Мистик V. Я — пожиратель

Глава 1

День для Аделии не заладился с самого утра. Младший брат умудрился испортить её форму красками за завтраком, вынудив потратить лишние двадцать минут на сборы, и в итоге девушке пришлось гнать до школы, превышая все возможные ограничения скорости. Разумеется, именно сегодня она нарвалась на патруль «дорожников» на мотоциклах, догнавших её на полпути в город и влепивших штраф. Десятый в этом месяце, а значит, она лишалась прав и должна была отработать их в социальном такси. Снова. Если кто-нибудь в школе об этом узнает, то репутация старосты класса и её влияние на одноклассников упадёт на самое дно, ведь нельзя требовать исполнения правил от других, если не подаешь хороший пример сама. Конечно, до выпускного осталось совсем немного, но шлейф отрицательной характеристики может дотянуться и до самой Академии.

Машину конфисковали и добираться до школы пришлось на такси. В итоге она опоздала не на пять минут, а на все двадцать пять. Стыд и позор. Пробегая по пустому коридору, Адель мельком увидела заместителя директора, ведущего куда-то худощавого парнишку в школьной форме. Лицо вроде незнакомое, хотя Адель точно знала всех учеников старших классов. Неужели новенький? На вид какой-то болезный — худой, бледный, может, был на домашнем обучении? Зачем тогда вдруг решил явиться в школу?

Все эти мысли пронеслись за те минуты, что потребовались девушке, чтобы добежать до своего класса. Как назло, первым был урок старой истории, и преподавала её Елена Белова — капитан гвардии Новгородского Княжества. Неизвестно, как получилось, что боец её уровня решил стать обычным учителем на Островах, но благодаря своим навыкам, помимо истории, Елена отвечала ещё и за боевую подготовку. И неуважение к её основному предмету могло существенно повлиять на то, с кем и как придётся отрабатывать удары на уроках самообороны.

— Извините за опоздание! — выдохнула Адель, открыв дверь и сделав шаг в класс. Не слишком торопливо, чтобы сохранить хотя бы толику самоуважения, но и не медленно, будто не уважаешь преподавателя и тебе плевать на его урок.

Елена Белова — эффектная блондинка с короткой стрижкой, льдисто-синими глазами, и фигурой легкоатлетки, планирующей в ближайшее время перейти в тяжёлую, очень тяжёлую атлетику, одарила опоздавшую насмешливым взглядом:

— Надо же, Майклс, видимо, вы решили, что староста может позволить себе приходить на уроки когда ей вздумается?

— Уверяю, это не так, — потупилась девушка, проведя ладонью по длинным темным волосам, как делала всякий раз, когда начинала нервничать. — Только особые обстоятельства вынудили меня задержаться.

— Особые обстоятельства? — прищурилась преподавательница. — Что ж, на завтрашнем уроке физической подготовки лично вас тоже будут ждать «особые» обстоятельства. А пока проходите на своё место.

Иного от Беловой Адель и не ожидала. Провожаемая где-то насмешливыми, а где-то сочувствующими взглядами, она послушно заняла своё место за первой партой.

— Сочувствую, — подмигнул ей Ларри с соседней парты.

В глазах блондинчика, разумеется, не было даже намёка на сочувствие, только откровенное ехидство. Староста класса выбирался каждый год общим голосованием учеников и последние два года Адель уверенно выигрывала у Ларри Норта. К счастью, это был выпускной класс и, как бы не радовался парень промахам Адель, использовать их в качестве кирпичика очередной своей предвыборной компании уже не получится. А значит, плевать!

Девушка ехидно улыбнулась своему вечному сопернику и коротко кивнула соседке по парте и по совместительству лучшей подруге — Рае. Та в ответ молча пододвинула ей под нос тетрадь с темой урока и записями, поскольку отлично знала характер Беловой, она обязательно задаст опоздавшему какой-нибудь каверзный вопрос.

Продолжить лекцию Беловой не дали, поскольку сразу после того, как Адель заняла своё место, дверь вновь открылась и в класс заглянул заместитель директора.

— Елена Алексеевна? Я на минуточку, — чуть нервно сказал упитанный и уверенно лысеющий мужчина в черном костюме. — К нам в школу перевёлся молодой человек, было решено приписать его к десятому «бета».

Весь класс зашевелился, словно по лесу пробежался сильный ветерок: каждый из двадцати учеников счел своим долгом обменяться короткими фразами с соседями. Да, шёпотом, но в тишине класса это создало ощущение, будто они находятся не в школе, а на базаре.

— Тихо! — рявкнула Белова, и в классе мгновенно воцарилась полная тишина. — За два месяца до выпуска? Ну, заводите этого смертника.

Невысокий худощавый парень вошел в класс следом за заместителем директора и остановился, со скучающим видом оглядывая учеников. При этом он вскользь изучил лицо каждого, будто надеялся встретить каких-нибудь знакомых или даже искал кого-то конкретного.

— Это Роман Михайлов, теперь он будет учиться с вами, — сообщил замедиректора, похлопав парня по плечу, и нашел взглядом Адель. — Надеюсь, староста класса возьмёт над тобой шефство, и поможет освоиться в нашей школе.

Адель важно кивнула в ответ. Конечно, это её прямая обязанность — объяснить новичку, что, где и как. Но Белова права, это было очень странно — переводиться в самом конце учебного года в выпускной класс школы. Да и сам парень показался Адель подозрительным и даже опасным, она не могла точно сформулировать, что именно её навело на такие мысли, но и избавиться от них не могла. Казалось бы, серый школьный костюм висел на худой фигуре, делая её скорее нелепой, чем грозной, но при взгляде на новичка по спине девушки бежали мурашки.

— Заходи, садись на свободное место у окна, — велела новичку Белова под заинтересованными взглядами подростков.

Тот послушно прошёл и сел за парту, достав тетрадку и ручку.

— Итак, продолжим лекцию…

Белова катастрофически неумела вести лекции. Нет, материал она знала прекрасно, и явно любила историю, но говорила настолько монотонно, что зевать и терять концентрацию начинали даже самые стойкие. Ученики шутили, что её голос можно записывать на телефон и включать в качестве колыбельной.

Разумеется, Адель пришлось отвечать на вопросы по материалам прошлых уроков, что получалось далеко не всегда. Кое-что необычное произошло, когда Белова решила прощупать новичка, задав ему вопрос по истории пятнадцатого века. Парень завис на какое-то мгновение, а потом начал вещать словно по учебнику, правда, слегка запинаясь, до тех пор, пока не пересказал практически весь параграф.

— Хм… неплохо, — удивилась Белова, не найдя к чему придраться.

— Ботан, — раздался тихий шепот с «галёрки».

Урок закончился, и самые любопытные одноклассники тут же сгрудились вокруг новичка.

— Ты откуда?

— Почему перевёлся в конце учебного года?

— У тебя девушка есть?

— Чё такой дохлый?

— Чё такой бледный? Тебя в подвале держали, или ты вампир?

Последний вопрос задал Кайдо — главный любитель подраться. Конечно, не в черте школы, но тренировочные спарринги и, скажем так, внеклассные занятия никто не отменял. Адель прекрасно знала, что он позволял себе издеваться над некоторыми ребятам, но поделать с этим ничего не могла. Впрочем, по её личному мнению, если мужчина не мог постоять за себя сам, то какой же это мужчина?

— Из Москвы, — коротко ответил парень. — Учился на дому. Девушки нет. Я сильнее, чем кажется на первый взгляд. И будь я вампиром, то как бы сидел сейчас здесь у окошка?

— Где ты учился раньше?

— Дома, — лаконично ответил парень.

Рая накинулась на новичка с вопросами одной из первых, а Ада, в отличие от подруги, предпочла стоять в стороне и настороженно наблюдать. Поведение парня её очень заинтересовало: он совершенно не смущался, отвечал односложно и уверенно, что было не похоже на того, кто находился на домашнем обучении, да ещё и смотрел на ребят слегка покровительственно. Очень странно.

Пока парень отвлёкся на беседу с одним из ребят, Ларри нагло схватил со стола его тетрадку и принялся с интересом что-то в ней изучать.

— А это что за закорючки? Ты на китайском что ли пишешь?

— Хватать без спросу чужие вещи нехорошо, — спокойно сказал новичок, поднимаясь со стула. — Положи тетрадь на место.

— Ого, какой грозный! — насмешливо ответил Ларри, протягивая тетрадь обратно. — Боюсь, боюсь. На сегодня я тебя даже прощаю, раз уж ты новичок, но в другой день за такой тон можно и по шее получить.

«Прощупывает», — подумала Адель с недовольством. — «Как бы новичок через пару дней не превратился в одного из затюканных ребят, боящихся слово лишнее сказать при Ларри».

Тетрадь-то Ларри протянул, но выпускать из рук не торопился, решив немного подразнить новичка. Взяв тетрадку, новичок попытался выдернуть её из пальцев блондина, но тот неожиданно потерял равновесие и пролетел мимо, чуть не ударившись носом в стену.

— Это карма, — многозначительно заявил новичок, сев обратно на место. — Так бывает, когда тянешь руки к чужим вещам. У вас есть ещё вопросы или пресс-конференцию можно считать законченной?

Ларри смотрел на новичка уже не столько с ехидством, сколько со злостью, и Адель поспешила вмешаться:

— Так, давайте не будем терроризировать парня. Мы успеем всё разузнать о Романе, никуда он не денется.

Новичок поймал её взгляд и флегматично кивнул.

— И правда. До конца уроков я точно останусь здесь, — подтвердил он.

В целом ажиотаж от появления нового ученика прошел к третьему уроку. Роман оказался не самым разговорчивым человеком, общаться с которым было довольно проблематично. К урокам он тоже не проявлял никакого интереса, а вместо записи лекций просто сидел и чертил какие-то закорючки в тетрадке, явно никак не связанные с учёбой, что тоже было довольно странно. Адель чувствовала, что за его поведением скрывается какая-то тайна и после недолгих размышлений решила пойти в атаку сама: подошла к новичку на длительном перерыве между уроками и любезно предложила показать школу, на что парень согласился, но явно без особой радости. Это слегка задело девушку, но она мысленно списала равнодушие парня на стресс. Мало ли, вдруг он только внешне выглядит спокойным, а внутри сходит с ума от смущения.

Разумеется, с ними увязалась и Рая, явно мечтающая вытрясти из новичка ответы на все вопросы.

— То есть, вы лучшие подруги — Ада и Рая? — переспросил парень, когда они ещё раз представились. — Забавно.

— Конечно, — фыркнула Рая. — Ты же первый, кто это заметил. Это такая «умная» шутка. Да, да, темноволосая, черноокая и коварная представительница Ада, и волшебно нежная, светловолосая, голубоглазая, словно ангелочек, добрая и светящаяся внутренним светом — я. Вот такие мы разные, и всё-таки мы вместе.

Адель осуждающе посмотрела на подругу.

— Коварная, значит?

— Ещё какая, — подтвердила Рая. — Я помню, что ты почти месяц назад обещала сводить меня на съемки нового сезона «Шоу талантов» и за это я дважды прикрывала тебя у Джонсона. И где мои билеты?

— Я всё помню, — заверила Адель. — И планировала пойти с тобой на финал шоу на следующей неделе. Но раз уж я такая коварная, то, возможно, предпочту взять с собой вместо тебя новичка? Что скажешь, хочешь пойти на «Шоу талантов»?

— Что? — переспросил парень, всё время разговора с интересом оглядывавшийся по сторонам. Было такое впечатление, будто окружающая обстановка интересовала его больше, чем две красивых девушки, идущие рядом. — Куда?

— Ты что, никогда не смотрел «Шоу талантов»⁈ — хором переспросили девушки. — Это же сейчас самое популярное шоу на телевидении! А главное, в жюри сам сидят Джастин Тимбер и Ариана Гранд!

Роман пожал плечами.

— Честно говоря, совершенно не смотрю телевизор. Времени нет, — тут он запнулся и поспешно добавил: — Так что лучше тебе всё-таки пойти с любимой подругой… Лучше расскажите мне, что находится вон там, наверх?

Они как раз проходили по третьему этажу к лестнице, ведущей вниз к столовой и кабинетам младших классов, но помимо широких лестничных пролётов здесь была ещё и вертикальная стальная конструкция, ведущая к небольшому люку.

— Лестница? — переспросила Адель. — Наверное, на крышу, но люк всегда заперт.

— То есть, вы не ходите туда посидеть и поесть свой бенто? — разочарованно спросил парень.

— Ээ… что поесть?

— Бенто, — вмешалась Рая. — Я знаю, так перекусы, взятые с собой из дома, называют японцы. Но зачем это в школе при Золотой Академии? Тут отличная кафешка, даже три, если быть точной. К тому же, кто пустит учеников на крышу? А вдруг кто-нибудь упадёт?

Роман смущённо почесал затылок.

— И правда, глупо звучит. А что находится в подвале школы?

— Библиотека, склады, — пожала плечами Ада. — А зачем тебе?

— Просто интересно, — уклончиво ответил парень.

У Ады возникло такое впечатление, словно новичок старательно переводил тему с «Шоу талантов»? И как Роман мог о нём не слышать? Программа рекламировалась на всех билбордах города и по всем каналам. Как можно было находиться на домашнем обучении и при этом вообще не смотреть телевизор?

«Его определённо нужно как следует расспросить», — твёрдо решила девушка, уверенно взяла новичка под руку, и повела в столовую вместе с Раей. Как известно, после еды люди расслабляются и куда охотнее отвечают на вопросы, к тому же, совместный прием пищи на каком-то интуитивном уровне повышает взаимное доверие.

Нагрузив подносы едой, девушки сели по обе стороны от парня за угловой столик так, чтобы никто не помешал им вести допрос.

— Как ты мог не видеть «Шоу талантов»⁈ — продолжила незавершенный разговор Рая.

Ада незаметно ткнула ногой подругу под столом, чтобы она не слишком наседала на парня и поспешно сменила тему:

— Да плевать на шоу, лучше расскажи, по какой причине переехал из Московского Княжества на Золотой Остров и почему именно в Барсу?

— Это было не моё решение, — криво усмехнулся парень. — Очень дальний родственник поспособствовал.

— Ты переехал один или с семьёй?

— Один, — легкомысленно ответил Роман. — Но здесь живут двоюродные брат с сестрой.

Допрос девушки устроили по всем правилам: с каверзными вопросами, внезапной сменой темы разговора, отвлечением внимания и поиском слабых мест. Хотя, Роман особо ничего и не скрывал. Выяснилось, что он живёт совершенно один в квартире недалеко от школы, снимаемой на собственные деньги. Но ещё удивительнее было то, что парень оказался родственником бывшего начальника полиции, чего совершенно не скрывал.

— Ты же в курсе, что лишний раз свою связь с тем самым Михайловым лучше не светить? — настороженно спросила его Адель. — Его многие недолюбливали, и тень этого отношения может перекинуться и на тебя. С той же якудза тебе вообще лучше не пересекаться, Михайлов на них в своё время настоящую охоту устроил.

— Думаю, если у бывшего начальника полиции много врагов, он либо выполнял свою работу очень хорошо, либо слишком плохо. Могу предположить, что моему дяде больше подходит первый вариант.

— Даже если и так, но…

— А значит, глупо скрывать наши родственные связи, ими нужно гордиться, — ухмыльнулся парень. — Должен заметить, что ты неплохо осведомлена о политической жизни города.

— Это логично, — важно кивнула Адель. — Мой отец владелец «Глобал ТВ».

Обычно, когда она произносила название компании отца, люди испытывали шок и благоговение, но Роман совершенно не изменился в лице, будто впервые о ней слышал.

— Самый крупный холдинг телевизионных компаний, — пояснила ему Рая. — Поэтому она и может провести нас на «Шоу талантов».

«Ого, уже „нас“?» — удивилась Адель. — «Ей что, так новичок понравился, что ли⁈».

— Аа, вот как, — немного смутился парень. — Круто. Наверное.

— Поэтому Ада у нас не только староста класса, но ещё и главный редактор новостного портала школы, — с гордостью добавила Рая.

Роман заинтересованно посмотрел на Адель.

— Новостной портал? Интересно. Значит, ты знаешь обо всём, что происходит в школе?

— Само собой, — гордо подтвердила девушка.

— Тогда может расскажешь, почему у входа в школу стоит чёрная рамка с фотографией девушки? Что с ней случилось?

Адель и Рая настороженно переглянулись.

— Это не лучшая тема для разговора за едой, — наконец проговорила Адель.

— И всё-таки, — настоял новичок. — Мне интересно, как погибла девушка, за партой которой я теперь сижу.

— Что⁈ — переспросила Рая. — А ты откуда знаешь?

— Слышал в классе.

— Вот болтуны, — буркнула себе под нос Адель. — Да, Лиза погибла несколько дней назад. Она осталась дежурить в классе после уроков, а спустя пару часов, когда сторож проходил по этажам и заглянул в кабинет, то… нашел Лизу…

— Точнее, то, что от неё осталось, — присоединилась Рая. — Какая-то тварь разорвала её на части. Всю школу обыскали, вызывали даже медиумов, но ничего так и не нашли.

— Соболезную. Она была вашей подругой?

— Конечно, мы же учились вместе с первого класса, — подтвердила Адель, чувствуя лёгкое раздражение.

Роман неожиданно взял её за руку и мягко произнес:

— Что бы не происходило между вами, она не держит зла. Будь то соперничество в классе или из-за парня, всё это никак не влияло на её отношение к тебе.

— Что? — ошарашенно переспросила Адель.

— Ты что, подкатываешь к Аде? — возмутилась Рая, выразительно глядя на их сомкнутые руки.

— Я? — переспросил парень, тут же убрав руку. — Окстись, я же не педофил какой-то.

— Что-о⁈ — возмущённо воскликнули обе девушки.

Роман выглядел так, словно у него резко разболелись сразу все зубы.

— Ну, знаете, я люблю постарше, — нехотя пояснил он, чем ещё сильнее ввёл девушек в ступор, замешанный на возмущении и шоке. — Но речь сейчас не о моих вкусах. Мне интересно, что у вас за школа такая, раз необъяснимая смерть ученицы никого не смущает.

— Всех смущает! — не согласилась Адель. — Место Лизы у окна никто даже занимать не рискнул ээ… до тебя.

Она думала, что парень возмутится или хотя бы проявит брезгливость, но он никак не отреагировал на тот факт, что сидит на месте погибшей девушки.

— А школу почему тогда не закрыли? — недовольно спросил он. — Тут же дети учатся.

— Этот вопрос решало руководство, нам-то откуда знать⁈ — возмутилась Рая. — Несчастные случаи случаются, но даже так наша школа остаётся одним из самых защищённых мест в городе!

Адель разделяла гордость подруги за школу, но не была столь уверена в своей безопасности. Благодаря отцу она знала о том, что помимо Лизы были и другие жертвы, убитые схожим образом, но сообщать об этом новичку и тем более подруге она не собиралась. Тем более, что их беседу всё равно прервали довольно неприятным образом.

— Эй, Ада, с кем это ты тут уединилась? — спросил Девид, опёршись на стол и нависнув над новичком. — Раньше я его тут не видел, разве этот дохляк из нашей школы?

Девида Лешнера можно было считать бывшим парнем Ады. Хоть встречались они и не долго, но для получения статуса «сволочь бывший» этого вполне хватило. Учился Девид в выпускном классе «альфа» и, как и Адель, являлся старостой, а также президентом школьного совета. Высокий, плечистый, коротко стриженный, с аристократически правильными, можно даже сказать идеальными, чертами лица — идеальный принц и мечта всех девушек. Именно из-за него Ада и соперничала с покойной Лизой, и смогла выиграть этот довольно сомнительный «приз», от которого вскоре сама же и отказалась.

— Роман сегодня перевёлся в наш класс, — спокойно ответила Адель. — И если ты не в курсе, то уединяются как раз для того, чтобы никто не подходил с глупыми вопросами.

— Я просто увидел новое лицо, и мне стало интересно, — широко улыбнулся Девид. — Подумал, неужели ты решила променять меня на «это».

Ада бросила виноватый взгляд на Романа, но тот выглядел настолько спокойным, словно вообще не слышал слов Девида. Такое впечатление, что его куда больше интересовало то, что находилось в тарелке, чем происходящее вокруг. Девид тоже заметил, что его полностью игнорируют, и легонько толкнул Романа в плечо, привлекая внимание.

— Поздоровался бы хоть, новичок. Где твоё воспитание?

— Насколько я помню, здороваться и представляться первым должен тот, кто начинает беседу, — спокойно ответил Роман, даже не думая отрываться от еды.

— Справедливо, — нехотя согласился парень. — Меня зовут Девид Лешнер. А ты?

— Роман Михайлов.

— Я запомню, — заверил Девид. — Уверен, у нас ещё будет возможность пообщаться. Поговорим о хороших манерах более предметно.

Роман лишь пожал плечами в ответ, не пожелав отрываться от трапезы. Девид скрипнул зубами, недовольный полным отсутствием реакции, но разговор решил не продолжать.

— Извини, что так получилось, — поморщилась Ада. — Девид с виду добродушный парень, но на самом деле та ещё мстительная сволочь, к тому же капитан команды школы по смешанным боевым искусствам. Поэтому будь с ним осторожней.

— Угу, — буркнул Роман, не проявив совершенно никакого интереса к словам Ады. Зато он с радостью продолжил беседу о школе и всём, что с ней связано, и это было понятно — парень всё-таки оказался в новом месте и хотел узнать о нём как можно больше. Правда, зачем ему информация о крыше и подвале, Ада так и не поняла, уж слишком часто всплывала именно эта тема.

После обеда они вернулись в класс вместе, чем вызвали множество удивлённых взглядов.

— Ого, похоже, новичка взяли в оборот, — удивлённо присвистнул Ларри. — Осторожнее, иначе оглянуться не успеешь, как староста превратит тебя в свою комнатную собачку.

— Ой, отвали, — фыркнула Адель, покосившись на Романа, но тот снова включил режим «избирательной глухоты».

В конце учебного дня Адель напомнила Роману, что ему нужно успеть получить учебники. Вроде бы всё уже давно было доступно в электронном формате, но школьный стандарт требовал, чтобы учебник всегда лежал на парте. Она даже думала попросить Раю сводить парня в библиотеку, раз уж она проявляет к нему такой интерес, но подруга неожиданно заявила, что у неё есть неотложные дела и быстро слиняла. Пришлось Аде вести новичка самой.

Библиотека как раз располагалась на цокольном этаже школы, о котором так много расспрашивал Роман, поэтому за учебниками он отправился с плохо скрываемой радостью. Адель довела парня до лестницы и собиралась поехать домой, но сделав несколько шагов остановилась. Всё-таки реакция новичка на поход в библиотеку показалась Адель слишком подозрительной, поэтому она на всякий случай решила дождаться его возвращения. К тому же, ей было интересно посмотреть, кто заедет за Романом, или же он владеет своим собственным транспортом?

Прошло пятнадцать минут, двадцать, полчаса… и Адель начала нервничать. Вряд ли Роман мог покинуть библиотеку через запасной выход, да и зачем?

Подождав ещё немного, девушка всё-таки спустилась вниз, открыла дверь и заглянула в библиотеку. Читальный зал оказался совершенно пуст, это место никогда не было особо популярным у школьников в эпоху вседоступности информации в электронном виде. За стойкой тоже никого не наблюдалось.

«Странно», — подумала девушка. — «А где же библиотекарша? И новичок?»

Перегнувшись через стойку и заглянув за стеллажи, Адель увидела лежащую на полу библиотекаршу, точнее, то, что от неё осталось. Тело выглядело так, словно его провернули через огромную мясорубку, а прямо над ним стоял новичок с ножом в руках и весь в крови. Увидев Аду, он махнул ей рукой и совершенно спокойным тоном сказал:

— Только не кричи. Это не то, что ты подумала.

За месяц до вышеописанных событий. Заброшенное депо.

В момент падения сквозь землю чувство было такое, словно я нырнул в масло. Никогда подобного извращения не практиковал, но уверен, так бы это и ощущалось: густо, давяще и без возможности вдохнуть. И прежде, чем я успел толком испугаться, перед глазами вновь стало светло, и я провалился в огромную пещеру. Судорожно начав хватать ртом воздух в полёте, я в ужасе думал о том, что сейчас провалюсь в пол пещеры и так буду лететь вниз до тех пор, пока не достигну ядра земли. Разумеется, я умру раньше от недостатка кислорода, но от этого вот совершенно не легче.

Удивительно, но, вопреки моим опасениям, упав на пол пещеры, я не продолжил погружение, а очень больно ударился и остался лежать на спине. Тут же приняв вертикальное положение, я напряжённо уставился на ноги, ожидая, что они вновь уйдут под землю. Прошло секунд двадцать, но я всё ещё оставался на месте, что не могло не радовать. Немного успокоившись, я осмотрелся по сторонам, запоздало поняв, что нахожусь здесь не один. Пещера имела явно естественное происхождение и при этом была неплохо освещена благодаря светящемуся мху на стенах, причём он светился настолько хорошо, словно состоял из небольших и очень мощных светодиодов. И под светом мха периодически мелькали сморщенные серые тела, то появляющиеся, то исчезающие в камнях. Из были десятки, а может быть и сотни, и, похоже, я оказался в самом центре места их обитания.

p.s. Да, да, я решил сделать небольшой таймскип на месяц. Поэтому события в депо будут происходить в формате флешбека. Надеюсь, эксперимент пройдёт успешно и получится что-то интересное.

Глава 2

Права была Дженн, один метательный нож всегда стоит оставлять для ближнего боя. Сейчас же я оказался совершенно без оружия, в гордом одиночестве и без малейшего представления о том, куда идти. Пещера по размерам ближе всего была к станции метро — с высоким потолком, удлинённой формы, и уходящими влево и вправо кишками тоннелей. И всюду вокруг меня совершенно беззвучно перемещались серые безглазые существа. Мне очень захотелось сфотографировать эту орду на телефон и позже предъявить Марго, посчитавшей, что тварей в депо не может быть слишком много! Да их тут были сотни, если не тысячи! Хотя, я и сам не мог понять, чем вся эта орава питается? Им же полгорода придётся сожрать, чтобы как следует наесться!

Стоя на месте и боясь шелохнуться, я мысленно молился, чтобы случилось чудо, и они меня не заметили. И, видимо, молитва сработала, минута шла за минутой, а твари ходили мимо, никак не реагируя на мое присутствие. Не уверен, что дело было именно в молитве, скорее благодаря поглощению души убитого серого монстра, я стал ощущаться ими, как «свой». Во всяком случае, такое объяснение мне показалось более логичным, ведь, судя по отсутствию глаз, они ориентировались точно не на зрение. Запах, какая-нибудь радиолокация, или видение ауры? Кто знает. Но для всех этих тварей я явно успешно проходил проверку «свой — чужой».

Вот один из серых монстров бежит прямо на меня, и в самый последний момент меняет направление, едва задев шершавым боком. Непонятно, чем они тут занимались, бегая туда-сюда, с виду все движения существ были совершенно хаотичны. Убедившись в том, что серые существа нападать на меня точно не собираются, я достал телефон, мельком отметив, что связи тут никакой нет, и начал снимать происходящее вокруг. Если я выберусь отсюда живым, то выложу видео в сеть и стану популярным блогером, тем более что здесь видеосервисы только в самом зачатке развития. Создам свой канал «Медиум — online», и буду лазить по заброшкам в поисках призраков, причём на мой вопрос «есть здесь кто-нибудь?», заданный в темноту, почти наверняка найдётся кому ответить.

В какой-то момент два существа буквально в паре метров передо мной вдруг столкнулись, и между ними завязалась короткая и яростная схватка, результатом которой стала разорванная грудная клетка проигравшего. Тело едва успело рухнуть на пол пещеры, как все находящиеся рядом существа набросились на него со всех сторон и принялись рвать на части словно сухопутные пираньи. Спустя секунд десять на полу не осталось даже пятнышка крови — они сожрали всё вплоть до костей. Частично стало понятно, как твари решают вопрос питания, хотя, одним каннибализмом такую колонию явно не прокормить, они наверняка жрали что-то ещё. Или кого-то.

«Так. Даже то, что они сейчас считают меня своим, далеко не гарантирует мне безопасность», — осознал я, и по спине снова побежали мурашки.

Собственно, у меня оставалось всего два варианта: ждать спасения здесь или пойти изучать пещеры, что выглядело куда привлекательнее. С направлением, куда идти дальше, я определиться не смог, поэтому просто ради интереса достал рамки, настроенные на поиск Алины Князевой, и проверил направление. И, к моему ужасу, они всё ещё показывали вниз.

«Да как так-то⁈» — раздражённо подумал я. — «Куда уж ниже⁈ В ад⁈».

В принципе, эффект после пожирания души твари будет сохраняться примерно 24 часа, надеюсь, за это время я смогу выбраться отсюда и меня не сожрут. Знать бы ещё, как они определяют, что сородича можно начинать жрать?

В этот момент рядом со мной пробежала одна из серых тварей, и я невольно сделал шаг назад, и тут же ощутил, как нога начинает погружаться в землю. Занервничав, я тут же дернул её обратно и снова неподвижно застыл, стараясь даже не дышать. Боязнь провалиться до самого ядра земли вновь вернулась. Но и стоять неподвижно было бы глупо, к тому же, раз уж я получил способность проходить сквозь стены, то стоило разобраться, как именно она работает.

Очень осторожно я сделал шаг вперёд, следя за тем, чтобы нога не погрузилась в землю. Вроде получилось. Затем ещё шаг. Так очень медленно я продвинулся на десяток метров, подойдя к одной из стен. Цель была простая — прикоснуться к стене и попробовать разобраться, как работает моя новая временная способность. Для начала я решил попытаться заставить руку пройти сквозь камень, но у меня ничего не вышло, ладонь просто упёрлась в стену.

Ничего не понятно! Почему упав сверху на пол, я не провалился сквозь него, зато один неловкий шаг чуть не отправил меня вниз?

Я хотел ударить кулаком по стене, но он неожиданно с легкостью провалился внутрь. Чуть не потеряв равновесие от неожиданности, я попытался сконцентрироваться на ощущениях в руке. Она слегка онемела, будто я ее отлежал, но в целом ощущалась нормально и продвигалась с легким усилием. А стоило мне перестать двигать рукой, как ее начало мягко выталкивать обратно. Так, постепенно варьируя скорость движения руки, я смог вычислить закономерность: плавные движения позволяли спокойно прикасаться к стенам, а более резкие — включали способность «проникновения». Кроме того, влияла площадь касания, ладонью требовалось двигать значительно быстрее, чем пальцами. По сути, это напоминало плавание в воде, амплитудные движения позволяли мне «нырять» в камень. При этом существовал своеобразный предохранитель, выталкивающий тело из камня, когда я полностью прекращал движение. Удивительно, но это точно копировало сцену из старого фильма «Чародеи», когда они учились проходить сквозь стены. «Верю в себя, не вижу препятствий», разбегаешься и прыгаешь.

Поняв, что теперь точно не провалюсь под землю без собственного на то желания, я немного расслабился. В целом ситуация не так уж и плоха, можно даже извлечь из неё пользу и всё-таки найти частицу души жены Князева. Нужно лишь рискнуть и спуститься ниже сквозь пол пещеры.

Определившись с планом дальнейших действий, я решил проверить толщину пола. Присев на корточки, я запустил руку в камень. Она полностью онемела, значит, до нижней пещеры дотянуться не получилось. Тогда я осмелел, лёг на пол и опустился еще глубже в камень, сначала плечом, затем по самую шею. И кончики пальцев перестали неметь, а значит, там действительно было пустое пространство.

Рискнуть?

Это было куда страшнее, чем просто засунуть в камень руку. Интересно, а что я увижу, если открою в камне глаза? И можно ли вообще это делать?

Чтобы способность сработала, нужно было, по сути, как следует удариться лицом о пол. Точнее, попытаться это сделать. Решиться на подобное не так-то просто, но я человек привычный — закрыл глаза и справился. Пожалуй, это было даже легче, чем отрезать себе палец ради наполнения руны энергией. Ощутив онемение кожи лица, я затаил дыхание продолжил опускаться ниже, надеясь, что смогу удержаться от падения, когда достигну конца горной породы.

Наконец онемение начало исчезать с головы, начиная с макушки, и вплоть до шеи. При этом по ощущениям я залез в камень почти полностью, наверху остались только то, что ниже пояса. Окажись сейчас там наверху человек, его бы очень удивило странное зрелище — лежащие на полу пещеры ноги, и туловище, уходящее в камень. Это ещё хорошо, что несмотря на страшный внешний вид и отсутствие глаз, серые твари умудрялись любезно обходить меня стороной, иначе могли бы и затоптать.

Открыв глаза, я зажмурился от непривычно яркого света. Проморгавшись, я удивлённо уставился на открывшееся мне сверху зрелище, не в силах поверить своим глазам: внизу в пещере с высоким потолком раскинулась небольшая деревенька вроде бы в японском стиле. Правда, преимущественно я видел сверху лишь крыши-лодочки одноэтажных домиков из красноватой черепицы, да бумажные фонарики, висящие прямо в воздухе над немногочисленными улочками. Посреди деревни текла речушка шириной в несколько метров, в прозрачной воде которой плавали яркие золотые рыбки, видимо, карпы, а в стороне от крайнего дома рос самый настоящий сад со множеством разноцветных плодов на ветках кустов и деревьев.

Ахренеть!

По одной из улочек между домами прямо подо мной шла женщина в красно-черном кимоно с черным волосами, заколотыми двумя палочками. Будто почувствовав мой взгляд, она подняла голову и посмотрела на меня. На белом личике отразилось удивление, а в следующий момент её шея начала стремительно вытягиваться вверх, пока голова не приблизилась ко мне вплотную. Я был так удивлён, что не успел даже толком испугаться или попытаться спрятаться обратно в камень Азиатское побеленное косметикой лицо смотрелось довольно мило, хотя, мимика женщины выглядела будто не живой. Желтые глаза с вертикальным зрачками с интересом изучали меня, а тонкие красные губы слегка шипяще произнесли:

— Ты к-хто?

Прежде, чем я успел ответить, из её рта выскочил длинный сдвоенный язык и коснулся моей щеки. От неожиданности я дернулся всем телом назад, и ощутил, как из-за резкого движения начинаю проваливаться всем телом сквозь камень.

Высота пещеры была слишком большой, чтобы я сохранил здоровье после приземления. Да что здоровье, тут и жизнь-то была под вопросом. Впрочем, я уже знал, что не разобьюсь, если войду в пол «рыбкой». Потом, конечно, придется как-то выплывать обратно, но это будет уже следующей задачей после того, как я переживу само падение.

К счастью, нырять в землю мне так и не пришлось, поскольку до нее я так и не долетел, зависнув в воздухе примерно в метре. Затем меня перевернуло в вертикальное положение, и я продолжил болтаться, всё так же не касаясь земли.

— Яре-яре, — раздался скрипучий старческий голос из-за спины. — Кто это тут?

Меня повернуло вокруг оси, и я увидел перед собой невысокого престарелого азиата с огромной лысой головой. Морщинистое лицо его было вполне нормальных размеров, а вот затылок уходил далеко назад, словно череп «чужого», обтянутый человеческой кожей.

— Здрасти, — выдохнул я, настороженно глядя на «мозговитого» старичка.

— Человек? — удивился он. — Как ты сюда попал?

— Через-с потолок-х пещ-щеры, — прошипела азиатка в кимоно, с интересом разглядывая меня с разных сторон, двигая головой на длинной шее. — Прош-шёл сквоз-сь камень, как Безглазые Падальщики. — Она приблизила свое лицо к моему и принюхалась. — Он и пахнет практичес-ски так же!

Старичок задумчиво посмотрел на меня, потерев куцую седую бородку.

— Почему же тебя не разорвало на части при пересечении защиты деревни?

— Защиты? — переспросил я. — Я не почувствовал ничего подобного.

— Очень странно, — покачал головой старик. — Мако, время бить в колокол. Созывай всех.

Женщина со змеиной шеей вытянула её вверх к коньку самого большого здания, на котором действительно висел маленький колокол. Взявшись зубами и дернув за верёвку, она принялась вызванивать какую-то незамысловатую и вместе с тем приятную мелодию.

— Извини, но тебе придётся ещё немного повисеть здесь, пока мы не решим, что с тобой делать, — предупредил меня старик.

Я лишь пожал плечами в ответ, ведь никакого выбора у меня всё равно не было. Тем временем из домов вокруг начали появляться причудливые существа: горбатый человек, похожий на смесь черепахи и какого-то демона; женщина с головой серебряной лисы и пышным хвостиком; самый стрёмный белый длинноносый клоун из тех, что я когда-либо видел в фильмах ужасов; а главное, отлично знакомая мне Садако, разве что, покрывающая голову, хоть и потёртой, но элегантной белой шляпкой. Очевидно, это была не та особь, которую не так давно убили мы с Мэй Ли, но едва ли мне от этого было легче.

Я поспешно нащупал в кармане последние оставшиеся гофу, хоть и не верил, что они сильно помогут против подобных существ. Но и других вариантов все равно не оставалось — нырнуть в землю я не мог, продолжая болтаться в воздухе, оружия под рукой тоже никакого не было. А вот руки мне никак не блокировали, а значит, шанс удачно применить гофу всё ещё оставался. Правда, барьеры я уже использовал и в кармане лежали только поисковые, запечатывающие и несколько атакующих, включая «Духовный Удар», на который и оставалась вся надежда. Но даже вложив в него всю доступную силу, я вряд ли бы справился с таким количеством существ. Сверхсила, полученная от Дэмиса, тут тоже вряд ли поможет, скорее я только наврежу себе, в очередной раз порвав мышцы или связки.

— Человек? — удивлённо спросила женщина-лиса, первой подойдя ко мне вплотную, взяв за подбородок и повертев мою голову влево-вправо. — А почему от него воняет, как от Падальщика?

Прозвучало немного обидно, но я возникать не стал. В окружении опасных существ лучше лишний раз рот не открывать, особенно при стоящей рядом Садако. Я-то ещё помнил, как она залезала своими длиннющими волосами в рты бедных людей в клинике и даже посягала на мой. А ведь тут были и другие непонятные существа, наверняка не менее опасные, чем девушка из колодца. Если честно, сильнее всего меня напрягал клоун с совершенно белым удлинённым лицом, сумасшедшей улыбкой и таким взглядом, словно он прикидывал, каким именно образом собирается меня расчленить.

— Человек проник с-сюда сквоз-сь потолок, каким-то обрас-зом миновав защ-щитный купол, — пояснила женщина с длинной шеей. — Может, он полукровка? Рес-зультат с-спаривания Безгла-сзого Падальщика и человека?

— Что⁈ — возмутился я, невольно представив эту ужасную картинку. — Какой кошмар! Нет!

— И правда, бред, — согласился старик. — Они же мечут икру и вообще не разделяются по половому признаку. Нет, тут что-то другое…

Волосы на голове Садако пришли в движение, выбравшись из-под широкополой шляпки, и устремились в мою сторону.

— Я могу заставить его всё рассказать, — заявила она.

Удивительно, но в отличие от той особи, с которой сталкивался я, эта говорила вполне членораздельно и осознанно. А вот движения её тела оставались такими же дерганными и неестественными, словно у марионетки. Кажется, она даже рот открывала не в такт произнесённым словам.

— Пока не придёт Мессиэль, я попрошу воздержаться от пыток, — осадил девушек старик, чем заслужил мою искреннюю благодарность.

— Тем более, я сам готов всё рассказать, — поспешил вмешаться я. — И о себе, и о том, зачем пришёл сюда. Мне совершенно нечего скрывать.

— Людишки, — фыркнула женщина-змея. — Вам нельзя верить.

— Люди — плохо, — впервые подал голос «черепаха». — Люди — убить.

— Вот! Правильно говорит Каппа! Какая нам вообще разница, кто этот человек⁈ — недовольно воскликнула девушка-лиса, полностью игнорируя мои слова. — Просто убьём его, и скормим останки тем же падальщикам. Если сделаем это быстро, то Мэсс даже не узнает, что здесь кто-то был.

Очевидно, передо мной стояла кто-то вроде кицунэ — серебряной лисы из японской мифологии, правда, обычно её рисовали либо в зверином, либо в женском обличии, а тут получился какой-то комплексный вариант с телом человека и головой животного. Примерно так изображали своих божеств египтяне, только там были головы собак, птиц и кошек.

— У нас есть договорённость не вредить людям, — покачал яйцеподобной головой старик. — А это всё-таки человек и, полагаю, смерть можно считать самым фатальным вариантом нанесения вреда.

— Правда? — фыркнула «лиса». — Какой ты умный, не зря у тебя такая большая голова. Но наши правила не касались такого случая, когда человек сам явился в нашу деревню и может раскрыть её тайну. Мы слишком долго создавали это место, чтобы подвергать его опасности.

— Простите, — попытался вмешаться я. — Обещаю, я никому ничего о вас не расскажу… — тут сработала треклятая честность. — Точнее, расскажу, но только если меня спросят.

— По-моему, он издевается над нами, — прищурилась «лиса». — Отвечай честно, зачем ты здесь⁈ Может, специально искал нас⁈

— Дело в том, что я медиум, и…

Все окружившие меня существа разом шарахнулись в стороны.

— Медиум⁈

— Я же говорила, что его нужно убить! — ощерившись, прорычала женщина-лиса. — Наверняка всё из-за Шики! Он подозрительно часто покидал деревню! Видимо, мерзкий пёс привлёк внимание медиумов, и они явились, чтобы уничтожить наше убежище!

Белый клоун непонятно откуда достал два огромных ножа, а молчавший всё это время человек-черепаха начал обрастать костяной бронёй, превращаясь в своеобразного рыцаря.

— Что ж, для медиума можно сделать исключение из правила, — неожиданно легко согласился старик, еще минуту назад меня защищавший. — Порвите его на части.

Поняв, что переговоры вдруг резко закончились, я выхватил из кармана все оставшиеся гофу, выбрал «Духовный Удар», напитал энергией, и направил на старика. Очевидно, что именно он продолжал держать меня в воздухе, и не позволял нырнуть в землю и сбежать.

К сожалению, на пути ударной волны встал человек-черепаха, с лёгкостью принявший на себя весь удар.

— Чур я забираю его сердце! — прорычала «лиса», прыгая на меня.

Единственное, что я мог сделать — это прикрыться руками от её нападения, продолжая висеть в воздухе словно пиньята, набитая конфетами.

— А ну всем замереть! — раздался громкий окрик и «лиса» в прямом смысле зависла в воздухе, не дотянувшись до меня когтями буквально на пару сантиметров. За её спиной так же застыл клоун с двумя ножами, человек-черепаха, тянущий ко мне свои ручищи, и женщина со змеиной шеей, держащая в зубах целый меч. Садако от них тоже не отставала, пытаясь добраться до меня своими длиннющими волосами, но тоже была остановлена силой престарелого телепата.

— Госу! — прорычала «лиса», напрягшись всем телом, но так и не коснувшись меня когтями. — Отпусти!

— Босс сказал, я — выполнил, — спокойно ответил старик.

Если честно, всё происходящее начинало напоминать какую-то фантасмагорию. Возможно, я просто надышался какого-нибудь галлюциногенного газа там в метро и сейчас просто валяюсь, пускаю слюни и вижу странный сон? В таком случае, только что мне начал сниться новый персонаж — чёрный кот в сером пиджаке. То есть, человек с головой кота. Высокий, стройный, элегантный… кот⁈

— Отойдите от него, — велел человек-кот. — Госу, отпусти мальчишку на землю, а кицунэ пусть ещё поболтается в воздухе.

Старик явно нехотя махнул рукой, и я плавно опустился на землю. Во всяком случае, теперь, в случае чего, я мог попытаться нырнуть в пол пещеры.

— Но Мэссиэль, он же медиум, — недовольно скривила мордочку «лиса», перестав сопротивляться и прямо в воздухе сев в позу лотоса. — И он видел нашу деревню. Его нужно убить.

— Это не простой медиум, — спокойно сказал кот. — На нём метка моей сестры, а значит, от неприкосновенен.

Глава 3

Чья метка? Нет, так-то я не против, если благодаря этому меня не будут убивать, но всё-таки интересно, о чём, собственно, речь?

Последний вопрос я, как это обычно бывает, случайно произнёс вслух.

— Ты встречался не так давно с Туманной Кошкой? — поинтересовался человек-кот.

— Эмм… Возможно, — уклончиво ответил я. — Но она выглядела именно как большая кошка, а не как вы.

Всё-таки это мистическое существо по одной её понятным причинам уже не раз спасало меня, и вполне могло поставить какую-то метку, главное, чтобы это было сделано каким-нибудь мистическим, а не физиологическим методом. И ладно если кошка просто лизнула меня в нос, пока я был в отрубе, а если она воспользовалась более гарантированным методом⁈

— Моя сестра ещё молода и не умеет менять облик. Но мне очевидно, что ты её чем-то заинтересовал. — Человек-кот в сером пиджаке, брюках и начищенных чёрных ботинках сурово посмотрел на старика и остальных существ. — Поэтому никто тебя здесь не тронет. Даю слово.

Все существа поклонились ему, исключение составил лишь белый клоун, вместо этого скорчивший злую рожицу и показавший «коту» неприличный жест. То ли клоун обладал более высоким положением в деревне, то ли был здесь на должности шута, но на его выходку никто не обратил никакого внимания. Я бы решил, что это призрак, но за недолгое время работы медиумом уже научился их определять без ошибок. Теперь я бы никогда не допустил такой ошибки, как с девочкой в клинике, более того, по плотности тел призраков я уже мог примерно понять, «зациклен» он или обладает более осознанным разумом. Вроде я видел не так много призраков, и не мог похвастать большим опытом, но это основывалось не на знаниях, а на каком-то шестом чувстве. И оно подсказывало, что это клоун вполне материален.

— Как скажете, Князь, — нехотя буркнула кицунэ.

— Но вопрос о том, как этот медиум прошёл сквозь защиту, всё ещё остаётся открытым, — сварливо напомнил старик, взглянув на меня исподлобья. — Последние годы руны защищали нас от Падальщиков, и если человек смог попасть в пещеру, то это может означать, что наша деревня в большой опасности.

«Кот» очень смешно поморщился. Хотя, если честно, любая мимика человека с головой кота выглядела для меня смешно и мило. И вообще, как он носит ботинки, у него же лапки⁈

— Напоминаю, что защиту создал Шики, и он не делился с нами своими методами, — будто нехотя произнёс он. — Возможно, она и вовсе не была рассчитана на людей.

— Или человек просто вломился к нам и что-то испортил в защитном заклинании, — не согласился старик. — Вы же тоже чувствуете силу его души? Такой мог запросто повредить несущие руны и ничего не заметить.

Странно, я вроде бы уже привык максимально уплотнять энергию души в груди, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания существ и призраков. Разве что эти ребята более развиты и чувствительны, чем обычные призраки?

— Конечно, — кивнул «кот». — Уверен, поэтому им и заинтересовалась моя младшая сестренка. Но руны всё ещё на месте, да и с потолка нам на головы не сыплются орды голодных Падальщиков, а значит, бояться нечего.

Человек-кот указал наверх, и только тут я заметил едва различимые полоски огромных узоров, нанесенных на каменный свод пещеры. Они выглядели поблекшими и, как мне почему-то показалось, сильно уставшими. Если защита и работала сейчас, то явно на последнем издыхании, и сильно сомневаюсь, что причина этого была именно во мне.

— Если Падальщики всё-таки посыплются, то я буду считать себя в праве убить его, и никакая метка меня не остановит, — уперлась кицунэ. — Твоя сестра гуляет где-то там, мало ли чем она руководствовалась, ставя свою метку. Может, это для неё вообще ничего не значит!

— Ты хочешь пойти против моего слова? — прищурился Мэссиэль, и от него начала расходиться едва заметная глазу оранжевая аура. — Если я сказал, что его никто здесь не тронет, значит, так и будет!

Серебряная лиса сразу сникла, опустила плечи, но затем очень быстро взяла себя в лапки и стрельнула в меня острым взглядом.

— Конечно же я никогда не пойду против тебя, Мэсс, — заверила она, оправив белые одежды и скромно сложив лапки на груди. — И вообще, раз уж он теперь наш гость, то следует соблюдать законы гостеприимства. Предлагаю переместиться в дом и продолжить разговор в более мирной обстановке за чашечкой зеленого чая.

«Кот» одарил кицунэ подозрительным взглядом, но не нашёл к чему придраться и согласно кивнул:

— Так-то лучше.

Спустя пару минут я уже сидел в одном из зданий за столом в окружении любопытных существ. Кицунэ заботливо наливала мне в изящную маленькую чашечку зелёный чай, но, судя по хитрому выражению мордочки, этот напиток мне принимать точно не стоило. Очевидно, что убивать меня вопреки приказу человека-кота она не рискнёт, но вот устроить неприятные последствия — запросто. Зато клоун, стоя за моей спиной, с радостью схватил мою чашку и выпил залпом, и никто из существ никак на его выходку не отреагировал. Это подтвердило мою уверенность в том, что это точно не призрак, но вот в целом сделало ситуацию ещё страннее.

— Так как ты нашёл это место? — спросил меня человек-кот, немигающе глядя своими большими оранжевыми глазищами. — Неужели кто-то из Ассоциации узнал о нашей деревне?

Очевидно, что скрывать мне было особенно нечего, поэтому я рассказал, что именно привело меня в депо, и как я провалился под землю. О том, что способность проходить сквозь землю у меня лишь на время, я тоже молчать не стал. Конечно, раскрывать свои секреты мне не очень хотелось, но только так можно было свести к минимуму мою связь с Падальщиками.

— Призрак? — переспросил Мэссиэль. — Если бы что-то подобное появилось в нашей деревне, я бы об этом знал. Видимо, ты ошибся.

— Он точно врёт, — тут же вклинилась кицунэ. — Людям нельзя верить!

Уж не знаю, чем я так не понравился лисичке, но она упорно продолжала гнуть свою линию, хотя, женщина-змея, вроде бы её звали Мако, и человек-черепаха — Каппа, вели себя куда спокойнее. Даже Садако смиренно сидела за столом в своей шляпке и смотрела куда-то во двор, делая вид, будто меня вообще тут нет. И, кстати, помня о том, чем питается Садако, интересно, на какой диете она держалась в этой деревне?

— Нет тут никаких призраков, — поддержала Мако лисицу. — Человек всё придумывает.

— Я могу указать точное место, где находится призрак, — предложил я, достав рамки. — Это не займёт много времени.

— Интересно, — прищурился «кот». — Что ж, показывай.

Если рамки сейчас вновь покажут вниз, меня могут и правда сожрать, а я окончательно разуверюсь в том, что мой призрачный GPS правильно настроен. Какова вероятность, что глубже пещеры, находящейся под станцией метро, есть еще один уровень?

Но обошлось, рамки показали куда-то в сторону. Выйдя наружу, я принялся ходить кругами, вычисляя направление. Существа в этот момент хвостиком ходили за мной, настороженно следя за всеми действиями. Наглее всех вновь вёл себя клоун, постоянно мешавшийся у меня под ногами, и даже попытавшийся отнять одну из рамок. И снова существа полностью проигнорировали его существование… это уже начинало напрягать даже больше, чем вся сложившаяся ситуация в целом.

— Это вообще нормально? — не выдержав, спросил я у Мэссиэля, указав на клоуна.

— Что именно?

Клоун вновь скорчил мне рожу.

— Вот он, — раздражённо пояснил я.

— Кто? — озадаченно посмотрев в указанном направлении, спросил старик Госу, и человек-кот к нему присоединился:

— Ты здесь кого-то видишь? Призрака?

— Да он просто внимание отвлекает! — тут же влезла кицунэ. — Наверняка время тянет, поскольку наврал о цели своего прихода сюда!

— Да! — присоединилась к ней Мако, она же женщина-змея. — Он точно врёт!

Я сжал зубы и продолжил идти по указанному рамками направлению. И вскоре выяснилось, что призрак находится в небольшом домике на самой окраине деревеньки.

— Здесь живёт Садако, — прокомментировал старик, покосившись на девушку в шляпке. — Малышка, ты ничего не хочешь нам рассказать?

Лицо мертвенно-бледной девушки в одно мгновение преобразилось в уродливую маску старухи. Щеки ушли куда-то внутрь, глаза выкатились из орбит, а губы истончились, открыв обзор на белые неестественно острые зубы.

— Моя! — провизжала она, отталкиваясь от земли волосами и бросая свое тело в сторону дома.

— Да сиди ты, — не особо напрягаясь схватил её лапой за волосы человек-кот, и дёрнул обратно. — Вечная проблема с этими Садако, вроде адекватно себя ведут, пока не переклинит на чём-нибудь. Госу, придержи её, а мы пойдём посмотрим, что там в её доме.

— Яре, яре, бедная девочка, — сочувствующе покачал головой старик. — Сейчас всё сделаю.

Телепат заключил визжащую девушку… точнее, уже гримасничающую тварь, в своеобразный кокон, не позволяющий её волосам вырваться наружу. Существо билось о прозрачную сферу изо всех сил, но, видимо, разница в силе между одушевлённым проклятием и головастым стариком была слишком велика.

Внутрь пошли все, включая видимого только мне клоуна. Дом Садако встретил всю нашу разношерстную компашку тишиной. Внутри он был обставлен довольно минималистично, по одному предмету мебели на каждое помещение, словно кто-то желал обозначить, где и какая комната находится, но на этом и остановился. Используя рамки, я прошёл по коридору из холла с одинокой вешалкой для одежды в спальню, оборудованную стальной кроватью с витиеватой железной спинкой, открыл дверь, и, наконец-то, увидел цель своих поисков — неподвижно висящего под потолком призрака Алины Князевой. И не только её, рядом находилось ещё несколько таких же неподвижных полупрозрачных женщин. На их шеи были намотаны чёрные волосы Садако, играющие роли ошейников. Все они цеплялись к потолку, делая призраков похожими на своеобразные ёлочные игрушки.

— Что это за странная коллекция? — удивился «кот».

— Ничего с-странного, — тяжело вздохнула женщина-змея. — Малышка прос-сто хочет с-стать нормальной девушкой, приз-зраки для неё что-то вроде фетиш-ша и примера одновременно. Она их коллекц-ционирует, пытается общаться.

«Кот» покосился на неё.

— Ты знала?

— А чего такого-то⁈ — вскинулась женщина с длинной шеей. — Это ж прос-сто ос-сколки душ людишек. Они ничего не говорят и не чувс-ствуют, пить и ес-сть не прос-сят.

Я же присмотрелся к лицам девушек, и с удивлением заметил, что не все они «пусты», как Алина Князева. Из шести одна пыталась говорить с нами, но её губы двигались, не издавая ни единого звука.

«Кот» взмахнул лапой, обрезал волосы, и половина освобождённых призраков тут же испарилась. Похоже, только волосы Садако каким-то образом удерживали их в этом мире. Алина и блондинка остались стоять так же неподвижно, а вот третья женщина заговорила со мной:

— Спасибо, мальчик! Эта страшная женщина, она держала нас здесь неделями, не кормила и не позволяла даже сходить в туалет! Я испытывала жутки муки!

— В туалет? — переспросил я. — Кхм… ну да. Но теперь всё хорошо, и вы свободны.

Женщина уставилась на меня, как на идиота.

— Хорошо⁈ Нас окружают какие-то твари!

— Твари⁈ — переспросила кицунэ. — Будет ещё какая-то мертвячка меня оскорблять!

— Мертвячка⁈ Что эта мерзкая крыса говорит⁈ Я чувствую себя совершенно обычно: хожу, дышу, разговариваю!

У кицунэ аж шерсть дыбом встала от такой наглости.

— Да я её…

— Это тот призрак, которого ты искал? — спокойно спросил Мэссиэль.

Я указал на Алину.

— Нет, она.

«Кот» махнул лапой и развоплотил говорившую с нами женщину.

— Тогда какой смысл разговаривать с мертвецом? Лучше прервать его скитания и быстрее отправить в круг перерождений.

Возмущаться я не стал, поскольку понимал, что призрак в любом случае рано или поздно, в зависимости от силы души, воплотится вновь. Хотя, я еще слишком мало знал о способностях Мэссиэля, вдруг он каким-то образом мог уничтожать призраков окончательно? Во всяком случае, когда «кот» уверенно ударил лапой призрака блондинки, я смог разглядеть исходящую от его когтей оранжевую энергию. Это же явно что-то значило, пусть я и не понимал, что именно.

Использовав заранее заготовленный гофу, я поторопился запечатать последний осколок души Алины Князевой, и облегчённо выдохнул. Цель нашей небольшой подземной экспедиции достигнута, что не может не радовать. Вот бы ещё как-то сообщить об этом остальным. Мобильный телефон здесь не ловил, я успел быстро взглянуть на экран, пока мы шли пить чай, поэтому чтобы связаться с Князевым и остальными нужно было подняться на поверхность. Вот только отпустят ли меня эти существа?

Удивительно, но, когда мы покинули дом, Садако никто даже не стал всерьез ругать.

— Ты убила этих девушек? — лишь поинтересовался человек-кот, когда мы вернулись на площадь.

— Нет! — визгливо возмутилось существо, продолжавшее бесноваться внутри энергетического кокона. — Просто нашла! Наверху!

— Мы же договаривались, что не будем выходить на поверхность, — недовольно напомнил Мэссиэль. — Это слишком опасно и может привлечь лишнее внимание.

Кицунэ выразительно покосилась на меня:

— От которого потом придется избавляться.

Я сделал вид, будто не заметил очень «тонкого» намека.

— С-садако ни в чем не виновата, — вступилась женщина-змея, вытянув шею, чтобы заглянуть в глаза Мэссиэлю. — Она же ребёнок по с-своей с-сути, не понимает, что делает.

Всё это время молчавший горбатый человек-черепаха важно кивнул:

— Садако хорошая. Не надо её наказывать.

Удивительно, но здоровяк перемещался так тихо и вёл себя так пассивно, что я забыл о его существовании. В отличие от клоуна, делающего всё возможное, чтобы постоянно быть у меня на виду. Вот и сейчас он достал откуда-то куклу, подозрительно похожую на серебряную лисицу, и демонстративно отрывал её лапки.

— Ладно, об этом мы поговорим позже, — отмахнулся от товарищей «кот» и сурово посмотрел на Садако. — Хватит уже буянить, мы отпустили твоих призраков.

Вопреки ожиданиям, его слова не успокоили одушевлённое проклятие, а, наоборот, взбесили ещё сильнее. Она начала биться о защитную сферу с удвоенной силой и каким-то образом умудрилась пробить её верхнюю часть. Волосы устремились к потолку пещеры, схватились за камни и вытянули Садако наверх.

— Мако! — крикнул головастый старик. — Поговори с подружкой, пока она окончательно не сошла с ума! Дались ей эти призраки!

— Был бы там ум, — буркнула кицунэ.

Садако зацепилась волосами за потолок словно паук паутиной, и яростно закричала:

— Верните! Моё!

Женщина-змея вытянула шею вверх и подняла голову к Садако.

— Малышка, успокойс-ся. Мы найдём тебе новые игрушки, обещаю. Какие-нибудь другие.

Я покосился на «кота».

— Купили бы ей компьютер что ли, пусть лучше в развивающие игры играет.

— Что купить? — переспросила кицунэ.

Голвастый старик нахмурился.

— Компуктер? Впервые слышу.

— Сколько же лет вы тут безвылазно живёте? — удивился я.

— Несколько лет, примерно с тысяча девятьсот семидесятого по вашему исчислению, — ответила кицунэ, выразительно посмотрев на «кота». — А что, снаружи что-то сильно изменилось? Какой сейчас год?

— Две тыс…

Мэссиэль замотал лапкой под шеей, намекая, что мне лучше заткнуться, но было уже поздно, лисица услышала достаточно.

— Две тысячи какой⁈

Я сделал вид, будто с интересом смотрю на беседующих под потолком Садако и Мако, и совершенно не слышу её вопроса. Похоже, с этой деревней всё было не так просто и время здесь текло значительно медленней, чем снаружи. Или же на существ оказывалось какое-то иное воздействие, заставившее их проспать несколько десятков лет. Может с этим как-то связан клоун, которого могу видеть только я?

Тем временем женщине-змее всё-таки удалось успокоить Садако, и они спустились вниз. При этом Мако смотрела на меня так зло, будто это я лично чем-то обидел одушевлённое проклятие.

— Извините, — поклонилась Садако. — Я виновата.

Человек-черепаха молча подошёл и обнял девушку в белом платье, вернув на её голову потёртую шляпку.

— Всё в порядке.

— Ничего не в порядке! — возмущённо воскликнула кицунэ. — Мэсс от нас что-то скрывает! У меня такое подозрение, что Шики добавил в руны пещеры что-то ещё помимо защиты от Падальщиков!

Мэссиэль вновь начал источать сильную ауру.

— Кицунэ, как ты смеешь обвинять…

— Яре, яре, — вмешался в разговор старик, встав рядом с лисицей. — В этот раз девочка права. Что ты пытаешься от нас скрыть, Мэсс? Как снаружи могло пройти так много времени?

— Мэсс, о чём они говорят? — присоединилась женщина-змея.

Если честно, я чувствовал себя так, словно стал свидетелем семейной ссоры. Как-то неуютно, и вроде бы меня всё это не касается, но и уйти не могу, поскольку привлеку к себе лишнее внимание. Примерно так же тихо как я вёл себя и белый клоун, прыгающий вокруг существ, не издавая при этом ни единого звука.

«Кот» тяжело вздохнул и убрал давящую ауру.

— Ничего я не скрывал, просто время ещё не пришло. Мы закрылись здесь от внешнего мира и, в частности, от Хозяина, надеясь сохранить свою свободу. Шики, как лучший ученик Хозяина, умел управлять существами, и создал над деревней колонию Падальщиков, многочисленные души которых полностью скрывали нас от любых поисков. Затем он создал руны, защищающие уже нас от самих Падальщиков.

— Это мы и так знаем! — возмущённо воскликнула кицунэ. — Со временем-то что⁈

— Шики остановил для нас время на пятьдесят лет, — ответил «кот». — Мы решили, что Хозяин всего лишь человек, к тому же, не молодой, спустя такой срок он должен умереть своей смертью и мы все будем свободны.

— А почему вы сразу нам об этом не рассказали? — с любопытством спросил «головастый» старик. — К чему эти секреты?

— Я не был уверен, что вы полностью избавились от его влияния. Вдруг кто-то из вас не сдержался бы и помешал процессу. Вспомните, как было трудно первое время до установки рун сидеть тут и не откликаться на его зов. Сейчас же, после долгой спячки, мы вроде бы чувствуем себя совершенно свободными, но я решил не рисковать — отправил наружу сестру, которая никогда не контактировала с Хозяином. И только когда она подтвердила бы, что во внешнем мире нет его следов, я рассказал бы вам о том, что прошло уже пятьдесят с лишним лет.

— Пятьдесят лет…. Что ж, возможно, старик и правда уже погиб, — мечтательно закатила глаза кицунэ. — Надеюсь, он умер не от старости, а от мучительных ран. Или болезней. Или ран и болезней.

Услышав от существ о некоем Хозяине, я тут же испытал определённые подозрения на этот счёт. В моей памяти почему-то всплыло то, как Хухлик называл «Хозяином» моего второго учителя — Макарова. С учётом того, что говорила о нём Мисси, мол, Макаров уже был стариком в сороковом году, то он же вполне мог абьюзить всех этих существ в шестидесятых. Да и сам Хухлик вёл себя так, будто боялся Макарова, но стоило ему оказаться рядом, как стал вести себя покладисто, словно его лучший друг.

— Что ж, должен признать, ты действовал умно, — медленно проговорил старик Госу. — Очевидно, что зависимость от Хозяина исчезла за эти пятьдесят лет. Столько времени… интересно, как изменился мир снаружи?

— Если Хозяина больше нет, то мы можем пойти и узнать это сами! — радостно осклабилась кицунэ.

— Увидеть солнце? — обрадовался человек-черепаха.

— Это ещё не точно, — напомнил Мэссиэль. — Нам не следует торопиться. Если Хозяин ещё жив, то стоит ему появиться рядом, как узы вновь окрепнут, и мы станем его послушными рабами.

— Да, да, — отмахнулась серебряная лисица. — Твоя сестра где-то там ищет его следы, бла-бла-бла. Я этой мелкой не особо доверяю. Она ж и Хозяина-то не видела своими глазами.

— Я передал Мелиссе слепок силы его души, — спокойно ответил «кот». — Если Хозяин жив, то она ощутит это с расстояния в несколько тысяч шагов.

— А что это за Хозяин такой? — решил всё-таки вмешаться я в их разговор. Хотелось бы получить описание его внешности, чтобы сравнить с Макаровым, но «палиться» прямыми вопросами я опасался. Если я прав, и речь идёт об учителе, то существа могут меня на части порвать, невзирая ни на какие метки.

Все существа тут же уставились на меня так, будто успели забыть о моём присутствии.

— Точно, — опомнился Мэссеэль. — Нужно всё-таки решить, что делать с ним.

Молчаливый клоун выразительно провёл большим пальцем по шее, но его всё равно мог видеть только я. Если честно, это уже начинало откровенно напрягать и даже немножко пугать. То ли это существо невидимо, то ли является плодом моего воображения, непонятно. На материальный мир он вроде влиять способен, но это воздействие тоже не замечал никто кроме меня. Реально что ли шизофрения? В любом случае, нападать на него первым до тех пор, пока он не проявляет прямую агрессию, было слишком рискованно. Хотя, рука так и чесалась попытаться вдарить по нему атакующим гофу или попытаться его запечатать.

— Ээ… отпустить? — осторожно предложил я, косясь на клоуна.

— Даже несмотря на то, что на тебе метка Мелиссы, я не могу дать тебе уйти отсюда, ведь теперь ты знаешь о нашем поселении, — как мне показалось, хмуро сказал человек-кот.

— Я никому о нём не расскажу, — поспешно заверил я, и вынужденно добавил: — Если меня не спросят, конечно.

— А если спросят? — тут же прицепился к моим словам головастый старик.

Так. Держись, молчи, молчи…

— То придётся рассказать, — сквозь зубы ответил я. — Я физически не могу врать благодаря полученной травме души.

Пришлось подробно рассказать существам о моей маленькой «особенности» просто потому, что они задали несколько очень удачных вопросов.

— Как интересно, — тут же обрадовалась кицунэ, и предвкушающе потерла лапки. — Раз мы не можем его убить или отпустить, то придётся оставить человека здесь? Это будет забавно.

Головастый старик задумчиво посмотрел на меня и потёр лысину.

— Может это не так уж и плохо, мне хоть будет с кем играть в шахматы. Да и Садако полезно расширить круг общения.

Женщина-змея обняла Садако за плечи и заинтересованно посмотрела на меня.

— А ведь правда…

— Вообще-то я пришел сюда не один и меня уже ищут, — поспешно вмешался я, совершенно не горя желанием заводить дружбу с условно одушевленным ходячим проклятием. — Уверен, скоро они спустятся сюда.

— Вот, я же говорила! — с лёгкостью сменила настрой серебряная лиса. — Нужно убить этого человека и поднять тело на поверхность. Пусть его найдут там и успокоятся.

Мда, хотел как лучше, а получилось как всегда.

Белый клоун достал откуда-то огромный нож мясника и выразительно взмахнул им, явно соглашаясь с предложением кицунэ.

— Давайте успокоимся, — быстро сказал я. — Наверняка есть какой-то другой выход.

— Есть, — неожиданно легко согласился Мэссиэль. — Мы можем стереть тебе память. Ты здесь примерно час, это не так сложно.

— Может, не надо? — неожиданно засуетилась кицунэ. — В принципе, человек нам ничего плохого не сделал, пусть идет на все четыре стороны! Кто ему поверит вообще?

— Да, да, — присоединились к ней все остальные. — Обойдемся без стирания памяти.

Я подозрительно посмотрел на лица, морды и мордочки существ.

— В чём подвох?

— Для этого нам придётся воспользоваться помощью нашего… товарища, — пояснил человек-кот. — Шики один из создателей этой деревни, он наложил защитные руны на пещеру, и он же обладает способностью стирать память людей.

— Не нужно выпускать этого психа! — тихо проблеяла кицунэ.

Серебряная лисица выглядела по-настоящему испуганной. Что же это за существо такое, что его называет сумасшедшим даже кицунэ, живущая бок о бок с Садако?

— А что значит «выпускать»? — спросил я, оглядываясь по сторонам. — Его где-то держат?

— Шики большую часть времени слегка не в себе, — пояснил «кот». — Неконтролируемые приступы ярости, желание убивать. Только с помощью моей силы можно ненадолго вернуть ему разум, но даже тогда его действия могут быть слегка непредсказуемыми.

— И этому существу вы хотите позволить копаться в моей голове⁈ — возмутился я. — Нет уж!

— А у тебя нет другого выбора, — показала острые клыки в ухмылке кицунэ, и тут же погрустнела. — Видимо, и у нас тоже, раз Мэсс так серьёзно относится к метке сестрёнки. Ладно, уговорили, пойдём к темнице.

Я бы мог попытаться оказать сопротивление, всё-таки позволять копаться в своем мозге непонятному существу совершенно не хотелось. Но я сильно сомневаюсь, что справился бы с такой толпой монстров, каждый из которых явно обладает внушительной силой. Можно было бы попытаться сослаться на знакомство с Макаровым, если именно он является Хозяином, которого существа так бояться, но как бы это ещё сильнее не ухудшило мою ситуацию.

Пока я лихорадочно думал, что же делать, меня повели через проход в одну из пещер рядом с деревней. Она заканчивалась огромной стальной дверью, прокрытой многочисленными рунами. И в отличие от тех, что были на потолке, эти буквально сверкали от переполнявшей их энергии.

— Открывайте, — скомандовал Мэссиэль. — Я же попытаюсь на время вернуть старого доброго Шики

— «Доброго», ага. Пусть Каппа отпирает, он крепкий, — отшагнула кицунэ. — Я к этой двери и близко не подойду.

Её примеру последовали и Мако с Садако и Госу. Зато белый клоун тут же подошёл к двери, по-деловому осмотрел её, и демонстративно постучал кулаком. Будто откликнувшись на стук, дверь сотряслась от сильнейшего удара и огромные руны разразились снопами искр.

Глава 4

Горбатый Каппа послушался серебряную лисицу и со скоростью черепахи (кто бы мог подумать) подошёл к двери и заскрипел замками. В этот же момент все кроме Мессиэля, меня и видимого только мне клоуна, сделали ещё несколько шагов назад.

Что ж там за монстр такой заперт?

Под аккомпанемент тяжелых ударов в дверь Каппа открывал замки пока не щёлкнул последний из них. Двери с грохотом распахнулись, откинув человека-черепаху в сторону словно пушинку, и на пороге показался обитатель темницы.

«Да ладно?» — подумал я, скептически глядя на это существо. — «И вот это страшный монстр, которого все так боятся⁈»

Я уже неплохо разбирался в мистических существах, поскольку успел набраться определённого опыта, но это животное видел впервые. Больше всего тот, кого называли Шики, напоминал миниатюрную, буквально двадцатисантиметровую, смесь собаки и медведя, стоящую на задних лапках. Очень милую, пушистую милаху бежево-серого окраса, пухленькую, щекастую и толстозадую. «Мимимиметр» при взгляде на этого «монстра» буквально зашкаливал.

— Шики⁈ — удивился Мэссиэль. — Что с тобой случилось⁈

Медведь, точнее медвежонок, показал коту неприличный жест лапкой.

— А ты как думаешь, ахо[1]⁈ Заперли меня тут на пятьдесят лет без еды и воды! Какого дьявола вообще⁈

— Пятьдесят лет? — удивлённо переспросил Мэссиэль. — Но почему⁈ Ты же, как и мы, находился внутри защитного поля.

Медвежонок ударил лапкой по лицу.

— Камера заключения представляет собой изолированное пространство, на него замедление времени не действует! Я тут чуть от скуки не рехнулся!

— Яре-яре, нехорошо получилось, — тихо проговорил Госу у меня за спиной. — Но в наше оправдание скажу, что мы не знали об этом свойстве наложенной тобой защиты, ну, все кроме Мэсса.

Женщина-змея, Садако, головастый старик, кицунэ и человек-черепаха отошли ещё дальше, и теперь получилось так, что перед медвежонком стояли только я и Мэссиэль. На клоуна медведь, он же Шики, не обращал никакого внимания так же, как и другие существа, а значит, его можно было не считать. Более того, моя личная белолицая галлюцинация спокойно проходила сквозь других существ, что лишний раз подтверждало её нематериальность.

— Ты же сам конструировал эту камеру, — заметил человек-кот, явно почувствовав себя слегка неуютно. — Почему этого не учёл?

— Я же не знал, что вы в неё запихнёте меня!

— Ты убил Данки! — выкрикнула Мако, прячась за головастым стариком и вытянув вверх шею. — Порвал его на час-сти и играл головой в кэмари[2]!

Медвежонок почесал лапкой за ухом.

— Я? Не было такого. Что вы выдумываете?

— Ты себя не контролировал, — пояснил Мэссиэль. — Видимо, из-за влияния Хозяина. Всё-таки зря ты так часто выходил во внешний мир.

— А где ещё мне было материалы для строительства домов и защитного поля взять⁈ — огрызнулся Шики. — Да и Падальщиков надо было подкармливать, чтобы они плодились как полагается! И вообще, я первый из вас избавился от влияния Хозяина, с чего бы мне вдруг сходить с ума⁈

Ого, так и городок в японском стиле построил этот маленький медвежонок? И остальные существа его в благодарность заперли в камере на пятьдесят лет? Пожалуй, я бы на месте этого Шики тоже был в бешенстве.

— В любом случае, ты убил Данки на наших глазах, поэтому нам пришлось тебя запереть! — слегка повысил голос «кот», не сводя оранжевых глаз с Шики. — Но сейчас ты совершенно в порядке, я не чувствую никаких следов сумасшествия.

Клоун в это время достал откуда-то маленький трёхколесный велосипед и кружил вокруг медвежонка, корча рожи и беззвучно смеясь. И если разнообразные существа японского фольклора вокруг меня уже нисколько не смущали, то этот белолицый псих, которого видел только я, начинал откровенно пугать. Наблюдая за ним, я всё больше убеждался в том, что это не моя личная галлюцинация. Очевидно, что передо мной корчило рожи какое-то нематериальное существо или сущность, находящееся на более глубоком слое реальности, чем призраки, которых обитатели подземного городка всё-таки могли видеть. Непонятно только, какие цели оно преследовало и насколько могло быть опасным?

— Может это у вас было сумасшествие, а не у меня? — недовольно спросил медведь. — Я лично ничего такого не помню.

Из огромной пещеры, которую мы недавно покинули, донесся громкий треск.

— А там что происходит? — подозрительно спросил медвежонок.

— В том числе, поэтому мы тебя и освободили. Похоже, защита, которую ты создал, ослабела, а Падальщики над нами слишком сильно расплодились, — пояснил Мэсиэль. — Это становится опасным.

Шики всплеснул лапками.

— Ну конечно, вам понадобилась моя помощь! Вы же не могли освободить меня просто потому, что беспокоились или соскучились.

— Ты и в здравом уме та ещё сволочь, — недовольно заметила кицунэ. — С чего бы нам по тебе скучать? Или ты забыл, как подставил меня перед теми стражниками, избившими меня до потери пульса⁈[3]

Медвежонок ухмыльнулся, заставив лисицу спрятаться за худую спину Госу.

— Да-а, это было весело.

— Шики плохой, — тихо прошептала Садако. — Он забирал у меня шляпку.

Если честно, меня не особо интересовали разборки существ. В свете угрозы стирания моей памяти, я даже был не против того, чтобы они устроили здесь драчку и поубивали друг друга. Единственное, что смущало — это отсутствие уверенности в том, что я смогу выбраться отсюда самостоятельно. Хоть я и понял, каким образом действует способность, полученная от Падальщика, проходить сквозь стены было всё ещё слишком страшно. А главное, я просто не представлял, как «плыть» внутри стены вверх.

— А это кто? — наконец обратил на меня внимание зверёк. — Человек? Здесь? Это НЗ? Почему вы его до сих пор не съели? — Тут он захлопал лапками. — А-а, это вы для меня его привели, чтобы задобрить. Ням-ням!

Я отшагнул от медведя.

— Никаких ням-ням. Я под защитой!

В принципе, я был готов нырнуть под землю в случае опасности, и уже там разобраться, как контролировать свои передвижения. Ещё был вариант припугнуть существ Макаровым, но там реакция могла оказаться слишком непредсказуемой. Они могли убить меня сразу, как только услышат о Хозяине, от которого прятались под землёй целых пятьдесят лет.

— Этого человека пометила моя сестра, — вмешался Мэссиэль. — Поэтому убивать его нельзя. Мы бы хотели просто немного подкорректировать его память, чтобы он забыл об этом месте, а потом я вынесу его наружу.

— А что мне за это будет? — лукаво поинтересовался Шики.

— Мы тебя не запрем обратно в камеру, — ответил человек-кот, вызвав тихий ропот за нашими спинами. Похоже, его предложение не слишком устраивало остальных жителей подземного убежища. — Если, конечно, ты убедишь нас в том, что можешь себя контролировать.

Медведь ощерился, выставив перед собой лапки с острыми когтями:

— А силёнок хватит? — и тут же осмотрел себя. — А, ну да. Хватит. Ладно, попробуем немного подправить ему мозг. Но там уж как получится, у меня давно не было практики, знаете ли.

У нас за спиной вновь раздался грохот, похоже, временно спасший мой мозг от поругания, причём явно в очень жесткой форме.

— Вы руны хоть энергией подпитывали? — подозрительно спросил медведь. — Судя по звуку, там потолок вот-вот рухнет.

— Ээ… нет, конечно, ты же нам ничего об этом не говорил, — озадаченно ответил Мэссиэль.

Медведь побледнел. Вот прям шерсть на лице из коричневой вдруг стала белой.

— Как так⁈ Я же Данки объяснял, что нужно делать…

— Ага, и потом ему голову оторвал, — напомнил человек-кот. — После чего мы тебя в невменяемом состоянии заперли здесь. Может, тогда сперва займешься защитой, пока она окончательно не рухнула⁈

Шики смешно засеменил лапками и побежал мимо нас к выходу из коридора. Все существа прижались к стене, стараясь быть как можно дальше от него, и только когда медведь исчез за поворотом, опасливо последовали за ним. Первым, правда, на своем трёхколесном велосипеде укатил видимый только мне клоун.

— Ты его точно контролируешь? — тихо спросила кицунэ у Мэссиэля, идя рядом с ним.

— Да он в полном порядке, моего вмешательства не требуется, — заверил «кот». — Я не чувствую ни следа сумасшествия.

Я сделал шаг следом за ними, и неожиданно потерял равновесие, упав на одно колено. Оказалось, что шнурки моих ботинок каким-то образом оказались связаны. Я-то думал такое бывает только в мультиках или глупых комедиях.

— Это Шики, — пояснил Мэссиэль, обернувшись. — Его шуточки. Все тануки знамениты любовью к каверзам, но наш Шики худший из них.

Как назло, а скорее всего, именно назло, шнурки превратились в один сплошной узел, и мне их пришлось просто порвать. Благо силёнок хватало.

— За это его и не любят, — буркнула кицунэ, одарив меня злым взглядом. — А ты иди рядом и даже не думай сбежать. Если что, я тебя из-под земли достану, в самом прямом смысле.

Я лишь пожал плечами в ответ. Мне достаточно продержаться до того момента, пока не появятся Ника и остальные. Уверен, сестренка вызовет Джеймса и армию, если понадобится, но меня спасёт. Да и Князев с сослуживцами, взявшись за работу всерьёз, смогут перебить всех Падальщиков и спуститься сюда.

«И что это за тануки?» — думал я, идя за существами. — «Так вроде бы сеть закусочных называется, а тут какое-то существо. Явно тоже из Японии, как и остальные, но мне по моему миру известны только лиса-оборотень и Садако».

Оказавшись в главной пещере, я убедился в том, что руны слабеют буквально на глазах. Некоторые их части уже вовсе перестали светиться энергией, но главное — из каменного свода пещеры периодически показывались безглазые морды и когтистые лапы Падальщиков. Они пока ещё не могли проникнуть внутрь полностью, но уже делали попытки прорваться. Выглядело происходящее очень крипово и как-то противоестественно: широкий потолок пещеры, площадью с футбольное поле, и по всей его поверхности выглядывают словно рыбы из воды серые твари.

Медведь подбежал к Мако — девушке с шеей змеи, и скомандовал:

— Быстрее подними меня наверх.

Он забрался ей на голову, и та всего за пару мгновений доставила Шики вплотную к рунам, хотя высота потолка составляла более пятнадцати метров. Похоже, с шеей этой женщины закон сохранения массы совершенно не работал, она даже не истончалась по мере удлинения, и Мако при этом не теряла равновесия. Медведь прикоснулся к рунам и некоторое время стоял так, будто к чему-то прислушиваясь, пока в какой-то момент перед ним не появилась морда Падальщика, попытавшаяся его укусить. Одно едва различимое движение, и эта голова уже падала вниз, буквально оторванная маленькой лапкой Шики. Затем медведь и сам спустился к нам, в последний момент извернувшись и каким-то образом умудрившись завязать шею женщины-змеи узлом.

— Так тебе больше идёт, — нагло заявил он.

Мако молча и с укором смотрела на Шики. Как и мои шнурки, её шея оказалась завязана не в обычный узелок, и я просто не представлял, как она будет из этого выворачиваться, а главное, каким образом мелкий медведь вообще успел это сделать.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил Мэссиэль.

Мы стояли на той самой главной улице меж домов, на которую я рухнул из верхней пещеры. Существа продолжали сторониться Шики, стараясь находиться как можно дальше от него, и теперь я понимал почему. Но это всё ещё смотрелось довольно забавно, ведь медведь был ростом с моего старого знакомого Хухлика, в то время как человек-черепаха мог бы прихлопнуть его одним ударом кулака.

— Внутри толщи камня Падальщики, они нагружают руны и бьются о защитное поле, пытаясь попасть сюда. — Шики всплеснул маленькими, но явно очень сильными лапками. — Всё слишком запущено, и многие руны пострадали. Нужно не только подзарядить их, но и кое-что перерисовать, в нынешнем состоянии я не могу с этим справиться.

— Что же нам тогда делать⁈ — воскликнула Мако.

— Бежать? — тихо предложил человек-черепаха.

— Вот ещё! Я не позволю уничтожить наш дом! — возмутилась кицунэ. — Мы же все сильные ёкаи, и с лёгкостью порвём всех этих серых тварей!

— По моим ощущениям их там тысячи, — заявил Шики. — Они нас просто затопчут.

— И что ты предлагаешь? — напряжённо спросил Мэссиэль, подойдя к женщине змее, и пытаясь помочь ей разобраться с шеей.

— Я согласен с Каппой, нам нужно бежать, причем как можно скорее, — уверенно сказал тануки. — Или… — он покосился на меня. — Я могу немного восполнить силы, сожрав этого человека. Тогда я напитаю руны энергией, и они протянут ещё недельку-другую.

Кицунэ тут же махнула рукой.

— Так жри быстрее, чего тянуть!

— Никто никого жрать не будет, — осадил её Мэссиэль. — Неужели нет никаких других вариантов?

Шики пожал плечами.

— У вас же нет здесь других специалистов по рунам кроме меня. А я сейчас слаб словно новорождённый.

Все существа тут же посмотрели на меня.

— Вообще-то так получилось, что есть, — ответил Мэссиэль. — Этот человек как раз является медиумом, и он при нас использовал листики с рунами. Так ведь?

Я согласно кивнул.

— Я правда изучаю оммёдо, но руны на потолке мне не знакомы.

— Хмм… это от тебя и не требуется, — с интересом меня разглядывая, сказал медведь. — Я покажу, что и как исправить, если у тебя есть способности оммёдзи, этого достаточно. Нужно лишь нанести краску и напитать силой. Ты сможешь это сделать?

В лапках тануки из ниоткуда появилось ведерко с чёрной краской и кисточка почти с него размером.

— Допустим. — Я покосился на Мэссиэля, упорно продолжавшего распутывать шею Мако. — Но зачем мне это делать?

— Чтобы я тебе голову не откусила! — тут же вмешалась кицунэ.

Но меня это ничуть не испугало.

— И тогда вам на головы рухнут сотни Падальщиков, и, скорее всего, они вас всех сожрут.

Человек-кот понимающе кивнул.

— Что ты хочешь за помощь?

В этот момент чёртов клоун в очередной раз решил помельтешить у меня перед глазами, я не выдержал, и попытался отмахнуться, но, разумеется, рука прошла сквозь него. Но момент для сурового озвучания своих требований явно был упущен — все существа смотрели на меня, как на сумасшедшего.

— Никакого стирания памяти, вы выведете меня отсюда, и я никому о вас не расскажу… — тут я снова не мог смолчать: — По собственной воле. Я уже получил то, за чем пришёл, остальное меня не интересует.

— Нет! — тут же вмешалась Мако. — Людям нельз-зя верить!

— Госу? — вопросительно посмотрел на большеголового Мэссиэль.

— Человек не может врать, — напомнил старик. — А значит, сейчас он искренне так считает и по своей инициативе рассказывать о нас не станет. В целом, на нём же есть метка твоей сестры, если он нас предаст, ты же сможешь его найти?

— Конечно, смогу.

А вот это неприятная новость. Хотя я не собирался их обманывать, но всё равно нет ничего хорошего в том, что по непонятному мистическому маячку меня могут найти уже двое. И я всё ещё надеюсь, что «метку» Туманная Кошка накладывала не классическим кошачьим способом.

— Хорошо, мы договорились, — кивнул мне Мэссиэль. — Но только при условии, что Шики подтвердит полное восстановление рун.

Что ж, пусть так. Не знаю, сколько энергии изначально вложил в руны на потолке этот медведь, но сила моей души достаточно велика. Думаю, я справлюсь, если этот мелкий не станет глупо шутить и подставлять меня в процессе работы. Ещё меня сильно смущала история о его сумасшествии. Что будет, если он вдруг слетит с катушек когда будет находиться рядом со мной?

— Ладно, — вздохнул я, забирая у Шики краску и кисточку. — А как я попаду наверх?

Разумеется, мне пришлось капнуть в краску своей крови, чтобы не опозориться перед ёкаями. Всё-таки я ещё не настолько хорошо контролировал свою силу, чтобы гарантированно вложить её в узор не применяя кровь.

— Мако? — вопросительно посмотрел на женщину со змеиной шеей Мэссиэль.

Бедная женщина наконец-то распуталась, но выглядела всё равно слегка помятой.

— Он, конечно, задохлик, но вс-сё же тяжеловат, — после короткой паузы ответила она и покосилась на Шики. — К тому же, я им обоим не доверяю и не позволю сесть мне на шею.

В итоге проблему решил Госу, подняв нас с Шики наверх с помощью левитации. Правда, насколько я понял, его силы были не так уж велики, и долго он нас в таком положении держать не мог. Но пяти минут нам с медведем хватило, чтобы найти в первой руне слабые места и исправить их с помощью краски и моей силы. Если бы мне ещё не мешали постоянно вылезающие из камня Падальщики, всё было бы гораздо проще, но тануки рвал их на части прежде, чем они успевали нанести мне вред, причём делал это с видимым удовольствием. Более того, медвежонок ещё совершенно спокойно поджирал мясо с одной из оторванных рук.

— Что⁈ — рыкнул он в ответ на мой ошарашенный взгляд. — Я пятьдесят лет ничего не ел! Радуйся, что это не твоя рука.

С этим спорить было трудно, поэтому я постарался не смотреть на его трапезу и продолжил рисовать части руны, вкладывая в них силу.

— Человек, кто бы тебя ни учил, он делал это довольно неплохо, — нехотя признал Шики, наблюдая за тем, с какой лёгкостью я наношу на потолок узоры. — Может и хорошо, что я тебя не стал есть.

В целом, я мог даже не понимать, что именно делают руны, но моих знаний хватало, чтобы увидеть недостающие штрихи. Сделав десяток заходов, мы поправили практически все руны, правда, сил я потратил действительно много. С одной стороны, мне не привыкать, а с другой, по цвету кожи я практически сравнялся с серыми Падальщиками.

Увидев моё состояние во время одного из спусков, Мэссиэль даже велел кицунэ принести мне тонизирующего чая.

— Я не могу, у меня лапки, — тут же показала пушистые белые лапы женщина. Это было странно, ведь ещё минуту назад я точно видел у неё человеческие пальцы. — Пусть Мако принесёт.

Я бы и сам не принял от лисицы никаких напитков, в этом плане женщина-змея внушала куда больше доверия. Пусть я ей и не нравился, но на подлость Мако, как мне показалось, была не способна. И действительно, принесённый ей отвар помог мне почувствовать себя значительно лучше.

— Слабенький ты какой-то, — прокомментировала мой внешний вид кицунэ.

— Слышь, лисица, для человека он очень даже неплох, — неожиданно осадил её Шики. — Я эти руны месяц рисовал и энергией напитывал, если ты не забыла, а тут столько работы сразу нужно сделать.

Кицунэ отшатнулась и поспешно пробормотала:

— Извините.

Я допил отвар, и мы продолжили работу. Как ни странно, тануки оказался вполне адекватным в общении, и спокойно отвечал на мои вопросы. А все свои шутки он проворачивал будто на полном автомате, даже не замечая этого, или делая вид, будто он вообще не при чём. Как клептоман, рефлекторно ворующий карандаши в магазине. Только Шики умудрялся таким образом пакостить всем окружающим: за пару часов работы он успел украсть шляпу Садако, подпалить хвост кицунэ и художественно раскидать оторванные части тел Падальщиков по всей подземной деревеньке. Каппа и Садако замотались ходить кругами и собирать их в одну кучу.

Вися под потолком и дорисовывая очередную руну, я рискнул обратиться к Шики с давно волнующим меня вопросом:

— Я сейчас немного отвлекусь от главной темы, но… ты что-нибудь знаешь о существе, похожем на клоуна с белым гримом?

— Клоуна? — переспросил медведь. — Какого еще клоуна?

— Ну, страшный такой, ростом почти с меня. Я видел его здесь, в вашей пещере. Точнее, вижу даже сейчас, он бегает там внизу.

Шики посмотрел на меня очень странным взглядом.

— В нашей общине никогда не было никаких клоунов.

— А если гипотетически предположить, что с вами живёт существо, которое вы все не можете видеть? Такое вообще возможно? — спросил я, и подробно рассказал, как выглядел и вёл себя клоун.

— Звучит как бред, — ответил Шики и расплылся в широкой зубастой ухмылке. — Мне нравится! Щас спустимся и попробуем в этом разобраться! Мы как раз восстановили все руны, отвечающие за защиту.

Я посмотрел наверх, прямо в пасть очередной безглазой морде.

— А почему тогда Падальщики всё ещё вылезают из потолка?

— Потому что осталось напитать главную руну, объединяющую все те, что мы подпитывали до этого, — ответил Шики, подпрыгнув и смахнув голову Падальщика с плеч. — Но это я сделаю после того, как посмотрю на этого твоего клоуна.

Завершив руну, мы дали знак Госу, чтобы он вернул нас на землю. Там Шики принялся прямо в воздухе чертить лапками узор в форме сложной пентаграммы. Постепенно она начала расплываться, приобретая вид огромной полупрозрачной, будто призрачной, линзы примерно метр в диаметре. И вся она двигалась одновременно со взглядом тануки.

— Ну говори, где сейчас находится клоун? — спросил меня Шики.

— Да какой ещё клоун⁈ — возмутилась кицунэ, едва его услышав. — Чего ты слушаешь этого человека⁈

Шики так взглянул на неё, что лисица схватилась за опалённый хост и спряталась за Мэссиэля.

— Он же сам нам сказал, что не может врать, — напомнил Госу. — Хотя, возможно, у человека просто проблемы с головой и он видит то, чего нет.

Я лишь молча указал тануки на клоуна, но, когда Шики повернул «линзу», хитрая тварь проворно сменила место дислокации и спряталась за ближайшим домом. Так он то появлялся, то исчезал несколько раз, пока тануки не устал поддерживать «линзу».

— Может, это всё-таки галлюцинация? — осторожно спросил Госу.

Кицунэ насмешливо фыркнула, соглашаясь с ним, но говорить ничего не стала. Всё-таки какой-то инстинкт самосохранения у неё присутствовал, и продолжать раздражать Шики своими комментариями она не стала.

— Может, сперва закончите восстанавливать защиту? — хмуро спросил Мэссиэль. — А потом продолжите поиски своего клоуна?

— Ладно, — нехотя согласился Шики. — Давай, человек, остался последний штрих.

Управляющая руна оказалась не на потолке, а на одной из стен пещеры. Шики объяснил мне, что нужно нарисовать, уточнив, что финальный узор будет делать сам. Всё время работы чёртов клоун продолжать мельтешить рядом с нами, откровенно издеваясь и мешая мне рисовать, но я смог сделать всё как надо.

— Отлично, — похвалил меня Шики, забирая кисточку. — Теперь я активирую защиту. Готовься, сейчас будет дождь из частей Падальщиков, когда их всех перережет защитное поле, это должно быть шикарное зрелище!

Я отошёл на пару шагов, чтобы лучше видеть зал пещеры. И правда было интересно, как в итоге будет выглядеть активация защиты. Остальные существа изначально стояли в стороне от Шики, не особо стремясь к нему приближаться, и тоже смотрели на потолок.

Клоун, всё это время вертевшийся рядом с нами, неожиданно повёл себя странно: приблизившись к Шики, он сделал несколько движений, словно прыгун в воду, готовящийся к прыжку, и затем «нырнул» в тануки. Уменьшившись в движении до размеров жучка, он влетел в ухо Шики. И прежде, чем я успел что-либо сделать, тануки взмахнул лапой, и меня откинуло от стены метров на пять.

— Что⁈ — воскликнул Мэссиэль. — Шики⁈

А тануки, очевидно, одержимый чёртовым клоуном, взмахнул кистью и нарисовал на рунах управления защитным полем огромный крест. Раздался громкий хлопок, и с потолка, словно матёрый десант спецназа, посыпались серые Падальщики. На подземный городок обрушился буквально дождь из тел, вот только, в отличие от ожиданий Шики, они были целыми, здоровыми, и готовыми сожрать всё на своём пути.

Глава 5

Рядом со мной на пол пещеры рухнул сразу десяток Падальщиков, частично компенсировав удар плавным уходом под землю. Я застыл, боясь пошевелиться, но они не обратили на меня никакого внимания, тут же бросившись на стоящего ближе всех ёкая, им оказался одержимый клоуном Шики. Маленький медведь взмахнул когтистой лапкой и сразу два существа остались без голов, зато остальные набросились на него буквально всей массой, словно пытаясь задавить. Эта «куча мала» бурлила так агрессивно, словно вот-вот взорвётся, и периодически из неё действительно вылетали части тела Падальщиков, то головы, то лапы. Но с каждым мгновением безглазых тварей налетало всё больше и больше, и вскоре мне пришлось уйти с этого места, так и не увидев результата схватки одержимого тануки с серыми безглазыми существами.

Зато рядом неожиданно оказался Мэссиэль, во всю рубящий Падальщиков серебряным мечом, с виду напоминающим японскую катану. Уж не знаю, откуда «кот» ее достал, ведь никаких ножен я при нём не видел.

— Ты! — яростно воскликнула кицунэ, пробираясь ко мне через толпу Падальщиков. — Это ты виноват!

Лисица вместо оружия использовала сверкающий серебром хвост, рассекавший серые тела так легко, словно в них полностью отсутствовали кости. Кстати, хвост у неё был не одинарный, а тройной. Насколько я помню из аниме, количество хвостов говорило о силе ёкая, а значит, она была не самой слабой, но и до легендарно девятихвостого лиса явно не дотягивала.

— Я-то тут при чём⁈ — возмутился я, пятясь к спасительной каменной стене, в которую я мог бы от неё скрыться.

Насколько я понял по наблюдениям за Падальщиками в пещере наверху, тут главное ни с кем не столкнуться, они могут воспринять этот как вызов. Поэтому мне приходилось двигаться очень осторожно, чтобы никого не задеть. Так же, если мыслить логически, эти существа являлись хищниками и могли напасть на меня, посчитав, что я претендую на их добычу, поэтому стоять слишком близко к ёкаям тоже не стоило. Хотя, это уже были лишь мои предположения.

— Кицунэ, не делай глупостей! — прикрикнул на неё Мэссиэль, умело орудуя мечом. — Шики просто опаять сошёл с ума, парень тут не при чём!

Серебряная лисица лишь фыркнула в ответ, и продолжила косить налево и направо Падальщиков, но добраться до меня больше не пыталась. Тем более что её помощь явно требовалась другим ёкаям. Если Каппа отбивался от серых тварей без особых проблем, поскольку его природная броня полностью защищала от ударов когтей, то женщина-змея явно не обладала какими-то выдающимися боевыми способностями и была вынуждена прятаться за спиной Садако. А уж та с помощью волос раскидывала Падальщиков налево и направо, успевая при этом разрывать их на части.

Но серые твари продолжали в полном молчании десантироваться сверху, десяток за десятком. И все они, едва коснувшись земли, тут же бросались на ёкаев. У меня возникло стойкое ощущение, будто перед нами тупые трутни, бездумно атакующие противника по чьему-то приказу. Никакой тактики, попыток нападения со спины или хотя бы какой-то координации между собой, только тупые рефлексы и желание сожрать. Пожалуй, по действиям они были ближе всего к зомби из фильмов «Война Z» или «48 дней спустя» и, кстати, во время нападения на нас в метро они вели себя куда спокойнее: прятались в стенах, пытались неожиданно выскакивать из пола и потолка. Тут же, увидев ёкаев, они словно потеряли остатки своего, и без того слабого, разума.

И вот тут передо мной возникла дилемма — бежать, воспользовавшись неразберихой, или остаться с ёкаями. Всё-таки они меня удерживали силой и даже грозились сожрать. Падальщики же меня трогать вроде не планировали, а значит, я мог спокойно выйти отсюда, пусть точного пути наверх я не знал, но на крайний случай со мной всё ещё была способность прохождения сквозь стены. Вот только оставлять шестерку существ здесь на съедение серым тварям почему-то совершенно не хотелось, то ли в этом был виновен «стокгольмский синдром», то ли я просто боялся бродить по подземельям один.

Пока я наблюдал за происходящим будто бы со стороны, произошло то, чего я так опасался: один из Падальщиков посчитал, что я стою у него на пути к столь желанной добыче в лице стоящего рядом Мэссиэля, распахнул пасть и ринулся в атаку. Я с испугу дёрнулся в сторону, мгновенно ушёл по колено в каменный пол, благодаря чему увернулся от удара когтями, и тварь тут же потеряла ко мне всякий интерес, увидев перед собой «кота».

«Опасно», — подумал я, осторожно выбираясь из пола. — «Значит, я был прав, и в какой-то непредсказуемый момент один из них может натолкнуться на меня и устроить разборку, которую я точно не переживу».

— Все ко мне! — раздался тихий голос Госу. Несмотря на то, что «головастый» старик находился на приличном расстоянии от меня и говорил довольно тихо, я его отлично услышал. — Я сейчас создам защитное поле.

Пожалуй, лучше прорываться наверх вместе с ёкаями, это гораздо безопаснее. К тому же я был уверен, что мне на помощь обязательно явятся сестрёнка и Князев. Просто найти это место не так-то просто, это я попал сюда напрямую через потолок, а по переходам, да ещё и прорываясь с боем, можно потратить не один час. В любом случае, время пока работает на меня и лишний раз рисковать точно не стоит.

Осторожно передвигаясь среди зубастых существ, я приблизился к Госу одновременно с Мэссиэлем и Мако с Садако. Где-то там в клубке серых тел периодически мелькал смертоносный серебряный хвост кицунэ и ревел Каппа, похоже, им не очень-то и нужна была защита. Возможно, если оставить их тут на часок другой, то и поголовье Падальщиком снизится до приемлемого уровня? А ведь где-то там ещё был одержимый Шики, если его до сих пор не порвали на части.

— Защищайте меня, — скомандовал «головастый» старик и сел на пол в позу лотоса.

Ёкаи взяли круговую оборону и принялись уничтожать Падальщиков, не давая им приблизиться к Госу. Правда, не сказал бы, что они пытались добраться именно до старика. Серые твари нападали на всех, кого видели перед собой, кроме меня, разумеется, поэтому с радостью бросались на остальных ёкаев.

Я тоже не желал стоять в стороне, и искренне хотел внести хоть какую-то лепту в происходящее, но не знал, как это сделать. Силы-то мне было не занимать, но вот тело оставалось слабым, поэтому наносить даже обычные удары для меня было слишком рискованно. Одно неловкое движение, и я что-нибудь себе точно сломаю. Жаль я не умел рисовать руны прямо в воздухе, как это сделал Шики, это позволило бы создать непроходимую защиту вокруг нас или как следует приложить тварей «Духовным ударом». В принципе, я мог бы поставить блокировку на пол, но твари почему-то даже не пытались подобраться снизу, а ломились к ёкаям строго напрямую, что было очень и очень странно.

Госу не открывая глаз и рта произнёс:

— Кицунэ, Каппа, сюда.

Когда смертоносная парочка оказалась рядом, вокруг нас появился полупрозрачный защитный купол диаметром пять, внутри которого оказались все мы и несколько серых существ, практически мгновенно и с явным удовольствием убитых кицунэ. Что интересно, все Падальщики вне поля мгновенно потеряли к ёкаям всякий интерес, словно они стали для них невидимками. Зато твари вдруг заметили многочисленные тела своих собратьев, убитых ёкаями, и тут же принялись за трапезу, яростно разрывая их на куски и пожирая вместе с костями. Купол пропускал звук, и поэтому мы могли слышать жуткий хруст костей и чавканье, доносящийся со всех сторон. Я не удержался, и принялся снимать происходящее телефоном, настолько это выглядело мерзко и нереалистично. Хотелось в будущем, если я всё-таки выберусь отсюда, иметь хоть какое-то подтверждение этих событий.

— Все в порядке? — спросил Мэссиэль, вытирая тряпочкой лезвие меча.

Удивительно, но его костюм всё ещё выглядел так, будто его только что погладили, да и морда изображала классический кошачий пофигизм, словно и не было никакого боя с серыми тварями.

— С каких это пор Падальщики стали настолько сильными? — раздражённо спросила кицунэ, и только тут я заметил, что бой с серыми тварями дался ей не так уж просто — белое платье во многих местах было разорвано и покрыто кровью. — Ещё и бросаются как самоубийцы.

— Пятьдесят лет эволюции в условиях жёсткой конкуренции за еду. К тому же, думаю, мы для них что-то вроде деликатеса, — предположил Мэссиэль и обратился к Госу: — Как долго продержится поле?

— Минут сорок, но потом я останусь без сил и вам придётся меня нести, — продолжая сидеть в позе лотоса, ответил старик. Рта он всё так же не открывал, видимо, передавая голос каким-то иным образом. — Лучше решить, что будем делать дальше, чуть быстрее.

Кицунэ истерично расхохоталась.

— А что тут решать? Нужно бежать!

— Но это наш дом, — растерянно пробормотала Мако, и её и без того белое лицо побелело ещё больше. — Мы не можем его так оставить…

— Дом? — нервно переспросила «лисица». — Оглянись вокруг, его больше нет!

И действительно, потеряв самые лакомые цели в виде мистических существ и сожрав всех погибших сородичей, Падальщики принялись грызть всё вокруг, брезгуя лишь камнем и железом. Глядя на их действия, я начал понимать, как эти твари смогли так расплодиться. Выращенные ёкаями деревья и трава пошли в ход первыми, серые существа жрали их с неимоверной скоростью, словно это был какой-то деликатес. Затем, уже с меньшей охотой, они приступили к зданиям. Даже с их огромными зубами отколупать кусок деревянного столба было не так-то просто, но твари очень старались.

Доказательством тупости Падальщиков было то, что здания они начали грызть с самого низа и вскоре нескольких из них придавило рухнувшей крышей. Бедные ёкаи стояли и смотрели на уничтожение своего убежища с очень грустными лицами и мордочками, даже у серебряной лисицы глаза были на мокром месте, а Мако и вовсе рыдала, ничуть этого не стесняясь.

— Мой домик, — тихо всхлипнула ей в унисон Садако, сморщив и без того страшное личико.

— Не переживай, мы пос-строим тебе новый, — обняла её Мако.

— Грустно, — рыкнул Каппа.

Несмотря на то, что ёкаи сначала хотели меня сожрать, а потом стереть память, мне их всё равно было немного жалко. По общению в целом они напоминали скорее подростков, чем взрослых и, уж тем более, древних существ. Кстати, подобные же ощущения были при разговоре с Хухликом, он тоже создавал образ шкодливого и обидчивого ребёнка.

— А где Шики? — всматриваясь в толпы бегающих вокруг серых тварей, вдруг спросил Мэссиэль.

— Надеюсь, этого мерзкого тануки уже сожрали, — буркнула серебряная лисица, развернулась и схватила его за грудки. — Ты же говорил, что Шики совершенно нормален! Почему он ни с того ни с сего уничтожил защитные руны⁈

«Кот» пожал плечами, и одним этим лёгким движением сбросил лапы кицунэ.

— Я не знаю, что с ним случилось. Всё время до этого он был в полном порядке, я не чувствовал ни следа сумасшествия.

Тут я поднял руку.

— Я могу объяснить.

Все ёкаи уставились на меня.

— Так и знала, что это из-за тебя! — воскликнула кицунэ, но нападать на меня сразу не стала. Уже неплохо.

— О чём ты? — уточнил Мэссиэль.

— Белый клоун. Я уже говорил, что вижу кого-то вроде призрака, он постоянно вертелся вокруг. И когда мы закончили чинить защиту, он вселился в Шики.

Мэссиэль некоторое время не мигая смотрел на меня жёлтыми глазами с вертикальными зрачками.

— Одержимый ёкай? Этого не может быть.

— Да он врёт! — возмутилась кицунэ. — Только я не понимаю, зачем? Прикрывает этого проклятого богами тануки? Успели спеться, пока свои каракули рисовали?

Я не знал, что на это ответить. Нужно было изначально попытался применить гофу «проявления», чтобы вытащить клоуна с изнанки, как называл это пространство старик Макаров. Хотя, от «линзы» тануки тот успешно уклонялся, а значит, мог избежать и моих рун оммёдо. Да и чего уж теперь думать об этом, ведь клоун… кстати, а где он? Даже если Шики погиб, то клоун-то не материален и когти Падальщиков ему точно не страшны. Сможет ли защита Госу остановить клоуна, чтобы он не взял под контроль ещё кого-нибудь из ёкаев?

— Я не могу врать, — хмуро напомнил я. — Я не разбираюсь в ёкаях, но вы вполне материальны. Тогда почему вы не можете быть одержимы? Тем более что я сам видел, как белый клоун вселился в Шики.

— Во-первых, мы не полностью материальны, — поправил меня Мэссиэль. — А во-вторых, у меня тоже есть вопрос — почему до освобождения Шики этот дух не вселился ни в кого из нас, а просто бегал вокруг и корчил тебе рожи?

— Да мне-то откуда знать⁈ — возмутился я. — Может, он только в медведя может вселяться⁈

— Это уже не столь важно, — вмешалась кицунэ. — Даже если Шики действительно был одержим, во что я не очень-то и верю, его уже нет. Теперь нам нужно думать только о том, как выжить самим! Падальщиков слишком много, нам остаётся только прорываться на поверхность.

Мэссиэль задумчиво посмотрел на старика.

— Госу, ты не можешь двигать это поле вместе с нами?

— Увы, защита привязана конкретно к этой точке, — ответил голос старика. — Это же центр пещеры, сюда стекается вся природная энергия, которую я и использую. Поэтому я могу держать её так долго. На своей силе я бы и минуту не продержался.

— Значит, Каппа проложит нам путь и мы пробьемся на поверхность, — не сдавалась «лиса».

— На выход ведёт разветвляющийся тоннель длиной в несколько сот метров, его будет очень непросто пройти, — задумчиво проговорил Мэссиэль. — Если ты не забыла, именно над ним расположено основное гнездо Падальщиков.

— Гнездо? — тут же ухватился я за это слово, вспомнив свои мысли о том, что Падальщики похожи на тупых трутней, исполняющих чью-то волю. — Может, у них есть какая-то главная матка или королева? Убить её и все эти твари умрут вместе с ней.

— Что за глупости? Какие ещё матки? Это же не муравьи или пчёлы! — пренебрежительно скривилась кицунэ. — Падальщики просто откладывают яйца.

Ну да, это звучит куда логичнее.

— Ни разу не слышала о существах, жизни которых тупо завязаны на королеву, — продолжила возмущаться кицунэ. — Это же просто глупо!

Вообще-то я недавно именно так и справился с летающими гномиками, но зачем тратить время на споры? Хочет заблуждаться, пусть заблуждается сколько угодно. К тому же о Падальщиках они всё-таки знают куда больше меня, ведь, как я понимаю, Шики их практически создал.

— Похоже, наше желание макс-симально защититься с-сыграло с-с нами злую ш-шутку, — заметила Мако, утирая с белого личика слёзы.

— Эй, Мэсс, это же ты настаивал на том, чтобы пещера была практически полностью изолирована от внешнего мира, — ехидно уточнила кицунэ. — Что, расчетливый ты наш, такого результата ты предвидеть не мог⁈

«Кот» зло зыркнул на неё, но в этот раз серебряная лисица не стала молчать:

— Замариновать нас втайне на пятьдесят лет тоже было очень сомнительной идеей, как и довериться тануки, — продолжила она. — Тебе не кажется, что ты допускаешь слишком много ошибок, Князь?

Честно говоря, мне было как-то неуютно находиться в этот момент рядом с ёкаями, словно я стал свидетелем неприятной ссоры дальних родственников. С другой стороны, вне защитного купола обстановка выглядела ещё менее дружелюбной даже несмотря на то, что Падальщики считали меня за своего.

— Возможно, ты и права, — неожиданно не стал спорить Мэссиэль. — Ошибок было сделано много, например, при побеге от Хозяина я взял с нами тебя, хотя остальные были против.

— Кто это был против⁈ — возмутилась кицунэ, оглядываясь на Мако и Садако.

Женщина-змея старательно смотрела в другую сторону, а Садако просто спряталась под шляпкой, натянув её себе до самого подбородка. Удивительно, что несмотря на страшное, как моя жизнь, лицо, я воспринимал «девушку из телевизора» исключительно как стеснительного подростка.

— Я был против, — бесстрашно вмешался Каппа. — Ты называла меня тупым.

— И испортила мою любимую шляпку, — присоединилась Садако.

Кицунэ сверкнула глазами и сделала шаг к мистическому существу.

— Я тоже не хотела брать тебя с-с нами, — поспешно сказала Мако, прикрыв собой Садако.

Прежде, чем «лиса» что-то успела ответить, вмешался голос Госу:

— Вы серьезно решили потратить время действия защиты на ругань? Может, лучше вместе подумаем, как выбраться отсюда?

Все ёкаи, включая «кота», виновато потупились.

— Ладно, жрём человека, чтобы набраться сил, и прорываемся к выходу, — решительно сказала кицунэ, покосившись на меня и облизнувшись. — Как я и сказала ранее, Каппа пойдёт впереди, чтобы проложить нам дорогу, Садако будет следить за потолком, а…

Закончить фразу «лиса» не успела, поскольку в этот момент в купол что-то ударило и по всей его поверхности прошла лёгкая рябь. Снаружи стоял полностью покрытый кровью и потерявший одну лапу тануки с горящими красным светом глазами, а сквозь его медвежью морду я отчётливо увидел злую ухмылку белого клоуна. Оторванную лапу он при этом держал в другой вместо дубинки и стучал ей по защитному полю.

— Тук-тук-тук, — пропел тануки. — Кто-кто в теремочке живёт?

Глава 6

Прозвучит странно, но в этот момент меня больше всего удивил тот факт, что японский ёкай знает фразу из русской детской сказки. Даже если за него сейчас говорил белолицый клоун, вопрос всё ещё оставался открытым — откуда⁈

— Шики⁈ — зарычала кицунэ. — Выжил всё-таки, гаденыш!

— Он одержим, — быстро сказал я, и Мэссиэль подтвердил мои слова:

— Я тоже это чувствую.

Шики тем временем продолжил долбить по защитному полю собственной оторванной лапой. Что интересно, Падальщики почему-то не обращали на него совершенно никакого внимания.

— Он же не сможет попасть сюда? — со страхом спросила Мако.

— Поле должно было скрыть нас от Падальщиков, не уверен, что оно выдержит сильную атаку тануки, — прошептал Госу. — Нужно с ним срочно разобраться.

У меня в кармане всё ещё оставался последний гофу «Духовного Удара». Интересно, каков шанс, что он сможет выбить клоуна из тануки?

— Пустите меня переночевать, — продолжил заунывно говорить Шики.

— Что-что? — переспросила кицунэ, выглядевшая слегка испуганно. Но она хотя бы храбрилась, Мако, Садако и Каппа и вовсе забились в противоположную сторону купола. — Переночевать? Что за бред?

Что ж, нет ничего удивительного, в том, что они не знают наших сказок.

Поняв, что пускать внутрь его никто не собирается, одержимый тануки начал действовать сам. Единственная целая лапа медведя покрылась белым светом и легко прошла сквозь защитный купол, следом начал протискиваться внутрь и сам тануки.

— Я его на кусочки порежу! — слегка истерично крикнула кицунэ, но «кот» её остановил: — Не вздумай трогать тануки, это слишком опасно. Вдруг это заразно!

Тануки же продолжил протискиваться внутрь и ждать дальше не было смысла. Поэтому я выхватил гофу «Духовного Удара», прилепил его прямо на лоб Шики и активировал.

Клоуна выдернуло из тануки и оттолкнуло на пару метров, но практически мгновенно он вернулся обратно в тело ёкая и схватил меня за руку.

— Попался, — осклабилось лицо клоуна, проглянувшее сквозь мордочку тануки.

Время замедлилось, и я почувствовал, что меня куда-то засасывает. Как мгновение назад я выбил клоуна из тела тануки, так сейчас я сам вылетел из своего. Голова белого клоуна заняла всё пространство передо мной, он широко распахнул рот, и именно туда сейчас летела моя душа.

«Пытается сожрать меня⁈» — возмутился я. — «Ну уж нет, мы еще посмотрим кто кого!»

Уже имея определённый опыт борьбы за свою душевную энергию, я начал втягивать её обратно, заодно прихватив и энергию клоуна. А вместе с ней в меня полилась не только энергия, но и непонятные картинки и воспоминания в формате специфического кино-трейлера. Они отличались от человеческих, но кое-что я всё-таки смог понять: то, что я называл «белым клоуном», было некой метафизической сущностью, питающейся душами и отрицательными эмоциями существ. Ближе всего оно было тому самому клоуну из книги Стивена Кинга «Оно», только люди его не особо интересовали, клоун предпочитал питаться мистическими существами. Обычно он как паразит обитал рядом с ними, никого не убивая и питаясь крохами душевной энергии, лишь иногда подстраивая мелкие каверзы со скуки. Вселился в тануки он тоже ради шутки, но что-то в энергетике Шики повлияло на самого древнего духа, окончательно сорвав ему крышу. Видимо, неспроста ёкаи не любили тануки, раз от взаимодействия с ним даже дух-пиявка сошёл с ума.

Начав впитывать его энергию, я краем сознания подумал, что на определённом этапе поглощения могу получить какую-то из способностей «клоуна». Конечно, интересно, что это может быть, вот только она заменит прохождение сквозь стены от Падальщиков, к тому же, они перестанут считать меня своим. Без этой способности я стану для них слишком лёгкой мишенью.

Пришлось заставить себя остановиться, и клоун тут же воспользовался этим моментом, чтобы сбежать. Похоже, существо, питающееся страхами, испугалось само и сбежало.

Время вновь продолжило свой ход, и в этот же момент Мэссиэль дёрнул меня за руку, пытаясь спасти, а заодно оттолкнул Шики обратно за защитное поле.

— Что случилось⁈ — воскликнул «кот».

Мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя, и осознать всё, что произошло.

— Я вроде разобрался с его одержимостью, — ответил я, всё ещё чувствуя лёгкое головокружение. — Клоун исчез.

— Эй, впустите меня, идиоты! — кричал Шики из-за защитного поля. С уходом клоуна Падальщики вновь обратили на него внимание и теперь он с огромным трудом отбивался от серых тварей, уперевшись спиной в купол. — Или вы специально выпустили меня из камеры, чтобы скормить этим тварям⁈ И что случилось с защитой пещеры, мы же её только починили⁈

От такой наглости даже кицунэ опомнилась не сразу.

— Что-то случилось⁈ — всё же среагировала она. — Ты же сам её уничтожил, кусок шерсти, набитый опилками!

Мэссиэль внимательно смотрел на тануки.

— Я действительно не чувствую в нём сумасшествия.

— Ой, да иди ты, умник! — отмахнулась кицунэ. — Ты и до этого ничего в нём не чувствовал. Пусть дохнет снаружи в любом случае, я с удовольствием на это полюбуюсь!

«Кот» вопросительно посмотрел на меня.

— Его нужно пустить внутрь, — уверенно сказал я.

Госу среагировал раньше, чем «лиса» вновь начала спорить: поле в месте, где к нему прикасался тануки, исчезло, и он рухнул внутрь, и купол снова закрылся. Падальщики тут же потеряли к нему всякий интерес, и продолжили грызть всё вокруг.

— Хотя, может так даже лучше, — легко перестроилась кицунэ, и бросилась на Шики. — Я тебя на части порву!

Места под куполом было не слишком много, поэтому один из её хвостов тут же зацепил Мако, а другой меня, оставив глубокую царапину на руке.

— Достала, — тихо пробормотал Мэссиэль, и его глаза сверкнули жёлтым светом. Кицунэ тут же застыла на месте, а затем начала стремительно уменьшаться в размерах, пока не превратилась в небольшую, примерно мне по колено, серебряную лисицу. — Останешься в этом виде, пока не выберемся отсюда.

Лиса яростно зашипела и напружинила лапы, готовясь прыгнуть на Мэссиэля, но одно движение руки «кота» и её буквально прижало к земле. Кажется, я начал понимать, почему ёкаи называли его «князем», «кот» явно имел над остальными жителями подземного городка какую-то власть.

— Опять ваши разборки, — недовольно пробормотал Шики, устало рухнув на пол, и продолжая обнимать свою оторванную лапу. Его покрытая кровью шерсть скаталась, часть пушистого ушка отсутствовала, да и на спине виднелся огромный след от укуса. С челюстями Падальщиков, странно, что они с одного раза половину тануки не откусили, видимо, он был крепче, чем казался с виду. — Я так и не понял, кто защиту испортил? Всё же хорошо было.

— Ты и испортил, — повторил я слова кицунэ и быстро объяснил, что именно произошло.

— Ясно, видимо, эта тварь и раньше в меня вселялась. Поэтому я не помню, как убил Данки. Как чувствовал, что надо было сначала с ним разобраться, прежде чем восстанавливать защиту пещеры.

— Мне интересно, почему он брал под контроль только тебя? — подозрительно спросил Мэссиэль. — Как-то это подозрительно.

— Очень подозрительно, — присоединилась к нему Мако. Она с Садако и Каппой продолжала максимально дистанцироваться от тануки, хотя в рамках защитного поля это было не так-то просто сделать.

Было у меня одно подозрение на этот счёт. По аналогии с демонами, которые могли вселяться в людей только с их разрешения, Шики мог в какой-то момент позволить духу войти в себя. То ли он забыл об этом факте, то ли не желал признавать, но с очень высокой вероятностью, другим ёкаям одержимости можно было не бояться.

— Время идёт, — напомнил голос Госу. — Нужно придумать, как выбраться отсюда, а об остальном поговорим позже.

Без кицунэ обсуждение плана дальнейших действий пошло быстро и чётко, а главное, он больше не включал в себя поедание человечинки в моём лице.

— В целом лиса была права, нам придётся прорываться, — взял слово Мэссиэль. — С Шики это будет сделать немного проще, но даже так, стоит полю исчезнуть, все Падальщики бросятся на нас. — Он посмотрел на меня. — Тебя они не тронут, и тебе нет смысла вступать в бой вместе с нами. Я покажу, где находится выход на поверхность, можешь бежать туда сразу, как только исчезнет защитное поле.

Пожалуй, слова ёкая меня даже тронули. Ведь действительно, ситуация складывалась довольно странная: они были для Падальщиков настоящим деликатесом, в то время как я мог быть в полной безопасности. Не имея возможности им помочь, мне оставалось лишь смотреть со стороны, как ёкаи будут бороться за свою жизнь и стараться не мешаться под ногами ни тем, ни другим.

— Я могу выпустить его прямо сейчас, — предложил Госу. — Всё равно наш дом уже уничтожен и нет смысла сохранять нашу тайну.

Если честно, я всерьез задумался над их предложением, поскольку помочь ёкаям всё равно ничем не мог. А пока я прикидывал все «за и против», Шики подошел к созданному стариком барьеру и провел по нему своей единственной лапой.

— Ты же запитал его от природных энергетических линий? — спросил тануки и, не дожидаясь ответа, или же получив его мысленно, продолжил: — Мы можем использовать барьер, чтобы разобраться со всеми Падальщиками в пещере. Тогда выбраться отсюда станет значительно легче.

«Кот» напрягся, это было видно по его вздыбившейся шерсти. Все-таки тануки только что испортил всю защиту пещеры, пусть и не по своей воле, и вот так сразу позволять ему что-то делать с барьером явно было не самой лучшей идеей.

— Каким образом? — сдержанно спросил он.

— Я нанесу на барьер руны, которые по моей команде взорвут его и направят всю энергию вовне. Уверен, этого хватит, чтобы полностью очистить пещеру. Так у нас появится небольшая фора.

Кицунэ зашипела словно вскипевший чайник, настолько ей не хотелось доверяться тануки. Да и остальные ёкаи смотрели на него с явным недоверием.

— Ты? Нет уж, так мы рисковать не будем, — озвучил общее мнение Мэссиэль.

Шики понял, что доверие к нему «слегка» подорвано и сам предложил решение — руны нарисую я. Занимаясь восстановлением защиты пещеры, мы успели обсудить различные вариации оммёдо, в том числе известный мне практически универсальный «Духовный Удар». Его-то тануки и предложил использовать, усилив урон за счёт направленности конкретно на Падальщиков, и добавив подпитку от поля. Таким образом атака точно не заденет никого из людей, если вдруг они всё-таки доберутся сюда, да и самих ёкаев. Я решил согласиться с его идеей не только потому, что уничтожение Падальщиков облегчит побег мне самому, но и чтобы помочь самим ёкаям. Всё-таки мне бы не хотелось, чтобы они тут погибли, тем более из-за того, что я не протянул им руку помощи.

Рисовать руны пришлось прямо на созданной Госу защите. Как выяснилось, под воздействием моей силы на полупрозрачном поле оставались золотистые полосы, словно я рисовал чем-то вроде маркера. Чем больше силы я вкладывал, тем ярче светились руны.

— Насколько сильно напитывать руны? — всё же решил я уточнить у тануки в процессе рисования.

— Не экономь! — азартно воскликнул медведь, продолжавший носить с собой свою же лапу. — Вкладывай максимум энергии!

— Ты уверен? — не сдавался я, помня о том, что бывало с гофу, когда я вкладывал в них слишком много энергии. — Всё-таки у меня достаточно сильная душа и удар может быть чересчур мощным.

— Сила лишней не бывает, — заверил Шики. — Выкладывайся на максимум.

Конечно, удар был направлен конкретно на Падальщиков, но моя сила в объединении с той, что выделится при уничтожении окружавшего нас защитного поля, могла оказаться чрезмерной. С другой стороны, насколько станет проще, если мы сможем перебить вообще всех серых тварей.

Не прошло и десяти минут, как я покрыл рунами всю поверхность купола.

— Ты точно уверен, что в этих рисунках нет скрытых ловушек? — настороженно уточнил у меня Мэссиэль.

— Эй, почему ты доверяешь какому-то человеку больше, чем мне⁈ — возмутился тануки. — Может, это его нужно проверять, а не меня⁈

Кицунэ запищала так, будто насмехалась над Шики, а «кот» пояснил:

— Этот человек физически не может врать, в отличие от тебя.

— Да? Сочувствую, — вполне искренне сказал тануки. — Но сейчас я с вами кристально честен. Мне тоже, знаешь ли, хочется выбраться отсюда живым после пятидесяти лет заточения, между прочим, по вашей вине!

Все это время медведь яростно размахивал собственной оторванной лапой, что едва ли добавляло ему доверия.

— Руны сработают так, как говорит тануки, — подтвердил я. — Но я не знаю, какой силы будет удар, хватит ли его, чтобы убить всех Падальщиков.

— О-о, поверь мне, — хмыкнул Шики, коварно ухмыльнувшись. — Это будет легендарно.

Рисуя руны, я не забывал оглядывать пространство вне поля, чтобы успеть заранее среагировать на появление белого клоуна. Да и тануки постоянно держал перед собой небольшую версию рунной линзы, пытаясь заметить древнего духа. Вот только клоун всё не появлялся, прячась где-то среди беснующихся среди домов Падальщиков, а может и вовсе сбежал после того, как я его чуть не поглотил.

— Всё готово, — сказал я спустя минут десять. В целом работа была несложной, а руны предельно понятны. — Как только я активирую вот эту руну, поле разрушится, и вся энергия вольётся в «Духовные Удары», нарисованные по всему его периметру. Но я точно не знаю, как именно они подействуют на Падальщиков.

— Разрушительно! — заверил тануки.

Мэссиэль тяжело вздохнул.

— Нам остаётся лишь рискнуть.

И мы рискнули. Ёкаи приготовились к прорыву, а я сам активировал руну, чтобы не было никаких сюрпризов: окружавшее нас полупрозрачное поле с хлопком исчезло, запустив настоящую волну невидимой энергии. Я ожидал разного: что Падальщики просто упадут замертво, сгорят синим пламенем или, наоборот, вовсе не заметят массированного «Духовного Удара». Но реальность, как всегда, удивила — их головы начали лопаться словно спелые арбузы, упавшие с десятого этажа на асфальт. Эффективно, эффектно, и очень грязно. И ладно бы только это, волна пронеслась по всей пещере и пошла дальше — в каменные стены и потолок, начавшие дрожать так, словно случилось небольшой локальное землетрясение. Но на этом всё не закончилось! По потолку побежали трещины, явно намекающие на то, что с силой мы с Шики всё-таки переборщили. Подозреваю, что «Духовный Удар» ушёл в камень и продолжил уничтожать Падальщиков прямо в нём, взрывая головы существ и повреждая при этом саму структуру пещеры.

— Бежим! — тут же скомандовал Мэссиэль, подхватив подмышку головастого старика, ещё не успевшего толком прийти в себя после разрушения защитного поля. — Сейчас может начаться обвал!

Собственно, это все поняли и без него, и уже спешно бежали к выходу, перепрыгивая через безголовые серые тела. Проблема в том, что я-то бежать быстро не мог, поскольку при быстрых движениях мои ноги начинали уходить в камень. Поняв мою проблему, мощный Каппа просто подхватил меня и потащил на себе.

— Я же говорил, что удар будет сильным! — радостно крикнул Шики, размахивая своей оторванной лапой.

Для столь коротких лапок он бежал на удивление быстро, но опережала всех кицунэ благодаря тому, что была в форме животного. Она же первой оказалась в проходе, ведущем к выходу, и прямо перед её носом он благополучно и обрушился, лишь чудом не завалив саму лисицу.

— Нет! — в ужасе воскликнула Мако.

Ей вторило яростное шипение кицунэ. Уверен, если бы её вынужденно не превратили в животное, она бы сейчас материлась на чем свет стоит.

— Сила лишней не бывает, — не удержался я, и передразнил тануки.

— Может, удар был слишком сильным, — вынужденно признал он.

Судя по грохоту впереди, проход обвалился не только перед нами, но и гораздо дальше. Если гнездо Падальщиков действительно располагалось прямо над проходом и «Духовный Удар» туда дотянулся, то в этом не было ничего удивительного.

— А в пещеру точно вёл только один вход? — решил всё же поинтересоваться я.

— Точно, — устало ответил Мэссиэль. — Мы же не сами рыли эти проходы, а воспользовались уже созданной системой природных тоннелей.

Успокаивало только то, что потолок над нами прекратил трястись и осыпаться. Очень надеюсь, что из-за взрывов голов Падальщиков не пострадала сестрёнка, Князев или другие люди, отправившиеся на мои поиски. Не могли же мы запустить настолько сильную ударную волну… не могли же⁈

— Ну, хотя бы с Падальщиками мы разобрались, — постарался найти хоть что-то хорошее в сложившейся ситуации Шики.

И действительно, вся пещера была усыпана телами серых тварей, а кроме них не осталось практически ничего. Лишь каменные фундаменты домов, которыми Падальщики всё-таки побрезговали.

— Ладно, это уже не такая уж проблема, — попытался всех успокоить Мэссиэль. — Пробьемся потихоньку наружу.

— Я немного отдохну и попробую что-нибудь сделать с этим завалом, — всё ещё вися на руках у «кота» проговорил Госу.

В этот момент под нашими ногами прошла волна дрожи, словно вновь началось землетрясение.

— Осторожно! — воскликнул Мэссиэль и отпрыгнул в сторону, прихватив с собой старика.

Я даже не успел среагировать, когда стоящий рядом Каппа толкнул меня с такой силой, что я пролетел чуть ли не десяток метров. И уже в полёте я успел увидеть, как на том месте, где я только что стоял, из-под земли появились огромные челюсти, схватившие Каппу, и утянувшие его вниз. И сразу после этого из стены напротив медленно высунулся ещё один Падальщик, только рост его составлял не пару метров, как у знакомых нам особей, а добрый десяток!

Глава 7

Немного ранее, на территории заброшенного депо.

Ника была очень зла и в первую очередь на себя. Она должна была защищать брата, а вместо этого позволила ему буквально провалиться сквозь землю у себя на глазах. Мало того, их группе пришлось отступить из подземки и терпеливо ждать прибытия боевой поддержки, поскольку справиться с бесконечным потоком серых тварей своими силами они не смогли. Казалось бы, каждый из них был сильным бойцом, обладающим икс-способностями, но против такого количества противников, что воздушный рез Ники, что защита и атака Князева, толком не работали. И вот теперь Князев был вынужден вызывать СБР УИ, чего делать очень не хотел, а она сама — личную охрану семьи Михайловых, чтобы затем вновь спуститься вниз и попытаться найти Романа.

Ожидая прибытия бойцов, Ника нетерпеливо расхаживала туда-сюда по территории заброшенного депо, периодически бросая недовольные взгляды на возившуюся с трупом подземной твари Марго Моретти, и разговаривающего по телефону Князева. Но особенно сильно её бесило полное спокойствие Дженн, и очень странное объяснение, полученное от телохранительницы:

— Да что с ним случится. Сам вернётся.

Словно норовя ещё сильнее вывести Нику из себя, худощавая женщина расселась на покосившейся старой скамейке и принялась читать книгу, подсвечивая страницы фонариком. Кто вообще носит с собой на боевые выезды бумажные книги⁈

— Ты же должна отвечать за его безопасность! — возмутилась Ника. — Тебе за это платят.

— Делаю что могу, — заверила женщина, не отрываясь от книги. — Но со всеми этими мистическими существами от нашей логики толку не много, как и от огнестрельного оружия. Зато Роман ориентируется в этих вопросах интуитивно, и всегда находит решения, не зря же его стараются завербовать и церковь, и медики, и СБР УИ.

Нике оставалось лишь скрипнуть зубами от злости, она-то знала, что парень даже в этом мире толком не ориентируется, что уж говорить о мистических существах. Прошло слишком мало времени с того момента, как его нашли на землях Михайловых. Если верить словам мальчика, он пришёл из места, где не существовало ни магии, ни демонов, ни призраков, ни иных существ, так откуда бы ему разбираться в этих вопросах⁈

— Ты его переоцениваешь, — недовольно сказала она.

Дженн нехотя отложила книгу, покосилась на Князева, чтобы убедиться, что он ничего не услышит, и тихо сказала:

— Он за этот месяц пропадал уже сколько раз — четыре? Похищение бывшим коллегой вашего отца, после которого нас… меня наняли для охраны, похищение владельцем клиники, Орловым, тварью из телевизора, теперь вот исчезновение под землёй. Мы же обе понимаем, что Роман просто впитал способность одной из тварей и поэтому провалился под землю? А это значит, что он сможет выбраться из подземелья сам.

— Или что он провалился к ядру земли, не справившись с этой способностью, и сгорел!

— Тогда тем более волноваться уже поздно, — спокойно ответила телохранительница и вновь вернулась к чтению.

Ника со злостью сжала кулаки, но от дальнейших споров всё-таки смогла воздержаться. Она имела опыт общения с подобными людьми, нисколько не ценящими чужие жизни, да чего уж, Ника и сама часто вела себя так же, но только когда дело не касалось младшего брата. Тут в девушке вдруг проявлялись совершенно не характерные для неё качества — заботливость, эмоциональность и даже определённая ранимость. Возможно, потому что Ника была в семье самой младшей, и всегда мечтала о братике, о котором будет заботиться. Её помешенный на чести семьи и учёбе старший брат даже слова такого не знал — «забота», поэтому самой Михайловой всегда этого не хватало, и особенно остро это стало ощущаться после таинственной смерти матери.

Князев закончил говорить по телефону, и подошёл к Нике.

— Через десять минут мои бойцы будут здесь, а Джеймс Харнетт уже на полпути. Церковь же заявила, что с нами их благословение, но больше никакой помощи не выделили.

— Ну и пошли они на… утреннюю молитву, — буркнула девушка. — Сами справимся.

— Возможно, наша монашка узнала что-нибудь полезное? — предположил Князев.

Всё это время Марго Моретти с нездоровой, даже для обычного человека, не говоря уже о монашке, радостью препарировала тело серого существа из подземки прямо на тротуаре возле входа в метро. Выглядела она при этом так, словно раньше времени получила долгожданный подарок на новый год.

— Ну что, выяснила что-нибудь? — спросила Ника, без всякой брезгливости глядя на разрезанное туловище.

— Каким образом они передвигаются внутри камня мне пока непонятно, в этом можно разбираться годами, — с восхищением ответила женщина. — У них определённо есть тепловое зрение, но не только оно. Есть несколько органов, назначение которых я пока не поняла. Ещё, судя по состоянию организма существа, нам встретились не взрослые особи, а что-то вроде мальков.

— Мальков⁈ — опешила Михайлова. — Как же тогда выглядят взрослые твари⁈

— Думаю, раза в три-четыре больше, — немного подумав, ответила Моретти. — Но вряд ли их слишком много. Пусть у этих существ и развит каннибализм, они пожирают более слабых особей, но даже так пищи под землёй слишком мало, чтобы прокормить большое количество взрослых существ.

— Тогда нам нужно оружие помощнее, — задумчиво сказал Князев. — Если пули их не берут, то можно попробовать гарпуны. Благо, у нас есть специальное оборудование для захвата демонов живьем.

Вскоре стали подъезжать машины СБР УИ, отмеченные большими эмблемами с мечами, скрещенными перед мордой демона. Не так много, как рассчитывала Ника, но, с другой стороны, в метро было бы проблематично спуститься целой армией. Так что тут куда важнее был вопрос подготовки бойцов, и уж в боеспособности «сбруишников» сомневаться не приходилось. Следом примчалось несколько машин с бойцами их семьи и сам Джеймс Харнетт в компании своей помощницы.

Ника скептически посмотрела на стройную женщину, не очень понимая, какая помощь будет от обычной офисной работницы, но тут же выкинула её из головы, поскольку Князев начал вести брифинг, объясняя, с чем, а точнее, с кем придётся столкнуться бойцам под землёй.

— Используем только холодное оружие. Можно попробовать арбалеты и обязательно берём с собой гарпуны для боевых доспехов, — начал объяснять он. — Противники — гуманоидные существа ростом чуть выше человека, свободно перемещающиеся в толще камня. Нападают прямо из стен, потолка и пола, ориентируются по вибрации, возможно, слуху и еще обладают тепловым зрением. Вооружены только когтями и зубами, не ядовиты.

Всего на площади перед входом в метро собралось двадцать бойцов СБР УИ, два из которых были оснащены боевыми костюмами, и шесть охранников от семьи Михайловых. Последние по уровню подготовки явно уступали демоноборцам и поэтому их было решено оставить снаружи для патрулирования территории депо на тот случай, если Роман выберется где-то в другом месте. И охранники совершенно не возражали, поскольку не имели опыта борьбы с различными тварями, больше специализируясь на войнах с людьми.

— Звучит как лёгкая добыча, — заметил один из бойцов СБР УИ. — Это проще, чем закрыть портал третьего уровня.

— Легкая, но очень многочисленная, — поправил Князев. — К тому же поступила информация, что некоторые особи могут достигать куда больших размеров, но мы таких не встречали.

— То есть, твари максимум — со среднего демона? — уточнил другой демоноборец, с залихватскими усами и татуировкой на шее. — Не вижу в этом особой проблемы. Хотя, надо посмотреть, как это будет в условиях узких подземных ходов. Кстати, Олег, а есть карта подземной части депо?

Князев огладил бороду, которая воинственно топорщилась ещё с момента входа в подземную часть депо.

— Есть, но толку от неё не слишком много. Похоже, под метро есть ещё одна сесть подземных ходов, возможно, естественного происхождения.

Демоноборец кивнул.

— Понятно. Тогда как мы будем искать нашего потеряшку?

— Берем радары для поиска сигнала телефона, как только окажемся в непосредственной близости от Михайлова, сразу это поймем.

Ника подняла руку.

— У нас есть человек, способный чувствовать живых существ на расстоянии до тридцати метров.

— Отлично, тогда он может пойти с нами, — согласился Князев.

Тут в разговор впервые вмешался Джеймс Харнетт.

— Это не потребуется. Еще в прошлый раз, когда парнишка попал в подобную ситуацию, я набрал его крови достаточно, чтобы создать сотни поисковых заклинаний. Как только мы спустимся в метро, я смогу определить точное направление для его поисков.

То, с какой уверенностью и превосходством говорил медиум, нисколько не стоило того, что произошло чуть позже в метро. В команде с демоноборцами передвижение под землёй давалось легко и просто, они перемалывали выскакивающих отовсюду серых тварей словно мясорубка, особенно благодаря тому, что на самых опасных участках Джеймс использовал гофу, чтобы не позволить этим существам проходить сквозь пол. Поэтому тот пусть, что они прошли в первое посещение метро, более многочисленная и подготовленная команда миновала за двадцать минут.

— Нам вниз, — заявил медиум, сверившись с уже знакомыми Нике «Г»-образными рамками.

— Да ладно, — не удержалась она от ехидного комментария. — А сами бы мы не догадались!

Джеймс пожал плечами в ответ.

— Спустимся ниже и там моя помощь будет актуальнее.

Но когда они всё-таки смогли спуститься на уровень ниже ходов метро, потратив почти два часа на бои с многочисленными серыми тварями, рвущимися со всех сторон на людей, словно мотыльки на свет, с таким же смертельным исходом, рамка всё ещё указывала вниз.

— Ещё ниже⁈ — возмутился один из бойцов Князева. — Судя по всему, дальше будет целый лабиринт, и найти спуск вниз будет не так-то просто. Может, проще использовать динамит, чтобы пробить пол?

— Нет, это слишком опасно, — не согласился Князев. — Пещеры явно естественного происхождения и никак не упрочнены. Взрыв может спровоцировать обвал, от которого пострадает Роман или мы сами. Так что идём дальше и не бухтим.

Ника с ехидством отметила про себя, что помощница Джеймса с ними в подземелья не пошла, оставшись снаружи. Она сама не понимала, почему её так раздражала эта женщина, но при встрече внутри постоянно возникала лёгкая дрожь, из-за которой ей, с одной стороны, хотелось проявить к Мисси агрессию, а с другой — по спине табуном бежали мурашки, предупреждающие об опасности. Глупость же! Ну чем может быть опасна пигалица с именем, похожим на кличку маленькой карманной собачки?

Как ни странно, от самой Ники в данный момент толку тоже было не слишком много, поскольку с тварями вполне успешно справлялись бойцы Князева. Всё-таки сказывался опыт борьбы с демонами. Хотя, иногда они разделялись, чтобы обследовать отдельные ходы, и тогда в уничтожении серых существ участвовали уже все, даже Марго Моретти со своей сверкающей золотым светом булавой. А вот боевые костюмы пройти на следующий подземный уровень не смогли, слишком узкими оказались некоторые проходы. Именно это и стало причиной многих травм бойцов, ведь в узких проходах справиться с вылезающими из камня тварями оказалось слишком сложно даже для них. Тем не менее, никто из «демоноборцев» до сих пор не погиб, что говорило не только об их высоком профессионализме, но и о толике везения. Причём и то и другое в равной степени внушало надежду на благоприятный исход поисков.

В какой-то момент они всей группой почти в двадцать человек оказались в огромной пещере, посреди которой располагалось что-то вроде многочисленных каменных гнёзд, в которых лежали склизкие серые яйца.

— О, Госсподи! — восхищённо воскликнула Марго, поспешно фотографируя всё вокруг. — Это же их гнёзда! Срочно наберите мне яиц! Больше яиц!

Князев и Джеймс Харнетт напряжённо переглянулись.

— Лучше скорее всё здесь уничтожить и свалить. Все животные особенно рьяно защищают своё потомство, и оставаться в этом гнезде слишком опасно.

И, словно услышав эти слова и восприняв их за приглашение, отовсюду полезли серые твари, в том числе и упомянутые Марго «взрослые особи», высотой под три-четыре метра.

Джеймс тут же раскидал вокруг листы гофу, не позволяющие существам вылезать из пола, бойцы заняли круговую оборону и принялись слаженно и методично уничтожать противника. Ника тоже активно участвовала в бою, во всю используя технику «Воздушных Мечей», особенно хорошо помогающую справиться именно с самыми большими тварями. Так же успешно действовала и светящаяся золотым светом булава Марго, которую она использовала как метательное оружие. При этом булава сама возвращалась в руку монахини после броска, словно бумеранг.

Но тварей было слишком много, и вскоре они неожиданно оказались зажаты в центре зала, не имея возможности отступить. Мало того, самые крупные существа начали буквально забрасывать бойцов мелкими тварями, используя их в качестве живых снарядов. Да, вооруженные холодным оружием и способностями бойцы СБР УИ с лёгкостью уничтожали существ, но на месте одной убитой твари тут же появлялось ещё три.

Когда существ стало настолько много, что едва хватало места для размаха мечом, демоноборцы начали нести первые потери. Одного из бойцов серые твари буквально разорвали на части и тут же сожрали на глазах у Ники, но у девушки не было возможности даже мысленно проявить сочувствие, поскольку она без устали работала мечом, раздавая удары направо и налево. Пот застилал глаза, а в ушах стоял только хруст костей и плоти существ, да периодически крики Князева, командующего своими людьми. Удивительно, но даже в этой неразберихе, он продолжал каким-то образом худо-бедно контролировать ситуацию.

В какой-то момент над их головами взлетел целый рой испещрённых иероглифами бумажек — это вступил в дело медиум. И вот головы серых тварей начали взрываться словно хлопушки, забрызгивая всё вокруг кровью и мозгами, но Ника была только рада подобному «дождику». Взрыв за взрывом, и вскоре абсолютно все существа были мертвы.

— Джеймс! — показал ему большой палец Князев, вытирая с лица кровь. — Ты как всегда вовремя!

Медиум озадаченно почесал затылок, и указал на продолжавшие висеть в воздухе листы с иероглифами.

— А это не я.

И тут земля под их ногами задрожала и начала обваливаться.

* * *

— Что это такое⁈ — ошарашено прошептала Мико.

— Больше всего похоже на матку Падальщиков, — нервно заметил я с какой-то мазохистской радостью, ведь сейчас в моей правоте не было ничего хорошего. Особенно учитывая тот факт, что в пасти существа только что исчез Каппа и оно продолжало перемещаться где-то под нашими ногами и планировать следующее нападение.

Второе существо, появившееся уже из стены, выглядело сильно травмированным — безглазая голова была буквально взорвана примерно наполовину, символизируя собой визуализацию фразы «мозг взорвался». Очевидно, что «Духовный Удар» достал и этого здоровяка, но тот оказался немного крепче более мелких особей. Кицунэ яростно заверещав бросилась на Падальщика, буквально размывшись в воздухе серебряным всполохом, и отрубила ему остаток головы. Огромное тело рухнуло на пол, но из стены рядом появилось ещё несколько высоченных особей, пострадавших ещё меньше. Парочка из них тут же принялась пожирать своего павшего собрата.

— Эти выглядят целее, — заметил Шики. — Кто бы мог подумать, что они окажутся настолько крепкими. Говорил я, нужно было больше силы вкладывать!

К счастью, Падальщики, хоть и выглядели здоровыми, всё же двигались неуверенно, будто получив сильное оглушение. Это давало нам хоть какой-то шанс на выживание. Не сговариваясь, мы с ёкаями развернулись и побежали прочь, обратно к тому месту, где недавно прятались под защитным куполом.

— Госу, ты сможешь снова создать защиту⁈ — на бегу спросил Мэссиэль, продолжая поддерживать старика.

— Нет… я потратил все силы, — в полубессознательном состоянии ответил Госу.

— Тогда нам придётся драться до конца, — резюмировал Шики. — Хоть эти Падальщики и крупные, но их не так уж и много.

Обернувшись на ходу, я увидел, что крупных существ появилось уже больше десятка. Пещера будто сразу ощутимо уменьшилась в размерах, а мне вспомнилось пресловутое аниме «Атака Титанов», именно на них чем-то походили шестиметровые Падальщики. И я бы не сказал, что их «не так уж и много».

— Самая большая особь всё ещё где-то под нами! И далеко не факт, что она всего одна, — не согласился Мэссиэль. — Это слишком рискованно!

— Но где мы можем с-спрятаться⁈ — воскликнула Мако. — Они же нас-с дос-станут везде!

— Не везде, — не согласился «кот». — Есть ещё камера заключения, её стены состоят из металла и защищены рунами.

Шики резко остановился.

— Я туда не пойду. Лучше пусть меня здесь сожрут!

К нему подбежала кицунэ в форме лисы, схватила за шкирку и потащила вперёд. Весь её вид при этом показывал ехидное удовольствие от происходящего.

— Пусти, хвостатая! — принялся размахивать единственной целой лапкой тануки. — Пусти, кому говорю!

Мы успели добежать до камеры заключения Шики в последний момент. Голова огромного Падальщика появилась из пола возле самой двери, но её размеры не позволили забраться следом за нами. Зубы клацнули совсем рядом с Садако, но Мэссиэль тут же нанёс удар мечом, оставив глубокую рану на морде, и заставив её отпрянуть. Затем Садако выстрелила волосами, чтобы схватить створку распахнутой наружу двери и закрыть её, а Мэссиэль тут же вставил свой меч в замочные «ушки». Уж не знаю, зачем они были оставлены внутри камеры заключения, но как же нам с этим нелогичным фактом повезло!

Снаружи на дверь обрушились сильнейшие удары, но она выдержала, в том числе и благодаря тому, что открывалась наружу. Хорошо, что Падальщик этого не понимал и тупо пытался пробить бронированные листы железа, к тому же укреплённые рунами.

— Тут мы все и сдохнем, — резюмировал Шики, когда лисица его отпустила, при этом брезгливо фыркнув. — Каппе даже повезло, он хотя бы не сильно мучился.

— Может, он вс-сё ещё жив? — дрожащим голосом спросила Мако.

— Каппа крепкий, — присоединилась к ней Садако.

Шики ответил, продолжая злобно смотреть на кицунэ:

— Процесс пищеварения у Падальщиков очень специфический. Когда они проходят сквозь камень, их тело вибрирует с определённой частотой, а вот содержимое желудка, не являясь частью тела, вибрирует слабее и как бы перемалывается при движении внутри камня. Поэтому Каппу можно было бы спасти только пока Падальщик не исчез в полу пещеры.

Я всё ещё не понимал, как Шики связан с Падальщиками. По словам Мэссиэля он заселил серыми существами подземелья над поселением, но откуда он изначально их взял? Не удержавшись, я задал этот вопрос тануки.

— Ой, нашёл пару интересных существ, скрестил между собой, и получил Падальщиков. Если интересны подробности, то за основу взял червей, умеющих перемещаться сквозь камень и простеньких упырей. А дальше уже работала её госпожа эволюция.

Мако и Садако тем временем устало уселись возле стены вместе с Госу, и даже Мэссиэль не торопился переходить к обсуждению сложившейся ситуации. Зато кицунэ демонстративно встала перед Мэссиэлем, сверля его злым взглядом.

Поскольку у нас появилось время передышки, я решил осмотреться по сторонам. Камера Шики оказалась совершенно пустым квадратом размером примерно пять на пять метров. Ума не приложу, как он тут провёл пятьдесят лет без еды, кровати и даже туалета. С другой стороны, Мэссиэль же не зря говорил, что они материальны не полностью, видимо, это как-то помогло тануки перейти в другую форму, не требующую обычного питания. Если это действительно так, то применив подходящий набор рун, вполне вероятно, я смог бы запечатать ёкая в момент превращения.

— Яре, яре… сколько бы мы здесь не сидели, нам всё равно придётся рано или поздно выйти и принять бой с Падальщиками, — заметил Госу, успевший немного прийти в себя. — А потом ещё предстоит подумать над тем, как выбраться из самого подземелья. Если мы, конечно, выживем.

Кицунэ яростно запрыгала на четырёх лапах и зашипела, продолжая привлекать к себе внимание «кота».

— Ладно, ладно, — нехотя сказал Мэссиэль, и взмахнул лапой, позволив «лисе» вернуться в человеческую форму.

Удивительно, но этот процесс снова произошел практически мгновенно. Это не было болезненным превращением, как его часто показывают в фильмах ужасов, кицунэ будто на мгновение потеряла материальность и плавно перешла в другую форму.

— Вы двое, это всё из-за вас! — тут же зарычала серебряная лиса. — Лучше бы мы прорывались с боем без этих ваших штучек с энергией! Тогда и Каппа бы был ещё жив!

— Или всех нас бы в одно мгновение сожрали огромные Падальщики, — не согласился с ней Мэссиэль. — Мы даже не представляли, что они успели вымахать до таких размеров. Видимо, нам придётся совершать вылазки из камеры до тех пор, пока мы не перебьем их всех по одному.

— И я даже знаю, кого мы будем использоваться в качестве наживки, — сверкнула в мою сторону кровожадной ухмылкой кицунэ.

Кстати, интересный факт, у всех ёкаев были нормальные имена, и только серебряную лисе все называли просто кицунэ. Интересно, почему так?

— Я бы предложил более рациональное применение человеку, — вмешался Госу. — Точнее, его навыкам, разумеется. Он же умеет проходить сквозь стены, пусть поднимется наверх и приведёт помощь.

— Помощь? — переспросила кицунэ. — Я бы не стала ему настолько доверять. К тому же, кто и зачем станет нам помогать? Кому мы нужны?

— Человек неоднократно говорил, что его ищут. Думаю, мы можем предложить этим людям что-нибудь интересное, — не согласился Госу. — Лично у меня там снаружи есть схроны, в которых хранятся многочисленные артефакты и золото. Как насчёт такой платы?

Взгляды всех ёкаев скрестились на мне.

— Кхм… конечно, меня ищут и рано или поздно найдут. Тут нет других вариантов, — уверенно подтвердил я. — Но мне бы не хотелось, чтобы кто-то пострадал во время моих поисков, поэтому я и торопился наверх. Прежде, чем что-то решать, у меня есть один вопрос… Мэссиэль, ты говорил, что вы не полностью материальны? Это то, что я видел в тот момент, когда кицунэ меняла форму?

— Да, — подтвердил «кот», явно удивившись моему вопросу. — Мы можем переходить в нематериальную форму в момент превращения и ещё при некоторых условиях. Но к чему ты это?

Я задумчиво посмотрел на Шики.

— Кажется, у меня есть идея, как можно вытащить вас всех отсюда. Но нам всё-таки придётся договориться. Я слышал что-то о схронах с золотом?

Глава 8

Разумеется, мне в голову пришла мысль о том, чтобы запечатать всех ёкаев в тот момент, когда они будут в нематериальной форме, и вынести отсюда, спокойно пройдя сквозь завалы. Пока это было лишь на уровне идеи, и предстояло уточнить, насколько вообще возможно применить к ним соответствующие руны. Этот вопрос я и задал Шики, как наиболее сведущему в темах оммёдо и физиологии ёкаев.

— Это возможно, я слышал о подобных случаях, — подтвердил тануки, что-то прикидывая в уме. — Хотя, есть нюансы…

— Я не согласна! — тут же заявила кицунэ.

— Вот один из них, — кивнул Шики, скривив мордочку. — Но не самый важный. Насколько я понял, у тебя закончилась бумага, способная удерживать душевную энергию, к тому же, хоть мы все и сильно ослаблены, надолго нас запечатать не получится, даже если мы не будем сопротивляться.

Да, я уже думал о том, что у меня нет запасов бумаги, но в теории она мне была и не нужна. Защитные руны же работают при нанесении на обычный камень, а значит, достаточно взять любую поверхность и нарисовать на ней руны моей кровью, например, на одежде. Джеймс говорил о том, что оммёдо могут наноситься на разные предметы, и есть множество материалов, неплохо удерживающих душевную энергию. То же золото, например. Оммёдзи используют именно бумагу в первую очередь потому, что её удобно носить с собой, и ещё, при высвобождении энергии, носитель часто повреждается. Поэтому я просто запечатаю ёкаев в своей рубашке, надену её, и как только выберусь отсюда, сразу скину и освобожу их.

Это я и предложил тануки.

— Думаю, у тебя вполне достаточно силы души, чтобы запечатать нас, но не уверен, что обычная одежда выдержит столь большой объем энергии, — покачал головой Шики. — Точнее, наверняка не выдержит. Не зря же призраков запечатывают в гофу из специальной бумаги, частично созданной из опилок дерева Синбоку.

— Чего-чего? — переспросил я.

— Ты точно оммёдзи? — скептически спросила кицунэ. — Это же всем известно.

Я лишь пожал плечами в ответ, спорить с лисицей было просто лень.

— Синбоку — священное дерево, растущее во дворах японских храмов, — вмешался Госу. — Благодаря живущим в них духам кодама, оно приобретает особые свойства и способно хранить в себе много душевной энергии. Например, многие монахи делали из этого дерева посохи, а некоторые воины даже ходили с деревянными мечами.

Чёрт его знает, из чего делают энергопроводящую бумагу, к тому же, за пятьдесят лет всё могло и поменяться. Сколько этих деревьев и храмов всего осталось на новой земле? Технологии не стоят на месте и наверняка уже давно найден какой-нибудь более простой заменитель. Хотя, с другой стороны, бумага стоит так дорого, что может быть создана и из какого-нибудь редкого дерева.

— И ни у кого из вас нет чего-нибудь, на чём можно было бы нарисовать руны? — спросил я, недовольный тем, что моя идея оказалась бесполезной. — Какие-нибудь досочки из того же Синбоку? Или что-нибудь из золота?

— Все, что у нас было, уже сожрали Падальщики, — буркнула кицунэ. — Да и в целом мне эта идея не нравится. Лучше будем делать вылазки наружу и убивать Падальщиков по одному, пока всех не перебьем. Пусть это займёт хоть год!

Такие сроки меня точно не устраивали. Ища помощи, я посмотрел на Шики:

— Ты же откуда-то доставал краску, кисточки? Там не завалялось ничего полезного?

Тануки покачал головой.

— Мой пространственный карман небольшой, к тому же, он был заполнен едой, на которой я и продержался в камере почти пятьдесят лет…

Что же там хранилось такого, раз он смог на этом прожить пятьдесят лет? Тонна консервов?

— Смотрите! — воскликнула Мако, указывая на стальную дверь, заблокированную мечом.

Всё это время огромный Падальщик не переставал о неё биться. Если ранее защитное поле Госу полностью скрывало наше присутствие, то с камерой это почему-то не сработало. И вот прямо на наших глазах укреплённая рунами толстая стальная пластина начала поддаваться — на ней виднелось уже несколько вмятин, и периодически добавлялись новые.

— Тикусё! — явно ругнулась кицунэ. — Шики, я думала, эту камеру невозможно разрушить!

— Ага, — подтвердил тануки. — Изнутри. Снаружи она не так хорошо укреплена, к тому же, за пятьдесят лет руны в камере, как и в пещере, практически полностью потеряли свою силу.

Раздался ещё один удар, и на двери появилась ещё одна вмятина.

— Похоже, долго мы тут прятаться не сможем, — резюмировал Мэссиэль. — Теперь предложение человека становится ещё более актуальным и медлить не стоит. Шики, неужели нет никаких других вариантов, на что можно нанести руну запечатывания?

Тануки почесал затылок и скривил мордочку, явно не зная, что ответить, зато неожиданно вмешался Госу:

— Есть истории о людях, добровольно запечатавших в себе демонов. Поэтому, если нарисовать руны на теле человека, то есть неплохой шанс, что всё получится, и он вынесет отсюда всех нас в прямом смысле слова на себе.

Если честно, ещё при взгляде на кицунэ и её хвосты я почему-то вспомнил знаменитое аниме про мальчика, в котором запечатали девятихвостого лиса. Тут, конечно, у кицунэ хвостов всего три, но есть и другие ёкаи, так что ситуация явно схожая. Вот только я отлично помню, что бывает с энергопроводящей бумагой, когда тот, кто в ней запечатан, пытается вырваться. Интересно, я тоже сгорю или меня просто разорвёт в случае, если та же кицунэ захочет без спросу выйти наружу?

— Эта идея уже не очень нравится мне, — решительно сказал я. — Вдруг что-то пойдёт не так и я пострадаю?

— То есть, как запечатывать нас, тут проблем нет! — возмутилась серебряная лиса. — А как самому рискнуть — так ему, видите ли, не нравится!

— Я вас спасать не обязан, — недовольно напомнил я, окончательно устав от нападок кицунэ. — Ты уже столько раз грозилась меня сожрать, что я бы вообще предпочёл оставить тебя здесь.

Серебряная лисица сощурила глаза и тихо зашипела, будто собираясь на меня напасть.

— Спокойно, — вмешался Мэссиэль. — Уверен, мы все сможем договориться, чтобы человек получил достойную награду за то, что вынесет нас отсюда, а мы имели определённые гарантии безопасности.

— Думаю, есть способ решить проблему с печатью, — задумчиво сказал Шики, все это время напряжённо о чём-то размышлявший. — Оммёдо — это искусство, основанное на символизме. Вся сила рун в правильно подобранных условиях…

— Это даже я знаю, — перебила его кицунэ.

— Я тебя сейчас обратно в звериную форму верну, — пригрозил ей Мэссиэль, но лисица лишь фыркнула в ответ.

— Если мы все заключим с человеком контракт, по которому не сможем причинять ему вред, — повысив голос, продолжил Шики, — то это не позволит нашей энергии как-либо влиять на печать.

— Контракт⁈ — тут же возмутилась не только кицунэ, но и остальные ёкаи. — Тебе мало того, что сделал с нами Хозяин⁈

— Ни за что! — вторила ей Мако, все время нашего разговора тихо сидевшая на полу, и оплакивавшая то ли смерть Каппы, то ли наше положение в целом. Садако в принципе не отличалась разговорчивостью и молча сидела рядом с женщиной-змеёй, глядя на нас сквозь чёрную густую чёлку. И если в фильмах ужасах этот взгляд пугал, то тут скорее создавал образ стеснительной пятиклашки с последней парты.

— Я думал, вы хотите жить, — ехидно заметил Шики. — Человек прав, это действительно самый простой и безопасный способ выйти отсюда. И без контракта мы сами можем пробить печать и выбраться наружу в тот момент, когда он будет идти внутри камня. Такой смерти я не пожелал бы даже врагу.

Все ёкаи напряжённо замолчали, глядя друг на друга.

— Лучше умереть, чем служить человеку! — решительно сказала кицунэ, прервав молчание.

— Нет, ну в принципе, вы можете прорываться с боем. Если каким-то чудом получится справиться со всеми Падальщиками до того, как дверь камеры сломают, останется лишь выкопаться из подземелья, преодолев тонны камня, — махнул лапкой тануки. — А я лучше спрячусь в этого человека и спокойно выйду наружу. Мне слишком интересно, что изменилось в мире за эти пятьдесят лет, чтобы я рисковал своей жизнью ради гордости, которой у меня, кстати, никогда и не было.

Я уже собирался напомнить о плате за своё использование в качестве средства передвижения, но Шики заговорил об этом сам:

— Если примешь контракт со мной и вытащишь отсюда, я научу тебя создавать печати без всякой энергопроводящей бумаги, как это делаю я. Заключим контракт на неделю, и всё это время я буду тебе верным помощником и учителем.

— Месяц, — автоматически сказал я.

— Идёт, — легко согласился тануки, а я запоздало подумал, что после пятидесятилетнего заключения срок в один месяц для него просто ничто.

Весь наш короткий разговор остальные ёкаи удивлённо смотрели на тануки, явно не понимая, как он так легко и быстро пошёл на подобный шаг. Всё-таки контракт делал его моим верным помощником, как это было с Мей Ли, и для них это явно больная тема — ведь именно от услужения человеку они и скрывались здесь под землёй. Более того, мне кажется, я догадывался для кого изначально была сделана камера заключения, в которой мы сейчас прятались. Уж не знаю, как они собирались заманить сюда Макарова, ака Хозяина, но это место явно ожидало именно его. Хотя, сейчас это уже явно неактуально.

О том, как строится контракт, я уже имел определённое представление, поскольку изучил этот вопрос после взаимодействия с Мей Ли. Руна рисуется на ладони, в неё заносятся максимально простые условия: с кем заключается контракт, срок контракта, запрет на нанесение любого урона и более конкретные условия. Затем я максимально напитываю узор, и он активируется, связав нас контрактом. Касаться узора в процессе должен и призрак или, как в данном случае, существо. Другой вопрос, что рисовать его нужно на коже ножом или чем-то острым, как, кстати и руны запечатывания для ёкаев, что было не слишком-то приятно.

— Пусть эти гордецы сидят и ноют, а ты рисуй печать контракта. Могу подсказать, как это делается, — предложил тануки, и его глаза при этом сверкнули как-то слишком подозрительно.

— Я справлюсь, — заверил я.

К счастью, у меня с самого начала обучения у Джеймса открылась не только практически фотографическая память на руны, но и талант к их рисованию. Один раз взглянув на узоры в учебниках и справочниках, я практически сразу мог воспроизвести их на листе бумаги. К тому же, создание комплекса рун во многом было схоже с программированием. Поэтому нарисовать условие на месячный контракт с запретом на причинение мне любого вреда своим действием или бездействием, а также в помощи во всех моих начинаниях, не составило никакого труда.

На глазах у Шики я нанес на ладонь условия, являющиеся практически стандартом, о котором я читал ранее в соответствующей литературе. Причём очень удачно основаны руны были именно на японских иероглифах, так что тануки смог подтвердить, что я ни в чём его не обманул.

— У меня никаких претензий к такой формулировке нет, — кивнул Шики и коснулся своей единственной лапой моей ладони.

При его прикосновении я активировал узор, напитал, и заключение контракта состоялось. К счастью, царапины тут же исчезли с ладони, будто их и не было.

— В принципе мы можем уже валить, оставив этих неудачников здесь, — предложил тануки, насмешливо глядя на остальных ёкаев. — Чего тянуть-то?

Похоже, медведь так и не простил ёкаям своё пятидесятилетнее заключение, да и кто бы его в этом осуждал. Тем более, что в убийстве, как выяснилось, он был не виноват, хотя вопрос с том, почему клоун мог вселяться только в тануки, всё ещё оставался открытым.

— Я с-соглас-сна заключить контракт, — явно нехотя сказала Мако. — Садако тоже.

Страшная «девочка» кивнула.

— Вы-то куда⁈ — возмутилась кицунэ.

— Я тоже заключу контракт, и готов оплатить спасение себя и остальных содержимым своего схрона, — вмешался Мэссиэль. — Там есть золото и различные артефакты, в том числе и упомянутое ранее дерево Синбоку. Единственное условие — не включать в контракт служение дольше, чем это необходимо для выхода отсюда.

Кицунэ зашипела:

— И ты туда же⁈

Но сколько бы лисица не возмущалась, все ёкаи, кроме неё, заключили со мной контракт, правда, лишь на один день. На самом деле мне и самому не была нужна такая толпа ёкаев, ведь, как известно, мы в ответе за тех, кого приручили. Зачем мне столько головной боли? А вот контракт с Шики выглядел очень многообещающе, он явно разбирался в оммёдо, и в целом показался самым полезным из всех ёкаев.

— А, плевать, — глядя на товарищей с ненавистью, буркнула кицунэ. — Я тоже заключу контракт на один день.

— Ты — на месяц, — неожиданно даже для самого себя, заявил я.

Эта мысль появилась спонтанно, но, как мне кажется, вполне обоснованно.

— С чего бы⁈ — возмутилась «лиса».

— Ты слишком часто предлагала меня сожрать, — мстительно ответил я.

Как ни странно, после недолгих размышлений кицунэ всё-таки согласилась на мои условия. Думаю, на её решение повлияло то, что все ёкаи уже заключили со мной контракты и оставаться здесь одной лисице совершенно не хотелось.

Узор для запечатывания ёкаев тоже был простым, разве что в условиях чётко прописаны не призраки, а конкретно кицунэ, тануки, женщина-змея — рокурокуби, человек-кот — бакэнэко, Садако и… головастый старик, относящийся к неким ямабито, горным отшельникам. Садако, кстати, оказалась разновидностью ямануба — горной ведьмы, а вовсе не тем, что я видел в японских фильмах ужасов. Самой слабой, как я и думал, была именно Мако, поскольку все способности рокурокуби ограничивались длинной шеей и изменением лица. Может, в моём мире такой ёкаи и мог кого-то напугать, но здесь любому бойцу, обладающему икс-способностями или лицензией на огнестрельное оружие, она была буквально на один удар. К тому же, внешность могли менять тут почти все, кроме старика и Садако, вот только «кот», «лиса» и «медведь», ещё и обладали отличными боевыми навыками и прочими способностями. Например, Мэссиэль кто-то вроде князя для ёкаев, он способен ограничивать их силу и даже заставлять использовать способности помимо воли. Шики, можно сказать, оммёдзи, умеющий пользоваться рунами и рисующий их прямо в воздухе. Госу — владеет телекинезом и немного телепатией, а кицунэ… легендарная серебряная лисица оборотень могла изменять не только лицо, но и всё тело, превращаясь даже в предметы.

— То есть, вы можете создать себе какое угодно лицо? — уточнил я у ёкаев.

— Можем, — кивнул Мэссиэль.

— А почему тогда ходите… так?

Я так и не придумал, как помягче назвать звериные морды.

— Нам так комфортно. Человеческие лица для нас не слишком естественны, — ответила кицунэ, и вдруг её мордочка начала меняться на человеческую. — Хотя, если тебе хочется, я могу принять вид любой девочки, которая тебе нравится.

Не знаю, откуда она взяла эту форму, но лицо кицунэ больше всего напоминало какую-нибудь солистку корейской поп группы, причём уже после нанесения мейкапа и обработки в фотошопе. Это была какая-то неестественная фильтрованная красота.

Я нервно сглотнул, но не от невероятной красоты «лисицы», а скорее от самого процесса изменения формы. Это выглядело слишком непривычно.

И тут неожиданно кицунэ получила легкий подзатыльник от Мэссиэля, и мгновенно вернула прежнюю звериную форму.

— Кицунэ, не трать зря энергию. — Он посмотрел на меня и пояснил: — Держать человеческую форму нам тяжелее всего, это требует слишком много сил.

В целом, как я и думал, за годы под землёй все ёкаи ослабли, хотя, и не так сильно, как тануки. Будь все они в лучшей форме, то, вполне вероятно, смогли бы защитить своё поселение от Падальщиков. Да чего там, та версия Садако, что я повстречал в клинике, одна бы со всеми справилась, но она постоянно питалась человеческой энергией и была в максимальном, скажем так, энергетическом тонусе.

— Ладно, раз уж мы всё решили, то активируем печать, и вытаскивай нас уже отсюда, — резюмировала кицунэ.

— Конечно, как только так сразу. Но осталась ещё одна маленькая проблема, — слегка смущённо сказал я. — Даже две. По факту я ведь не умею ходить сквозь камень. То, что я упал сюда сверху было случайностью, управлять этим процессом я не могу. И ещё, я не знаю, куда именно идти и как ориентироваться под землёй.

— Маленькая проблема⁈ — воскликнула кицунэ. — Это очень большая проблема! Гигантская, я бы даже сказала! Какого дракона ты не сказал об этом до того, как мы все заключили контракты⁈

— Это же очевидно, — заметил я. — Иначе бы вы отказались их заключать. К тому же, если честно, я тогда об этом и особо не думал.

Все ёкаи замолчали, кто-то — буравя меня злым взглядом, как нетрудно догадаться, это была кицунэ, а кто-то — размышляя над тем, как решить нашу теперь уже общую проблему.

— Может, тебе как-то выбраться наружу и потренироваться? — предложил Госу. — Мы можем попробовать подстраховать тебя. Я продержу защитное поле, остальные будут отбиваться от Падальщиков.

— И чему он сможет научиться? — раздражённо спросила кицунэ. — Это же человек. Он не обладает нужными навыками и просто застрянет в камне где-нибудь на полпути, и нас вместе с собой угробит!

Хоть в её лисьих устах это звучало оскорбительно, я вынужден был согласиться. Не представляю, сколько нужно тренироваться, чтобы свободно перемещаться в камне, да ещё и чувствовать, куда вообще идти.

Шики ткнул лапкой в бок «кота».

— Мэс, ты же можешь ему помочь с помощью своей силы?

— Наверное, — неуверенно ответил Мэссиэль. — Надо подумать.

Я озадаченно посмотрел сначала на тануки, а потом на «кота».

— И в чём будет заключаться его помощь?

— Мэс же может управлять способностями других ёкаев, — напомнил Шики.

— Это я знаю, но я ведь не ёкаи, — логично заметил я.

— Твоя способность ближе к нам, чем к людям, — не согласился Мэссиэль. — Насколько я понял, пожирая душевную энергию, ты забираешь способность существа, но всё ещё не понимаешь, как ей пользоваться. Я могу применить свою силу, и помочь впитать ещё и рефлексы, и навыки, позволяющие пользоваться этой способностью.

— Ого! — восхитился я. — Было бы здорово!

Мне бы не помешало научиться этому трюку на будущее. Наверняка в работе встретится ещё множество существ, к тому же, впитывая чужие способности, я смогу сразу применять их себе на пользу. К тому же, что-то подобное уже было недавно, когда я чуть не сожрал белого клоуна. Тогда я видел картинки и эмоции существа, объяснившие его происхождение. Вполне вероятно, что этим процессом можно как-то управлять и получать не просто случайные картинки, а только нужную мне информацию.

Мы потратили немного времени на создание плана захвата Падальщика, тем более что дверь уже вся была покрыта вмятинами и держалась буквально «на честном слове», и тратить ценные минуты на болтовню было бы глупо.

Всё-таки хорошо, что дверь камеры открывалась именно наружу. По команде «кота» Садако с помощью волос вытянула меч из пазов и с силой распахнула дверь, оттолкнув ближайшего шестиметрового Падальщика и тут же оплетя его волосами и обездвижив. Затем Мэссиэль сильным ударом меча подрубил ему ногу и заставил рухнуть на пол. В этот момент кицунэ атаковала ещё троих тварей, ломившихся в нашу дверь, оттеснив их в сторону. Тогда Госу охватил нас вместе с Падальщиком защитным барьером, чтобы остальные твари на нас не реагировали, оставив кицунэ снаружи для их отвлечения.

— Быстрее, — прохрипел старик. — Меня хватит секунд на десять.

В процессе нападения я успел окинуть взглядом пещеру: Падальщиков стало ещё больше, и все они устроили настоящий пир, пожирая тела младших товарок, погибших от моего «Духовного Удара». Нам явно очень повезло, что благодаря барьеру они пока не обращали на нас внимания.

— Приложи руку ко лбу Падальщика, и впитывай его способность, — велел Мэссиэль, положив лапу мне на плечо. — Я помогу.

В целом я уже понимал, как это работает, и запустить процесс было не трудно. Жаль пока было непонятно, что ещё кроме одной основной способности даёт пожирание душ других существ. Куда-то же вся эта энергия идет, возможно, на укрепление моей собственной души, или на что-то еще. К сожалению, это не игра, и никакой полосы заполнения энергии или числового значения прогресса у меня не было. О гайде для чайников я и вовсе молчу, вот от чего я бы сейчас точно не отказался.

Следом за энергией я стал видеть картинки из жизни Падальщика, не отличающиеся особым разнообразием: поиски грибов и огромных червей где-то в глубинах земли, разрываемые на части и пожираемые молодые особи, откладывание яиц, снова пожирание тех, кто из них вылупился. Мерзость какая. Там были и перемещения сквозь камень, но я мало что смог понять о самом процессе. А потом кто-то словно взял меня за руку и направил в нужную сторону, и я стал получать не серии картинок, а конкретные и так необходимые мне знания. О том, как перемещаться внутри камня, как определять направление и использовать что-то вроде подземного эхолокатора. После окончания «загрузки» у меня возникло ощущение, будто я всегда умел всё это делать.

— Отступаем! — раздался рядом со мной голос Мэссиэля, и я очнулся, осознав себя, стоящим возле головы уже мёртвого Падальщика.

Быстро вернувшись обратно в камеру, мы вновь закрыли дверь, и на неё тут же обрушились удары следующего Падальщика. Полагаю, тот, чьи способности и воспоминания я впитал, уже был разорван на части другими тварями.

— Всё получилось? — нетерпеливо спросила кицунэ, чья одежда ещё сильнее пропиталась кровью. И, кажется, один из её хвостов кто-то откусил почти на половину.

— Да, — подтвердил я. — Теперь я знаю кун-фу.

— Чего⁈ — переспросили ёкаи. — Какое ещё кун-фу⁈

Я лишь пожал плечами в ответ. Разумеется, «Матрицу» в этом мире никто не снимал, да и если бы снял, ёкаи всё благополучно пропустили, прячась под землёй. Кстати, они и телевизора-то никогда не видели, вот будет для них открытие. Одно из очень многих.

— Я знаю, как управлять способностью и уверен, что теперь легко выберусь отсюда, — пояснил я. — Спасибо Мэссиэлю и его помощи.

— Уверен? — уточнила кицунэ.

— Яре, яре… Он же не может врать, — напомнил Госу. — Давай, уже выберемся отсюда, дверь скоро окончательно превратится в решето.

— Мы готовы довериться тебе, — подтвердил Мэссиэль. — Действуй.

— И только попробуй… — начала что-то говорить кицунэ, но я не стал тянуть время и активировал созданные на своём животе руны. Мэссиэль же в этот момент окутал всех ёкаев своей золотой силой и принудительно перевёл в нематериальное состояние.

Мгновение, и вся шестёрка ёкаев исчезла. Удивительно, но Падальщики тут же прекратили биться в дверь, ведь «главное блюдо», сводящее их с ума, пропало «с радаров».

Я глубоко вздохнул. Похоже, я остался совершенно один. Что ж, теперь дело осталось за малым — обойти Падальщиков и выбраться на поверхность. Была, правда, ещё одна проблема, о которой я не стал рассказывать ёкаям, а именно, вместе с навыками я получил от взрослого Падальщика чёткое понимание того, что все они с радостью пожирают младших особей. И именно за такого меня, скорее всего, и примут благодаря моим небольшим размерам.

Глава 9

Некоторое время я стоял и прислушивался к происходящему снаружи, чтобы убедиться в том, что Падальщики не заинтересованы во мне так же сильно, как в ёкаях. Затем осторожно подошёл к изуродованной ударами когтей двери, с трудом вытащил из пазов меч, и очень медленно её приоткрыл. Несмотря на жуткий скрежет, пирующие в пещере твари не обратили на меня совершенно никакого внимания, хотя парочка из них догрызала останки убитого нами Падальщика совсем рядом со мной. Я буквально мог слышать хруст костей и ощущать на себе их зловонное дыхание.

Так, ну, вроде бы всё в порядке, никто меня жрать пока не собирается.

Немного выдохнув, я начал осторожно двигаться вдоль стены к тому месту, где был завален коридор, ведущий на поверхность. Меч Мэссиэля я решил взять с собой, он добавлял мне немного уверенности, хотя я отлично понимал, что против шестиметровых Падальщиков он вряд ли поможет. Правда, судя по всему, что я теперь знал об этих существах, пока вокруг столько трупов, никто меня жрать не станет.

Так получилось, что помимо навыка хождения сквозь камень я «загрузил» в себя ещё и немного информации о том, как взаимодействовали между собой и жили в целом эти странные существа. Информация продолжала укладываться в голове и мысленно задавая вопросы, я периодически «вспоминал» ответы. Например, я узнал, как они находят свои жертвы — Падальщики могли чувствовать органику, любую, какую можно сожрать. Даже сквозь камень. А друг друга не жрали без особой необходимости только благодаря тому, что обладали просто отвратительным вкусом в том случае, если погибали от когтей себе подобных! Природа пошла простейшим путём, сделав так, чтобы Падальщики занимались каннибализмом лишь в самом крайнем случае. Ну, как крайнем, аппетит у них был хороший, твари жрали всегда, когда не спали. К счастью, самые крупные особи спали большую часть времени в перерывах между откладыванием яиц, поэтому они и появились самыми последними, видимо, мой массовый «Духовный Удар» их и разбудил.

«Я совершенно не вкусный», — повторял я про себя, осторожно идя между огромными Падальщиками, словно экскаваторы отправляющими в зубастые рты тела мелкий особей со взорванными головами. Конечно, я понимал, что в данный момент им совершенно не интересен, но всё равно опасался этих тварей, ведь одно неловкое, или, наоборот, слишком ловкое движение, и я окажусь в чьей-нибудь пасти.

От подземного городка в японском стиле остался лишь фундамент, да и то не весь. Падальщики даже не утруждали себя через него перешагивать, а просто проходили насквозь. Это говорило о том, что с помощью их способности запросто можно проходить не только сквозь обычный камень, но и через каменные стены. Уверен, будь я воришкой, озолотился бы, хотя, шанс ещё есть, ведь заново поглощённая способность пробудет со мной ещё почти сутки. Осталось выбраться отсюда и как-то решить вопрос аморальности такого поступка, и даже не знаю, что будет сложнее.

Когда я уже подходил к камням, завалившим выход из пещеры, один из Падальщиков резко дёрнулся и повернул безглазую морду в мою сторону. Я чуть заикой не остался, но каким-то образом смог сдержаться, и не побежать. Опять же, я знал, что движущаяся органика привлекает их куда больше, чем неподвижная — инстинкт хищника во всей красе. Всё-таки сначала важнее сожрать то, что убегает, а уже мёртвое всегда можно вернуться и доесть потом.

Застыв на месте и боясь даже дышать, я дождался, пока Падальщик вновь вернётся к трапезе, и затем продолжил идти к заваленному проходу. Добравшись до него, я осторожно прикоснулся к камню и лёгким усилием мысли доставил руку пройти сквозь него. Получилось так просто, будто я всегда этим занимался. Никаких неприятных ощущений или дискомфорта, я был уверен, что полностью контролирую этот процесс.

Дальше — пробный заход целиком.

Глубоко вдохнув, я шагнул в камень. Сложнее всего было заставить себя не закрывать глаза, чтобы как-то ориентироваться внутри. Теорию-то из памяти Падальщика я знал на «пять», а вот практики очень сильно не хватало. А самое главное, серые твари могли обходиться без воздуха очень долго, ведь в камне особо не подышишь, а меня сильно ограничивало умение задерживать дыхание. Никогда не пробовал засекать, но вряд ли я продержусь больше минуты. Помня о том, что говорили ёкаи о ходе, ведущем наверх, там было около трехсот метров. Пройду ли я столько за минуту? А если ещё и потеряюсь где-нибудь в процессе?

Досчитав до шестидесяти, я сделал шаг из камня назад и вдохнул.

Уф, это будет непросто. Ну, во всяком случае, я узнал, что точно не потеряюсь — камень при взгляде изнутри имел разную плотность и тот, что рухнул после завала отличался от другой породы. Я буквально видел перед собой то, что ещё недавно было подземным ходом. Ещё я убедился в том, что способность Падальщиков позволяла мне оставаться в одежде, и даже сохраняла в целости телефон и лежащие в кармане гофу. Удивительно, но даже меч в руке прошёл сквозь камень вместе со мной.

Ладно, надо решаться. Пройду шагов двадцать, если что-то пойдёт не так, то вернусь обратно.

Напоследок я обернулся, собираясь на прощанье окинуть взглядом пещеру, и практически сразу увидел черно-белого клоуна, стоящего в прямо передо мной. Мерзко улыбаясь, он выразительно провёл пальцем по своей шее, а затем достал из-за спины голову. Присмотревшись, я понял, что это все, что осталось от бедняги Каппы.

— Ах ты тварь, — прошептал я. — Жаль я не сожрал тебя полностью.

Клоун беззвучно расхохотался и швырнул эту голову в меня. И если, пока голова ёкая находилась в руках клоуна, Падальщики никак на неё не реагировали, то в момент полёта абсолютно все твари резко обернулись в её сторону. Мгновение, и все они бросились за головой, подкатившейся прямо мне под ноги. Увидев полтора десятка огромных серых тварей, бегущих прямо на меня, я слегка опешил, но быстро взял себя в руки и рванул вдоль стены, стараясь удалиться от головы как можно дальше.

Но клоун на этом не успокоился, подбежав к голове, и пнул её в мою сторону. Тут уж у меня особо вариантов не было, и медлить с уходом точно не стоило. Поэтому я не задумываясь нырнул в камень и поспешно «поплыл» прочь от пещеры, периодически оглядываясь, чтобы убедиться в том, что Падальщики меня не преследуют. Удивительно, но глядя сквозь камень, я отчётливо видел яркое свечение от головы ёкая, прежде чем её разодрали на части серые твари. Это объясняло, почему Падальщики реагировали на ёкаев столь активно, им буквально сносило головы от такого объёма душевной энергии, если, конечно, именно это свечение я сейчас видел.

Ощущения при движении внутри камня были такие, словно я шёл под водой. Чувствовалось сильное сопротивление, а зрение внутри камня давало довольно интересный эффект, словно я находился в виртуальной игре с очень тёмной и посредственной графикой. Я шёл и отчётливо видел края прохода, а далеко впереди неожиданно маячил выход на открытое пространство. Похоже, мне повезло и обвал затронул не всю «кишку» подземного хода, а только часть. А значит, у меня появилась возможность на время выбраться из камня и выдохнуть в самом прямом смысле этого слова.

Открытое пространство слабо освещалось мхом на стенах, но было совершенно пустым, да оно и к лучшему. Падальщики и чёртов клоун остались позади, и это только радовало. Я ещё некоторое время стоял и вглядывался в камень, опасаясь их появления, причём больше я опасался именно клоуна, который явно решил со мной расправиться. Каковы шансы, что он не умеет проходить сквозь камень? Минимальны, а значит, он где-то рядом и ждёт новой возможности, чтобы подстроить мне каверзу. Поэтому лучше свалить отсюда как можно быстрее.

Я продолжил продвигаться к выходу, от одного уцелевшего фрагмента хода к другому, пока не поднялся на уровень выше. И тут меня ждала неожиданная находка — прямо в камнях виднелось человеческое тело, уже не живое, но ещё теплое. Зрение Падальщиков чем-то напоминало тепловое, только показывало цветом не конкретно тепло, а наличие жизни и душевной энергии в органике. Поэтому я мог понять, что человек уже мёртв, но душевная энергия в нём всё ещё есть.

Но откуда тут человек?

К сожалению, протаскивать сквозь камень органику Падальщики не могли. Поэтому, и я не мог вытащить тело и узнать, что за человек погиб под спровоцированным мной обвалом. Впрочем, спустя еще несколько десятков шагов, я остановился перед самым выходом из камня на свободное пространство, видя перед собой ещё шесть человек. На этот раз живых. Очевидно, что это люди, отправленные за мной, а может и сама сестрёнка с Князевым и Джейн, попавшие под спровоцированный нами с Шики обвал. Что интересно, от людей исходило значительно более слабое свечение, чем от мёртвого ёкая.

Мне очень хотелось узнать, они ли это, но просто так выпрыгивать перед людьми из стены было слишком рискованно. Как бы меня не нашпиговали пулями прежде, чем я успею даже рот открыть. Конечно, в теории я знал, как Падальщики пропускали пули сквозь себя, но переходить к практике мне совершенно не хотелось. Стоя я размышляя, я заодно подметил, что весь пол вокруг людей был усеян телами мёртвых Падальщиков, а также какими-то округлыми сгустками органики.

Не придумав ничего лучше, я выставил перед собой руку с телефоном и медленно высунул её наружу. Затем, убедившись в том, что никто в меня не стреляет, вышел сам.

— Рома! — раздался счастливый визг сестры, и она тут же повисла у меня на нее, чуть не уронив обратно в камень. — Живой!

Мы стояли под прицелом нескольких человек, включая Дженну и ещё парочку военных в форме СБР УИ. Правда, огнестрела у них не было, только метательные ножи и холодное оружие. Невдалеке копалась в завалах камней Марго Моретти, а рядом что-то рисовал на каменной стене Джеймс.

— Живой, — прокряхтел я в ответ. — Но это ненадолго, если ты меня не отпустишь.

— Не отпущу, — твёрдо сказала Ника, сжав меня ещё сильнее. — А то опять под землю провалишься, или ещё что-нибудь учудишь!

Отложив кисточку, Джеймс Харнетт посмотрел на меня с лёгким любопытством, и больше всего у него вызывал интерес именно мой живот. Хоть я был и в одежде, медиум каким-то образом смог почувствовать спрятанную печать. Я едва заметно помотал головой, пытаясь намекнуть, что эту тему поднимать сейчас не хочу, и, вроде бы, медиум меня понял.

— Этот точно учудит, — буркнула Дженн, кивнув мне в знак приветствия.

Ещё двое незнакомых бойцов, поняв, что я не опасен, сместились в стороны, продолжив внимательно следить за стенами небольшой, по сравнению с покинутой обителью ёкаев, пещеры. Кстати, выглядело это место довольно необычно: на полу из камней было сложено что-то вроде гнёзд, а внутри лежали серые то ли шары, то ли яйца. Очевидно, именно об этом месте упоминали ёкаи, здесь плодились Падальщики.

— И откуда у тебя меч? — запоздало заметила Ника, хотя сама чуть на него не напоролась, когда кинулась меня обнимать. Она тут же выхватила оружие у меня из руки и принялась его внимательно изучать. — И ещё такой старинный, отлично сбалансированный! И явно из непростого металла. Ты там сокровища нашел⁈

— Можно сказать и так, — кивнул я. — Внизу был целый городок, правда, потом всё сожрали Падальщики.

Я очень надеялся, что они не придерутся к формулировке, ведь о жителях я ничего не сказал. Один правильно заданный вопрос, и мне придётся все выложить.

— Падальщики? — переспросил Джеймс, глядя на меня очень странным взглядом. Было непонятно, то ли он действительно рад был меня видеть, то ли наоборот, расстроен, что меня никто так и не сожрал.

— Серые твари. Их так называли жители подземного городка.

— Кто-кто⁈ — переспросила сестра. — Ты должен мне всё рассказать! Где ты пропадал, что делал, а главное, с кем⁈

Рассказывать при всех о ёкаях мне очень не хотелось, но особенно меня смущали бойцы СБР УИ и монашка, у них реакция на ёкаев могла быть не слишком адекватной. Не зря же Джеймс скрывает, что его помощница — ханьё. Но и соврать я не мог, и уже собирался начать долгий рассказ об убежище ёкаев, как меня прервала Марго Моретти. Она будто только сейчас заметила моё появление, наконец, оторвавшись от яиц Падальщиков, и тут же оказалась рядом.

— Ты прошёл сквозь стену как они! — обвинительно воскликнула она, осматривая меня так придирчиво, что я вновь ощутил себя лабораторной крысой. — Я должна знать всё о том, как ты получил эту способность! И все ощущения в процессе! А как только мы выберемся отсюда…

— Если выберемся, — поправил её Джеймс. — Проход завален, и кислорода осталось не так уж и много. Не знаю, хватит ли моей силы, чтобы пробить проход. — Он внимательно посмотрел на меня. — И объясни-ка мне, парень, по какой причине головы серых тварей неожиданно начали лопаться словно спелые ягоды? Я чувствую, ты с этим как-то связан.

Мой учитель выглядел, как всегда, до отвращения опрятным, будто находился не в пещере под землёй, а у себя в кабинете. Все остальные были покрыты пылью с ног до головы, а вот Джеймс оставался чист и свеж, словно утро на берегу океана.

— Да, это был я, — честно признался я.

— Это же был «Духовный Удар»? — продолжил допытываться медиум. — Сложно не узнать то, чему я тебя сам учил. Видимо, и землетрясение случилось по той же причине? Мне только непонятно, как ты смог вложить в гофу столько энергии?

Я почесал затылок, пытаясь сдержаться и не ответить на вопрос развёрнуто.

— Ну-у, это так не просто объяснить. Сначала была создана защита, запитанная от природных энергетических линий…

— Так это из-за тебя погибли наши ребята⁈ — зло рявкнул один из демоноборцев. Уверен, не стой рядом со мной Ника, Джеймс и Дженн, он бы меня ударил, и, если уж на то пошло, было за что. Если честно, я просто боялся спросить, где Князев и сколько ещё бойцов спустилось с ними на мои поиски. Очень надеюсь, что мой «Духовный Удар» не стал причиной их смерти.

— Если кто-то погиб под обвалом, то да, — не стал отпираться я. — Но там внизу были тысячи этих существ, у меня не было другого выбора. И этой атакой, возможно, я спас всех остальных.

Произнеся эти слова вслух, я почувствовал облегчение. Это же правда, у нас действительно не было другого выбора, и уничтожив столько Падальщиков я мог спасти команду спасения.

— Тысячи⁈ — переспросила Марго. — Это бред! Такому количеству существ нечем питаться под землёй!

— Я вам потом обязательно объясню, как и чем они питаются. И вообще, так получилось, что о Падальщиках я знаю практически всё, можно сказать, от первого лица, — раздражённо ответил я. — Но сейчас не время, нам нужно как можно быстрее вытащить вас отсюда. Если сюда явятся крупные особи, то мы вряд ли сможем от них отбиться в таком небольшом пространстве.

Ника фыркнула.

— Мы уже видели крупных… Падальщиков, как ты их назвал. Справиться с ними не проблема.

— Шестиметровых? — уточнил я.

— А, насколько крупных, — тут же сдулась сестренка. — Ты уверен? Может, у тебя проблемы с глазомером?

Я лишь покачал головой в ответ.

— И это не всё. Помимо Падальщиков, там бродит ещё и… какая-то сущность, умеющая вселяться в людей. Хорошо бы как-то обезопаситься от неё…

— Вот с этого момента поподробнее, — вмешался медиум. — Что за сущность?

Я очень коротко рассказал о клоуне и о том, как он вселился в одного из жителей подземного городка, не уточняя, кем именно были эти жители.

— Не проблема, судя по описанию, это какой-то древних дух, — спокойно ответил Джеймс, внимательно меня выслушав. — Я смогу ощутить присутствие подобной сущности, и разберусь с ней.

— Он может привести за собой Падальщиков. Поэтому всё равно лучше выбираться отсюда как можно быстрее.

— Если что, мы как бы не планировали здесь оставаться, — заметил Джеймс, кивнув на выведенные на камнях руны. — Я всё подготовил, чтобы убрать завал, но не знаю, как далеко он тянется.

— Так это не проблема, — обрадовался я. — Я схожу посмотрю.

— Стой! — схватила меня за руку сестра. — Никуда ты не пойдёшь! Находился уже.

Пришлось потратить некоторое время, чтобы её успокоить. Заодно я очень осторожно узнал, сколько же людей спустилось на мои поиски, и что произошло здесь, внизу. Оказалось, что обвал всё-таки не накрыл всю спасательную команду, а только разделил. Джеймс как медиум мог ощутить, что Князев и другие бойцы живы, хотя, несколько человек всё-таки погибли под рухнувшим сводом подземного хода, в том числе и тот боец, мимо которого я прошел. Но с завалом Джеймс мог бы справиться, применив руны, разрушающие атомарную связь внутри камня, их-то он и рисовал в тот момент, когда я вышел из стены. Главной проблемой же для медиума было то, что он не мог определить точный размер завала и связаться с людьми на той стороне, чтобы предупредить о применении рун, поскольку любой человек, попавший под их действие будет так же мгновенно уничтожен.

— Подсчитай, сколько шагов длится завал, и предупреди людей на той стороне, чтобы отошли подальше, — велел мне Джеймс.

Пообещав сестре, что я буквально туда и обратно, я шагнул в камень и пошёл через завал, считая шаги. Спустя метров двадцать, увидев свободное пространство и силуэты десятка людей, я вновь очень осторожно выставил перед собой из камня руку с телефоном. И затем так же медленно вышел сам.

К моему немалому облегчению, здесь меня встретил сам Князев, и демоноборцы, среди которых был уже знакомый мне Док. Самым неожиданным же было присутствие ханьё, приветствовавшей меня радостной улыбкой, вот только глаза её при этом блеснули красным светом так, что мне стало слегка не по себе.

— От тебя очень странно пахнет, — заявила она, принюхавшись. — Такой смешанный запах…

— Ещё бы, — торопливо сказал я, попытавшись показать ей взглядом, что задавать лишних вопросов не следует. — Столько по подземельям лазить.

Времени на объяснения у меня не было, поэтому я просто отдал Князеву гофу с запечатанным осколком души жены и рассказал, что собирается делать Джеймс. Моя способность ходить сквозь камень осталась за пределами обсуждения, хотя я видел, что Князев очень хочет спросить о том, откуда она взялась.

— Главное, не спровоцировать новый обвал, — заметил один из бойцов. — Мы начали разбирать камни, но всё здесь едва держится.

И тут я заметил, что по стенам прохода разложены груды камней, больших и тяжелых. И всё это явно было каким-то образом перемещено от завала. Более того, потолок прохода выглядел тоже видоизменённым, более укреплённым что ли.

— Я владею сферой земли, — пояснил демоноборец. — Но уже потратил все силы.

Мне оставалось надеяться, что Джеймс знает, что делает. Тем более что рунная вязь на стене была очень сложной, вряд ли она включала в себя только размягчение камня.

Вернувшись через завал обратно в пещеру с яйцами Падальщиков, я застал удивительную сцену: Джеймс держал за шкирку мелкого черно-белого клоуна, и с любопытством его разглядывал. Насколько я понял, касался сущности он с помощью кожаных перчаток с нанесёнными на них рунами. А видеть клоуна могли и он, и окружающие, благодаря висящему над Джеймсом в воздухе гофу.

— Ты про эту сущность говорил? — спокойно спросил медиум.

— Да, — подтвердил я, подозрительно глядя на довольную ухмылку клоуна. — Он просто появился здесь? Может, у него было что-нибудь в руках?

— Эта тварь кидалась какими-то кусками мяса, — чуть поморщился Джеймс. — Но едва ли в этом была какая-то опасность. Просто очередная сумасшедшая сущность, не стоит искать логику в её действиях.

Я торопливо осмотрелся по сторонам и быстро понял, что найти раскиданное клоуном мясо в мешанине тел серых тварей просто нереально. Хотя, если использовать внутреннее зрение Падальщиков, то можно и попытаться.

— Это мясо ёкая, оно привлекает Падальщиков в несколько раз сильнее, чем человеческое, — пояснил я, закрыв глаза и пытаясь активировать «органическое» зрение. У Падальщиков-то глаз не было, поэтому и знания, как это сделать, я от них не получил. — Нужно срочно валить отсюда! Не знаю, насколько далеко они могут чувствовать ёкаев, но лучше не рисковать.

И тут «зрение Падальщиков» наконец-то включилось, и я увидел множество разбросанных вокруг кусков мяса ёкая, светящихся на фоне блеклых тел серых тварей словно яркие фонарики. А главное прямо над Джеймсом зависла огромная тварь, собирающаяся откусить ему голову. Хотя, скорее всего Падальщика больше привлекало мясо ёкая под ногами медиума, но едва ли это что-то меняло.

— Джеймс, в сторону! — крикнул я.

Но Падальщик уже напал, буквально рухнув на медиума сверху.

Глава 10

Но Джеймс не зря считался лучшим медиумом Барсы, он не только успел отпрыгнуть в сторону, но и прилепил на Падальщика какой-то гофу, мгновенно взорвавший его голову лучше всякой гранаты. Вот только клоуна Джеймсу всё же пришлось отпустить, и тот проворно исчез в одной из стен, снова избежав развоплощения.

— Ещё один слева, напротив руны! — предупредил я, и Дженн с Никой встретили едва высунувшуюся тварь сначала броском ножа, а затем ударом меча, разрубившим голову пополам.

— Сверху, над Марго!

Монахиня и не думала отступать. Размахнувшись, она подкинула светящуюся палицу прямо в огромную морду Падальщика, превратив её в некое подобие раскрывшегося кровавого цветка. Как обычно бывало с этими тварями, как только она умерла, тут же перестала поддерживать состояние прохождения сквозь камень и её обрезанные останки рухнули вниз. Монахиня совершенно спокойно отшагнула в сторону, чтобы не запачкаться, и подхватила с земли упавшую палицу.

— Где ещё⁈ — напряженно спросила сестра.

— Справа! — указал я на точное место появления следующего Падальщика. — Вон там!

В руках Ники сейчас было два меча — её собственный и тот, что принёс я, поэтому она взмахнула ими крест-накрест и послала воздушную волну в форме «икса», разрезавшую тварь на четыре части. Второго Падальщика слажено порубили на кусочки демоноборцы, орудовавшие короткими широкими мечами.

— Еще?

— Пока всё, — осмотревшись по сторонам «зрением Падальщика», ответил я. Глаза открывать я боялся, чтобы не сбить концентрацию и что-нибудь не пропустить. — Но не думаю, что это надолго.

— Тогда нужно срочно уходить, — логично решил Джеймс. — Ты предупредил людей на той стороне?

— Предупредил, — подтвердил я. — И расстояние подсчитал.

Я сообщил медиуму, сколько шагов длился завал, и мы начали готовиться к активации рун. Марго Моретти заставила каждого демоноборца взять по несколько яиц для дальнейших исследований. Она хотела запрячь и остальных, но Дженн сделала вид, будто оглохла, а Ника очень выразительно повертела перед её носом мечом, который отобрала у меня. Всё-таки сестёнка её терпеть не могла, и постоянный интерес монашки к моим способностям только усиливал эту неприязнь.

— Слушай, Дженн, возьми пару яиц, только не для Моретти, а мне лично, — попросил я телохранительницу.

— А тебе зачем? — слабо удивилась она.

— Возможно, с их помощью я смогу позже ещё раз получить способность проходить сквозь стены, — тихо ответил я. — Мало ли, когда ещё пригодится.

Дженн понимающе кивнула, и взяла сразу три яйца размером с арбуз, чем вызвала радость у монашки. То-то она расстроится, когда узнает, что это не для неё.

— Готовы? — спросил Джеймс. — Михайлова?

— Да, — подтвердила моя сестра.

Медиум активировал руны, и камень за ними начал оседать уже в виде песка. Проход был совсем небольшой, чуть больше метра в высоту и столько же в ширину, и весь он оказался забит песком. И тут в дело вступила моя сестра, и какой-то воздушной техникой выдула весь песок на ту сторону прохода. Стало заметно, что Джеймс действительно предусмотрел возможный обвал, и укрепил камень вокруг проёма, его поверхность была гладкой словно мрамор. К тому же, своим новым зрением я видел разницу в плотности.

Вся наша компашка, пригибаясь, побежала по проходу, а я, хоть сестра и была против, пошёл замыкающим, периодически оглядываясь. Всё-таки только я мог предупредить о новом нападении Падальщиков. Чувствуя, что уже неплохо освоился со способностью, я даже не пригибался, а так и шёл, держа тело выше груди в камне. Конечно, это было скорее шалостью, чем необходимостью, но уверен, со стороны я выглядел очень необычно, особенно когда появился перед Князевым и другими бойцами на той стороне.

И наградой мне был удивлённый вскрик кого-то из бойцов при моём появлении.

— У меня очень много вопросов, — раздался голос Князева рядом со мной. Всё-таки с закрытыми глазами я мог «видеть» окружающих только как сгустки органики, и различить их было непросто. — Больше там точно никого не осталось?

— Да, — коротко ответил один из демоноборцев. — Шейн погиб ещё до завала, а у вас?

— Все целы, хотя, есть сильно пострадавшие.

После короткого обмена информацией объединённый отряд продолжил движение к выходу. К счастью, больше Падальщики на нас не нападали, возможно, их отвлекли разбросанные клоуном останки бедного ёкая или они были слишком далеко, чтобы почувствовать нас. Пока мы поднимались к уровню метро, все было довольно спокойно, разве что кое-где валялись останки Падальщиков со взорванными головами. Я продолжал идти с закрытыми глазами, поэтому видел тела в том числе и тех тварей, что остались замурованными в каменных сводах. Удивительно, насколько же мощный мы создали Духовный Удар, что он смог убить такое количество Падальщиков, и как же хорошо, что он не мог нанести вред людям.

Только оказавшись в рукотворной части подземного хода, я смог расслабиться и открыть глаза. Всё-таки двигаться так постоянно было не слишком комфортно.

— Всё нормально? — обеспокоенно спросила Ника, поравнявшись со мной.

— Да, — подтвердил я. — Рядом нет никаких Падальщиков, видимо, мы вышли за пределы их зоны чувствительности.

— Я вообще-то про твоё самочувствие спрашивала, — хмыкнула девушка. — Не перенапрягся?

Я отрицательно покачал головой.

— А как далеко ты сам можешь смотреть в камень?

— Ну, метров на пять-десять в глубину, наверное.

— Круто! — восхитилась Ника. — А драгоценные металлы можешь различать?

Ого, а сестрёнка молодец, об этом я даже не подумал.

— Не знаю, — к её разочарованию, ответил я. — Плотность породы вижу, но даже представить не могу, как она может быть связана с металлами.

— Ясно, значит, если поэкспериментировать, то можно что-нибудь придумать… Слушай, Ромка, а какие ощущения, когда ты проходишь сквозь камень? — продолжила расспросы девушка.

Марго Моретти внимательно слушала каждое моё слово, поэтому мне пришлось немного притормозить, чтобы она ушла вперёд. Не нравился мне её повышенный интерес к моей личности и моим способностям.

— Сложно объяснить. Будто идёшь под водой, только одним усилием мысли можешь перемещаться в любом направлении. Но при этом всё равно двигаешь руками и ногами, но скорее по привычке.

Я всё ещё чувствовал на себе взгляд Марго Моретти, явно не сулящий ничего хорошего. Её бы воля, меня бы из депо сразу в церковную лабораторию доставили вне зависимости от моего желания.

— Не расскажешь, что всё-таки произошло там внизу? — заговорческим шёпотом спросила Ника, увидев, что Моретти ушла вперёд.

Я отрицательно помотал головой.

— Давай потом, когда выберемся отсюда. Вдруг монахиня с божьей помощью не только врагов своей палицей крушит, но и отлично слышит на расстоянии.

— Ты прав… Но последний осколок души-то ты нашёл?

Кивнув на Князева, я ответил:

— Уже отдал ему.

— Ну, хоть не зря сюда забрались, — вздохнула девушка, окинув проход брезгливым взглядом.

— Я думал, ты любишь приключения, — ехидно заметил я.

— Но не под землёй, — недовольно буркнула Ника, поёжившись. — Как выяснилось, я терпеть не могу пещеры. Даже не представляю, как ты смог ходить сквозь камень, это же как кошмар наяву. Не страшно ошибиться и остаться в нём не всегда?

— Не было страшно, пока ты не сказала, — не удержался я от подколки, и уже серьезнее добавил: — Да нет, совершенно не страшно, у меня сейчас ощущение, будто я родился с этой способностью. Ты же не боишься вдруг забыть, как дышать и задохнуться.

О том, что раньше, до помощи Мэссиэля, всё было иначе, я старался даже не думать. Сейчас, зная все нюансы, я понимал, как правильно поступил, не рискуя соваться в камень без этих знаний.

— Не боюсь, — хихикнула девушка. — Но здесь так неуютно, что дух всё равно захватывает.

Надо же, похоже, моя бесстрашная сестрица успела за этот долгий день заработать клаустрофобию. Что ж, её можно понять, особенно после спровоцированного мной землетрясения и обвала подземного хода. Но в целом у меня складывалось ощущение, что она была единственным, кто мало-мальски нервничал.

Например, Мисси шла рядом с Джеймсом с таким видом, будто находилась не в заброшенном депо, а на подиуме. Удивительно, как она умудрялась так плавно идти по шпалам на каблуках, на мой взгляд, уже одним этим она палила своё мистическое происхождение. И, кстати, о нём…

Я подошёл к Джеймсу и тихо проговорил:

— Помните, я говорил о том, что мясо ёкая привлекает Падальщиков? Возможно, это случится и сейчас… — я выразительно посмотрел на Мисси. — Я удивлён, что они не среагировали раньше.

— Это же очевидно, — поморщился Джеймс, явно недовольный тем, что я говорю о секрете Мисси так близко от демоноборцев и монахини. — У неё маскировка на всех уровнях, как бы иначе она свободно передвигалась по городу? А вот о ёкаях мы ещё поговорим чуть позже, как и о подозрительной печати у тебя на животе.

Удивительно, как он смог понять, что у меня там спрятана под одеждой печать, и тем более, что она подозрительная.

— Но это ещё не всё, — не отставал я. — Тот клоун, которого вы отпустили, он вселился в одного из ёкаев и устроил резню. Нужно быть внимательней, чтобы он не повторил чего-то подобное сейчас с Мисси.

Ханьё посмотрела на меня с насмешкой, а в глубине её глаз заплясали кроваво-красные искорки.

— Что за глупости? Одержимый ёкай?

— Подземные жители так же реагировали, а потом клоун вселился в тануки.

Резко остановившись, Мисси схватила меня за грудки.

— Тануки⁈ Ты видел там эту тварь?

— Кхм… давайте не будем углубляться в эти вопросы сейчас, — поспешно сказал я. — Просто поверьте, что та сущность очень опасна.

— Ты явно что-то не так понял, — отмахнулась Мисси. — Тануки известные обманщики, он просто устроил для тебя представление. В любом случае, меня точно никакая тварь под контроль взять не сможет.

Мне оставалось лишь закатить глаза и зло выдохнуть, не зная, как ещё можно их убедить в возможной опасности. Сильно мешало то, что на нас поглядывали некоторые бойцы и даже монашка, чьё внимание мне привлекать совершенно не хотелось.

— Просто будь осторожнее, — попросил я ханьё. — Если рядом появится белый клоун…

Я хотел сказать «беги», но один красноречивый взгляд Мисси заставил меня замолчать. Похоже, как и другие ёкаи, кроме Шики, она была слишком горда и самоуверенна, чтобы бежать от чего-либо.

— Сообщи Джеймсу или мне, чтобы мы с ним расправились, — буркнул я. — Он же всё-таки не материальный, ему вырвать кадык не получится.

Мисси лишь фыркнула в ответ.

— Тогда вырву ему что-нибудь другое.

Депо мы покинули без приключений, что было удивительно. Снаружи нас встретил довольно приличный отряд демоноборцев, но их форма несколько отличалась от той, что была на Князеве и его людях. Значок морды демона перекрещенной двумя мечами был на месте, но вот элементы мотоциклетной брони почему-то отсутствовали. Разумеется, это я так её называл по аналогии, а так-то вряд ли служба безопасности закупалась в магазинах мото-аксессуаров. Но ладно форма, сама встреча была не слишком добродушной — они наставили на нас оружие!

— И что это значит? — хмуро спросил Князев.

Из-за спин бойцов вышел толстый мужчина в классическом костюме, смотревшимся в этом месте довольно глупо. Мало того, он ещё и выглядел помятым и пыльным, словно несколько раз упал по пути сюда. Хотя, сохранять костюм в идеальном состоянии в любом месте умел только Джеймс, не удивлюсь, если это являлось одной из его супер-способностей медиума.

— Олег Князев, вы обвиняетесь в неправомерном использовании ресурсов СБР УИ для своих личных целей. Снова. Но на этот… — Сильная отдышка, как будто толстяк бежал сюда со всех ног, не позволила мужчине сразу закончить фразу. — На этот раз наказание уже не будет столь лёгким.

Я думал Князев станет спорить с этим неприятным типом или просто пошлёт его куда подальше, но здоровяк отнёсся к его словам совершенно спокойно.

— Справедливо, — признал он.

Как будто Князев, а не я вынужден говорить только правду. Мог бы и какую-нибудь отмазку придумать вообще-то, например, что из депо попёрли серые твари и он прибыл сюда решить этот вопрос. Насколько я понял, с этим местом никто не хотел разбираться, а главное, не было известно о том, что происходит внизу, и насколько сильно расплодились Падальщики. Правда, и доказательств их огромной популяции с каждой минутой наверняка становилось всё меньше и меньше благодаря их же каннибализму, но всё-таки, если отправить людей туда прям сейчас, то шансы увидеть горы трупов серых тварей ещё были.

Ника некоторое время осматривалась по сторонам и пыталась куда-то дозвониться по телефону.

— А где мои люди⁈ — наконец, спросила она у толстяка, явно ответственного за всё происходящее вокруг.

— Вы имеете ввиду вооружённых террористов, проникнувших на территорию охраняемого объекта без разрешения? — не глядя на неё, спросил толстяк. — Арестованы, разумеется. Как, кстати, и вы шестеро.

Марго Моретти, до этого с материнской нежностью раскладывавшая яйца Падальщиков на земле, с прищуром посмотрела на толстяка.

— Шестеро? Вы собираетесь арестовать представителя церкви, проводящего исследования по личному приказу Владыки?

— Я имел ввиду шестеро вместе с Олегом Князевым, — поспешно поправился толстяк, косясь на огромные серые яйца. — Уверен, у вас есть все соответствующие разрешения и мои люди с удовольствием помогут вам с вашими… образцами.

— То есть, вы хотите арестовать меня? — искренне удивился Джеймс, и демонстративно поправил пиджак. — Вы уверены в своём решении? Ассоциация будет очень недовольна тем, что СБР УИ мешает медиуму выполнять свою работу по защите жителей Барсы от мистических сущностей. Уверен, в будущем это может нанести серьёзный ущерб доверительным отношениям, сложившимися между нашими структурами в результате долгой и плодотворной совместной работы.

Толстяк скривился словно от зубной боли.

— Что вы, никто не собирается вас арестовывать. Я просто неправильно выразился, это лишь формальный допрос…

— Допрос? — надавил на него голосом Джеймс.

— Обмен информацией? — осторожно уточнил толстяк и после красноречивого молчания медиума добавил: — Добровольный обмен информацией?

Джеймс Харнетт благосклонно кивнул.

— Это возможно, при условии, что мой ученик будет отвечать на все вопросы только в моём присутствии.

Не уверен, что медиум сможет заткнуть мне рот и не позволить говорить правду, но его забота обо мне оказалась неожиданным и приятным сюрпризом. А дальше началась непонятная чехарда, во время которой нас с Никой, Дженн и медиумом с ханьё отвели в сторону, а Князев и неприятный толстяк долго о чём-то разговаривали на повышенных тонах. Спустя минут пятнадцать Князев подошёл к нам, и с виноватым выражением лица пояснил:

— Извините, что из-за меня вы попали в такую ситуацию. Я взял всю вину на себя, вы все действовали как нанятые мной специалисты и не несете ответственность за проникновение в закрытую зону. Уверен, скоро вас отпустят, хотя, придётся всё-таки ответить на вопросы о том, что происходило под землёй.

Ненавижу вопросы. Уверен, если я честно расскажу обо всём, что произошло со мной в пещерах под депо, то никто меня никуда не отпустит. Вот только как мне избежать допроса?

— А что это за толстяк? — недовольно спросила Ника, явно мысленно уже представляя, как отрубает ему голову одним из мечей, которые, кстати, у нас пока ещё не конфисковали. Яйца Падальщиков у Дженн тоже никто отнимать силой не стал, хотя Марго сделала попытку, но Ника так яростно бросилась на их защиту, словно собиралась высиживать эти яйца лично.

— Это Гарибальди — новый глава СБР УИ Барсы, — поморщился Князев. — Неприятный тип. Начальство воспользовалось возможностью и заменило меня на более лояльного человека.

Джеймс задумчиво посмотрел на Князева и что-то прикинул в уме.

— Может, избавиться от него?

— Убить⁈ — то ли обрадовался, толи возмутился Князев.

— Что за мысли? — хмыкнул медиум. — Я могу подёргать за ниточки, чтобы его выперли с этой должности. Ты удивишься, если узнаешь, сколь многие люди на высоких должностях мне должны.

Бородач поморщился.

— Ну уж нет, не хочу присоединиться к этому длинному списку. Сам разберусь со своими проблемами.

— Моё дело предложить, — пожал плечами медиум.

Они ещё некоторое время обсуждали что-то между собой, вскоре к ним присоединилась и монахиня. Разумеется, речь шла об объединении осколков души Князевой, но меня, если честно, это сейчас мало волновало. Я вдруг понял, что очень сильно хочу есть. Даже не есть, а жрать! В желудке словно образовалась чёрная дыра. С трудом справившись со слабостью, я попросил сестру принести мне хоть что-нибудь, но найти еду в этом месте оказалось довольно проблематично. Спас меня, как это ни странно, Джеймс, доставший из внутреннего кармана пиджака шоколадку, которую я заглотил прямо с фантиком, и даже сам не понял, как это сделал. Вот только голод это нисколько не утолило.

— О-о, тут совсем беда, — прокомментировал медиум. — Видимо, хождение сквозь стены сильно истощает. Нужно везти тебя в нормальный ресторан, со стейками, эти Падальщики не мясо любят? Вот лучше хотя бы примерно придерживаться их диеты, а то ещё начнешь людей кусать.

Вокруг сновали военные, что-то затаскивая внутрь депо. Князев объяснил, что было принято решение завалить проход на максимально доступную глубину, чтобы ограничить распространение тварей. Я не очень понял, как существ, проходящих сквозь камень, могут задержать каменные завалы, но кто я вообще такой, чтобы спорить со специалистами?

— Это скорее для того, что чтобы люди туда больше не лезли, — предположил Джеймс. — Не самый плохой вариант, кстати, давно надо было так поступить. В городе есть еще несколько мест, которые я бы тоже предложил взорвать или залить бетоном.

Что ж, значит, ёкаям дважды повезло, что они не остались замурованными внизу. Они-то проходить сквозь камень не умеют, и выкапывались бы очень долго.

— Я предлагаю ехать отсюда как можно быстрее, — шёпотом предложила сестра. — Мне не нравится, как на тебя поглядывает монахиня, пусть они с Князевым проводят обряд исцеления его жены без тебя, ты своё дело уже сделал. Да и кто-нибудь может попытаться отобрать у нас яйца этих тварей, а у меня уже есть на них и на тебя определённые планы.

Как будто я был против, самому хотелось свалить отсюда. Вот только нас до сих пор не отпускали, словно хотели, чтобы мы лично посмотрели на подрыв депо. Собственно, так и получилось. После закладки динамита все военные ретировались подальше от здания депо, прихватив вместе с собой и нас.

Толпа собралась немалая: демоноборцы из отряда Князева, компашка под предводительством начальника СБР УИ, бойцы семьи Михайловых, призванные на помощь Никой. Еще мы все, с медиумом, Мисси, Дженн, сестренкой и монашкой. Поэтому, когда среди людей проскользнула отлично знакомая мне невысокая черно-белая фигура, я среагировал далеко не сразу, и сперва решил, что мне почудилось. Но присмотревшись, я действительно увидел эту тварь совсем недалеко от нас.

— Клоун, — прошипел я, схватив Джеймса за руку. — Он здесь.

— Думаешь, он привёл за собой Падальщиков? — нахмурился медиум, доставая из кармана тканевую маску, и повязывая на глаза.

— Или охотится на Мисси, или планирует ещё какую-нибудь гадость, — пробормотал я. — Явно же не просто так он тут вертится.

Ханьё вновь одарила меня ехидной усмешкой.

— Ну, пусть попробует. Сейчас посмотрим, кто из нас на кого будет охотиться.

Она сделала всего один плавный шаг на своих высоченных каблуках, но неожиданно каким-то образом оказалась метрах в пяти от нас, а главное, никто из окружающих не обратил никакого внимания на её действия.

— А если… — попытался было я обратиться к Джеймсу, но тот меня перебил:

— Мисси справится. Она таких существ на завтрак жрёт.

И действительно, спустя пару мгновений ханьё сместилась ещё куда-то в толпу военных, а потом вновь появилась, уже держа клоуна пальцами за лицо. Мы с Джеймсом видели её действия, а вот остальные, включая даже Нику с Дженн, будто не замечали происходящего.

Джеймс коротко провёл большим пальцем по шее, показывая ханьё, чтобы она закончила дело. Пальцы ёкая в человеческом образе сжались, и голова клоуна лопнула, оставив после себя не кровь, а какую-то белую жижу.

— Ну вот и всё, — улыбнулась Мисси, снова оказавшись рядом с нами. — А ты боялся.

Ника и Дженн удивлённо посмотрели на неё:

— Ты куда-то уходила?

— Вам показалось, — обворожительно улыбнулась ханьё и встряхнула рукой, чтобы избавиться от белой слизи, оставшейся от клоуна, но у неё ничего не получилось. Более того, слизь начала быстро распространяться выше по руке, как какой-то «Веном» — симбиот, захватывающий своего носителя.

— Какого…

Она даже не успела ничего сказать, как превратилась в полностью белую фигуру. Ещё мгновение, и её лицо раскрасилось черными узорами, сделав её точной копией клоуна, только теперь он стал значительно выше и женственней. Изящные ручки трансформировались в длиннющие лапы с острыми когтями, а вместо рта зияла ухмыляющаяся зубастая пасть.

Глава 11

— В сторону! — крикнула Дженн, оттолкнув Нику и меня за секунду до преобразования Мисси.

Когти удлинившихся лап пронеслись буквально в миллиметре от моего лица, лишь чудом не оторвав часть носа. Если честно, я и думать забыл, что моя телохранительница может чувствовать опасность, и тут её способность сработала очень чётко.

Джеймс тут же оказался между нами и Мисси, выставив перед собой блокирующий гофу. Лист бумаги засветился знакомой мне руной и сформировал едва различимую защитную плёнку.

— Отойдите, я сам с ней справлюсь, — сказал медиум, внимательно рассматривая видоизменившуюся напарницу.

Но клоун, или теперь уже «клоунша», в новой форме предпочла не вступать в бой с медиумом, а метнуться в противоположную сторону и атаковать демоноборцев. Один взмах лапой, и стоящий к ней ближе всех боец отлетел метров на пять и ударился о стену, мгновенно потеряв сознание. Даже не уверен, что он вообще остался жив после такого сильного удара. Но следующему демоноборцу повезло ещё меньше — ему одержимая ханьё оторвала голову и запустила ей в медиума, словно в насмешку.

И только в этот момент окружающие нас бойцы СБР УИ начали реагировать на Мисси. До этого, охотясь на клоуна, она будто отводила глаза всем окружающим кроме меня, но сейчас этот эффект окончательно пропал. Раздались крики, выстрелы, и на белое и очень женственное тело ханьё обрушился град из пуль и различных способностей, впрочем, не причинявших ей особого урона. Бойцы споро разошлись в стороны, быстро взяв ханьё в полукольцо. Разумеется, никто и не думал жалеть монстра, убивавшего людей, и крики Джеймса о том, что он сам разберётся с этим противником, никто слушать не стал.

Я знал, что мне достаточно коснуться клоуна, и я смогу его сожрать. Более того, теперь, когда я выбрался из-под земли, можно было не бояться полностью впитать его душу и смело обновить «слот» способности. Если честно, мне было даже интересно, что можно получить от столь странного существа после его поглощения. Вот только приблизиться к ханьё в момент обстрела со всех сторон было довольно проблематично.

— Я могу уничтожить клоуна! — крикнул я Джеймсу. — Нужно обездвижить её!

Хотелось добавить, что ещё хорошо бы избавиться от обстреливающих ханьё демоноборцев, но меня прервала сестра:

— Да что происходит⁈ — воскликнула Ника, встав между мной и беснующейся среди демоноборцев ханьё. — Что с секретаршей⁈

— Она партнерша Джеймса, а не секретарша, — зачем-то поправил я сестру, как будто сейчас это было важно.

— Да хоть жена! — огрызнулась девушка. — В кого она превратилась, чёрт возьми⁈

— Мисси одержима тем духом, про которого я упоминал ранее, — пояснил я.

— Но он же может вселяться только в ёкаев, ты сам говорил, — удивилась Ника, и тут её лицо вытянулось от удивления. — Что-о⁈ Мисси ёкай⁈

К счастью, её никто не услышал, поскольку все были слишком заняты отстрелом недельного запаса боеприпасов в ханьё. Нас вместе с монашкой, оставшимися в живых бойцами Князева и им самим оттеснили в сторону, чтобы мы не мешались под ногами, поэтому я мог видеть происходящее только из-за спин демоноборцев. Марго Моретти со своей булавой почему-то тоже не торопилась врываться в бой, хотя наверняка владела какими-нибудь навыками, способными помочь против мистического существа.

У Джеймса не было возможности открыто вмешаться в бой и защитить Мисси, это было бы слишком подозрительно, поэтому он решил зайти с другой стороны: запустив несколько гофу в воздух над собой, медиум выстроил из них сложную фигуру и двинулся навстречу одержимой. Из витающих над головой медиума свитков сформировалась полупрозрачная плевра магической защиты диаметров в несколько метров, защитившая его от пуль.

— Я возьму её на себя! — раздражённо отмахнулся он от демонобрцев. — Пули тут бессильны!

— Не слушайте его! — откуда-то из-за спин вооруженных бойцов слегка истерично крикнул Гарибальди — нынешний глава СБР УИ. — Стреляйте в эту тварь! Используйте усиленные обоймы против демонов!

Видимо, Джеймс предполагал что-то подобное, и поэтому уверенно встал между бойцами и Мисси. Приняв пули на свою защиту, он попытался обездвижить ханьё, атаковав какими-то хитрыми полосами из покрытой вязями рун бумаги, почему-то напоминавшей туалетную. Они выстрелили из рукавов медиума и обвили руки и ноги ханьё, буквально распяв её в воздухе.

— Ого-онь! — радостно закричал Гарибальди.

Ника упорно пыталась встать на моём пути, не пуская к одержимой, но едва ли она могла меня остановить. В принципе, мне достаточно было нырнуть в землю, оказаться точно под ханьё, вытянуть руку вверх, схватить её за ногу и сожрать вселившегося в неё клоуна. Вот только в таком случае мой «слот» способности перезагрузится, и я погибну сам. А идти туда по поверхности, значило подставиться под пули. Поэтому у меня действительно был очень большой соблазн оставить эту проблему полностью на откуп Джеймсу, как старшему товарищу и учителю. Он же очень опытный медиум и должен знать, что и как делать с подобными тварями?

— Не лезь, — будто прочитав мои мысли, сказал Ника. — Джеймс сам справится.

Но, судя по тому, что происходило, он всё-таки не справлялся, в основном, из-за вмешательства демоноборцев. Защита медиума просто не могла остановить абсолютно все пули. Хорошо ещё бойцы не целились в самого Джеймса, но вот распятой на длинных листах бумаги ханьё доставалось очень сильно. Раны появлялись на покрытом белой слизью теле, и тут же вновь зарастали, и было совершенно непонятно, насколько от них страдала сама Мисси и жива ли она вообще. Открытое пространство вокруг медиума и одержимой белой фигуры расширилось до метров пятнадцати, и именно с такого расстояния демоноборцы монотонно расстреливали ханьё, совершенно не экономя боеприпасы. Даже два боевых костюма развернули свои мощные пулемёты и не стреляли только потому, что могли задеть медиума. Похоже, несмотря на очень эмоциональные приказы толстяка, некоторые демоноборцы всё-таки продолжали руководствоваться здравым смыслом.

А потом случилось нечто и вовсе странное — толстяк, занявший должность Князева, никак не выглядевший бойцом, неожиданно забрался на один и бетонных блоков, лежащих рядом с забором, и метнул в ханьё огромный огненный шар, не особо заботясь о безопасности стоящего у него на пути медиума. Похоже, физическая форма никак не была связана с икс-силой, потому что способность выглядела очень объёмно и мощно: пламя взревело, словно турбина взлетающего самолёта, и устремилось прямо к Мисси. Джеймс явно понял, что его защита не выдержит такого удара, и вынужденно ушёл в сторону. Огненный шар попал точно в ханьё, но не нанёс ей особо серьёзного урона, точнее, ожоги на её теле восстановились практически мгновенно. Зато огонь полностью уничтожил бумажные ленты, державшие покрытую белой слизью женскую фигуру. Освободившись и поняв, что настоящую угрозу для неё представляет только медиум, она тут же бросилась на демоноборцев, стараясь держать их между собой и Джеймсом. Первый же боец, попавшийся ей под когтистую лапу, сразу лишился головы, всё-таки была у клоуна какая-то тяга к убийству именно таким способом.

— Врассыпную! — раздался командный голос Князева, запоздало решившего вмешаться в бой. — Держите дистанцию! Не стреляйте!

Думаю, бойцы и без него бы поняли, что использовать огнестрел в тот момент, когда тварь беснуется среди них, стало слишком опасно. В любом случае, они вынужденно схватились на холодное оружие — мечи и ножи, вот только раны на теле ханьё мгновенно затягивались, словно она была бессмертной. И бороться с существом, позволяющим себя кромсать как угодно и любящим отрывать головы своим противникам, было практически невозможно, хотя, к чести демоноборцев, они держались очень неплохо. Одержимой неоднократно отрубали руки, ноги и даже голову, но всякий раз они возвращались на место. Князев пытался обездвижить ханьё сам, создав что-то вроде огненного хлыста, обвившего белое тело, но она просто позволила разрезать её на части, а после собралась вновь.

Поняв, что мне всё-таки стоит вмешаться, я провалился под землю и вновь вылез наверх примерно в пяти метрах, оставив позади Нику.

— Куда⁈ — возмутилась она.

— Я им помогу! — крикнул я через плечо.

Первым делом я подбежал к Князеву и объяснил, что справиться с одержимостью можем только мы с Джеймсом. Всё, что требовалось от демоноборца — это уговорить коллег не мешать нам. К счастью, нынешний глава СБР УИ куда-то пропал, и все бойцы рефлекторно стали слушаться бывшего начальника, поэтому Князев смог навести порядок, предоставив Джеймсу возможность взяться за одержимого ёкая всерьёз.

Найдя меня взглядом, медиум кивнул и вновь выпустил из рукавов бумажные ленты. Они словно хищники настигли ханьё, пытавшуюся скрыться от медиума, и поймали её за все четыре конечности и шею. Но в этот раз она уже знала, как можно вырваться, и просто оторвала сама себе руки по локоть. Безрукая белая фигура шарахнулась в сторону от Джеймса, но ноги и шея всё ещё были зафиксированы лентой. А дальше я уже сам нырнул под землю и быстро переместился к ней.

Разумеется, из-под земли на уровне органики ханьё смотрелась совершенно иначе, чем люди, поэтому промахнуться было сложно. Выпрыгнув наружу, словно чёртик из табакерки, я коснулся Мисси и сразу начал процесс поглощения.

— Добегалась, тварь, — прошипел я, пытаясь вспомнить ощущения, возникшие при использовании моей способности с поддержкой Мэссиэля. Хотелось полностью контролировать процесс и понимать, что же я получу от мерзкого черно-белого клоуна.

Энергия души потекла рекой, вместе с какими-то фрагментами воспоминаний существа, но в этот раз я попытался всё это как-то систематизировать и углубить. Снова в голову полились картинки жизни метафизической сущности, питающейся душевной энергией мистических существ. В частности, я начал понимать, почему клоун мог вселяться только в Шики и теперь вот в Мисси. В отличие от остальных ёкаев, они запятнали свои души не только убийствами людей, но и чем-то похуже. Не думаю, что это можно считать каннибализмом, всё-таки технически мы с ёкаями относимся к совершенно разным видам. Зато увидев жителей подземного городка глазами клоуна, я понял, что угрозы меня сожрать, исходящие от остальных ёкаев, в том числе и кицунэ, были ничем не подкреплены. А вот миленькая партнерша Джеймса в своё время успела кого-то сожрать…

От изучения комбинации из отрывочных ощущений и картинок меня отвлекло острое ощущение опасности. То ли просто сработала моя интуиция, то ли какой-то навык, полученный от клоуна, но я вынужденно отшагнул от ханьё, причём не только в сторону в обычном пространстве, но и куда-то вглубь, туда, где обычно прятался сам клоун и обитали призраки — в «изнанку». И в тот же момент в Мисси, с тела которой уже сошла белая слизь, прилетел сверкающий белым пламенем шар, буквально превративший её в пепел, и на этот раз она уже не могла восстановиться за счёт силы клоуна. Помощница Джеймса погибла буквально у меня на глазах, не оставив после себя даже клочка одежды…

Вывалившись из «изнанки» обратно, я опустился на землю, проведя рукой по тому месту, где ещё мгновение назад лежала ханьё.

— Ах ты сволочь! — воскликнула моя сестра где-то на фоне. — Было же видно, что она больше не одержима!

Я быстро нашёл глазами того, кто нанёс этот удар, и им, разумеется, оказался тот самый толстяк. Не знаю, где глава местного СБР УИ прятался до этого, но вернулся он очень ярко и слишком не вовремя. Выглядел Гарибальди таким довольным, словно лично справился с угрозой, хотя, возможно, с его недалёкой точки зрения так оно и было.

— С этой тварью покончено, — важно заявил толстяк. — Вызовите медиков, обеспечьте первую помощь пострадавшим.

Он перевёл взгляд на меня:

— Этого арестовать.

Демоноборцы тут же встали с двух сторон от меня и вынудили вытянуть руки перед собой, защёлкнув на них фиксаторы. Меня почему-то удивило, откуда они вообще взялись у службы, созданной для противодействия демонам — не в плен же они берут трехметровых тварей? Но главной проблемой сейчас был даже не арест, ведь я чувствовал, что снова сожрал клоуна не полностью, какая-то мелкая его часть сбежала. Он реально чем-то походил на нематериальную версию симбиота из миров Марвел, даже маленькая частица, выжив, была способна со временем вновь стать полноценным существом. А самое неприятное, что я заглянул в душу этого существа и знал, что оно обязательно будет искать меня и вновь попытается убить, поскольку я представляю на него серьезную опасность. И ещё потому, что мерзкий клоун изначально выбрал меня своей целью и не собирался отпускать. Вот только где его теперь искать?

— Останки твари забрать на исследование, медиума допросить, — продолжил раздавать указания Гарибальди.

Далеко не сразу до меня дошло, что «тварью» он назвал убитую им Мисси. Очень захотелось нырнуть в «изнанку», появиться рядом с толстяком и как следует двинуть ему по лицу. Но меня опередил Джеймс. Впрочем, он бить толстяка не стал, а просто подошёл к нему вплотную и некоторое время внимательно смотрел в глаза.

— Неделя, — тихо сказал медиум. — Советую написать завещание.

Толстяк занервничал под его взглядом и отшагнул за спины демоноборцев.

— Что⁈ Это угроза⁈ Я бы на вашем месте лучше подумал над объяснением, почему ваша помощница напала на бойцов СБР УИ. Она виновна в смертях людей!

— Она была одержима тварью из-под земли! — вмешалась моя сестра, явно едва сдерживаясь, чтобы не двинуть ему по зубам. — А ты её убил, идиота кусок!

Вот от Ники я такой реакции на смерть Мисси вообще не ожидал, ей же вроде бы не нравилась помощница Джеймса, причём с самых первых минут знакомства в офисе.

— Вообще-то девушка тоже не была человеком, — заметила Марго Моретти. Монашка по какой-то причине не стала вступать в бой со своей волшебной булавой, возможно, просто боялась отходить от ценных яиц Падальщиков. — Она неплохо маскировалась, но я умею чувствовать подобные вещи. Думаю, помощница медиума была ёкаем, эти существа любят короткие имена, словно клички собак. Но точно не европейский демон, ни один из них никогда не позволил бы себя назвать так просто, даже чтобы притвориться человеком.

Я вынужден был признать, что в чём-то монашка была права: Мэсс, Шики, Мако, Госу. Мисси очень хорошо вписывалась в эту тусовку. Вот только по такой логике и Вероника, предпочитавшая короткую версию имени, могла оказаться ёкаем.

— Существо, значит! — обрадовался Гарибальди. — Этих-то вообще не жалко.

Джеймс медленно выдохнул, явно пытаясь успокоиться, и продолжая при этом сверлить толстяка злым взглядом.

— Пожалуй, неделя много. Три дня.

— Всё, уводите их всех отсюда, — раздражённо сказал глава СБР УИ. — Заканчиваем здесь. Подрываем заряды, и убеждаемся, что больше никто из-под земли не вылезет. И оставим нескольких дежурных до утра.

Судя по выражению лица Джеймса, он едва сдерживался, чтобы не разобраться с толстяком прямо здесь и сейчас, несмотря на всех демоноборцев, находящихся рядом с ним. Заметив это, Князев попытался успокоить медиума, быстро заговорив что-то ему на ухо. И вроде бы это подействовало и Джеймс неохотно кивнул в ответ на его слова.

— Ты в порядке? — тихо спросила Ника, обняв меня за плечи. — Этот мерзкий жирдяй тебя не задел?

Я помотал головой.

— Всё хорошо… Но Мисси очень жалко.

До сих пор не верилось, что ханьё погибла. Она вела себя так уверенно, словно ей ничего не могло угрожать. И особенно обидно, что я уже практически избавил её от одержимости и сожрал клоуна, если бы не вмешался один «кусок идиота», как его очень точно назвала моя сестра.

— Жалко, — согласилась Ника. — Джеймс выглядит шокированным. Мне кажется, я даже видела в уголках его глаз слёзы, представляешь?

Тяжело вздохнув, я покосился на Джеймса с Князевым. Они что-то тихо обсуждали, и прислушавшись, я смог уловить часть их разговора:

— Когда ты говорил Гарибальди о трёх днях, ты же имел ввиду, что подёргаешь на ниточки, чтобы его уволили? — уточнил Князев.

— Нет, я имел ввиду, что он умрёт, — спокойно ответил Джеймс. — Но официально это лишь моё предположение. Ну, знаешь, иногда медиумы могут смутно видеть будущее… как кто-то умирает в жутких муках, например… но иногда это просто видения. — Его голос неуловимо изменился, начав пробирать до мурашек. — А иногда — нет.

Когда мы наконец-то вышли за территорию депо, а точнее, нас вывели оттуда под конвоем, позади раздался глухой взрыв. Похоже, больше никто в подземелье попасть не сможет, а вот о том, станут ли выходить наружу Падальщики, можно было лишь догадываться. Всё ещё оставалась опасность того, что в какой-то момент твари расплодятся и хлынут в город, сжирая всё на своём пути.

Нас с Джеймсом, Никой и Дженн загрузили в отдельную машину и отвезли в представительство СБР УИ. Не знаю уж, пускал медиум втихаря скупую слезу по помощнице или нет, но выглядел он очень злым. Я и сам с трудом мог поверить в то, что Мисси мертва. Она всегда поддерживала меня и приходила на помощь в мелких делах, и даже спасла меня, когда я был схвачен людьми Орлова. А вот я спасти её не успел. Возможно, если бы я смог затянуть её вместе с собой в «изнанку», но в тот момент у меня даже мысли такой не возникло пришлось действовать слишком быстро.

Не знаю, исполнит ли медиум свою угрозу нынешнему главе СБР УИ Барсы, но если этого не произойдёт, то я сам им займусь. Как и клоуном. Мелкая тварь точно от меня не скроется, и сидящие в татуировке на животе ёкаи мне с этим помогут!

Глава 12

Маленький, размером примерно с небольшую крысу, черно-белый клоун прятался за одним из зданий депо и внимательно следил за существом, довольно успешно прикидывающемся слабым человеком. А ведь эта тварь чуть не сожрала самого Вайза, и, если бы он был чуть менее проворен, уже прекратил бы своё существование. Его душа и сейчас агонизировала от полученных ран, но он даже не думал о том, чтобы бежать. Не-ет, Вайз никогда не упустит такую сочную добычу, обладающую чрезвычайно сильной и вкусной душой.

Клоун облизнулся.

«От меня не уйдёшь, я буду преследовать тебя до тех пор, пока не подгадаю удачный момент и не сожру целиком. Найду слабые места, ослаблю и лишу воли к жизни!»

Древнее существо обожало это ощущение — трепет предстоящей охоты. Да, Вайз был одним из пожирателей душ, и далеко не самым сильным, но он умел загонять свою добычу. Доводить до состояния отчаяния, и только потом выгрызать душевную энергию.

Замечтавшись, Вайз не сразу заметил, что рядом с ним появился кто-то ещё. Резко обернувшись, он увидел огромную чёрную кошку с блестящей от отсветов фонарей шерстью. Животное сидело и с искренним любопытством разглядывало клоуна.

«Это же ёкай, они не способны меня видеть», — удивлённо подумал клоун, делая осторожный шажок в сторону. — «Но на всякий случай лучше сбежать».

Кошка же наклонила голову на бок, будто среагировав на мысль Вайза, облизнулась и резко прыгнула вперёд, прижав клоуна когтистой лапой к земле. Прежде, чем он успел как-то отреагировать, кошка открыла пасть и откусила ему голову, а затем сожрала и остальное тельце. Затем она уселась на то же место, где мгновение назад стоял клоун, и принялась умывать лапки, с интересом следя за её человеком.

* * *

Как ни странно, несмотря на все угрозы Гарибальди, в СБР УИ нас долго не продержали, а спустя всего полчаса спокойно отпустили на все четыре стороны. Даже Джеймса не стали мурыжить, пытаясь понять, во что же такое превратилась его помощница. Вероятно, глава СБР УИ всё-таки почувствовал, что усугублять ситуацию не стоит, и дальнейший конфликт с медиумом может привести к очень серьёзным последствиям. Хотя, Джеймс уже пообещал, а точнее, предсказал ему смерть, что может быть серьёзнее этого? Как говорится, упокой Бог душу главы СБР УИ, и да здравствует новый глава. Надеюсь, новым вновь станет Князев, то есть, старый глава.

Кстати, когда мы покидали управление, Князев успел поблагодарить меня за помощь и заверить, что никаких проблем с СБР УИ у нас не будет, решение всех вопросов он взял на себя. К тому же, мы договорились, что на днях встретимся в клинике с ним и Марго Моретти, чтобы объединить собранные осколки души и наконец-то вылечить Алину Князеву. Монашка подтвердила, что никаких проблем с этим обрядом не будет и, если мы действительно собрали все осколки, женщина вернётся в нормальное состояние без каких-либо отрицательных последствий.

Сама Марго укатила от управления СБР УИ на одной из машин демоноборцев, прихватив с собой яйца Падальщиков. Она пыталась отобрать и те, что были у Дженн, но телохранительница вцепилась в яйца так, словно собиралась высидеть их самостоятельно. Кстати, наощупь они ощущались как каменные, возможно, Падальщики даже вылуплялись не как обычные животные, а просто проходили сквозь скорлупу, когда достаточно вырастали. Очень надеюсь, что этого не случится в тот момент, когда они будут находиться у кого-то из нас в руках.

Пока мы рассаживались по машинам возле управления, уже окончательно рассвело. Вероника во всю отчитывала охрану Михайловых за то, что они так легко сдались СБР УИ, как будто было бы лучше, если они устроили там бойню. С другой стороны, это всё-таки собственная небольшая армия семьи, и они не должны отступать ни перед кем, иначе, как на них полагаться в действительно опасные моменты?

Джеймс стоял чуть поодаль и молча сверлил взглядом пустое пространство перед собой. Чувствуя себя частично виноватым в произошедшем с Мисси, я подошёл к нему и тихо сказал:

— Я соболезную. Очень жаль, что Мисси погибла.

Очень хотелось добавить «я же предупреждал», и я, как всегда, не смог сдержаться, начав сразу «резать правду матку»:

— Но я предупреждал, что клоун может брать под контроль ёкаев! Нужно было послушать меня, и тогда она была бы ещё жива!

— Ты прав, парень.

Я не поверил своим глазам, в этот момент Джеймс Харнетт смахнул со щеки слезу! И тут мне стало действительно стыдно.

— Мисси была мне очень дорога, — продолжил он. — Знаешь, сколько стоила легализация ёкая? Документы, справки, мед книжка. Это же разориться можно!

— Но Мисси…

— Ещё и Михайлов теперь в полиции не работает, это теперь сложнее будет провернуть, — продолжил сокрушаться медиум. — Хотя, если Князев вернётся на свою должность после смерти толстяка, то можно будет попробовать решить этот вопрос через него, но будет сложнее. Чёрт, парень, ну почему от тебя постоянно одни убытки? Обычно учеников заводят, чтобы получить какую-то выгоду, а не наоборот. Знаешь что, завтра жду тебя в офисе, будем решать, что с тобой делать.

Я сам не понял, как он так быстро перешёл от слёз по погибшей ханьё к вопросу денег. То ли это защитная реакция, то ли он всё-таки конченый? Должна же жадность и тяга к деньгам иметь какие-то пределы!

— Хотя, я уже решил: пора тебе отправиться в свободное плавание, — с каким-то даже облегчением проговорил Джеймс. — Куда подальше от меня. Начнешь выполнять самостоятельные задания, арендуешь себе офис, наймешь секретаршу. Потом в неё вселится какое-нибудь существо и её убьют на твоих глазах… — Он посмотрел на экран телефона. — О, моё такси приехало.

Под моим удивлённым взглядом Джеймс сел в тихо подкатившее к нам такси эконом класса и уехал не прощаясь. Я же вернулся и сел в машину к Веронике, всё ещё пребывая в лёгком шоке. Неужели Джеймса действительно волнуют только деньги и ему плевать на смерть помощницы? Или это просто его защитный рефлекс — свести всё к деньгам и юмору, чтобы не показать свои настоящие чувства?

— Слушай, мне сейчас звонил папа, предлагает поехать к нам домой, — неожиданно сказала Ника, задумчиво посмотрев на меня. — К чёрту клинику и гостиницу, в которых ты постоянно ютишься. Проведём завтрашний день дома в тишине и спокойствии.

— Ты про тот дом, который обстреливают по утрам? — переспросил я. — И где меня пытался задушить домовой?

— Ой, да ладо тебе, это было-то всего один раз, — отмахнулась сестра. — А с домовым ты должен сам справиться, ты же теперь медиум всё-таки. Даже официальные документы уже получил.

Что ж, в целом мне было всё равно куда сейчас ехать, лишь бы там была удобная кровать и питание. А домовой меня теперь уж точно не пугает, даже если я сам с ним не справлюсь, то у меня с собой толпа ёкаев — они этого любителя душить подростков без всяких магических способностей ногами запинают.

— А поехали, — согласился я, ярко представив это зрелище.

Если так подумать, мне было даже интересно, как выглядит существо, так сильно напугавшее меня в первые дни нахождения в этом мире.

Дженн мы решили отпустить на отдых, поскольку особняк был более чем хорошо защищён, а с домовым я разберусь и сам. Уже давно прошли те времена, когда меня могло напугать обычное существо. Ну, как давно, уж пара недель точно прошла. И я был не прочь показать ему, насколько большую ошибку он тогда совершил. И, кстати, поглощённая способность клоуна как раз позволяла мне воздействовать на существ, хоть я и не до конца осознавал, как именно. Возможно, достаточно будет прикоснуться к домовому, чтобы понять, что делать дальше.

Яйца Падальщиков мы забрали с собой, решив, что куда безопаснее будет на постоянной основе хранить их в лаборатории профессора Семёнова. Да и не в отеле же мне их держать. Кто знает, когда детёныши вдруг решат вылупиться?

К особняку мы подъехали спустя часа полтора. Пара охранников понесла яйца в лабораторию, а остальные отправились в свой отдельно стоящий коттедж в дальней стороне огромной территории, принадлежащей Михайловым. Мы же с сестрёнкой пошли прямиком к главному дому. Вроде не так много времени прошло, но ощущения теперь были совершенно другие. Даже увидев открывшего перед нами дверь дворецкого Хана, я лишь кивнул ему, и спокойно прошёл внутрь, не испытывая никаких отрицательных эмоций. Хотя, казалось бы, он чуть ли не пытал меня, заодно наградив не очень приятной особенностью, вынуждающей говорить только правду, слегка примешанную с синдромом Туретта.

— Здравствуйте, — чуть зависнув при виде меня, быстро исправился азиат. — Всё в порядке? Охрана отчитывалась о проблемах с СБР УИ.

— Да, мы всё решили, — отмахнулась Ника. — Было лёгкое недопонимание, но у них просто нет полномочий, чтобы нас арестовывать. Проникновение на запретную территорию — это не их дело, к тому же, само СБР УИ тоже не имело права находиться там. В общем, разошлись практически мирно.

Позади дворецкого из стены выплыл призрак светловолосой девчушки пятнадцати лет — местного призрака.

— Привет, Катя, — помахал я ей рукой.

Она резко остановилась, удивлённо уставившись на меня, и поспешно нырнула обратно в стену. Похоже, призрак не ожидала, что кто-то сможет увидеть её в обычном состоянии.

Ника бросила на меня удивлённый взгляд, потом понимающе кивнула, вспомнив, что я умею видеть призраков даже когда для других они остаются невидимы.

— Отец в кабинете? — спросила она дворецкого, протолкнув меня перед собой. — Хотела его успокоить.

— Он прям уж так переживал? — не удержался я от подколки. Без злости или обиды, но я отлично понимал, что, по факту, для Махайлова-старшего никто. Как и он для меня, кстати.

— Кхм… за меня очень переживал, — смутилась Вероника. — Ну, и за тебя, наверное, тоже… немного…

На поклон в кабинет отца семейства мы отправились вместе, но на пути столкнулись с дородной кухаркой Гортой. Едва увидев меня, она в ужасе воскликнула:

— Госсподи, что с тобой случилось⁈ Тебя вообще что ли не кормили с тех пор, как ты этот дом покинул⁈ Кожа да кости, и те сжались от недостатка питания!

— Да нормально я питаюсь, — почему-то смутился я. — Просто организм молодой, не в коня корм, как говорится.

— Я пошла что-нибудь приготовлю по-быстрому. Имей ввиду, что ты никуда отсюда не уедешь, пока как следует не поешь у меня на глазах! И с собой еды возьмешь!

В целом я бы и сам не отказался от позднего ужина или очень раннего завтрака. Денёк выдался очень тяжелый, и нормально поесть действительно не получилось.

Евгений Михайлов встретил нас сидя за столом в домашнем халате. Сложно сказать, он недавно проснулся или всё-таки не спал, ожидая новостей о нас с Вероникой. Несмотря на раннее время выглядел он бодро, сидел ровно, уверенно расправив широкие плечи.

— Ну, рассказывайте по порядку, что у вас там случилось.

В принципе, скрывать мне было особо и нечего, кроме, разумеется, самих ёкаев, припрятанных в печати у меня на животе. Вот только Михайлов-старший отлично знал о моей особенности, и по окончанию рассказа задал пару наводящих вопросов, от которых я уже не смог увильнуть. Достаточно было спросить, есть ли что-нибудь, что я хочу скрыть, как я сам выложил всю информацию.

— Ах ты жук! — возмутилась Ника. — Даже мне ничего о них не рассказал! Значит, теперь у тебя будет своя толпа ёкаев прислуживать? Как ныне покойная Мисси у Джеймса?

— Типа того, — подтвердил я. — Правда, контракты на месяц заключены только с тануки и кицунэ, а с остальными всего на день. Кстати, если примерно через двадцать часов я их не выпущу, меня может просто разорвать печатью.

— Только не здесь, — тут же сказал Михайлов, и его лицо на мгновение ожесточилось. — Мне в доме эти… твари, то есть, существа совершенно не нужны. Не хочу с ними связываться.

— А как же домовой? — не удержался я. — Он же тоже мистическое существо.

Мужчина поморщился.

— Он ограничен контрактом, обязывающим его защищать дом и всех обитателей. К тому же успел заслужить доверие, оберегая нашу семью долгие годы. Хотя в целом я не люблю никаких существ, они руководствуются не человеческой логикой, и во многих вопросах могут вести себя совершенно непредсказуемо.

— Поэтому и общаться с ними лучше всегда с позиции силы, — вмешалась Ника, и сокрушённо добавила: — Эх, надо было всех заставить заключить длительные контракты хотя бы на год. Они бы от тебя в подземелье всё равно никуда не делись.

— Да я в тот момент не особо думал о подобных вещах, — признался я.

— А надо думать, — без желания уязвить, а скорее, чтобы отложить в голове эту мысль, сказал Михайлов. — В любой ситуации. Но даже так результат очень неплохой, за месяц можно сделать очень многое.

Ника нетерпеливо хлопнула меня по плечу.

— И сокровища! Интересно, что в том хранилище, которым от тебя откупился один из ёкаев⁈

Я её оптимизма не разделял, опасаясь, что Михайлов-старший решит наложить лапы на моё честно заработанное богатство. Видимо, прочитав мои подозрения по лицу, он меня успокоил:

— Всё это твоё личное дело и честно заслуженная награда. Меня сейчас больше интересует способность проходить сквозь стены, это может пригодиться в будущем.

— Не сквозь стены, а сквозь камень, — поправил я. — Если у дома будет стальная обрешётка, её я миновать вряд ли смогу.

Это при условии, что у меня получится впитать душу Падальщика из яйца, само собой.

— Есть ещё подвальные помещения, возможно, там найдётся место для проникновения, — начал что-то прикидывать в уме Евгений Михайлов, явно подразумевая вполне конкретное место. — Ладно, об этом можно будет подумать позже, если надобность действительно возникнет. Но, в любом случае, хорошо иметь такую возможность.

Тут я был с ним полностью согласен, моя бы воля, я бы вообще собрал коллекцию таких вот яиц или «маринованных» существ, чтобы менять «слот» способности по необходимости. Если запечатать демона, вынуждающего людей говорить только правду и всегда иметь его под рукой, тоже можно многие проблемы решить. А ведь различных существ много, и наверняка каждое из них при пожирании души может дать какую-то свою необычную способность. Разумеется, речь идёт только об опасных и желательно вообще не разумных существах, я же всё-таки не хладнокровный убийца.

— Я хочу увидеть ёкаев и сокровища! — заявила Ника. — Без меня ты никуда не пойдёшь!

— А ты не забыла, что завтра, точнее, уже сегодня тебе нужно вернуться на учёбу? — напомнил ей отец. — Ты и так задержалась здесь дольше положенного.

— Ну па-ап, — поморщилась сестра.

— Не «папкай» мне тут. Бери пример с Виктора, он ни одного занятия не пропустил, и третий год остаётся лучшим учеником на потоке.

Девушка насупилась.

— Не всем же быть ботаниками. Зато я два года выигрывала конкурс красоты между Академиями!

— Это можно считать достижением, только если ты собираешься удачно выскочить замуж, — без тени улыбки заметил Михайлов-старший. — Но что-то мне подсказывает, что таких планов у тебя нет. Поэтому сейчас ты выспишься и к вечеру отправишься обратно в Академию.

Вероника сделала ещё несколько попыток переубедить отца, но он не повёлся ни на шантаж, ни на демонстративное заламывание рук и нытье, ни на различные обещания. Похоже, в отличие от брата, которого я ни разу не видел с того момента, как покинул особняк Михайловых, Ника была той ещё бунтаркой: прогуливала занятия, устраивала вечеринки, провоцировала драки. Обо всём этом она сама же мне и рассказала чуть позже, а пока мы с отцом семейства продолжили обсуждать произошедшее сегодня. От него я узнал, что закрытые зоны, подобные депо, есть во всех городах: где-то это заброшенные заводы, дома, есть даже парки и целые леса. Частенько бывали случаи, когда опасность локаций становилась слишком высокой, и сгонять армию, священников и медиумов было просто не выгодно и бессмысленно. Куда проще было взорвать всё к чертям или оцепить территорию, повесить запрет и поставить охрану, ограничивающую доступ к опасному месту. Разумеется, при условии, что происходящее внутри не пыталось выйти за пределы локации. Но это я уже слышал и от Марго Моретти, разве что, не представлял масштаба распространения подобных «тёмных» мест, а вот пояснение от Евгения Михайлова о правовом вопросе было полезным. В частности, стало понятно, почему СБР УИ не стали нас даже задерживать: у них просто не было на это полномочий, они даже хулигана на улице, по факту, арестовать не могли. Этим занималась исключительно полиция, которая в подобные закрытые места никогда бы не сунулась.

— Так может мы еще и жалобу можем подать? — азартно спросила Ника.

— Ну так-то наглеть не стоит, — покачал головой глава семьи. — Всё-таки вы проникли на закрытую территорию, и, судя по вашему рассказу, там погибло много бойцов СБР УИ при вашем косвенном участии.

Затем в кабинет постучала Горта, зашла не дождавшись разрешения, и принялась расставлять многочисленные блюда прямо на рабочем столе Михайлова поверх каких-то рабочих бумаг. По-моему, хозяин дома сам удивился её наглости, но кухарка так сурово на него посмотрела, что он не посмел протестовать. В результате передо мной появилось три салата, мясное жаркое в горшочке, какая-то рыба, пирожки, морс, чай, пирожные. Если это она приготовила «по-быстрому», то что было бы, если бы кухарка всерьёз запарилась?

— Выгнали ребёнка из дома и совсем по миру пустили, — возмущённо пробормотала она себе под нос, с грохотом ставя очередную тарелку. — Я видывала умирающих от смертельных болезней в куда лучшем состоянии. Изверги.

Михайлов втянул голову в плечи, старательно делая вид, что его тут нет.

— Чтобы всё съел, — велела мне кухарка, погрозив пальцем. — Завтра ещё с собой еды дам.

Только когда она ушла, мы облегчённо выдохнули.

— Мы тебе поможем, — заверила Ника, увидев на моём лице искрений ужас. — Если Горта сказала, что всё нужно съесть, то тарелки должны остаться пустыми, тут других вариантов нет.

И мы взялись за дело, как говорится, семейным подрядом. Даже глава семейства не стал отлынивать, и спустя час мы с Никой наконец-то смогли пойти спать. Сестрёнка предложила лечь вместе со мной, чтобы защитить от домового, но я категорически отказался. Это было слишком смущающе и вместе с тем оскорбительно для меня, как для специалиста. Домовой — это довольно слабый дух, после Садако бояться его просто не солидно.

Спать я лёг в той же комнате, что и раньше, видимо, её уже застолбили за мной. Конечно, прежде чем завалиться в кровать, я решил обеспечить себе безопасность и нарисовать защитную руну рядом с кроватью. Жаль, что со мной не было стандартного набора медиума с краской и ручкой, поэтому пришлось снова тратить свою кровь. Но стоило мне начать рисовать, как из-за спины раздался мужской голос:

— Привет, Роман. Кто бы мог подумать, что от тебя действительно будет какая-то польза.

Глава 13

Обернувшись, я увидел того самого мощного лысого бодибилдера-пенсионера с седой бородкой, изначально затянувшего меня в этот мир. Всё в той же зелёной обтягивающей одежде, которую он так и не поменял с нашей прошлой встречи. И это было одним из факторов, подтверждающих мои подозрения касательно хитрого старика. Я много думал о том, что и как он говорил, прокручивал в голове подробности встречи и делал различные предположения. И даже прикинул план действий на случай новой встречи, если она когда-нибудь состоится, и вот, когда мне было вообще не до этого, он вдруг объявился. Хотя, в целом, это предсказуемо, ведь старик, как и местный домовой, явно тесно связан с особняком Михайловых.

— Александр Георгиевич, — поприветствовал я отца Евгения Михайлова, так и не поднявшись с корточек и продолжив рисовать руну, правда, теперь слегка её изменив. — Очень рад вас видеть.

И это была чистая правда, как и все, что я произношу вслух. У меня было очень много вопросов к этому человеку, точнее, не совсем человеку. Сейчас, имея определённый опыт в качестве медиума, я мог даже визуально определить, что передо мной находился призрак. Да, с очень сильной душой, поэтому он выглядел практически таким же материальным, как обычный человек. Но меня-то не обманешь! Уж не знаю, как он влез в мой сон тогда, в момент моего появления здесь, но это совершенно точно не живой человек, а очень сильная душа мертвеца.

— Я знаю, что ты разобрался с Орловым. Совсем неплохо, — похвалил меня старик.

— Есть такое, — согласился я, на мгновение перестав рисовать руну, чтобы как следует её продумать и не ошибиться в мелочах. — Это об этой опасности для семьи вы говорили?

Рука практически на автомате выводила на полу отлично знакомую мне руну запечатывания. Вот только эта её вариация изначально должна была ограничить передвижения домового в пространстве, словно превращая в бабочку, временно приколотую булавкой к стене. Более того, принцип действия руны предполагал, что «булавка» сама притянет к себе «бабочку», не дожидаясь, пока она сама подойдёт на достаточно близкое расстояние. А затем я планировал поговорить с едва не задушившим меня существом с помощью силы, полученной от клоуна, ведь домовой, по сути, такой же ёкай, только западный.

— Об этой и о многих других, — пафосно заявил старик, не особенно обращая внимание на то, чем я занимаюсь. — Тучи сгущаются, над нашей семьей и над всеми островами.

— Острова тоже мне спасать? — ехидно уточнил я.

Честно говоря, хоть я и надеялся когда-нибудь ещё раз встретить этого старика, но тяжелая ночь вкупе с очень сытной трапезой от Горты давила на веки многотонным грузом. И это отнюдь не улучшало моё настроение.

— Едва ли ты потянешь что-то подобное, — хмыкнул в бороду старик. — Но мне нравится, что ты развиваешься, профессия медиума хоть и опасна, но очень почётна. Я слышал всё, о чем вы сегодня говорили с моим внуком и правнучкой. У тебя появилась очень полезная способность: существ на островах расплодилось великое множество, и если ты можешь брать на сутки способность любого из них, то это открывает невероятные возможности.

— А сам бы я не догадался. О своих способностях я более или менее осведомлён. — Я вновь не удержался от подколки: — А вы, значит, любите подслушивать?

— Просто по определённым причинам я не могу показываться своим близким, поэтому приходится действовать скрытно.

— Это и называется «послушивать», — повторил я. — Может, и подглядыванием занимаетесь иногда? За девушками тоже?

С одной стороны, я был рад, что старик всё-таки объявился и я получил возможность с ним поговорить, а с другой, я слишком устал за день. Всё это вылилось в сильную раздражительность и желание получить необходимые мне ответы на вопросы как можно быстрее.

— Не стоит ехидничать с единственным человеком, способным вернуть тебя в родной мир, — заметил старик с лёгкой угрозой в голосе. — Я могу стереть тебя в порошок одним щелчком пальцев.

Эти его слова меня на самом деле рассмешили.

— Правда? А давайте!

Старик некоторое время буравил меня взглядом.

— Скажи спасибо, что ты мне ещё нужен.

— Спасибо, не надо, — продолжил я. — Мне вот сейчас интересно другое — как мог обычный призрак перенести меня из одного мира в другой? То есть, конечно, у вас сильная душа, и память явно сохранилась, но… перенос в другой мир? Не верю.

Я отчётливо видел, что мой собеседник занервничал.

— Я не какой-то там призрак!

— Да? А вот сейчас мы это и проверим!

Я активировал руну, на всякий случай вложив в неё уйму энергии души, и старика подтянуло к полу, вынудив рухнуть плашмя и распластаться в позе морской звезды лицом вниз.

— Что ты сделал⁈ — возмущённо воскликнул он, тщетно пытаясь вырваться. Мышцы здоровяка напрягались, норовя разорвать одежду, но толку от этого не было никакого. Да и откуда вообще мышцы у нематериальной души?

— Поймал призрака, — ответил я, довольно ухмыльнувшись. — Я же медиум, у меня работа такая. Очень почётная, как я слышал. Теперь осталось сдать его в церковь, чтобы священники провели обряд упокоениия.

— Что за глупости⁈ Отпусти меня немедленно!

Разумеется, я не собирался делать ничего подобного. Более того, я планировал допросить хитрого старика, чтобы узнать всё о своём появлении в этом мире, раз уж представилась такая удачная возможность. Главное, самому не уснуть в процессе.

— Отпущу сразу, — я не удержался и сладко зевнул, — как только получу ответы на все вопросы.

Старик всё ещё упорно пытался подняться, но не смог сдвинуться ни на миллиметр.

— Я же от тебя мокрого места не оставлю!

Я ещё раз зевнул.

— Ла-адно, если так, я пока посплю, а поговорим мы утром. Может к разговору даже присоединится ваша правнучка. Да и внук будет рад наконец-то поговорить с пропавшим дедушкой, ведь, насколько я понял, никто не знает, как и куда вы исчезли.

— Нельзя! — тут же сказал старик. — Им нельзя меня видеть!

— Почему? — заинтересованно спросил я. — Если не расскажете о причине, то я позову Нику прямо сейчас.

Некоторое время он молчал, видимо, решая, есть ли у него другие варианты. Причём я был уверен, что мои руны не смогут удержать столь сильную душу, если она начнёт сопротивляться всерьёз, но, к счастью для меня, старик этого не понимал. Видимо, не часто его ловили медиумы, чтобы он разбирался в особенностях наших навыков.

— Я не могу контактировать со своими потомками, — нехотя пробормотал он. — Это запрещено.

— Кем? И почему? Со мной же вы можете общаться.

— Так ты и не потомок, — уже спокойнее ответил Михайлов. — Кровь из другого мира не считается, поэтому я тебя и затащил сюда. Это была удачная импровизация, в которую я вложил практически все оставшиеся у меня силы.

Значит, всё-таки это был он? Если честно, я уж думал, что старик меня и вовсе обманул. Просто нашел в поле рядом с особняком и наплёл всякой чуши. А попал я сюда по совсем иным причинам, не известным даже ему.

— И всё-таки кем запрещено-то?

— Можно назвать это высшими силами, — немного подумав, ответил старик. — Или даже высшим Законом. Сложно объяснить, а главное, ты всё равно ничего не поймёшь.

— Но вы всё-таки мертвы? — уточнил я. — Ника говорила, что вы достигли уровня Грандмастера — это же что-то рядом с богами? Как мог кто-то убить вас?

— Всегда есть кто-то сильнее. Или что-то….

И старик поведал мне о том, как превратился в призрака, точнее, это нельзя было назвать полноценным превращением. Александр Михайлов стремился к силе всегда. Застав момент смещения Оси Мира, он постоянно развивался, сражаясь с различными существами и демонами, прущими из многочисленных порталов. И в какой-то момент он смог перейти порог ступени развития, условно называемой Грандмастером. И тогда случилось нечто странное — само пространство начало отвергать его, вынуждая отправиться в далёкое путешествие среди других миров. Проще говоря, он стал настолько силён, что его буквально пинком под зад выгнали прочь. Но Михайлов чувствовал ответственность за своих потомков, поэтому часть его души, как это бывает с умирающими людьми, осталась здесь. И, разумеется, последним его желанием было помочь своей семье всем, чем сможет, защитить их от любых опасностей.

— То есть, здесь сейчас не вы? — уточнил я.

— Нет, конечно. Только остаточный след от души. И я тут же рассеюсь, если вступлю в контакт с кем-нибудь из потомков, поскольку это противоречит Закону.

— Откуда вы это знаете? Кто-то же должен был вас об этом предупредить?

— Тебя кто-нибудь предупреждал, что, упав с самолёта, ты разобьешься? Нет, ты просто знаешь, что так действует закон тяготения. Вот и я точно знаю, что контакт с потомками запрещён. Последней мыслью настоящего Александра Михайлова было беспокойство за семью, и поэтому я остался здесь, чтобы помочь им, по факту, без возможности это сделать самому. И поэтому я потратил практически всю оставшуюся энергию души, чтобы создать тебя.

Мне показалось, что я ослышался.

— Создать?

— Тело. Я создал его своими силами и вселил в него душу родственника, погибшего в очень близком к нам мире в момент выброса огромного количества энергии. Очень удачно в твоём мире в тот самый момент произошла катастрофа — тот самый сдвиг Оси Мира, спровоцированный у нас Генрихом Харрера.

— Стоп. Что? Но в моём мире не было ничего подобного! — воскликнул я, мгновенно избавившись от остатков сна.

— Это ты так думаешь. Не знаю, что именно произошло в вашем мире, но он ступил на наш путь, хоть и несколько позже.

— Да это бред! — возмутился я.

В такую глупость не хотелось верить. У меня там остались родители, брат, его семья. Если начнётся такая же жесть, как была в этом мире в момент смещения Оси, то это будет конец света. В 21-м веке у нас накопилось слишком много выдуманных историй о различных существах и, если хотя бы тысячная из них материализуется, человечество вымрет за одни сутки. Как они вообще смогли сдвинуть эту Ось? Неужели запуск большого адронного коллайдера поспособствовал? Или ещё какие-нибудь излишне смелые эксперименты учёных?

— А ну подожди, — пробормотал я, и принялся быстро рисовать рядом со стариком руну детектора лжи. — Положи сюда руку и повтори то, что сказал.

Старик не стал сопротивляться, и выполнил мой приказ. Руна не покраснела, а значит, он говорил правду, или искренне считал так. Для проверки я попросил его сказать какую-нибудь откровенную ложь, и руна действительно загорелась красным. Затем старик тезисно повторил всё, что сказал ранее, и руна всё подтвердила. Уж не знаю, стопроцентная ли это гарантия, но теперь мне стало действительно страшно за родных, оставленных в том мире.

— Правильно ли я понимаю, что на самом деле ты не можешь вернуть меня в мой мир? — задал я ещё один важный вопрос. — Это же было вранье?

— Не могу, — признался старик. — Точнее, настоящий я наверняка смог бы, я же лишь остаточный кусочек души, уже потративший практически все свои силы на тебя. Поэтому нельзя сказать, что я соврал. И не забывай, что ты на самом деле умер, а я дал тебе вторую жизнь.

— А может меня бы откачали, — вяло огрызнулся я. — Я же всего лишь упал в канализационный люк.

— Вообще-то не совсем, — не согласился Александр. — Точнее, «совсем не».

— Это ещё что значит⁈

— Если отпустишь меня из этого унизительного положения, то я покажу. Обещаю, я не причиню тебе вреда.

Руна промолчала, значит, он не врал, хотя, понятие «вреда» может быть разным, и он всё равно мог устроить мне какую-нибудь каверзу. Впрочем, имея теперь уверенность в том, что передо мной всего лишь призрак, я накачанного старика особо и не боялся.

— Ну давай, попробуем, — решил я, и провёл рукой по нарисованной кровью руне, стирая её.

Старик рывком поднялся на ноги и подвигал шеей, будто разминая её. Хотя, чего там разминать призраку? Затем он протянул ко мне обвитую тугими мышцами руку, но я дернулся от него в сторону.

— Да успокойся ты, — прикрикнул старик. — Я просто помогу тебе вспомнить, что случилось с тобой на самом деле.

Он прикоснулся к моему лбу и его пальцы прошли сквозь кожу и кость куда-то в мозг. В этом не было ничего необычного для призрака, но где-то там в голове появилось ощущение лёгкой щекотки, сильно меня насторожившее. А потом в глазах резко потемнело, и я вдруг оказался на родной улице в Москве. Я часто пробегал здесь в разное время суток — утром, когда город ещё спал, вечером, когда соседи во всю гуляли и пьянствовали, и ночью, встречая на пути лишь одиноких прохожих, прячущихся в тенях. Пожалуй, я скучал по этим пробежкам, родному городу и безопасному тихому району. Я даже представить не мог, насколько он на самом деле безопасен: ни тебе существ, ни демонов, только люди, опять же, даже не обладающие никакими способностями. В наушниках играет музыка, телефон оттягивает карман, а игра теней вокруг не пугает, а лишь добавляет какого-то романтичного настроя. Ничем управлять в этом видении я не мог, лишь наблюдал за происходящим «изнутри», но даже так моё старое тело теперь ощущалось непривычно грузным и тяжелым.

Шаг за шагом я бежал по асфальту, приближаясь к злосчастному зеву открытого люка, притаившемуся среди многочисленных теней. Я отчётливо помнил, как задумался о чём-то, глядя перед собой, и не заметил внизу, под ногами круглую дыру. Зато сейчас я мог опустить взгляд и увидеть… чёрт, это совершенно не канализационный люк! Более того, он даже не идеально круглый!

Время замедлилось в тот момент, когда я поднял ногу, чтобы наступить на фейковый люк, и у меня появилась возможность рассмотреть его во всех подробностях: чёрная клякса походила на люк по форме и структуре в целом, но весь облик портили два маленьких глаза и тонкая линия рта. Моя нога опустилась прямо в центр этого… существа, но не коснулась его, поскольку рот широко распахнулся, я потерял равновесие и буквально нырнул вниз. Причём пасть плоского существа оказалась значительно шире, чем люк, и уходила в стороны, прямо на асфальт. С глухим звуком «бульк», сам при этом не издав ни единого писка, я ухнул в темноту.

Дернувшись всем телом, которое вновь стало молодым и поддающимся контролю, я шарахнулся от старика.

— И что это было⁈

— Могу предположить, что это был мимик, — спокойно ответил старик. — По многочисленным историческим записям они появились в нашем мире одни из первых. Хищники, не имеющие своего облика, и способные принимать форму неодушевлённых предметов, чтобы заманивать добычу в ловушку. Чаще всего они притворялись сундуками, дверьми и… видимо, канализационными люками. Вычислять и убивать их не трудно, поэтому мы уничтожили всех мимиков в первые несколько лет после Великого Катаклизма. Вероятно, тебе «повезло», и ты напоролся на одного из самых первых мимиков, материализовавшегося в вашем мире.

Я медленно выдохнул, и принялся ходить по комнате.

— Да нет, быть того не может… бред же. Неужели мама и папа, Руслан с женой и моя крестница, все они окажутся в центре Великого Катаклизма⁈

Ещё в первые дни после появления в этом мире, я успел изучить историческую литературу и примерно представлял, что происходило в тридцатых годах прошлого века в момент смещения Оси Мира. Сколько людей погибло по всей многострадальной планете…

— Мне нет смысла врать тебе, — заверил старик, заметил мой взгляд, и поправился: — Теперь. К тому же, это ни на что не влияет, вернуться в свой мир ты всё равно не сможешь.

— Это тебе тоже сказал Закон? — хмуро уточнил я.

— Только логика, ведь ты ещё даже не достиг ранга Воина. Я же, когда смог покинуть этот мир, был на уровне Грандмастера. Потребуются десятки лет тренировок…

Я понимающе кивнул, и вдруг в голове что-то щёлкнуло. Я же всё-таки не обычный человек, у меня есть способности, дающие определённые преимущества.

— Как говорят спортсмены, залог успеха — это тренировки и правильное питание. И уж подходящую диету я себе точно смогу обеспечить…

Глава 14

В целом, продолжив общение с призраком, я понял довольно интересную вещь — он не так уж и много знает о том, что происходит вокруг. Той частицы души, что осталась здесь, достаточно для поддержания осознанной беседы, и характер человека явно сохранился, но вот так называемая «база знаний» оказалась очень ограничена. Например, старик не помнил практически ничего о своей прошлой жизни кроме самого момента перехода в иной мир и каких-то общих фактов, возможно, даже подслушанных из разговоров жителей особняка. Перед тем как перенестись прочь отсюда, Александр Михайлов волновался о своей семье, и все его мысли и действия теперь были направлены на помощь потомкам. Он вёл себя словно искусственный интеллект, запрограммированный на одно конкретное действие — защищать родных. Даже моё появление в этом мире старик никак толком объяснить не мог, хотя был железобетонно уверен в том, что стал главным его инициатором.

— То есть, никакой помощи ты мне оказать не можешь? — уточнил я. — Ни силы, ни знаний у тебя нет?

После того, как я убедился в том, что старик — это всего лишь туповатый призрак, обращаться к нему на «вы» совершенно расхотелось. Можно считать это профдеформацией, но у подобных призраков даже личности как таковой не было, чтобы проявлять к ней уважение.

— Все силы я потратил на то, чтобы ты снова жил после того, как переварился в желудке мимика, — с явным намёком ответил старик. — Поэтому побольше уважения в голосе, молодой человек.

— Тут я спорить не буду, — согласился я. — Благодарность присутствует. Но присутствуют и сомнения в том, что я попал сюда именно благодаря тебе.

Старик усмехнулся в бороду.

— Ну вот, стоило узнать, что я призрак, сразу начал «тыкать» старику, недоверие проявлять. А ведь до ухода из этого мира я бы стёр тебя в пыль прежде, чем ты успел моргнуть.

— Значит, мне повезло, что мы встретились только сейчас, — не остался я в долгу. — Или не повезло. Всё-таки, обладай ты подобной силой, наверняка и вернуть бы меня обратно в мой мир смог. И кстати, об этом: появился я здесь в своём взрослом теле, а потом вдруг омолодился. Как ты это сделал?

— Это сложно объяснить, — явно слегка занервничав, ответил старик. — Не думаю, что нужно это делать сейчас.

— Я бы всё-таки хотел об этом послушать, — попытался настоять я.

— А мне кажется, что тебя больше интересуют родственники, оставшиеся в том мире. Разве ты не хочешь узнать, живы ли они?

Разумеется, я всё ещё был шокирован тем, что узнал о своём мире. По факту, там начался самый настоящий апокалипсис и шансы выживания моей семьи во всём этом бедламе были не очень велики. А если быть до конца честным с самим собой, то просто мизерны. Они никогда не занимались боевыми искусствами, не хранили в доме оружие. Брат служил, но на «срочке», едва ли там учили, как отбиваться от различных мистических тварей. Оставалось надеяться, что загородный дом родителей достаточно укреплён, чтобы как следует в нём окопаться. Ох, меня бы сейчас туда даже с теми знаниями, что есть сейчас, я бы наверняка смог им помочь — нанести защитные руны на стены, договориться с призраками, сожрать душу какой-нибудь твари, чтобы получить подходящие способности. Хотя, конечно, было бы ещё лучше, если бы я владел какими-нибудь по-настоящему сильными боевыми навыками, до которых у меня до сих пор даже руки не дошли.

— Так хочешь или нет? — вновь поинтересовался призрак, прервав мои размышления.

— Конечно хотел бы!

— А ведь я знаю, как можно это сделать… — начал старик и замолчал, глядя на меня смеющимся взглядом.

Понял — не дурак, дурак бы не понял.

— Тогда я прошу, помогиТЕ мне, — мгновенно исправился я.

— Сразу вернулось уважение? — хмыкнул он. — Я знаю, откуда ты пришёл и в теории мог бы туда попасть и узнать, что происходит с твоей семьёй. И даже помочь им советом, если они ещё живы.

Советчик из призрака без памяти был довольно сомнительный, а вот получить хоть какую-то информацию о родных мне очень хотелось.

— И вы сделаете это для меня?

— Обязательно, — подтвердил старик. — После того, как над моими потомками перестанет довлеть неминуемая смерть.

Я поморщился.

— Звучит довольно абстрактно.

— Наоборот, — не согласился призрак. — Я всё ещё вижу скорую смерть всех жителей Островов. Она витает над каждым из них.

С учётом того, что я и сам теперь один из этих жителей, звучало это не слишком оптимистично.

— А причины смерти там не видно? — уточнил я.

— Нет. Кстати, уверен, ты и сам смог бы увидеть знаки смерти, если бы захотел. Ты же медиум. Я неоднократно слышал, что вы на это способны.

Эти его слова звучали подозрительно, как, в принципе, и вообще всё, что говорил призрак. Где он мог слышать о медиумах? Почему об этом призрак помнит, а на другие более простые вопросы ответить не может?

— Но это точно не абстракция? — принялся размышлять вслух я, всё ещё надеясь получить хоть какие-то ответы. — Есть какая-то конкретная опасность для Островов в целом? А если я, например, уговорю Михайловых уехать отсюда?

— Попробуй, — пожал плечами Александр Михайлов. — Но учти, что Объединение Островов считается самым безопасным местом на Земле. Не так-то просто уговорить кого-то покинуть их…

Особенно когда не можешь точно сформулировать причины переезда. Но попытаться всё-таки стоит, вдруг получится. Хотя, далеко не факт, что в другом месте им сразу перестанет грозить смерть. Да и в целом это очень опасный мир, что ж мне теперь, до конца жизни быть телохранителем всех Михайловых? За Нику я однозначно любому пасть порву, но я пока не настолько силён, чтобы справиться абсолютно со всеми напастями. Да и разорваться чтобы находиться сразу в нескольких местах и защитить всю семью, я не могу. Не говоря уже о том, что Виктор и Евгений Сергеевич вряд ли примут мою защиту.

— Если подумать, всё-таки есть кое-что, чем я могу тебе помочь, — задумчиво проговорил старик, заметив недовольство на моём лице. — В доме есть один тайник, о котором не знает никто из моих потомков.

— И что в нём?

— Без понятия. Я помню только сам факт его существования, и как до него добраться. Возможно, то, что находится там, тебе как-то поможет. А возможно, там всего лишь деньги.

Всего лишь деньги? Лично я не имею ничего против подобных находок. Да и кто я такой, чтобы отказываться от семейных тайников? Как говорится, «дайте два»!

Старик объяснил мне, где находится тайник, и как его можно открыть. Что приятно, замок оказался завязан на родовой медальон семейства Михайловых, постоянно, путь и незримо, висящий на моей шее. Хоть какой-то от него толк будет. А то уже сколько времени он со мной, и до сих пор «не выстрелил».

— С этим всё понятно, — резюмировал я. — А что вы говорили о знаках смерти? Что это такое вообще?

— Ой всё, об этом мы поговорим в другой раз, — отмахнулся старик. — Приходи сюда, в этот дом, через недельку-другую, и тогда, возможно, я вспомню что-нибудь ещё.

— Но у меня ещё есть вопросы!

— Нет времени. Там тебе грозит опасность.

— Там?

— В реальном мире.

А в следующий момент я открыл глаза и понял, что лежу на полу, а прямо передо мной виднеется в свете люстры незаконченная руна. Чуть далее от неё ко мне медленно приближался едва различимый в тени от мебели сгусток тьмы. Времени на размышления о том, как я тут оказался и почему, совершенно не оставалось, поэтому я сразу довёл до конца последнюю линию на руне и активировал её. Сгусток мгновенно почувствовал опасность и попытался сбежать, но я усилил приток энергии и его притянуло словно магнитом и распластало на полу поверх руны.

Теперь-то домового, а это был именно он, вырвало из глубин изнанки, и я смог рассмотреть его более внимательно. Как ни странно, больше всего домовой напоминал того самого Нафаню из знаменитого очень старого мультика. «Микродедок» ростом сантиметров в сорок с нечёсаной бородой, в одежде из разноцветных кусков ткани. Он всё ещё тщетно пытался вырваться из западни, дергаясь всем телом и яростно сверкая глазками-бусинками в мою сторону. Я же, выдохнув, опустился на кровать и задумался.

Что ж, теперь стало понятно, почему в течение всего времени разговора с призраком старика Михайлова никто не ворвался в комнату. Уверен, сестра не просто так позволила мне спать в одиночестве и озаботилась моей безопасностью, поставив в комнате камеры. Но раз уж всё происходило во сне, то очевидно, что никто там нас потревожить не мог. Вот только теперь возникал вполне логичный вопрос — насколько все происходящее там было настоящим? Старик действительно призрак? Или он просто разыграл передо мной спектакль, позволив захватить его с помощью руны и допросить? И правда ли то, что он показал и рассказал о моём родном мире? Хотя, сон всё же был слишком реалистичен, чтобы считать его простой игрой воображения.

«Ладно, мне достаточно лишь найти тайник деда, и это станет подтверждением реальности всего произошедшего во сне. Ну, условной реальности», — подумал я, продолжая разглядывать домового.

— Ну а ты? — проговорил я вслух, глядя на «микродедка». — Что будем делать с тобой? Вот скажи честно, ты опять пытался меня убить или просто пришёл поздороваться?

В базе данных Ассоциации была информация о домовых, но её было не так уж и много. Духи домашнего очага, не столько в физическом, сколько в метафорическом смысле, оберегающие дом от проникновения опасных для человека духов. Помогающие по хозяйству, немного проказливые, но в целом добрые существа. Поэтому всё ещё непонятно, какие у него могли возникнуть претензии лично ко мне?

— Ловушка тебя не отпустит. Даже не надейся вырваться, — предупредил я. — Поэтому предлагаю всё-таки наладить диалог.

Домовой продолжил зло пялиться на меня, лишь иногда порыкивая он натуги, но руна действительно была очень мощной. Хорошо, что я вырубился в тот момент, когда её практически полностью дорисовал и оставался лишь последний штрих.

— Ты — зло! — прошипел домовой.

— Я зло⁈ В отличие от некоторых, я хотя бы людей не душу!

— Зло, — упорно повторил «микродедок».

— Так дело не пойдет, — поморщился я. — Либо мы достигнем мирного соглашения, либо дом Михайловых останется без хранителя. Я же ведь «зло», а значит, вполне могу исполнить свою угрозу.

Домовой прекратил дёргаться и о чём-то задумался.

— Ты — зло, — повторил он, но уже без лютой ненависти, просто как сухую констатацию факта. — Убью.

— Зло, зло, — согласился я. — Но своё зло, родное. Зачем меня убивать?

Я направил энергию в область шеи, чтобы стал виден медальон с буквой «М».

Домовой на это моё действие никак не отреагировал и, кажется, я оказался в тупике, не зная, что с ним делать дальше. Убить или впитать его душу? Я же не зверь какой-то и уж точно не «зло», чтобы быть настолько жестоким. Но и договориться с ним тоже не получается. Что же остаётся?

Голова буквально раскалывалась от усталости и ничего дельного придумать не получалось.

— А знаешь что, полежи здесь, подумай над своим поведением, а я пойду спать, — решил я. — Думаю, руна напитана достаточно, чтобы продержать тебя до утра, хотя…

Протянув руку, я коснулся домового, и тут же ощутил все его эмоции: в первую очередь сильнейший страх, затем беспокойство за жителей дома и только в последнюю очередь злость. Способность, полученная от клоуна, действовала на полную мощность, и грех ей было не воспользоваться.

— Не пытайся вырваться и не вздумай вновь пытаться меня убить, — скомандовал я, отчётливо ощутив, что он меня послушается. Вот только я не знал, сколько действует внушение, поэтому отпускать его всё ещё не собирался. — А уж утром, после завтрака, я решу, что с тобой делать.

Я рухнул на кровать прямо в одежде, но уснуть не успел, поскольку дело теперь происходило в реальности, и камеры в моей комнате, скорее всего, и правда были. Поэтому дверь в комнату распахнулась от удара, и ко мне ворвался ураган по имени Ника.

— Что происходит⁈ Ты в порядке⁈ — воскликнула она.

Увидев прижатое к полу существо, сестрёнка резко остановилась.

— Это то, что я думаю?

Я очень нехотя приподнялся с кровати.

— Ну не оскорбляй домового, не «что», а «кто» всё-таки, — поправил я. — Он просто пришёл со мной поздороваться.

Девушка опустилась на корточки и принялась внимательно рассматривать «микродедка».

— Какой маленький. И это он тебя чуть не убил?

— Вообще-то домовые — очень опасные существа, особенно на своей территории, — недовольно пояснил я. — Не обращай внимания на его безобидный внешний вид.

Ника скептически прищурилась.

— Ну фиг знает, на фоне тварей из подземки он выглядит как ручной хомячок. Похоже, я зря переживала за твою безопасность.

— И поэтому следила за мной через камеры? — уточнил я.

Беспокойство сестры было понятно и даже приятно, но всё-таки мне не нравилось, что за мной подглядывают.

— Конечно, — без всякого смущения подтвердила сестрёнка. — Я же не хотела на утро найти твой хладный труп. Сам же говоришь, что этот хомячок очень опасен.

— Теперь беспокоиться точно не о чем, он накрепко связан и будет лежать тут до утра. А я лично планирую лечь спать.

Девушка посмотрела сначала на меня, потом на домового, и покачала головой.

— Прямо здесь? Может, перейдёшь хотя бы в другую комнату.

— Мне нормально, — отмахнулся я.

В итоге спустя ещё некоторое время уговоров я действительно выпроводил Нику и лёг спать. Домового я совершенно не боялся, скорее даже наоборот, мне уже было жалко бедное существо, распластанное на полу. Но на переговоры дедок всё ещё не соглашался, а отпускать его просто так и рисковать своей жизнью я уж точно не собирался.

Я думал, что усну едва закрою глаза, но в итоге ещё долгое время ворочался туда-сюда, прокручивая в голове разговор с Александром Михайловым. Вспоминал семью, пытаясь представить, как они будут вести себя в мире мистического армагеддона и что за существа могут материализоваться на планете, заполненной любителями аниме, фантастики, ранобе, манги и фильмов ужасов. И логика подсказывала, что наш мир перенесёт смещение Оси Мира гораздо тяжелее, чем этот. Ещё я думал о том, что же найду в тайнике старика? В том, что это был не просто сон, я практически не сомневался, он был слишком реалистичен, но всё-таки хотелось получить материальное тому подтверждение. Но только после того, как я как следует высплюсь…

Утром, а точнее, уже днём, едва открыв глаза, я тут же повернулся и проверил домового. Старичок был на месте и всё так же буравил меня глазами бусинками. Руна даже совершенно не просела по энергии и светилась почти так же ярко, как в начале активации. Значит, моё внушение действовало исправно.

— Ну, доброе утро что ли, — буркнул я домовому.

— Зло, — повторил он.

— Да, да, я такой…

Стоило мне подняться с постели, как в комнату тут же ворвались сестра и профессор Семёнов, причём яркий и как всегда взъерошенный представитель науки появился в комнате даже раньше Вероники.

— Роман! — радостно поприветствовал он меня издалека, и тут же бросился к домовому. — Это же он, да⁈ Самый настоящий домовой⁈

Меня слегка удивил такой повышенный интерес со стороны профессора. Всё-таки жители этого мира соседствуют с подобными существами уже давно, и так сильно удивляться им довольно странно. Впрочем, Семёнов сам невольно ответил на мой невысказанный вопрос:

— Я практически не работал с мистическими существами, не совсем моя специализация. Но всегда хотел получше их изучить.

Профессор опустился на корточки рядом с домовым и осторожно прикоснулся к нему пальцем. Дедок яростно зашипел на него, но «злом» почему-то обзывать не стал.

— Стоп, стоп! — вмешалась Ника. — Домового ты исследовать не будешь. Он хранитель нашего дома, знаешь ли!

— Я просто посмотреть! — словно ребёнок, застигнутый за воровством конфет на кухне, проговорил этот седовласый мужчина, спрятав руки за спину. — Это сугубо научный интерес, ничего я с ним делать не буду. Тем более, мне сказали, что скоро я смогу познакомиться сразу с несколькими ёкаями! Это куда интереснее!

Я вопросительно посмотрел на сестру.

— Что? — пожала плечами она. — Лучше будет выпустить их в безопасном месте, у нас в подземной лаборатории. Мало ли что взбредёт ёкаям в голову, когда они окажутся на свободе.

— У нас заключён контракт, — напомнил я.

— Этот как с джиннами, — отмахнулась Ника. — Наверняка можно найти какую-нибудь лазейку в условиях, и они это обязательно сделают, если захотят. Не будем рисковать.

Я бы мог объяснить Нике, что контракт, подкреплённый душами существ нельзя обойти. Всё-таки тут речь идёт не о соблюдении условий, а о самом духе контракта. Иначе, если они не будут полностью и искренне согласны со смыслом, вложенным в условия, руны просто не сработают. Вот только я и сам не очень хорошо понимал, как это работает, чтобы грамотно всё сформулировать. В последнее время многие знания приходили ко мне сами по себе, на уровне ощущений, и я даже сам себе не мог объяснить, откуда что берётся.

— Ладно, — пожал плечами я. — Но сначала завтрак и поиски одного небольшого семейного тайника.

Глава 15

— Семейного? — удивлённо переспросила Ника.

— Именно, — довольно подтвердил я. — Остальное расскажу за завтраком. А сейчас все выйдите из моей комнаты, пожалуйста, дайте хоть душ принять спокойно и в себя прийти! Проходной двор какой-то устроили! Люди, призраки, домовые…

— Призраки? — переспросила сестра.

— Всё потом, — твёрдо сказал я. — Идите, идите.

Спать в одежде довольно сомнительное удовольствие, но, зная о том, что в комнате есть камеры, а рядом ещё и лежит агрессивный домовой, раздеваться совершенно не хотелось. Разумеется, я был в домашнем спортивном костюме, заботливо приготовленным прислугой, а не в одежде, пережившей путешествие по подземке. Но всё равно, по ощущениям, я проснулся таким же мятым, как футболка на мне, и мечтал только о горячем душе и сытном завтраке. И ещё меня откровенно взбесило, что ко мне в комнату постоянно кто-то врывается, пусть даже это милая и красивая старшая сестра.

Ника и профессор послушно ушли, а бедняга домовой всё так же лежал на полу, глядя на меня уже не столько злым, сколько усталым взглядом. Мне кажется, он уже сполна отплатил за то, что чуть меня не убил, но что с ним делать я всё ещё не понимал.

— Ты — зло, — на всякий случай напомнил он мне.

— Угу, — согласился я и с чистой совестью отправился в ванную.

После душа я всё-таки решил отпустить домового, тем более что оставаться в доме на вторую ночь уже не собирался. Слишком здесь было неуютно: камеры, люди, врывающиеся ко мне в комнату без спроса, и отчётливое ощущение того, что я здесь всего лишь гость.

— Ты свободен, — сказал я домовому, стерев одну из черт руны на полу. — Надеюсь, в будущем ты не станешь пытаться меня убить? В следующий раз я могу поступить гораздо более жестоко.

Но микростаричок повёл себя довольно неожиданно, поднявшись на ноги, и оставшись стоять на месте.

— Иди, — повторил я, и даже махнул рукой чтобы лучше донести смысл своих слов, но домовой помотал головой в ответ.

— Это еще что значит? — удивился я.

Домовой несколько раз открывал рот, пытаясь что-то сказать, но издавал лишь непонятные звуки. Он словно вспоминал, как это — говорить.

— Ты — зло. Нельзя. Ходить здесь. Без надзора, — спустя какое-то время смог выдать он.

Интересно. То есть, убить меня он не смог и теперь хочет следовать за мной по дому, чтобы… что? Не позволить мне воровать фамильное серебро? Или будет ждать удобной возможности, чтобы закончить то, что начал, когда я здесь только появился?

Мне очень хотелось узнать подробнее о планах существа, но десять минут расспросов не привели ни к чему, кроме усилившегося у меня аппетита. Домовой упорно повторял одни и те же слова, лишь иногда меняя их порядок.

— Ладно, — не выдержал я. — Ты делай что хочешь, а я пойду завтракать.

Открыв дверь комнаты, я обернулся и убедился в том, что он упорно следует за мной, однако, став более прозрачным, сместившись на верхний слой изнанки.

«Ну, пусть ходит», — решил я. — «Будет интересно посмотреть, как он себя поведёт, когда я освобожу ёкаев».

Завтрак в уже знакомой мне гостиной проходил в узком семейном кругу. Впервые на моей памяти во главе стола восседал сам Евгений Михайлов, по правую руку от него устроилась Вероника, по левую, как это ни странно, моя скромная персона. Семёнов смиренно сидел на противоположной стороне стола, на максимальном удалении от нас. По-моему, проще было ему позвонить, чем кричать через весь стол, настолько он далеко сидел.

— А где домовой? — тут же спросила Ника. — Ты его так и оставил лежать в комнате?

— Отпустил, — лаконично ответил я, яростно набросившись на завтрак.

Горта расстаралась ради меня от всей души: если перед Евгением Сергеевичем и Вероникой стояло лишь по паре блюд, то всё пространство передо мной было буквально заставлено тарелками. Английский завтрак из яичницы, бекона и тостов с колбасками, французский завтрак из круассанов с начинкой и блинчиков крепов, русский, состоящий из блестящих маслом блинов со сметаной, овсяной каши, яиц и бутербродов. Это даже не половина тех блюд, что я видел перед собой, причем приготовлены они все были по стандартам лучших ресторанов. Поэтому я не смог оторваться от завтрака до тех пор, пока не попробовал содержимое каждой из тарелок.

— Так что ты говорил о семейном тайнике? — нетерпеливо поинтересовалась сестренка, стоило мне на мгновение откинуться на стуле, чтобы немного выдохнуть.

— Да, мне тоже интересно, — присоединился к ней Евгений Михайлов. — Что это за тайник в моём доме, о котором знаешь ты, но не знаю я.

Скрывать мне было нечего, поэтому я кратко рассказал о встрече с его великим, но определённо мертвым, дедом.

— Значит, он всего лишь призрак? — разочарованно уточнил Евгений Сергеевич. — Это точно?

— Я в этом уверен, но стопроцентной гарантии, конечно же, дать не могу. Для начала стоит проверить, правду ли он сказал о тайнике.

— Так что же мы сидим⁈ — вскочила Ника. — Пойдем искать сокровища!

В принципе я уже наелся, поэтому тянуть с поисками не имело смысла. К тому же, мне и самому не терпелось узнать, что же находится в тайнике накачанного старика-призрака.

— Пойдём, пойдём, — согласился я, тоже встав из-за стола.

— А когда мы будем призывать ёкаев? — робко спросил профессор Семёнов.

— Мы спустимся в лабораторию, когда закончим свои дела здесь, — отмахнулся от него Евгений Сергеевич. — Веди.

Легко сказать — веди. Я этот дом обходил только один раз, когда дворецкий Хан проводил мне экскурсию, к тому же он показывал лишь общие помещения. Поэтому я понятия не имел, где находится спальня главы семейства.

— У меня в спальне? — удивился Михайлов-старший. — Это становится всё интереснее.

Спальня Евгения Сергеевича располагалась на самом верхнем этаже и выглядела так же минималистично, как и его кабинет. Ничего лишнего: кровать, тумбочка, телевизор на стене, две двери: одна ведущая в ванную, и другая — в гардеробную. По словам призрака, как раз в гардеробной и находился тайник. Самое смешное, что стоило мне оказаться внутри, как я сам смог разглядеть очертания скрытого в стене ящика. Уж не знаю, почему, возможно, из-за того, что он был скрыт на изнанке, которую я отлично мог видеть.

И тут домовой решил проявить себя и встать между мной и тайником.

— Ой, вот давай без этого, — поморщился я. — То, что находится в тайнике, я всё равно заберу.

— Ты — зло. Нельзя, — пробормотал микростаричок, погрозив мне кулачком.

— Ты с кем говоришь? — спросила из-за спины Ника.

— Домовой охраняет тайник, — пояснил я.

— Скажи ему, что хозяин дома позволяет тебе открыть этот тайник, — проговорил Евгений Сергеевич, всматриваясь в пространство передо мной. — И чтобы он не смел больше нападать на тебя. Он же должен как-то считаться с желаниями главы рода, домашний очаг которого охраняет.

Я особо не рассчитывал на осознанность микростаричка, но он неожиданно прислушался к словам Михайлова-старшего и отошёл в сторону.

— А так можно было? — удивился я. — Он действительно вас послушал.

— Так открывай уже тайник! — нетерпеливо прошипела мне в ухо сестра. — Где он⁈

Заставив появиться свой медальон, я опустился на корточки и коснулся им тайника. Раздался тихий щелчок и ящик открылся.

— Что там? Что там⁈ — нависла надо мной Ника.

Я открыл ящик и заглянул внутрь. Не знаю даже, что я ожидал там увидеть, не успел об этом подумать всерьёз, но уж точно это был не ворох каких-то бумаг. Ни магических артефактов, ни денег, ни ключей от камер хранения, вообще ничего интересного.

— И всё⁈ — практически хором воскликнули мы с Никой.

— Дайте-ка мне посмотреть, — попросил Михайлов-старший.

Я послушно передал ему бумаги.

— Так… это документация по проекту «Купол», — спустя какое-то время сказал он. — Какие-то технические подробности, результаты тестов, я в этом мало что понимаю. Покажем это Семёнову, может, он сможет сказать что-то более конкретное.

Всё ещё не веря, что кроме бумаг в тайнике ничего нет, я разобрал весь ящик. Увы, но ещё одного тайника внутри тайника не оказалось.

— Что же такого в этих документах, раз предок хранил их в тайнике? — недовольно спросила Ника, разочарованная содержимым тайника не меньше меня. — Проект «Купол», это же защита Островов от демонов? И он работает уже столько лет. С ним не может быть что-то не так.

— Я мало что знаю о «Куполе», — признался Евгений Сергеевич. — Но дед активно участвовал в его создании, так что нет ничего удивительного в том, что документация оказалась здесь. Может, там и нет ничего особенного, просто бумаги с работы.

Так и знал, что старик ничем дельным не поможет. Ему явно нравится водить меня за нос, как он сделал это при моем первом появлении в этом мире, так продолжает делать и сейчас. В результате после повторной встречи с ним я запутался ещё больше, было ли правдой то, что он рассказал о моём мире, действительно ли все Острова в опасности? Как можно увидеть эманации смерти? Вроде бы смерть людей может предсказывать Баньши, вот если бы мне найти такое существо и поглотить, то тогда я смог бы получить её способность без лишней траты времени. Нужно будет спросить у Мисси… ах да, её же больше нет… Чёрт, всё-таки ханьё единственная всегда была на связи и отвечала на все мои вопросы, от Джеймса сложно добиться не то что ответов, а просто того, чтобы он взял трубку. Всё-таки мне будет сильно её не хватать…

— Чего приуныл? — ткнула меня локтем в бок Ника.

Мы уже покинули комнату Михайлова-старшего и направились к лифту, ведущему в подземное царство Семёнова. Домовой упорно последовал за нами, я буквально чувствовал его взгляд, буравящий мою… до спины он вряд ли дотягивался со своим ростом, так что максимум, что он мог буравить — это коленку.

Михайлов-старший продолжал читать найденные в тайнике документы, а Нике явно стало скучно и хотелось поговорить. Слишком много в ней было энергии, в отличие от меня. Казалось бы, все говорят, что у меня очень сильная душа, море душевной энергии, но вот физически я себя постоянно чувствую избытым и усталым. Вот бы как-то научиться переводить душевную энергию в физические силы.

— Да вот думаю, правда ли, что в моём мире начался катаклизм? Этот ваш предок вроде бы так уверенно говорит, сложно ему не поверить, а потом выясняется, что кое в чём он недоговаривает, а в некоторых вопросах и вовсе откровенно обманывает.

— Я так понимаю, он обещал смотаться в твой мир, если ты избавишься он знака смерти, нависшего над нами? — уточнила Ника.

Я кивнул.

— Значит, пункт первый — понять, как можно увидеть этот знак смерти, поспрашивать Джеймса Харнетта или Макарова. И второй пункт — найти и избавиться от угрозы.

— Всего-то? — нервно хмыкнул я.

Девушка пожала плечами.

— Я так понимаю, на тебя теперь буду работать два ёкая с контрактами на месяц. И еще ты получишь сокровища из тайника. По-моему, более чем достаточно ресурсов, чтобы разобраться с этой проблемой.

И не поспоришь ведь.

Мы остановились у лифта и нажали на кнопку вызова.

— Я могу чувствовать эманации смерти при определённых условиях, — неожиданно сказал дворецкий Хан.

Я дернулся и удивлённо посмотрел на него. Оказывается, всё это время он был рядом с нами⁈

— Да? — оторвавшись от бумаг, переспросил Михайлов-старший. — Почему я об этом раньше не слышал?

— Это бывает редко, — не меняя лица, ответил азиат. — Только когда они достигают максимальной плотности, то есть, за минуту-полторы до смерти человека.

— И как это выглядит? — заинтересованно спросил я.

— Как тёмная дымка, формирующаяся над головой. Очень плотная, практически осязаемая.

Ну плотность дымки очевидно зависит от близости смерти, поэтому Хан и видел только максимально плотную дымку.

Мы зашли в лифт и тронулись вниз.

— Кстати, Дженн же тоже может предвидеть опасность для находящихся рядом людей, — вспомнил я. — Но, наверное, эта способность действует иначе.

— Ну вот, изучим этот вопрос, наверняка есть возможность как-то зафиксировать эти эманации смерти, — подбодрила меня сестра. — Может даже Семёнов может как-то с этим помочь.

— Ты сегодня уезжаешь в Академию и будешь изучать предметы, по которым отстаешь от остальной группы, — напомнил ей Евгений Сергеевич. — А если Роману понадобится помощь, то я смогу найти подходящих людей.

Знать бы ещё кого искать. Пожалуй, для меня действительно проще всего будет найти подходящее существо, сожрать его и получить необходимую способность. Возможно, нечто подобное можно проделать и с человеком, но я на такое точно никогда не пойду. Не хочется превращаться в Шанг Тсунга из старого доброго файтинга, хотя его знаменитое «Your soul is mine!» всегда выглядело очень пафосно.

Лаборатория практически не изменилась со времени моего последнего появления здесь, не считая того, Семёнов уже успел установить на отдельный стол стеклянные капсулы с яйцами Падальщиков. К каждой был подведен отдельный пучок проводов с различными датчиками, и все они вели к отдельно стоящему компьютеру. Сам Семёнов встретил нас у входа в основной зал лаборатории, но вместо долгожданный ёкаев получил от Михайлова стопку бумаг из тайника. Сперва удивившись, он быстро понял, о чём в них идёт речь, и углубился в чтение, мгновенно забыв о нас.

— Ну что, выпускаем их? — поинтересовался я.

Основной зал, в котором обычно я и встречался с Семёновым, представлял собой довольно большое помещение, примерно триста квадратных метров, с высоким потолком и небольшим количеством оборудования. Насколько я понял, профессор любил свободное пространство, даром что устроил лабораторию именно под землёй.

— Еще несколько минут, — остановил меня Евгений Михайлов. — Я вызову сюда охрану.

— А это обязательно? — насторожился я. — Может, я неправильно объяснил, но ёкаи не могут…

— Только так, — уверенно ответил он. — Существам нельзя доверять, они отличаются от людей.

Тут я бы с ним не согласился, как раз Существа вынуждены выполнять условия контактов, и по нашему контракту в течение суток после запечатывания они не могут нанести мне абсолютно никакого ущерба. А вот как в принципе заставить быть столь же честными людей, я даже не представлял. Да и сейчас именно я не держу своё слово, выпуская ёкаев не где-то в безопасном месте за чертой города, а здесь, в лаборатории Семёнова, в окружении охранников. Чувствую, они будут очень недовольны. С другой стороны, ёкаи все время нашего общения грозились меня сожрать, убить или оставить жить в подземелье против моей воли, так что лишний раз подстраховаться — не самый плохой вариант.

Дворецкий Хан куда-то ушёл с поручением от Михайлова-старшего, а в зал вошли несколько охранников со смутно знакомыми лицами. Парочка из них точно встретила меня в первый день в этом мире.

— Можно начинать, — дал мне отмашку Евгений Сергеевич.

Семёнов, ещё недавно мечтавший увидеть ёкаев, сейчас очень неохотно оторвался от бумаг из тайника.

— Подождите, я включу записывающее оборудование… — проговорил он, нажав несколько клавиш на ноутбуке. — Всё, теперь можно начинать!

Если с гофу всё было просто, достаточно было их порвать, то рвать свой живот я уж точно не собирался. Поэтому пришлось нарушать узор другим способом — вооружившись скальпелем, я напитал его душевной энергией и провёл черту через всю руну. Ох, надеюсь, в клинике смогут избавить меня от следов рун, не хочется до конца жизни щеголять со шрамами на животе.

Спустя всего мгновение прямо передо мной появились кицунэ, тануки, женщина-змея — Мако, Мэссиэль, Садако и головастый старик Госу.

— … подставить нас, — закончила кицунэ фразу, прерванную запечатыванием ещё там в подземелье, удивлённо огляделась по сторонам и выругалась: — Ксо! Где мы⁈

Мако тут же схватила Садако и спрятала себе за спину. Остальные ёкаи тоже напряглись, но, к счастью, не стали сразу атаковать кого-либо.

— Спокойствие, — быстро проговорил я, пока не случилось чего-нибудь непоправимого. — Мы в безопасном месте, в доме моей семьи. Здесь вы будете в полной безопасности.

Шестёрка ёкаев осмотрелась по сторонам, особое внимание уделив военным, стоящим на равном удалении от нас с оружием на изготовку.

— Это не совсем то, что я вкладываю в слово «безопасность», — прокомментировал увиденное Мэссиэль, поднял руку вверх и в ней практически мгновенно появился его меч, хотя я был уверен, что Ника его с собой в лабораторию не брала.

Глава 16

Вперёд выступил Евгений Михайлов.

— Это просто страховка. Мы хотим убедиться в том, что все ваши договорённости в силе и Роману не угрожает опасность.

Как это ни странно, обычно очень спокойный глава семейства Михайловых сейчас явно нервничал и не мог этого полностью скрыть. Подозреваю, это было как-то связано со смертью его жены, Ника упоминала, что ее мать погибла при очень странных и мистических обстоятельствах. Возможно, в этом было замешано какое-то Существо.

— Всё в порядке, — заверил я ёкаев, внимательно глядя на Михайлова-старшего, как бы он что не учудил на нервах. — Просто кое-кто слишком часто грозился меня сожрать, поэтому я решил подстраховаться.

Мэссиэль предусмотрительно положил свободную руку на плечо кицунэ и, видимо, взял под контроль, чтобы она не наделала глупостей. Хотя, вторую руку с мечом он всё-таки выставил перед собой.

— В принципе, я могу понять твою мотивацию, — проговорил он, постепенно меняя кошачью морду на человеческое лицо. — При условии, что в привлечении такого количества людей с оружием нет никаких других целей.

— Яре, яре, — подал голос Госу. — Давайте все расслабимся. Никто ни на кого не собирается нападать. Все мы просто физически не можем повредить Роману.

— Садако здесь не нравится, — сообщила яманубе, она же Садако, прячась за спиной Мако. — Мы опять под землёй.

— Тсишше, — успокоительно погладила её по корявой ручке Мако. — Вссе хорошшшо.

Кицуне наверняка сказала бы своё веское слово, если бы её не контролировал Мэс. Шики же, вместо того чтобы начать проявлять агрессию, с любопытством осматривал лабораторию и, увидев что-то для себя интересное, тут же засеменил в сторону одного из ноутбуков.

— А это что такое?

— Компьютер, — по инерции ответил профессор Семёнов, во все глаза рассматривая ёкаев. — Кхм… Раньше такого не видели?

— Не приходилось. — Медведь застенчиво шаркнул лапкой, выглядя при этом так мило, словно это не его боялись даже все присутствующие здесь ёкаи. — А что он делает?

Наблюдая за ним краем глаза, я ответил, что оторванная лапка тануки почти восстановилась и выглядит он уже не таким помятым, как при запечатывании. Остальные тоже успели немного восстановиться, или же, это просто следствие перехода в энергетическую форму и обратно.

Ника стояла рядом со мной, нетерпеливо переминаясь с ноги на ноги, и, наконец, не выдержала:

— А вы правда можете менять лица по своему желанию? На совершенно любые? А в животных можете превращаться в любых, или только в одну свою форму, типа лисы и кота? — Она повернулась к Садако. — А у тебя очень красивая шляпка. Тебе очень идёт.

Я чуть не поперхнулся. Ещё бы ей не шло, ведь шляпка успешно прикрывала ну очень неприглядное лицо ямануба. Или яманубы? Даже не знаю, можно ли склонять японские названия.

— Спасибо, — пробормотала из-под шляпки Садако.

Прошло совсем немного времени, и мы с ёкаями всё-таки смогли договориться. Точнее, Михайлов смог убедиться в том, что они для нас не опасны, по крайней мере, сейчас. И общаться сразу стало легче. К тому же Евгений Сергеевич озаботился не только охраной, но и подготовкой стола для переговоров. Когда ушли военные, в зале тут же появились несколько человек в белых рубашках, накрыли на стол и принесли различные блюда, начиная от обычных фруктов и сладостей, заканчивая жарким.

Хотя, всё-таки был небольшой эксцесс с кицунэ, когда Мэссиэль отпустил её из-под контроля, она снова начала грозиться сожрать меня, как только истечёт месячный контракт.

— Слушай, ну хватит уж придуриваться-то, — не удержался я. — Я знаю, что ты никогда в жизни не ела человечину.

— А тебя раскусили, — ехидно прокомментировал мои слова Шики. — Ты же всего лишь воровка, а эта напускная кровожадность может обмануть только недалёкого человека.

— Пфф, — фыркнула лиса. — Конечно я бы не стала есть такого мерзкого человека. Это ты любитель падали!

Но Шики её даже слушать не стал, они с Госу активно расспрашивали Семёнова о современной технике, в то время как остальные ёкаи попивали чай и во всю уплетали сладости. И их уже допрашивала моя любопытная сестрёнка.

Лиса же продолжила сердито фыркать и коситься в мою сторону, пока не заметила домового, всё это время прятавшегося в самом дальнем углу лаборатории. Похоже, его так заинтересовали наши гости, что он позволил себе высунуться с изнанки.

— Эй, а это кто? — поведя носом, спросила кицунэ. — Странно пахнет.

— Хранитель очага этого дома, — ответил я. — Пытался меня как-то задушить, а теперь ходит попятам, следит за мной.

Лиса подошла к микродедку, схватила за руку и крепко пожала её.

— Уважаю. Ты пытался.

Бедняга домовой с испугу нырнул так глубоко в изнанку, что стал практически не виден даже мне.

Тем временем профессор Семёнов умудрился договориться с ёкаями о проведении некоторых исследований и тестов в обмен на помощь с их легализацией. Госу и Мэссиэль быстро поняли, что одной подделки паспорта в современном мире недостаточно, существуют ещё и базы данных, поэтому создать личность из ничего очень непросто. Разумеется, бывший начальник полиции знал людей с соответствующими навыками и, возможно, даже не всех успел посадить. Но в целом, судя по словам Михайлова, сделать это действительно было непросто, не зря скупердяй Джеймс так бесился. Кстати, непонятно, кого он собирался брать на место погибшей ханьё?

Ника насела на кицунэ, пытаясь понять, насколько легко она может менять лица и отдельные части фигуры. Шики допустили до ноутбука и начали объяснять, как им пользоваться, и тануки с огромным интересом окунулся в мир местной Сети. Мако и Садако просто расслаблялись, продолжая попивать чай с различными сладостями. И всё было просто замечательно ровно до тех пор, пока Семёнов не дочитал-таки документы из тайника. И когда успел только? Вроде всё время провёл в общении с ёкаями.

— Я всё понял! — сообщил он нам, впрочем, без особой радости. Я бы даже сказал, что профессор выглядел сильно подавленным. — В бумагах есть информация о недостатках «Купола» и не слишком оптимистичное исследование поведения демонов.

— А подробнее? — попросил Михайлов-старший.

— И максимально понятным языком, — добавила Ника, отвлёкшись от разговора с ёкаями.

Пока ёкаи отдыхали, мы с Семёновым, Михайловым-старшим и Никой отошли в сторону и продолжили обсуждение.

— Принцип работы «Купола» — перехват порталов на Островах и смещение в безлюдные зоны. Там сложные алгоритмы ограничений, по которым нельзя направлять порталы в одно и то же место, это ослабляет пространство и увеличивает шансы прорывов уже внутри самого «Купола». Поэтому их раскидывают по всем территориям вокруг городов, а не выпускают демонов в одном месте, где-нибудь на специально оцепленной территории.

— Это и так все знают, — заметила Ника. — Ну как все, не все, но все, кому это интересно. Непонятно, зачем столь «ценную» информацию было хранить в тайнике.

Профессор покачал головой.

— Никочка, ты, как всегда, торопишься. Весь проект был основан на теории профессора Эйнштейна о порталах, и эта теория не давала конкретных цифр и зависимостей, как далеко нужно распределять порталы, не влияют ли на пространство постоянные их смещения. Да и оставалось множество других вопросов, ответов на которые нет до сих пор. Во всяком случае, нигде в условно открытых источниках ничего не публиковалось.

— Но прошло уже столько лет, и все до сих пор работает как часы, — заметил Михайлов-старший.

Чёрт, а ведь о чём-то подобном говорил Доктор! Что защита островов вот-вот перестанет действовать. Правда, я тогда не воспринял его слова всерьёз, это звучало скорее как отмазка для действий их тайного общества с названием, придуманным человеком без воображения. Удобно творить беспредел под благовидным предлогом защиты всего человечества, но что-то я сомневаюсь, что убитые Доктором священники — это сопутствующий ущерб, который можно просто так списать со счетов. О Погонщике я и вовсе молчу, он убил столько людей ради своих экспериментов, что никакой пользой для человечества тут не прикроешься.

— Возможно «Купол» работает как надо, а возможно и нет, нас же об этом в известность не ставят, — пожал плечами профессор. — Тем более, в этих документах, помимо прочего, собраны исследования специалиста, утверждающие, что каждое перемещение порталов всё-таки истончает ткань между мирами, пусть и в меньшей степени, чем постоянное их открытие в одной и той же точке. Некий профессор Бэдвил провёл многочисленные тестирования и определил, что пространство между точками переноса порталов получает определённый ущерб.

— Бедвил? — переспросил я, услышав знакомую фамилию. — Норман Бедвил?

— Нет, Нейман Бедвил, — посмотрел в бумаги Семёнов. — А что?

— Показалось, — буркнул я.

Такая же фамилия была у Погонщика до того, как он стал, собственно, «Погонщиком». Вряд ли это случайность, значит, либо это родственник, либо он сам. Макаров является ярким доказательством того, что люди в этом мире могут жить дольше, чем в нашем, по тем или иным причинам. Так что человеком, исследовавшим порталы демонов вполне мог быть тот самый Погонщик, к тому же, продемонстрировавший мне способность телепортации. Это может быть связано как раз с его исследованиями.

— Ладно, с этим понятно, — хмуро сказал Михайлов-старший. — А что там с поведением демонов?

Ёкаи прислушивались к нашему разговору, но явно совершенно не понимали, о чём речь.

— Это уже исследование другого специалиста, кстати, достаточно известного и сейчас. — Профессор Семёнов посмотрел на меня. — Я слышал, что тебя учил Макаров. Он, как и многие выдающиеся умы того времени, участвовал в создании «Купола» и провёл исследование самого фактора возникновения порталов.

Раздался звук разбившейся чашки, выпашей из пальцев Мако.

— Что⁈ Макаров его учитель⁈

Ох, чёрт! Как не вовремя-то!

— Это всё был план Хозяина, чтобы вновь сделать нас своими марионетками! — яростно воскликнула кицунэ, и тут же бросилась на Нику.

Моя сестра никак не ожидала такого развития событий, но всё-таки успела среагировать, отшатнувшись от когтей «лисицы», выскочивших из её изящных пальчиков. Но больше она ничего сделать не успела, поскольку рядом появился дворецкий Хан и одним ловким ударом отправил кицунэ в длинный полёт через весь зал.

Остальные ёкаи тоже перешли к агрессивным действиям, но неожиданно получили мощный отпор: Михайлов-старший продемонстрировал свою силу, не просто раскидав их, а буквально впечатав в стены лаборатории. Стоя посреди зала, он раскинул руки и из них во все стороны ударили мощные потоки ветра. Они были настолько сильны, что искажали воздух, позволяя разглядеть их словно полупрозрачные жгуты, сопротивляться которым смог лишь Госу с помощью своего телекинеза. Но и он продержался недолго, явно не успев полностью восстановиться после подземелья. Садако, Мако, Госу, Мэссиэль, кицуэ и Шики — все они оказались пришпилены к стенам, вот только гул воздушных потоков исключил любую возможность дальнейших переговоров.

Ко мне подошёл профессор Семёнов и прокричал в ухо:

— Чего они занервничали? Мы вроде бы уже обо всём договорились!

— Макаров может контролировать Существ! Пятьдесят лет назад эти ёкаи сбежали от него и спрятались под землёй, надеясь, что он за это время умрёт! Но старик всё ещё живее всех живых, к тому же, я с ним связан. Представляешь, какой это шок для них⁈

Профессор скривился.

— Всё время с этими существами какие-то проблемы!

Гул воздушных потоков стал слабее, и все ёкаи рухнули на пол.

— Следующего, кто попытается проявить агрессию, я разорву на куски, — предупредил Евгений Сергеевич, и выразительно посмотрел на меня. — Что, теперь уже не считаешь меня слишком осторожным?

Что тут сказать, в целом он оказался прав. Хотя, каковы были шансы, что они узнали бы и Макарове, вызови я их где-то вне особняка Михайловых? О причинах и следствиях произошедшего можно было бы поспорить, но как-нибудь потом, конечно же. По мне, так во всём виноват Семёнов, которому слишком не терпелось обсудить содержимое бумаг из тайника.

Я же предпочёл не ответить Михайлову, а поговорить с ёкаями.

— Так, все внимание на меня! — крикнул я. — Вы все знаете, что я физически не могу врать! Я понятия не имел, что вы как-то связаны с Макаровым. Я не собирался вас ему сдавать и видел я его всего один раз в жизни!

— Почему тогда взъерошенный назвал тебя его учеником? — спросил Мэссиэль, поднявшись с пола.

— Макаров помогает мне советами из клиники по телефону.

— Что такое телефон я уже знаю, — понимающе кивнул человек-кот. — А о какой клинике идёт речь?

— Ээ… клиника для принудительного лечения психологически нездоровых людей.

Ёкаи застыли, переваривая неожиданную информацию.

— Хозяин попал в психушку⁈ — первой воскликнула кицунэ и расхохоталась. — Ха! Как же приятно это услышать!

Вся шестёрка радостно загомонила и принялась обсуждать судьбу Макарова, мигом забыв о том, что собирались на нас напасть. Точнее, не на нас, а на моих родственников, ведь причинить вред именно мне им не позволили бы контракты. Всё-таки их мышление во многом действительно было схоже с детским, как я уже замечал ранее, в том числе, и быстрой отходчивостью. Разумеется, все они извинились за своё поведение, тем более что напасть на кого-то всерьёз успела только кицунэ, но неприятный осадочек всё равно остался. Поэтому Евгений Сергеевич вынудил ёкаев заключить ещё один контракт, запрещавший им причинять вред всем жителям особняка при условии, что никто не станет нападать на них самих. В обмен на это и их сотрудничество с Семёновым, он пообещал помочь им с легализацией в городе и предоставить временное убежище. Не самый плохой вариант, между прочим, потому что я сам жил то в клинике, то в гостинице, и едва ли мог помочь им с жильём.

Полным разочарованием для Ники стала информация о тайнике Госу. Оказалось, что находится он вовсе не в пределах Барсы, а гораздо дальше, в том самом городе, куда меня изначально планировал отправить Михайлов-старший на обучение к таинственному Мяснику — в Орлеане, находящемся на Бронзовом Острове. Путешествие туда на поезде должно было занять пару дней, а самолёты, как ни странно, под «Куполом» летать не могли. Поэтому у сестрёнки не было никакой возможности составить мне компанию, да и я сам не мог так просто отправиться туда по своему желанию. В первую очередь нужно было восстановить душу Алины Князевой и ещё хорошо бы узнать у Рональда Тумса о прогрессе в лечении Лоры. Эти вопросы важнее любых сокровищ.

Оставив ёкаев в лаборатории под присмотром дворецкого Хана, мы вчетвером с Семёновым и Михайловым-старшим и Никой поднялись наверх. Точнее, впятером, ведь домовой всё так же упорно следовал за мной. Семёнов всё-таки закончил рассказ о теории Макарова, по которой порталы в наш мир из измерения Лимб создавались одним из видов демонов. И вполне логично, что они тоже обучались, правда, не так быстро, как люди, поскольку сама эволюция жителей Лимба происходила куда медленней. Это был уже доказанный факт, кстати. И Макаров был убеждён, что в какой-то момент демоны научатся пробивать «Купол», и тогда жители Островов окажутся совершенно не готовы к появлению орд демонов. Ну не прям орд, всё же порталам требуется время, чтобы набрать энергию, и СБР УИ должно успеть их закрыть, но за это время успеет погибнуть очень много простых людей. Видимо, к этому событию и готовилось Братство всеми доступными и недоступными способами, хотя, на мой взгляд, это было лишь оправданием для экспериментов пришибленных на всю голову учёных.

Оказавшись в доме, где вновь ловила связь, я тут же получил на телефон сообщения о пропущенных вызовах от Джеймса и Князева.

«Ого, видимо, что-то важное», — логично предположил я.

Первым я позвонил медиуму, но он трубку не взял. Вообще не припомню, когда я мог сам до него дозвониться, он будто специально меня игнорировал. Князев же ответил сразу, не дав даже закончиться первому гудку.

— Привет, Роман, как самочувствие? — одним духом выдохнул он в трубку.

— Ээ… хорошо.

— Отлично, — даже не дослушав мой ответ, продолжил Князев. — Марго Моретти уже едет ко мне, чтобы провести ритуал. Надеюсь, и ты приедешь? Она настаивала на твоём присутствии.

— Само собой, — заверил я.

— Тогда жду тебя через два часа.

Разумеется, Ника тут же вызвалась ехать со мной, чтобы защитить от посягательств Марго Моретти.

— Тебе пора собираться в Академию, — напомнил Михайлов-старший. — Отсюда ты поедешь только на вокзал.

— Ну па-ап!

— Я и так позволил тебе заниматься черти-чем вместо учёбы, — твёрдо сказал Евгений Сергеевич. — Я связывался с твоим куратором, ты должна вернуться в общежитие до восьми вечера, если не хочешь получить штраф.

Ника насупилась, но дальше спорить не стала. Видимо, куратор и штрафы в Академии действительно служили какой-никакой, но всё же угрозой для взбалмошной девушки.

— Ладно, — понуро согласилась она. — Пошла собираться.

— К Князеву тебя отвезёт дворецкий Хан, — «обрадовал» меня Михайлов. — До конца дня он будет в твоём полном распоряжении. Туда же подъедет Дженн. Надеюсь, с такой охраной хотя бы сегодня обойдётся без лишних проблем.

Как бы я хорошо не относился к Дженн, толку от неё, как от охранника было не очень много. На что был способен дворецкий помимо сеансов не слишком удачного иглоукалывания, я тоже не очень хорошо представлял, но, наверное, Евгению Сергеевичу виднее. К тому же, можно считать меня мстительным и мелочным, но я бы хотел увидеть, как дворецкий кричит от ужаса. Если он проведёт время со мной, то такая возможность ему и впрямь может представиться, с моим-то везением. Тот сеанс неудачного и очень болезненного иглоукалывания в прошлом, но, как сказала моя более взрослая версия из подпола Макарова: «никогда не позволяй другим безнаказанно бить тебя и унижать», «каждое унижение остаётся зудящим рубцом на самоуважении». В общем, мне хотелось получить от дворецкого толику моральной сатисфакции, но я пока сам не знал, каким именно образом это можно организовать.

— Ничего не могу обещать, — честно сказал я. — Неприятности меня сами находят.

И словно по заказу зазвонил мой телефон, и на экране высветился номер клиники для принудительного лечения психически больных «Радуга». И я отлично знал, кто именно мог мне оттуда позвонить…

Глава 17

Мне очень захотелось просто проигнорировать звонок, но любопытство взяло верх. Всё-таки Макаров звонил мне не часто, точнее, вообще никогда, и мне было очень интересно, почему он решил сделать это именно сейчас. Неужели как-то узнал о ёкаях?

— Я пойду займусь делами, — кивнул мне Евгений Сергеевич. — Как будешь готов, маякни Хану, он будет ждать тебя внизу.

Когда Михайлов-старший ушёл, я убедился в том, что меня не слышит никто кроме упорно пялящегося на меня домового, и принял звонок.

— Здравствуйте, вас беспокоит администрация клиники «Радуга». Примете звонок от нашего пациента Димитрия Макарова?

— Разумеется.

— Соединяю…

— Роман, мальчик мой, — раздался голос Макарова. — Как у тебя дела? Интуиция подсказывает мне, что ты завёл новых друзей?

Вот как он узнал? Я же не рассказывал о ёкаях никому кроме тех, кто был в депо, а уж о том, что вынес их из подземелья, знали только отец, Ника и Семёнов. Хотя, о чём я? Макаров же всё-таки очень сильный медиум, вполне вероятно, что ему и не нужно общаться с людьми для получения информации.

— Ну не прям «друзей», — осторожно ответил я. — Просто новых знакомых.

— Эти бедняги прятались от меня целых пятьдесят лет. Представляю, как они удивились, когда узнали, что я всё ещё жив, а ты являешься моим учеником. Если честно, я удивлён, как они тебя вообще не убили.

— Меня не так-то просто убить, — не удержался я от толики, как мне кажется, вполне обоснованной бравады. — Димитрий, судя по тому, что рассказывали ёкаи, вы ведь обладаете способностью влиять на Существ? Поэтому вас так боялся Хухлик?

— Можно сказать и так, — не стал отнекиваться Макаров. — Находясь рядом, они подпадают под моё влияние вне зависимости от моего желания. Точнее, раньше было так. Сейчас я научился контролировать этот процесс гораздо лучше и действовать значительно мягче. Кстати, это схоже и с твоим влиянием не призраков: они сами тянутся к тебе и гораздо более охотно общаются с тобой, чем с другими людьми. И чем глубже ты будешь развиваться как медиум, тем сильнее будет это влияние.

— С влиянием понятно, но что же вы с ними делали, раз они пошли на такой отчаянный шаг и спрятались глубоко под землю? — напряжённо спросил я. — Они же вас боятся до истерики.

— Да ничего особенно, я же не живодёр какой-то. Но само ощущение постоянного влияния на твою волю, словно ты не принадлежишь себе, сведёт с ума кого угодно. Пятьдесят лет назад я был уже достаточно силён, но не понимал, как это работает, и что воля всех окружающих существ полностью подавлена. Меня просто устраивало, что они с удовольствием выполняют все мои приказы.

Выслушав очень странную исповедь от Макарова, я всё ещё не понимал, зачем он мне позвонил. И это меня сильно напрягало, если честно.

— И что вы хотите с ними сделать теперь? — осторожно спросил я.

— Я? Ничего, конечно, — рассмеялся Макаров. — Я уже на пенсии, знаешь ли, к тому же, обещал внучке не покидать клинику.

— И вы не станете наказывать их за побег?

— Наоборот. Я хотел попросить тебя позаботиться о них, ёкаи не слишком умны, и могут натворить глупостей. Церковь таких существ вычисляет очень легко, и так же легко уничтожает. Без шанса на помилование.

Ну да, я помню момент знакомства с инквизитором, они появились практически сразу после того, как ханьё освободила меня. Уж не знаю, каким образом святоши смогли выследить её, но наверняка и моим ёкаям грозит нечто подобное. Но как их тогда защитить от церкви?

— Есть руны, способные скрыть существ от поиска и чутья священников, Джеймс их знает, — будто прочитав мои мысли, сказал Макаров.

— От него помощи не дождёшься, — буркнул я.

— Скажи, что я просил тебя им обучить, тогда Джеймс не отвертится. И лучше не рассказывай ёкаям о нашем разговоре, а то у бедняжек нервный срыв может случиться.

Это да, ещё одна их истерика может закончиться не очень хорошо, скорее всего для них же.

— Если они не спросят, то не стану, конечно, — согласился я. — Вы же знаете мою проблему. — Решив, что с темой ёкаев закончено, я собрался с силами и коснулся более важной темы: — У меня есть ещё один вопрос, я тут узнал, что вы участвовали в разработке «Купола» вместе с Нейманом Бедвилом. Он такой же долгожитель, как вы?

Макаров явно был не готов к такому вопросу, и поэтому ответил после долгой паузы:

— Возможно. А почему такой странный интерес?

— У меня есть подозрение, что я с ним не так давно столкнулся. Правда, я не понимаю, человек он или всё-таки Существо, Хухлик называл его Погонщиком Трупов.

— Так ли важно, кто он? — лукаво поинтересовался старик. — Ты сам уверен, что являешься человеком со своей способностью пожирания душ? Был наш Бедвил обычным homo sapiens, а стал чем-то большим. Или меньшим. Это как посмотреть.

— И всё-таки, Нейман Бедвил мог управлять трупами или нет? — повторил я. — Он стал Погонщиком Трупов?

— Возможно, — уклончиво ответил Макаров. — Судя по твоей осведомлённости о «Куполе», теперь ты понимаешь, насколько всё серьёзно и как мало времени осталось?

— Мало времени на что? — уточнил я.

— На подготовку. Избежать краха «Купола» уже не получится, но есть возможность хотя бы подготовиться.

Звучало это как-то сомнительно, если честно. Как можно подготовиться к цунами из демонов?

— Так может надо эвакуировать Острова? Почему правительство ничего не делает с этим?

— Почему же не делает? Очень даже делает. Проводит исследования, совещания, просчитывает риски, строит бункеры и набирает людей в СБР УИ. Никто не может дать точного прогноза, в какой момент «Купол» перестанет работать, или демоны научатся его обходить, а без конкретных цифр никто не станет эвакуировать целые города. Поэтому в городах идёт вялая системная подготовка к возможным неприятностям.

И тут меня осенило. Доктор говорил примерно о том же самом, а Погонщик Трупов знаком с Макаровым. Все трое обладают мистическими силами, позволяющими управлять трупами, призраками и существами. Вполне логично, что их связывает и что-то большее. А ещё документы по «Куполу» лежали в тайнике Александра Михайлова, а значит, тот старик тоже мог быть членом тайного общества.

— Для этого вы и создали Братство? — закинул я смелое предположение. — Чтобы подготовиться к апокалипсису локального размаха? Собираете свою собственную армию?

Макаров рассмеялся в трубку.

— А если это действительно так? Что будешь делать?

— Я? Я-то тут вообще при чем? — удивился я. — Едва ли я могу вообще как-то повлиять на ситуацию.

— Кто знает, кто знает, — загадочно проговорил Макаров. — Ты ведь тоже не простой человек. Да, тельце слабое, но душа… очень светлая и мощная, способная на великие дела. Ты вот готов к великим делам?

Я чуть не закашлялся от такого неожиданного вопроса.

— С чего бы⁈

— Ну, вот когда будешь готов, тогда и звони, — неожиданно заявил старик. — У меня тут массаж по расписанию, а я с тобой о всяких глупостях болтаю.

— Какой массаж, когда мы обсуждаем глобальную катастрофу⁈ — возмутился я, но в ответ услышал лишь короткие гудки.

Некоторое время я просто стоял, переваривая полученную от Макарова информацию. Фактически он подтвердил, что не только был знаком с Доктором и Погонщиков Трупов, но и активно с ними сотрудничал. Возможно, изначально у них даже были благие цели, как говорил Доктор, но потом Погонщик Трупов чересчур увлёкся экспериментами над людьми. Да и сам Доктор, пусть и не признал этого, явно ушёл далеко за пределы здравого смысла. И еще неизвестно, сколько людей в этом их тайном обществе всего, явно же не трое. Пять, десять или может даже сто человек, обладающих силой и знаниями Макарова? И все такие же пришибленные и не считающиеся с человеческими жизнями, как Доктор и Погонщик. Жесть.

Мисси и Макаров уже несколько раз упоминали его внучку, имеющую на старика огромное влияние. В принципе, можно попробовать её уговорить, чтобы она вынудила старика ответить на все вопросы, раскрыть личности и всю информацию о других членах Братства. Лишь бы у внучки не был такой же вредный характер, как у Макарова, вдруг у них это семейное. Тогда на её помощь можно даже не рассчитывать.

Из стены прямо передо мной очень медленно, явно чтобы не напугать меня, вылезла Катя. Девушка-призрак выглядела смущённой, но всё же держалась на волевых и не исчезала. Строгий серый брючный костюмчик, волосы, собранные в хвостик, и очки делали её очень милой.

— Простите, Роман, я случайно подслушала ваш разговор. Это правда, что «Купол» может перестать работать?

— Видимо, да. Я в этом не очень разбираюсь, если честно, всё по словам некоторых людей, участвовавших в его создании.

— Я могу как-нибудь с этим помочь?

Тут она меня, если честно, поставила в тупик.

— Даже не знаю…

— Я умею хорошо искать информацию в сети. Могу найти что угодно, если это там есть, в том числе и в защищённых системах, начиная от госструктур и заканчивая внутренними корпоративными системами. Я освоила практически все языки программирования, использующиеся в данный момент, будь я живой, меня бы приняла с распростёртыми объятьями любая IT компания в мире.

Я удивлённо посмотрел на Катю. У нас тут что, призрак-хакер? Хотя, имея столько свободного времени, как у призрака, которому не нужно есть, спать и ходить в туалет, почему бы не выучиться на кого угодно? Хмм, а ведь она действительно могла бы мне помочь с поисками Погонщика Трупов и Доктора. Да и в целом иметь помощника с бесконечным свободным временем было бы очень полезно.

— Но тебе же ограничили доступ к Сети за игры с сайтами знакомств, — припомнил я.

— Да… — ещё сильнее смутилась девушка-призрак и стала более прозрачной. — Но если вы попросите Евгения Сергеевича убрать ограничения, то я смогу помочь!

Ах, вот оно что. Какая хитрая девочка.

— Чтобы ты продолжила дурить бедных влюблённых парней?

— Никого я не дурила, — надулась девушка. — Просто общалась с теми, кто мне нравился. Но все они в какой-то момент хотели перейти в реал, и я была вынуждена каждый раз удалять анкету.

— И много таких парней было?

— Да кто считает, — смущённо ответила девушка, но под моим взглядом поправилась: — Ну, ладно, четыреста двадцать один человек. Но до момента удаления анкеты я со всеми общалась очень тепло.

Кхм, это ещё хуже. Представляю, как бедняги влюблялись в виртуальных девушек, и в самый ответственный момент красотки просто испарялись. Хорошо хоть она на деньги никого не кидала. Не кидала же?

— Зачем мне это? — возмутилась девушка. — Если я захочу пополнить свой счёт, то просто взломаю пару действительно неприятных личностей. Каких-нибудь любителей сайтов с запрещённой порнушкой, например.

— У тебя и счёт свой есть? — вычленил я самое главное. — И ты его как-то пополняла?

Катя резко стала практически полностью прозрачной, упав гораздо глубже в изнанку. Так она обычно и становилась невидимой, но со мной этот трюк не работал.

— И много у тебя денег? — продолжил я расспросы.

— Ну есть немного на черный день, — уклончиво ответила девушка-призрак. — Если вам понадобится помощь с финансами, я тоже смогу что-нибудь придумать. Уверена, такая помощница как я вам точно пригодится!

Чёрт, ну тут сложно поспорить. С такими возможностями, без необходимости спать по ночам, она может сделать очень многое. Правда, что у этого призрака в голове всё-таки не очень понятно. Эти странные игры на сайтах знакомств, да и привязана к этому дому она достаточно долго, чтобы крыша начала ехать. Джеймс мне ещё в самом начале нашего общения говорил, что со временем призраки могут потерять остатки личности и превратиться в полтергейста, а Катя чувствует себя в форме призрака вполне комфортно. Это тоже подозрительно.

— Я попробую поговорить с Евгением Сергеевичем, — всё же решил я. — Но я бы не сказал, что имею на него сильное влияние.

— Спасибо! — пискнул призрак и исчез в стене.

В принципе, у меня постепенно формируется неплохая команда. Следующий месяц на меня работают Шики и кицунэ: тануки отлично владеет оммёдо, а лиса может легко менять лица. Дженн тоже пока остаётся моим телохранителем, а если к нам присоединится ещё и призрак-хакер, то нас смело можно отправлять на какую-нибудь «невыполнимую миссию».

Но прежде, чем Катя станет моей информационной поддержкой, нужно как-то уговорить Михайлова снять ограничения с её компьютера. Уверен, я смогу найти его…

— Он в своём кабинете, — будто прочитав мои мысли, сказала Катя, вновь выглянув из стены.

Вот хитрая девчонка. Хотя, чего я удивляюсь, если она смогла четыре сотни человек на сайте знакомств охмурить?

Придя на поклон к Евгению Сергеевичу, я изложил ему предложение Кати, и получил неожиданный ответ:

— Да без проблем, — легко ответил мужчина. — Это даже не я ограничил её права, а Виктор. Он говорил, что какой-то мальчик после флирта нашего призрака покончили жизнь самоубийством. Но ты уверен, что стоит выпускать этого джинна из бутылки?

— А если она больше не станет заходить на сайты знакомств? — уточнил я.

— Ты же в курсе, что Катя имеет очень высокие навыки в этой сфере? Нам пришлось ограничивать доступ к компьютеру физически, иных вариантов просто не было.

— Это не проблема. Я могу заключить контракт с Катей, который будет ограничивать её действия. Никаких сайтов знакомств и воровства.

— Воровства? — переспросил Михайлов. — Она что-то воровала⁈

— Ээ… ну, я у неё за спиной не стоял, поэтому откуда мне знать, — чуть не надорвавшись от натуги, ответил я.

Вроде я ни в чём не соврал, но не поделиться своими подозрениями было очень сложно. Я ощущал буквально физическую боль, сдерживая позыв выложить Михайлову всю информацию.

— Что ж, если ты возьмёшь на себя ответственность за её действия, то мы снимем с компьютера ограничивающие руны.

При слове «ответственность» я слегка дёрнулся, но быстро взял себя в руки. Я же сам говорил, что, в отличие от людей, с призраками и существами вести дела значительно легче, ведь всегда можно подтвердить свои намерения контрактом. Кстати, интересно, а нельзя ли так же делать с людьми? Контракт же напитывается душевной энергией.

— Договорились, — задумчиво ответил я. — Я подготовлю контракт для Кати, когда вернусь.

— Ты решил пожить здесь? — удивлённо приподнял бровь Евгений Сергеевич. — В принципе, я не против, ты уже часть семьи, и доказал это…

— Нет! Нет! — слишком поспешно сказал я. — Но Катя же не может покидать дом, поэтому придётся вернуться ещё раз, когда закончу со всеми делами.

В общем, договориться с Михайловым оказалось совершенно несложно. Время поджимало, поэтому попрощавшись с ним, я помчался на первый этаж на поиски дворецкого. Но на лестнице я неожиданно споткнулся и кубарем полетел вниз, и наверняка бы ушибся, но меня подхватил дворецкий Хан. Не знаю, откуда он взялся, ещё секунду назад его в холле точно не было.

— Осторожнее, — безэмоционально произнёс он, ставя меня на пол.

Вроде бы худощавый азиат держал меня с удивительной лёгкостью. Я, конечно, не самый тяжелый человек на свете, но всё же, свои килограмм сорок имею.

— Ещё не восстановился после тяжелой ночи, — попытался оправдаться я, покосившись на лестницу.

На нижней ступеньке сидел домовой, уже привычно сверлил меня черным-глазками бусинками и грозил кулаком. Очевидно, что именно он был виновником моего падения.

— Зло. Уходи! — прошипел он мне.

Подгадал всё-таки момент, маленький гаденыш.

— Я вернусь, и мы ещё поговорим, — пообещал я микростаричку.

Дворецкий Хан посмотрел на лестницу, но, разумеется, никого там не увидел, ведь домовой держался на глубоком слое изнанки.

— Вы готовы? — уточнил дворецкий. — Мы можем ехать?

— Да, конечно.

— А ну стоять! — раздался окрик с вершины лестницы. — Ты собираешься уехать, даже не попрощавшись с любимой сестрёнкой⁈

Ника буквально слетела по ступенькам, видимо, воспользовавшись каким-то своим навыком, и схватила меня в охапку, очень крепко прижав к своей груди.

— Осторожно, раздавишь, — прошипел я.

— Я буду очень скучать! — не слушая меня, проговорила Ника. — Обязательно звони мне, чтобы я была в курсе всех дел! И сфотографируй все сокровища, которые тебе отдадут ёкаи! И, самое главное, больше не подвергай свою жизнь такой опасности пока меня нет рядом!

Тут я не понял, она волновалась за меня, или просто ревновала, что я буду рисковать жизнью не в её компании. Но, в любом случае, её отношение ко мне не могло не подкупать. Это правда было приятно.

— Я тоже буду скучать, — вполне искренне сказал я.

Когда мы с дворецким выехали с территории особняка, я наконец-то облегчённо выдохнул и немного расслабился. Путь до города был неблизкий, а дом Князева и вовсе располагался в другой его стороне, так что на полтора часа я был предоставлен самому себе. С таким «собеседником», как дворецкий, можно было не переживать, что он станет меня отвлекать глупыми разговорами.

С дальнейшими планами в целом всё было понятно: вернуть в тело душу Алины Князевой, затем смотаться в офис Джеймса. Интересно уточнить, что он имел ввиду под «свободным плаванием», да и вообще узнать, как он там. Всё-таки смерть Мисси сильно ударила по нему, как бы он не пытался это скрыть за лицемерными высказываниями. Я и сам буду скучать по Мисси, она единственная в этом мире всегда приходила мне на помощь и помогала советами… Она и Донни, разумеется.

И тут мне стало стыдно. Беднягу Донни же забрали святоши, и судя по тому, что он мне не писал и не звонил, его до сих пор не опустили! А я, если честно, о нём и думать забыл.

Тут же достав телефон, я набрал номер отца Павла, но он, как и Джеймс, решил сегодня меня игнорировать. Совесть во мне боролась с вежливостью, но я всё же пытался звонить ещё несколько раз, и слышал лишь длинные гудки.

— За телохранителем будем заезжать? — спросил дворецкий, когда мы въехали в черту города.

— Обязательно, — подтвердил я.

Дженн, конечно, не показывала вида, но мне кажется, её сильно напрягали моменты, когда я шёл «на дело» без неё. Хотя, в моей работе, обычный телохранитель мало чем мог помочь, тут бы лучше подошёл кто-то из ёкаев или свой личный достаточно сильный призрак на контракте. Кстати, о последнем варианте стоит задуматься всерьёз, мне бы очень пригодился кто-нибудь вроде Мей Ли.

И уже вместе с телохранительницей мы отправились к Князеву. Знакомый дом встретил нас запахом ладана и многочисленными свечками, расставленными по всему холлу. Марго Моретти в красивой, явно не будничной, рясе ходила вокруг лежащей на больничной тележке женщины, и читала какие-то речитативы, а Князев взирал на это действо со смесью скептицизма и надежды. Не думаю, что он имел что-то против веры в принципе, но вот с представителями церкви у СБР УИ явно были не слишком дружеские отношения.

— Наконец-то! — поприветствовала нас монахиня, вновь до отвращения полная энергии. Как будто и не было вчерашней ночи в подземном депо. — Сейчас я закончу освящать зал, и можно начинать.

Марго разбрызгала вокруг немного воды из бутылки и продолжила читать молитву. Дженн и дворецкий Хан поздоровались с Князевым и, не сговариваясь, встали у двух дверей, ведущих в холл из коридора и из внутренней части дома. Я же огляделся вокруг, подметив, что на полу вокруг Алины Князевой нарисован какой-то незнакомый мне узор, а на столе лежат гофу с запечатанными в них частицами души женщины.

— А зачем зал-то освящать? — поинтересовался я, когда монахиня закончила. — Как это связано с процессом объединения осколков души?

— Говоря простым языком, я обеззараживаю здесь всё перед операцией. Чтобы какая-нибудь гадость не прицепилась к душе в процессе её объединения из осколков.

— А почему тогда было не провести ритуал в церкви?

— При чем тут церковь? — искренне удивилась Марго. — Человеку, а значит, и его душе, всегда комфортнее в родном доме. А значит, и проблем будет меньше именно здесь.

Тут Князев явственно побледнел.

— Проблем? А какие могут быть проблемы?

— Ой, да всё будет в порядке, главное, чтобы нам не помешал Ангел Смерти.

Вот тут побледнел уже я, поскольку отлично помнил встречу с этой сущностью. В топе моих ночных кошмаров она делила первое место ещё со множеством других событий, случившихся со мной в этом мире.

— Зачем ему приходить за Алиной Князевой? — напряжённо спросил я. — Она же ещё жива.

Марго как-то неопределённо помотала головой.

— И да, и нет. Её душа слишком долго была вне тела и есть вероятность, что связь между ними ослабла. Поэтому, когда все осколки души будут собраны, где-то там на небесах могут решить, что пришло её время уходить.

— Почему же никто не явился за ней до сих пор? — спросил Князев, подойдя к монахине практически вплотную. Едва ли это была попытка надавить или угроза, скорее он не очень хорошо себя контролировал, слишком сильно переживая за жену.

— Разбитая на осколки душа слишком мелкая, чтобы Ангел Смерти обратил на неё внимание. Это как призраки, бродящие по городу, это же не полноценные души, поэтому и жнецам до них дела нет. — Марго похлопала медведеподобного мужчину по плечу. — Да вы не переживайте, всё будет хорошо. Главное, быстро объединить осколки души и запих… кхм, вернуть их в тело.

— А что мы будем делать, если Ангел Смерти всё-таки явится за ней⁈ — вмешался я.

— Ну, я ничего не могу сделать, всё-таки это ангелы, — легкомысленно ответила монашка, взяв в руку листы гофу. — К тому же, я буду занята ритуалом. А вот ты, Рома, — она ткнула меня пальцем в грудь. — Я слышала ты, смог как-то справиться с Ангелом Смерти на кладбище. Просто сделай то же самое здесь. В чём проблема-то?

Я удивлённо хлопал глазами, не понимая, в какой момент «это простой ритуал» превратилось в «справься с Ангелом Смерти»⁈

— Так что, я начинаю? — деловито спросила монахиня, беря в руки стопку листов гофу и направляясь к Алине Князевой.

— Нет! — практически хором воскликнули мы с Князевым, но монахиня уже порвала листы бумаги пополам и бросила их внутрь круга, начерченного вокруг больничной каталки.

Никогда не был силён в молитвах, но в этот момент попытался воззвать к чему-то или кому-то там наверху, чтобы всё обошлось без проблем. Вот только интуиция подсказывала, что закон Мерфи в моей жизни решает куда больше, чем молитвы.

Глава 18

— Понеслась! — радостно выдохнула монахиня.

Рядом с лежащей на больничной тележке Алиной Князевой появилось десять её полупрозрачных копий.

— Если появится Ангел Смерти, то задержи его, пока я не дочитаю молитву, — скомандовала мне Марго.

Смешно. Монахиня, видимо, не в курсе, что в момент появления жнеца время для окружающих практически полностью останавливается и, скорее всего, она не сможет дочитать молитву до тех пор, пока Ангел Смерти не уйдёт. Но прежде, чем я успел её это сказать, Марго Моретти начала зачитывать текст на латыни, и я уже не рискнул её прерывать.

Князев плотно сжал зубы и напряжённо следил за происходящим, как и дворецкий с Дженн, но помимо нас пятерых в комнате появился и кое-что ещё. Сперва я решил, что это наш домовой последовал за мной, но присмотревшись понял, что ошибся. У этого отличалась одёжка, борода была короче, да и рост отличался в ещё меньшую сторону. Местный хранитель очага уютно устроился на шкафу и сверху пялился на происходящее. Поймав мой взгляд, домовой показал мне кулак и грозно сверкнул чёрными глазками, похоже, ему я тоже не очень понравился. И, кстати, почему его не отпугнули молитвы и святая вода? Существа же вроде не должны ладить с религией.

Речитатив Марго плавно перешёл в песнопения, и я сам не заметил, как из девяти частиц души осталось уже семь. Видимо, какие-то три из них объединились. Спустя ещё какое-то время их стало пять, затем четыре.

— Я чувствую опасность, — шепнула мне Дженн, незаметно оказавшись рядом. — Скоро что-то произойдёт. Холод буквально сковывает всё тело.

Очень хотелось съехидничать, но я с держался. Трудно было не догадаться, что всё и всегда вокруг меня идёт по самому худшему сценарию. Для этого никакого дара предвидения не требовалось. Но самое обидное, что я даже подготовиться толком к приходу Ангела Смерти не мог, мне нигде не встречались руны, способные противостоять столь сильным сущностям.

Тем временем осколков души осталось всего два, и оба они стали куда плотнее. Речитатив монахини ускорился настолько, что я уже не слышал отдельных слов, а лишь сплошной поток слипшихся звуков. Два осколка души начали сливаться в один, проникая друг в друга, пока полностью не объединились. Смотрелось это, если честно, довольно страшновато и не слишком красиво, но главное, конечно же, результат — душа стала цельной.

— Что происходит? — раздался мягкий женский голос. — Почему я так странно себя чувствую?

— Алина! — Князев подбежал к призраку, но остановился у начерченных на полу рун. — Как ты⁈

Марго Моретти закончила молитву, и насмешливо фыркнула.

— А ты как думаешь? Она не чувствует своего тела, потеряна в пространстве и не понимает, что происходит.

— Эта подозрительная женщина права, очень непонятное ощущение, — согласилась Алина Князева и обвела взглядом пространство вокруг. — Но ещё непонятнее, что вы сделали с нашим холлом? Какие свечи в двадцать первом веке? — Она упёрла руки в боки и нахмурилась. — И что это за женщина стоит рядом с тобой, дорогой?

— Вы, конечно, можете всё объяснить бедняжке, обсудить последние события, которые она пропустила, пока была расщеплена на осколки, — недовольно заявила Марго. — Но с каждым мгновением увеличивается шанс появления Ангела Смерти. Поболтать вы сможете и после того, как душа вернётся в тело.

Князев хотел было поспорить, но быстро взял себя в руки.

— Да, конечно, продолжайте.

— Так, Алина Сергеевна, соберитесь. Вон там на больничной тележке лежит ваше тело.

Призрак обернулась и только сейчас заметила свою материальную оболочку. Тело было заботливо укутано в одеяло, а сама стальная тележка была снабжена целой системой электронных приборов, следящих за состоянием пациента.

— Да, да, это удивительно, пугающе, и всё такое, — продолжила монахиня. — Но сейчас вам нужно выкинуть их головы все вопросы и сомнения и просто следовать моим указаниям, иначе может случиться нечто непоправимое.

— Но…

— Коснитесь своего тела и ощутите своё сердцебиение.

Алина Князева обернулась к мужу.

— Олег, о чём она говорит⁈

— Слушай её, — поспешно сказал Князев.

— Ваше тело и душа разделились в результате взрыва машины, — вмешался я. — Монахине нужно как можно скорее вернуть вас в нормальное состояние. У нас очень мало времени. Правда.

Женщина посмотрела на меня.

— А ты же тот мальчик, которого я подобрала на дороге… Михайлов вроде?

— Алина, не помню, как вас там по батюшке! — вмешалась монахиня. — Повторяю, у нас очень мало времени! Руку себе на грудь, и ищите сердцебиение!

Бедная Алина Князева явно сильно растерялась, да и кто бы на её месте не растерялся, но всё же послушалась Марго и положила свою призрачную руку на лежащее на тележке тело. Точнее, протянула, но так и не коснулась, остановившись буквально в сантиметре от груди. Остальные окружающие меня люди тоже застыли, вынужденно изображая музей восковых фигур.

— Да твою ж… — выругался я, оглядываясь по сторонам.

Где там этот Ангел Смерти?

И он не заставил себя долго ждать. Тьма сформировалась в человекоподобную фигуру сразу рядом с Алиной Князевой, но коснуться её не успел, поскольку домовой с яростным криком спрыгнул со шкафа прямо на него. Но до чёрной фигуры микростаричок так и не долетел, оказавшись пойманным прямо в воздухе несколькими чёрными нитями, выстрелившими из тела жнеца.

Но этого времени мне хватило, чтобы совершить резкий прыжок, явно в очередной раз повредив икроножные мышцы, и успеть схватить тьму за то место, где примерно вырисовывалось плечо.

— Не двигайся!

Кажется, от моих действий Ангел Смерти слегка опешил. Фигура подёрнулась рябью, но почему-то осталась на месте. Пришлось ей поворачивать голову на сто восемьдесят градусов, чтобы посмотреть мне в глаза своими чёрными провалами. Оказывается, даже во тьме могут быть ещё более тёмные места.

— Как ты смеешь⁈

— Вообще легко. Этот человек не мёртв, его нельзя забирать.

Жнец продолжил пялиться мне в глаза, но почему-то даже не пытался меня сожрать, как это сразу сделал его коллега на кладбище. Бедняга домовой тоже продолжал болтаться в воздухе, удерживаемый чёрным щупальцем.

— Ты хоть знаешь, что творишь⁈ — явно шокировано повторил вопрос Ангел Смерти.

— Честно? Понятия не имею, — признался я. — Я даже не понимаю, как там у вас всё устроено наверху. Но эту душу ты не заберешь.

Если бы всё было, как представляла себе Марго Моретти, то я уже отвлёк жнеца достаточно, чтобы она завершила процесс возвращения души Алины Князевой в её тело. Вот только призрак застыл, и не мог даже коснуться своего тела, как и монахиня не могла продолжать ритуал.

— Ты будешь наказан, — справившись с удивлением, прошептал жнец и я почувствовал, как он начинает вытягивать из меня душевную энергию через руку. Вот только в этом «перетягивании каната» я уже неплохо поднаторел и с лёгкостью остановил этот процесс.

— Предлагаю разойтись миром, — спокойно сказал я.

Странно, но мне действительно не было страшно. Скорее всего потому, что Ангелы Смерти лично для меня мало чем отличались от других существ, с которыми я встречался в последнее время. К тому же я знал, что могу справиться с ними, и это делало жнецов ещё менее зловещими.

— Отпусти меня, человек! — яростно вскричал жнец, и по залу прошлась волна мрака, мгновенно затушившая все свечи.

Да я его вроде особо и не держу, чего он так нервничает. Как можно удержать существо, состоящее из тьмы? Или же… тут дело не в том, что я держу его за плечо, а в словах, которые я сказал когда коснулся жнеца⁈ Ещё же не прошли сутки с того момента, как я сожрал душу клоуна, а он вроде как мог брать под контроль ёкаев. Видимо, жнец получил от меня команду не двигаться, и поэтому оставался на месте.

— Отпущу, если пообещаешь, что уйдёшь и оставишь душу женщины в покое, — предложил я.

— Смерть должна получить своё, — прошелестело в ответ. — Ты не можешь этого изменить.

— Ну, когда-нибудь возьмёт, конечно, — согласился я. — Но не сегодня и не эту душу. — Я покосился на домового. — И мелкого, кстати, тоже отпусти.

Решив надавить на жнеца, чтобы ускорить принятие единственного верного решения, я начал понемногу тянуть из него душевную энергию.

— Хорошо, человек, — явно нехотя согласилась сущность. — Я уйду.

Надо же, вроде слуга смерти, а сам хочет жить, если можно так назвать существование жнецов. Хотя, что я вообще знаю об Ангелах Смерти? Может, они как офисные работники или курьеры, в конце рабочего дня где-то там наверху сидят в кафешке, пьют кофе и обсуждают, кто сколько душ забрал и что они получают слишком мало за такую тяжелую работу.

Картинка таких чёрных тварей, сидящих за столом и попивающих кофе с пончиками насколько меня захватила, что я на мгновение даже выпал из реальности, однако, не прервав процесс выкачивания душевной энергии.

— Я уйду! — уже чуть истеричнее вскричал жнец.

На мгновение я задумался, а не проще ли полностью сожрать жнеца, чем полагаться на его слово, но решил обойтись без столь жёстких мер. Всё-таки в прошлый раз я получил от душевной энергии Ангела Смерти довольно серьёзное несварение, а ведь я его даже не полностью поглотил.

Отпустив плечо сотканного из тьмы существа, я дождался, пока он отплывёт от призрака женщины, стоя вплотную к нему, чтобы успеть среагировать в случае чего. Но обошлось, жнец сам был рад переместиться подальше от меня и отшвырнул от себя домового. Старичок словно кошка приземлился на четыре конечности, отряхнулся, показал жнецу кулаки, и шмыгнул куда-то за шкаф.

— Всё это бесполезно, — уже издалека заявил жнец. — Эта женщина, как и все окружающие тебя люди, отмечены знаком смерти. Скоро мы заберем каждого из них.

— А я?

Жнец издал странный звук, подозрительно похожий на смешок.

— Я тоже отмечен этим знаком⁈ — повысил я голос, но Ангел Смерти уже растворился в воздухе.

— Что? — переспросила Марго Моретти. — Каким знаком? Ты о чём?

Очевидно, что время вновь продолжило свой ход, и никто даже не заметил появления жнеца. Призрачная рука души Алины Князевой коснулась её тела, и монахиня продолжила её направлять:

— Отлично, прислушайтесь к сердцебиению. Представьте, что у вас в груди бьётся сердце с таким же ритмом. Тук-тук, тук-тук…

Похоже, таким образом Марго пыталась ввести призрака в состояние транса. Я даже подумать не мог, что такое вообще возможно — загипнотизировать призрака, но глаза Князевой действительно остекленели.

— А теперь ощути, как вздымается грудь. Это ровное и спокойное дыхание спящего человека. Сконцентрируйся на нём и представь, что ты дышишь в таком же ритме…

Между призраком и телом начали формироваться тонкие едва различимые жгуты энергии, тянущие душу вниз.

— Ты и тело — одно целое. А теперь подумай, если бы ты сейчас спала, чтобы тебе снилось? Это самый приятный сон, который тебя успокаивает и делает счастливой.

Призрак Алины Князевой мягко улыбнулся, и душа постепенно втянулась в тело. Затем она глубоко вздохнула и неожиданно повернулась на бок, приняв более удобную для сна позу, оголив при этом бедро.

— Ну вот и всё, — довольно улыбнулась Марго. — Она просто спит. Проснётся через несколько часов и будет в полном порядке.

Князев тут же бросился к жене и осторожно поправил на ней одеяло.

— Точно? Она будет в порядке?

— Конечно. Я же говорила, что всё пройдёт без проблем, — радостно заявила Марго. — Даже не пришлось сражаться за душу с Ангелом Смерти.

Ну да, ну да. Знала бы она, что происходило тут на самом деле. Вот только переубеждать её я не собирался, монахиня и так проявляла ко мне слишком большой интерес. Пусть остаётся в неведении.

— Спасибо!

От избытка чувств Князев даже обнял монахиню, потом меня… и даже зачем-то пожал руки дворецкому Хану и Дженн, хотя они ни в чем в общем-то и не участвовали. Затем подошёл к жене и ещё раз поправил одеяло, постоял так пару секунд, снова вернулся, и ещё раз обнял меня. Такое впечатление, что он от полноты чувств просто не знал, куда деть себя и все обуревающие его эмоции. Поэтому мы быстренько распрощались с ним, чтобы больше не смущать. Всё-таки суровый, медведеподобный глава СБР УИ, пусть и бывший, суетящийся словно курица наседка, выглядел слишком странно. Монахиня быстро собрала свои вещи в саквояж, а ко мне тем временем подошёл невидимый для других людей домовой.

— Добро, — заявил о мне с важным видом, и показал большой палец.

Я показал большой палец в ответ, чем заслужил подозрительный взгляд от Дженн. Всё время после появления Ангела Смерти она вела себя как-то вяло, будто слегка пришибленно. Видимо, она единственная смогла ощутить появление жнеца благодаря дару и никак не могла прийти в себя.

Уже снаружи Марго Моретти напрыгнула на меня со спины и крепко обняла.

— Мы сделали это!

— Угу, — промычал я, осторожно выбираясь из её объятий. И где телохранительница, когда она действительно нужна? Я не удивлюсь, если за короткое время нашего контакта монахиня успела взять у меня несколько анализов, или, наоборот, незаметно вколоть что-нибудь.

— Наше сотрудничество оказалось очень продуктивным, и в будущем мы его обязательно продолжим, — по-злодейски потирая ручки, сказал Марго Моретти. — Тем более что способность справляться с одержимостью демонами очень заинтересовала Его Высокопреосвященство архиепископа Александра Суворова. Он даже разрешил привлечь тебя к работе в команде экзорцистов, так что мы скоро снова увидимся!

— Чудесно, — механически ответил я, совершенно не разделяя радости монахини.

Нет, помощь людям — это замечательно, но как бы церковники не попытались сделать меня своим работником на постоянной основе. А ведь я даже не уверен, что моя способность поглощать демонов не имеет никаких побочных эффектов. Всё-таки после Ангела Смерти я себя чувствовал не очень хорошо, и ещё неизвестно, чем закончится частое контактирование с душами демонов.

— Кстати, — опомнился я. — Раз уж мы заговорили об экзорцизме, ваши коллеги похитили моего друга, из которого я вытащил демона, и до сих пор не освободили.

— Это не похищение, — не согласилась монахиня, — а изоляция человека, душа которого подверглась демоническому воздействию. Для его же пользы, между прочим.

— И долго его ещё будут изолировать? — недовольно спросил я. — Или с ним что-то не так?

— Наоборот! — поспешно сказала монахиня. — Насколько я знаю, с парнем всё в порядке. Даже слишком. Обычно после одержимости остаются пятна на душе человека, демон заражает тьмой всё, к чему прикасается, но в случае твоего знакомого душа осталась абсолютно нетронута. Мои коллеги задержали парня исключительно потому, что не могут поверить в такое чудесное исцеление души и хотят всё перепроверить.

С одной стороны, это чудесная новость, что одержимость прошла для Донни совсем без последствий. Но эти обследования меня порядком смущают, ведь в какой-то момент в принудительной изоляции могу оказаться и я сам.

— Поговорим о совместной работе после того, как Донни окажется дома, — твёрдо сказал я. — Лично вас же я должен поблагодарить за помощь с восстановлением души Алины Князевой.

— Да без проблем, — улыбнулась Марго Моретти. — Я за любой богоугодный кипишь. Но я ещё хотела расспросить тебя о…

— Сожалею, — поспешно сказал я, пятясь от монахини. — Но у меня назначена очень важная встреча, и я уже опаздываю.

К счастью для меня, Марго не стала проявлять излишнюю назойливость. Скорее всего, причиной этого стало присутствие дворецкого Хана и Дженн, буравящих её суровыми взглядами. Моя телохранительница уже была неплохо знакома с замашками монахини и невзлюбила её, так же, как и Ника, а вот дворецкий таким взглядом смотрел практически на всех окружающих. Вот уж из кого получился бы идеальный телохранитель, под таким взглядом ко мне бы никто даже подойти не рискнул.

И всё-таки, несмотря на заявление Ангела Смерти о том, что все окружающие отмечены знаком смерти, настроение у меня было отличное. Всё-таки у нас получилось вылечить Князеву, и это сняло с меня огромное бремя. Мне даже физически стало немного легче дышать.

— Куда теперь? — поинтересовался дворецкий, когда мы сели в машину.

— В офис к Джеймсу Харнету.

По пути я отписался Михайлову и Нике, что ритуал прошел успешно и мы смогли вернуть Алину Князеву. Разумеется, без подробностей, ни к чему им пока знать о моей встрече с Ангелом Смерти. Заодно позвонил Донни, но его телефон был всё ещё недоступен. Хорошо, что теперь я хотя бы знал, что с ним всё в порядке.

В офис Джеймса я поднимался со смешанными чувствами, зная, что в приёмной меня не встретит милой улыбкой Мисси. Без ханьё это место станет значительно менее приветливым, хотя, в случае Джеймса о приветливости и вовсе речи не идёт.

Наверх со мной поднялась только Дженн, дворецкий предпочёл ждать внизу. Открыв дверь, я нерешительно застыл на пороге, окинув взглядом офис. На стене возле входа висела старая добрая вывеска «Джеймс Харнетт — лучший медиум Барселоны», рядом с ней несколько сертификатов, грамот и наград. Запах горячего кофе, исходящий от кофемашины, тоже был привычным, вот только, насколько я знал, Джеймс предпочитал виски. Кто же тогда и кому готовил кофе?

— Вам назначено? — раздался ехидный женский голосок, и только тут я заметил «слона», а точнее, милую блондинку, сидящую на месте Мисси.

Стройная, с наивно округлыми чертами лица, похожая на Барби из одноименного фильма.

— Ээ… вы новая секретарша? — выдавил я из себя.

Но это было не смущение, а скорее возмущение — слишком быстро мой учитель заменил ханьё. Кто это вообще такая⁈

— Меня зовут Нисса, — представилась девушка. — И я не секретарша, а партнерша Джеймса.

Партнерша⁈ Я бы ещё понял, что Джеймс быстро нашёл секретаршу, всё-таки без неё в офисе трудновато, ведь он постоянно в разъездах, но заменить за один день партнёршу⁈

— С хрена ли⁈ — не удержался я.

— Что значит «почему»? — улыбнулась девушка. — Потому что я обладаю рядом качеств, недоступных никому другому. Я уникальна, знаешь ли.

Что-то в этой девушке меня смутило, то ли манера разговора, то ли её взгляд. Он был мне смутно знаком.

— Мисси? — настороженно спросил я.

— Теперь меня зовут Нисса, — поправила меня ханьё. — Ромка, ты же не думал, что какой-то клоун сможет меня убить?

Глава 19

Я не удержался и обнял ханьё, перегнувшись через весь стол.

— Как же я рад, что с тобой всё в порядке!

Мисси, то есть, Нисса, даже немного смутилась.

— Ты что, переживал из-за меня?

— Конечно! Ты всегда приходила мне на помощь и помогала советами в самые опасные моменты! Да я первый раз отрезал себе палец под твоим чутким руководством! Это практически как лишение девственности!

— Ой, ладно тебе, — окончательно растаяла Мисси, при этом странно поведя носом, будто принюхиваясь ко мне. — Но приятно, приятно. Хоть кто-то меня ценит.

Из кабинета выглянул Джеймс.

— Я тоже тебя ценю. Рассказать, во сколько мне обошлись новые документы для некой Ниссы аль Гул? Ещё и имущество всё переписывать на другую личность, деньги со счетов переводить. — Он одарил меня недовольным взглядом. — А ты, парень, иди в кабинет, нам есть о чём поговорить.

Ханьё даже не посмотрела в его сторону, зато продолжила очень внимательно изучать меня.

— А почему от тебя так странно пахнет? — прищурившись, спросила она. — Очень знакомые запахи, похоже на кицунэ, тануки и ещё каких-то мерзких ёкаев. Причём запахи явно свежие, будто они касались тебя буквально пару часов назад.

Дженн тем временем молча налила себе кофе и ушла в переговорку, чтобы заняться там любимым занятием — чтением, но дверь оставила открытой, видимо, чтобы краем уха слушать, о чём мы говорим.

— Кхм… потому что я только сегодня с ними общался, — как всегда, по-честному ответил я. — Я же вынес их из подземелья. Джеймс не рассказывал? Он ещё вчера заметил печать у меня на животе.

— Я не знал, что именно за печать ты на себе поставил, — скривился медиум. — А уж чтобы запечатать в себе толпу ёкаев, нужно быть полным идиотом. Даже о тебе я был лучшего мнения.

— Там всё было грамотно рассчитано, — с обидой возмутился я. — Перед запечатыванием мы заключили контракты, которые закрепляли действие печати.

— Ну да, ну да, — покивал медиум. — Не разорвало к чертям, и ладно. Проходи уже в кабинет, нам нужно подписать кое-какие бумаги.

— Бумаги?

— Шустрее, шустрее, — прикрикнул на меня Джеймс. — Мне уже скоро нужно ехать на встречу, а ты всё на пороге топчешься.

В его кабинете я был чуть ли не насильно усажен за стол, на котором была разложена целая стопка бумаг.

— И что это? — подозрительно спросил я.

— Документы на офис, лицензия медиума, подтверждение нового статуса для Ассоциации. — Джеймс указал на отдельную папку. — Здесь график выплат процентов от доходов и аренды.

Я сидел и непонимающе хлопал глазами.

— Вы нашли мне офис?

— Почти. Я его тебе освободил.

— От кого? — окончательно растерялся я.

— От себя, разумеется. Думаю, я достиг в этом городе всего, чего хотел, и даже больше. Пора двигаться дальше.

Сказать, что я был удивлён — это назвать цунами лёгким морским бризом. Я был сбит с толку, шокирован, ошеломлён и просто не знал, что с этим делать.

— Это же шутка? — решил уточнить я.

— Я когда-то был замечен в неуместных шутках? — искренне удивился медиум, налив себе виски из бутылки.

— Никогда не поздно начать.

Если это и была шутка, то очень хорошо продуманная. Полистав бумаги на столе, я убедился в том, что речь в них идёт именно о передаче мне офиса и всей практики. К тому же, в кабинете по другую сторону стола стояло несколько коробок с вещами, на которые я поначалу не обратил внимания. Такое впечатление, что Джеймс действительно забирал свои вещи из офиса!

— А… куда вы собрались? — с трудом выдавил я из себя.

— В Российскую Империю. Я прикупил небольшой домик в Московском Княжестве и хочу открыть там новый филиал своего бренда «Джеймс Харнетт — лучший медиум». Чувствую, русским сильно не хватает моих способностей, они научились справляться с демонами, а вот призраками занимаются только местные святоши. Медиуму есть где разгуляться.

Я вскочил из-за стола и выглянул из кабинета.

— Вы правда уезжаете⁈ — спросил я Мисси, то есть, Ниссу.

— Да. Так получилось, что пришло время двигаться дальше, — повторила ханьё слова Джеймса. — Не всё же время сидеть на Объединённых Островах. Таланты Джеймса нужны в другом месте.

— В месте, где живёт множество очень богатых людей, — довольно добавил медиум.

Всё это звучало очень неожиданно и подозрительно. Не то чтобы мы были давно знакомы, но у меня было стойкое ощущение, что Джеймс плотно и очень выгодно встроен в жизнь Барсы, а возможно, и других городов Золотого Острова. Взять просто так всё бросить и уехать?

— Давай, давай, — поторопил меня медиум. — У меня ещё очень много дел, которые нужно решить до отъезда. Я не могу провести тут с тобой весь день. Ручку в руки, и ставь свою подпись в местах, отмеченных крестиками.

Всё ещё до конца не веря в происходящее, я начал более внимательно вчитываться в документы, надеясь найти хоть какие-то намёки на то, что это глупая шутка. Вот только бумаги выглядели вполне настоящими. Джеймс Харнетт как мой учитель, при поддержке второго наставника — Димитрия Макарова, признаёт мои заслуги, как специалиста, и передаёт свою практику, заодно сдав в аренду свой офис. То есть, по сути, после подписания всех бумаг, я стану полноценным медиумом, временно исполняющим обязанности лучшего медиума Барселоны, исправно платящим этому хитрецу аренду, проценты со всех доходов и берущим на себя все его обязательства по уже заключённым договорам.

— Серьёзно? — переспросил я, особо остановившись на последнем пункте про обязательства. — Я что, похож на идиота? Принять все обязательства по договорам?

— Ой, там этих договоров-то всего ничего, — отмахнулся медиум. — Пара незаконченных дел, да сотрудничество с полицией, оплачиваемое по соответствующему прайсу. Ты уже видел, как это работает — исследовать все подозрительные артефакты, внести в картотеку, да и всё. Делов-то. Зато ты будешь работать под уже сформированным брендом с идеальной репутацией.

Это звучало даже более подозрительно, чем сама идея с передачей практики. Он просто так решил доверить мне бизнес со своим именем?

Пока я в лёгком ступоре пялился на документы, в кабинет заглянула Дженн.

— Я тут услышала ваш разговор. Если речь идёт о документах, то я могу подсказать, нет ли в них чего-нибудь подозрительного.

— Подозрительного⁈ — возмутился Джеймс. — Все условия прозрачны, как слеза младенца.

Я с огромным облегчением подтолкнул все бумаги телохранительнице, лишь бы не разбираться в этом самому.

— Конечно посмотри!

И только потом подумал, а откуда у обычной телохранительницы такие знания?

— С каких это пор телохранители разбираются в юриспруденции? — скривившись, озвучил мою мысль медиум.

— Лично я с две тысячи десятого года, с тех пор как закончила с отличием юридический факультет Бронзового Острова, — гордо ответила женщина, быстро бегая глазами по тексту в договоре. — Даже мельком пробежавшись по тексту, я вижу несколько спорных моментов, особенно учитывая правила Ассоциации Медиумов, которые я как раз на досуге изучала.

Медиум закатил глаза и тяжело вздохнул.

— Ой, всё. Обсудите это с Ми… Ниссой, а я тратить своё время на подобные мелочи не собираюсь, у меня на сегодня восемь встреч назначено. — Джеймс погрозил мне пальцем. — А тебе лучше подписать все документы, иначе после моего отъезда тебя окончательно приберут к рукам святоши или «сбруи». Официально зарегистрированная практика — лучшая защита от любых посягательств на твою свободу: как только ты начинаешь платить проценты Ассоциации и принимать их заказы, она становится твоим щитом и страховкой.

— А пока я был практикантом, Ассоциация обо мне не заботилась? — скептически уточнил я.

— В это время о тебе заботился я, — явно сам не особо веря в сказанное, произнес Джеймс. — А без меня, если ты останешься практикантом, то ответственным за тебя станет второй номинальный учитель — Макаров. И ты будешь обязан выполнять все его поручения. Как человек, очень долгое время бывший его учеником, я бы очень не советовал шагать в эту пропасть.

Я и сам прекрасно понимал, что близкое общение с Макаровым не приведёт ни к чему хорошему, да и его методы обучения мало чем отличались от пыток. С другой стороны, старик был отличным источником знаний, и полностью отказываться от его помощи я бы тоже никогда не стал.

— То есть, либо я становлюсь полноценным медиумом и принимаю на себя все ваши дела, либо перехожу в подчинение человека, сидящего в психушке?

— Про психушку всё верно, — кивнул Джеймс. — Касательно же работы под моим брендом, во-первых, это очень выгодное дело, и во-вторых, я всё ещё остаюсь владельцем этого бизнеса. Ты лишь становишься моим представителем в Барсе. Разумеется, ты можешь обращаться ко мне за советами, как и раньше, да я и сам буду здесь периодически появляться.

Да-а, Джеймс же так часто мне помогал советами и так плотно занимался моим обучением. Верю, верю.

— Кстати, о советах, Макаров просил передать вам, что меня нужно обучить рунам, скрывающим сущность ёкаев, — вспомнил к слову я, раз уж он так удачно заговорил об обучении.

— Спроси у Ниссы, она выдаст тебе методичку, — отмахнулся медиум, чем тут же ярко продемонстрировал, насколько активно он будет мне помогать советам. Как же хорошо, что Мисси снова с нами, и я могу рассчитывать хотя бы на неё.

— Уже распечатываю! — раздался крик партнерши Джеймса из приёмной. — Хотя я бы посоветовала не брать на себя такую ответственность. Если ёкаи сделают какую-нибудь глупость и их поймают, то по остаточным следам на рунах церковники смогут связать их с тобой.

— Я запомню, — искренне поблагодарил я, сделав мысленную пометку, что придётся как следует доработать условия предоставления ёкаям моей помощи. Ссориться с церковью мне точно не хочется.

В целом же происходящее стало слишком большой неожиданностью, чтобы адекватно отреагировать на предложение Джеймса. К счастью, моя телохранительница проявила неожиданную подкованность в подобных делах и быстренько прочитала всё, что было написано между строк. Например, то, что Джеймс не мог просто так уехать из Барсы, поскольку был приставлен к этому городу Ассоциацией, и только я, приняв все его дела, мог освободить медиума от обязательной службы. В связи с этим проценты, которые я должен был выплачивать Джеймсу, и аренда офиса, после недолгих переговоров уменьшились в несколько раз. Кроме того, Дженн запросила всю информацию по «долгам» медиума, делам, которые предстояло закрывать уже мне. Самым подозрительным оказался подряд на обеспечение безопасности в шахте по выработке алмазов, расположенной в нескольких часах езды от Барсы. Договор на оказание услуг там выглядел словно трёхтомник «Войны и Мира».

— Это всё та въедливая девчонка, — поморщившись объяснила Нисса. — Ты её видел, рыжая такая пигалица, представительница семьи Редмонд. Видимо, ей впервые доверили столь серьёзное дело, и она решила продемонстрировать сразу все знания, полученные на курсах по юриспруденции. Джеймс так и не приступил к этому делу, потому что мы до сих пор не согласовали все пункты договора. В принципе, если захочешь, можешь слать её далеко и надолго, поскольку нам даже аванс ещё не выплатили.

Второе же дело было связано с поисками пропавшего мальчика, на которые Джеймса подрядила полиция. Пометка в деле от медиума указывала, что парнишка уже точно мёртв, поэтому нужно найти его тело и, по возможности, убийцу. С семейного фото на меня смотрел добродушный белобрысый пацаненок лет десяти, и я, если честно, просто не смог себя заставить прочитать подробности этого дела, поспешно отложив папку в сторону.

— И это точно всё? — уточнил я. — Больше от меня никто ничего не потребует?

— Разумеется. В остальном, можешь сам выбирать дела, за которые захочешь браться. Главное, чтобы была вовремя оплачена аренда офиса и, конечно же, если уж взялся за дело, будь добр его завершить в лучшем виде, — сказал Джеймс. — Всё-таки моё доброе имя нужно поддерживать.

И вот в это, если честно, выглядело подозрительнее всего.

— С моим умением влипать в неприятности, вы правда верите, что я смогу справиться со всеми делами и не обрушить репутацию «Лучшего медиума в Барсе»?

— Кандидатуры лучше у меня под рукой всё равно нет, — пожал плечами медиум. — А мне нужно срочно уехать, так что остаётся надеяться на твоё благоразумие. — Он вдруг приблизил своё лицо к моему и очень серьёзно сказал: — И помни самое главное правило: нельзя брать оплату ниже прайса, указанного в приложении к договору! Это очень важно!

А ещё, пока мы сидели и обсуждали детали договора, мне в голову пришла неожиданная мысль: а не может ли быть связан скорый переезд Джеймса со сложившейся на Островах ситуацией? Всё-таки медиум обладает определёнными навыками предвидения и чтения информации с людей, в нашу первую встречу он и меня смог неплохо «прочитать». Значит, вполне вероятно, что и в целом может чувствовать «куда ветер дует».

— Я тут недавно пообщаться со жнецом, который заявил, что все жители Островов в самое ближайшее время умрут, — лукаво сказал я. — И я вот сейчас подумал, не связан ли ваш спешный переезд в Российские Княжества с предстоящим небольшим апокалипсисом?

— Впервые слышу, — совершенно спокойно ответил медиум. — В том числе и о том, что жнец вообще когда-либо говорил со смертным. Ты уверен, что это был именно он? Тот самый Ангел Смерти, слуга вселенского абсолюта? Или тебя просто обманул какой-нибудь хитрый призрак?

— Там было невозможно ошибиться, — заверил я. — Значит, вы не в курсе того, что «Купол» скоро перестанет работать?

— Конечно в курсе, — легко ответил Джеймс. — Об этом уже много лет говорят, что вот-вот «Купол» рухнет и начнётся нашествие демонов. Вот только в других странах всегда как-то обходились без перенаправления порталов, и Острова тоже со временем справятся, хотя, без жертв, конечно, не обойдётся.

Хмм… а вот об этом я не подумал. Я ведь очень мало знаю о жизни в других странах, и тем более о том, как там справляются с порталами из Лимба. Очевидно, что там тоже существуют какие-то тактики противодействия демонам, и они довольно успешно работают. Может, и здесь с исчезновением «Купола» у властей получится стабилизировать общую ситуацию? Пожалуй, если бы не жнец, я бы мог поверить словам Джеймса, но всё же не похоже, что Ангел Смерти врал.

Я ещё расспросил Джеймса о знаках смерти, и том, кто их может видеть, но практически ничего нового не узнал. Некоторые медиумы могут чувствовать их на окружающих в тот момент, когда смерть становится максимально близка. Неожиданно вмешалась ханьё и сказала, что лично она чувствует этот знак на себе, поэтому и способна вовремя покидать своё тело, чтобы затем восстановиться в другом месте. Тут она ничего конкретизировать не стала, явно желая сохранить секрет своей живучести даже от меня.

И, разумеется, даже после того, как Дженн и Мисси значительно отредактировали все договора, я их подписывать не стал. Сперва стоило спокойно всё обдумать и обсудить этот вопрос с Михайловым. Не то чтобы его слово было для меня очень важно, но он мог указать на какие-то последствия, о которых не подумал ни я, ни Дженн. Джеймс был сильно недоволен, но настаивать всё же не стал, дав мне время подумать до завтрашнего дня. Я же, покинув офис медиума в слегка шокированном состоянии, велел дворецкому Хану отвезти нас с Дженн в Золотую клинику. Очень хотелось узнать, кто теперь занимается лечением Лоры после того, как Дубров перестарался со своими экспериментами, и как в целом её состояние. Думаю, мой новый статус особого консультанта позволял получить эту информацию в полном объеме, а если нет, то мисс Кацуги наверняка сможет решить этот вопрос в мою пользу.

Глава 20

Увы, но мисс Кацуги ничего решить не смогла по целому ряду причин. Во-первых, Палмеры после происшествия с вирусом сразу же забрали дочь из клиники в «более безопасное место». Единственное, что точно знала главный врач — девушка пришла в себя и смогла покинуть клинику самостоятельно. В отличие от её мамочки, получившей от меня довольно серьёзные травмы и передвигавшейся исключительно на кресле-каталке. Хорошо ещё никто не стал рассказывать, кто именно переломал ей все рёбра, иначе бы на меня точно по судам затаскали. Хотя, кто знает, может, это ещё впереди, просто у Палмеров до меня пока руки не дошли.

Ну, а во-вторых, доктора Дуброва после его экспериментов благополучно уволили из клиники. Правда, по словами мисс Кацуги, его быстро перехватил и забрал к себе профессор Семёнов. Кстати, он же вроде бы успел наложить лапу и на голову Рональда Тумса, вот только в подземной лаборатории я её что-то не видел, а главное, он сам об этом и слова не сказал. Непорядок. Я, конечно, не рабовладелец, но бывший директор клиники всё-таки принадлежит мне. А помня о том, как Семёнов пытался обмануть меня с патентами на кодировки аудиофайлов и другое программное обеспечение, полученное из моего смартфона, стоило его хорошенько проконтролировать. Как, кстати, и выплаты по тем самым патентам.

— Я постараюсь узнать, как самочувствие девушки по своим каналам, — пообещала мисс Кацуги, когда мы сидели в её кабинете и пили кофе. — Но Дубров заверял, что в теории вирус полностью уничтожен и можно ни о чём не переживать.

— И всё же лучше уточнить, его теориям я не слишком доверяю, — поморщился я. — Кстати, а у вас случайно нет телефона Лоры Палмер?

Если уж до Донни дозвониться не получается, то возможно проще связаться напрямую с его сестрой? Судя по её характеру, вряд ли она станет винить в своём отравлении меня. Хотя, сам я считаю, что всё-таки виноват, поскольку изначально позволил им помогать мне, но, с другой стороны, это был их личный выбор. В общем, тема довольно спорная.

— Есть только телефон миссис Палмер. Продиктовать?

Азиатка не улыбалась даже краешками губ, но по её глазам можно было понять, что она чу-уть-чуть издевается.

— Не-ет, спасибо, я лучше подожду, пока церковники освободят Донни Палмера.

— Кстати, я удивлена, что монахи не стали трогать остальную семью Палмеров, а взяли именно его, хотя он с вирусом никак не контактировал, — хитро прищурившись, сказала мисс Кацуги. — Ты не в курсе, почему?

Я-то был в курсе, но не уверен, что этой информацией стоило делиться с главным врачом клиники. Всё, что связано с настоящими, библейскими демонами, святоши старались хранить в секрете и мне очень не хотелось стать тем, кто разбалтывает их тайны на каждом углу.

— Почему забрали Донни я знаю, но предпочёл бы этот вопрос не обсуждать, это не моя тайна, — честно ответил я. — В любом случае, это никак не связано с произошедшим в клинике.

Этот уклончивый ответ стоил мне таких усилий, что я аж вспотел. Внутри, прямо в горле, застыл целый речитатив, описывающий всё произошедшее с парнем, но я всё-таки сдержался. В целом говорить правду не так уж и сложно, ведь она бывает разная, куда сложнее справиться с лёгким синдромом правдивого Туретта.

— Ладно, не буду ни на чём настаивать, — легко согласилась женщина и меня сразу отпустило. — Меня больше интересует, смогли ли вы вылечить Алину Князеву после того, как муж забрал её из клиники? Столь глубокая кома без каких-либо физических повреждений тела обычно заканчивается постепенным угасанием и смертью.

Тут мне скрывать было совершенно нечего, и я рассказал о том, в чём была причина такого состояния женщины, и как мы эту проблему решали. Без подробностей приключений в депо, разумеется, об этом главному врачу было знать совершенно не обязательно. Зато в будущем, понимая, что подобное состояние связано с исчезновением души, в клинике будут знать, к кому обратиться за помощью. Правда, медиумы не очень любят заниматься лечением людей, что, кстати, весьма удивительно. В моём мире, где абсолютно каждый медиум и целитель — шарлатан, они готовы лечить за деньги что угодно, хоть рак, хоть неоперабельные опухоли. А здесь, будучи реально способным на многое, они отказываются брать на себя ответственность, предпочитая спокойно заниматься охотой на призраков и небольшими «общими» исследованиями вроде тех, что при первой встрече провёл надо мной Джеймс. Кстати, интересно узнать у него, как это вообще работает — он считывал какое-то информационное поле или получал картинки касаясь моей души, примерно так же, как я это делаю, когда начинаю пожирать существ? Но для этого ведь нужно поглотить хотя бы часть душевной энергии, и в случае с людьми это был бы, в некотором смысле, каннибализм.

— Очень интересно, — призналась мисс Кацуги. — У нас в клинике подобных пациентов нет, но я знаю пару людей, находящихся на домашнем «лечении», назовём это так, ровно в таком же состоянии. Возможно, мы могли бы предложить им свою помощь и привлечь тебя как консультанта. Удачное лечение могло бы существенно повысить рейтинг клиники, ощутимо просевший после события с вирусом.

Если честно, мне было сейчас совершенно не до этого. Но и сразу отказывать в лечении людей было бы не слишком красиво, поэтому я уклонился от ответа, напомнив, что если душа пропала давно, то найти её будет довольно проблематично. А главное, за столь долгое время вне тела, с ней могло случиться что угодно, вплоть до превращения в полтергейста или ухода «за грань».

Я объяснил все сложности и предупредил, что результат моих поисков может окончательно лишить людей надежды, на что мисс Кацуги заявила, что оставлять надежду там, где нет никаких шансов на излечение, тоже не самый лучший вариант. В общем, эта идея главному врачу очень понравилась, поскольку, как я понимаю, попытавшись привлечь меня в качестве консультанта, она, по факту, понятия не имела, как это можно использовать. А тут вполне конкретная задача, к тому же, уже единожды мной выполненная. Заодно, после нашего разговора, я прошёл уже привычное обследование в местной травматологии, где мне подлечили незначительные травмы, полученные в подземке: царапины, мелкие растяжения. Я, если честно, даже не заметил всего этого, похоже, начав привыкать к тому, что у меня постоянно всё болит.

Ну, а дальше нам оставалось только под вечер вернуться в особняк Михайловых. Вот не хотел я вновь оставаться там на ночь, но всё же пришлось. Правда, на этот раз с нами поехала и Дженн, точнее, ей по каким-то своим причинам велел это сделать дворецкий. По пути я некоторое время поглядывал на телохранительницу, а затем всё же решился спросить:

— Слушай, раз уж ты разбираешься в договорах, может, поможешь составить для одного призрака максимально короткий тезисный текст, который запретит ей доводить мальчиков на сайтах знакомств до самоубийств?

Обычно спокойная телохранительница уставилась на меня широко открытыми глазами.

— Что-что⁈

Пришлось описать ей ситуацию с Катей, благо времени по пути в особняк было более чем достаточно. Дженн с радостью взялась за дело и всю дорогу сидела с блокнотом, что-то в нём увлечённо черкая. По-моему, сегодняшняя юридическая возня нравилась ей куда больше, чем работа телохранителя, во всяком случае, раньше я не видел её настолько увлечённой и где-то даже счастливой. Я даже не думал, что её худое лицо может иметь какое-то иное выражение, кроме максимально недовольного жизнью. К тому моменту, как мы добрались до дома Михайловых, у меня на руках уже был точный текст договора с призраком. А когда я выходил из машины, телохранительница неожиданно взяла меня за руку и тихо спросила:

— А вы правда собираетесь принять предложение Джеймса Харнетта?

— Это не выглядело как предложение, — заметил я. — Скорее, как ультиматум. Но в целом, почему бы и нет, с подкорректированными условиями я действительно получаю собственную практику медиума с возможностью самому выбирать, за какие дела браться.

— Тогда… могу ли я занять место вашего помощника? Да, в работе медиумов я не разбираюсь, но могу помочь с документами и другими вопросами.

Хмм, в целом я ещё не думал об этом, но логика в предложении женщины была. Кто-то же должен занимать место Мисси, встречая клиентов и разбираясь с вопросами, которые будут возникать во время работы. И брать на это место человека со стороны было бы не очень удобно.

— Я думаю, да, в целом это неплохая идея, — признал я. — Если я приму предложение Джеймса, разумеется.

— Отлично!

Уже второй раз за день я заметил на лице Дженн некое подобие улыбки. Затем дворецкий увёл её в дом, отведённый для проживания охраны, а я поднялся по лестнице в особняк. И первым, кого я увидел, открыв дверь, был мелкий домовой.

— Опять ты, — устало вздохнул я. — Чего тебе?

Но тут микростаричок меня удивил.

— Добро, — важно сказал он, показав мне большой палец, и вразвалочку прошествовал куда-то под лестницу.

Хмм… и что это было? С чего он вдруг сменил отношение ко мне? Очень странно.

Я начал подниматься наверх, в кабинет Евгения Михайлова, когда меня вдруг озарила догадка: а если у домовых есть какая-то связь между собой, и он узнал, что я помог домовому Князевых защитить хозяйку? Наш домовой даже в точности повторил жест того микростаричка. Уж не знаю, пользуются они телефонами, или у них есть какие-то свои каналы, или вовсе общее сознание. Но каким-то образом этот мелкий гадёныш понял, что я неплохой парень, и больше меня душить не надо. Во всяком случае, я очень надеюсь, что именно так дела и обстоят.

Следующей на моём пути появилась Катя. Призрак выплыл из стены и радостно воскликнул:

— Вы вернулись, чтобы заключить со мной контракт⁈ Да ведь⁈ Да ведь⁈

— И это тоже, — подтвердил я. — Но учти, что условия будут жёсткими.

— Я на всё готова, лишь бы получить доступ в Сеть! — воскликнула девушка-призрак. — Просто дайте мне шанс!

— Шанс тебе представится, — заверил я. — Мне нужно найти много различной информации и выследить одного очень опасного человека. Да и скоро у меня появится собственное дело, в котором поиск информации имеет далеко не последнюю значимость.

Катя радостно, правда, совершенно беззвучно, захлопала в ладоши.

— Ура! Когда начнём⁈

— Чуть позже, сначала я решу ещё несколько вопросов, — уклончиво ответил я. — Я тебя позову.

С трудом избавившись от нетерпеливого призрака, я добрался-таки до кабинета Евгения Сергеевича. Михайлов была на месте и работал за тем, что местные называли «ноутбуком» — защищённым многочисленными рунами чемоданчиком, толщиной сантиметров в десять. Мне потребовалось минут двадцать, чтобы рассказать ему об ультимативном предложении Джеймса и продемонстрировать все полученные от него документы. Разумеется, сначала глава семьи удивился, затем заинтересовался, а изучив все бумаги, радостно потёр ладони.

— Разумеется, соглашайся.

— А не слишком большая ответственность? — озвучил я своё главное сомнение. — Я не могу гарантировать, что справлюсь с делами так же эффективно, как Джеймс. Точнее, могу гарантировать, но ровно обратное.

— А это и не важно, — заверил меня Евгений Сергеевич. — Главное, что ты станешь номинальным владельцем всего бизнеса Джеймса в Барсе.

— Это-то и пугает.

— Не нужно пытаться исполнить все заказы, бери только те, что точно сможешь выполнить. Никуда не торопись, набирайся опыта. Кстати, услугами медиума такого уровня пользуются только состоятельные люди, это открывает огромные возможности для наведения полезных знакомств.

Что ж, понятное дело, глава семьи рассматривал любые изменения исключительно с точки зрения пользы для общего дела, какое бы оно ни было у Михайловых. Кстати, я реально не понимал, чем занимался Евгений Сергеевич после того, как покинул пост начальника управления полиции. Ника говорила что-то о производстве комплектующих для строительных роботов в Российских Княжествах, но это мне мало о чём говорило, да и где Золотые Острова, а где княжества. Кстати, здесь я подобных роботов до сих пор даже не видел.

Разумеется, я не стал сдерживать любопытство, и тут же задал этот вопрос самому Михайлову. Ответ меня порядком удивил — оказалось, что несмотря на потерю своего поста, он продолжал заниматься политикой и активно участвовал в жизни города и Золотого Острова в целом. А основной доход на Островах семья получала от вложений в несколько небольших бизнесов, включавших в себя сеть магазинов электроники и пару исследовательских лабораторий, плотно завязанных на профессора Семёнова. Туда, кстати, и пошли полученные из моего телефона технологии, те, с которыми получилось разобраться: музыкальные и видео-кодеки, устройство видеопроцессора и еще какие-то внутренние решения. Ещё выяснилось, что разобраться с программным обеспечением как раз и помогала призрак Катя, работая за своим локальным компьютером, полностью изолированном от внешнего мира. И этот факт делал сотрудничество с девушкой-призраком ещё более полезным, чем мне казалось в начале. Осталось лишь заключить контракт и предоставить ей доступ в сеть, благо, Евгений Сергеевич уже всё подготовил, и осталось лишь дать отмашку дворецкому. Узнал я и о ёкаях: всех шестерых временно поселили в подземной лаборатории, пока решался вопрос с их легализацией, и они совершенно не были против, во всю осваивая современную технику. Разговор с ними предстоял серьёзный, поэтому я предпочёл оставить его на завтра, сейчас занявшись более насущными делами.

Получив от Михайлова-старшего одобрение и обещание финансовой поддержки в случае, если с бизнесом Джеймса возникнут какие-то проблемы, я наконец-то добрался до столовой и как следует поужинал под бдительным взглядом Горты. Мне кажется, если бы я не съел всё, что она мне принесла, то дородная кухарка просто не выпустила бы меня из-за стола. Но я каким-то чудом героически справился с каждым из блюд, и только после этого отправился к себе в комнату, где меня уже ожидала Катя. Контракт мы заключили, полностью прописав все условия, придуманные Дженн. Там был и запрет на посещение сайтов знакомств, и полный мораторий на любой флирт в Сети, и на заведение личных аккаунтов в любых соцсетях. Сообщения можно было отправлять только членам семьи Михайловых и некоторым работникам вроде того же Семёнова или дворецкого Хана. А самое главное, то, что могла узнать Катя во время работы, должно было оставаться нашим общим секретом, и делиться этой информацией было запрещено даже с Евгением Сергеевичем.

Первым же заданием для призрака стал поиск номера телефона Лоры Палмер, мне всё-таки хотелось убедиться, что с ней всё в порядке. Второе более сложное дело — это поиски Погонщика Трупов. Хоть Доктор пока не появлялся, я и сам чувствовал, что затягивать с этим делом не стоит, и Дэмис должен быть отомщён. А для этого мне нужно было знать как можно больше о Нормане Бедвиле и всех его, так называемых, родственниках с очень похожими именами. Заодно было бы неплохо разобраться с Братством и теми, кто ещё в него входил помимо Погонщика, начав с Макарова, Доктора и старика Михайлова.

— Телефон пришлю сразу, как только мне откроют доступ в Сеть, — пообещала Катя. — Это дело пяти минут. С остальным придётся как следует поработать, но я справлюсь!

Я спустился вниз и отдал указание дворецкому Хану снять ограничения с компьютера Кати, невольно подметив, что командую опасным азиатом без всякого смущения, словно делал это всегда. Всё-таки человек быстро привыкает к хорошей и, можно сказать, даже богатой жизни.

И действительно, спустя всего минут пять мне на телефон пришло сообщение с номером. Но прежде, чем звонить ей, я решил попробовать связаться с отцом Павлом, чтобы узнать последние новости о Донни. И, о чудо, на этот раз он ответил!

— Роман, здравствуй. Ты очень удачно позвонил, я как раз думал с тобой связаться.

Прозвучало это немного зловеще, если честно.

— Здравствуйте. А я хотел узнать, почему до сих пор не отпустили Донни Палмера.

— Как раз недавно отправили его домой. Если ты думаешь, что кто-то удерживал его силой, то сильно ошибаешься. Он сам согласился провести все возможные обследования, чтобы убедиться в том, что никаких последствий от взаимодействия с демоном точно не будет.

— Обычно, когда люди сотрудничают добровольно, они остаются доступны по телефону, — заметил я.

— Есть такое понятие — режимный объект, — мягко ответил отец Павел. — Это ограничение работает на всех посетителей. Но зато теперь молодой человек может быть полностью уверен, что его душа ничем не запятнана.

Я чуть было не сказал «слава Богу», но предпочёл сдержаться. Не знаю, как там у священников, не считается ли это «упоминанием в суе»? В любом случае, я мог наконец-то выдохнуть, зная, что с Донни всё в порядке.

— Хорошо. А о чем вы хотели поговорить со мной?

— С Донни мы определились, теперь хотелось бы лучше изучить твою способность, и не несёт ли она какие-либо пагубные последствия для тебя самого.

Та-ак, началось. Конечно, в определённом смысле церковники правы — им же нужно убедиться в том, что я сам не заражусь от демонов какой-нибудь гадостью. Но у меня хватает секретов, делиться которыми мне совершенно не хочется, поэтому длительное общение на их территории меня точно не устраивает.

— В таком же режимном объекте? — подозрительно спросил я.

— Вовсе не обязательно. По договорённости с Ассоциацией Медиумов мы можем допрашивать или тестировать её членов только в присутствии наблюдателя. В твоём случае это должен быть твой учитель — Джеймс Харнетт. Думаю, мы сможем договориться с ним, чтобы провести все тесты, например, завтра днём.

— Боюсь, Джеймс планирует в ближайшее время покинуть город. Но у меня есть второй учитель, можно провести тесты в его присутствии, — не без ехидства сказал я. — Нужно лишь вызвать из клиники Димитрия Макарова.

— Кхм, — как я и предполагал, сильно смутился священник. — Думаю, не стоит беспокоить старого человека по таким пустякам. Если Джеймс уедет, то Ассоциация сможет прислать кого-нибудь менее… занятого.

— Давайте решим этот вопрос чуть позже, — предложил я. — Мне нужно немного прийти в себя после событий последних дней. Это же терпит?

Святой отец некоторое время молчал.

— Что ж, понимаю. Марго рассказывала, что поход в закрытое депо вышел очень тяжелым. Думаю, пару дней с проведением проверки можно подождать, но никак не больше.

Я буквально чувствовал, как отцу Павлу не хочется затягивать с проведением тестов, проверок, или что они там собирались устроить. Но прежде, чем отдаться им в руки, я хотел как следует подготовиться и разобраться, какие у меня есть права, как у ученика медиума. Или как у полноценного медиума, если я приму предложение Джеймса. Насколько я буду защищён со стороны Ассоциации?

Закончив разговор с отцом Павлом, я некоторое время вертел в руках телефон, размышляя, стоит ли звонить Донни или Лоре? Но в итоге решил, что сделаю это завтра, или даже дождусь, пока Донни позвонит сам. Слишком много неприятностей я успел принести их семье, возможно, они и не захотят продолжать общение со мной, и навязываться в такой ситуации совершенно не хочется.

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я решил потратить немного времени на изучение рун, полученных от Мисси. Прозвучит странно, но принцип их действия мне стал понятен практически сразу. Полагаю, это как с освоением какого-нибудь языка программирования — с опытом ты начинаешь гораздо быстрее вникать в чужой код, понимая основные правила построения алгоритмов. Так и тут, я уже знал, за что отвечают отдельные руны и по какому порядку строятся условия, и, пожалуй, смог бы примерно воссоздать их всего после пары беглых взглядов. Но самое главное, что я понял — эти руны должны были быть нанесены именно человеческой душевной энергией, поэтому без меня ёкаям точно не обойтись.

Возможно, это было глупо, но защиту от домового я ставить не стал. Ощущение, что он больше не видит во мне врага было очень чётким и не вызывало ни малейших сомнений. Так оно и вышло. Более того, проснувшись утром, я увидел, что оставленный возле подушки телефон сам по себе переместился на тумбочку и был подключён к зарядке, хотя я этого точно не делал. Да и разбросанные по полу распечатки от Мисси теперь лежали аккуратной стопочкой на столе. Похоже, доброжелательное отношение домового имело свои преимущества и помимо того, что никто больше не пытался задушить меня ночью.

А после завтрака я наконец-то спустился в лабораторию к ёкаям, застав их за просмотром фильма на огромном экране. По-моему, это была какая-то драма, во всяком случае, кицунэ периодически прикладывала к глазам платочек и тихо всхлипывала. Она, как и Мэссиэль, по каким-то своим соображениям оставалась с человеческим лицом, поэтому эмоции «лисицы» было нетрудно прочитать.

Временно прервав кинопоказ, я в двух словах объяснил ёкаям сложности с церковью и необходимость нанесения защитных рун.

— Опять будешь торговаться? — презрительно спросила кицунэ, нетерпеливо косясь на экран с застывшим изображением, на котором какой-то бородатый красавчик стоит на колене перед высокомерной дамой.

— С тобой — точно буду, — мстительно ответил я, чем заслужил очередное «пфф».

Мако и Садако вообще не проявили никакого интереса к тому, что я говорил, предоставив остальным ёкаям решать эти вопросы, а вот Госу слушал очень внимательно, параллельно с этим тыкая в экранчик телефона, на котором периодически исчезали ряды шариков одного цвета. Похоже, «головастый» демон ушёл в освоении техники дальше остальных, благополучно превратившись в игромана.

— Мы тут немного обсудили между собой дальнейшие планы, — взял слово Мэссиэль. — И пришли к выводу, что было бы неплохо продолжить сотрудничество на взаимовыгодных условиях. Например, мы можем участвовать в твоей работе, помогая выслеживать каких-нибудь существ.

Я и сам хотел предложить им нечто подобное, но не думал, что ёкаи сделают это первыми.

— К тому же, у тебя есть связь с моей сестрой, поэтому я хотел бы находиться рядом до тех пор, пока мы её не найдем, — продолжил «кот». — Что скажешь?

— Буду только рад, — ответил я, и чуть не упал, когда прямо мне на плечо запрыгнул Шики.

Схватив меня за грудки, маленький медведь тануки воскликнул:

— Я придумал, как мы можем перевести твою способность пожирать души на совершенно иной уровень! Если моя задумка сработает, то это не мы, а ты нам будешь должен по гроб жизни! Поверь, это гениальная идея!

Вот тут Шики меня действительно заинтересовал, а уж когда я услышал, что именно он придумал, то действительно впечатлился настолько, что о плате за нанесение защитных рун решил даже не заикаться.

* * *

Вопреки заверениям Марго Моретти о том, что Алине Князевой нужно лишь немного поспать, проснулась женщина лишь спустя пятнадцать часов. Олег Князев чуть не поседел, терпеливо дежуря у её кровати. Пусть всё оборудование и показывало, что физическое состояние в полном порядке, столь долгий сон был слишком ненормален. Но вскоре все тревоги ушли, и жена проснулась как ни в чём не бывало, словно и не было треклятого взрыва, долгих дней в коме и поисков частиц души.

Это утро стало для Олега Князева особенно светлым. Они с женой сидели в креслах на террасе, завтракали и обсуждали последние события. Точнее, Олег рассказывал жене обо всём, что произошло с семьёй Орловых, Михайловым-младшим, и о поисках её собственной души.

— Ничего не помню, — призналась женщина, немного нервно поправив непослушные каштановые локоны. — После взрыва очнулась уже здесь. Получается, бестелесный опыт прошёл мимо меня, даже обидно, если честно.

— Главное, что он прошёл, и теперь с тобой всё в порядке, — всё ещё радостно улыбаясь, сказал Олег Князев. Сейчас в этом добродушном и лучащемся счастьем бородаче никто не узнал бы сурового главу СБР УИ Барсы, точнее, бывшего главу. — Ты точно себя хорошо чувствуешь?

— Мне кажется, я впервые за много лет выспалась, — призналась Алина Князева. — И чувствую себя просто великолепно. Очень хочу скорее приступить к работе.

— Нет-нет. Никакой работы ближайший месяц. Ты давно говорила, что я работаю без отпусков, вот и пришло время нам отдохнуть.

Женщина лукаво улыбнулась.

— Это ведь связано с тем, что тебя полностью отстранили от работы? Тебе просто нечем больше заняться? Отпуск от безысходности?

— Конечно же нет! Я просто хочу провести время с тобой вдвоём.

— Хорошо, если так, — всё ещё насмешливо улыбаясь, сказала женщина. — Думаю, я действительно повременю с возвращением. Но, как директор школы, я не могу оставить без внимания то, что происходит с мальчиком, усыновлённым Евгением Михайловым.

— О чём ты?

— Насколько я понимаю, у мальчика нет образования. Евгений отдал его на обучение Джеймсу Харнетту, но это невероятно опасно даже для взрослого человека, что уж говорить о шестнадцатилетнем подростке. Я считаю, что это недопустимо, мальчик должен закончить школу и получить аттестат, и только потом начинать сотрудничество с Ассоциацией Медиумов.

— Вообще-то с нами он тоже сотрудничает, — смущённо погладил бороду Олег. — Роман даже ездил с нами на закрытие портала, да и со священниками какие-то дела ведёт.

Женщина вскочила из кресла.

— Да вы рехнулись что ли все⁈ Это же ребёнок! На практику в СБР отправляют только третьекурсников, сдавших боевую подготовку на отлично! И то под присмотром преподавателей.

— Ну, он неплохо справился… — попытался оправдаться бывший директор СБР УИ.

Алина Князева схватила телефон и погрозила им мужу.

— Нет, я этого так не оставлю! Мальчика нужно срочно спасать от вас всех!

Эпилог

Это прозвучит странно и ненормально, но следующие две недели прошли на удивление спокойно. По-моему, впервые со времени появления в этом мире, я никуда не бежал и не торопился. Немного огорчало то, что Джеймс, чтоб его, свалил из города на следующий же день после нашей встречи, даже не став дожидаться подписания документов. Видимо, он был уверен, что я соглашусь на его условия и просто не рассматривал иного варианта. Но, если честно, чуть позже, изучив правила Ассоциации Медиумов, я понял, что в предложении Джеймса действительно крылось моё спасение. Став полноценным медиумом, я получал практически полный иммунитет к любым проверкам со стороны церкви и других структур, точнее, теперь их можно было проводить только в присутствии целой комиссии из трёх человек, а не одного номинального учителя. Медиумы как специалисты все были уникальны, каждый со своими особыми методиками и секретами, и Ассоциация ревностно следила за тем, чтобы никто не воспользовался удобной ситуацией, чтобы эти секреты выведать, в особенности если речь шла о церковниках. Пусть изначально Ассоциация Медиумов и была создана церковью, но с тех пор организация стала более самостоятельной и защищающей свои личные границы и интересы. Это всё выяснила для меня Дженн, как следует покопавшись в уставе Ассоциации и прочих документах, описывающих их взаимоотношения с церковью. Кстати, многие из этих документов были взяты из закрытых источников Катей, с которой моя телохранительница, а теперь и помощница, неплохо наладила общение. Понятное дело, посредством сообщений в мессенджере. Катя вообще оказалась очень полезным участником нашей небольшой команды, круглосуточно находясь на связи и с лёгкостью находя практически любую необходимую нам информацию. Правда, и она не была всесильна, так и не найдя практически ничего о Погонщике Трупов. Такое впечатление, словно кто-то специально убирал любые упоминания о Нормане Бедвиле из всех сетевых источников, причём это касалось не только его, но и всех предположительных членов Братства, но Катя не сдавался и продолжала искать.

В общем, благодаря моему новому статусу полноценному медиума с лицензией, интерес церкви к моим способностям был временно поставлен на паузу, во всяком случае, до тех пор, пока не будут соблюдены все условия проверки. Как бы я хорошо не относился к отцу Павлу, позволить церковникам свободно задавать мне вопросы, на которые я вынужден буду честно ответить, и устраивать проверки, я никак не мог. А без подтверждения того, что моя способность не несёт в себе опасности, отец Павел не имел права привлекать меня к экзорцизму, как бы ему этого не хотелось.

В управлении СБР УИ Барсы тоже были свои проблемы. Как и «предсказывал» Джеймс, нынешний глава Гарибальди умер при странных обстоятельствах. Во всяком случае, я не знаю обычных обстоятельств, при которых человека находят в разгар рабочего дня разорванным на куски в его собственном кабинете в окружении множества сотрудников, охраны и камер. Случилось это ровно через два дня после отъезда Джеймса, то есть, точно в тот срок, что он предсказывал ночью в депо. И, если изначально я думал, что медиум свалил с Островов только из-за грозящей нам всем опасности со стороны Лимба, то теперь к причинам отъезда добавилось железное алиби. После смерти Гарибальди в Службе Быстрого Реагирования на Угрозы Извне начались подковёрные интриги, итогом которых должно было стать принятие должности новым человеком. Или старым. Олег Князев так же был среди кандидатов, о чём мне сообщил Михайлов-старший, всегда державший пульс на политической жилке города. Продолжив ночевать в особняке, я довольно часто общался с ним и узнал много нового и о политическом устройстве островов, и о взаимоотношениях между странами, и особенно о том, что происходило конкретно на Золотом Острове. В частности, мне стало лучше понятно, в чём состоял конфликт Михайловых и Орловых, в этом не было ничего личного, просто они относились к двум разным объединениям, больше всего похожим на американских либералов и консерваторов. Причём Михайлов относился именно к либералам, стремящимся к изменению статуса Объединения Островов в сторону открытости. Можно сказать, что «Купол» закрывал эти земли не только от порталов демонов, но и от остального мира, поскольку попасть сюда простым жителям было очень непросто, а главное, дорого. Зато бизнесмены из Миротворческого Американского Альянса и Российских Княжеств с лёгкостью скупали здесь земли и селили семьи, считая Золотой Остров чем-то вроде земли обетованной для избранных. Хах, вот их скоро ждёт сюрприз, если «Купол» действительно перестанет работать.

Но все эти политические дрязги происходили где-то там, на фоне, а я тем временем обустраивался в офисе Джеймса и работал с Шики над развитием своей способности. Идея тануки была довольно проста — если после пожирания всей души существа я получал способность на двадцать четыре часа, то почему бы не попытаться уменьшить объем съедаемой души, но сохранить этот эффект, пусть и на меньший промежуток времени. То есть, поглотив небольшую частицу души, получить способность, допустим, на двадцать минут без убийства существа. Сложность была в том, чтобы получить способность лишь от фрагмента души — это раз, и точно рассчитать зависимость времени действия приобретённой способности от объема поглощённой души — это два. Этим мы и занимались в подземной лаборатории Семёнова: я с помощью Мэссиэля пытался получить способность от минимальной частицы души, которую нам любезно предоставлял Госу. Конечно, у нас были яйца Падальщиков, но тестировать их способность слишком опасно — в какой-то момент она перестанет работать, и какая-нибудь моя конечность всё ещё останется в камне. Спасибо, не надо.

Шики же, помимо основной нашей проблемы, увлёкся идеей хранения частиц души. Всё-таки свитки запечатывания работали только на душу целиком, а тут нужно было «отщепнуть» лишь кусочек душевной энергии, чтобы в будущем я мог в любой момент её поглотить. Тануки пробовал разные варианты драгоценных камней и металлов, жемчужины, и даже дерево, но пока не смог подобрать подходящее вместилище. А ведь будь у меня возможность носить с собой несколько сосудов или камней, в которых запечатаны различные способности, это бы открыло передо мной целое поле возможностей. Я бы мог в любой момент заставить человека говорить правду, применить телекинез или пройти сквозь стену. И неизвестно, сколько ещё различный способностей несли в себе души других существ, например, Садако или кицунэ. По логике, от лисицы я мог бы получить возможность изменять свою внешность, вот только она наотрез отказывалась делиться своей душевной энергией.

Кстати, ёкаи все эти две недели прожили в лаборатории, поскольку нанесение рун, защищающих от внимания представителей церкви, оказалось не такой уж простой задачей. Мне потребовалась неделя плотной работы только чтобы научиться наносить с помощью моей душевной энергии узоры на души ёкаев в тот момент, когда они переходили в нематериальную форму. Только так можно было ограничить фон от демонической души, ведь, как ни крути, они тоже были своеобразными японскими демонами, правда, не имеющими ничего общего с библейскими и теми, что лезли сюда из Лимба. Но даже когда я освоил необходимый навык, выяснилось, что каждая нанесённая на душу руна должна была быть связана с самой сущностью ёкая, к которой можно получить доступ лишь при полном доверии с его стороны. И вот тут возникали проблемы, поскольку открыть душу мне смог только Шики, и то, как мне кажется, не благодаря доверию, а просто из любопытства, уж слишком ему было интересно, как работают экранирующие руны. Остальные же по инерции боролись с наносимыми на их души узорами, мгновенно сводя всю мою работу на нет. Даже Мэссиэль, при всей его адекватности, не мог позволить мне взаимодействовать со своей душой. Между Джеймсом и Мисси было полное доверие, поэтому, уверен, у них не возникало никаких проблем с нанесением рун, а вот как добиться открытости от «моих» ёкаев?

— Думаю, нам просто нужно проводить больше времени вместе, — предположил Шики неделю назад. — Они привыкнут к тебе и станут доверять. Не все столь открыты душой, как я.

И вот прошла ещё неделя, но их отношение ко мне так и не поменялось. Что ещё произошло за это время? Был и неприятный момент — ни Донни Палмер, ни Лора так со мной и не связались, а я навязываться им постеснялся. Точнее, помня о том, что практически все, с кем я контактировал в этом мире, мгновенно подвергались смертельной опасности, я решил не торопиться вновь заводить общение с ними. В своём мире я не очень верил в карму, но здесь могла существовать и она, а значит, вполне вероятно, что люди рядом со мной страдали по вполне конкретной причине. От столь грустных мыслей меня спасала только Ника, исправно звонившая каждый день, чтобы узнать последние новости. Именно благодаря ей я совершенно не чувствовал себя одиноким.

Узнал я и о судьбе головы Рональда Тумса — её, как и доктора Дуброва, отправили в одну из лабораторий Михайловых, расположенных в Барсе. Там как раз занимались разработками, связанными с медициной, и оба специалиста оказались на своём месте. Я лично рисовал запас гофу проявления, чтобы призрачная голова всегда оставалась видимой обычным людям.

И только на третью неделю у нас с ёкаями наметился неожиданный прогресс сразу по всем направлениям: Мэссиэль и Госу, наконец-то, позволили мне нанести защитные руны на свою душу, а я смог заполучить телекинез из клочка душевной энергии Госу аж на целых пять минут. Очень интересное ощущение, я совершенно иначе чувствовал пространство вокруг себя, уплотняя его по своему желанию, правда, силёнок не хватало, и получилось лишь поднять в воздух пару стульев, а потом я валялся на полу в таком состоянии, словно пробежал марафон.

Это означало, что я стал гораздо лучше управлять «пожиранием» и скоро действительно смогу носить с собой частицы душ существ для быстрого доступа к их способностям. А ещё теперь, когда Госу получил свою руну защиты, мы могли спокойно отправиться к его тайнику.

— Это не честно! — возмущалась кицунэ. — Вы отправитесь в путешествие по поверхности, а мы должны сидеть под землёй! Сколько можно⁈

— Если бы ты позволила нанести защитные руны, то поехала бы с нами, — в который раз объяснил Мэссиэль. — Что я могу сделать? Работай над собой и учись доверять Роману.

— Доверять ученику Хозяина⁈ — ощерилась «лисица». — С какой стати? Я не понимаю, как вы смогли раскрыть ему души.

Разумеется, я передал ёкаям слова Макарова о том, что он делает им только добра и извиняется за то, что происходило с ними пятьдесят лет назад. Но едва ли они полностью поверили человеку, так долго державшему их в полном подчинении своим желаниям.

— Иногда мы делаем то, что нужно, а не то, что хотим, чтобы получить то, о чём мечтаем, — наставительно сказал Госу. — Поступиться свободой, чтобы в итоге получить свободу, есть в этом что-то судьбоносное.

— В этом есть что-то идиотское, — буркнула кицунэ. — Как и во всём, что связано с этим мелким медиумом.

Я уже никак не реагировал на её выпады, успев получить иммунитет ко всем гадостям, что говорила «лисица». А в словах она никогда не сдерживалась. С доверием у неё тоже были серьезные проблему, что уж говорить, если я даже до сих пор её имени не знал, как, кстати, и остальные ёкаи. А ведь они провели в обществе кицунэ много лет, и даже им она так полностью и не открылась.

Сборы не заняли много времени, мы выкупили купе класса люкс в поезде в Орлеан, и отправились в путь. Шики предпочёл остаться в лаборатории, продолжая экспериментировать с сосудами для душевной энергии, поэтому поехали я, Мэссиэль, Госу и дворецкий Хан. Моя телохранительница все эти дни держала оборону в офисе Джеймса, точнее, теперь уже моём, на тот случай, если появятся клиенты. Но пока было тихо, видимо, люди знали, что Джеймс покинул Острова, и не торопились связываться с его учеником. Те два дела, что пришли мне по наследству от Джеймса, тоже были на паузе, пока не появились сами заказчики, а я сам не торопился с ними связываться. Пожалуй, я просто морально готовился к принятию всей ответственности самостоятельной работы без поддержки учителя. Интуиция подсказывала, что вряд ли Макаров станет отвечать на мои вопросы, если это не касается каких-то глобальных событий.

Местные поезда ничем не отличались от наших, разве что, у нас я никогда не ездил в таких дорогих купе, с отдельным душем, туалетом и полным комплексом услуг. По-моему, на весь вагон таких купе и было-то всего два, каждое размером с небольшую квартиру. Мэссиэль и Госу всю дорогу сидели у окна, наслаждаясь видами проносящихся мимо пейзажей. Разумеется, «кот» был в человеческой форме, а вот на Госу пришлось натянуть огромную шляпу, чтобы скрыть размер его головы, поскольку менять свою внешность он не умел.

Ехать нам предстояло больше суток, поэтому я взял с собой ноутбук, чтобы не скучать. И нет, я не занимался работой, в кои-то веки решив расслабиться и просто полазить по Сети. К сожалению или к счастью, этот мир отставал от нашего в развитии сферы развлечений, даже Инстаграмм только начинал становиться популярным на Островах, в других же странах были свои, практически полностью изолированные, порталы. Как ни странно, сильнее всех обособлялись американцы, не допуская в свои соцсети людей из других стран в принципе, правда, всё равно находились умельцы, создававшие целые дайджесты самых популярных блогеров. От них я и узнал довольно интересную новость — в Америке буквально на днях создали целую Лигу по борьбе с демонами, со своими героями, рейтингом и телетрансляциями боёв. Даже здесь они шли впереди планеты всей в создании реалити-шоу, умудрившись монетизировать нападения монстров из другого мира. Конечно, пока Лига была лишь в зачаточном состоянии, бойцы выезжали лишь на некоторые порталы, в сопровождении профессиональных военных, но сам факт реализации подобного шоу ясно давал понять, что там демонов из Лимба не считают настолько серьёзной угрозой. Это наводило на мысли о том, что, возможно, Джеймс был прав, и даже исчезновение «Купола» не станет концом света для Островов, а лишь усложнит работу СБР УИ.

Золотой Остров можно было бы назвать «зелёным», настолько много лесов проносилось за окнами. Лишь иногда они прерывались красивыми особняками, и ещё реже — футуристичными городам. Проблема перенаселения тут явно не стояла, в отличие от Бронзового Острова. Вот когда мы спустя почти сутки пути въехали туда, я словно оказался дома. Те же самые расползшиеся десятками километров города, уже не такие красивые, словно с артов в Сети, как на Золотом. Нас окружали старые добрые пятиэтажки, толпы суетящихся людей, и старые добрые автомобильные «пробки», которых я ни разу не видел в Барсе.

К счастью для нас Орлеан находился практически на границе с Золотым Островом, иначе ехать пришлось бы гораздо дольше. В целом, город как город. Когда мы покинули поезд, нас уже ждала заранее забронированная машина, не такая мощная, как те, что стояли в гараже Михайловых, но тоже на представительском уровне. За руль сел дворецкий Хан, за всё время пути ни проронивший ни единого слова.

— Куда? — лаконично спросил он у Госу.

— Здесь всё сильно изменилось за пятьдесят лет, — задумчиво сказал «головастый» ёкай. — Тайник был сделан в пещере на северо-западе, вдалеке от города. Думаю, там я смогу сориентироваться по естественным приметам вроде гор или рек.

Разумеется, мы встряли в пробку при выезде из города ещё на два часа, а когда, наконец, покинули Орлеан, ещё долго блуждали по дорогам в поисках приметного места. Как оказалось, «гор в форме женской груди» в округе великое множество, по сути, каждая вторая гора так и выглядела. Но даже когда Госу всё-таки нашёл нужную гору, нас ждало полное разочарование: на том месте, где должен был располагаться подземный тайник ёкая, высилась глухая каменная коробка тюрьмы. О предназначении здания было нетрудно догадаться по его форме, зарешеченным окнам, высоченному забору с охранными вышками вокруг, и огромной табличке с надписью «Тюрьма Особого Назначения города Орлеан», возле которой мы и припарковались.

— Точно это место здесь? — устало спросил Мэссиэль. Похоже, поддержание человеческого облика давалось ему не так легко, как я думал изначально. «Кот» с изящным человеческим лицом, словно сошедшим с романтичной дорамы, выглядел слегка бледновато и говорил с усилием.

— Да, — подтвердил Госу. — Я уверен. Видимо, тюрьму построили здесь как раз из-за сети пещер, которые использовали при строительстве. Видите, здание имеет всего два этажа, видимо, остальные идут вниз, под землю.

— Беда-а, — расстроенно прокомментировал я. — Будь у меня с собой яйцо Падальщика, я бы ещё мог попробовать туда проникнуть сквозь камень, но сейчас это сделать просто нереально.

Я уже настроился на то, что скоро мы найдём сокровища, благодаря которым я смогу получить полную независимость от семьи Михайловых, и так обломаться было очень неприятно.

— Может, тайник уже вскрыли? — предположил Мэссиэль.

— Не верю, — покачал огромной головой Госу. — Он был защищён артефактами, которые не разрядились бы и через тысячу лет.

— А какие-нибудь экскурсии туда не водят? — предположил я, задумчиво глядя на тюрьму. — Может, разузнать?

— Это особый режимный объект, — подал голос дворецкий Хан. — Там содержат особо опасных преступников, владеющих сильными способностями. Стоит нам даже приблизиться к этому зданию, как нас расстреляют, не став разбираться, кто и зачем к ним явился. Я бы даже тут не советовал останавливаться надолго, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Делать было нечего, пришлось возвращаться обратно в город. Задерживаться здесь не имело особого смысла, поэтому билеты на поезд были куплены на тот же вечер. Сидя в ресторанчике в ожидании посадки, я листал новости в телефоне, когда снаружи раздался грохот, человеческие крики и гулкие выстрелы чего-то явно мощнее, чем обычные автоматы. Посетители ресторана занервничали, поднялся напряжённый гол голосов, но никто не торопился выходить наружу.

— Я посмотрю, что происходит, — тут же сказал дворецкий, и выскочил из ресторана.

— Я тоже гляну, — подхватился Мэссиэль и кивнул Госу. — А ты защищай Романа.

Хмм… неужели преступность на Бронзовом настолько свободно себя чувствует?

Но мгновение спустя стало понятно, что дело тут не в преступности. Прямо перед окном, напротив которого мы сидели, появился трёхметровый демон Лимба, спрыгнув откуда-то сверху. И, разумеется, все глаза, покрывавшие его тело, тут же сфокусировались на мне — как же пропустить такую вкусняшку? Взревев огромной пастью на животе и более мелкой на конусообразной голове, он ломанулся на нас, но вдруг застыл, а через мгновение буквально развалился на ровные мясные кубики, словно его ловко нашинковал невидимый шеф-повар.

Госу вытянул руку и создал барьер вдоль всей стены ресторана, защитив и нас, и остальных посетителей. Во всяком случае, если демоны не попытаются пойти в обход или через крышу. Люди из-за нескольких столов тут же подхватились поближе к окнам, чтобы посмотреть, что происходит снаружи. Мне тоже хотелось последовать их примеру, но я сдержался. Любопытство любопытством, но безопасность превыше всего, тем более что по аналогии с другими разломами, демоны будут тянуться ко мне и так. И следующая тварь появилась ровно на месте предыдущей, втоптав в асфальт его останки, и ломанулась прямо на установленный Госу барьер. С глухим стуком «бум» демона откинуло метров на пять, и снова в воздухе сверкнула какой-то тонкий луч света, и трёхметровая туша превратилась в демонический тартар.

Снаружи всё ещё слышались крики людей и выстрелы, но очень быстро стрельба полностью стихла.

Разумеется, у меня с собой был целый набор гофу, в числе которых хватало и атакующих. Уже зная, что Духовный Удар отлично работает против демонов, я приготовился пустить их в ход, но больше ни одного демона не появилось. Зато вернулся дворецкий Хан, выглядевший так, словно вообще не участвовал в боях.

— В центре улицы открылся прорыв из Лимба, — пояснил он. — Но военные быстро справились. Повезло, что недалеко находилось одно из их управлений.

Вскоре возвратился и Мэссиэль, в отличие от дворецкого, слегка заляпанный кровью.

— Я и забыл, как это весело — убивать этих тупых тварей, — довольно сказал он и с неожиданным уважением поклонился дворецкому. — Хотя, даже я бы так не справился так, как вы.

Безэмоциональное лицо азиата не выдало абсолютно никаких эмоций, но он коротко кивнул ёкаю, что в его случае можно было считать очень экспрессивной реакцией.

— Это он сделал фарш из того демона, — пояснил «кот», увидев непонимание на моём лице.

— Ого, — удивился я, и только тут заметил, что мой телефон вибрирует от звонка. Чудо, что он не сгорел, видимо, портал открылся на достаточно большом расстоянии от нас.

— Алло, ты чего трубку не берешь⁈ — раздался незнакомый голос из трубки.

— Некогда, — автоматически ответил я.

Убрав телефон от уха, я посмотрел на номер, чтобы удостовериться, что его нет у меня в контактах.

— И кто вы? Этот номер мне незнаком.

— Это Виктор, идиот!

— Виктор? — переспросил я. — Не знаю я никакого Виктора.

— Виктор Михайлов!

Ах, чёрт, это же мой так называемы брат. Разумеется, я его не узнал, мы никогда не общались по телефону, да и в жизни виделись всего пару раз включая тот, когда меня нашпиговали иголками.

— А… вот это неожиданность, — признался я. — С чего вдруг звонишь?

— С того, что моя сестра сегодня погибла из-за тебя!

Меня словно током ударило.

— Что? Ника⁈ Погибла⁈ Что за тупая шутка⁈

— Шутка⁈ Сегодня днём рядом с Золотой Академией открылся прорыв Лимба, и эта дурочка не придумала ничего лучше, кроме как ломануться туда в компании таких же слабоумных, чтобы задержать демонов до прихода «сбруев». Из всей их компашки из семи человек выжил только один, и тот лишился руки!

Я сидел и тупо смотрел перед собой, слушая ругань Виктора, и отказываясь верить в то, что это всё-таки не глупая шутка. Ники больше нет? Той самой Ники, что всегда поддерживала меня и заботилась⁈ Мы же только вчера вечером созванивались.

Голос Виктора резко прервался, и опустив глаза, я увидел, что случайно смял телефон, превратив в крошево из пластика и металла. Ладонь разрезало осколками и на пол закапала кровь, но я лишь сильнее сжал пальцы. Хотелось кричать от злости, крушить и ломать всё вокруг, но вместо этого я медленно выдохнул и поднял взгляд на дворецкого.

— Мне нужен новый телефон. И как можно быстрее связаться с Евгением Сергеевичем.

Продолжение тут:

https://author.today/work/378455

Примечания

1

Ахо (яп.) — недоумок.

2

Разновидность футбола, популярная в древней Японии. Команда игроков должна сохранять мяч в воздухе, используя ступни, колени, голову и спину.

3

Это отсылка к классической японской легенде о тануки и кицунэ.

Content

Мистик V. Я — пожиратель

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог

Примечания