Кодекс Охотника. Книга XXVII

Глава 1

Северная Африка

Африканский Эпицентр

База объединённых сил Истребителей монстров

Пылевая буря, что прилетела с Сахары, только что закончилась. Дабы не использовать лишнюю энергию, артефактный купол, который стоял вокруг жилой базы, был снят. Жаркий воздух с энтузиазмом проник внутрь, и тут же заработали автоматические установки полива, чтобы в наступившей жаре оставить газон свежим и, главное, живым.

Тяжёлый многофункциональный летающий военный транспортёр «Конунг» аккуратно приземлился на посадочной площадке. И сразу за ним сели ещё две точно такие же машины. Откинулась аппарель, и изнутри показались суровые бородатые мужчины, что тянули с собой большие баулы со снаряжением.

Через несколько мгновений оттуда же показалась молодая красивая девушка. Её белоснежные волосы были небрежно собраны в хвост, который лежал на плече голубого комбинезона с эмблемой Королевского дома Северного Королевства.

Голубые глаза смотрели спокойно и безэмоционально. Судя по колышущимся вокруг телу воздуху, девушка включила собственный «кондиционер» и создала комфортную температуру для своей кожи. Она могла это сделать в совершенстве, ведь это была принцесса Хельга, единственная дочь Северного Короля и наследница Северного Королевства.

Девушка повела головой слева направо и, задержав взгляд на одном месте, слегка улыбнулась.

— Привет, подруга!

Широкими шагами к ней шла другая девушка, отличавшаяся от Хельги, как лёд отличается от пламени. И нет, это была не аллегория. Принцесса Ольга с растрёпанными красными волосами, в красном мундире с гербом Российской Империи, направлялась к своей подруге. В отличие от Хельги, ей не нужно было кондиционировать воздух. Цесаревна Ольга с огнём была на «ты». И палящая жара Сахары совсем не доставляла ей дискомфорта.

Обнявшись и поцеловавшись, две наследницы мощнейших государств этого мира отстранились друг от друга, и завязался разговор.

— Как съездила? — уточнила цесаревна Ольга.

— Там было здорово, — улыбнулась Хельга. — А вот насколько там было здорово, ты узнала бы сама, если бы всё-таки приняла приглашение.

— Не люблю я этого, — скривилась Ольга, чем вызвала смех принцессы Хельги.

— «Не любишь этого»? — передразнила она подругу. — А мне кажется, ты не любишь одного конкретного человека. И имя ему — Александр Галактионов.

— Но не всем же быть влюблёнными в этого красавчика. Причем позволь мне заметить, принцессу Северного Королевства это совсем не красит.

— Ой, пошла ты в жопу, — беззлобно сказала принцесса подружке. — Какая любовь?

Тут уже рассмеялась Ольга.

— Какая-какая… Я же вижу — самая настоящая.

Хельга на эти слова лишь улыбнулась и покачала головой.

— Вот как так получается? Несмотря на абсолютно противоположные Дары, мы похожи, как две родные сестры. Мы обе единственные наследницы своих государств. Мы сильные и независимые. Нас разнит только одно — отношение к одному юному барону. Может, ты всё-таки мне расскажешь, что между вами произошло? — спросила Хельга в сто пятисотый раз.

— Не дождёшься, — Ольга хмыкнула, посмотрев на неё искоса. — Как там моя маман?

Эти девушки были примерно одного возраста, и знали друг друга с детства. И в общении друг с другом, без посторонних, позволяли себе много вольностей. Да, в какой-то момент у Ольги в жизни случились сложные события. Да и её подготовка кардинально отличалась от подготовки принцессы Хельги. Северный Король имел достаточно сил, а самое главное — желания, чтобы натаскивать дочку самостоятельно. И в этом ему помогала королева Лагерта.

А вот цесаревну Ольгу отдали, так сказать, «на аутсорс» двум сильным индивидам — Аресу и Гермесу, которые сейчас привычно шли на почтительном расстоянии за девушками, о чем-то оживлённо разговаривая. Ну, точнее, как обычно, у Гермеса рот не закрывался, а Арес глубокомысленно молчал, иногда кивая.

Прямо сейчас в мире творились странные дела. И нет, речь идёт не о политических делах, и не о войнах между человечеством. Хотя, конечно, это оказывало влияние на картину в целом.

Мировые Эпицентры, которые наконец получили достаточно внимания от Истребителей, и в кои-то века Исты занимались привычным делом, истребляя тварей, не будучи разбросанными по своим Родам и отстаивающие честь своей семьи и своей страны.

Лучше всего дело обстояло в Иркутском Эпицентре, по которому тяжёлой поступью прошёлся Первый Легион Земли Галактионова. Странное и пафосное название, но все к этому уже привыкли. Всем, кто видел Легион в деле, уже не хотелось шутить по поводу мании величия их командира.

Это было действительно эффективное подразделение, которое с каждым днём ширилось и развивалось. При том, что достоверно никто не знал, как именно эти люди достигли такой мощи.

Самое удивительное было то, что многих из бойцов Первого Легиона прекрасно знали другие люди, родственники или друзья в прошлом. Самое удивительное, что не все из них были сильными Одарёнными. То, что творили они сейчас, это было не прыгнуть выше головы, это было буквально поменять голову, как будто люди переродились.

В общем, иркутский Эпицентр сильно сузился, и продолжал уменьшаться. Российские Исты, точнее, их командир герцог Хрулёв, начал распределять их по другим опасным местам, одним из которых был традиционно африканский Эпицентр — самый большой из существующих, и самый проблемный. Так как располагался среди ничейной земли, а окружающие его государства были слабы, чтобы сдерживать их самостоятельно. Если бы не Международный корпус, то, скорее всего, Эпицентр бы давно захватил всю Африку и, возможно, даже добрался бы до Европы. Чего, конечно, никому не хотелось бы.

Цесаревна Ольга имела привилегию выбирать сама, куда она хочет полететь. Как, впрочем, и Хельга. Они давно не виделись и не общались, но на недавней миротворческой операции в Персии они встретились снова. То, что операция по принуждению к миру Персидского Царства прошла максимально бескровно, в том числе, было заслугой этих двух девушек, которые устроили эффектное представление, после которого Одарённые персов почему-то перехотели сражаться.

Собственно, там они и договорились поехать вместе в Эпицентр. Вот только Хельга сначала смоталась вместе со своими родителями на торжество Галактионова. Ну, а Ольга, несмотря на просьбу своей матери Императрицы Елизаветы, поездку на берега Байкала проигнорировала.

— Что у нас по плану? — поинтересовалась Хельга.

Ольга хмыкнула и достала планшет.

— Раз — Разлом, два — Разлом, три — Разлом, — она ткнула пальцами в планшет, показывая их на карте. — Пойдём в них по очереди.

— Хорошо, — сказала Хельга беззаботно.

Улыбка слетела с лица Ольги.

— Ты уверена, что действительно этого хочешь? Радужное кольцо Абсолюта — это абсолютно недостижимая вершина. Все это знают. Зачем тебе лишние проблемы?

Принцесса Хельга рассмеялась.

— Ну я-то знаю, что нет, — она кивнула на зелёное кольцо цесаревны. — Я хочу такое же.

— Скажи мне, подруга, — серьёзно продолжила Ольга, — а сколько в этом желании того, чтобы Галактионов, наконец, обратил на тебя более пристальное внимание, а сколько желания набрать дополнительные силы?

Хельга продолжала веселиться.

— Ну, внимание Галактиона мне не очень-то и нужно.

— Ясно, — грустно улыбнулась Ольга. — Ты хрен признаешься. Но если что, я тебя предупреждала.

— Да всё будет нормально, — хлопнула Хельга по плечу цесаревну. — Я справлюсь.

— В то, что ты справишься физически, — покачала головой Ольга, — я не сомневаюсь. Но вот дальше вопрос разума. Точнее, его устойчивости. Даже я не справилась, — она на секунду сбилась, — без помощи Галактионова.

— Вот, — ткнула в неё пальцем Хельга. — В этом и весь прикол. Если что-то пойдёт не так, всегда можно рассчитывать на Галактионова.

Внезапно Ольгу осенило.

— Подожди. Так ты специально рассчитываешь, чтобы пошло что-то не так?

На что принцесса покачала головой:

— Пойдём уже, война-план покажет…

* * *

Я спал, и мне снился странный сон.

Мне, вообще, снились сны очень редко. Обычные, бессвязные сны мешали нормальному отдыху. И, давным-давно, ещё будучи учеником в Ордене, Старейшины показали пару техник, как избегать появления снов. Разум ночью должен отдыхать.

Тогда, будучи учениками, с такими преподавателями, как старина Мак, вдоволь не отоспишься, так что приходилось использовать время для отдыха по максимуму.

В общем, далее я набирал силы, рос, воевал против всяческих сущностей, некоторые из которых обладали очень интересными Дарами. Всё-таки периодически сны у меня случались. Вот только связаны они были либо с посланиями, в том числе, и от Кодекса, либо кто-то хотел поговорить со мной, либо взять под контроль или нанести вред.

Сначала я думал, что это третий вариант, логично предположив, что Морфей настолько охренел и потерял страх, что решил лично явиться ко мне в голову. Но потом я понял, что это не Морфий, а другая высшая сущность осторожно приглядывается ко мне, опасаясь заводить разговор первой.

— Да ладно, выходи уже!

Усилием воли я поменял окружающее пространство на солнечную зелёную полянку посреди леса. Уселся в позу лотоса на траву и сорвал травинку, закинув её в рот.

— А кто-то говорил, что Охотник Сандр уже не тот, — раздался весёлый голос с опушки леса. И от дерева отсоединилась изящная женская фигурка, которая странным образом переливалась, как будто созданная из эфира, то набирая чёткость, то снова исходя волнами. — А его всё также невозможно застать врасплох, — продолжила она.

— Только идиот или слабоумный попытается застать меня врасплох в моей собственной душе, — пожал я плечами. — Давай, говори, зачем пришла?

— Ты на меня не злишься?

Девушка подошла и уселась передо мной на траве. Её тело всколыхнулось, и на секунду превратилось в полностью обнажённое человеческое тело. Если существовал в мире идеал красоты, то вот он сейчас сидел прямо передо мной.

— Ой, только не начинай, — скривился я.

Раздался заливистый, весёлый смех. И тело снова превратилось в эфирный силуэт.

— А ведь когда-то тебе это нравилось, очень нравилось.

— Ключевое слово — когда-то, — сказал я. — Говори, зачем пришла. Я всё-таки хотел отоспаться. В ближайшее время мне будет непросто.

— Вот об этом и хотела как раз поговорить. Я сделала так, что тебе… как это правильно выразиться… было бы слегка проще? Скажем так, двум товарищам, которые нам с тобой совсем не товарищи, станет слегка более затруднительно попадать в этот странный мир.

— «Нам»? — улыбнулся я. — Нет никаких нас. Есть Тёмная, есть Охотник. Мы просто пару раз пересекались, а потом расходились, — я улыбнулся. — И вроде никто ни на кого не обижался. Даже наоборот.

Девушка скривилась. И вполне по-человечески сложила руки на груди и надула губы.

— Не обижался? Ну я, например, очень сильно на тебя обижалась. И ждала от тебя больше благодарности.

— Катю и ребёнка не отдам! Давай навсегда закроем эту тему, — покачал головой я, и улыбнулся. — За помощь, кстати, спасибо, хоть я тебя об этом не просил, а соответственно, не собираюсь делать ответную услугу. Как всегда, я совершу её исключительно по доброй воле и при наличии желания. В данный момент, никакого желания у меня нет.

— Я понимаю, — кивнула Тёмная Богиня, — но тут дело вот в чём…

Она на секунду задумалась, как будто размышляя, стоит ей говорить или нет. Через некоторое время, выдержав паузу, махнула головой, слегка улыбнувшись:

— В общем, как бы ты ни отрицал, но сила Екатерины, в том числе и моя сила. Она мне как родная дочь, понимаешь?

Я залился громким смехом.

— Нет, не понимаю. Вообще не понимаю. Точнее, наоборот. Я знаю, что это ни хрена не так. Как родная дочь? Да ты ненавидишь всех, кроме себя. Только и делаешь, что используешь их в своих делишках. Ну, или пытаешься использовать, как это было со мной. При этом, даже спустившись до непристойных отношений богов со смертными.

— Сандр… — она схватилась за то место, где у людей сердце, и произнесла с душевным надрывом: — Как можно так обесценивать наши отношения? Я думала, что у нас было что-то большее.

— Три раза «Ха!», — хмыкнул я. — Вообще нет желания это обсуждать. Я просто хочу, чтобы ты отстала от Кати и нашего будущего ребёнка. Ну и желательно от меня, хотя последнее, я понимаю, просто невозможно, учитывая твой мерзкий характер.

— Чего это у меня мерзкий характер? — снова вполне по-женски обиженно сказала Тёмная Богиня. — По-моему, я просто душка.

— Да, да, душка… Когда спишь зубами к стенке. В общем, Катя скоро родит. И если я хоть почую твоё приближение или даже твой взор… — тут я на секунду замолк.

И Тёмная Богиня рассмеялась.

— То что, Сандр? Что ты можешь мне сделать? И раньше ты взял меня исключительно обаянием, потому что силёнок не хватало. А прямо сейчас далёк от себя прошлого. Очень далёк.

— Ну, это как посмотреть, — развёл руками я. — Насчёт сил в прошлом и в настоящем частично согласен. А вот насчёт того, что взял обаянием, тут я полностью не соглашусь. Я взял умом. И сейчас у меня точно такой же разум, как у меня прошлого. Хотя я бы сказал, что в связи с последними событиями я кое-что переосмыслил и выучил пару новых трюков. Так что, если чувствуешь в себе силы, давай, рискни.

Тёмная Богиня снова надулась. Продолжая держать скрещёнными руки на груди, она буравила меня тяжёлым взглядом.

— Но вообще я хотела сказать не об этом. Неназываемый и Морфей. Я могу слегка помешать продвижению их миньонов, но я не смогу помешать им самим. Ты же понимаешь.

Я ощутимо напрягся, но постарался этого не показать.

— Неужели они уже готовы прийти сюда сами? Я что-то пропустил, и у них появились новые возможности?

— Нет. Они сюда не придут. Придёт кое-кто другой. И помешать ему я также не смогу. Но знаешь, о чём я больше всего беспокоюсь, мой милый Сандр? Что и ты не сможешь этому помешать.

Я прищурился., а внутри у меня в груди росло очень неприятное чувство.

— И кто же это может быть?

— Убийца Охотников, Сандр! Неназываемый отправляет по душу твоей жены и твоей нерожденной дочери Убийцу Охотников…

* * *

Я подорвался в постели в холодном поту, едва сдержав крик. Хорошо, что лежащая рядом Аня отличалась крепким сном. Быстро накинув халат и выпив воды из стоящего рядом с кроватью графина, я быстро прошёл в соседнюю спальню, аккуратно зашёл внутрь и посмотрел на спящую Катерину, которая лежала на боку, придерживая рукой большой живот.

Очень хотелось погладить её по голове, но, в отличие от Анны, у Кати был сон более чуткий, тем более в её положении. По-хорошему, сюда приходить вообще не стоило. Но я должен был удостовериться, что с ней всё в порядке.

Тёмная, если она не ошиблась, донесла до меня важное, но одновременно и страшное известие. Убийца Охотников. Ведь раньше он тоже был Охотником. Более того, он был Гранд Мастером, без пяти минут Великим Охотником. Имя его было вычеркнуто из всех книг и людской памяти, после того, как он совершил предательство. Это была тёмная и страшная история, когда само существование Ордена было под угрозой.

Но всё обошлось. Предателя убить не смогли, но загнали его так глубоко в Междумирье, решив, что он там останется навсегда. Вот только не тут-то было. Его нашёл Неназываемый, и заключил с ним своеобразный договор.

Нет, это был не тот мёртвый Охотник, с которым я схлестнулся, отобрав у того фламберг и выпустив гидру. Тот был хоть и чрезвычайно сильный, но он был полной марионеткой Неназываемого. Убийца Охотников оставался Охотником, с собственной волей, разумом и потрясающей силой. Они заключили что-то вроде союза. Сам Неназываемый называл его своим соратником.

Мы не знали, где он находится, но он мог бы проявляться в этом мире. Спасало лишь одно, что делал это он исключительно редко. Мы понятия не имели, какие усилия для этого должен был приложить Неназываемый, но он периодически возникал то тут, то там, с единственной целью — убивать Охотников.

Не всегда у него получалось, надо признать. На меня он никогда не покушался, но вот как-то решил, что пьяный вдрызг Дэн окажется лёгкой добычей. Это была его самая крупная ошибка со времён предательства. Дэн почти убил его. Почти. После этого он пропал на несколько сот лет.

Все уже решили, что Дэн всё-таки его ухайдокал, но нет. Он начал появляться вновь. Его целенаправленные поиски не привели к успеху, хотя были задействованы все средства.

В конце концов, осталось два пути. Либо у убийцы Охотников помутится разум, и он попытается ликвидировать, к примеру, Старого Мака, который его, скорее всего, грохнет. Ну или мы быстрее доберёмся до Неназываемого и выясним, каким образом он вытаскивает своего соратника из той жопы, куда его засунули.

Но это всё лирика. Если он появится здесь, я понятия не имею, как с ним справиться. Хотя, как раз понятие я имею, а не имею на это сил. Что ж, говорят, предупреждён — значит, вооружён, но в моём случае вооружаться мне нечем. С другой стороны, я так хвастался перед Тёмной своим умом, что пора, наконец, включать его на полную. И первое, что пришло мне в голову, это то, что мне нужна помощь. На этот раз очень серьёзная помощь.

Аккуратно поцеловав спящую Катю в лоб, я встал, быстро оделся и вышел из спальни, а затем спустился в подвал. Охранники, стоящие по пути, сдержанно меня приветствовали.

Я уже чувствовал, как зашевелился у себя в берлоге Волк, которому прямо сейчас пришло сообщение о том, что их господин куда-то собрался. Но связаться со мной у него не было никакой возможности. Я не взял с собой ни телефон, ни какой-либо рации, мне нельзя было отвлекаться.

Пройдя через портал, я оказался в моей арктической крепости. Поприветствовал мой гарнизон там. Поднялся в высокую башню. Задумчиво остановился у пустой выемки вечного пламени Кодекса, которого не было в этом мире.

Что ж… Если я не смогу заинтересовать своих братьев убийцей Охотников, значит, Охотнику Сандру пора на пенсию. Потому что он ничего не знает о своих братьях.

Я прошёлся по периметру, открывая окна, чтобы морозный воздух Арктики зашёл внутрь. Прямо сейчас здесь будет очень горячо. Я не выйду отсюда, пока не достучусь до Кодекса. Ну или не сдохну.

Я уселся на холодный пол в позе лотоса. Закрыл глаза и послал мысленное послание:

— Кодекс, я взываю к тебе!

Глава 2

— Как идут сборы человеческой энергии? — громовым голосом Гаргас спросил у своих слуг.

— Г-г-гопсподин… — поклонились слуги в пол. — Энергия собирается штатно, а затем исправно отправляется вашему владыке!

— Это хорошо! — усмехнулся мужчина, сидящий на троне из черепов. — Увеличить сборы в два раза! Моему господину нужно больше энергии! Ведь у него идет война!

— Будет сделано! — вновь упали слуги лицами в пол.

Гаргас был доволен… Всего каких-то двести лет назад этот мир был процветающим, и вполне успешно сопротивлялся захватчикам. Ровно до того момента, пока Неназываемый не поручил это дело Гаргасу. И ему понадобилось меньше десяти лет, чтобы обречь этот мир на полное подчинение.

Порабощение этого мира не было для него проблемой, так как он был очень силен. Однако, не единой силой он был одарен. Гаргас был военачальником, из числа приближенных к самому Неназываемому. Кроме этого, он обладал еще множеством полезных умений, но своим главным сокровищем считал ум и бесстрашие. Ведь никогда и ничего он не боялся. Грубо говоря, даже его господин не вызывал у него страха, хотя другие Эмиссары, полководцы и прочие слуги боялись своего господина. Боялись того, что он может сделать с ними в любой момент. Гаргасу же страх был неведом. Он считал, что боятся лишь слабые, а он к таким себя не относил.

Даже сейчас, глядя на слуг, которые склонили свои головы до самой земли, он усмехался. Его слуги были местными, и когда-то относились к числу сильнейших защитников этого мира, но он победил каждого из них. Правда, не убил, а пленил и обратил в своих верных слуг. Глупость? Возможно, но только не для Гаргаса. Ведь он считал, что нет непосильной задачи для него. В этой Вселенной всё подвластно ему, и главное найти правильный подход.

— Встали и пошли выполнять, — лениво он разрешил им удалиться, а потом задумался и добавил. — Хотя нет, лучше ползите отсюда, черви.

И они поползли. А ведь когда-то были сильнейшими, и с презрением смотрели ему в глаза. Клялись, что одолеют Скверну, и вышвырнут её из своего мира. В них верили люди, боготворили, и надеялись на победу, но теперь только безжизненные потухшие глаза — это всё, что у них осталось. А население этого мира стало скотом, с очень хорошей магической генетикой. Все люди, живущие в этом мире, раз в день должны были сливать свою энергию и силу в специальные хранилища.

Все было хорошо, кроме того, что Гаргас устал. Устал от скуки, ведь этот мир он уже хорошо изучил, и он надоел ему.

*Хлопок Пространства*

— Скучаешь? — внезапно возник возле его трона крылатый Термиз.

— Зачем ты явился, вестник? — без удивления произнес Гаргас.

Крылатое существо с длинным и подвижным хвостом хищно оскалилось, оголяя свои бритвенно острые зубы.

— А зачем может явиться вестник? Только для того, чтобы передать тебе волю нашего господина.

Гаргас усмехнулся, но без дружелюбия, а скорее, с пренебрежением. Не нравился ему Термиз… Эта хвостатая подлиза ничего не умела делать, кроме интриг и манипуляций.

— Передавай и вали!

Не был Термиз удивлен такими словами, ведь у них были свои давние противоречия.

— Как скажешь, — безразлично пожал он плечами. — Наш господин доволен тобой, и в этот раз сумел удивить даже меня. Он передал не просьбу, а предложение.

— Даже так? — эта новость была из рук вон выходящей. — Слушаю!

— Он предлагает тебе отправиться на захват нового мира, где сейчас идут бои. И сыграть там главную роль, а в награду ты получишь еще и тот мир. Господин обещает тебе, в случае успеха, сохранить за тобой этот мир, и в придачу еще тот. Они будут соединены порталом вечной Скверны, и даже их магическая структура будет единой. Так сказать, два в одном.

— Ты говоришь сейчас правду? — прищурился Гаргас. — Или мне придется потом оторвать тебе крылья.

Посланник усмехнулся.

— Нет, не нужно этого делать снова. На этот раз всё будет без обмана… И я даже больше тебе скажу, — подошел он поближе. — Там будет Охотник, и он твоя цель. Сможешь справиться с таким заданием, убийца Охотников?

Эта информация стала решающей. Он сам когда-то был Охотником, и считал, что Кодекс незаслуженно его предал. Что весь Орден был глуп, и не захотел идти по тому пути, который он предложил когда-то. Настолько сильной была обида в его груди, что даже прошедшие сотни лет не могли приглушить её.

— Я согласен! — сказал он почти сразу, что и решило его судьбу.

— Хорошо, — улыбнулся посланник, — тогда ты отправляешься прямо сейчас. Времени на сборы не будет. Я тебе даже больше скажу… Охотник уже узнал о твоем прибытии, и ждёт тебя.

— Даже так? — новая усмешка скривила его губы. — Тогда давай и все остальные подробности!

Вестник пожал плечами и стал рассказывать про молодого Охотника, который переродился там, и теперь мешает их господину. Рассказал, что у него есть семья и дети. Это вызвало ярость в сердце бывшего Гранд Охотника. Он давно уже не Охотник, но воспоминания про бывших братьев вызывало у него только кровожадность. А последняя новость, так и вообще, выбила из колеи. Ведь его изгнали из-за того, что он предложил найти решение проблемы с детьми, чтобы самим воспроизводить потомство для Ордена. Он не видел проблем в том, чтобы брать в плен сильных женщин для деторождения. Однако, его идея не нашла ни одного сторонника в Ордене.

— Открывай уже портал! — он вскочил со своего места и стал готовиться.

— Осторожнее со словами, Гаргас, — оскалился крылатый. — Портал открываю не я, а господин! Я лишь проводник его воли.

Затем посланник сразу приступил к открытию портала, который вел в нужное место, и ему это далось нелегко. Сам по себе портал открыть легко, а вот провести энергию, совсем непросто.

— У тебя есть всего шесть часов твоих полных сил, — стал он напоминать Гаргасу, — а потом будет откат, после того, как мир узнает, что ты находишься там. Дальше ещё сложнее, но и того должно хватить, чтобы выполнить задачу господина.

— Сколько же лишних слов ты произносишь… — тяжело вздохнул Гаргас и быстро шагнул в портал.

* * *

Значит, я не ошибся. А у Неназываемого есть яйца. Или он настолько сильно верит в себя и своего раба, что посмел принять мой вызов.

А это был именно вызов, потому, как я бросил его через Кодекс, а он доставил его до адресата. Представляю, насколько же был удивлен он, когда ощутил, как прилетает «смс-ка» от Кодекса. Наверное, уже целое кирпичное царство построил из того стройматериала, которые у него, после такого, появились. Правда, меня это не волнует, а волнует то, что я встречусь сегодня с человеком… или уже не совсем человеком, которого, скорее всего, не смогу убить. Это грустно, однако, но мне нужно постараться не умереть самому.

Гаргас, которого раньше звали по-другому, очень силён. Я мог, конечно, называть бывшего Охотника настоящим именем, но он лишился его, когда предал своих братьев. С другой же стороны, у меня нет полной уверенности, что появится именно он. Однако, я привык исходить из худшего, а потому будем думать, что не ошибаюсь.

— Саня… ты уверен, что мы ничем не можем тебе помочь? — спрашивает у меня Волчара.

— Уверен! — отвечаю и хлопаю его по плечу. — Эта битва будет для меня особенной и, возможно, даже последней. А если не затащу я, то, пожалуй, и вам тут нечего делать.

Волк явно не понимал, шучу я или нет. Я, по правде говоря, и сам этого не понимал. Но, на всякий случай, я обращался к Кодексу, не с одной просьбой. Если погибну я, то есть большая вероятность, что защита этого мира падет… Почему? Да потому, что из моего Океана Душ вырвется много тварей, которые значительно пошатнут баланс этого мира. Это тоже был один из моих планов, на тот случай, если Сандр облажается.

Еще я не хотел здесь видеть своих людей, так как знал способности личностей из армии Неназываемого. Не хотелось, чтобы кого-то из них пленили или заразили Скверной. По факту, элитой Неназываемого становятся тогда, когда могут принять в себя достаточное количество Скверны, и их душа при этом не погибнет. Наверное, потому Неназываемый так не любит Охотников. Максимально неудобные для него противника, против которых не работает главное его оружие.

— Тебе пора… — серьезно говорю Волку. — Остальных тоже с собой забирай!

— Понял, — пожимает он мне руку. — Возвращайся поскорее!

Волк дал команду всем бойцам, которые тут находились, о отступлении. Я проследил за ними с помощью Шнырьки, а затем спрыгнул со стены и пошел в сторону ядовито-зеленого портала.

Шел медленно, да и спешить мне ни к чему. Враг прибудет в любой момент, ведь я чувствовал колебания от портала. А потому готовился по полной. Самое смешное, что в этот раз подготовка шла не только моей силы, но и других моих способностей.

Мне нужно было выглядеть максимально правдоподобно, тем самым старым Сандром, с которым никто не хотел связываться. А для этого приходилось делать поправки в своей ауре и накладывать на себя магически слепки. Из минусов… Это всё легко было раскусить, если знать, где «копать».

Яркая вспышка зеленого цвета, и вот он здесь.

— Холодный и серый… Всё, как любит повелитель! — хмыкнул Гаргас, когда явился в этом мире.

Он еще до конца не понимал, где находится, и что происходит, но уже явно был доволен тем, что на него сходу не напали. А ведь я мог… В момент перехода он был максимально уязвим. Правда, эта уязвимость длилась не больше десяти секунд.

Но это всё бред… Мой план заключался совсем в другом.

— Я рад, что ты явился, — сказал ему, с улыбкой на лице. — Давно не виделись, Гаргас!

А вот его улыбка пропала, как только он услышал мой голос.

— САНДР⁈ — явно ошалел он от такой встречи.

— Мое имя с твоих уст звучит, как оскорбление, — скривился я. — Не произноси его… Я рад, что тебе хватило ума не приплетать сюда еще и Кодекс. Теперь забудь и мое имя. Предатель!

Гаргас был достаточно крупным человеком, ростом под два метра. Пусть телом он и не напоминал Бордена, но силой… Ее там было явно больше.

— Не может быть… Мне не сообщили, что это будешь ты! — раз он удивлен, то все идет по моему плану. Ровно так, как я того хочу.

Эх… Если бы он знал, что всё моё бахвальство — это лишь спектакль. Конечно, я могу убить его, но какой ценой? А потому, подобных сценариев лучше избегать.

— Я рад, что твой господин сдержал свое слово, и прислал именно тебя, — продолжил я свою «песенку». — Я думал, он обманет, и теперь приятно удивлен.

В следующий момент я вытащил свою Аквилу и выпустил энергетическую волну по земле, отчего снежные хлопья разлетелись в разные стороны. Этот прием назывался «Вуаль силы». Он использовался перед серьезными боями теми людьми, которые могли позволить себе такой расход силы в никуда, только ради того, чтобы очистить магические каналы от забродившей силы.

— Не может быть! — все еще недоуменно бормотал он. — Меня должны были уведомить о тебе… Здесь должен был быть слабый переродившийся Охотник.

Что-что, а удивить я его смог, а потому… Не стоит терять время. Набрасываю на себя несколько энергетических защитных техник и бегу на него. Конечно, он был шокирован, но это не помешало ему направить свое копье в мою сторону, и тут же отбить мою атаку. Отбил он её с легкостью, без всяких проблем, но на этом моя атака не завершилась, и тут же ему в лицо полетел маленький зеленый комок с большой скоростью. Его он тоже разрубил, и это было глупо. Ведь кислота от слайма сразу попала на него, прожигая его доспех.

— Аргрх… — зарычал он, и отпрыгнул от меня. — Дешевые трюки!

Блин, кажется, запугать его до беспамятства у меня не получится. А ведь когда-то давно я пытался выйти на его след, и он узнал об этом. Убегал он тогда знатно. Но на это сейчас я и рассчитывал, что он помнит те времена, и теперь будет настороже.

Однако, если присмотреться ко мне… То отличия от прошлой жизни, так сказать, на лицо.

— Почему ты только защищаешься? Я недостаточно достойный противник? Может мне позвать старину Мака? — засмеялся я.

— Мака? — пусть он и не показал этого внешне, но его энергия пошла в легкий разнос. — Ты блефуешь… Его здесь нет… Точнее, не может быть.

Я снова засмеялся.

— Кажется, твой господин бросил тебя на убой… — я покачал головой, глядя ему прямо в глаза. — Ты хоть знал о том, что в этом мире обитают Охотники?

— Врешь! — недоверчиво прищурился он. — В этом мире есть только один Охотник.

Хотя он так говорит, но я вижу в его душе сомнения. Я достаточно их посеял в нем, чтобы остальные он мог додумать сам. Он должен знать, какой мудак его господин, если ему не сказали, против кого выпускают. Значит, и про другие вещи тоже могли не рассказать. И хотя он мог знать об этой операции уже как несколько месяцев, все равно это не считалось подготовкой, ведь к таким битвам люди могут очень долго готовиться. Все эти мысли я сопровождал сильнейшими атаками, которые только мог себе позволить. От некоторых у меня аж душа дрожала, настолько мощными они были.

А он ничего, падла… Стоит ровно на ногах, и только оглядывается по сторонам, ожидает подвоха от меня, в любой момент. При этом, портал за его спиной всё ещё открыт, ведь его невозможно сразу закрыть. Правда, и я не могу через него пройти, а только тот, кто попал в него первым.

Конечно, я мог бы предложить ему свалить, но это будет слишком подозрительно. Ладно… Пора ускоряться, а то сил, не сказать, что много осталось, ведь изображать себя прошлого довольно нелегко.

— Слабая у тебя сейчас душа, — говорю ему с издевкой. — Возможно, мне даже не стоит пачкать об тебя руки?

После этих слов сразу же призвал тварей. Больших и сильных, которые едва-едва контролировались мной, и натравил на него. Сам же стоял с ленивым видом, глядя на Гаргаса. Но это было всего лишь обманкой. По настоящему, я копил свои силы… И отдыхал. А еще прикинул, что ландшафт здесь очень сильно изменился. Много возникло кратеров, да и снег уже не такой белый.

— Я настолько кажусь тебе слабым, что ты решил, мол, они смогут со мной справиться? — вдруг выдал он. — НЕ ЗАЗНАВАЙСЯ, САНДР!!!

А вот такого я не ожидал. Он просто взял и метнул в меня свое копье. Едва-едва мне хватило скорости, чтобы от него увернуться. Но и он не собирался этой атакой убивать меня, скорее, подкорректировать прочность моего доспеха.

— Мимо… — зевая, говорю ему. — Повторим?

И он повторил. Одной рукой Гаргас отбивался от тварей, а второй бросал в меня свои копья, которые призывал из своего хранилища. Так продолжалось примерно часа два. Мы временами с ним сходились в схватке, а потом он отбивался от тварей.

Мне, и правда, было немного смешно. Он мог прихлопнуть меня, если бы знал о моей силе. Но, в то же самое время, боялся допустить ошибку, и потому держал свою энергию при себе.

— Я начинаю скучать, — я снова зевнул.

— Ты начинаешь уставать, Сандр! — неожиданно для меня, он оскалился. — Ты затянул эту игру… Прошлый Сандр не стал бы так долго участвовать в сражении, которое мог бы закончить намного раньше. Так в чем же причина?

Ух… Кажется, я сейчас на грани провала, но это не точно.

— Причина? — задумчиво почесал я подбородок. — Может, я слишком долго ждал нашей встречи, чтобы вот так просто убить тебя.

— Или ты уже не так силен, как раньше? — оскалившись, выдал он.

А в следующим миг выпустил просто чудовищный поток ауры, от которой моим глазам стало больно. Как же эта сволочь отожралась за последние годы. И пусть его сила была грязной, но она ведь была…

Вот тут резко все поменялось. Теперь уже я стал играть от защиты, а он только и делал, что атаковал. С каждым разом его атаки становились все сильнее и быстрее, до такой степени, что если так будет продолжать и дальше, то совсем скоро мне наступит хана, а потому нужно переходить к запасному плану.

В один из моментов, когда он слишком открылся, я почерпнул силу из своей души и нанес ему легкую пощечину. Да такой силы, что его защита пошла трещинами.

— Каким был слабаком, таким и остался, — обратился к нему, поправляя свою одежду. — Впрочем, знаешь? Я уже наигрался. Пора заканчивать с тобой.

— ТЫ… ПОСМЕЛ… — кажется, он сейчас потеряет контроль над своим телом и разумом.

Очень унизительно, когда тебе дают пощечину в тот момент, когда ты сражаешься так серьезно.

— А тебе уже не подвластна твоя душа? Обидно, правда? — хмыкаю я, глядя ему в глаза. — Как думаешь… Играю я с тобой или блефую?

Он несколько секунд смотрел на меня, а потом… Пошел в разнос.

— Вот сейчас и проверим это!

Это были его последние слова, прежде, чем он показал всю свою силу. И мне стало даже обидно… Я был бы рад с ним сразиться в прошлом. Тогда это могла бы быть, и правда, запоминающаяся битва.

Тут, кстати, уже стало жарковато, несмотря на вечный холод. Кажется, даже это место имеет свой предел. А еще это был тот момент, когда на карту поставлено всё! Теперь точно можно сказать, что эта битва будет продолжаться до первой ошибки, когда два сильнейших дерутся на полной своей мощи.

Вот только… Нет у меня той мощи, а значит, меня могут прибыть. Однако у меня был еще один секретный козырь, который, пожалуй, я сейчас активирую. Сам не знаю, сработает ли он… Но, в любом случае, это будет весело.

— ВОТ ТЕПЕРЬ ПОКАЖИ МНЕ, САНДР, НА ЧТО ТЫ СПОСОБЕН!!! — заревел он голосом, который дрожал от переполняющей его энергии.

— Я? — хмыкаю, спрашивая у него. — Зачем? Ты скучный… Пусть лучше он покажет.

Говорю и показываю рукой в сторону. Он поворачивается туда, а в следующий миг его глаза расширяются от… ужаса.

— Или пусть они покажут… — показываю в другую сторону, где вдалеке стоят двадцать человек. — Ты думал, что я блефую? Нет… Я просто тянул время. Не мне суждено тебя уничтожить за твои грехи.

— Не может… — начал говорить он, но так не договорил то, что хотел.

Вместо слов он сделал свой удар. Всю собравшуюся энергию, которую копил, чтобы убить меня, он направил в землю, которая стала расходиться в разные стороны. Лед, которому уже много лет, начал трескаться с характерным звуком, и я даже испугался за крепость. Но, помимо этого, в воздух поднялись тонны снега, которые мешали обзору.

Сила удара была таковой, что я не стал ничего делать, и просто ждал, пока снег сам осядет. А вот когда это произошло, то я удивился. Ведь сработало же! Гаргас в ужасе убегал так, словно и не было всей его мощи. Он просто пытался спасти свою жизнь и побыстрее добежать до портала. А когда он пропал в нем, и тот захлопнулся, я наконец-то с облегчением выдохнул.

Охренеть! Если когда-нибудь увижу Мака и расскажу ему, что сделал, то он будет долго ржать. Ведь я напугал предателя иллюзией старины Мака и нескольких наших других старейшин.

Это войдет в историю… Гаргас настолько сильно испугался, что даже забыл просканировать их!

Кстати, это понравилось не только мне. Я почувствовал смех по всему эфиру. Темная Богиня радовалась не меньше меня.

Глава 3

— Я все равно не могу понять, что здесь произошло, — покачал головой Волчара, стоящий рядом со мной на стене.

Он, то и дело, поглядывал на меня, вероятно считая, что я не вижу его вопросительного взгляда. Ведь он никак не может понять, что здесь была за битва, и почему у меня не потрепанный вид.

— Нормальный вид… Что тебе не нравится? — с улыбкой спрашиваю у него.

— Да так… Ничего…

Волка можно понять. Ведь глядя на ландшафт, можно предположить, что тут происходила битва, как минимум, с самим Неназываемым.

Глубокие кратеры… Много зеленого снега, который убирают мои, накачанные силой, кислотные слаймы. Эта местность сейчас ядовита для всего живого, и её нужно хорошенько почистить.

— Когда можно вернуть людей в крепость?

— Завтра… или лучше послезавтра, — не задумываясь, даю ответ. — Ты же сам чувствуешь, какой здесь сейчас воздух.

— Скверный… — принюхиваясь, отвечает он.

— Ты сам ответил на свой вопрос. Слаймы работают… Но им нужно время.

Действительно, такие битвы не проходят бесследно, и часто земля начинает принимать в себя Скверну, и даже распространять её. Мною же был придуман план, который после каждого портала Неназываемого начинает работать.

Я напитываю слаймов своей синей энергией и отправляю на зачистку. В это время воздушники чистят воздух, кислотники землю, а огненные сжигают даже то, что для кислотных вредно. Таким образом, мы боремся за экологию земли.

Мы с Волком еще постояли здесь немного, а затем пошли к порталу, чтобы вернуться домой. Что ж, в ближайшее время Гаргас не станет для нас проблемой. И новый портал уже так просто не открыть, ведь для этого нужно время.

Впрочем, есть у меня версия, что Кодекс выполнит мою просьбу, и тогда у одного, а может и двух мудаков, станет меньше времени. Намного меньше… Ведь метка на Гаргасе была удачно поставлена мной. А Кодекс должен был усилить её, чтобы она сияла даже через пространство.

Возможно, наконец-то мои братья смогут добраться до тайного схрона, где живет эта падаль, и навсегда очистят от его присутствия Вселенную. Завалить у меня его сил не хватило, так что, как говорится: «Помогу, чем могу». Работайте, братья!

Место, которого не существует

Тайная обитель Неназываемого

Темная, едва осязаемая человеческая фигура, виднелась вдалеке. Она постоянно меняла свою форму от колебаний настроения. И если бы его сейчас увидел обычный человек, то подумал бы, что это обычная тень. Однако, тенью это не было. Просто сущность потеряла много своих сил, и ещё не успела восстановиться. Поэтому не было нужной структуры тела.

— Как он мог подвести меня⁈ — вдруг заговорила тень. — КАК? Он ведь один из лучших.

— Прошу простить меня, господин, но я не знаю, — в страхе поклонился крылатый вестник. — Я пытался вам донести, что он не лучший вариант. Слишком самоуверенный и наглый, а бежал, как обычная вшивая собака.

— Он не должен был проиграть… Не должен был! — сущность была в ярости. — Я слишком много вложил в эту операцию, чтобы она так позорно провалилась. Ведь была задействована даже моя личная энергия. Неприкосновенная!

— Господин! Гаргас не впускает меня в свой Мир. Но мне удалось узнать, что он сейчас закрылся в своем главном убежище, и не подпускает к себе вообще никого.

— Мой Мир закрыт даже от меня? — от удивления фигура сущности пошла вразнос, и растянулась, в несколько раз став больше.

Это произвело к нескольким магическим взрывам пустых хранилищ энергии, из которых он забрал последние крохи. Конечно, у него были и другие, но он попросту не успел к ним подключиться.

Последнее время у него были одни расходы, и никакой прибыли. Возможно, любая другая сущность, которая находится в адеквате, давно бы уже бросила эту невыгодную затею с землей, но только не он… Неназываемый не умел отступать от своих целей, когда считал, что они могут быть достижимы.

А этот странный Мир — Земля, был для него лакомым кусочком. Он понимал, что любые затраты окупятся, после того, как он завладеет этим Миром.

— Даже от вас… — со страхом подтвердил Крылатый. — Он испуган! Мне сложно представить, что могло испугать его больше, чем… — на секунду он замялся.

— Больше, чем я? — продолжил за него Неназываемый.

— Верно!

— Охотники… — дала ответ сущность. — Много Охотников, но их там нет. Был только один, и тот слабый.

— Нам доподлинно еще неизвестно, что случилось во время их битвы. Вы сами знаете, что Кодекс следил за происходящим и прикрыл это место от нашего взора.

От слов про Кодекс Неназываемому стало не по себе. Он ненавидел его, но силу уважал и признавал. Ведь Кодекс — это то, чего опасаться не зазорно даже Богам.

— Гаргас подвел меня, — подытожила Божественная Сущность. — Он должен быть наказан. Его Мир отныне не принадлежит ему. Там будет новый наместник и, пожалуй, им станешь ты. Твоя задача будет продолжить дело Гаргаса, и не только по сбору энергии, а и в борьбе с Охотником. Ты не подведешь меня, как он?

— Не подведу! — на автомате выпалил Крылатый.

Правда, только потом до него стал доходить смысл сказанных слов. Он, как услышал про Мир, в котором станет наместником, так и выпал из реальности. А теперь, когда узнал, что и ему придется столкнуться с Охотником, то уже был не рад. С другой стороны, он мечтал об этом очень долго, и… Отказываться точно не будет.

Крылатый не будет действовать, как тот идиот. Он может все сделать чужими руками. Тот мир дает много энергии, и для переноса слабых существ у него будут возможности. Главное, с помощью хитрости ударить по самым уязвимым местам.

— Я лично сломаю защиту Гаргаса и проникну в тот Мир! Он будет казнен, после чего его Мир отойдет тебе.

— Благодарю вас! — упал на колени Крылатый.

Один взмах конечности, похожей на руку, и перед глазами сущности предстала армия. Великая и огромная армия, которая и пойдет с ним в мир Гаргаса, если тот решил сопротивляться.

Глядя на свою армию, он испытывал жалость. От того, что не мог их всех сейчас отправить на Землю. Слишком они сильны, и не получится сейчас открыть такие порталы. Вот они точно справились бы.

Но ничего… Прочность барьера в этом мире и так уже немного ослабла. Слишком много трещин там есть, и каждый раз все легче и легче отправлять туда новых слуг. Если бы, конечно, не Темная Богиня, которая сделала несколько дыр. Но за это она ответит… Точно ответит!

Мир Гаргаса

Убежище Наместника

— Вот так подарок мы получили… — покачал головой Старый Мак. — Ты согласен со мной, Виего?

— О да! — засмеялся длинноволосый мужчина, с причудливой шпагой в руках. — Наш брат умеет удивлять, даже тогда, когда находится не в самых лучших условиях.

— На то он и Великий! — по-доброму улыбнулся Мак. — Ладно, работаем дальше…

После этих слов он активировал одну из своих техник, и запустил её в небеса. Там появился огромный сигил силы Охотников, с которого вниз устремились магические стрелы, поражая всех врагов, которые имели отпечатки Скверны. А таких здесь было много. Очень, ведь этот мир был уже полностью захвачен.

Давно таких подарков не было у Ордена. Ведь Неназываемый, после захвата одного из Сердец Мира, умел скрывать их и закрывать от любого обнаружения. А сейчас вышло так, что даже через эту защиту пробился маяк, который и показал, где он находится. И, благодаря ему, Охотники могли проставить прямой портал. Каково же удивление всех было, когда они поняли, к кому этот маяк ведет, а еще — чей это дар.

Брат Сандр! То, что он столкнулся с Гаргасом и выжил, это радует… Значит, с его развитием там всё в полном порядке. Ведь Старый Мак сильно переживал и мучился по этому поводу. На судьбу Сандра сейчас выпало слишком много сильных противников, а ведь ему в новом Мире еще и сотни лет не исполнилось.

Но Орден помнит своего Великого Охотника, и помогает всем, чем может. Уже идут переговоры со многими другими Орденами… Также ведется война с Мидасами, которые зажрались, и с первого раза не поняли, что в тот Мир им ходу нет.

Даже было предложение о захвате всего Ордена Мидасов, и с их помощью вытащить Сандра оттуда лучом. Однако эта идея была откинута уже самим Маком. Он не знает, какая там обстановка. Если он всё правильно понимает, то у Сандра там сейчас своя жизнь, и не менее веселая, чем была в Ордене. Он же Охотник, и поэтому не умеет жить скучно. Значит, вытаскивать его, помимо его воли, не лучшая идея.

Еще есть сущности, которых тоже подключили к работе в этом направлении. А одна так сама вышла на них и сообщила, что Сандр жив, и у него всё хорошо. Большего сказать она не могла. Ну и ко всему прочему добавила, что сама подключается к войне с Мидасами. Братья долго смеялись, когда услышали, кого Сандр заставил воевать на своей стороне.

Впрочем, это и неудивительно. Сандр был тем человеком, который даже для таких людей, как Охотники, всегда делал самое невозможное.

Мак стоял на вершине уступа и наблюдал, как рушатся защитные периметры под натиском Ордена. Видел, как его сигил уничтожает противника, который находился в засаде, защищая подступы к крепости. А ведь он даже не в полную силу его напитал. Еще он не видел смысла вмешиваться в битву самому. Ведь все справляются и без него. Да и откровенно говоря, здесь не так уж много братьев из Ордена. Больше было Легионеров.

Почему-то старый Мак ожидал большего от Мира, в котором победила Скверна, и так тщательно его скрывала. Но уже как есть. Единственное, чего он сейчас ждал, так это возможности лично взглянуть в глаза Гаргасу. Предателю, которого он когда-то называл своим братом, и который не только предал и убил своих братьев, но и сумел предать сам Кодекс. Такого Старый Мак не мог простить никому, а потому стоял и готовился наказывать. Жестоко наказывать!

В какой-то момент его взгляд привлек магический всплеск, находящийся далеко за городом и крепостью. Он даже не стал смотреть, как вторая центурия Тринадцатого Легиона Галларии разносит мертвых падальщиков, которые являлись последним кругом защиты.

— Хм… А это интересно, — произнес Мак, чем заинтересовал остальных людей, которые стояли рядом.

— Подмога? — спросил Карион.

— Не похоже на то… — задумался Мак, глядя на эту аномалию. — Тот, кто пытается сюда пройти, он тоже пробивает барьер этого Мира, как сделали мы. Интересно, кто это?

Охотники, рангом от Магистров и выше, которые находились с Маком, прислушались к колебаниям этого мира. Это было нелегко сделать, ведь мир был, сам по себе, зараженным. В нём присутствовало много боли, и она глушила остальные колебания.

— Пойду и посмотрю, что там происходит. Чего гадать? — пожимает плечами Мак и начинает передвигаться в мерцании.

Его мерцание было настолько быстрым, что казалось, мол, этот человек пропадает из пространства, и вдруг появляется в новом месте. Передвигаясь в нем, Маку вдруг вспомнилось, как он когда-то учил этому трюку Сандра. Затем, оказавшись на месте, ему не потребовалось много времени, чтобы разобраться в ситуации.

— Да ну… Не может быть такого праздника! А я уже почти потерял надежду на хорошее веселье! — не веря тому, что видит, выговорил старик.

В следующий момент он схватил тончайшие портальные нити, которые пробивались в этот Мир из другого, и стал напитывать их уже своей силой, помогая разорвать им защиту.

— Идите к папочке! — весело улыбнулся Старый Мак, и его улыбка сейчас была похоже на улыбку ребенка, которому принесли неожиданный, но такой приятный подарок.

Защита была быстро подавлена, и перед ним возник колоссальных размеров ядовито-зеленый портал. Другим Охотникам не нужно было отдельное приглашение, они все уже оказались рядом с Маком, не веря своей удаче.

— Мне казалось, что я такого никогда не увижу, — удивленно произнес Римус. — Это же высший портал Скверны.

— Я сам за всю свою жизнь видел похожих всего несколько штук, — покачал головой Мак. — Не знаю, какой шанс, что сюда явится сам Неназываемый, но давайте, братья, мы спрячемся и посмотрим, что будет дальше. А то еще спугнём.

Секунда, и возле портала не осталось никого. Вообще! Каждый из Охотников удалился на безопасное расстояние, и залег в засаде.

И сделали они это очень вовремя, так как не прошло много времени, и через портал начала проходить армия Высшей оскверненной нежити. Той нежити, которая может гулять только по мирам высшего порядка или по личным захваченным мирам.

Долго эта вся нежить выходила, и никто ей не мешал. Глядя на них, старик был доволен. Лишить этого мудака такого количества высококлассных слуг уже достойно.

Однако что-то случилось в следующий момент. Сложно было описать словами Охотников. Ведь у них сейчас их не было… Они увидели, как в Мир проникает мрак через портал, и это был первый признак того, что сам властитель этой армии решил явиться лично.

Мак не стал спешить. Нет, он понимал всю важность ситуации, а также то, что уничтожить врага и в этот раз не получится. Он поймет, что здесь идут бои. Однако этот мрак… В нем находилась очень большая часть силы Неназываемого. Если его уничтожить и растворить, то он запомнит это надолго.

А потому, Мак дал новый клич в Орден. И если в первый раз сюда явились те, кто был поблизости, то теперь появятся практически все из их Ордена. А чтобы Неназываемый не втянул свой мрак обратно, он готовил для него сюрприз.

В один из моментов, когда его выдвижение в этот мир остановилось, Мак принялся действовать. Мощнейший купол стал падать с небес на портал, и происходило это так быстро, что никто даже не успел среагировать. Синяя «колба» накрыла его и отсекла мрак от своего владельца, и теперь у них было не так много времени, чтобы уничтожить его полностью.

Однако это не будет легко, ведь через купол все еще может проходить нежить. И несомненно Неназываемый станет посылать сюда всех, кого только можно. Потерять такую часть силы будет большим ударом по нему.

Правда, Мак именно на это и надеялся. Нет ничего лучше в этом мире, чем хорошая Охота!

* * *

Как же было хорошо вернуться домой. А как здорово было снова ощутить отклик от Кодекса! Это словами сложно передать. Такое ощущение, словно тебя обнимают руки, которых ты не видел так давно. Кодекс явился ко мне сам… Он не просто ответил на мой зов, а пришел первым.

Я тогда спал. Мне нужно было восстановить свои силы, и Анна в этом помогала, крепко обнимая меня. Хоть моё тело и было в полном порядке, но душу слегка контузило, как и перегрузило магические каналы. Довольно паршивое чувство, когда ты после каждой такой битвы потом несколько дней чувствуешь себя форменным инвалидом, который едва-едва может поднять руки. Но, в то же время, у тебя нет права на слабость. Ты Охотник, и жалость даже к самому себе не допустима. А во-вторых, ты барон Галактионов! Подданные на тебя смотрят, и ты не можешь их подвести.

Не то, чтобы мне хотелось этого, но когда тебя вдруг ведет в сторону, а ты, вместо того, чтобы контролировать свое тело, быстро ныряешь внутрь самого себя, и давай заделывать дыры, которые вдруг образовались. Это, конечно, печально. Однако, я вообще не об этом.

Сплю и никого не трогаю, а вот меня даже очень. Темная снова решила появиться, и явно намекала, что ждет похвалы за свое деяние. А я вот, блин, вообще ничего не мог ей сказать.

В этот раз она здорово помогла мне, хоть и помощь её была странной. Не знай я о Гаргасе, и не брось ему вызов, то увидел бы очень и очень нескоро его. Скорее всего, он действовал бы, как и остальные Эмиссары. Выбрал бы себе место жительства, и оттуда распространял Скверну. При этом постепенно искал возможности неожиданно подобраться ко мне.

Однако, мне такого «счастья» не нужно. Гаргас слишком умен и хитер, а еще он бывший Охотник. Не хочется ему льстить, но он, поскольку был Охотником, то умеет добиваться своих целей. Именно потому я пошел на такой риск, и вышел сейчас против него. Однако, это того стоило. Я стал сильнее, а он сбежал, и уже никогда не вернется. А еще, я подложил ему большого «поросенка» в виде метки-маяка. Очень хотелось верить, что он побежит прятаться прямиком к своему господину.

— Он ушел? — нахмурилась Темная, которая вывела меня из задумчивости.

— Он? — рассмеялся я. — Ты о Кодексе?

— Угу… — Темная кивнула.

— Глупая… — как-то уж слишком по-доброму я это произнес. — Кодекс всегда рядом, и никогда не покидал меня.

Настроение у меня было отличным. Ведь Темная не просто так притихла сейчас, и с опаской оглядывается по сторонам моей души.

Только что меня посетил Кодекс, и сообщил, что мой маяк помог Ордену. Впервые за долгое время им удалось отбить захваченный мир у Неназываемого. И не тот, который захватили совсем недавно, а старый, и очень нужный.

Я был доволен собой. Хоть Кодекс и не говорил, но когда ты получаешь от него сообщение, то ощущаешь его всей душой. А еще он сделал мне подарок, и это редкость, так сказать… Такого уровня, наверное, как героическая смерть Великого Охотника.

— Зачем Кодекс явился к тебе? — задала она еще один вопрос.

Кстати, было странно, что она не свалила сразу из моей души, а осталась. Ведь здесь ей опасно было находиться.

— Принес подарок…

— Подарок?

— Верно… — не стал скрывать этот факт от неё.

Эта новость явно заинтересовала Темную Богиню.

— А какой⁈

— Ооооо… — шикарный! — оскалился я. — Но большего не расскажу! Могу только сказать, что ты узнаешь о нем совсем скоро. Неназываемому он очень «понравится!»

И я не блефовал. Разрешение получено! Сандр, кажется, стал дважды Великим Охотником, и теперь мне очень хотелось бы поговорить со своими старейшинами. Хотя бы для того, чтобы понять, что я или кто… Теперь!

Глава 4

Где-то в Многомерной Вселенной

Принято считать, что боги — это высшие и самые совершенные существа Многомерной Вселенной, выше которых невозможно подняться ни по силе, ни по могуществу, ни по уму. Да, собственно, всё это так и есть. И сам Неназываемый был этому подтверждением.

Вот только Многомерная Вселенная имела одно неприятную… гхм… особенность. И имя ей было Баланс. Нет, не баланс между злом и добром, которых во Вселенной не существовало. Многомерная Вселенная признавала только силу. Так вот, именно баланс сил она и пыталась поддерживать каким-то неведомым для большинства её обитателей образом, в том числе и для Божественных Сущностей.

И имя им было — люди. Люди такие разные и абсолютно непредсказуемые. Одних можно было убивать миллионами и миллиардами, и они даже этого не заметят, а бывали одиночки, к которым даже сами Боги относятся с уважением.

Эти самые люди состоят в различных объединениях, образованиях, но самое большое скопление этих маленьких сволочей находится в Ордене Охотников. Да-да, непонятное творение Многомерной Вселенной, которое создало таинственный Кодекс, а уже вслед за ним набрало банду фанатиков — абсолютно безумных и отважных индивидов, каждый из которых при этом являлся личностью.

Единственное решение с ликвидацией этих беспредельщиков, это попытаться убить Охотника до тех пор, пока он не наберёт большую силу. Хотя, как показывали последние события, и это не конец. Совсем, сука, не конец!

Даже среди этих Охотников родилось несколько совершенно уникальных индивидов! Разница не в виде, разница в силе! Одиночки, которые дошли до самой грани. Они перешли в ранг королевской крови и присоединились к божественным судьбам, но по какой-то причине они этого не сделали — и всё ещё оставались людьми. Так вот, эти конкретные люди были самыми опасными. Благо, что было их не так много.

Одного из них Неназываемый, только что решил наказать. Был у него один бывший Охотник в соратниках. Да, это уже не был Охотник, в полном смысле этого слова. Ведь он «отключился» от Кодекса. Но, тем не менее, было это так для Неназываемого… почетно. Вчера этот самый неподчиняющийся индивид не только не выполнил приказ, так ещё и закрылся в своём мире, отсекая его от владений самого Неназываемого, и таким образом отсекая ту энергию, которая шла от него к нему.

Наглость должна быть наказана. Будь он трус или предатель, но он должен быть наказан, причём показательно, чтобы все остальные миньоны Неназываемого видели, что их господин в состоянии покарать всех тех, кто не то, что пошёл наперекор против него, а хотя бы не выполнил приказ.

Пришлось немножко попотеть, всё-таки Гаргас был сильным индивидом, но через Высший Портал Скверны можно пробиться практически в любой мир. Неназываемый и его войска пробились, а вот дальше… Дальше случилась катастрофа. В запертом мире Гаргаса оказались Охотники. Более того, сильнейший из них возглавлял их! Один из тех, кто отказался стать Богом. Старый Мак — таково было его человеческое прозвище. И, в отличие от Неназываемого, для Старого Мака вторжение Скверны не было сюрпризом. Он был старым и мудрым воином, и прекрасно понимал разницу в силе между человеком, хотя бы таким же сильным, как и он, и Высшей Сущностью, то есть Неназываемым. Это было ещё более удивительно, почему он не перешагнул на следующую ступень?

Поэтому Старый Мак сделал ровно то, что должен был сделать. Отрубил часть силы Неназываемого прежде, чем сам Бог зашёл в портал. При этом погибло множество воинов Неназываемого, причём воинов самого высшего порядка. Некоторые из погибших существ могли в одиночку захватывать Миры. Вот только не все они имели опыт сражения с Охотниками.

Этот мир… Ну, он удержался целостным совсем недолго, и лишь потому, что Охотникам было выгодно сохранить его в целости просто для того, чтобы им было, где сражаться.

Возмутилась сама Вселенская энергия. Сама твердь этого мира держалась исключительно на спрессованной энергии Охотников, что не давала ей расколоться. Потоки эфирного шторма бушевали со всех сторон. Звезда, что освещала этот мир, с фактически физическим криком боли отдавала свою энергию бойцам — отдавала резко, чтобы в скором времени потухнуть и уйти в небытие. Именно так и происходили бои на Высшем Плане. И то, что при этом пострадает, точнее, точно уже пострадала всего одна планетная система, это было ещё весьма необычно.

Что такое Бог или что такое Высшая Сущность? Это не одно несчастное человеческое тело. Это душа, необъятная душа и энергия, которая простирается очень далеко, в зависимости от силы, и может творить невероятное. Часть силы, перехваченная Охотниками, по факту всё ещё была своеобразным телом Неназываемого — куском, частью его тела, и частью очень важной. Она могла драться сама по себе, видоизменяясь, нанося удары и отвечая на удары.

Неназываемый, всё ещё находясь в своём мире, ревел от боли и ужаса, когда чувствовал, как деловито и безэмоционально, чётко разделив зоны ответственности, Охотники режут его Суть на мелкие части и уничтожают их поодиночке… безжалостно и окончательно. Единственное, что успел в ярости Неназываемый — закинуть вовнутрь портала мнущегося у входа крылатого Термиза с воплем:

— Разберись с ними!!!

Падший Ангел не смог ослушаться приказа своего господина и ринулся в бой. Тем более, что весь этот Мир был обещан ему! Вот только, он не понял, с кем имеет дело, ведь он был силён, тоже всего лишь за ступеньку от Бога. Новые миньоны Неназываемого ринулись в бой, и казалось, перелом в битве совсем близок. Вот только ехидная улыбка на губах у Старого Мака и его мгновенное перемещение, после которого Падший Ангел потерял свои крылья, и, кувыркаясь, полетел на землю, используя весь свой личный запас и большой кусок запаса заёмной энергии Неназываемого для одной единственной цели — не сдохнуть прямо «здесь и сейчас».

В этот же момент Старый Мак хлопнул в ладоши, и все тела Охотников засветились голубым светом, выдав последний, самый яростный импульс света, после которого ни одной части Неназываемого в том мире не осталось. Что уж говорить о его миньонах — от них не осталось даже пыли.

Неназываемый стонал. Он, похоже, впервые потерпел такое поражение, которого никогда не было на его памяти. Теряя сознание от боли, он вернулся в эфир и перерубил нить портала резко и бескомпромиссно, потеряв ещё больше энергии. Да, его мозг был охвачен лишь одной мыслью — не дай Вселенная, чтобы Охотники зашли к нему в логово. Хотя разумом он понимал, что для них — это очевидная смерть. У себя дома он растёр бы их в порошок и не поморщился, даже в таком состоянии. Но, что такое разум против вопящих чувств? Боги??? Они же все бывшие люди! Они тоже боятся…

Портал стремительно закрывался. И последнее, что слышал Неназываемый — это был хохот этого безумного Охотника:

— Слышишь, чмо крылатое⁈ Попробуй теперь полетай без своих крылышек! А тебя, тварь Неназываемая, я ещё поймаю. Во имя Кодекса!!!

Портал схлопнулся полностью.

Во имя Кодекса… Кодекс… Сраный Кодекс! Да кто же придумал тебя⁈

Последнее, что помнил Неназываемый, что он взмахнул рукой, перемещаясь в своё восстанавливающее пространство, где и запустил регенерацию на полную. Это был плохой день для Многомерной Вселенной. Во всех его мирах умирали многочисленные сущности, передавая господину свою энергию.

Этот раунд он проиграл. Проиграл вчистую. И даже не понял, как Охотники смогли проникнуть в этот Мир.

* * *

Я сидел на кухне и с упоением жевал блины, запивая их горячим чаем. И улыбался, как дурачок, глядя на своих жён.

— Ты какой-то странный, Саша, — нахмурилась Катя. — Ты чего на нас так смотришь?

— Возможно, это любовь, — макнул я щедро блин в большую плошку с густой домашней сметаной и откусил сразу половину.

— Возможно? — нахмурилась Катя, и от неё потекла тёмная аура.

— Да шучу я! — и чуть не подавился, вспомнив, что с беременными женщинами такие шутки шутить не стоит.

— Дурак ты, и шутки у тебя дурацкие, — сказала Аня, осторожно отпивая из маленькой чашечки кофе.

— Люблю вас без всякого «возможно», — сказал я.

— Вот это другое дело, — смилостивились обе девушки.

А я просто улыбался и жевал блины. Жизнь налаживалась. У меня даже в мыслях не было рассказывать Кате о том, что грозило ей и нашему будущему ребёнку. Не стоит нервировать беременных. Да и зачем жёнам знать такие вещи? Самое главное в хорошей семье, чтобы муж решал любые конфликты ещё до того, как они возникли. Тихо и аккуратно. И будет ему за это счастье.

Мне ещё предстояло освоиться с новым подарком Кодекса. Но я понял уже одно: наконец-то Кодекс обратил свой взор на этот мир. Уж слишком шикарный подгон я сделал братьям. Кодекс такое любит и ценит.

Практически отморозив задницу в арктической крепости, я добился желаемого. Когда я оттуда уходил, в пустой чаше вечного огня зажглась крохотная искорка Истинного Пламени Кодекса. Маленькая, дрожащая. Вот только если понимать, что представляет собой этот мир, то это огромный шаг вперёд. Если кому-то и удастся, помимо богов, пробить сюда путь, то это будет именно Кодекс. А всё это вместе означает лишь одно — что я действую правильно.

Вот только есть же ещё и Вселенная со своими невероятными и непонятными весами и «чувством справедливости». Мимо неё не проходит ничего. Она тоже должна заметить эту искру. И тут у меня возникает вопрос: искра Истинного Пламени — это противовесный камешек на весы иной силы или же наоборот? Теперь моя чаша весов находится ниже, и Вселенная сделает всё, чтобы уравновесить её, используя моих недругов. Судя по тому, что творится в этом мире, случиться может всё что угодно. Так что чего гадать-то, если будем действовать по обстоятельствам.

Я успел просмотреть почту и краткие выжимки из новостей, составленные умничкой Аней! И примерно понимал, что происходит в мире. А в мире, как обычно, была очередная большая жопа. Атланты вылезли наружу. И, несмотря на эпическое появление Бухича, судя по всему, продолжают то, что они там задумали. Да, их появление в этом мире пошло не совсем по плану. Но разведданные показывают, что это была лишь небольшая заминка.

Я ещё раз посмотрел на последнюю СМСку, полученную от моей боевой пары рокеров: «Александро, мы заходим внутрь. Тут весело». Я уже видел видеокадры, переданные нам бриттами с демонстрацией этого самого «веселья». Меня смущало одно — остров продолжал подниматься, и в данный момент по размеру уже напоминал какой-нибудь Мадагаскар. И кроме летательных средств оттуда начали появляться настоящие корабли.

Находящийся в момент его появления британский флот попытался проредить вражеские силы, но через некоторое время отступил, потеряв часть состава, на перегруппировку. Плохо было то, что если изначально бритты отправили свой флот в Тихий океан, к берегам Империи драконов, чтобы помочь нам, союзным войскам, задавить дракона в его конуре, то прямо сейчас, по-английски не попрощавшись, на всех парах пёрли в Атлантику.

И я их понимал, так по-человечески. Ведь Империя Драконов — далеко, а от всплывшего острова до берегов Великобритании рукой подать. Точно так же отреагировали все европейские государства — бросив все свои армии на Атлантическое побережье, откуда ожидали вторжения. Американцы тоже активизировались. Их бравые морпехи развернулись на сто восемьдесят градусов и рванули в сторону родного континента, дабы, в свою очередь, прикрыть западное побережье Американской Конфедерации. Их я тоже понимал.

Вот чего я не понимал, так это полного хаоса политической плоскости. Есть такая прекрасная поговорка, которая звучит: «Своя рубаха ближе к телу». И, чёрт побери, каждый раз я убеждаюсь в её правдивости.

Раздались вопли: «Мы вам помогли! Ну, точнее, попытались помочь. Пожалуйста, теперь помогите нам! Давайте, Северное Королевство, Российская Империя! Гоните свой флот в Атлантику! И свои подразделения в Европу! Будем защищаться от нового врага!»

Да, да, блин, от «нового врага»? А что сделать со старым? Подозреваю, что прямо сейчас Император-Дракон писается от восторга, когда ему стекаются доклады о том, что морская блокада рассеивается. Да, Северный Король верен своему слову, остался на позициях. Марк Аврелий также пока никуда не дёргается. Но сколько в этом от преданности, а сколько от того, что конкретные государства были далековато от нового острова Атлантов? Ну, я не знаю… И тот, и другой — мужчины правильные. Надеюсь, чести в них больше.

Но всё происходящее напоминало карточный домик. Почти заглохшие Эпицентры покинули многочисленные отряды Истребителей монстров вместе со своими группами поддержки из обычных, но очень опытных бойцов. Что-то мне подсказывает, что скоро случится следующий всплеск активности Эпицентров. И как бы мы не пожалели о том, что всё бросили на полпути. Но опять же, я не владыка мира, и не могу пользоваться всеми ресурсами человечества, как единым целым. А что я могу? А я могу решить, как я буду действовать сам, а для этого мне надо провести смотр войск, чтобы понять, какими ресурсами я владею. Именно этим я решил сегодня заняться.

Прямо после завтрака, чмокнув жён в щёчки, я вышел на крыльцо, где уже ждали мои суровые приближённые, которые сегодня организовали что-то вроде штаба, который должен провести ревизию, инвентаризацию, ну и сделать всякие другие умные слова, общей целью которых будет понять, куда же вся эта мощь будет направлена.

Чтобы не нервировать домашних, мы полетели на берег Байкала. И там уже, во дворе домика, с шашлыками, горячим грибным супчиком и свежей выпечкой, но, позвольте заметить, без грамма алкоголя, мы и устроили наш совет.

Итак, что Род Галактионовых может предложить этому миру? Ну, во-первых, самое главное — боевая единица. Я — барон Александр Галактионов, или, попросту, «имба, которая не контрится». Я, фиг знает, что означают эти слова. Это моя молодёжь так высказалась. Но идея понятна. Александр Галактионов — сердце своего Рода, без которого, и все это признавали, Род долго не продержится. В отличие от обычного сердца, я чертовски крепкий, и деваться никуда не собираюсь. Так что, поехали дальше.

Дальше по силе — моя пятёрка Паладинов. Да-да, уже пятёрка. Андросов решил все свои дела, получил благословение жены Светланы и отца Ивана Васильевича. Последние два он дня кряхтел в комнате, переваривая новые Печати. После чего Ратник сводил его на охоту за Душами: всё-таки сила приходит с опытом. А опыта у моей слаженной четвёрки было побольше, только у Андрея был потенциал повыше. И именно ему я прочил главенство в будущем в Ордене Паладинов. Никто особо не возражал, кроме самого Андрея, у которого всё ещё встречались его прошлые закидоны. Типа: «Я не достоин. Макс давно в этой теме, а Олег и Вася — вообще военные. Ну, а Коля — так вообще самородок». Да, я со всем этим был согласен. Но я напомнил ему, что он на время перешёл в мой Род. И теперь моё слово последнее.

В общем, эти пятеро Паладинов сейчас могли развалить небольшую страну. Ну, населённую, конечно же, мерзкими, нехорошими людьми или существами. Потому что, если эта страна населена хорошими людьми, то Паладинам делать такое — западло. А с другой стороны, я же не изверг какой, тоже понимаю, на кого их посылать.

Идём дальше. Первый легион Земли. Целых двести пятьдесят суперлюдей. Из них полностью укомплектованы Душами нужных тварей пока сотня, но это уже ого-го! Что такое двести пятьдесят людей по сравнению с миллиардами населения этого мира? Но я скажу так: если моя пятёрка Паладинов нападёт на маленькую, но очень гордую страну, а эту гипотетическую страну будет защищать Первый Легион, то хер у этой пятерки что-нибудь получится. Тем более, если во главе Легиона будет стоять Ратник, который по силе не уступает никому из Паладинов, а по опыту так и многократно превосходит.

Дальше мои «разломщики» и новый Абсолют Империи — Гриша Астахов. Две сотни Истребителей монстров. Большая часть всё ещё из них со мной на контракте. Но это объяснимо, Исты — ребята вольные. Хотя подозреваю, что это произошло просто из-за того, что они настолько плотно и давно со мной работают. Просто забыли, что они ещё не в Роду. Эти ребята стоят особняком, и я очень сильно не хочу использовать их против людей. Ведь это идеальные убийцы тварей. И я хочу, чтобы так всё и оставалось.

Дальше. С постоянным набором моя Гвардия поделилась на Ближнюю Гвардию и просто Гвардию. Общее командование Гвардией осуществлял Волк. После того, как он открыл в себе стихии, со своим наставником Волгомиром он может поспаринговать на равных. Ну, а «ближников» возглавил Дима Москаленко, который тоже получил, не будучи физически способным принять Колодец Душ, тем не менее от меня в подарок множество Печатей. Вот Ближняя Гвардия на Печатях и держалась. Их было полторы тысячи. И Макс задолбался ставить на них Печати. Опять же, если бы Паладины напали на очередную страну, в которой находилась моя Ближняя Дружина… ну, в общем, идею вы поняли.

Остальная моя гвардия, которая походила уже на маленькую армию, составляла пятнадцать тысяч человек, не считая техники. У пехоты было лучшее из доступного серийное снаряжение, и по экипировке они были приближены к лучшим штурмовым подразделениям этого мира. Если верить Волку (а не верить ему у меня причин не было), то у меня есть аналог двух бронетанковых и одного артиллерийского полка. Плюс по мелочи техника была раскидана среди штурмовиков.

Ну, и мои доблестные ВВС, что состояли из трёх дирижаблей, ожидали ввода в строй четвёртого Левиафана. Подозреваю, что меня уже слегка ненавидят в Северном Королевстве, потому что практически все новые «Валькирии» доставались не ВВС Северному Королевству, а мне. Благо, с лётчиками проблем не было. А Пожарский ходил грустный и раздражённый, потому что летать я ему практически запретил. Приказал ему навести порядок в вверенных ему войсках. Я не могу сказать, что мои ВВС были сильнее ВВС Империи, но скажу так, что в данном конкретном регионе это была реальная сила.

В общем, надо признать, что Род Галактионовых далеко обогнал по своей мощи все имперские Рода. При этом я всё ещё был бароном. Тут уже даже мои жены начали меня подкалывать. Но я оставался неумолим. Зачем мне эти титулы? Я согласен только на короля. А для этого у меня должно быть собственное Королевство. Это шутка, вообще-то. Хотя… Это не точно. В общем, всё посчитано, всё настроено, всё готово к бою, теперь можно и по розовенькой.

— Саш, — спросил у меня Волк после того, как уже разлил из запотевшей бутылки. — Ну так, в итоге, с чего начнём?

— С чего начнём? — хмыкнул я. — Начнём с наших, естественно. Своих не бросаем. Бурб до корней волос наш. К Бухичу тоже я как-то прикипел. — Так что первой у нас идёт операция «Спасти двух бухарей или Галактионов наносит ответный удар».

— Ну, зашибись, — сказал Волк. — Тогда за победу!

— За победу! — улыбнулся я и чокнулся.

Бухич и Бурбулис, где бы они там ни были, подождут ещё немножко. А на такие сложные операции, без нужной подготовки, никто не ходит.

Я окинул взглядом накрытую поляну, посчитал количество бутылок и улыбнулся. Самое-то для подготовки…

Глава 5

Что, вообще, я знаю о Атлантах? Вот если подумать, то много всего, но в то же самое время практически ничего. Бухич немного мне о них рассказывал… Но если, поточнее, то ничего конкретного. Поэтому, всё, что я знаю, это всего лишь догадки. Хотя, я кое-что помню об атлантских мудрецах из Мира Цецерия и о легендарном атлантическом драконе. Да, ещё я знаю несколько Орденов, в которых присутствовало слово Атлант или Атлантис.

Даже мир такой есть, как Атлантидум. Так что, пожалуй, я много чего знаю… Но, в этом данном случае, остается лишь тяжело вздыхать.

Но даже так, дело нужно делать. И если двое моих… ну, почти моих, людей оказались сейчас на территории Атлантов и до сих пор не подали весточки, то я могу лишь предположить, что дела у них хреновые. А потому нужно идти им на помощь.

Правда, выручать буду не только их, но и остальных тоже. Все же мне постоянно поступают сводки о количестве уничтоженных кораблей, которые пытаются взять этот остров в осаду. Из минусов — там нет конкретики, вообще никакой. Как и чем их уничтожают. Одни говорят, что там неведомые летающие объекты, от которых удалось отбиться лишь с большим ущербом для флагмана. Другие судачат, что их хваленая артефактная защита была мгновенно схлопнута мощным лазером.

Правда, там дрейфовал один кораблик, под названием «Адмирал Пушкин», который назван, кстати, не в честь Александра Сергеевича, а одного адмирала из древности, что, по чистой случайности, был однофамильцем нашего Пушкина. Так вот, пришло сообщение, что корабли, находящиеся вокруг него, кто-то успешно подрывал из глубин. Словно кто-то или что-то минировал их борта. А когда они принялись сбрасывать свои мины в воду, чтобы защититься, произошло множество взрывов, но, увы, никто не всплыл на поверхность.

У авиации там дела тоже, не сказать, что хорошо, но помимо этого, и остров не сказать, что хорошо себя чувствовал. Там были свои проблемы. Ведь авиация человеческих государств не зевала и насыпала им неплохо.

Самое паршивое из всего этого, что там совсем не работают камеры. Вот честно я не понимаю такого юмора, от слова совсем. Навигация работает, электричество тоже, а камеры — нет! Словно кто-то вливает в защиту огромные силы и энергии, чтобы как можно дольше оставаться в тайне.

— Мы скоро приблизимся к опасной зоне, — подошел ко мне со спины Волк. — Будут пожелания?

— Будут, — улыбаюсь и задумываюсь. — Не дрейфи… Пока я с вами, всё будет хорошо.

Волк слабо улыбнулся, но все еще был напряжён.

— Ты что, вообще не волнуешься? Мы ведь даже не понимаем, с чем или с кем имеем сейчас дело.

— А зачем мне переживать? Я построил лучший в Империи дирижабль. В нем столько артефактов, что если вдруг он рванет, то возникнет новый разломный эпицентр. Мои люди лучшие из лучших, и ими командует мой хороший друг, который меня еще ни разу не подводил. Так зачем мне переживать? — спросил я, глядя ему в глаза.

— Я не подведу! — серьезно кивнул он.

После нашего короткого диалога Волчара ушел раздавать последние команды перед возможным боем. А я же продолжил стоять на носу дирижабля и смотреть вниз. Не знаю, что я там хотел увидеть, но пока мне это не удавалось. Да и Шнырька каждые пять минут докладывал мне, что все в порядке, и он ничего подозрительного не обнаружил. Однако, я чувствовал, что не все так хорошо, как может показаться. Это может прозвучать глупо, но мне кажется, что воздух здесь какой-то странный. В магическом зрении я ничего не ощущаю, но… Странное чувство, словно я уже чувствовал раньше нечто подобное. Но вот хоть убейте меня, снова я не могу вспомнить… И это мне совсем не нравилось.

— Снизу находится флот Американской Конфедерации! — доложил мне Москаленко, который специально прибежал сюда.

— Знаю… Свяжитесь с ними! — даю ему команду.

Блин, а чего он бегает, если у меня рация есть?

— По какому поводу? — уточнил Москаленко.

— Узнайте у них, почему они сейчас развернуты жопой к острову. Точнее этой… кормой, да. Но, выглядит как будто жопой…

Несколько минут понадобилось моим людям на то, чтобы выйти на связь и все узнать. Оказалось — эта флотилия из тридцати кораблей, которую мы сейчас видим, это все, что осталось от ударного флота из почти сотни кораблей. И они не просто развернуты кормой, а на всех парах уплывают отсюда. Мол, операция не удалась, а нам только удачи пожелали. Союзнички, блин… Даже не сказали, что нас там ждет. Или что их там перебило… Но ладно, плевать!

Я направился в главную рубку.

— Включайте полный ход! Хватит ползти, врываемся на всех парах.

Мой приказ был незамедлительно исполнен. Обученный персонал принялся за дело, и «Легенда Галактионовых» стала набирать ход. Мы быстро приблизились к тому месту, где дымился флот Конфедерации, и уже можно понять, что их уничтожило. Битва здесь происходила знатная, и не сказать, что они были слабыми. Тут, скорее, было численное превосходство врагов. Ведь вся водная гладь была усеяна непонятными самолетами, которые я еще не видел в этом мире — они были похожи на бумеранги из золотистого сплава.

Шнырька метнулся, по моему приказу, к воде, и принялся доставать оттуда разные части этих летающих аппаратов для того, чтобы мои ученые смогли внимательно исследовать их.

— Господин! Сенсоры показывают, что в воде есть люди, — сообщил мне один из гвардейцев. — Пройдем мимо или будем спасать?

Хм… Не успели всех эвакуировать? Это плохо.

— Спасать! Пошлите два десятка «Буревестников», — недолго думая, отдаю приказ.

Не в моих принципах проходить мимо несчастных утопающих.

А «Буревестников» выбрал по той причине, что они были далеко не беззащитны.

— Сбавить ход! — обращаюсь я к Волку. — Спасем этих, и тогда пойдем дальше.

— Их там примерно сотни две… Придется задержаться надолго, — сообщает мне Потапов. — Тогда незаметно к острову мы не подберемся.

— Мы, в любом случае, этого не сделаем, — позволяю себе легкую улыбку. — За нами уже следят.

Волк нахмурился.

— Но наши сенсоры не нашли противника.

— И не найдут… Однако, ты знаешь, кто тебе поможет, — а теперь я улыбаюсь ещё шире.

В следующий момент даю задание Шнырьке, и он показывает Волку картинки. Потапов зависает на секунд тридцать, а после этого бледнеет.

— Твою мать… — тихо говорит он и, кажется, даже перестает дышать.

— Не ссы… Своим дыханием ты их не спровоцируешь.

Однако Волк меня уже не слышит. Он понимает, что враг сейчас наблюдает за нами, а мы даже не видим его, ведь он спрятался за облаками.

Кстати, я понял, что мне так не нравилось. Облака, сука, были не настоящие. Их производят, вероятно, эти летательные аппараты. Идеальная маскировка, так сказать.

Поэтому Шнырька сейчас вытаскивает все, что только можно, из воды. Тоже хочу себе такую технологию. И главное, приятно было на мелкого смотреть. Он за последнее время здорово окреп. И уже может сам, без моей подпитки, спускаться на такое расстояние и возвращаться не пустым. Конечно, целый самолетик он не вытащит, но… В таком случае, я могу помочь ему, если он найдет такой.

Кстати, про эти самолетики… На самом деле, они не являются самолетами. Уже сейчас, после разведки Шнырьки, я могу спокойно сказать, что они имеют схожесть с дронами, вот только начинка слишком специфическая, что наталкивает меня на разные мысли. И я понимаю, почему они так сильно не хотят никого пропускать.

Если я прав, то Землю можно назвать самым невезучим местом в этой Вселенной. Чего же всех так и тянет сюда? Правда, здесь слегка может быть другая ситуация. Сущности могут быть ни при чем, но, пожалуй, я придержу свои догадки при себе.

— Готовьтесь! Они уже устали наблюдать, — сообщаю своим гвардейцам, и накидываю на себя доспех.

За мной повторили и другие, а еще была объявлена тревога, и «Легенда» перешла в полный боевой режим.

Интересная ситуация сейчас будет. Кто окажется крепче, и чей характер будет напористее… «Легенда Галактионовых» и мой Род? Или тысяча «бумерангов»?

Щиты дирижабля были врублены уже давно, и первые снаряды не нанесли нам особого ущерба. Зато бортовые турели стали косить приличное количество врагов.

— Твою мать! Сколько же их? — выругался кто-то из бойцов. — Врубить лучевую пушку! — отдает он команду экипажу этой самой пушки.

А ведь они ещё не видят основную массу бумерангов. А так только те, посланные в первую волну.

Эта пушка является прототипом оружия, которое разработал Крендель и Арнаутский… Шесть стволов, из которых вылетают хаотичные нити энергии. И они может прожигать целые корабли. А самая интересная вещь, что снаряды у них в виде тонких паутинок, которые сорвал ветер. Выглядят смешно, а разрушения от них страшные.

Тем временем дирижабль стало нехило трясти от того, что со всех сторон защитные экраны принимают на себя атаки врага. При этом, на воде плавает уже столько сбитой техники, что Шнырька реально устал, и даже просит у меня энергии. Я не стал спорить, и подкинул ему.

— Противник направляет дроны на наши «Буревестники»! — поступила новая информация.

— Не страшно, — улыбаюсь. — Они смогут сами о себе позаботиться.

У этих «Буревестников» такой запас желеек, что их хрен чем-нибудь пробьешь, а еще есть оружие. Как я понял за последних полчаса битвы, эти дроны были чем-то вроде расходного материала. Они явно наклепали их много и быстро. В противном случае, им пришлось бы копить такие количества не меньше нескольких десятков, а то и сотен лет.

Хочу ли я себе такие? Конечно, хочу! И, пожалуй, пришло время получить одну из них.

Битва сейчас в самом разгаре, а я уже собрал достаточно полезной информации. Шнырька всё уже проверил, и потому я могу действовать. Выхожу спокойно на палубу и призываю туда шесть десятков разломных летающих филинов с очень крепкой кожей, которую, фиг, пробить легко. А еще они настолько огромные, что вдруг здесь стало сразу тесно.

— Снимите экраны с восточной стороны в шести квадратах! — командую в рацию.

Как только их сняли, мои птички рванули через образовавшуюся щель. А когда пролетел последний филин, защита снова активировалась. Что примечательно, эти дроны тоже рванули сюда. А это значит, что операторы, которые руководят и следят за битвой, достаточно шустрые, и ничего не упускают из виду. Ну, практически ничего.

Дальше я мысленно отдаю приказы своим птичкам и наблюдаю за тем, как они начинают охоту за нужными мне бумерангами. Не у всех филинов получилось прожить достаточно долго, и тем более захватить цель без повреждений. Но даже так… У трех птичек это вполне удачно получилось, и они сейчас летят сюда.

— Прикрыть филинов! — даю новую команду, а бортовые турели и пушки разворачиваются в нужную сторону.

Дальше все было просто. Экраны были сняты почти в том самом месте, только немного выше. Дроны, кстати, при подлете птичек, стали атаковать то место, которое я открывал раньше. Интеллект там присутствует, это точно… Возможно, они специально дали возможность им долететь в надежде повредить дирижабль. Да только слишком наивные они… Ничего не будет моей «Легенде» от нескольких сотен попаданий.

— Свободны! — подхожу к филинам и разрешаю им уйти на перерождение.

Они тут же развеялись, а у нас на палубе теперь лежат целехонькие бумеранги.

— Команду техников ко мне! — снова обращаюсь в рубку по рации. — И пусть возьмут с собой генераторы помех.

Генераторы помех не дадут этим дронам внезапно ожить у меня в трюме. А сейчас весь эфир был забит воплями радости. Ведь все видели, как я беру трофеи, и уже наверное предполагают, как мы будем такие же дома производить.

Наш враг сейчас в полном недоумении, и я даже знаю, почему. Шнырька провел хорошую разведку и принес информацию, что эти дроны бывают двух типов. Первый — это обычный, а второй с бомбой. Полагаю, они могут работать, как камикадзе, что специально снижает шанс, что их захватят.

— Сань… А они не рванут? — подошел ко мне Волчара, вместе с Москаленко.

— Они? Уже нет!

Я выбрал именно такие, у которых была взрывчатка, по двум причинам. Первая — это сам враг дал возможность их забрать, рассчитывая нас потом подорвать. А вторая… Возможно, они более новые или секретные, раз тут есть система «антиплен».

Благо, Шнырька не только хороший разведчик, но и вандал. Он вырвал те бомбы и сбросил их в море. И теперь у нас практически целые самолетики, возле которых уже бегают мои люди. Кто-то просто пришел посмотреть, а остальные — это технари.

Битва продолжалась… Мне, то и дело, приходила информация из рубки, что уничтожено больше двух тысяч целей, и осталось еще меньше тысячи. Люди радуются, думая, что это конец. Вот только это далеко не так. На самом деле, это только начало.

— Как вы тут? — спросил я, заходя в рубку.

— А знаешь, — улыбнулся Волк, — вроде неплохо, защита показала себя хорошо. Разве что расход боеприпасов большой. Но мы почти победили. Однако меня не отпускает чувство, что это еще не конец.

— Конец? — усмехнулся я. — Кто сказал, что это так? Нет, мой друг! Это только начало… Они провели разведку боем, и скоро сделают ответный шаг. Организация и те, кто за ней стоит, очень не любят делиться своими секретами. А мы только что украли у них секретную технологию. Уверяю тебя… Нас отсюда живыми уже не отпустят.

Волк тяжело вздохнул.

— Приготовиться к длительному сражению! — отдал он приказ. — Сразу вскрывайте цинки с боеприпасами и заряжайте ленты. Если нужно, то делайте это вручную.

Ого… Волка проняло. А ведь у нас есть специальные машины, которые заряжают ленты. Однако он решил ускорить этот процесс.

Кстати, мои «Буревестники» не смогли вернуться на борт. Враг облепил их, как мошкара человека в глухих таежных лесах. Поэтому они сейчас ушли под воду, и там ждут своего шанса вернуться. Нет, они не утонули. Просто нырнули глубоко, есть у них такая функция.

Я ждал нормального нападения с минуты на минуту, но ничего не происходило. Бумерангов было не так много, а оставшиеся уже не имели в себе достаточно энергии на мощные атаки. Да, они тоже были разных типов, и находились даже те, что выпускали ракеты. Все они сейчас просто кружили вокруг нас, словно пытаясь отвлечь наше внимание.

Очень не понравилось мне, что мой сканер не отрабатывает, как нужно. В такие моменты можно надеяться только на Шнырьку.

— Господин… У нас тут… Проблемы… — обратился ко мне молодой парень у монитора.

Хм… А я помню его, его зовут Виктор, и он выпускник Игнатовской академии. У него практически нет Дара, и он даже не может подтянуться и десять раз, а оттого в бою бесполезен. Однако в нашем Роду каждый человек может быть полезным, и он нашел свое место. Кто бы мог подумать, но он сейчас отдает приказы даже моим гвардейцам из молодняка. Парень оказался толковым программистом.

Хоть убейте, но в этом я точно ничего не понимаю. Но как сказала мне Анна, за ними будущее.

Я о парне рассказал Волку, только слегка добавил от себя. За ними будущее… и добавил слово… военных технологий. Волку сразу же понравился этот парень, ну, из-за его способностей. А до этого он категорически отзывался о гражданских на поле боя. Ведь у нас, по факту, даже техники проходили боевую подготовку.

— Слушаю тебя, Виктор! — назвал его по имени, и парень явно удивился такому.

— Господин! Нас сейчас взламывают!

— Нас? — выпучил я глаза от такого. — Это хреново, да?

Что такое взламывают, я знал. На такой случай, у нас есть запасной пульт управления, который не связан с главной системой, и его защиту нельзя обойти. Из минусов… Он старый, хоть и является секретной разработкой, а потому медленный. С ним эффективность «Легенды» упадет процентов на пятьдесят.

— Кажется, не очень… — задумчиво ответил парень, быстро бегая пальцами по клавиатуре.

— Переходим на резервное управление? — спросил у него прямо.

— Я не уверен… Они не могут вскрыть всю мою защиту. Однако, один узел уже обошли. Я облажался… — застонал парень. — Сейчас узнаю, до чего они уже добрались.

Почему-то я застыл весь во внимании. Конечно, я понимал, что у нас все продумано. Однако… Вот не думал, что встретимся так быстро с кем-то, кто имеет далеко ушедшие вперед технологии. Таких, кажется, безопасно только на грифонах атаковать, но явно недалеко продвинешься. Нужно будет побольше поработать над этим моментом, и набрать себе штаб по защите…

— НАШЕЛ!!! — закричал он, срываясь со своего места.

Удивительно, как одного паренька нервно ждет весь руководящий состав.

— Говори!

— Они добрались только до нашей связи. Не стоит сейчас пользоваться ею… Она вся на прослушке!

— Хм… Понял! — кивнул ему.

Понял не только я… Но и остальные сразу отключили рации, а гонцы тут же побежали раздавать остальным команды выключить свои. На такой случай у нас хватит бойцов-посыльных. А еще есть Шнырька.

— Звонки тоже все отслеживаются, а еще они не знают, что я обнаружил их. Могу приступить к устранению проблемы? — спросил Виктор у меня.

А я задумался.

— Подожди… — подошел к нему поближе и поставил свою руку на плечо. — Скажи мне вот что… Если я сейчас, скажем, наберу Императрицу, то все происходящее они увидят?

— Да…

— Отлично! — в голову мне пришел безумный план. — Срочно свяжись с Её Величеством!

Мои люди еще не поняли, что я хочу сделать, но это и неважно.

— Стойте с серьезными лицами и делайте вид, что ужасно напряжены. Никаких улыбок, и все, что сейчас будет происходить, это только спектакль.

Связался он быстро, и вот на большом экране я видел Лизу. Она сидела в своем кабинете и смотрела на меня с очень суровым выражением лица.

Еще бы… Ведь я сказал ей, куда лечу, только тогда, когда был практически на месте. Вот она и психует, что снова все узнала последней.

— Ваше Императорское Величество! — начал я. — Ваш покорный слуга уже практически у цели. Враг оказался слабее, чем мы думали, и первая линия обороны прорвана. Если все пойдет так и дальше, то мы уничтожит этот проклятый остров с помощью того оружия, которые вы нами дали! — с каждым сказанным мной словом выражение лица у Лизы менялось. Она в душе не понимала, что происходит, но открывать рот не спешила. — Я не знаю, вернемся ли мы… А потому я хочу, чтобы вы помнили о своем обещании, и сохранили мой Род! А также знали, что Галактионовы всегда выполняют свои обязательства, и ваш приказ по уничтожению острова тоже будет исполнен! Оружие последнего удара будет активировано! — И последний штрих — Лиз… Прости, если что-то не так… Надеюсь, у тебя все будет хорошо… И позаботься о девочках…

Вот и все! Я сделал свой шаг. Теперь самое напряженный момент, а именно — ответ Лизы.

Мне кажется, ее чуть два раза инфаркт не словил, пока я говорил, но выражение лица у нее было каменным. Тот, кто хорошо её не знает, и не скажет, что у нее в душе бушует огонь.

Наконец он кивнула.

— Ваш подвиг не будет забыт, Александр! Жаль, что вы не приняли мое предложение стать новым Императором и моим мужем!

— Прощай… — тихо ответил я, и… оборвал связь.

В рубке стояла гнетущая тишина. Моя гвардия не знала, что сказать. Они вроде и знают, что это просто спектакль. Однако, кто его знает… Возможно, они только что стали свидетелями одного романа.

— Готовьтесь… — с улыбкой на губах говорю я, и сам собираю свою энергию для следующих призывов.

— К чему? — спокойно спрашивает Волк.

— Показать?

Волк согласно кивает, и Шнырька ему показывает.

— Твою мать! — только и выдыхает он, а затем поворачивается ко мне. — Может, и не зря ты попрощался.

— Да не… — отмахиваюсь от него. — Прорвемся! Зато теперь мы не будем ждать, когда же он нападет.

— Эх… — вздыхает Москаленко, которому Шнырька тоже показал.

— ВСЕ К ОРУДИЯМ!!! ПРИГОТОВИТЬСЯ!!! ЭТО БУДЕТ ЭПИЧЕСКАЯ СХВАТКА, КОТОРАЯ ПОПАДЕТ В ИСТОРИЮ!!! — громко закричал я в микрофон общей связи, отчего мой голос прозвучал из каждого динамика на дирижабле.

И я не врал… Один дирижабль против… а впрочем, неважно… Мне даже лень перечислять всех тех, кто сейчас движется к нам. Как оказалось, бумеранги далеко не самое страшное, что у них было.

А в следующий момент в нас прилетает огромный и быстрый красный луч, который сносит целых тридцать процентов щитов, и отбрасывает наше судно на метров двадцать в сторону.

Зря… Теперь я вижу, чем они это делают. И больше не будут. Ведь за ними уже вылетели…

Глава 6

Пока еще остров Атлантида

Атлантический океан

— Гнида! Тварь! Да сдохни же ты уже!!!

— Так его, Бухич, гаси козла!!!

— Ваше Императорское Величество? — бывший княжич Андросов, а ныне молодой глава Ордена Паладинов, застыл в шлюзовом проходе, еле сдерживая рвущийся из руки белый луч, которым он только что уничтожил живую силу атлантов.

Ну, как живую… Андрей Андросов видел такое впервые: это были киборги. Металлические тела, вмещающие человеческий мозг, который постоянно вопил от боли, но тем не менее сражался, и сражался эффективно.

У Андросова, как у Лекаря, чувствующего не только физическую, но и психологическую боль людей, голова разрывалась от сожаления и печали о страдающих. Но это не мешало ему уничтожать врага — он принял для себя, что таким образом сможет избавить несчастных от мучений.

Пятёрка Паладинов была отправлена его другом, а в настоящий момент господином Александром Галактионовым, через теневой туннель. Это было приключение, которое обычная человеческая плоть точно не смогла бы выдержать. Но они уже не были в полном смысле людьми — они стали Паладинами, святыми воинами Добра, предназначенными для уничтожения Зла.

Александр владел невероятными способностями. Он очень точно перенёс их пятерку к огромному оранжевому кристаллу, через который фокусировался тот самый «луч смерти», который разрезал боевые корабли и сбивал дирижабли.

Кристалл они взорвали, когда из всех щелей полезли те самые киборги. Но у Паладинов было чем их встретить. Собравшись в ударный кулак, они шли по компасу, что дал им Александр. Ещё один неизвестный артефакт, который показывал людей, давших клятву Роду Галактионовых.

На этом компасе была видна «точка» Бурбулиса. Бывшего Императора Михаила, к странному прозвищу которого Андрей всё ещё не мог привыкнуть — «Бухич», не было видно. Так как клятву Роду он не давал, но, по факту, считался приближённым. Эти два товарища всегда ходили, как крабы, парами, так что, где один — там и другой.

Паладины спускались всё ниже и ниже, и, к слову, сделать это было всё труднее. Модификации киборгов менялись — появлялись новые уродцы, те, у которых было два, три, а то и четыре человеческих мозга, отвечающих за многочисленные конечности и оружие. Складывалось впечатление, что прямо сейчас происходит экстренное пробуждение этих «недомашин» с человеческим мозгом, и что самые сильные враги находятся ниже.

Почему Андрей подумал про «экстренное»? Ну, потому что наблюдательные ветераны Олег и Василий, не раз, и не два, заметили, что эти вражеские войска не до конца укомплектованы.

Кое-кто кидался в бой с голыми руками. Потрясающая сила, ловкость и манёвренность были для обычного человека смертельными. Вот только артефактная лучевая винтовка, которая прожигала десятисантиметровый слой брони, стреляя мгновенно, приносила гораздо больше проблем. Но укомплектован ей был, в лучшем случае, один из десяти. Вот и складывалось ощущение, что врагов пробуждали и сразу кидали в бой. А оружейная находилась где-то в другом месте. Что ж, это было на руку, тем более, что точка на компасе становилась всё ближе и ближе.

И вот, наконец, пятёрка Паладинов забежала в большое помещение — нечто вроде центра управления, в котором валялось несколько трупов, вполне себе человеческих. Бурбулис сидел на кресле и тянул розовую жидкость из фляги, а Бухич двумя ногами прыгал на теле человека, который всё ещё не хотел умирать.

— О! — повернулся к ним Бурбулис и отсалютовал. — Подмога пришла, подкрепление прислали! Самое время, а то мы здесь немного заблудились.

— Х-х-ха! Сдох!!!

Император Михаил вытер рукавом пот со лба.

— Ну, немножко неправильно говорить, что заблудились. Скажем так, мы немного… — он на секунду задумался, подыскивая слово.

— Ну, заблудились же… Чего уж стесняться, дружище! Хрен бы мы отсюда сами вышли, — «поддержал» друга Бурб.

— Да не, вышли бы, но позже, — продолжил спорить с ним бывший Император. Ему, судя по всему, было неудобно. — Приветствую, Андрей! — кивнул он Андросову, наконец обратив на него внимание. — И вам, парни, привет! Какие планы?

— Ну… — Андрей пожал плечами, недоумённо оглядывая своих ребят. — Александр сказал пойти и всех убить, а потом найти вас. Или сначала найти вас, а потом всех убить. Я не понял до конца. Так, Макс? — он обратился к Самохвалову, который тут же засмеялся.

— Примерно так, да. Только со «всех убить» возникли некоторые сложности. К примеру, я уже почти пустой. А мы и половины этажей, судя по всему, не прошли.

— Так и есть, — кивнул Бухич. — Тут нужна тяжёлая артиллерия. Эти уроды так просто не сдадутся.

— А кто эти люди? — поинтересовался Андрей, кивнув на мёртвые тела.

— А это и есть те самые Атланты, — ответил бывший Император, пнув ногой труп. — Козлы, которые обвили своей сетью весь мир и решили, что они — цари и боги. Про Организацию слышал?

— Ну, кто ж не слышал? — пожал плечами Андросов.

— Это их работа, скажем так. Агентурная сеть.

— А сами они кто? — спросил Андрей, и тут Бухич на секунду смутился.

— Хороший вопрос. Дело в том, что я впервые у них в гостях, — задумчиво сказал он. — Да, я с ними немного контактировал, и примерно понимаю их цели, но не думал, что всё будет настолько кардинально.

Тут уже улыбнулся Андросов:

— При всём уважении, Ваше…

— Так, стоп! — прервал его Бухич. — Хватит этих «ваших»… Называй меня Бухичем.

— Может, Михаил? — попытался ещё раз Андросов.

— Нет, Михаил умер, — хмыкнул он. — Бухич в самый раз.

— Хорошо… Бухич, — согласился Андрей. — Извините за нескромный вопрос, но зачем вы всё это затеяли? Я видел видео и видел ваш эпичный приход.

— Ну так, а чё они? — махнул рукой на трупы бывший Император Михаил.

Сзади заржал Самохвалов:

— Действительно, а чё они?

Андрей тоже не выдержал и улыбнулся. Ему, воспитанному в строгих правилах дворянских устоев, было немного дико поначалу находиться рядом с Галактионовым, его друзьями и подчинёнными. Но от Александра шла настолько задорная волна силы и беззаботности, что рано или поздно все заражались этой болезнью. Слабоумие и отвага. Многие считали, что это должно стать девизом Галактионовской гвардии. Вот только Аня была против. Она всё ещё пыталась держать Род в рамках приличия.

— Да и вообще… — начал Бухич, и на секундочку прислушался. — Вы чувствуете? — спросил он.

И тут уже напряглись все. Возмущение эфира было настолько сильным, что это почувствовали даже через стены, несмотря на то, что его эпицентр находился глубоко-глубоко внизу, до которого ещё было несколько километров. Там ворочалось и просыпалось что-то большое и древнее.

— ВАЛИТЕ ОТТУДА НЕМЕДЛЕННО!!! — раздался голос Галактионова у всех в головах.

Мгновенно перед глазами появился теневой портал, из которого выскочил верный друг и соратник Александра — Шнырька. Обычно милый и весёлый зверёк, сейчас выглядел очень странно. Он был взъерошенный и встревоженный, а его четыре глаза горели непонятным возбуждением, с лёгкой примесью страха.

— Шука-шабака! — заорал он. — Ш-ш-шрош-ш-шная эвакуация! — он замахал лапками в сторону портала.

— Стоять! — это был снова голос Саши. — Захватите, что можно для изучения.

Странный посыл, который первыми поняли, «старые» Паладины. Ребята привыкли к характеру их вождя, поэтому через мгновение в портал полетели убитые киборги, которые валялись рядом.

Бухич вырвал две панели компьютера и бросил туда. Ну, а Бурбулис взмахнул своей шпагой и отрубил висящий в воздухе оранжевый шар какой-то энергии, и тоже швырнул внутрь. После этого все уже ломанулись сами.

Два раза повторять не нужно было, сила, которую они чувствовали, довольно быстро поднималась вверх. Хлопок — и они уже на борту дирижабля «Гордость Галактионовых».

— Шука-шабака! — это был уже не Шнырька, а Александр, который сейчас со вздохом падал в кресло командира дирижабля. Из носа у него текла кровь, а сам он был какой-то неестественно бледный.

— Саша, что с тобой? — Андросов мгновенно вырубил свою ауру и бросился к другу. Подключившись к нему, он понял, что тело здесь ни причём. Более того, казалось, что Галактионов умудрился почти полностью исчерпать свой магический резерв, видимо, проставляя портал, что категорически запрещалось делать. В девяносто девяти процентов случаев это приводило к смерти. Но Саша на умирающего не был похож. А вот на сильно… гхм… задолбанного — это точно.

Галактионов застонал и кивнул головой.

— Только не говорите мне, что сейчас над островом стоит оранжевый светящийся купол.

Все разом посмотрели в иллюминаторы.

— Гхм… — нахмурился Бурбулис, который добрался к нему первым. — Александро, а как ты об этом узнал?

— Твою мать! — выдавил из себя Галактионов. — Собирайте «Буревестники», собирайте плавающих американцев. Никуда не торопитесь, времени у нас вагон, а я немного вздремну.

— Но Атланты… — кивнул Андросов в сторону окна.

— Атланты никуда не денутся, — покачал головой Саша. — В ближайшее время оттуда никто не выйдет, как, впрочем, и не войдёт.

Он широко зевнул, и тут же, закрыв глаза, захрапел в командирском кресле.

* * *

Да уж, Атланты, Атланты… Не зря я об этом задумался. И название действительно созвучное. Странная секта, которая жила обособленно, никого не трогала, и к себе не пускала.

Собственно, нам, Охотникам, они проблем не доставляли, как и другим людям. Они просто не пускали к себе никого. Ну и сами особо не дёргались. Но, конечно же, наши Старейшины не могли пройти мимо. Отправили даже пару разведчиков-парламентёров.

Слава Кодексу, что Дэна переговорщиком не назначили. В общем, их там вежливо приняли, и также вежливо послали. Ну, а что мы? Орден Охотников защищает человечество. Лезть в чужие дела, тем более, что там нифига непонятно и не очень интересно, — дело такое. Оставили мы их в покое. Но старейшины не были бы старейшинами, если бы не начали собирать информацию.

Так вот, по неподтверждённым данным, это были адепты Бога Мудрейшего. Ну, как неподтверждённым? То, что они превозносили Мудрейшего, как своего бога, не было новостью. Вопрос в том, откликнулся ли он на их молитвы. Сейчас могу с точностью сказать: да, откликнулся. Оранжевая божественная сфера света — именно Мудрейшего.

Нет, сам я это вживую не видел, но достаточно хорошо учился, и знал это из старых книг.

Мудрейший, один из богов, очень интересный, показательно нейтральный, который всего добивается, стараясь обходить насилие. Судя по организации, образованной в этом мире, это также явно его почерк. Он готовился неторопливо и бескровно. Вот только что-то пошло не так. И поднявшийся из воды остров был тому доказательством.

Обо всё этом я размышлял, когда проснулся почти через сутки. Как же вовремя я уловил его пробуждающуюся ауру. Если бы мои Паладины, и Бухич с Бурбулисом, остались внутри этой сферы… Ну, скажем так, я сильно расстроился бы, при том, что ничего не смог бы сделать. Божественная сфера — это божественная сфера. Сколько она продержится, зависит от энергии бога. Так-то «живёт» она достаточно долго.

Как-то раз, загнав одного тёмного божка в его последний мир, мои братья караулили его почти полторы тысячи лет, прежде, чем у него закончилась энергия и спал купол. После чего, с чувством выполненного долга, братья угандошили его. Надеюсь, что в этот раз сидеть столько не придётся. Я так понимаю, марафон «захвати этот мир» уже начался, а сидя под божественным куполом — к финишу первым не придёшь. Так что, рано или поздно, он оттуда проявится, и мне нужно быть к этому готовым.

Левиафан припарковался прямиком к моей горе, куда высыпали все трофеи, и которые отправились в гору для изучения и анализа. Прямо сейчас, с некоторой осторожностью, вокруг купола крутились корабли практически всех наций мира, собирая обломки. К слову, ВМС Российской Империи получил фору. Им было достаточно слова Галактионова, что опасности нет.

Остальные некоторое время присматривались, утопят ли наглых русских или нет. Но их никто не топил, поэтому и остальные присоединились к дележу добычи. Вот только слегка поздновато. Думаю, Долгоруков, Волгодонов, и прочие братья будут в восторге от полученного. Ну, а самые сливки всё равно забрал я, и теперь моим научникам предстоят бессонные ночи.

А ещё мне очень хотелось треснуть товарища Бухича. Ну и Бурбулиса заодно. Чесались руки дать леща, хоть и бывшему, но Императору Российскому. Но я не мог.

— Какого, спрашивается, хера, вы туда полезли, вместо того, чтобы мне всё рассказать и сделать скоординированные действия?

— Александро, мы хотели, как лучше! Бухич сказал, что времени нет, — подал голос Бурбулис, который больше верил в мою человечность, чем Бухич, который уже примерно понял, что у меня тяжёлый характер.

— Так и есть, Саша, — кивнул Бухич. — Ты же видел. Там был рядом британский флот, они как бы союзники. Да и дальше были мирные корабли, их бы просто потопили в первые часы.

Я тяжело вздохнул. Логика в его словах была. Возможно, как раз это и спасло его от карающего леща. Но, блин…

— Саша, спасибо, что пришёл за нами, — нахмурился Бухич. — И да, мне стыдно.

Я покачал головой, не зная, смеяться мне или плакать. Тысячелетний Император. Избранник Вселенной. Ставленник моего брата-Охотника. Может, с возрастом обычные люди тупеют?

Я примерно знал, какие чувства Бухич испытывал, глядя, как-то расцветает, то снова обрушивается его Империя, и как ему снова и снова приходилось подчищать хвосты за своими нерадивыми потомками. Вот только…

— Ладно, — кивнул я. — Ты можешь валить, — кивнул я, увидев, как обрадовался Бурбулис. — А ты задержись, — кивнул я Михаилу.

— Проблемы? — нахмурился Бухич.

— У меня никаких, а вот у тебя — да. Будем тебя немножко лечить.

— Как это? — с некоторым испугом спросил Бухич.

— Мне кажется, твою Душу нужно немного почистить. Уж слишком много на неё всего налипло. Я откладывал это так долго, как мог, но после нынешнего поступка…

— И чем мне это грозит? — осторожно спросил бывший Император Михаил.

— Ну, кто знает… — я улыбнулся самой доброй улыбкой, которую мог изобразить. — Ничего не могу обещать, кроме одного: будет очень больно.

Где-то в Многомерной Вселенной

— Эй! Эй-гей-гей! Эй-гей-гей-гей! — раздался знакомый голос издалека.

— Долбаные дегенераты! Да как так можно было? Весь план насмарку, — это был уже другой голос.

— Выходи, пожалуйста. У нас гости, — снова первый голос, в котором Неназываемый узнал Морфея.

Прямо сейчас выпадать из медитации ему не очень-то хотелось. Его силы начали восстанавливаться, и вернуть былую мощь, которую он потерял только что при встрече с Охотниками, значило потратить ещё много времени и, возможно, жизней. Если жизней у него было предостаточно, то времени не было. Поэтому Неназываемый прервал медитацию и вернулся в свой тронный зал, где на Морфея наседал странный пришелец.

— Я тебе сказал туда не лезть!

Да, божественные сущности тоже могут вести себя как люди и трясти коллегу за шкирку.

Тут пришелец повернулся и увидел Неназываемого:

— Ага, ещё один дегенерат появился.

— Здравствуй, Мудрейший! — вежливо поприветствовал Неназываемый одного из старейших своих собратьев.

Мудрейший — так любил называть он сам себя. Кто-то называл его Первым, предполагая, что это первый из богов. Но, в основном, эпитеты, что шли по отношению к этому могущественному существу, были более обидные. Их никто не говорил вслух, но за спиной с радостью использовали. Дело в том, что Мудрейший, даже по меркам богов, был существом с чрезмерно завышенной самооценкой. Он точно знал, что существует либо его мнение, либо неправильное, и не стеснялся всем об этом говорить.

На самом деле, последнюю тысячу лет о нём не было видно и не слышно. Если можно так выразиться, забираясь в сложные понятия несуществующих добра и зла, то Мудрейший большую часть времени занимал нейтральную позицию. Ну, а когда ему что-то было нужно, он не брезговал никакими средствами, как, впрочем, и все остальные боги. Ему не нужна была власть над всей Вселенной, как Неназываемому. Ему не нужна была власть над всеми людьми, как Морфею. Ему не нужно было доказывать свою силу, как Моране. Да и развлекаться с людишками, опускаясь до уровня Тёмной Богини, он тоже не собирался. Его сила была предметом зависти и уважения, ну и немного страха других высших сущностей.

Мудрейший познал тайны Вселенной и черпал силы отовсюду. Ему не нужно было трогать души людей, ему не нужно было охотиться за великими тварями. Долгое время он находился вообще в одиночестве, по меркам богов, будучи отшельником. Но это не значило, что сил у него не было. Даже наоборот.

— Со всем уважением, Мудрейший, но, возможно, ты расскажешь, что произошло?

— Я говорил ему не лезть и не подбивать тебя, — продолжал трясти Морфея Мудрейший.

— Да о чём вы говорите, и о чём подбивать? — нахмурился Неназываемый. — Скажи чётко, я постараюсь дать объяснение.

— Мир, куда вы полезли. Я знал, что ты пытаешься туда пробиться, — Мудрейший откинул Морфея, и повернулся к Неназываемому. Вокруг него затрепетали эфирные потоки. — Ты просто лоб разбил бы, и ничего не добился.

— Почему ты так думаешь? — расстроился Неназываемый. — Я был близок к цели!

— Да-да, близок к цели… Ты был близок к тому, чтобы ничего не получить. Сейчас ты к этому ещё ближе, — нахмурился Мудрейший. — Только с помощью этого дегенерата, — он кивнул на молчащего Морфея, что было для этого болтливого бога неестественно, — вы вдвоём испортили всё, что я строил. А ведь я почти было перехватил Нить судьбы этого Мира…

— Нить судьбы? — Неназываемый нахмурился. — Что это такое?

— Вот! — ткнул указательным перстом Мудрейший в сторону Неназываемого. — Вот об этом я и говорю, когда называю вас дегенератами. Как вы могли попытаться захватить Запретный Мир, даже не понимая, как это делать?

— Это не первый Запретный Мир, который я захватываю! — всё ещё пытался ерепениться Неназываемый.

— Да что ж такое! — Мудрейший вполне по-человечески закатил глаза. — У вас даже ума не хватило понять, чем этот Мир отличается от других, в том числе, Запретных Миров. Иначе как бы он получил свою уникальность?

Неназываемый молчал, не зная, что ответить. И тут ему на помощь, наконец, включился Морфей:

— При всём уважении, Мудрейший, но я знаю, как это делать, и мы с Неназываемым…

— Заткнись! — прервал его Мудрейший. — Просто заткнись! Ты понимаешь, что Морана уже вступила в битву? А Тёмная Сучка прекратила хихикать, и тоже пытается строить вам козни! Я готовился тысячу лет! Слышите? Долбанных тысячу лет я потратил на один единственный мирок, чтобы перехватить его Нить Судьбы и совершить, наконец, Слияние. У меня было всё почти готово. Почти! И тут влезли вы!

— Я не понимаю, Мудрейший, при всём уважении… — продолжал хмуриться Неназываемый, всё ещё сдерживая себя. Он понимал, что где-то накосячил, но до конца не мог понять, где именно. Зато он прекрасно знал, что Мудрейшего лучше не злить.

— Конечно же, ты ничего не понимаешь! — тут он внезапно скривился в усмешке, — птичка на хвосте принесла, что тебе недавно здорово щёлкнули по носу Охотники.

— Ничего особенного. И ничего критичного, — попытался безразлично отреагировать Неназываемый.

— Да? Треть божественной силы — ничего критичного… — Мудрейший весело засмеялся, а Неназываемый чуть не лопнул от злости. Удивительно точная информация.

Потеря даже незначительной части божественной сущности — это большое подспорье для друзей и конкурентов, которые тут же готовы будут ударить тебя в спину. А здесь целая треть!

Конечно же, взгляд Морфея неуловимо поменялся. В глазах у него блеснул азарт хищника, который приценивается к жертве, пытаясь понять, достаточно ли она слаба, чтобы нанести последний удар. И это Неназываемому очень не понравилось.

— Что мы такого сделали, что помешали тебе? — нахмурился он.

— Что вы сделали? Равновесие, чёрт вас подери! Долбанное равновесие! Великий Охотник, переродившийся в этом зачуханном мирке, куда у Ордена долгое время не было никакого доступа. Это вам ни на что не намекает?

— Охотник перерождённый. Он не представляет для нас никакой опасности, — уверенно сказал Неназываемый.

— Аха-ха-ха! — Мудрейший начал истерически смеяться, из его глаз потекли слёзы. — А как ты думаешь, Охотники тебя нашли?

— Хм-м… — Неназываемый смутился. Честно говоря, он думал с этим разобраться позже, после восстановления сил. Сейчас он только-только вышел из медитации. — Я работаю над этим.

— Хреново ты работаешь. Очень хреново, — сказал Мудрейший. — Так вот, тот самый перерождённый Великий Охотник поставил метку на твоего миньона. Ты знаешь, что метка Охотника позволяет открывать порталы Охотникам в любое место?

Внезапное осознание надавило Неназываемому на плечи. Он понял, как прокололся, но всё ещё не понимал, как это произошло. Ведь Горгас в разы превосходил силу перерожденца. А он сбежал, ещё и с меткой на спине. Это всё объясняло.

— Да ещё, я уверен, есть у этого перерождённого Охотника, про которого вы стесняетесь говорить, много всего интересного. Тебе, Морфей, нечего сказать? — спросил Мудрейший.

— Ну… — почему-то смутился Морфей. — Один Астральный Воин недавно метеором пролетел через мои владения. Он опустился в место, где заперта одна раса. И я «снял» остаточную энергию от его прохода. Там есть след энергии, которую в него закачали. И это была энергия того самого перерождённого Охотника.

— Вот! — теперь палец Мудрейшего был направлен на Неназываемого. — И как ты думаешь, если твои Спящие Миры, которые дают тебе львиную долю силы, начнут пробуждаться, долго ли ты продержишься, если этого не случится?

Морфей скривился.

— У меня там надежный запор стоял, никому не пробиться.

— «Никому не пробиться!» Реально? Это же сделал какой-то несчастный драконит, — засмеялся Мудрейший.

— Стоп, я не говорил, что это был драконит, — нахмурился Морфей, осознавая, что Мудрейшему известно гораздо больше, чем надо.

Тем временем Мудрейший тяжело вздохнул.

— Вы всё ещё забываете, с кем имеете дело. В общем, слушайте сюда! Мне пришлось активировать своих миньонов раньше времени. Но и сейчас туда припёрся перерождённый Охотник. Мне пришлось поднимать божественный купол, чтобы не случилось непоправимого. Теперь оттуда никто не сможет выйти, но и попасть туда тоже невозможно.

Он снова тяжело вздохнул и покачал головой. В его мудрых глазах была злость и печаль.

— К сожалению, я не вижу другого способа, кроме как объединить наши усилия.

— О, ну это мы с радостью! — оживился Морфей, понимая, что наказания не будет. Объединиться с Мудрейшим мечтали все божественные сущности.

— Этот Мир должен был быть моим, — угрожающе начал Неназываемый, но через мгновение снова увидел палец Мудрейшего, направленный в его сторону.

— Так, стоп! Ни слова больше! Ещё пару слов, и я вычеркну тебя из уравнения. Перережу твою связь с этим миром, и тогда ты выйдешь из игры.

— А ты можешь это сделать? — Неназываемый нахмурился.

— Кто знает… — Мудрейший усмехнулся. — Кто знает… Но ты можешь попробовать это выяснить. Ну так как? Какое твоё решение?

Неназываемый тяжело вздохнул. Потеря трети силы, щелчок по носу, вполне осязаемое злорадство Морфея, неожиданное появление Мудрейшего — всё это выбило его из колеи. Но, в любом случае, всё всегда можно переиграть. В конце концов, бывшим союзникам всегда можно ударить в спину. Нужно только к этому подготовиться.

— Я готов выслушать твоё предложение, — согласно кивнул Неназываемый.

Глава 7

Крепость Немезида

Мир Сандирон

— Ты точно уверен, старина? — спросил мужчина у своего друга. — Это серьезное заявление, и оно несет необратимые последствия.

— Увы… уверен! — кивнул ему Мак. — Темные во всей Многомерной начали объединяться, и совместно наносить удары. Это точно неспроста, а еще есть информация от некоторых Темных, которые не присоединились к коалиции. Что-то серьезное, по видимому, готовится в данный момент.

— Интересно… — почесал бороду Валиборд. — Если это так, то всему Ордену нужно быть готовым к любым неожиданностям.

— Нужно! — согласился с ним Мак. — И не только нашему Ордену. Возможно, пришло время попросить о возвращении некоторых долгов.

— Возможно… — кивнул тот, а затем повернулся к другим Старейшинам, которые сидели за круглым столом. — А вы как думаете?

После его вопроса начались споры, которые были привычны в этом месте. Старейшины при этом не спорили о том, что им делать и как спастись. Ведь Охотники — люди, на которых точит зуб практически каждая темная тварь. Однако им на любые угрозы было наплевать. Вместо опасливых споров, они сейчас совещались о том, как лучше подготовиться, и не пустая ли это угроза. Ведь и раньше такое случалось, и ничем хорошим не заканчивалось для Охотников. Когда Охотники ждали грандиозных сражений, а вместо этого ничего не происходило, то… Такие случаи и назывались, как ничего хорошего. Все разочарованно вздыхали и расходились по своим делам.

— А еще я могу заявить во всеуслышание… — вдруг взял слово Мак. — Сандр не просто жив… Он действует, да с таким размахом, что Темные, хоть пока ещё не дрожат, как раньше, но уже пребывают в замешательстве и в гневе.

— Отлично! — радостно хлопнул в ладоши Ирвинг. — За это можно и выпить… Черт, может, такими темпами, он и здесь скоро появится. Наверняка, при этом будет слабым, и я смогу на равных с ним выйти в спарринге, как в старые добрые времена.

После его слов все присутствующие захохотали. В то же самое время каждый, кто здесь находился, в том числе, и сам Ирвинг, понимали, что такого никогда не произойдет. Чтобы Сандр, и был слабым? Нет… Они охотнее поверят в то, что сам Неназываемый вдруг станет светлым, и перейдет на сторону добра.

Ведь Сандр был легендой, Великим Охотником, не знающим поражений… Правда, он погиб, но зато, как! Там, где не смогли справиться две сотни Охотников… Справился только Сандр!

Ему противостояла Пепельная Гидра, которую специально подкармливал анклав из двадцати шести Темных и двенадцати Хаотичных, при поддержки шести светлых божков… Это существо одолеть, практически, было невозможно. Для этого нужно было созвать весь Орден, со всех мест, но увы… Гидре удавалось отожраться в самые короткие сроки, ведь она питалась, как плотью, так и душами. А Мир, в который ее выпустили, был очень непростым. Люди, живущие там, веровали в Кодекс, как в самого себя. За это Охотники и защищали этот Мир столетиями. Там, грубо говоря, даже длительных войн никогда не происходило. Когда назревал какой-либо конфликт, то приходил Охотник, и усаживал всех за стол переговоров. И тогда правители мирно договаривались между собой. Люди верили в Кодекс и Охотников, и Сандр доказал им, что их вера была не напрасной. Стоит ли упоминать, что даже в самых захолустных деревнях этого Мира стоят статуи Сандра.

Охотники даже шутят по этому поводу, что когда Сандр вернется из запретного и закрытого Мира, то очень удивится. Ведь прана… она никуда не девается, а копится годами. И когда он появится здесь, то она сразу найдет своего владельца. А вот что тогда произойдет, Охотники пока точно не знают. Оказывается, даже такое может быть в этом Мире. Что любопытно, обычно вся прана уходит прямиком Кодексу, и это нормально. Но здесь Охотники случайно обнаружили, что его энергия никуда не девается, и это… кажется, его награда от Кодекса. Что ж, возвращение Сандра весь Орден ожидает теперь даже еще сильнее… Уж очень любопытно, что произойдет. Хотя казалось, куда еще больше.

— Есть еще одна… гхм… загвоздка. Морана! — решил вынести эту тему на совет Мак. — Морана хочет помочь Сандру, и клянется нам, что ее сын больше не потеряет над собой контроль. В этот раз она знает, что делает.

— Хм… Ее стоило бы немного прижать, вместе с ее мерзкими детишками, — вмешался Фивий. — Однако, если это вопрос помощи Сандру, то я считаю, что мы сможем с ней договориться.

— Тоже так думаю, — согласно кивнул Мак, и отхлебнул из своего кубка. — Помимо боевой помощи, она сообщила, что у нее есть возможность передать ему небольшую посылку.

Вот тут все старейшины подорвались со своих мест.

— Какого размера посылка? — уточнил Дилан.

— Небольшого… Там действительно все не так просто, ведь она потратит на это дело достаточно много своих сил.

— Доспехи Сандра! — воскликнул один из них.

— Браслеты Изиды! — снова новый голос.

— Зелье быстрой печати! — пробормотал один из старейшин.

— Ящик Пандоры! — выкрикнул самый младший из них Торин.

Охотники замолчали и с укором взглянули на него.

— Ты лучше не перегибай! Морана не бессмертна, как и Мир, в котором живет Сандр.

— Тогда нам надо хорошенько всё обдумать, — молвил Ирвинг и задумался.

Однако Мак не успокоился и продолжал говорить.

— Морана дала подсказку, что сейчас ему нужно больше всего, — его слова привели к тому, что все взгляды снова сфокусировались на одном человеке. — Она дала мне чертеж предметов, какого они должны быть размера, и что в них должно быть заложено.

Тут же бумаги были выхвачены из рук старейшиной, который отвечал за артефакторику, и…

— Хрень какая-то… — зачем Сандру такие маленькие браслеты. Он что — ребенок или женщина? А серьги… Да и набор очень странный. Защита разума… Полный блок сознания… Защита Виего от физических повреждений… Кажется, она хочет нас обмануть, и подбирает защиту для себя.

Все Охотники задумались над этими словами. Почти все. Была парочка людей, которые усмехнулись, в том числе и Мак. Их улыбки были вроде неприметными, но в то же самое время они говорили о многом. Словно эти Охотники о чем-то догадались.

— Я думаю, нам нужно довериться ей. В любом случае, она знает, чем ей грозит обман, — высказался Мак. — Если ему нужна детская защита, то мы предоставим ему такую, которую сам Неназываемый и за тысячу лет не перегрызет.

* * *

Если описать состояние Души Бухича, то тут матов мне не хватит. Это такая субстанция, которая впитала в себя всё, что только попадалось ей на дороге. Прошлый Галактионов, который ему помог, поистине знал… и не знал, что делает. Будь Бухич Охотником, то у него все бы хорошо легло, и он, и правда, мог бы стать сильнее, без проблем. А теперь его душа дрейфует в бесконечном хаосе.

Я могу сравнить это только с болотом, в которое на протяжение тысячи лет сбрасывали все отходы, не нужные человечеству. Как это вылечить, я и сам не знал до конца, но были у меня некоторые мысли. Все таки, даже такая душа, все равно остается душой.

А потому мы с Бухичем забрались очень глубоко, зайдя в мою Гору. Он сам удивлялся, сколько у меня здесь помещений и тоннелей выкопано. А также по дороге спрашивал, для чего они все мне нужны. А я и сам не знал. Наверное, запас на будущее. Деткам Красивой нужна была постоянная работа, и лучше иметь свободные помещения, чем вообще ничего не иметь. Однако, то место, куда мы сейчас отправляемся, имело своё специальное предназначение. Я его создавал для вот таких вот случаев, если мне придется провести с кем-то суровую медитацию или даже самому там уединиться. На тот случай, если выброс энергии может быть такой силы, что погибнет все живое. А потому пришлось забраться на несколько километров вниз под землю.

Тут я уложил Бухича на мягкую постель, которая здесь была. Хоть это и пещера, обшитая на несколько метров во все стороны частями монстров, которые должны гасить энергетические выбросы, но комфорт здесь, конечно же, был. По факту, даже электричество было. Так сказать, от нужных удобств отказываться я не собираюсь. Так вот, уложил я Бухича, и слегка усыпил его, хоть и понимал, что с ним такое не пройдет. Ведь он может проснуться в любое время, когда захочет. Была, правда, мысль накачать его разным пойлом, но вдруг еще станет буйным. Подготовки у меня, как таковой, не было. Просто зачерпнул из своей души энергию с большим запасом, а затем влил её в первое большое душевное пятно, которое попалось мне на глаза. Стоит говорить, что я удивился, когда оно даже наполовину не пропало? Наверное, нет.

Ну так вот! Чтобы мне уничтожить одно пятно из нескольких сотен таких больших, то понадобилось несколько раз зачерпнуть свою силу из души. Это все сопровождалось грубыми воплями Бухича, который еще в своей жизни не испытывал таких ощущений. Наверное, это можно сравнить с чувством, если бы на его нервах играли на скрипке, и все это усилили в сотни раз. А еще был огонь. Много огня, который непроизвольно вырывался из его тела, пытаясь защитить своего владельца. Мне на него было пофиг, но на защиту ушло слишком много энергии.

И вот теперь я просто сижу и отдыхаю, убрав всего лишь один косяк в его душе. А он спит, и весь дрожит при этом.

— Ш-ш-ш-шу-ка!!! Ш-ш-ш-шар-ко!!! — прокомментировал ситуацию любопытный Шнырька, когда вынырнул из тени.

— Согласен! — улыбнулся ему, разглядывая полностью обугленную мебель.

Хорошо, что здесь есть мощная вытяжка. Ладно, посидел и хватит, пора снова за работу. И только я поднялся на ноги, как Бухич тоже начал вставать. Он, правда, уже спал не на кровати, а на полу, так как та сгорела.

— Больно? — спрашиваю у него с улыбкой.

— Больно… — отвечает он мне. — Но терпимо.

Тут он, конечно, меня удивил. Такое терпеть — это отдельный вид мазохизма.

— Продолжим? — спрашиваю у него.

— Да… — кивает он. — Только дай мне сперва выпить!

— Сейчас принесут.

— Много? — сразу уточняет он.

— Очень…

После первого косяка я понял, что так долго он не протянет, и отправил детишек Красивой, чтобы доставили несколько ящиков разного крепкого пойла и, конечно, его любимой розовенькой. При этом оно должно быть смешано с разными зельями, которые хорошо должны его расслабить. А то сейчас он нихрена не расслаблен, и потому его косяки убираются с такой тяжестью. Следующих два часа мы ждали бухло, и потом я смотрел, как Бухич его уничтожает. Затем я снова продолжил над ним издеваться. И хоть это лечение, но, и правда, больше похоже на издевательство. Он уже не так реагировал, но все равно было тяжело. Меня со всеми моими силами хватило всего лишь на час такой работы, а затем я прилег рядом с ним и тоже уснул.

Когда проснулся, то Бухич еще спал, и я понял, что на ближайшую неделю повторять подобное не стоит. Уж слишком его душа пошла в отказ, через такие сложные манипуляции. Ей нужно дать некоторое время успокоиться. А потому вызвал муравьиное такси и опять лег спать. Я знал, что они вытащат меня и Бухича, а там уже моя гвардия доставит к Андросову, который сможет нас немного подлатать.

Моя защита оказалась не такой прочной, как хотелось бы, и я местами подкоптился. Да и энергии у меня не осталось вообще. Хоть мне и хотелось спать, но, кажется, этому не суждено было сбыться. Как только закрыл глаза, то сразу обнаружил себя стоящим в своей душе перед накрытым круглым столом.

— Ну здравствуй, дорогой! — помахала мне рукой Морана.

— Привет, мой чемпион! — в такт ей махнула Темная.

Хм… Темная и Морана. Куда, мать его, катится этот мир, и в какой момент моя душа стала проходным двором? Я, конечно, дал им сюда доступ, но не для того, чтобы они устраивали тут свои попойки.

Стоп… А почему их трое?

И как только я обратил на третью гостью свое внимание, как она решила сама подать голос.

— Привет, убийца! — сказала она, сбросив свой капюшон, сотканный из тьмы.

— Пандора⁈ — не на шутку удивился я, увидев мать чудовищ в своей душе.

— Она самая… И если тебе станет легче, то это была не моя идея… Это все они!

— Ой, да хватит тебе! — расхохоталась Морана. — Не так уж и долго тебя пришлось уговаривать. Да и куда ты без нас? Мы же давние подруги!

— Подруги… — покачала головой Пандора. — С такими подругами и врагов не надо.

— Сейчас как дам в глаз! — прищурилась Темная.

Я тихо стоял, наблюдая за всем этим хаосом, и качал головой. Здесь только красоток Предвечной и Бездны не хватало, чтобы моя Душа окончантельно улетела в тартарары.

К слову, Пандора считается прародительницей чудовищ. Я бы даже сказал — определенных чудовищ, а ещё она очень не любит Охотников. Были времена, когда мы воевали с ней, и она, как терпела неудачи, так и победы, хоть и небольшие. Но последних лет пятьсот она тише воды и ниже травы. Мы думали, что она устала, и живет себе где-то тихо и мирно. Все таки не сказать, что она, прям, зло. Просто очень любит создавать чудовищ, и даже, насколько я помню, чаще всего создает их в закрытых мирах, где никто не живет из разумных, устраивая им свой определенный биом. Проблемы от них возникали уже потом, когда люди находили туда доступ. И когда начинали оттуда их вывозить и использовать в своих целях. У меня даже мелькнула мысль, что она имеет какое-то отношение к Разломам. Но потом понял, что это не так, уж слишком разные энергии, да и принципы работы с ее ящиками.

В общем, увидеть ее здесь было удивительно.

— Эй, Сандр! — помахала рукой перед моим лицом Темная. — Ты зачем ушел в себя? Неужели тебя смогли смутить аж целых три девушки? А ведь мы еще даже не начали раздеваться.

Теперь уже головой качает Пандора. А Темная и Морана вовсю веселятся. Что поделать, если у них такие характеры, слегка безумные. А вот Пандору можно назвать более серьезной, даже ученой.

— Стоп… А почему здесь двенадцать стульев? — дошло до меня то, что смущало.

— Хм… и правда, двенадцать, — приложила пальчик к своему подбородку Темная. — Наверное, потому, что в будущем нас станет больше.

— Больше? — не понял я, о чем они говорят.

— Верно, — ее лицо озарила безумная улыбка. — Намного больше… Ах, точно, ты же не знаешь… а мы забыли сказать.

— Забыли? О чем? — как же мне хотелось вышвырнуть их отсюда.

— Мы пришли сказать тебе новость, и она заключается в том, что… — она взяла паузу в том месте, где это было неуместно. — Что мы присоединяемся в войне… на твоей стороне, против остальных.

— СТОП! Какая война? Какая моя сторона? Какие остальные? — не люблю быть дураком, а сейчас я ощущал себя именно таким. Нихрена не знаю, а они так спокойно говорят, словно я уже в курсе.

Темная и Морана переглянулись между собой, и слово взяла Морана.

— Дорогой! Я, Пандора и Темная… вступаем в войну, а против кого? Ну скоро ты узнаешь… Сказать не можем, и сразу отвечу на твой следующий вопрос. Мы не на стороне Ордена или Кодекса. А именно на твоей! Понимаешь? На твоей, точнее, на стороне первого Охотника, которому Кодекс разрешил иметь детей.

И тут я стал догадываться. Однако, прежде, чем успел вставить хоть слово, со своего места поднялась Морана и подошла ко мне, протягивая сверток.

— Держи подарок!

— Думаешь, мне нужны подарки от вас? — хмыкнул я.

— От нас? — оскалилась она. — Ты сперва открой!

Я развернул и увидел предметы, которые там лежали. На них стояло клеймо моего Ордена.

— Это только бонус от нас. В будущем будет ещё больше, — усмехнулась она. Намного больше и, пожалуй, тебе понравится. Ведь знаешь, что? Большая игра уже началась, хоть и не все это поняли, но ничего… Скоро поймут… Но тогда будет поздно!

* * *

Мир Алакантия — 31

Мир, в котором происходит экспансия Неназываемого

В обычный с виду трактир, где за стойкой стоял тучный и мрачный человек, зашли шесть человек. И хотя это место славилось тем, что все посетители были обладателями немалой силы и темных наклонностей, но даже они поспешили заткнуться, когда увидели новеньких.

— Шим, а это точно лучшее место, где мы можем выпить? — спросил один из них у коллеги, который привел его сюда.

— Уверяю тебя, Ринок! — хмыкнул тот. — Хоть здесь и довольно грязно, но пойло отменное, и никто не помешает нам вести дела.

Под делами он имел в виду разговоры. Ведь прошел уже месяц с их последней встречи, и теперь нужно поделиться успехами, и обсудить, что делать дальше. Так они действуют в этом Мире. В таком легком и прекрасном Мире, где экспансия их господина идет успешно. Ведь половина мира уже захвачена. Возможно, они собираются уже не так для обсуждения дел, как просто для отдыха, ведь он тоже важен для них.

— Тимар… Сделай лицо попроще, а то всех посетителей распугаешь своим оскалом, — обратился Ринок к Эмиссару огромных размеров, который едва протиснулся в дверной проем.

— Не нравится мне здесь… — сухо выдал он. — Пахнет крысами… а ещё смелостью.

Он был немногословен, и не стал объяснять, что имеет в виду, а просто, тяжело ступая, направился к одному из столов, где сидела компания из четверых человек. Без лишних слов он подошел к человеку в темных одеяниях и рукой схватил его за голову. Человек даже не понял, что произошло, настолько быстро все случилось, а в следующий момент его голова лопнула. Никто из его товарищей даже не шелохнулся, когда убивали их лидера. Ведь он был сильнейшим из них, но ничего не успел сделать.

— Теперь мне здесь нравится немножко больше, — хмыкнул Тимар и пошел обратно за свой столик.

Местный контингент относился к теневому сегменту, и нередко выполнял заказы для самих Эмиссаров, держа всех в страхе и подчинении. А трактирщик неспешно продолжал вытирать свою стойку, словно ничего не случилось. Только сильнее вокруг завоняло страхом.

Компания Эмиссаров на этом одном убийстве не успокоилась, и за короткое время убила еще троих. Один громко разговаривал, а другой чихнул не вовремя, и третьего, вообще, просто так.

— Хороший здесь Мир! — вдруг сказал Ринок. — И легкий… Нет никаких Охотников, и прочей нечисти.

— Ты прав, и вечер такой душевный, — потягивая крепкий напиток, расслабленно сказал Вастон. — Еще бы нам какой-нибудь женской компании… Да таких, которые покрепче, и не умрут слишком быстро.

Эти слова были сказаны специально громко, чтобы местные девки, которые в зал даже носа не суют, сейчас приготовились. Самым расторопным оказался трактирщик. Он быстро сбегал в кладовую и выгнал их всех в зал.

Немного времени понадобилось, чтобы Эмиссары определились с выбором, и каждый выбрал себе по девушке, которую усадил на колени.

— А теперь вечер начинает нравиться мне еще больше, — заулыбался Ринок, обняв девку за талию.

— Ты прав! — поддержал его Фавий, что ранее только молчал. — Как думаешь, а эти девки хоть в кого-то верят?

— Не знаю… — пожал плечами Ринок, словно и не было этих самых девушек, о которых шел разговор. — В кого могут верить продажные девки? В золото и удачу, но скоро им придется понять, что в этом мире для них есть только один господин. Эй, шалавы! Будете верить в Неназываемого? — он вдруг спросил у них.

Все девушки в страхе закивали, соглашаясь.

— Вот и славно, красотки! А то не хотелось бы умерщвлять вас прямо сейчас.

Дальше вечер стал проходить, как всегда — алкоголь лился рекой, а убийства продолжались. Самое печальное для людей было то, что они не могли уйти отсюда. Эмиссары никого не выпускали из трактира, мотивируя это тем, что им будет скучно пить в пустом зале.

За вечер они успели обсудить много разных вещей. Даже был разговор, что дальше делать с этим Миром и другими, ведь Неназываемого никому не остановить.

— Прошу прощения, господин великий воитель Ринок! — вдруг подняла руку одна из девушек. — Могу я задать вам вопрос?

— Ты? — выпучил от удивления он глаза и громко заржал. — Ну, раз ты сидишь у меня на коленях, то можешь задать свой вопрос.

— Спасибо большое… — пролепетала она, дрожащим от страха, голосом. — Я хотела узнать… А кто такие Охотники, о которых вы недавно упоминали?

— ОХОТНИКИ⁈ — взревел Тимар, и быстро принялся оглядываться по сторонам.

За весь вечер это был первый раз, когда один из Эмиссаров испытал настоящий страх.

— Тихо ты, Тимар! Нет их здесь, — поспешил успокоить его Ринок. — А ты, девка, думай о чем говоришь… — сильно сжал он ее шею, но решил пока не убивать. — Если интересно, то я отвечу тебе! Охотники — это кучка фанатиков, которые верят в то, что смогут нас остановить. Однако, их мало, и они находятся очень далеко от этого никчемного Мира. А потому, вам это уже не поможет.

— Понятно… — испуганно ответила она.

— Будут еще вопросы? — довольно хмыкнул он.

Казалось, что девушка сомневается, спрашивать ли дальше, но все же решилась.

— Вам не страшно умирать? — все еще смущенно спросила она.

— Чего? — не сразу понял суть вопроса Ринок, а потом его тело внезапно парализовало.

— Вы не расслышали мой вопрос? — удивленно спросила она у него. — Я спросила — страшно ли вам всем умирать?

Однако, ответить ей никто из них не смог. Трое были мертвы, и их тела окоченели прямо на стульях. А остальные не могли двигаться — из их глаз текла темная, как смоль, кровь.

— Эх… А ведь мне не будет хватать ваших рассказов о том, что вы сделаете с нами сегодня, — с наигранной грустью рассмеялась она.

— Тхыыы… — захрипел вдруг Ринок.

— О? Ты ещё можешь говорить? Хотя… нет. Слишком много сил тебе это стоит. Но раз ты еще соображаешь, то слушай меня внимательно! — на последних словах ее глаза изменились, и зрачок стал вертикальным. И чтобы повеселиться еще сильнее, она показала ему язык… свой черный язык.

— Мамба… — нашел в себе силы прошептать он на последнем издыхании.

— Она… Но я не об этом хотела сказать. Хочу, чтобы ты знал… Охотник получил в лице моей госпожи Пандоры союзника! И в этот союз входят госпожа Темная и Морана! Жаль мне вас, парни, и жаль вашего Неназываемого.

Глаза Эмиссара округлились от ужаса перед смертью. А девушка еще некоторое время продолжала сидеть на его коленях, беспечно болтая ногами.

— Ладно, девочки! Пора нам уходить, засиделись тут… Нужно и к остальным в гости зайти! — сказала она своим подругам, которые все еще сидели на коленях у мертвецов, и были такими же, как она.

В этот день в разных далеких Мирах умерло не своей смертью много разумных. Возможно, даже слишком много…

Глава 8

Это что получается? У меня появился почтальон? Настоящий, да еще целых три, и у меня теперь есть связь с внешним миром?

Честно говоря, я не поверил своим глазам, когда проснулся и увидел артефакты, материализовавшиеся со мной после сна.

Чем отличается Бог от человека? Ну вот, примерно вот этим. Сильно облегчённой, скажем так, логистикой. Перемещения Богов по Многомерной Вселенной нарушают некоторые правила, такие, как, например, запретные миры. Но, как я всегда говорю, всё зависит от всего. Поэтому, в зависимости от степени «закрытости» мира или силы богов, пробираться они могут туда или сюда. Но, в любом случае, их возможности потрясают. Особенно, когда они объединяются друг с другом.

А судя по тому, что я увидел, объединение богов в коалиции идёт семимильными шагами. Такого я не припомню уже… Да, Кодекс меня подери, я вообще такого не помню! Может, Старый Мак знает. Но боги не просто так становятся богами.

Эти, некогда живые индивиды, с чрезмерно завышенным чувством собственного величия, в первую очередь, заботятся о себе. А создавать какие-то союзы, как бы они сказали, «это так по-человечески». Но сейчас они объединяются по разным причинам. Кто-то хочет познать тайну этого долбанного мира, где я оказался.

А вот три тёлочки… гхм… хотел сказать, богини, судя по их взглядам, преследуют несколько другую цель. И эта цель, надо признать, мне ни хрена не нравится.

Да, давным-давно, когда нас с Тёмной Богиней связывали краткие, но очень пылкие отношения… Нет, мне удалось кое-что узнать. Да, я был тогда молодой да ранний, а Вечная Богиня как была хитрой стервой, так и осталась. Но, судя по намёкам, было в нас, Охотниках, что-то такое, чего не доступно богам. И этому чему-то бессмертные Высшие Существа очень сильно завидовали. Понятия не имею, что это. Но, судя по всему, эти мадам что-то затеяли.

Что ж, сильным союзникам я всегда рад. А иметь в союзниках богов — об этом можно только мечтать. К слову, надо поинтересоваться, как они сюда проникли. Лично для меня стена, возведённая хранителями, всё ещё была неприступной.

Когда я взывал к Кодексу, это было похоже на крик через закрытую стену. У Кодекса, можно сказать, очень тонкий слух. И очень выборочный, да. Пока что я видел богов только в своей душе. А для души, как известно, нет никаких преград, чем эти хитроумные божки и воспользовались.

Ну и опять же, физических воплощений богов в этом мире я не видел. Ближе всего, как ни удивительно, находилась Тёмная Богиня, чьё присутствие в этом Мире было самое близкое к тому состоянию, которое можно назвать материальным. Ну так не зря она считалась самой хитроумной среди богов. Слишком много у неё было козырей в рукавах.

И вот это недавнее ощущение силы с глубин Атлантического океана. Сейчас я не чувствую ничего за Божественным куполом. Но есть у меня ощущение, что Мудрейший уже засунул ногу в приоткрытую дверь в этот мир. И очень сильно хочет пролезть целиком. А вот это чрезвычайно плохо.

С Богом в физическом воплощении, а значит, и с полным сил и возможностей, я не мог справиться в одиночку и в прошлой жизни, ну, имеется в виду — при прямом противостоянии. Тут выхода два — либо надурить, либо позвать братьев. Всё-таки вместе мы — такая сила, что одиночный бог для нас не соперник. Они это знали, и мы это знали.

Но, как я и говорю, Охотники при всём своём величии были всего лишь людьми. И хода в этот мир у них нет. Хотя вот, умудрились передать эти артефакты. Интересно будет подумать, как выстроить коммуникацию в будущем.

Всё это я думал, сидя около Искры Кодекса в башне моей крепости в Арктике, пытаясь понять, что поменялось в этом мире. Судя по ощущениям, нифига не поменялось. Этот маленький огонёк Кодекса был похож скорее на конденсат с другой стороны неприступной стены, нежели чем на самый маленький ручеёк. Так что да, даже Кодексу в этот мир нету ходу.

Да и при прощании с этой тройкой божественных затейниц в последний момент я успел уловить их эмоции. Кажется, передача мне посылочки далась им достаточно сложно. Не думаю, что они в состоянии наладить бесперебойную поставку. А ведь это было так здорово.

А ещё думаю, что у них есть какое-то ограничение по весу и размеру. Ведь вместо этой маленькой коробочки они могли притащить мой старый доспех. Вот это был бы поистине божественный подгон, но видимо придётся закатать губу. Да и положа руку на сердце, то, что хранилось в этой маленькой коробочке… Да за него, наверное, можно было бы купить Империю.

Я вздохнул, поднялся на ноги и вернулся обратно в усадьбу, разбудив своих жён поцелуем и попросив зайти ко мне в кабинет.

Через несколько минут девушки впорхнули в мой кабинет, улыбаясь. Аня, как всегда, выглядела безупречно. Катюхе, беременность давалась похуже. Но и она тоже улыбалась. Хотя, когда садилась на диван, слегка придерживала живот.

— Как ты, милая? — обратился я к Кате.

Та посмотрела на меня с легким удивлением.

— Ты знаешь… Сильно лучше. Как будто… — она задумалась. — Как будто наша девочка внезапно перестала тянуть энергию!

— Вот и хорошо, — улыбнулся я, про себя подумав, что Тёмную надо бы крестной назначить. Столько энергии, сколько она влила в Катюху, могло бы… Да, дофига чего могло. Но Тёмная поделилась с моей будущей дочкой, облегчив жизнь моей жены. Что ж… Зачет!

— Господин? — в проёме двери появился Иннокентий, который держал на руках всё ещё сонного Антона Александровича.

— Иннокентий, а вы зачем подняли Антона? — тут же нахмурилась Аня.

— Это я попросил, — улыбнулся я, вставая с кресла и беря на руки своего наследника. — Спасибо, Кеш, оставь нас одних.

— Да, господин! — кивнул тот и отдал мне сына, а затем вышел, прикрыв за собой дверь.

— Ба-тя! — сонно пробормотал Антоха, и попытался сломать мне палец, которым я щёлкнул его по носу.

Он попробовал так, без лишнего энтузиазма. Во-первых, он понимал, что у бати сломать ничего не выйдет. Это его сначала расстраивало, но потом он привык. Ну, а второе, всё-таки время было раннее, и он хотел ещё поспать. В итоге усталость взяла своё, и он умиротворённо засопел у меня на груди.

Я аккуратно уселся обратно в кресло, вызвав у моих супруг синхронные улыбки умиления.

— Выбирайте, — кивнул я и подтолкнул к краю стола шкатулку.

Несмотря на то, что Катя была сильно беременна, она подскочила к шкатулке, в которой, переливаясь, лежало кое-что интересное. Вот что значит женщины, неравнодушные к украшениям.

— Ух ты! — девушки одновременно, не толкаясь, заглянули внутрь и достали оттуда кольца.

— А что это за металл? Первый раз такой вижу, — нахмурилась Катя.

— Это не золото, — сказала Аня. — Ой! Оно поменяло цвет.

— Смотри, камешки могут меняться, — заметила Катя.

— То есть, это мы своей волей?

На несколько секунд они выпали из этой жизни, разглядывая кольца, которые у них в руках меняли цвет на абсолютно разные.

— Да, маленькая побрякушка великого колдунства, — улыбнулся я. — Выбирайте и надевайте.

— Так они одинаковые, — нахмурилась Катя. — Вот эти две побольше, а вот эти поменьше. А вот это… Но не мой размер, по-любому… Ух ты!

Катя взяла в руки пятое кольцо, которое в её руках начало менять размеры.

— А как это?

— Ну… Это чрезвычайно сложно объяснить, — улыбнулся я.

— А что это за кольца? — цепкий взгляд моих жён окинул мои руки. — Ага, и у тебя тоже есть.

— Почему их шесть? Для кого?

— Ну, потому что шесть — это именно то число, по которому и делаются эти артефакты. — Не торопись, я дальше всё расскажу.

Ну да, кольцо Истребителей я не носил уже довольно давно, боясь за цвет камня, который оно покажет. А конкретно «это» кольцо я сделал обычного матового платинового цвета без всяких изысков.

— Так, вот это вроде наши… — переглянулись Катя с Аней и посмотрели на меня. — Ну что, надеваем?

— Надевайте, — ласково улыбнулся я.

Девушки с ощущением удивления косили взглядом себе на пальцы: прямо сейчас, в режиме реального времени, кольца меняли цвет, подстраиваясь под их настроение.

— Секунду! — сказал я, протянул руку вперёд, взял маленькое колечко и нацепил на палец сопящего Антохи. — Вот теперь всё.

— А эти два? — кивнула Катя, а потом посмотрела на Антона, мгновенно поняла и погладила живот. — Ага, понятно с одним. А пятое?

— Не решил пока, — улыбнулся я.

— И что они делают? — тут же спросила Аня. — Я ничего не чувствую.

— Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — сказал я. — Аня, подойди к окошку. И пожалуйста, не пугайся. Просто ничего не делай, сейчас я кину молнию в тебя.

— Саша, — нахмурилась Аня. — Ты испортишь мне причёску!

— Блин… — задумался я. — Ну тогда ледяную стрелу.

— Эээ… — сказала Аня, — а она мне платье не подпортит?

— Нет, в этом и прикол демонстрации. Катюх, а ты отойди, на всякий случай, в сторонку.

— Саша, — абсолютно серьёзно посмотрела на меня Аня. — Ты же понимаешь, что если испортишь мне платье, то… — она многозначительно замолчала.

— Да, да, да, понимаю. Что я, дебил, что ли? В общем, смотри, доспех не ставь, ничего не делай, вообще ничего. Тебе понятно?

— Понятно, муж мой, — широко улыбнулась Аннушка.

Люблю их. Вот что значит полное доверие.

Я специально медленно сформировал в воздухе ледяное копьё, и лёгким взмахом толкнул его в сторону Ани. В принципе, даже такое небольшое копьишко, с моей-то силой, могло пробить бронированный танк.

Прямо сейчас, на мгновение, вспыхнули все наши кольца. И… стрела бессильно рассыпалась перед Аней.

— И что это было? — спросила Катя.

Аня нахмурилась, глядя на пол.

— Саша, я могу вызвать горничных? Сейчас промокнет ковёр.

— Не промокнет, — улыбнулась Катя.

Из её руки вылетела горячая волна, пахнуло горячим воздухом, мгновенно растаяв сосульки и высушив ковёр.

— Ух ты! — улыбнулась Аня. — А меня научишь?

— Ага, — засмеялась моя вторая жена. — Сразу после того, как ты меня научишь на бирже играть.

Тут уже засмеялась Аня:

— Не надо оно тебе в твоём состоянии. Да и вообще, твоя сила в другом.

— А если я хочу? — надула губы Катя.

Аня покачала головой:

— Ну, если хочешь, то научу. После родов.

Я смотрел на жён и умилялся. Всё-таки зайки они у меня. Опять же они синхронно повернули ко мне головы.

— Ну, так объяснишь?

— Объясню, — сказал я.

Приподнял руку, демонстрируя кольцо.

— Это артефакт называется «Связь душ». Люди, которые их носят, становятся как бы единым целым. Их сила, энергия…

Я на секундочку задумался.

— Сложно объяснить конкретно. Основной прикол в том, что души становятся общими.

— То есть, я смогу теперь доставать у тебя из океана душ твоих весёлых тварюшек? — тут же навострила уши Катя.

Судя по её взгляду, она пыталась сейчас это почувствовать.

— А как? А как это сделать?

— Нет, — рассмеялся я, — я же говорю, это немного не так работает. Да, там есть разные ништяки, я потом про них вам расскажу. Но самое главное, это то, что тот, кто попытается напасть на одного из носителей кольца, ну, ему нужно будет пробить нашу общую защиту. Простыми словами, если кто-то захочет убить вас, мои дорогие жёны, то он должен пробить сначала мою защиту. А как вы знаете, я не только лучший муж на свете, но ещё и самый крепкий муж в этом мире!

Тут я вызвал улыбки у своих жён и понимание в их глазах.

— То есть, теперь нас вообще никак нельзя убить? — сделала свой вывод Аня.

Я снова засмеялся, всё-таки вера в меня их потрясала.

— Не то, чтобы совсем, но да, вы очень близки к этому.

— Супер подарок! — сказала Аня. — Спасибо! И отдельное спасибо за Тоху.

— Да, дорогой! Ты молодец! В том, что ещё заботишься о наших будущих потомках.

Затем жены подошли ко мне, обняли с двух сторон, и чмокнули одновременно в обе щёки.

— А кому отдашь этих два кольца?

— Пока не знаю, — задумался я. — Как сказал, этот артефакт по шесть штук делается всегда. Но прикол в том, что… Да, — я кивнул на спящего Антоху, — он будет расти вместе с пальцами малыша. Но есть один плохой момент. Дело в том… — Я тяжело вдохнул и сделал трагическое выражение на лице. — … что снять теперь эти кольца до конца жизни вы не сможете.

На лицах моих жён появился ужас, и они тут же одновременно дёрнули себя за кольца и… конечно же, сняли.

— Эээ… — посмотрели на меня с недоумением.

— Это была шутка, — заржал я.

— Дурак!

Два подзатыльника прилетели мне одновременно.

— Дурак ты, Галактионов, и шутки у тебя дурацкие!

Я почесал затылок. Всё-таки, даже в шутку, жёнушки мои были сильны.

— Извините, я не мог это не сказать. Уж очень лица у вас забавные!

В этот раз мне удалось поставить блок против коварных подзатыльников от моих жен.

— Всё-всё! — я сгреб их в охапку и нежно прижал к себе, наслаждаясь видом раскрасневшихся фурий. — В общем, снять вы их, конечно, сможете, но теперь они принадлежат только вам. Никто другой их надеть не сможет. Иначе я периодически выдавал бы ребятам, которые идут на ответственные миссии, потом обратно собирал бы. Но, к сожалению, Вселенная очень хитрая. Такого читерства не допускает.

— А какой у них радиус действия? — Катюха уже прикидывала боевые возможности.

Я улыбнулся:

— За это можете не переживать. Где бы вы ни были, в любой точке мира, это всё будет работать.

Про себя я вспомнил славные денёчки, когда у меня было точно такое же кольцо. А у кого были другие пять? Ну об этом я лучше промолчу.

Однако, как я и говорил, Вселенная очень хитрожопая. В пределах этого мира, я уверен, что всё будет работать. А вот в Многомерной Вселенной, прыгая по мирам, связь периодически прерывалась. Но что самое обидное, этот поистине уникальный артефакт имел ещё так называемый «предел накопления». Если человек, носящий его, выходил за пределы определённой силы, кольцо просто лопалось и исчезало.

Вселенная, видимо, понимала, что если наденем колечки я, Дэнчик, Мак, ещё парочку товарищей… А ещё бы уговорили Первого Охотника присоединиться. Тогда боги бы просто начали бы сосать… Ой, я хотел сказать, им стало бы не очень комфортно.

В общем, что могу сказать. В данный момент для меня это реально царский подгон. А для моих жён и детей — практически полная гарантия безопасности.

Я поднял глаза вверх и мысленно отправил благодарность во Вселенную. Спасибо, братья! Я это ценю. Кто его знает, дойдёт благодарность или нет. Но я благодарил искренне, от души.

— Отлично, — сказал я, вставая. — Мамашка, забирай своего ребёнка, — протянул я Антона.

Аня тут же нахмурилась:

— Вообще-то, это и твой ребёнок тоже.

Я засмеялся и чмокнул спящего Антоху в щёку.

— Спасибо. Я знаю. Вот только сейчас я планирую немного повоевать. Александрович ещё не готов превратиться в неуправляемую боеголовку, которую мы будем закидывать в эпицентр вражеских позиций.

— Саша, ты что такое говоришь?

— Да шучу я, шучу!

Быстро передал Антоху и пошёл из кабинета. В дверном проёме развернулся:

— Но это не точно. Я сделаю из Антохи настоящего мужчину.

— Саша!!! — Это был крик мне в спину, но я уже кубарем скатился по лестнице.

Настроение у меня было отличное. Осталось разобраться в мировых событиях. Ну и уже начинать действовать.

Тут у меня зазвонил телефон. Я взглянул на абонента, улыбнулся, и приложил трубку к уху.

— Моё почтение, Ваше Императорское Величество!

— Саша, — сказала Лиза напряжённо, — мне тут пообрывали провод одни венценосные деятели, просят консультации.

Я рассмеялся:

— Дайте-ка угадаю! Это правители, территории чьих государств выходят в сторону Атлантического океана, верно?

— Верно, — сказала Елизавета. — Спрашивают, как долго простоит этот щит и, самое главное, чего им ждать после того, как этот щит спадёт.

— Хороший вопрос, — улыбнулся я. — Ответ на первую его часть: я понятия не имею. Честно, понятия не имею. Он может стоять…

Я на пару секунд задумался. Решил, что про полторы тысячи лет говорить ей не стоит.

— Он может стоять долгое время. А может открыться уже сегодня.

— Кто это? И как его создал?

— Кто это… — я почесал затылок. — Долго рассказывать. А что это… Скажем так, если у вас и у ваших коллег в голове появилась мысль шарахнуть по нему ядеркой, так вот скажу вам — не стоит, только океан загадите.

— Не буду скрывать, — сказала Лиза, — такой вариант рассматривался.

— Раньше надо было херачить, пока твой батя туда не прилетел, — хмыкнул я.

— Что, серьёзно? — спросила Лиза.

— Да не, шучу. Там бы тоже было, наверное, бесполезно. Ракеты бы просто упали кусками железа.

— Да кто там прячется внутри, чёрт возьми? — воскликнула Лиза.

— Отец тебе расскажет, когда вернётся.

— Когда вернётся? А где он, что с ним?

— Ну, скажем так, у него сейчас, наверное, лучшее время за последнюю, я не знаю, тысячу лет. Сейчас ему хорошо и спокойно. Он находится в нирване и полностью доволен жизнью.

— Снова бухает, что ли? — уточнила Лиза.

— Почему сразу бухает? — обиделся я.

— Потому что, всё то, что ты описал, это как раз то, ради чего люди бухают.

— Да не, он сейчас точно не бухает.

Я на секундочку задумался.

— Хотя это не точно. Да блин, я не об этом сейчас вообще. В общем, думаю, что он наконец готов переложить тяготы императорского груза с твоих хрупких плеч снова на свои широкие мужские.

— Да ладно⁈

Я даже через телефон почувствовал, как из Императрицы потёк поток силы. Я, конечно, думал, что она будет радоваться, но не настолько.

— Мне кажется, ты немножко рада этому.

— Немножко⁈ — тон Императрицы внезапно поменялся. — Саша, Саша, скажи немедленно, что это не шутка! Скажи, что это правда!!!

Тон мудрой правительницы сменился на тон маленькой девочки, перед которой замаячила перспектива величайшего дня в её жизни — её дня рождения.

— Ну, скажем так, — я решил слегка дать заднюю. — Это на девяносто девять процентов… Я с ним ещё поговорю.

— Саша, давай его ко мне быстрее! Хочешь, я дирижабль вышлю?

— Стоп, стоп, стоп, Лиза! — улыбнулся я. — Во-первых, я сам разберусь с доставкой. А во-вторых, ты думаешь, он прилетит и сразу скажет: «Всё, Лиза, ты свободна, я теперь Император»?

— Ну… да, — неуверенно сказала Лиза, и тут же рассмеялась. — Да, вот это я размечталась, — в её голос вернулась «взрослость». — Да, я понимаю, что всё очень сложно, но, по крайней мере, у него теперь есть желание. Так что мой вопрос не утратил актуальности. Когда он прилетит?

— Ну… я думаю, — почесал я затылок, — уже скоро.

— Хорошо, жду! — сказала она. — И это… Саша. Спасибо тебе большое… За всё!

— Пожалуйста! Хорошие люди должны помогать друг другу. Нас и так мало осталось.

Вздохнул я и положил трубку.

Так, с семьёй поговорил, политикой позанимался. Что теперь? Ну, а теперь, кажется, пришла пора проведать одного ящера-переростка, который получив заёмную силу, решил, что он пуп земли. Вот только мы, Охотники, существуем в Многомерной Вселенной для того, чтобы объяснять таким дегенератам, что они в корне неправы!

Главная крепость Охотников

Где-то в Многомерной Вселенной

Первый Охотник стоял перед стеллой. Из глаз у него текли слёзы, а ещё он улыбался. Прямо сейчас он плакал вместе с Кодексом, и радовался вместе с Кодексом.

Из жизни ушел Охотник, и Кодекс горевал. Но это был предатель, который убивал своих братьев. Месть свершилась, и Кодекс торжествовал. Вот только какой бы ребёнок ни вырос, это был его ребёнок, ребёнок Кодекса. Именно поэтому его одолевали смешанные чувства.

И вместе с Кодексом всё это переживал Первый Охотник — аватар Кодекса и проводник его воли во Вселенной.

Взгляд первого Охотника скользнул по карте, в результате чего внутри камня Вселенная повернулась. Изменилось расположение звёзд и планет, затем, по мысленной воле Первого Охотника, сменились многочисленные планы. И наконец, увеличившись, замерцала та точка, на которую он и хотел посмотреть — мир, в котором возродился брат Сандр.

Прямо сейчас он медленно моргал, показывая, что Кодекс обратил на него внимание, и связь с миром налаживается.

Первый Охотник нахмурился. Орден Охотников тысячелетиями изучал мироздание, собирал факты и проводил исследования. Старейшины Ордена владели невероятными знаниями. Но даже они не могли понять, чем отличается данный конкретный мир от всех остальных.

Да, он был Запретным. Но Запретных Миров было много. В некоторые из них, при определенных усилиях, попадали даже сами Охотники, не говоря о том, что Боги ходили туда, как к себе домой. Самое удивительное, что Запретные Миры фонили мощью Хранителей, их всегда можно было определить заранее. Данный же конкретный мир «подсветился» только благодаря Сандру, и когда уже после этого Охотники обратили на него своё внимание, они поняли кое-что невероятное.

Первое: Мир был наглухо закрыт каким-то необычным способом, который Хранители раньше не применяли. А второе было то, что Боги, которые мимоходом уничтожали или захватывали сотни миров (и это имеется в виду один единственный бог), не могли захватить один Мир. И да, тут их собралось несколько, и все упорно долбятся в закрытые ворота. Они знают что-то такое, чего не знают Охотники. И это очень сильно его раздражало. Там творилось что-то невероятное, и в этом нужно было поучаствовать. Ну, теперь там был брат Сандр. Это немного облегчало задачу.

— Позволь мне поговорить с братом! — Первый Охотник уже в тысячный раз отправил зов к Кодексу.

Вот только в тысячный раз он получил снова один и тот же ответ. И звучал он так:

«Ещё не время!»

Глава 9

Я стоял на высоких стенах «Смелости» и вглядывался вдаль. Ну, основным моим «биноклем» был сейчас Шнырька, но глазами можно было увидеть достаточно много.

Драконы в какой-то момент прекратили свои нападения на «Смелость». Я бы на их месте сделал бы это гораздо раньше, ведь, несмотря на многочисленные потери, захватить крепость они никак не могли. Тут уже вовсю работало преимущество в логистике. Когда, благодаря системе порталов, в один момент на стенах может появляться моя гвардия во всеоружии, то захватить крепость Драконам резко становится сильно сложновато. И самое главное — бесполезно кидать на штурм всё новые и новые войска.

Был даже период массивной бомбардировки, когда Драконы решили без затей смести мою крепость с лица земли, но они также не достигли успеха. А «Смелость» зато стала отличным полигоном для испытания новых защитных артефактов, которые поставляли мне Крендель с Арнаутским. В принципе, они говорили, что и прямой ядерный удар защита крепости выдержит. Но к этому я относился несколько скептически. Точнее, этот экспериментальный щит не должен был «выдерживать» взрыв. Он должен был нейтрализовать боевую часть ядерной ракеты или бомбы, которая бы попала в поле действия артефакта и боеголовка просто врезалась бы в землю куском металла. Вот только это самое поле действия не было сильно большим.

И Драконы при определённом усилии могли бы просто накрыть ядерными взрывами крепость по периметру. Но, видимо, до такого они еще не додумались. Ведь по факту в пяти километрах всё ещё существовал небольшой городок, где жило большое количество подданных Империи Драконов. Да и военных вокруг скопилось, мама не горюй.

По факту крепость сейчас находилась в кольце из оборонных сооружений, из которых лениво периодически кто-то постреливал, ну просто из вредности, дабы разрядить наш защитный щит.

Неожиданная проблема появилась в другом. Всё чаще и чаще в голову защитников-гвардейцев пытался влезть Морфей. Лепесток уже практически не вылезала с территории крепости, пытаясь держать руку на пульсе, а количество пострадавших гвардейцев исчислялось уже десятками.

Правда, всего троих мы потеряли безвозвратно. В данный момент ради их же безопасности они находились в камерах моей тюрьмы. Ведь даже я не мог устранить последствия внедрения Морфея и ребятам придется ждать, пока сам Морфей не сдохнет.

Однако именно присутствие Лепестка в крепости позволило купировать воздействие на другую часть гвардейцев, которых, конечно же, убрали из опасной зоны. Но они, по крайней мере, остались в своём сознании.

Давление со стороны Морфея постоянно усиливалось. А стопроцентной защиты от этого воздействия не существовало. Ну, я имею в виду внешней защиты. Если человек был силён сам по себе, то он бы отбился самостоятельно. Но сколько таких сильных ребят у меня было? Ответ один — недостаточно.

Вообще, прямо сейчас Империя Драконов как будто затаилась. Я примерно понимаю в ожидании чего. Восточный фронт, что противостоял Годарту, ушёл в глухую оборону. Флот зашёл в гавани, не вступая в битву с союзными флотами. Границы укреплены, но никто никуда не лезет. А в самой столице Империи Драконов не осталось ни одного агента, который бы рассказал, что там творится на самом деле.

Что ж, для этого я и прибыл сегодня в «Смелость».

Я посмотрел на Лепестка.

— Я ничего не перепутал?

— Нет, всё верно, Александр, — кивнула бывшая императрица головой.

Я только что сдал экзамен на знание Императорского Дворца Драконов и его окрестностей. Это очень сильно помогло в тот раз, когда я вызволял Пушкина. А сейчас мне нужны были другие нюансы. Другой вопрос, что Император-Дракон тоже должен был знать, что Лепесток теперь с нами. Возможно… да даже не возможно, а скорее всего меня там будут ожидать сюрпризы. Но толстые древние стены дворца не переставишь, так что, в принципе, информация была актуальна.

— Я еще раз повторю, Александр, что я бы очень не хотела, чтобы ты это делал, — нахмурилась женщина.

Тут уж я улыбнулся.

— Да ты знаешь, я и сам бы этого не хотел. А знаешь, что я бы хотел? Чтобы человечество перестало грызться друг с другом. И чтобы к столице Драконов подошел объединенный воздушный флот всего мира. И обосравшийся от испуга Император-Дракон сдался бы на милость победителей. Вот что я хотел бы. Но пока это фантастика, поэтому придётся брать ответственность за всё человечество простому русскому барону.

Тут уж Лепесток улыбнулась.

— Простому барону?

— Ну, а как ты думала? — развёл я руками. — Вот он перед тобой. Барон «в каждой жопе затычка». Вот какая должна была быть моя фамилия.

— Ты как будто жалуешься, — с интересом склонила набок голову Лепесток. — Насколько я знаю, тебе это не свойственно. Так в чём дело, Александр?

Я нахмурился, прислушиваясь к ощущениям, и согласно кивнул:

— Я точно не жалуюсь. А вот нервничаю, да.

— Жалкий барон умеет нервничать? — улыбнулась Лепесток.

Но я не поддержал игру.

— Ещё как умею. И что-то мне подсказывает, что моя нынешняя миссия будет нифига не лёгкой.

— Как, впрочем, и остальные, — пожала плечами Лепесток. — Но тут я с тобой согласна. Я ещё раз говорю: может, не нужно это делать? У меня, конечно, болит душа, глядя во что превращается мой народ. Но, всё-таки, Драконы заперты сейчас внутри своей страны. Блокада, не только военная, но и экономическая, мне кажется, со временем это должно принести свои результаты.

— Принести свои результаты? — я не выдержал и рассмеялся. — Как ты думаешь, почему наши враги не смогли захватить эту крепость? — махнул я пальцем в сторону развевающегося на флагштоке флага Медоеда.

— Ну, потому что у тебя сильная гвардия. Сильные бойцы, и сам ты, Александр Галактионов!

— Да, это все верно, — кивнул я головой, соглашаясь. — Но всё же основная заслуга — это упрощенная логистика через портал, по которому подмога доставляется практически мгновенно. А со стороны «Смелость» выглядит обреченно, окруженная со всех сторон врагами. Ну вот и Китай сейчас похож на нашу «Смелость» со всеми вытекающими.

— Ты хочешь сказать, — нахмурилась Лепесток, — что помощь приходит к ним через порталы? Это какой мощью должны быть порталы, чтобы снабжать целую страну?

Я, горько улыбнувшись, вспомнил, что на самом деле могут боги, и какие порталы они могут ставить. Они Миры снабжают, что им эта жалкая Империя. Вслух я этого, разумеется, не сказал, а сказал следующее.

— Скажем так, есть заинтересованные люди, которые в состоянии это провернуть.

— Вроде вщ-щ-щё… — раздался у меня шипящий звук над ухом. Шнырька закончил разведку, и я кивнул.

Напоследок огляделся. Все бойцы гвардии были на своих местах. Никого из высшего руководящего состава тут не было. Все выполняли свои задачи. Каждый из них высказал своё негодование и несогласие с моим планом. Но уже традиционно приняли моё решение.

— Ну, я пошёл, — кивнул я, и шагнул с высокой крепостной стены между зубьями в пропасть, мгновенно уходя в тень.

Защита от теневиков у Драконов присутствовала. Но от теневиков слабых — меня они, конечно, не остановят.

На этот раз я достал из Океана Душ Теневого Червя. Здоровенная тварь, которая находилась у меня с незапамятных времён. Он был не таким быстрым, как Теневой Дракон, но у него было преимущество. Он мог нырять глубоко в тень, где скорость его повышалась в разы.

Вот и сейчас, оседлав тварь, я направлял его мысленными командами в нужную сторону, задумчиво оглядываясь по сторонам. С момента идиотского поступка Джинов прошло определённое время. И Теневой План, почуяв слабину, потихоньку начал просачиваться в этот мир. Моё зоркое зрение, а также глаза Шнырьки показывали, что вокруг всё кишело разведчиками Теней, которые в ужасе шарахались от нас, боясь своего старшего собрата, ну и чувствуя мою силу.

Я увидел несколько, пока ещё небольших, червоточин, которые потихоньку расширялись. Про себя я подумал, что если так всё пойдёт и дальше, то скоро по всему миру начнут вылезать Тени. При этом резко возрастёт стоимость нефрита — материала, который являлся смертельно опасным для любого теневого создания.

Сразу в голове я поставил галочку, что надо переговорить с Аней и скупить все месторождения нефрита, до которых мы сможем дотянуться. Нет, не с целью задрать цену и заработать. Хотя, безусловно, хорошую прибыль я получу. Я просто представляю, что начнётся, когда все внезапно поймут, что лучшее оружие против Теней — это нефрит. Подозреваю, что как раз многие захотят на этом спекулировать. Чем больше у меня будет возможностей, тем лучше это будет для человечества. Я давно перестал удивляться его неуёмной жадности, когда отдельные люди реально зарабатывают на сородичах. Точнее, на их смертях. Переделать человеческую природу точно нельзя. А вот подстраховать — вполне можно. Этим я, пожалуй, и займусь.

Путь до столицы Драконов от «Смелости» занял примерно час. Заодно я произвел проверку моих новых Печатей. Оказалось, что всё работает, как надо. И в Тени я могу довольно долго находиться без всякого дискомфорта.

Слой, по которому я сейчас передвигался, достаточно глубокий, чтобы обойти практически любую защиту этого мира. Глубже нырять смысла не было. Так что испытанием я был доволен. Кроме меня, на этот слой смогут забраться ещё мои Паладины, Волк, Ратник. Ну и еще несколько людей из этого мира. Маловато. Но, смотря для чего.

Впереди я увидел жёлто-коричневое сияние. И щелчком пальцев отозвал червя и загнал его снова в Океан Душ. С этими тварями у меня никогда не будет договора, чтобы их отпустить. Пока у меня будут силы их удерживать и возвращать обратно, я буду это использовать. Как только связь нарушится, я их просто уничтожу. Но отпускать точно не собираюсь.

Дальше, не торопясь, я подошёл к щиту и пригляделся, а затем потихоньку начал «всплывать» на верхний план, где уже начали проявляться обводы окружающего меня города. Да, всё правильно. Этим щитом был окружён Императорский дворец. Ведь сделано это было не человеком, но Богом. И это меня сильно беспокоило.

Всё ещё не прикасаясь к защитному экрану, я предполагал, что прорваться внутрь всё-таки могу. Ведь Морфей всё ещё не присутствовал физически. В этом мире он работал через свой аватар. Однако, вместо защиты, этот щит имел больше охранно-информационную роль. О моём появлении здесь точно станет известно.

Надо ли мне это? Ну, если бы я хотел провести разведку боем, то да. Но я понятия не имел, что там за куполом и какие могут ожидать меня там сюрпризы. Поэтому я поступил по-другому. Всё так же медленно я всплывал на самую поверхность. Кроме этого щита, все здания, всё пространство вокруг дворца также было закрыто, покрыто тревожной сетью, как материальной, так и магической.

Ну, тут уже работали люди, поэтому мне было проще. Перед тем, как «проявиться» на чердаке одного из зданий, я осторожно убрал следящий отросток паутины. И тут же подошёл к небольшому слуховому окошку, посмотрев в него. Передо мной раскинулась странная картина. Когда-то самый населённый город в мире, как будто вымер. Небо до горизонта покрывали серые тучи, которые не несли дождь, а несли энергию, чуждую для этого мира. Периодически с неба проскальзывали молнии, не привычные нам голубые, а ядовито-зелёного цвета. Судя по всему, солнца здесь не было уже давно. Некогда цветущие деревья в садах Императорского дворца пожухли, как будто сейчас был не разгар лета, а глубокая осень. Всё вокруг выглядело уныло и безотрадно. По улице ходили патрули. Нет, мирные жители тоже были, но они старались быстро пересечь открытую местность, прижимаясь к стенам, а при виде патрулей вообще прятались в домах.

Дальше в дело вступил Шнырька. И тут мне открылся следующий слой странной картины. Нет, люди здесь все оставались. Только все они находились внутри своих домов и квартир. Практически все они сидели или лежали, глядя в никуда отсутствующим взглядом. Кто-то механически запихивал в рот еду, кто-то также, глядя бессмысленным взглядом вперёд, мыл посуду или же подметал пол. Но все они были похожи на безмозглых кукол, которые способны выполнять лишь самые простые базовые занятия для поддержания жизни. Собственно, именно так всё и было. Все жители столицы Драконов превратились в безмозглые марионетки, подчиненные новому правителю, богу Морфею. А судя по зелёным молниям, он здесь был не один.

Как будто подслушав мои мысли, в соседнем квартале моргнул и открылся портал Скверны. Оттуда вывалилось два мертвяка, что тут же забежали в дом, набросившись на безвольных кукол, повалив их на пол и вгрызаясь им в горло. И тут же мгновенно «ожили» все жители этого дома, которые похватали всё, что было из оружия, и бросились в квартиру, где происходили убийства. Всё-таки они были не воинами, и погибло ещё несколько человек, но мертвяков они завалили массой.

Я так понял, что прямо сейчас я наблюдал маленький сбой в союзном соглашении Морфея с Неназываемым. Уж сильно много энергии здесь бурлит. И такое, уверен, происходит постоянно.

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака, — доложил Шнырька, показывая мне картинку.

— Ага. Ну, примерно я так и предполагал.

За городом, в бывшей, то ли военной части, то ли тюрьме, обнесённой высоким забором, как раз было несколько стационарных порталов Скверны. Своего рода логистический центр. Сплошной волной мертвяки из одного портала заходили в следующий, чтобы выйти в каком-то другом месте. В каком — я понятия не имел. Но всё это тщательно контролировалось Одарёнными, что стояли на стенах. И Одарёнными в чёрных плащах Неназываемого, что выполняли роль погонщиков. Эмиссаров здесь не было, я чувствовал. Это были местные, продавшиеся Неназываемому. Вот только куда они все переправляются?

— Ш-ш-шматри! — Шнырька прекратил транслировать всю картинку и показал мне новую: из-под защитного купола прямо сейчас вылетал Дракон Погибели, на котором сидел аватар Морфея — бывший Император-Дракон собственной персоной.

Что ж, похоже, прямо сейчас у меня есть шанс нехило поднасрать этим долбанным божкам, которые почему-то решили, что им всё можно.

Я задумчиво заглянул к себе в Океан Душ. Итак, что лучше всего подойдет для данной ситуации?

Первая крепость Охотников

Где-то в Многомерной Вселенной

— Да как так-то⁈ — «Мастер Переговоров» Дэн выглядел как всегда. А всегда он выглядел как какой-то бомж, который ранее был аристократом.

Самое интересное, что нет — Дэн был исключительным чистюлей. Ну, в то время, пока не бухал. И именно какой-то грязи на нём обычно не было. Но вот что он очень не любил, так это новые одёжки.

В Ордене ходила шутка, что рубашке Дэна больше лет, чем ему самому. И в этой шутке была лишь доля шутки. Да, рубаха из кожи Иридиевого Василиска была практически вечной. Ну, она могла бы быть вечной у какого-нибудь торговца или офисного сотрудника. Дэн же не был ни тем, ни другим. Периодически, в буквальном смысле того слова, забирался в жерло вулканов. Соответственно, рубашка и вся остальная его одежда так же выглядели соответственно.

Постричься и побриться Дэна заставляли только его периодически возникающие подружки, которые держались около него совсем недолго. Либо не выдерживая глубины его алкоголизма, либо просто в один прекрасный момент, теряя самого Дэна, который, протрезвев, яростно убегал на новое задание. Без предупреждения, конечно, просто оставив на прикроватном столике свою благодарность в размере годового бюджета небольшого королевства. Деньги Дэн никогда не копил. А зачем? Он всегда ещё заработает!

В общем, судя по его виду, прямо сейчас подружки у него не было. Он вернулся прямо с очередного яруса самого ада, так как от него явственно пахло серой, а чёрная кровь, что покрывала его доспехи, явно не была человеческой.

— Ты бы помылся, что ли, — флегматично заявил Мак, без всякой надежды, одновременно пододвигая заготовленный для друга большой бокал пива, который Мак заказал сразу же, как почувствовал, что его старый приятель уже прорывает ткань Вселенной, собираясь появиться в этом зале.

— Спасибо!

Дэн несколькими глотками выхлебал двухлитровую кружку и стукнул ей по столу, продемонстрировав бармену два пальца, что означало количество нового заказа.

— Ты с темы-то не съезжай. Вы почему на Гаргаса пошли без меня?

Старый Мак улыбнулся в свои усы и неспешно отхлебнул ещё пива.

— Ну, потому что могли, — пожал он плечами.

— Херовый из тебя друг, — нахмурился Дэн, щёлкая пальцами, и новые наполненные кружки с пивом полетели через весь зал к нему на стол.

— Как скажешь, — снова усмехнулся Мак. Любил он бесить Дэна своим спокойствием.

— Скучный ты старый перец, — объявил Дэн, залпом выпив ещё одну кружку и уже немного отпив от третьей. — Вот с Сандром было весело. А с тобой трындец скучно. Он хоть мучился перед смертью?

Дэн, как всегда, перепрыгнул с темы на тему, как пулемёт.

— Мучился ли он перед смертью? — покачал головой старый Мак. — А кто тебе сказал, что он умер? Нет, он до сих пор мучается.

— О, это хорошая новость, — отсалютовал Дэн. — Тогда я, пожалуй, заскочу к нему и подкину ему пару ласковых заклинаний. Одно нашёл недавно. Заодно будет на ком протестировать.

Мак усмехнулся:

— Я бы сказал, что ты неисправимый садист. Но, в данном конкретном случае, эта тварь, наверное, это всё-таки заслужила. Ну, а что касается Сандра, возможно, мой чёрный день ближе, чем я думал.

— Чёрный день? — Дэн отхлебнул от пива, заинтересованно посмотрев на товарища. — Ты о чём?

— Я о том чёрном дне, когда Сандр скоро снова вернётся к нам в братство. И вы двое опять начнёте делать мне нервы.

— О, — оживился Дэн, — это отличная новость! И нет, я думаю, ты даже не представляешь масштабов того трындеца, который мы с ним устроим. Как я говорил, я узнал пару новых приёмчиков. Да и Сандр, я так понимаю, без дела не сидел.

— Не сидел, — кивнул Мак. — Вот поэтому нас Первый и собрал.

— Ага, — Дэн снова выпил пиво, снова щёлкнул пальцем, ещё две кружки, заранее налитых, прилетели к нему на стол. — То есть, ты знаешь, по какому поводу этот банкет?

Один за другим раздались два хлопка. Дэн обернулся и отсалютовал пивом прибывшим. А потом огляделся, как будто видел всех в первый раз. Он уже промочил горло пивом и был готов воспринимать информацию.

— Ого! Я, смотрю, давно не видел столько братьев. Это будет замечательная попойка. Хотя и без Сандра, — грустно добавил Дэн.

— Да вот боюсь, что попойки как раз не будет, — покачал головой Мак и махнул в сторону двери, из которой выходил нахмуренный гранд-мастер Вульф, правая рука Первого Охотника.

— Братья, — усилив голос силой, сказал Вульф, — прошу вашего внимания!

Глава 10

Почему я снова улыбаюсь? Наверное потому, что опять ощущаю себя живым, тем самым грозным Сандром. Только тогда я смог отбросить всю свою скрытность и лишние меры предосторожности, и отправиться по главной улице, которая кишела врагами.

Вот так спокойно иду, гордой походкой, и никого не трогаю. И хотя вначале я скрывался, а план был проникнуть во дворец, однако все случилось даже еще лучше, чем я думал. Дракон и Аватар сейчас были в небе, а уничтожить его дворец без него, это неинтересно. Да и не уверен, что в этом есть какой-то смысл. А в чем, на самом деле, есть смысл, так это в уничтожении этого долбаного Дракона. Именно этим я и хочу заняться.

Вначале мой план был довести Аватара до такого критического момента, чтобы он использовал все свои запасы, в том числе, и Дракона. Но вышло даже лучше… Теперь осталось только всё правильно сделать. Смерть этого Дракона никоим образом не навредит никому, кроме марионеток Морфея. Жестоко? Очень… Но, как говорится, тут уже ничего нельзя изменить. По факту, он в любой момент может отправить их через портал, скажем, для атаки. И проблема такой армии для нас не в их количестве, хоть оно и велико, а в человечности. А у нашей армии она есть… Наш солдат не может выстрелить в ребенка или женщину, даже если они бегут на тебя с ножом. Морфею же плевать на любые нормы приличия. Он просто делает то, что хочет, как и Неназываемый. А вот Мудрейший — это вообще отдельный «фрукт». У того есть просто цель, которую нужно достичь, и всё. Зачем переживать, что умерли миллионов пятьсот, если они глупы, по его мнению.

Не каждый Темный может так жестко действовать из тех, кто хочет относительно спокойно жить в Многомерной Вселенной. Ведь если там устроить подобное, то против тебя ополчатся все, и ты будешь, как Неназываемый, всюду гоним. В общем, странная ситуация тут получается, и решения тоже приходится принимать нелегкие. Но на то я и Охотник, что могу себе это позволить, ведь опыт у меня многовековой.

Самое интересное, что на меня сейчас смотрят сотни глаз. Люди высовываются из окон, провожая меня взглядами, при этом транслируют Морфею все, что здесь происходит. Даже мертвые Неназываемого, и те стоят рядом, но ничего не предпринимают. Кажется, сущности в шоке от того, что я сделал, и не могут понять, в чём тут подвох. А ведь если они сами не нападут на меня, то я даже не знаю, что делать. Потому я начинаю действовать первым… Срубаю головы всем мертвым, которые встречаются на моем пути, а они, сволочи такие, по прежнему ничего не делают, а только покорно умирают.

В какой-то момент мертвых на улицах стало так много, что я даже не могу нормально пройти. Они окружают меня, но при этом не делают попыток напасть.

— Ш-ш-ш-што ш-ш-ш-ша ш-ш-ш-шыж-ж-жнь… — вздохнул мне на ухо Шнырька.

— Тяжелая, друг мой… — ответил ему с улыбкой. — Пришел к врагу, а он, кажется, хочет, чтобы я ушел.

И я прекрасно вижу Дракона, который летает вдали, и как бы не видит меня, но при этом чувствую, что все взоры устремлены именно на меня.

Мне этого мало… Для осуществления моего плана мне нужно подобраться, как можно ближе, и настолько, чтобы ощутить дыхание смерти из его пасти.

Ладно… Они сами напросились, и я хорошо понимаю, что сейчас происходит, а потому… Вмиг прыгаю в свою Душу и запускаю свои жадные ручки в Океан. Затем достаю оттуда просто огромную жменю всяких, не особо крупных, но достаточно ловких тварей. Но не спешу выбрасывать их в этот мир. Первым делом я выстрелил во все стороны туманом… Хоть и иллюзорным, но он был достаточно плотным, и только запах выдавал его принадлежность к ненастоящему. Не видел я смысла заморачиваться с подлинностью. Ведь не прячусь я.

Стоило мне это сделать, как всё пришло в движение. Я стоял на площади, которая была окружена высокими многоквартирными домами. Вот с них начали сыпаться мертвые твари. Судя по всему, Морфей оказался слишком жаден или Неназываемый потерял слишком много своего влияния. Пока Морфей ничем не рискует, то Неназываемый отправил свою армию на смерть.

Тысяча? Нет, около пяти… Столько было мертвых, и не все из них слабые, хоть и большинство. Вот теперь пришло время выпустить в мир моих тварей, да и самому схватиться за меч. Началась дикая пляска с клинками, где мне пришлось рубить во все стороны. Куда не ударь, в кого-то попадешь, но мне нужны были именно их головы. Не прошло и двадцати минут, а некротикой уже пахло так, что пришлось отключить себе запахи. Даже Шнырька, и тот, спрятался. Помимо того, что я работал сам, так еще призывал все новых и новых тварей.

Увы, но люди тоже пошли в атаку. Я думал, что Морфей будет умнее, и попытается действовать чужими руками, но нет. Для этого случая я призвал больше тысячи небольших Прядильщиков. Эти пауки были небольшого размера, но выпускали огромное количество прочной паутины, которая могла сдержать кого угодно. Они оплели паутиной двери и окна зданий, через которые бежали люди. А еще нейтрализовали самих людей. Для этого у них был яд. При всем этом, яд не смертельный, но на пару часов человек уснет, это верняк. Также, во время этой схватки, они плели свои паутины и на улице, что здорово мешало всем мертвым.

— Может уже хватит? — отбившись от двух мертвых гончих разом, выкрикнул я в пространство. — Вы настолько меня боитесь, что не можете показаться? Вот он я! Пришел один, а вы спрятались, как обоссаные щенки.

Увы… Но и это не помогало. Грубо говоря, они сейчас пытаются, как можно сильнее вымотать меня, чтобы никаких сил не осталось, когда сюда придет Аватар Морфея. Мне было приятно от такого. Ведь я, по правде говоря, не уверен, что у меня хватит сил, после этой всей кучи, одолеть Аватара. А там еще и Дракон… Плюс сейчас сюда посылают лишь мелочь, но и её довольно много.

Раз здесь одна мелочь, то дальше пойдут опаснее враги. Но главная опасность сейчас летает в небе, и ее окружает огромное количество военной техники, что кажется, словно небо почернело. На такой случай я посылаю туда Шнырьку, накачав его энергией, и с отверткой в лапках. Не проходит много времени, как первая вертушка начинает стремительно падать и врезается в еще одну. Происходит взрыв. Глупые, блин, марионетки. Остальные не удирают, а наоборот, идут по прямой, готовясь нанести удар.

Я к такому тоже был готов и начинаю… бежать. А за моей спиной раздаются взрывы, один за другим. Так много взрывов, и они убивают только своих. Мои же твари получили команду спрятаться. Обстрел длился всего минут пять, но даже земля там дрожала, и сейчас весь тот квартал в огне. Затем пришлось призвать уже свою живую «авиацию», которая принялась преследовать вертушки, что отправились на перезарядку. Правда, потерь там много не будет, но и это приятно.

И тут мне даже не дали посмотреть, как вертушки будут падать. На меня вышли костяные големы с магическими посохами и стали швыряться своими зелеными шарами, которые, отнюдь, не лечат. Одному из них, просто и без затей, я снес верхнюю часть туловища ударом кулака, напитанного силой. В другого кинул липкого слайма из новых, который только был освоен моим радужным Валерчиком. Он проник в каждую щель, куда только мог, и потом попросту сжался до размеров грецкого орешка, а вместе с своим телом утащил и части костяного голема, отчего тот умер. С остальными пришлось повозиться чуть дольше, но и это не было слишком сложно. Куда больше меня бесила нескончаемая орда мертвых, которая в будущем должна была отправиться на штурм моей крепости или Империи.

А ведь я уже забыл, как это… Весь в крови, и не своей, а все потому, что стараюсь беречь свои силы, но при этом нужно делать вид, что устал. Иначе я могу здесь простоять несколько дней, прежде, чем они захотят появиться.

Ооооо! Шнырька сломал еще один вертолет, и тот падает вниз. Жаль только, что не на головы этой орды, но ничего… И я не просто так тут бегаю. Ведь они даже не заметили, что в тех местах, где я пробегал, подземные коммуникации уже пустые, и на это есть свои причины. И когда они об этом узнают, то будет поздно. Конечно, если у меня все получится.

Императорский дворец Российской Империи

Зал совета

— Зачем он это сделал? — качала головой Лиза. — Когда вернется, я его убью… — выговорила она с трудом. — Хотя, нет… Лучше дам ему какой титул, это для него будет даже хуже.

Лизе никто и ничего не ответил. Все пристально смотрели на экран, и следили за тем, что там происходило. А там был форменный кошмар и ужас. Можно было рассмотреть летающего Дракона Погибели и Императора Дракона. А еще множество мертвых, которые заполонили все улицы в городе.

Люди понимали, что если вся эта толпа попытается пройти через границу, то та будет прорвана. Они просто не смогут угадать с местом, чтобы подготовиться, как следует. А готовиться всюду? Империя не маленькая, и границы ее раскинулись на многие километры. Хоть прорыв и не кажется таким страшным, но это катастрофа, которую все боятся. А потому Имперская канцелярия не знает, как действовать дальше. С одной стороны, у них непонятно что творится на море, и союзники не только просят, но часто требуют помощь. Ведь война с Китаем — непростая штука. Конечно, когда Индия вышла из союза, а Персия временно умиротворена, то стало легче, но разница не так уж и видна. И все это на фоне Императора-Дракона, который теперь потерял свое человеческое лицо и, судя по тому, что там сейчас происходит, все осознали одну вещь. Им нужно не просто готовиться… Им нужно начинать еще вчера работать в этом направлении, направляя туда все свои свободные силы.

Хотя у некоторых была надежда в груди… А вдруг молодой Галактионов справится и в этот раз. Именно на него они все сейчас смотрели, как он бегал в тумане, храбро сражаясь. До бесконечности орудовал своим мечом, не зная усталости, и не собирался отступать. Только было видно, как все новые и новые твари забегают в это туман, но оттуда никто не выбегает. Правда, там были еще прирученные и призванные звери Галактионова, но соотношение сил было несопоставимо. Словно одинокая оградка пытается сдержать всю силу сошедшей лавины.

— Мы можем сейчас отправить к нему подкрепление? — спросил один из министров.

— Можем, — кивнула Лиза. — Но не успеем.

— Тогда что мы можем сделать?

Лиза задумалась. Ей хотелось лично отправиться туда и сжечь всю ту заразу, но при этом она боялась даже дышать, переживая, что вот-вот пропустит появление Дракона, который там где-то летал… А ведь один его плевок может уничтожить целый квартал. Что будет с Сашей, если в него это попадет? И вообще, она до конца не понимала, зачем Александр скинул ей эту прямую трансляцию, непонятно с какого ракурса снятую. Ведь, пользуясь переполохом в стане врага, к столице Драконов прямо сейчас приближался стратосферный самолет-невидимка, что выполнял функции разведчика, но он все еще был далеко.

В чем была цель Галактионова? Если сплотить людей, то у него получилось… Вот только… Этого мало… Мало сплотить всех, кто находится здесь, в этом кабинете. Хоть это и смешно, но правда.

— Я знаю, что мы сделаем. Создавайте нарезку и отправляйте это видео на имперские каналы… На все! Люди должны знать о битве Галактионова, и о тех, с кем мы имеем дело.

— Но… — растерянно попытался возразить один из её министров. — Вы уверены, ведь это…

— Уверена! — кивнула она, без капли сомнений. — Мы это сделаем!

Лиза понимала, что эта нарезка может поднять репутацию Галактионова до таких вершин, что он смело сможет открыть дверь дворца с ноги и занять трон. При этом народ будет только рад такому. Его авторитет вырастет настолько, что… Императрица о таком только может мечтать.

* * *

А ведь я уже задолбался. Все улицы этого города были битком забиты, и мои паучки давно закончились. А ведь их было больше пяти тысяч, и все они только и делали, что пытались спасти людей. Нужно будет напомнить Одину, чтобы еще на них поохотился, ведь он мой главный поставщик мелких тварей. Насколько я знаю, он отрабатывает на них технику своих ударов.

Ладно, не об этом сейчас. Это все неважно… А важно то, что Дракон уже кружит недалеко, и сейчас я пытаюсь сделать свой первый ход против него.

Пока я отбивался со всех сторон от тварей, то не спускал с него взгляда, а затем подобрал удачный момент и…

— ДАВАЙ! — говорю Шнырьке.

В моей руке появляется копье, что сделали Арнаутский с Кренделем, и я напитываю его до предела, который только может выдержать этот металл. А затем, со всей дури, кидаю его в Дракона, который явно ожидает от меня чего-то подобного. Удар был такой силы, что тех мертвых, которые стояли за моей спиной, просто разорвало на много маленьких кусочков. Вот что значит — убить тысячу за один раз. Но сколько на это ушло энергии, то проще их всех руками, по очереди, задушить.

До Дракона мое копье, само собой, долетело, и он с гордостью принял его на грудь. Предварительно, правда, активировал всю свою защиту. Но то, что не стал уворачиваться от него, это уже хорошо. Может, силы ещё не восстановил, а может я был слишком хорош в своем броске. Этот удар его защита должна выдержать с легкостью, вот только была одна загвоздка. Это не простое копье, и первым делом произошел небольшой взрыв в задней части копья. На короткое время оно увеличило свою скорость, а вместе с этим пробивную силу, в несколько раз… Кроме того, оно было непростым… А еще оно было, как я сказал, под завязку наполнено моей силой. Силой Охотника, что обладал тайнами Паладинов. В общем… оно пробило защиту.

Ух… Как взвизгнул Дракон, когда это осознал. А как расширились глаза у Аватара. Он сразу попытался уйти в сторону, но сделал только хуже, и копье вонзилось в последний слой его защиты. По факту, защита тоже должна была выдержать, но он допустил ошибку и стал сопротивляться, давя на него своей силой, а это привело к тому, что копье перегрелось и… лопнуло. Произошел новый взрыв, и вот он уже пробил всё, что нужно, и всех посекло осколками.

Те капли крови, падающие с неба, я видел даже без Шнырьки. Они очень сильно фонили в магическом фоне. И хотя это его и не убьет, но здорово разозлит и, надеюсь, теперь эта падла полетит в мою сторону, чтобы я его добил.

Прошло пару минут и… снова полное разочарование. Вместо того, чтобы направить своего тупого Дракона на меня, враги решили усилить натиск мертвых, и теперь их не просто много… Я даже не знаю, как сказать… Дохрена? Но даже это слово не описывает всё происходящее.

Вот тогда я понял, что шутки кончились. Тут нужно использовать всю свою силу, чтобы отбиться, и именно это надо Морфею и Неназываемому. Впрочем, у меня есть, чем их удивить. Мы сейчас находились на гигантской площади, где можно посадить дирижабли пачками в ряд. И на этом месте я стоял уже больше четырех часов. Понравилось оно мне.

— Гаш-ш-ш-ши каж-ж-жлов!!! — завизжал Шнырька, глядя на толпу, которая приближалась ко мне.

— Ага! Как скажешь… — ответил ему, и еще раз взглянул вверх, есть ли там маленькая призывная сова из Теневого Плана, которая сейчас работает оператором.

Напитываю правую ногу силой и просто делаю один мощный, но четкий удар по земле ступней. От этого вся площадь задрожала и стала обрушиваться внутрь. Под землей уже давно не было ничего… Вся площадь практически держалась на честном слове, и мне было страшно, что она обрушится и без моего желания. Только пятачок, на котором я стоял, имел под собой опору. Мои муравьи специально оставили его для меня. Само собой, у них были там укрытия и… К ним разом вниз упало, наверное, тысяч тридцать мертвых, с кусками плитки и грязи.

Муравьев было раза в два меньше, но они находились в своей стихии, и началась жестокая битва не на жизнь, а на… корм? Эти детки Красивой и Чернушки пожирали мертвых, восстанавливая свои силы. А еще их панцири были сделаны таким образом, чтобы они могли не чувствовать влияния Скверны. Так сказать, с магическими «амортизаторами». И снова спасибо Валерчику.

Убийство разом такого количества мертвых не осталось безнаказанным, и в мою сторону полетели вертушки. А муравьи, кстати, справились уже… Они, как коршуны, налетели на своих врагов, и теперь выбираются оттуда и расходятся во все стороны.

Насколько я понимаю в вертушках, не самые дешевые и простые ракеты, да и остальные боеприпасы, а потому я не хочу тратить свой щит. Или всеми силами хочу это показать… Что я экономный, и силы у меня тоже могут закончиться.

И только я собрался от них бежать, как понял одну вещь. Я всего лишь на секунду потерял Дракона из виду, и это было моей ошибкой. Он возник за моей спиной, пройдя сквозь теневой план, с широко раскрытой пастью, готовый проглотить меня целиком и забросить в свое отравленное чрево, где уже растворит без остатка. Возможно, даже моя Душа пострадает. По крайней мере, Морфей сделает всё, чтобы так и произошло.

— Вот ты и ошибся! — истерически захохотал Аватар.

— Ошибся… — спокойно отвечаю ему. — Только не я…

Осознание пришло к нему быстро, но Дракон был быстрее, и уже смыкал свою пасть на мне.

В этот момент я и призвал свое оружие против него. Огромного четырехметрового кислотного слайма, в развитие которого было вложено больше двадцати тысяч желеек. Огромные расходы, но на такого красавца и сотни тысяч не жалко, а я падаю в Тень. Глубоко, конечно, вышло падение, но мелкий не подкачал, и смог меня вовремя вытащить. Это был, наверное, самый рискованный момент во всем моем плане.

На нижние уровни мне не хотелось, конечно, падать. Однако зрение я потерял. Слишком много сил потратил на призывы и сражения. Но зрение мне тут и не нужно. Шнырька все прекрасно транслировал, как Дракона сейчас распирало от боли, и до такой степени, что Аватар слетел с него, а он пытался взлететь, но у него это плохо получалось. Куда лучше у него выходило извергать из себя кислоту, вместе с внутренностями.

Правда, Дракон Погибели это все же не простой Дракон, и он сумел взлететь, и на последних своих силах полетел в сторону горы, где был его новый дом. А еще круг силы, в котором он поглощал энергию гор. Он сумел туда долететь, и даже приземлился. Ему нужно несколько часов, чтобы побороть сидящего внутри него слайма. Несколько часов, за которые он исчерпает возможности этих гор, и они начнут рассыпаться.

— Хреново… — только и выдал я, а потом еще добавил. — Очень хреново для тебя, хитрожопая ящерица, ведь я знаю об этом месте.

И прозвучал взрыв… Такой силы, что… Гор больше не существовало, а вместе с ними и гребаного Дракона!

Теперь над тем местом, только и было, что летало черное проклятое облако, которое убивало все живое. На месте безлюдных гор… Все живое.

Я был доволен собой, если честно, а теперь, пожалуй, пора вызывать команду спасения. А то как бы Морфей не нашел меня. Но на этот случай… сюда уже мчится Ларик, очень обеспокоенный за мою жизнь.

А еще я чувствую гнев Богов, что прорывается в эту реальность. И это реально плохо…

Глава 11

— НЕ-Е-Е-ЕТ!!! — яростный голос разнесся над разворошенным, как большой муравейник, городом.

Император-Дракон сидел на высокой башне своего дворца и орал, как потерпевший. Но, с другой стороны, почему «как»? Он и был потерпевший. Он дракона потерял.

— МОЙ ДРАКОН! МОЯ ПРЕЛЕСТЬ!!! — изгалялся Император. — ТЫ СДОХНЕШЬ, ГАЛАКТИО-О-О-ОНОВ!!!

— Ну да, ну да! Сдохну, щас-с-с-с… — пробормотал под нос я, ожидая прибытия кавалерии.

И подмога не заставила себя долго ждать. Из ниоткуда в воздухе возникла странная шестёрка. Пять окутанных мягким белым светом человеческих фигур. Окутанных магией, которая защищала их от воздействия Тени. Вся пятерка сидела верхом на Призрачных Аспидах.

Моя последняя гордость — уникальные твари, больше похожие на змеев с крыльями, были любовно изъяты из моего Океана Душ и замурованы в амулеты. Тяжёлая работа, отнявшая у меня множество сил. Да и ингредиенты, которые я использовал для этих ритуалов, не говоря уже о самих разломных алмазах, в которые были заключены эти души, стоили годовой бюджет Иркутска. Но я мог гордиться своей работой.

Теперь у Паладинов были личные уникальные средства передвижения, позволяющие им не зависеть от транспортных средств этого мира. А в случае чего — летающие твари могли и повоевать.

Призрачные Аспиды были интересными существами, которых, на первый взгляд, можно было отнести к теневым существам. Но это логично, так как они в большинстве своём времени обитали именно там. Вот только был один нюанс: Аспиды были теневыми охотниками, которые охотились и пожирали Теней. Чрезмерно полезные существа, к сожалению, обладающие лишь только зачатками разума, с которыми невозможно было сотрудничать.

Конкретно этих я захватил в одной из битв, где волей-неволей мы выступили на одной стороне. Дабы не нарушать Кодекс, я не стал силой загонять их в Океан Душ. Я лишь слегка придержал их на Пороге Забвения, и как можно мягче описал им перспективы. Вот эти конкретные согласились немного задержаться в этом мире, взамен на моё обещание когда-нибудь вернуть их к жизни.

Что ж, для того, чтобы вернуть им тела, как получилось у меня с Красивой, мне нужно еще немного подкачаться. Ну вот, даже такой, «полужизни» эти гордые летающие змеи, дальние родственники драконов, были рады. А как рады были мои Паладины, когда поняли, что конкретно они получили!

Как я сказал, фигур возникло шесть. Паладинов и Аспидов было пять. Ну, а шестым был Илларион, что частично трансформировал тело, вырастив за спиной большие крылья. Выглядел он… внушительно. Да к чёрту, неподготовленный человек, увидев его сейчас, наверняка бы обосрался на месте. Хорошо, что Ларик на нашей стороне.

Всё ещё находящиеся в воздухе боевые машины Драконов по приказу Императора развернулись к вторженцам. Паладины продолжили свой путь, а Ларик задержался в воздухе, ещё больше увеличиваясь в размерах. Нет, он не стал тратить энергию на увеличение тела. Разрасталась его энергетическая аура, которая визуально росла, как большая иллюзия.

Вот он взмахнул крылом, и чёрный ветер захлестнул нападавшие вертолёты Драконов, заставив их бестолково кружиться в воздухе. Во все стороны полетели куски винтов, обшивки и беспомощные люди. Выглядело это страшно.

Второй взмах крыла — и ещё часть крылатых машин падает на землю. Выжившие открыли огонь, а ракеты потянулись к крылатой фигуре, которая разразилась диким смехом. Мгновенно вспыхнувший тёмный купол встал на пути ракет, разбившихся без следа.

Я с тревогой посмотрел вверх. Этот смех меня смутил. Илларион, похоже, ходит на грани, очень близкий к тому, чтобы снова скатиться в пучину безумия.

— Сын мой! — отправил я ему мысленный посыл. — Спокойнее.

— Да, отец, — его силуэт даже немного сдулся, когда Ларик сконцентрировался. — Спасибо, — добавил вежливый малый.

Пять ярких звезд, одна за другой, спикировали вниз, опустившись на землю и заключив меня в кольцо. Паладины отозвали Аспидов. Они сейчас стояли на своих двоих. Их ауры сияли ярким белым светом.

— Вовремя вы, — хмыкнул я, глядя на мою ударную пятерку.

— Мы наконец завалим эту жирную тупую ящерицу? — Андрей Андросов, скривившись, кивнул в сторону заламывающей руки толстой фигуры на верхушке здания.

— Вижу, ты потихоньку проникаешься духом нового Ордена, — рассмеялся я. — Жаль, конечно, что старый Орден погиб, но в этом есть и хорошие моменты. Дело в том, что Паладины были ребятами суровыми и очень пафосными, и ваше отношение к делу они посчитали бы несколько… — я задумался, подбирая слова.

— Эффективным? — усмехнулся Самохвалов.

— Классным? — подключился Коля Костриков.

— Может, безумным? — улыбнулся Андрей Андросов.

— Вот, — ткнул я пальцем в друга. — Ты ближе всего, но эпитет был бы менее лестным. В общем, вас сожгли бы, как еретиков. Но это не точно.

Я кивнул на Императора-Дракона.

— А что касается его, то есть у меня один план.

— Валим козла? — уточнил Колюня.

— И снова ты не угадал, мой юный беспредельщик, — хмыкнул я. — Вы готовите мой отход, прикрываете мне тыл. Ну и зачищаете мертвяков, которые вон уже бегут сюда.

— Так, не понял, — нахмурился Макс Самохвалов. — При всем уважении, ты вызвал нас сюда, чтобы просто прикрыть тыл? Я думал, мы сейчас грохнем этого ублюдка.

— Не все так просто, Макс. Поэтому делайте, что я сказал.

Улыбка пропала с моего лица. Голос зазвенел металлом. И все, как один, Паладины тут же взяли себя в руки, поняв, что шутки закончились.

— Принято, работаем! Ой! — Макс смущенно посмотрел на Андросова. — Прошу прощения, мой Командор.

Судя по его интонации, Максу совсем не было стыдно, но так-то он был прав. В новой иерархии Андросов был главным.

— Да ничего, — хмыкнул Андрей. — Все ты правильно сказал. Работаем.

И волны белого света понеслись в стороны, сбивая с ног бегущую со всех сторон нечисть, осушая кости от мертвой плоти и раскидывая их во все стороны. У мертвяков не было ни единого шанса против Паладинов нового Ордена, что только начинал свой путь в Многомерной Вселенной. Нужно будет присматривать за ними. Дури много, а опыта маловато. Но, пока я рядом, им ничего не грозит.

Я же оттолкнулся ногами от земли и взлетел вверх, не дергаясь никуда из этого мира, оставаясь здесь. Летал я не так пафосно и красиво, как Бухич, без спецэффектов. Но зато эффективно.

Ларик уже успел разогнать всю воздушную армию Драконов, когда я оказался рядом и положил руку на плечо своего названного сына.

— Смотри внимательно, к нам могут прийти гости. Держи этот план закрытым.

— Слушаюсь, отец, — без споров кинул Илларион.

И невидимая человеческому глазу сила начала растекаться из его тела, как будто тонкая пленка, прикрывая этот мир снизу.

— Сильно не усердствуй, — сказал я, — помешать ты ему не сможешь. Но вот подложить свинью — вполне.

— Все сделаю, отец, — ещё раз сказал Ларик и кивнул.

Ну, а я полетел в сторону башни. На середине пути я хмыкнул и все-таки добавил' спецэффектов'. Вокруг меня начал разгораться огонь, но не красный, как вокруг Бухича, а голубой. Дабы усилить эффект, я добавил иллюзии. И сейчас я был похож на падающую звезду.

Да, сделал это я совсем не для Императора-Дракона, который, прищурившись, ожидал меня на башне. Сделал я это для зрителей, которыми были не только жители Империи Драконов. В основном, это было для жителей остального мира, которые продолжали смотреть прямую трансляцию, что показывал им режиссер Шнырька, появляясь тут и там со здоровенной камерой, что была больше его по размерам. Кстати, тоже специальное изделие моих умельцев, которая могла передавать сигнал практически откуда угодно — то, что надо для нынешнего случая.

БА-БАХ!!!

Мгновение — и смотровая башня дворца Драконов, простоявшая тысячелетия, перестала существовать после встречи с голубым падающим метеором, то есть мной, Александром Галактионовым.

Взрывной волной разметало собравшуюся внизу гвардию Драконов. Практически все они были Одаренными. Ну, часть из них подохла, но не все. Они были готовы к бою. Вот только пока я не был готов к бою, ну, в смысле, с ними.

Оттолкнувшись, я снова вылетел из дымящегося кратера и бросился к Императору-Дракону, который… начал просто от меня удирать. Неожиданно.

Длинные скачки по крышам зданий уносили жирного Дракона прочь. Он петлял, как заяц. Видимо, ожидая ударных техник в спину. А я, хоть и офигел, но тут же рванул вслед за ним.

Все-таки лететь по прямой было быстрее, чем скакать по крышам зигзагами. Вот я уже настигаю Императора-Дракона, который тут же проваливается в Тень. Что ж, в эту игру можно играть вдвоём. Я скользнул вслед за ним.

Что можно сказать? Эта ящерица, несмотря на излишний вес, была очень быстрой и ловкой. Он скакал по Планам так быстро, что я не мог его никак догнать.

Примерно через полчаса Император рывком бросился наверх, выходя в обычный мир. Это был глубокий большой подземный зал, посреди которого стоял алтарь. Горели факелы на стенах, а вокруг валялись принесенные в жертву люди. Пахло сыростью, кровью и смертью. Обычный запаха для «тайного злодейского места».

Местный злодей стоял прямо на алтаре, счастливо воздев руки в стороны и безумно хохотал. Его жирные щеки тряслись. Как и все его тело, он был похож на большой жирный холодец. Выглядело это отвратительно.

— Давай же, Галактионов, подойди ко мне и умри! — из рук Императора-дракона начали вырываться техники. Одна, вторая, третья… Огонь, лед, молния… Оценив их силу, я невольно улыбнулся. Кто-то считает себя чрезвычайно хитрожопым, всячески пытаясь показать свою бестолковость и слабость. Ну-ну…

Что ж, не будем разочаровывать «кукловода». Мой выход. Аквила покинула ножны. Удар! И жирная башка, все еще продолжая смеяться, покатилась по каменному полу.

Алтарь вспыхнул желто-коричневым цветом, а я обратным сальто отпрыгнул назад, наблюдая за развитием событий.

Весь мир всколыхнулся от прихода огромной силы. Душа Императора-Дракона воспарила вверх, уходя на перерождение, но тело не упало. Вдруг внутрь запорхнуло кое-что другое. Божественная сущность…

Обезглавленное тело не собиралось падать. Вместо этого оно спустилось на пол. И пошло в сторону лежащей на полу головы, которая продолжала безумно хохотать.

— Спасибо, Охотник! Тупое ты существо! Спасибо за то, что помог мне!

Жирная рука схватила свою голову за волосы и приставила ее к шее. Мгновение — и на коже осталась только кровь. Но голова встала на место, как влитая. А карие глаза Императора зажглись желто-коричневым светом.

— Тебе конец, Охотник! — рявкнул уже даже не аватар Бога, а сам Бог. И поднял руку.

— Ш-ш-шука-ш-ш-шабака, нет! Что я наделал⁈ — патетически воскликнул я и быстро нырнул в Тень.

— Ты думаешь уйти⁈ — заорал Бог мне вслед.

Ну так-то да, я именно об этом сейчас и думаю. Понимаю, что реакция у этого Бога ого-го, но и я был готов. Белый жгут сверкающей энергии, сплетенный из пяти отдельных канатов, ждал меня уже там. Я ухватился за него рукой, и мои Паладины дернули так, как вытаскивают рыбу из воды, дабы та глотнула воздуха и опьянела.

Безжалостный удар Бога пришелся по пустому месту, а я мгновенно возник рядом с Паладинами, которые уже нифига не улыбались. Их лица были бледными, а на лбу проступила испарина.

— Действуй, сын! — крикнул я.

И Ларик стал действовать. Хлопок в ладоши — и высвобожденная демоническая энергия острым ножом рубанула межмировую связь. Вопль Бога, только что получившего материальное тело, сотряс город не хуже семибалльного землетрясения. Здания вокруг начали рушиться, а я кивнул головой.

— Вот теперь валим!

Мгновенно в воздухе появляются Аспиды. Паладины садятся на них сверху, а я машу рукой:

— Встретимся дома!

Мгновение — и Паладины уходят в Тень. Немного задержавшись и осмотревшись, сильно уменьшившийся в размерах Илларион также уходит в Тень.

У меня сердце буквально разрывалось от жалости. То, что сделал сейчас Ларик, стоило ему огромного количества силы. Много демонов сейчас нашли свой покой, отдав последнюю энергию своему повелителю.

Что ж, по крайней мере, я знаю, как восстановить его силу. Для этого всего лишь нужно будет слегка проредить популяцию демонов на другом Плане. Но это все потом.

Издалека, держась на безопасном расстоянии, я потянулся разумом к подземной пещере, где прямо сейчас неистовствовал… Нет, уже не Император-Дракон, он в прошлом, такого человека уже нет. Но благодаря моим усилиям, это еще и не бог Морфей. Это было нечто среднее. Все еще достаточно могущественное, реальная часть силы Бога, чтобы я с ним пока мог справиться. Но и не полноценный Бог, который по щелчку пальца мог бы превратить этот Мир в руины, либо же подчинить своей воле.

Но даже не это было настоящей целью моей задумки. Я чувствовал ярость высшего существа, бушующую вокруг. И с улыбкой устремился домой. Как я и сказал, главной целью моей задумки было совсем не это.

А что было? Ну, скажем так, мне даже не надо было сейчас заглядывать в свою арктическую крепость. Я точно знал, что искорка Кодекса сейчас горит намного ярче, чем раньше. Ведь на весы равновесия только что плюхнулся жирный желто-коричневый кусок злой силы, что потянул чашу весов вниз. Вселенная не может оставить это безнаказанным.

А это значит, что? А это значит, что для этого мира только что Кодекс стал слегка ближе.

Вот так-то!

Где-то в Многомерной Вселенной

Царство Морфея

— НЕ-Е-ЕТ!!! — Бог Морфей скорчился на своём троне, почти по-человечески испытывая нестерпимую боль.

Только что этот жалкий Охотник оттяпал львиную долю его силы, которая безвозвратно осталась в возрожденном Аватаре.

Казалось бы, это отличная новость, ведь в мире появилась частичка Морфея. А даже будучи частичкой божественной сущности, она может творить чудеса. Только проблема в том, что эта часть силы была потеряна безвозвратно. Примерно как…

Тут Морфей скривился еще больше. Да, примерно так, как недавно Охотники откромсали от Неназываемого его часть силы. Но там действовали сильнейшие Охотники. А здесь, какой позор! Долбанная слабосилка! Хорошо бы, чтобы об этом никто не узнал.

— Отличный план. Просто великолепный! — раздался за его спиной насмешливый голос.

— Ты конченый идиот, Морфей! Как можно было так облажаться? — второй голос, более… суровый, тут же раздался сбоку.

Морфею не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. Мудрейший и Неназываемый. Свидетели его позора были тут как тут.

— Ты чем вообще думал, дегенерат? — ласково поинтересовался Мудрейший, а Неназываемый смотрел на него своими черными глазами, в которых плескались радость и облегчение. Радость о том, что его заклятый друг облажался, и облегчение, что они снова примерно сравнялись по мощи. Да, оба они стали слабее, но в рамках игр Богов текущий паритет был гораздо важнее, нежели абсолютная сила, которую со временем можно было вернуть.

Мудрейший с улыбкой покачал головой.

— Вы все еще считаете, что этот недоделанный Охотник не представляет никакой угрозы?

— Да, я так считаю, — с вызовом сказал Морфей, вскидывая подбородок. — Если бы не Падший Ангел… — он на секунду сбился. — Не понимаю, как он попал в этот мир, как его пропустили Хранители⁈

— Падший Ангел? — практически синхронно сказали Неназываемый и Мудрейший, нахмурившись.

— Мне кажется, кому-то стыдно признаться, что его уработал слабосилка. И он нам сейчас придумывает сказки, — прогудел Неназываемый.

— Нет, нет, нет, — Мудрейший не поддержал игру своего соратника, а прищурился, уходя в себя. — Ну надо же! — он покачал головой. — А дело-то оказывается сложнее, чем мы думали.

— Что ты увидел там, о Мудрейший? — Морфей мгновенно сориентировался. В голосе у него появилась лесть. Ему стало интересно, что выяснил их более мудрый коллега.

— Оно вам не надо, — загадочно улыбнулся Мудрейший и исчез из залы.

Неназываемый с Морфеем переглянулись.

— Не нравится мне все это, — прогудел Неназываемый. — Очень сильно не нравится.

Морфей же молча кивнул. Да, обычно он не был согласен с большинством утверждений и поступков своего сильного, но не очень умного собрата, но в данный момент ему пришлось согласиться. Чтобы Мудрейший ни выяснил, он использует это, как козырь в этой игре. Свой личный, сука, козырь!

Глава 12

Прошлая операция, конечно, далась мне нелегко… Но чтобы настолько мне было плохо, вот такого я не ожидал. Моя сильная душа болела, а такое бывает нечасто. Очень нечасто…

Потом, конечно, я понял, в чем дело, и еще больше охренел от всего. После того, как был убит Дракон Погибли от взрыва, то Вселенная почему-то решила, что это я убил его, и направила его душу прямо ко мне в Океан. Но ведь эта душа была очень долго с Морфеем, и можно сказать, что они союзники. А тут она помещается в меня и, конечно, начинает там бесноваться. Я такого явно не ожидал. Чтобы разъяснить возникшую ситуацию, нужно понимать для начала, что это за Дракон. Он может уничтожить в одиночку целые армии, и небольшие Миры. Лично этот Дракон даже знает, какова на вкус кровь и плоть богов. Пусть и слабеньких высших сущностей, но всё равно. И это делало его сильным противником.

Чтобы заполучить такого питомца, вероятно, Морфей угробил немало своих сил, и от этого мне удивительно, почему он решил слить его именно здесь. В Мире, в котором и близко нет человека такой силы, что может напитать эту тварь под завязку силой, чтобы тот действовал на полную катушку, так сказать. В итоге, Морфей потерял контроль над собой, и решил убить меня любой ценой, так что потеря Дракончика была слишком болезненным делом даже для него.

Я точно не могу сказать, сколько он потерял своих сил, но… Думаю, это количество равносильно нескольким захваченным планетам, и пусть в этом мире он не стал намного слабее, но всё же здесь работают некоторые ограничения.

Хоть и кажется, что я ничего не добился, но опять же это не так. Помимо этого Мира, у Морфея есть и другие, а еще есть другие высшие сущности, которые очень любят, помимо захвата Миров, промышлять пожиранием себе подобных.

Уверен, что даже сам Неназываемый уже думает рискнуть и отщипнуть кусочек. Правда, он и сам недавно потерял немало своих сил. А вот Мудрейший… Уверен, что тот сразу их всех сожрет, как только они станут ему не нужны. В общем, все выходит не так уж и плохо, учитывая, что Империя Дракона все еще волнует меня, и боевые действия с ней продолжаются.

Блин… А почему меня еще никто не кормит? Я ведь уже проснулся!

Ладно… Открываем глаза и видим, что лежим в своей спальне, в которой никого сейчас нет. Хм… А ещё не могу шевелить руками. Болят, и какую-то тяжесть ощущаю. Взглянул на них и понял, в чем дело. Меня всего засыпали желейками, чтобы я побыстрее восстанавливался.

Из последнего, что я помнил, это как мои Паладины помогли мне добраться до дома, ведь самому уже ходить было тяжело. А затем с гордостью всем сообщил, что отправляюсь спать. Там и вырубился.

Что ж, кажется, пора вставать. Ведь проделанный успех с Морфеем нужно не проморгать, а наоборот, дальше развивать.

— Дорогой! — выкрикнула Анна, заглянув в спальню. — Мы переживали, но верили в тебя! — подбежав, чмокнула меня в губы.

— Спасибо, дорогая! — погладил её по мягким волосам, которые пахли сиренью. — Ты же знаешь, что меня так просто не убить.

— Знаю, — она нежно погладила меня по щеке. — Поэтому тебя не трогали, и дали хорошенько выспаться.

Но не успел я ответить ей, как в комнату медленно вошла Катя.

— Вообще-то, я тоже переживала, только я уже не такая быстрая, как Аннушка, — усмехнулась она, намекая, что пора уступить ей место.

Анна поняла и сразу уступила. Это дало возможность Кате обнять меня. Пусть ей и мешал большой животик, но она справилась. Блин, а ведь ей скоро рожать. Даже быстрее, чем она сама думает.

Я провел некоторое время со своими женами и узнал, что со мной происходило. Оказалось, что всё моё тело окутала синяя энергия, которая никого ко мне не подпускала. Они, конечно, переживали за меня, но появился Шнырька и сказал, что все в порядке, а затем стал кидать в меня желейки из своих запасов. Вот их пропускала моя аура, и даже они стали растворяться. Таким образом, жены смекнули, что нужно делать, и вся та гора желеек, которая была вокруг меня — это то, что осталось, а ведь их было больше. Остальные просто были поглощены. Ведь сражения с богами это вам не шутки. Потому они настолько и опасны.

Пока общался с женами, то меня накормили так, словно это был мой последний раз, а затем я пошел искать Ларика.

Шнырька снова вернулся ко мне и показал, где он находится. Оказалось, что он сидит на верхушке нашей башни и медитирует.

— Ну, здравствуй, Ларик! — поднялся я туда и вырвал из его забвения. — Не слишком ли глубоко ты ушел в себя?

Спрашиваю сходу у него, видя, как глубоко он нырнул, и раньше это было опасно для него, а потом и опасно для всех остальных.

— Отец! — тут же подорвался он с места и обнял меня. — Я беспокоился, а еще рад, что мы справились.

— Но-но… — похлопал парня по плечу. — Хватит прибедняться! Я что там такого сделал? Убил одного дракона? А ты грохнул частичку бога, вот где достижение. Кто молодец? Ларик молодец!

Ларик засиял после моих слов.

— Я молодец… — опустил он голову.

— Молодец! — снова повторил я, а затем добавил. — Не жалко своих демонов?

Хоть они и мешают ему, но за столько лет, возможно, уже привязался.

— Жалко? — удивился он. — Нет, конечно… Я даже не заметил, чтобы их стало меньше, и… я хотел поговорить с тобой об этом!

Что-то мне не нравится его тон, которым он начинает подводить к нашему основному разговору.

— Раз надо, то давай! — пожал плечами, так как был не против.

— Тут, правда, нужно не рассказывать, а показывать.

— Тоже не против!

После этого мы уселись с ним в медитацию, где я разрешил парню играть роль проводника, а сам ничего не делал. Хотя раньше так глубоко он ходил только со мной вместе.

Я был удивлен, насколько у Ларика теперь это всё легко получается. Его душа подобна моей, только там живут демоны. А демоны такие существа, скажем прямо, интересные и характерные. Если дашь слабину, то они тебя сразу попытаются сожрать.

Дракон Морфея тоже пытался протестовать против нового места жительства, и стал рвать и уничтожать свою душу, чтобы вырваться, вливая энергию в сопротивление и атаки. Пришлось напрячься и позвать других жителей, которые быстро показали его место. Дедовщина чистой воды!

— Ты молодец! — послал я Ларику мысленный посыл.

Он ответил мне благодарностью, и мы стали погружаться дальше. Такими темпами мы дошли до того слоя души, который он хотел мне показать, и я его увидел. Точнее, увидел то, чего, наверное, не хотел бы.

Мы стояли с Лариком на высоком уступе скалы, а вокруг нас расстилалась выжженная пустошь. Тут было небо, но красного цвета, и повсюду мелькали демонические энергии.

— Скажи мне, Ларик… — я подошел осторожно к парню, который стоял здесь, заложив руки за спину и просто смотрел вдаль. — Это, вообще, нормально?

— Нет… — покачал он головой. — Это ненормально, по крайней мере, раньше было таким. А теперь не знаю…

Вот же ситуация. Я думал, чтобы мне сказать, и в это самое время размышлял.

— А почему они все так странно на меня смотрят? — еще один вопрос был задан Ларику.

— Не все тебя знают… И думают, что ты можешь быть врагом.

— Ах, не знают… — почему-то мне вдруг стало обидно. — Ну тогда сейчас узнают! Ларик, ты это… Держи свою душу крепче!

Он не понимал, что я собирался сделать, но согласно кивнул, и я ощутил, как плотность его души усиливается.

А дальше я вышел вперед, и… Перестал скрывать силу своей души, при этом из меня полился просто колоссальной поток силы во все стороны. Этот синий поток явно напугал всех жителей души Ларика, но они старались не показывать свой страх. Однако, куда там? Я же ощущаю их души… Страха там было сейчас немеряно, ведь они не понимают, как я сюда попал, и зачем, а еще почему Ларик ничего не делает.

Чтобы довершить всю эту картину, я стал призывать проекции тварей из своей души, которые нематериальными слепками, словно иллюзии, формировались над моей головой.

Вызывал я, конечно, не слабых… Далеко не слабых тварей, ведь здесь было душевное пространство, и здесь я был, как у себя дома, и мог контролировать сейчас их всех. Это в физическом мире с контролем было сложнее. Мне хватило и сотни тварей, чтобы произвести нужное впечатление.

— Он мой отец! И за него я готов вас убить… Поприветствуйте его! — вдруг подал голос Ларик, который разнесся по всему пространству.

— ГРАААА!!! — раздался слитный вой от сотен демонических легионов.

Демонов здесь было так много, что даже я прибалдел от такого. И все они стояли по стойке смирно плотными рядами, ожидая команды от Ларика.

Неудивительно, что меня знают не все.

— Ты знал, что их столько? — спрашиваю у парня.

— Нет… Они жили слишком глубоко, а после той битвы явились.

— Понятно!

Мне, и правда, было все понятно. Кажется, даже я до конца не понимал, сколько в Ларике живет демонов. Я считал, что он отдал много сил, но, кажется, это была всего лишь капля в море. И если бы он ударил, вообще, всеми своими силами, то полагаю, что Морфей ещё долго не смог бы оправиться. Однако не факт, что Ларик смог бы пропустить всю эту силу через себя… Наверняка, не смог бы.

А еще я понял, почему они поднялись с низов и решили служить ему. Ведь каждый из них сейчас был солдатом, готовым исполнять любые его приказы. Ларик показал им, какова на вкус энергия бога. Пусть и хренового, но бога, и они поняли, что он как раз тот предводитель, который не боится сражений, и может привести их к такой нужной для них силе и энергии.

Ларик, конечно, смог удивить, ничего тут не скажешь. А я, в свою очередь, показал их место. Если они захотят вдруг навредить кому-то из окружающих, посчитав, что это будет во благо Ларика, то… Он напомнит демонам, с кем им придется иметь дело.

— Отец… Это еще не все… — вдруг дернул меня за рукав Ларик.

— Не все? — хмыкнул я. — Хочешь показать мне ещё что-то?

— Нет… Хочу рассказать.

— Ну давай! — махнул я рукой.

Судя по тому, что я здесь увидел, меня уже не удивить. Вот, прям, ничем. Хотя у Ларика очень взволнованное лицо, словно он сейчас сможет меня удивить, и за это ждет похвалу.

— В момент атаки по Морфею мои демоны не погибли. Их братья передали им силы на то, чтобы сохранить себя, и они сейчас восстанавливаются.

Нихрена себе! Мысленно подумал я, а внешне остался полностью спокойным. Это, конечно, вау! Демоны ведь не такие существа, которые будут помогать хоть кому-то по своей воле. А другим демонам так и подавно.

— Действительно необычно, — кивнул ему. — Значит, ты даже не потерял никого.

— Не потерял, но тут дело не в этом, — слегка замялся он. — Я не знал, стоит ли тебе говорить, ведь ты можешь расстроиться. Ты спал, а я не знал, как поступить, и…

По Ларику сейчас видно, что он мучается и не понимает, как я вообще отреагирую.

— Не переживай ты так, — похлопал его по плечу. — Я всегда тебе говорил что ты должен принимать решения самостоятельно. Это твоя жизнь, и я очень хотел, чтобы ты научился проживать её в своё удовольствие. Пойми, мой дорогой Ларик… В этой жизни не ты пленник, а те, кто живет в тебе. И только ты решаешь, как поступить, а я всегда могу тебе в этом помочь.

Из глаз Ларика брызнули слезы, а демоны, которые стояли не так далеко, сделали вид, что ничего не заметили и отвернули головы. Один только негромко хохотнул, но тут же получил подзатыльник… Битой… А ведь мой маленький Шнырька уже не такой и пацифист. Есть у меня одна теория, что в прошлом мире он таким стал только потому, что враги там были посильнее. А тут не так страшно, что ли…

— Спасибо! Я боялся, что ты можешь расстроиться.

Блин, я вообще не понимал, о чем это он.

— Ближе к делу!

— Хорошо, — вытер он слезы, и собрался с силами. — Когда я атаковал, то выпустил часть демонов, переведя их в энергетическую структуру, считая, что они умрут, но те вернулись. Понимаешь? Они…

— ВЕРНУЛИСЬ ПОСЛЕ УДАРА ПО МОРФЕЮ! — наконец понял я, о чем он хотел сказать мне, и опешил. — Скажи мне, что ты…

— Сохранил связь, и держу её открытой. Не знаю, насколько долго меня ещё хватит.

— Вот теперь я точно в шоке… — пораженно выговорил я. — Скажи еще, что это материнский Мир Морфея?

— Нет… Мир обычный, но старый, и он не знает, что там есть Пробой. Мне тяжело его держать. Он вот-вот, с дня на день, вырвется, если я его не закрою. Нужно что-то решить с этим, и я…

Он вроде говорил, а я толком его не слушал, думая о своём. Поразительно! Мы можем попасть в Мир Морфея. Как много Охотников такими достижениями могут похвастаться? На моей памяти — никто. Морфей, сволочь такая, всегда скрывал их там, куда нам ходу не было. Прямо вычеркивая их из поля зрения жителей Многомерной. И вот сейчас выпала такая невероятная возможность.

— Твоя армия готова? — только и спросил я у него.

— Они для этого и собрались здесь все, — ответил он мне с легкой улыбкой.

— Тогда не теряем зря времени! Отправляемся в Арктику! Пробой сделаешь там… — сказал ему и задумался о своём, а потом добавил. — И еще… Ты молодец!

Ларик расцвел еще сильнее, и мы отправились в реальный Мир вместе ставить Пробой.

Ни дня для отдыха, если не считать того времени, которое я обычно восстанавливаюсь. Но такое я пропустить попросту не мог. Это выше меня. Правда, с Мирами Морфея была некоторая проблема. Они уже находились в другом плане бытия, и чтобы вытащить их оттуда, и снова сделать прежними, нужно будет уничтожить там всех. Всех марионеток Морфея — тех, где уже и души нет, а только лишь куклы.

Людям туда ходу нет… Зато есть ход демонам. Ларику, Паладинам, Шнырьке, и мне… Может еще кто-то сможет, по типу Кати. Но тут нужно подумать.

Основной ударной силой, в любом случае, будут мои призванные существа и демоны Ларика. От предвкушения у меня аж затряслась Душа, настолько сильно хочется подгадить Морфею ещё раз, а также освободить этот Мир от заразы.

Да будет война! В сонном царстве Морфея!

* * *

Материнский мир Морфея

Морфей был в ярости. Как они смеют с ним так говорить? Какого хрена этот Мудрейший возомнил о себе, словно он тут самый главный? Просто ему повезло, что оказался здесь намного раньше. Будь у Морфея столько времени, и он мог бы постепенно поработить весь этот Мир, без единого выстрела или применения силы. Каждый стал бы его послушной марионеткой. Однако, это всего лишь мечты… Те мечты, которым не суждено сбыться, и вместо того, чтобы продолжать мечтать, он собирается решить насущные проблемы.

Охотник каким-то чудом умудрился сожрать его Дракона, и даже не умереть после этого. Хотя он сам отправил душу Дракона к Охотнику, но… Были большие надежды, что тот справится со своей задачей. Однако не вышло… Охотник остался жив, а у него больше нет Дракона Погибели. Это прискорбно, но некритично. Он уже прикидывает, каких существ и людей сможет вытащить из своих загашников, и как будет действовать дальше.

Такого унижения, как в тот раз, Морфей давно уже не испытывал. И понимал, что это несправедливо. Мало того, что проиграл, так еще и «союзнички» высмеяли. А Неназываемый… Чертов ублюдок, который еще недавно боялся поворачиваться к нему спиной, сейчас уже сам поглядывает на его спину и присматривается, где больнее укусить. Нет… Так дела не делаются.

В следующий раз он не будет действовать так глупо. Пусть сам Неназываемый хрен участвует в битве, а он лишь будет подкидывать ему марионеток.

И главное, этот гад ещё подбивал Морфея. Рассказывал, как сильно Охотник уже устал, ведь там такое огромное количество его мертвого войска. Говорил, что нужно лично аватаром побыстрее напасть, пока Охотник не решил сбежать.

Теперь он всё понимает. Всё! Нет, так дела дальше вестись не будут. К черту этого Мудрейшего, и к черту Неназываемого!

Сегодня он покажет первому из них, что не так прост. Хоть и узнает Неназываемый об этом лишь немного позже, но от этого Морфею было не менее приятно.

Он медленно встал со своего трона и подошел к центру своего зала, где у него находилась навигационная карта. Открывая её, Морфей улыбался. Ведь там все ещё оставались три красные точки, которые так и не пропали. А значит, Неназываемый так и не понял, что Морфею удалось узнать о них.

Затем он стал собирать свою силу и простраивать к ним магические каналы, которые еще назывались коридорами. Их было много, и все они вели в разные места в этих Мирах. По три сотни коридоров на каждый Мир, через которые должно пройти столько энергии, чтобы захват личинок и будущее их размножение прошло бесследно для его «друга».

Энергию он тянул не только из себя, но и из своих Миров. Не жалея, брал столько, сколько ему казалось нужно, и вливал без сожалений. Через сотню лет Неназываемый удивится, когда потеряет свои Миры. Однако все пошло не так гладко, как ему хотелось, уже на втором и третьем этапе. Не вся энергия приживалась, и приходилось все время подливать новую, пока он не довёл её до нужного количества. Можно сказать, потратил раза в три больше, чем планировал, и прилично так истощил некоторые свои Миры.

Правда, это все было неважно. Они восстановятся, а в ближайший месяц, а может и год, ему не понадобится энергия оттуда. Все равно на Землю её не направить, а что может произойти у него здесь? Да ничего… Ведь он с, как воспоминание, существует, и в то же самое время, нет.

И только он захотел вернуться на свой трон, как… Пришел сигнал тревоги из одного Мира, который он только что опустошил.

— ЧТО⁈ КАК⁈ ОТКУДА⁈ — взревел Морфей удивленным голосом. — Такого еще не было!!!

Но если раньше такого не было, то это не означает, что сейчас оно не могло случиться. Кто-то, и правда, сейчас атаковал его Мир, который он опустошил. и энергии для открытия порталов и перекидывания сил у него сейчас было не много, как и для наделения силой аватара.

Несколько секунд понадобилось Морфею, чтобы разобраться в ситуации. А затем по залу и его царству разнесся яростный крик.

— ОХОТНИК!!! — этот крик заставил всё его царство задрожать, настолько сильна его была ярость.

Морфей еще не знал, с кем связался, но совсем скоро об этом узнает.

Глава 13

Нет ничего лучше, чем ранним свежим летним утром начать одну маленькую, но победоносную войнушку!!!

Еще роса лежала на траве, когда я выскользнул из имения, всё еще пережевывая блин и запивая его кофе из взятого с собой термоса. Денек предстоит горячий, поэтому я взял с собой еще и бутеров с прохладительными напитками. Всё это находилось у меня в рюкзаке за спиной.

— Доброе утро, отец! — почтительно склонил голову Илларион, что уже сидел в беседки, вертя в руках пустую кружку. При моем появлении он встал и коротко поклонился.

— Привет, Ларик! — кивнул я в ответ. — Снова не спал?

— Мне это не особо нужно, ты же знаешь, — пожал плечами мой названный сын.

— Знаю, — кивнул я, показательно нахмурившись. — А еще я знаю, что если долго не спать и не есть, то контролировать своё состояние тебе будет сильно сложнее. Такие простые вещи, в том числе, удерживают твой разум в нормальном состоянии. Поэтому…

Я щелкнул пальцем.

— Ш-ш-шильвупле!!!

В воздухе появился Шнырька в поварском колпаке и метнул на стол большое блюдо со стопкой пышных блинов, вазочки с медом, вареньем и сметаной, а в конце — большой кофейник.

— Молодца! — похвалил я Шнарка, задумчиво посмотрел на свой термос, прислушался к ощущениям, хмыкнул и убрал его в рюкзак, усевшись на лавку. — Давай, позавтракаем, и в дорогу!

Я осмотрел стол, нахмурился и буркнул.

— Шнырька, ты ничего не забыл?

— Экш-ш-шплуататор! — на это раз Шнырька не появился из воздуха, но миска с зеленым мороженым появилась. Лаймовое мороженое — новый рецепт Семеновны, от которого Ларик пришел в полный восторг!

— Эй! — прищурился я. — Кажется, там больше оставалось⁈

— Ой, вщ-щ-ще!!! — раздалось где-то вдали, и мелкий мороженофил свалил в Тень по своим теневым делам.

Ларика не нужно было просить дважды, и мы позавтракали в тишине, наслаждаясь прекрасным утром.

Сегодня предстояла разведка боем, поэтому я решил никого, кроме Ларика и, соответственно, Шнырьки, с собой не брать. Ведь мне еще предстояло кое-что понять об этом Мире. Самом «запретном» мире из всех известных мне Запретных Миров.

И это знание мне было необходимо, чтобы понимать, как действовать дальше.

* * *

Это было…. очень приятное ощущение.

Когда я последний раз участвовал во вторжении в Миры, которые принадлежали темным Богам? Как давно это было? Был ли «зазор» между моим перерождением? Сколько времени прошло? Хотя… о чем это я? Время. Им повелевает Многомерная Вселенная, и только она. Все помнят про Орден Хрономантов, которые решили, что могут забрать часть силы Вселенной себе. А ведь играться со временем даже Боги себе не позволяли. А тут люди…

Ладно, сейчас не об этом.

Что я хотел проверить этой атакой? Ну, в первую очередь, протестировать защиту этого Запретного Мира.

Я знал, я чувствовал, что ходу мне отсюда нет. Пока нет. Собственно, все иномирные создания, что сюда попадали, делали это по воле Вселенной. Даже Кодексу пришлось схитрить, перенеся сюда лишь мою Душу. Сильно ослабленную Душу, но тем не менее.

Эмиссары Неназываемого также были Душами, пораженными Скверной, перенесенные в тела местных жителей. Мертвяки, что Неназываемый закидывал сюда, не имели вообще никаких Душ, с этим всё понятно.

Рой? Ну, эти твари, при всей моей ненависти к ним, имели свои личные тайны. Некоторое из наших Старейшин считали, что как раз Рой является одной из подвластных Вселенной сил, что влияет на общее равновесие, именно поэтому они появлялись там, где не мог появиться никто другой.

Итак, кто из всех известных мне разумных, проникли в этот Мир, плюнув на Хранителей и законы Многомерной Вселенной? Ну, кроме некоторых Богов, кто обладает совсем другими силами?

Правильно! Илларион и Белла. Странники… Те, кто относится ко всем Мирам сразу, и не относятся ни к одному. Те, кто может путешествовать между Мирами, нарушая законы Вселенной, если на это у них другая причина, точнее другая цель, которая… Стоп!

Что-то я не туда думаю. Ведь где-то в Многомерной Вселенной сейчас бегает разъяренная фурия, по странному стечению обстоятельств, оказавшаяся сестрой Ларика. Ни разу не слышал, чтобы Странники были родственниками. Хотя, про такую судьбу, как у Ларика и Беллы, я тоже не слышал…

Мы прошли через портальный переход между моей главной усадьбой и «Доблестью», а затем прогулялись еще около десяти километров в сторону от наших стен.

Волк и Ратник были проинструктированы, и уже находились в «Доблести», буравя меня неприязненными взглядами. Их снова не берут на войну? Ну, а зачем волками на меня смотреть? Хах!

Вероятность «обратного» прорыва составляла доли процента, но я должен был предусмотреть всё. Ведь я сейчас рискую даже не условно своими людьми, а всем Миром. Ну, как рискую? Всё, что я знаю, говорит, что всё будет хорошо… Но, всегда есть вероятность этого самого «неточно».

К чёрту! Вперёд!!!

Илларион, сейчас трудно было назвать этого исполина «Лариком», увеличился в размерах, и за спиной у него расправились крылья. Эффектно, что уж тут скрывать!

Небо над головой мгновенно затянуло черными тучами, и в них, тут и там, начали мелькать багровые молнии. Если бы я не знал, кто это всё делает, то решил бы, что Демоны собираются прорваться в этот мир, Но нет, Это всего лишь Илларион открывал направленный портал.

Хранители стали неодолимой стеной на пути всех путешественников Многомерной Вселенной. Но, Боги есть Боги. У них не всегда получается, но они всяко обладают силами, не сопоставимыми с обычными смертными.

Я знаю множество ритуалов, заклинаний, и недоступных большинству, путей, которыми пользуются Боги, дабы путешествовать по Вселенной. В данном конкретном случае, чтобы пробраться сюда, в этот Мир, они явно придумали что-то новенькое. Что именно — я не знал. Но, это и не было важным. Главное — они это частично сумели, и прямо сейчас Илларион вцепился в Путевую Нить мёртвой хваткой, накачивая её энергией, дабы открыть портал в Мир Морфея.

Получится ли у нас? Отреагируют ли Хранители? Скоро узнаем.

Количество энергии, с которым работал Илларион, было просто запредельным. Однако, не вся энергия была его. Большую часть он тянул из места назначения. Это сильно облегчало ему работу, но одновременно с этим, где-то там, в своем Сонном Царстве, Морфей точно получил сигнал, что к нему идут гости. Рискнет ли он появиться и встретить нас лично? После того, что он недавно потерял? Вряд ли…

Дело в том, что Богами не становятся просто так. Власть, могущество, и всякие ништяки — это понятно. Но, бессмертие — вот, что привлекает больше всего индивидов, решивших вступить на Божественный Путь.

И к нему привыкаешь. К «нему» — это к бессмертию. И очень… не так… ОЧЕНЬ — ОЧЕНЬ боишься его потерять. Прямо до усрачки.

Мало кто знает, но Боги — еще те перестраховщики. Если есть хоть малейший шанс проиграть — они, обычно, просто не вступают в бой. Да-да! Можно назвать их трусами. Не всех, конечно, но большинство. Другое дело, что вариант, когда сам Бог может проиграть — практически не встречается. Но, я — Охотник, и такое уже видел. И Морфей тоже видел Охотников, так что как-то так.

Тем временем, багровый демонический портал возник из ниоткуда, растопив лед Арктического континента.

— Готово, отец! — прогудел Падший Ангел — не по желанию своему, но по тяжелой необходимости, стоившей ему жизни, и почти стоившей ему когда-то Души…

— Отлично! Погнали! — я произнес это вслух, и мы вступили в портал.

Перемещение прошло быстро, Хранителей я не почувствовал, видимо «дорожку протоптал» Морфей очень качественно.

Перед нами открылся Сонный Мир. Мир, о котором мы, Охотники, знали лишь понаслышке. Несмотря на всю нашу мощь и знания, мы не смогли отбить ни одного Мира, поглощенного Морфеем. И это было для нас… очень больно.

Да, Миры Скверны, захваченные Неназываемыми, как правило, уже нельзя было возродить, но мы могли в них попасть и, хотя бы, уничтожить — дабы немного приостановить распространение Скверны по Вселенной.

А вот Миры Морфея как будто исчезали из структуры Вселенной. Как будто их никогда и не было. В это можно было поверить, вот только сам он и его «марионетки» спокойно ходили туда-сюда, принося хаос и боль в ничего не подозревающие Миры.

Удивительно, но потерявший силы Охотник, то есть я, по какой-то странной случайности первым из всего Ордена попал в такой Мир.

— Фу, блин! — я скривился и мой доспех начал работать в режиме «скафандра», потому что воздух здесь не был пригоден для дыхания.

Весь Мир покрывал густой желто-коричневый туман, что являлся частью силы Морфея, а также его строительным материалом. Именно с помощью этого тумана он продолжал видоизменять свои «Марионетки», корежа их тело и используя их Душу для ужасных, а самое печальное — непоправимых изменений.

Трудно сказать, кто был хуже. Неназываемый, что сразу забирал и пожирал Души, оставляя бесхозные тела, которые использовал в качестве своего воинства. Или Морфей, что корежил Душу, заставляя ее бесконечно страдать, но которая осознавала, что она творит по приказам своего нового господина?

А ведь эти Души, как я сказал, могут переплетаться.

Справа от нас, из тумана, показалось непонятное существо, настолько чуждое для человеческого глаза, что его даже невозможно было описать простыми словами. Множества тел и множества душ были переплетены друг с другом, а убийственный туман скрепил их между собой навечно, заставляя страдать, но действовать согласно приказу хозяина.

— Отец? — Ларик уменьшился до обычных размеров, и теперь стоял рядом.

— Выпускай! — кивнул я.

Вокруг, прямо на безжизненной земле больного Мира, засияли багровым светом множество пентаграмм, и в них начали проявляться демонические войска Иллариона. Которые тут же, по его ментальному приказу, с воем, бросились в бой…

— Красивое, — улыбнулся я, когда адские отродья схлестнулись с отродьями Морфея. — Пожалуй, вот так будет лучше.

Я призвал еще несколько тварей из Океана Душ. Немного и точечно, чтобы решить определенные проблемы на новоявленном поле боя.

В одном месте мои виверны растерзали летающую груду плоти Морфея, в другом — бронежуки ударили во фланг врагу, давая время демонам перегруппироваться. В третьем — гигантский червь сожрал сразу десяток вражеских кадавров.

— Хватит, — кивнул я Ларику, который все еще выпускал своих демонов.

Я взмахнул рукой, и порыв ветра, на краткое мгновение, разметал туман, открыв нашему взору огромные циклопические сооружения, что тянулись к самому небу и были похожи на титанические трубы или градирни. Добавляло ощущение то, что из них валил этот самый желто-коричневый туман. Это было явно рукотворное творение и я, кажется понял, что это такое. Это была какая-то система магических сооружений, что как раз не позволяла не то, что попасть — даже увидеть этот Мир «со стороны» Вселенной.

Я хмыкнул.

— На сегодня всё, пора валить.

— Но, мы только начали, отец! — удивленно посмотрел на меня Илларион.

— Ага, и уже закончили, — я еще раз кивнул на здоровенные конструкты Морфея. — Мы вернемся, сын, обязательно вернемся. Вот только прихватим с собой немного взрывчатки. Точнее, много… Просто охренительную гору взрывчатки! У меня даже есть один пироманьяк, который нам это быстро все изготовит. Если титан Роя не выдержал того взрыва, то эти долбанные дымовые трубы точно развалим.

— Бу-бу-бу! — раздалось сбоку, и я рядом увидел Шнырьку в противогазе.

Я широко улыбнулся.

— Да, конечно, мелкий, ты сможешь нажать красную кнопку. Заслужил…

Императорский Дворец

г. Петербург

Наконец-то! Наконец-то, она свободна!!! Именно с такими мыслями Императрица шла по коридору своего дворца, неся под мышкой толстую папку.

Её отец уже полностью пришёл в себя. Да, он визуально был в порядке, когда два дня назад прибыл во дворец, но всё же попросил явиться князя Ивана Васильевича Андросова, и провести с ним почти целые сутки.

Иван Васильевич покинул покои бывшего Императора в глубокой задумчивости, даже не попрощавшись с Императрицей, что было немного странно, но её отец сказал, что готов поговорить с ней, и это перевесило все раздумья.

Елизавета, забывшись, даже начала напевать себе под нос, чем вызвала недоуменные взгляды караульных во дворце. Но, ей было не стыдно! Сегодня замечательный день. День, когда она вернет бразды правления человеку, более подходящему на эту роль.

— Привет, отец! — впорхнула Елизавета внутрь, как девчонка, вне зрения охраны, весело покрутившись волчком так, что тяжелые юбки взлетели вверх, и ловко шлепнула папку на журнальный столик.

— Здравствуй, дочь!

Бывший Император стоял около окна, с кружкой чая, из которой даже не пахло алкоголем. Да и одет он был прилично, а не в яркие броские одежды, с примесью кожи и заклёпок, в которых он щеголял, будучи у Галактионова. Длинные волосы были собраны в аккуратный хвост, а борода и усы аккуратно подстрижены, голос был спокойный и уверенный.

У Елизаветы даже слегка перехватило дыхание — именно такого отца она и помнила с детства. Именно он должен быть правителем Российской Империи!

Вот только… Петр Александрович Годунов, Император Михаил… сколько еще у него было имен, и какое из них настоящее? То, что узнала Елизавета про отца, потрясло её до глубины души. Удивило? Отнюдь! Именно, потрясло. Бессмертный Император. Кто еще знает про это? И может ли она также? А, самое, главное, почему не выжил никто из его, несомненно, многочисленных потомков — её предков? Вопросы-вопросы… Возможно, сейчас у них появится побольше времени поговорить, и он прольет свет на многие странные вещи.

Бывший Император повернулся и нахмурился, глядя на толстую папку.

— Что это? — кивнул он.

— Это мое отречение, отец, и документы, которые тебе необходимо подписать, дабы запустить процедуру назначения нового Императора. Затем клятва и… — она смутилась. — Да ты и сам всю процедуру прекрасно знаешь. Интересно, сколько раз ты её уже проходил?

— Больше, чем хотелось, — буркнул бывший Император, не отрывая взгляд от папки. — Мне кажется, ты несколько поторопилась, дочь моя.

— Поторопилась? Но с чем? — сказать, что Императрица сейчас была удивлена — это ничего не сказать.

— С передачей власти, конечно же, — наконец, бывший Император посмотрел на свою дочь. — Еще не время.

— Но… Как… Александр… Он же… Ты же… — Императрица потеряла дар речи, ей внезапно стало так обидно, что у нее выкатилась одинокая слеза. — Как же так?

— Есть такое понятие — «свобода воли», — ласково улыбнулся бывший Император. — Оно подразумевает, что нельзя заставить человека делать то, что против его воли.

— Да кто бы говорил!!! — внезапно взорвалась Императрица, а от её ауры в комнате ощутимо поднялась температура. — Ты же сейчас шутишь⁈ Скажи, что ты сейчас шутишь, чёрт побери!!! Какая свобода воли у меня была, когда ты отдал меня за Меньшикова? Какая свобода воли у меня была, когда ты пропал, а эта сволочь…. — тут она осеклась, вспомнив, о ком говорила. — Какая была у меня свобода воли, когда ты убил его⁈ Какая свобода воли была, когда меня отравили и, придя в себя, я поняла, что Империя разваливается, мы на грани катастрофы, и нужно что-то делать⁈ Разве у меня дальше был выбор⁈ О какой свободе воли ты, чёрт возьми, говоришь⁈

— Ты справилась, девочка моя, я тобой горжусь! — отставив чашку в сторону, бывший Император шагнул к дочери, широко раскинув руки для объятий. — И справишься дальше, я уверен!

— СТОЯТЬ!!! — от вопля Императрицы вздрогнули стены, а с лица её отца вмиг слетела улыбка. — Не подходи! Просто не подходи ко мне!

— Но, доченька… — бывший Император выглядел расстроенным. — Ты же понимаешь…

— Нет! — взмахнула рукой Императрица и яростно замахала указательным пальцем у него перед лицом. — Нет-нет-нет! На это уж не поведусь! Стой здесь! И никуда не уходи!

Разъяренная Императрица выхватила телефон, развернулась на сто восемьдесят градусов, и быстро покинула спальню отца.

Бухич, оставшись один, пожал плечами, воровато огляделся и достал из внутреннего кармана плоскую фляжку. Открутил крышку и сделал несколько больших глотков, которые никак не соотносились со стороны с величиной фляжки, явно фляжечка была непростой.

После этого он подошел к столу, на которой лежала так и не раскрытая папка и задумчиво на неё посмотрел. Указательный палец его вспыхнул, как зажигалка, и лицо Бухича расплылось в широкой улыбке.

— Саша хочет поговорить с тобой, отец! — разъяренная Императрица вбежала в спальню через некоторое время, неся в руке мобильник. — Отец… Отец, ты где?

Императрица недоуменно осмотрелась, но в большой спальне никого не было. Лишь «противопожарный» столик, впрочем, как и вся мебель в дворце, был покрыт слоем пепла, а на нем пальцем было криво выведено два слова и дурацкий смайлик:

«СВОБОДА ВОЛИ:)»

Глава 14

Центр Истребителей Монстров

г. Иркутск

— Присаживайтесь, Василий Петрович! Архип Емельянович сейчас будет. Чаю?

— Да, спасибо, солнышко, — Хрулев уселся в кресло и с интересом огляделся, пока секретарша выбежала из кабинета.

Странно было видеть свой бывший кабинет с другой стороны стола. Тут ничего не изменилось, разве что бумаг на столе стало больше, да две рамки с фотографиями появились.

Василий Петрович Хрулев улыбнулся, когда увидел на одной из фото двух дочерей Глыбы, а на второй — его самого и его секретаршу, что убежала делать чай важному гостю.

Тот же компьютер, та же карта на стене, где маленькими разноцветными флажками были сделаны отметки важных Разломов в Иркутском Эпицентре.

— Василий Петрович, прошу прощения, совещание нужно было закончить, — в кабинет зашел огромный, как медведь, новый начальник Центра, Абсолют Российской Империи, Архип Глыба.

— Да ничего страшного, дружище! — Василий Петрович раскинул объятия и крепко обнял своего старого друга. — Тише-тише, медведь, не задуши старика!

— Со мной эти фокусы не пройдут, — рассмеялся Глыба, тем не менее отстранившись. — Чую, силушки в вас больше, чем раньше. Кажется, отдых пошел вам на пользу!

— Есть такое, — улыбнулся Хрулев, присаживаясь обратно в кресло.

Тут же, предварительно постучавшись, в кабинет зашла секретарша с подносом, на котором было много маленьких блюдец с закусками и большой фарфоровый чайник.

— Спасибо, — чуть смутившись, прогудел Глыба. — Мы тут сами за собой поухаживаем.

— Как скажете, Архип Емельянович, — улыбнулась женщина и вышла из кабинета.

— Всё хорошо? — Хрулев, наблюдая, как Архип неловко своими лапищами берется за чайник, кивнул на фото.

Архип перехватил взгляд и смущенно кивнул.

— Живем душа в душу, спасибо.

— Вот и хорошо, рад за тебя, мой друг. Так! — от резкого окрика Глыба вздрогнул. — Дай сюда, я сам, всё разобьешь сейчас, вижу, что даже чай тебе твоя благоверная делает.

— Негоже начальнику… — начал Архип, но Хрулев его перебил.

— Не гоже на начальника чай выливать, вот! Так что давай я.

Хрулев поднял крышку, втянул аромат чая, кивнул своим мыслям и ловко разлил по чашкам.

— Минутку, — Архип расплылся в широкой улыбке и наклонился, чтобы залезть в шкафчик. Там он чем-то зашуршал/застучал, и с видом победителя водрузил на стол банку, с плотно закрытой крышкой.

— Неужели? — глаза Хрулева округлились.

— Ага! Он самый. Разломный, — Глыба ловко открыл крышку, и по кабинету распространился душистый, ни с чем несравнимый аромат разломного меда.

Хрулев тут же схватил ложку и выложил тягучую вкуснятину в чистое блюдце, после чего засунул полную ложку в рот и блаженно прикрыл глаза.

— Ну хитрец, ну угодил старику! — произнес он через несколько секунд, которые понадобились на то, чтобы мед растаял во рту. — Скучал я по медку. Давно, небось, хранишь? Для специальных случаев? — подмигнул он Архипу, но тот лишь рассмеялся.

— Да нет, Василий Петрович, не поверите, но это уже не такой уж и дефицит, как раньше. Галактионов передал с оказией.

— То есть, он не продал, а просто подарил это тебе? — прищурился Хрулев. — Испортился барон, раньше у него снега зимой было не допроситься. Эх жаль, пропала жилка коммерческая.

— Не угадали, Василий Петрович! — засмеялся Архип.

— То есть, продал? Фух! — показательно выдохнул Хрулев. — А то я начал уже переживать за нашего барона.

— Да нет же, — покачал головой Архип. — Отдал даром, но! Это с его пасеки. В Галактионовке пасеку организовали.

— Разломных пчел? — удивился Хрулев. — Не верю! Они же дохнут в девяти случаях из десяти!

— Ну, а у Галактионова не дохнут. Он их, прикиньте, желейками круглосуточно подкармливает!

Хрулев подавился очередной ложкой меда и закашлялся.

— Это ж мед реально золотым выходит! Зачем ему это?

— Ну это же Галактионов. Как он сказал, для личного пользования и понтов. И, дословно, «вдруг Хрулев в гости пожалует»!

Василий Петрович рассмеялся, хлопнув себя ладонью по колену.

— Вот Галактионов! Вот сукин сын! Теперь да, узнаю нашего барона. Так он подтвердил встречу?

Архип убрал с лица улыбку, так как Хрулев, по своему обыкновению, внезапно перешел к делу.

— Примерно на послезавтра, сейчас он не в имении, — кивнул Архип.

— Хорошо, — прищурился Хрулев. — Тогда завтра покажешь, что тут у тебя, не натворил ли ты дел без меня.

— Василий Петрович! — обиженно прогудел Глыба.

— Да шучу я, Архип, шучу! — улыбнулся Хрулев. — Просто соскучился по всему этому. Столица… душно там, Архип, воздуха не хватает и простора.

Они немного помолчали, отпивая ароматный чай из кружек.

— Василий Петрович, — осторожно спросил Архип. — А зачем нам эта встреча?

Хрулев абсолютно серьезно, немигающим взглядом, посмотрел на Архипа так, что здоровяк невольно поежился.

— Появилась новая информация про Эпицентр, друг мой, очень важная информация. Хочу у Галактионова подтверждение получить.

Архип молчал, зная, что старый Ист сам продолжит свою речь. И Хрулев продолжил.

— Есть мнение, что Эпицентры можно закрыть. Окончательно.

— Но… — непонимающе посмотрел на друга и начальника Глыба.

— Причем тут Галактионов? — усмехнулся Хрулев. — Да я перекинулся парой слов с Бу… — тут он замялся, подбирая слова, — с Императором Михаилом. Бывшим Императором, — поправился он. — И он мне сказал, спросить у Галактионова одну вещь прямо.

— И он ответит? — прищурился Архип.

— Ответит, — улыбнулся Хрулев. — Всё зависит от цены, а полномочия у меня большие.

Архип недоверчиво покачал головой. Эпицентры… Их реально можно закрыть? И причем тут… хотя нет, если кто и «причем», то это точно Галактионов.

* * *

— Офигеть!

БАХ!

— Вот это крутяк!

БА-БАХ!!!

— Это же полный пи….

БА-БА-А-А-А-А-АХ!!!

М-да… Не такого я ожидал от испытаний.

Разведка боем прошла, в принципе, удачно, Она мгновенно дала мне ответы на несколько животрепещущих для меня вопросов:
Это действительно Мир Морфея;Он действительно «выключен» из общей Вселенной;Да, Хранители облажались и проход открыт. Хотя… Возможно именно из-за того, что, по факту, Морфей открыл портал не с «обычной» Вселенной?И, самое главное! Если я взорву эти самые гигантские «Трубы», то Мир вернется в «обычную» Вселенную? Если да, то у меня будет прямая связь с Кодексом и братьями, но… получится ли вернуться обратно в этот Мир?
Вопросы, вопросы… Но, я решил для себя одно. Этот Мир должен быть «выдернут» из Царства Морфея, так или иначе. По многим причинам, и одной из них является мое сильное желание «щелкнуть по носу» этой сволочи. А, главное, дать моим братьям доступ в этот Мир. Возможно, ознакомившись с конструкцией «труб», они поймут, как прижать эту сволочь. А я, даже в таком состоянии, могу вполне вести партизанскую войну и пускать поезда под откос… я хотел сказать, Миры «на волю».

В общем, по возвращению домой, Ларик «притушил» портал, оставив его в работать в «холостом» режиме, а заодно оставил кучку демонов присматривать за порталом.

Это было весело. Могучие демонические воины сильно прифигели, когда поняли, где им придется нести караул. Так-то они привыкли к более теплым местам. Вся Преисподняя — это очень высокотемпературная локация, а вот в Арктике прохладно. Очень прохладно.

Но, Ларик приказал им греться с помощью пробежки, запрещая тратить энергию, которая может понадобиться на бой для обогрева, и кажется, демоны слегка приуныли.

— Если вы хорошо поищете, то тут найдёте тварей, с очень теплыми мохнатыми шкурами, — ввязался я, когда демоны уже начали бег на месте, готовясь к старту на пробежку. — Если подсуетитесь, то вполне сможете обзавестись одеждой.

— Вы слышали отца? — сурово спросил Ларик, и все демоны усиленно закивали. — К крепости не приближаться. Сторожить портал и обзавестись одеждой! Приказ понятен?

— Д-да… г-господин! — вежливо кивнул посиневший демон, у которого клык на клык не попадал.

— Ну вот и хорошо! Исполнять! — гаркнул Илларион, и демоны организованной толпой рванули на северо-запад, где я чувствовал подо льдом шевеление арктической сколопендры. Мда-а-а… Шкурой там и не пахнет. Но, зато согреются!

Ну, а мы направились домой, точнее, в Гору. Где быстро загрузили все самые смертоносные наши изобретения, и мой «Левиафан» неспешно направился в сторону испытательного полигона. Какого? А какой был в доступности? Конечно же, Иркутский Эпицентр.

Я связался с Центром Истребителей Монстров и уточнил отсутствие Истов в интересующем меня квадрате. Легионеров моих там тоже не было. Поэтому Крендель сейчас отрывался по полной. Находясь в полном экстазе, он не «фильтровал базар» — как он сам говорил.

— Красиво, — подтвердил я, любуясь выжженным гектаром земли, где как раз пробегали Серые Гиены, что так неудачно для себя выскочили из Разлома. Теперь там, наверное, даже микробов не осталось. — Но, недостаточно!

— Как это недостаточно? — кажется Крендель слегка обиделся. — Давайте еще насыпем!

— Нет, — покачал головой я. — Не нужно больше, я все понял. Зачем зря тратить запас. Взрывчатка неплохая, но не для нужных мне целей. Вася… — меня внезапно осенило. — Мне нужно что-то, что сможет взорвать, к примеру… нашу Гору!

— Ого, вы замахнулись! — Крендель задумчиво почесал подбородок. — Это будет сложно… но можно! Однако мне потребуются ингредиенты.

— Аня тебе купит, что нужно, а Астахов тебе обеспечит то, чего нет в продаже, — быстро ответил я. — Только взрывать придется не одну условную Гору.

— А сколько? — с интересом посмотрел на меня Крендель.

— Ну-у-у… — протянул я, осторожно, чтобы не спугнуть моего артефактора. — Чуть больше, чем одна…

— Штук сто? — ухмыльнулся Крендель, мой артефактор уже достаточно хорошо изучил меня.

Я вздохнул.

— Ну, вообще-то, там их тысяча.

— СКОЛЬКО⁈ — офигел Крендель. — Та я до пенсии буду…

— Но, все взрывать не надо! — попытался успокоить я возбужденного артефактора. — Думаю, десятка хватит, если в ключевых местах взрывать, то система нарушится.

— Меня с собой возьмете? — оживился Крендель.

— Ты там сдохнешь, — вздохнул я. — Атмосфера там не очень.

— Я подготовлюсь! — глаза парня горели фанатичным огнем. Вырастил пироманьяка, блин, на свою голову!

— За сколько справишься? — вопросом на вопрос ответил я.

— А когда нужно?

— Вчера, — хмыкнул я.

— Ну-у-у-у… — Крендель снова почесал подбородок. — Если ингредиенты будут, то справлюсь за два-три месяца.

— Месяц! — жестко сказал я. — Справишься за месяц, возьму с собой и разрешу лично нажать на вторую красную кнопку.

— Почему «вторую»? — удивился Крендель.

— Патамуш-ш-ш-шта! — рядом возник довольный Шнырка, и Крендель понятливо кивнул.

— Всё будет.

— Хорошо, но… — тут зазвонил телефон и я нахмурился. — Алло?

— Александро! — раздался знакомый голос Бурбулиса. — Александро, у нас проблема!

— Бурб, блин!!! — рявкнул я. — Вся твоя жизнь — это одна постоянная проблема! Давай по существу вопроса!

— Лучше это увидеть, Александро! — Бурб засопел в трубку и включил камеру. — Вот смотри!

— Смотрю, — хмыкнул я. — Что-то ты плохо выглядишь. Снова всю ночь бухал?

— Э-э-э…. — «завис» Бурбулис, чья небритая помятая морда появилась передо мной. — Не та камера, Александро! Вот!

Он переключил камеру с фронтальной на обычную, и я увидел стремную картину.

Большие пузыри, отдаленно напоминающие летающие шары, медленно плыли по воздуху. Вот только они все светились ядовито-зеленым светом, и от них за километр воняло Скверной.

Я уже знал, что будет дальше, так и случилось. Один из «пузырей» лопнул, и вниз посыпался странный черный «дождь». Не нужно было приближать, чтобы понять, что это. Это было множество мертвяков, что прямо сейчас падали на землю.

— Где это? — коротко уточнил я.

— Территория Ханства, — бросил обеспокоенный Бурб. — Бухича нету, Александро. А сам я устану их всех рубить!

— А ты что там, вообще, сейчас делаешь? — уточнил я.

Бурб немного смутился.

— Да, с Ашиком поехали новых людей его встретить, чтобы не заблудились. Заодно, кое-что на продажу повезли.

— Опять монголов спаиваешь? — уточнил я.

— Э-э-э! Чего сразу спаиваешь⁈ Честный обмен!

— Водку на золото?

— Ну-у-у… Берут же! У них сейчас гражданская война, все спиртзаводы у мятежников, а надо же как-то гордым степнякам победу праздновать?

Я вздохнул. Этой войне, казалось, не было конца. Многочисленные гордые кланы степняков гоняли по Великой Степи, с удовольствием ввязываясь в стычки и никого не слушая. Да, весь север страны был условно мой… точнее, подчинялся Ашику. Люди с севера с удовольствием ездили в Иркутск на работу. Но вот юг… Там все было сложно. А у меня не было времени, дабы помочь вернуть абсолютную власть Ашику. А с другой стороны — это сложно делать, когда этот гад упорно саботирует процесс. В общем, этот говнюк все понимал и когда я начинал сердиться особенно громко, то изображал, что он, изо всех сил, налаживает связи. Вот и сейчас поехал в родные степи. Судя по всему, немного подзаработать на очередную музыкальную приблуду… Ладно, это все потом.

— Держитесь там, мы летим, — вздохнул я и повернулся к Кренделю. — Ты давай в «Валькирию» и лети в Гору.

— А вы куда? — оживился Крендель.

— А мы в Монголию. Не пропадать же добру, — вздохнул я. — Тварей мы проредили, сейчас на мертвяках потренеруемся.

— А с вами нельзя?

— Вася!!!

— Понял! — Кренделя, как ветром, сдуло.

Я вздохнул и набрал сразу двух людей, создав конференц-связь.

— Слушаю! — это был Ратник.

— Командир! — подключился Волк.

— Мертвяки полезли в Монголию. Ратник, Легион грузите на «Хельгу» и выдвигайтесь. Волк, звони Пожару, пусть вылетает, ну и выдвигай гвардию. Там много мирняка сейчас побежит, надо обеспечить их отход.

— Принял… А Империя? — осторожно уточнил Волк.

— А что Империя? — вздохнул я еще раз. — По-факту, это все еще другая страна. Мы ближе, мы сильнее и… нам нужнее. Никто кроме нас, Волчара… Никто, кроме нас!

Где-то в многомерной Вселенной

Остров одиноких эльфиек

— Ты уверен, что мы по адресу? — буркнул Мак, оглядевшись.

— На сто процентов, друг мой, на сто процентов, — Дэн заинтересованно оглядывался по сторонам. — Ага, а вон и оно! Дерево!

Старый Мак нахмурился, глядя на протянутую руку своего старого друга. Ну да, на горизонте было действительно оно. Дерево. Огромное, ветвистое, покрытое золотистыми листьями, и оно было больше, чем обычные древа. Во много раз больше. Нет, не самое большое, что видел Мак за всю свою жизнь, но это же он, Старый Мак. Он за всю свою жизнь видел столько, что…

— Ну, что, погнали в Сиськорай? — весело улыбнулся Дэн, и небрежным взмахом руки открыл локальный внутримировой портал.

— Сиськорай? — нахмурился Мак. — Это из баек Сандра, что ли? Он же говорил, что его не существует, только в легендах. Он его так и не нашел, просто над молодежью прикалывался.

— Ага-ага… — кивнул Дэн. — Щас и проверим.

И первым шагнул в портал. За ним шагнул и Мак.

— М-да… Действительно… гхм… Сиськорай, — задумчиво почесал бороду Мак, оглядевшись по выходу из портала.

Под большим Древом сгрудились девушки — все, как на подбор, остроухие блондинки. И лица у них были похожие. Неподготовленный человек решил бы, что все они родные сестры.

Хотя нет… было отличие. И этим отличием был объем всех этих многочисленных и, все, как одна… гхм… точнее, пара — совершенных грудей. Представленные здесь размеры удовлетворили бы самого привередливого любителя сисек.

— Вот Сандр жопа! — выдохнул Дэн, торопливо приглаживая непослушные волосы. — Сказочки нам рассказывал. Легенды, блин.

— Охотники? — вышла вперед одна из эльфиек, обладательница одних из самых больших… достоинств. — Всё-таки, вы пришли! Сандр мертв?

И такая грусть была в её зеленых глазах, что даже внутри Старого Мака кое-что сжалось.

— Я не был бы так категоричен, — хмыкнул он, собираясь с мыслями.

Да, Первый Охотник целенаправленно послал их сюда для переговоров, но уж слишком всё это звучало фантастично. У Сандра был сын? Да не может быть!

— Дяди Охотники? — сбоку, нимало не смущаясь, подошел маленький голубоглазый мальчишка, заинтересованно глядя в их сторону.

— Хмм… — насупился Мак. — Время, конечно же, нелинейно, но блин… Дэн, я же не путаю? Не может тут быть такой разницы?

Дэн сглотнул и с трудом оторвал взгляд от практически обнаженных светловолосых красоток, что смотрели на Охотников с нескрываемым интересом.

— Что? А? — невпопад спросил он.

— Головка от кия! — буркнул Старый Мак. — Быстро сказал мне коэффициент времени это мира!

— Минус одна целая, двести тридцать три тысячных от Общевселенского! — без запинки произнес Дэн, все еще пожирая взглядом красоток. — А что?

— Вот что? — Мак указал на мальца, который достал из кармана яблоко, обтер его о груди и яростно захрустел, всё также с интересом рассматривая Охотников.

Дэн сфокусировал свои глаза на ребенке, и нахмурился, быстро поняв, о чём речь.

— Да не, не может быть! — помотал головой он. — Время тут течет не настолько медленно.

— Что с Сандром? — большегрудая эльфийка не отставала.

— А вы, собственно, кто будете? — осторожно уточнил Старый Мак.

— Я старшая жрица Острова эльфиек Эмма Фильд. Так что с Сандром? Сколько раз мне еще спрашивать⁈ — она скрестила руки на груди. Ну, точнее, почти на животе, потому что её груди приподнялись вверх, и тут даже Старый Мак невольно сглотнул.

Но он держал себя в руках.

— Это ваш сын? — кивнул он на мелкого.

— Кто? — удивленно перевела взгляд на маленького мальчика. — Это…

Она не успела ничего сказать, как раздался яростный визг сразу нескольких десяток глоток.

— Да ну, нахер! — выдохнул Дэн, толкая Мака в плечо.

Старый Мак обернулся, и…

— ОХОТНИКИ!!! — несколько десятков детей бежали к ним большой кучей, а за ними не поспевали несколько эльфиек, судя по всему — воспитательниц.

— ДЯДИ ОХОТНИКИ!!! ВЫ ЗА НАМИ⁈ — мелочь окружила Охотников, бесцеремонно дергая их за одежду, ножны, пояс и прочее, до чего могли дотянуться.

— Охренеть! — только и смог вымолвить Мак. — Не думал, что Первый может ошибаться. Вы найдете там его сына, говорил он… Сына! А не чёртову банду!!!

— Ма-а-ак! — протянул Дэн немного испуганно.

— Чего? — всполошился Старый Мак.

— Их Души… Присмотрись!

Старый Мак нахмурился и присмотрелся.

— Кхе… — только и смог произнести он.

Прямо перед ним на поляне скакали и дурачились тридцать три молодых рыжеволосых голубоглазых пацана. И все, как один, были Душеловами.

— К такому жизнь меня не готовила, — выдавил из себя, возможно, самый старый Охотник в Многомерной Вселенной.

Глава 15

Интересная получается ситуация. С одной стороны, монголы еще совсем недавно были нашими врагами, и мы уничтожали друг друга.

А теперь моя маленькая армия мчится им на помощь, и при этом все иркутские новости только и делают, что трубят об этом.

Самое смешное во всём этом, что обычные жители Иркутска всем сердцем желают нам удачи, поддерживая это решение. Ведь за последнее время наши стражи порядка успели понравиться всем. Я сам не ожидал, что все так удачно выйдет. Монголы оказались превосходными служащими, которым только и нужно было, что нормальное отношение и немного дисциплины.

Уважения у них теперь столько, что, наверное, и ханы могут позавидовать. Я сам лично был у них проверяющим, и видел, как они тренируются, и остался доволен. У них часто бывают такие дни, когда они разбирают разные ситуации, и как, в тех или иных случаях, нужно действовать, так сказать, из личного опыта. Кроме того, они постоянно совершенствуются, и не стоят на месте.

— Саня, мы почти прибыли на нашу первую точку! — сообщает мне Волчара.

— Знаю… — нахмурившись, отвечаю ему и продолжаю смотреть в окно «Буревестника». — Как думаешь, не многовато здесь людей?

— Много… — сухо кивает он. — Но все они хотят жить, поэтому и бегут отсюда.

— И бегут они, конечно, к нам, — хмыкнул я. — А у нас, как бы, место не резиновое, но прогнать их тоже не можем.

Волк ничего не ответил. И правда, пока мы летели, то наблюдали, как много сейчас степняков движется на территорию, которая находится под контролем Ашика, и где он заботливо помогает своим. Правда, помощью это сложно назвать. Скорее, большое переселение, ведь их переправляли на земли Иркутска. Правда, делалось это не бездумно, а брали лишь тех, кто готов был к другой жизни и освоить новую профессию. Но они очень даже не против были, как оказалось. Например, только сейчас на мой Род работало больше двух тысяч монгольских женщин в отрасли артефакторики.

Монголы были мастерами по резьбе, и создавали искусные изделия из костей. Мало того, что Крендель и его команда были в восторге, когда те подготавливали артефакты, так даже я оценил качество. Ведь в артефакторике каждый символ имеет значение, и должен быть исполнен точно до мелочей, как и полагается.

— С востока идет небольшая орда, — сообщаю я Волку полученную информацию от Шнырьки. — Направь туда один отряд, пусть уничтожат.

— Сделаем! — серьезно ответил он.

Этим действием мы сейчас спасли множество жизней. Жизней простых людей, которые огромным потоком шли по одной дороге.

Хоть Бурбулис и говорил о проблемах, но, кажется, я их недооценил. Только оказавшись здесь, и пролетая над этими местами, я смог прикинуть, что да как. Мало того, что Скверна ползет с земель Драконов, так еще в большом количестве она давно устроилась тут. Просто в замороженном варианте. Например, леса… Они кишели Скверной, которая притаилась там. Полагаю, что Неназываемый уже давно наводнил тут всё своими пешками, чтобы в нужный момент нанести свой удар.

Наверное, они даже считали, что это наступление пройдет успешно, без сопротивления, да и Империя не вмешается. Ведь не так давно мы воевали с монголами. А когда армия мертвых подойдет к нашей границе, то мы потерпим поражение, потому что их окажется намного больше, чем мы могли бы себе представить.

— А еще поднимай мой дирижабль! Дела даже хуже, чем полагалось изначально.

— Уверен? Все таки недешево это!

Про деньги, он прав. Дирижабль был великолепным, и очень прожорливым, в то же самое время. Изначально мы подняли только «Хельгу», но кажется, её будет недостаточно.

До нужной точки мы добрались не все. Даже Пожар, и тот сейчас пропал. Он сейчас отрабатывает по одному лесу, в котором засели неприятные твари. Дирижабль «Хельга» мы тоже вскоре потеряли. Нет, его не уничтожили, но по дороге он остановился, чтобы помочь выбраться большой группе людей, которые попали в окружение. А ведь там были даже не самые опасные участки, но уже творился полный хаос.

— Один, ты знаешь, что делать? — поворачиваю голову к своему генералу, который сидел и молчал все это время.

— Конечно, господин! — склонил он голову.

— Тогда начнешь первым, — приказал ему.

Когда мой отряд пошел на снижение, то сразу была заметна разница в количестве. Мы все высадились и выгрузились, и предстали перед огромными шаровидными порталами, которые двигались, «выплевывая» мертвецов. Их, кстати, уже собралось такое огромное количество, что я пожалел о столь малом количестве моих людей. Реально неудобно, когда приходится делить своих людей по разным направлениям. Но что поделать, если помощь нужна повсюду.

— Волчара… Ты тоже знаешь, что делать.

— А как тут не знать, — усмехнулся он, а затем повернулся к своим бойцам. — Гвардия!!! Минутная готовность! Поднять «Буревестники!»

Битва началась без лишних прелюдий, и прочего. Просто на нас поперла огромная волна мертвых, которые вдруг стали умирать. Один знал, что делает, и все небо заволокло разными существами. Эти твари, без остановки, нападали на мертвых и убивали их, или умирали сами. Помимо летающих, еще были и другие, но не так много. Почему-то у Одина есть некоторая любовь к воздушным «войскам».

Таким образом, всю эту толпу, конечно, он немного замедлил, и дал нам время подготовиться. И затем в атаку полетели уже «Буревестники». Одни разрядили до упора свои ракетные установки, а другие стали поливать врага свинцовым дождем из всех своих орудий. Не спала и гвардия, которая еще не собиралась подходить вплотную, а пока только отстреливалась. Все-таки боеприпасов мы взяли с хорошим запасом.

— А их меньше не становится, — подытожил Волк, подойдя ко мне поближе.

— Не становится… — согласился с ним. — Ты даже не представляешь, как далеко тянется вся эта мертвая гниль.

Он, и правда, не знал. Дальше лететь мы не могли через помехи, которые создают эти бродячие порталы Скверны.

А вот Шнырька мог… и сделал это.

— Может тогда рванем эти шары? — предложил Волчара. — Хотя мне очень не нравится их энергетическая структура.

Я улыбнулся.

— Эти шары, как ты выразился, являются бродячими порталами, — просветил его, а потом добавил, пока не забыл. — А еще ты правильно заметил, что структура у них довольно странная.

Волк еще раз взглянул на них, а затем развернулся ко мне.

— Уничтожить их можно? — сразу спрашивает он у меня.

— Конечно! — слегка поржал я от такого вопроса. — Все в этом мире можно уничтожить, друг мой! Вопрос в другом, надо ли?

— В смысле? — не понял он, о чем я говорю.

— Бродячие порталы — очень легкая структура, которая движется за ветром. А он последнюю неделю дует почему-то в сторону Иркутска. Они невероятно хрупкие, но если их уничтожить, то вся энергия, которая находится в них, пойдет в резонанс… и тогда всем будет хреново.

— Сильно хреново? Или как всегда? — усмехнулся мой бравый Волк.

— Достаточно, чтобы заразить Землю, и открыть уже большие порталы, которые останутся с привязкой к земной структуре.

— Понятно! Тогда я… это… Пойду и скажу парням, чтобы отстреливались подальше, и обходили бродячие порталы.

Самое главное, что я не обманывал Волка. Единственное, что не всё рассказал, по той причине, что на это нужно время. Я еще не был уверен по поводу этих порталов, какого именно они вида. Но, зная неплохо Неназываемого, то явно самого хренового. Бродячий портал опасен не только тем, о чём я рассказал. Еще он собирает энергию из земель, над которыми пролетает. От этого он накапливает столько энергии, что здесь может появиться филиал Скверны. А потому нужно что-то с ними решить… Вот для этого я здесь сейчас и нахожусь.

А в другой части Монголии, где таких самых три портала, сейчас сидит Ларик с другими гвардейцами. Парень разберется там, а я здесь, но вот только время еще не пришло. Ведь были у меня переживания насчет Неназываемого. Совершил он какую-нибудь подставу или нет? Думаю, если бы мог, то точно сделал бы, а потому самым известным способом я лучше не буду работать.

А известен мне самый простой. Это поглотить всю энергию из этих порталов и прогнать их через себя, таким образом, очистить их. Но вот моя чуйка так прямо и орет, что поступать таким образом не стоит.

Хм… А еще, как я погляжу, они слишком прожорливые. Сколько энергии в себя тянут.

— «Буревестник» 2! Прием, не палить в тот квадрат, работай по другому, — орет Волчара в рацию. — Работай по другому квадрату, как принял?

Хотя до портала было довольно далеко, но Волк решил перестраховаться. Ладно, чет я засиделся, а потому берем свою Аквилу и идем в бой. Конечно, ещё я не чувствую себя полностью здоровеньким, но размяться мне не помешает.

Резкий рывок, и я вдруг оказываюсь в самой гуще «событий», а вокруг меня враги. Но такую обстановку я люблю. Рубить и уничтожать… Только такого заслуживает Скверна.

* * *

Измерение одного Темного Бога

Неназываемый сидел на своем троне и размышлял. В последнее время произошло слишком много событий, и это совсем не нравилось ему. Не нравилось, что этот мир все больше отдаляется и выскальзывает из его рук.

Но при этом ещё был Мудрейший, который внаглую сейчас использует их, а они ничего не могут поделать. Мудрейший был той фигурой, с которой сложно справиться в данный момент, а потому нужно быть хитрее… Намного хитрее. Правда, это сложно, когда против тебя Мудрейший собственной персоной, а не просто его аватар или последователь.

Как поступать до конца, Темный Бог еще не знал, но были мысли, и они, само собой, не радужные. А еще ему не нравились те события, которые недавно произошли с Морфеем. Он и до этого временами смотрел с явной агрессией на Неназываемого, а теперь, когда ослаб, так врубилась его паранойя и, кажется, Морфей постоянно ждет подлого удара в спину. И не напрасно…

Не то, чтобы его не будет. Обязательно Темный Бог так поступит, но вот не планировал он этого делать в ближайшее время. Вначале нужно использовать Морфея, чтобы достичь своей намеченной цели, а уже потом можно и «сожрать» его.

Однако параноя Морфея всем сейчас мешала, ведь он уже нашел в одном из своих миров Эмиссара Темного Бога, который случайно там «заблудился». Пришлось долго оправдываться перед ним… Правда, учитывая, что тот мир еще не до конца захвачен Морфеем, то это было несложно. Кроме того, никто не собирается сейчас разрывать с ним отношения, ведь он пока полезен, да и временами удается узнать что-то полезное о Морфее, и эта информация бывает весьма интересной. Например, координаты его Миров, и Темный Бог не мог удержаться, чтобы не сделать себе закладки на будущее.

— Хм… — вдруг он поднял голову, вглядываясь в темную мглу.

Он смотрел туда недолго, ещё раз хмыкнул, и довольно улыбнулся. Охотник пришел к его блуждалкам, и это, как хорошо, так и плохо. С одной стороны — он рассчитывал, что Охотник пострадал все же сильнее от Морфея, и не сможет прийти лично. А с другой стороны — на такой случай, у него есть запасной план.

Темный Бог хорошо знал, как Охотники очищают порталы, но в этот раз легко не будет. Порталы были заправлены энергией не только Неназываемого, а еще десятком других Темных Богов, которые с радостью одолжили ему свою энергию, когда узнали, для чего она ему нужна. Ведь такое важное дело, как убийство Охотника, даже Темных может сплотить, что сейчас и происходит. При всем этом внешне портал был совершенно нормальным, и Охотник не должен его раскусить. А если вдруг попытается его просто уничтожить, то… Этот вариант Неназываемого тоже устроит, и от только порадуется. Ведь взрыв и заражение будут колоссальными.

Неназываемому уже не терпелось увидеть, как же поступит Охотник. И как он выкрутится из этой ситуации. Ведь она, и правда, была необычной. В другой ситуации, создание даже одного такого портала в этом Мире вызвало бы огромные проблемы. Но учитывая, что Темные Боги щедро поделились энергией, то он, пожалуй, немного её прибережет для себя.

Хотя… На секунду он задумался, и вдруг материализовал на руке сферу, в которой был один из его порталов, а затем мысленно отправил её Морфею с запиской.

' Не грусти… Надеюсь, она тебе пригодится'.

Мелочь, а настроение его союзнику может поднять. Ведь ему такое недоступно. И в какой-то момент Морфей может удачно её использовать. Правда, всё же не удержался и добавил издевку про грусть. Что ж, такова их натура, этих подлых богов.

* * *

Нет, с этими порталами точно что-то не так. Они движутся странно, и энергия… Они слишком много поглощают её, прямо выжигая энергию Земли.

Будь здесь толковый Друид, так он пришел бы в ярость от происходящего сейчас. Увы, но я их здесь ещё не встречал. Именно тех, которые обладают поистине великой силой, а не так… Жалкие подражатели.

Моя гвардия, кстати, неплохо справляется после того, как я проредил ряды врагов, а еще ко мне присоединился Один и Волчара. Хотя Волк и не должен был этого делать, но, видимо, не удержался.

Когда возле порталов уменьшилось количество мертвых, то они стали усиленно выплевывать новых, а потому что-то нужно делать. У меня была на этот счет мысль, только для этого мне потребуется Ларик. А еще несколько длинных теневых прыжков.

Быстро написал Ларику сообщение, чтобы он отступал. А ещё дальнейшую инструкцию, что ему нужно дальше делать. Затем стал раздавать команды уже своим бойцам.

Они выполнили все мои указания, и вскоре возле меня приземлился «Буревестник».

— Господин, я готов! — тут же отчитался гвардеец-водитель.

— Отлично! — я уселся на пассажирское место и открыл карту на экране. — Лети вот сюда, и жди меня в этом месте! Я тебе ставлю метку. Будь готов, что мы обратно полетим очень быстро.

Пилот был собран и сосредоточен.

— Сделаю все в лучшем виде! — отрапортовал он.

Теперь у меня есть примерно два часа, не больше, пока все доберутся до нужных мест, и я смогу заняться уничтожением порталов. Правда, я не до конца уверен, что у меня выйдет задуманное, но все же… Кто не рискует, тот не Охотник.

— Волчара… Давим их всем, что только у нас есть! — отдал ему команду.

Волк понял с первого раза, и мы пошли в наступление. На том фронте, где еще недавно был Ларик, мои гвардейцы получили такой самый приказ.

Два часа прошло быстро, и степь превратилась в могильник. Очень много трупов, которые нам нужно будет потом убрать. Местным не до этого, ведь это может привести к эпидемиям. Придется не раз отправить наши дирижабли, чтобы вывезти всю мертвечину. А затем сжечь или скормить её прожорливым слаймам.

Как бы я не хотел оттянуть этот важный момент, но все же пора было приступать к делу. Я еще раз повторил свой план Волку, и только тогда нырнул в Тень. Рывок был коротким, и я оказался возле первого портала так близко, что тут нечем было дышать. Ведь от него тянуло гнилью и разложением.

Затем я осторожно протянул свою руку и… легкое касание. Портал мигом переносится в мою Душу. Да… я только что поглотил портал со Скверной, и это… Скверно, что ли.

Теперь отсчет времени пошел с этого момента, и пути назад у меня нет. Через некоторое время его защитная скорлупа будет сломана моей Душой, и он выплеснет там всё, что у него внутри, а ведь это может плачевно сказаться на ней. Новый рывок, и еще один портал перемещается в мою Душу. На этот раз это не так просто… Я ощутил тяжесть все мерзкой энергии, которая была в нём, и там явно что-то нечисто. Такой вот трюк я проделал и с последним порталом, а затем пошли большие прыжки в Тени в то место, где находились оставшиеся порталы, и их мне тоже пришлось быстро поглотить.

Как же после этого мне стало хреново! Такое ощущение, что я сожрал камни. Вроде желудок здоровый, но поглощенный предмет совсем неправильный для тебя. Тут была такая самая история.

— Шшш-шш-шандр… Шшшш-шпе-шш-ши! — дал мне подсказку встревоженный Шнырька.

Но это я знаю и без него, а потому… Делаем очень длинный прыжок, который сейчас только могу себе позволить. И его мне хватило, чтобы выпасть рядом с «Буревестником», который меня ждал в указанном месте.

Дальше я не стал рвать жилы и просто зашел в него, и оставшийся путь преодолел в нем. Летел и медитировал, а также отгонял тварей в своей душе от «леденцов», которые все хотели лизнуть. Время, конечно, меня сильно поджимало, но я контролировал весь процесс, и очень скоро прибыл домой, а там новый прыжок в портальную комнату, и… Арктика!

— Отец? — вывел меня из раздумий Ларик. — Я готов! Мы можем начинать!

— Извини, — попросил прощения у него. — Я слишком глубоко окунулся в себя.

Мне было трудно даже стоять. Энергия, которая находилась во мне, сейчас пыталась заразить меня, и приходилось прилагать немало усилий, чтобы бороться с ней. А еще вдруг заработали порталы, но выпустить мертвых наружу у них не получалось, и от таких действий внутри началось разрушение. Медленное, но верное. Я держался из последних сил, но порталы с минуты на минуту должны были лопнуть.

— Тогда я открываю переход? — еще раз уточняет Ларик.

Я понимал, почему он медлит. Ведь тот Мир, куда мы сейчас откроем проход, ещё не связан с этим. И, кстати, он принадлежал Морфею. Бедный глупый божок, который раскрыл слишком много своих секретов в битве со мной и Лариком. В тот Мир не было четкой дороги. По ней нельзя было пройти, скажем, мне или Ларику.

Если проход, в который мы зашли, напоминал дверь, то в этот… ну… размерами… розетку, и не больше. Через те координаты не проникнуть никому живому. Зато энергетическому — да… Когда Ларик мне про него рассказал, я не думал, что он так рано и удачно мне пригодится.

— Открывай! — дал команду Ларику, и сам тоже приготовился.

Всё, что дальше произошло, было стремительным. Открылся Пробой, словно кусок пространства разбили молотком. Огромным тяжелым молотком, и появилось видимое давление. Пробой стал втягивать снег, и всё, что плохо лежало.

— Долго я не удержу! — предупреждает меня Ларик.

Впрочем, долго и не нужно.

Я рывком вытаскиваю разом все блуждающие порталы из своей Души, и быстро, чтобы не расколоть скорлупу, бросаю их в Пробой. Он жадно всасывает всё, что в него попадает, и… вдруг покрывается зернистой рябью.

— Закрывай, — говорю я Ларику.

— Эмм… — отвечает он, и мне не нравится его ответ.

— Все так хреново? — ответ я знал, но решил уточнить.

— Я не могу его закрыть… Но я…

Я улыбнулся, а затем закричал.

— Тогда бежим, Ларик… Просто бежим!

Когда мы вынырнули на стенах крепости из Тени, то ударная волна все еще была сильной, а под стенами лежало столько снега и огромных валунов льда, что гвардейцы еще очень долго будут расчищать это место.

Но суть не в этом. Взрыв никак не навредил нашему Миру. А вот Миру Морфея, это да… Пожалуй, ему достался подарок от Неназываемого в полном объеме. Как бы он тому войну не объявил после такого сюрприза. Поверит ли Морфей в то, что это всё Охотник подстроил? Я бы не поверил… Мы ведь хорошие и добрые!

Глава 16

Императорский Дворец

г. Петербург

— Иван Фёдорович, да как так-то⁈ — Елизавета Петровна стукнула кулаком по столу. Казалось бы — маленький женский кулачок, но если бы стол был не из разломного дуба, то вряд ли бы он выдержал.

— Ваше Императорское Величество, — осторожно произнес министр обороны Морозов. — Мы не можем ввести войска на территорию Степного Ханства. Мы просто не знаем, кому подавать запрос. Вы же знаете, что там сейчас безвластие.

Императрица «пригасила» свою ауру, расстроенно покачав головой.

— Иван Федорович, вы меня разочаровали… Я думала, что у вас хватит ума просто ввести армию, и помочь Галактионову с нежитью.

— Ваше Императорское Величество… — так же тихо и чрезвычайно вежливо решил вклиниться в разговор глава СБ Империи Болконский.

— А вас вообще никто не спрашивал, Семен Семенович! — отрезала Императрица, и снова обратила свой взор на пылающего негодованием старого Морозова, который не привык к тому, чтобы с ним так разговаривали. Даже царская особа.

Через мгновение, к его негодованию, появилось обиженное сопение Болконского. А вот Елизавета, наоборот, слегка улыбнулась, почувствовав себя свободной.

— Что непонятного в моем приказе? Просто введите войска. Немедленно! — она смотрела в глаза князю Морозову, одному из самых сильных и умных людей Империи, и не собиралась отводить свой взгляд.

Её отец сбежал, не решившись забрать у нее власть? Что ж… Это значит лишь одно. Что она всё ещё Императрица! Это ЕЁ Империя, и действовать она будет теперь по-другому. Без оглядки на авторитеты.

Нет, она искренне уважала, а иногда — и восхищалась её помощниками — старыми аристократами, кто уже давным-давно трудился на благо Империи. И последнее, что она хотела — это их обидеть. Однако, она — Императрица, и именно её слово последнее. Если она захочет узнать их мнение, тогда спросит. Словами через рот. Но, если она отдает приказ — то его должны выполнить. Несмотря ни на что.

— Всё понятно, Ваше Императорское Величество, — угрюмо кивнул Морозов, первым отводя свой взгляд.

— Иван Федорович, — немного смягчилась Елизавета Петровна, когда её приказ был подтвержден. — Кроме нынешнего непонятного статуса Ханства Великой Степи, у нас же нет проблем с вводом войск? Технических или финансовых?

— Нет, Ваше Императорское Величество, — отрицательно покачал головой Морозов.

— Вот и хорошо — кивнула она, повернувшись к Болконскому. — Что там мировое сообщество нам сможет вменить в самом тяжелом случае? Разжигание войны? Оккупация соседнего государства?

— Да, что-то вроде этого, — откашлялся Болконский.

— Семен Семенович, на вас освещение событий, документально и во всех средствах массовой информации. Чтобы все видели, с чем мы имеем дело. Мы не пинаем бедных соседей… Мы, мать их, спасаем их от Скверны!

Ба-Бах!

И снова толстый стол застонал от удара Императрицы.

— Выполняйте, господа! — кивнула она присутствующим тут мужчинам, а затем расслабленно откинулась на спинку кресла, устало потирая глаза.

Болконский переглянулся с Морозовым, открыл рот что-то сказать, но передумал. Он просто молча поднялся, забрал планшет и документы и, вслед за Морозовым, вышел из рабочего кабинета Императрицы.

Елизавета Петровна же посидела еще несколько минут, прогоняя по энергоканалам энергию, чтобы сбросить накопившееся раздражение.

Против Скверны сейчас сражается Александр со своей гвардией. Вместо армий великих государств. Снова… Не ропщет и не жалуется. Как всегда! Никого не спрашивает, и действует по собственному разумению. Безжалостно и беспощадно по отношению к врагам.

А она… Её снова овладевает безумие? Или это, наконец, просыпается она… Легендарная способность Императорского Рода… Ярость Пламени?

* * *

Я, конечно же, клёво придумал с этим, но таскать порталы Скверны в собственной Душе — удовольствие так себе. Хотелось одновременно в сортир, причем сразу с двух сторон, а еще отмыться, желательно в кислотной ванне, чтобы полностью очиститься и смыть всю грязь со своего тела.

Да, «запачканной» была Душа, но ощущение распространилось и на физическое тело. Ненавижу такое! Долбанные боги! Надеюсь, вам сейчас весело?

Самое правильное слово, что я подобрал под свой «подарок» Морфею — это было «подложить свинью». Жирную, дохлую и, очень, сука, вонючую!

Учитывая, что часть блуждающих порталов уже достигла уровня критической нестабильности, они там и жахнули. Все, как я хотел. Нет, я был далек от мысли, что смогу с помощью порталов Неназываемого повредить инфраструктуру Морфея настолько критично, чтобы Мир вывалился в обычную Вселенную.

Но, я уверен, что это сильно облегчит мою будущую работу, а еще сэкономит мне много-много денег, что будут потрачены на взрывоопасные ништяки «от Кренделя».

Однако, выброс энергии был очень сильным, и я фиг знает, что там произошло на самом деле. Немного задержавшись, мы с Лариком просканировали пространство на предмет нежданных гостей, что прямо сейчас ломятся к нам с той стороны. Никого похожего мы не обнаружили. Связь была дико нестабильной, и если кто-то оттуда всё-таки решит выбраться, без помощи Ларика их распылит на атомы.

Однако, угроза существовала, и я попросил недовольного Иллариона тут за всем присмотреть. Благо, без порталов, обстановка в Монголии должна быть понятной и, скорее всего, уже не критичной.

Да, я всё ещё думал, как мне вырваться во «внешний мир», чтобы связаться с братьями. Думаю, с помощью своего Ордена, я решу здесь все очень быстро. Хотя… Это долбанное равновесие!

С этими мыслями я выскочил, как угорелый, из портальной комнаты и снова рванул в Тень, чтобы «проявиться» в кабине моей «Валькирии», что парила над усадьбой, ожидая меня.

И вот, через полчаса, немного успокоившись в кабине реактивного самолета, я снова прыгаю вниз, чтобы оказаться в рубке «Хельги», которая висела высоко, координируя битву.

— Э-э-э? — растерянно огляделся я. — А где все?

— На земле, господин, — тут же нарисовался капитан «Хельги». Выглядел он слегка смущенным.

— А кто командует битвой? — нахмурился я.

— Господин Потапов, — осторожно сказал капитан.

— А где этот… господин Потапов? — улыбнулся я, уже предполагая ответ.

— Да вот же он! — кивнул капитан на большой экран.

М-да… Зрелище было эпичным. Зря я показал Волку, как можно веселиться, смешивая стихии.

Прямо сейчас, он висел в воздухе, как святой, а глаза его горели фиолетовым светом. Он смеялся, а со склонов гор спускался натуральный паводок — смесь камня, земли и воды, в котором перемалывался большой отряд Скверны, и которому не повезло попасться на пути моего начальника гвардии, кто внезапно нехило так проапгрейтился и уверенно встал на путь магии, в конце которого его ждет титул Архимага! И нет, это не в категориях этого мира. Тут и звания-то такого нет. Это уже уровень магов из моей прошлой жизни. Да, опыта у него маловато, но для чего еще нужны войны? Чтобы качаться, очевидно же!

— Я тут похозяйничаю, — деловито осведомился я, присаживаясь рядом с оператором и бесцеремонно отодвигая офицера в сторону. Принцип я уже знал, поэтому защелкал кнопками, переключая камеры, а джойстиком меняя ракурс и масштаб.

Зрелище было эпичное. На моем «Левиафане» находились молодые Галактионовы. В контактную битву я им запретил ввязываться, они должны были напитываться пафосом и эпиком, что творился вокруг. Ну, опосредованное участие в битве принимали только Пашка и Сойка.

Будучи Приручителями, мои жены именно им доверили своих питомцев. Прямо сейчас Няша и Мрак отрывались по полной, сжигая мертвые отряды, соответственно, оранжевым и темным пламенем. Питомцам было скучно в усадьбе, тем более, что с Аней, точнее, с её боевым развитием, я зашел в тупик.

Дело в том, что «прокачка» супруги нашими с ней… гхм… возвратно-поступательными упражнениями, а также рождение Антона Александровича, я планировал использовать в дальнейшем в Разломах. Вот только благодаря подозрительно затаившемуся сейчас Мидасу — бегать с мечом наперевес и с магией в кулаке ей было совсем уже не нужно. Ведь для этого есть золото!

Вот и получается фигня. Ладно родовой меч «Феникс» — я как бы планирую еще иметь детей от нее. Но, вот Няша оказалась совсем не при делах. А Феникс росла, и ей требовалась прокачка. Да, она периодически «ходила» в Разломы с Астаховым, но ей нужен был новый качественный скачок. Мраку-то нужно всего-навсего дождаться, пока Катя родит и вернется в строй. А Няша… В общем, сейчас она веселилась и прокачивалась, а дальше решу.

Кстати! Надо навестить Карамельку, как там её новый прайд поживает?

Ну, а я защелкал кнопками дальше, и невольно улыбнулся. Давно я этого не видел. «Холодные Головы» в действии. Все големы подросли, и самый маленький из них всё равно достигал трехметрового роста. Братан же стал почти пятиметровым. И прямо сейчас он вел своих каменных братьев в бой, а у него на плече сидел Затупок. Как в старые добрые времена, когда Братан был мелким и бегал задом наперед.

Что у нас дальше? Легионеры вычищают Скверну, заодно очищая от этой пакости Землю. Всё по плану. Ратник тоже там.

Не было моих Паладинов, правда, но их я отправил продолжать поиски моей крови, раз наступила небольшая передышка. Ну, я так думал. Кто ж знал, что Неназываемый учудит? В принципе, ребята были бы не лишними, но справлялись и без них.

И, конечно же, моя авиация с энтузиазмом утюжила ряды мертвяков, сбрасывая на них комбинированный боеприпас. Там было много всего разного, Крендель на славу постарался. Особенно хорошо себя чувствовали «Живые бомбы» — контейнеры со Святыми Слаймами, немного улучшенные после битвы в Арктике, и еще более эффективные. Крестоносцев я не брал, но моя биофабрика работала на отлично!

В принципе, учитывая, что пополнения у мертвяков улетело, благодаря мне, далеко отсюда — в мир Морфея, то враг начал потихоньку заканчиваться. Поэтому, услышав серьезный голос на всех волнах, я широко улыбнулся.

— Внимание-внимание! Говорит командующий Первым экспедиционным корпусом Империи генерал Морозов! Всем людям, кто меня слышит, покинуть квадраты! Войска Российской Империи в течение часа нанесут удар по скоплению нежити! Повторяю…

— Соедините меня, — хмыкнул я, и еще пощелкал тумблерами.

Передо мной открылась красивая картина. Почти три десятка боевых дирижаблей Империи, в окружении сотен боевых самолетов, величественно двигались к полю боя. Внушительно, ничего не скажешь.

— Готово! — свои слова радист продублировал поднятым вверх большим пальцем.

Я благодарно кивнул и натянул на голову наушники с микрофоном.

— Павел Иванович, рад вас видеть! Но, похоже, вы слегка опоздали. Как всегда…

— Александр? — тут же раздался голос Морозова-младшего. — Что значит, опоздали?

— Ну, что значит… — задумался я. — Это значит, что всё! Финита ля комедия, мертвяки капут, Скверне наступил финиш! — я устал изголяться в остроумии, тем более, что мне все еще было не по себе. — Короче, мы справились. Без вас. Не благодарите.

— То есть… — кажется, Павел Морозов одновременно переваривал услышанное, проверял мои слова через доклады подчиненных, и еще докладывал отцу ситуацию. — Это значит, что мы ничем не можем помочь?

— Нет, ну почему же! — рассмеялся я. — Уберите тут всё… Воняет… Не в службу, а в дружбу!

Царство Морфея

Где-то в Многомерной Вселенной

— Да как так-то, Термиз⁈ — взревел Морфей на своего помощника, который, похоже был совсем не рад здесь находиться.

— Это Неназываемый, господин! — проблеяло крылатое существо, что прямо сейчас пыталось стать невидимым, а его длинный хвост нервно подергивался в страхе.

— Идиот!!! — из руки Морфея вырвалась желто-коричневая молния.

— Ай!!! — практически бессмертное существо, тем не менее, могло испытывать боль. Что-что, а боль его господин Морфей умел причинять очень изощренно и умело.

— Куда⁈ — заревел Морфей, когда Термиз попытался скользнуть за Изнанку Мира. — Стоять-бояться! В тень не прятаться! И страдать!

— Ай!!! — еще одна молния прилетела в скрючившееся существо, еще такое гордое и могучее недавно, которое в одиночку могло уничтожить целый Мир. — Я клянусь вам, господин! Посмотрите сами! Ай!!!

Третья контрольная молния чуть не выбила из существа дух, и Морфей на время прервался, перестав истязать помощника.

— Идиот! Да как я посмотрю, если Нить порвалась? Я еле удерживаю Мир в в своем Царстве, и не могу даже отправить туда подкрепление! Ты зачем оттуда сбежал⁈

— Чтобы доложить вам о возможном предательстве, мой господин! — ударился лбом об пол крылатый Термиз.

— Идио-о-о-от! — выдавил из себя Морфей устало, но больше молний не вызывал.

У него родилась идея, как можно проверить слова помощника, даже практически уже не имя доступа к этому проблемному Миру. Он закрыл глаза, и сонная энергия потекла по межмировым каналам, докладывая своему хозяину о том, что она «чувствует». Именно с помощью своей уникальной энергии Морфей смог «подобрать ключик» к Запретному Миру, сила которого ему так была нужна. Энергия растекалась, как вода, проникая в самые мелкие трещины Вселенной, сплетаясь в причудливые узоры, растекаясь в несколько потоков, и снова вплетаясь в один. Она текла по воле Морфея, дабы доставить информацию для своего хозяина.

— Ах ты ж, сволочь!!! — глаза Морфея открылись, и Термиз скрючился в ужасе, так как его хозяин и господин был прямо сейчас чертовски зол.

Вот только эта злость не относилась к крылатому существу. Нет, Морфей почувствовал энергию Скверны в том мире, столько энергии, что это не могло быть «погрешностью».

— Блуждающие порталы, говоришь? — задумчиво произнес он, мгновенно успокаиваясь.

— Да, господин! Причем половина из них сразу же взорвалась, уничтожив часть наших Дольменов. Мир нестабилен и…

— Я знаю, идиот! Знаю!!! — снова пришел в ярость Морфей. — Лети туда и исправь всё! Мир не должен вывалиться из моей сети. Оставшихся Дольменов хватит Охотникам, чтобы понять, как до меня добраться… БЕГОМ!!!

Термиз подпрыгнул от последнего вопля господина.

— Но… Как я туда попаду?

Морфей тяжело вздохнул.

— Всему вас надо учить, идиотов, — он сделал пасс рукой, и в воздухе возник слегка светящийся синим светом осколок чего-то… потрясающего.

— Путевой камень! — выдохнул Термиз благоговейно. — Но, господин…

— Сам знаю, — буркнул Морфей. — Но, выбора нет. Мир не должен выскользнуть из моего Царства. Делай, что угодно!

— Да, господин! — поклонился Термиз.

Мысленное усилие, и в воздухе возник синий портал.

— Давай, вали уже! — кивнул Морфей на портал.

— Но, как я вернусь обратно? — слегка испуганно спросил Термиз.

— Спасение утопающих — дело рук самих утопающих! — пафосно произнес Морфей. — Иди уже! Как всё ликвидируешь, система заработает снова в оба конца.

— Какая идиотская и тупая поговорка, — пробурчало под нос крылатое существо, направляясь к порталу.

— Что ты там пробормотал? — уточнил Морфей.

— Я говорю, ваша мудрость бесконечная, мой господин! — тут же спохватился Термиз.

— То-то же! — довольно буркнул Морфей, и на секунду нахмурился. — Да, там, когда Охотник снова явится в тот Мир… ты это… Убей его, короче?

— Охотник? «Когда»? — опешил Термиз, уже занеся ногу в проход, но как будто остолбенев. — АЙ!!!

Новая молния попала ему точно в голову, и крылан кувырком влетел в портал, который тут же захлопнулся за ним.

— Я окружен идиотами, — вздохнул Морфей, и прикрыл глаза, погружаясь в эфирное путешествие.

Неназываемый… Надо понять, что эта сволочь задумала, прежде чем ему что-то предъявлять. Морфей не был трусом, нет! Он просто немного боялся своего не очень умного, но чрезвычайно сильного собрата.

Вот только… Он ощутил биение охранной сети. Что это⁈

Чёрт! Чёрт! ЧЁРТ!!!

Кажется, одинокий дерзкий драконид, что являлся Астральным Воином, и который недавно вихрем пронесся через его владения, собрался обратно. И, на этот раз, не в одиночку. Похоже, что он собрал себе компанию.

Да что ж за день-то такой⁈

Глава 17

Я, наконец, прочувствовал на собственной шкуре, как быть беременной. Ну, еще с дополнительным бонусом.

Три дня, что я пропадал, официально были объявлены, что Александр Галактионов изволил отдыхать, и заодно Печати прокачивает. На самом деле, большую часть этого времени я провел в обнимку с керамическим белым другом, периодически меняя позу, забираясь на него верхом. Ну, а в промежутках я отлёживался в ванной, смывая с себя остатки Скверны. Жёсткая штука!

Теперь у нас нет блуждающих порталов. Что уж тут говорить. Даже в моей прошлой жизни немногие Охотники отваживались на такую авантюру. Так что я буквально совершил подвиг. Вот только кто его здесь оценит, если даже никто не понял, как это случилось?

А, в задницу! Я это делаю для человечества… во вторую очередь. А в первую очередь — для моей семьи. Но вместо звонкой чеканной монеты, которую мне платили в прошлом мире, нужно привыкать к самопохвале. Да-да, Сандр, ты крутой! Сотворил реальный подвиг. Ты молодец!

М-да… как-то не вштыривает. Деньгами интереснее. Ну ладно, будет еще и на нашей улице праздник.

Я погрузился с головой под воду, провел там несколько минут, наслаждаясь тишиной. И снова поднял голову над поверхностью.

— Уточки! — раздался веселый женский голос.

И из пустоты, над ванной, посыпалась целая орава маленьких желтых резиновых уточек.

— Снова ты, — буркнул я, ничуть не удивляясь. — Что за манера ко мне в ванную ходить? Ты что здесь, стационарный портал уже пробиваешь?

— Ничего подобного. Это случайность.

Тёмная Богиня не спешила проявляться здесь, даже в призрачном облике.

— Я, вообще-то, не смотрю.

Последняя уточка выпала из ничего, и с громким писком стукнулась мне об голову.

— Хи-хи… — раздалось из пустоты.

Я же, на всякий случай, просканировал ванную на предмет возможного Пробоя, но нет, ничего стационарного не нашел. Лишь Темную Богиню, которая сидела на дальних уровнях Тени, и с интересом смотрела… Нет, не на моё лицо, а кое-куда пониже, вокруг чего сейчас начал водить хоровод резиновые уточки.

— Вылазь давай, я тебя вижу, — буркнул я.

— Видишь? — наконец, Богиня перевела свой взгляд на меня. — Ну надо же, ты, кажется, возвращаешь свои силы быстрее, чем я думала.

Мгновение — и вот она, облаченная в подчеркнуто строгую водолазку с высоким воротником, драные джинсы и белые кроссовки, сидит напротив меня на табуретке. Показательно растрепанные волосы, ни капли косметики. Такая себе «девочка-припевочка». Ну и, конечно же, не во плоти. Все это была ее проекция.

— Что надо? — недружелюбно спросил я.

— Это ты ловко с порталами провернул, молодец! — хихикнула она.

Я нахмурился, но не сдержал улыбки. Мысли материальны. Хотел я какое-то одобрение. Вот, целая богиня оценила моё геройство. А потом я вспомнил, кто именно находится передо мной, и снова состроил серьезную мину.

— Так, что хотела-то?

Темная встала со стула и подошла к большому окну. Да-да, у меня в ванной было окно. Иначе я бы вообще, сутками лежа в ванне, с ума сошел. А так хоть на птичек любовался.

— Какая хорошая погодка. Да и Байкал прогрелся. Лучше б там отмокал, чем в ванной в четырех стенах.

— Тебя забыл спросить, где мне отмокать.

Я потихоньку начал терять терпение.

— Давай уже, говори, что хочешь, или проваливай.

Темная сложила руки под грудью. Причем, они визуально слегка подросли. Да, хорошо быть богиней. Может интересные штуки с телом проделывать. Прямо в процессе… Ну да, того самого. Я проверял.

— Сиськи сдуй, — ляпнул я.

И аура Темной мгновенно вспыхнула темным пламенем. Да-да, богини тоже женщины. И когда замечают их маленькое женское коварство, они совсем этому не радуются.

Секунда — и передо мной сидит монашка в балахоне. Из открытого тела в нем были только ладони, ну и обрамленное белой каймой лицо с очень злющими черными глазами.

— Так лучше? — с издевкой поинтересовалась она.

— Да мне пофиг, честно говоря, — вздохнул я. — Я тебя внимательно слушаю.

— Кате скоро рожать, — небрежно бросила Темная и снова посмотрела в окно.

— Ага, я знаю, — кивнул я. — И что?

— Ну-у-у… — потянула Темная, раздумывая.

Стоп. Я внезапно кое о чем подумал.

— Если сейчас ты снова заведешь речь о том, чтобы отдать ребенка, то я заморочусь и поставлю блок. И тогда ты близко появиться рядом со мной не сможешь, даже в проекции. А если появишься, то я тебя накажу! Реально накажу! Слово Охотника!

— Это угроза или обещание? — Темная попыталась нахмуриться, но ее выдали губы, которые растянулись в предвкушающей улыбке, продемонстрировав необычно длинные для человека клыки. — Ты все обещаешь, Сандр. Ты все обещаешь…

— Так, все!!! — я с шумом поднялся из ванны. Уточки разлетелись во все стороны и попадали на кафель с рассерженным кряканьем.

Я вылез наружу и, нимало не смущаясь своей наготы, снял чистое полотенце. Повернулся к ней и стал вытираться.

— Давай, вещай уже, задолбала…

Темная замерла. Дело в том, что она так и не встала со стула, поэтому прямо напротив ее глаз были… ну, нет, не мои глаза. Я услышал, как она громко сглотнула.

— Сандр? — подняла она на меня вопросительный взгляд и закусила нижнюю губку.

— Даже не думай, — я швырнул в нее полотенце и накинул халат.

Удивительно, но полотенце не пролетело сквозь нее, а упало сверху, и она так и сидела с полотенцем на голове. Я хмыкнул.

— Реально решила материализоваться, чтобы со мной потрахаться? Наивная.

— Сволочь!!!

Мгновение — и полотенце сгорает в черном пламени, а Темная вскакивает на ноги и сжимает маленькие кулачки. Глаза ее пылают темным пламенем.

— Люблю бесить богинь, — хмыкнул я, и вышел из ванной в спальню. За мной с пыхтением последовала Темная.

— Я поняла, что ты мне ее не отдашь, — вздохнула она.

Я налил себе водички из графина, отпил из стакана, и с интересом повернулся.

— Ну, а чего ты хочешь?

— Хочу попроситься в крестные.

— Чего, блин⁈

Я убрал стакан.

— Ну ты же знаешь, есть в некоторых мирах такой обычай.

— Угу, знаю, — прищурился я. — Вот только не слишком ли большая честь?

— Да нет, что ты! — всплеснула руками богиня. — Девочка родится достойная, в самый раз…

Я усмехнулся и перебил ее.

— Да я, вообще-то, не про будущую дочь, а про тебя. Не слишком ли большая честь хитрожопой сучке принимать ответственность за моего ребенка?

Тут надо признать, Темная полностью сдержала себя в руках. Ни воплей, ни криков, ни расширения ауры — она лишь слегка прищурилась, о чем-то задумавшись.

— А если я сделаю подарок молодой матери, который еще не видел этот свет, то что тогда?

— А что тогда? — я не понимал, к чему она клонит.

— Ну-у-у… Если твоя жена, молодая мать получит божественный подарок. Хороший вариант, чтобы я стала крестной? Ты не находишь?

Я хотел сразу послать ее нахер еще раз, но потом задумался. Она все-таки богиня. То, что она может подарить это реально СВЕРХценно. Союзничество с другими богами точно лишним не будет, а эта сучка, походу, решила меня надурить. Это вряд ли. Хотя, что я теряю?

— Скажем так, — улыбнулся я, — сначала я посмотрю, что за подарок, а потом подумаю. Хотя не думаю, что это как-то сильно меня заставит довериться тебе.

Темная сразу заулыбалась.

Наряд монашки снова поменялся на наряд «небрежной студентки». И она громко захлопала в ладоши, прикинувшись полной дурочкой.

— Ура, ура, ура! Спасибо, Сандр! Я уверена, что тебе понравится. И Кате тоже понравится. Все, у меня много дел. Спасибо, Сандр! — засмеялась она и, внезапно оказавшись рядом со мной, чмокнула меня в щеку. И тут же пропала.

По моему телу пробежала волна наслаждения, близкая к оргазму. Твою мать!

Я чертыхнулся, но уже в пустоту. Темная ушла. Я иногда забываю, что такое боги, и что они действительно умеют. Вот и Темная напомнила кое о чем… несомненно, интересном опыте.

Что ж, я прислушался к ощущениям. Желудок мой вроде успокоился. Тело чистое, как у младенца. А разум очистился. Похоже, можно снова приступать к активной жизни.

Я вышел наружу и быстро спустился вниз, следуя точно на ароматные запахи выпечки. Голодный воин — плохой воин. Поэтому перед тем, как кого-то нагибать, мне нужно обязательно что-то пожрать…

Где-то в Многомерной Вселенной

Незримая грань, отделяющая Миры от Пустоты

Драконид Антарес задумчиво смотрел перед собой, перебирая в голове разные варианты. Благодаря помощи охотника Сандра, он смог пробиться через царство Морфея и попасть за пределы Многомерной Вселенной. И вот тут-то наступила самая сложная часть.

Опытный следопыт Антарес умел находить следы. Он был самым успешным следопытом среди драконидов. И именно это спасло его. Ведь он никогда не сидел без дела. И когда мир поглотила пустота, он гонялся за очередным преступником.

А тем временем вся Вселенная сплотилась против Пустоты. Чтобы уничтожить это неугодное миру явление, что вырывало миры Вселенной с корнем и отправляло в неизвестность.

Антарес даже хотел поучаствовать в сражении, но рассудил здраво, что если погибнет он, то для драконидов будет все потеряно. Тем более, с Пустотой сражались самые сильные воины человечества — Орден Охотников. И даже они несли ужасающие для своего небольшого, в рамках Вселенной, Ордена, потери. Множество братьев ушли за предел. А война с Пустотой вошла в анналы истории Ордена, как одна из наиболее катастрофических побед, достигнутых такой непомерной ценой. Но, Охотники справились. Пустота была уничтожена. Вот только Миры, сожранные ей, так и не вернулись.

Антарес был жив, здоров и силен. И он вышел на свою самую последнюю, и самую главную, охоту. Он выслеживал пропавший мир своих родичей. На это ему понадобилось не одна тысяча лет. Он примерно понял, как ему туда добраться, но путь к сородичам пролегал через царство Морфея, где этот хитрый умный бог поймал Антареса, вынудив его заключить сделку.

Долгое время он был послушным орудием Бога для устранения неугодных, пока в один прекрасный момент Морфей крупно не ошибся, направив его, Антареса, уничтожить Охотника — ослабленного, перерожденного Охотника, как говорил он.

Вот только у этого Охотника было имя. И имя ему — Сандр. Великий Охотник Сандр. От имени которого убегали все неугодные Кодексу сущности, какого бы ранга силы они ни были, все без исключения.

Однако это не стало концом Антареса. Наоборот, это стало новой надеждой. Прорвавшись, с помощью Охотника, через царство Морфея, он очутился за пределом, попутно осознав еще одну неочевидную вещь.

Он знал, что Морфей скрывает свои Миры так, что даже Охотники не могут его найти. Их Старейшины и многие другие Ордена, что заботились о благополучии Вселенной, головы сломали, пытаясь его найти. Что придумал Морфей такого нового? Оказалось, ничего нового он не придумал, он использовал старое.

Каким-то образом он познал секреты Пустоты. Использовав её, он смог оказаться в тонкой прослойке между великим Нечто, куда были выброшены все остальные Миры, и Многомерной Вселенной, прилепленной к ее стенке, как паразит. Вредный, очень опасный паразит. Опасный, в первую очередь, тем, что может, когда ему вздумается кусать тело Вселенной и тут же убегать в недоступное для ее гнева место — в свое Сонное Царство.

Антарес скривился, почувствовав сильную боль. Да, боль стала его спутником на протяжении тысяч лет. Такая боль, которая могла бы сломить обычного человека без цели, заставить совершить самоубийство. И для того, чтобы пробраться к сородичам, он выследил тварь Пустоты, которая осталась от великой войны и которая спряталась на задворках Вселенной.

Он смог ее выследить, убить и забрать часть ее сущности, что послужило ему своеобразным ключом в Пустоту. Вот только эта чуждая всему живому часть буквально пожирала его изнутри. Он держался, несмотря ни на что. Ведь у него была цель. И эта цель была близка к исполнению.

Антарес нашел свой Мир, который видоизменился в Пустоте согласно каким-то неведомым законам. Он разбился на множество кусков, которые плавали в Пустоте. Самое удивительное, что некоторые из этих частей имели связь с Многомерной Вселенной, но не напрямую, а через схлопнутые пузыри реальности, что были разбросаны по множеству миров Вселенной, без права выхода или входа.

Его гордые братья превратились в дичь, на которую охотились сильнейшие существа обычного мира. Антарес был стар и умен, но далеко не так умен, как следовало.

Единственное, что он для себя понял, исследовав эти «островки» миров, — это то, как попасть в Мир Морфея. Именно логистика для него стала более понятна. Он посетил несколько осколков Миров своих братьев. Для этого ему понадобилось несколько сотен лет. Антарес понимал, что в реальном мире за это время прошло, может, месяц, может, больше. Но, даже за это длительное время он смог собрать только полторы тысячи своих сородичей, из которых всего две сотни были воинами, а сильными воинами, способными на прорыв — всего два десятка.

Но этого было достаточно, чтобы попробовать прорваться в обычный мир и оттуда начать вытаскивать сородичей. И да, еще нужно будет отдать долг Сандру, оповестив его или его братьев о том, что он нашел спрятанные миры, украденные Пустотой. Пусть и в таком жалком виде, но он их нашел.

Прямо сейчас перед ним раскрывался портал, ведущий наружу.

— Вперед!!! — кивнул он и первым вступил в портал, возложив стрелу на тетиву своего лука.

Два десятка его сородичей шагнули за ним лишь для того, чтобы оказаться в ловушке. Морфей ждал их. Он предполагал, что дерзкий драконид решит вернуться, и поставил ловушку. Множество ужасных порождений ночных кошмаров набросились со всех сторон на два десятка самых сильных сыновей драконидов — их последнюю надежду.

Антарес предполагал, что так будет, и они были готовы. Его соратники бились не на жизнь, а на смерть так, как не бились еще никогда. Ведь на кону стояло само существование их расы. Медленно, но неуклонно они шли вперед, защищая друг друга и убивая прущих со всех сторон тварей. И Антаресу в какой-то момент показалось, что у них получится. Пока…

— Жалкий идиот!!! — раздался гулкий голос, и сам Морфей предстал перед ними во плоти. — Неужели ты думал, что я позволю вам выбраться наружу и открыть мои секреты миру? Неужели ты думал, что я настолько туп, что ограничусь своими слугами? Неужели ты…

Морфей протянул руку вперед, и подхваченный невидимой силой Антарес взвился в воздух. А его горло сжималось невидимой рукой, выдавливая из него остатки жизни.

Его товарищи сплотились вокруг него тесным кругом, отбиваясь от тварей, но не предпринимая никаких агрессивных действий в сторону бога. Потому что, на этот случай, у Антареса тоже был план…

— План «Б», — прохрипел Антарес, теряя сознание.

Молодой драконид, что стоял в центре круга, понятливо кивнул. В руке у него образовался мутный фиолетовый кристалл, от которого поднималась фиолетовая дымка. Удар кулаком, треск кристалла — и все дракониды исчезли из этого мира.

Переход занял совсем немного времени, но этого хватило, чтобы Антаресу прийти в себя и снова мобилизовать все свои силы. Морфей все-таки не облажался, как в глубине души надеялся Антарес. Да, шансов на это было совсем мало. Но, как знал сам старый драконид, иногда Вселенная подкидывает такие приятные случайности, что ломает любую теорию вероятности.

План «Б» заключался в том, чтобы, попав на Изнанку мира, попытаться пробиваться не дальше в лоб, а отойти чуть в сторону, в теневые миры, которые составляли ту самую оболочку Многомерной Вселенной, которая и прилепилась к царству Морфея.

Вот только у Теневых Миров не было начала и конца. Это можно было назвать дымкой, которая пропитывала всю Многомерную Вселенную и слегка выходила за ее пределы. И если правильно пройтись по этой самой дымке, то можно вынырнуть уже внутри нужного ему места.

Самый сложный шаг был сделан. Они прорвались из Пустоты внутрь. Ну да, теперь придется потратить больше времени, чем на быстрый прямой проход. Но, по крайней мере, они живы.

Вот только вместо серой пустоши, глубокой Тени, которую он ожидал увидеть, перед ним возникал сказочный дворец, висящий в облаках. Прямо на вооруженных до зубов, обвешанных артефактами и готовых ко всему драконидов смотрели удивленными глазами странные существа, которых Антарес точно не планировал увидеть.

— Сраные джины⁈ — удивленно спросил он.

У нарядного Джина, с золотой короной на голове, который в данный момент поедал что-то сладкое, изо рта выпал кусок торта. У него расширились глаза, и он удивленно произнес:

— Долбанные дракониды⁈

Глава 18

Нельзя сказать, что моё, не слишком приятное трехдневное времяпровождение в туалете, прошло совсем бездарно. Мозг нужно было чем-то занять. Вот я и занимался размышлением и продумыванием тактики и стратегии по предотвращению угрозы межмирового вторжения от долбаных Тёмных богов.

Произошедшее сражение в Монголии навело меня на одну интересную мысль, которую я как раз интенсивно обдумывал.

Дело в том, что армия Неназываемого, или армия Скверны, смотря как их называть, отличалась одной мерзкой штукой. Все мертвяки несли в себе эту самую Скверну, которую они с удовольствием распространяли вокруг.

Мое послание к имперским войскам, которые успели к шапочному разбору, с посылом «почистить» здесь все, не было неуважением или, тем более, оскорблением. За Скверной действительно нужно было подчищать. Подчищать тщательно, прожаривая верхний слой почвы, чтобы не оставалось ни капли этой мерзкой сущности. Иначе эта зараза будет распространяться быстро и смертоносно.

Да, Одарённым она не страшна. У нас есть сила, и есть лекари. Но для обычных людей это могло быть проблемой, а у меня в гвардии, в большинстве своем, были обычные люди. Даже при приказе работать по врагу дистанционно, было несколько случаев, когда гвардейцы вступали с тварями в рукопашную, просто потому, что внезапно среди вражеских войск появлялся какой-нибудь чертов Мертвый Попрыгун или, что еще хуже, Призрак, которые вполне могли разорвать дистанцию и приблизиться к моим ребятам вплотную. Да, оружие у моих ребят были на любой вкус и для любого противника, но сам факт.

Почти два десятка гвардейцев в разной степени пораженности Скверной находились сейчас в лазарете. Это было проблемой. Как-то я не подумал об этом, посвящая в Паладины двух самых лучших из доступных мне лекарей. И Макс Самохвалов, и Андрей Андросов находились сейчас в Европе, в то время, как они нужны были мне здесь. Но, с другой стороны, выгодно иметь в женах Екатерину Андросову, которая быстро позвонила бате и попросила откомандировать нескольких своих родичей к нам на помощь.

Поэтому два молодых лекаря из Рода Андросовых как раз сейчас ходили за пострадавшими гвардейцами. Прогнозы были весьма и весьма позитивными, но с этим нужно было что-то делать. Есть у меня подозрение, что атаки Тёмных богов только усилятся. Драться придется все больше и больше. Мои легионеры, даже если раздробить Легион на части, просто не могут оказаться во всех местах одновременно. Для этого мне нужны были другие войска. Какие? Такие, которым полностью плевать на Скверну.

Это могли бы быть разломные твари, но опять же, они на поле боя появляются только при моем личном присутствии, либо присутствии Одина. Ну, или Сойка с Пашкой пригонят свой зверинец, который прямо сейчас активно расширяют. Но опять же, этого слишком мало. Придется делать универсальных солдат. И у меня была идея, кто это может быть.

Ларчик просто открывался. Это было мое подразделение «Холодные головы», во главе с Братаном-Деганом. Вот только Папа-голем имел очень ограниченную способность к воспроизводству себе подобных. В рамках маленького растущего рода этого было более, чем достаточно. Но когда речь идет о крупных многочисленных подразделениях, то тут он явно не справится. Тем более, он как раз заканчивал «оживление» моей усадьбы.

Да-да, все стены моей усадьбы до последнего кирпичика, в том числе и фундамент, были покрыты «живым» камнем. Что буквально переполз собственным ходом, под четким надзором Папы-голема. Дополнительная защита никогда не помешает.

Ну, а когда закончат, точнее, когда закончит Папа-голем так называемую «магическую» облицовку, то, возможно, у усадьбы появятся новые возможности. Но не будем забегать вперед. Пока что мне нужна новая армия этих исключительно преданных, но самое главное — полностью иммунных ко всякой иномирной заразе ребяток.

С командованием я порешал. Пять десятков големов из подразделения «Холодные головы» — каждый из них был способен вести за собой собственное подразделение, а это уже целое войско. Осталось это самое войско для них создать.

Я, конечно же, пожалел, что сейчас не смогу дотянуться до моего заклятого друга — главы Ордена Архитекторов. Вот кто был мастер на все руки, и кто от всей души любил големов, а по части каменной армии ему не было равных. Интересно, как он там поживает на своей пенсии? Учитывая количество недоброжелателей, которые окружали его со всех сторон, не думаю, что она слишком спокойная. Ну, как бы то ни было, желаю старому засранцу отдохнуть достойно. Я вот тоже пытался, но у меня пока не выходит.

В общем, что касается големов. Я, конечно, не был Архитектором, и твёрдого ядра внутри моей души не было. Но кое-чему я успел научиться. Некоторые знания были получены с помощью торга, некоторые — шантажом. И что греха таить, некоторые вполне бессовестно стырил. Не, ну а что они не хотят делиться. Нужно мне это было, в основном, для того, чтобы понимать слабые места подобных созданий, которые действуют против меня. И я, конечно же, пару раз баловался и созданием.

Что я точно знал? А я знал две вещи. Для того, чтобы создать голема, нужно договориться с сущностью камня. Ну, либо металла, смотря какого ты хочешь голема сделать. А, во-вторых, одарить его энергией. Как я уже сказал, твёрдого ядра у меня не было, поэтому сколько бы не было вокруг меня энергии, я не смогу передать даже крошку новорождённому голему. Да, одно дело — подпитать Дегана, уже вполне сформировавшуюся каменную личность, а другое дело — собственноручно оживить молодого голема. Эта задача, я вам скажу, не для первоклашки.

Однако у меня возникла мысль, и мне нужно срочно воплотить её в жизнь. Поэтому «Буревестники» прямо сейчас летели в сторону Эпицентра. А я тихо матюкался, глядя в планшет, на котором на карте высветился доступный прямо сейчас перечень Разломов.

— Что такое, командир? — сидящий рядом Гриша Астахов заглянул ко мне через плечо. — Далековато лететь, но зато там самые сливки — голубые и черные Разломы, чтобы закрыть по-быстрому. Ну или в радужных можно пробыть побольше, но энергии получить гораздо больше.

— Да не нужны мне эти ни голубые, ни черные, тем более радужные, — скривился я. — Вот же блин, никогда не думал, что инициатива наказуема.

— Ты о чем, командир? — скривился Гриша.

— Да я о наших легионерах, которые нахрен повыносили все низкоуровневые Разломы с периметра Эпицентра.

— Так это хорошо, — нахмурился Гриша. — Ты же сам читал отчеты. Уже более месяца ни одна тварь не вырвалась из периметра. Люди возвращаются в поселения, обустраиваются, жизнь налаживается. Такими темпами мы вообще скоро Эпицентр закроем.

— Ну и где я тогда буду искать порталы, скажи мне, пожалуйста? — повернулся я к нему на кресле.

Но Гриша нахмурился еще больше.

— Не понимаю, командир, поясни.

— Да лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — хмыкнул я и обратился к водителю, которого мне назначил Дима Москаленко. И которого, в свою очередь, Волк уже полностью нагрузил обязанностями заместителя командира гвардии.

— Лови, — я нажал на кнопку, и координаты перелетели в бортовой компьютер «Буревестника». — Давай туда!

— Сделаю, командир! — сказал пилот, и «Буревестник», лихо накренившись, сделал вираж и направился в нужную сторону.

— А зачем вертолеты с собой ведём? Там тварей-то свободных не осталось, им и гасить некого будет, — не отставал от меня Гриша.

— Всё ты узнаешь, друг мой, но попозже.

— Нахрена нам это? — не сдержал своего удивления Гриша, когда заглянул ко мне в планшет и понял, куда мы летим. — Это же белый портал.

Он растерянно осмотрел своих разломщиков, что сидели пристегнутые к сиденьям и тоже внимательно слушали разговор. Выглядели они, как космодесантники из фантастики, которую я читал в детстве. Да, у них не было огнестрельного оружия в стиле космодесанта, и они не могли делать «пиу-пиу», как описывалось в книжках и показывалось в блокбастерах. Но каждый из них был реальной машиной смерти. Ниже 2-го класса у меня разломщиков уже не было.

«Выживи или сдохни!» — было девизом не только Волка, но и Гриши Астахова. Да, это выражалось, конечно, фигурально, никому сдыхать не давали. Но несколько раз с позором были изгнаны те, кто не прогрессировал. Остались здесь реальные звери. Каждый из них мог зачистить любой белый, а возможно и красный Разлом, в одиночку. Это было правдой.

Я сейчас усмехнулся, повернувшись к Грише:

— Ну, короче, что говорить, сейчас сами увидите.

— Садимся, ваше-бродие! — сказал водитель.

«Буревестник» полетел на полянку. За ним спикировали еще два. Откинулась аппарель и, громко стуча подкованными ботинками, наружу выскочили мои разломщики. Те, которые летели с нами, уже были подготовлены, а вот те, которые сидели в других машинах, сейчас растерянно оглядывались по сторонам, пытаясь найти цель нашего визита. Да, никто слепым не был, и все видели перед глазами светящийся белый Разлом шестого ранга. Вот только никто из них и в мыслях не думал, что мы прилетели сюда ради этой безделушки.

— Эээ… командир, а куда идем? — окликнул меня младший командир моей разломной группы. Еще такой молодой, но уже чрезвычайно опытный Истребитель первого класса, бывший вольный, Кирилл Яростный, который еще на заре становления моего Рода попросился ко мне со своей группой.

Да, не все группы «прижились» здесь. Только он, да еще Костя Кулеша. Но оба они стали младшими командирами, самостоятельно водили рейды в Разломы, и на них можно было положиться.

— Кирюх, ты слепой, что ли? Вот же Разлом, — кивнул я на белый Разлом.

Все, как один, посмотрели на него, потом точно так же синхронно развернулись и посмотрели на меня.

— Вы шутите? — несмело улыбнулся Кирилл. — То есть, вы с нами полетели, чтобы закрыть это?

— А ты что думал? — продолжал троллить парня. — Что мы с вами радужный Разлом класса «Колос» будем закрывать? А я-то думаю, что это вы так вырядились⁈

Ребята реально нацепили на себя все, до чего могли затянуться. Мало того, что на них стояли мои Печати, мало того, что у них была самая лучшая броня из тех, которую можно достать, и оружие, так они еще все как новогодняя елка, обвешаны были амулетами. А в эфирном плане они выглядели, как здоровенные жирные светлячки.

— Ну, вообще-то, да, — признался Кирилл.

— Не, всё не так! Я сейчас вас научу чему-то новому. Давайте, пошли. Никто ничего не делает. Просто следите за мной. Без команды не стрелять и никого не убивать. Ясно?

— Ясно, — прорычали все в один голос и собрались, когда я пошел вперед.

Да, мы шли в самый простой Разлом. Но ребята уже стали настоящими профи, и расслабляться им не позволял.

Когда почти четыре десятка вооруженных до зубов разломщиков залезли внутрь Разлома, то сидящий на камне разломный бобер, что задумчиво грыз какой-то сучок в ожидании гостей, которыми можно будет полакомиться, увидел нас и громко икнул.

— Курва! — странно пискнул он, и сдох от запущенной мною мимоходом молнии.

— Бобров можете мочить, — сказал я. — Только шкуры не повредите, а то Петрович тогда вам ваши шкуры повредит. У них очень ценный мех.

Ну, и я пошел дальше, а мои ребята пошли за мной. Периодически с рук ребят, по примеру командира, срывались молнии, вокруг раздавались вспышки.

Странные бобры помирали, их геноцид быстро закончился, так как этих тварей было немного.

Я остановился и присел на корточки около разломного кристалла, что сиял белым светом.

— Так, собрались все вокруг меня, — сказал я. — Первый ряд, опустились на одно колено. И внимательно смотрите, что я буду делать.

Все завороженно с интересом начали смотреть. А я медленно, чтобы все запомнили, вытащил из рюкзака новую приспособу, что собрал Крендель, пока я обнимался с керамическим другом. Больше всего эти две штуки напоминали обычный дефибриллятор, вот только без проводов. Проводами были — я и моя энергия.

Я приложил оба прибора к стенкам кристалла и начал пропускать через них магическую энергию, медленно комментируя вслух: что конкретно, в каких дозах и куда, на какое энергетическое сплетение кристалла я воздействую. На глазах кристалл начал уменьшаться, пока не скукожился до камня, размером с перепелиное яйцо.

— И последний штрих: берете вот так, — я направил энергетическое лезвие под кристалл, — и срезаете его, как боровик на полянке. Вуаля!

Я продемонстрировал срезанный маленький кристаллик.

— Всем всё понятно? — спросил я у хмурящегося народа.

— Понятно, — кивнули они.

— Значит, так. Есть еще двадцать таких приборов. Вас тридцать шесть. Ну, плюс Гриша. Гриша, держи мои, — передал я ему «дефибриллятор». — Задача простая: закрываете Разломы и забираете из них кристаллы.

— А если Разлом не белый? — осторожно поинтересовался любознательный Кирилл.

Я улыбнулся.

— Хороший вопрос, Яростный. Молодец! Чем выше ранг кристаллов, тем меньше он сжимается, — я продемонстрировал им светящийся кристалл. — Если этот белый кристалл с перепелиное яйцо, то красный уже будет с куриное. Оранжевый — с индюшиное. Ну и так далее.

— А радужный? — не удержался Яростный.

— Если ты попробуешь сжать радужный, ну, после того, как ты успешно его зачистишь, то случится один «большой бум», и нашего молодого да любознательного Кирилла будут оплакивать немалое количество дамочек в Иркутске.

Вокруг все понимающе заржали. Так как Кирилл не вылезал из Разломов, скидывать напряжение ему было нужно постоянно, а вот постоянством парень никогда не отличался. Пару раз я слышал, что Гриша давал ему хорошую трёпку, когда приходили жалобы от обманутых мужей, чьи жены восторгались молодым и красивым разломщиком Рода Галактионовых.

— Короче, ваша задача — кристаллы шестого, пятого и четвертого ранга, — я улыбнулся. — Для тупых — повторяю, это такие беленькие, красненькие и оранжевенькие. Всем понятно? Более высокие ранги запрещаю. Понятно?

— Да, командир!

— Ну вот и ладненько.

Выйдя из Разлома, я кивнул на зависшие над лесом вертушки.

— Теперь ты понимаешь, зачем мы их взяли? — спросил я Гришу.

— Ага!

— Ну дальше ты сам. Разбейтесь по парам… или как. И вперед!

— Сделаем, — кивнул Гриша. — Один вопрос: сколько тебе нужно этих кристаллов?

— Все, до которых вы сможете дотянуться. Абсолютно все! — сказал я.

— Сделаем, — еще раз кивнул Гриша.

Я сел в «Буревестник». Когда он поднялся над верхушками деревьев, я взял в руки телефон.

— Петрович, — позвонил я своему завхозу. — На время останавливай сбор всего нужного. Крендель и Арнаутский будут возникать, скажи, я распорядился.

— А если госпожа Анна поинтересуется? — тут же надавил на больное Петрович.

— Э… что-нибудь придумаю, — сказал я. — В общем, поднимай карты и тащите магический камень с портала.

— Понял, — сказал Петрович. — Сколько нужно?

— Тащите все, до чего можете дотянуться.

— Э-э-э… — на секунду завис мой разломщик. — Так я до много чего дотянуться могу. Мы что, решили второй Иркутск вокруг усадьбы построить?

— Не совсем так, — хмыкнул я. — Ты, короче, тащи. Если станет много, я скажу.

— Принято.

Я положил трубку с улыбкой, понимая, что прямо сейчас стартуют грузовики, на которых большая часть мужского населения Галактионовки и Игнатьевки выезжает на задания.

Да, так получилось, что у меня нехилый такой комбинат получился вокруг горы переработки разломных материалов. Слава о нас шла уже по всему миру. Поэтому как-то так, само собой, получилось, что мужское население было избавлено от необходимости пахать поля или рубить лес. Конечно, если это не связано с разломными ништяками, типа пасеки, разломных пчел или поля сахалинской картошки.

Почти все они либо работали в горе, либо возили материал из Разломов — такой себе замкнутый и очень, сука, эффективный цикл получился!

Меня же привезли в усадьбу. Я спустился к подвалу и подошел к Папе-голему. Да, мог бы поговорить и снаружи, но мне нужен был прямой контакт.

— Здравствуй, — поприветствовал я древнее существо.

— Здравствуй, господин, — прогудел Папа-голем.

— Мне от тебя нужен небольшой мастер-класс и помощь.

— Приказывайте, господин, — сказал Папа-голем.

Ну, я и приказал.

— Давай, собирайся, пройдемся на улочку.

— Сделаю, — кивнул Папа-голем, мгновенно превратившись из толстенной каменной двери в Голема и потопав за мной на улицу.

— Ну, теперь смотри, если я что-то делаю не так, говори мне об этом.

Через полчаса я с любопытством посмотрел на маленького големчика, который бегал за Затупком, который, конечно же, приперся полюбопытничать, и пытался поймать его за хвост. Поручик не давал это делать, и они бегали вокруг нас кругами.

— Чем бы дитя не тешилось, — хмыкнул я, довольный, как молодой папашка.

— Отличная работа, господин, — прогудел у меня в голове голос Папы-голема.

— И тебе спасибо за помощь. Без тебя я не справился бы.

Без него, действительно, я не справился бы. Это была большая удача, что он достался мне когда-то, давным-давно, по абсолютной случайности. Ведь строить кристалл я смог самостоятельно. Сущность я тоже поймал сам. Их тут было много, в земле и в камне. Они были повсюду, их нужно было только поймать. А вот дать осознание, кто он такой и для чего построен — это уже была задача Папы-голема, с которой тот замечательно справился.

Я смотрел на маленького големчика и улыбался. Похлопав Папу-голема по предплечью, я радостно улыбнулся:

— Мы сделаем большую армию каменных бойцов и отправим накрутить хвост драконам, или кто там у них сейчас прячется. Мне, по большому счету, фиолетово.

— Звучит как план, господин, — прогудел Голем.

Я с удивлением на него посмотрел. Кажется, даже древний голем смог развить в себе чувство юмора. Поэтому я улыбнулся и хлопнул его еще раз.

— Так это он и есть. Это он и есть.

Японская Империя

Дворец Императора

Император Ёсихото сидел за столом и изучал последние доклады. Японский Эпицентр никуда не делся. Разломы под водой никуда не делись. И уничтожать их традиционно нужно было именно Истребителям Японской Империи, с чем они прекрасно справлялись.

Благо, на фронте возникло перемирие. Истребители были временно отозваны обратно, чтобы выполнять свою прямую работу — уничтожать монстров. Хотя перемирием это назвать было сложно. Скорее, союзные войска решили перегруппироваться и посмотреть, что делать дальше.

Император слышал, что Скверна вторглась в Монголию, и что там отличился молодой Галактионов. Но в этом не было ничего удивительного.

Перед глазами появился очередной отчет о закрытии Разлома первого ранга, где командиром группы была его дочь. Ёсихото тепло улыбнулся — девочка растет и далеко пойдет. Да, до ее избранника ей еще далеко, и не факт, что она достигнет. Хотя Илларион был загадкой для Императора.

В данный момент он выполнял какое-то задание Александра в Арктике. Но они с Эмикой каждый вечер созванивались, чтобы обсудить прошедший день. В этот раз невольно Император стал свидетелем этого разговора.

Это было бы похоже на разговор двух подростков, которые хвалятся своими достижениями за день. Только смущало одно — подростки могли бы соревноваться тем, кто больше выпил, ну или если они ЗОЖ-ники, то кто больше пробежал или проехал на велосипеде. Эти же двое хвастались, кто больше тварей уничтожил. И очень радовались, когда побеждали в соревнованиях.

Ёсихото подозревал, что Илларион, любя и уважая Эмику, слегка приуменьшал свои достижения. И, скорее всего, это понимала и Эмика. Но, тем не менее, она так искренне радовалась. Так что какая разница.

В общем, все шло по плану. Имперский флот блокировал остатки флота Драконов. Армия Японской Империи стояла плечом к плечу с армией Российской Империи на границах Империи Драконов. Ну, а Истребители монстров истребляли монстров. Все как и должно быть.

Внезапно раздался писк. Ёсихото бросил взгляд на большую интерактивную карту, которая показывала ситуацию прямо в данный момент. Сначала погасла одна точка, потом вторая, затем третья. Это были экспедиционные субмарины японских Истребителей. И прямо сейчас связь с ними пропадала.

Что за?.. Обычно невозмутимый Император нажал на кнопку вызова. Тут же ему ответил дежурный штаба японского подразделения японского филиала Центра Истребителей монстров.

— Что там у вас происходит? — спросил он.

— Пока разбираемся, Ваше Императорское Величество! Непонятно, — ответил дежурный.

— Визуальная картинка есть?

— Еще нет. Будет буквально через несколько секунд. Дроны уже направлены в сторону. Вот… вот появилась картинка.

— Переключи! — рявкнул Ёсихото и посмотрел.

То, что он увидел, заставило его спину похолодеть. Разрезая волны, в сторону японских островов, шла целая эскадра странных, обтекаемых кораблей, аналогов которых точно не было в этом мире. А вот сверху над ними, также идя в сторону его дома, шли уже знакомые аппараты тех самых атлантов, которые… которые, черт возьми, должны были быть на другом конце света, в Атлантическом океане. Откуда они появились в Тихом?

— Ваше Императорское Величество, это… — начал доклад дежурный, но Император уже его не слышал.

Прямо сейчас он уперся глазами в одну красную точку, от которой моргал опознавательный знак. Утренняя Звезда — именно такой был позывной у его дочери. Ее отряд прямо сейчас находился ровно на пути странного флота.

И что ему делать прямо сейчас? Этого Император Ёсихото вообще не понимал…

Глава 19

Где-то на заснеженных вершинах Альп

— Андрей Иванович, а можно вопрос? — Коля Костриков шмыгнул носом и чихнул.

— Можно, Коля, можно, — улыбнулся Андрей Андросов. — Только я ж тебе сказал, прекращай называть меня по имени и отчеству.

— Но вы же целый княжич… — задумался Коля.

Это было реально странно. Молодой Костриков внезапно стал одним из самых сильных Одарённых в этом мире. Но остатки сиротского воспитания и кадетского корпуса всё ещё никак не выбили у него из головы пиетет перед благородными.

— Ну, а Саша у нас целый барон, но ты же его Александром кличешь, — хмыкнул Андросов, подтянув шарф повыше.

— Так ведь Александр, он… — Коля на секундочку задумался.

— Свой пацан? — хмыкнул Самохвалов, который шёл рядом, с интересом прислушиваясь к разговору.

Очередной сильный порыв ветра предательски забрался под легкую одежду Паладина. Да, горы. Да, снег. Но это было нормально для этой местности. А вот что было ненормально, так это сильный минус и большая метель. Какое-то странное лето в этом году.

— Так что ты хотел у меня спросить? — повернулся Андросов и зябко поежился.

— Да я хотел всего-навсего, Андрей… — он улыбнулся. — Просто Андрей. Хотел спросить, зачем оно всё вам? Вы же наследный княжич одного из великих Родов Империи. У вас есть всё, и может быть ещё больше.

— А ты зачем? — уточнил у него Андросов.

— Так это просто, — хмыкнул Коля. — Я сирота. До меня дела-то никакого нет никому. Ну, стал бы я офицером… Скорее всего, хорошим офицером. Ну, может, даже началась бы война, и я заслужил бы дворянский титул. Вот только когда и что мне с ним делать? Да и не признали бы меня, выскочку из низов, за своего.

Андрей не выдержал и рассмеялся.

— А ты вообще не забыл, что Макс так-то тоже из благородной семьи? Мог бы стать виконтом старых кровей, с присущим статусу уважением.

— Не, у Макса предки облажались, и весь его Род попал в опалу.

— Ах ты, мелкий засранец! — Макс замахнулся на него рукой, но с Колей эти шутки уже не проходили.

Он ушел в Тень и пропустил руку, не дав возможности старшему товарищу влепить ему подзатыльник.

— Ну, так это же правда. А у тебя, Андрей, молодая жена, между прочим.

Андрей взгрустнул, вспомнив, что жена у него действительно есть. В данный момент она уехала в столицу к отцу. И виделись они в последнее время не очень часто. Вот только…

Андрей улыбнулся.

— Вы когда клятву Паладинов произносили, что почувствовали?

Все пятеро задумались. Первым сказал Олег Горохов:

— Хороший вопрос! Вот не в бровь, а в глаз! Я-то думал, до того, как их произнес, что это просто слова.

— Ага, слова, — хмыкнул Вася Астапов. — Меня как молния пронзила. И я понял один момент, что Вселенная во мне нуждается. Именно во мне. Васе Астапове.

— И что теперь это твой единственный путь развития? — улыбнулся Макс.

— Именно! Все точно сказал, — улыбнулся Вася.

— Вот тебе и ответ, — кивнул на ребят Андросов. — А ведь Саша предупреждал и давал выбор. Он четко сказал, что после клятвы обратного пути не будет. А еще он обещал, что со Светкой мне не придется расставаться. Вы думаете, чего она в Питер укатила? С батей согласовывать, что, если и увидит он наследников, то скорее всего, в этом мире мы не задержимся.

— Тоже такое ощущение? — прищурился Максим, глядя на княжича.

— Ага! — выдохнул Андросов сокрушённо. — Теперь со мной разговаривает сама Вселенная. Говорит, что это только начало, буквально, ясли, и меня ждут великие свершения.

— Вот и у меня такое же ощущение, — выдохнул Коля, чем вызвал смех у Андросова.

— И после этого ты спрашиваешь, зачем я это сделал?

Тут на секунду метель приутихла, и впереди, выросший прямо из скал, показался старый монастырь — цель их путешествия.

— Ну что? — Андросов уточнил, обращаясь к Максу.

Тот достал компас.

— Все верно. Кровь Галактионовых в этом монастыре.

— С ума бы не сойти.

Андросов прищурился, глядя на большие закрытые ворота и на высокие стены.

— А я ведь слухом вообще не слышал, что подобный монастырь существует. Хотя многое знаю.

— Угу, — поддержал его Макс.

— «Сёстры Смерти». Даже звучит как-то стрёмно, — Андросов на секундочку прислушался к своим ощущениям. — Вот только смертью тут и не пахнет. Мне же не кажется?

Макс тоже на секундочку прикрыл глаза, сканируя пространство.

— Точно нет.

— Ну, давайте, пойдём в гости.

Андрей подошел к двери и взялся за тяжелое бронзовое кольцо, несколько раз стукнув по такой же измятой и старой бронзовой пластине. Раздался громкий звук. И через несколько секунд окошко приоткрылось.

— Кто такие? — раздался суровый женский голос.

— Путники, сестра, — вышел вперед неунывающий Макс Самохвалов — Продрогли до костей. Пустите погреться?

— Какая я тебе сестра? — абсолютно без угрозы и пренебрежения, просто констатируя факт, ответила женщина. — Понятия не имею, как вы сюда попали, но мужчинам на территорию монастыря хода нет.

— Вот как? — улыбнулся Андросов. — Может быть, вы взглянете на вот это?

Он достал из рюкзака ворох свернутых в трубочку листов.

— Что это? — также, абсолютно без интереса, спросила монашка.

— Как что? Верительные грамоты Императора Римского, на территории которого находился ваш монастырь. Ну и еще от других монархов. На всякий случай. В общем, мы как бы эти, как их, гонцы доброй воли. Вот. И имеем право попасть в любое место в Европе.

— Это место не принадлежит никакому европейскому государству, поэтому до свидания, — пренебрежительно хмыкнула женщина.

Заслонка захлопнулась.

— Ни хрена себе борзая! — высказался первым Коля. — Давай, я им дверь сломаю!

— Подожди, Колюня, не торопись, — сказал Андросов. — Я ещё не закончил с переговорами.

Он ещё раз стукнул кольцом по пластине. Снова открылась щелка, оттуда показались те же глаза, но уже с изрядной долей раздражения внутри них.

— Я сказала уходить!

— Можно поговорить с настоятельницей? У меня важная информация для нее.

— Никаких исключений, мужчинам хода нет.

Снова щель скрылась за заслонкой.

— Ну что, уже могу ломать? — Коля начал подпрыгивать в нетерпении, предвкушая веселье.

— Не, не можешь. Оставайтесь здесь, я сам.

И Андрей скользнул сквозь Тень, чтобы пройти внутрь, и тут же удивился. Перед ним стоял барьер. Он скользнул ещё ниже, а потом ещё и ещё. В итоге рядом с четырьмя переступающими с ноги на ногу Паладинами, что пытались таким образом согреться, проявился задумчивый княжич.

— Андрюх, ты чё?

— А ты взгляни на защиту, что стоит в Тени.

Из этого мира исчезли сразу четыре Паладина. Все они были любопытными, и все хотели проверить слова. Через несколько секунд они снова появились.

— Ну нифига се! Я ничего подобного, кроме как у Сани в усадьбе, не видел!

— Вот и я о том же, — задумчиво почесал затылок Андросов. — До знакомства с Галактионовым лично я и не подозревал о существовании этих уровней Теней, пока Саша все не рассказал и не показал. Подозреваю, не я один. Во всем Мире о таком единицы знали. Но, это неточно.

— А тут, насколько я понимаю, знают, и вполне готовы, — задумчиво кивнул Макс. — Так что, может по старинке?

— Все-таки дверь? — снова сказал Коля. — Дайте мне, я ща втащу!

— Да подожди ты, — отмахнулся от него Андрей. Отошел назад и посмотрел на высоту стены. — Давайте я по старинке. Только все равно меня ждите.

Он оттолкнулся ногами от земли и попытался запрыгнуть на стену.

БАМ! — раздалась яркая вспышка, и ошеломленный Андросов полетел обратно. Сделав в воздухе кульбит, он приземлился на колено и покачал головой.

Макс, прищурился, глядя то на командира, то на стену.

— Еще одно поле?

Но на этот раз Андрей ему не ответил. Раздался громкий бой колокола внутри монастыря. Поднялась тревога. Началось оживление. И ворота внезапно распахнулись.

В обычных монашеских рясах, с обычными деревянными шестами, перед ними стояла группа из четырех монашек разного возраста, но с одинаковым раздражением в глазах.

— По-хорошему вы, значит, не понимаете? — сказала старшая из них, судя по голосу, та, которая с ним разговаривала. — Ну, придется прогнать вас отсюда по-плохому.

— Э, бабуся, не буровь! — вальяжно сказал Коля, выходя вперед и приветственно поднимая пустые руки. — Мы пришли с миром!

Бабах! Бабуся вломила Колюне шестом. Причем так быстро, что тот даже не успел войти в Тень. И прямо сейчас юный и гордый Паладин летел, кувыркаясь по заснеженной каменистой почве.

Макс же неожиданно заржал, глядя на это, и широко улыбнулся.

— Ну, бабушка, без обид, но ты первая начала!

* * *

Я как раз собрал очередного голема, и очень гордился собой. Навыки отточил я знатно. Теперь на «рождение» нового воина моей будущей каменной армии я тратил уже не больше двух минут. Собственно, перерывы я делал только из-за того, чтобы Папа-голем немного пришел в себя. Оказалось, что инициировать юных големчиков было совсем не так просто, как казалось. Голему нужно было восстанавливать силы. Но, всё равно, шло всё достаточно быстро. А в наспех построенном загоне, сбитом из толстых стволов разломной древесины, сейчас бегало почти уже почти две сотни маленьких големчиков. А вокруг этого загона уже росла инфраструктура.

Добытчики сгружали горы камня и разломной древесины. Научники с горы подкармливали малышей желейками, чтобы быстрее росли. И за всем этим с интересом наблюдали все обитатели поместья. Больше всего недовольны были мои жены. Ведь големчикам не нужно было спать. Они бегали всю ночь, стукаясь друг об друга лбами, и об забор. Шум стоял неимоверный. Беруши мало помогли. А вот Аня в первый раз усомнилась в моих умственных способностях.

На вопрос: «Почему здесь, а не за пару километров дальше, к примеру?» у меня не было ответа. Ну, увлекся я. Ну, что поделать. Однако я клятвенно пообещал переместить «ферму» и перегнать каменную толпу подальше в ближайшее время.

Папа-голем как раз сейчас отдыхал, а я с теплотой наблюдал за моим новым каменным пополнением. Вообще-то, был я воодушевлен и полон энтузиазма. Старые кадры из «Холодных голов», которые стояли тут же, с интересом наблюдали за молодежью, похоже, их тоже впечатлили настоящие, идеальные солдаты. В которых мелочь, рано или поздно, превратится. Ведь сами члены моего элитного каменного подразделения были просто совершенны. Они вырастили крепеж прямо на теле для навесной брони и разнообразного оружия. Учитывая их прочность и сильное сопротивление к большинству видов магии, один на один бы с ними справился не всякий Одаренный.

Да, рост моей армии будет не быстрым, но оно того стоило. Внезапно мне в голову ворвался голос Ларика. Я аж поморщился. Для экстренной связи в пределах одного Мира нам точно не нужны были телефоны, хотя это отнимало много энергии. И да, это было физически больно.

— Отец! — раздался клич Ларика.

— Да, — скривился я от боли, поняв, что просто так он связываться не будет.

— Эмико в опасности!

— Что⁈ — удивился я, и тут же у меня зазвонил телефон: «Император Ёсихото».

— Отец! — снова раздался голос Ларика.

Я же смотрел на вибрирующий телефон.

— Я знаю, что ты приказал мне охранять портал. Но Эмико в опасности. Что мне делать, отец?

— Делай, что должен, — сказал я, — спасай её.

— Спасибо, отец! — облегченно выдохнул Ларик и пропал у меня из головы.

Я же вздохнул, вытер пот со лба, и нажал на кнопку приема.

— Да, слушаю!

— Александр, — раздался голос старого японского Императора, который без прелюдий сразу же перешел к делу. — Эмико в опасности! Прямо сейчас… — он начал объяснение.

Но я покачал головой.

— Да всё в порядке, уже нет.

— Что уже нет? — удивился Ёсихото.

— Чтобы там с ней не было, она уже не в опасности. Ларик спешит на помощь.

— Что? — снова удивился Император. — Но где он… Я же даже не сказал, где она?

— У них друг с другом неразрывная связь. И эта связь не мобильная. Они точно знают, где оба находятся, — терпеливо пояснил я.

— Но расстояние… — продолжил спорить со мной Ёсихото.

— И это тоже не имеет значения. Но, в принципе, — я на секундочку задумался, — мне интересно, во что там могла встрять Эмико?

— Встрять? — снова удивился Император. Кажется, у него сегодня реальный день удивления.

— Ну-у-у… — поправился я, пытаясь объяснить наш сленг, а потом махнул рукой. — Что у вас случилось?

— В общем, долго рассказывать. Могу перекинуть прямую трансляцию.

— Годится.

Я достал планшет из рюкзака.

— Мою почту знаете?

— Что? — первый раз за разговор в голосе Ёсихото раздался смех, и просто, без прелюдий, экран моего планшета включился, а на нём появилась прямая трансляция с красивыми видами Тихого океана.

М-да, надо будет серьезно поговорить с Аней, кто там у нас отвечает за кибербезопасность. Походу, специалисты у японского Императора чуть получше наших. Но, с другой стороны, разбираться с этим я точно буду потом. Прямо сейчас на экране была показана металлическая армада странных кораблей, которая на всех парах шла с востока на запад.

— Атланты, — произнес я утвердительно.

— Мы тоже так решили, — согласился со мной Ёсихото. — Только не поняли, откуда они взялись в Тихом океане.

— Ну, у меня есть сразу примерно десять версий в голове, откуда, — задумчиво произнес я. — Но сейчас я их все озвучивать не готов. Да и не этот вопрос сейчас важен. Мне достаточно того факта, что они появились, и они сейчас идут, я так понимаю, к японским островам.

— Да, всё так, — сказал Император. — Со скоростью примерно тридцать узлов.

— И за сколько…

Дальше уже я не успел спросить. Ёсихото просто закончил своеобразный доклад:

— Через восемь часов они подойдут к зоне уверенного поражения наших береговых батарей. Я поднимаю авиацию, чтобы встретить их на дальних подступах.

Я думал, глядя на картинку и пытаясь вспомнить, видел ли я что-то подобное. Решил, что кораблей таких точно не видел. Летающие машинки — да, шагающие крепости — тоже да. Но там, где мы пересекались с Мудрейшим, морей не было. Хотя, что стоит для Бога создать себе собственный флот? Вопрос в том, кто именно им управляет.

— О! — не удержался я, и заорал, как азартный болельщик. — Поверните камеру чуть вправо.

Неизвестно, как меня услышали, но камера повернулась.

— Вот он летит, папина гордость! — ткнул я пальцем в экран, но Ёсихото и сам увидел. — Ждем большой бадабум!

Это было сложно не увидеть — огненный метеор, горящий багровым пламенем, который, судя по всему, быстро пролетел где-то в стратосфере, а сейчас резко спикировал вниз, разрезая плотные слои атмосферы, и целясь в идущий на полных парах божественный флот.

— Ща буит мясо!!! — хмыкнул я, вспомнив старый мем.

Вот только в этот момент у меня сердце в пятки ушло. Потому что до флота прямо сейчас добрался Шнырька, посланный мной в первые же секунды разговора с Императором. Не то, чтобы я не доверял силе Ларика, да и тратить такое огромное количество энергии на быстрый проход Шнарка в нужную точку, мне тоже не нравилось. Но, тем не менее, Ларик был мой сын. А сражались мы против Бога. Я был бы тупым болваном, если бы не подстраховался. И хорошо, что я подстраховался.

— Шука-шабака… — раздался голос Шнырьки перед тем, как мелкий умер.

— Твою мать!!!

Последние кадры показали мне то, что там творится на самом деле.

— Ларик, нет! — успел крикнуть я сыну, который уже вышел на боевой режим. — Ларик, ты меня слышишь⁈

В режиме демонической ярости у Ларика были проблемы со слухом. Да и в целом, с коммуникацией. Но, слава Кодексу, он меня услышал.

— Да, отец…

— Отставить! — крикнул я. — Ты не сможешь. Забирай Эмико и валите. И отступайте в Японию, а лучше — еще дальше.

— Что ты говоришь, Александр?

Телефон все это время был у меня около уха. Ёсихото всё слышал. Я невольно продублировал вслух ментальный разговор.

— Ничего, — буркнул я. — Бадабум отменяется. И мясо, похоже, тоже.

Ёсихото сам уже увидел, как багровая звезда начала гаснуть и поменяла маршрут.

— Но Эмико… — начал он.

— С Эмико все будет в порядке. Смотрите.

Ларик с плеском ушел под воду.

Я с улыбкой обратился к Императору:

— Теперь, если вы посмотрите на подводную лодку, в которой была Эмико с её группой, я думаю, что вы увидите, что она ощутимо ускорилась.

— Секунду, — сказал Ёсихото, и тут же кивнул: — Да. Что там происходит?

— У лодки появился дополнительный двигатель. Илларион, версия 1.1.0 Турбо, — хмыкнул я. — Эмико ничего не грозит. А вот самолеты все-таки отзовите. Они бесполезны, и ваши ребята просто геройски погибнут.

— Так что там происходит? — уточнил Император, но, судя по голосу, он слегка расслабился, поняв, что его дочери ничего не грозит.

— Что там происходит? — хмыкнул я. — Да ничего особенного, просто очередная задница. Поэтому, чтобы два раза не вставать, Ваше Императорское Величество, организуйте, пожалуйста, конференцию с вашими коллегами и нашими общими друзьями. Похоже, наш противник ввел в бой новые козыри.

Остров Сахалин

Имение Рода Дорничевых

Граф Дорничев развалился на мягких подушках своей большой летней беседки и задумчиво потягивал из большой деревянной кружки парное молоко, которым он закусывал стоящий перед ним тортик — уникальный, между прочим, продукт, будущий эксклюзив на мировом рынке, с помощью которого граф хотел умножить, и так свое баснословное состояние. Картофельный тортик. Про такое не слышал никто в этом мире. И, судя по всему, это был очередной гастрономический хит. Осталось только подготовить общественность к этому.

Но у графа был большой пиар-отдел. Этим занимались многочисленные жены. Гарем Дорничева был одним из самых многочисленных, не только в Империи, но и во всём мире. О красоте его избранниц ходили настоящие легенды. Ну и злые языки не стеснялись, говоря ужасные вещи, что не все из этих женщин были вообще людьми, в полном понимании этого смысла.

В общем, учитывая минимальное количество информации о Роде, были только слухи и предположения. А вот жены без дела не сидели. Незанятые уборкой картошки, они как раз заботились о том, чтобы лишнего упоминания о Роде не было в мировой паутине, тщательно вычищая всю информацию. А особо рьяные, что продолжали клеветать на Род, независимо от того, в какой точке мира они находились, через некоторое время просто бесследно исчезали.

Но, с такой кибербезопасностью, они могли делать и обратное. Поэтому ненавязчиво начала появляться в сети реклама о новом чудесном продукте — картофельном тортике. Негласный девиз Рода — «Картошку в каждый дом!» — осуществлялся поэтапно и неуклонно.

Вот только прямо сейчас Дорничев отставил кружку и резко сел, так что большегрудая красавица, которая массировала ему плечи, испуганно вскрикнула. А сидящие вокруг с ноутбуками другие жены удивленно посмотрели на него.

— Что-то не так, мой господин? — поинтересовалась старшая жена, которая принесла ему очередную крынку свежего молока.

Лицо мужа пошло волнами. Такое происходило каждый раз, когда он был чрезвычайно сосредоточен. Глаза его опасно блеснули, и он резко встал на ноги.

— Объявляйте военное положение, — абсолютно спокойно и безэмоционально сказал он. — Активируйте режим пространственного убежища. К нам направляются гости. Чрезвычайно неприятные гости!

Глава 20

Так, а вот это вот уже ни хрена не смешно. Прям, вообще не смешно. Как он смог влить свою божественную силу напрямую в этот мир? Даже у Неназываемого и у Морфея это не получалось. Хотя не зря же его называли Мудрейшим. Мало информации про Мудрейшего у меня, очень мало, но кое-что я помнил из рассказов Старейшин.

Прямо сейчас я видел, что под водой скрывается кто-то или что-то, что несёт частичку Бога. Я всё-таки надеюсь, что это не сам Мудрейший возглавил нападение на японские острова. И для этого, как минимум, есть один логичный довод. Появись здесь Мудрейший собственноручно, ему не нужны были бы никакие «костыли» в виде флота Атлантов. Он просто щёлкнул бы пальцем, и…

Ну вот как-то так происходят пришествия Бога в обычных мирах. А здесь, пока что, повторюсь, скорее всего, Мудрейший не присутствовал лично. Но вот то, чем он прикрыл свой флот — такой защиты этот мир ещё не видел.

И да, я был зол, чертовски зол. Бедный Шнырька отправился на перезагрузку. Будет неделю откисать в своём мире. Ненавижу, когда малой помирает. Помимо непредусмотренных трат мороженого, которые я переживу, всё-таки наши Души едины, и его боль — это моя боль. И в ту секунду, когда мелкий помер, пытаясь пройти абсолютную защиту Мудрейшего, я тоже пережил этот момент.

Что ж, по крайней мере, я понимаю, с чем имею дело. Судя по всему, эта божественная тварь тоже начала примерно понимать, что из себя представляю я, в том числе, что моя главная ударная сила — мой «сынуля» Илларион. Ведь если бы Ларик наткнулся на этот щит, его постигла бы участь моего маленького Шнарка. Вот только, в отличие от малого, Иллариона я не спрятал бы в Океан Душ. А все демоны, которые вырвались бы на свободу после его смерти… М-да, этот Мир превратился бы реально в филиал ада. Мудрая сволочь. Хорошо всё просчитал. Что ж, теперь остается что-то с этим сделать.

Отдав приказания привести все наличные силы и средства в боевую готовность, я ломанулся в сторону Арктики, по пути поучаствовав в заседании верховных правителей. Кроме Ёсихото, там присутствовали Елизавета, Марк Аврелий и король Ульрих. Достаточно для того, чтобы передать послания дальше. В общем, моё послание было не очень позитивным.

Я попросил дать мне немного времени, но на самом деле готовиться к эвакуации граждан Японской Империи. Кажется, я первый раз вверг в шок всех их одновременно. Посыпались вопросы. И самый главный из них был о том, что «Никто ничего не сможет сделать, даже ТЫ?» Ну, ясен пень, что под «ты» подразумевался я. Пришлось даже слегка огрызнуться, что именно этим я и занимаюсь. Вот только, получится ли у меня?

Также посыпались предложения по поводу стянуть все флоты для встречи флота Атлантов. Северный Король обещал подогнать свои супер-дирижабли. Императрица Елизавета пообещала дать имперский флот, в помощь японскому.

Они явно не понимали, с чем имеют дело. Да, идущий флот атлантов был серьёзным, но всё-таки он был маловат, по сравнению с объединенными силами, которые могли организовать сильнейшие государства. Как донести до них настоящую угрозу, я не понимал, кроме как сказать:

— Вы просто попытаетесь отработать по ним любым оружием. Вот только поймите, что те пилоты и моряки, которых вы туда отправите, чтобы просто подтвердить мои слова, потенциальные смертники. Хотите — верьте, хотите — нет. В любом случае, мне пора.

Я просто отрубил связь. Да-да, вот так вот взял и отрубил связь с самыми могущественными людьми в этом мире. Потому что мне сейчас не до этого. Ведь мне нужно было достучаться до Кодекса.

Искра истинного пламени Кодекса в высокой башне действительно разгорелась чуть больше. Это даже близко не было похоже на истинное пламя Кодекса, которое когда-то полыхало в этой чаше. Что ж, имеем то, что имеем.

Я закрыл глаза и погрузился в транс.

«Кодекс в сердце моём, Кодекс в душе моей, Кодекс кровь моя и жизнь моя…»

Я пытался и так, и этак. Я чувствовал, что могу до него дотянуться. Мне даже показалось, что я был услышан, вот только не было никакого отклика.

И когда зазвенел будильник, который я предварительно поставил на случай неудачи, то сильно разозлился. Да, снова. Да, на Кодекс, на Вселенную. На всё вокруг. Я не понимаю, какой урок хочет донести до меня Всесильный Кодекс, простого явления которого было достаточно для того, чтобы спасти множество жизней.

Придя в себя, раздражённый и злой, я внезапно понял одну вещь. Так случилось, что в прошлой жизни я был подобен полубогу, разрушая Миры и карая неугодных. Я защищал человечество. Да, да! Я действительно защищал человечество. Вот только… что было для меня человечество в прошлом мире? Ведь я настолько оторвался от реальности, что стал мыслить категориями не сотен, не тысяч, даже не миллионов, а категориями целых Миров! Этим пожертвуем, этот спасём, ну и этот тоже спасём. Итого: два к одному. Отличный размен. Да, действительно отличный. Многим полководцам приходилось принимать непопулярные решения ради победы. И от этого никуда не денешься. Это происходит во всех мирах, и раньше, и здесь.

Вот только прямо сейчас идеально защищённый вражеский флот шёл на понятное мне человечество. На Императора Ёсихото, сурового Одарённого, который так любит свой народ. На старого мастера Накамура, который делал, возможно, лучшие мечи в этом Мире. А ведь у мастера есть помощники, и у Императора есть подданные. Да та же самая Эмико. Конечно, Илларион не даст ей умереть, и унесёт её подальше, хочет она этого или нет. Но даже этот ресторанчик высоко в небесах, в который водила меня Машка Долгорукова, там тоже работают люди. В общем, в голове у меня мелькали улыбчивые, узкоглазые лица. И все они должны были там умереть. Может быть, это и есть оно — настоящее человечество.

И тут, после этих мыслей, Кодекс меня услышал и прошелестел у меня в голове.

«Ещё не время!»

— Ещё не время? — скривился я. — Значит, ещё не время для чего?

И едва притихшая ярость внутри меня вспыхнула с новой силой. Не собирался я этого делать, ох, не собирался! Ну, да ладно, выбора у меня нет.

С улыбкой глядя на горящую голубую искру, я достал Аквилу и провёл ей себе по ладони, глубоко разрезая кожу и позволяя моей крови начать течь на древний камень прекрасного творения Архитекторов.

Мне кажется, или пламя Кодекса встрепенулось, почувствовав что-то… Ну, мне уже было пофиг. Времени не было. Пришлось творить ритуал прямо здесь, в святая святых крепости.

Да-да, прямо в зале Истинного Огня я рисовал нужную мне пентаграмму. Когда закончил, я взглянул на часы. Два часа до подхода флота Атлантов к японским островам. Успею или нет? Ну, тут как карта ляжет.

Я уселся на пол, вывалил все желейки из своей походной шкатулки прямо на пол и закрыл глаза, снова погружаясь в эфир.

* * *

Да, я до сих пор не могу погружаться глубоко. И я не мог выйти за пределы этого мира, даже с помощью погружения в Тень или в эфир. Но я мог кинуть зов. Ещё один зов, нет, не Кодексу, который меня сегодня проигнорировал.

У меня, судя по всему, очередное испытание для перерождённого Сандра. Почему-то мне кажется, что мои действия Кодексу не понравятся. А с другой стороны, мне на это глубоко наплевать. Ведь я сейчас воюю за человечество.

— Придите, — спокойно сказал я, не повышая голоса.

Здесь не нужно было кричать. Сила печати, сила энергии разбросанных желеек, делали всё за меня. Через мгновение, практически одновременно, вокруг всколыхнулись три Тени.

— Надо же, как неожиданно, — прошелестела Пандора, кружась вокруг меня.

— Кажется, кто-то был против нашей помощи, — вкрадчиво прошептала Морана, усевшись передо мной на корточки и заглядывая в глаза.

— Удивил, так удивил! — колокольчиками зазвенел заливистый смех Тёмной Богини, которая кружилась, широко раскинув руки, как маленькая девочка.

Я собрался с духом.

— Мне нужна ваша помощь!

— Что⁈ — рассмеялась Пандора.

— Что ты сказал⁈ — развеселилась Морана.

— Да не может быть! Великий Сандр просит о помощи!

Тёмная аж прекратила свой танец, с интересом уставившись на меня.

— Ой, да что вы изображаете? — скривился я. — Как будто раньше такого не было. Не стыдно просить помощь. Стыдно проиграть, не сумев преодолеть свою гордыню.

— О! Мудрости от Сандра! — в руках Мораны появился блокнот. Из Тени материализовалась ручка, она с серьёзным видом сделала вид, что записывает.

— Что у нас случилось? — Пандора приблизила ко мне своё лицо. Мать чудовищ сейчас была похожа на помесь тигрицы с чем-то земноводным. Так себе зрелище, если честно.

— Мудрейший каким-то образом протянул канал силы и пошатнул равновесие.

— Да ну! — в унисон сказали богини, и на секунду застыли.

Их проекции также застыли в воздухе. Прямо сейчас они были где-то далеко, изучая и проверяя мои слова. И так же одновременно они вернулись.

— Ну, да… это похоже на нарушение равновесия, — задумчиво сказала Пандора.

— Очень, очень сильно похоже, — подтвердила Морана. — Вот только Вселенная молчит, значит, равновесие не нарушено.

— Ах ты, обманщик! — Тёмная захихикала, грозя мне пальчиком.

— Вам бы всем в стендапе выступать, — нахмурился я. — Хотите, замолвлю словечко? Вы все такие юмористки.

— А в чём мы неправы? — пожала плечами Пандора.

— Ты же знаешь, как работает Вселенная, — улыбнулась Морана. — Если бы было что-то не так, то она вмешалась бы.

— Ага! — снова кивнул я. — Или же она оставляет эту честь «вмешаться» мне, — я на секундочку задумался. — То есть, вам.

— Нам? — тут уж выступила Тёмная. — Три бедные девушки. Как мы можем попасть в Запретный Мир? Если бы мы могли, мы уже были бы там. Правда, подруги?

— Именно, — кивнула Пандора. — Понятия не имею, как Мудрейший это сделал. Может, ты знаешь? — повернулась она к Моране.

— Ну, я предполагаю, вот только у меня таких сил нет.

— Я знаю, — сказал им. — У вас ни у кого нет таких сил, как у Мудрейшего.

Все трое богинь зашипели. Я впервые улыбнулся и поднял руку в успокаивающем жесте:

— Но это пока что. Не волнуйтесь. Объединив ваши силы, вы можете это сделать. Тем более, мне нужна самая малость. Всего-навсего убрать божественный щит с этого флота. Поможете?

— Так, так, так… — в глазах у богинь появилась задумчивость.

Тёмная снова выступила вперёд:

— А что мы получим взамен?

— А что вы хотите? — уточнил я, и вопрос снова вызвал весёлый смех богини.

— Ну, ты знаешь, что мы хотим. Каждой из нас нужен ребёнок-охотник. Или мы тебя не привлекаем? Хотя я думаю, что это исправимо.

Пандора за пару секунд поменяла несколько обличий. Их можно было назвать странными, точно нечеловеческими, но определённо привлекательными. Для некоторых… гхм… изысканных любителей нетрадиционного секса.

— Ты же знаешь, мы можем создать своих аватаров. Ты передашь им семя через них, — напряжённо смотрела мне в глаза Морана.

— Передать семя? — я хмыкнул. — Блевать хочется. Из Сандра хотите сделать быка-производителя? Ответ мой сразу: нет!

— Ну и наш ответ — нет, — пожала плечами Морана. — Правда, девочки?

— Да-да, — согласно закивали они и сделали вид, что это им совсем неинтересно.

— Хорошо, — спокойно сказал я. И сразу три пары глаз уставились на меня.

— Что «хорошо»? — осторожно спросила Тёмная.

— Я сам справлюсь, — спокойно сказал я, потихоньку отпуская нить реальности. — Раз так, то мне пора. Не хочу лишнюю энергию тратить.

— А ну-ка, стой! — гаркнула Тёмная, и всякий след улыбки пропал с её лица. — Ты что удумал?

Я с улыбкой задержался, посмотрев поочерёдно в каждые глаза:

— Ну, вы же знаете, что у нас, Охотников, есть свои секреты. И что я всё-таки смогу продавить даже ваши божественные щиты.

— Да, это так, — встревоженно вскрикнула Тёмная. — Но ты сделаешь это ценой своей бессмертной Души, а это значит, что ты пропадёшь навсегда, без перерождения!

— Таков путь, — пожал плечами я. — Рад был со всеми вами познакомиться. Надеюсь, вы запомните обо мне только хорошее.

Хмыкнув, я попытался вернуться в обычный мир.

— СТОЙ!!! — на этот раз рявкнули все трое.

И я почувствовал цепкие лапы богинь, которые просто не отпускали меня обратно.

— Девочки, — нахмурился я. — Мне безумно приятно с вами общаться, но у меня нет времени. Поэтому будьте так добры, отпустите меня. Мне нужно доделать одно дело.

— Хорошо, — кивнула Морана и посмотрела на двух подружек, которые молча, без слов, одна за другой, кивнули. — Мы сделаем это.

— Бескорыстно? — уточнил я.

— Нет, не так, — всё-таки улыбнулась Морана. — Кое-что тебе придется для нас сделать, но это будет потом.

— Вы же понимаете, что я вам не буду сейчас ничего обещать.

— Понимаем, — кивнула Морана. — А еще мы понимаем, что перед нами Великий Охотник Сандр, который безумно не любит быть никому должен. Так что, что-то мне подсказывает, что мы решим этот вопросик, как взаимовыгодный.

— Хорошо, — кивнул я. — С меня что-то надо?

— Только твоя энергия и твоё тело. Ты понадобишься нам, как маяк… Или якорь. Поэтому… — Морана снова улыбнулась. — Будет больно, Сандр. Чертовски больно.

— Я согласен, — кивнул я. — Действуйте!

Вокруг меня закрутился водоворот видений и эфира. Как бы это правильно объяснить? Наверное, слов на это всё-таки не хватит.

Прямо сейчас как будто огромный штопор вкручивался в этот Запретный Мир. А остриём этого штопора был я. Точнее, нет. Я не был остриём. Этот долбанный огромный штопор вкручивался прямо в меня, пробивая моё тело и душу. И вгрызаясь внутрь мира. А уже по нему пошла объединённая сила трёх богинь.

Если бы я мог кричать, то закричал бы. Но спазм был настолько силён, что голосовые связки у меня тоже перехватило. Я просто смотрел на серый потолок башни, и не мог ничего сделать. В реальном же мире ничего не происходило. Я просто валялся на холодном полу, посередине кровавой пентаграммы, и хрипел, пуская пену изо рта.

— Всё сделано, — раздался в моей голове голос Мораны. — Только не вздумай умирать, Сандр!

И всё — штопор убрался из этого мира. Насколько я понял, прихватив с собой божественную часть Мудрейшего. Чую, один хитрожопый бог будет совсем этому не рад.

В голове всё кружилось. Всё, чего мне хотелось — это отрубиться прямо сейчас. Поэтому я дрожащей рукой дотянулся до телефона и нажал вызов.

В трубке послышался голос Ёсихото:

— Прости, Александр. Их ничего не берёт. А я не отступлю, и останусь со своим народом. Рад был…

Меньше всего мне хотелось в моём состоянии выслушивать пафосные героические речи Императора. Поэтому я просто сдавленно захрипел:

— Мочите козлов!

— Что? Что ты сказал, Александр?

Из последних сил, я прочистил горло:

— Мочите козлов, говорю…

Ну, и отрубился. Вот так всё просто.

Береговая батарея ТК-35 «Цветки сакуры»

Восточное побережье Японии, командный центр

Генерал Тору Токодзима был одновременно воодушевлён и чрезвычайно расстроен. Сражаясь за свою родину, Японскую Империю, уже долгие десятилетия, он лично видел Императора. Был даже во дворце, когда Император Ёсихото награждал его высшим орденом Японской Империи.

В тот раз 305-мм орудия его батареи разорвали радужную тварь с кодовым названием «Годзилла», что выбралась из моря, дабы разрушить прибрежные города. В тесной связке с Истребителями монстров, которые ослабили её защиту, и с помощью гениев инженерной и оружейной мысли Японской Империи, сделавших особые снаряды для пушек его батареи. Ну и, конечно же, благодаря навыкам и храбрости его подчинённых.

«Гроздья Сакуры» на данный момент была самой мощной, при этом самой старой действующей батареей Японской Империи. Именно она была последней надеждой всего японского народа. За ней уже находились мирные поселения.

Передовых батарей номер 42 и 43 уже не существовало. Попытавшись безуспешно накрыть подходящий странный флот, в ответ они получили слаженный залп флота вторжения, который пробил артефакторную защиту и толстую броню из разломных материалов, уничтожив сослуживцев и некоторых друзей генерала.

Прямо там пал полковник Хиромото, его старый друг ещё с Академии. А в 42-й погиб его сын, капитан Масаши Токодзима, что пошел по стопам отца. Ни один солдат или офицер не отступил. Снаряды из пушек вылетали до последнего момента, до того, как оба форта перестали существовать, среди разверзшегося вокруг огненного ада.

Чуть раньше в бой вступила авиация Японской Империи, и та часть флота, что успела добраться до места боя, с таким же результатом. В этот ужасный день погибло много хороших солдат и преданных судов Империи Восходящего Солнца.

Пришёл черед и их, вот только присутствовать при этом будет сам Император. Прямо сейчас он стоял, широко расставив ноги и скрестив руки за спиной, глядя в окно на такое спокойное море, в глубинах которого сегодня исчезло так много его бойцов.

— Флот противника вошёл в зону поражения, Ваше Императорское Величество! — генерал, увидев отмашку оператора, с поклоном произнёс это, подойдя к Императору.

— Огонь! — безэмоционально сказал Ёсихото.

— Батарея, огонь! — продублировал приказ генерал.

Форт содрогнулся, когда артефакторные снаряды покинули стволы гигантских орудий и понеслись за горизонт к приближающемуся флоту.

— Картинку! — скомандовал генерал.

С висящих вдалеке разведывательных самолетов показалась картина. Вот только у них ничего не вышло. Уже знакомая картина: как капли дождя падают в лужу, так и снаряды растворились в невидимой защите купола.

По опыту погибших батарей генерал уже понял, что у них есть примерно пятнадцать минут, пока флот вторжения подойдёт на нужную дистанцию для уничтожения батареи, и всех находящихся здесь.

— Ваше Императорское Величество, я вас умоляю, покиньте пункт управления! Вы должны спастись! — генерал часто-часто кивал, в полном отчаянии, не зная, как убедить своего правителя послушаться его.

— Спасаться поздно, мой верный генерал. И да, я вас всё-таки покину.

Луч надежды всколыхнулся в душе старого генерала. Однако следующие слова Императора оборвали эту надежду.

— Кадзиро… — он повернулся к своему огромному молчаливому телохранителю. — Готовьтесь, мы вылетаем в наш последний бой.

Старый воин безэмоционально кивнул. Что ж, они ещё не испробовали всё, что могли. Личная гвардия Императора, и сам Император. Возможно, всё-таки случится чудо, и они смогут спасти Империю.

Ёсихото задумчиво бросил взгляд на гладь океана, и тут у него зазвонил телефон. Император ответил.

— Прости, Александр… Их ничего не берёт. А я не отступлю, и останусь со своим народом. Рад был… — Император нахмурился. — Что? Что ты сказал, Александр?

Видимо, связь оборвалась, потому что Император перевел свой взгляд на океан.

— Мочите козлов… — задумчиво пробормотал Ёсихото.

— Мой Император, я не понял, что? — удивился генерал.

Он не понял этих слов. Единственное, что он понял, что это какое-то словосочетание на русском, которого генерал не знал, а вот Император знал прекрасно.

— Мочите козлов! — как будто придя в себя, рявкнул Император уже по-японски и взмахнул в сторону приближающегося флота. — Огонь из всех стволов!

— Есть!

Генерал не думал. Энтузиазм, исходящий от Императора вместе с его аурой, просто потрясал. Он не думал, а просто скомандовал:

— Огонь!

И сразу же после этого рявкнул:

— Картину!

С замиранием сердца, они следили, как снаряды подлетали в сторону флота. Чертовски медленно подлетали, как им сейчас казалось. Внизу бежал секундомер — таймер обратного отсчёта.

— Касание, — прошептал генерал про себя, когда таймер остановился на нуле, и снаряды должны были разорваться об невидимую защиту.

Вот только «кругов на воде» никто не увидел. А спустя мгновение в авангарде вражеского флота разверзся кромешный ад.

Не зря, ох, не зря их оружейники весь последний год работали над улучшением взрывной части снаряда. Прямо сейчас горела сама вода, а вместе с нею и странные корабли, что шли в их сторону. Визуально стало заметно, что часть из них сбросила ход, как будто они находились в полном шоке. Случилось что-то, чего они никак не ожидали.

Тут его привлёк голос Императора, который склонился над передатчиком:

— Весь воздушный флот поднять в воздух! Всем кораблям вернуться в бой!

Он с улыбкой посмотрел на генерала:

— Вы знаете, что делать, мой старый друг.

— Да, мой Император! — широко улыбнулся генерал. — Мочить козлов!

Глава 21

Терять сознание от перенапряжения, я вам скажу, то еще удовольствие. Самое фиговое, что это у меня уже входит в привычку. Но терять сознание в Арктике — это значит иметь ещё нехилый шанс отморозить задницу. Ведь всем гвардейцам я строго-настрого запретил заходить в комнату Кодекса, в которой я проводил ритуал.

Ну, гвардейцы — ребята послушные, а вот мои жёны — нет. Поэтому, прождав ровно сутки, в гости наведалась Аня. Увидев меня, лежащего посреди какого-то кровавого художества, супруга ойкнула, закинула меня на плечо, как мешок с картошкой, и потащила в усадьбу. Ну, в смысле, попыталась потащить, потому что, конечно же, тут нашлись добровольцы прямо на выходе из комнаты.

Одним из них был довольный, но встревоженный Илларион, который очень хотел похвастаться отцу совершённой местью, но не смог достучаться до меня ментально. Кстати, именно Илларион успокоил моих жён, так как в отличие от них, да и в принципе всех остальных людей этого мира, он мог чувствовать меня совсем по-другому. Он успокоил, сказав, что это простое переутомление, и со мной всё в порядке. В принципе, то же самое подтвердили и лекари Андросова, которые всё-таки осмотрели меня. Говорят, они были в глубочайшем шоке. Не понимали, как я выжил. Но при этом уверяли, что моей жизни прямо сейчас ничего не угрожает. Мне всего лишь надо время для восстановления.

Жёны, услышав волшебное слово «восстановление», сделали то, что делали раньше. Они просто вывалили, на лежачего меня, груду желеек и оставили восстанавливаться. Ну, я, собственно, и восстановился.

Первое, что я получил после непременного душа, это ласковый, но очень серьёзный нагоняй, что опять «не берегу себя, думаю только о других, а если думать о других, то думать надо о жёнах, которые, между прочим, за тебя, дурака, беспокоятся». Вот примерно краткий пересказ претензий моих встревоженных жёнушек, которые сидели по бокам от меня, пытаясь накормить повкуснее и споря о том, что кажется, визуально я похудел.

Ну, может и похудел, не спорю. Энергетическое истощение, оно такое, тащит энергию откуда попало, в том числе, из физического тела. Но опять же, без боли нет роста. Именно так говорили наши Старейшины, когда издевались над нами всеми известными и неизвестными способами. Да, тогда мы злились на них, но потом я понял, что всё-таки в этом есть доля правды. Да и прямо сейчас мои энергетические каналы ещё больше расширились и огрубели.

Хоть сейчас бери и прокачивай Печати дальше, а потом заполняй их чистой разломной энергией и становись ещё сильнее. Звучит, как план. Вот только сначала я хотел бы ознакомиться с общемировыми событиями, что произошли за трое суток моего отсутствия. На удивление, всё было, более-менее, хорошо.

Первый удар японской береговой батареи был самый удачный. Атланты растерялись. Но сразу после этого поставили свои локальные щиты, которые тоже были не чета щитам этого мира. Ну и осторожно продолжили своё движение в сторону японских островов. Но тут уже в бой вступила тяжелая артиллерия. И нет, это я сейчас не о чудовищных калибрах береговых батарей японцев.

Сначала туда прилетел японский Император со своими личными гвардейцами. А чуть запоздав, добрался и Ларик, дико злой. Кто-то или что-то попытался посягнуть на самое дорогое, что у него есть в этой жизни, после лаймов и батяни, конечно же, а именно — на Эмико.

В общем, бой состоялся эпичный. В результате этого боя выяснилось, что странные корабли Атлантов могут, в том числе, и глубоко погружаться. Поэтому примерно половина из флота так и сделала, предварительно собрав остатки своей авиации. Такие себе подводные авианосцы, которые подобно линкорам и шарахнуть хорошо могут.

В общем, наши научники, задыхаясь от восторга и пуская слюни, изучали видео свидетельства, а также оставшиеся части, чтобы разобраться, кто к чему. Ну, а человечество праздновало очередную победу над ранее неизвестным противником.

Император Ёсихото жаждал узнать, что и, главное, как, это я сделал, что убрался непробиваемый щит. Собственно, и Елизавета Петровна, и остальные государственные деятели, также изнывали от любопытства. Но вот хрен им, а не информация. И нет, это я не со зла. Просто открывать свои карты до конца про мои общения с богинями — ну, в психушку меня не посадят, репутация у меня уже не та, но вот дурных вопросов накидают. Если начать на них отвечать, то это будет вообще бесконечный марафон, который в данной ситуации мне нахрен не нужен.

Ах да, Паладины доложили, что нашли ещё одну кровь Галактионовых, но пока привезти её в имение не могут, потому что, как выразился Андросов, у них там приключился один «маленький нюанс». Даже вникать не собираюсь. Пять здоровых лбов, которые могут стереть с лица земли маленькое государство. Думаю, у них хватит сил и навыков справиться с этим самым «маленьким нюансом».

Бывшая Империя Драконов превратилась в пульсирующий нарыв на теле этого мира, примерно пополам поделённый на Скверну и сонное царство Морфея, который готовился вот-вот вырваться наружу. Но у него ещё было время «созреть». Я это точно понимал. Особенно после полного разгрома флота Мудрейшего.

Думаю, что все эти трое божков внимательно следят за успехами друг друга. И прямо сейчас нападать точно не будут, потому что они попытаются понять, каким образом я смог убрать абсолютную защиту одного из них.

Второй купол над всплывшей Атлантидой в Атлантическом океане всё ещё стоял. Ну, мысли попросить богинь посодействовать и с этим вопросом, у меня точно не было, как и не было тех сил, которые я готов ещё передать. Да и концепт там был совсем другой. Если здесь с наступающим флотом работала проекция Мудрейшего, которую «скушали» богини, то там был вообще его осколок. Грубо говоря, тонкий канал с ним самим.

Плюс был в том, что двигаться по координатам этого мира он точно не сможет. Но минус, что так просто эту связь не разрубишь. Для этого нужно было повторить фокус, который мы провернули с Лариком с Морфеем. Но для этого, во-первых, нужно было подобраться поближе, что в условиях этого купола невозможно. Ну, а во-вторых, как я сказал, боги учатся очень быстро, и думаю, что такой подставы Мудрейший ожидает, и больше так не облажается.

То есть, самые сильные враги этого мира прямо сейчас затаились и перебирают варианты. Точнее, разрабатывают планы вторжения. И насколько я понимаю этих божественных уродов, у них есть определенные сложности. Потому что обычный, привычный для них алгоритм вторжения, постоянно ломается мной и моими друзьями-приятелями. Опять же, боги есть боги. Сил и возможностей у них побольше. Рано или поздно они что-то придумают.

А еще, безусловно радовало, что человечество в кои-то века прекратило грызться друг с другом. Даже в далёких Америках стихли локальные войны среди местных, что периодически мерились друг с другом пиписками. Все затаились и ждали следующего шага иномирных вторженцев. Хотя прямо сейчас, учитывая неудавшиеся вторжения в Японию, те же самые американские государства судорожно перекидывали часть флота с восточного побережья на западное, чтобы прикрыть оба направления. Раздробить силы — такое себе, но они же не знают, откуда будет следующее нападение. А я знал. И для того, чтобы поделиться своими знаниями, я, скрепя сердце, создал видеоконференцию.

Озабоченное лицо Лизы, торжественно-пафосное лицо императора Ёсихото, спокойный, уверенный взгляд Северного Короля, и слегка раздраженный Марк Аврелий, которого, судя по всему, я оторвал от чего-то важного, были мне наградой.

Прежде, чем кто-то из них что-то успел сказать, я поднял руку и сказал:

— Приветствую вас, господа и дамы! Первое, что хочу сказать — объяснения по поводу снятия щита над флотом не будет! Это была разовая акция. Ну, я так думаю. Надеюсь, что наш враг больше ничего похожего не применит. А если применит, я знаю, что с этим делать.

— Саша, это может тебя убить? — внезапно влезла в разговор Елизавета.

— Что именно? — скривился я.

— Твоя эта возможность.

Я улыбнулся.

— Девчонки доложили?

Ой, я внезапно вспомнил, что мы не на прямой линии с Императрицей, и здесь присутствуют другие правители, которые, правда, деликатно отвели глаза и сделали вид, что ничего не заметили.

— Простите, Ваше Императорское Величество!

— Да, я разговаривала с Катей. Она описала твоё состояние, хотя и отказалась от помощи своего отца, который был готов незамедлительно вылететь к вам.

— Ну, это дело привычное, — усмехнулся я, вызвав, на удивление, улыбку Северного Короля.

Ну да, учитывая его сущность, он больше всех из присутствующих понимал, что я пережил, и как себя чувствую. В том числе, он понимал, что это не доставит мне особых проблем. Кстати, я поставил себе в голове галочку всё-таки переговорить с Ульрихом. И, наконец, разобраться, что он делает в этом мире. И какими силами он располагает. Ну и самый главный вопрос, что из этих сил он имеет право применить в этом мире.

— Собственно, извините, но времени у меня не очень много, поэтому давайте по-быстрому.

А вот сейчас все четыре венценосные рожи скривились. Никак они не привыкли, что какой-то барон ставит свои условия. Но, к их чести, это выражение стремительно слетело с их лиц. И они изобразили интерес. Каждый по-своему, но тем не менее.

— В общем, ловите координаты! Именно туда ушли недобитые корабли. Именно оттуда могут появиться новые. Рекомендую сделать вокруг, если не оборонительный, то, как минимум, наблюдательный круг, который предупредит об опасности.

— Как ты это понял? — спросил Ёсихото.

— Есть у меня одна методика.

И при этих словах Ульрих понимающе улыбнулся. М-да… Надо побыстрее с ним поговорить. Судя по всему, Северный Король много чего знает.

На самом деле, это всё просто в рамках одного мира. Мудрейший сделал своеобразный «прокол», и у него появился доступ на другой стороне этого шарика. Он сместил его на тысячу километров в нужную ему сторону. Там, где был глубоководный участок. Дабы человечество до него не добралось. И вуаля! Теперь он может терроризировать людей с двух сторон. Единственное, что энергии на пересылку флота таким образом требуется достаточно много. И вряд ли он будет её использовать для того, чтобы отозвать своих рабов обратно.

Это пришло мне в голову только что.

— Кстати, да, что хотел сказать. С этого места могут возникнуть новые силы вторжения. А вот те недобитки, которые ушли, сейчас где-то в Тихом океане, — я развел руками. Прямо сейчас помочь с их поисками я не смогу. Разбирайтесь сами!

— Уже разбираемся, — кивнул Ёсихото. — Они погрузились на глубины, недоступные для нас. Недоступные в плане следования за ними. Однако наши береговые станции дальнего обнаружения прямо сейчас перестраивают свои частоты. Я думаю, что мы будем примерно знать, где они появятся, — он кровожадно ухмыльнулся. — И нам самим туда совершенно необязательно спускаться. Это за нас могут сделать глубинные бомбы.

— Хороший план, одобряю, — сказал я. — Но в заключение хочу сказать, что у нас есть небольшая передышка. Насколько небольшая, не скажу, но исследуйте остатки флота Атлантов. Не забывайте про Скверну. Мои научные специалисты готовы к сотрудничеству.

И тут громко откашлялась Елизавета.

Я про себя улыбнулся. Ну да, что это я вдруг себе удумал напрямую делиться знаниями с другими государствами, но это вроде как попахивает «пренебрежением интересами государства», поэтому я с улыбкой поправился:

— С разрешения и согласования Елизаветы Петровны, конечно же!

Остальные мужчины понимающе улыбнулись, и я продолжил:

— Так что я бы рекомендовал отправить тех, кого можно, в Эпицентры для добычи новых нужных ингредиентов, что будут использоваться в оружии. Лично я так и планирую поступить. Вопросы, предложения, пожелания — всё потом.

Я театрально взглянул на часы, изображая глубокую занятость. А потом понял, что перегнул палку, и быстро поправился:

— … Как только у меня появится чуть больше времени, я обязательно со всеми свяжусь. Хорошо?

— Александр, — твёрдо сказал Ёсихото, — секундочку…

— Да, Ваше Императорское Величество, — вздохнул я от неизбежного расспроса.

— Я понимаю, что ты занят. И обязательно в ближайшее время хочу с тобой созвониться. Но пока здесь присутствуют мои коллеги, я хочу тебе сказать спасибо от всего японского народа! Спасибо за то, что ты сотворил. Я понимаю, что тебе обязан не только я, но и всё население моей Империи.

— Да-да, я понимаю. Пожалуйста… — рассеянно сказал я.

Император сбился, глядя на меня, и снова на лице у него появилась улыбка. Он покачал головой.

— Дожились, — прямо сейчас он апеллировал к своим коллегам-императорам. — Как много людей удостоились личной признательности Императора? А этот молодой человек… «Да-да, пожалуйста».

Лиза начала потихоньку хихикать. Северный Король, улыбаясь, хмыкнул в бороду. А Марк Аврелий не сдерживался и звонко рассмеялся.

Поддержал смех коллег и друзей Ёсихото:

— Да, конечно, если этот молодой человек — Александр Галактионов. Ладно, буду ждать звонка.

— И я, — сказала Елизавета.

— Ну и я, — кивнул Марк Аврелий.

— А нам бы нужно встретиться лично. Александр, ты не находишь? — прищурился Ульрих. — Я к тебе или ты ко мне?

— Давайте я… — ответил ему. — Только пару дней мне дайте. Нужно кое-какие домашние дела решить.

— Хорошо, — кивнул Ульрих.

Остальные кидали удивлённые взгляды попеременно на меня и на него, но никто не отважился спросить, в чём дело.

На этом я закончил сеанс связи.

У меня действительно скопилось много дел. Я в очередной раз подумал, какую глупость совершил, назначив Макса Паладином. Ведь у меня пропал надёжный помощник, что помогал открывать Колодцы Душ в новых рекрутах.

Волгомир мог подселять Души в Колодцы Душ, но инициировать Колодец он не мог — не та специализация. В принципе, у Волка есть потенциал для развития этого умения, но грузить начальника гвардии ещё и этим мне точно не хотелось. Поэтому я пошёл к самому компетентному в моём окружении человеку — Катюхе, чтобы уточнить, как перетащить к себе хороших лекарей. Каждый из них был на вес золота, не хотелось бы подбрасывать собаку князю Андросову. Но этот вопрос надо было как-то решить.

И на этот раз я точно не сделаю ошибки. Никаких тебе новых Орденов, хватит, ребята взрослые. Пусть у Андросова теперь голова болит. Этих же лекарей, которых я найду, я попытаюсь научить новым фишкам. Ну, как новым? Хорошо забытым старым. Моё лицо, само по себе, растянулось в улыбке.

Был один деятель из Ордена Иерофантов со специфическим чувством юмора, который, кажется, посвятил свою жизнь задаче, как можно сильнее извратить лекарский Дар. Начинал он с поноса и прочей мелкой срани, но, в конце концов, любого Лекаря уже начали неиллюзорно бояться даже сильные Ордена. Ранее обычные добряки, что могли вылечить любую болячку, внезапно стали эти самые болячки причинять. Причём иногда настолько затейливо, что даже за все деньги мира они сами не могли исправить то, что наложили. В общем, звери те ещё. Не знаю, конечно, получится ли у меня, но замысел хороший.

Собственно, Катя меня удивила. На самом деле, Иван Васильевич спал и видел, как отдать мне в аренду несколько молодых обормотов. Он видел, что получилось из Андрея, во что превратилась Катя. И искренне хотел постичь эти тайны самостоятельно. Но аренда меня не устраивала.

В итоге Катя решила сама взять переговоры на себя. Придётся кое-чему научить Ивана Васильевича. Но Катя уверяла, что есть достаточно молодых Андросовых, которые с удовольствием принесут клятву Роду Галактионовых из общего уважения, да и Род тоже не чужой, раз сама Екатерина в нём состояла. Тем более, у меня молодежь растет, которых также нужно когда-нибудь будет женить/замуж выдать. В общем, моя умная супруга взяла на себя этот вопрос.

Я слегка расслабился. Но, тем не менее, в течение следующих часов я открывал Колодцы новым рекрутам. Легион Земли увеличивался так же, как и увеличивалась ближняя гвардия Рода Галактионовых — новое понятие, которое появилось с легкой руки Волка. Гвардейцы, обладающие печатями от меня любимого, все поголовно Одарённые, сильные и очень перспективные.

А потом я отправился в Эпицентр, с улыбкой подумав, что я наконец дорос до того уровня, когда спутники в Разломах мне не нужны. Ну, разве что, если я не захочу их прокачать. С другой стороны, все мои ребята уже сами сбивались в нужные по составу группы. И нормально фармили нужные Разломы.

Мне же нужна была быстрая энергия и быстрые Печати. С этим я справился за сутки. Еще сутки эти самые Печати я устанавливал. Ну, а потом наступил тот день, когда я взял трубку и набрал короля Ульриха, оповестив, что собрался к нему в гости, вот только сделаю небольшой крюк.

На этот самый небольшой крюк со мной полетел Илларион и радостный Крендель, что под завязку забил «Левиафан» экспериментальной взрывчаткой. Мы приземлились около нестабильного портала в мир Морфея. «Левиафан» выгрузил свой смертоносный груз и отлетел подальше.

Ну, а я махнул Ларику на портал:

— Давай, сынуля, открывай! Доставим Морфею ещё немного попа-боли!

Где-то в Многомерной Вселенной

— Да как они посмели, чёртовы суки, долбаные шлюхи! — Мудрейший ругался настолько по-человечески, что сидящие напротив него Неназываемый и Морфей даже немного прифигели.

Они все понимали, что этот запретный мир, который им так нужен, делает с ними что-то странное. Захватив тысячи миров, они всегда смотрели на обитателей этих миров, как на маленьких букашек, что мешают их великой миссии. Но прямо здесь и сейчас вся человеческая суть каким-то странным образом передаётся им самим.

Человеческие слова, человеческие ругательства, и даже человеческие мысли и чувства. Они даже на миг забыли о своём бессмертии. Им стало чрезвычайно важно наказать одного единственного Охотника, и выдрать всё-таки этот мир из лап Вселенной, получив свой неимоверный приз.

— Как… как они могли? — в сотый раз сокрушался Мудрейший.

А Морфей и Неназываемый задумчиво рассматривали своего коллегу, пытаясь понять, какую часть силы он потерял в противостоянии с этим самым «слабосильным» Охотником.

И то, что они видели, им явно нравилось. Такого щелчка по носу Мудрейший на их памяти не получал никогда.

— Неназываемый, — ткнул пальцем Мудрейший в тёмного бога. — Тёмная Сучка и Морана, вы же с ними проворачивали несколько дел. Скажи мне, как они могли так поступить?

— Я не знаю, — прогудел Неназываемый. — Тёмная вообще сильно изменилась после того, как связалась с этим Охотником. Ты же знаешь, что они творили. Позор для нас, богов. Ну, а Морана… она тоже изменилась. И тоже после встречи с Охотниками, которые отобрали у неё её собственного сына. А про Пандору, наверное, Морфей больше скажет.

Морфей тяжело вздохнул, когда оба других бога впились в него своими глазами. Отсидеться не удастся, придётся что-то говорить.

— Да… — неохотно сказал он. — Пару раз я пользовался её услугами, и услугами её тварей, и сам помогал ей. Было у нас вполне плодотворное сотрудничество. Вот только я не знаю… — он развёл руками. — Честно, не знаю, что у них случилось.

— А я знаю! — грохнул кулаком по столу Мудрейший. — Я, чёрт возьми, знаю! Охотник, оказывается, может давать потомство. Мне продолжать мысль?

— Но как… Этого не может быть! — один за другим воскликнули Неназываемый и Морфей.

— Да вот так! — ответил Мудрейший.

— Подожди, — улыбнулся Морфей, осознавая. — Ты про то, что этот перерождённый оплодотворил двух сучек в этом Мире? Ну, тут надо ещё разобраться, насколько его душа способна передавать их Дар. Ведь мы ничего не знаем про перерождённых Охотников, так что думаю, что это ложная тревога.

— Да я не про это говорю, — скривился Мудрейший. — В прошлой жизни этот Охотник тоже имел потомство.

— Так надо срочно найти их и препарировать! — вскинулся Неназываемый.

— Поддерживаю! — сказал Морфей. — Готов участвовать в поиске.

Тут Мудрейший грустно усмехнулся:

— Сядьте, сыщики хреновы. Нашёл уже…

— И? — заинтересованно спросил Морфей. — Ты нам их покажешь?

— Если бы, — сказал он. — Охотники успели первыми!

— Опять эти чертовы Охотники…

Глава 22

Зайдя в портал, который вел в мир Морфея, я усмехнулся, глядя на то, что нас тут ожидало. Найти этот Пробой они не могли, но примерно понимали, где он, а потому притащили сюда столько войск, что страшно даже представить. Нет, здесь нужен не один «Левиафан», тут их нужна сотня, а может и больше.

Морфей не зря занимал одну из ведущую позиций в условном «рейтингов» богов по степени мудачества. Он смог перекинуть сюда свою силу и поднять спящую армию. Насколько я знаю, он и опасен тем, что ему не требуется постоянно держать своих марионеток на прямой подпитке. Ведь во сне у них потребление энергии падает до нуля, но в любой момент он можно выдернуть их снова оттуда. Это один из его любимых способов захватывать чужие Миры. Когда спящие просыпаются, то у живых не остается никаких шансов. Но самое главное, что сейчас моя голова была забита мыслями об Ульрихе. Как пройдет наш разговор, я не знал, но вот то, что он будет любопытным, даже не сомневался.

— Отец… Мне уничтожить их всех здесь? — спрашивает тихонько Ларик, чтобы его никто не услышал.

— Подожди… Я пока еще наблюдаю, — отвечаю, положив руку ему на плечо.

И я его понимаю. Услышат, так сразу же нападут. Хорошо, что я первым не загнал сюда «Левиафана».

Смотрю я вот на всю эту армию и понимаю, что нам предстоит трудное сражение. А еще явно нелегко будет, если все они вдруг окажутся в моем мире. А ведь они могут туда прийти, если победит, например, Морфей, который сможет создать большой проход, и будет контролировать достаточно земной энергии. В это же время Кодекс мне говорит, что «еще не время».

Правда, у меня было время подумать. Много времени, пока я восстанавливался, и мне теперь немного стыдно за свои эмоции. Потерял контроль, как пацан, и… Нет, я не жалею, что пошел к богиням, в этом я, как раз, молодец! А вот мои эмоции в сторону Кодекса — это неправильно. Но я лишь надеялся, что таким образом смогу получить от него еще больше ответов. Оказывается, не судьба…

Однако я уже полностью успокоился, и понимаю, что Кодекс прав. И сейчас совсем по-другому смотрю на этот мир. Хотя, раз ты тут вырос и провел столько времени, то что тебе мешало умнеть самостоятельно. Гордыня? Прошлые заслуги? И кто ты без них? Вот когда твои близкие оказались перед ликом смертью, что ты мог сделать? Это как напоминание, чем люди отличаются от богов. Боги, чаще всего, убивают в себе любые эмоции ради силы. И они лишь пожали бы плечами, ведь у них нет друзей и любимых, а только расходный материал.

Однако тут я утрирую, и сильно преувеличиваю. Не все боги так поступают. Вот троица богинь не отринула свои эмоции, они научились жить с ними, направляя их только на свое благо. Эмоции делают их сильнее, не убавляя наслаждения от своего существования. Хотя и богами быть не так уж и хорошо. Взять хотя бы этих трех богинь. Каждая из них сумасшедшая, как не крути, но при этом они несчастные женщины, которые создают потомство из своей крови. Ведь своих детей у них нет и не будет. Ну, если не считать Червя Мораны, но как раз из-за таких экспериментов у них кукуха и едет. У богов с этим все не так просто.

А сколько раз в прошлом я решал, кому жить, а кому нет? И пусть я не предавал и не убивал невинных, но все равно понимал, что от моего решения зависят жизни очень многих.

Теперь я смотрю на эти вещи совершенно не так. Ведь я тоже обратился к Кодексу за помощью, и нетерпеливо ждал его решения. При этом задумывался, почему он возьмет и не поможет мне просто так, если он может это сделать. А на самом деле, даже не подумал, может ли он. И почему обязан… Он дал мне все, что у меня есть, и этого достаточно, чтобы решить эту проблему, как оказалось. Просто я решил пойти по пути, который был самым простым. С другой же стороны… Может, я просто хотел его услышать.

Тем временем, нас уже заметили, и я готовился, также как и Ларик. При этом мы сейчас были с ним похожи тем, что оба улыбались. Здесь было много марионеток, похожих на людей, из какой-то желтой субстанции. Но, наверное, самая основная сила — это песчаные существа, что были немного схожи с моими тварями, которых я призываю. Здоровенные аморфные комки песка. В них тоже были Души, которые поработил Морфей. Человеческие души. И пусть они сражались на его стороне, но Души плакали и ревели. Им было больно, и они устали. Они хотели на перерождение, да кто отпустит их?

Именно в такие моменты понимаешь, насколько мы, Охотники, отличаемся от всех тех, кто любит использовать Души. Мы им не вредим, а наоборот, помогаем.

— Я готов! — сообщает мне Ларик.

— Я тоже… — отвечаю ему и запинаюсь. — Какого?.. — только и успеваю ответить, как в следующий момент осознаю, что моя голова начинает кружиться, и что-то очень странное со мной происходит.

— Отец⁈ — воскликнул взволнованный Ларик, оказавшись рядом со мной.

А вот ответить я не могу. Мои зубы сжаты настолько сильно, что невозможно разомкнуть рот. Я уже было подумал, что это влияние Морфея, как вдруг ощутил, как что-то нежное прикасается к моей ауре, а затем мои глаза удивленно распахнулись.

«Неужели это действительно происходит сейчас со мной⁈» — была моя последняя мысль, прежде, чем я закричал очень громко, от всей своей Души. Затем крик постепенно перешел в рычание, наполненный силой и яростью.

А когда я открыл глаза, то увидел, как на нас мчится вся эта армия — с одной единственной целью. Разорвать!!!

Обитель Охотников Миохель

На стыке сотен Путеводных Нитей

Большой просторный зал сегодня сверкал чистотой, огнями и бурлил жизнью. А ведь последние годы он не использовался.

Однако сегодня был особенный день. Охотников посетят необычные гости, и потому зал для танцев был отполирован и приведен в порядок.

Когда прибудут гости, то они не смогут даже понять, что ранее им не пользовались очень давно. Любая деталь, на которую только может упасть взгляд, была идеальной.

— Еще долго ждать? — нетерпеливо обратился Виргас к Дэну.

— Не торопи наших гостей, они этого не любят, — усмехнулся старый Охотник.

— Понятно… — он тяжело вздохнул.

Если сейчас взглянуть на Охотников, то они были похожи больше на неуклюжих женихов, которые ждут своих невест, и никак не решаются пригласить их на танец.

Хотя они и умели танцевать, ну точнее, большинство из них умели, но вот эта тема совершенно не нравилась им. Из-за этого многие ощущали себя не в своей тарелке. Однако, когда им сообщили цель этого мероприятия, то вызвались все, без исключения. Каждый хотел помочь своему собрату, и в этом стремлении был готов даже на эти глупые танцы. Правда, танцевать сегодня не придется… Вернее, им не придется. У них будет совсем другая роль… Роль наблюдателей.

— Только я ощущаю себя идиотом? — вдруг прозвучал другой голос.

Дэн хмыкнул.

— Тебе уже под семьсот лет, а ты все еще ведешь себя, как какой-то пацан, — упрекнул его Дэн. — Сказано ждать, значит, ждать, и не смей ляпнуть такое при наших гостях. Им это может не понравиться.

— Да? И что они тогда сделают? Откажутся танцевать? — засмеялся он, а потом прикрыл рот рукой, и замялся под осуждающими взглядами почти трех десятков пар глаз. — Прошу меня простить! Я сказал лишнее…

— Слушай, Дэн! — вмешался Сигурд. — Если он ведет себя, как пацан в таком возрасте, то кто тогда Сандр? — весело спросил он.

— Сандр? — хмыкнул снова Дэн. — Великий Охотник! Человек, который в одиночку сражался против порождений недр Бездны. Человек, который убил Гариву и Мирану! Он тот, кто уничтожил Гидру, хотя и сам при этом умер. Еще вопросы?

— Пожалуй, я тоже помолчу, — опустил голову и этот Охотник.

Сигурду было тысячу с копейками лет, но, увы, он и близко не мог похвастать такими подвигами, как Сандр, а ведь Дэн перечислил далеко не все. Очень и очень далеко.

— Идут… — взволнованно сказал Дэн, и проверил еще раз, как он выглядит. — Приготовились!

И Охотники тут же оживились. Все проверили, как и где они стоят, ведь сегодня этикет и правила очень важны. Их гости любят ритуалы, и все, что связано с приличными манерами.

Огромные врата стали неспешно открываться, и в проеме показался сгорбленный старичок, Димион, один из Старейшин Ордена.

— Прошу за мной! — сделал он вежливый поклон в коридоре, и услужливо выставил руку в приглащающем жесте.

Гости не стали медлить и вошли.

— Воу… — не смог сдержать свой возглас «молодой» Рив.

Никто и ничего ему не сказал, ведь все были с ним согласны, когда в зал впорхнули двенадцать прекрасных, как сама жизнь, девушек. Все они были одеты в легкие платья, словно на улице и не бушевала вечная зима, которая могла заморозить кровь ледяного дракона. А впереди этого прекрасного цветника не шла, а плыла особа, не уступающая им в красоте.

Тут уже настало время Дэна действовать, и он вышел вперед.

— Приветствую тебя, дорогая Роза! — подойдя к ней, он поцеловал ей руку. — Орден Охотников приветствует вас, дорогие дамы!

— Ты, как всегда, учтив и изыскан, как медведь в малиннике! — улыбнулась Старшая Жрица Ордена Кровавой Розы.

Про Орден Кровавой Розы можно говорить много, и в то же время ничего. Это Орден имеет не меньше своих тайн, чем те же Иерофанты или бродяги из Ордена Кракена. До Охотников, конечно, они не дотягивают, но и у них много общего. Например, Кодекс… Он у них тоже есть, только свой. А ведь очень немногие Ордена имели свой Кодекс. Очень-очень немногие.

Хотя, было другое мнение — что Кодекс един, просто открывается он некоторым избранным с разных сторон. Доподлинно смертным этого не было известно.

Орден был необычен тем, что мало кто знал, чем они занимаются. Вроде готовят убийц? Возможно… Вроде помогают слабым? И такое бывало… Может просто не любя, когда к ним лезут без спроса? Вот это определенно точно.

Если собрать сотню глав Орденов, то не факт, что хотя бы трое из них точно знали возможности Ордена Кровавой Розы… А вот похвастаться возможностью увидеть их вживую — это вообще на грани фантастики. Чаще всего их видят простые люди, ведь они сами решают кому, где и как помочь. Или убить…

Но сегодня это не учитывалось. И, несмотря на их правила, к ним был отправлен запрос на помощь, чего не случалось очень давно, даже на памяти Дэна. Хоть настоятельница Роза и уверяла, что такое уже происходило.

Тут сложно сказать, как много ей лет. Скорее всего, просто пытается напустить загадочности своей особе, но это не факт.

— Мило у вас тут… — Роза оценивающим взглядом окинула зал. — Неужели даже прибрались для такого случая.

— Прибрались? — хмыкнул Дэн. — У нас, вообще-то, всегда тут идеальная чистота.

И Дэн, в принципе, не соврал. Охотники умели не только убивать, но и убирать. Если ты не умеешь обращаться с шваброй, то и меч в руку тебе никто не вложит.

— Как скажешь, — усмехнулась она, и подошла поближе. — О, а ты сегодня трезвый! — удивилась женщина. — На моей памяти такое бывает крайне редко. Случилось что-то действительно чрезвычайное?

— Вы правы, миледи Роза! — кивнул Дэн. — Нам требуется от вас всего лишь один танец.

— Действительно? — наигранно удивилась она, и покачала головой. — А я думала, что вы решили угостить дам ужином, потому и позвали меня, вместе с моими сестрами. Или может Кодекс разрешил вам жениться, и теперь идет поиск достойных кандидаток?

— Вот тут точно пока без изменений, — усмехнулся Дэн.

— Жаль! Очень жаль! — заулыбалась женщина. — А то мои сестры все, как одна, идеальные жены! — сказала она, и повернулась к девушкам. — Правда, девочки?

Только после того, как их спросили, девушки согласно кивнули в такт.

Любой брошеный взгляд со стороны, и могло показаться, что это девушки проходят жесточайшие тренировки, а не стоящие рядом суровые мужчины. Ведь они ведут себя, как солдаты на построении, а Охотники стоят спокойно вразвалочку, и при этом перешептываются и улыбаются. В то же самое время ни у одной девушки на лице не видно улыбки или любой другой эмоции.

— Желаете отобедать? — вдруг спохватившись, предложил Дэн.

— Желаю! — усмехнулась Роза. — Но не буду, по крайней мере, не сейчас. Вам же срочно понадобился танец? И не вижу смысла откладывать его.

— Нужен… И сильно, как вы уже поняли. И понадобится он нам через… — глаза Дэна слега закатились, как будто он прямо сейчас консультировался с кем-то, кто находится далеко отсюда. — … час и четырнадцать минут будет идеально!

Дальше начались разговоры, в котором Охотники объясняли, что требуется от девушек, и что они должны будут в этот момент сделать.

Настоятельница Роза улыбалась и качала головой. Ей уже приходилось делать нечто похожее, но не такой сложности. Но раз здесь настолько сильные Охотники, то она была уверена, что все получится. А все почему? Потому что не могут два Кодекса оказаться в одном месте и потерпеть неудачу. Никто из присутствующих не хотел надолго откладывать предстоящее дело, и началась подготовка. Охотники встали кольцом, а внутри него оказались девушки, которые приготовились к танцу.

— Раз мы уже готовы, то может пора назвать имя того счастливчика, которому вы решили помочь? — с усмешкой спросила Роза.

— И правда… Пора… — задумался Дэн. — Его имя Сандр… Великий Охотник Сандр… Погибе…

— ДОСТАТОЧНО! — громче, чем обычно, ответила взволнованная Роза. — Я знаю, про кого ты говоришь. Клянусь Кодексом, мы сделаем это, и у нас все получится! — а затем, уже тише добавила. — Мог бы и сразу мне сказать…

Дальше началось то, чего Охотники всегда не одобряли и не любили, а именно танцы. Каждая девушка, стоящая в кругу, вдруг начала вытанцовывать одни ей известные движения. Всем этим руководила Роза, которая тут была главной. Один только Дэн улыбался, любуясь плавными движениями танцующих нимф. Однако вскоре девушки начали ускоряться в танце.

Вначале казалось, что они сонные, и поэтому так медленно движутся. Но прошло всего минут десять, и Роза взмахнула руками. А вот из них по залу начала разливаться странная энергия, которая была какой-то древней и непонятной. После чего в зале зазвучала причудливая мелодия, и девушки, уже вместе с миледи, ускорились.

Скука прошла моментально, и каждый находившийся в зале Охотник сейчас с любопытством и изумлением наблюдал за изменениями девушек. Они уже были непохожи сами на себя, и двигались, словно дикие звери в каком-то своем зверином ритуале, но при этом каждое движение было выполнено идеально, и зал начал наполняться силой. Великой и необузданной силой, да такой, что стены помещений вдруг завибрировали. Хотя это место строили известные Архитекторы, но даже на их крепкую постройку эта сила магическим образом повлияла.

Дэн смотрел на представление с замиранием сердца, и даже боялся дышать, чтобы не пропустить ни одного движения нимф. Это было поистине великолепное зрелище, и теперь девушки уже двигались на такой скорости, на которой не каждый мастер меча сможет сражаться хоть минуту, но, кажется, они даже не устали.

Еще Дэн заметил, как в танце меняются их лица. Одни девушки улыбаются, другие скалятся, словно готовы напасть. Кто-то вот-вот расплачется, а на лицах других было озорство. Каждая из них в этом танце олицетворяла свой порок или даже грех.

Несмотря на весь свой опыт, он не мог понять до конца, что происходит здесь и сейчас. В этом и был весь магический и необъяснимый Орден Кровавой Розы.

Не помогало ему и то, что он когда-то разделил ложе с Розой, и не раз. Правда, во время редких свиданий они, конечно же, не обсуждали Ордены, и свою жизнь в них. Возможно, поэтому Мак и доверил ему лично встретить Розу сегодня.

Пока он размышлял о прошлом, в зале произошли некоторые изменения. Теперь девушки двигались еще быстрее, и стали сливаться, если посмотреть на танец обычным зрением. И это было, по прежнему, волшебно и захватывающее. Еще Дэн заметил, что энергия, которая сейчас бушует в зале, начала действовать на Охотников. И на него, в том числе. Ему хотелось выхватить свой клинок и с победным кличем броситься в сражение, в котором он смог бы показать все, на что способен. Вступить в битву, которая будет на той грани, по которой часто ходил Сандр, и куда реже отправлялся он сам.

А еще ему прекрасно было видно, что почти весь танец Роза смотрела на него, загадочно усмехаясь. Не злой ухмылкой, а скорее, игривой и, кажется, он осознал, что все эти годы скучал за ней. За женщиной, красота которой могла соперничать только с её острым умом. Никогда она не задавала лишних вопросов, и не спрашивала, почему он должен сегодня уйти. В то же самое время, когда Дэн приходил, она открывала двери своего жилища, но потом, как-то внезапно их дороги разошлись. И наверное, подспудно, он переживал об этом.

— Готовьтесь!!! — внезапно рявкнул Дэн, но не смог перекричать мелодию, которая гремела уже по всему залу.

Ему говорили, что это будет сложный ритуал, а он не верил до конца, но только сейчас понял. Охотники, которые тут собрались, тоже не самые слабые ребята, но и им тяжело здесь находиться.

Однако, это и неудивительно. Танец продолжается уже пятый час, ведь он из высшей ступени поклонения Ордена Розы. Такие ритуальные танцы они проводят не чаще, чем раз в столетие, и не потому, что не могут, а просто нет нужды в этом.

Даже за самый простой танец девушек из Ордена Кровавой Розы любой король готов осыпать их золотом, вот только они не пойдут на такое. Девушки танцуют только тогда, когда сами хотят, и для тех, кого выберут. Их магия заключается в поддержке, и может усиливать на разное время людей. Однако это не означает, что они беззащитны. Орден Кровавой Розы существовал уже долгие столетия, и конечно же, находились те, кто хотел найти место их обитания, напасть и пленить. Вот только такие глупцы пропадали без вести ещё по дороге, не добившись желаемого, а Орден продолжал спокойно процветать.

— ПОРА!!! — раздался еще один крик от Дэна, и каждый Охотник в зале понял, что ему нужно сделать.

Они активировали свою силу на полную, а затем начали вливать её в общий энергетический поток. В тот самый поток, который, через огромное расстояние, сейчас стремительно направлялся к Сандру.

Весь ритуал занял примерно двенадцать часов, за которые даже Дэн вымотался полностью, а девушки так вовсе попадали без сил на пол, и так там лежали, пока к ним не подбежали мужчины и не стали приводить их в чувство.

Одна лишь Роза уверенной походкой приближалась к Дену.

— У нас получилось! — с вымученной улыбкой сообщила ему. — На ближайших несколько часов Сандр получит очень неплохую прибавку к своей силе.

— Жаль, что не навсегда, — скривился Дэн.

— Не переживай, дорогой! — погладила она по щеке огорченного мужчину. — Тех крох, которые у него останутся, ему хватит для качественного скачка в силе.

— Скачка? — прищурился он. — Я ведь ничего про это не говорил.

— Ха-ха-ха! — звонко засмеялась она. — Мне и не нужно было. Я почувствовала Сандра в момент ритуального танца… Вы, ребятки, очень недооцениваете своего, возможно самого необычного, брата… Он еще вас все удивит… Снова… Как, впрочем, и всегда!

* * *

Когда я вдруг открыл глаза, то понял, что же это было. Я видел лицо… Лицо женщины, которую знал в прошлой жизни, и которой несколько раз помогал.

Сперва думал, что это происки Морфея, пока вдруг не пошла энергия… Много энергии, что мощным потоком захлестнуло всё мое естество. От буйства этого энергетического коктейля мне хотелось вырвать себе сердце, чтобы оно перестало так сильно стучать. Я, конечно, привыкший к разным сюрпризам, но тут было состояние полубреда, поэтому возникли такие ассоциации. Но когда Розалинда показала мне наш танцевальный зал, в котором старались её девочки и мои братья, тогда я все осознал.

Пусть Морфей, хоть сотню раз будет Темным Богом, но в то место ему никогда не проникнуть, чтобы узнать, как оно выглядит.

— Отец… Очнись… — бормотал Ларик, который отбивался от атак порождений Морфея.

Ларику не было сложно, однако, он переживал за меня.

— Со мной все в порядке! — подошел к нему такой тихой походкой, что он аж вздрогнул.

— Отец? — удивился он. — Это же шаг…

— Он самый… — кивнул ему. — Спасибо, что прикрыл меня, но вот дальше, пожалуй, я сам… У меня вдруг появилось на несколько часов много силы. И я хочу вспомнить старые добрые времена.

— Как скажешь! — Ларик тут же отпрыгнул от меня, и стремительно взлетел в небо, чтобы не мешать.

Я же достал свою верную Аквилу и внимательно посмотрел на неё. Интересно… Она, кажется, сейчас словно поет.

Взмах… И тысячи врагов, стоящих передо мной, просто перестали существовать. Второй взмах, и песчаный кадавр рассыпался обратно в пыль, а души находящихся внутри людей стремительно уходят на перерождение.

Если раньше я хотел побесить Морфея, то сейчас у меня очень плохие новости для него, по поводу его Мира.

— Ларик! Я тут справлюсь и сам, а ты лети и уничтожь якори, которые держат этот Мир. Уверяю, тебе никто не помешает!

И я был точно уверен в своих словах. Ведь я сейчас ненадолго вернул значительную часть своей силы. И как же это было приятно…

Глава 23

Где-то в Многомерной Вселенной

— А вы знаете, девочки, мне это начинает всё больше и больше нравиться, — сказала одна из трёх миловидных молодых женщин, чей внешний вид выдавал в ней что-то животное, опасное и, тем не менее, прекрасное. Это была платиновая блондинка со странными блеклыми глазами с узкими зрачками и кожей персикового цвета.

Широкий песчаный пляж, лазурное море, чьи волны лениво накатываются на берег. Пальмы, что дают приятную тень от палящего солнца. И три девушки, которые развалились в шезлонгах, подставив морскому бризу свои идеальные тела.

Да, все они были абсолютно обнаженными, и при этом чрезвычайно прекрасными. Настолько прекрасными, насколько не может быть человеческое существо. Но это и понятно. Ведь три девушки, которые приняли эти случайные воплощения, были настоящими богинями.

— А клёво мы Мудрейшему вставили. Правда, девчата? — сказала вторая. Чёрные прямые распущенные волосы, бледная кожа и огромные печальные глаза. При всей её красоте она очень напоминала саму смерть. Да, впрочем, она и была сама смерть. — Кстати, что насчет винишка?

Она повернулась к своим подружкам.

— Красное, белое?

— Может, чёрное? — хихикнула третья, шатенка с кудрявыми волосами, в глазах которой плескалась сама тьма.

— Не-не-не… — запротестовала Пандора. — У нас сегодня вечеринка в стиле Земли, там такого не бывает.

— Так может быть стоит его ввести? — продолжала потешаться Тёмная.

— Девочки, я серьезно, — нахмурилась Морана. — Какое винишко предпочитаете?

— Мне белое, — из воздуха появился хрустальный бокал, который Пандора ловко схватила и протянула подружке.

Морана также щелкнула пальцами, и бутылка охлаждённого до нужной температуры белого вина, уже с открытой пробкой, также образовалась в этом мире.

— А мне красного, — Тёмная повторила трюк своих подружек.

Морана тут же сотворила бутылочку красного. Наполнив бокалы, она на секундочку задумалась:

— А я буду розовое!

Хлоп, и вот у неё уже бокал с розовым напитком.

— Ах ты, хитрая жопа! — одновременно сказали её подружки и расхохотались.

— Смотрите, что ещё подглядела в этом мире, — хлопок, и на столике рядом с их шезлонгами образовалась большая миска со странными белыми шариками. — Попкорн. Есть сладкий, есть солёный, есть карамельный. Угощайтесь!

— Ну уж нет, у меня фигура, — скривилась Тёмная.

И все тут же рассмеялись над удачной шуткой. Да, эта шутка никогда не устареет.

Вот, наверное, единственное значимое преимущество богинь-женщин перед женщинами обычными, что они буквально по щелчку пальца могут сделать себе любое тело, какое только захотят. Так что да, волшебная таблетка существует, вот только доступна она лишь богиням. Станьте ими, и вам всё откроется.

— Ну что, глянем ещё раз, как этот идиот орал, когда мы отобрали у него часть силы? — Пандора щёлкнула пальцами, и прямо на фоне моря из воздуха возник здоровенный экран.

— В тридцать пятый раз? — нахмурилась Тёмная. — Может что-нибудь поинтереснее?

— Да-да, — сказала Морана, — я бы посмотрела что-нибудь поинтереснее.

— Так, стоп!

Скорость реакции богинь была неимоверной, и все они одновременно услышали колыхание пространства.

— А вот это интересно, — задумчиво проговорила Пандора.

— Вот это бы я посмотрела, — поддержала её Морана.

— Так давай, показывай! — хмыкнула Тёмная.

Пандора сосредоточилась. Сначала на экране появился круговорот миров Многомерной Вселенной, что горели разным цветом и с разной яркостью. Мир закрутился, как будто невидимая камера со сверхсветовой скоростью двигалась к какому-то определённому Миру. Это было действительно так. Вот он, этот Мир, который сейчас буквально полыхал в эфирном плане выбросами многочисленных душ.

Мир переливался и дёргался, как будто он всё ещё не был частью Многомерной Вселенной. Ну, на самом деле, так-то оно и было. Когда-то он был частью, затем ушёл под влияние Морфея, и прямо сейчас он прорывался назад. Ну, как прорывался? Кто-то очень затейливо, с энтузиазмом, его туда пропихивал.

«Камера» скользнула ниже, и вот уже была показана поверхность планеты.

— Да ну нахер! — прошептала Морана, и из её приоткрытого очаровательного ротика выпал кусочек попкорна, который она всё-таки решила попробовать.

— Это как? — её поддержала Тёмная, ошарашенно сдавив свой бокал так, что он у неё лопнул, а белый песок окрасился багровой жидкостью, так напоминающую кровь.

— Непонятно, — протянула Пандора, глядя на развернувшуюся на «экране» эпическую битву.

Прямо сейчас один единственный человечек стоял посреди бушующего шторма, живого шторма из тварей всяких размеров, расцветок и силы, что волна за волной накатывались на такого маленького, по меркам этого мира, человека. Вот только этот человечек был похож на одинокую скалу в океане, которая не уступала ревущей стихии. Волна за волной накатывалась, и точно так же откатывалась обратно. Ну, не в полном составе, а тех, кто остался, потому что большинство участвующих в нападении тварей умирали. И умирали самым жестоким способом и, главное, многочисленными разнообразными способами.

«Камера» приблизилась ещё ближе, и было видно, что человек улыбается. Взмахивая руками, как дирижер оперирует оркестром, точно также он оперировал незримыми силами эфира, заставляя его подчиняться своей воле, и делать то, что он приказал. А приказывал он прямо сейчас одно — уничтожить всех идущих на него тварей.

— Сандр, как ты это сделал? — прошипела Тёмная, поудобнее усевшись на табурете и пристально впившись в экран.

— Он… вернул свои силы? — поинтересовалась Морана.

— Похоже на то, — сказала Пандора. — Но как?

И вот тут случилось нечто странное. Не переставая улыбаться, Великий Охотник Сандр, уничтожающий набегающих на него тварей, посмотрел прямо в «глазок» этой «камеры», а потом поднял руку и приветливо кивнул.

— Девчат, вы хотя бы оделись перед тем, как подсматривать. Нет, вы, конечно, выглядите прекрасно, но блин…

— Ой! — Пандора всплеснула руками, неловко прикрыла грудь, а второй щёлкнула пальцем — изображение тут же пропало.

Три богини, немного смущенные, посмотрели друг на друга.

— Это что творится-то, девчули? А⁈ — потрясенно пробормотала Тёмная.

* * *

О, Кодекс! Как же это приятно! Я чувствовал себя великаном! Я чувствовал себя титаном, который может практически всё! Неужели эти силы уже были у меня в прошлом мире? Неужели я был настолько сильным, что мог творить такое?..

От взмаха моих рук падали твари, мгновенно помирая.

Не только люди-марионетки, но и конструкты из песка, в которых также находились измученные человеческие души. Морфей даже големостроение извратил. Вместо того, чтобы призвать сущность, он впихнул в песчаные глыбы человеческие души. Много, плотно и… коряво. Вот только, кем бы ни были эти несчастные, но сегодня их страдания, наконец, закончатся.

Моё Очищающее Пламя могло не только уничтожить самых ублюдочных тварей, отрезая их от будущего перевоплощения. Оно могло еще кое-что другое. Собственно, даже судя по его названию, первоначальное предназначение было совсем в другом. А именно — в очищении проклятых душ. На новое перерождение они могли уйти с чистой кармой. Вот именно этим я и занимался, без сожаления убивая несчастных, чтобы дать им шанс потом.

Представляю, как светится сейчас этот мир в эфире. Очищающее пламя работает с нехилыми визуальными эффектами. Каждая душа, проходя через него, ярко вспыхивает. А прямо сейчас, через него переходили тысячи, десятки тысяч… Возможно, сотни тысяч… а нет! Счёт уже пошел на миллионы.

— Спасибо, братья! И да, спасибо Кодексу, что дали мне почувствовать мою реальную силу!

Сколько продолжалась битва, я не знаю, ведь потерял счёт времени. Твари лезли из всех щелей. Вдруг в один момент я почувствовал внимание со стороны Ока Бога. Неужели Морфей всё-таки сподобился посмотреть, что у него творится? А нет, это три мои веселые подружки в интересном, между прочим, виде.

Я улыбнулся, перехватив заклинание, что позволяло мне тоже видеть «ту сторону».

— Девчат, вы хотя бы оделись перед тем, как подсматривать. Нет, вы, конечно, выглядите прекрасно, но, блин, постыдились бы!

Божественное Око быстро пропало. Кажется, они даже не дослушали мой спич. Неужели, я засмущал богинь?

Практически одновременно я увидел, что поток тварей иссяк. Морфей все-таки пришел сюда. Благодаря блоку, который я успел предварительно поставить, лично он сюда явиться не сможет. Вот она сила! Так мы блокировали нежданных визитеров, когда их присутствие считали лишним. А вот прекратить запускать сюда своих тварей, он точно сможет. Ну, собственно, это он и сделал.

Количество тварей уменьшилось, и пришло время приступать к плану «Б». Я взмахнул рукой, и груда боеприпасов, что была аккуратно сложена около одного из дольменов, весело шарахнула, обрушив циклопическую конструкцию на землю. Взмах второй руки — и вторая куча взорвалась, а за ней и третья. Вот третья немного подкачала, потому что дольмен устоял.

Я внимательно все запоминал, ведь все это мне придется докладывать Кренделю, дабы он смог сделать из этого выводы. План-то у меня был — испытать боеприпасы и быстренько свалить отсюда, после чего бросить все свои производственные мощности на изготовление новых и самых эффективных боеприпасов. А потом прийти сюда с Первым Легионом Земли и прочими союзниками и расхреначить тут всё.

Но, благодаря помощи братьев, мой план изменился. Прямо сейчас у меня хватало сил, чтобы исполнить всё задуманное самостоятельно.

Затем я послушал эфир и понял, что Ларик выполнил моё поручение. «Якорные цепи», установленные Морфеем для того, чтобы держать этот мир вне Многомерной Вселенной, были обрублены. И сейчас Мир держался на силе, что подпитывала божественную сущность Морфея.

Что ж, пришло время раскрыть главную тайну Морфея Вселенной. Уверен, мои братья будут благодарны!

Продолжая уничтожать остатки монстров, я сформировал Послание, которое визуально выглядело, как большой голубой шар. Как только этот Мир попадёт обратно в Многомерную Вселенную, Послание выстрелит в сторону Первой Крепости Охотников. И мои братья получат весточку о том, что вот он — Мир Морфея с некоторыми уцелевшими дольменами.

Приложив чуть-чуть усилий, а братья, я уверен, приложат чёртову кучу усилий, они разберутся, как попасть в царство Морфея. И вот тут-то ему, то есть, Морфею, и наступит полная и окончательная задница.Охотники были злы, чертовски злы на неуловимого бога, который раз за разом вытаскивал Миры из их вотчины. Охотники такого не прощают!

— Не-е-ет!!! — услышал я, как бог стучится в выставленную мной преграду с той стороны.

Стучится одновременно яростно, а с другой стороны, как-то неуверенно. Морфей не дурак, и понял, что я сейчас делаю. А ещё он понял, сколько у меня сейчас сил. И поэтому, ну, знаете… как в известных юмористических картинках про маленькую собачку, которая натягивает поводок, прыгая на огромного бульдога, но когда поводок рвётся, она останавливается и возвращает край поводка хозяину. То есть, прямо сейчас Морфей ломился в эту стену… но как-то не от всей души. Ну, я его хорошо понимаю.

Значит, пора заканчивать.

Я, немного красуясь, топнул ногой по земле, и от неё, как волны по воде от упавшего камня, понеслась во все стороны разрушительная энергия, которая ломала окружающие дольмены, уничтожая структуру заклинания, удерживающего этот Мир в царстве Морфея.

И вот, как донная мина, у которой в результате шторма оторвалась сеть, Мир начал медленно, постоянно разгоняясь, «всплывать» вверх, чтобы вынырнуть в чистом воздухе Многомерной Вселенной. А я испытал просто дичайшее искушение никуда не уходить, а остаться здесь. Ведь я могу вынырнуть «на поверхность» вместе с ним, и снова оказаться в Многомерной Вселенной. Не пользоваться заменителями в виде моего Послания, а лично встретиться с братьями, обнять Старого Мака, выпить с Дэном, организовать ребят, и… Уверен, мои братья-Охотники с удовольствием помогут восстановить мои былые силы. И я так и останусь полубогом, тем, которым был, и которым снова могу стать.

Хотя, что «и»? Попасть в Запретный Мир, без воли Кодекса, они не смогут. Это уже понятно. Да, рано или поздно это можно сделать. Но что-то мне подсказывает, что делать это нужно изнутри. Я попал в этот Мир не просто так. Но самое главное было не это. Самое главное было то, что там находилась моя семья, мои близкие люди. Сын, в конце концов, да и дочь, которая должна родиться со дня на день. Так что, надо признать, все мои гипотетически вновь полученные силы не стоили ни доброго слова любой из моих жен, ни радостной беззубой улыбки Антона Александровича…

Я на секунду взглянул в небо, где меня ждали многочисленные Миры Многомерной Вселенной, а также мои братья-Охотники.

— Извините, братья, — грустно улыбнулся я, — но вам придётся ещё подождать.

Мгновение — и я запрыгиваю в портал. И тут же оказываюсь в долбаной холодной Арктике. Обессиленный и несчастный. Снова. Не думал я, что откат будет настолько сильный. Мгновенный переход до полубога и обратно — это я вам скажу, тот ещё стресс.

Хотя стоит поаплодировать моим братьям, кто придумал провести этот ритуал, и провести его именно так точно. Как они догадались, что я выйду из Закрытого Мира, а главное — как угадать тот самый момент? И пусть я находился в Царстве Морфея, но ритуал смог до меня достучаться. Как они поймали тот самый момент?

Да, я знаю, что Первый Охотник в ладах со временем. Да и многие старые Охотники славятся тем, что могут предсказывать события. Но сделать это настолько точно и безупречно… Как?

Тут мой взгляд привлекла моя «Доблесть», точнее, башня, в которой прямо сейчас вспыхивал и гас огонь. Я не сразу понял, что это. А ведь это были наши световые сигналы, аналог местной азбуки Морзе. И прямо сейчас Кодекс пытался передать мне короткое послание, состоящее всего из одного слова:

«Молодец»

Вот такое было послание. Мне стало одновременно нестерпимо стыдно… Ведь я думал, что Кодекс покинул меня… И так же офигенно тепло на душе. Каждый раз, каждый чёртов раз, в такие моменты я чувствовал себя маленьким мальчиком, которого хвалит, гладит по головке отец — чертовски суровый, и иногда даже жестокий отец, чьи действия, так или иначе, ведут только к одному. А именно — сделать своих детей настолько сильными, чтобы они не боялись вступить в противостояние ни с чертом, ни с Богом.

Что ж, по крайней мере, со мной, великим Охотником Сандром, ну или бароном Александром Галактионовым, Кодексу это удалось. С этими теплыми мыслями я отрубился, успев подумать, что до Ульриха я так и не дошёл. Нужно будет потом извиниться.

Где-то в Многомерной Вселенной

Первая крепость Охотников

Первый Охотник, как всегда, расслабленно стоял перед Стеллой Кодекса в одной и той же позе, широко расставив ноги и сложив руки за спиной. Он мог стоять так часами, сутками, а то и больше. Никто не знал, что творится в голове у Первого, но все точно знали, что как только ему будет что сказать, он обязательно это озвучит.

— Как всё прошло? — поинтересовался он, не оборачиваясь.

— Хорошо, — Старый Мак сидел в сторонке, неестественно держа свою спину прямой. Да, любой Охотник в присутствии Первого чувствовал себя школьником. Никто не знал, человек ли Первый всё ещё или нет, но редкие человеческие чувства у него всё-таки проскальзывали.

Иногда, как будто в голове у Первого что-то щёлкало, и он снова становился обычным человеком, а не «волей и карающим мечом» Кодекса, как всё остальное время. Тогда он мог позволить себе выпить, и даже иногда улыбнуться. Никто не знал, чего стоило ему быть Первым Охотником, и какую цену он за это платит. Но ни одного слова жалобы или неудовольствия от него никто и никогда не слышал. Ободрение и благодарность — да. Негодование — никогда в жизни.

— Ты бы видел, что там творилось, Первый, — усмехнулся в бороду Старый Мак. — Нас эти остроухие идиотки чуть не растерзали, когда поняли, что мы хотим забрать потомков Сандра.

— Ну, не преувеличивай, мой старый друг, — спокойно ответил Первый. — Эльфийки получили адекватную цену.

— Да, они благодарны, — нахмурился старый Мак. — Их Мать-Древо снова может… гхм… — старый Мак смутился, — обслужить всех своих дочерей. Спасибо Кодексу. Вот только… — он снова на секунду замолчал, подбирая слова. — Кажется, им понравилось воспроизведение, так сказать, естественным путём. Чрезвычайно понравилось. И вот именно его они и не хотели терять.

— И как вы разрешили эту проблему? — уточнил Первый. В его голосе даже, как будто, проявился интерес.

— Как разрешили? — хмыкнул старый Мак. — Очень просто. Купер пообещал матери найти своего отца и привезти его на остров увидеться со жрицей. Ну, а там как карта ляжет. Кажется, у них есть какой-то коварный план.

Странный звук потряс древние залы. Тихий, низкий смех. Как смеялся Первый, с трудом мог вспомнить даже Старый Мак. Это было практически невозможно, но, тем не менее, эта история вызвала у Первого Охотника приступ смеха.

— Да, представляю, как будет рад этому Сандр, — задумчиво сказал Первый и, вдруг резко смех прервался, и он повернул голову к Стелле.

Внезапно по залу пробежала огромная волна силы. Сила распространялась от Стеллы и Первого. Мак невольно включил защиту. Он такое раньше уже видел. Это значит, что Первому пришло послание. Скорее всего, от Кодекса.

— Попомни Сандра, и вот он, тут как тут! — Первый быстро развернулся, и на его вытянутой ладони материализовался синий пылающий шар, который тут же разбился на буквы, зависнув в воздухе. И там было написано:

«Так, братцы, подняли свои задницы и погнали мочить Морфея! Дядя Сандр всё порешал, не благодарите!»

Старый Мак не выдержал и расхохотался так сильно, откинувшись на спинку стула, что неразрушимый стул под его пятой точкой тоскливо заскрипел. Мак смеялся, и не мог остановиться. Из глаз у него даже потекли слёзы. Первый с улыбкой наблюдал за тем, как потешается его старый друг.

Отсмеявшись, Мак вытер слёзы и резко вскочил на ноги.

— Да это просто праздник какой-то, — промолвил он, вопросительно глядя на Первого.

Первый молча кивнул головой, а больше ничего и не требовалось. Согласие получено.

Великая Охота началась!!!

Следующая книга уже тут:

https://author.today/work/378130

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Кодекс Охотника. Книга XXVII

Content

Кодекс Охотника. Книга XXVII

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Nota bene