Гимн шута — 4

Глава 1

Глава 1. Пролог

— Что опять не так-то, Саныч? — взвыл недовольно молодой конопатый парнишка.

Лет ему на вид было около восемнадцати, а «богатырское» телосложение прямо таки требовало поставить рядом табличку «Не сморкаться!». Ведь такого и соплей перешибить можно.

Однако характером своим Костька, как к нему обращались все коллеги от мастера до уборщицы, компенсировал многое. Еще четыре года назад воспитанник детского дома №341 понял, что бухать с приятелями и тратить неправедным образом нажитые деньги на сигареты, может, и круто, но… никуда этот путь не ведет. И он начал учиться. Основательно и дисциплинировано. Затем поступил в профильное училище и, как один из лучших выпускников, получил предложение поработать на предприятии «РитРос».

— Не, ты придираешься! — продолжил «быковать» молодой специалист.

Бум!

Смачный чапалах в исполнении бригадира заслуживал отдельного места в музее мер и весов с табличкой «Лучший инструмент передачи жизненного и производственного опыта». Костька привычно не обиделся. Да, характер у Саныча был тот еще! Но такого мастера парень за свою жизнь не видел. Сам в ученики напросился. Вот и приходилось терпеть. Тем более, Саныч меру знал.

— Ровнее держи, щегол! — рыкнул здоровенный мужчина. — Вздумал еще учить меня!..

Юноша явно хотел что-то возразить.

Бригадир, в качестве аргумента, показал кулак. Объем его примерно равнялся голове Костьки. Так что тот, прикинув объемы, все понял верно. Тем более, и учитель и ученик прекрасно знали, что все равно придется переделывать, что бы по этому поводу не думал юноша.

— Да ладно тебе, объясни лучше! — примирительно вскинул руки парнишка.

Магосварщик вздохнул и, поправив робу, присел рядом. Естественно, бить своего ученика он не стал бы. Но грозный вид же надо показать? А то совсем забалует и никакого сладу не будет!

— Смотри, салага, — хмыкнул он. — Ты вот шов отсюда…

— ОЙ!

Вьюнош испуганно вскинул взгляд наверх.

— Это еще чего⁈

Ответ пришел мгновенно.

Боевой ордер глайдеров Турбиных сделал горку над застывшими на миг рабочими. Боевые машины начали приземляться в самом сердце «РитРоса», высаживая десант. Несколько секунд, и первая пара машин взмыла в воздух. Ее место тут же заняла следующая.

— Красиво, — хмыкнул в прокуренные усы сварщик. — Нечто наших воевать будут?

— Ой-йо, — лаконично выдал Костька, вскакивая на ноги. — А чего мы, мля⁈ Пошли отсюдова!

— Да сядь ты, не прыгай! — потребовал бригадир. — За снайпера какого примут еще — и алга!

— Не, Саныч, ну надо же!.. — развел руками парнишка.

Шалые глаза ученика заставили Саныча развеселиться и вспомнить собственную юность. Вот только прошла она вовсе не у сварочного аппарата, а вовсе даже в штурмовых ботинках с закатанными рукавами.

— А мы по локоть да закатаем рукава!.. — привычно напел мужчина и вдруг хмыкнул.

К месту событий подтягивались спецы в форме охраны завода. Вот только не припомнил старый мастер, чтобы местные «вохровцы» с собой современные штурмовые стрелковые комплексы таскали. Да и тяжелое вооружение только людям государевым положено, а на площадке неподалеку, если глаза его не подводили, уже разворачивался оборонный комплекс «Кольчуга».

— Здорово! — восхитился молодой.

Силы охраны завода действительно грамотно разворачивались на местности, разворачиваясь согласно планам обороны объекта. Быстро, ловко, слажено… на уровне близко недоступном даже обычной армейской части, не говоря уж о местных «вахтерах».

— О! — оценил Саныч. — Смотри-ка!

На крыше соседнего цеха прогуливались две пары охраны с тубусами «Кинжалов». Они даже не пытались направлять мобильные комплексы ПВО в сторону «гостей».

— А чего, разве можно?.. — поразился Костька.

— А ни-зя, — непонятно, но ясно буркнул бригадир.

Впрочем, именно эти бойцы стрелять ни в кого и не собирались. Просто демонстрировали, что у них такое оружие есть. А где еще и сколько расчётов — тут уж гадайте сами!

Противник «дефиле» заметил и отметил. Во всяком случае, машины прикрытия увеличили радиус барражирования. Десант же оперативно укрылся, справедливо полагая, что сюрпризы у местных владельцев еще не кончились.

— Похоже, наших воевать будут! — глубокомысленно заявил мужчина.

— Саныч, а, Саныч! — схватился за робу наставника юноша. — Валим отсюда!

Бум!

Второй за последнее время аккуратный, но вполне доходчивый чапалах достался юному магосварщику.

— Ну ты че, а?.. — жалобно протянул молодой.

Ему было не больно. Ему было непонятно.

— Тебя кто-то отпускал? — поинтересовался он.

Костька замотал головой.

— Объявлена эвакуация?

— Нет, но они!.. — речь парня прервалась от переизбытка чувств.

— Они… — проворчал Саныч. — Что они? Вот пусть друг с другом и разбираются!

Юноша удивленно похлопал поморгал.

— Мы — люди простые, — объяснил мужчина. — За нас император заступится. А вот Миките Силычу никто не указ! Не поставим к вечеру вентилятор — премию урежет только в путь!

Правда в его словах была. Е. И. В. тщательно следил, чтобы клановые разборки обычных подданных не задевали. Так что в зоне применения сплошного объективного контроля никто гражданских трогать не будет.

Костька посмотрел на часы. Негромко ойкнул.

Двое мужчин вновь принялись за дело. Премию хотелось всем!

Глава 2

Глава 2

— «Как дела, Паша?», — чуть нервно хмыкнул в динамик комма Павел.

Простой, казалось бы, вопрос, сбил собеседницу с мысли. Она замерла на полуслове и явно задумалась.

— Что? — переспросила девушка негромко, едва решила, что самой ей столь глубокую мысль не постичь.

— Ну, не нравится такой вариант, могу предложить еще: «Ты покушал, Паша?» или «Как настроение, как выспался, Паша?».

«С той стороны» раздался протяжный вздох.

— Так тоже можно, Светлана, — хмыкнул клановец. — А не только «Брат, у нас п****ц!»!".

Это было неправдой. Волконская вполне умудрялась воздерживаться от мата в большинстве жизненных обстоятельств. Зато у нее появилось время вдохнуть, выдохнуть и собраться с мыслями.

— Я поняла, — коротко сообщила девушка. — Рассказываю по порядку.

Павел молча кивнул. Именно этого он и добивался. А то возбужденная сестренка попыталась тут ему все кучей вывалить. Так себе удовольствие, самостоятельно распутывать все перипетии ее рассказа. Именно слово «рассказ» и не навилось клановцу. Ведь оно употреблялось вместо понятия «доклад».

— Трубины высадились на территории завода семь минут назад, — начала девушка.

Волконский удовлетворенно кивнул. Вполне удовлетворительное время реагирования и доклада. Тем более, первый сигнал тревоги поступил еще до того как первый десантные глайдеры появились на горизонте.

— Четыре десантных бота высадили до двадцати пяти гвардейцев с легким вооружением, — продолжила сестра. — Средств усиления не замечено. Воздух контролируют два штурмовика. Этих отогнали демонстрацией «Кинжалов».

Вот тут молодой человек слегка… удивился.

— Не понял! — объявил он, постаравшись выпрямиться на сидении.

К сожалению, именно этот момент выбрал пилот для смены эшелона. Машина резко рванула вверх, так что клановца, согласно всем законам физики, отшвырнула обратно на спинку кресло.

Однако его возмущения это унять не могло. «Светить» мобильными комплексами ПВО он не собирался до времени. Да и вообще, Павлу, по большому счету они не принадлежали!

— Не волнуйся, — хмыкнула Светлана. — Люди Бойцова получили амулеты с качественной иллюзией.

Волконский задумался. Итак, он на месте пилота глайдера, получает данные о наличии противника средств мобильного ПВО. Его действия?

— Светаааа… — протянул Павел, которому собственные расчеты очень и очень не понравились.

— Ну, мы немного «подсветили» цели для доходчивости.

Вот тут Волконский натурально схватился за голову. Подобное оружие (да еще и не его лично!) как нож. Их нельзя демонстрировать, чтобы напугать противника. Только незаметное извлечение и результативная атака, ведь… А ну как не испугаются и долбанут в ответ со всей сознательностью? Однако в этот раз пушки смолчали. Вот только… А, к черту. Уже все равно ничего не изменить.

— Ну… мы же отогнали штурмовики… — неуверенно протянула Света, пока не понимая, в какую именно лужу они только что дружно сели.

Можно было, конечно, употребить глагол «посадила». Но… Они вместе. И за все сделанное отвечать тоже придется вместе. И, похоже, по полной. Хотя… молодой человек лукавил. Вопросы будут задавать ему лично. Скорее всего, грубо и жестко.

Однако в данный момент думать об этом смысла не имело.

Павел давным-давно выучил одно простое правило. Одновременно можно отвечать всегда только на один из вопросов: «Кто виноват?» или «Что делать?». Никак иначе.

— Так, сестренка, об этом потом, — вздохнул он. — Какова обстановка сейчас?

— Со мной только что связался Марат Трубин. Пообещал прибыть к полуночи.

Павел скосил глаза на часы. У них осталось около двадцати минут.

— ТЕБЕ позвонил? — уточнил он предельно спокойно.

Волконский и в первый раз все прекрасно услышал. Но злость требовала выхода. Это было прямое и личное оскорбление. Причем, не только в его адрес, но и для всего клана. За такое надо мстить. И жестко. В практически сословном обществе нельзя никому позволять даже близко подумать, что с тобой так в принципе можно поступать.

— Да.

— Принял, сестренка, — вздохнул парень, с силой сжимая кулак правой руки.

Он искренне надеялся, что таким образом голос его будет звучать чуть спокойнее.

Если бы он спросил об этом Светлану, то та честно бы ответила, что спокойствие брату нынче выражать удается довольно хреново.

— Слушай меня внимательно…

Начинать фразу с таких слов в клановой среде считалось, как минимум, не приличным. Но девушка промолчала. И даже не обиделась. Разве что совсем чуть-чуть. Однако она пообещала дать братцу шанс исправиться и извиниться, угостив ее мороженным.

— … В контакт с Трубиными не вступать, — продолжал давать наставления клановец, которому именно сейчас до чувств сестренки дела не было. — Ждать меня. Бойцов… да, доклад вижу… Пусть работает по своим планам. Будут требовать переговоров здесь и сейчас — посылай на хрен. Или ко мне. Одно и тоже. Буду через пятнадцать минут.

Эмоциональный шторм удалось подавить довольно быстро. Во всяком случае, уже через пятнадцать минут Павел демонстрировал свою холодную усмешку, в которой в одинаковых пропорциях слились желание отомстить за выходку Марата и веселое предвкушение. Мир не испугался. Просто потому, что в салоне Волконский находился один, а потому некому было оценить его оскал.

* * *

— Прекрасно выглядите, Марат Игоревич.

Сухой шелестящий голос заставил Трубина едва заметно улыбнуться. Он действительно постарался сделать все, чтобы в миг своего триумфа выглядеть на все сто! Один из главных наследников кланового трона уже представлял, как завтра утром Глава его клана взойдет на отбитую у Волконских землю и лично примет доклад об успешном завершении истории со станками. Сергей Михайлович будет доволен! А там, чем черт не шутит, можно подумать и о месте его преемника. Такой день нужно встретить в полной готовности. И выглядеть соответствующе.

— Что тебе, Алик? — бросил мужчина небрежно.

Он воспринимал этого человека как данность. Старик был при нем с самого рождения.

— Желаете ли вы на завтрак… нечто особенное? — поинтересовался слуга.

Марат бросил быстрый взгляд на часы. Без двадцати минут полночь. А утро он планировал встретить в павшей вражеской «крепости».

— Ничего не нужно! — отмахнулся небрежно он.

Говорят, Вильгельм Завоеватель перед, высадившись на клочке земли Туманного Альбиона, приказал сжечь корабли. Чтобы отступать некуда было. Конечно, сравнение не слишком корректное. Но если рассудить символически, то Трубин и мысли не допускал вернуться «на щите».

— Как скажете, господин, — еще раз коротко склонил голову Алик, прижав правую руку в белоснежной перчатке к сердцу.

Нервно пискнул зуммер комма. Поступил очередной доклад от удерживающего плацдарм десанта. Новости не радовали. У Волконского откуда-то появились комплексы мобильного ПВО! И это уже то, с чем в суд идти можно! И юридическая служба Трубиных обязательно подаст соответствующее прошение. Вот только в моменте это может сильно усложнить задачу. Да и риск получить в борт «Кинжал» при посадке — не самая приятная перспектива. Да и невольно в голову закрадывался вопрос: «Если этот ублюдок не стесняется демонстрировать ПВО, то что у него еще припрятано в рукаве⁈».

«Может, не стоило ТАК дразнить этого Волконского⁈» — хмуро оценил ситуацию Марат. Не удержался он. Все же связался не с самим Павлом, а с его сестрой. Этого не достаточно для ответных действий всего клана, но вполне явный жест пренебрежения.

— Все хорошо, Марат Игоревич?

На правах воспитателя Алик порой позволял себе куда больше. Да и должность, как говорится, обязывала. Не даром он полвека отдал разведывательному отделу клана. Теперь же он был глазами и ушами Сергея Михайловича, которого вопрос подготовки наследника заботил уже не первое десятилетие.

— Небольшие сложности, — привычно отмахнулся тот с раздражением.

Старый слуга работал очень тонко. Иначе Марату Игоревичу уже давно пришла бы в голову мысль: «А какого черта я вообще перед тобой распинаюсь⁈».

Старик понимающе кивнул. Он прекрасно видел основной просчет в планировании своего господина. Тот исходил из оценки противника их позиции «такой же как я, только чуть глупее». Типичная ошибка аналитиков и горе-стратегов. Однако Глава напрочь запретил вмешиваться.

— Работаем по плану, — коротко бросил Трубин.

Слишком много он вложил в подготовку. Все эти «случайные» аварии, нападения на сотрудников «РитРос» и прочие меры дестабилизации производства… Все это было не дешево. Кроме того, пришлось даже отвлечь от нужд клана двух аналитиков высокого класса (на этом моменте где-то весело и абсолютно искренне смеется Светлана Анатольевна!). Удача, что нашелся горлопан, таки сумевший протащить петицию от рабочих до императорской коллегии и даже пройти с ней все инстанции… Нет, надо пользоваться ситуацией. И делать это срочно. Ведь Волконский — не совсем дурак. Наверняка что-то да придумает. А эти чертовы станки Трубину нужны срочно!

Со стороны двери в резервный командный комплекс клана раздался неприятный сигнал. Возможный наследник поморщился от столь неприятного звука, но взгляд на комм сместил. Одним «тапом» по экрану мужчина подтвердил открытие двери.

— Захват плацдарма закончен полностью, — доложил личный адъютант, замерев по стойке «смирно».

Алик лишь поморщился, разглядывая молодого щенка, возомнившего себя великим полководцем.

— Противодействие отсутствует, можем переходить к плану «В».

Старик, сухой и стройный как палка, замер на месте, прикрыв на миг глаза. Будь бы у него возможность, схватился бы за голову. Или, был бы при должности, приказал бы расстрелять идиота. Кто ж так доклад делает⁈ Это вообще… ЧТО⁈ «Противодействие отсутствует» — это как? Да, хозяева дома засели на пороге с ружьецом и наблюдают… Так не палят же пока⁈ Значит, идти можно! Угрожать. С ножичком. Перочинным.

— Не препятствовать! — коротко прозвучал в наушнике Алика сухой спокойный голос.

Глава клана, которому слуга в данный миг служил глазами в смысле самом прямом, сказал свое слово. Оставалось только подчиниться.

— Вперед, гвардеец! — вальяжно бросил Марат Игоревич, первым направившись к стартовому столу.

Командир радостно посеменил за ним, демонстрируя щенячью преданность и обожание.

— А завтрак я, пожалуй, организую.

Алик замер. Никогда, за все годы службы, он не позволял себе оценивать поступки господина… вслух. Так что подобная несдержанность удивила в первую очередь его самого.

— Не повредит, — подтвердил сухой голос в наушнике.

Глава вновь сказал свое слово.

Глава 3

Глава 3

— Покиньте опасную зону, — прозвучал голос пилота одного из штурмовиков Трубиных.

«Хера себе!» — аж поразился Волконский. Это кто тут такой умный, что на окраине столицы решил ввести бесполетную зону? За такое по шапке можно огрести так, что потом и мокрого места не сыскать будет!

— Повторяю, покиньте опасную зону, — вновь раздался напряженный голос в салоне глайдера. — В противном случае, имею право открыть огонь.

Молодой человек не столько прислушивался к угрозам, сколько рассматривал свои «владения» с высоты птичьего полета. Удивительно, но ему практически не доводилось добираться до сюда на воздушном транспорте ранее. Красиво, однако! Стоит как можно быстрее озаботиться своим подобным транспортом. Однако стоит он… как самолет. В общем, Павлу пока подобная покупка была не по карману.

— Последнее предупреждение!..

Клановец отвлекся от созерцания пейзажей и обернулся к своему пилоту.

— Курс не менять, дай связь, — потребовал он и тут же, уже в общем канале заявил. — Мое имя Павел Волконский.

Хотелось еще добавить что-то вроде «Ну и кто из вас рискнет?». Однако молодой человек счел это уже ребячеством. Да и вообще, вдруг рискнут? Зачем оставлять о себе память как о излишне самоуверенном засранце?

Больше на вызовы по общему каналу парень не реагировал.

— Оператор «А-1», — коротко пискнул наушник в его собственном ухе собранным женским голосом. — Готов к сопровождению.

— Принял, проверка связи.

— Пять на пять, слышу прекрасно, — тут же откликнулась оператор.

— Принял, связь в норме, — подтвердил со своей стороны чистый прием Павел.

Хотя чего бы ему чистым-то не быть? Глушить эфир в столице, хоть и на окраине, еще большая дурость, чем… «светить» комплексы мобильного ПВО, например.

— СБ — Шуту.

— Здесь я, — тут же откликнулся Бойцов. — Что думаешь?

— А что тут думать, — вздохнул клановец, наблюдая как прямо перед ним садить глайдер Трубиных на его, черт возьми, территории. — Прыгать надо. Обеспечь мне тыл. Иду в лоб.

Судя по скрипнувшим зубам, у Олега Юрьевича нашлось бы чего сказать бывшему ученику. Но все потом. В тако ситуации, даже если ты не согласен, то «под руку» лучше не лезть. Просто потому, что в моменте сделать ты можешь только хуже.

— Мои действия, — коротко запросил пилот.

Павел вздохнул. Очень уж ему хотелось собственной авиацией обзавестись. А то машина хоть и без знаков различия, но отчего-то парень был уверен — за штурвалом пилот его клана. Такая зависимость была неприятна. А ну как приказ он не исполнит? Впрочем, молодой человек прекрасно знал, как именно поступить в этом случае. Пистолет у него был. И, если придется стрелять, чтобы завершить работу, то что ж… он это сделает.

— Разберемся, — коротко буркнул себе под нос клановец.

— Вас не слышу, — тут же «включился» пилот. — Повторите приказ.

Волконский присмотрелся к раскинувшемуся перед ним пейзажу. А… почему бы и нет, собственно⁈

— Пятачок перед «членовозом» видишь? — поинтересовался он негромко.

— Точно так, — отчего-то сиплым голосом подтвердил уже обо всем догадавшийся пилот.

— Вот туда и сажай, — подтвердил его худшие ожидания Павел, не слишком обращая внимания на едва слышную ругань в эфире Олега Юрьевича.

Даже Светлана не удержалась. Коротко пообещала, что не будет у нее больше брата. Она из него сестренку сделает. Если тот доживет, конечно.

Весь обмен эмоциями уложился секунд в десять, после чего все вновь сосредоточились на деле.

— СБ, выводи «почетный караул» на стены! — потребовал молодой человек.

— Так есть!

Началась работа — значит, все перепалки в сторону. Разбор полетов можно устроить и позже.

— Нас взяли на сопровождение, — коротко сообщил пилот, указывая на штурмовик слева. — Смею заметить, что у нас гражданский транспорт.

«Ну еще бы!» — отвечать на подобное «откровение» вслух Павел не стал. Да при такой глиссаде у них бы шанса не осталось никакого и на десантном боте.

Одно радовало. Пилот исправно исполнял приказы, не пытаясь свою независимость продемонстрировать.

— Падай рядом! Лучше в притирку, — со странной веселостью в голосе потребовал парень.

Вот это летуну не понравилось совершенно. Очень уж он сам себе в тот момент напоминал бешенного стритрейсера, пытающего с форсом «протиснуться» мимо пары танков. Если получится — кадр красивый будет. А если нет — то кому хуже?

— Собьют же, — сквозь зубы выдавил пилот единственный пришедший на ум аргумент… что ничуть не мешало ему выполнять приказ.

В этот раз Павел на ответ расщедрился:

— Не на такой высоте и не при таком векторе, — пожал плечами он. — Они ж сами в зане поражения штурмовиков и окажутся. А уж если свои не «причешут», то наши обломки прямо на них упадут.

Не сказать, что словосочетание «наши обломки» сильно вдохновило пилота. Однако и спорить он не стал, сосредоточившись на управлении глайдером. Посадить летающую машину на небольшой «пятачок» впритирку к другому транспорту — задача реально не из легких. Конечно, если в условии задачи стоит пункт «не гробануться при посадке»!

Удар о твердь земную вышел не самый комфортный. Однако все это было не важно, главное, что…

— Сели! — выдохнул устало пилот.

— Сели, — подтвердил клановец. — Как твое имя? Сколько тебе платят в клане?

* * *

— Чего ты ждешь, Павел Анатольевич? — зло бросил Трубин, окинув взглядом территорию завода.

Марат все рассчитал точно. После подачи петиции и удовлетворения оной императорской коллегией, у него появился шанс отбить производство силой под предлогом защиты интересов рабочих. Такое вполне допускалось в подобной ситуации. Потом же разбирательство могло идти годами. Все это время контроль будет принадлежать тому, кто сможет удержать объект. За несколько месяцев же новый рачительный хозяин много чего сделать может успеть. Например, вывести куда-нибудь весь станочный парк под предлогом спасения ценного оборудования от угрозы, например, обрушения аварийного здания. Оформить потом все это на бумаге — задача не такая сложная для профессиональных законников.

Десантная операция тоже прошла как по маслу… ровно до того мига как Волконские не выставили свои фигуры на другую сторону доски. И сразу стало как-то всем понятно, то тупым «навалом» объект не взять. Можно, конечно, попытаться, но жертв будет немало. В общем-то, ради подобного куша можно пойти и на них. Вот только тогда дело точно ляжет на стол Самому. И придется уже «борцам за справедливость» объяснять все «тонкие места» их аргументации. А уж если потом спецы «Черной сотни» разыщут следы участия в диверсиях против Волконских… Да и заморозить могут объект под «государевым оком» до принятия решения. А это те же годы. Мощности же требовались срочно.

— Время тяну, — хмыкнул Волконский, проследив за взглядом противника.

Тот как раз рассматривал силуэт одного из «тяжей», уютно устроившегося на крыше авто-транспортного цеха. И он тут был не один.

— Снова иллюзия, — покачал головой Трубин.

— Может и иллюзии, — нахально пожал плечами парень. — Проверь, Марат Игоревич, проверь. Способ тебе известен.

Способ собеседник помнил прекрасно. Равно как и пролетающую через подобный силуэт ручку, брошенную наглым щенком в собственном кабинете. Вот только… в приёмной мехи были вполне себе настоящие!

«Гость» с некой тоской припомнил характеристики залпа подобной штуки. Выходило очень внушительно. А ведь «тяж» тут не один. И как понять какой из них настоящий? И ведь даже не улететь! Марат Игоревич прекрасно помнил о том, что сигнал захвата его глайдера комплексами ПВО был самым настоящим.

Марат Игоревич уставился на Павла. По меркам кланового поведения, можно сказать, что и возмущенно. Тот ответил безмятежной улыбкой… за которой явно чувствовался холодный оскал.

«Это ж надо такое придумать!» — оценил «гость», припомнив, как его собеседник всего несколькими минутами ранее не только фактически послал готового открыть огонь пилота. Сделал он это достаточно элегантно, нужно сказать. Просто назвал свое имя. А дальше, мол, вы там сами думайте!

А уж как его глайдер рухнул буквально в центре боевых порядков Трубиных! Ведь не побоялся же. Да сам Марат еле успел отскочить в сторону, чтобы его не сбило с ног волной движителей!

При этом молодой человек не хамил и даже выяснить не пытался, а какого, собственно, хрена, делают чужие десантники на его территории. Да и вообще первым в диалог вступать не спешил. Даже на направленные в его сторону карабины не особо реагировал. Мол, ну стрельните, попробуйте. Молодой человек прекрасно понимал, что его «гостям» такой исход нужен еще меньше чем ему самому. Пришлось действовать Трубину самостоятельно.

— И… долго ты собираешься «время тянуть»? — уточнил «гость».

— А зря ты, Марат Игоревич, светской жизнью пренебрегаешь.

— Что? — чуть удивился Трубин. — Ты хочешь поговорить об этом сейчас?

Улыбка на лице Павла стала еще чуть шире.

— Ну конечно! — объявил он, будто речь шла о чем-то само собой разумеющемся. — Так я не видел вашей делегации на приеме у Горюновых.

Марат сжал зубы. Неприятный момент. Их не пригласили. Чуть-чуть их клан не дотянул до того, чтобы стать вровень с Великими. Могло бы и повезти, но вот… не случилось!

Впрочем, если быть совсем честным, то и Волконские были примерно на той же грани где-то уже совсем рядом с вершиной, но пока еще не совсем свои. Как раз до этого приема. И клан Павла мог приглашения не получить. Просто благодарный за спасение дочери Главмедведь решил кое-кого отблагодарить за спасение дочери… не совсем верно разобравшись в ситуации. Потом же уже переигрывать поздно было. Да и не стал бы молодой человек «играть» против своих. У него были совершенно другие задачи и цели. И нынешнее «недопонимание» вовсе не повод рушить семью.

— Я там, кстати, был, — коротко объявил Павел.

«Гость» кивнул. Он помнил, что Волконские свою делегацию на мероприятие направили.

— По именному приглашению, да, — констатировал парен, с интересом разглядывая что-то за спиной собеседника.

— Что?!! — поразился тот.

Однако заявлять об обмане не стал. Слишком серьезные слова могут стать источником многих проблем.

— Но как?!!

— Очень просто, — коротко объявил Парень, хмыкнув. — Ответ за твоей спиной.

Марат вздрогнул и медленно обернулся. На фоне ночного неба на посадку за складами заходили два транспорта с эмблемами «Медведей».

— Точно в срок, — хмыкнул клановец. — Вот теперь поговорим.

Глава 4

Глава 4

— Это… «Медведи»? — негромко спросил Марат чуть севшим голосом.

Такого «гость» не ожидал однозначно. Гораздо меньше он удивился, если бы Павел вдруг скинул одежду и начал нагишом цыганочку с выходом исполнять.

Кстати, в целом он держался очень неплохо! Просто обстоятельства были из ряда вон. Ну не вмешивается Армия в разборки кланов. Ни-ког-да! Просто потому, что это не-воз-мож-но! Никак!

— Ага, — вынужден был согласиться Павел.

Мол, да. Два транспорта. С маркировкой именно этого подразделения. Чего спрашиваешь, раз сам видишь⁈

Первой мыслью Трубина был крик души — «Обман!». Однако логика подсказывала, что даже отбитый, похоже, на всю голову Волконский, не станет наносить ТАКИЕ обозначения самовольно. Просто потому, что государь и любое государств очень не любит, когда кто-то проворачивает свои делишки под их «крышей». Еще свежа была память, как досталось Архиповым за «исполнения» Андрея, попавшегося с грубой подделкой под маркировку СИБ на глайдере.

«Иллюзия!» — тут же подоспела вторая мысль… Которую тут же опроверг оператор, подтвердивший, что камера фиксирует опознавательные знаки «Медведей» и их же обозначения отображает радар.

— Применение армейских подразделений внутри страны запрещено!

Это аксиома! Причем для любой нормальной страны!

— Угу, — вновь пожал плечами парень.

Это тоже было правдой. Приказ на подобную операцию мог отдать только император лично!

— И все же они здесь… — констатировал Трубин.

— Верное замечание, — хмыкнул в ответ Павел.

С чем тут спорить? Глаза «гостя» не врут и видят именно то, что есть на самом деле!

— Ты — труп, — севшим голосом выпалил «гость».

Это не было угрозой или обещанием. Просто ошарашенный собеседник действительно не видел способов сохранить свою жизнь при подобном раскладе.

— Наверняка, — развел руками Волконский.

В сочетании с его фирменной улыбкой получилось вполне себе убедительно. Во всяком случае, Марата пробрало. А всего-то и стоило сдержать на языке окончание фразы «… все мы как-нибудь и когда-нибудь там будем!». Павел вообще со всей серьезностью относился в тренировке собственного воображения, а потому не мешал другим предаваться столь полезному и нужному занятию.

— Так, мы будем драться? — светски поинтересовался молодой человек.

Даже сделать приглашающий жест рукой не поленился.

Марат в некотором оцепенении поднял взгляд на собеседника. Тот не проявлял никаких признаков волнения или беспокойства. «Ах, да… он же уже труп…» — припомнил «гость». Такое в истории кланов бывало не раз, когда победить «конвенционально» не получалось. Тогда применялось что-то из разряда «да у нас есть, но это секрет», а ответственность брал на себя кто-то один, чтобы другие могли жить дальше.

«Ему же все равно конец!» — вдруг ясно понял Трубин. Такого ему не простят даже если не единого выстрела не прозвучит вообще.

Но и отступать нельзя. Ему НУЖНЫ были эти станки.

— Будем говорить! — объявил он.

— Говори, Марат Игоревич, говори, — сколь легко, столь и равнодушно согласился Волконский. — Только… один миг! Олег Юрьевич, разместите наших армейских друзей и напоите чаем. Пушки смолчали…

Выслушав ответ, молодой человек вновь глянул на собеседника:

— … Очень надеюсь, что ты моего доверия не обманешь.

— Как можно, Павел Анатольевич, как можно.

— Прекрасно, — кивнул клановец. — Зачем ты прибыл?

И вновь вопрос был… неприятным. Формально десант Трубиных действительно вторгся на территорию Волконских. Да, у «гостей» были на то основания. Но все они могли помочь победителям. Подтвердить правомерность их решения. А вот если их расстреляют прямо здесь и прямо сейчас из скорострелок армейских транспортов или собьют при попытке взлететь, то ЭТОМУ Волконскому все равно конец. А вот его родичи легко докажут, что речь шла всего лишь об обороне границ.

Приходилось помнить, что каждое произнесённое слово пишется на десятки носителей. С обеих сторон.

— С соизволения воли государевой и для защиты подданных его…

— Да-да-да, — махнул рукой клановец. — Еще попытка? Или все-таки подеремся?

— Нам нужен станочный парк третьего цеха, — коротко объявил о своих претензиях Трубин.

— Е-мое… — под ошеломленным взглядом Марата собеседник насмешливо развел руками. — То есть, это работа Турбиных — аварии на моем заводе, нападения на сотрудников и диверсия?

«Гость»… промолчал. Такое подтвердит только самоубийца. Но и это молчание было довольно… красноречиво. Да, оно не давало права выдвинуть обвинения, но основания для маленькой победоносной войны Трубиных ставило под сомнение основательно.

— Даю слово, что если ты признаешь провокацию против меня лично — я не буду мстить за нее, — коротко выдал Волконский.

Тонкий момент. С одной стороны, ничто не удержит Волконского от обращения «в органы», как говорили в старину. А с другой стороны, стоит ему нарушить слово в таком вопросе, и вести с ним дела откажутся даже мелкие торговые Дома.

— Нам нужен третий цех, — повторил Марат.

— Будет признание — не буду препятствовать, — пожал плечами парень.

Трубин задумался. Он прекрасно понимал, что именно происходит. Собеседник искал основания сохранить за собой («Вернее, уже за сестрой.» — напомнил себе о том, что говорит с живым трупом, мужчина).

— Да, это была наша провокация, — склонил голову он.

Попробуй докажи это в суде. Хоть и сказано было под объективный контроль. Просто никто не будет предоставлять подобную запись. Слишком серьезный урон доя репутации.

— Прекрасно, — улыбнулся Павел. — С этим вопросом мы решили.

Отказываться от своих слов он даже не думал и действительно планировал пропустить «гостя» к станкам. Однако перед тем…

— Теперь поговорим об оскорблении Светланы Волконской, — произнес он.

Прозвучало серьезно. Особенно со стороны того, кому терять-то уже нечего.

Марат развел руками.

— Могу предложить лишь деньги в качестве виры.

Павел нахмурился. Всерьез. Вообще, в вопросах оскорбления госпожи, предложение денег считалось чем-то… не совсем равноценным и достойным. Вроде как дамскую честь меняют на презренное злато.

— Не кажется ли тебе, что… — с легким давлением в голосе начал Волконский.

Однако и этого отчего-то хватило, чтобы Трубин сделал небольшой шаг назад.

— Брат, ты что, с ума сошел⁈ — пробился в эфир возмущенный голос Светланы. — У нас оборотных не хватает! Кассовый разрыв ширится. Нам тысяч двести пятьдесят вообще бы не помешали! Да и…

Дослушивать парень не стал. Общий смысл до него дошел. И цифру он услышал.

— Полмиллиона, — коротко объявил он.

Марат чуток побледнел. Хозяйственная сестренка охнула.

— Десять секунд на решение, — равнодушно подлил масла в огонь. — Девять… Восемь… Семь…

При таких заявлениях главное не уточнять. что именно произойдет, если собеседник условия не выполнит. С одной стороны, пусть сам додумает, а, с другой, никаких лишних обязательств.

— Согласен! — почти выкрикнул гость.

— Отлично, — кивнул Волконский. — Тогда как только Светлана Анатольевна подтвердит получение перевода, я не буду иметь никаких возражений к дальнейшему… продвижению твоих сил.

— То есть, не будешь препятствовать тому, чтобы мы заняли третий цех, так?

— Под протокол, — коротко объявил парень. — Ни я, Павел Анатольевич Волконский, ни мои люди, не буду чинить препятствий к тому, чтобы вы захватили третий цех и вес станочный парк, что находился там на момент принятия здания на баланс.

Два момента царапнули слух Турбина. Второй сильнее. На нем «гость» и сосредоточился.

— То есть, станков там уже нет? — уточнил он.

— Все производственные линии, что были там на момент принятия мной на баланс здания — на месте.

Марат недоверчиво уставился на собеседника.

Что ж, придется выступить открыто.

— Если прямо, то да — все станки там. Никто и ничего никуда не вывозил и не пытался вывести из строя, — совсем прямо заявил Павел.

Большего не потребовалось.

— Перевод вижу, — сообщила сестренка уже через две минуты.

Радости в ее голосе было столько, что, кажется, деньги действительно были нужны.

— Марат Игоревич, — коротко хмыкнул Павел. — Приятно иметь с вами дело. Больше препятствовать вашему движению… не намерен. Удачи!

Трубин чуть удивленно моргнул. Неужто все? И так просто.

— Однако хочу напомнить о правилах поведения в гостях. Если вы их нарушите, то вынужден буду принять все возможные меры. Надеюсь, я достаточно понятно изъясняюсь?

— Вполне, Павел Анатольевич, — кивнул «гость».

Он прекрасно понимал, что стоит ему нарушить договоренность и слово Волконского автоматически можно считать отозванным. И что тогда удержит молодого человека от передачи его признаний коллегии? В этом случае никакого урона репутации не будет. Наказать обманщика — дело святое и обществом всецело одобряемое.

— Тогда прекрасного дня, Марат Игоревич, — коротко кивнул клановец. — Не смею вас больше задерживать!

С этими словами молодой человек развернулся и направился ко входу в заводоуправление, оставив собеседника в лёгком… Удивлении.

— Мы победили! — объявил адъютант Трубина, едва собеседник его господина скрылся в здании.

— Шевелись, — рыкнул Марат Игоревич со злостью в голосе. — Хочу быстрее покончить с этим!

Отчего-то мужчина не чувствовал сладкого привкуса победы. Ему просто хотелось убраться отсюда как можно скорее!

Глава 5

Глава 5

Удар был страшен!

В этот раз Огонь действительно чуть не накрыл Павла на очередной перебежке.

«Аккуратнее нужно быть!» — решил он, кувырком уходя вправо.

Долго находиться на месте ему не рекомендовалось однозначно. Прилетит знатно. Не убьет, конечно, но будет крайне неприятно.

— А ну выходи! — взревел неожиданный «противник».

И как раз в тот момент, когда он хотел хоть чуть-чуть отдохнуть от переговоров с Трубиными.

«Ну сейчас, да!» — мысленно решил Волконский.

Хотя и войнушку пора заканчиваться. Пока никто действительно не пострадал. Одним рывком клановец достиг укрытия и… расслабился. Теперь можно было перевести дух. Здесь его точно не достанут.

— Что, опять⁈- взревел разочарованный «противник». — А ну вылезай!

— Неа! — честно ответил Павел, подтягивая ноги.

Места в укрытии было не так чтобы много.

— Это не честно! — был ему ответ.

— А Огнем по мне стегать честно⁈ — крикнул он в ответ.

Особого возмущения в голосе парня не было. Он видел, что сестренка сильно за него переволновалась. А нужна она ему сейчас была собранной и готовой к работе. Поэтому он просто… позволил этому случиться, вполне грамотно «подзадорив» девушку парой выверенных фраз. Без его «помощи» ничего бы и не случилось. Но более быстрого способа привести девушку в психологическую форму он не знал.

— Сам заслужил! — чуть устало выдала Света.

Все-таки с боевкой у нее было похуже, чем у братьев. Нет, базовый курс она прошла. И тренировкам поддерживающими кондиции не пренебрегала. Однако использовать ее клан планировал в несколько иной области. А потому и подготовка была соответствующей.

— Побузила и хватит! — резонно ответил парень решив, что психологическая разгрузка штука, конечно, хорошая, но и меру нужно знать.

Нет, Светлана меру знала. Более того, она прекрасно видела, чего именно добивается брат. Короткой эмоционально-физической вспышкой он позволял ей пережечь накопившиеся эмоции и вновь вернуться к работе с холодной головой. Тем более, ничего еще не закончилось. Даже десантники Турбиных все так же «тусовались» под окнами заводоуправления. Отчего-то Марат Игоревич решил, что в предложении Павла был какой-то подвох и пока ограничился лишь тем, что оцепил своими людьми забор, огораживающий территорию третьего цеха.

— Хорошо, — покладисто согласилась сестра. — Вылезай.

Голос ее звучал спокойно. Она вновь была собрана, а ее разум взведен не хуже боевой пружины.

— Чего только не сделаешь для поддержания морального духа любимой сестренки, — прокряхтел Волконский, нарочито медленно и «валко» выбираясь из-под любимого стола Светы.

Уж чем уж ей тот был столь дорог — неведомо. Но, при всех своих «упражнениях» со стихиями, она ни разу не ударила по нему.

Впрочем, решение было достаточно очевидным: Светлане был дорог не стол, а брат. Потому-то она и соблюдала неукоснительно кое-какие правила их психологической разрядки. Павел, кстати, свой «прибыток» тоже имел. Все-таки поддержание формы для него было вполне актуальным. А сестренка, при всем отсутствии опыта, подготовлена была весьма не дурно.

В дверь постучали.

— Войдите! — хором откликнулись брат с сестрой.

Дверь распахнулась. На проге стояли откровенно скалящийся Бойцов и немного бледный Роман. Все-таки Соколов все еще не мог привыкнуть к таким проявлениям родственной любви.

— Жив, — поинтересовался инструктор, придирчивым взглядом окинув помещение.

— Жив, — откликнулся вполне себе довольный клановец.

Это было непросто.

— Неплохо, — кивнул Олег Юрьевич. — Запись потом мне перешли!

— Обязательно.

Работа над ошибками — очень важно. Пичем не только для Павла. Хоть у Светланы и была иная «заточка», но обязанностей по сохранению собственной жизни в случае какой нештатной ситуации, с нее никто не снимал!

— Ну, что там? — поинтересовался Волконский, недовольно потирая локоть.

Приложился где-то таки.

— Они решились, — объявил глава СБ. — Сейчас за «призом» пойдут.

— Отлично, пошли посмотрим, — пожал плечами директор по безопасности.

Зрелище предстоит, как минимум, интересное. Так что парень сделал шаг к окнам.

— Стоп, — тут же остановил его Бойцов. — Не здесь.

Павел задумался. На миг. Да, стрельбы он не ожидал, но… шансы на то, что обиженные на его «шутку» Трубины начнут палить почем зря вполне себе имелись. Могут и по окнам «полоснуть». А на фига кому такие случайности?

— Подготовил смотровую площадку? — поинтересовался клановец.

— Двадцать третий кабинет.

Наверняка,

— Тогда чего стоим? — поторопил Волконский. — Пропустим все самое интересное!

Никто с ним спорить не стал. Все поспешили вслед за Бойцовым.

— Да, Роман, — коротко окликнул Соколова Павел. — У нас все так плохо с деньгами? Почему я узнаю об этом только сейчас⁈

Нет, молодой человек вовсе не стремился запустить свои ручонки загребущие в финансовое управление компанией. Но острые дефициты, в том числе и экономические, уже угроза безопасности. И вот об этом он знать был просто обязан.

— На данный момент мы располагаем… — начал было финансовый директор «РитРос».

Однако закончить не успел. Был самым наглым и беспардонным образом перебит. Светланой.

— Экономические показатели в пределах расчетной нормы, — откликнулась девушка. Даже небольшой задел по заказам имеем на оплату опытно-технологических работ.

— Тааааак… — протянул Павел. — Тогда что это такое было⁈

Волконская аккуратно придержала парня за рукав и на ухо прошептала.

— За-нач-ка, — по слогам произнесла она. — Только для нас с тобой. Мало ли, что может случиться?

В общем, верно. Даже клановец не нашел бы к чему придраться в столь глубокой и мудрой мысли. Вот только…

— Свет, — вкрадчиво прошептал он. — Заинька, солнышко, кисонька, рыбонька… А можно, в следующий раз, это как-то по-другому…

— Можно, — кивнула девушка, перебив брата.

Тот укоризненно глянул на «хамку».

— Что? — состроила невинные глазки та. — Ты же сам говорил, что нужно поторопиться. Пропустим все самое интересное!

* * *

Сигнал комма поступил всего пару спустя пару минут с того момента как зрители заняли свои места в прикрытом мощными осадными щитами помещении. Волконский хмыкнул и поставил прибор на громкую связь.

— Ты меня обманул! — заявил Трубин с первых секунд разговора.

Павел только глаза округлил. Серьезное обвинение. Крайне. И эта запись может стоить очень дорого. Просто потому, что такое поведение недостойно наследника клана. А, значит, Турбиным придется поступиться еще чем-то, чтобы она никогда нигде не всплыла.

— Можешь доказать, Марат Игоревич? — холодно поинтересовался молодой человек.

«Гость», судя по непонятному звуку, прикусил язык. И как бы не буквально. Сообразил, придурок, в какую яму загнал себя одним единственным заявлением.

— Павел Анатольевич, — куда сдержаннее напомнил он. — Ты обещал отдать мне цех с целым станочным парком.

— Не припомню такого, — вполне искренне ответил молодой человек.

Ответом ему стала тишина «на том конце». Трубин явно анализировал заново каждое слово, сказанное за время их короткой беседы. Раздался едва слышный звук, очень уж похожий на скрип зубов.

— Я обещал не препятствовать продвижению к третьему цеху, — напомнил Волконский. — Кто-то из моих людей стоит у вас на пути?

— Наши сканеры фиксируют наличие боевой техники на территории, — сквозь зубы выдал «гость». — Не объяснишь этот момент?

— Я? — вполне искренне удивился Павел. — Все мои люди на месте. Отношения к происходящему на интересующем вас объекте я никакого не имею. Мне условия договора не позволяют.

Раздался короткий шорох. Волконский предположил, что кое-кто убрал комм от лица. Но все равно тихий мат был прекрасно слышен.

— Могу я уточнить, о каком именно договоре идет речь? — поинтересовался он.

— Арендном, — не стал скрывать молодой человек. — На десять лет. Площади простаивали. Вот я и решил немного заработать. Так что вопрос с принятым по описи имуществом и оборудованием объекта вам придется решать с новым арендатором.

— А почему не сказал⁈.. — собеседник осекся на полуслове.

В общем, он и сам все понял. А потому клановец не стал даже размениваться на иронично-издевательское: «Ты серьезно⁈».

— Да, — просто подтвердил он. — И, кстати, Марат Игоревич, просьба у меня к тебе. Раз уж все равно предстоит встреча с моим арендатором, передайте, пожалуйста, просьбу выключать хотя бы часть освещения в темное время суток.

На то чтобы переварить новый выпад, незваному «гостю» понадобилось секунд сорок. Именно за такой срок он решил, что с имеющимися у него исходными данными эту задачку не решить.

— Освещение? — негромко переспросил он.

— Да-да, — на полном серьезе кивнул Павел. — Жгут электричество по чем зря, а коммунальные платежи мне приходят. Так и передайте! Если не поймут — буду вынужден повысить арендную плату!

На этой ноте Волконский дал отбой и застыл с видом «Это ж че я щас учудил… опять?» под ошарашенными взглядами присутствующих.

— Сам не понял как вышло, — повинился парень.

Присутствующие покивали. Мол, чего только не бывает (спойлер: не бывает!!!).

— Интересно, что он сейчас будет делать? — неловко попытался перевести внимание со своей скромной персоны Павел.

— Пойдёт и постучится в ворота, — хмыкнула Светлана и, помолчав миг, добавила. — Кулаком.

Заявление был столь абсурдно, что все рассмеялись.

— С чего такое… предположение? — с ухмылкой уточнил брат. — Слабо представляю, чтобы Турбин захотел исполнить такое.

Ответил ему ошарашенный глава СБ:

— Не хотел бы — не исполнил, — напряженно произнес он.

Волконский проследил за взглядом старого инструктора и был вынужден констатировать:

а) захотел;

б) исполнил.

— Ущипните меня, — потребовал Соколов, никак не ожидавший, что ему придется когда-нибудь лицезреть как наследник одного из Первых родов собственноручно колошматит по воротам с требованием открыть ему.- Ай!

— Запись идет⁈ — восхищенно выдохнула Светлана.

— Ага, — согласился ее брат, чуть уязвлённый тем, как стремительно уплывает от него титул «нежданчик сегодняшнего сумасшедшего дня».

Как ни странно, ему даже открыли. Не полностью. Лишь настолько, чтобы один человек мог выглянуть наружу и что-то ответить нежданному «гостю».

Судя по всему, сказанное было весьма убедительно. Во всяком случае, Марат Игоревич развернулся и потопал к своему летающему лимузину, на ходу махнув десантникам рукой.

— Красиво, — прокомментировала сестренка.

— Ну, вот и все, — выдохнул Бойцов.

Соколов не сказал ничего.

Волконский улыбнулся.

А десантные машины все никак не торопились взлетать.

Глава 6

Глава 6

— Не время! — отрезал Анатолий Георгиевич.

Оба брата поддержали его согласными кивками. Ситуация была очень серьезна. И именно в этот момент еще один из младших Волконских решил встать в позу: «Нет у меня прямой связи с братом и все тут!».

— Прямо сейчас Трубины высадили десант на завод твоего брата.

Виктор окинул взглядом четвертый стартовый стол. Он использовался исключительно силами СБ. Сейчас на нем было людно. Очередная пара десантных глайдеров принимала партию гвардейцев. Еще две барражировали неподалеку, готовясь сменить взлетевшую пару.

— Светлана? — коротко поинтересовался майор, уже доставая комм.

Воевода покачал головой, чуть демонстративно фыркнув:

— Связь подавлена.

— Что, вся? — насторожился Виктор, не отрывая взгляд от экрана.

Контакт «Ирина Романова» все никак не желал отыскаться.

— Нет, только гражданская, — покачал головой глава СБ. — Наши наблюдатели фиксируют работу передатчиков как с той, так и с другой стороны.

Отец «бунтаря» негромко выдохнул. Хорошо, что никому не пришло в голову подавить всю коммуникацию в районе. Вот где потом разборка была!

Виктор кивнул, краем глаза провожая оперативно «загрузившуюся» пару глайдеров. Один уже стартовал, а второй готовился, маневрируя над столом.

Игорь и Анатолий Георгиевичи придвинулись чуть ближе заметив, что Виктор поставил вызов на громкую связь. Воевода поднять зада с кресла не изволил в уверенности, что и так все прекрасно услышит.

Глава покосился на своего заместителя по безопасности чуть укоризненно. Тот равнодушно пожал плечами:

— Вдруг война, а я уставший⁈ — хмыкнул он негромко.

Его двоюродные братья обменялись короткими взглядами и… промолчали. Война уже. Идет. Вопрос, нужны ли они там?

Коротким сигналом умный аппарат в руках Виктора оповестил всех, что связь установлена.

— Ну⁈ — грозно поинтересовался чуть хриплый со сна голос.

Глава чуть опешил. Он вообще не припомнил, чтобы на его звонок когда-нибудь ТАК отвечали.

— Че надо⁈ — грозно поинтересовался голос с явным намерением вернуться как можно скорее к прерванному с Морфеем свидании.

— Да как ты?.. — начал было Игорь Георгиевич.

— Ну и на хер тебя! — сообщила милая и непосредственная девушка.

Георгиевичи оцепенели. Воевода ржал. А вот Виктор успел до того мига как девушка бросит трубку:

— Боец Романова! — рявкнул он.

— Я!! -на рефлексах откликнулась Бешенная, моментально узнав начальственный рык.

— Переведи вызов на Кирилла.

Никаких вопросов и сомнений. Уже через секунду раздался сигнал переадресации.

— Как я и сказал, у меня нет канала связи с братом, — коротко оповестил всех Виктор.

Все понимающе покивали. У майора был лишь способ его установить.

— Ну⁈ — раздался еще один недовольный голос.

Ради разнообразия мужской.

Воевода ржал уже в открытую. Правда, умудрялся это делать совершенно беззвучно.

— Это Виктор! — представился командир полицейского спецназа.

— И че? — уточнил Кроль.

Отчего-то в час ночи он никакого Виктора сразу вспомнить не мог.

— Волконский, — добавил молодой человек для ясности.

— Ага! — обрадовался Кирилл, которого клановец в свое время хоть и предупредил, что через него создается резервный канал связи, но как-то не ожидавший звонков от остальных Волконских в ночи.

— Можешь связать меня с Павлом? — поинтересовался он.

— Ээээ… — глубокомысленно протянул собеседник и, судя по всему, куда-то вышел.

Динамик тут же взорвался треском и грохотом, словно собеседник вышел в зону боевых действий. Однако через миг звуки хоть и остались вполне различимы, но стали куда тише.

— Паша занят, — сообщил Кирилл.

Глава негромко икнул. Да кто же это такой, что к Волконскому может обращаться панибратски Паша. Причем без всякого почтения в голосе.

Пшшшш!

Все оглянулись на раскрасневшегося воеводу, свернувшего крышку бутылке с минералкой. Отсалютовав ею остальным, он в два глотка уполовинил содержимое.

— Чем? — тут же поинтересовался Виктор.

— Его убивают, — ровно сообщил Кроль без всяких эмоций в голосе.

Это в первый раз он, став свидетелем подобной сцены, чуть удивился. Но это уже третий на его памяти… кризис.

— Трубины⁈ — не выдержал отец «бунтаря».

Собеседник никак «смену собеседника» не прокомментировал. Однако ответить все-таки изволил.

— Не, Светлана бушует.

— Какая Светлана? — присоединился к вопросу Глава.

Не пришло ему в голову как-то, что кто-то может столь пренебрежительно отозваться о его племяннице.

— А че, их много что ли? — поинтересовался Кроль, которому ночная беседа начала еже надоедать. — Волконская, естественно!

— ИК! — выдал раскрасневшийся воевода, уже не в силах ржать.

Кажется, что-то уточнить хотели Георгиевичи. Вот только слов найти не успели. Виктор предупреждающе поднял руку. Мол, не мешайте. Мужчины кивнули.

— А с Трубиными что? — поинтересовался он.

— А, с этими все! Пашка…

Еще один «ик» донесся со стороны воеводы.

— … Их послал. Они и собираются.

Такая интерпретация заставила сильно задуматься Анатолия и Игоря.

— То есть, они ушли? — уточнил Виктор.

— Говорю же, собираются! — ответил Кроль и, словно прислушавшись к чему-то, добавил. — О, закончили!

— Улетели? — еще раз уточнил майор.

— Да нет, кабинет громить…

— Какой кабинет? — уже чуть устало поинтересовался Анатолий Георгиевич.

— Светланы!

— Павел разгромил кабинет Светланы? — чуть удивленно поинтересовался отец.

— Да нет, это она бесится чего-то! — ответил Кроль.

Несколько секунд стояла тишина.

— Паш, тебе звонок! — неожиданно крикнул этот странный Кирилл.

На грани слышимости раздался негромкий вопрос «Кто?».

— Брат твой!

Если «бунтарь» что-то и ответил, то собравшиеся в кабинете этого не услышали. Пришлось довольствоваться интерпретацией Кроля.

— Паша передает привет. Говорить сейчас не может. Просит передать, что у него все под контролем. Помощь не нужна.

— Кирилл, — попросил Виктор. — Будь на связи, пожалуйста. Вдруг нам понадобится связаться с Павлом. Сам понимаешь, не самая простая ситуация.

— Лаааадно, — протянул собеседник. — Но лучше не надо!

Эти слова Волконские, уже чуть привыкшие к стилю собеседника, проигнорировали. Гораздо важнее был тот факт, что теперь у них была связь с «бунтарем». Хоть какая-то.

— Благодарю, — коротко попрощался майор.

— Ага, — глубокомысленно заметил Кроль и дал отбой.

Он вообще не очень любил людей, что звонили ему посреди ночи!

— Что будем делать, господа? — негромко поинтересовался Глава через несколько секунд.

— Гвардия все равно поднята по тревоге, — протянул воевода хрипло.

В горле вновь пересохло от смеха. Пришлось смочить его еще одним глотком прежде чем продолжать.

— Предлагаю перекинуть пару ударных отрядов поближе к заводу. Мы ведь можем запросить коды связи?

Дождавшись кивка Главы, Виктор отбил короткое сообщение " секретарю" Павла.

— Пусть будут на подхвате, если своих сил не хватит, — согласился Анатолий Георгиевич.

— Если сил не хватит, то их раскатают гораздо раньше, чем прибудет помощь, — коротко заметил майор.

Он не спорил. Просто информировал.

— Тогда хотя бы отомстим, — довольно цинично отметил Игорь Георгиевич.

Отчего-то всем в помещении стало понятно, что он делает это вовсе не ради Павла. И даже не ради Светланы. А в назидание. Мол, нас убивать нельзя.

Коротко пискнул комм. В ответном сообщении было лишь одно слово «Благодарю». Остальную часть послания занимали частоты для связи с операторами штаба, разрешенные эшелоны и вектора для глайдеров.

— А это-то зачем?

Остальные с удивлением оглянулись на резко ставшего серьезным воеводу.

— Вектора и эшелоны указываются лишь для полетов в зоне ПВО, — коротко сообщил Валерыч.

Отец «бунтаря» хотел было что-то сказать, но чуть заметно качнул головой и смолчал.

— Да что же у них там происходит? — раздраженно бросил Глава.

Ответа на этот вопрос ни у кого из присутствующих не нашлось.

* * *

Павел убрал комм и уставился в окно.

Глайдеры Трубиных все так же стояли без движения. И даже штурмовики барражировали в отдалении не решаясь приблизиться.

— Чего они ждут? — негромко поинтересовалась Светлана.

— Не они, — качнул головой клановец. — Мы.

Никто ничего спрашивать не стал. Хотя кое-кто и преисполнился недобрыми предчувствиями.

Сигнал вызова раздался минут чрез пятнадцать.

— Слушаю, Сергей Михайлович, — коротко ответил молодой человек.

Застыли все. Кроме развалившегося на в уголочке на неприметном диванчике Кроля. Он просто не знал имени главы клана Турбиных.

— Я им не мешаю, — коротко ответил Павел и вновь замолк, вслушиваясь в ответ.

Собеседник оказался крайне не многословным.

— Сергей Михайлович, — коротко произнес молодой человек уже через пять секунд. — Ранее между нашими кланами не было серьезных… трений. Я надеюсь, что нынешний спор будет разрешен в скором времени. Поэтому я бы не хотел оставлять камня за пазухой. Прошу изучить.

С этими словами парень дал отбой и отправил недавнему собеседнику запись недавнего разговора с его внуком.

— Что… что ты отправил? — уточнил Бойцов.

— Обвинения во лжи, — коротко откликнулся его бывший воспитанник.

Ему этого «крючка» было не жалко. Во-первых, на руках у него имелась куда более интересная видеозапись «исповеди» слуги по особым поручениям Турбиных, а, во-вторых, задел на добрые отношения в будущем нужно создавать уже сейчас. Была и третья причина.

— А эти почему еще здесь? — поинтересовалась сестренка.

— Я бы тоже не рискнул взлетать в захвате прицельного комплекса «Кинжала», — пожал плечами Павел.

— Почему же они с нами не связались и не запросили разрешения на взлет? — поинтересовалась сестренка.

— Так полчаса уж бомбардируют офицера связи сообщениями, — равнодушно пожал плечами клановец. Не отвечаю. Зачем говорить с ним, если я заранее позаботился, чтобы способ связаться со мной был у его деда.

Комм в руках юноши вновь издал короткую трель.

— Слушаю, Сергей Михайлович.

Ответ был длинным. Однако парень терпеливо дождался его окончания. Лишь затем он негромко произнес:

— Конечно, я уничтожу запись, — серьезно произнес он. — Твой внук глупо подставился и я не готов использовать… такие инструменты в дальнейших переговорах.

Павел не лукавил. С его точки зрения, это было все равно что Марат обгадился бы посреди улицы, а он заснял это и шантажировал бы выкладкой на всеобщее обозрение. Низко и недостойно.

— Однако слова обвинение произнесено.

Еще несколько секунд парень внимательно прислушивался к голосу с стой стороны.

— Давайте сойдемся на второй половине миллиона, — хмыкнул он негромко и, помолчав, фыркнул. — Да… Да. Уже второй, да.

Больше говорить было не о чем. Связь прервалась. Еще через пару минут комм Павла подтвердил, что теперь на его счету стало на пятьсот тысяч полновесных имперских рублей больше.

— Ах ты, крохобор, — хмыкнула Светланка.

Павел только плечами пожал и, наклонившись к уху девушки, негромко произнес:

— За-нач-ка. Только для нас с тобой. Мало ли, что может случиться?

Убедившись, что сестренка прониклась, осознала, но подкалывать его не перестанет, Павел махнул рукой Бойцову:

— Вырубай «засвет».

Через минуту глайдеры Трубиных на форсаже взмыли вверх и направились куда-то на в на северо-восток.

— Ну, вот и закончили, — коротко резюмировал Павел. — Всем спасибо!.. А, Свет, отцу позвони… А лучше не так. Отправляйся на этажи и доложи лично.

— А чем займешься ты?

— А я пойду спать.

Спорить с Волконским никто не стал. Он сегодня и так сделал достаточно.

Глава 7

Глава 7

— Интересно, сколько такая справка стоит, — хмыкнул негромко Воронцов, рассматривая очередной шедевр поваров Классов перед собой.

Судя по всему, зелено-синяя масса, украшенная фигурками из овощей, и какая-то паровая котлета была явно ему не по вкусу. Но он не жаловался. Вслух. Лишь взгляд его внимательному взгляду открыл бы всю боль и страдание, что он сейчас испытывал.

— Поверь мне, Матвей, если бы я знал цену изначально, то ни за что бы не согласился…

Оба собеседника прекрасно понимали, что речь идет не о деньгах.

«Блин, бесит!»- коротко хмыкнул про себя Павел, оглядываясь. К сожалению, проректор отнял у него слишком много времени и главный зал заполнился однокашниками. Любой хоть сколько-нибудь серьезный разговор стал моментально невозможен.

«А я что поделаю!» — едва заметно приподнял бровь в ответ Воронцов. не без доли удовольствия, между прочим. Мол, терпи, казак, атаманом будешь!

Интригу ему держать нравилось. Хотя бы потому, что накануне он сам знатно офигел.

Чертов проректор, назначенный взамен «проштрафившегося» о клановца, между прочим, тоже добрался до необычного ученика, что посещает далеко не все занятия. Вот у него руки и добрались разобраться, что именно происходит. И сделать он это решил в Главном зале. Во время обеда. Как раз в тот момент, когда молодой человек отловил-таки представителя семейства Воронцовых и как раз собирался жестоко пытать… в смысле, с интересом расспрашивать.

Однако не случилось. Не позволил тот самый проректор, подошедший к столу приятелей.

— Павел Анатольевич Волконский? — негромко поинтересовался он.

— Именно так, а вы?…

— Николай Игоревич Громов, — коротко представился седой мужчина с ярко выраженными чертами отставника одного из силовых подразделений империи. — Матвей Александрович, здравствуйте.

— Чему обязан, Николай Игоревич, — ровно спросил Павел.

Мужчина на миг задумался, после чего спросил:

— Я нарушаю какие-то местные правила? — поинтересовался он негромко.

«Молодец, заметил!» — хмыкнул чуть удивленно молодой человек.

— Главный зал считается территорией слушателей, — объяснил он одно из негласных местных правил. — Преподаватели и представители администрации предпочитают иные места для решения вопросов с учащимися. Нигде это не прописано, но негласно соблюдается.

— Понимаю, — кивнул мужчина. — Традиции — это серьезно. Что ж, я надеялся застать вас в одиночестве.

У него были все шансы. В конце концов, до обеда оставалось еще около пятнадцати минут. Официально. Да и проректор вошел в зал всего на несколько секунд позже Воронцова. Так что знать не мог, что молодые люди решат побеседовать.

— Ничего страшного, — тут же откликнулся Воронцов (в конце концов, все важное уже есть в отчетах, а нынешнее нетерпение Волконского — лишь жгучее любопытство). — Как раз собирался выяснить, чем именно нас собираются сегодня кормить.

— А какой именно вопрос вы хотите обсудить? — поинтересовался Павел.

— Ваши пропуски, — коротко ответил проректор.

— О, — понятливо кивнул парень. — Тогда, Матвей Александрович, мне не чем вас обрадовать: ничего особо нового.

Воронцов кивнул и вновь сел за столик. Значит, вопрос не так важен, и может быть озвучен в его присутствии.

— Что именно вас смущает? — поинтересовался Волконский.

— Количество, — спокойно откликнулся Николай Игоревич.

Павел окинул взглядом собеседника. В целом тот выглядел вполне вменяемым человеком, которому просто нужно было прояснить для себя странную ситуацию («непонятку» — по терминологии Кроля).

— В таком случае, прошу вас оценить за чьим именно предписанием я получил право… хм, относительно свободного посещения Классов, — порекомендовал клановец.

Вполне вежливый ответ. И вполне же достаточный.

— Спасибо, я проверю, — ровно кивнул проректор. — И все же хочу заметить, что с таким количеством пропусков вам будет довольно сложно поддерживать успеваемость.

Волконский вздохнул. Столь искренне, что даже вызвал едва заметную улыбку на лице Воронцова. Успевать по учебе и совмещать ее… со всем остальным было действительно непросто.

— Николай Игоревич, все-таки настаиваю на проверке предписания. И очень прошу, пожалуйста, если вы сможете подобрать формулировку для отказа, то дайте мне знать. Непременно воспользуюсь. Что же до успеваемости… пока справляюсь.

Слова парня прозвучали столь искренне, что проректору только и оставалось, что кивнуть и покинуть Главный зал. Тем более, уже начали собираться слушатели. А к традициям здесь относились с уважением. Даже преподаватели и сотрудники администрации. Такая вот специфика заведения.

— Да, кажется мне подобное пока не по карману, — решил Воронцов, прикинувший стоимость «справки-освобождения».

Фантазий у него оказалась вполне себе живой.

— Вот интересно… — произнес негромко Волконский, рассматривая наколотую на вилку миниатюрную картофелину. — Ты не замечал, что с простолюдинами и чиновниками клановцы и аристократы предпочитают общаться на «вы», а с друг другом исключительно на «ты»?

Воронцов задумался:

— Наверное, в первом случае подобное обращение будет демонстрацией демократичности, а во втором сообщением: «Я тебя не боюсь!». Как тебе такое объяснение?

— Не хуже любого другого, — пожал плечами Павел, продолжая гипнотизировать картофелину.

По мерками здешнего «контингента», его поведение было верхом неприличия. Клановцу традиционно было по хрен.

— Интересно? — уточнил Матвей, так же уставившись на небольшую картофелину идеально круглой формы.

Его интерес был понятен. Он неожиданно начал набирать вес. Нет, до живота там было как до Пекина неудобным ходом. Даже кубики не исчезли. Но вот бездушные цифры показывали, что Воронцов на пять килограмм тяжелее своего «оптимума», при котором тело достигало максимально гармоничного соотношения выносливости, сила и скорости. А потому теперь его рацион был хоть и вполне питателен, но не слишком вкусен.

— Почему «бэйби-картофель»? — серьезно поинтересовался клановец, припомнив, как именно это гарнир значился в меню. — Что с ним не так? До нормального не дорос? Или это намек на то, что мы тут все дети и…

— Стой-стой-стой! — замахал руками со смехом Воронцов.

На него начали кидать аккуратный взгляды соседи. Но тот, похоже, заразился пофигизмом Волконского. Да и положение его рода позволяло плевать ему практически на любые косые взоры.

— Ладно, — оборвал пустопорожние беседы Волконский. — Ешь быстрее! Меня сейчас от любопытства порвет.

Матвей немного удивился, но игру поддержал.

— Это не любопытство, Павел, — серьезно покачал головой он.

— А что же? — удивленно приподнял брови собеседник.

— Это все он… бэйби-картофель!

Клановец в ответ на такое едва не поперхнулся. Все-таки не привык он, что кто-то может столь демонстративно плевать на правила. Помимо него, понятно.

* * *

— Знаешь, Павел, — вздохнул без всякого сожаления Воронцов. — Я ведь в детстве хотел изобретателем стать.

— Вот как? — из вежливости поддержал беседу клановец.

Хотя интересно ему сейчас было совсем другое.

— Так и есть, — вздохнул Матвей. — Я даже вечную машину для выработки электричества придумал.

В этот раз Волконский ограничился лишь поднятием брови. Легкое недоумение он умудрился спрятать. Все-таки не настолько близко они были знакомы с собеседником, чтобы рассказывать друг другу истории из детства.

— Рецепт-то, как и все гениальное, был прост и незатейлив, — подложил рассказ парень. — Для него и нужна был лишь динамо-машина, листок бумаги и маркер.

— Простота и незатейливость — наше все, — коротко подтвердил Павел, окидывая задумчивым взглядом любимую полянку. В его душе неприятным клубком шевельнулись смутные подозрения.

— А то, — согласился Воронцов. — В общем, по моим расчетам, для бесперебойной работы машины стоило поставить ее в людном месте и повесить табличку: «Рекорд — сорок оборотов в минуту!». Человеческое любопытство сделает все остальное.

— Неплохо, — оценил идею собеседник.

Причем, вполне искренне. Придумать такую схему в детстве — иметь очень нестандартное мышление. Нужно будет запомнить этот момент на будущее.

— Я к чему, Павел Анатольевич, — коротко резюмировал приятель. — Кажется, твое любопытство так и останется неудовлетворенным. Не поговорим мы!

«Интересный переход!» — машинально отметил клановец его не вполне явную очевидность. А вот с утверждением парень был полностью согласен. Серьёзный и интересный разговор — он как счастье. Во-вторых, не так часто случается, и, а это во-вторых, любит тишину.

— Согласен, — хмуро кивнул Волконский.

Когда по краям палатки стоят две группы решительно настроенных молодых людей и, конечно, дам, как-то не слишком верится в спокойный исход дела. Особенно если учесть, что с одной стороны находились клановцы с их прихлебателями и слугами, а с другой народ попроще… Но куда лучше организованный и куда более многочисленный.

— Понял тебя, — коротко хмыкнул Воронцов, проследив за взглядом несостоявшегося собеседника.

Внимательный взгляд без труда разглядел в толпе Елену Кошкину.

— Понять — понял, но вмешиваться не стану.

Клановец в легком замешательстве оглянулся на приятеля. Ему и в голову не могло прийти потребовать от сына графа вмешаться в обычный школьный «спор». Воронцов хотел остаться вне этого противостояния — ну так и ладно! Ни тени расстройства или обиды по этому поводу у него не было.

— Драки не будет, — коротко хмыкнул Воронцов, наблюдая за тем, как вперед выдвинулся высокий рыжеволосый парень. За ним следом шагнули здоровяк с огромными кулаками и взглядом молотобойца и Лена.

— Угу, — согласился собеседник.

Навстречу первой троице выступили двое из лагеря «знати» и «небожителей». Сопровождающими в этом случае выступили Архипов и Юсупова. А возглавлял их Тройку никто иной как Роман Шуйский.

— Послушать хочешь? — поинтересовался негромко Воронцов.

На это его влияния бы вполне хватило. Да, участниками переговоров им было не стать. Однако выступить в роли третейского судьи с вопросом «А что здесь происходит?», кое-кто вполне бы мог.

— Не стоит, Матвей, — покачал головой молодой человек, не отводя взгляда от грациозной походки своей любовнице.

Вмешиваться в чужую игру — действие с непредсказуемым результатом. А вот дождаться развязки или вмешаться в конфликт в качестве силовой поддержки, если что-то пойдет совсем-совсем не так, очень даже имело смысл.

* * *

Договорились.

Драки не случилось. Стороны вполне себе мило пообщались посреди полянки и даже расщедрились на рукопожатие, скрепляя только что заключенный договор.

— Ура! — одними губками показала Лена давно запримеченному Павлу.

Кричать в голос ей не позволяло воспитание и местные нормы поведения. Еще чуть более смущал застывший с легкой улыбкой на губах возле Павла Воронцов.

— Поздравляю, мо-ло-дец! — довольно сообщил девушке клановец, едва она подошла достаточно близко, чтобы не пришлось орать во весь голос. — Теперь расскажи в чем именно.

— Так с чем именно ты меня поздравил? — хитро прищурила глазки Кошкина.

— А я не сомневаюсь, что ты чудо, умница и красавица! — заявил в ответ без всякого стеснения Волконский. — Теперь я хочу знать, в чем именно ты проявила все свои замечательные качества?

— А что, их только три⁈ — бесенята в глазах девушки уже откровенно плясали джигу.

— Что ты⁈ — в притворном ужасе вскинул руки молодой человек. — Просто имя им миллион и перечисления каждого из них займет слишком много твоего драгоценного времени. Именно поэтому я ограничился первыми пришедшими на ум.

Воронцов беззвучно несколько раз хлопнул ладонью о ладонь. Так, чтобы Лена не видела. Нечего смущать девушку. Ее и так смущало присутствие графского сына. Старая аристократия — это серьезно!

— Администрация Классов отреагировала на наше противостояние с «небожителями», — ответила девушка, тут же кинув чуть извиняющийся взгляд на Воронцова.

Тот небрежно кивнул, к немалому удивлению Кошкиной, улыбнувшись.

Павел понимающе кивнул. Ну еще бы! В учебном заведении приветствовалась конкуренция. И даже стычки между слушателями. Индивидуальные. Однако в тот момент, когда противостояние с обеих сторон приняло организованный характер, ректор все же был вынужден вмешаться.

Ссора высшего класса со служивым и бизнес-элитой империи никому не была нужна.

— И как вы решили этот вопрос, Елена? — поинтересовался с участием в голосе Воронцов.

Кошкина чуть смутилась своей горячности, но тут же взяла себя в руки и твердо ответила:

— Турнир!

Молодые люди переглянулись. Внимательно.

— С «уравниваем», конечно, — продолжила девушка.

Парни кивнули. Специальные арены уровняют магические потенциалы противников. Так что бой будет именно с использованием приобретенных, а не врожденных, навыков: контроля магии, тренированных силе, скорости и выносливости.

— Неплохо, — кивнул задумчиво Матвей. — Что скажешь, Павел Анатольевич.

— Звучит как вполне удобный случай, — улыбнулся Волконский.

Лена замерла с выражением вежливого недоумения.

— Мы хотим провести дуэль, — объяснил Павел.

Его приятель согласно кивнул. Если есть возможность, то почему бы не оформить это событие красиво?

— Ммм… Матвей Александрович, Павел Анатольевич, — негромко начала девушка. — Мы бы хотели, чтобы турнир прошел между… противоборствующими сторонами. Его главная задача — передел сфер влияния, а не вовсе не соревновательный элемент.

Парни согласно кивнули. Обоим ситуация была понятна.

— Нет, Лен, — мягко поправил девушку клановец (заодно намекнув, что с Воронцовым можно вести себя и чуть проще!). — Мы не собираемся участвовать в турнире.

— И тем более не испытывали желания ломать ваш план, — тут же поддержал приятеля Матвей.

— Мы просто хотим подраться! — закончил Волконский, уже впрямую предлагая таким незамысловатым образом быть попроще.

— О! — оценила Кошкина.

Эта идея ей понравилось чрезвычайно. Стороны она получала дополнительные очки как организатор турнира, который поможет погасить конфликт в Классах, а с другой, если в качестве «изюминки вечера» состоится бой Волконского и Воронцова, это всерьез повысит статус «соревнования».

— Я обязательно это устрою! — уверенно кивнула она. — Жду ваши условия.

— Рукопашный бой, — без тени сомнения заявил Павел.

Матвей лишь уверенно кивнул. Смысла в любом другом формате просто не было. Слишком разные Силы и слишком разная подготовка. А вот «на кулачках» есть неплохой шанс выяснить кто же все-таки сильнее никого не убив.

«Ну, вот и договорились!» — решил клановец.

— Пойду я! — чуть склонила голову Лена, но… вдруг улыбнувшись, поцеловала Павла в щеку, ничуть не стесняясь взглядов возможных свидетелей.

Оба парня удивленно посмотрели вслед уходящей девушке.

— Как ты это делаешь? — поинтересовался Матвей задумчиво.

— Я⁈ — чуть громче чем следует переспросил Павел и, секунду подумав, уточнил. — Что именно ты имеешь ввиду?

Воронцов формулировал ответ где-то с минуту. Клановец ему в этом замечательном деле не мешал ни на секунду.

— Ты замечал, что вокруг тебя постоянно царит атмосфера хаоса? — поинтересовался наконец сын графа. — Рушатся вековые устои, ломаются стереотипы.

«А взгляд-то какой внимательный!» — оценил клановец невольно.

— Я не задумался об этом, — пожал плечами Волконский. — Меня все вполне устраивает.

— Ну да, — хмыкнул собеседник. — И это совершенно нормально, когда девушка просто целует тебя в щеку ничуть того не стесняясь ЗДЕСЬ? Кстати, заметь, никто и внимания не обратил…

Павел задумался. Ненадолго. Происходило ли в его жизни что-нибудь необычное в последнее время? Хм… дайте-ка карандаш и пару блокнотов, чтобы все вспомнить. Был ли он ВСЕГДА тому виной? Тут стоило задуматься. Крепко. С другой стороны, а даже если и да, то что же?

— Повелитель Хаоса и Беспорядка! — гордо провозгласил парень, для верности ударив себя кулаком в грудь.

— Вот об этом я и говорю, — вздохнул Матвей. — И ведь никому дела нет!

Действительно, прошедшая мимо группа слушателей второго курса с одинаковыми «масочными» лицами, хоть движение и отметили, но никакой более реакции не проявили… просто пройдя мимо.

— Ладно, Повелитель, — громко хмыкнул Воронцов. — Встретимся позже!

Никто не обратил на него внимания точно так же.

— Хм, — задумался молодой человек. — Очень интересный феномен. Надо понаблюдать.

— Подожди! — остановил приятеля Павел. — Ты так и не рассказал ничего.

— Знаешь как заставить тебя мучиться дурацкими вопросами несколько часов?

— Хм, — негромко протянул Волконский.

Узнать он этого не хотел совсем. Но приятель все равно ответил на собственноручно заданный вопрос:

— Вот после четвертой пары и расскажу.

— Вот ведь… — покачал головой клановец, улыбнувшись шутке. — А почему не сейчас?

— А ты на часы посмотри, уважаемый.

Павел посмотрел. Негромко вздохнул и… очень быстро зашагал в сторону учебных корпусов. Ему шагать до нужной аудитории было куда дальше, чем его собеседнику.

Глава 8

Глава 8

Павел проснулся. В кой-то веки в собственной постели. Да еще и с ощущением приятной тяжести чьей-то головы на собственном правом плече.

«Вот и гадай!» — посмеялся над еще не проснувшимся парнем внутренний голос. Впрочем, молодому человеку было достаточно прислушаться к тонкому аромату от волос девушки, чтобы четко понять какого именно цвета локоны он увидит перед собой, едва откроет глаза.

— Доброе утро, Катерина, — немного хрипло выдохнул он.

Девушка устроилась чуть удобнее и… не стала тут же впрягаться в работу, позволив обоим чуть отдохнуть. Не такой уж и частый случай, между прочим. А потому воспользоваться им следовало обязательно. Когда в следующий раз выпадет — никто не знает.

— Глаза будешь открывать?

«Ну, хоть не сводка происшествий!» — хмыкнул про себя парень. А то была одно время у белокурой красавицы привычка сразу после пробуждения клановца вываливать на него тонну информации. Нет, конечно, доклад Павел мог принять в любом состоянии. Вот только первые минут пятнадцать после пробуждения молодому человеку хотелось видеть рядом с собой девушку, а не секретаря, зачитывающего механистичным голосом отчеты. Профессионалом блондиночка, конечно, была классным. Вот только не любил Волконский тащить «гаджеты» в постель. Даже комм оставался на прикроватной тумбочке. Не хотелось бы хранить там же и Катерину.

— А надо? — поинтересовался Павел без особого желания.

Блондиночка прижалась чуть плотнее.

— Ничего экстренного не произошло. Можешь еще полчаса поспать. Или…

Клановец выбрал «или». Так что, если бы ему пришлось перед кем-то отчитываться, можно было бы смело заявить, что зарядку он сделал. По крайней мере, в части кардио.

Подобный «подвиг» (вообще-то тренировочный комплекс парень выполнял каждый день) стал основанием для того, чтобы после «утренних процедур» задержаться в постели еще минут на пятнадцать.

— Гарью пахнет, — коротко хмыкнул Волконский.

Запах настораживающий. Особенно, если слышен в жилой квартире.

— Подгоревшее масло, — объявила Катерина. — Судя по грохоту посуды и, хочу заметить, довольно бессвязный мат, предполагаю, что парни решили приготовить завтрак.

— Ого! — оценил Павел. — Чего это они? Ты же здесь.

Действительно, шевеление на кухне в этом доме обычно происходило исключительно под присмотром Катерины и с ведома ее. Да и с пинка тоже. Никто из обитателей квартиры не горел по собственной воле вставать за плиту. А когда добровольцев нет — и назначают. Блондиночка с этим справлялась великолепно.

— Самой любопытно, — мурлыкнула девушка, приподнявшись на локотке.

Естественно, внимание клановца тут же переключилось с кухонных страстей на куда более интересные объекты.

— Пойдем посмотрим? — хмыкнул он негромко.

В конце концов, ему самому было интересно. Да и вставать пора было. А то еще чуть-чуть и организм Волконского потребовал бы остаться в постели еще на какое-то время. А день сегодняшний легким быть не обещал.

Катерина юркой лаской соскользнула с кровати и принялась деловито одеваться. Каким образом она умудрилась в столь утилитарный процесс привнести изрядную долю эротизма — для Павла так и осталось загадкой.

— Ну, вперед, — негромко хмыкнул Павел, положив ладонь на замок двери в своей комнате.

Девушка согласно кивнула и попыталась протиснуться вперед. Клановец, едва заметно поморщившись, решил не препятствовать. По крайней мере, здесь и сейчас.

Да, в клане слуг учили именно так, а уж за тем выходит господин. И, даже если его встретит пара очередей, то есть шанс, что какая-то часть пуль застрянет в теле служанки. Не даром их форма шьется и изготавливается именно с этим рассчетом.

«Придется отучать!» — коротко отметил Волконский. Тем более, Катерина уже пару недель как на новой должности. И обязанностей чисто силового плана у нее стало куда меньше.

— Что здесь происходит? — поинтересовался молодой человек, шагнув в небольшую кухню.

Коль оторвался от плиты. Фил от посуды. С какого-то ляда притащившаяся с самого утра Бешенная оторвалась… напрочь. Судя по всему, за счет хозяев и обитателей квартиры.

Особого удивления, кстати, клановец не испытал. Тут и не такое случалось.

— В карты проигрались, — коротко объявил Кроль без всякого сожаления в голосе.

Мол, проиграл и проиграл. Всякое бывает. Завтра отыграется. Если захочет. В последнее время он вообще стал относиться к жизни с некоторым… фатализмом.

— Угу, — понятливо кивнул молодой человек, разглядывая утреннюю гостью.

Она явно подготовилась. В руках ее «летала» колода карт, которую она старательно «взбивала». Еще две, но пока даже не распечатанные, лежали прямо перед ней. По губам Бешенной блуждала довольная и предвкушающая улыбка.

Короткое движение брови Ирины явно намекало, что двое здоровых и крепких (в случае Кроля — относительно) парней удовлетворить ее не смогли. И она прямо-таки жаждет «ласки». И намек этот был явно не Павлу. Кажется, куда интереснее Ирине была… Катерина.

Волконский оглянулся на блондиночку. Лицо девушки не дрогнуло. Однако каким-то шестым чувством клановец почувствовал, что блондиночка вовсе не прочь откликнуться приглашение к «брачным играм».

Молодой человек с грустью покосился на плиту. Никто из присутствующих особых никаких иллюзий не испытывал. Сей кулинарный шедевр никому на пользу не пойдет.

— Сколько осталось до прибытия курьера? — негромко поинтересовался он.

— Семнадцать минут, — тут же прозвучал голос даже не взглянувшей на часы Катерины.

— У тебя пятнадцать, — пожал плечами парень и направился в душ.

Заодо и легкую сонливость, все никак не желающую отпускать с самого пробуждения, можно попытаться смыть.

Контраст из холодной и горячей воды заставил организм проснуться. С бодростью пришло и удовлетворение. И не только прекрасным утром, но и великолепно сделанной работой.

Отдельной довольной улыбки заслужил и рассказ Волконско, которого клановец таки отловил после учебных часов.

— Это было… необычно! — довольно дипломатично заявил Матвей Александрович, которому род доверил самостоятельно защитить свои интересы.

Волконский, чувствуя как по телу стегают тугие струи воды, попытался представить картину глазами недавнего собеседника. Получалось плохо.

Судя по всему, Матвей подошел к делу серьезно. И силы подготовил соотвествующие. Что называется, из каждого окна популемету и пара броневиков в качестве чуть более тяжелого довода. И все это дело прикрыть «крышкой» тяжелого щита, чтобы сверху штурмовики не только привет не прислали, но и даже разглядеть не могли, что именно происходит на территории третьего цеха.

Как наяву Павел представил напряженные лица крепко сжамающих оружие людей и тут… в ворота постучали. Вот так просто. Но требовательно.

Ох, как хотел бы Волконский видеть лицо Матввея, когда бесстрастные камеры показали, что Трубины решили «постучаться» силами всего одного человека — Марата Игоревича.

— Я решил, что так не бывает! — заявил куда позже Воронцов приятелю.

— Ага, — согласился тот. — А сам подумал «Да какого хрена?» и отправился открывать дверь. Так?

— Ну… так, — вынужден был согласиться собеседник.

Оба прекрасно понимали, что подобный поступок — дурость полная. И даже сын графа не мог объяснить, что именно побудило его на этот шаг.

Действительно, Воронцов лично открыл ворота, и высунул голову наружу (вполне приемлемо, раз уж собеседник колотит в створку кулаками) вполне вежливо поинтересовавшись, что именно нужно представителю клана Турбиных этой замечательной ночью возле ИХ ворот.

Марат Игоревич, судя по всему, все силы (и нервы!) измотал чуть раньше, а потому лишь вежливо уточнил:

— ВАШЕГО цеха, Матвей Александрович?

Кто бы сомневался, что оба собеседника друг друга знали. Гораздо дешевле было запомнить несколько сотен имен, чем получить гору неприятностей.

— Род Воронцовых взял данный объект в аренду на десять лет, — коротко объяснил «гостю» Матвей.

— Арендодатель предупредил тебя об интересе Трубиных к этому объекту? — поинтересовался Марат Игоревич.

— Павел Анатольевич что-то такое упоминал, — коротко кивнул сын графа. — Однако на вопрос, есть ли какие-нибудь юридически оформленные договоренности на этот счет, ответил отрицательно.

— Мы не можем документально подтвердить наше право владения этим местом, — Вздохнул представитель Трубиных.

Смысла возмущаться и терять лицо он не видел. Все равно наличного состава сил и средств для того. чтобы «закуситься» с Воронцовыми, не хватало. Да и перспективного, если быть честным, тоже.

— Мне очень жаль.

С этими словами новый владелец «яблока раздора» приподнял бровь. Мол, а какого хрена вам от меня-то надо?

Хотя, раз столкновения так и не произошло, выразился Воронцов вполне себе достойно. Во всяком случае, Турбин вполне вежливо извинился за беспокойство, пожелал доброго вечера и направился к своим людям.

— Хорошо! — оценил Павел, на миг отвлекаясь от воспоминаний для того, чтобы полностью «прикрутить» горячую воду.

Ледяные струи приятно обожгли тело.

В дверь ванной постучали. Требовательно и громко.

Волконский пожал плечами и потянулся к древней защелке, проще которой, казалось, ничего и быть придумано не могло. Ну, разве что скрепка.

— Твое полотенце, Павел.

Девушке до сих пор было сложно обращаться к парню на ты и по имени. Однако она старалась. Правда, столь старательно она «кривлялась», по собственному определению, исключительно в присутствии постаронних.

Эта мысль Волконского как-то не обадовала. Ондаже выглянул из старой и дешевой, но пока еще рабочей душевой кабинки.

— И что это все значит? — поинтересовался парень негромко.

Катерина самодовольно улыбнулась и подтолкнула вперед куда менее довольную собой, жизнью и обстоятельствами Ирину.

— Шаг вперед, — потребовала блондиночка, для верности подтолкнув прикрывшую «стратегические места» черновласку.

Павел молча наблюдал за представлением. Причин у него было несколько. Во-первых, не стоит ломать игру собственному секретарю, а, во-вторых, интересно же! Да еще и как!

— Руки! — потребовала… Катерина.

Ирина исполнила, быстренько преломив внутреннее сопротивление. Теперь ничто не мешало любоваться вполне достойным видом.

— Наслаждайся, — коротко улыбнулась секретарь и оставила Бешенную на растерзание.

Клановец лишь плечами пожал. И сделал шаг вперед.

Срочно требовалось понять, что именно происходит.

Глава 9

Глава 9

— Красиво! — кивнул молодой человек, окидывая сверху донизу Бешенную, замеревшую едва ли не в позе «Витрувианского человека».

Кто не помнит, это из творчества Леонардо да Винчи. «Растопырившаяся» во все стороны фигура, вписанная в квадрат и круг. Вот примерно так Бешенная и выглядела. Разве что руки чуть пониже опустила.

Павел еще раз окинул взглядом девушку сверху вниз и вынужден был констатировать, что физиологические подробности имеет возможность изучить досконально. Вот только удовольствия в том ноль.

— И что это все, — клановец покрутил пальцем в воздухе. — Предположительно, должно означать?

Ирина что-то негромко ответила, старательна глядя парню в лицо. Тот своего тела особо не стеснялся, а потому, покинув душевую кабину, прикрыться не озаботился. И не его проблемы, что это вызывает такой шквал эмоций на лице девушки.

— Боец Романова! — рявкнул Павел.

Командный рык так напомнил Ирине глас командира, что та невольно вытянулась по стойке смирно.

Положения это ничуть не улучшило. В том плане, что комичности ситуации добавилось, а вот эротизма нет. «И это не смотря на вполне ладную фигурку!» — поразился клановец.

— Мне что, заснять как боец славного подразделения «Барс» мямлит в ответ на прямой вопрос и показать брату⁈

Ирину пробрало. На миг она представила, в каком виде она окажется на гипотетическом видео.

— Я проиграла Катерине одно желание, — ровно и четко доложила она.

Секунда понадобилась Павлу на то, чтобы обдумать создавшееся положение.

— Нихрена не понял, но оооочень интересно, — наконец вынужден был констатировать он.

— В прошлый эта… Катерина сделала меня как девочку! — возмутилась Бешенная.

Гнев тут же смыл большую часть смущения. Смотреть на «ожившую» девушку стало намного приятнее.

— Я решила отыграться!

— Даже не могу предположить, кто именно выиграл, — хмыкнул Павел.

— ЧТО?!!

От возмущения Ирина даже подпрыгнула на месте и… поскользнулась!

Плавным движением парень мгновенно сократил дистанцию, поймав потерявшую равновесие собеседницу. Так они и застыли, словно два партнера в странном танце.

— Спасибо! — прохрипела девушка.

Все-таки хватка Волконского была куда крепче, чем полагалось в парном танце.

— Ну, что ж… — заключил молодой человек. — Когда мы стали ближе…

«Действительно, куда уж ближе!» — оценила Ира. Фактически парень очень крепко прижимал ее к себе.

— … Ты мне сможешь объяснить, что именно произошло!

Несколько секунд парень с интересом наблюдал за калейдоскопом эмоций на лице девушки. Видно было все просто замечательно. Уж больно близко к нему оказалось это самое лицо.

— Она меня поимела! — возмущенно воскликнула Бешенная.

— Так, давай аккуратно вставай! — потребовал Павел, осознав, что установление истины может занять чуть больше времени, чем он может себе позволить… в такой позе. — Иначе это может случиться с тобой еще раз.

Кажется, серьезный тон сделал свое дело. Во всяком случае, возмутительница спокойствия аккуратно высвободилась из объятий и утвердилась на ногах.

Было девушке крайне не ловко. И дело даже не в наготе. Просто сама мысль, что она стриптизершу изображает перед клановцем (!) и родным братом командира (!!!)… Это было выше ее понимания.

— Что ты проиграла? — поинтересовался Волконский негромко, продолжая с силой растираться после контрастного душа.

Ответ девушки получился… вразумительным. А еще ясным и понятным. Да только вот беда — больно уж тихим. Ни слова Павел не разобрал.

Пришлось клановцу вновь шагнуть вперед, сокращая дистанцию до минимума. Тем более, отступать Ирине было некуда. Она и так фактически уперлась в стену.

— Попробуй еще раз, — попросил он, наклоняясь к девушке как можно быстрее.

В этот раз ответ парень все прекрасно услышал.

— Эх, и чего вытирался только, — хмыкнул он.

Похоже, Катерина запомнила их прошлый разговор на кухне. Вот и придумала «наказание», так сказать, по мотивам. А еще в голове парня возник вполне искренний вопрос: над кем именно из здесь присутствующих подшучивает блондиночка?

Клановец отступил обратно в кабинку.

— Пошли уж, — предложил он.

Карточный долг — святое. Отдавать его надо обязательно.

Внутри старой душевой кабинки места на двоих хватало тик в тик. Да и то, исключительно в положении «как сельди в бочке». Не сказать, что Павла это сильно расстраивало. Аккуратно развернувшись спиной к Ире, он негромко предложил:

— Действуй давай!..

Прикосновение все еще влажного мочала к собственной спине он почувствовал секунды через три. Девушка провела им несколько раз вверх и вниз, словно… нет, молодой человек не рискнул бы подобрать метафору, чтобы дать определение этому странному процессу.

— Может, хоть воду включить? — поинтересовался он насмешливо.

Одновременно парень попытался представить, как именно они выглядят со стороны. Получилось отчего-то очень плохо! Просто потому, что такого не бывает!

— Включи…

Павел потянулся к рычажку.

— ААААААА!!!!!!! — дикой испуганной кошкой завопила Бешенная, буквально вцепившись в клановца.

Тот, естественно, забыл, что водные процедуры закончил на обливании. А от того, чтобы «выровнять» температуру обратно, его как раз и отвлекли неожиданные гостьи.

— Ну прости, — хмыкнул Волконский, вполне себе наслаждаясь нежданным «обнимашками».

И стыдно ему не было от слова совсем.

* * *

На кухне царила идиллия.

В этом Павел убедился, едва растер полотенцем замерзшую Романову. Можно, конечно, было просто воду потеплее сделать. Но это бы не было так приятно. Сама же девушка, от такой «смены картинки», уже ни черта не соображала.

— Интересно живешь, — коротко прокомментировала Светлана.

— Нашего полку прибыло, — коротко хмыкнул Павел, поприветствовав сестренку. — Свет, они все надо мной издеваются!

В ответ молодой человек получил оч-чень странный взгляд.

Впрочем, и девушку можно было понять. С ее точки зрения картина должна была быть та еще! Не успела в гости прийти, как из ванной раздается дикий визг, а затем и звуки, очень напоминающие борьбу. Через пару минут из царства «боли и мук», судя по звуковому сопровождению, вылетает голая раскрасневшаяся деваха, едва прикрываясь щедро выделенным ей полотенцем. Еще через пару минут появляется Павел Волконский в спортивных штанах и майке. Довольный и умиротворенный, что твой слон.

— Псих! — решила Светлана.

Однако таким обвинением клановца было не пронять. Он улыбнулся и негромко отбрил:

— Может и так. Все мы тут немного того…

Именно в этот момент Кроль стянул из тарелки клановки кусочек шашлыка. Не то чтобы ему он был нужен, но… Кто еще может похвастаться, что сотворил что-то подобное⁈ Вот и он не знал. А потому упустить своего шанса ну никак не мог. Правда, похвастаться он все равно никому не мог. Во-первых, чревато, а, во-вторых, все равно никто не поверит! Иногда Кирилла сложившееся положение дел очень даже бесило. Ну, скажите на милость, какой толк переспать с «Мисс Вселенная», если этим все равно нельзя будет похвастаться⁈ Во всяком случае, именно так парень видел ситуацию.

— … Вот только проблема-то не в этом.

— А в чем же? — поинтересовалась Света, заметив-таки расхищение собственной тарелки.

Кирилл же, нацелившийся на второй кусок и попавшийся на горячем, решил, что «нас это, конечно расстроит, но не остановит», самым беспардонным образом на глазах у возмущенной Волконской расправилась со своей добычей.

— Ээээй! — протянула девушка.

Кроль же спокойно вернулся к своей тарелке, всем своим видом демонстрируя, что он «глух и нем».

— Паша, сестренку обижают! — завопила девушка.

— А что ему было делать? — философски пожал плечами Волконский.

Действительно, бросать обратно в тарелку уже захваченный пальцами кусок мяса, было так себе идеей.

Впрочем, был вариант вообще не совать пальцы в тарелку клановки. Но Волконский не стал на этом акцентировать внимание.

— Так в чем основная проблема? — буркнула Светлана, вполне себе довольная тем, что здесь и сейчас образ Снежной королевы можно отложить в сторону.

— Главная проблема в том, что среди этих психов тебе достаточно комфортно, — пожал плечами парень.

Света задумалась. За время ее размышлений в ее тарелке стало еще на один кусочек мяса меньше.

— Кирилл! — возмутилась Светлана.

— Это не я! — тут же поднял лапки вверх расхититель чужих тарелок.

— Прости, сестренка, — пожал плечами Павел, вытирая пальцы о бумажное полотенце. — Ммм… Вкусно. Но мало!

Слегка остолбеневший от подобных «игрищ» Фил кивнул в сторону подоконника.

— Там еще два пакета!

— Ну и хорошо, — негромко откликнулся Павел.

Только вот интерес к шашлыку он потерял на прочь. Куда больше его интересовало лицо Катерины, внимательно всматривающийся в экран своего планшета.

— А вот и я, — выдохнула «любительница» контрастного душа. — Ой…

Вот к Свете Бешенная еще не привыкла, а потому замерла в некоем остолбенении. Ладно Павел… Но встретить на обветшалой шумной кухне одну из Первых Леди империи — это сильно!

— … Здравствуйте!

Волконская поздоровалась в ответ. На автомате. Она заметила тревогу брата сразу же.

Катерина только вздохнула негромко. И протянула планшет Павлу. Тот прочитал сообщение. Потом вчитался еще раз. Задумался. После чего почесал затылок.

— Что там? — негромко спросила Светлана.

— Наши родичи, — коротко, но явно растерянно хмыкнул молодой человек. — Встретиться хотят.

— Так они же давно…

— Официальное приглашение, Света, — не стал дослушивать парень.

— Оу, — прикусила язычок девушка.

Вот это уже серьезно. Фактически клан признает Павла самостоятельной силой, с которой можно иметь дело. Сам факто подобного приглашения уже говорит обществу о многом. Уже хотя бы потому, что подобное «послание» создается через официальные органы.

— За чьей подписью⁈ — тут же вскинула взгляд она.

— Нет подписи, — покачал головой молодой человек. — Только клановая печать.

— Хм…

— Первого уровня, — добавил Павел.

— Уау, — коротко отреагировала Волконская.

Это делало ситуацию еще более непонятной. Во всяком случае, девушка сильно сомневалась, что на такой шаг пошел глава лично. Но тогда кто?..

— Когда? — негромко спросила она.

Павел ткнул пальцем в экран.

— Ага, — чуть расстроенно протянула девушка. — Придется отменить нашу… операцию.

— А зачем? — хмыкнул брат, почувствовав звон пиастров и запах рома.

— То есть, ты хочешь проигнорировать официальный запрос на встречу, ради…

Павел покачал головой, не дослушав.

— Нет, Свет, я хочу совместить.

На это не нашла что именно ответить уже даже привыкшая к выходкам брата Волконская.

Глава 10

Глава 10

Двое мужчин шагали по коридору. В лицах их явно читалось фамильное родство. Возможно, их можно было бы назвать братьями, если бы не разница в возрасте лет в тридцать.

— Это перебор, сын, — негромко произнес тот, что постарше.

Молодой человек лет тридцати ответил широкой ухмылкой, еще не утратившей юношеского задора. Вообще, он был целиком и полностью согласен. Вот только и одну существенную деталь не мог оставить без внимания.

— Это твой протеже, отец!

Мужчина обернулся к сыну. При их положении такая улыбка могла стоить многого, а потому вряд ли в мире есть хоть еще один человек, кто мог бы стать ее свидетелем. И уж тем более, подобное поведение было недопустимо в присутствии камер и прессы. Однако стены вокруг умели хранить секреты. А было их тут немало за последние века. Говорят, что несколько камней до сих пор «помнят» тепло рук самого Юрия Долгорукова. Именно его потомки сейчас вели неспешную беседу в древних подвалах.

— Я знаю, — ровно ответил тот, что был старше.

Его сын понимающе кивнул. Идеальных людей не бывает. Поэтому всегда приходится взвешивать, больше вреда или пользы он может принести. Если чаша весов склоняется к положению «польза», то счастливчику даруется прощение, временное или постоянное, а на некоторые грешки его перестают обращать внимание. Хотя и записывают. Просто по старой милой привычке государей предъявлять счет за все и сразу.

Но что делать с человеком, польза от которого огромна, но и головной боли, порой добирающейся даже до башен Кремля, скажем так, соразмерно? Увы, но терпеть. Терпеть и изредка ставить на место, когда «шалости» совсем уж начинают выходить за берега. Учить жизни, другими словами. Иногда до смерти, учитывая личности и масштаб поступков фигурантов. Но тут уж ничего не поделаешь… Все прекрасно понимают изначально в какие игры их зовут играть.

— Пора? — поинтересовался молодой человек.

Лицо его радости особой не излучало, но оба собеседника прекрасно понимали — справится. В конце концов, Первый кабинет он возглавлял вовсе не по протекции. И не за красивые глаза. Злые языки, конечно, плели всякое. Умные люди к ним не прислушивались.

— Пора, Константин.

С минуту оба молчали.

— До какой степени, отец? — переспросил почтительный сын.

Очень важно знать, как сильно можно давить на фигуранта. Особенно, если это не твой человек. В такой игре «пережать» очень даже легко. А цена ошибки — огромна. И речь даже не о смерти или физическом увечье (хотя при таких ставках и они случается нередко!). Достаточно всего лишь задеть невидимую струнку в душе собеседника, и вот он уже не способен выполнять свои обязательства.

— Серьезной фактуры нет, — коротко ответил мужчина. — Но по совокупности заслуг — пора напомнить, кто в доме хозяин.

Константин задумался. Если так, то можно ограничиться и намеком. Болезненным, неприятным, хлопотным, но не смертельным. Хотя бить придется всерьез. Больно уж серьезный… клиент попался в этот раз. Последний раз император изволил демонстрировать ему свое недовольство еще до того как молодой человек занял свой нынешний пост.

— Сделаю, отец, — коротко кивнул он.

Оба не сомневались — так и будет.

На этом месте разговор можно было бы и заканчивать, однако чутье, достаточно редко его подводившее, отчего-то подсказывало, что в этот раз приказ будет дополнен «пожеланиями».

Мужчины остановились возле небольшой двери. Однако старший так и не потянулся к ручке. Он несколько секунд раздумывал, после чего достал из небольшой сумки, что нес с собой всю дорогу, и передал сыну обычную бумажную папку.

— Ознакомься.

Константин коротко кивнул, принимая ее. Это никак не отразилась на его лице, но цветок удивления буквально взорвался в его груди. И дело не в том, что именно оказалось в руках почтительного сына. Он просто не припомнил, чтобы отец брал что-то связанное с делами СЮДА.

Взгляд молодого человека скользнул по «шапке».

— Волконский, — повторил он негромко, словно силясь припомнить, откуда именно.

Попытка успехом не увенчалась. В империи было слишком много подданных. Да, клан молодому человеку был знаком. Но чем именно отличился конкретный его представитель — решительно не припоминал.

— Это один из «птенцов» фигуранта. Недавно ярко отметился на приеме к Горюновых.

Долгорукий-младший кивнул. Что ж, это имя действительно стоит того, чтобы его запомнить.

— Основание — заявление Марата Игоревича Трубина о применение недопустимых систем вооружения и использование армейских подразделений в родовом конфликте.

— Хм, личное? — позволил себе показать толику удивления Константин.

Вопрос не праздный. Одно дело, когда такие вещи исполняются от имени клана. И совсем иной коленкор, когда один из членов клана творит подобное. Просто потому, что в строгих и сложных иерархических структурах не принято прыгать «через голову начальника». То есть, если бы некий Марат Игоревич (вот это имя решительно ни о чем не говорило!), действовал как положено, то поднял бы вопрос на уровень старших родичей. А те бы уже, если б не смогли решить его, обратились в канцелярию. В противном же случае создается впечатление, что кто-то «играет» за спиной у своих же.

— Да, — уверенно кивнул мужчина.

Без всяких уточнений.

«Разберемся!» — пообещал сам себе молодой человек. Не в первый раз. Тем более, под рукой у него фактически весь силовой, специальный и даже репрессивный аппараты империи.

— Это — казнь, — прозвучали под древними сводами негромкие слова.

Если обвинения подтвердятся, то «птенец» отправится прямиком на плаху. Или, по-современному, ждать его будет выстрел в затылок, исполненный профессиональным палачом. Вот только среди воспитанников фигуранта дураков не бывало никогда. Разные «уникумы» встречались. Двоих ему пришлось упокоить лично, едва те решили, что достаточно оперились, чтобы играть свою партию. Короче, разные попадались. Но дураки отсеивались еще на предварительном самом грубом отборе.

Еще одна странность. Отец не говорит об этом Волконском. как о приговоренном. Значит, шанс у парня есть. Какой-то.

— Недавно этот Волонский умудрился старого Архипова обобрать как липку.

Молодой человек удивленно приподнял бровь. Это… заслуживало уважения. Он раскрыл папку и начал искать нужную страницу. Естественно, нашел.

«Нууу… не как липку.» — про себя заметил он. Однако одним практически безумным «накатом» он действительно если и не взял за яйца, то неплохо так прихватил целый регион.

— Какой резкий юноша, — покачал головой Константин. — Понимаю, почему ты хочешь…

— Не хочу, — коротко возразил отец. — Более того, меня вполне устроит, если этот юноша в регионе закрепится… лет через пятнадцать. На то я соизволение дал.

Почтительный сын чуть удивленно поднял взгляд.

— Из этого капкана, — он взвесил папку на руке. — Выбраться практически невозможно.

Мужчина кивнул. Сложная ситуация. Даже для главы серьезного клана. А уж для, по сути, школяра — так и вовсе невозможная.

— Он не справится.

— Значит умрет, — пожал плечами Долгорукий-старший.

Эмоций в его голосе по поводу чужих смертей не было уже очень давно. Однако другого способа воспитания будущих специалистов он не знал. Выживут — честь, хвала и обязанности по защите интересов государственных в придачу. Провалит экзамен — закопают… все так же честь по чести.

Константин покачал головой, мысленно восхищаясь мудростью отца. Чем дольше молодой человек размышлял над новым заданием, тем больше видел красоту и изящность решения.

— Когда-нибудь и я так научусь! — заверил молодой человек, позволив себе еще одну улыбку.

Отец уверенно кивнул. Он и не сомневался. Да и выбора у «ученика» не было. Цена за провал в его случае была ничуть не меньшей, чем у Волконского.

— Конечно, сын.

Даже не смотря отсутствие охраны и наблюдения именно в этой точке, он не мог себе позволить просто сообщить сыну, что гордится им. Хотя и искренне желал того. Однако предстояло еще чуть-чуть подождать.

— Достаточно, — попросил он.

Долгорукий-младший тут же кивнул и отложил папку на небольшую полку возле все той же неприметной дверцы. Представить себе воришку, способного проникнуть именно в эту точку вселенной никто из собеседников не мог. А даже если таковой бы и сыскался, то оба признали бы его навыки очень близкими ко всемогуществу. И какой смысл от такого вообще пытаться что-то скрывать?

— Ну что, пошли? — в легком нетерпении спросил сын.

Мужчина лишь кивнул, открывая дверь.

За ней оказались лишь несколько довольно аскетично обставленных, но вполне удобных комнат.

— АААААААРРРР! — крик-рык молодого человека стегнул по стенам, едва за его спиной закрылась дверь.

Отец понимающе наблюдал за сыном. Никаких попыток помешать ему он не предпринял. Лишь дождавшись, когда молодой человек охрипнет и замолкнет, мужчина сделал шаг вперед и просто обнял его. Он очень давно об этом мечтал. Однако для человека, вся жизнь которого проходит под незримыми взглядами тысяч и миллионов наблюдателей, такое простое удовольствие — обнять сына искренне, а не «холодно и правильно» для фотографии, было доступно очень и очень редко.

Здесь было можно. И только здесь. Да, во внешнем мире оба Долгоруких обязаны были держать лицо. И чувства были под запретом. Но здесь, именно в этой комнате, они могли побыть сами собой без всякого опасения, что-кто-то сможет им помешать.

— Легче? — мимические мышцы «удивленно» отреагировали на попытку их использовать.

— О, да, отец! — счастливо заявил молодой человек, с веселым изумлением разглядев на лице мужчины самую настоящую, хоть и чуть кривоватую улыбку.

Эмоции нельзя долго держать в себе. Их обязательно нужно «пережигать». И делать это правильно. Иначе…

— Десять лет здесь не был! — выдохнул старший.

Константин с ужасом уставился на него. Десять лет… Десять лет держать все в себе — немыслимо!

— Посмотрим кино, сынок⁈

Молодой человек в очередной раз едва не рассмеялся небольшой сумке в руках отца. Кто бы могу подумать, что сквозь древний коридор ЭТОТ человек тащит чипсы и сыр-плетенку, какие можно найти в любом магазине!

— Как в старые добрые времена⁈ — улыбнулся тот.

— Конечно!

Мало кто мог даже представить и уж совершенно точно никто не мог узнать, что самодержец предпочитает расслабляться просмотром старых комедий в компании с сыном.

Однако императоры, нынешний и, скорее всего, будущий — тоже люди.

Глава 11

Глава 11

— Я понял, — грустно констатировал Павел. — Я все понял.

Помогла тому очередная горошина, наколотая на вилку. Ее Волконский держал на уровне глаз. Две Леди за его столиком делали вид, что ничего не происходит.

— И что именно? — негромко спросила одна из собеседниц.

— Почему именно мне не нравится здешняя еда-а-а-а… — простонал молодой человек с болью в голосе.

Светлана вопросом заинтересовалась. Вика от подобного вопроса слегка, не к столу с дамами будет сказано, офигела.

— Она дорогая? — предположила девушка, чем заслужила оч-чень странный взгляд от присоединившейся к их столику Юсуповой.

Парень покачал головой, все так же не отводя взгляда от своей «цели».

— Не вкусная? — продолжила играть в угадайку она.

Брат ее лишь ухмыльнулся на подобное замечание и пожал плечами. Мол, есть можно.

— Зажрался, сволочь? — попробовала девушка еще один вариант.

Все это было произнесено столь прекрасно поставленным холодным голосом, что «уральская принцесса» даже не сразу поняла, что именно услышала. Она, конечно, слышала, что Павла называли странным, а его сестру Ледяной Сукой за умение всего несколькими ядовитыми «посылами» поставить а место кого угодно, но… Такого девушка не ждала.

— Думаешь? — переспросил Волконский, прервав свою странную «медитацию».

— Угу! — с королевской грацией чуть склонила голову его сестра.

— Знаешь, мне нравится, — задумчиво решил клановец, вновь возвращаясь к процессу созерцания горошка. — Хорошая теория, многое объясняет.

— А то… — вздохнула девушка с таким видом, будто вела беседу о поэзии минувших эпох.

— И все же… нет, — вынужден был разочаровать ее Павел.

Виктория замерла. Она знала Волконскую совсем другой: циничной, стервозной и способной в любой момент сорвать свой гнев на ком угодно по малейшему поводу.

Не ведомо было Юсуповой, что столь отталкивающий образ с великим тщанием разрабатывался самой Светланой не один год. Каждый в агрессивной клановой и родовой вражде защищается как может. Кстати, сам Павел тоже считался типом резким и всегда готовым к неадекватному ответу на любой выпад.

В общем, к удивлению «уральской принцессы», взрыва не произошло. И никто не пострадал.

— Так поделись же с нами, недостойными, сим сокровенным знанием, — потребовала Света.

Юсупова с осуждением покосилась на девушку. Недостойной она себя однозначно не считала. В ответ она получила столь ледяной взгляд, что спорить как-то резко перехотелось.

Павел на этот обмен взглядами особого внимания не обратил. Или сделал вид, что ему все равно.

— Мне постоянно кто-нибудь мешает спокойно пообедать! — глубоко вздохнул парень.

— Да, к сожалению, в наши дни не всякий имеет представление о достойном поведении, — ровно согласилась сестренка прохладным тоном.

— Я вас слышу, — ответила тоном «Я все еще здесь!» Вика.

— Мы знаем, — на два голоса заверили брат с сестрой.

Юсупова прикусила язычок. Намеки она читать умела вполне неплохо. Да и сложно было бы не понять, кого именно имеют ввиду Волконские, если она буквально пару минут назад подсела к ним за столик, прервав их беседу.

— Павел Анатольевич, — взяла себя девушка, тут же сменив тон на официальный. — Прошу простить за мое вынужденное вторжение, но дело не терпит отлагательств. Уделите мне пару минут?

— Оп-па, — улыбнулся Павел, откладывая вилку. — И так можно было!

— Я не сомневалась, брат мой, — подтвердила Волконская.

А вот «уральской принцессе» было не до смеха. Только теперь (долго, непростительно долго!) она поняла, что брат с сестрой ее вполне профессионально и слажено «качали».

— Говори, — предложил парень негромко, но вполне явно насмешливо. — Я весь обратился в ухо.

Вика вздрогнула. Кажется, в оригинале фраза звучала несколько иначе.

— Мы всегда готовы выслушать нуждающегося, — подтвердила его сестра.

Насмешку в ее холодному и ровном голосе услышать было невозможно. Однако она там была. Однозначно.

— Я надеялась на беседу тет-а-тет, — вежливо заметила она.

— А не получится, милая, — совсем уж откровенно хмыкнул Павел. — Ты, помнится, мне отдаться обещала и вообще лапочкой быть!

«Ну, можно и так сказать.» — чуть ошалело решила девушка. Особенно если предположить, что глагол «отдаться» употребляется в значении «переложить проблему на чьи-либо плечи и затем не мешать ему работать».

— Процесс может быть полюбовным, либо придется прибегнуть к проверенным методам, — едва ли не на распев произнесла Светлана таким тоном, каким только приговоры и зачитывать.

— Немного насилия и все получится! — произнес клановец столь важно, словно это был его жизненный девиз.

— Может быть, «усилия»? — поинтересовалась девушка.

— Нет-нет, — заверил парень. — Все правильно.

Его сестра лишь кивнула.

— Виктория, предлагаю приступить к ответу на вопрос: «Что тебя привело ко мне сегодня?», — потребовал молодой человек. — Прежде чем начать учти, пожалуйста, что неделька у меня была просто адская. Так что постарайся уложиться в пять минут.

«Уральская принцесса» аж замерла на полувыдохе. Никто ТАК с ней обращаться не смел.

Однако и в пять минут она не уложилась. И проблема оказалась куда серьезнее, чем ожидали Волконские. Хоть и суть ее выражалась всего несколькими словами:

— Юсуповы снаряжают официальную делегацию к Волконским.

Павел задумался. Предполагать такое событие вполне можно было. Вот только более приятным оно от того не становилось.

Конечно, обсуждать будут не только его личную жизнь. В первую очередь «уральцы» будут «извиняться» за недавний инцидент. Да, войны не случилось. Но за Юсуповыми определенно «косяк». И его нужно «закрывать» как можно скорее. А еще кланам надо придумать как именно обеспечить свои интересы в том регионе. И вот тут-то и могут вспомнить об одном бесхозном, неприкаянном и, главное, ХОЛОСТОМ молодом человеке.

— Восемьдесят три процента на мотримониал, — бесстрастно выдала Светлана.

Юсупова распахнула свои красивые глазки. Ей и в голову не могло прийти, что Волконская — аналитик!

Сама же «темнила» мысленно улыбнулась. Это тоже часть образа. Аккуратно, так, чтобы в это сложно было поверить, она «просачивала» информацию о своей «заточке». правда, отчего-то, все были уверены, что если это и так, то класс девушка имеет самый низкий или где-то около того, а то и вовсе просто пытается придать себе важности. В конце концов, если ее поставят куратором подобного отдела (без права вмешиваться в работу, естественно!) то подобное определение будет ей вполне соответствовать.

— Ясно, — без тени сомнения принял информацию к сведению Павел. — Всю выкладку к?..

— Четверг-пятница.

Молодой человек кивнул. Он не торопил. У него до того времени еще столько дел было, что, скорее всего, пару недель ему будет не до «уральцев».

— Не торопись, — попросил он. — Вряд ли гости пожалуют раньше чем через месяц.

— Полтора, — коротко вклинилась Вика.

— Вот-вот, — вздохнул парень.

А вот у Юсуповой натурально рвался шаблон от простого вопроса: а какие такие дела могут быть НАСТОЛЬКО важнее?

— Значит так, госпожа хорошая, — привлек внимание «уралочки» Волконский. — Предстоит тебе пообщаться тет-а-тет с моей любимой и обожаемой сестренкой.

— Ой, спасибо! — тут же раскланялась Светлана так, что со стороны и не скажешь, что она вовсе не послов иноземных принимает, а всего лишь перебрасывается подколами с братом.

— Я бы…

— Вика, — вздохнул Павел. — Скажу честно, мне похер.

Девушка застыла на миг. Она попросту не знала, как именно реагировать на такой резкий переход. К этому ее, как говорится, не готовили ни жизнь, ни учителя.

— Что именно?

— Все, — важно заметила Светлана.

Ее брат на очередной подкол внимания не обратил. Лишь взглядом попросил сестренку немного «притухнуть». К удивлению Юсуповой, та моментально послушалась.

— Значит так, милая моя, — холодно начал Павел. — Ты передала решение проблемы в мои руки. И я это сделаю. Если не получится увильнуть от брака, то хотя бы выбью условия получше. Пока я еще готов учитывать твои интересы. Заметь, не руководствоваться, а просто помнить о них. Если хочешь, чтобы так продолжалось и дальше, то, будь добра, слушай, что я говорю. И исполняй! Все явно?

Льда в голосе Волконского хватило бы на не прохладу в каком-нибудь курортном городке во время «верхнего сезона». Что уж говорить о Виктории. Ей хватило с лихвой.

— Я поняла, — заверила она.

— Вот и славно, — жестко обрубил молодой человек. — Значит, ждешь сообщение от моей сестры со временем «исповеди». А сейчас, пожалуйста, дай спокойно пообедать!

Привыкшая к куда более тепличным условиям существования девушка несколько неловко поднялась со стула и, коротко попрощавшись, зашагала прочь.

— Стоило оно того? — спокойно поинтересовалась Светлана.

С ее лица как по волшебству исчезло выражении ледяной скуки.

— Увы, — вздохнул ее брат с легким сожалением.

Ему не нравилось заниматься «дрессировкой». Он бы с удовольствием отказался от этого малоприятного занятия. Однако беда была в том, что без «кнута» люди начинали считать, что вся жизнь — «пряник», отчего наглели и пытались сесть на шею.

— Уже? — уточнила сестренка.

— Кое-кто начинает думать, что я не самый плохой вариант.

— Какое дикое заблуждение…

— Что?!! — удивился парень.

— А что ты сделал с той милой девочкой? — ровно поинтересовалась клановка.

— То есть, лейтенантом полицейского спецназа по прозвищу Бешенная? — с подозрением уточнил парень.

— А с виду такой милой казалась, — вздохнула сестренка. — Так что ты с ней сделал?

— Ничего! — заверил Павел.

— А она с тобой?

— Тоже! — покачал головой молодой человек. — Символически спинку потерла.

Как не вовремя вспомнила Катерина про тот спор во время их первого знакомства. Вот и не стала сильно заморачиваться по поводу ставки в нынешнем.

— Теперь это называется так…

— Света, — вот теперь в голосе парня звякнул металл.

Такого намека девушке вполне хватило, чтобы понять куда именно не стоит лезть.

— Тебе жить… — вроде как совсем-совсем без угрозы сообщила она.

— И, надеюсь, долго и счастливо, — откликнулся парень.

— Для того, чтобы быть здоровым, нужны холод, голод и движение, — процитировала кого-то Светлана. — А вся цивилизация стремиться к теплу, сытости и покою. Люди все делают для того, чтобы умереть.

Волконский задумался на миг, после чего требовательно уставился на сестренку, ожидая объяснений.

— Пока ты делаешь все, чтобы как можно скорее сложить голову, — подала плечиками девушка. — Но, вынуждена признать, получается у тебя просто великолепно…

На секунду она задумалась и добавила:

— … И весело. Так что я с тобой, братик.

Павел все же нашел еще одну причину, почему именно ему не нравится местная еда: горохом, как оказалось, вполне можно подавится!

Глава 12

Глава 12

— Что происходит, Игорь Георгиевич? — поинтересовался негромко казначей.

В клане проблемы были всегда. И считалось, что Глава способен справиться практически с любой из них самостоятельно. Однако сейчас творилось нечто непонятное. А это, на взгляд людей опытных, было куда опаснее. Хотя бы тем, что просчитать возможные угрозы было попросту невозможно.

Нынешний Глава Волконских только вздохнул. Кто бы ему объяснил, по большому-то счету…

Братья, родной и двоюродный, тоже помочь ничем не смогут. Одно радовало Председателя Правления: ни один из них не сбежал и не предал. Хотя, отчего-то, мужчина был уверен, что предложения обоим поступали. А с учетом того, как резво целых две молодые фракции, поддерживаемые старшими родичами, рванули к Трону, игра началась всерьез. Впрочем, так было всегда. Кто-то находился на вершине, а кто-то считал, что его заду куда лучшее согреет главную «табуретку» клана — место Председателя в Совете.

Казначей обвел хмурым взглядом братьев, чуть задержавшись на Валерыче. Тот уверенно кивнул, сделав понятный всем присутствующим жест.

Бум!

Здоровенные кулачищи дородного Елизара Петровича ударили по столу, за которым только собирались разместиться присутствующие.

— Игорь, что творится в клане⁈ — рявкнул он со злостью доброго дедушки, вручившего внучку ключи от машины, а обратно получивший груду металлолома.

Все трое чуть пригнулись от могучего рыка. Дядьку братья не то чтобы боялись, но уважали. Заслуженно.

— Я… — начал было Глава под удивленными взглядами братьев.

Таких интонаций в голосе Председателя Правления они не слышали давно.

— Я не знаю, — наконец закончил Игорь Георгиевич.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул казначей. — Будем разбираться.

Мужчины расселись, повинуясь приглашающему жесту дядьки. Особого дискомфорта от того никто не испытал. Это молодые были уверены, что Елизар Петрович мечтает о Троне и готов на все, лишь бы прибрать власть к своим рукам. Георгиевичи и Валерыч прекрасно знали, что будь действительно на то желание этого могучего мужчины, кресло Председателя уже было бы его. Вот только… Не надо ему было таких хлопот. Ему нравилось «считать денежки», тихо и относительно спокойно жить, но при этом держать руку на пульсе событий, чтобы вмешаться, если понадобится помощь. И сейчас седалищный нерв казначея буквально-так «вопил», что время пришло. Уж больно резво сразу две молодых фракции рванули наверх. Нет, ничего у них, конечно, не получится. Но время неспокойное. Буза никому не нужна.

Эта система работала вполне надежно, позволяя контролировать «внутривидовую борьбу», без которой невозможен рост следующего поколения управленцев. Очередные «заговорщики» почти всегда пытались перетянуть на свою сторону «оппозиционного» казначея, и уже после верхушка клана принимала решение: стоит ли дать «заговору» расцвести или очередное веяния может принести клану лишь вред.

— Что там с Юсуповыми? — поинтересовался он.

Слово взял Валерыч. И начал он с того, за что любой его подчиненный огреб бы полной мерой.

— Я не знаю, — вздохнул он.

Брови казначея приподнялись буквально на миллиметр. Однако его собеседникам стало очень не по себе. Все трое отчего-то разом почувствовали заваливающими экзамен студентами.

— Каким-то образом Павел умудрился повлиять на решение Юсуповых, — продолжил воевода. — Их гвардия уже заняла господствующее положение и… получила приказ о возвращении в места дислокации.

Все собравшиеся прекрасно понимали, что аргументы у Павла должны были быть железными. Или даже бронебойными. Настолько, что броня «уральцев» не выдержала.

— Могу я уточнить формулировку «каким-то образом»? — поинтересовался мужчина. — Да, кто может ответить мне, как вообще Павел получил ИМЕННОЕ приглашение?

Братья промолчали. Никаких объяснений цепи последних событий у них не было.

— Ну-ну… — коротко кивнул Елизар. — Толя, никаких догадок нет?

Отец «смутьяна» головой покачал. Однако такой ответ, естественно, дядьку не удовлетворил. Он все так же продолжал требовательно всматриваться в лицо собеседника.

— Павел не желает согласовывать с нами свои действия, — коротко ответил тот. — И я признаю. что причины у него для этого имеются.

— Причины… — толстые пальцы казначея пробежались по столешнице. — Всегда есть причины… Да, господа. Мне тут птичка нашептала, что если бы Горюновы небыли заинтересованы в присутствии некоего молодого человека, то наш клан мог вообще не получить приглашения.

Мужчины уважительно покачали головами. Разведка у казначея была поставлена превосходно. И делился он далеко не всеми данными. даже со своими учениками. Аргумент был один: «Вот помру я, как без меня будете⁈».

А вот суть сообщения обдумать собравшиеся не успели. Елизар Петрович тут же огорошил их следующим вопросом:

— Кстати, судари мои, кто мне скажет, какую сумму передал под управление клана наш бунтарь? Пять миллионов рублей, на секундочку.

Все трое об этом знали. Но сказать было действительно нечего.

— Господа, прошу вас подумать, что именно произойдет, если Павел единовременно затребует свои средства.

Мужчины кивнули. Синхронно. Все прекрасно понимали, что со следующего квартала деньги со счетов клана уйдут «в дело». И изъять их одномоментно будет очень и очень непросто. Фактически речь идет о десяти процентов годового дохода кланов.

— Вижу, понимаем… — обвел взглядом троицу Елизар. — Тогда… Вы вообще поняли, что у них с Архиповым произошло?

Что-то такое мелькнуло во взгляде казначея, отчего всем стало очень не по себе от крайне неприятного предчувствия.

— Речь о логистическом «мертвом узле», — коротко прокомментировал мужчина. — Не обойти, не разрубить…

Тишина стала ему ответом. Дядька только головой покачал.

— Вот никто и не понял…

Сказано было это отнюдь не только о «племяшах».

— Старый Архипов был уверен, что Павел такой рычаг из рук не выпустит! — веско заявил он. — Этот хрен был уверен, что Пашку просто раздавят на уровне канцелярии императора, а то и вовсе тихо удавят, если будет артачиться!

Георгиевичи переглянулись. Во взгляде отца «смутьяна» плескалось неподдельное беспокойство. Он вовсе не хотел, чтобы его сыну грозила ТАКАЯ опасность.

— Тем не менее… — начал было Глава.

— Тишина, — кивнул казначей, уперев руки в столешницу и положив все свои три подбородка на ладони. — Кто мне скажет, что это значит?

Минута прошла в молчании.

— ПРИЗНАНИЕ⁈ — чуть недоверчиво хмыкнул воевода.

В этот момент он больше всего походил на ученика, ожидавшего похвалы от учителя за правильный ответ.

— А я-то откуда знаю⁈ — взорвался тот, вновь грохнув дюжими кулаками по тяжелому столу. — Что там у него с Трубиными⁈ Вы вообще в курсе, что те подали заявление в концелярию! Они обвиняют Павла в использовании незаконного оружия и привлечение армейцев к клановым войнам!

Георгиевичи переглянулись. Воевода откровенно ошарашенно глянул на дядьку.

— Впервые слышите, я понял, — коротко вздохнул тот.

На миг он задумался, стоит ли винить во всем молодых? В конце концов, он создал действительно мощную независимую службу разведки. С другой стороны… пусть не расслабляются!

— Тааааак… полагаю, что интересоваться делами Павла с Горюновыми, СИБ или Воронцовыми смысла нет?

Трое из четырех присутствующих Волконских выглядели котятами, которых макнули носом в то самое. Не слишком приятное ощущение для людей, облеченных властью и положением.

— Могу только добавить, что молодой человек прекрасно хорошо знаком с Седым Филином, — уточнил Глава.

— Откуда информация? — тут же отвлекся от показательной порки Елизар.

— От Сергея Анатольевича.

— Отчет мне на стол, — строго бросил мужчина.

Кивнул Валерыч. Это была его епархия.

— Кроме того, молодой человек способен организовывать операции довольно высокого уровня сложности, верно?

Георгиевичи кивнули. Хотя с определением «довольно высокого уровня» можно было поспорить. Одно слово явно было лишним. И совершенно точно не «высокого».

— Кто-то еще добавить что-нибудь хочет? — просто поинтересовался Елизар Петрович.

Тишина стала ему ответом. Можно было бы еще что-нибудь сказать, но все трое прекрасно видели, что вопрос был чисто риторическим.

— Итак, други мои, — решил подвести итоги совещания казначей. — Вы охренели⁈

Троим из четверых присутствующих отчего-то вспомнилось детство. Не раз они тогда получали от строго дядьки, отобравшего троих самых способных парней из того «поколения», и лично принимавший участие в их воспитании. Иногда довольно жестко вбивая в их головы базовые постулаты выживания в нелегком корпоративном мире. Уроки нередко бывали болезненны. Во всех смыслах. Однако всегда крайне доходчивы.

— Что уже сделано? — коротко поинтересовался мужчина.

— Павлу направлен официальный запрос на встречу от имени клана, — доложил Глава.

— Признание заслуг, да? — хмыкнул дядька.

Анатолий Георгиевич только головой покачал.

— Значит так, соколы мои, возможность отказаться — оставить, — коротко потребовал Елизар Петрович. — И довести до молодого человека, что никаких… негативных последствий про отказе не предполагается.

— Репутация… — чуть поморщился Глава.

Отказ от встречи, уже заведенной в специальный реестра вполне чувствительно скажется на репутации клана.

— Потерпишь, — отрезал казначей. — Зато все будут видеть, что Павел — «сторона игры» и мы признаем это!

Председатель Правления кивнул. Потерпит.

— «РитРос» остается детишкам, — продолжил мужчина. — Это не обсуждается. Ты, Игорь, официально можешь заявлять вообще все что угодно… «не забудем, не простим…»… Но реально чтобы даже не облизывался, понял?

Игорь Георгиевич кивнул.

— Толя, — негромко продолжил Елизар Петрович. — Обеспечь связь с сыном. Лучше мгновенную, но как получится. Пользоваться лишь в экстренных случаях.

Отец «смутьяна» кивнул.

— Ты, — обратил свой взор на воеводу председатель нынешнего собрания. — Готовишь группу быстрого реагирования. Работать она будет исключительно на Павла. По ЛЮБОМУ запросу.

Валерыч и нынешний Глава вскочили с мест одновременно.

— Дядька! — вырвалось у обоих.

— Что, б%%дь, дядька? — устало уточнил казначей. — Если Павел вполне успешно играть в такие игры, то негоже ему побеждать в одиночку.

— А если?.. — попытался было уточнить главный безопасник клана.

— То его казнят, — рассудительно выдал дядька. — Мы не при чем.

Анатолий Георгиевич вскинул бровь в неприятном удивлении.

— Если он проиграет — ему уже все равно, — коротко пояснил свою мысль мужчина. — А так у него будет небольшой задел по военной мощи. Плохо разве?

Отец смутьяна согласно склонил голову.

— Модель поведения с Павлом: работаем открыто и прозрачно, — заключил Елизар Петрович. — В дела не лезем. Однако если ему понадобится помощь, то пусть не останется один.

Во главе подобного решения лежал чисто циничный расчет, больше похожий на инвестицию. Все поражения Павла спишутся на него, но если он таки начнет добиваться успехов, то сопричастность к ним Волконских должна быть видна.

Самое удивительное, что подобное положение дел было выгодно всем. В том числе и самому молодому бунтарю.

Глава 13

Глава 13

— Просто так возьмешь и пойдешь? — переспросила негромко Светлана, на миг оторвав взгляд от разложенных на столе бумаг.

Впрочем, уже через секунду она вернулась к документам. В конце концов, брат только что озвучил далеко не самую безумную из своих идей.

— Просто так возьму и пойду, — пожал плечами клановец, не прекращая дурного дела.

А именно ревизии шкафов в кабинете сестренки. Нет, формально, конечно, это был и его кабинет. Здесь даже стоял отдельный с не слишком вычурным, но довольно удобным креслом, стол, полагавшийся лично ему. Вот только образ жизни парня к кабинетной работе как-то не располагал. Конечно, и молодому человеку приходилось возиться с «бумажками». И он даже пару раз воспользовался предложенным ему комфортом. Однако, в основном, за текучку он брался когда придется и где получится. Если бы не Катерина, довольно жестко следящая за графиком господина, то он давно уже свихнулся с таким количеством дел и задач. Подобный контроль был и в интересах девушки. Отчего-то блондиночка вполне справедливо подозревала, что если она сама не запланирует время… на себя, то о сексуальной жизни можно будет забыть. Кстати, справедливости ради, стоит отметить, что имя «Елена Кошкина» секретарь вписывала в расписание не реже (или не слишком заметно реже) чем свое собственное.

— Как знаешь, — пожала плечами сестренка.

Светлана не слишком была осведомлена о «скрытой» части жизни брата. Однако отчего-то предполагала, что там не все так просто. Именно поэтому большую часть бумажной работы и рутинных задач она поделила между Романом Соколовым и собой. Тем более, как уже не раз замечал Павел, обоим вполне себе нравилось проводить время в компании друг друга… И это могло стать серьезной проблемы в будущем. Отчего-то парень подозревал, что решение ее ляжет именно на его плечи. Но не возражал. Ну уж кто он такой, чтобы мешать другим творить глупости⁈

— А что, есть варианты? — поинтересовался Волконский, разочаровано закрывая очередной ящик, где кроме папок и какой-то канцелярки не нашел ничего.

— Несчастный случай, ликвидация, чистое исчезновение… — начала перечислять добрая сестренка. — Да, конфеты и орешки во втором ящике слева.

У Павла вытянулось лицо. Нет, понятно, что начальник СБ обязан просчитывать и такие варианты. Бойцов ему отчет и предложения по решению ситуации вполне присылал. Но эта-то пигалица куда лезет?!!

Прежде чем ответить, Волконский раздумывал довольно долго. Минуты полторы. Как раз хватило, чтобы зажевать пару конфет, не слишком чувствуя вкус. Собеседница подняла взгляд на брата примерно секунд через тридцать. Она не совсем поняла, чем именно вызвала явное недовольство парня.

А мысли в голове молодого человека были не слишком веселыми. Жизнь аналитика — это баланс между человеческими чувствами и… арифмометром. И сейчас он качнулся явно в сторону второго. Клановцу очень не понравилось, как легко сестра приговорила человека, которого даже в глаза не видела. Плохо это. Очень.

«Что ж, диагноз понятен. Будем лечить!» — решил он.

— Что-то не так, Паша? — негромко спросила девушка.

Брат в ответ встал и прошел к своему вечно пустующему столу. Там за креслом, естественно, оказался сейф.

Сестренка внимательно следила за каждым его движением. Из давно забытого любопытства. Аналитик класса «Сигма» способен просчитать практически каждую реакцию человека на определенный раздражитель. Брат же… отказывался «просчитываться» напрочь. Вот и сейчас девушка явно заметила недовольства Павла, но не могла понять, чем именно его заслужила. И уж тем более предположить даже не пыталась, что именно выкинет сейчас склонившийся над сейфом молодой человек.

Выпрямился клановец с пистолетом в руке. Ему по должности положен был как директору по безопасности. Вот и хранился в сейфе стандартный армейский «ГШ-181М».

Светлана внимательно следила за каждым движением молодого человека. Тот же, внимательно осмотрел разряженное оружие и магазин к нему, задумчиво покачал головой.

— Ирина Викторовна Кратова, тридцать восемь лет…

С сочным щелчком магазин занял свое штатное место.

— … Карина Фоминишна Кратова, шесть лет…

Рама проскользила по полозьям, загоняя на обратном движении патрон в ствол.

— … Илья Фомич Кратов, два года… — закончил Павел, с негромким стуком выложив пистолет перед сестрой.

Светлана аж подалась назад, заметив пустоту в глазах брата. Таким она его еще не видела.

— Ч-что это? — чуть запнулась она, но тут же взяла себя в руки.

— Пистолет, — коротко и явно сообщил очевидное Волконский. — Семнадцать патронов в магазине плюс один в стволе. Система «мечта киллера»: два предохранителя — оба автоматические. Выхватил-стреляй.

Волконская вздохнула и… даже не шевельнулась.

— Кто… все эти люди? — негромко уточнила она.

— Жена и дети нашего фигуранта, — равнодушно пожал Павел. — Но тебе об этом думать не надо.

От нехороших предчувствий клановка натурально поежилась. Хотя и постаралась сделать это как можно незаметнее.

— А о чем я должна думать? — делано ровно поинтересовалась она.

— О том, как возьмешь оружие, — столь же спокойно начал брат. — Приставишь его Фоме Ивановичу вот сюда…

— На себе не показывают, — не удержалась сестренка… и тут же осеклась.

Вот совсем ее брат не был похож в этот миг на человека с которым стоило шутить.

— … И лично нажмешь на спусковой крючок, — закончил он, на ремарку особого внимания не обратив.

Вот такой вот урок в стиле «кровь-не водица» вышел. Очень уж парню не понравилось, что к жизни и смерти его сестра начала относиться чисто математически. Лечение требовалось срочно.

Светлана приподняла красиво очерченные бровки, после чего, кажется, в красках представив себе эту картину, негромко выдала:

— Я… поняла.

Все-таки, мозг девушки был практически совершенным оружием. И она действительно поняла, что именно хочет донести до нее брат. И да… подобные заскоки для аналитиков не были чем-то необычным. методы «лечения» имелись достаточно надежные.

— Думаешь? — с сомнением протянул Павел, уткнувшись в комм.

Через несколько секунд гаджет его сестры задорно пискнул, оповещая хозяйку о принятом сообщении. Та тут же открыла вложение. Внутри оказалось три фотографии.

Светлана сразу поняла, кого именно она видит перед собой.

— Я поняла, — негромко выдохнула она.

Вполне искренне.

— Нееееет, — протянул брат с такой ухмылкой, что девушке захотелось вжаться в спинку кресла, лишь бы быть еще чуть подальше от наклонившегося к ней Павла. — На меня смотри.

Словно загипнотизированная, Волконская подняла взгляд. Глаза клановца пылали холодной яростью. Было действительно страшно. Девушка не сомневалась, что в таком состоянии парень способен на что угодно.

— Слушай и запоминай, — потребовал клановец. — В следующий раз я расскажу тебе, что Ирина Викторовна увлекается вязкой. Прямо сейчас она мастерит свитер для любимой тещи. У нее день рождения через неделю. Карина же Фоминишна ждет папу на свое выступление в среду. Он, кстати, дополнительных смен набрал, чтобы получить отгул. А в прошлом месяце он сорок два часа переработал, чтобы сделать дочке подарок в качестве поздравления. Не сомневается, видишь ли, в ее победе. А вот Илье Фомичу нужен доктор. Там ничего серьезного, но обследования встанут во вполне себе ощутимую сумму. Так что… Скорее всего и в этом месяце Фома Иванович будет жить на работе.

Девушка застыла. Она прекрасно понимала, что рассказывает он это вовсе не для того, чтобы оправдать получение взятки Кратовым. Тем более, такового и не было. Это совершенно точно установил Бойцов.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — глухо выдавила из себя Волконская, когда терпеть внимательный холодный взгляд брата не осталось никаких сил.

— О, — равнодушно протянул он. — Я еще не то могу рассказать… И обязательно это сделаю. Ты узнаешь какую именно кашу предпочитает двухлетний Илья на завтрак, в какой парк в последний раз ходил с дочерью наш фигурант и в какой позе любит свою жену.

Девушка застыла. Каждое слово ледяной иглой вонзалось куда-то в область груди. Становилось все страшнее.

— А… потом что? — постаралась выдавить она из себя. — Зачем?..

— Потом, — хмыкнул Павел, приблизив свое лицо практически к носу сестренки и положил свою ладонь на кисть девушки.

Аккуратно приподняв ее, Волконский положил руку Светы таким образом, чтобы ее пальчики почувствовали рифленую поверхность рукояти пистолета.

— Потом, как я уже сказал, ты выстрелишь.

Отчего-то клановка не усомнилась. Выстрелит. Захочет того или нет, но сделает. Брат заставит.

Рука девушки невольно сжалась на рукояти. Указательный палец вполне привычно лег на вдоль рамы, уперевшись подушечкой в срез спусковой скобы.

Однако отчего-то в этот раз девушка не чувствовала привычной радости от предстоящих «пострелушек» или раздражения от очередной предстоящей тренировки. Наверное, впервые в жизни она ощутила, что ее пальцы сжимают боевое оружие. И оно убивает.

— Если этого будет мало, — холод в голосе брата рухнул куда-то на уровень абсолютного нуля. — Мы пойдем к Ирине, Карине и… далее по списку.

Пальцы разжались. Оружие упало на стол. Светлана была уверена — не шутит! Сейчас ей захотелось буквально закричать от ужаса, чтобы освободиться от того чудовищного напряжения, что поселилось в ее груди. Но она и пошевелиться не могла, словно загипнотизированная уставившись в равнодушные глаза Павла.

— Надеюсь, мы друг друга поняли? — спросил парень негромко.

С великим трудом клановка заставила себя кивнуть. Для верности дважды.

— Хорошо, — выдохнул Волконский, отстраняясь.

Оружие он со стола забрал.

Разговор ему не дался легко. Уродом и сволочью ему чувствовать себя не нравилась. Как и натуральный ужас, плескавшийся в глазах сестренки. Однако сейчас было необходимо напомнить ей, что неплохо бы оставаться людьми. Нет, жесткие решения принимать придется. И не раз. В том числе и предложенные Бойцовым. Вот только Павлу никак не нужно было, чтобы Светлана привыкала к ним как к панацее от любой проблемы.

— Пойду, — негромко вздохнул он, кивнув взгляд на зеркало.

В простой серой футболке и джинсах он выглядел довольно чужеродно в довольно неплохо обставленном офисе. Особенно на контрасте с как всегда выглядевшей великолепно сестрой, сегодня нарядившейся в элегантный бежевый брючный костюм. Однако сегодня его «прикид» был в самый раз.

— Куда? — нашла в себе силы выдохнуть Света.

Она действительно усвоила урок. Теперь ей предстояла долгая «самодиагностика», но проблема была решаема.

— Решать проблему, — хмыкнул Павел, махнув рукой.

— Паша… — негромко протянула Волконская.

— Слушаю, — тут же откликнулся уже готовый покинуть кабинет клановец.

— Пистолет оставь, пожалуйста.

Молодой человек чуть удивленно хмыкнул. Он действительно на миг забыл, что его правая ладонь сжимает рукоять «ГШ».

— Конечно, — заверил он, пожав плечами.

Время для оружия еще не пришло. Да и если настанет, то исполнять фигуранта придется не ему. Это работа Олега Юрьевича и его людей.

— Паш… — вновь протянула девушка.

— Да? — задумчиво откликнулся парень, уже разрядивший пистолет и теперь вспоминавший, когда именно он перенабивал магазин и «давал отдых» пружине.

— Ты запрос сделал на группу быстрого реагирования.

— Ага, — кивнул молодой человек решив, что перенабивку можно сделать и на следующей недели.

Но вот дальше затягивать со столь важным дело не стоило. А то вдруг «неподача» патрона в самый важный момент? Не надо такого!

— Сколько? — поинтересовалась она.

— С десяток, — пожал плечами Волконский. запирая стальную дверцу сейфа. — Но специалистов. Список необходимых специальностей уже у Бойцова. Ты ему, главное, финансирование выдели.

Сестренка кивнула задумчиво. После подобной «демонстрации» спорить у нее сил не было. Да она и так бы не стала. Пока все, что делал брат шло им лишь на пользу. Так что жадничать не стоило. И его «хотелки» вполне можно оплатить из кассы «РитРос». С учетом того, насколько за последние недели молодой человек пополнил их общую кубышку, сумма выходила совсем не такая уж и серьезная.

— Да, Светик, — неожиданно вспомнил Волконский. — Мне нужно имя пилота глайдера, которого ты прислала за мной. я хочу знать, сколько именно он зарабатывает в клане!

* * *

Третий участок второго цеха встретил Волконского шумом, визгом универсальных фрезерных станков и запахом охлаждающей жидкости. И простым и явным вопросом:

— Ты новый цеховик, что ли?

Нужный Павлу человек явно принял его за «сопровожденца».

Впрочем, причины у него были. Рабочим здесь полагался полный комплект довольно качественной робы. А вот представители инженерного управления обычно ограничивались только накинутой поверх повседневной одежды курткой. И очками, которые обычно просто надевали на лоб. Чтобы не хулиганить технику безопасности, клановец необходимыми аксессуарами обзавелся. Имелись еще и «директорские» куртки. Но он не слишком хотел привлекать внимание к своей скромной персоне.

— Не, — лениво протянул он. — Приспособленец.

— О! — обрадовался здоровенный мужик с не слишком ухоженной бородой, занимавшей должность наладчика. — Тебя-то нам и надо!

Клановец спорить не стал. Тут же достал комм и отбил приглашения цеховому технологу. Следом в его руках появился блокнот.

— Щас «сопросвожденец» придет, — коротко анонсировал он. — Давай, показывай, что у тебя тут.

— Ну, смотри, — подвел Фома молодого человека к одному из фрезерных станков. — Скоба РА.1–2.

Его оператор шевеления за спиной не заметил. Ему было чем заняться. Как раз привез с другой операции кучу заготовок под гражданский силовой амулет. Их брали охотно. А себестоимость производства была очень невысокой.

Станочник ловко подхватил из тары очередную заготовку и совершенно неловко стал устанавливать ее в приспособление. Это заняло у него минуты полторы. Фреза, кстати, сработала заданную поверхность всего лишь за двадцать секунд в два прохода.

— Понял⁈ — сурово рыкнул наладчик.

— Ага, — кивнул парень. — Слишком много лишних движений.

Тут же с комма была отбита новая команда в бюро приспособлений. Больно уж неудачная конструкция была у крепежа. Его еще и придерживать приходилось, чтобы фреза прошла ровно.

— У меня тут еще предложка есть, — хмыкнул Фома. — Нужно другую фрезу подобрать, чтобы угол был острее. Меньше вибрация будет.

«А значит и технически неизбежных потерь.», — мысленно решил парень. Видел он на стеллаже брака немало подпорченных заготовок.

Очередная команда ушла в бюро режущего инструмента.

Стихийная комиссия собралась минут за пятнадцать. Все-таки бюро находилось на третьем этаже и спецам пришлось преодолеть не самый короткий путь.

Удивительно, но никто не поинтересовался, кто именно таков Павел. ИТРовцы приняли его за конструктора, а разубеждать Фому никто не стал. Разошлись минут через пятнадцать, пообещав дать решение дня через два и еще за пару недель изготовить сразу три приспособы.

— Ну, хоть так, — буркнул наладчик, вполне, в общем, результатом довольный. — Обед, что ли.

Волконский глянул на часы. И впрямь. Стрелки показывали двенадцать часов.

— Покажешь, где тут перекусить можно? — поинтересовался он.

Собеседник понимающе кивнул:

— Ага, ты ж новичок. Да ты не парься. Столовая тут нормальная! И не дорого. Я вот с собой ничего не беру. И так неплохо. Пошли, покажу!

Отказываться, клановец, понятно, не стал. Хотя про столовую помнил. Вот только инспектировал ее еще на стадии ремонта. Попробовать чем именно кормят сотрудников ему было интересно.

Кстати, было довольно просто и… вкусно! За довольно небольшие деньги на выбор предлагалось два супа, два салата, три гарнира с котлетой либо рыбой. Три блюда входили в состав комплексного обеда. Не наелся? Можно было докупить еще по полной, но довольно демократичной стоимости.

— Неплохо! — вынужден был признать Павел, распробовав суп.

Не ресторан, но лучше, чем его потуги в кулинарии, однозначно. Даже пара кусков неплохого мясца в тарелке попались.

— А то, — хмыкнул Фома. — Ты шамай, шамай. У нас минут двадцать осталось. Потом обратно к труду.

Павел хмыкнул. Он прекрасно был осведомлен, что каста наладчиков порой ко временным рамкам относилась довольно снисходительно. Впрочем, негласно начальниками цехов это поддерживалось. Главное, чтобы линии были налажены и рабочие разведены по своим местам.

— Неплохо, — еще раз констатировал Волконский минут через десять.

— А то, — вновь хмыкнул наладчик.

— Как тебе вообще тут работается? — поинтересовался парень.

— Да нормально, кстати, — собеседник явно был настроен достаточно благодушно после сытного, да еще и «усиленного» обеда. — Кормят, условия есть, так что только работай.

Парень кивнул.

— Ну, тогда вопрос у меня к тебе, Фома.

— Валяй, не стесняйся! — подбодрил тот.

— Если нормально работается, то чего ж ты бумажки всякие в канцелярию подписываешь и народ мутишь? — негромко спросил он.

Маска благодушия моментально слетела с до того улыбающегося бородатого лица.

— Ты кто такой? — напряженно бросил он.

Павлу скрываться смысла больше не было, а потому он извлек из нагрудного кармана свой пропуск и протянул мужчине.

Тот вчитался. Кажется, не поверил глазам своим. Прочитал имя и фамилию еще раз. После поднял растерянный взгляд от куска пластика.

— Павел Анатольевич, господин… — начал было он.

— Так, стоп, — вздохнул клановец, приподняв руку. — Можно просто Павел.

— Но…

— Еще раз, Фома, расслабься, — попросил молодой человек. — Я тут вовсе не для того, чтобы кошмарить кого-то, наказывать кого попало и награждать непричастных. Мне понять нужно. Что это было вообще? Я же вижу, что человек ты неплохой. За дело болеешь. Так что такое произошло-то?

Наладчик задумался. Довольно смущенно. Аж покраснел весь. Покосился на часы, вывешенные на стене.

Волконский тут же взялся за комм.

— Начальник участка предупрежден, что ты задержишься, — сообщил он. — Проблем не будет.

Мужчина кивнул. И так бы особых не было. Но все же…

— Тут такое дело… — начал каяться он.

История оказалась довольно простой и ясной. Куча всяких непоняток, устроенных Трубиными, создала довольно нервную атмосферу в цехе. Страх — штука такая. А тут еще и грамотно распространённые слухи поползли. Вот наладчик за свою бригаду и «заступился». Как мог. Павел внимательно вчитывался в стенограмму его «выступлений». Записи ему, естественно, СБ предоставила без труда. Там призывы… были, конечно. И вообще… содержание спорное. Но все, скорее, от общей нервозности и того простого факта, что каждый «на земле» уверен, что уж без него-то точно все развалится, а начальник всегда-д*****б.

На этом моменте Волконский только кивнул. Абсолютно нормальная ситуация. Психологи бы назвали кучу терминов, но на деле это было даже необходимо. Ведь именно подобный настрой не дает расслабляться «низам», а опытный руководитель и так прекрасно об этом всем знает. В итоге канализируется недовольство, возрастает ощущение ценности собственного вклада в общее дело… Короче, выгодно всем.

— Тут ясно, — вздохнул молодой человек. — А с петицией-то что.

Вот тут мужик смутился по-настоящему.

История оказалась куда интереснее. Был за наладчиком грешок. Он любил в пятницу заглянуть в бар неподалеку от проходной. Сильно не злоупотреблял. Но в этот раз привычная «пара кружек» как-то резко «в голову дала». Потом появился какой-то тип и, кажется, предложил подписать какой-то бланк. В состоянии «все как в тумане», наладчик особо и не возражал. А вот по остальным подписантам документ отправился уже с его визой. Личностью он был уважаемой на производстве, а потому многие «черканули» даже не особо вчитываясь в бланк.

Фома, выговорившись, замолк.

Павел тоже размышлял. Интересная история получилась. Выходило, что противники неплохо сработали сначала организовав недовольство, а затем и, в нужный момент, направив его в выбранное русло. Да и парень практически уверен был, что в стандартной «паре пива» еще какие ингредиенты хитрые имелись. Химия и зельеварение творят чудеса с сознанием. А если защиты от подобных трюков у жертвы не имеется, да и сам он распознавать подобные состояния не обучен, то… имеем то что имеем.

— Теперь что? — хмуро буркнул наладчик.

— Теперь, Фома, тебя ждет долгий и интересный разговор с Олегом Юрьевичем Бойцовым.

До этого момента «бунтаря» Волконский трогать запретил.

Собеседник понятливо кивнул.

— Дальше-то чего? — задал следующий вопрос он.

— А ничего, — вздохнул Павел, думая о том, что дрючить он все же будет. Вот только не сидящего напротив человека, а начальника СБ, который допустил, что по производству шлялись какие-то типы и собирали подписи «за все хорошее против всего плохого».

— Как ничего?

— А что с тебя взять-то, кроме анализов, — невесело хмыкнул Волконский и тут же добавил. — Хотя их ты сдашь, конечно. Вряд ли что-то найдут, но…

Про себя парень сделал галочку, что в таких случаях нужно анализы брать сразу. Глядишь, и распознали бы «зелье дурманящее». Вдруг бы да и самим пригодилось?

Наладчик в ответ только промолчал. Так что молодой человек тут же приступил к следующей «заготовке».

— Ты, Фома, в школе хорошо учился?

— Ну… — задумался тот.

— Историю хорошо знаешь? — уточнил клановец.

— Пятерка была, — как-то не слишком уверенно выдал мужчина, припомнив, что основное его рвение по предмету было вызвано желанием привлечь внимание пышногрудой молодой учительницы.

— Пятерка — это хорошо, — хмыкнул Павел. — Тогда, может быть, помнишь, что до Вторых Темных веков существовала такая штука как профсоюз рабочих.

Наладчик нахмурился и не слишком уверенно кивнул.

Волконскому было не жалко. Он объяснил значение совершенно забытого ныне термина популярно. Клановцы на своей территории «левых» объединений не терпели. Так что само явление давно кануло в лету. Но, если задуматься, то почему бы и да…

— Вот ты такой профсоюз и возглавишь… без отрыва от производства. Даже за дополнительную плату.

Фома запустил пятерню в бороду. Ему так, похоже, легче думалось.

— Так а делать -то что?

— Подскажем, — уверенно кивнул Волконский. — Человечка от СБ посадим, например, секретарем. Нормально все будет.

Подобное решение закрывало сразу несколько вопросов. Во-первых, канализация недовольство в одном месте. Проблемы сразу будут «подсвечены», так что будет возможность закрыть их на ранней стадии. Ну и наблюдение за «подрывниками» — тоже задача не из последних. Зря что ли император терпит радиостанцию «Эхо империи», которую формально спонсирует абсолютно прогосударственная добывающая компания? Все в одном месте. Наблюдать удобно. Да и дурь каждого становится видна.

— Ну, так я согласен…

Клановец на то только хмыкнул. Тут вариантов-то вообще немного было.

— Тогда… — молодой человек развел руками. — Сергей Юрьевич будет ждать тебя в пятнадцать часов у себя. Удачи!

С этими словами клановец встал и, пожав руку ошарашенному наладчику, направился в сторону выхода.

Дел еще было до звезд. А времени, как всегда, катастрофически не хватало.

Глава 14

Глава 14

— Вкуснее нее может быть только шоколадная арматура!

Заявление Павла понимания не встретило.

— А? — уточнило чудное создание лет двадцати, уставившись на очередного клиента или, как сейчас модно говорить, на гостя удивительно большими и чистыми голубыми глазами.

— Мне сладкую вату, пожалуйста, — вздохнул Волконский, подивившись такой кристальной чистоте «зеркал души».

— А! — обрадовалась деваха, переключаясь на понятную ей программу. — Щас!

Парень только головой покачал. «Интересная комплектация!» — оценил он. К белокурой головушке, мягкому овалу лица и абсолютно незамутненным лишними мыслями глазкам прилагалась неплохая фигурка. Обтягивающий же топик скрывал потрясающей красоты и объема грудь. К тому же, девушка явно почитала лифчики за грех. Так что форму и упругость ее бюста, пробующего топ на прочность, могли оценить все желающие.

— Удивительно, — хмыкнул себе под нос клановец, краем глаза наблюдая за совсем другой девушкой.

Та заинтересовала парня своей моторикой. Уж больно она выдавала наличие скрытого оружия. Парень мог бы даже предположить наличие оперативной плечевой кобуры — движение левой руки было едва заметно короче. Словно бы невысокая шатенка бессознательно прикрывала пистолет от толпы.

«Удивительно!» — еще раз повторил про себя парень, вновь обращая внимание на «продавщицу счастья». Вся эта красота не вызывала никакого желания. Да, полюбоваться стоило. Но только из серии «Уау, и такое бывает!». Странное ощущение…

— Вам беленькую или розовенькую? — уточнила девица, пару раз взмахнув длинными пушистыми ресницами. — Ой, зря я… Да?

Молодой человек пожал плечами. К решению заданного вопроса он подошел со всей серьезностью. даже провел мысленный эксперимент, как именно он будет смотреться в каждом случае.

— Розовую, конечно! — с восторгом сообщил он свой вердикт.

Впервые за время разговора на гладком лице девицы отобразились хоть какие-то эмоции: чуть расширились глаза да дрогнули уголки губ. Однако как-то комментировать она ничего не стала. Просто повернулась к своему аппарату и приготовилась выполнить заказ. Каждое движение ее было неспешным и плавным. Повелительница сладкой ваты явно никуда не торопилась.

Клановец почувствовал ощущение чужого взгляда на собственной спине. Отчего-то он был уверен, что наблюдают за ним сквозь прицельную сетку оптического прицела. Неприятное предчувствие исчезло так же быстро, как и появилось. Стрелка интересовался вовсе не молодой человек. Вернее, не так. Интересовал, конечно. Однако был он не его работой.

— Девушка, что тяжелее, — неожиданно поинтересовался Волконский, повинуясь какому-то странному импульсу. — Килограмм ваты или железа?

— Железа, конечно! — не оборачиваясь чуть нараспев произнесла белокурая продавщица.

Павел вздохнул: «Факир был пьян, фокус не удался!».

— А что не так-то? — удивилась девица.

— Так одинаково, вроде, — пожал плечами парень.

— Вот я вам на ногу уроню килограмм железа, а затем килограмм ваты, — все так же протянула девица. — А потом спрошу, одинаково ли…

Клановец хмыкнул, внимательно приглядываясь к лицу девушки. Где-то в глубине бездонных светло-голубых глаз мелькнула некая… чертовщинка. И тут же пропала.

На размышление у Волконского ушла примерно секунда.

— Зачем? — негромко приподнял бровь он.

Девушка обернулась и, окинув взглядом очередного гостя, неожиданно улыбнулась. «Буренковское» наваждение на миг схлынуло и… вновь все вернулось на свои места. Затем белокурый ангелочек поняла указательный палец на уровень собственного лица и сделала круговое движение. Следующим жестом она указала на свою грудь.

В общем, парню было достаточно.

— Деньги нужны, — честно призналась девушка, чуть разведя руками. — А выбор у меня либо в секс-индустрию, либо… вот так.

Клановец молча кивнул, принимая объяснение. Опять же, повинуясь непонятному импульсу он достал из кошелька сто рублей и положил в банку для чаевых с лаконичной надписью «На успокоительное!».

По лицу белокурой красотки тут же пробежала тень разочарования. Мол, все вы одинаковые!

Павел тут же вскинул руки вверх в сдающемся жесте. Мол, от чистого сердца.

— Ну-ну, — уже чуть мягче улыбнулась девица, изучающий взгляд парня в район собственной груди перехватившая.

— От чистого сердца, — сообщил тот, и добавил то, что ни одной девушке говорить не стоит в принципе. — Успокойся!

Брови девчушки удивленно взлетели вверх. Черты лица моментально заострились. Она уже готова была выдать довольно жесткий ответ, но… заметила, что ее гость указывает на ту самую банку с надписью «На успокоительное!».

— На грани, — честно признала она.

— Интересно было, — честно признался клановец, которому и впрямь было любопытно, насколько хорошо собеседница держит «масочку». — А что ж не… Хм, ты белье не любишь?

Белокурое создание опустило взор вниз на собственные вполне выдающиеся достоинства.

— Но ведь красиво, а?.. — вполне искренне поинтересовалась она. — Да и продажи куда выше…

Павел откусил кусок сладкой ваты. Было вкусно. Но приток глюкозы никак не помог ему понять задачу, подброшенную девушкой.

— Красиво, — склонил наконец голову он, признавая собственное несовершенство. — Просто восхитительно и прекрасно!

«Потрогать дашь?» — удалось сдержать на языке ценой неимоверных усилий и в самый последний момент.

И нет, все в порядке у него было с самоконтролем. Просто большую часть внимания отнимали вооруженные люди, вполне грамотно занимающие пространство. Для стороннего наблюдателя, кстати, процесс проходил вполне незаметно. Гвардейцев в толпе было практически невозможно отличить от праздно проводящих свой законный выходной в парке аттракционов жителей столицы.

— Не вкусно! — поинтересовалась девушка с едва слышной ноткой профессиональной ревности.

— Вкусно-вкусно! — заверил Волконский. — Просто мысли всякие…

— Преследуют? — уточнило белокурое чудо.

— Ага, — вздохнул молодой человек.

Сейчас на него обрушилась очередная задача. Откусить кусочек воздушной сахарной массы таким образом, чтобы не заляпать все лицо. Было не просто. Особенно с учетом наблюдения за спецами. Всегда интересно оценить как работают сторонние спецы.

— Будьте быстрее их! — улыбнулась девушка почти искренне.

Клановец пожелание оценил. Достойный лозунг. Утренняя аналитика от его личной белокурой красавицы явно подсказывала, что ускоряться нужно. Очень уж над кое-чьей головой начинали сгущаться тучи.

«И хорошо, что Катерина, если нет никаких происшествий, докладывает сводку после того как, а не до… Иначе это самое „как“ обламывалось бы раз за разом. Просто потому, что после ТАКИХ новостей чего-то уже ничего и не хочется!» — оценил деликатность собственного секретаря молодой человек.

— Обязательно, — хмыкнул парень, поправляя лямку небольшого городского рюкзака.

Все!

Время на отдых и психологическую разгрузку закончилось. Молодой человек вежливо кивнул белокурому чуду, тут же принявшему вид «лихой и придурковатый» в своем «буренкином» образе перед подошедшим толстенным мужиком, чья основная цель была явно не в сладкой вате, а в наблюдении за природными «дарами» продавщицы.

«Не опасен.» — оценил про себя Павел и двинулся в стороны точки встречи, с каждым шагом чувствуя, как все больше «спецов» обращают на него внимания.

— Привет, — произнес он через несколько секунд.

Воронцов, оценив образ Волконского, только головой покачал. Светлая футболка чуть оверсайз и шорты брючного типа не слишком смотрелись на фоне дорогого поло и отглаженных летних брюк собеседника. И это если не вспоминать про ком розовой сладкой ваты в руке.

— Угу, — махнул рукой клановец, чувствуя как тает на его языке воздушное лакомство.

С ответом на такое приветствие Матвей не мог определиться секунд пятнадцать. Это очень много.

— Завидую, — наконец искренне выдал он со вздохом.

— У меня есть два билетика на колесо обозрения, — радостно ухмыльнулся Павел. — Айда⁈

— После тебя, — хмыкнул графский сын, делая жест в сторону аттракциона.

— О, ты такой галантный, — хмыкнула клановец, шутку оценивший. — Девочки тащатся, м?

Воронцов поперхнулся, глядя в спину тут же шагнувшему в сторону колеса приятелю и покачал головой.

Короткая очередь настроения не испортила. Минуты через три молодые люди уже заняли место в кабинке, где с Павла как по волшебству слетела всякая дурашливость.

— Минута, — коротко объявил он.

Матвей кивнул, с интересом наблюдая как молодой человек потрошит свой рюкзачок.

— Хорошо живешь, Павел Анатольевич, — скорее себе под нос, чем собеседнику буркнул он.

Комплекс «Тишина» Воронцов узнал сразу. Этого уже вполне хватило бы, чтобы знатно прифигеть. Однако через несколько секунд он удивленно поднял взгляд на приятеля, деловито размещающего по углам кабинки амулеты ограничения работы. Вот еще не хватало весь район заглушить. да и чем меньше область воздействие «поля глушения и отрицания», тем сложнее пробить подобную защиту. Однако сын графа отметил, что его приятель использует явно не стандартную модель, а модернизированную. Это удивляло еще больше.

Сын графа чуть заторможенно поднял на уровень глаз три пальца и вопросительно уставился на приятеля. Тот, не прерывая дурного дела, кивнул. По спине Воронцова пробежал неприятный холодок. Серьезная штука. Доступна не только лишь всем. «Б**, да она вообще никому не доступна!» — куда откровеннее выразился про себя парень. Чуть полегчало.

— У нас четыре минуты, — коротко сообщил закончивший с отладкой системы парень. — Что у вас? Вы получили, что хотели?

— Да, благодарю, — коротко кивнул собеседник. — Воронцовы оценили твой поступок.

Волконский кивнул. Довольно равнодушно. Оценили и оценили. Молодцы. Вот когда до реального дела дойдет, тогда и станет ясно чего именно стоит эта оценка.

— Давай к делу, Матвей, — попросил клановец, глянув на часы.

Пятнадцать драгоценных секунд из четырех минут уже минули.

— Трубины наседают, — коротко сообщил Воронцов. — Кажется, им по зарез нужны эти мощности.

Волконский пожал плечами. Всем в этом мире что-то да нужно. И, если бы Марат Игоревич изначально играл хотя бы примерно честно, то проблем бы не было. А так… Наследник Трбиных, в своем стремлении завладеть ценным активом за бесценок, серьезно оскорбил дом Соколовых. Уступить ему сейчас — значило поступиться интересами союзника. Трубины должны были заплатить за свою наглость. И заплатить дорого. Очень.

— Готовы воевать, — продолжил сын графа.

Павел кивнул. Как раз эти проблемы и должны были лечь на плечи арендаторов, довольно дешево решивших свою проблему нехватки оборудования.

— Всерьез, — закончил мысль Матвей.

Это было… серьезное заявление. Особенно, от такого сильного рода как Воронцовы. Буквально оно означало, что грядущие проблемы обойдутся сильно дороже выгоды от сделки с Волконским. Однако отступать они не собираются. Слово рода — крепко и нерушимо. Однако Матвей явно давал понять, что отношения с Воронцовыми можно сильно испортить в будущем, если им придется ввязаться в действительно серьезную мясорубку.

Волконскому понадобилось несколько секунд, чтобы обдумать ситуацию.

— Как насчет того, чтобы аренда цеха стала для вашего рода бесплатной? — поинтересовался он негромко.

Собеседник поморщился.

— Павел, увы, но никакие преференции не искупят возможного ущерба.

На то, что кое-кто, не будем показывать пальцем, прошелся опасно близко к оскорблению, поставив под сомнения возможности Воронцовых расплатиться, приятель тактично умолчал.

— Ты не понял, Матвей, — неожиданно широко ухмыльнулся Павел. — У меня иное предложение…

Даже не смотря на почти полное «подавление», произнес он его очень негромко.

— О! — оценил Воронцов.

— Справитесь с такой угрозой? — хмыкнул Волконский.

— С такой — без проблем, — серьезно кивнул сын графа. — Пусть только дернутся после такого. Огребут всерьез. И никто и слова сказать не посмеет.

— Вот и прекрасно, — кивнул парень. — Тогда подготовь справку по загруженности оборудования и направь Светлане. Она все посчитает.

Матвей кивнул, вполне повеселев. Однако тут же улыбка сошла с его лица.

— Павел, ты знаешь, что они?.. — поинтересовался молодой человек, наблюдая за приближающейся посадочной платформой.

— Знаю, — не стал дослушивать вопрос Волконский.

— И все же?

— Ага, — уверенно кивнул клановец, деактивируя прибор подавления, но задумавшись на миг, чуть рассеянно добавил. — В крайнем случае нет!

Матвей вздохнул. Он вполне ясно представлял, что именно случится «в крайнем случае». И ему этого очень не хотелось!

Глава 15

Глава 15

— Ку-ка-ре-кууууу!

Волконский лениво поднял одно веко. Он, конечно, обычно просыпался с первыми петухами. Вот только, все же, в метафорическом смысле.

Кстати, сегодня он планировал изменить устоявшейся традиции. Уж больно насыщенными выдались последние недели. Так что он с вечера отключил все будильники… вот только забыл предупредить о своем желании соседей по квартире.

— Ку-ка-ре-кууууу!

Пришлось поднять второе веко. Это движение далось с трудом. Организм, словно почувствовав «волю», решил перезагрузиться чуть более чем полностью.

— Ку-ка-ре!..

— Курица, — выдохнул молодой человек.

Он только сейчас сообразил, что выдающий петушиные рулады голос никак нельзя назвать мужским. А вот радостный ржач и подбадривающие веки — вовсе даже наоборот.

Павел приподнял голову и бросил задумчивый взгляд направо. Затем налево.

— Утро настало, солнце взошло… пусто в постели — нехорошо! — решил он.

— Ку-ка-ре-кууууу!

— Да встаю я, встаю! — буркнул он и действительно выжал тело на вытянутые руки.

Он не успел. В тот момент, когда он таки добрался до кухни, Катерина уже с грацией королевы спускалась с обеденного стола. Волконский галантно подал даме руку, которая та, поблагодарив легким кивком, с удовольствием приняла.

Парень, убедившись, что блондиночка твердо утвердилась на ногах крепко задумался.

— Прикинь, Паш!.. — возбужденно начал Фил, буквально лучась искренним восторгом.

Кроль поддержал друга азартным блеском глаз и абсолютно счастливым видом.

— Стоп! — потребовал Волконский. — Молчите!

Народ замер. Катерина в позе идеального секретаря, ожидающего распоряжений господина, а парни как стояли.

— Пока не хочу ничего знать! — покачал головой парень.

ТАКУЮ историю интереснее сначала предположить самому, а уж потому сравнить с жестокой реальностью. Богатая фантазия тут же нарисовала апокалиптические картины и волшебное стечение обстоятельств, послуживших толчком для цепи невероятных случайностей. Впрочем, скорее всего, все было намного проще.

— Проиграла? — коротко поинтересовался парень, бросив взгляд на секретаря.

Та согласно склонила голову.

— Мы сделали это! — вскинул кулак Фил.

— О, даааа! — радостно поддержал его Кроль.

«Ох, рано радуетесь!» — хмыкнул мысленно парень, заметив чертят в глазах блондиночки. Каталы тоже порой проигрывают, чтобы поглубже заманить простодушную жертву в игру. Отчего-то клановец не сомневался, что совсем скоро кое-кого ждет радикальное повышение ставок. Например, ежедневная уборка. Или что-то в этом роде. Однако здесь и сейчас… пусть порадуются! Эндорфины — наше все!

— Сводка, — коротко объявила Катерина. — Без происшествий. Остальное в общем докладе.

Павел кивнул и покосился на комм. Именно туда девушка сбросила фай с полным отчетом.

— Прогуляемся? — предложил он.

Хоть вопрос относился больше к девушке, но первым отмахнулся Фил:

— Не, я на работу.

Парень уважительно кивнул. Он не раз предлагал хозяину квартиры и братьям заказы от «РитРос», благо работа для магосварщиков была примерно всегда. Однако те, как правило, отказывались, предпочитая самостоятельно находить работу. Волконский относился к такому желанию с полным уважением. Пусть ищут свой путь в жизни. Понадобится помощь — он будет рядом.

Кроль же просто помотал головой, никак не объясняя причину своего отказа.

Блондиночка же едва заметно улыбнулась.

— Или выходной? — на всякий случай уточнил клановец.

Если тень сомнения и мелькнула в глазах Катерины, то столь стремительно, что даже Павел ее не заметил.

— Кофе, — уточнила девушка. — А потом… выходной.

Да, он давно обещал ей… и то, и другое!

— Есть предложения? — тут же с интересом уточнил парень.

Город блондиночка знала великолепно, что даже удивительно, учитывая сколько времени у нее отнимала работа сначала на этажах, а затем и на отдельно взятого Волконского.

— В центре открыли новую кофейню, — ровно откликнулась девушка. — Обещает быть модным местом.

Павел едва заметно поморщился. Модное значит людное. А шума не хотелось.

— Однако пока народу совсем не много, — закончила мысль секретарь.

Предпочтения Волконского она знала едва ли не лучше его самого.

— Годится, — решил тот.

Почему бы и нет? Раз день свободен, то не все ли равно чем именно заняться?

* * *

— Шлюха!

Злой и разочарованный голос грянул громом посреди светлой центральной улицы.

«И как до этого дошло?» — равнодушно прикинул парень, куда больше сосредоточенный на мысли как именно он будет убивать наглеца.

Они же всего-то и выбрались в центр города. Ну что могло пойти не так? «Не так» не пришло. Оно подъехало. На довольно дорогой машине.

— Эй, Катюшка! — крикнул голос из кондиционированного салона.

Водиле нелегко пришлось. Ведь приходилось перекрикивать рвущиеся из колонок басы. А вот сделать потише, прежде чем начать диалог, ему, религия не позволяла. Или пузо. Вполне возможно, ему и впрямь было тяжело согнуться, чтобы достать до музыкальной системы на соседней консоли.

Павел, поняв, что обращаются к его спутнице, которая даже позволила себе пройтись с господином под ручку, вежливо остановился. Вдруг да его секретарь захочет пообщаться со старыми знакомыми? В конце концов, она сейчас не при исполнении. Ее выходной отсчитывался с самого утра. Так что, формально…

Секретарь что-то негромко буркнула себе под нос, на миг чуть сильнее сжав сильными пальчикам плечо Павла.

Волконский не расслышал, что именно девушка имела ввиду. Однако отчего-то догадался, что видеть своих «знакомых» Катерина не хочет.

— Твои друзья? — равнодушно поинтересовался он.

Их было ровно четверо. По количеству мест в автомобиле той марки, чьи владельцы не утруждают себя использованием поворотников.

— Я не… — начала было та.

Закончить только не успела. Ее прервал визг не слишком отрегулированных тормозов. Мажоры, чуть наддав вперед, пригородили парочке путь… Ну и половину пешеходного тротуара для всех остальных.

— Что «не»? — поинтересовался с любопытством Павел.

— Не хочу, — определилась в своем выборе блондиночка.

— Кать, ну че ты, блин, как не родная-то, а⁈ Лет пять же не виделись!..

Грузный парнишка, на несколько лет старше Волконского, дружелюбно раскинул руки в стороны, словно и впрямь намереваясь обнять девушку. Сама Катерина к обнимашкам явно не стремилась.

— Уважаемый, мы спешим, — коротко сообщил клановец, намереваясь обойти неожиданное представшие.

— И что? — поинтересовался толстый и не слишком опрятный юноша.

Одет он был в черные брюки и белую рубашку. Однако весь ансамбль выглядел просто ужасно. Хотя бы потому, что подобные вещи нужно хотя бы иногда гладить. Да и… кажется, стирать тоже. Впрочем, возможно, когда-то его вид был вполне приличен. Дей пять назад. Вполне возможно, что вс это время он где-то пил.

— Фима, уйди, — с непередаваемым миксом эмоций в голосе попросил блондиночка.

Такой Катерину Павел не видел практически никогда. Его секретарь всегда держала себя в руках и лишних эмоций себе не позволяла. Исключая спальню, конечно. В ней девушка отжигала еще и как. И отнюдь не с каменным лицом имени Кирпича Глиновича.

— Мы спешим.

Массивный (в основном в области «спасательного круга») мужчина бросил красноречивый взгляд на собственное запястье, где болталось нечто механическое из серии «дорохо-бохато».

— А я вот никуда не тороплюсь! — довольно сообщил он… трем своим дружкам, решившимся таки выбраться из кондиционированной прохлады салона под лучи солнца.

Те поддержали своего «атамана» согласными кивками и отвратительным «гыгыканьем». Павел же начал делать ставки. Мысленно.

Волконский покосился на Катерину. Та выглядела чуть… смущенной. Мол, рада была бы пообщаться с вами, парни, да вот только не одна я.

А «пообщаться» она была бы действительно рада. Правда, стеснялась об этом сказать Волконскому. Но тот и сам все прекрасно понял.

— Я не тороплюсь, — заверил клановец. — Ни в чем себе не отказывай.

Секретарь грациозно кивнула, чем заслужила еще одну волну «одобрения» со стороны странных и… довольно невежливых ребят.

— Это мои одноклассники, — кивнула блондиночка.

— Тем более, — хмыкнул клановец. — Столько лет не виделись! Удели парням пару минут своего внимания.

— Во-во, Белая, — хмыкнул владелец машины. — Прав твой лошок! Чего как не родная-то?..

— Ни в чем себе не отказывай, — кивнул Павел, подтверждая свои собственные слова.

Волконский, на миг задумавшись, махнул рукой. Мол, совсем.

Катерина воодушевилась.

— У нас с тобой еще с девятого класса разговор незаконченным остался, — как-то совсем уж похабно улыбнулся одноклассник, и тут же обратился к Павлу. — Погуляй, мальчик! Не видишь, взрослые общаются.

«Бэк-вокал» поддержал своего лидера нестройными смешками.

— Не могу, — вроде как с сожалением протянул клановец.

— Это почему, мелкий? — хмыкнул Фима, глядя снизу вверх на возвышавшегося на ним на полторы головы Павла.

— Так держит она меня, — пожал плечами он, и тут же добавил. — Эй, тебе отпускать-то кто разрешил?

Решить дело миром Павел даже не пытался. Бес-по-лез но. Его неплохо учили разбираться в людях. Этот… одноклассник уже решил самоутвердиться в глазах блондиночки за счет клановца. Есть такая удивительная порода людей. Все им кажется, что «раздавить» нынешнего молодого человека объекта своего обожания, прямой путь к его завоеванию. Бред, конечно. Но миф, отчего-то, был очень живучим среди… определенного контингента.

— Ну, так я и расцепить могу, — с угрозой в голосе начал одноклассник блондиночки. — А то и вовсе…

Клановец дослушивать не стал. Ему было не интересно.

— Слово даме… — хмыкнул парень.

— Фима, — вздохнула Катерина. — Между нами никогда ничего не было, нет и не будет…

Девушка на секунду задумалась, но все-таки сдерживать себя в желании закончить речь не стала.

— … Потому что ты баран тупой.

— Че? — не сразу понял оскорбленный в лучших чувствах одноклассник.

Павел прикрыл глаза. Отчего-то он почувствовал, как сгорели «предохранители» в голове девушки, на некоторое время оставив чувства без контроля.

Катерина оторвалась. Ее короткое, но экспрессивное «выступление» можно было смело отправлять в музей мер и весов с табличкой «Пошел на хер!». Суть же его сводилась к следующему: «Я бы тебе не дала, даже если бы вдруг ты остался последним ***** на земле, а все секс шопы вдруг закрылись на ремонт!». Конечно, сказано было это все в достаточно изящных выражениях. Пусть и жестких.

Вся речь была произнесена великолепно поставленным голосом и с таким чувством, что Волконский заслушался. В гневе блондиночка была чудо как хороша. Пусть и сдерживаемом.

— Понял? — ласково спросила секретарь, обозначая конец своей речи.

Фима кивнул. Хотя в глазах прекрасно читалось — вообще нет!

— Вот и хорошо, — холодно кивнула девушка, вновь ухватившись за руку Волконского.

Увы, жест оказался для бывшего одноклассника девушки куда более понятным, чем ее же слова.

— Так ты че, с этим⁈ — взревел он, наливаясь кровью.

Вообще-то, подобный вариант тот же Павел предположил бы с первого взгляда. Однако этому типу явно пятьдесят процентов скидка. По инвалидности. Умственной. И отсталости. Таковой же.

Волконский даже заинтересовался, что именно ответит Катерина, до сих пор не всегда способная отойти от «правил и приличий». Однако Фима шанса «оправдаться» ей и не предоставил.

— ШЛЮХА! — сообщил он на всю улицу.

Пальчики секретаря чуть сильнее сжали плечо клановца.

— Ну, ладно, — кивнул каким-то своим мыслям Павел, шагая вперед.

Уйти далеко не удалось. Он был тут же пойман и остановлен теми самыми цепкими пальчиками. Отчего-то Волконский сразу понял, что вовсе не с просьбой «не обращать внимания».

— Ну, ладно, — вновь повторил парень, соглашаясь. — Развлекайся.

— Ссышь? — хмыкнул кто-то из группы поддержки Фимы. — Правильно, ссы.

Клановец согласно покивал. Ну о чем ему спорить со страдальцем. Пусть и не в данный момент, но совсем скоро…

Блондиночка прикрыла глаза, и глубоко вздохнул. Шаг ее был мягок и стремителен. Левая рука взлетела вверх на третьем снизу вверх, сминая все то, что Фима привык считать достоинством. Парня согнуло, но девица на месте стоять не собиралась, тут же скрутив собственное тело. Заряженная правая рука четко выстрелила в сторону «соседа». По лицу чернявого парнишки девушка хлестнула тыльной стороной ладони.

— Да че за нах⁈ — возопил один из пассажиров.

До парочки, вставшей за машиной, только сейчас начало доходить, что что-то пошло совсем-совсем не так.

Блондиночке пока до них дела не было. Ни один из противников не получил серьезного урона. Даже отхвативший расслабляющий удар в пах, уже хоть и с трудом, но выпрямлялся.

Следующий удар пришелся ему в колено. Да еще и под таким углом, что на любом спортивном соревновании девушку бы дисквалифицировали без всяких сомнений.

— Уууу… — оценил Павел.

На целителя кое-кому раскошелиться придется. Травма серьезная.

Девица же, вновь сместилась правее. Чернявому отвлекающий удар пришелся по скуле, а потому он уже вполне был готов ко всяким неожиданностям.

— Ха! — резко выдохнул он, нанося удар по верткой блондиночке, которая и мига не находилась на одном месте.

Катерина скользнула назад, пропуская ногу перед собой. В нужной точке она встретила ее маленьким но твердым кулачком. Костяшки ударили в берцовую кость. Силы для такого трюка много не надо. Точность куда важнее. А ее у девушки хватало.

— ААААааай! — ту же возопил чернявый, хватаясь за ногу.

Опорная его конечность тут же подломилась и он не слишком грациозно рухнул на тротуар.

— Да ты мразь… — как-то не очень уверенно, но очень «грозно» начал один из тех, кто в момент начала конфликта оказался за машиной. — Ау!

Павел мудрствовать лукаво не стал. Просто схватил «помощничка» за плечо и крепко сжал. Если такой трюк проделать умеючи, то… боль адская.

Судя по тому, как перекосила лицо «самаритянина», умел клановец весьма неплохо.

— Ну вот куда ты лезешь?.. — протянул Волконский негромко. — Не мешай людям разговаривать.

Бедняга резко закивал. Ответить что-то более умное ему мешала боль. И страх, чего уж тут. Выгнутое под неестественным углом колено командира кого угодно заставит задуматься о будущем. Особенно с учетом, что обращение к целителю выйдет ОЧЕНЬ дорого. А классическая медицина тут если и справиться, то будет это все долго, больно и очень геморно заживать. Кому оно надо⁈

Четвертый оказался самым разумным. В драку он не полез. Да и вообще, сорвался на дорогу и…

— Полиция!!! Убивают!!!

«Ладно, насчет умного погорячился!» — согласился Павел, наблюдая за тем, как сворачивает к тротуару небольшой вездеход с традиционными «мигалками» на крыше.

Катерина, оторвавшись от тела сношаемого, в переносном смысле, виновато пожала плечиками. Проблемы с законом для господина в ее планы не входили совсем.

Волконский только рукой махнул. Мол, фигня вопрос.

* * *

— Ты знаешь, чей это сын? — поинтересовался негромко сержант.

Достаточно молодому парню было не по себе. Ясно ж все было как белый день. «Золотая молодежь» решила покуражиться и вполне полноценно огребла.

Фима, уже относительно приведенный в порядок, страдал на носилках подоспевшей машины скорой медицинской помощи. Там он пытался изобразить из себя умирающего лебедя и героя-мученика в одном лице. Хотя, вывернутая нога давала понять, что где-то он реально пострадал.

— А я чей сын, знаешь? — без особого интереса хмыкнул крепкий парень в джинсах, удобных кроссовках и серой футболке.

— Чей же? — поинтересовался сержант.

По-человечески ему «залетчика» было жаль. Сделать он ничего особо не мог. Разве что…

— Божий, — на полном серьезе сообщил тот.

— Знаешь, если ты меня сейчас ударишь, то я вынужден буду тебя «упаковать» и доставить в отдел, — ни к кому особо не обращаясь произнес сержант.

Напарник, чуть удивленно оглянувшись, понимающе кивнул. Из отделения есть небольшой, но все же шанс выбраться так, чтобы отцу мажористого борова не попасться. Здесь же…

Однако задира оказался непробиваемым.

— Благодарю, — коротко кивнул он. — Мы подождем. Интересно будет послушать, что он скажет.

— Тебе жить, — кивнул сотрудник, выбор принявший.

Он сделал все что смог, а остальное, строго говоря, и не его дело вовсе.

Кавалькада из трех машин явилась через двадцать пять минут. Как раз в тот миг, когда между «Ну ничего, мы, *****, подождем!» и «Да чего я время теряю⁈» выбор едва не пал на второй вариант.

— Красиво, — оценил Павел, глядя на то как буквально вываливаются из внедорожников телохранители.

Отчего-то в голове всплыли строки недавно приснившейся ему песни.

— Ох, раноооо… встает охрана…

Катерина чуть удивленно оглянулась на господина. С ее точки зрения, подобным спецам и деревенский туалет типа «сортир» доверить охранять было страшно.

Один из «бодигардов», обладатель явно избыточной для его профессии мышечной массы, неловко засеменил к остановившемуся германскому седану.

— Е-мое, — выдохнул почти счастливо Павел.

Никак он не рассчитывал сегодня на бесплатный цирк… А тут такое выступление.

Сержант его заявление понял по-своему.

— Еще можем успеть упаковать, — прошипел он.

— Да нееее, — протянул клановец. — Вот только… Вопрос один есть.

Сотрудник чуть удивленно приподнял бровь. Мол, о жизни бы подумал. Собственной. Или уже о душе.

— Задавай, — коротко бросил он.

— Как твое имя и сколько ты получаешь в полиции? — не стал тормозить парень.

Времени на общение с возможным кандидатом в его команду оставалось не так уж и много.

* * *

Парни скромничать не стали.

Первый же «бодигард» с бычьей шеей и черепашьей скоростью, рванул к Павлу с явным желанием схватить парня за воротник.

— Однако, — подивился тот, отступая буквально на шаг влево.

Иллюзия «соткалась» на автомате. Тренировки со спецами СИБ даром не прошли.

Кажется, здоровяк сильно удивился, когда вместо шеи парнишки его пальцы схватили пустоту. Во всяком случае, он так и летел на землю, уставившись на собственные ладони. И даже помощи Павла для «взлета» ему не понадобилась.

— Павел Анатольевич, — голос Катерины стал спокоен и строг. — Быть может?..

— Может! — выдохнул клановец, так же легко уходя от броска напарника первого дебила.

Все-таки Волконский в своем аспекте поднаторел, а потому «плести» довольно прстые и грубые иллюзии не почти так же легко как дышать. Противник, кстати, все еще не понял, что против него встал маг.

— Прекратить! — взревел хриплый голос.

Ни одному боссу не понравится, что его охрану валяет по земле какой-то парнишка. Так что он решил сам вступить в игру.

— Кто таков⁈ — рявкнул он, глядя на Волконского.

Тот ответил своим фирменным оскалом решив, что прежде чем он представится, кое-кто огребет. А потом северный пушной зверек придет уже ко всем. Потому что нападение на клановца, где бы оно ни произошло и какими бы обстоятельствами вызвано не было, это то еще развлечение. И не каждый сможет расплатиться по выставленному за него счету.

— Постой, — вдруг обратился невысокий мужчина в темном костюме… к секретарю Волконского. — Ты же…

Он несколько раз прищелкнул пальцами, подгоняя мыслительный процесс.

— Катерина, — напомнила девушка.

— Да, верно, — как-то посмурнев припомнил отец Фимы.

— Здравствуйте, Геннадий Николаевич, — коротко склонила голову девушка.

И вот это отцу любвеобильного придурка не понравилось больше всего. Он вращался в довольно высоких кругах, пусть и не на самом Олимпе. И девочек таких видел немало. Умение держаться их выдавало с головой. Обычно у каждой из них был господин, готовый доставить кучу проблем за порчу своего «имущества». Сильные мира сего не слишком ценили обычных людей. Однако терпеть не могли когда кто-то смел покуситься на их «игрушки».

— Здравствуйте, — хмуро буркнул он, успев бросить взгляд на пострадавшего сына, вновь принявшегося изображать из себя раненного героя.

Далее взгляд мужчины упал на собственных телохранителей, что уже поднялись, но еще приводили себя в порядок.

— А вы у нас?.. — поинтересовался Геннадий Николаевич, сделав совершенно неверные выводы о том, кто именно наподдавал компании сына и ему самому.

— А это не я, — совершенно искренне покачал головой Павел, и тут же ткнул пальцем в Катерину. — Это все она.

Во взгляде мужчины мелькнуло легкое разочарование. Своих так сдавать нельзя.

Впрочем, через секунду отец Фимы вынужден был скорректировать свою оценку. Глаза парнишки вспыхнули ледяным пламенем.

— А я разрешил, — коротко сообщил он. — И ответственность на мне. Вот теперь слушаю внимательно.

Разговор продлился недолго. Катерине даже не пришлось козырять службой на клановца, а Павлу, соответственно, принадлежностью к указанному сословию. Геннадий же Николаевич, кажется, сына знал неплохо. А потому просто… извинился. Потом выслушал доклад охраны. Извинился еще раз. Уже перед Волконским лично. На том инцидент и был исчерпан.

И лишь Высшие Силы знали, что если бы Павел представился полым именем, то инфаркт господину был бы гарантирован. Теперь же в его книге Судьбы значился целитель, которому он вот-вот собирался позвонить. Так что проблему удалось обнаружить куда раньше, чем она «шандарахнула».

— Час потеряли, — констатировала блондиночка. — Но я все еще хочу получить свой стаканчик флэта.

Волконский возражать не стал. Почему бы и нет. Неожиданное столкновение никак на молоды людях не отразилось, так что и планы смысла менять не было.

* * *

Кафе оказалось… атмосферным.

— Китайщина, — довольно хмыкнул клановец, осматриваясь.

Довольная Катерина мягко приподняла бровь. Волконский даже удивился, неужели есть что-такое, что ей неизвестно?

— Шинузари, — повторил он все тот же термин на французском, где он и зародился.

Девушка задумалась. Однако совсем скоро была вынуждена констатировать:

— Яснее не стало.

— Направление в дизайне времен Ост-Индийской компании, когда мир ничего не знал о Востоке. Своеобразная попытка вписать восточные традиции в западную архитектуру, — негромко объяснил Павел, осматривая бумажные стены с традиционными восточными рисунками, отделяющими столики друг от друга. Удивительно, но от такого «нагромождения» помещение все еще оставалось светлым и просторным. Дизайнер явно неплохо знал свое дело.

— Поняла, — согласилась Катерина, и, чуть приподняв кофейную чашку, с той же интонацией провозгласила. — Флэт Уайт!

Волконский только хмыкнул. Нет, блондиночка никогда не отказывала себе в кофе. Но клановец и не подозревал, что она столь увлеченная кофеманка.

— Никакой в тебе тяги к прекрасному, — коротко хмыкнул Волконский.

— Зато в вас, Павел Анатольевич, ее более чем достаточно, — резко посерьезнела девушка.

Клановец чуть напрягся. Тон сказал ему о многом, но все же сигнал тревоги его секретарь не подала. То есть, чтобы ни происходило, опасность здесь и сейчас ему серьезная не грозит. Или уже все равно. Например, метеорит летит. Чего тут дергаться-то уже?

— Пять часов, десять метров, приближается… — одними губами сообщила Катерина.

Павел на миг прикрыл веки показывая, что он все понял.

— Семь… пять… три… контакт.

Женские тёплые руки легли на плечи парня. Ему понадобился всего один вдох, чтоб понять, кто именно стоит за его спиной. Едва слышный легкий аромат полевых цветов он узнал бы где угодно.

— Оп… — не сразу сообразил он. — Лена, привет. Что ты здесь делаешь?

— А что это мы так напряглись?.. — чуть ли не пропела на ухо Волконскому Кошкина.

— Я не… — попытался было ответить хоть что-то внятное клановец.

— Плечики, Паша, пле-чи-ки!

Если верить своим ощущениям, то Кошкина улыбалась во весь рот.

Катерина, кстати, тоже расщедрилась на одну из своих лучших улыбку. В меру скромную, но вполне себе впечатляющую.

— Я присяду? — поинтересовалась она.

— Прошу! — даже приподнялся с места Волконский и придвинул девушке стул.

— А мне такой заботы не досталось! — неожиданно к ужасу клановца выдала блондиночка и мечтательно улыбнулась.

Нет, в чем-то она была права. Только уточнить забыла, что за молодого человека это сделал официант.

— Нехорошо, — покачала головой Кошкина, хитро блеснув линзами очков. — Прекрасная рубашка, ммм…

— Катерина, — тут же отозвалась девушка. — Интересно, где продают такие юбки… Как думаешь, мне подобное приобретение по карману?

Кажется, девушки уже прекрасно знали друг о друге. Во всяком случае, блондиночка так точно.

«О. смыслы! О, нюансы!» — мысленно схватился за голову клановец. Сколько их было в диалоге двух девиц. Уже через пару минут они обращались друг к другу не иначе как «Лена» и «Катя». Но в то же время чуткое и тренированное ухо Павла выхватывало из странного диалога нотки «накатов». Однако и ссорой этого назвать было нельзя.

«Без пол-литры тут не разберешься!» — вынужден был признать парень. Каждая реплика как многослойный пирог. И сколько в каждом «кусочке» смыслов… Такая задача точно не для прямолинейного мужского ума.

— Павел, — заставила вынырнуть из размышлений молодого человека Лена. — Ты же не против, если мы с Катюшей номерами обменяемся?

— За-зачем? — негромко переспроси он.

Не то чтобы клановец возражал. Но сама ситуация.

— А вдруг мне понадобится что-то подправить в твоем расписании? — невинно хлопнула ресничками Кошкина. — Да и дозвониться для тебя не всегда возможно.

Волконский задумался. Крепко. Очень уж странными ему показались взгляды, которые девицы бросали друг на друга. Одно становилось ясно точно — у него все еще две любовницы.

— Я… — начал было парень, наблюдая за тем, как обе собеседницы чуть ли не с нежностью уставилась друг на друга, пытаясь поломать «соперницу» ласковыми взглядами.

Тоновый сигнал комма заставил парня вздрогнуть. Он глянул на экран. Имя и Фамилия на нем ему не понравились совершенно.

Одно радовало, услышав слова «Привет, Вика!», обе тут же уставились на Павла, отложив на время свое противостояние.

Глава 16

Глава 16

— И чо⁈ — хмыкнул Павел негромко.

На том конце притихли. Этот аргумент в клановой среде был не-воз-мо-жен. А потому неотразим. Впрочем, против лома нет приема…

— А ничо! — прозвучал спокойный ответ.

… Окромя другого лома, да.

— Один-один, — признал Волконский.

— Так-то! — весело подтвердила Вика.

Мол, мы тоже интересные книжки читаем и историю учим. Да и вообще, девушка, познакомившись чуть ближе со стилем общения «возможного мужа», решила чуть подтянуть свои знания в этом вопросе и сейчас с удовольствием демонстрировала восхитительно неправильные переговоры… самой себе.

— Но в мою пользу, — подвел итог клановец.

— Это почему? — возмутилась «уральская принцесса», заранее смирившись с тем, что произнесенные слова ей сейчас с большой долей вероятности обоснуют.

— Позвонила ты, — пожал плечами парень, хоть собеседница и не могла видеть его жеста. — И проблемы у тебя. Значит, я нахожусь в куда более выигрышном положении. Как считаешь?

— А как же «и в горе, и в радости…»? — поинтересовалась наглая, но родовитая девица.

— Ты, Виктория, так не шути, — настолько мягко прошептал молодой человек, что две девушки за его столиком невольно переглянулись.

Они-то куда лучше знали, что подобный тон вовсе не признак согласия. А вот Юсупова пока повадки Волконского знала не очень хорошо. А потому, вместо того, чтобы грамотно и очень аккуратно съехать с темы, продолжила издеваться.

— Партия — выгодная, так почему бы и нет? — ровно поинтересовалась она.

— С огнем играешь, Вика, — хмыкнул парень негромко.

— Так ведь я шучу! — вроде как откатила назад девушка.

Кажется, и она поняла, что есть темы, с которыми нужно поаккуратнее быть как-то.

— Шутишь, говоришь… — протянул Павел. — Это хорошо, что силы на юмор есть. Я ведь тоже, до-ро-гая, посмеяться люблю…

Елена с Катериной понимающе переглянулись. Ни одной из них не хотелось, чтобы сидящий рядом с ними парень в один прекрасный день ТАК обратился к ним.

— Хорошо-хорошо, — кротко согласилась девица. — Надеюсь, «красную линиями» я не переступила?

И тон-то такой насмешливый…

— Что ж вы с этими «чертами», «линиями» и «последним китайским» носитесь-то, а? — негромко уточнил клановец.

Вопрос был риторическим. Но молодой человек действительно не мог понять, как же можно быть таким предсказуемым противником. Мол, если ты сделаешь «А», то произойдет событие «Б»… Серьезно⁈ А как же пострадать и помучиться от мысли, что тебе вообще неведомо где, когда и за какие ты заслуги огребешь?

Павел находил подобный взгляд на мир довольно… упрощенным. Самому ему все это представлялось в виде чаши терпения. В тот миг, едва она наполнится — кто-то огребет. Но вот когда это произойдет и каков будет ответ за все проделки «по совокупности»?.. Вот пусть противник сидит и гадает.

Вика на вопрос не ответила. Видимо, сочла риторическим. «Очень зря!» — хмыкнул Павел. Вот он бы посоветовал как раз таки «уральской принцессе» крепко задуматься. Однако его совета не спрашивали. Вот клановец и не лез.

— Павел Анатольевич, могу я тебя попросить отнестись к ситуации серьезно? — перешла на нейтральный тон Юсупова.

— Попросить — можешь, — коротко хмыкнул парень.

— Если у тебя есть вопросы, готова на них ответить.

Вопросы, конечно, были. Как же без них-то⁈

— Официальная делегация Юсуповых прибывает через полтора месяца, — констатировал очевидный факт Волконский. — Зачем прибывает твой брат?

— Официально — проведать меня, — вздохнула девушка, казалось даже, что совершенно искренне. — Неофициально — познакомиться с тобой. После приема Горюновых ты очень заинтересовал старших родичей. Было принято решение подготовиться к следующей встрече… более основательно.

— Основательно, говоришь… — негромко протянул Волконский. — Познакомиться приедет… Виктория Львовна, а, скажи мне на милость, что будет, если я его на х… В смысле, встречаться откажусь?

«Уральская принцесса» примолкла. Над этим вопросом она не задумывалась. Просто потому, что он по определению не-воз-мо-жен!

— Плохо будет… — наконец выдавила она из себя.

Парень кивнул. Он и сам понимал, что его фактически поставили перед ультиматумом. Отказ равнозначен оскорблению. А Волконскому хоть и нравилось звание «отморозок», но все же парень помнил, что ему еще «тут жить». И заводить врагов на ровном месте — так себе идея. В подобной ситуации нужно действительно подобрать уважительную причину или…

— Я согласен! — хмыкнул Павел.

Елена с Катериной бросили друг на друга обеспокоенные взгляды. Такую улыбку каждая видела не раз. И пусть блондиночка гораздо имела счастье гораздо чаще становиться свидетелем ее последствий, но напряглись обе. Знатно.

— Однако у меня плотный график, — хмыкнул клановец. — А потому место и время выберу я. Это не обсуждается.

Тут Вике возразить было нечего. Подобный, по факту, ультиматум, считался довольно… невежливым. А потому, как на дуэли, вызванная сторона имела право на выбор места и времени. И ныне Волконский сей замечательной привилегией собирался воспользоваться.

— Я бы на это посмотрела, — негромко прокомментировала Елена, едва Павел разорвал связь.

ТАКИМ Волконского она не видела. Да, он крушил все и всяческие устои вокруг себя, но эта предвкушающая улыбка — оскал…

— Я бы тоже не отказалась, — коротко сообщила блондиночка.

Ей идеи господина никак не надоели. Она даже ставки делала сама с собой, что же именно выкинет молодой человек в следующий раз.

Клановец же, словно бы очнувшись от своих размышлений, подарил спутницам одну из своих лучших улыбок.

— Так я ведь и приглашаю, — хмыкнул он — Пос-мот-реть.

Молодой человек решил совместить «смотрины» с еще одним мероприятием. «А, впрочем, где два — там и три!» — хмыкнул он про себя.

Девушки переглянулись. С одной стороны, Волконский в своем праве. Обе это понимали, но…

— Я с вами, господин, — склонила голову в жесте идеального секретаря блондиночка, чем заслужила заинтересованный взгляд от… Кошкиной.

— Мужчины такое любят, — прокомментировала та.

Лицо Катерины не дрогнуло. Однако в глазах мелькнули «чертики», да чуть дрогнул уголок рта. Уточнять, что наедине кое-кто такое поведение любит ТОЛЬКО в постели она не стала.

Кажется, до Елены дошло чуть больше нюансов едва заметной «пантомимы» чем даже до Павла.

— Могу я узнать о формате мероприятия? — поинтересовалась она.

Волконский хмыкнул и ответил. Односложно.

Бровки блондиночки удивленно поползли вверх.

— Хочу, — едва слышно выдохнула она. — Я. Хочу. Это. Видеть.

Кошкина на миг замялась. Ей тоже хотелось. Очень и очень. Но, во-первых, она в принципе не очень представляла возможность… подобного формата. А, во-вторых, ей было действительно страшно. Все-таки ее дом рядом с «уральцами» рядом не стоял.

— Катерина, — негромко попросил клановец. — Оповести всех наших, пожалуйста. Да, Романову и Виктора не забудь. Они тоже собирались.

— Парней?..

— Обязательно, Катя, обязательно! — хмыкнул молодой человек, делая глоток не самого лучшего в своей жизни кофе.

Увы, неплохо справившийся с дизайном заведения владелец явно не смог найти хороших бариста. Впрочем, на вкус и цвет все фломастеры разные. Вот только и красавица-блондиночка поморщилась, поднеся чашечку чуть остывшего флэта к губам. Кажется, в оценке качества напитка секретарь вполне была согласна с клановцем.

А Волконский вновь был в своем праве. Подобный запрос на встречу он мог удовлетворить любым удобные ему способом. В том числе, и совместив переговоры с мероприятием любого формата. И этим он собирался воспользоваться в полной мере.

— Я… могу я с вами? — поинтересовалась Лена.

Вообще-то Павел был не против абсолютно. Чем больше народу — тем веселее. Вот только представить двух сидящих перед ним девушек в оооочень ограниченном пространстве… Нет, с точки зрения общества, даже кланового, никаких проблем. Кошкина на всех углах, конечно, не кричала, но, в целом, все прекрасно видели, с кем она «под ручку» ходит. Что же касается Катерины — то тут вообще никаких проблем для репутации. В том числе и ее собственной. Но представить их рядом без возможности «разорвать» дистанцию… Волконский задумался.

Лена чуть приподняла левую бровь показывая, что не совсем понимает затруднений молодого человека. Катерина же знала своего господина намного дольше и… чуть лучше.

— Мы будем паиньками, — пообещала она, как-то по-особенному улыбнувшись Кошкиной.

По сине клановца пробежал холодок. Отчего-то.

Брюнеточка не совсем поняла, что именно имеется ввиду (да и, строго говоря, хоть формат мероприятия и поняла, но представить его себе могла слабо), но уверенно кивнула. Классические «бабские» разборки (что со стороны женщин, что со стороны мужчин) в мире, где от твоего слова зависит очень многое, мягко говоря, не приветствовались. Особенно в той ситуации, когда небезразличному тебе человеку требуется поддержка.

— Конечно, Паша, можешь на нас положиться.

Волконский хмыкнул, внимательно окинув долгим взглядом обеих собеседниц.

— Хорошо, — кивнул он, залпом уничтожая чашку.

Да, вкус напитка ему не понравился, но кофеин все-таки в нем был. И мозги он прочищал очень неплохо!

— Охраны там будет… — протянула Кошкина.

Ей даже страшно представить было, сколько гвардейцев отправят Юсуповы для защиты своих отпрысков. Хотя, если честно, судьба Виктории всех волнует постольку-поскольку. Но вот наследник, пусть и не первой очереди… Это другое. Понимать надо.

— А это, красавицы, мы еще посмотрим!

Блондиночка и брюнеточка, только что получившие ответ на вопрос «Против кого "дружим», девочки?«, удивленно переглянулись. Такого "посмотрим» они себе представить точно не могли.

* * *

— Здесь безопасно, — в который раз повторил Павел скучным голосом.

Аккомпанементом к его словам стала очередь из тяжелой скорострелки.

— Километр примерно, — ровным голосом сообщил клановец, как бы намекая «Ну да, стреляют, но не в нас же и далеко!».

Брат Виктории, всего лишь на пару лет старше Волконского, нахмурился. Ему не нравилась сама идея оставить группу охраны на организованной сотрудниками СБ «РитРос» стоянке, где уже приземлились аж пять глайдеров. Еще несколько пар наяривали круги неподалеку.

— Посадили бы вы их, — вздохнул клановец. — Местных хозяев это раздражает. Осерчать могут.

Тут же, как по команде, штурмовики сопровождения Воронцовых и Юсуповых помахали крыльями и унеслись куда-то в сторону солнца, оставив своих «подопечных» в тягостных недоумениях. Впрочем, Матвей особо не возмущался. Об иных нюансах здешнего гостеприимства Волконский рассказал ему заранее. Поэтому он с пониманием отнесся, когда приставленных родом бойцов вежливо попросили не высовываться за пределы оцепления. А то мало ли чего…

С Юсуповыми получилось сложнее. Конечно, клановец предупредил и их. Та же Вика лишь кивнула и сделала пару шагов в сторону от возмущенного брата. «Уральцы» не были бы собой, если бы не попытались продавить свои условия.

Павел с выводами не торопил, скосив взгляд на Кошкину, довольно легко идущую с внушительным туристическим рюкзаком. Гора баулов быстро росла в центре небольшой полянки, откуда и стартовал маршрут продуманного молодым человеком мероприятия.

Бииииибип!

Водитель «Империала» оповестил всех о своем присутствии. Никаких местных «правил» он не придерживался, нагло прокатившись прямо перед носом проводивших машину злыми взглядами гвардейцев Юсуповых.

— Кто это? — ровно поинтересовался Игнат Львович.

— Мои люди, — пожал плечами Павел, наблюдая за подкатившим к куче рюкзаков авто. Фил с Кролем, при активной помощи Романовой, уже выгружали рюкзаки. Фактически они управились до того момента как открылась задняя пассажирская дверь и салон покинул вырядившийся в старый камуфляж Виктор.

— Это же… простолюдины, — констатировал Юсупов.

Павел поднял одну бровь.

— Кроме Виктора Анатольевича, естественно, — мигом поправился «уралец».

— Какие-то религиозные запреты? — поинтересовался Волконский тоном «И чо?».

На это собеседник предпочел не отвечать. Ему было просто непонятно. Вот примерно с самого момента высадки. Вообще-то они собирались чуть «пофорсить», но когда пилот сообщил, что их взяли на «сопровождение»… В общем, никто возможности местной системы ПВО проверять не захотел.

— Требую взять собой три пары моих гвардейцев.

Молодой человек только плечами пожал. Требуй, мол.

— Это вопрос безопасности, — заключил Игнат.

Павел кивнул. Да-да, мол, безопасности.

— Отказано, — вздохнул он с деланным сожалением.

— Куда вообще улетели наши глайдеры?

— В безопасную для полетов зону, — пожал плечами Волконский. — Местные их сбить пообещали, наверное.

От таких «откровений» не сразу «уралец» оправился. Особенно его добило задумчивое «наверное». Однако Волконский и впрямь не знал ответа на этот вопрос.

— Но… почему они не связались со мной? — уточнил он.

— Так нет же связи, — пожал плечами клановец. — Я предупреждал.

— У нас «Кем-АА», — заявил собеседник.

Новейший комплекс связи заглушить было сложно. Производитель (Юсуповы, на секундочку!) уверял, что заглушить их практически невозможно. Даже на поле боя.

— О, — впечатлился Павел. — Тогда предлагаю самостоятельно связаться с экипажами и уточнить у них, куда это они улетели.

Игнат нахмурился, но небольшую коробочку коммуникатора все же достал.

— Нет связи, — удивленно произнес он.

Павел пожал плечами. Мол, а я что говорил. Вот никто в современном мире на слово не верит. Столько сил бы сэкономили…

Паузу прервал тоновый сигнал комма.

— О, прошу простить, это меня, — коротко хмыкнул Волконский, отвечая на вызов.

Абонент был краток. И неумеренно весел. Но разговор шел исключительно по делу.

— Добро, — кивнул молодой человек уже через тридцать секунд и прервал связь.

Игнат уставился на своего собеседника. Тот вновь пожал плечами с видом самым невинным.

— Хотя бы пару, — уступил Юсупов.

— Игнат Львович, — устало вздохнул клановец. — Туда…

Он указал в сторону леса.

— … Даже суслики по пропускам ходят и честь при встрече с офицером отдают… В смысле, воинское приветствие исполняют, а не… Не важно. В общем, допуск есть на тебя и на твою сестру. Все.

Тоже, своего рода ультиматум. Мол, ты встречи запросил — я организовал. Хочешь — вперед. Если нет, то никто и не держит.

— Ах, да… — будто бы о чем-то вспомнил парень, и во весь голос крикнул. — Всем — пятиминутная готовность!

Для клановца такое поведение было немыслимым. Что «уралец» и продемонстрировал чуть приподнятой бровью. Он все еще пытался держать лицо. Хотя и с толку был сбит капитально.

— А ты Игнат Львович, серьезно подошел к выбору одежды, — констатировал Волконский окидывая собеседника долгим взглядом.

Белая рубашка и брюки при начищенных ботинках — отличный выбор для пары дней в лесу.

— Я думал, что мероприятие будет носить куда более… консервативный характер.

Клановец только плечами пожал. Он честно предупредил о характере выхода заранее. Во всяком случае, Виктория к его словами прислушалась… чуть более чем брат.

— Мне нужно время, чтобы переодеться, — коротко кивнул Игнат.

— Через пять минут «окно», — пожал плечами Волконский. — Ждать не можем. У тебя пять минут.

К чести «уральца» он бузу разводить не стал, довольно скоренько направившись к своим гвардейцам. Так что уже через минуту один из них начал избавляться от собственного камуфляжа в пользу господина.

— Мне советы будут? — поинтересовалась Вика коротко.

Отчего-то она не сомневалась, что Павел не шутит. И ждать отстающих группа не будет.

— Куртку какую-нибудь я бы раздобыл.

Это сейчас жарко и солнышко светит. Ночью на природе будет прохладно. И это как минимум.

— И обязательно что-нибудь на голову.

Виктория улыбнулась и создала над своей головой небольшую «корку» изо льда.

— Неплохо, — оценил клановец. — Но кепка надежнее и не тратит энергию. А она тебе понадобится. Обещаю.

Спорить «принцесса» не стала, рванув к глайдерам Юсуповых, чтобы «раздеть» еще какого-нибудь бедолагу.

— Жестко ты, — хмыкнул Воронцов, заметивший, что приятель разговор с «уральцами» закончил, а потому решивший подойти.

— То ли еще будет… — вздохнул клановец.

Не верил он пока, что произошедшего хватит Игнату Львовичу, чтобы осознать положение.

— Тебя-то дед нормально отпустил?

Матвей замер от наглости и открытости короткого вопроса. Он попросту не-воз-мо-жен.

— Были сомнения, — наконец решился на относительно честный ответ. — Однако когда он узнал КУДА мы направляемся, то…

Фразу сын графа не закончил. Лишь руками развел.

— … Что? — все-таки решил уточнить Павел.

Интересно же, право слово.

— Это его позабавило, — обтекаемо ответил собеседник припомнив, как в голос ржал старый генерал.

К чести «уральцев», они появились буквально через три минуты.

— Я бы все же предложил взять одну пару моих людей, — начал заново свою шарманку Игнат.

Павел вздохнул. Мыло-мочало, начинай сначала.

— Пропуска выписаны на строго на определенное количество лиц, — коротко сообщил он.

— А если переговорить с местными… хозяевами?

— У тебя две минуты, — пожал плечами Павел, прислушиваясь к треску двухтактного бензинового двигателя кроссового мотоцикла.

Он умолчал, что никто из «местных» даже общаться с «уральцами» не станет. Хватило и причины номер один — нехватка времени.

— Матвей Александрович, а ты почему молчишь? — удивился парень.

— Доверяю приглашающей стороне, — холодно и ровно ответил Воронцов, чей род был гораздо выше в негласной табели о рангах империи.

— Да, кстати, кому именно не доверяешь ты, Игнат Львович, — ехидно поинтересовался клановец. — Мне или принимающей стороне?

Все. Дальше спорить смысла не имело. Либо соглашаться с условиями… мероприятия, либо разворачиваться и убираться восвояси. Можно было, конечно, еще и выразить недоверие… но это очень серьезный шаг. И он серьезно отзавется на будущих взаимоотношениях с Павлом.

Тем временем сумасшедший ездок на «кроссике» стремительно приближался к компании. Молодая розововолосая деваха явно получала дикое удовольствие, устраивая скачки по кочкам. Затормозила она лихо. На переднем колесе. И всего в полуметре от Павла.

— Всем привет, — ослепительно улыбнулась она, и, продемонстрировав ультракороткие шортики и практически прозрачный топ, лукаво бросила. — Тебе нравится, Паш⁈

Клановец с удовольствием поднял вверх сжатые кулаки с оттопыренными большими пальцами.

Девица, чуть покрасовавшись, никого не смущаясь, обняла Павла за плечи и демонстративно чмокнула в щеку. Вика аж застыла от такой… от такого… Она и сама не смогла найти определения. Лена и Катерина показали Волконскому кулаки. Шутливо. За что тут же отхватили по воздушному поцелую от клановца и Мыши соответственно.

Да, знакомы они не были. Но… Общая атмосфера легкого безумия к таким фортелям располагала вполне.

Все присутствующие застыли. Даже Матвей, уже почти ничему не удивляющийся, задумчиво качнул головой. «Уральцы» же просто остолбенели от столь… неправильного поведения. С клановцами ведь так нельзя!.. Верно?..

— Пропуска, — громко объявила снайпер, стаскивая с себя миниатюрный рюкзачок.

Тут же рядом появилась Катерина и приняла стопку пластиковых карточек.

— Не терять! — ослепительно улыбнулась Настя и, вскочив на своего железного коня, с веселым смехом рванула с места.

— Я раздам, — коротко объявила секретарь.

— Кто это был? — поинтересовался Игнат.

— «Местные», — коротко пожал плечами Павел. — Так, пойдемте к остальным. Скоро будем распределять общий груз.

— Мне? — не выдержала Вика такой душевной простоты. — Мне предлагаешь тащить груз с простолюдинами⁈

— Ну… если ты хочешь вкусно есть, спать в теплой палатке и вообще жить в комфорте, то… да.

На это Юсуповы с ответом не нашлись. Но, похоже, решили посмотреть что будет дальше и послушно отправились к груде рюкзаков. Туда, где Катерина объявляла имена будущих владельцев пропусков.

— Жестко, — коротко прокомментировал Воронцов.

Впрочем, на губах его играла довольная ухмылка.

— Это еще что… — коротко вздохнул Павел. — Вот когда они узнают, что и тарелки себе надо будет мыть самостоятельно в ручейке…

Продолжать парень не стал. Лишь рукой махнул. Мол, чего взять с них, с белоручек.

Ухмылка на лице Воронцова застыла. Он тоже не предполагал… такого экстрима.

Где-то же неподалеку разыгрывалась целая драма. Там, услышав высказанное без всякого почтения «Юсуповы, Виктория, Игнат», молодой уралец рассматривал врученный ему пропуск. Больше всего его заинтересовала скромненькая на вид эмблема в верхнем левом углу. Через несколько секунд он совершенно ясно для себя решил, что пропуск не потеряет, да и вообще будет относиться к нему со всем уважением.

И да, с «местными» ему встречать вдруг совсем-совсем расхотелось!

Глава 17

Глава 17

Игнат Юсупов замер.

За прошедшие три часа он уже научился без размышлений следовать командам этого странного Павла.

— Принять вправо! — потребовал Волконский.

Группа без всяких возражений освободила обычную проселочную колею, продавленную шинами и гусеницами местного транспорта. Находись они где-то еще, и «уралец» наверняка бы, если бы вообще заинтересовался сим малозначительным фактом, предположил бы, что местные селяне перегоняют трактора. Однако тут…

За спиной раздался гул мощных двигателей. Игнат оглянулся…

«Ну, конечно!» — уже без особого удивления оценил он могучую фигуру «тяжа», бегущего с крейсерской скоростью в голове небольшой колонны. На его фоне как-то даже терялись три новейших бронемобиля с десантом на в сверхсовременных легких доспехах на броне.

«Ждем!» — подал сигнал Волконский.

— Ну еще бы, — не удержавшись буркнул себе под нос парень, поймав удивленный взгляд сестры.

Однако Игнату уже было все равно. Да и какой смысл «держать лицо», если тот же Воронцов еще несколько секунд назад вышагивал рядом с Павлом и о чем-то оживленно беседовал. Время от времени от собеседников доносились обрывки смеха. А однажды, Игнат готов был в том поклясться, ветер донёсся самый настоящий хохот Матвея Александровича до его ушей. Кто бы рассказал ему о таком «чуде» раньше — ни за что бы не поверил!

Колонна приближалась. Тяжелый доспех вскинул руку, словно приветствуя их небольшой отряд и… Черт возьми, да Волконский, вскинул руку в ответном приветствии.

Игнат замер, стараясь не упустить ничего. Ему еще перед родичами предстояло отчитываться! Хотя… было бы что сказать. Слов нет, одни эмоции. И вопрос. «Что это все, *****, было⁈».

Бум!

Замершему Юсупову показалось, что он услышал звонкий удар по железу… ладонью! Он на секунду сомкнул веки, но нет… этого было на самом деле! Бред! Безумие!! Чертов Волконский походя ШЛЕПНУЛ «тяжа» по тому месту, где у обычного человека находилась бы задница!!!

Сидящий на броне десант встретил подобную выходку… Хохотом и неприличными жестами. Мол, ты его еще и… ну, назовем это, соврати!

Однако еще больший шок «уралец» испытал через миг, когда пилот меха, явно подыгрывая их проводнику, «вильнул кормой», словно заигрывая с наглецом под смех десанта на броне…

— Мммм… — раздался рядом разочарованный выдох простолюдина.

Игнат, делая вид, что его тут нет, прислушался.

— А я в прошлый раз не додумался… — грустно протянул парень вставшей рядом с ним черновласке, приехавшей на старом драндулете вместе с Виктором Волконским.

Та закатила глаза и тут же пообещала «когда-нибудь пристрелить идиота». Причем какого именно она уточнять не стала. Сам же командир «Барса» только посмеивался (!!!) над обоими.

— Не понимаю, — коротко вздохнула сестренка рядом.

Разочарования в ее голосе особого не было. Словно она заранее смирилась с тем, что вряд ли когда поймет. теперь «уральцу» стало понятно, почему именно Демид Николаевич отказался предоставить «порученцу» копии докладов Виктории.

— Я тоже, — пожала плечами замеревшая неподалеку Светлана.

Либо у девушки был исключительный слух, либо она прекрасно читала по губам. В любом случае, это стоило учитывать.

Игнат тоже ничего не понимал. Только, в отличие от девушек, позволить себе просто восхититься очаровательной неправильностью происходящего, он не мог. Ведь ему совсем скоро придется докладывать обо всем на Совете клана. И что ему, скажите на милость, отвечать старшим родичам⁈

Глава клана лично (!!!) обратился к нему, отправив «познакомиться с Волконским» под предлогом визита к сестре. Это было само по себе удивительно! Сама ситуация была довольно стандартной. Однако чтобы сам Демид Николаевич озаботился столь незначительным вопросом.

— Сделаю, господин, — только и поклонился тогда молодой человек.

В общем, их всех этому учили. И он прекрасно знал, что именно должен сделать: просто разузнать об этом странном парне как можно больше, чтобы официальная делегация имела возможность скорректировать ход план переговоров согласно его информации.

Однако Глава не спешил отпускать внука:

— Сядь, Игнат, — попросил он со вздохом.

Молодой человек кивнул. Если дед переходил на подобный тон, то можно было быть уверенным, что «официальная» часть закончена и можно чуть «ослабить галстук».

— Внук, — вздохнул Демид Николаевич. — Не стоит… форсировать события. От тебя требуется лишь наблюдение. И все.

Парень удивился. Сильно. Обычно предварительная рекогносцировка требовала хотя бы попытаться чуть «качнуть» объект наблюдения, попробовав самые разные способы воздействия от давления до угроз и обещания «пряника». Тут же сам Глава, очевидно придающий вопросу серьезное значение, требует ограничиться пассивным наблюдением.

Однако почтительный внук возражать не стал. Врочем, главный «уралец» еще не закончил.

— Запоминай и наблюдай, — коротко уточнил задачу он. — Даже не пытайся анализировать. Лучше сосредоточься на собственных ощущениях и впечатлениях.

Игнат коротко кивнул. Приказ есть приказ. Поэтому уже через два часа он сидел в обеденном зале городской резиденции Юсуповых напротив собственной сестры.

— Что значит «я не знаю»? — ровно поинтересовался он.

Давить на девушку прямолинейный Игнат не стал. Во-первых, дед посоветовал к ней прислушиваться, а, во-вторых, это в обычной ситуации он бы попытался «выжать» девушку несмотря на родство. Однако сейчас задача была очень странной.

— Игнат, — вздохнула Виктория. — Уже завтра ты встретишься с Павлом Волконским. Предлагаю тебе составить собственное впечатление, а потом буду готова ответить на любой твой вопрос.

Молодой человек приподнял вопросительно бровь. Слишком уж странно звучали слова сестры. Однако еще больше он удивился, когда услышал условия встречи. Вернее, о рекомендуемой форме одежды.

— Он серьезно? — негромко поинтересовался парень.

Требования были… совершенно несуразными. Что значит «одежда, пригодная для двухдневного похода по лесу»⁈

— Брат… — несколько неуверенно начала обычно бойкая и пробивная Виктория, чем вызвала очередную волну удивления «разведчика». — Я не могу сказать наверняка…

Вот тут «уралец» натурально опешил.

— У тебя были ГОДЫ!.. — невольно перебил он.

— Да, — как-то печально улыбнулась Вика. — И вдруг оказалось, что все мои выводы оказались ложными… Я предлагаю тебе самостоятельно составить впечатление. Не стоит искажать собственное восприятие моими… эмоциями.

И Игнат составил. Вернее, попытался.

Странности начались с самого приземления лимузинов Юсуповых в точке, предоставленной принимающей стороной. Сразу после приземления глайдеры оказались в кольце оцепления личной (?!!) СБ Волконского. Сам же «виновник торжества»… так явиться и не изволил. Вместо него явилась… секретарь!

— Добрый день, Катерина, — мягко произнесла Вика, будто и не заметила серьезного нарушения протокола.

Впрочем, скоро выяснилось, что протокол тут вообще никому и никуда не уперся. Люди жили по каким-то своим «понятиям», очевидным для всех… кроме вновь прибывших. Вот он где — кафкианский кошмар как он есть.

— Рада приветствовать вам, Вика Львовна, — мягко произнесла очень даже милая блондиночка, чуть склонив голову. — И вас, Игнат Львович.

Все было неправильно! Вообще все! Не должна была госпожа приветствовать какого-то секретаря первой! Однако сестра не только сделала это, но и явно не испытывала никаких особых эмоций по этому поводу.

— Хочу напомнить вам, что формат мероприятия не предполагает присутствия лиц, кроме приглашенных, — вежливо, но твердо сообщила девушка.

Игнат покосился на сестру, которая местные правила явно знала лучше. Та вздохнула и едва заметно пожала плечами. Мол, я же говорила…

Да, говорила, но «уралец» не мог не попытаться хотя бы чуток качнуть этого Волконского. А как иначе прикажете собирать информацию

Катерина тем временем, понимающе кивнула. Мол, дело обычное.

— Напоминаю, — вновь взяла слово секретарь Павла. — Что жизнь и здоровье вашим людям мы гарантируем лишь при соблюдении условий, озвученных вам заранее.

Игнат хотел было уже вспылить. И даже подался вперед, но… был буквально пойман за руку Викой.

— Благодарю, Катерина, — коротко кивнула девушка. — Мы обязательно прислушаемся.

«Уралец» замер. Такое поведение со стороны Вики… Это просто невозможно!

— Внутри оцепления — безопасно, — сообщила блондиночка, словно и не заметив «шевеления» со стороны Юсуповых и, чуть призадумавшись, добавила. — Чисто теоретически, территория местных… владетелей начинается на границе леса. В рамках оцепления — точно безопасно. А вот как отреагируют… владетели на вооруженных людей РЯДОМ с их границами я не знаю.

— И кто же эти владетели такие? — хмуро буркнул Игнат, бросая недовольные взгляды на сестру.

Такое поведение — позор для их Фамилии! Однако девушка была ко всем «лучам осуждения» равнодушной.

Словно в ответ ему со стороны леса раздались выстрелы армейской скорострелки. Довольно далеко, конечно, но…

— Местные развлекаются? — построила абсолютно невозможную для воспитанной леди фразу Вика.

— Вероятно, — чуть задумчиво кивнула блондиночка.

В общем, за оцепление брат с сестрой выдвинулись в гордом одиночестве… но кое-кто своего намерения «разъяснить вопрос с этим Волконским» явно не оставил.

— Десантным катерам нужно место для посадки, — первым делом заявил Игнат, едва с минимальными формальностями было покончено.

— Ах, да… — чуть поморщился довольно крепкий парень, позволив себе хмыкнуть

Через тридцать секунд все «боты» покинули территорию в сопровождении покачав крыльями. Связаться ни с одним из пилотов не удалось. И это все не смотря на хваленные модули связи «Кем-АА». Их просто подавили. Да как быстро!

У самого Волконского связь, кстати, замечательно работала. Как-то сразу стало ясно, кто именно хозяин положения, а кто в гости «залетел».

Ну а уж когда прибыл старый «Империал» с экипажем из «простецов» и известным офицером на борту, картина и вовсе стала сюрреалистичной!

«Зато хуже уже не будет!» — решил Игнат, про себя вздохнув и… ему тут же предложили взять на себя часть груза группы. И не только ему! Сестре тоже доля досталась пусть и полегче, но все же! И при том равная с «простецами»!

Ну а эта представительница «местных», которая куда уместнее смотрелась бы у шеста, а не за рулем кроссового мотоцикла… Это если не смотреть ей в глаза. Прищур опытного стрелка все-таки заставил Юсупова воздержаться от вопросов. Прищур и пропуск с эмблемой СИБ.

— Рад, что вы отправляетесь с нами, — коротко заключил Павел, не скрывая дружелюбной улыбки.

Как много смыслов было в этом замечании…

— Каков наш маршрут? — просто поинтересовался Игнат, которому в последний раз «червончик» с полной выкладкой доводилось пробегать лет десять назад.

С тех пор многое изменилось. Килограмм так на двадцать пять. Все-таки кабинетная работа давала о себе знать.

— Семь километров до точки, — спокойно ответил Волконский.

— Куда? — вкрадчиво поинтересовалась Вика.

«Объект» безразлично махнул рукой, указывая направление.

Брат с сестрой от этого жеста похолодели. Все-таки это территория СИБ.

— А как еще обеспечить безопасность такого количества клановцев и родовитых? — риторически пожал плечами Павел.

Да, представить такое общество без охраны было невероятно сложно. Однако если вопросы безопасности взяли на себя «местные»…

— Продолжаем движение! — вновь взмахнул рукой Павел, буквально выдергивая Юсупова из его воспоминаний.

Колонна уже прошла. Лишь ее хвост виднелся примерно метрах в ста.

Никто не спорил. Все просто взяли и… пошли. Кажется, в этих землях парню можно все. Чего только стоила оправка полчаса назад по принципу «мальчики направо, девочки налево»! Такое событие кого угодно выбьет из привычного течения жизненного пути. Во всяком случае, Игнату и в страшном сне не могло присниться орошение березы в «одном ряду» с Воронцовым, парой Волконских и несколькими простецами.

Однако природа взяла свое. Справился.

Следующая остановка произошла через двадцать минут. Павел, сверившись с коммом (кто бы сомневался, единственным работоспособным!) в своей излюбленной манере махнул рукой.

— Нам туда!

Туда так туда. Все пошли след в след. Тем более, ни у кого не было сомнений, что отставать от организованной группы в этих землях совершенно не стоит.

Путь пролегал сначала через поле. Затем настала пора небольшой «зеленки», которую прошли минут за двадцать, оказавшись на небольшой полянке.

— Что это такое? — хмуро спросил Игнат, чуть уставший.

— Вот подойдем и спросишь, — ответила бесстрастно сестренка, уже и сама уставшая шагать с рюкзаком за плечами.

А подивиться было с чего! На светлой и ровной полянке, диаметром метров в пятьдесят, восседала на раскладном туристическом стуле крепкая девушка с фигурой культуристки, и умиротворенным взглядом осматривала пространство. Кто бы сомневался, что «этот Волконский» направился именно к ней!

— Привал! — объявил он.

Брат с сестрой тут же сбросили рюкзаки и постарались подобраться поближе, чтобы не упустить ничего из разговора этих двоих. Все-таки, Игнату нужно было что-то докладывать Демиду Николаевичу. А пока его впечатления были настолько сумбурными, что он понятия не имел какими именно словами описать происходящее.

Подслушивать не пришлось. Парень особо голос не снижал.

— Привет, Валь! — махнул он рукой, сбрасывая с плеч рюкзак.

«Куда более тяжелый!» — подумал «уралец», с легкой завистью отмечая, что Волконский даже не запыхался.

— А, мелкий, — к ужасу Юсуповых обрадовалась девица. — Добрались-таки! Плететесь как черепахи!

«Гости» от такого «приветствия» просто застыли. Нельзя так с клановцами… Совсем нельзя! За такое так прилететь может, что мало не покажется!

Самое страшное было в том, что остальные происходящее воспринимали абсолютно… естественно. Им вообще дела до парочки не было. Волконский, Катерина и Воронцов в компании еще одной девушке, которую Юсуповым так и не представили, развалились прямо на траве. И с огромным удовольствием. Парни же вида самого простого, достали фляги. И была там, похоже, вовсе не вода.

Павел на то только хмыкнул и развел руками.

— Так не один шел, Валь! — сообщил очевидное Волконский.

— Был бы один — вообще бы убила! — отозвалась девица со смехом и, продемонстрировав широкую белоснежную улыбку, добавила. — Завтра… сегодня лень!

— Эй, Бешенная! — раздался крик богатырского сложения парня. — Выпьешь?

Черновласка, развалившаяся рядом с клановцами и родовитыми, только рукой махнула.

Вечером, мол!

— До вечера может и не остаться! — подхватил худощавый паренек с видом самым спокойным.

— Если Паша не позаботился об этом, то я сильно в нем разочаруюсь! — махнул лениво рукой девица.

«Паша!» — мелькнула одинаковая мысль у обоих Юсуповых. Да кто это такая, что так смеет обращаться к Волконскому⁈

— Кто-то будет? — переспросил первый парень у… Воронцова и Волконского.

— Давай! — потребовал Матвей Александрович, даже не изволив подняться на ноги.

Фляга перекочевала из рук в руки. Воронцов сделал небольшой глоток и довольно кивнул.

— Неплохо.

— А ты, Света? — тут же обернулся худой к Волконской.

— Нет, — покачала головой та, умудряясь при всей абсурдности ситуации сохранять вид Ледяной королевы. — Спасибо, Кроль!

— Ну, как хотите, — пожали плечами парни, и, еще раз приложившись к фляге, убрали ее в один из рюкзаков.

— Ты-то что тут делаешь? — вновь вернулся к прерванному диалогу Павел.

— Занятия по маскировке провожу, — хмыкнула культуристка. — На природе, да.

Волконский обвел задумчивым взглядом пространство. Догадка, мелькнувшая в его мозгу, парню не очень понравилась. заставляла она задуматься о собственном несовершенстве, да.

— А они у тебя прогуливают, что ли? — нахмурился ее собеседник. — Или все, прям, молодцы?

— Так вот сейчас и проверим! — хмыкнула богатырского сложения красавица и тут же бросила в незаметную под волосами гарнитуру. — Всем построиться!

— Ай! — вскрикнула Вика Юсупова, отпрыгивая в сторону.

Игнат не мог ее винить. Он и сам с трудом смог удержаться от эмоциональной реакции, когда земля под его ногами буквально зашевелилась.

Парень сделал шаг назад, с легкой оторопью наблюдая за тем, как между ним и его сестрой поднимается фигура в легком доспехе с новейшим штурмовым комплексом в руках.

— Смотри куда ноги ставишь! — глухо буркнул боец (будто ему в легком доспехе не все равно!) и поспешил к уже начавшему формироваться строю.

По еще секунду назад мирной тихой полянке прокатилась волна движения. Повсюду поднимались фигуры в «лохматках», умудрившиеся на практически ровной поверхности не только спрятаться сами, но и схоронить кое-что их средств усиления.

— Значит, молодцы, — без особого удивления констатировал Павел и, поймав взгляд Игната, как само собой разумеющееся, добавил. — Жить захочешь, еще не так раскорячишься.

При этом он кинул настолько выразительный взгляд на девицу, что та откровенно рассмеялась, одарив клановца поцелуйчиком. Воздушным.

Волконский только вздохнул.

— Ты это… — протянул он. — Заходи, если что. Мы на восемьдесят первой будем.

— Буду, — пообещала Валькирия и направилась к строю, откуда тут же раздались резкие команды.

— Садистка, — коротко буркнул Павел и тут же пояснил свою глубокую мысль. — Парням сейчас километров пятнадцать бежать, а она на машине доедет.

На это оба Юсуповых только согласно кивнули. Без комментариев.

— И нам пора, — решил Волконский, рассеянно наблюдая за тем, как три десятка бойцов, до того ОСТАВШИХСЯ НЕЗАМЕЧЕННЫМИ на абсолютно голой полянке, буквально растворяются в лесу. — Подъем!

* * *

— Думаешь, пора? — коротко поинтересовался Павел у сестры.

Та уверенно кивнула. Это движение могло бы остаться незамеченным в вечерней тьме, если бы не отблески костра посреди небольшой опушки.

Волконский не стал спорить и направился к бревну, на котором в гордом одиночестве восседал Игнат, уставившись пустым взглядом на отблески пламени. С собой он захватил бутылку очень неплохого коньяка. Просто для улучшения взаимопонимания.

Отреагировал на нового соседа по «сидушке» Юсупов не сразу. Примерно через минуту он обернулся к клановцу и тихо спросил:

— Что это было?

Голос его звучал негромко и как-то подавлено.

Клановец на то только стаканчики пластиковые расставил прямо на земле и нацедил в них буквально по чуть-чуть благородного напитка. Игнат осушил свой словно воду сразу же. И тут же поставил стаканчик обратно, сопроводив действие вполне понятным жестом «Еще!». Волконский жадничать не стал. На этот раз налил побольше. Но и собеседник предпочел не «гнать» и просто взял стакан в руки.

— Тебя отправили, чтобы составить обо мне первичное мнение, — коротко пожал плечами Павел, чуть пригубив благородного напитка. — Вот он я. В своей естественной среде обитания. Составляй.

Игнат кивнул, вновь уставившись на костер.

В голове парня было пусто. Да, он мог перечислить события сегодняшнего дня Демиду Николаевичу, но его посылали не за этим. Молодой человек должен был составить свое мнение о Волконском и… его не было! Вообще черт его знает, что именно здесь происходит… А почему все воспринимают это НОРМАЛЬНО — вообще не понять!

Игнат покосился на о чем-то беседующих Елену Кошкину и Катерину. Судя по лицам, девушки обсуждали что-то очень интересное. Во всяком случае, до рассевшихся на бревне клановцев им дела не было. Сестру его увела куда-то Светлана Волконская. У остальных тоже нашлись дела поинтереснее, чем сидеть у огня.

— А дальше что? — поинтересовался «уралец».

Больше риторически, чем действительно надеясь услышать ответ.

— Шашлыки, — коротко, но уверенно заявил Волконский. — Зря, что ли, столько мяса с собой тащили⁈

Юсупов поднял взгляд к темному небу. С одной стороны, он вообще не понимал, что именно происходит. С другой же… Давно он не чувствовал себя так спокойно. В отрыве от внешнего мира можно было забыть про надоедливый комм, суету этажей и интриги загородного поместья. Все было просто и понятно. Кроме разливающего еще по одной Павла. «Гость» и сам не заметил, как опустошил стакан.

— Мальчики-девочки, а вот и мы! — раздался веселый голос той самой девицы.

Три силуэта в камуфляже буквально материализовались посреди полянки. Знакомая уже валькирия, крепкий хмурый мужчина и та самая розоволосая хохотушка, доставившая им пропуска.

Игнат захотел что-то спросить и… произнес совершенно другое.

— Кто эта девушка?

Взгляд его был устремлен на Настю.

— «Местная», — коротко хмыкнул Павел и, даже не дожидаясь вопроса, продолжил. — Можешь попробовать!

А почему бы и нет, если да⁈

Ну не убьет же Юсупова Мышь, в самом деле?

Во всяком случае, Волконский очень на это надеялся.

Глава 18

Глава 18

— Господа, — устало выдохнул Игорь Георгиевич. — Позвольте сообщить вам, что это были самые херовые сутки за последние лет пятнадцать.

Не было ни сил, ни желания у Главы не самого последнего клана империи сдерживать эмоции. Впрочем, его братьям, что двоюродному, что родному, было все равно. Они и сами чувствовали себя… не слишком хорошо. Анатолий Георгиевич, срочно вылетевший в загородное поместье Волконских, и Валерыч, которому ночь пришлось провести в пятистах километрах от высотки в защищенном командном пункте.

Лишь Елизар Петрович, как всегда выглядел выспавшимся, отдохнувшим и свежевыбритым.

— А от меня-то вы что хотите? — поинтересовался он накануне. — Я не военный специалист и не кризисный менеджер. Моего совета просить нужно было раньше. Когда еще была возможность не допустить подобной ситуации. Теперь же… я отправляюсь спать. Надеюсь, что когда проснусь, высотка еще будет стоять на месте.

И казначей отправился. Как и обещал, спать. А главные управленцы клана бросились к боевым постам как можно дальше друг от друга. Ведь если враг нанесет удар по этажам, то клан Волконских не должен остаться без управления. Децентрализация как она есть.

А началось все с обычного вызова… необычного абонента. Стоило только Главе глянуть на комм, как раньше кнопки ответа он подал сигнал вызова братьев. Тревожный сигнал.

Анатолий явился быстрее. Как раз в тот момент, когда Демид Николаевич севшим голосом требовал объяснить, почему именно его глайдеры были взяты на прицел ПВО неизвестного происхождения, а с наследником и его сестрой нет никакой связи.

— Я не располагаю информацией об этом инциденте, — коротко ответил главный Волконский на такое странное обвинение.

— Игорь, — зло выдохнул Юсупов. — Ты мне тут не крути. Речь идет о втором наследнике клана…

Про то, что под такие ставки некую Викторию можно и «списать», он уточнять не стал. Все и так все прекрасно поняли и оценили.

— Я не располагаю информацией об этом инциденте, — вновь повторил Волконский.

Досаду в голосе удалось скрыть. Если бы они чуть быстрее сформировали группу быстрого реагирования для Павла, то была бы хоть какая-то информация.

Бум!

Дверь в концеренц-зал распахнулась как от удара ногой. В помещение воевода влетел рассерженным вихрем… и замер, повинуясь жесту главы.

— Как знаешь, Игорь, как знаешь, — все-таки сдержался «главуралец» и прервал связь.

В некотором оцепенении Глава рассматривал свой комм секунды три, но тут же встрепенулся и глянул в сторону главы безопасности.

— «Красные» подняли по тревоге гарнизоны в пятом и седьмом квадратах. «Крылья» на низком старте. Что, *****, происходит⁈

Нет, конечно, все может оказаться случайностью. И старые соперники просто так подняли по тревоге гарнизоны в очень чувствительных для Волконских точках. Да и вообще…

— «Уральцы» потеряли связь с наследником, — коротко ответил Глава. — И кто-то шуганул их «птичек» в зоне встречи с Павлом.

— Серьезно, — оценил Валерыч и нахмурился.

Хреновый это признак был для людей понимающих.

— Что у нас? — уточнил Анатолий Георгиевич.

— Поднял гвардию по четвертому варианту, направление Восток.

Братья кивнули. Плох тот военачальник, который постоянно не задумывается над вопросом «А что если?..». Валерыч специалистом был неплохим. Так что план у него был. Практически на всякий случай.

— Тихо, — неожиданно поднял руку Глава.

Его комм подал очередной сигнал вызова.

— Слушаю, — коротко ответил он.

Послушать и впрямь пришлось. Долго. Минуты две. Брови Игоря Георгиевича поползли вверх примерно секунде на десятой. И продолжали свой путь к вершине на протяжении всего монолога собеседника.

— Ух, — едва слышно выдал его родной брат, получивший болезненный тычок в бок.

Однако воевода на это внимания не обратил, продемонстрировав отцу «бунтаря» планшет. Тот откровенно крякнул.

— Да что тут происходит? — прошипел он сквозь зубы.

Злиться было от чего. По сути, они проспали первый удар. Если бы Юсуповы не ограничились подготовкой войск, а начали с «предупредительного выстрела в голову», то последствия могли бы быть, может, и не фатальные, но очень и очень печальные.

— Я тебя услышал, — наконец подал голос глава. — Жду предложений по компенсации ущерба.

Собеседник не возражал. На этом разговор и закончился.

— Что там у нас? — бросил он, сбросив вызов.

— Юсуповы отводят свои войска, — коротко бросил воевода. — Их диверсионные подразделения на нашей территории…

Братья озадаченно переглянулись. Кажется, по результатам этого дня им придется сделать немало выводов по поводу боеготовности гвардии.

— … Обозначают себя и ждут наших представителей для сдачи и конвоирования на территорию «уральцев».

Анатолий Георгиевич лишь головой покачал. Где-то недавно он уже видел нечто подобное. И так же войска вернулись по местам дислокации и… «Вот черт!» — оценил мужчина, прикинув какие последствия могут быть для его сына за такие шутки.

— Прекрасно, просто прекрасно, — растер кисти Глава.

Братья удивленно оглянулись на главного Волконского.

— Теперь Демид Николаевич нам должен, — коротко объяснил свою мысль Председатель Правления клана. — И должен немало.

Это было… удивительно. Нет, понятно, что «уральцы» противостояние и здоровую конкуренцию заканчивать даже и не подумают. Но теперь есть должок, о котором, при случае, можно и напомнить. Это не говоря уже о чисто финансовой компенсации.

— Так что это было? — выдал воевода с ледяным спокойствием.

Родные братья с некой тревогой глянули на спеца по безопасности.

А вот Анатолий Георгиевич глубоко вздохнул и… выдохнул с таким видом, словно не зная, как именно озвучить то, что услышал от собеседника.

— Ты выкладывай по порядку факты, — потребовал воевода, которому не терпелось узнать, почему именно у него стало на несколько седых волосков больше.

— Павел Анатольевич это был, — коротко вздохнул Глава. — Как вам известно, перед визитом официальной делегации Демид Николаевич решил отправить своего внука, на секундочку, второго в наследной очереди, познакомиться с будушим мужем сестры. «Уральцы» действовали в своей манере, фактически поставив Павла перед фактом. Молодой человек подошел к вопросу… творчески.

Мужчины как-то нервно хмыкнули. Адреналиновый выплеск все еще не прошел.

— В общем, он заявил, что на встречу готов, но потребовал совместить ее с собственным мероприятием.

Слушатели кивнули. Вполне понимающе. Молодой человек полностью в своем праве.

— И какие же нынче мероприятия у моего сына? — поинтересовался «гордый папаша», покачав головой.

— О, — чуть ли не с удовольствием протянул Глава. — Он пригласил Игната Юсупова на шашлыки в лес с ночевкой.

Анатолий Георгиевич негромко выдохнул. Вовевода же просто крякнул.

— Кстати, большая часть учатников сего замечательного события вообще никак не относятся к Фамилиям, — добавил интриги Игорь Георгиевич.

Воевода и правая рука Главы переглянулись. Все-таки «уральцы» могли счесть это оскорблением.

— О, нет, — протянул Председатель Правления. — Обвинить бы Павла в несоответствующем статусе мероприятия у них не получилось бы. Среди приглашенных были три члена нашего клана и Матвей Александрович Воронцов.

Понимающий кивок подтвердил, что мужчины все осрзнали. Такого списка «тяжеловесов» вполне достаточно, чтобы мероприятие обрело статус очень серьезного.

— Игорь, — вздохнул воевода. — Все это очень интересно. Но ты скажи, почему я вынужден был поднять гвардию по четвертому варианту⁈

— Не торопись, — попросил Глава. — Павел Анатольевич заранее указал, что мероприятие не предполагает связи со внешним миром в течение двух суток, а приглашения распространяются лишь на очень ограниченный круг лиц.

Отец «бунтаря» переглянулся с воеводой и… оба хмыкнули. Требование и условия не просто наглые, а наглые беспредельно. Однако парень по всем писаным и неписаным законам имел на них права. В конце концов, «уральцы» тоже повели себя не лучше слона в посудной лавке, попытавшись надавить на «будущего жениха» Виктории Юсуповой.

— Юсуповы же специализируются на системах свзязи, — «припомнил» Анатолий Георгиевич (естественно, о таких «мелочах» никто из присутствующих не забывал в принципе).

— Вот и представь, как они переполошились, когда пропала связь с клановым кортежом, — чуть ли не зажмурившись от удовольствия ответил Глава.

Чпок…

С едва слышным хлопком воевода «свернул горло» слекляной бутылке с минералкой и задумчиво «присосался» к ней. Так себе ситуация. Куда страшнее уничтожения ордера. Просто потому, что ни один из аварийных сигналов не прошел. Это… заставляет задуматься.

Однако, как оказалось, Председатель Правления не закончил.

— Через пятнадцать минут после выхода из строя аппаратуры на связь вышел командир штурмового звена сообщивший, что их очень настоятельно ПОПРОСИЛИ покинуть «особую» зону. В противном случае пообещали сбить.

— И они поверили? — хмыкнул воевода, но тут же примолк припомнив, какое именно обвинение выдвигает против его племянника Трубин.

— Сложно не поверить, когда боевая авионика сообщает о ракетной угрозе, — коротко отозвался Председатель Правления.

Теперь задумались уже все. Просто потому, что ракета мобильных комплексов засекается лишь после пуска. А вот стационарные ПВО могут просто «подсветить» цель, обозначая свое пристувие.

— Еще и ЗРК? — негромко уточнил Валерыч.

Остальные участники совещания лишь плечами пожали. Как-то задумываться всерьез над этим вопросом не хотелось. Все равно, придется, конечно, но не прямо сейчас. Тем более, рассказ все еще не подошел к концу.

— В общем, Демид Николаевич «немного переволновался», — коротко хмыкнул Игорь Георгиевич.

Этот момент он точно запомнит на всю жизнь. Ровный голос старика Юсупова, вежливо приносящий извинения за излишнюю резкость в суждениях и решениях.

— Таааак, — протянул Валерыч, первым обративший внимание на одну мааааленькую несостыковку. — Кто взял на себя ответственность?

— СИБ, — коротко ответил Председатель Правления.

— Чтооо⁈ — тут уж даже терпения братьев не хватило.

Вот это — действительно шутка знатная.

— С Юсуповым на связь вышел официальный представитель Службы, — прищурился от удовольствия Глава. — Как оказалось, глайдеры барражировали в зоне особого контроля, отчего их вежливо попросили покинуть запретную зону.

Анатолий Георгиевич задумался.

— А где тогда Павел и остальные? — уточнил он с подозрением, что сейчас услышит очень странный ответ.

— В той самой особой зоне, — хмыкнул Игорь Георгиевич. — Как оказалось, молодой человек умудрился выбить разрешение для себя «и сопровождающих», заранее всех предупредив об особенностях поведения на местности.

— А «уральцы», стало быть?.. — выдвинул предположение Валерыч.

— Решили проверить границы допустимого, за что и огребли, — с удовольствием продолжил Председатель Правления. — Кстати, чуть досталось и Воронцовым. Однако они обвинений не выдвигали. Видимо, их Павел предупредил, кто именно хозяйничает на тех землях.

— Стало быть, отбой тревоги? — поинтересовался отец «бунтаря».

Однако тут вскинулся глава безопасности клана.

— Нет, — коротко наложил он свое «вето», положив большой и толстый на мнения братьев. — Децентрализация на двеннадцать часов. Поставить в известность Елизара Петровича. Все, работаем.

Роднные братья только вздохнули. Воевода серьезно добавил им жизненных неудобств своим решением. Однако он был в своем праве. Так что…

— Итак, господа, — подвел итог воевода. — До встречи через двенадцать часов.

Мужчины, конечно, побурчали про себя. Но подчинились без споров. Тем более, уже следующим днем им предстояло совещание с казначеем. Вот где все трое, и в этом никто не сомневался, огребут по полной программе.

* * *

— Что у тебя с ней было⁈

Павел вздохнул. На миг задумался, какую именно «ее» имеет ввиду собеседница, но, не прийдя ни к каким выводам, все же решил уточнить:

— Ты о ком, Виктория?

При этом клановец покосился на безжалостно расправляющуюся с салатом сестренку. Обсуждать при ней никакой из аспектов своей личной жизни не хотелось, но Юсупову, кажется, чуть понесло.

Возможно, так же считали и одноклассники за несколькими соседними столиками. Лица им удалось сохранить, но после возгласа «уральской принцессы», внимание спокойно обедающему в центральном зале Классов Волконскому, было обеспечено.

Впрочем, за последними событиями, ему как-то до таких мелочей уже дела-то и не было.

— С ней! — «уточнила» отчего-то злая «уралочка».

Почему злая? Потому что, будь бы иначе, вряд ли бы она ворвалась в зал подобно вихрю, без разрешения рухнув за стол к обедающим брату с сестрой.

— Во-первых, — коротко вздохнул Волконский. — Здравствуйте, леди. Во-вторых, конкретезируй вопрос, пожалуйста.

Молодой человек действительно не понимал. Если бы речь шла о Елене или Катерине, то почему тогда «с ней»? Логичнее было бы предположить местоимение «с ними». Тем более, девушки предпочли трехместную палатку по собственному выбору. Клановца подобный выбор заставил усомниться, но обе заверили, что вести себя будут тихо и мирно. И в высшей степени прилично. Обе не обманули. Павел отлично выспался, «обложенный» с двух сторон красавицами… но и только.

Светлана, кстати, от салата оторвалась и с любопытством наблюдала за разворачивающейся словесной баталией.

— Доброго дня, Павел Анатольевич, — чуть ли не сквозь зубы выдавила девица. — Доволен?

— Относительно, — вышужден был признать клановец. — Теперь перейдем к вопросу, что именно заставляет тебя интересоваться моей личной жизнью?

«Уралочка» зашипела рассерженной кошкой.

— Мы с тобой все-таки будущие муж и жена, — прошипела она и, тут же, чуть осекшись, прибавила. — Все так считают!

«Не аргумент!» — мысленно решил парень.

— Это их проблемы, — коротко ответил он вслух. — Ну а то что произошло в лесу, то там и останется. И не тебе, дорогая моя, устраивать сцены ревности, ясно?

— Не мне, говоришь!.. — буквально прошипела разъяренная девушка. — А как же моя репутация⁈

— «Дорогая моя», — как бы ни к кому не обращаясь, повторила сестренка с таким чувством, будто решила попробовать эти слова на вкус.

Ответом ей стал косой взгляд, брошенный раздраженным братом. Девушка тут же подняла лапки вверх. Метафорически. Мол, молчу-молчу…

— Так нечего было делать необдуманные заявления, — пожал плечами Павел тоном «твои проблемы».

— А с кем именно у моего брата «что»? — поинтересовалась сестренка, умудрившаяся все столь же стойко сохранять образ Ледяной королевы. — С Еленой?

— Чтоооо?!! — тут же протянула Вика, резко поворачиваясь к Павлу.

— Ну и ну, — коротко заключил тот, пожимая плечами.

Никто ведь и не скрывал уже несколько месяцев, что Елена Кошкина его любовница. Однако, кажется, «жена узнает последней». Даже гипотетическая.

— Ты… Серьезно⁈

— Более чем, — заверил Волконский, ни на грамм себя виноватым не чувствуя.

Светлана же только хмыкнула, буквально кожей почувствовавшая «посыл» брата. Добивай, мол.

— Ммммм, — предположила Волконская. — А чем тебе тогда Катерина не угодила? Прекрасная же девушка.

Глаза «уральской принцессы» распахнулись совсем уж неприлично. Дыхание сбилось, а сама она явно напряглась.Хотя ничего такого особенного в этом не было. И урона для чести кого-либо из участников — тоже. Такие «факты в биографии» даже и скрывать особо принято не было.

Вот теперь брат с сестрой переглянулись с некоторым любопытством. Очень уж интересно стало обоим, кого именно имеет ввиду Юсупова.

— Я… — похлопала чуть недоменно ресничками девушка. — А как же?.. Бешенная ведь!

Вот теперь настала пора удивиться Павлу и Светлане.

— Нормально, — решил клановец, негромко хмыкнув.

— Веско, но на полметра мимо, — ответила строкой из классики его сестра.

— Я… я пойду, навероное, — решила девушка и предприняла попытку подняться со стула.

— Стоять!

Оба Волконских мягко, но стремительно взмыли со своих мест, поймав попытавшуюся сбежать «принцессу» под белы ручки.

— А ну рассказывай, — потребовал Павел, помогая девушке занять свое место в кресле. — Нам очень интересно.

Светлана согласно кивнула в своей непередаваемо грациозной манере, но следить, чтобы их подопечная не восспользовалась правом на «свободу воли», она не переставала ни на миг.

«Уралочка» вздохнула и начала каяться.

В тот миг, когда Павел разговаривал с ее братом у костра, она решила прогуляться по лагерю. На компанию бойцов СИБ и друзей Павла она натолкнулась случайно. Те сгрудились возле одной из палаток и, не обращая внимания ни на что вокруг, деловито уничтожали коньяк за душевным разговором. Девушку они попросту не заметили.

На этом моменте Волконский позволил себе усомниться в определении «не заметили». Речь скорее о «не придали значения». Не та подготовка у людей, чтобы запросто пропустить наблюдателя.

Как бы то там ни было, компания продолжила развлекаться как ни в чем не бывало. В основном собравшиеся подтрунивали друг над другом. Особенно старалась черноволосая девушка, раз за разом глаголом отжигая по двум парням из «простецов». Продолжалось это жо того момента, пока тот что покрупнее не выдал убийственное:

— Что, думаешь Волконскому спину потерла и теперь все можно, так что ли?

Простой вопрос заставил Бешенную сбиться на полуслове. А уж как удивился Виктор…

— Они… нет, они Павла имеют ввиду, — чуть сбивчиво объяснила непосредственному командиру девушка.

Тот кивнул. Вот ему еще не хватало слухов, что он с подчиненными спит. Через секунду он понял, что именно услышал. И даже хмыкнул с легкой «белой» завистью. Ведь он сам видел, как братец забирался в палатку с двумя совершенно другими девушками.

До Ирины в этот миг дошло как именно могут быть восприняты ее слова.

— Я имела ввиду, что когда мы были в душе!..

Продолжение стихло за громким хохотом, как все же запомнила Вика, Фила и Кроля.

— Да, кричала ты тогда громко! — хмыкнул один из них.

— Угу, — повторил второй. — Как потерпевшая.

— Да там же вода холодная… — совершенно растерялась девушка от такой интерпретации событий непосредственными свидетелями ее фурора.

Однако тут и ее командир не остался в стороне.

— Странный аргумент, — пожал он плечами. — Обычно доводом «да здесь просто холодно» мужчины оправдываются.

Смех стал громче. Даже Бешенная, едва представила обрисованный Виктором образ, хохотала вместе со всеми.

На том тему и замяли. Вернее, Вика дослушивать не стала. Ей и так хватило впечатлений выше крыши.

Выслушав исповедь «уралочки», сестренка согласно кивнула.

— В этом что-то есть, — коротко резюмировала она.

— Что именно, позволь спросить? — недовольно уточнил брат.

— Ну, орала Ирина и впрямь громко, — пожала плечами клановка. — А уж как выглядела после…

Лицо Юсуповой перекосилось.

— Павел Анатольевич, вы себе не многовато позволяете⁈ — поинтересовалась она вскочив столь резко, что стул упал на пол под десятками взглядом безмолвных и внешне бесстрастных свидетелей.

— В самый раз, Виктория Львовна, в самый раз, — равнодушно пожал плечами Волконский.

Объяснять, что ничего между ним и Ириной Романовой не было, он не собирался. Вот еще.

Юсупова насупилась, чуть нависая над Волконским. Впечатление на парня это не произвело.

— Свободны, леди! — коротко бросил он.

Возможно, «уралочка» и хотела что-то сказать, но, окинув взглядом центральный зал, она решила, что не пора еще. Вместо отповеди она гордо вскинула подбородок и зашагала прочь.

— Пора лечить? — хмыкнул Павел, взглядом провожая «невестушку»

Ну, что поделать, если вторые девяносто у нее и впрямь вполне так ничего?

— Пора, — без эмоций согласилась сестренка.

Волконские кивнули друг другу, придя к согласию. Кое-кто действительно возомнил себя «владычицей морскою». Пора было возвращать на грешную землю!

Глава 19

Глава 19

Волконский поднял взгляд в серое хмурое небо. Оно ответило моросящим дождичком. Мелкие капли приятно холодили лицо, словно смывая легкий недосып.

В который раз клановец пообещал себе спать больше. И сам же себе особо не поверил.

— Ты чего завис? — буркнула недовольно Бешенная, уже успевшая спрятаться от «непогоды» под козырьком их общего «любимца» — того самого бара, где и произошла их первая встреча.

— Наслаждаюсь! — коротко выдохнул Волконский.

Хоть счет и шел на секунды, но «отпускать» неожиданные мгновения покоя он не собирался. Не так часто клановцу удавалось расслабиться полностью, поймав то странное ощущение покоя и безмятежности.

— Что ж там с тобой сотворили такое⁈ — поразилась Романова, покачав головой.

«Там» — это в штаб-квартире СИБ, где Павел провел последние два часа своей жизни. Впрочем, Ирина знать о том не могла. Она просто исполнила приказ встретиться с молодым человеком в определенной точке.

— О, я уже могу сообщить контрразведке, что некий лейтенант полиции настойчиво интересуется подробностями моей работы в Службе?

Ирина задумалась. Затем негромко ойкнула. С формальной точки зрения, подогнать под такой запрос основании из их предыдущей беседы вполне возможно. И даже менталист, если потребуется, подтвердит, что да, вопросы задавала. В том числе и те, что могут быть восприняты некоторыми органами как излишние.

И, стоило заметить, что даже сотрудники УСБ испытывали искреннее презрение в мысли «любопытство — не порок». Что уж говорить о сотрудниках контрразведки.

— Не надо! — тут же вскинула руки в защитном жесте прозванная Бешенной.

Ей совсем не улыбалось долго и подробно объяснять дознавателям что именно она имела ввиду и с какой конкретной целью пыталась вызнать подробности работы клановца на государя. И вариант «да так, просто интересно стало» тут не прокатит.

Впрочем, Волконский шутил. Даже если принимать в расчёт его раздражение выступлением «уральской принцессы». Все-таки так жестко ставить на место Романову он не собирался. Были и более гуманные способы донести до Ирины свое недовольство.

— Буду лапочкой! — заверила девушка.

— Хорошо, — чуть задумчиво кивнул Павел радуясь, что общий язык начинает находиться. Им, в конце концов, еще работать вместе.

Да-да, именно так и решили Князь и его брат. Сию радостную весть командир отряда донес до него лично. Виктору, соответственно, досталась важная миссия по «просвещению» собственной подчиненной.

— Пойдем скорей! — потребовала Ирина. — Я уже продрогла до костей!

«Ну никакого чувства момента!» — решил Волконский только плечами пожав. Где именно умудрилась продрогнуть девушка, накинувшая на плечики легкую, пусть и короткую кожанку, ему было решительно непонятно. Впрочем, тот факт, что она предпочла горячее горячительному (по крайней мере, на словах!) уже говорил о многом. Хотя, еслли быть честным, в излишнем интересе к алкоголю она замечена не была. «Мне и так дури хватает!» — был обычно ее ответ, когда она поддерживала компанию коктейлем безалкогольным. Ей верили. Никто проверять обычно не рисковал.

Клановец пожал плечами и шагнул вслед за девушкой в помещение, привычно встретившее его музыкальными рифами, гомоном и отголосками запахов вновь начавших сходить в моду кальянов. Удивительное приспособление. То у всех от него башню рвет, то спокойненько о «хуке» забывают лет на пятьдесят, а после все повторяется по кругу.

— Кому-то надо купить сферу отрицания помощнее! — бросил парень бармену с улыбкой.

— Тогда кальян будет стоить в два раза дороже! — откликнулся тот.

— Экономщик, — возмутился Павел, кальян не куривший, а потому вполне бы прекрасно чувствовавший себя и без этого сладко-приторного смога.

— Неженка! — не остался в долгу бармен Саня Сергеевич.

Именно так к нему и все и обращались.

Павел хмыкнул. На ремарку парень не обиделся. Лишь на миг чуть злорадно представив, какого будет властителю стойки, когда тот узнает настоящую фамилию «неженки».

— Я жду! — напомнила о себе Бешенная.

«Сергеич» сразу вспомнил, что он вообще-то принял только что заказ на чай. Интерес к беседе с клановцем он потерял мгновенно. С Ириной вообще спорить не любили. И старались подобных «развлечений» избегать.

— Мне кофе сделай! — бросил Павел и, убедившись, что его услышали, потопал вслед за спутницей к свободному столику в углу зала.

Кстати, хоть бармен и позволял себе лишнего, но его терпели. И все за талант великолепно приготовить черное терпкое «зелье» с тонким ароматом корицы.

Бармен справился быстро. Уже через несколько минут Волконский с удовольствием вдыхал терпкий чуть пикантный аромат.

О работе думать не хотелось. Однако кто б Павла спрашивал. Нашлись очередные ниточки к «свободовцам». На этот раз повезло управлению городской полиции. Местные опера заметили резкое изменение потоков «дурмана» сразу в нескольких районах столицы. Довольно крупный кусок рынка отжал себе новый игрок, зашедший с «товаром» на улицы города. Обычно таких на давным-давно поделенном рынке обламывали сразу и жестко. Да еще и тихо, чтобы внимания полиции не привлекать.

В этот раз все пошло не по плану. Местные «торгаши» сами по зубам получили так, что тут же «откатились». По некоторым признакам получалось, что «новички» силовые вопросы решают при помощи магии. Нет, никто не спорит, что и раньше всегда находились те, кто готов был монетизировать Дар не особо обращая внимание на этическую сторону вопроса. Кто-то из оперов упомянул об этом в отчете, который попался на глаза аналитикам канцелярии. Тут же информация ушла СИБ. По иронии судьбы прошлое место службы Ирины как раз отвечало за один из «перекроенных» районов. Уровень допуска вполне позволял ей работать со Службой. За сим основанием ее и «загребли» как «знающую землю». Воронцов был прикомандирован от СИБ по принципу «А кто ж еще⁈» общим решением Князя и Виктора.

Однако задача есть задача. Павел не любил тратить время на размышления в стиле «как же мне это все не нравится», предпочитая действовать.

— С чего начнем? — поинтересовался он, сполна насладившись ароматом кофе.

— Ммммм! — веско, но совершенно непонятно выдала Ирина. — Хмф оофо…

— Угу, — согласился Волконский с мыслью, что горячий чай — это опасно и обращаться с ним стоит аккуратнее.

Ему самому было куда проще. Капучино обжигающей температуры здесь не подавалось в принципе.

— В отдел поедем, — выдала через несколько секунд Романова.

Волконский кивнул.

— У тебя машина есть? — поинтересовался он.

— В смысле? — не на шутку удивилась Бешенная.

Ей как-то в голову не могло прийти, что один из Волконских может быть стеснен в средствах настолько, что не может позволить себе иметь транспорт.

Эти мысли от Павла не укрылись.

— Ну и как ты у Кроля «Империал» отберёшь? — поинтересовался он. — Напоминаю, у Кирилла допуска к этому делу нет.

Ирина задумалась. Затем кивнула, признавая правоту собеседника.

— Допустим, — согласилась она.

Про то, что блестящий «Империал» провожают взглядами даже дворовые коты, она упоминать не стала. Все и так было понятно.

В общем, вопрос с транспортом надо было решать. Не проблема, в общем. Парень уже давно отыскал несколько прокатных контор. Так что найти машину, от простенького седанчика «Пламя» до летающего лимузина мастерских сумрачного тевтонского гения, труда не составляло. Вопрос был в другом: а нужно ли?

— Так есть? — вернулся к основному вопросу Волконский.

— Найдем, — уверенно кивнула девушка.

В глазах ее вспыхнул странный огонек предвкушения. Павел даже на секунду задумался, не начать ли ему беспокоиться заранее. Разум победил. Парень вздохнул и отдался течению судьбы.

— Тогда с отдела и начнем? — поинтересовался клановец.

— Ээээй, трудоголик! — возмутилась черновласка. — Я, в отличие от некоторых, не могу себе позволить покупать стакан чая ради пары глотков!

Павел покосился на свою едва отпитую чашку. Да, временно он вопрос с деньгами решил, но и ему в голову прийти не могло оставить здесь столько замечательного напитка.

— Работа сама себя не сделает! — наставительно поднял вверх указательный палец парень и, насладившись мгновение, закончил. — Но и чай сам себя не попьет! Так что спокойно наслаждайся этим коварным напитком!

Романова задумалась на миг. Даже демонстративно осмотрела стакан. А затем и вовсе принюхалась к содержимому. Но ничего коварного в нем не заметила. О чем и сообщила собеседнику.

— Мда? — подивился тот. — А вот сестра у меня все время жалуется, что чашка чая — повод с чистой совестью съесть перед сном пару шоколадок…

Ирина чуть покачала головой. Глядя на идеальную фигурку Волконской, она и представить не могла, что «потеть» ради оной Волконской приходится не меньше всех остальных.

— А ты тоже верила в «волшебную таблетку»? — хмыкнул Павел.

Об этом слышал даже он. Так же как и «секретная таблетка» КГБ от опьянения и похмелья, она… не существовала. Рецепт же был прост: спорт, правильное питание и… регулярность всего вышеперечисленного, помноженного на дисциплину.

— Ну… — чуть смутилась Романова.

— Всем хочется верить в сказки, — кивнул своим мыслям Волконский. — Нет, за фигурой приходиться следить каждому. А то отвлечёшься, бывало, а она, зараза, уже сальцо из холодильника тащит в три часа ночи.

— Вот уж тебя такие мелочи вообще волновать не должны! — хмыкнула Ирина.

Доля правды в ее словах была. Клановцы, особенно владеющие Даром, часто полагались именно на всесильную магию и родственные связи, а потому чисто физическую сторону вопроса совершенно из вида упускали.

— Ну да, ну да, — хмыкнул довольно крепкого телосложения парень.

Может, его-то волновать и не должны. А вот девушек очень даже. И, на беду, одна из них курировала тренировки Волконского.

— Но есть один нюанс, — хмыкнула Бешенная, припомнив старый пошлый анекдот и габариты Валентины, к телу и физическому самосовершенствованию относящуюся с крайней серьезностью.

* * *

— При-при… — постарался выдавить из себя Волконский.

— Приехали, — кивнула Ирина, буквально втиснувшая довольно легкий, но мощный угловатый внедорожник между двумя патрульными машинами.

— Пристрелю, — покачал головой Павел.

Он кое-что на своем веку повидал. Чего только стоит боевое маневрирование глайдера при неожиданной угрозе… но такое…

Волконский с сомнением окинул взглядом грубоватого на вид «монстрика». Он явно знавал лучшие времена. Хотелось лишь верить, что тормозная система у него в куда лучшем состоянии, чем уже начавший чуть подгнивать кузов.

— За то, что слишком быстро ехала? — невинно похлопала ресничками Ирина.

— За то, что слишком никто летела, — буркнул в ответ клановец.

И это если не учитывать ее безумные виражи! «Слабоумие и отвага» — имя ей и… похоже, призвание. Она умудрилась никого не задеть и даже не слишком пугала соседей по потоку. Однако из салона «монстрика» поездка ощущалась… довольно жестко.

— Ну и ладно, — легко согласилась Романова, вполне ясно представлявшая, какого мнения придерживаются о ее стиле вождения большинство населения этой планеты. — Пошли!

Путь до здания они проделали без происшествий. Идти-то со служебной стоянки было всего ничего. А вот внутри!..

— Тревога! — пароходной сиреной возвестил дежурный, и, пользуясь тем, что в фойе здания никого кроме них нет, попытался спрятаться за стойку с той стороны окна.

— Дядя Степа! — с совершенно искренней радостью воскликнула Ирина, метнувшись к окошку дежурного.

Буквально «щучкой» она нырнула вслед за «пугливым» сотрудником и, застряв на половине пути, все-таки схватила седого уже мужчину за рукав кителя. Началась веселая возня.

Зато можно было смело сказать, что Романову по прошлому месту службы однозначно не забыли.

— Е-мое-о-о-о… — задумчиво протянул Волконский, наблюдая за парой стройных загорелых ножек, торчащих из окошка дежурного.

На его счастье, именно сегодня Ирина предпочла юбку. Так что эстетическую компенсацию за сумасшедшую поездку можно считать принятой. Удивительный коктейль из наслаждения происходящим и смутных подозрений, что со столь живым характером, он и сам от временной напарницы «хапнет» с горочкой, «пьянил» не хуже недавнего коньяка.

— Любуешься?

Крепкого здоровяка Павел заметил сразу же, но прерываться от созерцания открывшейся ему картины он не стал. Просто потому, что красиво. Просто потому, что необычно.

«Шкаф» воспользовался пренебрежением к своей персоне, чтобы подойти ближе и встать за спиной единственного зрителя.

— Угу, — признал парень, утвердительно кивнув.

Дело-то молодое. И тело тоже.

— Ты знаешь, она ведь рано или поздно выберется, — прозвучал голос над ухом… откуда-то сверху.

Кажется, собеседник клановца был куда больше, чем тому показалось сначала.

— Я не против, — согласился парень отмечая, что в дежурке (даже те, кто оказался там лишь на половину!) уже прислушивались к странному диалогу.

Громкий хохот заставил его Волконского вздрогнуть. Едва ли не лошадиное ржание напрочь убило очарование момента.

— Ну вот, — вздохнул Павел.

— Гад ты, Санек! — глухо донесся из дежурки голос так и не отпустивший рукав своей «добычи» девушки. — Я этого недотрогу соблазняю тут вовсю (загорелые ножки сделали изящный пируэт в воздухе), а он мне всю малину портит!

— Эк! — поперхнулся здоровяк и присмотрелся к клановцу с нехорошим таким сочувствием в голосе.

Павел задумчиво почесал затылок. Не помогло. Попробовал еще раз. Результат оказался тот же.

— Ты кто таков-то? — поинтересовался верзила задумчиво.

— Паша, — пожал плечами клановец, не особо акцентируя внимание на остальных мелочах типа фамилии, места службы и текущего звания.

— Стажер, что ли? — хмыкнул светловолосый крепыш, протягивая ладонь.

— Получается так, — кивнул парень.

Вариант-то идеальный, на самом деле. За сотрудника полиции ему было бы выдать себя сложновато. Слишком уж плохо он знал внутреннюю кухню. А вот «растерянный новичок» — самое оно. И вопрос поменьше. И внимания…

Хотя насчет последнего уже можно было бы усомниться. Белобрысый разглядывал клановца с куда большим интересом, чем даже пытающуюся выбраться из окошка Бешенную. Хотя посмотреть там было на что, да…

— Понравился? — поинтересовался он секунд через тридцать.

Уж больно пристальным взглядом сверлил его здоровяк.

— Да, вроде, не плох, — хмыкнул тот. — Мог бы еще жить да жить!

— А сейчас что мешает? — уточнил Волконский секунд через тридцать.

Примерно к тому моменту, как Ирина все-таки освободилась и утвердилась на ногах, поправляя юбку.

— Она, — просто вздохнул собеседник. — Кого наша Ирка осчастливить захочет — нет тому спасенья!

— Ого, — тут же принял «горячую картофелину» Павел. — Я полагал, что «страшилка» для новичков здесь поинтереснее будет. Обычно-то начальством-самодуром пугают. Или обстановкой «на земле».

— Ха, — негромко хмыкнул детинушка, хлопнув «юного падавана» по плечу. — Думаешь, ты в сказку попал? Нееее, ты в жизнь вляпался…

«Жизнь», тем временем, уже поправила одежду и подошла к собеседникам, вперив в здоровяка злой взгляд. Тот оказался на диво толстокожим.

— Вот и все… — хмыкнул он.

— … А ты боялась, — неожиданно закончил клановец, припомнив один из своих недавних снов. — И только юбочка помялась…

Заявление было встречено неожиданной тишиной… взорвавшейся громким хохотом всех присутствующих.

— Нормально, — оценил Санек. — Может и сработаемся!

Очередной вполне дружелюбный тычок в плечо сопроводил его слова.

В глазах Бешенной мелькнуло легкое беспокойство… Все-таки с клановцами ТАК нельзя! Однако молодой человек успел подать сигнал. Не мешай, мол. Пусть все идет как идет!

— Куда денемся-то? — хмыкнул молодой человек. — С подводной-то лодки.

Бывший кабинет Ирины располагался на втором этаже управления.

— Игорек, гы! — привлек внимание еще одного крепыша Санек, не успели они войти внутрь.

«Гы» тоже обрадовалась и с удовольствием бросилась хмурому и чернявому Игорьку на шею.

— Мда, — оценил парень, с легкой завистью глянув на крепыша.

Невольно он задумался, а сам бы устоял на ногах, если бы подобная «торпеда» на полном ходу влетела в него самого.

Сомнения, однако, имелись.

— Ну, а это Паша, — представил белобрысый и Волконского. — «Свежее мясо»!

Парень на такое представление совершенно не обиделся. Напротив, он с удовольствием раскланялся чуть в шутовской манере.

— Подопечный нашей девочки!

«Девочка» надулась. Мол, чего вы из меня монстра делаете?

— Давно знакомы? — поинтересовался хмурый, окинув взглядом Павла с ног до головы.

— Несколько месяцев, — коротко откликнулся тот.

А к чему скрывать?

— И еще жив… — негромко констатировал чернявый. — Есть в тебе что-то!

Волконский хмыкнул. Он тоже так считал. И вообще, самого себя вполне устраивал.

— Остальные где? — попыталась сменить тему Ирина, отчего-то на миг почувствовав себя неловко.

— По отпускам, — пожал плечами Санек. — Шеф на «летучке». Так вы к нам откуда?

— От «Барса», — хмыкнула Иришка.

Народ уважительно покачал головой.

— Так это же силовики, — поинтересовался Игорек.

— Всякое случается, — пожала плечами девушка.

Парни спорить не стали. В империи действительно бывало всякое.

— Так что тебе от нас-то, сирых и убогих, надобно? — тут же заканючил Сашок.

В него тут же полетела схваченная со стола ручка, которую здоровяк вполне благополучно буквально выхватил из воздуха. Кажется, подобные пикировки тут всем привычны.

— Говорят, у нас «на земле» передел начался, — хмыкнула Ирина, иного исхода от бывшего коллеги и не предполагавшая.

— Есть такое, — хмуро кивнул Игорек. — Тут очередные залетели. Серьезные ребята. Пацанов Слава покрошили и Кому наваляли.

Ирина чуть приподняла бровки.

— Ничего себе, — оценила она задумчиво. — Чего, так серьезно?

— Бригаду Мора на раз-два раскатали, — хмыкнул Санек. — «Старички» из других районов пацанов подтянуть пытались, да вот только пожгли их на подходе…

— Пожгли? — зацепился за слово Волконский.

— Ага, — жизнерадостно хохотнул белобрысый. — Четыре машины подпалили. Человек двадцать наглухо. Остальные поняли что почем и просто свалили за границы района.

Волконский кивнул. Кажется, «новички» силу применять не стесняются.

— Где я могу ознакомиться с характером повреждений транспорта и тел? — поинтересовался он.

Здоровяки одинаково хмыкнули. Мол, новичок из себя саму серьезность строит.

— У меня имеется копия от экспертов, — сообщил Игорек.

Волконский благодарно кивнул и вновь отступил на второй план, наблюдая со стороны.

Вот только выполнить сове обещание здоровяк не успел. Его отвлек служебный телефон.

— Ага, — сообщил он собеседнику лаконично… и в том же стиле провел весь разговор. — Кто? Сколько? Понял. Буду.

— Черт, а я чайку с парнями хлебнуть хотела, — покачала головой Ирина, и тут же объяснила обернувшемуся к ней Павлу. — Щас сорвемся.

— На выезд, — коротко бросил чернявый и потопал к сейфу.

Даже при его комплекции таскать на себе оперативную кобуру постоянно было некомфортно. Не то чтобы тяжело. Просто она чувствовалась всегда. Не расслабишься.

— Что там? — бросила Ирина.

Ее оружие было при ней. Да и Павел к своему относился по принципу «А не хрен его оставлять где попало!» в рабочей обстановке. Тишь приучила. Культуристке на одном из тренировочных выходов удалось вытащить из пальцев вырубившегося в беспокойный короткий сон пальцев клановца штурмовой комплекс. За этим замечательным событием последовал такой ад, что Волконский в своей жизни и своих взаимоотношениях с табельным и личным много чего пересмотрел.

— По вашей теме, — коротко ответил Игорь. — Свиста с пацанами положили. У «Гаража». Нас ждут.

— Вот, черт… — отчего-то расстроилась Бешенная. — Нормальные ребята были.

— Ага, — хохотнули Сашок. — Только «вопросы решали». Силовым методом.

— Все мы не идеальны, — отчего-то смутилась Ирина. — И вообще!..

— Хорош болтать! — потребовал уже собравшийся чернявый. — Ира, ты чего?

Девушка откинула курточку и продемонстрировала оперативную кобуру.

— А тебе, малой, не положено?

Павел задрал футболку. Он предпочитал не сбивать рефлексы, а потому пистолет всегда носил на поясе или бедре. В данном случае ЗА поясом спереди в кобуре скрытого ношения. За плотной футболкой вполне компактный пластиковый пистолет оставался практически незаметным. Единственная проблема — поездки на машине. Это было неудобно. Но Павел, по примеру своих инструкторов, доставал оружие и клал его под бедро. И не потеряешь, и к применению всегда готово.

— Ковбой, мля! — хмыкнул жизнерадостно Сашок.

Клановец на то только плечами пожал. Такой способ ношения оружия для полиции был действительно нетипичен.

— Как умеем, — сообщил Волконский тем же тоном.

— А это мы еще посмотрим, как умеешь! — заверил белобрысый.

— Хорош болтать, — еще раз напомнил о своем существовании Игорек. — Карета подана. Все по местам.

Глава 20

Глава 20

— Им за это платят? — поинтересовался негромко Волконский.

— Угу, — кивнула как-то задумчиво Бешенная, словно. Сама сомневалась в собственных словах.

— Тогда мне очень интересно, кто именно, — подвел итог Павел.

Работа экспертов поражала. К моменту прибытия оперов уже было снято оцепление, а сам остов авто, залитый пожарной взвесью, был погружен на эвакуатор.

— Сволочи, — равнодушно кивнула Ирина.

Они прибыли всего лишь через полтора часа после происшествия. Тоже, кстати, вопрос…

Размышления Павла прервала трелль комма Игорька. Тот удивленно глянул на экран, выматерился себе под нос, но все же негромко ответил:

— Да, шеф, — выслушав какую-то короткую резкую фразу, темноволосый крепыш нахмурился пуще обычного. — А я-то откуда знаю! Нет, не доходил. И я о том же, шеф, херня ж какая-то… Да на месте мы, на месте!

С легким раздражением чернявый дал отбой.

— Херня какая-то, — заключил он негромко. — Сигнал на пульт поступил аж час назад. А до нас оповещение все еще не дошло.

Сашка невесело хозхотнул.

— И шефа-то как удачно на летучку вызвали!

Его напарник задумчиво кивнул, не сводя взгляда с уже загруженного на эвакуатор остова.

— Пойду, посмотрю! — коротко решил Павел, покачав головой.

Да, конечно, некоторые его коллеги по СИБ к полиции относились как «к братьям нашим меньшим». Но не может же быть все так плохо? Судя по лицам Ирины и оперов — нет. Реальность же доказывалда обратное.

Однако до машины он дойти не успел.

— Эй, чего надо⁈ — окликнул его коренастый сутулый мужик в рыжей кожанке.

— Полиция четрынадцатого округа, — коротко представился парень, демонстрируя корочки. — Произвожу осмотр…

На этом месте Волконский негромко хмыкнул, но все же продолжил.

— … Места преступления.

А хмыкать от чего было. Фактически, операм работы не оставили. Имело смысл глянуть на расположение тел и авто в «естественной среде». А сейчас…

— Не хрен, — решил эксперт. — Это улика. Работать с ней должны профессионалы!

— Да я ж руками трогать не буду, — заверил клановец. — Так, со стороны гляну, да и все.

Мужику такой подход не понравился. Он тут же нахохлился и буром попер на парня.

— Слышь, сопляк, — едва ли не сорвавшимсся на фальцет голосом завопил он. — Иди отсюда, а! Не гневи дядю! Первое заключение — вечером!

— Оу, потише! — хмыкнул куда более крупный Павел, все же отступая назад под неловкими попытками эксперта «потолкаться».

— Пошел отсюда, говорю! — все петушился тот.

Волконский имел другое мнение. Он просто встал. На слеующем толчке эксперт просто… сел. На задницу. Не сумев выдержать последствия собственоручно организованного столконовения.

— Он напал на меня! — тут же завопил мужчинка.

И лишь затем соблаговолил оглянуться. Свидетелей было многовато, чтобы обвинить Волконского в нападении, даже не смотря на то, что пяток его коллег уже спешили на шум. Тем более, Бешенная, ехидно ухмыляясь, именно в этот момент демонстративно снимала происходящее на комм, а позади Павла выросли чернявый и белобрысый здоровяки. Скорее, именно их появление притормозило группу поддержки криминалиста.

— Я их не припомню, — услышал негромкий голос Санька клановец.

— А вы, господа хорошие, кто такие? — поинтересовался он негромко.

— Что⁈ — даже расстерялся от такого простого и естественного вопроса «петушок».

— Документики, говорю, предъявим! — потребовал уже громче Павел.

Эксперты как-то мрачно оглянулись. Хреново было дело. Путь к отступлению перекрывал эвакуатор с одной стороны, в другой же «поджидали» два крепыша и резкий юнец, ну а последний путь к отступлению, повинуясь жесту явно знакомой им Романовой, перекрыл подоспевший в стиле «лучше поздно, чем никогда» экипаж ППС.

— Ты вообще, кто такой? — хмуро бросил «рыжий кожан».

— Господа, — ласково начал Волконский, приподнимая полу футболки. — У нас тут пятеро неустановленных личностей, мешающих расследованию. У кого не найдется при себе удостоверения, дающего право на нахождение здесь, заедет «до установления». Любая попытка неподчинения — имею право применять оружие, так как вы проявили агрессию к сотруднику полиции.

Кивок в сторону Бешенной дал понять, что все это «безобразие» еще и фиксировалось на камеру.

— Короче, «стой, а то буду стрелять!», — завершил свою речь парень. — Прошу считать предупреждение за предупредительный выстрел. Следующий — на поражение.

Эксперты притихли. Павел умел быть убедительным, когда того требовала обстановка. Да и кто еще будет спорить с тщательно отыгрываемым оразом «юноша на гормональном подсосе, разгоряченный». Особенно, если у него в руках ствол.

Ирина кивнула сотрудникам ППС. Тут же сильный голос привычно произнес:

— Граждане, приготовьте для проверки документы в раскрытом виде.

На это Павел уже внимания не обращал. Ему куда интереснее была взорванная машина. Кажется, первый удар был лобовым. Нечто разворотило капот тяжелого внедорожника. Удивительно, что при таком ударе аж три человека успели покинуть машину и организовать сопротивление. Их тела уже увезли. Так что сказать тут мало чего можно было. Камер в районе было много. Однако что-то подсказывало Павлу, что записей произошедшего он не увидит.

— Убери своего щенка от улик! — кипятился где-то неподалеку «петушок».

Его тут же заверили, что ничего их младший товарищ не повредит. Так, просто посмотрит, да и отойдет. Заткнулся говорливый только после нескольких простых и ясных вопросов:

— Скажи, господин хороший, а чего это тут центральное управление делает? Где местные спецы? И кто вообще отдал приказ на ваш выезд?

Внятных ответов так и не нашлось. Местные сотрудники на то «обиделись», а потому в версию «ксиву» дома забыл не поверили и бодро упаковали говорливого мужичка в «клетку» внедорожника ППС вместе с еще одним коллегой, никаих документов не имевшим.

К патрульной машине тут же поспешил Игрорек. Так, пару вопросов задать на удачу задержанным. Вдруг да кто чего интересного ляпнет. Остальных экспертов «прессовали» Бешенная с Сашком при поддержке пары сержантов патрульной службы.

Павел же вернулся к остову машины. Колеса стояли ровно. То есть, водитель даже не пытался маневрировать, либо же наоборот топнул «в пол» в попытках сбить противника радиаторной решеткой. Второе вряд ли. Нет на асфальте следов резкого торможения на высокой скорости останков машины.

— Ну, допустим, — буркнул себе под нос Павел, окидывая местность.

Засаду издалека тут хрен устроишь — узкие улочки. То есть, удар был нанесен с близкой дистанции.

Остов машины был весьма плох, да еще и обгорел. Так что хрен тут поймешь, обстреливали его или нет. Кто-то все же стрелял. Информатор Игорька сообщал о звуках выстрелов. Однако ни гильз, ни оружия… все уже было «прибрано» заботливыми экспертами и отправлено… куда? Непонятно.

— Что тут происходит⁈ — раздался не слишком громкий и властный, но донельзя самоуверенный голос.

Принадлежал он невысокому пухляшу с майорскими погонами на плечах.

— Оп-па… — коротко выдохнул Волконский. — Эй, боец!

— Че? — тут же откликнулся один из ППСников.

— За руль живо, — шикнул клановец. — И дуйте в отдел, пока эти нажаловаться не успели.

Вальяжность и оттого происходящая неторопливость сыграли с вновь прибывшим злую шутку. На старт патрульной машины он среагировать не успел, а когда понял, что она увозит его людей, то сделать ничего уже было нельзя.

— Господин майор, — хмуро буркнул Игорек. — А чего это вы на чужой «земле» так лихо командуете.

— Не борзей, капитан! — «рявкнул» тоном чихуа-хуеныша «большой начальник».

— Да мы-то и не будем, — хмыкнул Санек, десонстрируя миролюбие и готовность к сотрудничеству широкой ухмылкой. — Только я вызываю свое начальство и сообщаю, что сегодня же будет написан рапорт в УСБ.

— Да пиши куда хочешь, — отмахнулся майор.

Но тон снизил моментально, что дало время напарникам-крепышам чуть собраться и начать давить уже самостоятельно.

Убедившись, что там и без него справятся, Павел забрался на эвакуатор и заглянул в салон, чуть поморщившись от ударевшего в нос «коктейля».

— Эй, ты что там делаешь⁈ — тут же увидел новую цель майор.

— Просто смотрю, ничего руками не трогаю! — сообщил парень.

Совершенно искренне, кстати говоря.

— Пошел вон оттуда!

Павел пожал плечами. Ну, пошел так пошел! Взглядом он остов окинул, а для вдумчивой работы ему времени все равно никто не даст.

— Ну, знаете ли, господа офицеры, — прошипел он, едва Павел спрыгнул на осфальт и подошел к крепышам. — Я сам буду обращаться к «усбэшникам». Этот щенок улики портит! И вообще препятствует расследованию!

Волконский особо внимания на крикуна не обратил. Парень уже очень давно понял, что если будет доказывать «свою значимость» хотя бы каждому десятому, то в этой жизни у него времени больше ничего не останется.

— Щенок, да ты вообще понимаешь, с кем говоришь⁈ А ну, иди сюда!..

— Оп, — на автомате среагировал клановец, уходя в сторону от тянущейся к нему руки. — Не рекомендую!

— Да ты что о себе возомнил⁈

На это Павел отвечать не стал. Лишь указал в сторону Ирины, все так же продолжавшей осваивать профессию оператора.

— Я не давал разрешения себя снимать! — взревел майор, найдя для себя новую цель.

— Ага, — равнодушно согласилась Романова.

Уточнять, что она и не спрашивала, девушка не стала.

— Убери камеру! — потребовал тот. — Не снимай!

— Неа!

— Я запрещаю! — тут же взбеленился майор.

— А вот закон совсем не против, — пожала плечами девушка. — Конституция империи гарантирует мне право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Напомню, что деятельность полиции является открытой для общества в той мере, в какой не противоречит требованиям законодательства империи об уголовном судопроизводстве, о производстве по делам об административных правонарушениях, об оперативно-разыскной деятельности, о защите государственной и иной охраняемой законом тайны. Вы, госопдин майор, такой таинственный?

На это так и не представившийся (или Павел этот момент просто упустил) офицер только покраснел и…

— А вот этого не надо! — пригрозила пальчиком явно развеселившаяся Романова попытавшемуся дотянуться до камеры поросенку.

Тот явно настроился на следующую попытку.

— Ну, майо-о-о-о-ор! — с какой-то жалостью в голосе протянула Романова. — Вы серьезно полагаете, что запись сохраняется на комм? Она уже в Сети. На моем облаке. Ну заберете вы устройство… Так тем больше поводов для вопросов к вам со стороны УСБ будет!

Крикун покраснел не хуже помидора. На какой-то миг клановец даже всерьез задумался, не стоит ли вызвать скорую. Все-таки явно отягчающие факторы на лицо: ожирение, следы всех пороков на челе, явная отдышка… Как бы сердечко-то не прихватило.

— Кто такая? — тяжело выдохнул он, кое-как справившись с эмоциями.

— Старший лейтенант Романова. Ирина Витальевна, — хмыкнула девушка.

И даже удостоверение предоставить изволила. Майор ограничился лишь тем, что сфотографировал его и, злобно посопев, потопал в сторону довольно приличного черного седана бизнес-класса. Больше ему тут делать нечего было. Как-то, особо не привлекая внимания, за ним направился и эвакуатор… О, нет, конечно же, не за ним! Просто им в одну сторону нужно было. Случается, ведь правда⁈

— Ну? — буркнул Игорек. — Че увидел?

Павел, в строгом соответствии с кодексом поведения одного древнего народа, ответил вопросом на вопрос:

— Что «эксперДы» говорят?

С «малышом» спорить не стали.

— Гранатомет типа «Комар», — пожал плечами Сашок. — Вроде как машину Свиста обогнала другая тачка. Именно из нее и пальнули…

— Ага, — согласился Волконский задумчиво. — А тубус где?

— Так с собой забрали, — пожал плечами Игорек.

Тупость объяснения была видна всякому. Во-первых, дать гранатометный выстрел ИЗ машины — тот еще квест. Нет, возможно, конечно, рассчитать выстрел так, чтобы не спалить салон и экипаж… Вот только специфический запах потом вообще ничем не отмоешь. Да и забирать пусковой контейнер с собой… Чего ради? Как улику для полиции, вдруг кто по дороге остановит? Или на память? Гранатомет-то одноразовый!

— А водила у этого вашего Свиста был тормозом, да? — как бы себе под нос буркнул Волконский.

— Нет, — тут же твердо отвергла столь замечателную версию Ирина под согласные кивки крепышей. — У него Толян-вояка за рулем всегда сидел.

— То есть, реально военный водитель? — поинтересовался клановец.

— Ну да, — пожала плечами Ирина. Крутил баранку по «горячим». Три командировки.

— И, конечно, вместо того, чтобы ударить по газам и попытаться маневрировать, он ловил мух, — согласно кивнул Волконский.

У военного водителя на подкорке должно быть высечено: попал в засаду — спасти может лишь скорость.

— Ты-то чего там увидел? — поинтересовалась Ирина.

Сашка с Игорьком прееглянулись. Бешенная к своему «практиканту» относилась более чем серьезно. Повод задуматся.

— Характер повреждений не соответствует выстрелу из «Комара», — пожал плечами парень. — Никаких элементов гранаты я не нашел. Да и больше похоже не на взрыв, а на попытку машину прожечь. Вряд ли боевая часть «Комара» способна оплавить металл. При взрыве бы такого не было.

Крепыши кивнули друг другу.

— Доводилось видать? — нейтрально поинтересовался Сашок.

Волконский пожал плечами. Вообще, доводилось. Домашнее образование у него было отличное. Да и подбитую после клановых конфликтов технику ему демонстрировали в учебных целях.

— Интересно, где же? — тут же нейтрально протянул Игорь.

Очередное пожатие плечами вполне сошло за ответ.

Крепыши устроили очередной сеанс переглядываний.

— Ну, хорошо, — кивнул вечно хмурый Игорек. — Что мы делаем?

Клановцу даже пришлось напомнить себе, что в вопросе просто выпущена часть «помимо стандартных процедур».

Павел оглянулся. Улица была длинной. А вот переулков бало не так много.

— По прямой в обе стороны нужно найти камеры видеонаблюдения, — хмыкнул он и, отвечая на удивленные взгляды. — Метров на пятьот в обе стороны.

— Что искать будем?

— Небольшую компанию или одиночек, — на миг призадумался Волконский. — В первую очередь интересны молодые девушки…

Ирина мрачно хмыкнула, подразумевая, что, по ее мнению, клановца молодые девушки интересуют примерно всегда.

— … Или парней, — продолжил он ровно. — Безобидных на вид, но демонстрирующих нетипичные реакции. Возможно, старшего школьного возраста.

Волконский был практически уверен, что тут поработал, как минимум, один маг. Скорее, два. Он прекрасно заметил удар в борт чем-то твердым. Возможно, Льдом. Или Камнем. Вот только оба были… не слишком концентрированными. Будь бы на месте атакующих его сестренка, Виктор или, не к ночи будь помянут, даже Сергей, картина была бы свершенно иной. Вряд ли бы не слишком опытный маг стал на каждый удар «настраивать» свою Стихию.

— Допустим, — согласился Игорь, делая какие-то поментки. — Еще что-то?

— А не сходить ли нам в клуб? — ппоинтересовался парень, кивая в сторону «Гаража».

Крепыши переглянулись. Бешенная чуть заметно отвела взгляд.

— Все видеозаписи уже изъяты, — негромко прокомментировал Санек… больше для девушки, чем в ответ на вопрос клановца. — Этого делать не обязательно.

— Я знаю, — коротко ответила та.

Глубокий вдох позволил Павлу чуток «прояснить сознание». Кажется, кое-кто из десь присутствующих (читай, все!) знает об убитых куда больше, чем полагается сотруднику о криминальных элементах на его территории.

— А со свидетелями… сама знаешь.

Во-первых, в этом районе «видоков», рисковавших сотрудничать с полицией, было и без того немного. А в таких условиях и подавно.

— Я все же схожу, — кивнула девушка. — Чуть попозже. Сейчас с камерами разберусь и…

Она махнула рукой. Павел пообещал себе, что одну ее «клубиться» не пустит. Просто на всякий случай. Ответственность как она есть.

Впрочем, про клановца крепыши тоже не забыли.

— А для тебя, стажер, у меня задание особое!

* * *

— Две шаурмы и два чая! — коротко выдал усатому выходцу из южных регионов империи Волконский.

— Сдэлаим, — флегматично кивнул тот.

— Хотя нет, подожди! — попросил клановец. — Давай четыре шаурмы и чая… тоже четыре.

В конце концов, толком не ел он давно. А организм растущий, здоровый и, надо сказать, молодой. Не гоже его держать на «сухом пайке».

— И так сдэлаим, — согласился повелитель гриля и лаваша.

Молодой человек кивнул и сделал шаг в сторону. Чтобы работать не мешать.

— Видел бы меня сейчас мой отец, — с некоторым даже восторгом решил он, ухмыльнувшись.

Ну а чего? Стажер так стажер. Ему по штату полагаются задачи в том числе с пометкой «принеси-подай, пошел на хер, не мешай!». Зато взгляд Ирины, осознавшей весь глубинный смысл задания для клановца, был бесценен. А вообще, девочка даже молодец. Привыкает к реальности. Был бы на ее месте Кроль, так то вообще бы взглядом не повел!

Впрочем, поход за перекусом — отличная возможность поразмыслить. И «подбить» свои впечатления. Ведь именно за этим парня и сослали на «землю». Князь сильно подозревал, что новый «дурман» был способом «свободовцев» пополнить казну их «секты». В пользу этого свидетельствовало и аномально высокое применение магов при решении силовых конфликтов. Однако, похоже, не криминалом единым жили «свободовцы». Их явно кто-то очень хорошо прикрывал. Во всяком случае, в этот раз им очень неплохо удалось зачистить за собой все следы.

— Готова! — вырвал из раздумий Павла голос с явным гортанным акцентом. — Забирай, да!

Волконский с удовольствием принял бумажный пакет с ароматными «закрутками» и платиковую «майку» с бутылками чая. Настроение резко скакнуло к отметке «а все не так уж и плохо»! Молодой человек прекрасно знал, что пару дней без пищи протянет довольно легко. В СИБ его убедили, что и четыре не предел. Особенно если есть возможность хоть чуток «добиться» подножным кормом. Но чувствовал он себя гораздо лучше, ощущая приятное тепло в желудке. Или в превкушении оного. Он уже почти готов был развернуться и пойти своим путем, как взгляд его зацепился за небольшое объявление на витрине «шаурмички».

— Ноооормаааально! — пораженно протянул парень, с неким подозрением уставившись на пакет в своих руках.

— Да-да! — согласился шаурмен (или как их там называют?), оживившись. — Красивый, милый, только бери!

Волконский хмыкнул.

— Спасибо, не в этот раз, — чуть удивленно кивнул он на прощание.

Ему было действительно интересно, черный ли это юмор, либо местный хозяин устроил это без всякой задней мысли. Однако объявление «отдам котят в хорошие руки» в ЭТОМ месте смотрелось так себе. Зато незаметить невозможно!

— О, еда пришла! — обрадовались здоровяки, завидев Павла с «добычей».

— Нет, пришел я, — отбрил тот с улыбкой. — И еду принес! Цените!

Сашок фыркнул и обернулся к Игорьку. Тот головой покачал и с напускной строгостю начал:

— Нет, ты посмотри на молодого, а, — потребовал он у напарника. — Ни пострадать тебе, ни помучаться ради святого опыта.

— Безвозмездно? — хмыкнл Волконский.

— То есть, даром, — подтвердил Сашок с ухмылкой.

— С вас по два рубля, уважаемые! — покачал головой клановец.

Напарники кивнули, вгрызаясь в шаурму. Волконский хмыкнул еще раз и… последовал их примеру, на некоторое время отрешившись от всего и вся. И даже вовсе не благодаря неземному вкусу шедевра уличной еды, а чтоб не уляпаться. Ведь всякий знает, что шаурма — штука коварная. Стоит чуть зазеваться, и она отомстит пятнами соуса на одежде.

Чуть подавленная Ирина, подошедшая через несколько минут после начала трапезы, тоже от угощения не отказалась. Волконский счел это сигналом хорошим.

— Ну, накормил!.. — хлопнул Павла по плечу Сашок.

— Герой, — согласился Игорек, переводя деньги за обед.

Волконский плечами пожал. Он же не просто так, а с целью корыстной. Пусть пока наслаждаются моментом. Зато будет интересно посмотреть на их лица, едва они узнают, что настоящая фамилия Волынова (именно так было написано в выданном по согласованию удовтоверении), а вовсе даже Волконский. Впрочем, парни, вроде, крепкие. До инфарктов дойти не должно!

А вот в клуб он отправился вместе с Ириной. Крепыши отчего-то провожать ее не спешили. Нет, предложили, конечно, но настаивать после отказа не стали. В отличие от Волконского.

— Да пойдем, что уж тут, — пожала плечами девушка, первая делая шаг в сторону «Гаража».

Табличка на двери заведения явно свидетельствовала о том, что клуб гостей сегодня не принимает. Однако сами «врата» никто не запирал.

Внутри было светло и пустынно. Большинство стульев заняли свои места кверху ножками на столах. Лишь в дальнем углу негромко переговаривались человек пять.

— Какого хрена вам нужно? — не слишком агрессивно поинтересовался охранник, не слишком скрывавший накинутой поверх синей рубашки оперативной кобуры.

— Я это, Димка, я… — махнула рукой Бешенная.

— А, Ирка, — кивнул своим мыслям привратник. — Ты… Зоходи давай.

Личность Волконского никого не заинтересовала.

У стола девушку уже ждали. В этот раз первой разговор начала именно она.

— Гриш, — коротко кивнула она явному заводили. — Я… соболезную.

Интелегентного вида мужчина в очках лет тридцати, только кивнул.

— Кто? — спросил он глухо.

— Я не знаю, — покачала головой Романова.

— Найдешь — скажешь, — скорее заключил, чем спросил тот самый «Гриш».

Удивительно, но девушка оглянулась на… Волконского. Не слишком удивительно.

— Это был мой брат, — коротко сообщил мужчина.

Клановец думал не долго.

— Обещаю в той степени, что не нарушит присяги, — коротко сообщил он.

Взгляд опускать не стал. Борьба взглядов длилась секунд десять.

— Я услышал, — констатировал «пиджак». — Спрашивайте. Вы же за этим пришли?

Глава 21

Глава 21

— Ты руку-то ему зачем сломал⁈

Павел вздохнул. И только после этого приподнял левое веко, чтобы осмотреть обстановку. Она радовала лишь присутствием белокурой кнопы волос на его подушке. Больше всего хотелось вновь провалиться в сон, покрепче прижавшись к соблазнительному женскому телу.

— Говорила мне мама, не отвечай на вызовы спросонок, — севшим голосом выдал клановец.

— ЧТООО⁈ — совсем уж неприятно удивилась собеседница, к таким кунштюкам еще не привыкшая.

Да, процесс «воспитания» уже пошел. Однако до приемлемого результата было еще ой как далеко.

Парень вздохнул и чуть плотнее прижал к себе так и «не проснувшуюся» Катерину. Восстановлению душевного равновесия это поспособствовало более чем!

— Что ты хочешь, Вика? — негромко поинтересовался он, вдыхая запах волос секретаря.

Десять дней. Юсуповы молчали декаду. И вот его «женушка» не нашла ничего лучше, чем позвонить утром таким… ранним⁈

Клановец бросил взгляд на часы. Десть утра. Вполне приемлемо. Обычно, уже часов в шесть он был вполне бодр и свеж. Однако вчерашний «допрос» в клубе затянулся надолго.

Сначала Павел с Ириной опрашивали местных, которые без всякого удовольствия, но вполне себе с понимаем отнеслись к процессу. Ирину в «Гараже» знали. И уважали. Волконского — вполне себе вежливо терпели, раз уж за него «поручилась» Бешенная.

Тема абсолютно нормальная, кстати говоря. В возможность одним махом уничтожить весь криминал на районе не верил и самый отпетый идеалист. Вот и наладилось «ограниченное сотрудничество» оперов с теми, кто поадекватней. У одних в отчетах все спокойно, другие беспредела не допускают и неожиданного визита не боятся — вполне себе рабочая схема. И всем хорошо.

Стихийный «допрос» плавно перешел в поминки. Романова неплохо знала убитых бойцов. Работали вместе они довольно долго. И, кажется, была во всем этом какая-то история. То ли они когда-то девушку из-под Костлявой вытащили, то ли она им когда-то помогла… Павел, пусть и поднявший вместе со всеми пару рюмок, больше дожидался девушку, чтобы доставить ее восвояси и лишь затем отправиться спать. Получилось это сделать только под утро…

Короче, в десять утра не хотелось общаться ни с кем. Тем более, «эсперДов» уже вызволили из управления. Так что спешить на «беседу» смысла не было. Все что можно из них крепыши вытащили. И на том спасибо!

— Ты спишь, что ли⁈ — догадалась Вика, и сама же поразилась столь странному предположению.

— Угу, — буркнул Павел, вновь прикрывая глаза.

Ну не виноват же он, что «уральцы» десять дней переваривали результаты похода?

Парень хмыкнул. Ему было даже немного жаль аналитиков. Вот кому мозги «вскипятили» качественно, требуя понятно ответа на «простой» вопрос: «Что это, нахрен, такое было⁈».

— Даже не хочу знать, чем именно ты занимался ночью, Павел Анатольевич, — надменно произнесла «уральская принцесса».

Из голоса ее мгновенно исчезли легкие нотки, сменившись ледяной «клановой» вежливостью.

— Хр-рошо-о-о-о… -выдохнул Волконский, зевнув.

— Что «хорошо»⁈ — тут же вспыхнула собеседница.

— Я тебе не скажу, чем именно занимался ночью.

Слово свое Павел бы сдержал в любом случае. Секретность еще никто не отменял. Да и все то, что, по какой-то причине, так беспокоило Вику, формально случилось уже утром по возвращению Волконского домой.

Секунд десять понадобилось Юсуповой, чтобы собраться и приступить к нормальному разговору.

— Ты зачем моему брату руку сломал⁈ — вновь добавила чуть металла в голос «уралочка».

Как же она была зла тем утром, когда садилась в лимузин на границе полигона СИБ. «Принцесса» и сама не могла сказать, почему именно. Но вот задело ее предположение, что Павел спит с этой Бешенной не хуже касания паяльником. В расстроенных чувствах она даже повязку на руке брата если и заметила, то не придала значения. И лишь накануне вечером ее вызвал себе Демид Николаевич, между делом поинтересовавшийся, а кто это Игнату руку сломал. Нет, целитель в клане был. И он со своей работой вполне справлялся. Вот только странно, что внук никак не стал комментировать травму, воспользовавшись своим правом промолчать в ответ на прямой вопрос, если это не касается безопасности или интересов клана.

— А чо я? — тут же забормотал Павел. — Я-то чо? Другие вон чо и ничо, а я чуть чо и сразу вона чо…

— Павел Анатольевич, — потребовала быть серьезнее девушка.

— Вероника Львовна, — в тон ей откликнулся клановец. — К сломанной руке вашего брата я лично имею разве что косвенное отношение. Да и то лишь в части приглашения его на данное мероприятие. Даю слово.

На том конце провода глухо вздохнули сообразив, что и здесь ей толком никто на вопросы отвечать не будет

— То есть, ты не знаешь… — вздохнула девушка.

— Как это не знаю? — даже чуть расстроился от подозрений в такой неосведомленности Волконский. — Обязательно знаю!

Еще бы нет! Травма на его мероприятии такого рода — повод для множества вопросов. Так что Павел, естественно, был в курсе… И только рукой махнул, представив на миг, что если бы Игнат решил разыграть эту карту, то КАКИЕ ему обвинения пришлось бы предъявить и КОМУ.

Если честно, то клановец и сам бы с удовольствием доплатил, чтобы посмотреть на этот цирк. Увы, билеты не продавались, а все «клоуны» упорно молчали.

Однако ничего не мешало вспомнить клановцу те чудные мгновения. Он прикрыл глаза, с удовольствием восстановив в памяти ту ночную полянку. Тренированная память тут же легко «нарисовала» чуть уставшее и растерянное лицо Игната, гордо восседающего на бревне с бумажным стаканчиком горячительного в руке.

— Кто эта девушка?

«Ну, выбор неплох!» — оценил тогда Волконский.

— «Местная», — коротко хмыкнул он и, даже не дожидаясь вопроса, продолжил. — Можешь попробовать!

Игнат попытку предпринял. Но, то ли алкоголь ему в голову ударил, то ли Мышь, не ожидавшая подката, но что-то явно пошло не так. Во всяком случае, уже через минуту после начала разговора Юсупов оказался на земле с заломленной под очень неприятным углом кистью.

— Ты хоть понимаешь, что могло бы случиться, если бы Демид Николаевич решил, что ты не выполнил обязательств по защите жизни и здоровья наследника⁈

— Ага, — согласился Павел, утыкаясь в кнопу чуть растрепанных светлых волос.

— Тебе вообще все равно⁈ — раздраженно бросила Вика.

Волконский пожал плечами. Вообще, да. В той ситуации обвинениями бросаться — очень интересный способ нажить кучу неприятностей… себе на голову.

— Ну… — неопределенно протянул парень.

Подключать мозг и придумывать связный ответ не хотелось совершенно.

— Ты можешь серьезно отнестись к моим словам? — «капризные» нотки вновь пропали из голоса «уралочки».

Их место заняла практически арктическая стужа.

— А что, Игнат Львович уже озвучил свои претензии? — поинтересовался Волконский негромко.

Тишина секунд на сорок стала ему ответом. Кажется, кое-кто сильно сдерживался, чтобы НЕ сказать все то, что буквально вертелось на языке.

— Нет, — наконец коротко ответила девушка.

— Тогда весь вопрос-то в чем? — поинтересовался негромко клановец.

— Павел Анатольевич, мне нужно с вами поговорить. Наедине.

Молодой человек ответил не сразу. Секунд пять ему понадобилось, чтобы подавить богатырский зевок.

Кажется, собеседница прекрасно поняла причину заминки. Она вздохнула и негромко спросила.

— Ты, в целом, не против?

— Аха, — не слишком внятно выдал клановец чувствуя, что вновь погружается в теплую приятную дремоту.

— Тогда, мне, наверное, стоит обсудить время с Катериной, — заключила девушка. — Она-то хоть не спит?

Ловкой кошечкой блондиночка извернулась в руках калновца, демонстрируя внимательный взгляд и собранный вид… Ну, насколько это возможно сделать голой в кровати.

— Уху…

— Только ответь мне, как с ней лучше связаться, — потребовала Вика, чувствуя как проигрывает незримую битву с Морфеем и Одеяволом. — И можешь спать дальше.

Волконский молча протянул комм блондиночке.

— Добрый день. Секретарь Волконского Павла Анатольевича Катерина, — представилась девушка на удивление чистым и четким голосом, словно и не она несколько секунд сладко потягивалась.

— Что⁈ — раздалось от динамика гаджета восклицание Вики.

Кажется, она вполне прекрасно самостоятельно ответила себе на несколько вопросов. Во-первых, где спит Волконский? Очевидно, в кровати. Во-вторых, как быстро ответила секретарь? Очевидно, моментально. Третий вопрос: где находится Катерина? Отвечать девушке на него не хотелось. И уж, тем боле, совершенно не хотелось задумываться, чем именно она там занимается.

— Я… свяжусь с вами позже! — рявкнула Юсупова и дала отбой.

— Нервная какая… — решил Волконский, подтягивая к себе девушку поближе.

В конце концов, если «уралочка» не хочет задумываться об их отношениях, то это вовсе не повод забывать об этом Павлу.

Катерина против такой позиции ничего не имела.

* * *

— Обложили, мусора! — коротко хмыкнул Павел вместо приветствия.

Бешенная удивленно вскинула бровь. Такую древность она встречала лишь в исторических романах века эдак двадцать первого.

— Ты-то что тут делаешь, Ира? — поинтересовался клановец, пока девушка пыталась сообразить, что именно ответить на первую фразу.

— Тебя жду! — уверенно сообщила Романова.

Волконский оглянулся на Фила и Кроля. Те пожали плечами. А что, мол, такого-то? Ну, пришла с утра пораньше. Не гнать же?

Заглянувшие «на огонек» Керенские как-то и вовсе не обратили внимания на спор. х куда больше интересовало содержимое холодильника, каковое они с интересом и изучали.

— Медом вам тут всем намазано, что ли? — хмыкнул себе под нос клановец, отнюдь не боявшийся показаться невежливым.

Пофиг ему было уже, если честно. И думать не хотелось. Гораздо приятнее было наслаждаться отголосками недавних приятных ощущений в теле.

— Возможно, Ирине приятна мысль вновь принять с тобой душ? — прокомментировала Катерина, только то освободившая этот стратегический объект.

Романова только воскликнула негромко:

— Как тебе удается ТАК свежо выглядеть по утрам⁈ — поразилась боец «Барса».

— А она ничего, — тут же сменила гнев на милость секретарь.

— Ничего-ничего, — согласился клановец, сделав вид, что не заметил как технично Бешенная пропустила мимо ушей первый вопрос. — Но что она тут делает?

Ирина хмыкнула. Вопрос хороший. Да и ответ имеется. Она его давно заготовила:

— Тут есть еда, — коротко и по делу оповестила присутствующих она.

Доставленные утром курьером контейнеры стали прямым доказательством ее слов. Да и Фил с Кролем уже нарезали какой-то салатик (!!!).

Павел на секунду попытался представить, как к какой-нибудь Юсуповой подобная компания попыталась бы завалиться под подобным предлогом. Но нет… Это же не-воз-мож-но! Так что Павлу даже и на жизнь-то пожаловаться некому. Ему просто не поверят!

— Знаете, что уже меня беспокоит больше всего? — поинтересовался клановец.

Народ (включая его совершенно невозмутимого «в обществе» секретаря) дружно покачал головами.

— То что каждый здесь присутствующий воспринимает это НОРМАЛЬНО!

Все задумались. Павел продолжил:

— Впрочем, я тоже… Как говорили на заре синематографа, «кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста!».

Тормозить процесс никто не стал. Тем более, стол был уже практически накрыт.

Управились быстро. Минут за двадцать. Убрались еще за пару минут, раскидав обязанности на всех. И никому даже в голову не пришло особо удивиться, что мыть посуду нынче выпало Павлу и его секретарю.

— Нужно отработать «наколки», — перешла к делу Ирина, едва клановец справился со своей долей «домашней работы».

Отчего-то девушке вспомнилось, как совсем недавно представители аж трех Первых Семей на ее глазах тарелки-ложки в речке мыли. И что-то никто возмущаться не думал…

Впрочем, Романова была не права. «Уральцы», как оно водится, попытались. Однако быстро отказались от идеи качать права, ведь Волконские и Воронцов ничего зазорного в этом не видели. Аргумент «невместно» тут же потерял свою актуальность.

— Вечером займемся, — согласился парень.

Подсказали им вчера приятели Ирины, где именно можно купить «нужного» дурмана. Лицо девушки на этих улицах давно уже примелькалось. Так что «контрольную закупку» придется исполнить клановцу.

Девушка только кивнула. Вечером так вечером. Да и правильно оно… Днем мало кто работал на улицах. А вот ближе к полуночи шанс на удачную встречу был сильно выше.

* * *

— Какие девочки, а, — коротко хмыкнул Павел, наблюдая парочку нимфеток старшего голоса.

Ну да, он был озабочен. Разницу со словом «озабоченный» понимать надо. Да и возрастом обе-две, скорее всего, были вполне уже совершеннолетние. Во всяком случае, фигурки девочки свои демонстрировали вполне себе с пониманием что они делают и для чего.

— Тебе мало? — поинтересовалась Ирина, в отличие от Вики отсутствием наблюдательности не страдавшая от слова совсем. Так что с кем, пусть и вполне невинно в этот раз, ночевал Волконский в походе, она заметила прекрасно.

Впрочем, взгляд у нее был тоже нифига невеселый. Две подобные нимфеточки на ЭТОЙ улице могли означать оно из двух:

— рядом есть кто-то, готовый порвать любого ради их благополучия;

— они сами готовы порвать кого угодно ради того самого благополучия.

Та же Романова не без оснований относила себя ко второй категории. А вот эти — вопрос.

— Веди, — вздохнул Павел, увидевший чуть больше своей напарницы.

Однако сейчас все его наблюдения особого значения не имели. Они пришли.

— Нам сюда! — подтвердила Ирина, чуть поглубже натягивая капюшон поверх надвинутой на глаза бейсболки.

Таким нарядом тут особо никого не удивишь. Каждый второй не слишком желает огласки.

Парень негромко хмыкнул.

— Тебе сюда, — тут же легко согласилась Бешенная, ничуть не сожалевшая о том, что дальнейший путь клановцу придется проделать одному.

Тянуть кота за хвост смысла не имело. Парень пожал плечами и выдвинулся вперед, накинув на лицо легкую «иллюзию». Он не стал полностью менять личину. Тем более, «неестественная мимика» могла серьезно насторожить местных барыг. Клановец работал тоньше: тут штришок, там акцент, и вот уже в получившемся наркомане из «золотой молодежи» никак нельзя опознать Павла Волконского.

С каждым следующим шагом походка клановца становилась все более расхлябанной. Привычная собранность и легкость шага были «смазаны» легким пошаркиванием и чуть неравномерным выносом ног. Плечи «ушли» вверх и вперед, создавая эффект легкой сутулости.

Встретили его метров через десять. Рассевшаяся по обеим сторонам до того мига шпана, вооруженная цепями и палками, выстроилась нестройными рядами перед очередным «гостем» в попытке померяться твердостью взглядов.

Волконский чуть больше ссутулился. Местным это должно понравиться. «Взгляд опусти!» — напомнил он сам себе и… сделал шаг вперед по очень узкому «коридорчику» между местными привратниками, что провожали каждый шаг «чужого» взглядами готовых броситься питбулей.

«И так не слишком устойчивую волю наркоманов должно ломать на раз!» — оценил парень. Ему было все равно. Пара несложных упражнений легко помогли сохранить оптимальное психофизическое состояние.

— Тебе туда, — буркнул с презрением оставшийся за спинами бойцов толстяк, кивнув в сторону дешевого паба.

Волконский мелко закивал. Судя по тому, как скривились губешки «информатора», клановец мог быть собой доволен — получилось у него очень даже неплохо.

Вид трусливый и жалкий — лучший «камуфляж» городского диверсанта.

— Руки в стороны развел! — рявкнул грубый и, кажется, не совсем трезвый глаз, едва молодой человек распахнул входную дверь.

Липкие здоровенные ладони грубо охлопали тело Волконского.

— Это че? — хрюкнул привратник, задержавшись на уровне карманов далеко не самого дешевого, но чуть грязноватого худи.

— Д-день-ги! — умудрился дважды заикнуться «от страха» в одном слове Павел.

— Покажь! — потребовал верзила, дыхнув в лицо Волконскому непередаваемым «ароматом» выпитого, замешанного на нескольких порциях чеснока.

Клановец даже сдерживаться не стал. Скривил лицо так, чтобы здоровяку вполне хватало ума догадаться о ком именно их «гость» думает плохо.

— Ну! — потребовал он со злостью и металлом в голосе.

— В-вот! — тут же взвизгнул Павел, рывком вырывая сложенную пополам «стопку».

— Норм, че, — хмыкнул привратник, убедившийся в платежеспособности клиента.

Страх на лице засранца помог ему забыть скривившееся от его дыхания недоноска.

— Мне… куда теперь? — поинтересовался клановец.

— Туда топай! — неопределенно махнул мужик в сторону кулисы, разделившей зал на две части.

В «предбаннике», где полагалось встречать покупателей, помимо гориллаобразного вышибалы, сидели еще четверо охранников. Форму они фирменную, конечно, не носили. Но и оружие не прятали. А цепкие взгляды были куда красноречивее, например, поясняющих подписей на бэйджиках.

Эти на нового гостя никакого внимания демонстративно не обратили. Слишком демонстративно, чтобы Павел в это поверил.

— Туда! — хрипло указал один из местных «эсбэшнков», когда Павел приблизился к кулисе.

Послушно откинув полог, он шагнул в куда более светлое помещение. «Пугающая» атмосфера осталась где-то там за кулисой.

— Чего хочешь? — вполне мирно бросил мужчина лет тридцати, больше всего напоминавший либо бухгалтера, либо маньяка.

Клановец подошел к единственному столу. По обе стороны от него тут же выросли две тени. Глаз на затылке у Волконского не было, а вертеться и рассматривать «конвой» явно не стоило. Потому он просто отметил появление двух новых целей и «потянулся» в своему Дару. Какой-то свербеж в районе пятой точки этого просто потребовал.

По счастью, присесть ему никто не предложил. Работать со стула было бы куда неудобнее.

— «Красного», — «уверенно» заявил Павел, все-таки бросив испуганный взгляд за левое плечо.

В отличие от большинства встреченных молодым человеком ранее, этот боец не демонстрировал ярко свою принадлежность к криминальной структуре.

— Сколько? — едва ли не плотоядно улыбнулся маньяк.

— Три!

Павел постарался, чтобы лихорадочный блеск его глаз был виден всем вокруг. Ну а с местными мерами его в «Гараже» познакомили.

— А нет трех! — весело отозвался «бухгалтер».

Что-то крысиное проступило в его облике, а улыбка стала похожа на усмешку Табаки.

— А сколько? — «забеспокоился» Волконский.

— Для хорошего человека и двух не жалко! — раскинул руки с таким радушием плешивый мужчинка, что отчего-то захотелось немедленно принять душ.

Взгляд же торговца дурманом был еще тот: весь какой-то маслянистый и липкий.

А вот по доже все понятно. Три — это шесть грамм. Уже за пять можно конкретно так присесть. А вот четыре еще, вроде как, для личного употребления.

— Давай! — потребовал клановец.

Ему просто необходим был образец, чтобы понять, тот ли это «красный», каким торгуют «свободовцы».

Продавец взмахнул рукой. Где-то за кулисой началось непонятное шевеление.

— Ну, как для хорошего человека не найти «красненького»… — продолжил приговаривать «крысеныш», натурально потирая явно плотные ладошки.

— Сколько? — аккуратно уточнил Павел, «стесняясь» доставать деньги из кармана.

Ему тут же продемонстрировали пять пальцев.

«Ну надо же!» — мысленно поразился он. Его если и накололи, то чисто символически.

— Хорошо! — мелко закивал он, доставая из кармана «котлету». — Сейчас я, да…

Отсчитывать купюры дрожащими руками было неудобно. Молодой человек дважды сбивался и начинал заново. Остальные вполне себе терпеливо ждали. Они и не такое видели в этих стенах.

Наконец нужная сумма легла на стол.

— Это вам, — зачем-то неловко подтвердил очевидное Волконский.

К этому тоже отнеслись нормально. Ну, волнуется паренек, мол, подумаешь. А, может, и ломка уже приближается.

— Ну, бывай!.. — начал было барыга, но тут же нахмурился. — Эй, что там у вас⁈

Павел, услышавший какую-то странную возню за кулисами еще секунд десять назад, напрягся. С той стороны занавеса раздалось лаконичное «Ща!».

И «Ща!» наступило. Вернее, вступило. Количеством в три верзилы, двое из которых заломили руки, кто бы мог подумать, Бешенной!

Волконский вздохнул, сосредоточившись на своем образе. Вот еще не хватало потерять концентрацию!

— Ментовка, — коротко представил Романову верзила, что совсем недавно шмонал Павла на входе.

Девушка хмыкнула и… плюнула на пол тягучую слюну. Красного цвета. Похоже, поработать над ней неплохо успели. Но чисто для порядка. Чтобы разговор легче шел. Ничего серьезно ей пока не повредили.

— С этим была, — кивнул в сторону Волконского один из конвоиров.

«Крысеныш» оказался хорош. Он не потерял и мгновения, выхватив оружие еще до того мига как стихли звуки голоса его подчиненного.

Бах!

Стрелял он тоже отлично.

Под изумлённый возглас Бешенной голова Волконского разлетелась на куски.

Глава 22

Глава 22

— Бл…! — выдохнул «крысеныш», прикрывая глаза руками от плеснувшей во все стороны крови из разлетевшейся спелым арбузом головы полицейского шпика.

Инстинкты сработали куда раньше, чем он успел сообразить, что во всем человеческом теле нет столько крови! Перед тем же как веки окончательно сомкнулись, ему показалось, что все еще стоящий труп щенка… буквально моргнул!

Больше подумать он не успел ничего.

Локоть Павла аккуратно, но точно проломил височную кость «крысеныша». Пистолет Волконский вынимал уже из слабеющих пальцев оседающего на пол трупа.

— А!!! — короткий, но резкий вскрик заставил чуть дрогнуть конвоиров Бешенной.

Этого мига вполне хватило девушке, чтобы вырвать левую руку из сильных пальцев. Освободившуюся конечность Ира использовала с умом — продолжая движение ударила в пах привратника.

— Хррр! — захрипел тот, отступая на шаг назад.

Но пальцы не разжал.

«А и не надо!» — мелькнула молниеносная мысль в голове вскидывающего пистолет Павла. Бешенная подарила ему целый метр между собой и конвоиром.

Бах!

Выстрел неприятно стегнул по ушам, но привратник тут же осел на землю. Еще четыре выстрела закончили со всеми остальными в помещении.

— Шесть пишем — два в уме, — сообщил Павел, прикидывая количество оставшихся в магазине патронов.

Оставалось только надеяться, что «крысеныш» забивал его под завязку, а не как получится.

Романова упала на своего бывшего конвоира, буквально оседлав его. В одно движение она рванула револьвер из-за пояса убитого.

— Ого, — хмыкнул Павел.

Такое он видел редко. Все же в современном мире револьверы использовались больше как гражданское оружие или спортивно-охотничий инвентарь.

Девушка же бросилась к «занавеске». Отодвинув край ее, она вскинула руку.

Три выстрела прозвучали куда внушительнее. Кажется, конвоир предпочитал куда более крупный калибр.

— Чисто, — сообщила девушка через миг чуть дрожащим скорее от адреналина, чем от страха, голосом.

Однако через миг она натурально поежилась.

— Что это за?.. — откровенно поморщилась Романова.

Волконский перевел взгляд на так и «фонтанирующую» иллюзию, уже начавшую «расплываться» в пространстве бесформенной массой. Так бывает, когда не успеваешь прервать канал энергетической подпитки, но формирующая образ воля исчезает.

— Не задумывайся, — потребовал Павел, склоняясь над «крысенышем».

— Времени нет, — хмуро буркнула Ирина.

Хотя и ее внимание привлекал установленный в уголке сейф, из которого местный барыга изъял несколько палочек «красного».

— Нет, — согласился клановец, пряча купленные «палочки» в карман.

За портьерой раздался какой-то шорох, сменившийся грохотом, словно что-то… или все же кто-то, скатился по лестнице.

— Эй, босс! — взревел грубый голос. Бешенная ответила парой выстрелов.

Судя по всему, не прицельных. Им сейчас еще с толпой стреляться не хватало! Иллюзия не бронежилет — пара очередей «на удачу» вполне качественно понаделают в них дырок.

В ответ никто не стрелял.

— Десяток тел, — негромко сообщила Бешенная. — Готовят более ли менее осмысленный штурм.

Волконский кивнул. «Сколько?» — сделал он жест рукой.

Ирина пожала плечами. Мол, как соберутся, так и начнут.

Быстрый взгляд по сторонам явно подсказывал, что есть возможность довооружиться. Здравый смысл с ним вполне соглашался.

— Херово дело, — решила девчонка, аккуратно наблюдая за подготовкой противника.

«Ну да!» — хмыкнул про себя Павел, освобождая еще одно тело от неплохого такого «Грача» двадцать первой модификации.

— Хрен прорвемся, — оценила обстановку Бешенная. — Связи нет.

Подмогу не вызвать.

— Ирина, — негромким голосом, в котором слышались нотки доброго психиатра, пока еще уговорами надеющегося добиться от пациента приема галоперидола. — Есть идея.

Девушке понадобилась доля секунды, чтобы осознать, что ей она не понравится. ТАКИМ тоном что-то хорошее не предлагают. Однако своих предложений у нее не было. А геройски помереть в неравной перестрелке всегда можно успеть. Пожить-то хочется чуть поболее.

— Говори.

— Иди сюда, — потребовал Павел, внимательно рассматривающий маску удивления, замершую на лице «крысеныша». Тренированная память тем временем послушно подсказывала, как именно он выглядел при жизни.

— Ну! — чуть нервно поежилась девица. — Чего?

— Спиной ко мне, живо! — потребовал парень.

Бешенная притормозила ишь долю секунды. Пришлось Павлу рывком разворачивать напарницу, прижимая ее к себе.

— Что, сейчас⁈ — попыталась пошутить та.

Вот только как-то без огонька. «Ну, ничего!» — решил Волконский, стискивая грудь девушки.

Та коротко взвизгнула.

— Руки оборву!

— Другое дело, — хмыкнул клановец, убирая ладонь. — А теперь заткнись.

Ему нужно было хоть как-то успокоиться и сосредоточиться. Бешенная хоть и напряглась, но работать не мешала.

— Все, — сообщил парень негромко, и тут же заорал во всю глотку. — Кто рыпнется — башку вашему боссу снесу, ясно⁈

С той стороны кулисы молчание длилось секунд двадцать.

— Откуда нам знать, что он еще жив⁈ — раздался хриплый прокуренный глас.

— Так зайди и посмотри! — потребовал клановец.

Он очень надеялся, что «кровавая маска», «нарисованная» его волей поверх лица «крысеныша» не позволит переговорщику рассмотреть детали.

— Он же…

— Рот открой, — оборвал парень.

— Что?..

— Пасть, с**а! — рявкнул он.

Нет, не из грубости. А от простого понимания, что мат до мозга доходить в три раза быстрее обычной речи.

Девушка подчинилась.

— Шире, мля! — потребовал клановец, уже видя шевеление кулисы.

Засунуть свой ствол глубоко в рот девушке он успел как раз в тот миг, когда средних лет худощавый мужчина в идеально сидящем костюме-тройке шагнул внутрь.

— Убедился? — хмыкнул клановец, пресекая все попытки Ирины инстинктивно избавиться от постороннего предмета во рту.

— Хммммф!! — выдала та, попытавшись вывернуться.

Ничего у нее не получилось. Но выглядело это вполне себе естественно.

— Я ему щас мозги вышибу! — заорал клановец, бешенно тараща глаза.

Кажется, все надежды на место в структуре франта оказались завязаны на нынешнего босса.

— Спокойно, — поднял руки вверх он. — Не нервничай, парень…

Грубый хриплый голос успокаивающе звучать не желал категорически. Он бы куда больше подошел громадному урке в наколках со звериным лицом, а не интеллигенту тонких золотых очках.

— Что ты хочешь? — попробовал перейти на конструктив он.

— Я?… — сделал вид, что задумался Павел. — Машину хочу! И мильон, обязательно! Мятыми двадцатками!

— А… почему именно двадцатки и… мятые? — негромко поинтересовался франт.

— Я чо, совсем лох, что ли? — рявкнул Волконский во весь голос, чуть тряхнув телом Ирины с перехваченным крепкой ладонью горлом. — Кино не смотрю, да?!!

— Хорошо, хорошо! — поднял руки переговорщик. — Нам нужно пятнадцать минут.

— Ну так а херли ты еще здесь, урод?!! — заорал парень.

— Все, все, ухожу… — заверил пиджак, задом пятясь к кулисе.

— Кха, кха, кха… — тут же согнулась в спазме Бешенная, избавившаяся от постороннего предмета во рту. — Знаешь, меня так ни один не… Кха-кха-кха!

Голос ее звучал хрипло и надсадно. Кажется, Павел где-то перестарался.

— На здоровье, — буркнул он, оглядываясь.

Возможно, у них появилось немного времени, чтобы осмотреться.

— А… — прохрипела Ирина. — Если камеры⁈

Вроде как, спектакль нужно играть до конца.

— Если тут есть камеры, то нам по-любому конец, — пожал плечами клановец. — Так что, в темпе вальса, помоги мне тут собраться.

Иллюзии оптику и электронику обмануть не способны. Однако, похоже, барыга, как это нередко бывает, параноиком был тем еще. Так что запись в своем логове не вел.

— Чего делать? — прохрипела Ирина.

— Очки с тела сними, — потребовал Павел.

Мозг мыслит «крупными мазками». К знакомым элементам он охотно «дорисовывает» остальное. Так что работать будет проще.

Девушка кивнула и потянулась за очками.

Волконский, тем временем, нашел какой-то пакет.

— Ого, а местные знают толк в моде! — констатировал он, разглядывая логотип известного брэнда обуви.

Единственное достоинство его было сейчас — размер. Туда тут же полетел комм крысеныша и все гаджеты, на которые упал глаз клановца. Следом отправились все найденные бумаги и флэшка из ящика стола. Там же, кстати, нашлась и запасная обойма к пистолету.

— Хорошо, — коротко констатировал клановец, тут же перезарядив оружие. Почти расстрелянную он разместил в переднем кармане штанов. Два патрона есть два патрона. Пусть лучше будут, чем их не хватит в нужный момент.

Сверху в пакет полетели папки из сейфа. Наркота и деньги парня не заинтересовали. Пара «красного» уже лежала кармане. А с деньгами… Они не дадут никакой пищи контрразведке.

— Эй, парень! — вновь крикнул все тот же франт, судя по звуку, откуда-то от входа в общий зал.

— Чего⁈ — бросил в ответ Волконский, еще раз задаваясь вопросом, а не забыл ли он чего важного.

— Готова твоя тачка, давай босса отпускай!

— Пиджачок накинь, — негромко шикнул на Ирину молодой человек.

Той трупы раздевать никак не улыбалось. Но и спорить она не стала.

— Да щас! — крикнул парень уже в голос. — Вот на улицу выйдем, там и отпущу! Только чтоб никого рядом!

В словах его явно слышался немалый такой процент тщательно спародированной паники. Клановца, конечно, потряхивало знатно. Но вовсе не до той степени, чтобы он голову потерял.

— Не дуркуй, молодой! — тут же раздался ответ франта.

Парень отвечать не стал. Просто нагнулся и вынул уже из начавшей «дубоветь» ладони писторлет.

Три выстрела разорвали тишину.

Волконский никуда не целился. Даже не смотрел в сторону источника голоса. Просто наугад трижды пальнул в сторону кулисы.

— Да еб…! — раздался неразборчивый мат. — Ты чо творишь, то… ⁈

Павел на мат в свой адрес отвечать не стал. Секунду он потратил на оценку внешнего вида Романовой. Еще три на размышления, не дать ли ей в лицо. Просто для того, чтобы с «картинкой» работать легче было. В конце концов, даже выбитые зубы заживут. А вот избыток свинца в организме переварить куда как тяжелее.

— Не пойдет, — решил он, оглядываясь.

Искомое нашлось быстро. Какая-то тряпка жилетка мигом треснула по швам. Кляп удалось соорудить буквально за несколько секунд. Ирина потратила куда больше времени, засовывая его себе в рот.

— Ну… Это… Я захожу?

Павел вновь встал за Бешенной и довольно профессионально приставил пистолет к ее голове.

— Сам выйду! — крикнул он. — Кого увижу — сразу шмаляю!

— Да понял уже, понял, — заверил франт. — Один я тут…

— Ну, пошли, — шепнул клановец на ушко Ирине.

— Мгмфф уфьюююю! — выдала та.

Павел интерпретировал ответ как уверенность в успехе и готовность к действию.

— Пошли, — уверенно шепнул он и сделал первый шаг к кулисе.

Глава 23

Глава 23

— Спокойней, парень, дыши ровнее! — потребовал франт, делая успокаивающие пассы руками.

А сам, стервец, под это дело еще пару шагов выгадал!

Кажется, кому-то просто невтерпеж приспичило стать героем. Может, на повышение рассчитывал? Да кто его знает… Однако ухо с подобным кадром точно стоит держать востро. Мало ли чего выкинет и в какой момент?

— Назад,… назад, я сказал! — заорал Павел, привыкая к солнечному свету.

В логове барыги царил полумрак легкий. На атмосферу, что ли, работал? Кто его теперь разберет… Спросить уже однозначно некого. А некромантов, как знает каждый с мала до велика, в природе не существует!

«Пиджак» сделал пару шагов назад, взмахнув рукой.

«А неплохо мы поработали», — хмыкнул Волконский. Франт всего-то пяток бойцов собрал из тех, кто мог стоять и держать в руках оружие. Шпана на входе, столь колоритно встречающая гостей, не в счет. Эти только и могут, что играть мышцами, да стращать очередного торчка зверскими взглядами.

— Все туда! — потребовал парень.

Руки у него были заняты. Одна крепко держала заложника за горло, а во второй у него было зажато оружие. Поэтому и слова свои пришлось «иллюстрировать» выразительным кивком головы.

— Туда? — уточнил переговорщик.

Конечно, можно было бы и стволом махнуть, указывая направление. Возможно, даже смотрелось бы вполне эффектно. Вот только клановец идиотом не был, а потому просто качнул головой, соглашаясь:

— Туда, туда, дорогой! И без глупостей!

Народ аккуратно стал продвигаться вдоль стеночки в указанном направлении. Далеко не у всех из них был огнестрел. Двое так и вовсе, похоже, отобрали дубинки цепи у «почетного караула» из шпаны.

— Вот там и стойте! — потребовал Павел, восстанавливая в памяти «карту» узенького проулка.

Возражать никто не стал.

— Мы же тебя найдем! — крикнул кто-то из бойцов «крысеныша»… за что тут же получил натуральный подзатыльник от франта.

Правильно, в общем! Не хрен злить и без того взвинченного подростка. Особенно, если он приставил ствол к голове человека, с которым ты связываешь свою судьбу. «Ну и сам дурак!» — решил парень. Не самая лучшая идея махать руками в подобной ситуации. А ну как кому чего покажется⁈

Клановец медленно отступал назад, ставя ногу с осторожностью сапера на боевом выходе. Вот сейчас только запнуться не хватало!

— Ступенька, — шепнул он на ухо Бешенной, почувствовав пяткой небольшой выступ.

— Офффлеакогоыфениссятолфен, — непонятно, но грозно промычала из-под кляпа девушка.

Отчего-то парню совершенно не хотелось переводить невнятный шепот. Какое-то девятое чувство свербежом в районе пятой точки явно подсказывало ему, что ничего хорошего в его адрес не прозвучало.

— Разворот девяносто через правое, — проигнорировал предыдущее замечание Волконский.

Им предстояло преодолеть последнее препятствие перед тем как хоть и узкая, но оживленная улочка даст им возможность хоть какого-то маневра. Тем более, они явно выбрались за пределы действия «глушилки» сигнал Саньку и Игорьку уже ушел. осталось надеяться, что подскочат они быстро. Все-таки подобной заварушке как-то не предполагалось при планировании операции «просто сходить и посмотреть что там и как!».

Стайка шакалов, пугающих новых «гостей» на входе в переулок, замерла. Специальной подготовки у них явно не было. Как и желания поиграть в героя. Уже прекрасно!

— Назад, босота, — мягко, чуть ли не певуче, выдал Павел. — К стенам, чтоб вас…

Краем глаза парень наблюдал за франтом. Тот, оставив людей там, где было велено, сам все-таки поперся за «похитителем». Сделку нужно было проводить до конца. Тем более, именно он знал, где стоит обещанная шантажисту машина. «Мульена» там, конечно, не было, но переговорщик рассчитывал «сработать» при посадке в авто.

«Босота» довольно охотно «размазалась» по стенам переулка. Это вам не «лохов шугать». Платили пацанам совсем за другое. И не так много. Работа была скорее «за перспективу и уважуху».

— Тихо, спокойно, без глупостей… — франт обращался ко всем.

Ему «герои» тоже были нужны как собаке пятая нога.

— Машина готова, — сообщил он. — За твоей спиной. Пять метров.

Парень продолжал пятиться, не выпуская из вида переговорщика. Опасный, черт побери, дядька. Работает довольно хладнокровно и грамотно.

— Вот и она, — сообщил помощник барыги.

Парень и сам почувствовал. Седалищным нервом. В самом прямом смысле этого слова. Он буквально уперся задом в багажник занявшего почти весь проулок авто.

— Деньги в сумке на заднем сидении, — сообщил франт.

Сократить дистанцию менее чем до пяти метров он вполне логично не рисковал.

Парень даже сделал вид, что глянул в салон. Ведь «мульены» должны были интересовать его ну просто обязательно!

— Отпусти Коня и уезжай, — потребовал переговорщик. — Ключи в замке зажигания.

«За что ж ему такое прозвище дать-то могли⁈» — подивился клановец, аккуратно смещаясь правее, чтобы обойти машину с водительской стороны. Не было в облике «крысеныша» ничего, что соответствовало бы такому гордому званию. Разве что испугался когда сильно. Либо обгадился стоя. Больше вариантов не было. Ни одного.

— Сейчас, сейчас… — пообещал парень.

Теперь уже в его голосе звучали успокаивающие нотки. Все-таки ситуация приблежалась к своей кульминации. И очень не хотелось бы, чтоб кое-у-кого сдали нервы чуть раньше.

— Вот денежки проверим и отпустим… — бормотал он достаточно громко, чтобы франт его услышал.

На ощупь клановец нашел рукоять открывания двери и, двинулся дальше, распахнув ее за собой. Какие-никакое, а все ж препятствие.

— Эй, ты чего творишь — то? — заволновался франт, которому «изменение планов» не понравилось от слова совсем.

Парень не ответил. Он вздохнул и направил пистолет на переговорщика.

— Стой, — потребовал он… и начал отступать назад, отпустив девушку.

Помощник же барыги так и остался стоять возле целящейся в него наспех возведенной иллюзии.

— Бежим, — шепнул на ухо Ирине Павел. — Тихо и быстро.

Девушка сориентировалась сразу же. Мгновение она потратила на то, чтобы избавиться от кляпа, а потом резво потрусила след за Волконским.

Иллюзия помогла выиграть секунд пять. В такой ситуации — очень много!

— С***********ки! — послышался сзади разъяренный рев франта, раскусившего обман.

Грохнули два одиночных выстрела. Ни один из них цели не достиг — молодые люди уже выбрались на улочку.

Хаос возник мгновенно. Кто-то вскрикнул, другой испугался стрельбы и побежал…

— К машине! — негромко скомандовал Волконский.

Возражений не встретил. Теперь бежать было уже бессмысленно. Гораздо важнее было следить за тем, чтобы от «случайного прохожего» не получить заточкой в бок. Или выстрела в упор.

До отдельского авто было всего метров пятнадцать. несколько секунд хода сквозь толпу. Волконский даже успел поверить — смогли!

Полный ужаса женский крик заставил его обернуться. Тело на автомате стало заваливаться на асфальт, уволакивая за собой чуть «отставшую» Ирину.

— Бл… ааААА-у! — выдала Романова, из которой падение качественно вышибло дух.

Ее слова заглушил гул проревевшего над головой сгустка пламени.

Под крики гражданских ярко вспыхнул недорогой разъездной «Кристал».

«Вот и пригодилось!» — яркой вспышкой мелькнула дурацкая мысль в голове Павла. Тело же, тем временем, шустро перебирало ногами и рукам, стараясь не поднимать ни головы, ни задницы. Ведь попадание в первую будет смертельно, а во вторую — обидно!

Ирина повторила маневр Волконского.

Машина — весьма хреновое укрытие там, где стреляют. Шьется на раз практически любым патроном, да еще и «магнит для пуль». А вот чад от горящего авто — вполне себе прикрытие. Все лучше, чем дожидаться своей участи на открытом пространстве.

Бум!

Нечто тяжелое ударило в борт вспыхнувшего авто, покачнув уже ни к чему не пригодный остов. Вся пассажирская сторона моментально покрылась толстой коркой льда… Что совершенно не мешало автомобилю красочно догорать.

— В укрытие! — скомандовал клановец.

Маг оказал беглецам услугу. Теперь их авто действительно можно было считать на какое-то время укрытием.

Словно бы что-то почувствовав, Волконский сделал перекат на спину, моментально вскидывая оружие в сторону потенциальных преследователей. Поверх открытого прицела мелькнули знакомые косички.

«Нимфетка!» — хмыкнул парень чуть удивленно, припомнив двух девчушек, встреченных ими всего несколько десятков минут назад. Мысль он додумывал уже нажимая на спусковой крючок.

Довольно неплохой пистолет дважды плюнул огнем. Однако девчушка лет восемнадцати успела не только запустить очередной поток пламени, но и юркнуть за какую-то рекламную тумбу. Судя по рикошету, делали ее на совесть… и с расчетом на городские бои, да…

Дальше Волконский отползал на спине, подталкивая тело ногами и перебирая лопатками. Огонь прошел высоко над его головой. Но получить Льдом на пятую точку ему вовсе не улыбалось. Ведь нимфеток, насколько он помнил, было все же две! И «сосульки» тут уже летали. Значит, готовится к следующему удару.

— Давай быстрее! — Ирина добралась до укрытия раньше.

Им она выбрала небольшой бордюрный камень. Полностью защитить тело он не мог, но создавал хоть какую-то иллюзию спасения от рикошета. В конце концов, тут еще и несколько стрелков неподалеку отираться должны.

— Вот, мля…! — выдохнул Павел, вытягиваясь вдоль бордюрного камня на спине.

А вот магичке было все нипочём. Она просто попыталась взять беглецов «на рывок», бросившись к их укрытию с предактивированным заклятьем в руках.

— Ну и дура, — решил парень, вновь нажимая на спуск.

В этот раз он попал. Куда-то в бок. Скорее, даже подошло бы слово «зацепил», если бы не то самое заклятье. Спрессованный в малый объем Огонь, больше ничем не сдерживаемый, радостно вспыхнул.

Нечеловеческий визг сгорающей заживо магички заставил похолодеть кровь в жилах. Представить себя на ее месте было… страшно! Однако кричала она недолго…

Зло тявкнули два выстрела… за спиной Павла. Кажется. напарница времени не теряла, перекрывая свой фланг огнем.

— Очкастый — все! — крикнула Ира. — Еще пяток залегли!

Волконский кивнул своим мыслям. Хотелось бы верить, что потеря вот уже второго командира за полчаса заставит их задуматься о перспективах и, чем черт не шутит, отступить.

— МАРА!!! — завизжала вторая магичка.

Она больше не пряталась. Обезумевшая девчонка вскочила на ноги, подняв стихийный щит.

Глаза магички вспыхнули ледяным пламенем.

Вжжжжух!

Первый удар пришелся метрах в полутора от головы Павла. Осколки льда неприятно впились в лицо.

Парень вскинул оружие.

«Ну же, ну!» — мысленно «подбадривал» он себя, выпустив аж три пули в силуэт. Ни одна из них девицу не достала. Стихия надежно прикрыла тело магички.

Зато у самой нимфетки сил хватило на следующий удар.

«Как быстро!» — оценил клановец, прикрывая лицо руками. Удар пришелся в асфальт перед ним.

— Песец! — шепнул он сам себе.

Ей. Девчушка слетела с нарезки. Смерть подруги сильно ударила по ней. Магичка буквально сжигала себя, направив все ресурсы организма на единую цель — уничтожить убийц.

— МАРА! — вновь взревела она.

Разума в этом вое не осталось и грамма. Лишь животное первобытное желание отомстить любой ценой!

Глыба Льда вновь ударила в чадящий остов «Кристала», сдвинув его на несколько местров.

Ирина тут же начала шустро отползать. Еще бы чуть-чуть и груда металла придавила бы ее саму.

— МАРА!!!

Павел сделал еще два выстрела. Любая защита имеет предел насыщения! Однако сумасшедшая девка ответной атаки даже не заметила. А вот клановцу досталось. Очередная глыба Льда рухнула совсем близко, разобрав Волконскому рабочую руку, тут же повисшую безжизненной плетью.

— Вот черт! — решил он.

Да девчонка сдохнуть готова, лишь бы они не жили! Да и все равно ей уже. После ТАКИХ срывов организм восстановить очень сложно. Практически невозможно!

— УМРИТЕ, С***! — рявкнула она вновь. — ЗА МОЮ МАРУ!!!

Однако удара не последовала. Самый обычный клаксон на миг сбил концентрацию магичке. А через секунду тяжелый силовой бампер снес и ее саму! Она даже не успела испугаться, как тяжелый внедорожник буквально впечатал ее в багажник брошенной кем-то в начале боя шины.

Павел рухнул асфальт.

— Всем лежать, полиция! — потребовал усиленный мегафоном голос.

Парень не только послушался, но и отбросил подальше оружие. Вот ему не хватало сейчас еще и пулю от своих поймать.

— Не рыпаться!

Павел даже ощутил радость, когда сильные руки перевернули его лицом в асфальт, да еще и по ногам добавили, раскидывая их как можно шире.

— Мордой в пол! Руки перед собой! — продолжали сыпаться команды.

Волконский даже не слишком возражал, когда на него рухнул кто-то очень тяжелы и злой, без всякой «нежности» заломивший руки и защелкнувший одноразовые пластиковые наручники.

— Оп-па! — через миг обрадовался тот же голос. — Да у него две «красного» на кармане.

— У телки тоже ствол! — крикнул откуда-то со стороны второй голос.

— Влад, машину подгони! — скомандовал «оседлавший» Павла сотрудник.

Уже через несколько минут молодые люди были усажены в «клетку». При этом оба были счастливы до невозможности. Ведь по ним, хотя бы, больше никто не пытался пальнуть или приложить ударом Дара.

И это было прекрасно!

* * *

— Сиди тихо!

Кулак здоровенного сержанта жестко вошел в бок Павла.

Тот не усидел. Просто слетел с прикрученного к полу стула на бетонный пол.

Допрос гнали жестко и резво. Вот только без особого успеха.

— Девяносто, двадцать три, восемнадцать, — вновь выдавил Волконский сквозь у выступившую на губах кровавую пену. — Центральное управление.

Ему не поверили. Уже в который раз. Лишь добавили носком форменного берца в живот.

Дыхание выбило мгновенно. Разом…

И ведь претензий-то особых нет. Уроды, конечно… Но как сам Волконский вел бы себя со взятым во время перестрелки «наркошей» (про две дозы «красного» все помним, да?), во время которой погибло не менее пяти гражданских… А сколько еще не спасу медики?

Да, ни один из них не убит пулей. Это магички постарались. Но у бойцов ППС и следователя пока в такие мелочи вдаваться не было ни сил, ни желания. Тем более, как услышал краем уха парень, кого-то из полицейских все же зацепило.

— Усади его, — потребовал следак с погонами капитана.

Сержант мигом рванул тело с пола и вновь устроил его на стуле.

— Говорить будем? — почти ласково поинтересовался капитан.

— Девяносто, двадцать три, восемнадцать… — слабо выдохнул Волконский.

Бум!

Столешница отчего-то метнулась к лицу. С неприятным хрустом сместились хрящи носа.

— Хууууу… — выдавил клановец, закапывая одежду кровью.

— Семеро погибли, — все с таким же пониманием и участием добавил офицер.

«Уже семеро!» — с грустью отметил Павел.

Да, он сам не подумал, выводя противостояние на улицу. Вот только, по плану, прикрывшись иллюзией, они должны были сесть в «Кристал» и спокойно уехать. Кто мог предположить, что магички решатся устроить бойню прямо посреди улицы…

— Молчит, с**а, — коротко констатировал следак. — Ну, молчи, молчи… У сержанта друг сегодня погиб. Вот и справим по нему тризну.

— Х-хэ! — только и успел выдохнуть молодой человек.

Удар в бок был страшен. Однако последующие были еще сильнее.

— Прекратить! — рявкнул властный голос.

Все застыло. И все. Не сыпались больше удары.

— Вячеслав Иванович…

Сквозь кровавую пелену перед глазами Павел с трудом рассмотрел как вскочил и вытянулся следак. Кажется, подоспело начальство. И высокое. Вон как перед ним столбик капитан изображает.

— Эй, ты нормально? — произнес смутно знакомый голос.

На автомате Волконский отбил потянувшиеся к нему руки и постарался прикрыть голову и внутренние органы руками.

— Паша… Паш, спокойно, — продолжил все тот же голос.

Больше руки к парню пока не тянул. Поэтому через несколько секунд клановец решил присмотреться, кто именно так настойчиво зовет его по имени.

— Это я, — повторил голос. — Все нормально.

Сквозь красноватую пелену проступил знакомый образ.

— Серега, ты? — с трудом выдал разбитыми губами парень.

— Я, я, — чуть спокойнее ответил Гладь. — Сейчас.

В который раз за сегодня Павла подняли на ноги. Пару секунд он потратил, чтобы поймать равновесие. Лишь затем молодой человек позволил себе осмотреться.

Тот самый Вячеслав Иванович оказался целым подполковником в кителе МВД. Однако и он с большой опаской косился на Серегу. Тот, кстати, был одет по гражданке. Однако взгляд у него был такой, что как-то в последнюю очередь обладатели погон вспоминали, что вообще-то они сотрудники полиции. Всем просто хотелось оказаться как можно дальше.

— Сергей Игоре… — попытался было начать объясняться он.

— Заткнись, Слава, просто заткнись, — попросил устало Гладь. — Вот если бы с парнем что-нибудь случилось, я бы на твоем месте просто повесился. А так… Жди решения. Пошли, Паша…

— Бешенная, — прошамкал Волконский.

— Уже в машине, — коротко ответил мужчина.

«Хорошо хоть этой „заняться“ не успели. Так, „пригладили“ слегка и все.» — отметил мужчина.

Клановец кивнул и, с трудом сфокусировав взгляд на дюжем сержанте, «противоторпедным зигзагом» приблизился к сотруднику.

— Девяносто, двадцать три, восемнадцать, — веско произнес парень.

С последним слогом его лоб ударил в переносицу дюжего сержанта. Тут же довернув собственное тело, Волконский довольно точно, но не «убойно» дотянулся левой ногой до печени следака.

— Претензий по содержанию не имею, — коротко сообщил Глади и подполковнику Волконский, поворачиваясь к обоим офицерам спиной. — Освобождайте!

Почувствовать, как спадает «стяжка» пластиковых наручников было настоящим счастьем.

Глава 24

Глава 24

— Нооооормально, — протянул Фил, разглядывая лицо своего соседа.

Тот промолчал. Зато высказалась Романова.

— От****ь, Филипп, — устало попросила она, протискиваясь в крохотную прихожую вслед за Павлом.

Хозяин помещения даже возмущаться не стал. Просто подвинулся в сторону, пропуская девушку внутрь. Хотя, вообще-то, имел полное право поинтересоваться: «А какого хрена ты тут вообще делаешь?».

Судя по чистоте коридора квартиры, где Волконский не был уже несколько дней, Катерина таки повысила ставки в играх с парнями. Так что теперь кое-кому приходилось еще и регулярно наводить порядок. Таким макаром, скоро здесь стерильная чистота будет!

Оставалось только сожалеть, что самой блондиночки здесь не было. Все-таки выходные. Да и ночует она здесь не так уж часто. Комфортнее ей дома. В высотке, пусть и не слишком высоко, но небольшие апартаменты у нее имелись. Хотелось бы, конечно, иметь ее под боком. Однако претендовать на се ее время постоянно Павел не мог.

Невольно пришла в голову мысль, что и самому ему пора бы уже задуматься о собственном жилье. Да вот что-то пока не до того все было. Да и, что удивительнее всего, семейная разведка до сих пор не слишком представляла, где именно обитает клановец. Впрочем, тут закрадывался вывод, что не очень то и стараются, а сам Павел вполне себе заслуживает титула «Неуловимый Джо», который никому особо и не нужен.

Фил же внимательно рассматривал лицо Волконского. Клановец ответил насмешливым взглядом.

— Да ладно, ладно, — поднял руки хозяин хаты в сдающемся жесте..

Выглядывающий из-за его спины Кроль, кстати говоря, никак количество сечек и уже слегка подлеченных кровоподтеков на лице клановца не прокомментировал. Бешенной досталось, кстати, куда меньше. Но в ее адрес комментарии отпускать было опаснее. Парни не решились. Это «Пашку» можно было пытать без зазрения совести.

— Есть хотите? — поинтересовался хозяин квартиры.

Волконский тут же мысленно отпустил здоровяку все «грехи».

— Угу, — как-то разом буркнули оба.

Все-таки их немного подлечили. Ничего опасного их раны собой не представляли (в отличие от уже почти полностью зажившего под ладонями целителей ребра клановца!). А вот «косметику» обычные сотрудники МВД позволить себе не могли. Дорого. И не всем доступно. Даже за очень хорошие деньги. Так что «легенда» предполагала, что какое-то время им придется походить вот такими вот красавцами. Однако даже малое восстановление требовало энергии. Медики их, конечно, своими безвкусными, но очень калорийными коктейлями накачали до бровей. Однако и их действие уже заканчивалось. Есть хотелось зверски!

— Я в душ, — коротко прохрипела Ирина.

— А что с голосом? — решился-таки Кроль.

Девушка на миг замерла, словно прикидывая, не прибить ли ей кого-нибудь прямо сейчас. Однако Кирилл, за последние месяцы чувство страха утративший почти полностью, с любопытством продолжал пялиться на Романову.

— Этот извращенец мне ствол в рот вставил, — вполне искренне отмахнулась она.

— Как⁈ — тут уж и Фил не сдержал любопытства.

— По самые гланды, — отмахнулась девушка, захлопывая за собой дверь.

Волконский только вздохнул, не слишком представляя, что именно ответить на слаженный крик души: «И ей?!?!?!». Ну неужели было бы лучше, если бы тот же франт спросил что-нибудь «босса» и не получил ответа? Или получил бы его женским голосом? А так все понятно и логично, да…

— Это не то, о чем вы подумали, — совершенно искренне выдал он, разведя руками.

Парни покивали. В чем-то завистливо даже. Впрочем, Кроль действительно даже не стал ничего предполагать. Слишком часто его ожидания разбивались о безумную реальность. Но легкий троллинг своего нанимателя — вполне себе нормальная компенсация.

Павел достал пистолет «крысеныша».

— Да ладно, ладно! — тут же вскинул руки Фил.

Клановец удивленно приподнял бровь и положил оружие на старое трюмо возле зеркала. Просто надоело ему такую штуку за поясом держать. Особенно без кобуры.

Филипп же, судя по смешкам, его просто подкалывал. Парень пожал плечами и вновь демонстративно протянул руку к трюмо. На этот раз со вполне определенными целями.

— Я разогревать ужин! — со смехом оповестил здоровяк и выдвинулся в сторону кухни.

«Ну вот!» — «расстроился» молодой человек тому, что занятого столь важным и необходимым лично ему делом соседа даже и пристрелить нельзя. Кто ж тогда стол-то накроет?

— Не стоит оно того! — решил что-то для себя Кроль, все так же разглядывая лицо клановца.

Тот замер в позе журавля, снимая ботинок с левой ноги, и вопросительно глянул на бессменного водителя. И, кажется, бессмертного. Во всяком случае, сея таковым возомнившего.

— Бешенная, конечно, хороша! — глубокомысленно выдал он. — Однако не такой же ценой!

Кажется, парень не совсем верно оценил происхождение отметин на лице Павла.

— Да и хер бы с ним! — решил Волконский, провожая взглядом так же двинувшегося на кухню Кирилла.

В ванной зашумела вода.

«Минут десять у меня еще есть!», — коротко решил парень, направляясь в сторону комнаты. Хотелось не только смыть всю грязь сегодняшнего дня, но и переодеться в чистое. Заодно и Ирине можно было подобрать чего-нибудь. Хотя бы футболку или рубашку какую. А в джинсах она и своих вечерок походит. Не так уж сильно она и извозилась.

На кухне они собрались минут через двадцать.

— Приятного аппетита, — заявил Фил, выставляя на ценр стола сковородку с жаренной картошкой и пару тарелок под салат «огурцы-помидоры-зелень».

«Приключенцы» спорить не стали. Одна «тара» так одна. Мигом схватили вилки принялись уничтожать содержимое сковородки.

Шутить над ними никто не стал. Волконскому, может быть, будь бы он один, еще и досталось. Однако после душа Ирина явно собралась силами. И теперь ее симпатичные темные глазки буквально светились предупреждающим транспарантом «Только попробуйте!». Дураков не нашлось.

— Думаеф найдут? — не слишком внятно поинтересовалась Ирина, чуть ли не подмурлыкивая от удовольствия.

Волконский отвечать не стал. Он целиком отдался греху чревоугодия, а потому обсуждать еще что-то попросту не готовый.

Вопрос, тем временем, был серьезен. Если сумка, которую они «накидали» в логове барыги, была в порядке, то две дозы «красного» исчезли из кармана Павла после отпуска. И «никто не знал», где именно они могли быть!

Нет, конечно, пообещали разобраться. Подстегнутый рыком Сереги подполковник так и вовсе себя в грудь ногой бил. Только вот крепла в голове парня мысль, что больше «улик» он не увидит. Просто потому, что признаться в сокрытии оных — то еще пятно на карьере в лучшем и самом гуманном случае. А ведь есть варианты намного хуже!

— А как думаешь?.. — начала было вновь Ирина.

— Не звезди, — коротко попросил молодой человек, отринув всяческую вежливость.

Для лучшего понимания, Волконский положил в одну из частых тарелок салата и подтолкнул ее к Бешенной.

— Заряжайся витаминами!

— Хак гфуууупо, — «возмутилась» та, от салата, впрочем. не отказавшись.

Доели в тишине. Чай допили схожим макаром.

— Знаешь, чего я сейчас больше всего хочу? — довольно мурлыкнула Ирина, прогибая спинку и чуть крепче затягивая полы рубашки Волконского в узелок.

Взгляд ее шальной метнулся в сторону коридора.

Клановец задумался. Ненадолго. Бросил взгляд в другую сторону. В конце концов, у него были обязательства и он просто не мог взять и согласиться на столь заманчивое предложение.

— Иди уж, — хмыкнул Фил. — Так и быть, посуду вымою! Но ты Катерине скажи, что один долг минус.

— Из скольки? — буркнул клановец, окидывая Бешенную оценивающим взглядом.

— Не трави душу… — простонали парни хором.

Кажется, о текущем счете «противостояния» с его секретарем никто вспоминать лишний раз не хотел.

— Так идем? — улыбнулась Романова.

— Идем, идем! — хмыкнул Павел, поднимаясь из-за стола.

* * *

— Хорошо, — блаженно выдала Ирина, вытягивая стройные крепкие ножки.

— Просто прекрасно, — откинулся назад Павел.

Редкая кружечка пива сегодня зашла удивительно хорошо. Судя по всему, девушке тоже. А уж возможность развалиться на диванчиках и вытянуть ноги — так вообще кайф!

Для полного счастья оставалось лишь дождаться мясных закусок. И вообще жизнь тогда можно будет считать удавшейся.

Завсегдатаи бара появлению Романовой в компании с уе успевшим примелькаться клановцем подивились. Особенно с учетом отметин на лицах. Но с вопросами не подходили. Возможно потому, что Бешенная сразу же стянула у бармена одно из полотенец, после чего выложила на столешницу пистолет и чисто символически прикрыла его «добычей».

Вопросы, если у кого они и были, тут же отпали. Мол, отдыхают люди и отдыхают… чего их беспокоить-то?

— Удивительный ты человек, Романова, — хмыкнул Павел, делая очередной маленький глоток прохладного пенного напитка.

— Поясни, — предложила девушка, не отрывая взгляда от бармена, который лично решил вынести им заказ.

— Только же поели, а ты глаза с тарелок не сводишь…

Бешенная задумалась. Кажется, хотела уже было вспылить. Однако вдруг как-то резко вспомнила, что ей лень.

— Ты, главное, помни, что женщины, имеющие лишний вес, живут куда дольше, чем мужчины, обратившие на это внимание.

Волконский покивал и окинул спутницу взглядом. Да, фигурка Ирины была довольно крепкой, но о похудении ей пока задумываться было точно рано.

— Как скажешь, — махнул он рукой, подвигая к себе одну из тарелок со стрипсами.

Миг, и на ней стало на один кусочек меньше.

— Штраф, — коротко объявила Романова, и откусила от добычи примерно половину.

«Во всяком случае, похоже, вкусно!» — решил он, наблюдая за счастливым лицом Романовой.

С другой стороны, Павел был уверен, что такое нужно пресекать сразу. А то начинается все с налетов на тарелку, затем, откуда ни возьмись, у в ванной появляется вторая щетка, а там и до «Ты где шлялся⁈» недалеко. Однако здесь и сейчас парню было просто лень. Хотелось лишь наслаждаться прохладмым напитком, стрипсами, компанией и… ожидать очередного гостя.

— Ну, привет, брат! — негромко произнесла гостья.

Все мечты разбились о суровую реальность в лице Светы. И, самое обидное, он сам ее пригласил, дав метку геолокации. Впрягаться в дела не слишком-то хотелось. Но…

— С-светлана, — чуть ли не поперхнулась Ирина, тут же усаживаясь чуть собраннее.

Все-таки единственным клановцем, при котором девушка отбрасывала почти любые условности, пока оставался Павел. Даже после памятного похода и шашлыков.

— Добрый вечер, Ирина, — склонила все так же покрытую капюшоном головушку сестра Павла.

— Садись, сестренка, рассказывай, вежливо предложил клановец, напротив вытянув ноги так, чтобы гудящие мышцы получше отдохнули.

— Прекрасно выглядишь, Паша, — констатировала Волконская.

Просто до жути ей хотелось бы узнать, что именно произошло с братом. Любопытство — штука такая. особенно для аналитика, привыкшего щелкать секреты других как орешки. Однако воспитание не позволило ей броситься к уставшему брату с расспросами!

Клановец только плечами пожал. Мол, случается фигня. С кем не бывает?

Кстати, тот еще вопрос. Совсем недавно все трое присутствующих в голос бы ответили, что ТАКОГО вообще не бывает! А вон оно как сложилось…

— Пойду, пройдусь! — решила Ирина, отставив кружку чуть в сторону.

Взгляд ее явно зацепился за бильярдные столы.

— Хм… — протянул Павел, оглянувшись на сестренку.

Та сделала пару едва заметных жестов.

— Думаю, в партеечку уложимся.

— Отлично, — кивнула Бешенная и поднялась на ноги, уже на весь зал крикнув. — Эй! Я чертовски зла и готова порвать кого угодно! Кто бросит мне вызов⁈

Народ притих. Кто-то даже испуганно.

— Ну, я! — поднялся на другом столе зала лысый крепыш с «профессорской» бородкой в кожаном жилете цветов местного байкерского клуба на голое тело.

— Ну, пошли, смертник! — обрадовалась Ирина.

Гриб, чьего настоящего имени не знал никто, соперником был опытным. То есть, интересным. Тот же Павел против него наверняка бы не вывез. Однако Романова шары покатать любила.

— Пива не предлагаю, — коротко возвестил Павел, едва Бешенная направилась к «полю боя» из зеленого сукна.

— Это еще почему? — поинтересовалась девушка, так и не снявшая капюшон худи. — Быть может, я тоже хочу?

— Ну, попробуй! — кивнул парень в сторону спешащего к ним официанта.

В Сергеиче он был уверен.

— Мне пива, пожалуйста, — мягко обратилась к нему Волконская.

Не то чтобы ей действительно хотелось именно этого напитка. Просто интересно было проверить.

Сергеич задумался. Ненадолго. Уже секунды через три он выдал:

— Паспорт приготовим!

— Что?.. — удивилась девушка.

— Тебе семнадцать, Свет, — мягко напомнил заботливый брат.

Для ведения бизнеса возраст помехой не был. Одних Фамилий учредителей вполне хватало, чтобы все понимали, с кем именно предстоит иметь дело. Но вот…

— Несовершеннолетним алкоголь не продаем! — отрезал бармен.

Да, на этих улицах творилось… всякое. Однако рисковать крупным штрафом местным не хотелось от слова совсем. Уж больно драконовские меры ввел Е. И. В. за нарушение возрастного ценза.

— Тогда апельсиновый сок, — невозмутимо решила сестренка.

Тут ни у кого не нашлось возражений.

— Ну, рассказывай, чего плохого, — вздохнул Павел, едва бармен оставил их одних.

— А почему именно плохого? — поинтересовалась сестренка.

— Хорошее могло бы подождать и до завтра, — хмыкнул Волконский. — Так кто?

— Трубин, — не стала дальше тянуть кота за всякое Света.

— Не успокоится Марат Игоревич, — протянул парень. прикладываясь к своей кружке. — Подвинься, Светик!

Если Ирина вынуждена была временно прервать свою релаксацию, то это вовсе не повод самому отказаться от идеи удобно вытянуть ноги.

Светлана в ответ на реплику брата покачала головой.

— Не Марат, значит, — очень неприятно удивился Волконский.

Неприятно, черт возьми! Он как-то не ожидал, что их, по сути, «междусобойчик» втянет в себя сторонних участников. Это плохо.

— Нет, -подтвердила девушка. — Не он.

Эта… новость буквально требовала пересмотра планов.

— Насколько все серьезно? — поинтересовался парень.

— По моим расчетам, более чем! — заявила собеседница. — И времени на раскачку совсем нет.

Минута понадобилась Павлу, чтобы обдумать ситуацию. Вариант выхода из кризиса у него имелся. Вот только он планировал разыграть эту карту чуть позже.

— Месяц?..

— Не терпит, Паш, — вздохнула девушка. — У нас есть три дня относительной стабильности. Затем стация взорвется так… или иначе.

Неприятно. И очень невовремя. Подобный «взрыв» может и близких задеть. А подставлять родной клан, даже несмотря на некоторые разногласия, у него никакого желания не было.

— Ты закончила работу с Воронцовыми? — поинтересовался он.

— Да.

Девушка не совсем понимала, как именно ее брат собирается разыграть комбинацию, но сама в ситуацию не лезла.

— Этого достаточно? — поинтересовался он.

— Нет, — уверенно покачала головой сестра. — Однако временно сбросить накал вполне поможет.

— Все выкладки мне и… — парень задумался.

В этот раз взят с собой Тишь и Гладь не получится. Они по своим задачам работают.

— Вот зараза, — коротко выдохнул он. — Свет, мне нужен вариант встретиться с Сергеем Михайловичем.

Умница-сестренка проблему поняла сразу. Нужно было не просто встретиться с Главой Трубиных, но и не выглядеть при этом бедным родственником. Да и как-то живым после нее уйти тоже неплохо было бы. Если у клана ТАКИЕ проблемы, то и решать они их могут весьма кардинально.

— Волконские сформировали группы быстрого реагирования исключительно под твои задачи, — без эмоций сообщила девушка, будто бы и не о собственной семье говорила. — По запросу ордер будет готов в течение суток.

Павел раздумывал недолго. У него на языке вертелись всего два вопроса:

— Чего это родичи так расщедрились? — буркнул он негромко, и тут же задал второй, куда боле животрепещущий, вопрос. — И почему я узнаю об этом только сейчас?

Девушка молчала. Все то время, пока незаметно подошедший Саня не поставил перед ней стакан сока.

— Группу закончили комплектовать лишь сегодня утром, — пожала плечами Волконская. — Мне сообщили днем и попросили от помощи не отказываться.

Клановец хмыкнул. Он прекрасно понял, как бойцы кланового кортежа пытались диктовать ему свои условия. Как бы ото всей этой затеи больше проблем не поиметь, чем пользы.

— Не тот случай, — тут же откликнулась понимающая сестренка. — Мне гарантировали, что больше проблем с дисциплиной и единоначалием больше не будет.

Волконский вздохнул. Свежо, как говорится, предание… Да вот только верилось как-то не очень. С другой стороны, хоть Бойцов и гонял людей в хвост и в гриву, пока до создания нормальной СБ было еще далековато. Да и материально-техническое оснащение оставляло желать лучшего. Это не говоря про «понты», которые, в иных случаях, иметь было просто обязательно!

— Да, Паша, — коротко вздохнула сестренка. — В системе все еще висит официальный запрос от Волконских.

Парень едва заметно поморщился. Вот совсем он ему был ни к селу ни к городу. А тянуть время… само по себе явный сигнал для общества.

— Куда ни кинь, а все в клин, — выдохнул парень.

— Откажись, — сумела в очередной раз удивить клановца сестра. — Клан претензий иметь не будет!

Павел всмотрелся в хитро поблескивающие глазки сестренки. Та, пусть и пыталась сдержать эмоции, но, молодой человек это прекрасно видел, довольна была что твой слон. В кои-то веки это ей удалось «поймать» брата, а не наоборот.

— Что случилось? — серьезно поинтересовался парень.

Такие изменения в политике клана — не к добру.

— С вероятностью в девяносто процентов, — ухмыльнулась Волконская. — В дело вступил Елизар Петрович.

Больше всего клановца удивила та самая ухмылка. Кажется, он плохо влияет на свою собственную сестру. Вон, уже от охраны сбегает и шяется по злачным местам! И это если забыть, что кое-кто на его глазах только что пиво попытался купить!

Вообще-то, молодые люди давно ожидали, пока молодому человеку позиция «хата с краю» надоест, и он вступит в игру. Когда этого не произошло, пришлось подать более прозрачный сигнал, переведя под оперативное управление Волконских довольно серьезный капитал. Кажется, дошло…

— Надо с этим то-то делать, — задумчиво констатировал он, отмечая реакцию сестренки.

— А, может, не надо… — как-то сразу присмирела собеседница.

Она еще не поняла, чем именно вызваны «те самые» интонации в голосе брата, но уже обеспокоилась собственным будущим.

— Надо, Света, надо, — коротко хмыкнул парень, утыкаясь в комм.

Тянуть с решением по запросу родного клана точно не следовало.

— Ну, вот и все, — констатировал он через несколько секунд.

Одной проблемой стало меньше. Существенного облегчения не пришло.

— Думаешь официальный запрос отправить Трубиным? — поинтересовалась девушка заметив, что брат не торопится выходить из системы.

— Что?.. — не совсем понял тот, но сообразил быстро. — Нет, конечно. Зачем давать им повод выставить меня просителем, обивающим пороги?

Для этого и делать-то много не нужно. Всего лишь оставить его запрос «мариноваться» в системе. Люди понимающие к нужным выводам придут сами.

Клановое общество к таким вещам очень чувствительно. Так что тут следовало быть аккуратнее. Можно, например, оформить заявку в секретариат Волконских. Те все сделают как нужно. Да и отказать в этом случаем Трубиным будет куда сложнее.

Впрочем, имелся способ на много лучше. Клановец взялся за комм.

— Добрый вечер, Сергей Михайлович, — произнес он спокойно через несколько секунд. — Павел Волконский беспокоит. Я считаю, что у нас появилась серьезная тема для переговоров. Могу ли я рассчитывать на час твоего внимания?

Сестренка застыла. С каждым словом ее глазки распахивались все шире. Примерно к концу фразы она была похожа на героиню японской анимации.

— Да, прекрасно, — подтвердил примерно через минуту Волконский. — Сергей Михайлович, я рассчитываю на твое благородство…

На этом моменте Павел ухмыльнулся. Светлана едва слышно икнула.

— … Да, я рад, что мы друг друга поняли. Тогда я обойдусь без «свиты».

Ответ девушка услышать не могла, но вот тот факт, что ухмылка на лице брата стала чуть шире, отметила.

— Благодарю, Сергей Михайлович, буду.

С этими словами клановец дал отбой и тут же хорошенько приложился к кружке с пивом, залпом отправляя половину ее в собственную утробу.

Этого времени Светлане как раз хватило, чтобы прийти в себя. Но не определиться, какой из десятка вопросов задать первым.

— Откуда у тебя номер Главы Трубиных? — наконец чуть хрипло выдала она.

И вновь чертовы правила и обычаи. Мало того, что номер ТАКОГО человека узнать не так-то просто (все вопросы решает исключительно секретариата!), так еще и воспользоваться им — верный путь к очень большим неприятностям. Просто потому, что подобное действо, без выданного заранее разрешения, с вероятностью в единицу сочтут оскорблением.

— Так он же мне сам звонил, — с наигранным простодушием пожал плечами Павел, искоса наблюдая за сестренкой.

Очередная шалость удалась. В который раз ему удалось удивить ее!

— Могу я узнать?.. — поинтересовалась Волконская.

— Конечно, — продемонстрировал ей лучшую из своих улыбок брат. — Когда Марат стучался к Воронцовым. Он же мне денег за беспрепятственный взлет наследника пообещал, помнишь?

Девушка чуть заторможенно кивнула, и попыталась сформулировать свой следующий вопрос:

— И?..

— Заплатил, конечно! — уверенно кивнул Павел.

Сестренка пристегнула одну губу к другой и задумалась. Да, все верно. Личный звонок от Главы клана — вполне повод считать, что «образовавшейся связью» может воспользоваться и вторая сторона.

— Не понимаю, — вздохнула девушка наконец.

Павел приподнял вопросительно бровь.

— Как вообще к этому пришло?

Парень вздохнул и отставил кружку в сторону. Вопрос требовал осмысления.

— Я тоже, — наконец признал он.

— Да? — с легкой иронией поинтересовалась сестра.

— Ага, — подтвердил клановец.

От такого признания девушки, на удивление, стало легче.

* * *

— Благодарю вас! — коротко улыбнулся Игорь Георгиевич Волконский с трибуны.

Тут же защелкали затворы камер и «огоньки» вспышек в попытке запечатлеть Главу в наиболее выгодном ракурсе. Нет, конечно, если у кого-то не получится «поймать момент», то пресс-служба щедро и абсолютно бесплатно поделится нужными фото. Однако корреспонденты предпочитали сделать свои снимки. Профессиональная гордость, если хотите. И это при том, что получившийся материал перед публикацией все равно придется согласовывать с клановым информационным управлением.

Мужчина ненадолго задержался, позволяя «отработать» всем желающим написать про открытие Волконскими новой детской больницы. Как говорится, никаких добрых дел без пресс-релиза.

— Еще раз хочу поблагодарить всех собравшихся, — закончил он свою речь. — Надеюсь, скоро увидимся вновь по столь же приятному поводу!

Несколько десятков человек, в основном врачей будущего медицинского учреждения, ответили неискренними аплодисментами. Да, новым рабочим местам они были, возможно, и рады. Но редкий выходной день все-таки с гораздо большим удовольствием провели где-то еще, а не в качестве массовки для благодарственного митинга.

Впрочем, сам Главный Герой мероприятия этого уже не видел. Стоило ему сойти с трибуны, как вокруг него моментально собрался контур безопасности из гвардейцев. И это при том, что от трибуны до глайдера даже самый обделенный ростом человек вряд ли бы насчитал больше пятнадцати шагов.

— Закончил? — поинтересовался его брат чуть глухо от ускорения.

Взлет и посадка — самые опасные моменты. Как с точки зрения маневрирования, так и с точки зрения службы охраны. Так что взлет, как всегда, был довольно резким.

— Что-то случилось? — Игорь Георгиевич тут же узнал те самые нотки в голосе брата, что обычно предвещали множество головной боли.

— Я не знаю, — выдохнул резко тот, откидываясь на спинку удобного пассажирского сидения.

Вот теперь Председатель Правления прекрасно понял, о ком именно пойдет речь.

— Что он опять натворил, Толя? — поинтересовался негромко мужчина.

Тон его был примерно таким же, каким обсуждают дождь или снежную лавину… В общем, то самое бедствие, которое практически невозможно предсказать наверняка. И произойдет оно хочешь ты того или нет.

— Со мной только что связался Сергей Михайлович, — коротко ответил мужчина, прикрыв глаза.

— Трубин?

— Он самый.

Глава промолчал. не совсем по правилам. Но, похоже, речь идет о Павле. Так что звонок отцу — вполне логичное решение.

— Кстати, — продолжил отец «бунтаря». — Ты знал, что мой сын Трубиных на миллион рублей обул?

— Да? — лениво поинтересовался Глава.

Нет, сумма была очень существенна. Просто он уже устал. И удивляться тоже. Так что воспринял очередную выходку племянника как данность.

— Угу, — подтвердил Анатолий Георгиевич. — На всякий случай детишки предупредили Валерыча.

Все было правильно. Этот вопрос касался безопасности всего клана, как и любое «движение» подобных сумм. Особенно полученных в качестве виры. Так что молодцы, чего уж тут.

— Тебе сейчас об этом Сергей Михайлович сообщил? — поинтересовался Председатель Правления негромко.

— Да нет, вспомнилось вот… — признался брат.

Вот теперь Глава напрягся всерьез.

— Толь, не томи, — попросил он.

— Трубин только что сообщил, что сын мой назначил ему встречу.

— Как? — в первую очередь спросил Игорь Анатольевич.

— Просто позвонил, — флегматично пожал плечами второй человек в клане, равнодушно уставившись на подголовник перед собой. — Просто Главе Трубиных. Просто человеку, которого «обнес» на один миллион рублей без учета репутационных потерь и затрат на операцию Марата.

Пассажиры глайдера задумались. Было о чем поразмыслить.

— Прикажу готовить клановый кортеж, — постарался чуть даже успокоить брата Игорь Анатольевич.

Однако тот покачал головой.

— Светлана уже передала, что Павел отказался от сопровождения.

Негромкая ругань стала самым подходящим аккомпанементом к ТАКОМУ ответу.

— Пороть надо было! — зло бросил Глава.

— Упустил момент, — согласился все так же без эмоций его брат.

— Упустил…

* * *

— Сергей Михайлович! — мужчина вскочил с места, едва ли не уронив стул.

Он не так давно разменял пятый десяток лет. Так что довести его до такого состояния — это надо было постараться.

— Сядь, Марат, — коротко потребовал Глава.

Возможный наследник застыл под прицелом умного холодного взгляда.

Он за последнее время так немало наделал дел, последствия которых будут еще долго «аукаться» клану. Взять хотя бы то заявление в канцелярию. И ведь тяжесть обвинений никак не даст просто прекратить расследование! «Псы государевы» дело доведут до конца обязательно…

И это станет ударом. Все «где-нибудь и как-нибудь» нарушали закон в плане дозволенного для хранения в клановом Арсенале. И, если молодой Волконский действительно понесет наказание, то удар по репутации будет страшный. Хорошо лишь, что по его личной, в основном. Остальных лишь краешком зацепит.

— Каковы мои действия? — поинтересовался мужчина.

— Никаких, — тут же получил он ответ. — К работе с Павлом Анатольевичем я тебя, Марат, больше не допущу.

Удивительно, но именно это заявление заставило наследника чуть приободриться. Значит, не списали его еще со счетов. Да, до работы с конкретным «проектом» больше не допустят. Но ведь и не «задвинули»! Сейчас Марату предстоял разбор полетов.

— Можно вопрос, Сергей Михайлович? — закатил пробный шар «штрафник».

Ответом ему стал ободряющий взмах рукой.

— Волконский буквально ограбил нас на один миллион рублей и выставил… в неприглядном свете перед обществом.

Глава согласно кивнул. Мол, все верно. Ничто не забыто. И никто не забыт.

— И после этого ты собираешься встретиться с ним?

Никакого возмущения в голосе мужчины не было. Этот момент с удовлетворением отметил Глава. Его радовало, что возможный наследник не держится за устаревшие убеждения, а старается понять новую конфигурацию.

— Именно поэтому я и собираюсь с ним встретиться, — ответил Сергей Михайлович. — Именно поэтому.

Глава 25

Глава 24

Григорий Костин, старший официант ресторана «Оказия», был профессионалом. Без всяких преувеличений. Однако даже ему было тяжело собраться в этот дождливый ранний вечер. Что уж говорить о рядовых «офиков»? Их, конечно, тоже отбирали серьезно, но…

— Погода, — выдохнула хостес Верочка, с трудом сдержав позыв зевнуть.

Официант пожал плечами. Где-то там внизу — да. Там властвует серая хмарь и, казалось, нескончаемый дождь. Казалось бы, им-то что? Ресторан находился выше стихии. Не даром говорят, что для богатых солнце светит всегда. И для тех, кто их обслуживает, тоже. Так отчего же камнем наваливается усталость и легкий сплин? Больше всего хотелось просто окутаться пледом и завалиться на диван, обложившись книгами и вкусняшками.

— Сейчас проснетесь, — мурлыкнула Верочка таким тоном, что мысли Костина как-то сразу переключились на сегодняшнее чудесное утро.

Они встретили его вместе. И очень даже приятно… Уж до чего самодисциплина стала частью жизни молодого человека, но и ему больше всего хотелось сдаться на милость Одеявола и остаться в кровати. Вот только девушка, поняв, что еще немного, и она попросту не заставит себя оторвать голову от подушки, покинула ложе первой. С ее уходом все «вылеживание» потеряло большую часть своего очарования. Так что пришлось и парню покинуть «тонущий корабль».

— Заказ? — поинтересовался Григорий, всеми силами стараясь, чтобы его голос звучал сухо и строго.

Он всеми силами в рабочей обстановке старался не давать коллегам повода для сплетен.

Судя по смешинкам в глазах хостес, получалось у него не слишком хорошо.

— Ого, — позволила чуть округлить себе глаза в удивлении Верочка.

В голосе ее звучала радость. Она примерно подсчитала стоимость подобного обслуживания и тут же вычла собственный процент. Получилось вполне недурно!

А вот Костин, доверившись своему выработанному за годы работы чутью, отчего-то напрягся.

— Кто? — поинтересовался он без улыбки.

Девушка такой реакции удивилась, но переспрашивать пока не стала. В конце концов, в прошлый раз «паранойя» старшего официанта стала началом их отношений. Да, сама она в предчувствия молодого человека не слишком верила. Но кто из нас без странностей?

— Трубины, — ответила хостес, сверившись с информационной системой. — Заказ на отдельный посадочный стол и тридцать шесть мест в зале. Есть отметка о допуске на работу службы охраны в зале ресторана.

Старший официант негромко хмыкнул. Ну еще бы! Официальные клановые заказы всегда сопровождается усиленной работой гвардейцев.

— Странно, — сообщил он негромко и тут же свою мысль развернул. — Обычно такие заказы сильно заранее делают. Безопасники уже за сутки начинают шерстить этажи.

Девушка кивнула в согласии. Необычно. Настолько, что на этот счет стоило всерьез задуматься.

— Стоит ждать проблем?

Молодой человек прислушался к своему внутреннему голосу. «Разбирайся сам!» — «услышал» он в ответ.

— От клановцев всего можно ожидать, — пожал плечами Костин. — Но, мне кажется, сегодня все пройдет тихо.

— Вот и прекрасно… Добрый вечер! Рады видеть вас в «Оказии», — мгновенно переключившись, произнесла Верочка.

Григорий же, неприятно удивленный, натянул маску легкой заинтересованности и желания помочь клиенту определиться с выбором, и обернулся. За столько лет работы к нему подобраться стало не так то просто даже профессиональному бойцу.

— Чем могу помочь, господин? — поинтересовался он, отмечая для себя взгляд профессионального убийцы, спросил старший официант.

— Я представляю службу безопасности Трубиных, — коротко отрекомендовался серьезный господин. — Кто может сопроводить меня?

Костин кивнул сам себе. Обычная ситуация. И, решение подобных, как раз лежит на его плечах.

— Готов помочь, господин, — склонил голову он с достоинством.

— Прошу вас, — сделала приглашающий жест рукой Верочка. — Григорий проводит вас.

За панорамным окном, прямо напротив которого располагалась стойка хостес, можно было уже разглядеть силуэты десантных глайдеров. Девушка, спроси ее кто, даже могла бы сказать, что три боевые машины могут нести десант до шести десятков гвардейцев. Однако, как правило, с учетом дополнительного оборудования, их бывает не более полусотни. Многое можно узнать, проработав несколько лет в таком месте, как известная на всю империю «Оказия».

* * *

— Удивительный ты человек, Павел, — сообщил Глава Трубиных после положенного приветствия.

Разглядывал при этом уже довольно пожилой мужчина исключительно следы от капель дождя на плечах и рукавах синей рубашки молодого человека. Ему было странно представить, что молодой человек добирался на встречу такого уровня по улице без каких-либо средств защиты. Хотя бы от непогоды.

— Погода, Сергей Михайлович, — с едва заметным вздохом произнес Волконский.

Собеседник покачал головой. Его удивляло… примерно все! Например, молодой человек явился ОДИН. То есть, вообще один. Никакого сопровождения. Даже секретаря и, хотя бы, пары охранников для статуса! Он просто… пришел. И, кажется, с улицы. Снизу! Во всяком случае, на этой высоте дождь найти просто неоткуда. Разве что предположить совсем уж сказочный вариант, что в фойе одного из самых дорогих заведений империи протекает крыша.

Самое интересное, что слишком уж вульгарным все то не выглядело. Формально. Ведь, с учетом лично договоренности. встреча действительно могла считаться достаточно… неформальной. Тем более, еще в разговоре молодой человек выразил надежду на «его благородство».

Глава Трубиных только головой покачал. Как-то невольно вспоминалось, что его «выезд» обеспечивали почти две сотни человек. Из которых три с лишним десятка спецов по физической безопасности находились сейчас в зале, почти пять десятков техников готовили техническую часть, пятнадцать человек — группа управления и резерв. А Волконский… просто пришел. И даже амулетом от непогоды воспользоваться не соизволил… или не посчитал нужным.

— У вас ко мне дело, Павел Анатольевич, — напомнил Трубин.

— Все верно, — кивнул молодой человек, приподнимая принесенную собой папку над столом.

Это тоже было частью не просто этикета, но и выражения уважения к собеседнику. Не говоря уже о том, что куда меньше нервировало его службу охраны.

Да, собеседник мог просто протянуть руку и взять папку. Однако так не полагалось. Обычаи, чтоб их. Прописанные кровью.

Вперед тут же выступил подтянутый молодой человек в строгом костюме. Блеснув линзами в тонкой изящной оправе, он принял документы и тутже принялся колдовать над ними какими-то амулетами.

«И к чему все это?» — риторически вздохнул Волконский, окидывая взглядом богатый стол. На подобных встречах обильное было традицией выставить обильное угощение… и даже не притронуться к нему.

«Да какого хрена⁈» — неожиданно решил Павел, поднимая руку.

Молодой человек, чувствующий себя крайне неуютно под удивленным взглядом Главы не самого последнего клана, едва ли не соткался из воздуха.

— Здравствуйте, господин, — ровно произнес он. — Меня зовут Георгий. Сегодня я буду вашим официантом.

— Что там у вас в кувшинах? — поинтересовался негромко Волконский.

— Морс, господин, — коротко ответил половой.

Он тоже не припомнил, чтобы хоть кто-то на подобных встречах распробовал хоть кусочек. Однако это не мешало поварам каждый раз стараться так, будто от вкуса блюд зависит их собственная судьба.

В каком-то смысле, это так и было.

— Налейте, — решился Волконский. — И, пожалуйста, разрежьте дичь.

Григорий, явив себя настоящим профессионалом, легко и изящно справился с заданием буквально за минуту.

— Приятного аппетита, господин, — пожелал он, вновь буквально растворившись в воздухе.

— Изрядно, — решил клановец, отпив глоток терпкого и чуть кисловатого морса. — Очень рекомендую, Сергей Михайлович. Налить вам?

От такого предложения застыл даже молодой человек с папкой в руках. Буквально на секунду. Но этого вполне хватило, чтобы выдать нешуточную растерянность.

Самолично предложить Главе не самого дружественного тебе клана наполнить бокал… Это сильно. Даже сразу и не понять, как именно трактовать подобное заявление. Нет, конечно, можно подумать, что предложение лишено какого-либо двойного смысла. Но… Разве так бывает⁈

— Благодарю, — с небольшой заминкой выдал Глава Трубиных. — Я воздержусь.

Волконский лишь плечами пожал. Ему все равно нужно было ждать, пока закончится проверка папки. А это не такой уж и быстрый процесс. даже если помощник может провести его за секунду, то он обязательно устроит целое представление. Во-первых, потому что господину может быть неприятно столь «халатное» отношение к собственной безопасности, а, во-вторых, если что-то все же случится, чтобы было какое-никакое оправдание. Мол, сделал все что смог. Жизнь это, конечно, не спасет. Но все же…

В общем, история долгая. Так почему бы не провести это время с пользой?

— Устал сегодня, — признался он, берясь за столовые приборы и склоняясь над сервированным Григорием блюдом. — Так что легкий ужин будет в самый раз.

Сергей Михайлович не возражал. Ему было… интересно. Он не припомнил, чтобы хоть когда-нибудь в своей довольно долгой жизни его собеседник в подобной ситуации позволил бы себе наслаждаться ужином в подобной ситуации.

Волконский же ел хоть и аккуратно, но с явным аппетитом, ничуть не желая скрывать своего удовлетворения от великолепной трапезы маской клановой сдержанности. И вообще, объектом изучения он был интересным. Чего только стоили следы побоев на лице!.. Однако сам юноша тем ничуть не стеснялся. Лишних же вопросов в такой ситуации задавать было не принято. Мол. мало ли какие у собеседника дела… Хотя, если быть честным, иногда кое-какие моменты уточнить хотелось. Например, сегодня.

— Благодарю за прекрасный ужин, — чуть клонил голову парень, закончив с трапезой.

Удивительно, но слова его звучали искренне. Но следующая фраза едва не выбила мужчину из колеи:

— Когда еще доведется побывать, — хмыкнул клановец, обводя глазами шикарный зал.

Заодно он вполне профессионально отметил, что конфигурация сотрудников охраны Трубиных за последние пять минут не изменилась. Да и зачем? Система защиты была выстроена прекрасно. Волконский сильно сомневался, что ему удастся просто так уйти, вдруг «если че!».

— Думаю, у вас еще будет возможность, — коротко ответил Глава.

Волконский пожал плечами (!!!) и, улыбнувшись (!!!), откинулся на спинку стула, словно антагонист прямого и сухого Сергея Михайловича, буквально олицетворявшего собой образ настоящего клановца.

Глава же вдруг вспомнил, что именно натворил представитель его собственного клана. Так что, вполне вероятно, побывать собеседнику здесь больше не придется… как и где-либо еще.

— Мы готовы, — прервал беседу закончивший работу референт собеседника, протягивая папку мужчине.

Тот кивком головы отпустил помощника и углубился в чтение.

Павел же лениво изучал обстановку и спецов Трубиных. Ну и уничтожал чудесный морс, конечно.

— Это… интересно, — коротко заключил Глава спустя пол-литра прекрасного напитка. — И дорого.

Клановец подобрался. В целом, он был почти согласен с оценкой Сергея Михайловича. Разве что добавил бы еще уточнение «очень». К обоим тезисам.

При этом мужчина выдал оценку без всякого возмущения. Он, как будто, просто констатировал факт.

— Готов ответить на ваши вопросы, кивнул собравшийся Волконский, прекрасно понимая, что цену он заломил раз в десять выше «номинала».

— Это не весь станочный парк, — вновь констатировал собеседник.

— Да, — согласился молодой человек. — Однако это максимум, который мы можем выделить в данный момент. И он, по расчетам аналитиков, должен… сбить накал проблемы.

— Но не решить ее полностью.

Вот тут Волконскому только и оставалось, что пожать плечами. Он в решатели чужих проблем не нанимался. Здесь и сейчас он находился по двум причинам. Трубиным настолько нужны были станки, что они были готовы на действительно отчаянные меры. Тут вполне была уместна аналогия с загнанной в угол крысой. Требовалось дать ей чуть больше жизненного пространства, чтобы необходимость бросаться на всех подряд отступила. Ну а, во-вторых, деньги тоже имели не последнее значение. Двадцать процентов от запрошенной суммы должно было отправиться прямиком в карман Волконского.

— Воронцовы ни за что не пойдут на такой риск, — покачал головой Сергей Михайлович.

— Они уже дали свое согласие, — негромко выдал парень.

Равно как и взяли на себя ответственность проследить за тем, чтобы «гости» не вздумали бузить на подконтрольной им территории… за пятьдесят процентов прибыли. Это с лихвой покрывало всю сумму арендной платы их Семьи.

— Вот как…

Крепко задумался Трубин. Внутренне он поморщился от мысли, что с его собеседником довольно скоро будет покончено. И не факт, что после его смерти удастся договоренности сохранить.

— Павел Анатольевич, — решил озвучить свои опасения Глава. — Ты знаешь, что именно сделал мой внук?

Клановец спокойно кивнул.

— Делу уже дан официальный ход. И Трубины не имеют рычагов влияния на следователей канцелярии.

Волконский понимающе хмыкнул. На «псов императора» вообще никто со стороны влияния не имел. Зато таким аккуратным образом собеседник вполне вежливо поинтересовался, а каким образом ты обеспечишь исполнение данных договоренностей, мил человек?

— Понимаю, — согласился парень. — Именно поэтому договор составлен не от моего имени, а от лица «РитРос».

В конце концов, как бы все это не закончилось, у него есть сестра. И о ее будущем стоит позаботиться.

— Достойно, — прекрасно понял недосказанность Сергей Михайлович. — Как же согласились на это Соколовы?

Марат многое успел наворотить, прежде чем Глава лично перехватил рычаги управления ситуацией. А потому банкирский дом вполне справедливо чувствовал себя оскорбленным. Они даже передали ценный актив Волконскому понимая, что сами «удержать» его не смогут. Лишь бы он не достался «обидчикам».

— Тридцать процентов от стоимости аренды будет направлено Дому Соколовых, — ровно ответил клановец.

Сергей Михайлович кивнул изящности решения. С одной стороны, клан напрямую никогда не стал бы приносить извинения и выплачивать виру каким-то «торгашам». Слишком большая разница в положении. Общество не поймет. А вот Волконскому заплатить не стыдно. Даже отдельно взятому. Особенно с учетом его нынешней репутации. Уж больно много разговоров о нем в определенных узких кругах ходило в последние месяцы после приема Горюновых. А уж то, что знатная часть «арендной платы» поступит на счет Дома Соколовых… Все всё понимают, но внешний политес и интересы обеих сторон вполне себе соблюдены.

Глава Трубиных протянул руку в сторону. Вышколенный молодой человек в очках тут же вложил в нее тяжелую дорогую ручку. Еще через миг контракт украсила размашистая подпись.

Волконский кивнул. Ну вот и все. Этот экземпляр договора можно оставить собеседнику. Главное уже сделала «умная папка» — сложное маготехническое устройство, зафиксировавшее соглашение и оповестившее о нем ряд государственных органов.

— Когда мы можем направить на объект своих специалистов? — поинтересовался Сергей Михайлович негромко.

— Прямо сейчас, — коротко ответил парень. — Мы позаботились о его подготовке. Однако оснастка, по естественным причинам, отсутствует.

Глава кивнул. Еще бы! Откуда бы молодому Волконскому иметь доступ к их внутренним картам технического процесса?

— Впрочем, отдел подготовки производства «РитРос» всегда готов принять заказ на изготовление соответствующих изделий по вашим чертежам.

«Изящно!» — оценил мужчина, наблюдая за наслаждающимся собственноручно налитым (!!!) морсом молодым человеком.

— Твое здоровье, Сергей Михайлович! — отсалютовал собеседнику Волконский.

— Так вкусно? — неожиданно поинтересовался тот негромко.

— Очень, — с чувством кивнул Павел, покатав приятную «кислинку» по языку. — Запасаюсь впечатлениями. Думаю, что «в застенках» у меня будет не слишком большой выбор по части меню… Тебе налить?

Трубин едва не поперхнулся. В общем, верно. Ему самому в ТАКОМ переплете оказываться не приходилось. Но он был просто уверен, что желания молодого человека ТАМ учитывать никто не будет.

— Налей, Павел Анатольевич, налей, — неожиданно даже для самого себя ответил он.

Волконский самолично выбрал чистый бокал и, подхватив графин, плеснул в него морса.

— И впрямь недурно, — хмыкнул (!!!) Глава, попробовав, к ужасу своих сопровождающих, напиток. — Впервые дегустирую местную кухню.

Павел вопросительно приподнял бровь.

— Здесь еду готовят вовсе не для того, чтобы ее кто-то съел, — сообщил собеседник. — Это элемент переговоров. Не более того. Ресторан существует отнюдь не благодаря кухне, а за счет репутации нейтральной переговорной площадки.

— Тем не менее, вкусно, — решил Павел, ничуть не пожалевший о том, что решил попробовать дичь в исполнении местного повара.

— Вероятнее всего, — оценил заявление мужчина, чуть поразившись мысли, что никто до этого ни разу не удосужился проверить это заявление.

Его юный собеседник бросил взгляд в окно. Темные тучи где-то внизу уже расступились.

— Кажется, дождь кончился, — хмыкнул он.

— Тебя это так волнует? — неожиданно для самого себя поинтересовался Глава.

Это было нарушением всех и всяческих норм проведения подобных переговоров. Поинтересоваться личной жизнью собеседника на такой встрече — нонсенс! Однако парень среагировал более чем спокойно.

— День чудесный, — коротко пожал плечами он. — Хочу прогуляться.

Сергей Михайлович задумался. После всего произошедшего заявление уже не выглядело… сумасшедшим. Всего-то клановец, прогуливающийся по улицам города без сопровождения. Что тут необычного, верно?

— Как считаешь, — задал еще более безумный вопрос, чем его собеседник, клановец. — Найдется тут какая-нибудь тара? Я хотел бы взять немного морса с собой.

На это Трубин не нашелся что ответить.

А вот Григорий и впрямь оказался профессионалом. Не смотря на шок от действительно неожиданного заказа, он в мгновение ока сыскал термостакан на кухне и заполнил его так понравившимся молодому человеку напиткам.

— Вот теперь и помереть не страшно! — заявил тот, принимая заказ.

Сказано это было столь легким тоном… что у Костина по спине пробежали мурашки.

* * *

— Да знаю я, — коротко сообщила Света.

Естественно, едва ручка Трубина коснулась листа, она оповещение получила. Так что замечание Павла, о том что «дело сделано», было излишним.

Павел, сделав глоток морса, негромко спросил:

— А чего тогда позвонила? — поинтересовался он, чуть щурясь от яркого солнца.

Нужно было взять с собой солнцезащитные очки. Однако, когда он выезжал из дома, небо было затянуто серой хмарью. Как-то не предположил, что понадобится.

— Я не знаю, — коротко ответила сестра.

Вот тут уж и парню настала очередь подивиться.

— Я не могу просчитать ситуацию, — коротко выдохнула Светлана. — И это пугает, Паша.

Сильное признание. Не говоря уже о том, что от аналитиков класса «Сигма» его услышать практически невозможно. Ведь клановка не сказала «все будет плохо и хорошего выхода нет». Она остановилась на формулировке «не могу просчитать». Разница, для людей понимающих, просто огромна.

— Ну так и расслабься, — пожал плечами парень.

Отчего-то ему совершенно не хотелось тратить душевные силы на пустые переживания, ведь в этой самой точке жененного пути от него вообще мало чего зависело. А вот какое-то странное предчувствие и сигнал от Князя, полученный во время переговоров, позволяли предположить, что времени у него осталось совсем немного.

— Зато магофизику сдавать не надо! — хмыкнул парень себе под нос.

Странно, но звук собственного голоса принесли небольшое облегчение.

— Итак, я мыслю — следовательно существую, — решил молодой человек, сворачивая в сторону сквера.

Почему бы и не погулять по облагороженным зеленью дорожкам? Тем более, там и лавочки есть. Самое оно… под такое-то настроение.

Лавочка нашлась быстро. Клановец с удовольствием плюхнулся на нее и достал из кармана комм. Первый абонент ответил практически сразу же.

— Катерина, — коротко обрисовал ситуацию Павел Анатольевич. — Вариант «Синий» с момента потери связи плюс два.

— Слушаюсь, господин, — ровно выдала блондиночка, как и полагалось по связи крайне нейтрально.

Впрочем, уже через миг девушка «сломала» предыдущую линию поведения:

— Возвращайся скорее, Паша…

— Обязательно, Катя, обязательно…

Наверное, это был первый случай, когда молодые люди воспользовались такой формой имен в «открытом эфире».

Кошкина была недоступна. Что вполне естественно. В Классах полным ходом шли занятия. Так что пришлось ограничиться сообщением.

Волконский хотел было еще предупредить Кроля, но… Гаджет в его руках молчал, превратившись в бесполезный кусок пластика.

— Ну… вот и все, — решил парень, убирая его во внутренний карман.

Оставалось только расслабиться и ждать, как именно ЭТО произойдет. В конце концов, было даже любопытно, как именно ЭТО случится.

Как оказалось, вполне обыденно. Просто в какой-то момент перед сидящим на лавочке парнем возникли две фигуры во вполне себе неприметных костюмах.

— Волконский Павел Анатольевич? — спросил один из ничем непримечательных мужчин.

Вопрос был скорее данью традиции, а не необходимостью.

— Да, — вздохнул парень.

Врать смысла не имело. Какой толк?

— Прошу вас пройти с нами, — подал голос второй «неприметный».

Клановец поднялся на ноги и, заметив у входа в сквер вполне приличный, но столь же неприметный микроавтобус, скривил рот в грустной усмешке.

— Как в старые добрые времена, да? — поинтересовался он. — Черная карета к порогу?

— Не драматизируйте, Павел Анатольевич, — без каких-либо эмоций выдал первый неприметный. — Это всего лишь автомобиль.

Клановец кивнул, отвечая пластику и слаженность работы его конвоиров. Она была не просто хороша, а великолепна запредельно!

При приближении «процессии» автоматическая дверь автомобиля мягко шагнула в сторону.

— Прошу вас, господин, — коротко предложил второй.

Сопротивляться смысла не было. Павел сделал шаг внутрь салона. За его спиной с легким шорохом дверь встала на место, отсекая уличный шум.

— Вот это точно — звездец, — для вящей бодрости сообщил сам себе клановец.

Легче, отчего-то, не стало.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Гимн шута – 4

Content

Гимн шута — 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Nota bene