Кодекс Охотника. Книга XIX

Глава 1

Где-то в горах Тибета

Мастер Гу Цьян рывком вышел из медитации. Все еще находясь под влиянием Духовного Мира он осмотрелся вокруг, не узнавая привычного места. Постепенно, возвращаясь в привычный мир, он вспомнил, что «переехал». Он теперь не в своей старой пещере, где провел долгие годы и уже там обжился. Нет, ему пришлось менять место своего обитания. И все это из-за этого проклятого Охотника!

Мастер Гу Цьян давно ничего и никого не боялся. Он жил уже очень давно в этой Вселенной. Он проживал во многих телах и обличиях, действуя исключительно в интересах своего хозяина и зная, что в случае его, такой маловероятной, гибели, хозяин вернет его обратно, так или иначе.

До недавнего времени так все и происходило. В отличии от своих коллег в этом мире, Гу Цьян был «молод» и никогда не встречался с Охотниками. Мастер всегда побеждал, выполняя волю хозяина во Славу его, и был на хорошем счету. Поэтому он был старшим в этом Мире.

Вот только… Смерть его коллеги не сразу осозналась тем, чем она была на самом деле. Мастер Гу Цьян решил, что это просто «издержки» их работы. Российский Эмиссар будет возвращен всемогущим господином в строй через некоторое время, ведь все их Души неразрывно связаны с Океаном Душ господина и после смерти уходят в «родную гавань».

Но его коллеги просветили Мастера Гу Цьяна. И эта новость поразила его в самое черное сердце. Как это не будет перерождения? Как это Охотник убивает Душу окончательно? Как эти твари-Охотники, вообще, могут существовать в этой Вселенной⁈ Это была исключительная неприятная новость. Он бы даже сказал, убийственная. И вот в тот самый момент, когда до него это донесли, Мастер Гу Цьян испытал чувство страха. В первый раз с тех пор, когда он, будучи еще обычным человеком, был завербован Эмиссаром, и на него обратил взор сам Неназываемый. Мастер Гу Цьян принес ему клятву верности, отдав свою бессмертную Душу в обмен на физическое бессмертие и огромную силу.

А еще его очень напрягало поведение его коллег. Охотник, похоже, решил сбросить покровы своей тайны и принялся действовать в полную силу. Судя по его действиям, из новостей и от осведомителей стало известно, что барон Александр Галактионов, о котором еще совсем недавно ничего не было известно, начал «работать» в полную силу.

Российский Эмиссар уверял, что это перерожденец в слабое тело, которое очень длительное время будет набирать свою силу и не факт, что сможет принять всю силу Душелова, не развалившись. Но где он теперь? Душа его сожжена в Очищающем Пламени — страхе и ужасе всех верных слуг Неназываемого.

Этой способностью ранее владели многие Ордена. К примеру, Орден Паладинов или Орден Жизни. На них была развернута охота, и всех уничтожили, так или иначе, чужими руками или грубой силой. А вот Орден Охотников не только выжил, но и умудряется до сих пор противостоять их хозяину. И надо признать, вполне успешно. Это невероятно. Как обычные люди… да, очень сильные люди, могут противостоять Темному Богу⁈

Хуже всего было то, что все Эмиссары в этом Мире понятия не имели, как справиться с Охотником. Было предложено объединить их силы и нанести одновременный и жестокий удар, уничтожив этого паразита окончательно. Но это ставило под угрозу весь план их господина. Ведь они могли выжить не все, а это отодвинуло планы Неназываемого. Ну, кроме того, что, хоть никто вслух этого не говорил, но никто не хотел быть уничтоженным навсегда. Всё-таки мягкие человеческие тела, безграничная власть и сытая жизнь расхолаживают…

Алтарь дрожал. Его господин «стучался» с той стороны, требуя внимания. Это случилось быстрее, чем ожидалось, но кто он такой, чтобы спорить?

Быстро подскочив к алтарю, Мастер Гу Цьян отправил экстренные сигналы своим коллегам. Тут же откликнулись Европа и Америка. С небольшой задержкой к ним присоединилась Африка. Океания молчала, и это было плохо. Плохо, в первую очередь, для нее.

Времени ждать не было, каждая секунда промедления, кроме смерти тысяч разумных на другом конце «провода», также плохо действовало на их господина, который не отличался терпимостью.

Когда его тень возникла над алтарем, все Эмиссары упали на землю, склонив головы к земле в ожидании… да в ожидании чего угодно!

— ВЫ НЕ СПРАВИЛИСЬ! — это был не вопрос, это была констатация факта. Их господин знал все и обо всех. У него были свои методы, которые никто из Эмиссаров даже не пытался предугадать, выходило себе дороже.

— Простите, господин, мы… — начал говорить Мастер Гу Цьян, но Неназываемый его прервал.

— ЗАТКНИСЬ, — на удивление в его голосе появилась не ярость и раздражение, а лишь… некоторая усталость? — ВАМ ПРОСТО НЕ ПОВЕЗЛО… СИЛЬНО НЕ ПОВЕЗЛО…

Их господин произнес загадочные слова, и Мастер Гу Цьян даже приподнял голову с легкой надеждой, что сегодня все обойдется и их не накажут.

— ЭТОТ ОХОТНИК, ЧТО ПЕРЕРОДИЛСЯ В ЭТОМ МИРЕ… ЭТО НЕ ПРОСТОЙ РЯДОВОЙ ОХОТНИК… ХОТЯ… РЯДОВЫХ ОХОТНИКОВ НЕ БЫВАЕТ, — голос господина, как всегда был глубок, но необычайно задумчив. — ВАМ ДОСТАЛСЯ ВЕЛИКИЙ ОХОТНИК. ЕГО ИМЕНИ Я ПОКА НЕ ЗНАЮ, НО УЗНАЮ! МОЯ ТЕМНАЯ СЕСТРИЧКА ЧТО-ТО ЗАДУМАЛА, НО ОНА ТОЧНО ЗНАЕТ, КТО ЭТО. ЗНАЧИТ, ВСКОРЕ УЗНАЮ И Я… И ТОГДА Я БУДУ ЗНАТЬ ВСЕ ЕГО СЛАБЫЕ МЕСТА. ВЕДЬ ЕСЛИ ОН ПЕРЕРОДИЛСЯ, ЗНАЧИТ, ОН КАК-ТО УМЕР⁈

Все Эмиссары, затаив дыхание, слушали непривычно спокойный и рассудительный голос своего, обычно вспыльчивого, господина, боясь спугнуть удачу. В кои-то века хозяин не обрушивает свой гнев на нерадивых подчиненных, а ищет причины неудачи извне.

— ЧЕРЕЗ ПЯТЬ МЕСТНЫХ СУТОК БУДЬТЕ ГОТОВЫ К РИТУАЛУ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ! Я ПРИШЛЮ К ВАМ НОВОГО ЭМИССАРА. ЭМИССАРА, КОТОРЫЙ ИМЕЕТ ОПЫТ ПРОТИВОСТОЯНИЯ НЕ ПРОСТО С ОХОТНИКАМИ, А С ВЕЛИКИМИ ОХОТНИКАМИ! БОЛЕЕ ТОГО, ОДНОГО ИЗ НИХ ОН УБИЛ ЛИЧНО!

Тень Неназываемого повернулась в сторону других Эмиссаров.

— АРДЕНА, ТЫ ЕГО ЗНАЕШЬ. ЭТО БОРДЕН!

Это было невероятно. Все Эмиссары знали друг друга только по местным прозвищам. Ну, точнее, Мастер Гу Цьян знал. Возможно, прожив намного дольше, как, например, Европа, к которой их господин только что обратился, другие его собраться общаются более тесно и больше в курсе истории каждого из них?

— Кто такой Борден? — не удержался Мастер Гу Цьян, и тут же в ужасе снова бухнулся головой в каменный пол.

— Верховный Эмиссар, Жнец Миров и Карающая Длань господина… — благоговейно прошептала Европа-Ардена. — Но я думала, он больше не сможет воплотиться?

— ВРЕМЯ ПРИШЛО! ВЕЛИКИЙ ОХОТНИК РАЙНЕР ПОЧТИ УНИЧТОЖИЛ МОЕГО ВЕРНОГО СЛУГУ ПЕРЕД СВОЕЙ ГИБЕЛЬЮ, НО ЗА ПРОШЕДШИЕ ТЫСЯЧИ ЛЕТ МНЕ УДАЛОСЬ ВЫЛЕЧИТЬ ЕГО ДУШУ. Я ГОТОВИЛ ЕГО ДЛЯ ОСОБЕННОГО ДЕЛА… НО ПОХОЖЕ ЭТО ВРЕМЯ ПРИШЛО! КАК БЫ НИ БЫЛО, БОРДЕН ВЫИГРАЛ ПРОШЛОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ, ВЫИГРАЕТ И ЭТО! Я УВЕРЕН!

Неназываемый внимательно осмотрел всех.

— ЕСЛИ ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО ИЗБЕЖАЛИ НАКАЗАНИЯ, ЭТО НЕ ТАК. ВЫ ДОЛЖНЫ ПОДГОТОВИТЬСЯ К РИТУАЛУ ПЕРЕМЕЩЕНИЯ И ВЫПОЛНИТЬ ЕГО ИДЕАЛЬНО. А ПОСЛЕ ЭТОГО Я ПОЗАБОЧУСЬ, ЧТОБЫ ВЫ ПОЛУЧИЛИ ЗАСЛУЖЕННОЕ НАКАЗАНИЕ.

— Да, господин! — в один голос обреченно ответили Эмиссары.

— ПЯТЬ СУТОК, — проревел их господин и исчез.

Наступило гробовое молчание.

— Черт! Черт! Черт!!! — внезапно прокричала Европа.

— Извините, я опоздала, были дел… — появилась четвертая тень Океании.

— Заткнись!!! — рявкнул Америка. — Европа, что случилось⁈

— Борден случился! Нам конец! — Европа разве что, по человеческим традициям, не заламывала руки. Обычно такая спокойная и саркастичная, сейчас с ней явно было что-то не так.

— И что? — уточнил Африка. — Подробнее!

— Вы знаете кто носит имя Карающей Длани?

— Э-э-э… Самые сильные из нас? — предположил Мастер Гу Цьян.

— Можно сказать и так, — Европе вернулся ее привычный сарказм. — А еще им не надо просить нашу силу. Они просто могут её забрать. Всю без остатка!

— Как так? — удивился Мастер Гу Цьян.

— А вот так! — зло бросила Европа. — Борен победил Великого Охотника. Это, частично, правда. Вот только, чтобы захватить один затрапезный мирок по имени… то ли «Слава», то ли «Скала», точно не помню, пришлось затратить столько сил, что на почти сотню лет экспансия нашего господина была остановлена. А это очень много! Один Легион, и всего один Охотник уничтожил двенадцать наших братьев. Уничтожил, как вы понимаете, безвозвратно, пропустив их Души через чертово Очищающее Пламя! А еще полдюжину Эмиссаров уничтожил сам Борден, забрав их силу, чтобы убить Охотника, при этом чуть не сдохнул сам! Как вам такая арифметика, коллеги?

— Я читала про этот бой, — внезапно подала голову опоздавшая Океания. — Мир назывался «Славия». А имя Охотника — Райнер, Щит Ордена. Это одна из величайших побед нашего господина. Борден — герой! Он устранил одного из величайших врагов нашего господина!

В отличие от Европы в голосе Океании явно присутствовали благоговение и восхищение.

— Молодая дурочка… — без злости, устало вздохнула Европа. — Кажется, шансов выжить у нас, вообще, не осталось.

* * *

Я спал три дня и три ночи. Не так, как былинный богатырь, но тоже неплохо. Хотя… нет, вру, спал я всего сутки, остальное время я провел в медитации — восстанавливая разрушенную структуру энергоканалов внутри меня. Этот Бесс оказался силен. Хорошо, что он также был перерожденцем, но в отличии от меня, он не терял времени даром и копил силу, прокачивая тело сколько? Сто лет? Больше?

Еще я понял, что он не один такой. Перед смертью, когда я пропустил его Душу через Очищающее пламя, я почувствовал, что у него есть связь. Два ученика. Не так много, как в прошлом мире, но учитывая местные реалии, и этого много. Два упыря, пожирающие человеческие Души, пусть и не имевшие опыта своего наставника — были чертовски неприятными и специфическими врагами.

А еще они точно поняли, что их учитель сдох. И думаю, они знают, где. Поэтому, рано или поздно, они придут по мою Душу. Уверен, скорее, рано. И драку с ними в родном доме точно не стоит устраивать, ведь теперь у меня есть сын.

Блин… Какой странное чувство! Я смирился за всю свою долгую жизнь, что единственными «сыновьями», что у меня могут быть — это молодые ученики Ордена, которые Старейшины, не мытьем, так катанием, периодически подсовывали мне, дабы «Великий Сандр поделился своим опытом». Ну, я и делился, как мог! Удивительно, как они выживали на моих «уроках». Но меня неизменно удивляли их восторженные отзывы после «практики с Великим Сандром», а еще дикая очередь из новеньких, которые, за каким-то хреном, пытались попасть именно ко мне.

Правда, один раз я прокололся. Именно с Илларионом, но тут я ни о чем не жалею. Парня нужно было спасать (и до сих пор нужно), поэтому я сделал все, как надо. Ну, а почему он проникся ко мне такими родственными чувствами? Фиг его знает, но надо признать, это было чертовски приятно. Тем более, на фоне его безумной сестрички. Надеюсь, что она сейчас где-то очень далеко отсюда. Странники не могут долго засиживаться на одном месте. Это их убивает, в буквальном смысле этого слова. Примерно так, как они убивают Миры. Как свой родной мир, куда она вернулась на зов своего брата и уничтожила всю свою расу, вставшую на путь Скверны.

Скорее всего, Многомерная Вселенная специально такое придумала, дабы хоть как-то защитить свои создания от Странников. Я пытался понять через Ларика, где конкретно сейчас Белла, но он только недоуменно разводил руками. Был один верный способ ее призвать — это Зов Крови, с помощью которого умирающий эльф призвал тогда сестру на помощь. Она, правда, тогда опоздала, я пришел первым, и, кажется, она до сих пор не может мне простить, что их сумасшедшего папашку завалил именно я. Возможно, именно из-за этого, она без всякой жалости, зачистила свой родной мир до полной стерильности.

Так вот, зачем призывать сюда Беллу? Да ну, нахрен! Пусть себе бродит… где-нибудь подальше. Учитывая, что Ларик так быстро меня нашел, рано или поздно его сестрица здесь тоже проявится. Но пусть это будет позже, чем раньше. Для всех лучше, ага!

Но вот к тому, что я стану «настоящим» отцом, жизнь меня не готовила. К этому я готовился сам, считая, что вполне справлюсь. Но когда я взял на руки маленького голубоглазого мальчугана со взглядом опытного бойца, я несколько оторопел.

Во-первых, от того, что я точно почувствовал его Дар. Это был Душелов. Без всяких сомнений. Странно, потому что Дар Душелова можно было распознать только после пяти лет, а иногда не узнать и за всю жизнь. Так нам Старейшины говорили. У меня сразу возникло миллион вопросов к нашим мудрым старцам. Ведь Душеловы — это «штучный товар», их с таким трудом разыскивали братья во множестве Миров Многомерной Вселенной. Зачем⁈ Если за один год можно было, как минимум удвоить число Душеловов во Вселенной, просто родив каждому Охотнику по ребенку? Где логика? Где смысл⁈

И спросить не у кого… Вот же гадство!

Второй странностью было то, как мне показалось, что Душа моего ребенка — это Душа перерожденца! И это уже меня напрягло по-настоящему. Катя и Анна сильно удивились, когда я, внезапно посмурнев, резко приказал меня не беспокоить и уселся на диван, погрузившись в Духовный Мир. При том, что все еще чувствовал себя отвратительно! Но это не могло подождать… Ведь в Духовном Мире я знакомился с Антошкой. Душа его была кристально чиста и невинна, она горела ярким голубым цветом Душелова, без малейшей примеси чего-то инородного. Я проверил несколько раз!

Да, я примерно представлял, как все устроено во Вселенной. Это могла быть Душа (и скорее всего была) человека, уже жившего в этих Мирах, но она точно была возрожденной. Никаким перерождением тут и не пахло. И слава Кодексу! Не хватало мне получить Старого Мака в детишки… Хотя… Вот бы я оторвался за все свои юные годы! Надеюсь, что старый ворчун все еще коптит небо, и мне удастся с ним выпить, поболтав о том и о сем. Да и воспитать сына «с нуля» всяко лучше, чем «ломать» сформировавшийся характер. По себе знаю.

Я вынырнул из Духовного Мира сильно успокоенный морально, но находившийся на грани физического обморока. Пробурчав что-то невразумительное своим женам, я закрылся у себя строго-настрого запретив себя беспокоить. Судя по изумленным и обиженным взглядам моих жен они меня порицают. Но лучше так, чем показать свою слабость. Жены должны видеть во мне непоколебимую скалу, о которую разбиваются все житейские невзгоды, и еще немножко мои враги, а не вот это вот все. Поэтому я принял решение отдохнуть. Единственно правильное решение.

Ну, а сейчас я снова бодр и весел. И опять меня терзает одна единственная мысль: «Саня! Надо подкачаться!» Думаю, за мной присматривает сам Кодекс. Хотя, почему «думаю»? Уверен, что это так и есть. Какие-то у него планы на меня и на этот мирок. Понять бы еще, какие?

Бесс чуть не отправил меня в длительную перезагрузку. Бедолага Демон, случайно убитый Императрицей, спас мою задницу от Эмиссара. Что будет дальше? Сам Неназываемый припрется по мою Душу? Не хотелось бы… точнее, не так — не хотелось бы сейчас! А так, я очень надеюсь, что наши дорожки с этой тварью пересекутся, Вот только случится это, когда я нормально подкачаюсь. М-да… Я похож на пони по кругу! И это Охотник Сандр!

Приняв душ, я снял с вешалки новенький халат с гербом на груди, взамен подаренного Хельге. Интересно, Аня спросит, куда я его дел? И как там Хельга?

Когда я разговаривал с имперцами в «Форпосте», они говорили, что Северный Король сильно разозлился подлым ударом объединённой коалиции по «Форпосту». Это было неудивительно. Ведь Северное Королевство всегда стояло на страже человечества, именно с их военного лагеря и их инициативы и началась глобальная блокада Арктического Эпицентра. А что происходит сейчас? Рушится сама основа и смысл существования института Истребителей Монстров, созданного для сохранения человечества.

Так вот, по слухам, Ульрих лично пошел разбираться к китайцам и персам. Ушел к их крепостям. По новостям о локальном Апокалипсисе в Арктике ничего не было, да и не думаю, что Ульрих поступит также, как и эти упыри, разрушив крепости, что защищают от Роя весь остальной мир. Но что-то мне подсказывает, что этому визиту уроды точно не будут рады. А еще с ним ушла Хельга… И я почему-то немного волнуюсь. Нет, Ульрих чертовски силен, но я точно знаю, что грубую силу всегда может победить предательство и коварство.

Оставалось надеяться на лучшее и готовиться к худшему. Еще до душа я взглянул в планшет, что лежал на тумбочке у кровати и был переведен в беззвучный режим. Ничего такого, что требовало моего немедленного вмешательства не было, поэтому я залез ногами в мягкие тапочки и прямо в халате вышел из комнаты.

— О! Доброе утро, господин!

— Хмм… Привет! — я зашел в детскую и слегка удивился. С ребенком на руках сидела одна из служанок-оборотней, рыжая Алиса. Ну… как сидела? Маленький Антоха увлеченно сосал соску-пустышку, и одновременно сосредоточенно жмакал большую грудь своей сиделки.

— Извините, господин, но это его успокаивает… Он так лучше засыпает, — без малейшего смущения улыбнулась новоявленная нянька.

— Гхм… Я его прекрасно понимаю, — кивнул я, переводя свой взгляд на лицо девушки. — Где Аня?

— Госпожа отдыхает у себя.

Я взглянул на наследника. Тот уже засыпал, похоже, что сиськотерапия всё-таки работала, поэтому я не стал его тревожить, а тихо вышел в коридор, подойдя к спальне Анны. Приоткрыл дверь и увидел, что моя женушка также спит.

Это неудивительно. При всех моих трудах и стараниях по укреплению здоровья моей жены, при всей помощи самых квалифицированных Лекарей, Душа Душелова была чертовски сильна. В девяти случаях из десяти, насколько я знал из прошлой жизни, рождение Душелова сопровождала смерть его матери. Так произошло и с моей матерью в прошлой жизни. И дело было именно в Даре, который воздействовал на Душу матери, буквально выпивая ее в процессе вынашивания.

Хорошо, что я был рядом, но несмотря на все мои ухищрения, Анна слабела с каждым днем. Вот тогда и пришлось мне принять единственно верное решение. Уменьшить срок беременности, дабы Анна не пострадала. Сделал я это с помощью нескольких Печатей. Основными из них была Энергетическая Печать и Печать Регенерации. Я искусственно разогнал метаболизм Анны, дабы процесс созревания происходил намного быстрее. Откуда я все это знал? А я и не знал. Но я знал про Печати все! И когда на чаше весов оказалась жизнь любимой супруги, мой мозг заработал со всей скоростью и эффективностью, рождая то самое нестандартное решение, которыми так славился Охотник Сандр в прошлом. Однако, я чуточку не рассчитал, и Тоха родился немного раньше… Но, слава Кодексу, все прошло удачно!

Поэтому я тихо закрыл дверь, не тревожа спящую супругу, и пошел вниз, где меня ждала моя вторая жена, сидевшая в гостиной с книгой в руках. Причем, в боевой броне, и с Урсой рядом. Похоже Катя решила оберегать наш покой, при том, что благодаря Волку и Одину к усадьбе так просто не подберешься.

— Доброе утро, дорогой! Кофе? — улыбнулась жена.

— С удовольствием, — кивнул я.

Катя сама пошла на кухню, а затем вернувшись, вручила мне мою любимую большую кружку.

— А теперь рассказывай! — глядя на меня своими большими янтарными глазами, строго начала Катя. — Как ты позволил, непонятно кому, нанести себе такие повреждения? И, главное, что ты будешь делать, чтобы этого никогда больше не повторилось? Ведь понимаешь, что ты теперь отец и не имеешь права на ошибку?

Хмм… Женщины и их логика. А раньше, значит, мог? Ладно… Подержите мое пиво!

Глава 2

Транзитная станция в Восточной Европе

Дирижабль «Императрица Мария»

Маршрут: Иркутск — Петербург — Кёнигсберг

Князь Генри Годарт испытывал одновременно два очень сильных чувства. Если первое из них — ярость — было для него привычно, то второе — страх — абсолютно чуждо и неприемлемо.

Ярость Генри Годарта в былые времена познали разные люди, и даже страны. Из всех самых гениальных полководцев современности он был одним из немногих, кто одержал несколько побед над армиями Российской Империи. Причём, это случилось во времена правления Императора Михаила, в то время, когда Российская Империя находилась на пике своего могущества. Некоторые считали, что только благодаря Годарту Европа не оказалась в «желудке» у Восточного Медведя.

А вот страх Генри испытывал всего несколько раз в жизни. И видит Всевышний, об этих моментах никто и никогда не узнает. Сейчас же у него был рациональный страх потерять доверие своего сына. Сына, которого он собственными руками выгнал из Рода и постарался вычеркнуть из своей памяти. Но вот Алекс… то есть, Александр, смог его удивить.

Больше всего на этом свете Генри уважал силу. Тем более, он знал, что сильному человеку прощается гораздо больше, нежели слабому. Александр не стал исключением — внезапно Генри увидел в нём того самого сына, о котором мечтал всю свою сознательную жизнь, при том, что с этой мечтой он сам успел распрощаться.

Мало кто знал, сколько Генри Годарту на самом деле лет. Он выглядел, как крепкий Одарённый, но на самом деле его возраст уже давно перевалил за сотню. Так получилось, что две трети своей жизни он провёл в боях и походах, выстраивая вертикали власти, уничтожая врагов и ведя свой Род к вершинам. В этом всём никак не укладывались семья и дети. Уже став правителем Пруссии, Генри спохватился и начал выстраивать то, без чего ни один Род не мог существовать, а именно — строить семью и рожать наследников.

На данный момент у него было двенадцать детей, при том, что сыновей было всего трое, точнее, без Александра уже двое. И никто из них и близко не подошёл к силе самого Железного Князя или Железного Годарта, каким знали все его окружающие.

В условиях нынешней Европы это было смерти подобно. Каждое государство притворялось другом и товарищем, но учитывая резкий дефицит земель в Европе, никто из них не был бы против откусить кусочек у соседа.

Именно поэтому Российская Империя интересовала правителей Европы — огромные бескрайние просторы степей, лесов и гор, и такое смехотворное количество народа. Зачем им столько территории нужно? Сам Генри думал, что именно из-за этих подковёрных игр Европа никак и не смогла объединиться, вернув былую мощь Римской Империи, территория которой охватывала почти треть современного мира.

Титул Римского Императора существовал и сейчас. Но тот человек, который сидел в Вечном Городе на троне… Это было даже несмешно. Практически полностью выродившийся Род, которому, как думал Генри, исключительно в силу прошлых заслуг и прошлого величия позволили оставить за собой Италию, не разодрав её в клочья. О чём говорить, те же самые греки были неплохими воинами или яростные испанцы с другой стороны. Было бы желание, и остаток и так уже крохотной Римской Империи пропал бы в один миг. Смешно сказать, но самому Генри прочили судьбу того человека, что восстановит мощь и величие Римской Империи. Конечно же, сам Император боялся его. Но Генри это было не нужно. Зачем ему это выродившееся племя, если всегда можно захватить страну побольше, и сделать это намного легче?

Да, так думал он в молодости и в расцвете сил. Именно тогда считал, что может захватить Российскую Империю и сесть на трон. Особенно когда на трон взошел император Георгий, у которого, как оказалось, за сильным фасадом скрывалась слабая душа.

Но всё это было в прошлом. А сейчас, его сын Александр наконец-то пошёл с ним на контакт, отправив к нему странного парня, которого он называл уже своим сыном. Чего не могло бы быть в принципе, просто из-за законов природы. Но, тем не менее, Генри понимал, что если он облажается сейчас, то у него останется лишь одна возможность встретиться с Александром. И местом их встречи, в этом случае, будет поле боя, причём, по разные стороны. А всё случилось из-за того, что Генри недооценил коварство своих «заклятых друзей».

Всё начиналось, как он задумал. Эта шлюха Аманда осталась в живых лишь потому, что она являлась матерью его ребенка. Годарт, лишив жену почти всех прав и привилегий, изначально хотел отправить ее в далёкий горный монастырь под присмотром, но затем решил оставить для своих планов. И вот эти планы вскоре осуществились. Насмерть перепуганная Аманда, пытающаяся всячески вымолить прощение у своего мужа и господина, согласилась изобразить информатора и передать послание правителям других государств. Это было легко — она просто сказала правду.

Годарт был уверен, что её попытаются проверить. И, судя по всему, она прошла проверку. Его бывшие союзники, хотя, по факту, они официально считали союзниками и сейчас, проглотили наживку. Годарт знал, как они поступят. Им нужна была прусская армия, а для этого они должны были уничтожить его и посадить на трон Карла, который, по заверениям Аманды, будет готов выполнить любые приказы. Годарт с улыбкой подумал, что если бы у них это удалось, возможно, Аманда с радостью бы выполнила то, что пообещала. Да и Карл бы стал прекрасной марионеткой. Вот только допускать он этого не хотел.

Вся его служба безопасности работала в авральном режиме. Войска были в боевой готовности. Вот только нанесли они удар не по нему, а нанесли удар по этому бедному пареньку, которого Александр отправил к нему погостить. Это ещё вопрос, откуда они узнали о его визите. Но все вопросы откладывались на потом.

Информация о мощном взрыве на имперском дирижабле донеслась до Годарта мгновенно. Он лично запрыгнул в вертолёт, а затем в скоростной истребитель. И прямо сейчас бежал в сторону все ещё дымящегося пассажирского причала. Хотя, судя по всему, дирижабль был вполне ремонтопригоден. Из того, что он увидел, была вырвана часть пассажирской палубы, но гондола и большая часть палуб, в том числе мостик управления, не пострадали.

Навстречу ему вышел какой-то шляхтич. Возможно, он хотел предъявить претензии, потому что у Годарта, конечно же, не было времени уведомить о том, что его боевая авиация вторгается в пределы, хоть и дружественной, но всё-таки другой стороны.

Ганс Шредер среагировал первым, просто оттеснив начальника аэродрома в сторону и освободив путь Годарту и его людям. Охрана аэродрома всё правильно поняла, увидев до зубов вооружённую гвардию Годартов. Ведь кроме снаряжения, от всех из них буквально веяло сумасшедшей силой. В личной гвардии Годарта было всего несколько магистров, да и то, они были новичками на испытательном сроке. А так она поголовно состояла из Великих Магистров и Высших Магов. Ходили слухи, что среди них даже была парочка Магов Вне Категории.

— Где он? — прорычал Годарт, врываясь в VIP крыло пассажирского вокзала.

Конечно, местные уже знали, за кем он приехал, поэтому, пытаясь не показать своего страха, провели его в уютную комнату, где прикрытый шерстяным одеялом счастливо улыбался молодой паренёк с русыми волосами, глядя, как садятся и взлетают самолёты, при этом громко отхлёбывая из большой кружки горячий напиток.

— Илларион? — нахмурился Генри.

Он был готов ко всему. Ведь ему уже доложили, что заказ на его «внука» взял Орден Синистеров. Умелые убийцы, чьими услугами он сам неоднократно пользовался. И, учитывая, что их глава Йожеф Шумановский знал и уважал Годарта (а также знал, что такого он никому не простит) — речь шла о неприлично большом вознаграждении. Генри поклялся, что уничтожит Орден Синистеров под ноль… если, конечно же, он найдет их после такой операции. Генри не сомневался, что паренька убили. Что ему предъявят пепел, оставшийся от его названного внука. А в лучшем случае, его труп. Но если бы произошло чудо, во что Генри никогда не верил, то парень мог остаться жив, вот только глубоко катастрофически ранен, а скорее всего, даже покалечен. Но сидящий перед ним парень выглядел… совершенно здоровым.

Генри сделал два шага вперед, чтобы проверить свои ощущения, и сдёрнул с него одеяло. Парень с любопытством смотрел на него и улыбался. Под одеялом он был абсолютно голым. Множество шрамов покрывало его худое поджарое тело, но все они выглядели так, как будто им по многу-многу лет. Ни одной свежей ссадины на теле не было.

— Вам нужно одеяло? Вы можете его взять, — вежливо улыбнулся парень, глядя на Генри. — Вы же дедушка Генри?

— Да… — всё так же ошеломлённо произнёс Годарт, — я… гхм… дедушка Генри.

— Вот и хорошо, — оживился парень. — Отец так много про вас рассказывал. Он сказал, что мы обязательно поладим. А ещё, — тут улыбка сошла с лица парня, и на секунду по ней пробежала тень, — а ещё он дал мне письмо для вас, но, к сожалению, оно сгорело.

— Сгорело? — Генри всё ещё пытался прийти в себя.

— Господин, часть третьей палубы была просто аннигилирована. Не осталось ни кусочка оттуда. Я не представляю, какое оружие или какая бомба там была использована, — наклонившись к Генри, подойдя сзади, быстро доложил обстановку Ганс.

— Ларик, дружочек, я же могу тебя так называть? — уточнил Генри, аккуратно закутывая его снова в одеяло и присаживаясь рядом на скамейку. — А скажи мне пожалуйста, что случилось с этими… гхм… дядями, которые на тебя напали?

Генри — обычно суровый Железный Князь, который и со своими детьми общался исключительно приказами, внезапно перешёл на дурацкий жаргон, который использовали его жёны, сюсюкая с маленькими детишками, и который он так ненавидел. Ведь он считал, что, общаясь так с детьми, из них можно вырастить идиотов. Но вот Ларик — он производил странное впечатление ребёнка, и Генри почему-то не хотел его расстраивать. Он не понимал, почему так происходит. Единственное, что он понимал, что расстроенный Илларион может… Тут оставалось только догадываться, но хваленая интуиция Генри подсказывала, что не стоит этого делать.

— Они уничтожили мои лимоны, — слегка нахмурился Ларик. — А здесь лимонов нет. Дедушка Генри, а у тебя есть лимоны в крепости? Есть лимоны дома?

— Есть ли у меня лимоны? — что не вопрос, то очередной ступор у Генри. — Да, думаю, найдётся. Так ведь, Ганс? — он повернулся к своему начальнику спецоперации.

— Да, думаю, найдём парочку, — улыбнулся Ганс, который, похоже, пришел в себя быстрее повелителя. Но это и неудивительно, ведь Ганс видел Галактионова вживую и почувствовал всю его силу. Так что он примерно понимал, что за «паренька» Александр может им подкинуть. И Александр, конечно, их не разочаровал.

— И что случилось с этими дядями, что уничтожили твои лимоны? — всё-таки решил уточнить Годарт.

— Их больше нет, — просто ответил Ларик, улыбнувшись большой и светлой улыбкой, от которой у сурового Железного Князя побежали мурашки по спине.

* * *

На самом деле, для разговора с женами я готовился давно. Я все ещё не готов был рассказывать о своём перерождении, поэтому мне пришлось вплетать нити правды в полотно фантазии, дабы как-то доходчиво довести это до девушки. Но чем отличались и Катя, и Анна, так это своим исключительным благоразумием, и умением не задавать лишних вопросов.

Да, Анюту я тоже дождался, чтобы два раза всё не повторять. Пока мы позавтракали, но Аня, отличающаяся хорошим чутьём на мужа, уже через несколько минут спустилась вниз сама. Как она всегда говорила, я так редко присутствовал дома, что она просто обязана чувствовать, что я тут, и она может провести время со мной.

Также были приглашены те, кому я безусловно доверял и которым отводил большое значение в своей жизни, а именно члены Рода. Отсутствовали только Сойка, которая всё ещё оставалась в «Доблести», ну, и Бурбулис с Бухичем. Хотя Бухич, по факту, не был членом моего Рода, и что-то мне подсказывало, что и не будет, Бурбулиса я дёргать не хотел.

Поэтому те, кто собрался здесь, дабы я рассказал свою историю — мои жены, Волк, Призрак и Ратник, самый осведомлённый из них. Самое интересное, что все они были умными людьми и многое уже знали сами. По крайней мере, вторжение Неназываемого, наличие Эмиссаров и подковерных интриг внутри Империи все восприняли как само собой разумеющееся.

Тёмный Дар Темной Богини, которым одарила она мою жену, вызвал некоторое недоумение. Хотя, видя силу Екатерины, это тоже не стало для них сумасшедшей новостью. Официальной новостью для них был мой Дар Душелова, про который в этом мире никто не знал, в отличие от нескольких Душеломов. Да, опять же, это тоже уже был вполне себе секрет Полишинеля. Все видели, как я достаю Души и воплощаю их в реальность. Но я объяснил это более подробно. В том числе, как конкретно работают Печати и Колодцы Душ, которые будут установлены внутрь легионеров вновь образованных Легионов Земли.

Ну, и самой главной новостью было то, что Александр Галактионов живёт не первую жизнь. Что у меня была жизнь раньше, и я прекрасно помню, что и как там происходило. Оттуда мой опыт, мощь, и все мои знания. Как ни странно, но это оказалась самая жалкая новость, которую я рассказал.

Со всех сторон раздалось хмыканье. Оказывается, все вокруг об этом не то, что догадывались, они были во всём этом уверены, позволяя мне считать, что это какая-то офигенная тайна.

— И как давно вы догадались? — уточнил я.

— Да почти сразу, — сказала Аня. — Слишком много было странностей.

Катя тут же подтвердила её слова. Волк просто пожал плечами. Затем высказался Призрак, аргументировав их теми же словами, что и Волк. Что все мои навыки сильно отличались от навыков девятнадцатилетнего или восемнадцатилетнего парня, как бы сильно его не готовили. Я даже немного расстроился. Я тут им буквально главную тайну свою раскрываю, а они об этом и так знали или предполагали.

Но с другой стороны, теперь примерно можно строить планы. Я прочёл им вдохновенную речь, что главным нашим врагом являются не окрестные дурачки-аристократы, и даже не китайцы-драконы, которым мы так звонко щёлкнули по носу. Настоящим врагом является свора Неназываемого, и он сам, которые, в случае успеха, превратят всю Землю в безжизненную пустыню, по которой будут бродить живые трупы, сделав её очередной базой для бесконечного движения Скверны по Вселенной.

Именно на этом стоит сосредоточиться, не забывая, в том числе, отбиваться от агрессивных соседей. Ещё я объяснил и то, что, возможно, некоторые из соседей, как показала практика, действуют по указке именно Эмиссаров, хотя сами могут думать, что это их собственные решения. Именно такой всегда была стратегия Неназываемого во всех мирах.

Ну, а потом я сказал им задавать вопросы. От Волка и Призрака посыпались вопросы, как стать Душеловом. Я их огорчил, сказав, что никак. Но, как они видят — мой план по усилению своих бойцов действует. Правда, не так быстро, как хотелось бы. Ну, так и я один. Однако, и тут можно кое-что придумать. Для этого мне нужно полностью заполнить колодец Ратнику, и тогда он сможет быть проводником для наполнения Душевных Колодцев своих легионеров. Колодцы поставить он, конечно же, не может, но вот наполнить их, вполне. А это освободит мне, ой, как много такого нужного времени.

От жён ко мне вопросов не было никаких. Поэтому, когда я отпустил своих бойцов, Катя внезапно поинтересовалась, а когда ей можно будет завести маленького мальчика или девочку. Я в этот момент поперхнулся чаем, вспомнив слова князя Андросова. Не думаю, что они спелись. Хотя, глядя на голубоглазого малыша, уверен, что у Катерины взыграли материнские чувства. Я прекрасно её понимал. Девушка, которая думала, что всю жизнь предстоит быть одной, и которая точно понимала, что никогда не познает радости материнства, прямо сейчас поняла, что всё может быть совсем по-другому.

— Как я могу вывести из строя одного из лучших своих бойцов? — шутливо поинтересовался я.

Катя мою шутку не оценила, а серьёзно задумалась, согласившись с моими аргументами. Я немного подофигел от этого, но виду не подал, сказав, что всему своё время.

И тут Катя меня ещё раз удивила.

— А ты можешь сжать рождение ребенка ещё быстрее? Тогда, возможно, я бы поскорее отстрелялась. У нас появилась бы ещё одна лялька, а я вернулась бы сразу в строй.

Я подавился ещё раз. Женская логика, блин!

— Нет, дорогая, не могу, — ответил я быстрее, чем мог подумать.

Потому что знаю, если захочу, то найду способ. Хотя, придётся поэкспериментировать. А оно мне надо?

Вообще-то, есть определённые опасения насчёт того, какой ребёнок может родиться у меня и сильнейшей Одарённой с Даром Тёмной Богини. Я, конечно, оградил её от влияния сумасшедшей покровительницы, но изначальная связь у них всё равно присутствует. А зная чувство юмора Тёмной Сучки, она может подложить мне натуральную свинью. Поэтому я бы сильно не торопился. Всё это, конечно же, я подумал про себя, а не сказал вслух. Не хватало мне ещё напугать Катерину. Зная её ответственность, она снова загрузится, что не судьба ей рожать детей. Не, Сандр, как всегда, сам всё решит. Но, как я сказал, всему своё время.

— Командир, — отвлёк меня Волк, который не воспользовался рацией, а опять вернулся сюда.

— Что такое?

— Патруль докладывает, что на границе наших владений стоит странный человек. Он как будто чувствует эти границы, находясь буквально на пограничной линии. И просит у вас разрешения войти.

Я тут же позвал Шнырьку, которого отправил в связи со своей регенерацией в кратковременный отпуск. Шнырька был в поварском колпаке, а мордочка его припорошена чем-то белым. Надеюсь, что мукой…

У моего малого было множество всяких непонятных хобби, в том числе, теневая кулинария. Пару раз он даже притаскивал мне гостинцы. После первого из них, несмотря на свою сумасшедшую регенерацию, я срал дальше, чем видел, в течение бесконечной недели. А вот второй раз целую неделю за мной бегала каждая встречная особь женского пола с твёрдым намерением изнасиловать меня на месте. Тоже ощущение так себе, как я вам скажу.

Я предложил Шнырьке выкупить у него и тот и другой рецепт за очень большие деньги, ведь он реально могли нас озолотить. Но малой не оценил такого посыла, и даже, кажется, обиделся. Он со всей душой пытался накормить меня вкусняшками, а я собрался продать его труд. Теневой Мир — очень сложный мир, и в большинстве своём, недружелюбный к людям. И то, что Шнырька оказался моим хорошим другом и фактически частью меня, всего лишь было исключением из правил. Именно это исключение подтвердили его странные вкусняшки.

Ну, короче, я отправил юного повара на разведку. Первой моей мыслью было, что это определённо вежливый вампир. Но то, что я увидел, заставило меня улыбнуться. Эко я разворошил своим представлением на имперской площади всё это гнездо перерожденцев, оказавшееся в этом мире. Только одно странное существо, стоящее сейчас на границе моей усадьбы, должно было в данный момент улепётывать подальше, сверкая пятками или забиться в любую из дыр и не отсвечивать. Но раз он так не поступил, значит, что-то ему помешало. И если исходить из этого, то он сделал правильный выбор, придя ко мне с повинной. Найди я первым его, тут уже было без вариантов.

— Пусть проходит, — кивнул я Волку.

Зная меня и моих странных гостей, Волк немного напрягся.

— Меры безопасности?

— Поставьте самовар в беседке. А так ничего страшного. Думаю, в этот раз справлюсь сам.

— То же самое ты говорил три дня назад на границе, — не выдержав, скривился Волк.

— Начальник гвардии Потапов, я не понял… — в мой голос вернулся металл. — С каких это пор вы начали сомневаться в вашем командире? Думаете, что наряды вне очереди только вы можете раздавать?

— Никак нет, ваше благородие! — вытянулся по струнке Волк, и было непонятно, шутит он или всерьёз. Подозреваю, там было и то, и другое.

— За недоверие к командиру три наряда вне очереди! Сам придумаешь себе что-нибудь неприятное. И смотри, я потом обязательно проверю!

— Сделаю! — широко улыбнулся Волк, который не выглядел ни разу расстроенным. Судя по всему, он лишь увидел подтверждение моих слов о том, что всё будет в порядке. А больше ему ничего не нужно было.

Волк залихватски вскинул ладонь к виску, развернулся, и строевым шагом вышел на улицу.

— Как дети малые, честное слово… — покачал я головой, а затем повернулся к встревоженной Кате и потянул носом. — Чую, Семёновна выпечку только что достала. Можно мне несколько булочек? Пойду-ка я на свежий воздух, поговорю с одним интересным товарищем.

Глава 3

— Ну, присаживайся, коли не шутишь, — сказал я своему необычному гостю. — Или тебе удобнее стоять? А может лучше сказать… парить?

— Благодарю! Да, как ты уже понял, мне легче парить, но в этой форме я больше так делать не могу, а потому лучше присяду.

Гостю было наплевать, что одет он сейчас в самую простую одежду, местами даже грязную. Не волновал его и тот факт, что сейчас он находится на моей земле, в окружении сотен моих людей. Даже тот факт, что я Охотник, казался ему неважным. Такое впечатление сложилось у меня из того, как он сейчас себя ведет. Словно Император в изгнании зашел в гости к простому барону.

— Будешь гостем в моем доме? — спросил я у него.

— Принимаю твое приглашение! И благодарен за доверие.

Это был интересный момент, ведь он решил всё… Будет битва или нет.

— Сейчас принесут пищу, и мы разделим ее с тобой, а затем поговорим о том, что привело тебя ко мне.

— Твои познания велики, и это говорит о мудрости, — склонил он голову в знак уважения.

— Так… работа обязывает, — на моё лицо вылезла довольная ухмылка.

Мне показалось, что лицо невозмутимого Джинна на миг дрогнуло, но он очень старался этого не показать. Вообще, Джинны считали, что эмоции — это грех. Ведь эмоциям подвластен человек, а они себя таковыми не считали, хоть и очень похожи на нас. Даже сами начали распускать слухи, что совершенно не знают, что это такое.

Врут они… Знают, и не понаслышке.

Я видел рыдающего Джинна, который умолял его не убивать. Видел того, кто раскаивался и просил пощады. Смотрел в полные ужаса глаза Джинна, который поработил целый город, заставляя жителей работать на себя и свое развитие. Но при этом совсем не заботился о них. Люди не ели, не пили, и дохли, как мухи. Но ему на жизни жителей было наплевать. Ведь для его планов ему не нужны живые. А потом он вдруг взял и испугался. Пришел злой дядя Сандр и сказал, что кого-то он сегодня убьет. Даже убежать пытался Джинн, да куда там… Это была славная Охота, но она не вернула назад загубленные жизни.

Слуги молча стали заходить к нам в беседку, накрывая на стол. В этот раз на столе стояли лишь мясные блюда на костях, такие, как ароматные стейки и мягчайшие ребрышки молодого барашка. Джинн обожают такое мясо и, судя по тому, как у моего гостя радостно засветились глаза… нормальной еды он давно не видел. А выпечка Семеновны? Так это для меня.

Минут тридцать мы потратили, чтобы перекусить, и только потом приступили к разговору.

— Я слушаю тебя, — начал я первым.

— Давно не вкушал такой пищи… Даже не помню, сколько сотен лет назад это было. Наверное, когда я был в прошлом далеком мире.

— Интересный был мир?

— Очень! Много дураков и прекрасных возможностей, а главное, магии там было намного больше, — в нем заиграла ностальгия.

— Хорошо там, где нас нет, — хмыкнул я иронично. — Что ж, перейдем к делу?

Он опомнился и взял себя в руки.

— Согласен… — он сдержанно кивнул мне. — В этом мире я нахожусь всего лишь триста восемь лет, и все это время копил энергию для своих будущих планов.

— Захват мира? Души? Или безудержное веселье, в котором весело только тебе, а плакать хочется другим? — стал я гадать и понял, что всё мимо. — Или хотел поставить маяк, чтобы призвать себе подобных?

А вот теперь я попал в самую точку.

— Ты юн, но только по твоему внешнему виду, — серьезно сказал он мне. — Теперь мои планы изменились, ведь я увидел твою метку! Должен сказать, что больше пяти тысяч лет я живу осознанно со своими воспоминаниями. И всегда моя жизнь была яркой и интересной только потому, что я не лез к тем, к кому не нужно. Вы, Охотники, тоже входите в этот список.

— Я правильно понял, что твои планы меняются? И я не хочу видеть здесь твоего брата.

— Я это понимаю и признаю, — склонил он голову, что бывает достаточно редко. Потому и говорю, что никаких проблем с моей стороны не будет. Я только хочу, чтобы ты дал мне немного времени. Я уйду навсегда… из этого мира.

А вот это, вообще, фантастика. Чтобы Джинн захотел уйти без боя? Наверное, и правда, он мудр и стар.

— Условия? — нужно все узнать получше.

— Я уйду, как уже сказал… Но мне надо на подготовку лет двадцать… Возможно, десять.

А вот тут я напрягся.

— Убийства? Кровь? Жертвы? Не могу на такое пойти.

— Нет… Я не использовал силу, которую копил. Просто моё заклинание будет долго срабатывать. Но я справлюсь.

А вот это интересно.

— Поделишься им? — мне бы такое не помешало, если это портал.

— Без проблем! — пожал он плечами и поднял свою правую руку.

Из его руки внезапно возник фиолетовый луч света, которым он рисовал в воздухе, как маркером.

Рисовал, конечно, долго. Около часа, и я должен сказать, что вышел он очень далеко за границы беседки, а я, в свою очередь, постарался всё запомнить.

Однако, меня ждало разочарование.

— Теперь понятно, — улыбнулся я. — Ты умрешь… но сохранишь память. А еще это доступно только Джиннам… пока что.

— Верно! — довольно кивнул он. — В другом случае, я бы попросил равноценный обмен.

Хм… А он осмелел.

— Что может быть дороже, чем Душа? Или ты забыл, кто я такой?

Чтобы ему напомнить, я решил выпустить наружу запах… Запах Души Джинна, который проходил через моё Очищающее Пламя. Его я смог изобразить достаточно достоверно, ведь я слышал его ни раз и не два!

Страх… Вот, что он испытал. Ведь сразу понял, какой силы был тот Джинн.

— Одно желание, — выдал я напоследок, чем вызвал у своего гостя кривую усмешку.

— Какое именно?

— Пока не знаю, — покачал головой я. — Но когда придумаю, обязательно оповещу тебя. Думаю это будет достойная оплата за твою Душу.

— Хорошо, — кивнул Джинн головой. — Но как ты известишь меня о своем решении?

— Неужели ты думал, что я просто так отпущу тебя, не поставив Метку Охотника? — у меня на лице появилась недобрая улыбка. — Если это так, то я тебя разочарую. Чего-чего, а избыточного доверия к вашему брату я не испытываю.

— Мудрое решение, — покорно склонил голову Джинн. — Хоть… и немного обидное.

На этом наши переговоры завершились. Джинн был согласен на все!

* * *

Думать… Мне приходилось много думать, и это было неприятно. Мы, Охотники, хотим ломать и крушить, а не размышлять. Но в этот раз такая тактика не прокатит.

Орден был той структурой, которая могла восстать из пепла, как феникс, если будет жив хотя бы один наш брат. У нас были множество… или лучше сказать великое множество построек по всей Многомерной Вселенной. Это замки, дворцы, катакомбы, и всякое подобное, вплоть до простых схронов под землей, которые могли открыть только Охотники. Был даже один Мир, где мы разместили интересные каменные кубы, на которых изображены разные баталии. Поместили их к местному Императору в музей. Он долго радовался такой находке, ведь ему в руки попали настоящие произведения искусства. Но каменными они были только с виду, а вот внутри, там находилась совсем другая структура, это были пространственные артефакты. Так сказать, маскировка — наше все!

Мы их заказали у Ордена Архитекторов, и те отлично знали свое дело. К чему всё это я веду? Да к тому, что в кубах находилось оружие, золото, артефакты, и даже знания. И такие заначки были разбросаны по всей Вселенной. Но здесь такого счастья у меня нет, и я задумался. Зато у меня появился сын… Что я могу ему дать? Сын — это хорошо, но у сына есть Род. И неизвестно, что со мной будет в будущем. Не думаю, что умру, но все же я часто вспоминал свое паршивое детство, и мне почему-то хотелось стать лучше, чем мой отец. А для этого мне уже нужно подумать о будущем сына… Да и вообще, о всех моих детях, которые вскоре у меня, уверен, появятся.

Что я могу сделать? Наверно, все и одновременно ничего. Слишком много роятся мыслей в моей голове.

— Дорогой… Ты что-то слишком задумчивый сегодня, — взяла меня за руку Анна.

— Я? Нет, золотая моя… Я просто решил воспользоваться головой, и это оказалось непривычно, — попытался пошутить, и мне это удалось.

— Золотая? Золото я люблю, таки да, — поднял я ей настроение.

А вот поднимать настроение мне теперь нужно ей постоянно. Анна, моя дорогая жена, что-то в последние дни совсем не в духе, и причиной всему этому был ребенок. Конечно, с ним ничего не случилось, а вот с ее фигурой. Вот тут беда… Беда в ее голове. Как по мне, она совершенно не поменялась, но мне твердит, что набрала после родов пару лишних килограмм, и теперь проводит почти всё своё время в тренажерном зале. Пришлось даже за два дня шесть тренажеров поменять. Ведь моя зайка уже стала сильнее, и желание «похудеть» было очень сильно!

— Я тут подумал… У меня есть для тебя задание, — вдруг сказал ей.

— Только не говори мне, что снова детей нужно делать, — нахмурилась она. — Я еще не восстановила фигуру после Антошки.

— Да не… — отмахнулся я. — Теперь, как бы, Катина очередь.

— Кхе… — Катя подавилась грибным супом и принялась кашлять.

— Шутка…

Но поздно… Она теперь на меня смотрит как-то странно. Эх, как бы я так не дошутился, что она реально решит «ускорить» получение ребенка от меня. Конечно, он уже хочет, но не в ближайшем будущем. А вот кто очень хочет, чтобы она была беременной, так это Иван Васильевич, мой тесть. Он, прям, спит и видит. Даже как-то мне заикнулся, что он понимает, мол, Род надо на ноги ставить и много детей могу не потянуть… Но в случае чего, его внук может пожить с ним с самого рождения. Он поможет с его воспитанием, защитой, обучением, и… еще пунктов двадцать. И таким умоляющим взглядом посмотрел на меня. Вот что значит, сильно хотеть внуков, а тебе их не дают.

— У меня к тебе другое задание. Я хочу, чтобы ты создала специальный фонд, в который нужно каждый месяц отчислять процент от наших доходов. Этот фонд будет принадлежать Антону, и воспользоваться им сможет он только тогда, когда ему стукнет восемнадцать лет.

Анна задумалась.

— Лучше двадцать один, — решила внести свою поправку. — В восемнадцать он может быть еще совсем неопытным. Сперва образование нужно получить.

— Согласен, нужно прописать все нюансы. Но ты и сама всё прекрасно понимаешь, не мне тебя учить.

— Понимаю, — серьезно кивнула она. — Я подключу к этому вопросу бабушку. Она сегодня как раз приедет. Деньги должны работать и приумножаться, поэтому я пожалуй проведу это через траст, привлеку еще капитал…

Твою бабушку… Я дальше не слушал. Вот это будет представление, когда Сара Абрамовна прибудет. Хотя, с другой стороны… Может она будет первым человеком, который закинет звонкую монету в фонд правнука?

Посидел ещё немного за столом с моими женами, до тех пор, пока им не нужно было идти по делам. Катя уехала в город, Аня пошла на беговую дорожку, а я отправился искать Ратника.

— Обманш-ш-ш-шик! — фыркнул Шнырька, который тоже его искал.

— Ну, ладно… Да и вообще, какая разница? Кто тебе отдал приказ и свою порцию мороженки?

— Фффффше!!! Хе-хе-хе… — зловеще засмеялся мелкий.

Ему сегодня, и правда, повезло. Все три порции были переданы в дар, а он взял, наглец такой, и не отказался.

Хотя… Шнырька молодец! У него теперь новая задача. Он сейчас еще и за ребенком присматривает. Но это всё временно, я надеюсь. Есть у меня тут вариант, о котором я раньше даже не задумывался, что когда-то пойду на такое. Правда, кто же знал, что у Охотника может быть ребенок? Никто… Даже я сам.

Сегодня постараюсь всё это продумать и сделать. Если у меня получится, то я организую безопасность своего сына надолго. А с моим образом жизни я за это очень переживаю. Ведь у Охотников много врагов, и сын — самое слабое место, в которое можно всегда больно ударить. Правда, если такое случится, то боюсь, что этот Мир будет обречен, вместе с моими врагами. Я тогда дойду до самой глубокой впадины своей Души и найду там все свои силы… А ещё схроны на все дни, о которых я никогда старался не думать… и открою чертову мировую язву, через которую призову весь свой Орден. Даже если это будет стоить мне Души.

Шнырька первым нашел Ратника. Тот сейчас стоял возле Кодекса, и читал с легионерами Устав. Не спеша, я пошел туда же. Внизу меня встретила, пока еще, редкая шеренга легионеров, которые повторяли за Ратником слова, что будут с ними всю жизнь. Они меня не заметили, но так я и планировал. Захотелось послушать и поностальгировать.

— КРОВЬ МОЯ… — громко кричал Ратник, и они хором за ним повторяли. — ЖИЗНЬ МОЯ… ЛЕГИОН!

— ЛЕГИОН! — громко пробасили они.

— НЕ ЗНАТЬ МНЕ БОЛИ И СТРАХА! — продолжил он двадцать восьмой пункт Кодекса Легионера. — НЕ ЗНАТЬ МНЕ СОМНЕНИЙ! ВЕДЬ Я И ЕСТЬ ЛЕГИОН!

Я слушал и улыбался. Такие, кажется, возвращаются далекие прошедшие дни, за которыми я очень скучал. Пусть сейчас это лишь жалкое подобие Легиона, но это всего лишь начало.

Всё имеет свое начало и конец, но только не Кодекс!

Я дослушал до конца, и только тогда подошел к Ратнику.

— Сандр! — он крепко пожал мою руку.

— Александр, — поправил его.

Почему-то Ратнику мое прошлое имя нравилось куда больше теперешнего. Возможно, таким образом, он пытается приблизить меня и себя к Ордену и тем временам, ведь мы с ним жили в разное время и в разных мирах.

Затем мы сели с ним в удобном месте, чтобы не мешать отрабатывать удары легионерам. Задание у них на сегодня — сражаться почти в полной темноте. Лишь тусклый свет им в помощь, и всё. Вообще, Ратник гоняет их так, что лет через пять, думаю, они смогут показать результат, который многих удивит. Смертельно и очень неприятно удивит. Пока у них в Колодцах Душ было всего по одной Душе, но скоро мы это исправим. Однако, к их приходу также нужно подготовиться. Но, уверен, Волгомир справится.

— Я чего к тебе пришел, — разливая чай из термоса по кружкам, которые я тоже принес, обратился к нему. — У меня для тебя есть задание, и я хочу, чтобы ты сказал, сможешь его выполнить или нет.

После слов сможешь или нет, у Ратника полезли глаза на лоб и он даже вскочил.

— Смогу! — прозвучал полный уверенности и стойкости голос, в нем не было даже намека на сомнение. — Все смогу сделать… А если не смогу сам, то найду способ, как это лучше сделать.

— Хорошая тактика, — похвалил его. — Легионер даже после смерти остается Легионером.

— Как и Охотник, — он вернул мне мои же слова.

Я еще раз разлил чай и дал возможность ему отпить, чтобы промочить горло после озвучивания Устава, и только, когда кружка показала дно, я начал.

— Я хочу, чтобы ты создал отдельную когорту в своем Легионе. Ту когорту, которую будешь воспитывать и обучать лет двадцать. Я хочу, чтобы у моего сына был свой Легион, а эти люди будут его ядром… Что думаешь по этому поводу?

Ратник на пару секунд завис, а затем посмотрел мне в глаза и серьезно ответил.

— Для меня это большая честь. Это очень хорошее решение! — не думал, что она так ему понравится. — К тому времени, как ваш наследник вступит в свои права, у него уже будут верные ему люди. И люди непростые, а те, которые проходили подготовку в нужное время.

— Значит, ты берешься за это дело? — чет, не думал, что это будет так легко.

— Конечно! Я сделаю все, что в моих силах и, наверное, стоит подумать про когорты для остальных детей, — стал он размышлять и выдвигать свои версии.

— Каких это еще детей?

— Так этих, будущих, — ответил он так, словно все уже в курсе, сколько у меня будет детей.

— И ты точно знаешь, сколько у меня детей должно быть? — прищурившись, спросил у него и стал ждать ответа.

— Много… Очень много… — улыбаясь и глядя вдаль, ответил он.

На этом наш разговор закончился, и я отправился по своим делам в город. Мне нужно снять мерки для новых костюмов, а то все мои старые уже порвались. Да и я, как бы, уже не самый бедный барон, а потому нужно следовать статусу и прилично одеваться.

После этого я заехал еще в несколько мест, которые меня интересовали, такие, например, как новенький магазин оружия. Там я ничего толкового не нашел, хотя он и специализировался на холодном оружии. Они к нам, кстати, переехали из Хабаровска. Род Парамоновых успел сбежать до того, как Меньшиков вышел из-под контроля, и незадолго до того, как его прихлопнул Доброхотов. А жаль… Хотелось прикупить чего-то особенного себе или женам.

Не забыл я и про Игнатовку… Давно должен был наведаться в местную школу-приют, где жили дети. Там провел довольно много времени и успел даже с ними немного пообщаться.

В приюте Жанна рассказала и показала, куда уходят мои деньги, и что они там делают. А денег я выделяю на детей с запасом, и не экономлю на них. Все же мы растим будущих специалистов, которые будут работать в самых разных сферах. И только потом вернулся домой. Я так хотел попасть домой и просто полежать в горячей ванне, а затем вкусно поужинать. Ведь за целый день нагулял зверский аппетит.

Вот, что значит, думать! Когда много думаешь, организм получает стресс, и хочет компенсировать его вкусной едой.

Но, увы… Дома перекусить не получилось, как и принять ванну. У нас были гости.

— Ты, конечно, уже не поц… Такого богатыря сделал… Даже не верится… Да, Антошка? Кто мой богатырь? Ты мой богатырь!

Сара Абрамовна вцепилась в малыша и не выпускала его из рук. Сухая старушка носилась с ним на руках, как двадцатилетняя девушка, совершенно позабыв про свой возраст. А когда он обделался, наверное, от радости, то она сама поменяла ему подгузник. Анна попыталась встать, чтобы помочь, но та властным взглядом показала, что справится без её помощи.

До самого позднего вечера мы проводили время, так сказать, в семейном кругу, и Сара Абрамовна ни разу не выпустила малыша из рук. Она, вообще, заявила, что не против одолжить его у нас на недельку. Говорит, что хочет с внуком провести время, и всегда об этом мечтала. На мой вопрос, когда «всегда», если он только родился, она только отмахнулась и продолжила болтать с Анной.

Кстати, была еще одна новость. Антошка стал сегодня очень не бедным человеком… Сара Абрамовна сказала, что к понедельнику его новый фонд будет готов, и она уже распорядилась перевести туда пятьдесят миллионов. Сказала, что это семейная традиция, когда дарят кошелек, то нужно туда положить мелкую купюру. Словно у нее в кошельке меньше не было. Вот почему мне такие подарки никто не делает?

Тоху мы всё же отбили, и он был эвакуирован в свою кроватку, возле которой дежурили сразу три девушки горничные, а я, чмокнув Анну и Катю, пошел в подвал. Здесь было нужное мне помещение, которое не занято Бурбулисом, и доступа к нему ни у кого нет, ведь оно реагирует только на кровь Галактионовых. Главное, чтобы Тоха сюда не заполз, а то представляю, кого он может вызвать.

В подвале все уже было подготовлено, и мне оставалось только зайти туда и встать в центр комнаты. Сейчас я намереваюсь вызвать для Тохи слугу. Очень непростого слугу, который будет следовать с ним до конца жизни. Жаль, что я не могу такое повторить с женами, и вызвать им по такой служанке.

В общем, встал в центр и стал сосредоточено копить свою энергию. Эта процедура вся происходила в эфире, где я видел себя, как бы со стороны, ведь мне нужно нанести специальную энергетическую Печать Призыва на полу.

Подумаешь… Нанести Печать… Что может быть тут такого сложного?

Ничего… Если она не десятимерная, как эта… Шесть часов у меня ушло, и это можно сравнить с моделированием небоскреба. Сколько раз мне казалось, что я ошибся, и приходилось всё перепроверять. Одна из сложнейших печатей, которые я знаю, и это можно сказать без преувеличений. Но когда всё было готово, наступило уже утро. А я только смог её «запитать». Запуск тоже был непростым и буквально выпил меня досуха, а еще пришлось взять охапку силы из своих Душ. Силу я загружал туда постепенно, но от этого было не легче. Тело у меня выгребало, а вот стены, почему-то, нет. Печать меня оберегала, как Призывателя, а все вокруг нет.

Подумать только… Тут стоит такой жар, что я вижу, как плавятся стены.

Сам не понял, в какой момент моя печать упала на пол, все десять уровней, и превратилась в один монолитный, но неимоверно тяжелый. На ментальном плане, конечно же…

Идеально нарисованный круг со сложнейшими узорами внутри красовался на полу и ярко светился. Я устал… А ещё у меня появились вопросы. Почему ничего не происходит? Почему не появился тот, кого я всю ночь призывал?

Черт… Эта печать у меня от старины Мака, и она поистине была редкой и прекрасной, но охренительно сложной для исполнения! А еще она не пригодилась ни одному Охотнику, и потому, информации о ней было крайне мало, кроме того, что она точно работает.

Тот, кто дал ее Маку, поручился своей жизнью.

Простоял я так около часа. Печать тем не менее не затухала, но кажется, что тот, кто должен был появиться, попросту не захотел этого делать, а потому… Пойду-ка я спать!

В любом случае, он не сможет покинуть это место, в этом уверен на все сто процентов. Я примерно понимаю, что делает эта печать, и потому так ею восхищаюсь, как и все те немногие, кто вообще знал о ее существовании. Додуматься совместить такие несовместимые вещи в одном месте и заставить это все работать. Её создал настоящий гений.

Поднимаясь по ступенькам, я понимал, что это не провал. Все еще не закончено. Такая конструкция не может быть пустой, просто ей нужно больше времени. Уже доходя до своей спальни, я прикинул, как окажусь в постели, и хотя бы… просто два часика смогу поспать.

Но, сука… Судьба злодейка, она такая. На телефон пришло сообщение под грифом «Срочно».

Саша… Дело важное и срочное… Через пятнадцать минут мой борт приземлится на твоей территории. Не сбивай нас, если что.

Лиза.

Вот и поспал, блин…

Летательный аппарат «Призрак-1»

Воздушное пространство Российской Империи

— Ваше Императорское Величество! Вы уверены, что стоило так срываться с места и мчаться? — жаловался ее капитан гвардии. — Вы нам даже не дали лишнего времени подготовиться.

— Отставить! — по военному обратилась она к нему. — Не нужно мне говорить, что я должна делать, а что нет. Пожалуй, я уже взрослая, и сама знаю, что лучше.

Весь экипаж в самолете был хмурым и невеселым. Ведь Императрица с самого утра неожиданно дала приказ выдвигаться, а у них ничего не было готово. Состав телохранителей не полный, так как она сказала, что очень спешит. А куда и зачем, не сказала. Но с Болконским она говорила, что это дело очень важно, как для нее, так и для Империи.

Да, они даже не успели сообщить Галактионову, что подлетают, настолько быстрым был этот самолет. И потому многие переживали, что их попросту могут попытаться сбить. Попытаться, потому что эту птичку не так легко спустить с небес. Но, с другой стороны, они знали Галактионова… Слышали о нем или лично были знакомы. И понимали, что у этого парня все может быть. Они, вообще, не удивились бы, вот ни разу, если бы он вдруг стал Императором, например, Китая.

А когда Елизавета с ним встречается, то гвардейцы ставят ставки на то, что ждет Империю в будущем. В прошлый раз никто не победил… Как-то не подумали они, что Китай объявит войну. Теперь же их страх был еще сильнее. Что могло послужить причиной такого решения и зачем нужна была спешка, словно за ними гонятся.

Еще напрягало имперскую гвардию то, что их госпожа сидела серьезная и собранная, словно готовится к битве. Они не догадывались, о чем она может думать, но… Судя по всему, то, что их ждет, нелегко будет пережить, но они готовы на всё ради неё! Даже если назад вернутся сегодня не все…

Глава 4

Столица княжества Пруссии, город Кёнигсберг

Замок правителя государства Рода Годартов

Быстрым шагом князь Генри Годарт зашёл в гостеприимно распахнутые ворота главного здания своей крепости. Генри Годарт всегда делал всё быстро — быстро думал, быстро принимал решения, и быстро уничтожал врагов. В любое время его мозг работал с максимальным КПД, выдавая нужные решения. Причём Генри не страдал тем, что откладывал свои решения в долгий ящик. Нет, он сразу приводил их в действие, руководствуясь мудрой поговоркой: «Лучше сделать и пожалеть, что не получилось, чем жалеть о том, что могло бы получиться, но ты этого не сделал».

Уже на пути домой множество указаний разлетелось нужным людям, и сложный военный механизм государства Пруссия завертелся на полных оборотах. Однако прямо сейчас Годарт внезапно вспомнил, что он не один, и резко притормозил, не обнаружив рядом с собой Иллариона. А тот, одетый в тёплый комбинезон одного из гвардейцев, остановился посреди двора и с открытым ртом, как натуральный ребёнок, рассматривал большую статую, которая находилась в центре двора.

Годарт улыбнулся и тут же посерьёзнел — этот парень вызывал в нём какие-то странные чувства. По-хорошему, они сейчас шли, чтобы показать ему его новые покои. Юноша без предупреждения и, главное, без разрешения Генри остановился и сейчас блымал глазами, оглядываясь вокруг. Обычно, у Генри это вызвало бы раздражение от того, что задуманное идёт не по его плану. Но глядя на восторженное лицо юнца… Генри просто не мог злиться. Он развернулся и подошёл к парню.

— Очень красиво, дедушка Генри! Прекрасная работа! — махнул рукой Ларик на статую. — А кто это?

И снова непривычные чувства. Генри почувствовал, что парень говорит искренне, а он настолько устал от окружения лизоблюдов и попрошаек, которые под видом лести пытались протолкнуть какие-то собственные интересы, что искренность парня реально его обезоружила.

— Это Генри Годарт — основатель рода Годартов, предводитель объединённой Европы, — Годарт нахмурился. — Это было очень-очень давно. После этого много что произошло. Род Годартов почти позабыли, но я заставил о нём вспомнить.

Генри не сдержал саркастической улыбки. Он не мог признаться даже самому себе, но Железный Годарт, огнём и мечом восстановивший честь имени и Рода, действительно гордился этим, хоть никому и не признавался. Но рядом с этим пареньком эти чувства заходили как-то легко и свободно.

— Вас, дедушка, назвали в честь него? — заинтересованно спросил Ларик.

— Нет, назвали меня Фрицем. Имя Генри я взял уже в осознанном возрасте. И да, взял в честь него. В то время, когда я переименовался в Генри, то вся собственность моего Рода включала одну свиноферму и два десятка дворов крестьян в самой глуши Пруссии. Я был нищим наемником. А этот гордый замок с моим знаменитым предком был в руках…

Тут Генри сбился.

— В общем, в чужих руках был.

— И они тебе просто отдали этот замок? — продолжал расспрашивать Ларик. Видно было, что ему действительно интересно.

— Ну, не то, чтобы отдали…

На этот раз Генри почувствовал смущение, глянув на запад, где за крепостной стеной находилось городское кладбище. Примерно там лежали под забором останки тех, кто «отдали», а если быть точным — не очень хотели возвращать Генри его законную собственность. Но это «дела давно минувших дней, преданья старины глубокой», как говорил один из восточных классиков.

— Правильно вы поступили, дедушка, — серьёзно кивнул Ларик. — Своё нужно всегда возвращать. Отец мне постоянно об этом говорит.

И снова Генри не сдержал улыбку, в очередной раз радуясь за чуть было не потерянного сына.

— Ну что, пойдём внутрь, парень, там приготовили нам обед.

— С лимонами? — уточнил Ларик.

— Обязательно с лимонами, — рассмеялся уже во весь голос Годарт. — Но если лимонов не будет, я прикажу поваров повесить на воротах.

— Не-е-ет… — в глазах у Ларика появился ужас. — Не надо вешать поваров за такое, я обойдусь без лимонов, ничего страшного.

— Да это была всего лишь шутка, Ларик.

— Шутка? — тут уж Илларион задумался. — А… наверное. Извините, дедушка, я не всегда понимаю шутки, хотя отец тоже часто шутит, как и вы.

— Пойдём, посмотрим на твои лимоны. И ладно, я обещаю не вешать поваров. Мы просто с тобой сходим на рынок и купим такие лимоны, как ты захочешь.

— Правда-правда? — восхитился Ларик.

— Правда-правда, — кивнул Генри и пошёл внутрь. — А тебе для ужина надо ещё переодеться.

— Зачем? — удивился Илларион. — Это отличная одежда, удобная и мягкая. Мне она подходит.

— Но она не подходит к твоему званию и положению, — покачал головой Генри.

— Серьёзно? — опять на секунду задумался Ларик. — Но отец сказал, слушай сначала себя, а потом тебя. Я выслушал нас обоих и принял решение не менять одежду. Мне нравится эта.

Годарт на секунду нахмурился, рефлекторно поняв, что великому Годарту сейчас перечат. И опять, чёрт возьми, в который уже раз поймал себя на том, что он не злится, а просто удивляется.

— Ну раз так, то оставайся. Но руки-то мыть будем?

— Руки? — снова задумался Ларик и глубокомысленно кивнул. — Руки будем. Анна говорит, что это гигиена и это важно.

— Хорошо, тогда пошли.

Когда они помылись с дороги, Генри также решил, чтобы не смущать Илариона, не переодеваться. Лишь скинул броню и зашёл в комбинезоне в большую обеденную залу, где за столом уже собралась вся его многочисленная семья.

— Приветствую вас, наш господин!

Все жёны привстали из-за стола и присели в неглубоком поклоне. Дети также почтительно поприветствовали родителя.

— Пойдём, парень, — слегка подтолкнул он Иллариона и прошёл во главу стола, кивнув на пустующее справа кресло почётного гостя. Обычно в нём располагались исключительно правители окружающих государств. Пару раз там сидел даже римский Император, который периодически гостил с одной целью — одолжить денег. Ну, и сам русский Император Михаил один раз прибыл в Пруссию, чтобы подписать перемирие в те далёкие времена.

— Ты посадишь этого оборванца на почетное место? — конечно же, Карл не выдержал. Он сейчас находился по левую руку на месте наследника и был одет с иголочки в парадный военный мундир. На левой стороне у него даже были отличительные значки. Большинство из них выданы сопредельными государствами в качестве политической инициативы. Но пару приметных значков он заслужил лично. Каким бы он ни был человеком, но он был сыном Годарта, и учили воинскому делу его основательно. Поэтому, как Одарённый и боец, он был весьма неплох.

— Ах да, познакомьтесь! — кивнул Годарт, как будто кое-что забыл.

Карл сидел на стуле и даже не пытался поднять задницу, при том, что по регламенту он должен был подойти к почётному гостю. А вот Ларика это нимало не смущало. Он тут же подбежал к Карлу, протягивая тому руку. Наследник Годарта презрительно посмотрел на неё, как будто ему предлагали что-то грязное и неприличное, но громкое «Гхм!» Годарта сыграло свою роль, и он с кривой ухмылкой пожал руку Иллариона, всё так же не поднимая свой зад с кресла.

— Меня зовут Илларион, — радостно оповестил Ларик.

— Я Карл Фридрих Шопенгауэр, наследник княжества Пруссии…

Ещё один «Гхм!!!» прервал монолог Карла. Что-что, а отца он уважал, и даже боялся.

А вот дальше случилось невероятное.

— А-А-А-А-А-А!!! — вдруг раздался под сводами древнего замка громкий визгливый крик.

Следом закричали дети. Жёны Годарта повскакивали, хватая маленьких детей на руки. Сам Годарт положил руку на эфес своего родового меча, стараясь понять, что случилось. Это истошно верещал Карл, а от Иллариона начала распространяться странная аура. От него повеяло одновременно сумасшедшей силой, а ещё Адским Котлом и обещанием вечных мук для всех тех Душ, которые встанут у него на пути.

— Илларион!!! — кем-кем, а трусом Годарт никогда не был.

Он едва удержался от того, чтобы вытащить меч. Вместо этого он положил свою руку Ларику на плечо, привлекая его внимание. Острая боль пронзила всё тело Железного Князя. У него перед глазами за считанные мгновения пронеслись страшные картины великих битв, в которых ангелы сражались с демонами, и сами боги сошлись в схватке, и от их мощи трескалось и стонало само Мироздание…

Всё это продолжалось считанное мгновение и в один момент схлынуло, исчезнув, как будто и не бывало. Годарт удивлённо моргнул и осмотрелся. Прямо перед ним в кресле скрючился и стонал Карл, нянча свою руку, как будто с ней что-то случилось, хотя мгновенный осмотр показал, что на руке нет никаких видимых повреждений. Но больше всего его поразил Илларион.

Он бессильно опустил руки, и из его больших глаз покатились слезы.

— Простите, простите, простите… Дедушка, прости! Я не специально… — Ларик быстро бормотал, еле разборчиво. Но теперь вместо силы от него шла огромная волна раскаяния. — Карл желает смерти моему отцу, а ещё он желает смерти вам… Простите, я должен защищать отца и деда, но отец сказал сдерживать себя и ничего не предпринимать… Простите меня, пожалуйста, дедушка, я не хотел причинять ему боль… Простите…

— Всё хорошо, Иларион, — Генри пересилил себя и ещё раз положил руку на плечо, ожидая всплеска боли и видений. Но ничего в этот раз не произошло. Он просто держал за худое плечо юного парня, чьё тело содрогалось от громких рыданий. В первый раз за всю свою долгую жизнь Генри Годарт испытал странный порыв и не мог ему противиться. Он просто нежно подтянул парня к себе, обняв его одной рукой, а второй рукой осторожно погладил его соломенные волосы, приговаривая при этом. — Ничего страшного, Илларион. Всё хорошо, ничего страшного не произошло. Мы с тобой потом поговорим, и я тебе расскажу, что нас окружают очень разные люди.

Оглядев свою оторопевшую семью, он грустно усмехнулся и сказал уже в никуда, просто так.

— Кажется, теперь я понимаю, зачем Александр направил тебя ко мне.

* * *

Что вообще такого могло произойти, чтобы снова за мной послала «Призрак» Императрица? Я даже специально посмотрел новости. Возможно, в столице появился радужный Разлом класса Колосс? Или Рой плюнул на Арктику и высадился около столицы со своих больших летающих тарелок? Европа вроде пока не напала, да и Китай переваривал недавние события. Я категорически не понимал, в чём тут дело. Но зная Императрицу, предполагал, что просто так она не паникует.

А с другой стороны, давно пора опробовать уже частично построенную взлётно-посадочную полосу, что сделали мои инженеры около Горы. Огромный военно-транспортный самолёт, который подарил мне Доброхотов, там пока ещё не сядет. Полосу нужно немного удлинить, но все мои «Валькирии» уже передислоцировались туда, и «Призрак» там тоже, конечно, сядет. Поэтому я сейчас стоял, глядя, как уникальный самолёт выруливает на стоянку, в ожидании, кто же оттуда выйдет.

И оттуда вышла… Императрица, собственной персоной. Причём, вышла она первой, хотя обычно сперва выбегают телохранители. Тем самым, насколько я уже изучил этикет, оказывалось безграничное доверие принимающей стороне. Значит Императрица была уверена, что здесь ей ничего не грозит. Мелочь, но приятная, хотя…

Я обратил внимание на съёмочную группу «Имперских Новостей», которые находились здесь по имперской аккредитации. Я понятия не имел, зачем они сюда приехали, но теперь точно знал — для репортажа о дружеском визите Императрицы в Род Галактионовых. Его увидят многие, гораздо более искушённые в аристократическом этикете. До них это послание точно дойдёт.

— Иди и встреть её около трапа, дурачок! — подтолкнула меня Катя, которая тоже напросилась со мной.

Я хмыкнул и пошёл вперёд.

— Извините, ковровую дорожку не разложили, не ожидали вашего визита.

— А может её у вас просто нет? — улыбнулась Императрица, когда почти уже спустилась вниз и протянула мне руку, дабы я помог ей сойти с двух последних ступенек.

— Всё вы про меня знаете, Ваше Императорское Величество, — улыбнулся ей. — Ещё не озаботился. Особо не баловали меня высокие гости.

— Ну, тогда привыкай! — сказала Елизавета, оглядываясь. — Это и есть твоя знаменитая Гора? Сосредоточение всех твоих секретов Рода?

— Да, верно, — я сразу насторожился, ожидая, что у меня сразу потребуют экскурсию.

— Да не напрягайся ты так, Саша. Не нужны мне твои секреты. Я знаю, что, если надо, ты и так поделишься. У меня нет времени бегать по производству и вынюхивать твои тайны.

— Я очень рад это слышать, — ответил я, даже не солгав. — А можно поинтересоваться целью вашего визита?

— А могут быть двоечтения? — помолодевшая Императрица вела себя немного по-другому, более раскованно, что ли, или раскрепощенно. От её улыбки, я уверен, многие мужчины будут падать в обморок на месте. А ещё в её общении появилась некая бесшабашность. Как будто вместе с прожитыми годами у неё с плеч слетело бремя ответственности, что странно, потому что от должности Императрицы её никто не освобождал.

— Без понятия, — покачал головой я.

— Вообще-то, я прибыла, чтобы поздравить тебя и твою супругу с рождением ребёнка. И даже подарки вам привезла.

Императрица, как обычная женщина, скрестила руки на груди и изобразила обиженное выражение лица. Я невольно обернулся в сторону съёмочной группы и понял, что съёмку они уже давно перестали вести по команде имперского СБ-шника. Всё-то у неё подготовлено и отрепетировано. Так что сейчас это театр одного актёра исключительно для меня. Мне оставалось только наблюдать и учиться, хотя не собираюсь я играть в эти политические игры. Моё оружие — это сила.

— Э-э-э… Ну, хорошо… — не придумав ничего лучше, сказал я.

— Так что, полетели к тебе, покажешь наследника?

— Конечно, Ваше Императорское Величество. Прошу вас!

Мой «представительский» «Буревестник» стоял рядом. Императрица вежливо поздоровалась, как со старой знакомой с Екатериной. Они, действительно, знали друг друга давно, и даже успели перекинуться парочкой слов и обсудить какие-то новости высшего света. Собственно, я чувствовал себя немного дураком, когда они сидели и болтали о незнакомых мне людях. А я в этот момент, не вынимая руку из кармана, на ощупь отправлял Анне сообщение, чтобы Семёновна доставала всё лучшее, что у нас есть, и готовила «поляну».

Судя по всему, я справился. Потому что через некоторое время, когда «Буревестник» опустился на площадь перед моей усадьбой, Анна, одетая в своё лучшее платье, стояла на пороге и держала Антона Александровича, которому Волк недавно подарил пустую «рубашку» от боевой «лимонки», после того, как ни одна игрушка у Александровича долго не жила. И даже сейчас, если приглядеться, то можно увидеть на ребристой «рубашке» бывшей боевой гранаты вмятины от маленьких пухлых пальчиков младенца. Ну, как говорится, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало.

Елизавета приветливо махнула Анне, но пока что не собиралась идти в сторону усадьбы. Наоборот, она развернулась к полураспиленной статуе — голове Императора-Дракона.

— Можно взглянуть поближе? — осведомилась у меня Елизавета.

— Да, конечно.

Мы пошли туда. Несмотря на холодную зимнюю погоду, и то, что сверху падал снежок, Императрица была всего лишь в лёгком полушубке. Собственно, это и неудивительно. Как северянам, которые имеют Дар льда — им на холод пофиг, так и огневикам на это пофиг, но совсем по другой причине — температуру тела они могут держать какую угодно. Даже немножко завидно мне.

— А почему ты не предложил мне выкупить эту голову? — поинтересовалась Елизавета, посмотрев на неё. — Я думаю, что ты мог бы потребовать больше денег, чем наковыряешь здесь.

— Я думал об этом, — честно сказал я, — но тут есть две причины. Во-первых, не буду скрывать, мне доставляет большое удовольствие расковыривать башку этого жирного дегенерата.

Я увидел, как нахмурилась Елизавета, хотя уголок её рта дёрнулся вверх.

— Простите… Вашего венценосного коллегу, конечно же, — поправился я, следуя этикету. — Ну, а второе: думаю, поставь я эту башку где-то рядом со столицей — это было бы очень небезопасно. Зная мстительность Драконов, они обязательно устроили бы какую-нибудь пакость. Именно поэтому я хочу побыстрее уничтожить её, чтобы, во-первых, поиметь с этого профит, а во-вторых, чтобы «спасать» уже было нечего.

— Разумно, — задумчиво сказала Елизавета, и тут же её лицо расплылась в широкой улыбке. — Но как же эпично он облажался! Золотая статуя, говорил он. Из чистого золота, говорил он. Годовой бюджет вашей жалкой Империи, ха!

Счастливый смех рассыпался по морозному воздуху, как колокольчик. Я помимо воли залюбовался правительницей Империи. Что тут говорить, как правитель она была… скажем так — удовлетворительная, но как женщина, она действительно прекрасна.

Я повернулся в сторону усадьбы и увидел, что мне яростно жестикулирует Аня, руками показывая на кухню.

— Ну что ж, — сказал я Елизавете, — пойдёмте, по вашему поводу у нас намечается праздничный ужин.

— Семёновна у тебя всё ещё работает? — тут же уточнила Императрица.

— Куда же она денется? Перекупить вам я её не позволил.

— А я как будто пробовала, — нахмурилась Императрица.

— Кто знает, кто знает, — улыбнулся я. И повёл дорогую гостью внутрь.

Вслед за нами зашли мои близкие. На пороге Елизавета тепло поприветствовала Анну, приобняв её и поцеловав в щёчку. Не преминула взять на руки Антона. Тут же защёлкали объективы, и я понял, что по «дирижёрской» отмашке коллектив журналистов снова запечатлевает лучшие моменты.

Антошка сначала прифигел, глядя на непонятную тётю, пробурчал что-то невразумительное, затем широко улыбнулся и протянул Императрице помятую гранату.

— Это мне? — умилилась Императрица. — Как мило, — сказала она, рассматривая гранату.

Возможно, мне показалось, но, кажется, малыш ей подмигнул. Хотя нет, не показалось. Императрица бросила взгляд в сторону журналистской братии, та тут же прекратила съёмки, и она с улыбкой повернулась ко мне.

— Готова поклясться, что твой сынок прямо сейчас хотел бы сказать что-то типа «теперь будешь должна».

Раздался весёлый смех Кати и Анны, оценивших шутку Императрицы. Не смеялся только я. Глядя на своего первенца, я подозревал, что, скорее всего, так оно и было. Как там говорится? Яблочко от яблоньки недалеко падает?

Империя Драконов

Императорский Дворец

— Ваше Императорское Величество, ещё ромашкового чаю?

— Давай, — буркнул Император-Дракон. — И убери это, — кивнул он на шесть огромных пустых чайников.

Разломная ромашка его успокаивала. И её в последнее время было выпито немало.

Волна чисток, которая пронеслась в китайской верхушке, справилась лучше, чем любая боевая операция иностранного государства. Полетели головы многих высокопоставленных чиновников, а также генералов, ответственных за охрану столицы и ведение боевых действий.

Правда, Император-Дракон был кем угодно, только не дураком. Действительно грамотных людей он никогда не трогал. Более того, если была такая возможность, он переманивал лучших специалистов к себе. Не зря в его генеральном штабе находилось несколько бриттов, которых он переманил вместе с семьями, большими зарплатами и лучшим положением. По факту, под чистку попали те, которые давно уже находились в чёрном списке Императора. Так он убил сразу двух зайцев: убрал неугодных, и в очередной раз показал своему окружению, что в этот список лучше никогда не попадать. Неизвестно, в какой момент тебе прилетит.

Императору налили чай в пиалу, и он подошёл к окну, чтобы посмотреть, что происходит снаружи. А там за считанные дни была полностью демонтирована его статуя. Прямо сейчас рабочие заканчивали укладку плитки.

Не будет никакой новой статуи. Её воздвигнут только тогда, когда весь континент окажется под пятой Драконов, и их питомцы будут гордо реять в небесах, внушая ужас и почтение всем захваченным народам. Пока же есть куда потратить деньги — на усиление армии.

На севере дела шли так себе. Хотя там особо не было ничего катастрофического. Да, имперские войска зашли на север, и сейчас двигались вглубь страны. Вот только арифметику никто не отменял. Китайских граждан было гораздо больше, чем российских. Пока что они использовали эффект неожиданности. Но резервные дивизии уже комплектовались в данный момент, причём, они не бросались бездумно в бой, а скапливались в ударные кулаки, которые одним ударом остановят русских, опрокинут их, и погонят обратно в их лесную глушь, откуда эти идиоты посмели вылезти. Никто не способен противостоять мощи Империи Драконов и её Императору.

— Господин, пора! — тут же появился его первый советник.

Император вернулся в кресло и зажегся огромный экран, что находился напротив. Оттуда шла прямая трансляция. Скорее всего, снимал кто-то с телефона. На картинке была площадь Памяти, расположенная в центре Петербурга, на которой были воздвигнуты статуи всех правителей и правительниц Империи с самого основания. Светило зимнее солнышко, люди и туристы прохаживались, осматривая достопримечательности. Было тихо и спокойно.

Но всё изменилось буквально за пару секунд. Несколько людей сбросили своё длинное пальто, под которыми оказались броня и оружие, и напали на почётный караул, что патрулировал эту площадь. Они мгновенно уничтожили нарядных гвардейцев, которые были вооружены незаряженными древними, но красивыми ружьями.

В центре площади одинокий мужчина вскинул руки вверх.

— МЕСТЬ!!! — раздался над площадью усиленный динамиками голос.

Статуя нынешней Императрицы пошла трещинами и рухнула, рассыпавшись в прах.

— НИКТО НЕ СМЕЕТ ВТОРГАТЬСЯ К ДРАКО… — снова начал голос.

Внезапно этот человек на видео вспыхнул, как новогодняя ёлка. Так бывает от множественного попадания антимагических боеприпасов, что пробивают собственный доспех Одарённого. Миг, и растерзанное тело летит на кучу камней, в которые превратилась статуя Императрицы.

По всей площади возникло множество стычек. Это уже настоящая охрана вступила в дело, уничтожая вторженцев. Мгновение, и телефон внезапно подлетает в воздух, кувыркаясь, летит, частично показывая, как оператор оседает, пронзённый мечом императорского гвардейца.

Да, Император-Дракон знал, что все его люди смертники. Но кого это волнует? У него ещё много подданных. Он вернул должок и нанёс сильнейший удар по самолюбию Императрицы. Не только Галактионов может устраивать такие подлянки. Империя Драконов велика и могуча!

Глава 5

Вчерашняя встреча с Императрицей прошла как-то подозрительно спокойно. Я до последнего момента ожидал подвоха, типа, сейчас Лиза скажет: «А теперь, Саша, собирайся в поход, надо захватить Арктику… или уничтожить Европу… Или накрутить хвост китайскому Императору… конечно, в одиночку, иначе какая в этом доблесть?» Но нет, Елизавета действительно прилетела, чтобы поздравить меня с рождением сына.

Самое интересное было то, что, сидя за большим столом, смеясь над моими шутками и также остроумно отвечая, Лиза сильно изменилась. Она не была похожа на ту прибитую делами и заботами Императрицу, которую я видел в последнее время во время моих слишком уж частых визитах в столицу. Я сначала не мог понять, кого она мне напоминает, а потом вспомнил. Она напоминает мне ту Лизу, которая попала ко мне сперва безумной старухой, но затем вылечилась. И вот эти первые дни её выздоровления, похоже, были одними из самых счастливых моментов в её жизни. Когда она снова была в разуме, полная сил, и к ней вернулась её красота. А ещё ей ничего не нужно было решать.

Да-да! Чем дольше я на неё смотрю, тем больше понимаю, что императорский титул такого огромного и мощного государства, как Российская Империя, явно чрезмерно тяжел, хоть и для красивых, но всё же хрупких плеч Елизаветы Петровны. Ну, тут я вообще не понимал, как ей можно помочь. Идея лежала как раз на поверхности — нужно было выдать замуж Ольгу. Но, уже немного зная эту взбалмошную цесаревну, я хорошо понимал, что это будет нихрена непростой задачей. Опять же, лично мне в этом участвовать не хотелось бы. Да и подходящих кандидатур для неё пока не было.

В качестве подарка Императрица ни много ни мало привезла гербовую бумагу о присвоении Антону Александровичу Галактионову титула графа по наступлению его восемнадцати лет. Я уже было открыл рот возразить, но наткнулся на яростный взгляд Аннушки. Трезво поразмыслив, я решил, что до восемнадцати лет Антохе ещё далеко, а графский титул лишним никогда не будет. Ну, а если он характером пойдёт в своего отца, то есть, в меня, то ничто не мешает ему при наступлении восемнадцатилетия просто взять и порвать эту бумажку. В любом случае, я хочу вырастить из него мужчину. И поэтому такие решения будет принимать он сам.

А потом ещё оказалось, что к графскому титулу полагается кусок земли под самой столицей и пятьдесят миллионов рублей. Тоже через восемнадцать лет, но они точно лишними не будут. Ну, а что касается нынешних подарков, то это было несколько коробок эксклюзивных детских игрушек от знаменитых мастеров. Часть из них артефактные. На это смотреть было забавно. Пока мы сидели за столом, Антоха ползал неподалёку под наблюдением нянечек (ну те, которые оборотни), и целеустремлённо, одну за другой, уничтожал дорогущие игрушки.

Сначала Елизавета Петровна смотрела на это дело с умилением, затем недоуменно, а потом даже нахмурилась. Но когда Антон Александрович восторженно запищал, воздев над головой руки и разорвав последнего плюшевого медведя, изготовленного самым дорогим игрушечных дел мастером Европы, она не выдержала и рассмеялась.

— Очень целеустремлённый молодой человек!

На что я лишь пожал плечами. Ну, оно как бы, само собой, разумеется. Не стал присваивать Елизавете титул «капитана очевидности», зачем лишний раз драконить императорскую особу?

В общем, это было необычно. Оказалось, что это простой светский визит. Я попытался осторожно задать вопрос по поводу других дел Империи, на что получил категорический ответ, что сегодня празднуется день рождения моего сына, и о делах Елизавета разговаривать отказывается.

Я не верил в это до последнего, пока они не сели в «Призрак» и не помахали мне ручкой. Ну, надо же, какие чудеса бывают! А с другой стороны, я сытый и довольный завалился спать, когда вдруг посреди ночи подкинулся в кровати от странного ощущения. Не сразу спросонья понял, что это, а потом, как понял! Печать в подвале отработала, и в данный момент призванное существо бьётся в энергетическом коконе, пытаясь разорвать путы и сбежать.

Ну нет, слишком много усилий я потратил, чтобы отпустить её так просто. Поэтому, только успев натянуть трусы, я кубарем скатился по лестнице под недоуменный вскрик жены, от которой я просто отмахнулся, сказал, что всё в порядке.

Когда я добежал вниз и распахнул двери, то после проверки на кровь Галактионовых моё лицо расплылось в довольной улыбке. Всё сработало! Внутри печати сейчас билось человекоподобное существо, обладающее большой силой. Его контуры менялись так быстро, что невооружённым взглядом нельзя было понять, кто это был конкретно. Но я-то хорошо знал.

— Спокойно! — властно рявкнул я, добавляя в свой голос силу.

Существо немножко померцало, как будто раздумывая, и приняло облик старого дряхлого старика, который смотрел на меня слезящимися глазами. Ещё и губы у него дрожали, как будто он вот-вот заплачет. Отличное представление. Если бы я не знал, кого призвал, то возможно бы и повёлся.

— Пришло время исполнить данный тобой обет.

Секунда, и старик меняется на пожилого, но аккуратно подстриженного мужчину с небольшой бородкой, в приличном костюме. Взгляд его направлен на меня, смотрит он без страха, но с небольшим интересом.

— Не помню, чтобы я давал тебе обет, — проговорил Шед.

Да, эти существа назывались Шедами.

Исключительно редкие, как по силе, так и по происхождению существа, что жили за счет энергии других людей. Наши Старейшины так и не смогли дать им квалификацию, к какому виду они относились. Они немного были похожи на Мимиков, тем, что могли менять форму по своему желанию. Также их вполне можно было отнести к Энергетическим Вампирам, потому что долго существовать без подпитки они тоже не могли.

Но ни то, ни другое не было верным. Есть такое понятие — истинные нейтралы. Вот Шеды к ним и относились. Им не нужны были боль и трепет жертв, но они не стремились творить добро. Более того, человек, от души которого они подпитывались, должен был пойти на контакт добровольно. Они никого не заставляли. И тут уже была палка о двух концах. Шед существовал до тех пор, пока был жив человек — это делало их узы нерушимыми.

Чем сильнее становился человек, тем большую силу получал Шед. Честно говоря, я не видел ни одного из этих существ живьём, и это подтверждало, что они исключительно редкие. Но я слышал, что среди них ходит легенда. Весь их Род был кем-то давным-давно проклят и обречён на зависимое существование от людей. Но когда-нибудь, особо сильный человек, союзник или подопечный, тут уже с какой стороны на это смотреть, мог усилиться настолько, чтобы снять проклятие с Шеда. Тогда он снова станет самостоятельным существом и прекратит череду болезненных перерождений.

Да-да, в случае гибели подопечного человека, Душу Шеда закидывало на самые нижние планы Духовного Мира, в те самые закутки, где царят боль и страдания. И он варился там до тех пор, пока не накопит сил, чтобы выбраться для нового союза с новым человеком, или пока не будет призван, как, например, мной. Проводя данный ритуал, я ожидал, что данный конкретный Шед будет сейчас на службе и призыв не удастся, но мне повезло.

Прямо сейчас он находился в болезненном отпуске.

— Ты давал обет не мне, — подтвердил я, улыбаясь. — Обет был дан моему другу, который наделил меня полномочиями осуществить призыв. И как ты понимаешь, именно он передал мне слова призыва.

— Кто бы это мог быть? — нахмурился Шед, и в глазах у него появилось небольшое недоумение.

Я обратился к своей Душе, протянул вперёд ладонь, и на ней образовалась маленькая светящаяся голограмма, при виде которой у существа вполне по-человечески задёргался правый глаз, он быстро взял себя в руки.

— Я не знаю, кто ты, но чувствую, что ты слаб. Как только спадёт печать, я пойду искать своё предназначение. Спасибо тебе, конечно, за то, что ты меня призвал… Но ты, человечек, мне не подходишь! — громко засмеялся привратник, запрокинув голову.

— Вот как? А мне кажется, что сейчас я найду один аргумент, — я бесцеремонно виртуально схватил его Душу «за шкирку». Спасибо, старый друг, что дал мне эту власть, потому что прямо сейчас я еще не прошлый Сандр. А вот Шед… ну, он всегда Шед.

— А… Ох… Охотник? — кроме дёргания глаза, он начал ещё и заикаться.

— О-о-охотник… — передразнил я его. — Говорят, что вы очень сильные существа, которые могут защитить своего союзника от чего угодно. Вот только, как рассказывал мне старина Мак, он об этом не знал, и случайно пришиб и тебя, и твоего подопечного.

Действительно, это знание передано мне давно, в один из холодных зимних вечеров. Это был тот редкий момент, когда Старый Мак немножко перебрал. Кажется, в ту ночь мы дегустировали какую-то забористую хрень, от капли которой плавился наш здоровенный каменный стол из разломного мрамора.

Случилось это незадолго до моего перерождения. Мак настойчиво хотел поговорить со мной об одном моменте. Он рассказал, что ещё задолго до моего рождения, он преследовал одного сильного человека, свернувшего не на тот путь. Когда он его догнал, оказалось, что у него есть свой свой Шед. Бой был тяжёлый, но Мак всегда оставался Маком. Шед валялся обессиленный в стороне, а Мак планировал отрезать голову у его подопечного и получить за это награду. Вот тогда-то Шед предложил сделку. Он просил оставить его подопечного в живых, дабы продлить хотя бы ненадолго его материальное существование. В обмен за это он принёс обет, что придёт по вызову и будет служить верно тому человеку, на которого укажет Мак.

Мак, не зная, почему, поверил ему, но заморочился. Схватил он этого подопечного, заковал его в цепи, и потащил в один известный нами всеми Орден, где в результате мощных ритуалов этого бедолагу полностью лишили магического Дара, выжав его досуха, но оставив ему, тем не менее, жизнь. В таком состоянии он мог прожить ещё несколько десятилетий.

Сделка по факту была выполнена. А у Мака появился должник.

Самое интересное было, когда Мак настойчиво заставлял меня выучить слова призыва, да ещё и передал мне свою Метку Охотника, к которой была привязана эта клятва. Я, хоть убей, не понимал, для чего он это сделал, а вот сейчас задумался. Да, я всегда знал, что Мак был непрост, но не обладал же он даром предвидения? Да не, фигня какая-то…

— Вы хотите заключить со мной договор на себя, молодой человек?

— Не, не на себя. Со мной ты долго не проживёшь.

— Позвольте, но я же не такой и слабый, — привычно начал Шед, потом внимательно посмотрел на моё ухмыляющееся лицо и сказал. — Ах, ну да, Охотник, извините. Тогда кого вы хотите привязать ко мне?

В глазах у него была такая грусть и тоска, что мне невольно захотелось пошутить. Я чувствовал, что за закрытой дверью скребётся Затупок, недовольный тем, что его хозяин куда-то делся, а его не взял с собой. Была мысль сказать Шеду, что теперь он соратник Затупка, но потом подумал, что этот бедняга и так настрадался. Не буду его долго мучить.

— Я думаю, что тебе понравится.

— Сомневаюсь в этом, — буркнул Шед недружелюбно.

Я вскинулся.

— Кажется, у вас плохой характер? Я думаю, вы сработаетесь.

— Сработаюсь с кем?

— С моим сыном.

— И сколько ему лет?

— Хватит разговоров! Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Пойдём знакомиться.

— Как я должен выглядеть? — уточнил Шед.

— Да фиг его знает… — я на секунду задумался. — Мне как-то пофиг. О! — пришло мне в голову. — Тебе жена моя скажет.

— Хорошо, — кивнул он, и мы поднялись наверх.

Мы вышли из комнаты. Затупок тут же подбежал, обнюхивая гостя.

— Однако, — произнёс Шед, внимательно оглядывая Затупка.

Ну да, я забыл сказать, что Шеды очень чётко чувствовали силу. Они сами были изначально очень сильными существами, чья мощь росла вместе с мощью хозяина. Но даже в таком состоянии он мог сделать многое. Очень многое.

Но похоже, что даже он прочувствовал силу моего тотемного зверя. Дальше интересно было наблюдать за лицом Шеда, когда сначала мы прошли мимо голема-двери, которая что-то прогудела нам вслед, а дальше в комнате, на своем любимом диване, широко зевнула Кара, небрежно взглянув на нового человека. Затем, со второго этажа слетели, кувыркаясь, Няша и Мрак, которые также, завидев нового человека, бросили игру и полезли к нему знакомиться.

Шед продолжал охреневать, когда к нам навстречу вышла Катерина, Тёмный Дар которой нельзя было не почувствовать. Шед хмурился всё больше и больше.

— А что у нас за гость? — уточнила Катя. — Почему ты не предупредил? Ведь я ж могла быть в домашнем халате.

— Не могла, — улыбнулся я. — Я проверил. Доброе утро, дорогая, — чмокнул её в щёчку. — Пойдём, ты мне тоже нужна.

Мы зашли в детскую, где Шнырька показал, что Аня уже закончила кормить малыша, и сейчас просто качала его на руках.

— Вот, твой подопечный! Знакомьтесь, Антон Александрович Галактионов собственной персоной.

— Кто это⁈

В отличие от Кати, материнская интуиция Ани поняла, что здесь какой-то подвох.

— Это?

И тут ты внезапно понял, что… Я никак его не назвал.

— Это Иннокентий… или дядя Кеша.

Три удивлённых взгляда были устремлены на меня.

— А что тут такого? — пожал я плечами. — Хорошее имя, доброе. Он будет… воспитателем нашего малыша.

— Вот как? — Аня не торопилась отдавать Антона, изучающе ощупывая глазами и сканируя внутреннюю силу Шеда… то есть, уже Иннокентия. — А что он умеет?

— Ну, к примеру, он в идеале знает все существующие языки этого мира, и не только. Знает, как обращаться с большинством Даров, и как правильно, с максимальным КПД, развивать способности у любого Одаренного с любым Даром. Имеет большой опыт в обращении со всем, которое только существует, оружием. Большой опыт… очень большой!

— Примерно, какой? — нахмурилась Аня.

— Я думаю, десять тысяч лет, скорее всего. Или больше? — повернулся я к дяде Кеше, который неотрывно смотрел на Антона.

— Больше, — небрежно бросил он.

— Кто это такой, Саша?

— Я же говорю, это воспитатель.

— А он… — осторожно начала Аня.

— Нет. Он ничего не сделает Тохе. Более того, если Антону будет угрожать смертельная опасность, то он умрёт первым. Проверено.

Я кратко объяснил ситуацию, после чего в результате этого разговора озабоченные морщины на лбу у Ани разгладились, и она позволила провести мне ритуал.

Ритуал был прост. Антону пришлось проколоть пальчик, чтобы добыть кровь и смешать её с кровью Шеда. Все прошло без сучка и без задоринки, вот только мелкий от неожиданности сломал указательный палец дяде Кеше, который, кажется, начал смотреть на малыша с большим уважением и с какой-то глубокой задумчивостью.

— Да-да, я знаю, о чём ты думаешь. Мне кажется, что ваш брат вряд ли был когда-то союзником Душелова.

— Вам не кажется, так оно и есть.

Внезапно он упал на колени и поклонился мне в ноги.

— Эй, эй, Кеша… Ты чего? — удивился я.

— Я чувствую его потенциал. И возможно… старое пророчество всё-таки исполнится!

— То, что он напитает тебя такой силой, что ты сможешь освободиться? — уточнил я.

— Именно! — кивнул Иннокентий.

— И что случится в этот момент? Ты его бросишь?

— Никогда! — ответил он. — Но я смогу помочь своим братьям.

— Ну, тогда меня это вполне устраивает. Давайте обустраивайтесь.

Я вышел наружу, и тут же за мной выскочила Катя.

— Саша, а… Саша! У меня к тебе один вопрос, — сказала она.

— Чего тебе, любимая? — улыбнулся я.

— А когда у нас родится малыш или малышка, ты обеспечишь им такого же Иннокентия?

Я аж хрюкнул от неожиданности и задумчиво почесал голову. К сожалению, у меня была всего одна клятва. Я понятия не имел, где искать другого такого… Кешу. Но глядя в восхищённые глаза своей жены,конечно же, я не мог этого произнести вслух.

— Ты знаешь, дорогая, думаю, что я что-нибудь придумаю, — очень пространно ответил ей.

— Ты лучший муж на свете! — просияла Катя и чмокнула меня в щёку, а затем убежала обратно в комнату, видимо, пытаясь продолжить знакомство с Иннокентием.

Я же пошёл вниз и увидел, что там, на лестнице, меня ждёт Волк, который задумчиво жевал пирожок. Да, он не мог пройти мимо ароматных запахов на кухне, ведь у моего начальника гвардии был безлимитный абонемент на свежую выпечку.

Он протянул мне планшет.

— Посмотри новости, — кивнул он.

— Что-то срочное?

— Не то, чтобы срочное, но думаю, тебя это заинтересует.

Я нажал на воспроизведение и увидел ролик о произошедшем в Имперской столице, а именно, о разрушении статуи Елизаветы. Следующий ролик был уже из Поднебесной, где Император-Дракон вальяжно рассказывал, что он отомстил, и поступил, как настоящий правитель-мужчина.

Я хмыкнул, сказал Волку.

— Вызывай Еву!

Сам же достал трубку и набрал Елизавету. Судя по всему, она должна была уже вернуться в свои покои. «Призрак» летал очень быстро.

— Слышал про вашу беду, соболезную!

— Да, много хороших ребят полегло. Придётся что-то делать с почётной гвардией, чтобы они смогли в будущем себя защитить, — ответила мне Елизавета.

— Ну да, людей жалко, — немножко оторопел я. — Но я вообще-то про твою статую…

— Про статую? — рассмеялась Елизавета. — Саша, ну ты даёшь! Ты же сам считаешь, что люди важнее камня.

— Тогда я немного запутался. Я конечно так считаю, да… но эти ваши королевские понты. Ой, извините, я не то хотел сказать.

— Да нет, ты всё то сказал. Твоё мнение об аристократах правильное. Большинство из них предпочитает камень и золото живым людям. Но я удивляюсь, что ты до сих пор ставишь меня на один уровень с ними.

— Простите, Ваше Императорское Величество! — абсолютно искренне сказал я.

— Извинения приняты, — рассмеялась Императрица. — А насчёт статуи… Скажу тебе по секрету, она мне никогда не нравилась. Я на ней получилась какой-то жирненькой. Посмотри старые фотки. И ты со мной согласишься.

— Жирненькой? — я оторопел.

— Ну да! А снести я не могла её самостоятельно. Традиции, понимаешь ли. Зато сейчас можно восстановить так, как захочу.

— То есть, китайцы невольно оказали тебе услугу? — уточнил я.

— Можно и так сказать, — рассмеялась Елизавета. — Ладно, извини. Мне надо подумать, как мне правильно реагировать на это событие. Тут как раз собрание собралось. Ты немного не вовремя.

— Я думаю, что я тебе помогу, — улыбнулся я.

— Что⁈ Саша⁈ Саша, стой!!! Не надо! Саша, ничего не делай!!!

— Поздно! Я уже в деле! Ха-ха!

В голосе у Лизы появился натуральный ужас. Но я уже положил трубку и пошёл завтракать, дождавшись, пока меня оповестили о том, что приехала журналистка.

Имперские Новости

— Здравствуйте, дорогие телезрители! Сегодня у нас эксклюзивный репортаж от независимого журналиста, бывшей нашей сотрудницы Евы Радионовой!

Судя по всему, вас ждёт что-то интересное. Последние репортажи Евы всегда отличались сенсационными новостями. Учитывая её эксклюзивный контракт с Галактионовым, это несложно. Вот и сейчас она уверяет, что даст прямое интервью именно Александр Галактионов, глава Рода Галактионовых.

Картинка сменилась, показав красивую древнюю усадьбу на заднем плане, а в резной деревянной беседке из морёного разломного дуба за большим самоваром с фарфоровыми чашками с кофе сидел небезызвестный барон Александр Галактионов, который был верен себе и был одет в обычный воинский комбинезон без знаков отличий.

— Здравствуйте, Александр!

— Здравствуй, Ева, — кивнул ей парень.

— Вы хотели нам рассказать что-то по поводу происшедшего в Империи?

— Да, я хотел кое-что сказать. Но сперва покажите во-о-он тот участок.

Молодой человек деликатно отхлебнул из фарфоровой чашки горячий напиток, кивнув в сторону. Камера сдвинулась и зрителям открылась картина на полураспиленную голову Императора-дракона. Фактически, золота в ней осталось совсем ничего, но ещё можно было узнать по очертаниям бетона и торчащей арматуре, что это именно та самая голова, которая была украдена из-под самого носа могущественного китайского Императора.

— Всё золото, которое мы сняли с головы, мы переплавим и потратим на оружие, дабы сделать этому трусливому Императору ещё больнее.

— Почему, трусливому? — тут же ухватилась за приманку журналистка. — Он же не постеснялся и нанёс ответный удар.

— И это вы называете ударом? — презрительно скривился Галактионов. — Во-первых, он отправил своих людей на верную смерть. Вы видели репортаж с места событий, что все китайские диверсанты были почти сразу ликвидированы. Обычно нормальные мужчины и сильные правители оформляют месть как-то поизящнее. И если у них не хватает смелости сделать это собственными руками, то хотя бы заботятся о своих людях. А тут это была простая атака смертников. А ещё самое главное. Даже если Император-Дракон это отрицает, то у него конфликт не только с Российской Империей, у него конфликт лично со мной. Он множество раз подсылал убийц, чтобы навредить мне и моей семье. А ещё, попытался отобрать дракона, законно принадлежащего мне.

Тут Александр отвлёкся, щёлкнув пальцем, и на край стола уселся маленький чёрный дракончик, который с удовольствием принял плюшку из рук Александра.

— Молодец, мальчик, — погладил он его. — Давай, лети!

Дракон мгновенно проглотил плюшку, оттолкнулся, взлетел вверх. Камера немного проводила его, ровно до того момента, когда он, поднявшись вверх, пыхнул тёмным пламенем, которое осыпалось брызгами на землю. Это было красиво. Камера тут же вернулась обратно.

— Так вот, продолжаю разговор. Я, как настоящий мужчина и глава Рода, посчитал это оскорблением. И что я сделал? Я оторвал голову у его идиотской статуи, — после этих слов Александр улыбнулся. — Ну, и попутно опозорил его на весь мир. Но тут Дракон сам себе злобный Буратино, подрядчиков надо проверять более тщательно.

Александр сейчас смотрел прямо в камеру, как будто обращаясь к Дракону-Императору.

— Да, я его опозорил и горжусь этим, — продолжал Александр как ни в чём не бывало. — А что сделал он? Он побоялся снова сунуться ко мне, хотя это было логично. Он пошёл и обидел женщину. Почему так? Да, он разрушил статую Императрицы, но Императрица — это же женщина. Как поступает мужчина, если его обидел другой мужчина? Даёт ему отпор, вступает в драку, убивает или, как минимум, заставляет его просить прощения. Что сделал Император-Дракон? Он обидел, пусть и неслабую, но всё-таки женщину, нашу уважаемую Императрицу. Мужской ли это поступок? Точно нет. Что я по этому поводу думаю?

Александр снова пристально посмотрел в камеру.

— Что Император-Дракон — жирный ушлёпок, трус и баба, в самом плохом смысле этого слова. Я ни в коем случае не собираюсь обидеть женскую половину населения. Я просто подчёркиваю, что это не поведение мужчины, и с настоящего момента считаю, что у недодракона нет яиц! Может, поэтому он такой жирный? Совпадение? Не думаю…

Новогодние Интерлюдии

Интерлюдия № 1

Где-то в многомерной Вселенной

Остров одиноких эльфиек

— Да здравствуют женщины! Да здравствует Мать наша Поднебесная! Да пребудет благословение всем женщинам под этим солнцем! Да не прекратится род наш! Да будут царствовать женщины во веки веков!

— Хвала!

Высокая светловолосая девушка, сквозь локоны которой пробивались острые оконечности ушек, воздела руки вверх, произнеся последнюю фразу. От этого её две очень немаленькие, но при этом упругие груди, будто бросая вызов гравитации, также подпрыгнули вверх. Девушка, привыкшая к дополнительной нагрузке спереди, привычно переступила с ноги на ногу, ведь сама по себе, она была довольно стройной, и грудь занимала ощутимую массу её тела.

— Хвала! Хвала! Хвала! — произнесли собравшиеся перед большим Материнским Древом её сёстры — все, как на подбор, остроухие блондинки. Да и лица у них были похожи очень сильно. Неподготовленный человек решил бы, что все они родные сестры.

Тот же неподготовленный человек, если бы он был мужчиной, смог бы различать их только по объёму груди. А учитывая минимум одежды на них, оценить это было совсем несложно. Да и представленные здесь размеры удовлетворили бы самого привередливого любителя сисек.

Можно было назвать этот остров Сиськораем. Ну вот, попадёте сюда и назовите, делов-то… Хе-хе…

После слов молитвы каждый листочек дерева вспыхнул изумрудным светом, и вся его огромная крона окуталась ласковым зеленоватым сиянием. Послышалась приятная музыка. Мать-Древо пело своим дочерям.

На всех, без исключения, лицах появились довольные улыбки. Девушки… и женщины. Правда, учитывая потенциальное бессмертие эльфиек, их сложно было разобрать. В общем, все они блаженно закрыли глаза и наслаждались. Кто-то из них даже начал тихо постанывать, прикусив губу. На них зашипели соседки и пристыдили, что оргазм на священном пение не приветствуется. Вот только те, кто ругались, судя по глазам, было непонятно — сколько в их словах зависти, а сколько укора.

Внезапно идеальная прекрасная песня прервалась. Дерево дало «петуха», и музыка сбилась. Все открыли глаза. Дерево попыталось снова сосредоточиться и нажать, но снова сбилось. Прекрасные эльфийки закрутили головами, и тут раздался весёлый голос.

— Мама, мама! Я выследил и завалил Болотника!

Через несколько мгновений показался хозяин этого голоса. Он сильно отличался от всех присутствующих. Во-первых, он имел каштановые волосы. Во-вторых, глаза его были голубые, а не зелёные, как у всех остальных. И самое главное — он был мужчиной. Молодым мужчиной, ещё юношей, но тем не менее.

Если бы эльфийки были знакомы с творчеством Берроуза, то они бы сказали, что молодой человек был похож на темноволосого Тарзана, который тащил сейчас за хвост огромную тварь, весом в несколько тонн, при том, что особых усилий он не прикладывал. Тварь эта была похож на смесь бульдога с носорогом, ещё немного с крокодилом, а ещё… хрен знает с кем.

Старшая жрица, смущенно и испуганно, несколько раз учтиво поклонилась Древу и вприпрыжку побежала за сыном, схватив его за руку. Ну, собственно, парень на целых полголовы превосходил свою мамочку, да и мускулатура была не в пример женской. Но поняв, что сделал что-то не так, он тут же пошёл за матерью в сторону, не выпуская из рук хвост болотника. Как только они удалились на определённое расстояние, сбивчивый тембр песни Древа-Матери восстановился.

Парень тяжело вздохнул и посмотрел на мать.

— Извини, мам… Я всё время забываю, что Мать не воспринимает мужчин.

— Да ничего, солнышко, — в глазах старшей жрицы, которая выглядела ровесницей этого паренька, плескались любовь и обожание.

Она заботливо стащила кусок кишки болотника, попавший в волосы сына, достала платочек и вытерла ему чумазое лицо.

— Мама, мне уже сто восемьдесят лет. Что ты со мной, как с ребёнком, обращаешься.

— Ну, потому… — старшая жрица немного смутилась, — что привыкла. А с болотником ты молодец! Его триста лет наши охотницы выследить не могли. А ты всего за два года справился. Отец тобой гордился бы.

На лицо старшей жрицы набежала тень сожаления.

— Мам, а почему каждый раз, когда ты вспоминаешь об отце, то расстраиваешься?

— Не знаю, сынок, не знаю. Возможно, потому что это было неожиданно. Всех детей нам всегда даёт Древо-Мать. Я первая, кто зачал ребенка от живого мужчины и при этом получился мальчик. Ты же видишь, что Мать-Древо не любит тебя до сих пор.

— Да не, мам, она меня любит. У неё просто аура страдает, когда с моей пересекается. Почему-то при приближении Душелова она впадает в ступор.

Тут мать улыбнулась.

— Да, когда твой отец появился здесь, было тоже самое. Мы хотели всего-навсего пленить его и принести в жертву Матери, но что-то пошло не так, — тут она весело рассмеялась. — Хотя… для меня всё прошло точно так.

Тембр пения дерева изменился. Старшая жрица повернулась туда, улыбаясь. Двенадцать будущих матерей стояли перед деревом, и от него потянулись зеленоватые лучи, дабы поселить внутри каждой из них семя их будущей сестры. Тела девушек зазвенели, налились зеленоватым светом, их ноги оторвались от травы и тела зависли в воздухе. Они забились в экстазе, подтверждая, что оплодотворение состоялось. Вот только…

— Что за херня? — нахмурилась старшая жрица.

— Мама, ты сказала, что это плохие слова, и что их не надо повторять.

— Да, точно. То знакомство с твоим отцом даёт свои результаты, — отмахнулась старшая жрица, пристально наблюдая за происходящим.

Проблема была в том, что из двенадцати будущих мам получили дар Древа только шесть, а ещё шестеро недоумённо озирались по сторонам, не понимая, в чём дело. И тут раздался голос Мать-Древа.

— Свершилось, мои богобоязненные дети! Ересь пришла в этот мир. Я откладывала этот момент так долго, как могла, но пришла пора идти в ногу со временем. Оставшиеся избранные сёстры… Я не в силах оплодотворить ваша лона. Ищите возможности сами! Я устала, я мухожук…

Сияние листвы поникло, дерево превратилось в обычное с виду древо, которое сейчас шелестело листвой без всякого ветра, как будто ворчало какие-то гадости. Но такое же не может делать настоящая священная Мать-Древо. Ведь не может же, верно?

Оставшиеся девушки недоумённо заозирались. Сперва одна, потом вторая, и за ними все остальные жадно уставились на молодого беззаботного Тарзана, который в данный момент отпустив хвост болотника, достал тряпочку и ласково полировал меч с необычной аурой, на которой был необычный герб. Этот меч — единственная вещь, оставшаяся от отца. Как говорила мама, в момент прощания его отец Сандр подарил на память матери этот необычный меч. Она тогда с улыбкой заметила, что подарит его их общему сыну. На что Сандр широко улыбнулся и сказал, что, если мелкий сможет обойти его Печать бесплодия, то пусть назовет его Купером.

От тёплых воспоминаний парня выдернул громкий возглас матери. Он повернул голову и увидел, что шестёрка прекрасных эльфиек со всех ног бежит в его сторону.

— Беги, Купер! Беги, дорогой! — почему-то с улыбкой заметила старшая жрица Острова эльфиек Эмма Фильд.

А молодой Купер Фильд с удивлением посмотрел сначала на неё, потом на приближающихся девушек. Что здесь такого? Наверное, они хотят устроить с ним очередной спарринг. Ну, поваляет их в очередной раз на земле, делов-то.

Ведь они просто хотят устроить с ним спарринг, правда?

Интерлюдия № 2

Первая Крепость Охотников

Орден существовал слишком во многих мирах одновременно, где время текло совсем по-разному. Поэтому Новый Год всегда праздновался по календарю мира Первой Крепости. И это было правильно. Более того, все стремились попасть на этот праздник. Учитывая, что все они были на заданиях, встретиться у них получилось очень нечасто.

В принципе, по традиции празднование Нового Года длилось несколько дней, так что многие успевали позже присоединиться к празднику.

— Эх, не то настроение, — тяжело вздохнул Старый Мак.

— Эх, где старый дух праздника? — проворчал Дэн, заглатывая очередную кружку какого-то странного пойла, капли которого уже начали разъедать стол. Но, с другой стороны, все уже привыкли, что после каждого Нового Года в главном зале Первой Крепости меняют стол на новый, так что это было нормально.

— А что не так, Дэн? — задал вопрос один бойкий молодой Охотник, который в компании таких же молодых ребят выпивал неподалёку и выглядел вполне счастливым.

— Мак, что не так? — уточнил Дэн, поворачиваясь к старейшему Охотнику Ордена, который сидел в уголочке и тянул что-то странное из большой кружки. Странное, потому что из кружки периодически раздавались вопли. В начале вечера сидящие рядом Охотники гадали и пришли к выводу, что Мак пьёт настойку из живых Душ порабощённых тварей. Рецепта, правда, никто не знал, но слухи ходили, что такое очень даже возможно. Ну, а кому знать этот рецепт, если не старому Маку?

Мак пробурчал что-то неразборчивое и снова отхлебнул из своей кружки. И опять раздался дикий утробный вопль.

— Да скучно с вами, мелкие… — покачал головой Дэн, который уже, как всегда, дошёл до кондиции, и его потянуло на откровения. — Вот в старые времена, помнишь, Мак, как мы с Сандром гуляли?

При слове этого имени у старого Мака на мгновение зажглись глаза, и тут же снова потухли. Он лишь согласно кивнул головой.

— Расскажи нам про Сандра, Дэн. Почему его считают величайшим Охотником? Ведь есть же ты, есть же Старый Мак. В конце концов, если вы живы, а он нет, не говорит ли это о том, что именно вы великие? — снова задал вопрос бойкий юнец.

— То ведомо только Кодексу, — глубоко вздохнул Дэн. — И своими вопросами ты давишь на больную мозоль старине Маку. Зря он, что ли, тысячу лет на Сандра потратил?

— Между прочим, лучшую тысячу лет! — первый раз за весь вечер подал голос Мак, и его лицо расплылось в улыбке.

— Вот, слышите? Когда-нибудь доживёте до того времени, чтобы тысячу лет на вас потратил этот старый ворчун. И тогда уже поговорим, кто здесь самый Великий Охотник. По секрету скажу, что на меня он потратил всего лишь пятьсот лет.

— Да потому что в остальное время ты бухал, — снова подал голос Мак.

— У всех свои недостатки, — быстро нашёлся Дэн.

— Но как же он мог тогда погибнуть? Ведь это показывает его слабость, — нахмурился парень.

Вокруг внезапно образовалось молчание. Все присутствующие прислушивались к разговору.

И тут в разговор вмешался новый голос.

— Нет, это не показало слабость, а показало лишь то, что на всё воля Кодекса!

Размашистым шагом внутрь зашли два человека. Первый Охотник, у которого традиционно не было имени. Второй человек — грандмастер Вульф — верный голос Первого Охотника и его воля внутри Ордена.

Все почтительно встали. Первый Охотник кивнул головой, подошёл и остановился рядом с группой молодых Охотников.

— Сандр не умер. Сандр участвует в Великой Охоте.

— Почему же он участвует без нас, без своих братьев? — снова вскинулся Охотник, такой же молодой и горячий, как Сандр.

Первый Охотник ласково похлопал его по плечу.

— Ты на него сильно похож, знаешь. Не зря старина Мак к тебе в последнее время присматривается.

— Ну что ты, в самом деле, это должно было быть тайной, — возмутился Мак.

— Ничего, ничего… Всё тайное когда-нибудь становится явным. А на твой вопрос я отвечу так: ещё не время! Сандр выполняет волю Кодекса, хотя и сам не до конца её понимает. Но я скажу только одно — как только он произнесёт слова призыва, откликнемся не только мы, но и множество других Орденов во Вселенной. Мы сделали множество услуг и одолжений. И в тот момент все, у кого есть перед нами долг, также пойдут, чтобы поучаствовать в Великой Охоте. И поверьте, это будет очень эпично.

— А когда это наступит, и с кем мы будем воевать? — не унимался молодой.

— Все вопросы на сегодня закончены! — Первый Охотник с улыбкой, казалось бы, небрежно, надавил на плечо молодого, и тот буквально рухнул на лавку, да так, что разломный дуб, из которого она была сделана, протяжно заскрипел. — А сейчас давайте пить и веселиться!

Он хлопнул в ладоши, открылись двери, и братья закатили пятнадцать больших бочек, сделанных не из дерева, а из камня.

На удивление всех присутствующих первым оживился Мак.

— Неужели ты развёл самого Бахуса на его запасы?

— Именно! — сказал Первый Охотник, улыбаясь. — Угощайтесь, ребята! Это волшебное зелье, после которого не бывает похмелья.

— Да-да, всем так и говори, — рассмеялся Дэн. — Бухайте, у вас не будет похмелья, говорили они. Молодёжь, готовьтесь, что три дня моргнуть без боли не сможете.

— А зачем тогда нам это пить? — осторожно посмотрели молодые на каменные бочки.

— Да потому что Новый Год! Потому что у нас традиция такая! И, вообще, жизнь — боль! — Дэн кулаком выбил каменную крышку от бочки и зачерпнул оттуда большой пол-литровой кружкой.

Когда он вытащил её, во все стороны полился небесный свет от этого напитка. Охотник поднял его высоко над головой, да так, что искры полетели во все стороны, а затем громко провозгласил: — За Кодекс, за Великую Охоту!

Дэн, конечно же, обманул. Молодые Охотники целую неделю стонали, приходя в себя. Ну, а кто говорил, что будет легко? Традиции нужно исполнять…

Интерлюдия № 3

Орден Нового Года

Великие сущности и полубожественные существа собрались прямо здесь, в снежном замке. У них была плановая планёрка, которую они проводили перед каждым Новым Годом.

Один доклад следовал за другим. Кто-то хвастался тем, что привёл два новых мира под их влияние. Кто-то говорил, что предновогодняя радость собрана с перевыполнением плана. Обсуждали штат. Негодовали на недостаток Снегурочек, что они слишком часто в последнее время уходят в декрет. Ответственный за разведение эльфов сетовал на то, что у него, наоборот, этих мелких говнюков расплодилось столько, что он не знает, куда их девать. Всё шло по плану, пока одна из сущностей не взяла голос.

— У меня два сотрудника отказываются выходить на работу.

— Это как? — глава Ордена нахмурился и посмотрел на него с негодованием.

— Да вот так. Они категорически против. Сказали — ни за что не пойдут!

— Почему это? — удивился глава.

— Говорят, что в их мире появился Охотник, а они на такое не подписывались.

— Ну, так и в чём проблема? Мы же несём добро и радость людям. При чём здесь Охотники?

Сразу несколько смешков раздалось со всех сторон.

— Чего вы все ржёте? — повернулся к ним глава.

— Да потому, что Охотники каждый раз нас ОЧЕНЬ рады видеть, — с сарказмом, выделив слово интонацией, подала голос одна из сильнейших сущностей, внешне напоминающая снеговика. — Они так рады нас видеть, что обязательно потребуют подарки. А ещё… захотят с нами поиграть. Ты-то уже сколько лет глава Ордена, и в поля не выходил, а я хорошо помню, когда моей головой они играли в футбол, а когда отпустили — морковку не в то место засунули. Нафиг, нафиг… Я очень рад, что больше не в полях.

Парочка других тоже смущённо рассказали свои приключения с Охотниками. Всё сводилось к тому, что Охотники те ещё затейники.

— Так откуда знают об этом полевые агенты? — нахмурился глава.

— Ну, легенды ходят…

— Ладно, позовите этих двоих! — рявкнул он.

Вспышка света, и через портал вывалились два одинаковых деда, оба в красных костюмах, неотличимо похожих друг на друга, но кое-чем различающиеся.

— Агент Дед Мороз! — доложил первый.

— Полевой агент Санта-Клаус! — доложил второй.

— Это что за дела, агенты? Хотите быть наказанными, получая дозированную энергию радости по талонам на сто лет вперед с испытательным сроком?

— Да всё, что угодно! Мы не готовы идти в этот Мир, — буркнул Дед Мороз, угрюмо глядя исподлобья.

— А вы понимаете, что испортите праздник миллионам, а то и миллиардам людей и детишкам своим поступком?

— Понимаем, но мы никуда не пойдём! — поддержал товарища Санта-Клаус.

— Нам есть кем их заменить? — задал вопрос глава.

Все начальники подразделений сделали вид, что очень заняты. Кто-то начал писать, кто-то залез в телефон, кто-то задумчиво смотрел в окно. У кого не было ничего в руках, просто разглядывали потолок. Раздалось парочку свистков.

— Трусы! — сказал глава. — Ладно… Код красный, разрешаю выдать сверхнормативную энергию и укомплектовать так, как вы захотите сами.

Он повернулся к двум негодникам.

— Плюс двойная премия.

— Тройная, — сказал Санта-Клаус.

— Плюс ещё за моральный ущерб, — подтвердил Дед Мороз.

— Ладно, уговорили!

Чуть позже в одном из миров

Государство Америка

Простая американская семья

— Папа, папа! — забежал взволнованный мальчик в спальню, где отец сидел за книгой. — У нас в дымоходе кто-то орёт плохие слова!

— Хорошо, сынок… Я сейчас пойду и разберусь.

Отец подошёл к камину и действительно услышал оттуда непотребные маты. Он закрыл ребёнку уши, и затем отправил его в свою спальню. А сам вздохнул, полез на крышу, но увидел, что из дымохода торчат две металлические ноги.

Сначала он подумал, что голем повадился к ним в гости. Будучи немного знакомым с Одарёнными, он работал в Академии исследований и знал о существовании таких существ, поэтому тут же вызвал магическую полицию с вертолётами и с усилением.

Через два часа общими усилиями из дымохода достали железного человека. Никакой это оказался не голем. Откинув железное забрало, оттуда появился красный нос и пышная борода. И снова полился поток матов.

— Санта-Клаус? — начальник полиции был знаком с этим товарищем. Он часто забегал к ним. Учитывая, что это столица Америки, каждый год он частенько забегал к нему на посошок и рассказывал последние истории. — Что это на тебе одето?

— Костюм защиты экстра-класса!

— А зачем ты его надел и в нём в дымоход полез?

— Зачем надел — это отдельная история. А зачем полез? Ну, привычка у меня такая, — пожал плечами Санта-Клаус.

— А это кто такие? — кивнул он на горящие по всей улице глаза.

— Это мои эльфы.

— Так ты обычно с дюжиной ходишь. Здесь сколько?

— Двенадцать тысяч, — немного смущённо промямлил Санта-Клаус.

— Нахера столько?

— Надо, — сказал он, а затем залихватски свистнул.

С неба на землю упал огромный танк, запряжённый в каких-то мутантов, в которых оленей можно было узнать только по рогам.

— Ладно, факир был пьян и фокус не удался, — пробормотал себе под нос Санта. — Увидимся в следующем году, но это не точно! — затем он крикнул и взмыл в небо.

— Странный Новый Год… — удивленно посмотрел начальник полиции ему вслед.

В это же время

Другая сторона континента

Российская Империя

— Берите, что хотите, только не убивайте мою семью, — граф Долбоклюев обнимал двух жён и трёх своих детей, в ужасе глядя на закованные в силовую броню силуэты.

Граф Долбоклюев служил в армии и понимал, что до таких технологий их мир ещё не дорос. Наверняка, это было инопланетное снаряжение. Послышались тяжёлые шаги, и в комнату зашла здоровенная массивная фигура.

— С Новым годом! С новым счастьем! — заголосил пришелец, откидывая с лязгом тяжелое забралом и кто-то из детишек не выдержал, описался и заревел от страха. Затем посмотрел на боевиков и нахмурился. — Снегурочки, а почему вы без шапочек?

Тут же забрало опустилось у бойцов с этими устрашающими огромными винтовками. Оказалось, что все поголовно были красотками-девушками. Одна из них надула губы и сказала.

— Да потому что они никак на шлем не натягиваются… А новые мы не успели пошить.

— Вы не будете нас убивать и захватывать наш мир? — уточнил граф.

— С чего бы это? — удивился Дед Мороз. — Подарки вам принесли, — кинул он красный мешок на пол. — Наслаждайтесь! Ну, или нет… Пойдёмте отсюда, девочки. У нас ещё много работы!

Девочки послушно повернулись и пошли к выходу. Под их тяжёлыми ногами ломалась дорогая испанская плитка.

Долбоклюев подбежал к окну и увидел, как огромные закованные в броню гигантские боевые скакуны уносят вверх здоровенную металлическую повозку, больше похожую на бронепоезд.

Долбоклюев почесал голову и задумчиво проговорил.

— Ну, какой год, такой и Дед Мороз…

Внезапно его лицо озарила улыбка. Он повернулся к детям и махнул на оставленный Дедом Морозом красный мешок.

— Ну что, дорогие мои… С Новым Годом!

Обращение Авторов

Дорогие друзья!

Вот уже второй Новый Год подряд вы встречаете вместе с Сандром и его веселыми товарищами и родственниками. Надеемся, что вам также приятно быть с нашими героями, как и нам — общаться с вами. Мы стараемся, правда! Желаем в следующем году вам только хорошего и, конечно же, побольше!

За сим откланяемся резать салаты, чего и вам желаем. Да пребудет с вами Кодекс!

Пы. Сы. Выходных не берем, проды по расписанию.

Пы. Пы. Сы. Чибик выложен в допматериалы — разрешаем его вам самостоятельно вешать себе на стену, бо, если мы будем вам всем это делать, то вместо НГ будем сидеть трезвые и злые… А оно вам, таки, надо?

Глава 6

Наверное, не стоит говорить, что последнее мое интервью вызвало нехилый такой фурор в некоторых, или даже очень многих, кругах. Конечно, я на это и рассчитывал, но даже подумать не мог, что несколько имперских аристократов отзовут пригласительные письма на свои праздники.

Те самые праздники, на которых хотели поближе познакомиться со мной и моей семьей. Эти люди, видимо, опасались, что теперь Галактионов точно подписал себе смертный приговор, и когда он вступит в силу — лишь вопрос времени. Будь я простым человеком, так оно и было бы. Но смею питать надежду, что если когда-нибудь пройдет мое новое перерождение, в котором я даже потеряю память, то, уверен, что буду всё еще не самым тупым человеком. Природная наглость никуда не денется, а еще я умен от природы и чертовски привлекателен. Ха-ха! Ну, а что касается этих дворян — это их личное решение.

Охотники, в принципе, все наглые и дерзкие. Нас так воспитывали. Но за этой наглостью всегда стоит сила. У нас тоже были выражения про «дешевые понты». Вот понты без силы — такими и являются. А с силой — это уже обоснованное предупреждение: «Не влезай — убьет!»

Обычной нормой в прошлых Мирах было, что торговец может иметь на своем счету миллионы, а живет, как обычный человек, без излишков, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Также помню ситуацию про одного такого теневого олигарха, который крутил свои делишки через деловых партнеров. Сам жил в обычном старом домике, а партнеры, которые ничего не могли без него, и были, по факту, пешками, часто почему-то умирали… И он менял их на других. А все потому, что жили они на широкую ногу.

Ладно, это все не туда… Сильно не туда.

Полагаю, что в ближайшие дни, а может даже и сегодня, ко мне придут интересные гости. Если Дракон поведет себя так, как я планировал, то должен дать мне ответ и возможно, атаковать мою резиденцию, пока я дома и готов к этому. Таким был мой план — заставить его вытащить все свои козыри, а затем перебить их скопом.

Все столбы уже установлены, с датчиками движений и операторами. Другие оборонительные укрепления и тревожные системы тоже на своих местах и отслеживают буквально всё, что находится в их радиусе. Ну, что он сможет сделать? Разве что напасть на Иркутск. Но мне что до этого? Я не один живу в этой губернии, чтобы за безопасность всех отвечать. Я больше переживаю, что мои подземные пути сообщения все ещё не готовы. А ведь очень уже хочется иметь возможность скрытного и быстрого перемещения.

Вот потому я сейчас сижу за столом и ломаю голову над разными бумагами. Анна и Арнаутский нашли по моему заказу изобретателей, которые могут быть нам полезными, продав свои изобретения.

С десяток причудливых подземных поездов я уже забраковал. Хрень полная, которая, так или иначе, мне не подходит. Ну, вот реально они мощные и быстрые, тут спору нет, но с двигателем внутреннего сгорания. Под землей они не пройдут, а стандартные «электрички» метрополитена мне не подходят по другим причинам.

Вообще, вся эта моя затея оказалась сложнее, чем я думал, на первый взгляд. Мне ещё нужно примерно две недели, чтобы соединить Галактионовку и Игнатовку с Горой. И когда это произойдет, я смогу выдохнуть и приступить к другим проектам, которые также относятся к этому туннелю. Само собой, мы всё прокладываем по таким маршрутам, которые не проходят через земли аристо, чтобы избежать лишних проблем. Правда, есть идея проложить кусок под Байкалом, но слишком это озеро глубокое.

Эх… Неужели я когда-нибудь перестану переживать, что портал может выйти из строя или враги проведут какие-то диверсии. В общем, за просмотром разных предложений я конкретно задолбался, и решил сходить и проверить, как там Кеша и мой сын. Все равно ничего толкового найти не мог. Нет, само собой, полно было всякого интересного, особенной поезд, который может развивать скорость до 400 км в час, но вариантов, как его улучшить с помощью артефактов и частей тварей, я не знаю.

Хочется что-то такое, как «столбы». Взять дебильную, на первый взгляд, идею и сделать из нее конфетку. Кстати… Надо позвонить Волгодонову и Долгорукову, может уже пора начинать «Левиафан» потихоньку строить? Ну… чтобы был! А пока объединенная команда конструкторов и инженеров все еще работают над подготовкой. Там столько идей, что когда они примутся за постройку, я только схвачусь за голову. Предполагаю, что этот дирижабль наведет много шороху, и не только в Империи.

А еще рельсы… Нужно много металла, а поставки только падают. Неужели скупили уже весь ненужный металлолом имперские оборонные предприятия.

Стоп… А чего это я туплю?

Вернулся в кабинет и уселся в свое кресло, а затем набрал Лизу.

— Ты уже соскучился? — кокетливо ответила она, подняв сразу трубку. Нет, что-то с ней явно не так. Неужели Императрица что-то придумала с обещанием моему непутевому папашке. — Если что, я могу и вернуться… Уж слишком у тебя там вкусные блины.

— И тебе привет! — улыбнулся я. — Нет, не нужно возвращаться, тебе ещё Империей управлять. Я звоню по другому вопросу.

— Вот так всегда… Звонишь, когда тебе что-то нужно. А на минуточку, Империей управлять — это тебе не воевать! Тут нужно каждый день выслушивать кучу бреда и отмазок, а еще делать вид, что ты всему этому веришь. Кроме того, награждать и наказывать.

— Ну… — протянул я. — Кто на что учился!

— Понятно… Ты по какому поводу? Давай рассказывай, а то у меня сейчас встреча с Романовыми… В кои-то веки пообщаюсь с умными людьми.

Я столько уже слышал про этих Романовых, но ещё ни разу с ними не пересекался. Нужно будет это исправить. Особенно зная о том, что сейчас они ответственны за западную границу Империи.

— Я хотел попросить тебя об услуге… — но договорить не успел.

— О-о-о-о-о… Неужели я могу что-то для тебя сделать? Удивительно-о-о-о-о! — протянула она, смеясь. — А то я уже начала подумывать, что ты тут у нас Император, а не я — Императрица, судя по тому, сколько раз я к тебе обращалась. А ведь должно быть всё наоборот!

По всей видимости, вторая молодость пошла ее характеру только на пользу. Но как бы она не захотела на молодую пенсию уйти… Или как это у них там называется? Тогда мне будет страшно за Империю в руках Ольги.

— Ну, есть такое. В общем, в Иркутске проблемы с металлом, а у меня проекты горят. Цены задрали до небес, а ещё говорят, что всё Империя напрямую скупает. Так вот, не могла бы ты помочь, чтобы я смог приобрести металл по нормальной цене?

— Хм… — задумалась она. — Тебе реально нужен такой пустяк? Я бы даже сказала, что это не просьба, а так… Если учитывать, что сейчас идет война и нам реально требуется много железа. Думаю с этим проблем не будет. Но смотри… Ты сам напросился. Если не сможешь потянуть заявленные объемы, то будешь платить неустойку. Напишу сегодня несколько писем… А лучше сделаю парочку звонков. В общем, готовься потратить деньги!

И я задумался об этом. Затем мы с ней еще поговорили несколько минут о разном, и когда к ней пришли Романовы, то наш разговор закончился.

Какой шанс, что она подпишет такие объемы, которые я реально не смогу потянуть? Зная её, таки да, сможет, ведь она не любит мелочиться. Придется что-то мне придумать… Хмм… Есть одна идея…

Ладно, это внешние дела, но у меня есть семья. Пойду-ка я и проверю сына.

— Молодой господин желает пить, — было первым, что я услышал, когда вошел в детскую.

Кеша, на данный момент, выглядел, как дворецкий с Туманного Альбиона, лет пятидесяти, с длинными седыми волосами, прихваченными резинкой в конский хвост. Одет он был в черный фрак, накрахмаленную белоснежную рубашку и черные начищенные туфли. На фраке нашит мой герб. Неужели Анна решила сделать из него дворецкого? Выглядит именно так.

— Уже бегу! — пулей из комнаты вылетела рыжая Алиса, и быстро пробежала мимо меня.

Я же спокойно зашел и стал оглядываться по сторонам. Мелкий ползает и крушит все на своем пути, а ему только и успевают, что подсовывать новые игрушки.

— Как он? — спросил я у Кеши.

— Хорошо! Должен сказать, что очень мудрый малыш, и я успел уже с ним познакомиться. Он для такого короткого времени в этом мире очень сообразительный. А еще, точно могу сказать, что ваши опасения насчет «перерожденца» не подтвердились. У него точно новая чистая Душа. Он новый Душелов!

Блин… взял и «новым» моего сына назвал. Но я отлично понял, о чём он говорит. Поскольку я подозревал, что малыш может быть перерожденцем, но точно этого не знал, то попросил Иннокентия присмотреться к нему повнимательнее.

Не то, чтобы это было большой проблемой. Но скажем так… Если в этом теле сейчас сидит тысячелетний воин, который прекрасно осознает себя, то грудь моей жены он больше не получит, а будет на кашках сидеть. А может попрошу Андросова побыстрее ему новые зубы ему вырастить. Но благо, он не перерожденец… Да, я до последнего переживал по этому поводу. Ведь мне хотелось, чтобы мой ребенок был именно ребенком, а не закрытым в детском теле взрослым человеком, который уже прожил свою жизнь. Вероятно в этом и заключаются минусы — помнить всё! Ты уже никогда не сможешь считать своих новых родителей таковыми, ведь ты помнишь своих прошлых. А ещё напряжно слушать людей, которые, возможно, моложе тебя, или достигли в жизни намного меньше, а пытаются постоянно учить тебя, как жить.

Я разговаривал с Иннокентием, а тем временем наблюдал за мелким. Он все пытался взобраться по моей ноге, и иногда у него это получалось, но добравшись до пояса, он падал… Но затем с упрямством снова поднимался.

В этот момент я с подозрением посмотрел на Затупка, который устроился на широком мраморном подоконнике, вне доступа малыша, и пристально следил за Антохой. Как мне показалось — чересчур пристально. Увидев, что я на него смотрю, он тут же перевернулся на спину и стал привычно изображать из себя идиота.

Крепкий карапуз, Антон Александрович, даже падая, не плакал и особо не обращал на это внимания. Лишь только бубнил что-то неразборчивое — похоже, ругался. Вот я посмеюсь, если его первыми словами будет: «Какого хрена?».

Кеша увидев попытки мелкого и попытался его спасти. Однако, я сказал — не сметь! Сын будет расти настоящим мужчиной, и должен привыкать к трудностям. Я не дам никому подтирать за ним сопли и дуть на ушибленный пальчик. В крайнем случае — отрастим новый, ха-ха!

Ну, про пальчик я, наверное, зря… Хорошо, что Аня не слышит мои мысли. Все же сейчас главное — уход за малышом, но суть моих мыслей понятна. Свои проблемы он должен будет решать сам, и не будет такого, что его проблемы — это проблемы кого угодно, но только не его. Впрочем, я думаю, что он и сам это со временем поймет. Ведь если его союзник будет слабым, то это отразится и на нем.

Эх… Вот нафига он сейчас облизывает Затупка?

Неизвестная китайская провинция

Молодой, но уже важный китайский сотрудник тайной и невероятно мудрой канцелярии, Дай Пять брел по темным переулкам. У него была особое задание на сегодня, и если бы не оно, то никогда бы его ноги здесь не было.

Это место было большим секретом в их Империи, и лишь немногие знали о нем. Ведь здесь творились странные дела. Впрочем, и люди здесь тоже жили странные. А вот фонарей здесь практически нигде не было не просто так. Местные ненавидели свет… Тьма им была ближе.

Жители этого места, хоть и любили тьму и все, что с ней связано, в то же самое время уважали, и даже, в некотором роде, любили Дракона. Он был тем, кто находил их по всему миру, и вместо того, чтобы их истребить — он давал им крышу над головой и место, где они могут чувствовать себя, как дома. Так, например, было и с вампирским кланом Носферату, который живет уже больше тридцати лет на этих землях. За последнее время их численность сильно увеличилась, и мало кто знает, откуда взялись эти существа, так похожие внешне на людей.

Молодой сотрудник знал. Ведь они относились к его отделу, и именно его отдел контролировал их. Разлом… Это был Разлом, который обнаружили китайские Истребители Монстров. Они не уничтожили вампиров, а похитили одного из них и привели к специалистам. Так было принято решение пойти на контакт и заключить договор.

Долгих тридцать лет эти послушные тени бегали по миру и выполняли самые страшные приказы Дракона. Ведь что может быть для них прекраснее, чем убийство людей? Они словно созданы именно для этого. Сперва их было не больше сотни, а теперь, на теплом месте и при постоянном притоке халявной крови, существенно разрослись. Их было уже больше трех сотен, и сегодня Император в очередной раз решил использовать свой безупречный инструмент уничтожения. Ведь это действительно страшно, когда из ниоткуда появившиеся убийцы, делают свои кровавые дела, и также пропадают, оставляя после себя обескровленных людей.

Подойдя к нужному особняку, сотрудник не стал стучать. Вместо этого он прислонил карту-ключ к магнитной ленте и врата со скрипом открылись. Это был огромный и мрачный особняк, над которыми летали и каркали вороны, словно предупреждая людей о опасности. Над этим местом небо всегда скрывали тучи, и солнце здесь не появлялось уже очень давно.

Идя по территории особняка, он видел тех, кто сам хотел ему показаться на глаза. Охрана была выставлена, несмотря на то, что эти ужасные и опасные твари живут на мирных землях. Ну, разве что другие нелюди попытаются забраться к ним. Но их расселяли таким образом, чтобы разные виды не соприкасались друг с другом.

Не единственной эта деревня была в Империи Драконов, ох, не единственной. Да и если подумать, не только Китай имеет подобные… гхм… заповедники. У них есть информация, что и персы балуются подобным. Много кто, разве что Российская Империя не была за этим замечена, ну, или очень хорошо скрывала.

Вообще, она была странной, эта Российская Империя. Многие коллеги Дай Пять любили говорить, что Империя загнила, и что её время уже прошло. Но так ли это было? Сказать лично Дай Пять этого не мог, но есть у него подозрения, что не всё так однозначно.

Кажется, многие хотели бы, чтобы так и было. Вот только сколько в этих желаниях правды? Почему-то война показывает совсем другое. Что Драконам на этом этапе легко точно не будет. С другой стороны — если стали привлекать уже такие «спецсредства», то и противнику тоже не поздоровится.

Подойдя к дому, ему в уши сразу ударили крики, которые через пару секунд стали ещё громче. Надо переводиться в другой отдел… Так подумал Дай Пять, но все же постучал в двери. Перед ним сразу возник бледный, как мел, человек и оскалился. Но стоило ему увидеть значок, как клыки тут же пропали. Дети Олдена хорошо знали, что будет с теми, кто тронет любого человека с таким значком.

— Чего надо, человек⁈ — неприветливо спросил кто-то из молодняка.

— Пасть закрой! — хмыкнул Дай Пять. — Не дорос еще на старших вякать! Сколько ты вампир? Месяц? Год?

Вампир еще больше стал злиться, и у него непроизвольно вылезли и снова спрятались клыки. И парень понял, что попал в самую точку. Ведь известно, что укушенный молодняк — самый борзый. Они считают себя избранными, а то и вовсе — полубогами.

— К Олдену меня проведи, — сурово сказал парень, зная, как с ними нужно обращаться.

Молодой вампир не был рад такому тону, да и вообще, живому гостю, ведь он со вчерашнего дня ничего не ел. Но также он знал от Патриарха, что людей с такими значками трогать нельзя. Ходила история, что одного сожрали, и потом сам Олден, их великий Патриарх вырвал кадык наглецу, посмевшему это сделать.

А потому вампиру ничего не оставалось, кроме как провести служащего, куда он просил.

Молодой человек шел, оглядываясь с легким отвращением, глядя на то, что вокруг творилось. Люди… еще живые люди, которых выпивали вампиры. Неизвестно, сколько они здесь были. День или два, а может и всю вечность, но умереть быстро им никто не давал. Впрочем, они хоть не страдали… Ведь яд вампиров имеет опьяняющие свойства.

Только он об этом подумал, как снова раздались крики. Уроды… Вот бы вас всех на одном из заданий перебили, подумал Дай Пять. Нет, он боготворил своего Императора, но как-то это было всё… не по-людски. Ведь эти нечеловеческие крики означали, что кто-то жрет свою жертву, предварительно не выпустив в неё свой парализующий яд. Есть у некоторых такая привычка. Они любят слышать крики… Ненормальные, но такие ценные вампиры.

Судьба распорядилась так, что именно садисты среди вампиров обладают особой силой, но природу этого еще не удалось доказать, хотя их ученые постоянно пытаются.

— Нравится музыка? — оскалился молодой вампир.

— Пасть захлопни, — не стал терпеть такого сотрудник секретного отдела, и уже хотел было его ударить, но вовремя вспомнил, что такое уж точно не стерпят.

Однажды он видел подобное, когда приходил сюда со старшими. Два внеранговых мага просто-напросто избили кучку вампиров за то, что те напали на соседнюю деревню. И даже не убили… Но зрелище было очень даже приятное. Вампиры скулили и ползали, а Патриарх даже бровью не повел, ведь договор был нарушен.

Но кажется Дай Пять, что и Патриарх был при делах… Не может вампир ослушаться приказа… Просто не может… Ведь Патриарх для них как отец, мать, брат и божество в одном лице. Скорее всего, он просто прощупывал, насколько он может «прогнуть» людей.

— Пришли, — легкая усмешка. — Надеюсь, что ты сегодня хорошо поел.

Вначале человек не понял, к чему это, но когда зашел в дверь, то все стало на свои места. Съеденная накануне пища, и правда, подступила к горлу… Кричали именно из это комнаты, и было тут не меньше двадцати трупов.

— Попрошу оставить при себе свои оскорбительные мысли, посыльный, — первым взял слово Патриарх. — Все эти люди дарованы мне за выполнение последнего задания. Всё, что я тут сейчас делаю, было согласовано и разрешено. Если у тебя есть претензии, то пожалуйста направь их своему Императору.

Увы… Но Императору Дай Пять даже и не думал ничего отправлять. Ему в который раз было тяжело даже думать. Ведь перед ним стояло существо, от которого дрожали поджилки, и хотелось немедленно бежать. Или просто лечь и умереть. Высокий мужчина с длинными черными волосами и с острыми хищными скулами сидел в кресле в простом красном халате и таких же тапочках, а рядом ним валялась гора свежих трупов. Но какая от него исходила мощь!

— Чего прибыл?

— З-з-з-задание… — едва вымолвил парень и рухнул на колени.

— Это хорошо что задание, — усмехнулся вампир и щелкнул пальцами. — А еще хорошо, что ты знаешь свое место и стоишь на коленях.

К парню подошел вампир, что сопровождал его и силой вырвал из его сведенных судорогой руки письмо, в котором говорилось, что нужно будет сделать. Он почтительно передал его своему господину.

Патриарх быстро прочитал письмо и на его лице появилась улыбка.

— Митрих, птенец мой! Ты видел это? Конечно, не видел… Но тебе и не положено, — стал он смеяться. — Зато я тебе расскажу. Нам предложили две тысячи людей за одно плевое дело. Представляешь себе?

У Митриха пошла из рта кровавая слюна от таких фантастических мыслей.

А вот человек после этих слов ужаснулся. Две тысячи людей… Две… тысячи подданных… Зачем это нужно?

— Хм… Российская Империя? Вырезать всех в одном только имении? Пфффф… Почему нас стали посылать на такие легкие дела? Нанести как можно больше урона? А если схватим одного человеческого детеныша живым, то… СКОЛЬКО⁈ — не выдержали у Патриарха нервы. — Пятьдесят тысяч человек? Ух ты, человек… Говори, что мы согласны! Сегодня же прибудем в место сбора и срочно вылетаем!

Дай Пять лишь слабо кивнул, но практически их не слушал. Пятьдесят тысяч… Неужели Дракону настолько наплевать на своих людей? Сегодня его мир треснул, и он осознал, что этой стране не помешает смена власти. Или огненный дождь, падающий с небес, дабы очистить их грехи.

— Представляешь… Этот провинившийся человек по фамилии Галактионов сейчас, наверное, с семьей спокойно проводит время, и даже не знает, что за ним идет сама смерть, — говорил довольный Патриарх своему птенцу. — Контракт на сто тысяч… Представляешь? Пятьдесят тысяч за живого младенца, и по двадцать пять за каждую из жен… Хм… Если за них столько платят, может мне одну оставить себе? — задумался Патриарх, упиваясь своей силой.

— Ха-ха-ха-ха!!! — в комнате раздался смех человека, и был он… одновременно радостным и безумным. — Я передам… Передам… Я свидетель того, что вы приняли договор!

Не зная, откуда у него взялись силы, но в один момент он поднялся на ноги и отряхнулся, а затем нетрезвой походкой побрёл к выходу. Всю дорогу с его губ не сходила улыбка. У вампиров не было телевизора… Вампиры не читали газет… Вампиры не общались с людьми…

Галактионов… Туда им и дорога!!!

А через два дня он узнал, что его переводят в другой отдел. Всё гнездо вампиров было уничтожено под корень. Не выжил, вообще, никто. Даже Патриарх, который всегда и всем повторял, что он вечный! И что при нём зажигались звезды и умирали планеты. Врал, наверное… Оказался обычным второсортный мусором, который болтал больше, чем умел на самом деле.

Когда Дай Пять пришел домой в день нового назначения, то сразу открыл бутылку сорокалетнего саке… и выпил всю, раз за разом наполняя стакан за здоровье Галактионова, который сделал то, чего он не мог. Избавил этот Мир от вампирской заразы…

Глава 7

Окрестности усадьбы Рода Галактионовых

— Хороший вампир — мертвый вампир! — улыбнулся Макс Самохвалов, присаживаясь над телом вампира и вырывая у него клыки изо рта плоскогубцами.

— Ну, по-факту, они и до этого были уже мертвы, — пожал плечами Волгомир, прислонившись к дереву. Тем не менее, его ладони лежали на рукояти огромного фламберга, а глаза цепко сканировали окружающую обстановку. — Правильно говорить, не убил вампира, а «упокоил». Как впрочем, любую нежить.

— Этот последний! — из кустов неслышной легкой походкой вышел Один, который служил сегодня глазами и ушами начинающих Паладинов.

Ратник был послан Александром для усиления, а Один для подстраховки, но весь удар должна была принять на себя именно четверка будущих Паладинов. И они его приняли. На своих условиях, в нужном месте и в нужное время.

Когда Александр срочно поднял бойцов посреди ночи, то Волгомир, поначалу, немного озаботился. Целая колония вампиров? И да, дело было не в количестве. Фактически, угрозу в таких случаях представлял сам Патриарх клана, а ещё — несколько самых старых, а следовательно, сильных вампиров — так называемых Альф.

Поэтому, когда Александр сказал, что к имению двигается три с лишним сотни вампиров, из которых только семь Альф, Ратник немного расслабился. Да, любой вампир, даже молодой, сильно превосходит силой и яростью любого простолюдина, вот только в гвардии Галактионова таких было по пальцам пересчитать, причем, все, как один, были либо снайперами, либо мехводами, то есть в близком противостоянии с врагом они не участвовали.

А когда в комнату, один за другим, вошли четверо будущих Паладинов, лицо Волгомира осветила понимающая улыбка. А вот у присутствующего там же Волка понимания не прибавилось. Он топил за удар всеми силами, дабы у противников не осталось ни единого шанса. Вот только Волк не видел того, что видел Волгомир. Да, ребята только недавно стали на путь святых воинов. Да, у них не было длительной подготовки, что проходили все члены Ордена… Ну, в то время, когда он ещё существовал. Но, у этих ребят был Сандр, который точно знает, что хочет.

Александр и лично, и руками Волгомира, нещадно гонял эту четверку, выжимая их досуха. И это давало свои результаты. Их Колодец Душ пополнился еще одной интересной Душой. Ратник сводил их, по указке Александра, в черный Разлом, где они неплохо поохотились на Кристальных Големов. Души этих тварей использовались всеми Ратниками без исключений, как физиками, так и энергетиками. Големы имели сумасшедшую сопротивляемость разным видам магии, и передавали часть этих свойств своим новым носителям.

Теперь ребята могли, как сопротивляться ментальным внушениям, так и физическим воздействиям. В первую очередь, Магии Тьмы, что вкупе с их повышенной живучестью и регенерацией давало им большое преимущество в бою. И да, новую руку отрастить они уже могут. Молодой Костриков потерял кисть как раз в том Разломе. Выросла за три дня, как новая. Но да, было очень больно!

Так вот, именно эта четвёрка бойцов под общим руководством Волгомира и при поддержке Одина выступили навстречу трём сотням вампиров, что сейчас бесплотными тенями неслись сквозь лес, в направлении усадьбы. Александр посетовал, что не успевает вызвать Андросова, чтобы тот попрактиковался. Ну, и ещё попросил повыдергивать клыки перед тем, как сжечь трупы — ценные трофеи, от которых Крендель будет в восторге.

Когда стадо мертвых злобных тварей вывалилось на широкую просеку, что отделяла основную массу леса от владений Галактионова, то их уже ждали. Вампиры остановились, точнее, их остановил Патриарх, который что-то почуял.

Пять бойцов разного возраста, с разными навыками и снаряжением, но объединяло их одно. Они были готовы к бою, и не собирались пропускать тварей дальше. Высокий воин в странной броне, как с учебника по истории Древнего Рима. Трое мужчин средних лет в экипировке спецподразделений. И молодой юноша, возможно даже мальчик, что стоял за спинами старших товарищей, но тоже был готов к бою.

Ментальная атака Патриарха должна была сломить волю к сопротивлению странных бойцов, а посланные в атаку молодые птенцы собирались растерзать наглецов. Вот только что-то пошло не так. Вместо того, чтобы сломанными безвольными куклами осесть на землю и дождаться, что их выпьют молодые птенцы, мужчины разошлись в стороны, пропуская худого юнца вперед. Парень протянул свои руки и испустил яркое сияние, которое, как приливная волна, расширяясь, ринулась вперед. Визг умирающих в священном пламени птенцов больно ударил по ушам Патриарха, и ему захотелось зажать уши. Каждый член его клана, умирая, доставлял Патриарху нестерпимую печаль.

Еще один мысленный приказ, и четыре Альфы, уйдя в Тень, рванули к противнику, чтобы выскочить у них за спиной и порвать дерзких людишек на части. Вот только… Снова случилось то, чего не могло случиться. Каждый из Альф был опытным охотником на людей, оттачивающий свои навыки не одну сотню лет. И главных их навыком была именно скрытность. Жертва просто не могла заметить смерть, что подбиралась к ним через Тень.

Но эти люди смогли увидеть невидимое. Из четверки Альф к людям смог добраться живым только один. Трое других погибли разной, но однозначно кончательной смертью. Огонь, камень и ментальный удар оборвал их многовековое существование. Причем, противники сделали это так легко и непринужденно, как будто против них были годовалые птенцы!

Четвертая Альфа возникла за спиной юнца, решив уничтожить его первым. Вот только его ждали. Один из мужчин в броне спецназа просто схватил Альфу за шею… голой рукой, и крепкий череп вампира, который мог выдержать удар зачарованного клинка просто лопнул, когда рука врага окуталась ослепительно-белым сиянием.

Впервые за свою долгую жизнь Патриарх почувствовал липкие щупальца страха, когда попытался просканировать Души стоящих перед ним бойцов. Он подумал, что был слишком беспечен последнее время. Легкая сытая жизнь под покровительством сильного, но глупого человека, притупила инстинкт убийцы старого вампира.

Четверо Паладинов… Лучшие борцы с нежитью во всей Многомерной Вселенной. Это конец. Паладин в одиночку мог зачистить вампирский клан, более сильный, чем его нынешний. А тут их аж четыре! Но… этого не может быть! Орден ведь весь погиб, сражаясь с Неназываемым! Патриарх это точно знал! Кто же это тогда⁈

Но сейчас не время гадать. Сейчас нужно спасаться самому, птенцов он позже наберет, сколько угодно. Правда, жалко старых Альф, но и это некритично. Если жив Патриарх, то у клана есть будущее. Ментальный приказ, и все его птенцы бросаются в самоубийственную атаку! А сам Патриарх уходит в Тень так глубоко, как только может. Он сорвался с места, дабы убраться подальше от этого места и никогда больше сюда не возвращаться.

— Далеко собрался, упырь? — раздался веселый голос, слегка искаженный Теневым Планом, но явно человеческий. Кто из людей мог забраться так глубоко⁈

Патриарх обернулся и увидел, что воин, чей силуэт был подернут дымкой, разрывая пелену сумеречного тумана, размашистым шагом направляется к нему. А глаза его горят нестерпимо ярким голубым светом.

Патриарх потянулся к его Душе… Охотник… Да как так-то? Если от Паладинов еще можно убежать, то от Охотника никогда! Помимо воли на лице Патриарха возникла растерянная улыбка. Не надо было им покидать тот уютный Разлом и соблазняться щедрым посулам китайского Императора. Но кто же знал, что этот приветливый Мир подложит им такую подлянку. Кажется, пришла пора платить по счетам…

* * *

Утро было добрым. Вчера мои ребята славно повоевали, а я за ними немного присмотрел. Самое сложное было сделать всё так, чтобы они не поняли, что я за ними присматриваю, всё-таки чуйка у Волгомира была мощной. Про то, что я рядом — знал только Один, но этот невозмутимый мохнатый самурай меня точно не сдаст.

Зачем я это сделал? Да по одной простой причине. Они должны были рассчитывать только на свои силы. Бросить ребенка в океан и посмотреть, выплывет он или нет — было любимым развлечением наших Старейшин. Ну, фигурально, конечно же. Честно говоря, мы, молодые ученики, считали, что все наши наставники — кровожадные маньяки, которые хотят нашей смерти.

Нам было непонятно, как таким ценным кадрам, как мы, Душеловы, позволяют так бездарно погибать на простых тренировках. Хотя, я начал что-то подозревать, когда случайно увидел Гранд-Мастера Вульфа на одной из наших миссий. Увидел совершенно случайно, когда мы зачищали пещеры Кадии от стаи волколаков. Вульф меня не видел, он был занят разделкой туши, снимая шикарную белую шкуру со старого волколака, которого, по всем сведениям, тут быть не должно. Уже тогда я подумал, что это странно. Ведь эта мощная зверюга растерзала бы нас всех, молодых парнишек, которые вошли в сумрачные пещеры.

Потом уже я сам отбывал подобные «повинности». Обычно после очередного косяка, заработав часы «полезных работ» на благо Ордена. Охотники тряслись над каждым Душеловом. Они точно знали их ценность и всегда присматривали за ними. Но вот у учеников была полная уверенность в том, что они действовали самостоятельно. И знаете что? Это помогало… гхм… не расслабляться.

А страшные истории про погибших учеников оказывались инсценированным похищением. Старшие братья не скупились на «спецэффекты», оставляя на месте «гибели» море крови и кишок. На самом деле, все эти ученики были живы и здоровы, но отправлялись прямиком в ученики к Старейшинам, дабы до конца жизни грызть гранит науки, вести историю Ордена, и сильно не любить «полевых» братьев. Душеловов было реально мало. Чтобы преподаватели махнули рукой на потенциального Охотника, ученик должен был сильно косячить. Не раз и не два. А с другой стороны? Кто-то же должен за историю исследования отвечать? Вот так-то…

Парни справились на отлично. Ну, а Патриарха я с превеликим удовольствием грохнул лично. Не место таким тварям среди живых.

Вся усадьба ещё находилась в повышенной боевой готовности. Ну, а мне нужно было потихоньку решать текущие дела. Архип бомбил меня гневными СМС-ками уже третий день подряд, требуя проявить уважение к старому Истребителю и заехать в иркутский Центр.

Поэтому после завтрака я сел в «Буревестник» и двинул в Иркутск, в гости к Архипу.

Тот принял меня с распростертыми объятиями, усадил за стол, окружил целой кучей корзинок со всякой ароматной выпечкой. Затем лично притарабанил огромный сверкающий самовар и налил мне чаю. Все ясно, ему явно что-то нужно.

Так и было. Сидя и попивая ароматный напиток и закидываясь печеньем, я внимательно слушал начальника Центра.

У него реально была полная и окончательная ЖОПА. Ну, пока что у него, но все грозит превратиться в «жопу» для всего населения области. После диверсии в Арктике и гибели многих сильных Истребителей нужно было затыкать «дыры», из-за чего половина дежурных групп Центра отправились в арктический Форпост'.

На данный момент в Центр были вызваны все пенсионеры-истребители, кто еще мог держать меч в руках или были в состоянии пульнуть технику хотя бы примерно в сторону твари, а не в товарища. Молодых Истребителей подготавливали по сокращенной программе и тут же бросали в бой. Да, Архип старался минимизировать риски, но получалось плохо.

Ученые же говорили, что по всем признакам скоро наступит очередной этап расширения Эпицентров. И встретить новые вызовы будет буквально некому.

— Саша, меня Хрулев дрючит, как сопливого курсанта! — Архип лихо замахнул уже третью стопку крепкой травяной настойки и даже не поморщился, хотя это был практически чистый спирт. Зная умеренность и здравомыслие этого богатыря, было понятно, что сейчас он находится в сильном стрессе. — Безопасность людей под угрозой! Мы еле успеваем закрывать «созревшие» Разломы, дабы не допускать выбросы тварей, а о превентивной работе речи уже не идет! Пока помогают аристократы, ну, и «вольники» также стараются… Хотя, последние скоро оставят меня без штанов, так подняли свои расценки!

— Что такое деньги по сравнению с жизнями людей? — покачал головой я. — В Империи с финансами вроде всё нормально.

— Это пока, — насупился Архип. — Бюджет режут. Хрулев извивается, как уж на сковородке, защищая каждую копейку, но… Да фиг с ними, с деньгами! Реально, некоторые Разломы никто не хочет закрывать ни за какие деньги.

— И что это за Разломы? — поинтересовался я. Ну вот, наконец-то, мы подошли к делу.

— Чёртовы «матрешки», — насупился Архип и задумчиво посмотрел на бутылку, видимо размышляя, выпить ему еще или нет. Но, все-таки решительно отставил ее в сторону и вместо настойки налил себе чаю.

Я поморщился. Ах да, «матрешки». Многоуровневые Разломы, названные так потому, что там реально, как в матрешках, один Разлом спрятан в другой. Редкие и очень неприятные аномальные места. Не сказать, что часто, но в Разломах периодически встречались Разломы. Один-два особых проблем не доставляли. Причем, закрыв «основной» Разлом, связь осколка Мира с нашим Миром разрывалась и всё.

В «матрешках» все было по другому. Не было кристалла у «основного» Разлома. Наоборот, были кристаллы во внутренних Разломах. Причем, «цепочка» Разломов могла достигать до десяти «вложенных» штук. При этом, где искать кристалл, было непонятно. Учитывая, что населяли их разные твари, периодически пересекаясь друг с другом, это было чертовски неприятно!

Ведь обычно группы Истребителей формировались под конкретные Разломы и под конкретных монстров. В «матрешку» же нужно было либо идти группой Абсолютов, либо сформировать небольшую армию из Истов послабее.

— А где сейчас Алексеев? — поинтересовался я, как можно более нейтрально.

— Не могу сказать, — насупился Архип.

— А ведь он мне даже спасибо не сказал, — улыбнулся я. — А у меня, между прочим, была целая куча вопросов к нему. Уйти по-английски… гхм… было невежливо.

Пока я воевал в Арктике, недолеченного Алексеева забрал лично Архип, после чего Абсолют пропал из информационного пространства Империи, что для него было необычно. Так-то раз в неделю-две о подвигах Алексеева, вместе с фотографиями очередного убитого им монстра, обязательно сообщали «Имперские Новости».

— Саш, прости, но это не моя тайна. Спроси у Хрулева, если хочешь, — немного смутился Архип.

— Да-да! Так он мне и рассказал, — вздохнул я. — Этот старый хрен — тот ещё партизан.

— Фу, как неуважительно! — тем не менее хмыкнул Архип.

— Ладно, — кивнул я. — Сколько «матрешек»?

— Шесть, — вздохнул Архип.

— Хренасе! — удивился я. — Если мне не изменяет память — всего две, в принципе, в Иркутском Эпицентре существуют! Откуда еще четыре!

— Это ещё одна плохая новость, — вздохнул Архип. — Разломы «мутируют», Саш.

Он развернул монитор так, чтобы был виден экран и защелкал мышкой.

— Вот… Вот… Вот и вот! — появились четыре новые отметки. — Дежурники еле ноги оттуда унесли. А две группы так и не вернулись, — лицо Архипа посмурнело. — Хорошие были ребята и бойцы. Вот отчеты. Всё, что я на сегодняшний момент знаю. Подозреваю, что сведения сильно неполные.

Он снова защелкал мышкой, и мой планшет пиликнул, оповещая о новых письмах в почтовом ящике.

— Возьмешься? — вздохнул он, заглядывая мне в глаза. — Больше некому. А приказать Абсолюту я не могу, сам понимаешь.

— Возьмусь, — просто кивнул я.

А к чему все эти «танцы с бубном». Я могу закрыть «матрешки». Я это знаю, и Архип это знает. А еще мы оба знаем, что я попрошу за свои услуги неприлично большую сумму денег. И не только денег. И мне всё это выдадут. Потому что таковы правила игры.

— Как быстро надо это сделать? — уточнил я, уже предполагая ответ.

— Вчера, — вздохнул Архип. — Этот и этот вот-вот должны прорваться. Время идет уже на часы…

— Ну, тогда хватит сиськи мять, — встал я на ноги и потянулся. — Хоть какое-то развлечение!

Архип на меня странно посмотрел, а я не стал уточнять. Ведь я действительно соскучился по Разломам и разломным тварям. Устал воевать с тупыми людьми, которые сами не знают, что творят. Тупыми — в том плане, что они никак не поймут, что сила человечества — в единстве.

Я попытаюсь это исправить, выпилив самых рьяных идиотов, но позже. А пока… Да начнется Охота!

Крепость рода Годарт

г. Кенигсберг

Последние события в жизни Генри слегка пошатнули его спокойную жизнь, заставив задуматься о многих вещах. Привычные вещи и устои ломались в его голове и больше не складывались в ту единую картину.

Во первых, он очень не любил беспорядок. А Ларик был тем, кто несет этот самый беспорядок. Его не назвать неряшливым, нет, скорее мечтательным. Он легко мог оставить свою вещь где-то в гостиной, и только позже вернуться за ней.

Вначале слуги с ужасом на лице докладывали, ожидая дальнейших распоряжений, но их не поступало. Сам не зная, до конца почему, но Ларику Генри прощал многое, и это его озадачило. Эти добрые глаза парня, которыми он смотрел на мир… Они подкупали Генри.

«Может, я постарел?» — задумался Генри. — «Или потерял хватку и стал мягче? Нет… Всё не то! И как бы больно не было это признавать, но ответ я знаю давно… Просто не хочу его признавать…»

Годарт устал… Смертельно устал и расклеился. Хотя, с виду этого и не сказать, но на процентов десять он точно потерял свою хватку. Для других слабохарактерных людей и то, что осталось, казалось неимоверным, но не для него.

Всю свою жизнь он положил на «алтарь Рода». Всю жизнь работал только для него и добывал славу и уважение, где только можно. В наследство он получил едва живой, но ранее могущественный и древний Род, которому жить оставалось не так уж и много. Со своей задачей он справился, и теперь о Годартах знают, если не все, то очень многие.

Правда, в один момент он понял, что это всё пустое. Ведь он не бессмертный, и рано или поздно его жизнь закончится. Вот тогда и наступила пора задуматься о наследниках. Увы… Но с этим как раз и возникли основные трудности. Несколько неудачных попыток завести нормальную семью, но затем он плюнул на это дело, понимая, что нет у него столько свободного времени и терпения, а в мире есть отличная практика под названием — договорные браки.

Тогда он и воспользовался этим первый раз. Галактионова… Это была величайшая его победа. Добыть такую красивую женщину с древней и сильной кровью. Он полагал, что его наследник сможет не только удержать Род на плаву после его смерти, но чуть ли не саму Римскую Империю возглавить и сделать уже её великой. Снова…

Он тогда еще не понимал, в какое болото залез. Мечты о нормальной семье, в которой они будут растить своих наследников сразу разбились о жестокую реальность и буйный характер его новой жены. Он старался… Честно старался, но не был глупцом и понимал, что их договор интересен был только ему. Она же, в свою очередь, хотела его безграничной власти и силы, чтобы его же руками провернуть все свои дела. Безумная и неподконтрольная, вот как он мог бы её назвать.

Жена, как и обещала, родила ему наследника, но после этого сразу стала меняться. Он закрывал глаза на пропадающие средства из родовых счетов. Не обращал внимания на то, как она обращается со слугами и оплачивал им больничные, когда все выходило из-под контроля. Все пошло по одному месту, когда узнали, какой Дар у его наследника. Тогда его жена поняла — что-то пошло не так. И это не тот сильный наследник, которого ему обещала.

Много вещей эта дрянь ещё пыталась провернуть, но в этот раз Годарт уже все заранее просчитывал и страховался. Хотя и верил, что ребенок сможет угомонить ее характер и заставит поменяться. Наверное, в глубине души он её даже любил… Не тот человек Годарт, который бы взял девушку без взаимной симпатии. Тогда был не тем…

А однажды узнал, что жена решила сбежать. Это было ожидаемо, хоть и неприятно. Неожиданным было то, что эта змея решила убить своего сына. Так сказать, ничего не оставить Годарту. Он не мог поверить, как мать могла так поступить. Но благо он узнал раньше, и в день побега помешал её планам.

Конечно же, она была сильна… И половины своей силы не показывала при первой встрече, но куда ей до Генри, гения своего времени?

После этого он осознал, что все его старания могут пойти прахом. Алекс, хоть и был смышленым ребенком, но силы не имел. Такому Род не доверить… Как только он возьмется за бразды правления, то сразу его жизнь будет окончена. А ещё Годарт понял, что детей нужно делать с запасом.

Наделал на свою голову… Змеиное кодло, которое только и ждет, когда он умрет. А сколько раз в еде он находил разные яды? И все в один голос кричали, что это повар… Убей повара, говорили они. Такое отношение могло бы заставить любого человека надломиться, вот и он слегка устал… Заполучив власть и силу, он не смог создать любящую и верную семью. Или хотя бы иметь рядом одного человека, который был рад видеть его. Не имел… до этих дней.

Ларик… Не знает Годарт, где Алекс его нашел, но даже он не может понять, что творится в этой голове. Когда Годарт сказал, что поедет на опасные переговоры, так Ларик первый вызвался съездить с ним. Не помогли слова, что там могут и убить. Он лишь сказал " Не переживай деда… я убью их сам'. Такие холодные и безэмоциональные слова, но при этом — немного наивное и бескорыстное желание помочь. Хотя, чуть ранее он рыдал, когда нашел в лесу усадьбы разоренное птичье гнездо.

Но что Генри нравилось, так это честность парня. Он не умел врать, и всё, что у него было в голове, то и говорил. Как же, оказывается, Генри устал от лизоблюдов, которые пытаются примазаться любыми способами! А тут сразу «ты похож на шута в этом галстуке». Сказаны эти слова были без страха или желания обидеть, лишь чистая правда, основанная на собственном мнении. И галстук, ценой в хороший автомобиль, летит в помойку.

— Господин, с вами все хорошо? — от мыслей Генри отвлек его личный помощник, который все это время не отходил от его стола.

— Не беспокойся за меня… Задумался просто, — ответил Генри еще одному своему другу.

Фридрих… Простой помощник, который наливает ему чай и подает бумаги. Пожилой Фридрих, который вечно ходит в идеально белых перчатках и всегда уважителен с любым гостем. Фридрих, который наизусть знает, где какая вилка лежит в этом доме. Его глупая семья за все года так и не смогла понять, что этот старик, которого они просят давно уволить, потому что он старый, не тот, кем является.

Фридрих Фон Вульф… Легендарный убийца на службе у престола… Внеранговый убийца… и хороший друг Генри.

— У меня для вас новость… — спокойно и безэмоционально сказал Фридрих.

— Позже, — не хотел отвлекаться от своих мыслей Генри.

Но Фридрих не простой помощник, а самый близкий и доверенный, который, в случае гибели Генри, может взять управление Родом в свои руки до того момента, пока не решит, что наследник справится с возложенными на него обязанностями.

— Вам стоит услышать ее сейчас, — все же настоял Фридрих на своем.

И Годарт поднял на него свои глаза.

— Доверюсь тебе… и отвлекусь, — кивнул князь, давая добро.

— У вашего сына родился законный сын… Вы стали дедом во второй раз… Примите мои поздравления. А еще соболезнования… За ребенком начинается охота!

Если бы кто-то сейчас прошел мимо кабинета Генри Годарта, то упал бы замертво, настолько сильная аура оттуда вырвалась. Пожалуй, даже хорошо, что в этом крыле никто просто так не бродит.

Глава 8

Удивительное дело, но я действительно испытывал сейчас исключительно положительные чувства. Всё-таки хождение по Разломам напоминало мне мою прошлую жизнь в те моменты, когда есть я, а есть твари. Я охочусь на них, помогаю людям, а ещё получаю за это деньги. И неплохие деньги. Так получилось, что в этом мире деньги для меня были важнее, чем в прошлом.

Ведь в прошлой жизни я был весьма состоятельным человеком, который решительно не знал, куда потратить имеющийся капитал. Здесь же основной проблемой было найти деньги, а не куда их потратить. Точнее, расходов всегда больше, чем имеющаяся у меня наличность.

Из частей «матрёшек», которые мне скинул Архип, подсвечивали на карте Истребителей мигающим ярким красным цветом два так называемых «перезревших» Разлома, каждый из которых мог в любой момент выбросить наружу тварей.

Один из Разломов находился внутри Эпицентра, второй на его окраине, и до населённого пункта было всего несколько километров. Вот с него, пожалуй, и начнём! При общем недостатке Истребителей в распоряжение Архипа были выданы полицейские структуры и военные подразделения, дабы хоть как-то сдерживать тварей на случай прорыва.

Мой «Буревестник», уже украшенный гербом Рода, знали не только в Иркутской области. Поэтому через наспех построенный КПП меня пропустили, даже не останавливая, лишь отсалютовав вслед. Я видел, как разворачиваются войска, а расположенные здесь бойцы шустро перезаряжают оружие с антимагическими боеприпасами.

Первый уровень этой «матрёшки» был известен. Точнее, были известны твари, которые находились на первом уровне. Это была одна из разновидностей разломных волков — здоровенные мохнатые и зубастые твари, которых, в принципе, можно остановить обычным оружием, если встретить массированным залпом. Ну, имперцы нагнали много народу, оборудовали пулеметные точки, и расставили бойцов с РПГ на позициях. А антимагическая граната с ручного гранатомета — это, я вам скажу, внушительно. Жаль, что огнестрельное оружие не работает внутри Разломов — все было бы гораздо проще.

Опасность представляли не столько эти волки, а вся та шушера, которая полезет за ними из внутренних Разломов. Вот кто находился там — мне было неизвестно.

Одна из дежурных групп Центра Истребителей Монстров пропала именно здесь. Правда, обученных Истребителей вряд ли волки могли завалить. Значит, это были какие-то другие. А что за твари скрывались внутри? Вот это мне сейчас и предстояло выяснить.

Раздумывая, что всё окружающее мне напоминает, вспомнил, что похожее я видел около Муравейника. Но там были долговременные точки внешней защиты. Здесь же всё делалось наспех.

Именно эта «матрёшка» раньше была одноуровневым Разломом третьего оранжевого ранга, который не торопились закрывать. А зря. Таким образом, допустили его превращение вот в этот гибрид, который таил сейчас огромную опасность для мирного населения.

Под раздражённое бурчание Москаленко я выхожу из машины и направляюсь к Разлому. Кажется, брюзжание и гиперопека Волка — это заразно. Диму уже за глаза называли «Волчонком» или «Мини-Волком». Сам он гордился этим званием. Вот только ребята придумали это не с целью его похвалить. Москаленко стал таким же нудным и требовательным, как Волк. С другой стороны, все остальные целее будут.

Я занырнул в Разлом сразу, без подготовки. Самонадеянно? Ну, вообще-то, нет. Я знал, что делал. Тут же Шнырька отправился на разведку, а я врубился в толпу волков, которые уже группировались около входа, собираясь наружу. Позволил себе небольшую слабость, а именно оторваться в простом и увлекательном ближнем бою.

Первое, что я сделал — это идентифицировал их вожака. Раскидав стоящих около него тварей, я прибил старого волка, чем внёс определённую сумятицу в ряды его подопечных. Ну, а потом развлекался тем, что призвал души уже погибших волчар и натравил их на своих же собратьев. Безотказная тактика. Пока враги разбирались, что их бывшие товарищи сейчас работают против них, призванные существа успевали хорошенько проредить ряды противника.

Фактически я уже наблюдал за окончанием драки, краем глаза уделив основное внимание Шнырьке, который бегал по округе. Пока он нашел ещё четыре стаи волков, которые двигались к месту сбора, — но не заметил ни одного Разлома.

Дабы не отвлекаться, я вызвал четыре группы тварей посильнее и отправил их сражаться с подходящими волками. Делал я это по принципу — «выстрелил и забыл», примерно прикинув, что к чему, и понимая, что если мои группы не справятся с волками, то от тех останутся сущие пустяки.

А вот и первый Разлом, что обнаружил Шнырька. Причём, он был не один. На пятачке, в несколько квадратных метров, стояло три Разлома — два таких же оранжевых и один чёрный, перворанговый. Нормальный такой «скачок» сложности! Шнырька успел мне показать трупы двух Истребителей Монстров, которые лежали около Разлома. Стало понятно, что погубили их твари именно отсюда. Но насколько я знаю, в группе должно было быть семь человек, я же видел только двоих.

В то время, пока я думал, чёрная плёнка Разлома всколыхнулась и наружу вышла здоровенная прямоходящая ящерица. И вышла с определённой целью — она схватила за ногу одно из тел погибших Истребителей и потащила в сторону Разлома, как ни в чём не бывало. Но нет, этого я позволить ему не мог, потому на пути зеленокожей твари возник пещерный мишка. А сам я уже со всех ног припустил в ту сторону, призывая одного за другим ещё двух мишуток. Да, я знал, что даже трёх медведей на одну ящерицу, которая выглядела худой и малоопасной, не хватит. Знал я этих полуразумных рептилий, и хорошо представлял, на что они способны.

Увидев медведя, рептилия отбросила труп, её когти напитались красноватой аурой, и она легко оторвала голову моей тварюшке, который бросился на неё спереди. Двое других призванных медведей вцепились в неё сзади, и всё они покатились клубком по полу. В тот момент, когда она прибила двух моих оставшихся мохнатых помощников и встала на ноги, подоспел уже и я.

Лирдаги — полуразумная раса рептилий, что владели Даром, сопоставимым с Даром наших физиков. Они могли усилить тело, как вешая доспех, так и укрепляя конечности. Их острые когти рвали чужую плоть, не хуже зачарованного оружия. Вот только я уже нынешний сильно превосходил их, как в мастерстве, так и в силе. Первым взмахом Аквилы я отрубил тянущуюся ко мне зелёную верхнюю конечность. Вторым ударом — отделил голову от шеи. Затем остановился перед тремя Разломами. Какая вероятность, что кристалл есть в одном из оранжевых и в чёрный мне заходить не надо? Интуиция подсказывала, что минимальный. Пока я думал, что к чему, из одного оранжевого вывалился здоровенный живой клубок, причем, я не сразу понял, что это такое.

Когда он распался на части, я увидел, что это куча змеюк неизвестной мне разновидности. Единственное, что знаю — эти змеи не любят огонь. Твари были оранжевого ранга, поэтому моих скромных огненных техник вполне хватило, чтобы поджарить их. Вокруг вкусно запахло жареной курицей.

Я ещё раз оглянулся на чёрный Разлом и одновременно послал Шнырьку в этот оранжевый. Ну, и немножко офигел — с той стороны этих змеиных клубков было ещё целая куча. То есть, если я прямо сейчас пойду в чёрный, то из оранжевого змеи могут вылезти и вырваться наружу. А расстреливать каждую из этих змеек из стрелкового оружия бойцам снаружи будет очень несподручно. А вот искусать их за ноги эти маленькие стремительные твари смогут с удовольствием, так что придётся решать эту проблему превентивно.

Я шагнул вперёд, внутрь оранжевого Разлома, и призвал несколько огненных саламандр, с тоской понимая, что этих полезных тварей у меня становится всё меньше и меньше, и надо бы их где-то найти, чтобы пополнить запас. Вокруг начали вспыхивать цветки взрывов, пока саламандры распространяли свою ауру, поджигая всё на своём пути.

Ну, раз уж я туда зашёл, то Шнырька быстро пробежался по округе. Кристалла заметно не было, все твари около входа были уничтожены. В течение нескольких минут я вынырнул обратно, на первый уровень, задумчиво взглянув на второй оранжевый Разлом.

— Ш-ш-шука, ш-ш-шабака! — выразился Шнырька, который очень не любил без меня заходить в Разломы — на это требовалось много энергии. Но, тем не менее, он туда занырнул.

Живые Камни. Интересно… Давно не видел этих ребят. В отношении этого вида наши Старейшины так и не смогли прийти к общему выводу — разумные они или нет. Выглядели они реально, как большие камни, которые столетиями лежали на одном и том же месте, но потом внезапно начинали мигрировать, используя что-то вроде натуральной антигравитации.

В контакт с ними выйти не получилось. В качестве оружия они использовали электрические заряды, по факту, являясь живыми аккумуляторами. Самое интересное — враждебности они не проявляли, только раз в несколько десятков лет в процессе миграции они выносили всё, что могли, и что попадалось у них на пути. То есть, если на их пути была пустыня или безлюдная местность, то мы просто игнорировали. Если же был какой-то человеческий город, то тогда приходилось вмешиваться.

Сейчас у них, похоже, до миграции было ещё далеко. Я вообще не видел никакого движения внутри, то есть, про этот Разлом можно забыть, Кодекс с ним.

Шнырька выскочил обратно, и мы залезли в чёрный Разлом. Первое, что мне бросилось в глаза, это обглоданные кости, человеческие кости. Ага, эти твари, значит, просто сожрали остальных ребят. Что ж, не люблю я это дело, но похоже, чтобы достать кольца, придётся поковыряться у этих тварей в желудке.

Вот в этом Разломе я оторвался по полной, круша врагов налево и направо, как с помощью своей физической силы и умений, так и с помощью призванных тварей. Кристалл, ожидаемо, оказался тоже здесь. Я немного задержался, отыскав все кольца погибших Истребителей. Причём, три из пяти колец действительно оказались в желудках у этих тварей. Ну, а в конце концов, разбив кристалл и впитав море энергии, я захватил то оружие, которое было целым, и вывалился с ним наружу.

Я хотел сперва снять кольца с тел павших «дежурников», но потом передумал и решил вынести их тела, ведь до выхода было не очень далеко. Волки сейчас почти полностью перебиты, а их остатки разбежались. Этот Разлом уже точно не опасен.

Лирдагов в живых не осталось ни одного. Несколько дурноватых волков бегало, чтобы спрятаться под скалами. Змеи пока не высовываются. Ну, а камни, походу, вообще не хотят отсюда вылезать. Так что первый Разлом был зачищен.

Я вышел наружу и аккуратно положил мёртвых ребят на землю. Тут же подбежали бойцы, я их передал в руки, сняв только кольца и положив в карман ко всем остальным.

Достал планшет и поставил отметку. Один из Разломов перестал мерцать, его статус поменялся на закрытый Абсолютом Галактионовым. Буквально через несколько секунд мне прилетела СМС-ка от Архипа: «Спасибо».

«Не во что», — ответил я, и запрыгнул в «Буревестник».

— Погнали ко второму!

Со второй «матрёшкой» мне повезло больше. Кристалл оказался на первом уровне. Да, такое тоже бывает. Устроив геноцид жуков, я даже не стал заглядывать в находящиеся рядом четыре других Разлома, а просто разломал кристалл, ослабив связь с другими, и вывалившись наружу.

Три часа и проблема была решена.

— Полетели к следующему! — кивнул я Москаленко после очередной СМС-ки с благодарностью от Архипа.

— Ты что, хочешь все шесть закрыть самостоятельно? — ревниво поинтересовался у меня Дима.

— Да нет, хорошего понемножку.

Я, конечно, улыбался и крепился, и на словах это вроде было легко и просто. Две сотни жуков, хоть и пятого ранга, потребовали от меня полной концентрации сил, не говоря уже о том, что мой Океан Душ «похудел» ещё на несколько десятков моих питомцев. Правда, в случае необходимости я мог бы вести подобный бой и дальше, но прямо сейчас такой необходимости не возникло. Если первые две «матрёшки» собирались прорваться, то по остальным четверым такой информации не было.

Помните, я говорил, что не люблю превозмогать? Так вот, это правда. Но разведку все же нужно провести. Я собираюсь туда еще вернуться. И собираюсь вернуться не в одиночку. А так как я ценю жизни своих людей, чем лучше я подготовлюсь, тем меньше будет неприятных сюрпризов.

Успокоив Москаленко и загрузив «Буревестник» желейками, мы поднялись над землёй, дабы ускориться.

Поздно вечером я грязный и усталый, но довольный, вернулся в усадьбу. Волк сразу доложил, что никаких происшествий за день не произошло. Аня рассказала, что с ней связались поставщики металлопроката. При этом, ласково заглядывая мне в глаза, она уточнила, где я собираюсь взять деньги, чтобы выкупать весь металл по действительно хорошей цене. Но вот его объёмы⁈

Я успокоил супругу, что этот контракт заключён с Архипом. На что она просияла и тут же побежала планировать, как потратить незаработанные мной деньги. А мне оставалось только распланировать завтрашний день.

Архип дал мне две недели на то, чтобы закрыть шесть «матрёшек». Но это слишком дофига времени, я столько себе позволить не мог. Поэтому я планировал всё сделать за два дня. Один день уже прошёл. Завтра надо будет закрыть еще четыре «матрёшки». Легкотня!

За вечерним чаем я обрадовал своих жён.

— Аня, кажется, ты просила меня побыстрее привести тебя в форму? Так вот, я считаю, что хватит уже громить спортзал. Завтра пойдём в Разломы. Ну, и без тебя, Катюха, конечно же, я тоже не справлюсь.

Девочки переглянулись и весело засмеялись. Выглядело это со стороны так, как будто я пообещал сводить их на шопинг.

Суровые всё-таки жёны у барона Галактионова! И это ещё Антоха не подрос…

Империя Дракона

Запретная зона

Крепость «Смелость»

Арина Галактионова была не в духе. У нее, в последнее время плохое настроение стало практически нормой, от этого страдали все окружающие. Сильно страдали, а некоторые и умирали.

А еще это раздражало двух сильных Одаренных, что выбрали путь предательства своей родины, при этом всячески пытаясь оправдать свой поступок. В первую очередь — в своих глазах.

Сегодня Распутина не было рядом. Потерпев неудачу с МММ и потеряв остатки преданных людей Меньшиковых, он впал в немилость у Императора-Дракона. А учитывая последние события, быть в немилости у Императора было равнозначным смертному приговору. Причем, очень болезненному.

Поэтому Распутин и Вербицкий-старший прямо сейчас скрывались в замке Распутина в горах Тибета и старались «не отсвечивать» до особых распоряжений. Дракону были нужны эти люди, так как им был знаком менталитет их прошлой Родины. И если они не будут попадаться ему на глаза, скорее всего, через некоторое время, они смогут вернуть расположение Императора. Хотя, если быть точным — то получить шанс вернуть его своими делами.

А вот Абсолют Вербицкий избежал гнева своего нового господина. Во-первых, из-за своего ранга, но в основном из-за того, что планированием операции занимались его отец и Распутин. А следовательно, и провал был полностью их.

Из-за этой неожиданной «опалы» старших граф Игорь Вербицкий ощутимо поднялся в иерархии так называемого Правительства Российской Империи в изгнании. Это также вызывало недовольство Распутина, который изначально рассчитывал на должность правителя Сибирской Провинции. Так Император-Дракон хотел назвать завоеванные территории Российской Империи в дальнейшем. Вот только, находясь за тысячи километров в горах, Распутин ничего не мог сделать. А Вербицкий мог.

— Я тебе сто раз говорила, что не хватит моей крови, чтобы открыть дверь. Не признает защита во мне кровь Галактионовых, я пробовала. Показать? — устало и раздраженно говорила Арина сейчас Вербицкому, стоя перед закрытой дверью в портальный зал.

— Не нужно, — покачал головой Абсолют-предатель и снова взглянул на часы. — Дождемся посланника Императора.

— И что он сделает? Принесет одно из старших колец Рода? Если бы оно было на территории Империи Драконов, мы бы давно уже попробовали, — криво усмехнулась Арина.

Она нервничала и злилась. Злилась от того, что ей запретили убивать китайских граждан, а последних своих слуг и рабов она уже два дня назад убила. Последней, в муках, умерла ее многолетняя служанка. Она не хотела, правда! Но Змеиный Бог постоянно требует жертв!

Сейчас ее мысли путались, а взгляд бегал по присутствующим. И от этого взгляда мощным китайским Одаренным становилось не по себе. Во взгляде этой хрупкой женщины, чьи глаза неуловимо напоминали змеиные, было видно отражение смерти… мучительной и неминуемой.

— Игорь… — Арина в очередной раз облизала пересохшие губы. — Пожалуйста… Мне это необходимо!

— Нет! — отрезал Абсолют, на всякий случай напитав свой доспех. — Здесь ты никого не убьешь.

— Ты знаешь… знаешь, что я не могу без этого… — тембр голоса женщины поменялся на шипящий. Она сейчас напоминала наркоманку, которую лишили дозы… или сумасшедшую. Смертельно опасную сумасшедшую.

Из широких рукавов ее кимоно показались змеиные головы.

— Я сказал — нет!!! — Вербицкий наотмашь влепил пощечину, и женщина отлетела в сторону. Она облизала прикушенную губу, но в её глазах снова появился разум.

— С-с-спасибо, — сказала она, глядя снизу вверх.

— Пожалуйста, — кивнул Вербицкий, протягивая руку, чтобы помочь ей подняться. — Арина, мы тебя теряем!

— Мне всего-навсего нужно кого-то убить, а ты делаешь из этого большую проблему! — возразила Арина, на что Игорь лишь покачал головой.

Их спор повторялся раз за разом. Змеиный Бог, который вошел в жизнь Арины через древний проклятый амулет, наделил ее как исключительной силой, так и одарил проклятьем. Окружающие, в том числе и Вербицкий, вообще-то, не были уверены в том, что существует какой-то Змеиный Бог, считая это своего рода помешательством. Но… на всякий случай, не произносили этого вслух. Ведь те, кто это сделал — умерли мучительной смертью, причем, доказать, что это сделала Галактионова — никто не мог.

В проходе послышался шум, и внутрь зашел посланник Императора, его голос и правая рука. Вербицкий и Галактионова почтительно склонили головы, ведь власть этого человека, если и отличалась от власти Императора-Дракона, то совсем ненамного.

— Арина Галактионова, волею Императора вам предписано открыть портальную комнату, — повелительно приказал посланник.

Арина вздохнула. Галактионов, еще после захвата первой крепости, «Верности», намекнул на существование портальной сети крепостей. И Император приказал ей открыть залу. Но дверь не хотела ее пускать. Она считала, что ее кровь недостаточно чистая. Причем, охранная система признавала в ней дочь Рода, иначе после взятия крови «левый» человек просто умирал. Но обычного родового кольца с ее кровью для открытия не хватало.

Взорвать защиту было можно. Вместе с крепостью и, соответственно, с порталом. По какой-то причине Император не хотел этого делать. Арина предполагала, что поможет одно из «старших» колец Рода, но их местонахождение было неизвестно. По крайней мере, в Империи Драконов их не было.

Но не успела она ничего сказать, как посланник открыл шкатулку и внутри, на потертом бархате, лежало оно. Старшее кольцо Рода Галактионовых.

— Откуда? — удивилась женщина.

— На все воля Дракона! — ответил посланник, не вдаваясь в подробности. — Действуй!

И Арина с замиранием в сердце попробовала. Легкий укол… Кольцо вставляется в выемку, и… массивная дверь неслышно отодвигается в сторону. В большом зале тускло мерцает окно портала.

— Наконец-то… — прошептала Арина. — Наконец-то я поем…

Она, как сомнамбула, сделала пару шагов в сторону портала, по другую сторону от которого было много человеческих Душ, что она сможет скормить своему господину. Но резкий рывок за плечо остановил ее на полпути.

— Пусти! Убью! — закричала женщина, но Вербицкий, увидев, что с шипением из-под кимоно появляются ядовитые змеи, снова приложил Галактионову, да так сильно, что она отлетела к стене, ударившись об нее. При этом сразу несколько змей попытались вцепиться в тело Абсолюта. Доспех почти выдержал, пара тварей все же пробила защиту, и Вербицкий скривился от боли.

Это сумасшедшая была очень сильна. И с каждым днем она становится все более непредсказуемой. Нет, регенерация Абсолюта справится с ядом, но проблема в том, что он единственный, кто может держать эту безумную в узде. А ему самому это надо?

— Пусти-и-и!!! — завыла Арина. Из ее глаз потекли слезы, она размазала их по лицу грязными пыльными руками, и прямо сейчас стала еще больше напоминать какую-то безумную ведьму. Впрочем, возможно, именно такой она и являлась.

— Мы туда не пойдем, — покачал головой Вербицкий.

— Почему-у-у-у⁈

— Потому что у господина есть только один шанс на внезапность. И он не собирается тратить его на варваров, — скривился посланник, уже не скрывая своего презрения к предателям.

Вербицкий заскрипел зубами, но сдержался, а через секунду он почувствовал смертельную опасность. Из прохода повеяло могильным холодом. Что бы там ни было, но оно шло сюда…

Глава 9

Ночью у меня было время подумать, как это всё лучше сделать. И я нашел выход с закрытием Разлома побыстрее и одновременно, как провести интересный и захватывающий день со своими жёнами.

Не то, чтобы над этим Разломом я страдал всю ночь, но некоторое время подумать мне пришлось. Ведь не всё так было просто.

Я прикидывал, что если действовать вместе со своими людьми, то потери все равно могут быть. Не рядовой этот Разлом, а я сразу во всех местах одновременно быть не могу. Потому пришлось исходить из собственных сил. А еще мне просто захотелось провести это время с женами, и чтобы никто нам не мешал.

В итоге… Напротив «матрешки» было выставлено моё оцепление из тварей, которые охраняли, но не показывались на глаза.

— Ух, а тут хорошо! — осмотрелась Анна по сторонам, выйдя из машины вслед за Катей.

Я попросил их дать мне некоторое время, прежде, чем покинуть «Буревестник», так сказать, проверить «на наличие проблем и неприятностей». Проблем тут было дофига и больше, но я призвал этим проблемам их собратьев, которые тоже были зубастыми и голодными по жизни.

— Сразу три «матрешки» практически рядом? — удивилась Катя

Конечно, то, что я сказал про их близость, не совсем так. Было некоторое расстояние, которое пешком было сложновато здесь пройти. Но вот с «Буревестника» их хорошо видно.

— Теперь только скажи, что я не умею удивлять, — улыбнулся я ей. — Могу поспорить, что ты такого еще не видела.

— Не видела, — задорно закивала головой Анна.

Реакция Аннушки заставила нас всех рассмеяться. Ведь она, вообще, не от Разломов была. Но говорила с такой уверенностью, словно заядлый разломщик. Хотя, при всём этом, она у меня уже, наверное, наполовину Охотник. Если подумать, то сына Охотника она родила, а еще она достаточно хорошо разбирается в составных частях тварей и их ценах почти, как и я. Хотя, кого я обманываю? В ценах она разбирается гораздо лучше!

Как только вспомню, сколько длинных вечеров мне приходилось объяснять ей всю эту кухню. И главное, ей это было действительно интересно. Ведь она прекрасно понимала, что работа с тварями приносят нам деньги. В общем, теперь она, скорее всего, один из лучших специалистов в этом мире по разломным тварям, точнее, по стоимости их останков.

— А почему ты выбрал именно этот? — спросила у меня Катя. — Мне кажется, Черный Разлом — не лучший вариант…

Понятно, что она переживает за Анну, но у меня всё под контролем.

— Отставить панику! — улыбнулся ей. — Лучше проверьте всю свою экипировку и приготовьте хорошее настроение. Ведь сегодня мы втроем закроем этот Разлом.

Там, и правда, нечего переживать. Вчера я специально сделал несколько кругов вокруг них, чтобы мелкий сумел их проверить. Черный оказался самым безопасным, но в то же самое время, так сказать, с изюминкой. Обычная с виду пещера, в которой очень много песка. А под ним живут существа, которые имели несколько имен. Одно из них — Кротовцы или Партисы.

Мне больше нравится Кротовцы. Они были гуманоидами, процентов на сорок. Были низкими, под метр ростом, слепыми и с очень грубой, в складки, кожей. Если сравнивать их с кем-то ещё, то это, скорее всего, кроты. Живут они глубоко внизу под землёй, и главная отличительная черта в том, что в чернозёме они не живут, а только в песке.

Пока я осматривал всю округу еще раз через Шнырьку, то девушки были уже полностью готовы. Пора нам выдвигаться. И чтобы нас на входе не ждали неприятности, я первым в Разлом запустил Затупка.

Медоед, конечно же, был не рад, что расстается со своей хозяйкой. Анне тоже было его жаль, но спорить со мной он не стал. Хорошо уже знает, на что способен мой волшебный пендель.

Зато я смог проверить что там жили молодые особи, несмотря на старый Разлом. Старые могут услышать вибрации на много десятков километров, этим они и опасны.

А потому мы спокойно зашли вовнутрь.

— Объявляю наш первый совместный Разлом официально открытым! — дурачась, приобнял я за плечи девушек.

— Саша… Мы же в Разломе, — попыталась оттолкнуть меня Катя.

А вот Анна не пыталась, только прижалась сильнее.

Следующих два часа я водил их по разным интересным здесь местам, хотя это было больше для Анны. Ей было интересно, вообще, всё происходящее здесь. Она интересовалась каждой деталью, и я ее прекрасно понимаю. Столько раз слышала про такие сильные Разломы, но ни разу не была. В какой-то момент, правда, она задалась вопросом, где же все враги? Катю это тоже интересовало. Она даже попыталась самостоятельно определить, как нам закрыть этот Разлом и сильно морщила носик, когда все её догадки заходили в тупик.

— Ладно… Сдаюсь! — вдруг выдала Катя. — Это неправильный Разлом… Не люблю такие.

— Никто не любит, — улыбнулся ей. — Здесь нужно сперва подумать, и только потом сражаться.

Чтобы показать ей, о чем я говорил, мы прошли в нужное место и приказал им приготовиться. Когда они накинули на себя защиту на полную, я напитал своё тело и с большой силой… топнул!

Песок вокруг меня поднялся ввысь, на метра два, не меньше, и выглядело это так, словно я гребанный маг земли или песка, как минимум.

— Не-е-е ш-ш-шпать! Бодриться! Ж-ж-жавтра йо-о-олка! — довольно заорал Шнырька у меня над ухом.

А всего лишь секунду назад показывал мне картину из их логова, как те встрепенулись, когда мощная вибрация дошла до них. Сразу понятно, как слабы Кротовцы. Там не меньше десяти штук просто умерли от шока. Они не привыкли в своем спокойном мире к таким мощным колебаниям. И воевать они, как я полагаю, не умеют толком, лишь на уровне инстинктов.

— Сейчас что-то будет, — говорю я девушкам. — Только не наступите туда, где зыбучий песок.

Катя с Анна напряглись, но свое оружие держали наготове. Появилась первая волна и сразу же умерла, когда Катя пустила черный туман по земле. Появилась вторая волна, и в этот раз чуть побольше, и Катя принялась их резать. Те почему-то полностью выпрыгивали из песка, хотя должны были атаковать именно из-под него.

Анна лишь на пару секунд растерялась, но быстро пришла в себя, и принялась помогать Кате.

Моя Аннушка стала явно сильнее… Достаточно прибавила в силе после беременности, но вот опыта ей ещё стоит набираться не один год.

Есть такая вещь, что мать еще в утробе воспитывает своего ребенка, и даже после его рождения. Малый с Анны тянул энергию, как огромный насос. Мне приходилось постоянно следить за ней и вовремя пополнять ее запас. К этому я был с самого начала готов. Но вот то, что после рождения он будет делиться с Анной, я даже не думал. Странно всё это… И показывает, что у них особая связь, и он старается даже неосознанно поднять свою мать выше.

Анна, кстати, стала потихоньку втягиваться в ритм боя, хоть и были у нее проблемы. Но Затупок постоянно находился рядом с ней, и рвал Кротовцов с особой яростью. Где-то около часа она продержалась, прежде чем силы покинули ее. Что ж, мне пришлось её подменить. Хотя, она была не настолько слабой, чтобы полностью выдохнуться, просто тратила сильно больше своих сил, чем нужно, на удары. Позже попрошу Катю, чтобы поработала над ее техникой. Мог бы и сам, но боюсь, что мои методы не самые добрые и приятные. Да и тренировать мне будет ее сложно. Ведь меня учили только убивать!

Когда я вмешался в зарубу, то все пошло, вообще, легко, и Катя тоже захотела немного отдохнуть.

— Давай, дальше сам… Я немного отдохну… — улыбнувшись, она сказала мне и побрела к Ане, где уселась рядом.

Вот они… девушки такие девушки. Я тут бегаю, стараюсь, сражаюсь, а они сидят и общаются, словно пришли в кафе, а не в Черный Разлом. Правда, этот Разлом незаслуженно черный… Я бы его на один ранг точно опустил.

Когда все противники закончились, а те, что остались, сбежали глубоко под землю, я отправил свою подземную армию на поиски кристалла, чтобы они разрушили его. Он находился на этом уровне, и не пришлось нырять в два красных Разлома.

Примерно на метров восемьсот ниже их главной норы, и из этого выходило, что простым Истам такое невозможно быстро закрыть… Тут года могут понадобиться для того, чтобы поднять весь песок и отыскать кристалл.

Дальше девушек уже порадовал Шнырька, который повсюду лазил в Разломе и приносил вещи, которые находил. Были тут древние цепочки и браслеты, а также достаточно много денег. Я уже привык к такому, а вот они явно нет, и радовались каждой подаренной безделушке.

Когда мы вышли из Разлома, то нас возле «Буревестника» уже ждал накрытый белой скатертью стол, который установили мои бойцы. Само собой, он был не пустым, а завален разной едой, и даже свечи зачем-то имелись, хотя здесь был небольшой ветерок, да и на улице еще было светло. Таким образом, мы после интересного похода решили присесть и перекусить. Так сказать, двойное свидание.

А Разломы… Разломы и сами могут закрыться… Прямо сейчас я пью шампанское с женами и заодно призываю без остановки за холмом с помощью Шнырьки разных тварей. У каждой есть свое задание, за которым она и была призвана. Все они побегут по двум Разломам и начнут там делать то, что должны. Как я уже говорил… Не хочу рисковать своими людьми, а вот тварей у меня ещё много. И сейчас они подобраны таким образом, чтобы быть максимально эффективными в этих Разломах.

Да, я снова обожрался желейками, как не в себя, и у меня будут очередные проблемы с желудком. Вот только оно того стоило. Каналы нужно прокачивать, а твари, что были в Разломах вполне по силам моим питомцам. Разве что в самый дальний зашел Один с Карамелькой и устроили геноцид разломных тушканчиков, а затем они нырнули ещё в один Разлом, уровнем ниже, чтобы закрыть «матрешку».

— Саш… Это все здорово, но может пойдем и остальные Разломы закроем? — спросила у меня Катя.

— Зачем? — сыграл я нешуточное удивление.

— Ну, ведь у тебя контракт.

— Ах, контракт… — сделал вид, что я задумался. — Не переживайте, я уверен, что они и сами смогут закрыться.

Хотел я подшутить над ними. Катя явно мне не поверила, а вот Анна улыбнулась. Думаю, она уже догадалась, что я задумал. Впрочем, и Катя вскоре догадалась, и прямо меня спросила об этом. Шутки не получилось… Зато получилось закрыть все эти Разломы.

В самый дальний, что не находился здесь, пошла полностью снаряженная группа Астахова. Они взяли с собой будущих Паладинов и просто вынесли второранговый голубой Разлом с двумя желтыми и одним оранжевым внутри, успев попутно вынести кучу ништяков. Я уже говорил, что мои люди — форменные звери?

С девушками мы провели отлично время до самого вечера, а затем отправились домой. Вернее, они отправились в поместье, а я заскочил к Архипу.

— Принимай работу! — довольный зашел к нему в кабинет. — Как видишь, свою часть договора я выполнил.

Он уже знал об этом и, судя по открытой бутылке виски, успокаивал свои нервы. Не каждый день наблюдаешь за тем, чтобы один человек закрыл сразу шесть «матрешек», и в такие короткие сроки.

Первым делом, по старой традиции, я отдал вещи и кольца погибших Истов, и мы, не чокаясь, почтили их Души,

Кстати, я осознал одну простую вещь. «Матрешка» — это вещь, которая становится шилом в заднице у каждого государства из-за своих трудности при закрытии. А тут я, такой молодой и красивый, имею прямо таки талант, чтобы быстро и успешно с ними справиться.

Тяжело организовать людей, чтобы они действовали, как единый механизм. Но очень легко так поступить с тварями, которые безоговорочно подчиняются тебе. Я бы и больше таких Разломов смог бы закрыть за один день, если мои твари будут рядом. Даже если в одном из Разломов будет жить страшная голодная душа, я сам отправлюсь туда и убью ее. Правда, если две «матрешки» будут с такими жителями, тогда будет сложнее… Но для этого у меня есть Один и другие.

— Вижу уже… Присядешь? — Архип предложил мне кресло напротив себя.

— Почему бы и нет, — усмехнулся я, и как только сел, сразу взял стакан, который он протянул мне. — Ну, что скажешь? Теперь тебе легче живется?

Он молча встал и пожал мне руку.

— Я тебе очень благодарен… Честно! Это многое для меня значит, — видно, что говорит он от чистого сердца.

— Рад помочь… Ты же знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать, — я был доволен тем, что смог помочь и заодно неплохо провести с женами время. — Кстати, а что там по оплате?

Удивительно, но Архип не помрачнел, как раньше. Наоборот, он держался стойко. Насколько же его припекло, раз он так себя ведет.

— С оплатой все в порядке! Как я и говорил, все у меня здесь, — похлопал он рукой по столу, усевшись за него.

В ожидании, пока он там копошился, я размышлял. Не то, чтобы мне срочно нужны были деньги, и я так поздно к нему приехал. Просто хотел увидеть старика и пообщаться, а еще мне было любопытно, что же такого интересного он придумает для меня.

— Первое — это деньги! Точную сумму я сейчас тебе не скажу, — перешел он на деловой лад и даже очки натянул. — Но там точно будет больше, чем изначально должно было быть. Все же скорость твоя поражает, а за это прилагается премия, бухгалтерия еще пересчитывает. Дальше… Я обещал тебе что-то интересное, и я свое обещание выполнил. Ведь даже, как чувствовал, что нужно всё приготовить задолго до назначенного срока.

Он достал из стола толстую пачку бумаг и бережно положил её передо мной.

— Если ты решил рассчитаться землей, то, пожалуй, я пас! — от хорошего настроения решил пошутить, и только после этого взял документы в руки.

А вот дальше я уже замолчал. Это оказались не документы. Это были Разломы.

— Ну… как? — оскалился он после того, как я ознакомился с парочкой листов.

— Странный у тебя юмор. Я за закрытие Разломов получил информацию о новых Разломах? И к всему прочему, они теперь повешены на меня?

— Верно! — снова улыбка. — Я, между прочим, очень старался. Но ты такой пень, что даже не понял самой сути, — а сейчас Архип даже изобразил разочарование. — Что же с вами, молодежью, делать? Почему вы все такие деревянные… Ладно, сейчас все расскажу!

Затем около трёх часов я провел с Архипом, за которые он вводил меня в курс дела, объясняя, что мне досталось. Если забежать наперед, то это была информация о ста трёх Разломах, и все они на две недели закреплены за мной.

Всё, что не успею закрыть за это время, отойдет обратно Центру, и доступа у меня к ним больше не будет. Эти Разломы являются «закрытыми», и любой Ист не может просто так взять его и пойти закрыть. Хотя бы потому, что у каждого Разлома стоит специальная охрана, которая следит за вот такими случаями.

Вначале мне показалось, что он решил под шумок закрыть все Разломы за мой счет. В принципе, и позже мне тоже так казалось, но затем, после его объяснений, я увидел и свою явную выгоду.

Это были специальные Разломы… Даже не так. Это были государственные Разломы, которые находились на потоке у страны Все они имели разные ранги, но на это было плевать. В каждом уже побывали разведчики, которые смогли найти там ценные ресурсы, благополучно вернулись и доложили. И лишь потом такие Разломы закрывают по плану. Империя тоже добывает для себя ресурсы, и ей нужно, ой, как много, а потому в её загашниках много интересных таких вещей.

То, что Архип дал их мне, показывает, насколько хреновая ситуация сейчас в стране, и конечно, это было сделано не по блату. Я уверен, что просто на эти Разломы у них элементарно не хватает добытчиков и прочих людей. А то, зная Архипа, он никогда бы не пошел против интересов своего государства.

Выходит, у меня есть целых две недели, чтобы закрыть под сотню Разломов. Кажется, мои разломщики будут очень мало спать. А добытчики, вообще, забудут такое слово, как сон. Эх… Жаль, что здесь нет Лекарей в ранге Архимагов. Я бы нанял одного такого, чтобы он постоянно заливал жизненную силу в моих людей. Они бы у меня неделю без сна протянули, и даже не поняли этого.

Домой я летел очень даже довольный, просматривая полученные бумаги. Такими темпами мои, и без того, немалые склады, которые постоянно приходится расширять, станут еще больше.

И ничего не предзнаменовало беду, как вдруг мое родовое кольцо стало жестко вибрировать. Такого на моей памяти еще не было. И это сразу меня насторожило. Не стал думать и гадать, что да как, а сразу залил его своей энергией. И хоть я ни разу не Артефактор из одного очень известного в моем мире Ордена, но нырнул в эфир, а эфирным телом в кольцо. Была такая техника, которой меня обучили, но дальше первого слоя я не смогу пробраться без дополнительных знаний.

Пусть так… Но сейчас это и не нужно. Главное, что здесь я смогу увидеть каналы, которые протекают в кольце, а ещё его энергию, чтобы понять, что случилось или случится.

Фиолетовый канал… Порталы… Вот к такому жизнь меня явно не готовила. Кто-то пытается открыть портал без моего на то ведома и разрешения. Да, специально на такой случай я поставил защиту, и быстро воспользоваться порталом они не смогут, но… Как это, вообще, возможно?

— Ускоряйся! Быстро! — дал команду водителю. — Срочно нужно попасть домой!

Москаленко дважды повторять не нужно было, и мой транспорт стал лететь в два раза быстрее.

Как бы не разбиться… Пришла запоздалая мысль.

Находясь ещё в пути, я написал Волчаре и кратко обрисовал ситуацию. Во всех моих крепостях объявили тревогу, и в поместье тоже. Я еще не могу понять, где именно заработает портальная арка, но точно уверен, что не дома. Чтобы открыть её дома, нужно быть наследником, главой или иметь старшее кольцо Рода. Будь такое у кого-либо, полагаю, что гости у меня появились бы давным-давно. Да я и «перепрограммировал» пути как раз на случай таких неожиданностей.

Люди постепенно стали присылать свои отчеты, и я смог оценить их состояние. Все готовы! Во все крепости из дома было отправлено подкрепление в виде Бурба и Буха, которые взяли перерыв в своей подрывной деятельности на благо нового Хана. Они будут готовы встретить врага первыми.

Стоит говорить, что когда я приземлился, то кольцо поменяло свою вибрацию, и теперь я точно знаю, что у них получилось. А что, если это выживший Галактионов узнал о возрождении Рода и хочет вернуться домой? Почему я раньше об этом не подумал. Написал в планшете еще одну команду, чтобы все же не убивали сразу.

Забегая домой, я уже не мог отлипнуть от планшета, ожидая новостей. А новости меня ждали дома.

— Ш-ш-ш-ш-ш-шука Ш-ш-ш-шабака!!! — на ухо заорал мне Шнырька и насильно впихнул в меня картинку.

Картинка была веселой. В нашей портальной комнате сейчас горит еще один ранее неизвестный портал, который я никак не мог прежде открыть. А рядом стоят гвардейцы и пытаются доложить. Но почему-то портал вызывает помехи.

— Господин… — поклонился мне союзник моего сына. — Несанкционированное пробитие пространства.

А он хорошо знает свое дело. Появился из тени, а ещё почувствовал сразу, что в доме что-то не так.

— На тебе защита моего сына и моих жён.

— Принял! — еще один поклон.

Сам же поспешил в подвал встретить гостя. Однако, как оказалось… Там точно будет не очень мирный гость.

Шнырька, как всегда, мне помог. Ведь он уже достаточно сильный и смог прорваться через этот портал. И сейчас показывает мне видео уже оттуда. Да, это был подвал «Смелости». И да, я отключил портал оттуда, но они каким-то образом смогли активировать «обходной канал.»

То, что я увидел, меня очень расстроило. Не обошлось, значит, без моей матери. Видок у нее был так себе… Кажется, последние поражения очень больно ударило по ней. Даже её красота поблекла и стала какой-то… фальшивой, что ли?

Сейчас там находились Вербицкий с каким-то китайцем, которые обсуждали, кто же первым зайдет в портал. Судя по их разговору, я понял, что они не знают, где откроется портал, и предполагают, что это будет один из моих замков. Думаю, узнай они об этом месте, то уже армию созвали бы сюда.

Кстати, не особо спешат… Может тогда мне к ним сходить? Злости у меня сейчас хватит, чтобы обломать им всем рога.

С порталом, конечно, вышло некрасиво. Я просто не думал, что его сможет кто-то открыть. Но, на всякий случай, у меня тут студия Бурба и папа-дверь, которая пришибет хоть самого Вербицкого, если он туда сунется. Все это время «дверь» только и делает, что получает халявную энергию от этого места. Думаю, что лет через сто он и сам может стать этим местом, в котором будет жить Род. Живые имения — это очень дорогое удовольствие.

Я немного напрягся, когда в комнату к ним зашел новый персонаж. Полностью лысый, с впалыми глазами, и очень резкими и острыми чертами лица. А еще от него веяло просто дикой и неудержимой силой. Ну, и смертью… Это был… Стяжатель Смерти…

Стяжателями Смерти называли тех, кто не просто работал с ней, а пропитывал долгие годы себя этой эманацией. За сотни лет работы над собой, если они не умирали, то их тело и каналы менялись полностью и переходили на работу только с этой энергией. Они могли смело себя называть что-то около бессмертных, ведь больше не старели и не могли умереть от болезней. В некотором роде, они уже были мертвы.

Как же таких типов не любил Орден Смерти. Жуткой ненавистью не любил. Ведь они брали эту силу и использовали её, как варвары. Пытались покорить смерть себе, не понимая даже, что и кто она такая. Думали, что она любит их и благоволит, но это далеко не так… Лишь жалкие пиявки, которые не имея таланта и желания совершенствоваться, идут на такой шаг.

Силы у него много, и думаю, что ему примерно лет триста. Он не перерожденец, а родился здесь. И у меня нарастает вопрос… Откуда на земле есть информация по этим техникам? Даже в моем Мире их не найти просто так.

Ладно, это все потом. Сейчас эта машина смерти направляется ко мне. Видно, сколько страха испытывает даже сама Арина при виде этого монстра. А жуткая аура, которую он и не думает скрывать, заставляет пошатнутся даже Вербицкого.

Дракон совсем охренел… Он решил послать фальшивого посланника смерти в мой дом? Это и есть его козырная карта? Как же он жалок.

Что-то меня это очень больно задело. Портал я запечатаю повторно и надежно, это не проблема, и буду знать на будущее о такой возможности. Цербера здесь оставлю, что ли… Хватит ему уже дрыхнуть и жрать на халяву. Но вот если бы этот тип прорвался. Жертв могло быть очень много.

Я нырнул в свою душу и зацепил такой огромный пласт силы, что у меня даже ноздри задрожали. А затем я напитал свое тело, но больше всего энергии дал в правую руку.

— Возвращ-щ-щ-щ-щайся… — прошипел я Шнырьке, и тот сразу же послушался.

Больше ему там находиться не нужно. Я уже знал, когда здесь появится этот персонаж, и в тот момент, когда он только сделал первый шаг и не успел ещё понять, где очутился… Я нанес свой удар. Он был такой силы, что всё мое имение задрожало.

Вначале из пришельца вылетела Душа, прямиком через Очищающее Пламя, на перерождение, пробив все барьеры и доспехи. Затем с него натурально слетели тапки. А потом его кожа, мясо и переломанные кости влетели в портал на огромной скорости, и точно уверен, что ровным слоем покрыли всех присутствующих там.

Портал закрылся… Видимо, Арина среагировала быстро и прервала связь. А жаль… Я хотел зайти туда и покончить с предателями раз и навсегда!

Хотя… Ноги у меня ощутимо подкосились, и я опустился на одно колено. Все таки тяжело мне далась техника выбивания сильной Души из сильного тела. Но я был собой доволен. Дракон очень удивится, когда узнает, что его козырный боец не продержался здесь даже секунды.

Но это еще не всё! Две минуты я стоял на коленях, а затем поднялся и направился к порталу. В эту игру можно играть вдвоем. Теперь, пожалуй, я открою его!

Столица Княжества Пруссия

г. Кенигсберг

Решение было принято. Решение нельзя было уже отменить. Все заинтересованные правители Европы вынесли князю Генри Годарту смертный приговор.

Но, как всегда, сделали это по-своему, с европейскими интригами и вывертами. Их восточный сосед, не такой искушенный в дипломатии — охарактеризовал все это бы проще — «через жопу».

На Пруссию нападать не собирались. Во-первых, боялись. Во-вторых… тоже боялись. Ну, а в в-третьих, армия Пруссии всё еще была нужна всем заговорщикам, дабы успешно осуществить вторжение в Российскую Империю и достигнуть поставленных целей.

Поэтому, нужно было физически устранить Генри Годарта, и передать власть номинально марионетке. Будь то жена Генри — Аманда, впавшая в немилость, либо его старший сын — Карл. Это было неважно, ведь истинным руководителем будут совсем не они.

Первая попытка провалилась. Была идея расшатать крепкую психику Годарта через убийство его названного внука, ведь разведка доложила, что Генри делал всё, чтобы вернуть расположение своего блудного сына. Как это произошло и кто виноват в провале — было неясно. Больше всего это походило на могущественный охранный артефакт, который уберег этого странного русского, уничтожив один из сильнейших Орденов Европы. Досадное недоразумение, но ладно…

Ведь, главное в этом деле, что? Упорство в достижении результата и большое количество денег. И того, и другого у заговорщиков было в достатке. Поэтому сперва они прощупали оборону Годарта частыми, но несильными набегами/покушениями. Когда они были успешно отбиты, пришла пора действовать наверняка.

Крепость Рода Годартов

г. Кенигсберг

— Деда! Деда! Смотри, что у меня есть!

Годарт оторвал свой взор от стопки деловых бумаг, что как раз просматривал, заодно решив промочить горло стоящим рядом, и уже остывшим, черным сладким чаем с лимоном.

Вот только он едва сдержался, чтобы не выплюнуть содержимое наружу. Лишь железная воля Железного Князя не позволила ему залить важные документы чаем. Генри заставил себя проглотить жидкость, которая, конечно же, пошла не в то горло, закашлялся, но смог, лишь скрипя, произнести.

— Ларик, ЧТО ЭТО⁈

— Это суккуб, деда! По классификации Третьего Подлунного Мира Адгезии — инфернальный суккуб 3-й очереди, 5-го порядка… — тут Ларик сбился, кое-что поняв, нахмурился и посмотрел на Генри ясными глазами, что выглядели странновато на заляпанном темной крови лице. Вообще, он был весь залит кровью с ног до головы. — Или ты не это подразумевал, деда?

— С тобой все в порядке? — взволнованно вскочил на ноги Годарт, оценив обстановку и автоматически напитав тело силой. Просто его сильно отвлекла голая краснокожая женщина, которую Ларик за волосы притащил к нему в кабинет. А теперь он рассмотрел, что его внук был весь в крови.

— Да, деда, это не моя кров… Это её! — радостно улыбнулся Илларион.

— Где ты… это взял? — «тревожная кнопка» была уже нажата и сюда, гулко топая сапогами, бежали облажавшиеся телохранители.

— Так она у тебя в постели лежала и ждала тебя! Деда…⁈ — тут Ларик ощутимо смутился. Понизив голос и почему-то воровато оглядевшись, добавил. — Суккубы — мерзкие твари, деда! Она бы тебя затрахала до смерти!

— Э-э-э… — впервые за долгое время Генри не знал, что сказать.

Выручили его ввалившиеся в кабинет охранники.

— Какого черта вы не обнаружили это у меня в покоях? — заревел Железный Годарт, и от него распространилась волна гнева и силы. — Там же охрана и камеры, мать его!

— Деда… То есть, Ваша Высочество! — Ларик вспомнил, что Генри просил именно так обращаться к нему при других людях. — Не ругай их! Они не смогли бы её увидеть! Вот ты… — Ларик снова задумался. — Наверное бы, смог, но это не точно… а они — точно нет!

— А ты смог? — невольно улыбнулся Генри.

— А я — смог! — окровавленные губы, сейчас красноволосого парня, растянулись в широкой и дружелюбной улыбке. — Правда, я молодец?

И дабы подтвердит свои слова, Илларион одной рукой, абсолютно без никаких усилий, приподнял красное тело мертвой обнаженной большегрудой красотки и подержал его на весу. Для достоверности потряс тушкой в воздухе так, что всколыхнулись обе груди и длинный хвост, оканчивающийся ороговевшим наконечником, как у широкого копья.

Глава 10

Что я чувствовал в этот момент? Ну, кроме усталости, конечно же. А чувствовал я ярость и раздражение. Раздражение из-за того, что эти ушлепки посмели использовать МОЮ портальную сеть. А ярость — из-за того, что они как-то достали старшее кольцо МОЕГО Рода.

Мне, в принципе, уже давно было плевать на мою «мать». Возможно, я подсознательно откладывал встречу с ней, в глубине души не решив, как с ней поступлю. Хотя, это мог предположить какой-то мозгоправ: непроработанные детские комплексы и прочая чухня, в которую я не очень-то верю. Нет, скорее всего, она просто вызывала во мне глухое раздражение просто фактом своего существования и ее решением переметнуться на «другую сторону».

Я не забыл прямое покушение на свою жену, так что, скорее всего, наша встреча означала окончание ее никчемной жизни, но… Я не торопился. Игрался ли я с «дичью»? Точно нет! Я знавал некоторых Охотников, которые плохо кончили, когда решили показать свое превосходство, ну, или просто растянуть удовольствие.

Это глупо. Думать нужно до начала Охоты. Если ты принял, что будет с твоей жертвой, когда ты ее достигнешь — убьешь или захватишь, то план «внутри охоты» ты уже не меняешь. Причем, добиваешься своей цели, как можно более быстро и эффективно. Просто потому, что это правило написано кровью многих поколений Охотников.

Так вот, я до конца не решил, что с ней сделаю, поэтому не форсировал события. Но! Я решил, что если встреча вдруг состоится, то убью её. Потому что заслужила.

Теперь же, у меня есть причина для, как можно, более быстрой встречи с мамашкой. Старшее кольцо. Что ж… Арина Галактионова, похоже, ты сегодня умрешь.

Я шагнул вперед, но портал внезапно потух.

— Что за херня? — проговорил я в воздух. И приложил руку к портальной стене.

Ага, с той стороны собираются закрыть портал. Ну нет, я не согласен. Я залил энергию, портал снова зажегся, чтобы… через секунду снова погаснуть.

— Интере-е-есно… — протянул я, и снова «поддал жару».

Запретная зона на территории Империи Драконов

Крепость «Смелость»

Подвальное помещение, портальная комната

Внутри портальной комнаты царило смятение. Ну, как «смятение»? Скорее, всё происходящее тут напоминало панику!

— У меня уже нет сил! Закрывайте!!! — Абсолют Вербицкий уже использовал весь свой внутренний резерв. Сейчас все подпитывающие его артефакты выдавали последние крохи энергии, в ход уже пошли желейки, но напор с той стороны не ослабевал.

— Закрой уже этот чертов портал!!! — в голосе Абсолюта прорезались истерические нотки.

Этот вопль был обращен к Арине Галактионовой, которая в данный момент проводила манипуляции с портальной стеной, пытаясь выполнить требование Абсолюта. Она была сосредоточена, взор ее обрел осмысленность. И это было неудивительно. Рядом лежали два китайских гвардейца, убитых Змеиным Даром Арины. На это было дано разрешение посланника Императора-Дракона, сразу же, когда все поняли, что что-то не так.

Как они это поняли? Да когда из портала вылетел суповой набор, в который превратился могущественный Стяжатель Смерти, что даже сильным Одаренным всегда внушал дикий ужас. Не зря Император-Дракон держал его в «спячке», пробуждая в минуты крайней необходимости и только при условии, что Стяжателю будет чем поживиться. Причем, «наесться» он должен так, чтобы снова впал в спячку, не представляя опасности для своих.

— Что тут происходит? — раздался повелительный голос.

Да, в подвал непрерывно забегали слуги и воины, с разным грузом и намерением, но объединенные одной целью — не дать чудовищу «с той стороны» зайти сюда.

Сейчас же вниз спустился могущественный маршал Дуй Всви Сток, комендант карантинной зоны, который отвечал за всю безопасность на вверенной ему территории, с эпицентром в крепости «Смелость».

Да, он с уважением пропустил посланника Императора, не вмешиваясь. Но теперь, когда вокруг возник такой непонятный движ, он не мог оставаться в стороне. Ведь теперь существовала угроза прорыва на вверенные ему земли. А для их защиты он имел полный карт-бланш от самого Императора.

— Мы пытаемся не пустить вторженцев с той стороны, — сжав зубы, но тем не менее вежливо, попытался пояснить Вербицкий, понимая, кто сейчас находится перед ним и какой властью тот сейчас обладает.

— Почему? — искренне удивился маршал Дуй, оглядывая помещение. Кроме двух мертвых гвардейцев, здесь уже лежало несколько бессознательных воинов, у части шла кровь носом и ушами. Ведь они выдали всё, дабы подпитать посланника, который, наряду с Вербицким, также «держал оборону».

— Да потому, что так управлять порталом может только глава Рода! Это сын этой идиотки! И он там! — немного истерично вмешался посланник, кивая на Арину, которая пыталась оборвать связь.

— Галактионов? — лицо у маршала просветлело. — Но это же прекрасно! Почему мы не впустим его и не убьем?

— Ты просто посмотри на нас! — кажется, у посланника уже начиналась истерика. — Ты видишь на нас эту кровь, куски мяса и обрывки кишок?

— Ну… вижу!

— Это всё, что осталось от Стяжателя!

— Хмм… — уверенности в голосе маршала чуть поубавилось. — Галактионов же ранен, да?

— Нет, дебил, прошла всего одна секунда! — зашипела раздраженно зашипела Галактионова, у которой маршал сбивал концентрацию… и которая была все еще не в себе.

Это наглое поведение жалкой предательницы вернуло маршалу уверенность. Он быстро взял себя в руки, подбоченился, и положил руку на эфес роскошного меча.

— Ты будешь наказана, женщина! Жестоко наказана! А я, маршал Дуй Всви Сток, и не с таким справлялся! Мои верные воины!!!

Тут же на его крик сбежалось два десятка сильных Одаренных, что состояли в личной гвардии маршала, и мгновенно заняли позиции около него.

— Сейчас сюда выйдет сильный враг! Мы встретим его хорошей китайской сталью! Тому, кто отрубит голову Галактионову, дарую титул бэйцзы!

Он властно посмотрел на посланника, выхватил свой меч и, взмахнув им в воздухе, заорал.

— Запускайте, я приказываю!

Вербицкий беспомощно посмотрел на посланника. Он вот-вот потеряет сознание, но четко понимал, кто здесь главный. Посланник сам же выглядел растерянным. Храбрый, но слабоумный маршал был в своем праве. А еще он был вправе покарать смертью всех тех, кто его ослушается. Даже самого посланника.

Но посланник не зря достиг такого положения. Чтобы стать, фактически, вторым человеком в Империи Драконов, нужно было пережить многое. А сколько он таких маршалов пережил — это, вообще, отдельная история. Поэтому сейчас, одними губами, он прошептал Вербицкому, все ещё не отвлекаясь и «глуша» портальный переход.

— По моему сигналу, варвар!

Вербицкий кивнул, и посланник повернулся к маршалу.

— Благородный Дуй Всви Сток, мне нужна твоя помощь. Нам не хватает энергии для стабильного перехода. Можно вас попросить подойти к нам и помочь?

Маршал был мощным Одаренным, всего в жизни добившийся своей силой. Ему были чужды придворные интриги, он просто сминал все и вся на своем пути. Поэтому он подошел поближе, как просил посланник и стал прямо около мерцающего портала.

— Отпускай! — рявкнул посланник, и Вербицкий ослабил сопротивление. Портал ярко вспыхнул… В этот момент посланник изо всех сил, напитавшись энергией, толкнул маршала внутрь портала.

Никто не успел произнести ни слова.

— Руби!!! — заорал посланник Вербицкому, яростно вращая глазами, и сразу же повернулся к Арине. — Вырубай!!!

Вербицкий, не веря своему счастью, ощутил, что с той стороны давление спало. Буквально на секунду… Но этого хватило, чтобы приглушить портальную сеть до критического уровня. В этот момент Арина наконец-то справилась со своей задачей.

Портал погас… Окончательно погас!

— Именем Императора! — посланник поднял руку со своим кольцом власти вверх, дабы предотвратить бунт преданных маршалу войск. Он теперь снова здесь стал старшим.

Было слышно, как гвардейцы маршала заскрипели зубами, но когда посланник рухнул на землю, оказавшись в обмороке, никто из вышколенных Драконов не пытался причинить ему вред.

— Пиз… — проговорил Вербицкий, но окончание его фразы прервал громкий хлопок. Это упала в обморок Арина Галактионова.

В глазах у Абсолюта Вербицкого всё поплыло. Он с удовлетворением принял то, что продержался дольше всех, и… тоже потерял сознание.

* * *

М-да… Такого я не ожидал. Что прямо ко мне вывалится китайский Одаренный. Сильный Одаренный, надо признать! Маг вне Категорий! Но зачем он пришел сюда в одиночку⁈

А еще этот баран был бараном, раз пришел на мою территорию без подкрепления, но точно не был трусом. Быстро сориентировавшись в ситуации, он накинул на меня парализующую технику и со всей дури рубанул здоровенным мечом!

Меч «Дадао», или как его называли западники — «убийца катаны» — прославился в многочисленных японо-китайских войнах тем, что Драконы умудрялись с его помощью ломать клинки своих вечных врагов — японцев. Этот однолезвийный палаш был очень функционален. Им можно было рубить дрова, копать траншеи, и, конечно, убивать. Например, барона Галактионова…

Три раза «ха»! Паралич не подействовал, но сбил мою концентрацию. Мои визави с той стороны воспользовались моментом и закрыли портал. Я же, немного расстроившись, позволил себе небольшой спарринг. В течение которого выслушал множество, сначала оскорблений, призванных запугать меня величием маршала Дуя Всви Сток, а затем матов, потому что ни его техники на меня не подействовали, ни мечом «великий маршал» тоже достать меня не мог. В итоге, я просто отрубил ему голову. Ну, соврал… внекатегорийный «физик» был неплох, и это было не совсем просто, но я был зол, раздражен, а еще голоден. Поэтому получилось, как получилось.

Когда я подошел к портальной стене, то понял, что портал в «Смелость» окончательно закрыт. Ну, то есть, для его повторного открытия мне снова надо лететь в «Смелость» и «открыть дверь с той стороны». Неудобно получилось… А ведь я обещал Доброхотову помощь с ударом в тыл китайским войскам. Оказывается, Драконы могут думать не только жопой. Что ж… Делать нечего, нужно узнать у Доброхотова обстановку и двигаться к «Смелости». Ведь я дал слово — а мое слово нерушимо! Хотя, подозреваю, немного времени у меня всё-таки есть.

Я снова ввязался в любимую и уже привычную в этом мире игру — «белкус в колесе». И мне это не нравится. Однако, как там говорили мотивационные гуру? Нужно дозировать события в жизни и уделять всему время. Деньгам, делам и семье. Вот пожалуй, этим и займусь.

Хорошая новость была в том, что из «Смелости» теперь портал не откроют, а плохая — что я не отобрал кольцо. Что ж… Свидание с мамашкой пришлось снова отложить, но что-то мне подсказывало — ненадолго.

Я наконец понял… Меня бесило и огорчало, что теперь эта недостойная носит кольцо достойных. У Галактионовых был свой кодекс чести, которому они всегда следовали. А она предательница, и у неё сейчас находится семейная реликвия. У Охотников такие тоже были, и помню времена, когда за ними охотились. Тогда даже за малейшую вещицу, важную для Ордена, мы могли устроить ожесточенную охоту. Это было делом чести Ордена. Кто взял важное для тебя, должен быть наказан. Будь здесь сейчас Галактионовы в полном своем составе, то я боюсь представить, чтобы они сделали с Ариной. И поскольку их нет, а есть я… Я ощущал гнев… Что вообще допустил такое, и не смогу предотвратить. А еще не вернул его назад. Ведь… Я сейчас глава Рода, и должен поступать, как глава!

Настроение было испорчено.

Настолько, что я слишком импульсивно действовал. Не нужно было убивать этого ряженого. Нужно было попытаться обменять его… Конечно, реликвию Рода не отдадут… Но как говорится, даже на табуретку, и то нормально будет. С вшивой овцы хоть литр молока. Или там не так говорят?

Хоть и хотелось мне отправиться по другим делам, но пришлось торчать здесь. Тело ломило, конечно, но ещё пару часов продержусь. Намного важнее проверить все остальные арки и целостность закрытых комнат. Не хочу потом получить сюрприз. Когда удостоверился, что всё нормально, оставив в подвале двух теневых убийц, на всякий случай, я поднялся к папе-двери.

— Батяня! Мне нужен твой мощный сын для охраны портальной комнаты. Такой, что будет своих пропускать, а чужих… хоронить! Сможешь?

Сколько у меня големов, я уже и сам не знал… Знал, что они уже и в самой горе бегают, и около крепостей, и в гвардии, а также в Галактионовке помогают. Разве что за Деганом следил. Он и его подразделение «Холодные Головы» сейчас в Арктике развлекались. Заодно тестировали новый «обвес», который мог работать в условиях Разломов и Эпицентра. Смесь науки и магии, но по словам дежурных из «Доблести», получалось неплохо.

— С-С-СДЕЛАЮ! — прогремел он своим голосом в моей голове.

— Когда?

— ТРИ КОРОТКИХ ЦИКЛА!

— Отлично, благодарю!

В знак благодарности я зачерпнул своей духовной энергии и передал ему. Его аж затрясло от радости. Все любят духовную энергию. Затем решил говорить с Волком и со всеми остальными. Нужно объяснить, что это сейчас было. Хотя… Оставлю это на завтра. День был тяжелый и нужно отдохнуть. Тем более, пока я сплю — Печати укрепляются!

* * *

Утром я проснулся и принял душ. А когда включил телефон, то тут же посыпались СМС-оповещения о непринятых звонках. Кое-какие из них были мне знакомы.

Пограничная Служба Империи… Миграционный Контроль… Министр Морозов… Блин… Что произошло-то?

Я выглянул в окно. Походу, понял, из-за кого весь сыр-бор, но все еще не понял, что случилось конкретно. Я оделся и сбежал вниз по лестнице, заскочив на кухню и чмокнув своих красавиц-жен, подхватил свою утреннюю кружку кофе и вышел на улицу.

Стоящий там Ашик, до этого весело что-то рассказывающий гвардейцам, причем, с активной жестикуляцией, увидев меня, заметно приуныл. Он тяжело вздохнул и пошел в мою сторону, опустив голову, как на плаху.

— Чё? Как поживает звезда монгольского рок-н-ролла? — ласково поинтересовался я. — Стал Ханом?

Ашик опустил глаза и посмурнел еще больше.

— Я накосячил… — и стрельнул глазами в Бурба, который каким-то чудесным образом внезапно оказался рядом. На удивление, бравый Бурбулис тоже опустил глаза и глубоко вздохнул.

Слева раздался веселый смешок. Это был Бухой Дед, в отличии от своих подельников находящийся, похоже, в прекрасном расположении духа.

— Не стал он… Не хочет он быть Ханом, засранец мелкий!

— Э-э-э… А что, так можно было? — удивился я.- А вы с ним на что были?

— Ну-у-у… Скажу так! — Бухич внезапно посерьезнел. — Если он не хочет, то и не надо, иначе… Гхм… В общем, поверь, Саша мне на слово. Пока не стоит. Но мы поработаем над ним! Ведь, поработаем, Бурб?

— Еще как поработает! — оживился Бурбулис. — Так поработаем, что ему мало не покажется!

— Может не надо, дяденьки? — испуганно переспросил молодой недоХан, быстро переводя взгляд с одного Абсолюта на другого. — А как же мировое турне? Секс, наркотики и рок-н-ролл?

Звонкая оплеуха от Бухича заставила Ашика пригнуться.

— Скажем наркотикам нет! У нас еще розовенькая не кончилась! — сурово погрозил пальцем Дед. — Будет тебе тур… Как станешь Ханом, так сразу и в тур поедем!

— Так! — я внезапно вспомнил еще одну вещь. — А что за звонки мне были с границы и миграционной службы?

— Ну-у-у… Мои новые подданные… — промямлил Ашик.

— В смысле, подданные? — удивился я. — Ты же не хочешь быть Ханом!

— А они ему не поверили! Сказали, что он избранный! Там какая-то хромая кобыла исцелилась, когда он до нее дотронулся, и их шаман объявил это знамением!

— «Они»? — я сразу ухватил суть.

— Ну… повстанцы, — пояснил мне Бурб.

— И сколько этих… гхм… повстанцев вы привели?

— Ну-у-у… Мы точно не считали, примерно тридцать-сорок…

— Человек? — выдохнул я.

— Почти… Тысяч! — нимало не смущаясь, улыбнулся Бурбулис.

— Бл… И как всю эту толпу пропустили?

— Да все он… Бу… А где Бухич? — Бурбулис растерянно огляделся, а его товарищ реально исчез без следов.

— Кажется, старые перцы, пришла пора с вами серьезно поговорить!

Я задумчиво посмотрел вдаль, где из-за горизонта показались навьюченные лошадки, плюс груженые телеги. Большой монгольский табор… или как там это называется у монголов (?), вступал в мои владения.

Пипец…

— И что мне с ними делать? — задал я вопрос, но уже ни Бурба, ни даже Ашика в пределах видимости не наблюдалось. Похоже, мне нужна еще земля. Много земли! И да… Кажется, мое маленькое, но гордое Королевство, будет многонациональным, если я не найду правильной мотивации для «избранного» и его пожилых подельников.

Тут раздался звонок телефона и высветился абонент «Доброхотов». Блин… Я думал, что у меня есть больше времени!

Глава 11

— Наше вам с кисточкой! — весело поприветствовал я Алмазного.

— Приветствую, Александр. Слышал, у нас сложности?

— У «нас»? — уточнил я.

— Ну, я слышал, что портал в «Смелость» закрыт. То есть, теоретически, сложности у тебя, но по факту — сложности у нас всех, ведь я на тебя рассчитывал.

Сказано это было с такой укоризной, что я не выдержал и рассмеялся.

— Ваша Светлость, нет у меня никаких сложностей. Если я обещал, значит, сделаю.

— Ага, сделаешь! — сказал он. — То есть, через четыре дня я достигну укреплённой фортификационной линии генерала Хер Возь Мешь, которая считается одним из мощнейших оборонительных сооружений не просто у Драконов, но и во всём мире. Там я смогу рассчитывать, что защитникам этой долбанной крепости будет не до меня?

— Примерно всё так и будет, — улыбнулся я.

— И как ты это обеспечишь?

— А вот это уже не ваши заботы. Я сказал помогу, значит, помогу.

— От меня нужны какие-то — помощь, поддержка, содействие?

Молодец Доброхотов! Судя по всему, он мне не поверил, но дело своё знает, поэтому спросил то, что должен был спросить.

— Свяжусь с вами чуть позже.

Я положил трубку. Пожалуй, не буду переименовывать в «Алмазные Мудаки» обратно… Немного подожду.

— Что такое, милый? Очередная неразрешимая задача, которую может сделать только Александр Галактионов? — послышался звонкий голос Аннушки, который оторвал меня от раздумий.

Я улыбнулся.

— Да нет, легкотня. Всё будет, как обычно. В данной конкретной ситуации самая главная проблема — заставить одного пожилого Абсолюта забраться в самолёт. Дальше-то выход оттуда будет только один. Но сперва надо придумать, как нам туда его заманить.

— Дорогой, ты готов?

Я, наконец, обратил внимание на свою супругу. И сначала не сразу понял, что она от меня хочет. Стоит такая, слегка нахмурившись, на пороге, одетая, как всегда, нарядно, на выход. Девочки такие девочки… Она тоже использовала любую возможность выйти в свет, чтобы выгулять новое платье или шубку. Сейчас в короткой шубке из шкуры разломной Адской Гончей в её любимом красном цвете она выглядела очень мило. Что было странно, что на руках она держала Антона Александровича, который с интересом оглядывался, и оба они, как будто, чего-то ждали.

— Э-э-э… — начал я, а потом вспомнил. — Ах, ну да, обследование.

— Ты забыл? — нахмурилась сильнее супруга.

— Да нет, конечно, дорогая, как я мог забыть. Разве может такое важное дело, как регистрация Одарённого превзойти, например, нападение Стяжателя Смерти или китайского маршала, являющегося Одарённым вне Категорий. Да ерунда какая-то… Вот Антон Александрович — это да!

— Сарказм? — неуверенно уточнила Анна.

— Да нет, что ты, дорогая, — рассмеялся я, обняв её, и сначала чмокнув супругу, потом мелкого Тоху, который попытался схватить меня за нос, но я быстро увернулся.

Быстрый сорванец. Я ещё помнил сломанный палец Иннокентия. Мой нос нравился мне и в таком виде.

Удивительно, что с нежностью и аккуратностью Тоха относился только к своей матери. Со всеми остальными он пытался показать свой характер. Удивительный ребёнок. Дядя Кеша постоянно ходил на ускорении и под доспехом, дабы не тратить позже энергию на лечение.

Я на секундочку подумал, что нифига не соврал. Для меня действительно важно провести время со своей семьёй. И если для этого нужно убить Стяжателя Смерти или китайского маршала, то это так, досадное недоразумение.

С лёгким свистом на лужайку перед домом сел мой «Буревестник», а на пороге показался Иннокентий с двумя большими сумками.

— Э-э-э… Вы что, с ночёвкой собрались? — уточнил я у Анны.

— Да нет, — засмеялась жена. — Я потом планировала к бабушке заскочить, она гостинцев нам обещала.

Я задумчиво почесал голову.

— Ну, зная Сару Абрамовну, двух сумок для гостинцев будет маловато.

— Поэтому я и хотела тебя попросить дать мне «Буревестник». Ты же, наверное, не захочешь увидеться с моей бабушкой?

— Пожалуй, воздержусь, — улыбнулся я.

Не, я люблю бабулю, но ей постоянно от меня что-то надо. Причём, самое смешное, что это не деньги или внимание. Да для меня легче было бы, если бы она просила замочить какого-нибудь шлемазла. Я бы с этим справился легко и непринуждённо.

Но ведь начнутся разговоры о Тохином воспитании. А ещё, вполне возможно, вопросы про следующего наследника. Самое интересное, что мы с Аней обсуждали, что в ближайшее время, даже несмотря на быстроту созревания Одарённого и скорость восстановления Анны, нового ребенка заводить мы не собираемся. Но вот когда бабуля начинала очередной разговор о наследнике, Аня улыбалась и только кивала головой. Отмазываться приходилось мне. Поэтому, сама пусть с бабулей разговаривает.

Есть у меня подозрение, что это была такая провокация в мою сторону. Но приходилось терпеть. Родственники — такие родственники. Я-то знал, что Сара Абрамовна действительно души в Анюте не чает. И как она относилась к Антохе… Такую бабушку желал бы иметь любой внук на планете. К примеру, как только она поняла, что обычные игрушки для Антохи не подходят, буквально через три дня из самого Парижа прилетели новые игрушки, сделанные из разломного металла — танчики и солдатики. А прикол был в том, что мять их можно было, как угодно. Это был, по факту, пластилин. Вот только металлический пластилин, если вы понимаете, о чём я.

Короче, с первыми двумя партиями игрушек Антон Александрович справился, разорвав на куски. Тогда Сара Абрамова внесла поправки в заказ. И вот третья партия держится уже второй день, что для детских игрушек, хоть и таких продвинутых, было своеобразным рекордом. Так что да, пускай бабуля правнука балует, а я буду её любить и уважать… но лучше на расстоянии.

— Минутку, дорогая, надо отдать последние инструкции.

Я, чтобы не терять времени зря, пошёл в казарму, которая была сейчас разделена на две части: на гвардию и на разломщиков. Гвардейцев, понятное дело, было больше, но ещё были будущие легионеры, что жили в отдельно стоящем домике. Таких домиков нужно нам больше. Вообще, в планах нужно много чего построить, но это всё пока планы.

Собственно, я вызвал Астахова, Волка и Ратника. У них на планшетах уже были данные, которые я получил от Архипа. А ещё эти самые данные были мной вчера посланы Арнаутскому, Говорушкину и Кренделю, дабы они, исходя из данных разведки, вычленили наиболее «вкусные» Разломы. Таковых оказалось почти три десятка. То есть, да, вся эта сотня Разломов была по-настоящему вкусной, но в тридцати Разломах находились материалы, ингредиенты, жизненно необходимые для развития моего маленького Рода-государства. Именно на них было нацелено моё основное внимание.

Вопрос был в том, что разломщиков у меня не было достаточно. Хотя я и Астахов решили не придумывать велосипед, а сформировали группы по принципу дежурных групп Центра. Полная группа состояла из двенадцати человек, тщательно подобранных для решения практически любой задачи. Нет, конечно же, у каждой группы был собственный уклон. У кого-то — в нежить, у кого-то — в эфирных тварей. Кто-то решал чистой физикой, но более-менее все ребята универсальные.

На данный момент у меня уже восемь таких групп. Мы достигли критического числа — девяносто шесть человек, близко к сотне, которыми мы всё ещё могли эффективно управлять и действовать. При том, что среди разломщиков минимальный ранг был четвёртым. Но это только среди тех групп, которые действовали автономно. Так-то пару молодых, не по возрасту, а по участию в Разломах, были и «пятерки», и парочка перспективных «шестёрок».

При том, что отбоя от желающих реально не было. Все хотели к барону Галактионову. А коммерческая составляющая, которую проработала Анна, хитрый процент, плюс твёрдый оклад, делала моих ребят самыми высокооплачиваемыми, как минимум, в Иркутской губернии. Ну, и репутация, куда уж без неё. Все видели, кого представляли мои ребята, поэтому стремились поучиться.

В общем, план был закрыть эти тридцать Разломов в первую очередь. Проблемы составляли всего два из тридцати, которые являлись чёрными с неприятными противниками. Нет, если туда пойдут одновременно Астахов, Ратник и все самые сильные разломщики, то они их закроют. Но идея была в том, чтобы сильнейших раскидать по группам, дабы они действовали параллельно.

— Есть у меня одна мысль, — улыбнулся я, глядя на тварей, что были разведаны в этих Разломах. — Сюда возьмите Одина, — ткнул я в планшет. — А сюда Поручика.

Я на секундочку задумался.

— В принципе, можете схватить Пупса за хвост и швырнуть его внутрь, а самим не заходить. Я думаю, он вполне справится.

— Ага, и кто этот герой? Кто это сможет сделать из тех, кого я видел? Такое обращение с собой он прощает только тебе и твоим жёнам, — рассмеялся Астахов.

— Точно, моим жёнам! Ну, тогда я отправлю с ним Катюху.

— Саша, при всём уважении, но это же твоя жена, — начал Волк, и мне внезапно так стало смешно, что я реально начал ржать, истерически вытирая слезы.

Астахов улыбнулся, смущённо прикрываясь кулаком. А затем во весь голос рассмеялся Ратник.

— Что⁈ — возмутился Волк.

— Я должен защищать жену господина.

— Точно, должен, — сказал я. — Поэтому пойдёшь с ними. Только это… Ратник, снаряди его нормально, чтобы я своего начальника гвардии не потерял.

— Да вы о чём… вообще? — начал Волк.

— Ни о чём, Андрюха, ни о чём! — похлопал его по плечу Астахов и повернулся ко мне. — Инструктаж окончен, можно приступать?

— Приступайте, — сказал я.

— Саша? — Волк удивился.

— Волгомир, он весь твой, — теперь я хлопнул Волка по плечу и пошёл наружу к жене.

Почему я смеялся? Да просто потому, что Катерина по силе уступала, разве что мне, Бухичу и Бурбулису. Ну, Ратник смог бы какое-то время с ней продержаться на равных. Возможно, Призрак опытом бы затащил. А вот что касается Волка…

— Я это не надену!!! — послышалась изнутри, что вызвало у меня новый приступ смеха.

Ну да, специальная броня, разработанная по моим чертежам Кренделем для защиты от Тёмной Ауры моей дражайшей супруги, выглядела… скажем так — странно и забавно. И если Катюха ничего не могла сделать Затупку, ведь эта сволочь, скорее всего, бессмертна, а вот люди рядом могли пострадать. Он хочет позаботиться о моей жене? Флаг ему в руки, но при этом придётся пострадать.

В общем, погрузились мы в «Буревестник». Он поднялся в воздух, и мы полетели напрямую через водную гладь Байкала. Про себя я подумал, что в принципе уже достиг определенного достатка. Могу позволить, чтобы мои «Буревестники» летали, несмотря на стоимость желеек. Да и желейки-то у меня, по большому счёту, были, так сказать, по себестоимости. Я уже забыл, когда последний раз их покупал. Разломщики справлялись. Кое-что даже шло на продажу.

Я совсем не удивился, когда рядом с главным армейским госпиталем Иркутской области, крыло в котором арендовали Истребители, я встретил Андросова. Да, не всё можно было лечить в лазарете Истов. Если какая-то реабилитация, тем более, то отправлялась сюда. Это было нормально. А вот то, что здесь был Андрюха — ну, иного я не ожидал.

— Любопытство — не порок? — улыбнулся я.

— Можно подумать, — сделал вид, что обиделся Андрюха. — Я просто хочу, чтобы всё прошло нормально.

— А без тебя, конечно, здесь тупицы работают и нормально всё не пройдёт, — улыбнулся я.

— Саша, перестань, — осадила меня Аня, а сама потянулась к Андрею, держа в одной руке Антона Александровича, а второй приобняв и дав поцеловать себя в щеку.

— Бля… Ой, извините, — сказал Андросов.

— Да не, в натуре «бля».

Антоха в это краткое мгновение времени зря не терял — схватил и резко дёрнул красивый и, похоже, очень дорогой галстук с гербом Рода Андросовых. Во-первых, он чуть не оторвал Андросову шею, но всё-таки шея Одарённого оказалась крепче. А вот галстук он порвал. Ах да, на нем ещё была запонка, похоже, с большим красивым разломным бриллиантом.

Кто-то говорил, что алмаз — один из самый крепких материалов в мире? Ну, Антон Александрович с этим бы поспорил, потому что он поднатужился и алмаз рассыпался песком в его руках. Видели бы вы, сколько радости появилось в глазах моего наследника, а то, походу, он уже начал падать духом, не справившись с последним подгоном Сары Абрамовны. Но сейчас он понял, что да, всё нормально.

— Ой, Андрюша, извини, — сказала Аня, — мы всё компенсируем.

— Ни хрена мы не компенсируем, — воспротивился я. — Следить надо за своим добром, тем более, подозреваю, что этот камешек дохрена стоит. Мы же не настолько богаты, как Андросовы.

— Да ладно, пустяки, — Андрей задумчиво почесал затылок, глядя на малого. — Кажется, это будет действительно интересно.

Андросов как в воду смотрел. На тест Антона Александровича Галактионова прибежали все сотрудники центра. Походу, судя по количеству, здесь были не только они. Подозреваю, множество так называемых прямых или косвенных наблюдателей от других Родов. Даже знакомый СБ-шник мелькнул в коридоре. Ну, они хотели шоу — Антоха показал им шоу. Весь в батю!

К окончанию теста было переломано абсолютно всё оборудование в медицинском центре, начиная от весов, заканчивая, конечно же, силомером. Два раза выбивали пробки во всём здании, когда пытались проверить его энергетический потенциал. Во второй раз не выдержал трансформатор подстанции. Я как раз стоял около окна, нежно обняв жену и с умилением наблюдая за тем, как с малышом возятся врачи. Ну, точнее, не врачи. Все манипуляции делал дядя Кеша. Мы не хотели сломанных пальцев и рук среди медперсонала. Но всё равно выглядело забавно.

Так вот, когда за окном громко хлопнуло, везде погас свет и загорелась подстанция, я решил, что на сегодня исследования закончены. Хотя, загудев, заработали резервные генераторы, свет вернулся, показав мне озадаченные лица исследователей.

— Я думаю, что на этом мы можем закончить. Правда, коллеги? — Андрей Андросов посмотрел на исследователей, и те неуверенно кивнули.

— А результаты уже посмотреть можно? — поинтересовался я.

— Результаты посмотреть… — задумчиво проговорил Андрей, копаясь у себя в планшете. — Нельзя.

— Почему это нельзя? Я отец, имею право! — сказал я.

— Да потому что я думаю, мы дня три будем доставать их из памяти сгоревшей и поломанной техники, — кивнул Андрюха.

Я огляделся и понял, что реально, как будто папа Ашика прошёлся по исследовательскому центру. Кизяков на полу только не хватало, а так всё очень похоже было.

— Но вам же удалось замерить? — уточнил я.

— Удалось, по большей степени через это, — он постучал себя указательным пальцем по голове, также задумчиво. — В смысле, мы снимали данные параллельно. Да и вообще, зачем тебе эти исследования? Полагаю, ты и сам всё прекрасно видел.

— Ну, как зачем? Поставим в рамочку, а ещё покажем бабе Саре, пускай за правнучка порадуется. Правда, дорогая? — спросил я Аню.

— Да, кстати, хорошая идея, — улыбнулась она.

— Ну вот, видишь, н-н-нада! А сейчас мы свободны?

— Да, — сказал Андрей. — Что-то еще хотел у тебя спросить, но со всем этим исследованием забыл.

— Ладно, вспомнишь, позвонишь, — хлопнул его по плечу. — Мой номер ты знаешь.

— Хорошо, обязательно.

Андрей всё также находился в задумчивости, а мы вышли на улицу.

Там уже нас ждал второй «Буревестник», не такой нарядный и удобный, как мой, который я отдал в распоряжение супруги, но «Буревестник» — он и в Африке «Буревестник».

Если бы у меня был календарь задач, который рекомендуется современным деловым молодым людям, то я бы сейчас поставил галочку напротив «домашние дела сделаны». Пора перейти к другим делам.

Мне действительно надо было разобраться, как помочь Доброхотову. Изначально хотел туда десантировать Бурба и Бухича, но сейчас они бегают по Разлому. Радужному Разлому, на минуточку. Еще до подарка от Архипа я нашел кое-что интересное, и послал туда дедов развлекаться. Лут должен быть достойным.

Что в приоритете: набить закрома Рода или сдержать слово? Я вам отвечу. Никогда не любил этих выборов. Я вообще не понимаю, для чего их нужно делать. Зачем выбирать что-то одно, если можно съесть и главное блюдо, и десерт, одновременно. Ну и что, что все мои люди заняты? В первый раз, что ли.

Так что сделать что-то в одиночку для Охотника не представляло никакой проблемы. Для меня наоборот, взаимодействие с другими людьми вносило раздражающий фактор, но что ещё хуже — фактор неожиданности.

Я потихоньку уже начал отвыкать, ну, точнее привыкать к новым реалиям этого мира, доверяя людям. И уже потихоньку подхожу к начальным ступенькам своей прошлой силы, когда уже можно развернуться и действовать в одиночку.

Да, придётся переговорить с Драконьим Патриархом. Отдельная забава для гордого дракона — таскать у себя на горбу человека. Но я же не простой человек, я Охотник, а он не простой Дракон-Патриарх, а тот, который сидит в моём Океане Душ, и очень хочет оттуда выбраться. Так что придётся его продавить, хотя переговоры будут сложными. А ещё я сильно надеюсь на то, что от «Смелости» далеко не отошли ни Галактионова, ни Вербицкий.

Тут внезапно я посмотрел в иллюминатор и широко улыбнулся, поняв одну интересную вещь. А ведь, если правильно проложить путь, то я пролечу как раз над, так сказать, «тайным убежищем» Распутина в Тибете. Может и туда стоит заглянуть на огонёк?

Интерлюдия

Императорский дворец

Зал совещаний

Императрица сидела перед большим экраном и проверяла утреннюю почту, где находились самые важные выжимки об общих новостях, в том числе, происшествия, как внутри Империи, так и в остальном мире. Причём, эта политинформация готовилась разными людьми, абсолютно независимо друг от друга. Несколько точек людей на одно и тоже событие были важны для понимания общей ситуации в целом.

При всём этом, иногда Елизавета не ленилась самостоятельно проверить данные через верных людей, ну, либо же, просто покопавшись в мировой паутине. Этому замечательному принципу научил её отец. Доверяй, но проверяй — одно из самых важных знаний, что он передал ей.

Лиза с улыбкой посмотрела на сидящую напротив Ольгу, которая закинула ноги на стол и, улыбаясь, погрузилась в смартфон. Сейчас она была похожа на обычную молодую девушку, которая занималась самым важным делом молодых девушек — серфингом в сети.

Внешне она была похожа на неё, Елизавету, а вот внутренний взрывной характер был похож на характер её деда, отца Лизы. Ну, до того момента, как Михаил научился с ним справляться. Хотя именно в наличии этой взрывной части характера возможно и кроется успех его, как Императора, и успех всей Империи под его руководством в то славное время. Выпуская вовремя свою неистовость, он побеждал, как на полях сражений, так и на политической арене. Если Император выходил из себя, то и на поле боя, и в высоких кабинетах, воины и правители других стран предпочитали бежать, как можно дальше.

Ольге ещё два дня нужно было находиться под присмотром врачей. Закрытие Радужного Разлома не прошло для неё бесследно. Вот, кстати, обратная сторона жизни гордой цесаревны. Если обычно подвиги Абсолютов гремели на весь мир, то её тройка в интересах государства действовала скрытно. Тут ещё возникал один большой вопрос. Когда Ольга наконец-то остепенится, а выбора у неё не было, ведь ей придется это сделать рано или поздно, тогда кто заменит её для таких вот щекотливых поручений?

— Мам, хочешь прикол? — вскинулась Ольга. — Читаю мировые новости, и всё сходится к тому, что главным врагом Императора-Дракона сейчас является барон Александр Галактионов. Учитывая, что у нас с ними идёт полномасштабная война, тебе не кажется, что это как-то неприлично?

— Неприлично, что? — не сразу поняла Лиза.

— Ну, ты ведь должна быть его главным врагом… Глава Великой Империи, с которой он сражается. А тут он зациклился на каком-то бароне.

Лиза не выдержала и рассмеялась.

— Ну да, ну да… «каком-то бароне». Сама-то поняла, что сказала? По большому счёту, для нас в этом плюс, если у него голова занята совсем другим, нежели положением на фронте. Но я бы на твоём месте, дорогая, так бы не думала. В средствах массовой информации показывают то, что хотят показать. Да, сейчас сохраняется хайп на Галактионова. Точнее продолжается, — поправилась она. — Подозреваю, что это делают с какой-то целью. И думаю, самое время позвонить Морозову и спросить, какие успехи у нас на фронтах. Зная моего китайского коллегу, он явно что-то задумал.

В дверь аккуратно постучали, и внутрь зашёл Болконский.

— Семён Семёнович, здравствуйте! Как раз хотела вызвать вас и Морозова.

— Я уже здесь, Ваше Императорское Величество! Ваше Императорское Высочество! — кивнул он в сторону Ольги, и та, не опуская ног со стола, помахала ему рукой. — Морозова сейчас я вызову.

— Спасибо, я сама! — Императрица нажала на кнопку коммуникатора и приказала помощнику связаться с Морозовым. — А вы с чем пожаловали, Семён Семёнович, чайку выпить или по делу?

Она кивнула на артефактный, постоянно горячий самовар, который поддерживал нужные 93,5 градуса — идеальный для любимой смеси чаёв, которые пила Императрица.

— Ну, от чайка я не откажусь, — сказал начальник службы СБ. — И пока будем ждать Ивана Фёдоровича, то хочу вам кое-что показать.

Он положил на стол планшет и открыл на одной странице.

— Что это такое? — заинтересовалась Елизавета, зная, что начальник службы безопасности не будет дёргать её по пустякам.

— В Империи обнаружился аномально сильный Одарённый. Причем, впервые проявил себя, когда ему было всего несколько дней от роду. Это реально какое-то чудо, — при этом он хитро усмехался.

Императрица уже наклонилась над планшетом, но тут же отстранилась и положила ладонь на экран, закрывая обзор.

— Подождите, попробую угадать. Вы про Антона Галактионова?

— Именно, — кивнул головой СБ-шник. — Но я всё-таки хотел, чтобы вы посмотрели на данные тестов своими глазами.

Императрица убрала руку и начала просматривать досье. Она то хмурилась, то улыбалась. А слово «однако» у неё перемежалось с совсем не императорским «ни хрена себе!».

В конце она откинулась на спинку кресла и пристально посмотрела на Ольгу.

— Что? — спросила цесаревна у мамы настороженно. — Мне не нравится, когда ты так на меня смотришь.

— Помнишь, я смеялась над твоей попыткой забеременеть от Галактионова? Говорила, что это недостойно, не то что цесаревны, но даже обычной девушки. Говорила, что императорский Род так не поступает. Много ещё всякой фигни рассказывала.

— И…? — всё также настороженно спросила Оля.

— Забудь всё, что я говорила, — хмыкнула Императрица, потрясая планшетом в воздухе. — Если всё это правда, а тем, кто составлял отчёт, я верю, то чем больше будет таких Одарённых подданных у нас в Империи, тем быстрее закончатся войны в мире.

— Почему это войны закончатся? — недоуменно нахмурилась Ольга.

Лиза улыбнулась и подмигнула Болконскому.

— Ответьте моей дочурке, Семён Семёнович.

— Да потому что, как выразился бы сам Александр Галактионов, все вокруг бы тупо зассали нападать на нашу Империю.

— Хмм… — задумалась Оля.

Думала она несколько секунд, а потом резко вскинула голову.

— Мама… а ты сама — не?

Сбоку подавился только что приготовленным чаем начальник службы безопасности Империи Болконский, а Лиза задумчиво посмотрела в окно и улыбнулась…

Глава 12

И ведь реально я позвонил Пожару и попросил их готовиться к полету над Тибетом. Жора, правда, удивился, но не посмел сказать и слова против. А когда узнал, что я собираюсь десантироваться в крепости, то его нервы не выдержали, и мой главный ас-истребитель стал выдвигать различные разумные доводы.

То, что врагов больше, это такое себе… Я и сам в поле воин. Но вот наличие ПВО, это да… Конечно, я был уверен на процентов девяносто, что смогу их обойти или отбиться от ракет с помощью тварей, которые примут все удары на себя. Но девяносто процентов — это не сто… В общем, решил не травмировать психику людей и получше обдумать свою задумку.

А дома было весело, ведь поступил срочный звонок от Ларика. Я, конечно, сперва напрягся, но когда услышал его спокойный и веселый голос, то выдохнул.

Ларик — такой парень, что никогда не знаешь, чего от него ожидать. Не то, чтобы я не верил в его благоразумие. Просто он слишком добрый, как бы не смешно это звучало, а ещё — очень наивный. По этой причине он и попадает в разные ситуации, из которых, конечно же, успешно выходит… Но не всегда понимает сам, как это сделать… гхм… помягче. Поэтому обычно после «выхода» вокруг валяется очень много трупов.

В этот раз причина звонка была довольно интересной. Генри решил взять его на прием в честь какого-то там аристократа, давнего союзника Годарта. Я могу предположить, что это Мольдеры или Штайнеры, но точно не скажу. А Ларик не уточнил.

— Отец… Что мне делать? Я не знаю, как себя там вести… А деда позорить не хочу… Спаси меня… — сколько боли и отчаяния было в его глазах.

Кстати, да, я видел его глаза и испуганное лицо. Ларик наконец научился пользоваться видеозвонками.

В этой ситуации удивительным было всё. Ларик, который был наследником эльфийского престола, по идее, умел себя вести в высшем обществе. Эльфы — те еще снобы, по сравнению с людьми. Там неосторожный взмах руки может решить судьбу всего Рода. Они с самого рождения знают, как правильно вести себя в обществе. А Ларик сейчас паникует, и это может говорить о том, что он теперь больше человек, чем эльф.

Генри тоже был сам не свой, чтобы взять Ларика на такой прием без подготовки. Ух… Помню, как он целую неделю муштровал меня без остановки. Десятки учителей объясняли, как я должен дышать, держать свои руки, с кем говорить, а в чью сторону даже не смотреть. А тут он сообщил за день до приема парню, что он «избран» посетить мероприятие вместе с ним.

Я сейчас сидел в своем кресле и задумчиво смотрел в окно. Охотники — уникальные люди. С нашим появлением меняется мир… И люди, живущие в нем.

Железный Годарт — и тот изменился. Это меня, как человека, который, хоть и косвенно, но связан с ним, радует. Он всю свою жизнь жил в своей скорлупе и очень не любил меняться. Порядок — это неплохо, но не в том случае, когда ты за ним пытаешься спрятаться. Жизнь любит развитие и движение. Он перестал развиваться в тот момент, когда такая жизнь его разочаровала.

Ларик — это мой своеобразный дар и проявление уважения к нему. Ведь он, хоть мы и расстались не очень, сделал правильный выбор. Я знал, насколько сильно он хотел начать войну с Империей. Но несмотря на это, смог удержать свои желания в узде и поступить мудро. Не уверен я до конца, что Ларик сможет залечить его больное сердце. И сейчас, не знаю, происходит ли это, но подвижки точно есть.

Я посоветовал Ларику просто быть собой, и вести себя так, как ему хочется. При этом не забывать, кто он и откуда. В принципе, Ларику не нужно было говорить, что ему делать. Он сам этого не понимал, но позвонил, чтобы получить мою поддержку и поделиться деталями из своей жизни.

На этом мы и закончили наш разговор. Он меня поблагодарил и сказал, что не подведет ни меня, ни дедушку Годарта. Все же это была хорошая идея.

Эх… С этим я разобрался, так сказать, с самой легкой частью моих дел. Теперь нужно понять, что мне делать с «моими» монголами. Ашик, конечно, удружил мне, вместе с Бурбом. Была идея, чтобы он стал Ханом, а в итоге им сделали меня. И ладно бы, земель дали… Так нет же! Они всем скопом на своих лошадях прискакали ко мне. Анна уже задолбалась отвечать на звонки, и все спрашивают — «какого хрена?»

Для аристократов и других ведомств не прошла мимо это новость, что Галактионов пригнал к себе табун врагов. Конечно, тут здорово помогает моя репутация, и потому никто не спешит бросаться в меня обвинениями. С другой стороны, если не смотреть на проблемы, то я вижу некоторые возможности и уже решил их всех оставить у себя. Кто знает, как в будущем сложатся дела. Вдруг потом на вполне законных основаниях к своему королевству добавлю ещё и Монголию. Ха-ха…

Ну, а что? Детей у меня много будет, скорее всего, а где мне взять для них земли? Вырастут и скажут — «папа дай»! А я что смогу сделать? Не расселять же их по всей Империи.

Вообще, эта проблема с детьми давно меня волновала, ещё до Антохи. Мне было комфортно иметь маленькое баронство, и я как-то не думал о том, чтобы расширить земли. Зачем? Земли уже и так неплохо выросли во время моих войнушек. Но мой Род продолжает расти, а также растут потребности, поэтому нужно подстраиваться.

Что ж, сейчас я сидел и перелистывал бумаги, которое мне оставила Анна на столе. Любопытные документы, в которых был список тех земель, что сейчас продавались в Иркутске, и рядом с ним. Барон Пурпузанов продает свое маленькое имение и шесть деревень. У него там нет ни одного производства, а хочет, собака такая, целых двадцать миллионов. Я бы ему за такое в морду дал! Даже пяти миллионов его земли не стоят. На кого только это было рассчитано?

Вторые документы — это вилла, яблочный сад и небольшой клочок земли. Сардиновы хотели за всё двенадцать миллионов. Да там земля такая, что она даром не нужна. Очень неудобное место, которое вплотную подходит к трассе, и ничего с этим не поделаешь. Даже не поймешь, откуда на тебя нападут, столько там машин в день проезжает.

Пересмотрел еще десятка два предложений, и понял, что много Родов продают здесь участки. Интересно, это связано с войной с Драконами или такое происходит всегда?

Было и неплохое предложение. Большой участок, который идеально подходит для моих целей, но далековато. Он находился совсем с другой стороны Иркутска от моего имения. Наверное, километров пятьсот, а хочется найти что-то поближе.

Голова начинала болеть все сильнее… А мозг, кажется, уже вскипел. Почему Анна сама не подобрала, как её просил? Сказала, что это уже моя работа. Мол, ты глава Рода, вот и расширяй свои владения.

Достало меня всё это! В какой-то момент я понял и стукнул с силой по столу. Уже по третьему кругу прохожу в поисках идеального варианта, но ничего не нахожу.

Ладно… Охотники простые решения не выбирают. В душе я знал, что выбрать, но не хотел мучиться, но, кажется, придется. Отложил в сторону листок, где были земли Рода Потемкиных. Они принадлежали Роману Потемкину, шестому сыну этого Рода, и в документах о продаже была причина. Роман решил вернуться назад в Архангельск к родителям. Эти земли, как я понял, он здесь продаст, а там купит себе новые.

Стал пробивать о нем информацию через свои связи в планшете. Быть Абсолютом не так уж и плохо, у нас есть доступ в разные закрытые места. Оказалось, что Роман был романтиком, и даже бойцом, но не столь усердным. Сюда он переехал шесть лет назад, чтобы стать настоящим Истом. Первых три года он готовился и тренировался. Хотя, как видно по характеристикам, которые здесь тоже были от его учителей и тренеров, он чаще пил и посещал закрытые приёмы. Последних четыре года он, и правда, числился Истом, имея за это время целых четырнадцать боевых выходов, шесть из которых закончились травмами.

Что сказать? Не вышел из него настоящий Ист… Хорошо, хоть жив остался. А китайская армия у границы, как я полагаю, забила последний гвоздь в крышку гроба его мечты.

Не стал откладывать это дело на потом и, схватив телефон, сразу набрал его.

— Слушаю? — раздался слегка уставший голос на той стороне.

— Здравствуйте, Роман! Я по поводу продажи вашей земли. Хотел узнать — предложение еще в силе? — не стал юлить и перешел к делу.

Роман завис, и не стал сразу отвечать. Мне, вообще, показалось, что он немного тормозит.

— Вы про поля в Армавире? — вдруг ожил он.

Поля? Он еще и там что-то продает?

— Если да, то их уже продали.

— Прошу прощения, конечно, но поля в Армавире меня не интересуют. Далековато это… Я хотел бы узнать насчет вашей охотничьей резиденции и земель, что её окружают в Иркутске.

— Ух, ты ж, блин! — аж выругался он. — Что реально, насчет Иркутска?

Кажется, я понимаю, в чем тут дело.

— Реально! — подтвердил ему.

— Они всё ещё продаются… Если что, я на месте и готов с вами встретиться!

А сколько радости я услышал в его голосе. Неужели у него там все так плохо? Если да, то я рад… Чем хуже его положение, тем большую скидку я смогу получить.

— Меня заинтересовало ваше предложение… но, увы, это дороговато для меня. Тем более, там указано, что вы хотите наличными, — стал я вспоминать, что там прочитал. — Для начала хотелось бы узнать подробности, и если не будет покупателя через месяца два, то возможно я успею. Однако, в том случае, если меня все устроит.

— Да какие там еще нужны подробности? — слегка разочаровался он. — Хорошая земля с добротным домом. Есть леса, которые кишат дичью. Шесть озер и две пустых деревни.

— А как соседи? Мирные? Не доставляют проблем?

— Соседи-то? Да куда там… Я так понимаю, вы неместный? — решил задать он свой вопрос.

— Местный, но здесь живу недолго. Меня зовут барон… — странно, но договорить он мне не дал.

— Отлично! Давайте сделаем проще… Мне сейчас очень срочно нужны деньги, и поскольку, вы первый человек за последнюю неделю, кто обратился, я готов сделать скидку. Скажем… два миллиона, итого, цена всего десять миллионов. Но мое предложение будет в силе только сегодня. Скажу правду… Я устал от этого места, и хочу как можно быстрее покинуть его.

Много откровений, и меня все устраивает. Даже цену сбросил, что уже приятно. Жаль только, что нет у меня сейчас десяти миллионов… А если и есть, то Анна не скажет, где они лежат.

Вообще-то, я планировал сделать покупку не дороже четырех миллионов но это предложение, и правда, заманчивое.

— Скидка, и правда, делает наши торги более уместными, — спокойно ответил ему.

— Да тут и думать нечего! — отмахнулся он. — Скажу даже больше… Все склады заполнены, и даже построена совсем новенькая казарма на двести человек. Ею ещё не пользовались, а там все склады забиты. Всё оставлю! При этом по лесу разбросаны десятки маленьких изб для охотников. Если вы любите каждый день употреблять свежую дичь, то это место явно для вас.

Мы еще говорили минут тридцать, и за все это время я даже не знаю, каким образом, он еще не похвалил свои земли. Кедровые леса дают просто волшебный урожай, ягод немеряно, притом что деревень там нет обжитых. Леса, прямо, ломятся от всякой живности, и вообще, он не продавал бы ни за какие деньги. Но просто устал здесь жить.

Договорились до того, что я решил прикупить эту землю. А для этого пошел и нашел свою Анну.

— Дорогая, у нас есть десять миллионов? — спросил у жены, которая держала на руках ребенка.

Ее глаза опасно сузились.

— Дорогой… Чтобы дать тебе правильный ответ, я должна понять, для чего они нужны тебе, — говорит и улыбается.

— Я так полагаю, что если мое предложение тебе не понравится, то и ответ будет «нет»?

— Какой ты у меня умный! — обрадовалась она. — Иди сюда, я тебя обниму.

Дальше Анна меня затискала, пока Антоха ползал где-то у наших ног и крушил свои игрушки. А они здесь были повсюду. Кажется, подарков становится только больше.

Я порадовал Анну тем, что созрел к покупке новых земель. Она давно говорила, что надо думать о расширении, вот только голова у меня все время болела не тем. Да и сейчас считаю, что рано. Но монголы, блин, уже всю лужайку вытоптали… и удобрили, ага! Нужно куда-то их деть, и при этом не обидеть. Все же это люди Ашика… Ну, и мои.

Анне моя идея понравилась, но она сразу меня предупредила, что попахивает кидаловом. Слишком хорошее предложение за такие маленькие деньги. Я же наоборот думал, что дорого… Вот что значит быть Охотником. Нам проще захватить кусок, чем купить его.

Затем набрал Москаленко и сказал ему приготовить «Буревестник». На осмотр участка решил отправиться вместе с моей женой. Катя согласилась остаться и присмотреть за мелким. Хотя, что за ним смотреть? Во-первых, с ним Иннокентий. А во-вторых, он и сам за кем угодно может приглянуть, да еще и защитить, в случае чего. Ну, конечно, только в том случае, если нападать будет армия игрушек. Мне кажется, Катя что-то задумала…

Анна была рада развеяться после Разлома. Она то и дело говорила, что хочет чего-то нового в жизни. Устала только с документами работать. Странная женщина, ведь на предложение нанять больше помощников, она всегда отказывалась. Мол, дела Рода должны быть в семейных руках.

Долго мы не готовились, взяли только деньги.

— Просматриваю я информацию по Роману Потемкину и вижу, что в последнее время он начудил, — сообщила мне жена.

Пока мы доезжали, она штудировала всю сеть в поисках информации.

— Что удалось найти? — стало мне интересно.

— Было три крупных скандала, и все они внутриродовые. Он дважды подрался со своими братьями на приемах, а один раз даже был скандал с отцом.

— Что-то не похож он на того, кто переезжает поближе к родне, — хмыкнул я.

— Вот-вот! — улыбнулась Аннушка. — Ки-да-ло-во!

— А нам какая разница? Мы заплатили деньги и всё! Дальше пусть что угодно делают. Уже не отдам!

— Тоже так подумала, но на всякий случай, я внимательно изучу документы.

Роман говорил, что все нужные бумаги у него уже составлены. И всё, что нужно, это подписи с обеих сторон. При этом он почему-то настаивал, что деньги должны быть переданы лично в руки, и никаких банковских переводов. Это настораживало и объясняло, почему так мало у него было желающих. Одних это отпугивает, а других, наоборот, ставит в неудобные рамки.

Самое приятное в этом всем, что ехать недалеко. Всего лишь через два имения от меня находилась эта земля. Можно даже сказать, что если сделка пройдет успешно, то еще у двоих купить их землю и все… Баронство вырастет очень даже неплохо.

— Мы подъезжаем! — я сообщил Анне.

А сам в это время проверял местность через Шнырьку.

Поскольку нас в «Буревестнике» всего трое, то я не забивал на безопасность. Вообще-то предполагал, что нападение может произойти, как только мы подъедем к воротам.

Каюсь… Ничего круче нападения я не придумал. Но этот вариант сам так и просится на ум. Едет одинокий барон с большим пакетом денег, и без охраны… Завали его и забери деньги, а потом скажешь, что он даже к тебе не доехал. Вот только нападением здесь и не пахло. Нас встретили на пункте пропуска два ленивых гвардейца в потрепанной форме, и когда узнали, для чего мы здесь, то дали добро проезжать.

— Как думаешь, нас попытаются убить? — хмыкнул я.

— Сомневаюсь, — покачала головой Аня. — Скорее надуть, но за это не переживай, милый. Пока я рядом, ни один, даже самый отпетый мошенник, не сможет обвести тебя вокруг пальца.

Странно, но сейчас я ощутил, какая от нее исходит сила и мощь. Анна попала в свою стихию, и уже испускает незаметную глазу свою особую ауру. Ту самую, которая дает силы всем Голдсмитам.

Охотничьи Угодья «Дикий Кабан»

Роман не мог найти себе сегодня места. Все сроки уже вышли, а он не мог доделать свои дела. Почему это все так тяжело, он не мог представить.

Казалось, что может быть трудного в том, чтобы продать свое имущество. Но оказалось, что проблем много… Никто не хочет рассчитываться наличными. Будь они прокляты, эти банковские переводы! А ведь ему нужна была только наличка. Он, и правда, собирался переезжать. Вот только не туда, куда всем сказал, в том числе и родителям. Те его, конкретно, уже достали. А за последний месяц их напор становился все сильнее, что Разломы не его конек и, вообще, он срочно нужен Роду. А Роман не хотел быть таким нужным. Не хотел заключать династический брак с «женщиной», которая еще даже не родилась. Именно этот факт его и убивал. Как вообще отец мог такое придумать? Ему срочно нужно было объединить два Рода кровью, и заключить крепкий союз. Вот только беда, неженатым оставался только он, а еще Романа было не так и жалко.

Но тут нарисовалась другая проблема. У Баюновых, вообще, не было наследниц. Зато была одна беременная жена четвертого наследника, у которой проверку проводил человек из Андросовых и сказал, что это будет девочка. Тогда главы обоих Родов встретились и обсудили, что они могут придумать. Обо всём этом ему потом рассказали братья. Было решено провести заочную свадьбу и подписать договор на триста сорок восемь пунктов. По факту, он вступит в полноценный брак только тогда, когда его невесте исполнится даже не восемнадцать, а целых двадцать шесть. Он сразу понял, в чем тут дело. Его слили… Нагло и жестко… В надежде, что к тому времени его уже не будет в живых.

Одна загубленная жизнь, но зато процветание и совместное сотрудничество двух знатных Родов. Вот только Роман не был с этим согласен… и вообще, у него была невеста. Уже два года он проводил с ней время, и по этой причине пропускал свои Разломы. Нелегко одновременно встречаться с Маргарет в туманном Альбионе и проходить Разломы в Иркутске.

Маргарет была любимой дочерью уважаемого и сильного лорда. Он был известен, как человек чести, и чтил воинский кодекс. При этом разумом тоже не обделен, понимая, что не каждый человек может быть великим воином. Когда Маргарет познакомила его со своим отцом, Роман в первую же встречу рассказал, что всегда стремился стать известным Истребителем. Но из успехов у него только несколько десятков убитых тварей и больше двух десятков переломов и порезов.

— Просто твое храброе сердце больше, чем твоя сила, — сказал ему Эдвард. — Не все могут быть великими.

Такие слова от старого вояки удивили Романа. От своей же семьи он слышал только насмешки в свой адрес.

«Мальчик, который не смог». Говорили так про него из-за того, что он с детства грезил Истребителями. А когда вырос, так и не смог прославить свое имя. Но скоро все изменится. Роман принял важное для себя решение… Он покинет Империю раз и навсегда.

Увы, но его Род за такое не простит, и попытается вернуть обратно, вот только руки слишком коротки, чтобы добраться до Британских островов. Там он осядет, купив участок земли. Слишком долго ждет его решения любимая Маргарет, а он все пылал надеждой, что родные поймут и благословят их. Ее отец был готов отпустить дочь, и она сама была согласна. Просила его бросить походы в Разломы… Она ценила в мужчине не силу, а его ум.

Романа нельзя было назвать глупым человеком. Как никак, если он где-то и достиг высот в ремесле Истребителей, так это именно в мысленной работе. Разбуди его хоть ночью и назови тварь, он сразу расскажет, как с ней бороться. Наверное, только потому он ещё жив. Из всего этого плохо, что он был достаточно добрым человеком и не любил обманы. Сегодня он должен обмануть сразу дважды. Свой Род, что поставил запрет на продажу имения, которое принадлежит ему… и человека, который его купит. После покупки он получит во враги весь его Род, который попытается вернуть своё имущество. Неприятно ему было от этой мысли, но что делать? В жизни бывают сложные решения.

Кстати, о решениях. Именно Роман смог найти лазейку, с помощью которой можно было продать землю. Наличные деньги и переданная в канцелярию ведомость ровно через двадцать три часа и пятьдесят девять минут. У его Рода будет ровно минута, чтобы отреагировать и расторгнуть сделку. Будь они хоть всемогущими, но даже телефонный звонок за такое время совершить будет нереально.

Ожидая своего возможного покупателя, он придумал для себя целую историю, как он будет жить на новом месте, и даже успел пожить в роли местного британского лорда, как вдруг раздался звонок.

— Господин… Гость прибыл! — сообщил верный ему человек.

Верных осталось не так уж много. Всего их было четверо, вот и всё, что оставили ему родители после того, как он отказался выполнять их волю.

— Приглашай в дом! — дал команду Роман.

Когда могучий «Буревестник» круто подъехал к окну, то Рома понял, что он прое… гхм… ошибся, и очень сильно.

Все же нужно было дослушать полную фамилию человека, с кем заключает сделку. Но в тот момент он решил перебить его, чтобы избавить себя от удушья совести. Не хотелось ему заранее знать о человеке, которого он вскоре подставит.

Но теперь… Он пожалел. Все его планы, кажется, разбились о жестокую реальность. К нему приехал сам барон Галактионов.

— Ну почему среди десятков баронов этом городе это был именно он? — взвыл Роман.

И ему даже показалось, что само окружающее пространство назвало его лошарой. Эти нервы до добра не доведут.

Когда Галактионов зашел к нему в дом со своей женой, то Роман едва стоял на ногах от ужаса, а ведь ему еще придется здесь все показать. Он надеялся, что до сделки не дойдет, и ему не придется отказать ему и сообщить, что это была подстава.

Конечно, он мог бы и подставить. Все же лично они были незнакомы… Но это же Галактионов! Он Ист… Очень известный Ист, Абсолют, а еще… Очень большое ЕЩЕ… Этот человек точно мог дотянуться до него даже в Британии. А потому кидать его было себе дороже.

Следующих два часа Роману пришлось ему все показывать, и уже рассказы не были такими радужными. Он нарочно говорил, насколько здесь все плохо и хреново. Что новенькая казарма еще до конца не достроена, и требует огромных вложений. Дичи, и правда, много, но там водятся волки и медведи. Часто пропадают сами охотники. И соседи нихрена не мирные, но это он и сам должен был знать. Любой нормальный аристократ после всех этих «рекомендаций» просто свалил бы, но только не этот.

Всего чего добился Роман, это…

— Полагаю, что восьми миллионов будет достаточно, — подытожила жена барона.

— Полностью с тобой согласен! — взял ее под руку Александр и направился в гостиную. — Пойдем и посмотрим документы… и может нам даже чая предложат.

Не предложат! Хотелось крикнуть Роману, хотя бы по той причине, что он уже распустил всех слуг.

Чай пришлось делать самому… Не хотелось ему отказывать человеку, который оторвал голову самому Императору-Дракону, и после этого вполне себе живой ходит.

Дважды обжегся, но это был несомненно лучший чай в его жизни. По крайней мере, себе он лучше не делал.

Галактионову, кажется, тоже понравилось. Он залпом отпил половину кружки, даже несмотря на то, что это был еще кипяток. А вот Анна долго принюхивалась, прежде чем сделать аккуратный и маленький глоток.

— Показывай документы, раз мы чай уже попили, — раскомандовался барон.

А Роман возьми и побеги их доставать… Уж слишком голос убедительный был у Галактионова. Да и вообще, ему показалось, что над ним издеваются, да только что он может сделать, несчастный шестой ранг.

Документы Александр в руки брать не стал. Зато когда они попали к его жене, то Роман схватился за голову. Это был не нежный цветок… Нет… Далеко не нежный. Когда речь зашла за документы, перед ним сидело хищное растение, яда которой хватит, чтобы убить всех в округе двадцати километров. Роман тоже был аккредитованным юристом, и закончил обучение сам, без родителей. Но с ней ему даже не сравниться. Только на первом листке она сделала около двадцати уточнений и еще три поправки, а листов там было много.

Примерно шесть часов… Столько сидела Анна за документами, и даже не устала.

Может, и хорошо, что так всё вышло. Роман так устал, вернее, задолбался, и уже смирился с мыслью, что скажет самому Абсолюту Галактионову о кидалове, которое хотел провернуть. Наверное, даже смерть будет подарком, если тот так решит. Чем дольше сидеть так, испытывая муки совести.

— Отличная сделка, мы согласны! — вдруг, как гром среди ясного дня, прозвучал голос Анны Галактионовой.

Сказать, что Роман был в шоке, это ничего не сказать, и сейчас ему даже стало обидно. Неужели такой монстр мог не найти те скрытые детали, которые пытался сделать он.

— Тебе всё понравилось?

— Да, это просто хорошее предложение, и документы создавал очень мудрый человек, — глянула она в сторону Романа. — Вот посмотри, дорогой. Вообще-то, эту землю нельзя продавать, но в этом пункте мы видим, что есть исключения. Я могу предположить, что над документом работали не меньше полугода, чтобы все так и представить.

— Два месяца… — застеснялся Рома.

— Примите моё искреннее восхищение, барон, — серьезно кивнула она ему.

— А теперь для тупых, но очень сильных, — засмеялся Александр, обращаясь к своей жене.

— Эх, Саша… Если кратко, то нас пытаются кинуть… Даже не нас, а того, кто прибыл бы сюда. Ещё скажу, что скорее всего, когда Рома узнал, кто прибыл, то передумал кидать. Но было уже поздно…

Роман побледнел и увидел, как ангелочки спускаются с небес, но вместе небесных фанфар держат в руке плакаты с надписями «Хана тебе!»

— Даже так? — приподнял он брови. — Выходит, ты была права? Я-то думал, это будет нападение.

— Не, тут никакого нападения нет. Он, я думаю, хочет вернуться не домой, а уехать из страны. Возможно, даже невесту где-то там себе нашел. А для этого содержать большую гвардию он не может себе позволить. Действовать через наемников, значит, тоже засветить себя, и могут не позволить ему выехать. Тут должно быть все тихо и чисто, чтобы получилось. Не удивлюсь, если в доме уже прислуги не осталось.

— Нет, — покачал головой Александр. — Из гвардии четыре человека, а верных только три.

— Три? — переспросил на автомате Роман.

— Ага! — улыбнулся ему барон. — Любомир Жоркин планирует идти за тобой до конца, а потом убить и забрать деньги, которые ты выручишь за эту сделку.

Роман побледнел. Звучит, конечно, всё это бредово… Он был уверен в каждом из своих людей. Но Галактионовы знали слишком много. А что, если это правда? Он же вчера обсуждал с Жоркиным, что тот лично будет его сопровождать.

— Бедный… — жене стало жалко парня. — Поможешь ему?

— А я что? — замахал руками Александр. — Его гвардеец, пусть сам его и убивает.

— Ну, ведь жалко…

— Ладно… Сейчас отправлю Москаленко.

Роман сидел как в каком-то сюрреалистическом сюжете. Он уже потерял нить реальности и просто не понимал, что происходит. Хотел сказать, что Жоркина не нужно задерживать, но рот почему-то разучился говорить. А ведь он не знает, кто такой Москаленко, но знает, что Жоркин… ой, какой неслабый человек. Он был его главным секретным оружием.

Прошло минут десять, прежде, чем в дверь постучали, и она открылась сама по себе. В помещении появился тот, кого он знал, как Жоркина. Его принес на плече тот, кого барон называл Москаленко.

— Готово! — усмехнулся Москаленко и бросил избитую и связанную тушку на пол.

Роману стало страшно. Человек барона не имел даже ни единой царапины. А что, если и его также? Стало еще страшнее. Но это еще были цветочки. Александр наклонился над телом мужчины и заглянул ему в глаза, а затем поставил руку на лоб.

— Собирался убить господина и украсть его деньги? — серьезным и мощным голосом спросил барон.

Вначале ничего не происходило. Но потом… Тяжело ему описывать, что было дальше. Но Жоркин сознался во всем. Даже в том, что воровал, и в подростковом возрасте был дважды судим за нанесение тяжких телесных.

Жоркина уволокли, а Роману захотелось проснуться. Он прикидывал, что весь этот страх и ужас за его деяния. Не нужно было строить планы, которые должны сделать кого-то несчастным. Не нужно было пытаться подставлять человека…

— Мы задержались, — вдруг сказал Александр. — Я могу подписывать? — глянул он на Анну.

— Да, давно! — усмехнулась она.

— Вот и хорошо! — сказал он и поставил подпись, а затем передал их Роману, чтобы тот поставил и свою.

Он не мог подумать, что закончится таким. Думал — в конце они скажут, что накажут его или сообщат куда надо. Но то, что они возьмут и подпишут… По правде говоря, мысленно он уже распрощался со всеми своими планами, и даже с любимой Маргарет.

— Но зачем? Вас же попросят всё вернуть… И возместить… — не понял он смысла такого деяния.

— Пусть просят, — равнодушно пожал плечами Галактионов. — Мне-то что? Я всё сделал честно. А вот ты им лучше не попадайся.

Этим вечером Роман вылетел из страны на первом же дирижабле. Это был последний раз, когда Роман видел Империю, а она его. Впрочем, он был рад. А еще был рад один барон, который получил земель на миллионов тридцать, заплатив всего лишь восемь.

Глава 13

— Правда, мы молодцы? — взяла мою руку довольная Анна.

— Мы? Это же я нашел эту сделку, — окинул ее мягким взглядом.

— А я документы его раскусила. Молодой и умный, вот что могу о нем сказать, но еще совсем неопытный. Ты видел его довольные глаза, когда он получил деньги? Могу поспорить, что он сразу же поспешил купить билеты подальше отсюда.

— А его проблемы теперь на нас… — не то, чтобы я жаловался, просто констатировал факт.

— Это да, но за расширение земли всегда платят проблемами, и чаще всего, кровью. А нам все равно нужно расширяться… Да и денег не так уж много. Было бы хорошо еще таких кусков шесть взять где-то рядом.

— Думаешь, нам нужно так много? — засомневался я по этому поводу.

— Я прямо таки уверена, — закивала она. — У нас уже есть верные люди, которым пора дарить земли и подыскивать титулы. Хорошие отношения с Лизой могут помочь с титулами. Но земли должны быть твоими, которые ты отвоевал или купил. Только тогда они будут иметь для человека сакральную ценность.

Вот тут она полностью права. Я бы и Одину дал свой кусок земли. Ведь сейчас все держится на мне и на моих плечах. Хорошо иметь с десяток верных вассалов, которые тоже будут развиваться, платить налоги звонкой монетой и острым мечом. Я же попросту не успеваю все делать сам. Взять хотя бы те же производственные цепочки. Их можно сделать очень и очень много. Материала хватает, а вот рук, чтобы обрабатывать, нет. Впрочем, мозгов тоже не хватает.

Анна, как всегда, права. Я замахнулся на великие цели и играю с разными типами, которые видят этот мир с высоты своего трона. А сам при этом думаю, что и так все хорошо у меня. Даже взять сейчас мое имение. Если здесь соберется несколько десятков сильнейших личностей, то от него ничего не останется. Конечно, есть у меня подземный поезд, который всех вывезет в порталы. Но дома у меня не будет, и где тогда нам всем обитать? В крепостях? Ну, такое себе место. Это я все о том, что даже запасных имений у меня нет.

Пока лежал и думал, то не переставал гладить Анну, а ее все устраивало, она молчала и тихо сопела. Вот почему Охотники не любили политику, и всё такое. Чем больше ты ею занимаешься, тем больше всего тебе надо.

Ладно… Пора спать.

Сам не понял, как вырубился, но понял, как проснулся. Такого пробуждения, как сегодня, у меня еще не было. В рот мне ноги — вот как его можно назвать. Именно ногу я там почти нашел. Пока я спал, кто-то подкинул мне мелкого в спальню. А он прикинул, что я крутой батут и, вообще, горка тоже неплохая. Стал ползать по мне, при этом громко смеясь.

— Антоха… Будь человеком, а? — приоткрыв один глаз, попросил его.

— Абу-абу-гу-гу! — был мне ответ, а затем удар резиновым молотком по голове.

Никогда не думал, что детская игрушка при ударе может вызвать несколько звездочек у взрослого человека в голове.

Хреново… Подметил я. Такими темпами ему сложно будет найти друзей. Ведь ни один детский садик не примет такого богатыря. Да и за детей родители явно будут переживать. Этот не будет долго спорить — «чья игрушка». Он быстрее будет убирать конкурентов.

Мелкий был отправлен в заточение посредством вызова своего союзника. Он, кстати, следил за этой комнатой, чтобы, пока мелкий ползал здесь, не пострадал. Но сам зайти и нарушить мой сон не посмел.

— Спасибо, дорогая! — зашел к Анне в комнату и чмокнул ее в щеку. — Антоха сделал мое утро незабываемым.

— Не за что! — улыбнулась она. — Он захотел к папе, вот его и отнесла.

Обняв еще раз Анну, я пошел и нашел Катюху. Она сейчас находилась на тренировочном полигоне, где проводила спарринг с Одином. Моя вторая жена была полностью сосредоточена, да так, что не видела даже, как я подошел. Мне это не понравилось… Я подобрал несколько мелких камешков, и в те моменты, когда она начинала атаковать, кидал их в нее.

Вот она дает… Штук пять кинул, пока она поняла, что ей кто-то мешает. Камни, кстати, реально отвлекают, и от этого у нее ничего не получалось. Когда она увидела, что это я, то состроила обиженную «моську», а я лишь пожал плечами и, взяв тренировочный меч, присоединился к ней.

— Эй!!! Двое на одного, нечестно… — возмутилась она.

— Жизнь, вообще, несправедливая штука, — пожал плечами.

Затем, для моей Кати, обычная тренировка перетекла в настоящее сражение, где она уже на всю катушку использовала свои способности, но никакого успеха не могла достичь. Потихоньку возле нашей арены собралось немало зрителей, и не только. В какой-то момент на сторону Кати встал Ратник, и теперь бой был на «равных».

— Стоило оно того? — спрашивал я того, отправляя в очередной в раз полетать.

Но Ратник не расстраивался, а встряхивался, а затем снова поднимался на ноги.

Я вообще-то хотел простую тренировку провести, и показать ей, что не стоит забывать об окружающем тебя мире, даже если это дуэль или спарринг. А еще, что врагов, которые сильнее тебя, может быть больше, чем один.

— Оно и сейчас стоит того, — поднял он повыше свой меч и нацелился на меня.

— А ты смелый! — легкая ухмылка, и я становлюсь в позицию «Жало Беоглафа».

Ратник аж вздрогнул, когда увидел, какую стойку я принял, и его дыхание сбилось.

А когда я засмеялся и сменил на обычную, то аж выдохнул. Знает он, что я только что сделал, и какие последствия от такой атаки могут быть. Но зато Катя не знала, и уже осаждает Одина, а сама бочком ко мне двигается, пытаясь зайти со спины. У нее, к слову, ничего не получилось. Но получилось у другого человека.

— Вообще-то, ты мой начальник гвардии? — обижено глянул на Волка.

— Я за равенство сил… — намекнул он, что Ратник и Катя явно страдают от нас двоих.

Когда их стало трое, тогда бой пошел бодрее и веселее. Я же улыбался и радовался. Тяжело было лишь местами, и то, потому, что старался их не прибить. Также я выбирал чаще всего такие позиции, чтобы они мешали друг другу. Ратник это прекрасно понимал, а вот Катя и Волк не всегда.

Одину тоже всё нравилось, особенно то, что он смог переключится на Волка. Ведь я видел, как он боялся хоть малейшую царапину оставить на моей жене. Зато моя жена лупила меня так, словно в последний раз.

— Тебе, вообще, меня не жалко? — спросил у неё после того, как отбил очередную атаку.

— НЕТ! — четко и твердо ответила Катя, у которой пот застилал глаза, а через песок и грязь уже и не рассмотреть ее милых ямочек на щеках.

Ну, а что поделать? Спарринги — это не только веселье, но иногда, и падать приходиться. Весело нам было ровно до того момента, пока к моей жене не присоединился ещё Бурбулис, а затем и Бухой Дед. Вот тут уже совсем перестало было смешно и легко. Те как лупили — так лупили! Можно сказать, что наверняка. Даже Один, и тот перестал играться, и работал больше от защиты.

— А вы тут ничего не перепутали? — спросил я у них. — Я же могу и разозлиться.

Им стало еще веселее. Всем, кроме Ратника. Этот понимал, насколько сильна злость Охотника моего ранга.

Сам не понял, в какой момент обычная тренировка превратилась в битву, в которой стал применять всякие техники и способности. Я не стеснялся пугать их своими иллюзиями, сбивая с толку. Знал, что Катя не любит летучих мышей, и потому все небо сейчас было в них. Хотя три штучки реально были живыми. Вот они и не давали ей поверить, что это всего лишь иллюзия. А что мне еще оставалось делать? Тут Бухой дед мне процентов тридцать доспеха просадил, когда я принял его удар кулака на блок. А затем отправился в полет, и вернулся только через минуты три. Слегка перестарался, но он был доволен, и глаза его горели огнем.

Не знаю, во что переросла бы эта тренировка, если бы не Анна.

— Если еще раз этот особняк вздрогнет, и я промахнусь ручкой мимо листка… — в тот момент, когда она говорила, мне показалось, что сам Неназываемый молвит ее голосом. — Я откручу каждому здесь голову… Даже моему дорогому мужу.

Почему Бурбулис смутился, а Дед ехидно усмехнулся? Они, как бы, и меня не боятся, а тут хрупкая Анна. Наверное, понимают, что она может ввести сухой закон, а угроза и ультиматум только что были оглашены. Впрочем, и я не горел желанием попасть под ее тяжелую руку, а потом бочком-бочком и на выход.

А дальше в дом через открытое окно. Не прошло и пяти минут, как я омываю свое тело под горячей водой. После такой тренировки и у меня все тело гудело, уж очень там непростые были удары. А тренировочная арена так, вообще, умерла… Ее теперь придется восстанавливать.

После душа я оделся и метнулся в штаб Астахова, где узнал всё, что меня интересовало. Двенадцать разломов уже закрыты. Остальные те, что я вчера им сказал, закроют до ночи. А дальше по списку пойдут. Такими темпами, точно успеем сделать всё. Главное, еще успеть и ресурсы добыть. Как я понял, Астахов тоже прифигел от такого количества работы, и на стенде я увидел обьявление. Он своим людям кинул клич, чтобы звали полезных людей к ним. Это один из способов попасть ко мне в Род. Можно сказать, по блату, что ли… Если тебе кто-то даст рекомендацию, и заступится своим именем. А если накосячишь, то человек, который тебя привел, будет отдуваться за тебя.

Мы, конечно, нагнали жути, чтобы они не думали, что все так просто будет, но на деле я не планировал никого наказывать. Ведь не может один человек отвечать за другого. А нормальные люди нам нужны, и много… Не с улицы же их только брать.

Разобравшись здесь с делами, я оставил несколько указаний Астахову, где расширил его полномочия. Есть у меня чуйка, что если дела будут идти так и дальше, то Истов в Иркутске останется меньше. И почему бы мне тогда не занять свободный фронт работ?

Разломы появляются всегда, и их много… А война на границе привела к тому, что большинство благородных, вместе со своими отрядами, сейчас покидают город. Да и есть Исты, которые записываются в армию. Ведь сильному Одаренному война как раз нужна, как быстрая ступенька к титулам и деньгам.

Я и сам это прекрасно понимаю, что заработать на войне намного проще. Не только в Иркутске сейчас формируются разные группы наёмников, которые отправятся на линию фронта, чтобы продавать свои услуги. Даже Доброхотов такими пользуется, ведь на опасное задание проще отправить вот таких мотивированных ребят, которых ему не жалко. Денег у него всяко больше, чем людей. А если они не справятся, то справятся другие, которых он ранее послал в другие точки, и будет уже играть от того, что есть.

Конечно, мне не хочется, чтобы такое случилось. Но, увы, я вижу, что Центр уже начал не справляться, а дальше будет только хуже. И потому у меня вышел с Астаховым разговор, где мы обдумывали варианты, чтобы увеличить численность наших Истов. Проблема в том, что их число нужно поднять хотя бы в два раза, а это две сотни разломщиков, и ими всеми нужно грамотно руководить. Я дал ему время подумать, и раз вижу, что он начал делать первые шаги к этому, то всё хорошо обдумал. Думаю, справится. Раз так, то и я могу начать действовать. Но для начала, пожалуй, разберусь с топтунами, которую всю лужайку мне уже затоптали.

Ашика я нашел в подвале. Он сидел в своих больших наушниках и что-то там творил.

— И тебе привет! — подойдя поближе, я хлопнул его по плечу.

От этого он подпрыгнул на хороших полметра, и теперь сидит, тяжело дышит и держится за грудь.

— Не обманывай, от такого не умирают, — отмахнулся я и уселся рядом. — И вообще, ты грозный монгол, не должен такого бояться.

— Я-то? Грозный Монгол… — удивился Ашик. — Хм… Звучит, как название для нового альбома.

И сел что-то записывать. Ашика я потерял на минут пять, пока он не выбрался из своего транса. Вот что значит талантливый человек. Ему плевать, кто перед ним или что, если у него прет муза.

— Але! Ашик, я здесь! — пощелкал пальцами перед ним, приводя его в нормальное состояние.

— А? Точно… — виновато улыбнулся он. — Простите… Такое часто бывает.

За это, кажется, и любят его деды… Впадает в транс и выдает им очередные шедевры.

— В общем, тут такое дело… Я нашел место, где будут жить твои сородичи.

— Жить? — не понял он.

— Да, жить, — повторил я. — Не думал же ты, что я оставлю их перед своим домом. Я купил участок земли недалеко отсюда. Ты можешь пойти и обрадовать их, что они переезжают.

— Я⁈

— Ну, не я же? Кстати, забыл тебе сказать, — а теперь моя очередь улыбнуться. — Ты назначаешься их Ханом, Батыем, бригадиром, управляющим или погонщиком. Сами там определитесь, но суть такова, что ты теперь главный над ними. Я ожидаю от тебя больших свершений и работы. Сделай из них людей, и отстрой для них земли, где они смогут жить.

— Земли⁈ Отстроить⁈ — на лице парня появилась маска ужаса.

— Верно… Хватит им жить в юртах и прочем. Я буду выделять тебе деньги на строительство нормальных домов для жизни, школ, дорог, и прочего. Понимаю, что все сразу не сделать, как и не снять их с коней. Но они заслуживают нормальной жизни, раз это твои люди, а ты мой человек. Эти земли теперь твои, и ты там будешь заправлять всем. А еще они вместить смогут намного больше людей, чем есть у тебя. Думаю, тысяч до ста. Я хочу, чтобы ты временами ездил к себе на родину и переманивал остальных… этих… как их… повстанцев, вот! Организуем тебе твою собственную Золотую Орду и пойдем воровать гусей!

— Гусей⁈

— А… Не бери в голову. Были в моей прошлой жизни кадры.

Ашик впал в панику.

Но я быстро вывел его оттуда, предложив ущипнуть. Он испугался и сразу сказал, что в норме.

С Ашиком мы провели серьезный разговор, который занял около четырех часов. Я расписывал ему по полочкам все, что от него хочу и ожидаю. Он ужаснулся… Ему стало страшно, и он просил пощады. Но я был непоколебим. Решение уже было принято, и назад не отыграть. В конце — концов, у него есть два, не всегда трезвых, но очень грамотных советника!

В моих планах построить им там свою некоторую резервацию, и постепенно сделать из них своих верных людей, которые будут служить мне.

Зачем это мне? Я уже говорил… Что в будущем монгольские земли вижу своими. И чтобы не прийти туда, как завоеватель, нужно постепенно интегрировать их в свою структуру жизни. Это будет сделать проще, если часть бывших местных будет за меня. И они увидят, что я не желаю им зла и прочего. Смогут поговорить со своими же и понять, что у меня здесь хорошо и тепло. А еще, Монголы, как не крути, хорошие воины. Пусть и привыкли брать числом, но смелости и упорства им не занимать. Слабоумие и отвага? Ну-у-у… Перевоспитаю, но это неточно.

Просто их Ханы — идиоты, которые любят набивать свои кубышки, а не вкладывать деньги в свой народ. Я помню сильных Монголов, которые смогли овладеть Даром на достаточном уровне, но умирали от того, что их оружие ломалось в бою с моими гвардейцами. Они тренировались не меньше, чем элитные части Имперской армии, но у них не было толкового снаряжения и учителей. А еще мне нравилось, что они умеют и любят управлять лошадьми. Идеальные разведчики, у которых транспорт не издает лишних звуков при длительных переходах и не засекается на радарах. И если из всех тех, кто теперь живет на моих землях, выйдет хоть две сотни разведчиков, это будет большой победой. А еще их всех я обучу… Даже старики у меня закончат нормальные школы, и само собой, я не собираюсь давить или вытеснять их обычаи. Захотят жить в юртах? Значит, будем строить дома в виде юрт.

Выслушав все это, Ашик понял, что ему некуда деваться, и он согласился. В свою очередь, я разрешил ему взять к себе в помощь дедов, которые теперь являются его официальными деловыми партнерами. В общем, дал ему свое добро и выпроводил на улицу.

Ашик был парнем молодым и, можно сказать, резким.

— Собираемся! Мы переезжаем! — гаркнул он, как только выехал к своим.

Кстати, сделал он это на коне. Таких больше уважают. Наконец, пригодился тот табун элитных лошадей, что мы угнали у народа Ашика, и который был все это время на попечении у Петровича. Ашик был от них в восторге!

Удивительно, но его люди не стали спрашивать, куда и зачем, а стали молча собираться. Запас еды и прочего еще не был готов, но его подвезут к ним попозже. Да и Потемкин там склады оставил. А еще я позвонил своему старому знакомому виконту. Попросил его навестить Ашика и принять у него первые заказы. Только сказал, что не дороже одного миллиона.

Деньги таяли, как вода. А ведь мне еще нужны земли… Бурбулис, сволочь такая, тоже заслуживает на свой кусочек «счастья». Полагаю, если он захочет обзавестись семьей, то ему нужно куда-то привести свою жену.

Вот, блин… А такого я не ожидал. Кажется, в Ашике просыпается настоящий Хан, когда он оказался среди своих. Наверное, нужно будет с ним потом поговорить. Ведь есть дороги… Нахрена он поехал напрямик? Через земли нашего соседа⁈

Земли Рода Курайкиных

Иркутская обл.

Виконт Илья Курайкин понял, что на его шее затягивается петля, а над головой сгущаются тучи.

Все пошло не по плану с того самого момента, как пал Меньшиков. Виконт все это время был лишь жалкой пешкой. Он понимал свое место и принимал это. Девятый сын обедневшего аристократа, который не то, что не мог позаботиться о сыновьях, а и своей жизни не мог особо ничем помочь. Отец был тем человеком, который хотел красиво жить, но не всегда мог платить даже немногочисленным слугам.

С самого своего детства виконт знал, что может рассчитывать только на себя. Правда, стоит отдать должное отцу, тот все же не забил на него и постарался дать ему шанс не умереть с голоду. Он получил от отца рекомендательное письмо, с которым должен был пойти в армию. Не сказать, что это ему сильно помогло бы, но отец считал иначе. Жаль, что это было правдой только в его больной фантазии. Рекомендательное письмо от младшего писаря штаба третьей Закавказской фронтовой армии. А вот виконт не хотел идти в армию. Он, вообще, не хотел брать оружие в руки. И любил в своей жизни только одну вещь — это игры. Без разницы, будет это рулетка или карты. Везде, где можно было играть, он участвовал.

Однажды он крупно проигрался, настолько крупно, что его соперник даже не ощутил бы той прибыли в тридцать тысяч рублей, а для молодого парня это было началом трудового договора, который должен был продлиться не меньше пяти лет, пока ему не списали бы долги. Проработать он успел лишь два месяца, а затем получил от своего «господина» интересное предложение. Нужен был человек. Знатный человек, который готов был покинуть столицу и отправиться в захолустье под названием Иркутск. Ему дали бы денег, и даже «верных» гвардейцев. Немного, но и тридцати штук достаточно, чтобы обеспечить охрану. И там ему нужно было просто выполнять поставленные задачи.

Конечно, он сразу согласился. А куда деваться? Вначале он считал, что ему крупно повезло. Задания были очень легкие. Передать кому нужно тайно деньги или напомнить о долге. Но он влез в крупную игру. Это он уже понял, когда стал пробивать информацию о своих предшественниках. Что-то часто они умирали.

Земли вокруг владений Галактионова почему-то многих манили и привлекали. А ему нужно было ими просто владеть и держать до того момента, пока не скажут, кому их все разом передать. Он знал, что таких людей, как он, было, как минимум, еще трое. Но уже двое… Месяц назад к нему явился барон Газаев и вручил документы на свою часть. Он бежал… И решил не брать того, что принадлежало, хоть и покойному, но Меньшикову. Для них потом не стало секретом, что они все работали на Меньшикова, хоть и через посредников. Впрочем, и сам Меньшиков не знал, кто на него работает.

Таким образом, их осталось двое, и это очень нервировало его. Меньшиков проиграл, а Галактионов, против которого тот выступил, остался жив. Была надежда, что еще одна влиятельная фигура, которая тоже была за них, сможет чем-то помочь в случае чего. Но, кажется, проиграла и она.

Это был полный провал! Виконту это не нравилось и устрашало его. Он не может понять, почему все еще жив… Почему к нему не явился Галактионов и не затребовал то, что может забрать силой.

Сегодня паранойя виконта усилилась. Один из соседей уже продал свои земли Галактионову, а значит, времени почти не осталось. Зверь открыл свою пасть, и теперь будет жрать всех, в чью сторону посмотрит. Все же тот был Абсолютом, а потому мог себе позволить больше, чем другие.

В этой ситуации виконт не знал, как ему поступить умнее, но знал одно… Если будет тянуть, то вообще, не факт, что сможет хотя бы сохранить свою жизнь. А жить он хотел. И его сейчас раздирали два чувства. Самосохранения и жадности.

Для нищего виконта его земли имели большую ценность, и если продать их, то можно обеспечить себе безбедную жизнь. Но в то же время… Они не его… Еще есть люди, которые отдавали ему приказы, и они сами могут потребовать их назад. Так что, продавать не вариант. Но если от земель не избавиться, то в гости может зайти Галактионов, а его виконт очень боялся.

Пока он сидел и раздумывал, в гостевой дом ворвались его гвардейцы и стали переворачивать столы и закрывать ими окна, чем перепугали всех слуг.

— Прячьтесь! Они идут! — заорал начальник гвардии. — Никому не выходить. Кто может держать в руках оружие, возьмите его!

Виконт еще никогда не видел настолько перепуганным своего человека. Николай был сильным, а еще очень жестоким человеком, но никогда не был трусом. А здесь виднелся страх… Кто же мог так его напугать?

Вскоре он узнал… Когда армия на лошадях проскакала мимо их дома… Они даже не собирались нападать, а его люди уже обделались. И вся эта армия двигалась со стороны поместья барона Галактионова.

Николай даже боялся дышать, и пообещал оторвать все причиндалы тому, кто хоть случайно выстрелит. Он надеялся, что пройдут мимо. Когда все закончилось, то виконт остался без гвардии. Их просто увел подальше Николай, разорвав с ним контракт. Виконт же не переживал особо. Он все осознал. Тут не нужно быть идиотом, чтобы понять. Галактионов послал ему весточку и очень толстый намек.

— Значит, вот и конец всему… Надеюсь, хоть живым останусь, — выдохнул с облегчением Илья.

А дальше он взял свой телефон и стал искать номер Галактионова.

— Здравствуйте, господин барон Галактионов! — старался говорить парень, как можно любезнее. — Вас беспокоит ваш сосед… Да-да… Тот самый. Я спешу вам сообщить, что получил ваш «намек». И хочу сообщить, что согласен. Однако, сделаю встречное предложение… Мои земли, которые я вам отдам, имеют еще нескольких фактических владельцев, и у вас могут быть проблемы только с ними. Хотя я и владелец, но есть гаранты. А потому я предлагаю вам другой вариант.

Мне нужен один миллион рублей, чтобы исчезнуть навсегда. В свою очередь, я объявлю вам войну, и мои земли станут вашими трофеями. Тогда на них уже никто не сможет объявить свои права. Разве что… если найдут меня, — виконт говорил быстро, а барон молчал. — А еще виконт Илья Курайкин официально погибнет в тот день, когда вы захватите мою резиденцию. Могу уверить вас… Я уеду в такую страну, где меня никто не найдет. Что скажете на такое предложение?

Сердце Курайкина перестало биться на несколько секунд, пока он ждал ответа. Он не понимал, зачем Галактионову давать ему миллион. Конечно, его предложение лишит барона многих проблем, но лишь формальных и репутационных. Однако, человек с его именем, может потерять несколько пунктов в глазах людей. Подумаешь, победит еще несколько вражеских генералов, и даже в плюс выйдет. Разве что если он человек чести и захочет отблагодарить Курайкина за его рвение и старания угодить.

— Вы согласны? — обрадовался виконт. — Тогда я готов все обсудить! Когда начнем?

Радости Курайкина не было границ. Он не мог понять, что только что произошло. Неужели его хваленая удача, которая нередко помогала ему в играх, снова вернулась к нему?

В тоже самое время… Барон тоже не понимал, что только что произошло. Он думал, что ему звонит возмущенный сосед, чтобы выдвинуть претензии за вторжение на его земли. А виконт решил ему их просто подарить… Но если дают, то отказываться точно не стоит.

Глава 14

Шутки кончились. Если и есть самое главное — мысль или правило — из моей прошлой жизни, которым руководствовался весь Орден Охотника, то это можно было озвучить именно так: «Если сражения не избежать, то бей первым, и бей изо всех сил! Да так, чтобы противник не мог дать тебе сдачи ни сейчас, ни потом». Этим мы сильно облегчали свою жизнь, и жизнь тех, кто нам был дорог.

Неудивительно, что это правило работало. Охотников было немного, а вот Многомерная Вселенная была бесконечной. И как выражался старина Мак: «Если на заказе жопа, то, чтобы два раза не ходить, разрушь лучше весь Мир. Ведь иначе кому-то из твоих братьев придётся возвращаться и доделывать за тобой эту работу». Прекрасное правило, и я его всегда помнил.

Вот только, до недавнего времени, моих силёнок было недостаточно. Приходилось делать всё «на пол шишечки», что меня ужасно раздражало, и можно сказать — бесило. Нет, я и сейчас даже близко не вернулся к силам старого Сандра. Но, по сравнению с местными, наверное, я уже тот самый полубог, про которого читал в мифах древней Греции в детстве. Главное — это и вслух говорить, а то скажут, что у меня завышенное чувство собственного величия.

В этом мире принято быть скромным. Этого я, кстати, тоже не понимаю. Но кое-что в этом есть, ровно до той поры, пока ты не можешь вмазать так, что противник не поднимется на ноги. Тогда да, скромность поможет, но вот как только ты твёрдо встал на ноги, то начинай мочить всех своих врагов безжалостно и беспощадно. И тогда уже сработает ровно другой механизм — о тебе скажут, что к тебе лучше не лезть. Ну, и не будут лезть здравомыслящие, кроме всяких отморозков или безумцев. Но с теми уже разговор совсем короткий.

Собственно, моя репутация неуклонно ползёт вверх. Пора добавить к ней еще мифов и легенд…

Граница Российской Империи и Империи Драконов

Хабаровская губерния

Перед рассветом капитан Сергей Огарёв, командир 3-го самоходного минометного дивизиона 13-й артиллерийской бригады большой мощности, как раз заканчивал утренние процедуры. Сергей был приверженцем умной народной теории — «в здоровом теле — здоровый дух», поэтому пытался иметь поменьше вредных привычек и побольше полезных. Получалось, по-разному…

Прямо сейчас он обтирался снегом, дабы окончательно проснуться после вчерашнего празднования дня рождения его коллеги — майора Курлыкина, который заведовал ПВО на данном участке границы, а теперь еще и фронта. Оздоровление проходило со скрипом — организм стонал, капитан матюкался, голова сильно болела. Но каждая новая порция снега прогоняла кровь по телу молодого человека, и от этого становилось намного лучше.

Выбежавший из штабного блиндажа радист громко закричал.

— Господин капитан! Штаб армии на связи.

«Ну, нифига себе!», — подумал про себя Огарёв и, тут же, натянув льняную рубаху, побежал в тёплое помещение. Там адъютант поставил перед ним кружку горячего чая, зная привычки своего командира. Тот благодарно кивнул.

— Снегирь-один, слушаю!

— Снегирь-один, это Ураган! Слушай внимательно.

— Ураган?

Сам бригадный генерал Долгоруков связался с командиром дивизиона? Да, Огарев имел большие пушки, точнее — самоходные миномёты большой мощности «Пион», но у него как-бы есть прямой командир бригады. Судя по всему, будет горячо. Огарёв собрался и прислушался. И от того, что начал говорить ему генерал, сначала капитан хмурился, а затем на лице у него возникла улыбка.

— Приказ ясен? — уточнил Долгоруков.

— Ясен!

— Слушай, Снегирь… А ты случайно не в курсе, где сейчас Синица?

Штабс-капитан подавился чаем, и взгляд его метнулся в угол, где похрапывал всё ещё не отошедший после вчерашнего праздника капитан Курлыкин, который не имел полезных утренних привычек артиллериста.

— Никак нет! Но я думаю, что смогу найти его.

— Найди его, голубчик, будь так любезен. Желательно в ближайшие пятнадцать минут, иначе пусть сразу срывает погоны и идёт в штрафбат.

— Принято, Ураган!

Огарёв тут же бросил трубку и кинулся расталкивать своего спящего товарища, объяснив ему на пальцах, что нужно.

В штрафбат, понятное дело, никто не хотел, поэтому Курлыкин, забыв даже надеть сапоги, накинув лишь бушлат, выскочил наружу, где в прогретом штабном внедорожнике ждал его адъютант.

Машина срывается с места, а Огарёв задумчиво посмотрел на часы. Десять минут ему было добираться до расположения своего штаба, чтобы выйти на связь. Думаю, товарища на этот раз пронесло, хотя пуля летела близко. Зная нрав молодого генерала, он не сомневался, что это была не пустая угроза.

— Батарея — к бою! — рявкнул он в микрофон.

Вокруг все засуетились. Рыкнули двигатели, заревели моторы. Здоровенные «Пионы» начали выезжать из защищённых капониров, становясь на позиции.

Хмель улетучился, как ни в чём не бывало, а Огарёв захлопал по планшету, раздавая целеуказания и дожидаясь звонка. В точно рассчитанное время он последовал.

— Начинаем!

Быстро раздав координаты и дождавшись докладов о готовности, капитан скомандовал.

— Батарея — огонь!

Любил он это дело. Что уж говорить, двадцать восемь лет, а уже капитан, и уже боевой опыт. Он служил не за награду, а за совесть. И миг, когда оглушительно рявкает его любимое орудие большого калибра, был для него самой лучшей минутой в его жизни и самым прекрасным звуком во всём мире.

Внутри штаба кипела работа, все были на своих местах. Связь с самолётом-разведчиком дальней разведки, который висел около границы вне зоны поражения ПВО Китая, поддерживалась бесперебойно.

— Первая, вторая цели поражены, третья недолёт… — посыпались цифры.

Огарёв тут же вносил корректировки, в то время, как тяжёленные мины автоматический механизм досылал в стволы монструозных самоходных минометов. И вот уже снова команда батареи.

— Пли!

И снова капитан ждет доклад самолёта-разведчика… В предрассветных сумерках было видно невооруженным взглядом, как на том берегу Амура, разверзся кромешный ад. Чуть позже до позиции долетели звуки многочисленных взрывов. Где-то там далеко завыла сирена. Целью батареи Огарёва сегодня была противовоздушная оборона врага.

— Цель поражена! — раздался долгожданный отчёт с воздуха.

— Всем экипажам! Уходим в укрытия!

По этой команде все миномёты собрались в походное положение, и рванули отсюда на запасную позицию.

Над блиндажом Огарёва, вдобавок к тяжёлому перекрытию, поднялся артефактный щит. Ответка ждать себя не заставила. Контрбатарейная борьба началась. Китайцы нанесли свой удар, вот только ударили они уже по пустому месту. Мощности китайских гаубиц не хватило, чтобы пробить штаб, ну, а техники здесь уже не было. Тут же, пришла ответка от коллег Огарева по 13-й бригаде. 2-й пушечный самоходно-артиллерийский дивизион вступил в бой. Стало жарко по обеим берегам Амура…

Почему до сих пор стреляла артиллерия Китая? Да потому что не она была сегодня целью батареи имперцев. Любимые «большие пухи» Огарёва сегодня отработали по китайскому ПВО. А судя по тому, что сам Долгоруков накрутил хвост Курлыкину, то всё сегодняшнее внимание было направлено в воздух.

* * *

Самым сложным было договориться с Долгоруковым помочь мне прорваться через границу. Если бы я летел в одиночку на «Валькирии», то думаю, что навыков Пожарского хватило бы прорваться. Но сегодня план был немножко другим, и помощь мне бы была необходима.

Хотя мы и кружили вдалеке от границы, но Жора вывел мне на экран данные самолёта-разведчика и переговоры имперских вооруженных сил. Сначала я видел, как подавили ПВО, затем несколько бомбардировщиков Империи приблизились к границе настолько близко, что китайцы не смогли игнорировать угрозу и отправили свои дежурные истребители на перехват.

Вот тогда уже сработала наша ПВО, проредив ряды китайцев. Чтобы не наглеть, истребительную авиацию с Долгорукова я не требовал. Решил обойтись своими. С учётом последних подарков Северного Королевства, у меня было две полноценные эскадрильи: двадцать четыре самолёта, двадцать четыре «Валькирии», которые на голову превосходили большинство самолётов не только у китайцев, но даже и наши ВВС.

«Валькирии» выступили прикрытием бомберов, добив остальных Драконов. Ну, а имперская бомбардировочная авиация не была просто приманкой. Нет, они выдвинулись чуть дальше вглубь китайской территории и выпустили ракеты, что изуродовали взлётно-посадочные полосы ближайших аэродромов. Дабы с них уже никто не поднялся в ближайшее время.

Путь был открыт.

— Начали, командир! — раздался весёлый голос Пожара, и «Валькирия», лихо крутанув «бочку», пошла на снижение и увеличила скорость.

— Передай ребятам, что они отлично поработали, — улыбнулся я, глядя на радар.

Так-то воздушный бой был не моей стихией, но у меня было достаточно компетенций, чтобы оценить, как чётко отработали мои соколы. Одиннадцать сбитых бортов Китая меньше, чем за минуту, и ни одной потери с нашей стороны.

— Да вы сами можете сказать… Канал-то общий, — улыбнулся Пожар.

— Да? Красавцы, парни! По возвращению гвардейцы выкатывают поляну!

Так, вообще-то, было не принято во время боя, но, собственно, бой уже закончился, поэтому в канале послышались одобрительные шутки и смех.

— Волк, ты тоже это слышал? — уточнил я.

— Слышал, слышал! — по привычке проворчал Волк, хотя он был доволен. — Не вопрос, сделаем.

— Ну, вот и ладненько. А теперь, Жора, не отвлекайся.

Да, мы сделали большой крюк, практически пролетев от Иркутска до Хабаровска над своей территорией — именно оттуда был самый удобный короткий вход на земли врага в том направлении, куда нам было нужно. От Иркутска через Монголию и Китай было бы быстрее, но попахивало самоубийством, и было не очень разумно. Опять же повторюсь, на этот раз я был не один.

Полчаса полёта на сверхзвуке. Шнырька десантируется вниз, чтобы проверить мою идею.

Ну да, я оказался прав. Пещера, в которой жил Эмиссар, была полностью пустой. Лишь раздробленное основание алтаря и брошенная мебель показывали, что это не обычная пещера, а бывший дом одного из сильнейших тварей Неназываемого. Значит, летим дальше.

— Шука-шабака… — Шнырька впечатался в фонарь истребителя, слегка подмороженный.

Шерсть у него была взъерошенной, а сам он очень недовольным.

— Ну, по крайней мере, ты внутри, — улыбнулся я.

— Шнырька — не лётш-ш-шик, Шнырька — ш-ш-нарк! — укоризненно заявил мне малой, тяжело дыша, а его четыре глаза горели возбуждением.

— Зато очень умный и опытный Шнарк! Просчитать место обратного проявления в истребителе, летящего на сверхзвуковой скорости — это, я тебе скажу, достижение, — потрепал я малого по жёсткой шёрстке.

— Морош-ш-шенка? — предположил он.

— Мороженка, — сказал я.

— Или какаву? — Шнырька задумался.

— Почему «или»? — улыбнулся я. — Мороженку и какао… Всё будет по прибытию.

— Ш-ш-шделка! — Шнырька протянул маленький кулачок, я осторожно его ткнул своим, после чего мелкий снова скрылся в Тень.

А мы летели уже к следующей нашей цели.

— Время прибытия — тридцать минут, — доложил Пожарский. — Время прибытия основной группы — два часа пятнадцать минут.

— Понял. То есть, у меня на всё про всё будет час-сорок пять.

— Я бы сказал, что около двух часов. На самом деле, мы летим немного, но быстрее, и за это время ещё чуть-чуть оторвёмся, — терпеливо объяснил мне законы физики Пожарский.

— Вот и замечательно! Поднимайся выше.

— Там холодно, Саша… И воздуха не очень много.

Я засмеялся. Звук голоса Пожарского был искажён через кислородную маску. Он всё никак не мог привыкнуть, что я долгое время могу не дышать. Ну, а холод? С холодом я как-то справлюсь.

Внизу виднелись белоснежные горы Тибета, но мне нужна была одна зелёная долина, на склонах которой возможно притаился замок самого главного врага моего Рода. Ну, точнее из тех, про кого достоверно мне известно.

— Выброс через десять секунд. Начинаю отсчёт. Десять… Девять…

На счёте «один» я просто ушёл в Тень и переместился за пределы самолёта. «Валькирия» всё-таки боевой самолёт, и дверки для высадки пассажиров на ходу в нём не было. А катапультирование — это минус кресло и минус фонарь второго пилота. Так-то оно всё денег стоит.

Вот я уже лечу вниз, нацепив на лицо большие очки-консервы и завязав шарфом лицо. Снаружи минус пятьдесят семь, но чем ниже я падаю, тем больше теплеет.

— Ш-ш-ш ветерком! — образовался рядом довольный Шнырька в точно таких же, как и у меня, маленьких очках, в комбинезоне и в красной каске.

Где он все эти вещи берёт? Ума не приложу.

Шнырька действительно неплохо устроился. Он не хотел улететь в сторону. И, дабы не потеряться, мелкий просто схватил меня за воротник и, весело вереща мне в ухо, продолжал лететь вниз. Ну да, что тут удивляться, какой хозяин, такой и питомец.

Была уже середина дня, и внизу, в крепости, наблюдалось какое-то мельтешение. Я пока не знал, сколько здесь батарей ПВО, учитывая удалённость и скрытность этой крепости от всех людей. Но то, что здесь был радар, я был уверен почти на сто процентов. Даже малозаметную «Валькирию» увидели они или нет — это еще вопрос. Но скорее всего, увидели. А вот заметят ли летящего меня? Вот тут я не уверен.

Честно говоря, то, что я пытался сделать, я подсмотрел у Алексеева, когда он расхреначил китайский штаб. Да, мне не нужен был парашют, мне нужно было всего лишь запредельно напитать доспех всего на пару секунд в тот момент, когда я… врежусь в главную башню замка, как… ЧЁРТОВ МЕТЕОРИТ!

БАБАХ!!!

Это было весело. Когда я поднял голову, то увидел, что на месте моего падения образовалась воронка диаметром почти полтора десятка метров и в глубину около пяти. Притом, что это была сплошная скала! Охрене-е-еть!

В принципе, если у кого-то будет достаточно денег, чтобы меня нанять, то я, наверное, могу выступать в качестве противобункерной сверхмощной бомбы. Причём, самонаводящейся, а ещё, что немаловажно, многоразовой.

Главной башни старого замка, часть которого была вырублена в скале, просто не существовало. Вот только я знал, что всё окружающее пространство занимают лабиринты тоннелей, складов и помещений, под завязку забитые достаточно сильными и очень отчаянными людьми. Почему, отчаянными? Да потому что все они поголовно были предателями, давшими клятву Роду Распутиных. Некоторые были потомками тех, кто остался предан Роду и ушёл, но большинство из них были предателями и преступниками, которые бежали из Империи, и которых приютил Распутин в рамках «новой армии России». Главным образом, с помощью китайского Императора он пытался забрать трон себе.

Большой плюс, что все гражданские находились ниже в долине в небольшой деревушке, поэтому я мог разойтись на полную. Что я, собственно, и сделал.

Ну да, здесь было много Одарённых. А крепость, можно сказать, строил параноик, и все подступы к крепости постоянно контролировались. Я даже не смог повторить свой прошлый трюк — пройти через Тень, потому что увидел, что там стоял специальный купол, который бы не дал мне это сделать, «проявив» меня как раз напротив укреплённого дзота с автоматическими турелями и живыми операторами. Хитро, но «человека-бомбу» никто не предвидел, поэтому они сейчас расплачиваются. Однако, надо сказать, что отреагировали очень быстро, и бой завязался нешуточный.

А ещё неприятностью было то, что серьезно Распутин озаботился безопасностью, конкретно рассчитывая на мой приход. На данный момент, в крепости было, как минимум, четыре Приручателя, которые успешно противостояли моим призванным зверям, не давая им развернуться на полную силу. Нет, перехватить управление тварями у них силёнок не хватило. Но вот сбить их с толку и дать возможность своим коллегам расстрелять моих зверушек, это им вполне удалось.

Ну, что сказать… Молодец, подготовился. Моё главное оружие было нейтрализовано. Пока нейтрализовано. Придётся сражаться старыми методами: грубой силой и какой-то матерью, что я и начал успешно делать.

Кроме Приручателей, у них здесь было три Ментата, которые хотели парализовать меня, а затем захватить. В итоге, у одного из них сгорели мозги, уж очень он «удачно» ко мне подключился. Он попытался влезть глубоко мне в голову, ну, а там я его и поймал. А затем, по созданному им же каналу, перегнал столько энергии, что у него натурально внутри черепа закипели мозги.

Двое других поняли, что случилось с их собратом. Попытались уменьшить воздействие, перенося упор на мои нервные центры. Ну, чтобы у меня подвернулась нога или онемела рука. Тоже получилось не очень. Одного я быстро разыскал и отрубил ему сначала ногу… потом руку, а потом и голову. После чего третий Ментат пропал с радаров, натурально отключив сознание и исчезнув из окружающего пространства. Перед тем, как он отключился, я заметил отблеск сознания, что полетело вниз с крепостной стены. Кажется, третий Ментат оказался умнее своих собратьев и решил свалить отсюда подальше. Правильное решение.

Ну, а дальше я начал пробиваться туда, куда наметил мне дорогу Шнырька. Для этого пришлось выбежать из крепости и сделать вид, что я убегаю. Конечно, вся эта толпа сразу бросилась за мной. Надо сказать, сильная толпа. Я увидел среди них боевые экзокостюмы, шестиствольные пулемёты которых, с артефакторными пулями, разрывали камни на том месте, где секунду назад должен был стоять я. Мне пока не нужно было ввязываться в драку. Просто порхал, как бабочка и жалил, как змея… ха-ха! То есть, я хотел сказать, как Сандр. На моём пути не оставалось ничего живого.

Через секунду я понял, что прямо сейчас я натурально «паровожу», потому что основная толпа бежит за мной с воплями и улюлюканьем, думая, что я убегаю. Но это не совсем так.

В итоге, когда последняя цель была поражена, я взял трофейный пулемёт и начал шарашить по преследователям. Но ребята были хорошо подготовлены, у всех были артефактные щиты, — пули не проходили. Пару раз я кинул во врага техникой огня. Тогда группа разделилась и начала окружать тот утёс, на котором я сидел.

— Галактионов, сдавайся! — послышался довольный голос Распутина. — Я знаю, что это ты! Как видишь, я подготовилися к встрече. Думаю, если ты сдашься, нам будет о чём поговорить. Возможно, мы закопаем топор войны и сможем прийти к соглашению.

— Топор войны? — выглянул я из-за камня, и заодно, чтобы два раза не ходить, бросил пару гранат в сторону врагов. Конечно же, они им ничего не сделали, но было весело. — То есть, ты уже сбежать в Америку готовишься, изучаешь местные обычаи?

— Галактионов, прекращай ёрничать, тебе не уйти. Мы раздавим тебя, так или иначе. Твои твари тебе не помогут. Ну, а ты, хоть и сильный боец, но умрёшь сейчас глупо. Подумай, ведь твою силу можно направить в мирное русло.

— Например, запустить Скверну на мирные поселения, как учил тебя твой мразь-хозяин?

— Откуда ты зна… — начал Распутин, но сразу же взял себя в руки. — Ты не понимаешь… Мы служим высшей цели, и я смогу это тебе объяснить. Дай мне лишь шанс это сделать.

У меня тонко запищали большие командирские часы, показывая, что время пришло.

— Сандр, это Волк. Мы на позиции. Сброс через три… Два… Один…

Я задрал голову вверх. Из-за перевала первыми выскочили мои «Валькирии», контролируя воздушное пространство. А за ними вышли быстроходные военные транспортники. То, что я смог арендовать их у имперской армии, вот это действительно достижение. Долгоруков просто подавился в трубку, когда услышал мою просьбу, и отправил меня прямиком к министру. Морозов уже был предупреждён, поэтому не отреагировал так резко. Но у них был один вопрос: «Как? Откуда я узнал про их существование?»

Откуда я узнал про их существование? Да очень просто. Когда я планировал этот захват, ко мне просто подошёл Бухич и поблагодарил за Ашика и монголов. Поинтересовался, чем я так озадачен. Вкратце оценил мой план, как реальный, и сказал, что мне не хватает в этом плане, чтобы пазл сложился, всего одной штучки. А именно — «Ильи Муромца».

Я тут же поинтересовался, что это за зверь такой. Ну, кто такой Илья Муромец — я знаю, читал русские сказки. Оказалось, это секретные военные транспортники, которые мало того, что летают на сверхзвуке, имеют сумасшедшие артефакторные щиты и защищённость, так ещё в них встроены технологии десантирования. Да-да, прямо на сверхзвуке!

Я не знаю, как это работает, обычно смесь техники и артефакторики, но вся система как-то улучшила скорость, не давая размазаться десантируемым тонким слоем по фюзеляжу самолёта. Ну, и кости у них также были в порядке.

Так вот, прямо сейчас две тысячи моих отборных гвардейцев — усиленные моим же элитным подразделением «Холодная голова», — падали на головы распутинским воякам. Падали весело и задорно, подбадривая себя весёлыми криками. Кроме этого, кто-то уже начал пулять из всякого рода убойного оружия прямо в воздухе.

А почему они падали спокойно? Правильно, потому что все эти два часа, бегая от местных, я планомерно разваливал всё ПВО, которое обнаружил Шнырька. И я таки его развалил. Полностью!

— Альфа-один готовы к работе!

— Дельта-один, на позицию!

— Браво-один, контролируем сектор!

Доклады сыпались, один за другим, а на моём лице появилась весёлая улыбка.

Ну что, уродец, хотел поговорить? Скоро поговорим! Вот только я почему-то уверен, что договориться нам не удастся. И тут же начал накачивать тело силой, активируя убойную технику.

Мне кажется, что этот утёс, на котором я сейчас сидел, сильно уродливый. Он портит местный пейзаж, поэтому надо бы его снести, вместе с теми самодовольными ублюдками, которые прямо сейчас похоже поняли, что они находятся не в том месте и не в то время, и судорожно пытаются свалить от меня подальше.

Вот только, чего-чего, а времени, у них на это уже нет!

— Куда же вы, господа? — громко поинтересовался я. — А поговорить?

Глава 15

Имперские новости

— Здравствуйте, дамы и господа! Срочный выпуск! Наши военные корреспонденты сейчас находятся в рядах наших доблестных имперских войск, которые стремительно наступают вглубь Империи Драконов, что так вероломно напала на нашу Родину.

Но нет, это не Восточный фронт, где войска Долгорукова и Доброхотова медленно, шаг за шагом прогрызают сопротивление противника. Нет, это не Западный фронт, где армия Морозова яростно сражается с армией Драконов на территории Монгольского Ханства, в то время, как монгольский хан пытается подавить мятеж внутри государства, что у него не очень-то и получается.

Но мы сегодня не об этом. Внезапно у нас открылся Центральный фронт! Да-да, сперва не было никаких предпосылок. Вот только за последние сутки наши войска, причём численностью далёкой от численности наших основных группировок на востоке и на западе, прошли значительное расстояние.

В данный момент наш корреспондент находится в рядах этих бравых бойцов. Он еле успел их догнать на марше. Кажется, их не остановить. Переключаем на нашего корреспондента… Борис?

Поменялась картинка — молодой парень в бронежилете и каске сидел сейчас на башне танка, а оператор снимал его и командира машины в шлемофоне, что сидел рядом, свесив ноги в открытый люк. Показали общий план — было видно, что колонна нашей техники двигается по горной дороге, не встречая сопротивления.

— Здравствуйте, дорогие телезрители! Передо мной Сергей Барсуков, командир 1-го танкового батальона, третьей Амурской бронетанковой дивизии. Говорите, Сергей, когда вы получили приказ на наступление?

— Мы его не получили, — немного смущённо сказал танкист. — Всё как-то само собой произошло. У нас задача была держать оборону на случай прорыва китайцами. Но прошлым утром что-то пошло не так. Начала работать наша арта, потом отстреляли бомбардировщики, а затем в воздухе пролетели «Валькирии».

Честно говоря, наши ребята решили, что на нашей стороне выступило Северное Королевство. Но по переговорам стало понятно, что это не так. Это были личные военно-воздушные силы Галактионова. А вслед за ним полетели имперские транспортники «Илья Муромец». Половина из нас о них никогда не слышала. Вы знаете, кто на них летает? Вот и я не знаю, но подозреваю, что в силу своей засекреченности там внутри находятся настоящие звери.

Ну, а нашу арту, как вы знаете, уже было не остановить. Они расхерачили вообще всё, что было на той стороне Амура. Ну, кроме моста, конечно, который китайцы даже не успели заминировать. Как-то так вышло.

А самое интересное, что в момент пролёта воздушной эскадры над пламенем пожаров в воздухе с китайской стороны возник герб нашей Империи. И вы знаете, ребята воодушевились. Как-то так всё получилось без приказа. Мы завели двигатели и рванули на ту сторону. Походу, Драконы были тоже под впечатлением, потому что снесли мы их, особо даже не заметили. А затем попёрли дальше.

— То есть, вы хотите сказать, что барон Галактионов вдохновил наши войска на прорыв? — уточнил журналист.

Танкист смутился.

— Вообще-то, это дело трибуналом попахивает. Так-то реально приказа наступать не было. И если следовать уставу, то мы дико сглупили, — танкист замолчал, обдумывая дальнейшее, и тут его лицо просветлело. Он широко улыбнулся и посмотрел прямо в центр объектива. — Но ведь победителей не судят. Ведь так?

Впереди раздался взрыв, и трансляция пропала. Камера вернулась к озадаченному комментатору, который в данный момент задумчиво почёсывал нос. Увидев, что на него направлена камера, он тут же выпрямился и вернул на лицо дежурную улыбку.

— Что ж, будем надеяться, что наши войска действительно победят! Победителей, действительно, не судят… Давайте, парни, вперёд! Вся Империя наблюдает за вами! Давите этих козлов!!!

Комментатор яростно вскинул руку, на этом трансляция прервалась. Перед тем как она прервалась и побежала реклама, был отчётливо слышен голос из-за кадра.

— Бля, чё ты несёшь⁈

* * *

Техника, которую я использовал, называлась «Ярость Камня». Научил меня ей, конечно же, наш главный стихийник и любитель прибухнуть — Дэн. Техника была действительно секретной и принадлежала Ордену Архитекторов. На мой вопрос — как достал он её, Дэн сказал, что пришлось как-то выпивать с главой Ордена Архитекторов, и на кон были поставлены большие ставки. Суть спора была — кто кого перепьёт.

Я посмеялся, и сказал, что не повезло главе Ордена Архитекторов, раз он связался с главным алкоголиком Многомерной Вселенной, но… Это был один из немногочисленных случаев, когда я увидел смущённого Дэна. Он сказал, что нет — победил Архитектор. И эта техника была в качестве утешительного приза.

На мой вопрос — что же проиграл Дэн? — последовало молчание, после чего Охотник тихо свалил без ответа. На лице у него было страдание. Судя по всему, нашего Дэнчика кто-то сильно нагрел, но как бы то ни было, за подгон я ему был благодарен.

Собственно, я обратился к Духу камня, что для нас Охотников было очень необычно, ведь мы-то оперировали душами живых существ. Я вообще-то думал, что у камня нет души, но это до тех пор, пока не познакомился со своими големами. Тоже, кстати, фишка Архитекторов. Любят они этих неживых «братанов».

Но с големами я подружился, и с этим разберусь. И вы знаете, одно дело знать теоретически, а другое дело изобразить это практически. Имея уже опыт общения с големами, я понял, куда давить, и где «просить» камень отреагировать на мою просьбу. И он отреагировал.

Через секунду я уже летел вверх, подкинутый взрывной волной. Рядом весело верещал Шнырька, всё ещё не снявший каску. Мне кажется, для него это было весёлым развлечением. Но когда я приземлился, утёса уже не было, а врагов, что меня окружили, также раскидало во все стороны.

Приземлились они с переменным успехом. Кто-то по частям, кто-то переломанный, кто-то сильно помятый, но живой. Как всегда, все зависело от силы Одарённого, и того, что он из себя представляет. Особенно меня порадовали покорёженные броне-экзоскелеты — было видно, что крепости у них хватило, чтобы не сломаться окончательно, а вот находящиеся внутри операторы то ли потеряли сознание, то ли приуныли… В общем, Волк будет доволен. Я думаю, если мы соберём и починим, то к подразделению «Холодные Головы» добавятся ещё какие-нибудь «головы» — «Отважные» или «Слабоумные», пока не придумал, но с провинившимися гвардейцами внутри них. Но пока говорить об этом рано.

Среди врагов было множество сильных Одарённых, которые выжили. Они испытали секундную растерянность, когда услышали в эфире панические нотки защитников крепости. Пытались разобраться, куда им — либо бежать обратно на защиту, либо продолжать со мной разбираться.

Тут пришёл в себя Распутин и сказал заниматься мной. Что ж, моим ребятам повезло, большинство врагов из крепости я вывел. Ну, а как разобраться с техникой и обычным стрелковым оружием — это они знают лучше меня.

Там уже грохотало. Я видел, что мои ребята пошли на приступ. Причём, некоторые из гвардейцев упали натурально на голову распутинским внутри крепости. Думаю, они затащат. А мне пора вступить в бой.

Первое, что меня интересовало — выжили ли Приручатели? Поэтому я вызвал двух адских гончих, натравил их на стихийника, который формировал в руке шар огня. Один шар попал в гончую и сжёг её, а вторая всё-таки сбила Одарённого наземь и вцепилась огромными зубами в глотку. Сначала затрясло доспех Одарённого, а потом его череп.

Минус один, поэтому я призвал ещё две гончих. А вот тут вот наступил нежданчик. Призванные твари внезапно затормозили, одна из них бросилась на вторую. Вторая огрызнулась и они сплелись клубком и покатились вниз. Я нахмурился и более пристально глянул на врагов, пытаясь понять, от кого идёт посыл.

Ну, надо же, а ведь это сам Распутин!!!

Ещё одно мысленное усилие, и стая долбодятлов начала пикировать на врага. Вот тут для новоявленного Приручателя уже было сложнее. Явно стало понятно, что Приручительство не его сильная сторона. Скорее всего, нахватался от кого-то по верхам. И я даже предполагаю, от кого! От себя-то он дятлов отвёл, и они врезались в скалу. А вот нескольких Одарённых они покоцали.

Что ж, продолжаем разговор. Я накидался желеек и ринулся в бой. Я то уходил, то появлялся из Тени, орудовал Аквилой и посылал техники. В результате этого выяснилось, что Распутин умеет не только в «приручительство». Он и техники огня и молнии применил. А затем, напитав кулак силой, долбанул пещерного медведя, который подобрался к нему сзади. Значит, всё-таки, он Универсал.

Враги напирали со всех сторон, а я потихоньку входил в боевой транс. Мои движения стали плавными и размашистыми, как маятник. Я начал увеличивать амплитуду хождения в Тенях, добавляя ускорение. Со стороны это выглядело примерно так. Непонятно от кого или от чего, но Одаренные стали, один за другим, получать удары из ниоткуда. Наиболее сильные из них успевали заметить мой расплывчатый силуэт, но сделать ничего не могли.

Пятнадцать минут боя, и я уже полностью погружен в битву. Я — Дух битвы, я — Бог битвы, я — сама Битва. Как всегда бывает, в мозгу у меня всё стало предельно ярко и чётко. Фактически, сейчас я могу предсказать каждое движение врага, действовать на упреждение, не давая даже прикоснуться к себе. Моё тело всё ещё не было полностью готово, мышцы стонали, а суставы хрустели, и после этого боевого транса я опять буду лежать и кряхтеть дня три, но оно того стоило.

Самое главное, что я достиг — это ясное понимание у моих врагов, что все они сегодня умрут. И смерть их обязательно будет не быстрой и, скорее всего, болезненной. Почему? Потому что каждый из оставшихся врагов был сильным Одарённым. С одного-двух ударов я их не убью, а если задержусь дольше, то дам время сконцентрироваться на совместном ударе против меня. Этого я позволить тоже не мог.

Поэтому я метался от одного врага к другому. Здесь немного просадил доспех… здесь проткнул плечо и пустил первую кровь… здесь удачно отрубил ногу, к этому можно скоро не возвращаться. Так, через некоторое время, я понял, что окружён толпой всё ещё сильных, но калек, каждый из которых рад бы отсюда сбежать, но уже не может.

Невредимыми осталось всего четыре человека. Все они Маги Вне Категории, один из них Распутин. Двоих я не знал, а вот третий… Оба-на! У меня наконец нашлось время присмотреться, и я его узнал. Это был Вербицкий-старший — идиот, который также попил много крови, как у всей Российской Империи, так и у меня лично. Скорее всего, именно с его влияния его племянник перешёл на сторону Драконов.

Да, Игорь Вербицкий был идиотом, но он был сильным идиотом. И при правильном воспитании и поддержке сейчас бы получал свои ништяки и восхищения, подобно Алексееву и продолжал бы драться за родную Империю. Это не значит, что я бы его сейчас простил. Он уже натворил много дерьма и заслужил смерти. Но если бы не дурное влияние дяди…

А впрочем, о чём тут думать? Если бы у бабушки были яйца — она была бы дедушкой. Я немного нарушил свою структуру боя и уделил больше внимания именно ему, почувствовав злость и обиду за то, что он воспитал такого сильного и такого глупого племянника, и сделал его предателем.

Одного за другим я призвал три медведя сзади, сверху спикировала стая долбодятлов. И прямо под ноги ему бросил огненную саламандру. Распутин попытался спасти соратника, и частично ему это удалось, вот только от меня его спасти уже не получилось. Напитав левую пустую руку силой, я пробил ею как духовный доспех, так и металлический нагрудник, и вырвал сердце у предателя из груди.

По опыту знаю, что несколько мгновений после этого он был ещё жив, и даже в сознании. Случилось это рефлекторно. Уж слишком велика была моя ярость. Его беззвучный рот открылся в крике, а я помимо воли ляпнул.

— Собаке — собачья смерть!

И запихал его же сердце в широко открытый рот. А сам ушёл в Тень, потому что в тело своего бывшего соратника прилетело сразу два огненных шара от его бывших союзников, превратив Вербицкого в ароматную дымящуюся тушку. Такой себе поросёнок, фаршированный собственным сердцем. Я оценил этот момент и продолжил, слегка расстроенный тем, что поддался эмоциям. Ведь задержался с Вербицким чуть дольше, чем должен был, и чуть не поплатился за это, поэтому возвращаемся к старому плану.

Ещё полчаса битвы, и практически все раненые Одарённые мертвы, кроме трёх истекающих кровью, что отбросили оружие и громко орали, моля о пощаде. Пока что их трогать не буду, разберусь позже.

Распутин и два Мага Вне Категории, медленно отступали, отбиваясь техниками, стоя спиной к спине, и не давая мне зайти к ним с тылу. Видимо, это личные телохранители Распутина, и у них был большой опыт совместной битвы.

— А ведь ты мог бы стать великим воином, — улыбнулся я, когда в очередной раз не удалось победить с наскока. — Почему ты не вернулся в Империю? Ведь предал её твой дед, а не ты.

— Много ты понимаешь, юнец, — Распутин также использовал передышку, рукавом вытерев пот, который градом катился с него. — Если бы твоих предков унизили, ты бы знал, что я не мог так поступить.

— Ну, моих предков не унизили, тут ты прав. Но моих предков уничтожили. Так что да, я понимаю, о чём ты. Самое интересное, что в этом участвовали твои ублюдочные родители.

— Не смей так говорить про них! — Распутин кинул в меня шар огня, от которого я увернулся.

— То есть, ты расстроился, когда я в прошлый раз разбил меч твоего деда?

— Собака! — Распутин снова кинул в меня молнией, а два его телохранителя по его указаниям выдвинулись чуть вперёд.

Ну вот, вроде нашёл его слабое место. Чувак очень трепетно относится к своим родственникам. Настолько трепетно, что даже забывается.

— Пожалуй, я выкопаю их могилы, и сделаю из их костей погремушки, — хмыкнул я, отчего Распутин еще сильнее рассвирепел.

Не, ну это уже совсем неинтересно. Кодекс мне такое надругательство не простит. Да я и близко не собираюсь такое делать. Не такой я человек. Но вот так попасться, как ребёнок, серьёзно? Маг Вне Категории, Универсал…

Правый телохранитель Распутина ровно на полметра переступил ту невидимую черту, за которой я уже могу действовать. Нырок в Тень, и вот он падает обезглавленным. Ну, а с двумя-то справится и ребёнок.

Распутин больше не трепался, он пытался спасти свою жизнь.

Через пару минут пал его второй телохранитель, и остался только он. Я перешёл с ним в ближний бой. С удивлением заметил, как перерубленный бицепс его руки почти мгновенно сросся. Удивил! Регенерация у него какая-то запредельная. Что ж, плохим был бы я Охотником, если бы не имел план действий на такой случай. Я тот, который победил гигантскую гидру в одиночку. Правда, и сам помер при этом, но это другое. А вот она отращивала свои головы нон-стоп, если не знать, как с этим бороться.

«Извини, дружочек», — мысленно извинился перед Духом Орла, живущим в Аквиле. — «Я подселю к тебе на время одного не очень приятного соседа».

Мелкая душа, которая нырнула в меч, была действительно неприятной. У неё даже названия, как такового, не было. Мы называли её «Бляхой», и никто не мог понять — то ли это от бляхи на ремне, то ли… Ну, вы сами поняли, что тварь была неприятная. И вот сейчас она должна была мне помочь.

И она помогла.

Следующую рану я нанёс по бедру врага, и Распутин отпрыгнул в сторону, с удивлением посмотрев вниз. Он ждал, что рана вот-вот затянется, но нет. Бляха не давала этого сделать. Она нарушала саму душевную структуру организма.

Что ж, ещё один выпад. Доспех затрещал, и правая рука Распутина летит в сторону, вместе с мечом. Тот орёт, и из левой ладони руки у него вырываются молния.

Теперь трещит мой доспех. Силён, скотина! Да и причёску мне немного испортил. От постороннего электричества у меня сейчас на голове образовалась натуральное афро. Поэтому я без угрызения совести отрубил ему и вторую руку.

Распутин пятился. И вот он стоит на краю пропасти. Я заглянул вниз. Падать метров двадцать, но скорее всего, этот говнюк выживет.

— Можешь прыгать, но я прыгну за тобой. Ты же это понимаешь? — улыбнулся я.

— Мы могли бы стать отличной командой, парень!

Внезапно на Распутина накатило полное спокойствие. Ужас ушёл из его глаз. Скорее всего, это был шок после потери двух конечностей и предвкушение близкой смерти. Не знаю. Но сейчас он выглядел каким-то спокойным.

— Никогда бы мы не стали командой. Не тешь себя иллюзиями, кровожадный ублюдок.

Если вы думаете, что я не смотрел фильмы, где главный злодей глумится над жертвой, а она, в последнюю очередь и в последний момент, спасается, то это не так. Я всё видел. И разговаривал с ним сейчас по одной причине — потому что я, покарай меня Кодекс, выдохся, как собака. Каждое движение требовало большого напряжения.

В конце концов, я напитал и руку, и меч силой, и сделал выпад, намереваясь отрубить голову ублюдку. Вот только он не дождался меня — оттолкнулся сразу обеими ногами и полетел спиной вниз.

Я вздохнул и уже собрался прыгать было за ним, как вдруг увидел, что на середине падения прямо под ним открывается тухло-зелёное окно портала, и он пропадает в нём, как ни в чём не бывало.

— В рот мне ноги! — выдохнул я, и тут же включил сканирование на полную, а затем резко обернулся и посмотрел вдаль.

На соседнем утёсе стоял сухой лысый китаец, что опирался на посох, а его балахон развивался под упругими ударами холодного высокогорного ветра. Его духовный аспект горел ядовито-зелёным пламенем. Прямо сейчас он был накачен под завязку и собирался выпустить что-то очень неприятное.

Я понимал, что я безумно устал, что все мои две тысячи гвардейцев вряд ли помогут в битве с Эмиссаром. Но тем не менее, помимо воли, я испытал радость. Радость Охотника, который долго преследовал и наконец догнал эту мерзкую тварь, которая попила крови мне и всем окружающим. Главное — я её догнал. А как буду убивать? Ну, война план покажет…

Секретный исследовательский центр Драконов

— Господин остался… ему нужно помочь… — безрукий Распутин бился на операционном столе в беспамятстве, при том, что он был под наркозом — физическим и магическим. Но этого не хватало — душа его страдала.

— О каком господине он говорит? Император-Дракон позаботится о нём, — нахмурился худой врач, который готовился к операции.

— Не берите в голову, — задумчиво проговорил Игорь Вербицкий, который прилетел сюда, как только услышал о происшедшем.

Распутин уже был без сознания, а Игорь Вербицкий хотел знать, что случилось с его дядей. Ведь он скрывался в крепости Распутина, но ушёл оттуда только Распутин, причём, порталом Скверны. Крепость, в данный момент, молчала. Замок находился так далеко, что вокруг не было никаких войск, которые можно было туда послать.

Императору-Дракону доложили о ситуации. Вот только, если он будет что-то предпринимать, то точно не будет докладывать Игорю Вербицкому, хоть тот и Абсолют, но Абсолют-предатель, который из-за своей глупости сейчас оказался на побегушках, и вынужден ждать, чтобы Распутин пришёл в себя и что-то подсказал.

— Что вы планируете делать? — обратился он к врачу.

— Руки отрастить ему не удастся.

— Как это возможно? — удивился Вербицкий.

Он точно знал, что Распутин владел потрясающей регенеративной техникой. За его долгую жизнь он побывал во множестве боев, и было известно, что он может самостоятельно отрастить себе руки. А тут ещё вся мощь медицины Драконов, и всё равно не могут?

— Ему прижгли Душу.

— Что? Как это возможно? — от волнения Игорь стал повторяться.

— Понятия не имею, — развёл руками врач, и по совместительству, Лекарь и Маг Вне Категории. Если он говорил, что это невозможно, то это скорее всего было так.

— В его духовное тело нанесли несколько порезов и отсекли руки. Теперь организм не воспринимает их, как часть своего тела, поэтому не может вырастить обратно. То есть, теоретически, руки ему вырастить помогу. Вот только управлять он ими не сможет.

— И что вы планируете делать? — удивился Вербицкий.

— Ждём человека… гхм… ну или не совсем человека, который поможет.

За дверью, больше напоминающей секретный бункер, чем операционная, послышалось шевеление. Дверь распахнулась, и внутрь зашла тёмная фигура в надвинутом на глаза капюшоне.

Вербицкий пытался понять, кто это, пока фигура не подошла к столу и не откинула капюшон. Металлический череп, торчащие глаза, зелёные трубки… Перед ним стоял Бессмертный — один из двух оставшихся. Вербицкий слышал, что у Императора-дракона было три бессмертных: главный или господин, и два его ученика. Главный погиб в схватке с Галактионовым, осталось два его ученика. Да, они по определению были слабее учителя. Но всё равно это были натуральные машины смерти. Ещё Вербицкий слышал, что они поклялись уничтожить убийцу своего господина. Вот только тут им запретил это делать Император-Дракон, по каким-то своим соображениям. Что он здесь делает, стало понятно, когда Бес бросил на стоящий рядом стол с инструментами длинный свёрток.

Китайский врач его тут же развернул. На столе лежали две металлические руки.

— Но учти, человек… Без приобщения к нашему знанию, используя лишь две конечности, этот человек будет постоянно испытывать боль, очень сильную боль. Я должен тебя об этом предупредить.

— На всё воля Дракона, — бесстрастно пожал плечами китайский врач и, взяв одну из рук, начал рассматривать место крепления.

Вербицкий перевёл взгляд на безрукого Распутина, потом обратно на лежащие руки. С ужасом взглянул на бесстрастное кибернетическое лицо Беса. И всё, что он мог сказать, было:

— Да ну, нахер!

Глава 16

Королевский Дворец

Северное Королевство

Резкий и неудержимый, как Арктический Буран, король Ульрих буквально ворвался в тронный зал, впустив за собой холодный воздух. Также стремительно он продвинулся к длинному столу, что стоял возле большого окна и полностью был покрыт стопками бумаг, вперемешку с офисной техникой — любимое рабочее место королевы Лагерты.

На секунду вся суровость ушла с лица сильного мужчины. На нем проступили нежность и любовь, когда он осторожно обнял хрупкую королеву, прижав к себе.

— Привет, дорогой! — королева смотрела снизу вверх на здоровенного воина, по сравнению с которым казалась ребенком, но который с готовностью ответил на ее приветственный поцелуй и ответил с жаром, с виду никак не свойственным этому потомку Ётунов.

— Как все прошло? — король после непродолжительных нежностей тут же уселся в свое большое кресло, а королева тут же налила горячий напиток из стоящего неподалёку термоса и подала дымящуюся кружку супругу.

— Они не будут дергаться… Пока не будут, — Ульрих отхлебнул из кружки и задумчиво посмотрел на жену. — Думаю, мне удалось их напугать. Правда, пришлось блефовать.

— Ты сказал, что вырежешь их всех без остатка? — нежно погладила по небритой щеке Лагерта, как будто обсуждала что-то… милое.

— Именно, — кивнул Ульрих. — Ты знаешь, что я так никогда не поступлю. Я это знаю, а вот они знают… что?

— Что ты всегда выполняешь свои обещания, дорогой, чего бы тебе это не стоило, — продолжала улыбаться Лагерта.

— Умничка, любимая, — расплылся в улыбке король. — Я сказал, что если кто-то или что-то нападет на российский «Форпост», я буду расценивать это как объявление войны Северному Королевству. А учитывая близость нашего расположения — для того, чтобы снести их убогие замки, мне придется потратить совсем немного времени.

— И они поверили, что ты собственными руками снесешь часть продуманной и обустроенной обороны против Орды Серых?

— Ну-у-у… — развел руками Ульрих. — Не знаю, поверили ли до конца, но испугались однозначно.

— И ты выполнишь свои угрозы, если они нарушат обещание? — слегка склонила голову Лагерта, с огромным интересом следя за реакцией супруга.

— Не знаю, — задумчиво покачал головой Ульрих. — Убить сотни сильных Одаренных, Истребителей Монстров, что защищают человечество от тварей? Честно, не знаю… Но вот их командиров — точно. У меня и рука не дрогнет.

— Надеюсь, этого не придется проверять. Мне тоже жалко этих ребят, что родились не в тех странах не в то время.

— А что удалось узнать тебе? — перешел на другую тему Ульрих.

Лицо Лагерты потемнело.

— Всё, как мы думали. Со смертью Румянцева и с момента назначения Болконского наши службы разведки возобновили некогда тесные взаимоотношения и Болконский поделился своими наработками. Я, как мы и договаривалась, открыла наши. Всё плохо дорогой, всё плохо! Кажется, Китай мы уже потеряли. Индусы и персы пока под вопросом, но и там обстоят дела очень печально. Европейцы сейчас ломают голову, как им поломать Железного Князя. Сломать морально и перетащить его на свою сторону или сломать физически. Склоняются ко второму варианту, как мне кажется.

— То есть, то, о чем предупреждал нас российский Император — правда?

— Получается, что так… — Лагерта склонила голову.

— Но откуда он знал? — удивился Ульрих.

— Он не знал, он предполагал, не делай уж из него пророка, — покачала головой Лагерта.

— Но он оказался прав… — кружка внезапно треснула в руке Ульриха, и на пол посыпались осколки. Но он, кажется, этого даже не заметил. — Эх, дядя Миша, куда же ты делся?

— Возможно, Елизавета знает, где ее отец? — предположила Лагерта.

— Думаешь я не спрашивал, — криво ухмыльнулся король. — Сто раз спрашивал! Молчит, зараза такая. Как и про то, куда Георгий делся. Нет, толку от него, конечно, было не очень много — выпить и поохотиться — отличный партнер, но вот что касается государственных дел… В общем, мне кажется, что поезд под названием «российская империя» катится под откос… А вместе с ним — и весь мир.

— Катился… — поправила мужа Лагерта. — Ты хотел сказать «катился».

— Что? — оторвался от своих мыслей король и с недоумением посмотрел на супругу. — Почему?

— Ну, как же? — улыбнулась та. — Молодой Галактионов, помнишь? Похоже, еще не все потеряно.

— Ах да, молодой барон, — согласно кивнул Ульрих. — Где его Йети носят? Он что сказал после того, как мы ему последние «Валькирии» передали?

— Что прибудет так быстро, как будет возможность, — напомнила мужу Лагерта. — Зная, Александра, так и будет. Похоже, у него сейчас дела поважнее… А хотя…

Лагерта быстро подошла к большому компьютерному терминалу и защелкала по клавиатуре.

— Вербицкого помнишь? — улыбнулась она мужу.

— Предателя-Абсолюта? — уточнил Ульрих.

— Нет, его дядю, который пытался устроить переворот в Империи.

— Ну да, помню, — кивнул король.

— Убит! Угадай кем и где?

— Галактионов? — усмехнулся Ульрих.

— Умничка, дорогой! — чмокнула в щеку короля Лагерта. — А вот насчет «где» — не буду тебя мучить. Галактионов нагрянул в крепость Распутина в горах Тибета.

— А Распутин? — заинтересовался Ульрих. В отличии от Вербицкого, который полагался на восточных «друзей», Распутин, этот ренегат, будучи номинально вассалом Императора-Дракона, был более умным и пытался наладить отношения со всем миром. И, между прочим, небезуспешно. Многие правители Европы заключили с ним разнообразные соглашения… безмозглые бараны.

— Сбежал, к сожалению, — покачала головой королева, тут раздался звонок вызова с другого терминала и она, увидев имя абонента, улыбнулась. — Ну вот, Елизавета Петровна, собственной персоной. Мне взять трубку или ты поговоришь?

— Давай, сначала ты, — нахмурился Ульрих. — Я, как бы, должен быть еще в Арктике, не нужно лишних вопросов.

— Хорошо, — она кивнула, демонстративно приложило указательный пальчик к губам, призывая к тишине, и нажала кнопку приема.

— Лиза, приветствую! Какая приятная неожиданность? Чем могу помочь?

— Лагерта, привет! Мне нужен Ульрих… Пришла пора ему вернуть давний долг…

* * *

Я невесело усмехнулся и прислушался к своим внутренним ощущениям. Трындец трындецкий! Все, как в плохих фильмах. Герой бьется до изнеможения, практически побеждает, но тут приходит Главный Враг.

Который начинает мутузить главного героя, и тот, типа из последних сил всё-таки превозмогает! Ненавижу говнофильмы, ненавижу превозмогания! Кажется, я пожалею об этом, но выбора у меня не осталось.

Передо мной сейчас стоял один из Эмиссаров Неназываемого. Самое смешное, будь я в форме, свежий и здоровый, то имел бы неплохие шансы и без критических воздействий. Критических, как для окружающего пространства, так и для меня. Но, имеем, что имеем.

Охотники, вообще, живучие гады, а еще очень удачливые. Без удачи я бы не дожил и до середины моей прошлой жизни. Так что Кодекс, если ты меня слышишь, и если тебе еще дорог бродяга Сандр, то самое время за ним присмотреть.

Я потянулся в Океан Душ, отправив призыв, и там немедленно зашевелилось что-то огромное и чертовски злобное. Я физически почувствовал, как эта тварь радуется… Радуется возможности выбраться на волю и устроить с Охотником-Сандром матч-реванш.

Я дам ей такую возможность, ведь это является условием для ее помощи. Сначала Эмиссар, потом я. Эмиссар был важнее, а я… Ну, мы еще посмотрим, кто кого!

Горы Тибета

Замок Распутина

Мастер Гу Цьян испытывал сейчас двойственные чувства. Перед ним стоял истощенный, но непобежденный Галактионов. Он сражался против превосходящих сил противников, чрезвычайно сильных Одаренных, и победил. Мастер Гу Цьян еле-еле успел спасти своего преданного ученика.

Если бы он успел раньше! Вот тогда, совместными усилиями, они бы покончили с этим дерзким парнем. Да, сейчас перед ним стоял молодой, усталый парень, вот только… Его Душа… Душа Охотника, этот «запах» было нельзя спутать ни с чем другим. Запах чрезвычайной опасности!

Да, Мастер Гу Цьян не встречал до этого Охотников лично, но его коллеги транслировали ему «слепок» образа Души Охотника, чтобы он знал, когда придет время и не ошибся. И вот, время пришло.

И что видит Мастер Гу Цьян? Что сил у этого парня едва хватает на то, чтобы оставаться на ногах. Самое время для последнего завершающего удара! После которого Охотник падет, а он, Мастер Гу Цьян, получит от господина благодарность, почет и всяческие преференции.

Он же Эмиссар самого Неназываемого! Да, он верит своим коллегам о силе Охотников, но этот пацан? Чему он мог научиться за несчастные восемнадцать лет⁈

Мастер Гу Цьян сделал шаг вперед и вскинул посох, собираясь атаковать. На лице юноши растянулась… улыбка. Черт возьми, этот малец сейчас улыбался!

А затем Мастер Гу Цьян почувствовал кое-что другое. Волна такой неимоверной силы стала подниматься из недр Души Охотника, что все немногочисленные волосы на теле Мастера Гу Цьяна встали дыбом. Он видел всего-навсего тень… или эхо… он не знал, как это правильно назвать, но это была лишь самая верхушка айсберга. И даже она натурально вгоняла Эмиссара в ужас!

ЧТО ЖЕ ТЫ ТАКОЕ, ОХОТНИК⁈

Именно так успел подумать Мастер Гу Цьян, перед тем, как абсолютно рефлекторно открыть за своей спиной портал Скверны. Нет уж… Не зря господин назначил именно его старшим над другими Эмиссарами в этом Мире. Не самый сильный, не самый древний, не самый опытный… Но он имел ум и интуицию. Именно на эти качества рассчитывал его господин, и именно эти качества сейчас вопили о том, что не нужно Мастеру Гу Цьяну связываться с этим пацаном. Как бы жалко он сейчас не выглядел…

— Скоро придет Борден! И ты умрешь, как умер твой никчемный брат!!!

Мастер Гу Цьян потом и сам не смог объяснить, зачем он это сказал. Он не мог признаться даже самому себе, что сделал это со страха. Как дворовой мальчишка, обиженный парнями из соседнего подъезда, перед тем, как убежать, пугает их тем, что уж его старший брат им покажет! Непременно покажет!

В конце-то концов, Мастер Гу Цьян был мозгом всей операции, а неведомый Борден — мускулами. Тем более, до его прихода остались всего лишь сутки.

* * *

— Фу!!! Фу, твою мать!!! Лезь обратно! Нет, ты не вылезешь! Ах ты, зар-р-раза…

— Саня? Всё в порядке⁈

Последнее усилие… Самое последнее. Фух! Я оседаю на землю, окончательно потеряв все свои силы. Руки тряслись, в ушах звенело, мир перед глазами плыл.

Даже фигура Волка в спецброне «Гардиан», с откинутым забралом, выглядела сейчас размыто, как будто в мареве горячего асфальта в жаркий летний полдень. Однако! Запихать тварь обратно на место было непросто. Я еле-еле успел!

Кто ж ожидал, что Эмиссар зассыт и сбежит. Кстати, на этот раз я был готов. Эмиссар Румянцев сбежал беспрепятственно. Уход Распутина я не смог остановить, но вот сейчас «настроился» на их волну и мог бы воспрепятствовать бегству Эмиссара… Если бы не эта долбаная зверушка, которая с таким энтузиазмом лезла наружу!

Ну, главное, что успел. Вдох-выдох… Вдох-Выдох… Вдох… Вы-ы-ы-ыдох…

— Марош-ш-шенку? — я увидел перед своим лицом четыре обеспокоенных голубых глаза моего маленького друга. И рожок сливочного мороженого в его лапке.

— Спасибо, приятель, — я взял мороженое и разом откусил половину. Во-первых, не хотел расстраивать мелкого, ведь если он предлагает мороженое из своих личных запасов, то это действительно от чистого сердца, а во вторых… Может хоть сахар в крови поднимется, и Волк, наконец, перестанет двоиться в глазах.

— Все в порядке, — наконец успокоил я Волка. — Как у вас дела?

— Почти закончили, — тут же Волчара перешел на боевой лад. — Несколько групп врагов спрятались в укрытия, но мы их оттуда скоро выкурим.

— Потери? — я автоматически спросил, и сразу пожалел. Не хотел я этого знать, но ответственность командира она такая. Есть и сложные моменты.

— Не так много, как могло быть, — как ни в чем не бывало сказал Волк. Ну да, он также, как и я, привык к потерям боевых товарищей, но также, как и я, каждый переживал за каждого. — На данный момент подтверждено шесть убитых. Но скажу тебе — это невероятный результат для такой операции!

Я просто кивнул. Согласен, невероятный, если не брать в расчет того, что погибли мои люди. Причем, одни из лучших людей. Люди,которые мне доверились… Стоп, Сандр!

— Что такое? — всполошился Волк.

Черт! Кажется я сказал это вслух.

— Ничего, — сказал я и быстро провел «внутреннюю диагностику». Так я и думал. Пострадала душевная ткань. Причем, пострадала, когда я запихивал тварь обратно в Океан Душ. Что из этого следует⁈

Что мне нужен, мать его, сильно больший запас прочности! Двойной! Или тройной! Какая-то несчастная битва с местными Одаренными вымотала меня до такой степени, что я принял неправильное решение. Если бы я достал эту тварь из Океана Душ… Нет, Эмиссар бы сдох, без вариантов, а вот я…

— Возвращаемся домой, — вздохнул я.

— Точно? — уточнил Волк. — Мы еще вполне боеспособны.

— А вот я не очень, — покачал головой, криво усмехнувшись.

— Нужна помощь? — снова всполошился Волк.

— Нет, мне просто нужен отдых. А учитывая, что в «Смелости» нас сейчас ждут, может случиться всякое. И мы не обойдемся такими малыми потерями. Поэтому вы летите домой.

— «Мы»? — как всегда, Волк вычленил самое нужное. — А ты?

— А я обещал Доброхотову, и выполню своё обещание.

— Но… Как? — нахмурился Волк.

— Жопой об косяк! — хмыкнул я. — Не переживай, все будет в лучшем виде.

— На чем ты полетишь?

— Тоже сам разберусь. А вы соберите всё, что не горит и не прибито гвоздями. А что прибито — отдерите… Хотя, кому это я говорю? Справитесь! Всё, ждите, пока я открою портал в «Смелости».

И я поковылял прочь, хотя больше всего мне хотелось упасть на мерзлую землю и проспать… часов так двести сорок!

— Саша? — услышал я голос Волка за спиной.

— Чего еще? — я даже не остановился и не обернулся, лишние движения были мне… ленивы.

— Осторожней!

— Да, мамочка! — я махнул ему рукой, также не оборачиваясь, и продолжил движение. Мне нужно было отойти отсюда подальше, чтобы никто не пострадал и потерял меня из поля зрения.

Придется договариваться с Патриархом и устраивать геноцид Драконов в отдельно взятом месте. Нет, это будет делать не Патриарх, это будет… Эх! А что потом с этой тварью делать дальше? Но, слово есть слово, не сдержу его, перестану себя уважать. А это последнее дело. То, что меня уважают или не уважают другие — конечно же важно, но я уже не подросток, чтобы зависеть от чужого субъективного мнения. А вот самоуважение — это основа основ. И я не могу подвести самого себя. Никак не могу.

Но сначала…

— Вылазь, давай! — скомандовал я.

— Ш-ш-шо там? — поинтересовался появившийся Шнырька.

— Надо немного напрячься, малыш, — потрепал я мелкого по загривку.

— Ну, н-н-нада… так н-н-нада, — пожал плечами Шнырька, хотя обычно он яростно протестует против «затяжных» перемещений. И я знаю, почему. Чем дальше он от меня, тем опасней для него. Это не говорю про кучу потраченной энергии — это я переживу, но Теневой План — штука опасная даже для его обитателей, и каждый такой «рывок» небезопасен.

Нет, я особо не переживаю за своего Шнарка — он у меня «старый воин», но сам Шнырька никогда не упускал момент поторговаться и выбить себе ништяков. Со временем — это превратилось в своего рода… традицию, что ли?

Видимо, сейчас малой, и правда, переживает за меня.

Ну, а дальше, все понятно. Кривясь, давлюсь желейками и расширяю энергетический канал с мелким. Затем он пропадает из этого мира и стремительно движется к цели. Я подкидываю в «топку» желейки, стараясь не проблеваться прямо здесь и сейчас, хотя физически желудок у меня сейчас полностью пуст, а желейки растворяются в организме еще в процессе опускания в желудок. Но спазмы при этом сильнейшие.

И вот, наконец, картинка у меня перед глазами.

— Да ладно! — качаю я головой, и тянусь за телефоном, отзывая мелкого. Он свою миссию выполнил.

— Максимилиан? — я дождался ответа абонента. — Тормози и окапывайся. Дальше наступать не надо.

— Какого хрена, Галактионов? — тут же послышался удивленный голос герцога, но я его бесцеремонно прервал.

— И Долгорукову сообщи. Скажи — я сказал. Дословно. Все, подробности позже.

Я нажал отбой и тут же набрал Морозова-старшего.

— Иван Федорович? Кажется герцогу Доброхотову и полковнику Долгорукову не помешает небольшая помощь… Гхм… Соврал. Она им жизненно необходима. И, самое главное, очень быстро!

Глава 17

Провинция Хэйпундзян

Империя Драконов

Полковник Сергей Долгоруков смотрел на герцога Доброхотова со смесью раздражения и восхищения. Обьединённая армия гвардий аристократов и имперских войск продвигалась вглубь территории Драконов. Продвигалась тяжело и медленно. Намного медленнее, чем рассчитывал Генеральный Штаб.

При этом армия несла большие потери, постепенно теряя преимущество «наката» и «ошеломления», когда «на плечах» закатилась на территорию Драконов и погнала тех вглубь на их же территории. Но на родной земле Драконы пришли в себя, пополнили ряды, потихоньку подтянув свой боевой дух. Поэтому натиск имперской армии стал неуклонно ослабевать.

Алмазный Король выглядел, как всегда, безупречно, Как будто он только что вышел из ванной, и всю последнюю неделю находился на отдыхе. Сергей знал точно, что это не так. Более того, он был свидетелем того, как герцог Доброхотов сражался в передних рядах, как обычный боец, нехило поднимая мораль всему войску. Сражался ожесточенно, рискуя своей жизнью и тратя огромное количество энергии, душевных и физических сил. Как он умудряется при этом так безупречно выглядеть? Сергей ему даже немного завидовал. Ведь он, согласно Уставу Имперской армии, как командующий, не мог себе позволить вступить в бой, чтобы прочувствовать радость битвы. И это было правильно, но… так тягостно.

При том, что ответственность на нем лежит не меньшая, чем на самом Долгорукове. Ведь древний Дворянский Свод Законов подразумевал некоторые вольности для аристократического сословия. Да, в условиях военного времени, по призыву Императора, ну, или в данном случае — Императрицы, аристократы должны были откликнуться на зов Родины, чтобы присоединиться к войне со своей гвардией.

Но было одно «но»! По закрепленному за ним правом, при том, что общее руководство оставалось на плечах военных, именно сводным подразделением аристократов и их гвардии должен был командовать один из них. Ну, командовать — это громко сказано, во всех делах, а особенно в военном — страшнее двоевластия ничего нет. Скорее… отстаивать интересы перед командованием и вовремя реагировать на угрозы.

Это было обоснованно, так как исторически в гвардиях сильных Родов присутствовало повышенное количество Одаренных. Ну, если сравнивать со «средним по палате» в обычной имперской армии. Поэтому, как ни крути, но подразделения гвардейцев были сильнее обычных армейских подразделений. И далее из этого следует что? Правильно! Желание армейского командира «затыкать» самые опасные участки фронта именно гвардейцами.

Доброхотов был избран единогласно, так как имел непререкаемый авторитет у восточной аристократии. При этом, как бы он ни старался, силы гвардейцев постепенно таяли. А учитывая, что аристократы уже отправили всё, что могли отправить, включая своих родичей, то при неизбежных потерях пополнять подразделения можно было только за счет регулярных войск, которые, как всегда, опаздывали.

— Когда, говоришь, к нам прибудет подкрепление? — спросил Доброхотов у Долгорукова.

— Не раньше, чем через двое суток. Генштаб рассчитывал пополнение, исходя из текущей ситуации, без форс-мажоров, — немного смущенно сказал Долгоруков, прекрасно понимая, что сейчас случился тот самый «форс-мажор».

— М-да… — покачал головой Доброхотов, и повернулся к начальнику штаба. — А ну-ка, покажи мне, голубчик, еще раз расположение ДОТов.

Пока подполковник принялся показывать герцогу требуемое, Долгоруков невольно отвлекся.

Его сестра, Мария Долгорукова, сейчас была прикомандирована к его армии. В данный момент, в обычном армейском комбинезоне с лычками поручика, она сидела на краю стола, с большой кружкой чая и весело болтала с шифровальщицами о чем-то женском. Приглушенным шепотом, конечно, чтобы не мешать совещанию. При том, что кадровые военные девушки явно чувствовали себя неуютно, но опасались прервать разговор с Марией.

Еще одна головная боль Сергея. Всё бы ничего, но на плече у Марии был кустарный шеврон от неизвестного художника, на котором был изображен меч в обрамлении крыльев, а под ним была надпись «Ангелы Марии». Интересная история. Изначально Мария Долгорукова была направлена сюда их отцом. Иван Сергеевич, по согласованию со своим старинным другом, министром Морозовым, оформил Марию, как руководителя испытаний. А звание было присвоено автоматически, с учетом того, ЧТО именно они испытывали.

А испытывали они, ни много ни мало, новое изобретение Рода Долгоруковых — штурмовой экзоскелет «Центурион». Это был полностью бронированный доспех с сервоприводами и артефакторной энергетической установкой, высотой в два с половиной метра, внутри которого находился пилот. Толщина брони защищала пилота от большинства существующего, не только стрелкового оружия, но и кое-чего калибром побольше. Но самое главное, была и защита от магии! А при наличии мощных сервоприводов умелый боец творил настоящие чудеса, как в дальнем, так и в ближнем бою.

Использование «Центурионов» в составе 1-го специализированного штурмового батальона превратилось в спасение для простых бойцов, и дополнительную головную боль лично для Сергея. Спецбат стал своеобразной палочкой-выручалочкой на поле боя. Когда рядовые бойцы под натиском врага, у которого, кстати, также были в наличии боевые экзокостюмы, теряли надежду и оказывались на грани паники, а следовательно, и бегства, то тяжелая поступь закованных в броню бойцов и звонкий девичий голос в эфире вселял в бойцов настоящую радость и надежду.

Грохот крупнокалиберных пулеметов и взрывы ракет для отчаявшихся солдат был подобен райскому пению. А когда спецбат вступал в ближний бой, и в ход шло тяжелое, сделанное специально для этих гигантов оружие ближнего боя, то враг редко когда удерживался от полного и тотального бегства. Так получилось, что с легкого языка кого-то из шутников спецбат сменил название на «Ангелов Марии». С тех пор никто по другому их не называл. Похоже, самой Марии это тоже понравилось. Правда, у Сергея складывалось впечатление, что Маша бежит в круговерть боя от того, о чём не хочет говорить.

Сергей разговаривал с отцом, пытаясь понять, зачем он отправил Марию сюда. Однако Иван Сергеевич со всем уважением к достойному сыну сказал, что это его решение, как главы Рода, и это не обсуждается. Хотя, по паре намеков, Сергей понимал, что всё не так просто.

Еще совсем недавно самой почетной службой для аристократа был путь Истребителя Монстров. Почет и уважение, сила и власть, ну, и конечно же, сопутствующий этой профессии профит. Сейчас же все резко поменялось. Если раньше Российской Империи угрожали разломные твари, то теперь опасаться следовало других государств, а следовательно — людей. И снова на первый план вышло умение убивать себе подобных.

Всегда проще жилось изначально «боевым» Родам, таким, как Морозовы, чьи дети поголовно служили в армии и флоте. Однако, Князь Иван Сергеевич Долгоруков был мудрым главой сильного Рода, он «диверсифицировал» своих наследников заранее, отправив Сергея, в отличии от его старших братьев, в Имперскую Академию Сухопутных войск.

А вот теперь и Мария. К слову сказать, она стала отличным командиром. Воином она была и так выдающимся, ну, а умение командовать группой и принимать быстрые и правильные решения под давлением внешних обстоятельств сделали ее исключительно хорошим командиром. Да, «немного» помогло то, что большей частью «Ангелов» были опытные гвардейцы Долгоруковых, преданные Роду и знающие Машу с самого детства. В случае, если Империя развалится, у Долгоруковых будет сильная армия с опытными и умелыми командирами. Сергей надеялся, что этого никогда не случится.

Послышался далекий гулкий выстрел, затем еще один, и тут же зазвучала настоящая канонада вражеских орудий. Через несколько секунд в расположении имперских войск начали рваться снаряды.

— Началось? — оторвал свой взгляд от карты Доброхотов.

— Думаю, да, — кивнул Долгоруков.

Герцог, как всегда, без предупреждения, скользнул наверх, за ним также стремительно двинулись его телохранители.

Сергей выругался, отдал приказ открыть ответный огонь своей артиллерии, и вышел следом.

Враг наступал. Герцог смотрел в бинокль и бормотал сквозь зубы ругательства. Он был зол и раздражен. А когда Сергей также поднес к глазам свой бинокль, понял, почему. Неравномерными группами в атаку шла волна врагов. При этом, практически без поддержки техники, что в обычных случаях было бы безумием. Имперские войска, хоть и за очень короткое время, но все же успели окопаться и соорудить защитный сооружения. Штурмовать пехотой укрепленные ДОТы? Реально?

Но приглядевшись, Сергей понял, из-за чего так злится Доброхотов. Его артиллерия перенесла огонь на атакующие порядки врага. Вот только сейчас стало видно, что они закрыты защитным полем, и даже близкие разрывы снарядов не приносят урона, а пули не могут пробить это поле. А ещё было видно, что хоть среди атакующих есть обычная пехота Драконов, но есть несколько групп, что держатся вместе, и именно они являются эпицентром защитных щитов. Смуглые, горбоносые, в узнаваемой одежде.

— Пратибхашали, — выплюнул название Одаренных Ведийской Индиры Доброхотов, как ругательство.

— И Джавидамы, — добавил Сергей, увидев на правом фланге атакующих персов. — Александр был прав.

— А ты сомневался? — усмехнулся Доброхотов.

— Честно говоря, не то, чтобы сомневался, просто не хотел в это верить, — улыбнулся в ответ Долгоруков.

— И я тебя понимаю, — Алмазный Король снова перевел взгляд на поле боя, где в окружении своих «батареек» шли в атаку одни из самых извращенных, но, тем не менее, чрезвычайно смертоносных Одаренных этого мира, что используют энергию других людей для собственного усиления. Фактически, на них сейчас шли, хоть и временно, несколько Магов вне Категории, и это было опасно. Герцог неожиданно весело подмигнул полковнику. — Ни шагу назад?

— Ни шагу назад! — подтвердил Сергей и обернулся, кое о ком вспомнив. — Маша? Где Маша⁈ Я вас спрашиваю!

Он хотел держать сестру при себе, но что-то пошло не так. Насколько сильно пошло не так, Сергей понял, когда услышал в наушнике веселый девичий голос.

— Ангелочки, по машинам! Шевелите задницами, старички! Сегодня нас ждет что-то действительно интересное!

* * *

Не могу сказать, что это было неожиданно. То, что творили эти три нации в Арктике, как бы намекало на продолжение противостояния и на остальных территориях. Но, это было неприятно. Та волна войск, которая шла на Восточный фронт, потрясала.

Задумка отбить «Смелость» и десантировать туда свою гвардию в данный момент выглядела как быстрое, эпическое, но стопроцентное самоубийство. Но, делать было нечего, раз я дал слово, его нужно как-то сдерживать.

Однако, не в моем нынешнем состоянии.

После того, как мои бойцы собрали все ценное на территории замка, настроение у меня слегка улучшилось. Да, судя по всему, последнее время Распутин сильно поиздержался. Это было видно по почти пустой сокровищнице, но, во-первых, мы собрали много хорошей снаряги и оружия, а во-вторых, было найдено множество дорогих предметов старины, видимо, перевезенных еще в момент бегства из Российской Империи.

Волк уже отправил отчет и, судя по реакции Анны, это неплохо поправит мой родовой бюджет.

Я взлетел последним, и когда мы набрали достаточную высоту, внизу полыхнуло пламя. Пригодилась часть магических зарядов, что мы нашли в «заначке» Галактионовых в «Верности». Через несколько часов на месте крепости Распутина останется лишь остывающее озеро лавы. И это, я считаю, правильно.

Теперь Распутин остался совсем один. Без дома, верных людей и… ручек! Ха-ха! Что он будет делать? Уверен, попытается отомстить. Ну, на это я честно говоря, сильно рассчитывал. И ждал, да! Я был Охотником, а мы всегда доводили охоту до конца.

Как мы долетели домой, я помнил смутно. Как смутно помнил обеспокоенную Анну, что озаботилась моим самочувствием. Тем более, сзади что-то ворчал Макс Самохвалов, кивая на мой «желейный» сундучок подмышкой, полностью забитый желейками. Лекарь явно предчувствовал ту жопу, в которую я собираюсь себя вогнать в самое ближайшее время.

Однако, мне было пофиг. Я чмокнул жену и пошел в подвал, потому что… ну, спальня для моего сегодняшнего «отдыха» не подходила. Там слишком слабая звукоизоляция.

Я строго-настрого приказал Папе-Голему никого не пускать. Вообще, никого! И проследовал в пустующую студию, будущей широкоизвестной группы «Мертвый Монархист». Вот тут с шумоподавлением было все в полном порядке.

Я запер дверь на ключ и улегся на потрепанный диван, закрыв глаза и погрузившись в себя. Время поджимало, а мне нужен был качественный скачок в моем развитии. Такой скачок, который я ранее не делал. Да, и насколько я знаю, никто из моих знакомых также не делал.

Печати в моем старом мире ставились примерно раз в месяц первоуровневые, а для «надстройки» следующих уровней требовалось гораздо больше времени. Чем выше уровень — тем больше промежуток времени между повышениями. Некоторые уровни достигались… никогда? И это было нормально. Каждый человек — отдельная личность со своими возможностями и потенциалом.

Мне нужно было добавить +3 уровня к моей Энергетической Печати. Почему именно три? Как говорил Старый Мак: «На ответ „почему“ — может быть только один ответ — по кочану!»

В общем, Сандр, собери волю в кулак и подготовь свою Душу для Боли. Именно так, с большой буквы. Желейки полетели, одна за другой, в мой многострадальный желудок, хотя… кажется, я его уже задолбал. Или он прокачался, или напрочь потерял чувствительность, но особого дискомфорта «поедание» желеек уже мне не доставляло.

Прокачка Печатей отдаленно напоминало строительство дома. Нельзя положить крышу, если у дома нет стен или, тем более, фундамента. Печати сцеплялись друг с другом, причудливо переплетались, для эффективного взаимодействия, и вообще… Всё зависело от всего, поэтому я приступил.

В качестве «строительного материала» я использовал, как разломную концентрированную энергию, собранную в желейках, также и энергию Душ в своем Океане. Да, мне пришлось развоплотить часть Душ, дабы получить такую нужную мне сейчас энергию. Именно в этом была задумка. Два вида энергии, при использовании которых надо четко соблюдать баланс. Именно он поможет мне сегодня совершить невозможное. Либо же убьет меня, если я что-то накосячу.

Печать регенерации, чтобы я не сдох в процессе. Плюс уровень! Есть!

Печати Силы и Стойкости, дабы мои энергетические каналы выдержали и не полопались, к хренам, а вся структура стала более устойчивой. Плюс уровень Сила! Плюс уровень Стойкость!

Печать Скорости и Печать Сопротивления. Ну, вот эти как раз являлись «костылями» или сваями, на которые нужно надстраивать следующий этаж. Плюс каждая по уровню!

Мне было хреново, я понятия не имел, сколько времени прошло, но я, наконец, подошел к сути.

Печать Энергии. Плюс уровень! Пожри меня Кодекс, как больно-то! Но, это только начало… Плюс уровень!

Кажется от моего крика упал и разбился какой-то навороченный музыкальный пульт. Мда-а-а… Придется возместить музыкантам потерю, но беда была не в этом. Мне нужен был еще один уровень. И я ВООБЩЕ не хотел его делать! Хватит!

Я усилием воли вернул мысли к стоящему вверху на утесе Эмиссару, вспомнил его слова о каком-то Бордене, а затем вспомнил все те миры, где мы не успели или не справились. Мертвые Миры, где даже неодухотворенный камень был пропитан Скверной, и не осталось ничего живого. Я вспомнил как мы выжигали все Очистительным Пламенем, а в некоторых, наиболее запущенных случаях — разрушали сами Миры, дабы Скверна не проникла дальше.

Этот Мир может постигнуть такая же участь, если я не справлюсь. Пострадает множество людей, мои друзья, мои жены… мой сын!

При мысли об Антоне меня захватила самая настоящая ярость. Не дождетесь, сволочи!

ПЛЮС УРОВЕНЬ!!!

Кажется, я снова заорал и снова что-то разбил. Но, это не точно. Потому что отключился.

* * *

Я сладко спал, и мне совсем не хотелось просыпаться, но мне мешал какой-то занудный все повторяющийся звук:

— Шандр… Шандр… Шандр…

Монотонно бубнил кто-то около моего уха. Я просто перевернулся на другой бок и попытался снова заснуть, но не тут-то было. Голос на секунду замолк, а затем завопил снова — громче и, я бы сказал, радостнее.

— Ш-ш-шука ш-ш-шабака! Вш-ш-штавай, Ш-ш-шандр!

И я почувствовал ощутимую пощечину от маленькой лапки. Разлепив глаза, я увидел радостно улыбающегося Шнырьку, который как раз размахивался, чтобы отвесить мне еще одну оплеуху.

— Да проснулся я, проснулся! — заявил я.

После этих слов мелкий тут же исчез, и возник через мгновение снова. В одной руке он держал рожок своего любимого сливочного мороженого, а в другой — большую кружку какао с плавающими внутри тремя зефирками.

— Спасибо, друг! — от души поблагодарил шнарка, усевшись. Я принял угощения и начал откусывать мороженое, запивая какао. Прекрасная контрастная сладость!

И тут я увидел на голове у Шнырки маленький поварской колпак. Я тут же напрягся.

— Сам, что ли готовил⁈

— Да! Вщ-щ-ще для друга Ш-ш-шандра! Ши-ши-ши… — мелкий захихикал, глядя на офигевшего меня.

Я секунду подумал и запихал остатки мороженого в рот, запив очередным глотком какао.

— А какого хрена? Ну, обосрусь немного… Или Аня на неделю всех баб из поместья выгонит, делов-то.

Вместо бесплодных переживаний, я прислушался к ощущениям. Ну, надо же! Помогло! По-хорошему, мне бы недельку медленного восстановления, но у меня нет этой «недельки».

Я щедро зачерпнул желейки из сундучка, отправил их в рот и запил какао. Мой энергетический резерв начал заполняться. Работает! Тут я спохватился, глянув на часы. Фух! Прошло всего двенадцать часов, то-то я не выспался. Мне бы суток пять просто поспать. Мечты-мечты!

Я подорвался и натурально побежал вверх из подвала, перескакивая через ступеньки. В процессе почуял неприятный запах. Опа! А ведь это я воняю! Сначала битва, потом очень волнительное повышение с интенсивным потоотделением, да еще место «возвышения»! Панковский диван рокеров-старперов, на котором они бухали, ели, спали и… даже знать не хочу, чем там занимались. Но точно знал, что иногда оборотни-служанки захаживали в подвал, и выходили оттуда… чересчур довольными.

Благодарно хлопнул ладонью по Големо-двери, и тут же наткнулся на Анну, которая, конечно, по камерам видела, что я вхожу. Приняла она свое любимое положение «руки в боки», что предвещало мне серьезный разговор. Вото только времени у меня на разговор совсем не было. Я обнял и поцеловал жену.

— Доброе утро, дорогая!

— Вообще-то, уже вечер, — машинально ответила супруга и ее носик брезгливо поморщился. — Фу, Саша, от тебя воняет!

— Я знаю, прости.

— Тебе надо в душ!

— Обязательно схожу, как только спасу Родину. Снова… Кто из наших здесь?

Анна вздохнула, но спорить не стала. Умничка!

— Да все! Когда поняли, в каком состоянии ты вернулся, всех вернули из Разломов, на всякий случай… С тобой точно всё в порядке, дорогой?

— В полном!

— Кого с собой возьмешь Родину спасать?

— Кого… возьму? — я огляделся.

На своем любимом диване лежала Карамелька и смотрела на меня, одновременно, и грустно, и неодобрительно. Да, Кара была сильной кошечкой. Но в тех замесах, где я в последнее время участвовал, ей бы пришлось туго. Она сильно зависела от нашей энергетической связи, и мне пришлось бы следить за нашим каналом, отвлекаясь от битвы. Это было бы… сложно, но и немного несправедливо, по отношению к первому настоящему другу, то есть, подруге, в этом мире.

Я ценил и любил Карамельку, поэтому не разрешал брать её в Разломы без меня. Возможно, перестраховался. Скорее всего, это так и было, но потерять пантеру — я не мог себе позволить.

— Привет, красотка! — я сел на корточки перед диваном и прижался лбом к ее лбу, гладя по загривку.

— От тебя воняет. Сильно воняет, — раздался у меня в голове мысленный образ пантеры.

— И ты туда же? — засмеялся я. — Ну, извини! Ты это… Не обижайся. Сейчас я по-быстрому спасу родную страну, а затем мы с тобой пробежимся по Разломам. Как в старые добрые времена. Только ты и я! Кстати, я недавно смотрел сводку. Есть Разлом с белкусами, пойдем?

Карамелька помимо воли оскалилась, а шерсть у нее на загривке стала дыбом.

— Ты еще спрашиваешь! Конечно, пойдем! Белкусы должны сдохнуть!

— Узнаю свою кровожадную девочку, — рассмеялся я. — Может ты мне всё-таки расскажешь, почему ты так не любишь белок?

Карамелька успокоилась и посмотрела на меня задумчиво.

— Может и скажу. Если ты выполнишь свое обещание, и мы с тобой сходим в Разломы. Как в старые-добрые времена…

— Договорились! — я чмокнул пантеру в большой нос и поднялся на ноги, снова осмотревшись.

Из-под большого дивана раздавалось подозрительное чавканье. Я, театрально растягивая слова, воскликнул.

— И-и-и… в команду «Нагибаторы» зачи-и-ислен… Та-дам! Поручик Затупок! — я ловко выдернул медоеда из-под мебели за хвост и приподнял его вверх. Пупс выпучил глаза, в зубах у него был зажат огрызок, кажется, ему все это не понравилось.

— Ну, Саша! Отпусти Пупсика, ему же больно! — всплеснула руками Аня.

— Тебе больно, боец? — осведомился я у своего родового животного, подняв его повыше.

Пупс подумал-подумал и чихнул. И так удачно, что огрызок прилетел мне прямо в глаз.

— Ах ты, мохнатый засранец! — я перехватил Медоеда подмышку и повернулся к Ане. — Ну вот, команда «Нагибаторы» укомплектована! Мы полетели нагибать! Дорогая, попроси Семеновну к моему приезду пирожков напечь.

— А когда ты вернешься? — удивилась Анна.

— Как буду вылетать домой — сообщу!

Игнорируя ее обиженное фырканье, я вышел во двор, где стояла моя братия. Цвет государства Российского, собранное в одной маленькой деревушке на берегу Байкала. Есть чем гордиться!

— Какие приказания, командир? — тут же рядом нарисовался Волк.

— Действуйте по вашим планам, я скоро! — пока никто не успел опомниться, я запрыгнул в припаркованный «Буревестник» и крикнул моему неизменному водителю (когда он был не занят), любопытному Москаленко.

— Трогай, Димон! Время нагибать и унижать!

Глава 18

Мы спешили, как могли, и не жалели желейки. Вначале прибыли на аэродром, где загрузились в «Валькирию», которая понесла меня к месту. А вот там уже пришлось снова лететь на «Буревестнике».

А все почему? Да потому, что Арнаутский гений, и не сидит ровно на жопе, когда я говорю ему заняться работой на благо Рода. Он сам шерстит по миру, и ищет что нам нужно. Совсем недавно я обнаружил в своем кабинете бумаги по моим столбам. Быстро пробежался взглядом по документам и обнаружил, что их эффективность была улучшена согласно отчетам на тридцать процентов. Арнаутский улучшил конструкцию, чтобы оружие стало мощнее, а еще поковырялся в обшивке, сделав их более прочными. Он, конечно, молодец, не зря ест свой хлеб. Там еще и Крендель отжигает, однако, разговор сейчас не о нем. Арнаутский сделал то, чего от него никто не ожидал, и я, в том числе… Нужно было видеть мое лицо, когда радостный Москаленко, улыбаясь, сказал, что летит со мной. Я не понял, конечно, юмора, а когда он сказал, что и «Буревестник» летит с нами, то прибалдел.

Оказалось, один мой «Буревестник» был также доработан моими гениальными артефактами. Но чтобы понять всю гениальную суть разработки, нужно посмотреть не на «Буревестник», а на «Валькирию». Пока что одну, но уже уникальную. Её переработали до такой степени, что она теперь больше не несет на себе ракеты, остались лишь встроенные орудия. По-факту, теперь «Буревестник», который крепился снизу самолета, и есть оружие.

Для того, чтобы прикрепить «Буревестник», построили целый комплект подъемников, и оборудовали отдельную небольшую взлетную полосу из бывшей короткой рулежной. Отдельная, мать его, полоса, на которой «Валькирия» взлетает на уникальном подъемнике, что после взлета остается на земле, с помощью катапульты. Увидел бы Ульрих, что мы придумали, то его, наверное, хватил сердечный приступ. Так изуродовать уникальный боевой самолет, грозу неба! Превратить в обычный транспорт. Гхм… Хотя, конечно, необычный.

По задумке, «Буревестник» прячется в специальный обтекатель, что, благодаря магии, практически не нарушает аэродинамику истребителя. Невероятно, но факт! У меня сейчас был, возможно, самый быстрый транспортный самолет в этом Мире!

— Да не переживайте вы так, — успокаивал меня Москаленко. — Зуб даю, оно будет работать!

Затем он показал мне большой палец вверх и улыбнулся, понимая, что теперь я смогу его брать с собой в любое место, как водителя. В принципе, я не против. Броня и оружие «Буревестника» точно не будут лишними в любом замесе.

— Но испытания? — попытался я сказать хоть что-то, чтобы достучаться до его разума.

— Вот, как раз и проведем все испытания. У меня чуйка… Всё будет хорошо!

Подумав ещё минуту, я покачал головой.

— Ладно, летим! — принял решение

В любом случае, я буду в самолете. А Москаленко, если что и случится, вытащу с помощью Шнырьки. А «Буревестник»? Ну-у-у… жалко, конечно, но потенциальное польза от бронированной машины в этой нелегкой миссии превышала опасность его потерять.

Это был самый быстрый взлет на моей памяти. Тот натянутый трос и странная конструкция навесного шасси, вкупе с запущенными, еще на земле, почти на полную мощность двигателями, дали такой эффект, что у меня глаза на лоб полезли, и что-то со шлепком впечаталось мне в лоб. Шнырка, мелкий гад, про… потерял свое мороженко, которое вырвалось у него из лапок и попало в меня, а Затупка тупо стошнило. Если человек и сможет преодолеть скорость света, то мы сейчас были где-то рядом.

— Кажется, я чуть не обделался… — в общий эфир сообщил Москаленко. — А ещё, один из четыре страховочных креплений отстегнулось. Еще три, и я улечу вниз… Но знаете, что я вам скажу, господа? Я ещё хочу!

Вот же ж… Сделали мне еще одного адреналинового маньяка. Теперь градус нужно только повышать, и я прекрасно его понимаю.

Ощущения были необычными. Вот только есть у меня вопросы к такой конструкции. А если самолет вдруг не поднимется на расчетную высоту, как планируется, а допустим, зависнет в нижних плотных слоях атмосферы? А потом прямой путь вниз… Это же будет такой шмяк, что даже одного сильного, умного и красивого Охотника, не факт, что соберут по кусочкам. Хах! Шутка! Всех спасу, но технику жалко!

А еще «Валькирия», по расчетам Арнаутского, должна теперь летать быстрее, чем обычно. Не знаю, в чем там дело, ведь мне всё объясняли уже прямо на аэродроме, сказав, что они немного модернизировали двигатели, добавив дополнительную мощность, но испытаний не проводили. Заодно и проведу испытания.

В общем, нельзя лететь ниже указанной в инструкции скорости, иначе «Буревестник» может «отвалиться». Чем быстрее летим, тем безопаснее. Неудивительно, что с такой скоростью мы долетели до Владивостока быстрее, чем сделали бы это раньше, где и скинули «Буревестник». А затем и сами сели.

— Блин, сделали из меня извозчика, — бурчал Пожарский, у которого дрожали руки. — Но все равно не откажусь ещё раз полетать на такой скорости.

Что, мать его, там намудрил Арнаутский? Откуда у него такие знания?

— Еще один… — прокомментировал я его реакцию.

— Извиняюсь, — опомнился Жора.

Пока я сидел у «стойки ожидания» и проверял, как поживают мои поставленные вчера Печати, прилетел «Буревестник», из которого вышел Москаленко. Он сразу подошел к автомату с напитками и скупил десяток позиций, а затем принялся их жадно пить одну за другой.

— Это было нечто! В какой-то момент мне показалось, что моя машинка развалится. Но потом я понял, что это весело… Я просто счастлив! — наконец промолвил он.

— Ну, раз ты в полном порядке, — на всякий случай, я даже проверил его, но вроде в порядке. — Тогда летим дальше… На том свете напьешься… Ха-ха!

С какой болью он посмотрел на автомат с водой, который пришлось оставить в покое. Но я подождал, пока он наберет ее побольше. Под такую схему передвижения придется пилотам на борт загрузить дополнительный запас воды. Уж слишком сильное у них обезвоживание после таких сумашедших полетов. Вроде, мне что-то говорили про побочный эффект «удерживающего» поля для «Буревестника», но это неточно…

Мы загрузились в «Буревестник» и двинулись к расположению нашей армии. А пока летели, я старался придумать план действий. Что паршиво, я так и не мог связаться с Алмазным и Долгоруковым. Из-за этого и была такая спешка. Я уверен, что они живы и, скорее всего, у них просто глушат связь. Но все же… Переживаю, как-никак, и даже не так за этих двоих, как за Марию, которая сейчас сражается в этой мясорубке. Если нашу армию смогут разбить, это будет достаточно серьезным ударом по Империи. А еще нужно, наверное, связаться с Лизой. Странно, что она сама не набрала меня. Вероятно, считает, что мне полгода нужно для отдыха после моего последнего участия в битве. Но времени уже нет… Чем ближе мы подлетаем к полю боя, тем больше воет моё нутро.

Да и вообще, у меня закрадываются подозрения, что у ребят там не всё хорошо. Очень сильно напрягали меня те вражеские армейские колонны, что двигались со всех сторон. Раз стягивают туда армию, то это уже не шутки. Ведь они были нужны на своих направлениях. А я так надеялся, что большой битвы не будет. Почему чертов Долгоруков не берет трубку? Да я уже даже Морозову звонил, но там лишь одни гудки. Такое чувство, что все разом меня стали игнорировать… Или там такой завал, что даже я не могу дозвониться?

— Что-то мне это не нравится, — сообщает мне Москаленко.

— Что именно? — нахмурился я и подошел к нему поближе.

— Датчики начали барахлить, — указал он на панель.

Там, и правда, мигали экраны, то и дело желая умереть.

— Вот и долетались, — улыбнулся, глядя на него. — Видишь, что «Валькирия» делает с «Буревестниками».

— Да нет, — отмахнулся он. — Херня всё это! Я проверил всё, от и до, и даже дальше. Все показатели были в норме, ведь целая команда спецов за ними всю дорогу следили.

— Тогда что?

— Не знаю… У меня ощущение, что нас глушат, и делают это жестко. Если «Буревестник» глючит, который в Эпицентре летает, то я понятия не имею, что там творится.

Вот тут я напрягся еще сильнее. А через минут десять понял, что это правда. Когда увидел несколько упавших имперских самолетов, которые горели, как бумага. Словно пролетели через невидимый барьер, который их «выключил».

— Плохи дела… Но мы пока держимся, ведь у нас хорошая защита из брони монстров.

— Тварей… — поправил его. — Монстры — это люди.

— Без разницы… Нужно срочно решать, что нам делать!

Что делать? Ну, вариантов немного. Не пешком же идти, в самом деле? Вариант так себе… Пока я думал, мы пролетели ещё несколько километров.

— Думаю, выгребем… Машина не пропускает излучения в полном объеме. А то, что просачивается — нас не вырубит.

— Тогда летим! — все равно уже было поздно что-нибудь менять. Я поблагодарил свою интуицию. «Буревестник» всё-таки боевая машина для действий, в том числе, в Эпицентрах. «Валькирия» бы меня до нужного места не донесла.

Оказалось, что не все так классно, и через некоторое время мы поняли это. У нас, таки, отказало пару систем. Причем, одной из них была система подачи желеек в двигатель. Благо, не полностью, а лишь слегка заглючила. Правда, теперь наш расход желеек увеличился раз в пять.

Когда мы облетели еще одну гору, я понял, что зря переживал за расход. Кажется, мне теперь нужно переживать о другом.

Огонь… Много огня, что покрыл собой всю территорию внизу, которую я только мог окинуть взглядом. К огню прилагался дым, который создавал «вторые облака».

— Твою мать! Куда мы попали⁈ — выругался даже Москаленко, которому довелось много чего повидать раньше.

Я понимал, что этот огненный кошмар — именно то место, где сейчас находится моя подруга, если она еще жива… Кроме того, армия моих соотечественников, которая, если погибнет, то Империи на этом направлении уже ничем не помочь, как ряду и других земель. Лиза просто не успеет перекинуть достаточно сил для сдерживания противника.

— Запроси связь с штабом! — дал ему команду.

Штаб точно не должен пострадать. Он, по идее, был глубоко под землей, и туда огонь не доберется. Чтобы его уничтожить, нужно точно знать, куда бить. В Империи для таких целей используют комплекс «Муравей», который служит штабом, и может сам окапываться.

— Бесполезно… Связь мертва… Тут работает такой мощности глушилка, что если мы останемся в живых, то я пойду после проверяться. Мне еще детишек хочется завести.

Его слова меня улыбнули.

— Это излучение не вредит человеку, — успокоил его. — Я уже проверил.

— Фух… Наследнику быть!

— Или наследницам… — я добавил и сразу снова стал серьезным. — Идем на снижение! Вот координаты, штаб скорее всего здесь!

Москаленко долго думал, куда приземлиться, а в итоге пришлось садиться туда, где мы были нужнее всего.

В одном из районов находился небольшой лесок, который превратился в филиал огненного ада, и перед ним стояла потрепанная рота гвардейцев Алмазного. Судя по всему, они шли на прорыв, но что-то пошло не так, и они сейчас завязли в столкновении с врагом. В данный момент они пытались отбиться от группы солдат в черных чалмах. Врага было раз в шесть больше, а люди Алмазного, хоть и заняли удобную позицию, едва стояли на ногах. Мы пошли на снижение со стороны врага, чтобы неожиданно оказаться за их спинами. Я выпрыгнул, когда мы ещё были в воздухе, но перед этим выкинул Затупка, который сперва разбился, а затем быстро ожил. Он разозлился и побежал мстить за свою смерть. Как всегда, не мне. Хороший мальчик…

— Враг! — слышиться крик и сразу затихает.

Говорившего просто разорвала на части пулеметная очередь очень непростых боеприпасов с башни «Буревестника», из иномирных материалов.

Это были Персы… Их язык… Я так не любил его учить еще с самого детства.

— Уничтожить? Фарам, займись! — а это командир, который успел спрыгнуть в чей-то окоп, и теперь такой смелый.

Фарама я даже не заметил, убив его с одного удара. Он был достаточно сильным Одаренным на вид, но с очень паршивым доспехом. Умер и его командир, со всеми остальными подчиненными, и заняло это у меня не больше пяти минут. Ведь стоило гвардии Алмазного увидеть мой герб на «Буревестнике» и меня, как они сразу рванули в сторону леса. А Персы решили их преследовать. Москаленко просто расстрелял их в спины. Не ожидали парни, что барьеры и доспехи можно так легко пробить. Персов еще ждет много удивительных открытий сегодня… Но уже не этих.

Как я понял из общей картины боя, то первые, вторые и третьи рубежи нашей обороны уже прорваны, и совсем скоро подтянется остальная орава противников. А потому я быстро рванул к Москаленко и приказал ему лететь в ту сторону, куда побежали гвардейцы. У меня был Шнырька, и он показал мне, куда бегут доброхотовцы. Вначале подумал, что убегают, но оказалось, нет, спешат на помощь.

«Буревестник» врубил свои артефакторные щиты и рванул над верхушками пылающих деревьев. Для пущей эффективности я сам запитал его щиты, чтобы без неожиданностей. Мы подлетели даже быстрее, чем гвардия Алмазного, к нужной поляне, и увидели там страшную картину. Все поле боя было усеяно огнем и железом. А еще людьми… Там было много мертвых людей.

— Грёбанные Джавидамы… — я понял, что здесь сражались Одаренные «на стероидах».

Персидская элита, которая сегодня потеряла очень много людей. В большинстве своем, это были «батарейки», но и самих Джавидамов тут покрошили. Их тела были повсюду, но живые тоже ещё остались. Пока я осматривался, Москаленко начал работать, и в этот раз он не жалел ракет и разломного свинца. Тут и сейчас сражались две секретные разработки двух стран. Боевые экзоскелеты или «механические доспехи», как их еще называли. С одной и другой стороны от роботов их отличало только то, что управлялись они людьми.

По всей видимости, заруба вышла жесткой, и каждая сторона стала посылать сюда свои дополнительные подкрепления пехоты, чтобы склонить чашу весов на свою сторону. Я слышал лишь краем уха об этой программе. Боевым экзоскелетам давали имена древних, в основном, римских воинов. Видимо, конструкторы любили историю Древнего Рима. «Центурионы», «Легаты» и «Триарии». Вероятно, передо мной сейчас кучка выживших «Центурионов» и десятка два павших.

Сколько же сегодня погибло!

— Не успеваю!!! — орет Москаленко, который уже полностью погружен в битву, и шарашит врага по полной.

Он заметил, как одного раненого «Центуриона» пытается добить вражеский Одаренный, который забрался этому нашему воину на грудь. Я достал гранату и передал тому за шиворот через Шнырьку. Прости меня, маленький пацифист… Это его не убьет, а только отключит. Да, знаю, ты будешь злиться, но времени у нас маловато. Нашему это не навредило, а вот Перса вырубило. Граната тоже необычная. Добил его уже наш воин, что медленно снова стал подниматься на ноги.

Дальше выпрыгиваю из «Буревестника», рядом летит на землю Пупсик, и мы начинаем помогать остальным выжившим. Вижу, что здесь Персы уже отступают, а наши пытаются их догнать. В чём там дело понял только тогда, когда пришел на помощь другому раненому «Центуриону». Его машина потеряла правую руку, вместе с рукой человека, конечно же. Кровь остановила медсистема, но заклинил механизм, который должен выпустить бойца.

Пришлось силой сорвать «дверь», чтобы дать ему свободу.

— Кто… Ты… — начал стонать он, когда его доставал.

— Барон Галактионов прибыл на помощь! — почему-то он постоянно вырывался. — Боец… Не рыпайся, у тебя везде кровь.

— Не могу… Ваш бродие, не могу… Клянусь, не могу… Отпустите меня… Я должен их догнать…

— У тебя нет одного глаза… И руки левой тоже нет. Лежи спокойно!

Но он не успокаивался и продолжал брыкаться, даже Дар пытался применить. Видно, что он силен, а еще сильно контужен.

— Вы не понимаете… Они забрали её… Забрали… Я должен сделать всё, что в моих силах!

— Кого забрали? — неужели они выполняли здесь секретное задание, и потеряли что-то.

— Забрали… Мы попали в засаду… Их было больше… Мария… Наш командир… Сестра командующего… Забрали…

Вот тут у меня в душе похолодело.

— Какая Мария? — отпустил я его, усадив на землю.

— Долгоруко… кхе-кхе… — закашлялся он кровью.

Твою дивизию… Какого хрена ее брат-дятел допустил такое? Теперь понятно, почему в огонь вбежали гвардейцы Алмазного. Они потеряли Марию, и пытались её отбить.

Я в шоке. А ещё, в который раз за последние дни, в ярости!

Самый обычный, но горящий лес

Наше время

Мария Долгорукова

Мария не понимала, как это случилось, и даже не хотела думать, насколько всех подвела. Начиная от брата и отца… и заканчивая Империей. А ещё она подвела Императрицу.

Идиотской была идеей нанести на «Центуриона» герб своей семьи. По этой причине она стала первостепенной целью, на которую враги напали со всей яростью. Но кто мог предположить, что в этом лесу была засада. Ведь разведчики сообщили, что им удалось захватить важных лазутчиков, которые владеют информацией о планах вражеской армии, и они запросили срочную эвакуацию. Мария и ее «Ангелы» были рядом, и она первая вызвалась помочь в этом огненном хаосе, которым залили всю землю Персы, Индусы и Драконы.

Во-первых, горел лес… А её подразделение могло обходиться без воздуха долгое время, имея герметичные доспехи и запас воздуха на такие случаи, и огонь им не мешал. Ценные пленные, которые могут дать важную информацию, всегда нужны были, чтобы разобраться в этом хаосе, но брат не хотел её отпускать. Максимилиан Доброхотов тоже отказал. Разведка обратилась еще раз, сказав, что долго они не протянут. А лазутчики — это персидские аристократы, которые захотели добыть себе славы и обойти имперцев с фланга, а затем устроить атаку на тыловые службы. Тут нужно было действовать быстро, и она взяла на себя всю ответственность. Пока ее брат думал, она собрала свой отряд и двинулась туда.

Кто же знал, что изначально это была ловушка. Имперские разведчики, которые докладывали, были давно мертвы. А вместо них работали вражеские менталисты, которые узнали коды допуска, и «кукловоды»… Те, которые умеют, в том числе, воровать голос у мертвых, а иногда и поднимать их. Очень паршивые противники, кстати, их нет в Империи, потому что это разновидность некромантии, зато вот у Персов они есть. Мария же думала, что таких людей в мире больше нет, ведь давно о них никто не слышал. Но даже так… Пусть это и была ловушка, но «Ангелы Марии» почти смогли из нее выбраться. Ведь враги были хоть и Одаренными, но они явно не ожидали увидеть здесь «Центурионов».

Но когда Персам на помощь пришли такие же машины, Мария поняла, что легко не будет. Она яростно сражалась, даже когда закончились патроны, ее огромный топор рассекал с одинаковой легкостью, как доспехи врага, так и его живую плоть, вот только в один момент она поняла, что сражается в полном одиночестве среди своры врагов. Все ее соратники, или погибли, или отстали, отсеченные врагами. А потом у нее в «костюме» пропало питание, и она рухнула навзничь… Как так-то⁈ Это же невозможно! Она даже не могла связаться с братом, связь больше не работала. И отследить ее «костюм», который куда-то тащат, тоже никто не сможет.

Марию сейчас тащили за ноги по горящему лесу. Её «Центурион» был полностью обесточен, и чтобы она не делала… Всё мимо… Все бесполезно.

Остановились… Неужели, прибыли? Она попыталась оглядеться, и тут же пожалела об этом. Девушка увидела, как огромная нога вражеской боевой машины опускается на нее. Машину сотрясло и полетели искры. Правда, питание пропало не до конца, хмыкнула она с грустью. Но полностью ломать не стали, просто припугнули, значит, хотят её взять живой. Она понимала, что ее будут вытаскивать из доспеха, и от этого стала злиться. Сильно злиться… А еще ей было стыдно, что она не справилась… подвела… свой Род и Империю!

Мария понимала, что это конец. Слезы бессилия чуть было не потекли из глаз, но она сдерживала их. Не время плакать, ведь она Долгорукова! Гордый воин, которая встретит свой конец, как и положено аристократке Российской Империи. А то, что умрет, она уже понимала. Ее попытаются удачно обменять и, скорее всего, это получится. Вот только… что потеряет ее Род и Империя, ей даже страшно представить. Она не была готова на такой позор для себя и Рода, а потому лучше умрет… Ведь ее способности никто не забрал! Она планировала продолжить сражение врукопашную, ведь была отличным воином, но сейчас не чувствовала в теле силы. Ее также «потушили», как и ее доспех.

Почему-то вспомнились друзья, с которыми она в последнее время проводила слишком мало времени. Отец, что так сильно её оберегал, и все зря оказалось… Брат, который тоже не сможет этого себе простить. Александр…

Несколько слез всё-таки упали из ее глаз, не смогла она их сдержать. А затем распахнулся сзади люк «Центуриона», и яркий свет ударил в глаза. Девушка не увидела, кто схватил ее за волосы, не обратив внимания на ее доспех, и вытащил из экзокостюма. Однако, когда пришла в себя, то ужаснулась. Она находилась в лагере персов. Всюду реяли их флаги и вокруг было полно людей. И все эти похотливые взгляды. А она тут совсем одна… и на коленях.

— Замечательный улов! — прокомментировал мужчина в белой чалме. — Я знаю ее, и могу подтвердить. Это дочь Ивана Долгорукова, Мария Долгорукова!

Люди радостно завопили, и стали потрясать своими мечи и винтовками в воздухе.

— Хорошая работа! — кивнул им другой мужчина.

Мария пожалела, что знала этот язык. Сейчас ей было бы спокойнее не знать… о чем говорят эти люди.

— Приведите ее! — рявкнул самый главный, что сидел на золотистом троне и курил трубку, которая выдавала едкий дым. Причем, абсолютно спокойно, как будто рядом не шла битва.

Видимо, он был настолько важный и уважаемый, что сразу четверо человек метнулись к ней. Вот только… Мария поняла, что ее Дар внезапно вернулся. Нет времени думать, что это было, нужно действовать!

Пора… Поняла девушка и врубила свой Дар. Первых два человека умерли, когда она пробила сломала двоим шейные позвонки, а третьему сломала с ноги грудную клетку. Четвертый ушел в сторону от ее удара и быстро достал короткий кинжал, увидев, как его друзья умерли. Но его тело вдруг разделилось на две половины. Мария видела, кто это сделал. Тот самый главный продолжал сидеть на троне, но теперь в его руках был кнут, которым он и убил своего человека.

— Я сказал привести, а не поцарапать! — сурово сказал он.

А вот следующие люди, что бросились к ней, были уже не так просты… Два Джавидама, персидских Абсолюта, ахнула Мария, но продолжала сопротивляться. Ровно до того момента, как ее скрутили, и связанную, но не сломленную, подвели к мужчине на троне.

Она даже не смогла достойно умереть в бою! Стало горько от этого осознания девушке.

— Прекрасный цветок… За тебя можно выручить много денег. Или ты могла бы стать хорошей рабыней в моем гареме, — от каждого его слова девушка вздрагивала. — Но судьба твоя иная… Есть люди, которые должны стать примером. У меня на родине это великие воины или писатели. Кто-то показывает пример другим стихом или славным подвигом… Ты же… иной пример, — вдруг он оскалился. — Хорошо, что ты понимаешь меня, падшая! Твоя участь стать поучительным примером, почему не стоит стоять на пути великого союза трех великих и праведных стран. Ты умрешь! Но перед этим ты пройдешь через руки каждого человека в этом лагере. После этого ты лишишься своих волос. Будешь одета в обноски, и жить в клетке ровно двадцать один день. Все это время будешь питаться, как собака. При этом каждый день жизни здесь будет сниматься на камеры, и каждый человек в твоей жалкой Империи увидит, как их элита… аристократ, напыщенный и пустой, становится тем, кем и был еще совсем недавно. Как жалкий бомж, готовый жрать объедки вместе с псом из одной миски.

Мария ужаснулась, стараясь найти в себе силы. Все силы… Умереть… Или выбраться… Она должна… Люблю ценой, и согласна она на всё! Всё…

— Вижу, ты собираешься показать свою храбрость и характер, — хмыкнул мужчина. — Полагаю, тебе стоит кое-что показать.

Он щелкнул пальцами и врубил свою ауру. Ауру Предводителя… Зеленую Ауру того, кто вышел за уровень Абсолюта, и находится сейчас на совершенно другом уровне.

— А теперь вы! — приказ он своим людям, и это повторили еще несколько людей. — Видишь? Ты находишься в моем лагере, среди моих слуг и личных телохранителей. Каждый из них был отобран с малых лет ко мне на службу. И могу заявить без всяких сомнений, что они являются самой сильной охраной в этом мире, — раскинул он руки в стороны.

Мария поняла… Это конец! Она попала в лапы к монстрам. Глаза её стали закрываться, а сознание хотело поскорее умереть. Так, наверное, и было, если бы не…

Смех… В лагере раздался смех.

— Кому-то смешно? — спросил лидер у этих ублюдков, которые пожирали Марию взглядами.

Ответа он не получил. Вместо этого смех усилился, и все оглянулись в ту сторону, откуда он шел.

— Вообще-то, очень смешно! — весело сказал тот, кого она не ожидала здесь увидеть. — Сейчас вы, ребята, у меня тоже посмеетесь. Я вам устрою веселье! А тебе… — указал он на человека на троне. — Я вырву язык! И только потом убью!

Уверенной походкой из горящего леса вышел Галактионов. Он выглядел расслабленно и спокойно, хоть он и был весь залит кровью. С первого взгляда он не производил впечатление какой-то опасности ни для кого из находящихся тут. И даже Мария сперва подумала, что зря он сюда пришел, и ему нужно бежать отсюда. Враги слишком сильны, и Саша не понимает, на кого хочет напасть. Но потом в один миг все изменилось. Всё веселье и спокойствие пропало с недоуменных лиц Персов, когда за спиной Александра стала подниматься армия… Армия существ, которыми в детстве пугали детей, хотя их боялись и взрослые… А затем барон врубил свою ауру.

И вдруг Мария расхохоталась. Громко, и от всей души.

— Вы даже не понимаете… Кто пришел к вам… Слава Империи!!! Слава Роду Долгоруковых!!! СЛАВА РОДУ ГАЛАКТИОНОВЫХ!! — и с этим криком она бросилась на предводителя, собрав всю свою силу, которой, почему-то, внезапно добавилось. Времени размышлять, откуда подарок, не было, но Мария почувствовала, что ее доспех прочен, как никогда, а силы в руках достаточно, чтобы вырвать кадык у этого самодовольного ублюдка.

Краем уха, до того, как она схлестнулась с врагом, она успела услышать веселое галактионовское:

— Поручик Затупок! Мочи козлов!!!

Глава 19

Эх, Маша-Маша… Кажется, ты перечитала книг или пересмотрела сериалов, решив погибнуть, как и герои твоих книг. Не очень умные, прошу заметить.

Я тут пришел к тебе на помощь, и что ты делаешь? Несколько пафосных выкриков и стремительная атака на врага, который намного превосходит тебя в силе? А если пришиб бы?

Я не для этого твой Дар разблокировал, и силенок подкинул. Идея была, чтобы ты не погибла, но нападать? Бли-и-ин… А когда закричал: «Поручик Затупок! Мочи козлов!», я же не тебя имел ввиду, ну, право слово!

Конечно, я мгновенно вмешался, и в тот самый момент, когда ее должны были уже прибить, то весь трон, вместе с этим Персом, рухнул под землю. Это мой червь прокопал там «ямку» и устроил обвал. Только чем это поможет Марии? Она сейчас напала на Предводителя, и все люди это видели… За такое могут и убить.

— На меня нападайте! — рыкнул на них, отвлекая их от девушки. — Трусливые шакалы!

На этой фразе я достал из своего кольца артефактное копье, в котором наконечником служило жало Безумного Скорбионида и швырнул его в ближайшего, к Марии, человека.

Бросок я совершил знатный, напитав руку до такой степени, что кости затрещали, но конечно же, выдержали. Новые Печати — это вещь! Даже человек, в которого я кинул свой подарочек, смог это оценить. Ладно, возможно, и не оценил, но его соплеменники так точно. Хотя, и тут вру… Один точно не оценил, он стоял сразу за ним, и не смог увидеть всего. Например, как умер, когда мое копье пронзило первого на вылет, и затем сразу вошло во второго. Этим своим действием я заставил считаться с собой, и теперь враги понимали, что я не шучу. А еще, судя по тому, что Джавидамы активируют свои ауры, и сколько силы получают, то они готовятся к последнему своему бою.

Все началось слишком быстро. Я не дал своим призванным зверям приказа на атаку, а только Затупку, и сразу забыл про него. Вот только Пупсик не забыл об этом, и уже умер два раза, а убил один. Проигрывает по счету, блин…

Но сейчас ему будет легче. Мысленный приказ, и вся армия призванных зверей срывается с места и идет в полномасштабное наступление. Из-под земли, на суше, и в воздухе. Разве что в воде никого не было, потому что не было этой самой воды у меня здесь. Сам я тоже не тупил, но сражаться не спешил. Идея простая — выбить «батарейки», и при этом не подставиться Джавидамам. Они, конечно, крутыши, но что они стоят без своих батареек?

Я же стремился побыстрее добраться к девушке, правда, стараясь сделать это так, чтобы не показать врагам, что она важна для меня. Все же Персы находятся к ней ближе, и могут взять ее в заложники.

Срезаю несколько голов и множество конечностей, не останавливаясь, рвусь дальше, хаотично, но неотвратимо приближаясь к нужной мне точке. Аквила поет и танцует, неся на клинке смерть. Сам тоже несколько раз пропускаю удары, но это неважно, мой доспех крепок, а времени увязать в тяжелых битвах у меня нет.

— Не пройдешь! — выпрыгивает, практически, из тени, но это не та тень, противник передо мной.

Он может только так думать… А еще удивительно, почему он обращается ко мне на своем языке. Это же такой маленький шанс, что я его понимаю. Я припал на колено на мгновение, и из-за моей спины выпрыгнул медведь, весь усеянный шипами, как колючками, и сгреб человека в свои смертоносные объятия. А я побежал дальше…

До Марии я не добежал совсем немного. Из ямы, так некстати, вылез рассвирепевший Предводитель. Он пылал гневом, а еще был весь в слизи червя. Сильную тварь ему удалось убить, и при этом даже не пострадать. Он окинул взглядом поле битвы и, кажется, ужаснулся, насколько быстро умирают его «сильнейшие» люди.

Что примечательно — каждый маленький предводитель считает себя самым лучшим в мире, а своих людей — самыми сильными. А по факту, никому толком неизвестно, кто и что обитает ещё в этом Мире.

Главарь склонился над телом оглушенной Марии, и хотел ее было схватить, но этого я позволить ему не мог. А потому решил пожертвовать еще одним копьем, которое вытащил из кольца и запустил в него. Времени на подготовку у меня много не было, как и на напитку сил, но все равно бросок вышел неплохим. Однако Предводитель смог увернуться от него, хоть и не полностью. Широкий «лепесток» острия копья прошелся по его чешуйчатой кольчуге, явно артефактной, всего лишь распоров ее и пустив первую кровь.

Я смог сделать то, что не смог червь. Хотя Душа Червя уверяла меня, что справится, только бы я дал ей свободу. Обманщик, блин… Хрен тебе, а не свобода! Давай-ка, лезь обратно в Океан на перевоспитание!

Этот мой маневр дал мне достаточно времени на последний рывок, и вот я уже рядом с Марией и защищаю ее, прикрывая своим телом.

— Как ты смог меня ранить⁈ — запылали огнем глаза Предводителя, а рука ощупывала рану.

— Потому что ты поц? — пожимаю плечами, и призываю еще тварей.

В этот раз были волки. Много волков, примерно сотня, и все они разной породы, от грозовых до снежных, которые могли и глыбой льда из пасти запустить. Их задача — устроить здесь беспорядок, чтобы оттеснить нас от врагов.

Вроде получалось, но все, кто набрасывался на Предводителя, имени которого я даже не знаю, умирали. Я мог, конечно, и сам вступить с ним в последнюю его схватку, без проблем, и точно уверен, что выйду из неё победителем. Но за это время может пострадать Мария. А еще я понял, что он всё-таки не Джавидам, а сильный сам по себе.

— Ты умрешь… — шипит он. — Как тот жалкий и слабый червяк… Умре… ар… — его монолог вдруг оборвался яростным криком.

Он снова провалился под землю, и в этот раз там его ждут уже два червя, которые займутся им на некоторое время. На каждую хитрую жопу, как говорится, есть свой болт с левой резьбой. Или два, ага!

Дальше пошла бойня… Я рубил и колол… Много убивал и призывал… И чем дальше шла битва, тем сильнее противники мне попадались. Да только что стоит все их мастерство против меня? Им не хватает лет триста, которые стоит потратить сугубо на фехтование.

— Да кто ты такой⁈ — заорал раненый мужик в черном хиджабе, который был Магом вне Категорий. Пока…

— Твоя смерть! — пожимаю плечами и понимаю, что это уже заезженная фраза. Мне даже стало немного стыдно. — Извини, но ничего лучшего придумать не смог.

Не особо удобно здесь разговаривать, а ведь люди такие существа, что перед смертью желают всегда спросить какую-нибудь фигню. В это время мои тварюшки убили сначала одну его «батарейку», затем другую. Упс! Уже не внекатегорийный? Ай-яй-яй! Читер! Р-р-раз! И голова в чалме покатилась прочь. Странно… Она там приклеена или гвоздями прибита?

Когда мне показалось, что я уже справился, вдруг нагрянула подмога. Это гвардия Алмазного, правда, в небольшом количестве, но смогла пробраться сюда через пожары и врагов, которые сидели в засадах. Люди уже едва стояли на ногах, но ничего не видели перед собой, кроме заданной цели.

— Как всегда! — хмыкнул себе под нос.

Ведь помощь всегда приходит, когда уже не нужна.

— Ш-ш-ш-уки! Ш-ш-шабаки! — закричал мне на ухо Шнырька, и показал картинки, которые сразу привели меня в чувство.

Сейчас сюда стягиваются не только Персы с других мест, но и Драконы. И тут я осознал одну вещь… У них всегда была связь… Они успели сообщить о нападении, и о том, кого взяли в плен.

Пора бежать отсюда, подумал, и делать это нужно побыстрее. Если они поймут, что Мария уходит, то могут накрыть это место артой, и тогда, не факт, что получится её спасти. Но перед тем, как уйти… Я оставил возле Марии двух черных троллей, которые по силе не уступают сильным Одаренным. Только они очень медленные. А сам прыгнул в яму, куда «ушел» Предводитель этого лагеря, и там приземлился прямо ему на голову. Таким образом, мы летим уже вдвоем вниз. Когда я упал на него, он карабкался наверх с очень злым лицом, наверное, мечтая, как доберется до меня. А тут я взял и сам к нему пришел.

Этот Перс был неслабый, и его главная сила — это яд. Когда он напитывает свое тело достаточно, то помимо дикой силы, Дар вырабатывает еще и яд. Вот он и старался, как можно больше мне подарить своих прикосновений, а в особенности, моей шее, которую он явно намеревался сломать или раздавить.

Пока он пытался это сделать, я избивал его и понимал, что скоро будет падение. Время… Нужно больше времени, чтобы его прибить и, заодно, самому не откинуться. В тех местах, где он дотронулся до меня, доспех сильно просаживался, рискуя проломиться.

Когда нам осталось лететь до дна еще пару секунд, я врубил свои силы по максимуму, и стал наносить не удары, а точечные уколы своими пальцами по нужным мне местам на его шее.

Я подумал, что убивать его не хочу… Он столько наговорил Марии гадостей, что смерть будет слишком просто. Вместо этого я нажимаю на последнюю точку, и вижу его испуганные глаза, которые не понимают, что случилось. А у него просто очень широко открылся рот, и больше не закрывается. Одно резкое движение и… Его язык оказывается у меня в руке.

— Говорил, что я вырву твой поганый язык! — только и успел я сказать я.

Мы упали, и я тут же вытащил свои ножны и клинок, а затем вбил их в стену.

Перс же был ошарашен, как и кто сумел такое с ним сотворить? Но это его проблемы… Знал бы он, сколько я потратил своих сил за эти секунды падения. Ведь мое тело еще не восстановилось до конца после прошлых боев. А печати лишь добавили ему стресса.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — орет он, но почему-то я не слышу в его голосе раскаяния. Непорядок! Поэтому я ломаю ему конечности, быстро, в нескольких местах. Он орет дальше… Хмм… Кажется, я уже слышу в них нотки отчаяния. И это хорошо. Но недостаточно. Последний удар в голову дублируется ментальной атакой, «глушащей» его Дар на непродолжительное время. Но, этого будет достаточно.

Земля внезапно проваливается, и его ждет новое падение. Да-да, я заранее вызвал еще одного гигантского червя, который выкопал под это ямой еще одну, и ждет урода в последний полет, который закончится в его желудке. Неприятная смерть!

Затем, оттолкнувшись и захватив свое оружие, я вылетел наружу, и даже не глянул в сторону Марии. Все это время она была под присмотром Шнырьки и троллей. Значит, так… У меня есть, примерно, двадцать минут, чтобы вытащить отсюда Марию. Прежде, чем сюда прибудут враги. И то, это только потому, что мои призванные твари, которые направляются в сторону врагов, встретят их первыми!

Императорский дворец

Столица Российской Империи

Главный зал совещаний

— Информация! Где она⁈ Почему прошли уже целые сутки, а мы ничего не знаем? — в бешенстве разносила всех Елизавета Петровна.

— Но… Ваше Императорской Величество! Нам известно, что там сейчас применены совершенно новые маго-артефактные технологии на грани невозможного. У нас ни один разведывательный самолет не может туда прорваться, — доложил ей один из секретарей генералитета. — А каньон полностью… он перестал существовать. Дорога была одна.

Вот это ее и бесило! Что дорога, по которой шла её армия на штурм китайских земель, заблокирована. Как такое могло произойти, что они расположились в таком неудобном месте? Почему не подумали головой? Один сверхмощный снаряд снес все шансы на подмогу, и даже на отступление выживших.

Выходит, что ее брат и Долгоруков, со своими армиями, там сейчас, в буквальном смысле, заперты. А те доклады, которые приходят, заставляют волосы на голове подниматься дыбом. Визуально, с дальнего расстояния, где еще работает техника, видно место боя. Там сейчас сражаются имперские войска, и виден только огонь и дым, а еще звучат постоянные мощные взрывы.

— Я же дала вам полномочия принимать любые решения! — не переставала она злиться, и всем от этого становилось жарко.

Всем, кто находился в зале совещаний, не было чего сказать. Вообще-то, присоединение Персов и Индусов к этой войне стало большим потрясением, которого никто не ожидал. Только три дня назад Елизавета разговаривала с правителем Персии, и тот ее любезно уверял, что не имеет никаких планов на земли Империи, и прочую любезную ерунду… Да и вообще, он любят мир больше, чем войну.

А вчера, когда она срочно с ним связалась, и начала задавать неудобные вопросы, то получила ответ, что планы на Империю есть у союзников, а вот у них, и правда, их нет. Это недоразумение, но он обязательно разберется. Должны были быть простые учения, но что-то пошло не так. Лживый говнюк! Не будет с обоих сторон нападений втемную. Теперь все будут действовать в открытую.

Лиза понимала, что они справятся. По всем раскладам, она понимала, что сил им хватит. Но война… Две войны… Это не может благоприятно влиять на благополучие страны. Для полного комплекта ей не хватает объявления войны от Пруссии, с их союзниками. Если все они соберутся, то повторится история. Снова придется всей стране становиться под ружье, и воевать в одиночестве против всех воинствующих стран. Разве что им поможет Северное Королевство. Если Ульрих выполнит обещание. Но даже так… Это маленькое Королевство, а не Империя.

Совещание шло уже больше шести часов, и легких разговоров здесь не было. Елизавета распорядилась перекинуть во Владивосток дополнительные войска, которые должны будут пополнить потрепанные армии брата и Долгорукова. Туда уже вылетел сам Морозов, чтобы лично возглавить операцию.

Это в том случае, если все будет плохо. Ну, а если окажется все очень плохо, то армия там полностью разбита, и ее брат мертв. Тогда она даже не хочет думать, что может произойти. Ведь Владивосток и весь восток Империи будут потеряны. Снова. Достаточно боеспособную новую армию так быстро невозможно переместить в нужную точку. Может, и правда, стоит принять предложение Годарта? Такой союзник сейчас ей не помешал бы.

— Ваше Императорское Величество! — в кабинет вбежал молодой секретарь. — Срочный звонок! Вас требует к телефону Генри Годарт.

— Пруссия… — сжала Елизавета зубы. — Что хочет? Не говорит?

— Говорит… — замолк парень, не зная, как лучше сказать, а то все слишком зло на него смотрят. — Он сказал, что хочет обсудить… присоединение Пруссии к войне.

Зал взорвался вздохом сожаления.

— Ну, что же… — вздернула голову Лиза. — Пойду и поговорю с ним! Хуже уже точно не будет… А вы пока приведите в полную боеготовность наши войска на западной границе Империи. Да, и свяжитесь с Галактионовым! Увы, но мы не можем дать ему больше времени на отдых. Слишком мало таких, как он, в нашей Империи… Увы…

* * *

Когда я доставил Марию в расположение войск Империи, то у меня не нашлось слов. Это был уже не лагерь, а лишь его жалкие остатки.

— Сестра! — первым выбежал Долгоруков в окровавленной броне.

— Ну, наконец-то! А то он уже психовать начал, — усмехнулся выходящий за ним Максимилиан который выглядел еще довольно неплохо.

Маша все еще была без сознания, честно говоря, я немного приложил к этому руку, погрузив ее в сон. Частично из-за того, что ей следовало отдохнуть, а частично — затем, чтобы пока не выкинула никакую неожиданность. Так мне будет спокойней.

— А мне вы не рады? — невзначай спросил у них.

— Очень рады! — от души пожал мою руку Алмазный, что происходило не так часто. — Мы в полной заднице… Максимально глубокой и большой. Пути отступления все перерезаны… Подмогу тоже больше не ждем.

Такое его поведение было неожиданным. Если Алмазный говорит такие вещи, значит, дела, и правда, полная задница.

Затем меня провели в подземный комплекс, который успели возвести за столь короткое время, и должен сказать, что только благодаря ему все тут еще держится.

Продолжается постоянный обстрел, и он не прекращается даже на минуту. Мы отвечаем, но уже не так, как хотелось бы. У Алмазного много супер-пупер новых артустановок, в которых полно электроники, и они вроде работают, как он говорит. Но вот той точности, что была в нормальных условиях у них больше нет. Еще Индусы сумели каким-то образом рвануть несколько складов, и фронт после этого посыпался. Это вроде не так уж и страшно, ведь можно отойти и перегруппироваться, однако… Отойти никто не может.

Но и это еще не все… Большая часть складов располагалась возле Владивостока, и оттуда сверхбыстрые новые вертушки Алмазного доставляли всё, в случае нужды. Но часть из них сейчас догорают на поле боя, а другая часть — мечется далеко отсюда, на границе области «глушения», пытаясь найти обходной путь. Но его не было…

— Вот такие дела… — развел руками Алмазный. — Меня подвели технологии.

— Понимаю…

— А я вот не понимаю, как ты прилетел на «Буревестнике». У меня таких двенадцать было, тоже сгорели… Или не заводятся, — он с обидой взглянул на меня.

— Так у меня лучше, — не смог удержаться, чтобы не улыбнуться.

— Это все хорошо… — остановил нас Долгорукий. — Но скажи мне, Александр… Твоя машинка может еще летать? Далеко и много?

— Относительно… — не знал, какой дать ответ, ведь сам не знал на него ответа. — Раненые?

— Да… У нас переполнены все лазареты… Нужно срочно вывезти отсюда людей.

Конечно, я дал своё согласие, и работа закипела. В «Буревестник» влезло не так уж и много раненых, но и лететь было не слишком далеко, если только подумать. С той стороны находится огромная армия, которая пытается пробиться сюда. Челночные рейсы начались, вывозились самые тяжелые или самые важные раненые, возможно, кто-то сегодня всё-таки выживет.

Я поговорил здесь со всеми, и уверил, что останусь с ними и помогу. Впрочем, свою помощь я предоставил сразу. Призвал семьдесят пять муравьев из колонии Красивой и отправил их рыть туннели. Не забыл и про червей, но те, блин, не строители. И помещают на своем теле слишком мало земли. А мурашки всю землю трамбуют и сразу выносят. Возможно, и удастся такими темпами построить нормальный выход отсюда… Ну, и вход, соответственно.

На первую ходку Москаленко снабдили паролями, но с одним условием. Если попадешь в плен, то взорвись сразу. Ему накидали кодов доступа и тайных каналов, которые вели во все стороны, вплоть до Императорского кабинета. Все эти данные он должен передать, чтобы и остальные тоже были в курсе происходящего.

Так вышло, что все были при деле, кроме меня. И я подумал, а почему бы мне не пойти в одиночку и не слома… захватить ту машину-постановщик помех, которую сюда притащили эти гадские союзники. Сказано — сделано! Вот только, когда я вышел из укрытия и обнаружил ее, то очень удивился. Как Индусы сумели незаметно притащить сюда мега-машину, размером с пятиэтажное здание. Неужели, здесь объявились пространственные маги?

Тронный зал замка Рода Годартов

Некогда величественный и пафосный зал, в котором на всех стенах висели клинки побежденных Родов, сейчас предстал бы случайному зрителю в совершенно убогом виде. Повсюду кровь… И люди… мертвые, и раненые… Их было много.

Возле трона сидел сам Годарт, который решил не занять свое привычное место, а в этот раз выбрал место у подножья. Годарт устал… Сильно устал… Но это была новая усталость.

— Дедушка Генри, скажи… Почему они так поступили? — быстро говорил обеспокоенный Ларик.

Ларику было чего переживать, ведь все тело деда сейчас в крови. Его артефактный камзол был похож на решето от количества выстрелов, которые принял он на себя. Пули были далеко не простыми. С каждым годом все тяжелее работать над одеждой, когда выходят новые артефактные боеприпасы. В этот раз они имели свои хранилища, в которых были разные энергии. Наверное, те, кто это сделал, планировал подобрать нужный ключик его защите.

— Все будет хорошо! — устало он погладил рукой парня по голове, и отметил, что на нем крови было не меньше. — Тебе нужно посетить купальню.

— Знаю… — грустно ответил Ларик. — Но я не уйду… Тебе нужна помощь… Я помогу… Честно… Отец меня учил помогать, тем кто тебе дорог.

Эти слова вызвали первую эмоцию, и это была легкая улыбка, а затем Годарт позволил себе упереться спиной о колонну. Он смертельно устал. В то же самое время Ларик крепко держал его за руку и не отпускал, думая, что если он его отпустит, то дед умрет.

Постепенно в зале начали появляться люди, и до тех пор, пока они не заполнили собой всё место. Люди прибывали сюда в полной тишине, и у каждого в руках был клинок. Они были готовы убивать, и решимости их хватит, чтобы дойти до конца.

А напротив них сидел на полу одинокий Годарт, и едва заметно дышал.

— Деда… Это тот самый конец, о котором ты рассказывал мне на днях? — тихо прошептал Ларик.

Но дед ему не ответил. Генри больше не мог отвечать. Он был уже в другом месте.

В зале и до этого было тихо. Но сейчас все верные люди и соратники Генри, что прибыли по его зову, даже боялись дышать. Неужели они опоздали? Каждый из них понимал, что не успел… и отныне Пруссию ждут большие перемены.

Неожиданно для всех Годарт открыл глаза. А затем поднялся на ноги.

— Давненько я не заходил в чертоги разума, — проговорил он и выпрямил плечи. — Очень давно это было…

То, что обычный человек принял бы за смерть, таковой не было. Генри Годарт, действительно, был ранен, но раны были не смертельными. У его бывших союзников не получилось его убить. Они забыли, кто он такой… А еще, рядом с ним был Ларик. Хотя, они смогли заблокировать его гвардию. Задержать, подарив нападающим драгоценные минуты. Но успехом нападение не завершилось. Ларик сегодня убил даже больше людей, чем сам Годарт. Немыслимое дело! Наверное, таким яростным своего внука он еще не видел. А еще ему показалось, что тот смеется на разных языках и разговаривает разными голосами.

— Герман, подойди! — властно приказал Годарт своему начальнику гвардии.

— Я здесь, мой господин! — подошел полностью закованный в железные латы человек, и опустился на одно колено.

— Ты устал… Тебе пора на отдых. Передавай дела управления гвардией Гансу, как только его откачают и приведут в чувство, и уходи! Сегодня ты подвел меня. Мы слишком через многое прошли, поэтому ты будешь жить. Но мне служить ты больше не будешь.

— Будет исполнено, господин! — ударил кулаком Герман в доспех, не добавив ничего другого. Все остальные слова были бы лишними. Извинений Годарт не понимает, а оправдания? Нет ему оправданий. Оставалось надеяться, что повышенный Ганс Шнайдер выживет и сможет справиться лучше. Сегодня он был лучшим, практически умерев за своего господина, и дав тому драгоценные секунды, чтобы подготовиться.

— Но прежде, чем ты сделаешь это… Объяви о всеобщем сборе всех моих войск. Поднимай даже тех, кто поставил свой меч на полку. Всех тех, кто способен держать в руках оружие. Кто помнит, что такое честь и радость победы под моим командованием. Пруссия вступает в войну! Железный Князь снова поднимает свой личный стяг. Мы выступаем на стороне Российской Империи. Такова моя воля!

Следующая книга будет тут:

https://author.today/work/323698

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Кодекс Охотника. Книга XIX

Content

Кодекс Охотника. Книга XIX

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Новогодние Интерлюдии

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Nota bene