Страж Тысячемирья

Глава 1

Самый универсальный грех — прелюбодеяние. Он включает в себя все остальные грехи.

Ребе Козьма Прутков

Молодые хищники, яростно теснят так называемые Старые Деньги, расчищая себе место под солнцем, Так, знаменитые и уважаемые дома высокой моды, после долгой и продолжительной войны, сдались на милость Дому Амра, быстро ставшего практическим монополистом во всём что касается одежды высокого стиля.

Также мы можем наблюдать самый разгар схватки между Домом Огненной Плети, и хандским Объединением Угля и Стали, за нитрилловые рудники на Вейде — пустынной. Кто-то может сказать, что Огненная Плеть — старый Дом. Но я возражу, что ещё десять лет о них никто не слышал, а сейчас, эти молодые беспредельщики рвут всё что попадается у них на пути.

Или вот свежайший пример: Альварийский Дом Рассветных сумерек, мало того, что состоит из людей, да ещё и имеет уже в собственности четыре! планеты. Нет, я не оговорился. Именно четыре. Причём все первого или нулевого класса, с кислородной атмосферой, и кое-где даже с населением. Излишне будет напомнить, что бесхозных планет не существует, и если где-то их появилось четыре штуки, значит у кого-то они были отняты. Что в общем не удивляет, так как глава Дома — один из лучших бойцов рукопашников, и по слухам уже достиг уровня грандмастера.

Медиаканал Сплетни. Программа Торгби Дуксо «Ой!»

Тёплый Изумрудный океан, мягко накатывал на песчаный берег, где в тени пары пальмообразных деревьев, возле деревянного стола явно кустарного производства, сидел мужчина лет двадцати пяти, полулёжа в таком же небрежно сделанном шезлонге из палок, верёвок и куска парусины, попивая сок прямо из ореха агуви, вглядывался в бескрайнюю даль, где из-за горизонта медленно появлялась тёмно-серая туча, полыхавшая прожилками молний.

До удара тропического ливня, оставалось ещё пару часов, и мужчина спокойно допил сок, и забросил скорлупу огромного плода в кусты, где её мигом утащат на дом местные крабы, и приподнял свою гордость — широкополую шляпу, сплетённую из тонких полосок местной травы.

Десяток разноцветных котов, весело гоняли по острову всякую живность, включая трёх медведей, и семейство кабанов, но кроме суеты, никакого прочего ужаса не наводили, заставляя живых зверей носиться по специально выделенной части владения. Для развлечения эфирных питомцев, отожравшихся до того, что они уже не помещались в отведённой им складке пространства, и были выпущены на волю другие звери, здесь, на тропическом острове площадью в десяток квадратных километров.

Да. На Земле, это была весьма существенная поддержка в бою, но здесь, в Верхних мирах, оружие обычного пехотинца рвало такого фамильяра в клочья, чего сам Владимир категорически не желал. Поэтому фактически переселил хвостатых к себе на уединённый остров куда приходил отдохнуть и подумать.

А подумать было о чём. Не то, чтобы шокирующей, но всё же новостью стало сообщение о беременности Натальи Рюрик. Да, вроде всё так и планировалось, но всё же… И словно мало этого, как его жёны, все двенадцать, получившие в дар «Искру Творца» вдруг тоже оказались непраздны. Конечно ведьмы сами пребывали в шоке, но как могли успокоили Владимира, объяснив, что, во-первых, все дети Ковена, по общему правилу — его дети, а он вообще отец народов, лучший друг физкультурников и великий кормчий Ковена. Во-вторых, у каждой из высших, имелись дети пусть даже и весьма взрослые, а кое-кто совсем преклонных лет, так как на них не распространялось долголетие ведьм. И, да они становились детьми Князя, хотя и без наследования. Ну и как в такой ситуации рождение ещё тринадцати малышей способно что-то изменить?

Да, Владимир всё понимал, что ему не нужно будет вскакивать по ночам, менять пелёнки и вообще его деятельное участие в жизни всех отпрысков, не планируется. Но всё же как-то становилось не по себе. Дети же. Плюс все проблемы обеспечения их безопасности. Да, в альварийском обществе дети были неприкосновенны, но в любом мире полно тех, кому закон не писан. И всё же, будущее рождение малышей странно будоражило кровь.

Соколов лениво приподнял край шляпы, отслеживая перемещение тучи, и снова погрузился в медитативные размышления о сути вещей.

Стартовал он неплохо, и можно сказать блестяще, но взрывной рост, нёс с собой столько проблем, что просто ужас. Да, с одной стороны его прикроют Император, и банкиры Тысячемирья, что само по себе уже очень круто. Но по другую сторону поля боя встали деятели Теневого конгресса, довольно мощная организация работорговцев, и наверняка он ещё не всё знал о возможных врагах. А с другой стороны, да какого чёрта? Теперь не жить что ли?

Владимир снова посмотрел на небо, спокойно поднялся, и дойдя до подножья холма, постоял так пока система не опознала хозяина, и панорамное бронестекло, чуть раздвинулось пропуская его внутрь дома.

Здесь уже всё было менее скромно, но тоже без излишеств. Спальня, душевая, маленький, два на два метра бассейн, баня, кабинет, и мастерская. В глубине холма, внутри прорытого тоннеля, стоял хороший мореходный катер, а под водой в лагуне в воздушном пузыре — прогулочная подводная лодка. Добраться сюда можно было либо общественным телепортом на главном обитаемом материке, а дальше по воздуху, либо через собственный портал в артефакте под названием Небесный Ключ. Поэтому здесь не водилось гостей, и даже ведьмы, не пытались проникнуть.

Соколов смыл под душем соль с тела, накинул домашний халат, и с помощью Ключа, перенёсся в свои городские апартаменты, где, не спеша переоделся, и пройдя по коридору подошёл к лифту.

Несмотря на вечернее время, работа в штабе его Дома не останавливалась ни на секунду. Уставшие работники по графику заменялись свежими, а линии связи всегда готовы ответить любому абоненту, даже придурку, шутнику или террористу.

Но более всего связывалось всяких мелких жуликов с предложениями «выгодных вложений», описаниями фантастических артефактов, и прочего мусора. Чуть реже беспокоили всяческие благотворительные фонды, которых сразу переадресовывали специальному человеку, и всякие госконторы, с различными требованиями справок, сертификатов и лицензий, зачастую в местах, где Дом не вёл никакой деятельности. Там сидела старая, заслуженная ведьма, с внешностью девочки — припевочки, триста лет подряд торговавшая целебными травами на Одесском Привозе, а сменяла её такая же дама, в силу разных причин служившая пару сотен лет бухгалтером в золотодобывающей артели. Две ведьмы явно соревнуясь друг с другом слали всех требователей так далеко, и такими замысловатыми маршрутами, что мало кто возвращался.

Появившийся вроде из ниоткуда Дом Рассветных сумерек, сразу имел мощнейшее кадровое основание, так что никакие мелкие и крупные жулики не проскакивали даже начального сита. Но конечно временами кто-то всё же прорывался напрямую, и сформировав список и очерёдность абонентов, Галя Дурова, торжественно сажала Владимира за стол, и он полчаса — час в неделю, отвечал самым вменяемым и настырным.

— Спасибо Агин Ло, но нас не интересует корабельный бизнес. Вложения слишком велики, а норма прибыли мала. Свяжитесь лучше с кем-нибудь из крупных банкиров.

— Нет, уважаемый Троггар. Мы не занимаемся химией, тем более боевой. Смотрите кодекс о Военных преступлениях Тысячемирья. Статья сто сорок, раздел три.

— Что я должен? Оплатить экологическую очистку лесных массивов Тегории? А кому я так сильно задолжал? Человечеству? А почему местные жители этого не сделают? Заняты… А почему вы решили что я свободен? А… Понятно. Ну, что-ж. Тогда я рекомендую вам для начала обратиться к жителям Тегории. Если же они не хотят светлого будущего своим детям, то кто я такой чтобы им мешать. Света Творцов вам, уважаемая.

Владимир оторвался от экрана, и улыбнулся Гале, стоявшей в нескольких метрах от стола. Это была её идея время от времени допускать до Князя всяких фриков и жуликов, чтобы разнообразить день вопросов и ответов.

— Слушаю вас лорд Ронхо Тиарис. — Да, это владыка Дома Рассветных Сумерек Влад. Нет, мы, я имею в виду наш Дом, не можем принять ваше прекрасное предложение о входе в объединение Ашархон. Сейчас у нас отсутствуют свободные средства для осуществления данной операции. Продать или заложить одну из планет? Боюсь это невозможно по религиозным причинам. Каким? Не играть с шулерами, и вообще не торговаться с жуликами. Возможно пожалею. Возможно. Всё покажет время. Спасибо лорд Ронхо. И вам того же.

— Сам понимаешь, мы его послать никак не могли. — Галя пожала плечами. — Не наш уровень. — Она ещё не полностью осознала, что носит в себе будущего человека, и временами, когда задумывалась проводила ладонью по животику, словно гладила будущего малыша.

Это правильно, Галчонок. Не всё что позволено мне, позволено вам, будь вы даже сто раз матрисс нашего дома. Но этот хряк, похоже края потерял. Представляешь, угрожать начал! Типа вы ещё пожалеете.

— Это же Дом Бирюзовой Волны?

— Он самый. Похоже хозяева рабского рынка проявились. Ладно. Закопали тех, закопаем и этих.

— Будь осторожен. — Галина нагнулась, и коснулась губами щеки Владимира, обдав его облаком ароматов.

— Это, само собой. — Владимир проводил взглядом Галю, скосил глаза на экран и никого, не увидев в списке на разговор, встал из-за стола, чтобы пройтись по Дому в сопровождении личного секретаря.

В «Верхнем парке», под ярким солнцем, члены дома, женщины и мужчины занимались боевыми искусствами и физкультурой, но их время заканчивалось на закате, и сюда скоро придут влюблённые парочки и те, кто хотел подышать свежим воздухом перед отдыхом или поиграть во что-нибудь на общих площадках. Рядом находилось футбольное поле, баскетбольные и волейбольные площадки, и даже крытый павильон для тенниса, и прочих игр. Верхний парк, имел размеры полкилометра на километр, и там имелись развлечения на любой вкус включая места для медитаций и просто прогулок в тишине. А Нижний парк, находившийся на уровне земли превратили в настоящий заповедник, со всякой живностью, приручённой настолько что любого зверя можно было покормить с руки. Там порой было несколько темновато, из-за нависающего над ним «Верхнего парка», но специальные светоуловители, волоконные светопроводы, и осветительные призмы, почти полностью компенсировали недостаток света. Здесь же находился пляж и пристань для прогулочных судов.

В общий комплекс Дома Утренних Сумерек, Владимир уже влил под пятьдесят миллиардов, и полагал вложить ещё столько же. Конечно главы Домов, не так вкладывающиеся в своих людей, демонстрировали недовольство, но Соколову на это было совершенно наплевать. Его люди получали лучшее, и отдавали себя полностью.

Ни Дом ни Ковен, не являлись коммерческими предприятиями, а фактически служили семейными корпорациями, где кроме явных обязанностей у людей имелись неявные, общественные, и инициативные, как и положено в любом развитом обществе. Да, у каждого существовал общественный рейтинг, как общеимперский, так и внутренний, но кроме этого, имелось и уважение людей, и общесолидарное понимание, что можно делать, а что нельзя. Люди выпадавшие из этого потока, например, намусорившие в общественном пространстве, предупреждались с потерей рейтинга, а если вдруг понимание не снизошло, то человек отправлялся по месту жительства, и никогда более не мог претендовать на место в Ковене или Доме.

Да, так порой, из системы выталкивали ценных специалистов, но каждый такой случай разбирали Высшие всем составом, поэтому за объективность решений Владимир не переживал.

Все имевшие хороший внутренний рейтинг, получали не только бонусы в зарплате, но и возможности покупать разные блага со скидкой, лучший доступ к жилью, и повышенные шансы на продвижение по карьерной лестнице.

Конечно, ценные специалисты порой требовались так сильно, что уже всё равно что у него там в голове, но таких не принимали в Дом, и Ковен, а оставляли на контракте. Человек приходил с утра в офис, делал своё дело, и уходил вечером, и никому не было никакого дела до того, что там у него в семье, и не хамит ли он продавщицам. Но таких служащих не допускали до важных секретов, и вообще держали подальше от внутренней кухни Дома. Случалось, и так, что человек просился в Дом, но комиссия, рассмотрев все за и против, оставляла человека на контракте. Но бывало и другое, когда люди уходили из членов Дома, переходя на контракт. Этому никто не препятствовал. Вольному — воля, но тут же удаляли человека от важных дел.

Но происходили и вовсе неприятные случаи, когда человек просто сбежал на вольные хлеба никого не предупредив, а оставшись на дне, начал торговать секретами. Много не успел, потому как ведьмы достали из хранилища образец крови предателя, и прокляли его, фактически сразу убив. Случившееся довели до всех, но кто-то видимо совсем не понял, и через месяц, дама, решив, что мало зарабатывает, а достойна большего, сбежала в ходе поездки на отдых, и тоже сгнила заживо, попав под проклятье.

Не составило большого труда раздобыть фотографии погибших, и распоряжением Владимира их выложили в общий чат, «для ознакомления».

Десятка два членов Дома, сразу запросились «на выход» и им позволили уйти. Только не в Тысячемирье, а на Землю. А единственный портал находился под полным контролем Ковена и Дома.

Владимира естественно узнавали все, но особого ажиотажа его появление не вызывало. Дамы, кто находился в «свободном поиске» постреливали глазками, успевая изогнуться каким-нибудь причудливым образом, дети махали руками, выкрикивая на бегу что-то вроде «Привет!», мужчины, оказавшееся на пути, чинно здоровались. Совсем редко случалось так. что кто-то подходил со своей проблемой, но это уже в случае непреодолимых сложностей. В таких случаях, обычно кроме помощи, следовали организационные выводы по людям, и службам, порой достаточно жёсткие.

Именно поэтому очередь желающих вступить в Ковен, тянулась на многие годы. Конечно специалисты по списку, и некоторые другие категории проскакивали без очереди, но Ковен и Дом тоже не могли переварить всех. А кроме того, нельзя было ослаблять страну, потому что вымыть из неё всех ценных специалистов это верный путь уничтожить все перспективы развития. Это все понимали и порой, даже очень нужного специалиста в Ковене заворачивали, объясняя, что он нужнее стране.

Подобных нюансов, в работе существовало немало, но к счастью, аппарат Дома справлялся. Не в последнюю очередь благодаря качественным дорогим имплантам — ассистентам вживляемым всем члена Дома, и оплаченному доступу к тысячам курсов по разным специальностям. Люди с охотой учились, потому что за каждую подтверждённую специальность получали доплату, и это не стало выдумкой Владимира, а было общей практикой Тысячемирья. Более образованные работники, имевшие по две — три специальности лучше работали, принимали правильные решения, и становились первыми кандидатами на продвижение по службе.

Кроме того, внутренний рейтинг Дома учитывал спортивные достижения, количество детей в семье, и волонтёрскую работу. Да, очень многое если не всё можно сделать с помощью сервисных роботов, но Владимир считал правильным, когда люди сами беспокоились о своём доме. Подрезали деревья, подметали дорожки, следили за порядком, и так далее. И это тоже являлось частью политики Дома и Ковена. А кому не нравится быть в единой семье — никого собственно силой и не держат. Хотя, да. Семья размером в двадцать тысяч человек, — это сильно. Но зато, например, не существовало никаких проблем с детьми. Малыши сами добирались до детского сада, и сами приходили обратно. А если как-то заблудился, то первый же встреченный взрослый сразу отводил малыша на пост охраны порядка, и его отвозили домой. Да и не было во всём комплексе Дома, ничего опасного. А если какие –то вещи могли представлять даже гипотетическую опасность, то там детям никак не пройти.

И здесь Владимир ничего не придумывал. Изначальные Дома, все строились по тому же принципу огромной семьи, и если внутри существовали какие-то группы, то лишь те, у которых имелись ещё более тесные связи. Войны между Домами, или между Домом и какой-нибудь корпорацией случались нередко, и любую опасность должен был встретить не «коллектив», а именно дружная семья.

Поэтому все, поголовно, включая детей с 14 лет получали специальность «на особый период»: санитар, оператор боевого комплекса, и тому подобное.

Ведьмы, составлявшие костяк Дома, прекрасно понимали для чего это всё. Даже в России, где терпимость к ним являлась в общем нормой, случалось, что одуревшие от бескормицы крестьяне шли громить ведьминское жилище, и тогда приходилось бежать, бросив скарб и кров, уходя или совсем в глухие леса, или поближе к городам, где можно затеряться. А европейские сёстры, у многих из которых ещё зудело плечо от сведённого рабского клейма, порой вздрагивали от громких криков, и звуков, напоминающих щёлканье бича надсмотрщика. И каждая из них не в теории, а на практике готова была порвать любого, кто покушался на Князя, вытащившего их из ада, и давшего им всё. Спокойствие, уверенность, мир в душе и вокруг, и отношение простых людей как к настоящим принцессам. Но у каждой, образно выражаясь, палец лежал на спусковом крючке, в готовности уничтожить любую угрозу нынешнему раю.

Владимир очень ценил это доверие, и никогда не обманывал своих людей. К нему всегда можно было попасть на приём, или подойти на прогулке, и он старался решить любой вопрос.

Ещё одной важнейшей темой, стало обучение членов дома на новые специальности. Тысячи человек учились в университетах, технических школах и прочих учебных заведениях, а десятка полтора занимались вместе с Владимиром в Центральной академии. Ещё больше получало профессии прямо в Доме, слушая лекции у приглашённых учителей, и вообще без счёта тех, кто занимался дистанционно. Дому и Ковену требовались специалисты буквально во всём, и люди ответственно учились, точно зная, что все их усилия будут достойно отмечены и в деньгах, и в социальном положении.

Да. Проще нанять специалистов со стороны, но как давно заметили китайцы, «В целое яйцо муха не залетит». И имея широчайше кадровое основание не самой маленькой страны на Земле, Владимир мог позволить принимать только тех, кто сразу подписывал «Особый протокол безопасности» и безропотно сдавал кровь в хранилище.

Не рассказать, как сложившееся положение дел, огорчало разные разведслужбы, желавшие подобраться к Дому Рассветных Сумерек, но им удавалось разживаться лишь крохами информации, на которых никакую работу не построить. А когда одна из разведок увлеклась и похитила женщину, учившуюся на оператора строительного комплекса, то как-то вдруг умерли десятки полевых агентов, руководителей этой спецслужбы, и её куратор в правительстве Хандов. Женщина сама не поняла кто её освободил, и добралась домой самостоятельно, но преподанный урок все усвоили, и даже не особо выясняли кто стоит за Владом. Да и какая в сущности разница, если эта сила может мгновенно вычислить глубоко внедрённых агентов, и устроить им фатальные неприятности в течение пары дней.

Лорд Тайр устроивший эту показательную порку, и лорд Эсверан, предоставивший всю информацию, сработали чётко и быстро, а император по официальным каналам проинформировал правительство Хандов, что понижает их статус в совместных программах, что сразу уменьшило их годовой доход на триллионы эрг, после чего взбешённые представители подгорного племени сами повесили чиновника, давшего приказ на операцию. Это и несколько других инцидентов, довольно быстро успокоило самых резких и шустрых, и работать с новым Домом остались только спокойные, неторопливые и понимающие, что в случае чего, их могилу даже не найдут.

Владимир прогулялся по Верхнему парку, по длинной эстакаде снова поднялся в Главную башню, прошёл через внутренний сад, и помещение рабочей группы, занятой управлением всем хозяйством. И тем что на Эрисанд, и тем что осталось на Земле.

Как-то само собой получилось, что Ковен и Дом слились в одну структуру, что упростило управление и вообще создало понятную всем систему.

В главном штабе дома царила рабочая атмосфера. Люди работали круглосуточно, потому что пока в столице ночь, на Земле мог быть день, а на других планетах где располагались предприятия и лаборатории Дома, вообще всё что угодно. Рабочий день длился пять часов, с небольшим перерывом, а после, людей сменяли свежие сотрудники, работая в четыре смены по пять часов, перекрывая сутки на Вейдари.

Молодые ведьмы остро поглядывали на своего князя, спешили подхватиться и пройтись у него на виду, демонстрируя дизайн корпуса, и общий экстерьер, но Владимир, слегка оглушённый будущим отцовством, никак не реагировал. Натянув на лицо маску, «Лучшего друга пионеров» вернулся в свой кабинет, а точнее рабочие апартаменты, из двух малых кабинетов, приёмного и совещательного залов, а также комнат отдыха, находившиеся на самом верху, откуда через панорамные окна открывался роскошный вид на реку, залив и всю столицу.

Стоило ему сесть в кресло, как дежурный секретарь положила рядом папку с документами на подпись и для ознакомления, и под строгим взглядом Гали, буквально испарилась.

Ничего необычного. Сплошная текучка. Владимир подписал всё что нужно, просмотрел, и уже хотел заняться материалами по новому заводу в поясе астероидов Солнечной системы, как в уголке поля зрения замигала иконка срочного входящего, по приоритету «Воздух!»

«Срочно, секретно. Поисковая партия 28, обследуя горный массив Северный Урал, обнаружила на склоне горы 'Медвежий Угол» пещеру искусственного происхождения, с дверью, закрытой «Узором безвременья» и «Ловушка тлена».

Глава 2

Во всём есть положительные черты. Плохо, когда вас продали, но зато вы теперь знаете свою цену!

Краткий справочник экономиста.

Председателю Совета Межмирового Банка Тысячемирья.

Докладываю, что 15 алро 3458 года, эры Огня, на территории экологического заповедника Орри Унор, на планете Авальдес, хандская империя. Состоялся совет глав семей теневой Лиги (Лиги Теней), на котором предполагалось рассмотреть соответствие текущей кандидатуры главы Совета задачам и способам решения.

Общее недовольство Главой, заключалось в срыве долго готовившейся операции по ограблению крупнейших банков Тысячемирья.

После прибытия гостей, и перевода заповедника в закрытый режим, здание гостиницы, конгресс-холла, и технических служб были разрушены орбитальным ударом с неустановленного космического корабля.

Сразу же после атаки, неустановленный космический корабль вошёл в гиперпрыжок, и вернулся на базу.

Начальник 5 управления (Оперативные средства и силы) Гадрон Ихал.

Как ни хотели высшие составить компанию Владимиру, но с беременностью не шутят, и Соколов взял с собой только пятерых сотрудниц исследовательского отдела, и перейдя порталом на Землю, уже через десять минут был в воздухе, на борту личной яхты.

Несмотря на весьма совершенное защитное оборудование, яхта имела стандартный ответчик свой-чужой военного образца, и на всех радарах ПВО отображалась зелёной точкой.

Экспедиция вывесила приводной маяк на месте находки, и не особо разгоняясь, Владимир уже через час мягко опустился на каменистой площадке у подножья горы, густо поросшей лесом и травой.

— Старшая Екатерина Горячева! — Ведьма в полевой форме, с пистолетом на боку, коротко бросила ладонь к краю берета, вытянувшись по стойке смирно.

— Добрый день, Екатерина. — Владимир, поскольку был в гражданском кивнул. — Давайте, хвастайтесь, чего вы там нашли.

— Слушаюсь, князь. — Она жестом пригласила Владимира сесть в небольшой четырёхместный багги, и коротко буксанув щебёнкой из-под колёс, машина шустро покатила по узкой тропе вверх. — Так то, проскочили бы. — Рассказывала Екатерина, аккуратно ведя машину. — Но мы поисковый цикл заканчивали, и зависли над этой точкой, собираясь снова уйти в сканирование массива. И естественно сканер никто не выключал. И Ленка Толмачёва, пялится в экран, и говорит мол, грязь что ли на экране? И трёт стекло.

— Я ей отвечаю, какая нахрен грязь, там стекло самоочищающееся. Никакая пыль не пристаёт, и руку её в сторону отвожу, а там ну реально марево какое-то. Словно на стекло мелко так, водой брызнули. Ну мы и начали отрабатывать аномалию по спирали. Как край, так всё чётко, на глубину до километра. Как над точкой, так сплошное мыло и серая муть. Ну и естественно пошли ножками. А там… — Она лихо развернула багги, и чуть сдала назад, кивнув куда-то через плечо Владимира. — А там вот это.

Соколов вышел из машины, и сразу увидел высокую, в два человеческих роста дверь, заляпанную какой-то смолой, уже частично отвалившейся кусками. Но это не имело никакого значения, потому что в эфирном зрении, поверх двери сверкал узор «Ловушки Тлена», а по самому косяку, аккуратно выписан конструкт «Безвременья». И не просто, а «Великого Безвременья», и «Великой Ловушки Тлена». Но, время точит и не такие камни, и энергетическая подпитка узоров, начала сбоить, едва насыщая ловушку. Но при неаккуратном обращении конечно такой узор даже на последнем выхлопе мог наделать столько горя, что даже думать не хотелось.

Владимир отогнал ведьму за поворот, и аккуратно стал расплетать питающий конструкт. Через полчаса, он, чуть заметно полыхнув остаточной силой, распался, и Князь, подхватив с земли пару камней, кинул один за другим в дверь.

Первый рассыпался пылью, не долетев метра, второй подлетел чуть ближе и какой-то по счёту, десятый или около того, звонко щёлкнул по металлу, издав чистый низкий звук, словно кто-то задел басовую струну.

— Старшая! — Владимир позвал девушку, и она быстро подбежала, став рядом. — Давай, тащи сюда девиц что я привёз. Будут расплетать узор. А то тут их как минимум десятка три. Я в одиночку буду до следующего утра колупаться.

Ведьмы — эфиротехники, сработали чётко и слажено, разобрав узор буквально на глазах, и уже через полчаса, Владимир подошёл к двери, накладывая «Очищение».

Смола, которой тщательно вымазали дверь, после облепив камнями, и частично завалив проход, осыпалась пылью, а вызванный кем-то из сестёр ветерок, унёс всю грязь прочь, открывая серебристый металл с льдисто-голубоватым оттенком. Дверь с полукруглым верхом была совершенно гладкой, но там, под поверхностью металла посверкивал ещё один узор, тоже из Высших, «Горячий Пепел».

Некто построивший это странное убежище, явно не экономил. И дверь из мифрилового сплава, толщиной в полметра, могла посопротивляться даже серьёзному взрыву.

Владимир снова прогнал всех за поворот дороги, и оставшись в одиночестве стал распутывать мудрёный конструкт «Пепла». Тот питался откуда-то изнутри, и при малейшей ошибке мог сжечь всё в радиусе ста метров. Защита Князя скорее всего выдержит, а вот щиты ведьм, наверняка улетят в ноль, после чего хрупкое человеческое тело просто перестанет существовать.

Через двое суток, он таки догрыз защиту до стадии, когда, зацепив дверь мощной присоской, с помощью лебёдки и троса, потянул створку на открывание. Когда мощный трос зазвенел струной, а лебёдка, выдававшая тридцать тонн жалобно, заскрипела, Владимир выключил мотор, размотал трос, отцепил присоску, и толкнул дверь от себя. И чуть было не упал, когда та, мягко распахнулась, открывая проход в длинный коридор стены которого чуть мерцали от нанесённых глифов и сигилов.

И вновь ему пришлось продираться через переплетённые узоры, часть из которых правда несла техническое назначение: прочность сводов, отвод воды, и прочее. Но в этот раз всё было проще, потому как Владимир просто обнулял питающие цепочки, справедливо полагая, что за считанные дни, ничего не случится.

И когда коридор уйдя вниз упёрся в ещё одну дверь, уже не особенно осторожничая, Владимир толкнул створку от себя, и вышел на узкий и длинный балкон, ограждённый тонкой металлической решёткой.

А вокруг чернела пустота, без конца и края, с парившими на всех уровнях и расстояниях узких вытянутых островках, тоже ограждённых заборчиком. Островки висели в воздухе, совершенно неподвижно, и только в эфирном спектре виднелись линии подпитки, уходящие куда-то вниз в черноту бездны.

Нехотя и медленно, справа и слева от Владимира проступили сначала контуры, а затем и полноценные окна портальных переходов. Такие же переходы появились на островках, и где-то совсем вдали, в черноте провала.

Шагнув в правый портал, Владимир сразу оказался в глухой черноте пространства, где на разных расстояниях, вверху и внизу плавали такие же островки с порталами. После перехода, Соколов сразу оказался в центре площадки, не имея за спиной портала через который перешёл, а единственным выходом осталась пара порталов неярко светившихся справа и слева.

Ещё десяток переходов, и одна площадка сменялась другой, точно такой же. Имплант как мог запоминал переходы, Владимир помечал пол площадок глифами, чтобы не перепутать, и пару раз зажигал «вспышку», чтобы сориентироваться в чернильной темноте.

Этот странный лабиринт казался бесконечным, и совершенно однотипным, пока, пройдя очередной портал Владимир не оказался в глухой металлической комнате, без малейших признаков дверей или окон. Все попытки взломать стены, оказались тщетными, и Владимир достал из кармана Небесный Ключ, нащёлкав на гранях нужную комбинацию переноса в степной городок Ковена. К счастью скоростных кораблей в ангарах имелось предостаточно, поэтому он через час, снова вошёл в подземный лабиринт под взглядами сильно удивлённых дам.

На этот раз он подготовился лучше, и помечал пройденные точки ярким светящимся фломастером, а не кончиком боевого ножа. Ещё он зафиксировал себе точку прямо на балконе, откуда начал путешествие, сильно удивившись тому, что не сделал это с самого начала.

И постепенно дело пошло. Имплант строил объёмную модель лабиринта, а Владимир помечал тупиковые варианты, временами оказываясь во всё том же металлическом мешке. Правда пару раз оказывался на узеньком карнизе явно над глубокой пропастью, и просто в паре сотен километров от входа, но с помощью Ключа, возвращался обратно.

Странно, что кто-то вообще затеял этот аттракцион. Ну не желаешь посетителей, так выгрызи в теле планеты нору, а координаты никому не сообщай. Можно хоть на Луне или на большом астероиде, если так не хочется подвергать себя риску землетрясений и подвижке плит.

А тут, явно влито огромное количество ресурсов, технологий, и ещё бог знает, чего, для создания совершенно избыточной системы. Хотя, он не мог не признать, что, не имея уникального артефакта возврата, в таком лабиринте делать совершенно нечего.

Вся прошлая жизнь, да и текущая, научили его экономить ресурсы, а всякая избыточность возможна только в случае стилевого художественного решения. А тут, по мнению Владимира на ветер выброшены совершено невероятные средства, и непонятно зачем.

Мысли об бережливости не мешали продвигаться, распутывая клубок портального лабиринта, и в какой-то момент он оказался на таком же балкончике, с парой включённых порталов.

Зафиксировав точку, Владимир толкнул дверь, и пройдя через чуть изогнутый коридор, оказался в небольшом зале, с полами из какого-то отполированного материала, высокими стенами и четырьмя вазами, по углам. Сводчатый потолок, с нарисованными на нём звёздами, красиво переливался словно там за сводом находился бескрайний космос, с явно видимыми звёздами и парой звездных скоплений.

Пройдя это помещение, Владимир распахнул двери, и пройдя сквозь плёнку телепорта, вошёл в зимний сад, а через него в библиотеку. Всё выглядело не новым, но тщательно ухоженным, и готовым принять гостей хоть сейчас.

Телепорты тоже были необычными. Они словно спали, а в момент, когда Соколов касался тончайшей силовой плёнки, включался переход.

Оставив пару меток для возврата «Небесным Ключом», Владимир шёл и шёл дальше, пока не вышел на поляну, где прямо из-под земли горел огонь, а рядом в шезлонге, лежал мужчина неопределённых лет, со смуглой кожей, одетый в простые штаны, рубаху, сапоги из тонкой кожи, и потягивая трубку, выдыхал дым тонкой струйкой.

— Привет, садись. — Мужчина, не глядя на Владимира кивнул на толстенное бревно, лежавшее у огня, и снова затянулся дымом. — Ну, что, готов принять наследство Великих?

— Честно говоря нет. — Владимир присел, и посмотрел на пламя, вспыхивающее зелёными искрами, и переливающееся оранжевыми лентами. — Я и зашёл-то из любопытства. Дверь оказалась на моей земле, вот я и полез.

— Н-да. — Мужчина покачал головой. — Вот уж точно, придумай сценарий, и удивись его реализации мирозданием. Я-то полагал, что могучие маги будут соревноваться за право обладания несметными сокровищами. Оставил тысячи закладок с указаниями на место, всякие ребусы, и прочее, а тут вот раз, и просто любопытный прохожий.

— Простите, не знаю, как вас звать… — Владимир усмехнулся. — Но я даже не представляю, что нужно сложить в кучу, чтобы обеспечить как вы говорите «соревнование могучих магов». Золото? Да оно у нас служит в качестве плитки для дорожек в саду, причём уже выходит из моды. Знания? Я пока не знаю ни одного человека кто просто сумел впитать уже накопленные знания. Ну если только узкоспециальное что-то, вроде новых технологий охлаждения. Кучу девок? Ох… Князь покачал головой. Вот этого точно хватает.

— Зови мастер Альбо. — Мужчина задумался на несколько секунд. — А власть?

— Да мне и той что сейчас есть, выше головы. — Соколов покачал головой. — Нахрена мне она? Ни задач под неё ни амбиций.

— Выходит так, что мне нечем тебя заинтересовать? Мастер вновь затянулся дымом и выпустил его тонкой струйкой в небо.

— А сильно нужно?

— Да. Пожалуй, что очень. — Мужчина кивнул.

— А суть проблемы можно озвучить, Мастер? — Владимир достал из пространственного кармана, где раньше жили коты, упаковку с рационом, и вскрыв, засыпал в маленький котелок смесь чая и сахара, налил воды, и активировал на донце узор «жара».

— Суть проста. Есть некий аглор, который сильно задолжал мне и мирозданию в целом. И вот если его не станет на свете, я буду тебе очень признателен.

— Аглор это… — Уточнил Владимир.

— Аглор это раса. Две ноги, две руки, половой диморфизм стандартного типа, от человека почти ничем не отличается, возможно перекрёстное потомство. Внешне, ну может чуть смугловат, по сравнению с тобой, волосы… кто только во что не красит… телосложением только чуть поскромнее, но тоже встречаются качки и крупнее тебя. Магии обычной в том мире немного, но есть руны, узоры и сигиллы, потому как эфира мало, и насытить сразу поле очень сложно, хотя уникумы тоже попадаются. Если согласишься, я тебе даже не стану рассказывать, как найти эту мразь. Просто убей того, на ком больше всего грязи, и крови, и с девяносто девятью процентной вероятностью это будет он.

— А если всё же ошибусь? — Спокойно спросил Владимир, помешивая начинающий кипеть чай, и погасив узор, подвинул в сторону чтобы тот охладился.

— Не ошибёшься. — Мастер хмыкнул. — У него на правой щеке тройной шрам, как от удара лапой.

— Свести, закрасить? — Предположил Соколов.

— Метку Хаоса? — Альбо покачал головой. — Это невозможно. Она ставится не на физическую оболочку а на духовную. Причём через все слои, так что не спрячешь. А будешь упорствовать в маскировке, так всего перекосит так, что рад будешь шрамам на лице.

— Хотелось бы подробнее узнать про мир…

— Это значит «да»? — Лежавший в шезлонге кивнул. — Мир, обычный. Моторы на углеводородах, дома из бетона, люди из крови и мяса. Язык, я тебе залил, как только ты здесь появился. Мы кстати на хогис разговариваем.

— Атомное оружие?

— К счастью не придумали, но полно всякой сверхсильной отравы, на эфирных компонентах и алхимии. Существуют также сверхмощные мутагены, превращающие людей во всяких тварей, ну и конечно сами твари без счёта. И в необычном обличии, и в виде людей, так что и не скажешь, кто опаснее. Процент энергии хаоса достаточно велик, и физические оболочки нестабильны.

— А что сами его не прикончите? — Владимир задал наконец вопрос волновавший его больше всего.

— А как? — Мастер развёл руками. — Это же не тело. Так, призрачная проекция. Так-то мы с ним разошлись по-взрослому. Я его почти прикончил, он меня… почти. Только вот я умер, а он нет. Зато я его отсёк от его же собственного убежища, и силы у него сейчас на порядки меньше. — Мастер рассмеялся. — Это же всё его имущество. Всё что накопил за, я не знаю, сколько тысяч лет. Ты думаешь, что он так и ходил через лабиринт? Нет, сюда была вполне приличная тропинка. Только вот, поломал я её нахрен. Так что мы оба в тупике. Он не может пробиться ко мне, я не могу покинуть это место, для обретения оболочки. Но видать Мироздание откликнулось на мои молитвы. Ты вот появился. А я вижу, что ты парень непростой. Да простой и не пройдёт через лабиринт. Кстати, метки что ты сюда ставил, разойдутся через пару часов. Так что, если захочешь вернуться придётся обратно через лабиринт пылить. Отсюда пожалуйста, а сюда — нет.

— Но, если у меня будет хоть капля сомнения, я откажусь. — Владимир поднял котелок и отхлебнул горячего чая.

— Да пожалуйста. — Мастер негромко рассмеялся. — Понимаешь, я знаю этого деятеля, столько лет, сколько ты не жил, и возможно не проживёшь. И во всех проявлениях он был абсолютной и законченной мразью. Непонятно как его вообще терпело мироздание, но видать там какие-то другие расклады. Ну, что, берёшься?

— Прогуляюсь. — Владимир кивнул. — Глупо будет сейчас просто уйти. Столько сил потрачено…

— Тогда тебе туда. — Мастер Альбо не глядя ткнул пальцем в портал полускрытый кустарником. — Появишься ты в Пустошах. — Там все воюют со всеми. Правил, законов никаких нет. Полно всяких беглых, просто дурачков, военных, вольных старателей… Там самая тонкая мембрана этого мира, и конечно тварей всяких просто бесконечное количество. Учти, что твой Ключ там не работает. Как прихлопнешь этого козла. Я тебя сам выдерну. Припасов не предлагаю, думаю у тебя и так всего навалом, оружие… ну не знаю. Тоже не вижу смысла. Раздобудешь себе что-то на месте. А вот удачи, пожелаю. — Мужчина, не вставая, взмахнул рукой, и на Владимира опустился целый ворох золотых искр.

Странный гость давно ушёл, а мастер не торопясь выбил трубку, снова набил её табаком, подкурив от указательного пальца, сделал короткое движение, и перед ним развернулся экран, с пейзажами Южных Пустошей.

Шанс на то, что мальчишка справится с Хардоллом, был совсем невелик, хотя, Альбо и вправду крепко потрепал его, при последней встрече. Но насколько? Этого он не знал. Его старый враг тщательно укрывался от наблюдения, и никак не удавалось прогрызть даже самую маленькую дырочку. Но в Пустошах всё работало отлично, и Мастер приготовился смотреть как будет выкручиваться его кандидат.

Глава 3

Зарабатывая на жизнь, не забудьте просто выжить.

Козьма Прутков, инструктор МЧС.

Генеральный комиссариат Пустошей.

Генеральному инспектору Пустошей, генерал-комиссару второго ранга Этнару Арго.

Служебная записка.

Падение доходов от реализации материалов добываемых на Пустошах, связано прежде всего с активизацией подпольного клана торговцев, обложивших вольных старателей и торговцев в фортах данью.

Ликвидации главарей банд в фортах, и розыскные оперативные мероприятия результатов не дали.

Существуют не проверенные данные, что ядром Ночной Торговой Лиги, являются высшие чиновники империи, тормозящие расследование и покрывающие взятых с поличным.

Полковник — комиссар

Дан Элго.

Владимир не вышел из окна портала, а просто появился в двух метрах от земли, и спружинив словно кошка, на жестком, высушенном солнцем грунте, пригнулся оглядываясь.

Относительно равнинная территория, с невысокими холмами, и плотной растительностью, напоминала и Русскую Степь, и увалы Западной части Урала. Но запах стоял совсем непохожий. В воздухе явно чувствовалась гарь, сладковатый запах тлена, и пороховой дым.

Всё это принёс несильный ветерок, и чуть приподнявшись, Владимир увидел источник ароматов. В ста метрах от него, в небольшой ложбинке, виднелись следы схватки. Четыре человеческих тела, вповалку, несколько туш монстров, в огромном пятне горелой травы.

Подойдя ближе, Владимир, несмотря на удушающую вонь, внимательно осмотрел место боя. Люди так просто не сдались, и три обугленные туши кабаноподобных тварей, тому свидетельство. Непонятно от чего загорелась трава, но тела, если не считать рваных ран, выглядели в целом почти неповреждёнными, и не обгорели, что косвенно свидетельствовало о том, что сначала трава вспыхнула, а только после, люди вступили в бой.

Больше всего Владимира заинтересовало оружие. Погибшие в основном сражались огнестрелом, среди которых выделялось ружьё крупного калибра с внушительным магазином на двадцать патронов. Судя по длинному патрону, отдача у ружья должна быть просто кошмарной, но видимо тварей иначе не взять.

У одного из покойников при себе имелась пика, с соплом на острие, чем-то вроде огнемёта на древке, и баллоном с длинным шлангом на спине человека. Весьма сомнительная конструкция на взгляд Владимира, но чего только в мире не случается. Ещё у одного имелась ручная мортира, в сложном ременном креплении, и рассматривая снаряды, Соколов понял, откуда взялась выжженная плешь в траве. Все снаряды были помечены символом пламени, и только один чем-то похожим на серое облако. «Видимо фугас» решил Владимир, и прикинув габариты покойников, начал раздевать самого здорового, ходившего с ружьём.

Одежда князя, из тонкого полихроматического бронекомбинезона и широкого пояса с аптечкой конечно ни на мгновение не напоминала местные одежды, поэтому Владимир сменил стиль. Штаны из плотной и толстой, но мягкой кожи чёрного цвета, пояс, с разными бутыльками, капсулами и коробочками, относительно белая рубаха и коричневая жилетка с кучей карманов, тоже не пустых, сменили владельца, а бронекомбез, ушёл в пространственный карман.

Правда пришлось почистить одежду от крови и грязи, но узор «чистюля» сделал это за пять секунд, сделав штаны светло серыми, а рубаху такой белой, какой она не была наверное с момента продажи в магазине.

Из оружия Владимир себе взял ружьё, пару пистолетов что таскал на себе копьеносец, и отличный боевой нож, от парня с пушкой. Естественно вытряхнул из карманов все деньги, мысленно пообещав когда-нибудь справить по парням панихиду в храме Творцов, и достав из своего хранилища гранату, выдернул предохранительную петлю, и бросив гранату в сложенные кучкой ядра для мортиры, отбежал подальше.

На вспышку даже не оглянулся, зная, что хандская граната сама по себе превратит все улики в пыль, а плюс десяток зажигательных ядер и одно фугасное доделают остальное.

Но далеко уйти не успел. Тяжёлый топот слева, и развернувшись, Владимир увидел огромного кабана, высотой почти полтора метра в холке, и длинной метра четыре, несущегося на него. С израненной и окровавленной морды летели капли крови, но на резвость животного это по-видимому не влияло.

Сдёрнув с плеча ружьё, Владимир успел порадовался что не только собрал все патроны, в том числе и те, что лежали в заплечном мешке, но и перезарядил магазин.

Тварь неслась не очень быстро, но весьма целеустремлённо, поэтому Соколов стал стрелять ещё метров с двухсот. Пули, разогнанные мощным зарядом пороха, сначала уходили в сторону, но после третьего выстрела стали ложиться в голову, и порождение хаоса громко взревело, и зажмурив глаза прибавило скорости и понеслось изо всех сил.

Владимир успел отстрелять почти весь магазин, когда потный и вонючий хряк, пронёсся мимо, ревя словно паровоз на переезде. Вломив остатки боезапаса кабану в зад, Соколов сбросил стрелянный магазин, и подсоединил новый.

Тяжело взрывая землю, и поднимая клубы пыли, кабан развернулся, и уже куда менее шустро побежал обратно.

Последние выстрелы, Владимир произвёл почти в упор, и сделав последний шаг, животное умерло, не дойдя буквально пары метров.

Боеприпасы к ружью оказались полным барахлом, так как пробили череп только после неоднократного попадания в одну точку.

Рёв двигателя, и скрип подвески, Владимир услышал ещё издалека, и пока машина с аборигенами пылила в его сторону, успел натолкать патронов в магазин, спрятать пустой в карман разгрузочного жилета, и взвёл затвор, смотря как надвигается что-то вроде багги, с открытым кузовом, и тремя мужиками с лицами, замотанными в тряпки. Двое сидели впереди, а третий стоял у крупнокалиберного пулемёта, закреплённого в турели наверху.

Открытая машина с длинным багажным отсеком, с визгом тормозов, остановилась рядом, и сидевший рядом с водителем, медленно стащил платок закрывавший лицо.

— Так, это кто тут у меня на участке браконьерит?

— Тут нет участков. — Наугад бросил Владимир, и судя по вазомоторике человека был полностью прав.

— Нет, есть. — Говоривший чуть подвинул руку к кобуре. — Я сегодня утром придумал. Правда здорово? — Он картинно засмеялся, глядя холодными глазами на Соколова. — Значит так. Кагруха мы забираем, а с тебя штраф. Вон, ружьё отдашь, и всё что на подвеске.

— Предлагаю альтернативу. — Владимир улыбнулся, и левой рукой метнул нож, который держал в левой руке, полускрытой бедром.

Клинок не успел полностью докрутиться, но и этого хватило, потому как лезвие глубоко вошло в горло под углом вспоров артерию, после чего фонтан крови буквально выплеснуло из человека вперёд, зацепив краем Соколова.

Ещё выстрел и пулемётчик повисает на раме развороченным куском мяса, а водитель замирает не в силах сдвинутся хоть на миллиметр.

— А, нет. Зря я на пули гнал. — Вынужден был признать Владимир глядя в глаза водителю поверх прицела. — Нормальный боеприпас. Только не на кабанов. Поговорим?

Водитель исповедовался долго. Поняв, что он жив пока говорит, рассказывал о жизни в посёлке, о других бандах, о главном бандите окружающих земель — Куги Калисори по прозвищу Калисо, и о командире роты штрафников, расквартированных в Форте находящимся на территории городка, и всём том, что составляло жизнь пограничного люда.

— А с тушей что делают?

— Как что? — Водитель быстро заморгал. — Там шкура такая, что люди покупают для обшивки лимузинов. Никакая пуля не возьмёт. Ты-то вон, тоже в башку ему палил, да едва пробил. А ещё в них всякие органы нужные. Но это уже алхимикам. Их в форте полно.

— Так, боец. Скажу один раз, и больше повторять не стану. — Владимир убрал ружьё, смотревшее в живот водителя, закинув за плечо. — Всем, кто будет интересоваться расскажешь, что этот, — Соколов качнул головой в сторону трупа, — приехал, стал качать права, ну и поймал пулю башкой. Ну и второй туда же. — Если начнёшь трепать о нашем разговоре, найду и под землёй. Это понятно?

Водитель почувствовавший, как могила плавно отдаляется на некоторое расстояние, счастливо замотал головой.

— Понятно господин.

— Теперь по туше. Её как-то нужно освежевать?

— Нет. Я сейчас. — Водитель шустрой белочкой метнулся к поверженному зверю, держа в руках стальной трос, и зацепив его за передние лапы, снова метнулся к машине, откинул короткую аппарель и с водительского места включил лебёдку, втягивая кагруха в кузов.

Вопреки ожиданию, багги не развалился от перегрузки, а приняв на борт где-то под тонну веса, пошёл мягко и даже вальяжно, продолжая скрипеть рессорами.

— Сколько ты получал у этого? — Владимир, сидевший рядом с водителем, тоже замотал лицо тряпкой от вездесущей пыли и мелких камушков, и вынужденно говорил очень громко, перекрикивая двигатель и шум ветра.

— Пятьдесят монет в месяц, господин.

Владимир уже понял, что оказался обладателем приличной, но не потрясающей суммы в местной валюте «груги» кивнул. — Так, водитель мне не нужен, так что я тебе выплачиваю триста монет, и ты валишь на все четыре стороны.

— Если заплатите пятьсот, вообще уеду из Пустошей. — Водитель испуганно вильнул глазами.

— Да, ладно. Будет тебе пятьсот. Только помни…

— Да, господин. Такое не забудешь.

Через час пути, они остановились у высоких мощных ворот из стали небрежно покрашенных в серый цвет. Через какое-то время, натужно загудел мотор заскрипела лебёдка, и с хрустом стальных тросов, створки медленно поползли в стороны открывая проезд.

Городок вольных, располагался на холме, которому дополнительно обрезали склоны, сделав их вертикальными и оставив лишь достаточно узкую дорогу вверх, где справа и слева торчали мощные стальные колья, вкопанные в землю. И судя по почерневшей от крови земле, вовсе не даром. Форт Инис, находился на том же холме, но отделялся от городка высокой стеной, и ещё одними воротами, с контрольно-пропускным пунктом.

Всего в городке и форте проживало тысяч пять, что примерно соответствовало численности других поселений. И только в узловом форте жило больше двадцати тысяч.

Своеобразный КПП стоял и у въезда в городок, но там три солдатика и сержант, вообще ни за чем не смотрели, а лишь наблюдали чтобы старатели не привезли в город живую тварь.

На этом их функции заканчивались и потыкав в пятачок кабана штыком автомата, боец завистливо цокнул, и отвалил, пропуская багги в городок.

Владимир рассчитался с водителем, проследив как тот сел на рейсовый вертолёт, а сам, быстро разобравшись в управлении, подкатил к конторе скупщика и сдал тушу хряка за пять тысяч груги, что позволяло с некоторой уверенностью смотреть в будущее. После этого подъехал к автомастерской, желая сделать кое-какие изменения в машине.

— Знакомая машинка-то. — Механик одетый в засаленный комбинезон, покачал головой вытирая руки ветошью. — Проблемы будут.

— У тебя?

— А мне-то что. — Мужчина негромко рассмеялся. — я тут единственный механ, на всю округу. Обижусь и подамся в другой форт. А вот тебе паря, деваться некуда. И за машину эту спросят люди.

— Как спросят, так и умоются. — Владимир улыбнулся. — Значит так. Я хочу движок помощнее. Примерно вдвое. Раму усилить, колёса бо́льшего диаметра, чтобы поднять брюхо, подвеску на длинный ход, радиатор побольше, и две бронепластины. Впереди и сзади. Не особо толстых, но чтоб всяким говном уже не пробить. И бак закрыть бронёй.

— Не вопрос. — Механик кивнул. Две тысячи, и дело считай сделано.

— Дорого, но… пусть. — Владимир полез в карман, и отсчитал деньги. — И, это. Я не пугаю, но, если приду и машины не будет, боюсь скандала не избежать.

— Не сцы. — Механик кивнул с важным видом. — Если отожмут, то только в Пустошах. У нас здесь не стреляют. Сразу можно под полевой трибунал угодить. А командир форта мужчина строгий, так что никто на территории не шалит. А машинку свою завтра поутру заберёшь.

В городке, кроме торговцев, гостиниц с ресторанами и увеселительными заведениями, собственно ничего и не имелось, поэтому Владимир выбрал самую пристойную, где снял номер за двадцать монет в сутки, что по меркам пограничья составляло очень приличную сумму.

Номер, с двумя комнатами, ванной и небольшим гардеробом, Соколову не понравился, но выбирать было не из чего, и перебрав свои вещи, Владимир покидал ненужное барахло в сумку, и отнеся в скупку став богаче ещё на пятьсот монет.

Всего он собрал у покойников примерно три тысячи монет, что с премией за кабана составляло уже вполне приличные восемь тысяч. Обычно люди накапливали тысяч пятьдесят — сто, и уезжали отсюда, чтобы купить себе маленькую квартирку, медстраховку, и с этого начинать новую жизнь, но Владимир понимал, что ему нужно как бы не на порядок больше, поэтому планы на отъезд не строил. Приграничье — отличное место для того чтобы врасти в общество, обзавестись документами, и вообще слиться с пейзажем.

В гостинице Таблар, на первом этаже работал ресторан, и даже выступали какие-то артисты, а сильно потёртые дамы, зазывали вольных старателей в номера, но посмотрев на пенсионерок секс-индустрии, он понял, что такого ужаса в своей постели не переживёт. Хотя дамы, нутром чувствуя переполнявшие чужака искры Творения, просто с ума сходили от желания, смотря на Владимира словно собаки на таз с мясом.

Пообедав, Владимир завалился в ванну, листая многочисленные инструкции и путеводители, изданные благотворительными и военизированными организациями для вольных старателей.

Затем часа три смотрел телевизор, удивляясь тому, как похоже во всех мирах информационное хрючево для народа, и часам к десяти, спустился вниз чтобы поужинать.

Сутки в мире Арахт поделили на тридцать часов. Пятнадцать до полудня и пятнадцать после. Таким образом десять часов после полудня, уже вполне вечер, и самый фешенебельный ресторан в посёлке, наполнился торговцами, старшими офицерами форта, и разными мутными личностями.

Один из них, Куги Калисори, по прозвищу Калис, что означало крупного и достаточно опасного хищника серверных лесов, слушал доклад одного из своих людей.

— Ну услышали мы пальбу, причём часто так палили. Говорю этому габруху, мол поехали глянем. А тот, видать скрысить чего хотел, или ещё чего, в общем говорит, один мол поеду. Ну, думаю, пили, один хрен мимо форта не проскочишь.

Ну и уехал, а мы дальше на маршрут, старателей кошмарить. Только через час, докладывают люди что на воротах стояли, мол вернулась машинка ваша, да уже не ваша, а какого-то габруха мерзявого. Я сразу выскочил, а он тачку уже к механу нашему загоняет и что-то там втирает. А после хорошо так рассчитался, и свалил в гостиничку. И тож, сразу вышел, сдал хабар что с собой старатели таскают. Я посмотрел, там точно наши эликсиры, да таблетки. Значит снял он с Крига с Хрумом. А Теглора видали, когда тот садился в вертолёт. Но уже поздно ловить. Тот в узловом форте сразу метнулся на экспресс, и с концами. Там его не достанем… Так что, Калис, зажмурим габруха?

— Только не здесь. — Главарь банды покачал головой. — Я с комендантом до сих пор не рассчитался за прошлое. Не стоит испытывать его терпение. Возьми пару команд, да зажмите его где-нибудь подальше. Ну и поспрашайте, чего он такой борзый и резкий. Зажмурить его всё равно надо, но может после придётся чего кому занести для порядка.

— Сделаем. — Харбал Турго, по прозвищу Обух, кивнул.

Владимир хорошо выспался и когда спокойно позавтракал, дошёл до мастерской, где уже стояла его машина.

— Смотри. — Механик, по привычке протирал ещё чистые руки тряпкой. — Движок мы тебе поставили от грузовика, а чтобы машинка шустрее шла, поменяли редуктор. Скорости там всего три, да тебе и двух за глаза хватит. Двигун этот и с третьей стронется. Теперь по броне. Сделал как себе. Титановый сплав, упрочнённый алхимиком. Так что с тебя ещё косарь.

— Легко. — Владимир отсчитал деньги.

— Сзади, просто стальная плита, но по-другому нельзя. У тебя морда получается слишком тяжёлая и зад будет мотать. Поэтому вот, как минимум тонну стали будешь возить с собой. Ну и колёса, как заказывал. — Механик пнул ногой здоровенное колесо двадцать второго диаметра. — Мне даже интересно стало, как такая машинка себя в Пустошах поведёт.

— Я расскажу. — Владимир кивнул мастеру.

— Кстати, прям с утра две машины Калиса, сорвались в Пустоши. Уверен, тебя ждать будут.

— Отлично. — Соколов улыбнулся. — А ты машины покупаешь?

Прихватив с собой десяток бутербродов, три пятилитровых фляги с водой, и маленький котелок, Владимир ещё раз проверил всё ли в порядке, и выехав из ворот форта, скатился по наклонной тропе, разогнался просто вперёд, где по уверениям справочника, водились разные опасные твари. Обычно старатели глубоко не забирались, предпочитая добывать хабар на границе с Пустошами, покусывая случайно забредающих тварей, но у Соколова имелись аргументы и покрупнее чем ружьё восьмого калибра.

Кагрухи весьма ценились за шкуру и печень, тримы тоже за шкуру, но как материал для шуб, а градахи полностью шли в переработку как носители аномального количества энергии хаоса. Плюс к этому в некоторых местах встречались «очаги» несколько камней Хаоса, сваленных в кучу, светящиеся истекающей из них словно пламя хаотической энергией. Кристаллы уже шли по волне взрослым ценам, но встречались крайне редко. Точнее, там, где они встречались люди не ходили.

На каждую тварь существовали твёрдые расценки, и нельзя было заплатить больше или меньше, но торговцы обходили запрет, предлагая в качестве бонусов патроны и снаряжение, и все старатели знали кому что продавать, чтобы заработать побольше.

Владимиру эти расклады были ни к чему, поэтому он просто погнал к границе Пустошей, справедливо полагая, что разберётся на месте.

Где-то сзади, взревели двигатели преследователей, но они совершенно не успевали за машиной сильно прибавившей в скорости, и проходимости. Там, где Владимир пёр напролом, невзирая на рельеф, преследователи вынуждены были объезжать, притормаживать и даже их стрельба выглядела скорее истерикой.

По мере приближения к опасным местам, энтузиазм преследователей падал, и Владимир даже чуть снизил скорость, чтобы повысить мотивацию бандитам, и те снова резво кинулись в погоню. Стали попадаться мелкие группки местных хряков во главе самца, такого как завалил Владимир, и тремя — четырьмя свинками. Поросят не было видно, видимо не сезон. Величественно шли по своим делам огромные существа похожие на лосей, от которых страшно фонило энергиями хаоса, и мелькала разная мелкая живность.

Обогнув холм, Владимир воткнулся в тупик, и поняв, что дороги нет, воткнул первую передачу, забрался по склону на террасу, и чуть отъехав от края, встал за пулемёт, и взведя тугой затвор рычагом, проверил ленту, и навёлся на площадку внизу.

Через пару минут, первая багги, скрипя рессорами вошла в поворот, и поняв, что это тупик, водитель ударил по тормозам пойдя юзом.

Дождавшись второй машины, Владимир ударил по ней, запечатывая выход из ловушки, и стал аккуратно выцеливать бандитов, убивая их с первого выстрела.

Крупнокалиберный пулемёт рвал тела бандитов в клочья, не оставляя подранков и несмотря на заполошный ответный огонь, очень скоро почти все из них были убиты. В живых остался лишь один, залёгший за двигателем второй багги. Он не отстреливался, а прикинувшись ветошью, ждал пока Владимир начнёт мародёрить трупы, чтобы достать наверняка.

Чётко видя противника в эфирном зрении, Соколов спустился по склону, и обойдя багги, так, что показались ноги лежавшего человека, выстрелом из ружья отстрелил одну конечность. Такого человек перенести не мог, и заорал, показавшись полностью, и вторая пуля оторвала ему голову.

Аккуратно, обойдя остальные тела, он сделал контроль, и приступил к самой приятной части перестрелки — сбору добычи.

На этот раз всё было пожирнее в смысле снаряжения и боеприпасов, но меньше денег. Наличными собралось всего тысяча монет, зато удалось разжиться целой кучей стрелковки, ещё парой крупнокалиберных пулемётов, и целой горой пузырьков, коробочек, пистолетов, и патронов.

Все машины имели фаркопы и стальную трубу с кольцами для жёсткой сцепки, и повозившись с машинами, Владимир отправился обратно.

Мощный двигатель уверенно тянул машины, хоть и относительно на невысокой скорости.

Один раз правда пришлось остановится, когда странным поездом заинтересовывался местный лось — гардах, побежал было следом, но чуть притормозив, Соколов выдал короткую очередь из пулемёта, и монстр сразу потерял интерес к добыче.

Когда он приехал в форт, время ещё не перевалило за полдень поэтому сдав всё честно отнятое, он снова засобирался на охоту.

— Ну, что скажешь? — Хозяин ремонтно-механической мастерской, бросил взгляд на заместителя командира форта, майора Элора Танго.

— Наш человек. — Майор кивнул. — Не могу сказать, полевая разведка или агентурная, но что-то очень крутое, типа Чёрных соколов. Да и в звании, немаленьком. Солдатикам видел, как махнул? И сержант сразу метнулся раздвигать ворота. На лицо конечно молодой, но это вот вообще ничего не значит. Видел я одного генерала после омоложения. Пацан пацаном. Так что Калису, конец. Если конечно не сбежит раньше. Ты видишь, на двух багги, минимум шесть человек было. А у него на одежде ни пылинки, ни травинки, ни раны. Даже какой царапины. Человек походя пристрелил шестерых, а может и восьмерых бандитов. Что ему какой-то разжиревший боров?

Примерно об этом же думал главарь бандитов, провожая взглядом багги, когда-то принадлежавшую ему. Он за сутки лишился почти трёх четвертей людей, и конечно новых нанять несложно, но пока это случится, пока они притрутся друг к другу, пока заработают свой авторитет… Всё это может происходить месяцами, и не факт, что за это время человек, сломавший налаженный бизнес куда-то денется.

Поэтому, Калис словно прогуливаясь зашёл к себе в контору, оформленную как частное агентство сопровождения грузов, покидал в небольшой саквояж всё нужное, а особо ценное спрятав на теле в потайных кармашках нижней рубахи, и также прогуливаясь пошёл по улице кивая знакомым торговцам, и успевая попутно решать мелкие дела. Затем встретил прилетевший рейсовый вертолёт, и изобразив удивление что не встретил нужного человека, постоял, и когда дверь ухе закрывалась, метнулся словно молния, успев проскочить в салон.

Заместитель командира форта по материально-техническому снабжению, Канис ти Ранго, маленький бизнес которого только что лопнул, сидел за столом задумчивый, слушая человека вытащенного им из тюрьмы, для «оформления» самых тихих дел. Турил Конро, прошёл полный курс подготовки «Чёрных соколов», и был списан за убийство гражданского в небоевой обстановке. И так бы и сгнил бесследно в Северных Пустошах, но кто надо, заплатил кому надо, и вот уже с новой биографией и новым лицом, ценный специалист выполняет очень важные и нужные поручения.

В форт Инис, Турил приехал чтобы решить вопрос с зарвавшимся и потерявшим край Калисом, но того, что случилось никто не ожидал. Главарь сбежал, а его люди, за редким исключением мертвы. То есть не плавная передача власти кому надо, а просто полный крах всего налаженного дела.

У Каниса имелись кроме официальных и неофициальные начальники, и они страшно не любили, когда начинаются падения доходов, и упаси боги, убытки. А убытки будут. Минус десять человек — ядро боевой группы, минус снаряжение с дорогостоящими эликсирами исцеления, минус Калис, наверняка увёз всю казну банды, включая оперативный запас… И не факт, что Организация его достанет. Урки тоже умели прятаться.

Сплошные убытки, а отвечать кому? Тому, кто остался. Канис пристально посмотрел на бывшего «Чёрного сокола».

— Дождёшься этого… — майор взмахнул рукой. — И прикончишь. Но тихо. В номере. Хоть ядом хоть чем. Меня не волнует. Как сделаешь дело, сразу на вертухан, и чтобы духу твоего здесь не было.

Глава 4

На крутых поворотах судьбы, главное не тормозить.

Неизвестный патологоанатом.

Служебная записка.

С высочайшим почтением, спешу доложить, что по текущему финпериоду, имеется существенное падение доходов от пятого узла Южных пустошей.

Связано это прежде всего с распадом силового звена в форте Инис, и бегством его старшего, Куги Калисори по кличке Калисо.

Предприняты меры по восстановлению контроля: Наняты люди, и отправлены в форт. Один из мелких командиров узлового форта повышен до старшего сектора, с передачей всех полномочий по форту Инис.

Управляющий узлового форта предупреждён о недопустимости выпадения доходов, и оштрафован на два месячных оклада.

Начальник 2 управления Группы Тыла, генерал-комиссар второго ранга Этнар Анголь

Карта планеты с расположением Пустошей нашлась в одном из пособий для начинающих старателей, да и не было в той карте ничего интересного. Пять материков, из которых один самый крупный Элдарингар, три чуть поменьше, и один маленький. Три Пустоши находились на Элдарингаре, и по одной на Таронарис, Алгаре, и Субрании. Все Пустоши образовались в равнинных, малозаселённых местах, и пока учёные разбирались с причинами их возникновения, успели расширится, захватив огромные территории. Сразу же по границам Пустошей поставили десятки фортов, сдерживающих распространение иномирного проникновения. Но очень быстро эти территории стали источником дохода огромного количества людей, и несмотря на то, что Пустоши, пусть медленно, но росли, мало кто желал их полного уничтожения. Наоборот, государства на чьей территории появились пробои хаоса, резко прибавили в доходах и даже в технологиях.

Ардария, где появился Владимир располагалась на огромных территориях, получив от раздачи Хаоса, целых две Пустоши. Одна Северная, в холодных лесотундровых пространствах, а другая в бескрайней степи, захватившей весь полуостров Андол — треугольник со стороной в пятьсот километров, глубоко выдающийся в Южный океан.

Пустоши в год давали доход сравнимый со всей индустрией стали и тяжёлой промышленности. Ценнейшие компоненты для лекарств, реагенты для Большой Химии, позволяющие делать вещества небывалых характеристик, предметы роскоши и многое другое, что шло из территорий, захваченных хаосом широким потоком.

Конечно. на такой сладкий кусок, слетались браконьеры, тем более что у Южных Пустошей огромная водная граница. Но авианосцы, штурмовые вертолёты, и быстроходные катера, превращали этот, и без того опасный заработок, в аттракцион с билетом в один конец.

Северные Пустоши, живностью не особенно выделялись, но ценились за шахты и прииски где добывали редкие руды. Но глубокие шахты стали не только место жительства людей, но и весьма опасных монстров, живущих под землёй.

Одной из неприятных особенностей этих мест, стала невозможность или крайняя нежелательность применения мощной магии. На выплеск эфирной энергии стекались такие тучи монстров, что никто в здравом уме не пытался магичить в приграничье. Официального запрета не существовало, но на магов смотрели косо.

Зато Ардарийская армия, сделала из этих территорий не только средство получения дохода, но и место утилизации человеческого материала. Нет, не существовало никаких штрафных рот или батальонов. Просто провинившегося солдата, сержанта или офицера отправляли служить на юг или на север, а уж выживет ли он или сгинет, никого особо не интересовало.

И именно армейцев, наблюдал Владимир в трофейный бинокль. Трёхосный грузовик, с пулемётом на крыше, вихляя от пробитого колеса, нёсся по дороге, поднимая пыль, а за ним, гналась стая баграхов примерно в двадцать голов. Пулемётчик огрызался короткими очередями, но видимо калибра не хватало, и твари с телом волка, и огромной зубастой пастью, не сбавляли ход, постепенно нагоняя грузовик.

Соколов чуть прибавил скорость, и остановившись чуть в стороне от дороги, встал к турели.

Грузовик, не сбавляя скорости проскочил мимо, и только армеец, сидевший рядом с водителем, что-то прокричал, махая рукой, но Владимир уже не слышал.

Имплант давно посчитал баллистическую модель связки пулемёт — патрон, и Соколов не смотрел через прицел, а ориентировался на алую метку, выводимую прямо на сетчатку глаза.

Тяжелые пятнадцатимиллиметровые пули, ударив в относительно плохо защищённый бок, срезали вожака, и всю голову погони, но, когда стая развернулась в его сторону, всё пошло куда хуже. Лоб и грудь баграха прикрывали мощные костяные пластины, не пробиваемые даже из крупняка и Соколов, прыгнув в водительское кресло, отжал сцепление, бросая багги вперёд.

Хаотические твари, могли бегать довольно быстро и долго, но конечно против четырёхсотсильного двигателя не имели шансов, и когда Владимир посчитал, что увёл погоню достаточно далеко, прибавил скорости и сделал круг, выходя к месту, где лежали убитые звери.

Четыре огромных туши едва поместились в грузовой отсек, и натужно скрипя рессорами, машина тяжко покатилась к форту.

За местных крокодиловолков дали по полторы тысячи, что в принципе неплохо, но вот пулемёт, Соколов захотел поменять на что-то более мощное, и дальнобойное.

У скупки, его подловил сержант, и вежливо представившись пригласил на ужин к командиру, чего Владимир проигнорировать никак не мог, и переодевшись в купленную накануне свежую одежду, отправился в гости к местному Хозяину.

Начальник форта и командир расквартированного батальона, подполковник Хагрин Олас, загремел в эти негостеприимные места из-за дуэли с сыном крупного олигарха. И возможно, что всё спустили был на тормозах, но ушлый фотограф сделал несколько снимков, где Тевин ла Бран, стоит на четвереньках, со шпагой в заду, и скандал разрушил обоим молодым перспективным офицерам карьеры, хотя фотограф оказался на месте дуэли совершенно случайно.

Теперь, Тевин ла Бран подвизался на ниве торговли, а Оласу приходилось заниматься вещами далёкими от столичного флирта, и посещения салонов юных жён стареющих генералов и финансистов. И хотя здесь, на границе, год службы засчитывался за два, мало кто из офицеров добровольно соглашался на такую службу.

Пятьсот солдат и сержантов, два десятка офицеров и приданных специалистов, норовили уничтожить всё до чего дотягивались из руки и пропить всё остальное. А что им? Дальше приграничья уже не пошлют, хотя существовала отличная от ноля вероятность угодить совсем низко — в шахты Северной Пустоши, но это нужно было совсем жёстко подставиться. Да и кому здесь воевать если вдруг прорыв? Старатели сразу брызгами разлетятся вместе с торговцами и шлюхами, оставив солдат защищать форт.

И с этой стороны, поступок нового старателя выглядел весьма занятно. Он не только спас десятерых бойцов и офицера, но и по слухам привёз на продажу четыре туши баграхов.

И вот это выглядело очень достойно. Подловить стаю в определённый момент, срезать вожака и его сильнейших воинов, а затем оторваться от преследователей, и вывезти трупы. А перед этим, как-то расправиться с бандой, донимавшей здесь в форте всех, да так, что главарь просто бросил всё и умотал в неизвестном направлении.

Всё это говорило не только о крепких нервах новичка, но и о весьма приличной подготовке. И вот тут вставал совсем непраздный вопрос: Что забыл такой человек в забытом богами форте, и будут ли от него неприятности?

Всё это собирался прояснить подполковник, приглашая старателя на обед. Формально для благодарности за спасение патруля, а реально для выяснения глубины возможных проблем.

— Подполковник… — Владимир вежливо поклонился хозяину и занял предложенное место.

Сегодня, по просьбе командира, повар расстарался, и на столе можно было увидеть деликатесы, стоившие в столице немыслимых денег. Филе сагруса, в соусе из ягод линахры, печень аварка, в жареных колтралах и на десерт суфле из плодов турала. Всё это предполагалось запивать не очень крепким вином из личных запасов подполковника, и балтой элитного «чёрного» сорта добываемой только на островах архипелага Андори.

— Мы с вами беседуем, уже час, а вы так и не представились. — Мягко попенял Владимира командир форта. — Желаете остаться анонимным?

— Знаете, в силу ряда обстоятельств, вынужден был резко сменить климат, и место проживания, и ещё не придумал себе, ни новое имя, ни биографию. — Владимир рассмеялся.

— И вы так спокойно мне об этом говорите? — Хагрин Олас, удивлённо поднял брови.

— Пустоши являются экстерриториальными как по отношению к Ардарии, так и к международному праву. — Вежливо напомнил Соколов. — Как-то соотносится с государством только форт, но и он является территорией исключительно армейской юрисдикции. А ни в одном уставе ничего не написано про преследование беглецов, если только они не дезертиры.

— Это верно. — Подполковник кивнул. — И всё же, я, для начала, хочу от всего сердца поблагодарить за спасение моих людей, а во-вторых, хотя бы частично отплатить вам за помощь. — Офицер улыбнулся и встав из-за стола вышел из столовой и минут через пять вернулся с пачкой бумаг в руках. — Это документы на имя Алдиса Моро, тридцати лет, уроженца Северных пустошей. Алдис приехал сюда, планируя наняться в форт оружейником, но попёрся за каким-то чёртом с солдатами в пустоши, и погиб разорванный кагрухами. Это случилось буквально на днях, а мне даже некому отправить письмо о смерти. Он не указал ни адреса, ни имён родственников. Так что это теперь ваше. — Хагрин протянул пачку Владимиру. — Паспорт и удостоверение личности он получить не успел, а единственный документ с фотографией — выписка из справки от командира форта там, на севере. Сделаете фото, вклеите свою фотографию и всё будет в порядке. Там, у них, на севере, вообще адов бардак и царство хаоса. Монстров там сильно меньше чем у нас, но зато в земле много чего полезного, поэтому полно посёлков и естественно никто их там не пересчитывает и не ведёт документооборот, поэтому даже если к вам возникнут вопросы, то ответы получить будет невозможно. Шахты постоянно бросают, люди переезжают с места на место вместе со своими домиками на колёсах… Идеальное место для легализации любого агента.

— Нет-нет. — Владимир рассмеялся и поднял открытые ладони. — Я точно ничей не разведчик.

— Но подготовка у вас превосходная. — Подполковник коротко склонил голову. — вот так запросто отсечь стаю, да ещё притащить туши на скупку…

— Ну не смотреть же как эти твари рвут солдат в клочья? — Владимир пожал плечами. — Это вот совсем неправильно.

Говорили долго, так, что успели съесть всё на столе, и даже было переключились на какие-то остро деликатесные консервы, но Владимир попросил показать ему что можно купить у армейцев со склада.

И тут выяснилась забавная вещь. Старатели, покупали снарягу у торговцев, причём самую дешёвую. Раздолбанные машины, лишь бы только ездили, старое оружие, просроченные патроны и покусывали самых слабых тварей, не забираясь в Пустоши глубоко. И при этом считали, что нагибают всю систему, поскольку тратили очень мало. То, что они при этом мало зарабатывали их, видимо устраивало.

Но если сдавать туши и найденное армии, то появлялась возможность на эти деньги отовариваться на складе, где имелось много достойных и интересных вещей. Безоткатные и, автоматические пушки, гранатомёты, мины, не говоря уж о транспорте в виде грузовиков, бронетранспортёров, и лёгких танков.

Но, только в размере сданной добычи. Сдал на сотню — получи на сотню. Ну или деньгами. При этом ватаги, промышлявшие серьёзными тварями, существовали. Базировались они в основном в узловых фортах, где населения насчитывалось порой под полсотни тысяч человек, и брали заказы на конкретных тварей. Такие группы обычно имели собственные грузовики с краном для погрузки и перевозки добычи, боевые группы на тяжёлых багги, и иногда даже лёгкие самолёты для разведки с воздуха. Они забирались очень далеко и именно эти старатели привозили наиболее ценную добычу.

Подполковник особо предупредил, что среди таких старателей, считалось обычным делом походя расстрелять другого старателя даже не забирая с него добычу.

От командира форта, Владимир отправился к механику, и озаботил его прицепом на пару тонн, и переносом турели, с задних сидений вперёд, чтобы не скакать по баги отстреливаясь и ведя машину. Заодно попросил поставить второй пулемёт спаркой к первому, и увеличить запас патронов.

И поскольку время уже катилось к вечеру, пошёл поужинать, заодно попросив, чтобы ему приготовили назавтра еды в дорогу.

Подъём планировал ранний, и почитав всё что имелось про Север, лёг спать. Но часа в три ночи, проснулся от того, что имплант подал тревогу, поймав сигнал от сигнализации, установленной на двери.

Оружие лежало рядом, и прихватив пистолет, Владимир скомкал одеяло в форме тела, сам затаившись в тёмном углу рядом с кроватью.

Тень медленно и почти беззвучно подошла к кровати, и уже замахнулась рукой с кинжалом, когда Соколов выскользнул из черноты и хлёстким ударом пробил убийце в голову, и следом, в грудь коленом, так, что тело подбросило вверх, до потолка, а на пол оно упало уже в стадии недвижимости.

Аккуратно, чтобы не напороться Владимир обыскал убийцу, вытащив на свет всё что лежало в карманах, осмотрел ротовую полость на предмет всяких закладок и наложив дополнительно «паралич», дёрнул за рычаг вызова прислуги.

Ещё через пять минут, прибежал военный патруль, вызванный портье, забрал бесчувственное тело, и вновь насторожив сигнализацию Соколов лёг спать, даже не подозревая, какую волну фекалий поднял в армейской среде.

Собрав в контейнер всё что ему сготовили повара ресторана, Владимир, выехал через ворота, таща за собой новый прицеп, а в городке заходил на посадку вертолёт военной прокуратуры.

Вопреки общему мнению, армия не монолит, а обычная корпорация с кучей групп, кланов, течений, воюющих за влияние, и деньги.

Весьма информированный во всех хитросплетениях столичной жизни, командир форта, знал кому сообщить о появлении в камере вроде бы давно исчезнувшего человека. А поскольку считал, что его так называемые покровители просто предали его, и более не имея никаких сдерживающих факторов в виде кланов и связей, он запросто сдал не только убийцу, но и всё найденное при нём, а было там, достаточно на пожизненное в подземном руднике Северных пустошей.

За что и вцепились военные прокуроры, имевшие длинный зуб на весь клан Анголь, подмявший под себя торговлю с Пустошей.

Ничего об этом не зная, Владимир выследил и добыл двух огромных матёрых градахов, фонивших хаосом так, что ему пришлось пару раз останавливаться и накладывать на себя узор «очищения».

По договорённости с подполковником Оласом, он сразу повёз туши в форт, и сдал обе по десять тысяч каждая что уже позволяло приценится к армейскому складу. Тут-то его и подловила пара офицеров, майор и полковник, проверили документы и вполне вежливо попросив ответить на ряд вопросов.

Фотографию Владимир переклеивать не стал, а просто аккуратно потёр её так, что лицо вообще не читалось. Аккуратно сложив сильно потрёпанный документ, засунул его в полиэтиленовый пакетик, спрятал в карман.

— Парни, я тут весь день на жаре, да ещё и без жрачки, так что пойдём, поедим, заодно спросите чо там хотите.

Армейцы переглянулись, и полковник кивнул.

— Веди.

Спрашивали обо всём. Как попал в форт, где жил на Севере. Как вообще смог завалить опытного убийцу.

— Эт для вас он опытный. — Владимир улыбнулся. — А на нижних горизонтах такие твари водятся, что этот, просто не дошёл бы. Да и до третьего не дошёл. А ты, вон… опытный. Да и твари местные… медленные, вялые… крепкие, да. Башка такая… как нож от проходческого щита. Но вялые, а денег за них дают ого-го. Так что я тут точно подниму денежек.

— А что не у себя? — Полковник, быстро расправлялся с мясом, вроде как не глядя никуда кроме тарелки, а майор чётко фиксировал всю вазомоторику Владимира.

— Собаки гнявые, пусть там корячатся. — Спокойно ответил Соколов. — Только в шахтах и можно жить нормально. Наверху до минус сорока как здрастье, а порой и до пятидесяти. А тут вон, лепота. Ночью целых пятнадцать градусов. Хош в трусах спи. Только в помещениях душновато. Но эт я привыкну.

— А ты же в армию хотел? — Подал голос майор. — Что так? Не взяли?

— Да пообщался с солдатиками, да потёрся там среди народа, и подумал. А что мне эта армия? Сам что ли не пробьюсь? Уже вон какая машина у меня, видел? Да пушка на ней… А ещё подработаю и возьму чего посерьёзнее. И машину побольше, и пушек на неё, так чтобы прям до пятого уровня, дойти. Там говорят твари вообще по полмиллиона и вообще по скока хош. А я вот это… деньги они всему голова. С деньгами я где хош пристроюсь. И бабу себе нормальную найду, и дом заведу…

Армейцы переглянулись, и полковник отрицательно покачал головой.

Рассчитались каждый сам за себя, и Владимир пошёл к себе, а прокуроры, поднялись в отведённые им гостевые апартаменты при форте.

— Ну, что скажешь? — Майор снял фуражку, и расстегнул китель.

— Ну, насчёт Севера, думаю, что да. Был. Даже загореть ещё не успел. А там и вправду хреново. Что «Сокола» этого недоделанного завалил, тоже не удивительно. Когда там он заканчивал эту учебку? Сколько лет прошло. И в шахтах там да, чего только не водится. Так что всё бьётся. Ну и самое главное. Что тут агенту делать? Есть тысячи способов легализации, не рискуя шкурой в приграничье. Так что я склонен поверить парню.

— А по мне, так хоть агент. — Майор покачал головой, и бросил взгляд на часы. Что у нас разведывать-то? Контрразведка, смотри, вся переключилась на поиски недовольных да всяких внутренних врагов. Думаешь просто так? Нет, это потому что внешние враги вообще никакой погоды не делают.

— Так что по парню?

— А что по нему? — Майор пожал плечами. Сделаю рапорт по форме двадцать восемь, да и канет он в нашем бумажном море. А вот что будем делать с этим Турилом Конро…

— Всё за нас решили. — Полковник снял китель, и повесил на стул. — Доставляем его в центральную прокуратуру, в допросный блок. Там его начнут потрошить уже основательно. Так что мы с тобой его больше не увидим потому что он тоже канет в нашем бурном море. Вопрос выплывут ли его покровители, но это точно не нашего ума дело.

Местная цивилизация ещё не дошла до спутников, но аэрофотосъёмка существовала, и подробная карта пустошей, со всеми фортами, наезженными дорогами и предположительными ареалами распространения разных тварей, продавалась за вполне вменяемые десять монет. Имплант сразу зафиксировал карту в памяти, и привязываясь к видимым ориентирам и рельефу, выдавал достаточно точное местоположение. Благодаря этому Владимир не вступал в бой с разной мелочью, а сразу проскочил за третью линию, где уже не встречались вольные старатели, а лишь крупные охотничьи группы.

Здесь уже можно было поискать «Камни хаоса» стоившие вполне приличных денег, и «Теневые кристаллы» стоившие уже совсем неприлично. Ну и вершина добычи — кристаллы нитрилла, из которого делалось всё. От украшений, до брони, не пробиваемой ничем, вплоть до магических ударов.

У Владимира не имелось воздушной разведки, но на своём багги он достаточно легко заезжал на вершины холмов, откуда в мощную оптику осматривал окрестности, помечая на виртуальной карте интересные места.

Здесь, между третьей, «опасной» и четвёртой «особо опасной» линией, как раз находился переходный рубеж от просто жёсткой истории, к полной жести, когда по степи носились кучи изменённых и хаотических тварей, и такие же твари носились в воздухе, правда к счастью невысоко.

Не увидев ничего интересного в бинокль, Владимир съехал с увала, и поддав газу понёсся к следующему.

Сразу вслед багги кинулась стая гигантских крысособак, но быстро отстали, и взметая кучи камней, машина, ревя двигателем, влетела на плоскую вершину холма возвышавшегося на двести метров над степью.

А внизу, под холмом, стоял десяток машин лагерем. И такие же как у него багги, и мощные трёхосные грузовики, и даже бронированная машина типа бронетранспортёра. Всё в лагере носили обычную для старателей одежду из толстой кожи, и лишь один щеголял в чём-то вроде комбинезона камуфляжной расцветки. Чуть в стороне от костра, на двух деревьях висел распятый обнажённый мужчина, и камуфляжный как раз втыкал в него нож, от чего пленник орал во всё горло. Машина пленника — побитый жизнью багги стоял сбоку от дороги с пробитыми колёсами, уткнувшись передним бампером в дерево.

Но рёв машины Соколова уже заметили, как и его самого, и пара вездеходов резко развернувшись, погнали куда-то в сторону, видимо собираясь добраться до ненужного свидетеля.

Глава 5

Сила и опасность женщин сильно преувеличены. Собственно, нет никакой особой разницы между женщинами и тварями с пустошь. Та же беспринципность в достижении целей, жестокость по отношению к представителям своего вида, и кровожадность.

Тергор Исснао, «Пустоши и их обитатели».

Необъяснимая череда отставок и несчастных случаев, сотрясает Управление Тыла Министерства Обороны. Так за прошедшие дни, лишились места с сохранением пенсии три генерала и пять полковников, а заместитель начальника Управления, генерал-комиссар второго ранга Этнару Арго погиб в дорожном происшествии врезавшись в отбойник на развилке моста в Эгно Мархо.

Происходящее связывают с расследованием незаконных поставок оружия в пустоши, и скупку реагентов и материалов, добываемых там, с последующей контрабандой.

Вечерняя столица.

Узор «эфирного двойника» требовал совсем немного энергии, поэтому Владимир бросил сигил на камень, сам спрятавшись в кусты, густо росшие на вершине холма. Ему не хотелось убивать их первыми, потому что всё возможно, и всё часто видится тем чем на деле не является. Но ватажники сами решили все затруднения, начав стрелять, как только въехали на вершину.

Не успев удивиться, что пули прошивают человека насквозь, взбивая пыль за его спиной, пулю в голову получил пулемётчик первой машины, затем второй, а после и все остальные.

Звук пистолетных выстрелов слился в короткую очередь.

Сменив магазин и сделав контроль, Владимир, прислушался, но у подножья, звук выстрелов на вершине холма услышать довольно сложно, и в лагере всё было тихо. А вот вокруг, явно что-то сдвинулось. Мимо, вихляя поисковой цепочкой пробежала стая крокодиловолков, набирая скорость, к холму трусила большая семья гигантских хряков. Мелкие и крупные твари несколько неуверенно мельтешили рядом, почуяв эфирный выхлоп, а люди в лагере притихли, полагая что в густой растительности росшей у подножья, они смогут пересидеть внезапную активность тварей.

Владимир улыбнувшись, выплеснул из себя узор «чистого воздуха», напитал его до предела и тот плавно, словно лист, спланировал на лагерь старателей.

Теперь у зверей не осталось никаких сомнений, а лишь жажда крови, и вся масса тварей резко набрав скорость ломанулась со всех сторон в лагерь.

Заполошные выстрелы, гулкий перестук пушечных спарок, и взрывы гранат, смешивались с воем и рёвом созданий Хаоса, криками заживо пожираемых людей, хрустом костей, визгом раздираемого железа, и детонацией боеприпасов.

Сидя на самом краю обрыва, Владимир видел всё словно из ложи, включив имплант на запись высокого качества.

В какой-то момент звери, уничтожив людей, кинулись резать друг друга, и вот тут действительно началось. Мягкие и незащищённые людишки не шли ни в какое сравнение с бронированными телами чудовищ, и грохот боя, стал физически болезненным.

Но точку в битве поставили кристаллические черви, пронзавшие тела других тварей, словно масло. Только парочка из них погибла от копыт гигантских хряков, а остальные, перебив всех, кто прибежал на поляну, выползли на солнышко греясь и переваривая сожранные сосредоточия сил, которых в существах такого уровня, были совсем не маленькие.

Люди почти не добывали эти чёрные шарики, подпитывавшие монстров энергией тьмы. Вскрыть шкуру хаотического зверя было совсем непросто даже для хорошо оснащённой команды. Богатые группы использовали для этого бензиновые пилы, со специальным диском, а все остальные либо притаскивали тушу целиком, либо просто оставляли их в Пустошах.

Кристаллического червя, который по идее и живым существом-то не являлся, эти сложности не волновали. При твёрдости шкуры приближающейся к корунду, он разгонялся до тридцати метров в секунду, и легко пробивал самые толстые шкуры тварей. Конечно, неуязвимых нет, но черви обычно продавали свою жизнь очень дорого, что и отражалось в цене такой тушки — более двухсот тысяч за целого червя и пятьдесят тысяч за горку обломков весом во взрослую особь, что примерно равнялось десяти килограммам.

И вот то, что миллион монет, лежал совершено безнаказанно буквально в двухстах метрах, вызывал в душе Владимира вполне естественный протест, и желание резко изменить ситуацию в свою пользу.

Тела червей, неярко светились переваривая чистую энергию, а Соколов, медленно продвигал к ним усики «эфирного насоса» и когда те коснулись светящейся тушки, мгновенным рывком, вытянули всю силу из тварей, сразу убив их, но расплескав эфир вокруг словно взрыв.

Немедля, Владимир, скатил машины с трупами обрыва, сам сел за руль, и с пробуксовкой, нырнул вниз по тропе, подскочив к лагерю.

Покидав застывшие прозрачные тела в кузов, достаточно небрежно собрал в мешок всё что осталось от двух других червей, и развернувшись вжал педаль газа в пол.

Новая вспышка эфира должна была привлечь ещё больше тварей, и Владимир торопился покинуть место их будущего сбора.

По дороге наблюдал спешившие к холму, стаи и стада, но твари его игнорировали, торопясь на внезапное лакомство.

Сам того не желая, Соколов сорвал охоту десяткам старателей, и те, вернулись в форт, проклиная тварей, неожиданно убежавших куда-то вглубь территорий.

Дабы не плодить сущности, Владимир заехал в форт через ворота для военных машин, и показав караульным горку кристаллов голубого цвета, проехал к складу.

И уже въехав на территорию части, вызвал командира, так как полагал, что у того возможно найдутся более интересные варианты сбыта пяти тушек кристаллических червей.

Так и случилось. Подполковник, только увидев, что лежало под тентом, брошенным в кузов, сразу выгнал кладовщика и солдат, закрыв за ними ворота.

— Значит так. Сразу всё не отдам. Сам понимаешь, таких денег в кармане не держу. Да и на счету тоже пока не скопил. Но ценю, что ко мне сразу приехал, а не к скупщикам. Спрашивать, как добыл тоже не буду. Это вопрос можно сказать интимный. Но цену дам настоящую. За такую кучу хабара полтора миллиона — нормально. Если хочешь сразу отоварю техникой и оружием со скидкой. Мне это выгодно, сам понимаешь, но настаивать не буду.

— Грузовик тонн на десять я бы взял, но… — Владимир покачал головой. Проходимость по склонам у него слабая. А мне достаточно критично влезть на гору.

— Пойдём. — Подполковник вышел из бокса, и закрыв дверь своим ключом ещё и опечатал для гарантии. — Армия она же большая. Какого только барахла не случается. — Хагрин Олас провёл Владимира по складу, приведя в самый дальний угол, и набрав код на механическом цифровом замке, распахнул створку ворот.

— Дозорно-разведывательная машина «Халур пятьсот», Принята на вооружение десантных и разведывательных подразделений, но никому оказалась не нужна.

Владимир зашёл, и увидел четырёхосную машину вытянутых очертаний, с клинообразной мордой.

— Не смотри что выглядит громоздко. Броня композитная, титано-полимерная, упрочнённая магически, вместо бронестекла — прозрачная сталь, так что общий вес в пределах трёх тонн. А вот поднимает машина десятку, и тащит её довольно бодро. Там движок в восемьсот сил, так что пока задница от страха не съёжится можешь давить на педаль. Скорость теоретически до ста восьмидесяти, но так её разгоняли исключительно по полигону. — Командир форта открыл дверцу, и ловко залез внутрь. — Вид назад — пара телекамер, вид вверх, ещё один экран, кроме того, есть обзорная мачта, на десять метров, с телекамерой наверху, чтобы осмотреться. Топлива конечно жрёт в три горла, но баки огромные, так что запас по ходу — семьсот километров.

— А что армия отказалась? — Владимир влез внутрь, цепко осматривая интерьер водительского отсека.

— Шутишь? — Хагрин рассмеялся. — Машину стоимостью в полтора миллиона в солдатские руки? Слишком сложно для обслуживания и слишком дорого для ежедневной эксплуатации.

— Ну, так –то конечно выглядит на все сто, но что у неё с багажом? — Владимир постучал в переборку, отделявшую водительский отсек от десантного отделения.

— Там всё по уму. — Подполковник что-то нажал, и бронезаслонка раздвинулась, открывая вид на пассажирский отсек. — Кресла складываются, а крыша, — он щёлкнул тумблером, и крыша поползла вверх, открываясь двумя створками, так что скоро машина стала выглядеть словно самосвал. Запихать можно реально дофига. И за всё это я прошу каких-то миллион двести тысяч, с учётом амортизации, и личной просьбы полковника Тенгра списать поскорее. За продажу мне конечно тоже что-то отвалится, потому как не просто проимел имущество, а с толком пристроил, но это уже наша кухня.

— А что там на крыше? — Владимир ткнул пальцем в место стрелка, находившееся не вверху как обычно на турельных установках, а внизу.

— Тут, тридцатимиллиметровая пушка, спаренная с пятнадцатимиллиметровым морским пулемётом. Наведение через перископ, выбор режима стрельбы и ствола с места, а бункеры для боеприпасов, внизу. — Хагрин Олас, показал пальцем. Стрелять можно и с места водителя. Есть соответствующий режим. Слушай, ну я же вижу, что тебе машина нравится. Бери и не думай. У нас такие телеги, только у командования узловых фортов, да у шальных олигархов, что сюда на сафари ездят. А я за твоих червей, себе весь годовой план спишу и в плюсе останусь.

— Ладно, считай договорились. — Владимир кивнул. — Только снаряды и патроны за твой счёт. А то ты меня разоришь на боеприпасах. И инструкцию, поподробнее…

— Это вот хоть завались. — Подполковник рассмеялся, и открыл какой-то отсек, показал на стопку толстеньких брошюр.

Через пару дней, ужиная на первом этаже в Табларе, Владимир внимательно листал инструкцию, по эксплуатации бронетранспортёра, радуясь, что ему отвалилась такая полезная штука. Он-то уже нацелился переделывать один из армейских грузовиков, а тут такой вот подарок.

Группу старателей, зашедших в зал, попытался выдавить мэтр, но те, отодвинув мужчину, прошли через весь зал, и не спрашивая заняли места за столиком Владимира.

Одетые в простые куртки, штаны и рубахи, мужчины, однако не выглядели босяками, а скорее ряженными. Сразу становилось понятно, что такая одежда для них непривычна. Кроме того, все ходили чисто выбритыми, что для старателей вообще нехарактерно.

— Это ты Северянин?

— Что хотел? — Владимир поднял руку подзывая официанта, и дал знак унести посуду.

— Тут с тобой посчитаться хотят… — Говоривший чуть нагнулся вперёд, глядя исподлобья, видимо считая, что так выглядит более солидно.

— Значит так, утырки. — Соколов вытер губы салфеткой, и допил морс из стакана. — за драки в форте — трое суток тюрьмы, а у меня другие планы. Так что жду вас завтра, у крысиного лога, в десять утра. Я там временами обедаю, ну и попутно с вами разберусь. Кстати, пока Аргил Тонгор, на месте, можете успеть оформить завещание. Утром он обычно спит до обеда. А сейчас, пошли нахер. Тут приличное место, и всяких мразей не привечают.

После ужина, Владимир прогулялся до форта, попросил командира присмотреть за новичками, и как минимум сообщить ему при выезде, покидали ли они территорию. После зашёл к механику, делавшему профилактику новой машине, узнал на чём ездят новички, попросил передать вольным, чтобы не совались в «Крысятник», где собирался разобраться с залётными, купил двести килограммов взрывчатки и сто килограммов мелкого металлического мусора: ржавых старых гаек и болтов, гвоздей, осколков подшипников, и прочих металлических деталей.

Утром пораньше, выскочил из форта на своём багги, и сделав круг, заехал в Крысиный лог, представлявший собой низинку с озером, окружённую по бокам парой холмов. От того там держалась вполне приятная температура, и всё время дул ровный ветерок. Народ действительно наезжал сюда попить вина с жаренным мясом, но, ближе к концу недели, а вот так, в середине почти никогда.

Бойцы новой банды приехали аж на пяти машинах, когда все приготовления к встрече Владимиром уже были сделаны, заряды заложены, и стоило машинам остановится, как с пяти сторон слитно ахнул взрыв заложенных самодельных мин, каждая из которых расплескала двадцать килограммов стальных обломков по людям и машинам, превратив живое и сделанное людьми в тот же мусор.

Выживших естественно не оказалось, и залив всё пространство соком желёз скальных крыс, Владимир отойдя подальше наблюдал, как энергия хаоса окончательно превращает трупы и останки автомобилей в серую пыль, уносимую ветром.

Узнав, что в форте Инис нет банды, сюда потянулись вольные старатели, оживляя городок своими похождениями и скандалами. Бандиты обычно брали от десяти до тридцати процентов добычи, кроме того всячески издеваясь над людьми, и вот случился такой казус, как распад одной банды, а затем мгновенное исчезновение второй, причём вместе с машинами и вообще всем барахлом. Поскольку бандиты зарегистрировались как ватага старателей, армейские патрули несколько дней делали вид что разыскивали их, но при такой мотивации конечно же безуспешно. А вот новый найм головорезов в тот же форт, столкнулся с таким количеством проблем, что пришлось подряжать не настоящих бандитов, а маленькую частную военную компанию, для восстановления «порядка» в Инисе.

Но старатели уже почуяли воздух свободы и поняли, что можно жить и по-другому. Те, кто боялся смерти в пустоши не лезли, и боязливых среди старателей не водилось. А ситуацию с бандами принимали как должное, пока все считали это естественным порядком вещей. Но когда вдруг выяснилось, что можно и по-другому, у очень многих зачесался палец на спусковом крючке.

А в стрельбе очень много случайностей, и даже приглашённые профессионалы быстро поняли, что им тут не рады. Но заказ на Северянина Моро, или просто Северянина, следовало исполнить, чтобы не нарваться на штраф, и команда целиком сосредоточилась на этом. отставив дела с вольными старателями на потом.

Связь в пустошах работала на средних волнах, и в каждой машине стояла радиостанция, через которую связывались с другими старателями, просили о помощи и если повезёт, получали её. Последнее хоть и редко, но случалось, а поскольку всё же редко, народ предпочитал таскать с собой десяток эликсиров жизни, мгновенно излечивающий даже серьёзные ранения. Руку или ногу так не отрастить, но подлатать организм и добраться до форта вполне реально. Стоила одна капсула сто пятьдесят монет, но на этом не экономили.

Ещё одним проявлением новых правил, стало то, что старатели перестали разъезжать в одиночку, а сбивались в небольшие группы, от пяти до десяти человек, а наехать на такую толпу намного сложнее. Для гарантированного прогиба старателей, нужно было иметь как минимум двойное преимущество по стволам и людям, а таскать по пустоши такую толпу, очень накладно. Поэтому третья волна бандитов, медленно теряла людей, но все деньги шли мимо вымогателей, а попытка подмять под себя торговцев, сразу отозвалась приглашением в форт серьёзной частной военной компании, и они мгновенно объяснили гопникам, что так дела не делаются.

В нескольких посёлках, тоже пошли подобные подвижки, но там, где военное командование приняло сторону бандитов, люди просто разъехались туда, где вымогателей выдавили, оставив посёлок без старателей.

Пять узловых фортов, где командование плотно участвовало в грабеже старателей, ничего с ситуацией поделать не могли, и в какой-то момент, на фоне резко упавших заработков, в форт Инис, приехала парочка людей, совсем иной выделки. Профессиональные решатели проблем, работавшие на теневых хозяев всего огромного бизнеса по торговле всем чем богаты Пустоши.

К этому времени, имя Северянина уже разошлось по всем заинтересованным лицам, и люди местной мафии, знали к кому идти.

Вопрос заключался только в том, что подходить к Северянину не имелось никакого смысла. Человек по слухам отлично зарабатывал, в криминальные схемы не лез, а все попытки устранения закончились плохо для наёмников.

Поэтому пошлявшись по посёлку, мафиозники связались со своим руководством, и предложили решить вопрос с разрушением новой системы — принципиально: вызвать киллера соответствующего уровня, и для начала завалить того, кто заварил всю эту кашу, а со старателями разобраться позднее.

Схема, отлично работающая везде и всюду, и не беда что она таки уже не сработала один раз. Теневые хозяева напряглись, и контракт на Северянина получил действующий офицер Чёрных Соколов.

Владимир только вернулся из трёхдневного рейда, привезя пять тонн ценного хабара, и получив с туш и кристаллов три миллиона чистыми, внёс их на счёт в Первом банке, после чего оставил машину на техобслуживание, и отправился в кабак, чтобы тихо отметить удачную поездку.

Приём с привлечением монстров выплеском энергии работал отлично, и найдя удачную позицию, Соколов оставлял для тварей неярко фонящую, приманку из стабильного узора, наблюдал как порождения хаоса сходятся в жёсткой схватке за лакомый деликатес, а позже добивал уцелевших, собирая самое ценное, и никогда не оставлял место боя без новой приманки, стиравшей все следы его способа добычи.

На его счету уже лежало больше двенадцати миллионов, что позволяло начать жизнь где-нибудь в провинции, но для столицы этого было маловато. Во всяком случае для высокого старта, сразу в верхних стратах общества.

Дом в не слишком богатом пригороде стоил в пределах двух — трёх миллионов, ещё миллион в год требовался для поддержания высокого уровня жизни, а остальное требовалось вложить в доходные предприятия, с тем, чтобы не беспокоиться о деньгах как можно дольше. А при весьма низкой процентной ставке, требовалось положить на счёт как минимум двадцать — тридцать миллионов, чтобы обеспечить всё желаемое.

Существовал правда способ чуть ускорить процесс, обчистив игроков в карты в одном из узловых фортов, куда стекались азартные картёжники со всей страны, так как везде кроме фортов, царил запрет на игры, но действительно приличных денег там не водилось, а ковыряться с жуликами и аферистами не хотелось.

— Тут вас спрашивали. — Официант, расставлявший приборы учтиво поклонился. — Дама, на вид лет двадцать пять — тридцать, не проститутка, ухоженная, вида дорогого и столичными манерами.

— Можно. — Владимир кивнул, и тут же отследил жест официанта метрдотелю, который в свою очередь, поймал другого официанта, и что-то ему сказал.

Минут через пятнадцать в зал вошла ослепительная красотка, одетая по последней столичной моде, в белую шёлковую юбку с длинным разрезом по бедру, коротком, в пояс пиджаке, синего цвета, с узкими длинными лацканами, и шёлковой рубашке с кружевным воротником, и манжетами украшенными золотыми запонками с прозрачными голубыми камнями. Светлые волосы, забранные в свободную косу, свисавшую с правого плеча, украшала серебряная или платиновая цепочка, вплетённая в волосы.

Девица явно принадлежала к верхнему слою общества что следовало из всего облика, и самое главное браслета одарённой, на правой руке.

Магов в мире Арахт было немало, учитывая слабость эфирных потоков. Правда находились отморозки, пытавшиеся работать с энергиями хаоса, но со вполне предсказуемыми результатами. Мутация, потеря человеческого облика, смерть. Тело человека слишком слабо для хаотических энергий.

Но местные маги всё же работали, только медленно, рисуя узор, и неторопливо насыщая его эфиром, или используя накопители, стоившие весьма приличных денег, а заряженные, совсем неприличных.

К счастью большую часть пространственной складки где раньше жили коты, занимал огромный, в пять кубометров накопитель, где плескалось под сотню триллионов эрг, так что можно было не экономить.

Дама осторожно присела на отодвинутый официантом стул, и словно несмело подняла взгляд от скатерти.

— Ниринна Тарсо, корреспондент Столичных Новостей. — Она вытащила из кармана пиджака карточку удостоверения, и показала Владимиру. — Это же вы, Алдис Моро, по прозвищу Северянин? Наша газета готова заплатить вам за рассказ о пустошах…

— Почему у меня? — Владимир изобразил удивление. — Насколько я знаю статьи о пустошах регулярно появляются во всех изданиях. Репортёры газет и даже радио регулярно приезжают сюда собирать материалы. Вон, у бара стоит мужчина в охотничьем костюме. репортёр из Алдарийского Рассвета. А парочка парней из Вестника пустошей, ещё со вчера трутся у игорных столов. Так что не складывается у вас история.

Ниринна, полагавшая, что забуревший от отсутствия женской ласки, старатель побежит за ней в номер, словно привязанный, не рассчитывала на такое течение разговора. Заказы на устранение она брала редко, и всегда по верхней планке, чему очень помогала её одарённость. И она не придумала ничего лучше, чем отвлечь старателя болтовнёй, рисуя вроде бы случайными взмахами руки «узор подчинения».

Глава 6

Армия создана для невероятного. Героизма на пустом месте, воровства того что никому не нужно, и порче того, что испортить невозможно.

Генерал-командующий Угис Алларо.

…Предположительно обнаружено место смерти господина Гранехо, и его охраны, у подножья холма «Кривая ветка» в восьмидесяти километрах от форта Инис. Следопыты установили имевший место пробой эфирного потока, привлёкший большие массы монстров пустошей, и уничтоживший весь отряд. Бронетранспортёр десятого уровня защиты нанятый для возможной эвакуации, оказался разорван на мелкие фрагменты.

Поисковые операции, проведённые силами гарнизонов пяти фортов, по оповещению «Пламя», в связи с пропажей Ардара Дехо, считать завершёнными.

Командир поисково-спасательной службы 5 сектора полковник Канго.

Очнулась Ниринна Тарсо, уже утром, в своём номере. Машинально, не думая собралась, запаковала саквояж, и только стоя в очереди на рейсовый вертолёт, вспомнив что всему этому предшествовало, похолодела. Но быстрая ревизия организма и одежды, не вывила никакого физического или морального урона. Её явно не раздевали и не использовали, что в данной ситуации было весьма странным. Человек, которого она должна была убить, просто отвёл её в номер, оставив на постели, но перед этим как-то перехватил управление узором «подчинения». Она аккуратно прошлась по всем карманам, обнаружив, что всё её хозяйство, для умерщвления людей в целости, и только в одном кармане что-то хрустнуло, а нырнув туда кончиками пальцев, вытащила клочок, явно оторванный от ресторанного меню.

«Ещё раз встречу — миром не разойдёмся».

В принципе не случилось ничего совсем уж запредельного. Люди устойчивые к внушению существовали, как и те, кто мог перехватить узор, направив его удар на создателя. Но с ней такое происходило впервые, и впервые она почувствовал укол недовольства. Ведь ей пренебрегли! Её даже не помяли толком, а это она бы почувствовала. При этом мужчина вполне заинтересовался ею. И в этом она понимала толк. Но в итоге, ни выполненного контракта, ни денег, ни плюсика к репутации наёмницы ещё ни разу не завалившей дело. Но возвращаться не хотелось категорически. Отчего-то она понимала, что такие предупреждения следует воспринимать предельно серьёзно, и лучше штраф за сорванное задание, чем уютная могилка в этих проклятых Пустошах.

В это же время, Владимир катил по дороге, ведущей вглубь владений монстров, чтобы понять, как можно выполнить заказ, предложенный ему подполковником. Для производства какого-то очень ценного лекарства требовался труп, «грязевого демона» — антропоморфного монстра какого запредельного класса, живущего в маленьких озёрах, болотцах или во влажной рыхлой земле.

Тварь убивалась исключительно из танковой пушки, и единственное что могли ей противопоставить старатели — очень мощное взрывное устройство. От этого существо всё же помирало, сохраняя нечто за что платили целых десять миллионов. При этом животное отличалось крайней скоростью, агрессивностью, и даже приближаться к нему на двести метров не следовало.

Последний раз такую тварь видели в районе Кровавой пади, в четвёртой зоне. Даже добраться до четвёрки было непростой задачей, а не сдохнуть там, уже представлялось цирковым номером. При этом выбраться оттуда хоть как-нибудь, граничило с фокусом, а те, кто делали это с добычей, сразу попадали в анналы старательского фольклора как люди способные переспать с Матушкой Судьбой.

Взрывчатки Владимир взял с собой под полтонны, с радиодетонаторами и прочим обвесом, так что на «попробовать» хватит.

С трудом въехав по каменистому склону холма, Владимир остановился в ста метрах от вершины. Поднялся пешком, и в мощный бинокль стал осматривать низину, образовавшуюся между четырёх холмов, и растекающуюся тремя балками по степи. По весне тут шумела река, но к середине лета, всё пересыхало до звона. И только в трёх совсем глубоких впадинах плескалась вода, подпитываемая из подземных источников. Именно такие впадинки обожали «грязевые демоны», поджидая добычу в тишине и прохладе ледниковой воды.

На пробу, Владимир сплёл совсем простой и слабенький узор «светлячка» и метнув в воздух, заставил его левитировать, плавно пролетая над всеми ложбинками по очереди. И сразу же словно вметённый взрывом, из глубины озерца, подняв тучи брызг, выскочило нечто, весьма похожее на человека, но словно облепленное грязью, и схватив светлячка зубастой пастью, снова нырнуло в воду.

Сразу возникла мысль собрать магическое «Ударное ядро» накачав его огромным количеством энергии, но Владимир полагал, что пока он будет заливать силу в узор, сюда сбегутся вообще все твари пустошей.

Вместо этого он вытащил из машины корзину с завтраком, и стал потихоньку насыщаться, любуясь панорамой с обрыва нависавшего над низинкой, на добрых четыреста метров. Каменистые обрывы холмов образовывали извилистое ущелье, уходившее в сторону побережья, где он ещё не бывал. В ущелье временами заходили разные твари, но им тут активно не нравилось, и они постояв разворачивались обратно.

Допив травяной напиток с естественным содержанием кофеина, и доев бутерброды, Владимир сложил всё что осталось обратно в термосумку, и замер, обдумывая мысль, пришедшую в голову. Затем усмехнулся, и закинув сумку в машину, стал готовить самую странную ловушку в своей жизни.

Самое сложное, оказалось сплести самокопирующийся узор, двигавшийся в заданном направлении, и он потратил почти три часа сначала создавая такое, а после, тщательно выписывая все сигиллы и глифы входящие в узор.

После оставалось лишь навести окончательный вид для остальных компонентов ловушки, и с забавным чавканьем, узор, начал своё путешествие, копируя себя в метре от оригинала, и так далее, пока цепочка узоров не спустилась с холма, обогнув его с северной стороны, и въехала в долину, продолжая чавкать и копировать сама себя, подпитываясь по цепочке, от Владимира.

Так, дорожка продвигалась вперёд прямо к логову «грязевого демона» которое, как и ожидалось быстрее звука вылетело из засады, и смахнув ударом лапы ближайший узор, взревело, и словно молния ринулось вперёд, по дорожке слизывая такую сладкую и манящую энергию эфира. При скорости чудовища, оно взлетело на холм уже через пару минут, и словно комета, проскочив по дорожке на вершину, громко взревело увидев впереди фантом человека висящий в воздухе, и ещё прибавив в скорости, врезалось в него словно пушечное ядро.

Скорость монстра Владимир оценил примерно в сто метров в секунду, и на таком разгоне, тварь пролетела вперёд ещё достаточно далеко, прежде чем беспощадная гравитация не взяла процесс в свои руки.

По плавной баллистической траектории, существо ушло вниз, с хрустом перемалываемых камней воткнувшись в землю среди обломков гранита, и пару раз изящно дрыгнув ножкой, подохло. Это Владимир понял по тому как вокруг резко пахнуло эфиром. Не теряя ни секунды, он запрыгнул в машину, и рванул к телу на предельной скорости.

Подпрыгивая на камнях, броневик с визгом тормозов остановился у трупа, и зацепив тело лебёдкой, Владимир втащил его внутрь, закрепив ремнями. И сразу же погнал машину прочь, точно зная, что через полчаса, здесь будет не протолкнуться от тварей.

Успел едва — едва, поняв, что прошёлся по краю, потому как со всех сторон в ущелье торопились твари всех размеров и калибров. Но почуявшие лучший деликатес, создания Хаоса обходили стороной машину от которой пахло самым страшным созданием Пустошей.

Он перещёлкнул радиостанцию на армейскую волну, и поднял тангенту.

— Восемь — восемь, вызывает Талгар.

— Талгар слышит тебя восемь-восемь.

— Сообщение для третьего, восьмого. Пятьдесят пять. Пятьдесят пять. Как принял?

— Принял отлично. Пятьдесят пять для третьего — восьмого. Удачи, тебе восемь — восемь.

Коды радиообмена военной разведки ему дал командир форта, строго приказав, чтобы не беспокоил по пустякам. Но когда, к подполковнику влетел радист и положил на стол бланк радиограммы, бросил всё, и поспешил в радиоцентр.

Сначала связался с Владимиром, уточнив точно ли у него пять-пять. Затем, когда получил ответ, сразу вызвал узловой форт, и передал его командиру срочное сообщение, после которого в воздух поднялась пара вертолётов.

Суета армейских начальников прямо проистекала от того, что заказчиком на тело «грязевого демона» был сам генерал-командор первого ранга, Адзун Тилго, у которого в автокатастрофе разбилась молодая жена. Зелье полного восстановления могли изготовить в армейских лабораториях, но вот достать ингредиенты — никак. И генерал-командор кинул клич по знакомым и друзьям, имевшим выходы на командиров фортов, выставив цену на тушку монстра даже выше рынка. Ожидаемо большинство слилось и только несколько крупных ватаг обещали подумать.

И тут, сообщение от командира восьмого форта, о том, что груз готов к транспортировке.

Командир узлового сразу поднял звено штурмовиков, точно зная, что благодарность генерала станет весьма существенной.

Владимир ждал вертолёты на вершине ещё одного холма, часто используемого для эвакуации раненых старателей. Когда вдали послышался такой знакомый звук винтокрылой машины, он щёлкнул тангентой, не спеша выкатываться из кустов. Пушка броневика смотрела в небо готовая сбить любого циркача и добавить если нужно из ПЗРК, лежавшего на пассажирском сидении.

— Птица один, вижу вас. Опознайтесь.

— Двести полсотни первый.

— Порядок. Садитесь.

Среди прилетевших сразу выделялись парочка мужчин преклонного возраста, в повседневной форме, быстро осмотревших тело.

— Да. То, что надо. — Они кивнули друг другу, и командиру группы эвакуации.

— Груз принят. — Майор, командовавший группой, сжал в руках тангенту радиостанции, включая передатчик. — Двести полсотни один, груз принял.

— Понял тебя, двести полсотни первый. Направляйтесь на точку десять. Коридор предоставлен.

Военные улетели, а Владимир довольно вздохнул, став ещё немного богаче, приближая время, когда покинет эти негостеприимные места.

Он уже довольно неплохо ориентировался в жизни всего мира и ещё лучше в жизни страны где оказался. Новости по телевизору, газеты и учебники истории, которые нашлись в местной библиотеке «Лиги Старателей», плюс разговоры, в которые он редко вступал. Но слушал очень внимательно…

Теперь подловить его на нестыковках легенды не смог бы даже самый дотошный следователь. Кроме того, он оформил себе паспорт, вписав местом рождения старый рудный посёлок, где отродясь не существовало никакой государственной власти, и всякие беглецы селились вполне открыто. Он даже выписал себе каталог, и присмотрел неплохой дом, в столице на улице Пятого Императора, выходивший фасадом на уютную тенистую улочку, и имевший неплохой участок с гаражом.

Адзун Тилго сидел у постели жены, с любовью наблюдая как на глазах зарастают глубокие ожоги, и отрастает оторванная рука. Восстановления внутренних органов он видеть не мог, но врачи уверяли его что не пройдёт и суток, как организм полностью восстановится.

Для того, чтобы приготовить лекарство для жены, генерал продал всё что накопил за долгие годы службы, и даже влез в долги взяв ссуду в офицерской кассе взаимопомощи. Но в итоге оказался даже в небольшом плюсе, так как вместо трёх доз, из тела монстра сделали все шесть, и ещё три, не торгуясь, выкупил глава корпорации Халур, у которого сын участвовал в тех же гонках, и тоже сильно пострадал, лишившись ног, и одной руки.

Адъютант, беззвучный словно призрак, вошёл в палату, и замер у входа. Генерал-командор поправил одеяло, и вышел в коридор.

— Ну?

— Связался генерал-командующий Угис Алларо. — Ответил адъютант. Просил по возможности перезвонить.

— Дай. — Генерал протянул руку, и помощник вложил в неё крупный и тяжёлый мобильный телефон, носимый в сумке через плечо.

Набрав по памяти нужный номер, генерал присел в кресло у стены.

— Угис?

— Привет, дружище. Как твоя малышка?

— Да. Всё в порядке. Знаешь восстанавливается прямо на глазах. Говорят, через несколько дней вообще выпишут…

— Там людей отметить бы…

— Не. Ну конечно всем, кто участвовал, помогу. Командиру форта, что организовал это дело, вообще предлагаю место в столице сделать. А что? Фактически отправленный в ссылку, не запил, не сошёл с ума, а поднял форт, повыгоняв бандитов, и сдав годовой план за три месяца. А такие люди нам нужны…

— А старатель?

— Старатель? Так он же получил всё сполна. Десять миллионов, как и договаривались.

— Всё верно. — Собеседник генерала негромко рассмеялся. — Только вот есть загвоздка. Тело монстра.

— А что там с телом?

— Мои парни из лаборатории говорят, что тварь убили не взрывчаткой как обычно, а неким неизвестным способом, от чего вся плоть сохранилась. Потому и вышло не три дозы, а шесть.

— Интересно. И что предлагаешь?..

— Ну, возникают порой всякие обстоятельства… Сам понимаешь… Можно пристегнуть его к нашим делам? Надавим на патриотизм, там, денег дадим… ты же знаешь, что после крушения клана Анголь, добыча ресурсов из пустошей сильно просела. Ну то есть чисто валом она стала больше, а вот редчайших компонентов — меньше.

— А ему-то это зачем? Нет-нет, дорогой. Это же не девочка из Корпуса Содействия Армии. Ты ему мозги этой чушью не зальёшь. Старатели народ насквозь практичные. И имей в виду, что, если он откажется на первое предложение, второе ему будет сделать куда труднее… Ну ты сам посуди. Челочек добывает редчайших тварей, и у него на счету как минимум десятка миллионов, а я думаю, что сильно больше. Я тебе сто раз говорил, и ещё повторю. Если ты не платишь своим людям — значит они не твои.

Генерал нажал кнопку отбоя связи, и бросил взгляд на адъютанта. — Риги, дай команду Уррису. Пусть соберет всё что есть на Северянина Моро, восьмой форт. Да не обычным порядком, а по нормальному. Денег подкинь из оперативного фонда, да справь бумагу посолиднее, чтобы трений не возникло.

Неделю, Владимир ездил добывать всякую он особо ценную мелочь, не испытывая свой лимит удачи, наводил окончательный блеск на транспорт, продал наконец свой старый багги, и оформил платёжную карту, представлявшую собой что-то вроде кредитки, только без электроники а на эфиротехнических принципах. Рассчитываться наличными ему всегда было неудобно. Таскать с собой пачку бумажных денег, звенеть в кармане разменной монетой… А карта, даже как у него, размером с ладонь, позволяла рассчитываться в любом приличном месте.

Ещё Владимир переехал в более комфортабельный номер, и за вполне приличные деньги купил у командира форта комплект формы разведывательных подразделений, представлявшей собой комбинезон с интегрированной защитой, и медблоком позволявшим воспользоваться эликсирами восстановления не открывая кармана, а впрыскивая их в кровь прямо из капсул.

Дорого, но Владимир, вспоминая последнюю операцию, буквально чувствовал, как на голове встают волосы дыбом. Тварь пробежавшая мимо, имела такую энергонасыщенность, что походя снесла его «Щит невидимости» и стоило ей оглянуться на бегу, и собственно на этом всё и закончилось. Но к счастью монстр слишком увлёкся погоней за фантомом, которого посчитал ценной добычей, и проскочил не оборачиваясь.

Подъедая кусок сочного мяса с гарниром, Владимир не сразу понял, что скандал у входа в ресторан прямо касается его. Стройная высокая дама с парой широкоплечих парней в полевых мундирах, доказывала ещё четверым мужчинам в чёрной форме военной полиции, что у тех нет никакого права арестовывать человека в форте, потому как форт вообще находится на ничейной земле, и подчиняется только Уставам Армии, которые никак не регулируют отношения с гражданскими лицами.

Владимир демонстративно распахнул клапан кобуры, и отогнув засунул его под ремень, чтобы выхватить оружие в долю секунды. Четырнадцатимиллиметровый пистолет, вообще не рассчитывался на человека, а только не добивание всяких монстров и для хрупкого человеческого тела считался избыточным. Но это и нравилось Соколову. Никому не хотелось думать, что с ним случится если такая пуля въедет в организм. Да, семь патронов, но при таком калибре и мощности, это не «всего» а «целых» семь.

Спорившие, сразу замолчали, и словно по команде развернулись в сторону Владимира.

— Северянин, не дури. — Начал мужчина желавший его арестовать.

— А, то что? — Владимир негромко рассмеялся. — меня посадят и пошлют куда? В Пустоши? Оглянись, придурок. Я уже здесь. И даже если я вас всех положу, то никто меня не остановит. Солдатам жизнь дорога, а старатели под такой замес не нанимались. Ну так что? Сыграем? Он сделал короткое движение рукой, и в ней оказался «Каргол аст» холодно смотревший своим огромным зрачком ствола в лоб человеку.

— Да ты знаешь, с кем связался?!! Прошипел мужчина, однако не двинувшись ни на сантиметр.

— Парни, — Владимир резко повысил голос так что его услышали все в ресторане. — тут какой-то мзявый грук утверждает, что мы не видали твари страшнее чем он.

Оглушительный хохот, буквально сотряс стены кабака. Смеялись проститутки у бара, кривя густо напомаженные губы, смеялись официанты и охранники, смеялись даже игроки в карты, отложив их рубашками вверх.

— Вот что я тебе скажу, грук. — Владимир покачал головой. — Ты пришёл на помойку, с фонариком, и качаешь тут права. А здесь, не с фонариком нужно ходить. Тут тебе и танковый полк не поможет. Так что вали откуда пришёл, и помни доброту старателей форта Инис.

— Так его Северянин! — народ вовсю веселился, глядя на то как корёжит чужака.

Когда все четверо вымелись, за его стол, спросив разрешения, присела дама, оставив мужчин стоять за спиной.

— Майор Алдаро Энго, заместитель начальника управления физической защиты сухопутных сил Ардари. Добрый день, господин Северянин. — Она очень мило улыбнулась, и смахнув с макушки берет, ловко подсунула его под погон. — Я имею полномочия, сделать вам предложения откоторого невозможно отказаться.

— Сразу нет. — Владимир жестом подозвал официанта. — Биги, угости даму и её парней, за мой счёт. Ребята вежливые, вроде не бычат, но всё равно правил не знают.

— Каких правил? — Дама вскинулась, смешно тряхнув чёлкой.

— А таких, что вы здесь — никто, звать вас — никак, и живы вы только в силу того, что старатели уважают хозяина Форта, и стараются сильно не шалить.

— А ещё? — Женщина с улыбкой подняла голову.

— А ещё, если завтра армия выгонит всех старателей, и попробует заняться сбором и добычей сама, то людские потери превысят все разумные и неразумные пределы. Вы просто умоетесь кровью. Тут нельзя нахрапом. Тут только нежно, ласково, и всячески соблюдая правила безопасности. Вот вам кажется что вы выглядите очень солидно… Форма. Табельное оружие, всякие хитрые аптечки, а я вижу три потенциальных трупа, в кровавой луже. И что я хочу сказать. Любой из старателей, на вашем месте будет выглядеть достаточно неплохо, тогда как любой из вас в Пустошах просто мясо. — Владимир улыбнулся и склонил голову в поклоне. — Рад был познакомиться. Надеюсь сохранить радость этой встречи пронеся её сквозь года. — И повернувшись вышел из ресторана.

Глава 7

Жизнь — это тяжкий труд за право отдыхать.

Козьма Прутков — прораб. Инструкция № 18.

Продолжается разбирательство, а если точнее — скандал, возникший из-за двойной аварии на ночных гонках. Напомню, что одна из машин, гонявшаяся по рулёжным дорожкам и взлётной полосе Старого Аэропорта, пробила ограждение выскочив на дорогу, и врезалась в проезжавший мимо автомобиль. Тогда в аварии пострадала юная супруга очень крупного военачальника. Имя которого мы назвать не можем, и собственно сам гонщик — сын владельца корпорации Халур, Энги Халур. Тяжелейшие травмы, полученные невольными участниками аварии, привели бы две семьи к ужасной трагедии, тем более что генерал как известно обидчиков не прощает, но тут совершенно из ниоткуда взялись нужные компоненты для приготовления препарата названого фармацевтами «Свет жизни». Лекарство делается из каких-то ужасных тварей пустоши и настолько редко, что курс лечения стоит больше десяти миллионов.

Вечерняя столица.

Не так себе представляла разговор майор Энго — штатный психолог управления физической защиты генералитета сухопутных сил. Ну что там? Какой-то парень, по данным объективного контроля совсем молодой, приехавший с Севера. Да пригибаться и вибрировать должен от одного внимания таких персон. Однако, молодой человек не просто поставил их всех на место, и место это — чрезвычайно обидное, а парней из военной полиции за малым вообще не послал, облив так, что тем придётся долго приходить в себя.

Но и им будет не проще, так как Энго начала разговор с доминирующей позиции, что вызвало у объекта резкое неприятие, и отказ от контакта. И ей будет очень непросто выполнить поручение отцов — командиров. В связи с падением клана Анголь, в системе добычи и распределения ресурсов образовалась огромная дыра. Да, со временем она затянется естественным путём, но когда? А тут такой хороший вариант, когда приглашённый человек, будет некоторое время горбатиться, добывая нужные для элиты компоненты, пока не будет создана новая конструкция добычи.

И все эти расчёты теперь пошли пылью… — Женщина тяжко вздохнула и оглянулась на парней.

— Ребятки, давайте в номер, можете пообедать, или там повеселиться, но не слишком…

— Да, госпожа майор. — Парни кивнули, и вышли, оставив начальницу в тяжких раздумьях.

Ну нечем прижать парня. А будут настаивать, так он через ту же Пустошь, уйдёт в сопредельный Энтрал, а оттуда в любое государство, граничащее с пустошами, чтобы продолжить работу. Экстерриториальность по отношению к законам и праву, не роскошь и не глупость, а необходимый компонент общегосударственной системы мотивации, при которой люди приезжают сюда рисковать жизнью, за вполне приличные деньги. Должники, преступники, беглецы всех сортов, асоциальные типы и всякие маньяки, стекались сюда со всех концов страны, чтобы получить новую жизнь и очень у многих это получалось, а через десять лет, все обвинения автоматически снимались, и, если человек желал, он возвращался обратно в мир. Здесь даже документы выдавали на основании заявления, а не других документов. Но с этим у Алдиса Моро, вообще полный порядок. Ну насколько он вообще может быть у рождённого на втором горизонте подземного посёлка в Северных Пустошах.

Моро Северянин, вообще не походил на старателя. Те как-то сразу навевали подозрения в криминальном прошлом и отщепенстве, но этот парень совсем другого сорта. Чисто одетый, до гладкости выбритый, аккуратно подстриженный, с ухоженными руками и гвардейской выправкой, более всего напоминал выпускника Императорского Военного Училища.

— Стоп. — Женщина хлопнула ладонью по столу так что звякнули, подскочив ножи и вилки на салфетке. Как разговаривать с такими парнями она знала, и не без основания сочла, что этот комплекс сработает.

Кинув на стол сотенную бумажку для официанта, Энго вышла из-за стола, и пошла на выход.

Где живёт Северянин она конечно же знала, и не утруждая гостиничных служащих сразу поднялась на четвёртый этаж, в крыло самых лучших номеров, что тоже являлось определённым маркером. Моро, не жил в конуре за пять монет в сутки, а снимал самый лучший номер в форте, платя по сотне в день.

Она решительно постучалась, и через минуту дверь распахнулась. Северянин, в брюках и рубашке, кивнул ей, чтобы проходила, почесал кончик носа пистолетным стволом провожая проходившую мимо женщину, и закрыл дверь.

— Если ты не против, я всё же потрачу десять минут твоего времени, озвучивая предложение, которое меня попросили тебе передать. — Она прошла в комнату, сев в кресло чуть подтянула платье, чтобы стали видны её стройные ножки.

— Внимательно. — Владимир, успевший накинуть пиджак, сел напротив.

— У нас существовала целая империя добычи всяких нужных вещей с Пустошей мимо государственных структур, но она же позволяла гибко управлять добычей наиболее ценных компонентов. Но император решил, что его грабят, и клану Анголь, сильно не поздоровилось. Большинство отскочило, просто написав рапорт на увольнение, но некоторые таки сели, пусть и на небольшие сроки, и будут добывать нужные ресурсы уже собственными руками, в Северных Пустошах.

Но по ценным и особо ценным ингредиентам у нас случился полный провал. Старатели не желают рисковать и щипают что попроще, не забираясь далеко. И деньгами тут ничего не решить. У них просто не хватает воображения на что же потратить полученные миллионы. Но есть люди, у которых фантазия побогаче, и ты, один из них. Мы не предлагаем ничего кроме того, что ты делаешь обычно, за исключением внимания к нашим просьбам добыть определённый ресурс, причём совсем не бесплатно. Мы гарантируем среднюю цену по рынку, плюс возможность приобретения оружия, боеприпасов и снаряжения с армейских складов. Кроме тебя. привлекут ещё десяток парней в других фортах, и из наиболее успешных старателей сформируют второй эшелон, добывающий ресурсы из не таких дорогих, но куда менее опасных тварей. Ну а для всех остальных всё останется по-прежнему.

— Ну. и почему бы не озвучить это изначально? — Владимир, с недоумённым выражением лица посмотрел на женщину. — Можешь же разговаривать как человек. Или это всё после специальных таблеток?

— Таблеток? — Энго улыбнулась. — Пожалуй. Лекарство под названием «Реальность». Ты учти, что у меня, этой реальности вокруг совсем немного. После школы, поступила в Училище, оттуда сразу на стажировку в госпиталь для высшего комсостава, а оттуда сразу в кресло сотрудника отдела психологической помощи ФизЗащиты. — Рассказывая, Энго скинула куртку, оставшись в форменной футболке, выгодно подчёркивающей узкую талию, и выпирающие вперёд полушария. — У меня можно сказать первая полевая операция за всё время службы. — Она стянула резинку на волосах распуская их по плечам, и вопросительно посмотрела на Владимира. — И долго я ждать буду?

В довершение всего, оказалось, что все договорённости устные, поскольку никаких юридически значимых документов на такую тему вообще быть не может. Правильно вообще-то. решил Владимир. Нет законов — нет договора. Но в принципе его всё устраивало. Армия, как и раньше забирала весь его хабар, даже малоценный, платя по среднерыночной цене, а если им что-то требовалось, то цена обговаривалась отдельно, как с «грязевым демоном». Ко всему прочему прилагалась помощь авиации при необходимости спасения, и телеграм-шифратор армейского образца для того чтобы торговаться с руководством напрямую.

И не успел выветрится из подушки терпкий травяной запах духов Энго, как Владимир получил срочную телеграмму, где ему предлагалось добыть «кристаллы тьмы, водившиеся в одном и весьма неприятном месте пустошей, а именно в низине, образованной несколькими разновысотными холмами. В 'Демоновой пади» по данным разведки жили и другие твари, подпитывающиеся от камней, и совершенно точно они не отдадут камни просто так. К сему, даже приволокли свежую аэрофотосъёмку, где точно указали место расположение камней, и лёжки прочих тварей хаоса, живущих по соседству.

Так и сяк, смотря на детальную карту, Владимир обратил внимание на тёмную точку, в районе Демоновой Пади, и, поскольку имел дело с аэрофотоснимком, просто приблизил изображение к глазам, сканируя его с помощью нейроассистента.

Имплант не подвёл, и через полминуты выдал заключение что пятно с высокой долей вероятности является провалом неизвестной глубины, что для Владимира открывало некоторые возможности в плане реализации его планов.

Ещё ночью он выехал в Пустоши, чтобы преодолеть самый опасный участок на рассвете, когда активность тварей минимальна. И правда, в алом свете встающего солнца не увидел никого, и ничто не помешало ему заехать на самую вершину, откуда в мощный морской бинокль он внимательно рассмотрел долину, окружённую холмами, и впадину на другой стороне возвышенности. Дыра в земле имела размеры сто на сто метров, и более всего напоминала карстовый провал, только очень глубокий. Сверху, откуда смотрел Владимир, дна вообще не просматривалось, и это наводило на ещё одну мысль относительно заработков и сотрудничества с армией.

За весь день наблюдения, Владимир насчитал около десятка стай крупных особей, включая скальных многоножек, кристаллических червей, и прочей дряни включая парочку грязевых демонов.

Вся эта живность, и нежить, копошилась по своим делам, временами подбегая к куче одинаковых камней, размером в большой, полуметровый кирпич, паривших чёрной дымкой, тёрлась об них, и бежала дальше. От этого или от чего другого твари в этом месте жили гораздо крупнее обычных, и даже кристаллический червь разросся до двух метров в длину. Создания хаоса явно выглядели сильнее своих обычных родственников, и наверняка были более живучими, и последнее он и собирался проверить, проделав обычный фокус в чуть более необычном варианте.

Рисовать узор на удалении в полкилометра, следя за линиями в бинокль, было страшно неудобно, и он несколько раз пожалел, что не взял с собой котов, для которых такая задачка вобще на одну минуту, но в итоге справился, и через тонкий пространственный канал, начал насыщать узор эфиром.

Твари сразу же засуетились, не понимая куда бежать. И самыми торопливыми, оказалась семья хряков, торопившаяся к раздаче не разбирая дороги.

Пока узор висел на уровне земли, он излучал совсем немного, но видимо хрюшкам — переросткам хватило, и вся стая в два десятка особей, каждый размером с багги, ухнули вниз в глубину дыры.

Что интересно, даже никакого звука не донеслось снизу, так глубока была яма. А узор всё впитывал эроговатт за эрговаттом, пока, Владимир не оборвал питающие линии, и не активировал его. Сразу же из конструкта ударили лучи эфира, и помигав несколько секунд, погасли. И снова включились, и вновь погасли, оставаясь всё также на уровне земли, и закрывая собой провал в земле.

А к дыре уже спешили другие жители долины и ближайших территорий, улетая в черноту провала словно в телепорт.

Определённое разнообразие навели кристаллические черви, ухнувшие во тьму всей стаей, и вот тогда — то и донёсся первый звук. Вой, визг треск разрываемой демонической плоти и вспышки эфира, сопровождающие гибель тварей. Это привлекло ещё больше созданий хаоса, и мясорубка заработала вновь. Последними на праздник подтянулась парочка грязевых демонов, и вот тогда началась настоящая жара. Куски тел взлетали выше края ямы, а брызги плоти, пачкали траву по краям.

Но в какой-то момент, всё стихло, и расширяющееся кольцо смеси энергий брызнуло в стороны, расходясь словно круги по воде.

Осторожно и внимательно Владимир просканировал долину, и только убедившись, что там не осталось ни одной твари, спустился, и аккуратно завернув каждый кирпич «кристалла тьмы» в специальную плёнку, погрузил в кузов машины, и поддав ходу, двинулся в обратный путь.

Несмотря на то, что время уже склонялось к ночи, за грузом прибыли три военных вертолёта, с группой людей определивших качество кристаллов, вес, объём и зафиксировав все в акте передачи, убыли под охраной штурмовиков.

Конечно существовал какой-то отличный от ноля шанс, что высокое руководство кинет, и не заплатит столько сколько нужно, но армейские начальники всё посчитали до грамма, и Владимир сразу стал богаче на двадцать миллионов, что собственно закрывало его планы, пусть и по минимальной планке.

Демоническая плоть разлагается быстро, и Владимир ещё дней пять выгребал из ямы всё что навоевали монстры, сделав к лебёдке дистанционное управление и удлинив трос до двухсот метров.

Брал всё, грузя останки лопатой в бункер, полагая, что тот кому нужно разберётся, и сдавал оптом, как «хаотическую биомассу» по десять тысяч за килограмм. И как ни странно, эта операция, по вывозу хаотического компоста, оказалась почти такой же прибыльной как доставка кристаллов тьмы.

Через пять дней после окончания уборки, вновь прилетела Энго, на этот раз не в полёвке, а в обычной повседневной форме вооруженных сил — юбки песочного цвета, кителя, белой рубашки и аккуратной кепи, с белой полосой, что означало штабные подразделения. Сопровождал даму возрастной полковник, в такой же форме, но полоса на его кепи была алого цвета как у боевых подразделений.

После протокольных любезностей, полковник закончив расправляться с салатом, под лёгкий аперитив. Отложил в сторону прибор.

— Собственно я прибыл лично познакомиться с вами, так как все наши объективки пишут что-то такое, что явственно попахивает мистикой. Вы совершенно сломали все наши планы, и расчёты, заставляя совсем уже немолодых людей пересматривать долгоиграющие планы, а это, поверьте непросто. Сейчас мы выполнили план по заготовке сырья на год вперёд, и все бункеры лабораторий занимающихся выработкой препаратов, заполнены на сто процентов. И в связи с этим, у нас некоторые трудности. Держать вас здесь, нет никакого смысла, денег у вас достаточно, для начала новой, и вполне обеспеченной жизни, а стало быть нам нечего вам предложить.

— Но? — С улыбкой предположил Владимир.

— Конечно, как же без этого вечного «но». Полковник улыбнулся. — Но, заключается в нашем предложении к вам. Мы, даём вам возможность приобрести отличный особнячок, на Тенистом проспекте с гаражом, своей лужайкой, и отдельным въездом, что в столице — редкость. Ну и в качестве бонуса звание капитана боевого резерва.

— А последнее мне зачем? — Удивился Владимир.

— На всякий случай. — майор Энго пожала плечами. — Ежемесячное жалование, плюс если что лечить будут в нашем госпитале, да и вообще всё попроще, включая возможные наезды криминала и прочих.

— Ну с криминалом думаю разберусь и так, а лечение… тоже не проблема. Так что последний пункт вычёркиваем. Лишние сложности за совсем небольшие деньги. И всё это, как я понимаю, за возможность временами обращаться за моей помощью в охоте на тварей?

— вы всё правильно поняли. — Полковник кивнул. — вы сберегаете весьма существенную сумму, а мы получаем возможность обратиться к вам за помощью.

— Но ведь это не всё. — Владимир покачал головой. — Всё это и так сработало бы, живи я в халупе на краю города. И даже более того, заинтересован в сотрудничестве.

— Да, есть кое-что ещё. — Офицер, не изменившись в лице качнул головой. — Ваша эффективность по добыче тварей, находится где-то на уровне парочки узловых фортов, плюс несколько больших вольных ватаг. И то, камни тьмы, они добывали лишь случайно и в малом количестве. Для вас же подобное явно не представляет никакой сложности, в связи с чем, наше руководство, и я как начальник третьего оперативного отдела, хотим видеть вас совсем недалеко от наших планов, сытого, довольного, и в целом умиротворённого жизнью, но с некоторой тягой к экстремальному отдыху. Каковой мы вам будем организовывать в пустошах, к нашему всеобщему согласию. Воспринимайте нашу помощь как вклад в будущее сотрудничество, не налагающее на вас никаких обязательств. Но нам. Я имею в виду руководство армии. Будет действительно проще, если мы будем знать, что вы готовы помочь.

— А моя машина?

— А что, машина? — Офицер пожал плечами. — Поднимем вертолётом, и перевезём в узловой форт, а оттуда самолётом в столицу. Будет стоять у вас в гараже. Нам вообще удобнее, чтобы всё ваше имущество находилось в одном месте, с возможностью переброски в любую точку. Оружие только опечатаем, да двигатель, чтобы вы случайно не выехали на улицы города. А так, не вижу сложностей. Соглашайтесь, Северянин. Сделка честная. А не понравится, так вас же не цепями приковывают?

Дела в форте завершились как-то сами собой. Его броневик уже улетел по новому месту дислокации, командир форта тоже убыл на новое место службы, а друзей среди местных Владимир так и не завёл. Поэтому переодевшись в самый приличный костюм, и отправив почтой багаж, с одним небольшим саквояжем. Владимир сел на борт рейсового вертолёта.

В Узловом имевшим собственное название Форт Талас, пересел на самолёт, и уже через три часа, сошёл по трапу в душный и влажный воздух столицы Ардарии Ирналы.

Ирнала, располагалась на слиянии двух широких рек в центре континента, и застраивалась уже примерно пять тысяч лет, что не могло не сказаться на архитектуре и дорогах, хотя каждый новый император Ардарии, что-то сносил, расширял проспекты и сквозные трассы, а также улучшал транспортную связность. Но всё заработало только тогда, когда сквозь скальный массив, на котором располагалась столица, прогрызли пять длинных линий подземки, полностью убрав весь пролетариат и мелких служащих с улиц.

Теперь перемещение по городу на автомобиле, даже на такси стало уделом обеспеченных граждан, прочие же толкались в метро, поднимаясь наверх только в точке входа и назначения.

Весь исторический центр города, занимали особняки, дворцы, музеи и крупные учреждения огромной полумилиардной империи.

За Парковым Кольцом располагались дома попроще. Верхний слой служилого сословия, учреждения попроще, в том числе и общественные, редакции газет и журналов, учебные заведения, и места общественного отдыха, такие как Центральный Стадион, Главный ипподром, Центральный парк, и прочие.

Но и за Имперской Кольцевой, не существовало трущоб и человеческих помоек. Работные дома, и рабочие общежития, панельные многоэтажки, и общественные учреждения имели вид скромный, но везде царила относительная чистота, по ночам горел свет, а по улицам постоянно проезжали патрули.

Из аэропорта, Владимир на такси добрался до дома на Тенистом Проспекте, где его уже ждал армейский юрист, с полным комплектом документов, включая «карточку отставника» которую ему оформили на всякий случай, задним числом, паспортом, выданным в Управлении Кадров Армии, и собственно купчую на дом, с погашенным чеком от Главного Банка.

Выходило так, что никому не известный майор, после отставки приобрёл себе домик за двенадцать миллионов, причем в месте где не всякому продадут.

Юрист сразу же пояснил, что для порядка нужно появиться в полицейской управе, и местном Ветеранском Совете. Ничего придумывать не нужно, никто не спросит «где служил» и прочее пока сам не расскажешь. Служба всякая бывает, и непубличного в ней боле чем достаточно. Персонал в дом набран, и на первые три месяца оплачен. Документы на вождение машины, получаются в той же полицейской управе, после экзамена на знание правил, и практику управления.

Дом, оказался красивым словно игрушка. Три этажа с широким подъездом, и навесом над входом из резного камня, и тонкими колоннами. На первом этаже всякие службы и жильё прислуги, на втором гостевая часть вместе с танцевальным залом, столовой, библиотекой, кабинетом, каминной и приёмным кабинетом, а на третьем, хозяйская спальня, гостевые апартаменты, маленький бассейн, частный кабинет, фитнес-зал, и несколько служебных помещений.

Плюс прекрасный, пока ещё пустынный гараж на три машины, небольшой парк, что в столице с её теснотой являлось совсем уж роскошью, и даже фонтан в парке, который правда ещё требовалось починить.

Весь нанятый персонал — десять человек под командованием пожилого мужчины, назвавшегося Элгар Тинго, тоже представился и поскольку никаких указаний не последовало, разошёлся на работы.

Владимир ещё нагрузил эконома проблемой приведения парка в порядок, починкой фонтана, и подновлением балкона, откуда потихоньку сыпалась старая побелка.

Дом ему достался со всей мебелью, книгами, и бытовой техникой, которой имелось достаточно. Почти промышленная стиральная машина в подвале, холодильник, и там же бойлер, так как в городе не существовало центрального горячего водоснабжения. В комнатах несколько достаточно крупных телевизоров, акустических систем, и даже коллекция записей, на магнитных плёнках и пластмассовых граммофонных дисках.

Владимир сразу поставил первый попавшийся диск, диаметром сантиметров в тридцать, и комнату наполнили звуки оркестра, игравшего что-то очень печальное, но возвышенное.

— Господин Моро? — В зал семеня ножками в туфельках на мягкой подошве, вошла белокурая горничная, одетая в светло-серое платье и белый передник. — Служительница культа Хоранго, просит встречи.

— А ей-то чего? — Владимир удивлённо поднял брови.

— Как обычно. — Девушка, дёрнула плечиком. — Собирают пожертвования на храм, на службы, и ещё чего-то. Обычно дают чего не жалко. Пять, десять монет. Иногда больше.

— Хорошо. Владимир нащупал в кармане мелочь, оставшуюся после размена крупной купюры таксистом, и спустился в приёмный кабинет, чтобы увидеть, молодую девушку лет двадцати, одетую в голубое платье, с толстой книгой, в тёмном переплёте в руках. А когда она повернулась, оглядываясь на звук, Владимир увидел на её правой щеке, три тонких багровых полосы, шедших от виска почти до уголка рта.

Глава 8

Временами в наш мир, приходит нечто, чему нет объяснения. Но это не значит величия или ужасности приходящего. Это означает всего лишь слабость наших представлений.

Хранитель Имперских реликвий и святынь Унгро си Телас.

В канцелярию Императора. Начальнику Кабинета генерал-командору первого ранга Элсару Анго.

Довожу до вашего сведения, что общая насыщенность Южных пустошей хаотическим биоматериалом упала до рекордно низких значений, как в абсолютном значении, так и в относительном (плотность монстров на километр площади).

Причины создавшегося положения выясняются, но первоначальным сведениям произошли в силу разрушения одного из опорных «гнёзд» вольным старателем Моро Северянином, добывшем «Кристаллы тьмы» по заказу Армии.

Также отмечается увеличение доходов, связанных с тем, что старатели выбивают всё более высокоранговых тварей, заходя в четвёртую и пятую зону, куда раньше заходили лишь тяжеловооружённые группы старательских ватаг.

Существует экспертное мнение, что в ближней перспективе, рост доходов сменится падением, по добываемым компонентам, но возместится ростом хозяйственной деятельности на освобождённых от хаоса территориях.

Начальник экспертной группы Талор, академик Сар Санго.

— Все почему-то смотрят на «метку святости» — девушка очаровательно улыбнулась. — Мы её носим в память о страшной битве святого Ангро с демоном Солнца. Тогда Святой Ангро сокрушил демона, но тот оставил ему след в виде трёх незаживающих царапин на щеке. Служители преисполнившиеся в своей святости, получают такую метку, но уже не нарисованную, а из трёх незаживающих ран, которую они будут носить до пришествия Благодатного Хаоса. Тогда мы избавимся от всех болезней, тревог, и навязанной Порядком суеты, освободив души первозданному Хаосу.

— О, как. — Владимир покачал головой, и достал из кармана горсть мелких монет. — Что-ж, вероятно благая цель…

— Почему вы говорите «вероятно»? — Чуть обидевшись спросила девушка, ловко сгребая монеты с ладони Соколова.

— Ну, где я, а где борьба таких сил как порядок и хаос. — Он пожал плечами. — Так, песчинка в деснице господней…

— О! Все мы песчинки в потоке великого Хаоса. — Девушка низко поклонилась, и смешно семеня ножками в длинной узкой юбке, покинула кабинет.

— Н-да. — Владимир тоже вышел, и поднялся в личный кабинет, куда попросил принести чашку кунхо — местного аналога кофе.

Понятно, что искать среди тысяч, а возможно и десятков тысяч служителей культа, того самого — не лучшая идея. И весьма сомнительно, что нужный человек, пребывает на вершине пирамиды. Скорее всего сидит на непыльной должности казначея, или члена Совета, в ожидании Пришествия Хаоса. Но как-то выманить его можно?

Строя различные сценарии поиска, Владимир и не мог предположить, что тот, за кем он пришёл, тоже хотел бы повстречаться, но на своих условиях.

Из-за действий Соколова, активность созданий Хаоса снизилась настолько, что теперь старатели порой доходили до океанского побережья пронзая всю Пустошь насквозь, а действительно опасных монстров стало так мало, что появилась возможность подлавливать их по одному целой армией старателей, притащив в Пустоши пушки и другую тяжёлую технику. И по мере выбивания среднего звена созданий Хаоса, верхние ослаблялись, ибо даже в хаосе действовали законы пирамидальной структуры.

К сожалению, старателей было слишком мало, чтобы полностью уничтожить Южную Пустошь, но достаточно для создания пусть хрупкого, но поступательного движения, когда монстры либо слабели, не в силах обеспечить безопасность нижнему слою, либо дохли, не получая нужного количества энергии.

Пустоши уже сдали примерно полсотни километров своей территории, так что насущным образом встал вопрос переноса передовых фортов в глубь полуострова, и ослабление позиций Хаоса в этом мире, сильно било по его странникам, возглавляемым Хардоллом, теперь носившим имя Тегрол.

Должность, хранителя Великой Печати, Реликвий, и казны Церкви Благодатного Хаоса, позволяла ему руководить всей организацией, не влезая непосредственно в политику, оставаясь как бы в стороне. Его покои в Храме Хаоса выглядели ничуть не скромнее покоев Главы Церкви, а его прислужницы, даже более свежи и юны чем у престарелого Тавиора, которому уже нашли замену. Точно такого же старика, способного протянуть на эликсирах и свежей жертвенной крови лет сорок — пятьдесят, не вмешиваясь в управление. Система работала без сбоев уже две тысячи лет, и всё это время владения Хаоса только росли. И вот что-то такое случилось, и все посыпалось. И не беда коли только Южная Пустошь. Но посмотрев, как лихо добывают монстров в Ардарии, сразу оживились в других местах. Кое кто просто привлёк армию с тяжёлым вооружением, а кто-то просто перевёл все тюрьмы и лагеря в Пустоши…

Всё вроде замерло в равновесии, но Великая Печать не лгала. Процент хаотической энергии всё время уменьшался, пусть и медленно. Да, до опасной черты оставалось ещё немало, но меры нужно принимать срочные.

Для Хардолла, Ардария стала не первым миром, опрокинутым в Хаос, и как он был уверен, не последним.

Безвестный аптекарь с окраины Нижнего мира, не имея ни малейшего шанса на возвышение, случайно заполучил трактат «Договора», сделав всё как описано, и уничтожив в огне, трёх девочек- подростков, сразу получил силу.

С этого момента началось его продвижение в иерархии Хаоса. Жертвоприношения стали частью рутинной работы, но появилась и другая часть, а именно планирование захвата территорий, превращения их в Анклав, и будущего открытия Великих Врат. К этому времени все страны, истерзанные демонами, легко падали перед Легионами, и очередная планета становилась Миром Хаоса. Но к несчастью, в одном из миров, ему пришлось сцепиться с Мастером Порядка, и эта встреча чуть не стала его концом. Да, он сильно потрепал врага, но и тот, лишил его практически всех достигнутых высот. Сокровищница, Большой Алтарь Пространства, лабиринт миров… всё это осталось, похороненное вместе с Мастером Порядка, и сейчас Хардолл начинал всё заново, проходя стадии посвящения. И в этом смысле значение Арахта невозможно преувеличить. От того, как сложится его работа здесь, зависело буквально всё.

Проблема заключалась ещё в том, что у Церкви не имелось структуры аналогичной разведке или контрразведке, а лишь Ловцы, находившие жертв для «Посвящения первого круга». Но деньги решают почти всё, и кто надо уже навёл справки выдав информацию про Моро Северянина, ставшего началом всех изменений.

И вот за этим человеком сейчас отправилась группа наёмников, чтобы без спешки расспросить о всех обстоятельствах, а после — стереть его личность в пентаграмме.

Дом, к счастью не успел зарасти разрухой, и бригада строителей всё поправила в течение нескольких дней. Вечером третьего дня, Владимир прошёлся по дому вместе с мастером, и рассчитавшись, спокойно поехал на концерт мастера огня Таглори Онсо, устраивавшего красочные магические представления в небе, гастролируя по миру. Конечно, можно посмотреть представление с любой открытой площадки, но Владимир купил билет на трибуну, где сидела вся знать, и даже пошил новый костюм, дабы не сильно выпадать из рельефа.

Шоу представляло собой показ всяких картин и фигур в небе, и не поражало детализаций, что в общем было понятно. Эфира в мире немного и выступал местный факир, от накопления до накопления.

Поужинав в ресторане, Владимир возвращался домой, когда заметил не просто нарушенный узор защиты дома, а разорванный, словно по нему протоптались несколько раз.

Разумеется, у такого дома имелся запасной вход и не один, и войдя через дверь для прислуги, Владимир жестом осадил слуг, скученно сидевших в одной комнате, и приоткрыв дверь, увидел спину мужчины оставленного для того, чтобы слуги не предупредили хозяина о засаде.

Точный удар в основание черепа, и бесчувственное тело, бережно придержанное от лишнего шума, оседает на пол.

Ещё один стоял на лестнице, и тоже перешёл в категорию «недвижимость». Остальные сидели в кабинете, ожидая появления хозяина, негромко беседуя о своём.

— Привет. — Владимир с широкой улыбкой обвёл присутствующих взглядом, держа пистолет в готовности. — Заблудились?

— Ствол опусти, и жив будешь. — Произнёс удивительно скрипучим голосом хмурый мужчина с густой черной бородой, с проседью, кивнув лысой головой.

— Да? — Владимир рассмеялся, и не целясь выстрелил мужику в голову, фактически обезглавливая труп. — У кого-то есть иные мнения?

Второй мужчина без слов кинулся вперёд, но поймав пулю, разворотившую ему грудь, рухнул на пол. Ствол пистолета переместился на третьего.

— Расскажешь мне, кто, что и откуда?

— Заказ на тебя был. Церковники. Должны отвезти на проспект третьего императора, сорок восемь. — Он хотел ещё что-то добавить, но пуля снесла и ему голову, а через пять минут прозрачный эфирный вихрь превратил все тела, и биологические останки в мельчайшую пыль, выдул её в сад.

Владимир убрал два оставшихся тела, и широко распахнул двери в людскую.

— Все бандиты разбежались. Если кто захочет увольняться, заплачу все положенные выплаты, и дам нормальную рекомендацию. Остальным повышаю содержание наполовину.

Остановив такси, в двух кварталах от нужного дома, Владимир отошёл в подворотню, накинул на себя «Узор теней» и уже куда более спокойно добрался до места куда его должны были привезти.

Небольшой и явно заброшенный домик, вновь переживал нашествие. Рядом стояли три машины, один фургон, и вокруг хаотически перемещались люди.

Помедлив буквально минуту, Владимир не жалея зачерпнул из резерва, и плеснул вокруг парализующим узором, и через пять секунд все лежали вповалку недвижимые словно трупы.

Пройдясь по дому, он спустился в подвал, и там обнаружил практически готовую пентаграмму отлично ему знакомую по ведьмачьей волшбе. Из человека вытягивалась жизненная энергия, улетая по неизвестному адресу. И вот последнее Владимир вполне мог изменить, стерев пару знаков, и протянув к центру фигуры канал на свой накопитель.

И только после этого стащил всех парализованных людей, в пентаграмму, и запустил процесс.

Пентаграмма переработала всех служителей буквально в пыль, практически полностью восполнив резерв, и чуть почистив за собой следы, Владимир отправился домой спать.

Тем временем, Хранитель, едва дремавший в объятиях очередной красотки, страшно заорал, переживая слитную смерть двух десятков посвящённых. Шрам на щеке жёг немилосердно, и с утробным воем, Хардолл, вскочил, и забежав в кабинет, распахнул шкатулку, и не глядя подхватил специальной ложечкой серый порошок, забросил его в рот. Затем ещё и ещё. пока боль не стихла до какого-то терпимого уровня, а после стал внимательно просматривать спектр пришедшей к нему волны.

Восемнадцать посвящённых, три Адепта, и один Рисовальщик, погибли в пентаграмме отдав всю свою силу куда-то на сторону, и это стало самым неприятным во всей истории. Энергия которой в мире Арахт и так немного, не пополнила его силу, а ушла неведомо куда, и Хранитель, уже догадывался куда именно. Но всё что случилось, требовалось хорошенько обдумать. Похоже он сильно поторопился с лобовой атакой.

На следующее утро, уволился лишь один человек — садовник, и уже к полудню, в парке сверкал ножницами другой, нанятый через эконома, который пояснил, что в столице, обычно платят или ровно по положенной границе, или буквально чуть-чуть больше, полагая, что и так завышенные оклады вполне себя оправдывают. А вот так. в полтора раза, не платит никто, и у Элгара Тинго образовался даже список желающих поступить на службу.

— Особенно интересуются, горничные. — Мужчина опустил взгляд. — Ну которые…

— Спасибо, но нет. — Владимир рассмеялся. — Подобные вопросы я решаю другим способом. Так что пусть горничные занимаются порядком, пылью, и прочим, не отвлекаясь.

— Я вас понял, господин Моро.

Это вовсе не избавило Владимира от молчаливых реприз, когда девушки, убираясь в комнатах в его присутствии, томно нагибались, демонстрируя себя, но он предпочитал «не замечать» их маленьких спектаклей.

Зато он, в ожидании новых гостей, восстановил защиту дома, и кое-где сплёл ловушки для самых торопливых. Продолжая знакомиться с городом, случайно вышел на интересную контору, поставлявшую экскурсоводов и транспорт для познавательных поездок. Там ему сразу представили молодую даму весьма привлекательной наружности, сразу озвучив ценник вместе с «ночными экскурсиями», оплаченный Соколовым без торга. Осведомителям местной полиции или разведки, нужно на что-то жить. Ну, да. Дама станет стучать на него в ритме пишущей машинки… и что? Гораздо больше его беспокоил возможный ответ Церкви Благодатного Хаоса, о которой он в последнее время прочитал много информации, и не узнал главного. Где искать ту сволочь, что пробавляется кровавыми ритуалами. А последнее он засёк очень точно, когда ночью в небо встал столб энергии, сразу поглощённый открывшимся в небе порталом.

Примерная оценка жертвоприношения около десятка человек, но можно быть уверенным что это не первый и не последний ритуал.

Лайра Дехо, выпускница исторического факультета Университета Тангро, попала в столицу относительно случайно, вслед за посулами одного молодого человека, который как оказалось просто продул пари, и в результате должен был обрюхатить какую-нибудь провинциалку. К счастью до постели у Лайны не дошло, так как она всё быстро поняла, и покинула ухажёра. Но работать где-то нужно, и она по совету тётки жившей здесь же в столице, пошла наниматься в экскурсионное бюро.

И здесь ей всё честно рассказали и объяснили, что можно конечно и без «ночных экскурсий» но тогда заработок падает на три четверти, а если посчитать отсутствие доплаты от контрразведки и полиции и того больше. И поскольку девственность Лайра потеряла уже где-то на первом курсе, она всё же согласилась на «ночные смены». Также ей шла доплата от Главного Управления Безопасности Короны, и совсем чуть — чуть от полиции. Всего вместе ей хватало на съём крошечной комнатки на мансарде, и пусть там помещалась лишь узкая кровать, шкаф, и небольшой стол, зато из маленького оконца открывался роскошный вид на Императорский парк, и угол Старого Дворца, а рядом с домом находилась замечательная акунхо, где подавали вкуснейшие пирожные, и мягкий ароматный кунхо с молоком. А если пройти ещё половину квартала, то на углу Золотого Бульвара и улицы Пятого Суховея, в ресторанчике можно взять замечательные пирожки и попросить отрезать кусок ароматного мясного пирога.

Жизнь выглядела устроенной окончательно и в лучшем виде, если бы не необходимость ложиться в кровать со всякими проходимцами, пусть и за приличные деньги. К счастью, её клиентами становились в основном женатые пары, и люди не склонные к утехам плоти: профессура, прибывающая на разные симпозиумы, организации, заказывающие гида для проведения коллективных экскурсий и тому подобное.

Алдиса Моро, она увидела в первый раз, в бюро, и первое что её удивило — абсолютное спокойствие мужчины. Он усмехнулся, когда понял, что именно входит в «расширенные услуги», но не торгуясь оплатил полный пакет.

Девушка целый день водила его по достопримечательностям столицы, а когда он заметил что Лайна устала, повёл её в дорогой ресторан, где не слушая возражений, выбрал блюда ориентируясь на советы официанта, а не на цены, чем вообще вогнал в краску. Но, как говорила госпожа Энгор, «Спина, девочки должна всегда быть прямой, за исключением постели» и она с лёгким ужасом ждала времени, когда они отправятся в его жилище. Но Алдис жестоко разочаровал даму, проводив её до дома, и уехав к себе в одиночестве.

А с утра к ней в контору пожаловали целых два офицера — безопасника, и несколько часов расспрашивали о нём, делая какие-то записи. И только в самом конце допроса, уже закрыв блокнот, тот кто постарше, и судя по повадкам повыше в звании, внимательно посмотрел в глаза Лайне, и спросил:

— Ну а у самой-то какие ощущения? Субъективно, на уровне матки?

Девушка помедлила, вздохнула, и ответила таким же прямым взглядом.

— Рядом с ним словно с папой. Тепло, надёжно, и можно просто закрыть глаза.

Вернувшись в Управление, сыскари контрразведки, сели напротив, положив пере собой блокнот с записями.

— Значит так. У нас есть рапорт по форме двадцать восемь, от армейской прокуратуры, протокол беседы с подполковником Хагрином Оласом, хозяина авторемонтной мастерской, и десятка других офицеров. И все в один голос утверждают, что подготовка у нашего парня на уровне «Чёрных Соколов», и при этом, одного бывшего Сокола, он взял живьём, а Ниринну Тарсо, ощипал так. что та отказалась от заказа, выплатила неустойку, и вообще сидит тише дождевых червей. И если первый случай можно списать на плохую подготовку, это у Соколов-то? то вот второй уже чётко показывает что и к чему.

— А то, что он добывает опаснейших тварей Пустошей? — Спросил тот что моложе.

— И это тоже. Теперь по наблюдению. К нему ввалилась группа наёмников, точнее пятеро, наёмной команды Куриха Гонхо, по прозвищу Скрипач, и… всё. Из особняка они не выходили, слуги их не видели, проведённая негласная проверка, следов крови и вообще схватки не обнаружила, хотя выстрелы группа наблюдения фиксировала точно. Есть правда в паре мест дырки словно оставленные пулей, но самих пуль не найдено.

— А следом, кто-то наведался в заброшенный дом, где по докладу наружки паслась целая толпа церковников из Церкви Хаоса. И снова ни одного тела, ни единой улики. Нет ну ты зацени, как мужик хвосты заносит?!! Всё чисто словно в аптеке. И ничего ему не предъявить. Как-то просочился к этим тварям в сутанах, как-то зачистил два десятка человек, и также тихо смылся.

— Думаешь он?

— А кто ещё? — Развёл руками молодой. — Не было на моей памяти такого чтобы кто-то зачищал все следы в ноль. Да и на твоей, не думаю, что было. И полагать что в столице появилось таких двое — несусветная глупость. Но армейцы его не отдадут. Вот чем хочешь поклянусь, что вцепятся мёртвой хваткой. Сделают документы прикрытия, спрячут на дальнюю базу, но не отдадут.

— А зачем нам его брать? — Удивился пожилой. — Ему и предъявить-то нечего. Но самое главное, ты мне ответь, зачем? Зачем его тащить на допрос и так далее… Ну, да по столице бродит зверь ещё невиданных размеров. Но ты видел эту, девку? Она же уже тихо сохнет по нему… А там всего одна встреча была. Да и все, кто с ним контачил, отмечают его спокойствие и выдержку. Заметь, ни киллера этого недоделанного ни бабу из Соколов, не зажмурил, хотя мог. Прикончил, закинул в ящик какой в машину, да вывез в Пустоши. А там, твари ни крупинки не оставят. Значит не маньяк какой. Ну, да. Головной боли нам этот Северянин доставит просто фактом своего существования. Но, думаю через армейцев договориться.

Глава 9

В какой-то момент, ваши возможности превысят ваши желания но никакой радости это уже не доставит.

Главный имперский палач, доктор медицины, Имнар Талхо.

Так кто же он, Моро Северянин, явление которого уже взволновало свет до полного кипения? С этим вопросом мы обратились к настоящему знатоку Общества, маркграфине, Элизии Снархо.

— Госпожа маркграфиня, скажите, а правда ли, что Моро Северянин приехал к нам из подземных посёлков Севера?

— Чушь конечно. Моро, имеет пусть и не вполне привычное нам, но прекрасное воспитание, образование, и конечно же принадлежит к высшему титулованному дворянству, несмотря на то, что он это всячески отрицает. Ну скажите, где на Севере можно обучится светской беседе, и так тонко шутить? Я уж не говорю о его несомненных навыках дуэлирования.

— А как же его подвиги в Пустошах?

— А что мешает титулованному дворянину быть успешным везде где он пожелает? Не вижу противоречий.

— Так откуда же мог взяться этот человек?

— Мы, я сейчас имею в виду наиболее знающую часть нашего общества, склоняемся к версии, что человек называющий себя Моро Северянин сын покойного короля Рабура Жестокого, павшего в результате кровавого переворота в Карнисе. Тогда, если вы помните, семья короля успела покинуть дворец, а позже их следы затерялись. И судя по сохранившимся фотографиям малыша, Северянин более чем похож на него. Те же светлые волосы, та же королевская стать, и великолепное владение всеми видами оружия, чем славился его величество Рабур. И ничего удивительного что молодой человек прибыл к нам, в благословенную Ардарию, для построения карьеры.

Эфир радиопрограммы Ардария плюс.

Внимательное и вдумчивое знакомство с Обществом, поддержанное свежеиспечённым полковником Хагрином Оласом, привело к тому, что у Владимира появилось много знакомых претендующих на его время, и в особенности на его деньги. Но он не спешил предоставлять ни то, ни другое, несмотря на массированные заигрывания светских тигриц, и обхаживания жуликов разных калибров. Понятно, что, если вам предлагают проценты на вклад, превышающие среднюю доходность вдвое, это абсолютно точно жульё, и лучше таких деятелей просто игнорировать. Но к несчастью, некоторые из них воспринимали деньги в чужом кармане, как личное оскорбление, и предложения становились всё назойливее и назойливее, пока Соколову не пришлось прямо послать несколько мутных личностей дальним маршрутом, и пожеланием не оскорблять пейзаж, тут же нарвавшись на оскорбления и тройной вызов на дуэль.

Дуэли в Ардарии не поощрялись, но и не запрещались. Напиши заявление с отказом от любых претензий, сдай справку на психическую вменяемость, заплати за услуги врача, предъяви такого же вменяемого секунданта, согласуй оружие, оплати аренду площадки, и в путь. Всяких вариантов типа «до первой крови» не существовало, и сражались только «до смерти» или до прямого отказа дуэлянта от продолжения боя, чему служил знак в виде оружия брошенного на землю.

Всё это сделал для Владимира Хагрин Олас, в течение буквально пары часов, так как ещё с прежних времён, частенько выходил на дуэльное поле, давая сатисфакцию обманутым мужьям.

Площадка на Змеином Острове, поражала идеальной поверхностью, и ровными рядами щитов — пулеуловителей по краям.

В Ардарии обычно дуэлировали утром, чтобы освободить весь день для радостной пьянки и похоронного обряда. Не исключением стал и этот вызов, и когда Владимир приехал, его оппоненты уже стояли на противоположном краю площадки, готовясь к бою, а секунданты, прокурор, врач и парочка оружейников проверяли инвентарь.

Оружием для первого боя Владимир выбрал парные клинки типа кинжалов, для второго пистолеты, а для третьего меч.

Столь разнообразный набор, случился из-за того, что Владимир любезно предложил оппонентам самим выбрать то, в чём они сильны, чтобы избежать всяких спекуляций на эту тему в дальнейшем.

Никаких особых правил у поединков не существовало. Ещё очень давно, при тогда ещё короле Луритце втором, приказано было считать, что переступающие край дуэльного поля, вне суда богов и людей, и с помощью выданного оружия могут делать всё что хотят. Исключая конечно капитуляцию, в виде бросания оружия на землю. Любой удар оппонента после бросания оружия считался убийством, со всеми вытекающими.

Поэтому первый дуэлянт — высокий и подвижный мужчина в сером костюме для верховой игры в мяч, сразу пошёл странным шагом крутя в руках парные кинжалы.

Владимир сократил дистанцию до пяти метров, и дождавшись, когда противник пойдёт в атаку, проводя ложный удар и замахиваясь в настоящем, скользнул в сторону, вбивая правый кинжал в печень, а левый в сердце со спины.

Покойник удивлённо обернулся, и рухнул на землю, щедро окропляя площадку кровью.

Вторым вышел тот, кто решил стреляться на пистолетах, держа в руках длинноствольный Харм Тор, для спортивной стрельбы. Оружие неплохое, и весьма точное, но мелкого калибра. Владимир же, предпочитал всем местным стволам четырнадцатимиллиметровый Рухал, сделанный для добивания тварей на пустошах. Громоздкий, тяжелый, не очень удобный, но стопроцентно летальный пистолет, с длинным магазином.

Они одновременно шагнули на площадку, и оппонент Соколова вскинул оружие, но Владимир скользнул вправо, и не поднимая оружие на линию глаз, выстрелил от бедра.

Голова дуэлянта взорвалась осколками кости, и мякотью мозгов, едва не заляпав секундантов, и после того, как доктор зафиксировал смерть, тело унесли.

Третий участник дуэли уже не был так уверен в своём выборе. Заказ на Северянина поступил по обычному каналу, и Тургин Вого, уже мысленно потратил будущий гонорар, потому как действительно являлся мастером клинка, и славу непревзойдённого дуэлянта имел не просто так. Но две смерти перед ним сильно охладили пыл бретёра. Те двое, тоже считали себя мастерами, и вот теперь их ждёт кремация, и круглая печать в стене колумбария[1], с датой рождения и смерти.

Он поднял фамильный меч салютуя противнику, и увидев в руках Северянина меч куда более старый, и скорее всего артефактный, заскучал, а когда они начали сходится, всё понял, и бросил свой клинок на землю.

— Я сдаюсь.

— Правильное решение. — Владимир без улыбки кивнул, и кистевым движением так крутанул меч, что воздух буквально вскрикнул, раздираемый сталью, а лезвие вспыхнуло алым свечением.

Дуэли в обществе случались не так часто, чтобы стать рутиной, а тройная так и вовсе не значилась даже в исторических хрониках, и вся история стала новостью номер один и главным событием сезона.

Участники поединка, ассистенты, секунданты и присутствующие чины от государства, получили свою порцию славы, и к их удивлению оказались в зоне плотного интереса армейских и императорских специальных служб, подробно и посекундно вспомнив всё что случилось тем утром, реакции всех, кто находился рядом, и всё остальное.

Жару добавил известный фехтовальщик и дуэлянт Тургин Вого, отказавшийся от боя, а после, быстро завершив все дела и продав недвижимость, вообще уехал из столицы. За Тургином стелился длинный и кровавый след десятков поединков, и для того, чтобы впечатлить такого человека и заставить бросить вполне прибыльную коммерцию, уехав в провинцию к морю, явно требовалось что-то серьёзнее чем просто две смерти коллег по ремеслу.

Но наблюдатели ничего не могли пояснить по данному вопросу. Да, меч Северянин принёс с собой. Да, явно старинный, и совершено точно изделие артефактное, потому как сталь клинка переливалась синими и алыми искрами. А когда Тургин бросил оружие, Моро что-то сделал и перед ним вспыхнул алый круг. Было ли это проявлением магии? Да кто его знает. Дипломированных эфирников рядом не случилось. Применял ли Моро свою магию на площадке? Ответ тот же.

Владимира в свете случившегося тоже завалили приглашениями, но он принял только четыре из них, и только потому что игнорировать письмо от градоначальника столицы, командира столичного гарнизона, председателя правления Главного Имперского Банка, и супруги первого заместителя Главного Управления Безопасности Короны, совсем неразумно. По сему поводу даже пошил четыре разных костюма, в стилистике начала века, с воротником — стойкой, и тканевым поясом поверх, как на английских охотничьих костюмах.

Костюмы отличались не только цветом, но и отделкой, длиной и общим стилем, и если к градоначальнику Владимир пошёл в наряде, напоминающем мундир гражданского чиновника, на бал ко дню рождения дочери командира гарнизона в одежде стилизованной под мундир, то к председателю правления банка, в предельно скромном и строгом облике, сразу прозванным столичным острословами «Скромность северянина» с чуть светящимися пуговицами из серебра добытого на рудниках Севера и часами из прозрачной платины, где можно было видеть весь механизм. Три других костюма тоже получили название «Честь северянина» «Долг северянина» и «Вежливость северянина» когда к жене заместителя имперской безопасности, он пришёл в сером френче, вида «тетраграммотон» без всяких украшений.

Стиль «Северянин» сразу стал хитом летнего сезона, хотя приталенный силуэт не всем подходил. Появился даже дамский вариант костюма, вроде как для охоты, и верховой езды.

С таким шумным стартом светская карьера — дело решённое, и несмотря на неопределённость рода занятий, Моро Северянин стал вхож в разные высокопоставленные дома. Он всегда прекрасно одевался, никогда не позволял себе беспричинной грубости, отменно вежлив с дамами, и умел рассказывать уморительные и никем ранее не слышанные анекдоты. Да большая часть столичной публики не имела и половины этих достоинств! Кроме того, Северянина очень хорошо принимали в армейской среде, узнав о его спасении армейского патруля, и вообще геройствах в пустошах.

Так что у Владимира сложилась вполне приличная репутация светского отморозка, с которым можно иметь дело, особенно если делать это вежливо.

Заработанные Владимиром сорок с небольшим миллионов, вложенные в Главный банк, позволяли безбедно жить только на проценты, не тратя основной капитал, до бесконечности, если бы не поиски главного мерзавца, ставшие для Соколова личным делом. И времени, потраченного в салонах и на приёмах, стало бы бесконечно жаль если бы не, то обстоятельство что в циркулирующих слухах, можно без труда выловить необходимую информацию, в частности о Церкви Хаоса.

Хаоситов не особенно жаловали, даже несмотря на обширную программу поддержки сиротских домов, больниц и работных домов, куда попадали всякие бродяги и маргиналы, не заработавшие себе ещё на каторгу и тюрьму.

О последнем как-то внезапно состоялся разговор с парочкой полковников, когда те. утомившись допросом, завёрнутым в светскую беседу, пожаловались, что так трудно ныне продвинутся в Столице…

— Да полно вам. — Владимир рассмеялся. — Нет ничего проще. Вам нужно дело? Громкое, хлёсткое, и реально опасное?

— Да откуда здесь? — Полковник Карус, широкоплечий мужчина среднего роста, в белом мундире, меланхолично взмахнул рукой. — Всё вспахано и заасфальтировано…

— А если нет?

— Зная вас, Северянин, я уверенно могу предположить, что вы не шутите, и не обманываете. — Полковник Дегро покачал головой, не отрывая взгляда от лица Владимира. — Но мне нечего вам предложить кроме благодарности, если таковое дело действительно существует.

— Благодарности будет достаточно. — Владимир без улыбки поклонился. — Для начала предлагаю прогуляться в тихое место, чтобы не нарваться на всяких читающих по губам, и специалистов по магической прослушке.

— Я бы конечно спросил, откуда вы знаете об их существовании… — Начал полковник Карус, и улыбнувшись, кивнул. — Но не стану. — Есть в вас, Северянин нечто такое, что я действительно не хотел бы знать.

Когда они оказались в специальной комнате для приватных переговоров. Владимир накинул дополнительное плетение от подслушивания, и усмехнувшись отследил как гаснут уже протянутые кем-то нити.

— Итак. У нас есть Церковь благодатного Хаоса. Благотворитель, друг детей, и всех страждущих. Сейчас под крылом Церкви около ста приютов для малолетних, около ста приютов для взрослых, работные дома, больницы и тюрьмы. Огромное количество людей, которых, в случае пропажи, никто искать не станет. И я утверждаю, что в этих учреждениях осуществляется массовая выемка подопечных, для проведения кровавых ритуалов. Почему я так уверен. — Владимир сделал паузу. — Дело в том, что я, эфирист достаточно высокого уровня, вижу каждую ночь зарево над Храмом Благодатного Хаоса, и по лиловому цвету зарева, могу точно сказать, что это жертвоприношения, причём человеческие. И кстати, сегодня в полночь, у них очередной ритуал.

Это вы сможете проверить, пригласив специалиста, которого уверенно держите за мягкое место, и который скажет правду. Далее, можете дёрнуть пару директоров и распорядителей приютов, и полицейских районных управ, дабы ознакомиться со статистикой пропаж, и удивиться как много людей исчезает без следа. Затем, если правильно поковыряетесь в полиции, то наверняка найдёте того, кто покрывает исчезновения людей. Такое без крыши на самом верху не провернуть. И деньги тут не решают всё. По моим представлениям, это мужчина преклонных лет, но этакий живчик. А может и из тех, кто прошёл омоложение по какой-то секретной методике. Не станет же он раскрывать истинный источник своей молодости.

Ну и самое логичное — проверить откуда у церковников столько эфира на омолаживающие обряды. Они наверняка скажут, что от сбора по Пустошам, но я вам точно говорю, что энергии в окружающем мире для таких операций не хватит. А значит нужно откуда-то её добывать. И самый простой процесс — выдавливать жизнь из малышей и одарённых.

Говоря, Владимир заметил, как у одного из офицеров в глазах зажглось тёмное пламя, а кулаки сжались до белых костяшек.

— Кто-то из родных?

— Жена. — Карус кивнул. — Слабо одарённая. Пошла на рынок и пропала. Искали всей конторой, плюс полицейские, но всё даром.

— Начать я думаю, можно с подтверждения самого факта жертвоприношений, и человеческого спектра в них. Ну а далее, сами разберётесь.

Как говорит армейская мудрость, есть «эй, полковник», есть «просто полковник», и есть «тот самый полковник».

Оба сыскаря из контрразведки были «теми самыми» полковниками, за которыми буквально стелился кровавый шлейф раскрытых громких дел не только в Ардарии, но и в других странах. Карус и Дегро, всегда работали вместе, добиваясь высочайшей эффективности. Карус занимался аналитикой, а Дегро, способный затесаться в доверие даже лантийскому купцу, вёл всю оперативную работу.

Дело, предложенное Северянином, обещало стать самым громким в карьере двух сыщиков, и конечно первое куда они поехали к генерал-командору Герлаху Стархо — руководителю Главного Управления Безопасности Короны.

В этот поздний час, генерал, вместе со своим штабом готовил документы к ежегодному отчёту у Императора, и конечно сразу принял своих лучших офицеров, приказав подать крепкий кунхо, и рогалики.

Выслушав Каруса, генерал задумался. В принципе, ничего не мешало прищемить церковников, так как похищения людей, для жертвоприношения — коронное преступление первой степени, без срока давности и смягчающих обстоятельств. Но с другой, как опытный пловец во властных потоках, он не мог не учитывать их связи. Церковной Клиникой омоложения пользовались очень многие, но они все конечно же отвернутся, когда всплывёт вся правда об источниках Силы. А ещё важно, что если такое вскроется без него, то отставка будет самым лёгким выходом.

И тут самое главное, чтобы всё случилось быстро.

— Так. — Генерал выдернул из стопки бланков лист, и стал быстро писать распоряжение. — Поднимайте нашу спецгруппу, и всех, кто нужен. Нужно собрать приличную фактуру к завтрашнему утру. Пока — начерно. Человеческие жертвоприношения. Да — нет. Дети, особенно обычных горожан, просто граждане империи, а не бомжи и проститутки. Это очень важно. У вас впереди вечер, и целая ночь. Работайте. — Генерал, дописал приказ. Поставил личную печать, и дополнительно прижал рельефным прессом выдавливая на бумаге имперский герб.

Безопасность умела работать не только жёстко, но и быстро. Поднятые из мягких постелей профессура Совета столичной академии, шестью голосами из шести, подтвердил присутствие в спектре излучения человеческих эманаций, а рядом с Храмом Благодатного Хаоса, поисковые собаки обнаружили следы пыли, оставшееся от человеческих тел после обряда.

Согласившись поскучать в выделенных апартаментах, маги, оторванные от семей, вначале засели играть в карты, а чуть позже попросили блудниц и вина.

Тем временем арестованные директора детских домов, уже давали показания, вскрывая сеть ловчих команд, и некоторые из них в тот же час, «исчезли бесследно» оказавшись неведомыми путями в застенках Безопасности.

Особо никто не запирался. Идейных среди них не имелось, все получали за работу хорошие деньги. Но на плаху никто не торопился, и церковников сдавали наперегонки.

К утру, собралось такое внушительное досье, что, подготовив краткую выжимку из дел, генерал — командор Герлах Стархо, вкинул лист в папку со своим докладом, и поехал на совещание к императору.

Совещание проводилось в Малом Приёмном зале, рядом с оранжереей, и библиотекой. Приглашённые — высший генералитет и руководители ключевых ведомств, чинно расселись вокруг овального стола, негромко переговариваясь обсуждали последние сплетни, и договаривались о встречах в более узком составе.

— Император Ардарии, Герлонии и Краста, Иглор Первый!

— Садитесь, господа. — Вошедший быстрым шагом император, щеголял в новеньком «с иголочки» френче «Долг северянина» мягкого оливкового цвета, с единственным орденом «Честь и Слава» второй степени, выслуженном им ещё до коронации.

Высокий, выше среднего роста, худощавый и подвижный, император не носил ни бороды, ни усов, коротко стригся, и в свободное время предпочитал заниматься фехтованием и скачками, временами заваливая кого-нибудь из служанок в постель, но надолго не увлекаясь, чем немало огорчал придворных фрейлин.

В целом положение дел в стране можно было назвать устойчивым с медленным ростом. Промышленность развивалась нужными темпами, торговля с другими странами тоже шла неплохо, и даже давний конфликт с Геранским королевством, подзатих, после весенних сражений.

— Ну, а у вас, что? — Иглор Первый перевёл взгляд на главного хранителя имперского спокойствия генерал-командора Герлаха Стархо.

— Государь, вам как, позабористее, — генерал вытащил из папки и отложил вправо лист бумаги с текстом, — Или как обычно? — он сдвинул папку влево.

— Давайте позабористее. — Император усмехнулся. — А то везде у нас хорошо и замечательно, так что зубы сводит от скуки.

— Слушаюсь, государь. — Герлах, взял в руки лист. — За последние пять лет, исчезло по самым предварительным оценкам, пять тысяч человек. Примерно по тысяче в год. И это не воры и наркоманы, а вполне добропорядочные граждане, включая родственников первых лиц Ардарии. Воров, наркоманов и бродяг, понятное дело никто не считал, но по косвенным данным, их пропажи тоже в тысячах человек.

Предпринятыми поисковыми операциями, обнаружено захоронение пыли, содержащей человеческие останки на прилегающей территории Храма Всеблагого Хаоса. Видимо при захоронении ветер сдувал часть пыли, и её уверенно опознали поисковые собаки.

Также установлены конкретные участники похищений, и их показания дали возможность изобличить пособников церкви во властных структурах. Арестованы пять директоров детских домов, десять директоров домов призрения, и много других чиновников. Ещё обнаружена странная активность Главного Начальника Полиции, Ардарии, Герлонии и Краста генерал-комиссара Шимора Таллиса. — Герлах опустил документ, и перевёл взгляд на полицейского начальника. — Более ста тридцати раз аппарат генерал-комиссара истребовал подлинники поисковых дел, и возвращал их изрядно облегчёнными и сразу в архив с пометкой, «предпринятыми мерами, местонахождения не установлено». Ещё примерно двести таких же дел, похоронено заместителем генерал-комиссара, старшим полковником Марлахом. Замечу, что каждый раз, речь шла не просто о пропаже человека, а о пропаже одарённого, находящегося под особым вниманием Министерства Эфиристики, а порой, и прямыми родственниками высокопоставленных лиц. Чем с ним рассчитывались? — Генерал усмехнулся. — А тем, что за последние пять лет, он трижды прошёл омоложение в храмовой клинике, сбросив по десять лет за каждый сеанс. И всё это на крови невинных жертв.

Главный полицейский, вскочил, с расширенными от ужаса глазами, но невесть как оказавшиеся за его спиной парочка офицеров Службы Защиты Короны, рывком посадили его на место.

— А ведь вы, лгали мне, Шимор. — Император чуть наклонился вперёд. — Помните внучку вице-канцлера Родахо. Её ведь тоже похитили. И вы клялись, что это бродячая банда невесть как попавшая в район «Золотых крыш». Это похищение свело старика в могилу, но я пообещал себе найти виновных. — Иглор повернулся в сторону Герлаха. — Отличная работа, генерал. Давайте, давите это дело досуха. Чтобы всем причастным небо в полгроша, а земля огромной ямой.

[1] Колумбарий — Стена с многочисленными рядами ячеек, внутрь которых помещаются урны с прахом.

Глава 10

Те, кто преклонил колени, ненавидят не тех, перед которыми они стоят, а тех, кто остался стоять.

Вазген Ахмедович Шпильман. Хозяин похоронной конторы «Тихий уголок»

Срочно! Циркулярно!

Под роспись главам Ковенов, региональных организаций, предприятий концерна «Гиперборея», членов Совета Дома Рассветных сумерек.

Матрисс Дома Рассветных Сумерек, Старшие Ковена, милостью светлых богов и небесных покровителей, после беременности успешно разрешились детьми: мужского пола 8, девочек 4.

В силу сложности управления жизнью Дома, Ковена и производства матрисс будут осуществлять всё руководство по очереди, меняясь ежедневно по графику утверждённому единогласно. Все структуры, в момент очерёдности матрисс, подчинены только ей, исключая личные секретариаты.

Финансовые документы уровня «ординар» визируются Советом. Финансовые документы уровня «прима» подписываются дежурной матрисс и Советом. Финансовые документы уровня «Экстра» подписываются всеми матрисс персонально.

Служба охраны переводится в режим усиленного несения службы, вплоть до возвращения Князя. Боевым подразделениям Ковена и Дома, находится в готовности к боевым действиям в течение часа.

Шифрование внутренней переписки по третьему протоколу.

Пожарным, спасательным и медицинским подразделениям объявляем режим «Внимание!».

Подписано: Матрисс Дома, высшие сёстры Ковена. Руководители служб.

Как ни быстро суетилась Безопасность, церковники всё же успели быстрее. Их предупредили ещё в самом начале операции, когда взяли первых фигурантов дела, и служители Хаоса, активировав артефакт, организованно отбыли порталом на территорию Геранского королевства, с которым у Ардарии имелись неразрешимые противоречия. В смысле и те, и другие считали, что оппонента не должно быть на этом свете.

Воевали друг с другом уже лет двести, и случалось всякое. То Геран отнимет несколько провинций, то охренев от такой раздачи, империя собирала полки, возвращая всё отнятое, и присовокупив к тому ещё несколько территорий. В результате этих действий, Южная Пустошь, ранее принадлежавшая в равной степени Герану и Ардарии, стала полностью Ардарийской, плюс пара провинций на самом берегу океана, что сильно ударило по торговле королевства.

Надо ли говорить, что несколько сотен высокоранговых магов, владеющих очень действенной технологией омоложения, приняли с распростёртыми руками, отметив их прибытие балами и пирами, сразу заложив в столице храм Всеблагого Хаоса.

За сотни лет существования Церковь собрала поистине несметные богатства, что позволило Герану существенно поправить финансовые дела, и начать так долго откладываемую реконструкцию производственных мощностей на государственных заводах.

Но в целом, кроме церковников, уйти успели совсем немногие. В основном люди торгового сословия, из тех, что стразу кинулись в Храм.

Да, с собственностью и вкладами в Ардарии можно проститься, но торгаши редко когда складывали всё в одну корзину, и по банкам других стран нашлось достаточно для приобретения достойной недвижимости и доходных дел в королевстве.

Таким образом в экономику Геранского королевства одномоментно влилось больше двух миллиардов золотых дирал, что превышало годовой доход этого вовсе небедного государства, и позволило королю сразу оплатить все долги, начав подготовку к войне.

Всё это время в столице шли обыски, аресты и допросы, по вновь открывающимся обстоятельствам, и круги только ширились.

Император Иглор, натурально чувствовал, как шевелятся волосы на голове, читая списки арестованных, и замазанных в делах Церкви.

В дело активно включилась полиция и её новый руководитель старший полковник Асун Рего, жаждавший в кратчайшее время продвинутся до комиссар-генерала. Поэтому даже своих офицеров, по малейшему подозрению отстраняли от службы, отправляя под охрану в достаточно комфортабельную, но всё же тюрьму.

Большинство конечно же просто понижали в звании, отправляя дослуживать в провинции, или, в случае близости к пенсионному возрасту и существенных заслугах, просто отправляли в отставку, иногда даже почётную, с орденами, пенсией, и правом на ношение формы.

Но через три месяца, когда спал основной накал следственных действий, и арестов, Имперский Совет, признал, что случившееся как никогда вовремя.

Сбежавшие преступники оставили в банках Ардарии более миллиарда, а если учесть взятые в казну особняки, земельные угодья, и фабрики бежавших и арестованных, сумма получалась совсем удивительной. Более трёх миллиардов ардис. Да, не всё из этого удастся обратить в доход прямо сейчас, но и так сумма получалась более чем внушительная.

Часть, сразу предложили раздать верным сторонникам империи, но Иглор, обведя хмурым взглядом собравшихся, вздохнул.

— Если бы это всё, — он постучал пот толстой папке, с выжимкой по делу, — пришло от вас, то всё было бы справедливо. Но вы знали о церковниках. Знали и молчали. Надеялись сами омолодится, когда придёт срок. А теперь хотите урвать свой кусок… Скажу сразу. Кое-кому из вас придётся покинуть Совет, удалившись в отставку. Кто именно, пока объявлять не стану, чтобы не портить сюрприз оставшимся. И уж точно, награждений не ждите. Все сработали плохо. Все, включая меня. На этом заседание совета объявляю законченным, совет распущенным, а о дате сбора, новые члены будут оповещены заранее.

Реакция высших сановников разнилась. Кто-то сразу отказался участвовать в заговоре против императора, кто-то вообще не был приглашён, а кто-то стал активно созывать сторонников, для подготовки к перевороту, подписав себе смертный приговор.

В итоге, председатель Комитета труда, покончил жизнь самоубийством перерезав себе вены в кабинете, глава комитета по финансам и налогам, трижды выстрелил себе в голову, глава промышленного Комитета просто ушёл в отставку, с выплатами, орденами и мундиром, а председатель Комитета Обороны, переехал в тюрьму вместе с двумя десятками сторонников, причём сразу на нижний этаж, в камеры для смертников.

Обновив таким образом половину состава Совета, Император не на словах, а на деле стал контролировать жизнь огромной страны, полностью перехватив все каналы управления.

Конечно, ему доложили, кто стал инициатором всего того, что случилось, но как-то награждать или выделять Северянина император не спешил. Лишнее внимание ему и так не нужно, а награды… ну зачем богатому, и молодому мужчине ещё какие-то знаки доблести? Все и так знают о его подвигах в Пустошах, да и тройная дуэль изрядно громыхнула, да так, что все задиры и дуэлянты предпочитают обходить его стороной, а женщины очень даже наоборот. Но, Иглор ничего не забывал. Ни плохого, ни хорошего, и напротив Моро Северянина он мысленно поставил жирный плюс, способный превратиться в землю, владение в Столице или серьёзный орден.

Безопасность всё ещё «вела» Северянина, периодически отчитываясь о потере источника наблюдения, но после вскрытия сети похищения людей и деятельности церкви Хаоса, он вёл себя почти прилично, участвуя в автомобильных и водных гонках, посещая светские салоны, и валяя по постели даму — экскурсовода, подхваченную в одной из контор «двойного назначения».

Лайра и правда, выглядела более чем хорошо, прекрасно воспитана, и украсила бы собой любое общество, но предпочитала всем Северянина, редко когда показываясь вместе с ним, а более занимаясь учёбой в Университете, на факультете Права.

Всегда изысканно одетая, в платья невиданного кроя, за рулём маленькой, но весьма изящной машинке, компании Коус, с парочкой скромных по виду, но нескромных по цене украшений, она привлекала всеобщее внимание, но к счастью, репутация Северянина защищала её как от любвеобильных молодых людей, и жулья, так и от назойливого внимания дам света и полусвета. Ну и кроме того, парочка отставников — безопасников, всё время крутившихся рядом, совсем охлаждали желания всяких мутных личностей познакомиться, и через Лайру Дехо протоптать тропинку к Моро.

Сам Северянин всегда перемещался без охраны, приобретя скоростной кабриолет от той же компании Коус, и реактивный самолёт Дахор 310, переделанный в гражданский из лёгкого штурмовика.

В общем жил стервец в своё удовольствие, временами выезжая из столицы в Пустоши, для ловли очередного редкого монстра, или добычи нужных веществ. А пару раз так вообще, долетел на своём самолёте до пустоши, полетал разыскивая нужную тварь, посадил машину прямо в степи, и управившись за час, сдал груз вертолётчикам, улетев обратно. Пять миллионов за четыре часа — самый высокооплачиваемый работник в Империи. А другого такого и не нанять. Большая ватага из двадцати человек, легла полностью в попытке добыть огненных слизней что стало холодным душем для очень многих горячих голов. Да, Пустоши сильно сдали, и уже не являлись территорией безусловной смерти, но свою кровавую дань, с неосторожных и резких, собирали постоянно.

А Моро Северянин словно заговорённый пролезал в самые гиблые уголки, привозя нужные компоненты.

В это время Владимир как раз летел над Пустошью, в поисках очередного гнезда «кристаллических червей». В отсутствии церкви Благодатного Хаоса, возник некоторый ажиотаж на рынке омолаживания, и единственный препарат дающий стойкий эффект производили из тех самых кристаллических червей.

В форте Согар, машину ему заправили под самую пробку, залив по тонне в каждый из подвесных баков, так что на четыре часа полёта топлива хватит точно, особенно если не лихачить выделывая в небе кружева, как в последний полёт над столицей.

Он заложил пологий разворот, заканчивая отработку квадрата, когда в глаза что-то сверкнуло от земли, и он сразу крутанул машину в нисходящую бочку, разворачиваясь точно на источник вспышки, но к его удивлению. Все было как обычно, и только переключившись в эфирное зрение, он увидел, как на равнине у подножья холма, толпа людей, что-то делает, накрывшись мощным узором маскировки.

Снизив скорость до минимальной, и даже выпустив закрылки, он заложил пологий разворот так, чтобы оглянувшись влево, видеть возню на земле. И с удивлением увидел, что работавшие на там, таскают камни, ярко светящиеся в эфирном спектре, а выкладывают они из камней ни что иное как огромную пентаграмму, с узором призыва, а рядом стояли два вертолёта, и трактор расчищавший взлётную полосу.

Оружия с огражданеной машины конечно же сняли, и до сего момента, Владимиру это казалось хорошей идеей, заменить пушки и боезапас топливом, а бомбовый отсек превратить в багажный. Но вот, как всегда в одночасье всё изменилось, и он сильно пожалел о четырёх скорострельных пушках и двух тоннах бомб. Но бункер для тепловых ловушек оставался полным, и это наводило на определённые мысли.

Бросив короткий взгляд, на наполненность подвесных баков, развернулся, и пошёл с пологим снижением целясь в самую середину пентаграммы, опустив сектора газа до упора.

Через минуту воздух выл рассекаемый плоскостями штурмовика, а цель уже стала видна и в обычном зрении.

Одновременно сбросив оба бака вытащил машину из пике, включил форсаж, и нажал рычаг принудительного сброса тепловых ловушек.

Полторы тонны авиационного горючего, распылённые ударом об землю, и подожжённые тепловыми ловушками, на две секунды открыли на земле ворота в огненный ад, сжигая всё в радиусе двухсот метров, буквально в пепел, и обугливая людей в почерневшие головешки.

Соколов едва удержал машину на курсе, когда ударная волна догнала штурмовик, но крепкая машина выдержала.

Сухая ломкая трава не поддержала пожар, и выправив самолёт, он снова выпустил закрылки и аккуратно сел, рядом с чадящими остовами вертолётов.

От людей остались только головешки, и пара обгоревших, но пока живых, которых Владимир милосердно добил. А затем два часа собирал камни — накопители эфира, частью засунув их к себе в пространственное хранилище, а всеми остальными забив бомбовый отсек.

После дозаправки в форте, сразу взял курс на аэродром столичной дивизии ПВО, и оттуда вызвал армейское начальство, не разрешая никому подойти к машине, а только приказав откатить в сторону.

Генералы приехали быстро. Новый командующий Армией, маршал Адзун Тилго, в сопровождении заместителя Комитета безопасности короны, генерал- комиссара Олхо Каруса и группы офицеров, подошли к машине, и какое-то время молча смотрели на заполнившие весь бомбовый отсек прозрачные кубы разных цветов, размером с кулак, сиявшие, словно внутри них находилась лампочка.

— Эфирные накопители. — Пояснил Владимир. — От миллиона, до десяти миллионов единиц. Находились в долине Архур, где неустановленные лица пытались из них собрать пентаграмму вызова. Принятыми мерами, противник уничтожен, пентаграмма разрушена, камни собраны и вывезены из Пустошей.

— Да как же это вы там уничтожили? — Удивился один из генералов.

— Скинул подвесные баки, и поджёг облако тепловой ловушкой. — Владимир пожал плечами. — Едва сам ушёл. Ударная волна чуть меня не сбила.

— Да что же вы за человек такой, Северянин? — Игриво возмутился маршал. — И оружие у вас сняли с машины, и вроде к складам нашим вас не подпускают…

— У хорошего солдата и палка стреляет. — Задумчиво заметил генерал-комиссар Карус. — Только вот что они таким образом сделать-то хотели?

— Ну, это не секрет. — Владимир пожал плечами. — Судя по структуре пентаграммы, — призыв к Нижнему Плану. Такой переход, может стать основой для вторжения, и армия большей своей частью будет оттянута на парирование этой угрозы. А тем временем…

— Они ударят через границу. — Маршал кивнул. — Моро, а не желаете послужить у меня? Хорошие перспективы, социальные гарантии…

— Да нахрена ему? — Возразил Карус. Денег до чёрта, а сейчас ещё снимет кучу миллионов за камни… Он же их тратить не успевает.

— Ну, я хотя бы попытался. — маршал улыбнулся.

— Ничего, господа. — Владимир покачал головой. — Сейчас такие скачки начнутся, что все будут нужны. Но конкретно по пентаграмме в Пустошах, нужно организовывать патрулирование. Иначе они в тылу такую кучу дерьма отложат, разгребать будем долго.

В связи с изменениями в политической обстановки, Владимир перевёл свой дом в осадное положение. Через безопасность нанял ещё шестерых охранников, и двух действующих офицеров, как бы пребывающих в отпуске. Теперь даже за продуктами, кухарка ходила в сопровождении четырёх охранников, а Лайра, просто не выходила из дома, а всё что ей требовалось для учёбы доставлялось курьерами, и проверялось с помощью сложного узора, созданного Владимиром.

Так, отловили десяток попыток отравления и несколько взрывных устройств.

Офицеры, впечатлённые результатом работы эфирного узора, попросили Владимира сотворить такое же на КПП городка служащих Комитета Безопасности, а когда информация разошлась, и у десятков других организаций, и закончилось всё, созданием десятка узоров в императорском дворце.

Через сутки, когда узор сработал на внешне совсем неказистую корзину с зеленью, и поскольку дворцовый эфирист оказался бессилен, был приглашён профессор из столичной академии, быстро разобравшийся в угрозе.

— Тут, видите ли, государь, несколько хитрых веществ. Пока они не представляют опасности, но окислившись под действием высоких температур, в процессе приготовления пищи, станут сильным ядом. Возможно такой яд вас и не убьёт, но точно, здоровья не добавит. Ещё хочу добавить, что узор, созданный в комнате, явно превышает возможности нашей академии и всего того, что мы знаем об эфиристике.

Какие выводы сделал император неизвестно, но вдруг, стали умирать высшие чиновники Герана, вместе с генералитетом, и прочими причастными. Ардарцы тоже умели играть в эту игру, только в Геране не имелось своего специалиста для создания защитных узоров. Лишь до короля не смогли добраться, покушение вроде состоялось, но король остался жив. Но в Ардарии умели ждать.

Тегрол, ставший после бегства главой церкви, размышлял над дальнейшими действиями против империи. Южные пустоши, являлись идеальным местом для вторжения, и именно в эту территорию влито бессчётное количество энергии хаоса. Остальные пустоши, представляли собой стабилизирующие зоны, и решающего значения не имели.

Удивительной и непонятной стала лёгкость, с которой имперцы отбили две весьма непростых атаки. Портальная площадка не только разрушена, но и украдены камни на десятки миллионов, которые весьма сложно заменить. Кроме того, как-то ликвидирована сеть отравителей, и диверсантов на территории империи, а ответным ударом, королевство почти обезглавлено. Короля Герана удалось спасти, но его годы сочтены. И в такой ситуации не остаётся ничего иного, как скинуть этого дохляка — короля, занять трон самому, и кинуть армию Герата на Ардарию, подготовив под этим прикрытием создание хаотического портала.

Геранское королевство всегда существовало как олигархическая республика, несмотря на короля, и мощную прослойку дворян. Те, кто желали иметь власть, занимались производством и торговлей, а остальные тешили свою гордость в полуразрушенных фамильных замках, время от времени выставляемых на торги. Потомки некогда славных родов, не желали никаких битв и славы, а хотели лишь спокойно жить, проедая наследие предков.

Поэтому Тегролу не понадобилось много времени для перехвата власти. Он собрал самых авторитетных людей королевства, и предъявил им полутруп короля, живущего исключительно благодаря сильнейшим эликсирам. Старейший банкир королевства, имевший родословную до шестнадцатого колена, подошёл, и лично перекрыл капельницу, затем дождался окончания агонии, и взмахнул рукой.

— Пойдёмте в большой зал друзья. Здесь невероятно душно.

Торговые и промышленные короли всегда управляли королевством, так что власть перешла из рук в руки совершенно незаметно. Министры остались на своих местах, равно и как их заместители, да и прочие организации никто не трогал. Просто централизованная власть перешла к олигархам, причём в точном соответствии с доходами. Сколько миллиардов, столько голосов.

Этот механизм был понятен и принят всеми. Ну и правда, как может быть больше голосов у того, у кого меньше денег?

Таким образом сформировался совет из пятнадцати человек во главе с главным банкиром, владевшим десятью миллиардами. Естественно Тегрол, с его семью миллиардами тоже вошёл в совет, и первым вопросом стала подготовка к войне.

Для боевых действий богачи собирались собрать коалицию государств, собираясь не просто победить империю, а позже разделить её между всеми пайщиками предприятия.

Пустоши особо никого не интересовали, разве что короля фармацевтики Убира Тунго, и собственно Тегрола. Прекрасно понимая, что после открытия портала вся планета будет превращена в новый домен Хаоса, и все соглашения перестанут действовать, Тегрол попросил себе лишь маленький кусок степи, в центре пустошей, и конечно великодушный Тунго, согласился на эту уступку.

Но зато, Тегрол выбил для себя особые полномочия по суду над пленными арантийцами, и вообще забрал себе всех будущих пленных армейцев, которых ему отдали с радостью, ибо бывшие военные это в любом случае проблема, а бывшие военные побеждённой страны — проблема вдвойне.

Глава 11

Не отягощайте неприятное бесполезным.

Глава департамента Социальной помощи малоимущим Риги Миро

Канцелярия Его Императорского Величества Константина Первого, рода Рюриковичей, имеет великую радость сообщить, о рождении у цесаревны Натальи наследника мужского пола, от Князя Сумерек, генерала от инфантерии, главы Дома Утренних Сумерек, Владимира Соколова.

Милостью светлых богов, мальчик совершенно здоров, и находится под постоянным вниманием Исцеляющих и Боевых Сестёр Ковена, дворцовых медиков и Рюриковой стражи.

В честь рождения наследника, даровать Владимиру Соколову титул князя, с приставкой Великий, как по случаю вхождения в семью государя земли русской.

Небесным покровителем Рода, имя даденое наследнику — Александр.

По сему случаю, государь повелел открыть сорок сороков бочек вина, и поить горожан Москвы и всех губернских городов безплатно, также угощая пирогами и закусками, из казны.

Три дня начиная от сегодняшнего объявить нерабочими, с выдачей всем совершеннолетним жителям империи по золотой монете весом в десять граммов чистаго золота, с профилем наследника на аверсе, и гербом Рюриков на реверсе.

Тако-ж, объявить по частям и соединениям императорской армии, повышенную готовность, но отпуска не прерывать, и увольнений в город не отменять.

Медицинской службе, и всем целительским учреждениям объявить полную готовность. С отменой выходных, и отъездов далее, чем десять километров от места службы.

В остальном, всем ведомствам руководствоваться уложением «Факел».

Подписано:

Его Императорского Величества Канцелярии начальник, князь Никанор Русланович Троекуров, собственноручно.

Глава императорского Кабинета князь Агафонов, собственноручно.

Великий государь земли русской, Константин Рюрик, собственноручно.

Владимир тренировался в своём парке, когда к нему выбежала взволнованная Лайра, чтобы сообщить о приходе императорского курьера.

Широкоплечий и высокий мужчина в лейб-гвардейском мундире, передал пакет, где находилось приглашение на обед к императору.

— Сегодня, в двенадцать? — Владимир бросил взгляд на часы. — Через два часа? Отлично.

— Нужно расписаться и вернуть конверт. — Подсказал сержант и Владимир размашисто начертал на клапане «Северянин».

К императору Владимир надел ещё не ношенный светло-серый костюм итальянского стиля, с более тёмной жилеткой, белой широкополой шляпой, белым шарфиком, светло-коричневыми полуботинками. Всё вроде весьма скромное по цветам, но в таком виде в империи не появлялся ещё никто, а Соколов зная, что император тоже неравнодушен к моде, оделся именно так, чтобы вызвать дополнительный интерес именно к одежде, рассеяв таким образом интерес более личный ко всем странностям, что вокруг него творились.

Владимира сразу проводили в зал, где собирались участники обеда, для того, чтобы выйти к столу все вместе. Нового командующего армией Адзуна Тилго Владимир уже знал. Именно его жене и пошла первая партия кристаллических червей. Знал и Герлаха Стархо — председателя Комитета Безопасности Короны, а также Ниара Дахо — председателя правления Имперского банка, и Аргира Тинго — главу Промышленного комитета. Ещё трёх ему представили уже здесь. Нового начальника имперской полиции, комиссара по делам Пустошей, и командующего лейб-гвардией. Собственно, кроме Соколова, в зале собрались все руководители империи высшего звена, и судя по тому, что они не удивились присутствию Владимира, все знали для чего его пригласили.

Когда прозвучал звонок, все спокойно прошли в зал. При входе офицеры снимали головные уборы, и Владимир отдал свою шляпу, и шарф лакею.

— Император Ардарии, Герлонии и Краста, Иглор Первый!

Все встали, приветствуя государя, и после разрешающего жеста сели.

— Доброго дня, господа. — Император приветливо улыбнулся. — Полагаю, у нашего гостя возникли вопросы, и будет невежливо томить его неизвестностью. — Вас, Моро Северянин, пригласили не для ответов, хотя уверен, у каждого из присутствующих здесь масса вопросов именно к вам. И не для вопросов, которые могут у вас возникнуть в ходе нашей беседы. Скорее, я. Как суверен Ардарии, хочу выразить вам моё уважение и благодарность за помощь. И в защите от покушений, и в добыче ценных и сверхценных ресурсов, и самое главное в срыве подготовки к перевороту, продолжавшуюся уже несколько десятилетий. Конечно сомнительно, что это действительно привело бы к смене власти, но уж к смене императора — почти наверняка, чему я конечно, был бы совсем не рад.

Кстати, проанализировав ваши узоры, академики эфиристики, однозначно уверены, что нигде в мире не используются сигилы и глифы, применённые вами, да и их сложность почти на порядок превышает наши возможности.

Да, в Северных Пустошах, есть много того, что скрыто перед имперскими ревизорами и инспекторами, но вот совершенно точно не настолько. Но понимая и принимая вашу чужеродность нашему миру, мы не могли не отметить вашей лояльности Ардарии, и достаточно бескорыстной помощи нам, в решении разнообразных проблем. Но возможно есть что-то в чём мы можем помочь вам?

— Я честно говоря, не планировал что моя экскурсия затянется так надолго. — Владимир пожал плечами. — Всего-то нужно было найти одного человека, и прикончить его. — Владимир поднял ладонь. — Нет-нет. Я не наёмный убийца. Просто так сложились обстоятельства, и окончательное решение убивать его или нет оставалось за мной. Но увидев тысячи смертей, творимых по приказу этой твари, я конечно же не дрогнув откручу ему голову при первой же возможности. Кроме кровавых жертв, что вообще-то преступление во всех мирах, он готовит вашу планету под завоевание легионами Хаоса, и превращения в новый домен. Нужно ли говорить, что большинство людей этой трансформации не переживёт, а те, кто переживут, проклянут тот день, когда всё это началось.

Хаосу не нужны рабы, и не нужны люди вообще. Всех в ком есть хоть капля от Силы Мира, будут уничтожены самым болезненным способом, для того чтобы вытянуть эту силу без остатка, убивая не только тело, но и душу. Остальные в потоке хаотической энергии либо распадутся на протоплазму, либо мутируют в какую-то хтоническую дрянь.

Насколько я понял, мир Аграхт не первый для сдачи, подготовленной этим существом, но мне хотелось бы остановить его как можно быстрее. Ну как минимум потому что ваша планета мне нравится.

— А о ком вы так нелестно говорите? — Спросил маршал Тилго.

— Его настоящее имя Хардолл, более известный вам как Тегрол. Текущий глава Церкви Благодатного Хаоса. Именно на нём лежит ответственность за все кровавые жертвы, и вообще за появление Пустошей. Но несмотря на то, что таких мест по планете немало, главная точка пробоя здесь, на полуострове Андол. И сейчас даже полная зачистка Южных Пустошей ничего не изменит. Там сама земля впитала столько хаотической энергии, что уходить эта дрянь будет лет сто.

— А как же добыча? — Поднял голову Туури Градол комиссар по делам Пустошей.

— Будет потихоньку падать. — Владимир развёл руками. — Но тут я пожалуй могу помочь. Есть возможность построить маленькие порталы, через которые не пролезет никакая крупная тварь. Если аккуратно включать, не насилуя естественную защиту планеты, то можно потихоньку добывать всё что нужно. Исключая конечно высокоранговых тварей.

— Да их мы до вас и так не добывали. — Ворчливо ответил главный армейский начальник.

— Кроме того, я предлагаю сильно сократить ареал Южной Пустоши. Скажем оставить кусок сто на сто километров, а всё остальное использовать более осмысленно. Тем более, что старатели и так ковыряются на вдвое меньшей площади. Там, на этом куске, оставить десяток капиллярных пробоев в мерность хаоса, а остальную активность снизить до фона. Да будут временами вылезать разные мутанты, особенно из нестабильных животных, склонных к изменениям, но всё станет вполне по зубам обычной охотничьей команде или просто человеку с ружьём. Возьмёте пару десятков сорвиголов, посадите на полноприводные пикапы с пулемётами и мелкокалиберными пушками, и они вполне закроют девяносто девять процентов проблем. Ну а если вылезет что-то действительно серьёзное, будут вызывать штурмовики. И уж тройка штурмовых вертолётов, сотрёт вообще всё что там шевелится.

— Годная идея. — маршал кивнул. — А есть такие же годные идеи, как встретить это стадо, что полезет от Герана?

— Многого не ждите, но можно как минимум засеять там всё минами. По бездорожью много и быстро не пройти, так что двигаться будут по дорогам. И вот их, можно и нужно заминировать так, чтобы они тоже стали бездорожьем. Там на границе, насколько я знаю болота, и мест, где можно провести армию, немного.

— Мины? — Удивился маршал. — Есть у нас что-то такое, но весьма слабое. В основном против пехотинцев.

— А кто вам мешает увеличить заряд до пяти — шести килограммов, пометить его в оболочку из мелких шариков или кубиков, да вытолкнуть взрывом из земли, с некоторым запаздыванием сработки основного взрывателя? На уровне три — четыре метра, взрыв такого заряда, гарантированно выкосит всё в радиусе ста метров. А можно ещё закопать в землю трубу, в которой будет находится ещё одна труба. Вышибной заряд, поднимет внутреннюю трубу сквозь слой земли, а уже на высоте в пять — десять метров, она начнёт подрывать секторные заряды, убивающие всё вокруг. Их конечно лучше всего подрывать внутри вражеских колонн, но и так, можно настроить на давление вокруг определённой зоны. То есть разместить датчик инициации не на самой мине, а на выносном проводе. Ну и так далее.

— Если не возражаете, приглашаю вас завтра пообедать с моими офицерами. — Что-то строчивший в блокноте Адзун Тилго, поднял голову.

— Почту за честь. — Владимир склонил голову в поклоне. — Но, если император позволит, я бы приготовил свои, особые сюрпризы. Говорить о них сейчас не буду, но мне кажется, что смысл в них будет.

— Что вам для этого нужно? Иглор Первый, заинтересованно поднял взгляд.

— Да в общем ничего. — Владимир пожал плечами. — Самолёт у меня есть, топливом меня, благодаря армии заправляют везде… Остальное только время и силы. Но конечно хорошо бы в общих чертах знать, как и где накапливаются основные подразделения противника, чтобы не летать у них над головами.

Поговорили неплохо. Затем, на следующий день, Владимир участвовал в совещании в генштабе, где долго рисовал различные мины, заграждения и прочие фортификационные сооружения.

Дело в том, что в мире Аграхт, если друг с другом воевали, то в основном механизированными подразделениями, и никому ещё не удавалось прорваться через пограничные укрепления. Так что какие-то защитные сооружения они строили, но конечно же до многоэтажных дотов, и танковых армий не эволюционировали.

Но зато, существовали вертолёты, и штурмовики, вооружённые пулемётами и лёгкими пушками. Те тоже не изумляли огневой мощью, но уже хоть что-то. А ещё один нюанс заключался в том, что управляемых зенитных ракет ещё не придумали, и машина, быстро летящая на низкой высоте, оставалась относительно неуязвимой.

Под руководством Владимира, на десяток грузовых вертолётов, способных поднять до десяти тонн, навесили гору всяческого железа, включая бомбовые кассеты, и по пушке с каждого борта. На том же предприятии изготовили десяток разных мин, испытанных на полигоне, после чего комиссия дала заключение о пригодности мин к войне в текущих условиях.

Для соблюдения секретности, компоненты изготавливались на разных предприятиях, а собирались воедино на секретном подземном заводе, откуда разъезжались по подразделениям, осуществлявшим минирование дорог, мостов, и возможных проездов.

В другие аспекты подготовки Владимир не лез, предпочитая заниматься текущими делами, посещать театры, выставки и гонки вместе со своей подругой.

Но когда получил сигнал о трёхдневной готовности вражеских войск к войне, бросил всё, и на маленьком гидросамолёте вылетел к границе.

Камней у него имелось немного, но для задуманного вполне достаточно, и очистив небольшой болотный островок от деревьев и кустов и выровняв поверхность, начал рисовать фигуру пробоя. Но не просто вызова, а управляемого канала, когда он мог закрыть его в любой момент.

Когда последняя линия узора встала на место, Соколов стал понемногу вливать энергию, в структуру, открывая тонкий, словно капилляр пробой в мир Хаоса, и наблюдая за происходящим.

Эфир сразу же потёк в Нижний Мир, привлекая тварей, и уже через несколько часов, огромная площадь была забита монстрами, сражавшимися за то. чтобы хоть на мгновение подставить морду под ручеёк такой сладкой силы.

Если первые прибежавшие создания были совсем мелкими, но через полсуток, за источник сражались уже вполне серьёзные создания, а число хаоситов всё увеличивалось и увеличивалось. Наконец, Владимир почувствовав, что пора, зарядил очередное плетение, и оно стало повторять само себя, двигаясь к границе, где уже прогревала моторы огромная армия в десять миллионов человек.

Визжащая и воющая масса тварей, вырвалась из портала словно шампанское из бутылки, несясь не разбирая дороги, по тропинке сладко пахнущей эфиром. Они уже не дрались, а просто неслись со всей возможной скоростью вперёд, подгоняемые не только жаждой, но и яростью.

И только через час, поток стал ослабевать, и проводив взглядом большую стаю крокодиловолков, Владимир с чувством глубокого удовлетворения перекрыл портал.

Гидросамолёт «Калтар», что можно было бы перевести как «летучая лисица», стоял чуть поодаль от портала, привязанный длинной верёвкой, и подтянув машину к себе. Владимир уже через десять минут взлетел, беря курс на Геран.

О сути операции, знал лишь император, поэтому сюрприз удался в полной мере. Сплошной поток хаотических тварей врубился в плотные ряды армии, находящейся в походном положении. Пушки зачехлены, солдаты по палаткам, и даже патроны, во избежание несчастных случаев, под замком.

Конечно, кто-то успел добраться до патронов, кто-то достал снаряды, и твари тоже умирали сотнями. Но то, что видел Владимир с высоты, никак не походило на бой, а больше всего напоминало мясобойню. Переломанные деревья, горящая техника, втоптанные в грязь палатки, и заполошная стрельба, а по всему огромному полю, продолжают метаться твари хаоса. Собирая кровавую жатву.

Самолётик, предназначенный для картографирования, имел встроенную камеру, и естественно заряженную плёнкой, поэтому Владимир снизился до ста метров, и нажал кнопку запуска съёмки.

До маленького тарахтящего самолётика в небе, никому не было дела, поэтому отсняв апокалипсис местного масштаба, Соколов развернул машину.

Дважды дозаправившись по пути, через четыре часа сел на столичном аэродроме ПВО, и с наслаждением потянувшись, остановил механика, кинувшегося снимать кассеты с плёнкой.

— Только в присутствии контрразведки.

Когда плёнку проявили и просушили, Владимир уже спал сном праведника, а во дворце третий раз просматривали относительно короткий, всего двадцатиминутный фильм.

— Что говорит авиаразведка? — Не отрываясь от экрана спросил император.

— Подтверждают потерю почти половины армии. — Ответил командующий. — Остальная половина разбежалась и небоеспособна. Также огромные потери в технике, командном составе, и привлечённых магах. Они сразу стали убивать тварей, а те словно взбесились, и в итоге затоптали и разорвали всех.

— Прогноз?

— Думаю армию они частично соберут снова. Технику купят, но будет это уже не кадровый кулак, а банда, набранная по кабакам. Тем более, что на нашей территории их ждут незабываемые впечатления. Мероприятия по плану «Барьер» закончены, а по плану «Ответ», заканчиваются. Операция Северянина дала нам время, всё закончить и подобрать хвосты, так что всё складывается очень удачно.

Две недели понадобилось новому командованию, чтобы собрать разбежавшихся людей, и военно0полевыми трибуналами сбить их снова в одно стадо. Армия сильно уменьшилась в размерах, но и сейчас она оставалась грозной силой по сравнению с двухмиллионной армией Ардари.

Как только был сформирован ударный кулак и части второго эшелона, людей сразу кинули через границу. И сразу выяснилось крайне неприятное обстоятельство. Все дороги, тропы и возможные проезды оказались заминированы причём устройствами нового типа. Они чрезвычайно сложно обнаруживались, и ещё более сложно снимались, а при взрыве наносили чудовищные потери, так как в основном били мелкой картечью. Люди, получая даже поверхностную травму сантиметровым кубиком, летящим со скоростью в три тысяч метров в секунду, отправлялись в госпиталь, а если такой поражающий элемент протыкал хотя бы руку или ногу, до госпиталя просто не доживал, умирая от болевого шока.

Длинные вереницы санитарных машин, сильно снижали и без того невысокий моральны дух армии, но войска упрямо ползли вперёд.

Узор «Чёрного вихря» ждал своего времени в ложбинке между двух холмов с крутыми склонами, так что армии некуда было деваться как втянуться в проход шириной в полтора и длинной в пять километров. Пропустив разведку и передовые части, Владимир, засевший на вершине одного из холмов, активировал узор, и закопанные под землю накопители, стали быстро отдавать эфир, заполняя глифы.

Войска шли плотно, собираясь миновать узость, как можно скорее, и в походных колоннах. Так попросту было быстрее. Первый порыв ветра, едва качнул антенны на броневиках, принеся разгорячённым солдатам долгожданную прохладу. Лица посвежели, кое-кто даже стал улыбаться, а когда второй порыв, длинный и тугой, напрочь смахнул липкую жару, обрадовались уже все.

Солнце всё также припекало, но холодный ветер дул всё сильнее, и сильнее, пока тучи пыли не накрыли походные колонны.

Связь почему-то сразу пропала, и напрасно радисты боевых машин, и вертолётчики, запрашивали штаб. Ветер становился всё сильнее пока не превратился в ураган, а ураган, стал десятком смерчей, несущих с огромной скоростью камни, куски металла и тела людей.

В узор «Чёрного вихря», Владимир влил почти двести миллионов единиц энергии, но не пожалел ни единого эрга, наблюдая за тем, как смерчи затягивают в себя бронемашины и вертолёты, перемалывая их в металлический мусор словно в гигантском блендере.

Собранный с таким трудом, во второй раз, ударный кулак Геранской армии, перестал существовать. Да, где-то в тылу, оставались ещё подразделения третьего эшелона, но они вообще военными серьёзно не воспринимались, так как их набрали из каторжников, и всяких бродяг.

И тогда, первыми вперёд пошли эскадрильи штурмовиков и штурмовых вертолётов, добивая тыловые подразделения и вообще всё что шевелилось в прифронтовой зоне.

За ними через проходы в минных полях пошла бронетехника и люди, желавшие наконец стереть вечного врага с карты.

Владимир на своём лёгком штурмовике, слетал почти до столицы, но никаких площадных узоров не обнаружил, хотя и был уверен, что его враг что-то подобное обязательно сделает. Но, то ли ему не хватило времени, то ли ещё чего, но дорога до столицы Герании лежала открытой, и по ней, со всей возможной скоростью летела лейб-гвардейская бронеходная дивизия, стремясь не дать сбежать инициаторам войны.

Отчасти это удалось. Тяжёлые истребители, просто сбивали всё что взлетало в небо, включая грузовые дирижабли, а флот, полностью блокировал все порты, и вообще территориальные воды королевства.

Когда в город вошли бронеходчики, паника и мародёрство на улицах столицы развернулись вовсю. Отступающие подразделения третьего эшелона, набранные из всяческого отребья, решили порезвиться напоследок, и солдатам Ардарии, пришлось много стрелять, восстанавливая порядок в городе.

Но ещё до лейб-бронеходчиков, над городом прошлись транспортные самолёты, высаживая десант армейской разведки и волкодавов.

Владимир сидел на узкой жёсткой лавке транспортного самолёта, сжатый с боков парнями — десантниками, и чуть дремал, в ожидании команды на высадку. К сожалению, истребители слегка перестарались и взлётки аэродромов, оказались забиты сгоревшей авиатехникой.

Кто там попытался сбежать, будут разбираться другие люди, а у Владимира оставалась одна задача. Найти и прижучить агента Хаоса.

Поскольку скрываться уже не было необходимости. Владимир извлёк из своих запасов бронекомбез, оружие и складное крыло — параплан, для десантирования.

Парни в самолёте посматривали с интересом, но никто с вопросами не лез. Люди все военные и понимали, что ответов скорее всего не будет.

А Владимир легко скользил по волнам памяти вспоминая то свою первую высадку, то девчонок оставленных в Альвари с животиками, то цесаревну Наталью, тоже с животиком, то старых друзей, потерянных в реке времени.

На всякий случай, он оставил в дворцовой Канцелярии и у мажордома, завещание, где всё его местное имущество отписывалось Лайре Дехо, включая счёт на пятьдесят восемь миллионов, дом, и какие-то земельные владения, пожалованные императором. Пусть у девочки будет всё хорошо.

Самолёт заложил пологий вираж, готовясь встать на курс сброса.

— Приготовится!

Все деловито зашуршали снаряжением, а Владимир лишь скосил взгляд на пять зелёных точек в углу зрения.

Имплант отслеживал статус оборудования, и даже вёл счёт боеприпасам.

Массовое десантирование здесь осуществлялось также, как и в России, с аппарели грузового самолёта только всего в три потока.

Тугой ветер пронёсся по салону, когда аппарель медленно стала открываться, и в полумрак ворвался солнечный день, и ураганный ветер.

— Первая колонна, пошёл! Вторая колонна, пошёл! Третья колонна, пошёл.

Не толпясь но и не отрываясь, десантники наступали на длинный язык грузовой аппарели, и разогнавшись ныряли в объятия воздушного потока.

Владимир, как и много лет назад, привычно разбежался, но прыгнул не вперёд, а вверх, и тут же за его спиной, раскрылись чёрные крылья, и включились микрореактивные двигатели, уводя в сторону.

Капитан выпускающий, проверил взглядом все ли покинули борт, и нажал кнопку закрывания отсека.

— Видал? — К нему подошёл старший лейтенант, также контролировавший десантирование.

— Видал конечно. — Капитан отстегнул страховку, и опустился на лавку. — Я так думаю, сегодня кому-то будет очень невесело. Такие люди как этот Северянин, просто так по небу не скачут.

Глава 12

Любой жизненный путь ведёт к смерти. Вопрос лишь в том. чтобы по дороге не слишком сильно запачкаться.

Заведующий патологоанатомическим отделением проф. Рыжов Д. А.

Мир моды и индустрия красоты переживает второе рождение, и связано оно как ни странно с пока ещё малоизвестным домом Альвин — Домом рассветных сумерек. Появившийся совсем недавно, он сначала поразил волшебной красотой и естественностью матрисс Дома, и первобытной яростью его главы, но если второе вошло в рамки Тысячемирья, то женщины Дома стали подражателями устоев, открыв собственные линии уходовой косметики на основе препаратов, изменённых в энергии хаоса. Затем они предложили собственные варианты омолаживающих процедур, и вмешательства во внешность.

Но поистине революционной стало их сотрудничество со знаменитым таилонским концерном Раварон, развернувшим сеть косметических кабинетов под объединённым брендом «Белая ведьма».

Кроме того, в магазинах Раварон, появились уголки женских нарядов, созданных в Доме Рассветных Сумерек. в единственном экземпляре, что гарантирует полную эксклюзивность и уникальность облика, что уже оценили сотни моделей и представителей творческих кругов.

Медиацентр Информаторий.

«У десанта свои задачи, у меня свои». С такими мыслями Владимир заложил пологий вираж, повернул в сторону города, и командой через ассистента запустил двигатели. Крылья, не полноценный летательный аппарат, но километров сто, преодолевали легко. А тут и ста не насчитать. Десантура высаживалась над городским аэродромом, чтобы быстренько привести его в порядок, и принимать людей и технику посадочным способом. Ну и конечно часть десанта сразу пойдёт по адресам, но у них свой список. Военную разведку интересовали армейские начальники, финансисты, и вообще все, кто сможет поделиться информацией, и деньгами.

Адрес имелся и у Соколова. Точнее не адрес, а точка на карте, где свила гнездо Церковь Всеблагого Хаоса. Огромный особняк выкупленный у герцога Илтори, за триста миллионов дирал. Но теперь, им некуда уходить. Слишком много средств влито в экономику Герана, слишком много ресурсов задействовано в попытке вернуть отнятое…

Но всё равно, церковники зафрахтовали судно, и готовились грузить его ценным имуществом и набивать людьми в надежде что кто-то примет столь неоднозначную конфессию.

Улицы огромного пятимиллионного города замерли в ожидании боёв. Изредка пролетали машины городской стражи, военные колонны и пожарники, но горожан не было видно.

Владимир мягко опустился на Площади Первого Короля, пробежав метров двадцать погасил инерцию, и подождав пока крыло свернётся в походное положение, закинул его в пространственный карман.

Таких хранилища у Владимира имелось две штуки. Одно — бывшее жильё фамилиаров, а второе в кольце, добытое у покойного мага вместе с Ключом. Там в кольце лежали самые нужные предметы, как например параплан, меч, и другие предметы срочной необходимости. Ещё в браслете, на правой руке спрятался божественный доспех, а в пространственной складке фамильяров — огромный накопитель. Так что Соколов оценивал свои шансы в будущей схватке, как довольно высокие, особенно учитывая, что Хардолла сильно потрепали. Но насколько сильно — ещё вопрос, и князь предпочитал не расслабляться.

Нужный дом, находился буквально в двухстах метрах от площади, и проверив снаряжение ещё раз, Владимир бодро потрусил по улице. Там в отличие от других улиц царило оживление. Монахи в оранжево-чёрных полосатых тогах, таскали ящики, коробки, мешки и многое ещё выглядело нераспечатанным с самого бегства из Ардарии.

А рядом стояли два армейских грузовика, и кучковались солдаты гарнизона, охраняя погрузку.

Владимир сразу подошёл к командиру.

— Владимир Соколов, армия России.

— Мы и с вами воюем? — Хмуро спросил капитан, разглядывая явно иномирное снаряжение Соколова.

— К вашему счастью — нет. — Князь качнул головой. — Но в здании весьма опасный и давно зажившийся на свете говнюк, которого я сегодня достану. Вам же предлагаю свалить куда подальше, потому как в уличных боях, вы просто мясо. Смазка для ножей. До плена ещё нужно суметь дожить. И ладно бы вы охраняли детский приют, или гражданский склад продовольствия. Нет. Вы защищаете самую кровавую мразь этого мира.

Капитан словно подвис, разглядывая что-то в пространстве, после чего вздохнул, кивнул, и поднял руку. — Старшина! Собирай людей. Мы возвращаемся.

Служки, занятые погрузкой почти не обращали внимания на идущего по коридорам человека, и только у самых дверей покоев Его Святости, путь Владимиру преградили четверо здоровенных монахов, в полосатых оранжево — чёрных тогах.

— Ты не пройдёшь.

— Да ладно. — Владимир рассмеялся, и шагнув вперёд, ударом локтя снеся полчерепа одному, монаху, и выпрямляя руку воткнул кулак в лицо другому, выдёргивая кисть из кровавой каши. И крутанулся в воздухе, ударил в прыжке ломая шею третьему, и продолжая вращение воткнул локоть в висок последнему.

Постоял успокаивая дыхание, и «ударом ветра» разбивая высокие двустворчатые двери в щепки.

Глава церкви Благодатного Хаоса Хардолл, нашёлся в третьей по счёту комнате. Сидя в глубоком кресле, он попивал коллекционное вино ратимских виноградников, а одна из его учениц, трудилась между ног чавкая и урча от удовольствия.

Ещё десяток дам, разного возраста, лежало у ног повелителя глядя стеклянным взором, на Владимира.

— О, мой юный герой. — Хардолл поднял бокал салютуя князю. — Пришёл вкусить от сладости благодатного Хаоса?

— Скорее, отломить от горечи справедливого порядка. — Владимир взвёл разрядник, и вскинув автомат, сделал подряд несколько выстрелов в голову хаоситу.

— Ты же не думал, что всё будет так просто? — Удивился Хардолл, с улыбкой. — Ну-ка девочки, покажите нашему гостю, Кровавую феерию.

И в ту же секунду, женщины потекли словно горячий воск, меняя форму, на страшные человеко-звериные обличья.

Не дожидаясь окончания трансформации, Владимир выкрутил фокусировку луча на максимум, и не отпуская спусковую клавишу, стал полосовать ещё не до конца морфированных тварей, сжигая их плоть.

Воздух мгновенно заполнился дымом и вонью, но Соколов остановился лишь раз, чтобы сменить накопитель, и двигаясь ломанной кривой, продолжать жечь создания хаоса.

Когда от тварей остались лишь едва мерцающие угли, Владимир сбросил очередной накопитель, вставил новый, и покачал головой, глядя поверх прицела, затем закинул оружие в пространственный карман, вытащил свой меч и чувствуя, как божественная защита наплывает поверх бронекостюма, спросил.

— Ну, ты же не ожидал, что будет так просто?

— Я вообще мало что планирую. — Хардолл встал, и на глазах стал покрываться чем-то вроде коры, или толстой бугристой кожи. Хаосит нырнул рукой куда-то в туманное марево, появившееся у левого запястья, и вытащил чёрный словно ночь, длинный прямой меч, с тонкой двуручной рукоятью, и простой крестообразной гардой.

— Дыхание ночи. — Хардолл любовно прошёлся пальцами по лезвию. — Знаешь сколько Мастеров Порядка, он выпил? Больше десятка! Ты будешь двенадцатым. — Крутанув меч, он нанёс мощный удар сверху, и слегка удивился тому, как легко ушёл от удара его противник.

— Не буду. — Владимир начал движение из нижней позиции, направив движение черного меча вниз, контратакуя ударом ноги, и узором «Чёрной пыли» влив в него почти пять миллионов единиц.

И если от удара, Хардолл успел уклониться, то узор настиг его, и защитная сфера ярко вспыхнула, и погасла, на мгновение оставляя адепта хаоса без энергетического щита, но Владимир предполагавший такую возможность, переложил меч, изменяя направление удара, и коротким взмахом отсёк врагу левую руку.

— Это будет интересно. — Хардолл не изменившись в лице, крутанул меч и снова кинулся в атаку. Но вторая рука, нужна не только для того, чтобы выхватить короткий клинок. Она играет важнейшую роль в балансе, и движениях, поэтому хаосит стал проваливаться на длинных взмахах, и Владимир наконец подловил его, вспоров коротким взмахом грудину.

Броня церковнику не помогла, и меч окутавшись облаком алых и синих искр, легко вошёл в живот, выйдя из шеи.

Но рана уже затягивалась, а рука почти отросла, но пока не обзавелась нормальными мышцами.

— Чёрт, да когда же ты сдохнешь? — Владимир крутанулся, отсекая правую ногу по колено и вогнав пальцы в щёку Хардолла оторвал нижнюю челюсть, и развернув меч, воткнул в макушку, пронзая до паха, и дёрнув меч, почти разделил тело пополам, и вновь обрушил узор Чёрной пыли, гарантированно выжигавший любые виды энергии.

На глазах у Владимира, тело хаосита стало осыпаться невесомым пеплом, таявшим в воздухе, но в какой-то момент, что-то громко хрустнуло, и вместо оплывающего пеплом мертвеца, возникла серая точка пространственного пробоя, через который полезла такая страшная образина, что Соколов не думая обрушил на морду удар меча, и когда клинок обиженно звякнув отскочил, а следом, пасть раскрылась, выдернул из пространственного кармана, тяжёлый цилиндр хандской инженерной мины, и воткнув его между челюстей, отскочил в сторону, окутавшись облаком защит.

Заряд гарантированно сносивший бетонную опору двадцати метров толщиной, взорвался так, что крышу и часть стены дворца просто унесло ударной волной, а Владимира отбросило в соседний зал прямо сквозь две стены.

Но такого обращения образина не перенесла, оставшись без головы, и на глазах, обезглавленная шея втянулась в глубину портала, и он через секунду закрылся, сжавшись в точку.

— И это всё? — Владимир опираясь на меч, чтобы не потревожить сломанную ногу, зажатую комбезом в обездвиживающий кокон, подошёл к месту боя, морщась от боли в рёбрах нагнулся и провёл ладонью по чёрной искристой пыли в которую превратился Хардолл.

— А что ты хотел? — Рядом открылось окно портала, и в окне появилось лицо Мастера Альбо, всё также возлежавшего на шезлонге. — Он уже настолько пропитался тьмой, что и человеком-то уже не являлся. Кстати, о его хранителе я ничего не знал! — Мастер пыхнул трубкой. — Это та тварь, которой ты оторвал голову. Тоже надо сказать серьёзное животное. — Альбо взмахнул рукой, и Владимир снова перенёсся в пространство лабиринта, как был в божественной броне поверх штурмовой, и с мечом в руках, а временная резиденция Церкви Благодатного Хаоса, просто расползлась, на глазах превращаясь в серую пыль, растекаясь по улицам словно вода.

Регенерация уже почти восстановила тело, и Владимир присел в кресло, чувствуя лишь лёгкий зуд, там, где организм латал повреждения.

— Справился отлично. — Мастер, кивнув, снова затянулся выпустив тугой клуб дыма, имевшего почему-то красноватый оттенок. — Теперь я наконец смогу выбраться отсюда. Большая часть ловушек питалась от Хардолла, и все они сейчас рассыпались.

— Что-ж, — Владимир встал, опираясь на меч, и крутанув его, спрятал в кольцо. — Был рад помочь. Надеюсь вы так больше не попадётесь.

— И всё? — Альбо громко расхохотался. — А как же несметные сокровища, и толпы девственниц?

— Ну девственниц, это ты, давай сам ищи, а сокровища… — тебе сколько надо?

— Молодец. — Он неожиданно сел на своей лежанке. И повертев в руках трубку, отбросил её в сторону, пояснив. — Лечебный артефакт. Лежанка стабилизировала потоки, а трубка латала порванные каналы. Ещё бы лет сто, и бы сам начал ломать ловушки. Смотри. Проблема прежде всего в том, что ты уже продвинулся очень далеко, и всё что я могу сделать, тебе уже или слабо, или поздно. Но кое-что у меня, а теперь и у тебя есть. — Мастер растворился в воздухе, и появился через несколько минут с шестиугольным прозрачным камнем насыщенного синего цвета, с золотыми точками по всем шести граням.

— Ключ Магистра Хаоса. — Альбо вытянул руку, и Владимир увидел, как из двадцати четырёх золотых точек, засветились двенадцать. — Половина. Что вполне соответствует положению этого мира на границе Хаоса и Порядка. Ключ предназначен для взлома внутренней защиты мира. Процесс небыстрый, и пока камень на планете — неостановимый другими способами. Нужно всего лишь чтобы он находился в том мире, который подвергается взлому. Но если процесс открытия мира Хаосу долгий и весьма затратный, то вот в обратную сторону, всё работает куда проще, и закрывать линии, он может почти мгновенно. Но учти, что мир полностью закрытый от хаоса, обречён на медленное вымирание. Капля Хаоса есть даже в Сердце Мира, и эта капля очень активного Хаоса. Так же в середине Бездны Хаоса, лежит Жемчужина Порядка, и это тоже абсолютно необходимая вещь, для жизни всего Нижнего Мира.

— Наверняка есть Ключ магистра Порядка? — С улыбкой предположил Владимир.

— Наверняка. — Мастер рассмеялся. — Но тебе пока хватит и этого.

Из подземелья, расположенного неизвестно где, Владимир вышел прямо в расположение лагеря, разбитого у подножья горы. За время его отсутствия, лагерь превратился в настоящий военный городок, где нашлось место даже для бронетехники, причём не российского производства, а хандского. Его заметили не сразу, но, когда заметили, от ведьм, и мужчин явственно полыхнуло радостью, а через секунду, Алла Курбатова, уже повисла на нём, с коротким визгом.

Не отпуская его руку ни на мгновение, провела через портал в степной городок, оттуда в его апартаменты в Доме, и лично раздев догола, стала отмывать его, словно драгоценную вазу. Ещё через несколько минут к ней в огромном бассейне присоединились другие высшие, устроив вокруг Владимира весёлую возню.

Ведьмы, живущие уже не одно столетие, конечно родили в начале жизненного пути одного или несколько детей, но беременность, случившаяся после стольких лет жизни, что-то изменила в них, наполняя женщин светом и теплом и делая каждую, неотразимой красавицей.

А после, когда он оделся, всей толпой повели на этаж ниже, где располагались покои Высших, и гордо провели по комнатам, где сопели, играли, или чавкали, пуская молочные пузыри двенадцать бодрых карапузов. Мальчишки и девчонки выглядели вполне здоровыми, а младшие ведьмы, суетящиеся вокруг них, деловитыми и подтянутыми.

Мальчишка, возившийся с мягкими игрушками, вдруг поднял голову, и увидев Владимира, поднял руки и потянулся вперёд.

Князь легко подхватил крохотное тельце, и аккуратно прижал к груди вдыхая терпкий запах малыша.

— Виктор Соколов. — Подсказала Кларисса де Брие, шагнув вперёд, с сияющими глазами.

Со своими жёнами, Владимир пробыл трое суток, а после поехал по предприятиям и научным центрам Ковена, Дома и своей компании, вникая в дела и разбираясь с накопившимися вопросам.

К его удивлению, всё работало отлично. По сути ничего не требовалось менять или подгонять. А вот наградить кое-кого следовало, и по результатам полугодового отсутствия, Владимир раздал больше ста миллионов рублей премиями и ценными подарками.

Конечно посетил и Наталью Рюрик, родившую от него мальчишку. С учётом того, что каждая Высшая получила бальный гарнитур из новой коллекции таилонского концерна «Раварон», Наталья получила такой же гарнитур, роскошную машину альварийского производства, и десяток других подарков, плюс «Большой охранный амулет», изготовленный Клариссой, и заряженный под самую крышку, в источнике Трона.

Собственно, на этом, все текущие дела были закончены, хотя у Владимира ещё оставались некоторые претензии к экипировке, которые он принялся исправлять. Снова зарядил накопитель, проверил оружие и боеприпасы, добавил к лёгкой броне, комплект тяжёлой, правда в разобранном виде, и добавил аптечек производства лави, славившихся быстродействием, и качеством заживления ран.

Попутно проверил все свои планеты включая Землю, и увидев, что горят восемнадцать огоньков из двадцати четырёх, погасил шесть, выровняв потоки хаоса и порядка. Да, магии на этой Земле станет меньше, но и количество всяких тварей тоже сильно упадёт. На остальных планетах всё находилось в равновесии, а проверив ради интереса Эрисанд, удивился так как на главной планете Альвари, зажглось всего пять точек, что говорило о крайне низком проникновении Хаоса.

Ответ на этот вопрос сразу же нашёлся в сети, и суть его состояла в том. что магия хаоса и магия порядка это разные вещи. И возможно полностью магичить опираясь на чистую энергию того или другого вида, но если планета находится вне потока Порядка, то отсечение её от силы Хаоса приведёт к тому, что магия на ней просто исчезнет, выродившись в редкие чудеса. Поэтому и не стоило торопиться, отсекая потоки Хаоса к планетам. Да, в случае с Землёй это зашло уже слишком далеко, но вот у других планет, находящихся в сфере внимания Владимира, всё находилось в относительном порядке, и он ничего менять не стал.

А вот изменения на Земле, стали происходить довольно серьёзные. Мэллорн конечно защищал планету, но сам являлся вовсе не несокрушимым барьером. А вот когда количество потоков Хаоса резко сократилось, сразу пошла на убыль активность в Проклятых Землях, и вообще количество спонтанных прорывов упало до фоновых значений, к тому же с лёгкостью ликвидируемых вооруженными силами.

И первыми по кому ударило сокращение земель Хаоса, стали европейцы. Их собственные поля хаоса стремительно деградировали, добываемые там ресурсы закончились, и даже на поддержание долгой жизни элиты, перестало хватать энергии и добываемых веществ. Но поскольку Европа — вот только что пребольно получила от России, фактически израсходовав свою армию, грабить других стало просто нечем. И ураганом по планете понеслись дипломаты, договариваться о сотрудничестве. Прижатые к Тихому океану индейцы из Союза Племён, получили все требуемые свободы, и территории, чтобы влиться в Североамериканскую Федерацию, на правах отдельных государств — гуронов, апачей, и ряда других племён. Ходили слухи что индейских вождей попросту купили, но всему миру на это было наплевать. Гораздо сильнее их интересовало почему это везде по планете проклятые земли истаивают и прекращают существование, а в России пять территорий отведённых для добычи ресурсов, всё также полны хаотической живностью, растениями и прочими полезными ресурсами.

Разумеется, академик Топорков, и император Константин, обо всём знали, но ни с кем делиться не спешили.

Теперь добычей ресурсов занимались специально организованные артели, получавшие допуск и все необходимые разрешения и никаких вольных искателей на территорию полей хаоса, не пропускали.

Ещё одним важным изменением, стала ситуация с продлением жизни элиты и содержанием тех, кто превратился в «Кровавого демона». Нужных препаратов осталось так мало, что цена на них взлетела в десятки раз. И если раньше Россия продавала компоненты и сами препараты, то сейчас, их просто перестали продавать, и в Европе, началось быстрое старение тех, кто нуждался в ежедневном приёме. В перспективе, в течение года, должно было обновиться всё руководство промышленностью, финансами и королевских домов, что грозило династическими и финансовыми войнами и рассматривалось Россией весьма положительно. Пусть европейцы искупаются в собственных помоях, если не умеют жить как добрые соседи.

Владимир в этой работе не принимал участия, так как хватало специалистов, а во-вторых, у него и в собственных подразделениях хватало вопросов. Консультанты, приглашённые от Межмирового банка Тысячемирья, помогали выстраивать финансовые и производственные цепочки, втискиваясь в и без того плотный процесс, отвоёвывая рынки, доли, и вытесняя особо непонятливых конкурентов. Да. Пока амбиции Дома, не простирались особенно широко, но это только пока, и консультанты закладывали почву для будущих прорывов и экспансии.

Корпоративные войны, могли сожрать и куда более крупную компанию, но Дом, которому покровительствовали все Старые Расы, кроме кровососов, имел такую устойчивость, что с ним просто не связывались. Просто потеснились давая пространство, и все сделали вид что всегда так было.

Конечно, когда Дом укрепится и потребует новых рынков, тогда начнутся трения и возможно столкновения, но пока, со своим крошечным оборотом, Рассветные сумерки никому не угрожали.

Владимир как раз закончил инспекцию по финансовому сектору Дома, и работал с документами, на полукруглом виртуальном экране, когда в кабинете открылся портал, и оттуда вышел мастер Альбо.

— У нас проблемы.

Глава 13

Случайность — это закономерность, организованная не вами.

Руги Талго «Капля крови в бокале вина»

Верная примета нашего бурного времени техника и оборудование иных миров, вдруг появляющееся в наших городах. Совершенно фантастические украшения на Верховных Ведьмах, и цесаревне Наталье, затмили даже ювелирные изыски от Алмазного Дома, и компании Каретникова. Первые красавицы России прибыли на традиционный Летний Бал, на изящных летающих машинах, поражающих не только изяществом линий, но и богатством и красотой отделки, причём у всех Высших, и у Принцессы, машины разных моделей, и с разной отделкой, соответствующей характеру каждой из дам.

Но Князь Сумерек, славящийся своей щедростью, сделал не менее роскошный подарок столичной полиции, и Скорой помощи, приобретя им пятьсот летающих машин, более скромного вида и отделки, но предельной надёжности, и прочности, что куда важнее для медиков и правоохранителей.

К особо ценным дарам Князя, следует также отнести огромный накопитель в триллион единиц, для Московской Академии Энергетики, и полный комплект оборудования для Центральной детской Больницы имени императрицы Софьи.

Московская сплетница 17 июля 1969 года.

Пройдя через портал, Владимир оказался снова на той же лесной полянке, где стоял шезлонг, только теперь она плавно переходила в морской берег, с пляжем из мелких прозрачных камешков разного цвета, на которые мягко накатывался прибой волн лазоревого цвета.

Но рядом с лежаком, стояли два кресла, и столик между ними, с бутылкой и парой бокалов.

— Садись. — Мастер кивнул на кресло, и сел сам, потянувшись к бутылке, вытащил пальцами едва торчащую пробку, и плеснул в бокалы.

— Давай за твою удачу. — Он словно воду выцедил вино, и откинулся на спинку, в ожидании, когда Владимир допьёт бокал. — Значит так. Хардолла ты конечно прикончил, но как ни странно проблема не рассосалась. То есть то, что связано именно с ним — да. Вон, его убежище полностью отвязалось от прежнего владельца, а это говорит о смерти ядра души. И его Ключ у тебя. Но достаточно неожиданно как для меня, так и для всего Ордена Порядка, атака на всю ветвь планет продолжилась. Непонятно как, непонятно кем, и вообще всё очень странно. С высочайшей долей вероятности, мы предполагаем, что это ловушка на того, кто придёт исправлять ситуацию. И вот тут у нас есть джокер. — Альбо качнул пустым бокалом в сторону Виктора. — Мы, я имею в виду всех Мастеров Порядка, светимся в эфирном диапазоне, словно ёлки, а ты вообще — одно серое пятно, что отчасти объяснимо. Ты же до сих пор в человеческой оболочке. Плюс ты внутри нейтрален, то есть в тебе все энергии находятся в равновесии. Конечно таким образом тебе недоступны мощные узоры Порядка и Хаоса, но зато тебя не вычислить никаким детектором. И самое главное, ты не принадлежишь никакому Ордену.

Предвосхищая вопрос, «а для чего это лично тебе», отвечу. Прямо сейчас — настоящая артефактная броня, принадлежавшая Ардоллу Серому, плюс, меч Сардиора Отшельника. Не по тебе вещи эти, но — приказ старшего координатора, не обсуждается. — Альбо провёл рукой над столом, и на его поверхности возникли два глухих узких браслета из тонкого металла. Один серый, матовый без узоров, и украшений, а второй желтоватый, словно из старой бронзы, с угловатым рисунком. — Наденешь, уже снять не сможешь. — Предупредил Мастер. — Даже если отрезать руку, всё одно останутся. Только переместятся куда-нибудь ещё. Кто у тебя там в секторе самый наглый? Сеус вроде? С таким набором сможешь его спокойно прирезать, и вообще устроить в вашем божественном курятнике геноцид. Ну если захочешь.

На этот раз Владимир смог нормально попрощаться, раздать ценные указания, и дать задания к его возвращению. Матрисс конечно пребывали в печали, но понимали, что такого как их князь, на поводке не удержать.

Поэтому через портал по ту сторону, Князь вывалился в достаточно растрёпанных чувствах, и увидев в свете городских фонарей троицу совсем босяцкого вида, мгновенно положил их всех в кучу, даже не спрашивая, как звали.

К счастью, языками озаботился мастер Альбо, от чего в голове слегка шумело и туманилось, но это не помешало Соколову быстро обыскать трупы, вынув из карманов и разложив на одном из тел добычу.

Небольшая кучка бумажных и металлических денег, с надписью Госбанк Республики Анор, неряшливая потёртая книжечка, с фотографией, и данными на одного из покойных, с надписью Республика Анор, ещё пара бумажек, где совсем ничего не читалось, кастеты, вытертый до белизны револьвер с тремя патронами в барабане, какие — то семена в бумажном пакетике, видимо местный заменитель семечек, пара ножей, и собственно всё.

Уничтожив всю органику узором «Серого пепла», Владимир отряхнул штаны, встал, и огляделся более подробно. Переулок, в котором он оказался, выходил на плохо освещённую улицу которая в свою очередь упиралась в ярко освещённый проспект.

К сожалению, кроме языка, мастер Альбо не вложил ему в голову ни знания о местной географии, ни о политической ситуации, и всё это следовало как-то выяснить, желательно не попадаясь правоохранителям.

Дома по улице, куда выходил переулок, выглядели вполне прилично, и непонятно что тут делала троица совсем босяцкого вида, а оглянувшись, Соколов понял, что покойники планировали ограбить дом, притащив откуда-то лестницу, чтобы по ней взобраться на пожарную лестницу, а оттуда видимо попасть в сам дом.

Уничтожив корявую поделку безвестного столяра, Владимир подпрыгнул и зацепившись руками за перекладину на уровне второго этажа, ловко, словно ящерица по дереву, взобрался по лестнице на самую крышу, и там действительно находилась дверь, закрытая на ключ, что вообще проблемой не являлось. Обследовав конструкцию с помощью эфирного зрения. Соколов достал из пространственного кармана футляр с отмычками, и через пару минут, уже спускался в темноту дома.

Когда он огляделся с помощью узора «кошачий глаз», стало понятно почему урки выбрали именно этот дом. Везде лежал тонкий слой пыли, и присутствовали следы торопливых сборов — валялись коробки, какие-то книги, постели не убраны, а на кухне следы торопливого завтрака. Непонятно почему это всё не убрала прислуга, потому что дом из трёх этажей, и двух десятков больших комнат, одной хозяйке убрать не под силу.

Но присутствовали и разнообразные ловушки от воров. Часть из них разрядилась из-за предметов, валяющихся прямо на линиях, частично едва мерцали будучи незаряженными, а пару штук пришлось разрядить.

А внизу, в прихожей, на полу у входной двери, валялось целое сокровище — десятка два газет и журналов перехваченных бумажной полоской, со штампом почтового отделения.

Устроившись с относительным комфортом на кухне, Владимир прибрал объедки, помыл посуду, и достав из пространственного кармана бутерброды нарезанные Галей, и бутылку кваса, принялся читать газеты, вникая в местные реалии.

Планета в целом находилась на уровне 19 века Земли. Уже появились автомобили и самолёты, хотя основное пассажирское сообщение осуществлялось с помощью дирижаблей, поездов и морского транспорта.

Два материка, около пяти десятков государств, из которых десяток крупных или сильных, а остальные довольствовались местами зрителей на политическом спектакле.

Республика Анор, где очутился Владимир, занимала большую часть материка Алгарда, и тянулась от субтропиков северного полушария, почти до южного полюса. Страна хоть и не являлась лидером научно-технического прогресса, но и в хвосте не плелась, уделяя особое внимание летающему транспорту — дирижаблям и самолётам, что подразумевало хорошую инженерную школу. А кроме того, в республике очень серьёзно занимались дорогами в том числе и железными, по которым уже ходили не только паровозы на угле и мазуте, но и тепловозы, с дизельными двигателями.

В целом же Анор представлял собой обычную парламентскую республику власть в которой оспаривали старые землевладельцы, в лице дворянских семей сохранивших часть привилегий, новые промышленники, и банкиры. Народу в этом раскладе доставалась роль свадебного генерала, которому если и давали слово, то только для прославления новобрачных. Правда, порой в борьбу вступала партия лавочников, но выглядело это весьма слабо.

Владимир читал быстро, и ко второму дню, прочитал всё что было в доме, исключая лишь сотни томов по уголовному законодательству и праву вообще. Хозяин дома как видно занимался юридической практикой, но и другими источниками не брезговал. Так в доме в библиотеке нашлась двадцатитомная «Энциклопедия Мира», двухтомный «Анатомический Атлас», и даже трёхтомник, «Пистолеты и Револьверы», что заняло его ещё на целый день.

Теперь, когда он хоть как-то ориентировался в обстановке, снова выбрался на крышу, закрыл за собой замок, и спрыгнув на брусчатку в переулке, спокойным шагом отправился в меняльную контору, адрес которой подсмотрел в телефонном справочнике, и даже выяснил текущий курс золота.

С собой у князя, имелось около двух тонн золота в виде золотого песка с мелкими слитками содержанием около 85 процентов. Такое золото добывали повсюду, и в том числе на островах, принадлежащих королевству Ихнар. Добывалось оно относительно просто, а вот прорваться через плотных заслон береговой охраны и пограничников, было гораздо сложнее. Тем не менее, золото утекало контрабандными каналами, и охотно скупалось ювелирами.

Поменяв десять килограммов золота на деньги, он стал обладателем пачки наличных примерно в сто тысяч аруби, что уже позволяло как минимум переодеться из неброских штанов и куртки во что-то более приличное, и снять квартиру.

К счастью в столице, этого хватало навалом, так что уже к вечеру, Владимир, одетый по местной моде как дворянин средней руки, знакомился вживую с местной кухней в ресторане Угорский Странник, сняв двумя этажами выше вполне приличный номер из трёх комнат, и не подозревая какую волну успел породить своим появлением.

Хрипя и придыхая, почтенный торговец рассказывал по телефону, историю покупки крупной партии золота.

— И ты знаешь, хорм геар, я такую рожу даже в портовых тавернах не встречал. Ну я тебе точно говорю, душегуб, как он есть. Глаза холодные, волос светлый, сразу видно — северянин, а им человека прибить — что муравья. Слышал Пуги Толстый с дружками исчез? Я тебе говорю вообще, начисто. Словно не было человека. Собрал дружков, повёл на дело, и пропал, как в воду канул. Люди даже в Медицинский институт ездили, ну туда где все неопознанные трупы сваливают. Нет его. Ни его ни дружков. А этот, слышь, северянин, который, так мне на стол узелок с песком шмяк, и смотрит своим ледяным глазом. И ты знаешь, что-то мне сразу захотелось в толчок. Ну серьёзно. Так я ему и газету с дневным курсом показал, и взвесил по-честному. А там веришь, вот ровно восемь кун. Ну и рассчитался тоже. Дал новенькие купюры, а не рвань всякую. И вот знаешь, стоило ему уйти, так какая благодать на меня спустилась словно прям боженька рукой взмахнул… Господи, думаю, как хорошо-то что я его не стал нахлобучивать…

Граф Интор Ру Аскоми, высокий широкоплечий мужчина пятидесяти лет, в строгом «служебном» костюме и пыльнике уехавший к клиенту так внезапно, что даже не успел вызывать приходящую уборщицу, открыл дверь, и уже занёс ногу, чтобы перешагнуть порог, как остановился, и цепким острым взглядом осмотрел прихожую, Несколько газет, как им и положено валялись у двери, а остальные аккуратно лежали стопкой на столике у зеркала распечатанные.

Осторожно пройдясь по всему дому, граф внимательно проверил двери, комнаты и особенно тщательно кухню, поднялся по лестнице к двери на крышу, и поднявшись наверх, осмотрел тротуары, прилегавшие к дому через сложную конструкцию с линзами и фильтрами.

Затем прошёлся по кабинету, подмечая малейшие неправильности, вроде чуть глубже чем обычно задвинутой книги, или отсутствие пыли на столе. Присев в кресло в кабинете, бросил короткий взгляд на полки с книгами и поднял трубку телефона.

— Гарви, привет. Да, уже приехал… Всё оказалось просто. Падчерица герцога, решила уморить его наследника, чтобы самой стать герцогиней. Конечно дура. Лаборатория сразу обнаружила следы яда, а дальше дело техники. К тому же титул так не наследуется. Но откуда ей об этом знать? Но я вот зачем тебя беспокою. Разыщи-ка мне человека. Рост около двух метров, волосы светлые, плечи широкие… вес, судя по следам на кресле кабинете, больше ста килограммов, но я думаю не толстый. Нет, просто найти и сказать мне где он живёт. Гарви, я повторюсь. Просто найти. Остальное я уж как-нибудь сам. — Граф пальцем прижал рычаг, сбрасывая соединение, и снова набрал номер.

— Агентство Кристалл? Да, это Граф Интор. Пришлите пару человек ко мне домой. Пусть приведут мою берлогу в порядок.

Собирая по крупинкам историю этого мира, Владимир никак не мог понять, почему Мастер Альбо вообще его сюда засунул, при этом весьма щедро заплатив авансом. Мир как мир. Торгуют, воюют, скандалят, и гадят друг другу открыто и исподтишка. Магия развивалась в основном технологическая, связанная с производством, и медициной. Боевой раздел выглядел откровенно убого, и в военных раскладах не учитывался, хотя на бытовом уровне, вполне можно было схлопотать паралич в тёмном переулке, чтобы очнуться с пустыми карманами, или от какого-нибудь перепившего студиозуса, огненным шаром. Конечно от всего этого защищали антимагические амулеты… ну, тех кто мог себе такое позволить. Но у всех полицейских имелся значок, выполняющий в том числе и защитную функцию, а у оперативников полиции и безопасности амулеты, стреляющие заранее заложенным конструктом. Как правило параличом, но судя по новостям, делали варианты и посерьёзнее.

Но в основном маги трудились на производстве в клиниках и аптеках, не занимаясь всякой ерундой типа войны. Ею должно заниматься людям в погонах, вот пусть они и трудятся. А маг, занятие почтенное, солидное, суеты не терпящее. Пока один кристалл зарядишь, пока узор нарисуешь, да проверишь его раз двадцать, чтобы не приведи боги, сила не утекла даром, и только после этого, собственно и начиналось волшебство. А война… Ну какое там волшебство? Скачи быстрей, руби сильней, труби громче, воруй тише.

Случайный сосед за столом, подсаженный метрдотелем, разглагольствовал об искусстве магии, при полном попустительстве Владимира, тоже интересующегося данным вопросом, и именно в прикладном аспекте. А профессор столичного университета Магрон Ру Силан, разливался соловьём, делясь общеизвестными фактами с таким видом будто раскрывал сакральное знание неофиту.

Но Соколов с заинтересованным лицом кивал, соглашался и вообще стимулировал активность собеседника.

Расстались они словно старые друзья, обменявшись визитками. На профессорской карточке, значился Первый Республиканский Университет, факультет маговедения, а у Владимира, скромно значилось, «консультации по разным вопросам».

Но не успел профессор уйти, как мэтр подвёл к столику ещё одного мужчину. Этот выглядел полной противоположностью говорливому магу. Идеально сидящий полуофициальный костюм, прозванный здесь «служебным», за возможность посещать в нём официальные учреждения, короткая стрижка седых волос, тонкая, но явно тяжёлая трость, которую осторожно принял официант, и стальной взгляд серых глаз.

— Вы позволите?

— Разумеется. — Владимир встал, подождал пока мужчина сядет, и сел снова. Чему обязан?

— Да так сразу и не скажешь. — Мужчина рассмеялся. — Позвольте представиться граф Интор Ру Аскоми. Консультант.

— Так мы с вами коллеги! — Владимир радушно улыбнулся. — Я знаете ли тоже консультант.

— Вот именно поэтому, я и хотел с вами поговорить. Вы зашли в переулок возле дома номер четырнадцать, по Липовому Бульвару, примерно в семь часов вечера, и обнаружив двух висельников, убили их, а прах развеяли каким-то мощным амулетом. Нужно сказать, что о таких изделиях я только слышал, но видеть не приходилось, несмотря на мою богатейшую практику. Затем вы каким-то образом взобрались по пожарной лестнице, на чердак, вскрыли замок, и попали внутрь дома. Пока всё в сценарии ограбления. Но далее начинается даже не мистика, а полное смешение жанров. Вы ничего не ищете в доме, а наоборот, убрали некоторые вещи, лежавшие на полу, вымыли посуду, и зачем-то перечитали кучу газет, аккуратно сложив их в прихожей. Не взяли ни крошки еды, хотя холодильник был битком, и не прикоснулись к коллекции бутылок. А у меня там не просто редкие, а редчайшие экземпляры. Не прикоснулись к ящикам стола, и даже протёрли пыль, видимо, чтобы не пачкать книги, доставаемые с полки. И видимо удовлетворив своё любопытство, покинули мой дом, не забыв закрыть за собой дверь. Я прошу вас правильно меня понять, но вы, простите кто? Джентльмен, случайно оказавшийся один в чужом городе? По вас не скажешь.

— Скажем, так. Я джентльмен, оказавшийся один, и на короткое время без средств, так что ваш гостеприимный дом приютил меня на несколько очень важных дней. И естественно, я постарался ничего не сломать, и не оставить после себя дурную память. А что до тех идиотов, что пытались к вам залезть… это так. Попутно. Надеюсь у вас нет ко мне претензий?

— Да бог с вами, какие претензии. — граф Интор взмахнул рукой. — Я так понимаю, если бы не вы, эти висельники залезли в дом, и самое малое, обворовали его. Но скажите, как вы обошли ловушки? Мне их ставил сам Лурго Десси!

— Начнём с того, что на ловушках нельзя оставлять вещи. Они, когда вы покидаете дом активируются, и естественно энергия утекает. Часть из находилась вообще в разряженном состоянии, а две активных я просто погасил, а когда уходил, снова включил. И те, что не работали тоже.

— То есть, вы свободно работаете с эфирными узорами?

— Да. — Владимир склонил голову в поклоне.

— И я так понимаю, с эфирными машинами тоже?

— Если будет время разобраться, то да.

— Всё удивительнее и удивительнее. — Граф покачал головой. — А простите, что у вас за очки?

— Очки? — Удивился Владимир.

— Только не говорите мне, что видите линии узора без очков. — несколько нервно произнёс Интор.

— Совершенно верно. — Владимир кивнул. — И не только линии. Даже ваш плохо залеченный шрам на плече, и правое колено, на котором какой-то лечебный амулет. Пулевое ранение я так понимаю?

— Н-да. — Интор задумчиво почесал кончик носа. — Я вначале полагал, что вы из Сарнака или Ирингара, но могу точно сказать, что таких специалистов и там нет. Но, мой интерес к вам переходит в насквозь практическое русло. — Граф кивнул официанту, принёсшему бокал с вином, и розетку с печеньем. — Вначале вы меня заинтересовали именно как своего рода феномен. Влезли в чужой дом, и мало того, что ничего не взяли, а даже немного навели порядок. Просто захотелось взглянуть на вас поближе. А теперь я понимаю, что наше с вами знакомство — есть знак свыше. Я сейчас поясню. Дело в том, что я занят весьма опасной деятельностью, а именно частными расследованиями. И так получилось, что моего давнего друга и помощника, ранили, и он сейчас находится в военном госпитале столичного гарнизона. Врачи обещают вернуть его к жизни, но никакой активной деятельностью он конечно заниматься не сможет. Но, сильные мира, нуждаются порой в услугах не только адвоката и поверенного в делах, но куда чаще внимательного и въедливого человека, способного пролить свет на возникшие вдруг тайны и секреты. Платят более чем щедро, так что хватит даже на разгульную жизнь. Но для вас главное, что с моей помощью, вы получите не просто безупречные документы, но и биографию, что никому не помешает. Например, титул герцога Чархэма? Старый герцог Чархэм, мой давний друг, бездетен без приличных родственников, и к сожалению, находится при смерти, так что он спокойно отдаст титул, и даже что-то там по завещанию…

— Мои обязанности — ваша безопасность? — Уточнил Владимир.

— Не только. — Граф кивнул, довольный переходом разговора в практическое русло. — Дом, загородное поместье, кабинет в здании Лиги Юристов и ещё пара мест. Но самое главное, наша охрана в дороге. Яды, пули, узоры… всё что может помешать нам.

— Яды, это просто, пули… если не случится стрелка с дальней дистанции с какой-нибудь совсем адовой пушкой, то тоже решаемо, узоры — совсем просто.

— И вы даже не спросите сколько я вам буду платить? — Удивился граф.

— Как ни странно с деньгами у меня полный порядок. — Владимир усмехнулся. — Да и с документами уже начал искать подходы. Но мне вдруг подумалось, а почему бы и нет? Когда ещё придётся побыть в роли ассистента знаменитого сыщика?

Глава 14

Мудрость — друг осторожности, и враг любопытства.

Гиори Ру Алагор. Генеральный прокурор республики Анор.

История с ранением ассистента графа Интора, профессора Первого Республиканского Университета, ещё не успела забыться, как граф появился на публике с неизвестным никому совершеннейшим громилой, ростом под два метра, широчайшими плечами, словно у циркового атлета, лицом поэта и глазами висельника.

Но дамы, сразу оценившие стать молодца, поделились с нашим корреспондентом, мнением, что мужчина несмотря на огромные размеры, прекрасно воспитан, отлично танцует, и полон замечательных анекдотов, ещё не слышанных никем.

Но все те, кто желал внести ещё одно имя в свою книжечку побед, уходят ни с чем, так как юноша, предпочитает девиц из ночных заведений, риску оказаться у алтаря об руку с невестой.

Столичная Вечёрка. 5 алтау 1263 года.

Так Владимир переехал из гостиницы обратно в дом знаменитого частного детектива графа Интор Ру Аскоми, что означало, граф Интор, из рода Ру Аскоми. Владимир несколько раз натыкался на это имя, когда перечитывал новости за две недели, и тон прессы, порой весьма разнился. От восторженного, до уничижительно-издевательского, хотя последнее присутствовало лишь в заметках на страницах бульварной прессы.

Комната, точнее апартаменты из четырёх комнат выделенные ему графом, выглядели вполне ухоженными. Имелась своя ванна, спальня и рабочий кабинет. Рядом, располагались комнаты раненного помощника Интора, находящегося сейчас в больнице, и несколько комнат для прислуги, которую граф не держал, опасаясь за свои секреты.

Первым делом Владимир обновил все защитные узоры, и поставил десяток своих, превратив дом если не в крепость, то как минимум в крепкий орешек. Хотя, учитывая местный уровень эфиристики то и до крепости оставалось совсем недалеко.

Через три дня, согласовав визит, они поехали к герцогу Унару Ри Чархэму, находящемуся в своей вилле на окраине столицы в лесопарке «Зелёный берег». Лес действительно выходил на берег океана, и когда они приехали, Владимир смог с достоинством оценить роскошный вид, открывающийся с лужайки перед домом.

Герцог принял их незамедлительно, и пока они шли длинными коридорами, Интор, пояснил, что старик пострадал, когда вытаскивал слуг из загоревшегося дома для прислуги. Сначала сильно обгорел, а после, ещё и пережил попытку отравления.

Окутанный трубочками и капельницами герцог выглядел так, что лучше в гроб кладут, но чувства юмора и присутствия духа не терял, сразу начав подтрунивать над Владимиром за его огромные размеры. Хотя Соколов и правда выделялся на улицах Вангори, ростом и шириной плеч. Но совсем неожиданно ожил имплант, подсветив абрис тела графа, и расчертив его на зоны, требующие участия целителя.

— Прошу прощения, герцог. А вы, сами-то, как относитесь к перспективе смерти? Я можно сказать тут стервятник…

— Да как отношусь. — Чархэм вздохнул, от чего самая большая капельница возмущённо булькнула. — Пожил бы ещё. Но меня как-то не спрашивали. Но вот — он бросил взгляд на металлическую кювету, где лежал заполненный чем-то шприц. — Подпишу для вас документы, и вколю себе. Надоело боль терпеть, просто мочи нет.

— А если я спрошу? — Владимир нырнул в пространственный карман, и нащупав прямоугольник аптечки, вытащил его наружу. — Считайте это древним артефактом, доставшимся мне от родственников. — Владимир встал, перекрыл все краны капельниц, отодвинул одеяло, и положил аптечку на кусок здоровой кожи на животе, затем сплёл пару укрепляющих узоров, и напитав их силой, закинул в обожжённое тело.

— Сейчас некоторое время будет чесаться, а после вы заснёте. Я так думаю часов через пять — восемь, уже сможете встать, а через сутки, придёте в полный порядок. Ну разумеется с учётом возраста. Аптечка кончено суровая, но омолаживать не умеет, хотя шлаки из организма заберёт.

Договаривал Владимир уже бесчувственному телу, по которому бегали разноцветные огоньки конструктов сшивая и регенерируя ткани, и выталкивая из тела иглы капельниц.

— Теперь бы ещё не подпускать к нему докторов в течение суток — Обратился Владимир к графу Интору.

— Сделаю. — Он сухо кивнул, и выйдя за дверь, громко гаркнул:

— Триги! Беги сюда, старый бездельник!

Все десять часов Владимир просидел рядом с кроватью графа, подпитывая аптечку эфиром, а где-то на середине процесса, скормил ещё одну аптечку, потому как первая, печально пискнув отвалилась от тела. Но даже две аптечки, для человека, вытаскивавшего из огня других людей, Владимиру было не жалко.

Граф Интор, заходил, спрашивал глазами и лицом всё ли в порядке, и когда Владимир кивал, удалялся.

Когда герцог очнулся, за окном царила ночь, но Владимир не спал, читая первую попавшуюся книгу, с полки, оказавшуюся нудным историческим романом.

— Интересуетесь творчеством Уриги Тонсо? — Спросил герцог, с интересом глядя на Владимира.

— Да, взял первое что попалось, — Соколов развёл руками. — Но в плане исторической атмосферы — весьма поучительно.

— Вы интересный юноша. — Герцог откинул одеяло, и сел, удивлённо смотря на присосавшуюся к животу пластину аптечки, и пятна свежей розовой кожи по всему телу.

— Герцог. — Владимир поднял руку. — Я понимаю, что вы сейчас чувствуете, но всё же попрошу вас двигаться аккуратно. — Владимир подал Чархэму большой кувшин с водой. — Рекомендую, выпить и сразу пойти в туалет, потому как сейчас шлаки будут вымываться килограммами.

К утру герцог действительно пришёл в полный порядок, если не считать преклонного возраста. Но и тут аптечка постаралась, излечив попутно всё что можно, убрав проблемы с сосудами и всем тем, что накапливается с годами, и Чархэм чувствовал себя не на свои семьдесят, а вполне на пятьдесят, а может и меньше.

Развив бурную деятельность, рассчитал и поблагодарив премией, отпустил врачей, погнал поваров готовить праздничный обед, и вызвал из столицы пятерых прелестниц, из агентства «Мотыльки Эрхинна».

Но раньше всех приехал доверенный адвокат, заместитель городского прокурора, нотариус и парочка совершенно мутных личностей, на ходу справивших Владимиру новенький паспорт на имя Вада Сокора, так как буква «л» в местном языке просто отсутствовала. Но не уехали, а дождались выхода графа Интора хозяина дома, и юристов.

— На основании прав, врученных мне правительством и парламентом республики Анор, я объявляю волю герцога Чархэма, признать Вада Сокора, единственным прямым наследником герцогства, с дарованием оному титула маркиз, имения Корвир, и ежегодной пенсии в один миллион аруби, с выплатой помесячно.

И снова в дело включились мутные личности, выписавшие ещё один паспорт уже на имя Вада Ри Чархэма, и получив свои деньги, убыли. За ними уехал прокурор, поставивший свою подпись и печать на грамоте, а последним убыли юрист с нотариусом, прихватив копии грамоты, для Геральдического Совета и Нотариальной Коллегии.

В целом всё случилось так быстро, что Владимир только проводил всю историю взглядом, не успев даже слова сказать.

— Кстати, маркиз. — Герцог, сидевший за столом в окружении сразу трёх красоток, внимательно посмотрел на Владимира. — Вам следует тотчас же озаботится продолжением рода Чархэм. Невесту я вам подыщу, и давайте, там не затягивайте.

— Но почему бы вам, герцог, не озаботится тем же самым? — Владимир удивлённо поднял брови. — Насколько я понимаю, здоровье вам позволяет заиметь столько детей, что никаких земель не хватит…

— Хм… — Герцог очень внимательно посмотрел на Владимира, и пребывал в задумчивости весь вечер.

Ниара из агентства был мила, вполне достоверно смущалась, а когда дошло до дела показала вполне приличный класс, отрабатывая совсем не маленький гонорар.

За завтраком, в компании гостей, герцог отпил из бокала, и внимательно посмотрел на Владимира.

— Скажите, вы всегда так правдивы? Ведь стоило вам чуть подождать, и я бы сам отошёл на тот свет, оставив вас герцогом, и владельцем огромных угодий, а вчера, просто кивнуть, и ваши потомки стали бы основой будущего рода. Любая из девиц, брачного возраста посчитала бы такую партию для себя даром небес.

— Если по порядку, то титулы меня не интересуют. — Владимир улыбнулся. — Во-вторых, богатство тоже ни к чему. Власть мне не нужна, а денег у меня и так достаточно. Ну и насчёт наследников… Они есть, и им достанется немало. Но всё это довольно далеко отсюда. И поверьте, чем я больше живу, тем меньше хочу плодить наследников, которые никогда не увидят папу. Даже оставленных женщин не хочу больше. Пусть будут профессионалки, отношения с которыми закончатся утром.

— Первый раз в жизни чувствую бессилие. — Герцог с улыбкой развёл руками. — Надо бы вас отблагодарить, но у меня наверняка нет того, что вам нужно.

— А зачем? — Владимир улыбнулся в ответ. — Я помог вам, потому что чувствовал, что так будет правильно. Вот просто. И вы, со своей стороны сильно помогли мне сделав документы. Поверьте, для меня это важно. Дорога́услуга в которой нуждаются, и я не могу уверенно сказать, какая услуга дороже. Моя или ваша.

Они пробыли в поместье ещё пару дней, и уехали, твёрдо пообещав время от времени появляться.

— Скажите, Вад, а это была не фигура речи, про то, что вы можете разобраться в механике? Спросил Интор, когда они ехали обратно в наёмном экипаже.

— Уверен. — Владимир кивнул.

— Хорошо. — Граф, дёрнул ручку звонка к водителю, и через секунду перегородка разделявшая пассажирский отсек и водительский, раздвинулась.

— К гаражу Брисмонда, пожалуйста. — И когда створка закрылась, пояснил. — Машинами обычно занимался Астор, а я к сожалению, во всей этой механике не то, чтобы не разбираюсь, но мне никогда не хватало терпения научиться водить машину.

Движение в Вангори пока ещё отличалось неторопливостью, и через полчаса, они подъехали к широким воротам, которые тут же распахнулись, пропуская их на территорию предприятия, объединявшего гараж, мастерские по ремонту, и участок сборки новых автомобилей, по заказам клиентов.

Автомобили экзотикой уже не являлись, но стоили дороже чем средний пароконный выезд, с приличной каретой, поэтому никакого столпотворения не наблюдалось.

По просьбе Интора, их проводили к автомобилю, укрытому брезентом, и тут же скатали его, отложив в сторону.

Судя по виду машины, граф схимником не являлся. Длинный пятиместный кузов, с широкими колесами, отделанный кожей, панелями красного дерева и множеством серебряных накладок, сверкал словно ёлочная игрушка. Чуть притормозив чтобы понять, как открывается капот, Владимир поднял боковую створку, и бросил взгляд на двигатель. Восемь цилиндров, торчали в стороны, в тонкой вязи проводов и трубок, а впереди вполне естественно находился широкий радиатор с вентилятором.

Владимир закрыл капот, и нашёл глазами механика.

— Э, как вас?

— Руги, мой господин. — Механик поклонился.

— Руги, я попрошу вас, сесть, завести машину, и сделать пару кругов по двору, поясняя мне что вы делаете. Хорошо?

— Да, конечно, мой господин. — Механик занял место водителя, предварительно бросив на сидение чистую тряпку, и нажал несколько раз рычаг топливного насоса, подкачивая топливо, затем включил зажигание, и кнопкой запустил стартёр. Двигатель отозвался ровным мягким гулом, и уверенно тронувшись, проехался по двору.

Заняв его место, Владимир проделал те же действия, запустив мотор, включил передачу, сделал пару кругов, и развернулся, остановившись возле графа.

— Я готов ехать.

— Ну, посмотрим. — С улыбкой Интор сел на пассажирское сидение, и улыбался так, до самого конца поездки, когда Владимир припарковал машину в тот самый тупик, в котором началась его дорога по миру Ворсан.

— Для первого раза за рулём, просто превосходно. — Граф кивнул, и они, закрыв машину поднялись в дом.

Распорядок дня, не отличался разнообразием. Граф днём работал над «Историей Ванганской войны» после чего они с Владимиром обедали либо в доме, либо ехали куда-то в город, а вечером, как правило отправлялись на одно из многочисленных светских мероприятий, во множестве проходивших в столице.

Город расположенный в субтропиках, на берегу длинного и извилистого залива, сам фактически являлся курортом, поэтому никаких светских сезонов не существовало. Город бурлил круглогодично, но особенно шумно — два раза в год. На новогодние гуляния, и в середине лета, на день «Основателей».

Но и на исходе лета, Вангори буквально кипела балами, зваными и музыкальными вечерами, и естественно знаменитый частный детектив был нарасхват. Тем более что у него появился новый ассистент. Огромный словно медведь, но двигавшийся с лёгкостью танцора, маркиз Вад Ри Чартхэм.

То, что его никто не знал, не имело никакого значения. Старый герцог, по молодости славился весьма любвеобильным характером, и сколько там он наплодил бастардов, никто не считал. Но вот то, что никому неизвестный Вад был признан и щедро одарён поместьем и огромной пенсией, говорило о многом. Кто-то уже запустил слух, что Вад до сего времени промышлял поиском сокровищ, но вдруг решил остепениться, и герцог Чартхэм, попросил старого друга, принять его в качестве ассистента.

Версия вполне стройная, и объяснявшая всё, включая внезапное и чудесное выздоровление герцога, уже находившегося при смерти, но никак не прояснявшая откуда взялся эдакий громила, при этом, вполне светский, способный поддержать беседу на любую тему и не впадающий в оцепенение при виде юных прелестниц.

Но если юные и зрелые красотки поглядывали на Владимира с явным одобрением, то Гирнак Ар Годор, никак не мог успокоиться. Наниматель, оплатил смерть Интора, но пока им удалось убрать только его телохранителя, и всё впустую. Откуда вылез этот Влад, уже неважно, а важно то, что он представителя рода Чартхэм, и многие сильные мира сего, будут недовольны, если пострадает носитель столь древней фамилии. Да и сам герцог, говорят короткостью нрава не отличался, и зажигал в своё время отчаянно.

Посещая в качестве гостя, разные светские мероприятия, Гирнак, всё искал способ убрать одного сыщика, но в конце концов плюнул, и приказал установить взрывное устройство под днище автомобиля Интора, причём бомбу сделал такую, что машину должно разнести в клочья.

Приятно общаясь с Кераной Ар Умис, Владимир не терял из виду Интора, и когда тот оглянулся, ища кого-то, закончил разговор приличествующей шуткой, и не торопясь подошёл к графу.

— Маркиз Влад, вы не устали?

— Да, пожалуй. — Владимир кивнул. — Возвращаемся?

— Да. Есть у меня предчувствие… какое-то.

— Хорошо.

Беседуя словно старые приятели, они спустились вниз, и когда Интор уже хотел шагнуть к автомобилю, Владимир предостерегающе поднял руку.

— Стойте. — Влад усмехнулся. — Нас тут похоже взорвать хотят. — Сканирующий узор, наложенный на машину, мерцал тревожными алыми сполохами, подсвечивая точку куда засунули бомбу.

Он нагнулся, и быстро нашёл глазами криво прилепленный брусок, обмотанный проволокой.

— Вы уверены, что справитесь? — С тревогой в голосе спросил Интор. — Может вызвать полицию?

— Так, испортят же всё. — Владимир уже сканировал устройство заряда, и детонатора, затем аккуратно выдернул детонатор из брикета взрывчатки, отложил его в сторону, и оторвал бомбу от днища. — Вот собственно и всё. Взрывчатка, судя по упаковке, промышленная, взрыватель самодельный, но в основе какой-то заводской. А в целом — негодная работа. Кто-то очень тупой, нас сильно невзлюбил. Осталось найти этого смелого, но недалёкого человека, и подвесить его за что-нибудь чувствительное, для компенсации наших душевных страданий.

— Да по вас как-то не скажешь. — Усмехнулся Интор, жестом подозвал слугу, и что-то ему сказал на ухо.

— Что, вы, граф. Я чуткий, нежный и крайне ранимый человек, которому лучше не переходить дорогу, и увидев с каким ужасом смотрит на бомбу слуга, Владимир улыбнулся и встал. — Ну, же дружок, ты ведь наверняка знаешь, кто её туда воткнул?

К сожалению, несмотря на весь профессионализм графа Интора, ниточка от бомбы, закончилась на слуге, найденном в парке с перерезанным горлом.

На следующее утро, они и не вспоминали про бомбу, хотя Владимир догадывался, что полиция ещё занимается поисками. Да и понятно. Никто ещё так, не устраивал, чтобы неугодного человека разнести в клочья, подвергая опасности всех вокруг.

Мальчишка приносивший письма с почты, привычно вывалил кучу конвертов, и получив свой четвертак, унёсся дальше по адресам, а граф Интор, горестно окинул взглядом конверты, большинство из которых имели розовый цвет, что означало любовный интерес.

— С момента нашего знакомства, писем стало вдвое больше, и большинство — любовные записки. Вы собираетесь с эти что-нибудь делать?

— А должен? — Владимир приподнял бровь. — Да окажи я хоть одной прелестнице внимания более чем положено правилами хорошего тона, так начнутся настоящие скачки. А мне это зачем? Пусть так и остаётся, на уровне флирта, и брачных танцев.

— Вас это совсем не интересует? — Интор сел за стол и принялся сортировать письма.

— Граф. Я удачно и давно женат на нескольких красавицах, и увеличивать это число не горю никаким желанием. Так что пусть столичные и прочие дамы поищут партнёра где-нибудь ещё. А мне вполне хватает «Мотыльков».

Разбирая письма, граф сразу наткнулся на конверт от герцога Раттима, украшенный гербом, и запечатанный зелёным сургучом, но как ни желал поскорее вскрыть письмо, закончил сортировку, высыпав все розовые конверты в корзину своего нового компаньона, и усевшись в глубокое кресло, ножом снял печать, и достал тонкий лист желтоватой бумаги, с тиснённым гербом, и размашистой подписью.

Затем поднял трубку телефона, и набрав номер, созвонился с кем –то, и поднял голову, посмотрев на Владимира.

— Просит срочно приехать герцог Раттим. Пишет, что по неотложному и важному делу.

— Нужен какой-то особый костюм?

— Хм… да. — Интор кивнул, с запозданием вспомнив, что так и не сшил себе охотничьего костюма, а герцог наверняка их потащит на охоту. Да и дорожный наряд тоже требовалось обновить. — Сейчас едем в ателье Са Рунгора, и хотя шельмец берёт дорого, но сделает всё в кратчайшие сроки.

Через сутки, двое господ, одетых в новые дорожные костюмы, устраивались в купе люкс, магистрального поезда идущего вдоль побережья океана, в приморский городок Матуан, где находился центр владений герцога Раттима, и его родовой замок.

Что там случилось в благородном семействе, выяснить не удалось, но Интор, ехал во всеоружии. Два чемоданчика, были заполнены различными инструментами сыщика. Очками различного назначения, лупами, и переносной химической лабораторией.

Оборудование и одежда ехали вместе с ними, в соседнем отсеке, так что владельцы могли не переживать за сохранность багажа.

Железнодорожная колея, была чуть шире российской, но этого «чуть» хватило, для просторного купе, и нормального широкого прохода вдоль вагона. Поезд шёл довольно быстро, и к вечеру этого же дня, они высаживались на платформе в Матуане, среди толп отдыхающих, провожающих и прочих зевак.

На выходе из вокзала к ним сразу подошёл мужчина в форме гражданского служащего, и назвавшись водителем герцога, помог носильщику упаковать вещи в огромный багажник, и резво стартовав влился в городской поток.

Граф, сидевший рядом с Владимиром, словно продолжая разговор, начал рассказ о перипетиях Ванганской войны, локтем чуть потыкав ему в бок, там, где под пиджаком висела кобура с огромным армейским автоматическим пистолетом Тагур 440, калибра одиннадцать миллиметров.

Владимир уже всё понял и так, и слегка кивнул графу в ответ.

Машина уже выскочила за город, и свернув с трассы, на неприметную дорогу, водитель ударил по тормозам. Он уже потянулся к двери, чтобы открыть её, но схватив узор паралича, обмяк упав грудью на руль. И сразу же, со всех сторон, начали стрелять. Пули утыкались в защитный полог, и повисев пока не исчерпается инерция, падали вниз, а Владимир, неторопливо выйдя из машины, вытащил оружие, и сфокусировав отверстие в пологе, стал в бодром темпе убивать нападающих.

— Граф, а нам нужны пленные? — Владимир склонился так, чтобы заглянуть в машину.

— А зачем? — Интор пожал плечами. — Банда какая-нибудь. Что они знать могут?

— Согласен. — Владимир выпрямился и несколькими выстрелами зачистил нападающих, затем снял купол, и прошёлся вдоль дороги добивая раненых. После чего, выкинул всё ещё парализованного водителя из машины, сел за руль.

Глава 15

Высшая добродетель этого мира — умение хранить секреты.

Старший дознаватель Лейб Гвардии Первого Королевского полка, майор Сагор Ар Раттим.

Пятая всемирная выставка Техники и Науки, стала впечатляющим смотром достижений всех государств. Новые автомобили, фантастические конструкции, и научные прорывы, всё слилось в великолепном фейерверке, устроенном для нас Торгово-промышленной лигой, объединяющей крупнейших производителей и торговцев планеты.

Кроме собственно показов технических новинок, на территории выставки, много заведений различного толка, от простых закусочных, до филиалов знаменитых ресторанов, представляющих кухню своих стран.

Самым впечатляющим конечно оказался павильон компании Туор, представивших новый курьерский самолёт, несколько моделей автомобилей, и настоящую жемчужину выставки — винтокрылую машину, способную осуществить посадку и взлёт с самой маленькой ровной поверхности, что открывает невиданные ранее возможности во всех областях.

Ирингарский вестник. Специальный выпуск новостей.

В имении их встречали только что не с оркестром. В окружении ближних слуг, хозяин владения лично спустился к машине, удивившись что его личного водителя нет на месте.

— Прошу прощения, герцог, ваш водитель невысокий такой, рыжий с бородой, и широкими бакенбардами?

— Да. Всё верно. — Герцог Раттим кивнул.

— Тогда у меня для вас плохие новости. — Интор покачал головой. — Ваш водитель завёз нас в засаду, и если бы не фантастический талант моего помощника, то мы бы с вами не разговаривали.

— Я думаю, он ещё там, на месте боя. — Владимир поклонился. — Это в пяти километрах от города, третий поворот налево.

Повинуясь безмолвной команде, люди герцога сорвались с места, и уже через пару минут, две машины выметнулись из ворот, и с рёвом моторов унеслись прочь.

— Прошу прощения, что всё так случилось. — Герцог поднялся вместе с гостями по широкой лестнице в дом, а из холла, проводил их в гостевые апартаменты.

— Прошу прощения, герцог. Но мы бы хотели, как можно скорее ознакомиться с сутью дела. — Интор, поклонился. — Возможно, что от скорости принятых мер, зависит качество решения вопроса.

— Что-ж. — Герцог кивнул, и сделав приглашающий жест, пошёл вперёд по коридору. — дело в том, что моя дочь маркиза Умис, приехавшая на каникулы, пошла с подругами на бал к Аренсам, вернулась ночью, а утром исчезла, оставив записку. — Герцог полез в карман и вытащил лист бумаги.

— Папа, меня не ищи, я отправляюсь с любимым в путешествие. — Прочёл вслух Интор и осмотрев лист, протянул его обратно. — Фальшивка.

— Да, это мы уже поняли, когда получили телефонный звонок, с предложением выкупа. И теперь, после нападения на вас стало понятно, как исчезла моя дочь. Ведь её вёз тот же водитель — Муси Гор.

— Тогда, нам нужна служанка, примерно того же роста, что и похищенная графиня. — Произнёс Интор, перешагнувший порог апартаментов дочери герцога, и увидев девушку сметавшую пыль с мебели, остановился на секунду, и с улыбкой палача, шагнул вперёд. — А скажи мне милое дитя, как давно ты научилась подделывать почерк своей хозяйки?

Взгляд девушки заметался, и остановившись на Владимире, горничная замерла охваченная диким ужасом, и срезу же «поплыла», сдав всё что знала.

Её как будущую каторжницу сразу определили под замок, а герцог, снедаемый любопытством, устроил за обедом настоящий допрос графу Интору.

— Понимаете, герцог, вот представьте себе, что девица, в одночасье воспылала любовью к некоему господину, или не в одночасье, но решилась бежать. И в таком случае её почерк будет нести явные признаки душевного волнения. И уж точно не станет выглядеть образцом каллиграфии, что мы с вами видели на записке. А подделать обычный почерк вашей дочери, служанка очевидно не могла. Это непросто даже для опытных жуликов.

Через час, вернулись люди герцога, посланные за водителем, и словно мешок бросили на пол в гостиной бесчувственное тело.

— Маркиз? — Интор вопросительно глянул на Владимира, и тот сразу поняв в чём дело, развеял паралич, и легко пнул водителя ногой.

— Вставай, и расскажи нам, кто заказал тебе похищение дочери герцога. — И не дождавшись ответа, он одной рукой схватил шофёра за шиворот, и приподнял словно шкодливого щенка.

— Это не я! — Заверещал мужчина, извиваясь будто червяк на крючке. — Меня заставили!

— Господа, позвольте я сам займусь им. — Владимир заглянул в лицо слуги, и улыбнулся так, что человек моментально описался, и завыл словно зверь попавший в капкан.

Герцог и граф, беседовали за бутылочкой вина, в гостиной, когда Владимир, вошёл, поклонился и вытащив из кармана носовой платок, стал протирать руки.

— Скажите, герцог. А нет ли среди ваших знакомцев графа Мархана?

— Как же. — Герцог уверенно кивнул. — Это один из моих подданных. Владеет портом, и полутора акрами[1] складов.

— Не возражаете, если я наведаюсь к графу, задать пару вопросов?

— Ах, харюк вонючий… — Герцог вскочил, и подошёл к телефону. — У него хорошая гвардия, мне нужно поднять моих людей, на это потребуется время.

— А я пока всё же съезжу, посмотрю на него. Уверен, меня ждёт красочная экскурсия. — Владимир повернулся, и выйдя во двор, громко произнёс:

— Машину мне. — Через минуту, рядом остановился лимузин, с водителем за рулём. — Где имение Мархана знаешь?

— Да, господин.

— Гони!

Увы, как ни давил на педаль газа, шофёр, они подъехали к воротам имения графа, лишь через полчаса. Не утруждая себя ожиданием, Владимир выбил дверь калитки ногой, и пошёл по направлению к дому.

Выбегавшие навстречу, валились пачками нахватав магического паралича, поэтому он спокойно зашёл в дом, и поймав какого-то слугу, уточнил направление, и поднявшись на третий этаж, подошёл к комнатам, видимо предназначенных для гостей, рядом с которыми стояли два дюжих гвардейца, с карабинами в руках.

Не задерживаясь, он вырубил обоих, и поскольку дверь была заперта, приподнял одного из гвардейцев за шиворот и пояс, и разогнавшись по коридору, воткнул его головой в стык дверей.

С грохотом и скрипом, дверь вылетела и рухнула на пол, а Владимир, отряхнувшись, заглянул в комнату.

— Простите, ничего что я без звонка?

В большой комнате, устланной ковром, стояло кресло, в котором сидел мужчина лет сорока, а перед ним на коленях, стройная девушка с растрёпанными каштановыми волосами, в порванном на плече бальном платье с руками в наручниках за спиной, удерживаемая на коленях, парой гвардейцев.

— Это что? — Хозяин дома вскочил, но гвардейцы были быстрее, и получив по удару в голову, легли в живописных позах.

— Это я… Владимир походя ткнул графу в солнечное сплетение пальцем твёрдым, словно стальной стержень, наклонившись над девицей, разорвал руками наручники, и поставил её на ноги. — госпожа маркиза Умис?

— Да, — Девица буквально двумя движениями привела себя в порядок, и как-то по-змеиному изогнувшись заглянула Владимиру в глаза.

— С кем имею честь?

— Ассистент графа Интора, маркиз Вад, к вашим услугам. — Владимир поклонился. — Предлагаю, не дожидаться прибытия гвардии герцога, и покинуть это место.

— Принимается. — Девушка кивнула и с некоторой брезгливостью, посмотрела, как Владимир тащит за шкирку графа, потерявшего сознание.

— Зачем это вам?

— Не мне, маркиза. — Влад усмехнулся, таща левой рукой вовсе не маленького человека, а правую любезно предложив даме. — Нужен же кто-то кто ответит герцогу на его вопросы. И я просто уверен, что их беседа, будет протекать в горячей атмосфере взаимопонимания и куртуазной любезности. Так почему же мы должны мешать беседе двух джентльменов?

Владимир помог даме сесть, распахнул багажник, закинул туда начинавшее оживать тело, бросил на него узор паралича, и занял место рядом с дамой.

Кавалькаду машин герцогской гвардии они встретили только не середине обратного пути, и отказавшись от сопровождения, минут через пятнадцать, Владимир въезжал во двор.

Не желая мешать разговору дочери и герцога, Владимир отошёл в сторону с графом.

— Как прошло? — Поинтересовался Интор.

— Да как там могло пройти? — Владимир улыбнулся. — Кто же приходит с ножами на перестрелку? Придурки какие-то. Но, представляете, этот ублюдок, поставил девочку на колени, и что-то там ей втирал. Кстати, он сейчас в багажнике.

— Да? — Интор с весёлым удивлением покачал головой. — ну будет чем герцогу заняться в подвале.

Обратно они добирались с шиком, так как герцог для них вызвал дирижабль, насовал подарков, и щедро заплатив, поскорее отправил гостей, не в силах дождаться, когда наконец сможет посвятить всё время беседе с бывшим графом.

История наделала много шума, не только благодаря тому, что сам герцог поделился ею, в компании репортёров, но и силами полиции, обнаружившей банду Шустряка мёртвой, на просёлочной дороге.

Никто никому претензий не предъявлял, и начальник полиции, даже похвалил «неизвестных граждан» столь радикально решивших вопрос с бандитами, ускользавшими от полиции.

Общество в целом крайне благоприятно оценило действия графа Интора и его нового помощника маркиза Вада, а кроме того, скромность этих двух, так как на любое обращение прессы, они отвечали отказом в комментариях и любых подробностях.

Сыщик, как и врач, ценен только до того момента пока хранит тайны клиента. И в обществе это понимали, не слишком досаждая расспросами, а вот дочь герцога, маркиза Умис, вовсе не страдала застенчивостью, во всех красках живописуя своё освобождение из лап бандитов, и эпические сражения, случившиеся при этом.

Владимир же радовался, что всё так легко закончилось, и он смог отказаться от складов с портом, не умаляя достоинство герцога, и после — быстро смыться, не отвечая на откровенные провокации маркизы.

А вообще к скачкам вокруг себя, он стал относиться намного спокойнее. Кто-то хочет его убить, кто-то женить, и неизвестно кто опаснее.

Тем более, что девочки из агентства «Мотыльки Эрхинна» уже растрезвонили всем коллегам по ремеслу, про аккуратного, чистоплотного, нежадного и великолепно сложённого клиента и дамы отрабатывали, что называется «с душой», что вполне устраивало все заинтересованные стороны.

Тем временем агентура графа и полиция, очень заинтересовавшаяся взрывным устройством под автомобилем, интенсивно продолжали поиски умельца, и организатора покушения. Агентура за деньги, а полиция, потому как никому из власть имущих не хотелось оказаться в ситуации, когда у тебя под днищем бомба. Поднимались старые дела известного сыщика, изучались возможные враги, и недоброжелатели, их биографии, и так далее. Ко всему этому граф Интор, проявлял умеренный интерес, так как хватало забот посерьёзнее. Например, они с Владимиром познакомились на премьере с двумя сёстрами — оперными певицами, и три дня, не покладая рук, и других частей тела покровительствовали молодым и таким талантливым девицам, а расстались потому что девушкам нужно было уезжать далее на гастроли.

На следующий день после такого бурного, но весьма приятного расставания, Владимир и Интор, завтракали в столовой, где приходящий слуга сервировал стол, и обсуждали падение нравов в исторической перспективе, а попутно граф перебирал письма, сразу выхватив из пачки, конверт с вензелем монархической династии.

Да, Анор являлся республикой, потому что всем непосредственным управлением страной занимался парламент, и депутаты, выбранные в ходе прямого голосования. Тем не менее король Анора Гаррас Пятый, даже не участвуя в управлении страной, имел достаточно рычагов, для оказания прямого влияния на все аспекты жизни страны, а в военное время так и вовсе становился главнокомандующим армии и флота, подчиняя себе все организации и учреждения по мере необходимости, простым указом, от имени короля.

Поэтому парламентарии, несмотря на весьма пролетарское происхождение некоторых депутатов, дружно вставали, когда в зал заседаний входил король и уж снять шляпу, проходя мимо дворца, считалось чем-то таким же естественным как не кидать мусор на тротуар.

Поэтому приглашение, полученное из Министерства Двора, граф воспринял предельно серьёзно, и надел редко используемый парадный мундир Лейб-Гвардии, где дослужился до подполковника, надев все награды, и тщательно проверил «служебный» мундир Владимира, после чего, вызвал конный экипаж, потому как ехать к монарху на автомобиле считалось дурным тоном.

Служитель в раззолоченной ливрее, встретил их у самого входа, и сразу проводил в гостиную, где попросил обождать.

Буквально через несколько минут к ним вышел министр двора, герцог Отран Гиор, и пригласив следовать за собой, отвёл в приёмный кабинет короля Гарраса.

Король, мужчина среднего роста, в таком же синем лейб-гвардейском мундире, как и у графа Интор, встал, и выйдя на середину кабинета, радушно поздоровался с гостями, и показал на кресла, стоявшие в углу.

— Граф, рад снова видеть вас у себя, жаль, что вы не пришли на последний бал. Мы с отставниками устроили дивные пострелушки.

— Мой король. — Граф склонил голову. — Как бы я смог? Я не получал никакого приглашения. Возможно оно затерялось где-то в недрах дворца?

— Возможно. — Король, едва заметно изменившись лицом, кивнул. — А вы, маркиз, так молоды, но слава о вас уже довольно громкая. Уничтожить в одиночку банду, представлявшую серьёзную опасность для всего побережья, — отличное начало. Ну и конечно то, как вы справились с похитителями дочери герцога Раттима. В меру кроваво, но очень и очень эффектно. Я не стану спрашивать откуда вы взялись, потому как вряд ли услышу правду. Но мне понятно, что мы, я имею в виду весь Анор, никакого отношения к этим делам не имеем. Слишком велика разница в уровне подготовки между вами и даже моими гвардейцами. Но я всё-таки буду настаивать на соблюдении законов Анора, пока вы находитесь на земле моей страны.

— Я обычно, законопослушный человек, но что делать, когда в меня тыкают ножом, или даже стреляют? — Владимир развёл руками. — да и в ситуации, когда похищенная дворянка, стоит на коленях удерживаемая двумя бугаями, а затем они кидаются на меня, вытаскивая на ходу оружие… Поверьте, ваше величество, я вовсе не маньяк, и мне не доставляет никакого удовольствия отправлять людей на тот свет. Но я крайне отрицательно отношусь к попыткам отправить туда меня.

Король кивнул, принимая к сведению информацию, и перешёл к делу.

— Собственно то, зачем я вас позвал, случай довольно неприятный, и крайне необычный. — Король сделал паузу, и внимательно посмотрел на Интора. — Из сокровищницы, пропала древняя реликвия рода — Браслет Айара Миротворца. Браслет не представляет ценности как ювелирное изделие, но весьма ценен как историческая реликвия. Собственно, его стоимость, невозможно установить корректно, потому как вещей той эпохи, фактически не осталось. Браслет, наручи и любимый кастет Миротворца. Вот всё чем мы располагаем, когда речь заходит о Третьецарствии.

Король встал, и жестом пригласил следовать за ним.

— Пропажу браслета установил слуга, ответственный за чистоту в сокровищнице. Лейб-гвардия уже проверила его, и других слуг, но браслета не обнаружила. Но, для обеспечения процесса расследования все они сейчас находятся под замком.

Распространение слухов нам пока удалось остановить, но эту лавину не заткнуть. Обязательно кто-нибудь проговорится. И, надеюсь мне не нужно рассказывать, какой удар по репутации королевского рода, нанесёт такая пропажа. Найдите браслет, Интор. Найдите его быстро, и моя благодарность превзойдёт ваши ожидания.

По распоряжению короля, лейб-гвардейцы в сопровождении Владимира, привезли инструменты сыщика, и пока он надевал на голову конструкцию, позволявшую увидеть даже малейшие эфирные следы, Соколов перешёл на эфирное зрение, и первое что ему бросилось в глаза, эфирная защита на входе. Часть узоров деактивировали, но часть, продолжала работать. Хранитель Королевских Сокровищ, находился здесь же, и не мешая графу, осматривать пол, Владимир подошёл ближе.

— Скажите, а вот этот контур, он не отключался? — Владимир показал место на стене и потолке, где располагался узор.

— Я не вижу, но знаю о каком контуре вы говорите. — Хранитель кивнул. — Нет, он не отключался, и его довольно сложно отключить. Как только любая вещь из сокровищницы коснётся поля контура, сразу раздастся громкий звук. — Мужчина шагнул к пирамиде, в которой лежал совершенно чёрный кинжал, приложил палец к замку, и открыв его, достал оружие, и не сходя с места протянул в сторону входа. И тут же узор громко загудел, и весь коридор озарился вспышками.

— Спасибо. — Владимир поклонился, и пройдя через комнату в которой работал сыщик, и едва наклонившись в его сторону тихо, но чётко произнёс:

— Браслет здесь.

Интор, оглянулся, приподнял правую линзу из полированного аквамарина, и чуть прикрыв глаза дал понять, что он понял. Затем вернул линзу на место, сопоставил слова Владимира со звуком сигнализации, и догадался, что воры предполагали, что при интенсивных поисках, скорее всего сигнализация будет отключена, и тогда вытащить спрятанный браслет станет куда проще.

Теперь он искал не следы, а характерный отсвет мощного артефакта, и через час, в неприметном закоулке одного из залов, вытащил браслет, замотанный в тряпку, и спрятал его в пространственном кармане.

Интор, сразу дал знак Владимиру, чтобы тот молчал, и обойдя все залы, обратился к лейб-гвардейцам, стоявшим у входа.

— Сержант, сообщите его величеству, что подполковник Интор, готов ответить на вопросы, по этому преступлению.

— Гвардеец, молча кивнул, и сжал в ладони вызывной амулет, и через полчаса, они снова сидели в приёмном кабинете короля.

Граф, поклонился королю, и сделал какой-то жест, после которого, Гаррас Пятый, оглянулся на гвардейцев, и тоже что-то им показал, и офицеры вышли, закрыв за собой двери.

Выложив на стол амулет от прослушивания, Интор включил его, и убедившись, что камень позеленел, выложил на стол браслет, как и нашёл завёрнутым в тряпку.

— Похоже вас, граф, даже в самых хвалебных рассказах недооценивают. Король, развернул ткань, и взяв в руки реликвию, внимательно осмотрел, и снова завернул. — Очень хорошо, что никто не знает, что вы нашли его. И прошу вас, пока сохранять эту тайну. Впрочем, — король улыбнулся. — Ваша скромность и молчаливость, ещё более легендарна чем таланты сыщика.

— Позвольте Ваше Величество внести предложение. — Владимир дождался разрешающего кивка, и продолжил. — Я предлагаю завернуть в эту ткань, похожий предмет, который при касании что-то сделает с человеком. Ну, например, убьёт, или сильно покалечит…

[1] Примерно 6 квадратных километров.

Глава 16

Решая облагодетельствовать мир, нужно вначале решить, за чей счёт, это произойдёт. И если за счёт самих облагодетельствованных, то просто забудьте об этой идее, потому как ничем хорошим это не кончится. А если за ваш счёт, то для начала облагодетельствуйте самого себя. Поверьте, результаты вас поразят.

Мироздание № 3871 дежурный демиург Геласт Даргиан.

Высокий сезон в столице, не мог обойтись без скандалов, и мы конечно же расскажем о них нашим читателям, и читательницам. Так, получила продолжение история с изменой графа Ассого, пойманного сразу с двумя девицами, детективами, нанятыми женой графа Инну Ру Ассого, и теперь следуя брачному договору, граф обязан подписать развод, выплатив супруге весьма солидных отступных в размере пяти миллионов.

Бракоразводный процесс продлился рекордные тридцать пять минут, и прямо из суда, Иллу Ру, принявшая девичью фамилию Сорана, поехала отметить своё освобождение в компании сразу трёх молодых людей, из агентства «Дровосеки Эрхинна».

Также имел продолжение скандал с маркизом Вадом, вызванным на дуэль корпорацией из шести опытных бретёров. Но когда первый же поединщик, вышедший с длинным мечом, погиб от встречного удара кулаком, в голову, все остальные отказались от продолжения дуэли и принесли свои извинения маркизу. Хочу добавить, что удар маркиза Вада, был так силён, что от головы по сути ничего не осталось, кроме куска нижней челюсти. И это обстоятельство чрезвычайно охладило всех любителей подраться с маркизом, так как это не почётная смерть от стали, а весьма позорная, словно в портовом кабаке.

С именем таинственного маркиза, связан ещё один скандал, случившийся на глазах у публики, прогуливающейся в Большом Королевском Парке, когда лошади экипажа графа Чиано понесли, и стоптала бы молодую мать с дитём, но оказавшийся на пути у бешено летящей повозки маркиз, остановил лошадей, и заодно успел поймать вылетевшего из коляски графа, не допустив его падения, что безусловно стало бы весьма трагичным. Графу уже за восемьдесят лет, и в таком возрасте, любые падения могут привести к фатальным последствиям.

Вечерняя столица, месяц умис, день 18.

На дебатах в парламентской комиссии по безопасности и обороне, неожиданно попросил слова Турн Асго, представлявший Партию Промышленников, и прокашлявшись, обвёл присутствующих долгим взглядом, чуть заметно улыбнулся.

— От группы неравнодушных граждан, нашей партии стало известно, что королевская сокровищница ограблена. — И остановив возникший гул взмахом руки, продолжил. — Украли не что иное, как браслет Айара Миротворца. Это преступление стало возможным из-за бездеятельности и халатности по отношению к реликвиям нашего народа, и узурпации их семьёй короля. Я, от имени партии, предлагаю создать комиссию, которая проверит для начала сохранность реликвий, а после перенесёт их в более защищённое место, в столице, где и будет открыта для всех желающих прикоснуться к славной истории Анора.

Когда шум стих, слово взял председатель комиссии, герцог Амантер.

— Несколько вопросов. — Герцог сложил руки «домиком», и задумчиво посмотрел поверх. — Какого рода был Айар Миротворец?

— Анор. — Выступавший пожал плечами. — Это все знают.

— Хорошо. А какого рода король Гаррас Пятый?

— Анор. — Произнёс кто-то с края стола.

— Я напомню, тем, кто плохо изучал историю, что наша страна, также носит имя Анор. То есть если бы не династия Аноров, мы бы сейчас назывались как-то по-другому. И не Анорцы приняли название местности. Это народ Анора, принял имя династии, правящей вот уже восемьсот лет. И все реликвии в дворцовой сокровищнице — это личные вещи короля Гарраса, оставшиеся у него от родных и близких.

— Протестую! — Снова вскочил с места представитель партии промышленников. — Это достояние всего народа!

— А есть ли там, в сокровищнице, хотя бы одна вещь, не принадлежавшая воинам рода Анор, или приобретённая членами рода? — Спросил герцог. — И я отвечу. Да, лет двести назад такие вещи имелись. Дипломатические подарки, ценности, захваченные в войнах, и так далее. Но все они хранятся где? В музее Истории Анора, уже трижды подвергавшегося грабежам. То есть, вы, опираясь на недоказанный факт кражи, хотите переместить личные вещи короля, в общественный музей, который уже трижды обворовывали? Я правильно вас понял?

— Наша партия, подала соответствующее заявление в Верховный Суд, за разрешением проверки королевской сокровищницы, и будет добиваться исполнения решения! — Взвизгнул мужчина, и грозно сжал пухлые ладошки в кулаки.

— Не смею препятствовать, но своё мнение, как председателя комиссии я высказал.

Как ни странно, но высший судебный орган страны бодро согласовал инспекцию сокровищницы, и уже через неделю, два десятка парламентариев, в основном из партий, представлявших крупный капитал, вошли во дворец неся перед собой, как охранную грамоту, документ из Верховного суда.

С каменными лицами, лейб-гвардейцы, проводили гостей в сокровищницу, отсекая любые попытки свернуть в сторону, и глава комиссии достал книжечку — путеводитель, где значились все предметы, находившиеся в зале.

Только тупость помешала депутатам представить ситуацию, при которой король просто подарил любую из вещей своей частной коллекции какому-нибудь человеку, а тот в свою очередь просто пошлёт даже верховный суд, потому что по законам Анора, копаться в личных вещах, можно только в поисках улик, совершённого или готовящегося преступления.

Комиссионеры быстро наладили работу, выкрикивая названия экспонатов, а глава помечал их в книжечке карандашом.

— А вот, то, о чём я вам говорил! — Торжествующий Турн Асго, подошёл к стеклянной пирамиде, и неверяще посмотрел на лежавший там браслет.

— Это подделка!!! — Взвизгнул он, тыкая пальцем в артефакт. — Я требую проверки на подлинность!

— То есть, — Присутствовавший при этом Министр Двора, устало протёр глаза. — Вы утверждаете, что где-то существует акт освидетельствования настоящего браслета Айара Миротворца, и вы требуете их сравнить?

— Да! То есть нет! — Турн Асго, затравленно оглянулся, и неожиданно для всех, кинулся куда-то за угол колонны, и сунул руку под батарею отопления.

Его поросячий визг, чуть не расколол древние витражи, и продолжая орать, он вытащил окровавленную руку, с сомкнувшимся на ней, капканом. Удар стальных челюстей, почти перебил кости, и неестественно вывернутые пальцы, торчали в разные стороны.

— О, как здорово что вы его нашли! — Обрадовался министр Двора. — Это подарок, от известного мастера подлянок, Вада Великолепного. Кстати, прошу обратить внимание членов комиссии, что металл из которого сделан капкан, не поддаётся резке обычной пилой, и снимать его нужно специальным ключом. Да, вот только я, боюсь потерял его. — Старик со скорбным выражением лица стал хлопать себя по карманам. — Боюсь, господин Асго, вам придётся жить теперь с этим капканом на руке. Сейчас оформим передачу во временное пользование под личную финансовую ответственность и можете быть свободным.

Совершено охренев от боли и ужаса, Турн Асго, заметался по комнате, разбрасывая кровавые капли, пока не был остановлен министром.

— Если расскажете, кто вас надоумил, и кто всё это придумал, я сниму капкан.

— Асур Гонсо! — Почти заорал депутат. — Это он всё придумал. Он договорился со старшим служителем Уриго, засунуть браслет в тот угол, это всё он!!!

— Вот видите, как всё просто. — Придворный достал из кармана тонкий длинный ключ, воткнув его в капкан, повернул механизм, и зубья с тихим жужжанием разошлись в стороны, освобождая руку.

Боязливо, цепочкой по одному, депутаты двинулись на выход, а замыкал процессию министр Двора, помахавший всем рукой на прощание.

— Господа, был рад встрече. Заходите, ещё.

Но тем история не закончилась, и наутро, в прессе республики грохнул настоящий вал издевательских статей, про Турна Асго, комиссию, и про парламент вообще. Всё тщательно заметаемое под ковёр, всё что до поры копилось в сейфах, вытащили на свет, и подкинули в воздух, чтобы все могли увидеть. Следом пошли уголовные дела на парламентариев, которые Верховный суд не стал отменять, потому, как и сам находился под огнём критики за разрешённую, и как вдруг выяснилось незаконную проверку сокровищницы.

От роспуска парламента оставался один шаг, и этот шаг сделали, обнародовав список депутатов, поставлявших по государственному заказу негодные продукты в Армию, на Флот, и другие места.

Спикер парламента сразу подал в отставку, следом все главы комиссий, ну и наутро, король Гаррас пятый, стоя на балконе королевского дворца, с печалью в голосе, объявил о роспуске парламента, и вводе прямого королевского управления, что и предписывалось конституцией.

И тут, как-то внезапно, выяснилось, что время между роспуском народного представительства и назначением новых выборов, ничем не регламентировано. То есть абсолютно, и республика Анор, в одночасье стала вновь монархией.

— А всего-то один капкан, за двенадцать монет. — Задумчиво произнёс Интор, попивая бодрящий горячий сангор, после плотного завтрака и чтения утренней газеты.

— Я так думаю, готовилось это не год и не два. — Владимир кивнул, тоже прихлёбывая терпкий, тёмно-коричневый напиток.

— Это понятно. — Интор усмехнулся. — Однако, как эпично выглядит со стороны? Один дурак влезший в капкан, утянул за собой всё республиканское здание.

— Думаю, парламент всё же необходим. — Владимир качнул головой. Но, жёстко введённый в правила, для исключения всего того, что зовётся демократией.

— Не верите в способность народа управлять? — Граф хмыкнул.

— Да. Так же, как и в способность детей, построить нормальное общество. Общество вообще невозможно построить. Оно должно кристаллизоваться, причём от такого центра, который и определяет всю будущую структуру. И если изначально у тебя идея набрать денег, и смыться, то это одно общество, а если идея всеобщего равенства — то совсем другое.

Их беседу прервал метрдотель, принёсший письмо в простом конверте на серебряном блюде, но по тому как он склонился, стало понятно, что конверт передал совсем не простой посыльный.

Конверт сначала взял Владимир, и проверив сканирующим узором, протянул Интору.

— Эх, что бы я без вас делал. — Граф вскрыл конверт деревянным ножом, лежавшим на блюде, и глазами пробежал содержимое.

— Хм. Это, пожалуй, поинтереснее, чем проблемы строительства государства толпой крестьян. — Он протянул письмо Владимиру, и сделал глоток сангора.

— Любопытно. — Владимир кивнул, понимая, почему граф не озвучил содержимое записки. Слишком много людей вокруг, а искусство чтения по губам, вовсе не такая редкость.

— Мы едем?

— Определённо.

Собраться двум джентльменам, вовсе недолго, и уже через пару часов, курьерский поезд вёз их вглубь страны в имение маркиза Сотора. Маркиз пригласил знаменитого сыщика Интора и набирающего популярность Вада, к себе в гости, по поводу случившегося у него на земле массового убийства, жертвами которого стали владелец трактира, его семья, и пара припозднившихся посетителей.

Вокруг трактира натоптали изрядно, но к счастью первый утренний посетитель, как только вошёл, сразу вышел, и заколотив дверь досками, найденными в сарае, поскакал в полицейскую управу.

Владимир руками оторвал доски, и посторонился, пропуская Интора.

Внутри трактир напоминал бойню. На стенах алели пятна крови, на полу лежали тела мужчины, женщины, подростка и маленькой девочки, а за одним из столов — склонившись в тарелки находились два трупа в сидячем положении, с размозжёнными головами, и пистолетами в опущенных к полу руках.

— Экое месиво. — Владимир покачал головой, на всякий случай перешёл в эфирное зрение, и ничего не увидев, вздохнул.

— Маркиз, если вас не затруднит, пройдитесь по дому, и поищите вскрытые и пустые тайники.

— Сделаю. — Владимир кивнул, и стараясь не наступать на пятна подсохшей крови, поднялся на второй этаж, и стал планомерно обыскивать его, сразу найдя в хозяйских комнатах несколько тайников, причём один явно для ружья, что следовало из запаха оружейной смазки, упаковки из-под патронов, и жестянки с предметами для чистки. Но само ружё внизу не валялось, а значит кто-то его унёс.

Тайники с деньгами были пусты, но сами тайники закрыты, что тоже наводило на определённые мысли.

Обыскав весь дом, Владимир прошёлся сканирующим узором по всему участку, и обнаружил ещё два пустых тайника, после чего вернулся в зал трактира.

— Вижу, вы сходили не просто так. — Интор улыбнулся. — Простое дело. Я такие называю «На чашку сангора». — Он задумался, глядя куда-то в потолок, и словно глядя куда-то за горизонт отошёл к двери. — Они подъехали на автомобиле, втроём, и сели вот как сейчас сидят, а вот этот, — палец сыщика ткнул в лежавшее на полу почти обезглавленное тело, стал что-то говорить жене трактирщика, и та, вот тем ножом что валяется рядом, попыталась его зарезать, но двое за столами, начали стрелять, убив её и детишек. Трактирщик это услышал, и подхватив дробовик, спрыгнул вниз с галереи, и сначала положил эту парочку, а после выстрелил в грудь мужчины пистолет которого таки и остался в кобуре. — Проверил все ли его родные мертвы, и для начала выстрелил в голову трупу, чтобы затруднить опознание, собрал ценные вещи и уехал, видимо взяв машину убийц. Я так понимаю, что это всё — заключительный акт криминальной драмы, под названием «Старые друзья, приходят предъявить счёт к оплате».

Написав пространный отчёт для хозяина местных земель, граф Интор и Владимир уже вечером сели на столичный экспресс, чтобы рано утром, быть дома, и подойдя к их машине, Владимир снова вытащил бомбу из-под днища, и уехал, оставив её полицейскому патрулю, охреневшему от такой «посылки».

— Это становится назойливым. — Интор несколько раз задумчиво стукнул в пол тяжёлой тростью, со спрятанным в ней семидесятисантиметровым клинком рапирного типа. — Вы, маркиз, если что. возьмётесь, решить этот вопрос, если я достану адрес?

— Разумеется. — Владимир кивнул. — Это собственно то, что я умею делать лучше всего.

А в тот же вечер, их неторопливый ужин прервал вежливый мужчина, назвавшийся инспектором финансового дома Айтрон, и пригласил их прямо сейчас подъехать в здание банка, на улице Авиур.

Здание, несмотря на поздний вечер, было полно людей, но служащие стояли не за стойками, а находились в центре зала, там, где обычно ожидали посетители, молча сидя под охраной полицейских.

Их встретил один из вице-директоров, и сразу проводил в кабинет директора, где Ург Арсо — полный пожилой мужчина в «служебном костюме» рассказал, что внеплановая ревизия выявила нехватку денег в хранилище.

— Мы всё проверили. Движение наличных, бумаги, инспекторов, и кассиров, и не смогли понять, как и где произошло хищение. Поэтому прошу вас, присоединиться к нашим поискам. Скажу сразу, что сумма похищенного — семь с половиной миллионов, и в случае обнаружения канала хищения, мы готовы заплатить вам столько же, в качестве премии. Причём нам даже не обязательно чтобы вы нашли пропажу. Для нас главное, чтобы вы нашли канал исчезновения наличных из банка, и сделали это как можно быстрее. Пока не будет обнаружен канал утечки, все операции центрального корпуса остановлены, а это, как вы сами понимаете, убытки куда более значительные.

— Разумеется, господин Арсо, мы приложим все силы. — Интор кивнул, и они с Владимиром вышли из кабинета.

— Я сейчас пройдусь по этажам, и спущусь в хранилище, а вы… — граф усмехнулся. — Посмотрите тут… Может чем поможете.

Начать поиски Владимир решил с хранилища, где сейчас работали ревизоры, проверяя буквально каждую пачку, и сохранность замков в депозитарии. А спустившись вниз, и пройдя через три поста охраны, остановился в зале, где стояли поддоны с наличными, и золото в слитках.

Здесь успели достаточно натоптать, но Владимир, совершенно чётко уловил следы применения магии хаоса, да ещё и такие «жирные», что остатки узора, словно копоть, ещё кружили лохмотьями в воздухе. Он оглянулся, и внимательно прошёлся взглядом по стенам. Для того, чтобы магичить в хранилище, сюда нужно как-то попасть, а сделать это можно тремя способами. Пробиться сквозь охрану и металл, работать в банке, и построить портал. И следы портала тоже обнаружились, но только совсем маленького, диаметром, примерно сантиметров двадцать. А значит, кто-то просто покидал деньги, и вышел обычным способом.

Владимир уточнил, все ли служащие центрального корпуса на месте, и попросил собрать тех, кто имел доступ в хранилище.

Оказалось, что граф, уже занимался именно этой категорией, и находился в большом кабинете, где сидели десять мужчин и две женщины, с которыми мирно беседовал Интор, что-то записывая в блокнот.

Когда Владимир вошёл, и бросил взгляд, от одного из мужчин, отчётливо плеснуло страхом, и уже не раздумывая, князь, подскочил ближе и одним ударом вырубил его, небрежно бросив тело на стол для совещаний, и пройдясь по карманам, вытащил толстую треугольную пластину, с вплавленным в неё узором.

— Прошу составить акт, и всех подписать, что данный предмет я вытащил из кармана именно этого человека. — Обратился Владимир к охране, стоявшей у входа, и все быстро забегали.

Через пять минут, в комнату вошёл директор, и не беря в руки, посмотрел на пластину.

— Что это, маркиз?

— Я так понимаю, что это портальный амулет. — Ответил Владимир. — Маломощный, от того, его и не засекли в хранилище. Он видимо принёс его, и уже на месте несколько раз наполнял силой до насыщения, затем открыл портал, украл деньги, и вновь вынес, уже разряженный амулет.

— а…мна… — Лежавший на столе мужчина зашевелился, и Владимир шлепком ладони по затылку, снова отправил его в нирвану.

— Я думаю, клиент созрел для неторопливой, и плодотворной беседы. — Соколов поднял человека за шкирку, и подхватив за руку, забросил его на плечо. — Куда нести?

След к организаторам кражи, вёл в сторону Церкви Милосердных Богов — новой, но быстро набирающей популярность конфессии, явно собранной на живую нитку из легендарики мира, и традиционных верований. Таких церквей в мире Ворсана, имелось немало, а если точнее, то все церкви, несли на себе отпечаток быстрого и неаккуратного конструирования, и тысячелетних попыток, закрасить неудачные швы, и заделать кривые стыки.

Владимир не сомневался, что портал ведёт в столичный храм, и по его предложению, директор банка, весьма подогретый головомойкой от учредителей, дал добро, на своеобразную магическую пробу, когда на борту коммерческого дирижабля оказалось всё правление банка, пара молчаливых господ в статских мундирах, и личный поверенный в делах Его Величества Гарраса Пятого. У Соколова уже сложилась вполне достойная репутация, и все заинтересованные лица, приехали лично взглянуть на то, что получится.

В нижнем зале гондолы, где располагался салон, и огромные панорамные стёкла, Владимир поставил небольшую табуретку, положил на неё портальный камень, подождал пока вахтенный не подтвердит, что дирижабль занял место рядом с храмом, и начал потихоньку насыщать камень энергией.

К его удивлению, камень быстро принял всего пятисот эрг, и раскрыл портал. Сначала Владимир хотел отправить туда мощную мину, но подумав, решил переиграть, и когда портал стабилизировался, вкинул в переход, магему паралича, напитанную почти двумя миллионами эрг.

Магическая вспышка полыхнула сквозь стёкла храма так, что на секунду поблёкли газовые фонари, и сразу же в здание кинулись лейб-гвардейцы, но никакого штурма не получилось. Находившиеся внутри храма люди валялись в глубоком беспамятстве, и гвардейцам осталось лишь вынести их, и разложить по подъезжающим машинам, а после, провести тщательный обыск всего храма, от шпиля до подвалов, вытаскивая горы золотых вещей, бумажных денег и монет.

Владимир вместе с Интором, тоже прогулялся по зданию, и они нашли ещё пяток тайников, пропущенных полицейскими ищейками и оперативниками лейб-гвардии.

А спустившись в подвал, и пройдя до центрального хранилища ценностей и эфиро-энергетических изделий, Владимир прямо сквозь толщу земли и гранита, почувствовал огромный накопитель на триллионы эрг, заполненный силой хаоса под завязку.

Глава 17

Тот, кто не ждёт от жизни ничего хорошего, никогда не бывает разочарован, но и радуется нечасто.

Умбиор Траго Кардинал Северного удела Церкви Милосердных Богов.

Срочно, секретно.

Всем уделам отдельным приходам и консисториям!

Обеспечить регулярность проведения «особых месс», и наполнение источника в соответствии с нормой. Считать незаполненный источник прямым нарушением порядка несения Службы, и принимать надлежащие дисциплинарные меры к настоятелям допустившим подобное, а срыв мессы, считать поводом для смещения настоятеля с должности с понижением на два ранга от текущего.

Исключить практику использования для месс непригодного материала, как бродяги, портовые проститутки, и физически нездоровые и ослабленные люди. Брать только крепких физически людей, обеспечивая чистоту изъятия, и отсутствие проблем с законом стран пребывания…

Глава Надзирающего Ока кардинал Терго Инхаос.

Несмотря на вечер, король принял их немедленно, и Владимир объяснил, что именно он обнаружил под храмом и чем грозит выплеск из такого накопителя.

— Бо́льшая часть уйдёт в никуда, но даже то, что разойдётся, уничтожит столицу с пригородами, превратив людей и дома в пыль. Кроме того, вся вода превратится в смесь кислорода и водорода, а учитывая, что везде будет мелкодисперсное железо, всё это воспламенится, и пыль разнесёт ещё на десятки, а может сотни километров.

— Невесёлая картина. — Король качнул головой. — Но ведь что-то нужно делать?

— Самый простой способ — отправить эту энергию по каналу куда-то в сторону. Можно просто выбросить её в космос, а можно долбануть по безлюдной местности. По пустыне там или океану.

— А не по пустынной? — Король как-то странно улыбнулся.

— Да можно, — Владимир кивнул. — Только имейте в виду. Всё в пыль, на глубину метров в десять, плюс, возможный взрыв от облака горючего газа, в который превратится вся вода в зоне удара.

— Так это же просто отлично! — Гаррас Пятый широко улыбнулся, и отойдя к полке. Выхватил рулон карты и раскатал его на столе. — Вот здесь хребет, разделяющий нас и Алтарию. Вот здесь он понижается, до россыпи холмов, и между холмов лежит Аксанская пустошь, где вот уже несколько лет находится армия, готовая к вторжению. Мы вынуждены держать здесь, все свои силы, в то время, как и на других границах неспокойно. Да и пребывание армии в полевых лагерях недёшево стоит. И весь этот кошмар продолжается уже третий год!

— А кто им оплачивает этот праздник? — Задал вопрос Владимир. — Им же тоже не просто так, держать огромную армию.

— У них такая тактика. — С усмешкой пояснил Интор. — нависают всей армией, а в какой-то момент, когда противоборствующая сторона устаёт, они нападают.

День посла Алтарии в Аноре, давно устоялся, и не предполагал никаких изменений, когда его внезапно вызвали во дворец. Поэтому пришлось снимать летний костюм, влезать в парадный мундир, и звеня орденами, тащиться в канцелярию короля, за непонятно каким чёртом.

Но король Анора, смог удивить, выкатив Алтарии настоящий ультиматум, предписывающий увести войска от границы, в десятидневный срок, под угрозой уничтожения всей войсковой группировки.

Не дело дипломата, вникать в реалистичность таких вот сценариев, поэтому граф Кохрал, сразу вернулся в посольство, и тут же отбил пространную телеграмму главе дипломатического ведомства, где подробно расписал кто где стоял, и выражения лиц присутствующих, особенно упирая на то, что именно выражение лица канцлера, и короля ему не понравились особенно. Судя по взгляду Гарраса Пятого, он либо был уверен в действенности своей угрозы, либо имел некий план событий, недоступный для Алтарии.

Телеграмма, отправленная с мощного передатчика в посольстве, легла на стол герцога Бланта, уже через полчаса, опытный царедворец, подумав некоторое время, вызвал машину, чтобы доложить о проблеме лично императору.

Император Агасор — Солнце Алтарии, статный тёмноволосый мужчина лет шестидесяти, в синем мундире главнокомандующего армией, проводил заседание военно-промышленного совета, но для главы своего внешнеполитического ведомства сделал перерыв, и герцог, огласил содержание ультиматума присутствующим, а также мысли посла, и донесения разведки.

— Странно конечно. — Солнце Алтарии, почесал мочку уха, задумчиво глядя куда-то вдаль. — Армия у Анора не стала сильнее, никаких прорывов в научной сфере вроде нет. Или я что-то не знаю, Наргас?

Граф Наргас, руководитель разведки степенно встал, и одёрнул мундир.

— Наша агентура присутствует во всех ведомствах королевства, и ни о чём таком никто не докладывал. Хотя у них довольно сильные маги, и они конечно могут иметь несколько сюрпризов.

— Мне не нужны никакие сюрпризы! — Император стукнул кулаком по столу, так что фишки, стоявшие на карте, подскочили и упали набок. — Маршал. — Агасор повернулся в сторону командующего Гвардией. — Выдвигайте к границам Анора гвардейскую бронекавалерию и гвардейскую артиллерию, и чтобы через трое суток, они были там. Увешанные амулетами, и защитами, как рангальская шлюха оберегами от беременности.

— Будет исполнено. — Маршал встал, поклонился и вышел из зала.

Между двумя государствами существовала железная дорога магистрального стандарта, сейчас не используемая для трансграничных перевозок, но для подвоза армии, она годилась замечательно, и широкие платформы, и вагоны приняли гвардейские подразделения, и уже через сутки, высаживали их посреди Северной Аксанской Пустоши, разделённой старым Инойским хребтом почти пополам.

Гвардия всегда славилась своей дисциплиной, поэтому артиллеристы ставили редуты, бронекавалерия рыла заглублённые укрытия для техники, а лётчики, осваивали уже построенные аэродромы.

Всего на границе скопилось больше полутора миллионов солдат, не считая десятков тысяч торговцев, шлюх, и прочего люда, налипавшего на армию.

В воздух подняли пару разведчиков, но те, неожиданно над границей, столкнулись с истребителями, и вынуждены были улететь обратно.

Напряжение всё возрастало, когда на десятый день, один из пилотов, рискуя жизнью,, проскочил на бреющем полёте, между холмами, пользуясь утренней облачностью, и поднял машину прямо над лагерем королевских войск.

Его взгляду предстала пустая равнина с кое-где сохранившимися ямами, размеченными аллеями, пустые окопы, и наблюдательные пункты. Развернувшись, пилот, прижал клавишу передатчика, собираясь доложить результаты разведки, когда на его глазах, куда-то за холмы, опустился серый столб от земли до неба и эфир, обычно шуршавший помехами и скрипевший дальними атмосферными разрядами, утонул в звуках белого шума.

Чудовищный взрыв, частично отразили холмы, частично погасило расстояние, но самолёту захваченному ударной волной едва удалось вывернуться, за счёт того, что он сразу бросил машину к земле, и основная часть воздуха, спрессованного до каменной плотности, прошла выше.

Тщетно пилот вызывал полевой штаб и диспетчера полётов, пока на аварийной частоте не поймал оператора гражданского воздушного движения городка, отстоявшего почти на пятьсот километров.

А над местом бывшего лагеря уже начинала раскручиваться воронка огромного смерча.

Только через пять дней, разведка на бронетранспортёрах смогла пробиться через ураган, бушевавший над хребтом, и добралась до места бывшей ставки армии, но ничего кроме низины, простирающейся до горизонта, не обнаружили.

Озвучить информацию о катастрофе, поручили маршалу Килграту, командовавшему гвардией и совершенно случайно не оказавшегося там, вместе со своими подразделениями.

— Мой император. — Маршал вошёл в кабинет, и встал на колени, пригнув голову. — Армии империи нет.

— Что значит нет?!! — Взорвался император. — Не могли бесследно исчезнуть полтора миллиона человек. Что-то должно было остаться! Оружие, амулеты, броня, бронетехника…

— Всё это превратилось в пыль, и было развеяно ураганом. — Не поднимая головы произнёс маршал. — Вместо пустоши, на которой росла трава и деревья, сейчас огромная яма глубиной в десять метров, на дне которой тонкий слой пыли. — Килграт, сунул руку в карман, и разжав кулак. показал императору серую пыль. — Полтора миллиона солдат, мой император. Лучшие из лучших. Гвардия, и отборные части. Тысячи единиц бронетехники, самолётов, орудий, горы аммуниции и боеприпасов… Одним ударом.

— Не вздумай сбежать на тот свет, старый дурак! — Император Агасор, рывком поднял маршала с колен, и заглянул в глаза. Поедешь на переговоры — обещай любые контрибуции, штрафы, и земли. Всё вернём, дай только срок.

Имперцы приехали в столицу королевства в весьма печальном настроении, но вопреки ожиданию, не увидели ни праздничных балов, ни салютов, которыми должны были отмечать победу над давним врагом, жители Анора. Их недоумение развеял секретарь посольства, встречавший делегацию на вокзале.

— Король Анора, запретил любые торжества, потому что гибель полутора миллионов человек, есть мировая трагедия, и негоже веселиться на костях. — Секретарь поклонился маршалу, возглавлявшему делегацию. — А ещё король сказал, что очень хорошо, что он не согласился с ударом по столице Империи, но в следующий раз, он может прислушаться к мнению советников.

Выплеск такого количества деструктурированного эфира, полностью разрушил здание церкви Милосердных Богов, и несколько близлежащих домов, но жителей всего квартала заранее отселили, так что пстрадал лишь десяток бездомных, живших в канализационном коллекторе поблизости от храма, да коммунальщики увидевшие вскрытые трубы канализации и водоснабжения, к чему городские службы, разумеется оказались не готовы, несмотря на предупреждение. К сожалению Владимира, сам накопитель, тоже ушёл в пыль, но именно поэтому Владимир и не поймал откат от полутора миллионов смертей, принятых на себя огромным кристаллом. Так что обошлось без приобретений, но и потерь не случилось, что сам Соколов оценивал, как положительный факт.

В качестве благодарности от короля, Владимир получил роскошный особняк, выходивший фасадом на Большой Королевский Парк, когда-то принадлежавший герцогской фамилии Сенор, давно канувшей в Лету. Такой дом Владимиру совсем не был нужен, но разумеется подарок он принял со всеми полагающимися реверансами.

Тем временем, король разослал по знакомым правителям информацию по интересному подвалу под храмом всех творцов, и когда пришли ответы, соколов наконец понял, в чём заключался план хаоситов. Превратить планету в один огромный могильник, получив выплеск жизненной энергии, и вообще ободрав мир, до последней капли. Ему ещё несколько раз пришлось выезжать в крупные города других стран, чтобы выкинуть хаотическую энергию прочь, и на этот раз, он просто отправлял силу в места горных выработок, превращая прочнейшие породы в пыль, или отправляя силу далеко на полюс.

Раздёргав таким образом главные накопители Церкви Милосердных Богов, уже можно было не бояться катастрофы, хотя в нескольких городах церковники всё же выплеснули энергию, уничтожив до нескольких крупных кварталов, но в целом потери случились минимальные, и все прекрасно понимали, что случилось бы произойди одновременный выплеск такого количества хаоса. Проблема заключалась в главном храме Церкви, на маленьком острове Сурис, между материками, и там наверняка находился главный накопитель. По этому вопросу никто ничего прояснить не мог, так как на остров допускались только паломники, и шпионов если таковы посылали, вычисляли прямо на месте, и в лучшем случае просто не пускали на берег, а в худшем, они бесследно пропадали.

По сему вопросу в Вангори состоялся совет девяти монархов, представлявших все крупные и сильные государства, кроме императора Алтарии, погрязшего в междоусобных войнах.

Владимира тоже пригласили на совет, как человека способного направить разрушительную силу хаоса, куда-нибудь подальше.

Король Ирингара в чьём хозяйстве имелся наиболее сильный флот, сразу предложил сровнять весь остров пушками с максимальной дистанции, но Владимир, присутствовавший на совете, объяснил, что неконтролируемый выплеск может превратить пару десятков кубических километров воды во взрывоопасный газ, и тогда планетарная катастрофа неизбежна.

— И что же мы будем делать? — Королева Ликии, удивлённо обвела присутствующих взглядом.

— Я хочу пробраться на остров, и там уже решать вопрос. — Владимир покачал головой. Знаю, что они как-то отлавливают засланных туда людей, но думаю у меня всё получится.

— Смотри парень. — Король Кихана — огромный широкоплечий, бородатый мужчина, с кулаками размером со средний чайник, легко хлопнул ладонью по столу, от чего посуда на монументальном дубовом сооружении, недовольно звякнула. — Если в течение десяти суток от тебя не поступит сигнала, я вышлю бомбардировщики. Лучше кошмарный конец, чем бесконечный кошмар.

— Согласен. — Король Ирингара, кивнул. — Флот закроет кольцо блокады через двадцать часов, и будет ждать в готовности к открытию огня.

Маленькая шхуна, с узким вытянутым корпусом, и большими парусами, отлично подходила только для одной цели — возить контрабанду, но экипаж вопреки традициям «вольного братства» не употреблял спиртное, беспрекословно слушал команды капитана, и кораблик ходко летел к прибрежным водам острова Сурис. На шхуне царил железный порядок, и все члены экипажа носились словно угорелые, не считая одного пассажира. Кораблик, принадлежавший флотской разведке Ирингара, возил всякое, и всяких, и вот теперь, вёз непонятно куда одного человека, которого похоже вовсе не беспокоило что высаживать его будут за десять километров от берега.

Владимир за два дня пути отлично выспался, и стоя на верхней палубе попивал сангор, когда к нему подошёл капитан.

— До точки пять миль.

— Благодарю, адмирал. — Владимир кивнул. — У меня всё собрано, так что я готов. Помните, что бы вы не увидели, не вмешивайтесь. Ваша работа уже сейчас можно сказать закончена.

Через пять миль, парусник, заложив крутой поворот, изменил курс, и команда, проводив пассажира в водолазном снаряжении взглядом лишь отметила глухой всплеск воды.

Маленький подводный буксировщик, для диверсионных подразделений альвари, отличался скромными размерами, но мощь выдавал вполне серьёзную, так что десять километров до берега Владимир преодолел минут за сорок, не успев потратить и половины запаса кислорода.

Он специально подошёл к берегу со стороны рифов, где сложно выбираться на берег, и забравшись в какой-то закуток между камнями, спрятал всё снаряжение обратно в пространственное хранилище, и выпустил крошечный дрон-разведчик, размером с большую муху.

Прикрыв глаза, он наблюдал за картинкой, транслируемой имплантом прямо на сетчатку. Отмечая удобную дорогу наверх, заодно разыскивая датчики и наблюдательные точки церковников.

Здесь, в мешанине скал, их было куда меньше чем на обратном берегу, где пологий песчаный пляж, куда больше подходил для высадки, но они имелись, и единственная тропинка проходила через Два таких поста. Один в небольшом окопчике, на краю обрыва, а второй на наблюдательной вышке на скале, откуда открывался вид на весь северный берег.

Наблюдатели, одетые в нечто вроде штанов и курток тёмно-коричневого цвета, в тон окружающему пейзажу, не разговаривали и не отвлекались, постоянно обшаривая сектор наблюдения в мощный бинокль, с какими-то дополнительными насадками, и судя по крупной штуковине с длинной проволокой, торчащей вверх, имели средство связи.

Ничего сложного в преодолении таких постов не было, и дождавшись темноты, Владимир аккуратно полез прямо по скале, мимо всех постов, и в мёртвой зоне наблюдения. Пару раз камни из под руки или ноги срывались вниз, но через час, он уже вполз на вершину скалы, и внимательно огляделся. Вышка находилась чуть ниже, и Владимир мог видеть четырёхскатную крышу над наблюдательным пунктом, а передового поста, отсюда было не видно, так как он находился чуть ниже и за поворотом.

Теперь осталось аккуратно слезть со скалы, что, учитывая открытость всем ветрам, было не так уж просто.

Людей побывавших на острове церковников, имелось в достаточном количестве, чтобы составить представление об одежде, и одежда на нём вполне соответствовала времени и месту. Широкие штаны из толстой хлопчатобумажной ткани, тёмно-коричневого цвета, рубаха и жилетка, с множеством карманов, которая в этом мире носила название «пастушья». Оружия при себе не имелось, но в кольце, рукоятками вперёд, лежали штурмовой пистолет с глушителем, автомат бесшумного боя, и бандольер с метательными ножами. А чуть глубже находились снаряжённые магазины ко всему этому, гранаты, парочка серьёзных мин, и ещё глубже позитронный заряд хандской работы, способный очистить от живых существ территорию в десять квадратных километров. И не то, чтобы он ощущал необходимость во всём этом, но собираясь на войну и имея такую штуку как пространственный карман, трудно остановиться, и он понимал, что когда-нибудь он воспользуется этой дрянью.

Он щёлкнул одноразовым передатчиком, посылая сигнал об успешной высадке, и переложив радиостанцию в другое хранилище, чтобы не оставлять следов, начал спуск по стене.

Дорога уходила в глубину острова, мимо пары посёлков, и двух городов покрупнее, пока не упиралась в столицу всей храмовой братии — город Милость Богов, где кроме высших иерархов церкви и их служек никто не жил. Даже главный храм, находился чуть в стороне, и паломники приходившие на праздничные богослужения, попадали в него по боковой дороге, не входя в сам город. Объяснялось это так, что мол в городе полно секретов. Которые людям знать рано, и послушники радостно жрали эту ложь. Хотя и правда, зачем стаду видеть оргии иерархов и их обжорство, под крышами роскошных дворцов.

Но между городами постоянно двигались люди, повозки, автомобили вышесредних церковников, и лимузины иерархов, так что одинокий путник с мешком на спине, не привлекал лишнего внимания. Да, отличный работник. Широкие плечи, высокий рост, может наделать кучу детишек, за которых после возможно выручить кучу денег, но вот просто так. подойти и спросить, чей ты раб, не в правилах острова.

Служители храма, одевались в шёлковые штаны, рубаху, пиджак, и длиннополую накидку типа плаща. Тем, кто на низких ступенях иерархии из хлопка, тем кто повыше — из шерсти разного качества, и иерархи носили одежды из тарданского шёлка. По цветам они тоже различались и у нижних чинов, красилась в коричневый, чуть выше в чёрный ещё выше в синий и голубой, и красный, а иерархи носили всё белое. Соответственно для всех кто населял остров, белые одежды оставались под запретом, также, как и более двух вещей красного цвета.

Но до местностей, где появлялись иерархи, было ещё очень неблизко. Весь остров составлял в длину четыреста километров, и в ширину около ста тридцати, так что, если не озаботится транспортом, пилить ещё очень долго.

Проходя извилистым просёлком, Владимир отвлёкся на шум, шедший откуда-то со стороны, и чуть помедлив, повернул в ту сторону.

Небольшой сплошной забор, высотой в два метра, окружал обширную поляну, на которой теснились десятка два полузакопанных хижин, и два дома получше. Ворота стояли распахнутыми настежь, поэтому Владимир сразу увидел причину шума. На вбитых в землю столбах, растянули полуголую женщину, и под крики истязаемой, щёлкал бичом, оставляя на теле кровавые борозды.

Вокруг, полукольцом стояли десятка три мужчин и женщин в каких-то полуистлевших тряпках, закованные в кандалы, а ещё чуть поодаль шесть надсмотрщиков, одетых в коричневые штаны и куртки, державшие в руках шипастые дубинки.

На вошедшего человека отреагировали только пара охранников, подошедших со стороны ворот, отсекая путь.

Владимир сбросил мешок, набиты мхом, на землю, и мгновенно сместившись вперёд, снёс первого охранника ударом ноги, и развернувшись ко второму, приложил его со всей дури между ног так, что крупного мужчину, подбросило почти на метр, и он упал уже скрючившись в позу эмбриона, и широко раскрывая рот в попытках закричать.

Подскочили ещё трое, размахивая дубинками, и тут же легли, в живописных позах. Самый умный уже успел вытащить револьвер, но выстрелить не смог, так как отчего-то в плече, застряла острая железка, и рука совсем перестала слушаться.

Владимир походя вырубил человека с плёткой, и развязав женщину, усадил её на землю.

— Ты как?

— Анорец… — Женщина устало качнула головой. — Как я могу себя чувствовать, живя три года словно червь?

— Давай я сниму с вас кандалы, для начала?

— Это будет отлично. — Женщина повернулась к людям, стоявшим вокруг пыточных столбов. — Ринги! Иди сюда!

Звеня кандалами, подошёл высокий мужчина, на котором из одежды были только тряпки на чреслах.

Владимир взялся за кольцо схватывавшее ногу, и одним движением продавил сквозь сталь разрушающий узор, и разогнул кольцо.

Где-то через полчаса, он снял все кандалы с заключённых, «Третьего исправительного лагеря», и они, перетряхнув домики надзирателей, раздобыли десяток пистолетов и пару ружей, а самих охранников, не мудрствуя, рассадили по кольям, которые привязали к забору.

Люди в лагере, оказались примерно с одной и той же историей. Их похитили на материке, и привезли в качестве рабов. А поскольку быть рабами они не хотели, то непокорных списали вот в такой лагерь, где людей ломали, превращая в безвольную скотину. И только трое были кадровыми разведчиками, вскрытыми службой безопасности Церкви. Они-то и составили костяк лагеря, не давая людям опустится и поддерживая в них веру в себя.

Владимир, выгреб всё из бывшего жилища котов всё кроме кристалла-накопителя, и из получившейся кучи отдал разведчикам три автомата, с десятком магазинов на каждый, бинокль, десять кило взрывчатки, и пару завалявшихся непонятно откуда бронежилетов. А поскольку узники направлялись в один из городов, чтобы пощипать местных церковников, Владимир вышел с ними.

Одежды содранной с охранников, и найденной в их домах, на всех не хватило, но как-то люди прикрылись, и такой разношёрстной толпой отправились в путь. Вечером их почти никто не обгонял, а те, кто обгоняли, даже не задались вопросом, куда движется толпа из полусотни человек, да ещё и на ночь глядя.

Городок Радость Богов, представлял собой россыпь однотипных сборных домов, располагавшихся вдоль пяти улиц. Трёх вдоль тракта и двух поперёк. И лишь дом градоначальника, сложенный из серого гранита, выделялся на этом фоне. Но сначала пошли не к градоначальнику и не в городской храм, а наведались в казармы городской стражи. Владимир накинул на здание узор сна, и через пять минут, бывшие заключённые задорно потрошили арсенал, и вещевой склад. На складе нашлись даже нагрудники и шлемы, видимо на случай волнений, и заключённые уже совсем не напоминали толпу, хотя до подразделения им всё равно оставалось неблизко. Из трёх камней Владимир сделал им своеобразные гранаты паралича, вплавив сигил и напитав его силой, но дальше их дороги расходились и пожелав узникам достойно отдать свою жизнь, занял машину начальника гарнизона, и газанув, выехал из ворот.

Никаких заслонов или блокпостов на острове конечно не водилось, и Владимир легко проехал остаток пути, пока не показались предместья столицы.

Если прочие города острова представляли собой всего лишь небольшие посёлки, то столица была действительно крупным городом, насчитывавшем примерно двести тысяч населения, с широкими улицами, проспектами, и высокими домами.

Бросив машину в тёмном переулке, Владимир нашёл самый захламлённый вход в подвал, вскрыл замок, и снова закрыв дверь, стал устраиваться на отдых. Следующая ночь обещала стать весьма хлопотливой.

Глава 18

Будущее не предопределено, но сложено из кирпичиков настоящего.

Дежурный господь узлового мира Земля 237

Срочно, секретно!

Главе Надзирающего Ока, кардиналу Терго Инхаосу.

Сообщаю вам, что в 19.15 4.05. 35 от пришествия Истинных, заключённые Третьего исправительного лагеря, Северного Удела, пока неустановленным способом, смогли освободиться, и завладев оружием охраны, убили всех надзирателей, совершили марш к городу Радость Богов, напали на казарму городской стражи, и неустановленным способом оглушили их, а после перебили до последнего человека, разграбив вещевой склад и арсенал, после чего напали на дом градоначальника, и сожгли его, предварительно разграбив, а градоначальника казнили с особой жестокостью. После этого, следы группы заключённых теряются, так как они, захватив несколько грузовиков стражи, скрылись в неизвестном направлении.

Возможно проникновение диверсантов в столицу, так как один из грузовиков обнаружен в пригороде.

Принятыми мерами городские стражи всех населённых пунктов, переведены в «тревожный» режим несения службы, на всех дорогах выставлены блокпосты, и ведётся усиленная проверка документов.

Резолюция кардинала Терго Инхаоса

«Золотощитные», «Серебряные шлемы» «Кровавые клинки», поднять по тревоге. Патрули по всей столице. Проверять документы даже у кардиналов. В случае обнаружения, живыми не брать, уничтожать на месте.

Всем службам Ока — красная тревога. Оповестить охрану Сына Богов.

Подпись — Инхаос.

Князь проснулся вечером, от того, что кто-то пытался открыть двери в подвал, говоря на дикой смеси десятка языков мира Ворсан, из которой Владимир понимал едва ли треть, но этого хватило чтобы понять, желание неких людей вскрыть подвал, и отговорки других людей, что в этом подвале со дня строительства никто не был, что и так видно. Поскандалив какое-то время, люди всей толпой отправились дальше, а Владимир, осторожно лез в зев воздуховода, и помогая себе присосками, пополз вверх.

В доме было всего три этажа, так что он добрался достаточно быстро, и вывалившись на крышу, первым делом осмотрелся, и увидел, что за время его отдыха город превратился в разворошённый муравейник. По улицам с рычанием проезжали автомобили, проходили тройки воинов, вооружённых короткими карабинами, и даже в поле зрения находились два блокпоста — пулемётная точка, обложенная мешками с песком, и пяток солдат рядом. Существовал относительно спокойный путь через канализацию, но у Владимира имелся ещё один вариант, а именно спасательный пояс лави — замечательная штука, позволяющая спокойно опуститься на землю даже с пятикилометровой высоты, а если владелец маг, с большим резервом, то и летать, пока эфир не кончится. Спасательные пояса в обязательном порядке находились на всех летающих домах лави, в количестве, вдвое превышающем максимальную загрузку дома. Владимир купил себе не обычный вариант, а пояс спасателей, имевший кроме увеличенного резерва возможность управления полётом.

С тех давних пор, когда левитирующие дома и города впервые поднялись в небо, прошло много сотен лет, надёжность домов достигла предела, но пояса всё также хранились в специальных ящиках.

Соколов дождался пока плотная южная ночь накроет столицу, и прижав кристалл питающий пояс, взмыл в небо.

Сверху город выглядел вполне прилично. Широкие бульвары и ровные квадраты кварталов, с красивыми домами. Но Владимира интересовал главный собор церковников, возвышавшийся над столицей вытянутым вверх куполом, и тонким острым шпилем, пронзавшим небо.

Беззвучно рассекая воздух, Владимир пролетел над городом, мягко опустился на галерею, опоясывавшую низ купола, и сложив пояс обратно в хранилище, шагнул к двери, ведущей внутрь.

Та ожидаемо не поддалась, но потянув сильнее, Соколов просто вывернул проржавевшие петли наружу, и оставив за спиной вывернутую створку, начал спуск по железной лестнице, прямо в главный зал Собора.

К счастью, местная цивилизация ещё не додумалась до датчиков и телекамер, так что путь не осложнялся преодолением очередного рубежа технической защиты, а первый заслон обороны человеческой, Владимир встретил внизу лестницы, где сходились технические коридоры из разных концов огромного здания. Три человека в длиннополых плащах поверх стальных кирас, и сверкающих шлемов, сидели на стульчиках, играя в какую-то сложную игру из кубиков и карточек, и полегли там же под действием мощного глифа «спячка».

А Соколов стал опускаться ещё ниже. Потому как узор контролировавший выплеск, требовалось нанести как можно ближе к накопителю, и желательно часть узора нарисовать прямо на нём.

Обход нашёл тела в коридоре через пятнадцать минут, и попытавшись привести подчинённых в чувство, командир взвода Серебряных шлемов, вызвал дежурного настоятеля. А тот в свою очередь вызвал иерея Томара, который потыкавшись в плотную вязь узора, кивнул, и обернулся к дежурному настоятелю.

— Храму оранжевая тревога. Они здесь.

Командовавший поисками заместитель Ока, отозвал патрули из города, и уже через час, плотное кольцо войск окружило здание собора, а группы наиболее подготовленных воинов, стали обыскивать задние залезая в каждую щель. И конечно полусотня Золотых щитов, спустилась вниз, в сердце храма — жертвенный зал, под которым находился огромный кристалл искусственного рубина, размером с двухэтажный дом, почти под завязку заполненный силой Хаоса.

Обряд приобщения грешников к Силе, решили не прерывать, и воины только рассредоточились по краям зала, чтобы не попасть под удар, стараясь не наступать на линии узора пентаграммы, нарисованной серебряными стержнями, врезанными в камень.

Старший епископ выпевал сложный речитатив заклинания, тела двадцати пяти грешников, по пять в каждом узле узора, корчились от боли в каменных саркофагах, воя на все лады, а воины стояли по углам молясь чтобы никогда не оказаться там, в каменном мешке, откуда после выметут лишь горстку пыли.

Но в стройном сценарии, сразу всё пошло не так. Епископ запнулся, и даже успел удивиться, когда его голова улетела прямо в центр узора, а тело, постояло фонтанируя кровью из артерий, и завалилось словно мешок.

Солдаты ещё не поняли, что происходит, но под куполом зала, раздался гулкий перестук, и они стали валится на пол, пачкая его кровью. Кто-то успевал вытащить клинки, и рвануть в сторону врага, но пули летели быстрее, и через пару минут и два магазина, все кончились.

Владимир прошёлся по залу, добивая раненых, и увидев над пентаграммой туманный шар, с энергией, вытекшей из жертв прямо в воздухе нарисовал узор «зеркала», и сила потекла по линиям пентаграммы в обратном направлении, вызывая в телах жертв, корчи наслаждения.

Двери в нижний зал, сделанные из толстых стальных конструкций, никак не запирались, но Владимир просто заварил их, проведя шариком плазмы, вдоль стыка створок, и дождавшись пока стихнут крики, раскрыл саркофаги, предоставив узникам самим приходить в себя и выбираться наружу.

Не отвлекаясь больше ни на что, Соколов сначала зафиксировал рисунок пентаграммы в ассистенте, а после там же в редакторе узоров, стал рисовать требуемые изменения сверяясь с калькулятором, показывавшим цифры изменений и дальность переноса, и всё прикинув, начертал сигил шара плазмы, и стал им проплавлять новые дорожки в узоре, и убирать те, что ему не требовались, выскребая серебро из канавок — каналов, и плавя камень.

Узники, потихоньку выбирались из каменных мешков, и обходя узор и трупы, собрались тесной кучкой в дальнем углу, вполголоса переговариваясь.

Они понимали, что человек занят какой-то волшбой, и не хотели его беспокоить. Того, кто способен перебить полсотни элитных храмовых воинов, и сломать обряд, наверняка не стоит злить и вообще на всякий случай лучше не обращать на себя его внимание.

Новый узор быстро продвигался, когда в дверь что-то глухо ударило, затем чем-то пошелестело, и снова ударило куда сильнее.

Но зачарованные на крепость, стальные створки держались, и церковники откуда-то притащили пару амулетов и начали медленно плавить металл, но такими темпами, это у них надолго, а взрывать в подвале высотного здания весьма неудачная идея.

Где-то через час, Владимир закончил с узором, и найдя глазами толпу узников, подошёл ближе.

— Сейчас здесь будет кусочек ада. Кто хочет жить, сидите где находитесь. И никуда не бежите, как бы не хотелось. Если не чувствуете в себе силы остаться на месте, скажите сейчас, я погружу вас в спячку.

Все, кто хочет увидеть это, сюда. Все, кто уже нахватался чудес, отойдите в сторону. — Владимир рассортировал людей, и одним взмахом отправил их в сон, сам оставшись стоять, затем оглянулся, и подмигнув самым смелым. Начертал в воздухе узор «Несокрушимой сферы», влив в неё несколько сотен миллионов эрг, и активировал узор над кристаллом.

И сразу же от пентаграммы во все стороны ударила волна серой дымки, словно от мощного взрыва, только в этой волне песок, сталь и кристаллы осыпались молекулярной пылью, а тела на мгновение превратившись в грязную жижу, так же мгновенно становились горсткой пыли.

Но главная энергия скручивалась в плотную спираль, и сквозь всё расширяющуюся дыру в храме, уходила всё выше и выше, поднимаясь за границу атмосферы, растворяясь в бескрайнем космосе. Триллионы эрг деструктурированной силы, способной распылить существенную часть планеты, выплёскивались в пространство, никому не причинив зла.

Но в накопителе содержалось слишком много энергии, и сначала закипело серебро узора, затем, когда весь металл испарился, линии пентаграммы засияли ярче электрической дуги так что небо над городом побелело, и через раскрывшийся портал, на каменные плиты шагнул высокий трёхметровый демон, с парой мечей, в длинных узловатых руках.

Стоя в потоке хаотической энергии, он оглядывался в поисках того, кто сломал всю систему, пока взгляд его не упал на Владимира. Развернувшись всем телом, он сделал ножницеобразное движение, и что-то гулко врезалось в щит, сразу просадив его на треть.

Не дожидаясь повторения атаки, Владимир выкатился из-под щита, и закрыв его потянулся за мечом, так как пулевое оружие демону не навредит. Слишком толстая шкура, слишком плотные мышцы, и огромный вес. Что-то, наверное, могла противопоставить танковая пушка, но таковой князь с собой не таскал.

Когда Кх’ури Элх затевал всю историю, с постепенной накачкой хаотической энергией серединных миров, он знал, что всё будет работать только до тех пор, пока Мастера Порядка не вскроют схему. Дальше все случится быстро и неприятно для него, но два мира он успел ободрать, что сильно повысило его уровень в иерархии.

И вот когда третий мир, уже должен пасть к его ногам, а точнее пополнить кошелёк, всё начало рушиться. Но сверхчувствительные узоры, плавающие на орбите планеты, не засекли никакой активности Мастеров, и даже людей Порядка не засекли. Как такое могло случится, он никак не мог понять, а тем временем, накопители пустели один за другим, практически бесследно рассеиваясь в окружающем пространстве.

Протянув тонкую сигнальную нить от главного кристалла, он всё ждал, когда тот начнёт выплёскивать силу, и когда процесс пошёл, сразу открыл портал, переместившись в здание храма. И там его ожидало нечто достаточно удивительное.

Не Мастер Порядка, не полубог, и вообще непонятно кто, стоял под куполом вполне приличной мощи, и судя по аурам остальных присутствующих, именно он и стал инициатором разрушения всей конструкции.

А когда человек прошёл сквозь купол, не пропускавший даже энергию, и быстро стал покрываться бронёй запредельного уровня, и вытащил меч, от которого плеснуло первобытным эфиром, он вдруг понял, что это ловушка, и всё что он сможет — продержаться до прибытия помощи. Он сжал лапой амулет, висевший на шее, посылая сигнал, а уже через пару секунд ему стало совсем нехорошо.

Владимир, щедро зачерпнувший из накопителя, двигался легко, словно танцор, успевая блокировать удары двух мечей, истекавших тьмой, и контратаковать в ответ.

Удары демона в основном приходились в пустоту, но когда он задевал броню, та вспыхивала белым светом, оставляя в воздухе запах озона.

Соколов понимал, что его сила в скорости, и атаковал из всех положений, постоянно перемещаясь, и даже успевая сыпать мощными эфирными ударами, целясь именно в голову, и в какой-то момент, он попал особенно удачно, выбив глаз демону, и тут же закрепляя успех, ушёл влево от удара сверху, успев ударить от живота до подмышки и дальше вверх, отсекая руку. Чёрный меч, негромко звякнул от удара об гранит, а демон крутанулся волчком, собираясь рассечь противника, но Владимир ушёл вниз, и коротким взмахом рубанул по ноге. Меч Сардиора Отшельника, закалённый в крови богов, отсёк ногу в броне словно тонкую нитку, и демон заканчивал движение уже лёжа на полу, разбрызгивая фиолетовую кровь, по полу, а через мгновение его голова покатилась куда-то в сторону, удивлённо лупая глазами.

В этот момент, с оглушительным треском на площадке, уже давно лишившейся потолочного свода, стали открываться порталы, откуда вышли три Лорда Хаоса.

Непонятного пола страхолюдины с рептилоидными зубастыми рожами, мощными узловатыми руками, и ногами с коленями, согнутыми назад, словно у кузнечиков, одетые в тканевые бесформенные плащи чёрного цвета, похожие чем-то на крокодилов в пальто.

Именно они и являлись заказчиками всей истории с ограблением миров, и именно они оплатили чудовищное количество энергии, закачанной в накопители через тысячи капельных каналов, протянутых в серединный мир.

Времени у хаоситов было немного, и они не собирались тратить его на разговоры, что сразу стало понятно, когда они достали мечи. Но через секунду, за спиной Владимира открылся ещё один портал, откуда шагнули Мастер Альбо в своих почти фермерских штанах, свободной рубахе, и Мастер Техор, — высокая стройная женщина в плотно облегающей броне, продолжая разговаривать.

— Я же тебе говорила, что они обязательно полезут. Хаос — он прежде всего в башке, и только после этого в делах и поступках. — Мира Техор, улыбнулась, и чуть шагнув в сторону, высвободила меч из зажима на спине. — Ну, что, говнюки? Пора приобщаться к свету? — И обернувшись к Владимиру, добавила. — Отойди, малыш. Тут уже всё серьёзно.

— Ангхальская тварь… — Один из хаоситов, не говоря больше ни слова кинулся в бой, а следом за ним второй, заходя с двух сторон.

Но Владимир, и не думал отступать, и обойдя схватку по дуге, подловил, когда один из противников женщины провалится в атаку, ударил его «иглой праха» и тут же, мечом снизу, из задней стойки, нанёс горизонтальный удар на уровне пояса.

Единственное что успел сделать лорд, собравший всю свою силу в кончике меча, для атаки мастера Порядка, напитать остатками силы часть брони, попадавшей под удар, но меч едва скрипнув разрезаемой бронёй, хрустя раскалываемыми в прах костями, и выдавливая кровь из раны широким веером, пролетел дальше в облаке демонической плоти. Тонкие нити от нижней части тела и от верхней, уже выстрелили навстречу друг другу, чтобы подтянуть и сшить тело, но разрезая их уже ударило «лезвие тлена» и ударом ноги отправил нижнюю часть в сторону, мешая демону регенерировать, а пока Владимир разбирался с одним лордом, второго, Мира Техор уже рассекла сверху донизу, и оставив меч в ране, ударила сложным пакетом магических атак, и дёрнув лезвие в сторону, вверх и вбок, практически разделала хаосита на кровоточащие куски мяса, ударив напоследок чем-то таким, от чего тело лорда превратилось в фиолетовый туман.

В этот момент «лезвия праха» наконец догрызли противника Владимира, и от тела отделилась туманная сфера, вылетела словно ядро, и врезалась в голову Соколова. Через полсекунды, тело князя окутало призрачное сияние, а спустя мгновение такое же свечение накрыло и мастера Альбо,

Владимира тут же скрутил сильнейший болевой спазм, и он едва сдерживая крик, рухнул на колени и упал бы ничком, но техор уже подхватила его, и вздёрнув голову вверх, стала вытягивать из себя что-то серебристое словно ртуть, и эта субстанция втекая в тело князя, сразу убрала боль, и закрутила в теле вихрь потоков, разделяя энергию хаоса, порядка и смерти, на отдельные потоки, распределяя их по оболочкам тела, и связывая в одну систему.

— Чёрт. — Владимир открыл глаза, и первое что увидел — улыбающееся лицо Миры Техор. — Как=то я внезапно вырубился.

— А что ты хотел? — женщина удивлённо подняла пушистые брови. — В человеческой оболочке проглотить сначала высшего демона, а следом лорда Хаоса. Вот энергосистема и не выдержала. Я тебе наскоро поправила, но тебе надо бы дня три отдохнуть. Тем более, что твоя новая оболочка должна прийти в равновесие.

— Новая?

— Новая, новая. — Мастер Альбо подал руку, и помог Владимиру встать. — Считай это личным подарком мастера Миры Техор.

— Почему это моим? — Женщина усмехнулась.

— Потому что мы парня можно сказать кинули в бой с превосходящим противником, и он собственноручно размотал этот клубок, за что ему ещё сильно причитается.

— Ну если так. — Мира кивнула, тряхнув чёлкой. — Всё, мальчики. Я убегаю. Зачистку вызвала, рапорт отдашь, после окончания всех работ. — И повернувшись к Владимиру, улыбнулась. — Раза знакомству. Надеюсь, что ещё встретимся, после чего прямо перед ней раскрылся овал портала, и мастер шагнула в сияние перехода, и окно тут же закрылось.

— Да и нам пора. — Альбо оглянулся, и увидев лишь кучку людей под куполом, испуганно жмущихся к стене, развёл руками. — Ну где же… — и в этот момент раскрылся очередной портал откуда вышли десяток мужчин и женщин в чём-то похожем на форму. Строгие светло серые брюки, куртки типа кителей, с яркими точками на груди, обозначающие выслугу и награды, на ногах мягкие туфли, и у каждого за спиной, на косом ремне, в зажиме тонкий жезл.

Один из прибывших что-то чирикнул, набором высокочастотных звуков, и дождавшись ответа Альбо приступил к работе, распределяя своих людей по задачам.

— И нам пора. — Альбо взмахнул, и взяв Владимира под локоть, буквально втащил его в окно портала.

Глава 19

Если у вас есть ростовщики, то лучше сменить мир, потому что они тащат за собой голод, мор, болезни и смерть и всё это либо с молчаливого согласия, либо с прямого пособничества высших сил вашего мира.

Краткий путеводитель по вселенной.

Страшная катастрофа в Лоуренс-парке, где находился Эфирно-Биологический Институт имени лорда Бальфура первого, потрясла весь цивилизованный мир.

Мощнейший взрыв не только полностью уничтожил здание института, прилегающую к нему гостиницу, и служебные постройки, но и оставил огромную яму, быстро наполнившуюся водой, что сделало невозможными поиски уцелевшего оборудования. Впрочем, при таком взрыве, это вряд ли дало хоть какой-то результат.

Служба королевских коронеров, известила о гибели всех ста тридцати научных работников, тридцати младших научных сотрудников, пятидесяти технических служащих, и охранников Института.

Таймс, 2 марта 1970 года.

После перемещения, они оказались на огромной площадке, на одной из тысяч стальных квадратных площадок, вдоль которых текла лента транспортёра, шагнув на которую, они через пять минут оказались под высокими кронами парка или леса, и заняв один из транспортных пузырей, взлетели в воздух.

Несмотря на то, что Владимир чувствовал себя вполне нормально, мастер Альбо сдал его медикам, и там, его уложили на огромный диск из камня, на поверхности которого золотом проступал сложнейший узор, полыхающий всеми цветами радуги.

И только здесь, чуть расслабившись, Владимир просто вырубился, очнувшись только через двое суток.

Проснулся он в комнате с белыми потолками, и на вполне удобной кровати, а через несколько минут, распахнув двери, в палату быстрым шагом вошёл молодой мужчина, в зелёном комбинезоне медслужбы. Он взмахнул рукой, и перед ним в воздухе возник полупрозрачный экран, с человеческой фигурой. Он что-то чирикнул, а после кивнул, и заговорил медленно, тщательно проговаривая каждое слово.

— Некроз третьего типа, мы остановили, восстановив нервные окончания, удалив токсины и прочие радикалы. Кроме того, у вас по мышечным тканям диагностировали массовые разрывы, да ещё и плохо сросшиеся, так что мы вам заменили мышечную ткань, и соответственно нервные волокна. По просьбе Старшего мастера Альбо, по стандарту Штурм — восемь. Это предельный уровень модификации при котором можно сохранить вид человеческой фигуры. С головой у вас всё в порядке, исключая конечно кибер-биологический имплант уровня ассистент. Но он можно сказать, самый простенький, и в работу систем не вмешивается. Но если захотите поставить что-то серьёзное, то его придётся удалить. С костной структурой пришлось повозиться, но тоже всё оказалось лучше, чем я ожидал. Так что сейчас вы в полном порядке. — Доктор рукой смахнул экран, и тот погас. — Напоминаю, что в течение суток, а лучше пары, нужно избегать резких движений, общих нагрузок на физическое тело, и вообще какое-то время избегать драк. А то, извините, на вас никаких реагентов не напасёшься. — Врач улыбнулся, показывая, что это была шутка. — Голосовой пакет я вам уже поставил, и он уже должен работать, но с непривычки, вы первое время будете спотыкаться об высокий темп речи, но это пройдёт. — Поклонившись доктор вышел из комнаты, а к Владимиру сразу вошла молодая женщина, и как-то по-особому посмотрев на тело под тонкой простынёй, взмахом руки открыла перед собой монитор.

— Я так полагаю, что требуется нечто простое, скромное, и универсальное по назначению. У вас нижний пространственный карман привязан к левой ноге, а верхний к кольцу. Расстояние активации нормальное, так что ничего облегающего не требуется. — Разговаривая, она пальцами по экрану рисовала, силуэт, и через секунду он словно обрёл фактуру и объём, вращаясь вокруг оси, давая рассмотреть себя со всех сторон.

Белый костюм, с узким воротником шалевого типа, простая белая рубашка, и светло-коричневые туфли.

— Всё в традициях вашего мира, плюс некоторые обязательные требования нашего. — Женщина улыбнулась, и зацепив проекцию пальцем, буквально вытащила из воздуха костюм, а следом обувь, и пакет с бельём, раскладывая это на невесть откуда взявшемся стуле.

— Хорошего дня… — Женщина смахнула экран, и стремительно вышла из палаты оставив за собой лишь шлейф тонкого аромата.

— Хренассе сервис. — Владимир откинул простыню, сел на кровати, коснувшись ногами приятно-прохладного пола, и встав, оглянулся, ища санузел, располагавшийся совсем рядом за прозрачной дверью.

Приняв холодный душ, он оделся, и чуть помедлив, вышел в ту же дверь, что и его визитёры.

За дверью находился коридор, с бесконечным рядом палат и кабинетов с одной стороны и окон с другой, но совсем недалеко, виднелись высокие стеклянные двери, явно ведущие наружу.

Чуть поблуждав по закоулкам больницы, Владимир сначала спустился вниз, на парковку личного транспорта, откуда его направили на крышу, где находилась стоянка общественных капсул.

Транспортные капсулы, похожие на мыльный пузырь, стоявшие на крыше, были всего в двух вариантах. Двухместные, и четырёхместные, хотя в воздухе можно было видеть и куда более размерные капсулы, от шестиместных до вытянутых словно огурцы, летающих автобусов на пару десятков человек, и совсем громоздкие, и неторопливые на большую толпу.

Покопавшись в меню, Владимир выбрал «Обзорную экскурсию», и нажал кнопку «Старт».

Высший мир, а точнее ядро высшего — пространство Аури, представляло собой чрезвычайно разнообразный ландшафт, чередующийся без всякой понятной логики. Ледяной торос в центре жаркой пустыни, небоскрёб, стоявший посреди векового и явно малопроходимого леса, или торчащая из скалы подводная лодка, превращённая в жилище.

Памятных мест, тоже имелось немало. Памятник Творцу — вырезанная с мельчайшими деталями из прозрачного голубого камня фигура, сидевшая на камне, опустив ноги к поверхности воды. И столько умиротворения было во всей фигуре, что Владимир почувствовал, что и его отпускает, какая-то неведомая пружина, и душа погружается в покой.

Он вернулся к посадочной площадке, и полетел дальше в совсем другом настроении, не заметив, как у скульптуры повернулась голова, провожая взглядом пузырь капсулы.

Следующий мемориал, посвящённый Ангхальской битве, он тоже внимательно обошёл, смотря на высеченные из камней разного цвета фигуры. У всех без исключения оружие находилось либо опущенном к земле, либо в походном состоянии, и все три десятка фигур, с улыбками смотрели куда-то в одну точку, и как понял Владимир, туда где вставало местное светило, потому как пара статуй, смотрели чуть прикрыв глаза козырьком из ладони.

Как пояснил гид в машине, Ангхальская битва между лордами Хаоса и мастерами Порядка, случилась очень давно, и в результате, больше полусотни миров, получили шанс на развитие по лестнице порядка, а хаоситов оттеснили в пустынную часть пространства, где они затеяли создавать новый планетный кластер.

Но две сотни иерархов Хаоса, высших степеней посвящения ушли на перерождение, что на многие тысячелетия определило доминирование сил Порядка в этой части Вселенной.

Владимир побывал и в Парке Поэтов, и на Площади Художников, и многих других местах, предлагаемым машинным гидом, а в конце, устроился в муниципальной гостинице, места в которой предлагались бесплатно.

Местные деньги арсо, легко пересчитывались из единиц энергии, как сто эрг, к одному арсо, но Владимир спокойно отнёсся к ночёвке в бесплатном отеле. Всё чисто, уютно, приятно пахнет, а из окна вид на один из бесконечных парков.

Насколько Владимир понял, в мире Аури, всё так. Минимальные удобства, и жизненно важные услуги — бесплатно, а всё что проходило по категории «без этого можно обойтись» уже за деньги, и деньги вполне приличные. Так, например, маленький домик в лесу, с подведёнными коммуникациями, стоил порядка миллиона арсо, что равнялось ста миллионам единиц энергии. И за эти средства в тысячемирье можно купить отличную квартиру на столичной планете, или имение с замком на Земле.

И это представлялось вполне логичным. Даже бесплатная медицина здесь в Высших Мирах, мгла сотворить настоящее чудо, а социальный минимум позволял жить вполне безбедно. Но нельзя просто так, попасть в Высшие миры. Подобное перемещение требовало особого ключа, и визитёр не имевший такового, рисковал вместо уютного рая, оказаться чёрт знает где.

Но Владимира интересовало не проживание в этом раю, ему и дома жилось неплохо. Ему требовалось именно убыть к себе обратно, и поутру, когда взошло солнце, он спустился вниз, и у робота — ассистента, стал выяснять, как он может телепортироваться обратно в Тысячемирье.

В гостинице его и подхватил мастер Альбо, появившийся в почти таком же как у Владимира белом костюме, только на его пиджаке, выделялись тонкие цветные полоски на груди, расположенные рядами как орденские планки.

— Собрался домой? — Мастер приветливо улыбнулся. — Обязательно попадёшь, но сначала я тебя кое-кому представлю, и расскажу то что тебе нужно знать.

Прямо у входа, на траве стояла летающая машина вытянутых стремительных очертаний, и когда они подошли, стекло отъехало назад, открывая четырёхместный салон.

Альбо уверенно поднял машину в воздух, и нащёлкав на навигаторе маршрут, повернулся вместе с креслом к Владимиру.

— Я конечно понимаю, что вполне возможно, всё что случилось для тебя рутинная история. Психологи мне прямо об этом сообщили, но, извини, я в это не верил, пока доктор, что тебя лечил не ткнул меня в следы, оставшиеся в ауре после смерти нескольких высших демонов, и одного высшего стихийника.

— Элементаль воды. Был такой. — Владимир кивнул. Но мне казалось, что его убила элементаль огня.

— Не знаю, что там и кто там участвовал, но отметка смерти на тебе. — мастер вздохнул. — Ерунда получается. Ты, житель серединного мира, свободно кромсаешь на ломти этих демонов, словно прогуляться вышел, и живёшь себе спокойно. Ну ладно. Предположим. Но когда ты попал в лабиринт, тебя тоже ничего не напрягло? Ты, что, такие лабиринты за завтраком проходишь?

— Нет, но среди тех чудес, которые я увидел за эту жизнь, всё показалось мне вполне соответствующим. Телепорты же есть? Почему бы из них не сделать лабиринт?

— Демоново дерьмо. — Мастер покачал головой. — И тут какой-то мужик просит тебя вписаться в явно сумасшедшую историю, и ты идёшь, и делаешь всё, а после вписываешься в другую авантюру так. словно всю жизнь посвятил разматыванию демонских клубков. Нет, я понимаю, что ты хочешь сказать, но послушай меня. Когда Хардолл заточил меня в тюрьму, он сделал всё чтобы я растворился в безвременье. И вероятность такого сценария зашкаливала за сто процентов. Ну откуда в Серединных мирах человек способный справиться с хаоситом высокого посвящения? Однако ты его прикончил, благодаря чему, я смог восстановится и вообще жив. Так что я твой должник, и артефактами этот долг не перекрыть. Кстати, за Хардолла, тут очень многие тебе спасибо скажут.

Машина влетела в транспортный портал, и в ту же секунду оказалась уже над ночным океаном сверкающем в свете звёзд, и пары ярко освещённых лун.

— То, что мы тебе поправили организм, это вообще ерунда. Даже на спасибо не тянет. — Продолжал Альбо. — Сделали по восьмому протоколу, это предельный вариант для наших служб внешней разведки, так что пока поосторожней. А вот то, что ты не размышляя вписался в бой с лордами, вот это реально круто. И вовсе не факт, что Мира справилась бы. Дама она конечно отчаянная, и шустрая, но два лорда это два лорда. Мы вообще не рассчитывали на троих, будучи уверенны что на нас выйдет один, ну максимум два. А оно вон как повернулось.

Машина уже подлетала к высотному зданию, стоявшему посреди океана, пронзая шпилем облака, но не стала снижаться к основанию, а пойдя по спирали, снизила скорость и медленно влетела в раскрытые ворота, с выдвинувшейся аппарелью.

Конструкция мягко втянула летающий аппарат внутрь, и задвинула створки из прозрачной стали.

— Это штаб-квартира ордена Порядка. — Пояснил мастер. — Тут у нас архив, госпиталь, академия, портальный зал, и всякие службы. Есть ещё пара десятков зданий в разных местах, но здесь основное.

Они двинулись по широкому коридору, и через сто метров вошли в высокий зал, с роскошной широкой лестницей, из бело-голубого камня, поднялись наверх, и по залу с выставленной боевой техникой и оружием, разных рас и миров, дошли до противоположного конца, откуда поднялись ещё на этаж, и попали в приёмную, где юная красотка, широко улыбнувшись, встала и одним движением распахнула даже на вид тяжёлые, высокие двустворчатые двери.

— Алти Нарсо, ждёт вас, чирикнула красотка, и повела рукой приглашая войти.

Когда они вошли, от монументального стола встал настоящий гигант трёх с половиной метров в высоту, с толстенными узловатыми руками, и кистью размером с голову мужчины.

— Привет, бродяга. — Гигант нагнувшись осторожно обнял мастера Альбо, и повернулся в сторону Владимира. — Так вот ты какой… пограничник…

— Пограничниками у нас называют тех, кто в себе держит энергии хаоса и порядка, — пояснил Альбо, и кивнул Соколову на стул. — Садись.

Когда все трое сели, возвышавшийся словно гора, Нарсо, кивнул видимо разрешая самому себе начать.

— Не стану перечислять, что именно ты сделал, так как уверен, ты и так в курсе. Но вот что ты от этого получишь, позволь пояснить. Самое, как мне представляется, важное это постоянный допуск сюда, в Аури, и не одного, а с любым спутником. Это так называемый «допуск второго уровня». Это вместе с гражданством Аури, третьего уровня и позволяет воспользоваться нашей медициной, и всеми благами. Это на случай если тебе потребуется вылечить кого-то из своих. Далее мы оставляем за тобой право, запросить предоставление расширенного гражданства Аури, которое на самом деле ничего дополнительно не даёт, кроме права быть избранным в органы власти. Ещё, тебе положено вот это. — Нарсо, буквально из воздуха вытащил коробочку, открыл её, и показал Владимиру. В коробке лежал красивый значок, и тонкая красно-белая полоска. — Это знак Боевого Братства. Весьма почётный и уважаемый во всём Ордене, и вручаемый только за боевые заслуги. — Мастер Альбо прикрепил знак к одежде Владимира, а Нарсо продолжил. — Ну и самое главное на мой взгляд — звание адепта ордена. Это тоже ни к чему не обязывает, и не накладывает никаких обязательств. Просто так нам будет проще взаимодействовать в случае если тебе понадобится помощь. Ну и, если станет скучно, приходи, и мы что-нибудь обязательно придумаем. — Гигант широко улыбнулся. — У нас скуки не бывает.

После аудиенции у главы Ордена, Альбо повёз Владимира на смотровую площадку, поясняя попутно что и как устроено в их мире.

— Собственно наш мир — это своеобразный камень — ключ, к структуре миров порядка в этой грозди. Выше нас только миры Творцов, но там вообще связка Скрытых Миров, и совсем непонятных структур. Что до нашего Аури, то тут всё просто. Мы обеспечиваем стабильность жизни в грозди, за что получаем от Творцов, дополнительную энергию. И привычный тебе эфир, и совсем экзотику, типа Силы Творения. Орден — становой хребет нашего мира, и всё что не принадлежит непосредственно к ордену либо его обеспечивает, либо обеспечивает то, что обеспечивает нас. Противостояние с силами Хаоса, вечное, и в принципе неразрешимо победой одного из соперников. Но вот есть грозди где порядок загнан в пределы Высших миров, и даже часть Верхних, принадлежит Лордам, не говоря о Серединных. А есть и противоположный вариант, где Хаос загнан в стойло. Но чаще всего все примерно, как у нас. Разделение проходит по Серединным мирам, и за них идёт главная драка. И тут, в этот тёплый междусобойчик, врываешься ты. Сначала обламываешь рога тем, кто лезет к тебе на планету, а затем и вовсе передвигаешь её фактически в Верхние миры, что, замечу, непросто. Ну и дальше по нарастающей. Так что наши начальники впечатлены по самое «Ух, блин, что это было?». От себя замечу, что такие случаи, когда мир сам, без внешней помощи, даёт отпор хаосу, не редки, но, чтобы вот так, один человек, это реально не часто. И, скажу тебе честно, мы, я сейчас имею в виду всё руководство Ордена, конечно заинтересованы в тебе, как в будущем Истребителе. Склонять тебя к тому, конечно никто не станет, но, если вдруг надумаешь, наши двери всегда открыты. И это предложение, не ограниченное сроками. У нас совсем другие отношения со временем, и даже моя отлучка на несколько сотен лет, не повлияла на учебные планы академии, к которым я имею прямое отношение. У нас так очень многие живут. Семьи, дети, где-то по мирам, а они здесь. В конце концов, можно хоть каждый день ходить к себе домой. Портал хоть и не бесплатный, но члену Ордена вполне по карману. Кроме того, ты можешь разместить где-нибудь в серединных мирах энергонасос, и торговать здесь хаотическим эфиром. Дело не только прибыльное, но и нужное. Ну и остальные преимущества, не расписываю. Сам понимаешь — целый мир, и его так просто не описать в двух словах.

Расстались они с мастером Альбо, вполне по-дружески, он отвёз Владимира на транспортную площадку, откуда он шагнул в главный транзитный зал Тысячемирья, и уже оттуда перешёл на Эрисанд в Вейдари.

В Доме, его не встречали ковровой дорожкой, но судя по взглядам, князю были рады, и вот эта внутренняя радость, Владимиру стала ценнее чем все внешние проявления.

Матрисс носились словно угорелые. Но стоило ему появиться, как дети и дела отставили в сторону, и сначала долго плескались в бассейне, после сели за стол, продолжая общаться. Соколов рассказал о своих приключениях, и о полученных наградах.

Броня, Ардолла Серого, и меч Сардиора Отшельника, невероятно впечатлили ведьм, особенно когда Владимир легко разрезал толстую металлокерамическую бронеплиту, заговорённую на прочность, и неразрушимость.

Кроме того, Владимир рассказал об Ордене, и предложении, сделанном главой ордена, сразу оговорившись, что предложение интересное, но пока не актуальное, так как много других забот. Да и просто надоело шляться по другим мирам.

— А у вас что? — Владимир обвёл взглядом ведьм.

— По производственному сектору всё в порядке. — Галина уверенно кивнула. — Пролезаем потихоньку в сектора косметики, пользуясь доступом к изменённым растениям, и реагентам. Наверх пока не лезем, но сектор самых дешёвых, но качественных препаратов, осваиваем уверенно. Там так много игроков, что безболезненно можно отожрать хоть треть рынка, а это огромные доходы. Ну и по нашим основным участкам, тоже всё неплохо. Кстати, внезапно пошли продажи наших звуковых устройств. Типа старина и всё такое. Пришлось наладить выпуск ламповых устройств, и техники в тяжёлых деревянных корпусах, с ручной отделкой.

— Неужели это место на рынке оказалось пустым? — Удивился Владимир.

— Не пустым, но застойным. — Пояснила глава научного сектора Алла Извольская. — И тут мы врываемся со свежим дизайном и вполне себе самобытным звуком. Так что пока у нас всё выметают до крошки.

— А что по военным делам? — Владимир перевёл взгляд на резко похорошевшую после родов Нину Парамонову.

— Да какие там военные дела. — Зоя, с улыбкой смахнула со лба чёлку. — При таких фигурах за спиной, даже кровососы не рыпаются. Как сказал Тайр, мы собрали полный набор. Банкиры Тысячемирья, лави, альвари, и ханды. Тут уже не до войны, а лишь выполнение контракта до последней запятой. Только вот на Земле, снова зашевелились, но это мы в рабочем порядке отслеживаем. Поставили там у них пару сотен камер, и всё пропускаем через высокоранговый ЦиР. А когда те затеяли синтез магической чумы, то просто взорвали им здание так, что на месте образовалось озеро. А в частной беседе, с главой парламента и королём, сообщили что контролируем каждый их вздох, и готовы организовать на месте Британии новое море, а на месте Европы безлюдный парк — заповедник.

— Зато рвется дружить Североамериканская федерация. Прям спать не могут, как дружить хотят. — Сказала Зоя Буракова.

— На ваше усмотрение, но я бы им не доверял. — Ответил Владимир и услышал весёлый хохот подруг.

— Да, мы вообще никому кроме тебя не доверяем. — Зоя покачала головой. Любая система состоит из огромного количества деталей, и если одна может крутиться в нашу сторону, то весь механизм движется как ему хочется. Кстати. — Она подняла руку призывая к вниманию. — О тебе спрашивала Княгиня Ветра. Говорит, что там у неё какие-то сложности с богами по твоему вопросу.

— Она оставила канал для связи? — Спросил Владимир, и увидев подтверждающий жест, добавил. — Тогда свяжись с ней, назначь встречу.

Богиня прилетела можно сказать сразу, как только согласовали встречу через трое суток. Для встречи Владимир накрыл скромный, но достойный стол, сделав особенный упор на деликатесы, приобретённые в других мирах. Когда на поляне, ветер вдруг усилился до штормового, Владимир только прикрыл себя и стол куполом, как всё разом стихло, и на поляне появилась высокая женщина, словно окутанная дымкой.

— Княгиня… — Владимир вежливо поклонился, на что женщина сделала нетерпеливый жест.

— Скорее. У тебя есть портал в Верхний мир?

— Перенестись могу, но зачем? — Соколов удивлённо посмотрел на женщину.

— За мной гонится Сеус. Он почему-то решил, что я информирую тебя об его замыслах…

— А они касаются меня? — Владимир удивился ещё больше.

— Ещё как! — Нервно заламывая руки произнесла княгиня. — Ты же фактически поломал всю стройную систему этого мира. Теперь все боги вынуждены проходить регистрацию, и вообще отчитываться за своё поведение, а для них это словно острый гвоздь в ноге. Вот они и придумали как тебя извести.

— И как же? — Владимир, не снимавший браслетов с мечом и доспехами, повесил пиджак на стул, и закатал рукава рубахи.

— Да сейчас пробьют сюда портал, и начнут устанавливать свои порядки. Они же боги…

— Засранцы они. — Владимир усмехнулся, и нажав тревожную кнопку, оглянулся. — Что-то не торопятся, эти, как их там… — И когда над травой засверкали точки пространственных проколов, кивнул. — Ну, вот и гости пожаловали.

Точки с хрустом и треском раскрылись в прямоугольники порталов, и из них на землю шагнули трое мужчин, действительно геройской комплекции. С телами перевитыми мышцами, в доспехах и с оружием в руках. Тот, кто носил чёрную длинную бороду, держал в руках короткий двойной топор, второй, с гладким лицом и светлыми волосами, убранными в хвост, нёс на плече меч, а третий — белокожий светловолосый здоровяк, в доспехах, отороченных мехами, тащил в руках щит, и огромный молот.

— Прекрасный день, парни! — Владимир отдал мысленную команду, и тело покрылось пластинами брони, а в руке сверкнул длинный меч.

Глава 20

Человечество лепит богов из своих страхов, желаний и любопытства, и нет более противоречивой смеси, и не будет более противоречивого результата.

Арлар Риус, Дом Изумрудной Листвы, профессор кафедры боговедения, Университет Вейдари.

С глубоким удовлетворением Союз Европейских Монархов сообщает о кратном снижении демонической активности, и интенсивности проявлений так называемых Проклятых Земель число которых стало резко уменьшаться, а на территории особо крупных, резкое падение активности, вплоть до её остановки и вымирания хаотических тварей.

Происходящее есть результат планомерной и выверенной работы магов Европы, и примкнувших к цивилизованному миру эфиристов Индии, и ряда других стран.

Неизменная политика борьбы с любыми проявлениями хаоса, привели к закономерному результату. Переселенцы возвращаются в свои дома, а поля где раньше кипели смертельные битвы, распахиваются крестьянами.

Вместе с тем, Союз Европейских Монархов с печалью констатирует, что правительство России, ведёт политику в противоположном направлении, культивируя хаотические проявления, и торгуя редкими реагентами.

Высказывая крайнюю озабоченность таким порядком вещей, Союз настаивает на снижении цен на хаотическое сырьё для всей Европы, как стороны, наиболее пострадавшей от вторжения, и внёсшей главный вклад в борьбу с демонами.

Берлинер Альгемайне Цайтунг, 10 марта 1970 года.

Излучая всем видом уверенность, которую вовсе не чувствовал, Владимир шагнул вперёд, и уклоняясь от выпада противника с мечом, ударил в ответ ногой с разворота, и в последний момент уйдя вниз, воткнул пятку, в бедро, с удивлением услышав негромкий хруст кости, и нечеловеческий вой.

— Ты это что? — Владимир отмахнулся от молотобойца, и обманным выпадом отогнав мужика с топором, снова сблизился с меченосцем. — Я же только начал. — И вложив в удар сверху, дополнительных сил, врезал стопой между ног, и когда глаза противника побелели от болевого шока, опустил меч, на голову, разрубив тело до пояса, от чего тело стало на глазах осыпаться белёсой пылью.

Оставшиеся противники вдруг осознали, что всё пошло по синусоиде, и стали действовать куда осторожнее и вместе, грамотно заходя с двух сторон.

В этот момент, в бок противника с молотом, ударил оперённый снаряд калибром в двадцать миллиметров отлитый полностью из мифрилла и обработанный целым ворохом узоров.

Снаряд пробил щит и разорвал молотобойца в клочья так, что ошмётки кровавой плоти запачкали всё вокруг, и на мгновение запнувшийся последний противник, для начала получил двадцать сантиметров меча в грудь, а через мгновение, когда Владимир шагнул вперёд, разрезая тело пополам, для гарантии ударил сверху, снова превращая плоть в прах.

За это время, кровавая дымка и ошмётки плоти как-то стали собираться в одну кучу, которую Владимир сжёг шаром огня высокой температуры, полыхнувшим так, что в глазах заплясали пятна.

И сразу же что-то в мире, словно сдвинулось с места, воздух на пару мгновений стал белёсым словно молоко, и всё вернулось, только в теле князя появилось какое-то новое ощущение, будто внутри возник вихрь медленного оргазма, тут же задавленный самоконтролем.

— Что за нахер? — Он обернулся на гостью, но та, что называла себя Княгиней Ветра, стояла преклонив колени, и опустив голову, словно подставляя шею под удар меча.

— Господин, вы убили трёх главных богов этого мира, и приняли его силу.

— С хрена ли? — Возмутился Владимир. — Дел у меня больше нет, чтобы тут сопли подтирать?

— Тогда назначьте наместника — дама явно оживилась. — Но этот должен быть кто-то не ниже уровня полубога, а лучше бог. — женщина сверкнула глазами, явно намекая на простоту выбора. — Но сначала нужно прийти в центр Мира, и отрегулировать потоки, так как вам нужно. Тор, Сеус — Сет и Баал-Зебул представляли самую активную группу богов мира, и они практически подавили всех жителей Ядра, низведя их до попрошаек. Но, берегитесь господин! Они все сейчас воспрянут, и могут дать вам бой. И игнорировать их не получится, потому что пока они вас не убьют, не получат доступ к Источнику.

Владимир пару минут стоял, размышляя, и посмотрев тяжёлым взглядом на женщину, с помощью которой его попытались втянуть в ловушку, кивнул.

— Веди.

Богиня ткнула указательным пальцем в воздух, и от него, словно клякса разошлось тёмное пятно, превратившееся в портал, за которым тоже был день, и ярко освещённый солнцем сверкающий город.

Не снимая брони и не убирая меч, Владимир шагнул через окно, оказавшись на каменной мостовой города, сложенного из белого камня всех оттенков. Мостовую тоже сложили из дымчато-белого гранита с серыми прожилками. Жителей на улицах города было немного, но по мере того, как он с богиней шёл к центру, Люди стали подходить и следовать на отдалении.

— Здесь те, кто получил право вечной жизни, благодаря молениям верующих, или впитавшие энергию душ во время сражений, но не силу смерти, а добровольного восхищения. Плюс главы церквей, кто смог урвать от божественных потоков. Главное, что удерживает их от растворения в пустоте — защитная оболочка этого мира, и конечно энергия, поступающая от алтаря верхнего уровня. Там, внизу она поглощается многочисленными алтарями, а здесь выплёскивается. Но не просто так, а распределяется в соответствии с настройками. — Богиня провела Владимира через площадь, и поднявшись по широким, во весь фасад ступеням, распахнула высокие и тяжёлые двери, увлекая князя дальше, через зал с прозрачной крышей, ведя к высокому постаменту, где находилась квадратная будка без окон, с единственной дверью.

— Тебе туда. — Тонкий пальчик женщины ткнул на дверь. — И постарайся ничего не сломать. Боги так же нужны миру, как и верующие.

Владимир осторожно приоткрыл дверь кончиком меча, и был сильно удивлён, увидев на возвышении нечто очень напоминавшее компьютерный экран, крупный трекбол под всю ладонь, и совсем небольшую клавиатуру, вмонтированную в стол.

Шагнув внутрь, первым делом подпёр двери мечом, чтобы избежать внезапных визитов, и положил ладонь на шар, выпиравший из стола.

— Обнаружен носитель высшего приоритета… побежали на экране строчки алфавита аури. Произвести настройку на носителя?

— Да.

— Провожу настройку. — Желаете перераспределить потоки?

— Да.

И на экране возникла сложная схема распределения потоков от алтаря. Самые толстые линии шли к Старшим Богам, которых до последнего времени насчитывалось тринадцать, а теперь уже десять.

Активные каналы выглядели красными дорожками, а далее по ниспадающей интенсивности, и самые слабые отображались синим цветом, три канала серым, вели к квадратам с пустыми ячейками, а над ними квадратик с именем Влад, куда шла толстая красная дорожка.

Себя Владимир богом не считал, но подтвердил переброску силы на себя, полагая, что она ещё пригодится. Погоняв систему в разных режимах, нашёл даже регулировку климата, количества освещения и длины суток в пространстве, а также регулировку общего канала отбора энергии, от алтарей, но ничего менять не стал, так как просто не понимал, как всё работает.

Зато обнаружил внутреннюю систему безопасности и закрыл всё длинным паролем, набрав фразу «Крибле-крабле-бумс» [1].

Когда он вышел из загончика с компьютером, у постамента собралась внушительная толпа из полутора сотен весьма разнообразно одетых людей.

— Ну привет, дармоеды, тунеядцы и мошенники. — Владимир сел на край постамента, и оглядел присутствующих. — Кто желает поработать? Винодельческие артели и публичные дома, разнорядок не прислали.

— Огласите пожалуйста весь список! — Донеслось откуда-то от стены храма, и Владимир чуть привстал.

— Кто сказал? — И сразу нашёл взглядом плечистого мужчину в кавалергардском бело-красном мундире девятнадцатого века, с узнаваемым вензелем императора Александра Первого на эполетах.

— Представьтесь, господин полковник.

— Кавалергардского полка командир, полковник Карл Левенвольде[2], также известный под фамилией Николай Перунов.

— Добрый день, Карл Карлович. — Владимир кивнул. — Что же это вы тут беспорядок навели?

— Так не было команды… господин…

— Полковник двенадцатого управления Генерального Штаба армии России. Или если по последнему званию — генерал-полковник Центрального Штаба Егерского Корпуса. — Владимир снова перевёл взгляд на собравшихся. — А вы, идите пока по домам… граждане боги. Понадобитесь — вызовут.

С Перуном устроились в его маленьком домике, на окраине Асгарда. Прислуги, равно как и жены у него не имелось, однако в зале стоял огромный холодильник и винный шкаф, откуда тот сразу достал пару бутылок, и разлил по бокалам.

— Ну, давайте, господин генерал-полковник, за знакомство.

— Давайте, Перун-Батюшка. — Владимир кивнул, поднимая бокал.

— Уел! — Со смехом констатировал бог, и покачал головой. — Хорошо. Как тебя называть-то?

— Да по имени и называй. Владимир я. И в прошлой жизни кстати тоже был Владимиром.

— Так ты что, так вот на втором круге взлетел? — Перун одним движением опрокинув в себя вино, вытаращил глаза.

— Выходит так. — Владимир пригубил напиток, и поставил бокал. — Давай рассказывай, как тут всё устроено. А то Княгиня Ветра наплела что-то…

— Аура… — Перун хмыкнул. — Она такая. И нашим, и вашим, и ещё кому-то… Но у нас тут с одной стороны всё просто. Есть боги. Это те, кому возносят или возносили моления люди. Это очень мощная энергия. И она способна творить настоящие чудеса. Кроме богов, здесь все те, кто так или иначе хапнули достаточно энергии, для переноса сюда, в Асгард. Да, здесь в теории можно жить вечно, только есть те, кто живёт в норах в лесу и питается фруктами с деревьев и крохами рассеянного ариса, а есть те, кто живёт во дворцах, и накачивается жидкой эссенцией ариса — амброзией, до стеклянных глаз. А сбежать отсюда нельзя. Каждый день, каждая минута проведённая в серединных мирах — это потеря ариса. Он словно по капле уходит. И можно досидеться там, внизу до полного растворения. Зато есть возможность, проявиться в виде духа, и заняв тело, только что покинутое душой, прожить ещё одну жизнь. Это практически бесплатно, если конечно не помогать аватару силой ариса. Лежишь здесь, у себя, и словно видишь сон, длиной в жизнь. Многие так и существуют, тем более, что так сила течёт очень экономно. А для того, чтобы зарабатывать арисы, нужно пресмыкаться перед Старшими богами. Их правда твоими усилиями стало сильно меньше, но всё равно они такую синекуру не отдадут.

— А если я тебе отдам те три потока, которые шли от покойных богов?

— А тебе это зачем? — Опешил Перун.

— А зачем мне влезать в этот курятник? — Владимир пожал плечами. — Арис конечно штука хорошая, и есть места где за него можно купить всякое полезное, но не ценой купания в дерьме.

— А мне, так нормально, да?

— Так будешь жить там, внизу, а сюда ходить поруководить. — Владимир пожал плечами. — Понимаешь, оставлять этот курятник без присмотра нельзя. Нужно либо разрушить его полностью, что мне не хочется делать, либо управлять им. И кто это сделает лучше тебя?

— Ну, так-то верно. — Бог Громовержец кивнул. — Но, боюсь мне не потянуть противостояния с десятью оставшимися. Это Аматерасу, Иштар, Яхве, Ахура-Мазда, Амон Ра, Осирис, Анубис, Шива, Аид и Молох. Да, Тор, Сеус и Баал-Зебул были, пожалуй, самыми агрессивными и сильными, но десять богов, это десять богов.

— Знаешь, возможно, но я видел кабанов и потолще. — Владимир кивнул. — Можно их повидать для беседы? Ну, чтобы не затевать войну прям сразу.

— Да можно, конечно. — Перун кивнул, и встав, пристегнул шпагу и подхватив треуголку, шагнул к выходу.

Город имел совсем крошечные размеры, и буквально через пять минут хода, они вошли в зал, с длинным столом, рядом кресел, и огромными окнами, выходившими на кусок парка и берег большого водоёма.

В зале суетились десяток слуг, сервируя его к вечернему застолью. Во главе стола находился самый большой стул, и даже скорее трон, с парой столиков по бокам, и Владимир не раздумывая занял его, дав знак Перуну чтобы тот не вмешивался.

Тройная порция божественной силы уже вполне усвоилась его организмом включая ту, что выплеснулась из богов при их окончательной смерти, и во Владимире сейчас плескалось несколько миллионов арис, плюс его собственный резерв, и несколько триллионов единиц эфира в кристалле в пространственном кармане. Броня всё также покрывала тело, сплошной защитой, прикрывая толстым слоем прозрачного материала даже глаза, а на коленях лежал длинный меч, уже напившийся сегодня крови двух старших богов.

Сигнала никакого к сбору он не подавал, но буквально через пять минут, в зал стали входить другие старшие боги, и сразу стало видно кто хочет поговорить, а кто подраться. Молох, Осирис и Шива, судя по доспехам и оружию, настроились на бой, а Аматерасу, Иштар, Яхве, Ахура-Мазда, Амон Ра, Аид, Анубис, судя по красивым, но нефункциональным одеждам, пока предпочитали не демонстрировать воинственность. Все выглядели вполне привычно, и никто не щеголял ни уродскими пропорциями, ни собачьей головой.

Владимир встал, и поскольку рядом со столом имелось достаточно места, повёл рукой, приглашая желающих к драке.

Осирис вполне узнаваемый по головному убору похожему на кокошник, повёл рукой, и сверху опустилась прозрачная защита, закрывая лицо до подбородка, а нагрудник раздался в стороны покрывая пластинами руки, и тело ниже пояса.

В руках он держал криво изогнутый меч хопеш — весьма коварное оружие в опытных руках, и взмахнув мечом так, что загудел воздух, встал в слегка раскоряченную стойку.

Владимир кивнул, и встал напротив в средней стойке, и первые выпады принял на клинок, не контратакуя, а лишь наблюдая за механикой боя, и перемещением ног, и когда Осирис провалился в атаку, ушёл в сторону, подбил опорную ногу, ударом стопы, и когда противник стал заваливаться на спину, коротко взмахнул мечом отсекая голову, и тело даже не успело упасть на пол, как превратилось в облако праха, быстро оседающее на землю.

— М… Так вот почему от тех трёх ничего не слышно. — Со странной улыбкой произнесла Аматерасу. — Умерли окончательной смертью… Неплохо для начала.

— Я вовсе не собирался никого убивать. — Владимир демонстративно убрал меч в браслет. — Но они напали первыми. Если никто не будет нападать, то и драки не случится.

С выражением лица «Ну. нахер!!!» Молох и Шива, куда-то спрятали оружие, и через секунду оказались вполне привычно одетыми в светлые костюмы классического кроя.

— Поговорим? — Владимир тоже велел доспеху скрыться, и сел на одно из свободных мест, проигнорировав трон. — Собственно я бы никогда и не узнал о существовании Асгарда, полагая его выдумкой сказителей, если бы не Аура, заманившая меня на заклание Тору, Зевсу и Везельвулу. И что мне оставалось делать? Зарезал козлов. Дальше вы знаете. — Владимир помедлил. — У меня, честно говоря, нет никакого желания заниматься делами Асгарда. Совершенно. Но поскольку какая-никакая организация вам нужна — предлагаю, во-первых, дополнить ваш тесный круг Перуном — Владимир повёл рукой, и скромно стоявший у стеночки бог, подошёл и сел рядом. — А во-вторых, оставить всё как есть, только дав ему, полномочия верховного правителя. Гостевой доступ к настройкам мира я ему дам, а если совсем что-то станет не так, вы меня позовёте, и будем решать проблему вместе. — Владимир выделил последнее слово голосом. — Не я решу, а вместе. Я не буду вытирать вам сопли, и подтирать попки. Вы не просто взрослые люди. Вы, те, кто управлял миллионами людей, и свой опыт имеете побольше моего. Ну и кроме того, у каждого, я в этом уверен, найдётся чем удивить оппонента. Ещё я хочу поинтересоваться, а почему вы не работаете там, внизу? Где ваши храмы, где алтари? Почему вы не исцеляете людей и не останавливаете войны? Где вы были, когда демонские орды чуть не затопили землю? Да мы уже дважды чуть не свалились в ядерную войну!!!

— Тор, Сеус и Баалзебул, полностью захватили алтари твоего мира. — Спокойно ответила Аматерасу. — Слепили каких-то новых богов, и всё делали от их имени. Фактически поделили мир на три части и доили его. И полагаю, что дыры в защите мира, тоже от их жадности. А когда как-то каналы в мерность Хаоса закрылись, он чуть с ума не сошли, разыскивая того, кто это сделал. А когда нашли, ринулись восстанавливать справедливость.

— Понятно. — Владимир кивнул. — Кстати, если по другим мирам есть те же проблемы, могу быстро решить. Нам здесь демонских орд не нужно.

— Есть такая проблема. — Анубис, высокий плечистый мужчина с острыми чертами лица, и чёрными словно смоль волосами, поднял руку призывая к вниманию. — Мир Тарнея. Там уже пять огромных провалов в Хаос, и назревают ещё три. Защита планеты вся в дырах. Люди ещё держаться, но такими темпами им недолго осталось.

— Тогда предлагаю прогуляться, и посмотреть, что там и как. В конце концов, вы стали богами не за умение пировать.

— Это правда. — Аматерасу улыбнулась, и через секунду её тело окутал вихрь стремительно вращающихся стальных пластин, прилипавших в разные места, пока она вся не оказалась покрыта сталью, а в руках появилась нагината, с алым платком, повязанным чуть ниже лезвия.

В боевую трансформацию перешли все боги, и как правило она была человеческой. Только Молох, стал огромным гигантом с толстыми мускулистыми руками, и бычьей головой, Анубис вполне ожидаемо обзавёлся огромной собачьей головой с зубастой пастью, а у Шивы появилась ещё одна пара рук. И во всех четырёх, позвякивали острые и смертоносные железки.

Иштар, сменившая платье, на набор из поясов, браслетов на запястьях, и лодыжках, обруча на голове, и под грудью, а в остальном щеголявшая полной наготой, повела рукой, и в центре зала раскрылся огромный трехметровый портал, через который Владимир шагнул первым, и по привычке сразу уйдя в сторону, чуть завис глядя на происходящее.

Они высадились на холме, где находился штаб людей, окружённый редутами и бронетехникой вкопанной до уровня башни и сверкающий на солнце сталью антенн.

А впереди насколько хватало взгляда, чернело поле боя, где сошлись армии людей и демонов. Не прерываясь длинными очередями били пулемёты всех калибров, гремели артиллерийские батареи, и утюжили бомбардировщики, вываливая десятки тонн бомб. Только всё это лишь сдерживало легионы Хаоса, широким потоком вываливавшихся из зева портала высотой в полсотни метров и шириной в сотню.

Прибытие столь яркой компании конечно сразу заметили, но атаковать сразу не стали. Уж слишком отличались новоприбывшие от демонов, исковерканных энергией искажения. Да и не выглядели боги, лёгкой мишенью, серебрясь защитными аурами и оружием.

Владимир первым делом достал ключ магистра Хаоса, и погасил все точки, оставив только пару, чтобы не ломать совсем энергобаланс планеты. Но этого оказалось достаточно, для того, чтобы портал сузился до размеров три на три метра, что и было сразу отмечено наблюдателями штаба.

— Ваша работа? — Вышедший к ним офицер в полевой форме, почти светился аурой власти.

— Да. — Владимир кивнул.

— Спасибо. — Главнокомандующий объединёнными армиями шести государств, неожиданно в пояс поклонился.

— Мы только начали. — Владимир усмехнулся и оглянулся на богов стоявших за его спиной. — Покажем класс?

[1] Фраза «Крибле-Крабле-Бумс» — это заклинание из сказки «Снежная королева», адаптацию которой сделал советский автор Евгений Шварц по мотивам одноимённой сказки Ганса Христиана Андерсена. Стоит отметить, в оригинальной сказке это заклинание не используется.

[2] Погиб в Бородинском сражении, командуя лейб-гвардии кавалергардским полком.

Глава 21

В мире всегда побеждает добро. В смысле кто победил, тот всё добро и собрал.

Глава всеимперского общественного совета по культуре Константин Браславский.

Прошлой ночью, жители многих городов были разбужены необычной суетой, возникшей вокруг храмов и алтарей, а пришедшие с утра на молитву своим богам поразились тому как изменились лики статуй, и виды алтарей.

Новые лики стали проступать на месте быстро почерневших и выцветающих изображений, а ряд алтарных строений вообще рассыпался в пыль, как видно знаменуя уход части богов из нашего мира.

Церковники, служители и прихожане большинства конфессий пребывают в растерянности, тогда как у давно забытого культа Перуна — настоящий праздник, ибо их идолы, чудесным образом обрели целостность и засверкали пуще прежнего, а разрушенные алтари сами собой восстановились.

Россия сегодня. 12 марта 1970

Боги как-то по-особому переглянулись, судя по скупым жестам распределили обязанности, и Ахура стал рисовать огромную фигуру над полем, прорисовывая голубыми светящимися линиями, Амон и Анубис дополняли рисунок мелкими знаками, а остальные формировали силовые линии насыщения.

Сложнейший многоэлементный узор, боги отрисовали и заполнили в течение пяти минут, и когда Иштар, взмахом руки дала понять, что всё готово, над полем, где толпились легионы хаоса возник плотный чёрный вихрь, медленно опускавшийся вниз.

В секунду вихрь накрыл всё пространство, захваченное хаоситами, и через мгновение опал, явив гладкую словно стекло, и совершено пустую равнину.

— Господин главнокомандующий! — К маршалу подбежал офицер связи. — Сейчас по релейке передали, что порталы на Уграсе, и Лохро, закрылись, а вихри над точками один, два и три рассеялись.

— Отличная работа. — Маршал кивнул Владимиру без труда определив кто в этой пёстрой компании главный. — Жаль, что так долго тянули, но лучше поздно чем никогда.

— Я первый день на должности. — Владимир развёл руками. — Прошлое руководство уволено, и больше не появится. Не буду гарантировать, но постараюсь следить.

В течение часа, он побывал ещё на трёх планетах, и основательно прикрутил там краник для хаотических энергий. Конечно таким образом, он лишал миры ветки магического развития, но без магии жить можно, а вот когда твой мир штурмуют бесконечные легионы, это совсем плохо.

Когда все вновь собрались в зале для пиров, основное было сделано. Владимир изменил перетоки энергии от алтарей, оставив немного себе, основные, направил именно богам, а десять процентов отправив Перуну, как председателю кооператива. В целом все приняли новые порядки нормально, теми более что каждый стал получать существенно больше чем раньше. Но теперь требовалось отработать получаемые потоки работой среди верующих и не проповедями, о пользе гигиены, а конкретными делами вроде исцеления, спасения погибающих и всё такое. Перун обещал вести тщательный учёт, и контроль, а Соколов оставался в роли всеобщей дубины, потому что для бессмертных, нет ничего страшнее, чем погибнуть окончательной смертью.

Обеспечив новый коллектив пряниками и кнутами, Владимир махнул богам на прощание, открыл портал, ведущий на землю, и сразу замер перед входом, удивившись невесть откуда выскочившем меню выбора алтарей, храмов и просто крупных площадок, для появления.

Выбрал Площадь Согласия в Москве, и шагнул на разогретый солнцем асфальт, чуть спугнув парочку, ворковавшую о чём-то своём.

— Ой, а вы, тот самый князь? — Девушка почему-то даже стала чуть ниже.

— Не-не. — Владимир взмахнул рукой, от которой исходило неяркое свечение, и оставался быстро тающий след. — Всё врут. Не верьте. — Спрятал руки за спину, проводил взглядом закрывающийся портал, распавшийся с яркими искрами, и сориентировавшись по улицам, широким шагом направился в сторону Дома Ковена, ещё недавно бывшего княжеским дворцом.

— Постойте! Подождите! — Владимир обернулся и увидел нагонявшую его белокурую девушку в простом сарафане и красных туфельках.

— Да?

Лицо девушки, искажённое гримасой боли, напряглось ещё больше, она буквально рухнула на колени, ничуть не беспокоясь о чистоте платья, и Владимир едва успел подхватить её у земли.

— Рассказывай.

— Папа пропал, а его никто не ищет… Я уже в охранительную управу обращалась, а они даже заявление не принимают.

— Ясно. — Владимир, не сходя с места, активировал «Малый Призыв», жёстко разошедшийся кругами, по Москве, и через минуту в переулок, словно фурии ворвались две младших ведьмы, похожие словно две детали на конвейере.

— Князь. — Обе синхронно встали на колено, приветствуя главу Ковена.

— Девочку под охрану. Доставить в Дом Ковена. — И обращаясь к ней, спросил. — Какое отделение?

— Пятое…

— Если охранительное, то на Маросейке, пятнадцать. — Сразу сориентировалась одна из близняшек.

Фары осветили их группу и рядом со скрипом тормозов, и дымом от покрышек остановился приземистый спортивный автомобиль Нева, откуда выскочила молодая женщина, со штурмовым автоматом в руках, переливающемся всеми цветами от вложенных в него узоров.

— Князь. — Она низко поклонилась, и подняла голову в ожидании приказов.

— Давай, с одной из девочек, доставь вот её в Дом Ковена, и под защиту. А мы прогуляемся до отделения охранителей. — Как зовут твоего папу?

К отделению подошли уже группой в двенадцать человек. Владимир давно отменил «Призыв», но ведьмы всё продолжали подходить. И совсем молодые девчонки в ранге младшей сестры, и вполне зрелые Старшие, и даже Хозяйка, способная в одно лицо порвать весь московский криминалитет.

Ничуть не заботясь о том, какое впечатление производит, Владимир поднялся по ступенькам, и толкнул дверь, оказавшуюся закрытой, несмотря на ранний вечер. Тогда он толкнул её сильнее. Переступив щепки и обрывки железных запоров, и пройдя узкий противоштурмовой коридор, оказался в зале, рассечённом надвое прозрачной стеной, за которой сидело четверо стражей, спокойно выпивающих и закусывающих прямо на столе дежурного.

— Э… Васян, ты чо, не закрыл калитку? — Полноватый широкоплечий капитан в чёрной форме, не прерываясь от разливания водки, окликнул соседа.

— Да закрыл я её, Петь. — Второй страж, без кителя, в рубашке и брюках, привстал.

— Ты кто мужик? Чё ходишь? В камеру захотел? Так это мы быстро. — Он оглянулся на пару охранителей напротив, и кивнул им. — Ну-ка парни оформите рецидивиста, как полагается.

— Ну пойдём. — Сержанты не торопясь встали, один даже закинул в себя огурчик, и подхватив дубинки, вышли из дежурки.

Но дальше всё пошло как-то криво. Один из правоохранителей хотел по-молодецки ткнуть дубинкой в грудь, но почему-то промахнулся, оказался без своего оружия, и через секунду выпучив глаза заорал так, что зазвенели стёкла в дежурной части.

Дубинка ушла в задний проход почти наполовину, и естественно причиняла массу неудобств, от чего тот, крутанулся на месте, и рухнув на пол, жалобно заскулили и стал корячиться, царапая пол ногтями.

Второй, размахнувшийся дубинкой, только скосил взгляд на напарника, когда его скрутил сильнейший болевой спазм, он согнулся ещё ниже, опустив голову к ногам, и его дубинка, вывернулась из окостеневших рук, и заняла нештатное место, разорвав штаны неаккуратной дырой.

Расправа произошла столь быстро, что дежурные чины, даже не успели оторваться от трапезы, когда Владимир положил ладонь на толстое бронестекло, и чуть толкнул его вперёд. Кварцевый композит, усиленный эфирными плетениями, мгновенно разошёлся в мелкие сверкающие осколки, осыпающиеся на пол, с приятным хрустальным перезвоном. И если лейтенант пребывал в шоке, то капитан быстро всё сообразил и выхватив из кобуры штатный ГА навёл его на Князя, и судорожно защёлкал курком, забыв о том, не взвёл затвор. А вспомнив, потянул за кожух, взводя оружие.

Алла Белоглазова хозяйка Тверского Ковена, оказалась в Москве совершено случайно. Решила совместить поездку из Вейдари, на Землю, с дружескими посиделками в ресторане, и когда в её голове раздался гулкий как набат Призыв Князя, одним движением бросила на стол крупную купюру, рассчитываясь за себя и за подруг, выскочила из здания, оглядевшись, поймала направление Призыва, и сорвалась в стремительный бег.

Хозяйка, даже самая слабая, это настоящая машина для убийства, а такого ковена как Тверской, где традиционно селились самые древние ведьмы, не может быть слабой.

К районному отделению она подбежала, когда вокруг уже собралась внушительная группа из полусотни сестёр всех рангов. Её кратко ввели в курс дела, сообщив о том, что Князь, если будет нужно, позовёт и уж было успокоилась, когда из здания донеслись выстрелы.

Не размышляя, ведьма как была, в выходном платье, прыгнула вперёд в стену здания, в воздухе обращаясь в боевую форму. Оставляя в полёте обрывки шёлка, и осколки брызнувшего кирпича, в дежурку, ворвалось нечто лаково-чёрное, с длинными руками, с острыми серповидными когтями, и раскрытой пастью, полной острых игольчатых зубов, с которых медленно сочилась чёрная дымка.

Капитан не успел перевести прицел с князя на монстра, пробившего дыру в стене, когда ведьма в боевой форме, одним движением когтей, оторвала ему голову, и чуть склонившись заглянула в лицо лейтенанту.

Услышав шум и выстрелы внизу, со второго этажа спустился подполковник, держа пистолет в руке. Он не мог видеть происходящего в дежурке, но ему очень не понравились тела двух патрульных, с дубинками, торчащими из тела.

— Кто вы такой, и что здесь делаете? — Вопросил начальник отделения, входя в помещение, сразу обратив внимание на разбитое стекло, и ведьму в боевой форме, щекочущую длинным раздвоенным языком посеревшее лицо лейтенанта. Судя по запаху, и лейтенант, и капитан, уже избавились от содержимого прямой кишки, и пребывали в относительно стабильном состоянии.

— Это я хотел бы спросить вас, кто вы, и что делаете. — Владимир улыбнулся ведьме, и снова повернулся в сторону местного начальства. — Хотел спросить, что с поимками пропавшего позавчера Владимира Овечкина, а тут, разврат, понимаете. Водку пьянствуют, безобразия нарушают. А те двое… Вот представьте себе, просто кинулись меня избивать, и неловко так, упали… прямо задницей на дубинку. Представляете! А если бы ртом?

— Да, я тебя сгною, в самой глубокой помойке в Сибири. — Лицо подполковника исказила гримаса ненависти, и он, стал поднимать наградной пистолет, но рука от небрежного с виду взмаха князя вдруг хрустнула, и райотдел огласил ещё один истошный крик.

Девочки мгновенно обыскали здание, и выволокли на свет ещё четырёх правоохранителей. Парочку, едва сумевшую привести себя в порядок, и пару оперов, затаившихся в кабинете.

А ещё через полчаса, по тревожному сигналу прибыл спецназ охранительной стражи, но увидев два десятка ведьм в боевой трансформации, вызвал начальство покрупнее.

Глава Стражи генерал-лейтенант Лавр Семёнович Копытин, очень не любил, когда его отрывали от семейных посиделок, но прибыв к месту происшествия, понял, что всё очень серьёзно. Ведьмы, окружившие здание, просто дымились от переполнявшей их силы, и каждая была способна разорвать очень много бойцов в тяжёлой броне, прежде чем устанет. А внутри здания, находился отлично знакомый ему Владимир Соколов, наблюдавший как две целительницы латают человека, избитого так, что когда-то приличная одежда превратилась в тряпьё.

— Что случилось, князь? — Копытин пожал протянутую руку.

— А всё просто, товарищ генерал- полковник. — Владимир усмехнулся. У вас в хозяйстве, насрано, да так густо, что пришлось вызвать на очистку моих девочек. — Владимир встал. — Оставляю эту помойку, на ваше усмотрение, но учтите, что по всей России, я объявлю, что на произвол охранителей, можно будет пожаловаться в Ковен. Если такое творится в одном из районных отделов столицы, то представляю, что происходит на периферии.

— Но, эээ князь, так нельзя…

— Знаете, чего нельзя? — Владимир попытался улыбнуться, но лицо исказил волчий оскал. — Вызвать из Тысячемирья толпу высших ведьм, чтобы показательно сжечь все охранительные участки страны. На первый раз без людей. Это да. Это действительно чересчур. А дать возможность людям получить защиту там, где правоохранители обосрались — это нормально, и не слишком. Кстати, видео всего инцидента без купюр и правок, будет показано по телевидению, и отправлено в прокуратуру и Канцелярию государя.

— Зачем? — генерал явно не понимал смысла поступков Владимира, а Владимир не понимал генерала.

— Охранители — это рука государства, протянутая людям. Сажать воров, разбойников, прочищать мозги хулиганам, и конечно помогать во всех делах, где гражданин сталкивается с несправедливостью государства или других граждан. Суд, прокуратура, и прочие случатся позже, а первое кого видит гражданин — стражник, и он не должен вызывать страх, а лишь уверенность, что его защита надёжна. А то, что я увидел, это нечто, не должное существовать. Признаюсь, я сегодня испытал настоящую ярость, по отношению к вашим людям, и то, что они в большинстве своём ещё живы, это просто недоразумение. Сейчас сёстры займутся получением информации о мздоимцах и преступниках в мундирах, и лучше если бы вы добрались до них первыми. Я сдерживать сестёр не стану.

— Но ведь это беззаконие! — Возразил Копытин.

— Вы первый начали. — Сухо бросил князь, и прямо через дыру в стене, вышел на улицу, и оглядел всех, кто стоял перед зданием.

— Сёстры, кто перешёл в боевую форму, возвращайте себе нормальный вид, и подойдите ко мне.

Два десятка совершенно обнажённых ведьм, ничуть не стесняясь своей наготы, подошли ближе, и встали на одно колено.

Владимир повёл рукой, над их головами, и облако разноцветных искр, окутало женские фигуры, впитываясь в кожу.

— Кто из хозяек ворвался в здание?

— Я, князь. — Светловолосая женщина, с рельефной подтянутой фигурой, вышла вперёд, и низко поклонилась.

— Тебе особое спасибо. — И на Аллу Белоглазову, опустился водоворот искр божественной энергии, сразу поднимая её магический ранг, и размер эфирного резерва на две ступени.

— И всем, кто прибыл по зову, тоже моя благодарность. — Вихрь чистого эфира, окутал сестёр, стоявших на коленях, прочищая каналы, и усиливая их.

Заседание государственного совета, созванного по инициативе главы Охранительной Стражи генерала Копытина, состоялось на следующее утро и явило нежданный аншлаг, когда явились все, кто имел хоть малейшее право присутствовать на заседании, включая общинников, глав думских фракций, глав крупных изданий и даже ряда общественных организаций включая представителя Ковена.

Огромный зал Государственного Совета вмещавший под тысячу человек, заполнили до предела, и кое-кто даже стоял в проходе. Конечно впереди на лучших местах главы крупнейших учреждений, и важнейших секторов имперского хозяйства, а далее публика поплоше, и балкон забитый представителями прессы.

— Государь Константин Первый. — Возгласил герольд, в зал быстрым шагом вошёл император, и под аплодисменты занял место председателя Совета.

— Садитесь товарищи. Быстрее начнём, быстрее закончим. — Император с улыбкой оглядел зал. — Я рад приветствовать всех, кто нашёл время прийти, пообщаться. Главной темой нашего собрания сегодня, по предложению генерал-полковника Лавра Семёновича Копытина — Император склонился к столу, и поднял документ ближе к глазам, — Вопиющие бесчинства, и беззаконие, сотворённое генерал-майором егерских войск, князем, героем России, Владимиром Соколовым. И прежде чем я дам слово начальнику Охранительной Стражи, хочу отметить, что Лавр Семёнович, с нашей с вами помощью, пытается сделать некое судилище, для того, кто единолично уничтожил одним ударом трёхсоттысячный корпус Индийской армии, и закрывал аномалии всех уровней. В одиночку. Я подчеркну этот момент. Там, где собранные в ударный кулак архимагистры, разбегались, он шёл вперёд, и убивал монстров запредельных уровней. Я специально избегаю слова «человек», потому что не знаю к какому роду относится Владимир Соколов, которого я отлично знаю. Но если кто-то дойдёт до родового алтаря Рюриков в Кремле, сможет убедиться в том, что осыпавшийся уже тысячу лет идол Перуна, стал как новый, а лик его покровителя очень подозрительно кого-то напоминает.

И ещё напомню, что с тварями изнанки мы бились столетиями, и вдруг появляется этот парень, и всё как в сказке разрешается в нашу пользу. Твари дохнут, враги скулят о пощаде, казна ломится от доходов.

Это так сказать фон. Теперь по сути преступлений. Я напомню, что моим указом, Владимир Соколов приобрёл княжеское достоинство, что вполне соответствует его реальной власти. Что бы мы не думали, а планета Земля, в каталогах, числится как домен Дома Рассветных Сумерек, владыки Влада Сокола, равно как ещё три планеты. И то, что он тут не развёл самую махровую диктатуру, есть целиком заслуга его нежелания возиться с таким проблемным активом как Земля. Но примите во внимание также и то, что каждый бог, из тех, чьи алтари здесь стоят, сначала отмечаются в маленьком степном городке, принадлежащем князю, и только после убывают по своим делам.

Ну и самое главное. — Император достал из папки новый документ. — По дополнению к судебному уложению от тысяча шестьсот тридцатого года, подписного всеми главами общин и Собраний, и не отменённому по сию пору, имперский князь, вправе судить, рядить и казнить свободных общинников, холопов обельных, рядных, служилых и прочих, а также воев любых дружин и к тому же царских, за похищение людей, и покрытие похищений, равно как и за подделку бумаг оплатных, денег, и государеву измену, на месте преступления.

А это значит, что князь находился в правовом поле, и имел право на суд. — Рюрик, державший документ повёрнутым к залу, осторожно положил ветхий пергамент на стол. — Следствие конечно ещё идёт, но Пётр Николаевич Гагарин руководящий имперской стражей, ведущий это дело, уверен, что эпизод, ставший причиной смерти капитана Сорокина, не единственный, и за той районной управой целый ворох преступлений с высшими мерами наказания.

Император помолчал.

— Вот так уж вышло, что в наших лесах завёлся настоящий хищник. И хорошо, что он, прежде всего думает о нашем здоровье, а не о своём. Разогнал богов-дармоедов, загнал обратно в яму хаоситов, и кстати, придумал огромное количество технических новинок. Даже новые клиники, и те его рук дело. Хотите с ним ссориться — пожалуйста. Но в частном порядке. Я как самодержец никого в этом не поддержу. Мало того, я сильно удивлён, если не сказать больше, бездействием наших общин и собраний. Дворянское собрание и собрание торговых людей, могли бы как минимум высказать своё отношение к работе охранителей. Но, видимо там уже действуют совсем другие основания нежели честь, совесть и правда.

Закончив речь, император спрятал все документы обратно в папку, и кивнув залу, вышел, оставив собрание.

Владимир ни о чём этом конечно не знал, да и знать не хотел. Девочка и её родитель, получили всё необходимое лечение, а так как мужчина являлся ветераном и военным пенсионером, ему предоставили работу в одном из подразделений Гипербореи, чтобы находился под контролем, на случай если вдруг охранители захотят подчистить концы.

Но дрожжи, брошенные в нужник, уже вскипели так, что их остановить стало невозможно, и работой охранительной стражи занялась не только комиссия Государственной Думы и Государственного Совета, но в дело шустро влезла Имперская Стража, и прочие организации, и дело дошло до полного паралича работы Стражи, и по решению главы партии коммунистов на улицы городов вышли двести тысяч дружинников, практически полностью прекратив даже мелкое хулиганство на улицах.

Понемногу, когда прошедшие проверку охранители возвращались к несению службы, работа отделений и управлений восстанавливалась, но в целом встряска для общества получилась весьма показательная.

Показательная, но для Владимира очень редкая, потому что далее пришлось заниматься сплошной рутиной. Человеко-часами, тонно-километрами, рублями, эргами, и всем тем что наполняло его беспокойное хозяйство.

С одной стороны, всё работало и без него, а с другой, ряд непопулярных решений пришлось принимать самому, выговаривая матрисс, за нежелание брать на себя ответственность, а старшим управляющим, вообще «за жизнь» и для профилактики. Конечно, дамы, даже живущие не первое, и не второе столетие, расслабились и размякли, глядя на малышей, и больше времени уделяя кормлению, уходу на самом деле прячась так, от утомившего их мира, но поставленный Владимиром вопрос, а что они оставят своим детям, в качестве наследства, заставил дам снова взяться за дело.

Глава 22

И Эпилог

Дорога, состоящая из одних лишь шипов, или только усыпанная цветами, будет скучна, и утомительна, и лишь в чередовании оных и есть радость и глубинный смысл любого пути.

Ойо Ави. Лоранэ лави, дочь Матери Облако.

Главной проблемой долгожительства является вовсе не сохранение здоровья, хотя этот пункт и находится вверху списка. Главное для долгоживущего — не утратить радость жизни. Любовные переживания, дружеские встречи, путешествия и даже война, приедаются и становятся пресными словно кусок чёрствого хлеба. Поэтому так ценятся у Старых рас творцы произведений искусства, и их творения. Книги, картины, музыка, спектакли. Также в цене острые ощущения риска для жизни и вообще визуальных впечатлений. Адреналин прекрасно вымывает тоску и хандру даже на пятом столетии жизни. Конечно многие осваивают десятки профессий, и порой буквально начинают жизнь с ноля. Сделав себе новую биографию, и оставив в прошлом дворцы и толпы поклонников и возлюбленных, они бросаются в новую жизнь двигаясь с самого социального дна, достигают новых высот, но в конце такого витка, следует присоединение новых владений к старым, словно нанизывание очередной жемчужины в ожерелье.

И лишь единицам удаётся вырваться из бесконечного круга, не через смерть со стиранием памяти, а продолжив накопление знаний на новом уровне.

Университет Альвари. Мироведение, вводная лекция.

Приглашение из императорского дворца на аудиенцию, поступило достаточно внезапно, и Владимир надев полагающийся к случаю тёмно-синий бизаро, знак владыки и сев в недавно приобретённый для него флаер ручной работы, от знаменитого дизайнерского бюро Асси Рюго, взял курс на Дворец.

Если бы мнение Владимира кого-то интересовало, то он добрался до императора на своём флаере, или взял машину у кого-то из матрисс, но ценник на используемые вещи прилагался к социальному статусу, как кислород к обитаемой планете, и приходилось терпеть утомительный фестиваль тщеславия.

К его удивлению, распорядитель приёма, сразу отвёл его не в Малый Приёмный зал. А в Малый Парадный, и без ожидания, оставил перед высокими дверями, распахнувшимися, сразу, как только служитель отошёл в сторону.

— Владыка дома Рассветных Сумерек, Влад Сокол.

Владимир прошёл по длинной ковровой дорожке, настеленной поверх полированных каменных плит, к своеобразному уголку из кресел, стоявших вокруг овального столика, сервированного «дневным рехо». За столом сидел император Никар, принцесса Таворла и, куда же без него, лорд Тайр.

— Присаживайтесь, лорд. — Император показал рукой на кресло. — А я хочу пожаловаться вам на ваших юристов и секретариат. — Никар улыбнулся. — Неужто вам никто не сказал, что при обретении статуса жителя высших миров, гражданин империи автоматически обретает статус лорда, а его Дом, становится «Великим», что по статусу равно «Изначальному»?

— Ещё бы мне кто-нибудь сказал о получении этого статуса. — Владимир развёл руками. — Это в армии всё просто. Приказ вышел, и перешиваешь погоны. А тут что? — Он улыбнулся. — Оторвал пару — тройку буйных голов, залатал несколько дырявых корпусов, да навёл шороху в кооперативе «Дедушка на облаке».

— Ну, так-то да. — Тайр с улыбкой кивнул. — Но неужели ты не заметил, что у тебя кожа начала светится, и любой выплеск энергии в десять раз проще?

— Так он с каждой ступенью проще. — Удивился Соколов. — Или я что-то неправильно понимаю.

— Н-да. — Принцесса вздохнула. — Ну как так получается, что мы тратим сотни лет на возвышение, а после в гонку суперкаров врывается парень на самокате, и с криком «Посторонись!» обгоняет всех?

— Я не специально. — Владимир развёл руками. — Но что там со статусом?

— Да всё просто. — Тайр поставил пустую чашку на стол, и Таворла сразу налила ещё рехо. — У нас ведь тоже замесы случаются регулярно. Кровососы вот поутихли, но, во-первых, в имперском союзе Альвари полно внутренних придурков, во-вторых, Тысячемирье довольно бурное место, и постоянно нужно доказывать, что Старые расы, не просто так имеют свои преференции, ну и конечно же постоянные схватки на границах. И в случае серьёзных атак, лорды, а это как правило сильнейшие маги, идут в первых рядах, потому как ни одна армия не сравнится с ударом хорошо подготовленного мага. Как правило, после уничтожения вражеского гранда, боевые действия заканчиваются, без вступления в бой людей и техники, что здорово экономит силы и время. Получение тобой уровня бог, в нашей иерархии означает арахигранда по силе, хотя ты существенно слабее по уровню знаний. Но, против лома нет приёма, и ни один грандмагистр не сунется воевать с тобой. Отвечая на незаданный вопрос, скажу, что таких как ты в проимперской партии ещё четверо. Я, — Тайр склонил голову. Принц Эсверан, Император Никар, и Хранитель Имперских Реликвий, Ургал Танир. С тобой пятеро, и это уже та сила, с которой не просто будут считаться, а девяносто процентов наших врагов просто присядут, чтобы не привлекать нашего внимания, а оставшиеся десять сильно подумают, прежде чем предпринять что-то враждебное. Но атаки, и обхаживания лично тебя, и твоих людей, конечно станут куда интенсивнее, чтобы в нужный момент, иметь хоть какой-то рычаг воздействия. Страху на них мы конечно нагоним, и я, и император, и другие люди, но и ты не зевай.

— Что ещё важно. — Никар, поставил чашку на стол, и отодвинул от себя, чтобы больше не наливали. — У нас часто случаются довольно серьёзные столкновения по разным вопросам на Совете, и не всегда я могу продавить нужное нам решение только своим авторитетом. А это значит, у нас опять голосование, и опять разброд. Но если ты вдруг решишь примкнуть к нашей партии, всё станет намного проще.

— Так вроде решил уже. — Владимир пожал плечами. — Посмотрел я на ваших оппонентов. Жалкое зрелище. Тем более что все мои враги из их лагеря.

В общем встреча высоких договаривающихся сторон, по уточнению границ и взаимных обязанностей прошла в атмосфере взаимопонимания и дружбы. Император не скупясь отвалил всяких преференций, начиная от признания Дома Владимира не просто Великим а именно Изначальным, что само по себе давало массу плюсов, до налоговых льгот, и доступа к стратегическим материалам, заказам, и самое главное, ценнейшим информационным источникам, как например закрытые разделы государственного хранилища свитков и книг.

После этого сразу пошёл настоящий вал встреч и переговоров. Встречаться пришлось начиная от представителей пула Межмирового банка, интересовавшихся подтверждением договора об охране хранилищ, и завершалось всё это целой кучей невнятных контор, под патронатом глав изначальных домов, занимавшихся банальным сбором денег. Соглашение естественно подтвердил, успокоив банкиров, а денег не дал, так как ещё в прошлой жизни навидался всяких срочносборов, и кормушек для нечистоплотных борцов за всё хорошее против всего плохого. Если у него появлялось желание сделать доброе дело, то вокруг всегда находились люди, требовавшие повышенного внимания и защиты. Например, учителя и врачи. И уж совершенно точно ни Дому ни Ковену не требовались посредники для совершения благих дел.

Всё это Владимир высказал на собрании, посвящённом юбилею одной из благотворительных контор, и тут же нарвался на поучительную отповедь председателя комитета, лорда Гайрана из Дома Рыжих Камней. Он многословно рассказывал о традициях благотворительности, и что деньги, собираемые с Домов и корпораций, идут на поддержание работы больниц, детских учреждений и прочие нужды, а самое главное, формируют независимый от императора фонд поддержки независимых журналистов и прочих организаций.

— Вот с этого стоило и начать. — Владимир усмехнулся, и оглядел сидящих вокруг стола лордов. — Вам нужны деньги, для поддержки антиправительственных агентов, для выбивания экономических преференций и общего политического давления на власть и властные структуры. И естественно я не желаю иметь к этому никакого отношения. Мало того, я разумеется поставлю в известность соответствующие службы империи, и лично принца Эсверана.

— Не боитесь стать изгоем? — Спокойно спросил лорд Ашер Дома Бирюзовой Волны.

— Изгоем чего? — Владимир рассмеялся. — Общество Альвари весьма противоречиво и разнонаправленно. Оппозиционных Домов совсем немного, и власти вы не имеете. Практически это вы — изгои. Варитесь в своём тесном мирке, изображаете мировую власть, и доите тех, кто согласился на этот дешёвый развод. Так что можете не хмурить брови, и не надувать щёки. — Владимир громко расхохотался, глядя на потуги лордов выглядеть грозно.

— Что-ж. Я могу даже на смертном ложе сказать. Что мы использовали все доступные способы договориться. — Из-за стола встал мужчина неопределённых лет в белоснежном костюме — алтаро. — Он медленно вздохнул и печально улыбнулся.

— Я, лорд дома Синей Ночи, вызываю вас, лорд Утренних сумерек, на дуэль.

Дуэли конечно не поощрялись, но каждый альварийский Дом — государство в государстве, и их главы, часто выясняли отношения таким образом, не впутывая остальных членов Дома, что обязательно происходило при объявлении войны между Домами.

Но в случае проигрыша на дуэли, лорд Орхон терял не только жизнь, Дом Синей Ночи получил своё место благодаря тому, что глава дома перешагнул порог силы и стал архиграндом. И в таком случае его наследник не имеющий той силы, становился уже не лордом, а просто Владыкой, а место в Совете, накрывали традиционной накидкой, пока дом не доказывал, своего права вновь именоваться изначальным.

Традиционное место для дуэлей такого ранга находилось в Академии Альвари, где располагался единственный в Вейдари полигон высшей степени защиты.

Владимир оделся в светло-серый бизаро, маранты, и тонкий шёлковый шарф, присланный утренним курьером от Ойо Ави. Его противник надел на этот раз матово чёрный костюм талсари, обычно надеваемый любовниками в ночное приключение, или на позднюю премьеру. Выбор достаточно странный если не учитывать, что талсари шился из очень мягкого и пластичного материала, совершенно не стеснявшего движений.

Секунданты осмотрели мечи, проверив на запретные узоры и энергии смерти, и держа на вытянутых руках, поднесли оружие дуэлянтам, вполне справедливо опасаясь оружия, в котором плескались миллионы эрговатт.

Орхон вовсе не был самоубийцей, и даже за очень приличные деньги не собирался рисковать жизнью. Но на лорде Владе, сошлись очень многие нити в Тысячемирье. Теневой конгресс, работорговцы, десяток лордов альвари и даже рагварцы, не пожалели денег, чтобы склонить глав дома Синей Ночи, к правильному решению. Да, антиимперская партия сильно рисковала, но ранее, при соотношении четыре архигранда к трём у них оставались, пусть и небольшие шансы на победу, а при соотношении пять к трём они исчезали совершенно. И образно говоря, дуэлью между грандами партия пошла ва-банк, так как оставшись два к пяти, они теряли всякий смысл к продолжению борьбы.

Но даже за очень серьёзные деньги, Орхон не стал бы соваться в рискованную историю, как вдруг его люди совершенно точно выяснили, что юный лорд, возвысился каким-то чудом, а скорее всего случайно получил артефактный меч, что и стало причиной побед. Ни знаний, ни тактики боя, ни серьёзной техники за Владом наверняка не стояло, поэтому на площадку лорд Синей Ночи вышел спокойно, чуть расслаблено и с полуулыбкой наблюдал как его соперник выслушивает последние наставления от лорда Тайра — такого же как он выскочки неведомым образом взобравшегося на вершину власти альвари.

— Спокойно и уверенно. — Тайр кивнул Владу. — Работай от контратаки. Помни что этот засранец конечно любит высокие стойки и верхние удары, но и снизу может прислать очень конкретно. Так что внимательно следи за рисунком, и как только увидишь разрыв — бей. И упаси тебя Творец, пожалеть этого гадёныша, в конце. Давай!

Владимир особо не переживал. Да, погибнуть сейчас вовсе не хотелось, но всё в руках божьих. Нужно только самому не зевать.

Его оппонент окутался дымкой защит, и тело стал обтекать матово-чёрный доспех. Орхон даже чуть подмигнул Владимиру: Мол видал такое? На что Соколов усмехнулся и тоже окутался дымкой эфирных защит, не торопясь активировать доспех.

В таких условиях, имел смысл применять только прямые визуализации, и противники не сходясь атаковали друг друга ворохом заклинаний, с вложенными подструктурами и ловушками. Защита Владимира, усиленная божественной энергией, успешно гасила всё, а вот щиты Орхона уже дважды слизывало под чистую, заставляя работать основную броню. И это весьма нервировало лорда. Казавшаяся такой простой задача, вдруг стала обрастать сложностями, и пришлось доставать аргумент, припрятанный на крайний случай.

Орхон отскочил подальше, раскрыл часть доспеха, и пальцами раздавил полый шарик из мифрила, где плавала частичка божественной силы.

Сразу энергия потекла по жилам ускоряя реакцию и движения, усталость куда-то ушла и узоры, сплетались буквально по мгновению ока.

Ещё когда противник отскочил назад, разрывая дистанцию, Владимир понял, что тот сейчас выкатят новый аргумент и дал команду доспеху на активацию. Пластины брони божественного класса обтекли тело, но под сверканием защитных полей этого было не увидеть. Орхон атаковавший магией со всей возможной силой, наконец то смог разрушить большую часть энергетической защиты, и это лишь для того, чтобы разглядеть светло серый материал доспехов, переливающийся встроенными магемами, от чего Лорд Синей Ночи, натуральным образом охренел так, что сбился с ритма.

Рисунок боя сразу сломался, и Владимир в доли секунды контратаковал противника, рассекая мечом нагрудник от плеча до пояса.

Металл защиты протестующе взвыл, но разлетелся брызгами, открывая смятую одежду.

Вливая всю энергию в защитные узоры, Орхон всё ещё был уверен в победе, но Владимир, уже собрал перед собой «Иглу Праха» напитывая её сотнями мегаэрг, из кристалла в пространственном кармане, и при этом не отрываясь от боя, когда мелькание клинков уже стало не разглядеть обычному человеку.

Сила лилась бесконечным потоком, превращая достаточно простой узор в оружие планетарного уровня, и уже всё понявшие маги академии, вместе с Тайром, мгновенно собрали мощнейшую «ловушку сил», вливая в неё не только свой резерв, но и щедро зачерпнув из накопителя Университета, дополнительно подпитав защитный купол.

Орхон успел только расширить в ужасе глаза, и поднять меч, когда удар магемы, разметал его тело в клочья, мгновенно сделав защитный купол чёрным от перегруза, а через секунду лопнул и он, разлетаясь по небу комками сырого эфира словно шрапнель.

К счастью маги академии всё сделали правильно, и основной удар магемы попал в ловушку, и распавшись, впитался в землю, уйдя по каналам в накопитель, и рассеявшись в воздухе.

Но аура архигранда едва заметно посверкивая крошечными искорками, всё ещё крутилась волчком на площадке, и Владимир помня о том, что сказал Тайр, воткнул меч в середину вихря, наблюдая как металл лезвия раскаляется добела, впитывая в себя сущность высокого порядка, и медленно остывая, становясь молочно-белого цвета.

Вихрь из останков души заметил только Тайр, а больше никому и не удалось увидеть, как архигранд превращается в артефакт высшего уровня. Для всех это выглядело как сброс плетений, вложенных в меч, и не представляло интереса.

Но в руки целителей всё же пришлось отдаться, потому как броня собирала на себя почти всё, и это почти, стоило многочисленных внутренних ушибов, кровоизлияний, пережжённых каналов и многого другого чем занялись лекари присланные Ойо Ави.

Смерть архигранда полыхнула по всему политическому Олимпу Имперского Союза Альвари. Теперь уже никто не считал Владимира выскочкой и наглым пролазой. Убив одного из сильнейших магов он конечно всё ещё оставался мишенью для шуток, но только осторожных и уважительных, а уж всякие действия против него и Дома, уже расценивались как феерическая глупость, а положение проимперской партии стало прочным настолько, что император пошёл на открытое обсуждение ряда застарелых проблем, ранее не решаемые в силу отсутствия общественного согласия.

Но от дележа собственности Дома Синей Ночи Владимир устранился полностью, объяснив, что даже для управления текущими активами, дому Рассветных сумерек не хватает управленческого ресурса, а загубить процветающее предприятие — очень плохо для репутации. Поэтому он согласился лишь на некую условную компенсацию деньгами, заработав куда больше пунктами влияния за здравую позицию и трезвый взгляд на вещи. Ещё всем очень нравилось то, что Владимир не отгрызал куски у чужих доходов, а старался строить что-то своё, или работал на поле, где и без него тесно от участников забега.

Желающих разбогатеть в Тысчемирье имелось огромное количество, и ротация вышедших в тираж и поднявшихся работала очень быстро, вознося единицы к успеху и деньгам а большинство в работу по найму.

Но ведьмы, весьма опытные в ведении хозяйства, да ещё и поддержанные финансовыми специалистами МежМирового Банка, работали наверняка и почти в три смены, улучшая финансовые показатели Дома.

В эту часть работы Владимир тоже не лез, полагая что деньгами должны заниматься финансисты, производством — инженеры и управленцы, а войной — люди войны. И поэтому, когда сёстры, получив начальственного пинка, выправили всю работу, ему через какое-то время стало скучно.

Он постоянно устраивал инспекции по всем объектам, и даже пролетел по планетам, смотря всё ли в порядке. Затем побывал на двух планетах, спасённых от захвата ордами хаоса, и, несмотря на то, что не собирался принимать на себя за них ответственность, договорился о сотрудничестве и разместил на них исследовательские группы, занимающиеся поиском ресурсов на продажу в Тысячемирье.

Да, дела находились, но со всеми могли справится и его матрисс, а уж если они натравливали на проблему своих помощниц, то те разбирали всё до последней гайки и собирали обратно уже идеально работающий механизм.

Даже боги, освобождённые от захвативших все энергопотоки узурпаторов, трудились вполне успешно, носясь по мирам, восстанавливая алтари и вербуя новых верующих.

Да, как страшилка и ужастик, Владимир работал неплохо, давая своим людям своеобразный защитный зонтик. Но со вхождением в проимперский клуб, всё это перестало иметь сильное значение. Дом Рассветных сумерек фактически перешёл под патронат Рус Альвин, и каждый кто задумывал что-то плохое, сначала упирался взглядом в фигуру императора, а затем в лорда Тайра, вообще не страдавшего гуманностью. И хорошо, что в этом списке Владимир просто значился, тогда как многие лорды и владетели конечно не представляли сами по себе серьёзной угрозы, полностью делегируя вопросы защиты к старшим товарищам.

Ойо Ави, пересеклась с Владимиром на очередном празднике, куда приглашали музыкантов и поэтов со всего Тысячемирья. Своеобразный гала-концерт, где начинающие получали свой шанс, а именитые зарабатывали крупные гонорары.

На этот раз Владимир приехал с пятью матрисс. Кларой де Брие, Машей Ладейниковой, Сашей Рушниковой, Таней Ивановой, и Леной Рубикс. Демонстрация красоты спутниц, тоже являлась частью общего «бон тон», также как украшения, машины и дворцы. Ведьмы в этом смысле ничуть не уступали альвийкам, не только красотой, но и умом, обаянием и внутренней силой.

Первое отделение концерта Владимир просидел в ложе, беседуя с матрисс, а в перерыве вышел прогуляться по зелёной галерее. И здесь среди кустов и деревьев, его поймала лавийка, выглядевшая как всегда словно снежная королева.

Но Владимир уже видел, как ледяная красавица превращается в распалённую гормональным штормом женщину, поэтому смотрел чуть глубже, и там, за привычной маской видел беспокойство и участие.

К удивлению князя, Ойо, не стала прогонять матрисс, а утащив всех в тенистый уголок, лично вывесила «полог тишины» высшего уровня.

— Я обойдусь без прелюдий, ладно? — Женщина ослепительно улыбнулась. — Ты отлично начал. На втором круге, такие потрясающие успехи. Это действительно невероятно. Но вместе с тем, ты попал в ловушку темпа. Летел не особо разбирая дороги, со сверхсветовой скоростью, а когда все враги закончились, и нужно переходить к спокойной размеренной жизни, тал просто наворачивать круги. Так порой попадают военные после тяжёлой войны. Некоторые так и не находят себя в мирной жизни, и до конца таскаются по горячим точкам.

Мы тоже испытываем такие же проблемы, но наше восхождение очень медленное. Я тружусь на этом поле уже восемьсот лет, а кто и побольше, и мы все научились контролировать себя в совершенстве.

Но ты — другое дело. Ты не просто военный, а реально опасное существо высокого уровня, и если начнёшь трясти Тысячемирье, нам всем станет очень плохо. Даже если будешь гоняться за стопроцентно плохими людьми типа работорговцев. Просто попутно переломаешь гору мебели, перебьёшь посуду, и закопаешь много невинных людей. Как говорил лорд Гент — словно арвас в посудной лавке. А Тысячемирье — довольно нестойкая лавка, и всё как-то работает только при учёте всех сложностей. Да, мы постоянно выпалываем бандитов, наркоторговцев и прочий сброд, но делаем это аккуратно, точечно, выскребая больной участок до самых корней. И тут конечно не место никаким лихим атакам, а только планомерной непрерывной работе. Но пока тебя рано в этом участвовать. Планетарными зарядами логово работорговцев не зачищают. Я говорю всё это потому, что вижу в тебе нарастающие признаки энергопсихоза, когда сила просто требует куда-нибудь её приложить.

— Я так понимаю, у вас, лоранэ, есть вариант?

— Самое главное, что он есть у тебя. — Женщина улыбнулась. — В высших мирах в Башне Порядка, специально собирают таких как ты. Молодых, горячих, сильных и отчаянно смелых. Там есть всё, что тебе нужно. Враги, бесконечная возможность роста и конечно же тебя научат управлять собственной силой, чтобы не жить словно на вулкане. И это вовсе не ссылка. Ты можешь посещать своих девочек, хотя я уверена, что им нужно дать какое-то время, чтобы пожить без тебя. Слишком они разные, и уверена — там бродят такие токи и конфликты, что требуют времени и особых усилий на разрешение.

И ты пойми. Я не уговариваю тебя. Я просто обозначаю все возможные варианты. У лорда Гента, к счастью враги кончились одновременно с приходом старости, и он особых дров не наломал. Но сейчас наш мир относительно стабилен и в эту фазу требуется активно строить и укреплять общий дом, а не бегать с мечом наперевес. Но у тебя есть где побегать, и там уж, точно будет не до скуки. А здесь, мы все присмотрим за творим домом. Поверь, у лави, достаточно влияния, чтобы никто и близко не подошёл к твоим девочкам. А если учесть Тайра и Никара, то эта идея будет приходить в голову только полному самоубийце, и расстояние между мыслью и смертью не станет долгим.

Эпилог

Владимир сидел на лавочке перед воротами Башни Порядка, и лениво разглядывал снующих туда и сюда существ. Да, это были не люди, если считать их расовые признаки. Ходили голубокожие гиганты под три метра высотой, и стройные, маленькие, словно десятилетние девочки, женщины в тонких облегающих одеждах, проходили существа с явно иной чем у человека эволюционной историей, и просто люди, ничем не отличавшиеся от таковых в Москве или Казани.

Сама Башня представляла собой обширную территорию, на территории мегаполиса, куда Владимир попал, пройдя через портал. Городок окружала высокая десятиметровая стена, а внутри, сквозь распахнутые ворота виднелся вполне привычный административный комплекс зданий с центральным корпусом, уходившим в облака.

Владимир просто сидел, разглядывая тех, кто работал в Башне, пытаясь поймать эмоциональный фон, и понять, что за существа трудятся на ниве Порядка, но пока никакой особой грязи не увидел. Обычный рабочий настрой, порой достаточно суровый, а порой игривый, как у трёх девиц или дам, с аккуратными кошачьими ушками, торчащими сквозь волосы на голове.

Язык высшего мира оказался известен импланту, и пока Владимир разглядывал спешащих по своим делам людей, он потихоньку устанавливался в голове, и из общего гула, временами вырывались понятные слова, и их становилось всё больше.

Статная высокая женщина с пепельно-серыми волосами, убранными в «конский хвост», и одетая во что-то явно форменное, со знаками различия, говорила подняв браслет к лицу.

— Авиали ан оно ясайто потому что я, тебя сама ихао расси, если ты не закончишь ко второму дню. И моли Творца чтобы гараос не узнал о твоих хассао.

Какие приключения обещала женщина своему собеседнику, пока было непонятно, но Владимир отчего-то уверен в насильном эротическом характере оных.

От всего этого так потянуло знакомым армейским духом, что Владимир улыбнулся и тут же попал в перекрестие внимательных глаз женщины.

— Имя, звание, подразделение! — Рявкнула она, обращаясь к Владимиру, одетому в свободные штаны, лёгкие туфли, и широкую рубаху.

— Владимир Соколов, генерал-полковник центрального штаба егерского корпуса. — Владимир спокойно поднялся с лавочки, и твёрдо взглянул в глаза женщине с немым вопросом.

— Командир отдельного архала суин хар оперативного отдела Шиани Васто. — Женщина вдруг усмехнулась, протянула руку и качнула головой в сторону ворот. — Идём, Владимир Соколов. Провожу, чтобы не заблудился.

Казань 2024.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Страж Тысячемирья

Content

Страж Тысячемирья

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22 И Эпилог

Nota bene