вы должны понять, что от вашего труда зависят ваши же жизни. Вы готовы потрудится?

— Да!

— Точно, а я и не поняла..

— Суори не боятся работы!

— Земля, зачем нам земля, чудачество какое-то…

— Шаман знает, что говорит, недаром он шаман…

Мнения были самыми разными, но в одном народ сошёлся, что всё, что они делают, делают для себя.

Сам же я понял, что очень долго буду тут шаманом. Хоть делай такой же плащ, как у Адрока и засовывай перья в здорово отросшие волосы.

Мы прошли дальше, я раскинул радар. Мужчины начали загружать чернозём. Почва здесь была куда богаче чем в поле перед лесом, отлично удобренная листвой и перегноем, мягкая и рыхлая, даже слегка влажная. Замечательно! На такой земле вырастет гораздо больше чем в чистом поле.

Главное не нарваться на ту прыгающую херню, которую радар засёк в прошлый раз.

— Далеко не расходится, метров пятьдесят достаточно, идём вдоль леса. Глубоко тоже заходить не надо.

Слежу за группой своих миньонов, периодически перемещаясь порталами в разные стороны. В селе я отлично подзарядился из личных запасов и теперь чувствовал себя на все сто.

Оставалось дождаться противника с чащи, у меня для новичков было очень много работы. Поэтому я периодами прыгал в селение, чтобы осмотреть горизонт.

Может они решили напасть ночью? А чего им бояться? Полагаю нападут они днём, точнее не нападут, а просто завалятся и захватят село. Они наверняка, думают, что Адрок их единственное препятствие. Глупое заблуждение, здесь как минимум нет фонарей и можно потерять добрый десяток воинов пробираясь через частоколы.

Толпе Суори с плетёными корзинками хватает нескольких часов, чтобы насобирать достаточное количество саженцев. Мужчины тем временем отловили два десятка кур, что очень порадовало, запас яичницы будет бесконечным.

Прошли мимо расположенного у реки поля, где работали землепашцы.

В очередной раз подумал, что нужно как можно скорее заняться металлом. Гор вокруг не наблюдалось, но я примерно знал где взять руду. На той горе, где произошла легендарная битва игольчатого и крота, наверняка, можно найти что-то интересное. Если нет, придётся покупать у других племён или попросту забрать силой.

С другой стороны реки тоже наблюдалась сопка, исследую её в ближайшее время.

Пока ближайшим планом будет возвести печь, а затем переплавить уже готовый металл. В той пещере, где когда-то жило чудовище, я нашёл много обломков доспехов и мечей, думаю на сегодняшние нужды хватит с головой.

Вскапывать поле закончили только ближе к вечеру, тогда же появились первые гости.

На горизонте поднялись клубы пыли, а за ними я с помощью острого зрения различил двигающихся воинов. Снова старая повозка с легионером, заменяющим коня, следом за ним пешком идут около сотни вооружённых разными острыми железяками рабов, точнее вольных Суори, как они сейчас думают.

Добро пожаловать, улыбаюсь своим мыслям.

Когда оказываюсь в центре деревушки, вижу запыханных патрульных.

— Там…там. они… — Пытаются восстановить дыхание спринтеры.

— Я уже видел. Ничего не предпринимайте, просто не высовывайтесь и всё.

Хорех прибежал минутой позже, вместе с Даной.

— Ничего страшного не случится. — Пообещал я девушке, которая даже не смотря на демонстрацию моих способностей, боялась. — Хорех, пока они не приехали, пойдём покажу тебе одну конструкцию, которую ты должен будешь для меня сделать.

— Я воин, немного разбираюсь в ремесле, но вам нужен лучше наш мастеровой, Кархен. — Сразу же даёт заднюю мужик.

— Хорошо, пригласи его в храм, я буду там.

Отряд вторженцев прибудет через полчаса, не меньше. Занимаю это время полезным делом. Для меня этот набег не более чем детские игры. Пока в лесу есть Тиирусы, можно не думать о мане, а когда они кончаться, поспеют посевы будущих верующих.

— Можно войти? — Басит с улицы чей-то голос.

— Входи.

Внутри появляется старый знакомый, который говорил за мужчин в лесу. Бочонок на ножках с бородой до груди, напоминающий озверевшего гнома, которого мучают флешбеки, потерявшего шесть своих собратьев и любимую.

— Ты Кархен. — Утвердительно говорю ему. — У меня не много времени, сейчас расскажу тебе, что я хочу получить.

На пальцах рассказываю смысл задумки. Мне нужна ровная площадка, а сверх около пяти конструкций для формирования.

Они будут напоминать решётки вентиляции, каждая ячейка формирует из глины кирпич, после формирования он отлежится и мы сможем его обжечь.

— А ещё, собери лопаты тех, кто вскапывал и возил землю. Сегодня они мне понадобятся.

После выданных инструкций, иду искать Хореха.

Если этот разумный думает, что сможет избежать работы, он ошибается.

Нахожу его с сыном, оба получают инструкции собрать десяток воинов с мечами, ждать вместе с горой лопат у реки.

На пути к окраине, где я собирался встретить недругов, меня уже поджидает Адрок.

— Подумал, что вам нужен будет переговорщик. — Кряхтит старик.

— Не помешает, я привык убивать, если разумные не понимают меня с первого раза.

Старик не удивлён, он больше всего понимает меня и силу, что стоит за мной. Он и сам одарённый и уже сутки нет-нет да прикидывает, что бы он сделал имея такие способности.

Впрочем, его таланты делать из здоровяков факелы тоже не дурны, по крайней мере пригодились бы этим бравым лесным, которые решили брать деревню штурмом на ночь глядя.

Встречаем процессию вдвоём.

За спиной замерла деревня.

Все Суори затихли и стали наблюдать за вторжением. Я их понимал, зачем заниматься непонятной работой, если сейчас их село захватят воины чащи.

Ощущаю на себе сотни скрестившихся взглядом, как от своих, так и от чужих.

Не надо затягивать эту встречу, Суори должны работать, иначе я буду воплощать свою задумку очень долгое время. Конечно же, я никуда не тороплюсь, но и ждать не намерен.

Очень хотелось принять ванну и по человечески сходить в удобства, а не нюхать смрад из выгребной ямы.

Да много чего не хватало, чего тут думать. Цивилизованному человеку без технологий никуда, слава создателю, магия под рукой.

Суори не церемонятся, в меня летит десяток стрел, стоило нам выйти.

Шаман тут же закрывается посохом.

— Не трать силу. — Спокойно говорю ему.

Взмах руки и энергия вырывается вперёд, волной сшибая рой острых снарядов и поднимая тучу пыли.

Когда облако оседает, рогатые оказываются неприятно удивлены. Этот странный разумный стоит цел и невредим, даже не сделав ни шага.

Вперёд вырываются воины, несколько десятков, пушечное мясо, но я не собираюсь его переводить просто так.

Между нами около пятидесяти метров, они бегут быстро, затягивая какой-то крик похожий на рёв раненого кабана, хрюканье, способное меня только рассмешить, но никак не напугать. Острый взгляд выхватывает повозку, там сидит уже знакомый жирдяй, прямо позади возницы. Видимо отец решил доверить поход сыну, а сам остался в чаще.

Ещё один взмах и все валятся кульями, ударил сырой силой разума, от чего воздух начинается светится. Остальные трусливо бегут, разворачивают обоз. Взлетаю на ударивших в землю кинетических щупальцах. Нравится мне такая схема, что поделать, телекинез сжирает много для поддержания, а концентрированные прутья намного меньше.

Отталкиваюсь и лечу к обозу, где падаю прямо возле повозки.

Заморенный легионер с кучей шрамов на спине хрипит и пытается сдать назад, взрывая землю когтистыми лапами. Он чувствует, что сейчас будет много крови.

Ещё два усилия и путы со зверя спадают.

Я видел много таких монстров, которые рвали моих сородичей пачками, управляемые и служащие Суори, но сегодня ненависти внутри нет.

Жирный забился в повозку, пока напуганный зверь пытается вырваться из упряжки.

Вокруг мешками раскиданы тела Суори. Поднимаю руку, чтобы зверь подошёл ко мне, магия опутывает его разум, на него ложатся десяток закладок на верность. Тварь ползёт, подставляя шершавую морду под ладонь.

Разумные потихоньку приходят в себя, бежать никто и не собирается, глаза круглые в них плещется отчаяние и животный страх.

— Адрок. — Подошедший шаман весь во внимании. — Собери воинов, этих повязать и к реке.

— Слушаюсь. — Просто отвечает он.

Перехожу к жиртресту, вот сейчас будет больно.

Достаю с перевязи какого-то Суори, что ещё не пришёл в себя кинжал. Щупальца вытаскивают двоих разумных из повозки.

Заталкиваю в руку другого рогатого, который прятался вместе с засранцем.

Рубаха и доспехи на наследнике рвутся под силой магии, Суори визжит будто свинья. Он прижат к земле и думает, что его убьют.

— Пиши на спине. — Приказываю подельнику.

— Что писать, господин? — Шепчет онемевшими губами второй.

— Смерть.

Глава 10. Дела прогрессорские

Мы с шаманом провожали взглядом уходящего вдаль Суори. Он качался и постоянно падал, кроме вырезанного на спине слова, я приложил его по голове, но видимо не рассчитал силу.

Вереницу пленников сразу же проводили к реке, стоило им прийти в себя, где уже ждали Силок с Хорехом.

По моему плану всем выдадут лопаты и они будут работать на благо будущего города. Кто-то копать искусственный пруд для разведения рыбы, а кто-то добывать глину для кирпича. Это очень быстро даст им понять, кто здесь главный, подобная работа должна вымотать и сломать.

Суори, особенно их боевая часть, мужчины, частенькое отлынивают от простой работы, но не сейчас. Таким образом, я буду их унижать и морально подавлять. Их боевые навыки мне в этом детском саду не нужны, разве что позже, когда встретится достойный противник, но его пока тут не было.

Деревня плавно погрузилась в ночь. Я вышел на опушку и посмотрел назад, где горели редкие огоньки, выглядящие, как кусочки янтаря застрявшие в грязи.

Как же тут не хватает света, фонарей да и вообще привычного освещения. Надо будет этим заняться в числе первостепенных дел, это настоящая необходимость сейчас. Ведь когда я покорю чащу, заберу их разумных на работы, надо будет выстроить две смены, ночную и дневную.

Долго стоять и размышлять не стал, пошёл к реке, где копали глину новые работники «Фонвизин инкорпорейтед». Пленные были растеряны, но одновременно в из глазах, где отражались огни понаставленых вокруг факелов, появилась надежда.

— Вижу у вас боевое настроение, господа. — Одобрительно кивнул я.

— Боевое? — Хорех веселился, он уже привык к присутствию могучего мага и воина, хоть и выглядящего, как обычный рыболюд. — Да они разве что не ссали под себя, когда начали копать. После того, как вы наскрябали на спине этого урода слово, эти думали, что таким способом вы собираетесь их похоронить, господин.

— А что, это неплохой вариант. — Я сделал вид, что задумался.

Слушающие нашу беседу пленники шарахнулись в сторону, прижимаясь к краям уже порядком увеличившегося кратера.

— Не бойтесь, это шутки. Шучу я редко, а порою даже смертельно. От вас требуется работать, работать много и часто. Для всех здесь присутствующих, скажу, лентяев и бездельников не потерплю. Вы получите жизнь наравне со всеми, сможете жить и заводить семьи, а те кто уже имеет их, скоро встретится с родными, когда чаща падёт. Кого встретят ваши близкие? Раба, который грезит о свободе или равного, строителя и созидателя нового будущего.

Вышло коряво, но когда я закончил, настроение в группе рабов очень сильно поменялось. Оно уже не было таким обречённым, мысли не путались, их разложили по полочкам.

Самый главный страх для любого разумного, это неопределённость. В такие моменты разум как никогда прежде осознаёт свои ограничения, больше нет стабильного данного, привычных и уже не замечаемых ими ритуалов.

Суори понять можно, они потеряли свободу.

Вот и я осознавал это, чувство тяжести и неопределённости. Зачем мне строить этот треклятый город? Чтобы ввести стабильное данное в свою жизнь, чтобы снова почувствовать себя нормальным. Планы заставляют не думать о плохом, я не могу повлиять на своё выздоровление, а поэтому мне надо вылечить себя ментально, занять разум работой и оставить его залечивать свои раны.

Один из пленных Суори вышел вперёд, подошёл к краю ямы, где стояла пара охранников, а у них под ногами притулилась бочка с водой.

Суори резко подпрыгнул, выползая из ямы, после чего тут же нарвался на два обеспокоенных взгляда и пару уткнувшихся в его лицо копий.

Он поднял руки и подошёл к бочке, зачерпнув воды плавающим там ковшом. С наслаждением напившись, Суори под недоумевающие взгляды всех вокруг, подошёл ко мне, стукнул себя в грудь, а затем коснулся двумя пальцами лба, что-то прошептав.

— Признал… — Зашептались вокруг.

— Принёс вассальную клятву…

— Монстру, даже не Суори…

Рогатый не обращал на них внимания, он снова спрыгнул вниз и взяв лопату, приступил в работе.

Я ещё пару минут постоял, смотря на всех остальных, но пока никто из них не собирался присягнуть в верности.

Не очень-то и хотелось!

Развернувшись, пошёл к поддонам, на которых в формах вызревал кирпич. Выглядит приятно, положили уже три ряда, тут же неподалёку суетились Суори, которые сколачивали новый ряд.

В ближайшие дни у меня будет хорошая партия кирпича.

Пока вся деревушка погружалась в сон, я прыгал по всей округе.

Сначала переместился на гору, где лежали и разлагались туши двух гигантов. Тиирусы всё-таки рискнули и выползли из леса, решив полакомиться падалью.

Гигантские тела, были опутаны этими древесного вида змеями, которые будто взбунтовавшиеся корни облепили их со всех сторон. Зрелище жуткое, поистине, я даже не стал вмешиваться в их отношения и просто прошёл внутрь пещеры.

Через час в храме уже лежали около трёх сотен килограмм металла, которые требовалось переплавить.

Тело восстановилось и не требовало сна, разве что как источника удовольствия.

Поэтому я снова переместился на гору к гигантам, забрал несколько десятков сфер русалок, а затем пошёл по берегу реки, которая выходила из озера в сторону деревни.

Мне нужно было понять, есть ли где-то здесь пороги. Нужен материал для печи, дикие камни, а может ещё и будет галька, я бы не отказался от мощёных тропинок из этих булыжников.

Гальку не нашёл, а вот камни и бурлящий речной порог да.

Вокруг было много материала, работы хватит до самого утра.

Приступил к переносу камней по очереди, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить половину деревни.

Между лесом и домами Суори, прямо на поляне, под удивлёнными взглядами патрульных, стали прямо из воздуха появляться камни разного размера. Они падали и валились горкой, заставляя дозорных испуганно переглядываться.

Пока они не увидели странного мага, который с недавних пор тут жил.

Он устало вынырнул из полотна ночи, словно там и был всё это время, утёр пот со лба, скорее воображаемый, чем реальный, а затем пошёл в храм.

В храме я вывалил несколько сфер русалок, а также Тиирусов.

В теории стояла задача придумать что-то для освещения. А вот что, это будет вопрос другой.

По сути, сфера, это круглый камень, вернее кристалл, они и правда округлые и гладкие, как яйца.

Попытки напитать сферу магией не привели ни к чему хорошему, она светилась, но очень слабо, очень, едва выделяясь в темноте, как будто кто-то помазал её фосфором.

Оставался вариант с зачисткой, точнее огранкой краёв, от этого они должны концентрировать и лучше пропускать свет. Бес! Пока не получится, в голове ни единой мысли.

Есть конечно вариант, просто попробовать сконцентрировать свет. Но пока его отложим на потом. Концентрация какой-то стихии, это дело невероятно прожорливое, да и можно не уследить и сделать целое солнце. Пока я бы поискал простые варианты решения проблемы.

Попробую в ближайшее время подцепить руны зарядки.

Кархена нахожу за работой, он следит за тем, чтобы его подмастерья делали ровные формы для кирпичей.

— Доброй ночи, Кархен. — Здороваюсь, по всем приличиям, хоть и думаю о другом, из головы не выходит тема с освещением.

— Доброй, господин маг. — Кивает Кархен, оглаживая бороду. — Что-то нужно сделать?

— Да. Во первых надо бы того, кто работает с металлом, принёс я несколько сотен килограмм. — На языке Суори некоторые слова произносить сложно, таких аналог килограмму, царапнул горло, от чего я поморщился.

— Сотни килограмм? — Кархен удивлённо крякнул. — Где вы столько взяли.

— Где взял уже нет. Надо переплавить этот материал и сделать кое-что для меня, я покажу. Нужен хороший инструмент, иначе не сможем. — Киваю на деревянные лопаты. — А кто у вас с камнем работает?

— Так я.

— Значит отдавай своим подопечным команду и пошли за мной, обрисую тебе, что нужно сделать.

— Щас!

Кархен быстро лопочет что-то остальным, показывает, как надо сделать и в каких количествах, рогатые кивают, после чего мы с бородачом идём в храм.

Там уже на описанном куске кожи, рисую ему пример печи, пока самой обычной, диаметром в три метра, полукруглой, для обжига кирпичей.

Затем на оставшемся месте рисую взятый из головы пример доменной печи. За сотни, тысячи лет жизни, я много чего узнал в том числе и о металлургии. Среди людей было куда больше специалистов, поэтому мне не приходилось рассказывать на пальцах про то, зачем нужен каждый из элементов.

Кархен на удивление быстро понял, что к чему, даже отметил мою ошибку. Я совершенно забыл, чем же буду топить монстра, ведь дерева тут можно не напастись, а вот угля я не видел.

— Есть один уважаемый Суори, он работал с металлом когда-то, но давно не может этого делать. Ему бы подмастерье, раз такая потребность встала. — Кархен ведёт меня к одному из домов, где горит свет.

Пока идём, размышляю.

С другой стороны, уголь с моими возможностями найти не так сложно. Я могу быстро перемещаться и обследовать большие территории, это несомненно не займёт много времени, отправлюсь с рассветом.

— Открывай, Россом!

— Чего тебе надо на ночь глядя… Совсем с ума посходили, ночами работаете, пляшете под дудку пришлого… — Ворчит за дверью какой-то рогатый индивид, после чего открывает дверь.

Здоровенный, одна рука отсутствует по самое плечо, вторая выглядит, как две мои.

— Здравствуй, что там про дудку? Подробнее, пожалуйста.

— Ничо нового ты не услышишь, пришлый. — Хмурится рогач.

— А вот ты услышишь.

Вхожу внутрь, под недобрым взглядом кузнеца и начинаю обрисовывать ему свои желания.

Через полчаса, он практически мой с потрохами. Уже не такой враждебный, обещает сделать завтра первые лопаты.

В деревне оказывается есть примитивная кузня, поэтому пока вопрос с металлообработкой отложен до поры до времени.

Кархен обещал сложить печь за день, после чего приступить к активному прогреву.

Я за этот день должен был найти чем мы заправим наше детище. Что ж, задача посильная.

Сейчас почти все Суори закончили свои обычные дела, они работали на благо моего будущего мира, цивилизации. Хоть пока и не понимали зачем именно это нужно.

Почти шесть сотен душ, которых надо было накормить и напоить, соответственно через несколько дней впервые кончится мясо и надо будет искать Тиирусов, чтобы запасти впрок. А может попробовать разводить змеев? Идея неплохая, готовая колбаса.

Так и представил, спокойную семью Суори у которых в холодильнике, копчёный кусок Тиируса, мама Суори достаёт его и начинает нарезать, будто ветчину. После чего делает бутерброды и засовывает кусок назад. Там в холодильнике ещё лежит голова Тиируса, дети смотрят на неё с аппетитом, родители смеются и говорят, что это на праздник.

С другой стороны, чему удивляться, у нас запекают поросёнка, индейку, да много что, целиком. Тут просто другие реалии, коровы волосатые словно шерстистые носороги, у них шесть ног и нет рогов. Собаки больше похожи на лесных котов размером с телёнка, они не лают, а шипят.

За такими мыслями, я застал рассвет, сидя возле почти выкопанного пруда.

Суори постарались на славу, половина из рабочих были пленниками, которые к утру еле волочили ноги, а вторая местными жителями.

Прудик получился загляденье, где-то метров двести-двести пятьдесят в диаметре, глубиною больше двух. Осталось только запустить туда воду, поставить блок от русалок, поместить рыбу и начать уже её откармливать.

В будущем я планировал истребить русалок, но пока мне просто нужен был запас свежей рыбы.

Вот только вышла проблема, как сказал Кархен, рыбы тут нет.

— Так рыболюды же, держат её всю на озере. Сами понимают, что жрать нечего будет, если рыбка уйдёт по реке, а на с такими монстрами жить не будет.

— И что? — Тупо переспросил я.

— Они загородили проход, думаю я. — Кархен крякнул, разгибаясь. Суори ложил ряды будущей печи из дикого камня, чтобы обжечь кирпич, работал с самой ночи и решил продержаться ещё день. — А как иначе, нет рыбы тут, мелочь одна.

— Понял, сейчас узнаю, что там. Рыболюды говорят? Слышал хоть раз?

— Нет, не слышал, но ходят сказки о какой-то паре, Суори и рыболюдки, которые полюбили друг друга и жили так до смерти.

— А смерть я так полагаю была ближе некуда. — Ухмыльнулся я.

— Да, за углом буквально, казнили обоих.

В лучших традициях, где снова вижу сюрреалистичную картину, как змеи объедают уже местами белеющие костями туши гигантов. Не выдерживаю и начинаю истреблять Тиирусов. Ядра лишними не будут, тем более эксперименты со светом не за горами, они важны в данный момент.

После чего обследую гору, периодически встречая новых змеев, спешащих отведать кротчатинки или местного ёжика. Они тоже активно вкладываются в фонд кристаллов имени меня любимого, отдавая всё ценное.

Угля найти не смог, примерно представлял, как он должен выглядеть, но пробивающееся наружу месторождение найти не так то и просто.

Поиски ничего мне не дали, только потерял время. Чтобы не прыгать туда и обратно просто так, ещё раз прохожу по пещере, забирая с собой то что осталось после ночного рейда, несколько щитов, пара лошадиных подков и одна ось от телеги.

Второй на обследование идёт гора напротив, по ту сторону реки. Присматриваюсь, за берегом лесок, небольшое болото, дальше уже торчит холм, на нём возможно будет что-то интересное, по идее там может быть торф.

Перемещаюсь туда, рассматривая всё, что бросается в глаза.

На самом холме вижу какой-то камень, он не сразу привлекает внимание, будто вросший в землю, он имеет странный цвет. Рыжеватый, слегка, даже красный.

Одно дело знать теорию по поиску угля, а другое ходить вокруг него два с лишним часа.

В конце концов, я не удержался и ударил в камень от злости, что потратил столько времени и ничего не нашёл. Руку окружила плёнка кинетики, защищая кости и плоть, камень треснул и разлетелся в стороны, обнажая более тёмную сердцевину бурого цвета.

Подняв один из осколков, я засмеялся, словно сумасшедший.

Вот болван, выход бурого угля был под самым носом и сдержись я от удара, так бы его и не нашёл. Совсем забыл, что при выходе он может окислиться, поменять цвет на практически красный.

Осталось решить, как организовать добычу.

Прикидываю, как далеко село. По идее выходит не такое большое расстояние, точнее совсем небольшое. Холм на котором стою возвышается на добрых несколько сотен метров. Если я построю что-то типо фуникулера над рекой, то смогу легко отправлять корзинки вниз, а затем выгружая, привозить сюда. Месторождение с таким выходом не может быть маленьким, поэтому хватит надолго, остальное детали.

Загоревшись идеей поставки угля, стал обдумывать материалы из которых сделаю всё требуемое. Вышло совсем грустно. По всем соображениям нужен был бетон, а с этим тут проблематично, нет оборудования для подобного процесса. По идее можно просто укрепить глину известняком, как уже сделано в случае с кирпичом, а потом уже из создать основу на горе.

Тросс, из чего сделать трос, думается тут сперва подойдёт обычная верёвка. Наверняка в лесу найдётся нужный материал, на хлопок я и не надеюсь, но может что-то по составу напоминающее конопляное дерево или джут.

Перемещаюсь и забираю несколько мешком, после чего наполняю их осколками скалы, измельчая кинетической дубиной. Для того, чтобы начать разрабатывать это место, надо отковать пару десятков кирок, а для этого потребуется затопить печь.

Уголь можно использовать сразу, реже ему дают отлежаться, но это не наш случай, он сейчас сухой, подойдёт и в таком виде.

Работы ещё много, но костяк уже заметен, ему осталось обрасти мясом, после чего я буду готов к расширению.

Глава 11. Рыбалка

Чаща.

— Аутар! Аутар! Беда!

В зал, представляющий из себя огромное пространство покрытое куполом из переплетенных ветвей ворвался встревоженный Суори.

Не смотря на свой звериный облик, его глаза с вертикальными зрачками выглядели испуганными и старались спрятаться, что-то рассматривая на полу.

— Говори…

Старик сидящий на своеобразном троне представляющем из себя пень от срубленного дерева, поднял руку, от чего золотые браслеты издали звон.

Позади гонца у дверей из плюща стояла пара воинов, они были закованы в металл с ног до головы и представляли собой самую статусную охрану пяти племён.

Сам глава Чащи, Сент, внимательно смотрел на гонца, развалившись в кресле, вырубленном прямо в пне.

В руках Сента лежал серебряный бокал с кислым Рандийским вином, его делают в горах, где добывают металл, крепкое и забористое, единственное, что может дать хороший сон.

Последнее время, Сент был мрачен и нетерпелив. Сделка с Тремя реками задерживалась, а ему уже порядком надоели одни и те же наложницы, хотелось свежего мяса.

Сын конечно грезит страшненькой дочкой вождя Ганадила, но уже после отца.

Он отхлебнул, причмокивая губами, представляя, как будет объезживать строптивую невесту, от чего вино полилось по плешивой бороде и впиталось в одежды, оставляя пятна на груди.

— Ваш сын. Он пришёл. Из похода… — Еле живой от страха, гонец пытался восстановить дыхание и говорил коротко, через каждую вторую фразу у него прорывался гортанный рык.

За дверью зала, сплетённой из ветвей, послышался шум, это собрались советники. Дармоеды понимают, что надо будет хорошенько полизать пятки, если Сент будет не в духе после беседы.

Стоило владыке подумать о непомерно раздутом штате совета, как снова закрутило живот, а изо рта вырвалась зловонная отрыжка.

— Так говори же, Тиирусова сыть, сраный ты ублюдок! — Прошипел местный король. — Иначе скормлю тебя тварям эпохи вторжения, пикнуть не успеешь.

— Слушаюсь, мой повелитель. — Собрался с мыслями гонец. — Ваш сын вернулся один, побитый…

— ЧТО!?! — Взревел Сент. — Кто посмел? Напали Каменщики? Кто-то поёт им в уши, надо найти предателя… — Стал строить план Сент.

— Нет, мой повелитель… — Вспышка гнева заставила гонца упасть на колени. — Он вернулся от Трёх рек, успел сказать, что у него послание. Сейчас он лежит у знахарки, она помогает прийти в себя. На его спине написано…

Гонец молился создателю, чтобы его не прибили прямо тут, отчего не в первый раз сбился.

— Что написано! Говори же, сорняк тупой!

— Написано — смерть, мой повелитель. Смерть.

— Аааарххх! — Прорычал Суори, грузно встал и сделав несколько неловких шагов приблизился к подчинённому, отвешивая тому оплеуху. — Позвать советников! — Рыкнул глава Чащи.

В двери тут же вломились три Суори, чуть не сбивая друг друга.

— Собирайте отряд, тупоголовые шемганы, мы идём на войну! И приведите мне сраного шамана из племени Роз!

— Но господин, у нас совсем нечем расплатиться. — Произнесли они хором, припадая на колени.

— Возьмём добычей! Разорим это кубло до основания, всех продадим в рабство, а селение сожжём… Я лично поднесу горящий факел!

* * *

Солнце светит, поют какие-то пичуги, всё как в России, разве что вокруг ходят рогатые пришельцы, больше похожие на наших мифических бесов. Хотя, вроде легенды гласят, что так оно и есть.

Я приказал сколотить большой стол, теперь каждое утро буду проводить мини собрания. Вокруг уже расселись, Адрок, Кархен, Россом, Силок, Хорех, Дана и Нини, последняя не так давно распекала меня за то, что забираю слишком много рабочих рук.

Вообще, по моим ощущением, самым большим мужиком в селении была она, простая кухарка. Если не мужественность, то размер яиц явно поболее чем у всех встреченных.

Ей было всё равно, маг я, тёмный властелин или сам создатель, если ей что-то не нравилось, она шла и говорила это в лицо. Полезное качество, но для жизни при дворе не совсем подходит.

Мне же пришлось учить Нини готовить то, что я привык есть.

Мы половину утра обсуждали разные рецепты и их приготовление, но к чему-то общему не пришли. Банально не хватало кухонного пространства, оборудования, посуды, да и нормальной земной женщины.

Сами Суори большими эстетами или гурманами не были, что-то даже могли есть сырым, а что-то даже живым.

Придя в ужас от таких рассказов Нини, я твёрдо заявил, что за столом, где я присутствую, ничего шевелиться не будет, кроме гостей естественно.

Муку они толком не производили, классическую пшеничную имею ввиду, в ходу был какой-то аналог рисовой. Даже не представляю, как готовить из такой что-то съедобное. Хлеб рогатых напоминал камни, если дать ему постоять хотя бы день, а в целом походил на пластилин.

Рисковать готовить что-то из этого не стал, решил, что попасть в мир иной ещё успею. Поставил себе заметку, найти пшеницу. Возможно такой культуры тут и вовсе нет, тогда придётся отказаться от мучных изделий.

В общем и целом, миры похожи, уверен, я здесь найду замену каждой привычной мелочи.

За утро мы с Нини приготовили много всего, для начала запекли пять куриц, несмотря на то, что их в общем-то итак мало. Дело в том, что конкретно эти звери оказались представителями сильного пола, поэтому пошли в расход в первую очередь. Мы расчистили пространство последнему «петушку», который сейчас расхаживал по деревянной клетке, будто царь и бог.

Хотел пустить перья и пух на что-то полезное, но не удалось. Пуха совсем нет, а перья жёсткие и маленькие.

Яиц нанесли около двух десятков штук, многовато если честно, возможно от испуга.

Всё отправил в яичницу, настрогал туда вкусно пахнущей зелени.

Из приятных новостей — нашлась соль. Да она была грубой и какой-то сероватой, но если её потереть в ступке, становится приятнее, даже на зубах не хрустит, это ли не прогресс.

Сейчас, я с интересом следил за тем, как будущая команда рогатых с неприязнью косится на еду. Каждый получил свою порцию и теперь перед ними стояли парящие миски и кружки. Нини посоветовала что-то аналоговое на замену реального чая, выглядит, как та ещё бурда, но за неимением иного, приходится пить.

Не так противно, как могло показаться, пахнет чем-то травянисто-ягодным.

Суори приступают к еде, смотрю как их лица меняются.

Выражение брезгливости сменяется тошнотворным, затем несколько секунд работает челюсть, появляется задумчивость, а напоследок в глазах разгорается интерес.

— Не так плохо, как я думал. — Хорех вычищает тарелку листом какого-то салата.

— Да, отец, и правда. — Повторяет его жесты Силок.

— А я говорила, что владыка хорошо готовит. — Одна Дана сияет.

Владыка… Смакую это слово на языке, мне нравится. Когда-то давно я был им, повелителем целого мира, но сейчас не те времена. Теперь в подчинении неполная тысяча человек и какая-то разруха, куда ни глянь, слова не придадут статуса. Впереди предстоит очень много работы.

— Беру свои слова назад, это вкусно. — Кивает Нини, её взгляд изменился, теперь в нём уважение.

Так и получается, каждый имеет свой уникальный подход, кто-то уважает за силу, кто-то за умения.

— Итак, суори и суоритянки… — Смеюсь. — Сегодня фронт работ не меньше. Силок и Хорех, вы так же остаётесь главными по добыче глины. Вам в помощь идут все дееспособные мужчины, что и вчера. Нашим новым жителям, я говорю про нападавших, дать несколько часов передышки и снова загнать в яму. Кроме тех, кто согласился работать и служить. Не пройдёт и недели, как они сдадутся.

— Что делать мне я и сама знаю. — Выпятив вперёд грудь, сказала Нини. — Только попробуйте оставить меня без работников, не посмотрю, что владыка!

Нини грозит кулаком, кто-то даже улыбается.

— И не собирался, Нини, всё в силе, ты готовишь еду. — Обвожу присутствующих взглядом. — Кархен, продолжаешь работать по плотницкой части, мне нужны будут кирпичи, много кирпичей. Силок и Хорех, забыл вам сказать, надо будет облицевать прудик речным камнем, диким, без разницы.

— Россом, я начертил макеты, твоя задача отковать.

— Был бы металл… — Скрипит старик.

— За металлом к Дане, я сложил его в храме. Адрок, на тебе охрана, твоё место у реки, смотри за пленными и не дай никакому рыболюду утащить сборщиков камней.

Шаман кивнул.

— Ну и Дана, ты меньше всего боишься леса, поэтому на тебе будет сбор семян и группы посадки. Разбей участки земли, жду список. А ещё к вечеру мне нужны все известные тебе культуры, которые мы можем вырастить.

— Для нашей почвы их не так много. — Сомневается Суори.

— Оставь это на меня, просто держи в голове, что наша почва самая плодородная. — В голову приходит неожиданная мысль, она вырывается откуда-то переваренным опытом из прошлой жизни. — Нини, мне нужна зола со всех домов в деревне, собери её и россыпь как можно равномернее по всему полю, после чего надо будет снова слегка перекопать её. Кархен, ты сделай то же самое, но мне нужно всё дерьмо шемганов которое сможешь найти.

— Его не много, мы так или иначе удобряем почву. А вот нашего предостаточно.

— Ваше не требуется, никогда так не делайте, это может быть вредно. — Наставительно вещаю я.

— Почему? — Удивляется рогатый.

— Потому, что… — Пытаюсь сформулировать. — Много заразы можно подцепить, ты ведь не знаешь, у кого что внутри.

— Тоже верно.

— Работаем.

Хлопаю в ладоши и исчезаю из-за стола.

Мой путь лежит выше по реке, где я собирал камни.

Перемещаюсь на тёплый песок, после чего иду вдоль русла. Поиски мои банальны, если рыболюды контролируют рыбу, значит здесь должна стоять какая-то ловушка. Может быть даже дамба, построенная бобрами или тварями с подобными строительными замашками.

Ничего и близко похожего нет, прыгаю микро порталами, чтобы покрыть большее пространство. Пока не решаю раскинуть сеть, вплетая туда новые условия для поиска. Тепло рыба выделяет слабо, разума у неё нет, приходится потрудиться, чтобы засечь жизнь под слоем воды.

Так становится куда проще, вижу редкую рыбу под толщей воды, маленькая и совсем не то, что может пойти на обед.

Прыгаю выше к самому озеру, чтобы пройти в обратную сторону. Но никуда идти не приходится, прямо на выходе вижу большое скопление рыбы и парочку её разумных родственников с талантом бить по мозгам.

Всё верно, выпадающую из озера воду отлично фильтруют, тут стоит самая настоящая сеть, которая наверняка раздулась под водой точно парус корабля.

Рыба напирает на неё, стараясь прорвать, но не может, её тут же разгоняют рыболюды, как парочка охранников на входе модного клуба.

Сети хватает на метров сто, больше расширять не хочу, уходит неприлично много энергии.

Прохожу по берегу, словно кот у аквариума, чтобы рассмотреть и понять, сколько же тут жителей.

Пока замечаю не так много. Может быть я так сильно проредил их население? Не думаю. Озеро приличное, здесь может спрятаться до тысячи русалок.

На меня никто нападать не спешит, как бы близко я ни был.

Решаюсь на рыбалку.

Углубится в лес и найти несколько жирных Тиирусов, которых кстати не так много, как раньше. Видимо я всё-таки неплохо тут поохотился. На то, чтобы найти змеев, уходит примерно час, что непозволительное хамство с их стороны.

Договориться миром не получается, не удивительно, я не понимаю на змеином. Да и повадки не кажутся мне гостеприимными.

Забираю сферы, примерно окупив половину затрат на путешествие в лес.

Вытаскиваю туши и швыряю в озеро, подальше, но не настолько, чтобы не хватало радиуса сети. Осталось только выжидать. Плеск воды наоборот распугивает парочку мелькнувших на границе видимости дара рыболюдов.

Смотрю, как змей медленно погружается под воду, чтобы не проморгать момент, когда на него клюнут.

Ну, давайте дорогие мои, где вы ещё увидите такого жирного червя.

Как бы это не было странно, никто не клюёт. А может они просто не едят подобное? Эдакие избирательные вегетарианцы…

Через несколько десятков минут, понимаю, что переоценил себя и недооценил противника, они вовсе не такие глупые.

Приходится действовать по старинке, на живца.

В голову приходит мысль, бросить всё это и не вылавливать живую особь, план может и не сработать.

Несколько дней назад я уже пробовал ковыряться в голове у русалок, они тогда представлялись мне батарейками и исключительно добычей. Сейчас я рассматривал рыболюдов больше с практической точки зрения, хотя, каждый из них был обладателем самого большого ядра, которое я видел. Казалось бы, куда практичнее?

Решаюсь на риск.

Прыгаю порталом, зависая над серединой озера, а затем падаю вниз.

Тело ножом входит в водную гладь, высота приличная, поэтому погружаюсь очень быстро. По плану, они не смогут удержаться перед подобным лакомством.

Единственное, что не успел учесть, это разницу в наших скоростях под водой.

Первый удар приходится резко и заставляет вскрикнуть, выпускаю почти весь запас воздуха.

Пузыри поднимаются наверх, а я смотрю на свою раненую грудь, струйки крови медленно окрашивают воду. Вот бес! Я даже не успел ничего заметить, промелькнула тень, закрывая ломанные солнечные лучи ниспадающие сверху.

Ещё одна тень и снова удар, на этот раз в плечо. Пытаюсь поймать уродца за хвост, но только повреждаю руку. Вокруг уже клубится приличных размеров туман из крови, а я даже не понимаю с какой стороны нападают.

Две атаки проходят безнаказанно, за ними ещё две. Раны по ощущениям не глубокие, в основном приходятся на те места, которые оказались беззащитными в силу реконструкции доспеха. Реконструктора на мылом вот мое мнение.

Даю себе последний шанс, чуть отплываю, чтобы заметить приближающееся пятно, которое очень быстро превращается в оскаленную пасть монстра.

Хватаю уродца за морду шею, рука крепко сжимает чешуйчатую плоть. Прыгаю порталом на берег, оказываясь на горячем песке.

Рядом в истерике трепыхается рыболюд, что-то шипя на своём. Бью его по морде, от души и с оттяжкой.

— Сука…

Уродец утихает, возвращает человеческий облик, чешуйки будто втягиваются в кожу, через минуту она становится гладкой. Вот это метаморфозы, а интересные здесь зверушки.

Ко всему прочему, это даже не мужик, а баба. Снова баба! Все проблемы от женщин.

Завороженно наблюдаю, как она изменяется.

— Вот бл…ь!

Чешуйки все исчезают и исчезают, пока процесс не доходит до пояса, но не останавливается, пока я сижу с отпавшей челюстью, передо мной оказывается полностью обнаженная девушка.

С двумя руками и двумя ногами, и без какого либо хвоста! Что за херня тут происходит?

Пиком абсурда считаю резкий шипящий возглас.

— Убью-ссссс!

От неожиданности снова вырубаю русалку мощным хуком справа.

Глава 12. Рыбка

Приходит в себя рыболюдка только через час. За это время я хорошенько так поизвращался.

Не надо думать плохого, просто пришлось слегка изучить, чтобы не обнаружить ещё чего удивительного.

С виду обычная девушка, разве что полностью обнаженная, это единственная разница.

Стройная фигура, полная грудь, фантастическое лицо, чёрные будто смоль волосы до лопаток, но внутри меня не просыпается практически ничего мужского при первом взгляде. Сразу же вылезают воспоминания о той чудовищной пасти и трансформации, это отбивает всякое желание рассматривать её с этой стороны.

Пока русалка в отключке, плескаю немного воды, ей на спину. Та странная метаморфоза, стоило ей покинуть озеро, не выходит из головы.

В ответ на воду, кожа тут же покрывается твёрдыми на вид чешуйками стального оттенка.

Интересное свойство.

Прислушиваюсь к дыханию девушки, чтобы понять, не станет ли этот отдых на песочке для неё последним.

Дышит ровно, слабо, но учитывая то, что она без сознания, считаю это нормой.

Ладно, поехали, приходи в себя красотка.

— Тышшш… — Шипит эта ходячая рыбина. — Убьюсссс!!!

— Понимаешь меня? — Отхожу на пару шагов, русалка поднимается на руках, ноги живут своей жизнью, будто она и не ходила никогда, бьется словно припадочная.

Странно, я ее понимаю, судя по выражению лица, она тоже. Язык слегка исковеркан, но тот же что у Суори.

— У тебя все могут превращаться в людей? — Спрашиваю её.

— В… людейссс? — Она даже на секунду потеряла боевой настрой. — Убьюссс!

— Ты неисправима, давай уже сменим пластинку?

— Пластинкуссс?

— Бес, да тебя видимо могу успокоить только незнакомые слова! — Догадался я и решил дать ей порцию оных.

— Рефрижератор, Россия, аристократы, Романовы, Фонвизины, Ананьевы, синтезатор, аппликация, домофон…

Чем больше я говорил, тем больше русалка расширяла глаза. Слова ранили её слух, она не могла найти аналогов, не могла провести связей, не понимала, что это такое. Вроде и на её языке, а вроде и ничего общего нет.

— Убьюссс! — Снова завелась она, решив, что будет гнуть свою линию до конца.

— Я пытался, видит создатель. — Возвожу руки в небо, чтобы кто-то там свыше подтвердил слова.

Ничего не произошло, не грянул гром, небо не затянуло тёмным полотном туч.

— Точно, вот придурок, я же здесь бог.

Вторгаюсь в сознание русалки, сметая средней сложности защиту.

А создания хороши, даже есть некие щиты, вот это действительно любопытно. С другой стороны, они же поголовно менталисты, а нам без защиты никуда.

Воспоминания просмотреть не получается, а вот задать цель или приказ, очень даже.

Через двадцать минут усердной работы и хорошей порции энергии, беру её за ногу и швыряю назад в воду, наблюдая, как та оживает, покрывается чешуёй и валит в недра.

Бомба запущена, часовой механизм начал отчёт.

Перемещаюсь в селение, чтобы продолжить заниматься своими делами.

Рыбина приплывёт сама, прорвёт плотину-сеть и выпустит всю скопившуюся рыбу в реку. Сама рыба, как ресурс мне сейчас не сильно нужна, хватает мяса Тиирусов. Это скорее работа на перспективу.

Судя по характеру, как я понял, племя рыболюдов имеет патриарха и отправил свою тарпеду прямо к нему. Слишком большая эмоциональная связь с главарём, это чувствовалось, когда я был внутри неё…

Был внутри неё, звучит как-то не очень. Меня даже передёрнуло от такой мысли.

Она бросит вызов главе и сойдётся в поединке. Если он не поймёт, я пришлю ещё одного диверсанта. Раз эти уродцы разумны, будем брать их измором.

Суори помещали ровные ряды кирпичей в печь, работа спорилась и протекала очень быстро. Завтра к утру я получу первую партию. Да, пришлось слегка помочь в просушке камня, но это пошло на пользу.

Я призвал ветер и попросил его немного поиграть в рядах кирпичей, после чего вся влага из них вышла куда быстрее.

Хорошо, когда ты маг и можешь оптимизировать работу. Никогда не рассматривал смертоносные способности с такой стороны. Так недолго и пацифистом стать.

Качаю головой и отправляюсь к реке. Возле берега стоит лодочка, которой судя по всему очень давно не пользовались. Очевидно, местные не такие самоубийцы.

Осмотрев свои угодья, иду искать Кархена, чтобы на пальцах показать ему свою задумку.

У реки я видел лист, которым укрывают крыши хижин. Он растёт на чём-то похожем на бамбук, из него делают ограждения и заборы. Листы большие, до одного метра в длины и до сорока сантиметров в ширину, соответственно сам бамбучный ствол очень крупный и идеально подходит для задумки.

До самого обеда решаю проблему полива почвы.

От засеянных полей до реки примерно метров триста, может четыреста.

Рублю бамбук ветряными лезвиями на две половины, вычищаю мягкую сердцевину, которая обволакивает ствол по кругу. Получается что-то вроде желоба.

Остальные стволы вычищаю не раскалывая, от чего получаю примитивные трубы.

Кархен притаскивает водяное колесо, мы идём к берегу.

Поднимаю в воздух несколько камней, готовя основание для колеса. Тут бы идеально подошли сваи, но сейчас некогда идти глубоко в лес.

Конструкция обычная, деревянный круг с шестью ковшами, крутится за счёт течения, в верхней точке ковши выливают воду в желоб, который входит в трубу, ведущую к полю.

Колесо высотой метра четыре, не знаю насколько быстро износится, но надеюсь не скоро. Трубы стоят на простоватых рогатинах, они доходят до поля, где я произвёл ещё одно нововведение.

Нарубил ещё ростков местного бамбука, только уже куда меньше, совсем молодых и выставил на рогатины ровными рядами, прямо над грядками, проделал отверстия в своих «шлангах» и готово.

Получилось что-то вроде автополива.

Работа максимально простая и незамысловатая, но существенно поможет.

Не будут же у меня лишние Суори бегать туда сюда целыми днями, чтобы поливать почти гектар земли.

Запуск проводили всем селом. Мои подданные, а я именно так их и назвал в голове, были шокированы живым умом и смекалкой своего короля.

Я лишь смеялся, знали бы они, что я сейчас делаю и что мог бы сделать, обладай знаниями какого нибудь мастера по металлу или строителя. Смех, но было очень приятно.

Все с этого мига глянули иначе на всё, что я делал.

Наконец-то до рогатых головушек стало доходить, что я хоть и узурпатор и захватил власть, я делаю лучше чем было и что от такой сделки выиграют все стороны.

Поменялось и отношение, все стали собраннее и делали своё дело куда старательнее.

Параллельно с этим провёл воду в деревню, пустив ещё одну конструкцию туда. В будущем надо будет создавать для города систему водопровода, а мыслей пока нет, кроме как построить ещё большее колесо.

У самого колеса сделал возможность остановить поток воды, такую же сделал и для села, там достаточно было заткнуть отверстие, чтобы остановить подачу.

Ко всему прочему пришла мысль о фильтре.

Способов фильтрации знал не много, но это лучше, чем постоянно пить грязную.

Заодно, пока был у реки, хорошенько помылся, просматривая сетью нет ли поблизости русалок. Дана с утра принесла чистую одежду. Покрой грубый, но я же не девушка какая-то, чтобы не потерпеть.

В реке вода прозрачная и вкусная, да и в принципе мой организм подобное даже не колыхнёт, но в целом, я должен сделать фильтр для своих более хрупких подданных.

Как феодал, на полных правах и пафосе забрал одну из последних бочек с кухни Нини. До места дошёл без рубахи, на улице стояла дикая жара, поэтому решил обсохнуть по дороге.

Когда пошёл на кухню, Нини замерла, что позволило мне беспрепятственно прихватизировать посудину для будущего фильтра.

Немного смущал плотоядный взгляд синекожей красавицы, но я откинул лишние мысли и продолжил работу.

Для фильтра из бочки снова попросил у Даны ткань, взял два вида, покрупнее и помельче. Уложил слоями песок, древесный уголь, гальку и камни покрупнее.

Первая партия воды прошла через него очень быстро, но не смотря на это, она была намного чище, даже визуально. Обрадовавшись результату, снова пошёл к Нини, чтобы сказать, где теперь брать воду.

Девушка встретила меня грозным взглядом, который тут же превратился в какой-то отчаянный, залилась краской и убежала, закрыв дверь.

— Странная она, понравился что ли так… — Пробормотал себе под нос.

Суори работали, Суори ели и снова работали.

Они будто муравьи копошились повсюду, каждый был чем-то занят, каждый нёс благо для своего будущего.

Вечером, когда рогатые расходились по домам, усталые после долгого рабочего дня, они видели, что вокруг всё меняется. Кто-то впервые за день наблюдал новую водоколонку с фильтром, кто-то осматривал поля и прикидывал, какой урожай ждать, а кто-то слушал рассказы про нового владыку, который точно знает, что делает.

А сам владыка в этот момент занимался тем, что летел на потоках ветра, используя новую для себя функцию. Струи ласкали тело, вечерняя прохлада приятно обволакивала натруженные мышцы и приносила в них покой.

Он летал в вечернем небе, настолько далеко, что был похож на точку, не больше птицы.

Внезапно, ветер что-то прошептал на ухо, изменил своё отношение, стал горячим и сухим, а затем резко холодным и рваным. Владыка увидел нестройные ряды захватчиков, которые шли бить и грабить. На его лице расплылась улыбка….

* * *

А вот и новые рабочие! Я был бесконечно доволен, если бы вокруг не становилось всё холоднее.

Эксперименты с ветром, это конечно хорошо, но пора возвращаться на землю, чтобы отбить новое нападение. Очередной рогатый феодал собрался пощипать границы моих новых владений, надо доступно объяснить, что это теперь мои люди и моя ответственность.

На вид в колонне около двухсот воинов и три крытых телеги позади Может быть для того, чтобы увозить награбленное, а может быть везут свою провизию для обеспечения.

Коршуном падаю вниз, по пути выпивая несколько камней Тиирусов, чтобы зарядить источник.

Свободное падения, это колоссальное удовольствие.

Замедляюсь перед самой землёй, мягко ступая на неё босыми ногами.

— Тревога! Боевое построение! — Кричит какой-то здоровяк, тут же доставая из-за спины щит.

Передо мной выстраиваются больше ста бойцов, смотря из-за своих деревянных щитов. Сент где-то позади.

Закручиваю воздух, добавляю кинетики и беру под контроль пространство вокруг. Дело привычное и рутинное, остаётся только дойти до жирдяя старшего и убить, желательно быстро, у меня много дел.

Стрелы бессильно падают вниз, кто-то пытается пробить защиту мечом, но я иду вперёд не замечая сопротивления, будто раскалённый нож сквозь масло, прямо к одной из повозок, где вероятнее всего везёт свой зад лесной царёк.

Ветер с шелестом сдёргивает полог, лошади встают на дыбы, но не убегают.

Внутри никого…

Не успел я подумать, как откуда-то слева прилетает горящий огненный шар, растекаясь по щиту, будто брошенное в окно яйцо.

— Магия? Это интересно…

Воины расступаются, вижу клона Адрока. Старый, рога закрученные будто у горного козла, какая-то накидка из кожи и горящий злобой взгляд.

Рядом с ним стоит девочка лет пятнадцати, она держит руку на его плече.

— Ты посмел на меня напасть? — Вопрос риторический, на него нет ответа, лишь ещё одно заклинание оседает у ног.

В злобных глазах шамана прослеживается искорка непонимания.

— Как вы меня за…бали! — Шепчу сам себе. — Сдохни тварь!

Поток лезвий летит вперёд, но неожиданно нарывается на препятствие. Лезвия уходят по сторонам, скашивая по десятку воинов, не успевших даже подумать или произнести слово «смерть».

Девочка позади шамана качается, под носом две струйки крови.

Он использует её как батарейку! Приходит мысль. Значит свои силы старый хрыч бережёт. Ну, что ж, поиграем…

Кусок сырой силы ударился в щит шамана, заставляя того сделать шаг назад. Ещё один каст, взмах рукой и в него летит спрессованный воздух, способный превратить в муку камень размером с лошадь.

Шаман воздевает руки, удар приходится в щит, девочка падает на землю.

— Ах ты ж старый извращенец.

Земля под ногами становится мягкой, она закручивается в вихрь, грозя утянуть меня вниз.

Интересное применение, но слишком глупое.

Поднимаюсь в воздух и шагаю порталом прямо к рогатому кудеснику, чтобы схватить его за год и сделать ещё один прыжок, выкидывая прямо над созданной им же пропастью.

Воронка грунта принимает злобного шамана, поглощая вместе с его чрезмерно большим эго и маленьким мозгом.

Через секунду воронка застывает, почва выравнивается, хороня противника, делая его удобрением. Спустя минуту, уже ничего не скажет о том, что тут была магическая дуэль.

Остальные находятся в шоке от столь скоротечной расправы.

— Где Сент?

Они молча расступаются, вижу за повозкой чью-то толстую задницу и два столба ног снизу.

Настроения для долгой беседы нет, прыгаю к Сенту и хватаю за шкирку, поднимая в воздух на добрые полкилометра, после чего отправляюсь к новым работникам.

— Вы взяты в плен, будете работать на благое будущее империи.

Звон сложенных клинков служит ответом.

— А что если не будем? — Хмуро спрашивает здоровяк в первом ряду, так и не сложивший оружие.

— Тогда вас ждёт его участь. — Пожимаю плечами.

— Чья?

На этой фразе на землю со шлепком падает Сент, его голова разбивается, будто арбуз.

— Дальше объяснять?

— Нет. — Блеет зелёный от страха Суори.

Колонна двигается дальше, оставляя на земле десятки тел.

* * *

— Новые рабочие руки, господин? — Довольно улыбается Хорех.

— Да, ты угадал.

— Куда их?

— На сборы камня, и следи, чтобы никто не убежал. Будут собирать камень и складывать у села, завтра начну размечать дороги, начнём их делать.

— Хорошо.

Хорех и ещё десяток бойцов берут под конвой безоружную колонну с больше чем с полутора сотнями воинов.

Пора уже задуматься о том, чтобы вывести свои регулярные войска, либо какую-то систему контроля. Что сейчас помешает этой маленькой армии поднять бунт или разбежаться? Десяток моих рогачей с копьями и мечами?

Даже не смешно. Скорее грустно.

Подумаю над этим в ближайшее время. Нахожу Адрока, он у реки, следит за работами. Само присутствие шамана вызывает у всех страх, когда прихожу я, старые пленники уже не реагируют. Да и осталось их мало, тех кто из первой волны. Многие начинают присягать, убеждаясь, что здесь все равны и перспектив как никогда много.

— Послушай, старик, — обращаюсь к Адроку. — Сколько ещё душ в чаще?

— Не знаю, повелитель, может быть пятьсот, может тысяча. — Пытается припомнить Адрок.

— Это хорошо.

— Вы планируете всех забрать?

— Да, всё верно. Завтра с рассветом ты отправляешься в путь. Будешь временным губернатором… Тьфу ты, вождём короче будешь в их маленьком мирке. Когда мы тут построим первый квартал и начнём расселение, ты приведешь всех сюда.

— А зачем это делать? В чаще куда удобнее и безопаснее, там есть древесины и плодородная почва — Приводит аргументы шаман.

— Ты не думаешь наперед. Мы и в чаще поставим селение, но позже. Сперва стоит защитить то, что есть. Тут у нас ресурсы, вода, древесина, а почва уже очень скоро даст хороший урожай. Мы закрыты практически с трёх сторон, а там, будем будто обдуваемая всеми ветрами палка в поле.

— Я понял вас, повелитель. Простите, что позволил себе глупое высказывание.

— Прощаю, за спрос не бьют, но сперва задумывайся о чём спрашиваешь. — Наставительно бурчу я.

Адрок кивает, а я иду дальше. Ночь почти вступила в права, скоро станет настолько темно, что обзор закроется полностью. Но не для меня.

Иду проверять прудик, который уже облицевали камнем и он готов к наполнению, вот завтра и займёмся этим, заодно запустим рыбу, которая возможно появится. В прудике будут разводится и жить самые вкусные и крупные виды, он будет исполнять роль холодильника, которого тут пока нет.

Дела-дела-дела…

Стою у реки, задумавшись о вечном. Под ногами что-то плещется.

Опускаю глаза, у самого берега высовывается симпатичная рожица русалки, которую я отпустил. Сначала не понимаю, что ей нужно, как она буквально выползает на берег.

Изувеченное тело, не сразу замеченные кровоподтёки на лице, видимо вода их сгладила, а сейчас кровь вырывалась наружу. Вполне красная и самая обычная.

— Ну привет, моя красавица, что же ты там сделала…

Следом за ней из реки высовывается около пятидесяти голов. Все молча смотрят на меня.

— Владыкасссс. — Шипит моя давняя подруга и теряет сознание.

Глава 13. Гонец

Итого — результаты неутешительные, в королевстве Датском, точнее Морском, случился переворот. Узурпировавший, по моим данным, король, был убит, но кем?! Простой русалкой, которая как торпеда пронеслась в… что у него там? Дворец, наверное. Взяла королька на вилы и удачно попала в сердце.

Причём вилы реальные, какая-то двузубая кость большой рыбины, судя по отрывкам воспоминаний.

Но быстро нечисть королевская не умерла, за время пока лягух мучился в конвульсиях, стража приняла его невнятные жесты за призыв покарать террориста и отметелили мою рыбку от души.

Я не закладывал такого сценария, но бывает же везение…

В этот момент, пока рыбку колотили, вытряхивая из неё мозги. Другие мятежники прослышали о кончине царька и полетели… Точнее поплыли в сторону дворца, норы, пещеры, чтобы вершить переворот.

Переворот удался, долгие годы рыбы были недовольны правлением и теперь свергнули действующую власть.

В этот момент рыба пошла на последний круг приказов, которые некий двуногий поместил в голову. Следом за ней увязла стража, охраняя новую королевишну. И вот эта рыбо-дама у моих ног, вся побитая и кажется без признаков жизни.

Бес! Я просто хотел свой прудик с рыбой, не более, зачем мне вот это всё. Если сниму закладки, она может стать новой узурпаторшей.

Эх, как не крути, а кажется у меня появилась власть над рекой и куча подданных, филейные части которых я бы хотел видеть в тарелке, а уж точно не у себя в реке.

Вздыхаю и беру русалку на руки, точнее никакую не русалку. Стоило ей покинуть воду, как она снова невинная дева, слабо отличимая от обычного человека. Ну, разве что тут нет людей.

— Ждите здесь, двуногих не трогать… — Приказываю рыболюдям, чьи головы частоколом торчат из воды. И не найдя, что сказать, добавляю. — Хорошие рыбки.

Иду в поселение, на руках лежит побитая красотка. Вызовет ли это вопросы? ДА!

Вокруг начинается гул, Суори осмелев в моём присутствии подходят и смотрят на ношу, но не ближе, чем на пару шагов. Единственная, кто подобрался вплотную, это Дана.

— Кто она? — девушка даже нахмурилась. — Твоя родственница? Ты говорил, что один тут…

— Такого я не говорил. Но да, она явно похожа на меня. Это рыболюдка. Видимо не зря о них ходят такие легенды, вы знали, что эти существа могут превращаться в подобных мне?

— Нет. — качает головой Дана. — Правда Адрок мог что-то знать.

— Ну да ладно, это не совсем важно сейчас.

К любопытным подошла Нини. Кухарка сопровождала нас, встав по правую от меня сторону и разделяла скептицизм и тревогу Даны.

— Оставишь её здесь? — спросила Дана.

— Да, так и планировал.

— Хм… — Нини пошла прочь.

— Хм… — Повторила Дана и тоже ушла.

— Что за, хм?!

* * *

— Назову тебя Ариэль, будешь принцесской…

Как ни странно, я ощущал меньше злобы по отношению к этому монстру нежели чем к Суори. Видимо это профессиональная деформация, не могу воспринимать рогатых как союзников, присутствует постоянное напряжение. Как электростатика, в один момент может пробежать иска.

Русалка без сознания, думаю, как помочь ей вылечиться.

Я не лекарь и не целитель, мой организм восстанавливается будь здоров, но только при наличии энергии. Она по сути тоже магическое создание, значит всё что нужно, это напитать энергией её ядро.

Касаюсь разума спящей принцессы, стараюсь оценить наполненность ядра. Поражают размеры камней в головах этих существ. Кристаллы с мой кулак, получается для мозга остаётся не так много места. Поэтому я и подумал, что они не разумны.

Всё верно, ядро в голове практически пустое, она не может себя исцелить. Выпиваю несколько камешков Тиирусов, чтобы перелить силу в её сферу.

Удаётся, правда не с первого раза, даже при отсутствии энергии, разум ставит защиту, но для меня это совсем не проблема.

Замечаю, что мои ментальные закладки стали бледнеть, чем меньше в ней энергии, тем больше они теряют силу.

Значит, если она в следующий раз попадёт в подобную драку, они могут слететь. Радует лишь то, что на подобном уровне, когда закладки развеются, она сама не выживет. Если конечно ей не передадут энергию, причём очень быстро.

Раны на теле начали затягиваться, дыхание Ариэль выровнялось, она перешла из коматозного состояния в нормальный сон.

— Вот и славно.

С виду обычная девушка, ничего сверхъестественного.

Оставляю русалку, приказываю одному из воинов войти в комнату и сторожить. Саму королеву рыболюдей пристёгиваю к кровати за одну руку, если вдруг вскочит никуда не убежит. Меры избыточные, учитывая, что ходить по земле она не может. Точнее не умеет.

Дела не терпят, пора заняться обустройством посёлка.

Рыболюди ждут как ни в чём не бывало, правда больше не высовывают головы, но периодически появляются снаружи и исчезают, оставляя быстро смываемые течением круги.

В реке появилась рыба, значит скоро у меня появится разнообразие в меню.

Первая партия кирпичей готова, они стоят ровными штабелями и ждут, когда мы начнём их использовать. Меня такая картина радует.

Суори работают не покладая рук. Пока осматриваю территории, снова встречаю Нини. Девушка упирает руки в крутые бёдра, заявляя, что еда уже завтра закончится.

Моя армия рабочих более чем в тысячу особей пожирает мясо змей, будто саранча.

Если всю жизнь кормить человека, он умрёт, стоит прекратить это делать. Надо научить его охотиться.

Зову оставшихся воинов, вместе с ними отправляемся к лесу, где готовим ловушки. Простые до ужаса ямы, которые будут прикрыты тонким узором из веток.

От ям будет идти конструкция похожая на горло бутылки. Она тоже сплетена из тонких веток. Тиирусы глупые и неразумные, значит можно будет заманить подобного змея и убить.

Хорех готовит несколько копий. Россом отковал дряные наконечники, делаем древки и получаем очень длинные орудия, которыми и будем колоть змиев.

— Силок, ты быстро бегаешь? — спрашиваю потемневшего парня, кажется, он понимает к чему я.

— Да, господин…

— Отлично, слушай мою команду.

* * *

— Ааааа, мамааааа!

Это Силок, он бежит от двух змеев сразу. Они в нескольких метрах за его спиной. Рогатый обливается потом и летит не касаясь земли, его глаза увеличились в размерах от ужаса.

Как он докатился до такой жизни? Сейчас расскажу.

Силок сам сказал, что быстро бегает, поэтому когда ловушки были готовы, он аки горный козёл, да не в обиду козлам будет сказано, выступил приманкой.

Суори осторожно шёл по лесу, рассматривая окружающую местность, а стоило появиться Тиирусу, улепётывал со всех ног.

Охота шла гладко, змеи увлечённо скользили за парнем, он пробегал и прыгал в яму, где его уже ждали. Внутри ямы была щиток, за которым расположился проход из этой ловушки. Силка уже ждал ещё один рогатый, они захлопывали ход, а змей оставался один на растерзания выскакивающих со всех сторон воинов.

Схема хорошая, даже очень, но её слабость я выяснил через пару часов охоты.

Все змеи в округе закончились спустя несколько часов, Силок побежал дальше. Когда парнишка не вернулся через несколько минут, Хорех хотел было идти следом, но я его остановил.

Силка нашёл скованным огромным Тиирусом, который уже хотел было проглотить рогатого целиком.

Убив змея, я спас паренька, выявляя проблему.

Моя приманка не всегда замечала хорошо спрятавшихся змеев, поэтому риск потерять бойца очень велик.

Остановив охоту, задумался на тему обнаружения монстров, требовалось решение.

На выручку пришёл Адрок, который в своё время завоевал один из камней Тиирусов и теперь только удивлённо молчал, когда мы били их десятками.

То, что для старого шамана представлялось страшным противников, мне виделось в виде центнера мяса, которое прокормит людей. Чтобы Суори работали, следует хорошенько потрудиться и сделать конвейер из припасов.

Тиирусов оказалось так много, что о истреблении популяции я даже не задумывался. Часто мы находили в лесу целые клубки детёнышей, которых я даже подумывал разводить. Камни внутри них были, но размерами не внушали уважения, такое поместилось бы на кольцо, но никак не хватит для подпитки.

Вот тут разума коснулась идея, она засветилась, будто лампа. Такие идеи приходят героям мультфильмов и рисуются соответствующе.

Если Тиирусы способны расти, а камни растут вместе с ними, не удасться ли мне вырастить что-то подобное?

Вот почему по составу это кристалл, всё встало на свои места, он растёт вместе с хозяевами, ровно до биологического максимума. Интересно, а они способны вырастать больше? Пока, самый здоровый достигал пяти метров в длину и весом под пару сотен килограмм.

Значит я банально не видел гигантов, наверняка, они скрываются глубже в лесу, там же где бродили игольчатый и крот.

От этих мыслей стало дурно, я представил громадных змей. Если одна такая выползет из леса, будет очень плохо.

Каких она может достигать размеров? Я покосился на дерево, обхватов в двадцать толщиной… Может таких?

— Я наложил на камень заклинание, он может ощущать присутствие других камней. — Вещал старый шаман. — Если вы дадите мне такой камень, я смогу повторить.

Так, Адрок сделал что-то вроде игры горячо-холодно. Камень на его посохе сиял и грелся, стоило кому-то из монстров обладающих сферой появиться рядом.

— Это любопытно. Вот тебе расходник. — Выуживаю из кармана небольшой кристалл. Послушай, Адрок, каких размеров достигают Тиирусы, что ты знаешь?

Старик призадумался.

— Я много жил и много слушал, — начал издалека он. — Говорят тут где мы живём, Тиирусы самые слабые, их вытесняют из глубин леса. они уходят и плодятся на окраинах, лес растёт, растут и они, становятся сильными и большими.

— Значит растут, значит могут быть очень опасны… — Шепчу себе под нос.

— Да. — Адрок меня слышит. — Но лес столь огромен, что мы можем не бояться. Единственное, что страшно, он растёт. Если идти в лес много дней, можно не встретить опасности для вас, но это всё ещё будет край.

— Монстры, что выходят из леса, действительно опасные?

— Очень редко, очень… Раз в двадцать зим, может больше. Я на своей памяти видел только один раз. Так и пало наше племя, двадцать семь зим назад из леса вышло что-то большое, глаза его сияли, он появился ночью и вырезал половину деревни. Мы не успели ничего сделать, он ушёл и больше не появлялся.

— Но вы остались тут. — Заметил я.

— А куда нам ещё идти?

* * *

Значит опасность реальна, а ещё реальна та хреновина, которая носится на самом краю. Заметил я эту тень сразу, но не придал значения. Она профессионально петляет и уходит от слежки, это способность куда опаснее, чем сотни Тиирусов.

Надеюсь моих воинов тварюшка не помножит на ноль, они создают много шума, это по идее должно отпугнуть любого зверя. Ну, кроме тупорылых Тиирусов, которые хотят есть больше чем жить.

Следующий день проходит за охотой, конвейер работает, словно швейцарские часы, без перебоев.

Оставляю рогатых развлекаться, смотря на бегающего со светящимся камнем Силка.

Гора кирпичей растёт, как и гора досок, которые я лично заготовил Пора задумываться о том, чтобы закладывать первые фундаменты.

В голове уже предстала карта города, я даже её расчертил на шкуре.

Город вырастет рядом с деревней и когда будут готовы первые дома, рогатые благополучно переедут.

Необходимо много камня.

Формирую бригаду гигантов, чтобы они стаскивали камни, выкладывая дорогу. Какая-никакая, дорога нужна, хотя бы в центре.

Адрок отчалил, отправился в сторону Чащи, где ему, надеюсь, хватит ума и сил захватить власть. В дорогу шаман получил несколько камней Тиирусов, поклонился и получил от меня инструкции.

— Если они не согласятся, сотри всех, сравняй это место с землёй.

— Они согласятся, господин, — уверенно ответил шаман. — На такие условия, что у вас, не согласится было бы глупостью.

— Начинаешь играть в придворные игры? — улыбнулся я. — Льстишь мне, а, шаман?

— Нисколько, мой повелитель. — говорит серьёзно.

— Ладно, только не перегибай.

Шаман ушёл, а я продолжил заниматься делами.

Вопросов на повестке нового слегка пасмурного дня было несколько. Во первых, это легионер, тварюшка таки осталась у нас в качестве трофея. Второй… Почему так медленно?

Суори ели и строили, как муравьи, но темпы казались ничтожными.

Закладывалась дорога, люди таскали камни, но скорость меня не устраивала.

Русалка так и не пришла в себя, что уже настораживает, либо она отсыпается после бессонной недели, либо ушла в кому. Проверил на всякий случай, по виду обычный сон, решил подождать. Раны уже порядком затянулись, зарубцевались и совсем не кровоточили.

Легионера я осмотрел, как коня. Заглянул даже в зубы, вывел на улицу и пошёл вместе с ним к реке.

Зверь порядком умотался, но мне он был нужен.

Всю шкуру покрывали, как свежие, так и застарелые раны. Такое ощущение, что цель хозяев была убить тварюшку, а вовсе не использовать для своего передвижения.

Моё отношение к Суори и их питомцам, претерпело изменение.

Самое главное, это Милиена. Да, она стала моей супругой, одной из нескольких. Мы правили сотни лет, часто были на волоске от смерти, причём реальной. Она помогала мне, советовала, выполняла поручения, помогала расслабиться. Горячая синекожая красотка оказалась страстной и нежной, со временем я её полюбил, моё сердце оттаяло, в нём больше не нашлось места для ненависти. Только старые ноющие раны, нанесённые вторжением.

Купаю в реке легионера, русалки разумно не показываются. Точнее легионер сам себя моет, барахтается в воде, как щенок, а перед этим едва ли не десяток минут жадно пил.

Худой, кости выпирают, для работы он будет куда полезнее коня, поэтому следует откормить.

Ловлю пробегающего мимо воина, прошу накосить свежей травы и застелить тот амбар, где мы держим тварь. А ещё, прошу передать Нини, чтобы принесла какое-то корыто для скотины и вывалила в него одну кадку змеятины.

Воин радостно кивает и уходит. Хорошо ему, освободили от присмотра за копающими глину Суори, а ещё он увидит первую красавицу на деревне, формами которой грезит тут каждый рогатый мужик.

Смеюсь, легионер выбирается из воды. Ложится у моих ног, обсыхает.

Веду животное на место, заодно вливаю один камень Тиируса в его сферу, надо чтобы он быстрее окреп.

К слову о работниках глиняных залежей. Я понемногу снимаю стражу, да и само количество рабочих тает на глазах. Это о тех, кто помышляет о побеге либо революции. Они каждый день едят от пуза, выполняют не сложную для них работу. Мужчину Суори очень крепкие и массивные, копать сутки на пролёт, это не самое сложное для них занятие.

Поэтому выработка глины идёт быстрыми темпами.

Кирпич обжигается и уже готов. Вспоминаю про раствор для фундамента, делать его бетонным не смогу, не имею нужных ингредиентов.

Собираюсь создавать фундамент всё из того же камня.

Скоро, очень скоро будет готов первый чистовой дом, пока один. чтобы проверить технологию возведения, перенести её из проекта в реальность, а затем уже делать копии.

Заложить основу для просторного жилища собираюсь завтра, пока важнее первый перекрёсток и площадь, где и оно и встанет.

Отдельным зданием должен стать ангар, где будет хранится уголь. Здесь же в идеале поставить кочегарный механизм, чтобы обеспечить дома центральным отоплением. Это уже очень амбициозная, но выполнимая цель на будущее.

Сразу после решения проблемы с водоснабжением.

Механизм будет по началу прост, обычная водонапорная башня с ёмкостью, способной обеспечить водой до десяти тысяч рогатых.

Уже представляю, как он отреагируют на душ или батареи.

Подхожу к Хореху, есть одна идея, она должна воплотится в жизнь.

— Послушай, мне нужно, чтобы один из Суори сегодня убежал. Кто-то из явных саботажников, уверен, такие есть. — негромко говорю своему полководцу.

— Есть, — степенно кивает тот. — Позвольте спросить, зачем это нужно?

— Мы посеем зерно, польём его и соберём урожай. Он вероятнее всего не будет лгать, когда доберётся. Я вижу этих Суори, они рады сытой и стабильной жизни, думаю подобные есть везде.

— Есть, — снова соглашается Хорех. — Вы собираетесь использовать его, как гонца.

— Именно.

Хорех пообещал заняться диверсией уже этой ночью.

Обходя территорию, увидел, как ко мне бешит запыханная Дана.

— Там, там…

— Снова кто-то нападает? — нахмурился я.

— Нет… — Дана перевела дыхание. — Рыболюдка, она пришла в себя.

Глава 14. Гостья из дикого леса

— Проснулось, чудо-юдо, — улыбнулся я, стоило мне войти в штаб. — Как себя чувствуешь?

Русалка села на кровати, точнее её подобие. Поджала под себя ноги и забилась в угол. Волосы упали на лицо, закрывая глаза, чёрные, как смола.

Я покосился на бодро торчащие груди третьего размера, сглатывая про себя. Хороша чертовка, интересно, рыболюды все такие?

— Повелитель? — робко произнесла она, понимая, вошёл.

— Ты уже не шипишь? — это меня удивило.

— Горло, — она указала на названную часть тела. — Уже привыкла.

Значит адаптируется к воздуху, пропала вся изюминка, но так даже проще.

— Это хорошо. — киваю. — Что будем с тобой делать дальше? Есть мысли?

— Принять. — даже не думая произнесла она.

— Что значит, это принять?

— Я буду служить, без вас умру.

— Это верно.

Чешу затылок, действительно, такой противник мне не нужен. Моя натура не позволит столь ценному ресурсу быть незадействованным.

— Тебе комфортно на воздухе? — обвожу рукой всё вокруг.

— Сначала болело горло, сейчас лучше.

— Отлично. Ты цела, вылечилась? Наверное хочешь есть?

— Да, — робко произнесла она. — Рыбу, если можно.

— Накинь это, дойдёшь до реки и сама наловишь себе нужное количество.

Кидаю ей накидку, больше похожу на покрывало, чем она и является.

Та ещё ткань, грубая, но все важные части тела прикрывает. Правда грудь выглядит ещё аппетитнее, соски едва видно, но это даже интереснее.

Русалка неловко поднимается на ноги. Пришлось даже довести болезную рыболюдку до воды.

При приближении к воде, снова появились головы других русалок. Они приблизились, когда Ариэль стала опускаться в воду и бережно приняли тело своей правительницы.

Я отошёл на шаг назад.

— Увидимся, будь неподалёку, думаю тебе станет полегче в воде.

— Да, вы правы, повелитель. — уже куда веселее произнесла она и нырнула под воду, вызывая всплеск и ликующее шипение.

— Моя малышка стала такой взрослой, — утираю невидимую слезинку. — Лети, пташка лети… То есть плыви!

— С кем вы говорите, господин? — подошёдший Хорех удивлённо посмотрел на реку, где минуту назад были рыболюды.

— Сам с собой конечно же! Сомневался в своём повелителе? Это ты зря…

Загрузив Хореха, спросил.

— Суори сбежали из плена?

— Да, как вы и приказали, самым ярым дали возможность убежать.

— Отлично, пусть расскажут, где были и что видели, а мы будем ловить рыбку в мутной воде.

А теперь, мне нужен Кархен и Россом. Проектировщиков тут нет, поэтому придётся объяснять на пальцах.

Ловлю плотника, вместе с коренастым Суори идём за вторым мастером.

— Что-то желаете, господин? — Спросил Россом, отрываясь от огня.

Кузнец, хмурый малый, но проникся ко мне уважением, после того, как я сумел задобрить этого старенького бодибилдера.

Он будто девчонка завизжал, стоило ему понять, что я сделаю огромную кузню и дам ему столько металла, сколько он не видел в жизни.

Россом принципиально носил в кузне один фартук и рукавицы, торс сверху обнажён, показывает всем свои стальные мышцы, будто сам отковал собственными руками. Хотя, так оно и есть.

Стало даже как-то завидно при виде перекатывающихся по телу мышц. Я не самый слабый и маленький представитель, но в сравнении с перекачанными Суори выгляжу, словно десятиклассник рядом с самым продвинутым качком.

И как осколки металла и искры не жгут кожу? Загадка. Молотом он орудует бодро, стучит так, что уши закладывает. Вся деревня ждёт, пока работа Россома закончится, не ценят пение металла.

Парочке своих мастеров передаю мыслеобраз города, который построил в голове. Конечно же это строжайшая тайна, никто не должен знать об этом, ни при каких условиях.

Оба стоят, будто громом поражённые, глаза на выкате, даже дыхание сбилось. Вечно деловой и размеренный по жизни Кархен, напомнил мне мальчишку, которого пустили в парк аттракционов.

— Повелитель! — кричат оба, как один.

— Там и правда будет железный мост?! — Россом.

— Такие высокие дома! Всё из дерева! А кровати и полы, они такие гладкие, будто зеркала… — на морде Кархена застыло мечтательное выражение лица, впрочем, Россом не отставал.

— Только я даже не представляю, как сделать половину из того, что видел! — сетуют оба, снова будто два брата, говоря синхронно.

— Ничего страшного, большинство из этих вещей… — парочка внимательно слушает. — Даже я не представляю, как сделать…

— Ууу….

— Но не бойтесь, мои верные подданные, мы всё решим.

Как хорошо, что мою белозубую улыбку и энтузиазм можно заложить в качестве первого взноса в этот банк доверия.

Повелитель всё решит, повелитель мудрый и сильный… Так и вижу бегущую строку на лбу каждого из мастеров.

Да, они и должны так думать, иначе не будут верить. Ну, я никуда не тороплюсь. Попытка воззвать к памяти каждый день терпит поражение.

Но прогресс есть.

Мне снятся кошмары, где я бьюсь с какими-то подозрительно похожими на последние воспоминания роботами. Они атакуют волнами. В воздухе слышится звук летящих снарядов, источник магии словно голодный желудок сводит в судорогах.

Мои супруги рядом, они выставляют щиты, мы отражаем атаки и взрываем врагов, но они не кончаются…. На этом всё.

К нашим же делам. Тут всё сложно.

Как работает водонапорная башня? Обрывочные знания, чтобы разобраться, придётся не один вечер подумать. Как сделать водопровод? Как подготовить руду к выплавке?

Следом за первым в голове встали сразу сотня вопросов.

А заодно, родилась хорошая мысль.

Я совсем забыл про то, что внутри мира в который занесло его императорское величество, есть коренные обитатели. И я сейчас не про племена, я говорю о других жителях, которые, ставлю свою голову, превзошли этот уголок технологически.

Стоит только найти подобный город, а затем заняться охотой за головами, выманивая профессионалов и переселяя в своё маленькое королевство.

Идея отличная, думаю сработает.

Пока, я был не уверен в том, что мой народ проживёт хотя бы месяц без моего участия, а значит, надо укрепить их позиции, перед тем, как идти в путешествие за молодыми и немолодыми талантами.

Если с нападающими всё просто, стоит только собрать боеспособное население и никто не рискнёт на нас нападать. То с лесом сложнее, в любой момент из него может выйти какая нибудь хрень, которая помножит мои батарейки в виде рогатых двуногих на ноль.

Всё как никогда складно, но только в голове.

После того, как две боевые единицы на фронте труда были хорошенько обработаны, осталось заняться своей работой.

Дел накопилась целая гора и маленькая тележка. Пока восстанавливается русалка, попросил приказать её подданным наловить рыбы для небольшого прудика.

Свежая рыба это хорошо, даже от одной мысли о таком блюде, во рту начала скапливаться слюна.

Прудик отделали изнутри, проложили дно камнями, плотно замазали щели, даже поддали термообработке.

Я бы не хотел, чтобы вода уходила. Поверх искусственного дна будет сформировано речное, со временем. Ил и прочее, чтобы рыба себя комфортно чувствовала. Так же из реки будет постоянно поступать свежая вода и проходить через пруд, а также вносить всякий корм.

Сразу за рыбой встал вопрос о том, чем её кормить.

Но тут выручила Ариэль. Она принесла какие-то ростки и сказала, что это отличная еда.

Сама рыба напоминала карасей, только весом под три-пять килограмм и с руку размерами. Чешуйки сверкали на солнце, вызывая отблески в воде.

Всего, русалы принесли около двухсот экземпляров, которые сейчас, как мне кажется весело плескались в прудике. Но на деле видимо ищут, как слинять в родные пенаты реки.

Теперь, когда народ Суори и рыболюдов стал одним целым, рогатые всё чаще подходили к воде и не боялись быть утянутыми на дно. Рыбу делить не приходилось, я отдал приказ ограничить рыбную миграцию ниже по течению, чтобы она оставалась доступна только нам.

Адрок сказал, что другие Суори испытывают голод и лишения проживая в замкнутом месте, с одной стороны заперты горами, а с другой диким лесом.

Поэтому мы подстегнём голод исскуственно. Лето пролетит быстро и у всех разумных на плато, встанет вопрос, что делать дальше?

Я уже посадил древо ответа, которое распустило свои ростки далеко вокруг нашего небольшого поселения. Беглецы скоро доберутся до своих соотечественников, интересно будет глянуть на их ответную реакцию.

В ожидании последствия долгоиграющих ходов, с головой погрузился в работу.

Теперь, когда река стала доступна, стало проще воплотить идею с лебедкой и подобием фуникулера. Но для этого надо набрать достаточное количества кустарника из леса. Из кустарника получатся плотные канаты, которые и будут служить опорой для тележек.

Работа над верёвками продолжалась, но по времени займёт ещё дня три. Столько же будет изготавливаться механизм лебёдки, чтобы не перетереть канаты раньше времени.

Доски же были впереди планеты всей, как и кирпичи, уже потребовалось сделать три навеса, чтобы сохранить их от влаги.

Кирпичи росли, словно небоскрёбы, красуясь ровными рядами и ловя блики солнца.

Незаметно прошло несколько дней, а за ними и ещё несколько. Жизнь протекала неспешно, но куда быстрее, чем её видели раньше коренные обитатели. Даже я был приятно удивлён скоростью.

Сил тысячи работников с лихвой хватило для закладки первого километра улиц, которые выглядели поначалу, как выстеленный брусчаткой крест посреди поля.

Но вокруг этого креста очень быстро стали расти дома.

Сначала мы с Суори совместно заложили фундамент, первый из двух десятков домой.

Сейчас на возведении деревушки работали почти все.

Одни заготавливали материал, другие заливали фундаменты, третьи уже начали возводить первые домики.

Мне срочно требовались плотники, побольше. Кархен к сожалению был один и работал без продыха, как и Россом. Рано или поздно два этих не молодых рогача перегорят, что тогда делать?

Нападения нет, это слегка напрягало. Но оставить поселение без поддержки не хотелось.

Неожиданно быстро вернулся Адрок. Он привёл из чащи ещё около полутысячи Суори. В основном дети и старики, но хватало и молодых парней.

Выглядели они напуганными и измождёнными, смотрели со страхом из под бровей, многие дети даже скалились.

Распределить их оказалось трудно, но так или иначе все интегрировались. После чего я дал им сутки отдыха, а Адрок вернулся к своим обязанностям и надзирательству. Шаман сейчас самая настоящая левая рука владыки, а вот Дана правая.

Дочь бывшего вождя, умничка, взяла на себя гору обязанностей по организации мирного и нетрудоспособного населения. Даже не представляю, как Суори справляется, ведь народу там вдвое больше чем у меня.

Нини набрала кухарский штат, охотники стали приносить больше мяса Тиирусов. Охота стала привычным и повседневным делом. А ещё, те кто убивал змеев получили некий особый статус, уважение, благодарность.

Вечерами, когда представлялась возможность отдохнуть, они собирались у костра и травили байки. Дети часто посещали подобные посиделки и с широко раскрытыми глазами слушали рассказы взрослых.

Посещали подобные сборища не только дети, но и молодые рогатые особы с весьма выдающимися формами. Впрочем, именно за этим, как мне кажется, охотники и затеяли всё дело.

Я не препятствовал становлению новой гильдии охотников, посоветовал только Силку, который неожиданно стал главой этого течения, вести учёт и книгу всех встреченных тварей, чтобы разрабатывать тактики противодействия.

Книги в виде корочек на подобии бересты, сложенных рядами под прессом. Слава создателю тут присутствовала письменность, иначе было бы куда сложнее.

Парень смышлёный, если не перегорит из него может получиться отличный управленец.

Первые дома закладывали всем миром. Потихоньку, но качественно.

После того, как застыла пятёрка фундаментов, встал вопрос, делать всё из камня или дерева.

Ответ — из дерева, можно сразу отмести. Город должен быть основательным, а главное, его не должны сжечь.

Пока ресурсы под ногами, мы не можем полагаться только на дерево.

С горем пополам, договорились с Кархеном, который рьяно отстаивал свои интересы, сделать каменную постройку.

Россом стоял рядом и хлопал глазами, будь его воля, он был сделал всё из металла, но его столько не наберёшь.

Вообще, сейчас кузнец приуныл. Металл кончался. Что это такое, пара сотен килограмм, которые я собрал в пещере? Всё пошло на инструмент, без которого никак.

А ведь кроме этого понадобятся гвозди.

Мне срочно нужен был тот, кто сможет проконсультировать по выплавке металла из руды, ну и сама руда бы не помешала.

Но пока, ставили первые дома из того, что есть под рукой, а затем решили пересмотреть тактику. Сейчас народа куда больше чем жилья, поэтому стоит поторопиться.

Россома порадовал, когда отдал весь принесённый из поселения Сента металл.

Адрок постарался, оставил там голые стены, разве что не унёс и весь лес. Шаман порывался вернуться и закончить дело, но я его не отпустил.

Так, как здания в центре должны быть достаточно высокими, спроектировали три этажа.

Переноска камней стала самым тяжелым, но тут слегка помогла моя способность к телепортации.

Суори на берегу складывали огромную гору камня, которую я одним махом переправлял в другую сторону к поселению.

По энергии мне это стоило не больше одного кристалла Тиируса, а рогатым экономило около дня работы по транспортировке.

Вопрос мебели тоже сверкал открытым забралом, призывая выйти на бой и решить вопрос главенства.

Порывшись в воспоминаниях, выдернул строение кроватей и смоделировал у себя в голове несколько проектов. Так, как досок много, дал проект примитивной мебели Кархену, чтобы он начинал заготовку элементов. Дерево должно просохнуть перед тем, как мы его используем, чем раньше начнём, тем лучше.

Вообще, сейчас мозг работал куда продуктивнее, если так подумать. Я стал раскрывать многогранность дара, экспериментируя с разными жизненными ситуациями, которые плотно осели в памяти.

Что самое главное, удалось успешно посылать мыслеобразы, не тратить время на зарисовку и точную постановку технического задания.

Работа кипела, поселение возводилось стремительно.

Следом за первым домом, стали ставить коробки остальных. Глина в избытке, камни тоже, деревья под боком.

Через неделю появились первые ростки на полях. Система работала, как часы, обильно поливая поля.

Удобрений в достатке, даже сделали компостную яму для сбора отходов, где перемешивалось и настаивалось всё вместе. Навоз шемганов, объедки со стола и обрезки мяса Тиирусов.

Запах стоял тот ещё, особенно под жарким солнцем.

Прошли и дожди, пару дней стояла пасмурная погода и небо разверзло свои хляби, орошая землю.

Группа женщин нашла в лесу грибы. Пришлось срочно подойти к месту и проанализировать из, не давая срезать.

Этим же вечером выкопали землянку, куда посадили три вида грибов. Если они будут давать урожай, это станет ещё одной победой и разнообразит продуктовую корзину.

Неожиданно стало не хватать соли.

Специи в целом здесь какая-то роскошь.

Поиск залежей соли прошёл успешно, с другой стороны горы, которая расположилась за рекой, нашли солевое месторождение.

Вообще, чем ближе земля к лесу, тем она богаче на ресурсы. Я даже мельком заметил масляные пятна выходящей наружу нефти. Здесь это называлось земляным маслом и использовалось в основном в военных целях, ибо это самый быстровоспламеняющийся элемент, доступный племенам.

Тень из леса так и не появлялась, поэтому я расслабился, отпуская рейдеров всё дальше.

Если они натыкались на Тиирусов, то команда быстро убивала животинку, филейные части которой отправлялись на стол, а всё остальное, исключая кости в компост.

Костей скопилась целая гора, пока непонятно, что с ними делать, поэтому хранятся неподалёку в лесу. Хищников не много, но есть разнообразная фауна насекомых.

Насекомые помогали активнее некуда, очищали кости от остатков мяса, проходясь ковром.

В будущем я собираюсь их использовать. Сейчас уже развернулось небольшое производство стрел с костяными наконечниками, но материала всё равно так много, что девать некуда. Поэтому большинство пойдёт на костную муку, часть которой будет в ходу в виде добавки в корм животным, а остатки на удобрения.

Земля охотно откликалась на вливания, она цвела и пахла… Местами не очень приятно. Но тем не менее, даровала плоды и легко поддавалась возделыванию.

Началась активная добыча угля, как раз к концу второй недели.

По моим прикидкам, летний период продлится ещё около пары месяцев, а затем наступят холода.

Всё это мотивировало быстрее отстроить дома, Суори понимали, трудились не покладая рук.

При застройке, снова напомнила о себе нехватка металла, поэтому печи пока ставили из кирпича, оставляя пустоту на месте плиты. В будущем, когда поставим плиты, они послужат отличной варочной поверхность. Но в чём варить? Снова дефицит металла.

Местные привыкли к глиняной посуде, поэтому часть самой пригодной глины отправили женщинам, которые на примитивном оборудование делали неказистые горшки.

От беглецов так и не поступило вестей, возле деревни не стягивались силы противника, будто всем было всё равно на мою экспансию и захват целой провинции по их меркам.

Это затишье слегка беспокоило, но я придерживался выжидательной тактики, похоже как и мои противники.

По прошествию трёх недель, размеренный быт деревенской жизни был нарушен.

Во первых дозорные обнаружили несколько разведчиков, а во вторых, лес дал нам неожиданный подарок.

— Мой повелитель! Из леса вышла девушка!

— Хм, ещё одна? — только и смог выдавить я.

Телепорт привёл на окраину, где я прошёл оставшееся расстояние до одинокой качающейся фигурки.

Надо же, что за чудо?

Девушка, ростом около полутора метров, всё зелёная, словно вымазана в краске. А ещё, у неё сзади свисает хвост! Настоящий хвост, но больше похожий на шипастую лиану!

На голове два небольших рожка, растительного характера, острые зубки и насыщенные зелёные волосы.

Дриада?

Только приблизившись заметил, что она ранена.

На бедре большой отпечаток укуса, как и на плече, ссадины и кровоподтёки. Вот почему она покачивается.

— Кто ты? — останавливаюсь в трёх метрах.

— Защити, прошу…

— От кого защитить?

— От него… — указывает на лес.

— От леса?

— Нет, от его порождения.

Присматриваюсь к зелени и просветам между деревьями, чтобы найти требуемое.

На первый взгляд никого.

А если раскинуть сеть?

Мать твою!

— РуарррРРРР!

Глава 15. Королевство Лейн

Жители предгорья имели хорошее и выгодное расположение. Ресурсы имелись в достатке, дерево, камень, пресная, кристально чистая вода и главное, металл.

Самое большое поселение пяти племён жили в изобилии, но проблем хватало.

В горах очень быстро закончилась живность. Приходилось конкурировать за дичь с местными хищниками, которые из-за голода холодными зимами совершали набеги на поселение и наносили ощутимый ущерб.

Правитель местности, аутар Омнос, уже двадцать лет успешно управлял своими поддаными, но вот вопрос выживания вставал всё острее.

Торговля с другими племенами приносила ничтожно мало результата. Чаща итак имеет дерево, а камень трудно поддаётся транспортировке. Металл им не нужен, они покупают готовые изделия, так как рядом нет топлива для переработки.

Уголь в поселении аутара истощался, он понимал, что это очень скоро сильно ударит по жителям.

Сейчас владыка сидел у себя в доме и нервно ждал вестей от Чащи.

— Аутар! У нас есть новости! — вбежал гонец.

— Говори.

— Мы были в чаще, поселение опустошено, жителей на месте нет.

— Военный захват?

— Исключено, нет следов драки или мёртвых. Они будто взяли и ушли.

— Так проследите, куда они девались! Если вы это не сделали, значит есть что-то важное, ближе к сути…

— Да, всё верно, — коленопреклонный Суори ответил. — Мы наткнулись на одного разумного, он говорит странные вещи. Лучше вам самим послушать.

— Веди его!

Омнос отошёл от карты провинций и сел за массивный стол, уперев руки толщиной в древесный ствол.

Подчинённые ввели уставшего Суори, одетого в лохмотья, ранее бывшие домотканой одеждой.

Суори отчаянно озирался, но стоило ему увидеть правителя, притих.

— Что ты мне расскажешь? — с любопытством спросил хозяин. — Где все твои соплеменники?

— Их увёл шаман племени Трёх рек. Они теперь служат новому владыке. — сказанное вызвало у Омноса ещё больший интерес. Разумный же продолжил. — Я сбежал, смог дойти до Чащи, где встретил ваших воинов.

— Кто этот новый владыка?

Вопрос вызвал у беглеца ступор и заминку.

— Он похож на рыболюда, внешне по крайней мере…

Брови Омноса взлетели.

— Сильный маг, захвативший племя…

— Что он намерен делать? Ты знаешь?

— Немного, — признался беглец. — Он строит новое поселение. Чудаковатыми методами. Поработил рыболюдей, заставил их служить.

— Как?! — воскликнул Омнос, нервно стуча пальцами по столу.

— Я сказал, он сильный шаман.

— Он поработил поселение?

— И нет и да…

— Точнее, дерьмо шемгана, что ты имеешь ввиду!

— Они не выглядят порабощёнными. Они свободны, но много работают, добывают глину, камень, дерево, он строит… дома…

— Но там же только дикий лес. — хмыкнул правитель.

— Он убивает Тиирусов сотнями, сильный маг, как я и сказал. Он разбил воинов нашего владыки, самого его убил, как и его сына.

Повисло молчание. Нарушил его Омнос, спустя минуту.

— Что с остальными соплеменниками?

— Они работают, он дал выбор, либо работать, либо… Я не знаю.

— От тебя мало информации. — зло выдохнул Омнос.

— Мне показалось, что он хочет объединить все племена. Подмять под себя, он сможет, я думаю.

— Это мы посмотрим. Позвать моим разведчиков.

* * *

— РурррРРР!

Это, что ещё за тварь?

Вопрос так и застыл в голове. Дриада обернулась, прихрамывая на одну конечность.

Её хвост взметнулся, она собралась продать свою жизнь подороже.

А вот я бы поторговался, не в моём стиле отступать перед подобным.

Монстра выбравшегося из леса сложно описать, он одновременно похож на шакала или на очень крупную антропоморфную собаку, размерами с легковой автомобиль.

Массивные передние лапы, вероятнее всего способные не только поддерживать тушку, но и хорошенько так боксировать в стиле девочек. Когтями и по морде, имею ввиду.

Вытянутая, будто у добермана морда, стоящие торчком уши, но пасть куда короче собачьей. Зад покатный, с коротким декоративным отростков в виде хвоста.

Тваарь рычала и пробиралась по земле, будто ползком, словно на неё сверху давило пару тонн.

Понимаю, что это ради маскировки.

Как только мы рассекретили тварюшку, она спряжинила вперёд, прыгая из положения по пластунски, вытягиваясь в жадном желании обнять.

На такие поползновения ответ один. Гравитационный молот, как можно назвать способность к телекинезу.

Он разом убивает аппетит монстра к человечине, но к сожалению сам монстр остаётся на удивление целым. Он скулит, как побитый пёс, отлетая на добрый десяток метров.

Упасть не упал, грохнулся на ноги, оставляя в земле большие борозды.

Я посетовал, что не швырнул его в сторону поля у деревни, меньше пахать бы пришлось.

Тем не менее, зверь не самый умный, начинает раскачиваться на манер маятника и снова пытает удачу.

Что-то привлекает его, что-то полутораметровое и совершенно обнажёное. Может он переродившийся пришелец из другого мира? Например подросток, который так возбудился от вида прелестей дриады, что у него поехала крыша.

Тем не менее, впечатывая тварюшку вторым ударом, времени хватает подумать о том, что последние дни слишком много у меня в окружении девушек без одежды.

Вчера вот случайно вошёл в летний душ, который поставили у реки, а там оказалась Нини.

В шоке были оба. Девушка вскрикнула, будто увидела заползающего Тиируса. Вот не поймёшь женщин, ростом выше меня, килограмм на тридцать тяжелее, а визжит словно девчонка.

Я же был в шоке с обнажённой кухарки, которая славилась на всё село самой большой грудью.

Подобного мой мозг не выдержал и я до сих по не спал, стоило закрыть глаза, как перед взором появлялись полушария Нини.

Вот и сейчас, отвлёкся, а вообще-то у нас бой.

Тварь шла кругом, стараясь вычислить, куда ударить.

Я старался не выпускать собачку из вида, тем временем готовя атаку на разум.

В хозяйстве такой защитник понадобится. А не удастся приручить, станет компостом, в общем ни грамма ценного материала мимо урны.

У пёсика были другие планы и служить какому-то страшному двуногому он не хотел.

Кинулся в очередную атаку, но тут же схлопотал стрелу в морду.

Оборачиваюсь, вижу Хореха, собирающегося второй раз выстрелить.

— Стоять! Не портить!

— Что? — удивляется тот.

— Вот если я щас твой доспех продырявлю, будешь рад?

— Нет, — мычит тот и догадывается. — А вы из него доспех собрались сделать? Но…как? Натянете на себ…

— Тьфу тебя, болван. Нет, я его собираюсь приручить.

— А чего он не шевелится?

— Потому что пленён. Лучше принеси мне покрывало, надо нашу гостью укрыть.

— Точно! — хорех пялится на дриаду секунд пять, сглатывает и бежит в село, прямо навстречу отряду из десятка Суорей.

Встречает бойцов и отправляет назад, а я смотрю на тварь.

Радар показывает, что никого вокруг нет.

Вторгнутся в разум пса не получается.

— Он не восприимчив к магии. — тихо говорит дриада. — Поэтому такой опасный для меня, я бежала несколько километров, пока не попала сюда.

Всё это время, тварь удивлённо рычит и болтает головой, пытаясь выбраться из кинетического захвата.

Дриада же смотрит на меня не отрываясь, хлопает своими глазами диковинных размеров и молчит.

— Откуда ты узнала об этом месте? — спрашиваю мимоходом, пока занимаюсь основным делом, фиксирую голову монстра и подхожу ближе.

— Лес сказал… — тихо щебечет она.

— А, ясно.

Тут на деле у нас девушка с лесом говорит. Не встречал людей с таким даром за свою немаленькую жизнь.

— Ты не реагируешь на мою магию? — удивлённо шепчет она.

— На какую магию?

Анализирую потоки силы вокруг и вижу не слабое такое давление ментала. Её дар пытается расположить к себе, тщательно опутывает мою стальную защиту, словно побеги плюща, но безрезультатно.

— Прости, — видимо дриада понимает, что я заметил. — Это моя прирождённая способность, она помогает дружить с лесом.

— Это порождение дружить не захотело?

— Нет. Я слишком увлеклась, наблюдала за вами из леса, когда подобрался он.

— Так вот кто за мной следил. — киваю. — А я всё ломал голову, кто же избегает моего внимания.

— Твоя сеть очень хорошая, мне пришлось потрудится, чтобы избежать её.

Дриаду отвели в штаб, которым стала ратуша.

Я же остался у леса, думая, как подчинить себе монстра.

Сам пёс стоял обездвиженный, бешено вращая глазами. С его пасти стекали нити слюны. Энергия на удержание расходовалась, а вариантов решения всё не было.

Идея пришла внезапно.

Если я не могу взломать его разум не разрушив, стоит запустить вирус, взаимодействовать через третью сторону.

Кинжал оставляет разрез на ладони. Делаю такой же разрез на шее монстра и окропляю его кровью.

Осталось подождать.

Защита слабеет, монстр начинает рьяно вырываться, но процесс запущен.

Контроль над разумом открывается всего на минуту, но успеваю вложить достаточное количество закладок на верность и подчинение. После чего, отпускаю монстра.

Он падает на брюхо и начинает остервенело трясти башкой.

Всё это занимает ещё пару минут, перед тем, как агрессия со стороны порождения проклятого леса слабеет.

— Сидеть! Лежать!

Монстр выполняет требуемое.

— Хороший мальчик.

Он что, высунул язык?

— Силок!

Стоящий на почтительном расстоянии молодой Суори с опаской подошёл ближе.

— Представляю тебе нового друга.

— Друга? — в ужасе переспросил рогатый.

— Ну, может подругу, я не уверен.

Силка пришлось силком подводить к мирному псу. А монстру дать команду, чтобы он подчинялся боязливому охотнику.

Через час, эта парочка стала почти лучшими друзьями.

Парень наглаживал пса, который катался по поляне на спине и подставлял брюхо.

— Попроси сделать для него седло. — посоветовал я восторженному Силку. — Будешь первым всадником.

— ДА!

Когда я убедился, что с Силком всё в порядке, пошёл знакомится с дриадой.

Тот то меня и позвала Дана.

— Что ты планируешь с ней делать? — в лоб спросила девушка.

Сканирую её эмоции, хм, не ревнует. Тогда что за вопрос?

Замечаю, как дочь вождя похорошела после своего первой встречи. Расцвела, будто стала выше и стройнее. Фигура снова таки очень привлекательная… Так, выкинуть эти дурацкие мысли!

— Вылечу, а затем отпущу, наверное. — туманно отвечаю на вопрос.

— Но, но она не выживет… — нахмурилась Дана.

— Не выживет? Ты её недооцениваешь. Она кому угодно, кхм… рога обломает.

Суори скривилась.

— Она лишь ребёнок.

— Какой ещё ребёнок? Не обманывайся её внешним видом. Это создание куда опаснее.

— Это называется дети.

— Да что ты такое вообще несёшь? Я дам ей право выбора. Пошли, убедишься в этом сама.

Дана последовала за мной, прямиком до штаба, где мы вошли внутрь.

Дриада сидела за столом и держала ладонь на плече, из под которой исходило зелёное сияние. При этом девушка стянула часть покрывала, чтобы обнажить рану, отчего одна грудь вывалилась наружу.

— КТО ЭТО? — от Даны полыхнуло ревностью, да и голос не обещал ничего хорошего.

— Та, кого ты назвала ребёнком. — тактично пояснил я.

— Я говорила про помощницу нападавшего на нас шамана! Которого ты похоронил под землёй.

— Ааа…. — дошло до меня. — Я совсем про неё забыл.

— Так кто это?

— Хранительница леса, меня зовут Лисария. — представилась зеленокожая.

— Лес охраняешь? — хмыкнула Дана. — Так иди в лес, чего тебе тут понадобилось.

— Это грубо. — вмешался я. — Она потребовала защиты.

— А ты взял и дал… — подозрительно прищурилась Дана, наезжая на меня.

— Дал.

— Все вы мужчины…

— Так, завершили споры, развернулась и вышла. Подумай над своим поведением. — отчитал я Дану.

— Не понимаю, что на неё нашло. — признался честно. — Не ожидал подобного.

Дриада сникла.

— Это моя аура, она не только защищает от монстров, но и живёт своей жизнью. Например в твоей подруге она увидела угрозу и подстегнула её чувства, понимая, что меня не дадут в обиду.

Ничего себе. И она вот так это признаёт? Тут всё больше владеющих менталом, чем я предполагал раньше.

— Что ты планируешь делать? Вернёшься в лес?

— Да, я не могу без него, он даёт энергию. — кивнула малышка. — Но я бы хотела, чтобы мы были соседями и союзниками.

— Мы будем. Но сначала тебе надо восстановится. Хочешь поделюсь энергией?

— А как это? — осторожно спросила она.

— Сейчас увидишь.

Беру её руку, стараясь прикоснутся как можно плотнее и начинаю перегонять. Всего десять процентов энергии. Этого оказывается более чем достаточно, дриада начинает светится, раны затягиваются на глазах.

— Ах… — сладострастно выдыхает она.

От этого «ах», по спине идут мурашки. Создатель милостивый, что она только что исполнила.

— Всё, хватит… — когда стоны начинают нарастать, разрываю контакт.

Дриада ещё несколько минут находится в прострации, перед тем, как прийти в себя.

— Это было потрясающе… — она даже облизывается. — Так вкусно, невероятно.

— Чем это вы тут занимаетесь? — в штаб входит Нини, оглядываясь по сторонам в поисках следов непотребства.

— А тебе чего здесь надо? Дана послала? — Нини молча кивнула, боязливо оглядываясь назад.

— Выйди, я всего лишь исцеляю нашу гостью.

Нини уходит.

— Всё, теперь отдохни, мы поговорим позже. — приказываю Лисарии, наблюдая, как он клюёт носом.

— Хорошо-о-о-о… — зевает дриада, обнажая ряд ровных зубок.

Отлично, теперь на одну проблему легче.

Выхожу на улицу, сменяя прохладу комнаты на знойный день, в уши врывается звук кузнечного молота, гул разговоров строителей Суори, жизнь кипит и бьёт ключом.

— Веди к помощнице шамана.

Дана молчит, чувствую в её эмоциях обиду и какое-то облегчение.

Она ведёт к девочке, которую разместила в своём домике, который достался ей от отца.

— Давай знакомиться.

Улыбаюсь, как можно дружелюбнее, чтобы не пугать.

Хотя, в данном случае, девочка пугает меня больше. Она неестественно спокойная и сосредоточенная.

Сидит в позе лотоса, скрестив ноги напротив. Мы за деревней в чистом поле, вокруг стрекочут кузнечики и возможно где-то ползают жирные упитанные Тиирусы.

Девочке на вид лет четырнадцать, если не ошибаюсь, всё же Суори взрослеют куда раньше чем люди.

Чуть заострённые уши, волосы заплетённые в мелкие косички и стянутые в хвост. Аккуратные клыки и слегка круглый нос.

Её зовут Миа, и переместились мы сюда сразу после того, как я узнал, что она жительница королевства Лейн. Королевства по ту сторону проклятого леса с огромным населением.

Как я и думал, не все здесь живут уединённо в горах, составляют племена и не развиваются.

Лейн крупное королевство, а что самое интересное, там полный матриархат.

Может поэтому Миа не по годам взрослая, больше напоминает мальчика.

Суори здесь, это отщепенцы ортодоксы, которые не прижились в основном мире, а позже и вовсе остались запертыми в здешних условиях. С одной стороны непроходимым лесом, а с другой, такими же горами.

Миа отбилась от каравана, который шёл через горы. Их занесло лавиной три зимы назад, когда она путешествовала со своей учительницей.

Миа маг, что позволило ей стать помощницей шамана.

— Сейчас, я не чувствую столько магии. Лес пожирает силы, звери накапливают энергию, высасывая отовсюду. — пояснила девочка.

— Ты хочешь домой?

— Да. — не раздумывая кивнула она.

— У тебя там осталась семья?

Ещё один кивок.

— Что, если я помогу тебе добраться до дома.

Она задумалась в отличии от прошлого вопроса.

— Что ты хочешь взамен?

— Твоей помощи.

— Какой?

— Ты станешь дипломатом, твоя семья поможет мне договорится с вашим королевством.

— О чём?

— О дружбе, торговли, невмешательстве.

— А если они откажутся.

— Тогда будет война.

Девочка задумалась.

— Как ты это сделаешь?

— Я просмотрю воспоминания в твоей голове и мы переместимся. Если не получится, то просто пройдём лес насквозь.

Глава 16. Сватовство

— Ты в порядке?

Дриада оторвалась от шемганов, лучезарно улыбаясь.

— Да, мне уже лучше.

Отлично!

С того момента, как Лисара появилась у нас в поселении, прошло около недели.

За это время мы поставили тридцать домиков, а ещё, девушка наконец-то полностью восстановилась.

Но даже пока Лисара приходила в себя, она не была бесполезным балластом. Девушка существенно помогла поселению. Увеличила удои шемганов в два раза, а местные куры стали нестись будто пулемёты.

Мы итак не испытывали проблем с едой, а сейчас и вовсе начался профицит запасов. Особенно таких, как скоропортящиеся молоко и яйца.

Кархен соорудил коптильню, куда выбирал исключительное дерево для копчения.

Мы начали запасать мясо Тиирусов впрок, не только засолкой, но и другими способами.

С молоком всё обстояло куда сложнее. Его надо использовать, поэтому пришлось сделать маслобойню. Масло, сыр — это всё может хранится очень долго.

Суори уже знали, как делать масло. Получалось оно не ахти, поэтому рецепт был доработан.

Вываривать сыр они не умели, поэтому данный процесс стал искренним откровением.

Сыр также коптили, какую-то его часть, для разнообразия.

Встал вопрос о торговле, поэтому я стал тщательнее искать разведчиков. Необходимо найти доступ к племенам, которые умели делать металл и добывать руду.

Путешествие в королевство Лейн отложили до тех пор, пока не попробуем выйти на контакт с соседями. Кроме металла, острая потребность ощущалась в стекле.

И я не о посуде или другой роскоши, например зеркалах. Я о обычных окнах.

Но в этом процессе сложно разобраться даже с профессионалом.

Просканировав воспоминания девчушки из Лейна, я выяснил, что там стекло тоже не в фаворе. Есть слюда, этого хватает.

Задача понятна. Осталось только вызволить из памяти что-то похожее.

Когда нашлось нужное воспоминания с какого-то документального фильма, я чуть не взывал. Процесс не просто сложный, он казался в нынешних условиях архисложным.

Самое главное в мастерстве, на втором этапе стоит само оборудование печь, щипцы, трубки и прочее, огромная рабочая поверхность.

Поэтому стекло было решено отложить до осени, сейчас пока просто сделали ставни, чтобы защитить строение от ветра и влаги.

Про торговлю я не забывал, как и про водный народ.

Ариэль пришла в себя, окончательно выздоровела. Подданные даже дали ей корону, теперь она не принцесса, а настоящая королева.

Русалки патрулировали реку, приносили рыбу, помогали переправиться.

— А что вы делали, когда жили в озере? — спросил я как-то.

Сидеть у воды вечером было круто, прохладный ветерок и спокойно текущая вода. Плюс умиротворяющий звук живности в виде трели лягушек.

— Мы магические создания, вода наша стихия, мы помогали ей течь, чистили канады, ухаживали за озером.

— Вот почему вода там такая чистая. — догадался я.

— Да, именно поэтому.

— А вы умеете колдовать? Применять силу?

— Да. — Ариэль охотно кивнула, затем провела рукой над водой рядом с собой и там появилась воронка.

— Ух… Хорошо. — киваю.

— А ты не знаешь, куда ведёт ваша река, которая уходит в лес.

— Мы туда не ходим, — принцесса задумалась. — Там много опасного.

— Монстры?

— Суори.

— Хм… Насколько далеко?

— В пяти днях. Они приходят охотится, там опасно, поэтому мы не живём в тех местах. Но есть другие подобные мне, они прячутся в воде.

После этого разговора, мне всё больше захотелось исследовать эти места.

Возможно это жители королевства Лейн. Ну, скоро познакомимся.

— Владыка! Вы просили сказать, если кто-то из разведчиков других племён будет рядом. — отчитался Хорех. — Они в доспехах из металла, горное племя.

— Сейчас и познакомимся.

Перемещаюсь в нужную сторону, где были замечены разведчики.

Металл, это хорошо. Вижу пару коней в овраге, а также запаниковавших воинов. Прыгаю порталом прямо к ним.

— День добрый, — приветствую. — Хотели меня видеть?

В овраге три коня и три воина, хмурые, рослые, клыки наружу.

Доспехи простенькие, но из металла, дурно откованного с примесями.

— Добрый ли? — спрашивает командир.

— Это вам решать, — отвечаю спокойно, спускаясь к ним, но не подхожу близко. — Всё таки вы на моей земле.

Суори мне понравились, оружие доставать не стали, просто держат руки на поясе, поближе к клинкам.

— Теперь это ваша земля? — уважительно спрашивает главарь.

Остальные трутся сзади, хотели было седлать коней, как увидели меня. Сейчас сбруя лежит под ногами, побросали, как поняли, что не удрать.

Если бы они не были в чистом поле, их бы даже не заметили. Но тут одна роща и она далеко на горизонте.

— Моя. Это племя решило служить мне, они под моим покровительством.

Суори раздумывают, новая для них информация.

— Пройдём в поселение, сами всё увидите, — пожимаю плечами. — Я не против, но оружие оставите здесь.

— Хорошо.

Выбора у них нет. Они складывают оружие и безропотно подчиняются.

— Хватайтесь за руки, — прошу не понимающих здоровяков, которые как-то по детски и неловко исполняют требуемое. — Теперь я перенесу вас.

Осторожно беру Суори за предплечье.

Мгновение и мы стоим посреди села.

— Что за магия?

— Сильное шаманство… — перешептываются два воина, главарь осматривается вокруг.

— Нини! — гаркнул я, от чего троица вздрогнула. — Собери на стол.

Появление кухарки сопровождается заинтересованными взглядами.

Фигура Нини и её формы не оставляют равнодушными никого.

Помощницы по кухне ставят на наш стол под открытым небом, сыр, масло, свежеиспечённый хлеб, салат из грибов, зелени, творог, миски с ягодами и наваристым супом. На столе также присутствуют жирные стейки из мяса Тиирусов.

У троицы переместившейся за стол, начинается активное слюноотделение. Они получают свои порции и замирают, обнюхивая приготовленное.

Попали мы вровень в обеденное время, когда дюжина кухарок только-только закончила приготовления. Соль, специи, наверное, там подобное в дефиците.

Рядом с нами ещё несколько столов, длинных и массивных. За ними сели рабочие, их стол по насыщенности абсолютно идентичен нашему. Воины удивлённо посматривают на них. За столом работников оживлённая беседа, смех и споры по рабочим моментам.

Через полчаса, когда они очистили миски и вдоволь наелись, приступаю к экскурсии.

Главного зовут Драк, с ним парочка близнецов, Аса и Иса.

— Вы испытываете нужду в ресурсах, все племена, — говорю я, показывая свои владения. — Я пришёл сюда, где увидел это племя. Намерения у меня мирные, но если кто-то решит воевать, получит сполна. У нас есть много ресурсов, но мало рабочих рук.

— А как же владыка Сент? — прищурился Драк. — К нам пришёл сбежавший пленник, сказал, что вы взяли в плен всех жителей.

— Мне не нужна угроза под своим боком. Он сам напросился, за что и получил. Оставь я село в покое, они бы выбрали ещё одного дурака, который решил бы прийти сюда с мечом.

Драк кивает, он понял ситуацию.

— Я заставил всех работать, но получают они гораздо больше.

Тут мы вышли к новому городку, который активно возводился вот уже месяц.

У воинов отвисли челюсти, они никогда не видели таких основательных домов.

Поля и вовсе привели их в восторг.

— Вы сделали невероятное, — Драк переполнился уважением и честно признался. — Я не видел племени богаче и счастливее.

— Все эти блага, я готов обменять на нужные мне ингредиенты. В вашем случае, меня интересует металл.

— Металл у нашего народа есть. — степенно кивнул Драк.

— Он мне и нужен. — смеюсь.

Мы ударили по рукам, хотя до соглашения было далеко.

Так, как дел очень много, решили прыгать к вождю Омносу телепортом, чтобы сократить затраты.

До гор тут четыре-пять дней пути, если скакать быстро, три.

Я выудил из воспоминаний Суори картинку поселения. Сказал, что мой дар работает, когда тот расслаблен и заверил, что не смогу увидеть лишнего.

Так и вышло… Ну, почти.

Вместе с картинкой местности, я своровал ещё парочку воспоминаний.

Устройство деревни, численность, примерное расположение воинов и процесс приготовления и добычи металла.

В общем всё то, чего так боялся Драк.

Здоровяк опасался, чем упростил работу, сам думал о том, что хотел бы скрыть.

— Будь осторожен, владыка Омнос самый старый и хитрый вождь, — предупредила Дана. — Возвращайся скорее.

— Хорошо. — просто ответил я.

Лисарии были даны инструкции помогать и защищать поселение, пока меня нет. Это станет первым испытанием на верность.

Когда появилась дриада, даже Тиирусы не заходили слишком далеко. Она умела управлять животными и располагать к себе лес. Помогала в сборе провианта, семян и ягод.

Но была и странность, Лисара не хотела убивать зверей, никаких. Она терпимо относилась к тому, что мы это делаем, но и помогать не собиралась.

Странная она.

Телепортировались рано утром.

Драк и его подчинённые по знакомой схеме сцепились руками и весь отряд переместился.

Очутились рядом с высоченной стеной. Я решил не прыгать прямиком в поселение, а ограничился входом. Ещё чего доброго, нашпигуют моих сопровождающих всякими тяжелыми железяками.

Передо мной стена, на ней мелькают головы в шлемах. Что-то новенькое!

Стена выложена из камня, она защищает вход в ущелье, откуда слышится гул голосов.

— Открывай, отрыжка шемгана! Свои! — прокричал Драк.

Шлемоголовые не качнулись.

— Я кому сказал, Фарик, я тебе зад надеру, помяни моё слово!

Один из шлемов на стене дрогнул и засуетился, начали открываться деревянные створки ворот.

Врата простые, как три копейки, будто два щитка. Обиты металлом, но внутри деревянные.

— Ну, сначала я так понимаю надо увидеть Омноса и поздороваться? — спрашиваю своих спутников.

Драк чешет затылок.

Суори в смятении, если кого-то они и приводили сюда, это были пленники. А тут их самих, будто малых детей отшлёпали и привели домой к отцу, который к слову, тоже сейчас всыплет.

Стремительно шагаю внутрь, прямо в сторону домика вождя.

Драк и помощники спустя пару секунд приходят в себя и идут следом.

— Сюда…

Чуть не выдаю, что-то типа: «Я знаю!».

Драк наконец обгоняет меня и ведёт в том же направлении.

Я заранее накинул капюшон, если бы местные увидели моё лицо, тут бы поднялась неплохая такая паника. Всё-таки в этом мире, я больше монстр, тут нет понятий; человек, демократия, зубная паста.

Вождь Омнос нас не ждал, его вообще не было в домике.

Хотя, жилище мне понравилось, просторное и основательное. Сделанное из дерева, бревна ещё пахнут лесом, стоит на сваях из камня и металла я так понимаю, внутри просторно, массивный стол, ковёр из медведя-неудачника, камин.

Сажусь за стол, на место правителя. Не хочу никого обидеть, просто кресло у него самое удобное.

Из окна, кстати слюдяного. Вижу прелестную картину.

Окно открыто, ведёт на задний двор, где расположилась поляна, а на ней ещё один домик. Куда меньше, но красивее и элегантнее.

Возле этого дома купель, откуда сейчас выходит настоящая принцесса. Полагаю, дочерь местного металло-магната.

Драк тоже решил было посмотреть, но его я не подпустил, покачал головой. Мол — не надо, дружок.

Девица на диво хороша. Упругая оттопыренная задница, жаль не видно грудь, стройное тело, впрочем, которое тут же скрывается в халате.

Пока любовался, куда-то пропал Драк, а затем и вовсе пришёл хозяин. Сколько же времени прошло? А она так и выходит из бассейна, может в слоу-мо? Что за бесовщина?

Дверь в дом распахнулась, скрипнув рассохшимися шарнирами. Отрываю взгляд от девицы, неохотно.

Передо мною настоящий гном. Короткий на фоне остальных Суори разумный, но вширь раза в три толще. Коренастый, массивный, жира не замечено, мышцы да и только.

— Вот он каков, наглец… — прошипел он беззлобно. — На место моё метишь?

Сам Омнос прошёл вперёд и уселся на скрипнувший под ним стул напротив.

Я скинул капюшон, он даже не поморщился. Смотрели друг на друга с минуту, оценивали, пока он не заговорил.

— Знаю, хочешь торговать. — произнёс он.

И голос подобающий, звучит как обвал в горах, по нарастающей и грозно и грозно, а затем долго вибрирует эхом в голове.

— Хочу. — постукиваю пальцами по столу.

Взгляд сам по себе рвётся к окну, где всё ещё позирует девица.

Она омывает ножки, выставив их из под халата и поставив на край купели.

— Кажется мы будем торговать, — довольно смеётся Омнос. — Я приму любое твоё предложение, при одном условии.

— Каком?

— Раздели с ней постель. — как ни в чём не бывало сказал этот гном.

— Что??? — вопрос гудел колоколом.

Омнос расхохотался, отчего казалось, что в окнах заплясала слюда, перезвоном колокольчиков.

— Зачем это тебе? — недоумевал я.

— Понимаешь, это долгая история…

Омнос поведал мне кое-что интересное.

Дочь звали Сизи. И поведение её Омносу очень не нравилось.

Дама уже взрослая, но в свои годы совершенно не увлекается ничем, что делают её сверстницы.

Поселение вождя самое большое, около трёх тысяч разумных. Но аппетиты лидера на этом не заканчиваются. Он тешит себя мыслью, выдать её замуж вот уже который год. Но кавалеры бегут от неё, как от огня.

Дело в том, что она очень свободолюбива и совершенно против династического брака.

За пределами дома, пока я пялился на его дочурку, Омнос прослушал отчёт Драка, который в красках рассказал о том, что увидел.

Услышанное, ему понравилось. Поэтому владыка задумался о том шансе, который подвернулся ему с помощью самой госпожи судьбы.

Новоявленный владыка в моём лице, привлёк отчаявшегося отца. Он боялся, что вкусы дочери специфичны и касаются только себе подобных, женщин. Это толкнуло его на отчаянные меры.

Последнего жениха она так и прогнала, когда он застал её в постели с его же сестрой.

В общем, тут у них было весело.

— Она не интересуется ничем, понимаешь! — горячо выдохнул перегаром Омнос.

Мы уже около трёх часов сидели и грубо говоря напивались.

Вождь накрыл скудный стол и заливал меня пивом.

Видимо одной из стратегий было попросту разговорить гостя. Я тактично промолчал о своей некой невосприимчивости к алкоголю. Вот так и сидели, обсуждая в основном Сизи.

Спустя несколько часов, я уже стал своим в его доме, что немного странно.

Омнос придерживался широких взглядов, что может быть большим влиянием его дочери.

Если бы такой персонаж жил в мире Земли, он бы был очень толерантным.

Это же надо, свести свою дочь с монстром по их меркам.

Когда дело дошло до армрестлинга, который я смутно запомнил, всё усложнилось.

Омнос долго пыхтел, стараясь положить мою руку на стол, но ему это не удалось.

Видимо рогатый решил, что мало выпил, поэтому ничего не получается. Запрокинул трёхлитровую кружку из дерева, заливая боль поражения и попытался ещё раз.

Мы ещё многое обсудили. По крайней мере, пока Суори был в состоянии вести дела.

К вечеру он так накидался, что заснул прямо за столом.

Я решил оставить вождя, собираясь осмотреться.

Тихо открылась за спиной дверь. Обернувшись, натыкаюсь на надменный взгляд Сизи.

Глава 17. Тот с кем не стоит ссориться

Она прошла мимо. Я удивился походке, не идёт, а плывёт. Настолько невесомо, что под ногами не скрипнули ни одна половица.

Прошла к отцу и поморщила носик, после чего снова стрельнула глазами в сторону меня.

— Не многим, удаётся перепить папу.

— Я не многие. — пожимаю плечами.

— Уже поняла.

Она присела, рядом с спящим отцом, закидывая ногу на ногу, взяла со стола кружку и налила себе выпить. Я пожалел, что не могу видеть сквозь стол. Понюхала, припала губами.

— Почему молчишь? — спросила она, когда глотнула.

— Говори ты.

От неё повеяло эмоциями, презрение, смешанное с лёгкой яростью. Горячая штучка, раз её так легко завести.

— Мужчины… — прошептала она себе под нос, после чего уже громче добавила. — Ждёшь, когда женщина первая заговорит?

— Если женщина пришла поговорить, да.

На этот раз, эмоции были нейтральными. Она смешалась.

— Отец уже предлагал меня? — прямо спросила красавица.

— Да. — киваю.

— И что?

— Предложение интересное, но я ещё думаю.

— Подумай, как следует…

Почему я услышал рычащие нотки в её голосе?

— Спасибо за совет.

Мы молча смотрим друг на друга.

Я изучаю штучку напротив. Одета просто, греческая тога, проста в эксплуатации и подчёркивает всё, что надо. А подчеркнуть здесь есть что…

Высокая, ноги от самой шеи, сейчас скрыты столом, что будоражит опьянённый алкоголем мозг. Могу выветрить заразу из крови в доли секунды, но сейчас не хочу. Слишком много всего наложилось, алкоголь усмирил тревогу и лишние мысли. Сейчас мне не помешала бы сигарета, для полного сдвига реальности.

Чертовка напротив сидит и тоже не теряет времени. Руки скрещены на груди, причём не малой, высокая и хрупкая шея под наклоном, смотрит сквозь приспущенные ресницы. Волосы ниспадают настоящим водопадом, конца им не вижу, он под столом.

Её губы поджаты, но как бы она не злилась, всей своей красоты не испортить.

— Согласишься на предложение отца, жизни спокойной не жди, а главное долгой.

— Ты слишком мала, чтобы угрожать мне.

— Мала? — она прищурилась.

— В масштабах вселенной, — добавляю с грустью, она вырвалась непроизвольно. — Даже в масштабах этого мира.

Она поднялась, тряхнув волосами и вышла, постукивая копытами… Ой, сапожками.

Осматриваюсь, сегодня разговора не выйдет, ведь самый главный представитель спит в беспамятстве.

Встаю, чтобы выйти из домика наружу.

На улице далеко за обед, местное светило уже начинает смущённо краснеть, хочет поскорее уйти, не собираясь прекращать свой бег от покрывала ночи, какие бы планы не строили разумные.

Поселение «шахтёров», как я коротко его назвал, живёт своей маленькой жизнью.

Звучат удары молота по наковальне, они звенят в голове, заставляя морщится. Но люди здесь привыкли к подобному.

Дымят горны, стучат колёсами железные тележки с рудой.

— Мама, мама! Смотри! — орёт под ухом какой-то маленький и рогатый пацанёнок. — Он такой белый! Может он болеет? И голова пустая…

— Что? — мать оборачивается. — Искупитель милостивый! Кто ты такой?

На меня начинают обращать внимания все, кому не лень. Постепенно народец собирается в кучу. Вперёд выдвигается пара десятков воинов с мечами, осторожничают.

— Монстр! — тихий девичий голос.

Вижу позади рядом с людьми, знакомую головку. Сизи всё такая же надменная. Решила избавится от меня, пока глава не дееспособен. Теперь понятно, что с ней не справиться никому из местных.

Толпа подхватила лозунг.

— Монстр! Монстр!

Разумные с мечами, опасно приблизились, махая железками перед самым носом.

— Я гость, вашего владыки. — слегка повышаю голос, усиливая его стихией ветра, она разносит звук и делает его объёмным.

Такого рогатые не ожидали, мечники застопорились, а вопли в толпе утихли.

— Наш владыка принимает у себя рыболюдов?

— Омнос стал совсем стар и неосмотрителен…

— А, что если он моего сыночка сожрёт?!

— Порубить его и делов-то! — снова заводит толпу Сизи.

Все осмелели. Уверен, потом они даже не вспомнят, кто первый начал эту заварушку. Сизи выйдет сухой из воды, впрочем, судя по всему, как обычно.

— Ещё один шаг и вы умрёте.

Предупредил я воинов Омноса.

— Он собирается нас убить! — распаляла толпу Сизи.

Смотрю на девушку, она усмехается и пропадает в толпе.

Сизи уже давно смирилась с характером отца. Ей удавалось всё это время стоять на своём и бегать от судьбы, что не нравилось владыке Омносу.

Но сейчас, молодая Суори была разгневана как никогда, хоть и хорошо скрывала истинные эмоции.

Выдать её замуж за монстра? Это уже за гранью понимания. Как можно желать подобного своей дочери подобного будущего?

Чем подкупил этот красноволосый разумный отца? Почему именно такое решение? Омнос славился своей хитростью. Ему одному из немногих удалось сохранить влияние в небольшом и замкнутом мирке между гор, но подобное решение принять трудно.

Мужчины, сколько гордости и глупости в этих созданиях. Ни один из них не составит должной партии ей, свободолюбивой дочери своего отца.

Она рушила устои своим поведением. Отец всегда хотел сына, но получил дочь. Страх разрушить ожидания отца был меньше, чем страх стать второй, никчёмной и бесправной.

Сизи прибегала к разным методам, она верила в свою силу, как и верила в то, что станет хорошей и мудрой правительницей.

Она слышала истории о другом мире, за пределами проклятого леса и игольчатых гор, где женщины имеют больше прав чем мужчины. Но ей не повезло родится здесь, в патриархальном и архаичном обществе, где приходится выбивать себе равные условия.

Ни один из тех, кого предлагал в мужья Омнос, не смог бы усмирить крайне разумную и своенравную девушку. Они словно кролики перед львом, терялись и гасли на её фоне.

Таких спутников ей не надо и подавно.

А тут, какой-то пришелец, представитель другой, ранее неведомой расы…

Злоба кипела и бурлила в сердце дочери вождя, словно огонь в доменной печи.

Сизи пропала, растворилась и отошла в сторону.

Сейчас у пришельца проблемы поважнее. Девушка встала у стены кузни, прижавшись к ней плечом и наблюдала, предвкушая момент, когда гостя проткнёт десяток мечей.

Чувство тревоги коснулось её разума, но быстро погасло, перед более сильным чувством собственного превосходства.

Нет, замуж не в этот раз.

Когда отец очнётся, он увидит труп своего гостя. Оправдания уже были построены в голове Сизи, она даже не имеет к этому никакого отношения. Невинно похлопает глазами и отец растает, как лёд на жарком солнце.

Сколько таких было…

Неожиданно вокруг окружённого пришельца закрутились еле заметные глазу потоки воздуха, создавая ровный круг.

— Ещё один шаг и вы умрёте. — холодно произнёс он.

Воины переглянулись и стали приближаться. Сизи удовлетворённо улыбнулась.

Струи воздуха стократно усилились за секунду, а кожа девушки покрылась мурашками.

Десяток вооружённых Суори разлетелись, как маленькие деревянные игрушки.

Пришелец поднял руку и сжал в кулак. Воздух мигом успокоился, останавливая свой бег.

— Я ещё раз предупреждаю. — всё так же холодно обратился он.

Его глаза блестнули огнём, он посмотрел ровно на девушку. Ей стало невыносимо страшно, ужас обуял её, но тут же расцепил свою удушливую хватку.

Она быстро задышала, приходя в себя. Раздался хлопок.

Когда Сизи снова посмотрела на пришельца, его уже не было. Только пустое место, где стоял красноволосый ещё мгновение назад.

— Поняла, причину моего решения. — раздался голос позади.

Сизи резко обернулась. Позади неё стоял владыка Омнос в самом своём ужасном обличии, весь вид говорил о том, что он зол.

— Папа?

— Теперь ты сделаешь всё, чтобы помириться с ним.

— Он маг, но у нас тоже есть шаман… — попыталась возразить она.

— Он не просто маг, — отец смотрел вдаль, он всегда так делал, когда планировал что-то. — Такого эти земли ещё не встречали. Ты отправишься в его племя, чтобы заслужить прощение.

— Но, меня могут убить!

— Если сделаешь всё правильно, тебя никто не посмеет тронуть, пока он рядом. — с усмешкой сказал Омнос.

— Даже Кайл?

— Кайл всего лишь щенок, по сравнению с этим пришлым… — впервые Омнос выразился так о женихе Сизи, который имел самый большой потенциал. — А этот разумный, далеко не тот, за кого себя выдаёт.

— Кто же он тогда?

— Он чудовище, какое этот мир ещё не видел, — тихо ответил отец. — И будет лучше, если мы встанем на его сторону.

* * *

Вернулся в селение прыжком, слегка раздраженный выходками Сизи.

Когда вошёл в штаб, хлопнул дверью. Совсем не задумывал, просто не рассчитал силы.

Вот нахрен она мне упала? Эта дочь вождя, у меня одной за глаза хватает.

Финт ушами со стороны шахтёров не удивил. Но эта подстрекательница вызывала злость.

— Злой, будто сам Искупитель…

— Пошёл в ратушу, не выходит.

— Еды принесли?

— Да.

Голоса за дверью отвлекли. Меня сравнивают с местным божеством? Уже не плохо.

Внутрь вошла Дана, за ней маячила Нини и Лисара.

Кухарка с дриадой быстро спелись, ведь последняя доставляла для неё провиант.

— Как прошло? — спросила Дана.

Я выразительно посмотрел на неё, потом на стоящих в дверях парочку подруг.

— Они свои, — пожала плечами Дана. — Все мы в одной лодке.

— Хорошо, — киваю и мерзко улыбаюсь. — Они мне предложили в наложницы дочь вождя.

— Что?! — удивлённо.

— Что?! — возмущённо.

— Взял? — с интересом.

Последний вопрос задала Лисара, она словно созвучный с ней зверёк улыбалась и сверкала глазами.

— Да как они посмели? — Дана бушевала.

Девушка полыхала в эмоциональном фоне ревностью. Видимо имела на меня планы, которые я конечно же знал.

Что странно, Нини так же возмущалась. Девушки только привыкли к вечно снующей рядом Лисаре, как появилась новая конкурентка.

— Вот, думаю… — закончить мне не дали.

Если бы взгляд мог прожигать, я бы был уже мёртв.

— Так! Не стоит принимать это предложение! — убедительно произнесла Дана.

— Почему?

— А зачем она нам тут? — поддакнула Нини.

Лисара только заинтересованно наблюдала.

— Я так же подумал. — кивнул я, смотря на вздохнувших с облегчением боевых подруг.

Поднимаюсь, начиная собирать вещи.

— Ты ещё куда-то собрался?

— Да, позови пожалуйста Миа, мы отправляемся в путь.

— Надолго?

— Пока не решил.

Миа появилась через полчаса, когда я прибыл в поселение, они ужинали. Дал девочке спокойно доесть.

Доспех надевать не стал, не стоит привлекать лишнее внимание. Надел домотканый плащ, штаны, рубаху, оставил только свои ботинки. Кожанные с вставками из металла, ну нет тут нормальной обуви и всё.

— Готова?

От Миа повеяло страхом, но она кивнула.

— Тогда я начинаю.

Погружаюсь в юный разум, чтобы найти требуемое.

Картинка слегка мыльная, воспоминанию несколько лет, поэтому с трудом делаю её четче.

Сила утекает, словно вода в песок.

Через какое-то время, удаётся получить цельную картинку.

Перед прыжком, заряжаюсь, выпивая несколько камней. Ещё десяток кристаллов помещаю в сумку, которую закидываю через плечо, она больше напоминает котомку.

Накидываю капюшон.

— Не бойся, всё будет в порядке.

Последние напутствия раздал, пора в путь.

Не будь я так зол, остался бы в поселении на несколько дней, но хотелось сменить локацию и наконец-то ускорить стройку. Нужны мастера, это факт.

Прыжок.

* * *

Королевство Лейн просыпалось. А тончее, его главный город, Асурия. Утро красило небосвод в алый цвет, всходило солнце, обещая жаркий день.

По улицам неспешно шли стражницы, наслаждаясь туманной дымкой и последними часами прохлады.

Звенели колокола, собирая Суори на утреннюю молитву, их звон говорил каждому: «Начни свой день с покаяния, подаяния, внимания.». Три заповеди Избавителя, которые народ нёс вот уже несколько столетий.

Раскладывали шатры и прилавки торговцы, складывая ладони козырьком, будто хотели рассмотреть несметные полчища покупателей.

Свежий воздух наполнялся ароматом вставших с рассветом пекарей, которые красные от жара печей выходили на улицу и с удовлетворением смотрели на небо, понимая, что скоро всю выпечку снесут праздные горожане.

День начинался, день неспешный и однообразный.

Отряд стражниц встал у трактира, собираясь пропустить по стаканчику в честь законченной смены.

Рослые, под два метра девушки в самом расцвете сил, закованные в бронзовые нагрудники с эмблемами двух скрещенных мечей вошли внутрь, держа шлемы в руках.

Компания из трёх девушек села за стол.

К ним тут же поспешил невысокий, худой Суори в фартуке.

— Чего изволите, дамы?

— Изволим три кружки пива, — одна из стражниц, самая рослая с шрамом пересекающим глаз, провела по фигуре парня заинтересованным взглядом. — Только не ту отрыжку бездны, что разливает тут всем старина Акарон, давай нормального тёмного эля.

Бармен удалился. Раннее утро, он сам сегодня обслуживал, разносчик придёт только через час. Хватит ли его на это время? Стражницы могут наломать дров, особенно усталые или злые.

— Чего ты на него облизываешься, Лейла? — спросила старшую одна из стражниц.

Девушка усмехнулась, будто подначивала. Она была чуть меньше и аккуратнее, сидела откинувшись на стул и ждала свою порцию выпивки.

Третья просто слушала разговор, аккуратные черты лица и слегка уставшее выражение.

— Эй, новенькая, если хочешь, я тебе уступлю его. — Лейла хищно оскалилась. — Может тогда, ты будешь выглядеть веселее.

— Спасибо, но у меня есть мальчик, на углу Роз… — ответила та.

— Да? Сэл, ты не рассказывала. — старшая заинтересовалась.

— Может он её так заездил, что она без сил постоянно? — Сэл захохотала.

— Мальчики с улицы Роз могут, — кивнула Лейла. — Жаль, это стоит хорошей кучи монет.

— Хочешь качественного отдыха, плати. — разумно заметила Сэл.

— Вряд ли у нашей скромницы есть много монет. Значит он из рядовых. Поделишься, эй Рея?

— Нет. — твёрдо ответила самая тихая.

— Жаль, очень жаль, — протянула старшая.

Бармен принёс кружки с тёмным напитком.

Рея тут же припала губами, наслаждаясь напитком. Она избегала лишнего внимания, смена кончилась, но Лейла только начала веселится.

В отличии от своих напарниц, Рея не мечтала всю жизнь провести в городской страже. Поэтому училась ночами на пролёт, чтобы поступить в университет.

У неё имелся слабый дар, который в будущем может стать основной профессией. Вот уже три лета и три зимы она копила вступительный взнос, который станет фундаментом для будущего.

Жаль, что таким простым громилам по типу Лейлы и Сэл этого не понять. Они и не пытались, наслаждаясь минимальной властью и возможностью иметь каждого задержанного Суори.

Власть стражи в Лейне высока, особенно в столице королевства, городе Асури.

Но маги всё равно выше по рангу.

Внимание Реи привлекла фигура в углу, разумный в капюшоне, отсюда и не разглядеть лица, сидит в углу, потягивает такой же эль, судя по всему.

— Бездна, эта тварь снова тут… — зашипела Лейла, смотря на вход.

Рея отвлеклась, в трактир входила ещё одна тройка.

Более высокорослые, им могла составить конкуренцию только Лейла.

Слегка звероватые лица, они даже не сняли шлемов.

— Тащи выпивки, задница ты тощая! — вскричала глава отряда, мазнула отряд Лейлы взглядом и села за стол в другом конце, рядом с фигурой в капюшоне.

— Только не выходи из себя, — тревожно произнесла Сэл, положив руку на плечо старшей. — Она того не стоит.

— Грёбанная Луу…

— Она и правда предложила тебе переспать? — Сэл удивилась. — Чего ты так на неё взъелась?

— Нет, это всё байки. Она убила Кэнси, моего мальчика с Роз. Бешеная рыска, перерезала тому глотку, заплатила пошлину и смылась.

— Он тебе так нравился?

— Он был необычным, не то, что эти ублюдки. Сильный и выносливый, я даже хотела его выкупить. — Лейла тряхнула плечом, сбрасывая руку напарницы. — Она прознала и специально это сделала. Тупая уродина.

— Прекрати… — Сэл оглянулась.

Луу смотрела на них, прищурившись.

Отряд обсуждаемой поднялся и направился к Лейле.

У Реи вспотели ладони, сейчас случится что-то страшное.

— Распускаешь сплетни, рыска? — Спросила главная, оскалив не малые клыки. — Дуэль, все по очереди, смена закончена, а я давно никого не убивала…

— Это запрещено! — Сэл встала, поправляя перевязь с мечом.

— Да? Думаю Маал закроет глаза, если я убью несколько неудачниц. — Луу не уступала.

— Мне нужна эта Суори.

Услышали все голос позади. Рея взглянула, за спинами отряда Луу стоял незнакомец в капюшоне.

— Ты ещё кто такой, забери тебя бездна. — Луу крутанулась на каблуках.

— Тот, с кем тебе не стоит ссориться. — глубокий голос, сильный, он был спокоен. — Ты, иди со мной.

Только через несколько секунд, Рея поняла, что он обратился к ней.

Глава 18. Сделка

— Ты ещё мать твою, кто такой? — прошипела Луу.

Начать, наверное, стоит куда раньше.

Прибыли мы к самой столице, имя которой, Асурия.

Город большой, население по моим скромным прикидкам за пять сотен тысяч.

Вошли в город рано утром, спокойно преодолев входную зону. Чтобы остановится в трактире, требовались золотые и серебряные монеты, местная валюта.

Пришлось прогуляться по закоулкам, тёмным улицам и всем тем местам, где водились любители отобрать чужое.

Как ни странно, нарвались на гоп-стоп мы очень быстро.

Парочка здоровенных Суори женщин перегородила дорогу, поигрывая кинжалами.

Нет, я заметил, что в городе преимущественно женщины, но даже не подозревал насколько.

Миа не сообщила, что в основном мире давненько так царит матриархат.

— Сестра рассказывала, что множество мужчин пострадали перемещаясь на другую планету. Остались только женщины и старики, со временем общество пришло к такому формату. Никто не хотел войны, поэтому решено было отдать всё на откуп женщинам политикам.

Понятно.

Со временем, почти все ниши, раньше принадлежавшие мужчинам, заняли Суоритянки.

Разбойников на окраине пощадил, просто отдал мысленный приказ выложить всю наличность.

Когда я стал обладателем трёх золотых и десятка серебряных, настала пора найти ночлег.

Рогатая барменша только гадко ухмыльнулась при заселении, от неё сквозило интересом и похотью. Что взрослый по виду Суори будет делать с маленькой девочкой, никого не интересовало, но вариантов мало.

Мы сняли общий номер и как следует выспались.

Ночью меня никто не побеспокоил, поэтому трупов не случилось.

А ранним утром, я последовал на городские улицы, чтобы найти Рею, сестру Миа.

Девочка выдала мне красочный портрет, воспоминание, где фигурировало лицо нужной разумной.

Искать пришлось долго.

Очень сильно помог дар, как ни странно воздуха.

Когда я понял, что найти Суори в городе с полумиллионом населения, история не разу не простая, принялся искать альтернативные способы.

Потоки ветра получили портрет и разлетелись по всему городу на поиски.

Через час, струя нежно закрутилась вокруг тела и я получил отклик.

Пошёл следом за ветром, который и привёл меня к отряду Суори, которые громко обсуждали бар, куда шли.

Бар нашёлся просто, вывески никто не отменял. И уже через полчаса, я сидел и пил неплохой эль.

Вошла троица, где я без труда опознал нужную.

Хотел подождать, пока она отлучится в уборную и поговорить с ней, но планы перемешал второй отряд стражи с которым у уже сидящего были разногласия.

Пришлось выдёргивать Рею из гущи событий, чтобы она не пострадала. Слово держать надо. Встаю и иду к спорщикам, где всё плавно движется к конфликту.

— Говоришь, не стоит?

Я слышал, что эту разумную зовут Луу.

Она по истине огромных размеров, как и сидящая Лейла. Возвышается надо мной, словно часовня.

Примерно, как Нини, но если кухарка была мягким облаком, парящим где-то на высоте, эта напоминала столетний дуб.

— Да, ты верно услышала. — киваю. — Рея, нам надо поговорить.

Сестра Миа растеряна, она не понимает, что происходи. Кто этот безумец и что ему от неё нужно? Примерно такое настроение читается на лице.

— Я развлекусь с тобой, когда закончу с этими уродинами. — Луу отвернулась, пара её подруг шагнули ко мне, собираясь схватить за локти.

Один ментальный удар и стервы валятся на пол, будто мешки с картошкой. Морщусь, не хотел привлекать внимания.

— Какого хера? — Луу удивлённо поворачивается.

— Сгинь.

— Чо?

Ещё один куль падает на пол.

— Идём. — приказываю Рее.

— Она никуда не пойдёт. — побледневшая от страха Лейла встала, закрывая собой напарницу.

Рея с изумлением посмотрела на вставшую перед ней старшую, а когда поднялась и Сэл, это шокировало её.

— Я не причиню ей вреда. — устало вздохнул незнакомец.

Лейла подумала, переглянулась с Сэл и они разошлись в стороны.

Логично, понимают, что если бы я захотел, выключил их за секунду.

Рея робко встаёт и идёт ко мне, беру её за руку и мы исчезаем в лёгкой вспышке телепорта.

Когда оказываемся в номере трактира. Визжащий и мокрый комок врезается в бок Суори, от чего там чуть не падает.

Ничего не понимающая Рея осматривает обнимающую её сестру. За секунды на лице появляется узнавание, понимание, а затем она тоже заливается слезами.

Сажусь на кровать, скинув капюшон.

Рея тут прекращает плакать, заталкивая Миа себе за спину.

— Кто ты? — с дрожью в голосе спросила она.

— Не враг. — коротко отвечаю ей.

— А кто?

— Ты мне скажи.

* * *

— Приятного аппетита.

Обе девушки посмотрели на меня, будто на лбу вырос рог.

— Что значит, приятного аппетита? — спросила Миа, как более смелая.

— Это значит, что… Ааа, забей. — махнул я рукой.

Номер не первой свежести, но чистый. Выскобленные добела доски, пахнет дёгтем, видимо такое мыло добавили в воду, Кровать не скрипучая, на ней матрас, который даже набит пером, что удивительная роскошь, я ожидал худшего.

Подушка с сероватым пятном по середине, её так и не отстирали до конца, покрытая пятнами простыня и покрывало.

Стены тонкие, хорошо слышно, что происходит вокруг.

Где-то через один номер занимаются любовью, причём достаточно активно. Стоны пролазят через щель, заглушенные деревом.

Еду нам принесли спустя полчаса. Я заказал несколько кусков мяса, впервые попробовав местную говядину, которую делают из шестиногих волосатых коров, шемганов.

Стейки вышли жестковатыми, мясо Тиирусов как по мне лучше.

Мы с Миа отложили свои порции, приступив к маленькой рассыпчатой картошке. Лето в разгаре, собрали первый урожай и запекли прямо в кожуре. Ко всему этому прилагалась щепотка соли и кисловатая сметана.

— Спасибо, — Рея так и не прикоснулась к еде, она задумалась и смотрела куда-то вдаль. — Спасибо за то, что вернул мне сестру, это очень важно.

— Есть за что. Не думай, что это просто так. Она обещала, что ты поможешь, ваши родители вхожи в управление города, верно?

Рея помрачнела, смотря в сторону Миа, которая замерла.

— Понимаешь, — лицо Реи искривилось, казалось, она сейчас заплачет, но девушка сдержалась. А вот Миа нет. Девочка разрыдалась, понимая, что родителей больше нет. — Миа, Миа, не плачь, иначе я тоже заплачу.

Обе сестры снова обнялись.

Рея выгодно отличается от тех Суори, которых я видел в городе, в ней нет надменности.

— Планы поменялись, как я понимаю.

— А что вам требуется? — осторожно спросила Рея.

Девушка обняла сестру и не выпускала, будто боялась, что та исчезнет в любой момент.

Парочка села на кровать, закончив с едой.

— Мне нужны профессионалы, которые будут делать стекло, металл, в общем любые мастера.

Рея задумалась, её лицо просияло через несколько секунд.

— Вам надо на рынок рабов!

— Так, давай на ты. И, что это за рынок такой?

* * *

От Реи я услышал много интересного.

В Асури существовал рынок должников, по простому, рабов.

Все, кто не мог выплатить ростовщикам занятые деньги, попадали на него. Мастеров и ценный персонал выкупали в первую очередь, но существовал шанс, найти что-то стоящее.

Мы все вместе вышли из трактира, я закрылся капюшоном и последовал за Реей.

— Вам надо на рынок, а ещё… Прости, тебе. — поправилась девушка. — Можно зайти на окраину, где содержат тех разумных, которые выбрали изгнание вместо смертной казни.

— Какое такое изгнание?

— Асури расположена очень близко к проклятому лесу, куда ссылают смертников. Местный губернатор считает, что природа должна забирать души Суори и питаться ими. Отряды рейдеров частенько заходят на окраины и используют очередную группу смертников, как приманку.

— Интересный способ.

Рея пожала плечами.

— Не очень хороший, но рабочий. Они добывают кристаллы душ… — она замялась.

— Такие?

Я вытащил из сумки первый попавшийся.

— Спрячь! — Рея сглотнула, уставившись на камень. — Это же целое состояние. Откуда он у тебя?

— Долгая история. — Миа на эти слова только усмехнулась.

Рея посмотрела на нас, а затем продолжила.

— Кристаллы нужны магам, чтобы запасаться энергией. А также, чтобы выходить за грань своих возможностей, накачивая тело силой. Показанный тобой размер, редкое явление, их покупают по высокой цене, очень быстро.

— Не удивительно, — проворчал я. — Они достаточно редкие.

Девушка посмотрела на меня, подозрительно. Её эмоциональный фон полыхнул страхом.

— Что происходит, когда смертника отправляют в изгнание?

— Он входит в лес, если выживает, его право. Вернуться не может, но преследовать его не станут. Все знают, что за проклятым лесом есть племена диких, он может поселится там. Но никто ещё не возвращался и не выживал…

Девушка сникла.

— Губернатор у вас женщина?

— Да, — удивлённо. — А как иначе?

— Действительно. — усмехаюсь.

Резюмируя всё услышанное, система правления мне не очень нравится. Судя по всему она доказывает свою неэффективность.

Часто вижу на улице, как девушки окликают Суори мужского пола. Бессовестно шлёпают по задницам и предлгалают уединится. Какой-то сюрреализм.

К нам не подходят, видят Рею, которая является стражницей, да и я не особо понятный разумный на первый взгляд.

Рынок рабов замечаю ещё издали. Не визуально, отнюдь, а по запаху.

Мы сворачиваем с основном улицы, после чего нос сразу же отключается от смрада. Улицы города сами по себе мало напоминают дорогие благовония, мусорные кучи в тупиках, канализация не очень глубоко даже в центре, а уж на окраине так вовсе просто каналы, где плавает дерьмо и длинные нити глистов.

Рынок притулился меж домов, длинный барак, а возле него настоящий загон, где стоят толпы измождённых пленников.

Пара вышек с охраной и целый ряд трибун на манер амфитеатра.

На трибунах сидят расфуфыренные Суори, в моде бриджи и жабо, а ещё надухарённые платочки, коими эти особи прикрывают нос.

Дамы в основном, но есть много мужчин. Они все имеют ошейники. Рабы, пришли покупать рабов по приказу своих господ.

У каждого табличка с красным квадратом на которой есть номер, от одного до шестидесяти семи, именно столько покупателей сегодня. Полагаю вместимость где-то человек сто, получается сегодня достаточно оживлённый денёк.

Мы встаём на краю.

Перед зрителями небольшой наскоро сколоченный из неотёсанных досок помост, где изливается словами какой-то бродяга в заношенном костюме.

— Итак, следующий лот! Молодой парень в самом расцвете сил! Полон энергии… Мускулистое тело, куда больше среднего, неутомим и дик… Начальная цена, десять серебряных…

Всё хорошо, но вот говорит он о Суори средних лет, чьи немытые клочковатые волосы уже поседели. Один рог спилен, второй маловат. Да и сам Суори размерами не впечатляет.

Если это экземпляр больше среднего, даже боюсь подумать, что случилось с этим миром под правлением женщин.

Суоритянки смотрят на него вожделенно. Он и правда больше чем коллеги по несчастью. Правда зубы жёлтые и редкие с щелями, на лице какие-то струпья и язвочки, но держится на ногах сам, болезнь только начала распространяться.

Понятно, почему женщины тут бьются за каждого, если всё так печально с самцами, они скоро останутся одни.

— У меня совсем нет денег. — шепчу Рее. — Можешь продать один камень? Сколько за него можно выручить? За тот, что ты видела…

— Много, даже не могу представить сколько. — также тихо отвечает сестра Миа.

Пока мы говорим, какая-то Суори выкупает доходягу, отваливая за него двадцать семь монет серебром.

Моё же внимание привлекает сидящая на трибуне Суори, которая не выглядит ни как рабыня, ни как аристо.

Женщина постоянно поглядывает в сторону загона. Её эмоциональный фон плещется тревогой и отчаянием, она сжимает небольшой кошель, привязанный к поясу.

Простенькое платье с белым воротничком, сильные и мозолистые руки, волосы убраны в хвост. В руках табличка с номером семь.

— Следующий лот! Тут дамам будет не очень интересно, этот экземпляр проходит по категории ремесленников, бывший некогда мастером ремесленного квартала, Шиим, кузнечное дело. Начальная цена семь серебряных…

А вот это они зря, такой материал, а всего семь серебряных.

Да и крупнее остальных, непорядок. Правда в глазах какая-то грусть.

Сразу же оживают слуги, которые до этого робко сидели на своих местах. Разной ухоженности самцы с табличками.

Цена быстро взлетает до двадцати серебряных.

Участвует и замеченная мною Суори. Но её эмоциональный фон быстро краснеет отчаянием, ладони потеют, она теребит кошель.

Чем выше сумма, тем больше надежда покидает домохозяйку.

Подходжу к трибуне, она сидит как раз на уровне моего плеча.

— Разрешите обратится?

— Да, что… Что вы хотели? — она не отрывает взгляда, один из слуг предлагает двадцать пять серебряных, в уголках глаз женщины скапливаются слёзы.

— Я помогу вам его выкупить, вижу он вам не безразличен. — предлагаю своё вариант. — Мне нужны мастера, чтобы работали на меня с правом выкупа.

— Вы шутите? — она наконец-то обращает на меня внимание. — Это правда?

— Да, действуйте, поднимайте ставку…

— Но у меня нет денег.

— Сначала выкупим его, обсудим позже.

Сам же тихо спрашиваю Рею.

— На сколько потянет камень?

— На сто золотых, не меньше.

— Отлично.

Заводила аукциона оживает.

— Вот так поворот. Госпожа под номером семь предлагает тридцать серебряных, тридцать серебряных раз, тридцать серебряных два…

— Сорок серебряных, представитель дома Аури.

— Пятьдесят серебряных! А у нас тут жаркая борьба… Кто-то предложит больше? Я жду…

Кузнеца удалось выкупить за семьдесят серебряных. После чего раб на третьем ряду зло оскалился в сторону домохозяйки, но ставить больше не стал.

— Ваш заказ можно оплатить в палате! Иначе он снова выйдет на аукцион… — предупредил ведущий.

Суори сошла с трибуны и подошла ко мне.

— Идём. — я направился в сторону небольшого шатра.

На входе стояли две крупные женщины, которые перегородили нам вход.

— Он со мной. — пискнула женщина.

— Только двое. — предупредила стража, указывая на Миа и Рею.

— Милая! — стоило нам войти, как кузнец бросился обнимать разрядившуюся жену. — Как тебе удалось.

Она посмотрела на меня.

— Потом.

Я подошёл к столу, за которым сидела очень толстая Суори, пересчитывая серебряные и складывая их в сундучок.

— Вы оплатить заказ, почтенный?

— Да. — я поглубже натянул капюшон.

— Будьте добры монеты.

— Вот.

Достаю камень, слегка светящийся в полумраке.

Слышу, как вздохнули за спиной кузней и его жена. Казначей расширила глаза, её ноздри алчно затрепетали.

— Боюсь у нас нет таких денег, чтобы отдать сдачу… — она не сводила взгляд с камня.

— Во сколько вы оцените его? — спрашиваю с подвохом. — Учтите, я знаю точную цену.

— Сто пятьдесят золотых, не меньше. — она облизывает пересохшие губы.

Сканирую эмоции.

— Не-е-е-ет, так не пойдёт. Чувствую, вы преуменьшаете.

Суори будто одолевает ломка, она как наркоман, едва не мычит.

— Двести золотом, банк не даст больше, если только чародеи, но вы же не зря пришли. — она раскусила мою нужду и решила заработать на сделке.

Я бы не против. Искать мага для продажи дело не быстрое, почему бы не сдать всё здесь и сейчас.

Проверяю эмоции, сейчас она почти не лжёт.

— Идёт. У вас нет сдачи, но я предлагаю вот что… — улыбаюсь под капюшоном. — Я выкуплю у вас всех мастеров, что есть, а затем на остальное и всех рабов, которых выберу. Идёт?

— Да…

Она трясёт головой.

— Дирк! — громкий голос заставляет меня моргнуть. — Закрывай аукцион!

Кто-то вне шатра.

— Да…

Топот ног.

— Пройдёмте, я покажу товар. — льстиво улыбается казначей, хоть это ей и не идёт. — Сферу можете оставить тут.

— Сначала рабы, потом деньги. — убираю камень, замечая разочарованный взгляд.

— Помните, мы договорились. — говорит она.

— Конечно.

Глава 19. +200

— Вам понравится, я познакомился почти со всеми, — произнёс Шиим, перед тем как войти в ангар.

— Сколько он провёл среди рабов? — спрашиваю стоящую рядом Зару.

— Полгода, — она оглядывается, будто ищет тех, кто сейчас снова поместит её мужа в загон. Зара не до конца верит, что всё закончилось. Чтобы зализать такие раны, нужно время. — Я приходила к этому забору.

Она махнула рукой, указывая на загон.

Миа и Рея машинально посмотрели в ту сторону. Лица у обеих Суори и так были серыми, а от рассказа женщины им стало только хуже. Сёстры молча сопровождали меня, куда бы я ни пошёл.

— Раз в несколько дней рабов выгоняют сюда на торги, мы могли видеться с Шиимом, пока не приходила его очередь.

— Почему его так долго не выкупали?

— Он старался не выделяться, был тише воды, ниже травы… — Зара горько усмехнулась. — Пока кто-то из подстилок надзирателей не рассказал, что он почётный ремесленник.

Жена кузнеца замолчала, я не стал ворошить дела минувших дней. Очевидно, что сейчас Зара истощена как ментально, так и физически.

Полгода — длинный срок. Он ещё длиннее, когда ты ждёшь своего мужа, работаешь на износ и копишь необходимую для выкупа сумму.

Весь вид Зары говорил о том, что держалась она на одной силе воли, в то время как внешне чахла. Впалые щёки, платье в заплатках, стоптанная обувь. Подошва сапог не пришита, а подвязана тканью, которая в свою очередь выкрашена в охристый цвет. Но под подолом до самой земли этого и не заметить.

Руки в мозолях, кожа неестественно бледная, несмотря на разгорающееся пожаром лето.

К своему счастью, я встретил ту редкую пару, которая придерживалась традиционных понятий об отношениях. Сказать, что Шиим здесь всего лишь игрушка, нельзя. Он любит Зару, судя по эмоциям, не меньше, чем она его.

Я переключился на выходящих — из ангара потянулись ряды рабов: десять, пятнадцать… Двадцать.

Позади всех медленно шёл Шиим, подставив своё плечо едва волочащему ноги парнишке лет двадцати пяти.

Все узники встали напротив и выстроились в ряд.

Будто бы из-под земли появилась Суори-казначея, отлучавшаяся по своим делам. Видимо, готовила сумку для денег, не иначе, если судить по её довольному виду.

Толстушка что-то мурлыкала себе под нос, хотя в её исполнении это было больше похоже на рычание.

Шиим едва заметно сменил траекторию, хотел было подойти к нам, но передумал, увидев местную надзирательницу. Он притулился в конец строя, а повисший на его плече парень, похоже, потерял сознание.

Я изогнул левую бровь, едва заметно. Шиим в ответ кивнул.

Значит, это — все, кто представляет хоть какой-то интерес в качестве ремесленника.

— Сколько возьмёте за этих доходяг? — спрашиваю казначею.

— Доходяг? — она всплескивает короткими ручками, настолько правдоподобно притворяясь разгневанной, что если бы я не чувствовал эмоции, то, наверняка, поверил бы. — Лучший товар во всём Лейне! А этот здоровяк и вовсе кузнец, каких мало…

Она указала пальцем на Шиима, который от этого жеста слегка сжался. Суори хотела добавить что-то ещё, перед тем как выставить стоимость, но её взгляд наткнулся на сопровождающую покупателя стражницу.

Казначея досадливо поджала губы.

— Пятьдесят золотом, не меньше.

Я понял, что если меня и хотят нагреть, то ненамного.

В строю пронеслись шепотки. Эмоциональный фон рабов взорвался недоверием: все понимали, что сумма завышена, а ещё гадали, что за разумный их выкупает.

— Согласен.

Лицо Суори слегка разгладилось, когда она поняла, что я не стану больше торговаться. Пусть слегка подзаработает, лишние монеты увеличат мой кредит доверия.

А это выгодно — торговаться в присутствии стражницы.

— Итого, вам надо купить рабов, на… Сто пятьдесят золотом, — казначея ухмыльнулась двумя рядами зубов с промежутками шириной чуть ли не в дюйм. — Будем смотреть ещё?

— Сколько вы можете мне отдать сдачей?

— Пятьдесят… — не задумываясь, ответила Суори.

— Мало, заберу сотню, куплю рабов ещё на пятьдесят и… Обещаю зайти ещё раз — новая сделка так же, без торга.

У Суори загорелись глаза, когда она услышала мои условия, но в ней разыгралась и жадность. Я видел, как внутри казначеи борются благоразумие и жажда наживы.

Здравый смысл победил, она согласно кивнула.

— Жду свою сдачу, — я положил кристалл ей в ладонь. — Мы уходим сейчас.

— Хорошо.

Казначея покидает нас, и Шиим сразу же спешит в мою сторону.

— Вам надо спасти этого парня, срочно! — прошептал он едва слышно.

— Почему?

— О нём никто не знает, но это тот, кто придумал прозрачное стекло, — заговорчески оглядываясь, произнёс кузнец. — Год назад его начали производить. Дочь советника, как всем сказали, была автором идеи. Но я много времени провёл здесь и всё узнал, стекло придумал именно этот малый…

— Интересно.

Действительно, если всё именно так, парнишку нельзя потерять. Но лечить его у всех на виду — не самая хорошая идея.

— Рея, если я захочу остаться ещё на одну ночь, куда поместить всех этих разумных?

Стражница, молчаливой статуей стоящая позади меня, задумалась.

— Можно просто оставить их тут…

Рабы нахмурились. Перспектива провести здесь ночь никому не понравилась.

— Нет, нужен другой вариант.

— Тогда можно оставить их за городом с изгоями, — пожала плечами Рея.

— Подойдёт. Если вы дадите несколько монет, я смогу купить еды… — неуверенно попросил Шиим.

— Да, конечно, — я посмотрел на бессознательного парнишку. Он совсем плох. — Сейчас я выкуплю ещё рабов на пятьдесят золотых, мне нужно, чтобы ты проконтролировал покупку. Ты понял меня?

Шиим расплылся в улыбке.

— Да.

Ну и славно, надеюсь, кузнец будет хорошим фильтром. Мне в поселении не нужны насильники, убийцы и воры.

Казначея приносит сдачу, которую забирает Миа.

Рея берёт молодого изобретателя в охапку и кладёт себе на плечо, будто куль с картошкой.

— Надеюсь, мне не придётся возвращаться, — говорю невзначай, будто и не казначее. — Мия, останешься с Зарой.

— Но… — Рея не хочет оставлять сестренку.

— Не беспокойся, она же маг. Что тут может случиться?

— Маг? — Рея удивлённо посмотрела на молчаливую малышку. — Так она ваша ученица?

— Нет, ты не так поняла… — я запнулся, не зная, как лучше объяснить.

Мия расставила всё по местам.

— Он убил моего учителя, когда старый шаман напал на его поселение.

Рея не нашлась, что сказать.

Мы разделились, мне надо было срочно уединиться и привести ценную покупку в чувства. Сам я его тащить не собирался, поэтому взял Рею.

Мы пошли прочь, избегая внимания вновь запустившегося аукциона, где на нас смотрели со злобой и презрением, за почти часовую паузу.

— Миа сказала о поселении, — Рея принялась допрашивать меня, стоило нам отойти от рынка. — Вы вернётесь туда, когда закончите дела?

— Да.

— Оно далеко?

— Да.

— Вы служите кому-то или являетесь лордом этого места?

— Я не служу.

— Оно в пределах королевства Лейн? — она заводила меня в тупик своими вопросами.

— Нет, оно дальше.

Рея нахмурилась и на какое-то время замолчала.

Мы свернули к таверне, где сняли комнату.

Поднялись по скрипучим ступеням и уединились в комнате.

Стражница скинула парнишку на кровать. Я подошёл ближе и стал проводить нехитрые манипуляции по перекачиванию энергии. Руки засияли, поток влился в измученное тело, приводя несчастного в чувство.

Лечение парня так впечатлило Рею, что меня чуть не оглушило эмоциями, бьющими из девушки, словно вода из брандспойта.

— Где я?.. — едва слышно спросил парнишка.

— В безопасности, — успокоил я. — Отдыхай, скоро ты получишь ответы на все вопросы.

Отключаю его сознание, погружая в сон.

— Теперь ему надо отдохнуть. Утром мы уйдём. А сейчас нам надо потратить это.

Трясу небольшой кожаный мешочек с монетами.

* * *

Я решил остаться ненадолго, чтобы закупить некоторые вещи для своего поселения.

Мы с Реей пошли на рынок — на это раз самый обычный.

Торговая площадь встретила нас гулом толпы, Суори толпились у прилавков и рассматривали товары. Поток монет перетекал из рук в руки, и довольные торговцы завлекали покупателей к своим лавкам, спорили и торговались.

Для начала я обошёл площадь, рассматривая товары — всё то, что может пригодиться будущему городу.

Остро стоял вопрос транспортировки, поэтому первой покупкой стала карта.

Как и предполагалось, протекающая через проклятый лес река выходила к Асури. Если и переправлять товары, то через неё, это самый оптимальный вариант.

С людьми куда сложнее: часть рабов придётся телепортировать, на что уйдёт куча энергии. Вторая половина группы, в основном мужчины, переправят товары через лес под защитой рыболюдов.

Разобравшись, что к чему, мы навестили лавку с тканями и купили несколько рулонов.

Ткань обычная: одна её часть пойдёт на одежду, вторая — на бытовые нужды, постельное бельё и прочее.

Уровень технологий в королевстве Лейн куда выше чем у диких племён, это навело меня на мысль о покупке производства для дальнейшего изготовления у себя.

После я купил несколько мешков с приправами, в основном тех, которых у нас не было.

В племенах на другой стороне проклятого леса совсем нет хороших орудий труда для возделывания земли, плотницких работ и кузнечных работ.

Надо было взять Шиима, чтобы он сам выбрал инструмент.

Купили и пару повозок, куда загрузили все товары.

Коней на рынке не так много, да и стоят они прилично — около пяти золотых за штуку. Поэтому мы взяли всего одного, который и потащит скреплённые вместе телеги.

Вернулись, когда начало смеркаться. Гружёные подводы с покупками вывезли за пределы Асури.

Кроме инструментов, тканей и приправ, повозки пополнились посудой, несколькими ящиками гвоздей и тремя комплектами сбруи.

Монеты разлетелись с феноменальной скоростью, мне пришла даже мысль продать ещё один кристалл, но я решил сделать это позже.

Уже на выходе с площади я приметил магазинчик с рыбацкими принадлежностями, где купил сотню метров парусины.

У нас есть река, и пора бы обзавестись собственным корабликом, который будет служить для перевозки.

За городом нас уже встречали.

Асури окружён высокими стенами из камня, по которым ходит городская охрана.

На надвратных башнях гнездились арбалеты, опасно сверкая в свете закатного солнца стальными дугами.

За пределами стен стояли хлипкие лачуги из дерева, собиравшиеся в целую деревню, где содержали осужденных за самые страшные преступления, участью которых было изгнание в проклятый лес.

Купленные рабы тоже были здесь, они разбили лагерь, собираясь заночевать прямо под открытым небом. Шиим и Зара организовали питание, развели костры и где-то добыли пару котлов и две сотни деревянных плошек, ровно по числу группы. Когда появились мы, как раз поспел ужин.

Я сдал повозки и попросил Шиима позаботиться о коне.

Но вот приступить к ужину не успел.

Возле городских ворот образовалась шумиха. Отряд стражников растолкал входящую в город очередь, и к нам направились два десятка Суори.

Рея побледнела и сжала рукоять клинка, висящего на поясе.

— Луу… — прошептала она, едва разомкнув плотно сжатые губы, словно ругательство.

Я присел у огня, перебирая ложкой варево в тарелке.

Миа встала рядом с сестрой, нахмурилась и приготовилась к сражению.

Сидя спиной к подъезжающему отряду, я слышал, как они соскальзывают с лошадей и обнажают мечи.

— Рея Олахан, я арестовываю тебя по обвинению в заговоре с агентом другого королевства, — злорадно произнесла задира, которую я отправил в нокаут этим утром.

— Я не ничего не сделала, — ответила та, знатно испугавшись. — Покажи предписание к моему аресту.

— Это не важно, у меня есть все права, — отмахнулась задира, от неё так и веяло радостью. — Меня сопровождает маг госпожи Аники, он подтвердит приказ.

Я глянул на вставших полукругом стражниц.

Маг — высокая Суори в плаще и лёгком платье, она с интересом осматривалась, будто впервые оказалась за городскими стенами. Может, это так и было, кто знает.

— Где тот Суори, что напал на нас утром? — жёстко спросила Луу.

Рея промолчала, Миа же сложила пальцы, готовая в любой момент атаковать. Арсенала девочки я не видел, но уверен, она найдёт, чем удивить.

— Я здесь, — не оборачиваясь отозвался я. — И как сказала Рея, ты должна показать заверенный приказ.

— Ничтожество! — прошипела Луу, не на шутку разозлившись. — Смеешь сопротивляться страже Асури? Линда, приказываю устранить этого мага.

Луу указала на меня пальцем. Сопровождающая её магиня поморщилась.

— Ты не можешь мне приказывать. Мы пришли за изменницей, по твоим словам. Остальное решит суд.

— Грёбаные маги… — Луу направилась ко мне с клинком наперевес.

Добраться до меня злобной суке было не дано.

Малышка Миа сделала движение руками, и между её ладоней загорелось пламя.

— Ай-ай-ай, не стоит этого делать, — наставительно произнесла Линда.

Она ударила воздушной волной и погасила огонь.

Выкупленные мною рабы поспешили разойтись, чтобы не стать жертвами в этой дуэли. На месте остался только Шиим, Зара же отошла вместе со всеми.

У нас образовалось почти пять сотен зрителей, включая изгоев.

Я встал, отставляя в сторону плошку с недоеденной кашей и направился к отряду стражниц.

Миа снова зажгла огонь, но на этот раз не стала ждать, а кинула сгусток пламени в Линду.

Магиня лишь махнула рукой, отправляя девочку в полёт на несколько метров, где та больно упала на землю.

Рея обнажила меч, собираясь ввязаться в схватку.

— Не советую, — скучающе произнесла Линда.

— Поддерживаю, — вздохнул я. — Помоги сестре. Шиим, готовь всех, мы уходим.

— Не так быстро! — Луу брызжала ядом, так ей не нравилось собственное бессилие.

— Кто же ты такой… — произнесла Линда, она подобралась, снова взмахивая рукой и призывая ветер, когда я направился в её сторону.

Но ничего не произошло. Стихия не послушалась, зародившийся ураган мягко осел и нежно лизнул моё лицо.

— Мы не хотим проблем, — начал я. — Советую вам уйти, уже через час нас здесь не будет.

— Грязный урод! Как смеешь ты ставить условия? — снова завелась Луу.

— Заткнись… — приказала Линда. Глаза стражницы полезли на лоб, но она не стала перечить.

— Кто ты такой? — повторила магиня. — Ты из Самиля? Или из Алуона? Что забыл здесь?

— Слишком много вопросов.

— Сколько их задавать, решать только мне.

— Приказывают обычно с позиции силы, — я усмехаюсь.

— Сомневаешься? — Линда копирует усмешку. — Подчинись, иначе будет хуже.

— Посмотрим.

Она снова взывает к стихии ветра, обрушивая на меня удар, который мог бы размазать по земле пару сотен Суори.

Между нами закручивается смерч, быстро набирая скорость. Размерами он в пару десятков метров в высоту.

Чистая сила — вокруг еле заметно заколыхалась редкая трава, доспешные юбки стражниц дрогнули, поднятые силой.

Смерч повиновался воле Линды и понёсся на меня, словно сорвавшийся с цепи пёс. Её губы растянулись в самодовольной улыбке.

Я шагнул вперёд, проходя сквозь солп ветра, который даже не потревожил натянутого капюшона.

Стихия непонимающе спрашивала, что ей делать: она, будто ребёнок, поставленный между двумя родителями, недоумевала от приказов, которые раздирали её элементарное сознание.

— Это всё? — подразнил я Линду, оказавшись в нескольких шагах напротив неё.

Она разозлилась, подняла обе руки, и все мечи стражниц в миг сорвались с поясов и вырвались из их рук, пулями разрезая пространство.

Металл осыпался у ног, вызывая на губах улыбку.

Линда шокировано застыла, она не понимала, как подобное возможно.

Сложно навредить стихией, которая не подчиняется тебе в полной мере.

— Ты слаба… Передай приказ своей повелительнице. Мне не нужна война, я буду у неё через несколько дней, где мы и встретимся.

— С чего ты решил, что пресветлая Аника будет тебя слушать? — огрызнулась Линда, понимая, что все её возможности передо мной — ничто.

— Тогда я заставлю её это сделать.

— Я лишь ученик седьмой ступени, маги Асури разорвут тебя на части.

— Через три дня, запомни. А чтобы тебя не подвела память, как и твой дар, я оставлю это…

Воздух успокаивается, чтобы взорваться сотней концентрированных видимых потоков.

Небо над головами рабов сгущается.

Формирую слово и направляю его в сторону стены.

Удар приходится в цель. На камне отпечатывается слово.

Следующим импульсом приказываю всем стражницам и магу идти к своей госпоже. Ментальный приказ подчиняет их волю, и они безропотно уходят.

Глава 20. История Аники

— Внушение развеялось сразу после того, как вы прибыли в замок?

Линда и Луу, старшая стражница, стояли на коленях возле губернаторского трона, отчитываясь за вечерний инцидент.

Правительница королевства Лейн ходила из стороны в сторону, хищно посматривая то на лежащий на столе клинок, то на двух провинившихся подчинённых.

Магиня и стражница не смели взглянуть на неё, хотя в спокойные времена частенько любовались своей госпожой.

Аника считалась эталоном красоты, а также — благоразумия. Статная и одновременно хрупкая, словно фарфоровый фужер.

На носу у неё покоились два монокуляра — передовая разработка в королевстве, последний писк моды.

Лицо Аники чудовищно исказилось от гнева. Сейчас она не играла в добродетельную госпожу, она рвала и метала, из-за чего рядовая магиня и стражница потели от страха.

Провинившиеся переглянулись: они не понимали, какой магией их обработали. Они шли, словно в тумане, и не могли даже моргнуть. Тем не менее девушки помнили, что случилось и что этому предшествовало.

Разумный, обладающий такой силой…

Мало кто мог предположить, что подобное случится в Асури.

У Суори королевства Лейн были свои маги, и трое из них точно бы не уступили неизвестному в могуществе. Но, увы, один из них прибудет лишь через целую декаду, а остальные и того позже.

Королевству невыгодно запрещать, чтобы волшебники путешествовали, изучали магию и охотились на тварей.

Нет, Аника могла бы прибрать к рукам такой ресурс, но тогда все издержки рухнут на казну, которая и так показывает дно не первый год.

Сейчас госпожа губернатор злилась, — и злилась так сильно, что не стеснялась в выражениях. Ругаться она умела, и более того — любила.

Вышедшая из квартала ремесленников, она создала себя сама. Придворные шокировано шептались у неё за спиной о том, как разнилось её поведение внутри дворца и вне его стен. Аника легко могла с ног до головы облить помоями любого аристократа, если тот начинал творить глупости.

Вот и сейчас, первая леди Лейна от души поносила стражницу и магиню за их провал:

— Вы туповые…аные курицы! Ты, да, да, я про тебя, су…а. Что скажешь?

— Но что мы могли сделать?

— Оленихе х…й приделать! — не стеснялась в выражениях Аника. — Мало того что вы, тупорылые, доказали, что у вас нет мозгов, так ещё и умудрились из-за своих шкурных интересов настроить мага такой силы против меня.

— Но… — Луу попыталась оправдаться. — Он прибудет через три дня.

— И что, туша ты такая?! Какого он будет мнения? Или тебе напомнить о вмятине на городской стене? Или о надписи? Знаешь, по-моему, подобные послания оставляют люди в гневе, ты так не считаешь? И есть за что…

Аника выдохнула и села в кресло.

Она была облачена в охотничий костюм, лёгкие штаны и рубаху, выгодно подчеркивающие все достоинства её фигуры.

Ветер из открытого окна с видом на столицу Лейна колыхал её светлые, выгоревшие на солнце волосы.

— Позови Малию. Вы двое свободны.

Повелительный жест Аники заставил обеих Суори вылететь из кабинета со скоростью выпущенной стрелы.

Разведчица не замедлила появиться.

— Надеюсь, ты меня сегодня порадуешь… — проворчала Аника.

— Как вас порадовать — спереди или сзади? — нагло ухмыльнулась Малия.

— Ты обнаглела… — зловеща прошептала Аника, но сразу же рассмеялась.

Подруги ещё долго хохотали.

Аника была благодарна Малии: та всегда знала, что ей нужно, и самое главное — не боялась говорить в лицо правду.

Неудивительно — самая близкая подруга не раз вытаскивала её из таких передряг, какие не снились ни одной из куриц, которых она время от времени вызывала на ковёр.

Они познакомились в детстве, на задворках Лейна.

В то время королевства ещё не коснулись изменения, оно загнивало, и края этому никто не видел.

Лавина безработицы и бедности, а на задворках городской черты процветает каннибализм. Власть сосредоточена в руках узурпаторши, которой абсолютно всё равно, как живёт народ.

Две маленькие заморенные Суори с голодными глазами сражались за свою жизнь каждый день, как и тысячи других людей.

Они воровали, были биты и били сами. Отмечали победы и оплакивали рано ушедших друзей. Слишком рано.

Сколько им было? По лет семь, когда их, будто котят, выкинули на улицу.

Родители Аники в какой-то момент пристрастились к листу Дому. Они жевали губительное растение, сходили с ума и беззаботно веселились.

Аника всё ещё помнила их белоснежные от употребления Дому зубы и широко раскрытые глаза, сверкающие бездной, — вертикальный зрачок становился круглым, как чашка терпкого чёрного чая.

Родители Малии не баловались Дому, они стали жертвами вина.

Обе девочки пережили примерно одно и то же: дикую эйфорию родителей, а затем — долгие откаты.

Пустой желудок был нормой, мысли сосредоточились вокруг выживания, отрезая всё остальное, в том числе образованность и разумность.

А как иначе выжить в лабиринте Асури, когда вокруг царят голод и разруха?

Королевство целиком и полностью во власти тиранши и её гвардии, которые спускались из дворца на холме, только чтобы прибить пару бедняков, копошащихся, как черви, в трущобах города, и удовлетворить себя безнаказанностью.

Аника плутала по улицам, спала на чердаках и чаще всего вставала с закатом, мечтая не вставать никогда. Но дни шли, девочка взрослела.

Аника любила заходить в лавку старого книгочея, где тот позволял ей читать. Он ставил книгу на стул и девочка запоминала страницу за страницей.

Удивительно добрый старик. Так и правда можно было бы подумать, если не знать его тайн.

Аника читала книги совершенно обнаженная. Старый извращенец любил смотреть на детское несформированное тело, гладил себя, совал руку в штаны и часто дышал, пока его тело не содрогалось в сладострастной конвульсии.

У маленькой Суори, так много пережившей и понимающей то, что было не положено ей по возрасту, всегда было несколько минут до того момента, как он закончит, и ещё столько же после, пока тот неподвижно сидит, смотря на неё пустыми глазами.

После этого старик швырял в неё маленький мешочек с едой и Аника выметалась прочь, на холодные улицы города. Но это всё ещё было лучше, чем стать бесправной игрушкой в чужих руках.

А после она снова возвращалась, когда он вешал над дверью лавки колокольчик.

Они оба были жадны: один — до запретного, другая — до возможностей.

Книги менялись одна за другой, пока одним вечером старика не стало.

Аника, как обычно, пришла к заветной двери, над которой висел колокольчик, глубоко вдохнула морозный зимний воздух, а затем потянула верёвочку.

Никто долго не открывал, и случайно Суори заметила, что дверь не заперта. Она вошла внутрь и увидела книгочея, который застыл над очередной книгой прямо за прилавком.

Аника тихо подошла, ожидая, что он обратит на неё внимание. Но ничего не произошло.

Приблизившись, она заметила, что одежда на груди старика пропитана кровью, которая сочится из его разрезанной шеи. Он опустил голову так, будто прикорнул на полчаса.

Анику обуял ужас, она отпрыгнула, словно кошка, и быстро осмотрелась.

Вокруг тишина, никого.

Видимо, книгочей завершил свою игру, захотел большего, и его наказали.

Аника сориентировалась моментально: она перепрыгнула через стойку и открыла кассовый ящик. Он оказался пуст.

Оглядевшись, Аника заметила мешок из-под новой книжной поставки, схватила его и побежала в сторону жилых помещений, примыкающих к лавке.

На кухне царила разруха — кто-то хорошо порылся в полупустых ящиках.

Аника наполнила мешок тем, что осталось, и еле-еле закинула его на свои хрупкие плечи.

Она, торопясь скрыться, вышла, снова перелезла через стойку и остановилась в двух шагах перед дверью, ведущей на тёмную улицу. Обернулась, чтобы посмотреть на старика: что-то заставило её так поступить, а что именно — она не знала.

Свет масляной лампы играл на её лице ломаными тенями, пока его выражение становилось всё более затравленным и растерянным. Взгляд зацепился за лавки, забитые книгами. Грабители или каратели не заинтересовались ими — только обнесли кухню и забрали монеты.

Выругавшись, Аника снова перескочила через прилавок, даже не думая о дверце, и выгрузила часть продуктов.

Вместо головок сыра, сладкого подсолнечного масла и овощей в мешок летели книги.

Когда количество книг показалось ей достаточным, она встала и поняла, что не может поднять ношу.

Всё решилось в этот момент — голод в душе был яростнее, чем голод в желудке.

Аника со слезами вытаскивала и кидала на пол еду, заменяя её книгами.

Поверх фолиантов влезли лишь пара булок хлеба, кусок сыра и бутылка, как позже оказалось, с вином.

Вытерев слёзы, размазав их грязной ладошкой по щекам, девочка с трудом подняла мешок и отправилась на выход, раскачиваясь под грузом знаний, словно матрос на палубе корабля.

Она ушла вовремя — ровно когда в конце улицы появилась группа людей с лампами наперевес. В окнах загорался свет, из них выглядывали боязливые жители, словно крысы, высовывающие носы из нор в надежде поживиться на чужом несчастье.

Аника добралась до своей ночлежки в подвале старого разрушенного дома, осевшего во время пожара. Обгоревшие балки и три оставшихся стены одиноко торчали из пепелища, под которым сохранился погреб.

В ту ночь она впервые попробовала вино.

Алкоголь настолько сильно ударил ей голову, что она мгновенно погрузилась в сон, крепкий и хороший, как любимая выпивка старого книгочея.

Ещё одна глава в жизни Аники закончилась, и началась новая, уже через одну декаду. Ровно на столько хватило еды. Девочка целыми сутками сидела у входа в подвал, беспробудно читая книги и прячась, заслышав чужие шаги.

Когда еда закончилась, Аника продержалась ещё несколько дней, прежде чем вышла из-под земли, чтобы насытить болезненно пульсирующий желудок.

Два зверёныша встретились на узкой улочке позади лавки пекаря — искали хоть что-то съестное в мусорной куче. Там часто попадались сладкие посыпки, обрезки сдобного теста и даже разбитые яйца.

Обе Суори были голодны, и ни одна не хотела уступать добычу.

Они застыли друг напротив друга, готовясь к схватке.

Противница была чуть крупнее, но Аника не боялась. Страх остался где-то за спиной, на расстоянии трёх голодных ночей, ног, сбитых в поисках еды, и пристающих трактирных пьяниц, манящих ребёнка куском мяса, словно собаку.

Будущая госпожа губернатор чувствовала опасность не хуже волчицы, но сегодня все чувства отказывались работать.

Впервые она увидела себя со стороны. Увидела себя в оборванке напротив.

Такая же босоногая, с худым острым личиком и длинными руками, с острыми грязными ногтями, чуть полусогнутая, готовая прыгнуть вперёд.

— Я тебя видела, — неожиданно заявила противница, пользуясь замешательством Аники. — Ты убегала с мешком бумаги от лавки, ночью, примерно с декаду назад.

— И что? — Аника нахмурилась, она не понимала, что от неё хочет эта девчонка.

— Тоже работала с Вилли? — как-то жалостливо усмехнулась та.

— А тебе какое до этого дело? — с вызовом спросила Аника.

— Никакого, — девочка пожала плечами. — Уже никакого, целую декаду.

Была в её словах какая-то недосказанность.

— Что ты имеешь в виду?

— Я заставила его улыбнуться, — противница безумно ухмыльнулась, отчего по спине Аники побежали мурашки, но не от страха, а от понимания.

— Он тоже смотрел на тебя?

— Смотрел? — ухмылка стала ещё безумнее. — Нет, он занимался со мной всякими делишками, потный старый хряк!

Девочку трясло от гнева, она скривилась, но уже через минуту собралась и успокоилась.

— Малия, — она протянула руку.

— Аника.

Они пожали друг другу руки.

Новых подруг сближало нечто более важное, чем просто жизненный опыт, и чем больше они проводили времени вместе, тем яснее это понимали.

Прямая, будто таран, Малия и хрупкая, но не по годам сообразительная Аника.

Поворот за лавкой пекаря стал самым важным поворотом за всю их короткую жизнь.

Они объединили усилия: Малия взяла на себя всю грязную работу, частенько махала кулаками, Аника же планировала набеги на лавки и дома тех разумных, кто владел большим, чем они, то есть почти всех.

Две голодранки против огромного города. Это были самые тёмные времена, когда всё решалось силой и ловкостью.

Уже через год они не голодали, уверенно обворовывая прохожих, и даже накопили некоторую сумму монет.

Ситуация в городе накалялась, и все недовольные властью постепенно осознали, что так больше не может продолжаться.

Именно в этот момент, когда вокруг царила разруха, Аника решила действовать. Она понимала, что кроме ума ей нужна сила, и частенько смотрела на Малию, представляя, на что будет способна, если соберёт отряд из таких бойцов.

Разговор с Малией состоялся в тот же день. Против аргументов Аники та не устояла, и обе начали действовать.

Они переехали в старый заброшенный склад на окраине, где принялись обживаться и копить ресурсы: еду, вино, монеты, а также — рекрутов.

Их первыми подчинёнными стали такие же мальцы, бегающие в поисках еды по всему городу. Малия и Аника являлись им ангелами мщения, и те робко шли на свет, были, наконец-то, сыты и получали приют.

Всё, что требовалось от рекрутов, — это выполнять приказы.

Число беспризорников под их началом росло, и минула ещё пара лет, прежде чем на улицах Асури появилась новая сила.

Организация Аники торговала всем: крадеными инструментами, драгоценностями и, самое главное, информацией. Их прозвали птичками Лейна.

Конечно же, многие хотели подчинить себе стайку сорванцов, но они допустили большую ошибку: не воспринимали бродяжек всерьёз, пока не стало поздно.

Сорванцы за пять лет подросли и распределились по всему городу. Это уже были не те дети, которые голодными скитались по Асури. Нет. Одни стали юношами, а другие — девушками.

Рядом с первым ангаром был куплен целый район с другими строениями. Появились стена, часовые и иерархия.

Под властью Аники на тот момент находилось почти пять тысяч человек.

Аника стала невероятно красивой девушкой. Огонь в её груди не погас, всё так же питая тягу к знаниям, которая позволила ей стать той, кем она была сейчас.

Всё шло к перевороту.

В конец зарвавшаяся узурпаторша в окружении стариков, поддакивающих её решениям, выжила из ума. По всему городу проходили зачистки недовольных, совершались убийства и подстраивались поджоги. Город пылал, но Аника не пострадала. Она никогда не шла против режима: он был для неё водой, а она стала рыбой.

Но наступило время выйти из своего болота в огромное озеро, и этим озером было суждено стать Асури.

Бессонные ночи и планирование, а затем — неожиданная атака в волчий час, ранним утром, когда ночь ещё не сменилась рассветом.

Захват замка на холме не занял много времени: его охраняли жирные и пьяные стражники, неспособные противостоять быстрым и беспощадным птичкам Аники.

Сама девушка вошла в замок, когда всё было кончено.

Малия, полностью облитая кровью, стояла во внутреннем дворике. Аника поняла, что кровь на теле Малии принадлежит отнюдь не ей.

Тридцать советников и госпожа губернатор. Визгливая тощая сука с бешеными глазами, ещё не до конца понявшая, что произошло.

— Кучка отребья! Вы все скоро сдохнете, все… — визжала она.

— Нет, сегодня умрёшь только ты, — произнесла Аника, но узурпаторша ей не поверила.

— Кто вы и кто я! Толпа уродов! Меня поддерживают другие государства, я разотру вас в порошок… Преклоните колени!

— Отпустить их, всех…

Аника взмахнула рукой.

Птички развязали советникам и королеве руки. Те испуганно побрели прочь из замка — старики сбились в толпу вокруг что-то орущей губернаторши.

Они погибли почти сразу, как вошли в город.

Удары сыпались на них со всех сторон — тиранша и её свита плелись между выбежавших на улицу Суори, получали раны и падали в пыль, делая последние вдохи.

Тени выходили из толпы и пронзали их острыми клинками.

Где-то постарались разумные Аники, где-то — сами горожане. Всё закончилось через десяток минут.

К замку стеклось множество жителей Асури, которые решили свершить самосуд и встать у руля власти.

Их встретила сама Аника в окружении полусотни вооружённых птичек.

— Мы не станем терпеть! Зачем менять одну курицу на вторую?!

— Да!

— Будем править сами!

— Мы тебя не избирали! Какие у тебя права?!

Аника кивнула, громко свистнув.

Из многотысячной толпы вперёд выступил каждый сотый — они подошли к Анике и преклонили перед ней колени. Все они были солью земли, самим городом и его неравнодушными гражданами — молодыми и свежими, взамен заскорузлых и узколобых. Они были птичками Асури.

— Меня выбрал народ, — провозгласила Аника.

Именно так Аника когда-то стала первым добросовестным правителем Лейна.

Вот уже десять лет всё работало словно часы.

Коррупция перестала существовать, стража помогала, а не внушала страх.

Конечно, везде найдётся изъян, и королевство очень нуждается в мужчинах, ресурсах, но всё многократно лучше, чем прежде. Это грело сердце Аники, огня которого хватило до сегодняшнего дня.

Картины прошлого пронеслись перед глазами Аники впервые за последние годы. Сознание будто бы говорило: грядёт буря, и ей снова предстоит принимать тяжёлые решения, которые изменят жизни многих людей.

— Куда они отправились? — спросила Аника свою подругу, выходя из своеобразного транса.

— В проклятый лес.

— Не думаю, что они безумцы, — пробормотала госпожа губернатор.

— И не думай. Они пропали, едва вошли. А маг и вовсе исчез, — отозвалась Малия.

— Это интересно.

— Конечно.

— Лети в лес, в воздухе безопасно, узнай всё.

— Вас поняла, ваше величество…

— Дура!

Глава 21. Дом милый дом

Мы скрылись в лесу под недоумевающими взглядами стражниц.

Суори лишь смотрели нам вслед — группе изгоев, которая, по их мнению, выглядела больше, чем было заявлено.

Никто не захотел разбираться: больше и больше — кому какая разница, сколько туш пойдёт на корм проклятому лесу?

Я не планировал становиться кормом. Как только наша группа из более чем двухсот разумных скрылась меж стволов и кустарников, пропадая из зоны видимости стражниц, началось самое интересное.

— Сейчас мы выйдем к реке, Шиим. Предупреди своих, они не должны пугаться.

Суори со страхом на лице оглядывались, страшась каждой ветки. Примерно так реагируют городские, когда попадают в некомфортную ситуацию. Совсем не чета моему новому народу — боязливые, хилые и не внушающие страха. Ну, ничего, скоро откормим и натренируем.

С такими мыслями я подошёл к реке.

Шиим за моей спиной что-то вещал своим собратьям успокаивающим тоном. Народ, затихнув, озирался по сторонам.

Интересный факт: из почти двухсот пятидесяти Суори девушек было всего тридцать.

И они вызывали у меня большую симпатию, чем мужчины, — своим спокойствием и внушительным видом.

Когда из воды появляется голова Ариэль, кто-то за моей спиной громко визжит. Удивлённо оборачиваюсь и смотрю на тощего рогатого индивида. Голосит прямо как девчонка. Чудны дела Лейна, и плохи, если честно.

Шиим с укором посмотрел на мальчика — иначе вопящего Суори и не назвать.

Парочка девушек из загона рабов закатила глаза. Суори-женщины держались лучше и даже с интересом поглядывали на Шиима под ревнивым взглядом Зары.

Самки, одним словом.

Ариэль привела с собой помощников, и те притащили плоты.

Как оказалось, плавсредств на всех не хватало. Проблему быстро решил Шиим: вооружившись клинком, отобранным у Реи, он начал сооружать новые плоты.

К слову о Рее и Миа: обе девушки отправились с нами. После конфликта с Луу никто из них не тешил себя надеждами на хороший исход, и вариант у них оставался один — бегство.

Терять Рее было нечего. Её самым дорогим имуществом был старый родительский дом почти в центре Асури, часть которого она уже заложила, чтобы оплатить недешёвое обучение в академии.

В Асури, столице Лейна, располагалась Академия Стихий, куда до недавних пор метила Рея.

Мне пришлось остаться до самого утра, а затем и ещё на один световой день, чтобы защитить беглецов от враждебной флоры и фауны.

Мы находились на опушке — заходить дальше было слишком опасно. А своей цели мы успешно добились — скрылись от взгляда охраны в кромке леса.

Пока разумные отдыхали, а Шиим с помощником строил на скорую руку плоты, я отделился от группы и пошёл в свободное плаванье.

Хотелось изучить территорию.

Разведка дала неутешительные результаты: монстров на границе с Лейном не так много. Видимо, сказывается постепенная экспансия королевских охотников и магов, которые не прочь добыть камни душ, а если по-простому — кристаллы, наполненные маной.

Шиим хорошо потрудился — к вечеру второго дня нашего простоя плоты были готовы и мы начали сплав.

Река забурлила, и русалки потянули связку из более чем пятнадцати платформ против не особо сильного течения.

Коней распрягли, поводы, наполненные товарами, погрузили на плоты, а самих животных я в два захода перетащил в поселение.

Добираться новые жители будут около трёх суток, поэтому пока я мог заняться своими делами.

Поселение встретило меня спокойствием и рабочим настроением. Так как время подошло к ужину, я собрал всех своих приближённых, чтобы послушать доклады о том, как обстоят дела.

— Владыка Омнос отправил делегацию, они скоро будут у нас, — отчиталась Дана. — В остальном работа продолжается, всё в порядке.

Она секунду помолчала и задумчиво добавила:

— Только не понимаю, что им нужно.

Я, в отличие от неё, понимал, что понадобилось Омносу, но промолчал.

Очевидно, он всё ещё хочет сосватать за меня мерзавку Сизи. От одной мысли о наглой мордахе этой Суори эмоции приобрели гневный окрас.

Пытаюсь отвлечься.

— Кархен? — я переключился на ремесленника.

— Построены тридцать новых домов, ещё пятьдесят в застройке, — коротко ответил тот, не отрываясь от еды.

Россом не стал дожидаться вопроса.

— Металл закончился, на днях строительство встанет.

— Сюда плывут две сотни новых жителей, — порадовал его я. — Среди них мастер по стеклу, горнодобытчик и парочка шахтёров. С ними прибудут и мои покупки — материал для постройки домов. Гвозди, ткань, инструменты.

— Отлично, — Россом засиял.

— Как прошла ваша поездка? — более проницательный Хорех мыслил шире.

Я вздохнул.

— Если коротко, вы скоро сами увидите, кто населяет королевство за лесом в трёх днях пути от нас. В целом, мне удалось договориться. Я отбываю на встречу с местной правительницей, чтобы наладить торговые каналы.

— Хм, — Хорех погладил бороду. — До нас им не добраться, лес стал нашей защитой. Вы очень хорошо придумали — основать город именно здесь. Угрозы для нас пока нет, а благ достаточно.

— Всё верно, — киваю. — В будущем мы расширимся, вырубим часть леса и отгородимся стенами. Но для этого надо как можно больше разумных.

— Думаю, всё получится, — проворковала Нини, подкладывая мне еды. — Вы всё продумали.

Неужели наша шеф-повар так заскучала без меня? Приятно, ничего не скажешь.

Все засмеялись, смущая красотку с большой и открытой душой, которая замечательно просматривалась в её декольте.

Лисария за столом притихла, она всегда была на своей волне: что-то мурлыкала себе под нос и подкидывала кусочки мяса лежащей у её ног махине из леса. Пса, кстати, назвали Пушок. Отчасти это была моя идея.

— Какой же это Пушок? — воззрилась на меня, будто на душевно больного, Дана.

— А мне нравится, — ответила Лисария, загадочно сверкая глазами.

— В этом и дело, — пояснил я. — Звучит забавно, поэтому пусть будет так.

— Делайте что пожелаете, — Дана надулась.

Возвращение порадовало. Я соскучился по новому дому.

Летний зной, запах глины, стук кузнечного молота и разлитый в воздухе аромат свежих досок.

Несколько дней я провёл в рутинной работе. Поохотился в проклятом лесу и пополнил запас камней. Две ночи подряд мысленно проектировал будущий город, нанося на воображаемый план последние штрихи.

В центре города начали возводить мою личную резиденцию — огромный дом на почти сотню комнат, с венцом строительного творения — личной купальней, где будет очень удобно отдыхать после важных дел.

Вопрос с водопроводом оставался открытым.

Очень не хотелось уподобляться тому же Лейну, где в Асури, главном городе страны, были настолько плохие условия для проживания. Всюду помои и сточные канавы, бедные кварталы, работорговля.

Две сотни новых работников помогут ускорить темпы возведения города, но этого недостаточно. После возвращения из Лейна стоит вплотную заняться расширением границ.

Между горами и лесом проживает почти пятьдесят тысяч Суори — по самым скромным подсчётам, как сказал Адрок. Я уверен, что не все они адекватны, как Омнос, а значит, надо обязательно подумать о завоевательных походах.

Три проведённые ночи в поселении, имени которому я пока не дал, сильно выжали меня — мне постоянно снились кошмары.

Я снова и снова видел вспышку, крик Милиены, взбешённую Настю и сметающую орды механических воинов Лару. Чувствовал боль, всепоглощающую и объёмную, будто резервуар, куда меня с головой погрузили.

Утром третьего дня всё начиналось как обычно. Мы позавтракали и занялись работой. Стройка бурлила с самого утра, и я позволил себе провести в кровати чуть больше времени, размышляя о будущем и прошлом. Всё перемешалось, и я не видел выхода.

Почти в обед я едва не столкнулся со спешащим куда-то изо всех сил Хорехом.

— Владыка!

— Что случилось?

— Что-то летает в небе, — мой новоявленный офицер указал пальцем вверх.

Я присмотрелся и сразу же заметил кружащую над поселением точку.

Острое зрение разобрало в крохотном пятне знакомого мне по миру земли виверна. А вот лицо наездника скрывал шлем, но сразу было понятно, что это — воительница.

Интересно.

Видимо, Лейн не стал ждать моего визита и решил сунуть нос в чужие дела.

— Это существо появлялось и вчера, но я не придал этому значения. Оно парило над проклятым лесом, — признался Хорех.

— Хорошо, сейчас разберёмся.

Что мне делать с гостем?

— Владыка! — а вот и Дана. У неё, видимо, тоже что-то случилось.

— Не сейчас.

Отмахиваюсь от неё и исчезаю в портале.

Появляюсь примерно на одной высоте с разведчиком. Сила гравитации тянет вниз, но потоки воздуха вовремя подхватывают моё тело, а кинетика стабилизирует положение.

Замираю прямо перед летающим ящером.

Ещё один шаг через пространство — и хватаю разумного за лямку кожаного доспеха. Мы перемещаемся в центр поселения, где стоят Хорех и Дана, приложив к глазам ладони и всматриваясь в небо.

Встаю на землю, ноги снова чувствуют опору, и пропадает ощущение полёта и невесомости, которое вызывает восторг.

Разведчица валится на землю, но сразу же подскакивает, воинственно доставая клинок. В распоряжении Суори только кинжал. Меч, как я заметил, был приторочен к седлу виверна.

К слову, сам виверн испускает крик, больше похожий на птичий, и устремляется вниз, на помощь хозяйке.

— Разоружить, — отдаю приказ Хореху, кивая на незнакомку.

Впрочем, воин уже сообразил, что делать: он и ещё парочка воинов обступили гостью, не давая ей совершить глупость.

Смотрю на быстро приближающегося виверна, камнем падающего из небесно-голубой выси. Зверюга кричит и негодует, обещая нам большие проблемы на своём зверином языке.

— Фёдор! — Дана не отступает и продолжает меня отвлекать.

Кидаю на неё взгляд — стоит, скрестив руки, и негодует.

— Что?

Только сейчас замечаю, как к нам подходит Сизи. Вот же бесы и все их круги ада! Чего она здесь забыла?

— Понял! — рычу Дане.

Злость на наглую незваную гостью снова бурлит и обжигает.

Сизи наслаждалась моментом — она буквально плыла, грациозно и неторопливо. Вышла на площадь в сопровождении своих людей и круга воинов племени Трёх рек и направилась к главе поселения, а по совместительству — её жениху.

Шла и представляла его лицо, — лицо чудовища, за которое отец собирается её выдать. Лёгкой жизни нежеланному женишку красавица решила не давать, поэтому приехала с чётким намерением повеселиться.

«Это животное ни дня не может без проблем!» — пронеслась мысль в её голове.

На главной площади деревушки столпились воины. Одна тройка окружила незнакомку в металлическом шлеме и, похоже, ждала приказа, чтобы её убить.

Сам виновник всего переполоха сейчас спорил с провожатой Сизи, которая вырвалась вперёд и была чем-то недовольна. Сизи помнила её — кажется, это дочь вождя, Дана.

Она что-то сказала жениху Сизи. Тот оглянулся, наконец-то, замечая её — свою невесту.

— Понял! — грубо бросил он.

— Кажется, ты не совсем понимаешь, — Сизи искривила губы в ухмылке, обращаясь к нему. — Я тут не по своей воле.

— Да мне похеру, — бросил он.

— Ах так? — моментально разозлилась Сизи. — Мой отец никогда не сделает того, что ты хочешь, грязный урод!

— Тебе повторить, что я сказал раньше?! — рявкнул он, смотря куда-то наверх.

— Да, будь добр, повтори… — Сизи и сама посмотрела в небо, и слова застряли у неё в горле.

На них летела страшная образина, отдаленно напоминающая помесь мифического дракона и обычной ящерицы. Тёмно-зелёные чешуйки хищно сверкали на солнце, но не ярче, чем клыки в оскаленной пасти.

Сизи даже сделала шаг назад и неловко запнулась, падая на прекрасную пятую точку, которая обычно притягивала взгляды всех мужчин.

Глава поселения не растерялся и преградил хищнику дорогу. Тот захлопал крыльями и замедлился, накрывая хрупкого человека громадной тенью.

Но этого было мало, чтобы испугать безумного жениха Сизи. Он дождался, когда дракон приблизится, после чего сместился вправо, подпрыгнул и схватил его за выпирающие из черепа рожи.

Секунда — и голова ящера прижата к земле, он лишь может упрямо бить крыльями в попытках вырваться.

— Прикажи ему успокоиться, — произнёс жених. — Или я прибью эту тварь.

Девушка, окружённая воинами Трёх рек, подошла к зверю и что-то прошептала. Монстр сразу же затих и сложил крылья, тяжело дыша. Хотя… Кто здесь монстр, Сизи бы ещё поспорила. Странное крылатое создание или разумный, сумевший скрутить зверя размером с конную повозку голыми руками?

Из проулка на площадь выскочил ещё один монстр, страшный и не уступающий размерами первому. Похожий чем-то на рыску. На его спине сидела удивительной красоты девушка. Только вот нетипичная — с зелёной кожей и ростом меньше, чем обычная Суори, около полутора метров от земли.

Новая участница конфликта спрыгнула со спины зверя.

Никто и глазом не моргнул, словно то, что по деревне разгуливает чудовище, — абсолютная норма. А может и так?

Что же за дела здесь творятся?

У Сизи закружилась голова. Она поднялась, внимательно наблюдая за своим нареченным.

Ещё не так давно она жаловалась на скуку, сидя в деревеньке возле горы. Затем это странное решение отца — и вот она четыре с лишним дня трясется по бездорожью, чтобы добраться в создателем забытое место на краю обжитых территорий.

Стоит заметить, она увидела здесь намного больше, чем представляла.

Во-первых, местных было много, — очень много для племени Трёх рек. Они все занимались делами. В основном их деятельность носила фортификационный характер. Местные Суори, будто трудолюбивые муравьи, копошились повсюду: строили, заготавливали, перетаскивали.

Причём, все они были веселы и беззаботны, несмотря на то, что находились прямо перед проклятым лесом. Всюду витали ароматы еды, труда, свежескошенной травы, сушившейся одежды и горящего огня.

Смеялись и играли дети, стояли на постах стражники.

И, как вишенка на торте, совершенно хаотичное представление в центре деревни. Но никто не обращал на это внимания, словно и не случилось ничего необычного. Даже дети не оторвались от своих игр, когда услышали шум.

Народ не собрался толпой, не кричал и не спорил.

Сизи огляделась. Мимо проходили Суори, спеша по своим делам. Они бросали короткие взгляды на пленницу и монстра, неодобрительно качали головой и шли дальше.

Единственная реакция, большая, чем молчаливое осуждение, которую заметила Сизи, так это разговор двух женщин у колодца — они в этот момент набирали воду.

— Могла бы просто спуститься да поговорить с владыкой, — услышала Сизи неодобрительный голос одной.

— Махать кулаками — дело пропащее, — поддакнула вторая. — Наш владыка зверей лесных приручает, да целые войска разбивает, а тут — какая-то дикарка свалилась на голову.

— Это, наверняка, Лейновцы… — знающим тоном протянула первая. — Наш владыка к ним, значит, ездил, ну, летал. Мне Хорех рассказал.

— И что? Они за ним следом притащились? — ахнула вторая.

— Да похоже! — сплюнула первая и рассмеялась. — Как притащились, так и утащатся, может, даже не все целы останутся.

— Верно…

Сизи лишь хлопала глазами. В её мыслях снова всплыл вопрос. Куда её послал отец?

Глава 22. Полный переворот

Виверн успокоился, видя, что его хозяйке не грозит опасность.

Я посмотрел на гостью из Лейна. Разведка? Местная МИ-6 или ЦРУ, секретная служба. Девица была напряжена и крутилась волчком, не понимая, откуда ждать атаки.

— Пойдём, надо поговорить, — приказываю ей. — Оружие можешь оставить. Но если причинишь вред кому-то в этом селении, тебе будет очень плохо.

Воительница слегка удивилась — на несколько секунд она впала в ступор, но быстро очнулась и последовала за мной.

Проснулся аппетит. Неужели от вида гостей с оружием у меня пробивается чувство голода? Да нет, быть такого не может. А если может? Значит, долбаные рогатые развивают у меня расстройство пищевого поведения.

Вот козлы… Точнее — Суори.

Первые переговоры я решил провести за столом. У меня нет желания воевать со всем Лейном, сначала нужно попытаться решить дело миром.

За обедом как раз собрались все приближённые к моему владыческому величеству. Оставалось только найти место гостье.

— Не боишься, что я тебя убью? — спросила она, усевшись за стол справа от меня. Шлем она так и не сняла.

Знала бы эта разумная, сколько времени мне потребуется, чтобы убить её, обвешайся она хоть стальными доспехами. Одна секунда. Может быть, чуть меньше. Наивная разведчица.

— Чего мне бояться в собственном доме? — ухмыляюсь. — Ты действительно можешь вот так ворваться на чужую землю и убить хозяев, которые тебе ничего не сделали?

Кажется, она смутилась — по крайней мере, мне так показалось. Быстро посмотрела на стол, затем снова подняла взгляд, изучая меня.

Что-то для себя решив, гостья сняла шлем.

Рядовая Суори, не старая, но и уже не молодая. Лицо серьёзное. Наверняка, не простая служащая, а рангом повыше.

Гостья быстро теряет ко мне интерес. Её больше занимает окружение, да и верно — на своего пленителя она уже посмотрела и поняла, что он не представляет сейчас опасности, а значит, можно собирать информацию.

Нини порхала и накладывала еду — не сядет, пока не положит порцию каждому. Лисария, Дана, Ариэль, даже Сизи здесь…

Как-то незаметно вокруг меня собралось слишком много девушек.

Точно! У них же большая проблема с мужчинами. Я не притягиваю девушек, их действительно большинство.

И я совсем забыл, что они очень даже опасны.

Взять хотя бы Дану, слабейшую из присутствующих здесь. Дочь вождя, которая никогда не интересовалась драками или оружием. Тем не менее она очень быстра и гибка. Видел я, как Дана увернулась от разыгравших её детей. Парочка мелких бандитов из самых смелых спёрли голову Тиируса с кухни и встали за углом домика, прямо в переулке, через который все срезали путь. Заходит туда разумный спокойно и неспешно, а вылетает оттуда, как чёртик из табакерки, с испуганными воплями и бранью.

Их жертвами стали пять Суори, пока не появилась Дана.

Может, мальцы бы и не стали пугать неформального лидера деревни, но никто же не видел!

Дана, заметив вылезшую из-за угла голову змеи, сразу же подпрыгнула и сделала сальто назад, а затем приняла боевую стойку.

Я настолько удивился, что решил спросить, где она этому научилась. Оказалось, у Суори была такая традиция среди девушек — заниматься единоборствами, чтобы уметь за себя постоять. Тайный бойцовский клуб в маленькой деревеньке.

О Сизи говорить не стоит — пока не знаю, что она умеет, кроме как чесать языком и строить козни. Хотя эти её таланты всё же заслуживают внимания.

Нини кого угодно угрохает поварёшкой, стоит только ему подойти к котлам. Завернёт в калачик и испечёт.

Лисария, вообще, самая боевая коротышка, которую я видел в своей жизни. Она мастерски управляет растениями и приручает животных, но, думаю, это не все её таланты.

Ариэль — просто принцесса, этим всё сказано. Но снова-таки, думаю, в воде она смогла бы прикончить всех, кто сидит за этим столом, кроме, пожалуй, меня.

Сравни навыки любой из этих девчонок, поставь их рядом с магами великих кланов и поймёшь, как сложно сравнивать.

— Как тебя зовут? — окликаю я гостью.

— Малия, — отвечает она и отворачивается, на этот раз принюхиваясь к еде.

— А меня зовут Фёдор, — представляюсь и я. — Ты кушай, не бойся, никто тебя травить не будет.

— Ага, только зря яд переводить, — фыркнула Дана.

— Согласна, — кивнула Лисария.

Я удивился — девушки спелись за последнее время.

Малия лишь хмыкнула, смело зачерпнув деревянной ложкой суп. Такого блюда она ещё точно не пробовала.

С зарождающейся улыбкой я наблюдаю, как меняется её лицо.

Через несколько секунд она стучит ложкой быстрее, чем жуёт.

— Что это? — опустошив тарелку, спрашивает Малия и голодными глазами оглядывает стол, пока другие разумные неспешно наслаждаются своими порциями.

— Это… — делаю паузу, стуча пальцами по столу. — Окрошка!

— Окрошка? — Малия недоверчиво смотрит на меня. — Никогда не ела ничего подобного. Думала, здесь еда попроще.

— Ещё бы, — гордо хмыкнула Дана. — У вас в королевстве всё по-другому. Думали, мы дикари?

— Согласна, — подпела Нини.

Само собой! Никто в Лейне подобного не ел.

Окрошку Нини готовила уже давно, с тех пор как я сделал первый уксус. До кваса или кефира дело не дошло — я не очень люблю подобные сочетания, поэтому на них даже не намекнул, чтобы не порождать в головах моих подопытных извращения.

Через час Малия насытилась.

Она и сама не понимала, как всё произошло. Вот её хватают, вот она на земле, а затем уже за столом.

Да за каким столом! Искусно вырезанная из дерева столовая утварь не уступала по изяществу королевской посуде. За столом сидели почти все разумные, что имели вес в этом обществе, и каждый из них вёл себя чинно и совсем не напоминал аборигенов из рассказов, гуляющих по Лейну.

А какие мужчины! Малия смотрела на главного по страже и одного из ремесленников, прикидывая, насколько они отличаются от привычных ей самцов.

До того как её поймали, Малия разведывала обстановку сутки, справедливо полагая, что в небе ей ничего не грозит. При мысли о своей беспечности она поморщилась.

С воздуха открывался отличный обзор на глобальную стройку, которую запустили местные жители. На высоте прекрасно просматривался скелет будущего великолепного города.

Все работали словно отлаженный механизм. Зелье, улучшающее зрение, позволило Малии собрать много сведений, которые она, похоже, уже не донесёт до своей подруги.

Она задумалась, параллельно таская еду со стола. Пища была вкусной и необычной. Пожалуй, столь качественные и лакомые продукты редко встретишь в Асури, не говоря уже о забытых Искупителем племенах за проклятым лесом.

— Какое у тебя задание?

Неожиданный вопрос вывел Малию из равновесия. Послеобеденная нега слетела с неё в мгновение ока, разведчица подобралась и стала куда серьёзнее.

— Не ответить я не могу, — вздохнула она.

— Не можешь.

Малия молчала, собираясь с мыслями.

Она прекрасно понимала, что находится в своего рода плену. Вопросы незнакомца, представившегося Фьодором, были логичны, и на них придётся дать развёрнутый ответ.

— Меня послали для сбора информации руководители Асури, — издалека начала она. — Задача простая — узнать как можно больше о тебе.

Понятно. Просто разведка. Вряд ли она собиралась нападать, но посылать в мои земли шпионов не слишком дружелюбный жест.

— Можешь приказать своему виверну лететь в Асури?

— Да, — осторожно ответила Малия, не понимая, видимо, что я задумал.

— Тогда действуй.

Она направилась к ящеру, погладила его по голове и что-то прошептала.

Смирно лежавший на земле зверь встал и, разминаясь, взмахнул крыльями. Он взял небольшой разбег и взмыл в небо, удаляясь в сторону леса и быстро набирая высоту.

Был риск, что Малия сбежит. Это была своеобразная проверка, и она её прошла — осталась. Стояла напротив меня и ждала дальнейших приказов.

Я дошёл до штаба и надел балахон, собираясь на встречу с губернаторшей Асури.

— Возьми меня за руку, — протянул ладонь Малии.

Она покорно исполнила требуемое.

Пространство передёрнуло рябью, и мы переместились на уже знакомую мне улочку королевства.

Суори удивлённо осматривала родной город, не веря, что мы добрались до него за пару мгновений.

— Веди.

Мы вышли из переулка, вливаясь в плотный поток горожан.

Путь до губернаторской резиденции занял около получаса. Нас остановили на входе, но Малия сняла шлем и стражницы безропотно пропустили нас внутрь.

— Аника может быть занята, — начала было Малия.

— Мне всё равно, устрой встречу прямо сейчас.

Мой безапелляционный тон не предполагал торга.

Мы прошли по коридорам и остановились перед большой двустворчатой дверью высотой в четыре метра. На входе, как и везде, стояла пара высоких Суори-воительниц.

Малия беспрепятственно прошла мимо охранниц, не обращая на них внимания, а вот передо мной копья моментально скрестились. Малии пришлось вернуться и приказать:

— Он со мной, опустить оружие!

Одна из стражниц раскрыла двери, и мы вошли в большой светлый зал. Внутри было пусто.

Мы пересекли помещение и направились в дверь слева от небольшого возвышения, на котором стоял трон.

— Это зал торжеств, тут Аника принимает глав провинций, — пояснила Малия. — В основное время помещение пустует, а сама Аника работает здесь.

Она указала на очередную дверь, которая почти сливалась со стеной.

За ней нас встретил опрятный кабинет, где сидела красивая женщина — вероятнее всего, вышеупомянутая губернаторша.

Напротив неё, в одном из двух кресел для посетителей, восседала дородная дама, что-то активно говорившая, пока мы не прервали её рассказ.

— Малия? — удивилась Аника. — Ты уже вернулась…

Предложение она не закончила, увидев за спиной подруги мою фигуру.

— Сея, оставь нас.

Дама королевских размеров недовольно поморщилась, встала и размеренным шагом удалилась прочь.

Аника изучила меня внимательным взглядом. Малия тем временем села в кресло, устало вытягивая ноги.

— А это, я так понимаю, наш маг, — утвердительно произнесла губернаторша. — Что ж, не скажу, что приятно познакомиться.

— Отчего так? — я опустился во второе кресло. — Я думал, что отправленная тобой разведчица — это повод для разговора.

Аника молчала и сверлила меня взглядом.

— Что тебе от меня нужно? — спрашиваю прямо.

— Аналогичный вопрос.

— Это не я посылаю шпионов, стражу, магов… Перечислять дальше?

— Я к тебе не приходила.

— Теперь пришла, — киваю на молчащую Малию.

— Теперь да.

— Разве у вас запрещено покупать рабов? — наигранно удивляюсь. — Я не сделал ничего запрещённого, но меня сперва пытаются пленить, а затем и вовсе что-то вынюхивают на моей земле.

Аника снова молчит и, видимо, размышляет, как поступить.

— Давай договоримся? Мне от вас ничего не нужно, а вот вам может быть интересно сотрудничать с государством за проклятым лесом.

— Государством?

— Да, я закладываю фундамент будущей страны.

Аника посмотрела на Малию, та кивнула и добавила:

— Это что-то невероятное. Аборигены по большей части мужчины, причём какие! Не чета нашим самцам. Около трёх тысяч разумных возводят город — интересные по своему проекту дома, улицы.

Информация доступная, я не против, Малия бы, так или иначе, сделала доклад.

— Скоро у нас будет очень много товара на продажу. Я хочу соединить наши города мостом, речной канал поможет.

— Но по этой реке невозможно пройти, вы нашли способ? — Аника задумалась.

— Да, иначе я бы не говорил о такой возможности. Мы не можем исключить участия друг друга. Водный путь — самая простая связь между городами, её надо использовать. Но если вы не согласитесь, я начну торговать с другой страной. Судя по карте, река тянется в глубь континента.

— Но вы не сможете пройти через Асури, мы не позволим, — Аника выкладывает козыри на стол.

— Это не так важно. Я не хочу войны, но, если твои люди нападут, мне придётся обороняться. Не думаю, что это выгодно Асури.

— Так уверен в своих силах? — она усмехается.

— Да, — просто отвечаю я.

— Есть одно но — никто не будет торговать с вами, кроме Лейна, — криво улыбается Аника, и за этой улыбкой кроется какая-то не очень понятная мне боль.

— Откуда такая уверенность?

— Река связывает три королевства, Самиль, Алуон, Лейн. Два первых уже давно не выходят на связь. Я пыталась разузнать в чём дело, но никто из разведчиков не вернулся, — Аника нервничает. Судя по всему, ей не просто даются такие откровения, тем более с незнакомым и потенциально опасным магом. — Мои одарённые сейчас на границах Лейна, включена боевая готовность, мы не знаем, чего ожидать от соседей.

Я на минуту замолчал, размышляя. Ситуация, которую обрисовала Аника, необычна. Если глава города прямо заявляет о своём бессилии, значит, она не может справиться с проблемой самостоятельно.

— Что тебе известно?

— Всё происходило по одной схеме. Мои информаторы из знати перестали выходить на связь, и последнее, что я слышала, — сведения о каком-то Совете, взявшем под контроль эти земли, — Аника устало потёрла глаза. — Я не знаю, что это всё значит, но догадываюсь.

Меня в этот момент поразил ступор.

Совет? Где же я это слышал? Неужели тот самый Совет, который когда-то вторгся на землю? Они взялись за старое? Наверное, кто-то остался на этой планете.

Аника и Малия с явным интересом наблюдали за тем, как на моём лице сменяются эмоции: озарение, понимание, ярость, смятение.

Вариант первый: часть Совета, которая не переместилась и осталась здесь, захватывает власть. Вариант второй: это всё ещё тот самый Совет, который я когда-то уничтожил в войне с Суори.

Но это невозможно… Я же не мог переместиться в прошлое. Или мог?

Что мне известно?

По какой-то причине меня перекинуло в мир Суори, который по всем признакам является тем миром, откуда очень давно пришли захватчики.

Память не восстанавливается, что-то её блокирует, а когда я обращаюсь к воспоминаниям, голова начинает жутко болеть. Кроме того, на меня сразу же накатывает невероятная слабость, а из носа льётся кровь.

Меня потряхивало от нервов.

В любом случае — неважно. Если это новый Совет, они могут обладать знаниями, как переместиться на другую планету. Если же это — старая шайка сбрендивших стариков, я могу всё изменить.

От нахлынувшего понимания кровь прилила к лицу, и я часто задышал.

— Э-э-эй! Хватит! — закричала Аника.

Мысль сбивается. Осматриваюсь вокруг.

Стёкла в окнах дребезжат, от меня расходятся волны силы, фиолетовым сиянием перекатываясь по всему кабинету. Сначала я подумал, что дрожит моё тело, но спустя секунду понял, что это ходит ходуном замок.

Мои эмоции так сильно действуют на магию?

Аника и Малия испугались. Они затаились и наблюдали, как маг берёт под контроль дар. Сложить два и два было легко: упоминание мистического Совета породили в маге бешеную злобу, которую ощущали даже они — не обладающие даром разумные.

Я закрываю глаза и смотрю, что происходит с источником.

Невероятно! Сила внутри бурлит… Точно помню, как заполнял резерв перед выходом. Но переход должен был сказаться сильнее, а источник всё так же полон. Сила исторгается из ядра, словно выходящая из берегов вода во время шторма.

Слышу далёкий шёпот:

— Вернись поскорее…

— Владыка…

— Пусть злые умыслы твоих врагов обойдут тебя стороной!

— Молю, услышь меня, Фёдор, я верю, что ты вернёшься целым.

Голоса знакомы, их несколько, все принадлежат девушкам, кроме одного.

Нини? Дана? Лисария? Адрок?!

Получилось! Невероятно! Они верят, искренне верят в меня.

Успокоить источник удаётся быстро, когда я понимаю, что произошло.

Открываю глаза, чтобы продолжить разговор.

Обе Суори отшатываются, Аника даже соскакивает со стула.

— Твои глаза! — бормочет Малия.

Смотрю на окно, часть которого находится в тени. Отражение неясное — вытянутое пятно, в центре которого горят два синих уголька.

— О, всё в порядке, — улыбаюсь. — Теперь всё точно в порядке.

Глава 23. Прошлое будущее

— Видела когда-то подобное? — обращаюсь к Анике, проецируя в её сознание образ легионера и центуриона.

Она вздрагивает, поднимая на меня удивлённый взгляд.

— Да, что-то подобное описывали разведчики из Алуона.

— Что скажешь? — тот же образ сразу летит Малии.

Разведчица не столь впечатлительна и реагирует не столь бурно — просто становится задумчивой.

— Откуда информация? — спрашивает Аника.

— Вы не поверите в то, что я расскажу, поэтому просто стоит один раз показать. Готова?

— Да, — твёрдо кивает Аника, хоть и здорово побледнев.

Аккуратно касаюсь её сознания и закрепляю связь.

Губернаторша теряется в пространстве, её кабинет исчезает, и она переносится в ученический класс, где видит незнакомых людей, похожих на пришедшего к ней разумного. Все сидят за партами. Судя по всему, она видит какие-то события глазами гостя.

Фёдор Фонвизин — приходит понимание личности.

— Сегодня мы поговорим о первом появлении Врат, — говорит учительница, стоящая напротив доски. — Сто лет назад, когда мы впервые заметили подобное явление, мы не знали, как бороться…

Аника слушала лекцию: одетая в блузку и юбку женщина рассказывала о вторжении Суори — народа, ищущего новое пристанище.

Картинка изменилась. В этот раз Аника стоит на крыше и отовсюду лезут легионеры. Рядом с ней какой-то старик в инвалидном кресле размахивает руками и крушит монстров направо и налево. Она сама сжимает пальцы, сминая одного из поднявшихся на крышу легионеров.

В небе что-то вспыхивает, и на крышу спускается облачённый в доспехи воин, хватает Анику и переносит её подальше от боя.

Люди — так называется этот вид — сражаются храбро и самоотверженно. Аника-Фёдор спорит с воином, снявшим шлем — красивой черноволосой девушкой.

Картинка снова меняется, Фёдор кормит маленького центуриончика, он называет его Али. Они вместе убивают врагов, Фёдор призывает диск молний, его родич умирает, а его утаскивает огромный центурион.

Очередная смена декораций.

Фёдор стоит перед армией, штурмующей стены крепости, творя самую мощную магию, которая известна Анике. А затем умирает.

Перерождение, мир людей и Суори, королева Тея, путешествие на континент.

Разъярённый Шесс, битва на плато, а затем всё меняется — горный хребет и новая драка, и на этот раз бог умирает.

— Здесь только один бог, и это не ты! — громом над землёй проносится речь Фёдора.

Сотни тысяч смертей, круг перерождений и снова битвы. Расколотый мир, двойник Фёдора, смерть друга и боевого товарища Али…

Затем перенос и боль, роботизированные воины, снова боль… Образы девушек — Милиены, Лары, Насти. Аника слышит их имена и чувствует, как растворяется в чужом прошлом.

— Хватит! — стонет она. — Я всё увидела…

Когда контакт разрывается, Суори по-другому смотрит на человека перед собой. Сколько же ему пришлось перенести? Сколько боли и утрат, поражений и побед. Всё перемешалось. Аника чувствует, что теряет сознание.

— Что с ней? — взволнованно вскакивает Малия.

— Она увидела мою жизнь, — горько говорит Фёдор. — Скоро очнётся.

— Зачем ты это показал?

— Чтобы всё исправить. Мы не должны повторить этот путь.

Аника приходит в себя.

— Ты в порядке? — Малия помогает ей подняться. При разрыве связи та упала прямо у окна.

— Да, — рассеянно кивает Аника. — Всё хорошо.

— Что ты увидела?

— Сразу и не рассказать, — она потёрла виски, а затем прямо спросила: — Что ты хочешь?

— Хочу прояснить: ты должна сотрудничать со мной и предотвратить этот исход. Уничтожение своей расы.

— Ты уничтожил нашу расу, — Малия недоумённо поднимает брови, когда Аника обвинительно это произносит. — Может, легче убить тебя?

— О, если бы ты могла, — усмехаюсь. — Пока я — главная сила этого мира. Вы ничего не можете сделать, вам придётся сотрудничать.

— Ты не будешь довольствоваться малым, — заключает губернаторша. — А значит, рано или поздно подчинишь всех себе. Какой смысл нам помогать?

— Ваша жизнь станет другой, если я ничего не исправлю. Просто доверься.

— Довериться человеку, который в будущем уничтожит мой народ?

— Твой народ сам принял решение напасть на мою планету.

Все замолчали. Я подошёл к окну и посмотрел на город.

— Ты и сама поняла, как сложно управлять страной. А я управлял целым миром. Под моим руководством он процветал. Подойди.

Аника осторожно приблизилась, я взял её за плечи и поставил перед окном. Малия было дёрнулась, но не стала ничего предпринимать, видя, что я не собираюсь причинять вред правительнице Лейна.

Снова касаюсь сознания Аники.

Она дёргается — Асури на её глазах меняется.

Перепутанные улочки выстраиваются в ровные ряды. Деревянные домики превращаются в каменные, их украшает ровная черепица. Улицы меняются, выщербленные дороги преображаются в каменные мостовые, расцветают парки и сады, появляется крепостная стена. Возле реки вырастает порт, где ровными рядами встают корабли. Столица увеличивается в несколько раз.

— Именно такое будущее тебя ждёт, если ты поддержишь меня, — шепчу ей на ухо. — А вот что будет, если пойдёшь против.

Картина поменялась.

Теперь Асури пылает — повсюду разгорается огонь и слышны стоны умирающих Суори, воины штурмуют дворец, а где-то в богатых залах лежит остывающее тело самой Аники.

— Я возьму своё, так или иначе.

Аника устало падает в кресло.

— Подумать мне нельзя, я правильно понимаю?

— Ты можешь попробовать, но ты и так всё увидела. Сейчас мне нужен разумный, который был в Алуоне. Я хочу навестить Совет и узнать, смогли они построить технологию, позволяющую открыть порталы на Земле, или ещё нет.

— Посол Алуона? — спрашивает Малию губернаторша.

— Да, он ещё в Асури, — подтверждает та.

— Вызови его.

— Незачем, — отмахиваюсь. — Знаешь, где он живёт?

— Да, — отвечает Малия.

— Отлично, представь это место.

Беру Малию за руку, и мы перемещаемся.

Аника остается одна. Новая информация не умещается в голове — она меняет абсолютно все представления о будущем.

Нельзя сказать, что картина, которую показал ей землянин, не нравилась. Процветающее будущее… Если она согласится следовать за ним.

Всё ещё были свежи воспоминания о мире Фёдора. Он сражался, жил, любил, делал всё, чтобы спасти свой народ. Он истинный правитель, такой же как и сама Аника, только обладающий нечеловеческой силой. Божественной силой.

Все решится, когда он встретится с Шессом. В воспоминаниях Аники он победил не сразу. Сейчас Фёдор потерял значительную часть силы, и, как пройдёт бой в новых условиях, никто не знал.

* * *

— Нам нужен господин посол, — попросила об аудиенции Малия.

— К сожалению, он сейчас не может вас принять, — ответила вышедшая из дома секретарша.

Врываюсь в её сознание и узнаю, где находится посол заодно вырубая пару стражников на входе.

— Веди.

Послушная кукла разворачивается и идёт внутрь.

Посол — субтильного вида Суори с длинными витыми рогами — сидит на втором этаже, в небольшом кабинете.

— Кто вы такие? — возмущается он.

Ментальный удар заставляет его упасть на колени.

Беру посла за рога и разрываю само его естество, выдёргивая нужные воспоминания. Столица Алуона, ратуша Совета, вход.

— Ты пойдёшь со мной. Скажешь, что у тебя важная информация для Совета.

— Я пойду с тобой, скажу, что у меня важная… — повторяет слово в слово посол.

— Ты свободна, я вернусь через сутки. Скажи Анике, что это время на принятие решения.

Малия кивает и убегает прочь. Быстрая расправа над послом произвела на неё впечатление. Уверен, она всё расскажет Анике и это подтолкнёт правительницу к верному решению. Церемониться с врагами я не стану, как и скрывать свою силу. Даже веры самых приближённых уже хватает, чтобы восстановить все магические затраты. А когда будет готов город, я получу несколько тысяч верующих, и этого будет достаточно, чтобы подчинить и Лейн, и Совет.

Перемещаюсь с послом и мы оказываемся перед входом в ратушу — круглое трёхэтажное здание. Стражники на входе поднимают алебарды. Я отмечаю, что здесь уже больше мужчин, чем я видел в Лейне.

Ментальное влияние — и фигуры застывают, а после, словно сомнамбулы, выполняют все мои распоряжения.

К сожалению, ментальные способности выжирают много маны. Легче обратиться к ветру и уничтожить весь город, чем влиять на разум Суори. Но тут есть загвоздка: перед тем как уничтожить Совет, надо понять, успели ли они узнать технологию перемещения.

Посол послушно шёл впереди. Рогатый — здесь видная фигура. Маленькая заминка у входа, но сейчас мы идём без проблем — многие узнают его и почтительно кланяются.

Это наталкивает на идею — просканировать память разумного.

Как я и думал, пара интересных моментов нашлась. В воспоминаниях Суори я увидел весь текущий Совет, рожи которого запомнил ещё с Земли.

Значит, моя теория верна — я в прошлом.

Кроме прочего, получилось вытащить пару фрагментов с фермами легионеров, которых активно разводит Алуон.

Единственный момент, смущающий лично меня, так это присутствие Шесса. Суори, знакомые мне по Земле, рассказывали, что бог-демон имеет здесь скверный характер и где-то в это время его должны задвинуть на второй план и заключить в ловушку Альеса.

А если весь механизм перемещения и состоит в том, чтобы поймать хаосита и с его помощью открывать арки порталов?

Теория жизнеспособная, но мне нужен контакт. Посол знает немного.

Мы шли по коридору, когда нам навстречу выбежала рассеянная Тея.

Случайное столкновение меня несколько шокировало: будущая королева Суори выглядела как серая мышка. Сейчас она помощница Совета. Мои губы неосознанно раздвигаются в улыбке. Хватаю Тею за локоть, и мы вваливаемся в первый попавшийся кабинет. Слава создателю, пустой.

Посол встаёт на стрёме, точнее — на входе.

Швыряю Тею в кресло и приступаю к допросу.

— Ну, привет.

Желание порыться в черепной коробке старой знакомой настолько жгучее, что я почти начинаю действовать, но потом решаю не тратить энергию.

— Ты работаешь на Совет, верно?

— Д-д-д-д-а-а-а… — запинаясь, отвечает Тея и широко раскрывает глаза, когда я скидываю капюшон. — Кто вы?

— Важно не кто я, а зачем… Совет уже разобрался с Шессом?

— Владыкой? — переспрашивает изумлённая Тея. — Но откуда вы знаете?

— Неважно, отвечай, — добавляю в голос стальные нотки.

— Да, — болванчиком кивает она.

— Его убили или он впал в сон?

— Убили.

— Нашли бога хаоса?

— Нет, но его поиски уже близятся к концу, насколько мне известно.

Делаю паузу. Расхождений в истории нет, а значит, где-то на этой планете живёт бог хаоса.

— Где они его ищут?

— Старое убежище под землёй, там есть храм. Больше ничего не знаю, — смотрит на меня честными глазами будущая королева и та ещё стерва.

Хотя… Стервой она не станет, я ведь планирую всё изменить.

— Послушай, дорогая, мне нужна одна услуга.

— Всё, что в моих силах.

Тея уже сейчас понимает, куда дует ветер, — она всегда была предприимчивой и жаждала власти. И я постарался сыграть на этом.

— Ты должна сообщить мне, когда они соберутся в храм. Встретимся возле ратуши ровно через два дня, затем ты будешь передавать информацию о продвижении этого дела. Поняла?

Тея испуганно закивала.

— Отлично. А чтобы у тебя не возникло мысли о предательстве, я установлю в твоей голове ментальную закладку. Ты умрёшь, если захочешь рассказать обо мне кому-либо.

— Не надо! — воскликнула она.

— Надо, милая, надо.

Через минуту всё закончилось.

Я взял посла под руку, и мы снова переместились к его дому.

Пришлось стереть его воспоминания о том, как он побывал в Алуоне. Его много кто видел в ратуше, но это уже десятая проблема — пусть оправдывается как хочет.

Несмотря на быстро восполняющийся резерв, силы медленно заканчивались. Кажется, я переоценил свои возможности. Столько перемещений на дальние расстояния, да ещё манипуляции с разумом и эта заплатка…

Прыгаю домой, чтобы дать новое направление развития городку.

В поселении с другой стороны проклятого леса всё шло гладко.

До города добрались нагруженные плоты с новыми рабочими руками. Все покупки доехали целыми — инструменты, ткани, посуда.

Парнишка-стеклодув пришёл в себя и уже не выглядел полутрупом.

Я сразу же направил максимальное количество Суори на исправительные работы. Жильё им выдали согласно приоритету. Почти вся деревня уже переехала в новые дома, поэтому жилплощади осталось много, несмотря на большое расширение.

Второй день я посвятил ускоренному сбору камней душ, перебив почти всех зверей в округе. Дальше пока лезть не стал, да и ядер набралось достаточное количество.

Встал вопрос об обращении в новую веру остальных селян. Несколько часов думал на эту тему, пока в голову не пришла отличная мысль.

Этим же вечером Кархен выстругал из чурбана мою фигуру по пояс, продемонстрировав недюжие скульптурные навыки.

Обелиск установили в центре города, когда я собрал народ на внеочередное собрание. Дане пришлось лично объяснять, что к чему. Она справилась хорошо, хотя разумные и были в замешательстве.

Идея следующая: я вспомнил пример обычной церкви. Зачем под её своды шли верующие? Чтобы очиститься от грехов. Очистить местных я не мог — банально не представлял, как это сделать. А вот излечить — это уже другое дело.

На обелиск нанесли иероглифы, которые когда-то нарисовал Лерой. Странно — до сих пор не представляю, как это работает, но раньше, когда кто-то возносил молитву напрямую к алтарю, я слышал просящего.

Сейчас задумка провалилась. Несмотря на мою идеальную память, я, видимо, где-то ошибся — глифы не сработали.

Для проверки я попросил одного из селян, кто хотел излечиться от старого недуга, похожего на ревматизм, вознести молитву.

Никакого отклика, более того — я не слышал его голоса.

Нехитрые умозаключения подарили новую теорию. Возможно, наносящий должен быть не просто верующим человеком, а буквально фанатиком, каким был Лерой.

Но здесь образовалась новая проблема — всей паствы у меня накопилось четыре разумных, три рогатых и одна безрогая, но шипастая леди.

Уже в сумерках пришлось проводить ещё один тест.

Я попросил Адрока нанести символы на новый обелиск. Именно его голос я слышал громче всех, а значит, теоретически его вера самая крепкая.

Когда всё получилось, я даже не удивился, только удовлетворённо ухмыльнулся и приступил к следующему опыту.

Снова к обелиску подошёл просящий об избавлении от ревматизма. Но ничего не вышло, я не слышал его голоса, как и в первый раз.

Бес! Я попал в тупик.

Но просящий на то и просящий — его потребность надо удовлетворить.

Когда быстрое сканирование его организма выявило ложь, я чуть не убил придурка на месте.

Оказывается, никакого ревматизма и в помине не было. Уродец просто побоялся при всех жаловаться на геморрой. Тема неприятная. В молитвах он тоже ничего подобного не упоминал, а значит, произнесённое неискренне не считывалось обелиском.

Пришлось провести разъяснительную беседу, после чего рогатый живо упал на колени и уже честно начал просить об избавлении.

Странности странностями, но сработало. Когда кретин стал честен с собой и со своим господом в моём лице, я его услышал.

Вылечить подобную болячку не составило труда — просто накачать организм магией, не более.

Радостный придурок убежал с резвостью горного козла, а я даже не до конца закончил.

Энергии было потрачено уйма, но скоро, надеюсь, это окупится. Всем лечить геморрой, конечно, не стоит, а значит, надо сконцентрироваться на самых отчаявшихся.

Не успел я отойти от алтаря, как к нам уже спешила заплаканная женщина. Как раз сегодня днём на девочку, играющую неподалёку от поселения, упало дерево. Лесорубы не заметили кроху в высокой траве.

Ребёнку раздавило ноги — случай не из рядовых.

Несмотря на горе плачущей женщины, я не мог пойти в обход молитвы. Надо приучать местных возносить часть энергии: я не альтруист, а даже наоборот.

Пока впавшая в тоску и отчаяние мать искренне просила помочь, стоя на коленях напротив моей гротескной фигуры, я чувствовал, как резерв наполняется чистейшей энергией. Безнадёжность и отчаяние послужили настоящими фильтрами, частицы маны были настолько вкусными в магическом плане, что я даже облизнулся. Идея начала себя окупать.

Мы отправились в дом женщины, чтобы помочь её ребёнку.

Глава 24. Поселение растёт

Девочка, одна штука, без сознания, вся мокрая от пота. От неё так и полыхает жаром. Видимо, маленькая Суори поймала инфекцию.

Ноги выглядят не самым лучшим образом. Кровь остановили, и, судя по корке, девочка уже не первый день в таком состоянии. От смятой плоти пахнет гноем, не понимаю, как девочка осталась жива.

Тяжело дышит, громко стонет и сжимает маленькие кулачки, опутанные лентами.

— Я связала руки, чтобы она не трогала раны, — пояснила осунувшаяся от горя мать.

— Понятно, — киваю. — Это произошло уже давно, почему мне не доложили?

Хмуро смотрю на Дану.

— Сначала тебя не было, а затем эта разведчица, виверн и всё так закрутилось…

Срываться на помощницу — не лучший вариант.

Прикидываю, чем могу тут помочь.

— Силы мало, — ненавижу себя за эти слова, но реальность такова. — На восстановление такого повреждения потребуется много маны.

Мать девочки начинает плакать.

— Что же нам делать, владыка? Последняя надежда на вас…

— Молиться.

— Я сделаю всё, что вы прикажете, — фанатично выдыхает она.

— Ты видела обелиск, молись, а я постараюсь не дать ей умереть.

Суори сразу же выбегает наружу.

— Дана, мне нужны чистые тряпки и тёплая вода, сначала её надо прокипятить. Омой ей ноги, после этого я приступлю к исцелению.

Дану как ветром сдуло.

Ну, приступим.

Осматриваю раны, переходя на внутреннее зрение, позволяющее видеть повреждённую энергетику.

Если в магическом плане обращаться к стихиям, это требует куда меньших энергетических затрат, нежели исцеление. Недаром человек, и вообще разумный, считается венцом эволюции. Перед глазами расцветают токи силы, перевернутые и спутанные.

Места нагноения полыхают в силовом плане, надо срочно исправлять ситуацию, иначе она может потерять ноги.

Дана появляется спустя полтора часа. Пока я занимался изучением структуры, она успела нагреть и остудить воду.

Чистую ткань она взяла из повозки, которую привезли по реке новоприбывшие Суори.

Дана аккуратно омывает раны, стирая кровь и гной.

— Что дальше?

— Оставь меня.

— Я могу чем-то помочь.

— Молись, — ответ один и тот же.

Дана уходит, а я приступаю к лечению.

Энергия вытекает, словно вода в песок. Каналы выправляются с трудом, малышка забирает ману с космической скоростью, но оставить ребёнка я не могу.

Раскладываю перед собой собранные запасы камней душ, чтобы воспользоваться ими в случае, если внутреннего резерва не хватит.

В разум вторгаются голоса молитв: сначала матери ребёнка, затем Даны, а потом и вовсе присоединяются Нини, Лисария и… Сизи?!

Баланс найден, молитв стольких разумных хватает, чтобы нивелировать расход. Мана поступает с той же скоростью, что и тратится.

Раны затягиваются на глазах, и это не может не радовать.

А вот омертвевшие ткани никак не хотят становиться частью тела — они уже ему не принадлежат.

Ускоряю процесс, кусочки плоти опадают на постель.

Создаю почти новые ноги — они покрыты тонкой розоватой кожей, под которой видны все капилляры и венки.

Главное сделано: плоть восстановилась и заросла, осталось только накинуть как можно больше силы, чтобы вернуть ногам прежний вид.

Когда заканчиваю, уже ничего не напоминает о ранении, кроме окровавленных простыней и пластов мяса, отвалившихся в ходе лечения.

Но вот картина внутри мне не нравится.

Ноги выглядят будто инородное тело, они слабо связаны с организмом девочки. Если я думал, что легко отделался, то подобные мысли развеялись, когда я приступил к восстановлению энергетических каналов.

Каждый из них требовал огромного количества маны, а их были сотни.

Борьба за здоровье ребёнка затянулась до поздней ночи.

Если так будет проходить каждое лечение, я не потяну.

Меня бросило в пот, рубашка под хламидой здорово промокла, но дело сделано.

В конце беру пару сфер и вытягиваю из них силу, направляя её прямо в малышку.

Девочка резко открывает глаза.

— Мама?

— Она сейчас будет.

Маленькая Суори с едва оформившимися рожками поражённо смотрит на свои ноги. Её лицо кривится — видимо, она вспоминает о той боли. Происходит диссонанс: мозг ещё помнит яркие ощущения, а в реальности ничего подобного нет.

— Она может возвращаться. Вижу я, как ты у входа мнёшься, — кричу Дане, которая сразу же убегает за матерью чада.

Слёзы радости, слёзы испуга, причитания и хороший такой поток энергии со стороны спасённых.

В общем, фундамент для будущего божественного насоса заложен. Суори быстро разнесут весть о чудесном выздоровлении, а значит, работы появится много.

Видимо, пришло время поработать на репутацию.

От благодарностей смог отделаться только спустя десять минут и бодрым шагом двинулся в сторону кухни.

Не успев толком сесть за стол, обнаружил, что весть об излечении разнеслась по всей деревне.

Ко мне уже спешили несколько твёрдо настроенных Суори, поэтому я быстро отгородился Даной: вот мой секретарь, все вопросы сюда, в обход нельзя, даже за взятку.

Поесть удалось, но не всё так гладко.

Вместе с повозкой из столицы Лейна пришла кипа бумаги — девственно чистые листы, и даже чернила с перьями. Дана сейчас как раз вела перепись населения, нуждающегося в немедленном божественном вмешательстве.

К концу ужина она уже шла навстречу с чем-то вроде папки, хмурая и задумчивая.

— Чего не спишь?

— Ты ещё спрашиваешь!? — прошипела она.

Я посмеялся.

— Много желающих на лечение?

— Много гребаных обманщиков! Я как никогда разочарована в своём народе. Приходили даже с занозами.

— Если они будут молиться, вылечу хоть прыщ на пятке, — серьёзно заявил я. — Как говорится, мана не пахнет.

— Где так говорится? — заинтересовалась она.

— В местах, откуда я родом.

После этого, до самой встречи с Теей, я занимался тем, что выправлял здоровье своему рабочему коллективу.

Все прошли детектор лжи в виде молитвенного обелиска.

Отсеялись те, помощь кому была не в приоритете. Остальные же получили желаемое, и в источник стало стекаться всё больше ручейков маны.

Перед предстоящей встречей с Теей такая прибавка к силе не могла не радовать.

С бывшей-будущей королевой встретился в неприметном трактире на территории столицы Алуона. Тея вошла, и мы присели для разговора. На нас то и дело обращали внимание — две непонятные личности в капюшонах, можно без труда догадаться, что мы что-то замышляем.

— Совет нашёл расположение Альеса и Шесса. Чтобы выдернуть хаосита, нужно много энергии, — доложила Тея. — Мы не можем сделать этого прямо сейчас, если только через несколько лет.

— Если оценивать энергию в эквиваленте вот таких накопителей, сколько потребуется? — показываю ей ядра Тиирусов, коих в достатке.

— Я не могу точно ответить, — напряглась она при виде столь редкого ресурса. — Но думаю, достаточно много.

— Сколько?

— Несколько сотен — может, две или три.

— Они будут, доложи Совету, что они могут купить подобные накопители от заинтересованного в пробуждении Альеса продавца. Встретимся через пару дней, у тебя будет время придумать легенду и выдвинуть предложение.

На этом и распрощались.

Дни до новой встречи пролетели быстро. Я вернулся в поселение Суори из племени Трёх рек и плотно приступил к работе.

Кархен сделал ещё около десятка обелисков, на которые Адрок нанёс печать Лероя. В теории они должны будут принимать ману не хуже.

Я уже представлял, как буду несколько месяцев прыгать по всему континенту и лечить сирых и убогих, но ничего не поделать — мана в подготовке к противостоянию с Советом жизненно необходима.

Также я слетал в Лейн, где оставил два обелиска в разных частях столицы и ещё три в крупнейших городах.

Аника на это отреагировала неоднозначно, но ей было нечего противопоставить.

По моей просьбе губернатор выделила несколько отрядов рабочих, которые возвели небольшие капеллы, где и установили обелиски.

Этим же днём с Аникой состоялся важный разговор, после которого с неё упала часть сомнений.

— Я хотела бы узнать, что ты планируешь после подчинения королевств? — осторожно спросила она.

— Подчинить мир, — просто ответил я.

— А что будет с правительствами других государств?

— Хочешь спросить, что будет с тобой?

Я видел, к чему ведёт Аника, но полагал, что она куда умнее и догадается сама.

— Ты всё так же будешь руководить Лейном и не потеряешь своё влияние. Ведь твоя главная задача не обогащение, а благополучие твоего народа. Я не имею ничего против.

— Это необычная схема, и я боюсь, что у нас возникнет множество споров. Я не буду принадлежать себе.

— Не так. Ты не понимаешь меня. У меня не получится управлять целым миром, да и нет такой цели. Но также я не могу жить на планете, где мне или моим близким что-то будет угрожать.

— Что ты имеешь в виду?

— Если всем будет руководить кучка разумных, велик шанс, что между ними возникнут разногласия. Моё управление, главенство, — назови как хочешь — исключит этот вариант. А так как перевес сил будет смещён в мою сторону, никто не сможет свергнуть меня. Это идеальный вариант. Но если у тебя есть другие предложения, озвучь их.

— Пока таких нет, — облегчённо вздохнула она.

Аника почувствовала, что я не лгу, говоря о всеобщем процветании. Таким образом, мы сами собой оказались на одной стороне.

Я видел в нынешней губернаторше лучшие стороны Суори. Она не была такой жадной до власти, какой когда-то стала Тея. Возможно, есть шанс спасти и Тею, пока она не попала под влияние Совета.

Она всю жизнь выполняла чужие приказы и перестала видеть другие варианты, нежели чем власть в угоду себе. Когда вокруг единственный пример — выжившие из ума старики, цепляющиеся за силу, сложно иметь отличную точку зрения.

Обелиски установят в кратчайшие сроки, это сейчас главное.

Кархен уже делает новую партию, после чего мы охватим все города Лейна.

На следующийдень настала очередь Сизи.

Она уже несколько дней находилась в поселении и видела своими глазами, насколько масштабную задумку я воплощал.

— Мне нужна от тебя одна услуга, — начал разговор я.

— Какая? — она сидела напротив с прямой, будто струна, спиной и полным вниманием.

— У вас в поселении есть разумные, которые были во всех племенах?

Она задумалась.

— Если только торговцы, но они постоянно в разъездах, и не уверена, что их можно сейчас найти.

— Твоей задачей будет дождаться такого торговца и задержать его. Мне нужно, чтобы он показал деревни. Пришло время заняться ими.

— Я и сама была в паре поселений, — заявила она.

— Это существенно упрощает ситуацию. Значит, мы отправимся вместе.

Сизи слабо кивнула — видимо, ей не очень нравилась мысль о перемещении с помощью магии.

Когда Сизи собралась, я извлёк из её воспоминаний места, где она бывала.

Мы очутились в незнакомом поселении, очень похожем на деревню Трёх рек.

Низкие домики, ревущий скот, мёртвые Суори…

Последнее, кстати, меня слегка удивило. На улицах деревушки прошло сражение, и, судя по крови на земле, не так давно.

Держу пари — те звуки из-за домов как-то с этим связаны. Местные коровы вряд ли умеют звенеть мечами.

Неспешно двигаюсь на шум, обходя парочку строений.

Сизи позади меня сжалась и неуверенно пошла следом.

— Может, уйдём? — предложила она.

— Почему? Разве не надо помочь этим разумным?

— Мы можем и сами пострадать, — логично заметила Сизи.

— Сомневаюсь.

Спорить она не стала, поэтому мы пошли дальше.

Картина маслом: пара десятков защищающихся Суори, которых прессует ровно в два раза большее количество таких же рогатых особей.

На моём уровне это даже смешно. Все двигаются будто попавшие в мёд мухи, да и причина конфликта, скорее всего, смехотворная.

В любом случае, пока на счету каждый разумный, умеющий молиться, истреблять будущих подданных не позволю.

Волна воздуха раскидывает дерущихся в разные стороны.

— По какой причине война? — громко спрашиваю у поднимающихся с земли рогачей. — Кто-то увёл у вас корову или стирал бельё в вашей луже?

— Маг…

— Какой маг? Шаман это, видишь, капюшон какой…

— По какому праву спрашиваешь, шаман? — самый смелый из нападающих задал вопрос.

— Как же зае…ло, — шепчу под нос.

— Что? Мы не слышим твоего ответа!

— Лучше вам подобного не слышать. А я вот не услышал от вас причину этой заварушки.

Рогатый чешет затылок — ну, прямо непонимающий крестьянин, не иначе.

— Они напали, потому что мы не платим урожаем… — выкрикнул один из жителей села.

— Не платите, — подтвердил нападающий.

— Так и нечем платить, скоро по миру пойдём с такими урожаями, год неудачный, но вашему аутару же не докажешь… Тьфу!

— Я понял, — поднимаю руку, прекращая перепалку, и указываю на нападающих. — Вы! Проваливайте отсюда. Передайте главному, что это поселение под защитой племени Трёх рек.

— Этих слабаков? — не удержался воин.

Остальные поддержали его одобрительными возгласами.

Лента ветра затягивается вокруг его шеи. Голова отлетает, будто футбольный мяч.

— Ещё вопросы?

Воины быстро ретируются. Слышу эмоции Сизи позади — она напугана скорой расправой. В голове у неё вертятся мысли о монстрах — видимо, отец её хорошо обработал.

— У вас есть выбор: либо перейти под мою руку в племя Трёх рек, будущий великий город Констанция, либо остаться здесь.

— Ты можешь говорить за всех? — спросил самый смелый из селян.

— Могу. У меня вам не будут страшны голод и нападки соседей. Но требовать буду много — работать на благо всего народа.

— Приемлемо, — кивнул селянин.

Я даже не смотрел на остальных.

— Можете остаться сами, но, когда вернутся враги, вы погибнете. Я оставлю алтарь — он служит для молитв, и я услышу каждого, кто будет искренне верить в будущее и желать мирной жизни.

Алтарь, который висит за моей спиной, я аккуратно ставлю на землю.

— У вас будет выбор. Алтарь тут, а я уйду. Если решите не идти под мою руку, можете оставаться.

Разворачиваюсь.

— Постой! — останавливает селянин. — А если я хочу прямо сейчас уйти с тобой?

— Идём, я не против, — обвожу взглядом пару десятков боеспособных жителей, наблюдая, как за их спинами из домов выходят остальные — дети, старики, женщины. — Кто-то ещё желает?

Никто не проявил стремления к миру и процветанию, как глава деревенского ополчения.

Рогатый быстро сбегал в один из домов, откуда вывел чумазую девчонку и женщину.

— Мы готовы, — кивнул он.

— Куда ты собрался Арк? Ты даже не знаешь этого шамана! — разумно заметили остальные мужчины.

— И это даже хорошо, ведь шанс на хороший исход — пятьдесят процентов. Либо он лжёт, либо нет, — ответил мужик. — А если я останусь здесь, могу сказать точно: они придут снова, и в следующий раз мы не устоим. Я не могу говорить за вас, но я рискну.

Рассуждение настолько здравое, что я даже проникся уважением к рогатому полководцу. У меня уже были мысли насчёт руководителей в других поселениях. Вот, кажется, и первый кандидат.

— Кто-то ещё пойдёт с нами? — смотрю на селян, но получаю в ответ недружелюбное молчание. Все очень быстро забыли, что я их спас.

Но ничего, найдём другой способ достучаться.

— Можете возносить молитву, когда нападающие вернутся, может быть, кто-то откликнется.

— Какого бога ты представляешь, шаман? — спросили из толпы.

— Скоро узнаете.

Мы переместились назад, в деревню Трёх рек, которую я назвал так же, как столицу мира на Земле.

Констанция встретила солнцем и рабочим настроением.

В душе что-то колыхнулось касательно оставленных на убой селян. Но, с другой стороны, это будет отличной мотивацией возносить молитвы.

Меркантильно? Корыстно? Да и ещё раз да, но по-другому они не поймут.

Глава 25. Затишье перед бурей

Селяне, что не согласились на присягу, вышли на связь чуть позднее, когда времени на раздумья не осталось.

Я закончил сверять план работ и хвалить своих ремесленников, когда от маяка поступил непрерывный поток плача и боли.

Это что-то новенькое, раньше я не чувствовал эмоционального окраса, а просто слышал молитвы. Видимо, навык прокачивается даже без моего сознательного участия. Скорее всего, это как-то связано с восстанавливающимся резервом.

Нахожу якорь и цепляюсь за него. Он похож на горящую в темноте нить. Каждый раз, когда просящий испытывает страх, она полыхает ярче и ярче, наполняя меня энергией.

У меня рождается любопытная теория: даже если не появляться в виде божества, а один раз устроить демонстрацию и создать культ последователей, можно долгие сотни лет получать энергию просто так.

Возможно, все церковные культы так и работают. А ещё это значит, что кем бы ни был местный бог, он вполне может существовать.

С такими мыслями прыгаю в неизвестность.

Портал приводит в недавно покинутое поселение, где куражатся нападающие.

Больше полусотни Суори в хороших, по местным меркам, доспехах и пара легионеров.

Всюду полыхает огонь, перекидываясь с одного дома на другой.

В воздухе витает запах гари, слышны плач и крики о помощи.

Я появляюсь у алтаря, ровно перед замершим аборигеном, желающим спалить капище. Факел в его руке тут же тухнет, он оказался дурно сделанным и погас от дуновения, вызванного моим прибытием.

Склоняю голову к плечу, наблюдая, как рогатый подлетает на метр, корчась от удушья.

Через мгновение его тело падает на землю со сломанной шеей. Какая жизнь, такая и смерть, да воздастся тебе за поступки, сын не мой.

Окидываю пространство внутренним взглядом, способным различать нити веры от разумных.

Сразу же натыкаюсь на одну под ногами. Возле меня Суори, которую я сразу не заметил. Она держит младенца, грудь её пробита мечом, из раны течёт кровь.

Она что-то шепчет.

Прислушиваюсь, но не слышу.

Перейдя во внутренний режим, начинаю различать молитву. Её энергия так чиста и приятна, что начинает кружиться голова. Незабываемое чувство эйфории, давно я его не ощущал. Остальные воздаяния кажутся мелкими и бледными на фоне этого.

Она молит так искренне и даёт такой приток энергии, что меня распирает.

Это чистая и незамутненная вера, будто сияющий на солнце кристалл с тысячью граней. Вкушаю его и утоляю жажду.

— Спаси… Кому поклоняться, уже не знаю. Искупитель или красноволосый владыка… Первый, кто придёт ко мне на помощь, пусть заберёт душу мою, молю, спаси дитя моё…

Её нутро начинает светится, я вижу огонь души, сознания — вершину эволюции мира энергий и магии.

Чувствую, что, если захочу, смогу забрать этот кусок концентрированной маны. По объёму он почти сопоставим с половиной моего резерва, а это очень много. Пульсирует, будто сердце, гоняя по своим каналам лакомую ману.

Я настолько увлечён увиденным, что поздно замечаю замах рогатого в непосредственной близости от меня. Скорее, чувствую опасность сзади, но не успеваю обернуться.

Острая боль пронзает спину в районе лопатки. Клинок выходит из груди, позади разносится победный рёв.

Мне не нужно поворачиваться, чтобы уничтожить противника. Ликующий крик обрывается, голова рогатого разрывается, как арбуз. Чувствую на затылке месиво из крови и остатков плоти.

Мана уходит рекой, организм пытается залатать пробоину, но не может. Надо вынуть меч, иначе ничего не получится.

Вокруг меня образовалось кольцо из выживших, они защищаются у алтаря. Вытягиваю ближайшего кинетическим щупом.

— Тащи! — рычу ему в лицо, указывая на меч.

Он кивает. Кажется, это действие страшит его больше, чем огромное число противников, загоняющих жителей поселения в ловушку.

Рогатый тянет меч на себя.

Снова боль, кровь хлынула ручьём, но рана затягивается.

Несмотря на это, вливаю бешеный объём маны в умирающую Суори. Она мне нужна, такую отдачу редко встретишь на этой планете. Это, пожалуй, сродни молитве Лероя.

Медлить и отвлекаться на защиту остальных не имею возможности, сначала надо вытащить мою главную фанатку.

Разрез на её груди затягивается, медленно, но уверенно.

Заканчиваю с этим за минуту, подкидываю немного энергии в тело, чтобы она пришла в себя.

Затем оборачиваюсь и приступаю к тотальному уничтожению нападающих.

Они не видят меня за стеной из защитников, поэтому ещё не понимают, что их ждёт.

Прыгаю порталом в их ряды, чтобы схватиться в рукопашной. Сейчас больше всего хочется помахать обычным мечом, который минуту назад был у меня в груди.

Удары рассекают противников надвое, но меч портится с ужасающей скоростью, и я оказываюсь без оружия уже на четвёртом убитом.

Откидываю ненужную железяку, расшвыриваю остальных врагов кинетикой в разные стороны.

Бой заканчивается за считанные минуты, выжившие жители поселения падают на землю от усталости. Мычит и бьётся в загонах скотина, пожираемая огнём, где-то стонут раненые, но всем в данный момент на это плевать.

— Собирайтесь или оставайтесь, — пожимаю плечами.

Позади меня встаёт та самая Суори с младенцем. Её взгляд полон решимости.

Остальные тоже поднимаются, некоторые выжившие женщины плачут.

Вижу того Суори, который в первый мой визит больше всех спорил и принял решение остаться.

Мне не надо что-то ему говорить, хватает одного взгляда.

Он опускает голову, его решение стоило для всех слишком дорого.

Мы перемещаемся в Констанцию, где я сразу же передаю выживших в заботливые руки Даны.

Она смотрит на меня с тревогой.

— Всё в порядке?

— А что со мной может случиться? — ухмыляюсь. — Ты забыла? Я же маг.

— Дурак ты, а не маг… — проворчала она и в чём-то оказалась права.

Снимаю балахон и собираюсь помыться.

Россом и Кархен изготовили отличный бассейн на берегу реки, рядом с прудом для рыбы.

Сюда поступала фильтрованная вода, в паре десятков метров от первой в городе сауны топится печь. Вода циркулирует и греется. После каждого посещения её меняют, используют для полива.

Сперва хотели сливать в реку, но Ариэль ругалась, поэтому вода идёт на грядки.

Киваю стражникам, постоянно находящимся тут, и ступаю под навес. Пол здесь из обожженной глины, слегка шершавый, но невероятно приятный на ощупь.

Принимаю душ, не так давно сделанный Кархеном, чтобы смыть всю грязь и кровь.

Закончив с очищением, сползаю в сауну, устало погружаясь в воду с головой.

Сижу так около пары минут перед тем, как вынырнуть. Привожу в порядок мысли, планирую дальнейшие действия.

— Составить компанию? — под навес входит Сизи, одетая лишь в тонкий халат.

И откуда она его взяла?

— Давай, — окидываю пространство взглядом. — Места много.

Халат скользит вниз, обнажая ладную фигурку.

Что она задумала? Не похоже на поведение горделивой дочери своего отца.

Едва погрузившись в бассейн, она смотрит куда-то мне за спину, явно готовая разразиться тирадой.

— Я не помешаю? — у сауны появляется Дана.

— Неа, — протягиваю, смотря в сузившиеся глаза Сизи.

— Я против! — Сизи досадливо поморщилась, но попыталась выдать это за презрительную гримасу.

— Мне всё равно, — пожимает плечами Дана и с усмешкой обнажается. Фигурка у неё не менее привлекательна, чем у Сизи.

— А меня не позвали, — делает вид, что обиделась, появившаяся Лисария.

Сауна быстро наполняется девушками, их количество растёт так же, как и напряжение внутри меня, — я же не металлический болванчик.

Девушки сидят по грудь в воде и смотрят друг на друга. Того и гляди начнётся резня.

— Отличное завершение дня! — произносит Нини.

Я уже не удивляюсь.

Кухарка застенчиво скидывает одежду и пулей прыгает в воду.

Через десять секунд из воды появляется её голова. Все остальные, включая меня, мокрые и раздражённые.

— Вы чего? — Нини заметила обращённые на неё взгляды. — Я же не хотела.

Она встаёт, но случайно перебарщивает — вода больше не скрывает её грудь.

Если раньше остальные девушки злились, то сейчас они резко успокоились — поняли, что шансов нет.

— Пожалуй, я пойду… — сначала уходит Сизи, выскользнув из бассейна.

Затем и Дана.

Одна Лисария сидит, откинувшись на бортик, и смотрит на всё это с удовольствием.

— Ну вот, — Нини глядит вслед уходящим девушкам. — Я… тоже пойду.

Мы остаёмся с дриадой наедине.

— Смешно тебе? — она улыбается и довольно прищуривается, нежась в воде.

— Смешно, — киваю.

— Они вообще-то поспорили, что та, которая станет первой, будет единственной, — выдала девичьи планы Лисария.

— А меня спросить, видимо, забыли, — иронично произнёс я.

— Ага, — она отталкивается и переплывает разделяющее нас пространство.

Снова откидывается на бортик, кидая на меня задумчивый взгляд.

— Почему они оставили тебя? — подкинул я дров в костёр страстей. — Не считают за конкурентку?

— Видимо, не считают, — кивнула она. — Я не стала спорить.

— Почему?

— Это глупо, — она болтает в воде стройными ножками.

— Ещё раз, почему?

— Потому что одной тебе будет мало, — она смотрит на меня, и я чувствую, как её ноги касаются моих бёдер, скользят выше и выше. — Не так ли?

— Что ты делаешь?

— Они могут спорить до бесконечности, но мы же взрослые люди, — смеётся она, падая ко мне в объятия и седлая, будто коня. — Настолько взрослые, что им и не понять, верно?

Намекает на мой тысячелетний возраст. А дриада не так проста.

— А ты смышленая, — меня и правда это забавляет.

— Ещё и гибкая, — она двигает бёдрами вперёд и назад, касаясь самого сокровенного, будто дразня.

— Полна талантов?

— Не совсем, кое-чего не хватает, — она мурлыкает это и проводит языком у уголка моих губ.

— Чего же? — я не скажу, что эта игра мне не нравится.

— Тебя внутри…

Лисария произносит эти слова и делает движения бёдрами, принимая меня. Сладострастный стон срывается с её губ, она прижимается, и я обнимаю её за тонкую талию, спускаясь ниже.

* * *

Вернулся я поздней ночью.

Лисария ушла раньше. Эта невысокая дриада выпила меня досуха, а затем удалилась походкой гордой кошки.

Девчонка не из тех, кто сделает это, чтобы выиграть спор или утереть нос Суоритянкам.

Я чувствовал в ней неукротимый голод и одиночество. Мы слились воедино на несколько часов и наслаждались друг другом, почти не останавливаясь.

Редкое ощущение — заниматься любовью с существом равным тебе по возрасту.

Довольный, я отправился спать. Вот уже пару дней я слышал нарастающий гул молитв. Обелиски по всему королевству Лейн начали свою работу, пора дать разумным чудо и закончить своё восхождение в боги этого мира.

Проснувшись рано утром, я позавтракал вместе со всеми и раздал ценные указания мастерам. Наконец-то, оклемался парнишка-стеклодув и приступил к сбору необходимых материалов, скоро у меня будет стекло. Это не могло не радовать, пора бы уже сделать нормальные окна.

Ничего необычного, если исключить тот момент, что Лисария всё-таки выделилась.

Дриада прискакала на своём ручном монстре, лихо спрыгнула с него и походя поцеловала меня в губы.

Я был не против — этот жест стоил того, чтобы увидеть лица всех присутствующих Суори, которые уже поделили шкуру неубитого меня.

Переглянувшись с Лисарией, мы посмеялись, естественно, про себя.

Я встал из-за стола, собираясь в Лейн. Впрочем, дриада тоже шустро подскочила и ускакала, напоследок послав мне воздушный поцелуй.

Умный ход, иначе быть ей битой или морально изнасилованной своими подругами. Звучит так же страшно, как и бывает.

Взгляды раздосадованных девушек тут же устремились на меня, но я исчез во вспышке портала.

Очутившись в Асури, я сошёл с постамента, на котором был установлен мой обелиск.

Первой помощью в столице Лейна стало излечение от гангрены. Исцелив бедную девушку, у которой попросту не было денег на лекаря, я принял ещё семнадцать верующих.

Большинство были с лёгкими проблемами, касающимися здоровья.

Очень многие не могли оплатить лечение, ещё большему количеству разумных городское лечение бы не помогло. Медицина тут находилась на зачаточном уровне, поэтому работы хватало.

Вместо ожидаемых пары часов я убил в Асури целый день.

Затем прыгнул в Алуон и встретился с Теей, передал ядра, поговорил и улетел к себе, в Констанцию.

Здесь после трудного дня мне хотелось хорошо поесть и немного отмокнуть в купальне.

Первое удалось, впрочем, как и второе.

В сауне ожидаемо появилась Лисария и существенно скрасила моё пребывание там.

Передохнув в своём городе и высушив несколько десятков ядер, я снова отправился на зов постаментов. Энергия текла рекой, даже сотня излечённых в Асури дала невиданный всплеск, а дальше будет больше.

Метания между городами до самого утра заставили задуматься о жрецах. Хотелось иметь свои аватары. Если предположить, что я смогу замкнуть на такого разумного часть энергии, он будет способен лечить.

А ещё он сможет выставлять счёт. Главной валютой будет молитва.

Звучит как план, но вот в исполнении это — крайне трудный процесс. Я могу влиять на сознания, но не на душу. Здесь потребуется тонкая настройка, и я знаю, кто может помочь.

Тея сообщила, что Альеса нашли.

Получив ядра, Совет готовился пленить божество и низвергнуть жирующего Шесса.

Работы выдалось много, незаметно пролетела одна неделя, а затем и вторая.

Всё это время я плотно держал связь с Теей, наблюдая за ходом создания портала на землю. Вмешательство моё было лишь в спонсировании этого эксперимента.

У меня было время всего этого мира. Мне, так или иначе, следовало дождаться своего рождения, чтобы не создать временной парадокс вселенского масштаба. Как устроено время, я не представлял, от этого было куда страшнее.

Так же с каждым днём в голове всплывал один и тот же вопрос: что случится, если не дать врагам проникнуть в мой родной мир? От слова «совсем». Уничтожить их сейчас и не допустить вторжения…

Двойник когда-то говорил, что каждым своим перемещением я создаю новые копии и новые реальности, как ветвистая молния.

Он уничтожил все, за исключением той, где я выиграл войну за континент. Но затем случилось то, чего я не помню.

Все дни напролёт, пока я занимался созданием своей паствы, голову не покидала назойливая мысль. Я пытался ухватить её хвост, но не мог.

Констанция росла бешеными темпами. За несколько недель мы смогли увеличить площадь застройки в два раза.

С появлением стекла разом улучшился внешний вид строений. Они сверкали новенькими окошками, до идеала конечно далеко, но мы к нему идём. Кое-где стекло было неровным с наплывами, в угоду скорости.

Летний период перевалил за середину и появились первые плоды. Женщины принялись собирать ягоды и разнообразные дары природы.

Раньше Суори занимались только засолкой, я научил их делать варенье.

Сахар — белая смерть, но отказываться от него не стоит.

Подобие сахарного тростника нашла Ариэль, после чего мы приступили к добыванию вещества.

Варенье всем понравилось, особенно детям, куда без этого.

Чтобы закрепить доверие Аники, я переместил её в Констанцию.

Суори ходила с видом городской жительницы, кривя нос, но как только увидела первые зачатки канализации, домашние туалеты и водоснабжение, которое мы сделали с горем пополам в подвесном виде, мнение её изменилось.

Пообедав за столом с таким выбором, каким не мог похвастать её дворец, она и вовсе растаяла.

День когда я должен был сделать необходимое пришёл.

Я переместился, чтобы увидеть, как делегация совета с носильщиками затаскивает куб размером метр на метр в главное здание города.

Прыгнув на крышу, смотрю через стеклянный купол, как происходит таинство магии.

Теперь всё встало на свои места. Мысль, что ускользала была поймана. Они не придумывают пространственный переход на Землю, его сделает Альес.

Совет выстроился в круг, засветилась россыпь камней душ, большая из которых добыта мною.

Представление началось.

Глава 28. Последняя буря

В последние недели я много раз представлял этот момент.

Пробуждение Альеса, частички хаоса, его основы. Явление Шесса, который ещё не встретился со мной в будущем.

Всё рано или поздно заканчивается, и я чувствовал, как к концу подходит и моя история.

Совет шептал заклинания на неизвестном мне языке. Они призывали Шесса, готовясь предать его.

Я не понимал, что происходит, пока не перешёл на внутреннее зрение. Мир резко окрасился потоками силы. Я увидел воронку, закручивающуюся над городом.

Подул холодный ветер, забились в испуге ставни на окнах, тревожно заозирались люди.

Даже меня проняло. Это другая версия Шесса, более ленивая и расслабленная, а ещё — более сильная.

Скидываю балахон, оставаясь в доспехах.

Поселение Суори предупреждено, они будут воспевать меня и возносить мне молитвы всю ночь.

Все алтари по городам Лейна беспрестанно принимают страждущих, собирая потоки маны. Но просящие не знают, что, если я не переживу эту ночь, чуда не будет. На смену мне придёт или совет старых уродов, управляющих межмировой стихией, или жадный до силы Шесс, готовый выпить этот мир до дна.

Воронка силы всё так же закручивалась, набирая обороты. Небосвод затрещал раскатами грома. Совет воздел руки. Их голоса усилились.

Облака в небе стали напоминать дым, они сгустились в центре набирающего ход торнадо.

Из глаза бури появилось лицо демона с закрытыми глазами — он ещё не проснулся…

Я наблюдал за процессом со спокойствием и умиротворением. Так мастер наблюдает, как наносятся последние штрихи на изделие, которое он готовил месяцы напролёт. Подгонка и притирка — и работа закончена.

Зря я полагал, что подобное событие будет видно только в магическом плане. Крики людей и поднимающаяся паника показали, что я не прав.

Из куба выстрелили уже знакомые нити хаоса, удлиняясь и принимая вид щупалец.

Они полетели к демону, оплетая того и заставляя открыть глаза.

— Кто здесь? — прогрохотал Шесс. — Хаосит?!

От его голоса в окнах задрожали стёкла.

Я попытался почувствовать Альеса, но тщетно. Тот был орудием в руках Совета.

— Подданные, молитесь… И этот день не станет для вас последним! — снова громыхнул скрывающийся под тёмной пеленой Шесс.

Альес плотно окутал демона, который наполовину вышел из тумана, направляясь к земле. Он был поистине огромен — пиявка, мерзкий паразит на теле планеты.

Лужа рядом со мной засияла. Недавно прошёл дождь, на крыше собралась вода. Сейчас диск водной глади засветился, и в нём появилось изображение Шесса.

Он обращался ко всем жителям этого мира.

Колоссальная сила.

— Молитесь! Жалкие твари! — раздался усиленный голос.

Я посмотрел на его изображение в луже и опустил в неё ногу. Вода пошла рябью, и картинка пропала.

— Давай же, старый друг… — прошептал я, грея руки.

На улице разом похолодало, из моего рта вылетали клубы пара.

Тело наполнялось энергией, я слышал молитвы, обращенные ко мне. В момент, когда Шесс обратился к жителям планеты, поток уменьшился.

* * *

Где-то далеко: за лигами пространства, поселениями, озёрами и лесами, — стоял новый город Констанция, запертый у гор проклятым лесом.

Здесь, на огромной поляне за городом, стояли коленопреклоненные Суори. Они выстроились вокруг костра, и его пламя отражалось в их глазах. Каждый сложил руки и молился, — молился за своё будущее.

Обычная просьба владыки, ничего более, но никто даже не подозревал, чем она закончится.

Прогремевший с небес голос испугал большинство жителей. Три тысячи разумных вздрогнули, многие потеряли концентрацию.

Стоящая во главе круга Дана испуганно огляделась.

Цепь рушилась: все стали перешептываться, мало кто продолжил молитву.

— На колени! — закричала Лисария, она влетела в круг на звере и, встав на нём, закричала. — Не прекращать молитву!

— Они напуганы! — Дана всё ещё не простила дриаду за Фёдора.

— Сейчас напуганы, а могут быть и мертвы, что выберешь? — прорычала злая дриада. — Если тебе сказали собрать всех на молитву, исполняй свою работу! Живо!

Дана стиснула зубы, но ничего не ответила, решив поругаться после.

Общими усилиями они с дриадой организовали людей. Дана заметила, что Лисария смотрит в плошку с водой.

Она тоже подошла к плошке и увидела изображение на водной глади.

С небес спускался чудовищный лик монстра. Выстрелившие навстречу щупальца оплели его, но он засветился и начал разрывать тьму в клочья.

На фоне развернувшегося сражения отчётливо была видна хрупкая фигурка на крыше ратуши, у самого основания щупальцев. Это был Фёдор, он смотрел в небо и чего-то ждал.

— Папа говорил, что он монстр, — к девушкам присоединилась Сизи. — Но я даже не представляла, что он несёт этому миру.

— И что же? — фыркнула Лисария.

— Боль, — тихо прошептала Сизи.

— Свободу, — не согласилась дриада.

* * *

Пора.

Я насытился энергией, резерв переполнился, и она била через край.

Сегодня это закончится.

Возможно, в конце этой битвы меня не станет, даже если я выиграю. Временной парадокс сотрёт меня. Но я готов.

Я не могу не сделать этого.

В случае моей смерти погибнут два мира; если же мне достанется победа, умру только я.

Но если всё рассчитано верно, раздвоение временных линий не позволит мне погибнуть. Изначальная реальность уцелеет.

Это последняя жертва, больше никаких игр со временем.

Я призвал ветер и взлетел, вставая между демоном и силой хаоса.

Щупальца полетели в меня со всех сторон, оплели толстым коконом, но не смогли приблизиться к телу.

— Ты здесь?

— Кто говорит?

— Старый новый друг…

— Я не знаю тебя.

— Посмотри глубже.

Бесплотный разговор закончился, и, казалось, он не имел никакого смысла. Но это не так. Альес увидел отголоски своей силы, он понял, что я уже встречался с ним, и сейчас решал, что делать.

Тишина продлилась три секунды.

— Вижу, вижу печать… Но это невозможно.

— Помоги мне, и я освобожу тебя.

Хаос отступил и втянулся в куб.

Я обратился к ветру и направил его на ратушу, разнося её в щепки.

Крики Совета и персонала резко оборвались — они все мертвы.

Но Альес не ответил, он вернулся в хранилище и замер.

Я остался наедине с Шессом, мы застыли друг перед другом.

Лик демона висел надо мной, будто вошедшая в атмосферу Земли Луна.

Он скалился и смотрел на меня глазами размером с озеро.

Моя фигура терялась на его фоне.

— Букашка! — прогрохотал он.

— Повторяешься, — отвечаю не менее громко, что заставляет его замолчать.

— Кто ты? — голос вкрадчивый. Оказывается, до заточения Шесс был куда умнее.

— Тебе нет нужды знать, мёртвому моё имя ни к чему.

— Меня невозможно убить, смертный, — он хрипло смеётся, отчего поднимаются тучи пыли, а стёкла лопаются по всему городу.

Падают, где стоят, люди, вытирая кровь, текущую из ушей, кто-то бьётся в приступе паники, все разбегаются.

— Пора умирать, Шесс.

— Не помню, чтобы мы встречались.

— И не вспомнишь, ведь это ещё не произошло…

Мы ударили одновременно.

Он излил потоки пламени, и небо зарыдало огнём. Зрелище настолько фантастическое, что захватывало дух.

Демон не стал мелочиться и решил уничтожить весь город, включая меня.

Да что там город! Он решил стереть с лица этой планеты всю страну.

Его лицо походило на метеорит, оно пугающе приближалось, заполнив собой всё небо.

Я раскинул руки, преобразовывая энергию ядра в волю. Приказ, подобный стали, разрезал нити реальности, разорвал в клочья физические законы и встал на защиту своего хозяина.

Реки поднялись над землёй, озёра собрались в капли невиданных размеров и тоже взлетели на добрую пару сотен метров.

От подобной нагрузки моё тело нагрелось. Токи маны разогревали ненадежную плоть, грозя сжечь меня.

Но я был готов к подобному. В прошлом у меня был опыт сверхнагрузок — тогда я уничтожил Совет. И если придётся умереть дважды, я готов.

Две стихии встретились в километре над землёй.

Они столкнулись и образовали облако пара, куда я влетел, подобно пушечному ядру, расталкивая слои.

Мы встретились с Шессом выше. Там, где закончился пар, над облаками.

Демон ждал меня, он обнажил пламенный меч, а я призвал клинок из воздуха.

Началась битва за господство над этим миром.

* * *

— Гром? — удивлённо спросила Дана.

— Нет, битва богов, — Лисария смотрела в небо, где за сгустившимися облаками сверкали огненные всполохи.

— Он же победит, да? — Сизи и Дана, будто дети, слушали Лисарию.

— Я не знаю.

Они несколько часов смотрели на всполохи, затем — на чашу с водой и снова — на всполохи.

Разумные не прекращали молиться ни на секунду.

— Смотри! — Дана указала на чашу.

— Ох… Он падает.

* * *

Тело Фёдора рухнуло с высоты в две тысячи метров. От удара разорвались органы, но его сердце остановилось раньше. Он победил, но ему пришлось пожертвовать жизнью.

Спустя пять минут из куба неподалёку выползли ленты хаоса. Они шарили вокруг, пока не нашли бездыханного Фёдора.

Хаос поглотил его, а затем стал впитываться, будто чернила в ткань.

* * *

— Где мы? — спросила Лара, стирая кровь с разбитого виска.

— Не знаю, — Настя была не в лучшем состоянии. Её доспех разорван в нескольких местах, раны и ссадины не сосчитать. — Возможно, где-то на Земле.

— Значит, нас скоро найдут! — сплюнула Лара. — Бесовы ублюдки… Как драться с машинами, ещё и без маны… Стоп! Я чувствую вливание маны, много маны!

— Тоже, — Настя улыбнулась.

— Мы не в вашем мире, — подала голос Милиена.

— А где?

— В моём, — горько произнесла она.

— Так! Надо успокоиться, — Настя осмотрелась и недобро улыбнулась, зажигая над ладонью тёмное пламя. — А ещё лучше — найти того, кто всё объяснит.

— Это что? Самолёт? — Лара сложила ладони козырьком, рассматривая инверсионный след и маленькую точку на его острие.

— Да-а-а-а… — протянула Настя.

— Хм… — Лара указала в сторону горизонта. — Слышу шум автомобилей.

— Всё чудесатей и чудесатей, — Настя вяло поплелась к автостраде.

Её подруги пристроились рядом, и три девушки вышли на проезжую часть, осматривая новенький асфальт.

— Эй! Остановись! — прокричала Лара, преграждая путь машине.

— Повежливее, — Настя поморщилась от её тона.

— Мне нужна твоя машина! — Лара подошла к приоткрытому окну.

Мужчина Суори за рулём обвёл её ошеломлённым взглядом.

Сын водителя, сидящий на заднем сидении, открыл рот. Перед ним стояла нимфа — покинувшая поле боя валькирия с разорванными доспехами и оголённой грудью. Покатые бёдра, полные губы и невероятной красоты лицо.

— Я отвезу вас, куда скажете, — сглотнул водитель.

— То-то же, — хмыкнула Лара.

Все погрузились в авто и направились к ближайшему городу.

— Куда мы едем? — спросила Милиена.

— В Алуон, город, названный в честь некогда существовавшего государства, — раболепно ответил водитель, не смог удержаться и вставил: — Я первый, кто встретил истинных жён Владыки!

— Какого ещё владыки? — не поняла Настя.

— А есть какие-то варианты? — фыркнула Лара.

— Владыка, говорите, — Милиена задумалась. — А расскажи мне историю своего мира.

— За сколько лет?

— С момента появления Владыки.

— Тогда, получается, за последнюю тысячу лет, — как ни в чём не бывало сказал водитель. Девушки понятливо переглянулись.

— Тысяча лет, — прошептала Лара. — Охренеть.

— Дорога у нас неблизкая, ещё полтора часа ехать, так что слушайте…

Водитель принялся рассказывать.

Он говорил и говорил, отчего губы жён Фёдора растягивались в улыбках. На каких-то моментах истории они хмурились, а на каких-то — смеялись.

Они слушали, как он построил первый город. Создал культ личности и стал богом. Начал строить целые страны. Когда у него появился почти неиссякаемый запас маны, он создавал многие материалы из чистой энергии.

Так начался прогресс, быстро шагающий по некогда дикой планете.

Он построил цивилизованное общество с централизованной системой.

Так как планета Суори превосходила Землю по размерам в несколько раз, проблема перенаселения не грозит ей ещё очень долго.

Даже когда придёт время перейти в другой мир, они сделают это без проблем. Фёдор смог и это просчитать, он создал коктейль из технологий и веры, что разительно отличалось от его прошлого опыта на родине.

Сейчас его сила куда больше прежней.

Город показался уже через час. Они въехали в оживленный мегаполис, когда прямо на дороге сверкнула вспышка и из воздуха появилась высокая фигура в костюме-тройке.

— Фёдор! — закричала Настя и выбежала из авто.

Лара и Милиена тоже бросились ему навстречу и заключили его в объятия.

— Теперь вы дома, — с улыбкой сказал Фёдор. — Мы все дома.

Эпилог

— Фёдор Константинович! Я кому сказала, а ну живо возвращайся!

— Нет!

Пятнадцатилетний мальчишка с волосами цвета крови вышел из поместья, злой и надутый, как хомяк.

Следом за ним выбежала его мать, Ксения, — высокая статная женщина в домашнем платье.

Охрана у поместья тактично испарилась, чтобы не участвовать в ссоре господ.

— Почему отец не берёт меня на ученья? Я могу драться, могу!

— Потому что тебе это не надо, твой брат пойдет по стопам папы, а не ты. Солнышко, ты можешь заниматься, чем захочешь.

— А если я хочу служить?

— Боюсь, это невозможно.

Сын внимательно посмотрел на мать, она в ответ улыбнулась. Затем её взгляд стал тревожным.

— Подойди ко мне, сынок.

— Что?

— Подойди!

Фёдор непонимающе шагнул вперёд, ускорился и оказался рядом.

— Кто вы? — спросила Ксения.

Только сейчас Фёдор заметил стоящего напротив парня. На вид ему было лет двадцать пять.

На его голове была шляпа, закрывающая глаза, на губах играла улыбка.

— Кто вы и что вам нужно? — спросила Ксения, оглядываясь в поисках охраны.

— Ничего, — поднял руки незнакомец. — Я просто когда-то жил здесь, ностальгия.

— Вы не могли здесь жить, — встрял Фёдор. — Мы построили этот дом.

— Я знаю, — усмехнулся незнакомец.

— Тогда почему так говорите? — не унимался Фёдор.

— Я не сказал когда… — гостя всё это забавляло.

Мальчишка подвис.

— Когда же? — спросила Ксения.

— Очень давно, — горько произнёс незнакомец.

Из поместья выбежала охрана. На пороге встал Генри, передёргивая затвор дробовика.

— Ксения, простите, пожалуйста… Не усмотрели! — глава службы безопасности и его люди окружили незнакомца, отчего Ксении стало спокойнее.

— Привет, Генри, — кивнул гость.

— Мы знакомы? — настороженно спросил тот.

— Когда-то были.

— Боюсь, вы должны уйти, — сурово произнесла Ксения.

— Я уйду, но сначала хотел бы дать несколько советов ему, — гость указал на Фёдора.

— Я этого не позволю, — Ксения прижала сына к себе.

— Прости.

— За что?

— За это, — бросил незнакомец.

Он взмахнул рукой. Все замерли, охрана оцепенела, как и Генри. Все, кроме Ксении и её сына. — Не трогай маму! — пятнадцатилетний Фёдор встал на защиту матери.

— Иначе что? — усмехнулся гость.

— Сейчас узнаешь.

Фёдор сосредоточился и атаковал ментальным ударом.

Ему было запрещено использовать способности без повода, но сейчас он был.

Атака наткнулась на барьер, мощности которого хватило бы укрыть сознания всех горожан.

— Что? — непонимающе прошептал Фёдор.

— Не вышло?

— Сынок, всё в порядке? — испуганно спросила Ксения.

— Я не могу его пробить… — побледневший Фёдор был испуган.

— Сейчас я дам тебе информацию, она поступит в сознание, — предупредил незнакомец. — Это большой дар. С подобными ресурсами ты станешь самым могущественным магом на этой планете.

Слова не разошлись с делом. Фёдор упал, Ксения опустилась на колени, укрывая сына в объятиях.

Но через секунду всё закончилось, Фёдор очнулся и взглянул на маму.

Незнакомец развернулся. Из-под его шляпы выбился локон, насыщенно красный, цвета крови.

— Прощай, — сказал он, снова улыбаясь. — Ты уже знаешь, что в этом мире нам двоим будет тесно. Когда достигнешь нужного уровня силы, я жду тебя.

— Хорошо, — ответил Фёдор, уже по-другому глядя на незнакомца.

Ксения же не сводила глаз с выбившейся пряди.

Гость пошагал прочь, что-то насвистывая.

— Фёдор? — обратилась Ксения к незнакомцу.

Тот замедлился, но затем сделал ещё два шага и исчез во вспышке портала.

— Кто это был, сынок? — спросила Ксения, помогая Фёдору встать.

— Это был я… — задумчиво произнёс он.

— Как это понимать?

— Мне надо многое тебе рассказать…

Конец

Content

Андрей Еслер
Менталист. Резервация

Глава 1. Пробуждение

Глава 2. Не земля

Глава 3. Драконы

Глава 4. Принцесса

Глава 5. Замок

Глава 6. Кирпич в стену

Глава 7. Первые гости

Глава 8. Первый шаг к цивилизации

Глава 9. Послание

Глава 10. Дела прогрессорские

Глава 11. Рыбалка

Глава 12. Рыбка

Глава 13. Гонец

Глава 14. Гостья из дикого леса

Глава 15. Королевство Лейн

Глава 16. Сватовство

Глава 17. Тот с кем не стоит ссориться

Глава 18. Сделка

Глава 19. +200

Глава 20. История Аники

Глава 21. Дом милый дом

Глава 22. Полный переворот

Глава 23. Прошлое будущее

Глава 24. Поселение растёт

Глава 25. Затишье перед бурей

Глава 28. Последняя буря

Эпилог