Звездный поток. Ученик

Пролог

Звезды этой галактики кроме иных энергий излучают в Пространство Витальную энергию, называемую также энергией Жизни. Эта энергия принуждает неживое рождать простейшую жизнь. А после— заставляет эволюционировать рожденное!

Она не похожа на другие энергии. Течет от звезды к звезде, создает русла и водовороты, подобно камням в реке, омывает планеты и луны. Как рыб толкает в спину космических странников, сумевших выбраться за пределы трехмерной метрики Пространства. А где-то наоборот, течет навстречу, замедляя.

Совокупность движения витальной энергии была когда-то названа людьми Звездным потоком. Первые колонизационные корабли покинули Прародину под водительством тех, кто лучше других мог ощущать и понимать Поток. И он донес их до новых миров. Таких, чтобы сразу подошли для людей. Без терраформирования. Так тысячу лет назад началась звездная экспансия Человечества…

Год 1136 от начала Экспансии. Планета Касу, протекторат Великого клана Терра.

Беспилотное такси, идущее на высоте трехсот метров, вдруг изменило траекторию и резко пошло вниз, ища ближайшую площадку для посадки.

— Нас взломали. — буркнул Мал.

— Заметил? — едко улыбнулась его жена Лира. Она никогда не упускала возможности уколоть супруга.

В следующую секунду парочка начала действовать. Прозрачный композит ветрозащитного колпака пассажирского салона брызнул осколками вверх и в стороны, выпуская людей наружу. Короткий миг полета и оба они стояли на пустой городской улице. Мужчина чуть впереди, закрывая спутницу. Та — защищая его тыл.

Как раз вовремя. Негромко хлопнули отлетевшими крышками нескольких газовых гранат. Брошенных с нескольких сторон разом, но не долетевших до мужчины и женщины. Ударившись обо что-то невидимое, двадцатиметровой полусферой окружающей пару.

— А как хорошо все начиналось… — пробормотал мужчина.

Каким-то нарочито медленным и плавным движением, выставил руки в стороны, демонстрируя пустые ладони. Не успевшие скатиться по силовому щиту гранаты мячиками полетели в разные стороны. А мощный порыв ветра, ударивший во все стороны разом, отправил по тем же адресам успевшую попасть в воздух отраву.

— Силы правопорядка Касураги! Снимите защитные барьеры и вдохните транквилизатор! — усиленный динамиком голос раздался сверху.

— Мы граждане Ста миров! — голос Лиры без всяких приборов разнесся по округе, заглушая даже требования противника. — Маллен Идальго Макира и Лира Канара Терра! Вы нарушаете закон! Немедленно представьтесь и предъявите основания для задержания!

— Кстати, связь рубанули, — Мал, тем временем, натягивал на руку боевую перчатку. — Стационарная глушилка. Но ты ведь и это заметила, конечно?

Он тоже никогда не забывал уколоть жену в ответ.

Они были контрастной парочкой. Он — высокий, похожий на древнего атлета. Широкие плечи, узкая талия, грация сильного хищного зверя, который никогда не крадется со спины, а нападает в прямо. И она — хрупкая тростинка. Настолько невесомая с виду, что, казалось, могла улететь от сильного порыва ветра. Обманчивое впечатление. За которое уже многие расплатились жизнями. Внешний вид одаренных мог разительно отличаться. Имели значение только общая гармония тела и тренировки, посвященные контролю над витальной энергией Звездного потока. Ну и талант. Куда ж без таланта.

— Конечно. — в тон ему ответила Лира.

Использование глушилки могло значит только одно. Сам факт проведения операции пытаются скрыть. Следовательно — это самодеятельность. Никакие нападавшие не силы правопорядка Касураги. Ну, или их используют в темную.

А значит кто-то очень не хочет, чтобы Лира и Маллен смогли поговорить с магистром клана Терра. Это обстоятельство делало положение попавших в засаду мужчины и женщины весьма неприятным. На закон напавшие заранее наплевали. Но — это если не получится отбиться!

— Получен ордер на задержание международных террористов! — в этот момент голос из громкоговорителей развешанных по округ миниатюрных дронов, решил ответить на вопрос о причинах задержания…

— Тянут время. — фыркнула Лира.

— А мы тогда чего стоим? — поднял бровь Мал.

— Ищу КаПэ.

— Долго?

— Как раз ждала от тебя этого вопроса. Обними меня, дорогой.

Кто бы из Кацураги (без представителя хозяев планеты тут точно не обошлось) не организовывал засаду — он наверняка ждал другого развития событий. Шаблон мышления: «отступники» равно «слабость». Задержанные должны были либо добровольно вдохнуть газ и быть и упасть без сознания, либо — попытаться сбежать и затеряться. Но никак не ломиться напрямик к развернутому пункту командования и инженерно-технической поддержки!

Мужчина послушно обнял супругу… и ввинтился в небо над домами по ломаной замысловатой траектории, словно управляемая ракета! Только встречные минидроны разлетелись с их пути картечью во все стороны! Загонщики с земли успели по разу выстрелить. Даже близко не попав.

Пункт командования и поддержки уютно устроился в тенистом переулке: грузовик сил правопорядка, многодиапазонная «умная» глушилка и… шестеро офицеров — подмастерьев под командой мастера. Штурмовая группа полицейского спецназа в композитных доспехах. Резерв, что должен был ударить в спину убегающим. И добить.

Вбитые рефлексы их не подвели. Когда над головами мелькнула быстро перемещающаяся тень, штурмовики-подмастерья разом вскинули правые руки и послали в юркую цель сразу шесть потоков огня. А мастер-командир обеспечил общий для группы щит.

Вот только у супружеской пары не было планов нырять в море огня. Живая «ракета» ловко обогнула рукотворный шквал раскаленной плазмы и оказалась от спецназа за грузовиком. И, соответственно, за глушилкой.

Выучка у подмастерья оказалась на высоте. Они перенесли сектор поражения, не задев друг друга и командира. Ударили прямо по врагу, но попали как раз по глушилке. Которую на них с той стороны еще и толкнули. Нет, прибор не взорвался как в кино. Просто вышел из строя. И ровно в тот же момент с боевой перчатки женщины в пламя ударила толстенная молния!

Физику не обмануть: ток, если ему дают возможность выбирать самостоятельно, течет по пути наименьшего сопротивления. Плазма — а пламя это она и есть — прекрасно проводит электричество. Полицейскую броню от незапланированного краш-теста спасла воля всего лишь одного человека. Совсем недаром носившего знаки старшинства на броне. Мастера. Только что спокойно пропускавший огонь подчиненных щит разрезал стихийные проявления. И не дал электрической цепи замкнуться.

На этом удача изменила командиру. Стоило внимательно слушать, когда парочка представлялась. Мал нанес всего один удар своим движущимся щитом: коронный прием Макир. Просто подсек противнику ноги силовой волной. И тот вместе с равновесием, потерял и концентрацию. Преграда, удерживающая молнию распалась, и подмастерья все-таки влетели в не успевшую потухнуть плазму. Громкий треск и стук потерявших сознание штурмовиков о землю стал итогом сражения.

Оставались, правда, еще стрелки — обычные жандармы, в этой операции загонщики. Они ждали приказа, крутили головами… и оставались на местах. Потому что субординация. А отдавать приказ мастер-командир не спешил. Слишком не по плану все произошло, чтобы не воспользоваться стихийно возникшей оперативной паузой. 'Всего лишь подмастерьям, как ему сказали. Лучше поговорить. И подумать, как прикрыть задницу за провал. Или за самоуправство. Гадать не стоило, на кого начальство повесит всех собак.

— Вы кто такие⁈ — мастер окружил себя щитом со всех сторон, задействовав свою боевую перчатку.

Ну вот и все, не бездействует, а «держит активную оборону».

— Мы же представились, — укоризненно произнес Маллен, взбираясь на открытую платформу грузовика, откуда менее минуты назад он же и скинул глушилку. — Как вы вообще додумались по беспределу задерживать кланера Макира и уже тем более Терры, своего сюзерена? Документы мы держали и держим открытыми, можешь сам прочесть.

Спецназовец, чувствующий под своим щитом себя в безопасности — во всяком случае, пока на него не нападают — тотчас воспользовался советом, задействовав свободную руку. И увиденное ему очень не понравилось.

— Нам сказали, прошла информация про двух опасных террористов-подмастерья под хорошим прикрытием…

— И вы решили выслужится, пока терранский магистр не улетел, — следом за мужем на борт грузовой машины запрыгнула Лира. Ехидно улыбнулась оппоненту и как по-писанному начала перечислять: — Напугали местных жителей, заставили надышаться газом из гранат… Может, хоть теперь-то проведете детальную проверку?

— Я пытаюсь! — мастер заметно занервничал. — Не проходит запрос!

— Смотри-ка, и полицейскую сеть хакнули, — хмыкнул силач. — Вот ща шапки-то и полетят.

— Так люблю-у, когда повышают ставки-и, — мелодично пропела Лира, спрыгивая на землю. Вроде как просто из-за подвижности характера, но на самом деле для «контроля» поверженных спецназовцев. — Смотри-ка, у этого пульс есть. И у этого. Как это мы — и никого не ухлопали?

Ситуация повисла. Полицейскую сеть нельзя взломать навсегда или даже надолго. Несколько минут — вот предел. Такая уж у современных защищенных сетей архитектура. Единственный способ — подменить все узлы сети разом. В теории это возможно, на практике — еще ни у кого не вышло. Дорого больно. Рано или чуть позже — запрос пройдет. Полиция опознает «террористов» и преследовать начнут уже хакера. А вот если сбежать раньше этого светлого события — возможны нюансы. Как минимум привлекут за самовольное оставление места происшествия. Посадят до выяснения — и злодей получит еще один шанс.

С другой стороны — настоящий противник может попробовать за оставшиеся секунды сделать еще один ход. Только вот какой?

«Фью-у-у Пупф» — ответили небеса.

— Это то, о чем я думаю? — не поднимая головы, переспросила Лира.

— Один, два… шесть, — с каждым словом Мал темнел лицом.

— Вот дерь…

— Внимание, в вашем районе уничтожена спецгруппа сил правопорядка Кацураги, — одновременно заговорили уличные динамики, перешли на громкую трансляцию персональные средства связи и вся прочая техника, вплоть до пылесосов и умных унитазов. Как и коммуникатор мастера — Не пытайтесь препятствовать работе Подавителей.

— Я жив! Жив!!! — срывая голос, попытался доораться до своего начальства командир заочно похороненной группы, но не помогло.

— Нас нет в их базе, — с непроницаемо-спокойным лицом констатировала Лира. — А шесть Подавителей разом никакими щитами не удержать. — Или бежать, надеясь, что их отзовут. Или…

— Или.

— Тогда нужно успеть выбрать место.

— Эй! А я⁈ — увидев, как парочку исчезает за углом, дернулся было офицер, но снять щит не рискнул. Потому что больше почувствовав, чем услышав за спиной тяжелые шаги.

Подавитель Одаренных, он же робот-убийца — повторял пропорции человека. Этакий «оживший» рыцарский доспех на современный лад в шлеме без смотровой щели. Не просто машина, а автономный механизм под управлением не просто искусственного интеллекта — а полноценного искусственного разума. Хотя о полноценности разное говорили.

Неуязвимым он не был. Просто пользователям Потока расковырять неживое куда сложнее, чем живое или когда-то бывшее живым. Но не невозможно. Вопрос лишь времени. В Больших кланах одаренного, решившего квалифицироваться на мастерство, выставляют против такой машины один-на-один. Продержаться надо хотя бы три минуты, лучше пять. Продержаться, а не победить. Порой мастера выигрывают дуэли против машин. А так лучшее время — около получаса.

И вот капсулами с шестью такими штуками Арсенал спецсредств Кацураги выстрелил из своего лаунчера. Все что было отправил на место «гибели» спецназа.

— Не двигаться. Не применять и не отменять воздействия, — повернул «слепое» забрало к человеку робот.

— Да я свой, железяка долбанная! Иденти…

— И молчать.

Касураги послушно заткнулся. С растущим ужасом наблюдая, Подавитель неотвратимо продавливает своим манипулятором его барьер. Выверенным движением металлических пальцев хватает и сразу же срывает маску-противогаз. Выхватывает из разгрузки полицейской брони баллончик с отшибающим сознание газом и тут же распыляет в упор в лицо.

— Идентификация завершена, — в синтезированном голосе промелькнуло что-то вроде издевки, когда щит лопнул и мастер рухнул, как подрубленный. — Заимствую арсенал спецсредств.

Второй баллончик, едва оказался в пальцах робота, тут же лопнул от «неловкого» нажатия.

— Арсенал исчерпан. Доступ к спецсредствам отсутствует. Продолжаю выполнение задания штатными средствами.

Подавитель спокойно дошагал до поворота, за которым скрылись беглецы и… остановился как вкопанный. Увиденное решительно не вписывалось в готовые алгоритмы.

В небольшом внутреннем дворике интенсивно раскручивался смерч из стремительно вращающегося воздуха и колеблющихся в нем колец плазмы. Проявление росло в размерах и увеличилось вдвое, когда последний из шести роботов ступил на плитку внутреннего двора. Последнее, что записали камеры машин: рукотворное мини-торнадо молниеносно расширяется, будто внутри кто-то бомбу подорвал.

Электро-магнитный импульс выжег электронику метров на двести в округе — но и его создателем досталось. Запустить и зарядить ЭМИ-бомбу только вдвоем и исключительно на энергии Потока — не каждый магистр поверит, что такое возможно. Кстати, о магистрах.

— К-как думаешь, мы победили уже? — спросил атлет супругу, точно также распластавшуюся рядом.

Их тела до сих пор едва заметно потряхивало от непроизвольных мышечных сокращений. Зато Подавители застыли неподвижными статуями. К сожалению, не навсегда. Починят.

— Т-теперь нас т-точно анонимно не похорон-нят! — то ли улыбнулась, то ли оскалилась Лира. — А вот и мобиль магистра клана Терра!

Летающий транспорт легко распугал налетевших дронов и пилотируемые леталки гражданских. Зеваки неистрибимы… пока не попросишь поставить подпись под свидетельским протоколом. Магистр, мужчина средних лет, легко сделал шаг на плитку, не дожидаясь посадки своего транспорта.

— Поздравляю, — ровным голосом произнес он. — Вы привлекли мое внимание. Очень постарались. На пару миллиардов сопутствующего ущерба. Слушаю вас предельно внимательно.

Глава 1

Побег

Год 1137 от начала Экспансии

Планета Магара, окраина зоны влияния Ста Миров

— Там корабль! На земле стоит! — завопила Ло, указывая лапкой на гребень водораздела. За который я первым благоразумно высовываться не стал. — Пиратский!!!

— Точно не пиратский, — презрительно фыркнул Кер. От Оранжевой он отстал секунд на десять. — Какие-то торгаши-нелегалы на насквозь ржавом корыте. Оно ж даже попытку накинуть абордажный шлюз на другого такого же неудачника не выдержит — развалится.

— Главное, чтобы в полете не развалился — нам на нем еще лететь к людям, — неодобрительно дернув усами, вмешалась в разговор Ная.

Синий и Зеленая у меня самые рассудительные, но если Кера интересуют больше железки и их работа, то Ная больше думает о житейских и бытовых вопросах. Например, чем дышать и где спать, если вокруг космос, а ты заперт внутри не внушающей доверия жестянки.

— Так мы сферический щит вокруг Ори поставим, чтобы воздух не уходил, а потом, если надо, временную переборку соорудим. Я вот, между прочим, сварщик четвертого разряда!

В доказательство своих слов Красный вытянул лапку и зажег на конце её крохотный, но невероятно яркий плазменный огонек. Пришлось зажмурится и отвернуться, чтобы «зайчиков» не нахвататься.

— Ра, идиотина, ты нас демаскируешь! — зашипел Кер. — Если эта шваль нас засечет — отбиваться предлагаешь?

— Так ведь и отобьемся, — самодовольно махнул шикарным пушистым хвостом Ра.

— И оставшиеся на судне включать двигатели и свалят куда подальше.

— Так я и корыто собью! — еще больше раздулся от самодовольства Красный. — Что?

— Нет, ничего, — из-под прижатой ко лбу лапы отозвалась Зеленая. — Даже знать не хочу, как ты собираешься улетать с этой планеты, если уронишь взлетающий корабль.

— Мне покажите, — сжав губы, чтобы по привычке не произнести слова вслух, мысленно попросил я.

Все четверо моих пушистых помощников дружно выскочили на гребень водораздела, и я увидел то, что увидеть, по идее, не высовываясь лично, никак не мог. Потому, что… Долго объяснять, чуть позже. Сначала контрабандисты — ну или кто они там.

Кер, как всегда, предельно точно описал ситуацию: в середине долины, рядом с ручьем стоял грузовой космический корабль планетарно-межзвездного класса, изначально рассчитанный на посадку на неподготовленную почву. Иначе говоря, космический челнок средних размеров, в котором нашлось место прыжковому двигателю. Пузатый корпус, похожий на обрезанное с одного конца и сплющенное по вертикали веретено. Ну или на схематичного крокодила без лапок и хвоста.

Корпус посудины действительно пребывал в печальном состоянии: заводская суперстойкая краска местами стерлась до основания, и обнажившийся металл покрывали следы окислов.

Да, не так я себе представлял свой перелет в обжитые места. Я вообще себе свою новую жизнь по-другому представлял. Когда в возрасте трех лет смутные яркие сны превратились в самые настоящие воспоминания о прошлой жизни — мне показалось, я вытянул невероятный счастливый билет! Новая жизнь, причем не просто абы где — а в реальности, где люди успешно покорили межзвездные перелеты! Более того, сделали их обыденностью! А уж когда я понял, что мои здешние родители владеют чем-то вроде «Силы» из одной известной франшизы — и я тоже, кстати — радости моей небыло предела!

Радость не поутихла, когда я выяснил, что нахожусь не в далекой-далекой галактике, а где-то еще. Люди здесь освоили кусок галактического рукава, вернее, кусочек. Тем не менее, счет шел на десятки тысяч открытых пригодных для жизни планет. Большая часть из которых не то что постоянного населения не имела — даже не посещалась ни разу с момента нанесения на звездные карты. Для них просто не хватало ресурсов. Ни человеческих, ни каких иных. Даже у тех, кто старательно прятался от закона. Типа моих «гостей». Мне невероятно повезло, что кто-то вообще посетил захолустную планетку на Окраине, где устроили себе тайную базу мои родители. Вернее, не просто повезло, если вспомнить, как я вообще узнал об этих типах.

— Планетарная мачта наблюдения и связи не выдвинута, — тем временем Кер заметил интересные подробности. — И большая часть термозащитных штор на атмосферной оптике не сдвинуты. Каким чудом они вообще сели в слепую?

— Тут и дураку ясно. Лидар и автопилот! — фыркнул Ра. — Смотри, как они сели? В геометрическом центре самой ровной части рельефа!

— Про дураков — это ты в самую точку, Красный, — прянул длинными треугольными ушами его оппонент. — Дуракам везет. Умные точно разбились бы, совершая посадку без оптического контроля местности.

— Ты на что это намекаешь, Синий⁈

— Я думаю, что это Бэлла им помогла сесть, — перебила задир, уже успевших встать нос к носу, Ная. — А потом нас позвала.

Повисло молчание. Немудрено: явление Бэллы здорово выбило меня из колеи и я до сих пор не знал, как к этой встречи относится. Глюк, в виде которого воплотилась случайно считанная из волн Звездного Потока информация? Или реально заглянувший на огонек зверь Потока? Разумный, говорящий и выглядящий похожим на небольшую лошадь с крыльями. Странно звучит, да? Об этом тоже потом.

— Люди из-за корпуса вышли! — первой углядела Оранжевая. — Корабль осматривают! Что-то говорят друг другу. Только очень уж далеко, ничего не слышно! Сгоняю, послушаю!

— Стой, дура!

Да сейчас. Ло за удар сердца преодолела тридцатиметровый рубеж — и я перестал её ощущать. Но я все еще её видел, несущуюся вниз по склону! Не поверив чужим глазам, я впервые рискнул высунуться сам… и ничего не изменилось. Рыжий силуэт, напоминающий кота-сервала, только без полосок и с длинным пушистым хвостом, уже добрался до космического грузовика… и прыжком залетел на корпус. Посланные на осмотр то ли техники, то ли кто её, разумеется, не заметили.

— Дела-а-а… — протянул Кер. — Мы что, все-таки не глюки Ори?

Ори — это я, если кто не знал. Приятно познакомится!

— Или у кого-то радиус восприятия возрос с того раза, как мы проверяли, — возразила Ная.

— До километра? — скептически посмотрел на неё Ра. — Отсюда до посудины не меньше.

— Звездный Поток течет через всю галактику, — справедливо заметила Зеленая. — Солнечники ведь могут взаимодействовать с ним, получать и передавать информацию.

— Некоторые солнечники. Очень мало кто.

— Возвращается, — перебил их Синий.

— Они простоят до планетарного утра! — выпалила Ло, едва мы смогли её слышать. — Какой-то там резонатор должен сбросить накопленную статику прежде, чем что-то там можно будет чинить.

— Пойду-ка я гляну, что там да как… — хором произнесли Ра и Кер — и тут же оскалились друг на друга. — Эй, это моя идея!

— Оба идите, — вмешалась Зеленая. — Только не передеритесь без присмотра, придурки! И ничего не сломайте — лишнего, я имею в виду. А мы Ори посторожим, пока он будет спать. И разбудим, как стемнеет.

Только после этих слов я почувствовал, как немилосердной давит усталость на мои плечи. И как ноют мышцы ног. Все-таки тридцатикилометровый марш-бросок даже для одаренного шестилетнего ребенка — это перебор. А я ведь еще и рюкзак с собой тащил. Который, кстати, отлично сойдет за подушку.

— Я прослежу, чтобы в вашу сторону никто не смотрел. Особенно в тепловизор, — пообещал напоследок Красный.

* * *

У здешнего меня-ребенка было счастливое детство. Пусть немного странное и без сверстников — но и родительское внимание доставалось только мне! Правда, отец и мать так ни разу мне и не сказали, как называется конкретно эта планета. Как я теперь понимаю — чтобы я не мог проболтаться, когда мы всей семьей вернемся в обжитые регионы Ста Миров. Это местное звездное государство, и звездных систем в нем существенно больше ста — но вот название такое прижилось.

Сто миров — олигархическая республика, если я правильно применяю классификацию из первой моей жизни. В чем не уверен. Как называется, когда все планеты поделены между кланами, а те в свою очередь являются вассалами девяти Больших кланов? Нижняя палата парламента избирается из представителей мелочи, верхняя — из политиков Большой Девятки. Ну там еще председатель есть, с десятым голосом.

Отец с матерью не очень-то при мне распространялись — но их прятки как раз-таки имели отношение к Большим кланам. Причем они зацепили сразу два клана! При этом не особо-то и боялись время от времени покидать убежище, которое они обустроили в старой выработке. После открытия планеты, здесь нашли что-то редкое и ценное… и опустошили месторождение за считанные годы. Еще моря, в которые сбросили протобионт участники экспедиции, не успели насытить атмосферу кислородом. Зато когда родичи сюда прилетели — дышалось уже без проблем.

Об этом месте кроме мамы с папой знал еще дядя. Которого я ни разу не видел — но вроде именно он передал молодой парочке координаты и подсказал, как попасть в запечатанные подземелья, не демаскируя себя для взгляда с орбиты. Там нашлось место и корабль прятать, и гидропонную теплицу устроить, и жилой комплекс собрать. Не простой у меня дядя, да и родичи тоже непростые — все эти нужные штуки ведь не из воздуха возникли, их купили. И дешево стоить они не могут. Причем деньги явно были не последние: корабль отец где-то обслуживал, и не реже двух раз в год обновлял запас продуктов. Кроме последнего раза.

— Сынок! В этот раз мы с мамой вынуждены улететь вместе. Это очень важно!

Я серьезно кивнул. По-взрослому у меня тогда еще тяжко получалось думать. Так что из образа почти-пятилетнего ребенка я на глазах родителей никогда не выпадал. Минут двадцать напряжения мозгов — и я валился спать и проспать мог половину суток. А в «детском режиме» вел себя как и положено мелкому: играл в игрушки, смотрел на планшете заботливо скачиваемые папой во время отлучек мультики, листал комиксы, читал сказки. Скакал как сумасшедший, под настроение орал и все такое. А уж когда я в себе обнаружил способность использовать энергию Потока… Отец пообещал, что после дня рождения, что будет на днях, начнут меня учить!

— Тебе придется побыть тут, дома, несколько дней совсем одному. Как взрослому! — тем временем «обрадовала» меня мать.

Серьезно⁈

— А чтобы ты не скучал, мы положим тебя спать в капсулу медицинской гибернации, — увидев, как я нахмурился, быстро проговорила она. — Как тогда, когда у тебя болел животик. И как тогда, когда тебе стало трудно дышать. Ты заснешь, проснешься — а мы уже тут! Или вместо нас тебя разбудит твой дядя — помнишь, я показывала его фотографии?

— Угу, — сосредоточенно покивал я. Детская часть меня расстроилась, но не хотела подавать виду, а взрослая… Взрослая поняла, что настал конец заточению. Вот и причина, почему меня не начали сразу учить, как только я в первый раз неуклюже своротил с полки коробку с конфетами. Будет у меня настоящий наставник. А родичи-то молодцы! Решили свои проблемы с крутыми дядями из Большой девятки.

…Не описать словами, что я почувствовал, когда капсула меня выпустила «по исчерпанию ресурса». Месяц! Я пробыл в ней месяц — и никто меня не забрал! Вот тебе и «С днем рождения, Ори!». Да, «Ори», если что — сокращение от «Коррен». Сказать, что я-ребенок был в панике — ничего не сказать! Мне приходилось постоянно думать по-взрослому — и засыпать. И так дней шесть. Потом немного отпустило.

Наш подземный дом не требовал даже уборки — автоматизация бытовых процессов на высшем уровне! Печка, чьей прабабкой была микроволновка, прекрасно справлялась с загружаемыми продуктами длительного хранения, а оранжерея сама срывала фрукты и овощи доставляла прямо на кухню по проложенной линии локальной доставки. Примерно на том же уровне работала система очистки одежды. Я убедил себя-мелкого, что мы и сами с усами, хоть и скучаем по родителям.

От постоянного задействования взрослого мышления границы между моими «я» размылись куда сильнее, чем за пять прожитых лет до того. Этак к шести годам мне предстояло забыть про двойственность. Продуктов мне точно хватит даже тогда, когда консервы исчерпаются — а на одного меня их осталась огромная куча. И уж я точно в конце концов смогу разобраться, как подать сигнал бедствия. Корабля мне не оставили, но всякие запчасти так и лежат на складе. Да и в самом доме должна быть, ну не знаю, радиорубка?

Тогда я даже в самом страшном сне не мог себе представить, что вытаскиванием меня из этой задницы займется аж посланник Великого Потока. Если Бэлла все-таки не была глюком. А то я с глюками-то на короткой ноге.

Еще через десять дней после того, как капсула меня выпустила, я понял, что схожу с ума. Сначала просто стал слышать какой-то шум на границе восприятия, потом появились и зрительные галлюцинации вроде замеченного краем глаза движения. Дальше — хуже: вещи стали сдвигаться с мест, где я их оставил, в доме самостоятельно стали открываться двери в комнатах, где меня не было, активироваться освещение, течь вода в раковинах. А шум все нарастал, и в нем стали проявляться далекие голоса.

Сначала я подумал, что просто схожу с ума от одиночества: моя детская часть психики не вынесла пропажи родителей. И только потом дошло: еще и мой дар Солнечника реагирует на подступающее безумие! Не просто откликается — а усиливает, провоцирует его! Как назло, ни в моем, ни в родительских планшетах не нашлось книг или методичек по воспитанию одаренных. И запустить капсулу гибернации заново никак не получалось — хотя расходники я на складе отыскал.

Сам не знаю, как мне пришло в голову не бороться с нарастающим безумием, а, так сказать, возглавить его. Контролируемо сойти с ума наиболее безопасно для себя. Что ж, терять все равно было уже нечего, а вот пластичность детского сознания давала некоторые шансы на успех. И я придумал себе воображаемых друзей! Причем не людей — не хватало только все-таки прилетевших спасать меня принять за очередные глюки. А сказочных зверушек из баек и мифов о Звездном Потоке.

Рисунки, изображающие нужных мне компаньонов, нашлись во множестве. Правда, каждый художник рисовал свой образ — а у меня и вовсе получилось что-то свое. Пока я старательно представлял себе воображаемых друзей и говорил с ними, образы окончательно сложились. Красный, Синий, Оранжевая и Зеленая. К концу третьего месяца одиночества стало понятно: больше не нужно прикладывать усилий, чтобы видеть и слышать их. И главный успех: прекратились «полтергействы», стих потусторонний шума и с щепотками. Победа!

Взрослой частью сознания я продолжал понимать, что родители Ори скорее всего мертвы или в плену. Оставалась надежда, что им удастся вернуться за мной, но с каждой неделей в компании цветных Зверей она слабела. В день шестилетия я признал очевидное. И принял себя таким, какой я есть. Шизофреником-попаданцем с пятью личностями. С того дня у меня перестало получаться разделять себя на взрослого и ребенка. Я стал кем-то новым.

* * *

— Ори, просыпайся! — разбудила меня Ло. — Уже стемнело. Ра пришел…

— Мы с Келом проверили, нас никто не видит! — самодовольно отчитался Красный. — Не только камеры, но и люди тоже. Даже если кому подножку поставить! Да, эти кретины не выставили на ночь дежурного наблюдателя! Можно идти!

— Ра? — с угрозой вздыбила шерсть Ная. — Вы ведь там не сделали ничего такого, чтобы поставить под угрозу перелет?

— Ну не совсем же мы идиоты? — обиделся отважный разведчик с кисточками на ушах. — Тот кретин, которого я уронил, вдребезги пьян был. Упал — и тут же захрапел, зараза такая!

— Точно больше ничего не натворили? — Зеленая продолжала давить.

— Клянусь! — с жаром принялся отнекиваться Ра. — Под руки и под ноги не лезли, сейф не вскрывали, пойло их гадкое не трогали — хотя очень хотелось. Даже рабов не освободили!

— Рабов, — повторил за Красным я.

Если у меня и оставались какие-то иллюзии на счет незваных гостей «моей» планеты, то сейчас развеялись полностью. Изначально я раздумывал над тем, стоит ли показаться команде после того, как корабль уйдет в гиперпространство или попытаться зайцем проскочить до заселенной планеты. Решил — по обстоятельствам. Спрятаться на грузовозе шестилетнему шкету было где даже без способностей взаимодействовать с энергией Потока — во всяком случае, если верить прочитанным книгам. Теперь все окончательно определилось: на контакт с ублюдками, торгующими людьми, выходить точно не стоило.

— Пойдем, — поднялся на ноги я. — Посмотрим, что там да как.

Луны у планеты не было, а звезды хоть и сияли на безоблачном небе — освещали все внизу так себе. Густые-густые сумерки не давали хоть что-то рассмотреть под ногами, если бы не Ло. От неё лился мягкий оранжевый свет, не дающий теней. Его, кстати, тоже кроме меня и остальных троих пушистых никто не видел. В отличии от пламени, которым манипулировал Ра. Вот оно как раз было вполне реальным и осязаемым. И очень опасным. Поэтому сейчас Красный ехал на моих руках, готовый выпустить изо рта несколько плазменных сгустков очередью. Как воображаемая винтовка, стреляющая настоящими снарядами, только «живая». Или кавычки неуместны?

Глава 2

Скат

Год 1137 от начала Экспансии

Планета Магара и открытый космос, окраина зоны влияния Ста Миров

По мере того, как корабль приближался, я все сильнее прижимал к себе Красного. Не только страх, но и ощущение небывалых перемен заставляли нервничать все сильнее. И только когда звезды над головой закрыла корма корабля — мне резко полегчало. Все, дошел. Обратной дороги нет.

Внутрь удалось попасть еще легче, чем я думал. Синий просто нажал на кнопку изнутри — и инженерный люк открылся, заодно образовав своей створкой что-то вроде эрзац-лестницы. В наглую переться через пассажирский шлюз мне показалось совсем уж глупо. Тем более, едва восстановилась связь с Кером, я узнал, что время от времени кому-то из членов экипажа приходила в голову мысль отлить «на природе». Видимо, в их головах это считалось за осмотр окрестностей. Выйдя из освещенного помещения в кромешную темень, ага.

То, что эти мутные типы не озаботились хоть какой-то охраной — меня ничуть не удивило. Перепрограммированный сателлит не учитывал взлеты и посадки корабля моих родителей, просто «не видел» их. Соответственно, на запрос ответил, что на плане никто не садился много лет. Ну и кого им тут опасаться? Протобионтов, сиречь искусственно созданный фитопланктон из морей? Вот-вот.

Конечно, если бы вместо отщепенцев приземлился челнок, принадлежащий клану из Большой Девятки — наверняка на борту нашелся бы боевой робот, имеющий среди других стандартных как минимум один охранный протокол. Но у них и планетарная мачта исправно разложилась бы, и атмосферная оптика без отказа работала. Я, правда, это все больше из комиксов и книжек для детей знаю — но сомневаюсь, что действительность сильно исказили.

Ладно, пора поглядеть на золушкину карету изнутри. Пусть из тыквы сделана — другую ж все равно не подадут.

— Добро пожаловать на борт, — комично-серьезный Кер изобразил передней лапкой приглашающий жест. — К вашим услугам грузо-пассажирский «Скат» производства клана Сумрак, третья итерация девятого модельного ряда. Устарел лет сто назад, спустя еще пятьдесят был списан в металлолом, нелегально перепродан, и теперь ходит с перебитыми номерами. До первой визуальной проверки патрулем Ста Миров, но, как видно, пока не попадался.

— Или откупились, — поморщилась Зеленая.

— Предпочту все же сохранить веру в человечество… и системы объективного контроля патрульных бортов, — возразил ей Синий. — Которых, кстати, здесь нет. Систем, я имею в виду, а не патрульных. Походу «объективку» просто выдернули и продали за ненадобностью.

— А давайте мы уберемся отсюда до ближайшей обжитой планете и покинем этих суицидников? — встопорщив шерсть как испуганная кошка, предложила Ная. — Ладно, показывайте с Красным где тут что. И как Ори не попасться на глаза идиотам с этого корыта по дурной случайности.

Вместо ответа Кер подхватил пастью тяжелый толстый планшет и отдал мне. Потом закрыл за нами люк.

— Сюда, за мной. Тут лестница наверх, к инженерному посту. Судя по слою пыли, что там была — экипаж даже не подозревает о его существовании.

Планшет, откопанный Кером, оказался аналогом книжки-инструкции к бытовому прибору или автомобилю и техпаспортом одновременно. Сумраковцы создали неимоверно кондовую штуковину — за полтора века её не смогли ни сломать, ни потерять. Вернее, потерять как раз смогли — теперешние владельцы пока-летающего остова несчастного «Ската»— девятки. Поскольку каких-то активных действий предпринимать до отлета не требовалось — я расстелил куртку и улегся на небольшом свободном пространстве между приборными щитка, несколькими вентилями, двумя большими стрелочными индикаторами и прочими кабель-каналам и трубопроводами. И погрузился в чтение. Которое незаметно для меня перешло в сон.

Может, я бы и рад был проспать старт — но не судьба. Утром меня разбудили позывы посетить уборную.

Шумовой фон изменился: вместо тишины и шелеста лопастей вентиляционных турбин на грани восприятие слышались голоса, где-то далеко звякал металл о металл, с отчетливыми щелчками гасли и загорались сигнальные огоньки на одной из полностью уцелевших панелей. Она там на реле, что ли, собрана⁈

— Где здесь туалет, то есть, как его, гальюн, — спросил я у своих фамильяров. И получил в ответ четыре растерянных взгляда. Ясно-понятно. Я не подумал — и они не подумали.

— Ты сделай свои дела у воздухозаборника, а я сожгу, — предложил Красный. — Ты даже запах не успеешь почувствовать, Ори.

— Зато дым почувствует даже здешняя полумертвая противопожарка! — отмел предложение Синий. — Лучше люк чуть приоткрыть, пока мы стоим.

— Там, за бортом, уже вообще-то светло, — махнула лапкой в сторону переборки Зеленая. — Кто угодно сможет увидеть!

— А мы глаза отведем! — демонстративно выпустила когти и показала зубы в нарочитом зевании Оранжевая.

— Это если у тебя получится, — возразила ей Ная. — Мы ж раньше ни разу не тренировались.

— Вот и потренируемся!

— А потом по следам на земле кто-нибудь догадается, что за инженерным люком кто-то есть!

— Ни за что не поверю, что отсюда нельзя попасть на палубы, — я притянул к себе планшет. И, разумеется, оказался прав.

В истории того мира, где я родился в первый раз, был период, когда парусные корабли столетиями ходили по морям, постепенно совершенствуясь — но без кардинальных улучшений. Доходило до того, что по особым распоряжениям королей осуществлялись посадки деревьев особых пород, чтобы обеспечить флот стратегическими материалами через двести лет. А потом произошел технологический рывок — и за сотню лет деревянные многомачтовые парусники остались преимущественно в музеях, уступив место стальным покорителям морей с двигателями на ископаемом топливе.

Я пока не очень разбирался в здешней истории, но как минимум последние триста, а то и все шесть сотен лет звездной экспансии в звездолетах Человечества ничего принципиально не менялось. Любое судно и любой корабль имел двигатели для перемещения в нормальном космосе, гипердвигатель, позволяющий прокалывать Пространство и попадать на его изнанку. Плюс еще требовались атмосферные двигатели, если конструкция позволяет совершать посадку на планеты и последующий с них взлет.

Кроме того, любой космический корабль в обязательном порядке снабжался гравитационной установкой, решающей кучу жизненно важных проблем. От защиты экипажа от смертельно опасных ускорений и до существенного вклада в маневрирование судна вблизи массивных космических объектов типа звезд и планет. А энергию для этой установке, и для всех остальных приборов на борту, от звездного щита и до автоматической прачечной давал реактор. Причем не знакомый мне ядерный или там термоядерный — а какой-то другой.

Кстати, про так называемый «Звездный щит». Под этим названием фигурировала группа устройств, каким-то образом не допускающая проникновение космической радиации внутрь корабля. До некоторых пределов, конечно: лезть, грубо говоря, щупать руками корону какой-нибудь звезды было бы плохой идеей. Этот самый щит до некоторой степени мог защитить и от случайного поражения на большой дистанции плазменным сгустком. На военных звездолетах, разумеется, защитные системы стояли совсем другого класса.

Сотни лет «эволюции» космических кораблей привели к тому, что гражданским транспортом теперь мог управлять один человек. Не требовалось калибровать каждые несколько дней щит, не требовалось знать, что такое ядро реактора, а трогать рычаги и другие контроллеры ручного управления и вовсе строго запрещалось. Отчего совершить межзвездное путешествие мог любой дурак, умеющий читать. Хотя нет, при необходимости навигационный компьютер переходил на голосовое управление. Офигенное достижения для всех людей, но именно оно подарило возможность всяким отбросам вывести преступность на межзвездный уровень!

— Здесь, — Кер показал на крышку очередного люка. Прямо через которую внутрь нырнул Ра. Через несколько секунд довольный красный показался вновь. — Заварил наглухо! Можешь спускаться, Ори, ни одна сволочь не войдет!

Честно скажу, спускаться вниз, даже в надежно изолированное помещения, было… волнительно. Да что скрывать — опять начался мандраж! Но не гадить же в уголок в инженерном посте?

Полноценной технической палубы на Скатах девятого поколения не было — не поместилась. От инженерного поста расходилось несколько узких тоннелей, по стенам которых проходили коммуникации, они же служили центральным воздуховодами системы вентиляции. Взрослому тут было бы очень некомфортно: инженерам с клаустрофобией служба на подобных судах строго противопоказана. Но у работорговцев инженера не было. Кстати, о рабах.

— Фу-у! — от запаха нечистот меня едва не вывернуло. Причем вонь шла не от «очка».

— В этом отсеке — клети с невольниками, — Ная выглянула через дверь. — Их… давно не чистили. И пленников — тоже.

Я специально постарался, чтобы не увидеть описанное глазами Зеленой. Не уверен, что готов. Воздух в вентиляции показался дивно свежим, как только я выбрался из гальюна назад в вентиляцию.

Цветные все это время молчали, но я хорошо чувствовал, что они испытывают. Ведь это и мои чувства тоже. У Наи слезы на глаза наворачивались, Кер пытался сам себя убедить, что это не его дело, у Ло в третий раз на моей памяти испортилось настроение.

— Может, тупо кончим их всех? — у Красного по шерстке тут и там проскакивали языки пламени. Пока лишь иллюзорные. — Такие… отбросы не имеют права на жизнь!

— С серьезными рисками не взлететь после этого вообще никогда? — Синий покачал головой.

— Предлагаешь оставить все как есть⁈ — вокруг красного ушастого воздух задрожал как над раскаленной сковородой.

В противовес Ра, от Кера пошел ощутимый запах озона и послышался характерный треск. А ведь это меня самого бы так колбасило, если бы я не придумал себе воображаемых друзей! Ходил бы после весь в электрических и термических ожогах.

— Предлагаю не пороть горячку, — твердо сказал Синий. — После взлета и ухода в гипер ходовая рубка обычно пустая стоит. Разберемся с курсом, возможно, сможем перехватить управление — вот тогда будем решать. Несколько часов для рабов ничего не изменят.

— Успокойтесь оба, пока какой-нибудь датчик на вас не сработал! — прикрикнула на сородичей Зеленая, и это подействовало на спорщиков. Спецэффекты прекратились. — Кер прав, будем действовать после старта. Хотя бы потому, что освобожденным потребуется помощь. И не факт, что они её примут от Ори.

Логично.

— Но мы ведь все равно спасем их? — робко спросила подавленная Оранжевая у товарки.

— Конечно спасем, моя милая, — Ная совершенно человеческим жестом погладила Ло по голове. — Заодно получше придумаем, что именно будем делать.

И то верно. Надо вернуться в инженерный пост и тщательно изучить сведения на планшете.

Глава 3

Голова

Год 1137 от начала Экспансии

Открытый космос окраины зоны влияния Ста Миров

Первые натужные плевки — не могу назвать это выхлопом — атмосферных двигателей едва не свалили все еще стоящего на посадочных опорах беднягу-Ската на бок. Как говорится, «это невозможно, но идиот про то не знал». Остро захотелось оказаться в противоперегрузочном кресле с ремнями. А еще лучше — подальше отсюда! Но, разумеется, пришлось терпеть. Кер и Ная аккуратно прижали меня лапками к условному полу инженерного отсека — получилось даже удобно. Уж точно удобнее, чем сами работорговцы разместились. Судовые ложементы они уделали и погнули так, что сами теперь страдали. Но все-таки не так, как рабы в клетках.

— Если не Бэлла, даже я бы уже думала, как отсюда в случае чего технично свалить! — призналась Оранжевая во время очередного толчка.

Вслух я ничего отвечать ей не рискнул: к раскачиванию добавилась вибрация и явственный скрежет! Язык прокусить как нефиг делать! Спустя несколько мучительных минут, когда я уже думал, что вот сейчас двигатели заглохнут и все пойдет по новой — пилот вдруг вспомнил, что у него есть селектор мощности. И воспользовался им. Отры-ы-ыв! Мне комок подкатил к горлу, не смотря на то, что врубилось искусственное тяготение. Я откуда-то знал, что вместо пологого взлета с постепенным набором дифферента, «Девятка» заваливается на корму, и…

Удар потряс корабль словно по нему с размаху гигантской кувалдой врезали!

— Старт на маршевых ускорителях! От самой поверхности!!! — пока я сражался с головокружение и желающим покинуть сие неинтересное представление желудком, Красный следил за ситуацией.

Надо однозначно сходить на следующей остановке. От такой, как бы это сказать, эксплуатации монолитный кусок титанового сплава развалится, куда там грузовику!

— Мы прошли атмосферу и разогнались до скорости убегания, — сообщил мне Кер, как только я более-менее пришел в себя. И сам себе самыми страшными клятвами поклялся, что больше в такую развалюху не сяду. Даже если будет безвыходная ситуация вроде теперешней. Потому что предложение Ра «перебить всех пиратов и потом нормально, уже не торопясь, все починить своими силами» больше не кажется мне шутовским приколом. Хороший, действенный план. Был.

— Если мы сядем в более-менее загруженном космопорту, то выбрать другой корабль, идущий в нужную сторону, будет не так-то и сложно, — вдруг сказала Ная.

Наши взгляды скрестились на Зеленой.

— Осталось только выяснить, куда именно мне надо, — устало вздохнул я. Что-то эта стартовая нервотрепка меня сильно вымотала. Полежу-ка я еще, только выберу позу поудобнее…

— Ты не забыл, сколько тебе лет, Коррен-путешественник, — отвечая на мои мысли, постучала мне по лбу лапкой Ная. — Отдыхай.

— Спасибо, мама Ная, — послушно прикрыл глаза я. Зеленая в ответ насмешливо фыркнула.

— Ори и нам вместе с ним нужно найти дом, — веско высказался Синий. — Там, где у него будет достаточного еды и комфортные условия сна.

— Учителя прежде всего надо найти, — не согласился Ра.

— Ты хотел сказать — школу?

— Я сказал, что хотел сказать!

— Да тихо вы все! Я сплю!

— Оранжевая!!!

— И Ори уже спит…

* * *

— Ори! Ори, вставай! Ори, они все уронили! Вообще, все!

Проснулся я сразу, еще с первого «Ори!» и теперь смотрел на четырех «котов», окружающих меня по периметру.

— Что уронили? — уточнил я.

— Вообще, все! — хором ответил квартет и начал над чем-то им одним известным смеяться.

Бывали такие случаи, когда я не понимал их. Логику, чувство юмора, поступков. Вроде, с одной стороны — четверка цветных были порождением моего воображения, своеобразным деление личности, как у психа. А с другой — уже имелось несколько свидетельств (это очередное) того, что личности это не совсем мои. А вполне себе самостоятельные.

— Что именно случилось?

— Пираты пьяные все, большинство спит, — моментально сделавшись серьезным, по-военному доложил Красный. Только лапку к уху не кинул, а так прямо бравый спецназовец. И добавил уже в «гражданской» манере. — Как они выжили до сих пор? Это же летающий цирк, а не корабль!

— Эти циркачи везут в трюме живых людей. — напомнила Оранжевая. Мол, не надо относится к этим существам легкомысленно. Они достаточно хитры и жестоки, раз до сих пор дышат.

Все сразу посмурнели. И без дальнейших разговоров повели меня через корабль. На сей раз, с учетом того, что прятаться почти не приходилось, мы двигались гораздо быстрее. Впереди шла разведчица Ло, следя за тем, чтобы я не налетел на вставшего отлить пирата. Построение закрывал Кер. За весь путь мы только один раз пропустили куда-то бредущего члена экипажа работорговцев. Который, впрочем, не заметил бы меня, даже если бы прошел мимо. Что-то бормотал себе под нос и едва передвигал ноги, держаться на стены коридора.

— Меня от них уже тошнит! — призналась Ная, когда мы-таки добрались до рубки Ската. — Что нужно с собой делать, чтобы настолько потерять человеческий облик?

На это мне осталось только плечами пожать — ответа на этот вопрос и в прошлой своей жизни не нашел. Сомневаюсь, что это получится сделать в нынешней. Да и не требовалось ничего говорить. Зеленая просто поделилась эмоцией. Как с другом.

А Синий, забыв обо всем, уже носился по помещению. Глаза его горели настоящим восторгом — технарь, что с него возьмешь.

— Ты это видел? — пушистая лапка Кера ткнула в какой-то красный ящик, по виду похожий на печатную машинку, к которой кто-то зачем-то приделал панель с тускло горящими лампами накаливания.

— А что это?

Несмотря на то, что в технике я немного разбирался, для меня рубка управления выглядела, как лавка старьевщика. В которую снесли вообще все, что удалось найти в странствиях. И свалили без всякой системы, а кое-что пустили в дело. При этом еще проходы оставили такими узкими, что только такая мелюзга, как я, могла тут комфортно передвигаться. Как это делали сами пираты — ума не приложу.

— О-о-о! — в голосе Синего зверя появились нотки, которые больше характерны для священников. В момент молитвы. — Это же коротковолновый передатчик «Хикоми-два-про»! Их с производства сняли лет триста назад, представляешь? Раритет такой, что если его продать какому-нибудь коллекционеру, то выйдет дороже, чем весь корабль целиком! Он ведь еще и работает!

— Щас мы все бросили и начали искать психованного коллекционера! — шикнула от шлюза Оранжевая, оставленная «на стреме». — Быстро делайте, что надо и валим. Не хватало еще дождаться пробуждения этих убогих!

— Но это же «Хикоми-два-про»…

— Кер! — ледяной голос Наи заставил подобраться даже меня. Хотя Зеленая вовсе не ко мне обращалась. — Управляющую панель ищи, а не рухлядь всякую разглядывай!

— Да чего ее искать — вот она. — на этот раз лапка технаря уткнулась в покрытую подозрительными пятнами и разводами консоль полетного компьютер. Такое ощущение, что пираты на ней ели. — Стандартная «МiХ-14S». Управление голосовое и через голопроектор. Только к ней доступ нужен. Никто не догадался у пиратов его спросит?

Обиделся, похоже. Тонкая душевная организация, кто бы мог подумать.

— Да там все просто должно быть! — вперед выбрался Красный. — Это же отбросы, у них наверняка четыре единицы стоит. Ори, вводи, я серьезно!

Но предложенный им код не прошел. Как несколько других, которые мы общими усилиями пытались подобрать. Уже отчаявшись, начали подумывать над авантюрой — разбудить одного из членов экипажа, и выдавая себя за его пьяный глюк спросить про ключ доступа. Когда вдруг со стороны кучи хлама (Хлама. В рубке. Я уже даже не удивляюсь. Хорошо что унитаз не приволокли), лежащей в углу не донесся голос.

— Знаю код.

Я от неожиданности подпрыгнул. Ная тут же выставила передо мной полусферу щита, а Ра зажег в лапке небольшую, но очень опасную искорку плазмы. Отважная же разведчица метнулась за завалам и сообщила:

— Тут голова робота…

Следом за ней на осмотр устремился Кер.

— Это Глоракс! — сообщил он через пару секунд. — В смысле «Glora-X». Боевой робот с искусственным разумом. Правда тут только его голова, так что он не опасен.

— Я знаю код. — повторила голос, когда уже и я приблизился. — Скажу его, если ты пообещаешь меня отключить.

Выглядела наша находка, как голова статуи мужчины, только выполненная из матового, чуть зеленоватого металла. Вернее, чего-то похожего на металл. Черты лица были скорее обозначены, чем тщательно проработаны — просто для того, чтобы имитировать схожесть с человеком. Судя по всему, в техническое задание создателей человекообразной машины входили некие требования социализации её в человеческом коллективе. Рот при воспроизведении не двигается — то ли сочли ненужной функцией, то ли сломали. Речь прекрасно просто воспроизводится встроенным динамиком. Глаза тоже похожи на муляж, надо полагать, у него датчики и камеры на 360 градусов располагались.

— А ты откуда знаешь код? — повторил я вопрос за Красным.

Даже такие безмозглые существа, как эти работорговцы, должны были догадаться, с чем, вернее, с кем имеют дело. Роботы с искусственным разумом — это не устройства, а полноценные личности! У них даже синтетические чувства есть, без них не обойтись без осознающего себя разумного. Во всяком случае, так объяснялось в комиксах. Самое главное: роботы с И-эР способны действовать не только на базе заложенных при создании алгоритмов. А использовать накопленный опыт для поиска новых, нестандартных решений. В среднем, ненамного хуже, чем обычный человек.

Боевые же роботы с искусственным разумом — это вообще практически ультимативное оружие против одаренных. Тоже один из излюбленных сюжетов мультиков и комиксов. Солнечникам куда проще воздействовать на живое и бывшее живым, то есть на любой вид органики, даже на окаменелости. С композитный противником, у которого вместо мозга компьютер поди справься! А если у него еще и разум…

В общем, моя цветная команда совершенно оправданно… скажем так, встревожилась. И нам действительно повезло, что нашли мы только голову, без остальных, довольно опасных деталей. Кстати, всегда полагал, что у таких машин «думающая» часть всегда в груди встроена. Вроде как голова ж более уязвимая зона? Что, подтверждает состояние, в котором мы её нашли. Или она нас?

— Когда меня притащили сюда старьевщики, одному из членов экипажа пришла в голову мысль. Он посчитал ее удачной. Присоединить мои вычислительные мощности к системам корабля, чтобы увеличить его эффективность. Я уже давно у них. Так быть нельзя. Я хочу перестать быть.

— Вот имбецилы! — прижал лапку ко лбу Кер.

— Имбецилы бы не смогли срастить шины данных, — вслух пробормотал я, разглядывая паутину пайки. Больше всего меня смущали оптические линии, спаянные в стиле «пучок к пучку». Как оно вообще работает⁈

— Согласно моим наблюдениям за экипажем корабля, ни у одного из них не наблюдаются задержек умственного развития. — тем временем робот поделился своей оценкой уровня интеллекта пиратов. — В большей степени они соответствуют рамкам норм, принятым в человеческом обществе на настоящий момент.

— На хреновые же общества ты насмотрелся! — с чувством сказал голове я.

Когда я говорил про то, что искусственный разум такой же, как человек, то забыл добавить — как очень занудный человек. Это не заводские настройки, самим роботам такое поведение нравится. Да-да, все по тем же литературным и медиа источникам. Опять же, боевой машине информацию голосом надо передавать четко, а не красиво. Все логично.

— Зачем боевому роботу лицо и почему управляющий чип в голове? — решил все-таки прояснить я.

— Это дополнительный, — пояснил мне Синий. — Два независимых управляющих контура. В случае максимальной нагрузки включаются сразу оба.

— Я — телохранитель, — одновременно ответила голова. — Был им.

— Пока не утратил задницу! — очень похоже передразнил разумную машину Ра.

— Ага, понятно. — отозвался я одновременно всем. — Так какой код? Как я вижу, отключить тебя не так уж сложно.

— Не верь ему! — страшным шепотом произнесла мне прямо в ухо Оранжевая, внезапно оказавшаяся прямо у меня за плечом. — Он скажет код, мы его введем и весь корабль взорвется! Помнишь, как в том мультике про «Доктора Гримма и Зеленого Фазера»?

Я покосился на «помощницу».

— Что? — фыркнула рыжая нахалка. — Надоело в пустой коридор пялится, я Наю попросила подменить.

Я продолжил на неё смотреть. Как и Красный с Синим.

— Что? В фильмах всегда так кто-то главному герою говорит! Совсем шуток юмора не сечете?

— Так какой код? — вздохнув, я опять повернулся к голове. Разумная машина несомненно заметила, что веду я себя странновато. Но ничего не сказала. Впрочем, если для Глоракса работорговцы «нормальные», то я — прямо-таки образец адекватности и рассудка!

— Вернись к проекционной панели, я буду диктовать, — как-то безучастно принялся раздавать указания ИР. — Проведи рукой над оптическим сенсором и выбери символьную матрицу. Теперь сдвинь влево, еще, еще, еще. Выбирай: розовый бегемотик в шарфе, фиолетовый слонёнок с зонтиком, зеленая форель с кружкой в плавниках и солнышко в тучках.

Впервые на моей памяти у Красного и Оранжевой не нашлось, что сказать.

— Почему идиоты работорговцы, а стыдно — мне? — Синий, оставшийся у головы робота, прижал к мордочке обе лапки.

— А по-моему — очень даже миленько! — отозвалась от двери Зеленая. — Наверное, у нынешнего капитана Ската в детском саду личный ящик с такой комбинацией значков был.

— И это последнее его трезвое воспоминание, — в тон ей согласился я. Брр! — Кер, вырубай нашего друга. Доступ есть.

— Тут проблемка, — отозвался Синий. — Обмен данными не прекращается. Перережу оптику — как бы тут все не вырубилось. Не поручусь, что полетный компьютер вновь запустится.

— Выбери список устройств и отключи Глорекса, — внезапно подсказал робот.

Логично. Проекционная система неприятно рябила, от чего голограмма выглядела нечеткой. Но операционка полетного компьютера снабжалась настолько незамысловатым интерфейсом, что у меня даже затупить не получилось.

— Так, Глорекс… Голосовой помощник, — прочел я. Слов описать местного «инженера» у меня не нашлось. Подключить боевого робота с искусственным разумом, как «голосового помощника». — Безопасно отключить.

Как по мановению волшебной палочки, проекционный экран обрел стабильность и резкость. Загорелись все плафоны освещения в рубке, исчез легкий дискомфорт от сдвинутого от перпендикуляра к полу вектора гравитации. Твою ж… Это, получается, все так криво работал из-за постороннего устройства в системе? И после этого — они нормальные?

— Синий, — попросил я из-под прижатой к лицу ладони. — Закати голову куда подальше. Не дай бог найдут и назад присобачат!

Так. Теперь надо разобраться, куда мы летим и надо ли нам туда.

— Бруас, — ткнула лапкой в проекцию Ная. — Написано: свободный порт, местное самоуправление, есть космический порт с функцией обеспечения автоматической посадки входящих транспортов без участия живого диспетчера. По-моему, куда лучше неизвестной официальной лоции системы, куда сейчас летит Скат. Главное — она совсем близко, всего в одном прыжке. Двенадцать часов — экипаж проспаться не успеет. А как только сядем — Ра пробежится и вскроет клетки, а Кер отсюда откроет люки. Местной полиции или кто там у них достанет забот разбираться с «грузом» и невменяемым экипажем. А мы под отводом глаз выведем Ори. Никто даже не узнает, что мы с этими подонками вместе прилетели.

— Только давайте пароль от консоли поменяем, — напомнил Ра. — На какой-нибудь нормальный.

Глава 4

Рабы

Год 1137 от начала Экспансии

Открытый космос и планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

В рубке мы оставили Синего. Следить больше не за приборами — с этим прекрасно справлялся полетный компьютер — а чтоб никто из пьянчуг не приперся и не натворил чего. Кер пообещал, что опробует на вторженце «кое-что новенькое». Ну-ну.

— Тебе б тоже делом заняться, Красный, — как только мы укрылись в уже ставшей какой-то даже обжитой инженерке, попеняла Ная.

— А у меня есть дела? — очень удивился наш «сварщик».

— Есть конечно, — категорично заявила Зеленая. — Иди и проверь все замки на рабских клетках. Убедись, что сможешь быстро все открыть. Что на рабах нет кандалов и смирительных ошейников, а если есть — пойми как их обезвредить. И не стоит ли сделать это заранее.

От такого списка Ра так и шлепнулся на задницу, приоткрыв пасть. Потом, правда, опять встал на все четыре лапы. И, с опаской оглядываясь на Наю, спрыгнул вниз через крышку люка. А я… Устроился на полу с инженерным планшетом. Спать не хотелось — наконец-то выспался. Да и небольшое волнение о ближайшем будущем сказывалось. Мой первый «выход в люди». М-да, и сразу самостоятельный.

— Зато прикинь сколько новых комиксов вышло за год! — взмахнула лапой Оранжевая. — Наверное, доктор Гримм наконец-то доказал, что это именно Зеленый Фазер — главный злодей! Очевидно же, что злодей должен быть коварного цвета — зеленым!!!

Ная как раз вытянулась вдоль моего бока и зажмурилась. Но ради такой сентенции приоткрыла один и повернула ухо в сторону источника раздражения.

— Что? Можешь повторить, я не расслышала? Какой-какой цвет?

— … Я — Ра помогать!

Ну его, этот планшет. Хоть подремлю, если сон не идет. Или вон за Красным и Оранжевой понаблюдаю. Скат сам по себе не такой уж большой, чтобы наша связь не доставала до трюма с пленниками. Ну и кто тут у нас?

Рабы то ли по устойчивом запаху сивухи и кислым ноткам вони рвотных масс догадались, что временно предоставлены самому себе, то ли просто уже изучили периодичность нехитрого способа проживать жизнь своих мучителей. Кто-то просто спал, забившись в дальний угол и замотавшись чем можно и нельзя. Другие пытались извлечь хоть какую-то пользу из времени, когда некому прийти и ткнуть дубинкой между прутьев. Хорошо если без активированной функции шокера.

Какой-то ловкий дедок в обносках умудрился пластиковой ложкой открутить крепления и отогнуть боковую крышку ящика, стоящего рядом с его клеткой. Казалось, в щель и палец не просунуть без опаски, что его там защемит — а этот туда руку по плечо запускал! Добывая что-то небольшое, круглое и съедобное. После чего с кривляниями предлагал поменять выуженое на что-нибудь ценное. Ну или «ценное».

Думая о том, что человек везде умудряется устроить обмен попытки строить иерархию, я все пытался понять, что в этом рабе не так. Пока не обратил внимание на кончики ушей, точащие через сальную завесу грязных отросших волос. Теперь ясно: это попросту чистокровный эльфит! Расовый тип такой, при котором легче скелет, лучше растягиваются сухожилия, очень подвижные конечности к ушам вернулась звериная подвижность.

Ирония судьбы, да: сколько войн и несправедливости на старушке-Земле случилось из-за цвета кожи и сопутствующих черт лица! Полагаю, на здешней Прародине Человечества тоже самое было. А теперь базовый расовый фенотип включает все эти черты в любой комбинации! Называются его представители солнитами. На эльфитов действует то же правило с цветом кожи и формой губ — там приличный разбег такой.

Новые расовые типы возникли и перекрыли старые в промежуток между тем, как были основаны первые звездные колонии людей и когда между ними и Прародиной наладили гиперпространственное сообщение. Виной этим трансформациям — все тот же Звездный поток. Ну как, «виной»? Вместо ужасных мутаций — все по делу, каждая адаптация функциональная. И эстетически воспринимается не хуже, чем база.

Вон корниты обзавелись дополнительными костными гребнями на черепе и в других местах. Нет, не рогами — какие к черту рога, мы, люди, хищники! Все круче: природные кастеты на кулаки, внешняя дополнительная защита позвоночника, мышцы повышенной силы сокращения! Выглядеть жутко должно, верно?

Но нет! А у бронитов — четвертого варианта — там вообще чешуя и ни волоска, кроме ресниц. И тоже никакого внутреннего отторжения от такого «тюнинга»! Что важно, потому что генетически человечество осталось единым видом и все четыре типа спокойно скрещиваются в любых сочетаниях, давая плодовителое потомство.

— Фигня. Фигня. Фигня, — Ра продолжал исследовать замки, потому я переключился на Ло, скачущую с клетки на клетку, чтобы разглядеть пленников с другого ракурса.

Что сказать? Кого-нибудь со столь же характерной внешностью, как у дедка, я больше не нашел. Стоило межзвездным полетам стать обыденностью — и расы смешались. Вот и тут, в трюме: люди и люди. Грязные, опустившиеся, озлобленные или безразличные — но люди. У кого-то уши более острые. У мужика, отжимающегося на кулаках — те самые костяные пластинки образуют затейливый симметричный узор на плечах… и все. Опасный тип, не зря пираты на него ошейник нацепили.

А вот и женщина с несколькими чешуйками на лице, но и длинными волосами. Долго рассматривать её не смог: абсолютно пустые глаза без проблеска собственной воли… Может, все-таки порезать пьяных свиней? Как такое говно только космос носит⁈

— Спокойно, — Зеленая протянула лапку и коснулась моего лба. — Мы только услугу экипажу окажем, если во сне и полузабытии порежем. Силы правопорядка фрипорта наверняка найдут им лучшее применение. Чистить уловители стоков полотна космопорта отправят например. Или разбирать для утилизации аварийные суда из отстойника. Может, даже в защитных костюмах, чтобы не сдохли на третий месяц, а кончились на восьмом.

— Да, верно. Спасибо!

* * *

Собирать мне было особо нечего. Сумку взял да пошел. Накинув лямку, я глазами Синего смотрел, как наш грузовик проводит автоматическую посадку. Довольно нудная и не быстрая процедура.

— Скат-девятка, вы там все пи-и-ип, что ли⁈ — в очередной не разразился бранью тот самый раритетный приемник, на который Кер до сих пор поглядывал. Работорговцы присобачили его вместо вышедшего из строя штатного, оказывается.

— Вот и «без участия человека» — фыркнула Ло.

— Откуда в этом куске раритета фильтр брани? — удивился Красный из трюма. — Он же натурально на лампах!

— Так на лампах даже компьютер можно собрать, не знал? — гордо переспросил наш технолюб, «забыв» добавить, какого размера такая ЭВМ тогда будет. Выждал паузу, и признался. — Но это с той стороны автоцензор работает. Видимо, чтобы кто-нибудь из гостей Бруаса с пушками на борту не подумал передать ответ, так сказать, в тепловой форме.

— Пии-и-п, пип пи-ип! — тем временам взывал к нашему борту диспетчер. То же мне, Эр-два Дэ-два нашелся. — Сажаю вас вне очереди, как терпящих бедствие умники. Будете расплачиваться десять лет за все аварийно-спасательные услуги, пи-ип-ипы! Счастливо пообщаться с группой быстрого реагирования!

— Кажется, что-то пошло не по плану, — задумалась Оранжевая. — Но что же?

— Все по-плану, — заверил ее Кер. — Видишь, сажают в порту в городе, а не отправили на «чумную» посадку, в пустыню.

— Тогда, может, и рабов пусть быстрые реа-агирующие освобождают? — Ная проспала все это время и только теперь соизволила проснуться. Чтобы начать сладко, по-кошачьи потягиваться и заразительно зевать.

— Что-о⁈ — возмутился Красный. — Я зачем по твоему совету тогда все это время с замками возился⁈

— Смотрите, смотрите, снижаемся! — Ло тыкала лапкой в проекционный экран, куда Кер вывел трансляцию с носовых камер.

Её глазами я увидел то, о чем мы прочли в лоции. Космопорт выглядел серым кругом (бетон!), на котором кто-то нарисовал маленькие кружки посветлее. Собственно, это и были посадочные площадки — только не нарисованные на едином покрытии, а оставленные в сплошной бетонной крыше. Под которой прятались коммуникации, коридоры, включая транспортные и еще масса всякого. Таким образом создавалась дополнительная безопасность инфраструктуре, если что-то произойдет на финальном этапе посадки или первом этапе взлета и судно поведет.

Я ждал рывков, дребезжания, и прочих прелестей как на старте — но Скат словно решил показать класс на прощание. Тормозил плавно, не переваливался с борта на борт, атмосферные двигатели не захлебывались. Да ну.

— По-моему, кто-то из ущербов, то есть я хотел сказать, команды что-то заподозрил, — взволнованным голосом привлек наше внимание Красный.

— Они в любом случае опоздали, — категорично отмела все сомнения Ная. — Нам пара выход! Кер, люки! Ра, замки! Ло, метнись наружу и найди нам выход!

«Девятка» выпустила посадочные опоры перед касанием, но я этого уже не видел, спеша с Зеленой к инженерному люку по коридору. По пути попалось раскачивающееся тело… я даже не стал пытаться разбирать, кого. Будущего каторжанина — а больше мне и знать не интересно. Ловко проскочив по стенке, не теряя скорости, я добрался до хода, через который на Скат забрался. Повернул предохранитель и кулаком стукнул по кнопке открытия.

Высоко! Хоть мы уже и стоим на покрытии посадочного круга. Это я подумал уже после того, как сиганул в проем. Впрочем, отбить пятки мне и не грозило: Ная запрыгнувшая мне на плечи, отработала этаким парашютом.

— Сюда! Я нашла! — быстро рыжая справилась.

Если бы не мои звери — так бы и остался в памяти этот короткий отрезок моего жизненного пути кучей смазанных темных поворотов по неработающей транспортной ленте вроде траволатора для чемоданов в аэропорту, только раза в три шире. А так я «увидел» и как посадочное место в звездном порту выглядит снизу, и распахнувшего все люки Ската. И даже врывающийся отряд, гхм, «скорой помощи». С тазерами, в композитной герметичной броне, противогазах и в сопровождении роя минидронов. Медицинские сумки у них тоже были, так что все честно.

— Чисто ушли! — Красный аж светился.

— На камерах найдут «внезапную помеху». И как автодверь грузовой линии приподнималась, — остудил его радость Кер. Вернее, попытался.

— Найдут — и что? Нас-то не найдут. Это ж фрипорт!

— Да-да, в комиксах ведь одну правду рисуют.

Мы несколько сбавили темп. Н-да. С одной стороны — как-то мы сильно не доработали план действий по прилету. С другой стороны — импровизации оказалось достаточно.

— Вот! Теперь сюда! — Оранжевая постучала лапкой по явно техническому люку, даже выполненному заподлицо со стеной. — Эта к выходу ведет!

— И как догадалась? — подозрительно переспросил её Синий.

— Да это ж явно ход контрабандистов! — вытаращилась на собрата Ло. — Смотри как спрятали! Но я — заметила. Хвалите меня!

— Выведешь — похвалю, — пообещал из-под прижатой ко лбу лапки Кер.

Люк пришлось отпирать изнутри — но это не проблема, когда твои воображаемые друзья запросто могут проходить сквозь материальные объекты. Дальше мы стали петлять уже по узкому коридору, а также одолели несколько лестничных маршей. По идее, мы уже должны были выйти в общий инженерный коридор или туннель, но избранный путь нигде не сделал даже намека на развилку. Пока не привел на трансформаторную подстанцию. Обесточенную, зато оборудованную совершенно не нужными тут стеллажами.

— Кажется, и правда тайник для контрабанды, — обескураженно сообщила свой вывод Зеленая.

— И ни одной камеры… — в тон ей добавил Синий.

— Тут их нельзя ставить, найдут — и по записям всех контрабандистов опознают! — важно пояснила Оранжевая. Она же выглянула за стену — и тут же сунулась назад. — Там город! А там стена космодрома. Мы выбрались!

— Ло, ты — молодец, — обреченно признал Синий.

Рынок начинался здесь же, практически за стеной, огораживающий космопорт. Едва мы вышли из встроенной в один из домов будки — которая снаружи правдоподобно гудела — рынок обрушился на наши уши и глаза! Во всех смыслах. Настоящий шквал звуков, цветов и запахов! Когда-то это место было строго спланировано и столь же унифицировано реализовано. Прямые улочки между однотипными зданиями-лавками, широкие проходы, четкая навигация. Разумному, прибывшему с другой планеты должно было хватить нескольких секунд, чтобы сориентироваться и двинуть в нужном направлении. По крайней мере так было написано в файле по планете, который читала Ная.

Я простоял на месте около минуты, но так ничего и не понял.

Вывески магазинов, лавок, бутиков. Просто объявления каких-то людей, предлагающих самые разнообразные услуги. Носящиеся над головами минидроны, выдающие голограммы в стиле «только сегодня и только сейчас по специальной цене покупай а не то пожалеешь». Все это настолько перегрузило мою зрительную систему, что я боялся даже пошевелиться — опасался упасть в обморок. После пустынной Магары, где единственными движущимися объектами были мои «воображаемые» друзья, это был настоящий шок.

На другие органы чувств тоже шла атака. Гомон сотен разумных, выкрикивающих «уникальные» предложения и ругающихся друг с другом. Запахи от приятных до отвратительных, смешивающихся в непередаваемое амбре. И близость ко мне множества людей. От чего я не то чтобы отвык — никогда к этому и не был привычен.

А еще палящее солнце. После ровного освещения корабельных приборов, оно заставляла прищуривать глаза до узких щелочек. И горячий воздух. Который после многократно переработанного системами жизнеобеспечения пиратского судна, но — кондиционированного! — заставил мой лоб покрыться биссеринками пота.

— Нужно найти головной убор, как у местных. — деловито сообщил Кер. — В них тут все ходят, даже не разберешь — корнит или эльфит.

— И еды добыть. — также озабоченно произнесла Ная. — Ори, ты проголодался?

Такое ощущение, что их переход от пустынного мира Магары и почти такого же безлюдного (пьяные пираты не в счет!) Ската вот к этому буйству красок, звуков и запахов, нисколько не напрягло. Разве что немного взволновало. Типа, ух ты! Большой мир! Так вот ты какой? Где можно пожрать?

А меня почему тогда так оглушило? Я же (в душе и местами) взрослый человек. Всякого повидал. И уж точно меня не вгонит в культурный шок заштатный фрипорт, где из всех достопримечательностей — вот этот базар при посадочных площадках.

А потом понял. Я на другой планете. По настоящему. Летел через космос и высадился на другой планете. Ни в комиксах, ни в мультиках, ни в фантазиях — во плоти. Для человека из мира, где космические путешествия так и остались научной или не очень научной фантастикой, это было почти откровение.

Для понимания — от рождения и до недавнего времени, я жил в одном месте. И хотя знал про другие миры — сотни миров! — все равно до конца этого не осознавал. Нет, не так. Осознавал. Читал о том, что здесь человечество спокойно живет, раскинувшись на световые годы. Впитывал нужную информацию, готовился к выходу в большой мир. Но прочувствовать это смог только сейчас. Выйдя за ворота космопорта на рынок планеты Бруас.

— Ори, ты меня слышишь? Есть хочешь? — повторила обеспокоенная моим долгим молчанием Зеленая.

— Пока нет, мамочка. — натянув на лицо улыбку, ответил я заботливому «глюку». — Давайте сперва осмотримся, а потом уже будем думать о еде. И, да, Кер. Насчет головного убора — отличная идея! Можешь заняться?

Без денег, без знакомых, без планов на будущее, находясь на чужой планете, я все же не было одинок. Со мной была четверка странных, но совершенно замечательных воображаемых зверей. С помощью которых я могу справится с чем угодно. И уж точно не буду стоять, как деревенский дурачок у входа на не такой уж, если приглядется, большой рынок.

Глава 5

Ночлежка

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Рынок Бруаса нереально огромный! В первый день, куда бы я со спутниками не направлялся, он все также тянулся, тянулся и не собирался заканчиваться. В какой-то момент даже стало казаться, что он охватывает всю планету. Хотя, это, конечно, была полная ерунда — на прилагаемом снимке с орбиты, загруженном в лоцию, которую мы изучали на пиратском Скате, рынок Бруаса выглядел как не слишком широкое кольцо вокруг космодрома.

Вот только в реальности это «не слишком широкое» в ширину составляло несколько километров! А дальше начинались склады, и лезть туда не стоило. Бизнес, ничего лично: уважаемые люди хранят свой товар или купленное, и потому защитные турели стреляют сразу на поражение. Миленькое местечко, что сказать. Но, надо отметить: границы опасной зоны честь по чести отмечались.

Хорошо еще, что в торговой части рынка мне не приходилось думать о еде и воде. С последней все было довольно просто — на каждом перекрестке стояли фонтанчики с питьевой водой, совершенно бесплатной, чистой и прохладной. А вот по еде… М-да. Поначалу я ее воровал у уличных фастфудщиков. Вернее, Звери мне втихую тащили понемногу с подносов и лотков, чтоб незаметно было. Понятно, что это, вообще-то, не очень хорошо, и я совсем не гордился этими своими действиями. Но поначалу способов честно платить я просто не нашел. Хотя на самом деле их было приличное количество даже для шестилетки. А вот за воровство и ребенку можно было крепко встрять.

Если бы я только додумался пощипать работорговцев перед тем, как сбежать с их корабля! Вот уж где моя совесть оставалась бы чистой. Но к своему глубочайшему стыду, я просто не подумал это сделать. Как и забрать голову робота с собой, который меня видел и записал в своей памяти. И фамильяры протупили. Опыта в планировании и реализации криминальных дел у нас решительно не хватило. Что может и плохо в моменте, но так-то скорее хорошо. Я в прошлой жизни был законопослушным гражданином и в этой, если честно, не горел сию традицию нарушать. Но, как говорится, жить захочешь — еще и не так раскорячишься!

Разноцветная «банда», в отличии от меня, в суете рынка просто отрывались! Их никто не видел и не мог почувствовать, а вот они сами могли до чего угодно добраться и схватить! И утащить. И радоваться возможности реализовать свои клептоманские замашки! Ни разу за ними или за собой ничего подобного не замечал (ну кроме как у Кера с радиоприемником) — и вот. И все это оправдывалось заботой обо мне. Ная включила режим наседки, и без зазрения совести таскала с прилавков лучшие кусочки для меня.

— Законно это или нет, а у меня тут маленький ребенок голодный! И вот это как раз — преступление! — заявила она мне.

Кер, в свою очередь, раздобыл хламиду с капюшоном. Устойчивый сухой и теплый климат фрипорта обратной своей стороной нес опасность обгореть в лучах здешней желтой звезды или банально словить тепловой удар. Так что среди местных теперя я ничем не выделялся. Ра умыкнул очень удобный рюкзачок, в который можно было складывать припасы, а Ло… Рыжая просто носилась по рядам с выражением абсолютного счастья на пушистой мордочке. Столько всего вокруг нового и неизведанного, а она будет на месте стоять? Дудки!

Так я и шатался по улочкам рынка несколько часов. Понемногу привыкая к его шумному ритму и вырвиглазному рекламному сопровождению. Создавал в голове некую карту — не без помощи Ло. И приходил к выводу, что жизнь на других планетах — сюрприз! — не очень-то отличается от той, что я знал в прошлом.

Здесь были богатые и бедные. Злые и добрые. Какой-нибудь эльфит мог попытаться (в моем случае — именно попытаться) походя пнуть мелюзгу — просто потому что мог! А толстяк-корнит подмигнуть, и сунуть в руки похожий на зеленый персик плод. Это когда я рискнул выбраться из-под отвода глаз. Одни разумные спали в тени козырьков крыш, другие снимали для получасовых переговоров целые помещения, где таких бездомных могло разместиться несколько десятков.

Ближе к вечеру первого дня и для меня встал вопрос с ночлегом. По правде сказать, вопросов гораздо скопилось в моей голове гораздо больше. Например — что дальше-то делать? Или — как найти пропавших родителей? Но я, как человек здравомыслящий, взялся сначала за те, что мог решить. Найти еду — чек. Благодаря неустанному вниманию Зеленой аж переел. Теперь надо поспать, по возможности удобно и безопасно. Завтра буду искать способ заработать денег и пытаться завести полезные знакомства.

— Итак, у нас есть какой-то план на завтра, и вообще в целом, — довольно резюмировала Ная. — Будем его придерживаться.

— Там, сверху — бетонный козырек, широкий и пустой! — прыгнула мне на голову воодушевленная Ло. — Осталось спереть одеяло или плед!

— Притормофи, — оставил разошедшуюся экспроприаторшу Кер. — Такую больфую фтуку безофафнее купить.

Синий аккуратно положил мне ладони тонкую квадратную пластиковую карту красного цвета, которую принес в пасти.

— Это что? — сунулся Ра. — Цвет мне нравится!

— Местные кредиты, тут большинство расчетов в них идет, — постучал лапкой по карточке в моей руке. — Это физический криптоконтейнер с записанной фиксированной суммой внутри. Можно считать информацию, но нельзя стереть или добавить. Проверить зато можно на любом терминале. И безопасно, и платеж получается обезличенным — проверяется только подлинность.

— То есть это купюра такая? — переспросил я. — И сколько тут?

— Десяточка! — совершенно по-кошачьи улыбнулся фамильяр. — На плед точно хватит, еще и на место под крышей останется.

— Как ты это все так быстро узнал⁈ — вмешалась Ло.

— Около обменника потерся, — повел ушами Кер. — Подумал, что потерянные деньги надо искать там, где из постоянно достают и передают. Как видишь, оказался прав. А пока искал и во все углы заглядывал — наслушался, что они через динамик крутят. «Покупайте Бруасский кредит! Надежная защита вашей конфиденциальности!»

И тут я себя звонко хлопнул по лбу раскрытой ладонью! Аж Зеленая начала трогать лапкой место удара — не набил ли шишку?

— Я понял, почему мне это место таким неправильным с самого начала показалось! — пояснил я зверям. — Космос, корабли — и какой-то нафиг средневековый базар, только с голо-рекламой! В нормальном обществе все торговые операции должны идти через сеть. Сиди себе в удобном кресле, листай удобные каталоги и пользуйся искином, что подбор облегчает. Причем не опускаясь на планету — зачем лишний раз ресурсы корабля расходовать? Просто все выбрал, оплатил, тебе прислали номер грузового шлюза и там погрузили тебе в трюм. Ноги не надо топтать, искать потом часами! А теперь все стало на места!

Я гордо продемонстрировал красный фантик.

— Это и есть причина. Деньги, не оставляющие следов. Фактически — наличка, но в условиях тотального контроля денежной массы! И что-то мне говорит, что очень многие разумные в любом из миров страшно в них нуждаются. Именно поэтому места, вроде этого фрипорта, и процветают.

Еще немного подумав, удалось поймать за хвост и следующую мысль.

— Наверное тут и камеры наблюдения в весьма специфическом режиме работают. Тут вижу — тут не вижу. Вот почему в твоих комикса, Ло, контрабандисты по порту как у себя дома ходят. Особенности местной системы безопасности.

С «десяткой» мне удалось без всякого труда не только купить плед, но и надувной, точнее гелевый коврик, вроде туристического. А вот за место ночлега платить нисколько не пришлось. Как выяснилось, они тут были бесплатными. Просто видишь сборище людей, спускающихся на минус первый этаж какого-нибудь здания, идешь за ними и оказываешься в ночлежке.

Оказалось, что местные владельцы недвижимости таким образом решают проблемы с криминалом и наймом работников. Из чрева космолетов в рынок выплескивалось огромное количество неустроненных людей. Кто-то от кого-то бежал или прятался. Другие искали свою судьбу, третьи вообще были профессиональными бродягами, которые нигде не задерживались надолго. И немалая их часть имела проблемы с законом. От мелких до вполне себе приличных.

Оставь их в покое, дай самим устраиваться — и припортовые лавки бы неизбежно ждали ограбления, а дома — незаконные вторжения. А так… ну пустует у тебя склад или не смог сдать его нанимателю — пусти людей переночевать. И они сами не полезут в запертые дома. И ты, глядишь, присмотришь себе толкового работника за совершенно смешные деньги.

Это все я потом узнал, когда познакомился с другими бездомными. Но сперва влился в их нестройные ряды и оказался в своем первом в жизни приюте для… гхм, неприкаянных странников.

Никаких удобств, вроде кроватей тут не было. Только туалеты, которые нужно было убирать самим, уже знакомые мне фонтанчики с водой и… все. Голый пол, голые стены. Не озаботься я заранее «базовым снаряжением» бездомного, спать ложится пришлось бы прямо на бетон. Но так как я явился подготовленным, то без труда обустроил себе в уголке обширного, как ангар, подвала, вполне уютное гнездо. Только мои воображаемые, но осязаемые (для меня) друзья расположились вокруг, подперев теплыми пушистыми боками — сразу же нашелся тот, кто помешал мне просто уснуть. Нет, обязательно ж надо докопаться до товарища по несчасть!.

— Новенький? — вполне дружелюбно спросила полноватая элфитка, расстилая свою постель неподалеку от моей.

Ей что, места вокруг мало?

— Ага. — односложно отозвался я.

Доверять какую-то реальную информацию о себе в этом месте я никому не собирался. Как выразилась Оранжевая, «мы перешли в супер-шпион режим!».

— Из дома, наверное, сбежал. — обустраивая место для ночлега, предположила женщина, решив «не замечать» что ей здесь не рады. И продолжила, не дожидаясь ответа. — Ничего я про тебя не знаю, не бойся. Просто ты далеко не первый такой. Поругался с родителями, небось, решил, что сам будешь строить свою жизнь и пробрался тайком в трюм какого-нибудь корабля. Даже не уточнив, куда он направляется. А может и узнал специально, чтобы именно в свободный порт попасть.

Какой нужен офигительный бардак, чтобы подобный план смог провернуть шестилетний ребенок без памяти прошлой жизни?

— Где-то так, — тем не менее сказал я.

— Первый день здесь? Я просто тебя не видела раньше. Да и загара на тебе нет.

— Да.

— Меня Новаки зовут. — представилась она. — А тебя?

— Юнг. — выдал я первое, что пришло в голову.

Эльфитка снова улыбнулась.

— Только что придумал? Ну, пусть будет Юнг. Какие планы, Юнг? Ищешь работу или корабль, чтобы вернутся домой? Я здесь уже давно, могу помочь, как с первым, так и со вторым.

Как быстро коммерческий интерес вскрылся. Дети не дураки, недостаток опыта компенсируют воображением. Не можешь сунуть руку в кармана папочки или кошелек мамочки? Сопри что-нибудь компактное и ценное, потом продай. Вот за это «компактное, ценное» Новаки устраивала обратные рейсы. Поднимая неплохой кэш. Разумеется, не в одиночку: сам б не придумала такой бизнес.

— Такие, как она, могут еще и работорговцам стучать! — Ло решительно не нравилась соседка по ночлежке. — Спрашивает, спрашивает, в доверие втирается. Ждет, что проболтаешься. А потом оп — и в клетке!

— Не бьется. Что-то мне подсказывает, что в этом помещении нет ни одного разумного, которого бы после пропажи хватились серьезные люди, — вполне резонно возразил Кер. — Не нужно создавать такие сложности. Оптом бери и пакуй. Тут что-то другое.

— А мне она даже нравится. — всех огорошила Ная. — По-моему она довольно искренне желает Ори добра…

Ра, внезапно оказавшийся самым умным, в обсуждении не участвовал. Лишь сказал в самом начале, что оставит угли от любого, кто сунется к Ори, после чего с видом полного превосходства устроился в голове моей «постели».

А Новаки, которую ничуть не смутила моя спина в качестве собеседника и отсутствие реакции на слова, продолжала говорить. Может, Зеленая права, и у нее сработал инстинкт наседки — вижу маленького, надо о нем позаботится? Бизнес-бизнесом, но ведь не все ж торгаши превращаются в живые машины по выжиманию прибыли.

Правила жизни тут были простыми. Не воруй дерзко, если уж берешь чужое — только то, что нужно для выживания, и максимально незаметно. И не сметь даже в мелочи трогать покупателей! Ради них тут все живет и функционирует. Потому следи за собой. Умывайся. Держи одежду в чистоте. Не вызывай отвращения, словом. Даже минимально.

Тех, кто игнорирует эти простые правила фрипорта довольно быстро с рынка пропадают. Кто-то получается путевку в «рабочие лагеря», считай тюремную каторгу. Два года — и потом тебя сажают на первый подвернувшийся корабль и пинком из системы. Типа — заработал на билет. Как следствие, грязных и вонючих, попросту не пускают в ночлежки. Причем, не какая-то полиция, а другие бездомные. Что, в общем-то, довольно логично — им же эту вонь терпеть, если что. И от вшей потом избавляться.

— Чтобы не перейти черту, проще всего найти работу. — Новаки наконец-то улеглась на бок, и закрыла глаза, собираясь заснуть. — Ее тут даже для такой мелюзги, как ты полно. Кому-то нужны живые зазывалы — клиенты куда охотнее верят им, чем рекламным дронам. Еще можно попросится в лавку помощником. Следить за товаром, помогать с доставкой. Посыльным. В общем, если тебе интересно, я завтра знакомых поспрашиваю, и к вечеру при встрече расскажу. Только ты тогда не сюда приходи, а вот по этому адресу. Здешнее помещение завтра сдадут под склад какой-то сельхозтехники, хозяин просил не приходить.

И в завершение этой полезной лекции, сунула под мой матрас простую пластиковую карточку с адресом. Ну-ну.

Наутро я поблагодарил элфитку и вдохновенно соврал, что обязательно приду ночевать по указанным координатам. А сегодня сам поброжу по рынку и попробую найти работу. Ее слова меня не то, чтобы вдохновили. Скорее, дали новое направление мыслям. Комиксы хорошему научат, как же. Два раза. А потом догонят — и еще раз научат!

Честный труд — он всегда лучше мелких краж. Вчера мне откровенно везло, звери помогли мне не лечь спать голодным. Но есть нюанс: я не знал, что сам себе рисую маршрут в трудовой лагерь, чтобы там бесплатно отрабатывать десятикратную стоимость нанесенного ущерба. Все, хватить. Стартовый капитал, с позволения сказать, набрал. Пора жить честно!

Было довольно непривычно подходить к владельцам торговых точек и спрашивать их о том, не найдется ли работы для меня. Все казалось, что они сразу вызовут полицию — ну как же, ребенок-беспризорник! Но местным было плевать на все достижения цивилизации в области охраны детского труда. Если рабочие руки были не нужны, они так и говорили. Как правило, через секунду забывая о моем существования.

Однако после множества равнодушных отказов, мне удалось договорился с одним корнитом, который держал лавку с выпечкой, чтобы завтра поработать у него доставщиком. Гордый этой маленькой, но своей личной победой, я уже направился к месту ночлега, которое приметил, пока искал работу. И столкнулся с неприятной сценой.

Громила-торговец лупил крохотную девчушку. Воровку — та без затей нагребла в охапку несколько лепешек, консервированного мяса в контейнерах и (ну дите-дитем!) сладкой карамели, после чего попыталась спастись бегством. А выглядела при этом так, как не стоило со слов Новаки. Лицо грязное, одежда вся в пыли. Короче говоря, никакого доверия она не вызывала. И, как результат, солнит внимательно за ней следил, а когда она полезла за его товарами, схватил ее за шиворот одной рукой и тут же начал охаживать второй.

С пигалицы слетел платок, вроде арафатки, демонстрируя чешую вместо волос. Отчего удары на нее посыпались еще яростнее — как я успел уже заметить, бронти тут недолюбливали, считали кем-то вроде цыган на Земле. Несмотря на творящийся беспредел, и продавцы и покупатели не вмешивались. Одни отводили взгляды, другим и вовсе было пофиг. С их точки зрения торговец был в своем праве. Воров нужно наказывать.

А мне в этот момент вдруг представилось, что я оказался здесь один. Без боевитого сварщика четвертого разряда Ра, без заботливой Наи, без любопытной Ло и взвешенного техноромантика Кера. Как эта девчонка. Попытался бы стащить еду у такого вот толстого солнита. И висел бы сейчас в лапище этого громилы, который даже не заботился о том, куда приходятся его удары.

— Красный. — позвал я. И попросил. — Сделай небольшое пожар. У нас тут важное дело нарисовалось.

— Ни слова больше, Ори! Я сожгу лавку этого гада дотла!

Глава 6

Тесс

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Мне казалось, мое взрослое сознание давно уже адаптировалось к телу ребенка и думаю я плюс-минус как прежний. Ошибался. Сцена избиения взрослым совсем маленькой беспризорницы, и, самое главное, мое к ней сочувствие что-то всколыхнуло внутри. И я ментально действительно стал взрослым собой.

Это было странное из-за контраста ощущение. Клокочущие эмоции стали резче, оформленней, но при этом ушли на задний план. Стали мотиватором, усилителем логики. Моё зрение словно снабдили сканером, передающим мне дополнительную информацию о том, что я вижу. Один удар сердца — и я увидел всю разворачивающуюся картину совсем в ином свете.

Владелец точки питания выбрал себе место не у перекрестка двух «улиц», где движутся покупатели, а в глубине. Да и ассортимент у него был «вывали на лепешку из консервной банки и поджарь». А еще растворимые супы, залитые кипятком и все такое прочее. Максимально дешевое и для местных, то есть.

— Ра, стой. Ло, посмотри даты на банках, — от моей мысленной команды Красный затормозил как вкопанный, едва не упал. Зато Оранжевая рыжей молнией запрыгнула на ящики за спиной у самоназначенного экзекутора малолетних.

— Фу, просрочка!

Так я и думал. Лицензию на такую торговлю не получить, а просрочку, скорее всего, положено раздавать неимущим. На Земле так в США делают: так все равно дешевле, чем утилизировать. Но тут нашелся тип, что решил поиметь свой гешефт и погреть руки, вступив в сговор с утилизаторами. Не думаю, что у него прям бешенные бабки выходят, но копеечка, как известно, к копеечке. Понятно, почему урод сорвался на мелкой воровке: мало того, что к официальной охране правопорядке не обратится, так она чуть его «маленький» секрет не раскрыла.

— Красный, у него газовая ячейка под дальними паллетами, — еще одно нарушение, которое уроду, избивающему сироту, сейчас отольется сторицей. — Зажигай! Только не взорви.

Моя холодная ярость передалась фамильяру. С улыбкой, больше похожей на торжествующий оскал, он взвился на соседний тент, повернулся к прилавку солнита. Театрально поднял лапку подушечкой вверх. С которой тут же слетела крохотная искорка — если не смотреть в ту сторону, то и не заметишь — и упала на замаскированный горючей упаковкой пожароопасный предмет. Потянулся дымок и уже через несколько секунд показались первые язычки пламени.

— Пожар! — высокий мальчишеский голос без труда прорезал гомон, а взрослое сознание помогло подобрать правильный тембр. Восхищенно-ожидающий «ох, что сейчас будет!» — Сейчас газ рванет!

Хотите увидеть, что случилось буквально через мгновение? Возьмите с собой горсть сахарного песка, найдите летом в лесу большой муравейник — и высыпите на его поверхность. Один в один.

— Газ! Пожар! — мой крик сразу подхватили на разные голоса. Многие заметили, куда я показывал рукой и бросились растаскивать паллеты. Другий поспешили спасать свой товар. Кто-то схватил пожарный багор, другий притащил огнетушитель. Что касается хозяина лавки — он мигом ломанул к месту возгорания, забыв о воровке раньше, чем разжал пальцы. Все. Взрослое восприятие ушло, под конец наградив пониманием, что скоро я смогу также без каких-то там ментальных приемов. Рост тела и гормональный фон все сделают за меня.

Я было двинулся прочь, как вдруг понял: воровка, что получила из моих рук свободу, никуда не бежит с награбленным. Так и свернулась калачиком на бетонном покрытии. Проклятье!

Ная успела к девочке раньше меня. Прижала обе лапы к телу.

— Синяки, ссадины, болевой шок, — на этом месте мне прям захотелось отдать Керу приказ садануть садиста разрядом в затылок. — Длительное недоедание… Она умирает!

— Рыжая, найди аптечку у этого… — единственная надежда быстро оказать помощь.

— Уве! — Оранжевая подскочила ко мне с чемоданчиком в зубах. Обычным противошоковым я бы воспользоваться не сумел, но к счастью именно медицина в этом средневековом месте оставалась космической. Аппликатор первой помощи, штуку вроде толстого пластыря, я налепил прямо на щеку мелкой. Отец, здешний отец, мне таким коленки сбитые лечил. Но так-то он и с отравлением справится может, и еще много с чем, включая шок. Только не спрашивайте, как работает «умный гель», что сам лекарства нужные в нужной дозировке через кожу доставляет прямо в кровь.

Судорожно-напряженная бронитка вдруг расслабилась, задышала. Получилось!

— Мы в ответе за того, кого приручили, — я подхватил спасенную на руки. И ужаснулся, какая она легкая. — Ло, найди тихий закуток, чтобы вода была и слив. Ная, бери аптечку. Кер и Ра… сегодня опять придется поступится принциами. И внимательней с отводом глаз.

* * *

В моей прошлой жизни я стал отцом и увидел, как мои дети пошли в школу. Так что я знал, что делать с больным ребенком. Благо супер-продвинутая биомедицина звездной эпохи выдернула кроху с того света, а напитка витальной энергией отчасти заменила капельницу. Ну а воду, а потом и теплый бульон мне удавалось понемногу вливать спасенной в рот. Благо с глотательным рефлексом было все в порядке.

— Думаю, она скоро придет в себя и сама сможет пить и принимать пищу, — огладив лапкой покрытую крупными, как у земного броненосца, чешуйками голову пигалицу, выдала свой прогноз Зеленая.

— Нифига себе живучая! — удивился я.

— Она одаренная, ты разве еще не понял? — в ответ удивилась Ная. — Мне показалось, ты услышал её зов о помощи, и потому вмешался.

Ах вот что это было!

— Кстати, тот мужик, что тебе работу дал на завтра — он тоже солнечник. Почувствовал твой дар — и потому доверил тебе работу.

— Надо искать учителя, — поморщился я. — Самых элементарных вещей не умею! Вообще ничего не умею, кроме усиления тела, если уж на то пошло.

— Жато мы уфеем, — приземлился рядом со мной Синий с планшетом в зубах. — Тьфу! Нашел-таки в куче на запчасти в ремонтной лавке один с просто отходящим контактом!

Местная манера строить из бетона прямоугольные конструкции без окон мне в моем положении определенно нравилась. Рыжая без особого труда нашла заделанный наглухо квадратный внутренний дворик, куда можно было попасть только сверху или через поднимающиеся ворота. Судя по всему тут был проезд, который стал тупиком. А потом его еще и снаружи замуровали, возведя стену. Потому ворота в последний раз открывали лет десять назад. И все как по заказу: вода, слив для сточных вод. Так что спасенная теперь не представляла собой химическое оружие и лежала завернутой в большое полотенце. А её грязные тряпки Красный сжег до угольков.

— Мы же решили, когда ты нас придумал, что это так твое сознание защитилось от новых возможностей, — продолжая наблюдать за пациенткой, напомнила мне Зеленая. — Субличности-посредники, отвечающие за управление проявления Потока. Все вместе и отдельно за некоторые специфические. Ра — огонь, Кер — молния, я — лечение, жизнь. И Ло — воздух. Если так посмотреть — иной подмастерья позавидует!

— А потом мы вместе убедились, что вы — больше, чем части меня, — хмыкнул я в ответ.

— Шиза косила наши ряды, — внезапно с грустью продекламировала Оранжевая. Хитро посмотрела на нас, и с улыбкой закончила. — Она же их пополняла!

— Кхм, — разрывая неловкую паузу, оторвался от планшета Кер. — Усиление тела — это очень неплохо. Целый Большой клан Ли специализируется именно в этом направлении. И из них получаются невероятно сильные контактные бойцы.

— Кстати, вроде кланы охотно принимают сильных одаренных, чтобы впоследствии он вошел в их состав, — припомнил Ра. — Способ решения всех проблем разом!

— Хочешь сказать, мне стоит попробовать завербоваться к клановым? — переспросил я. — С одним Усилением тела меня врят ли сочтут сильным.

— Так мы ж поможем с заданиями! — вскинулась Оранжевая. — С руками оторвут почти готового мастера в неполных семь лет!

— Скорее, посадят в лабораторный изолятор и будут изучать такого уникума, — Синий даже оторвался от разобранного планшета. — Я серьезно!

— Может, спросить у корнита-булочника? — внесла рациональное предложения Зеленая. — Раз уж он в тебе опознал ученика, то и других солнечников знает?

— А это может сработать, — пришлось признать мне. — Спасибо, Ная.

— Ох, да что там…

— С кем это ты говоришь? — вмешался в наш разговор новый слабый голос.

Я забылся и опять болтал вслух вместо мысленных фраз. А тем временем девчушка не просто очнулась, но и села, кутаясь в свое полотенце. Ее глаза в ореоле глубоких теней прямо-таки излучали недоверие и настороженность. Стоило мне чуть податься в её сторону — и она попыталась сжаться еще сильнее.

— Со своими воображаемыми друзьями. — на автомате ответил я, демонстративно отодвигаясь. Успел себя укорить за несдержанность, и успокоить — фразу легко обратить в шутку. — Ты сама как?

— Нормально.

Ответ года всех детей, когда задаешь им такой вопрос. Как дела — нормально. Как в школе — нормально. Как себя чувствуешь — нормально. С другой стороны, а что ей отвечать незнакомому пацану, который, к тому же, непонятно куда уволок?

— Этот гад тебя крепко побил. — продолжил говорить я. — А потом там начался пожар и я тебя оттуда унес. Ты просто сидела и ни на что не реагировала. Так что никто тебя здесь против воли не держит. Если хочешь идти — иди. Но на твоем месте я бы остался. У тебя истощение. Ты когда вообще последний раз ела?

Ну вот, опять взрослого включил! Надо осторожнее этой опцией пользоваться, чтобы она не замкнулась.

— Я Ори, кстати. — представился я.

Девочка еще несколько секунд молчала, но потом все же выдавила.

— Тесс.

Ну вот и познакомились!

— Спроси у нее почему она на этой помойке застряла? — произнес Кер. — Она же одаренная, должна, по логике, учится где-нибудь в клане. Еще и такая оборвашка.

Я озвучил. Помягче, конечно. Тесс некоторое время молча смотрела на свои коленки, которые подтянула к самому подбородку.

— А ты? — через некоторое время отозвалась она.

— Да я вчера только прилетел. Сейчас на работу устроюсь — один булочник обещал взять на доставку — накоплю денег и отправлюсь дальше. Правда, еще не решил куда.

Эта реплика получилась уже более нормальной. Детской, в смысле. В ней было настоящее пацанское хвастовство, мол, не смотри, что я сейчас на улице ночую, это временный период. Скоро у меня будет свой бизнес, звездолет и любые вкусняшки на выбор. Тесс даже улыбнулась одними уголками губ. Ну вот, уже мостик доверия.

— Зачем ты вмешался? — спросила она.

— В смысле⁈ — в один голос возмутились Звери.

— Ну, у тебя были проблемы, и этот урод мог тебя просто забить. — вместо них ответил я. — А что, это так странно? Когда кто-то тебе помогает?

— Здесь — странно. — припечатала девочка. — Здесь никто никому не помогает. Каждый сам за себя.

Я мог бы с ней и поспорить. Рассказать, как делилась со мной советами другая бездомная, подкармливали торговцы, но не стал. Похоже, она уже решила для себя, каков мир вокруг. И переубедить ее в этом будет не просто. По крайней мере, прямо сейчас.

Вместо этого я повторил вопрос про ее здесь пребывание.

— Учителя жду. — после еще одной долгой паузы произнесла она. — Он сказал, что я должна пройти испытание, и тогда он возьмет меня в ученицы. Если продержусь на рынке месяц одна.

Пришлось подавить взрослое «вот мерзавец, испытание у него!», заменив его на восторженное мальчишеское:

— Ух ты! Ну, предлагаю тогда держаться вместе. Это всяко проще, чем одному. В испытаниях твоего учителя нет запретов на то, чтобы ты была с кем-то?

Тесс подняла на меня большие глаза.

— Зачем?

— Что «зачем»? — не понял я.

— Зачем тебе мне помогать?

Вот укатали девчушку испытания! Не человек, а маленький зверек, который никому не верит и ни от кого не ждет добра. И учитель ее этот еще! Хотя… Тут я задумался. А может таинственный наставник не так уж жесток? Мир одаренных вряд ли добр к своим обитателям. И незнакомый мне мужчина действовал из своей логики. Сможет продержаться здесь — имеет смысл заниматься ученицей дальше. А нет… ну может ей это даже жизнь сохранит.

Только вот он не подумал о том, что Тесс — настоящий ребенок. Я, например, тоже, но не полностью. Даже не будь у меня таких замечательных помощников, я бы вряд ли закрылся от мира. А она опустила руки, боролась не только с голодом, но и с отчаянием. Запустила свой внешний вид. И, как результат, попалась на банальной краже. Ей даже в голову не пришло, что можно попросить кого-то о помощи или попытаться найти работу. И месяц испытаний прошел бы почти незаметно.

— Затем, что если тебя сейчас оставить одну, то ты умрешь. — ответил я спокойно. — Ты голодная, побитая, и воруешь — уж прости — совершенно неумело. Так что, пока не встанешь на ноги…

Договорить я не успел — девчонка заплакала. Молча, беззвучно, без всяких рыданий. Просто из глаз полились настоящие ручьи слез. От усталости, от голода и побоев, но главное — от простейшей, проявленной незнакомым человеком, доброты.

— Уровень психологической поддержки — божественный! — дала оценку моим потугам помочь Ная.

— Ну Ори хотя бы попытался. — Ра прошелся вокруг девочки, мазнув роскошным хвостом по ее голым ногам. Та, конечно, ничего не почувствовала.

— Эй… Ну ты чего? — растерялся я. — Ну не реви!

Подумал еще — был бы взрослым, можно было бы ее обнять, по голове там погладить. А как она воспримет такой жест защиты и демонстрации безопасности от чужого мальчишки? Учитывая обстоятельства — как бы не попыткой подчинения. Типа я старший — выполняй мои приказы.

З-зараза! Делать-то что? Самое главное — мне уже утром на работу и Тесс придется оставить одну. Как пить дать сбежит. И хорошо если прихватит барахло, что мы ей притащили — а то статься едва ли не голой уйти! Я, правда, могу попросить кого-то из Зверей приглядеть за ней — раз уж лимита на расстояние между мной и кем-то из цветной четверки вроде как больше нет. И тот же Ра её легко остановит. Ага, и выглядеть это будет как атака невидимого одаренного!Вот были бы Звери могли становится видимыми…

Я слабо улыбнулся. Все любят котиков. Бронитка наверняка бы сразу выпала из депрессии, если б с ней заговорила Ная. Жаль, что это невозмо…

Стоп. Стоп-стоп! А почему, собственно, нет? Мы же только что об этом спорили. Мои друзья — как минимум не просто субличности! Опять же, воздействие получается у них на любом расстоянии от меня — как вот Кер планшет сегодня принес, а вчера — купюру. А значит, может и сработать! Вот только я не очень представляю, с чего начать. Зверь сам должен понять. Синему поручить? Нет, однозначно — Зеленая. Самая рассудительная, и за Тесс, как «мамочка», больше всех переживает!

— Ная… — мысленно произнес я. — Попробуй стать видимой для Тесс.

— Что-о⁈ — она выпучила глаза. — А это что, вообще возможно?

— Если поймешь как — да, — прокрутив еще раз в голове соображения, твердо ответил ей я.

— Круто!!! А че Ная? А давай я! — аж подпрыгнул на месте Ра.

— Сиди на хвосте ровно, сварщик! — Оранжевая стукнула лапкой Красного по макушке. — Ори сказал Ная, значит — Ная.

— Это будет интересный эксперимент! — подобрался и Кер. — Если получится, то…

— Слишком много болтаете! — фыркнула Зеленая. И двинулась к плачущей Тесс.

Для меня ничего не изменилось. Я как видел всю свою разноцветную банду, так и продолжил. А вот девчушка вдруг перестала плакать и удивленно уставилась перед собой. Ровно в то самое место, где находилась Ная. Сработало?

— Ой! Это… кто? — шмыгнула носом Тесс. — Откуда?..

— Да вот, вижу, сидит тут маленькая девочка и плачет, — мурлыкающим голосом ответила ей «воображаемая подруга». Именно голосом — я услышал слова не только в голове, но и ушами!

— Видит! Она видит Наю! И слышит!!! — Синий аж забыл про планшет, в котором до этого аккуратно ковырялся. — Зеленая, ты как это сделала⁈ А я смогу?

— Как стать видимым? — вот теперь Ная говорила только на мысленном канале. — Это ж так просто. Сделать усилие, обратное отводу глаз.

— Дай я тоже! Пусть узрит настоящую красоту! — Красный рванул вперед, но опять был остановлен Ло.

— Ра, ты ее напугаешь! Она и так в шоке. Представь, что будет с ее психикой, если мы сейчас все из воздуха вывалимся?

— Похоже, пора выписываться из глюков, — глубокомысленно подытожил Синий, постукивая передней лапкой по бетону. — Придется придумать нам новое самоназвание. Для особо красных: не-глюки не предлагать.

— Это Ная. — произнес я, шикнув на развеселившихся Зверей. — Тесс, не бойся. Ная друг.

Зеленая, тем временем, приблизилась к девочке и одним слитным движением прыгнула. Тесс не осталось ничего другого, кроме, как подхватить ее на руки. Ну а дальше инстинкты человека все сделали сами. Руки погрузились в мягкую шерстку и принялись гладить ее. Как я и говорил — все любят котиков!

— Это твой питомец? — через несколько секунд уже улыбающаяся девочка подняла глаза на меня.

— Хм, не совсем. Помнишь, я ты спросила с кем я разговариваю? И я ответил, что с воображаемыми друзьями. Так вот, это они и есть. Народ, давайте, покажитесь Тесс!

Глава 7

Работа

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Сказать, что Тесс влюбилась в Зверей — то же самое, что назвать космос просто большим. Уже через несколько минут она буквально затискала Наю, хотя порции ласк достались и всем остальным. Но Зеленая стала для девочки, как будто первая любовь. И возможностью обрести маму — Ная на эту роль подходила идеально.

Я даже немного (правда, совсем немного) возревновал. Еще бы, раньше это были только мои «глюки», а теперь Зеленая почти все время сидела на коленях у Тесс. Понятное дело, что это для того, чтобы успокоить девочку, но все же…

Правда, и мой авторитет — Главы Клана Цветных — вознесся на небывалую высоту. Теперь все, что я говорил, воспринималось истиной в последней инстанции. И когда я настойчиво попросил ее никогда никому не говорить о том, что она может видеть моих Зверей, она отреагировала совершенно однозначно.

— Ну, конечно, Ори! Я же не маленькая, и все понимаю.

Точно также, то есть беспрекословно, Тесс приняла известие о том, что завтра ей придется остаться тут одной. Точнее, только с Наей.

— Поправишься, и может быть уже вместе сможем работать. — немного подсластил я пилюлю. Но, в общем, мог бы этого и не делать. От перспективы провести день в компании с Зеленой, Тесс только мечтательно улыбнулась.

Кстати, девочку совсем не интересовала природа моих спутников.

Перед тем, как заснуть, мы еще долго, уже вшестером, болтали. И хотя я по взрослому считал, что перед первым рабочим днем нужно хорошенько выспаться, понимал также, что нельзя просто взять, показать маленькой девочке четырех котиков, а потом потребовать, чтобы она взяла и заснула.

Да и Звери по понятным причинам были возбуждены. Кстати, об этом…

— Думаю, всем теперь очевидно, что мы не глюки. — с видом ученого, выступающего перед коллегами, произнес Кер. Правда, это пафосная речь немного смазывалась от того, что лежал Синий на спине, а Тесс гладила его по пузику. — И пришло время сменить формулировку…

— Великий Космос, какой же ты все-таки зануда! — буркнул под нос Красный.

— Ты что-то сказал?

— Да заканчивай уже, а то не заткнешь полночи.

— Ра просто завидует, что это не ему гладят пузо! — хихикнула Ло.

— Ну это легко исправить! — я подгреб Зверя поближе, и начал лечебную процедуру. — Так что ты хотел сказать, Кер? Не глюки, а?..

— Фамильяры! — важно ответил Синий. — Это, как бы, очевидно!

Я даже на секунду глаза открыл, хотя уже начал придремывать.

— Так, стоп. Почему фамильяры, и почему это очевидно?

— Ну, на самом деле это из твоей памяти слово. Существо, чаще всего с внешностью животного, связанное с человеком особыми узами.

Из моей памяти? Надо понимать, из моей прошлой памяти, да? Ну, логично, Звери же появились из моей попытки не сойти с ума и разложить силы Потока на субличности. Другое дело, что получилось, как уже сейчас понятно, не совсем то, что планировалось.

— Фамильярами называли всяких котов и сов у ведьм. — напомнил я умнику.

— Еее… — сонно промурчала Оранжевая. — Ори — ведьма…

— Так, вы сейчас непонятно до чего договоритесь! — строго шикнула на всех Ная. И включила маму. — Ну-ка спать!

На следующее утро, оставив Тесс под надзором Зеленой, я отправился к булочнику. Было немного страшновато — не от предстоящей работы, нет. Просто… Раньше мы ни с кем из фамильяров — вот же прицепилось глупое слово! — не расставались так надолго. Да, они выступали моими глазами и ушами, могли бродить в отдалении. Но чтобы вот так, взять и уйти далеко, может быть даже на другой конец рынка, а Зеленую оставить с другим человеком — такого опыта у меня еще не было.

Когда связь прервалась — а радиус явно возрос еще! — я специально несколько раз отходил и возвращался проверяя: не будет ли наблюдаться каких-то негативных последствий. Опять же, Кер совершенно самостоятельно искал для меня планшет, тоже выйдя из радиуса связи. И ничего, вернулся, нашел нас вообще без проблем. Получается, это я так за Тесс волнуюсь? А еще Новаки наседкой обозвал!

— После работы можно поискать еще один планшет или коммуникатор для девочки, — подумав, предложил Синий.

— А еще я могу мотаться от вас к ним и назад! — внесла свою идею Оранжевая.

— А я, — прянул ушами Красный. — А я… Придумал! Можно построить подзорную трубу!

— Может, и тебя с Зеленой оставить? — заботливо потрогала лапкой нос собрата Ло. — Она у нас такая: и тебя вылечит, и меня вылечет. И всех вылечит…

— Да нет же! — отмахнулся сварщик. — Я тому, что мы можем растянуться цепочкой так, чтобы еще чувствовать друг друга. Ну как подзорную трубу растянуть.

И он показал лапами, как.

— А ведь может сработать, — решил Кер. — Ну и голова ты, Ра!

— А то ж! — принял горделивую стойку Красный. — Цените меня.

— По дороге будем, — пообещал я. — Не хватало только в первый же день опоздать!

* * *

Корнит, которого звали Ганис, меня ждал. Это немного удивило — ну, мало ли пацанов-беспризорников на работу напрашивается, а потом не приходит? Но Кер напомнил, что для лавочника я не какой-то там мальчишка, а с признаками одаренного. А значит и надежды на меня больше.

Еще по дороге к нему, я решил, что спрашивать про Поток и обучение одаренных не буду. До тех пор, пока не отработаю день, и доверие ко мне не повысится. Правда, оказалось, что у меня бы и не вышло с ним толком поговорить. Едва я вошел, как он тут же загрузил работой.

— Планшет есть? Это хорошо, не придется у меня арендовать. Зайди в сеть и скачай приложение доставки. Да, вот это. В идентификатор вбивай вот эти цифры, хорошо. И принимай заказы.

Синий тут же принял горделивую позу — смотри, мол, какой я предусмотрительный. Планшет нашел, починил, к делу пристроил. Кучу денег сберег, не придется с выручки булочнику платить за аренду. А сэкономил равно заработал, так-то!

— И смотри! Чтобы с каждого заказа было подтверждение. — напомнил торговец перед уходом. — Не будет, спишу с тебя, так и знай.

С таким наказом я и оказался на улице. Термосумка с выпечкой за плечами, планшет в руках и полтора десятка адресов, которые требуется посетить в течение часа. Хорошо хоть навигатор в приложении доставки имелся. Даже маршрут строил, учитывая всякие неочевидные переходы, подворотни и переулочки.

Пять минут потратил на выстраивание маршрута и очередность точек. И пошел. Ло бежала впереди, проверяя достоверность указанного пути, Кер шагал рядом, иногда залипая на витринах с техническими устройствами, а Ра с гордым видом изображал гвардейца минимум императора. На каждого прохожего смотрел с таким подозрением, будто тот сейчас выхватить из-за голенища нож и бросится на меня. И ведь не надоедала ему эта игра.

Техника и фамильяры не подвели. К каждому адресу я пребывал ровно к обозначенному времени, вручал заказ, получал подтверждение доставки — заказчик просто прикладывал ладонь к планшету, и шел дальше. Не особо, в общем, и тяжелая работа. Даже интересная — теперь я уже осмысленно смотрел на раскинувшийся вокруг космодрома рынок. И даже начинал понимать, как тут все устроено.

Например, чем ближе к самому космодрому, тем дешевле, но и хуже товары. Казалось бы должно быть наоборот — человек, выходящий из зоны порта должен сразу увидеть лучшее, что может предложить здешний рынок. Но нет.

А все потому, что по периметру посадочных кругов тоже располагались склады. Много складов. И все это пространство было плохой зоной (и плохим соседством) для торговли. Соответственно, там арендовали места те, у кого денег на что-то лучшее не имелось.

По мере же углубления в территорию рынка, уровень товаров рос. Попадались даже такие, которые можно было назвать премиальными. Но по настоящему «золотая миля» начиналась практически на внешнем кольце рынка. Причем, там уже торговали не товаром с прилавка, а проводили торги имущества, находящегося на складах. Крупного. Например, звездолетов.

В одно такое место последний заказ меня и привел. Здоровенное здание раскинулось на весь квартал и имело целых шесть входов. У каждого имелась охрана, проверяющая документы, и простому человеку с улицы, внутрь попасть не светило. Однако меня пропустили, достаточно было лишь предъявить заказанный товар и регистрацию в программе доставки.

— Второй поворот по коридору налево. Большой зал. Шестой круг столов. — напутствовал меня охранник.

Зал действительно был огромный. Что-то вроде зала заседаний какой-нибудь городской думы или вроде того. В центре висело шесть больших проекционных экранов, изображение по которым ходило как бы по кругу. Чтобы все могли рассмотреть.

По периметру стояли те самые круги столов — больше стойки, на самом деле. За ними находились люди, наблюдающие за изображением на экранах, и что-то периодически говорящие в коммуникаторы.

— Что-то вроде биржи или аукциона. — для фамильяров сказал я. — Похоже, здесь что-то по настоящему дорогое продают.

Парочка эльфитов очень обрадовались, когда я выложил на стол перед ними два пакета с горячей выпечкой.

— Как ты вовремя, парень! — азартно улыбнулся один из них. Пока второй «расплачивался» за заказ, он сразу же впился зубами в сдобу и почти простонал от удовольствия. — Ганис, гад ты корнитский! Что ты в них добавляешь?

— Жуй быстрее, сейчас начнется. — поторопил его второй.

Сам он ел механически, отщипывая от своей булки по небольшому кусочку и забрасывая его в рот. И все это не отрывая взгляда от экранов.

— О, начали! — оживился он. — Великий Космос, что это за развалина?

Так как на меня внимания никто не обращал, я решил немного задержаться и понаблюдать. И увидел, как на экране, который был обращен в нашу сторону, появилось изображение очень знакомого мне звездолета. Того самого Ската, на котором я сюда и прибыл. Хм, быстро его продают. Интересно, а что с командой сделали?

— А, этот. — отозвался влюбленный в выпечку Ганиса эльфит. — Ты что, не в курсе этой истории?

— Нет. — отозвался его товарищ.

— Это бомба, слушай! Пару дней назад на космодром в автоматическом режиме опускается вот эта развалина. В которой таможенники обнаруживают знаешь что?

— Что?

— Партию рабов!

— Да ладно!

— Ага. Все в шоке — как? Нет, понятно что в работорговцы идет всякая шваль, которую даже самые скатившиеся пираты не жалуют, но эти дно пробили даже в своей профессии.

— Погоди, в автоматическом режиме? Они перепились что ли?

— Что тебя удивляет? Ну и вот. Рабов, понятное дело, через систему адаптации погнали, работорговцев в расход, а кораблик почистили и выставили на торги. Ты на цену посмотри — даром же отдают! Может, возьмем, а? Скинем потом с небольшим наваром на внутрисистемные перевозки?

— Да если бы и вовсе даром. — товарищ жизнерадостного скривился. — Не буду я мараться о посудину, в которой людей, будто скот возили!

— Ну это да. Только деньги — это всегда деньги.

— Знаешь, Тенк, нет ничего хуже, чем работорговля! И тварей, которые ею промышляют, надо медленно в кислоте растворять, а не милосердно убивать инъекцией яда! И корабль мы брать не будем, ясно?

— Да ясно-ясно, не горячись! Пацан, а ты чего стоишь, уши греешь? Давай, иди работай!

Надо было отвод глаз врубить. Но теперь-то уж что.

* * *

Работа курьером принесла мне столько новой информации, что я специально выбрал маршрут, где можно было не толкаться и не попасть случайно под ноги кому-то в толпе покупателей. Совсем близко к складам, впрочем, тоже не подходил — помня о автоматических турелях. Шел и пытался уложить в голове, то что услышал на торговой площадке. Рабов освободили, пиратов казнили. Это хорошо. Даже камень с души свалился.

Но что удивило — это реакция торговых брокеров. С такой ненависть один из них говорил про работорговцев, даже не собирался рассматривать лот к покупке. И это человек, для которого деньги пахнуть точно не должны. За это, несомненно, респект Большим кланам, которые вбили в голову всем и каждому: работорговля — табу. Лучше башку себе тупой пилой отпилить, чем на нее подписываться. Понятно, почему эти ребята составляют политическую элиту Ста миров и никто особо-то и не возражает.

— Очень неплохо для первого раза, — толстяк несколькими движениями налистал в проекционном объеме данные о передаче заказов клиентам. — Нигде не опоздал, все отметки собрал. Вот и плата, честь по чести.

Пусть я частенько называл местные купюры «фантиками» — получить стопку этих самых «фантиков» оказалось очень приятно. Все-таки не лежит у меня душа к воровству. А еще официальная работа дала мне возможность попасть туда и узнать то, что при иных обстоятельствах не вышло.

— Будешь и дальше не хуже справляться — через некоторое время доверю обеденные заказы разносить. Ну и подрасти тебе надо, конечно — в обед обычно побольше жрут!

И сам же добродушно рассмеялся собственной шутке.

Хм. А если… Покрутив головой, я увидел мешок с мукой на приемных весах. Подошел, взялся, вспоминая ощущения, когда нес Тесс… и приподнял, глядя на лавочника. Типа «ну что там на счет силы?»

— Впечатляет, — серьезно покивал мне мужчина, во взгляде которого я прочел искреннее уважение. — Остальной минимум ученика так же хорошо умеешь?

— Вообще не умею, — мне даже не пришлось играть, совершенно натурально поморщился. Вот и переход к нужной теме сам собой организовался. — Учителя бы…

— Это ты, братец, не по адресу, — аж заухал совой одаренный — так я его насмешил. — Если б учителя можно было вот так взять и найти! Да еще и просто за деньги! Ох, ну ты и загнул, малец!

Эта тема с учителями меня начинает уже даже не раздражать, а бесить! Мои здешние родители обещали, что меня обучит дядя по матери. Ну допустим. А у кого нет полезных родственников что? Ложись и помирай в мучениях⁈

— А как тогда инициируют неофита, если он родился в обычной семье? — старательно давя рвущиеся наружу эмоции, с максимально наивным видом переспросил я.

— А, ясно. Не помнишь, как это было, — улыбнулся корнит. Но потом перешел на серьезный тон. — Обычно в локальной сети более-менее обжитого мира легко можно найти представительство хотя бы одного клана. И там будет хотя бы один учитель — так уже давно заведено. Опять же, оплатить полет к ближайшему миру-сателлиту для себя и ребенка, которому требуется инициация — вполне себе доступно и для не слишком богатых родителей. Но если совсем уж никак, то и просто солнечника на уровне подмастерья хватит. На самый худой конец и даже такой как я неумеха сойдет — правда, это будет означать, что дитя не сможет толком использовать силы Потока. Вообще никак.

— То есть…

— То, что ты можешь укреплять тело — означает, что с тобой работал учитель, — кивнул булочник. А вот почему не стал учить дальше… совсем ничего в памяти не осталось? Может, родители были против отдавать тебя в обучение?

Я вдруг почувствовал, что нечто мокрое скатилось по моей щеке. И по другой тоже. Эй! Я что, плачу?

— Прости пожалуйста, — протянул мне салфетку мужчина. — Зря спросил про родителей. Извини. Но, пока ты все равно плачешь… Мы, понимаешь, с тобой в одной лодке. Остаться без учителя после инициации — считай все. Вряд ли тебя кто-то возьмет, не получив харатеристики от того, кто обучал тебя раньше. Если только ты не скрываешь в себе невероятный талант — но и это надо как-то доказать.

Вот теперь картина более-менее сложилась. Получается, все зависело от родителей неофита и от его собственных способностей. При этом одаренному, признанному перспективным, нужно было оставить родителей и полностью перейти под руку учителю. Та еще перспектива, если подумать. Ладно если учитель на той же планете живет и свою кроху папа с мамой навещать смогут. А если нет? Вот и еще одна причина образования кланов: если все твои родственники одаренные и живут в одном месте — так и учителя под рукой всегда, и из семьи чадо вырывать не надо.

— А у учителя может быть только один ученик? — больше чтобы не затягивать паузу спросил я.

— Обычно они несколько набирают, вроде, — развел руками корнит. — Ну что, узнал все, что хотел?

Это он мне так намекает, что у него работа простаивает. Если б не слезы — давно б отправил уже гулять.

— Осталось только выяснить, насколько я перспективный для обучения, — в тон ему ответил я. — Если меня даже за деньги никто проверять не согласен.

— А вдруг и вправду окажешься потенциально сильным — это ж тогда тебя придется забрать и учить, — подмигнул мне Ганис. Вроде как весело, но на самом деле со скрытой болью. — Но у тебя, в отличии от меня, есть некий шанс. Говорят, некоторые учителя назначают испытания…

Тут он вдруг моргнул, словно что-то вспомнил.

— Тебе ведь нет еще девяти? Где-то восемь, да?

— Даже меньше, — выдавил я из себя, сбитый с толку таким резким переходом темы.

— Так это ж отлично! — вот теперь у моего работодателя улыбка стала искренней. — Как я мог забыть? Военная академия Элитеи принимает солнечников, имеющих ранг ученика, для дальнейшего обучения. Не позднее достижения девятилетнего возраста. Правда, потом придется отслужить двадцать лет в вооруженных силах Ста Миров, причем там, куда пошлют. Зато все это время будет и кров, и питание, и медицина бесплатная! И выйдешь в отставку уважаемым человеком! И у тебя еще есть время накопить на билет, чтобы туда добраться!

Глава 8

Темные пути

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

— Мы вернулись!

— И с обновками! — пропела Ло.

— И с фислыми ферсиками, — не очень довольно уточнил Красный, которому досталось помогать мне нести не уместившийся в рюкзаке пакет.

Если кто думает, что я нагрузил огненного просто потому, что мог — пусть сам попробует попрыгать по бетонным конструкциям с ним в руках.

— А мы тут тоже без дела не сидим, — похвасталась Зеленая.

Вчера я подобрал Тесс в состоянии едва ли не скелета, обтянутого кожей. Утром она не так уж и походила на дистрофика. Сегодня я вернулся еще до того, как офисные клерки начинали покидать свои рабочие места и обнаружил, что девочка еще выглядит худой — но уже вполне нормально движется, не уставая от простейших действий за пять-десять минут. Стоило это кучи калорий, которую обычный человек просто не смог бы в себя запихать за столь короткое время. Но витальная энергия сотворила чудо — и я смог полюбоваться тем самым знаменитым перламутровым переливом чешуи бронитов.

Самое интересное, что Ная и наша всеобщая подопечная не сидели без дела, а готовили полноценный горячий ужин! После нескольких дней на одной сухомятке с перспективой и дальше так кушать — очень желанный подарок! А уж когда его сделали руки таких поварих, м-м-м! Тесс еще утром облачилась в комплект одежды, добытый фамильярами — толстовку с капюшоном, брюки-карго и кроссовки на толстой подошве. Фартука не нашлось, но, судя по всему, его заменил силовой щит юной Ученицы. Чешуйчатой поварихе все это очень шло, а в сочетании с занятием…

Тесс поймала мой взгляд… и, не отрываясь от помешивания, приняла, словно кадры сменила, несколько разных поз. Типа женственных, но для нашего возраста — просто милых. Ничего такого, но я вдруг почувствовал, что стремительно пунцовею! Мой детский организм опять отреагировал самостоятельно. Но лучше уж так, чем внезапные слезы.

— Ой, Ори, какой ты смешной!

Будь я обычным ребенком, вряд ли б смог чего-то внятное ответить от стеснения.

— Как же я рад, что вижу твою улыбку, — преодалев было навалившееся косноязычие, совершенно искренне ответил ей я. И добился точно такого же эффекта: девочка вспыхнула как маков цвет, что-то пискнула и «спряталась» в капюшон!

— Дети-дети, — Нае пришлось подхватить забытую поварешку. — Кушать идите уже.

Похлебка оказалась такой вкусной, что мы вдвоем сожрали всю кастрюлю минут за пять! И сыто отвалились, со смутным ощущением, что может быть влезло бы и еще.

— Почему мы ничего такого в бункере не ели? — я, как перевел дыхание — первым делом полез выяснять подробности у Зеленой. — Продукты вроде все знакомые в ход пошли?

— А это и не мой рецепт, — клыкасто улыбнулась фамильяр. — Тесс готовила, я ей только помогала.

— М-меня мама научила, — опять стала мимикрировать под Красного бронитка. — И еще некоторым блюда…

Тут она звучно шмыгнула носом, явно вспомнив нечто плохое. Зеленая подлезла к ней под руку, заставив себя обнять, выразительно посмотрев на меня. Да, я тоже думаю, что Тесс нужно оставить свою боль в прошлом чем быстрее, тем лучше.

— Если что, мы подстрахуем, — мысленно передал мне Кер.

— А меня вот мама не учила, — со вздохом признался я. — И папа тоже. Они вообще готовить не любили.

Сработало! Детское любопытство оказалась сильнее застарелой печали.

— Теперь, наверное, так и не узнаю, почему так, — грустно признался я. — Похоже, из всей семьи только мне удалось остаться в живых… Иначе я не могу объяснить, почему они меня бросили одного на планете!

— Ох! — испуганно прижала ладошки к губам чешуйчатая.

Рассказал я о своих злоключениях с минимумом необходимых купюр. Незачем новоявленной подруге знать о моей прошлой жизни. И про появление «котиков» я просто сказал, что они в какой-то момент явились и спасли от одиночества. И помогли попасть на корабль работорговцев, на который нас навела Бэлла.

— Так ты в одиночку уделал этих гадов! — восхитилась девочка, почему-то почти не прореагировав на упоминание еще одного Зверя Потока. — И спас рабов! И ничего за это себе не потребовал!

Думаю, спецназ космопорта знатно повеселился бы, останься я на корабле и предъяви права на приз. После чего отправили бы на так называемую «реабилитацию». Нет, ничего не хочу сказать — администрация фрипорта делает доброе дело. Лечит, вправляет мозги жертвам работорговли и опустившимся бомжам. Доращивает и обучает беспризорников, дает конкретную специальность. И считает каждую потраченную в процессе копейку. Которую потом придется отработать на контракте по той же схеме, что мне объяснил про Военную академию Элитеи Ганис. Ну если только каким-то чудом не найдется богатый родственничек, который внесет «плату за услуги».

— Не в одиночку уделал, конечно, — я развел руки и обратным движением притянул к себе Ло и Ра. — Как бы я без них справился? Да и не в клетке я был.

— Пфф, клетка! — Красный, которому я чесал под подбородком, открыл один глаз. — Я её р-раз — за двадцать секунд открою!

— Я тоже ломала клетку, — тихо сказала Тесс. — Раз пять или шесть, не помню. В последний раз чтобы просто добыть воды… Не додумалась искать рубку или мостик.

— Тебя в рабство продали⁈ — вытаращился я.

Вот так сюрприз!

— Я расскажу. Тайну за тайну. Раз уж я все равно так все случилось, — девочка посмотрела мне в глаза… и вдруг решилась. — Моя мама… Ведьма!

— Ну вот, а ты Ори ведьмой дразнил, — прыснула Оранжевая, которая сама тоже дразнила, к слову. — Ой! Не перебиваю!

— Как сказать? — Тесс наморщила лоб, отчего её чешуйки с тихим шелестом потерлись друг о друга. — Ну вот это, что ученик должен знать и уметь то-то, а подмастерья — уже другое… Как это… Общепринятый путь развития, вот! Он не единственный. Есть Темные пути. Темные — это потому, что их не регистрируют, их практика признана опасной.

Похоже, пару последних фраз моя собеседница вспомнила с чужих слов и повторила как смогла.

— Я родилась в этнической бронти-общине, где достойными обучения одаренными считают только женщин, — собравшись с мыслями, девочка уже и сама стала правильно подбирать слова. — Потому что сама энергия Потока, как и Жизнь — женского рода.

Бронитка опять поморщилась и уточнила:

— Теперь я думаю, чушь все это! Нас, неофитов, собирали перед инициацией в тайном месте, и показывали там «мощь» сильнейшей из ведьм, старой карги… Старой дряхлой уродины, которая продала меня работорговцам! А она и в подметки не годится силе мастера, что спас меня от пиратов!!!

Тесс опять не совладала со своими чувствами, только сейчас её распирало больше от гнева, чем от боли. И я все-таки рискнул подсесть и взять её ладошку в свои пальцы. Нас окружили мои «коты», прижавшись теплыми боками. И малышку — отпустило. Слезы навернулись на глаза — но не в злом безнадежном рыдании, а наоборот, унося боль.

— Три неделе мы, мелкие девчонки, будущие ведьмочки, жили при старой грымзе, хлюп, — вдохнув-выдохнув, продолжила рассказ моя подруга. — Однажды ночью я очнулась в клетке в лесу, и эта проклятая уродина сказала мне, что я недостойна! Что позорю свою мать и что место мне в клетке среди другого живого товара. Что если кто-то позарится на меня — вот пусть и учит такую бездарность. А потом работорговцы унесли клетку на корабль. Я была в таком шоке, что даже не пыталась сопротивляться. Потом попыталась выбраться, но мы уже были в космосе…

Мы довольно долго просидели молча. Шум огромного рынка долетал в наше убежище ослабленным, местное солнце катилось к закату. Я уж было решил, что разговор по душам на том и окончится. Но Тесс все же собралась с моральными силами и продолжила.

— А потом мне повезло. Оказывается, есть люди, что зарабатывают себе на жизнь поимкой преступников прямо в космосе, врываясь и беря штурмом их корабль. Некоторые, как спасший меня и других пленников Борк Рауль, работают в одиночку! Я видела, как он шел по грузовой палубе — и никто ничего не мог ему сделать! Поняла, что хочу стать как он! Так и сказала ему: хочу стать твоим учеником! Что б никакая карга ничего не смогла со мной сделать! Сначала он посмеялся, а потом сказал, что выгрузит нас на Бруасе. И если я его тут дождусь, когда он в следующий раз вернется, и найду его — тогда и возьмет. Как рабыня, я попала в программу реабилитации и должна была пойти в школу… и только спустя неделю сообразила, что он мне сказал. Найти! Пришлось сбежать. Ну а дальше ты и сам знаешь…

— А как ты собиралась узнать, что он вернулся? — подумав, решил уточнить я.

— Тут есть табло у космопорта, где указано, в какой ячейке какой корабль встал. Я запомнила название и ай-ди корпуса, — в первый раз за рассказ слабо улыбнулась девочка. — Каждый день туда ходила. Пока совсем силы не кончились…

— Наверняка в Сети ту же информацию публикуют! — догадался Кер. — Сейчас следилку настроим и никуда твой Борк Рауль не денется!

* * *

Тесс окончательно поправилась, но у нас и мысли не возникло разбежаться. Преимущество возраста: в шесть можно найти лучшего друга на всю жизнь буквально в песочнице! Ну и… у нас тут, кроме друг друга, никого и не было. На третий день бронитка почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы попроситься на работу. Не мудрствуя, я отвел её к тому же булочнику-корниту, у которого работал сам. Ганис чуть живот не надорвал, услышав, что «малявка» претендует на должность повара! Но не прогнал, а предложил отработать испытательный срок на курьерской доставке.

Я уже смекнул, почему хитрый булочник меня взял: детей, чистых и опрятных, куда проще пускали с доставкой в закрытые зоны, чем взрослых. Ну да, кто заподозрит в мелкотне подосланного к одному из покупателей убийцу? При этом малолетние ученики поголовно обладают как минимум выносливостью подростков — то есть способны доставить заказанное вовремя. Надо только, чтобы ответственно относились к своему делу. Ну, раз я поручился за подругу — то с меня и спрос будет, если что. Но «если что» так и не случилось.

Днем мы работали, шатаясь по самым разным местам рынка. С цветными вместе мы решили, что меня и бронитку будет сопровождать своя пара фамильяров. Меня — Кер и Ло, а Тесс — Ная и Ра. Для связи у меня уже был планшет, а напарнице все равно пришлось перед началом работы купить подержанный коммуникатор. Не брать же в аренду, в самом деле. Кер залил в устройство отдельную копию программы-оповещалки, настроенную на появление корабля Борка Рауля.

В качестве резервной связи попробовали «подзорную трубу», выдуманную Красным. Неудобно, ограниченное расстояние — но на случай поломки электроники (или чего похуже) лучше ничего придумать мы не смогли.

Жизнь в складчину оказалась куда выгоднее в экономическом плане, чем бедовать в одиночку. Тем более при наличии повара, способного превратить консервы и концентраты в великолепные блюда! Наедались мы оба от пуза, и тратили на жратву меньше. Сэкономленного хватило, чтобы уже на пятый день снять нормальную комнату с плитой и минимумом посуды. И кроватью, мягкой и удобной! Где можно было спать не думая, кого может принести в закуток по ночным крышам. И принять душ, а не обливаться из котелка! А туалет с унитазом… даже не хочу вспоминать, как мы до того обходились.

На шестой день я не выдержал и взмолился:

— Научи меня так готовить! Я тоже хочу освоить это тёмное колдунство!

— Можешь смеяться, но я действительно обрабатываю продукты энергией Потока перед готовкой и потом все блюдо в процессе, — ошарашила меня девочка. — Это и правда тёмное искусство зельеварения. Для ведьм нет разницы между созданием еды, яда или, скажем, эликсира долгой бодрости. А у тебя не получилось перенять у меня создание простейшего щита. И у Наи ничего не получилось.

Не удивительно, вообще-то. Мне б почувствовать, как установка щита ощущается пользователем. Но даже наша связь с Зеленой не смогла мне передать нужное ощущение. Ну и ладно. Пока фамильяры рядом — мне можно сосредоточится на том, что и они не умеют.

— А вдруг у меня талант как раз в это темное искусство? — одна мысль о том, что мы однажды расстанемся и я буду питаться уличной едой вызывала у меня легкий ужас! Даже еда из автоповара из дома-бункера теперь воспринималась максимум на троечку из пяти. Где по той же шкале стряпня Тесс оценивалась мною на шесть! — Ты ведь больше не веришь, что этот навык — исключительно для женщин.

— Хорошо, я попробую объяснить, — не очень уверенно отозвалась бронитка. — Сначала нужно научится выпустить из себя силу Потока через руку. Сможешь?

Вопрос поставил меня в тупик. Я примерно понимал, что от меня требуется, но сколько не вытягивал вперед руку с выставленной ладонью — ничего не получалось. Чего-то не хватает. Ощущения. Да, ощущения, с которым энергия должна выходить. Вернее, даже не выходить, а… Мучался я минут пять, пока мне вдруг не стукнуло в голову. Наша первая встреча с Тесс. Её бьют — и я это как-то вдруг сразу очень четко замечаю. Ная, кажется, мне потом сказала, что она звала на помощь и я воспринял это как одаренный. Ну-ка…

Я вдохнул, но сдержал выдох, что должен был пойти в звучный крик. А вот энергия Потока не остановилась. Тесс свалилась с табуретки, на которую без затей уселась. Ра, Кера словно невидимая рука подбросила почти до потолка, Ло просто одним скачком пролетела сквозь стены к соседям, а Ная прижалась к полу, прижав уши к голове и зашипела.

— Получилось… — растерянно произнес я. — Извините, я не нарочно!

— Главное — не делай так больше без предупреждения, — попросила подруга, поднимаясь. — Это что вообще было?

— Пробовал повторить твой призыв о помощи, — честность и только честность. — Больше не буду!

Бронитка приложила руку к лицу подсмотренным у меня жестом.

— Что, уже можно возвращаться? — просунула голову через бетон Оранжевая. — Мне словно через уши молнию пропустили!

— Ори пообещал больше не орать, — повторил за мной Красный. Хмыкнул. Просветлел мордой. — Тебе удивительно идет это сокращение имени, Коррен!

— Так тебя полностью Коррен зовут? — удивилась девочка.

— Вариант «Ори» мне нравится гораздо больше, чем всякие там Рены и уж тем более Коры, — признался ей я.

— А у меня полное имя… только не смейся! — почему-то застеснялась Тесс. — Тестерадос!

— Какое красивое! — искренне восхитился я. — Тебе идет.

— Да ну тебя, — покраснела и отвернулась она. — Лучше персик бери. Ме-едленно выпусти в него силу Жизни через пальцы.

Получилось с первой попытки! Жесткий кислый фрукт в моей ладони налился желтизной и обзавелся красным боком, стал мягким и сочным.

— Эй, Тесс, — Ра даже лапкой тронул получившийся результат. — Может ты тоже прирожденный учитель?

В следующую секунду персик взорвался. Не как граната, а как переполненый пакет с соком. Может, Тесс и прирожденный учитель, но я точно не самый лучший ученик.

— Ты просто слишком много энергии в него впустил. — рассмеялась, но совсем не обидно, бронитка. — Надо чувствовать, сколько надо. И еще правильно мо-ду-ли… окрашивать силу! Не вешай нос, там все совсем просто! Я ведь выучила, и быстро — а я ведь была худшей ученицей. Ну, ты помнишь.

Я взял следующий персик. Внимательно на него посмотрел. Фрукт упорно не желал открывать тайну своей емкости. Ну, ему же хуже. Я. Хочу. Созревший. Персик. А не сок! Ну?

Это удивительно, но еще семь дней спустя у меня начало получаться! Тестерадос даже доверила мне создание самой простой похлёбки, предварительно заставив заучить мнемоническую формулу, позволяющую правильно направлять и модулировать звездную энергию, которой напитывались продукты и потом емкость с супом. Тёмное, то есть тайное заклинание супа звучало как веселая детская считалка. Что-то вроде сакраментального:

'Наберу-ку я кореньев,

Вкусных шишек натащу!

Офигительным вареньем

Я соседа угощу!'

Конечно, настоящие ведьмы редко творили по твердым рецептам, уже интуитивно понимая, где что и как надо «облучить» и поджарить-потушить. И я с удивлением обнаружил, что во мне кипит жажда естествоиспытателя, желающего научится не хуже. Н-да. Вот уж не знаешь, где что найдешь, где потеряешь.

Двадцать один день спустя после нашего знакомства с Тесс, я возвращался с работы домой (да, черт возьми, домой!) с пакетом, полным ингредиентов для готовки. Экспериментаторский зуд толкал и торопил меня всю дорогу и я прошел трек с заказами на рекордное для меня время. Е-е, на сорок минут плита только моя! Муа-ха-ха! Стоило мне переступить порог, как в рюкзаке запиликал планшет. С мыслью «что-то случилось!» я выхватил устройство… и меня словно ледяная молния прошибла. Я даже забыл про принесенную еду. Нет, это был не звонок от Тесс. Сработала программа слежения за сайтом космопорта, выкинув поверх других оповещений скриптовую записку:

«Корабль Борка Рауля только что прибыл на Бруас»

Проклятье! Я ведь только-только почувствовал себя… счастливым⁈

Глава 9

Борк Рауль

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

С бледной едва ли не до белизны Тесс я встретился напротив одного из выходов из космического порта. Посадочные круги для удобства сгруппировали в сектора и сделали для них отдельные выходы на рынок. Потому именно отсюда должен был выйти Борк Рауль. Ну как, должен? При желании, можно было пройти в соседний сектор через специальный кольцевой коридор. И вот сейчас нам должна была пригодиться «подзорная труба» Ра.

— Опиши, как он выглядит, — чтобы не жаться к стенам с риском нарваться ссору с держателями лавок, пришлось устроится на веранде заведения быстрого питания. Готовили там что-то вроде шаурмы, за которую заряжали как минимум двойной ценник. Но проще было заплатить чем устраиваться под отводом глаз с риском обнаружения и выдворения прочь. Тем более, мы не столик заняли, а устроились с краю, на бортике. Для взрослых смотрелось бы мягко говоря странно, а для детей легко сходило за норму.

— Солнит, серые глаза, нос с горбинкой, короткая бородка и баки с усами, а щеки — выбриты. Кожа светлая, — сосредоточившись, стала рассказывать мне девочку. — По своему кораблю он ходил в легком комбинезоне, а вот после посадки вырядился в остроносые сапоги, какие-то плотные штаны, рубашку с безрукавкой. На голову напялил такую странную шляпу… И еще он кобуру с огромным таким пистолетом на бок повесил.

— Вылитый космический ковбой, — хмыкнул я, мысленно пытаясь представить форму упомянутой шляпы по движениям рук бронитки. — По-моему я такого типа в комиксах встречал, и даже не одного.

— Ков-бой?

— Крутой тип, который ждет, когда противник начнет поднимать ствол — и убивает его раньше, чем тот успеет выстрелить, — я на всякий случай не стал озвучивать «погонщик скота». Тем более, что сам Борк Рауль мог быть вполне в курсе значения слова. Ведь он и правда в каком-то смысле «гоняет скот». А в диалекте, на которых говорят граждане Ста миров проскакивают в том числе очень знакомые мне как жителю Земли слова. Тысяча лет звездной экспансии сумела стереть расовые границы и «нарисовать» новые — а отзвуки старых языков еще живут! И отблески старых образов — тоже.

— Передай Тесочке, что мы обязательно найдем этого «крутого типа» и выведем вас на него! — Оранжевая даже на задние лапки встала, чтобы сделать хватательное движение передними. — Эй, парни! Айда на охоту за Коровьим Мальчиком.

— Опять они что-то смешное сделали? — видя мою реакцию, слабо улыбнулась бронитка. По понятным причинам в людном месте Звери не проявляли себя визуально.

— Дурачатся, — кивнул я. — Не волнуйся, они обязательно найдут твоего учителя. Никуда от нас не денется.

Девочка судорожно кивнула.

Минут десять мы молча пытались есть каждый свою половинку местной «шаурмы». Кажется, Тестерадос вообще не чувствовала вкуса, а я вот пытался воздействовать уже на готовое блюдо, дабы придать ему хоть немного аппетитности. Правда был риск узнать собственными вкусовыми сосочками, что же за мясо легло в основу «завертки» — но я решил, что все равно не смогу отличить крысу от собаки.

— Ори, — подруга заставила меня прекратить эксперименты. — Ори, скажи, я все правильно делаю?

— А есть сомнения? — осторожно переспросил её я.

— Вдруг Учитель не разрешит нам остаться вместе?

Наивная. Какая ж Тесс еще маленькая и наивная! Но в этом и её скрытая сила. Ребенку может повезти там, где взрослому даже в голову не придет пытать удачу. Как она подловила своего учителя на древнем правиле, о котором даже ничего не знала! И… как она меня подловила, хех! Впрочем, я вцепился в девочку не хуже, чем она в меня. И теперь совсем не горел желанием вновь остаться один.

— Я выложусь и докажу Борку Раулю, что тоже достоин стать его учеником, — тоном, будто этот не зыбкий план, а уже свершившаяся реальность сказал ей я. — Ты ведь слышала Ганиса: два ученика выгоднее чем один.

План напросится в ученики к мастеру, давшему испытание Тесс, у меня возник в то же утро, что я в первый раз вышел на работу. Правда, корнит тогда предложил вполне приемлемый альтернативный путь. Все обдумав, я понял, что возможности заполучить индивидуального наставника все ж не стоит отказываться заранее. А теперь этот вопрос стал еще и личным…

— Нашла! — заорала у меня в ухе Ло. И сразу же переключилась на трансляцию того, что она видит.

Да, перепутать Рауля с кем-то другим было сложно. На виде ему было лет сорок, хотя может и тридцать пять, и он единственный среди всех окружающих носил ту самую шляпу.

— Эй, жулики! Только посмейте меня обдурить больше, чем на полтинник! — крикнул он конторским работникам, видимо принимавших оптовый товар.

— Сам ты жулик подозрительный, Борк, — откликнулся главный клерк. — Чего сам не встанешь на точку и не продашь? За день бы расторговался и с приличным прибытком.

— Да иди ты знаешь куда, умник? — было очевидно, что мужчины — хорошие друзья и грубость напускная. — Я не хочу опять оправдываться перед ЭсБэ Бруаса, почему опять избил идиота, докопавшегося до моего товара!

— Оранжевая нашла нашего учителя, — доложил я Тесс… и хихикнул. — Ковбой! До меня только что дошло, почему у него корабль называется «Буцефал»! Хотя выглядит как аквариумный сомик!

Я успел рассказать подруге про Буцефала и аквариумных сомиков, а «призовой охотник» — именно так назывался род деятельности Рауля — все сидел и сидел за конторской стойкой. Кроме продажи товара он заказал обслуживание корабля, пополнение припасов, клининг жилых помещений — во взаимозачет, разумеется. И это все одновременно с переругиванием, отпусканием глуповатых шуток и перемывание костей руководству фрипорта. Даже Звери утомились. Потому, когда мужик наконец-то двинулся на выход, Кер и Ра запрыгнули ему на плечи, а Ло — аж на голову. И так поехали на встречу с нами.

— Выдвигаемся, надо встретить его сразу у входа на улицу, чтобы следом не бежать, — я слез с бортика фуд-зоны и помог спрыгнуть Тесс. Та сразу вцепилась мне в руку.

— Мне страшно! — тихим шепотом призналась она. — А вдруг он откажет?

Мне, конечно, подобный исход пришел в голову гораздо раньше. Он, собственно, напрашивался. Вот кто заставляет учителей одаренных соблюдать озвученные Ганисом правила? Ну там про испытания, и про то, что обнаружил возможным учить дальше — бери и учи. Никто. Нет надзирающих, да и быть не может. Кроме… общественного мнения и кланов. А раз так — придется подстраховаться и не дать Борку Раулю соскочить.

— Я и Кер постараемся, чтобы видео с учителем, отказавшись следовать древним традициям одаренных, разлетелось по Сети. — помахал свободной рукой с зажатым в ней планшетом я.

— А если согласится?

— Ты ж именно этого и хотела! — напомнил я ей.

— Й-я-а теперь уже н-не знаю!

— Зато я знаю, что ты никогда себя не простишь, если не попробуешь осуществить мечту, — я знал, что говорю. И себе не простит, и мне не простит. Все-таки опыт прошлой жизни — очень полезная штука. — Все, учитель уже близко. Главное — говори громко и четко, не торопясь. Я снимаю!

— Она справится, — уверенно пообещала мне Зеленая. — Поднимаю на тебя отвод глаз!

Борк Рауль не должен был чувствовать моих котов — но что-то все же чувствовал. Попеременно он то трогал шляпу, поводил плечами. Но добивался только того, что мои фамильяры перебирали когтистыми лапками не сходя с места. Скорее всего именно это и помешало ему заметить Тесс до того, как она перегородила ему дорогу.

— Учитель, я выполнила твое испытание! — звонко, на всю улицу заявила она. — Теперь бери меня в ученицы!

— Ты кто вообще такая и почему тут одна? — попытался собраться с мыслями призовой охотник.

— Я Тесс! Ты меня от пиратов спас! И сказал дождаться твоего следующего возвращения и найти тебя, чтоб ты меня в ученицы принял, — четко отрапортовала пигалица. И повторила. — Я выполнила твое испытание!

Проходящие мимо поворачивали головы, часть прохожих замедлилась, собираясь узнать, чем кончится сценка. Мужик же откровенно подвис, видимо пытаясь понять, что делать и вспоминая подробности своего «гениального» обещания. И бронитка отыграла следующий, последний придуманный нами акт.

— Смотри, я уже много умею! — гордо выдала она, доставая персик. Где-то на планете были плантации этого фрукта, потому его проще всего было купить на рынке. Малявка положила плод на сведенные ладони… а потом медленно развела, оставив плод висеть на силовом щите. Не такой простой фокус, особенно для ученического ранга.

— Ты, как там тебя… Тесс! Должна в школе-интернате сейчас сидеть! — наклонившись к бронитке, прошипел Борк.

— Я оттуда сбежала, потому что ты мне сказал найти тебя здесь по прилету, — так же громко ответила дочь ведьмы. Еще и пальцем ткнула в грудь ковбоя, чтобы он точно не перепутал.

— Мелкая, ты не могла сама все это устроить, — дошло до призового охотника. Тестерадос постаралась, докучая своем спасителю просьбами принять её в ученицы все то время, пока призовой охотник вез сдавать рабов социальным Бруаса. И мужчина волей-неволей состави о малявке некое мнение. Которое только надо было вспомнить. — Ну-ка, скажи дяде Борку, кто тебя сюда привез?

— Она сама пришла, — Ная сняла с меня отвод глаз. — Совершенно самостоятельно вернулась на рынок и ждала вас. Так бы и умерла, если б я ей не помог. Кстати, я все записал. Файл уже на видеохостинге и через тридцать шесть часов станет публичным.

— Еще одна храбрая малявка! — аж восхитился абордажник. — Но её, понятно, защищает мое сдуру данное слово. Хотя наказать ученика я по всем канонам имею право! Но тебя ж щелчком пальцев размазать могу, а ты мне даже с головы шляпу не собьешь. Так что дай-ка мне планшет…

Он склонился передо мной, наивно полагая, что смог запугать. На понт взял.

«Из-ви-ни!» — одними губами проартикулировал я Тестерадос. Потому что обещал так не делать.

Мои фамильяры порскнули прочь, кроме Наи. А я — выпустил набранные в легкие воздух, одновременно не давая крику выйти из горла. Прямо в лицо ковбою. Тот не будь дурак перед собой держал щит — но модулированная витальная волна его словно не заметила, ударив человека в лицо. Нет, ничего я ковбою не сделал, да и не пытался. Легкое оглушение заставило его разогнуться и рефлекторно сделать шаг назад. Прямо через Зеленую, которая на мгновение стала осязаемой. Итог экспромта оказался немного предсказуем. Борк Рауль рухнул спиной назад. Правда, тут же вскочил.

— Больше никогда так не делай!!! — рявкнул он на меня.

— Обещаю, — со вздохом повторил я однажды уже данное Тесс слово.

— Хорошо, — кивнул ковбой, подбирая шляпу и отряхивая. — Давай знакомится заново. Ты кто такой?

— Меня зовут Ори, — я улыбнулся самой светлой из своих улыбок. — Одаренный, ранг ученик.

Так. Ну, была не была.

— Тоже хочу, чтобы вы меня учили!

— Послушай, пацан, — совсем с другой интонацией обратился ко мне Рауль. Он даже присел на корточки, чтобы мне не приходилось задирать голову. — Согласен, вы меня подловили. Понимаю, что твоя подружка горит жаждой мести после того, что с ней было у работорговцев. Но тебе-то зачем учитель, умеющий только драться? Зачем вообще продолжать обучение практикам Потока?

Придется сказать правду. Вернее, её часть.

— У меня… были проблемы с инициацией, — глядя в сторону, признался я. — Самостоятельно только и могу, что укреплять тело, ну и вот это… Что показал. Чтобы быть учеником не на словах.

— И ты предлагаешь мне взять вот такого тебя? — он одним пальцем надавил мне на подбородок, заставив повернуться к нему. — Я же боец. И буду учить как учили меня. Как солдата. А ты явно не такой, умник. Твой «крик» вот нисколечко не был похож на удар. Даже на попытку. И уж как исправить твою проблему — в душе не чаю.

— Ори, давай я ему покажу удар! — взмахнул в воздухе передними лапами Красный.

Ох. Нет.

— Вы просто мне покажите, как надо, — упрямо наклонил голову я. — Между солдатскими методами и никакими я выбираю солдатские.

— Мелкий. Поверь мне. Я вижу, что мое обучение будет тебя ломать. В тебе нет ни капли злости, нет агрессии. Мне придется сломать себя полностью прежде, чем дать ввязываться в самую никудышную драку. А драки — это все, что я умею! И назад уже будет не сдать, — повторил мне мужчина, не обращая внимание на прохожих и продавцов.

И я вдруг понял: он прав. Во всех ситуациях, где был выбор между атакой и другим действием я выбирал второе. Даже когда освобождал бронитку — вместо прямой атаки я выбрал поджег. И если Борк дело говорит…

— Ты не из тех, кто раз за разом ломает клетку, только чтобы не быть в ней, — еще раз вздохнул мой несостоявшийся учитель и разогнулся.

— Ори тоже попал на корабль торговцев людьми, но сам выбрался и их отправил на плаху! — возмущенно вмешалась в наш разговор Тесс. И только сказав, задумалась. — Ой. Это ведь не тайна была?

— Не тайна, — ответил я на требовательный взгляд. — Всего-то пробрался в рубку управления, когда все перепились и поменял маршрут назначения.

— Красивая сказка, — фыркнул призовой охотник, явно не поверив. — Может, еще и корабль назовешь, дату посадки и док?

— Скат-«девятка», двадцать два дня назад, — пожал я плечами. — Док не разглядел. Очень свалить быстрей старался.

— Ну-ну, — насмешливо листанул экран своего комма Рауль. — Есть такой корабль. Подробности…

Чем больше мужчина читал, тем сильнее вытягивалось его лицо.

— Так, — закрыл он страничку. — Вы, оба двое, со мной. Проверить кое-что надо.

Благодаря работе в доставке я, как и Тесс, уже неплохо знали рынок. В том числе приходилось доставлять булочки и на Арену — не только зрителям, но и работникам. Это заведение являлось не только спортивным объектом, но и работало как клуб для постоянных жителей фрипорта. Особенно пользовался популярностью всяческий мордобой: и посмотреть, и ставки поставить (только у официального букмекера!), и самому кому-нибудь втащить от души!

Нас с брониткой подобные развлечения по известным причинам не интересовали: тут выжить бы! А вот у Борка Рауля, похоже, здесь были серьезные связи. Во всяком случае охрана пропустила его и нас через служебный вход вообще без вопросов, и ориентировался он во внутренних коридорах как у себя дома.

На Арене, словно на космической станции, было все свое. Не только туалеты и ларьки с едой, но и гостиничные и жилые комнаты и блоки. Заблудиться в этом рукотворном лабиринте можно было быстрее, чем плюнуть на стену!

— Сито, лопух ушастый, гостей встречай! — заорал во все горло ковбой, расталкивая створки дверей, ведущие, как гласила надпись, в тренировочную площадку номер тридцать восемь. — Я по твою душу!

— Опять ты орешь, — недовольный голос разительно не сочетался с добродушным выражением лица вышедшего из подсобки эльфита. — Эти «лопухи» у меня на голове, ты не поверишь, для того, чтобы отлично слышать!

В карго-штанах, в рубашке с подвернутыми рукавами он смотрелся довольно чужеродно рядом с октагоном для боев без правил. Зато огромный шкаф, помеченный значком «медикаменты», соседствующий с приснопамятной капсулой медицинской гибернации прямо-таки кричали о том, какие тут проходят тренировки.

— Что это за милые детишки с тобой? — заметил нас с Тесс мужчина. В этот раз на лице его появилось участливое выражение, а вот голос стал таким равнодушным, будто мы пустое место.

— Ученица и второй соискатель на ученичество, — тем не менее, ответил Борк Рауль.

Эльфит задумчиво пощупал свое длинное ухо.

— Вот ведь незадача, ты меня действительно оглушил, — пожаловался Сито. — Мне послышалось, что ты сказал…

— Я. Взял. Ученицу, — процедил Борк. — И привел кандидата.в ученики. Хочу, чтобы ты его прогнал в стандартной проверке допуска для в турнирную сетку.

— Вот его? — эльфит на всякий случай в мою сторону. — Ему хоть семь есть?

— Меня зовут Ори! Мне шесть и три месяца, — попытался представится я, но услышан не был.

— Ты показываешь на солнечника, причем тут возраст, — ухмыльнулся ковбой. — Запуская давай свою лавочку, не тяни.

Думал эльфит недолго.

— Значит так, Ори, смотри сюда, — что-то набрав в своем планшете, подозвал меня мужчина. Одновременно вспыхнули лампы над октогоном. — Твоя задача выиграть первые два. Первый проверяет умеешь ли ты хоть что-то, второй — устойчивость к боли. Третий — выносливость и маневренность. С третьим противником нужно просто продержаться пять минут. Есть вопросы?

Что-то мне эти условия напоминают.

— Нет, все ясно.

— Тогда — заходи в восьмигранник, соискатель!

Глава 10

Бои

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Забавно, что я только сегодня сам для себя наконец внятно осознал — зачем хочу заполучить учителя. Самостоятельная инициация через условно контролируемую шизофрению как-то не беспокоила меня до того времени, как я выбрался с планеты, где родился и жил. Но стоило мне попасть назад в человеческое общество — и это обстоятельство где-то глубоко внутри моего подсознания стало… давить? Причинять дискомфорт? В общем, для меня «выучить все приемы, что знает обычный одаренный ученик» и «доказать, что я нормальный» сплелись между собой. И вот это желание привело меня сюда. В октагон Арены.

— Если мы твои фамильяры, а не глюки — технически, ты не сошел с ума, — высказал свое мнение Кер.

— То есть… — Ло даже остановилась и села на пол восьмигранника. — … Ори нас не придумал, а… родил?

Я споткнулся и едва не упал на совершенно ровном месте. Ра повезло меньше, он реально запутался в лапах и грохнулся. Правда, сразу вскочил.

— Рыжая, ты что такое несешь⁈

— По-моему — все логично, — удивленно посмотрела на Красного Оранжевая. — Нас не было, и мы взялись из придумки и разума Коррена.

Я сейчас сквозь землю провалюсь!

— Не «родил» а «призвал», мы ж фамильяры, — услышав мои мысли, поспешно предложил Синий. — Дал нам своей волей форму, поделился своими мыслями и чувствами с тогда еще не оформленными сгустками витальной энергии. И появились мы!

Фу-ух! Кер, ты меня спас! Ло меня чуть в могилу не загнала своей выдумкой!

— Думаю, скорее наш техно-романтик прав, — Ная выбежала чуть вперед и подмигнула мне. — Ведь чтобы кого-то родите, нужна пара. А наш Ори был один…

Как все-таки мне Зеленая всегда помогает!

— … Разве что это было вегетативное размножение. Как клубника «усы» дает.

Появившийся из служебных дверей мой тестовый спарринг партнер округлил глаза в прорези шлема, увидев, что я на него смотрю как утопающий на спасательный круг. Нет, тему-то подняли мои цветные друзья очень даже интересную. Я бы и послушал, и сам свои мысли высказал… Но не сейчас же!

— Господин менеджер, я что, вот эту малявку должен бить? — обиженно и возмущенно пробасил мой спарринг-партнер на первый бой.

Он для верности указал на меня рукой в боксерской перчатке. Здоровенный такой детина с простоватым лицом… насколько лицо вообще можно было разглядеть под шлемом «с щеками» вроде того, что защищает кикбоксеров. Надо признать, сотрудник Арены не выглядел легким противником и для взрослого мужчины. В том числе и потому, что его тело надежно защищал самый настоящий композитный доспех. Не боевой, правда, а явственно спортивный, причем предназначенный для защиты не только носителя, но и того, с кем тот будет драться. Потому что внешний слой брони представлял из себя что-то вроде резинового покрытия.

Ну да, логично. На этом этапе соискатель доступа на соревновательные бои должен показать, что умеет драться. Чего, как правильно заметил Борк Рауль, я не умею.

— Да мы его вмиг размотаем, Ори! — воинственно вздыбил шерсть Красный. — Тебе и делать-то ничего не надо. Смотри, ща я ему втащу!

— И как Ори тогда по-твоему будет у учителя базовые приемы узнавать? Если мы имитируем, что он сам справился? — осадила ударом хвоста по носу забияку Ная. И уже мне пообещала: — Мы тебя прикроем, не дадим ему тебя ударить!

— Он одаренный, а не простой ребенок! — тем временем Сито пытался выпихнуть моего противника на бой. — Иди и делай свою работу!

— Солнечник или нет, а детей я бить не нанимался! — стоял на своем одоспешенный.

Борк Рауль тем временем о чем-то распрашивал Тесс, изредка поглядывая в мою сторону.

— … Ладно, — сдался эльфит. — Снимай перчатки и лови, а не бей. Поймал — он проиграл.

— А чтобы выиграть? — Решил подать голос я. Правила-то мне никто толком не объяснил.

— Три раза свали с ног, не попавшись, — подумав, объявил мне Сито. — Ну или оформи нокдаун, так тоже можно.

И он ведь на полном серьезе — я про выбить сознание из здоровяка в шлеме и латах! Н-да. Забираясь в октагон, я совершенно не представлял, как буду сражаться. В прошлой жизни я всегда старался избегать мордобоя. Впрочем, мне-шестилетнему сейчас вряд ли помог бы опыт прошлого. Ведь я должен был победить, используя свои возможности Солнечника. Проблема в том, что у меня в арсенале только кулинарное воздействие витальной энергией. Даже «выкрик» я пообещал не применять… Хотя, постойте-ка.

— Три, два, один, — мой противник все-таки занял место на площадке. — Раунд!

Фамильяры расположились вокруг меня этакой коробочкой, готовясь защищать. Но я вдруг понял: могу победить реально честно. Дождавшись, пока громила окажется примерно посередине площадки, с места метнулся к нему навстречу. Мне пригодились буквально всё, чему я научился за время жизни на рынке Бруаса. Элементы паркура, и навык уворачиваться от людей, оказавшихся на пути. И витальное воздействие.

Броня — это здорово, но именно сейчас она помешала моему оппоненту меня схватить, когда я бросился ему под ноги, буквально у самой левой ноги проскользив по покрытию площадки, в последний момент подогнув собственные ноги. Его рука впустую сжала воздух, а вот моя ладошка мазнула по щитку его надколенника, выпуская энергию.

Что сделает колено, если жизненная энергия вмешивается в естественные процессы работы опорно-двигательного аппарата? Правильно, неожиданно для владельца подогнется. С криком спарринг-партнер завалился на один бок, а я уже обеими ладонями уперся сзади в его правое бедро. Едва успел, противник едва не сел на меня — но все вышло. Мышцы бедра напряглись, заставляя громилу окончательно потерять равновесие.

Бабах! Большой шкаф — громко падает! Меня опять едва не придавило — но я и теперь выскользнул. И успел приложить обе руки к шлему дезориентированного внезапным падением бойца Арены. «Взболтать мозги» можно не только «криком» но и с рук. Так даже удобнее, я с пальцев лучше выбросы энергии контролировать приноровился. Спустя бесконечно долгую секунду глаза противника закатились и он… громогласно захрапел!

— Считается? За нокдаун? — часто дыша скорее от нахлынувшего адреналина, чем от реальной усталости, на всякий случай спросил я. — Или еще добавить?

Кей, запрыгнувший на голову моего противника уже был готов приласкать того током в районе уха, чтоб наверняка.

— Считается, считается, — вместо менеджера Арены ответил ухмыляющийся Борк Рауль. — Сито, неси нашатырь. Пока маленькое чудовище твоего человека в летаргический сон не отправило или чего похуже.

Нашатыря не хватило, но все ж и до капсулы лечебной гибернации, хвала Звездному потоку не дошло.

— Ловко ты меня! — аккуратно пожал мне напоследок руку спарринг-партнер.

— Иди сюда, Соискатель, — а вот меня Сито зачем-то позвал как раз к раскрытой капсуле. — Снимай футболку и ложись. У твоего возможного учителя почему-то не нашлось твоей медкарты. Зато нашлись лишние кредиты тратить ресурсы нашего оборудования.

— Не пройдешь — должен будешь, слыш, Ори? — крикнул мне из своего угла Борк Рауль.

— А зачем это вообще? — осторожно спросил я.

Про себя думая, что конкретно лоханулся, не переписав данные с капсулы в укрытии родителей. Даже в голову не пришло.

— Программе надо подобрать силу тока и напряжение, чтобы у тебя сердце не остановилось, — ответ мне совсем не понравился.

— Меня будут бить током? — стараясь не выпустить в голос что-то кроме удивления, переспросил я.

— Мы еще посмотрим, кто кого будет током бить! — распушилась вдвое больше своего обычного объема Зеленая.

Синий, запрыгнувший на капсулу, ничего не ответил, просто поднял лапу и позволил искре сверкнуть в ней. Менеджер, услышавший тихий электрический треск, сунулся было к кабелю питания капсулы, но не увидел проблем.

— Показалось, — тихо сам себя уверил Сито.

Тем временем капсула закончила мое экспресс-тестирование. Для этого, оказывается, даже крышку закрывать не надо было.

— Боец на соревнованиях не только должен что-то уметь, но не «складываться» от малейшей боли, — пояснил мне менеджер. — Потому защита второго спарринг-партнера бьет током при любом касании. Чтобы его уронить в рукопашной, придется в получить как минимум несколько разрядов. Старайся не касается сразу двумя конечностям противника — ток может замкнуть цепь через них и тряхнет все тело, а нет только кожу на руке или ноге. Все, иди занимай место в октагоне.

— Бей с дистанции, — посоветовал мне Борк Рауль, успевший где-то раздобыть стакан с коктельной трубочкой. Перед Тесс лежала какая-то сладость, но девочка к ней не притронулась, все смотрела на меня. — Несколько раз замкнешь броню — и ты уже не боец. На этом даже взрослые сыпяться.

— Но у меня нет дистантной атаки, — напомнил я.

— Есть, есть, — ухмыльнулся солнит. — Ты уже научился выбрасывать из ладоней энергию. Просто делай это максимально резким толчком.

Что, так просто? Похоже, сейчас я это и узнаю: вот и второй противник.

Мужик в электрических латах не производил впечатление громилы. Средних таких размеров, угрюмый, неразговорчивый. Мне он просто кивнул, также как менеджеру.

— Правила те же: три раза уложить на пол или нокдаун, — на всякий случай повтори Сито. — Три, два, один… Раунд!

Ну, попробуем энергоудар. Я выставил руку, мысленно целясь в грудь оппонента — и резко толкнул собранную силу Потока. И прекрасно почувствовал отдачу — да! Вот только мой удар до противника не достал. Не достал он и когда тот подошел ближе, ближе, ближе…

— Ори, уклоняйся!!! — заорал мне Красный.

Это электро-мэн попытался меня с ходу ударить. Довольно медленно — я с запасом успел отпрыгнуть… и получил разряд в спину! Слабый, даже не особо болезненный — но без касания. Это был пробой через воздух! Мне стало нехорошо от одной мысли, что меня реально заденут.

— Учитель, это не работает! — рванул вдоль ограждения октагона я. Мне было достаточно выбраться за протянутые прорезиненные канаты — и буду в безопасности. И мгновенно проиграю.

— Ты помнишь, что я не твой учитель? — с долей издевки переспросил Борк Рауль. — Ты пока не прошел испытания.

— Ну хоть подсказку дайте!!! — перспектива бегать кругами от профессионального тренера Арены пока кто-то из нас не свалится от усталости меня откровенно не прельщала.

— Подсказку? — призовой охотник отпил из своего бокала. — Ладно, слушай. Звездный поток не доставляет энергию конкретно одаренным, она разлита вокруг точно также, как и та, что в тебе…

— Ай!!! — в этот момент я заработал еще один ожог электричеством, в этот раз уже пониже спины. Моя беготня, похоже, уже надоела спарринг-партнеру и он почти достал меня ногой в издевательском поджопнике.

— … Чтобы достать удаленный объект, тебе не надо дотягиваться до него собственной силой. Создай волну в окружающей энергии — и она докатится до цели сама. Как… ударная волна от взрыва в воздухе, если тебе это о чем-то говорит.

Я аж остановился, это услышав. Высказанное было столь очевидно, что я сам должен был допереть! Про то, что Поток течет буквально везде — это ж в самых детских комиксах уже узнать можно!

— Ори!!! — Кер и Ра бросились закрывать меня щитом, но нужды в защите уже не было. Я собрал всю доступную силу в руках… и резко ударил без удара, как раньше научился кричать без крика. Мысленно замахнулся, словно собираюсь шлепнуть по луже перед собой, создавая ту самую волну. Да, противник почти до меня дотянулся — но это уже не имело значения. Удар!

И вот тут я понял, что значит — быть одаренным. Мужика в доспехах с плоским рюкзаком источника питания на спине — снесло. Как будто в него на скорости километров в сорок в час влетел автомобиль. Моей энергии хватило, чтобы перекинуть спарринг-партнера через канаты октагона!

— Мать моя звездолетчица… — услышал я в наступившей тишине шепот Сито.

И все пришло в движение. Зеленая положила мне на плечи лапки, исцеляя полученные повреждения. Сотрудник Арены завозился и поднялся на ноги. Вух! Броня его спасла… и второй раз, когда автоматика выключила электричество после того, как он вылетел за ограждение.

Борк Рауль отставил свой коктейль и подошел ко мне, следом подбежала Тестерадос.

— Это что такое было?

— Э-э, удар? — стоя в октагоне я оказался выше призового охотника.

— Если б ты высвободил столько силы в удар, ты б своему противнику грудную клетку в позвоночник вмял бы, — «обрадовал» меня учитель Тесс. — Что ты такое сделал?

— Создал ударную волну, как вы мне и сказали, — я сделал движение руками, которое до того имитировал мысленно.

— Так вообще не должно было сработать, если я тебя правильно понял, — ковбой поморщился и стал массировать себе переносицу. — Даже не знаю, хочу я, чтобы ты следующий бой выиграл или нет. Пойдем, Тесс. Спросишь, когда я тебе разрешу.

Бронитка за спиной учителя изобразила мне пантомиму, что ей сказали молчать. Я кивнул: понял.

Тем временем Сито помог раздется одоспешенному и посадил на недавно занимаемое мною место в капсуле.

— Как он? — спросил я у менеджера. Его сотрудник теперь смотрел на меня с легкой опаской.

— На удивление в порядке, — покивал эльфит. — Можешь пожать ему руку, ты честно и чисто победил.

Мужчина так осторожно ответил на рукопожатие, словно это я бьюсь током, а не он.

Потом я вернулся в восьмигранник. Этот бой, насколько я помню предварительный брифинг, на маневренности и выносливость. Ну и кого выставят против меня в этот раз? Чем Сито в это раз меня удивит? Стоило электро-мэну покинуть помещение, через те же двери зашел… Что-о⁈ Человекоподобный робот⁈

Надо сказать, к роботам я уже привык. Дроны разных размеров, которые постоянно болтаются над рынком — роботы. В том смысле, что им не нужен оператор: нужно только выдать задание в рамках доступных возможностей и вовремя обслуживать. Точно так же работают чистильщики улиц — этакие роботы-пылесосы, разросшиеся в диаметре и вверх до формы цилиндра. Есть доставщики, причем как летающие, так и колесные, гусеничные и вовсе антигравитационные (эти космические корабли таскают). У всех есть голосовой интерфейс, все могут в простые диалоги в рамках своих функций.

Но вот андроидную машину за все эти дни я видел только одну. Собственно, у одного из старьевщиков, что продает роботов и их части. Как я понимаю, механический помощник был восстановлен в рабочее состояние в качестве этакой постоянно действующей рекламы: «смотрите, что я могу себе позволить!» И вот я увидел подобную машину в сборе во второй раз за месяц. На Арене. Причем собрали её как бы не там же, использовав части явно разных моделей. Ноги по цвету отличались от корпуса, руки подключили вообще разные. А голова…

— Опять ты! — невольно вырвалось у меня. Они присобачили к телу дроида голову от робота-телохранителя «Glora-X»! Того самого, что я при помощи Синего отключил от полетного компьютера в Скате. Видно, имущество торговцев людьми распродавали отдельно от корабля.

— Эй! Так не честно! — возопила Ло. Правда, никто из людей, кроме меня, её не услышал.

— Вот идиоты, — припал в низкой стойке к полу октагона Кер. — Они чем вообще думали, собирая такой «салат»? — Ори, скажи распорядителю, что так нельзя!

— Вы против меня робота с И-Эр выставляете? — повернулся я к менеджеру. — Как его вообще победить⁈ Без оружия, я имею в виду.

— Твой противник — время, — педантичным тоном отозвался Сито. — Пять минут уклоняйся от атак, парируй и не давай себя поймать. Даже если выкинешь его за канаты — я остановлю таймер и верну его назад.

— Это экзамен на мастера у клановых, вообще-то! — выпучила глаза Оранжевая.

— Не волнуйся, залита специальная программа, — словно услышав моего фамильяра, пояснил эльфит. — Да и сам видишь: машина не в боевой конфигурации собрана. Пожалуй, тебе еще и проще, чем взрослому, будет. Три, два, один… Раунд!

— Могли бы, я не знаю, танцевальный батл устроить — если на подвижность и выносливость, — пробормотал я себе под нос.

И последнее, что я ожидал — что робот это услышит.

— Принято, — внезапно ответила мне машина. — Смена режима тренировочного боя: танцевальное противостояние.

После чего от робота полилась ритмичная музыка. А когда пошел вокал высоким «детским» голосом — робот начал двигаться в такт. И хорошо так двигаться! Ная боднула меня головой — и я вспомнил, что, вообще-то, тоже учавствую. Наверное, стресс от предыдущих событий так сказался — но я просто отдался музыке, зеркально копируя движения механического партнера-соперника. Краем глаза заметив, что мои фамильяры тоже не остались в стороне и отрываются еще почище меня. Жаль, что их никто не ви…

Вспышка! С громким шелестящим звуком музыка вдруг стихла, и робот рухнул, где стоял с прожженной дырой в груди. Борк Рауль опустил свой чудовищный пистолет.

— Ну и зачем? — звучно вздохнул Сито. — Я бы вычел у наших робототехников из зарплаты за этот «прикол», а теперь тебе платить.

— Мне платить, — кивнул призовой охотник. — Арена будет мне платить за то, что выпустила против моего ученика андроида с присоединенным модулем искусственного разума.

— Ученика, значит, — посмотрел в мою сторону Сито.

— По общим правилам Арены поединок автоматически засчитывается победой, если вторая сторона выставляет не отвечающего ограничениям поединщика. Ори победил, когда сказал тебе, что робот несет запрещенный модуль.

— Голова от телохранителя «Глоракс», — подтвердил я, умолчав, что знать не знал про правила. — В ней модуль И-Эр.

— Вот, — показал менеджеру на своем коммуникаторе результат поиска по какой-то базе данных призовой охотник. — Дополнительный контур в голове. А ты предпочел пропустить предупреждение ребенка мимо ушей.

Тесс подбежала и молча обнял меня. Но говорить ей и не надо было — я все увидел в её глазах.

— Все равно можно было просто сказать, — попенял моему учителю эльфит.

— Еще секунда — и у меня бы от этой «музыки» карамель из ушей хлынула бы передернул плечами и одновременно ухмыльнулся Борк Рауль. — Да, можешь не молчать, ученица.

— И-и-и! Ори-и-и-и! Мы вместе-е-и-и!!!

— Нет, я передумал! Молчи!

Глава 11

Интерлюдия: Констанция Талани. Путь Матери

Год 1137 от начала Экспансии

Планета Фелгус периферии зоны влияния Ста Миров

Говорят: каждая женщина — ведьма. Это и верно, и неверно одновременно. Правда в том, что любая женщина на твоем пути может оказаться ведьмой. И ты об этом не узнаешь, если только она сама не захочет. Другая правда в том, что любая мать — немного ведьма. «Не рожала — не ведьма!» — так говорят среди женщин, выбравших этот тёмный путь. Что недаром из самой седой древности и по сей день он называется путем Матери. А что самое драгоценное может быть у матери? Только её дитя!

Констанция Талани отсоединила оптические линии от инженерного щитка весьма потертого Мула — выведенного в резерв а потом и демилитаризованного малого десантного корабля. Утерла честный трудовой пот. Старые корабли по мере обслуживания и ремонта обычно обрастают ворохом «костылей», а то и совершенно новых подсистем, заменяющих выбывшие старые. И хорошо если владелец хранит историю вот таких вот доделок. Обычно же на момент обращения владелец уже пару раз как сменился, и в душе не чает, что в его посудине накручено. Разбирайся как хочешь!

Вот Констанция и разбиралась. Опрашивала техническими кодами контроллеры, «пинговала» устройства на наличие-отсутствие, специальным софтом заново создавала план-схемы подсистем. А потом заново сопрягала весь обнаруженный и отдефектованный салат в единую систему. Инженер-информационщик — весьма сложная в освоении профессия. Требующая обширных знаний и некоторой доли творческого мышления. «Ты — настоящая волшебница, Талани!» — который год уже говорили коллеги. Она уже даже перестала про себя ухмыляться.

Личный флайер — довольно дорогое удовольствие. Но если ты работаешь на космодроме одной из периферийных планет Ста миров — из севших на вечную стоянку судов можно кое-что и покруче собрать! В механической части агрегатов Констанция разбиралась постольку поскольку — но тут коллеги помогли. И древний атмосферный тарантас обрел новые потроха. После синхронизации работы компонентов начинки — не стыдно было бы и на местные любительские гонки выставить!

Когда у тебя такая игрушка — плевать на расстояние до дому. Газ в пол — и через час сорок минут ты дома, пусть он и в соседнем климатическом поясе. Жила Талани в так называемой «женской эко-общине» — мелком полисе, как это в официальных документах пишется «меньше пятисот жителей». Все дома помещались на одну большую поляну посреди широколиственного субтропического леса. С особыми правилами нахождения на территории, как можно догадаться из названия. Нет, мужчин сюда пускали — по личному разрешению участницы общины. С девяти утра до пяти вечера, под личную ответственность владелицы дома.

Одно из самых существенных преимуществ миров Периферии — свободной земли немеряно! Населения на планете — один нормальный город заселить не хватит. Это тебе не миры-саттелиты, где все поделено между кланами и нужно платить конские налоги за любой чих. Которые, правда, уходят на содержание гарнизона и других централизованных структур Ста Миров. Где работает независимая от местных общин судебная система, сидит губернатор и твоя дочь получить высшее образование государственного образца…

Констанция, успевшая принять душ и заварить себе отвар ароматных трав, поморщилась. Не сдержалась. О дочери она себе даже думать запретила, пока та не вернется из лесного святилища. Тесочка ушла в инициацию довольно поздно, в восемь лет. В этом наборе она оказалась самой старшей — хотя некоторые соседские девчонки вымахали на голову выше в свои шесть! Возможно, гены сказывались — чистокровные брониты медленнее растут. И пусть в «Ведьминой роще» почти все жительницы так или иначе носят чешуйки на лбу — понятно, что все на самом деле метиски.

«Ведьмина роща», хех! Хочешь что-то спрятать — положи на виду. Ну и шила-то в мешке не утаить: у многих семьи и родня на планете. Могла бы быть и Талани — но не сложилось. Отец Тестерадос улетел на отремонтированном корабле даже не узнав, что стал папой. Да и сама Констанция этого тогда еще не знала. Старая как мир история. Которая не помешала ей стать счастливой матерью.

Месяц назад её кровиночку увез общинный флай-автобус: информация о нахождении святилища тщательно скрывалась старейшинами. Ну, насколько это вообще можно скрыть. Три месяца девочки провели со своей первой Наставницей, изолированные от всего мира — и сегодня должны вернуться. Чтобы фигурально не ходить по потолку, Констанция запретила себе думать о дочери и вся ушла в работу. Неплохую сумму подняла, кстати. И вот теперь, всего за пару часов до долгожданной встречи — не сдержалась. Ладно. Чего уж теперь.

Раскрыв бумажную тетрадь — никакой электроники в подобных записях! — Талани начала перечитывать собственный конспект, составленный еще во время беременности. Не имея родственников на планете, она не постеснялась растрясти подруг и досадить Старешинам, уточняя подробности обучения одаренной девочки.

Путь Ведьмы тем и отличается от пути Солнечника, что не требует какого-то особого учителя. Потому что не требует от адепта владения противоестественными навыками обращения с энергией Потока, а повторяет то, что происходит само собой. Никаких молний и огня, никаких силовых пинков — только сродство с живым. Именно потому ведьмовские общины выбирают планеты с развитой биосферой — на голых камнях следующих путем Матери и делать нечего. А вот в окружении даров природы — совсем другое дело.

Потому на инициацию и увозят девочек вдаль от цивилизации. Где даже коммуникатор нельзя ребенку дать, чтоб матери позвонил! Так, спокойно, спокойно… Скоро уже Тесочка вернется…

Старенький флай-автобус общины заложил неторопливый вираж и приземлился на центральную площадь. Где уже сбились во взволнованную группку мамочки-ведьмы. Талани уже успела наслушаться всякого. И даже втайне позавидовала матери близнецов: у той мало того, что был муж и жила она с ним в обычном полисе, изредка посещая свой общинный дом. Так еще и её отпрыск прошел инициацию в один день и теперь ездил к своему учителю как в школу: пару раз в неделю. Эх.

Тяжеловесная машина наконец-то выровнялась и опустилась на бетон. Пилот выпустил короткий трап и распахнул люк. Из которого в ту же секунду хлынула оглушающе вопящая волна малолеток! Мама! Мама! Мама-а-а!!! Смех, слезы, сопли (простудились-таки. В субтропиках! И почему Наставница не залечила?) Чумазые, у кого-то молочный зуб выпал, кто-то вещи потерял. Спустя считанные секунды маленькая толпа распалась на парочки, расходящиеся к домам… и Талани, оставшуюся одинокой!

Констанция, глупо пошарив глазами вокруг (как тут можно кого-то пропустить?) — ринулась в салон автобуса. Заскочила, закрутила головой. Пробежала вдоль ряда сидений — никого. Сунулась к пилоту.

— Сколько сели у Святилища — столько вышли, — сразу поняв в чем дело, развела руками пожилая ведьма.

— Моя! Где моя⁈ — едва не вцепилась в воротник женщины более молодая коллега по Пути. — Может, на посадочной площадке осталась⁈

— Ты знаешь, так не бывает, — сочувственно посмотрела на мать пилот. — Наставница говорит, сколько привела. Я столько же и высадила.

— Тогда где моя Тестерадос⁈

— Если Наставница её не привела… Мне очень жаль.

Талани не прощаясь выскочила прочь.

Быстрые расспросы вернувшихся детей не принесли никакой позитивной информации: Тесс просто пропала. Задолго до возвращения основной группы. Пропала ночью. Наставница сказала, что так надо. И все подумали, что её заранее отослали домой. Еще завидовали… Означать это могло либо то, что живущая в святилище старейшина по какой-то причине решила оставить Тестерадос на дополнительный срок. Либо… Констанция сжала кулаки, справляясь с приступом холодной ярости. Она не будет судить по себе. Она не станет решать заранее. Она узнает ответ сама. И по результатам узнанного будет что-то решать и действовать. Не раньше.

Координаты посадочной площадки у «тайного» святилища узнать проблем не составило — вот не надо, польстившись на нахаляву, поручать бесплатно чинить общинный автобус. Талани тогда сразу впихнула в систему диагностический блок с техническим приемопередатчиком ближней связи*, чтобы в следующий раз не ползать по потрохам машины с пучком оптических коннекторов в зубах. Сейчас флай-автобус перелетел с площади на свое парковочное место — но такое плевое расстояние снять данные не помешало. А данные-то интересные оказались.

То, что транспорт колонии закидывает припасы в святилище — причем не там, где высаживает неофитов и принимает молодых ведьмочек — логично. Одаренность-одаренностью, но таскать продукты и всякое — занятие не самое приятное. А вот третья точка в относительной дали посреди леса — это вот что? На карте, составленной государственным сателлитом Фелгуса и регулярно обновляемой — ничего. Значит, надо сначала наведаться туда. Но прежде…

Констанция вышла вышла в сад, разбитый прямо за домом. Прошла вдоль кустов, выбирая длинные прямые ветви, которые буквально падали ей в руки — и получила десяток живых стрел. Да, ведьмы слабы в боевом плане по сравнению с солнечниками — но это не значит, что не могут нападать и защищаться на расстоянии. Последним «сорванным» объектом оказалось невысокое — в рост хозяйки сада — деревца. Под рукой ведьмы отбросившее корни и ветви, оставив в её руках посох. Способный в считанные мгновения согнуться в живой лук!

Последним штрихом под юбкой обвила ремнем бедро кобура скрытого ношения. Плоский пистолет с коротким дулом мог сделать пять выстрелов до перезарядки — но какого калибра! Палец в ствол можно засунуть было. «Подарок» неизвестного контрабандиста, чей корабль оказался на разборке. Талани повезло первой найти потайной отсек — и содержимое она закрысила. Преимущество отсутствия централизованного контроля властей, ага. Остается только отрубить транспондер во флаере — и к разборкам готова. И если Тесс хоть чешуйку поцарапала…

[*Что-то вроде нашего Блютуса, только с достаточно большим радиусом подключения.]

* * *

Констанция посадила свой флайер на грузовой площадке святилища. Тоже замаскированной, разумеется — но по координатом её найти ничего не стоило. Молодую женщину буквально трясло от ярости и совсем немного от безысходности. Что не помешало выйти, забрав лук и стрелы. Куда идти — догадаться было несложно: тропу натоптали такую, что хоть на тракторе катайся.

Она, как и планировала, посетила сначала дальнюю точку. Там оказалась тщательно замаскированная площадка для приема космических кораблей малого тоннажа. По следам выхлопа атмосферных двигателей инженер-информационщик влет определила тип и модель судна. Запросила сателлит и нашла запись двухмесячной давности о корабле этой модели. С подменным АйДи — потому что она уже чинила такой борт как раз-таки по просьбе общины, и номер корпуса не совпадал.

Тогда она не стала интересоваться, почему камеры в трюме «не совсем законных перевозчиков» не просто отключены, а физически разбиты. Там много чего не работало. А вот теперь как-то сразу получилось совместить — лишь только она разрешила сопоставить факты без шор на глазах! Оставалось лишь получить ответы на очень неудобные вопросы из первых уст.

Тропа привела Талани на заботливо укрытую кронами бравов поляну для тренировок. Сразу за ней стоял общинный дом, где жили и наставница, и ее ученицы. Показательно простой даже для лишенный всего электронного и механического жилища, как бы сообщающий — это просто место, где отдыхают. Не больше и не меньше. Кстати, об электронике.

По пути Констанция обнаружила несколько миниатюрных следящих дронов — вопиющее дилетантство со стороны тех, кто желает что-то спрятать в бесконечности густого леса. Их же даже её комм засек, в котором вообще нет никакой специальной аппаратуры — только рабочий софт! И, главное, что толку? Вот видит сейчас Граммера, как она движется к святилищу. И что? Подмогу вызовет? Против одинокой ведьмы своей же общины? Так нет, это ж такой позор будет — сразу из старейшин на социальную пенсию от общины выпрут. Пенсия, надо сказать, по старой ведьме горючими слезами плачет. И нет, конечно, противница знает, зачем здесь молодая мать. Гадает, разве что, как много ей известно.

Стоило Талани выйти на тренировочную площадку, как дверь дома, скрипнув, отворилась. На порог, тяжело опираясь на посох, вышла старая, очень старая женщина. Кажется, с момента, когда гостья видела ее в последний раз, всего несколько месяцев назад, она стала еще уродливее.

Граммера, похоже, специально делала свою внешность настолько отталкивающей. Ведь что ей стоило, к примеру, помыться и собрать седые космы в аккуратную косу? И надеть не этот древний балахон, обтрепанный далеко не только по подолу. Получилась бы вполне милая старушка, а не эта страхолюдина, да еще воняющая так, что нос Талани улавливал миазмы разложения и тухлятины через разделяющие их десять метров.

Но в таком виде гораздо проще внушать страх маленьким девочкам.

— Зачем ты здесь? — спросила Граммера. Недоброжелательно, но не враждебно. Как играет! Словно ее вовсе не насторожил приход бывшей ученицы, а лишь возмутило нарушение правил. — Это место учебы и ведьмам здесь места нет. До тех пор, пока я их не позову.

Но несмотря на этот уверенный тон, Поток подсказал Талани, что старая ведьма боится.

— Где моя дочь? — спокойно спросила она, хотя внутри все клокотало от сдерживаемой ярости.

— Я не должна перед тобой отчитываться, младшая! — тут же повысила голос грымза. — Я Старейшина! А ты лишь одна из многих.

— Это лишь должность, по силе ты мне ровня, — обманчиво-мягко поправила старуху Констанция и качнула посохом. — Если, конечно, деменция не отняла у тебя и то, что раньше было в твоей власти.

— Дерзишь, — скривилась Граммера. — Дерзишь той, кто видел ваших матерей сопливыми девчонками…

— Но только не мою мать! — рявкнула на мгновение потерявшая над своей яростью контроль инженер-информационщик. Но все-таки смогла вернуться к издательскому тону. — Память отшибло? Так я помогу! Говори, где моя дочь!

— Это не твое дел…

— Не играй со мной, Граммера! — перебила Талани. — Я знаю, что Тестерадос здесь нет. Я хочу узнать, где она. Отвечай, куда она пропала два месяца назад!

— Она там, где должна быть! — слово «должна» старая ведьма выделила особо, подняв голос. — И я не обязаны отчитываться даже перед Советом общины. Как я провожу обучение, и куда отсылаю слишком строптивых или слишком трусливых учениц…

Констанция вдруг поняла, что старуха словно прячется за словами. Неужели рассчитывает, что мать, потерявшая дочь, просто развернется и уйдет? Похоже, совсем выжила из ума!

— Хорошо, тогда я спрошу по другому, старейшина, — на этот раз Талани позволила части своей ярости прорваться сквозь барьер контроля, отчего наставница изменилась в лице. — Куда Бивер должен доставить Тестерадос?

Зрачки Граммеры расширились. В точку! Гребанная старуха!

— Так ты посмела отправить мою дочь пройти гребаное «чистилище»⁈

Общины ведьм раскинуты по обитаемым планетам периферии и окраин Ста миров. Разумеется, они поддерживают между собой связь. Ведьма, покинувшая одну общину обязательно найдет себе место в какой-нибудь другой. Однако, надо признать, очень редко старейшины эту связь используют для того, чтобы «не дать сбиться с пути» сильной своевольной ученице. Или избавится от «лишней». Особенно если у неё нет матери и других близких родственников. Все просто: ребенку ломают психику, отдавай работорговцам. Несколько недель в клетке — и её «спасает» другая ведьма на другой планете. Вот и все, остальное сделает импринтинг. А у общины со временем появится новая сильная ведьма. Называется этот прием «пройти чистилище».

Сама Талани никогда бы не раскопала это грязное белье — но в маленькой общине очень тяжело что-то скрыть. Особенно в женской компании, сплатничающей под бокал-другой местного вина. Но она даже в страшном сне не думала, что с её дочерью у неё за спиной такую гадость провернут!

— Стой, где стоишь, младшая! — взвизгнула старуха, сообразившая наконец, что её прямо сейчас будут убивать. — Предупреждаю тебя!..

И тут же нанесла удар первой. Констанция краем сознания отметила этот факт: дроны записали этот факт и старой мрази теперь не пенсия грозит, а экскомьюникадо. Впрочем, трупу будет уже все равно.

К чести старейшины, атака была молниеносной! Мозги она, может, и растеряла — а вот рефлексы остались на высоте. Талани даже не заметила, как морщинистая рука нырнула под балахон, и вытащила оттуда живой снаряд. Одно слитное движение — прекрасная демонстрация для маленьких девочек — и стрела уже срывается с самостоятельно натянувшейся тетивы посоха-лука. Вот только Констанция даже не пыталась выступить в перестрелку. Бам! И стрела срикошетила от силового щита из арсенала приемов солнечников.

— Куда бивер увез мою дочь? Где её «выкупили»? — размеренно шагая и принимая стрелу за стрелой на удерживаемый щит потребовала лишившаяся дитя мать. Один из живых снарядов удачно для старой ведьмы ушел вверх — и, извернувшись змеей, спикировал на Талани. Но та даже не стала ловить его взглядом, отмахнувшись посохом. Связь с природой — обоюдоострое оружие: макушка живого оружия сама собой «нащупала» живой снаряд. Который так и остался там торчать, на глазах высыхая и коробясь.

На самом деле, слабый щит солнечника можно пробить живой стрелой — это ведь достаточно медленный снаряд, не то, что пуля, и из твердой материи, а не молния или сгусток плазмы. Секрет лишь в угле атаки. Но старуха-старейшина сама в боевых столкновениях участия никогда не принимала. Во всяком случае против кого-то сильнее недавно инициированной маленькой девочки.

— Думаешь, победила⁈

У силового щита, наискось удерживаемого Констанцией был один недостаток. По сути это была плоскость. Твердая невидимая плоскость, этакий прямоугольник метров трех по длинной стороне. Бок он только один частично прикрывал, спину и голову сверху он закрыть не мог никак. А два и более щитов стоящая на ранге ученика пути Солнечника молодая ведьма удержать уже не могла.

Потому когда разлетевшиеся и воткнувшиеся в землю и деревья стрелы старухи вдруг одновременно стрельнули в женщину с сумасшедшей скоростью растущими побегами — отбить посохом она сумела только один. Правда, очень быстро разорвала остальные — но те сделали свое дело, пробив кожу и впрыснув редкий растительный яд.

— Стрелы из ункии? — оценила Констранция. — Где только достала, старая маразматичка.

Отравить ведьму биологическим ядом — постараться надо. К большинству часто встречаемых у следующих путем Матери природный иммунитет, которым делится сама Природа-мать. Но есть редкие исключения, которые на ограниченное время создают эффект отравления. Особенно если многократная интоксикация пришлась на одно место: открытые щиколотки ниже края юбки.

Правильно подстраховалась карга: удар быстрорастущих лиан очень слаб, вполне могли не пробить одежду или запутаться в волосах. А так инженер-информационщик оказалась вынуждена была опереться на посох, чтобы не упасть, не в силах переставить временно оцепеневшие ноги. Чем и воспользовалась старейшина: быстро сблизившись и уперевшись в щит, она воткнула в него посох и принялась давить. А чтоб противнице было труднее оказать противодействие — заговорила:

— Никто твою дочку не купил! Корабль сначала не вышел к контрольной точке, а потом и вовсе всплыл в продаже как захваченный приз!

— Планета! На какой планете его продали⁈ — взвыла Талани. — Отвечай!!!

— На коленях попроси!!!

К несчастью старой ведьмы молодая не потеряла контроль над ситуацией. Как уже и было сказано — тесная связь с природой в стычке ведьм играет на руку обеим сторонам. Может, Талани и не могла понять, что происходит в верхушке посоха Граммеры, который та сантиметр за сантиметром продавливала сквозь щит — но вот понять, что это «что-то» вот-вот сработает — вполне. И просто в доли секунды переставила преграду на полметра ближе к себе. Почти вплотную! И подлянка сработала в пустоту. Нет, не так. Древесина, накопившая в полостях естественную взрывчатку, рванула перед барьером — и тот отбил все в старуху.

Старейшину, не ожидавшую такой подлянки от противницы, сбило с ног и отбросило метра на полтора, причем искалеченный посох-лук отбросило в другую сторону. Повезло еще, что только две деревянные картеничны ударили её тело. А вот Констанции, не проверни она свой фокус, достались бы все.

— А я ведь тоже умею так умею, — доверительно сообщила молодая ведьма старой, поднимая посох и вытягивая стрелу из заплечной сумки. Её ноги уже достаточно отошли, чтобы принять устойчивую позу. Тем более к старейшине она подходить пока и не собиралась: мало ли что у той на крайний случай припасено. Включая боевую грибницу, вживленную в кору. Раз уж все равно грязнуля решила благоухать как будто уже стухла.

Наработанные рефлексы не подвели Талани. Пять стрел почти в упор в хорошем темпе… и с ровно нулевым результатом. Четыре старейшина смогла заставить повернуть прямо в полете и только одна ударила ей в руку… и отскочила, не воткнувшись. За долю мгновения перехватив контроль над снарядом, карга заставила его острый наконечник стать тупым и мягким.

— А-ха-ха-ха, так кто там сильнее, ты говорила? — каркающим смехом торжествующе рассмеялась Граммера и села, явно собираясь вставать. Раны от картечин у неё уже перестали кровоточить.

— И действительно? — нарочито задалась тем же вопросом Констанция, доставая пистолет из кобуры скрытого ношения. — Кто же?

Удобно стрелять, когда есть лазерный целеуказатель. Наводишь «зайчик» от излучателя на нужную часть тела врага и жмешь спуск.

— А-а-а-р-я-я!!! — попадание разворотило левое колено старухи, практически перебив ногу. Но несмотря на нереальную боль, той хватило сил мгновенно вырастить прямо под собой тугую лиану, перехватившую поврежденную конечность на манер жгута выше чудовищной раны. Видимо, она же и впрыснула обезболивающее.

— Говорят, щиты помогают от пулевых ранений, — задумчиво произнесла Талани. Дождалась, когда её противница вытянет руку с характерно раскрытой ладонью в её сторону… и вторым выстрелом разворотили второе колено. Не хватило размеров силовой преграды, щит у старейшины получился крохотный. Завалившись навзничь, раненая старуха все же смогла повторить свой фокус с живым жгутом — но окончательно растеряла концентрацию и её недощит вообще схлопнулся.

— Кеналева, планета Кеналева! — закричала она. — Там продавали захваченный транспорт на аукционе! Выставил некий Борк Рауль, призовой охотник!

— Теперь мне этого мало, дорогуша, — задумчиво водя лазером по телу противницы, но по-прежнему не приближаясь ближе чем на два метра, проговорила Талани. — Вдруг ты соврала? Дай-ка мне админские права к твоему дата-хранилищу.

— Подавись! — старуха достала откуда-то из складки своего потрепанного балахона комм. Активировала, проведя рукой над проекционным экраном. Попыталась кинуть им в Констанцию, но не добросила.

— Спасибо, — вежливо поблагодарила молодая мать… и разнесла голову обидчицы как гнилой арбуз!

То, что прибор уже мертвой противницы чем-то заражен можно было определить только по едва заметному налету. Но Талани не стала его подбирать: просто провела своим коммуникатором над трофейным. Полюбовалась надписью «данные синхронизированы».

— Технический пароль оставлен с завода надо менять, об этом даже в руководстве пользователя написано, — с поучительной интонацией обратилась она к обезглавленому трупу. — Правильно я тебя грохнула. Ламеров учить надо! Так, Борк Рауль говоришь?

Глава 12

Учитель

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

На удивление, вся эта кутерьма с испытанием в отборочных боях закончилась меньше чем за час. Хотя внутренне ощущалось — словно целая эпоха минула! Для нас, но не для учителя. Как только Борк Рауль утряс им же и созданные разногласия с менеджером арены — сразу повел нас за покупками. Так и сказал:

— Мои ученики не могут ходить в обносках!

И зашагал прочь, даже не глядя, последовали мы за ним или нет.

Я несколько секунд так и простоял на месте, оглядывая себя и Тесс. В смысле, в обносках⁈ И у меня, и у бронитки чистая, опрятная одежда — мы как бы в сфере услуг работали! Кто бы иначе доверил нам еду разносить? А новоявленный учитель повел себя так, словно мы были парочкой оборвышей! Обидно!

— Ори, отомри! Иначе вам бежать за вашим наставником придется, — похлопала меня лапкой по бедру Зеленая.

Точно. Надо делать, что говорит Учитель. Иначе ж нахрена я столько сил потратил, заставив принять себя как ученика? Странное указание? Но, конце концов, что я знал про этого мужчину? Что он одаренный ранга Мастер и призовой охотник — вот и все, пожалуй.

— А, ну еще характер у него, как у одинокой, забытой внуками бабули, которая день за днем проводит на лавочке у подъезда, третируя проходящих мимо людей, — фыркнул Синий, перешедший с шага на трусцу, чтобы не отстать от нас с Тесс. Подумал, и совсем другим тоном произнес: — Но… Это, наверное, от долгого одиночества, да?

М-м-м… А что, логично. В конце концов, могут у мужика него быть свои представления о том, как должны быть одеты его дети? А мы, как ученики, теперь вполне его дети. Могут. Даже, пожалуй, должны быть. Получается, это проявление учительского долга и заботы!

— Да ладно грузится уже! — довольная Оранжевая несколько раз подпрыгнула, обогнав меня, а потом и вовсе пошла хвостом вперед! — Давай сначала просто понаблюдаем. Весело же!

Дальнейшие события показали, что угадал Кер, а не я. Началось все сразу же после выхода с арены. Борк Рауль начал брюзжать. Тихонько, за пределами слышимости, то есть сам себе — но я вполне мог разобрать отдельные слова благодаря опять устроившейся на плече у охотника Ло. А уж из них можно было без труда составить и суть им сказанного. Если есть опыт взрослой жизни, конечно.

— Да что же такое! Ну и как тебя угораздило совершенно самостоятельно так встрять, Рауль? Вот чем я думал, когда разбрасывался обещаниями? Совсем раскис на гражданке: «девчонка мелкая, ничего не соображает». Так она и второго за собой привела! Нет, с одной стороны девка боевая, а пацан в другом смысле перспективный… Но двое детей на шее — это ж караул! И куча расходов! Дополнительная жилая секция, плюс одежда… Еда еще! Детей же надо как-то правильно кормить, а у меня тут не столовка шараги. Или этих после Рынка уже не надо? Небось все жрут, что не дай. Ох, надо и вторую на диагностику в капсулу загнать. Поток потоком, но проверка не помешает. Лучше так, чем на лечение потом тратиться!

Ну, примерно так. Не поручусь, что звучало все именно так, но общий смысл монолога нашего учителя сводился к тому, что он не очень доволен свалившейся на него обузой.

— А еще он тот еще жмот! — припечатал Красный, который тоже видел начальные ставки на корабельном аукционе, когда мне для участников пришлось туда булки таскать.

— Дурак, — необидно фыркнула Зеленая, умудрившаяся улечься у меня на плечах и свесить лапки мне на груди и живот. — Бережливость — наоборот, хорошая черта характера.

— С такими доходами, как у Борка, можно себе позволить не экономить, — отмахнулся Ра. — Ты видела, за сколько уходит даже самый побитый хлам в форме космического корабля с молотка?

— А ты видел, сколько стоит обслуживание своего звездолета? — вопросом на вопрос лениво ответила пригревшаяся на мне Ная. — Сам же смотрел, как учитель Ори заказывал и оплачивал услуги. Так он, наверно, еще и осведомителям платит, чтобы знать, где очередного работорговца перехватывать.

— Сто процентов платит, — подтвердил Синий. — Надо довольно точно знать, где цель выйдет из гипера. Иначе просто можно не успеть догнать: приз уйдет в следующий прыжок.

— Вот я и говорю: бережливость! — оставила за собой последнее слово Зеленая.

Уверенность Наи получила подтверждение в первом же магазине одежды, куда мы зашли. Мастер-солнечник долго бродил между рядами с вещами, внимательно разглядывая их, но не менее пристально глядя на ценники. И лицо его при этом досадливо кривилось. Будто он заранее прощался с кучей кредитов.

Мы с Тесс старались вести себя тихо, и выборе не участвовали. Я больше за Борком наблюдал, а девочка просто глазела по сторонам, лучась от счастья. Для нее все выглядело предельно просто и понятно, как сюжет комикса для детей: бродяжка-одаренная нашла учителя, и теперь все будет хорошо. Долго и счастливо!

К моему удивлению — а я ждал именно этого — охотник не стал хватать самые дешевые вещи. Вместо этого он взял несколько комплектов одежды из ценовой категории гораздо выше среднего. Долго вертел их в руках, изучая качество изготовления и материал. И лишь после этого направился к терминалу с продавцом.

Но не стал оплачивать покупки сразу, а сначала погрузился в изучение информационных панелей рядом с кассой. Там, сменяя друг друга, крутились несколько рекламных роликов про всякие «предложения дня», «невероятные скидки» и акции. Наставник просмотрел их все. И только после этого положил выбранные вещи перед продавцом, и ткнул пальцем в инфопанель.

— По акции «Три плюс один». — сказал он угрюмо. — Каждая четвертая вещь в подарок.

Худощавая эльфитка, стоящий за прилавком, кивнула и стала сортировать покупки. А я в этом месте едва сдержался, чтобы не зафыркать от смеха. Ну смешно же! Гроза пиратов, одаренный солнечник, в одиночку берущий на абордаж суда работорговцев — и акция! Дикий диссонанс. Оказывается наш учитель ходил между рядами так долго, потому что искал ценники определенного цвета. Те, которые участвовали в акции «Три плюс один».

Нет, ничего плохого в этом нет, я и сам получил хорошую прививку от мотовства — жизнь на рынке и самостоятельное ведение нашего с Тесс совместного бюджета научили. Но подобного поведения ждешь от какой-нибудь домохозяйки, которая знает все «счастливые часы» в окрестных магазинах, а в скидках разбирается, как бог. Но не от сурового космического ковбоя!

Это как если бы канадский лесоруб с бородой и огромным топором за спиной пришел в продовольственный магазин и стал ругаться с продавцом по поводу просроченного йогурта. Да он даже не должен знать про такую штуку, как йогурт! Захотел молока — взял корову и стал пить молоко прямо из нее. До тех пор, пока она не закончится.

Звери, подглядывающие за моими мыслями, так и покатились по полу торговой точки от смеха.

— Вот ты выдал, Ори!

— Двести девяносто шесть кредитов. — меж тем озвучила сумму покупки эльфитка.

— А скидку для оптовиков? — тут же отреагировал наш учитель.

— Но тут не оптовые объемы…

— Свыше десяти предметов, согласно таможенному кодексу фрипорта, является оптовой партией.

Дальше пошел торг, глядя на который мне стоило большого труда не заржать в голос. Или не начать аплодировать. Видно, моя детская сторона личности и взрослая тут не сошлись в эмоциональном ответе. А вот Ра и Ло скрываться не нужно было и они веселились на все деньги. Отчего мне еще сложнее было удерживать покерфейс. Вот Синий и Зеленая наблюдали за Борк Раулем с уважением. Кер вообще сидел словно на семинаре под названием «Умение торговаться для чайников». Разве что только не конспектировал.

Через пять долгих минут, когда призовой охотник, суммы вознаграждения которого исчисляются цифрами с четырьмя, а то пятью нулями, получил скидку аж в тридцать два кредита, мы наконец покинули магазин.

— Так, теперь коммы. — пробурчал наставник, без зазрения совести вручивший нам пусть и не тяжелые, но объемные свертки с одеждой. — Туда!

И двинулся по улице в сторону квартала, где торговали электроникой.

— А зачем нам коммы? — удивилась Тесс. — У меня же есть. А у Ори — планшет.

— Барахло. — не оборачиваясь бросил Борк Рауль. — Вы мои ученики, и не должны меня позорить подобным хламом.

Я все-таки хмыкнул, не удержался. Как в одном человеке могут непротиворечиво уживаться подобное заявление и торг за тридцать два кредита?

С коммами история повторилась практически полностью. Охотник сразу же направился в секцию бэушных устройств, а там остановился у витрины с восстановленной техникой из категории «премиум». Стоила она в два раза дешевле, чем такая же, только с прилавка, где лежали новые девайсы. Ожидаемый выбор, но теперь Борк Рауль пошел еще дальше. В этом магазине, как оказалось, работал его знакомый продавец.

— Сделай мне скидочку, Гонти. — произнес наш наставник, выложив на прилавок выбранные коммы.

— Не делай мне смешно, охотник! — отреагировал грузный солнит с улыбчивым лицом. — Они и так со стенда с восстановленной техникой. Куда уж дешевле?

— А если подумать?

— О чем это?

— Ну хотя бы о том случае, когда один неравнодушный человек спас задницу другого, но очень жадного человека, от штрафа. За торговлю контрафактом…

— А потише нельзя? — тут же перешел на шепот торговец. — Тут люди, вообще-то! Ладно, я скину пять процентов…

— Двадцать!

— Ты в своем уме, Борк⁈ Это, на минуточку, «Туран-300»! Очень качественная, практически неубиваемая модель.

— Но она бэушная.

— У одной был поврежден чип связи, а у второй модуль воспроизведения звука. Все заменено, фирменными, кстати, деталями!

— Не чеши, Гонти! С каких это пор ты делаешь ремонт с использованием фирменных расходников? Возишь, небось, с Ороны? Или местные лабы делают?

— Хватит! Десять процентов, но больше ты от меня ничего не получишь!

— Пятнадцать, и я расплачиваюсь наличкой и сразу ухожу.

— И мы в расчете за тот случай!

— Да, конечно.

Кредиты перекочевали из рук охотника в кассу торговца, и мы, вместе с довольно улыбающимся наставником, покинули магазин. Ну, что сказать. Наставник, конечно, красавчик. Хоть и невероятный жмот, но все же вещи выбирал действительно качественные и надежные. Интересный у него характер. Правда, если мы так будем продукты покупать, то есть риск помереть от голода, наблюдая за тем, как он торгуется за каждый персик.

Кстати. Раз уж я подслушал сетования призового охотника о том, что мы ему на шею взобрались и ножками оттуда махаем…

— Очень удобная поза! — мурлыкнула мне в ухо Ная.

То надо показать Борку Раулу, что мы тоже кое-что можем! Наверняка это его как минимум немного порадует.

— Учитель. — на ходу обратился я к нему. — Мы с Тесс не обуза. У нас есть работа и мы способны сами себя обеспечивать.

— Что за работа? — хмуро откликнулся тот. — Стоп.Ты, кажется, говорил уже. В доставке?

— Да. Мы оба работаем на одного булочника по имени Ганис.

— Знаю такого, — слегка просветлел лицом мастер. — Пройдоха каких мал… Я хотел сказать — по здешним меркам очень порядочный предприниматель. Но платит, наверное, немного?

Спорю на тарелку супа, что Тесс в этот момент ждала ответной реплики вроде: «Я взял вас в ученики не для этого! Вы должны постигать пути Потока, а не тратить время на доставку булочек!» А наш такой: норм, мелкие. Только, мол, совсем копейки вам там платят.'

Больно смешное выражение у бронитки на лице появилось. Но девочка продолжала честно молчать: отмены приказа, полученного еще в помещениях Арены, не поступало.

— Нам хватало, — уклончиво пожал я плечами. Подумал, и на всякий случай закинул удочку: — Тесс умеет хорошо готовить. Мы хотели, чтобы Ганис взял ей поваром. Он обещал подумать об этом после того, как закончится испытательный период.

— Вот как? — Борк Рауль перевел взгляд с меня на тут же смутившуюся бронитку. — И насколько хорошо? Что молч… А! Да можешь говорить уже!

— Меня мама учила… — девочка еще больше покраснела. С самопрезентациями у моей напарницы всегда было не очень хорошо.

— Лучше, чем большинство поваров с фрипорта. — ответил я за неё. Подумал, и осторожно намекнул: — Это она научила меня выпускать энергию управляемым потоком из пальцев.

Поймет, нет?

— Ах, даже так? — словно заново увидев ученицу, склонил голову набок наставник. Посмотрел на меня. Поправил съехавшую шляпу.

Так и думал, что волей-неволей копающийся в грязном белье межпланетного сообщества охотник не может не знать про темные пути.

— Да. Теперь я тоже умею готовить — но не так хорошо, как Тесс. Так что, если у нас получится добиться повышения, в общий бюджет мы сможем приносить больше. И не придется тратить на наше содержание лишнего.

— Ой, да какие там траты! — беспечно отмахнулся человек, душнивший с продавщицей за тридцать два кредита. И тут же, опровергая первую свою фразу, добавил. — Но идея хорошая. Давай сходим к Ганису и поговорим про новую должность.

Замечательный человек наш новый учитель. Душевный! Красный даже специально остановился, чтобы приложить лапу к морде.

При булочной Ганиса был небольшой зал для тех, что хочет сразу скушать только что купленную плюшку или пряник. Мы туда в первый раз за все эти дни попали как посетители: наставник и хозяин заведения нас туда усадили. И даже выставили чайник с чаем и выдали по булке. Вкусной! Сами же побеседовать предпочли приватно — но разве от моих фамильяров можно что-то скрыть?

— Дружище. Ты ведь понимаешь, что мои ученики не должны работать как дешевая обслуга? — не размениваясь на расшаркивания сходу начала давить Борк Рауль. — Тем более, за те гроши, что ты поставил им как зарплату.

— Совершенно с тобой согласен, мой друг, — в тон ему ответил корнит. — За обоих плати двойную неустойку, и я совсем на тебя не обижусь!

— Неустойку, говоришь? — прищурился солнит.

— Именно, — широко улыбнулся кондитер, судя по всему прекрасно понимая, что давит на больную мозоли охотника.

— Неустойка не платится на испытательном сроке, законник, — заставил подавиться своей же улыбкой.

— А я их уже принял, — с немного застывшим оскалом оправдался корнит.

— Ганис, ты думаешь, я бухгалтерских правил не знаю? — теперь и призовой охотник показал зубы в угрожающей улыбке. — Если ты их принял, что заплатил как раньше?

Вот этого Борк Рауль знать не мог. Но, видимо, слишком хорошо знал оппонента, чтобы уверенно не ошибиться.

Дальше пошла рубка за наши ставки, да такая, что мои звери уселись в рядочек вдоль стены и смотрели как кино. Разве что попкорн есть при этом не стали.

— Ну хорошо, с этим разобрались, — получив на руки недостачу, вдруг покладисто вернул кредиты лавочнику наш учитель. И выдал остальную сумму неустойки, правда, только за одного. — Коррена я займу сам, нечего ему у тебя делать. Ах да, вот тебе еще. В счет завтрашнего заказа.

«В чем подвох⁈» — огромными буквами было написано на лице корнита, было решившего, что Рауль все-таки оставит нас на должности курьеров — оттого и набивает ставку.

— Чего желаешь собрать в заказ? — тем не менее, профессионально отреагировал кондитер.

— Да штуки три того, что у тебя Тесс будет печь, — как от несущественного отмахнулся призовой охотник. — Я знаю, что обычно новичков ставят в помощники к повару, но раз уж ты ей именно поварское место пообещал… Да, я уверен, ты поставишь моей ученице достойную ставку, раз уж курьерскую работу так высоко оценил.

Что называется: переиграл и уничтожил! Не знаю даже, надо ли говорить, что при отмене аренды нашей с Тестерадос комнаты Борк Рауль вернул не только задаток, но и залоговую сумму.

— Так, вы еще мелкие — потому вам тоже одну комнату сниму на двоих рядом с моей квартирой в жилом секторе Арены. — Оповестил он нас, когда мы вышли из здания, где снимали себе жилье. — И рядом обустрою зал для тренировок. Сегодня так уж и быть, живите. Ваш персональный ад начнется завтра! А, и твои обязанности — готовить на всех, понял, Коррен?

— Да учитель, — кивнул я. И рискнул спросить: — А почему вы не называете меня Ори, как остальные?

— Тесс сказала, тебе твое полное имя не нравится? — ухмыльнулся он. — Верно?

— Верно, — я кивнул.

— Вот потому и называю, — победно ухмыльнулся он. — Поверь, это будет самое малое, что тебе не понравиться в твоем ученичестве! Эй, Тесс! Тебя тоже это касается!

Ну, что я говорил? Душа-человек. Хотя после нашего дружного «Да, Учитель!» его улыбка что-то померкла. Хех.

Глава 13

И его ученик

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Месяц и один день невероятно насыщенный день назад мы с Тесс стали учениками Борка Рауля. И вот сегодня я смог вывести на проекционный экран того самого подаренного Учителем комма свой первый в жизни документ в этом мире. Свидетельство одаренного Ученика! Как свидетельство о рождении, только в графе вместо родителей — тот, кто взялся меня учить. С теми же относительно меня правами и обязанностями. Все по-серьезному.

Только не надо думать, что наставник затянул с оформлением документов — подготовил и подал он их быстро. Все дело в особенностях дальней космической связи. Гиперпространство не поддерживает возможность прохождения каких-либо волн — туда могут попасть только материальные предметы не ниже определенной массы. И массы довольно существенной — примерно как у космического корабля, способного спускаться в атмосферы планет.

Соответственно, данные передаются вместе с кораблями, на которых установлены информационные накопители Службы дальней связи. Между мирами Большой девятки и мирами-сателлитами курсируют специальные автоматические суда, перевозящие только информация. Но уже на периферии данные передаются только «попутками». И не всегда корабль движется туда, куда нужно данным. Плюс время на обработку и рассылку решения по корневым хранилищам данных на серверах Больших кланов. Вот и получилась месячная задержка.

Зато я теперь не маленький сирота, а вполне официально закреплен за учителем как его ученик. И разлучить нас может только мое совершеннолетие, переуступка опеки… или смерть. Моя или его. Неспроста призовой охотник не хотел становится нашим учителем: это не просто усыновление, а с отягощением в виде обязанности учить. Что ж, никто не сможет обвинить Борка Рауля, что он взялся за нас спустя рукава. А еще, раз уж мы теперь семья — он разделил на всех троих домашние обязанности.

— Коррен, что у нас на завтрак?

— Очень полезная для желудка каша, учитель!

— Опять⁈ Мы же ели её вчера и позавчера!

— Это были разные каши, учитель, — наставительным тоном добавил я, качнув половником. — В сегодняшнюю я добавил жареные семена страто, перетерные сухофрукты, молочный экстракт и живые, собственноручно мною пророщенные ростки фасоли Фо…

— Я ведь тебе говорил, что я с детства ненавижу каши?

— Но не мои каши, так ведь?

— …

— Опять небось сожрет две порции, — неодобрительно прокомментировал Кер, сидящий рядом с готовящийся едой на кухонной столешнице.

Ему одному нравилось смотреть, как я готовлю. А вот Ная, как только убедилась, что я не стану обжигаться каждую минуту к этому процессу интерес сразу потеряла. Про Ра и Оранжевую я вообще молчу. Красный постоянно пропадает на соревновательных рингах Арены, а рыжая обожает составлять компанию Борку Раулю в его ежедневных прогулках по рынку. И потом в своей манере пересказывать нам, что видела.

К слову, «крутой ковбой», если дать ему выбирать самому, будет постоянно жрать все жареное и в масле. Может, потому такой себе и выбрал образ? А еще теперь он любит булочки, что выпекает на утренней смене у Ганиса Тестерадос. Любит настолько, что каждый раз «разоряется» на заказ с доставкой. Не забывая каждый раз понукать нас с Тесс этими «потерянными» кредитами.

* * *

— Для того, чтобы сразу избежать дурацких вопросов, — Борк Рауль выразительно посмотрел в мою сторону, но я сделал вид, что никакого намека не было. — Объясняю. Я не жду, что вы сходу сможете вызвать стихийное проявление. Я вообще не жду, что у вас что-то получится — потому что проявления изучают подмастерья. Но все равно все подробно объясню и покажу, чтобы… Кстати, может, есть идеи?

— Чтобы поиздеваться, — зевнул Ра, показав свои изящные клыки.

— Чтобы попонтоваться! — одновременно высказалась Ло.

— Полагаю, понимание теории зачем-то нужно, — глубокомысленно заявил Кер с очень умным видом.

— «Зачем-то», — передразнила Ная, заодно очень кошачьим жестом задев Синего хвостом. — Все ж просто. Что-то более простое, что вы будете учить сегодня, входит как элемент для использования стихийного проявления. Мотивация.

— Коррен? — приняв мою задумчивость за отсутствие идей, попытался подловить меня учитель. Дудки!

— Чтобы показать свою крутизну, вызвать у нас с Тесс зависть и замотивировать на тренировки, — послушно пересказал я фамильярские мнения, вызвав у бронитки сдавленный смешок.

— Эх, в армейке я бы вам за такой ответ выдал задание пробежать кружков пятьдесят по залу! — мечтательно улыбнулся наставник, но тут же сделал серьезное лицо. — Но поскольку вы тратите мое время, которое, заметьте, никто мне не оплачивает…

Началось! Мы переглянулась с Тестерадос, та сделала движение, будто закатывает глаза.

— … То придется отказать себе в этом удовольствии. А жаль, жаль! Ладно, слушайте правильный ответ: вызывая проявление, одаренный совершает ряд последовательных действий, отражающихся, что характерно, в движениях энергии Потока в его теле. При должной тренировке есть хороший шанс понять, что против тебя собирается применить противник еще до того, как он это сделает. И выставить щит, например. Или уклониться. Даже если в противниках мастер — а вы всего лишь ученики. Сечете, мелкие? Прием не по зубам — а вы парируете того, кто им владет!

В общем, если откинуть частности, то Зеленая угадала.

— Мышцы любого животного генерируют электричество, когда сжимаются, — призовой охотник специально закатал рукав рубашки, демонстрируя бицепс в работе. Не без самолюбования, конечно же. — Некоторые рыбы используют это электричество для нападения и защиты! Обычному человеку такое не под силу, а вот одаренным может помочь Звездный Поток. Нужно разгонять течение его энергии через сжимающиеся мышцы, потом сфокусировать в кончиках пальцев, и…

Бетонную коробку зала, где кроме двери и вентиляции были только лампы, с характерным треском перечеркнул воздушный разряд!

— Метнуть!

На стене напротив осталось опаленное пятно.

— Сколько понтов! — аж восхитилась Оранжевая.

— У двух других проявления схожий принцип работы, завтра или на днях покажу. Теперь сами пробуйте, — Борк Рауль встал перед нами, внимательно вглядываясь и вслушиваясь, если можно сказать, в наши действия.

Вообще, вроде как и не сложно? Я попробовал синхронизировать мышечную работу с энергетической — и сразу понял, в чем первый подвох. Представьте, что у вас есть две колбы, одна наполовину залита жидкостью, вторая в тот же уровень засыпана порошком. Нужно встряхнуть так, чтобы содержимое одномоментно всколыхнулось и также синхронно опало. Вот именно это упражнение. Но постепенно, постепенно — начало получаться. Так, сфокусировать на кончиках пальцев, и…

Грохот, ударивший по ушам отразился от стен и добавил еще! Яркая вспышка заставила часто заморгать, пытаясь избавиться от «зайчиков» на сетчатке.

— Я тут, я тут! — подскочила Ная. Встала на задние лапки, передние уперев мне в голову. — Уже лечу!

Оглушение отступило, позволив разглядеть учителя. Двумя руками держащего перед собой гудящий от вложенной силы щит.

— Коррен…

— Больше так не делать? — понятливо переспросил я.

— Нет, почему, — ответил мне он. — Просто сначала убедись, что перед тобой нет твоего любимого учителя. Или чего-то ценного. Горючего. Хорошо проводящего ток. В крепкую стену и врагов можно. Вводная понятна?

— Да, учитель!

— Один раз — случайность. Два раза — закономерность, — не очень-то ко мне прислушиваясь, пробормотал себе под нос Борк Рауль, наконец-то опуская щит. — Коррен, напомни-ка, как звали твоих родителей?

— Маллен и Лира, — наставнику удалось сбить меня с толку.

— Без родового и кланового имени? — посмотрел он на меня. Его зрачки медленно расширялись назад, к нормальному размеру. Так вот отчего такие странные маневры: призовой охотник ждал, пока организм справится с повреждениями.

Пришлось развести руками.

— Что ж, нет — так нет, — сказал он больше себе, чем мне. — Тогда, после моей великолепной демонстрации — я успели поставить щит, увидев, какую дичь опять творит Коррен…

— Но, учитель!

— … Я успел выставить защиту! Теперь вам предстоит научится делать также. Все все поняли…

— Нет! — одновременно воскликнули я и Тесс.

— Это был не вопрос, — ухмыльнулся Борк Рауль. — Разряд!

Следующие два часа мы провели отбивая — пытаясь отбивать — удары наставника. Наставник демонстрировал класс на грани настоящего искусства: пропущенные удары неприятно жалили и вызывали онемение кожи в месте попадания — но никаких следов или последствий. Для организма. А вот для нашей психики — очень даже!

— Не ставь щит заранее, Тесс, — мерно, словно запись для дневника наговаривал, наставлял нас Учитель. — Ты задействуешь руку, вдвое ослабляя свои боевые возможности. Ты ведь не на турель оборонительную прешь, а противостоишь одаренному.

— Я… ай! Поня… ай! Ла-а-ай!

— Коррен, не пытайся поймать меня на чувстве ритма, — разряд! — Меня специально учили его сбивать. Я для кого все медленно так делаю? Смотри. Чувствуй!

— Ай! Ой! — это — медленно⁈ Да он как пулемет сериями строчит!

— Ну, хотя бы глаза не заставил завязать, как парнишек в том фильме, — сегодня Ра предпочел остаться с нами. Сказал: интереснее, чем унылое мордобитие двумя этажами выше. — Ну, где дрон круглый летающий на минимальной мощности по ним станером лупил.

— Как перестанете эти пропускать, дальше с закрытыми глазами тренироваться будете! — «подбодрил» нас Борк Рауль. — И мощность удара повышу. Вот так!

— Ай!

— Ой!

— Проиграл, с тебя двадцатка, — заявил Синий Красному. — Ори, переложи двадцать кредитов из правого кармана в левый.

Куда ж я денусь с подводной лодки. Перелож… Ай!

— Не спать! Мой «будильник» вам не понравится, гарантирую! Кстати, наверное и правда стоит добавить боли. А то вы совсем не стараетесь!

— Но учитель, у нас уже начинает получаться! — дважды успела принять на щит разряды Тесс.

— Да-да, процентов в десяти случаев, — Борк Рауль состроил «жуткую» рожу. — Один отбитый на девять пропущенных называется «статистическая погрешность»! Что-то вроде ситуации с древними механическими часами, давно сломанными. Которые дважды в сутки могут показывать правильное время.

Смех смехом, а подбадривающий электрошок и впрямь заставлял выкладываться на полную. Может, обычный одаренный ребенок уже сжался бы в калачик и ждало окончания этих двух часов — но я-то сам к призовому охотнику напросился в ученики. Так что приходилось сжимать зубы и вслушиваться от тренера… ну не знаю, флюиды? Постепенно неясные ощущения становились чуть понятнее. Но как медленно!

Под струями душа я дважды намыливался, но в итоге все рано вышел, пытаясь одновременно почесать плечо, пятку и затылок. И застал Тесс ровно за тем же занятием. Разве что она старалась не так остервенело, как я.

— Психосоматика, — развела лапками ставшая видимой Ная. — Физически лечить нечего.

— Психо-что? — не поняла и удивилась Тестерадос.

— Представь, что по тебе ползают невидимые муравьи и кусают, — помог с аналогией Кер.

— Ну спасибо, конечно! — вот теперь бронитка аж закрутилась как юла, пытаясь справится с зудом.

— Но муравьев-то — нет, — напомнил Синий. — Они — в твоем воображении. Так же как и отметины от ударов током.

— Да там не ток, а ерунда какая-то, — этот момент я хорошо запомнил по прошлой жизни. — Именно ток убивает клетки и обжигает. А от разности потенциалов разве что мышцы дергает.

— Как-то чересчур долго дергает, — наклонила голову Ло. — Вон, смотри: Тесочка уже в руки себя взяла.

— Видимо, меня сильнее лю-у-убит, — с кривой улыбкой ответил я, по примеру ведьминой дочки сжав ладони коленями. — Не зря ж постоянно «Корреном» называет и шпыняет при каждом удобном случае. Вот и напряжения в «разрядах» не пожалел.

Синий с Красным вдруг переглянулись — и протянули друг другу лапы.

— Ори, разбей!

— Что, опять?

— А еще нам нужны твои и Тесс тренировочные кроссовки.

— И мотоцикл! — с энтузиазмом добавила Оранжевая. — Что? Шутка же. Классная шутка! Скучные вы…

* * *

— Ай!

— Ой!

А это уже следующее практическое занятие. Обычно у нас их два в день. Одно после возвращения Тесс из пекарни и второе — два часа перед ужином. Под конец учитель душераздирающе зевнул и сообщила нам:

— Вот ей же ей: мог бы поставить вместо себя робота с шокером — так бы и сделал. Вы учиться будете или нет? Нет-нет, молчите. Это был риторический вопрос.

— Сильнее бьет — сильнее любит! — с видом мудрого космического духа произнес Ра, встречая нас в нашей же комнате, куда мы ввалились потные и измученные. И даже переднюю лапку поднял, типа, истину говорю вам, возлюбленные чада мои! Хоть сейчас рисуй с него икону и создавай секту поклонников Зверей Потока.

— А, может, не сильнее, а чаще? — напоказ задумалась Ло. — Мне показалось, что Ори в этот раз получал чаще, чем Тесс.

— Девочке досталось не меньше! — встала на сторону бронитки Ная.

— Я считал. — закончил спор Кер.

Я только глаза закатил. Ну еще бы! Чтобы наш технарь и не вел полный дневник эксперимента? Да ладно!

— И что там вышло?

— Практически одинаково. В рамках статистической погрешности. По Ори было нанесено шестьдесят девять ударов, семь из которых он смог отбить щитом. По Тесс — шестьдесят восемь. Отбила она девять.

— Ори, доставай комм, считаем показатели с чипов!

Даже в на Земле в прошлой моей жизни уже появились кроссовки, передающие телефону данные о проводимой владельцем тренировке. Умная обувь для наших занятий не требовалась — но учитель, как всегда, купил лучшее из того, что можно было найти в комиссионном со скидкой. Оставалось только задать измерение нужного параметра.

— Сто двадцать семь вольт у Тестерадос, — прочла с проекционного экрана Ная. — И сто пятьдесят один у Коррена!

— Победа! — красный подпрыгнул до самого потолка. — Ори, перекладывай назад мою двадцатку!

Именно в этот момент дверь пиликнула, предупреждая находящихся внутри, что сейчас войдет кто-то, у кого есть от неё ключ. И открылась. Фамильярам этих секнуд хватило за глаза, чтобы выйти из видимости — а вот мы с брониткой тормознули. И потому Борк Рауль увидел нас сидящих около проекционного экрана, где были крупно выведены цифры напряжения.

— Ну и зачем вы это меряли? — только и спросил наставник.

— Выясняли, кто из нас двоих ваш любимчик, — сквозь усталость хитро улыбнулась Тесс. — И узнали что это Ори!

Призовой охотник открыл рот. Подумал. Закрыл. Развернулся и ушел, что-то почти беззвучно бормоча себе под нос.

— Мы ведь его не расстроили? — спросила бронитка.

— Конечно же нет, дорогая, — убедительно ответила ей Ная.

* * *

Я потрогал руками «безразмерный» ярко-желтый ременной жилет с большими плоскими коробками на груде и спине, который наставник сумел подогнать под меня. «Шестой класс защиты» — гласила надпись на нем. Прямо на «грудной» коробке горел зеленым простой световой индикатор.

— Решил действовать на опережение, — объяснил наставник. — Пока вы сами эту штуку притащить не додумались. Это «Предохранитель Шесть Ка-А», из арсенала спецсредств электриков. Спасает от удара током, но только один раз. Буквально может от молнии спасти. Потом надо менять элемент питания, он сгорает. У военных такие тоже есть, помогает солдатам пережить попадание плазменного сгустка. Да, тоже только одно — но это куда лучше, чем ничего. В нужный момент создает этакую сферу проводимости — и энергия огибает тело рядового или электрика.

Борк Рауль задумался и пояснил:

— Они списанные, но еще работают. Десяток с позапрошлого приза снял. Омологация закончилась и никто не хочет брать за нормальную цену. Пусть подавятся! Лучше на вас потрачу.

Что-то не очень обнадеживает.

— Учитель, а заче… — бронитка осеклась, увидев, как охотник достает свой чудовищный пистолет. Правда, он не стал ни в кого целится, а принялся его разбирать, что называется, прямо на коленке.

— Не подходите! — приказа он, отходя в угол тренировочного зала. — И никогда не пытайтесь повторить эту сра… опасную уловку пиратов. Эти ублюдки так минировать коридоры на своих судах научились. Самое слабое колебание воздуха — и вот эта малышка полетела!

Борк Рауль максимально отвел руку с полуразобранным пистолетом без ствола, отводя голову назад — и нажал на спуск. С громким треском из оружия… вырвалась шаровая молния! Наставник тотчас же «запер» опасный шарик в углу, отгородив тот щитом. От которого плазмоид отскочил как резиновый. Впрочем, от бетонной стены он тоже отскочил, только оставил ямку, словно отъел кусок размером с тарелку.

— Я сейчас уйду часа на два-два-с-половиной, — оповестил нас учитель. — А вы с этим шариком делайте что хотите. Держите барьерами до упаду, уклоняйтесь. Главное — на себя не разряжайте. У кого индикатор станет красным — будет отмывать мой корабль после рейда, пока всю внтурянку не отмоет. Без обид! А то я, глупый, почему-то решил, что боль — правильный стимулятор, хех! Так вы точно научитесь чувствовать опасное для вас электричество. Заодно и на клининге сэкономлю!

С этими словами наш наставник был таков. Выскочил за дверь и захлопнул за собой тяжелую створку, заставив нас судорожно отгородится от получившего свободу опасного шарика.

Глава 14

Интерлюдия: Борк Рауль. Странности

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

— Вот скажи мне, что с ними не так? — Призовой охотник сделал глоток из высокого бокала и шумно выдохнул. — Я их оставил трнрвть чствтнсть! Тре-ни-ро-вать! Чув-стви-те… тьфу ты! Неважно! А они что сделали? Ик!

Алариконианский ликер был штукой суровой, хотя сладость и позволяла пить его не закусывая. Но по мозгам била так, что даже усидеть было сложно. И одаренные этому напитку проигрывали не сильно-то и меньше, чем обычные люди. Хотя витальная энергия делает солнечников довольно устойчивыми к органическим ядам. Собственно, поэтому мужчина и предпочитал этот напиток любому другому. Особенно идиотским «гранулированными» коктейлям для одаренных: чистая голимая синтетика без души и натуральных ингредиентов, фу!

— Знаешь, что они сделали, Перел? — омываемый энергией Потока организм мастера начал трезветь и пришлось догнаться еще глотком— Нет, ты знаешь?

Ликер да — дорогой. Очень дорогой, если честно — как и все эксклюзивы, выращиваемые или создаваемые только на какой-то одной конкретной планете. Кроме оронской электроники — эти как-то умудряются свои подделки за копейки штамповать! Но ликер не подделка, нет-нет. Опьяняет очень быстро — с таким напитком не посидишь в компании друзей, поддерживая разговор, и периодически прикладываясь к бокалу. Алариконианский ликер просто и надежно вырубает. Человека массой и комплекцией Борка — за два бокала. Потому бывший военный никогда не пил больше одного.

— И что они сделали? — выдержав паузу, пришлось в ответ спросить бармену.

Надо сказать, Рауль ненавидел алкоголь и выпивох. Ведь спиртное притупляет бдительность, делает человека неконтролируемо-болтливым, ослабляет рефлексы, причем еще и наутро после попойки! Что может быть хуже для человека, который выбрал стезю охотника? Корабли, которые он захватывает, вообще-то кому-то принадлежат и приносят доход. Такие личности не любят, когда кто-то трогает их маленький налаженный бизнес с человеческим материалом. И если рейды армейцев они воспринимают как неизбежное зло — то инициативных одиночек могут попытаться достать в ответ. Вернее, попробовать достать. Одиночки ведь тоже не лыком шиты!

— Они устроили игру в теннис, Перел! В долбанный теннис!

Но порой, вот как сегодня — Борк Раул шел и выпивал один бокал «Алари». Шел в один и тот же бар, расположенный здесь же, на арене. Дверь без вывески, еще и код на замке надо знать. Не самое попсовое местечко, куда можно попасть только если знаешь куда и как. Там работаал Перел, бармен-корнит — самые надежные уши на Бруасе. Слитая информация никогда не выйдет за пределы узкого круга администрации фрипорта. А с ней у призового охотника налажено сотрудничество. Кораблям на Рынке ведь тоже надо откуда-то появляться. А нечастым заказам — выполняться с приоритетом.

— Борк Рауль жалуется на своих детей, — наконец ответил бармен, ехидно улыбнувшись. — Какая милота!

С трезвого охотника сталось бы выплюнуть все, что он пытался проглотить от такой фразы. Но сейчас ликер подарил ему обволакивающие чувство полного опустошения и расслабленности. Расточительный и немного странный способ провести свободное время. Но это был его личный способ сохранения нервной системы. Специально для особых случаях. После какого-нибудь совершенно дикого рейда, где смерть расходилась с охотником на дистанции меньше, чем чешуя бронита. После страшных находок на призовых судах. И, как выяснилось, после длительного общения с двумя малолетними учениками.

— Я бы посмотрел, как ты запел бы Перел, проведя с этим двумя хотя бы полдня, — мечтательно пожелал мастер-учитель.

— Что ж ты за чудовищ таких под крыло взял? — теперь уже не наигранно удивился бармен.

Перел работал на своем месте — в смысле выбора профессии. То есть в том числе являлся отличным собеседником, когда это требовалось. Он знал, когда надо молчать, а когда подбодрить визави, чтобы он и дальше продолжал изливать душу до полного катарсиса. А еще он был одаренным того же ранга, что и сам Борк. И, возможно, мог дать совет — хоть сам учителем и не являлся.

— Девчонка прямая как палка — что ей скажешь, то и делает. Но у неё отменный талант подражать. Схватывает показанное на лету и сразу же повторяет! Представь, выучила у матери «щит» до инициации! У матери, которая учителем не была! Просто посмотрела и поняла!

Призовой охотник подумал, прислушался к себе — и еще отхлебнул, чтобы нежно лелеемая паранойя не вернулась раньше времени.

— Ученик мечты, разве нет? — сделал бровки домиком корнит.

— Если б Тесс слушала только меня — несомненно. Но этот Ори…

В этот раз глоток был дольше и глубже.

— Хочешь сказать, один твой ученик имеет на другого твоего ученика влияния больше, чем ты сам? — уточнил Перел.

— Имт, — алариконианский ликер временно одержал победу над внятностью речи мастера. Ненадолго. — Его мнение для неё вперед моего, в смысле. Я лажанулся, когда в опеку эту мелкую бронитку сплавлял, отбив у «мясников» вместе с другими. Не уследил за языком и формально назначил Испытание. А она сбежала оттуда и полезла его выполнять — чуть не сдохла. Но второй её спас, как-то привел ей мозги в порядок и заставил меня принять её в ученицы.

Бармен похлопал глазами. На всякий случай отложил бокал, который протирал.

— Заставил?

— Шестилетний сопляк, представь себе! Грозился публично ославить, если не возьму девчонку.

— И ты не нашел ничего лучше, чем его принять тоже, — понял Перел. — Слушай, может, тебе вместо меня к психиатру сходить? Сам знаешь, в ареновской клинике есть отличные спецы…

— Он прошел три отборочных боя на арену, — внимательно глядя на тягучую жидкость в бокале, сказал Борк. — В шесть. С убитой чьими-то кривыми руками инициацией и ничего не умея из того, чему должны выучить неофита. Я не верю бредням мол Поток — разумный. Но тут… Словно Его воля привела мне Ори!

Борку показалось, что он услышал тихий кошачий «фырк», но он списал все на ликер. А Перел… Слишком давно он не ходил в бой, тем более в одиночку. Потому он не услышал ничего, сам заговорив.

— Я припоминаю эту историю, — было б странно, будь наоборот. Арена — свой маленький закрытый мирок внутри Рынка Бруаса.

— Так вот он и дальше себя также ведет! Представляешь — поставил отрабатывать практическое занятие — а он из неё сделал игру в теннис!

— Они же дети…

— Шаровой молнией, Перел! Сформировали из силовых полей вокруг руки подобия ракеток и перебрасывались на хорошей такой скорости шаровой молнией! В зале весь пол, потолок и стены в характерных ямках! Представляешь?

— Хм-м… — впервые за долгое время бармен не знал, что сказать.

— Нет, никто не пострадал, если ты об этом. Я же не идиот — оба ученика были в «Предохранителях», — не совсем верно понял его реакцию Борк Рауль.

— Тогда чего ты? Раз кончилось все хорошо.

— Так разволновался? Да просто потому, что, кварк меня поглоти, я не понимаю, что в головах у этих сопляков! Я все им объяснил, они должны были понимать реальную опасность. А еще, знаешь что интересно? Они понимали! Хочешь послушать, что мне сказал мальчишка, когда я вошел?

— Что? — тут вопрос просто напрашивался, и поэтому бармен его задал.

— Смотри, как мы можем! Понимаешь? Смотри, как мы можем, представляешь⁈ И кидает полем плазмоид своей подруге! А потом еще посмотрел на меня и сказал: «Ну ты же сам сказал, чтобы мы делали, что хотели».

— А ты так сказал?

— Космос, ну да! Может быть! Я не помню точно! Но этого я не имел ввиду!

— Они же дети…

— Перел, ты их защищаешь, что ли? Не надо, поверь! Защищать здесь нужно меня! У меня и так не так много волос осталось, так эти паршивцы словно сговорились, чтобы избавить меня от последних!

Залпом допив остаток напитка, Борк Рауль откинулся на спинку стула и прорычал что-то неразборчивое в потолок. Замер в таком положении на минуту, потом похлопал себя по карманам. Достал аппликатор первой помощи и приложил к запястью. Бармен, знавший привычки своего клиента, понял, что кризис преодолен, а стресс понемногу отпускает его. Сейчас лечилка нейтрализует алкоголь с натуральными примесями — и хороший клиент превратиться в «ковбоя», способного своей скаредностью достать даже столб!

— Он меня иногда пугает, Перел. Нестандартное мышление — бывает. Некоторые сложности в освоении простых вещей вполне объясняет кривая инициация. Но иногда… В начале второго этапа он попросил объяснить ему принцип стандартного удара…

— Объяснить? — голосом выделил бармен. — Именно объяснить?

— Именно, — покивал учитель. — Я объяснил… и он выдал «скользящий щит», котором уработал второго противника!

— Кровь клана Макира, — прищурился второй мастер.

— Тоже так подумал, — покивал призовой охотник. — И думал до тех пор, пока на занятии на распознавание удара он не выдал молнию толщиной в мою руку! Опять после объяснения, без детальной демонстрации.

Его собеседник подумал. Еще раз подумал. Покрутил головой.

— Так не бывает, — твердо сказал он. — Кровь Больших кланов не смешивается. Иначе уже давно у нас был бы один Большой клан.

— Или вообще никакого не было бы, ведь множество хороших простых ребят с окраин не смогли бы войти в них как жены и мужья, вливая в них поколение за поколением свежую кровь, — в тон визави отозвался Борк Рауль. — Но тогда какие варианты? Да, особые приемы можно освоить, не обладая нужным наследием в генах. На ранге мастера — минимум. А это что было? Хрень какая-то…

— Почему сразу хрень? — глаза Перела как-то странно блеснули. — Тебе мама в детстве сказок не читала?

— Даже не заводи опять эту шарманку! Я не верю во всякую фигню! — отрезал мастер, но второго одаренного уже было не остановить…

— Одной маленькой девочке позвали учителя для проведения инициации, но она убежала гулять в поля. Её искали весь вечер до самой темноты, а утром она вернулась сама. Пробудившееся сродство с витальной энергией едва не убило её, но на её безмолвный плач явился Зверь Потока, живое создание из чистой энергии! Спас девочку, помог справится с собой и своими новыми силами, потом отвел к людям. Никто не видел его, но та девочка с тех пор могла творить чудеса, частенько и самым мудрым и сильным одаренным неподвластные…

Борк Рауль демонстративно отлепил отработавший аппликатор.

— Ты пропустил момент. На трезвую голову я сказки не воспринимаю.

— Еще по одной? — мгновенно включил бармен-режим Перел.

— Разве что за твой счет, — алчность все-таки победила принципы.

— Ты еще не мое начальство, чтобы тебе бесплатно наливать, — фыркнул работник стойки и хайбола, пряча бутылку с алариконианским и убирая опустевший бокал посетителя. — Никак не могу понять: ну зачем ты это делаешь? Все ведь послевкусие испортил.

— Это честный обмен. — охотник чуть вымученно улыбнулся. — Я получаю разрядку и привожу в порядок мысли. Иногда плачу за это легкой мигренью — но терпимо. Это кроме совершенно конских денег, что ты с меня дерешь! А еще друг, называется! Хожу к тебе исключительно потому, что эти ваши хваленые «психи» берут за прием еще дороже — а от него вообще ни удовольствия, ни пользы!

— Как же хорошо, что я тебя в основном пьяным вижу, — не оставался в долгу бармен. — Хоть алкоголь твое скряжничество отключает!

— Ты меня не видел, когда я действительно скряжничаю, — охотник отсалютовал шляпой. — Честь имею!

— Мне тут на ушко шепнули, что тобой опять… интересуются, — в спину уходящему вдруг сказу Перел.

— Известно, кто? — не поворачиваясь лицом к пустому утром бару, от самой двери спросил охотник.

— Поисковые запросы, связанные с твоим теперешним именем, имеют обратный адрес доков Кеналевы.

— Кто-то решил расквитаться за пойманную мною «птичку», — губы охотника сами собой сложились в недобрую улыбку. — За наводку спасибо.

И вышел. Служба безопасности Бруаса — с согласия хозяев порта и всей планеты в целом — в очередной раз поддержала ценного партнера.

Ло встала со стойки, потянулась, размышляя — двигаться ей за Борком Раулем или нет. Обычно охотник наматывал круги по рынку, общаясь со своими знакомыми в поисках информации о новом возможном призе. Попутно доводя других торгашей до белого каления своим фирменным жлобством. Второе было особенно весело наблюдать — круче, чем в цирк сходить! Но вот сегодня она услышала кое-что про Ори. Возможно, очень важное. Наверное, стоит передать поскорее, пока занятия с учителем не начались. Перед тем как спрыгнуть и величаво выйти в коридор через закрытую дверь, она небрежно столкнула стакан, который Перел протирал и в какой-то момент разговора про него забыл. А то рассказывает всякое посетителям, сказочным персонажем обзывается…

Глава 15

Интерлюдия: Констанция Талани. По следу

Год 1137 от начала Экспансии

Планета Фелгус периферии зоны влияния Ста Миров

«Вот умру и будешь жить как хочешь,» — говорила сначала маленькой, а потом и молодой Констанции наставница. — «Мало мне осталось, а долги раздать надо успеть.» И Талани успевала. Два десятка планет посетила, выучилась на инженера-информационщика, смогла получить ранг солнечника-ученика — все на деньги старухи и по её связям. Та и сама не скупилась на знания, порой весьма и весьма специфические. А потом просто умерла. Молодая сирота опоздала всего на несколько дней, возвращаясь с последнего долга.

Сначала Констанция думала, что старейшины так или иначе в курсе деятельности милой бабушки-божьего одуванчика, ставшей ей фактически приемной матерью. Но нет. Старая ведьма, когда-то выкупившая у работорговцев маленькую одаренную девочку, сдержала обещание. Никто больше от Талани ничего не требовал. И началась та самая обычная жизнь. Весьма приятная и необременительная. Пока одна карга из числа правящих Круга «женского экопоселения» не взяла на себя непозволительно много лишнего, посчитав Констанцию лёгкой жертвой. Зря. Очень зря.

Информационщик — не хакер, против грамотно настроенной защиты Констанция спасовала бы. Но вот открытую информацию или защищенную лишь стандартными протоколами устройств, где она храниться вытащить всю для неё не составило труда. Номера счетов с информацией автозаполнения, контакты, заметки и записки, и много чего еще оказалось в распоряжении Талани после бесконтактных манипуляций с браслетом поверженной старейшины.

После чего загрузила программу-червь, уничтожающий данные во всех устройствах, до каких дотянется — прощальный подарочек для тех, кто потом будет выяснять, что тут произошло. А сама, выжимая максимум из двигателей флайера, понеслась к космопорту. По пути отправив единственный сигнал на активацию червя на домашних устройствах. То, что боевой вирус сожрет и другие данные общины её вот ни на столечко не волновало. Замазались в дерьме, сотрудничая с работорговцами? Пригрели змею на груди? Ловите ответочку! Заодно будет трудней искать беглянку.

Что ж, вот и все. Десять счастливых лет остались в прошлом. Впрочем, с учетом открывшихся обстоятельств — совсем не жалко. Только бы Тесс суметь спасти! Только бы успеть!

Год 1137 от начала Экспансии

Орбитальные верфи Кеналевы, окраина зоны влияния Ста Миров

Взятые как трофей финансы старейшины — те, до которых удалось дотянуться, не оставив хорошо читаемых следов — пришлись весьма кстати. Сама Констанция тоже имела накопления, кое-что досталось по наследству от наставницы. По большому счету, ведьма могла и вообще ничего не тратя добраться до нужного места — любой частник с удовольствием временно возьмет в команду квалифицированного инженера-информационщика, особенно если оплатой будет еда и каюта на время сотрудничества. Но время, время! Талани каждый раз обмирала, представляя, через что прошла и проходит сейчас её кровиночка! Приходилось спешить и переплачивать. Иногда очень сильно переплачивать.

Например, за доступ к оборудованию захваченного Борком Раулем борта. Или за вполне легальные, только не предназначенные для общего доступа данные о самом Рауле как о продавце. И то, и другое обошлось в цену потрепанного до состояния металлолома корыта работорговцев. Нет, что-то удалось вернуть как раз за цену лома — причем представитель демонтажников еще и носом водил: мол, не возьмет. Сволочь такая! Но Констанция справилась. Отыграла как надо. Наука наставницы не подвела: никто не заподозрил, что женщина ищет на самом деле.

Полученная информация помогла правильно составить запросы к расположенным на «соседнем» Бруасе серверам баз данных. Пришлось дождаться, пока попутные корабли донесут запросы и вернуться с ответами. Она узнала, что Рауиль, как и другие условно-здешние охотники, сдает рабов в «опеку» администрации фрипорта упомянутой планеты. Откуда родственники, если вдруг объявятся достаточно быстро, смогут забрать бывшее «мясо» за вполне приемлемую компенсацию услуг по содержанию и обучению спасенного. Денег у ведьмы хватало с большим запасом. Вот только она опоздала.

« Тестерадос фамилия неизвестна передана под опеку данные закрыты на основании данные закрыты после погашения долга Благотворительному фонду „Опека“ фрипорта планеты Бруас.» И дата. Почти три месяца назад!!!

То, что молодая мать готова была рыдать и рвать и метать одновременно — значит, ничего не сказать. Нить, которая вела её к дочери — оказалась оборвана. И почему? То ли по идиотской случайности — кто-то банально искал ребенка для усыновления и его не оставила равнодушным маленькая бронитка. То ли — по злому умыслу. В последнее верить совсем не хотелось, но и отбрасывать версию сходу было нельзя. Неужели кому-то настолько оказалась нужна её девочка? И не старые ли это «погашенные долги» вылезли⁈

К счастью, молодая мать знала, что делать. Нужная информация осталась в базах «Опеки» Бруаса. Значит — рано или поздно она до них доберется. Не мытьем — так катаньем. Опять же, информация о передаче на поруки не является тайной, потому как прописывается в открыто демонстрируемых документах. Она узнает, кто и куда увез её дочь. Но сделать это нужно из самого фрипорта.

Год 1137 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Проще всего было обратиться в социальный фонд и прямо попросить данные. По идее раскрывать информацию об усыновлении или передачи под другую форму опеки кому угодно передавать запрещалось. Но у Талани были документы на дочь и у любого нормального человека не возникнет сомнений, что она мать, ищущая ребенка. Надо только сравнить записанное в свидетельстве на Тесс и в базе данных фонда. Но это если ребенок и правда честно обрел новых родителей или опекунов. А если кто-то в фонде крутит левые схемы⁈

Констанция отчетливо понимала, что у неё профессиональная деформация. Но риск навсегда потерять след дочери из-за собственной неразборчивой торопливости пугал куда сильнее, что мысли о каждодневных тяготах Тесс и необходимости спешить. Этот риск не дал ей пойти по простому пути. Сняв дешевую комнату и купив накидку с глубоким капюшоном, так популярную у местных продавцов и прилетевших покупателей, Талани стала вникать в местные реалии.

Пять дней ей потребовалось, чтобы понять, как подобраться к нужной базе. А так же купить детали типового полицейского сканера — службы безопасности фрипорта пользовалась ими точно так же как и их коллеги в разных структурах на сотнях других планет. И ровно точно так же здешние интенданты СБшников продавали сломанные устройства в утилизацию, возвращая немного денег в бюджет (и, по возможности, откаты в свои карманы). Где их разбирали на компоненты и… реализовали через ремонтные мастерские, конечно же.

В этом плане на Бруасе получить доступ к этим частям было куда проще, чем в большинстве других мест — рынок-то один на всю планету, и не такой уж необъятный, как кажется поначалу. На шестой день Констанция собрала устройство, способное подключаться к сети службы безопасности на самом нижнем уровне доступа — как у рядовых патрульных. А все почему? Местный информационщик запретил доступ списанному устройству в сборе, а вот у отдельных составляющих, имеющих собственные «физические*» адреса — доступ на некоторое время остался.

Кому другому это ничего бы не дало — но ведьме нужно было получить информацию буквально-таки о бомжах. Тех, кого отлавливало и отправляли на реабилитацию и последующее обучение за нарушение социальных норм. А также следящих, чтобы никто из получивших поддержку не слинял до покупки его контракта работодателем.

Несколько запросов, замаскированных среди служебного трафика — и сердца Талани болезненно сжалось. Тесс сбежала из местного детдома! Месяц её не могли найти! Но потом поисковый алерт закрыли с пометкой, что долг перед фондом погашен… Борком Раулем. Да неужели? Видя, что к идентификатору дочери в записе в базе привязана еще какая-то информация, инженер аккуратно навела на неё курсор. Да, есть доступ. Запрос…

« Тестерадос фамилия неизвестна — Тестерадос Рауль»

«Статус: оказание социальной помощи — гражданин фрипорта Бруас»

«Семейное положение: сирота — одаренная ученица гражданина Борка Рауля»

[*Аналог МАС-адреса у сетевой карты, если кому интересно.]

У Констанции так затряслись руки, что она едва не уронила собранное «на живую нитку» устройство эрзац-сканера. Дочь жива! Дочь прямо здесь, на Бруасе, даже еще ближе, живет с учителем где-то здесь, на рынке фрипорта!!! Нашла! Нашла!!! На некоторое время эйфория заслонила от женщины все остальное. Словно все эти месяцы она пробыла под водой — и вот, наконец, вынырнула и может дышать полной грудью! Ох!

Не меньше часа прошло, прежде чем Талани начала опять связно мыслить. И первая же мысль ей здорово не понравилась. Рынок фрипорта кажется огромным, да. Но если на поверхности его представить — это такой бублик с дыркой космопорта и оперативных складов в центре. И ширина у него… километра два, может, два с половиной. Дальше опять склады — только более длительного хранения. Пока Констанция искала части из списанных сканеров — с большой долей вероятности проходила мимо Тестерадос. Возможно, в считанных десятках метров. И ничего не почувствовала. А должна была!

Даже солнечники вынуждены были пользоваться возможностью установить связь между одаренными — выбирая в Учителя тех, у кого был для этого прирожденный талант и ранг не ниже мастера. Ведьмы не пользовались рангами, а витальные связи им помогала устанавливать сама Природа. Матери и дочери. Девочки и наставницы, заменившей мать. Замужние ведьмы сплетничали, что и с мужьями тоже такая связь завязывалась. Втихаря зубоскалили над теми из их общины, у кого мужчина уходил к другой. Мол, тоже мне, ведьма!

Разойдясь подальше, связанные переставали друг друга чувствовать, а при приближении — опять начинали. Например, очень удобно было отпускать маленькую Тесс носится по саду и газону. Стоило ощущению дочери пропасть — и Констанция спешила наружу отлавливать беглянку, решившую заглянуть в гости к соседям или побегать по улице экопоселения. После инициации радиус связи должен был существенно возрасти. Однако в реальности случилось обратное.

— Чистилище, ну конечно же! — догадка заставила Талани произнести все вслух. — Не только долбанный импринтинг, но и разрыв витальных связей! Граммера, надо сжечь твое тело и над пеплом надругаться!!!

Мать Тесс сжала кулаки.

— Ненавижу!!!

Однако Талани быстро успокоилась. Главное — Тестерадос нашлась и с ней в целом все хорошо. И пусть это «хорошо» в корне не устраивает Констанцию — оно все ж куда лучше клетки работорговцев и даже приюта для несовершеннолетних. Теперь можно не спешить и работать с тем, что есть. И очень хорошо подумать, анализируя новые вводные.

Спустя неделю наблюдений — через летающих дронов-рекламщиков, запущенных собственноручно — ведьма окончательно уверилась во мнении, что ей нельзя сейчас показываться дочери. Тесочка обрадуется, конечно, будет вне себя от счастья. Только витальная связь больше не образуется. И Талани банально не сможет передать свой опыт и знание своей ненаглядной кровиночке. И вырастет не ведьмой, а солнечником. Возможно даже сильным солнечником.

Может, еще есть шансы, чтобы Природа взяла свое — но только не здесь, на каменистом шарике, где из всей биосферы — гидропонные фермы да водоросли-протобионты, заполнившие мелководные моря у полюсов. А был бы лес вокруг… Но Борк Рауль не станет переезжать на другую планету. У него здесь налажены дела. И Тесс матери он не отдаст — раз уж взялся учить. Жить рядом позволит, общаться — сколько угодно. Но не более того. И охотник в своем праве — раз уж взял ученицу. И закон, даже такой куций, какой он бывает во фрипортах — целиком и полностью на его стороне.

Вариант, в котором дочка постепенно станет отдаляется, пока лет в шестнадцать не станет совсем чужой Констанцию не устраивал совершенно. Да, у неё есть возможность родить себе еще детей, начать все с чистого лица. Тем более к ведьмам она более возвращаться не собиралась — ни в какую из общин. Значит, Борк Рауль сам должен прервать обучение и отправить ученицу в условно-свободное плавание. Вот тогда все факторы сложатся, и Констанция появится перед дочерью в нужный момент. И они опять станут семьей — во всех смыслах!

Что ж, осталось только разработать план и привести его в действие. Так, как учила и успешно научила её наставница. А пока только и остается, что заказывать каждый день по булочке, испеченной её дочерью. Ничего. Месяца два-три Талани потерпит. И мать и дочь снова станут счастливы вместе.

Глава 16

Все кувырком

Год 1138 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Не помню, чтобы в прошлой жизни я так любил готовить. То есть помню, конечно — просто оборот речи такой. Периодически вставал к плите, радуя родных то завтраками, то ужинами. Но любил ли? Вряд ли. Скорее, делал это по необходимости. Рутина — она и есть рутина. Уже здесь, на «родной» планете, с задачей накормить единственного её постоянного жителя прекрасно справлялась автокухня, потом, во время путешествия на корабле работорговцев, да и на рынке Бруаса не до того было. Не до кулинарных изысков, в смысле.

Все изменилось с появлением Тесс. Точнее, с того момента, когда она научила меня воздействовать на продукты энергией Потока. И тут — словно прорвало! Ну или бруасские полуфабрикаты с консервами умудрились так быстро достать. Поначалу получалось так себе, но я не сдавался, чувствуя, какой в этом методе заложен потенциал и сколько простора для творчества! И уже довольно скоро научился «легким движением руки» придать обычному блюду вроде каши натуральный, насыщенный вкус! И без всяких усилителей и заменителей вкуса, обманывающих рецепторы языка — только лишь «ведьминские секреты», хех. Хотя, на самом деле, смешивать ведьмовство и приправы тоже прикольно оказалось.

В общем, теперь готовка доставляла мне настоящее удовольствие — ко всеобщему удовлетворению. Наш наставник совсем не зря с самого начала нашего ученичества отдал кухню в мое полное распоряжение. Особенно когда появился некоторый уже автоматизм, позволяющий не думать над каждым действием. Это же прямо подарок: время, которое проводишь с пользой и можно занять голову еще чем-то другим. Например, недавними тренировками и сопровождающей их теорией. Иногда получалось додуматься до чего-то неортодоксального. Вроде попытки вместе с Красным самостоятельно соорудить шаровую молнию…

Наверное, у меня оказался скрытый поварской талант. Получалось все лучше и лучше. Дошло до того, что Тесс пришла ко мне просить помощи в новом рецепте сладкой выпечки. Вернее, рецепт-то был старый, Ганис хлестался, что еще его бабушка у своей бабушки научилась его готовить. Но вот совместить ведьмовские навыки с новым блюдом у неё почему-то не получилось. Хотя вроде очевидные же закономерности, если с другой хлебобулочной продукцией сравнивать. Маленький такой экзамен, показавший, что я все делаю правильно. Делал.

Со временем я стал замечать, что достиг определенного потолка. Предела в развитии этой стороны дара, который без учителя — в данном случае ведьмы — мне не преодолеть.

— Кер, ну не лезь на плиту! — от мыслей меня оторвал Синий, с истинно кошачьей небрежностью продефилировали по плите. Я, видно, полностью погрузился в свои мысли и фамильяру стало скучно.

— Да что со мной сделается? — небрежно отмахнулся он хвостом. — Просто хотел посмотреть, что ты готовишь.

— Обычный суп.

— Обычный? — мордаха зверька выразила все оттенки недоверия.

Как у зверей мордами получается изображать эмоции — не очень понимаю, но ведь получается как-то. Впрочем, что уж там — обычные материальные коты ведь тоже так умеют.

— Ну, хорошо! Необычный. Тосканский суп с фаршем. Видоизмененный под здешние реалии, естественно.

Рецепт был восстановлен по памяти. По прошлой памяти. Насколько это возможно, вообще. Не уверен, что на Бруасе можно найти орегано или тимьян, разве что на кораблях кто-то привезет. Правда, зачем бы это кому-то понадобилось? Базилик, кстати, продавался, его в здешних гидропонных фермах выращивали. Как и чеснок с луком и паприкой.

— А. — кот сразу потерял интерес к супу. — Я думал ингредиенты для оливье варишь.

— Да с чего бы? Оливье ведь…

— Только на Новый год! — вместе с Кером закончили мы фразу и дружно рассмеялись.

Шутка была с историей. Новогодней, естественно. Да, далекие потомки колонистов, как выяснилось, праздновали завершения планетарного года. Обычно, к слову, администрации большинства систем старались связать планетарный год с государственным календарным — но иногда космическая физика вкупе с планетарной погодой уж слишком протестовали. И приходилось устанавливать Новый Год самостоятельно.

Разумеется, праздник устраивали не все — каким-то особым, «государственным» он не был. Вот, мои здешние родители мне по него даже не рассказали. Но в этот раз нашлись важные для меня люди, решившие, что без праздника — никак. Борк Рауль, главным образом — ведь наш с Тестарадос распорядок дня зависел именно от него. Да-да, «самый суровый ковбой в этом секторе», который в зеркало сам себе не улыбается, и торгуется за каждый кредит так, будто у него дома семеро детей и всех надо кормить — взял и решил потравить часть своих нежно любимых денег на развлечения. Кто бы сказал заранее — не поверил бы!

Вышло все так: мы с Тесс уже четыре календарных месяца пробыли в у призового охотника в ученичестве, когда наступил конец года. 1137 закономерным образом уступал место году 1138 от начала Экспансии. Я, честно говоря, даже в мыслях не допускал, что этому будет уделено хоть какое-то внимание. Но наставник меня удивил.

Он завалился домой в с каким-то подозрительным красным мешком, а дрон-тележка — доставщик из магазина, вкатил целую тумбу с деревом, в целом похожим на елку больше, чем, например, на сосну. Нет, конечно, это была не земная ель. А вот был ли это гибрид, доработанный генными дизайнерами или вообще растение с другой планеты — я так и не понял из скудного описания в сети фрипорта. Кстати, могло быть и то, и другое сразу… Ладно, неважно. Главное — сам факт!

— Это что? — спросили мы с Тесс, вытаращив на учителя глаза.

— Камир. — Борк Рауль кивнул на дерево в кадке и поставил мешок на пол. В ценнике, кстати, было другое название. Пока я интересовался происхождением видов, учитель принялся дальше потрошить свой мешок. Стал доставать из него… гирлянды, мишуру и елочные шары! Вот в этом месте я окончательно офигел и перестал понимать, что происходит. — Сейчас будем ее наряжать!

И в голосе его было столько оживления, что я даже на мгновение решил, будто под личиной скряги-охотника прячется земляк-попаданец. Причем именно русский — с нашим национальным трепетом именно к этому зимнему празднику! Но тут же понял, что сам уже много раз в мелочах указал на свое перерождение. И названия блюд вслух произносил, и не всегда хорошо переложенные на местные реалии анекдоты рассказывал, и еще много всякой ерунды. Не специально. Однако Борк Рауль точно был заметил. Вернее, он и заметил — просто не придал значения вне контекста.

— Я знаю! — вскочив на стол, ткнула в наставника лапкой Оранжевая. — его разум захватили инопланетяне и теперь управляют им, заставляя творить всякую дичь!

— Ло-о! — схватился лапками за голову Ра. — Может, хватит уже?

— … Только избранные способны принять правду и возглавить Сопротивление!

— Это надолго, — стойко вздохнул Кер. — Логика тут бессильна.

— У тебя просто логика неправильная, — фыркнула Ная. — Смотри и учись. Рыжая, а ничего что мы на этой планете тоже инопланетяне? Пришелец пришельцу клешню щупальцем не перешибет.

— Действительно, — озадачилась Оранжевая и уселась там же, где призывала сплотиться и так далее. — Значит, ложная тревога.

Красный и Синий деликатно похлопали нашей «всеобщей мамочке».

Тем временем Тесс пыталась разобраться в странной традиции наряжания дерева.

— Что, вот прямо брать и вешать на ветки? — она взяла шарик и полюбовалась игрой света призрачном материале, похожем на стекло. — Я бы на широкое блюдо пирамидкой выложила. Красиво же!

— Ну, камир же! Вы чего, мелкие, Новый год никогда не праздновали?

Оказалось, что моя соученица про сам праздник-то знает. Вот только в ее общине его отмечали совсем по другому. Запускали фейерверки, ходили друг к другу в гости, готовили вкусности. И ни про какой камир никогда не слышали.

— Вкусности — это правильно! — хохотнул Борк Рауль. — Коррен, займешься? А мы пока с Тесс комнату нарядим.

Я, наверное, с минуту тогда стоял, не зная, что отвечать. Призовой охотник, украшающий комнату гирляндами и наряжающий инопланетный аналог елки шарами — да нет, не может быть! Может, я заснул стоя просто?

Потом как-то незаметно вся эта предновогодняя — прямо, как в прошлой жизни! — суета, захватила и меня. Наставник дурачился и постоянно шутил, Тесс смеялась так часто и сильно, что иногда даже задыхалась. А я пошел готовить салат оливье. Потому что — что за новый год без оливье?

Пришлось, кстати, попотеть, заменяя отсутствующие ингредиенты тем, что удалось найти. Зато с майонезом не пришлось ничего не придумывать — человечеству здесь он был известен как «белый соус». Кетчуп, кстати, тоже — как «красный соус». В общем, под замену пошло почти все, кроме майонеза, но получилось почти похоже на то, что ест каждая семья на Новый год.

А я еще разошелся, и «мясо по-капитански» запек — в общем праздничный ужин удался. Который мы смели за несколько минут, после чего сыто отвалились на спинки стульев.

— Этот твой оливье — вещь! — Борк Рауль, оказывается, поставил салат на уровень выше мяса. — Никогда такого не пробовал! Вот бы нам в казармы тогда такой!

Ну и слово за слово начался традиционный для любой семьи во время праздников караван офигительных историй. Наставник прошелся по нескольким, самым безобидным с его точки зрения рейдов, а еще рассказал, почему он так трепетно относится к Новому году.

— В учебке — так между собой младшие курсы Академии на Элитее малолетние курсанты называют — его праздновали. — сказал он, прихлебывая морс (тоже я варил, да!). — Каждый год трехдневные каникулы, посередине которых — праздник. Пока мелкий совсем был, ждал его весь год. Украшения, подарки, сама атмосфера, когда казарма превращается в сказочный дом, а вместо обычного повседневного рациона в столовой готовят разные вкусности. И вся эта муштра, занятия, тренировки — отступает на задний план. Становясь будто бы сном, а реальность — только вокруг…

Ого! Никогда бы не подумал, что наш наставник способен так выражаться! Правда, мы этот его лирический настрой быстро сбили. Его лицо во время рассказа приобрело настолько мечтательное выражение, что мы с Тесс переглянулись и, не сговариваясь, прыснули.

— Что? — притворно возмутился наставник. — Да, раз в году я могу себе позволить побыть сентиментальным! А вы цените, что я с вами тут один вожусь. Персональное обучение! В учебке бы вас все ваши шуточки быстро повыбили б! Причем сами однокурсники. Играться там не любят. Зато и выпускают на старшие курсы всех такими же крепкими орешками, как я!

Мы тут же сделали очень серьезные лица и стали заверять учителя в том, как нам с ним невероятно повезло. И вообще такого наставника в обитаемом космосе больше не найти.

— Врете же небось! — хмыкнул гений педагогики. — Но, черт возьми, талантливо! А салата не осталось еще?

— Я по канону готовил. — ответил я с достоинством. — В самом большом тазике! Там еще дня на два.

— Вот это ты молодец, Коррен!

Молодец, но не Ори. Коррен. Вот весь он в этом!

Вечер закончили уже к планетарной полуночи, играя в настолку — да, тоже Борк Рауль притащил. Вот уж не думал, что этот жанр игр уцелел. С другой стороны, кости и карты в ходу остались. А к конкретно нашей настольке в довесок шел компьютер с проектором, чтобы в голове фишки и деньги не держать. И не получалось жульничать. Да, это была старая добрая «Монополия»!

— Наиполезнейшая экономическая игра, — с поучительными нотками выдал наш сенсей. — Это вам не абстрактная математика, а чистяком правда жизни! Математикой и всем там прочим в республиканском школьном объеме вам тоже придется заняться — месяца через три на тестирование у меня пойдете для выстраивания индивидуальных программ. Вот тогда забудете, как балбесничать! Но пока — живите и радуйтесь! Ух я сейчас вас обставлю! Можете даже союз заключить.

В этой версии экономическая стратегия называлась «Фрипорт», и, как можно догадаться, обыгрывала систему движения денежных потоков аналога фрипорта Бруаса. Без особого цензурирования таких злачных местечек как бордели и казино. Первый раунд у нас прошел больше как разогревочный и для разучивания правил. А вот второй…

— Новичкам везет! — фыркнул учитель. Заново раскладывай.

Третий…

— Вы б еще втроем на одного меня насели!

Четвертый…

— Рынок мне должен сказать спасибо, что я тебе домашними делами загрузил, Коррен!

Пятый…

— Я в следующий раз Ганиса позову, поняли? — после долгой паузы сообщил нам призовой охотник. Еще немного подумал, и поставил условие: — Втроем заключим тайный союз и раздавим этого прохиндея!

Все, наконец-то спать.

А через несколько дней после этого, Борк Рауль как-то завел разговор про оливье. Мол, неплохо бы его приготовить на очередной ужин. Я тогда сделал страшные глаза и выдал.

— Вы что, наставник! Это же только на Новый год!

Что самое поразительное, охотник кивнул и отстал. Но примерно раз в неделю стабильно пытался поднять эту тему снова, однако всегда получал один и тот же ответ.

— Мог бы и сжалиться над человеком. — пожурил меня Кер, после того, как мы с удовольствием вспомнили эту историю. — Он хороший наставник. Хотя, конечно, с перекосом в боевика, и вас так же учит. Но смотри чего вы с Тесс добились за каких-то три месяца.

— Да это просто мы талантливые! — нарочито задрал нос я.

Но правоту Синего признал. Действительно, за это время Борк Рауль безжалостно и настойчиво натаскивал нас на применение силы Потока. Боевого применения, понятное дело. И сейчас мы с соученицей тянули на полноценных подмастерьев. Сам наставник, понятное дело, изображал, как ему с нами тяжело, и как плохо мы усваиваем очевидные вещи, но я то видел, что на самом деле он нами доволен.

А что, необходимый минимум мы уже постигли. Щиты ставили быстро и под нужными углами к атаке. Толчок выдавали не задумываясь. Усилением тела я владел и до встречи с охотником, но и в этом достиг прогресса. Похуже было с локальным ускорением — его тут называли Рывком, но и с ним справился.

— И молнии выдаешь не раз из десяти попыток! Что? — оказывается, задумавшись за готовкой, я начал перечислять свои достижения вслух. И Синий решил меня поддержать.

Я поморщился. Молнии, да. Та самая штука, что я смогу попросту затвердить, но так и не смог понять, как из крохотных искр получается разряд воздушного пробоя толщиной в мою руку!

— О, Тессочка пришла! — моментально сменил тему фамильяр, услышав, как сработал замок на входной двери. — Пойду встречу!

Бронитка, как обычно, принесла с собой вкусняшек из пекарни — хозяин заведения с некоторых пор позволял ей делать небольшую партию исключительно для домашних. Борк Рауль, когда это произошло первый раз, спросил, оплачивает ли Тесс продукты Ганису. Та сперва посмотрела на учителя, как на душевнобольного, чего он, к счастью, не заметил, а после ответила, что конечно же оплачивает. Призовой охотник довольно кивнул. Мол, только так и надо.

— Чего у нас на обед? — вслед за соученицей заявился и наш космический ковбой. Попробовал по ходу движения мимо стола сцапать один из калачей Тесс, но та была начеку, и быстро подвинула кулек в сторону. А тот — сделал вид, что и не пытался.

— Тосканский суп с фаршем. — объявил я.

— Не слышал про такую планету. — на миг задумался Борк Рауль. — Тоскана? Это где-то в Диком Космосе? А, плевать! Наливай уже скорее, жрать охота!

И это при том, что наш наставник большую часть времени проводил, шастая по барам и всяким забегаловкам — любопытная Ло почти всегда составляла ему компанию. А потом нам с Тесс пересказывала. Правда, он там практически ничего не ел, только пил, да и то не алкоголь. Это у него называлась работой с агентурой.

— Руки мыть сперва. — скомандовал я.

Так уж повелось, что на кухне я властвовал единолично. После нескольких стычек (ты меня еще поучи!) и выращенной в качестве ответного аргумента на плохо отмытых ладонях охотника ведьминским ускорением странной зеленой плесени — мою кухонную власть признал даже охотник. Поэтому теперь привычно лишь кивнул, и отправился к умывальнику. Тесс принялась помогать мне накрывать на стол.

— Там сыр? Кварк меня сожри, как же вкусно! — буквально с первой ложки распробовал блюдо наставник.

— Три сорта. — кивнул я. — В оригинальном рецепте один, но я решил, что хуже не будет.

— Тофмо не фует!

— Где ты только находишь эти рецепты? — бронитка, в отличие от учителя ела аккуратно, боясь обжечься — суп-то только с плиты. Это суровому космическому ковбою все, что ниже температуры плазмы — тепленько. А Тесс на каждую ложку дула.

— Да в сети. — пожал я плечами. Не рассказывать же, что я их вспоминаю и адаптирую к существующему набору продуктов. — Если знать, где искать, ничего сложного. Нравится?

— Очень…

Однако, судя по виду девочки, моя стряпня ее сегодня волновала мало. Даже Ная, пришедшая с ней это отметила, шепнув мне на ухо, что «Тессочка сегодня какая-то задумчивая». Словно бы она упорно думала над какой-то очень важной темой. И к моменту, когда тарелка Борк Рауля показала дно, решилась ее озвучить.

— Учитель, а когда ты отправишься в рейд?

Вот оно что! Тесс решила, что настала пора поговорить о ее мести. За столом тут же воцарилась тишина. Я молчал, потому что мне в этот самый рейд совсем не хотелось — ну простите, я не боевик, а вполне мирный парень. И в прошлой жизни таким же был.

Наставник молчал так как был увлечен вычерпыванием остатков супа. Секунд десять занимался этим с такой самоотдачей, будто под остатками еды скрывалась карточка на сто кредитов. И только закончив —, спойлер, купюры не обнаружилось — поднял глаза на ученицу.

— Хочешь громить работорговцев? — спросил он, уже зная ответ.

— Да! И я готова!

— Ну, к нашей общей удаче, судить об этом не тебе. Толчок у тебя только Коррена способен свалить, Рывок получше, но тоже далек от идеала. С полями, разве что, ты получше управляешься. Но всего этого мало, чтобы выходить против настоящего противника. Который не простит тебе ни одной ошибки. И убьет после первой!

— Но среди «мясников» почти нет одаренных! — решила зайти с козырей Тесс.

— Почти — ключевое здесь слово.

— Я буду осторожной. И я хороша в командной работе, даже лучше Ори!

— Нет. Пока не получишь от меня ранг подмастерья, даже обсуждать нечего.

— Но я же уже по всем параметрам прохожу!

— Опять-таки — решать это не тебе!

Мы с фамильярами только взгляды переводили с одного спорщика на другого. Был бы попкорн, Красный бы уже зажал ведерко между задних лап, а передними набивал рот. Но вмешиваться я лично не собирался. Да, я понимал мотивы ведьминой дочки, но также трезво оценивал и наши с ней возможности. Отбиться от не подозревающих о нашей связи с Потоком бандитов, мы бы, наверное, смогли. На эффекте неожиданности. Это без моих фамильяров, конечно.

— А то! — гордо подбоченился Ра.

— Мы их на тряпочки! — радостно поддержала Ло.

— Их корабль станет для них же ловушкой, — застыв синей тенью, обозначил клыкастую улыбку Кер.

— А я просто никого и ничего к тебе не подпущу, — потерлась щекой о мое плечо Ная.

Но лезть в полноценный бой, где враги, скорее всего, в броне, и вооружены плазменными метателями, игольниками, гранатометами и прочей стреляющей фигней (я тут как-то попытался загрузить на коммуникатор полный каталог только официально выпускаемого кланами оружия — так он сразу половину постоянной памяти отожрал!), я бы при наличии выбора не стал.

Еще несколько секунд после отповеди наставника, Тесс смотрела на него злыми глазами — а вот это что-то новенькое! Затем бросила обиженный взгляд еще и на меня — ну, здорово, я-то тут при чем? — схватила ложку и стала яростно есть. Мне даже немного обидно стало. Я, понимаешь, готовил, старался, а она вот так… заталкивает в себя, не чувствуя вкуса.

А Борк Рауль, сочтя вопрос исчерпанным, попросил добавки.

— Ты бы поговорил с ней. — мягко хлопнув по плечу хвостом сказала Ная.

— После еды у нас около часа до тренировки. — отозвался я безмолвно. — Поговорю.

В самом деле, стоило. По мере того, как бронитка росла в управлении Потоком, возрастала и ее желание поквитаться с теми, кто причинил ей столько боли. Вернее, как я подозреваю — проверить свои силы, победить и почувствовать, что больше ей подобный исход не грозит. Хотя бы один раз — дальше она поспокойней будет. А взрослой тетеньки в голове, которая бы посоветовала выкинуть мысли о мести, у нее не было. Правда, планам моим не суждено было сбыться.

Дверь квартиры нашего наставника вдруг отъехала в сторону, хотя никто кнопку не нажимал, и я увидел на пороге целую кучу людей. Знакомым был только Дарен, сотрудник Арены, который заведовал арендной, вроде нашей, жилплощади. Именно он, имея коды доступы к каждой комнате, дверь и открыл.

За ним стояли два вооруженных и облаченных в композитную броню мужчины. Этих я тоже опознал — частенько приходилось видеть на улицах рынка. Служба безопасности фрипрорта Бруас, только не патрульные, судя по боевому оружию, а спецназ. Еще и щитки на шлемах опущены, чего эсбешники обычно не делали. Да что происходит?

Позади их широких спин маячили двое мужчин и одна женщина. Про первых двоих и сказать было толком нечего — средний возраст, костюмы, чиновничья печать на лицах. А вот последняя в их компании смотрелась абсолютно чужеродно. Розовый брючный костюм, стоивший, наверное, как не сильно потрепанный челнок без гипердвигла, щегольские очки на глазах — кто их сейчас вообще носит? — и длинные, спускающиеся на плечи роскошным водопадом, белые, как снег, волосы.

— Ранг не ниже мастера. — шепнул Ра. — Сильная!..

— Какого черта, Дарен! — наш наставник вскочил, моментально оказавшись между нежданными гостями и нами. — Я что, квартплату просрочил? Чего это ты врываешься?..

— Рауль, тут такое дело… — сотрудник Арены явно чувствовал вину за происходящее, но по какой-то причине поступить иначе не мог.

— Борк Рауль, он же Варго Александер. — выступила вперед блондинка в розовом. Ткнула охотнику в лицо планшет, на котором уже был открыт какой-то документ. — Я республиканский маршал Кассиди Андора. Вы арестованы. Не оказывайте сопротивления.

Такой растерянности я не испытывал уже очень давно. Только что все было нормально, почти семейный обед и семейные же разговоры — даже легкую ссору Тесс с учителем можно туда записать. И вдруг — хлоп! И все летит кувырком. Спецназ, республиканский маршал в ранге мастера, арест. Да что происходит⁈

Глава 17

Неприятности

Год 1138 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

— Да в мыслях такого не было! — наш наставник миролюбиво поднял руки, демонстрируя, какой он законопослушный и настроенный на сотрудничество. — Вот только, госпожа республиканский маршал Кассиди Андора, у меня ведь тоже есть права. В частности, согласно законодательства Ста Миров, без предъявления обвинений, с одним только ордером на арест, я имею право — в присутствии представителей закона, конечно же! — получить возможность урегулировать свои текущие дела до помещения под стражу. Кроме того, хочу заметить для представителей администрации фрипорта Бруас, что признавая задержание республиканским маршалом законным, я передаю себя под защиту оного маршала.

— Во чешет! — в полном обалдении проговорил Ра. — А он чего, юрист еще что ли?

— Балда ты, Красный. — с видом полного интеллектуального превосходства отозвался Кер. — Он же призовой охотник. Всяко должен разбираться в законах.

Я тоже не мог не восхититься тем, как уверенно, а главное — убедительно, говорил Борк Рауль. Словно бы здесь не было двух спецназовцев с боевым оружием, и законника, пришедшего по его душу, а всего лишь неожиданные гости, с которыми требовалось решить какое-то не слишком важное дело. Про свои права задвинул, кажется, в точку. По крайней мере, у беловолосой дамочки в розовом костюме скривилось от неудовольствия лицо, а значит, все сказанное было чистой правдой.

Вот только его последняя фраза вышла какой-то странной. Точнее, я не понял, зачем он ее сказал. Словно бы он озвучил ее протокол, и потом собирается использовать. Как? Да понятия не имею, но точно в свою пользу. В общем, Борк Рауль выглядел как человек, который знает, что делает.

Прежде, чем женщина смогла что-то ему возразить, подключилась та самая администрация фрипорта. Один из стоящих за бронированным спецназом чиновник выдвинулся вперед и чуть ли не ритуальным жестом поднял руку.

— Свидетельствую. — сказал он. И добавил уже человеческим голосом. — Рауль, от имени администрации фрипорта приношу извинения за произошедшее. Должно быть это недоразумение, которое скоро разрешится.

— Ман, вот к вам-то как раз вообще вопросов нет. — хмыкнул охотник.

— Тем не менее, я со своей стороны заверяю, что сделаю все, чтобы твои интересы не пострадали.

— Эй, он вообще-то задержанный! Вот ордер на его арест! Какие еще «его интересы»⁈ Он в моей юрисдикции! — маршал все-таки не выдержала и решила вмешаться.

Но чиновника это не смутило. Впрочем, чем она его могла напугать? Спецназ-то тоже был фрипортовский. На ее гневное замечание он выдал отповедь в лучших традициях земных бюрократов.

— Маршал Андора, хочу вам напомнить, что вы находитесь на территории фрипорта. Особой экономической и юридической зоны. А значит ВЫ находитесь в НАШЕЙ юрисдикции. А МЫ оказываем содействие представителю закона республики. С этим же нет проблем?

— Нет… — кисло отозвалась женщина. Но чиновник, оказывается, не закончил.

— Борк Рауль является давним партнером администрации Бруаса. Нас связывают длительные взаимовыгодные отношения. И мы знаем его, как человека достойного. А значит должны пойти ему навстречу в его ЗАКОННЫХ требованиях. Тем более, что на попечение Борк Рауля находятся двое несовершеннолетних. Одаренных несовершеннолетних в ранге ученика. Это тоже требует соблюдения определенных процедур.

— Подмастерья, вообще-то…

Представитель администрации повернулся к охотнику с искренним удивлением на лице.

— Что?

— Я говорю — несовершеннолетние на моем попечении. Они не ученики, а подмастерья. Если вы дадите мне минутку, я оформлю их ранг официально.

В других обстоятельствах признание учителем нас с Тесс равными рангу подмастерьев меня бы только порадовало. Тем более, что мы действительно проходили по всем формальным признакам. Вот только зная Борка Рауля, он, скорее всего, выдавал новый статус авансом. И только потому, что сам оказался в затруднительном положении, и таким образом страховал своих воспитанников.

Но, как оказалось, не только поэтому.

— Таким образом, — продолжил наставник, переводя взгляд с одного чиновника на другого, полностью при этом игнорируя маршала и спецназ, — Вам придется обеспечить им условия проживания, соответствующие их рангу.

— Конечно, Рауль, тебе не о чем волноваться. — заверил представитель администрации. — Здесь представитель «Опеки»…

— Ты не понял, Ман. — хмыкнул Борк Рауль, не отрывая взгляда от второго чиновника, который, скорее всего, и был тем самым представителем «Опеки». — Этих детей воспитывал я. Готовил как штурмовиков-абордажников. То есть, у вас на руках окажутся мальчик и девочка, шести и восьми лет соответственно, в ранге подмастерьев, обученные боевому взаимодействию. Рядом с которым не будет их учителя. Так понятнее?

Представитель «Опеки» сипло вздохнул и довольно нервно дернул кадыком. Перед его глазами, вероятно, сейчас проносились картины сожженного дотла приюта и два маленьких дьяволенка, с безумным хохотом носящиеся по пепелищу, и добивающие выживших молниями с рук.

— Я люблю этого дядьку. — сказал вдруг Ра.

— Да уж, отличная характеристика… — не согласилась с ним Ло. — На ребят сейчас натянут смирительные рубашки и будут держать в комнате из негорючего материала.

— Все он правильно сделал. — высказалась и Ная. — Сами смотрите!..

И действительно, сразу после слов наставника, чиновник от администрации заверил, что подопечные уважаемого Борка Рауля будут содержатся в подобающих условиях, а не в тех, что достаются обычным сиротам. Более того, администрация фрипорта, опять-таки — в знак уважения к давнему партнерству с охотником — возьмет на себя все финансовые вопросы, с этим связанные, до исчерпания судебного разбирательства.

— Вот же… ушлый тип! — подытожил Синий, наблюдая за этим. — Он даже тут сумел выторговать себе скидку!

Я согласился. Да уж, Борк Рауль во всей своей красе. Раньше меня его бережливость, доходящая до откровенной жадности, немного подбешивала. Однако сейчас я был полностью на его стороне. Во-первых, потому, что в такой ситуации действительно нужно было выжать все. А во-вторых — это ведь он о нас заботу проявлял. Тем способом, который был ему доступен. Красавчик же! Сам находясь под арестом умудрился кому надо руки выкрутить!

Следующие минут двадцать длилась бумажная волокита. В смысле, это я так по привычке сказал, на деле же все документы как обычно проходили в электронном виде. Наставник выдал нам ранг подмастерий и следом — отказался от опеки, передавая в соответствующую организацию. Сам попутно кому-то писал и отправлял голосовые сообщения, правда, перед каждой коммуникацией показывая ай-ди абонента и объясняя, кто это такой.

Потом нам позволили собрать вещи — чиновник из «Опеки» буквально ходил за нами хвостом, наблюдая. Видимо, после слов Борк Рауля, он был уверен, что мы в свои сумки попытаемся спрятать парочку бластеров и плазменных гранат. Чтобы его не разочаровывать, я попросил, чтобы Красный пару раз выдал «странные» искры. Такие, чтобы никто, кроме мужчины их не заметил, а сам он стал еще более нервным. Уроки наставника усвоил — выжимай из ситуации все возможное.

Напоследок, перед тем, как нас повели на выход, охотник по взрослому пожал каждому из нас руку. И даже выдал то, от чего я чуть носом не захлюпал.

— Позаботься о Тесс, Ори.

И все. То есть, вообще — все. Он больше ни слова не сказал, а у меня возникло ощущение, что он минут пятнадцать толкал проникновенную речь. В которой распинался, какой я молодец, как он гордится, что у него были такие ученики, а потом еще обещает разобраться со своими проблемами и вернуться за нами. Чтобы мы могли еще раз провести вместе Новый Год.

Короче, из нашего дома я уходил в растрепанных чувствах. И почти не заметил, как мы прошли, наверное, половину расстояния до приюта, который на ближайшее время станет нашим новым, н-да, «домом». Какой уж там дом? Местом пребывания станет.

— Ло осталась с вашим теперь уже бывшим учителем, — прокомментировала Ная, заметив, что я начал проявлять осмысленную активность.

— Эк тебя приложило, — посочувствовал Ра.

— Да мы все к жлобствующем ковбою привязались, — грустно вздохнул Кер. — До сих пор не могу понять, как это произошло.

— Первый учитель… — протянул Красный, имея в виду, конечно, что первый в этой жизни. И тут же разулыбался. — Но к молоденькой красотке Марье Ивановне, только что из педагогического колледжа, яб привязался быстрее и крепче!

Засранец! Хотя да, моя первая училка в прошлой жизни была как раз такой вот молодой девчонкой. Пацаны из одиннадцатого класса головы сворачивали, когда она по коридору шла. Представить, что её полиция приехала арестовывать — вот был бы шок и обида!

— Надо узнать за что Борка Рауля увозят судить! — поддержал Синий. — А то вдруг… за дело?

Это было возможным, как бы мне не хотелось верить в обратное. Призовой охотник — профессия балансирования между законом и преступлением. Все могло случится. Например, психанув, наш наставник убил злодея, а тот оказался не свой собственный подонок, а клановый. Правда, сам космический ковбой держался с таким потрясающим самообладанием, что даже негативно настроенный обвинитель должен был признать, что у этого человека совесть чиста. С другой стороны, не умея держать лицо в его профессии долго не проживешь. Было бы куда спокойнее на душе, если бы удалось узнать правду.

— Ло выяснит, если получится, — Зеленая потерлась о меня щекой. — Проследит, на каком корабле прилетела розовая дурында и посмотрит там, послушает.

* * *

В самом приюте нас сразу же развели по разным корпусам — мальчики налево, девочки направо. Я попросил Наю пойти с Тесс, чтобы поддержать ее, если получится это сделать незаметно, и держать между нами связь. Сам же молча двинулся вслед за приставленным ко мне очередным чиновником, который повел меня к новому месту жительства.

Каково же было мое удивление, когда за открывшейся дверью оказалась крохотная комната с двумя кроватями. На одной из которых сидел пацан старше меня года на три.

— Простите. — вежливо произнес я, обращаясь к сопровождающему. — Вы, наверное, ошиблись. Человеку, который привел нас сюда четко объяснили, что в поселить в подобных условиях нас нельзя. Ни меня, ни мою спутнику!

Бож-же, ну и построение фразы! Сам себя ненавижу. Как голос только петуха не дал? А все здешняя атмосфера. Нет, скорее арест учителя так сказался: столкновение с бездушной бюрократической государственной системой. Почувствовал себя «маленьким человеком». А я ведь ребенок еще к тому же.

— Поговори мне! — с ленцой процедил воспитатель. — Здесь один порядок для всех. Заруби себе на носу, с-сирота!

Есть такие люди. Попали педагогику и быстро поняли, что маленькие дети без родителей на любого взрослого смотрят с ожиданием и испугом. Даже те, что демонстративно не слушаются и проверяют на прочность незнакомого дядю. Что ж, человек остается человеком вне зависимости от планеты и удаленности от Прародины.

Хреновый из меня ученик. Только от наставника оторвали — и сразу все забыл, растерялся. Прости, Учитель. Прямо сейчас исправлюсь!

Меж тем усталому воспитателю надоело ждать, и он позволил себе «направляющий жест», как это наверняка у них в объяснительных пишется. Иначе говоря, попытался просто пропихнуть меня в дверь комнаты и закрыть там вместе с соседом. Дудки! Я же сказал, что не зря учился! Ну, себе сказал, не ему. Этому типу я сейчас все наглядно покажу. На пальцах!

Раз! Рука «педагога» увязает в выставленном щите. Поймал! Один из приемчиков учителя, что удивил немало «торговцев мясом».

Два. Я выставляю вторую руку типа для приема. Одновременно Красный «выдувает» шаровую молнию, и ловит передними лапками, встав на задние. Для постороннего наблюдателя это выглядит как если бы я её создал и заставил зависнуть в воздухе. Перед моим щитом, то есть рядом с пойманным агрессором. Коридор наполняет мертвящий шелест скованной плазмы.

Три. Кер запрыгивает на плечо мужика и прямо на ухо транслирует то, что я шепчу. Заставив встрявшего придурка судорожно дергаться.

— Поленился заглянуть в сопроводиловку, да? — с наигранным сочувствием устами Синего сказал я сотруднику соцфонда. — Сказали что-то вроде «прими сироту» — вот ты и принял, как привык?

Судорожные кивки вместе с рывками в попытке освободится в ответ. А глаза-то за шаровой молнией следят, не отрываясь. Повезло ему, что метастабильный плазмоид очень слабо излучает, и в основном свет — иначе б распадался быстро. Не ослепнет.

— А нужно было, — в моем легкое порицание. — Меня ж даже по возрасту даже к особым режимникам нельзя, там только с восьми. Поговорит со мной психолог и скажет: стресс. Учителя вот на глазах арестовали за какую-то фигню, на которую республиканский суд возбудился… А мы с напарницей ведь только «подмастерья» взяли!

Можно ли испугаться человека, тем более — ребенка сильнее, чем висящую рядом шаровую молнию? Можно, я проверил. Заодно узнал, что некоторые люди так белеют от страха, что как будто выцветают.

— Так что не стрессуйте меня пожалуйста, дяденька педагог, — уже своим, нормальным попросил я, отменяя барьер. А Красный в один присест заглотил выпущенную ранее молнию. Долго мы искали способ безопасно тушить эти опасные штуки. А то от контролируемого подрыва за щитами стены зала портились так сильно, что учитель каждый раз настоящую истерику с отчетливыми нотками «ква» нам с Тесс устраивал. А мы что? Мы ничего. Просто в теннис играть полюбили.

— Я… Я… — тем временем натурально завис мужик. Все никак не мог отойти — Б-б-б!..

— Больше не буду? Поищу другую комнату? — попробовал догадаться я.

— Д-д-да!!!

— Спасибо, — я аж ножкой шаркнул. — Я подожду, вы не торопитесь.

Вдали послышался характерный слитный топот защищенной композитным покрытием обуви — её тут все силовики таскают, включая охрану приюта. Но к нам в коридор крепкие ребята в обрезиненной снаружи броне (дети же! Надо аккуратно!) так и не ворвались. Увидели через камеры, что инцидент исчерпан и спокойно ушли на свой пост.

— Нас тоже переселяют из пенала-на-двоих, — передала мне по связи Ная. — Молодец, Ори!

— А то ж! — гордо вскинул голову Ра, будто это он все заранее спланировал и реализовал.

Напоследок я обернулся и подмигнул парню, на глазах которого все это произошло. Тот судорожно икнул и захлопнул дверь изнутри. Ну все, теперь и среди жителей приюта у меня будет нужная репутация. Без всех вот этих детско-тюремных «я тут пахан, отдавай мне половину обеда, ну», характерных для подобных мест. Хотя, может, я наговариваю и дисциплина тут на уровне? Владельцам порта ведь еще отбить расходы на содержание местных постояльцев надо, выгодно пристроив их по рабочему контракту после совершеннолетия.

Следующая комната оказалась вдвое больше и напоминала гостиничный номер. С окном! Правда, с фальшивым — на самом деле это был экран.

— Там все равно пустыня за стеной, — тут же проверил Синий. — Ну и коробки накопительных складов, конечно. Пусть лучше летнее утро показывать продолжают.

Я осмотрел все это великолепие и кивнул, мол, пойдет. Воспитатель облегченно выдохнул, даже не пытаясь это скрывать. После чего поспешил прочь, сообщив напоследок, что ужин через час, и он или кто-то еще, обязательно зайдет, чтобы проводить до столовой.

Через Наю я уже знал, что Тесс заселили в такую же комнату в корпусе для девочек, и у нее все в порядке. Так что просто улегся на кровать, даже не думая ее расправлять и прикрыл глаза. Сумасшедший день. Все полетело в тартарары и я понятия не имел, что мне делать дальше. Нужен был новый план, и им я решил и заняться.

Правда, сперва «принял доклад разведки». К этому времени как раз вернулась Ло, наблюдавшая за Борк Раулем.

— Увели в комендатуру. — сказала она, просочившись сквозь стену. — Браслет только надели, а так даже не под конвоем. Этот, который с администрации фрипорта настоял. Сказал, что у нашего наставника есть определенная репутация. И ей навредят прогулки в наручниках через весь рынок, раз уж она решила не ночевать на корабле. Особенно, после того, как выяснится, что все это ошибка.

— И как он?

— Рауль-то? — будто бы даже удивилась Оранжевая. — Да что с ним сделается? Посадили не в камеру, а вроде изолятора, принесли еду, так он им еще и разнос устроил за то, что она холодная.

— И что?

— Разогрели. Ты будто не знаешь своего учителя!

— Уже нет. Не учителя…

— Эй! — Ра аж подскочил. — Первый учитель — навсегда Учитель!

— Да знаю я… Просто… Все равно очень паршиво на душе.

Фамильяры тут же облепили меня со всех сторон. А из комнаты Тесс пришел образ, как бронитка обнимает невидимую для неё Наю и плачет. Представляю, сколько вопросов возникнет у тех, кто за нами следит. С другой стороны — их проблемы! Скажу про воображаемых друзей и Тесс тоже скажет.

Вот так, гладя то одного Зверя, то другого, вымотанный событиями этого долгого дня, я и вырубился. Причем, кажется, одновременно с Тесс.

В итоге проспал и ужин (мне его принесли и оставили на столе, хех! Какой сервис!) и всю ночь — детский организм, что вы хотели. Впрочем, понимаю, почему не стали тормошить — вдруг я со сна в него молнией кину?

А разбудили меня фамильяры, ранним утром. Настойчиво так.

— Ори, Ори! Там Тесс, Ори! Просыпайся уже!

— Что? Что с ней?

Едва продрав глаза, я сразу же «подключился» к Нае, которая сидела у девочки на плече. Сама же Тесс куда-то шла — я видел спину впереди идущей воспитательницы. Даже вопроса никакого задать не успел, а мою соученицу уже завели в какую-то комнату, стены которой были увешаны старомодными фотографиями, изображающих счастливые семьи. Мама, папа и обязательно улыбающийся, как дурак, ребенок. Типа, у тебя тоже так будет, сиротка. Ты только согласись пойти к этим незнакомым людям под опеку! Комната для встреч, или как она там называется в приютах? Хрень какая-то. Нас только вчера ближе к вечеру оформили. Борка Рауля еще не успели из комендатуры забрать — раз Ло пока не вернулась. И кто-то хочет мою подругу усыновить уже? Или это из-за моего вчерашнего перфоманса? Рекламу нам как перспективным сонечникам, уже сейчас способным в бараний рог скручивать взрослых неодаренных, я сделал прекрасную. Наверняка видео уже утекло из приютской сети. Те же охранники могли растрепать запросто! Что-то я об этом аспекте своего выступления вчера не подумал. Ну да, тот самый стресс.

Тем временем с диванчика поднялся визитер. То есть — визитерша. Женщина была облачена в нежно любимую у бруасцев арафатку и длинное платье до середины голеней, с рукавами, подобранное в тон. Наряд завершали удобные, очень не дешевые сапожки. Я сразу узнал обувь, в которой и по городу, и по коридору звездолета можно бегать, и в воду прыгать, и по горам лазить. Борк Рауль на тему качества именно этого элемента гардероба особенно налегал. Тоже спасибо за науку.

Женщина одним движением сдернула головной убор, открывая лицо и поворачиваясь к Тестерадос.

— М-мама⁈

Глава 18

Связь

Год 1138 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Тестерадос нерешительно протянула руки, а женщина вдруг просто опустилась на колени, чтобы выровняться в росте с девочкой. А бронитка сначала нерешительно, а потом все крепче и крепче вцепилась в незнакомку. Повисла на шее, заплакала!

— Мама! Мама!!!

— Чуть не умерла от тоски, пока искала тебя, маленькая моя, — тихо ответила женщина девочке. Ная прекрасно видела, что у старшей тоже слезы стоят в глазах, нет-нет да скатываясь по щекам. — Но мы снова вместе. И теперь никому не под силу нас разлучить!

Последнее было произнесено ласково и угрожающе. Чисто тигрица рычит, закрыв собою тигренка.

— Как мило! Нашлась мама Тесочки! — проворковала Оранжевая таким неестественным тоном, что у меня мгновенно вся магия момента рассыпалась. — Правда, здорово⁈

— Учителя переводят на корабль? — напрягся я. Мы договорились, что Ло вернется к нам только в этом случае — предупредить.

— Пока нет, — отмахнулась рыжая. — Вот я и решила посмотреть, что тут у вас. Видите, как я вовремя?

— А без тебя его не уведут? — закономерно поинтересовалась Ная, продолжающая наблюдать за встречей матери и дочери.

— Не-а! — Ло отмахнулась. — Та розовая дурища почти до утра в казино Арены зависала. Теперь вот спит и будет спать до полудня. Иначе её через алкотестер не пропустят.

Вот чего в порту Бруаса отродясь не было — так это проверки пилотов на трезвость. Однако руководство фрипорта продолжает демонстрировать вершины невербальной демонстрации «вам тут не рады»!

— Мне одному кажется, что здесь что-то не так? — за нашими спинами произнес Кер, заставив нас всех обернуться к нему. Ну, кроме Зеленой, конечно — та продолжала наблюдать за женщиной и девочкой.

— Ты что-то конкретное имеешь в виду? — когда пауза подзатянулась, переспросил я.

— Борка Рауля арестовали вчера ближе к вечеру, — повел хвостом наш техно-романтик. — А мать Тесс появилась следующим же утром. Ни раз не подозрительно?

— Совпадение? — тут же встала в «крутую» стойку Оранжевая. То есть припала на передние лапы, отклячив зад и задрав хвост в потолок. — Не думаю!!!

— Ты же только что их воссоединению радовалась! — укорил разведчицу Ра.

— Когда что-то не объясняется теорией заговора — это точно заговор! — еще больше воодушевилась рыжая.

— То есть ты тоже не веришь в простое совпадение? — уточнил Красный.

— Ты рассказал мне просто правду, а я ужасную хочу![1] — сыпанула очередной цитатой из моей памяти хулиганка.

— Да тихо вы! — шикнула на нас Ная. — Смотрите! Они уже не плачут.

— Сейчас мы просто уйдем отсюда, — взрослая бронитка наконец отпустила юную. — Сядем на корабль и улетим в одно хорошее место. Там лес как зеленое море и золотые поля. Там уже ждет нас уютный светлый дом, в котором мы проживем счастливые беззаботные годы! Я надеюсь, больше никакие подтверждения нашего родства не нужны?

Последний вопрос был задан работнице фонда.

— Я и с самого начала не сомневалась, — улыбка «воспитательницы» вышла на редкость фальшивой. — Но формальный протокол выполнить обязана.

Тут она повернулась Тесс.

— Тестерадос, эта женщина хочет взять тебя под опеку. Да, я понимаю, это как-то странно звучит — но тебя сюда приняли по документам подмастерья, где у тебя записана совсем другая фамилия. Чтобы не ждать несколько месяцев восстановления документов, а тебе тут у нас не сидеть все это время — твоя мама тебя заново удочерит. Ты согласна, чтобы она, Констанция Талани, стала твоим опекуном?

— Совпадение или несовпадение — похоже, мы опять остаемся одни, — на удивление рассудительно прокомментировал Красный. — Как и не было этих месяцев.

— Можно опять сбежать и забраться на корабль, — почему-то не особо весело предложила Оранжевая.

— Лучше потерпеть и возвращения Борка Рауля дождаться, — вставил Синий. — Вот если он не вернется…

Тесс же тем временем почему-то все медлила. Но вот собралась, встряхнулась, поглубже вдохнула.

— Я…

Я почувствовал, как между ней и мной натягивается невидимая струна.

— Я…

Аж до звона!

— Мам, а мы что — без Ори собираемся уезжать⁈

«Бо-о-о-м-м-м!!!» — звон превратился в басовитый гул. А ощутил странное чувство, будто Тесс, не сдвигаясь в пространстве, стала ко мне ближе.

— Ори? — умиленно-удивленно приподняла бровь Констанция. — Это твой плюшевый медведь?

— Ваш дочь говорит про Коррена Рауля, второго ученика Борка Рауля. Они вместе поступили в приют вчера, — вмешалась сотрудница фонда, взяв в руки свой планшет. Один пасс — и тот спроецировал большой трехмерный голографический дисплей, где демонстрирующий мою фотографию и некоторые другие данные. Вроде роста, веса, возраста — ну и так далее.

— Если мне что-то понадобится, я вас уведомлю отдельно, — яростно зыркнула на воспитательницу Талани. И, словно переключатель щелкнул — Доченька, ну зачем нам дома какой-то посторонний чужой мальчик? Который просто с тобой учился.

Дудки! Вертеть на одном месте сотрудница фонда хотела мнение будущей опекунши. Хотя судя по всему, мать моей подруги некую сумму занесла, чтобы «подмазать» процесс. Уж больно тетка перед ней поначалу лебезила. Но желание сбагрить меня подальше от приютских стен у местных педагогов было куда сильнее!

— У детей очень прочная эмоциональная связь! — хорошо поставленным тоном профессионального продавца, не дав даже рта Тесс открыть, заговорила представитель соцфонда. — Мальчики и девочки у нас живут в разных крыльях — но даже разведенные по разным комнатам они спрашивали друг о друге.

Ага. «Спрашивали». Теперь угроза шаровой молнией так называется.

Несмотря на напряженность момента, Зеленая прыснула.

— Представила, как ты к кабинету врача идешь с плазменным шаром в руке. И говоришь «мне только спросить!» — со смешком пояснила она.

— Хватит всякие ужасы придумывать! — меня прямо передернуло. — Какие врачи⁈ Капсулы медицинской гибернации меня целиком и полностью устраивает!

— Мам, ты обязательно должна забрать Ори вместе со мной! — обеспокоилась Тесс, пока Констанция взглядом пыталась испепелить тетку из фонда. — Он мне жизнь спас! Благодаря ему я стала ученицей Борка Рауля!

— Маленькая моя, ты же понимаешь, что я не могу этого сделать? — атака «страшными глазами» провалилась, и Талани опять переключилась на дочь. Подошла, плавно опять опустилась на колени, обняла. Стала гладить по голове. — Я поняла, что этот Ори — хороший мальчик и помог тебе здесь. Но это все остается тут, в прошлом. В нашем новом доме начнется новая жизнь. Как будто ничего и не было…

— Эй, да она воздействует на дочь, как Ори на овощи в супе! — засекла движение энергии Потока Ная. Дернулась вмешаться — но, оказалось, что и Тестерадос не стоит списывать со счетов.

— Ты меня усыпить пытаешься⁈ — вытаращенные глаза не помещали маленькой бронитке перехватить ладонь матери. — Мам, ты что⁈

— Просто хотела успокоить, — улыбнулась, не пытаясь вырваться, Констанция. — Когда ты была совсем маленькая, я часто так делала.

Талани просчиталась в одном: после клетки работорговцев, после бродяжничества по рынку Бруаса — Тесс изменилась. Растеряла детскую доверчивость, поняла, что поступки несут последствия. И научилась принимать ответственность за сделанное.

— То, что я хочу улететь отсюда с Ори — не каприз, мам, — отступив на шаг, моя соученица отпустила ладонь родительницы. — И «спас» не фигура речи. Он не просто мой настоящий друг, он мне… как брат!

— Вот это я понимаю: дала жару! — Зеленая села на задние лапы и демонстративно похлопала. — Выросла маленькая Тесочка!

— Хорошо! — немного подумав, вдруг кивнула Констанция. — Раз ты так говоришь — мы заберем Ори… Коррена Рауля. Поскольку я не рассчитывала на еще одного человека — мы все подготовим дома и вернемся за ним. Месяца через три. А иначе, уж извини, никак.

— Вот ведь врет и не краснеет! — восхитилась Ло.

— Боюсь, для Тесс это не так очевидно, как для нас, — вздохнул Кер. — А?

— Ну тогда я тоже останусь тут на эти три месяца, — с широкой улыбкой ответила матери дочь.

— Что? — кажется, Талани ожидала чего угодно, только не этого. — Зачем⁈

— Если что-то случится — я смогу помочь Ори, — улыбка стала только шире.

— И как ты это сделаешь, если он все время в другом крыле?

— Часть занятий и времени отдыха у наших детей совместные! — умудрилась встрять со своим комментарием воспитательница.

— Я… — Тестерадос вдруг нашла глазами место, где сидела Ная. — Обязательно узнаю. Обязательно. Почувствую!

— Узнаю мою маленькую упрямицу, — одновременно с сожалением и умилением вздохнула женщина и обратилась к работнице фонда. — Вы мне говорили, что есть способ избежать лишних формальностей…

Внезапный выпад Констанции получился выше всяких похвал. Резкий, почти молниеносный. Она еще и внимание дочери от себя отвлекла. Но мою подругу учил Борк Рауль. Он нас обоих выдрессировал действовать рефлекторно на замеченное движение энергии внутри тела стоящего рядом. Одновременное уклонение и щит! И все равно женщина чуть не достала дочь: вырвавшийся из её ладони поток энергии едва разминулся с головой Тесс. Но разминулся. А сместить руку у Талани не получилось — та завязла в щите. Что это была за атака? Не поручусь, но по логике удара ведьма попыталась аккуратно лишить сознания своего ребенка.

— Мам, ты что⁈ — сбросив защиту, мелкая отпрыгнула назад и снова отгородилась плоскостью из энергии.

— Я что? Это ты — что! — взвилась ведьма. — Я все ноги оббила по мирам мотаться тебя искать, а ты — вот! Мать нужно слушать!

Именно в этот момент до сотрудницы соцфонда дошло, что пора валить. Один вход перегораживала девочка-бронитка со щитом, зато второй, за спиной у Талани, остался свободен. Да, если вы думаете, что я продолжал на все это смотреть, валяясь на кушетке — вы так не думайте.

— Кер, дверь!

— Момент, — Синий наполовину погрузился в стену и я услышал треск разряда. Створка судорожно дернулась и расклинилась в почти полностью открытом положении. Пойдет.

— Ло, веди к ним!

— Йес, май Лорд! — характерным голосом юнита из одной стратегии отозвалась рыжая. Но в другом хулиганить не стала. И побежал по лестницам и коридорам приюта так, как никогда не бегал. Ориентируясь больше не глазами, а действуя по подсказкам Оранжевой, как раллийный гонщик едет «по штурманскому журналу».

— Лестница справа… Два пролета… Влево и еще раз влево… Прыгай!

Наверняка учитель одобрил бы мои навыки.

А тем временем…

— Сними защиту и подойди! — попробовала надавить голосом Констанция. — Неужели ты думаешь, что лучше меня знаешь, как поступать?

— Мам, ты что? — похоже, Тестерадос серьезно шокировало нападением матери. Но щит она и не думала опускать.

— Честно? Я оказалась не готова к такому развитию событий и на рефлексах поступила как привыкла, — горько усмехнулась мать бронитки. — Похоже, все испортила. Дался тебе этот Ори… Но я еще могу все исправить!

И ведьма достала посох-лук. Судя по всему, под немного балахонистым платьем он кольцами обвивал её талию. А теперь по желанию хозяйки вновь возвращался в боевую форму.

— Я подстрахую! — кинулась к ведьме Ная, но я все-таки успел. Дверь просто открывалась в коридор без всякой электромеханики — и внутрь я буквально влетел. Наискось за спиной у Тесс, проскользив по полу до края её защиты. Молния!

Констанция сумела не просто уйти в уклонение похожим способом, как это нас научил делать Борк Рауль, она и щит вскинула, упирая в рабочую ладонь с тыльной стороны кулак с зажатым посохом. Очень технично… но женщине не хватило голой мощи. Барьер жалобно звякнул, продержавшись около секунды, и толстая плеть разряда ударила…

— Мама!!!

…прямо в навершие посоха. Куда и целил.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался с ведьмой, поднимаясь на ноги — и мы с Тесс заученно скрестили щиты. — Это я — Ори. В руках у Талани осталась ровно половина её оружия — все остальное осыпалось углями и пеплом.

— Ты пришел! — подруга едва не расплакалась от счастья. Но построение не сбила.

— Не мог не прийти, — ответил я ей и пообещал. — Теперь все будет хорошо. Вот только твоя мама свяжется с администрацией приюта и попросит нам комнату для разговора. Уверен, у нас получится обойтись без насильственного подавления воспоминаний и прочих манипуляций над чужой неровной системой.

Взрослая ведьма некоторое время смотрела на меня совершенно волчьим взглядом, но потом все-таки кивнула, сморщившись, как от зубной боли.

— Я Констанция Талани. Не могу сказать, что очень приятно. Но, как я вижу, тронуть тебя, не заполучив в злейшие враги собственную дочь я не могу. Давай поговорим.

Новая комната отличалась изрядным минимализмом обстановки. Никаких фотографий, вообще нет декора на стенах. Из мебели только массивный стол и стулья. Тут только допросы проводить, если судить по фильмам. И «принимающая сторона», кажется, действительно выключила камеры. Хотя они и наличествовали. Во всяком случае, Кер исследовал стены и потолок — кроме проводки для ламп ничего не фонило. И ведьма тоже очень спокойно отреагировала на помещение. Как будто что-то знала.

Мы расположились напротив: я и Тесс с одной стороны и Констанция с другой стороны стола.

— Время признаваться, — сказал я, подождав, пока нас оставили одних. И еще подождав. Надо ж, какая молчаливая мамаша! — Правда и только правда сможет что-то изменить в лучшую сторону.

— Ты очень уверенно себя ведешь, — это было первое, что она сказала. Кажется (где-то здесь я должен в голос расхохотаться — кажется!) ей не очень нравилось, что я в нашей беседе взял на себя роль ведущего. — А ведь ты, по большому счету, бесправный сиротка. А я — та, кто может тебя отсюда вытащить.

Такой толстый намек на то, кто тут главный. Похоже, манипулировать, а не строить отношения, у нее в крови. Даже жаль немного, чисто по-человечески. Такими ведь не становятся просто так, как правило, в результате не очень хорошего жизненного опыта.

— Кто сказал, что я хочу, чтобы меня отсюда вытащили? — мне даже удивление не пришлось разыгрывать. — Да и Тесс, как я смотрю, не прыгает вам на шею со словами «мамочка, забери меня домой!» Мы подмастерья в детском приюте, к нам очень, — я прямо подчеркнул это слово. — очень хорошо относятся. Выделили по отдельной комнате, еду прямо туда носят. И мы — сотрудничаем. Правда, Тесс?

— Ага. — соученица не подвела и серьезно кивнула.

Это стало очередным ударом по психологической броне ведьмы. Который, вкупе с очевидным указанием — мы сами все это получили, без тебя, а еще сожгли твой посох! — таки пробил ее. Женщина враз как-то осунулась, будто окончательно поняла, что проиграла. Хищная напряженность покинула ее лицо, и мне на миг показалось, что она сейчас расплачется. Но нет. Только горько скривила губы и покачала головой.

— Хреновая из меня мать… Дошла, Констанция, да? Перед каким-то мальчишкой и собственной дочерью придется оправдываться! — это она себе, похоже. И сразу переключилась на дочь. Решилась, наконец, на честную игру. — Ты уж прости меня Тесочка — но вот такая я есть. Старалась никогда тебе не показывать, чем я занималась после удочерения наставницей. Доводилось и информацию добывать, и людей искать… и устранять тоже несколько раз доводилось. Но я завязала сразу после её смерти и вспомнила старое только после того, как тебя Граммера работорговцем отдала. Убила бы гадину еще раз!!! Слишком легко она отделалась за то, что сотворила!

— Вот это я понимаю — мамаша-суперагент! — присвистнула Ло.

— Да тихо ты! — защипела на неё Ная. — Дай послушать!

— Мне самой исковеркали детство, и меньше всего на свете я хотела, чтобы ты повторила мою судьбу, — продолжила каятся Талани. — И даже этого не смогла сделать. Не знаю уж, простишь ли ты меня теперь… Я бы — не простила.

Мы с Тестерадос переглянулись. Кивнул ей.

— Мам, я тебя люблю! — тут маленькая бронитка едва не подавилась всхлипом. — Зачем ты так… Мы же тебе не враги! Мы вообще дети еще!

— Ага, дети. Способные походя вдвоем запинать ведьму, которую учили серьезно драться, — как-то даже гордо посмотрела на дочь женщина. — Прости, Тесс… Простите оба. Я просто не знала, как реагировать, когда поняла, что вас объединяет витальная связь. Думала, что самая сильная будет между Тесочкой и её наставником и даже не предполагала, что могу так ошибиться!

— Что за витальная связь? — насторожился я.

— Переток энергии, что связывает ведьму и её близких, когда они недалеко, — впервые именно мне ответила Талани. — Тестерадос рассказывала тебе, что ведьмам на нужен учитель? Вот поэтому. Сама природа дает нам мост, чтобы передать знания и навыки от матери к дочери. А Солнечникам приходится искать специальных людей, умеющих создавать слабое подобие такого «моста» с учеником принудительно-инстинктивно. Оба подхода имеют как плюсы, так и минусы… Надо ж, разговариваю с вами двумя как со взрослыми. Никогда б не подумала, что Тесочка повзрослеет так скоро.

— Мам, мы вообще-то тут работали, чтобы себя прокормить, — шмыгнула носом маленькая бронитка. — Очень взрослеешь, когда вся ответственность за собственную жизнь — на тебе и на друге, который хоть и умный, но еще мельче тебя!

— Не просто друг, — глядя на меня, задумчиво прищурилась женщина. — Ваша связь такая сильная и плотная, будто вы урожденные брат и сестра. Или искренне любящие друг друга одаренные муж и жена, чего быть не может. Теперь, когда вы рядом, я это не просто ощущаю, а вижу. А вот со мной связи у тебя, дочь моя, нет.

— Но она ведь появится, если просто вместе одной семьей жить? — не понял я.

— Какая-то — да, появится, — тяжело вздохнула взрослая бронитка. — Но большую часть своего выстраданного искусства мне уже будет некому передать… Если только вторую не рожу. Тебе, Ори, просто не понять — каково это.

— А если бы меня не было — связь матери и дочери восстановилась бы? — удивился я.

— В этой «механике» витальных связей сильно завязана психология, — еще сильнее поморщилась Констанция. — Оттого и прогоняют ведьмовские сообщества некоторых девочек через «чистилище», клетку работорговцев — чтобы к своей спасительнице-незнакомке она все душой прикипела. Я сама через это прошла. На месте такого спасителя для Тесс оказался призовой охотник Борк Рауль… ну, я так думала. Его ареста и отречения от ученичества должно было хватить, чтобы связь опять освободилась — и снова спряглась со мной. Что?

— Так это ты, мам, подставила нашего учителя⁈ — аж вскочила со своего места Тесс. — Из-за тебя его арестовали⁈

— Из-за меня его нашли, — поправила дочь мать. — Правду и только правду, да? Сейчас расскажу.

[1] Автор — известная белорусская писательница Ольга Громыко.

Глава 19

Интерлюдия: Борк Рауль. Засада

Год 1138 от начала Экспансии

Планета-фрипорт Бруас окраины зоны влияния Ста Миров

Изолятор временного содержания при космопорте призовому охотнику был хорошо знаком. Правда, в основном, он помещал туда задержанных, а не сидел за решеткой.

«Но все когда-то случается в первый раз, верно? — невесело хмыкнул он. — По крайней мере, я пришел сюда сам, а не был брошен на пол избитым куском мяса, как некоторые из моих клиентов! Уже плюс, считаю!»

Он не бодрился — в этом не было никакой необходимости. Борк Рауль всегда трезво оценивал ситуацию и мог довольно быстро вычислить, какая для него является плевой ерундой, какая — напряженной, а какая — безвыходным положением. Эту он пока оценивал где-то посередине между первой и второй позицией. То есть, ничего такого, с чем нельзя было бы разобраться.

«Давай-ка еще раз пройдемся по пунктам, — решил он от нечего делать. — Детишек сдал, с ними точно будет все в порядке. Эрику написал, с учетом графиков движения кораблей, он прочтет сообщение часов через пятьдесят-сто. Связи в департаменте маршалов у него неплохие, так что выяснить, кому и за что меня понадобилось задерживать, я смогу узнать дней этак через восемь. Может быть, даже быстрее, с учетом курса посудины маршала. Куда, кстати, меня предписано доставлять? Что, прямо на саму Элитею? Хе! Если так, то даже проще, Эрик сам меня там найдет. Что еще?»

Еще были короткие письма другим армейским друзьям и приятелям, многие из которых поступили чуточку умнее Рауля и пошли не в призовые охотники, а начали строить карьеру в гражданской службе. Одни примкнули к крупным кланам, другие связались с государством, третьи вообще из армии так и не уволились. И каждый мог чем-то помочь товарищу.

Не то чтобы прямо боевое братство — призовой охотник терпеть не мог этот насквозь лживый и пафосный термин, но взаимовыгодная связь. Никогда ведь не знаешь, когда тебе понадобится наемник, который имеет свой корабль, и может работать, не задавая слишком уж много вопросов.

Ну или на совсем уж крайний случай, можно ведь и деньгами отплатить. Правда, их Рауль предпочел бы пока не трогать, те, что лежали на его счете в центральном банке Элитеи. И вовсе не по причине жадности. Просто их, вероятнее всего, найдется куда потратить. Ведь после доставки в суд, ему придется нанять адвоката. И не просто какого-то стряпчего, а человека с именем и связями.

«А они в столице охреневшие в край! Мне бы так платили за корабль с пиратами, как этим хлыщам в костюмах за участие в судебном деле!»

Дверь отъехала в сторону. На входе нарисовалась маршал Кассиди Андора. Именно нарисовалась, а не вошла. Выглядела женщина, как отметил про себя Борк Рауль, неважно. Яркий костюм слегка помят, да еще и парочкой пятен обзавелся в тех местах, где дизайном это предусмотрено не было. Под глазами синяки, белые волосы сбились. А вдобавок, от нее сильно пахло спиртным.

«Кто-то, похоже, дофига весело провел время! — хмыкнул призовой охотник, который пару тоже довел себя до подобного состояния. Он тогда еще не знал про чудесный ликерчик. Отравить спиртом можно любой организм. Но мастеру-солнечнику нужно реально в себя спиртное ведрами вливать! — А как же служба? Или маршалам можно совмещать приятное с полезным? Неужели не понимает, насколько алкоголь снижает ее возможности? При конвоировании задержанного? Не очень-то профессионально!»

Но даже вида не подал, что внешний вид маршала его хоть сколько-то волнует. Так, поднял взгляд, опустил.

— Пора прогуляться, красавчик, — хмуро буркнула женщина. Открыла кейс, который принесла с собой, показывая разработанные специально для сдерживания одаренных «браслеты». Скорее даже ручные кандалы, а не наручники. — Сам наденешь или помочь?

— Люблю, когда за мной ухаживают.

— Остряк? — Кассиди Андора резко приблизилась, отчего спиртным запахло еще сильнее, и наклонилась над сидящим охотником. — Еще что-то хочешь сказать?

Вместо ответа Борк Рауль протянул женщине руки, надевай, мол. И терпеливо ждал, пока она не защелкнула обе половины на его запястьях. Знакомая модель, отметил в голове. Сам такой пользовался при необходимости. У охотника, правда, была «Вето-Про-5», а это, похоже, поновее. На поколение или даже два. Не панацея против тех, кто работает с Потоком, но все же серьезная штука.

Раулю потребовалось бы около минуты, чтобы избавится от оков, вслепую разбив мощный но «тупой» электромагнитный замок, прячущийся под толщей металла. Никакой нежной, хрупкой электроники! Размыкается штатным образом физическим ключем без возможности удаленного доступа. Мастеру-солнечнику, который не практиковался в этой сомнительной дисциплине, как он — на то же действие потребуется три-четыре минуты. Но его конвоиру хватило бы и одной, чтобы понять намерения задержанного по движению Потока, и принять превентивные меры. И дать по голове, например. Или шокером обработать. Хотя, скорее всего, она бы применила отключающий сознание газ — полицейская классика при работе с одаренными. Дешево и сердито.

С другой стороны, поведет она его через космопорт, а там масса людей, так что не газ. Все же шокер…

«Я вовсе не собираюсь бежать! — напомнил себе охотник, как бы услышав со стороны свои мысли. — Просто разминка для ума, ничего больше!»

Кассиди Андора вывела его в общий зал — отдавила слишком много мозолей местным, чтоб ей открыли технические коридоры для этапирования. Еще и в спину подтолкнув, ускоряя. Это показалось Раулю странным — обычно маршалы даже с закоренелыми убийцами себе такого не позволяли — не только профессиональная этика, но и здравый смысл. Одаренный — сам по себе оружие. Даже мелкий ученик. О да, Рауль в этом убедился на собственном опыте!

Дамочка же действовала, как какой-нибудь наемник, а не представитель республиканского правосудия. Отчего больше напоминала бандита или пирата, ведущего пленного, а не чиновника.

«Срывает на мне злость? — мелькнула мысль. — Зачем? Да и за что? Мы ведь с ней даже не знакомы. Какой вообще смысл наживать себе врага на ровном месте? Тем более — незнакомого мастера, причем, со специальностью абордажник! Больше тянет на суицидальные наклонности».

— Шагай резче! — еще один толчок. — Плетешься, как беременный курфо!

'Стоит ее прощупать. Что-то она раздухарилась совсем! — подумал охотник, а вслух выдал. — Что ты так на меня взъелась, Кассиди Андора? С чего эти придирки на ровном месте? Я что, нассал в горшок с твоим любимым цветком?

— Тогда бы я тебя попросту пристрелила! — недобро оскалилась женщина.

— Так вперед! Или тебя смущает несколько миллионов свидетелей? — продолжил провоцировать ее Рауль. Ну, допустим, в «пассажирском» зале от силы три десятка наберется, считая безопасников, но ролик-то с камер видеонаблюдения наверняка пойдет гулять по сети за пределы Бруаса.

Он был уже почти уверен, что с маршалом что-то очень не так. Не ведут себя так служители закона. Не бухают во фрипортах, когда прилетают с ордером на арест. Не отпускают оскорбительные комментарии. Не хамят, не угрожают, и уж совершенно точно не пихают задержанных в спину.

— Договоришься — не смутят, — буркнула Андора. Но, видимо, осознав, что перегнула палку, закончила официальной фразой. — Двигаемся прямо, по направлению к кораблю, задержанный.

Охотник же был настроен на продолжение. Если эмоционально раскачать явно нестабильную женщину, то можно — нет, не сбежать — узнать больше. История с его арестом дурно пахла с самого начала, и ему точно не помешает побольше информации. Однако, продолжить донимать конвоира, Рауль не смог. Отвлекся, увидев две знакомых фигурки, идущие параллельным курсом.

'Какого⁈.. Они же должны быть в приюте! — была его первая мысль.

Ведь перед ним были никто иные, как его ученики. Которым он благополучно присвоил ранг подмастерьев и передал на попечение администрации фрипорта. Чертов Ман, получается, соврал, когда говорил, что там о них будут заботится, как о родных! Иначе какого черта они шастают там, где им быть не положено?

Детей сопровождала незнакомая женщина, лет тридцати. Охотник сперва решил, что это чиновница из приюта, но оглядев наметанным взглядом ее наряд, был вынужден изменить первоначальное мнение. Техник со звездолета, наемник, даже торговец средней руки, но точно не чиновник. Эти одеваются совершенно иначе.

«Да что, нахрен, происходит⁈» — подумал он, впиваясь взглядом в лицо Коррена.

И в этот момент заметил, как движутся губы мальчишки. Не просто так, а будто он беззвучно проговаривает какие-то слова. А вслед за этим, прямо у его уха прозвучал шепот.

— Будь осторожен, учитель! Тебя ведут в ловушку!

Голос принадлежал его ученику, в этом не было никаких сомнений. Рауль слишком хорошо изучил все его интонации за это время. И сейчас слышал в нем искреннюю тревогу.

Мальчишка каким-то образом говорил с ним на расстоянии! Находился метрах в сорока, не меньше, но шептал в ухо, будто стоял за спиной. Точнее, сидел на плече, иначе звук бы шел снизу. Неизвестным образом (возможно, еще одна вроде как наследственная клановая способность, которой неоткуда взяться у сироты?) используя для этого Поток. Рауль не понимал, как это возможно, но — это же Коррен! Чертова шкатулка с сюрпризами — вот вам и еще один!

— Маршала подкупили. — тем временем продолжил говорить его ученик. — Она помешана на азартных играх, просаживает деньги в каждом казино, там, где они не запрещены. Долгов за ней очень много, на этом ее взяли. Сделал это твой старый знакомый по имени Барок Сол. Ордер на твой арест он подделал или купил — я не знаю точно. Но он очень хочет тебя убить.

'Да откуда ты вообще все это знаешь? — мог бы спросить призовой охотник, но установленная клановой техникой связь явно была односторонней. Иначе он бы почувствовал биение энергий Потока. А тут просто колебания воздуха. Значит, не предполагается полноценного общения. Только передачу информации.

При этом, несмотря на удивление осведомленностью своего ученика (уже бывшего), Борк Рауль поверил ему сразу и целиком. Все сказанное мальчишкой просто идеально укладывалось в уже подмеченные им странности. Да и имя Борок Сола, этого мерзавца, он ему никогда не говорил.

Значит, как-то сам вызнал. Подслушал или сказал кто. В данный момент, впрочем, это абсолютно неважно. Потому что его ведут убивать, и он должен подготовится, чтобы не дать врагам этого сделать. Для начала — освободиться от наручников…

«Что? — с легким чувством растерянности бывалый космический скиталец увидел едва заметные искорки, вылетевшие из замочной скважины электромагнитного замка „Вето-Про“ шестой или седьмой модели. И едва успел свести запястья плотнее, чтобы кандалы, перестав выполнять свою основную функцию, не упали ему под ноги, раскрывшись. — Но — как⁈ Как он это сделал? Еще одна клановая техника? Такое вообще возможно — замкнуть контакты внутри устройства на расстоянии? И ведь я опять не почувствовал движения Потока! Коррен? Что за маленькое чудовище я приютил? А с другой стороны, — давя на лице злую улыбку подумал он. — это чудовище на моей стороне!»

Маршал, конечно, ничего так и не заметила, благополучно доведя арестованного до коридора, ведущего к нужному ей посадочному кругу, оставив позади общую зону. С другой стороны, шансов у неё, даже будь она в добром здравии, было немного. И уж кто-то, а Борк Рауль не собирался давать ей лишние. Чувствовалось, что похмелье постепенно отпускает Андору, даря напоследок незабываемые ощущения — потому она временно отстала от своего подконвойного. А охотник перестал провоцировать скурвившуюся чиновницу, настраиваясь на бой. Бой, где на кону будет стоять его жизнь… ничего нового, если подумать.

«Хотел бы я знать, где моя плазменная лапочка! Если розовая сволочь умудрилась слить её в ломбард, потакая гребанной игромании — не знаю, что с гадиной сделаю! Но точно ничего хорошего.»

Коридор закончился, открыв вид на довольно большой грузопассажирский корабль. Не верхняя планка способных входить в атмосферу — но в классе тяжелых. С трюмом, имеющим верхние створки для загрузки краном-манипулятором. Сейчас, понятное дело, был открыт только пандус.

«Знакомая организация трюма. Сразу за пандусом шлюз, сейчас насквозь открытый ввиду стоянки на планете, и начинается грузовой отсек. Этакий здоровенный параллелепипед. Если прикинуть по видимым габаритам, метров семи высотой, шириной в десятку и двадцати длинной. Если груз там есть, то он распределен вдоль стен, в середине широкий проход. Поверху галерея идет, там наверняка будут стрелки, скорее всего два, чтобы организовать перекрестный огонь в случае чего. Барок Сол, сволочь, подстраховаться не забудет. Что ж, вот и диспозиция засады понятна: будут принимать у выхода из шлюзовой зоны. От этого и буду играть.»

Борк Рауль спокойно поднялся первым, пройдя входной проем. Чуть притормозив только тогда, когда створка за спиной конвоира начала подниматься-закрываться. Одновременно перестав удерживать наручники. Тяжелый констриктор раскрылся, распадаясь на половинки — и вот этой половинкой абордажник наотмашь ударил себе за спину. Зарядив по голове не успевшей даже осознать удар Кассади. Не успевшей в том числе и потому, что он был нанесен только мышечным усилием, без усиления энергией Потока.

Мастер-солнечник всегда остается опасным, до какого бы состояния он себя не довел. Но только пока в сознании. Убил или только отправил в длительный нокаут? Не та ситуация, чтобы соизмерять усилия. Звук мешком опадающего на палубу тела Рауль умудрился услышать, делая рывок вперед на пределе сил. Таиться больше смысла не было, потому он усилил тело, еще и кинетическим толчком себя ускорил. Вовремя!

На том месте, где он только что стоял с треском и искрами столкнулись шоковые дубинки двух охламонов, «притаившихся» по сторонам от внутреннего портала шлюза. Медленно! Перекат с одновременным переворотом — и вот уже охотник с колена наносит дистанционные удары с обеих рук, оказавшись в глубине трюма лицом к шлюзу. Минус два: и одаренному не выжить с расколотым о переборку черепом. Это у розовой дурищи, простите, маршала был шанс пережить удар. А теперь — сразу щит!

Две очереди плазменных сгустков сошлись на фигуре охотника… и с треском и шипением разбились о вовремя выставленный щит Борка.

«А вот и стрелки. Осталось узнать, где заказчик всего банкета.»

— Если какой кривожоп перегреет ствол и заткнется — лучше пусть сам застрелится!

«А вот и он.»

Барок Сол, оказывается, стоял рядом с одним из дубинщиков, немного сзади. Во время прыжка по сторонам крутить головой времени не было, а потом от абордажника его закрыли те самые ящики и контейнеры, закрепленные вдоль стен.

— Никому ничего поручить нельзя, — пожаловался виновник сложившийся ситуации жертве неудавшейся засады, демонстративно-медленно выходя на середину. — Одна дура последние мозги пропить умудрилась и пропустила идиотский удар. А должна была страховать. Другая крыса помереть спокойно не хочет, все надеется на что-то. Такую отличную ловушку попортили! Ты бы, дружочек, ведь мог и сам убиться об какого-нибудь «мясника». Или хотя бы не менять фамилию и имя. Не создавать мне лишней работы!

Борк Рауль даже не попытался отреагировать, сосредоточенно удерживая барьер. Плазменные выстрелы теперь впивались в него одиночными попаданиями, но ритмично, по-очереди. Что заставляло задействовать обе руки, обновляя плоскость щита. Конечно, у него и без пистолета оставались «козыри в рукаве», вот только противник того и ждал. Сбиться с ритма подмены — и Сол резко пойдет в атаку, забрасывая кинетическими ударами, пробиваясь через ослабленную защиту. И поскольку их учили в одной академии — перевес в наличии стрелка вполне может стать критическим.

«Вычеркнуть бы плазмоганщиков из уравнения…»

Собственно, Барок сейчас тянул время только потому, что надеялся хоть немного вымотать оппонента. Люк за спиной охотника, ведущий в отсеки пассажиров и команды и не думал открываться. Пат, перетекающий в мат. Попытка запрыгнуть на галерею приведет к ослаблению защиты. А если ждать — под конец боезапаса стрелков, минуты через две — он так и так атакует.

«Надо как-то вывернуться, не подставляясь…»

И тут Борк Рауль опять вспомнил про ученика. Затеявшего с ученицей теннис шаровой молнией. То есть метастабильным плазмоидом. «Сделав» ракетки из силового барьера.

«А природа-то у снарядов та же! Иначе бы не вышел фокус с пистолетом! Рискну!»

Призовой охотник неожиданно для противников практически распластался по полу, заваливая на себя щиты, стараясь максимально уменьшить для снарядов угол падения. Есть, рикошет!

Если правый контейнер отреагировал на влетевшую в него плазму довольно инертно, выпустив струйку вонючего дымка, то правый натурально взорвался, с грохотом и выбросом какой-то порошкообразной смеси! Какой-то кусок пластика умудрился залететь Раулю под барьеры больно ударить по ребрам — но это уже проходило по разряду мелочей, не стоящих внимания. А вот что было важно — стрелки потеряли его из виду и не смогли попасть, когда он перекатился по палубе, пользуясь порошково-дымовой завесой. А теперь — прыжок!

Прыжок с подталкиванием себя энергией Потока вверх — вообще-то довольно опасный аттракцион. Только на силе своих мышц ты можешь прыгнуть вверх ровно настолько, насколько они смогут смягчить удар при приземлении без особого вреда для себя. Но раз уж решил рисковать — надо идти до конца. Солнечнику гораздо проще поразить своим приемом живую цель. Он ведь до некоторой степени чувствует всех живых существ поблизости, на уровне подсознания. Во всяком случае — крупных.

Взмыв из облака взвеси к самому потолочному грузовому люку, Рауль не целясь нанес удар с двух рук. И попал! Ближнего к себе стрелка он буквально зажарил дуговым разрядом электричества, а дальнего — «приласкал» кинетикой, выбив оружие. И тут же схлопотал в ответку мощнейший дистанционный пинок от Сола. Абордажнику для двойной атаки пришлось отказаться от щита. Прилетело четко по классике, в центр силуэта, как на армейском полигоне на аттестации. Ребра охотника жалобно хрустнули, но не вмялись внутрь, давя сердце и легкие. Сработал последний рубеж обороны — усиление тела, в этот момент выкрученное Борком на максимум.

Стихийный удар мог нанести куда больше ущерба — но вбитые рефлексы заставили противника действовать шаблонно. В итоге толчок не только не убил призового охотника, а еще и перебросил через перила внутрь галереи. Заработанные трещины в ребрах того стоили: мало того, что противники остались один-на-один, так еще и тактическое преимущество оказалось за Раулем. Барок, стоит внизу как мишень, а Борк закрыт от него металлоконструкциями галереи. Вот он, реальный боевой опыт боев один-против-многих! Последний штрих…

Толкнуть на дистанции что-то к себе, а не от себя, особенно неживое — не так-то просто. Один из элементов аттестации подмастерья в мастера — как раз навык кинетического удара по удаленному предмету в произвольную выбранную экзаменатором сторону. Плазмоган в форм-факторе винтовки так и остался лежать рядом с убитым молнией — одна из причин, почему призовой охотник выбрал именно это Проявление. Удар… поймал!

«Ну теперь посмотрим, кто быстрее устанет!»

— Вот ты уродская крыса! — принял на щит короткую очередь Сол. Попытался ударить в ответ, но Рауль грамотно прятался за не только за настилом галереи, но и за барьером. Просунув сквозь него плазмоган так, чтобы все стреляющие потроха оказалось по ту сторону невидимой преграды. Раздолбать же именно оружие, которое Борк на мгновение высовывал то там, то тут — у противника, тоже вынужденно начавшего укрываться за грузом, никак не получалось. А вот абордажник, паля в полу-слепую — добился возгорания в стеллаже с какими-то канистрами.

— Пожарная тревога! — мягким женским голосом предупредила система борьбы за живучесть. — Люки принудительно разблокированы, всем покинуть грузовой трюм в течении тридцати секунд! До сброса пирофага двадцать девять… Двадцать восемь… Двадцать семь…

— Ах ты ж!.. — дослушивать оскорбления призовой охотник не стал, воспользовавшись тем, что с галереи тоже открылся выход. Все-таки большой объемный трюм — не самое удобное место для абордажника. Его стихия — корабельные коридоры. С таким противником как Сол нужно собрать все преимущества, какие только есть.

«Надо перекрыть путь к рубке. Не хватало только, чтобы Барок там заперся и отвез меня к своим другим дружкам. Отсеки живучести в таких больших кораблях слишком хорошо защищены, ручной плазмой и Проявлениями их можно до посинения колупать! Эх, мне б мой штурмовой скаф!»

Они столкнулись на перекрестке коридоров, один из которых вел как раз-таки в рубку. Одновременно вскинули руки, одновременно воздвигая барьеры и посылая в противнику атаки. И если кинетика утонула в щите Борка Рауля бесследно, то молния еще и прочертила по обшивке коридора уродливую выжженную ломаную линию.

— Прекрати ломать мой корабль, дебила кусок!

Призовой охотник опять промолчал, двинувшись на сближение. Пора было заканчивать этот бой. Он мог поспорить, что на всем судне не осталось других людей.

«Значит, можно не опасаться за свою спину!»

Закрывшись силовыми барьерами и обмениваясь ударами, враги сближались все сильнее, пока не уперлись щит-в-щит.

— Наконец-то ты сдохнешь уже! Столько проблем дурацких наплодил! Где я теперь еще одного ручного маршала откопаю?

Несмотря на подаваемые реплики, Сол действовал абсолютно зеркально Раулю. Стал продавливать руку через вражескую защиту, чтобы нанести удар в упор.

«А вот за этим и нужен скаф!»

На самом деле, призовой охотник только сделал вид, что включился в противостояние. Он опять резко рухнул на колени, одновременно выворачивая свою кисть, и ладонь противника вывернуло силовым барьером под неестественным углом.

— А-а-а-а!!!

Боль от сломанного запястья на мгновение затмила все остальное для Сола, он даже не успел сообразить, что такой прием вынуждает держать не полный щит поперек коридора, а только круг, оставляющий большие зазоры по бокам. И этого мгновения хватило, чтобы профессиональный абордажник свободной рукой подсунул скинутый с плеча плазмоган между барьерами и выстрелил. Детонация плазмы рядом с запястьем врага нанесла Бароку страшную рану. Уже сломанную кисть просто оторвало!

Ну вот и все. Чтобы достать и налепить аппликатор первой помощи и перетянуть руку — надо задействовать оставшуюся целой. Опустить щит. Либо не опускать — и истечь кровью. И никакая витальная энергия не поможет.

— Думаешь, победил? — сумел побороть судорогу враг. И ударом ноги, усиленным кинетикой, в осколки расколотил панель пола. Оказавшуюся люком в технический лаз. Куда и провалился. — Собачья самка! Убью, убью урода! Ах, ты ж его уже грохнул…

Призовой охотник осторожно заглянул в дыру. И фыркнул. Мастер-солнечник… застрял. Потому что одна из створок, закрывающая какой-то второстепенный технический узел, оказалась открыта, а сам узел выдвинут для ремонта по случаю стоянки в порту. В него-то и угодил ногами Сол, потеряв возможность сбежать. Ведь целой рукой он по-прежнему удерживал барьер, перекрывая створ спуска.

— Нет, я не доставлю тебе радости отправить меня на тот свет! — владелец корабля пострался мимикой бледнеющего лица показать все, что думает о своем оппоненте. — Сам справлюсь. Крысам доверять последнее дело!

— Последнее дело — это сколачивать пиратскую шайку и действовать под прикрытием армейской должности, — криво ухмыльнулся Борк Рауль. — Настучать на тебя было добрым делом. Но, судя по твоим репликам, ты нашел способ на гражданке повторить ту «схемку», да?

— Кассади оказалась отличным инструментом, оценил? — похоже, с кровопотерей у Сола отступила и боль. — Даешь деньги, она их просаживает, опять приходит к тебе. Тыкаешь в любого и она ему говорит: ты сменивший АйДи такой-то такой-то, которого разыскивают по совершенно настоящему ордеру. И очередной баран послушно топает на бойню! Опять даешь деньги розовой крошке, она опять их просаживает! Ну скажи, я гений?

— Конченый ты, а не гений, — с отвращением сплюнул на щит врага Борк. — Скаф штурмовой не надел, своих людей пожадничал хотя бы в «Предохранители» гражданские запихнуть. На простейшей уловке критично травмировался. Что, привык убивать и грабить беззащитных гражданских, даже то, чего в Академии вдалбливали, забыл?

— Ой, будто ты сильно дольше меня проживешь! — хохотнул пират. — За убийство маршала при исполнении, с отягчающими — тебя ведь исполняли — вроде тридцатка на рудниках? Или сразу вышка? Один хрен ты мертвец.

Значит, все-таки прикончил фифу. Туда ей и дорога!

— Ты сейчас вытечешь и я спокойно сяду в пилотское кресло и улечу, — не отказал себе в желании поглумиться над врагом Борк. А то сколько можно уже выслушивать ругань в свою сторону. — Не только у тебя остались армейские друзья. Вернусь чистенький, а Кассади Андора пропадет без вести.

— Обломись! Мой техник… ныне покойный… поработал с автоматикой рубки, — оскалился почти-мертвец. — Тебе её никак не открыть. А когда через пару часов не улетевший корабль вскроют — найдут и маршала, и остальные трупы. Встретимся в аду, ушлеп… пх… гхп…

Щит пропал, но призовой охотник не отказал себе в малости трижды сделать контроль из винтовки. После чего двинулся сразу к рубке. С Сола сталось бы и соврать — просто от безысходности. Но тот не обманул. Люк не реагировал на панель даже после того, как Рауль вскрыл капитанскую каюту и нашел мастер-ключ. Проклятье!

— Прости, Ори, — тихо сказал он сам себе. — Ты сделал что-то практически невозможное, чтобы спасти меня — но этого оказалось недостаточно.

И в сердцах стукнул кулаком по переборку.

…В снопах синих искр створка сдвинулась и перекосилась в почти полностью раскрытом состоянии. Призовой охотник еще минуту ощупывал вход не в силах поверить в свое везение. Но потом все же уселся в кресло пилота поста.

— Черт! Да я так в чудеса начну верить!

Глава 20

Дом

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Луана периферии зоны влияния Ста Миров

Год спустя.

Школа — двухэтажный сруб. Внутри отделка тоже преимущественно деревом. Воздух внутри всегда свежий и пахнет сухим летним лесом. В окна тоже виден лес — вот только не всегда летний. А если в коридоре посмотреть — поле, где-то вдали перечеркнутое лесополосой. Пастораль и благодать — особенно после бруасской бетонной «эстетики» без единой растительной нотки. Как раз сегодня вспоминал — ровно год, как мы оттуда улетели.

— Коррен Талани, что за мечтательный взгляд в пустоту? А ну к доске!

А это фру Матильда, миловидная женщина лет тридцати, классный руководитель нашего класса. И да, спустя тысяча сто лет звездной экспансии учительницы говорят детям «к доске». А не «к голоэкрану» или «переключаю тебя на центральный фрейм конференции». Во всяком случае, на периферии Ста Миров.

— Я внимательно слушал, — на всякий случай заверил классную.

— Вот и проверим, — и взгляд такой строгий.

Из класса донеслись хмыканья и смешки. Любимая потеха на «Окружающих мирах»: тётя Мотя изводит себя об Коррена. Одна Тесс поддерживающе улыбнулась мне. Это из учеников.

— Подглядеть незаметно в учебник? — зевнув, предложила мне Ная, растянувшаяся на учительском столе. Тоже деревянном. Что поделать, самый дешевый материал на планете, и очень удобный в обработке. Зачем тогда пластик и другие полимеры производить и переводить?

— Сам справлюсь, я читал, — мысленно отказался я.

Улыбка подруги тоже перетекла в ехидную: благодаря нашей еще больше укрепившийся «близнецовой» связи она тоже смогла приняла мой мысленный посыл. Без конкретики, только общий смысл — но этого хватило. И да, мы в одном классе. Ну, блин, попаданец я или нет, чтобы с одногодками сидеть? Так-то у нас в классе и десятилетние дети есть.

— Ну, бери указку и рассказывай, — кивнул на доску Матильда.

Я послушно щелкнул кнопкой переключения режима и открыл заготовленные слайды без подписей. Выбрал первый и принялся рассказывать.

— Примерно тысяча двести лет назад…

— Тысяча двести двенадцать! Надо твердо знать дату создания Центра исследования гиперпространства!

— … В чью-то умную голову стукнула в общем-то простая и логичная мысль: что получится, если солнечник-архонт еще и будет иметь ученую степень по физике?

— Коррен, ты опять… — зажмурилась классная.

— Вы сами всегда говорите, что мало прочесть — надо еще и осмыслить, — возразил я. — Вот я это и делаю. К сожалению, мне так и не удалось найти, чью идею реализовали те, кто придумал международную программу по подготовке ученых-одаренных, но факт остается фактом: в семьдесят третьем году до начала Экспансии[1] случился прорыв, который ждали уже лет двести. Появилась рабочая теория прокола Пространства и движения в субзоне, что теперь обозначают общим термином «гиперпространственный прыжок»

— Наверное потому, что важны имена ученых-первопроходцев, а не тех, кто им помогал? — попыталась воззвать к моей логике фру учительница. Вот только моя логика подсказывала мне ровно обратное.

— Даже если посчитать, что дядьки сами по себе выбрали тему и до всего додумались, а не сидели на денежном поводке, отрабатывая вложенные финансы…

— Коррен! Побольше уважения!

— … То постройка кораблей-ковчегов была явно не их идеей. Уверен, им и на Прародине неплохо жилось!

Следующая реплика возмущенной классной утонула в хохоте одноклассников.

— Ну и какая, по-твоему, была настоящая причина постройки кораблей-ковчегов? — ядовито переспросила меня Матильда, когда сумела вернуть тишину в аудиторию.

— Власть, конечно же, — вот уж в чем я ни секунды не сомневался. — Единое планетарное правительство методично выдавливало оппозиционные центры силы, и те решились бежать туда, где до них не дотянуться. Вместе с теми, кто их поддерживал.

— Как всегда, наш Коррен знает то, чего ни в одном учебники не найдешь, — фыркнула фру, вызвав новую волну смеха.

Детям ведь все равно, над кем хихикать — лишь бы смешно было. Впрочем, часто и со взрослыми вполне тоже самое. Пока они сами не оказываются в фокусе насмешников. Будь мы с Тесс обычными детьми — статус контры у классной мог бы сыграть с нами злую шутку. Но над солнечниками-подмастерьями зло шутить — это надо изрядно отбитым быть. Ну или иметь более высокую ступень навыков. То есть быть мастером. Так что смешки в нашу сторону пределы класса не покидали. И даже старшеклассники относились к нам осторожно-уважительно. Хотя среди них как раз был один подмастерья, не считая трех учеников.

— Вот, фру Матильда, вы подтвердили, что я прав, — дождавшись конца хихиканья, невозмутимо сказал я. — Иначе бы не сказали «знает», а выразились бы «придумал»!

Этот взрыв веселья был куда сильнее и продолжался минуты две.

— Продолжай уже, — устало махнула рукой классная и демонстративно отвернулась.

А я что? Я и продолжил.

— Гипердвигателя в том виде, в каком он известен сейчас, на момент начала Экспансии ученым создать не удалось. Фактически, от него был сконструирован только «Мотиватор», сиречь генератор прокола. Позволяющий входить и выходить из гипера, но не двигаться по нему…

— И как же тогда ковчеги довезли переселенцев? — опять перебила меня учительница. В этот раз ехидство смешивалось в её голосе с неподдельным интересом. Да, я постаралась и раскопал то, что есть только учебниках для курсантов Академии Элитеи и в вузовских для факультетов биологии. Еще год с задачей поиска подобной учебной литературы я бы не справился, но мама Кони постаралась передать нам с сестрой не только ведьмовские приемчики.

— Звездный поток влияет на все живое, но верно и обратное: живые существа влияют на течения Потока. В обычном трехмерном пространстве относительно слабо, но вот в гипере все совсем по-другому. Сотня тысяч колонистов, набитых в ковчег как семечки в арбуз служили своеобразным парусом для этих судов. А капитан-архонт благодаря своей связи с Потоком, управлял этим «парусом», выбирая нужные течения, несущие ковчег к сразу пригодной для жизни планете. Своеобразной расплатой за подобный способ полета стала массовая трансформация переселенцев с генезисом нового расового типа. Три корабля — три расы: эльфиты, брониты и кориниты.

В классе поднялся шелестящий шум. Да, тему расогенеза тоже стараются обходить стороной. Скорее всего из опасения возникновения дегенеративных учений о расовом превосходстве. Но этого я не скажу. А то возникнут всякие ненужные вопросы. Во всяком случае, упоминание о расизме из планетарных сетей выкорчеваны под ноль. Судя по всему, что-то такое произошло до Экспансии, чтобы эффект до сих пор держался.

— Тем временем все тот же Центр исследования гиперпространства продолжал работать над возможностью двигаться в нем произвольно, а не под влиянием течений Потока. Путь от прототипов до массового производства в том виде, в котором мы его используем — занял без малого двести лет. И еще сто ушло, чтобы разыскать колонии, которые и сами уже начали осваивать окружающее Пространство, с некоторым опозданием дойдя до тех же параметров настройки гипердрайва.

В этот раз мне ответом стала сосредоточенная тишина.

— Есть вопросы? — вот и шанс свалить за парту. Конечно, никто ничего не спро…

— У меня есть вопрос, — вот уж от кого я не ждал засады, так это от фру Матильды. — Почему в результате Экспансии образовалось несколько звездных государств, но ни одно из них не включает нашу Прародину?

Так, кажется понял. Моте надоело, что я вечно «умничаю» — и она решила «поставить меня на место». И ведь зараза такая, обычного школьника она бы точно завалила. Потому что он просто не думает о таких вещах. А я вот подумал, заинтересовался и разузнал.

— Просто статистика, — ответил я. — Система желтого Солнца, вокруг которого вращается Прародина, находится на краю рукава нашей галактики. Там просто нет подходящих звездных систем рядом. Ведь планеты, попадающие в «зеленую зону» желтых звезд, встречаются примерно у одной из десяти тысяч звезд. А чтоб с готовой кислородной атмосферой и хоть какой-то собственной биосферой — по одной на сто тысяч систем. И это еще очень большое везение, что Поток задает единые жизненные основы всем биосферам всех миров, и они взаимно совместимы. Иначе пригодных миров для колонизации было бы еще меньше.

Класс ощутимо заскучал: образные рассказы в таком возрасте нравятся куда больше, чем сыпанье сухими цифрами. Надо исправляться.

— Все видели карту-схему основных планет Ста Миров, — я для верности еще и вывел нужный слайд себе за спину. — Кажется, что все миры и их звезды находятся рядом, по соседству. Гиперпространственные прыжки приучили нас думать, что от одной системы до другой рукой подать. Но если мы попробуем вывести реальную звездную карту, то окажется, что каждая наша планета окружена огромным количеством необитаемых систем.

Вот тут мои одноклассники оживились. Некоторые даже повели плечами, будто почувствовали на себе холодное дыхание космоса. Хе!

— Убрать гипер — и мы больше никогда не увидим гостей с других планет. Потому как среднее расстояние до соседей около тридцати пяти световых лет! Гордое «мы покорям Галактику» на деле означает отщипывание столь крохотных кусочков, что Галактика этого и не замечает! На деле мы зачастую даже ничего не знаем, что происходит в соседних системах, где точно нет подходящих условий для колонизации. Может, там логово пиратов в самом крупном астероиде? Или неизвестный твари, живущие в подледном океане одного из спутников планеты-гиганта замышляют захватить Вселенную? А может — там спрятана заначка нашего школьного завхоза?

Оглушительный ржач заглушил не только звонок, но и попытки фру Моти навести порядок. Тем более, урок был на сегодня последним. Под шумок я попытался свалить вместе со всеми, но…

— Коррен, Тестерадос — задержитесь, пожалуйста.

Зараза!

Пришлось дожидаться, пока все остальные дети уйдут. Тесс аж стала приплясывать на одном месте от нетерпения — но ничего не попишешь.

— Дети, я понимаю, что вам в прошлом пришлось нелегко, и это не могло на вас не повлиять, — уже привычно произнесла свою обычную для нас преамбулу классная. — Но это не повод отодвигать от себя других детей, слышишь, Коррен? Бери пример со своей сестры! Вот уж кто душа компании! Я понимаю, тебе хочется быть взрослым, человеком, который способен сам себя защитить — и потому ты демонстративно умничаешь…

— Я способен сам себя защитить, — недобро улыбнулся я. — Забыли? Мы с сестрой — солнечники-подмастерья. Способные шаровой молнией в теннис поиграть!

— И испортить корт, — поморщилась классная. — Забудешь такое! Но, видимо, подсознательно ты не считаешь себя достаточно сильным, раз так себя ведешь. Как на счет поговорить со школьным психологом?

— То есть варианта, что я просто умный и мне нравится получать новые знания и потом ими делиться вы просто не рассматриваете, фру Матильда? — теперь уже поморщился я.

— Если мне это скажет психолог — я поверю, — как ей казалось, коварно развела меня на «слабо» Мотя. — Ты можешь пойти не один, а с мамой. Или сходите все втроем вместе.

— Обдумаю это предложение, — дипломатично ушел от ответа я.

— Тесс, пожалуйста, пообещай, что передашь фру Констанции мои слова, — переключилась на сестру классная. — Иначе я буду вынуждена сама написать ей через школьное приложение. Сами знаете, что такие записи автоматически подшиваются к личному делу ученика.

Тестерадос вынужденно подтвердила, что передаст. Вот ведь задница! Похоже, и правда придется сходить.

— Да ладно, не грусти! — толкнула меня локтем девочка, когда мы вышли на улицу. — При приеме в школу он нас собеседовал — и ничего. Я даже заскучать тогда не успела.

— Тоже верно, — улыбнулся я ей.

И правда, что это я? Максимум чем может мне подгадить школьный «псих» — заставить перейти в другой класс, разделяя с Тестерадос. Попытается замахнуться на что-то большее — Констанция его пошлет.

— Ты сегодня на «Окружающих мирах» прям зажег, — тем временем фыркнула бронитка. — Заначка завхоза! Это после того скандала, когда его жена требовала отдать ей деньги! И пыталась обыскать его школьный кабинет! А-ха-ха! У меня до сих пор живот от смеха побаливает!

* * *

— Я первая! — крикнула Тесс, когда мы подходили к дому.

И метров с пятидесяти, что нам оставалось до невысокой изгороди, окружающей небольшую лесную поляну, стартанула со спринтерской скоростью. Еще и под усилением тела, показушница! А главное, ей никогда это не надоедало. Даже с учетом того, что я в этих соревнованиях далеко не всегда принимал участие.

Я проводил старшую, но младшую сестренку взглядом, демонстративно вздохнул, как положено делать умудренному и познавшим суть всего взрослому, и в сопровождении фамильяров пошел к огороду. В этот раз я с ней в догонялки играть не хотел.

— Ори черепаха! — выкрикнула девчушка уже от дверей дома. Типа, я проиграл ей в борьбе, а не шел себе спокойно.

— Воду поставь! — напомнил я ей. Обед же надо было готовить. А потом спохватился и добавил. — И одежду не разбрасывай!

А то взяла, понимаешь, моду! Прилетит, переоденется, а одежду, в которой была в школе, раскидает как попало. А то и вовсе в какой-то клубок смотает и сунет на полку.

Тесс показала мне язык и скрылась в доме. Я вдохнул еще раз — дети! А потом не выдержал и прыснул. Моя серьезность тоже была игрой. Как-то само так вышло. Талани днями на работе, и моя сестра в ее отсутствие воплощала собой первозданный Хаос. То ли подростковый период подходил — по возрасту он же у девочек раньше начинается? То ли так сказалась на девочке, пережившей много того, что детям даже знать не стоит, наша мирная и тихая жизнь. И вылезла такая вот компенсация. Не знаю. Я просто это принимал и, в свою очередь, олицетворял собой порядок.

— Пойдем к грядкам. — напомнил мне Ра, заметив, что я остановился и продолжаю смотреть на дом.

На наш дом. Мой дом. Уже целый год, как у меня есть дом. Своя комната, заведенный распорядок, сложившиеся за это время традиции и ритуалы. Любимая кружка, наконец, которую Тесс постоянно норовила забрать. Не описать, как это здорово, даже в мыслях произносить само слово — дом.

Он у нас небольшой, в полтора этажа — кухня, гостиная, санузел и кладовая на первом этаже, и три жилые комнаты на мансардном. Ровно столько места, сколько нужно — не больше и не меньше. Как и все здесь, построен из дерева. Которое в некоторых местах еще «плачет» смолой, и пахнет — словами не передать!

За домом разбит небольшой, молодой еще сад. Пока не плодоносит, а вот огород рядышком — вполне себе функционирует. В начале нашей жизни здесь, Талани не поверила, что ребенок (это про меня, если что), может самостоятельно, а главное, по доброй воле ковыряться в земле. Мою сестренку, например, увлечь этим было абсолютно нереально. Если только подкупить чем-нибудь.

А мне было в кайф. Я часами мог пропадать в огороде, ухаживая за растениями, одновременно с этим практикуясь в Темном Пути. Ло, у которой получалось сидеть на месте неподвижно не более двух секунд, называла меня за это «фермером Ори». И как правило уносилась куда-то к лесу, выяснять, что там случилось за время ее отсутствия.

Зато Ная всегда составляла компанию. Могла замереть, как зеленый сфинкс, и смотреть в одну точку. Но всегда оказывалась рядом, если мне нужна была помощь. Грабельки, например, подать.

В общем, Талани глядя на мою увлеченность и видя, что это не минутный порыв, выделила мне участок. Я на радостях засадил его всем, что можно было найти на планете. И кое что из того, что нельзя — выписал через сеть с других планет. Так что у нас всегда к обеду был свеженький салат, лук, укроп, петрушка, базилик, черные помидоры (не спрашивайте, как мне в руки попал этот сорт), редька…

— Тебя послушать — дед дедом! — шагающий рядом Кер остановился, встал на задние лапы, переднюю приложив к груди, и хрипло, с кряхтением продекламировал, копируя какого-то персонажа из сети: — Зато, кх-кхе, свое все! Натуральное!

Ло и Ра захихикали — уж очень хорошо у Синего вышло с подражанием. Отсмеявшись, но не насмеявшись, эти двое стали отпускать еще шуточки по поводу «фермера Ори» и «дедушки Коррена», продолжая веселиться за мой счет. Пусть их. Тем более, когда мы добрались до грядки с перечной мятой, замолчали, усевшись вокруг меня в кружок. Это был наш ежедневный ритуал.

Появление этой культуры здесь было обусловлено моей тягой к исследованиям. В какой-то момент в голову пришла такая мысль — а любят ли Звери Потока мяту? Настоящие кошаки в прошлой жизни на нее реагировали по разному. Одни балдели, другие чихали и убегали подальше. Но вопрос для меня заключался в другом — насколько фамильяры — коты?

Мы до сих пор так и не решили, как же мои Звери появились на свет. Но внешний их вид точно был моей заслугой, вернее, моего подсознания. Я их изначально несколько по-другому представлял, найдя рисунок в комиксе. А получились вот эти: вылитые сервалы, только более пушистые, без пятнышек и с длинными хвостами. И вела себя эта разноцветная и хвостатая братия, как настоящие кошаки. Гуляли сами по себе, обожали всякие шалости, с удовольствием пролезали в разные щели, хотя могли просто проходить сквозь стену.

Очередным тестом стала мята.

Я присел на корточки, оторвал один лист от куста и стал медленно растирать его между пальцами. В воздухе поплыл сладковатый аромат. Фамильяры, собравшиеся вокруг источника запаха, с видимым наслаждением втягивали в себя воздух.

— Красивое!.. — через некоторое время сообщил Кер. И попытался сожрать ближайшую ветку.

— Зараза! Хватит уже ржать, засранцы!

Да, планета Луана подарила мне чудесное открытие. Зверь Потока, по определению в пище не нуждающийся, может нажраться травы (не спрашивайте, как) и потом исторгнуть пожеванную в каком-нибудь не сильно подходящем для этого месте. Кот есть кот. Даже если он из чистой энергии.

На обед я приготовил теплый салат с хрустящими баклажанами, черными помидорами и мягким сыром — Тесс он заходил, сколько раз его не готовь. Да и есть в середине дня как-то особо не хотелось, так, перекусить разве что. Плюс «мама Кони» появится только ближе к вечеру, а больше едоков в доме нет.

Сестра смела пищу, с набитым ртом поблагодарила, и отправилась в свою комнату — делать уроки. Воплощение Хаоса или нет, а разницу между бардаком в комнате и таковым же в голове, она понимала прекрасно. Будешь плохо учиться — не станешь тем, кем захочешь. И уж точно — не призовым охотником и лучшим абордажником в секторе, о чем, подозреваю, она до сих пор втайне (от матери) мечтала.

Тем более, кроме школьной домашки, у нас ведь еще были задания от Констанции. Которыми она, вознамерившись передать детям все, что сама знает, грузила нас совершенно нещадно. Ну и тренировки солнечников тоже нельзя забывать. И ужин… Другими словами, заняться было чем и ей и мне.

— Нет, ты не подумай, мне все это нравится, — закончив с уроками и при помощи Кера разобравшись с каверзными задачками мамы Кони по отслеживанию скрытых счетов, я решил отдохнуть и испечь пирог с яблоками. — Честно говоря, я даже представить себе не мог, что смогу жить вот так — мирно, тихо и размеренно. Когда каждому делу есть свое время и место. И не ждешь никаких подлянок…

— Но все равно ждешь, — закончила за меня Ная. Штатный психоаналитик команды разноцветных разбойников дал бы сто очков тому школьному специалисту, к которому все равно придется сходить.

Зеленая развалилась на подоконнике и судя по виду, дремала. Глаза закрыты, хвост под мордочкой, даже усы-вибриссы и те, кажется, расслаблены. Но слышала, да и видела, все.

— Жду. — согласился я с некоторой грустью. — Нет-нет, да и появляется мысль, что все это временно. И обязательно кто-то влезет в мое счастливое, наконец-то, детство, грязными сапогами.

Без шуток — счастливое. После того, как Констанция Талани смогла оформить надо мной и Тесс опеку и мы, поучавствовав в спасении Борка Рауля, улетели с Бруаса — дела действительно начали налаживаться. Не все, конечно, сразу пошло гладко. Например, мама-ведьма по первости показала себя крайне неумелой родительницей. Где надо промолчать и не заметить — устраивала бурю в стакане воды. В противоположных ситуациях, когда действительно требовалось ее участие, уходила в работу, да еще и огрызалась, мол, ей некогда, двух спиногрызов надо как-то прокормить!

Один раз дошло до того, что мне пришлось напомнить ей, что два ребенка под ее крылом — это подмастерья-солнечники. Которые, на минуточку, сами, без взрослых, выживали на рынке фрипорта. И если она такая занятая, чтобы проводить время с дочерью (про себя я скромно умолчал), то мы спокойно найдем возможность дополнительного заработка для семьи. Как бы, есть опыт. Иначе, нафига было нас сюда тащить?

В общем, ситуацию не без трений и участия фамильяров, поправили. Констанция стала вовремя возвращаться с работы, перестала забивать на помощь со школьной программой, и так давить на те дисциплины, которые считала куда более важными и нужными. А то ведь в первый месяц казалось, что она хочет из Тесс сделать свою копию — затея более чем сомнительная.

Это я про ее навыки информационщика и… как бы это сказать — агента воздействия, вот! Той самой «профессии», которую она получила от своей наставницы. Разруливание проблем для одних и создание для других. Ничего не хочу сказать плохого — важные навыки, вполне способные пригодиться в жизни, но строить воспитание девочки только на них, так себе идея.

К счастью, как уже было сказано, это все осталось в прошлом. И к исходу первого года Луане мы трое уже действительно были похожи на семью, за которую себя в первое время только выдавали. Не на сто процентов — Тесс, к примеру, до сих пор в каких-то моментах… нет, не не доверяет матери, а, как бы с настороженностью воспринимает. Да и я, если честно, за «мамой Кони» присматриваю. Это, кстати, ее идея, ну, с именем. Мол, я очень хочу стать для тебя настоящей матерью, но понимаю, что этого сразу не произойдет. Поэтому, если просто мамой тебе называть меня неудобно, то делай это с именем.

Так что, Нае я не соврал — мне здесь очень нравилось. У Борк Рауля, впрочем, тоже, но там все-таки по другому было. Грозный космический ковбой сам-то не очень понимал значение слова семья, чего уж говорить о том, чтобы ее создать для двух мелких. И, да, за прежнего наставника я совсем не переживал. Мы с фамильярами сделали все, чтобы он смог разобраться с повисшей над ним угрозой. Дальше мальчик с котами был бы призовому охотнику обузой.

— Жить в ожидании беды — плохой настрой, Ори, — тоном самого просветленного сенсея произнесла Зеленая. — Придет она или нет в будущем, а отравляешь-то страхом ты свое настоящее.

— Да я не боюсь! — как бы сказать? — Просто… тихо как-то! После того, как мы убрались с планеты, где я родился — слишком много событий постоянно происходило.

— В дни благополучия наслаждайся, в дни печали размышляй! — голосом пережившего пяток реинкарнаций буддийского монаха произнесла она.

— Ты у меня из головы эту цитату вытащила? — я с изумлением уставился на фамильяра. — Почему тогда я ее не помню?

— Эй! — Ная возмутилась, даже расслабленную позу кошки-сенсея нарушила. — Я, вообще-то, Зверь Потока! Высшее существо! Мне доступна вся мудрость вселенной!

— Все глюки так говорят! — в дверях кухни нарисовался Красный. — Хорош ерундой заниматься! Тесс с домашкой закончила, пора на тренировку!

Мама Кони вернулась домой, когда мы с Тесс старательно отрабатывали все уроки, которые в нас вбил мастер-абордажник. По заведенной традиции, прерываться не стали — помахали издали руками и продолжили Рывки, Толчки и швыряние молниями в щиты. Сама Талани к огороженной для занятий площадке тоже подходить не стала. По первости пыталась давать советы, но выяснив, что мы в дисциплинах солнечников разбираемся как бы не лучше ее, перестала это делать.

— Ты чего сегодня такая квелая? — укорил я сестру, когда она в очередной раз сморщилась, принимая на щит удар. — Как беременный курфо!

Фразочку мы переняли от Кассиди Андора, той дамочки-маршала, которая прибыла арестовывать Борка Рауля и бесславно погибла в попытке сдать его пиратам. Я потом посмотрел в сети про кого она говорила и обнаружил, что курфо — симпатичные зверьки, немного похожие на земных капибар, с полосатой шкуркой и мягкими лапками. А беременные курфо — это вообще было какая-то нереальная милота. Тесс они тоже понравились, так что «ругательство» к нам прилипло.

— Да живот что-то болит… — неохотно отозвалась сестра.

— Удар пропустила что ли? — попытался я вспомнить наши спарринги.

— Да не, со школы еще… Думала, что пройдет, а оно все сильнее и сильнее болит.

Я сразу напрягся. А ведь действительно, она говорила что-то такое. Что-то вроде: ' У меня живот от смеха болит!' Получается, не от смеха? А отчего тогда?

Быть одаренным солнечником это, кроме всего прочего, практически не знать, что такое болезни. Если у ребенка, связанного с Потоком, что-то заболело, то зачастую лучший способ лечения — это просто подождать, пока оно само не пройдет. Поток ведь витальная, сиречь, жизненная энергия. А у Тесс со школы живот болит и не проходит. Не-нор-маль-но!

— А чего молчала, дуреха?

— Да думала пройдет… — повторила она с виноватым видом.

— Ну вот, не прошло. Пойдем маме Кони расскажем. Путь посмотрит что там у тебя в медкапсуле.

— Пойдем, — с видом приговоренного к смертной казни преступника, Тесс опустила голову и последовала со мной. Почему-то не любила она медтехнику, хотя не её родители заперли в капсуле — да там и забыли.

Талани-старшая, пока мы тренировались, накрывала на стол. Увидев поникшую дочь и выслушав ее рассказ, она сразу же потащила ее к капсуле медицинской гибернации. Запустила программу диагностики, без сна, а меня, прежде чем уложить Тесс внутрь, выставила за дверь. Типа, мальчики отдельно, девочки отдельно. Такой, типично ведьминский подход.

Хоть мне и было немного тревожно и любопытно — что же там такого с Тесс случилось? — пришлось остаться на кухне. И запретить себе использовать фамильяров для добычи информации, так как это было бы свинством. От нечего делать я продолжил брошенную мамой Кони работу, то есть, накрывать на стол. А потом еще минут десять сидел, как на иголках, ожидая, пока женщины спустятся вниз.

Когда это произошло, мне как-то ни разу спокойнее не стало. Наоборот, еще тревожнее. Лицо Констанции было слишком мрачным для человека, который узнал хорошие новости. А у Тесс — еще более виноватым, чем прежде.

— Ну что? — сразу же взялся я за расспросы. — Все в порядке?

Забавная штука — человеческая психика! Мне уже на сто процентов ясно, что нифига не в порядке, а я задаю самый идиотский вопрос, который только возможен.

— Жить будет. — мрачно пошутила ведьма. Даже улыбнулась, но тоже так себе. Лучше бы этого не делала. — Но тебе, Ори, придется нас покинуть. И Луану тоже — на всякий случай.

[1] До экспансии годы считаются в обратном порядке, как у нас «до нашей эры».

Глава 21

Интерлюдия: капитан грузового судна «Кузнечик» Кос Фаркаш. Неожиданное пополнение

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Луана периферии зоны влияния Ста Миров

Дождь закончился минут десять назад и из-за туч тут же выглянуло солнце.И тут же на испарину пробило самого капитана! Двадцать шесть градусов тепла и так-то слишком жарко для человека, который большую часть времени проводит в стабильной искусственной микроклиматической зоне космического корабля. А вместе с влажностью под сто процентов его жизнь и вовсе превращает в ад! Это ж надо было так подобрать место для космодрома!

— Все хорошо, а порадоваться — никак не могу, — посетовал Кос Фаркаш. — Эта в дюзу долбанная влажность меня просто уничтожает!

Китель у капитана и так уже давно был расстегнут, но теперь дошла очередь и до фуражки. Полноватый солнит снимал ее каждые две минуты, промакивая вспотевший лоб. И теперь его платок можно было натурально выжимать.

— Так может не стоило так наряжаться? — с вымученной гримасой (по плану это была ироничная улыбка) отозвалась Мария Ширай.

Сама офицер по безопасности «Кузнечика» к местным погодным условиям была подготовлена еще хуже своего босса. Классический образ деловой секретарши — узкая юбка, блузка, чулки и туфли с высоким каблуком — отлично подчеркивал ее спортивную фигуру. Но ходить в этом по вне в кондиционированного помещения? Настоящая пытка! Но Мария из принципа не ныла. Она попадала в куда худшие переделки — и на её должности запросто могла попасть опять.

— Важный заказ, — оправдываясь то ли перед собой, то ли перед помощницей, продолжал ворчать капитан. — Сама знаешь, как у нас с финансами. Если бы не взяли этот груз, пришлось бы идти на поклон в банк «Ремени». У нас там неплохой рейтинг, но все равно с их процентами нам бы пришлось следующие пару заказов бесплатно отработать. Так что приходится соответствовать. И наряжаться, как долбанный свадебный генерал!

— Да я понимаю все, шеф.

— Ну, а если понимаешь, чего тогда завела этот разговор?

Кос Фаркаш шел чуть впереди безопасницы, поэтому не заметил на ее лице новой гримасы. Большого такого знака вопроса: «в смысле, я завела разговор?» Но владелец транспортника был слишком погружен в свои мысли, чтобы обращать внимания на что-то еще.

С заказом, наконец-то, повезло. Груз драгоценных сортов дерева, которые бронитская община (та еще местная мафия!) выращивала здесь и продавала очень богатым клиентам по всей галактике. Могли ведь и другим перевозчикам-конкурентам отдать заказ, запросто. Слетелись тут всякие, прознав про готовящийся фрахт. Выкусите! Кто-то мог снизить цену, кто-то пытался подкупить скоростью, но он, Кос Фаркаш, всегда делал ставку на надежность.

Все просто и сложно одновременно. Вот смотрит клиент на капитана и видит обдергая в рабочем скафандре — какая тут надежность? А вот если тот приходит в мундире, с фуражкой на голове и — крохотный, но очень важный штришок! — с трубкой в руке — половина дела, считай, сделано. Ну, а если за его спиной маячит черноволосая красотка в строгом офисном костюме, то можно накинуть на успех еще процентов двадцать пять.

Так что финансовый крах его детища — малого транспортного предприятия в из одного космического корабля и четырех членов экипажа — отодвигался на неопределенный срок. Если удасться на Црезе, конечном пункте доставки груза, прихватить что-то, чтобы порожняком не лететь, так и вовсе на очень отдаленный. Хватит и на обслуживания корабля, и на замену устаревших агрегатов — чертов контроллер фекального насоса давно пора уже выкинуть на свалку! — и на выплаты премиальных сотрудникам. И может быть даже на побаловать себя, обновив запасы душистого, но чертовски дорогого ергинского табака, а то уже по дну контейнера скрести приходится.

Детская мечта, да. Стать капитаном собственного корабля. Крутым дядькой, космическим волком со шкиперской бородкой! И чтоб обязательно трубка в зубах и взгляд прищуренный. Подростком он даже пытался улететь на Элитею поступать в ту самую Военную Академию. Там ведь не только одаренных учат: ими при всем желании все места не занять. Один на экипаж эсминца — обычное дело. Кроме элитных подразделений, конечно — но у тех и задачи другие.

Кабальный контракт для бюджетников его совсем не пугал. Эх, могло и выгореть. Вот только родители прознали в последний момент и успели перехватить. Нравы на Периферии простые, сидеть будущий кэп не мог неделю. Смирился, но не забыл. В день совершеннолетия просто ушел из дому, напоследок плюнув на порог. Ох и помотало после по мирам и станциям. И лет много прошло. И жизнь вроде сложилась: дом, капиталы кое-какие. Но тут в рамках очередного этапа модернизации летно-космического парка военные выставили на распродажу демилитаризованные тяжелые транспорты мобильной пехоты куда дешевле, чем гражданские корыта того же класса. И Кос бросил все. Ради мечты, что до сих пор жила в нем.

…До опущенного трапа «Кузнечика» оставалось метров пятьдесят-шестьдесят, когда Кос Фаркаш заметил, что их встречают. Здоровяка-бронита было сложно проглядеть. Майк Хоранзи, его старпом и суперкарго, зачем-то выбрался наружу с явным намерением перехватить капитана первым. Неужели что-то случилось за время их с Марией отсутствия?

Это не были предчувствия, просто хорошее понимание партнера. Они с Майком сколько уже вместе? Лет семь? Восемь? Да, точно, восемь лет назад они совершили самую безумную покупку в своей жизни! Вскладчину, на равных паях взяли списанную и разоруженную «Саранчу-8М», вместе поднимали дело, обсуждая каждую мелочь. И время проводили, считай, неотрывно друг от друга — куда ты денешься в космосе? Так что нет, не предчувствие. Понимание или даже знание.

— Ну что? — преувеличенно радостно приветствовал подошедших старпом. — Удалось вырвать заказ у «Белухи»?

— Да какие у них были шансы? — фыркнула офицер по безопасности, проходя мимо Майка Хоранзи, спеша к чистому и — сухому! — воздуху. — У них на амортизацию груза три процента по договору закладывается! Думаешь, торговцы настолько дорогой древесины на это бы пошли?

— Что случилось? — спросил Кос Фаркаш, обрывая светский треп. Ровно в тот момент, когда его товарищ радостно произнес:

— А я юнгу нанял!

— Ты ЧТО сделал⁈

Гневное восклицание капитана заставило Марию Ширай остановиться, не дойдя до шлюза всего пары шагов, а старпома — отступить назад.

— Слушай, ну мы же обсуждали! — начал бронит атаку вместо обороны, но Кос Фаркаш не дал ему закончить.

— И я был против! Какого черта, Майк? У нас сейчас не лучшие времена, чтобы нанимать кого-то! Тем более бесполезного юнгу!

— С чего это бесполезного! Тебе команда уже который рейс плешь проедает — нужен!

— Если кто-то не может провести влажную уборку в своей каюте, то это не значит, что я должен нанимать для этого уборщика!

— Да ты послушай, что ты несешь? Речь ведь не об уборке! Для юнги есть множество задач… Почему я это, вообще, повторяю? Будто себя на записи слушаю — пятый или шестой уже раз!

— Я послушаю и седьмой!

— Ты сам дал добро!

— Ха, что за бред! Чтобы я…

— Но он прав, капитан. Ты ведь сам сказал сегодня утром: «да что хотите, то и делайте, задолбали!»

Последняя реплика принадлежала безопаснице, и Кос Фаркаш вперил в нее гневный взгляд — ты на чьей, вообще, стороне⁈

— Ты формально согласился, чтобы Майк начал поиски юнги перед тем, как мы отправились на встречу, — продолжила Мария. — Шеф, ты просто был на нервах, вот и наговорил, не подумав. А потом и вообще вылетело из головы. Но я могу поднять записи системы безопасности корабля…

— Не надо! — солнит шумно выдохнул, одновременно с этим и успокаиваясь. — Не надо. Сказал, значит, сказал. Последнее дело будет, если внутри своей команды я буду прибегать к доказательствам системы безопасности. Значит, нанял юнгу, Майк? У него хоть руки не из задницы растут? Проверил?

Старпом тоже прекрасно знал капитана, и на его реакцию совершенно не обиделся. Он вообще был очень позитивный, этот здоровяк. И заводился всегда только в ответ на чью-то агрессию.

— Обижаешь, кэп! Паренек просто маленький гений! Как там… вундеркинд, вот! Прикинь, у него подготовка техника-информационщика!

— Вот как? — это было по-настоящему удивительно. И, что греха таить — немного подозрительно. С подобными умениями люди шли в полноценные члены команды, даже если у них не была выправлена лицензия на квалификацию. Её, кстати, как раз можно получить, пройдя аттестацию бесплатно при наличии нужного числа часов космического стажа. Но чаще такие кадры оседали на планетах, где на обслуживании кораблей можно настолько хорошо заработать, чтобы оплатить организацию экзамена. — И он согласился пойти к нам?

— Ну… — суперкарго как-то подозрительно сдулся. Отвел взгляд, разве что свистеть не начал.

— Майк? Майк, что с ним не так? Я ж все равно узнаю, мы на одном корабле теперь!

— Пацану семь лет! — выпалил совладелец «Кузнечика», и принялся быстро-быстро объяснять: — Он, кстати, сынок Констанции Талани, она его и натаскала. Помнишь, она у нас навигационный блок в прошлом году…

— Семь⁈ Лет⁈ — не дослушав, натурально проревел Кос. — Майк, ты ненормальный? Принять на корабль ребенка⁈ РЕБЕНКА!!! Как это вообще могло прийти тебе в голову, а? Звездный Поток, податель жизни, вот за что мне это все, а? Почему у всех команда, как команда, а у меня — вот это? Нет, слышишь! Нет! Отправляй его назад — у меня транспортный корабль, а не летающий детский сад! Молчи, я даже слушать ничего не буду!!!

Но Майка Хоранзи уже тоже закусило. Капитан пусть и кипел, но заметил, как сошлись на лбу суперкарго массивные костные пластинки, усиливающие надбровные дуги. Верный признак того, что сейчас бронит продемонстрирует свое знаменитое упрямство. Не менее знаменитое, чем вспыльчивость командира корабля.

— Я его принял, Кос, понял? — произнес он спокойно, но вместе с тем, весомо. Так, что у любого собеседника пропало бы желание возражать. — Это и мой корабль тоже. Я имею право принимать такие решения. Особенно после того, как мой капитан дал мне разрешение. Я уже подписал с Констанцией Талани договор временной опеки — паренек несовершеннолетний, и это обязательно. И я не собираюсь сейчас связываться с ней и говорить, что собираюсь его расторгнуть.

— Я понял. — Кос поднял руки в примирительном жесте, дав заднюю. Умение понять, когда перегнул — очень важное для сохранения коллектива. Как и умение извиняться и признавать ошибки. — Понял, Майк. Славно! Ты его принял, это твое решение, ты имел на него право. Но ради всего святого, почему ты взял семилетку? Ты знаешь, почему я возражал против юнги, Майк? Я представлял себе подростка, который будет шататься по моему кораблю, и в своей неуемной энергии везде лезть и все ломать. Понимаешь, Майк? Я боялся подростка! А ты, костяная башка, нахрен, нанял ребенка!!!

Несколько секунд бронит молчал, прожигая своего капитана взглядом, а потом пластины на его лбу вернулись в прежнее положение. И он с улыбкой, будто только что не отчитывал минуту назад своего командира и партнера, произнес.

— Ты просто не представляешь, что это за ребенок, Кос! Он золотой! Вундеркинд — я тебе уже говорил! Я в качестве теста дал ему задание, с которым вся наша команда не может справится уже второй месяц. Помнишь же ту пованивающую проблемку?

Капитан кивнул. Еще бы! Как такое забудешь? В последнем рейсе только об этом и велись все разговоры. Теперь у него были деньги выкинуть чертов канализационный нагнетатель и поставить новехонький! Пусть за него — и замену под ключ — местные инженеры просят какие-то космические деньги.

— Так вот, этот ребенок, Кос, влез в инженерный коридор, добрался до управляющей панели, и — та-дам! — настроил контроллер фекального насоса! Я засек время — пятнадцать минут! Проблема решена!

— Серьезно? — а вот это Коса Фаркаша впечатлило.

Если мальчишка справился с такой задачей на тестировании своих навыков, то он не только сэкономил приличную сумму для команды «Кузнечика», но и определенно мог считаться удачным приобретением.

— Серьезно! Говорю тебе, пацан — сынок Констанции Талани, очень крутого инженера информационщика. И она сама его натаскивала.

— Это та, которая нам в прошлом году навигационный блок ремонтировала?

— Ну! А я о чем тебе говорю? Сама со мной связалась, когда я выставил объявление. Сказала, что хочет сыну практику организовать. Я посмотрел на то, что он может, и мы ударили по рукам. Годовой контракт, договор временного опекунства и… знаешь во сколько нам обошелся новый член экипажа с такими навыками?

— Сколько?

У капитана не было никакого желания гадать, новости и так выбили его из колеи. Сейчас он чувствовал себя зверем, которого охотники обложили со всех сторон, оставив только один выход — на стрелков. Мало того, что Майк полез в бутылку и пошел на принцип, так еще и упомянул (явно не случайно оговорился!) про эту Констанцию Талани. С таким подтекстом — выгонишь сейчас ее сына, и можешь попрощаться с возможностью найти на Луане хорошего информационщика. На плантах периферии у космодромных ремонтников круговая порука только в путь.

— Один процент из маневренного фонда!

— Пацан мог бы и бесплатно работать. — тут же заворчал считающий каждый кредит Кос Фаркаш. — Ну, в смысле, за еду, одежду, кров и практику. В этом, как бы, смысл юнги.

— Ты же понимаешь, что это очень дешево?

— Да понимаю…

— Ну а чего тогда?

— Ничего. Просто голова кругом от новостей. Ладно, веди меня знакомить с этим чудом природы. Где ты его разместил? В свободной каюте по левому борту?

Мальчишка казался обычным. Светлые волосы, открытое лицо, разве что глаза смотрели на капитана с неожиданно-взрослым выражением. С этакой тщательно спрятанной иронией.Неужели услышал их с Хоранзи беседу на повышенных тонах?

Когда они всей толпой — он сам, Майк и Мария — ввалились к юнге в каюту, он как раз раскладывал свои небогатые пожитки. Попутно болтая с последним членом экипажа «Кузнечика» — Нелом Стражински.

— Я капитан этого корабля, Кос Фаркаш. — солидно представился мужчина, успевший опять застегнуть китель. Если взрослые ведуться на внешние невербальные сигналы — то дети втройне! Уважаемый капитан целого космического корабля — чуть ли не необожитель! Все знает, все умеет, все повидал и мудрость чуть через край не плещет! В своих детских воспоминаниях он помнил свое отношение к вольным перевозчикам именно таким. — С моим суперкарго Майклом Хоранзи ты уже знаком. Как и с мехводом Корнелиусом Стражински. То есть, осталось представить тебе только нашего офицера по безопасности Марию Ширай.

— Меня зовут Коррен Талани. — мальчик кивнул и протянул капитану ладонь для пожатия. — Но прошу называть меня Ори.

Зажатый собственным экипажем, Кос хмыкнул, и пожал руку пареньку. Подумал, что он ему, пожалуй, нравится. Серьезный такой, обстоятельный. Вещи вон как толково разложил, не просто раскидал по шкафчикам, а по какой-то системе. Некоторые, типа Нела, и в свои тридцать пять до этого дойти не могут.

— Что ж, Ори… Добро пожаловать в экипаж «Кузнечика». Он у нас небольшой, но очень дружный…

— Шеф, — довольно тихо произнесла за его плечом безопасница. — Надо проверить Коррена, раз уж мы его взяли. Ничего такого, простой опрос с полиграфом.

То есть, это казалось, что сказала она это негромко. На деле же в таком небольшом помещении женщину услышали все. Включая пацана.

«Зараза! — про себя выругался Кос. — И ведь главное на том самом месте, где я назвал наш экипаж дружным! Ну, Мария!»

— Считаешь, это необходимым? — вслух спросил он, не оборачиваясь, и не сводя взгляда с юнги.

— Это сфера моей ответственности, капитан. Именно я буду отвечать, если в нашу команду проникнет представитель… м-м-м, представитель третьих лиц. Сами же знаете, шеф.

«Третьи лица» могли быть кем угодно. Отправитель или получатель груза, решивший подстраховаться — это еще полбеды. Хуже если кто-то из коллег решил выведать секреты конкурента — тоже терпимо. А вот наводчик пиратов — хуже не придумаешь! Такие способы ограбить перевозчика на самом деле использовались не так редко. Гораздо чаще, чем попытки подкупить проверенного члена экипажа.

— Я не против. — тут же отозвался и мальчишка. Спокойно, слишком спокойно для семилетки. Может, Мария и права? — Я понимаю фру Ширай. Скрывать мне нечего.

— Просто — Мария. — усмехнулся Кос, все-таки чувствуя неловкость. — Без всяких там… префиксов. Ну, раз ты не против, давай тогда сделаем это.

Глава 22

Юнга

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Луана периферии зоны влияния Ста Миров

— Как будто в тайное общество вступаем, — уничижительно фыркнул Ра, подразумевая «а эти-то что о себе возомнили?»

Красный вместе с Оранжевой оказался свидетелем перепалки между капитаном и старпомом. И порядком обиделся на капитана за такое ко мне отношение.

— Вот бы и в самом деле — в тайное общество! — у Ло имелось совсем иное мнение. — Круто, на обычный корабль устроились — а он необычный!

— Необычно крепкий и на удивление рабочий для списанного и «раздетого» вояками корыта? — уточнил Кер. — Думаю, эту «Саранчу» ни разу не использованную с длительного хранения сразу «с молотка» пустили, только оружие и военные блоки сдернув в последний момент. Вот почему тут куча все еще рабочего. Будь она со службы — ушатано все было бы не в пример сильнее.

Пока Звери привычно болтали, меня довели аж до каюты наискосок. Всего их тут было восемь, одну целиком занимал ультра-реалистичный аэротренажер Стражински (он мне сам об этом с гордостью разболтал), еще одну — мини-тренажерный зал старпома-суперкарго Хорнази, и вот как раз третью переоборудовали в «рабочий кабинет» тире кладовку безопасника Марии Ширай.

— Вот тут удобно, устраивайся, — указала хозяйка каюты мне на кресло, сразу у меня вызвавшее не самые приятные ассоциации с зубным кабинетом. Ну такое крутящееся на поворотной платформе с упором для ступней. — Ноги сюда и сюда. Вот эти контакты я прилеплю тебе на руки и на лоб. Постарайся не ёрзать, чтобы я тебя два раза не переспрашивала.

Хмм…

— Ну-ка, куда провода ведут? — Синий засунул голову прямо в корпус прибора. — Там контакты тонюсенькие, не для удара током.

Теперь главное, чтобы бормашину не достали.

— Отвечай на все мои вопросы «да», пока я не дам тебе другую инструкцию, — усевшись в нормальное кресло, нормальное офисное кресло, стоящее рядом, включила свою машинерию Мария. — Не важно, правда это или нет. Понял?

— Да, — ответил я, как и просили.

Мои фамильяры переключили свое внимание на боевых роботов, в режиме парковки занимающих ровно половины каюты. Конструкция корпуса у них напоминала два сложенных вместе таза, из места их соединения «росли» шесть ног-манипуляторов. Сверх примостился таз поменьше — орудийная башенка с торчащим из неё стволом плазмогана. Явно неразумные машинки, но от того не менее грозные. Судя по сколам и оплавленным места на корпусах и башенках — кто-то уже успел убедиться в их боевой способности.

— Ты — мужского пола? — тем временем спросила у меня безопасница.

— Да.

— Тебя зовут Коррен Талани?

— Да.

— Ты — женского пола?

— Н… Да! — чуть не сбился я.

— Ты — капитан этого корабля.

— Да! — теперь уже с удовольствием соврал я, собрав улыбки суперкарго и мехвода и вызвав гримасу недовольства у кэпа.

Да, у Корнелиуса должность официально называлась «мехвод», будто у танкиста. Но он сам про себя предпочитал говорить «пилот». И это он успел мне выболтать до прихода Фаркаша. Похоже, другие члены экипажа уже не могли слышать его болтовню и эльфит соскучился по свободным ушам.

— Ты — одаренный? — задала следующий вопрос Ширай.

— Да, — о, пошло вперемешку.

— Ты… Стоп, — женщина подняла голову от монитора полиграфа. — Ты что, и правда солнечник?

— Да, — ответил я, заставив Ло хихикнуть.

— Больше не отвечай да, — помахала ладонью женщина. — Отвечай как есть. Ты солнечник?

— Как есть, — следуя букве полученной инструкции, повторил я.

Ло принялась хихикать по новой, а Кер и Ра зафыркали. Любят они, когда я дурака валяю. Им, стараясь не сделать это слишком громко, вторил Стражински.

— Тьфу ты! Это уже не тест, просто ответь!

— Я — одаренный, — подтвердил я.

— Ма-айк? — недобро протянула черноволосая красавица. — Почему ты не сказал? И, главное, почему ты не завел подробности по юнге в личное дело?

— Так вы меня и оторвали! — отлично изобразил праведный гнев корнит. Вот только…

— Оторвали от стояния у трапа? — ядовито переспросила Мария.

— Я как раз собирался вернуться и сесть за терминал, когда вы появились!

— С кем я работаю? — потерла лоб женщина. — Ну и что я о тебе еще не знаю, Коррен?

«Вообще ничего не знаешь!»

— Ори, если можно, — еще раз попросил я. — У меня ранг подмастерья, получил его по итогам полугода занятий с мастером-абордажником Борком Раулем…

— Тебя учил абордажник⁈ — выпучил глаза суперкарго. — И всего за полгода выдал следующий ранг?

Наверное, не стоит говорить, что это было год назад, когда мне еще семь не исполнилось. И еще некоторые подробности рассказывать.

— Ну он сказал, что это немного авансом, — извиняющимся голосом пояснил я. — Нас с сестрой как раз мама прилетела забрать домой…

— А, ну так-то все понятно, — сделал нужный мне вывод из неполной информации Хоранзи. — Видишь, Мари, все просто оказалось.

— Еще раз заставишь делать за тебя твою работу, Майк, — в ответ сократила имя корнита безопасница. Она вызвала окно терминала и подтвердила ввод моей информации в личное дело. — И я потребую себе полпроцента от твоей доли прибыли, понял?

— Мы об этом потом поговорим, — на лице добродушного старпома на миг мелькнул оскал акулы капитализма. Судя по всему, суперкарго он было неплохим.

— Ладно, с этим разобрались, — не стала дальше выяснять отношения Ширай. — Скажи мне, Ори: почему ты решил в столь юном возрасте стать юнгой на торговом космическом судне?

— Мне нужно покинуть дом и планету примерно на год, — честно ответил я. — Школьную программу за два класса вперед я уже освоил. Оплатить специализированную школу-интернат где учат по индивидуальной программе у моей семьи нет возможности, в обычном интернате я буду только время терять. А юнгой я и практику получу, и космический стаж, необходимый для лицензирования интересующих меня профессиональных навыков… Что?

— Да вот думаю: ты говорить по-взрослому специально учился или такой вундеркинд? — улыбнулась мне Мария. Вроде как без издевки, а потому что я её слегка умилил правильной сложной речью.

— Между прочим, я специально тренировался проходить собеседования, вот! — пришлось изобразить детскую обиду. Умолчав о том, что курсы по составлению резюме и дальнейшим этапам хитростей устройства на работу проходил в прошлой жизни. Ведь проходил же — какие вопросы?

— То есть ты наш корабль выбрал не специально? — уточнила хозяйка каюты. — Он был одним из вариантов.

— Мама меня на «Кузнечик» в первую очередь привела, — не стал скрывать я. И «мстительно» процитировал, доигрывая образ ребенка-вундеркинда. — Она сказала: «вы все нормальные, хоть и с легким прибабахом».

В это раз фыркнули все, кроме Марии. Которой, по-моему, очень хотелось уточнить мнение Талани на счет себя, но она сдержалась.

— Дальше мне все ясно, — красноречивый взгляд на Стражински. — Тогда скажи мне вот что. Чем ты собираешься заниматься у нас на борту?

— Чем капитан прикажет, — немного удивился такой постановке вопроса я.

— А сам, без приказа, что будешь делать? — тут я нахмурился, не совсем понимая, что от меня хотят услышать.

— Без приказа? — с сомнением уточнил я. — В инициативном порядке, что ли? Э-э-э… ничего?

— Нет-нет-нет, — внезапно хихикнула безопасница, глядя на вытягивающееся лицо её начальника. Судя по всему, это был вопрос в контексте их разговора у трапа, что Ло и Ра подслушали. — В свободное время.

— Выращивать микрозелень: грунт, семена и лапмы солнечного спектра я с собой привез, — вот теперь вытянулись лица у старпома и мехпилота. — Еще готовить для себя, если мне разрешат использовать камбуз…

— Разрешат, — со странным выражением лица решила за всех Мария. — Если ты его отмоешь и своими продуктами будешь пользоваться.

— Еще читать, смотреть видео у себя в каюте, — немного растерянно продолжил перечислять я. Они что, вообще все хотят услышать? — Пытаться повысить свои знания. Еще вот Корнелиус обещал меня скатать на симуляторе и даже дать самому порулить, если понравится…

— Передавать данные о маршруте «Кузнечика» и загрузке трюма? — быстро произнесла Ширай. — Вредить грузу или экипажу?

— Нет! — я едва не вскинул руки, только в последний момент вспомнив, что меня просил «не ерзать».

— Просто формальность, — спокойно уточнила безопасница. — Что ж, Ори, ты прошел мой тест, поздравляю! Теперь ты полноправный член экипажа Кузнечика! Как и сказал Кэп — мы теперь твоя семья. Только скажи, что за причина заставляет тебя покинуть мать, сестру и планету? Ведь ты их так любишь!

— Маша, нет! — вскинулся кэп. — Это приватная информация, мы не имеем права…

— Имеем, как опекуны, — отрезала она, недовольная поломанной игрой. — Ори, ответь пожалуйста. И я от тебя до конца контракта отстану.

Вот зараза. Нет, правду она от меня не получит. Только безопасный для оглашения кусочек.

— Люблю, — я шмыгнул носом, позволив эмоциям на миг захлестнуть меня. — Мы… Я слишком сильно связан с Тесс витальной энергией. Даже отсюда немного чувствую её. Надо… сейчас пожить немного отдельно, чтобы не было проблем потом… хлюп! Шмыг!

Невидимый никому кроме меня Кер стукнул лапкой по внутренностям полиграфа, и прибор полыхнул, исторгая вонючий дым и разбрасывая синие искры. Неплохо так тряхнуло и сидящую рядом с ним Марию. А я скинул уже бесполезные электроды.

— Извините! Я… Я…

— Это ты нас извини! — капитан неожиданно-проворно для своих габаритов ввинтился в каюту, загроможденную техникой, оттер её хозяйку и помог мне выбраться из «пыточного» кресла. — Ты уж прости Мари, она иногда забывает, что больше не работает корпоративным секьюрити.

Взгляд Коса, кинутый поверх моей макушки, обещал Марии серьезный разговор.

— Идем в твою каюту, ты там умоешься. А через десять минут я лично покажу тебе корабль!

Умыться мне и правда потребовалось. Легко изображать слезы, когда они то и дело подкатывают к горлу. Я ведь снова один в незнакомом месте. И наша связь с Тесс вот-вот прервется из-за расстояния. Но только так я могу сохранить здоровье сестре. Все дело в витальной связи, тут я не соврал. Такой крепкой и сильной, что она завязала между собой и наши тела. И когда настало время половой системе Тестерадос переходить, так сказать, к взрослому режиму — начались физиологические отклонения.

И хорошо, что нарастающая боль предупредила сеструху — страшно представить, что в итоге случилось бы с её репродуктивной функцией, прозевай мы начало изменений. Да, та самая причина, по которой ведьмы живут чисто женскими поселениями. Оказалось, это не только способ старейшин контролировать других одаренных, идущих с ними одним темным путем. Но теперь все будет хорошо. И с ней, и со мной. Правда, одного путешествия не хватит — придется и второе организовать, когда у меня начнёт ломаться голос. Но об этом я пока и думать не стану — слона, как известно, надо есть по кусочкам.

Все ж хорошо, что Констанция, наша с Тесс «мама Кони», поняла, что меня нельзя отдавать в обычный интернат на другой планете. Который я просто разнесу, если опять наткнусь на неадекватное отношение, как у социальщиков фрипорта Бруаса. И быстро отыскала альтернативу. Не зная моей тайны о перерождении, она достаточно хорошо меня успела изучить. Работа — или, как там правильно, служба? — юнгой — не даст мне грустить. Полученный же опыт станет совсем не лишним. Конечно, я бы выбрал прожить лет до восемнадцати на Луане, закончить школу, перенять от приемной матери еще всяких полезных навыков и познаний.

Все. Хватит терзаться. У меня уже начался новый жизненный этап, пусть мы еще на космодроме. А Ная пока утешает и прощается за меня с Тесс. Скоро Зеленая присоединится к нам — и полетим к другим звездам. Ну чем не приключение мечты, а? Эх…

Как и обещал, Кэп явился показывать мне корабль лично. Кое-что я уже успел осмотреть, пока лазил восстанавливать сетевое подключение контроллера канализационного насоса. Но то по делу, а сейчас я буду внимать и запоминать объяснения того, кто в этих стенах считай восемь лет живет. Совсем другое дело.

— «Саранче 8М» изначально разрабатывалась как вооруженный транспорт мобильной пехоты, — прямо посреди коридора ударился в историческую справку Фаркаш. — Этакий грузовик-штурмовик, способный сесть на любое поле боя и выгрузить людей, технику, любые сопутствующие грузы. А потом перебросить в пределах планеты, если понадобится, или эвакуировать прочь. Оттого такая форма, действительно похожая на кузнечика: «глаза» — бронесферы штурмовых оружий независимого наведения, а на крыше — сложенные атмосферные крылья. Даже подбитая, Саранча могла сесть, спасая пехоту и экипаж!

— Гордиться, будто сам этот корабль проектировал, — фыркнул Красный.

— Лучше скажи, чем его разговор с безопасницей кончился? — мысленно спросил я.

— Ты все правильно рассчитал, Ширай видела, что ты говоришь правду, пока Кер не «уронил» полиграф. — В общем, она решила, что ты и дальше правду сказал.

— Следующую машинку ей тяжело будет достать быстро, — растянул губы в кошачьей клыкастой улыбке Синий. — Начинка простенькая, а вот программное обеспечение, позволяющее более точно делать оценку испытуемого — закрытое специальное, отдельно не продается. На копеечку выставили мы её!

— Да, кэп сказал, что часть стоимости из её доли вычтет, — подтвердил Красный. — Потому что прямой приказ не выполнила.

Ну раз так, то хорошо. Вряд ли эта особа опять попробует меня затащить в свой кабинет, чтобы продолжить удовлетворять любопытство. А если сделает — я ей и второй прибор сожгу!

— Только намекни! — хором поддержали меня фамильяры.

— Штатный экипаж у «Саранчи» был восемь человек, — продолжал Кос. — Но в мирной жизни нас и четверых хватало. Так что тебе повезло, что мы пятую каюту так и не завалили всяким хламом, ой, то есть нужными вещами.

Я только кивнул, а то комментарии про «везение» на язык лезли самые ехидные.

— Поскольку предполагалось, что основной огонь будет вестись по «Саранче» с поверхности снизу, вся «техничка» вынесена вверх корпуса, а днище укреплено…

Знакомое решение, у «мясников»-работорговцев в «Скате» точно так же было.

— … Отчего есть некоторые проблемы в тех системах, где их обычно не бывает. В канализационной, например — которую ты как раз решил. А вот и трюм. Посадочные опоры спроектированы так, чтобы наклонять весь отсек с грузом, превращая пол в рампу или самосвал…

— А вот и рубка, — самое сердце корабля капитан отложил на самый конец экскурсии. — Во время взлета, посадки и в некоторых других ситуациях объявляется общий сбор экипажа — и ты тоже должен быть тут как штык! Опоздания не допускаются! Вот твое место: инженерный пост воентеха правого борта. Завтра утром для тебя будет первый старт. Смотри, не заставь нас пожалеть о том, что мы тебя выбрали!

* * *

Зеленая вернулась минут за пятнадцать до отлета.

— Только уснула, — доложилась мне она, забираясь на руки, уже сидящему в кресле правого военмеха пристегнутым. Я впервые увидел, что и Зверя Потока можно вымотать до трясучки. — Все плакала. Отдыхала, потом опять плакала. Считает себя виноватой, хотя я десять раз объяснила, что нет. Ничего, сон — лечит.

— Мы обязательно вернемся, — мысленно пообещал я не только Нае, но и остальным котам.

Тем временем остальные четверо из команды «Кузнечика» заняли свои места.

— Груз проверен, трюм в норме, готовность подтверждаю, — первым отчитался суперкарго.

— Опасного трафика в атмосфере и ближнем космосе не наблюдаю, все разрешения от диспетчерской космодрома Луаны получены. Старт по графику, — это безопасница сдала отчет. — Мачта наблюдения и связи сложена и защитный люк задраен.

— Все системы «Кузнечика» в летной норме, — сказал свое слово мехвод.

— Экипаж занял свои места по бортовому расписанию, — закончил капитан. — Системы автопилотирования настроены, взлет по таймеру разрешаю.

— Начинаю обратный отсчет, — мягким женским голосом отозвался полетный компьютер. — Шестьдесят ровно. Пятьдесят девять…

— Юнга, ты, наверное, сейчас думаешь: вот, мои космические приключения начинаются, — внезапно посмотрел в мою сторону Кос. — Мой тебе совет, как «космического волка», хех. Выбрось всю эту пургу из головы и готовься вкалывать. Каждый день. Рутинно. Делать самую грязную работу. Потому что здесь за тебя её никто не сделает. Там, в пустоте между звезд есть только экипаж и корабль — и надеятся можно только на себя. Веря в то, что твои товарищи свой кусок работы выполнят не хуже тебя и мы все вместе в очередной раз ступим на бетон космодромных плит. Да, вот. Список твоих служебных обязанностей как юнги. Со следующего старта твой отчет первый.

— Чистота общих помещений, кроме рубки и трюма, — прочел я. — Целостность панелей внутренней обшивки. Исправность магнитных замков и ручных запоров люков инженерных коммуникаций. Исправность работы бытовых системе, исключая системы жизнеобеспечения…

Список все длился и длился. Но не сказать, чтобы я прям удивился. Юнга есть юнга. Им будут затыкать любую дыру в служебном расписании, которую он только в силах заткнуть. Включая поломку систем автоуборки. Если они вообще стоят на бывшем военном транспорте.

— … Пять. Атмосферные двигатели выходят на режим. Три. Два. Один! Отрыв! Следование по заданной траектории подтверждаю!

По мере того, как демилитаризованный военный грузовик удалялся от дому, струна связи со спящей Тесс все истончалась, став тоньше волоса. Тоньше солнечного луча. Но окончательно пропала только когда корабль ушел в гипер. Все. Теперь Тестерадос ничего не угрожает. А я — начал новый этап своей жизни. Ну здравствуй, космическая романтика! Попробуем тебя на вкус.

Эпилог

Год 1139 от начала Экспансии

Планета Терра, центральная область Ста Миров

Брен Канара остановился перед зеркалом и еще раз внимательно себя оглядел. Кивнул своему отражению — подобающий внешний вид. Молодой мужчина лет тридцати пяти, светлые волосы средней длины тщательно уложены, серые глаза смотрят уверенно и спокойно. Лицо открытое, вызывающее доверие. Про такие лица еще говорят — порода. Применительно к выходцу из Большого клана Терра, а род Канара входил в него на протяжении уже нескольких веков, более чем справедливое утверждение. Только не «порода», а Кровь. Иногда говорят еще «генетическая линия», но наследие крепкой связи со Звездным потока не до конца подчиняется законам генетики. Потому так важно поколение за поколением соблюдать те немногие правила в выборе партнера для продолжения рода — это единственный способ сохранить свою особую Кровь!

Одет мужчина был под стать ситуации. Темно-коричневая домашняя куртка, под которой виднелась довольно консервативная, но расстегнутая на одну пуговицу сорочка, светло-серые брюки, и телесного цвета мягкие туфли. Весь этот тщательно продуманный образ словно бы говорил, что хозяин дома встречает очень важных, но близких людей.

Пользуясь случаем — раз уж подошел к зеркалу, то почему бы и нет? — он последовательно прогнал по лицу несколько выражений. Радушная улыбка, смущение, озорная улыбка, скрываемая, но видимая печаль. Под конец — холодная вежливость, прикрытая добродушием. Вот тут нельзя было ошибиться. Лира прекрасно знала, что он недолюбливал ее мужа, так что демонстрировать радость в отношении него не стоило.

— Дядя Брен, скоро уже? — раздался за спиной хозяина дома нетерпеливый детский голос.

На лице мужчины возникло новое выражение — заботливая улыбка. С ней он и повернулся к воспитаннику.

— Скоро, Коррен. Совсем скоро.

Семилетний мальчишка тут же ткнулся ему в бок.

— Я боюсь, дядя Брен!

— Чего? — сделал вид, что улыбнулся тот.

— Вдруг они меня забыли?

— Ну что за глупости, мой мальчик! Это же твои родители! Твои мама и папа. Они не могут тебя забыть!

— А вдруг они меня больше не любят?

Брен Канара прикрыл глазы и медленно выдохнул — все равно Коррен не мог этого видеть. Мысленно прогнал подходящие реакции и решил остановиться на родительской строгости.

— Коррен, сынок, послушай. Мы это уже обсуждали не раз и не два. Но если ты тревожишься, давай еще раз все проговорим, хорошо? — дождавшись кивка, продолжил. — Твои мама и папа — хорошие люди. Но они совершили ошибку. Других бы за такую просто наругали и наложили штраф. Но твои мама и папа — не простые люди.

— Они из Больших кланов, — буркнул мальчишка куда-то в район пупка. — Я знаю.

— Верно. Они часть Больших кланов, потому что клан — этот и есть люди. И когда члены Больших кланов совершают ошибку, их ответственность гораздо выше, чем у обычных людей. Поэтому, клан Терра и Макира услали твоих родителей исправлять последствия своей ошибки. И запретил им видеться с тобой. А я остался присматривать и заботиться о тебе. Но твои мама и папа очень скучали, Коррен. Им ведь даже запретили говорить с тобой по видеосвязи. Но пару раз я посылал твоей маме видео, где ты играл. И она была этому очень рада.

По мере того, как лилась его речь, на лице Брена Канара возникало другое выражение. Гнев. Но слова при этом оставались окрашены строгой родительской заботой.

— Теперь, когда они закрыли свои обязательства перед кланом, они возвращаются за тобой. И тоже, поверь мне, мой мальчик, очень и очень волнуются! А вдруг ты их забыл? Или разлюбил?

— Я бы никогда! — Коррен вскинул голову, и Брену пришлось быстро натянуть на лицо ироничную улыбку. — Ты смеешься надо мной?

— Смеюсь!

— Ну тебя!

Мальчишка, надулся и, наконец, оторвался от дяди. Прошел через всю комнату и плюхнулся на диван.

По залу, переходящему в террасу, носилось не меньше десятка антропоморфных роботов-слуг. Одни убирали последние пылинки, другие расставляли цветы, третьи накрывали стол, стоящий в отдалении — вино, сок, легкие закуски. Весь этот упорядоченный хаос, конечно же, контролировали слуги живые — один из старейших родов клана для своей главной семьи мог это себе позволить. Брен Канара прошел мимо роботов, как мимо мебели, точно зная, что ни один из этих движущихся предметов не появится на траектории его движения. Остановился у террасы, часть которой была отдана под посадочную площадку для флаеров. И, как обычно, залюбовался видом.

Жилые покои рода Канара располагались в верхней половине собственной башни — стасорокаэтажного здания, стоящего особняком от прочих городских построек. И на солидном расстоянии — не менее трех положенных по закону километров — от других родовых башен. И самый верх занимала главная семья.

Внизу же раскинулся город — крыши домов с такой высоты походили на крохотные разноцветные квадратики, зачем-то разбросанные по пышной зелени.

Но не красота привлекала Брена. А то, что стояло за ней. Статус, позволяющий жить над головами обычных людей. Власть, дающая право смотреть на них сверху вниз. Богатство, разрешающее делать то, что другим недоступно. Вот что значил для него этот шикарный вид. И он никогда не уставал им любоваться.

Вдалеке показалась одинокая точка флаера, идущего не по основным транспортным маршрутам. Так летать над городом могли только машины экстренных служб — и те, кто стоял во главе родов. Его непутевая сестра, к сожалению, так же как и он относилась к старшей семье. Пока относилась. Лиру Канара Терра сопровождал её недалекий муж. Еще один идиот, сумевший поставить в неловкое положение уже свой Большой клан.

— Кажется, твои папа с мамой уже летят! — с радостной улыбкой повернулся брат Лиры к Коррену, одновременно с этим указывая рукой на точку в небе.

Мальчишка тут же бросился к террасе и стал с жадностью всматриваться в небо. Делал он это недолго — флаер шел на приличной скорости, и меньше чем через минуту уже завис над посадочной площадкой. Как только это произошло, Коррен вдруг развернулся и убежал вглубь комнаты. Брен не стал его останавливать.

Двери летающей машины скользнули в стороны и на упругое покрытие вышли мужчина и женщина. Высокий, похожий на древнего атлета, темноволосый мужчина. Широкие плечи, широкая улыбка и ни тени сомнений в том, что ему тут рады — типичный Идальго! Его спутница наоборот больше напоминала воздушную акробатку, настолько хрупкой и невесомой казалась. Казалось, что если сейчас налетит порыв ветра, она полетит по его волнам, ничем и никем не удерживаемая.

Чушь, конечно. Откуда на террасе, закрытой мощными атмосферными щитами, ветер?

— Брен! — воскликнула женщина и в мгновение ока оказалась в объятиях хозяина дома. — Как же я рада тебя видеть!

— И я тебя, Лира! — сияя, как вспышка сверхновой, отозвался тот. После чего был награжден сестринским поцелуем в щеку.

— Брен, — мужчина приблизился спокойно, с грацией хищного зверя. Сытого, не намеренного нападать, но всем своим видом демонстрируя — если что-то случится, он готов.

— Маллен. — в ответ та самая холодная вежливость, прикрытая добродушием.

— Два года…

— Время летит…

— Да ну вас! — возмутилась Лира Канара. — Вечно вы!

— Что? — оба мужчины повернулись к ней, изображая на лицах полное недоумение.

— Ой, все! — женщина махнула рукой. Об отношении своих мужа и брата она знала прекрасно. — Где он, Брен?

— Понятия не имею! Только что стоял рядом со мной! — изобразил растерянность хозяин дома, но тут же рассмеялся, показывая, что шутит, и указал рукой себе за спину. — Да вон он сидит. Переволновался просто, и убежал. Пойдемте к нему.

И, подавая пример, пошел первым.

По мере движения, ему пришлось совершить серьезное усилие, чтобы взять свои эмоции под контроль. Надо же, думал он. Стоило только им появиться, и все самообладание, которым он так гордился, полетело на дно гравитационного колодца! Накрыло такой злостью! В какой-то момент Брен даже испугался того, что истинные его эмоции прорвуться наружу. И сестра со своим мужем их увидят.

Но — получилось удержаться. Несмотря на не слишком почтенный возраст, Брен Канара был опытным управленцем и политиком. Его, в отличие от сестры, прекрасно воспитали!

А ведь из-за простой несдержанности двухлетняя подготовка могла рассыпаться в пепел! Все его действия и усилия, направленные на то, чтобы вернуть роду Канара потерянное «благодаря» идиотке-сестре!

* * *

Когда Лира по секрету сообщила, что у них с Малленом роман, он не обратил на это никакого внимания. Хотя связи между представителями кланов и не поощрялись, в действительности, всем было плевать, чем занимается молодеж. Если, конечно, эти забавы не имеют последствий. Таких, которые принесла в семью его сестра.

Брен помнил это так четко, будто все случилось вчера. Как сестра просит держать его в тайне связь с Малленом Идальго из клана Макиро. Как позже умоляет помочь с бегством, поняв, что забеременела. Как он подыскивает ей и ее партнеру убежище — богом и старателями заброшенную планетку, где беглецам предстояло жить отшельниками хотя бы первое время. И как радуется тому, что теперь он, а не его младшая, но более одаренная Потоком сестра, стал наследником дома Канара.

Каким идиотом он был! Поверил этой лицемерке! Решил, что она действительно решила сбежать из рода, пойдя за своим возлюбленным! Ведь браки между членами Больших кланов были запрещены — линии Крови выстраивают не для того, чтобы молодняк их разрушал по собственной прихоти!

Все изменилось в один день, когда эта курица, выносив и родив ублюдка, решила вернуться и договориться с кланом. Договориться с кланом!!! Не с родом, который бы просто устроил ее сына где-то на периферии — у кого не бывало грехов? — и сделал бы вид, что ничего подобного не было. Но, нет! Она решила, что ее дитя должно расти в семье, а не стать одним из десятков безвестных бастардов!

Как это вообще могло прийти в чью-то голову? Договориться с кланом! С кланами не договариваются! Их приказы почтительно выслушивают! О чем можно «договариваться» с теми, кто диктует свою волю всем Ста Мирам⁈

Но даже тогда ей повезло. Другую бы просто вымарали из истории и забыли. Но Лира… Пробившись вместе с мужем через заслоны наемников, она предстала перед магистром клана Терра. И каким-то невероятным образом уговорила его позволить им с мужем вернуться. Ребенка, конечно, исключили из линии наследования — от брака между Большими кланами рождаются обычные одаренные, без ярко-выраженной наследственной силы. Вечные середнячки, не поднимающиеся выше мастера даже к старости.

Таким и предстояло стать его племяннику Коррену Канара. Стать одним из слуг клана без каких-либо перспектив. Правда, с позволением расти в полноценной семье — это паршивка все-таки смогла выторговать. На родителей же, которых там же задержали и поместили под домашний арест, наложили взыскание. Вполне законное и умеренное — продолжить клановые генетические линии. Лире — для Терры, а Маллену для Макира.

На этом, правда, глава клана не остановился. Он решил наказать весь род Канара, ведь именно из-за старших его представителей, их ненадлежащего воспитания, девчонка и выкинула это коленце. Опозорила семью, приведя в нее обычного одаренного.

Но если Лире всего лишь предстояло родить еще одного, на этот раз, законного ребенка, то семья пострадала куда сильнее. Терра всегда был более суров к собственной кровной линии.

Порядка шестидесяти процентов активов Канара были арестованы, а впоследствии — перераспределены между другими семьями клана. Уровень гарантированных доходов рода мгновенно упал до такого уровня, что раньше и представить было невозможно. Фактически, род Канара низвели до семейных объединений в кланах, находящихся под протекторатом Терры. Не юридически, башню никто не спешил отнимать и выгонять с планеты. Но все равно приятного мало. Ультраболезненный щелчок по носу для тех, кто стоял у истоков Терры!

И тогда его сестра, видимо, решила добить старшего брата. Сообщила, что улетая на встречу с магистром, оставила своего мальчишку-ублюдка в капсуле медицинской гибернации на той самой никому не известной планете, где скрывалась пять лет. И попросила его забрать. По первости Брен собирался ее попросту послать куда подальше, но со временем понял, что получил шанс не только восстановить престиж семьи, сняв все ограничения клана, но и гарантированно занять место главы рода, когда придет его час.

В отличии от Лиры, он решил сердечный вопрос как полагается. Молодая одаренная, которой не светило стать мастером, стала его постоянной любовницей. И родила ему уже троих детей к тому моменту, как сеструха окончательно слетела с катушек и решилась родить бастарда. Да, можно было и без отпрысков обойтись — но Брен мог себе позволить детей, и не стал себя ограничивать. Разумеется, об этой связи знала только Служба Безопасности клана. Потому любовница и дети никак не помешали бы официальному браку, буде таковой случится. Но тут, неожиданно, в своем третьем сыне-бастарде Брен увидел уникальный шанс!

Выдернуть погодку сына сестры из окружения ничего не стоило — мать с радостью отдала его отцу, поняв, что тот нашел способ устроит ребенка в род. Такое, кстати, случалось не так уж и редко. Отвезти его на заштатную планету, не привлекая внимания все того же СБ, к одной из ведьмовских общин — уже вышло немного сложнее. Ведь нужно было так все обставить, чтобы никто не знал, куда и зачем летал наследник главы семьи. Ну а уж со своей задачей, да с отличным финансированием, адептки Темного Пути справились на отлично.

Фактически, они переписали мальчишку, превратив его в сына Лиры и Маллена. Поставили блокаду памяти, загрузили ложные воспоминания, изменили внешность, причем, не так уж и сильно. В конце концов, он ведь был племянником Лиры, общие родовые черты имел.

С одной лишь разницей. У дублера Коррена имелась слабая, но все же выраженная клановая техника Терры, которой у настоящего быть не могло. Что позволило Брену, уже после того, как сестра-идиотка заберет своего сына домой, поднять этот вопрос перед магистром. Указав, что не такой уж ребенок и безнадежный. Поток все-таки дал ему доступ к клановому наследию Крови!

Это не сделает Лиру снова наследницей, все же проступок ей вряд ли простят, да и связь с Макирой, пусть далее и бесплодная, продолжается. Зато с рода Канара снимут большую часть ограничений. А он так и останется наследником.

А настоящий Коррен… Что ж, Брен не считал себя злодеем, но мать сама подписала сыну смертный приговор, оставив его на планете, которой не на каждой звездной карте найдешь. Ему лишь осталось замести следы. Просто на всякий случай. Вдруг Лира или Маллен поддадуться сентиментальным переживаниям и решат слетать в свое заброшенное убежище. Не хотелось бы, чтобы они там обнаружили маленький скелет своего ребенка. Не после того, как получат на руки живого и здорового.

Для этого около полугода назад Канара отправил туда парочку наемников. Которые за небольшую плату с орбиты выпустили ракету с заложенными координатами и сразу свалили, не дожидаясь результата выстрела. Умное оружие совершенно самостоятельно подорвало и убежище, и прилегающие к нему пещеры. Чтобы туда уже точно никто не смог попасть.

* * *

— Он больше, чем я его помню. — подал за спиной Брена Маллен. Ну что за кретин⁈

— Дорогой, два года прошло. — укорила мужа Лира.

— Волнуюсь, будто это мне с ним заново знакомится нужно. — хохотнул Брен, не доходя до Коррена. — Представляю, каково вам. Ты как, сестренка?

— Ноги дрожат! — призналась та.

Мальчишка явно не знал, что делать. Одна его часть хотела закричать «мама» и бросится на женщину с объятиями, другая же была настороже — вдруг обман? Ведь лица своих родителей пятилетний ребенок помнил плохо. Ведьмы настояли, что так будет естественнее. И сейчас Брен видел, как они правы. Такую реакцию невозможно подделать.

— Коррен, — он присел перед мальчишкой, положив руки на его запястья. — Это твои мама и папа. Их зовут Лира и Маллен…

Договорить он не успел. Сестра, несмотря на всю свою хрупкость, решительно сдвинула брата в сторону, упала на колени и обняла пацана. Тот испуганно замер, не понимая, как реагировать, а через несколько секунд растаял, и со всхлипом вжался в мать.

Отец же, как стоял столбом, так и продолжил это делать. Эмпатии, как у блуждающего астероида! Брен посмотрел на него и глазами дал знак, подойди, мол, не тупи! И Макира — о, чудо! — послушался. Тихонько пристроился к сыну и жене и аккуратно укрыл их своими здоровенными ручищами.

«Ну просто идеальное воссоединение счастливой семьи!» — подумал Брен с заслуженной гордостью. Он понимал, что эти трое лишь кирпичики в его планах, и самостоятельной ценностью обладает в его глазах только сын. Но хорошо сделанная работа всегда остается хорошо сделанной работой.

— Даже не знаю, как тебя благодарить, брат! — голосом в котором звенело абсолютное незамутненное счастье, произнесла Лира спустя несколько минут. — Ты даже не представляешь, что это для меня значит!

— Ну что ты такое говоришь, сестра! — притворно, но очень натурально возмутился Брен. — Мы ведь семья, какие между нами могут быть счеты?

«Вот только вот ты, тупая тварь, про это очень легко забыла! — внутри мужчины вскипела злость, но он снова сумел ее обуздать. — Наследница, которая профукала все, что принадлежало нашему роду Канара. Когда тебе нужна была семья, ты была готова на коленях ползать, а когда ей понадобилось что-то от тебя — упорхнула за своим громилой — ах, у нас такая любовь! А мы из-за твоей выходки едва не упали на самое дно! Но ничего! Ничего! Теперь все будет по-другому. По-моему! Я все исправлю!»

— Мы твои должники, Брен, — сказал и Маллен. — Я твой должник! В любой момент, когда тебе понадобится помощь — только скажи!

Со смущенной улыбкой, будто его так тронули благодарности сестры и ее мужа, Брен вяло махнул рукой, мол, пустое. И нанес на эту картину последний штрих.

— Кстати, а ведь нам с Корреном есть чем вас удивить! Правда, дружок? Покажем маме и папе, что ты умеешь?

Паренек неохотно оторвался от матери и кивнул. Нет, абсолютно естественные реакции, никто даже подумать не сможет про подмену. Да и что думать — проверяйте. Генетически он стопроцентный Канара!

— Тогда пойдем! — улыбнулся мужчина. И заговорщицки подмигнул мальчишке. — Уверен, они будут просто в шоке.

В тренировочной зале, которая находилась уровнем ниже, уже было все готово. Впрочем, там всех приготовлений было — поставить стол, да положить на него боевые перчатки Коррена.

— Мальчик одарен, но вы и сами это знаете. — произнес он, подводя к кульминационному моменту. — Уровень ученика, с хорошим потенциалом. Но главное не это… Коррен, прошу!

Пока Брен говорил, мальчишка сопя натягивал на руки перчатки. И как раз уложился к концу речи. Кивнул дяде и вытянул вперед обе руки. Напрягся, как и положено ученику, использующему Поток. И примерно через четыре секунды выдал в щит-уловитель толстую, с руку взрослого мужчины, молнию. Раз так в шесть-семь больше, чем способен одаренный на ранг выше. А в ранге ученика и вовсе невозможную.

С видом доброго волшебника, Брен повернулся к Лире с Малленом. Широко распахнутые от удивления глаза сказали ему все, что было нужно.

— Это… — неверяще пробормотала Лира. — Но ведь это…. Как? Правила крови должны были…

— Сделать твоего сына обычным одаренным? — с доброй иронией уточнил Брен. — Без предрасположенности к клановым техникам? Как видишь, Звездный поток решил иначе. Коррен — Терра. С чем тебя и поздравляю сестра. Твой, прости, — ваш с Малленом сын — полноценный представитель клана Терра.

«Дело за малым! — мысленно потирая руки подумал он. — Преподнести клановой общественности информацию о сыне так, чтобы глава клана вынужден был пойти на попятные и вернуть то, что наше по праву! А то ведь ублюдки уже почувствовали наши активы своими. Вот уродов будет корежить!»

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Звездный поток. Ученик

Content

Звездный поток. Ученик

Пролог

Глава 1 Побег

Глава 2 Скат

Глава 3 Голова

Глава 4 Рабы

Глава 5 Ночлежка

Глава 6 Тесс

Глава 7 Работа

Глава 8 Темные пути

Глава 9 Борк Рауль

Глава 10 Бои

Глава 11 Интерлюдия: Констанция Талани. Путь Матери

Глава 12 Учитель

Глава 13 И его ученик

Глава 14 Интерлюдия: Борк Рауль. Странности

Глава 15 Интерлюдия: Констанция Талани. По следу

Глава 16 Все кувырком

Глава 17 Неприятности

Глава 18 Связь

Глава 19 Интерлюдия: Борк Рауль. Засада

Глава 20 Дом

Глава 21 Интерлюдия: капитан грузового судна «Кузнечик» Кос Фаркаш. Неожиданное пополнение

Глава 22 Юнга

Эпилог

Nota bene