Целитель 6

Пролог

Эдуард Олегович вот уже полчаса слушал споры членов клуба неравнодушных, который было бы куда справедливее назвать клубом приговорённых.

— Этому существу нельзя верить! — в который раз заявил Костя. — Нас точно заманивают в ловушку!

— Тогда объясни, зачем такие сложности, — ответил ему Альберт. — По правде говоря, единственное, что точно понятно — это то, что ни хрена непонятно.

— Тварь есть тварь, — резко ответил Костя.

— Предлагаю успокоиться, — сказал Марк Михайлович, — Давайте по порядку. Подведёшь итоги? — глянул он на Эдуарда Олеговича. — Ты самый спокойный из нас.

— Подведу, почему бы и не подвести, — подобрался мужчина. — Во-первых, с большой долей вероятности наш связной — нежить.

— Поэтому его надо убить, — заявил Костя.

— Поэтому кому-то надо помолчать и не перебивать, — строго посмотрел на него Марк Михайлович.

— Если позволите, я продолжу, — сказал Эдуард Олегович. — Нет стопроцентной гарантии, что кольца, которые мы получили, работают. Нормально проверить мы их так и не смогли. Поэтому сохраняется вероятность, что мы ошиблись.

Костя порывался что-то сказать, но тут Альберт кинул в него заранее скомканной бумажкой, и мужчина притих, отошёл в сторону.

— Вероятность такая есть, — повторил Эдуард Олегович. — Но кольцо сработало два раза. Это уже не совсем случайность. Во-вторых, даже если бы не кольцо, всё равно остаётся вопрос, а что это за связной такой. Откуда он взялся, чьи интересы представляет, что на самом деле знает о нежити и какие цели преследует. Марк, напомни, он сам на тебя вышел?

— Да, — ответил старик. — Как-то узнал о моей… беде… — запнулся он, вспомнив личную трагедию, — ввёл в курс дела, направил, сказал собрать команду.

— Хорошо, — покивал Эдуард Олегович. — Это первое, что можно утверждать. Зачем-то этому существу потребовалась команда мстителей. При этом конкретную информацию он даёт редко. Сам участвовать не хочет. Помогать делом, а не информацией, также не собирается. Это само по себе подозрительно. Поэтому, даже если он человек, а не ходячий мертвец, к нему стоит отнестись с подозрением.

Костя отчётливо хмыкнул, но от слов удержался.

— В-третьих, — продолжил Эдуард Олегович, — над чем нам стоит хорошо подумать — зачем одному монстру натравливать людей против других монстров?

— Конкуренция? — предложил Альберт. — Какие-то интриги?

— По всему выходит, что так.

— Получается, мы попали в какую-то войну кланов, — нервно хохотнул Марк Михайлович. — Что живые, что мёртвые, интриги одни и те же.

— В-четвертых, — продолжил Эдуард Олегович, — связной указал на одну цель, но контакт Альберта говорит, что нежить ошивается рядом с лечебницей и охотится за другим целителем. Это выглядит подозрительно.

— Не вижу ничего такого, — вставил Марк Михайлович. — Никто не обещал, что тварь одна. Возможно, их несколько и работают они по разным целям.

— Если выбирать, кому верить, я выберу подружку Альберта, — заметил Костя. — Она хотя бы с нами на дело ходила.

— В этом есть смысл, — согласился Эдуард Олегович. — Но в любом случае мы не сможем разорваться. Нужно выбрать, за кем будем присматривать.

— Будет неприятно, если одного целителя спасём, а второго грохнут, — тихо сказал Альберт.

— А что князь? — спросил Костя. — Может, ещё кого привлечь?

— Не будь таким наивным, — бросил на него острый взгляд Марк Михайлович. — Нам оказывают негласную поддержку вовсе не от щедрот, а скорее с целью слить, если их самих прижмут.

— Да это понятно, — отмахнулся мужчина. — Но пусть ещё как-нибудь поддержку окажут. Тем более сейчас целителей прикрывают. Это для галочки или что-то реальное?

— Предлагаешь слить информацию по второй цели? — спросил Эдуард Олегович.

— Да, — кивнул Костя.

— Если нас заманивают в ловушку, и туда попадёт кто-то другой, у него возникнут проблемы, — возразил Альберт.

— Тогда нужно решить, что, кому и как сливать, — ответил Марк Михайлович.

— И выбрать, кому мы поможем, — напомнил Эдуард Олегович.

* * *

Князь закончил совещание по обстановке в городе. Когда ответственные по направлениям удалились, остался лишь один Сергей Александрович, глава внутренней безопасности.

— Что скажешь? — спросил его князь.

— Ничего не скажу. Что тут говорить-то? Ты и сам всё понимаешь, — развёл руками старик. — История повторяется. Такое уже было.

— Думаешь, они нацелились на моё убийство? — угрюмо спросил князь.

— Нельзя отрицать такой вероятности. Эти — вполне могут.

— Тогда как они нанесут удар?

— Ну-с… — протянул старик, — если эпидемия их рук дело, то первый шаг — создание хаоса в городе. Болезнь, голод, беспорядки.

— Голода не будет. Мы контролируем этот вопрос. Для беспорядков есть воеводы и личная гвардия.

— Личную гвардию лучше придержать при себе. Голод — ты сам сегодня слушал доклад о том, что обоз с помощью, направленный к нам, был перехвачен и похищен. Разумеется, это капля в море, один обоз ничего не поменяет, но вдруг будут и другие ходы? Да и насчёт беспорядков не всё так однозначно. Подавить-то мы их подавим. Но это отвлечёт внимание. Единственное, что меня смущает, — это отсутствие следов заговора.

— Смущает? — криво усмехнулся князь. — Мне казалось, это хороший признак.

— Но откуда тогда нанесут удар? Логичнее всего предположить, что они вступят в сговор с кем-то из твоих сыновей. Но те ведут себя в рамках ожиданий, ничего подозрительного замечено не было.

Князь опасно прищурился, думая о том, насколько этот доклад объективен. Дяде он доверял, но… Всегда есть но, и когда ты правишь княжеством, никому нельзя доверять полностью.

— К тому же они нацелились на целителей.

— Опять? — устало спросил князь.

— Да они вроде бы и не останавливались. Ты же не поверил в их показное послушание?

— Поверишь тут. Так и что целители?

— Эдуард Олегович весть прислал, что намечается дельце и было бы неплохо подсобить им.

— А знаешь, — подобрался князь, — эти твари мой город разрушают. Давай подсобим. Что они там задумали?

Сергей Александрович хмыкнул и принялся рассказывать.

Глава 1

На следующий день я чувствовал себя сносно. Не лучшая моя форма, но нормально. Есть ещё запас прочности.

Источник удивил. Никаких отклонений я не заметил, но плотность он свою точно поменял и прибавил сразу семь Капель. Это довольно серьёзный прирост всего за ночь.

Как невовремя-то. Чую, слова Эммы окажутся пророческими. Если не приторможу, то скоро вместо прироста начну получать травмы. Может, новые клятвы принести? Мысль не лишённая смысла, но что со мной в этом случае произойдёт, я предсказать не могу. Клятвы структурируют Источник, но и нагрузку добавляют. В идеале мне сделать перерыв месяца на два, пожить в спокойном режиме и вот после этого уже новые клятвы и обеты приносить. Но кто же мне даст столько времени.

Поэтому суетиться я не стал. Проснулся спозаранку, растолкал Демьяна, оба сходили привели себя в порядок, а дальше — работать.

Этот день прошёл двояко. С одной стороны, я работал куда спокойнее, чем вчера. Прошёлся по лечебнице, подзарядил артефакты. Наведался в школу с той же целью. Немного поработал с больными. До валькирий добрался. Они пока держались на начальной стадии, поэтому ничего сложного. Разве что было немного неловко, но скорее им, чем мне. Ну да ладно, не до этого сейчас. В общем, можно сказать, что первая половина дня прошла спокойно. С другой же стороны, новых заражённых прямо с утра стали свозить автобусами. Лечебница в миг заполнилась случаями средней тяжести. Появились и первые тяжёлые случаи. В школе дела обстояли не лучше. Спортивный зал вчера был не полностью занят — сегодня его забили впритык. Как и учебные комнаты и даже коридоры. Число заражённых перевалило за отметку в пять сотен. Это только те, кто у нас. Из слухов я узнал, что городовым поставили задачу обходить квартиры и осматривать людей на предмет признаков заражения. Заодно извещая о порядке действий, если признаки появятся. Стоит ли удивляться, что городовые много кого находили, кто в лечебницу и не собирался? Сколько-то сотен сейчас находится в других больницах. Сколько людей не обратились за помощью — неизвестно. Что будет завтра и через пару дней — страшно представить.

Если бы не прошёл войну, меня бы наверняка осознание надвигающегося коллапса накрыло, но я далеко не в первый раз сталкиваюсь с ситуацией, когда сил нет, а на глазах умирают десятки людей.

Моё личное вмешательство утратило смысл. Это вчера я смог помочь переломить ситуацию, обеспечить передышку. А сегодня артефакты приносили куда больше пользы. Поэтому Аристарх Павлович сказал мне идти домой и заняться производством. Требовалась хотя бы сотня светильников в ближайшую пару дней. Это тоже не спасёт ситуацию, но хотя бы сократит число жертв.

Собственно, с этой целью, предварительно отвознившись и выждав час, я и отправился домой. Было где-то в районе четырёх часов то ли дня, то ли вечера. Небо заволокли свинцовые тучи, поэтому не сказать, что светло было. Вполне себе вечерние сумерки. Ещё лужи эти, общая серость. Погода будто задалась целью обеспечить должные декорации.

Пешком меня никто не отправил. Вызвали наряд городовых, чтобы довезли.

Когда они свернули не туда — я ничуть не удивился. Ну вот ни капельки. Только повод не угадал.

— С тобой хочет поговорить один уважаемый человек, — обернулся ко мне мужчина с переднего сиденья.

— Ясненько, — протянул я, когда машина притормозила.

Там, впереди, тоже машина стояла. Дорогая, явно не простому человеку принадлежащая. Что-то мне это напоминает.

Нежить я тоже ощущал, но не в машине. Сразу три сгустка напряжения ощущалось на крышах. Они проследовали за нами, а значит, точно по мою душу.

— Знаете, господа, — сказал я, уже открыв дверь, чтобы выбраться наружу. — Я понимаю ваше желание заработать, но такие игры могут стоить мне жизни. Или какому-то другому целителю, которого вы на убой отвезёте. И вот это уже будет стоить жизни сотням, а то и тысячам людей. Совесть-то вас за такое мучить не будет?

— Эй, парень. Ты-то не борзей, — наехал на меня третий городовой, который сидел сзади рядом со мной.

— Да я и не начинаю. С тайной службой потом разбираться будете, на кого работаете.

— Да ты…

Я вышел из машины и захлопнул дверь. Да уж, да уж. Если до вечера доживу, точно Аристарху Павловичу сообщу, чем городовые занимаются. Зачем мёртвым придумывать сложные ловушки, если жертву могут привезти, куда скажут, за небольшой гешефт? А незачем.

Когда к следующей машине подошёл, мне дверь открыли. Внутри был один лишь водитель. Он и дотянулся до дверцы, открыл и толкнул её.

— Олег Васильев? — спросил он, когда я притормозил.

— Чего надо? — без всякой вежливости спросил я.

Этот хрен либо связан с нежитью, либо нет, но в любом случае нас сейчас рвать на части будут. Какая тут вежливость-то?

— Я от госпожи Дарины Чернышовой. Знаете такую?

У меня невольно глаза округлились. Мать Эммы? Да ладно…

— Вижу, знаете, — кивнул мужчина своим мыслям. — Может, присядете? Нужно обсудить один вопрос.

Артачиться я не стал, присел. Интересно же теперь, чего Дарине Савельевне понадобилось.

— При всем уважении, — сказал я, усевшись и закрыв дверь, — у меня много дел. Поэтому не могли бы вы сразу обозначить тему, ради которой заставили пойти городовых на должностное преступление?

— Могу, — ответил он после секундной запинки. — Мы знаем о вашей связи с наследницей, — мужчина достал заранее подготовленный конверт и протянул мне.

Мне стало ещё любопытнее, я заглянул внутрь. Там была фотографии Эммы, которая выходила из моего дома. Судя по одежде, сделали их совсем недавно.

— И? — повернулся я к мужчине.

— И я предлагаю урегулировать конфликт мирно. Сколько вы хотите, чтобы оставить Эмму в покое?

Не выдержав, я захохотал.

На самом деле ситуация смешной не была. Нас спалили, и это определенно проблема. Но черт возьми. Предлагать деньги! Мне! Чтобы я отстал от моей Айи!

— Вы видите в этом что-то смешно? — сухо спросил мужчина.

— Вы просто не представляете, насколько ваше предложение смешно, — честно сказал я, утирая выступившие слезы. — Наиболее идиотского предложения мне ещё не приходилось слышать.

На этом шутки кончились. Нежити надоело ждать, и та всё же решилась сделать свой ход.

Я ощутил, как один из сгустков падает вниз и приземляется прямо на капот. Машину прогнуло, стекла треснули, и мы воочию увидели вампиршу в боевой форме, с зубастым оскалом.

Началось.

* * *

Клая тихо злилась, теряя время впустую. Простая задача пойти и поймать юного целителя превратилась в фарс, когда он взял и решил остаться ночевать в лечебнице. Проще всего было оставить учениц наблюдать и приказать им действовать по ситуации, но одну подопечную женщина уже потеряла. Терять ещё двух не хотелось.

С главы станется в этом случае отправить Клаю одну и, учитывая все обстоятельства, женщина решила сидеть и ждать на месте, пока паршивец не подставится. Её план был прост как две копейки. Дождаться, когда он придёт домой, послать туда учениц и проследить на расстоянии, чтобы те должным образом исполнили дело. Сама она подставляться не собиралась.

Но кое-что пошло не так. Городовые, которые везли юношу, свернули в сторону и высадили его возле чужой машины. Выглядело это донельзя подозрительно. Машина была непростая, и то, что парень общается с кем-то важным, вписывалось в теорию Клаи о его причастности. Упускать такую возможность было нельзя. Как и разделяться.

— Захватите его и того, кто в машине, — наконец решила женщина, отдав приказ ученицам.

— А городовые? Они не уехали, — заметила одна из учениц.

— Убейте всех, — ответила Клая, которая была не прочь скинуть раздражение.

* * *

События закрутились молниеносно.

Я ожидал, что атакуют меня. Прикидывал варианты, как действовать и не спалиться при стольких свидетелях. Но первой целью вампирша выбрала слугу. Мигом оказалась около его двери, разбила стекло и выдернула мужчину прямо так. Я только начал двигаться, открыл дверь, чтобы выскочить, а мужчину уже вытащили.

Городовые, которые никуда не уехали и наблюдали за мной, то ли чтобы прикрыть, то ли чтобы после проучить, тоже выскочили из машины. Вампирша, рыкнув в лицо слуге, швырнула его в городовых. Меткостью она не отличалась, но это как посмотреть. Тело пролетело метров шесть и врезалось в лобовое стекло. Тут уж городовые медлить не стали. Им выдали один мушкет на троих, им-то они и решили воспользоваться.

Но что такое шесть метров для вампира в боевой форме? Ничто. Я уже был готов атаковать, но снова не успел. Тварь, игнорируя меня, бросилась на городовых. Успела добраться до стрелка, выбила оружие и полоснула его когтями.

Остальные бы тоже быстро превратились в трупы, но появились новые участники. Рявкнул мотор, взвизгнули шины, в наш переулок заскочила машина, набрала скорость и попыталась сбить вампиршу. Но проще муху поймать. Она подпрыгнула и перескочила через фургон.

Только не учла, что задние двери открыты и оттуда выскочит Эмма. В костюме, разумеется.

Поняв, что всё происходит так, как надо, я задал стрекача. А что ещё должен делать шестнадцатилетний целитель, когда происходит черт знает что? Правильно. Бежать. Я и побежал. Хорошо зная этот район, пронёсся по узкой улице и свернул в арку. Второй сгусток напряжения, последовав за мной по крыше, ускорился и метнулся вниз. Приземлившись прямо на выходе из арки.

— Куда собрался, мой хороший? — улыбнулась мне красивая девушка. — Не бойся, иди сюда… — протянула она свои лапки с когтями.

— С чего ты взяла, что я боюсь? — улыбнулся ей.

Стрелу со всем своим резервом я выпустил ей прямо в лицо. Вампирша успела дёрнуться, но и я под техникой ускорения был. Не сумела увернуться. Башку ей разворотило, тело ещё пару шагов из стороны в сторону сделало и упало. Я же наклонился, ладонь к её Источнику поднёс и ударил второй раз, убивая с гарантией.

Сзади послышался топот. Я обернулся и увидел Эмму.

— Всё в порядке, — сказал ей.

— У нас тоже.

— Там слуга твоей матери.

— Да, я заметила, — хмыкнула девушка. — Нас спалили?

— Да. Мне предлагали деньги.

— Учту. Всё, мы уходим. Ты можешь вернуться. Там раненые, если что.

— Есть ещё третья нежить, — сказал я вдогонку.

Эмма кивнула, подхватила труп и потащила его обратно. Но труп быстро пришлось бросить. Именно в этот момент атаковала третья тварь. Я оценил варианты и бросился в другую сторону, вовсю заверещав:

— На помощь! Убивают! На помощь!

Ещё и прихрамывать не забывал.

* * *

Отправляя учениц, Клая не видела никакой для них угрозы. Пустая улица, неизвестный в машине, юный целитель и городовые. Что могло пойти не так?

Но пошло.

Откуда ни возьмись выскочил фургон. Что было в целом ожидаемо. Не просто так Клая перестраховывалась и теряла здесь время. Но дальнейшее совсем куда-то не туда пошло. Сначала целитель бросился бежать, вместо того чтобы как-то помочь в бою. Потом одну из учениц дюже быстро убили, никакая сила и скорость не помогли. Вторая ушла перехватить целителя, но время шло, а в арке, куда он убежал, происходило неизвестно что. С позиции Клаи не было видно, что там скрывает дом.

А когда в просвете появилась мечница, тащившая безголовый труп ученицы, Клая отчётливо поняла: дело дрянь.

Воображение живо нарисовало, как она возвращается к главе с очередным провалом. Чего будет стоит её положение после этого — большой вопрос. Возможно, что и ничего.

Да и сам факт того, что какие-то там люди настолько легко перебили её учениц, привёл женщину в бешенство. Совсем уж голову она не потеряла. Было понятно, что самая опасная — это мечница. Именно она действовала активнее всего. А против мечников есть хорошее средство — дистанционные атаки.

С этой мыслью Клая и напала.

* * *

Глава не удержался от зевка, наблюдая за происходящим. Заняв позицию поудобнее, усевшись на крыше здания, он смотрел на то, как разворачивается шоу. Которое отчасти оправдало его ожидания, но в том-то и заключалась главная причина скуки, смешанной с разочарованием.

Во-первых, появились не кто иные как мстители. Которые должны были быть совсем в другом месте, охранять совсем другого целителя. Но они здесь. Получается, не послушались. Что как раз таки было ожидаемым. Каким-то образом Марк Михайлович смог выяснить настоящую природу своего покровителя. Очень уж странно он реагировал, испытывая страх и волнение, которые пытался скрыть. Едва заметные, но мужчина уловил.

Во-вторых, в их команде присутствовала неизвестная мечница. Очень ловкая мечница, которая умудрилась уделать сразу двух учениц. Остальная же шайка была на подхвате и никак себя не проявила. О мечнице Марк Михайлович тоже промолчал, но уже неважно.

В-третьих, Олег Васильев. Мужчина всерьёз ожидал, что тот проявит себя. Атакует, поможет. Но он… Сбежал! Что там произошло в арке, мужчина не увидел, но после этого паренёк побежал дальше, крича на всю округу. Ещё и хромал.

И это реинкарнат?

Нет, возможно и такое, конечно же. Но тогда получается, что этот Васильев прекрасно знал не только о нападении, но и том, что за ним будут следить, и решил разыграть спектакль. Мужчина покрутил эту мысль и так и эдак, но счёл её слишком бредовой. Как показывает многолетний опыт, самые удивительные ситуации имеют вполне себе обычные объяснения. Поэтому мудрить здесь не стоит. Целитель всего лишь целитель, не самый смелый.

Было ещё и в-четвертых. Клая. Которая сильно его разочаровала. А ведь на первый взгляд бессмертие открывало безграничные возможности к развитию. На деле же полная стагнация. Клая была нулевым боевиком. Что и продемонстрировала. Напала, ударила издалека, но никого даже ранить не смогла и сбежала.

Глава посмотрел, как мстители подхватили тела вампирш и уехали, да тоже ушёл. Надо было проверить ещё Володомира, который как раз должен вскоре выйти на охоту. Если мстители решат сразу два дела за день исполнить, то может получиться весело.

* * *

Подняв шум и пробежавшись, я отправился обратно. Спектакль спектаклем, но там были раненые, и, если им не помочь, они могут и погибнуть. Тем более я перестал ощущать нежить рядом. Надеюсь, актёр из меня хороший и я достаточно убедительно изобразил страх да свою безобидность.

Выходил из той же самой арки, в которую убежал.

— Парень! — заметил меня городовой. — Ты же целитель! Быстрее сюда! Он подыхает!

Да не только он. Слуга Чернышевых тоже едва живой.

«А ведь могли бы остаться целыми, если бы не лезли в чужую жизнь и как должно исполняли свои обязанности», — мелькнула непрошенная мысль.

Я подбежал к городовому — у него было обильное кровотечение, которое неумело пытался зажать его товарищ. Силы я потратил, но это не проблема. Тут не обязательна наивысшая чистота. Хватит и обычной Крови. Сделав Вдох, принялся за работу. Первым делом остановил кровотечение. Вторым — отодвинул напарника, который скорее мешался, чем помогал.

— Лучше позовите на помощь, — сказал я. — Им я займусь. Не мешайте.

— Х-хорошо.

Городовые, блин. Стражи города, а первую помощь оказывать не умеют толком.

Оценив состояние пострадавшего, направил Кровь ему в сердце. Слишком много он обычной крови потерял. Как бы не помер раньше времени. Зафиксировав рану, я направился к слуге. Теперь надо им заняться. Мужчине досталось куда сильнее. Всё же обычные люди не предназначены для полётов.

* * *

Евлантий Сергеевич имел достаточно жизненного опыта, чтобы понимать. Когда в столице разрастается эпидемия, на границах происходит непонятная возня, а князь стягивает силы ко дворцу, жди беды.

Вопрос в том, насколько эта беда будет обширной и какую цену в жизнях придётся заплатить.

— Командир, чего такой хмурый? — спросил помощник.

— Старые раны ноют, — угрюмо ответил Стародуб.

Помощник, который пребывал в благодушном настроении, искренне считая их новый заказ «непыльной работёнкой», знай себе катайся по улицам да одним своим видом горожан образумливай, чуть не поперхнулся и мигом подобрался.

— Прям ноют? — переспросил он.

— Прямо ноют.

— Пойду ребят проверю и информацию запрошу.

— Давай, — кивнул Дуб.

Ощущения Евлантия Сергеевича не подвели. Правда, пришлось минут двадцать подождать. Помощник проверил солдат, сказал всем готовиться, а там и приказ пришёл, выдвигаться на новую точку.

Начиналось всё предельно безобидно. Нужно было приехать, проводить машину с целителями. Которые и стали объектом нападения.

Враг мелочиться не стал. Первым же ударом машина была расплющена, вбита в асфальт. Водитель грузовика, в котором ехал Стародуб, дал по тормозам. Сам мужчина выскочил на ходу, создавая щит. С первой же секунды стало понятно — враг попался непростой. Следом за ударом появился и он сам.

Мужчина, в черном пальто, с топором в руках.

* * *

План прийти домой и спокойно заняться артефактами, был пущен под откос.

Стоило мне закончить приводить в порядок раненых, как такая шумиха поднялась… Прикатили военные на броневике. За ними примчала пара машин с городовыми. После подтянулись люди из тайной службы. С которыми у меня состоялся неприятный разговор.

Впрочем, я-то легко отделался. Врать почти не пришлось. Ехал домой, высадили непонятно где, чтобы поговорить с непонятно кем. А там как закрутилось, завертелось. Сначала отбежал, чтобы под раздачу адептов не попасть, а после вернулся, чтобы раненым помочь.

Да уж, не повезло городовым. Из них душу стали трясти прямо у меня на глазах. Ещё и за слугу Чернышевых взялись, не посмотрели на его плачевное состояние. Вся эта кутерьма часа на два растянулась. Я, чтобы время не терять, прямо там начал артефакты создавать. Люди из тайной службы косились с подозрением, но и хрен с ними. Препятствовать не стали, а я так хотя бы время сэкономлю, которого в обрез.

Думал, домой меня всё же доставят. Но нет. Меня срочно в лечебницу вызвали. Я от такого удивился сильно.

— А что случилось? — спросил я у военного, которой и пришёл, чтобы меня доставить.

— Сам не знаю, — бросил он на меня взгляд. — Аристарх Павлович тебя затребовал. Вроде как стычка случилась, есть пострадавшие.

Такой ответ особо ничего не прояснил. В лечебнице сейчас полно целителей. Какая бы там стычка ни случилась, ей есть кому заняться. А нет, стоп. Я понял. Единственная причина меня вызывать, то, в чем я уникален, — это работа с проклятиями.

Неужто нежить не только на меня напала, но и ещё где-то отметилась?

Глава 2

В лечебницу меня доставили в мгновение ока. С ветерком прокатили. Да и недалеко было.

Нездоровую суету прямо возле лечебницы заметил. На въезде к приемному отделению толкучка собралась. Недалеко ещё подбитый военный грузовик стоял. Не просто чуть помятый, а именно подбитый. Часть кабины всмятку, лобовое стекло отсутствует. С боку, кажется, его чем-то тяжелым приложили, какой-то техникой. Потому что грузовик блестел от корки Масла. Что бы ни случилось, заварушка была нешуточная.

Войти просто так не дали. Сначала документы проверили, значок попросили предъявить и только после этого пустили. Я дверь толкнул, и по ушам мигом какофония звуков и запахов ударила. Кто-то стонал, кто-то отдавал приказы — зычный голос был особо хорошо слышен. Медсестры сновали между ранеными, оказывали первую помощь. Часть пострадавших прямо здесь, в коридоре, находились.

— Олег! — мигом выхватил меня Степан Денисович, стоило пройти дальше. — Давай сюда!

В сортировочной бедлам творился. С десяток военных той или иной степени потрепанности, городовые, обычные люди. Досталось не только военным, но и гражданских задело.

— Что случилось? — протиснулся я к хирургу.

— А черт его знает, — ответил он. — Давай за мной.

Далеко идти не пришлось. В ближайшую палату, где ждал Аристарх Павлович. Точнее, не ждал, а работал. В подкопченном теле я с трудом узнал Стародубова. Лицо у него как-то странно обожжено было. Ровно наполовину, наискось. Остальному телу досталось ещё хлеще, но как именно, я так с ходу определить не смог. Слишком много крови, копоти и обугленных обрывков одежды.

— Помогай! — выдохнул Аристарх Павлович. — Еле держу…

Удивляться времени не было. Если Аристарх Павлович кого-то еле держит, то дело совсем дрянь. Я по пути успел запасы Крови пополнить, под завязку заправился, поэтому сразу приступил к делу. Подошёл, выпустил толику силы, глянул, что там происходит.

— Это не зараза, — тихо сказал Аристарх Павлович.

Я выпустил больше силы, но продолжил действовать аккуратно. Лезть наобум к проклятью всегда опасно, а уж когда человек на грани смерти находится, ещё и другой целитель с ним работает…

Но ситуация оказалась не настолько критичной, как я думал. Аристарх Павлович блокировал черные потоки, которые расползались по телу. Блокировал, но почему-то не уничтожал. Это я и взял на себя. Нанес несколько точечных ударов, разбил проклятие на части, а потом принялся его выжигать.

Работа на этом не закончилась. Скорее началась. Пока вывели разрушенное проклятие, пока почистили тело от загрязнения, пока подлатали многочисленные раны, пока обработали ожоги — ушло и времени прилично, и сил. Без малого семь потов сошло.

— Закончили, — выдохнул Аристарх Павлович.

Выглядел он не очень. Щеки впали, глаза блестели, а кожу покрывала маслянистая пленка. Я уж молчу про белый халат, весь в грязных разводах.

— Аристарх Павлович, вы-то сами в порядке? — спросил я с беспокойством.

Даже если оставить в стороне наши с ним личные отношения, то сляжет он, и в лечебнице мигом хаос воцарится.

Мужчина бросил на меня острый взгляд.

— Федор Измайлович и Дмитрий Данилович убиты.

— Что? — не сразу я понял смысл сказанного. — Как убиты?

— Подробностей не знаю. Они в одном районе жили, их должны были после работы отвезти. Машину сплющило, тела изуродованы. Наверное, военные были рядом и… Что-то случилось. Я поэтому и не смог справиться с проклятием, — сказал он мертвым голосом. — До этого с тяжелым случаем работал, выложился, а тут такие новости. Вот и подкосило.

— Вам нужно отдохнуть, Аристарх Павлович. Без вариантов. Хотя бы полчаса.

— Там ещё много раненых.

— Я ими займусь.

— Тебе тоже отдохнуть надо, — возразил он.

— Не хочу показаться грубым, но, если я слягу, лечебница потеряет не так много.

Аристарх Павлович промолчал. Всё и так было понятно без слов. По крайней мере, я хорошо представлял, что творится на душе и в голове мужчины. Это вечная дилемма целителей, когда приходится оперировать рисками, выбирать между рациональностью и чувствами.

— Пойду работать, — я поднялся и отправился на выход.

О том, что услышал, старался не думать. Целители подвержены эмоциональным потрясениям точно так же, как и обычные люди. Если тебя что-то сильно выбило из колеи, чистота Крови и тем более Масла падает моментально. И это всё на фоне общей нагрузки и истощения.

Дерьмо. Захотелось сделать что-нибудь глупое, резкое. Ударить кулаком по стене или прокричаться. Но ничего такого я делать не стал. Привычно подавил чувства и пошёл работать. Следы проклятия обнаружились и у других военных, обычным людям тоже досталось. Мне нашлось, чем заняться.

* * *

Дарина Савельевна смотрела на своего слугу и не могла так сразу определиться, что сказать.

Слуга выглядел плохо. Забинтованный и весь помятый, будто вышел из серьезного боя. Находился он в комнате для слуг. Приехал домой сам, на раздолбанной машине. В комнату его привели другие слуги, которые и сообщили госпоже о произошедшем.

— Как… — женщина взмахнула рукой, пытаясь сформулировать вопрос.

В её картине мира слуга должен был вернуться и доложить, что с Васильевым, этим проходимцем, вопрос решен. Дарина Савельевна ожидала услышать, что тот запросил кругленькую сумму, может, пару тысяч рублей, в худшем случае тысяч пять. Но вот чего она не ожидала, что слугу кто-то изобьёт.

— Что произошло? — наконец она нашла подходящий вопрос.

— Я… — слуга тоже пребывал в полной растерянности.

Встречу с Васильевым устроить было несложно. Достаточно встретиться со знакомым городовым и договориться с ним, чтобы отряд, который повезет парня домой, остановился в нужном месте.

А вот дальше…

Мужчина совершенно не понял, почему парень рассмеялся. Не испугался, не смутился, а заржал, будто это была какая-то шутка. Но ладно это. О том, что произошло дальше, слуга не мог вспомнить без содрогания. Появление… кого-то… или чего-то… Это существо разбило машину, выдернуло его, немаленького мужчину, через окно, а потом улыбнулось прямо в лицо своей зубастой пастью. Слуга до сих пор нет-нет да и представлял во всех красках, как эта пасть сжимается на его лице и откусывает…

А потом был короткий полёт, удар, боль, темнота. Очнулся мужчина, когда его латал тот самый Васильев. Латал очень качественно, профессионально. Что подтвердил другой целитель, который после проверил мужчину, когда уже набежала толпа, в том числе люди из тайной службы.

— Я поговорил с Васильевым, — наконец отмер мужчина под выжидательным взглядом госпожи.

— Это он тебя так⁈ — опешила та.

— Нет, на нас напали. Как раз, когда мы говорили.

— Но кто⁈

Мужчина сглотнул. В клане разные байки ходили. В том числе о том, что жену Ярослава Дмитриевича убили вовсе не люди, а какие-то существа. Во что сам слуга не верил, но сегодня… Как-то да, разом поверил. Воочию увидел. Но сказать об этом Дарине Савельевне? Мужчина не был дураком и понял, что его после этого выгонят и назначат сумасшедшим.

— Я не знаю, госпожа, — ответил он, — Всё произошло очень быстро. Наверное, это были какие-то бандиты. Сейчас в городе неспокойно. Меня ранили, я потерял сознание. Очнулся, когда меня уже лечили.

— А что Васильев? — нахмурилась женщина.

— Он… цел. — Про то, что именно парень его и подлечил, мужчина также говорить не стал.

— Жаль, — скривилась женщина.

Самому слуге жаль не было. Кто знает, что бы с ним стало, если бы не своевременная помощь.

— Получилось с ним договориться? — спросила Дарина Савельевна. — Сколько он запросил?

— Он… он посмеялся и отказался.

— Посмеялся? — вскинула она брови. — Паршивец! Но ничего, я ему устрою!

Слуга на это подумал, что нужно затребовать больничный и ни в коем случае не участвовать в этом «устрою».

— Есть ещё один момент… — добавил он, сглотнув.

— Какой же? — свела брови Дарина Савельевна, уже строя планы мести.

— Меня допрашивала тайная служба. Они обещали зайти к вам, уточнить детали.

— Тайная служба? — напряглась женщина.

— Да. Я пытался отговориться, но они не хотели слушать. Целители сейчас находятся под личной защитой князя, и подкуп городовых…

Слуга не закончил, но Дарина и так поняла. Мигом растеряв весь свой боевой задор. Тайная служба доложит князю. Тот узнает, что Эмма спуталась с каким-то там целителем. О браке с младшим кряжичем можно было забыть.

«А ведь ещё придётся объясняться с мужем…» — подумала Дарина.

* * *

Второй раз за вечер глава увидел ровно то, что и ожидал. Володомир справился с заданием, уничтожил цель, а дальше пошёл в разнос, громить военных и разносить улицу. Настолько разошёлся, что мужчине пришлось вмешаться лично, чтобы образумить его и заставить отступить.

Благо для этого не требовалось спускаться вниз и появляться на поле боя лично. Как глава ковена, мужчина чувствовал всю нежить вокруг и мог на неё влиять напрямую. Володомир зарываться не стал. Послушался и отступил. Какое-то время можно было рассчитывать на его покладистость. Но если затянуть, пройдет пара недель максимум, и он начнет пробовать «поводок» на прочность. Собственно, именно поэтому глава и предпочитал держать его в мертвом состоянии.

Не став задерживаться, убедившись, что мстители так и не явились, мужчина отбыл и вскоре оказался у себя в особняке. Ему было очень интересно, как поведет себя Клая.

А та повела себя трусливо. Не рискнула лично явиться. Выбрала звонок по телефону.

— Слушаю тебя, моя дорогая, — сказал мужчина, взяв трубку. — Ты узнала что-то интересное?

— У меня не получилось, — призналась она. — Вмешались мстители. Убили моих учениц. Я едва смогла уйти.

Глава про себя хмыкнул. Это «едва» было явным преувеличением. Женщина пару раз атаковала, но, не добившись хоть какого-то результата, сразу сбежала. Даже сближаться не стала, побоялась.

— Хочешь сказать, что ты не смогла захватить целителя?

— Не смогла. Но я видела, что он встретился с каким-то аристократом.

— До нападения?

— Да.

— И что с того? Как мальчишка повёл себя?

— Он… сбежал.

— Сбежал?

Главу этот разговор откровенно забавлял. Клая была идеальным примером того, что мертвые без души — функции и не более. Даже хуже некоторых людей. Те хотя бы могли изредка развиваться и проявляли любознательность.

— Да, во время боя он просто сбежал.

— И не стал помогать мстителям?

— Нет. Побежал звать на помощь.

— Как-то это не похоже на то, что они в сговоре.

На самом деле глава так не думал. По какой-то причине мстители предпочли действовать не по его наводке, а помочь юному целителю. Отдельный вопрос, как они узнали, что на него будет нападение именно в этот момент. Объяснений выходило два. Первое — Демьян вовсе не собирался работать на Клаю и охотно сдавал все расклады. На него напала ученица, мстители сделали вывод, что нападение повторится. Но почему они тогда защищали Васильева, а не второго ученика? Значит, есть ещё кое-что. Второе объяснение — они как-то могут отслеживать мертвых и заметили слежку. Что было самым интересным.

Если такие способны действительно появились, а на это ещё указывало изменившееся отношение Марка Михайловича, то, получается, люди получили сильный козырь.

Это была неплохая заявка для запуска одного из планов, но пока недостаточная, чтобы всерьез рассматривать эту возможность.

— Почему они тогда за ним следили? — спросила Клая.

— Это я и хотел бы узнать, но ты упустила юнца.

— Я не боевик. Это не мой профиль.

— Намекаешь, что нужно послать кого-то другого? Клая, Клая… — добавил мужчина в голос стальных ноток. — Тогда какой прок от тебя? Один провал за другим.

— Я готова служить и исправиться, — поспешно сказала та. — Но я не всесильна.

— Это я уже понял. Как понимаю, проследить за мстителями ты не догадалась?

— Догадалась, но они выехали за город и ушли через пустырь. Дальше тайно следовать за ними я не смогла.

— Жаль, очень жаль. Затаись пока. Скоро я пришлю к тебе кое-кого.

— Кого? — встревоженно спросила женщина.

— Володомира, — ответил глава и положил трубку.

* * *

Клая уставилась на трубку, из которой доносились гудки, как на змею.

Упоминание Володомира привело её в ужас.

— С какой целью пришлёшь⁈ — нервно прошипела она.

* * *

Эмма приехала домой с боевым настроем. Нежить ездила изничтожать спокойной — а домой как на войну шла.

Как бы сказал Олег — да уж, да уж. Мама учидила так учидила.

Но, вместо того чтобы идти устраивать разборки к ней, Эмма направилась к деду. Тот будто ждал… Впрочем, без всяких будто. Как раз ждал, точно рассчитав, к какому моменту чай заваривать.

— Спасибо, — Эмма плюхнулась в кресло, взяла свежую булочку, ещё горячую после духовки, и кружку чая. — То что нужно.

— Как я понимаю, всё прошло хорошо.

— Да. Минус две твари. Третья сбежала.

— Как упустили?

— Не то чтобы упустили. Она побоялась к нам сунуться.

— Надо же, — фыркнул старик. — Эти твари умеют бояться.

— Сама удивилась. В целом операция прошла, как надо.

— Угу, — кивнул дед. — Поверю на слово. Тут слуга твоей матери вернулся. Побитый.

— О, это его ещё подлатали вовремя. Мог и погибнуть.

— Хотелось бы услышать подробности.

Эмма рассказала. Много времени это не заняло. Спланировали, приехали, реализовали план, уехали.

— Я поговорил с ним, — сказал дед.

— С кем?

— Со слугой.

— И? — вскинула бровь Эмма.

— Ты встречаешься с Олегом Васильевым.

— Встречаюсь, сплю, веду дела, — спокойно ответила Эмма и откусила булку.

— Хм… — насупился дед.

— Что? — посмотрела на него Эмма.

Ярослав Дмитриевич посмотрел на это совсем уж недовольно. Потому что во взгляде Эммы так и читалось — ну и что ты мне сделаешь, дедушка? Давай, удиви, посмеюсь.

Старик к такому наглому неуважению не привык, вот и сидел, нахмурившись, просчитывая, как продолжать разговор.

— Мне это не нравится, — сказал он.

— Что именно?

— Ты связалась непонятно с кем. Чем ты думаешь, Эмма?

Эмма доела булочку. Прожевала, облизала губы и запила чаем.

— Деда… Давай я не буду поднимать вопрос, чем ты думал, обрабатывая маленькую меня, пичкая своей одержимостью и жаждой мести. А то как-то странно получается. Для того чтобы рубить головы мертвецам, я достаточно взрослая. А выбирать, с кем мне спать, уже недостаточно. Лицемерием попахиваем, дедушка.

— Кхе-кхе… — закашлялся он. — Ну, знаешь ли!

— Знаю, — на пару мгновений взгляд Эммы сделался холодным, отнюдь не подходящим столь юной девушке, и старик неожиданно для себя стушевался.

Ощутил, что его внучка имеет характер куда более твердый, чем ему раньше казалось. В связи с чем растерянность быстро сменилась чувством гордости. Старик даже расслабился, подумав, что подготовил отличную смену и за клан можно не волноваться.

— Хорошо, — сказал он. — Я не буду лезть в твою личную жизнь. Но объясни, почему ты поступила именно так.

— Может, я влюбилась, как наивная дурочка. Ну, знаешь. — покрутила Эмма рукой, — красавец-целитель, который спас меня от страшного проклятия… Это была любовь с первого взгляда!

— Хватит издеваться! — рявкнул дед. — Я видел десятки влюбленных идиоток, и ты скорее похожа на хладнокровную стерву, чем на них!

— Спасибо, деда, — рассмеялась Эмма. — Обласкал так обласкал.

— Сама виновата, — парировал Ярослав Дмитриевич. — И всё же, изволь объясниться.

— То есть чувственную часть, что я могла действительно просто влюбиться, пропустить? Хорошо. Пусть будет рациональная часть. Олег — отличный союзник.

— А конкретнее?

— На мечах он не слабее меня. Как целитель — превзойдет через несколько лет Аристарха Павловича. Сейчас наставник его покрывает, и общественности известно далеко не всё, что умеет этот простолюдин, — с легкой издевкой произнесла Эмма последнее слово. — Также у него есть личные причины враждовать с нежитью. Что он довольно успешно делал и делает. Например, тот случай на границе, про который ты мог слышать, — это была попытка устранения Аристарха Павловича. Лича из черного отряда убил именно Олег. Правда, своих сил ему не хватило, Аристарх Павлович поделился энергией, но всё равно.

— Хм, — ответил Ярослав Дмитриевич. — Я не верю.

— Во что именно? — вскинула бровь Эмма.

— Твой рассказ не бьется с его прошлым. Либо оно ложное, либо… Ты сильно приукрашиваешь.

— Дед, я похожа на дуру? — прямо спросила Эмма.

— Чувства могли затмить твой разум…

— Ой, да ладно тебе. Сам стервой обозвал, уж определись.

— Ты недоговариваешь.

— Конечно.

— Что ты скрываешь? — требовательно спросил старик.

— Если кто-то что-то скрывает, значит, он не хочет это что-то открывать. У каждого свои тайны. Я сказала тебе достаточно, чтобы обосновать свой выбор.

— Возможно, это достаточное обоснование для союза и привлечения целителя на нашу сторону, но для любовных отношений…

— Кое-кто обещал не лезть в мою личную жизнь, — мило улыбнулась Эмма.

И старик прикусил язык. С усмешкой про себя подумав, что Эмма, по всей видимости, заранее просчитала линию поведения и шаг за шагом воплощала эту стратегию в жизнь. Крутя им, старым аристократом, как ей вздумается.

Есть над чем подумать. То ли сам постарел, то ли внучка шибко умная выросла.

— Ладно, деда, — поднялась Эмма. — Плюшку съела, чай выпила, теперь пойду с мамой поругаюсь. А то ишь чего придумала. Парня моего подкупить решила.

— Иди… — ответил дед тихо.

Ему вдруг стало очень интересно, как пройдет этот разговор.

«Пойти, что ли, тоже послушать?» — подумал он.

Глава 3

Домой я в этот день так и не попал. Даже если бы захотел, никто бы не отпустил. Мужчина из тайной службы настойчиво попросил никуда не уходить. До выяснения каких-то там обстоятельств. Неблагодарная у них работенка, однако. Обстоятельства предельно понятны: нежить наносит точечные удары.

Аристарху Павловичу о нападение на меня тоже доложили. Тогда, когда я приехал, он ещё не был в курсе, что я и сам чуть не влип. В итоге, уже после девяти вечера, он меня к себе в кабинет позвал. На ужин.

— Проходи, проходи, — сказал он мне голосом отца, чей сын в чем-то провинился. — Так, значит, тоже в переплет угодил?

— Да так. Легко отделался, — махнул я рукой.

— Ты садись. Ужинал?

— Не успел.

— Тогда прошу, — указал он на тарелки.

Еда из столовой, а не из ресторана. Тот-то закрыт.

— Что происходит, Олег? — спросил Аристарх Павлович, с минуту помолчав.

— Ничего такого, о чем бы я не предупреждал.

— Всё плохо?

— Кхм… И какой ответ вы от меня хотите услышать? — изогнул я бровь.

— Ты прав. Глупость спросил. Что теперь, нас всех перебьют?

— А теперь вы от меня какого ответа хотите?

— Правдивого.

— Не знаю.

— Но соображения у тебя есть?

— Уверены, что хотите знать?

— Не уверен. Но надо же понимать, что происходит.

— Повторюсь, но точно я не знаю, что происходит. Есть лишь догадки. Эпидемия спровоцирована с какой-то целью. Вопрос в том с какой.

— Какие есть варианты?

— К примеру, создание сильной нежити. Настолько сильной, что в одиночку целую армию разметает. Как я подозреваю, для этого много смертей нужно. Вы ведь наверняка знаете, что, когда человек умирает, выделяется энергия смерти.

— А целителей убивают, потому что мы этому мешаем? — с какой-то горечью хмыкнул Аристарх Павлович.

— Вы кушайте, вам силы нужды, — кивнул я на тарелку, проигнорировав вопрос.

— Кусок в горло не лезет.

— Что вы за целитель, если не отрастили толстую шкуру цинизма и прагматизма? Еда в вашем случае лекарство, а оно не обязано быть приятным.

Целители — это такие создания, которые как-то должны умудряться совмещать любовь и сочувствие людям с готовностью сталкиваться со смертью и страданием. Путь не для слабых духом, особенно в такие тяжелые времена. Но Аристарх Павлович человек опытный, должен выдержать.

— А как ты с таким справляешься? — спросил он.

— Стараюсь не думать о плохом. Давняя привычка.

Которую я шестнадцать лет тренировал, пока сидел в чужом теле, без возможности что-либо сделать.

* * *

Как и сказал, домой так и не смог попасть. Не только меня завернули, но и всех целителей разом. В связи с чем встала проблема, где и на чем спать. Дошло до того, что мы с Демьяном у нас в кабинете легли. Прямо на полу. Точнее, нам выдали спальные мешки, в них и улеглись.

— Ты ведь в курсе, что случилось? — спросил Демьян, когда уже свет выключили и устроились поудобнее, насколько это возможно было.

— В общих чертах.

— Что?

— Сомневаюсь, что тебе это добавит крепкого сна.

— Да я и так напряженный. В городе черт знает что творится.

— Тем более надо уснуть, чтобы сил набраться. Завтра пригодятся.

— Так всё же?

— Твои знакомые вампирши попытались напасть на меня. Удалось отбиться.

— Ты их прибил? — удивился Демьян.

— Не я. Кое-кто другой.

— Но почему пришли за тобой?

— Очень хороший вопрос.

— Погоди… Но если они приходят уже второй раз и получают отпор, то у них могут возникнуть подозрения, а значит… Значит, они могут заявиться ко мне домой?

— Я ведь говорил, что лучше не думать об этом.

— Как я могу об этом не думать⁈ — прошипел Демьян.

— А что ты можешь сделать? — спросил я.

Глаза адаптировались к темноте, и теперь я хорошо различал несовершенство штукатурки на потолке.

— А ты — можешь?

— Не поверишь, но я как раз собирался подумать, что могу сделать. Ты ещё не в курсе всей ситуации. Двоих целителей убили.

— Кого?

— Слухи не разошлись?

— Неа… Так кого? — Демьян заерзал справа от меня.

— Федора Измайловича и Дмитрия Даниловича.

Демьян выругался.

— И что теперь делать?

— Спать.

Парень засопел, но отстал от меня и вопросы перестал задавать.

Что делать, что делать. Разобраться с богом смерти, вот что. Но на него силенок не хватит. Также можно разобраться с главой ковена и всей столичной шарашкой мертвецов, но тоже силенок не хватит. Только и остаётся, что выбирать момент, хитрить, юлить и ходить по краю, осторожничая и рискуя.

Я постарался успокоиться и посмотреть на ситуацию трезво. То, что убили именно Федора Измайловича и Дмитрия Даниловича, скорее всего, не случайность. Насчёт последнего ничего не скажу, а вот первый сильно помог с изобретением артефактов. Если исходить из того, что нежити для каких-то своих целей нужна определенная динамика эпидемии, не обязательно стремительная, кстати, то логично, что начали выбивать ключевых целителей, которые борются с болезнью. Возможно, Дмитрий Данилович погиб по чистой случайности, только потому что ехал не в той машине.

Думаю об этом, и кулаки невольно сжимаются. Отличный мужик был. Да они оба отличные, чего уж.

Были.

И ведь знал, что что-то такое произойдет, а всё равно тошно. Внутри так и крутит.

Подождал, пока эмоции улягутся, да дальше продолжил раскладывать ситуацию. За мной пришли, потому что спалили или потому что я артефакты сделал? Или по обеим причинам? И почему нападение выглядело так жалко?

Не, серьезно. Они послали одну вампиршу, чтобы допросить Демьяна, и её убили. В ответ они не придумали ничего лучше, как послать ещё двух вампирш и их хозяйку. Ещё и под вечер, на улице, когда рядом полно военных. Почему домой не пришли? Это ведь куда проще, чем у всех на виду нападать. А, понял. Слуга Чернышевых. Захотели взять и его? Другого оправдания не вижу в этой ситуации.

Черт, черт, черт. Не сомневаюсь, что мертвые быстро достанут информацию о том, кто это был, а значит, выйдут на Чернышовых. Как же невовремя-то.

Получается, на них тоже могут напасть. Хотя нет. Это же глупо. Шли за мной, а потом решили забросить эту идею и напасть на аристократов? С другой стороны, на Демьяна же забили. Самое простое — и правда к его семье прийти. А потом позвонить в лечебницу, позвать парня к телефону и заставить сделать что угодно. Другой вариант — прийти к тому же Петру. О нашей дружбе много кто знает. Черепки шантаж уже использовали, так что почему бы истории не повториться?

Но всё равно что-то не бьётся. Почему так тупо-то на меня напали?

Снова прокрутил в голове сегодняшнее событие и понял, на что не обратил внимания. На меня напали молодые девушки. В смысле, им может быть лет сколько угодно, но что-то мне подсказывает, что их, скорее, выбирали за красоту, чем за боевые качества. Как бойцы они нулевые. Настоящая боевая нежить положила бы нас там всех и спокойно ушла. Что мертвые, собственно, сегодня и продемонстрировали, убив двух целителей и проредив отряд Стародубова.

Получается, у мертвых есть боевики. Тогда почему ко мне послали… кхм… смазливых девиц? Недооценили?

А может, есть объяснение проще? Вдруг у главы ковена тупо нет столько кадров, чтобы все дыры заткнуть? Интересный расклад получается. Обнадеживающий.

Надо бы, кстати, попробовать Дуба разговорить. Технически это несложно, я смогу к нему в палату зайти, но мои вопросы вызовут подозрения. Стоит ли риск того? Впрочем, чего бояться, когда нежить нападает. Надо продумать ход разговора.

И кое-что ещё.

Остаётся только один вариант, как предотвратить новые смерти, взятие заложников и прочие беды. Вызвать огонь на себя. То есть отвлечь.

* * *

К Стародубу я где-то в шесть утра прошёл. Лечебница уже проснулась, но ещё не до конца. Чем я и воспользовался, чтобы проскочить. Ну как проскочить. Его никто особо и не охранял. Парочка военных была на этаже, но они меня взглядами проводили, ничего не сказав при этом. Так что в палату я вошёл беспрепятственно.

Вошёл и сразу на взгляд мужчины наткнулся.

— Вам спать положено, между прочим, — сказал я, подходя. — Доброе утро, Евлантий Сергеевич. Как самочувствие?

— Бывало и получше, — ответил он.

— Воды?

Дуб моргнул, давая понять, что было бы неплохо. Я огляделся, ничего такого не увидел и вышел обратно. Столкнувшись почти нос к носу с одним из военных, которые за этажом присматривали.

— Всё в порядке? — спросил он меня, оглядывая с подозрением.

— Евлантий Сергеевич водички просит. Организуете?

Дверь я закрыть не успел, мужчина мне за плечо заглянул и возражать не стал. Водичку принес через пару минут. Я в это время обратно вернулся и занялся обычными, в общем-то, поддерживающими процедурами. На что мне ещё минут пять потребовалась.

— Так лучше? — спросил я, закончив.

— Ещё бы, — мужчина кое-как приподнялся и принял полусидячее положение. — Отделали меня знатно. Сам-то как поживаешь, Васильев? В школу меча ходишь?

— Ходил, спасибо за рекомендацию. Владимир Геннадьевич веселый человек. Но сейчас как-то не до тренировок, сами понимаете.

— Это уж точно. Лихие времена начались.

— Кто же вас так отделал-то? Ещё и прямо в центре города.

— Да нашлись умельцы, — хмыкнул Дуб неопределенно, поглядывая на меня.

— Умеете вы влипать в неприятности, Евлантий Сергеевич. Двух наших, в смысле, двух целителей убили. На меня в тот день тоже напали. Умельцы.

— Вот как, — задумался он. — Прямо не столица, а граница. Не ожидал, что нападет кто-то уровня элитного висмарха.

Вихсмарх — так называли личей из вольных отрядов, что бегали по дикой земле. Ну, если перевести на понятный мне язык. Не знаю, насколько тот же Дуб был осведомлен о мертвом состоянии этих гадов. Элитный, получается, против него кого-то особо сильного послали. Точнее, не против Дуба, а против целителей. Но в любом случае я видел, как мужчина сражается. Он вовсе не рядовой адепт. Элита в его понимании — ну, элита это и есть. Не самая простая нежить.

— Главное, что выжили, — сказал я. — Починим вас. Побегаете ещё.

— Поскорее бы, — криво улыбнулся он.

— Тут уж как пойдет, — развёл я руками. — Подлатал вас хорошо, быстро зажить должно. Но недельку точно на койке проведете. Хотя вы дядька крепкий, может, и быстрее встанете.

Дуб хмыкнул, а я не стал задерживаться и ушёл.

* * *

Следующее, что я сделал, — это спустился вниз и воспользовался таксофоном. Так как в нашем корпусе имелся стационар, то и место было, куда люди, во-первых, могут спуститься и пообщаться с родственниками, а во-вторых, позвонить кому-то.

С Эммой мы этот момент обсуждали. Она предупреждала, что есть вероятность, на уровне слухов, что телефоны могут слушать. Поэтому я каждый раз и заморачивался с тем, откуда звонить. Выйти на улицу и прогуляться до ближайшего таксофона не представлялось возможным. Это привлечет слишком много ненужного внимания. Поэтому пришлось рисковать. Повезло ещё, что в это время никого не было. Теперь главное дозвониться.

Мне пришлось больше минуты ждать, пока недовольный старческий голос не ответил:

— Слушаю.

— Доброе утро, — поздоровался я. — Вчера было две акции, а не одна. Есть риск, что на вас тоже внимание обратят. Надо бы поактивнее действовать, а перед этим встретиться.

— Кхм… — услышал я ворчание. — Что-то ещё?

— Пока нет. С этим бы разобраться.

— Передам.

На этом разговор закончился. Оставалось ждать.

* * *

В этот день атмосфера в лечебнице царила нездоровая. Если до этого её можно было назвать деловой и рабочей, пусть и не без аврала, то сегодня — именно нездоровой.

Возможно, это и моё восприятие сыграло. Но сдаётся мне, что нет. Слухи о гибели двух целителей к утру гуляли вовсю. Что в целом неудивительно. Тела-то вчера в лечебницу доставили. А ведь ещё всех целителей оставили здесь ночевать, как и часть персонала. Военные пострадали, неизвестно по каким причинам. Удержать слухи не представлялось возможным. Также случился новый наплыв зараженных, с которым уже не справлялись. Общая нагрузка, которая шла уже который день и давила на мозги, тоже свою роль играла.

То на то и выходило. Надо признать, мертвые поступили достаточно эффективно. Всего один удар, а какой ущерб.

Аристарх Павлович мне сказал артефактами заняться. Что я и делал первую половину дня. Вчера сколько-то собрал, сегодня ещё добавил. Вышло двадцать пять штук. Десяток быстро разошёлся по лечебнице. Имею в виду обычные артефакты, неконвертируемые. Так что заряжать мне придётся. Но это хоть как-то замедляло распространение болезни.

Если вчера случаев средней тяжести было около трех десятков за весь день, то, по слухам, которые до меня дошли, сегодня их уже за пятьдесят перевалило к обеду.

Скоро люди начнут умирать. Как бы мы ни старались. А если ещё парочку целителей убьют, этот процесс пойдет куда быстрее. Причем дело не только в сокращении числа целителей, но и в общем настрое. Работай люди за идею, пониманий они, что к чему, быть может, это бы их, наоборот, сплотило. Но в здешнем обществе… Не знаю, не знаю. Ходя по лечебнице, я видел примеры как самоотдачи, так и паники, тревоги и раздрая.

А если давление ещё увеличить? То-то же. Беда случится.

Была и хорошая новость. Сам процесс прошёл мимо меня, но как-то Аристарх Павлович смог организовать целителей и найти тех, кто в обычном режиме работать с заразой не мог, зато справлялся при активных светильниках. Так что число «рабочих рук» выросло. Полностью это проблему не решило, но хоть что-то.

Пока артефактами занимался, ломал голову, как дальше быть. Послание Эмме я отправил, но что толку-то? Выбраться из лечебницы сейчас — проблема. Домой тоже не факт, что отпустят. Для создания артефактов-конвекторов, опять же, нужно отдать их Эмме, минимум на денек. При этом других угроз никто не отменял и надо бы нанести удар как можно скорее. Тоже не факт, что поможет, но и сидеть ждать не выход. Время в данном случае играет против всех нас. Как меня и Эммы, так и против всего города. Да и против всего человечества тоже.

Ответы на часть моих вопросов пришли, откуда не ждали. Когда я понял, что от монотонной работы, которой уже несколько часов занимаюсь, ошибки начинаю допускать, решил выбраться, переключиться. Работы в лечебнице завались, вариантов для смены деятельности хоть отбавляй. Аристарх Павлович моей просьбе внял и быстро к делу приставил. Но не прошло и часа, как тот же Аристарх Павлович отправил меня заняться частным случаем. Обратно в наш корпус. Я не совсем понял зачем, но отправился, куда послали, и в своём кабинете обнаружил… Альберта. Одного из участников клуба неравнодушных.

— Давай сюда, парень, нет времени на долгую прелюдию, — позвал он.

— Как понимаю, лечение не требуется? — уточнил я. — Хотя по вашему виду так и не скажешь.

— Что-то я определенно подцепил, поэтому было бы неплохо проверить, — усмехнулся этот…

Даже не знаю, как его назвать. По правде говоря, выглядел он как алкаш-неудачник, которого легко встретить где-нибудь в подворотне, промышляющего мелким криминалом и сомнительными сделками. Рожа у него жуликоватая. Сейчас хотя бы без дешевого лоска в виде зализанных назад волос. От этого он лучше не выглядел, кстати. Волосы были грязноваты и скомканы.

Ну да я сам сейчас не лучше выгляжу. Со щетиной и такой же немытой головой. Никогда бы не подумал, что Изменение тела подстегнет появление растительности на лице и это создаст проблему, пусть и мелкую.

Подойдя к Альберту, выпустил Кровь и проверил, что там с организмом.

— Ничего критичного, но загрязнение приличное набрали. Сейчас почищу.

— Был бы признателен. Но я здесь за другим. Ты не в курсе, но связной недавно слил нам информацию о том, что на Федора Измайловича готовится покушение.

Я невольно напрягся. Слишком уж разговор откровенный пошёл. Да и сама информация… То есть мстители были в курсе?

— Не смотри на меня так. Наша общая знакомая прислала. Связаться сейчас с тобой проблема.

— Так вы знали о нападении? Время и место тоже знали?

— Нет. Лишь то, что нападение планируется.

Это настолько выбило меня из колеи, что я аж притормозил с лечением. Получается, я мог просто остаться в лечебнице, куда нежить вряд ли бы сунулась, и тогда двух целителей бы спасли.

Альберт словно мои мысли прочитал.

— Не всё так просто, парень. Там была явная ловушка. Мы слили информацию князю, он, как я понял, послал отряд военных. Итог, насколько я слышал, плачевный. Мы бы тоже не вытянули и легли там, скорее всего. Поэтому, пойди мы туда, результат бы не сильно изменился, а тебе бы досталось.

Это было не совсем так. С двумя вампиршами я бы справился как-нибудь. На крайний случай взяли бы они меня в плен, и что? Я бы попал к ним на базу, а там бы принялся действовать. Скорее всего, они хотели меня допросить, а не убивать на месте. Иначе бы действовали совсем иначе. Как — продемонстрировали на примере Федора Измайловича и Дмитрия Даниловича. Одна мощная атака, и от машины ничего не осталось.

В общем, ситуация для меня не очень критичная. Можно было бы рискнуть. А что касается убийства мстителей… Я так сразу не нашёлся, что думать по этому поводу. Эмма вполне могла изменить расклад. При поддержке военных… А нет, стоп. Тогда бы военных не было.

И моя бы Айя погибла.

— Это дерьмовая ситуация, парень, но такова жизнь.

— Мне не нужны утешения, — ответил я резче, чем следовало. — Что вас послали передать?

— То, что есть пара целей и, если нужно действовать активно, мы готовы.

— Когда начинаем?

— Сегодня ночью. Тебе придётся как-то тайно выйти из лечебницы. Мы поможем это организовать.

— Хорошо. Буду готов. Передайте ей тогда артефакты, — попросил я.

— Те самые светильники Васильева?

— Просто артефакты, — ответил я недовольно.

Прицепилось же название.

* * *

Весь оставшийся день я балансировал между тем, что нужно сохранить силы для ночной вылазки, и тем, что силы требовалось тратить прямо здесь и сейчас, помогая многочисленным людям.

Насколько справился — да кто его знает. Аристарх Павлович использовал меня как затычку. То на помощь в работе с зараженными отправит, то персонал проверять поставит, а там и чистить их, потому что некоторые успешно заражались. То на обычную чистку пошлёт, чтобы отдохнул. То на артефакты вернёт. А то принудительно есть и отдыхать выгонит, чтобы не загнулся.

Способность влиять на проклятия напрямую я тоже потренировал. Без особого усердия. Это сильно нагружало, хотя и стало заметно проще. Что наталкивало на кое-какие мысли. Я вчера ведь вампиршу убил. Должна была прибавка случиться, а Источник всего на три Капли вырос. Источник четыреста тридцать шесть теперь. Вот и думай, почему так. То ли Источник настолько разросся, что дальше расширяться столь же активно не может, но тогда встаёт вопрос, куда ушла энергия. То ли вампирша была настолько слабая. То ли усиление ушло как раз в умение работать с проклятиями напрямую и тогда… Как и сказал, непонятно, что думать по этому поводу. С одной стороны полезно, а с другой — как бы самому нежитью не стать.

Или того хуже, богом смерти с вечным голодом, не в силах это изменить.

Как бы там ни было, день подошёл к концу. К вечеру опять затишье наступило. Перестали приходить больные. Но их и так много было. Корпуса забиты под завязку, как и школа. В другие больницы тоже зараженных свозили. Так что ситуация полностью вышла из-под контроля.

Аристарха Павловича я предупредил. Он был не в восторге, но настолько устал к концу дня, что даже лишних вопросов задавать не стал. Демьяна тоже предупредил, попросил прикрыть в случае чего. Нас всех опять оставили ночевать в лечебнице, так что умыкнуть по-простому не получится.

— Куда ты собрался? — удивился он.

— Решать проблемы. В том числе, чтобы к тебе домой не заглянули.

Парень рот открыл, но закрыл, стиснул губы и решительно кивнул.

— Прикрою тебя.

— Спасибо. Всё, я пошёл.

Профессиональным диверсантом меня назвать сложно, но кое-что в этом деле, как красться и оставаться незамеченным, я понимаю. Да и, по правде говоря, лечебницу не то чтобы сильно плотно охраняли. Посты стояли на перекрестках, патрули ходили, но даже слабая вампирша сможет легко проникнуть.

Хороший вопрос, почему они этого до сих пор не сделали. Целители собраны в одном месте. Убить всех разом проще простого. Видимо, я не понимаю расклад сил в городе, поэтому и не вижу логики.

Как бы там ни было, это нам на руку.

Пробежавшись по темноте, быстро добрался до дворов, где меня уже ждали.

Пора браться за дело.

Глава 4

На машине меня подхватил Альберт. Довёз до места встречи. Где я пересел в фургон и встретился наконец-то с Эммой. Девушка была уже в защитном костюме, но лицо — открыто.

— Мы здесь одни, — предупредила она. — Как ты?

— Я-то в порядке. Сама как? Что на сегодня запланировано? И чем та битва закончилась?

— Тебе с какого вопроса отвечать? — улыбнулась она. — Давай по порядку. Я-то в порядке. Бой простой был. Появилась Клая, но приблизиться не рискнула и свалила. За нами, возможно, последовала. Ну, или кто-нибудь другой. Но мы с гарантией ушли через пустырь, никто точно не проследил.

— Ты знала, что мстителям слили информацию про нападение на целителей?

— На тот момент — нет. Я обратилась к Альберту, сказала, что есть цель, он согласился помочь. Про слитую информацию узнала после. Вышла накладка из-за проблем с информированностью, — вздохнула Эмма.

Мне оставалось лишь выдохнуть сквозь зубы. Эмму я не собирался обвинять. Хотел только понять, как так вышло. Получается, что и правда, имейся нормальная возможность общаться и действовать в открытую, партию можно было бы разыграть совсем иначе и, возможно, спасти целителей.

Но так всегда, когда проигрываешь. Это уже случилось. Выводы делать полезно, но прошлого они не изменят.

— На кого нападём? — спросил я. — Кто у нас сегодня цель?

— Их несколько. Первая — капитан Черепов.

— Опять? — удивился я. — Мы же вроде обсуждали, что трогать их нет смысла.

— Смысл появился. Мы за ними присматривали и выяснили, что они готовят ряд акций, поднимут беспорядки. Поэтому какая-никакая польза будет. Да и внимание отвлечём.

— Тогда слушаю детали.

* * *

Где-то в час ночи, когда стояла кромешная темень, мы атаковали базу, где засел третий капитан Черепов. Операция была совместной. В том смысле, что задействовали и гвардию Чернышовых, и отряд неравнодушных. Ну и мы с Эммой были само собой.

Так как на базе собралась толпа народу, операция прошла в несколько ходов. Сначала мы с Эммой проникли на территорию, я засек, где скрывается нежить. По прошествии обозначенного времени гвардейцы атаковали базу и хорошо так пошумели. Мы же воспользовались неразберихой и добрались до мертвецов. Их двое оказалось. Кажется, оба Капитаны. Ну, уточнять мы не стали.

Про бой нечего сказать. Двое мужчины были послабее Тени. Мы их порубили в два счёта. После чего, пока не набежала толпа, свалили. Там и гвардия отступила. Где-то же в этот момент Эдуард Олегович должен был сообщить военным, что тут намечается бунт. Так что к Черепам на всех парах поспешили суровые люди в форме.

Жертв там будет не избежать, и это легло очередным камнем на меня, но как-то уже… привычно, что ли. Кажется, я постепенно смирялся с тем, что в этом мире люди активно убивают людей.

Мне это не нравилось, но чужой мир — чужие правила.

Возможно, Эхор с этой мысли, когда его достало царящее вокруг насилие, и начал свой путь к божественности. Кто знает, кто знает.

* * *

На этом мы не закончили. Скорее размялись. У Эммы несколько планов было. Если бы тяжелее бой дался, отступили бы и разошлись, удовлетворились малым. Но, как и сказал, сработали чисто, особо не выложились. В некотором роде Черепа были известным и понятным злом. Имелись все основания считать, что третий Капитан будет как минимум не сильнее, а если повезёт, то и слабее той же Тени. Так оно и вышло.

Риск был умеренный, прогнозируемый. Но и результат не такой большой, как хотелось бы.

Совсем иначе дела обстояли со следующей целью. Во-первых, неизвестно, какой силы тварь нас там поджидает. Во-вторых, непонятно, есть ли хоть какой-то смысл её в принципе уничтожать, чтобы изменить общую ситуацию к лучшему. В-третьих, база той твари находилась не в бедном районе, где можно проворачивать всякое разное и никто не заметит, а в элитном, среди чужих, дорогих особняков. В нужном доме, предположительно, обращали в нежить. Хорошая новость заключалась в том, что вокруг пусть и хватало чужих особняков, но слежка показала, что многие жильцы поспешно отбыли, когда эпидемия началась. Свидетелей будет не так много, как в обычное время.

— Ты как? — спросила Эмма, когда мы подъезжали к нужному месту.

Ехали мы с ней в машине вдвоём, отдельно от остальных. Оба в защитных костюмах, разве что вместо шлемов — обычные маски. Возможно, лишняя предосторожность, но нас тут на днях мама Эммы вычислила. Так что чего уж.

— Бодрячком.

— Источник не шалит?

— В пределах нормы. Но прикорнуть пару часов бы не отказался.

— После драки можно будет.

— Какой из? — хмыкнул я. — Это только начало.

— Это начало уже давно идёт, — возразила Эмма. — Мы ещё месяц назад думали, что вот-вот начнётся. По правде говоря, я думала, нежить поактивнее будет.

— Сплюнь.

— Не в машине же.

— Тогда просто не каркай.

— Приехали, — сменила она тему.

Приехали — это мы подкатили к пропускному пункту, который уже захватили. Машина с бойцами проехала дальше, мы за ними. Следом — старенький фургончик, где сидела наша команда поддержки.

Момент истины настал быстро. Дома здесь шли близко к дороге, мы проехали вдоль них, и я ощутил… нечто.

— Засек. Множество целей.

— Некромант? — спросила Эмма, но вопрос остался риторическим.

Это мог быть и обычный лич, у которого есть отряд. Могла быть ещё какая-то гадость, мало её, что ли, в рядах мёртвой армии. Но да, мы рассчитывали достать некроманта. Они не так сильны в прямом боестолкновении. Только вот обычно их окружает небольшое войско и они хорошо прячутся. По сути, некромантов можно отнести к тыловым войскам и снабжению. Но ошибочно считать, что с некромантом на его территории легко справиться.

Эмма остановилась. За ней последовали и другие машины.

— Это там? — первым из фургона выбрался Альберт и подошёл к нам.

— Да. Целей хватит на всех. Держитесь за нами и прикрывайте, — ответил я. — Вперёд.

Наша тактика строилась на неожиданном нападении. Нежити нельзя позволить сбежать. Сомневаюсь, что мы долго останемся незамеченными. Скорее всего, нас почувствовали.

Так что… Как только все выбрались, я набрал скорость и перепрыгнул двухметровый забор. Эмма последовала за мной. Под усилениями это не такая уж проблема, высоко подпрыгнуть.

Нас встретили раньше, чем мы добрались до дома. Прямо из земли, раскидывая комья, на нас выскочил монстр. Это был не человек, какой-то хищник. Не гончая, я таких вообще не видел. Толстая тварь, скорее всего, изменённая собака, какой-нибудь бульдог.

Я прыгнул влево, монстр развернулся за мной, и Эмма зашла ему в бок, пригрозив мечом к земле. Я крутанул оружие и рубанул по морде. Та неожиданно крепкая оказалась, в отличие от бока, куда ранила Эмма. Она выдернула меч и ударила ещё раз. После чего тварь совсем уж прыть потеряла. Добить её не составило проблем.

— А хитро… — сказала Эмма. — Задержать у зверюшки нас получилось.

— Ага, — кивнул я, смотря на выходящих из здания тварей. — Разведку боем решил устроить. Изучает нас, гадёныш. Они ваши! — крикнул я назад и тише добавил: — Не тратим на них время.

— Принято, — коротко ответила Эмма.

И мы сорвались с места. Против нас выставили четвёрку мертвецов обычных. Безмозглые трупы, которые посильнее обычного человека, просто так их не возьмёшь, но ничего выдающегося. И правда, только время на них тратить.

Мы с Эммой разошлись в стороны, и тогда в ход вступили неравнодушные. Полетели техники, и мертвецы отвлеклись. Я на ходу метнул с ускорением шип и разбил стекло. То было в пол, вело на первый этаж, куда-то в гостиную. Ищите дураков, заходить туда же, откуда четвёрка мёртвых вышла. Там нас минимум пара тварей поджидала.

Зря мы опасались, что главный злодей сбежит. Он вышел нас встречать. Гостиная была просторна, красиво обставлена, во вкусе хозяину точно не откажешь. Да и площадь раза в два больше, всем вся моя квартира. Здесь же находилась широкая лестница, ведущая на второй этаж. Вот на неё хозяин поместья и вышел. В халате и тапочках.

Выглядел он как-то невзрачно. Лысая, сморщенная башка. Клочки седых волос по бокам. Торчащие уши.

— Зачем вы окно разбили? — спросил он. — Это невежливо. Могли бы зайти и через дверь. А ещё лучше — сдохнуть вне дома. Теперь кровь придётся отмывать. Ну кто так делает, а? — расстроенно спросил он.

— Охренеть некроманты наглые пошли, — бросил я на ходу. — Давай!

Это было уже Эмме. На этот раз она выдала не высший ритуал жриц, а всего лишь средний. Но и он словно обух по голове для нежити. Простых особей точно скосит минут на пять, а вот некроманта… Он конкретно так полыхнул, его кожу ошпарило, и это подарило мне несколько драгоценных секунд, чтобы пробежать через гостиную и метнуть ещё пару шипов.

Вошли они как надо. Пробили твёрдую плоть, и осколки кристаллизованной Крови разошлись по телу. Там и я подскочил, рубанул мечом. Позиция у меня была неудобная, поэтому целился в бедро. И — попал. Только лезвие застряло в верхнем слое кожи, дальше не пошло. Я не растерялся и, когда некромант уже собирался меня рубануть когтями, выпустил ему стрелу прямо в лицо. На этот раз сработало получше. Глаза ему выжгло, кожу сожгло, показался череп. Я меч отвёл и снова рубанул, заходя в бок. И снова почти нет эффекта. Крепкий, зараза.

Я отступил и сделал Вдох. Мне требовалось около трёх секунд, чтобы Источник наполнить.

Отступил я вовремя. Некромант пришёл в себя и выпустил сотни черных нитей. Личи пользовались лентами, а этот именно нити в ход пустил, толстые, как бечёвка. Ожидая чего-то такого, я заранее перед собой сгусток неструктурированной силы выпустил. В который эти нити и врезались. Отступив ещё на шаг, создал новую стрелу и, когда Эмма влила силы в ритуал, дестабилизируя тёмные техники, в первую очередь нити и вспыхнувшую защиту вокруг некроманта, я атаковал.

Стрела угодила в выпуклое брюхо, разворотила его. Я сделал новый Вдох и повторил.

Когда старику выжгло внутренности, до него дошло, к чему всё идёт. Выпустив облако грязного Масла, он попытался удрать. С помощью всё тех же нитей, рванул на второй этаж. В то же время он натравил на нас всех тварей, что находились в особняке.

Не на тех нарвался. Эмма специально выбрала тот ритуал, который ослабляет мёртвых. Они начали выбегать со всех сторон, влетали в пылающий круг, сбивались, падали, теряли прыть. С одной стороны от Эммы встали гвардейцы, которые начали работать специальным оружием, усиленным Кровью. С другой — Костя начал делать то же самое. Техники никто из них не применял. Ритуал дестабилизировал все энергии, которые были грязнее Крови. То есть работал и против наших бойцов.

Я же, когда некромант рванул наверх, выпустил четвертую стрелу. Та взорвалась, часть нитей разорвало, и старик вписался в стену. Догнав его, принялся рубить мечом. Я не собирался давать ему встать.

Удар, Вдох, удар, Вдох.

Накопил новый заряд, выпустил в упор стрелу. Повторил.

Удар, Вдох…

Снова войти в боевой транс было куда легче. Мир сузился до конкретной задачи. Часть меня рубила мечом, пресекая попытки некроманта выбраться из ловушки. Другая часть тянула Кровь, отрубая все грязные потоки. Третья — направляла Кровь внутри меня, создавала боевую технику и выбирала, когда и куда нанести удар.

Будь я один, эта стратегия не сработала бы. Доберись до меня хоть один мертвец — пришлось бы отвлечься, и некромант вырвался бы из капкана. Сбежал на второй этаж, скрылся в поместье, вырвался бы из-под ритуала Эммы. А там пришёл в себя и обрушил бы на нас всю мощь.

Но всего этого не произошло. Эмма имела богатый опыт противостояния мёртвым. Что и демонстрировала сейчас. Остальные знали, с чем столкнутся, и были подходяще вооружены.

Уже потом я узнал, что в здании находилось полсотни человекообразных мертвецов и пару десятков звероподобных монстров.

Но в тот момент я ни о чем не думал.

Я рубил и наносил один удар за другим.

* * *

Глава ковена в задумчивости положил телефонную трубку. Звонками напрямую его баловали редко. Лучше бы так продолжалось и дальше.

Ночь сегодня выдалась насыщенная. Сразу два нападения.

Первое — на Черепов. Причём было непонятно, что это такое. Подробности пока выяснить не удалось, но вроде как там были замешаны военные. Разбираться глава отправил Клаю вместе с Володимиром. Первая должна была поработать мозгами, а второй — выступить в качестве грубой силы, если потребуется.

Вариантов, кто мог быть ответственным за нападение, хватало. Мстители, аристократы или сам князь, раз уж там военные мелькнули. Если последнее — то плохо. Нет, всегда можно было пойти на обострение, но старший ковен этого не любил, предпочитая действовать из тени. Если ситуация выйдет настолько из-под контроля и начнётся открытая война между нежитью и людьми, то встанет вопрос о его, главе, компетентности. А там и до замены недалеко.

Собственно, это и была одна из причин, почему приходилось действовать с какой-никакой осторожностью. И чтобы князя больше нужного не провоцировать, и чтобы ритуал не сорвали, и чтобы война не вспыхнула. Пусть и короткая, но весь город никто уничтожать не будет, по любому останутся свидетели, что нарушит официальную политику «правления из тени».

Вот глава и думал, что это такое было. То ли князь плюнул на всё и решил реально войну объявить — тогда надо наведаться к нему домой и прикончить, договориться с наследником и обозначить, что шалить сверх меры лучше не стоит. То ли это постарался кто-то другой, и тогда остаются варианты.

Но ладно это. Пару минут назад позвонил мастер плоти и пожаловался, что к нему в гости заглянули неизвестные. Это было уже куда серьёзнее. Черепа — инструмент примитивный, легко заменяемый. Мастер плоти не такая редкость, как мастер болезней, но всё же. Терять его не хотелось. Поэтому мужчина снова набрал помощника, чтобы тот передал Клаи сообщение и та срочно выдвигалась к особняку.

* * *

— Двадцать минут на проверку особняка! — крикнул капитан гвардии. — Тащите всё ценное в машины! Всё подозрительное и непонятное — не трогать, звать меня! Мертвецов стаскивайте в гостиную и притащите канистры!

Некроманта мы убили. Совсем слабый оказался. В прошлой жизни эти твари куда сильнее были. Я на лестнице остался сидеть. Там, где тварь и прикончил. Эмма тоже ритуал прекратила.

На удивление, всё прошло как надо. Даже странно как-то. Обычно планы имеют свойство проваливаться или идти куда угодно, но не туда, куда надо, а тут такая удача.

Порядок действий был заранее определен. Поэтому Эмме не надо было командовать своими людьми. Мы по-прежнему пытались скрыть то, что она девушка. Насколько это возможно. Ростом она немного уступает мне, он у неё где-то сто семьдесят сантиметров. Плюс ботинки военного образца с толстой подошвой. Объёмная одежда, броня под ней. В общем, был шанс, что инкогнито сохраняется. Конечно, Альберт был в курсе, но… А, ладно. На данном этапе это уже не так уж и важно.

Гвардейцы быстро разбрелись по зданию. Команда неравнодушных тоже подключилась. Удивительное дело, но они обошлись без травм. А вот среди гвардейцев парочке мужчин досталось. Отдышавшись, ими и занялся. Благодаря ритуалу можно было рассчитывать, что обошлось без загрязнений. Так что лечение сводилось к латанию даже не ран, а царапин.

Вскоре Эмма пригласила меня в мастерскую некроманта. Не знаю, как назвать это место. Логово? Лаборатория? Да тоже плевать, в принципе. То, что здесь груды тел, есть большие холодильники, где хранились трупы, а также в наличии различные инструменты, крюки, за которые подвешивались образцы, колбы и черт знает что ещё, ничуть не удивило. Что-то такое я и ожидал увидеть. Эмма же показала другое.

— Сейф вскрыли. Он использовал кристаллы, — указала она на добычу.

В наличии было штук пятьдесят кристаллов, похожих на те, что мы у упырихи в соседнем городе видели.

— Сейчас их лучше не использовать, — ответил я.

— Конечно. Потом для планомерного развития используешь.

На этом лично для меня мародёрство закончилось. Всё остальное не очень-то интересно. Всякие документы, устройства… Деньги тоже нашлись. Эмма показала мне пачку сторублёвых. Я лишь хмыкнул. Мертвецам ничто человеческое не чуждо.

И это, пожалуй, хорошая новость. На войне я привык сражаться против нежити, которая действует как единый организм или как почти единый. Поэтому всегда в первую очередь надо выносить управляющее звено. Продвинутых личей и им подобных. Доподлинно неизвестно, за счёт чего они высокой точности координирования достигали, может, за счёт духов, может, ещё за счёт чего, но факт есть факт. Стоило зацепить хотя бы одного мертвеца, и все твари в округе приходили в движение, устраивая облаву и действуя вполне себе тактически грамотно.

Тут же… А что тут. Твари как были тварями, так и остались, но, видимо, мирная жизнь даже у них сильно отличается от военного времени. Никакой слаженности, никакой скоординированности.

Через двадцать отведённых минут поступил приказ покинуть территорию особняка. После чего несколько гвардейцев залили собранные трупы бензином, вышли и подпалили. Полыхнуло знатно.

Любо-дорого посмотреть. Прямо аж душа радуется.

Вспомнились мои боевые братья, с которыми я воевал и которые отдали жизни, чтобы у нас появился шанс продолжить войну. Надеюсь, они как-то узнают, что я не сдался, и улыбнутся там, в чреве бога смерти.

Глядишь, обеспечат ему изжогу.

* * *

Клая с большим удовольствием отсиделась бы в стороне, в надёжном укрытии, пока в городе происходило черт знает что. Гордость высшего существа и властительница судеб отошла на второй план, когда возникла ненулевая возможность лишиться своего положения. В конце концов, в своё время Клая жилы рвала, выслуживалась ради того, чтобы жить и властвовать вечно, а не лишиться головы, как её глупые ученицы.

Поэтому да. В эти дни Клая с удовольствием бы скрылась в убежище, ещё лучше — уехала бы за город.

Но нельзя. Глава дал чёткий приказ. Сначала запугал Володимиром, а вскоре позвонил и сказал, что базу Черепов атаковали и нужно бы проверить, что там случилось. Перед этим взяв с собой Мясника.

Когда в обозначенном месте Клая притормозила, Володомир появился словно из пустоты и заставил женщину мелко задрожать. С ним напрямую она ни разу не встречалась, но слышала о его деяниях не раз. Репутация у него была однозначная. Мяснику плевать, кого убивать. Своих или людей, зарубит любого, на кого укажут.

— От тебя смердит страхом, женщина, — уселся он в машину. — Давай трогай.

Прозвучало это так: давай трогай и найди мне, кого убить, иначе я разделаю тебя, медленно и основательно.

Клая заставила себя успокоиться и повела машину. В это ночное время город казался вымершим, если не считать редких патрулей. Но в нужном районе почти никого не было. Поэтому добрались они без проблем.

— Ну и что здесь? — спросил Володомир, когда они увидели заблокированную военными дорогу.

— Дальше пойдём так и осмотримся.

— Не проще ли напрямую?

— Глава сказал не привлекать лишнего внимания.

— Лишнего внимания не будет, если убить всех, — усмехнулся мужчина.

Клае захотелось выругаться, но она сдержалась. Приказ главы был вполне чётким. Присматривать за Володомиром, сдерживать его порывы. Что будет делать, если Мясник взбунтуется, Клая не представляла.

Неизвестно, чем бы это закончилось. Они вышли из машины, прогулялись. Клая увидела, что Черепов разделали. Капитана не было видно, а вот рядовой состав уложили и прямо сейчас поковали по машинам да увозили. Володомир выказал желание устроить здесь массовую резню. Клая же пыталась разобраться, что происходит. На первый взгляд выглядело так, будто военные атаковали базу, но ведь их могли и навести.

Как бы там ни было, до конца разобраться они не успели. Да и не факт, что смогли бы. Откуда ни возьмись появился незнакомый Клае мертвец. На вид — совсем юнец.

— На мастера плоти напали, — заявил он. — Глава сказал передать вам, чтобы поторапливались.

— А ты кто такой? — надвинулся на него Мясник.

— Не твоего ума дела, — ничуть не испугался парнишка.

Чтобы не доводить до конфликта, Клая поторопила Володомира и поспешила его увести.

* * *

Выезды из города были перекрыты, но делалось это, со слов Эммы, спустя рукава. По крайней мере, хватало всяких дыр. Через несколько таких мы и выбрались за город. Правда, уехали не очень-то далеко. Нужный нам особняк находился возле столицы.

Мы были близки к тому, чтобы заехать в городские кварталы. Те уже виднелись на горизонте. Ночь сегодня стояла ясная, на небе почти отсутствовали облака, поэтому дома можно было разглядеть.

Где-то в этот момент нам навстречу пронеслась машина, в которой я неожиданно ощутил мертвецов.

— Враги, — дёрнулся я.

Всё слишком быстро произошло. Машина ехала без фар, собственно, как и мы, чтобы внимание не привлекать. Ехала она быстро, поэтому я сначала услышал гул мотора, и тут же меня резануло по нервам.

— Группа реагирования, — ожила Эмма. — Вон как мчатся в ту сторону. Разворачиваются…

Я тоже вовсю смотрел в зеркало заднего вида и увидел, как машина дала по тормозам и резко развернулась. Стартовав с места, она набрала скорость и помчалась за нами.

— Сильные там твари?

— Сложно сказать, — ответил я.

— Абы кого разбираться не пошлют. План капкан?

— Да, давай.

— Мне будет нужна твоя сила.

— Помню.

— Тогда начинай копить.

Ехали мы в этот раз посередине. Эмма, пока говорила, мигнула фарами два раза. Давая тем самым понять, что на хвосте враг. Гвардейцы ехали впереди нас и прибавили газу. Эмма тоже ускорилась. Как и компашка мстителей сзади нас.

— Сдай назад, — сказал я. — Догоняют… Вот же…

Я скорее ощутил, чем увидел размытую фигуру, которая выпрыгнула из машины прямо на ходу и метнулась с куда большей скоростью. Понимая, что сейчас произойдёт, я открыл дверь и высунулся наружу, выпуская пригоршню шипов.

Попал — чудом, не иначе. Мертвец притормозил, как и Эмма. Вильнув в сторону, она пропустила Альберта, который был за рулём. Я же создал стрелу и метнул в мертвеца, который опять скорость набрал. Он увернулся, но стрела взорвалась и ошпарила его, сбив скорость. Притормозив, мертвец легко запрыгнул на машину, которая так и гналась за нами.

— Копи! — крикнула Эмма нервно.

Было от чего понервничать. На такой скорости обычные мертвецы двигаться не способны. За нами послали если не элиту, то около того.

Я забрался обратно в машину. Сделал Вдох, пополняя силы. И ещё Вдох, и ещё. Нужно накопить как можно больше запас. Хотя бы пару тысяч…

Тем временем, пока я сосредоточился на Источнике, гвардейцы свернули от города и двинули на пустырь. Чем хорошо действовать с опытными людьми — у них готов план на все случаи, как и пути отступления. Чтобы добраться до пустыря, потребовалось секунд двадцать. Машина шла к нам впритык. Но тут подсобил Костя. Дверь фургона, в котором они ехали, открылась. Эмма вильнула в сторону, Костя ударил техникой, и та угодила в машину. Я увидел, как вспучился капот, и их занесло. Мертвец сверху снова прыгнул и погнался за нами, а сама тачка улетела в кювет.

— Надеюсь, ты готов, — сказала Эмма.

И дала по тормозам.

Готов я был лишь отчасти. А сама девушка не была готова совсем.

Тут бы и пошли первые жертвы, но преследующий нас мертвец почему-то замедлился. Может, увидел, что первый грузовик затормозил и из него полезли люди. Альберт тоже остановился, и команда поддержки выбралась наружу. Эмма затормозила рядом с ними, подхватила меч, который торчал между кресел, и выбралась из машины. Я вышел последним, с трудом удерживая накопленный объем.

Это был самый опасный момент. По факту, я был беззащитен, тратя всё внимание на накопление и удержание силы. Ко мне подбежала Эмма.

— Передавай! — скомандовала она.

Я и передал. Сейчас было не до того, чтобы скрываться. Эмма выдала, что она девушка, но это неважно. От передачи она мигом вспыхнула, засветилась белым. Я полторы тысячи Капель ей передал. Это чудовищно много с её Источником.

Но ничего, справилась. Гвардейцы занимали позиции, готовили ружья. Эдуард Олегович и остальные выставили щит, приняли проверочный удар, прикрыв нас.

Эмма переправила силу в меч, который запылал вместо неё. Я зашёл ей за спину, прицепил подхваченный из машины меч к поясу и положил ладони девушке на плечи. Вдох, Вдох, Вдох… Мы превратились в единый организм, который слился в круговороте силы.

Первым мертвецом оказался мужчина. Вторым — женщина. Клая. Она выбралась из машины и догнала мужчину. Когда они поравнялись, синхронно бросились на нас.

— Во имя рода людского, — скорее прорычала, чем крикнула Эмма.

Голос её звучал властно и подавляюще, по коже у меня побежали мурашки.

— Не убоюсь я врага человеческого, встану щитом между людьми и смертью! — выдала она, и, наконец, защитный контур запылал.

Оба мертвеца отпрыгнули мгновенно. Разорвали дистанцию и оказались за пределами круга.

Плохо, очень плохо.

Мертвец поднял руку и запустил в нас черным сгустком. Тот пересёк черту, вспыхнул и развеялся, не добравшись до нас. Тогда он наклонил голову, кажется, смотря на нас с любопытством, но без какого-либо беспокойства. Клая же смотрела на нас максимально серьёзно, я бы сказал хищно, с опаской.

Сложилась патовая ситуация. Никто из наших, не считая меня, не мог использовать техники для дистанционной атаки. Нежить тоже не могла приблизиться. Пользуясь затишьем, я стал восполнять резерв, готовясь к драке.

Мужчина же, кажется, задумался. Вид он имел… Да брутальный и зловещий, чего уж. Широкий подбородок, волевой. Тяжёлый взгляд. Черные, короткие волосы. Одет в пальто, какое-то старое и потёртое. Под ним виднелись клетчатая рубашка и жилет. Он подошёл вплотную. Выставил ладонь, но барьера не коснулся.

— Это как вы так? — спросил он хорошо поставленным голосом.

— Так тебе и рассказали, урод! — крикнул ему Костя.

— Ты свою-то рожу видел? — парировал мертвец. — Я покрасивее тебя буду.

— А я поживее!

— Это ненадолго, — улыбнулся мужчина. — Ну-ка…

Того, что произошло дальше, никто не ожидал. В первую очередь — Клая. Рядом с ней он оказался быстрее, чем женщина успела отреагировать. Раз — и мужчина схватил её за шею. Два — и он запихнул её прямо мордой в защитный круг.

Женщина вспыхнула, завизжала, её лицо обуглилось. Отдёрнув обратно, мертвец осмотрел раны и откинул Клаю в сторону.

— А он мне начинает нравиться, — тихо шепнула Эмма.

Её, наверное, только я и услышал.

— Никогда такого не видел, — сказал нам мертвец. — Вы кто такие будете?

— А ты подойди ближе, расскажем, — предложил ему Костя.

— Так, может, ты сам подойдёшь, раз такой смелый? Мне-то спешить некуда. Я подожду, пока у вас силы не закончатся. Тогда так же дерзить будешь?

Мне надо ещё секунд десять. Всего лишь секунд десять.

— А если так? — спросил он.

Движения его были едва различимы. Где-то под пальто нашлась перевязь с ножами. Он метнул сразу несколько, без использования энергии, и обычные предметы легко проскочили барьер. Целился он в Эмму, но гвардейцы её прикрывали. Живым щитом. Магический они создать не могли.

Двое мужчин начали завалиться, их подхватили и оттащили назад, Эмму заново прикрыли. Но больше ножей не последовало.

— Отлично, — сказал мертвец. — У вашей защиты есть слабые места. Ну-ка… — сказал он, не дождавшись реакции.

Он прямо у нас на глазах создал топор и затвердил его. А может, и кристаллизовал. Силен. Вот это точно боевик, не то что домашний некромант. Угораздило же нарваться прямо сейчас. Я бы предпочёл сначала выспаться, а потом драться с этой машиной для убийств.

На создание топора у него как раз десять секунд и ушло.

Я перестал стоять у Эммы за спиной и протиснулся между нею и гвардейцами. Это послужило спусковым крючком.

В буквальном смысле. С нами был двадцать один гвардеец. Два отряда и их капитан. Каждый из них держал в руках ружье. Такие даже в армии не у всех были, но дед Эммы расстарался, вооружил отряд. Но главное не это. Обычные пули с имеющейся огневой мощью даже слабому мертвецу не особо повредят. Но Эмма, перейдя на Кровь, сделала запас пуль необычных. Двадцать одно ружье гаркнуло одновременно. Бахнуло, у меня заложило ушли от звона. Часть пуль досталась регенерирующей Клае. Она увернуться и защититься не смогла. Пули сработали даже лучше, чем я ожидал. Её тело буквально разорвало. Не убило, но ущерб был значительный. Как если бы я шипом попал, только ещё сильнее.

Мужчина же справился куда лучше. Вокруг него мигом чёрный щит вспыхнул, который и принял на себя удар.

Но в этом и была его ошибка. Из опыта боев — такая защита не закрывала полностью обзор, но в какой-то мере его снижала. Чем мы неоднократно пользовались, когда воевали. Впрочем, нежить пользовалась тем же самым, потому что наши щиты тоже не были прозрачными.

Изначально Эмма создала круг радиусом в шесть метров. Как раз, чтобы мы все поместились и до нас было сложно дотянуться.

Но это вовсе не было пределом. Она могла и дальше круг расширить в тот момент, когда мертвец Клаей нашу защиту проверял. Отличный был момент. Но тогда я ещё не был готов.

Тяжёлый день в лечебнице, пара боев — я и так был на пределе. Так ещё и пропустил за раз через себя много, давая силу Эмме. Требовалось хоть сколько-то времени на восстановление и подготовку. Что я и сделал.

В один момент сразу несколько вещей произошло. Выстрелы оглушили, серьёзно ранили Клаю. Мертвец прикрылся, и тут круг расширился, накрывая его и задевая. Выпрыгнуть он не успел. Щит снесло и как раз на этот случай трое гвардейцев придержали ружья. Грянули новые выстрелы, и рубашку мужчины разорвало, под ней показалась серая плоть.

Серьёзным ранение это не назовёшь.

Но для остального есть я.

Капкан захлопнулся. Весь план был приведён в исполнение. Не так хорошо, как хотелось бы, но лучше, чем могло бы быть.

На Источник я накинул две техники. Ускорения и усиления, второго уровня. Это было выше, чем моё тело способно выдержать дольше, чем пару минут. Но иначе против этого противника у меня нет и шанса.

Я проскочил мимо гвардейцев, добрался до мертвеца и атаковал его раньше, чем он успел опомниться. Целился по руке, что держала топор — по ней и попал. Этот гад оказался не таким уж крепким. Ещё и ритуал Эммы его ослабил, сжёг верхний слой кожи и защитный слой Масла. Кисть вместе с оружием полетела вперёд, я крутанулся и с разворота полоснул по шее.

Не повезло. Мертвец наклонил голову, и лезвие угодило ему в скулу. Врезалось в кость, но смертельную рану нанести не смогло.

Поэтому я и говорю, что фехтование — для убийства людей. Нежить же рубить надо.

Рука тоже земли коснуться не успела. Черные нити удержали её, притянули обратно. Раз, и он снова готов к бою.

Удар, удар, удар… Я закружил вокруг мертвеца. С каждой секундой он всё больше приходил в себя, регенерировал, прикрывая раненые участки. Вся моя энергия уходила на поддержание техник, ударить той же стрелой я не мог. Время утекало сквозь пальцы, и стало понятно, что один я опять не справлюсь. Моих сил, даже со всеми дополнениями, хватало лишь на то, чтобы отвлекать внимание и держать противника на себе, больно его жалить да уворачиваться от ответных ударов.

Но я был не один. Прошло несколько секунд, и грянул новый залп. В мертвеца врезалось всего несколько пуль, а значит, было решено добить Клаю. Это правильно. Против двоих тварей мы точно не выстоим.

Мой противник это игнорировать не стал. Начал смещаться так, чтобы я между ним и отрядом оказался. Лицо у него сделалось сосредоточенное, без каких-то эмоций и оскала.

Я в его игру играть не собирался. Так и закружили. Он всё пытался меня зарубить, возможно, недоумевая, почему это не получается. Я же жалил и старался подвести его под удар остального отряда.

Эмма свернула ритуал. В нем больше не было смысла. Мужчина стал отдаляться. И это значительно повышало ставки. Ему достаточно сбежать и доложить, что тут видел, чтобы осложнить нам всем жизнь. Поэтому отпускать его было нельзя.

Но правда в том, что оставался он здесь по собственному выбору, а вовсе не из-за наших действий.

— Думаешь… У тебя есть шансы? — остановился он.

Да я и сам остановился, чтобы продохнуть. Сердце бешено колотилось, мышцы пылали и налились тяжестью. От одежды остались рваные клочки, а броня кое-где треснула и была готова вот-вот развалиться.

— Да мы только начали… — пробормотал я, прикидывая, что можно сделать в этой ситуации.

— Вот именно, — улыбнулся мне мертвец.

— В сторону! — крикнули у меня из-за спины.

Я и метнулся в сторону. Мертвец прикрылся щитом, отпрыгнул назад, сформировал технику и ударил навесом, выпустив веер грязных клякс. По площади ударил, тварь.

Только вот и наши действовали с учётом опыта борьбы как раз против таких тварей. Щит разметало ударом Эммы. Грянул новый залп, и мертвеца швырнуло на спину. Это не несколько угодивших пуль, тут его кучно приложили. А следом ещё мстители отметились. Совместной техникой, направленной на подавление и удержание. Что-то похожее я в исполнении гвардии Кузнецовых видел.

Мертвецу это было что чих, но несколько секунд лично мне подарило. Я сделал Вдох, набрал хоть сколько-то Крови и вперёд прыгнул. Меч он на топор принял из положения сидя — сразу подниматься начал. Но я кувыркнулся и, когда над ним пролетал, заряд прямо в упор выпустил, по роже. Заодно оказавшись у него за спиной.

И всё же это была тварь не из простых. Заточенная как раз для борьбы с адептами. Лицо у него вспыхнуло, но глаза он сберёг. Вскочил, сверкнул обожжённой и дымящейся рожей. Ему в спину новая стрела от Эммы прилетела. Слабенькая, но резвости поубавила. Я рубанул по глазам, один выбил. Отпрыгнул, увернулся от топора и…

Закрутив оружие, мертвец на ходу развернулся и бросился обратно к отряду.

«Сука…» — выдохнул я и побежал за ним следом.

Гвардейцы встретили его залпом в упор. Руку мертвецу оторвало, но не ту, что с топором.

Он занёс оружие, взмахнул и сразу двоих зарубил. Чётко по головам ударил, те и разнесло.

Это был полный разгром. Мертвец довернул оружие и ударил ещё раз. На этот раз разрубив гвардейца пополам.

В тот момент я отчётливо осознал, что это поражение. Сейчас он разобьёт отряд, и ничего мы с ним сделать не сможем. Гвардейцы против этой твари словно дети.

А значит… Значит, остаётся только одно.

Отбросив меч, я догнал мертвеца и прыгнул на него. Словно ощутив, следующим движением он метнул топор… в Эмму.

Уже в прыжке я увидел, как лезвие вращается и врезается в неё.

— Нет! — закричал я.

Глава 5

Эмма держала двумя руками меч, уперев его в землю, и контролировала потоки энергий.

Когда Олег вышел вперёд, стало понятно, что он готов. Капкан захлопнулся. В условиях имеющихся у них сил и возможностей, исходя из того, что рано или поздно придётся столкнуться с серьёзным противником, они этот план и разработали.

Сработал он не идеально, но хотя бы сработал.

Эмме доставило отдельное удовольствие, когда эту тварь Клаю накрыл круг света и она запылала, завыла от боли. Пока гвардейцы перезаряжали оружие, а Олег взял на себя мертвеца, эта тварь попыталась отползти. Но не тут-то было. Эмма перестроила потоки силы, и мёртвую суку вжало в землю. Остальное было неизбежно.

Новый залп — и вампиршу разорвало на куски.

— Да что это творится-то… — выдал рядом Костя.

Лицо Эммы прочертила кривая ухмылка. Олег и правда по меркам людей вытворял что-то невероятное, размываясь в воздухе и сталкиваясь с мертвецом. Но это было лишь начало боя.

Так оно и вышло. Сражение набирало обороты. Две тени носились по пустырю, атакуя друг друга. Выстрелы из ружей особого толка не давали.

А потом… Потом всё вышло из-под контроля. Мертвец бросился на них. Эмма увидела, как умирают её гвардейцы. Олег бежал на помощь, но не успевал.

И тут пришла темнота.

* * *

Эдуард Олегович стоял и не знал, что делать и куда податься. Их план и так походил на авантюру, а тут уж и вовсе какой-то бедлам начался. Два ночных боя, а теперь вот это.

— У кого есть мысли, что делать? — озвучил общий вопрос Альберт.

Они все столпились в кучу и наблюдали за поединком. Гвардейцы хотя бы могли стрелять. Им же оставалось только наблюдать.

— Готовиться! — раздался властный женский голос. — Я снимаю ритуал, копите силы!

Приятное тепло исчезло, как и свет. Сразу стало темнее, и на несколько секунд Эдуард Олегович потерял из виду парня и его противника. Что творит Олег не укладывалось в голове. Мальчишка бился как потомственный мечник.

Невозможно. За гранью восприятия.

— Задержите его! — крикнула женщина, что ими командовала.

Эдуард Олегович встряхнулся. Они заранее тренировали общую технику, как раз для такого случая. Раз, два, три… Техника улетела в противника и неожиданно попала.

Только, как их заранее предупреждали, это не имело особого смысла.

— Что делать, мля⁈ — занервничал Альберт.

— Молиться, — припечатала женщина.

— Какое нахрен молиться⁈

— Молиться и верить! В него! Он единственный, кто может спасти нас…

Объяснить свою мысль она не успела. Мертвец развернулся и побежал на них. Так резво, что Эдуард Олегович успел лишь дёрнуться, но не отойти, не убежать, не встретить чем-то.

Росчерк топора, и пролилась кровь. Капли упали мужчине на лицо. Он попятился и упал на задницу. Его затопил самый настоящий ужас. Глаза расширились, и то, что произошло дальше, он разглядел во всех деталях.

Олег догнал мертвеца, но за миг до этого тот метнул топор в женщину. Счёл её самой опасной. Лезвие снесло её, отбросило на землю. Парень закричал, и было в этом крике что-то такое, что пробрало до самой души.

После чего пришёл Свет, и на этом никому не нужном пустыре воспылало солнце.

* * *

Эдуард Олегович смог видеть далеко не сразу. Свет, который разорвал ночь, ослепил и оглушил. Поэтому сначала мужчина только слышал.

Какое-то шипение, бульканье и рычание. Человеческое и нечеловеческое. От чего было страшнее, мужчина бы в жизни не смог определить. Были и другие крики, снова бульканье, выстрелы.

Эта безумная какофония стояла, казалось, целую вечность.

На одних инстинктах, не желая погибать, Эдуард Олегович перевернулся и ползком отправился подальше. Обдирая ладони и колени — но в тот момент его это не волновало.

Звуки закончились внезапно. Будто их кто-то разом выключил. Но это было обманчивое впечатление. На самом деле звуки были. Кто-то стонал, кто-то шуршал и двигался, задевая разбитые куски асфальта.

Эдуард Олегович подумал, что вот и всё. Отбегался. Сейчас срубят голову, и на этом всё закончится. В лучшем случае. В худшем — впереди ждут пытки.

Но ничего не происходило. Точнее, происходило много всего, кто-то даже отдавал приказы, но в голове шумело, из глаз текли слезы, по-прежнему ничего не было видно и общая картинка как-то не складывалась.

Шли минуты. Зрение начало потихоньку возвращаться. Никто не спешил убивать и брать в плен. Вскоре настал тот момент, когда Эдуард Олегович смог смутно рассмотреть, что происходит. Часть гвардейцев точно выжила. Он их узнал по форме. Они что-то делали. Кого-то несли в машину. К мужчине тоже подошли.

— Вы в порядке? Сможете подняться?

— Да, почти пришёл в себя, — ответил Эдуард Олегович, с трудом поднимаясь.

Спрашивающий, не задерживаясь, ушёл. Вскоре Эдуард Олегович смог разобраться, что происходит. Олег, почти голый, лежал рядом с обугленным трупом теперь уже полноценного мертвеца. У того разве что кости уцелели, да и то не все. Жив парень или нет, так сразу сказать было нельзя. Его тело едва светилось, и что это значит, мужчина тоже сказать не мог.

Куда хуже дела обстояли с женщиной. Топор врезался ей в грудную клетку. Убить не убило, но ранило точно неслабо. Сейчас ей оказывали первую помощь. Доживёт ли она до оказания целительской помощи, учитывая тяжесть ранения, сказать было нельзя. Что касается остальных… Если брать их отряд, то он выглядел таким же потрёпанным, как и сам Эдуард Олегович.

— Нужно отвезти парня в лечебницу, — сказал он сам себе.

* * *

Аристарх Павлович поспал в эту ночь всего часа три. И то пришлось буквально себя заставлять, понимая, что если и он сегодня сляжет, то потери в ходе эпидемии будут куда выше.

Ситуация в лечебнице худо-бедно стабилизировалась. Можно было позволить себе и нормальный сон. Но Олег… Когда он пришёл и сказал, что отправляется по делам, и попросил прикрыть, Аристарх Павлович не нашёлся, что сказать. Любые слова не имели смысла. Мужчина уже не раз задумывался, что лучше было бы оставаться в неведении. Думать, что эпидемия, которая разрасталась и грозилась пожрать город, — всего лишь случайность, а не следствие злой воли.

Так ещё и Олег пошёл на какое-то дело. По факту — воевать. Причём не в открытую, а тайно, с высокими ставками. Не ради денег или славы, а чтобы предотвратить беду. Потому что было ясно: пусть сегодня и наступило затишье, завтра пойдёт новая волна больных и лечебница захлебнётся.

Вот и не находил Аристарх Павлович себе места, думая о всяком разном. Чтобы совсем уже нервы себе не истрепать, занимался делом. Помощь-то много кому требовалась.

В семь утра он снова заступил на смену, выслушал первым делом доклады. А в семь пятнадцать его нашёл Эдуард Олегович. Человека из тайной службы он не ожидал, но всё же отвлёкся.

— Вы должны пойти со мной, — заявил мужчина.

— Вы в своём уме? — опешил Аристарх Павлович.

— Там он и она, — ответил Эдуард Олегович.

И целитель как-то разом понял, о ком идёт речь.

— В каком они состоянии?

— Плачевном. Поспешите, пожалуйста.

— Они далеко?

— Мы смогли их подвести в соседний двор. Девушка потеряла много крови. Олег… Сами увидите.

— Так везите их сюда.

— Это не так просто. Слишком много внимания.

— А если я покину лечебницу, это внимания не привлечёт, — фыркнул целитель раздражённо. — Так… Где именно машина?

Эдуард Олегович объяснил и отправился на улицу, дожидаться. Как можно быстрее Аристарх Павлович раздал указания и попробовал, насколько это в принципе возможно, выйти незаметно. Что не получилось. Как минимум один военный патруль проводил его внимательным взглядом, но вопросов задавать не стал.

Вскоре и поджидающий Эдуард Олегович показался. А там и нужную машину нашли. Аристарху Павловичу хватило одного взгляда, чтобы оценить ситуацию. Девушка — в критическом состоянии. Пусть её кто-то подлатал, но рана слишком страшная, тут нужно серьёзное вмешательство. А парень… Здесь Аристарх Павлович понял, что не имеет ни малейшего представления, что с ним. Цвет кожи — бледный. Дыхание — ровное. Видимых повреждений — нет. Только светится чуть-чуть. Что и было самым странным.

Определившись, мужчина взялся за Эмму Чернышеву. Которая оказалась тут непонятно каким образом. Точнее, было понятно, что она спуталась с Олегом, как-то ему помогает… Но тащить девчонку в бой? Ещё и с Эдуардом Олеговичем?

«Все вопросы потом», — подумал мужчина и взялся за работу.

* * *

Я оказался в пустоте. Не фигурально выражаясь, а буквально. Вокруг не было ничего. Но и темноты не было. Лёгкое свечение. Или не свечение, а просто светло.

Мысли где-то «здесь» ворочались с трудом. В первое время. Но и есть ли здесь время, я тоже сказать не мог. Я просто был. Висел в этой пустоте.

Постепенно начал собираться, приходить в себя. Мысли ускорялись, роились, множились. Я стал задумываться, что происходит и где нахожусь. Вспомнил, что участвовал в бою. Вспомнил, и чем тот закончился.

Эмма… Моя Айя.

Страх отозвался глухой болью, но схлынул так же быстро, как и явился. Это напомнило то состояние, когда я сидел в чужом теле. Тогда чувства и эмоции тоже были приглушены.

Я что… Умер? — посетила меня мысль.

Нет, не похоже. Сейчас я видел свои руки и ноги, ощущал потоки силы вокруг. Силы?

Чем больше я замечал, тем больше вопросов появлялось. Но главным так и оставалось то, что сейчас с Айей.

Нет у меня времени на изучение этого места. Нужно выбираться.

Ты только дождись меня, Айя.

* * *

Когда я открыл глаза и очнулся, то первым, кого увидел, был Аристарх Павлович. Он как раз тянул ко мне руку. Собрался заняться исцелением? Или уже исцелил?

Поднявшись, я огляделся, увидев, что нахожусь вовсе не в лечебнице, а в кузове фургона. Рядом лежала Эмма. Она дышала, и с ней явно уже поработали.

— Олег? — позвал меня Аристарх Павлович. — Как ты себя чувствуешь?

Проигнорировав его, я протянул руку и коснулся Эммы. Прикрыл глаза, погрузился… Ну уж нет. Ты не заберёшь мою жрицу, смерть.

Аристарх Павлович с ней хорошо поработал, убрал череду проклятий и ту гадость, что попала в тело с лезвием. Также срастил грудную клетку, защитил сердце. Она выкарабкается, но восстановление займёт слишком много времени. Можно лучше…

Сила хлынула из меня как-то слишком легко.

Или нет?

Да, точно. Обычно она хлынула. Обычно для меня прежнего. А для этого тела — да, легко. Со мной что-то случилось, но разбираться буду позже.

— Олег! — требовательнее позвал Аристарх Павлович. — Ты не в том состоянии, чтобы исцелять!

— Всё в порядке, — оторвался я от Эммы. — Эдуард Олегович, — посмотрел я на мужчину, который тоже здесь был, — все целы? Кому-то ещё помощь нужна?

— Нет, — ответил он. — Жертвы есть, но им уже не помочь.

— Понял, — кивнул я. — Тогда девушку сберечь, отдать её людям, доставить в безопасное место. Сами тоже… Ну, вы поняли, — вспомнил я, что мужчина в этих делах поопытнее будет.

— А ты?

— А меня работа ждёт. Сколько сейчас времени?

— Раннее утро, — ответил Эдуард Олегович.

— Молодой человек, — с нотками гнева заговорил Аристарх Павлович.

— Не сейчас, — перебил я его. — Мне и правда нужно поработать. Или в ближайшую пару дней погибнут десятки тысяч.

— Ситуация пока не настолько катастрофична.

— Настолько, — отрезал я и полез на выход.

Уже снаружи обнаружив, что одежды на мне почти и не осталось.

— И куда же ты собрался идти в таком виде⁈ — ядовито спросил Аристарх Павлович, выбравшись следом.

— Эдуард Олегович, — посмотрел я на мужчину. — Вам придётся раздеться.

— Шутишь? — уставился он на меня.

— Не Аристарха Павловича же раздевать, — резонно заметил я.

Мы поиграли в гляделки и… Эдуард Олегович всё же выкрутился. Он обошёл машину, там переговорил с Костей — его голос я узнал, и вернулся с одеждой. Сам при этом одетый. Ругань с водительского места я тоже услышал.

— Спасибо, — сказал я.

Быстро переодевшись под сердитым взглядом Аристарха Павловича, направился в лечебницу. От такой наглости целитель растерялся, но быстро меня догнал.

— Олег, это переходит все границы, — сказал он недовольно.

— Полностью с вами согласен. Ситуация обострилась. Наш план сработал частично. Думаю, какого-то полезного для города результата не будет. Возможности продолжать тоже не осталось. Да и…

Я запнулся, подумав, что лучше пока не говорить про то, что ощутил в том измерении, в пустоте.

— Что и? — как мне показалось, сердито спросил Аристарх Павлович.

— Да так… Просто нужно продолжать работать, раз уж наш план не удался. Хотя как посмотреть. Я убил того, кто повинен в смерти Федора Измайловича и Дмитрия Даниловича. Это была тварь, Аристарх Павлович. Не человек.

Повисла тишина.

— Я просто не знаю, что сказать на это, — выдал Аристарх Павлович спустя несколько секунд молчания.

— Не надо ничего говорить. У вас своя работа — у меня своя. Всё просто. Мы либо победим, либо тысячи погибнут, а эти твари создадут нового короля.

— Что ещё за король?

— О, поверьте, это не то существо, которое должно появиться в мире. В сравнении с ним все остальные проблемы покажутся пшиком.

— Я тебя не понимаю. Ты в курсе, что выглядишь как безумный и светишься?

— Я в себе, Аристарх Павлович. Ну, почти. Но это в пределах контролируемой нормы.

— Звучит не слишком обнадеживающе, знаешь ли.

— Предложите план получше.

— Я не могу подпустить тебя в таком состоянии к больным.

— Предложите план получше, — повторил я.

Аристарх Павлович не нашёл, что сказать.

И хорошо. Потому что я не шутил, когда сказал, что у меня есть новый план. Первый шаг которого — снова заняться лечением.

Вот так ирония. Уйдя отсюда сражаться, я выиграл три битвы, которые ничего не меняют, и снова сюда вернулся.

Кто бы знал… Но ничего, всё к лучшему. Если бы не та драка, то…

Так, ладно. Надо сосредоточиться.

Когда вышли на улицу, рядом с нами остановилась патрульная машина.

— Аристарх Павлович, всё в порядке? — спросил городовой.

— Да, всё в порядке! — резко ответил мужчина.

Сомневаюсь, что городовой и его напарники поверили. Их взгляды так и прилипли ко мне. Ну да, видок тот ещё. Если я свечусь, не каждый день такую диковинку увидишь.

Главное, что никто нам не стал мешать добраться до лечебницы. Там я притормозил, прислушался к ощущениям и направился в инфекционное. Именно там собирали тяжелобольных, теперь уже на последней стадии.

— Что ты собираешься делать? — спросил Аристарх Павлович, который так и шёл рядом.

— Лечить, что же ещё.

— Ты же сам сказал, что это не устранит корень проблемы.

— Так надо.

— Олег… — голос целителя опять потяжелел.

— Пожалуйста… — попросил я. — Просто немного доверия.

— Пригрел же ученика, — с какой-то злой иронией сказал он.

— То ли ещё будет, — поддержал я его настрой.

Та пустота, куда я попал… Мне сложно точно определить, что это такое. Я лишь могу предполагать на основе обрывков знаний и догадок. Я знал, что боги обитают в каких-то иных измерениях, не в мире людей. Также я знал, что планета, сам мир, вполне себе живая. Кровь земли — это не просто выражение. Это именно что Кровь. Та самая, которую я в том числе использую. Есть ещё Кровь богов… Но не буду вдаваться в подробности, в которых и сам плохо разбираюсь.

Моя догадка сводилась к тому, что происходящему противится сам мир. Ему противна концентрация потоков смерти, которые стекаются в одну точку, где и будет создан король. Также ему не нравится, что здесь хозяйничает бог смерти, который вполне способен уничтожить всю планету, выпить её досуха.

Этот мир меня поддержал. Возможно, не в первый раз. Именно от него я сейчас ощущаю приток силы. Именно поэтому я свечусь, как новогодняя гирлянда, приковывая взгляды всего медицинского персонала.

Меня даже попытались окликнуть, но я прошёл мимо.

Наверное, в этот момент во мне было что-то такое, что мне никто всерьёз не стал препятствовать до самых палат. И там тоже не стали препятствовать.

Что-то во мне определенно изменилось. Теперь я ощущал болезнь куда лучше. Как она скапливается в палатах, передвигается, наносит удары, собирает кровавую жатву. А ещё ей не нравились попытки помешать. Никогда бы не подумал, что проклятие может обладать подобием воли. И тем более не подумал бы, что смогу это ощутить.

Вчера ещё лечебница справлялась, не допускала перехода на тяжёлую стадию. Сейчас же, прямо с утра, появились первые случаи. Возможно, как раз в тот момент, когда Аристарх Павлович отошёл. Не думаю, что это связано. Но и неважно.

Первой я исцелил женщину. Она ворочалась, бредила, её внутренние органы уже начали отказывать. Жить ей оставалось всего пару часов от силы. Я потянулся к ней, прислушался и… Оборвал нити проклятия, которые уходили на план смерти, подпитываясь оттуда. Проклятие разом превратилось в обычное загрязнение, пусть и тяжёлое. Я направил Кровь, чистый поток, прошёлся по телу, вымывая всю грязь, снабжая повреждённые органы столь необходимой энергией и поддержкой. Лечиться женщине ещё долго придётся. Возможно, до конца так и не восстановится. Но жить будет.

Теперь вторая женщина, её соседка. Разорвал нити, прошёлся Кровью по повреждённым местам, подлечил и стабилизировал состояние. Третья женщина. Она держалась получше, но тоже была на грани перехода в финальную стадию. Разорвал проклятие, очистил. Четвертая женщина. Разорвал, очистил.

Всесильным я вовсе не стал. Просто мне помогал сам мир. Пусть мой вклад и был мизерным на общем фоне, но каждый обрыв нитей порождал хаос на той стороне. Вскоре этот процесс наберёт силу и замедлит общее развитие ритуала.

Но главное — я смогу вычислить, где его проводят. Нужно всего лишь как можно больше нитей нащупать и оборвать.

Чем я и занимался, заодно исцеляя.

В дверях меня ждал Аристарх Павлович, но я просто протиснулся мимо и дальше пошёл.

Вторая палата. Третья. Четвертая.

— Свозите всех тяжёлых сюда! — услышал я приказ Аристарха Павловича.

— Да как это возможно⁈ — удивился кто-то из пришлых целителей.

— Да какая к хренам разница⁈ — а это уже Степан Денисович пожаловал.

Но — не отвлекаемся. Я только начал.

Остановился я, когда с запущенными случаями закончил. Их и правда свозили в одно место, прямо в коридор, где я находился. Не пришлось бегать по этажам и выискивать. Удобно. Тех, с кем поработал, на лифте в левой части здания увозили и дальше определяли на лечение. А через лифт, что с правой стороны здания, новых подвозили. Так я и шёл от одного к другому, пока они не закончились.

— Запущенные всё, — предупредил меня Аристарх Павлович. — Олег, прошу, отдохни. Загонишь ведь себя.

Усталость я и правда чувствовал. Но как иначе? Столько силы через себя пропустить. Ещё и не спал вторые сутки.

— Поесть есть?

Кто-то рядом хохотнул нервно, и я увидел Демьяна.

— Найдётся, — заверил Аристарх Павлович. — Демьян, займись!

— Накормлю так, что никуда не убежит! — пообещал парень и чуть ли не силком потащил меня в столовую.

Кажется, он что-то говорил по пути. Я не слушал, если честно. Грубо это, но в тот момент я столько всего воспринимал и анализировал, что не до этого было. Мир и правда мне помогал. Делился информацией. Расширял границы восприятия. Я не просто так именно с тяжёлых начал. Точнее, не потому что они должны были вот-вот умереть.

Каждый умерший — это выплеск большого количества энергии смерти. Часть этой энергии, малая, выплёскивалась в окружающий мир. Большая часть сразу уходила на план смерти. И сейчас там, с другой стороны, формировалось что-то похожее на большое черное облако. Как оно закончит формироваться, сила проклятия возрастёт, распространение пойдёт куда быстрее. Люди начнут сгорать не за неделю, а за считаные часы.

И тогда волна смерти прокатится от лечебницы по окружающим нас жилым кварталам, собирая жатву. Вся эта сила уйдёт в ритуал, и тогда новый король родится.

А пан Алес та ещё сука. Не уверен, что он руководил всем процессом, но точно рассчитывал на то, что лечебница перестанет существовать. Целителей же хотели потрепать, чтобы палки в колеса не ставили. Не думаю, что нежить всерьёз считала, что общему процессу можно помешать.

Но ничего. Ещё посмотрим, кто кого.

Глава 6

Эмма очнулась резко, подобно утопающей, дернулась и сделала порывистый вдох, закашлявшись.

— Тише, тише, — раздался успокаивающий голос рядом. — Ты в безопасности.

Дед придержал внучку и уложил её обратно на подушки.

Эмма ошарашенно огляделась. Последнее, что она помнила, — как ужасающий топор летит в неё и нет возможности увернуться.

«Или это было не последнее?» — впала девушка в ступор, вспомнив, что ощущала… всякое разное.

— Давно я здесь? — спросила она.

Эмма не стала задавать глупые вопросы. Раз отключилась — значит, ранили. Раз уже у деда в доме — значит, и помощь оказали, и доставить успели.

— Пару часов. Тебе прописали покой. Как себя чувствуешь?

— Бывало и получше.

С запозданием навалились все неприятные ощущения. Слабость, сухость во рту, а ещё жжение в грудной клетке. Переведя взгляд на деда и приглядевшись, Эмма разглядела необычайно встревоженное лицо.

— Что ещё тебе доложили? — спросила она. — Что с остальными?

— Всех подробностей я не знаю. Гвардейцы… Те, кто выжил, — сказал Ярослав Дмитриевич с заминкой, — много чего рассказали. В частности то, что ты сильно отличилась, — говоря это, старик смотрел на девушку пронзительным взглядом, стараясь понять, как она освоила новые трюки, которых точно не было в накопленных кланом знаниях.

— Что с Олегом?

— Я не знаю. Для гвардии твой парень остался неизвестным, так-то. Вас двоих в лечебницу увезли. Наверное, очухался уже. Раз уж пришла в себя, не хочешь рассказать, что произошло?

— Погоди, — ответила Эмма. — Мне надо подумать.

— Ну надо же, — фыркнул дед раздраженно.

В тот момент, когда ему доставили внучку и сообщили о потерях, старик испытал ряд крайне неприятных эмоций. Сто раз пожалев, что в принципе втянул Эмму в свою месть. Но сейчас, видя её спокойное, ничуть не испуганное и не растерянное лицо, а наоборот, сосредоточенное и собранное, он выдохнул и ощутил привычное раздражение.

Сама же Эмма погрузилась в себя и постаралась разобраться, что произошло и что происходит с ней прямо сейчас. Для неё это было далеко не первое ранение. Поэтому то, как работают целители, она прекрасно знала изнутри. Погрузившись в себя, Эмма изучила, какие исцеляющие техники на неё наложили и насколько серьезно ранение. Выходило, что спаслась она чудом. Или не чудом, а инстинктивно, собрав Кровь в месте попадания. Как бы там ни было, ранение было неприятным и рассчитывать быстро вернуться в строй не приходилось.

«Плохо, очень плохо», — подумала девушка.

Потому что в остальном… Да, собственно, Эмма так сразу и не смогла определить, что это за остальное такое. Кажется, в момент отключения она куда-то провалилась, что-то ощущала и слышала, но что это за место и что там происходило — ответить не могла. А ещё она чувствовала, что с Элором всё в порядке. Относительно. Будто что-то изменилось, но что именно — тоже непонятно.

Одно Эмма поняла точно. Развязка всего происходящего в городе наступит в ближайшее время и ей надо быть рядом с Элором.

Надо, но тело не позволит. Стоит начать всерьез использовать силу, как наложенные техники слетят, и тогда долго она не протянет.

— Так что с тобой случилось? — не выдержал дед молчания.

— Много всего, — отмерла Эмма. — Как видишь, меня ранили. Зато мы Клаю убили. Этой суке досталась собачья смерть. Ружья отлично сработали.

— Это, безусловно, хорошая новость, — скупо ответил старик. — Но как ты позволила себя ранить?

— Это война, дед. Не бал и не светский раут. Так бывает.

— Но тебя это не пугает.

— А должно? — спросила Эмма, всё ещё погруженная в свои мысли, и поняла, что ляпнула что-то не то.

Она же шестнадцатилетняя девушка. Которая мало того что должна бояться, так ещё и первое серьезное ранение должно было ударить по психике. Чего она не демонстрировала.

— Вообще-то, да. И что за чудеса ты показывала? Что ещё за молитесь и уверуйте в твоего парня? Хотелось бы услышать ответ до того, как ты соберешься с мыслями и придумаешь, как мне соврать.

— Я не собираюсь тебе врать.

— Неужто ты выложишь мне всю правду? — притворно удивился старик.

— Для начала бы я хотела попить.

— А я хотел бы услышать ответы.

— Заставишь страдать внучку от жажды? — также притворно спросила Эмма.

Которая и правда судорожно прикидывала, какую часть правды можно выдать, а какую пока не стоит.

Дед с ловкостью фокусника подал кружку воды, которую приготовил заранее.

— Чего ещё изволишь? Может, тебе плохо? Срочно позвать целителя? — бросил он насмешливо.

Эмма осторожно сделала пару глотков, поморщилась от вполне себе реальной боли и попыталась поёрзать, но быстро затихла — рана чертовски ныла.

— Проблема не в том, что я что-то пытаюсь скрыть. А в том, что не знаю, как преподнести некоторые вещи.

— Только не говори, что ты беременна.

— О нет, — улыбнулась девушка. — У целителей не бывает случайных залётов, знаешь ли.

— Высечь тебя бы ремнём, — вздохнул старик.

— Ну, считай, меня высекли топором, — криво усмехнулась Эмма, чем смутила деда.

— Не смешно, — сказал он, поджав губы.

— Так и не говори глупостей, — отмахнулся Эмма. — Так вот. Проблема в том, что в некоторые вещи трудно поверить, поэтому я не знаю, как тебе сказать.

— Скажи как есть.

— Тогда ты потребуешь объяснений, а прямо сейчас я не готова к обстоятельному разговору. По правде говоря, меня мутит и в глазах двоится.

— Хватит давить на жалость, — строго сказал дед.

Но Эмма видела: его строгость напускная. Старик волновался, чем девушка, к своему стыду, пользовалась.

— И всё же? — спросил он. — Слишком много неясных моментов. Ладно ты ещё спуталась с целителем. Хотя нет. Какой-то юнец-простолюдин — лет сто назад тебя бы высекли за это розгами и услали подальше, чтобы честь рода не позорила. А, ладно… — махнул старик рукой, видя, как Эмма вскинула бровь. — Мне рассказали в подробностях, что этот так называемый простолюдин дрался на уровне мастера и, цитирую, за некоторыми его движениями было нельзя уследить. А ещё он завалил крайне опасную тварь, которая в одиночку вас чуть всех не положила, и после боя светился, как новогодняя гирлянда.

— Светился? — нахмурилась Эмма. — Это не очень хорошо…

— Хорошо или нет, этого я тебе не скажу. Но то, что шестнадцатилетние парни не должны быть настолько сильными, тем более целители — факт.

— Ох, дед… — вздохнула Эмма.

— Кто он такой? — потребовал старик ответа.

— Кто-кто… реинкарнат. Тот, кто помнит прошлую жизнь.

По тому, как старик вздернул брови, стало понятно, что разговор предстоит тяжелый.

* * *

В связи с ухудшающейся ситуацией в городе князь выслушивал один доклад за другим. Иногда это были общие собрания, иногда частные доклады. Часть вопросов касалась обстановки, а другая часть — вопросов конфиденциальных, не для широкой огласки.

С одним из таких вопросов заглянул Сергей Александрович. Он же дядя и глава безопасности.

— Что там? — с ходу спросил князь. — Собрал информацию?

Находился он в большом кабинете, центр которого занимал массивный стол, занятый бумагами.

— Собрал, много чего собрал, — ответил старик, усаживаясь за стол. — Во-первых, ночной пожар и вызов военных. Это наша команда мстителей отметилась. Каким-то образом они двух ковенских убить смогли. Те собрали толпу шпаны и отребья всякого. Главарей шаек уже допросили, те собирались беспорядки раскачать.

— Не знаю, что и думать, — князь откинулся на спинку кресла и сложил толстые пальцы на брюхе. — Дюже ловко наши ребятки этих тварей убивают. В чем секрет? Точно двух гадов убили?

— Точно-точно. Я сам тела уже видел. Военные тоже видели. В измененной форме. Не совсем человеческие тела.

— Фотографии сделал? Или скажешь, мне самому идти смотреть?

— Ничего нового там не было. Твари и есть твари.

— Как скажешь. Так что? Как их убили-то?

— Велишь допросить Эдуарда Олеговича и остальных? Я тому прямые вопросы не задавал, как и было велено.

— Кхм… — прогудел князь, задумавшись. — Нет, держим дистанцию. Но что-то здесь не сходится. Если бы этих тварей было так легко убить, они бы настолько нагло себя не вели.

— А ты мой рассказ дослушай, — усмехнулся старик. — У меня ведь и во-вторых есть, и в-третьих.

— Так говори, — посмотрел князь недовольно. — Не тяни.

— Во-вторых, в районе Рублевского шоссе, в одном из элитных поселков, под утро особняк запылал дюже хорошо. Свидетели видели неизвестных на нескольких машинах. Подробностей выяснить не удалось, но один военный грузов точно был замечен.

— Грузовик? — свёл брови князь.

— Да. Были вызваны пожарные и городовые. Те обнаружили некие странности. Которые оказались скопищем различных тварей как человеческого типа, так и животного.

— Шутишь?

— Нисколько. Таким не шутят.

— Погоди-погоди. Это что получается, кто-то неизвестный в эту ночь нанёс ещё один удар и успешно? — в голосе князя сомнений и скепсиса хватило бы на десятерых.

— Почему же неизвестный. Фургон наших ребят тоже отметился. Конечно, это не точно. Свидетели не особо-то в ночи детали рассмотрели. Но сдаётся мне, они там были.

— Сразу два нападения за раз? Ещё и удачных? Не верю.

— Да, я тоже не поверил. Поэтому перепроверил. Но есть ещё кое-что. Ближе к утру Эдуард Олегович появился возле лечебницы. После чего вышел оттуда с Аристархом Павловичем. Они отошли во двор, где был фургон. Что делали, я не знаю, но догадаться нетрудно, зачем целителя дергать. Раненых подлечить. Возможно, была третья стычка.

— С чего ты решил?

— Особняк мы осмотрели и следов крови не обнаружили. Точнее, не обнаружили следов, что кто-то сильно пострадал. Понятно, что следы можно скрыть, да и пожар… Но и мои люди не просто так свой хлеб едят. Знают, куда смотреть. Судя по следам и тому, как быстро отряд ушёл, можно предположить, что логово, полное разных тварей, они зачистили быстро, — мужчина достал фотографии и показал груду обгорелых тел. — Но было кое-что ещё. На дороге перед рассветом видели яркую вспышку. В том месте нашли следы драки. Спекшуюся кровь, следы пороха. Стрельбу тоже слышали, пусть там и пустой район, но нашлись люди. Моя версия: они ехали от особняка, и кто-то их догнал.

— Но они выжили в третий раз, — заметил князь.

— Да. Догнал одно или два существа. Машину мы их тоже нашли.

— А тела?

— На этот раз не оставили, забрали с собой.

— Получается, они за одну ночь провели три боя против тварей, при этом выжили, по крайней мере, дотянули до оказания помощи, ещё и Аристарха Павловича привлекли?

— Самое интересное другое.

— Ещё интереснее? — хмыкнул князь.

— Аристарх Павлович уходил из лечебницы с Эдуардом Олеговичем, а вернулся с учеником. Олегом Васильевым. Который был странно одет, при этом светился.

— Светился?

— Мне доложили именно так. — развёл руками Сергей Александрович.

— Погоди, — князь подобрался. — Так ученик, этот сирота ведь, да? Я ему награду пожаловал, помню-помню. Святой ещё. Он что, принимал участие в сражении?

— Моя версия, что да. Скорее всего, как целитель.

— Как его втянули?

— Могу только предположить. Он ведь был замешан в деле Черепов. Эдуард Олегович его мог завербовать.

Князь замолчал. Всё это было странно и подозрительно. Чутье подсказывало, что ситуация не так проста, как кажется.

— Тогда почему он светился? — ухватился князь за непонятный момент. — И что значит, светился? Как лампочка?

— Чистым светом, как сказали очевидцы.

— Откуда такой эффект? От того, что он стоял в стороне и подлечивал тех, кого ранили? И кто ещё с ними был? Чья-то гвардия? Другие аристократы решили вмешаться? Слишком много странного в этой ситуации.

— Мы всегда можем допросить Эдуарда Олеговича.

— А сам он намекнуть не желает? — нахмурился недобро князь.

Говорить с ищейкой напрямую князю не хотелось, чтобы сильно не вовлекаться в эту историю. Если Эдуарда Олеговича поймают и допросят, а тот заявит, что князь напрямую помогал, — проблем не оберешься. Их и так хватало, но, как говорится, история может повернуться как угодно и всегда найдутся нюансы. Которые не знаешь, где и как пригодятся. Или с кем в переговорах сыграют свою роль.

— Да и так намеков множество оставил, — ответил Сергей Александрович.

— Надо подумать, — ответил князь. — Но с твоих слов выходит, что у этой команды какая-то запредельная эффективность. Займись этим, постарайся разузнать, что происходит. А я кое-кого в лечебницу отправлю. Что-то этот Аристарх Павлович себе много позволяет. Сколько нейтралитет держал, а тут, кажется, вмешаться решил.

— Его тоже могли завербовать после той истории на границе, в гостинице. Когда пытались убить, — уточнил старик.

— Да я понял, — поджал губы князь. — Могли, почему бы и нет. Тогда его походы к Кузнецовым выглядят совсем иначе.

— Тут мы можем только гадать, — развёл руками Сергей Александрович. — Кого пошлёшь в лечебницу?

— Кого-кого. Жену, — хмыкнул князь. — Заодно покажем, что заботимся о народе.

— Это всегда полезно, — кивнул Сергей Александрович. — Кстати, а на Васильева ведь недавно тоже напали.

— Когда? — насупился князь. — Почему не доложил?

— Вообще-то, доклад у тебя на столе. Где-то среди этих бумаг, — старик кинул взгляд на заваленный стол.

— А словами сказать не мог? — проворчал Юрий Дмитриевич.

— Тогда совещание было, а история не такая уж важная. Но есть в ней ещё кое-что.

— Мне из тебя каждое слово выбивать? — угрожающе сказал князь.

— Напали на него в тот момент, когда он общался с личным слугой Дарины Чернышовой. Матери Эммы, к которой твой младшенький неровно задышал.

— А он там откуда взялся? — вскинул брови князь.

— Попытался отбрехаться, что по личному делу рода, но на него надавили, и выяснилось, что Васильев спутался с Эммой.

— Шутишь?

Старик промолчал, хмыкнув.

— Спутался — это у них отношения, что ли? — уточнил князь.

— Я свечку не держал. У меня и других дел хватает, сейчас как-то не до любовного интереса Ивана. Поэтому выяснение подробностей отложил до лучших времен.

— А ведь Эмма отличная мечница, — призадумался князь. — Помнишь старую историю, как её бабка померла?

— Была версия, что ковен постарался, — покивал старик. — Ярослав Дмитриевич большую обиду затаил. Местью одержим стал. Поэтому в итоге от дел и отошёл.

— Мог внучку натаскать на месть. Но тогда получается, что эта девчонка тварей ковена рубит? Нет, не верю. Совсем это бред.

— О чем и речь. Разбираться и разбираться в этой истории. А ведь ставки повышаются не то что с каждым днем. С каждым часом.

Князь лишь стиснул зубы и угрюмо посмотрел в ответ.

— Это всё? — сухо спросил он.

— Нет, — улыбнулся старик. — На месте последнего боя мы проверили окрестности особо тщательно и кое-что нашли. Стрелять ведь по членам ковена особо смысла нет. Оружие их плохо берет. Поэтому я удивился, чего они ружья-то задействовали, если так хорошо знают, с кем столкнулись…

— Ближе к делу! — перебил князь.

— Вот, — достал из кармана находку Сергей Александрович. — Первичный анализ показал, что это кристаллизованная из очень чистого Масла пуля. Очень крепкая. Смотри, как сохранилась. Хотя машину пробила и внутри застряла.

— Однако, — откинулся князь на спинку кресла. — Они что, какое-то новое оружие придумали?

— Похоже на то, — ответил старик. — Но, как и было сказано, в этой истории ещё разбираться и разбираться. Мы только взялись за дело.

— Тогда продолжай. Не будем спешить с выводами. Целители, Чернышовы, Кузнецовы, новое оружие и мрущие пачками чудовища. В таком деле нельзя ошибиться.

— Мои люди работают.

— Пусть работают. Как невовремя-то. Раскрутить бы это дело, а… — князь махнул рукой. — Что насчёт общего плана?

— Людей я расставил. Готовы действовать. Осталось дать отмашку.

— Тогда ждем, — ответил князь.

* * *

Демьян со мной то ли как с ребенком, то ли как с больным обошёлся. За стол усадил, а сам за едой отошёл. Может, и правильно сделал. Я один остался да внутрь себя погрузился. Задавшись двумя вопросами. Как бы мне ощутить, в какую сторону направлена та гадость, что висит сейчас в плане смерти рядом с лечебницей, и почему мир, если уж помогает, напрямую не скажет, куда идти и где ритуал проводится?

Как ни странно, ответ на второй вопрос я нашёл. На грани восприятия и понимания уловил что-то такое, что объясняло происходящее.

Надо сказать, что мой родной мир куда изобильнее в плане магического искусства и разновидностей адептов. Не скажу насчёт военной части, но в остальном мы значительно превосходили местных. Даже Аристарх Павлович, который здесь один из сильнейших целителей, у нас бы был середнячком. Сам я при этом тоже середнячком был там. И это в целительстве, которым половину жизни занимался. Пусть и на поле боя по большей части.

В общем, в список моих знаний понимание тонких материй не входило. Тут какой-нибудь мудрец нужен, тонко чувствующий колебания энергий. Я же… Это как читать книгу на иностранном языке с плохим словарем. Вроде получается, но медленно и со скрипом. Чаще приходится догадываться, чем напрямую переводить. Процесс настолько сложный, что даже описание подобрать трудно. Так и выходило, что мир-то, может, и рад был бы помочь, направить меня, только я был неспособен понять его послания. Поэтому и приходилось идти «длинным» путем. Самому учиться чувствовать, взаимодействуя с проклятием.

— Олег! — позвал меня Демьян и пощёлкал пальцами перед лицом. — Вернись в реальность.

— Я здесь, — ответил ему, выныривая из пучины ощущений.

— Ага, я вижу. Это становится пугающей тенденцией. Ты и так странный, но это уже перебор. Соберись.

Да я только и делаю, что пытаюсь собраться и найти решение. Но не говорить же об этом вслух.

Постарался сосредоточиться на еде. Получилось отлично. В смысле, аппетит зверский проснулся, и я быстро живот набил. Ещё и за добавкой сходил. Сейчас Кровь сама течет через меня, тело поддерживает. Но Кровь — это не всё, что нужно телу. Кто бы мне сказал, какой откат будет после и переживу ли я его. Но ладно, чего унывать. Лучше ещё одну порцию пюрешки с котлетами наверну. И салатик обязательно. С компотом. Как без них родимых.

Как вернулся, расспросил Демьяна, что происходит.

— Если в общих чертах, то ничего хорошего, — ответил он. — Нет, есть и позитивные моменты, — поправился парень под моим взглядом. — Недавно вон какой-то светящийся целитель заявился, начал лечить как не в себя.

— А если без шуток? — спросил я. — Погибшие есть?

— Если без шуток, то… — призадумался он. — У нас десятка два трупов.

— Откуда? — нахмурился я. — Вроде до тяжелых стадий пока никто не добрался… А, понял. Слабые здоровьем?

— Деталей я тебе не скажу, — пожал он плечами. — Мне никто не докладывает, знаешь ли. Так, общие слухи попадаются иногда. Может, и слабые здоровьем. По крайней мере, это логично.

Здоровье у людей разное, и если его мало, то даже средняя стадия заражения вполне, как мне кажется, способна убить человека. Что-то я об этом не подумал. Получается, проклятие уже собирает жатву. Не так массово, как могло бы быть, но всё же. Жаль, очень жаль. Поделать с этим ничего нельзя. Точнее, можно, но не имеющимися силами. Я тоже тут бессилен. Могу сконцентрироваться и ощутить, где проклятие собирается, но… Смерть не всегда прогнозируема.

— А что в других больницах? — спросил я.

— Там обстановка хуже, но точно не знаю. Говорят, в домах трупы находят. Не все за помощью ведь обращаются. А там пока городовые проверят… Да и будут ли они всех проверять. Только когда родственники беспокоиться начинают или соседи.

— Вот как, — призадумался я.

Ещё один неучтенный фактор. Сколько же у меня времени осталось? И хватит ли сил, чтобы справиться?

Глава 7

Короткая передышка помогла собраться. Я осмыслил часть полученного опыта, разобрался в том, что происходит, а главное, что делать дальше. Собственно, ничего такого. Продолжать лечить. Точнее, даже не лечить… Как бы кощунственно ни звучало, но в данном вопросе лечение было вторично. На первом месте стояло изучение и борьба с проклятием. На первый взгляд это одно и то же, но на самом деле нет. Разные процессы, пусть и сильно связанные.

Я уже настроился, наметил, в какую часть лечебницы идти, когда нас перехватили и попросили заглянуть к Аристарху Павловичу. Попросила медсестра и шепнула, что важные гости пожаловали. Аж сама княгиня с сыном.

Признаюсь, я банально растерялся. Все мои помыслы были устремлены на решение главной проблемы, а тут… княгиня? В смысле, жена князя? И нас с Демьяном ещё зачем-то вызывают?

— Сама княгиня, — округлил глаза Демьян. — Главное, не опозориться, главное, не опозориться, — забормотал он себе под нос.

Я его беспокойства не разделял. Скорее раздражение испытал, что отвлекать будут. Но тут же задумался и одернул себя

Княгиня — это опасно. Я много где наследил, сильно выделился, поэтому за её появлением может стоять вовсе не праздное любопытство. Идти было всего ничего. Как-то подготовиться к разговору и просчитать варианты я не успел. Постарался припомнить, что знаю о княжне — ничего такого. Ну, она есть. На этом мои познания заканчивались. Так себе подготовка к непонятно чему.

Пошли мы не в кабинет, а в комнату для совещаний. На самом деле обычное помещение, где всякое разное проходило, не одни лишь совещания. И обучение персонала, и встречи. Я здесь редко бывал, но место знал. Комната и комната, самая обычная, пусть и просторная. Когда вошли, на нас три пары глаз уставились. Аристарх Павлович выглядел… Да как обычно. По его лицу я ничего понять не смог. Княгиня — впечатляла с первого же взгляда. Сразу видно, дама властная. Лет сорок, худая, в строгом платье, сидела на самом обычном стуле, но сразу чувствовалось, что власть ей знакома не понаслышке. Княжич, как я понял, был средним сыном. Младшего я видел на турнире, а старший, Эмма как-то упоминала, тоже мечник не из последних. Здесь же сидел щуплый юноша в очках, на воина вовсе не похожий.

— А вот и мои ученики, — сказал Аристарх Павлович. — Демьян и Олег.

— Ваше высочество, — выдали мы синхронно и поклонились.

Поклон длился секунды три, и, когда распрямился, я увидел, что княгиня меня рассматривает. Лицо у неё было холодное, без эмоций, так и не скажешь, чего смотрит.

— Так это и есть тот самый Васильев? — спросила женщина. — Наслышана о вас, юноша.

Я промолчал, не представляя, что ей отвечать. Что тут вообще происходит? Зачем аж целая княгиня приехала в лечебницу, в которой полно зараженных? Ещё и сына притащила. Так-то угрозы для них ноль, даже если заразятся, мигом вылечат, но люди обычно не лезут туда, где болезни бушуют. От праздного любопытства точно бы не приехала. И раз меня так разглядывает, то неужто княжеская семья интерес проявить решила? Как-то странно, если честно. Я скорее ожидал, что люди из тайной службы на разговор пригласят.

— Отличного ты таланта нашёл, Аристарх, — продолжила она, не дождавшись от меня реакции. — И лечит за троих, и артефакты создает. Как вам это удаётся, юноша?

Обращалась она формально, на вы. Сложно сказать, что это значит в исполнении княгини. Так-то и Аристарх Павлович почти ко всем на вы обращался.

— Прощу прощения… — мне почти не пришлось изображать смущение. — Но я не совсем понимаю. Если вы о так называемых светильниках, то их создание не только моя заслуга. Мне много кто помогал. Демьян, Федор Измайлович, Аристарх Павлович… Да даже медсестры.

— Ещё и скромный, — улыбнулась женщина. — В вашем возрасте владеть одной лишь кристаллизацией — заявка на гениальность. А если присовокупить к этому всё остальное…

— Боюсь, меня переоценивают, — извиняющимся тоном ответил я. — Я всего лишь младший целитель, которому ещё учиться и учиться.

Женщина понимающе улыбнулась, будто говоря — ну-ну, так я тебе и поверила. А взгляд-то какой, холодный-холодный, заставляющий невольно подобраться.

На какой-то миг я такую усталость ощутил… В прошлой жизни разных людей встречал. Наше общество пусть и отличалось от этого, но сплошь из праведников не состояло. Были и гордецы, и завистники, и просто не очень порядочные люди. Правда, их было мало и каким-то проблем лично мне они не доставляли. Наоборот. За весь свой путь, как в целительстве, так и на войне, я везде встречал поддержку.

Здесь же… Да чего уж. Живые и мертвые активно соперничали за то, чтобы помешать моим планам. Если быть последовательным, то сначала мешали люди, сейчас мешает нежить, но смотрю на княгиню и понимаю, что опять люди первенство занять могут.

— Учиться — это всегда хорошо, — ответила женщина. — Мой сын тоже отучился на целителя. У него была возможность поучиться у лучших, за границей…

Неожиданно упомянутый княжич хмыкнул.

— Заграничные учителя, если в чем и хороши, так это в высокомерии. Поэтому не совсем справедливо, ма-ма, — пропел он это слова на непривычный слуху манер. — Говорить, что я учился у лучших. Хотя, как и сказал, смотря в чем.

Женщина вежливо улыбнулась. Выглядело так, будто слова сына для неё стали неожиданностью.

— Много копий сломано в вопросе, какая школа лучше, — ответила женщина примирительно. — Но заслуги Аристарха Павловича оспаривать нет смысла, они очевидны. Да и учеников он воспитал под стать. Может, и зря мы тебя отправили за границу. Насколько знаю, Аристарх… — перевела она взгляд на целителя. — Вам нужны добровольцы? Мой сын, кажется, горит желанием помочь…

Сергей Юрьевич, а звали его так, если не путаю, криво улыбнулся. А парень-то совсем не разделяет идей служения. Моё восприятие сместилось, и я увидел, что вовсе он никакой не целитель. А вот женщина — она была другой и в некотором роде служила.

Наваждение быстро исчезло, разобраться в нем я не успел и постарался удержать лицо. Дальнейший разговор был ни о чем. Нас больше не спрашивали. Княгиня общалась с Аристархом Павловичем. А мы так и стояли, как идиоты, теряя время.

Бесит.

* * *

Когда супруга вернулась, князь принял её сразу. В городе происходило много всего, и в ближайшее время количество проблем только возрастет. Шла настолько сложная игра, что любая мелочь могла принести как горькое поражение, так и солидные дивиденды.

По правде говоря, князь был близок к тому положению, когда хватаешься за любую соломинку.

Супруга томить не стала, явилась почти сразу.

— Как прошло? — спросил князь обманчиво спокойным тоном.

Женщина притормозила, смерила мужа взглядом, ничуть не обманувшись его игрой.

— Что происходит? — спросила она.

— Много всего происходит. Но, вообще-то, это я тебя спрашивал, как прошла твоя поездка? Как обстановка в лечебнице?

— Я сначала не поняла, зачем ты меня послал туда, — ответила женщина задумчиво, присаживаясь за стол. — Что этот юноша натворил, раз ты им так заинтересовался?

— Слишком талантливый, — ответил князь. — Как он тебе?

— Он меня напугал.

Князь удивленно уставился на жену. Пугливой она не была. Скорее наоборот. При дворе её боялись и уважали.

— Что он сделал? — спросил князь.

— Сделал? — княгиня едва заметно обозначила улыбку. — Сделал — ничего. А вот в плане ощущений от него — есть что-то такое, что меня насторожило и даже испугало. Кстати, сын сказал, что у парня очень большой источник для его возраста.

— Насколько большой? — спросил князь, постаравшись не показывать эмоций.

— Ты и сам знаешь, что Сергей не умеет определять точные значения. Но больше, чем может быть в таком возрасте. Раза в два точно больше.

— Это не так уж и удивительно. Источник развивается от практики, а юноша постоянно в работе.

— Как знаешь, — спокойно ответила женщина. — На обычного сироту он точно не похож. Совсем другая порода. Так что происходит, Юра? Впрочем, ты не ответишь, я знаю. Обещай мне одно — сбереги сыновей. Не надо их использовать в своих играх, — потребовала супруга.

Князь промолчал. Сыновей он как раз и хотел использовать. Слишком ставки высоки, да и судьба у них такая, в важных делах участие принимать.

* * *

Все мы умны задним числом. Иногда так бывает, что делаешь что-то, выкладываешься, а потом доходит, что всё это время ответ был на поверхности.

До конца беседы с княгиней нас держать не стали. Минут через десять Аристарх Павлович отпустил, сказал заняться делом. Отправил школу проверить. Что я и сделал. Сходил туда, точечно вылечил несколько зараженных. Никто мне и слова не сказал поперек. От чего как-то горько стало. Дмитрией Даниилович точно бы повозмущался. Жаль, что погиб.

В школе я ещё на пару часов задержался, поработал с простыми случаями. Обедали мы поздно, пока одно, пока второе. Обратно возвращались, когда уже темнеть начало. Середина осени, считай, темнеет рано. Уже у лечебницы, когда к корпусу шли, заметил, как трупы на каталках вывозят и в машину грузят.

Сразу я этому не придал значения. Успел до корпуса дойти, вычленил, где проклятие сконцентрировалось, наведался туда и ещё с десяток человек излечил. Где-то в тот момент мысль и сформировалась.

Короли, которых я встречал, — это такие трех-четырехметровые гиганты. Самые настоящие боевые крепости весом под тонну. Тогда, перед смертью, я не предавал этому значения. Гиганты и гиганты. Какая разница, кого убивать? Почти никакой, поэтому сей факт как-то затерялся. К тому же его легко объяснить. Вдруг мир, откуда пришёл бог смерти, населен такими гигантами? Но мы-то сейчас в этом мире находимся. Эмма была уверена, что здесь создают элитную нежить, возможно, королей. Для чего проводят сложные ритуал с многочисленными жертвами. А теперь вопрос, которым мне следовало задаться раньше. Как собрать гиганта? Случаем, не из трупов?

А сойдут любые или нужны специально обработанные, например, одной конкретной заразой?

Самое ироничное, обрубая нити, я уже начал ощущать, в каком направлении тянется проклятие. Возможно, к утру взял бы четкий след, но… Зачем, если появилась куда более явная наводка.

Разбираться я пошёл к Аристарху Павловичу. Княгиня к этому моменту изволила отчалить.

— Олег, хорошо, что пришёл. Надо поговорить, — сказал он.

Поймал я его в коридоре, как оно часто бывало.

— Куда свозят трупы? — прямо спросил я.

— На склад, для последующего захоронения, — окинул он меня взглядом, особо не сбившись с мысли.

— Кто за это отвечает? Случаем, не гильдия?

— Не знаю, насколько она вовлечена, как-то не интересовался, но перевозят под присмотром военных, — как-то не очень уверенно ответил Аристарх Павлович, посмотрев на меня с подозрением.

— Нужно узнать. Как можно скорее.

— Опять твои дела, — дернул губой мужчина.

Но отказывать не стал, и вскоре я узнал, что трупы свозят в место, где-то рядом со стадионом, на склад, в морозильные камеры.

— Это нормально? — изогнул я бровь, когда мы снова встретились, теперь уже у него в кабинете.

— Во время эпидемии сложно ожидать нормальности, — ответил Аристарх Павлович. — Трупы-то надо куда-то девать. Их потом кремировать будут. Наверное, — добавил он с сомнением, косясь на меня.

— Да уж, наверное, — хмыкнул я. — Мне нужно отлучиться из лечебницы. Прикройте, пожалуйста.

— Олег…

— Всё нормально, Аристарх Павлович. У меня есть план.

— Знаю я твои планы. Тобой уже княжеская семья серьезно заинтересовалась, — сказал он предупреждающе. — Тебя это совсем не волнует?

— Волнует, конечно. Но смысл волноваться? Если я не справлюсь, то полыхнет так, что остальное будет неважно.

— Да с чего ты взвалил это на себя⁈ — прошипел целитель. — Ты не один! И не должен тащить это на себе!

— Не один, — эхом отозвался я. — Но бывают такие вещи, которые только сам можешь сделать. Не беспокойтесь, Аристарх Павлович. Всё будет хорошо. В крайнем случае — нет, — улыбнулся я и пошёл на выход.

Нужно было кое-что организовать.

* * *

По каким-то причинам конкретно в этот час военных рядом с лечебницей резко поубавилось. Никаких тебе избыточных патрулей.

Это я увидел, банально выглянув в окно. После чего вышел на улицу и прогулялся до ближайшего таксофона. Был шанс, что связь не работает. Также был шанс, что я не смогу дозвониться. Мало ли.

Гудки шли. Минуты три прождал, пока мне в школе меча не ответили. А потом ещё минут пять, пока трубку не взял Владимир Геннадьевич.

— Слушаю, — коротко сказал он.

— Вечер добрый. Простите, что беспокою в такой час, но мне больше не к кому обратиться.

— Что случилось?

— Ну, много чего. Мне не помешает тот, кто умеет обращаться с мечом. Противники будут сложные. С большой долей вероятности мы умрем. Зато увидите кое-что интересное. Тоже с большой долей вероятности.

— Ты ведь в курсе, что предложение звучит как-то очень уж сомнительно? — хмыкнул на той стороне мужчина.

— В курсе. Если откажетесь, я пойму. Но тогда лучше эвакуируйтесь из города. Сколько-то часов у вас есть. Если же согласитесь… Лучше приходите один. Остальные мешаться будут. Арину тоже не берите.

— Куда ехать?

— К стадиону, — обозначил я адрес

— Буду через двадцать минут.

На этом разговор закончился. Мне бы тоже надо как-то успеть.

* * *

Глава ковена обладал способностью чувствовать нежить в округе. Да не просто чувствовать, но и в некотором роде контролировать. Способность эта не была абсолютной и имела ряд ограничений, одно из которых упиралось в расстояние.

Поэтому то, как Клая и Володомир шустро отправились в сторону особняка некроманта, он прекрасно ощутил.

А потом — тишина.

Спустя час мужчина подумал, что они могли отправиться дальше по следу и тот ведет куда-то за город. В конце концов, уехать подальше не самая глупая мысль со стороны тех, кто выступил против ковена. Спустя пару часов мужчина всерьез задумался о том, что что-то могло пойти не так. Но это уже совсем ни в какие ворота не лезло. Убивать всяких капитанов Черепов и учеников — это ещё куда ни шло. Но Володомира? Нет, невозможно.

Где-то на этой мысли пришлось отвлечься. Сидеть и ждать звонка не представлялось возможным. Особенно когда ситуация так обострилась и непонятно, чего ждать. Поэтому на какое-то время глава отвлекся, чтобы лично проконтролировать запуск ритуала. Который начался со скрипом. Мастер болезней запустил распространение вируса, опорные арканы были расставлены по всему городу, и проклятие набирало силы, но… По каким-то причинам делало это медленно. Из-за чего пришлось лично перераспределять потоки сил и залезать в запасы. Что в целом было не критично. Игры с мстителями и устранение своих подопечных были обусловлены не только скукой и необходимостью периодически чистить ряды, но и как раз сокращением расходов, чтобы освободившиеся резервы направить на ритуал.

Правда, мужчина потратил куда больше, чем хотел, но хотя бы ритуал получилось запустить. Остальное — вторично.

Относительно вторично, конечно. Закончив и оставив должную охрану, глава вернулся и узнал, что Клая с Володомиром так и не объявились. Если бы они погнались за кем-то, то Клая, не будь дурой, должна была отзвониться, предупредить. Но она этого не сделала… Поэтому либо дура, либо уже мертва. Причем второе могло произойти и от рук Володомира.

Но почему-то глава был уверен, что эту парочку больше не увидит. Что было поводом как для надежды, так и для беспокойства.

Ситуация не просто вышла из-под контроля. Она пошла в разнос, и случиться могло что угодно. А раз так, то нужно довести партию до конца, отработать все задачи и… Надеяться, что всё наконец-то закончится.

С этой мыслью мужчина отдал несколько распоряжений, отправил парочку посланий, подготовился как следует и принялся ждать.

Пора было убить зарвавшегося князя и погрузить город в пучину смерти.

Глава 8

В который раз убеждаюсь, что все самые великие планы могут разрушиться из-за какой-то мелочи. Владимиру Геннадьевичу я позвонил, скорее, по наитию. Это было спонтанным решением, абсолютно непродуманным. Уже положив трубку, понял, что всерьез и не рассчитывал, что он ответит, а тем более согласится. А уж обещание быть через двадцать минут — это и вовсе подстава.

У меня-то машины нет. Как и того, кто отвезет. Придётся своими ножками топать. Или даже бежать.

Хорошая новость заключалась в том, что упомянутый стадион находился не так уж и далеко. В обозначенный срок я уложился, но побегать пришлось. На улице темно уже, людей почти нет, патрулей тоже не особо-то и много. Вот было бы смешно, если бы меня тормознули и задержали до выяснения обстоятельств. Это был бы самый эпичный провал за всю историю войны против бога смерти.

Пока добирался, прочувствовал, в каком состоянии тело. В неутешительном. Подпитка и широкий поток Крови, что идет ко мне, это хорошо, но на заёмной силе далеко не уедешь. Закончится подпитка — свалюсь.

Нужный стадион располагался на отдалении от жилых домов, огражденный широкими улицами. Я вышел между домов, уставился на него. На освещении в эти дни экономили, поэтому деталей было не разглядеть. Но я и так увидел подъезжающий грузовик. Словно по заказу приехал, чтобы подтвердить мои догадки.

Как и говорила Эмма, нежить совсем не парится.

Это же надо. Забрать целый стадион для создания короля. Почему-то я теперь уверен, что именно его создавать будут. Иначе зачем трупы свозить? Так-то крупной нежити хватает, но… А, ладно, чего гадать. Скоро увижу.

Но всё равно наглость поражает. Это надо же было низвести людей до уровня скота, чтобы они такое позволяли.

Пока Владимир Геннадьевич не явился, я честно задумался, а как воевать-то.

Броня моя, та, которую Эмма подарила и которую я сам лично укреплял… Ну, в общем, нет её. То ли потерял, то ли её разметало, то ли и вовсе испарило. Я так до конца и не разобрался, как того мертвеца завалил. Кажется, именно в тот момент мир и подключился ко мне. Поток силы направил, и я разом большой заряд Крови выдал.

Брони нет. Меч тоже непонятно где. Может, и забрали его с собой, но мне не вернули. Да и не пошёл бы я в лечебницу с мечом. Из союзников тоже никого нет. Как и быстро связаться с отрядом мстителей нет способа. Мог бы позвонить Эмме, но её и так ранили, поэтому не вариант.

А Владимир Геннадьевич… Ну, я его не обманул, когда предупредил, что с большой долей вероятности мы погибнем. Скорее всего, крайне мучительно.

«Эй, мир, — подумал я. — Подсоби ещё разок. Мне оружие нужно. Два комплекта».

Кто бы мне рассказал, что это такое «мир», есть ли у него подобие человеческого разума, в каких категориях он мыслит и как к нему обращаться.

Но, видимо, я обратился правильно, потому что через меня опять поток силы пошёл. Которому я придал форму, укрепил и принялся кристаллизировать, наращивая прочность. В прошлый раз Владимиру Геннадьевичу я оружие укреплял. Но без поддержки слой кристаллизованной Крови разрушится. Поэтому проще так.

Закончив, я ещё кое-что сделал. Немного измененную версию светильника Васильева. Уверен, пригодится.

Чужую машину я заметил через пару минут. Она мигнула фарами и, когда я вышел из арки между домов, направилась ко мне. Маску я себе создал. Прикрыл нижнюю часть лица. Поэтому кто посторонний меня не узнает. Ну разве что задумается, что это за парень в обносках ему не по размеру, с двумя мечами идет.

Владимир Геннадьевич тоже в маске пожаловал, но общий силуэт легко угадывался.

— Вечер добрый, — поздоровался я, залезая внутрь.

— Уверен, что добрый? — спросил он насмешливо.

— Зависит от того, кто победит. Если погибнем, то станет очень печальным для тех, кто в городе. Если победим… Ну, вы поняли.

— Хотелось бы услышать подробности. И ты подготовил мне меч? Я свой прихватил.

— Этот получше против наших врагов будет.

— Опять твари?

— Они самые.

— Так что за повод? У них там, на стадионе, вечеринка?

— Типа того, — хмыкнул я. — А повод самый серьезный. Они что-то типа ритуала проводят. Чтобы создать элитную нежить, на фоне которой тот старикан милой девочкой покажется.

— Это какая же сила у элиты?

— Большая, — ответил я максимально серьезно, и этого хватило.

— Поверю на слово. Что нужно сделать?

— Зайти на стадион и убить всех. Вы меня прикрывайте, а там видно будет.

— Какой продуманный план.

— Время думать прошло, теперь время сечь мертвецам головы. Идемте. Я, конечно, им знатно подгадил, но ритуал всё равно проводят. Силу собирают. Подъедете поближе? Они трупы вон туда свозят, — указал я направление.

Разумеется, на улице трупы никто не выгружал. Грузовик заехал внутрь стадиона. Туда мы и направились. Можно было проникнуть скрытно, но я счёл это глупой идеей. Во-первых, что-то мне подсказывает, что внутри есть люди-помощники, и если кто-то из них нас увидит, то не хотелось бы, чтобы информация ушла дальше. Сбегут ещё, ищи их потом. Во-вторых, даже если внезапно нападём и сможем прервать ритуал, нежить-то останется. Не хотелось бы оказаться в окружении врагов.

Да и не стоило рассчитывать, что легко проникнем незаметно. Понятия не имею, насколько Владимир Геннадьевич умеет скрываться от нежити. Скорее всего, не умеет. В этом деле надо знать, от чего прятаться. Нужен специфический опыт и большие знания. Я сейчас тоже не смогу полностью закрыться. Минус поддержки от мира. Я как гирлянда, сверкаю ярко.

Мужчина остановился возле нужного входа.

— Вы можете чувствовать мертвых?

— Плохо, вблизи получше, — не стал скрывать Владимир Геннадьевич.

— Я их чувствую где-то на расстоянии семидесяти шагов. Заранее смогу предупредить. Что насчёт живых?

— Уверенно тридцать шагов, если это адепты.

— Сойдет. Там внутри нас много кто ждать будет. Поработаете ударной силой?

— Хочешь всю работу на меня скинуть? — хмыкнул он.

— Нет. Буду прикрывать вас дистанционными атаки. Да и другой работки найдется… — прислушался я к ощущениям. — Идемте.

И пошли.

Какими-то особыми мерами предосторожности наши противники не пользовались. Входная дверь была просто открыта. А вот ворота закрывали. Ну да и черт с ними.

Владимир Геннадьевич прошёл внутрь. Там сидели какие-то мужики в спецовках. При виде нас они разве что дернуться успели. Мужчина ударил Маслом, наповал.

— Надеюсь, ты не против, — бросил он мне.

Голос у него был необычайно холодный и сосредоточенный.

— Предателей рода людского я за людей не считаю, — ответил ему.

Внутри ничего не шелохнулось, кроме отвращения. Эти уроды и правда были самыми настоящими предателями. Которые если и не знали всех деталей, то в курсе основных моментов точно уж были. Да и чувствовалось что-то такое… Словно метка на них была. Никогда раньше подобного не ощущал, но мало ли, мои способности прогрессируют.

Складскую зону зачистили за пару минут. Большую часть из которых просто шли и искали путь. Нам попадались грузчики в основном. Видели, как тащат на тележках тела куда-то в глубь стадиона.

Туда и направились.

Когда добрались до центрального коридора, попалась первая нежить. Что не стало неожиданностью. Это был мертвец обыкновенный, без разума, усиленный. Я шип метнул ему в бедро, сбил с ног. Владимир Геннадьевич мечом махнул и голову снес. Я же наклонился и поток Крови в Источник направил, чтобы второй раз не поднялся.

Вскоре стало понятно, почему нежить не особо-то и боится. Если кто к ним заявится, даже если это будет отряд военных, они лишь пополнят количество трупов. Потому что мертвых здесь было завались. И не рядовые твари, а вполне себе крепкие и матерые особи попадались. Но и не элита, как тот урод с топором. Так, середнячки. Созданный мною меч рубил их отлично. Владимир Геннадьевич развернулся вовсю.

Кажется, он немного того, отморозок. Или не немного, так сразу и не скажешь.

Потому что нормальные люди не хохочут, отрубая бошки мертвецам.

Не скажу, что нам легко было, но и не скажу, что сложно. Терпимо. Мечник показывал мастер-класс и на деле доказывал, что не просто так руководит школой меча. Я же в основном поддерживал и следил, чтобы его энергией смерти не задавили. Которой чем дальше, тем больше было.

По правде говоря, я не ожидал, что настолько удачно получится. Мы штук тридцать мертвых нарубили в том коридоре. Удобное место. Нападут либо спереди, либо сзади. Мертвые выбрали набегать исключительно спереди. Более удачную позицию и представить сложно.

В конечном счёте добрались до поля. Ну, или как назвать это центральное место на стадионе, где какие-то игры проходят.

Здесь главная сеча началась. Последний заслон был особо силен. Но ничего. Как-то прорубались вперед.

Должен признать, Владимир Геннадьевич даже по меркам моего прошло мира был сильным воином. Что и демонстрировал. При моей поддержке он на полную раскрылся. Местная нежить явно не привыкла к такому отпору. Ну, или ими кто-то тупой руководил. Посылая на убой.

В конце и зарождающегося короля увидели. Это был здоровенный скелет. Костяк ему уже создали, а вот плоть не до конца нарастили. Не успели.

— Это что ещё за хрень⁈ — выдал глубокомысленное Владимир Геннадьевич.

Я-то знал, что увижу, а вот он мужчина неопытный.

У этой твари одна лишь черепушка где-то в полметра высотой. Зрелище сюрреалистическое, способное выбить из колеи кого угодно. Меня и самого дрожь пробрала. Не только от вида, но и от потоков силы вокруг.

На нас очередной мертвец бросился. На этот раз куда ближе по уровню к элите. Я его, считай, сырым потоком силы встретил. С ладони белый поток сорвался. На самом деле атака была двойной. Я и мертвеца задел, и общий ход ритуала нарушил. Это как в грязную воду растворителя капнуть. Мигом реакции начнутся.

Они и начались. Зашумело, забурлило.

— Это нормально⁈ — услышал я крик Владимира Геннадьевича.

— Ну так! — крикнул я в ответ.

Потоки силы здесь — чудовищные.

Мир подсобил в очередной раз. Очень уж ему хотелось ему плешь заделать. Кровь хлынула из меня, расползлась облаком вокруг. Мужчина ко мне ближе подошёл, взгляд у него нервный сделался. Потоки грязи, что по коже расползались, в облаке Крови быстро смыло, он выдохнул свободно.

В какой-то момент думал, что размажет. Но нет. Стоял, держал оборону, не давал нас разорвать. А там, когда темное марево развеялось, с другой стороны от короля увидел старого знакомого.

Губы сами собой расплылись в улыбке.

Надо же. Пан Алес. Какая встреча.

* * *

Глава ковена собирался убить князя и всех причастных, совместив полезное с полезным, дополнив это приятным.

Ещё раз всё обдумав, глава напряг Секретаря и выяснил, что так хорошо работающая до этого сеть дала сбой. Точнее, это было и так понятно. Потеря своего мертвеца в тайной службе, уход Охары с поста капитана городовых, потерявшаяся Клая, капитаны Черепов — по отдельности каждое из событий ничего не стоило, но всё вместе заметно ослабляло возможность держать руку на пульсе. Но глава выяснил и кое-что другое. Что люди, которые работали на ковен и поставляли информацию, не все, но многие… В общем, по каким-то причинам они не выходили на связь. Кто-то пропал, кто-то уехал из города, кто-то погиб, якобы случайно.

Опять же, это не было фатальным и всё можно было спокойно восстановить. Но глава столкнулся с тем, что прямо сейчас не мог узнать некоторые вещи.

Что, в свою очередь, упиралось в проблему князя и её решение.

Потому что на первый взгляд тот был ни при чем и демонстративно оставался в рамках «Что-то вы совсем наглеете, устрою пару проблем Черепам». Это тянуло на обычный взбрык, но никак не на объявление войны. Обдумав ситуацию ещё раз, глава сделала вывод, что князь по-любому решил зайти за отведенную черту и как минимум знал куда больше. Если и вовсе не способствовал всему случившемуся.

Самое простое было допросить его лично, но глава не обольщался. Пытки не самый лучший способ допроса. Лучше поступить куда изящнее.

Тем более когда ответы сами едут на место встречи.

То было назначено, конечно же, не в особняке, а в запасном офисе для особых случаев.

Сейчас глава как раз сидел там и ждал гостя. За окном царила темнота, накрывал дождь. Отличная погода для темных дел и предательства.

Вскоре дверь открылась, и Секретарь пустил в гостиную Сергея Александровича Московского, дядю действующего князя. Пока что действующего.

Тот зашёл, внимательно осмотрелся. Оглядевшись, он перевёл взгляд на мужчину.

— Волнуетесь? — поинтересовался глава.

— Скорее ожидаю подвоха, — ответил старик. — Вы и есть глава ковена?

— Он самый. Поверите на слово, или нужны доказательства? — бросил мужчина насмешливо.

Сколько таких разговоров было? Глава уже и не помнил. Люди жутко предсказуемы и имеют свойство повторяться.

— Если вы хотите обмануть, уверен, сможете это сделать, — сухо ответил старик.

— Логично. Было бы странно, если бы мы не подготовились. Но всё это пустое, — улыбнулся глава. — Я рад, что вы проявили интерес к нашему предложению.

— Хотелось бы услышать подробности, — Сергей Александрович уселся на диван и уставился на мужчину.

— Спрашивайте. Охотно отвечу на ваши вопросы. Надеюсь, они не будут банальными.

— То есть спрашивать, какого это, жить в новой форме, не стоит? — улыбнулся одними губами старик.

— Почти то же самое, — отразил улыбку глава. — Эмоции притупляются, но полностью не уходят. Как и все физические потребности. Удовольствие от еды, алкоголя, секса и прочего — всё остаётся.

— В чем тогда подвох?

— Это ваш главный вопрос? — прищурился глава.

— Хотелось бы узнать о подводных камнях.

— Пожалуй, главный подвох — скука. Первые лет двести интересно, потом… — мужчина развёл руками.

— И всё? Только скука? — гость не оценил юмора.

— Вы становитесь членом нашей организации и служите в её интересах. Не уверен, что это можно назвать настоящим минусом. Бессмертие, сила, реальная власть — всё это нивелирует то, что вы будете работать на нас.

— Чем же я буду заниматься?

— Оказывать влияние. Чем же ещё? — удивился глава. — Вы ведь не обычный бандит, которого ставят руководить мелкой криминальной группировкой. Займетесь чем-нибудь поинтереснее.

— Звучит слишком заманчиво.

— В этом и прелесть нашей организации.

— А взамен я должен привести своего племянника, действующего князя, в ловушку?

— Что же вы так сразу, — улыбнулся глава. — Впрочем, не буду лукавить. Такой вариант действительно возможен. Думаю, не надо объяснять, что вы должны доказать свою лояльность. Но я не какой-то злодей. Не буду заставлять вас идти против родни. Моё условие будет следующим. Вы выдаёте мне всю информацию о происходящем. Слухи и то, что знаете наверняка, как поддерживали мстителей…

Глава сделал паузу, внимательно отслеживая реакцию гостя. Тот отлично держал лицо, но мужчина и не смотрел на мимику. Запах, биение сердца, пульсирующая кровь и прочие реакции давали ему полную картину. Старику точно было известно многое по озвученному вопросу.

— Что дальше? — спросил он.

— Дальше вы убиваете всех причастных. Что же насчёт вашего племянника… — мужчина не удержался от театральной паузы, — если вы его приструните, то пусть живет.

Это было наглое вранье. Во всем. Старик и правда мог стать ценным активом. На какое-то время. Слишком старое тело, его поддержание будет стоить дорого. Поэтому глава собирался провести ритуал, лишить старика души и заставить дать все ответы. После ритуала врать он уже не сможет. Да и о прежних связях волноваться не будет.

В принципе, ритуал можно было провести и насильно, но зачем усложнять? Соблазнять людей — это то, что доставляло хоть какое-то удовольствие.

— Так просто? — высказал сомнения старик.

— А зачем усложнять? Поймите меня правильно. Всегда есть вариант сравнять дворец, да и весь город, с землей. Но зачем лишние жертвы и шум? Мы правим из тени.

Разговор глава закончить не успел.

Внезапно на плане смерти поднялась буря, которая ударила по мужчине. Ударила не в реальном мире, но эффект был сопоставим с нокаутом. Выпав из реальности, глава не увидел, как Сергей Александрович, который только и ждал подходящего момента, начал действовать.

Глава не знал, что люди Сергея Александровича прочесали поле боя, где погибли Володомир и Клая. Также он не знал, что была найдена одна странная пуля, кристаллизованная из Крови. Сергей Александрович тоже не был в курсе, что это за материал. Но, доверившись интуиции, прихватил с собой мушкет и зарядил его снарядом. Рассудив, что раз эти пули использовали против монстров, и ему не помешает такое оружие.

Когда главу повело, старик откинул полы пальто, выхватил мушкет и выстрелил прямо в голову.

Пуля из кристаллизованной Крови вошла мужчине прямо в череп.

* * *

Если мертвый король выглядел угрожающе и подавляющее, то пан Алес олицетворял собой омерзение и уродливость. Старый упырь в истинной своей форме. Его горб был раскрыт. Собираемая годами сила пошла в дело, на создание короля. Множество выпущенных рук перебирали плоть с поставляемых трупов и направляли её на гигантский скелет.

Когда я подошёл ближе, он как раз наращивал массу на рёбра.

Черви, поедающие труп, выглядят куда приятнее, чем то, что нам открылось.

В прошлой жизни упыри были чем-то вроде мобильных крепостей, которые приходили на поле боя, пожирали трупы, обрабатывали их внутри себя и выпускали наружу. Получались на выходе обычно однотипные мертвецы, поэтому не скажу, чем их работёнка отличалась от некромантской. Возможно, наша вылазка за город чего-то и стоила. Быть может, пану Алесу пришлось заменить убитого некроманта.

Как бы там ни было, подробности я не собирался выяснять. Как и давать себя узнать. Безусловно, это потешило бы меня, но я не юнец, чтобы рисковать понапрасну.

Стоило увидеть пана Алеса, как я сорвался с места. Он меня тоже увидел.

И тут надо сказать, что всем нам невероятно повезло. Чёртов упырь разложился, был с открытым горбом и брюхом, явно не в боевой форме. Также он потратил большую часть своих сил. Вместо свирепой твари мы повстречали… кхм… обслуживающий персонал.

Тем не менее среагировать он успел быстрее, чем я добрался до него и раскроил голову.

Ручки-то королём заняты были, поэтому он открыл проход на план смерти, чтобы выпустить на меня орду духов.

Идиот, ха! Да я уже устал ждать, когда какая-нибудь тварь это сделает!

Стоило проходу открыться, как я достал заранее приготовленный артефакт и метнул его с ускорением. Светящийся шар полетел с такой силой, что снёс вылезающего духа. Света от Крови хватило, чтобы дестабилизировать проход, и тот схлопнулся, пропустив снаряд.

Я не увидел, что там произойдет с той стороны, но воображение живо нарисовало, как темное пространство озаряет свет Крови. Свет, который был направлен на разрушение основы проклятия, что пожирало людей и город…

Полыхнуло знатно. Вовсе не светом. Просто потоки силы, которые и так бушевали вокруг, совсем в разнос пошли. Пана Алеса аж скрючило. Но недолго ему мучиться оставалось. Я, наконец, добрался до него. Первым ударом снес рефлекторно выставленные лапы. Вторым — разрубил морду. Третьим — пронзил Источник.

Тварь крепкая и массивная оказалась. Это не тот горбатый старик с клюкой, которого я видел. В разобранном виде он был куда больше. Но я знал, что с этим делать.

Ещё несколько ударов и пара стрел Крови сделали своё дело. Упырь окончательно издох, превратился в груду костей и дымящейся плоти.

Ох, что тут началось…

Владимир Геннадьевич добрался до меня, мы встали спиной к спине. Я принялся создавать вокруг нас купол из Крови, защищаться от бушевавших сил. А проклятие, надо сказать, имело какую-никакую разумность. Не желая так сразу подыхать, набросилось на нас.

Какое-то время так и стояли. Я пропускал через себя Кровь, создавал стабильную зону вокруг нас. Черные потоки врезались в купол, шипели, испарялись. Кровь тоже испарялась. Буйство сил царило сумасшедшее.

Настолько, что в какой-то момент скелет короля просто размазало. Вместе с ним и часть тел вокруг. Да и трибунам досталось, как и самому полю.

Сложно сказать, сколько это продолжалось.

В какой-то момент я ощутил, что поддержка от мира уходит. Дело было сделано. Язва на его теле уничтожена. Я хотел что-то сказать Владимиру Геннадьевичу, но не успел.

Навалилась тяжесть. Я не устоял на ногах, начал заваливаться. Мужчина успел меня подхватить, опустил на землю.

А дальше — темнота.

* * *

Пуля из Крови вошла в голову главе ковена.

Если бы в то же самое время ритуал создания короля не пошёл в разнос и по плану смерти не прокатился вихрь, он успел бы десять раз увернуться. Но Сергею Александровичу повезло. Чем он и собирался воспользоваться, не желая упускать шанс.

Черепушка, вопреки ожиданиям, не разлетелась. Отбросив ставший бесполезным мушкет, старик выпустил силу. Та оформилась в твердый шип и пронзила сердце главе.

На этом везение старика закончилось.

Глава, испытав самый настоящий шок и давно позабытую боль, пришёл в себя и тоже выпустил силу. Облако грязного Масла выплеснулось наружу, прикрывая. Сам мужчина крутанулся назад, перевалился через диван и отпрыгнул. С такой силой и скоростью, что упал ногами на стену, на ходу ударив себя же сложенными пальцами в голову.

Это было рискованно, но в тот момент, когда пуля из Крови выжигала его мозги изнутри, было не до сантиментов.

Старик в это короткое мгновение успел сложить технику и отпустить её. Главу впечатало в стену, вдавило в неё. Трещины побежали вокруг.

— Что же вы так! — крикнул глава, приходя в себя. — Могли получить бессмертие!

— Сдохни! — выкрикнул старик.

Масло вокруг него забурлило, копья стали появляться одно за другим, но глава, который упал на ноги и пришёл в себя, с легкостью их отбивал голыми руками.

От выплеска силы окна вынесло, мебель разметало.

— Поэтому я и не люблю… — прошипел гневно глава, — встречаться лично.

Выпустив черные ленты, он пробился к старику и спеленал его, подавил защиту и растянул в стороны. Тот закричал от боли, выгнулся, но вырваться уже не смог.

— Оно того стоило? — спросил глава. — Теперь ты мне всё расскажешь, и даже не думай, что смерть будет легкой…

Последнее, что сделал старик, — изогнулся и нагло усмехнулся.

В тот же момент где-то внизу раздался взрыв, здание не выдержало и начало складываться.

* * *

Князь стоял на стене, которую много лет назад возвели его предки, в центре города. Стоял он не просто так. С этой точки было неплохо видно одно конкретное здание, куда уехал на встречу дядя.

Долго ждать не пришлось. Сначала князь увидел, как на верхнем этаже вынесло окна. А ещё через несколько секунд громыхнуло, и здание начало оседать.

Война началась.

Глава 9

Темнота, которая на меня навалилась, не была потерей сознания. Хотя, признаюсь, поначалу я так и подумал, что проваливаюсь куда-то внутрь себя.

Удержался, устоял.

Усиливающие техники слетели, поддержка от мира тоже ушла, усталость, которая накопилась за пару дней на ногах и череду тяжелых боев, дала о себе знать.

Владимир Геннадьевич придержал меня, не дал упасть, а потом шустро потащил на выход. Хотел бы я знать, как он видит ситуацию. Но язык не слушался, и поэтому я расслабился, постарался сосредоточиться на внутренних ощущениях и хоть как-то подправить процессы.

Глаза открыл, когда меня в машину закинули.

— Парень, ты как? — спросил Владимир Геннадьевич.

— Живой пока, — ответил я. — Перенапрягся. Отлежусь, и всё хорошо будет.

Наверное.

— То есть в лечебницу тебя не везти?

В этот момент где-то вдали мы услышали череду взрывов. Настолько мощных, что на случайности это не походило.

— Военные развлекаются, — прищурился мужчина. — Если помирать не надумал, отвезу тебя в школу. Там разберемся.

Возражать я не стал. Пожалуй, это был тот момент, когда стоит смириться. Конкретно сейчас от меня уже ничего не зависит. Я ни как боец, ни как целитель ничего не сделаю.

На этой мысли, расслабившись, я наконец-то отключился.

* * *

Роман Юрьевич, он же старший сын князя, начиная с восемнадцати лет в столице появлялся исключительно в знак поощрения от отца. Который как раз шесть лет назад, перед тем как отправить на первое задание, заявил, что хороший наследник должен разбираться в своих владениях.

На практике это означало постоянные переезды и не всегда интересную работенку. То младшим офицером к воеводам отправят боевого опыта набираться. То инспектировать дальние предприятия. То с аристократами разбираться. То ещё что.

Первые пару лет Роман старался исполнять поручения со всей ответственностью, пока до него не дошло, что эта бессмысленная круговерть будет продолжаться вечно, пока отцу не надоест.

Поэтому то, что его срочно вызвали в столицу, мужчина воспринял с оптимизмом, рассчитывая всерьез поговорить с отцом и прекратить эту чехарду. Хватит, нагулялся и насмотрелся.

Отец неожиданно согласился. Дал добро, сказал, что и правда хватит. Но перед этим последний экзамен. Надо взять крупный отряд личной гвардии и поддержать дядю. По плану, тот должен был зайти в здание на важные переговоры. Если что-то пойдет не так, то, во-первых, нужно уничтожить всех врагов, а во-вторых, обеспечить отход дяди.

Собственно, именно этим Роман и занимался. В назначенный час обеспечил подход отряда к нужному месту. Но вот то, чего он не ожидал, так это мощного взрыва и того, что здание сложится.

Громыхнуло, земля задрожала, поднялся столб пыли.

Княжич растерялся. Как вытаскивать дядю, когда здание рухнуло, он не представлял.

Когда из-под завала выбралась страшная тварь со старческим лицом и принялась убивать одного гвардейца за другим, резко стало не до размышлений.

* * *

Арина занималась тем, что ходили из стороны в сторону по коридору первого этажа.

Их семейство собиралось с утра выехать в загородное поместье. Вещи были собраны, всё подготовлено. Оставалось дождаться утра и уехать.

Арина сидела у себя в комнате, расчесывала волосы и мысленно перебирала, всё ли взяла, когда в дверь постучали. Это был отец. Который в привычной своей манере заявил, что звонил Олег, пригласил на какие-то смертельные разборки и в случае чего, если до утра не вернется, Арина будет за главную.

Объяснять отец ничего не стал. Быстренько свалил, до того как Арина опомнилась и успела его остановить. Да и останови, ничего бы это не поменяло. Если отец не хотел что-то говорить, он этого не говорил. А если дочь или кто-то другой досаждал, то ответ был один: на мечах меня побейте, а потом ответы требуете.

Так и вышло, что Арина осталась одна, не понимая, что происходит. В городе творится черт знает что. В мире, оказывается, существуют настоящие монстры, способные поднимать трупы, а также теневое правительство, которое использует этих монстров. Ещё её знакомый — целитель-перерожденец. А подруга… Ну, или не подруга, а неплохая знакомая, тоже от него не отстает.

Всё это было словно оказаться героиней фантастической книги. Только вот Арина не чувствовала, что она главный герой. Потому что главные герои не сидят и не ждут дома возвращения отца. Девушка слишком хорошо его знала и шутливой манерой не обманулась. Если сказал, что битва смертельная, значит, так и есть.

Но всё кончается. Закончилось и тягостное ожидание. Арина никому не сообщала о том, что отец ушёл. Тот, скорее всего, предупредил мать и охрану, хотя мог и не сказать ничего. Чувство юмора у него специфическое. Как и характер.

Девушка остановилась и прислушалась, когда уловила знакомые колебания силы. Отец умел скрываться от её «взора», поэтому то, что она его засекла, говорило о том, что мужчина позволил это сделать. Сорвавшись с места, она быстро добралась до отца. Резко остановившись, когда заметила у него на плече тело.

— Это Олег? — спросила она, разглядывая чужую, подкопченную задницу.

— Ага, — улыбнулся отец, который выглядел ничуть не лучше. — Идем, надо его положить.

— Он жив?

— Пока да. Крепкий парень. Не должен окочуриться.

Арина кивнула, пока не зная, что и думать. Отец прошёл мимо неё, отправился наверх, девушка за ним. Не сразу сообразив, что он идёт в её комнату.

— Ты зачем его сюда притащил⁈ — зашипела она, заскочив следом.

— А куда ещё? — удивился мужчина, укладывая Олега прямо на пол. — Охрана не в курсе, что у нас гость. Пусть так и остаётся. Слуги тоже не должны знать. Никто не должен знать, — сказал он веско. — Поэтому оставляю у тебя. Будешь о нем заботиться. Ну там подушку ему под голову положи, одеялком накрой, разберешься.

— Ну, знаешь ли! — возмутилась девушка. — Не хочешь объясниться?

— Нет, — качнул головой мужчина. — Я иду пить. До утра меня не беспокой.

От такого ответа Арина мигом всю воинственность растеряла. Было что-то такое в словах отца, что заставило её заткнуться. Что бы с ним ни случилось, он повидал некое дерьмо.

Переведя взгляд на Олега, девушка горестно вздохнула. В таком виде его оставлять было нельзя.

* * *

Проснулся я после обеда следующего дня. О чем узнал не сразу. Глаза открыл, увидел, что за окном светло и несколько секунд лежал, осмысливая сей факт и то, что комната смутно знакомая.

То, что я оказался в спальне Арины, лежащим на полу, стало открытием.

Ну, Владимир Геннадьевич. Что за человек-то такой? Нашёл, куда меня доставить. Спасибо ему, конечно, что помог, но шуточки у него повторяются.

Дергаться не стал. Погрузился обратно в ощущения, проверил, что там с телом. Источник… Да уж, да уж. Источник решил не мелочиться и скакнул сразу до пятисот Капель. Очень серьезная прибавка. Да и отметка тоже уже не детская. Учитывая мои проблемы, не скажу, что новость радостная.

Источник я проверял особо тщательно. Чуть посеревший, но вроде терпимо. Никаких трещин, аномалий или чего-то такого не заметил. Зато от одной мысли сделать Вдох и призвать Кровь натурально замутило. Ясно, намек понял. Ближайшую пару дней силой мне лучше не пользоваться. В идеале — недельку отлежаться и динамику посмотреть.

В самом теле тоже ничего такого не нашёл. Никаких аномалий, ранений или повреждений. На первый взгляд я был абсолютно здоров.

Но стоило попытаться поднять руку… Сразу все последствия и вылезли. Нет, руку-то я приподнял. Только вот ощущение было, будто она весит раза в три больше, чем раньше, ещё и трясется, как у матерого алкоголика.

— Проснулся? — раздался голос Арины.

Я услышал шорох, мягкие шаги и увидел лицо девушки, которая нависла надо мной.

— Привет, — сказал ей, ощутив, как пересохло во рту.

— Сейчас воды дам, — оценила она моё состояние.

Попытка приподняться привела к тому, что я обнаружил себя голым. Не полностью, трусы остались на мне, но всё остальное кто-то любезно снял. Накрыв сверху одеялом с сердечками. Кхе-кхе.

— Что? — спросила Арина, увидев мой взгляд, когда с водой вернулась. — От тебя воняло. Пол мне запачкал. Пришлось раздевать и обтирать. Ты, Васильев, мне за такое по гроб жизни обязан.

— Да я не про это. Откуда у тебя одеяло с сердечками?

— Тебя только это заинтересовало? — фыркнула она, залившись краской. — Или ты ожидал, что у меня пододеяльники с мечами?

— Ага, — честно сказал я, взяв кружку и напившись. — Ладно, шутки шутками, но сколько я провалялся?

— Отец привез тебя вчера ночью. Сейчас третий час дня.

— Что он тебе сказал?

— Ничего. Ушёл пить.

— Ну, его можно понять.

— Что у вас там случилось?

— У отца спросишь. Но лучше не спрашивай, — честно предупредил я. — А то тоже напиться захочешь.

— Пфф… — выдохнула девушка. — Ты помирать-то не собираешься?

— Нет. А если покормишь, то совсем хорошо будет.

— Ты здесь тайно, если что. Ни слуги, ни охрана не знают. Поэтому с покормить будут сложности… Но сейчас соображу что-нибудь. Жди здесь.

— А где моя одежда?

— Выкинута, — сказала как отрезала Арина. — Новый комплект на кресле. Оденься, что ли.

— Мне бы в туалет.

— Как с тобой сложно… — закатила она глаза. — Потерпишь. Я за едой, ты одевайся, потом в туалет отведу.

Арина отсутствовала минут пятнадцать. За это время я умудрился вспотеть, пока одевался. Повреждений явных не было, но тело… Оно даже не болело. Просто отвратно слушалось меня. Да уж, отправиться сражаться или хотя бы самостоятельно добраться до дома — задачки не для меня сейчас.

А уж чего стоил поход в туалет… Ладно, не буду прибедняться. Дошёл кое-как.

— Отцу сказала, что я очнулся? — спросил Арину, когда вернулся в её комнату.

В качестве обеда она мне кашу принесла, парочку бутербродов, миску салата и стакан соку. Поэтому чем заняться мне было.

— Первым делом, — ответила она. — Он передал, что, как будешь готов, ждёт на разговор.

— Я тебя не сильно обременил-то?

— Как сказать. Не храпел — уже хорошо, — улыбнулась девушка.

Посматривала она на меня со смесью любопытства и подозрений.

— Так значит, ты древний воитель против мертвых, — выдала Арина.

— Все вопросы к отцу.

— Да ладно тебе, — попыталась отмахнуться она.

— Я серьезно. Некоторые тайны опасны, а я не хочу тебя подставлять.

— Значит, как обхаживать тебя — так пожалуйся, Арина всегда к твоим услугам. А как объясниться — так нет, опасно.

— Именно, — ответил я невозмутимо.

— Вот так и корми тебя, неблагодарного, — поджала она губы.

Что я тоже проигнорировал. Любопытно ей, видите ли. Так-то я ей очень благодарен, но прямо сейчас не в том состоянии, чтобы вести подобные разговоры. Ляпну что-то не то, а потом расхлебывай. Нет уж, мне хватило одного случая с Зельдой, чтобы запомнить этот урок и поменьше болтать.

Арина поняла, что от меня ничего не добьется, и оставила попытки. Дала мне возможность спокойно доесть и собраться с мыслями.

А мыслей было вагон и пара тележек в придачу. Так сразу и не скажешь, за что хвататься. Срывание ритуала и уничтожение заготовки под короля — это прямое приглашение всей нежити стереть это княжество с лица земли. Участие Владимира Геннадьевича — тоже тема спорная. Мало ли, какие он выводы сделает. Не хотелось бы наговаривать, но я запомнил, с какой легкостью он людей убивал. Пусть я сам их назвал предателями рода людского и против ничего не имел, но… Сдаётся мне, что глава клана, причем боевого крыла, может в какой-то момент решить, что риски слишком высоки. Что нет человека, нет проблемы. После чего от меня тупо избавятся. Вероятность этого я оценивал как низкую, но сбрасывать её со счётов — слишком опрометчиво. Нужно быть осторожнее в грядущем разговоре.

Других тем тоже хватало. Я громко заявил о себе, много где наследил, княжеская семья проявила ко мне интерес. А потом я ещё возьми и пропади. Аристарх Павлович должен прикрыть, но, как ни крути, выглядеть это в любом случае будет подозрительно. Сначала я чудеса целительства демонстрирую, хожу, свечусь, а потом бац, и исчезаю.

Да уж, да уж. Это прямо злой рок какой-то. С того момента, как в столицу прибыл, одна неприятность следует за другой. Как снежный ком наматываются. С другой стороны — я и приобрел много. Знакомство с Аристархом Павловичем, Владимиром Геннадьевичем, Эдуардом Олеговичем. Да чего уж. Одна Айя разом перечеркивала все неприятности.

Но факт есть факт. Всё было бы куда проще, соберись мертвые провести ритуал хотя бы через год. Вариант не вмешиваться и позволить трагедии случиться я не рассматривал. Не просто так дошло до вмешательства аж самого мира. Жертв было бы много. Такого я позволить не мог.

* * *

С Владимиром Геннадьевичем я встретился через пару часов. Арина любезно оставила меня одного. Куда отходила из своей же комнаты, не сказала, но, думаю, ей есть чем заняться у себя в доме.

К отцу она меня провела. Окольными путями, в знакомую переговорную, где мужчина сидел, скрестив ноги, напротив низкого столика, на котором уже стоял чай.

— Пришёл в себя? — спросил он.

— Нет, — не стал я скрывать своё состояние. — Но ходить и говорить могу.

— Отлично. Потому что вопросов накопилось изрядно. Чаю?

— Не откажусь, — я постарался усесться поудобнее.

Сейчас бы предпочёл кресло, желательно мягкое, в котором можно развалиться, но что уж. Потерплю.

— Спасибо, что пришли, — сказал ему. — Ваша помощь пригодилась.

— Да ерунда, — отмахнулся он. — Чтобы я и от хорошей драки отказался?

Владимир Геннадьевич, этот серьезный мужчина, подмигнул мне.

— Какие у вас вопросы? — спросил я, не желая тянуть.

Не то чтобы спешил просвещать его по сложным моментам. Скорее хотелось прилечь куда-нибудь.

— Ох, прямо не знаю, с чего и начать, — насмешливо бросил он. — Для начала — что это за черепушка там была? Здоровенная такая.

— Заготовка под короля мертвых.

Обдумать, что именно рассказывать, я успел, поэтому ответил без запинки.

— Что ещё за король мертвых?

— Кхм… Вам короткий ответ или сразу полноценный?

— Давай полноценный.

— Ну-с, — протянул я. — Тогда слушайте всю известную мне иерархию. Как сейчас дела обстоят, я точно не знаю, информация может быть устаревшей, но общее представление передать смогу. Если брать всех мертвецов, то на нижнем уровне находятся обычные мертвяки. Свежеподнятые трупы. В битве с тем стариком погибших именно так поднимали. Следующий уровень — мертвяки обычные, обработанные, усиленные. Крепкие, быстрые, с когтями. Атаки Маслом на них разве что физического типа действуют. Их способны создавать некроманты и старшие упыри. Последнего вы видели возле скелета.

— Ага, — покивал мужчина, будто я ему что-то обычное рассказываю. — Пока воздержусь от вопросов.

Я хмыкнул и продолжил:

— Дальше идут мертвяки элитные. Эдакие машины для разрушения, но функции могут быть разные. Отдельно стоят всякие духи. Как мелочевка, так и подобия той змеи, которую вы видели. Последняя категория самая интересная. Это твари разумные, обычно с какой-то специализацией. Некроманты или мастера плоти занимаются созданием новых видов. Младшие упыри — собирают жизненную силу с людей, убивая и мучая. Старшие упыри — ну, они тоже собирать могут, в горбу копят запасы. На поле боя превращаются… Это вы тоже видели. Считайте, в живую фабрику. Нам сильно повезло, что упырь слил запас сил на короля. Иначе бы так легко не отделались.

— Я бы не сказал, что было легко.

— Раз мы живы, значит, было легко.

— Смысл в твоих словах точно есть, — улыбнулся мужчина. — А тот старик кем был?

— Какой-то новый вид, отвечающий за распространение болезней, — пожал я плечами. — Силу вы его оценили. Элита, но не самая могущественная.

— Есть твари куда сильнее? Насколько?

— Я к этому и веду. Пытаюсь обрисовать вам общую картину, чтобы как раз про силу понятнее было. Если проводить аналогии, то тот старик — как ваша дочь. Настоящая элита — ну вот разница такая же, как между вами и Ариной.

— То есть в бою против настоящей элиты я не выстою, — резюмировал мужчина спокойно.

— Без шансов, — кивнул я. — Вы и против обычной элиты вряд ли продержитесь долго, из-за захвата территории эманациями смерти. Вас тупо задавят. Плюс Масло — это примитивная сила, состоящая из различных энергий. Против мертвых она не особо эффективна. Следовательно, вам остаются только физические атаки. Это при том, что как раз мертвые будут атаковать энергиями смерти в полную силу. Да и физически они тоже бывают крайне сильны.

— Тогда как против них сражаться? Секрет в твоей силе? Дюже она чистая.

— Моя сила называется Кровь, — приоткрыл я этот секрет. — Если не усложнять, то Кровь — это следующая ступень развития Масла. Чистая сила. Которая достигается за счёт Служения. Клятвы и обеты тоже к этому имеют отношение. Но есть нюанс. Служение чему-то темному не подойдет. Нужно служить человечеству, да и миру в целом.

— И кровь доступна любому? Не только целителю? — нахмурился Владимир Геннадьевич.

Слово «Кровь» он сказал без особого почтения. На что я лишь вздохнул и переносицу потер.

— Знаете, я успел подумать, как разговор вести. Проблема в том, что нужно рассказать слишком много. Я вон уже сколько сказал, а до королей ещё не добрался, — покачал я головой. — Нет, Кровь не доступна любому. Только тому, кто Служит. Воинам тоже. Целители, воины-защитники, жрецы, мудрецы, маги.

— Что ещё за маги и мудрецы? Прости-прости, — выставил мужчина ладони. — Давай по порядку. Про Кровь я понял. Что с королями?

— Нежить отличается по силе, разумности и способностям. Я в своё время делил тварей на офицеров, герцогов и королей… — это была упрощенная классификация, но если сейчас с подробностями начну рассказывать, то разговор на неделю затянется. — По названию, думаю, понятно, что к чему. Офицеры управляли небольшими отрядами нежити. Герцоги — уже несколькими отрядами. Небольшой армией, по сути. А короли… Они способны управлять тысячами тварей. Причем с координацией и тактикой у них всё в порядке. Вот и представьте себе того скелета, покрытого броней из кристаллизованного Масла, способного одним ударом уничтожить квартал, и в то же время управлять десятком-другим тысяч мертвых, в том числе элитными особями. И вся эта масса действует если не синхронно, то около того.

— Тебя послушать, так это существо чудовищно сильно.

— Так и есть.

— И ты их встречал в прошлой жизни?

— Более того, я нескольких умудрился прибить.

— Насколько же ты был силен? — вскинул брови мужчина.

— Ну да посильнее, чем сейчас, — криво усмехнулся я.

Мужчина задумался. Отхлебнул чаю. А потом как-то подобрался, сделался серьезным.

— Это всё очень интересно, но не отменяет главного вопроса. Какие цели преследуют мертвые? И кто они такие? Я считал, что это какая-то организация. С простыми целями в виде богатства и власти. Но если эти короли и правда настолько сильны, то, думаю, не сильно ошибусь, если скажу, что хватит одного, чтобы захватить весь наш мир. Зачем настолько избыточная мощь?

— Это и правда главный вопрос, — медленно кивнул я. — Потому что короли не самые сильные. Над ними стоит император, а над императорами — бог.

— Бог?

— Да. Сверхсущность. А этот мир — всего лишь кормушка для него. Скотобойня, если хотите.

— Бог… — эхом отозвался он.

Начиналась самая неприятная часть переговоров. Мои откровения могли настолько напугать, что реакция могла последовать любая.

Ну что ж, посмотрим, из какого теста сделан Владимир Геннадьевич.

Глава 10

Чужим гостеприимством я пользовался до позднего вечера. Да и то, как посмотреть. Проговорили мы с Владимиром Геннадьевичем часа два. Я постарался обозначить основные моменты, риски, вероятные угрозы, как сам сражался в прошлой жизни.

Дальше оставалось лишь ждать реакции. Информация-то тяжелая, её переварить надо. В лучшем случае у меня появится новый союзник, готовый поддержать. В худшем — меня прикопают по-тихому. Да и если просто перестанут общаться, это тоже будет неприятной новостью. Потому что даже если Кузнецовы, с которыми у меня неплохие отношения сложились, и чей глава так легко пошёл против мёртвых биться, в итоге решат слиться, то чего уж говорить о других аристократах. Можно будет смело утверждать, что поиск союзников, на которых можно положиться, — задача, обречённая на провал.

Как разговор закончили, я у Арины ещё несколько часов провёл. Задремать умудрился. Как стемнело, Владимир Геннадьевич меня домой отвёз.

— Уверен, что хочешь к себе? — спросил он, когда в машину сели.

— Да.

— Как знаешь, — ответил он с неопределённой интонацией. — Мог бы и у нас пару дней провести.

— Слишком много всего сделать надо, — ответил я.

— Тогда, как наладится, заглядывай в гости. И на тренировки, и поговорить.

— Разумеется.

Ехать всего ничего было. Минут через двадцать я уже поднимался в лифте к себе в квартиру. Консьержки не было, поэтому никто моего прихода не видел. Это если за домом не наблюдают. Что было более чем вероятно.

По правде говоря, существовала высокая вероятность, что дома меня будут ждать. Поэтому поднимался наверх я с напряжением, прислушиваясь к ощущениям. Но нежити не чувствовал.

После того, что мы натворили, уже должна последовать реакция. И если до этого как-то можно было объяснить пассивность и самоуверенность мертвецов, то теперь… А, ладно. Чего опять об этом думать. Уйти домой у меня причин хватало. Нужно связаться с Эммой, с Аристархом Павловичем, в лечебнице появиться.

С этого и собирался начать. В лечебницу позвонить.

Но что-то пошло не так. Дверь была открыта. При этом мёртвых я не ощущал. Мелькнула мысль взять и уйти, но ведь где угодно достанут. Разве что из города уходить.

Открыв дверь, глянул, что там, в коридоре. Ничего. Привычный вид. Зайдя внутрь, включил свет, огляделся. Был шанс, что меня люди поджидают, но никого не было.

Зато кое-что другое нашлось.

На кухне, на столе, стояла незнакомая коробка. Ещё раз пройдясь и убедившись, что в доме никого нет, закрыл дверь и вернулся. Открыл коробку. Внутри лежали какие-то старые дневники.

И что бы это значило?

Я взял сложенный лист, который лежал сверху. Развернул, вчитался в строки.

«Здравствуй, Олег, — было написано размашистым, витиеватым и изящным почерком. Или как тебя правильно называть? Это ведь не единственное твоё имя? Надеюсь, я не ошибся, и ты действительно помнишь свою прошлую жизнь…»

На этой строчке брови у меня поползли вверх. Не удержавшись, я глянул вниз и увидел подпись.

«Глава ковена».

Однако.

Вернувшись к началу, продолжил читать.

«Если я прав, и ты реинкартат, владеющий секретом уничтожения мёртвых, то моя смерть не была столь уж бессмысленной…»

Я споткнулся. Что значит смерть? Первая? Или, может, вторая? Что за чертовщина?

«Пойми меня правильно. Я вовсе не хороший парень. Скорее я философ, который прожил больше двухсот лет и понял, что служение моему богу — тупиковый путь. Мне плевать, что человечество всего лишь скот. Но и альтернатива не больше, чем обман…»

Быстро пробежавшись глазами по письму, выдёргивая отдельные фразы, я не выдержал и отложил послание. Постоял какое-то время и пошёл заваривать чай. Каюсь, но всего несколько слов, написанных отправителем с неизвестной целью, выбили меня из колеи.

Создание короля прямо в центре города? Пфф, ерунда.

Мне тут глава ковена пишет, что сдох и решил напоследок подгадить своим коллегам, слив накопленный архив. Если это правда, то на какое-то время можно выдохнуть. Свидетели всех тех случаев, когда мы спалились, привлекли внимание или как-то нашумели, погибли. Капитаны Черепов, Клая, даже пан Алес. Теперь ещё и глава окочурился.

В чем лично я очень сомневался. Как подобное создание могло погибнуть?

Поэтому письмо стоило читать исключительно на холодную голову, воспринимая как попытку манипуляции. Но черт, это же тоже бред. Некто меня реинкарнатом называет. Нет никаких логических причин, чтобы иметь такие подозрения и не уничтожить меня. Если только коробку прислала не нежить, а кто-то другой…

Окончательно запутавшись в умозаключениях, сосредоточился на чае. Заодно проверил холодильник и убедился, что из еды там ничего не осталось. Продукты-то были, но требовалось готовить. Ладно, это подождёт.

Разобравшись с чаем и достав подсохшие пряники, перечитал письмо. Вся его суть сводилась к тому, что глава ковена прекрасно знал, что все мертвецы, включая его самого, не больше чем расходные материалы. И если в конце жизни его пугала смерть, и он всеми правдами и неправдами стремился попасть в ковен, то спустя двести лет подобного существования смерти он бояться перестал.

«Мстители, которых я создавал каждые двадцать лет, были инструментом двойного назначения. С одной стороны, так я чистил ряды ковена и уничтожал тех, кто переставал справляться с обязанностями. С другой — искал тех, кто удивит, сможет дать настоящий отпор. Сто лет бесплотных попыток, и вот у меня появилась надежда…»

Рефлексирующая нежить со склонностью к философствованию, которой надоело существовать и которая задалась вопросом, стоит ли держаться за такое подобие жизни?

Если бы мне кто-то сказал о существовании подобной особи, я бы это даже за шутку не воспринял. Полнейший бред, которого не может существовать.

Но я заглянул в коробку. Где нашлось множество дневников с различными записями. Полистав некоторые из них, сильно удивился. Информация о других ковенах, структура, иерархия, методы воздействия, правила, конкретные имена…

Про чай я в итоге забыл. Вспомнил, когда тот уже остыл.

Часть того, что обнаружил в дневниках, совпадала с моими познаниями. Отсюда возникал вопрос, зачем мёртвым сливать столь ценную информацию о себе? Можно списать на попытку обмануть, но, опять же, зачем? Тем более половина архива на первый взгляд правдива.

В итоге, устав от пустых рассуждений, я отложил вопрос. Глянул на часы, был десятый час. Звонить в лечебницу поздновато. Или нет?

Попробовал дозвониться до нашего с Демьяном кабинета и, неожиданно, получилось.

— Слушаю, — раздался усталый голос.

— Привет.

— О, какие люди, — воскликнул парень. — Объявился, не запылился.

— Как обстановка?

— Тебе краткую версию, или описать всю ту жесть, что творилась?

— Не откажусь от подробностей.

— Да легко! — лихо воскликнул Демьян. — Вчера под ночь взбрык заразы случился. Почти пять десятков трупов только у нас. Множество осложнений у больных. Ещё и в городе что-то нехорошее произошло. Говорят, военные схлестнулись с каким-то монстром, целое здание рухнуло. Людей, кто рядом жил, накрыло тоже. К нам под сотню пострадавших свезли, нагрузка в разы скакнула. Так что невовремя ты решил пропасть. Тебя спрашивали многие.

— Я надорвался. Пока не могу исцелять.

— В смысле надорвался? — опешил Демьян. — Ты⁈

Столько неверия в его словах было, что я аж смутился.

— Это не шутка. Если Аристарх Павлович ещё на месте, то передай ему, пожалуйста. Со мной всё в порядке, но силой пока пользоваться не могу. Думаю, завтра приду.

— Смысл тебе приходить-то? — удивился Демьян.

— Так поработаю. Руки и ноги на месте, работа всегда найдётся.

— Ну, это да, — теперь он уже смутился. — Хорошо, передам.

— Вы всё ещё на осадном положении?

— Хрен его знает. Кого-то отпускают, кого-то нет. Непонятно.

— Ладно, понял. До завтра тогда.

— Давай.

Положив трубку, я озадаченно уставился на стену. Всплеск болезни ночью — это, по всей видимости, когда мы на стадион явились, случилось. Проклятие перед уничтожением взбрыкнуть решило? Не исключаю такой версии, и, получается, моя недоработка стоила жизни и здоровья многим людям.

Захотелось грязно выругаться.

Без всяких сомнений, мы с Владимиром Геннадьевичем великую победу одержали. Особенно учитывая, что нас всего двое было. Да и то, я едва держался. Но погибшие…

На меня навалилась хорошо знакомая усталость. Не физическая, а та самая, которую отлично знают целители и солдаты. Когда борешься, борешься, а твои ошибки и слабости стоят кому-то жизни. И вот вроде бы ты победил, но всё равно тошно.

Постаравшись успокоиться, отправился спать. Демьян ведь ещё кое-что важное сказал. Что было сражение с какой-то тварью, аж здание целое снесли. Неужели и правда главу ковена в тот момент убивали? Если так, то сдаётся мне, это самая большая удача столетия. Но выводы делать рано. Нужно посмотреть, как дальше будет.

* * *

На следующее утро я пришёл в лечебницу. Правда, опоздал на полчаса. Будильник забыл поставить, а организм решил, что ему нужно поспать. Ругать самого себя за это не стал. Если проблема «быстро разросшегося Источника» мне по прошлой жизни была неизвестна, то что такое срыв, я хорошо знал. Сейчас я у себя мог диагностировать срыв малой тяжести, который легко способен перерасти в фатальные последствия, вплоть до разрушения Источника. С этой точки зрения — поспать лишние полчаса не такая уж большая плата. По-хорошему мне вообще минимум неделю надо было отдыхать и избегать любых нагрузок.

Но я так не мог поступить. Зная, что в лечебнице аврал, хоть чем-то, но помогу.

Только вот я не ожидал, как меня встречать будут. Дошёл-то без всяких проблем. Город по-прежнему казался вымершим. Разве что у магазина снова продуктами торговали прямо из машины, и там небольшая толпа собралась. В остальном — ничего нового не увидел. Дошёл до лечебницы, а там взгляд охранника поймал. Тот дюже странно на меня посмотрел, ещё и кивнул как старому приятелю, уважительно.

Не скажу, что у меня с охранником плохие отношения были. Скорее они были просто никакими. До этого он на меня точно так не реагировал.

Какого-то ажиотажа я не заметил. А вот сочувствующих и странных взглядом хватало. Казалось, на меня вообще весь персонал так смотрит. Начиная от старушки, которой пальто сдал в гардеробе, и заканчивая медсёстрами.

Сопровождаемый чужими взглядами, добрался до кабинета, но Демьяна там не обнаружил. Скинул сумку, пошёл искать Аристарха Павловича. Много времени это не заняло. Целитель делал обход, но, увидев меня, отвлёкся.

— Иди ко мне в кабинет, — сказал он, когда я подошёл. — Минут через двадцать приду.

Кивнув, я пошёл обратно. Первым делом ведь его кабинет проверил, но, не застав целителя, отправился уточнять и по этажам гулять. Так что пришлось топать обратно. Там Тамару увидел.

— Олег! — воскликнула секретарша. — Ты вернулся! Почему так рано⁈ — выпалила она на одном дыхании.

— Эм… — растерялся я от такой эмоциональности. — А не должен был?

— Так ты же надорвался, и Аристарх Павлович отправил тебя отдыхать! Нужно было дома отлёживаться! — наставительно сказала она. — Или ты на процедуры?

— Как раз хотел обсудить с Аристархом Павловичем программу восстановления… Он сказал в кабинете его дождаться. Посижу там тогда.

— Конечно-конечно, — закивала Тамара. — Может, водички? Или чай сразу сделать? У меня и печенье осталось.

— Аристарх Павлович обещал быть через двадцать минут… — намекнул я, что лучше к этому времени принести.

— Тогда через двадцать пять всё сделаю. Работы сейчас много, он точно задержится.

Тамара оказалась права. Чай на двоих и печенье она за минуту до прихода Аристарха Павловича принесла. Ну да неважно. Теперь стало понятнее, почему люди на меня такие взгляды бросают. Думаю, не сильно ошибусь, если слухи о том, что я надорвался и поэтому отсутствую, всего за ночь и утро разошлись. Или Аристарх Павлович заранее об этом сказал? Тоже неважно так-то. Чего гадать, если скоро и так узнаю.

Когда мужчина пришёл, он первым делом меня оглядел. Даже не поздоровался. Присмотрелся, поразглядывал, как диковинку, да за стол уселся. Заметил чай и печенье, хмыкнул и взял себе одно. Печенье он любит.

— Живой, — это мне адресовано было.

— Как видите.

— Демьян передал твои слова. Правда надорвался?

— В какой-то степени. Пока без фатальных последствий, но Кровью мне лучше пока не пользоваться какое-то время.

— Хм… — задумался целитель.

Дожевав печенье, он перешёл к делу.

— Вчера, после ночной активности, болезнь значительно ослабла. Скорость её развития упала почти до нуля. Если и сегодня так будет, то за неделю с больными разберёмся. Потом будет долгий период восстановления у тех, кто пострадал, но это уже решаемый вопрос. Как понимаю, ты причастен к странному поведению заразы?

— Да. Её источник уничтожен. Как оно дальше будет развиваться — не скажу. Но, сдаётся мне, то, что затишье наступило, обнадёживающая новость.

— Ну-с, преждевременные выводы делать не будем. Чего в лечебницу-то пришёл?

— Помогать.

— Так ты же надорвался.

— А что, пара опытных рук не нужна? Дайте мне простую работу, помогу, чем смогу.

— Если так, то да. Сейчас со всякой мелочёвкой помогают добровольцы, но пара умелых рук и правда лишней не будет. Но ты уверен? Если действительно надорвался, то тебе покой нужен. Могу посмотреть тебя.

— В этом нет нужды. Думаю, справлюсь. Сами понимаете, без дела в такое время сложно заставить себя сидеть.

Аристарх Павлович помолчал, но кивнул. Он меня хорошо понимал.

— А что вчера-то произошло? Демьян сказал, что какая-то драка в городе случилась.

— Кто его знает, — скривился Аристарх Павлович. — Слухи один хуже другого. Что и адепты дрались, и монстры какие-то, и твари свирепые. Под сотню пациентов с загрязнением средней тяжести. Пара десятков трупов среди гражданских. Военным тоже досталось. Половину крупного отряда уничтожили, — покачал головой мужчина, но тут же притих и куда спокойнее сказал: — По слухам, этот отряд вёл старший княжич. Так это или нет — не знаю. Это как-то связано с твоими делами?

— Напрямую — нет. В смысле, меня там не было. Я в другом месте находился. Кстати, что с трупами? Гильдия трупы свозила на стадион, для ритуала, который мы прервали. Надо бы как-то уладить вопрос.

— Уладить? А трупы… — мужчина озадачился. — Хорошо, разберусь.

— Только аккуратно, чтобы никто не понял, что вы в курсе.

— Сделаю. А если в целом, сам-то как?

Мы поговорили, обсудили всякое разное. Аристарх Павлович дал расклады, что в лечебнице происходит. Если в целом, то ничего принципиально нового. Если бы не общая усталость целителей, то быстро бы справились с проблемой, а так приходилось делать ротацию и постоянно лавировать.

Ну да, как и сказал, ничего нового. Та же самая ситуация, что и пару дней назад, но теперь с шансом на то, что начнётся положительная динамика.

«Пока в старшем ковене не узнают о случившемся и не пришлют отряд зачистки», — поправил я себя.

* * *

Весь день занимался всяким разным. То в лаборатории с анализами разбирался, то в хирургическом на перевязках стоял и обходил пациентов, то ещё что.

Видел Демьяна. Он обычным очищением занимался. Намекнул ему, что вопрос угроз решён и можно чуть расслабиться. Не уверен, что это действительно так, но смысл парня лишний раз беспокоить. Его нервы ничего не изменят. Да и сам факт того, что за ним тоже до сих пор так никто и не пришёл, позитивен.

Неожиданностью стало ещё кое-что. Меня в школу отправили. Та так и принимала больных. То, что болезнь пошла на спад, а это к обеду подтвердилось, ничего не меняло. В городе по-прежнему оставалось много заражённых, которые за помощью по каким-то причинам не обратились. В общем, отправился я туда и столкнулся в коридоре с Ольгой, дочкой Аристарха Павловича.

— А ты тут что делаешь? — удивился я, когда девушка рядом остановилась.

Ну, не то чтобы остановилась. Я по коридору шёл, она из комнаты выходила, вот мы и столкнулись.

— Тебя это не касается, — прохладно ответила она.

— Да, ты права, — опомнился я.

И дальше пошёл. Вопрос глупый ей задал. Судя по белому халату, она здесь добровольцем работает. Неожиданно немного. Это её Аристарх Павлович, что ли, заставил? Сам мужчина ничего не сказал и не предупредил. Прохладный тон тоже ни о чем не говорил. Девушка вполне могла оставаться обиженной на меня. Что, как ни странно, не обязательно должно ей мешать помогать людям. Да и целителем быть тоже, если уж на то пошло. А если совсем честно, то целители и вовсе не должны быть «добряками». Следовать клятвам, со всей ответственностью исполнять обязанности — это да. Но быть милыми и приятными для всех — нет, это в обязательства не входит. Поэтому я допускаю, что можно быть той ещё стервой, но при этом преуспеть в целительстве. Если, конечно, эта стервозность направлена на пользу общему делу.

Сомневаюсь, что это случай Ольги, но кто знает. Вдруг и правда исправится.

Быстро выкинув девушку из головы, занялся делом. В районе четырёх часов сходил, прогулялся до таксофона. Набрал Эмму. Точнее, её деда, но не суть. Ответил старик, поворчал, но девушку к телефону позвал.

— Ты как? — спросил я.

— В порядке. Лечусь помаленьку.

— Помощь нужна?

— Пока нет. Ты сам как? Геройствовал?

— Немного. Проблему решили. Есть большая вероятность, что вторую тоже. Мне кое-что прислали интересное.

— Насколько интересное?

— Я бы сказал, из разряда невозможного.

— Заинтриговал. Заезжай в гости.

— Прямо в гости? — удивился я.

— Да. Поговорим. Только время назначать, чтобы встретить.

— Могу сегодня.

— Сам доберёшься?

— Ну… — протянул я, прикидывая варианты.

— Пошлю за тобой слугу. Возле дома заберёт. В девять вечера. Устроит?

— Да.

— Договорились.

Положив трубку, призадумался. Интересно выходит. Приглашение к Эмме домой… Это что, получается, она рассказала про нас деду? Причём это про «нас» могло быть очень обширным. Начиная с «это мой парень» и заканчивая «слушай, дед, тут такое дело, мы с ним из другого мира, упс».

Гадать смысла нет, намёков Эмма не оставила, но эту тему мы с ней обсуждали. Сомневаюсь, что она прямо всё сразу рассказала. Скорее всего, выдала часть информации, например, про то, что я помню прошлую жизнь. Это должно было послужить в качестве объяснения, почему она со мной связалась.

Но всё равно. Ехать к ним домой? Как-то не хотелось мне с её матерью пересечься, после того как та слугу послала разобраться. Но, уверен, Эмма что-нибудь придумает. Не о чем переживать.

* * *

Положив трубку, Эмма уставилась на деда, который и не подумал выйти из комнаты.

— Что? — спросила она.

— Что сказал твой парень?

— Что проблема решена. Сегодня приедет и расскажет. Ты ведь хотел с ним пообщаться. Вот, предоставлю тебе возможность.

— Хм… — поджал губы старик.

— Что опять? — вздохнула Эмма устало.

Пусть она и сказала Олегу, что всё в порядке, но её состояние не было таким уж радужным. Не критичным, но достаточно неприятным, чтобы валяться в кровати и страдать от боли. А уж когда надо было прогуляться до туалета… Простое действие превратилось в самый настоящий подвиг, с изрядной долей мучений.

Поэтому вести беседы с дедом было трудновато. Эмма выдала ему часть истории, и у того, разумеется, множество вопросов возникло. Не все из которых приятные. Самый простой — это что, получается, ты с каким-то взрослым мужчиной встречаешься? И вот что на это было отвечать? Особо нечего.

— Я много думал, — сказал дед.

— Не сомневаюсь, — немного раздражённо ответила девушка, что старик проигнорировал.

— Не сходится, — изрёк он. — Весь твой рассказ не сходится. Я всё гадал, почему так, а потом задумался, какой самый очевидный ответ.

— И какой же? — хмуро спросила Эмма, догадываясь, что сейчас услышит.

— Ты тоже помнишь прошлую жизнь, — припечатал Ярослав Дмитриевич.

Эмма это то ли утверждение, то ли признание выдержала стоически, даже бровью не повела.

— Вот! — воскликнул старик. — Ноль реакции! А я-то думал, что ты вся в меня пошла. Умная, ответственная… Признаю, мастерски ты всех дурила! Сколько тебя в семейной библиотеке раз находили? Ещё и с куклами! Но ты ведь там не в куклы играла, да?

— Браво, — спокойно ответила Эмма. — Ты меня раскусил. Да, я помню прошлую свою жизнь. Доволен?

— Почему не рассказала?

Вопрос был простым, но старик подобрался и походил на хищного зверя.

— Как ты себе это представляешь? Папа, мама, я помню прошлую жизнь? Ладно родители, их реакцию несложно предсказать. Ты бы сам поверил?

— Поверил бы. Наверное, — нехотя поправился старик под скептическим взглядом Эммы. — Но нашла бы способ убедить. Это не так уж сложно.

— А зачем что-то доказывать, если можно подождать? И так всё всплыло. Шила в мешке не утаишь.

— Получается, ты меня использовала, — прищурился старик.

На это Эмма тихо, с кривой ухмылочкой, захихикала.

— Сказал дед, который внучку с малых лет обрабатывал. Кто кого ещё использовал, — фыркнула она. — Впрочем, я не хочу с тобой ссориться.

— Тогда тебе было бы неплохо объясниться.

— Спрашивай, — вздохнула Эмма.

И старик принялся спрашивать.

Глава 11

Особняк Чернышевых я уже посещал. При совсем других обстоятельствах, но где он находится, был в курсе. Как и договаривались, меня подхватил слуга на машине. Вопросов не задавал, доехали в тишине, если не считать гула мотора.

Из лечебницы ушёл без всяких проблем. Осадное положение сняли, персонал отпустили по домам, поэтому я не один был такой. К тому же слухи о том, что я перенапрягся, дошли, кажется, вообще до всех, поэтому никто не удивился, что ушёл домой. Ох, сколько я наслушался за день. И сочувствия, и откровенного злорадства со стороны некоторых целителей. Но больше всего удивили некоторые молодые медсестры, которые проникновенно вздыхали при виде меня, видимо, всерьез решив, что я нуждаюсь в спасении. Медсестры постарше и те, кто замужем, не стеснялись пожалеть и намекнуть, что вот была бы у меня жена хорошая, так бы себя не истязал.

Как на это реагировать, я не знал и вежливо улыбался, разыгрывая дурачка. Да уж, да уж.

В прошлый раз в особняк я попал с главного входа. Сейчас же меня привезли к… Ну, пожалуй, что второму дому. Красиво жить не запретишь, чего уж. Пусть это место и находилось в черте города, но земли было достаточно, чтобы разместилось несколько зданий. Центральное поместье, самое большое и красивое, одноэтажный домик поменьше, куда меня привезли, ещё какой-то дом, ну и всякие прочие строения неизвестного назначения.

Меня высадили у крыльца. Огляделся, никого не дождался и пошёл к входной двери. Постучался, но никто не открыл. Постоял, как дурак, с минуту, ручку дернул, да сам зашёл. Сейчас вечер, но в главном поместье света не было. Возможно, основная часть семейства отчалила, остались только старик с Эммой.

— Заходи! — услышал я знакомый голос.

Не Эммы, а Ярослава Дмитриевича. По телефону мы с ним не раз общались, голос сразу узнал. Ворчливый и будто априори всем недовольный.

Пройдя внутрь, скинул обувь и пальто в прихожей. Заглянул внутрь. Там зал большой был, с камином, возле которого старик и сидел.

— Чего уставился? — зыркнул он на меня. — Иди сюда.

— Вечер добрый, Ярослав Дмитриевич.

— Добрый или нет, это мы скоро узнаем, — посмотрел он на меня.

Если он всерьез думал меня смутить или подавить, то зря. Пусть я и волновался немного, но скорее от неопределенности и непривычности ситуации. Как-то мне не приходилось ещё вести переговоры со старым, ворчливым аристократом, который, скорее всего, знает, что я реинкарнат, встречающийся с его внучкой.

Неоднозначная ситуация во многих аспектах. Но вестись и тушеваться под его взглядом? Разочек умерев, перестаёшь обращать на такие вещи внимание.

— Где Эмма? — спросил я.

— В комнате. У неё постельный режим. Садись, чего стоишь? — указал он на кресло. — Говорить будем.

— Можем и поговорить, но только я сначала Эмму осмотрю.

Старик ещё разок попробовал надавить взглядом. Не получилось.

— Теперь верю, что помнишь прошлую жизнь, — хмыкнул он. — Ладно, иди. Сам найдешь?

— Не хотелось бы по комнатам тыкаться.

— Туда, — указал он. — Дверь справа.

— Спасибо.

Это Эмма каким-то образом научилась меня ощущать, а вот я её — нет. А жаль. Удобная способность.

Нужную комнату нашёл без проблем. Этот дом не такой уж и большой. Старый, я бы сказал. Неплохой, явно дорогой, хорошо и давно обжитой. Но дом домом, а интересовала меня только Эмма.

Девушка находилась в сознании, встретила меня ясным взглядом. Она лежала на подушке, под одеялом. Из-под футболки виднелись бинты. Вид в целом здоровый, особенно для человека с настолько серьезным ранением.

— Привет, — сказал я, проходя внутрь. — Скучаешь?

— Меня вкусно кормят и приносят книги из библиотеки. Что ещё нужно для счастья?

— Поубивать всех мертвых? — изогнул я бровь.

— Это в будни. В выходные и праздничные дни можно отдохнуть, — улыбнулась она. — Так что там за проблемы ты решил?

Я бросил взгляд на дверь, и Эмма правильно растолковала мой посыл.

— Я рассказала деду, что ты помнишь прошлую жизнь. Про меня он тоже догадался. Так что, считай, он в курсе основных моментов. Подробности не успела рассказать.

Если я правильно понял намек, это означало, что можно говорить свободно, но не до конца. Что ж, такой вариант меня вполне устраивает.

— Ритуалу мы помешали. Они и правда короля хотели создать. Прямо на стадионе.

— И как ты справился? — недоверчиво спросила Эмма.

— Как-как. Позвал одного нашего знакомого, с которым уже ходили на дело.

— Да ладно, — удивилась Эмма. — Согласился?

— Ага. В течение двадцати минут подъехал. Я сам удивился. Но факт есть факт. Мертвецов мы там целую орду накрошили. Скелет короля тоже видел. Как и пана Алеса. Оказалось, он вёл ритуал.

— Как ты выжил?

— Чудом, если честно.

О том, что мне мир помог, я говорить не стал. Позже отдельно обсудим. Черт его знает, слушает наш разговор старик или нет.

— Хм, — изрекла Эмма, тем самым выражая, что хочет услышать подробности.

— Давай я тебя посмотрю лучше. А ты меня, — намекнул я, что отхватил проблем.

— Я сейчас не в лучшем состоянии.

— А уж я-то… Куда деваться-то?

Картина маслом: два калеки пытаются подлечить друг друга. Много Крови я не рискнул призывать. Так, несколько Капель задействовал, чтобы проверить состояние Эммы. Убедился, что наложенные ранее техники никуда не делись. В чем я и не сомневался. Адепт с высокой чистотой вполне мог самостоятельно поддерживать целительские техники. Что девушка и делала, прекрасно зная, как это работает. Меня она тоже глянула. Но говорить ничего не стала. Лишь вздохнула и головой покачала.

— Всё плохо? — спросил я.

— Терпимо. Но постарайся хотя бы неделю вообще не использовать силу. Даже если очень захочется. Не знаю, как ты это сделаешь… Странно, что нас до сих пор не прибили.

— Кстати, насчёт прибыли. Есть ещё кое-что. Оставил на закуску. Держи, — достал я из кармана сложенное письмо. — Когда домой пришёл, на столе коробка с материалами лежала. Сверху — письмо. Почитай.

Ту реакцию, которая была у меня, я посмотрел вживую в исполнении Эммы. Крайняя степень удивления, шок, недоверие и скепсис.

— Ты сейчас серьезно? — бросила девушка взгляд на меня.

— Я? В той части, где это письмо оставили у меня дома — да. Понимаю твои сомнения. В коробке лежала куча материалов про ковены в других городах и мертвецов. Солидный такой архивчик. Целями мы теперь на пять лет вперед обеспечены. Что само по себе доказывает правдивость письма. Также позавчера ночью случилась какая-то крупная стычка в центре города. С многочисленными жертвами и какой-то тварью, которую много кто видел. Возможно, дружина князя как-то смогла завалить главу ковена.

— Не верю, — ответила Эмма.

— Я тоже. Просто не могу в это поверить, как бы ни хотелось. Но логика говорит обратное. Если нас в ближайшую неделю не убьют, придётся признать, что это правда.

— Мстителей долго не трогали. Нас тоже могут использовать.

— Ценой уничтожения московского ковена? — недоверчиво хмыкнул я. — Ценой уничтожения нежити? И срывом ритуала создания короля? В это я тоже не верю.

— Мне нужно увидеть архив, — заявила Эмма.

— Да без проблем. Я не знал, стоит ли его брать, но могу передать.

— Ух… — выдохнула она, прикрыв глаза. — Аж голова закружилась. Если это правда… То это же просто прекрасно.

— Да, не спорю. Со слов главы ковена, реакция последует недели через две и, скорее всего, жесткого варианта сразу не будет. Начнут разбираться, без спешки. Также есть все шансы, что информация о нас не пойдет дальше, а значит, мы в безопасности. Ещё из хорошего — князь всё же выступил против мертвых.

— Что в этом хорошего? Снесут князя и всё. Скорее это был жест отчаяния в его исполнении. Не захотел погибать и сохранять стабильность в княжестве. Решил рискнуть.

— Может, и так, — пожал я плечами. — Но лучше хоть какая-то помощь, чем никакая. Учитывая всю обстановку… — покрутил я рукой.

Если бы князь ничего не делал, княжество бы всё равно ждали потрясения. Тут нет хорошего варианта. Что ни выбери — везде будут многочисленные жертвы.

— С дедом пойдешь общаться? — сменила тему Эмма.

— А надо?

— Боюсь, тут выбор не предусмотрен. Он у меня хороший, если что. Не смотри на то, что ворчит.

— Меня это не смущает.

— Если ругаться будет, тоже спокойно воспринимай.

— Хорошо.

— А если драться полезет, то осторожнее.

— Он может? — удивился я.

— Да шучу, шучу, — улыбнулась Эмма.

— Со мной не пойдешь?

— У меня постельный режим, а старик хочет с тобой отдельно пообщаться.

— Ну, надеюсь, он меня не съест.

— Справишься как-нибудь.

Справлюсь, куда деваться. Выйдя из комнаты, вернулся в общий зал. Судя по тому, что старик сидел, укрывшись пледом, он либо очень быстро бегает, либо не подслушивал.

— Наговорились? — бросил он недовольно.

— Нет, — ответил я невозмутимо. — Присяду?

— Присаживайся, не стоять же тебе, — посмотрел он оценивающе.

— Благодарю. Эмма сказала, что вы хотите поговорить.

— Поговорить — это не совсем то слово, учитывая сложность и обширность тем.

— Не думаю, что смогу у вас надолго задержаться. Мне утром на работу выходить. Но на часть вопросов постараюсь ответить.

— Странно слышать про работу от юнца, который помнит прошлую жизнь.

Я пожал плечами. Что тут скажешь. Может, и странно, но как есть.

Старик, надо признать, колоритный. Никаких общих черт с Эммой я не видел. Что не удивительно. Она юная и красивая девушка, а здесь самая настоящая мумия. Старая, сморщенная и вредная. Смотришь на это лицо и понимаешь — мягкости от этого человека лучше не ждать.

— Сколько ты прожил в прошлой жизни? — спросил старик.

— Чуть больше сорока.

— А осознал ты себя в каком возрасте?

— Ещё в утробе.

— Но как это возможно?

— Я не силен в этих материях.

— Так ты сам не знаешь, что с тобой случилось? — вскинул он брови.

— Что случилось и как это случилось — разные вопросы. Если вы хотите от меня услышать тонкости вспоминания прошлой жизни, то мне нечего вам сказать. Я целитель, а не мудрец.

— Кхм… — поджал он губы. — Как так вышло, что вы с Эммой были знакомы в прошлой жизни, а в этой — родились в один день? Только не говори, что это случайность.

— А что сама Эмма сказала на этот счёт?

— А ты своё мнение озвучь, — прищурился старик.

— Кхм… — я отзеркалил его покашливание. — Поправьте меня, но это что, допрос?

— Может, и допрос, — сказал он недобро.

Я уставился на старика. Старик уставился на меня.

— Ярослав Дмитриевич, — сказал я, — в эту игру мы долго можем играть. Напомню, что я не ваш подчиненный.

— Напомню, что я аристократ, а ты всего лишь простолюдин. Не забывайся.

— Напомню, что вы со всей своей аристократичностью ни одного мертвого не убили, а я их одного за другим укладываю.

От такой наглости он аж глаза распахнул.

— Вы ещё не поругались? — раздался голос Эммы.

— Ты зачем встала? — возмутился я.

— Чтобы сгладить острые углы в беседе. Я не уйду, — предупредила она, поймав мой взгляд.

Встав, я помог ей дойти и усадил в кресло. Их тут всего два было. Так что сам я остался стоять.

— Олег прав, деда. Он не твой подчиненный. Нет смысла на него давить.

— На кого хочу, на того и давлю, — обиженно ответил старик.

Да уж. Работая целителем, я на стариков много насмотрелся. Они разные бывают. Но некоторые из них, мягко говоря, ведут себя не совсем как взрослые. Сейчас по Ярославу Дмитриевичу было хорошо видно, что он недоволен, сердит, встревожен, растерян и обижен. Уж не знаю на что. Но его понять можно. Не каждый день узнаешь, что твоя внучка внутри взрослая женщина.

— Деда, — закатила глаза Эмма. — Давай по делу говорить. Олег, между прочим, предотвратил катастрофу. Если бы не он, минимум центр города превратился бы в кладбище.

— Это с его слов. Почему я должен вам верить? — спросил старик. — В твоем рассказе, Эмма, полно несостыковок. Я, может, и стар, но не дурак.

— Поправьте меня, — повторил я. — Но ваша цель — месть. То есть уничтожение мертвых. Чем мы с Эммой активно и занимаемся. Что могут подтвердить ваши люди. Получается, вы получаете, что хотите. Где здесь обман?

— Мало ли, какие цели вы преследуете.

— Наши дела лучше всего о целях говорят. В любом случае лично я ничего вам доказывать не собираюсь. Мы либо действуем совместно, либо я домой пошёл.

— Так и проваливай! — разъярился старик. — Будешь мне ещё условия ставить!

— Нормальной беседы, видимо, не получится, — заключил я, глянув на Эмму. — Будь аккуратнее. Через пару дней есть смысл заглянуть к Аристарху Павловичу. Сам я не знаю, когда восстановлюсь.

— Пойдешь? — спросила она.

— Ну да, что ещё остаётся. Останешься здесь?

— Пока да.

— Что значит пока⁈ — всполошился старик.

— Доброй ночи, Ярослав Дмитриевич, — попрощался я и пошёл на выход, но притормозил и к Эмме повернулся. — Ты ему какие наши цели озвучила?

— Уничтожение мертвых, — ответила она без запинки.

— Понял, — кивнул я. — На связи.

Теперь уже не останавливаясь, дошёл до прихожей, обулся, накинул пальто и вышел. Как-то неловко получилось. Но и гнуться с первых минут я не собирался. Не из-за гордости. А банально потому, что доказывать что-то — затея, изначально обреченная на провал. Не, серьезно, что я такого мог сказать, чтобы старик поверил? Мы достаточно провели совместных акций, в смысле, с его людьми, чтобы делом доказать серьезность наших намерений.

А, ладно, чего уж. Отложим этот вопрос на потом. Пусть старик остынет, обдумает ситуацию, а там видно будет. По-хорошему нам надо было с Эммой заранее обстоятельно поговорить, чтобы выработать совместную линию поведения.

Иначе скажу что лишнее, а некоторые тайны старика размажут.

* * *

— Ну и чего ты добился, деда? — устало спросила Эмма, когда входная дверь хлопнула.

— Не уверен, что тебе стоит и дальше называть меня дедом, — ответил старик холодно.

— Ах вот оно как, — прищурилась девушка.

Эмма полулежала в кресле, рана ныла, в голове шумело. Сил вести тяжелые переговоры не было. Когда в постели лежала — ещё ничего. Но парочка эмоциональных всплесков — и всё, зашатало. Состояние Олега, который буквально на волоске висит от срыва. Письмо от якобы главы ковена, которое разом меняло все планы и рушило представления о мертвецах. Теперь ещё и ворчливость старика. Сама Эмма как-то давно привыкла к этой его черте и забыла, какое впечатление она производит на других людей.

— Знаешь, — сказала она, — я осознала себя ещё в утробе. Это довольно страшно. Ты оказываешься в темноте. Тесно, пошевелиться трудно, но тепло. А дальше были роды. Неприятная штука. Со всех сторон сдавливает, а потом, как обухом по голове, наваливается холод и миллиард самых разных ощущений. Глаза плохо видят, только какие-то пятна. Звуки искаженные, тело вроде бы осознаешь, но управлять им не можешь.

Эмма говорила тихо, прикрыв глаза, вспоминая, каково это было.

— Потом разобралась, конечно, что со мной. Я помню всё. Как мать меня кормила грудью, вкус её молока. Как меня держали на руках. Как меняли пеленки, как качали. Помню миллионы поцелуев, как от тебя пахло табаком, а от отца одеколоном. Помню, как мама высказывала отцу, что его отец опять курит, ещё и к ребенку вонючим приходит. Я всё это осознавала и проживала. Все эти моменты. Почти семнадцать лет. Вы для меня стали настоящей семьей, что бы ты там ни думал, старик.

Эмма снова замолчала, приоткрыла глаза и посмотрела на деда. Теперь уже её голос сделался холодным, угрожающим и вкрадчивым.

— Если ещё раз что-то скажешь подобное, что ты не мой дед, я приму это и больше никогда с тобой не заговорю. Могу уйти прямо сейчас, если тебе настолько противно моё общество.

Ярослав Дмитриевич невольно сглотнул. Всё эта ситуация, открытие того, что внучка на самом деле взрослая и сформированная личность… Что она не совсем его внучка… Всё это сильно ударило по мозгам. Старик банально не знал, как реагировать.

Но сейчас, смотря в глаза девушки, отчётливо понял, что она своё обещание выполнит. И что он не готов её терять. Не готов разом перечеркнуть всё то, что между ними было.

— Про какие цели он говорил? — решил сменить тему Ярослав Дмитриевич.

— Тебе лучше не знать.

— Что значит мне лучше не знать? — опять начал он закипать.

— То и значит. Это для твоего же блага. Наши с Олегом цели простираются куда дальше, чем просто перебить десяток-другой мертвецов.

— Я хочу их знать.

— Дед, я тебе их не озвучиваю не потому, что что-то скрываю, а потому, что это не та ноша, которую стоит возлагать на себя.

— Уж позволь мне решать, — поджал губы старик. — Какую ношу я смогу нести, а какую — нет. Я не буду тебе помогать, пока ты не расскажешь всё.

— Не дави на меня…

— Хватит! — перебил старик. — Либо полная открытость, либо вы сами по себе.

— Ты не знаешь, о чем просишь.

— Так расскажи.

— Ладно, хорошо, — выставила Эмма ладони. — Но я тебя предупреждаю, пути обратно не будет.

— Разберусь как-нибудь.

Девушка лишь головой покачала.

— Что ж, так будет проще, ты прав. Проще объясниться. Тебе же проще не будет. Из любви к тебе я не хочу этого, но раз ты так настаиваешь, так тому и быть.

— Да говори уже, — бросил раздраженно старик.

— Ты хочешь знать правду. Отлично. Правда заключается в том, что мы с Олегом в прошлой жизни жили в другом мире. Правда в том… — Эмма проигнорировала вытянувшееся лицо деда, — что в прошлой жизни я была жрицей и служила богу Эхору. Нашему верховному богу-защитнику, одному из семи. Правда в том, что весь наш мир был уничтожен. Правда в том, что одна из богинь, предвидя конец, обратилась к последней жрице, то есть ко мне. С наказом переродиться и продолжить дело. Победить бога смерти, который и отвечал за все разрушения. Того самого бога, что является хозяином всех мертвых. Правда в том, дед, что этот бог — самый настоящий паразит, который питается смертью и душами. И правда в том, что души всех тех, кого он убил, пусть и через своих слуг… попадают к нему. Обреченные на века страданий, служить пищей. Ты думаешь, дед, у тебя есть выбор? Помогать нам или нет? Не смеши. Твой выбор заключается в том, чтобы либо сойти с ума, либо собраться и оказать нам всю возможную помощь.

Эмма облизала пересохшие губы и продолжила:

— Правда в том, что единственное, чего ты добился своим дурным характером в отношении Олега, — это презрение. Ни больше, ни меньше. Ты потерял жену. А мы потеряли всех. Родителей, друзей, соратников, учеников и учителей. Всех. Мы видели, как погибают целые города. Как королевства превращаются в безжизненные пустоши. Этот же мир пока не стоит на грани уничтожения. Он всего лишь кормовая база. Скотобойня, где слабых и глупых людишек подъедают раз за разом. О чем я тебе говорила, между прочим. Так и кем ты выглядел в глазах его? Упрямым стариком, который, вместо того чтобы помочь, решил его прогнуть! Его, кто бросил вызов богу! Чьи шансы на победу ничтожно малы, и он всё равно продолжает вести борьбу! Того, кто который год живет с осознанием того, что все, кто был ему дорог, находятся в чреве бога смерти, обреченные на страдания, пока их души не будут уничтожены! Ты хотел услышать наши цели? — Эмма затихла, перешла на шепот. — Убийство мертвых всего лишь ступенька на пути к конечной цели. Как и уничтожение бога смерти. Это всего лишь способ спасти миллиарды душ. Как и хотел, я тебе рассказала. Не хотела, но рассказала. Из любви к тебе собиралась умолчать. Но ты сам настоял. Живи теперь с этим.

Выбравшись из кресла, Эмма поднялась. Лицо старика по мере её рассказа постоянно менялось. От недоверия и скепсиса до ужаса осознания. Его жена… Она ведь тоже была убила мертвыми.

— Я пойду к себе. Что-то мне нехорошо…

Ярослав Дмитриевич с трудом сфокусировал взгляд на внучке и увидел, как у неё на груди разливается кровавое пятно. Не договорив, она завалилась и рухнула на пол.

Глава 12

Ярослав Дмитриевич, когда услышал признание, что этот Васильев помнит прошлую жизнь, сначала не поверил.

Да и после тоже отнесся к данному заявлению максимально скептически. Но факты говорили сами за себя. Успехи в целительстве можно было бы списать на выдающийся талант. Но доклады собственных гвардейцев… Старик не исключал, что и они могли предать. Всякое бывает. Тогда возникал вопрос, кто их подговорил, и единственная кандидатка — собственная внучка. В худшем случае — какой-то неизвестный кукловод, но эта версия совсем уж никакой критики не выдерживала.

Поэтому Ярослав Дмитриевич начал рассматривать ситуацию, что и правда древние сказки оказывались вполне реальны. Что породило целый сонм других вопросов. Куда более неприятных. Если Васильев не просто талантливый юнец, а куда более взрослая личность с неизвестными целями, то как он смог заманить Эмму в свои сети? Внучка не походила на влюбленную дурочку, но… Роман с реинкарнатом, то есть взрослым мужчиной в теле юнца? Ещё и охота на монстров в свободное время? Бред же.

Обдумав всю доступную информацию, Ярослав Дмитриевич нашёл не такие уж и сложные ответы, быстро раскусив, что внучка тоже помнит прошлую жизнь. Достаточно было вспомнить некоторые подробности из её детства, чтобы понять: это и правда так.

А дальше оставалось лишь подгадать момент и задать вопрос. На что Эмма не стала отнекиваться. Но и открываться полностью не стала.

Всё это привело к тому, что старик окончательно запутался, не понимая, где правда, а где обман. Дошло до того, что он почувствовал угрозу роду. Неизвестная личность из прошлого могла использовать род, как им вздумается. Эмма уже сделала первые шаги, чтобы захватить власть. И к чему это могло привести…

К моменту, когда Васильев, или кто он там на самом деле, пришёл в гости, старик накрутил себя в достаточной степени, чтобы воспринимать его скорее как врага, нежели как союзника.

А дальше случилось то, что случилось.

В какой-то момент Ярослав Дмитриевич даже усмехнулся про себя, какую же такую страшную правду ему расскажут.

Эмма рассказала.

Как-то сразу стало не до усмешек.

Правда была настолько тяжелой, ужасающей и буквально размазывающей, что старик всю речь Эммы просидел придавленный. Разум отказывался верить в сказанное. Когда Эмма встала и собралась уйти, мелькнула мысль, что опять играет и просто сбегает от разговора.

Но когда открылось кровотечение и она рухнула…

— Верните его! — крикнул старик, подскакивая.

Точнее, он думал подскочить. Тело было слишком старым для резких движений. Чуть не свалившись с кресла, он добрался до внучки, перевернул её. Страшная рана на груди открылась. Бурая кровь вытекала наружу.

— Господин… — вошёл слуга.

— Верните парня! Живо! Беги за ним! Немедленно!

Ярослав Дмитриевич попытался закрыть рану руками, чувствуя горячую кровь. Эмма тяжело дышала. Жизнь буквально выходила из неё толчками.

Старик смотрел и не верил, что это происходит. Ему казалось, что это злая шутка, розыгрыш, что девушка сейчас откроет глаза и скажет, ага, попался.

Но она не открывала глаза. Кровь продолжала бежать.

Хлопнула дверь. Старик услышал топот ног и чей-то рык. Он сам не заметил, как его отшвырнули в сторону.

— Ты что с ней сделал⁈ — прорычал Васильев.

Что-либо ответить старик не успел. Парень засверкал белым светом, возложил ладони на грудь Эммы. Его лицо мигом расслабилось, яростный оскал исчез, как и не бывало.

Ярослав Дмитриевич перевёл взгляд на охранника, который и привёл юношу. Тот тоже стоял ошарашенный.

— Идиот, — прохрипел парень, отодвигаясь от девушки. — При таких ранениях эмоциональные потрясения противопоказаны…

Глаза парня закатились, белый свет исчез, и он завалился на пол.

Ярослав Дмитриевич вспомнил его слова о срыве и понял, что этот вечер окончательно полетел в бездну.

* * *

Аристарх Павлович наконец-то смог добраться домой. Последние две недели выдались крайне тяжелыми. Хорошо, что наметилась позитивная динамика. К вечеру стало окончательно понятно, что по каким-то причинам болезнь растеряла всю свою прыть, что значительно облегчало процесс исцеления.

Впрочем, причины-то как раз были ясны, если верить Олегу.

О чем Аристарх Павлович старался не думать. Потому что одна мысль тянула другую и размышления ни к чему хорошему не приводили. Охота на целителей, смерть коллег, кровавые ритуалы. За себя Аристарх Павлович не боялся. Если убьют, жалеть будет только о двух вещах. О том, что мало времени проводил с семьей и о том, что не успел привести дела в лечебнице в порядок. Да и смену себе не подготовил должную.

Куда больше собственной смерти пугала угроза близким. Кто знает, чего ждать от этих монстров. Что с этим делать было решительно непонятно.

Поэтому Аристарх Павлович и не хотел думать о плохом. Вернулся домой, провёл вечер с детьми, уложил их спать, пообщался с супругой.

В такие моменты особо хорошо понимаешь, что действительно ценно, а что вторично.

Только вот выспаться было не суждено.

Аристарх Павлович как раз собирался ложиться вместе с супругой, когда зазвонил телефон. Домашний номер был много кому известен, но просто так люди в позднее время не звонили.

— Опять, — вздохнула напоказ жена.

— Вдруг что случилось? — забеспокоился целитель.

— Всегда что-то случается, а у тебя первый выходной за месяц, — возразила она.

Упрек был справедливый, но не игнорировать же звонок?

— Слушаю, — ответил мужчина.

— Аристарх Павлович, — раздался торопливый голос, — простите, что беспокою в поздний час. Это Ярослав Чернышов, если не узнали. Можете приехать?

— Приехать? Что случилось?

— По мелочи я бы вас не беспокоил. Хорошо, что вы дома. Слугу уже отправил, через десять минут будет у вас. Прошу, поторопитесь.

— Но что случилось?

— Не хочу говорить по телефону, но, будьте уверены, дело крайне важное. Крайне, — повторил старик.

Аристарх Павлович вспомнил, как Эмма Чернышова помогала с артефактами и валялась раненая в фургоне, и догадался, с чем связана просьба.

— Хорошо, буду, — ответил он.

— Премного благодарен. Надеюсь, они продержатся…

Последнее Ярослав Дмитриевич пробормотал себе под нос, поэтому Аристарх Павлович расслышал с трудом. Раздались гудки. Целитель перевёл взгляд на жену. В глазах той так и читался понимающей упрек.

— Иди уж, — махнула она рукой. — Как вернешься, будь добр, не разбуди. Если я вообще усну…

* * *

Неловкость после разговора усугубилась, когда я столкнулся с тем, что никто обратно меня отвозить не собирался. Но не возвращаться же? Что-то мне подсказывало, что этот старик любую слабость использует против меня же. Эмма достаточно о его характере рассказала, чтобы я ничего хорошего не ожидал.

Ну да и ладно, переживем. Уверен, всё образуется со временем.

Я успел дойти до ворот и прикидывал, как выбраться наружу, когда меня догнали.

— Господин! Господин!

Обернувшись, увидел бегущего и встревоженного слугу. За ним и охранник следовал. Явно обеспокоенный не тем, что я тут разгуливаю.

— Госпоже плохо! — крикнул он.

Ещё до того как в полной мере осознал эти слова, я сорвался с места. Когда добежал до дома, увидел там, возле камина, истекающую кровью Эмму и старика, что навис над ней.

Всё дальнейшее — как в тумане. Обратился к силе, зафиксировал рану, остановил кровотечение и вернул слетевшие техники исцеления. После чего, кажется, отключился. Потому что в следующее мгновение мир перевернулся, и когда глаза открыл, увидел над собой Эмму.

«Что происходит?» — хотел спросить я, но слова не дались.

— Пришёл в себя? — спросила девушка. — Лежи, не дергайся. Я работаю с твоим Источником.

Стало понятнее, но не особо. Эмме нельзя обращаться к своей силе. Если наложенные техники опять слетят, рана откроется и…

Тут я заметил Аристарха Павловича, который навис над девушкой. Видимо, что-то такое промелькнуло у меня на лице, раз Эмма решила пояснить.

— Спокойнее, — сказала она. — У меня открылась рана, ты прибежал, поправил всё, но сам вырубился. Твой Источник пошёл в разнос. Мой дед догадался вызвать Аристарха Павловича, и тот приехал достаточно быстро. Привёл меня в чувство, я увидела, что с тобой, и принялась править, чтобы беды избежать. Из-за этого рана опять открываться начала, и вот теперь Аристарх Павлович лечит меня. Ну а я тебя удержать пытаюсь. Так что расслабься и дыши ровно, сейчас любое потрясение тебя убить может.

Я послушно задышал. К собственной силе даже не пытался обращаться. Так и лежал, пока это всё не закончилось. Правда, финала я не увидел, опять отключился.

* * *

Ярослав Дмитриевич, пока ситуация не стабилизировалась, успел десять раз проклясть и свой характер, и этих чертовых реинкарнатов, которые довели себя до такого, и всех мертвых разом.

Повезло, что Аристарх Павлович откликнулся на просьбу и приехал. Повезло, что машина нигде по пути не застряла, её никто не остановил. Много-много раз повезло за этот короткий вечер.

А если вспомнить слова Эммы про бога и души, которые он пожирает… Нет, об этом Ярослав Дмитриевич даже думать боялся.

— Выпьете? — предложил он, когда всё закончилось.

Двое молодых были уложены в разных спальнях. Их состояние вроде как стабилизировано.

— Только одну рюмку, — подумав, ответил Аристарх Павлович.

— Исключительно для успокоения нервов, — покивал старик. — Покиньте нас.

Последнее он сказал уже слуге и охране, которые помогали переносить пострадавших. Те послушно отправились на выход. За это время Ярослав Дмитриевич успел разлить настойку.

— Вы ведь в курсе их тайны, — утвердительно сказал он, глянув на Аристарха Павловича.

— Тайны? — бросил тот взгляд.

— Про реинкарнацию, память прошлой жизни и войну с нежитью.

— Кхм… Возможно, — осторожно ответил целитель.

— Ладно вам, — старик приголубил настойку. — Я на их стороне. А если вы помогаете своему так называемому ученику, значит, мы с вами, считайте, в одной лодке. Да не смотрите на меня так, Аристарх Павлович. Я не собираюсь выпытывать у вас какие-то секреты. Мне внучка совсем недавно открылась, и я, признаюсь, в шоке от услышанного. А вы тот, с кем это можно обсудить.

— Не уверен, что смогу помочь справиться с состоянием шока. Я и сам до конца не определился, как с этим быть.

Ярослав Дмитриевич кивнул, и двое мужчин понимающе переглянулись.

— И что, — спросил старик, — Олег действительно хороший целитель?

— По навыкам, по крайней мере, в некоторых областях с запасом тянет на старшего целителя.

— В чем он силен, если не в секрет?

— В полевом целительстве. Особенно в работе с проклятиями.

— Так, значит, он и правда войну прошёл?

— Это вам лучше у него спросить, — покачал головой Аристарх Павлович. — Я лишь могу пересказать то, как понял его рассказ.

— Но как вы ему поверили? Вы же известный нейтрал. Насколько знаю, ваше соглашение с князем основано на том, что вы не выделяете никого из аристократов, не влезаете в интриги…

— Это действительно так. Не знаю, что вам сказать, — развёл руками Аристарх Павлович. — Когда я брал ученика, то не подозревал, насколько он проблемный. А насчёт веры… Я понимаю ваше смятение. Ох, как хорошо понимаю… — вздохнул целитель. — Но есть один фактор, против которого лично мне сложно идти.

— Какой же?

— Сила целителя.

— Она тут при чем? — нахмурился Ярослав Дмитриевич.

— При том, что она напрямую зависит от чистоты Масла, которое использует целитель. Поверьте, я могу долго рассуждать на эту тему, но, боюсь, жена мне не простит, если задержусь дольше необходимого. Поэтому сразу озвучу вывод. Плохой человек не может быть сильным целителем.

— Звучит… — покрутил рукой старик, — как-то неубедительно.

Аристарх Павлович пожал плечами. Кого-то убеждать он не собирался.

— Простите, я бы с радостью поговорил с вами, но за последнюю неделю сегодня я первый раз ночевал дома… Собирался ночевать. Состояние пациентов стабилизировано. В идеале их поместить в палату с надлежащим уходом, но… У меня есть подозрение, что князь заинтересовался Олегом, поэтому… В общем, всё сложно.

— Пусть остаются у меня, — ответил Ярослав Дмитриевич. — Они ведь до утра дотянут?

— Если не случится ничего непредвиденного, дотянут. Но им обоим нельзя использовать силу минимум неделю. Олегу хватит обычного постельного режима. Эмме же нужна помощь целителя. Заеду завтра к вам вечером, проверю.

— Спасибо, Аристарх Павлович.

— Да не за что. Мы все в одной лодке, как вы и сказали.

Ярослав Дмитриевич помрачнел и кивнул. Лодка и правда была общая. И плыла она прямиком к обрыву, где ждало кое-что похуже, чем острые скалы.

* * *

Проснулся я на следующее утро. По крайней мере, из-за штор пробивался совсем тусклый свет, но в следующие полчаса он стал ярче. Подниматься и куда-то выходить я не спешил. Тело совсем слушаться не хотело. А вот мысли были ясные. Поэтому лежал и думал.

Как глупо вчера вышло-то.

Я сгоряча подумал, что старикан этот напал на Эмму. Мало ли что ему в голову взбрести могло. Сейчас понимаю, что маловероятно это. Возможно, Эмма просто перенапряглась. Но испугался я сильно.

Осталось разобраться, что со мной, что с Эммой, и какие последствия злосчастного вечера будут. Источник внутри я ощущал, но делать Вдох и проверять, что там и как — не рискнул. Вот и лежал, думал о всяком разном.

Вскоре служанка заглянула, проверила. Увидела, что проснулся. Ничего не сказала, ушла, видимо, докладывать Ярославу Дмитриевичу. Если он не спит, конечно.

Вернулась минут через пятнадцать.

— Как себя чувствуете? — спросила женщина лет сорока.

Я её вчера в доме не видел, но униформа давала понять, что она именно служанка.

— Бывало и получше. Я ведь всё ещё в доме Чернышовых? — уточнил я на всякий случай.

— Да. Ярослав Дмитриевич велел вас разместить и позаботиться обо всём. Аристарх Павлович также оставил распоряжения касательно вас. Постельный режим, обильное питание, отсутствие какого-либо стресса.

— Ясно.

— Завтрак скоро будет готов.

— Благодарю. А где туалет?

— Сами сможете дойти?

— Постараюсь.

— Я помогу.

Эх, а неприятно это, самому оказаться на месте больного. Совсем уж больным я не был, дошёл кое-как. А там и завтраком накормили. Прямо в постели. Ничего так, вкусно. Хотя я привык есть куда более сытно, а не одну лишь кашу. Ну да нагружать желудок сейчас не стоит.

* * *

Ярослав Дмитриевич заглянул ко мне после обеда. Удачно вышло. Я как раз в себя более-менее пришёл. Ясность мысли то уходила, то возвращалась, и он попал как раз на «ясный» период.

— Живой? — угрюмо спросил старик.

Может, и нормально спросил, но лицо у него такое, с застывшей маской недовольства. Сложно точно оценить.

— Как видите, — ответил я.

— Кхм… — он зашёл в комнату, оперся на трость и уставился на меня сверху вниз. — Нехорошо вчера вышло. В чем-то я даже был неправ, признаю. Характер у меня паршивый, но его уже не исправить.

— По работе я постоянно сталкиваюсь с ворчливыми стариками. Переживу.

Каюсь, не удержался от шпильки. Всё же вчерашняя ситуация меня задела. Глупо, но слова сами вырвались.

Ярослав Дмитриевич, как ни странно, улыбнулся.

— Вот и хорошо. Эмма вчера сказала, что вы собираетесь убить бога и освободить души, которые он сожрал.

— Ах вот оно что, — понял я, что вчера произошло. — Надавили на неё и потребовали открыть правду? Ясно.

Всё и правда было предельно ясно. Старик упрямо поджал губы, чем молчаливо подтвердил мою догадку.

— С такой раной, когда человек держится исключительно на целительских техниках, любое эмоциональное потрясение чревато внутренними колебаниями силы. Которые приводят к тому, что техники идут в разнос. Мелочь вреда не причинит, но вы не думали, что за шестнадцать лет Эмма успела к вам привязаться и молчала из любви, а не по другим причинам? — сказал я холодно. — А, чего уж теперь, — махнул я рукой.

— Я уже признал, что был неправ, — сказал старик угрюмо. — Дальше это обсуждать не вижу смысла. Скажу тебе прямо, Васильев или кто ты там. Ты мне не нравишься. Мне вообще вся эта ситуация не нравится. Но ещё больше мне не нравятся мертвецы. Поэтому я предлагаю простую сделку. Я вам помогаю в войне против них. За это вы от меня ничего не скрываете.

— А вы не думали, что мертвые вас могут допросить?

— А ты не думал, что если дойдет до моего допроса, то будет уже плевать?

— Доля правды в ваших словах есть.

— Доля, — фыркнул он. — Учитывая, как вы наследили, ваши откровенности со мной ничего не изменят. Зато помочь могут вполне конкретно. Может, ты и хорош как целитель, да с мечом управляешься ловко, но что взять с сироты и беспризорника? Много ли ты знаешь о том, как устроен наш мир? Эмма знает побольше, но её шестнадцать лет против моего опыта ничто.

— Можете не утруждать себя. Главное вы уже узнали. Что-то ещё скрывать нет причин.

— Вот и хорошо, — довольно кивнул Ярослав Дмитриевич. — Было бы неплохо начать рассказ с последних событий.

— Было бы неплохо рассказывать сразу и вам, и Эмме. Ну и не будете же вы стоять всё время?

— Аргумент, — признал он. — Полежи пока, я всё устрою.

Это «устрою» заняло не меньше часа. Уж не знаю почему. Наверное, из-за перестановок в общем зале. Для нас с Эммой подготовили две кушетки. Где мы и улеглись. Переглянулись и синхронно улыбнулись. Два воителя-калеки, бросившие вызов богу. Звучит как анекдот.

— Мы здесь одни? — спросил я, устроившись поудобнее.

Ярослав Дмитриевич был настолько любезен, что даже столик поставил рядом, на котором ждала кружка с чаем.

— Разумеется, — ответил старик. — Можете говорить свободно.

— Тогда сначала проясните, что с Эммой. Что Аристарх Павлович сказал?

— Что жить будет, — ответил Ярослав Дмитриевич. — Сегодня вечером он должен заехать, проверить.

— Плохо, — покачала головой Эмма. — Люди князя наверняка за ним присматривают, и то, что он сюда повадился, — слишком явный след. Особенно после подставы со слугой.

— Разберемся, — ответил старик.

— А что насчёт меня? — посмотрел я на Эмму.

— Я кое-как умудрилась стабилизировать твоё состояние. Неделю не пользуйся силой вообще. Никаких Вдохов. А там видно будет.

— Тогда нам стоит уповать только на чудо, — вздохнул я.

— Чудо или нет, но вы уже начнете рассказывать? — раздраженно бросил Ярослав Дмитриевич.

Глянув на него, я рассказал о последних событиях. Про бой с Клаей и тем мужиком, про всё то, что последовало позже.

— Я, когда сознание потерял, оказался в неизвестном пространстве. Есть мысли, что это такое? — глянул я на Эмму.

— Есть, но ты сначала всё расскажи. Возможно, какие-то детали дополнят выводы.

Рассказал. От и до. У Ярослава Дмитриевича возник ряд вопросов. Он, как и Владимир Геннадьевич, попытался разобраться, что из себя представляет король. Объяснили кое-как. Там и до моих вопросов дошли.

— Скорее всего, это какой-то план бытия, — ответила Эмма. — Возможно, божественный, но не уверена.

— Что ещё за планы бытия? — спросил старик, как и всегда, выглядя донельзя хмурым.

— То и значит. Мы живем в так называемом твердом мире. Ну, или физическом мире. Помимо него, есть множество других измерений. План смерти, стихийный план, эфир, астрал, божественный план… Я всех и не знаю.

— Но как Олег… — бросил старик на меня взгляд, — мог оказаться на божественном плане?

— Это лишь моя догадка. Учитывая его выводы насчёт того, что сам мир решил вмешаться…

— Звучит как полная чертовщина, — проворчал старик. — Планы какие-то. Мир вмешался. Что значит мир? Это кусок земли и камня, висящий в космосе. Не хотите ли вы сказать, что он живой?

— Что тебя удивляет? Я не сильна в высоких материях, но всё во вселенной связано. Любой физический объект является совокупностью смешения различных сил и энергий. Ты и сам знаешь, что Масло может обретать различные свойства. Но то, как люди используют его, по сути, хапая различные энергии, примитивнейший способ. Просто представь, какие процессы могут протекать в местах, в которых буквально океаны энергии. И не в статичном состоянии, а в динамичном. То есть там постоянно что-то происходит.

— Очень много слов, я рад, что у меня такая смышленая внучка, — ядовито ответил Ярослав Дмитриевич. — Но на вопрос ты мой не ответила. Мир что, живой? Он думает, у него есть воля?

— Да мне откуда знать? — удивилась Эмма. — Я скромная жрица. Даже не верховная. Я помню одну жизнь, а не сотни прошлых воплощений.

— Ясно, что ничего не ясно, — разочарованно сказал старик.

Соглашусь с ним. Я надеялся, что Эмма что-то подскажет, но она и сама не разбирается в вопросе. Замечу, что она, как и я, жрица наполовину. Что она, что я, оба обучение не закончили, быстро став практиками, так сказать. Поэтому как раз теоретических знаний ей может и не хватать.

— Оставим пока этот момент, — вмешался я в разговор. — Есть и кое-что другое. Куда более прикладное. У меня есть подозрение, что та сила, которую я поглощаю, может использоваться не только для усиления Источника.

— Хм… — хмыкнула Эмма.

— Ты ещё и силу поглощаешь, — цыкнул Ярослав Дмитриевич.

Пришлось его вводить в курс дела и по этому вопросу. Рассказывать про замысел богов, по божественную искру во мне, про то, что я усиливаюсь, убивая мертвых.

— То есть ты убиваешь тварей, а твой Источник растёт? — выслушав нас, заключил старик.

— Именно. Но не только. Я чувствую нежить на расстоянии. Ощущаю энергию смерти. С проклятием смог работать напрямую. Воспринимал то, что мне пытается мир сообщить.

— А сколько у тебя Источник? — нахмурился старик.

— Пять сотен.

— Сколько? — опешил он.

Я промолчал, потому что повторять не было смысла.

— Разожрался сильно, — осуждающе сказала Эмма.

Как будто я специально, хех.

— Погодите, — оживился старик. — Но это же всё меняет. Если ты вырастешь в силе, то и сам сможешь стать богом? Это ведь идеальное условие.

— О том и речь, — ответила Эмма. — Собственно, на этом наш план и базируется.

— Надо признать, что в этом случае он выглядит не таким уж безнадежным.

Впервые вижу, чтобы этот старик улыбался.

Глава 13

Всю следующую неделю я провёл в доме старика. Считай, на больничном отлеживался.

Первые сутки валялся овощем, и единственное, на что был способен, — разговоры вести. На вторые сутки начал вставать и расхаживаться. На третьи — дал себе физическую нагрузку, поотжимался. Это не было каким-то сумасбродством. Моя проблема заключалась в том, что Источник слишком разросся и тело не выдерживало тех потоков энергии, которые через него проходили. Пользуйся я Маслом, давно бы помер от такого количества. С Кровью иначе процесс обстоял. По сути, она одновременно меня и лечила, и нагружала. Поэтому я так долго и продержался. Но у всего есть пределы. Вот и у моего юного тела нашлись. В связи с чем мне на ближайшее время надо сократить магическую практику, любого вида, а физических нагрузок, наоборот, добавить. Не резко, само собой. Постепенно, по чуть-чуть. Что я и делал, собственно.

На третьи сутки поотжимался, на четвертые — пошёл в спортзал, где провёл полноценную разминку. Спортзал находился в главном особняке, который сейчас пустовал. Эмма сказала, что её родители вместе с младшей сестрой и всеми слугами временно уехали за город, чтобы переждать эпидемию. В связи с чем, когда Эмма отказалась ехать, случился небольшой скандал. Насколько небольшой — умолчала.

В общем, в плане лечения как-то мои дни так и шли. Я постепенно приходил в себя.

Но это шло фоном. Большую часть времени я тратил на бесконечные обсуждения. В первый же вечер Ярослав Дмитриевич отправил слугу ко мне домой, чтобы забрал архив. Что тот и сделал. После чего начался новый виток обсуждений.

Никогда не задумывался, насколько это утомительно, рассказать целую жизнь. Ну, или не жизнь, а просто посвятить человека в какую-то тему. Пусть даже частично осведомленного человека.

Ярослава Дмитриевича, казалось, интересовало буквально всё. Как сражались в нашем мире, как появляются боги, чем жрицы отличаются от мудрецов, возможно ли специально вспомнить свою прошлую жизнь, какие виды нежити бывают, как мертвые на войне отличались от столичных тварей. Десятки и сотни вопросов.

Доходило до не очень смешного. Один раз старик подкараулил меня, когда я выходил из туалета. Просто ему в голову пришёл очередной вопрос, а терпением он не отличался.

Справедливости ради, иногда он генерировал нетривиальные идеи.

— А ты не думал, что можешь контролировать мертвых? — спросил Ярослав Дмитриевич, потрясая одним из дневников в ходе очередного обсуждения.

— Шутите? — удивился я.

— Ты видишь в этом шутку? — окинул он меня сердитым взглядом. — Сам утверждал, что научился напрямую влиять на проклятия. Чем мертвые таким принципиальным отличаются от них? Вот здесь, — потряс он дневником, — описана их иерархия. Во всех ключевых регионах поставлен глава ковена, тот, кому сохранили душу. Именно на них завязано распределение так называемой божественной воли…

Озвученная мысль показалась кощунственной. Я и управлять мертвыми? Уподобиться нежити?

Но это была лишь первая мысль. Скорее даже эмоция, которая ничего не стоила и быстро затихла. Я честно задумался над озвученной идеей.

Так-то, чисто технически, с моральной точки зрения управление нежитью ничем не отличается от управлениями проклятиями.

— Сам посуди, какая выгода будет, — продолжил старик. — В письме утверждается, что ответная реакция обязательно последует. Сначала к нам пришлют комиссию, после чего вынесут приговор. Если ты сможешь повлиять на комиссию…

— Ты слишком размечтался, дед, — перебила его Эмма. — Даже если признать, что такое в теории возможно, то этому в любом случае нужно обучиться. На что уйдет много времени. Олегу сначала надо полностью восстановиться. Вернуться в лечебницу, продолжить целительскую практику. И вот после этого, когда-то сильно потом, снова открывать охоту на мертвых. Поглощать силу их бога и пытаться направлять её не только на усиление Источника. Скорее всего, потребуется череда экспериментов с моим участием. Займет это уж точно не неделю. Я уж молчу про то, что контроль тоже освоить надо. Или как ты себе это представляешь? Щелкнул пальцами и получил полный контроль?

— Но мысль интересная, — не сдавался Ярослав Дмитриевич. — Выследил главу, перехватил контроль над нежитью и раз, — махнул он рукой резко, — уничтожил их.

В этом был смысл, если верить дневникам. В них говорилось, что именно глава ковена держит на себе общие потоки. Но, с его же слов, власти уничтожить мертвых у него не было. Только обрубить поток или принуждать к чему-то, пока этот поток сохраняется. Если отключить подпитку, нежить переходит на самообеспечение.

Так что, вполне возможно, сейчас по столице и окрестностям прокатится череда насилия. Что лежало отдельным тяжким грузом на мне.

— Не уничтожить, а лишь обрубить подпитку, — возразила Эмма. — Читай внимательно, дед.

Старик нахмурился, поправил очки и снова открыл дневник.

— Да, точно, — поправился он. — Но всё равно, если научиться влиять на нежить, заставлять её делать то, что нужно — это решение сразу всех проблем.

— Да где тут решение? — возмутилась Эмма. — Повлияли на одного мертвеца, что это изменит? Другие лишь узнают, что мы так можем.

— А заставить выдать информацию? А работать точечно, тщательно продумывая операцию?

Я лишь вздохнул. Между этими двумя быстро спор завязался. Им нормально было, а у меня в голове гудеть начинало.

В целом ход мыслей перспективный. Не в плане управления нежитью, тут я скорее с Эммой соглашусь, что слишком много подводных камней. Но если божественная искра позволяет развивать в себе любые способности… То тут куда больший простор открывается. Я умею чувствовать мертвых. Откуда эта способность взялась? Искра ответственна? Или опыт смерти? В любом случае было бы неплохо увеличить радиус действия. Хотя бы метров до трехсот. И хрен тогда они меня поймают. А вот я смогу на них охотиться куда продуктивнее. Влияние на проклятья тоже перспективно. Как и Изменение тела.

Но что-то я размечтался. Нужно сначала разобраться, как работает искра. Есть у меня подозрение… Я ведь когда планы строил, мысли мои вращались как раз вокруг Источника. Да и сколько я сокрушался, что он у меня маленький. В этом секрет, в желаниях?

Эти мысли я и озвучил двум спорщикам. Что породило новую волну обсуждений.

— Хватит, — в конце концов я не выдержал. — Что-то мы размечтались. К тому же не стоит забывать, что, планируя путь развития, нужно учитывать риск самому превратиться в нежить. Контроль и всякое такое — это, конечно, перспективное направление. Но что, если я перейду черту, после которой сам начну превращаться в мертвеца?

— Убивая дракона, сам становишься драконом, — с важным видом покивал Ярослав Дмитриевич. — Да, думать надо. Тут Эмма права. Спешить не стоит, и лучше вам всё тщательно проверять.

На том и решили.

Был и ещё один важный момент. Идею снова предложил старик. Про возникшие споры промолчу. В итоге мы пришли к согласию и решили сделать копии полученного архива. После чего одну отправить Владимиру Геннадьевичу, как потенциальному союзнику, а вторую… князю.

Последнее было самым опасным решением. Ярослав Дмитриевич как-то по своим каналам собрал информацию о том, что в городе происходит. Вырисовывалась несколько странная картина. Князь прикрывал целителей — факт. Также он негласно поддерживал Эдуарда Олеговича и мстителей. Ключевое слово — негласно. То есть как бы вроде поддерживал, а на деле как бы и нет. В то же время в городе, когда мы с ритуалом на стадионе разбирались, случилась драка с сильной нежитью. Операцией руководил старший сын князя. Та бойня началась с крупного взрыва, который снес здание. И где-то в то же время исчез Сергей Александрович. Дядя князя, он же глава службы безопасности, большой человек. Официальных заявлений о его смерти пока не было, но нового главу службы уже назначили.

Точно, что там и как, нам известно не было, но мы могли логически рассуждать, опираясь на те методы, которые использовали мертвые. Возможно, глава ковена собирался завербовать Сергея Александровича. С его помощью наказать князя, заодно узнать всю актуальную информацию. Но что-то пошло не так. То ли Сергей Александрович обманул мертвых, то ли князь узнал о его предательстве. Важен итог. Скорее всего, именно в тот момент глава ковена и был уничтожен.

Казалось бы, всё просто. Князь точно теперь с мертвыми дружить не будет. Нужно идти к нему, раскрыться, объединиться и действовать сообща.

Ярослав Дмитриевич был настолько любезен (на самом деле любезным он точно не был), что разбил в пух и прах мои наивные представления. Заявив, что князь и сам бы мог вызвать того же Эдуарда Олеговича и узнать у него все детали. В том числе про меня. Но он этого не сделал. А значит, был вариант, что мстителей специально держат на расстоянии, чтобы их слить. Что касается участия старшего княжича — была вероятность, что тем самым князь его замазал. Чтобы точно не предал.

Вот и получается, что, если бы князь хотел, давно бы нас пригласил пообщаться напрямую. Но он этого не делал по каким-то своим причинам. Поэтому и нам к нему не следовало идти, сохраняя предложенный формат. Другое дело — отправить архив. Его посылать будем с целью… кхм… усиления переговорной позиции князя, а также распространения знаний.

По правде говоря, я не совсем понял логику Ярослава Дмитриевича. Эмма же с ним согласилась. Оставалось лишь довериться.

Лично я для себя решил, что ничего нового не происходит. В условиях дефицита информации и ресурсов мы рискуем. Избегая одних проблем, порождаем другие.

* * *

Когда Владимир Геннадьевич получил сообщение от знакомого реинкарната, что есть кое-что интересное и нужно это забрать, он отнесся к этому с легким любопытством.

Понятно, что Олег мог удивить, но фантазировать раньше времени мужчина не видел смысла.

Тем не менее посылка его изрядно удивила. Не сказать — приятно.

Запершись у себя в кабинете и сказав, чтобы не беспокоили, открыв бутылку вина, мужчина взялся за изучения. Сочтя полученную информацию достаточно важной, чтобы разобраться с ней сразу. В архиве было многое. Детальное описание различной нежити. Устройство ковенов. Методы влияния. Описание главного ковена и тех, кто располагался на землях русских и ближайших княжествах.

Закончив чтение, мужчина задумался. Глобально полученная информация ничего не меняла. Если уж на то пошло, то вообще всё, что мужчина узнал за последние дни, ничего не меняло. Бог мертвых? И что? Человечество скот? И что? Любую ситуацию стоило рассматривать с точки зрения рисков и выгод. Или с точки зрения ключевых целей. Клан должен выжить. Клан должен жить хорошо. Остальное — вторично.

В контексте этого Владимир Геннадьевич трезво оценивал, что клан Кузнецовых ничего с имеющейся ситуацией сделать не может. Тот бой со стариком наглядно показал, что имеющиеся силы не такие уж и большие. А играть в героев — таких мыслей у мужчины даже не возникло.

Поэтому в первую очередь он задумался о том, какую стратегию выбрать для клана, чтобы сберечь его. Грубо говоря, как жить в мире, которым правят монстры. До этого же как-то жили. Вполне неплохо. Значит, и дальше это возможно. Единственное, что напрягало — риск обострения ситуации. Наверняка в ближайшее время у княжества появится множество проблем. Но и это решалось относительно просто. Родня много где есть. Можно взять и переехать.

Но был ещё один момент. Положение «корма» довольно шатко. С точки зрения скота, его жизнь полна радужных перспектив — чего переживать, если тебя каждый день досыта кормят? Ошибка заключается в экстраполяции данных. То, что позволяли сегодня, не факт, что позволят завтра.

Владимир Геннадьевич не верил, что прямо завтра весь мир пустят в расход. Но вдруг это произойдет через десять лет? Двадцать или сто?

Отбрасывать подобную вероятность мужчина не стал. Над этим и задумался. Какое положение занять клану в условиях мирной жизни и как скрытно подготовиться, если вдруг с глупого барашка решат взять не только шерсть, но и мясо. Ответ на последний вопрос, как тайно готовиться, у него уже был. Клятвы. Развитие чистоты Масла. Переход на Кровь, о которой говорил Олег. Служение высоким идеалам.

На какое-то время мужчине сделалось больно. Не из-за себя. Сам-то он, как ни странно, видел в сложившейся ситуации множество плюсов. Главный из них — великая цель. На которую и жизнь положить не жалко.

Но дети… Сыновья только подрастали. Их рано было вводить в курс дела. А вот Арина… Мужчина давно ждал, что она успокоится, выйдет замуж и проживет обычную жизнь. Но дочка что-то не успокаивалась. И теперь отцу требовалось решить. Отнять у неё спокойствие или оставить в блаженном неведении. Которое в любой момент может обернуться трагедией.

Впрочем, над дилеммой мужчина думал не долго. Они род воинов, а не абы кто.

Выйдя из кабинета, мужчина быстро нашёл дочь.

— Иди за мной, — бросил он.

— Мы тоже хотим! — отозвались братья, которые находились здесь же, в общей гостиной.

— С вами потом разберусь, — улыбнулся отец. — Вот как Арину победите…

— Да мы её одной левой!

Арина, фыркнув, отвесила подзатыльник и ушла за отцом. Направились они в тренировочный зал.

— Тренировка? — спросила Арина, заходя следом.

— Пока нет. Начнем с теоретической подготовки.

— Чему учить будешь?

— Не совсем учить. Скорее хочу поделиться соображениями. Знаешь, что является главным стимулом в развитии воина?

— Злой отец, не дающий спуску?

— Это да, — хмыкнул мужчина. — Но я про кое-что другое.

— Стимул — это мотивация. Мотивация связана с целями, смыслами и вызовами. Ты про это?

— Да. Цель и вызов. Про это. Я достиг высокого мастерства. В дуэли мало кто со мной может сравниться.

— То-то тебе навалял какой-то старикан, — сложила Арина руки на груди.

— Он не человек.

— Неужели ты решил мне рассказать детали? — язвительно заметила девушка.

— Именно. Но рано радуешься. В них нет ничего приятного. Скорее это ляжет тяжким грузом на тебя. Уверена, что хочешь услышать?

— Я никогда не боялась трудностей.

— Хорошо. Меньшего я от тебя и не ждал.

— Ты ведь не просто так заговорил про мотивацию… — напомнила дочь.

— Да. Судя по новой информации, мир куда сложнее, чем нам представлялось. И это станет новым вызовом для нашей семьи. В первую очередь для меня и тебя. Мы начнем новый этап подготовки, чтобы сравняться и превзойти тварей, подобных тому старику. И для этого я сначала расскажу тебе про клятвы…

* * *

— Заходи, Петр Демидович, — сказал князь, оторвавшись от документов. — Как на новой должности? С чем пожаловал?

— На должности нормально, — ответил мужчина, проходя. — Эдуард Олегович посылку доставил. Решил сразу вам принести.

— Что там? — нахмурился князь.

— Я лишь мельком глянул. Лучше сами посмотрите.

Князь уставился на коробку в руках нового главы безопасности. Племянника погибшего Сергея Александровича, сводного брата самого князя. До этого он работал его помощником, а теперь принял дела. Князь мужчине доверял не больше, чем всем остальным, здраво рассуждая, что предают все, были бы созданы подходящие условия.

Поэтому на коробку посмотрел с подозрением. Там могло быть что угодно. В том числе бомба.

В принципе, так оно и было. Только бомба оказалась информационной.

— Закрой дверь и скажи там, чтобы никто не беспокоил, — сказал князь, когда осознал, что ему доставили.

Петр Демидович сделал, что велели. На какое-то время двое мужчин погрузились в изучение материала. Заняло у них это пару часов.

— Это всё? — спросил князь, не увидев новых документов.

— Походу, да, — ответил Петр Демидович.

— Познавательное чтиво. Так говоришь, Эдуард Олегович передал? Откуда у него это — не сказал?

— Намекнул, что глава мертвых передал.

— Вот, значит, как. Верится с трудом, — задумался князь. — В принципе, многое пересекается с тем, что мы и так знали. Но мы эту информацию десятки лет копили. А тут от неизвестных лиц настолько систематизированный архив.

— Допросить Эдуарда Олеговича?

— Нет, не стоит. Он щедрый подарок сделал. Может, ещё свою роль сыграет. Давай подумаем, как нам архив использовать.

— Те, кто правит из тени, больше всего боятся света.

— Это с каких пор ты метафорами заговорил? — хмыкнул князь.

— Кхм… — прокашлялся Петр Демидович. — Мы можем создать ковену множество проблем, если распространим эту информацию. К примеру, пошлём копии другим князьям. Ковен много кто ненавидит. Могут и начать действовать. Что отвлечет внимание от нас. Тем более в архиве говорится, что такое случается регулярно и даже сейчас есть несколько активных точек напряжения.

— Смысл в этом есть… — задумался князь. — Но надо всё тщательно продумать. Ошибки в таком деле смертельно опасны.

Двое мужчин начали составлять план, как использовать этот щедрый подарок.

Глава 14

На работу я вышел на восьмой день. Семь дней провёл в доме Чернышова-старшего, а как полностью восстановился, отправился к себе. Там ещё и основное семейство вернуться собралось. Отец Эммы, кстати, звонил каждый день, спрашивал, как дела. Мать, наоборот, затаила обиду и принципиально сама не звонила.

Но ладно. В чужие отношения, хоть они меня косвенно касаются, лезть не хотелось.

Всё, что можно, мы обсудили. Планы тоже составили. Пора было возвращаться и браться за дело.

Вернулся я сначала домой. Прибыл в районе пяти вечера. Пока ехал, а меня вызвался отвезти один из охранников, поглядывал, как город изменился. Определенно, в лучшую сторону. Опять люди по улицам ходили, метро работало. Аристарх Павлович к нам только один раз заглянул, поэтому я не знал актуальной обстановки. Но был в курсе, что комендантский час сняли. Значит, и эпидемия сошла на нет. Что хорошая новость.

Когда уже остановились в паре улиц от моего дома, водитель решил меня озадачить.

— Господин… — позвал он.

Я уже к ручке потянулся, чтобы дверь открыть. Замер, на него уставился.

— Лишнее меня господином не называть.

— Я был там, — как-то по-простому ответил мужчина.

— Где?

— Когда вы дрались с тем монстром. Я не просто охранник, — усмехнулся он. — Я командир личного отряда Ярослава Дмитриевича.

— О как. И часто он командиров водителями посылает?

— Мне точно можно доверять. Да и… Ярослав Дмитриевич сказал мне доставить вас. Подразумевалось, что я кого-то отправлю, но решил сам вас отвезти.

— Как понимаю, не просто так.

— Просто хотел сказать спасибо. Я запомнил слова госпожи, что нужно в вас верить.

Тут я удивился уже серьезно. Верить?

Кивнув, словно так и надо было, я выбрался наружу.

Верить, значит. И что ему там Эмма наговорила? Как-то это мимо меня прошло.

Так-то мне и вовсе богом надо стать, поэтому то, что кто-то в меня поверил, хорошо. Но как-то неловко.

* * *

Воплощение своих великих планов я начал с того, что поздоровался с консьержкой, которая вернулась на своё место, проверил квартиру, в которой ровным счётом ничего не изменилось, выкинул стухшие продукты да отправился в ближайший магазин. Полки там были полупустые, но основное закупил без проблем.

Как-то совсем не удивился, когда из магазина вышел и нежить ощутил. Напрягся, но не удивился. Мелькнула шальная мысль, что вот и всё, отбегался. Но как мелькнула, так и исчезла. Появление нежити ещё ничего не значило. Могли и просто следить.

Но нет. Я пошёл по улице и увидел впереди парня, на вид самого обычного. Без демонической красоты, так что, скорее всего, это не посланник ночи, но так сразу утверждать не готов. Был он одет в пальто, на голове — кепка. Выглядит как не особо богатый студент. Была надежда, что он просто мимо пройдет, но нет. Взгляд прямо на меня был направлен.

Не лучшее время для боя. Я пусть и пришёл в себя, но выдать максимум не смогу.

Впрочем, боя и не случилось.

— Спокойнее, — сказал он мне, остановившись напротив. — Я не драться пришёл. Архив изучил? Это я тебе его закинул. Понравился подарочек-то?

— Чего тебе надо? — нашёлся я с ответом.

Инстинкты требовали атаковать. Здравый смысл требовал подождать, пока я пополню запасы Крови. Да и при прохожих драться не лучшая идея.

— Поговорить хочу. Тут пивная рядом есть. Зайдем?

— У меня есть выбор?

Парень посмотрел на меня странным взглядом.

— А, я понял, — кивнул он. — Ты ненавидишь всех мертвых или думаешь, что я пришёл убить тебя? Нет, я пришёл всего лишь поговорить. Так что, уделишь мне время?

— Идем.

Сейчас конец рабочего дня. Люди домой возвращаются, мимо нас один за другим проходят. Если драка начнется, то легко случайные жертвы появятся. Если только я быстро этого типа не убью. В принципе, можно рискнуть. Шансы у меня неплохие. Но драться на виду? Я и так наследил.

Зашли в бар. Парень выбрал дальний столик. Всего в баре человек двадцать было, занимаются тем, что пьют. Удивительное дело, в баре да пить. Но это так, глупые мысли в голову лезут. Нервничаю немного.

— Принеси нам вашего лучшего пива и закуски какой-нибудь, — сказал парень официантке.

Та кивнула и ушла.

— Чего хотел-то? — спросил я.

— Поговорить, на тебя посмотреть.

— Я не настолько красивый, чтобы на меня смотреть.

— Да, не красавец, — без улыбки ответил он. — Зато интересный. Чем-то моему господину приглянулся. К твоему сведению, я в курсе, что ты не совсем простой человек.

— Не понимаю, о чем ты.

— Брось. Мне лень играть в эти игры. Я не собираюсь тебе как-то вредить.

— Твой господин действительно мертв?

— Да, — как мне показалось, грустно вздохнул парень. — Он давно искал истинной смерти. В этот раз князю повезло. Красиво его сделали. Аж целое здание взорвали. Стало ему могилой.

— Он же выбрался наружу и дрался с военными.

— Это не он. Секретарь. Тот ещё сухарь.

Я покосился на других посетителей, но всем было плевать на нас.

— Так ты, значит, помнишь прошлую жизнь, — парень скорее утверждал, чем спрашивал, — Можешь не отвечать. И так понятно, что тебе выгодно отнекиваться.

— Ты так и не назвал конечную причину, зачем пришёл.

Честное слово, я совсем этих мертвых перестал понимать. То глава ковена пишет завещание, то его то ли ученик, то ли ещё кто приходит с неизвестными намерениями. В полученном архиве прямо было сказано, что есть общий приказ убивать реинкарнатов. Этот тип должен меня прикончить, а не болтать.

Но выглядит он как кто угодно, но не как убийца. Если тот же Артур жути нагонял, то этот парень… Ещё немного, и поверю, что он оплакивает смерть главы ковена.

Мертвые и слезы? Так себе шутка.

— Я объясню, — посмотрел он на меня. — Чтобы было понятнее — я не состоял, не состою и не собираюсь состоять в ковене. По правде говоря, вся эта тема до жути пугает меня. Сомневаюсь, что меня оставят в живых, если обнаружит. Поэтому я собираюсь скрыться.

— Приход сюда как-то не похож на попытку скрыться.

Парень улыбнулся вежливо, посмотрев на меня с иронией. Он отвлекся, когда нам пиво принесли. Я ради интереса тоже хлебнул. Горьковато и злоупотреблять не стоит, но промочить горло сойдет. В качестве закуски нам гренок привести, рыбу какую-то.

— Я любопытен, — снова улыбнулся парень, тоже отхлебнув пива. — Лев Кириллович… Это его последнее имя, — уточнил он, заметив, как я вскинул бровь. — Я для него был чем-то вроде эксперимента. Последние лет сто он задавался вопросом, на что способен наш вид. Ох и времечко было… — покачал парень головой. — Мне оставили душу, как ты можешь догадаться. А потом заставляли делать всякое разное… О, нет-нет, — поправился он. — Ничего такого. Учить языки, изучать музыкальные инструменты, писать картины — за последние семьдесят лет чему я только не научился.

Глава ковена что, питомцев себе заводил?

Насчёт этого типа я не обольщался. Он может врать. А если даже не врет, мертвым для поддержания себя надо питаться живыми. Несмотря на божественную подпитку. Я это и так знал, но и архивы подтвердили. Там половина одного из дневников была расписана размышлениями на эту тему, баланса между затратами, активной нежитью и контролем над миром. Систему выстраивали триста лет, и нежити держали необходимый минимум. Что нам в целом играло на руку.

— Так, а я тебе зачем? — спросил его, когда он замолчал и задумался.

— Лев Кириллов считал обычных мертвецов тупиковой ветвью развития. Что, как по мне, действительно так. Я участвовал в его исследованиях не только как подопытный, но и как помощник, поэтому знаю, о чем говорю. Впрочем, мы с ним давно обсудили, что сам вопрос не имеет смысла, ибо, даже если у тебя осталась душа, ты всё равно остаёшься кормом. Никаких высших существ нет. Корм правит кормом. Итог для всех один. Именно эта бессмысленность бытия и подтолкнула моего господина искать решение проблемы. Что-то или кого-то, кто сможет бросить вызов сложившимся устоям. Поэтому я и пришёл к тебе, чтобы своими глазами посмотреть, тот ли ты, кого мы искали.

— Как же ты собираешься это определить? — заинтересовался я.

— Уже определил. Ты меня ощутил заранее, до того как увидел глазами. Ты ничуть не удивляешься моим словам. Значит, ты очень много знаешь. Согласись, это странно для юнца.

— На этом всё, удовлетворил любопытство?

— Пожалуй, — улыбнулся он, на вид искренне. — Ещё кое-что напоследок скажу. Лев Кириллович этого не просил, но я решил довести его дело до конца и помочь. Правда, это может стоить мне жизни, но чем я хуже своего господина?

— Что ты сделал?

— Всего ничего, — улыбка так и расплылась по его лицу. — Отправил фальшивые отчёты, что ритуал удался, король создан. Также я перебил столичную нежить, чтобы людей не убивали. Вам проще будет. Получите какое-то время на передышку. Нет никакой уверенности, что отчёты сработают. Но хоть так…

На этом наша беседа и закончилась. Парень залпом допил пиво, попрощался, оставил двадцатку на столе и отправился на выход. Я прикинул свои шансы отправиться за ним, проследить до темного угла и прикончить, но решил, что вряд ли получится. Если он не дурак, то мигом скроется.

Поэтому, глянув на кружку пива, подумал, что не пропадать же добру. Допил да гренками закусил. Настроение такое было, лирическое.

Бывают же чудеса. Мертвые помогают против мертвых.

Ну дела.

* * *

Наутро зарядил ливень. Не маленький дождик, а целый потоп. Напомнив мне, что зря я не купил сапоги. Пошёл в ботинках, кожаных, но всё равно умудрился замочить ноги. Да и штанины обляпал.

Проза жизни, как она есть. Сегодня ты спасаешь город, а завтра у тебя грязные штаны.

Не я один такой. От стихии сегодня всем досталось. На работу я пришёл пораньше, Демьян только минут через пятнадцать пожаловал. Весь мокрый и вспотевший.

— Олег! — воскликнул он. — Вернулся? Ну и погодка! Просто жуть!

— Ты, как и я, вплавь добирался?

— Почти так и было! Ты в себя-то пришёл?

Вопрос он задал серьезным тоном, глянув на меня настолько многозначительно, что я аж смутился. Демьян словно и боялся, и надеялся, и верил, и ещё десяток противоречивых эмоций испытывал.

— Процентов на пятьдесят, — ответил я. — Смогу заняться очищением.

— Тогда ты удачно вернулся. Оно-то как раз сейчас и нужно. Эпидемия сошла на нет, но давно не было таких очередей из людей, словивших загрязнение. Был бы Котов, писался бы от восторга. Все хотят без очереди, деньги только так суют.

— А что с Котовым?

— Так уволился, — пожал парень плечами.

— Чего это он?

— Да кто его знает. Говорят, Аристарх Павлович выгнал. Ну и про тебя слухи тоже ходят. Что выгнали из-за вашего конфликта. Только вот теперь расклады-то совсем другие. Тебя жалеют, а не виноватым считают. Поэтому их тусовочка в пролёте.

— Жаль, — покачал я головой.

— Жаль, что в пролёте?

— Жаль, что мы ещё одного целителя потеряли.

— А, ну да, — смутился Демьян. — Идем на планерку?

— Идем. Деньги-то берешь? — спросил я как бы невзначай.

— Обижаешь, — усмехнулся парень. — Всё, нет теперь моих долгов. Испарились, — довольно хохотнул Демьян.

Как мало человеку для счастья надо.

* * *

Целительская суета захватила меня. Распределять задания на день поставили другого человека, вместо Котова. Со мной у него ступор возник. Не ожидал, что я вернусь, поэтому направил к Аристарху Павловичу.

Я и пошёл. Думал, пообщаемся, но целитель по обыкновению был занят, выслушал меня, поверил на слово, что я восстановился, и выделил минимальную норму. То есть тридцать очищений за день. Больше мне и нельзя было. По крайней мере сегодня.

Норму я в первой половине дня отработал. Прямо как в старые добрые времена. Которые были всего-то пару месяцев назад. Нагрузку ощутил и даже усталость, но это было скорее приятное ощущение. Восстановление после травмы.

Во время перерыва позвонил в школу меча. Не для каких-то тайных разговоров. Хотел узнать, когда тренировки возобновятся. Судя по тому, что ответила Арина и что сделала она это сразу, барыня уже заступила на свой пост, а значит, школа работает. О чем мне и сообщили, назвав время, когда подходить. Общая группа у меня теперь новая будет. Остальные-то отправились на осенний призыв, служить.

После обеда проверил сестер. Позвал их в кабинет, чтобы замеры сделать.

— Как ваши дела? — спросил я, когда остались с ними наедине.

— Хорошо, — ответила София, переглянувшись с Верой.

— Было тяжело, но мы справились.

— Вот и славно. Кто первый хочет сделать замер?

На ситуацию в больнице я своими глазами посмотрел. Можно смело утверждать, что кризис миновал. Зараза явно потеряла свой «стержень» и переходила в обычное загрязнение у тех, кто успел её подхватить. Но это так, мелочь. Только в некоторых случаях могло привести к серьезным последствиям, если запустить. Большинству же требовалась обычная чистка. С чем даже сестры могли справиться. Не обязательно привлекать опытных целителей.

Поэтому, так как кризис миновал, я и хотел оценить результаты сестер. При активной практике Источник и сам по себе растет, а уж в случае кризиса… Ну, на самом деле и надорваться можно, а не только бонусы получать. Но с девушками всё нормально было.

Я их замерам ничуть не удивился. Они же… Ну, удивились. Сначала Вера, которая первая пошла.

— Пятьдесят три Капли, — озвучил я результат.

— Но откуда? — опешила она.

— Вы же хорошо трудились, — пожал я плечами. — София?

Та ладони на устройство положила, силу разом выпустила.

— Тютелька в тютельку. Тоже пятьдесят три Капли, — сказал я. — Молодцы, так держать.

Девушки синхронно заулыбались и раскраснелись. Проверил и чистоту. Тут тоже ничего неожиданного. Для меня, хе-хе. Шестьдесят восемь пунктов. Что считалось нормой для опытного целителя, но никак для девушек, которые всего ничего учатся.

Результат закономерный, ибо они часто мою Кровь использовали. По образу и подобию наловчились. Им бы клятвы принести. Но пока не готов им давать такой выбор. Не потому, что это большой секрет. А потому, что это слишком тяжелое решение. Под влиянием момента легко поддаться искушению. Не факт, что они в первую очередь подумают об ограничениях и всей ответственности, от которой никуда не деться. Могут соблазниться тем, что это поможет быстрее развиваться.

— У Петра как дела?

— Любовь-морковь, — закатила глаза Вера.

— Он такой смешной, — фыркнула София.

— Ну-ка, ну-ка, что там у него? — улыбнулся я.

А что? Иногда можно и посплетничать, хе-хе.

* * *

Следующая рабочая неделя для меня прошла, на удивление, в спокойном и размеренном режиме. Будто и не было череды сражений, забегов и попыток балансирования на грани.

Наплыв пациентов постепенно стихал. В школе больных перестали размещать ещё до моего возвращения. Так что и с этой стороны жизнь вернулась к норме. На второй день я взял себе планку в пятьдесят человек и отработал её. После чего позвал сестер и весь оставшийся день провёл с ними, обучая всяким нюансам и делясь Кровью, чтобы проще было. На третий день я уже сотню пациентов взял. На четвертый — вернулся к работе со Степан Денисовичем. А дальше и вовсе перешёл в обычной свой формат, избавившись от усталости и чувства тяжести.

На первую тренировку с новой для себя группой в школу меча тоже сходил. Арина спросила, как насчёт индивидуальных занятий, ответил ей, что через неделю можно попробовать.

В остальном — ничего такого. Что и напрягало. Слишком обыденно всё. С Аристархом Павловичем по душам мы не поговорили. Общались нормально, но «запретных» тем не касались. Сам я с ними не лез. Некую отстраненность целителя можно было списать и на общую загруженность, и на то, что он решил отдалиться от столь проблемного ученика. Какие-то выводы было рано делать.

Как оно часто бывает, любое затишье долго длиться не может. Тем более с моей везучестью.

На четвертый день ко мне приехала Эмма с ночевкой. Ей и самой присмотр требовался — рана пусть и быстро заживала, но всё равно требовалась коррекция. Как и мне. То на то и выходило, что мы присматривали друг за дружкой. Да и чего уж, провести время вместе в эти, вполне возможно, заканчивающиеся спокойные дни — дорогого стоило.

— Мои вернулись, — рассказала она. — Как буря прошла, так и вернулись.

— И как? Были какие-то проблемы?

— Пока сложно сказать. Отец подозрительно косится, мать подчеркнуто игнорирует, младшая пристаёт и характер показывает. В общем, ничего такого, — улыбнулась девушка.

— А дед твой что? Вы с ним нашли понимание?

— Курить больше стал. Ему это всё тяжело даётся. Пока рано судить, — мигом погрустнела Эмма, и я не стал углубляться в эту тему.

Поужинали. Эмма взялась за изучение моего Источника. Божья искра по-прежнему для меня недоступна была. Почему-то я её совсем не ощущал. Эмма, наоборот, чувствовала её отчётливо и могла с ней взаимодействовать.

— Слушай, а что такое эта искра? — спросил я, когда она устроилась у меня на коленях и положила ладонь на грудь.

— Сложно сказать. Я много над этим размышляла, но так и не пришла к каким-то выводам. Лучшая версия — что это энергия с какими-то свойствами. То есть обычная техника, но исполненная на божественном уровне. Возможно, станет понятнее, когда мы сами перейдем на другой уровень.

— Ты ведь говоришь не про обычные дисциплины. Сомневаюсь, что новый уровень мастерства поможет в этом вопросе.

— Думаю, в первую очередь для этого нужно развивать восприятие и контроль. Подумай на досуге, как это сделать.

— Хм… Кроме как десятками лет тренировок?

— Именно, — хмыкнула Эмма.

В этот момент раздался звонок в дверь.

Не скажу, что мы оба подскочили, но около того. В груди сразу тревога проснулась. Я покачал головой, давая понять, что это не нежить. Эмма нахмурилась. Был шанс, что это владелец квартиры или кто-то из знакомых, но что-то подсказывало, что пришли к нам не по случайному поводу.

— Пойду открою, что ли, — сказал я, делая Вдох и пополняя запасы Крови.

— Я подготовлюсь.

— Ага.

Взяв трость, отправился к двери. Заглянул в глазок. Там стоял какой-то высокий мужик, с очень решительным видом. То ли услышав, что я подошёл, то ли по глазку определив, но он ещё раз позвонил, куда требовательнее. Формы на мужчине не было, но одет в дорогое пальто.

Открывая дверь, ожидал, что этот тип бросится и попытается ворваться внутрь, но нет. Он смерил меня взглядом… Я бы сказал сердитым взглядом и спросил:

— Олег Васильев?

— Кто спрашивает?

— Ярослав Чернышов. У меня есть сведения, что моя сестра находится в этой квартире.

Ого. Старший брат пожаловал. Да уж, да уж.

Глава 15

Про брата Эммы я знал удручающе мало. Если ничего не путаю, сейчас ему двадцать шесть лет. Лет пять назад он сбежал из дома и отправился на службу. Предварительно поругавшись с матерью и отказавшись так рано связывать себя узами брака. После этого парня почти что вычеркнули из жизни семьи. Сам он тоже не горел желанием общаться, посылая редкие письма да раз в год появляясь в поместье. С Эммой у него отношения были… Да никакие. Большая разница в возрасте, пять лет дистанции.

Что он здесь делает, было неясно. Точнее, ясно — пришёл за Эммой. Но для брата, который почти не общается с сестрой, это как-то слишком.

— Она здесь? — потребовал он ответа, не дождавшись моей реакции.

Желание соврать и закрыть у него перед лицом дверь я подавил. Ссориться с ещё одним членом семьи Чернышовых мне совсем не хотелось.

— Здесь. Зайдете?

Мужчина самую малость смутился, но тут же снова принял строгий и решительный вид.

— Эмма! — позвал он, проходя мимо меня, когда я в сторону отошёл.

— Какие люди, — вышла она с кухни. — Ты чуть опоздал. Мы уже поужинали и чай выпили. Могу сделать тебе отдельно.

— Ты что здесь делаешь? — поинтересовался он требовательно. — Право слово, я думал, что наша матушка изрядно приукрашивает и выдумывает, утверждая, что ты спуталась с дурной компанией, но это…

— Погоди, погоди…

Эмма быстро подошла к мужчине, потыкала его пальцем, отчего он попятился, приподнялась на носки и растянула его за щёки. Надо сказать, что Эмма сама девушка вовсе не низкая. Метр семьдесят с копейками. Её же брат и вовсе «дылда». Метра под два точно. Не скажу, что мощный, но и не худой. Поэтому сцена выглядела комично.

— Ты что делаешь? — опешил он.

— Проверяю. Лицо вроде твоё. Голос тоже твой. А слова какие-то глупые, странные. С каких пор ты стал верным песиком нашей мамочки? — с фальшивым подозрением спросила она.

— Ты мне зубы не заговаривай. Одевайся, мы уходим.

— С чего бы?

— С того, что я так сказал.

— А ты кто?

— Я твой старший брат.

— И что?

— И то!

— Ну хорошо, старший брат, — насмешливо бросила девушка. — Я отказываюсь идти. Твои действия?

— Значит, я тебя заставлю.

— О как, — Эмма похлопала глазами. — Надо же! Сбежал мальчишкой, а вернулся настоящим мужчиной! Хорошо тебя в армии женщинам угрожать научили!

Ярослав залился краской. На меня острый взгляд бросил. А я что. Прислонился к дверному косяку, стою, наблюдаю. Усыпляющая техника уже собрана, если дернется, баиньки отправлю.

— Я могу и иначе вопрос решить, — упрямо ответил Ярослав.

— Как же? — сложила Эмма на груди.

— С твоим… другом, — посмотрел он на меня.

Эмма рассмеялась. Звонко и хлестко, а ещё, как мне показалось, крайне обидно для своего брата.

— Напомни, у кого-то ты там служил? — спросила она. — Обязательно передам, что служба у твоего командира поставлена из рук вон плохо. Не военный, а головорез!

— Говори, что хочешь, но так или иначе я вопрос решу. Хватит позорить нашу семью. Либо ты возвращаешься, либо…

— Что либо? — прищурилась Эмма.

Если вначале она ещё веселилась, то сейчас подобралась.

— Либо я вызову твоего любовника на дуэль! — выпалил Ярослав.

— А не боишься, что я тебя сама вызову на дуэль? — тихо спросила она.

— Не боюсь, — самоуверенно улыбнулся её брат.

— Кхм… — прокашлялся я. — На дуэли ещё победить надо.

— Уж как-нибудь с сестрой справлюсь! — раздраженно ответил Ярослав.

— Он не про меня, дурак, — фыркнула Эмма.

Ярослав смерил меня взглядом.

— Ну-ну, — Эмме взгляд совсем не понравился. — Взрослый детина угрожает юноше дуэлью. Какой позор, — покачала она головой.

— Позор — это то, чем ты занимаешься! — снова начал закипать Ярослав.

— Кхм-кхм, — второй раз прокашлялся я, привлекая внимание. — В принципе, я согласен. Дуэль так дуэль. Но при одном условии. Если побеждаю я, вы отстаёте от Эммы.

— Да ну, он струсит, — поддела Эмма.

Чем окончательно добила брата. Если он ещё подумывал ответить как-то язвительно, то сейчас лишь резко кивнул.

— Но, если побеждаю я, ты исчезаешь из её жизни.

— Договорились, — легко согласился я. — Предлагаю устроить дуэль в школе меча семьи Кузнецовых. Они же выпустят гарантом, что дуэль пройдет честно.

— Отличный вариант, — согласилась Эмма. — Я договорюсь с Ариной.

— Кузнецовы? — удивился её брат. — Пусть так. Не вижу в этом проблемы.

— Через неделю устроит?

— Почему так долго? — вскинул он бровь.

— Потому что я недавно получил травму, и мне надо восстановиться.

— Хм… — смерил он меня взглядом. — Через неделю.

— В восемь вечера, — уточнил я.

— Договорились.

— Если так, попрошу на выход. Или останетесь на чай?

— Обойдется, — ответила Эмма.

— Но…

Он явно хотел сказать что-то типа «сестра уйдет со мной», но глянул на Эмму и прикусил язык.

Сдержанно кивнув, он и правда отправился на выход. Ушёл, не прощаясь.

— Ну вот, полы испачкал, — с досадой сказала Эммой, смотря на следы. — Убирай теперь за ним.

Я сходил, закрыл дверь. Достал швабру с тряпкой да помог Эмме прибраться.

— И что это было? — не удержался я от толики иронии в голосе.

— Сама в шоке. О том, что брат вернулся, я не знала. Наверное, мать его вызвала. Может, отец. Ну, или оба постарались. Отец сказал что-нибудь типа того, что в княжестве тяжелые времена и наследник нужен рядом. Мать накапала на мозги, что я совсем от рук отбилась. Брат вернулся и решить с ходу показать, что чего-то стоит. Возможно, ему намекнули, что я мечу на пост главы.

— А ты метишь?

— Мечу.

— Уверена?

— Это хороший инструмент, — пожала она плечами. — Уж лучше править самой, чем с кем-то бодаться и объяснять логику решений.

— Трудно не согласиться.

Я уже успел оценить поддержку от Ярослава Дмитриевича и его гвардейцев. Без них и ресурсов клана мы бы так активно не действовали. Да и нападать бы не смогли.

— Что скажешь насчёт брата? Он хороший боец?

Эмма тяжко вздохнула.

— Я его давно не видела. Знаю, что он поучаствовал в паре боевых конфликтов. Но также знаю, что он, мягко говоря, неплохо устроился. У аристократов, знаешь ли, есть определенные привилегии. Поэтому он может быть сейчас как серьезным бойцом, так и переоценивающим себя дураком. Но, уверена, фехтует он неплохо. Наша семья в плане боевых качеств особо не выделялась. Накопленные знания тоже так себе. Но помню, что брат налегал на фехтование. В этом плане он типичный дворянин.

Не подпускай его близко и сразу вырубай.

— Совсем тебе брата не жалко, — хмыкнул я.

— Да я до сих пор в шоке, что он приперся.

— Может, тебе лучше домой поехать?

— А смысл? Приглядывать за ним? Так пусть хвост распускает. Завтра приеду и гляну, какую суету он разведет.

— Как знаешь.

* * *

Эмма вернулась домой в первой половине дня. Первым делом отправившись к деду. Не к матери же ей идти разбираться. Немного удивилась, застав в доме старика брата. Так-то в этом ничего необычного не было, но как-то удачно совпало.

— Эмма! — воскликнул старик, заметив девушку. — А тут твой блудный братец клинья подбивает.

— Вообще-то, я пришёл выяснить, куда вы, дедушка, втянули мою сестру, — сказал Ярослав раздраженно.

Эмма про себя улыбнулась, когда увидела пустое кресло. Её кресло. В котором она сидела каждый раз, когда приходила сюда. Брат же сидел на стуле, который наверняка сам сюда и притащил. Девушка живо представила, как старик не разрешил Ярославу садиться в кресло. Тот наверняка не ожидал такого. Пройдя мимо брата, Эмма с удовольствием плюхнулась в кресло, отметив, как Ярослав скривился.

— А я, случаем, не пропустила его рассказ, как он докатился до жизни такой? — спросила Эмма.

— Эту часть он почему-то решил пропустить, — саркастично заметил дед.

— Смотрю, вы отлично спелись, — сказал Ярослав. — Это не отменяет моих вопросов. Во что ты втянул Эмму, старик?

— Ты лучше другое расскажи, — перебила его Эмма. — Кто это в армии тебя научил угрожать женщинам, вламываться в чужие квартиры, вызывать на дуэль простолюдинов, ещё и несовершеннолетних⁈

— Это Олега, что ли? — вскинул брови Ярослав Дмитриевич. — Шустер! Ох, шустер!

— Так вы про Олега в курсе, — пропустил брат подачку мимо ушей и прищурился.

— Конечно, в курсе, — фыркнул дед. — А ты, смотрю, совсем поглупел вдали от дома. Матушке своей на слово верить стал. Когда из дома-то сбегал, совсем другого мнения о ней был!

— Пока что её тревоги не выглядят безосновательно, — бросил мужчина взгляд на сестру. — Как ты могла спутаться с простолюдином?

— Обсудим это после дуэли, — прохладно ответила Эмма. — Лучше скажи, чего прибежал-то? Не только ведь мою девичью честь спасать.

— Отец сказал, что нужна помощь, — нехотя ответил Ярослав.

— Надо же, — фыркнул старик. — Когда дуэль-то? Тоже хочу посмотреть на неё. Где проводить будете?

— Через неделю. В школе Кузнецовых, — ответила Эмма.

— Отлично. Я буду!

Ярослав удивленно посмотрел на деда. Эмме даже стало немного жаль брата. Совсем ничего не понимает.

* * *

Попрощавшись с Эммой, с утра отправился в лечебницу. Вечером — на тренировку.

— Слышала уже? — спросил у Арины, которая сидела, как обычно, за стойкой.

— Про твою дуэль? — хмыкнула она. — Эмма звонила. Всё устроим.

— Хорошо, — кивнул я.

— Отец с тобой хотел поговорить. Задержишься вечером?

— Не вопрос.

Дверь у меня за спиной открылась, зашла пара учеников, и, не задерживаясь, я отправился в раздевалку.

С этой группой как-то попроще было. Если в той я был новичком, которого некоторые альтернативно одаренные личности проверять на прочность стали, то в этой ровно всё было.

Как отзанимался, привёл себя в порядок, поужинал в столовой да отправился на переговоры к Владимиру Геннадьевичу. Интересно, что он скажет.

— Привет, Олег, — махнул он мне рукой, когда я вошёл. — Садись. Чайку?

— Не откажусь.

— Это правильно. Как себя чувствуешь? Пришёл в норму?

— Процентов на девяносто.

— Быстро восстановился, — улыбнулся мужчина. — Ладно, не буду ходить вокруг да около. Я обдумал наш разговор. За отправленный архив тоже спасибо.

— Что надумали?

— Две вещи. Во-первых, я решил, что на первом месте безопасность и благополучие клана.

— Кхм… — прокашлялся я. — Если правильно вас понял, то… Я ведь вам и не предлагал пока ничего. Если не считать той вылазки.

— Ты дослушай, — вежливо улыбнулся мужчина. — Для справки — с моей точки зрения, всё то, что ты перечислял… Что нежить управляет миром, что они питаются людьми, что проводят ритуалы, это, скажем так, не является чем-то эдаким. Поясню, — добавил он, увидев, как удивленно я посмотрел на него. — То, как мертвые используют людей, не сильно отличается от того, как сами люди используют людей. Убийства, пытки, эксплуатация — всего этого хватает в человеческом обществе. Да чего уж. Ты и сам повстречался с Иваном Голыновским, который настолько отбитый, что среди бела дня напал на девушку. Чем это принципиально отличается от… — Владимир Геннадьевич покрутил рукой. — Того, что какая-то тварь сожрала кого-то?

— Я вас понял, Владимир Геннадьевич. Знаете, я тоже над этим думал. Размышляя, а стоит ли спасать человечество, когда оно и само охотно губит себя.

— И какой ответ ты нашёл?

— Согласно моему опыту, статистика пятьдесят на пятьдесят. На своем пути я встретил много хороших людей. Ради них хотя бы и стоит стараться.

— Радует, что человечество не полностью прогнило, — улыбнулся мужчина.

— Да. Но кое в чем вы ошибаетесь. Мертвые являются экзистенциальной угрозой. Они в буквальном смысле как гильотина, зависшая над человечеством. В любой момент может быть вынесен приговор.

— Я это понимаю. Поэтому в том, что я хотел сказать есть «во-вторых», — снова улыбнулся Владимир Геннадьевич. — Любой воин всегда должен трезво оценивать свои силы. Открытое противостояние наш клан не потянет. Воевать с организацией, которая, с твоих слов, контролирует весь мир? Уверен, мы станем не первыми, кто взбрыкнет, и механизмы противодействия отработаны. Поэтому единственный формат, в рамках которого я готов оказывать тебе поддержку, — это тайно и осторожно. То есть так, чтобы не навлечь беду на клан. Надеюсь, ты понимаешь, почему я делаю такой выбор.

— Учитывая, что я вас ни о чем не просил, это и так щедрое предложение, — ответил я, удержав лицо.

Какой-то неожиданный заход со стороны мужчины.

— Ты ведешь борьбу против, как и сказал, гильотины. Закрывать глаза на проблему не в моих правилах. Но и геройствовать тоже глупо. Поэтому, если у тебя будут какие-то просьбы, ты можешь смело обращаться. Помогу, чем могу.

— Спасибо, Владимир Геннадьевич.

— Да пока не за что. Есть ещё кое-что, что хочу предложить. Я принял решение тайно развивать мастерство борьбы против мертвых. На тот случай, если противостояние перестанет быть скрытым и перейдет в острую фазу. Лучше быть готовым, чем упустить этот момент.

— Логично, — улыбнулся я.

— Поэтому давай продолжим наши занятия. Твои опыт и знания, опыт и знания моего клана. Где-то на стыке этого давай искать лучшие решения.

— Вы предлагаете полную открытость?

— Да. Опыт с Ариной оказался очень удачным. Так почему бы не продолжить?

— Это уже второе щедрое предложение от вас за вечер. С чего хотите начать?

— А вот это как раз давай и обсудим с тобой…

И обсудили.

* * *

От Кузнецовых я уходил в приподнятом настроении. Мысль о том, что они не присягнули на верность и не отдались полностью общему делу, мелькали, но как-то не всерьез.

В конце концов, чего мне жаловаться? Предложения и правда более чем щедрые. Особенно если вспомнить, с чего я начинал, прибыв в столицу. С полного нуля. А теперь пусть ситуация и стала куда опаснее, но и возможностей значительно прибавилось.

Чернышовы, Кузнецовы, Аристарх Павлович. Всё это куда больше нуля. А ведь и года не прошло. Сам я тоже неплохо развился. Достаточно, чтобы пободаться с ковенами. Поэтому настроение и было приподнятым. Чем-то конкретным мы в этот вечер не занялись. Время-то позднее. Пока лишь общий план наметили. Кузнецовым хватало боевых навыков, но вот чистоты Масла — уже нет. Поэтому прикидывали варианты, как им перейти на Кровь.

Точнее, не так. Как им, особо не меняясь, перейти на неё. Что, как по мне, задача, обреченная на провал. Но и на какие-то кардинальные изменения Владимир Геннадьевич пойти не мог. Жизнь ведь продолжается. И если давать те же клятвы Служения человечеству, то это скорее породит сомн проблем, нежели принесет какую-то пользу. Это я мог Служить сразу всему человечеству и роду людскому. А обычный аристократический клан… Ну, как говорится, есть нюансы.

Переход на Кровь — первая тема. Вторая — создание оружия и брони. Владимир Геннадьевич оценил, как я его оружие улучшал, и неудивительно, что пожелал обзавестись более качественными образцами. Заявив, что не просто так у них фамилия Кузнецовы. Кое-что в создании оружия они понимают. Третья тема — Изменение тела. Но тут я притормозил его порывы, честно сказав, что для качественно следующего шага нужна серьезная подготовка. Не только в личном плане и развитии тела, но и в изучении мною материала. Я ещё тогда начал совмещать свои знания и знания этого мира, но процесс был далек от завершения. Проще говоря, мне надо подналечь на учёбу.

Ну и последнее — это общие боевые навыки. Мужчина обещал лично меня с Ариной и Эммой начать гонять. Интересно, что из этого выйдет.

По графику договорились, что я буду два раза в неделю заходить на общие тренировки (создания алиби никто не отменял), и ещё два дня тренировки будут индивидуальные.

* * *

На следующий день Аристарх Павлович поставил задачу проверить всех целителей, снять с них показатели. Поставил он на это дело меня и Демьяна. В свободное от остальных обязанностей время.

Плевая, на первый взгляд, задача оказалась той ещё подставой административного характера. Нам нужно было договориться с каждым целителем отдельно, чтобы он пришёл и сдал тест. После чего свести все данные в таблицу. И внести туда не только голые цифры, но и общие характеристики, кто и чем занимался во время эпидемии.

Ладно ещё анализ данных. Но договориться с господами целителями, каждый из которых был занят очень важными делами, — это такое себе удовольствие. Я не спорю, они действительно заняты, но черт… Ворчать с настолько надменным видом было не обязательно. Не все так делали, конечно. Но некоторые особенно отличились.

Убили на это задание два дня. Ещё полдня сводили расчеты. И то Демьян настолько заинтересовался вопросом, что взял бумаги домой и часть сделал в свободное время.

— Думаю, уже можно резюмировать, что твоя догадка оказалась верна, — сказал он, когда мы всё разложили и подбили результаты. — У самых активных целителей прибавка случилась в районе десяти процентов, как в объеме, так и в чистоте Масла. У менее активных — от трех до десяти процентов. У шайки Котова случился небольшой регресс. Что думаешь? — посмотрел Демьян на меня.

— А что тут думать? Я изначально тебе сказал, что так оно и будет.

— Это да. Но откуда ты это знал и почему это работает?

— Я ведь уже говорил, как это работает.

— Я спрашиваю не как, а почему. Почему сила целителя растёт, когда он Служит? — спросил Демьян.

— Если немного подумаешь, то легко догадаешься.

— Я думал, и много, — насупился парень.

— Хорошо, — вздохнул я. — Что такое Служение? Это концентрация на чем-то. Полная отдача чему-то. Отсечение всего лишнего. Как на уровне действий, так и на уровне помыслов. Ты сам знаешь, что сила может принимать любые свойства. Вот и получается механизм взаимного влияния. Грубо говоря, ты постепенно становишься своим в доску парнем для целительства.

— Что значит для целительства? Что, где-то сидит комиссия, которая выносит вердикт? Или хочешь сказать, что сила сама решает, кому помогать, а кому нет?

Я потер глаза и прикинул, как ответить. Вопрос сложный, так легко и не объяснишь. Тем более готового ответа у меня и нет.

— Скорее, суть в другом. Ты влияешь на силу, сила влияет на тебя. Если ты сам чист, то привносишь в силу чистоту. А та привносит чистоту в тебя. Вот тебе домашнее задание. Поразмышляй на тему того, что ты вкладываешь в целительство. У тебя, кстати, неплохо получается. Результаты говорят сами за себя.

Демьян смущенно и довольно улыбнулся, спрятав взгляд. Его динамику мы тоже замерили. Результаты и правда были выше всех. Но и вкалывал парень соответственно. Прямо второй я, хех.

О результатах мы доложили Аристарху Павловичу. Он совсем не удивился. Сказал, что обнародует материалы и статью выпустит. Неизвестно только, сколько это времени займет.

Мне вот тоже было непонятно насчёт времени. Затишье продолжалось. Знать бы, когда рванёт.

Оставшаяся неделя пролетела в том же режиме обычных будней. Я полностью разобрался с последствиями надрыва, насел на учебники, ходил на тренировки. Заглянул к Петру в гости разок, пообщался с ним. В ресторан тоже заходил поесть, узнал, как там дела. Стариков своих набрал, они вернулись к работе, ничего нового у них не произошло.

Как-то так время и прошло. Наконец, настал день дуэли. Пора было разобраться с братцем Эммы.

Глава 16

В назначенный день и час все причастные и желающие посмотреть на поединок собрались в школе меча. Под это дело Владимир Геннадьевич нам отдельный зал выделил, где никого постороннего не было. Сам он тоже заглянул.

Если быть точным, то сначала я пришёл, сразу после лечебницы приехал. Меня встретила Арина, сказала переодеваться и проводила в зал. Мы с ней поболтали о всяком разном, и тут Владимир Геннадьевич зашёл вместе с Чернышовыми. Эмма, её брат Ярослав и их дед, Ярослав Дмитриевич. Было непривычно увидеть старика вне его дома. Всего неделю с ним общался, но привык, что он в домашнем, да у камина кости греет, а тут не то чтобы принарядился, но вид имел строгий и официальный.

Эмма выглядела, как обычно, хорошо. А вот её брат… Я еле удержался от ухмылки.

Сам я стоял в спортивной форме, которую выдавали в этой школе. Она удобная и как раз для фехтования сделана. Во что ещё мне одеваться? Но это я так думал. Ярослав же явно был другого мнения и пришёл будто на свадьбу. В штанах и белоснежной рубашке. С мечом в ножнах.

Выглядело это слишком по-позёрски. Поэтому и захотелось улыбнуться над этой картиной. Но обострять я не стал, врага заводить тоже лишнее, вот и сдержался.

— Олег, привет, — кивнул мне Владимир Геннадьевич, которого я сегодня ещё не видел.

— Вечер добрый, — кивнул я в ответ.

Ярослав на это бровью дёрнул. А я как-то не подумал, что в его глазах обычный простолюдин не может так легко главе клана кивать.

— Начинать-то будем? — недовольно спросил Ярослав Дмитриевич. — Раз все в сборе, то чего тянуть.

— Конечно, начнём, — вышел вперёд Владимир Геннадьевич. — Господа, уточню. Все ли знакомы с правилами?

— Нет, — ответил я. — Дуэльному кодексу не обучен.

Ярослав, который остановился напротив меня, отчётливо фыркнул. Отчётливо и презрительно.

— Там ничего сложного нет, — ответил Владимир Геннадьевич, улыбнувшись. — Дуэль будет до первой крови, как понимаю? — бросил он взгляд на Ярослава.

— Меня это устроит, — сказал он.

— Кхм… — прокашлялся я, привлекая внимание. — Я как целитель не могу причинять вред людям, в том числе пускать кровь. Если это не ради излечения, конечно же. Но это не тот случай.

— Что за бред? — Окинул меня недоуменным взглядом Ярослав. — Зачем тогда было соглашаться на дуэль, если отказываешься?

— Разве я отказываюсь? — удивился я.

— Дуэль может закончиться, если кто-то решит сдаться и признать поражение, — заметил Владимир Геннадьевич.

— Но это же точно бред, — возразил Ярослав. — Я не собираюсь сдаваться.

— Хватит болтать, — проворчал Ярослав Дмитриевич. — До крови, до сдачи или до потери сознания. Обоих устроит?

— Да, — ответил я.

— Да, — повторил Ярослав и добавил: — Мечами целители тоже пользоваться не могут?

Стоял-то я без оружия.

— Мне хватит и учебного меча. Позволите, Владимир Геннадьевич?

— Конечно, — снова улыбнулся он.

— Учебного? — откликнулся Ярослав. — Да ты издеваешься!

Проигнорировав его, я сходил до стойки и взял ближайший деревянный меч. Они все одинаковые были, хорошо мне знакомые, поэтому без разницы.

Пока ходил туда-обратно, окинул взглядом собравшихся. Арина презрительно поглядывала в сторону Ярослава. Эмма выглядела отстранённо, держала лицо. Ярослав Дмитриевич… Ну, он был угрюм, как и всегда. Владимир Геннадьевич тоже не выбивался из привычного образа, выглядя как довольный кот, предвкушающий потеху.

— Простолюдин не имеет права на ношение боевого оружия, — заметил мужчина, бросив взгляд на Ярослава.

Тот заиграл желваками. Намёк был более чем ясен. Владимир Геннадьевич его так пожурил за то, что он простолюдина вызвал на дуэль.

— Я готов, — сказал им.

— Ярослав?

— Я тоже готов, — ответил брат Эммы.

Меч на учебный он не пожелал сменить. С боевым против меня выйдет.

— Тогда по команде. Встаньте на дистанцию шести шагов. На всякий случай напомню, что калечащие и смертельные удары запрещаются. В остальном можете себя не ограничивать. Допускаются любые приёмы, в том числе с использованием силы.

Это я всё уже знал.

Сложно сказать, как это выглядело со стороны. Отчасти брат Эммы был в своём праве. Но это если не знать всю ситуацию. Но что об этом сейчас думать. Надо сосредоточиться.

Мы встали на обозначенную дистанцию. Владимир Геннадьевич дал отмашку. Ярослав, которому это всё, кажется, надоело, решил закончить дело быстро. Резко приблизившись, он сделал выпад.

В целом, логично. Против обычного простолюдина больше и не надо. Требуется только кровь пустить.

Но его клинок встретил мой деревянный меч и отбил. Я почти не сдвинулся с места. Сейчас, под ускорениями и усилениями, я контролировал ситуацию.

Надо отдать Ярославу должное. Он не растерялся. Но и произошедшее оценил не очень верно. Рефлексы сработали, и он исполнил какую-то свою связку, хорошо отработанную. Это было отчётливо видно по тому, что сами движения выверены, а вот их логика… Говорю же, не успел он осмыслить полученный отпор.

Наши мечи замелькали, я оценил его навыки и нанёс два удара, один за другим. Также выпустив облако Крови, весь накопленный объём, а это почти тысяча Капель.

Одно из отличий Крови от Масла в том, что она светится. Зал озарило, Ярослав потерял меня из виду. И не заметил, как я срубил его меч. Не то чтобы это было нужно, просто я не хотел, чтобы остались какие-то возражения.

На этом дуэль была закончена. Облако Крови сгустилось, облепило мужчину, оплело и застыло белоснежным коконом. Он даже вскрикнул не успел, как повалился.

В полной тишине Ярослав начал сопротивляться. Выпустил Масло, то полезло из-под кокона. Не собираясь давать ему и шанса, я часть своей силы направил в его организм. Ничего такого не сделал. Лишь расслабил. Концентрацию он мигом потерял, и попытки выбраться прекратились.

— Сдаёшься? — спросил я.

— Ещё чего! — рявкнул он.

— Ну-с, — протянул я. — Подождём.

Подождали. Где-то минуту Ярослав трепыхался. А потом его дед поставил точку в нашем вопросе.

— Хватит позориться, — проворчал Ярослав Дмитриевич. — Тебя уже десять раз могли разделать, как свиную тушу.

Ярослав затих и тихо пробормотал, что сдаётся. Я развеял кокон. Мужчина поднялся. Уставился на обрубок меча. Нашёл взглядом отлетевший кусок. Посмотрел на меня. Опустил взгляд на деревянный тренировочный меч. Заглянул мне в глаза.

Не знаю, о чем он там подумал, но выражение лица у него сделалось, мягко говоря, растерянное и озадаченное.

— Что же ты, Олег, — сказал мне Владимир Геннадьевич осуждающе, — обломал меня. Я-то красивую драку хотел посмотреть, а тут… — Махнул он рукой.

— Позор сплошной, — поддакнул ему Ярослав Дмитриевич. — Чему их только в этих армиях учат… Поговорим, Володя? Раз приехал, обсудим пару вопросов.

— Конечно, Ярослав Дмитриевич. Мне про вас отец столько баек рассказывал, любили вы мечом помахать в молодости…

— Так времена тогда совсем другие были. Кто не любил, тот не выживал, хе-хе-хе, — то ли закашлялся, то ли засмеялся он.

— Арина, — бросил Владимир Геннадьевич дочери, направившись со стариком на выход. — Проводи молодого человека до машины. Ему в школе меча не рады больше.

Сказано это было обычным тоном, но Ярослав замер и скривился. Тут же взяв себя в руки.

— Пошли, — сказала Арина, подходя к нему, когда старшие ушли.

Только когда дверь за ними закрылась, я облегчённо выдохнул. Напрягали меня не люди, а ситуация. Не иначе как юношеский максимализм в тот момент во мне проснулся. Подумалось, что согласиться на дуэль — хорошая идея. Потом уже успокоился и пожалел. В своих силах я был уверен, но всё равно. Рисковать Эммой или своим словом — точно не стоит.

— Ты как? — спросила Эмма.

— Мне-то что? — Повёл я плечами.

— Я думала, красивый бой изобразишь.

— Думал над этим, но отказался от идеи.

По моему взгляду Эмма всё поняла. Хмыкнула, не стала углубляться.

А я что? Действительно не хотел рисковать. Свои шансы на победу я оценивал где-то в восемьдесят процентов. Основаны они были на ряде известных мне вещей. Том, что Источник в пятьсот Капель считается хорошим достижением для любого опытного адепта-аристократа. Том, что Ярослав использует Масло. Том, что он не из самого боевитого рода и никаким продвинутым искусством не владеет. Ну и на самомнении мужчины, его уверенности в себе и недооценке противника мой план тоже строился.

Вариант устроить красивый бой имел смысл ради двух вещей. Чтобы покрасоваться перед собравшимися, и чтобы впечатлить самого Ярослава. Но красоваться мне нет никакого толку. Ставки настолько высоки, что детские выходки… Ну, такое. Впечатлять враждебно настроенного мужчину тоже та ещё задумка.

Поэтому я и решил закончить бой максимально быстро.

— Чего теперь ждать? — спросил я Эмму.

— От кого? От брата? Не знаю. Он конкретно так опозорился. Причём перед чужим родом. Одно слово Владимира Геннадьевича, и его репутация фехтовальщика будет растоптана.

— Думаешь, он будет про него что-то рассказывать? — удивился я.

— Специально? — задумалась Эмма. — Сомневаюсь. Но жизнь штука сложная. Мало ли где сегодняшний инцидент всплывёт. По правилам, аристократ не может вызвать простолюдина. Так ты ещё и сильно младше его, целитель. А, чего уж, — махнула она рукой, — минут десять посижу и пойду к нему. Если не уедет. Но это вряд ли. Мы ведь на одной машине приехали, — усмехнулась Эмма. — Будет сидеть и осмысливать, что сейчас было. Красиво ты его.

— Чего красивого? Голый расчёт.

— Это да. Но чтобы целитель-юнец победил так легко опытного вояку… — Эмма сверкнула глазами.

— Как бы обиды не затаил. Этого нам ещё не хватало, — покачал я головой.

* * *

— Пока твои не выйдут, так и быть, подожди здесь, — бросила Арина Кузнецова, выведя Ярослава на парковку.

Мужчина вспыхнул. Который раз за вечер. Прикусив язык, он молча уселся в машину. Та была просторная, сзади хватало места, чтобы свободно ехать втроём.

Ярослав уставился перед собой, ничего не видя. Его, наследника рода, вышвырнули, как какого-то безродного. В следующие минуты Ярослав в полной мере прошёл через ряд не самых приятных эмоций. Начиная от непонимания и неверия, заканчивая гневом и яростью. Завершилось это опустошённостью. Ещё пару лет назад он гневался и вспыхивал куда быстрее, но в армии были и другие родовитые, поэтому… В общем, то ли жизнь научила держать голову ясной, то ли возраст сделал своё дело. В конечном счёте Ярослав успокоился и взглянул на ситуацию иначе.

Уж кем-кем, а случайным простолюдином, мошенником и проходимцем этот Васильев не был. Ярослав допускал, что ловкий малый способен задурить голову даже аристократам, но победить на дуэли… Нет, это совсем другое.

Срубить боевой клинок учебным мечом!

Как это сделать технически, Ярослав представлял. Нарастить кристаллизованную кромку, правильно ударить. Только вот для этого нужны и гигантский Источник, и талант, и опыт, и наработанные навыки. Мужчина был готов поверить, что на такое способен Владимир Геннадьевич, хозяин школы меча. Шестнадцатилетний парень? Нет, в это поверить было нельзя.

Остальные странности лишь усугубляли общую картину. Кузнецовы, которые дружат с этим простолюдином. Дед, который не постеснялся пройтись по внуку на людях и явно был лояльно настроен как к внучке, так и её любовнику. Непонятная сила парня.

— Да кто он такой⁈ — тихо прошипел Ярослав.

Мужчина подобрался, когда заметил выходящую из школы сестру. Та быстро дошла до машины, открыла дверь, села. Уставилась.

Ярослав невольно волнение ощутил. Это была не маленькая сестрёнка, которую он запомнил. Взрослая уже девушка с тяжёлым взглядом.

— Успокоился? — спросила она, когда молчание затянулось.

Ярослав снова вспыхнул. Сначала его, как безродного, выгнали из школы, а потом сестра, будто он дитя неразумное, дала ему время успокоиться.

— Кто такой Васильев? — подавив лишние эмоции, спросил Ярослав.

— Ты наконец-то удосужился задаться этим вопросом, — без тени улыбки ответила Эмма. — Знаешь, в чем твоя ошибка?

— В чем же? — спросил Ярослав, стараясь держать себя в руках.

Пока сидел один в машине, он дал себе зарок сначала прояснить ситуацию, а потом уже как-то реагировать. Что и собирался сделать.

— В том, что тебя позвали родители и ты с радостью прибежал. Наверное, решил, что нагулялся и теперь пора домой, получить своё, заняться делом. Быть может, даже чувствовал себя таким важным, считай, героем, который прибывает домой в трудный час и всех спасает. В том числе свою непутёвую сестрёнку, которая спуталась с проходимцем.

Ярослав на эту речь криво улыбнулся. Отчасти так оно и было.

— У тебя была целая неделя, чтобы разобраться, — продолжила Эмма. — Собрать хоть какую-то информацию о том, что происходит. Ты же не сделал ничего.

Отведя руку, Эмма взяла с кресла оставленный ранее рюкзак, достала оттуда папку.

— Это досье на твоего парня? — удивился мужчина.

— Это досье на тебя, — осадила Эмма, и Ярослав удивлённо хмыкнул.

Тем временем девушка открыла папку и начала зачитывать. Имена постоянных любовниц, всех за последние пять лет. Друзья, соперники. В каких делах участвовал. Боевая характеристика. Общее резюме.

Всё это Эмма зачитывала сухим, казённым тоном.

— Хватит, — перебил её Ярослав. — Я понял, что ты хорошо подготовилась. За мной так пристально следили?

— Как иначе? Ты ведь наследник, — улыбнулась она.

— Хватит, — повторил Ярослав. — Хватит вести эту игру. Ты не ответила на вопрос. Кто такой этот Васильев? Что у вас с ним за дела? Почему его поддерживает старик? И что вообще происходит?

— С чего ты взял, что я тебе расскажу? — посмотрела Эмма с холодным любопытством, чуть наклонив голову.

— Потому что я твой брат! И потому что наследник! — сказал он раздражённо.

— Который выступил против меня. Который только что прилюдно опозорился. Который доказал, что не умеет думать хотя бы на шаг вперёд. Так с чего бы мне доверять тебе хоть один секрет?

Ярослав медленно вдохнул и с шумом выдохнул. С каждым сказанным словом шоры спадали с его глаз, иллюзии трещали и рассыпались. До сего момента жизненный путь был однозначен. Вернуться домой, заняться делами, постепенно сменить отца на посту главы рода. Но теперь Ярослав понял, что всё не так однозначно. Старик, который сохранял часть власти, поддерживает Эмму. Та сама ведёт непонятно какие дела и перестала быть ребёнком. Как бы не разразилась борьба за власть с собственной сестрой.

— Какие у тебя планы? — прямо спросил Ярослав. — Я про наш клан. Ты собираешься стать главой?

— Если потребуется, стану, — без запинки ответила она.

Без заминки, без тени волнения, без неуверенности. Ярослав ощутил, что в его сестре есть сила. Как говорить уверенно, так и претворять свои амбиции в жизнь.

— Вот как, — прищурился Ярослав. — Если потребуется. И что должно произойти, чтобы потребовалось?

— Если так будет проще и эффективнее.

— Для чего?

Эмма изогнула бровь, давая понять, что пока не доверяет, ничего рассказывать не будет.

— Не такого возвращения я ждал, — хмыкнул Ярослав, всё прекрасно поняв. — И что, тебе действительно нравится этот Васильев? — перевёл он тему.

— А у тебя остались какие-то сомнения в отношении него? — изобразила девушка удивление.

— Возможно, ему повезло.

Эмма хихикнула.

— Неужто он настолько хорош? — недоверчиво спросил брат. — Тогда он либо гений, либо никакой не простолюдин.

— Если ты хочешь со мной нормально общаться, — перестала улыбаться девушка, — то давай начнём с малого. Не лезь в мои отношения. Не выступай против меня. Поддержи перед родителями. Ничего не рассказывай про Васильева. Не им, не своим друзьям, не кому-то другому.

— Дед в курсе его тайн?

— Да.

— И он одобрил его кандидатуру?

— Сам видел.

— Хм… — протянул Ярослав. — Что ж, хорошо. Уговор есть уговор. Болтать я не буду. Можешь не беспокоиться.

— Спасибо, — улыбнулся Эмма куда более искренне.

Ярослав глянул в окно. Вовремя они разговор закончили. Как раз старик пожаловал.

* * *

Когда дед забрался в машину и с ходу начал песочить Ярослава, Эмма облегчённо выдохнула. Вовсе не из-за того, что старик показывал характер и решил пройтись по внуку. А по причине того, что первые необходимые переговоры были проведены. На первый взгляд, нормально. Остальное — время покажет.

Эмма всерьёз опасалась, что брат затаит обиду, взбрыкнёт или даже в открытую начнёт борьбу за власть.

Такой вариант оставался вероятным и сейчас.

Несмотря на то что начала о себе заявлять, Эмма так уж сильно в своих позициях не была уверена. Дед пусть и сохранял власть, но далеко не полную. Если отец проявит жёсткость, разберётся с этим. А если старик помрёт, то и разбираться не придётся. Тогда позиции Эммы сильно упадут вниз. Никто не будет ставить на шестнадцатилетнюю девчонку, если имеется законный наследник мужского пола.

Поэтому и требовалось сохранять осторожность да надеяться, что дед ещё лет пять проживёт хотя бы.

* * *

Особняк Чернышовых был достаточно просторным, чтобы каждый желающий мог найти себе уединённый угол или даже забрать целое крыло. Что Ярослав по прибытии и сделал, обосновавшись с другой стороны от родительского крыла. Три спальни, просторный кабинет, общий зал, роскошная ванная, бильярдная и отдельный вход — вести аскетичный образ жизни мужчина не планировал. Как и мозолить глаза матери. Та, конечно же, узнает, если он кого-то приведёт, но этот вопрос мужчина собирался как-то решить в свою пользу.

Когда приехали домой, каждый отправился к себе. Ярослав пришёл в кабинет, уселся в кресло, налил себе выпить и вытянул ноги.

Так его отец и застал.

— Судя по твоему довольному виду, — сказал Роман Ярославович. — Дело сделано?

— Я проиграл, — по-простому заявил Ярослав.

— В смысле? — отец замер, плохо понимая, что только что услышал.

— Я проиграл. Шестнадцатилетнему мальчишке, — Ярослав сделал пару глотков и отсалютовал отцу.

— Но как это возможно? — растерянно спросил тот.

— Мне тоже интересно, — улыбнулся мужчина. — Есть две версии. Либо он гений и монстр, которые раз в сто лет рождаются, либо он вовсе никакой не простолюдин. Хотя одно не исключает другого. Мальчишка подавил меня силой и меч срубил. Мой меч! Учебным клинком! Вот он, кстати, — кивнул Ярослав на стол, где лежал обрубок.

— Как это возможно? — повторил вопрос отец.

— Чисто технически я представляю как. Если мне дать пару часов, я смогу создать на учебном клинке кристаллизованную кромку, прочности и остроты которой хватит, чтобы перерубить добротный металл. Наверное… — добавил Ярослав неуверенно. — Надо попробовать.

— Но ведь кристаллизация — сложный процесс.

— Вот именно. Малец, у которого только недавно усы начали расти, умеет кристаллизировать на высшем уровне. При этом у него огромный Источник, а также он толковый целитель. Кстати, почему меня никто не предупредил, что его князь отметил? Мать проходимцем называла, а это талантливый и известный юноша. А, ладно, моя ошибка, — Ярослав допил, что было в стакане, и поставил его на место. — В общем, отец. Слово я своё нарушать не буду. Дед поддерживает их союз. Кузнецовы тоже к парню очень лояльны. Хотят встречаться голубки — отлично. Жени их поскорее. Нам такой талант в семье не помешает.

— Каким бы талантом он ни был, княжеский сын куда лучше простолюдина, — заметил Роман Ярославович.

— Как скажешь, — улыбнулся Ярослав. — Осталось уговорить Эмму, деда и князя. Делов-то. Нет-нет, — замахал мужчина руками. — Даже не проси. Я на себя это брать не собираюсь. Иначе чего стоит моё слово?

— Раз так за слово держишься, то сам с матерью объясняйся, — скинул ответственность отец и, больше не задерживаясь, поспешил уйти.

Ярослав тихо выругался и подумал, что, может, и рановато домой вернулся. Потянувшись, он плеснул себе ещё выпить. Перед лицом снова встало лицо этого Васильева. Обманчиво расслабленное, неуверенное, будто телка на заклание привели. Но стоило Кузнецову дать отмашку, Ярослав увидел совсем другое лицо. Волевое, сконцентрированное. Без гнева и ненависти, но сосредоточенное и нацеленное побеждать.

Нашла себе женишка сестрёнка. Где только откопала это чудо?

Глава 17

Как Эмма ушла, Арина предложила размяться. Предупредила, что её отца точно стоит ждать. Тот, раз на хорошую драку настроился, заглянет.

И не ошиблась. Вскоре Владимир Геннадьевич вернулся, обрадовался, что мы разогрелись. Ну и устроил спарринг. Без всяких прикрас и ограничений. Почти… Сам-то он себя ограничивал, уж не скажу насколько. Домой я уползал в изрядно помятом состоянии, но довольный. Чего унывать-то? С дуэлью справился, тело нагрузил, с Эммой переговорил.

Мы с ней и её дедом много всяких планов составили. Но большая их часть упиралась в следующий ход нежити. Который теперь непонятно было, когда ждать. Может, и сделали они его уже, а мы и не в курсе. Тот тип хорошо так запутал. Сильно удивлюсь, если его уловка сработает, но мало ли. Чем черт не шутит.

* * *

Планы строил не только я, но и Аристарх Павлович. С момента эпидемии мы с ним по душам так и не поговорили. А тут он чего-то на разговор позвал. Наедине. Я к нему в кабинет пришёл, в обед, а там он с едой из ресторана Бориса Дмитриевича.

— Как в старые добрые времена? — пошутил я, но Аристарх Павлович не оценил.

Кивнул с серьёзным видом, мол, присаживайся, бери свою порцию. Я присел, раскрыл упаковку. Пахло, как и всегда, отлично.

— Ничего не произошло, — заметил как бы невзначай целитель.

— Вы про что? — не сразу понял я. — А… вот оно что. Хотите сказать, что я соврал?

— Нет, во лжи я тебя не обвиняю. Но вот то, что ты мог ошибиться в своих ожиданиях — вполне. Ты ведь оцениваешь ситуацию, исходя из опыта прошлой жизни. А все могло сто раз измениться. Может, и не будет никакой беды.

Слова Аристарх Павловича меня никак не задели. В чем-то он был прав. Да хотя бы в том, что я оцениваю ситуацию, исходя из прошлого опыта.

В рамках этой логики я думал, что нежить будет действовать куда активнее. На войне, стоило задеть какого мертвеца, сразу отовсюду мёртвые отряды подтягивались. Да и мертвецов этих было не счесть. Сколько ни руби, особо меньше не становится. Поэтому закономерно, что в этом мире я ждал жёсткой реакции на любые свои действия.

Но жёсткой реакции так и не последовало. Город не снесли. Не окружили. Никакой войны не началось. Князь тоже жив, насколько известно.

При желании я мог объяснить, почему так. Достаточно вспомнить, что написано в архиве, который мне передали. Если там правда, то… В этом княжестве проживёт где-то двадцать пять миллионов человек. В столице — четыре с чем-то миллиона. Несколько крупных городов, городки поменьше, сотни деревень. Всей этой огромной толпой занимался московский ковен. В столице в него входило около двадцати мертвецов. Ещё около десятка было разбросано по другим крупным городам. Ученики в это число не входят. Получается тридцать существ… Ещё где-то столько же учеников… Итого шестьдесят особей, на двадцать пять миллионов человек.

Шестьдесят мёртвых!

Не самые элитные особи, а простые. Не все, конечно, но половина из них уровня рядовых тварей.

У меня это соотношение в голове не укладывалось. Хватило одного главы ковена и тридцати его подручных, чтобы десятилетиями править целым княжеством. Ладно-ладно, не править, но регулярно собирать жатву, не давать развиваться, навязывать свою политику.

Из этого следовало три вывода. Первый — здесь совсем другая нежить, не для войны, а для контроля. Второй — мёртвые достигли поразительных высот в умении управлять целым миром. Третий — мёртвые научились мастерски использовать людей против других людей. Последний пункт — одна из причин, зачем князю архив отдали. Там был список всех причастных. Как тех, кого использовали втёмную, так и тех, кого в открытую. И списочек там был на несколько сотен фамилий.

— Эх, Аристарх Павлович, — вздохнул я, подумав: «Вы правы. Отчасти правы, отрицать не буду. Только ведь общий прогноз не меняется. Беда точно придёт. Вопрос лишь в том, когда и в каком виде. Я понимаю, что вам бы хотелось это всё забыть, как страшный сон, но…» — Развёл я руками: — Приходится работать с тем, что есть.

— Не буду с тобой спорить. И твоего разумения не умаляю, — сказал Аристарх Павлович примирительно. — Только вот жизнь-то продолжается. А раз так, надо бы обсудить, как тебя дальше учить. Учитывая все тонкости и то, что на тебя княжеская семья внимание обратила.

— Уж не намекаете ли вы, что пора мне возвращаться за учебники?

— Не намекаю, — улыбнулся Аристарх Павлович. — Но чем раньше ты сдашь на целителя, тем лучше.

— Кстати, раз уж разговор зашёл об этом, то я хотел бы углубиться в тему Изменения тела. Хотите присоединиться? Ваша помощь не помешает.

— Не особо мне это интересно, — нахмурился целитель. — Я тебе другую тему хотел предложить. Думал, изучением проклятий займёмся. Неплохо было бы развить те наработки, которые во время эпидемии сделали.

Я прикинул, сколько обе темы времени займут. Много, чего уж. Столько и нет.

— Да, тема полезная, — согласился я. — Давайте тогда думать, как совместить.

И начали думать.

* * *

Когда от Аристарха Павловича ушёл, в голове какая-то мысль засела, которая не хотела наружу выходить. Делами занялся, пациентов обошёл, в кабинет уже вернулся, чаю налил, а мысль так и крутилась где-то на периферии сознания.

Вспомнились слова целителя, что я мыслю устаревшими понятиями. А ведь если подумать, то это относится не только к восприятию мёртвых. Сам факт наличия у меня божественной искры, чем бы она ни была, менял весь расклад. Что с Эммой и её дедом мы уже обсуждали. Версию, что развивать можно не только объем Источника, но и другие полезные качества. Собственно, Эмма как раз сегодня должна заглянуть вечером, притащить кристаллы, которые мы добыли, но ещё не использовали. Попробую их поглотить и направить на что-то новое. Если получится, это поменяет весь подход к развитию.

Но сейчас я задумался о другом. Какие ещё преимущества даёт искра? Она только конвертирует чужую божественную силу? Или есть ещё что-то?

Засев у нас с Демьяном в кабинете, сделал себе чаю и заново постарался осмыслить весь тот путь, который прошёл. Когда кочевником ходил, там ничего такого не было. Как в столицу прибыл, скорости возросли. Источник быстро вырос — но это как раз за счёт убийства мёртвых. Навыки подросли, точнее, добрались до прежних кондиций. Перестройку первого уровня завершил вполне удачно. Тело физически развил, перестал быть задохликом. Ещё и на учёбу параллельно налегал.

С одной стороны, ничего такого. Особенно если каждый пункт по отдельности рассматривать. Любой мой одногодка осилит. Но если всё вместе… Что, если искра, пусть и немного, но тоже мне в этом помогала?

Но главная мысль, которую я наконец-то поймал, в другом заключалась. Быть может, я могу выводить навыки на новый уровень без убийства мёртвых? Открывать, так сказать, новые горизонты.

Так-то у людей, какими бы талантливыми они ни были, хватает своих пределов. В чувствительности, объёме Источника, скорости восполнения, контроле и прочем. Но с богом смерти, оставаясь человеком, я разобраться не могу. Поэтому мои задачи простираются куда дальше. Отодвигает ли искра сама по себе пределы — вопрос не праздный. Если она способна конвертировать только силу другого бога — то это лишь наполовину хорошая новость. Если же она в целом позволяет быстрее прогрессировать, то это новость просто отличная. И тогда понятно, почему при убийстве мёртвых мой Источник темнеет, а при занятии целительством — светлеет.

Ещё одна мысль, за которую я зацепился — пределы и мышление. Я упираюсь в потолок, потому что привык, что предел находится именно там, или потому что физически не могу заглянуть дальше? Объёма Источника этот момент не касается. Тот-то как раз растёт так, как и должен. Благодаря нагрузке. Ну и благодаря поглощению силы мёртвых. Но что насчёт чувствительности? Которую я никак не тренировал, если подумать. Как и контроль. Они у меня постепенно сами развились до привычных мне значений, благодаря практике. Но вот именно что привычных!

Почему бы не пойти дальше?

Эта мысль требовала проверки. И я даже знал, как это сделать. В лечебнице ведь нахожусь. Здесь всегда пациентов хватает.

Уже не раз обжигался, поэтому сначала Аристарха Павловича в коридорах перехватил — если выучить его расписание, то это несложно, угадать, где и в какой час он будет. Потом наведался к Степану Денисовичу, попросил у него выделить фронт работ. Ну и направился в травму. С переломанными целители работали… Да, в принципе, так же, как и со всеми. По остаточному принципу. Лечили в первую очередь то, что без целителя обойтись не могло. Перелом какой сложный, где кости собирать надо. Как собирали, дальше фиксировали и в большинстве случаев заживление шло своим ходом. В некоторых запущенных случаях целители несколько раз в ход заживления вмешивались.

В этом отделении я и застрял. Думал, до вечера хотя бы десяток человек пройду, но нет. На первом же пациенте на час завис. Погрузился в медитацию прямо в процессе и начал исследовать свои возможности. Старался обнаружить как можно больше, почувствовать чужой организм на новом уровне, а также пытался использовать Кровь наиболее эффективно.

Неожиданно получилось дюже хорошо. Причём сразу по всем пунктам. И чувствительность моя выросла, и контроль, и чистота Крови. Уже когда закончил, в конце рабочего дня задумался, как так. Результат мою теорию не подтверждал. Я ведь хотел целенаправленно потренироваться и замерить скорость развития — если та окажется аномально высокой, значит, искра способствует. Но тут-то уже готовые результаты были. Обдумав ситуацию, пришёл к выводу, что могут быть виноваты события двухнедельной давности, которые привели к срыву. Возможно, как-то контакт с миром повлиял. Я ведь тогда через себя большие потоки силы пропускал.

Так что домой я ушёл озадаченный. Новость-то приятная, но хотелось бы разобраться, что к чему, чтобы взять это под контроль.

* * *

Вечером, как и планировали, встретились с Эммой. Поделился с ней мыслями. Та подумала и лишь руками развела.

— Мне подробную инструкцию не выдали. Я вообще слабо представляю, что значит быть богом. Какими навыками они обладают. Что в себе нужно развивать. К примеру, насколько высокий тебе контроль нужен? Тот, что есть, сойдёт или нужен в тысячу раз выше?

— В тысячу раз… — эхом отозвался я.

Под таким углом на проблему я ещё не смотрел. Мы с Эммой уже обсуждали, что для того, чтобы сразить бога, нужно самому стать богом. Но что это значит на деле? Бог смерти существует больше трех веков. Времени на развитие у него было предостаточно. Наши боги вышли из людей, помнили сотни своих воплощений, их было семеро, и всё равно их одна тварь убила.

Или не одна? Даже этого я не знал. Возможно, богу смерти подчиняются и другие сверхсущности.

— Если так подумать, то победить у нас нет шансов, — сказал я, когда молчание затянулось.

— И что? — спросила Эмма.

— И ничего, — улыбнулся я. — Нулевые шансы не повод сдаваться.

— То-то же, — поддержала она мою улыбку. — Давай подумаем, какие навыки тебе могу пригодиться и на что сделать упор. Сдаётся мне, потенциал развития в лечебнице ты почти исчерпал…

Слова Эммы неприятно кольнули, но я согласился с ней. Изначально, когда ещё про искру не знал, поступление в лечебницу казалось отличным вариантом. Так оно и вышло. Пора делать акцент на боевые навыки и развитие тела. Да и отработку магических навыков боя. Что с той же Ариной не отработаешь. Как в условиях обычного зала отрабатывать площадные техники? Так-то и дома потренироваться можно, если их только сплетать и расплетать. А вот если применять… Нет, надо на природу ехать. Что я Эмме и озвучил. Она обещала подумать, как это организовать. После чего мы взялись за кристаллы. Я настроился, сформировал желание развить способность чувствовать мёртвых на расстоянии и поглотил энергию. Эмма в то же время настроилась на искру. Сама процедура много времени не заняла.

Оставалось ждать.

— Что там твой брат? — спросил я.

— Пока в рамках ожиданий. Днём катается с отцом по нашим предприятиям, вникает в дела. Вечером кутит.

— Кутит? — изогнул я бровь.

— Налаживает социальные связи, — улыбнулась Эмма. — Привёл домой девок, ох, мать взбеленилась. Даже на меня дуться забыла.

— Весело у вас там, — хмыкнул я.

— Не то слово. Надеюсь, так дальше и будет.

— А что насчёт Владимира Геннадьевича? О чем твой дед с ним говорил?

— Всё то же самое. Обсудили наш вопрос. Договорились поддерживать друг друга в меру сил. Владимир Геннадьевич обозначил свою позицию, что готов помогать, но делать это тайно и скрытно, не в ущерб роду.

— А что твой старик?

— Порадовался. Он сколько лет с репутацией безумца жил. А тут столько доказательств. Глава другого рода признал, что монстры существуют. Поверь, ему это много удовольствия доставило.

— Верю на слово, — улыбнулся я.

* * *

Наутро объем Источника не изменился. Сам он приобрёл пару едва заметных, серых пятен. Мелочь, которая и без всяких усилий сама пройдёт.

— Значит, у нас получилось? — обрадовалась Эмма, когда я поделился новостью.

— Пока неизвестно. Нужно проверять на деле.

— И хочется, и колется. Надеюсь, случай не скоро представится, — ответила она.

Да уж. Если верить тому типу, подопытному главы, то в городе мёртвых не осталось. Поэтому вероятность встретить кого-то стремится к нулю. Ну, пока кто-то новый в город не пожалует и мимо не пройдёт.

— В любом случае, — добавила Эмма, — теперь нам не надо переживать, что, если ты убьёшь нежить, твой Источник слишком разрастётся.

— И то верно. Осталось убедиться, что никаких побочных эффектов не будет.

— На первой взгляд нет, а там посмотрим. Так что расслабься, — Эмма провела по моей щеке и поцеловала.

Да я и не напрягался как бы. Разве что самую малость.

* * *

Придя на работу, продолжил свою практику. Снова пытался нащупать свои пределы, раздвинуть их да оценить скорость развития. Но быстро упёрся в потолок.

Не в свои пределы, а в то, что было доступно в лечебнице. Если брать простое очищение, то там для совсем начинающего целителя задача сложная. Я же за десяток секунд справлялся, при этом минимум сил тратил. Тоже дело хорошее, но должного вызова в этом не было. И хорошо. Куда лучше, нежели будь лечебница завалена тяжёлыми случаями. Но своих целей мне трудно было достичь.

Как-то так вышло, что я добрался до того уровня, когда простые задачи меня вообще не истощали. Обычным очищением я бы мог заниматься с утра и до самой ночи. Чем всех достал. Котов так и не вернулся, его шайка тоже как-то не отсвечивала, может, по причине того, что новые очереди образовались и они заработать хорошо успели. В общем, мне не препятствовали, и как-то так вышло, что пациенты с загрязнением в лечебницы в этот день закончились. Снова наведался в травму, но там тоже работы не так много нашлось. Поэтому во второй половине дня я остался без дела. Словив странное ощущение непривычности.

Эмма как чувствовала. Я и правда вырос из лечебницы. Не полностью, хватает причин ещё здесь оставаться, но в плане развития эффективность значительно упала. Точнее, даже в плане быстрого развития. Живи я обычной жизнью, никаких проблем. Развивался бы, пусть и медленно.

С этой проблемой отправился к Аристарху Павловичу.

— Шутишь? — спросил он, выслушав меня.

— Да какие шутки? — махнул я с досадой. — Мне нужно навыки развивать, на новый уровень выходить, а типовые задачи этому не способствуют. Может, ещё раз в другой город съездить?

— Езжай, без проблем. На целителя сдай и отправляйся, — расплылся в улыбке Аристарх Павлович.

— А я и не знал, насколько вы коварны, — покачал я головой.

— Ты сегодня учебник читал?

— Нет.

— Так а чего жалуешься, что тебе заняться нечем?

— Я не жалуюсь. Чего простаивать-то?

— Ладно, — махнул рукой Аристарх Павлович. — Шутки шутками, но про целителя я серьёзно. Сосредоточься на получении официального статуса. Тогда меньше вопросов будет, если ты кататься начнёшь. А я подумаю, куда тебя направить. Кстати, надеюсь, у тебя есть костюм. В субботу нас приглашают к князю.

— Чего это? — напрягся я.

— То ли награждать будут, то ли ещё что. Сам не знаю подробностей. Пойду я, вы с Демьяном и ещё несколько целителей, которые отличились. Так что готовь костюм.

— Хорошо… — ответил я неуверенно.

Это массовое мероприятие для всех? Или со мной отдельно захотят пообщаться?

Вопросы, вопросы. Надо опять Эмме звонить. Хотя чего звонить-то, сегодня вечером у Кузнецовых увидимся.

* * *

За прошедшие дни не только я восстановился, но и Эмма. Только я полностью в форму вернулся, а ей придётся почти с нуля начинать. Всё же серьёзную травму получила. Сегодня планировалась первая тренировка под моим присмотром. Чтобы, если вдруг что не так пойдёт, подправил сразу же, на месте.

А так в нашей подготовке был один существенный пробел. Мы с ней не тренировались вместе. Имею в виду не отрабатывали слаженность действий, с учётом того, что она теперь ещё и мечница. В прошлой-то жизни посохом махала и жрицей была. Так, чтобы плечом к плечу мы с ней и не сражались.

Теперь, когда появилась возможность позаниматься вместе у Кузнецовых, надо было наверстать этот момент. Против Владимира Геннадьевича драться и будем. Против Арины нет смысла вдвоём выходить. Как бы она ни была хороша, быстро на лопатки уложим.

В зал я пришёл третьим. Арина с Эммой уже болтали и разминались — тянулись во все стороны. Эх, а если подумать, то жизнь-то у меня хороша. Вон с какими красотками общаюсь. Две девушки были чем-то неуловимо похожи. Даром, что одна светленькая, вторая тёмненькая.

— Привет, — махнула Арина.

— Привет, привет, — подошёл я.

— Отец скоро будет, разминайся.

Этим я и занялся. Заодно рассказал о том, что князь вызывает.

— Да, слышала сегодня, — ответила Эмма. — Будут подводить итоги. Награждать. Праздник устроят. Но костюм и правда нужен хороший. Решу вопрос, а то опозоришься ещё, — хмыкнула она.

— Вам вместе лучше не показываться, как парочка, — заметила Арина.

— Так меня и не приглашали пока что. Скорее всего, и не пригласят. Поэтому меня там не будет, — отмахнулась Эмма.

Дверь открылась, вошёл Владимир Геннадьевич. На этом болтовня закончилась.

Погонял он нас славно, особо не сдерживался. Целитель ведь рядом. Один против троих выступал. И отбивался как-то. Что не особо-то удивило. В реальном бою я его уже видел. Хорошо понимал его возможности.

Но не скажу, что он сильнее прежнего меня был. На схожем уровне. Я-то надеялся, что раз местные так драться любят, то достигли в этом изрядного мастерства. Но что-то теперь не верится. Мастера достигли, но не так, чтобы я поразился. Зато в другом мой интерес был. В альтернативности. Глядишь, смогу совместить разные подходы и что-то новое изобрести. В том же Изменении тела я продвинулся.

Как закончили, девушки ушли в душевую. Я же поделился с Владимиром Геннадьевичем своей проблемой. Иначе её озвучил, сказал, что мои навыки сильно выросли, а как их развивать дальше не совсем понятно. Поинтересовался, как в их семье к этому подходят.

— А на что упор хочешь сделать? — уточнил он. — Так-то разные подходы есть.

— Сейчас — на чувствительность. Вот как вы людей так хорошо на расстоянии ощущаете? Арина шпану в здании почувствовала, находясь на улице.

— Так просто не объяснишь, — покачал головой мужчина.

Но объяснить всё же попытался. Если в общих чертах, то это была особая техника, которая повышала чувствительность… К Маслу.

— Если наловчиться, то по колебаниям энергии вокруг можно чувствовать, кто и где находится.

— Покажете технику? — спросил я скептически.

Владимир Геннадьевич показал. Но проблема всех техник в том, что они строятся на свойствах. А те штука своенравная, нельзя просто так взять и повторить. К нам Эмма заглянула, тоже послушала. Весь разговор на час затянулся, не меньше. Общий принцип я уловил, надо будет подумать, как мне его реализовать.

А ведь в лечебнице подобную технику тоже можно тренировать. Не обязательно это делать в бою.

* * *

Когда уже к дому подходил, рядом машина остановилась. Опыт говорил, что редко это чем-то хорошим заканчивалось. Вот и сейчас было непонятно, к чему идёт.

Из машины-то брат Эммы выскочил.

— Васильев! — махнул он рукой.

А я уж было надеялся и в эту ночь спокойно дойти до дома. Видно, не судьба.

Глава 18

— Васильев! — повторил брат Эммы. — Олег!

— Ярослав Романович, — остановился я. — Случайно возле моего дома оказались?

— Не случайно, — улыбнулся он. — Как насчёт выпить?

Признаюсь, я подзавис. Всякого ожидал. И угроз, и попытки устранения, и даже похищения. В общем, проблем ждал. Но выпить? Да и Ярослав не выглядел как тот, кто задумал что-то плохое.

— Повод? — спросил я.

— Хочу познакомиться с парнем сестры, — беспечно ответил он.

— Учитывая, что я после рабочего дня и тренировки, как отказаться? — вежливо улыбнулся я.

Ярослав хмыкнул, пригласил в машину и отвёз в какой-то не самый дешёвый бар неподалёку. Ехать мне не хотелось. Тем более пить. Тем более прилюдно встречаться с Чернышовым. И так моя с ними связь слишком явная, легко вычислить. Так теперь ещё и с наследником встретился.

Но и отказывать просто так не стоило. Как-никак брат Эммы. Если с ним подружиться или хотя бы свести конфликт на нет, это сильно упростит нам всем дело. Поэтому и согласился.

Кто же знал, что Ярослав попытается меня споить?

— Подозрительный ты тип, — сказал он, когда нам принесли выпивку.

Начал он вовсе не с пива, а с чего покрепче.

— Какой есть.

— Это уж точно. Ну, будем! — он чокнулся и выпил залпом стопку.

На меня уставился. Я хмыкнул про себя и тоже выпил.

— Как вы познакомились? — спросил он.

— Случайно. Меня Аристарх Павлович пригласил, когда помощь целительская потребовалась.

— Да, точно, отец что-то такое говорил, — обрадовался Ярослав непонятно чему. — Хорошо, что помогли тогда. За это тоже надо выпить!

Он разлил ещё по рюмке и снова залпом выпил. Пришлось и мне за ним последовать.

Сказать ему, что ли, что целителя бессмысленно спаивать? Пожалуй, нет, не буду.

Брата Эммы хватило всего на час. Это было в некотором роде смешно. Он и правда попытался меня споить да секреты выведать. Наливал и наливал. Одну бутылку прикончили, а там и вторую. После чего он совсем уж себя развязно начал вести. Не грубо, не давил и не наезжал, я бы сказал, что наоборот, был очень даже дружелюбным, но… Когда твой собеседник пьян, то всегда видна гипертрофированность его поведения. Вот и я видел, что он раскрутить меня пытается.

Сам не заметил, как открываться начал.

— Эмма-то выросла! Вон какая холодная и решительная стала! Я-то думал, её сейчас только балы да мальчишки интересуют! А она… — махнул он, выпил ещё рюмку, занюхал рукавом да продолжил: — Я как вернулся, десять раз пожалел! Ну и тёща тебе достанется, дружище! Подумай хорошенько! Ха-ха! — рассмеялся он неказистой шутке.

Давно я себя так неловко не чувствовал.

— Эмма говорила, ты служить ушёл, — решил я сменить тему.

— А то, — гордо ударил он себя в грудь.

— И как оно? Как аристократы-то служат?

— Да как все! — заявил он уверенно, но нахмурился и поправился: — Ну, не как простолюдины, конечно.

— А сражался?

— Конечно!

— Слушай, а мне вот всё непонятно. Как люди сражаются-то? Встают напротив друг друга и кулаками машут? Или Масло используют? Техники там какие?

Я специально «глупые» вопросы задавал. Ярослав мигом в снисходительной улыбке расплылся и начал мне пояснять, как «жизнь» устроена.

— Раньше почти так и сражались. Строй на строй, на мечах, адепты против адептов. Сейчас тоже всё адепты решают. — Язык у Ярослава почти не заплетался. — Хоть и появились эти винтовки проклятые да артиллерия. Вот представь! — воскликнул он с жаром. — Тренировался всю жизнь! Техники оттачивал! А тебя могут подстрелить за сотню шагов! И не другой сильный адепт, а челядь безродная!

— Так и много этих винтовок в армии?

— С каждым разом всё больше, — расстроился Ярослав и поник. — Теперь осторожно ходить надо, прятаться. По окопам сидеть. А что в этом хорошего? Никакой доблести!

Таким нехитрым образом я много чего узнал о жизни военных. Что Ярослав чаще всего на югах служил, и эти места считались козырными. Наше-то княжество тянется от верха континента, северных земель, до черного моря, то есть южных земель и, понятное дело, климат там внизу куда приятнее. Как сказал Ярослав, задницу морозить не надо. Род занятий — самый обширный. И защита границ, и охота на всяких разбойников, и решение вопросов широкого профиля. Тут надо отдать мужчине должное, язык у него не совсем уж развязался. Ничего конкретного он не сообщил. В смысле, имена не называл, точные места службы тоже. Занимались ли чем-то не очень красивым — тоже этот момент обошёл.

Слушал я с интересом. На два делил, потому что было видно, что Ярослав специально красочно рассказывает. Но и так у меня наконец-то сложилось представление, как местная война выглядит. Основной упор делается на адептов. Они и щиты ставят, укрываясь от вражеских атак, и сами нападают. С приходом огнестрельного оружия ситуация начала меняться, но не сильно. Готового к бою адепта, даже средней руки, не подстрелить.

Как и сказал, хватило его на час. В конце я не выдержал, руки его коснулся и в сон отправил. Придержал, чтобы лицо не разбил, да уложил. Сам же силу ещё разок по своему телу прогнал, всё лишнее вывел куда следует. Живот мигом придавило, и я отправился в туалет. По пути попросил официантку принести поесть, да воды побольше. Как вернулся, воспользовался телефоном бара.

— Вечер добрый, — поздоровался я. — Тут ваш внук напился…

— Внук? — раздался скрипучий голос Ярослава Дмитриевича. — Ха! Споить, что ли, хотел?

— Попытался уж точно.

— Больно голос у тебя трезвый.

— Как иначе?

— Ха! Называй адрес, сейчас машину пришлю.

Я назвал и вернулся к столу. У Ярослава слюна уже на столешницу натекла. Слабоват аристократ оказался, хех.

Сдал я его без всяких проблем. Машина минут через двадцать приехала. Так-то уже поздний вечер, скорее, ночь, пробки закончились. Напоследок мужчине отложенную технику оставил. Сработает где-то через полчаса. А ещё минут через тридцать он подскочит и побежит в туалет. Ну, или не подскочит, но тогда, скорее всего, конфуз случится.

Ну и вечерок.

Впрочем, не нежить, и то хлеб.

* * *

Следующие три дня прошли так же спокойно, как этот. Самым неожиданным событием так и осталась попытка меня споить. В остальном — ничего такого.

Я пытался развить в себе новые пределы и рыскал в поисках свежих пациентов. Аристарх Павлович напихал литературы, и мы с ним обсуждали материал. Договорились выделять на это по часу четыре раза в неделю. Два на Изменение тела. Ещё два — на проклятия.

Одёрнув себя, напомнил, что давал клятвы распространять знания. Поэтому ещё выделил по часу каждый день на сестёр. Силы у меня теперь с запасом, делиться не проблема. Демьян это заметил и тоже попросил подучить.

Так оно и пошло.

В день, когда надо было ехать к князю, Аристарх Павлович нам выходной дал. Поэтому с утра я дома остался. Сходил подстригся. На человека стал похож. А там Эмма приехала. С подарками. Привезла новый меч, броню, ну и костюм тоже.

Последнее ладно, меня не особо впечатлило, костюм и костюм, а вот с броней и мечом поспокойнее стало. Мои-то прошлые с тем мясником в негодность пришли. В этом минус любого нового оружия. Недостаточно укреплённое, оно и силу плохо проводило, и нагрузок не выдерживало.

* * *

В назначенный час я с Демьяном встретился у дома Аристарха Павловича.

— Нарядился-то, — сказал я. — Все невесты твои.

— Сам-то, — отмахнулся он. — Смотрю, костюм на тебе дорогущий.

— Наверное, — пожал я плечами.

— Как будто ты не знаешь его цену, — фыркнул парень. — Говорил, что деньги не важны, а сам сколько на костюм потратил?

— Нисколько не потратил. Мне его так дали.

— У тебя есть покровитель? — удивился Демьян.

— Нет, — улыбнулся я той самой улыбкой, которая даёт понять, что расспросы неуместны.

Вскоре Аристарх Павлович вышел, и мы отправились на мероприятие. Во дворец князя. За стену эту большую, которая в центре города расположена. Демьян весь извёлся. Я же спокойно сидел. Чего волноваться-то? Сильно удивлюсь, если ничего такого не произойдёт. А раз так, то и нервничать смысла нет. Лучше сохранять спокойствие и готовность.

Внутрь нас просто так не пустили. И очередь отстояли, и проверку бдительными людьми прошли. Мне с первых минут не понравилось. Как-то всё суетливо и аляповато было. Все красивые, нарядные, в мундирах, дорогих одеждах — но никого не знаю.

— Аристарх Павлович, а что же Александр Давидович, когда вернётся? — вспомнил я ушлого целителя, который так вовремя перед эпидемией сбежал.

— Он не вернётся. Написал, что получил хорошее предложение из-за границы. Давай не будем сейчас об этом.

О как. И правда, сейчас об этом не стоит. Но что-то мне подсказывает, что не просто так он сбежал из княжества.

Демьян на меня выразительно посмотрел, мол, о чем речь, но я и ему ничего не ответил. Дальше как-то не до разговоров стало. Нас охрана пропустила, мы попали в большой зал, а там… Люстра огромная с потолка свисает, светло, ярко. Столы всякими кушаньями заставлены. Люди, как и сказал, нарядные, щеголяют богатством. Тихая музыка играет, приятная на слух.

И ни одного знакомого лица.

Следующий час мы хвостиком за Аристарх Павловичем ходили. Он то к одним подойдёт, то к другим. То к нам подойдут. Я несколько десятков имён услышал, но сомневаюсь, что кого-то запомнил. Целители, военные, всякие городские начальники и служащие. Кого только не было. Сотни три человек здесь точно собралось.

Единственное, что радовало — я не ощущал мёртвых.

А потом Аристарха Павловича увёл слуга. Общаться с князем. Не знаю, как Демьян, а я собирался перекусить, но меня перехватил другой слуга.

— Олег Васильев? — обратились ко мне. — Прошу за мной. С вами хотят встретиться.

— Хорошо, — только и кивнул я.

Если Аристарх Павлович ушёл к князю, то меня куда ведут? Надеюсь, не в допросную.

Вскоре узнал. Удивили так удивили.

Ответили меня к уже знакомому целителю, который княжеской семье служил. Тот, который качество артефакта подтвердил.

— Здравствуй, Олег, — сказал он мне тепло и добро, будто дед родной. — Проходи, садись.

Я прошёл и сел, недоумевая. Допросной не удивился бы. А так…

Мужчина долго тянуть не стал. Но и причин вызова не озвучил. Разговор завёл. Как в лечебнице дела, как учёба даётся, что получается, что не очень. А потом и вовсе вопросами засыпать начал. Я себя в миг на экзамене ощутил. Причём вопросы разные. И совсем простые, и сложные, на которые я ответить не мог. С полчаса меня промурыжил да отпустил, так ничего и не объяснив.

Я в общий зал вернулся, огляделся, снова никого знакомого не увидел. К столам наведался, попробовал разные закуски, про себя думая, что это только что было.

Понятно, что мои знания оценивали, но зачем? Хотели убедиться, что я не только практику знаю, но и в теории подкован? Если так, боюсь, плохо себя показал. Далеко не на все вопросы ответить смог.

Долго я в одиночестве не простоял. Снова слуга появился. Позвал к князю. Прелюдию, значит, я прошёл, а теперь главное блюдо намечается? И я в нем главный ингредиент? Посмотрим, как меня разделывать будут.

Перед тем как зайти в зал, слуга остановил меня и рассказал, как себя вести.

— Поклонись. Вопросы не задавай. Слушай, что князь скажет.

— А если спросит что?

— Отвечай честно, — ответил лакей и подтолкнул меня в спину, одновременно с этим открыв дверь.

Зайдя внутрь, я быстро окинул помещение взглядом и склонился.

— Ваше высочество, — выдал я.

Хорошо князья живут. Комната просторная, потолки высоченные, мебель резная, стены бархатом обиты. Сам князь, которого я впервые так близко увидел, боров боровом. Не толстяк, на вид крепкий и мясистый. На шее цепь, пальцы в кольцах золотых. Неудобно же на себе столько металла таскать.

— Подойди, Олег, посмотреть на тебя хочу, — вальяжно и покровительственно сказал князь.

Я распрямился, подошёл ближе. Второй раз кланяться не стал. Помимо князя, здесь только слуга был. Не тот, что меня привёл. Старик, который стоял у князя за спиной.

— Говорят, снова отличился. Да так, что себя не сберег, — сказал князь.

— Немного не рассчитал силы, ваше величество, — ответил я нейтрально.

— Восстановился?

— Да, ваше величество.

— Славно, — совсем не улыбнулся он, сверля меня взглядом. — С наставником твоим уже всё обсудил. Для тебя есть три подарка. Первый… — князь никакого знака не давал, но слуга тут же поднёс мне подсос… с документами. — Посмотри, — сказал князь требовательно.

Я взял листок, вчитался. Олег Васильев… целитель. Ого.

— Не надо тебе больше в гильдию целителей ходить, экзамены сдавать. Делом своё мастерство доказал. Будешь теперь полноправным целителем, — сказал князь.

— Благодарю, ваше величество.

— Второй подарок, — сказал князь.

Поднос убрали, принесли второй. На нем тоже документы были.

— Слышал я, что не ради денег ты людей исцеляешь. По совести работаешь, в другие города готов ехать, себя не жалеешь. Раз так, то и негоже тебе о материальном беспокоиться. Дарю тебе квартиру, чтобы было где жить. Ты молод пока, но, глядишь, невесту найдёшь, жениться захочешь. Будет где детей растить. Может, и перещеголяешь своего наставника, — усмехнулся князь.

— За Аристархом Павловичем в этом деле точно сложно угнаться будет, ваше величество, — поддержал я шутливый тон.

Детей-то у того вон сколько. А мне… Мне дети не светят. Ни в той жизни, ни в этой.

— Третий подарок, — князь перестал улыбаться и снова серьёзным сделался.

Мне принесли третий поднос. На нем документов не было. Только брошь. С мечом и щитом.

— Это знак защитника.

Князь сказал это по-простому, но я невольно вздрогнул.

— Слышал я, что ты в школу меча ходишь и ловко с оружием обращаться научился. Это хорошо, это правильно, хоть и удивительно для целителя. У нас в княжестве только аристократы имеют право носить меч, но есть исключение. Статус защитника равен статусу рыцаря в европейских княжествах. Высокая награда. Даёт право владеть оружием. Служи и защищай, отрок. С тем же достоинством, что и раньше.

Да он знает! Стоило мне заглянуть в глаза князю, как отчётливо понял. Всё он знает!

— Благодарю, ваше величество, — поклонился я пуще прежнего.

Князь благодушно кивнул.

— Можешь идти. Все необходимые документы тебе пришлют завтра. Брошь забери. Носи с гордостью.

Слуга убрал поднос, взял брошь и прицепил мне на костюм.

Ещё раз поблагодарив, я вышел за дверь.

От же черт!

Князь точно знает. Если не обо всём, то о многом.

Черт, как есть черт. Нет бы прямо сказать. Олег, я в курсе твоих дел, давай вместе против нежити выступим. Так нет же! Вызвал, чтобы своими глазами на меня глянуть, одарил подарками с намёком!

Так распереживался, что сам не заметил, как ногой за что-то зацепился. Чуть не споткнулся. Вот бы позор-то был. Одёрнул себя, выкинул дурные мысли из головы. Мне сейчас не переживать надо, а восторженного юнца изображать. Который аж самого князя видел, ещё и наград целую охапку получил.

Об остальном и потом можно подумать. Да и что думать-то? Тут у Эммы и её деда надо спрашивать, что награды означают. Не просто так мне их вручили. С каким-то умыслом.

Когда вернулся, увидел Аристарха Павловича, но он с какими-то важными господами говорил, немолодыми. Демьяна тоже приметил. Он возле столика с закусками стоял, светился от счастья посильнее, чем здоровенная люстра под потолком сверкала.

— Чего радостный такой? — подошёл я.

— Так-м этом-м, — прочавкал он.

Смутившись, Демьян быстро дожевал и ответил мне нормально:

— За заслуги меня сделали почётным гражданином. Ещё и триста рублей награды пожаловали.

— Ого, молодец, — порадовался я за него. — А что за почётный гражданин?

— Особый статус. Теперь вся моя семья будет меньше налогов платить. Мелочь, а приятно!

— А ты платишь налоги? — удивился я.

— Так и ты платишь, — хмыкнул он.

Увидев моё озадаченное лицо, Демьян пояснил, что за нас платит работодатель. В нашем случае лечебница.

— У неё преференции есть, поэтому налог ниже, чем в других местах, — пояснил Демьян. — В частных больницах куда выше.

— Это что получается, князь финансирует лечебницу и налоги с неё же собирает?

— Ага, — довольно кивнул парень, чьё настроение, кажется, ничто пошатнуть сейчас не смогло бы.

Я покивал, подумал, что от нас отстанут уже. Не тут-то было. Откуда ни возьмись появился молодой парень.

— Васильев! — воскликнул он. — Ты же Васильев, я правильно запомнил?

— Он самый. Княжич, — поклонился я.

Это был средний сын князя. Тот, который в лечебницу с матерью приходил. Который тоже вроде как на целителя учился и нелестно высказался об обучении за границей. Одно это могло во мне симпатию вызвать, но я смотрел на это бледное лицо, дежурную улыбку, чуть взлохмаченные, небрежно уложенные волосы и не мог отделаться от ощущения, что фасад один, а нутро — совсем другое.

— Давай не так официально, — улыбнулся он мне. — Можно просто Сергей.

— Боюсь, мне по статусу нельзя к вам так обращаться, — ответил я, стараясь не обращать внимания на Демьяна, который натурально застыл.

— А я смотрю на твою брошь, — кивнул он на новое украшение. — И вижу, что статус-то как раз позволяет.

— Простите, я пока не знаю, что мне даёт этот статус, — смущённо улыбнулся я.

Про себя подумав, что ну да, конечно же, княжич просто так ко мне подошёл. Началась вторая часть акта пьесы «целитель в гостях у князя»?

— Если с целительством разобрался, то уж точно с этим справишься, — легко ответил он. — Кстати, как ваше ученичество? А ты Демьян, да? — посмотрел он на застывшего парня.

— Да, княжич.

Этот Сергей как-то быстро Демьяна в разговор увлёк. Вопросы задавать начал. Про ученичество, про целительство. Показал, что и сам в этом деле что-то понимает. По крайней мере, с Демьяном они быстро общий язык нашли. А тот и рад. За один вечер и награду получил, и с княжеским сыном поболтал. Таким и с друзьями прихвастнуть можно, и девчонке какой смазливой рассказать.

Я же молчал большую часть разговора. Всё думал, чего Сергею этому надо, да о том, насколько стоек Демьян. Мы с ним сдружились, пожалуй. Да и в тайны он многие посвящён. Позабыл я, с чего наше общение началось. С попытки моего убийства. И что Демьян очень уж жаден. Сейчас его проблемы закончились, как и долги. В силе поднялся. Вон, с княжеским сыном болтает вовсю, статус хороший получил. Отличное начало карьеры, с большими перспективами.

Выдержит ли он испытание деньгами? Бедностью — не выдержал.

Княжич болтал настолько легко, что как-то увёл нас из общего зала, куда-то в отдельную комнату. Сказал, что это его личная комната, где он работает. Что тут разные книги по целительству собраны.

— Посмотрите! — воскликнул он, когда мы зашли.

Достав с полки явно древний талмуд, он плюхнул его на стол и развернул.

— Так лет сто назад организм изображали.

Демьян восторженно на книгу уставился. Я тоже пригляделся. Подписи мудрёным языком были написаны, но разобрать можно.

— Я много думал над излечением как таковым, — продолжил говорить княжич. — Если беда случилась, справиться с ней — всегда хорошо. Целители и врачи нужны. Но разве это решение проблемы? Нет, это реагирование на проблему. Вот как бы вы избавили всех людей от болезней?

Спросил и на меня уставился. Слишком уж пристально.

— Никак, — ответил я. — Стремиться к этому, может, и благородно. Но на первый взгляд — не скажу, как это возможно.

В моем мире тоже болели. Поэтому решения у меня не было.

— А если сделать тело сильнее? — улыбнулся княжич.

Ах вот оно что. Неожиданный заход. Не его восторженные, романтизированные идеи, а само упоминание Изменения тела. Это что же, он меня решил завербовать, и чтобы я вопросом занялся? Княжеская семья узнала что-то? Или, может, Кузнецов князю сам рассказал? Эмма упоминала, что Владимир Геннадьевич в молодые годы дружил с князем, отношения у них нормальные. Мог и поделиться.

— Это как? — Демьян не уловил, что разговор не так прост, как кажется. — Разве тело можно сделать сильнее?

— Конечно, — кивнул княжич. — Многие аристократы имеют мутации естественного характера. Они крепче организмом. Некоторые вносят изменения специально.

Демьян смутился, стушевался.

— Такому в гильдии не учат, — потупил он взор и сказал тихо: — Я и не слышал, что так можно.

Врёт и не краснеет. Слышал он про эту тему. Вампирша у него спрашивала, занимается ли Аристарх Павлович чем-то таким.

— Можно, но тема сложная. Я собираюсь заняться исследованием этого направления, и мне не помешают помощники. Как вы на это смотрите?

— На что? — нахмурился Демьян.

— Чтобы стать моими помощниками.

Сказал, а смотрит только на меня. Демьяна совсем игнорирует. Тот и сам догадался об этом, ничего говорить не стал. Пришлось мне отвечать.

— Так куда простому ученику заниматься настолько сложной темой?

— Простому, может, и рано, — задумался Сергей. — Тут бы, конечно, полноценный целитель нужен.

Ха! Сказал и улыбнулся едва заметно. Уже знает, что мне целителя выдали.

Точнее, даже не так. Он изначально знал, что так и будет. Специально так разговор построил.

— Вы подумайте, — ответил он, не увидев энтузиазма. — А там решим.

Так же ловко, как и привёл, парень увлёк нас обратно, в общий зал.

Глава 19

Наконец, этот дурацкий вечер закончился. Были и официальные выступления и такие же награждения. Выступали разные люди, князь с речью вышел.

Часа три всё мероприятие заняло. Как княжич от нас отстал, Демьян меня выразительным взглядом наградил, но ничего говорить не стал. И правильно, а то народу вокруг слишком много.

Настроение у меня было поганое. Подарки-то хороши, спорить не буду. Но такое ощущение, будто в дерьме измазался. Ни сам князь прямо поговорить не захотел, ни его сын. Всё намеки да намеки. Правы были старик и Эмма. Нельзя князю слепо доверять. Хотел бы в открытую пообщаться, давно бы уже сделал это.

Но нет. Что-то мутит. Ярослав Дмитриевич меня предупредил, что если князь всю мою тайну узнает, то может попытаться откупиться от мертвых. А что, неплохая цена. Он им перерожденца-мстителя. Они ему помилование. Не такой уж и плохой план. Мертвым-то спешить никуда не надо, они и так хозяева. Оставят князя в покое лет на двадцать. Соберут новый ковен, раскинут сети. А там и князь постареет, избавиться от него проще будет.

Поэтому настроение у меня поганое и было. Вместо того чтобы поступать правильно, для общего блага, какие-то мутные интриги плетутся.

Аристарх Павлович закинул Демьяна домой первого. Я ближе к целителю жил, поэтому остался в машине и дальше с ним поехал.

— Рассказывай, — коротко бросил он. — Как с князем поговорил?

Я и рассказал. Сначала про князя, потом про княжича.

— Вот как, — задумался Аристарх Павлович.

— А с вами он о чем говорил?

— Спрашивал о всяком разном. Сказал, чтобы занялся подготовкой целителей. Обучение полноценное организовал. Финансирование под это дело выделил. Про сестер тоже упомянул.

— Да ладно, — удивился я. — Неужто свою школу захотел?

— Может, и захотел, мне то неведомо. Непонятно это всё. С твоими подарками… кхм… тоже слишком красноречиво. Наследил ты, Олег. Все мы слишком наследили. Как бы чего не вышло.

— Ну, зато не надо теперь экзамен сдавать, — пошутил я.

— Э, нет, — хмыкнул целитель. — Мне сдавать будешь. Мало ли что там тебе князь дал. Теорию ты обязан выучить и сдать, как положено.

— Эх, не получилось откосить, — вздохнул я притворно.

Больше Аристарх Павлович ничего не сказал. Человек он обстоятельный, как надумает чего, так поделится. До дома всего ничего было. Вскоре я уже заходил в подъезд.

Дома меня встретила Эмма. Мы с ней заранее договорились в этот вечер встретиться. Очень уж много на карту было поставлено. У нас и план отхода был подготовлен. Если бы схватили, я бы на прорыв пошёл, а там покинул княжество. Ну, если бы удалось выбраться, конечно.

— Голодный? — спросила Эмма с порога.

— Очень, — ответил я. — Нас там почти и не кормили. Закусками всякими разными потчевали, на и только.

— Руки мой и садись. Уже всё готово.

Сходил, помыл. За столом рассказал, что было.

— Любопытно, — сказала она, выслушав. — С квартирой проще всего. Стандартная мера, чтобы привязать кого ценного. Ты ведь сирота, ничем не привязан к княжеству. Сегодня здесь, а завтра в другое место переберешься. А так теперь жилье есть. Где жилье, там и девушка найдется. Не заметишь, как прирастешь к нашим землям. Да и жест красивый, князь такое любит.

— Тебя послушать, так его подарок хорош.

— А он хорош, — улыбнулась девушка. — Будь одна квартира и вовсе бы хорошо было. Со статусом целителя, думаю, тут ключевое оговорка про гильдию. Ты ведь пана Алеса прихлопнул. Его тело наверняка нашли.

— Хочешь сказать, что князь узнал, что я причастен к этому?

— Сложно сказать. Но наверняка он в курсе, кому ты первый экзамен сдавал. Если люди князя определили, что на стадионе именно пан Алес был… то понятно желание задвинуть гильдию. Отсюда его наказ Аристарху Павловичу обучением заняться.

— А что насчёт остального? — призадумался я.

— Защитник — это как раз намек, что князь в курсе про твои дела или их часть. Пошутил, наверное, так.

— Пошутил? Странные шуточки.

— Кто его знает, — пожала плечами Эмма. — Меня куда больше средний княжич заинтересовал. Многие роды спят и видят, как бы заполучить специалиста, который сможет Изменять тело. Кому-то удаётся такого вырастить, и тогда род становится сильнее. Не удивлюсь, если Сергей тоже по этому пути пошёл. Но о таких вещах посторонним не говорят.

— Странно, что он тогда с нами двумя так разоткровенничался.

— Ничего странного. Он просто пытался нащупать верную стратегию, на что тебя подцепить. Сможешь дословно повторить, о чем говорили? Жесты, интонации…

Пришлось постараться, чтобы все детали вспомнить. Эмма слушала, кивала, уточняла.

— Да, так и есть. Вербовка ведь дело часто небыстрое. Сначала о тебе всю информацию собрали. Психологический портрет составили. Прикинули, как использовать. А дальше забросили удочку, чтобы самим посмотреть, как реагировать будешь. Князю тебя куда-то приглашать не с руки. Княжич — другое дело. Он молод, мало ли чем балуется? Может и якобы собственный проект организовать. С тобой под это дело сблизится.

— Может, и так, но тогда княжич провалился. Впечатление он оставил отвратное. Двуличный он какой-то.

— Издержки положения, — пожала плечами Эмма, — Но в целом это хорошая новость. Что решили мягко зайти. Присмотреться к тебе так. Это лучше, чем допрос в темнице.

— Да уж. И что, соглашаться?

— Там видно будет. Он ведь не требовал ответа?

— Нет. Сказал, чтобы подумали.

— Вот и подумай. А там видно будет.

* * *

На следующий день, в воскресенье, у меня был выходной. Аристарх Павлович вчера дал. Сказал, чтобы с квартирой разобрался, да и просто отдохнул.

Я отказываться не стал. Выходной — это хорошо. Дел полно.

И прямо с утра их прибавилось. Курьер с документами пожаловал, как раз когда я завтракать сел. В полдевятого, если быть точным. Молодой господин, даром что с усами, в пальто и с сумкой. Из неё документы и достал. Пальто у него чуть подмочено было — середина осени сегодня решила порадовать столицу дождем.

Я документы забрал, вернулся на кухню. С Эммой конверт вскрыли, изучили, что принесли. Заверения, что я теперь полноценный целитель. К ним значок прилагался. А также документы на квартиру. Вместе с ключами. Как адрес увидел, удивленно хмыкнул.

— Что тебя удивляет? — спросила Эмма. — Это же удобно.

— Ничего не удивляет. Но хитер князь, хитер. Никакой тайной жизни теперь не будет.

— Ничего не изменится. Просто за тобой приглядывать проще будет, — пожала девушка плечами.

Квартиру мне выдали в том же доме, где Аристарх Павлович живет. За ним точно приглядывают, поэтому так же свободно, как и раньше, перемещаться не смогу. Да и с Эммой встречаться.

— Может, здесь остаться? — спросил я девушку.

— Даже не думай. Князь точно обидится. Какие могут быть причины оставаться здесь и платить самому? Приличных — нет. Поэтому давай, езжай смотреть квартиру.

— Ты не со мной?

— Слишком нагло. И вообще, изобрази порядочного простолюдина. Друзей пригласи на новоселье.

Хотел сказать, что не до этого как-то, но прикусил язык. А когда до этого будет? В городе ничего не происходит. Сколько затишье продлится — неизвестно. Поработать на образ обычного парня тоже стоит.

Так и решили.

* * *

Квартиру я один приехал осматривать. Ничего такая. Просторный зал, совмещенный с кухней. Спальня с большой кроватью и шкафом во всю стену. Ещё одна комната, тоже не маленькая, но без мебели. Хоть под детскую отдавай, хоть под кабинет. Первое мне без надобности, а второе… Ну, в конце концов, что я за спаситель мира без кабинета? Куплю себе самое удобное кресло, так, чтобы ноги вытянуть можно было, книжный шкаф поставлю и книгами забью. Буду здесь учебой заниматься.

Как себя на этой мысли поймал, так аж застыл. Хитер князь, ох, хитер. Только в дом пришёл, а уже думаю, как здесь обживаться буду.

Собственно, а что такого? Эмма же посоветовала обычного парня изобразить. Вот я и стал изображать. Первым делом поехал домой, собирать вещи. Хорошо, что у меня их не так много набралось. Но сам бы за одну ходку не дотащил. Такси вызвал и на машине перевез. Сразу предупредил управдома, что съезжаю. Сказал, что казенную квартиру выделили. За меня порадовались, на том вопрос и был решен. Времени на это убил неоправданно много, обед уже наступил. Есть отправился в ресторан к Борису Дмитриевичу. Там Петру новость передал, предложил завтра новоселье отметить.

Сегодня-то у меня незапланированный выходной, а завтра — запланированный.

Остатки дня убил на всякое разное. По магазинам прошвырнулся, закупил домашнюю утварь. Одежды тоже набрал, а то она у меня долго не живёт. Продуктов ещё. В магазины вернулось изобилие, и, надеюсь, до голода всё же не дойдет.

Как с делами управился, так за учебники, который с собой были, засел. Мало ли какой мне там статус выдали. Аристарх Павлович по всей строгости обещал спросить. Да и знания лишними не будут.

Вечером отправился гулять, надеясь, что за мной никто не следит. Нежити точно не было, а насчёт живых и не скажу ничего. Князь вон какую осведомленность продемонстрировал. Поплутал да явился в условленное место. В машину к Эмме сел. Та сразу с места тронулась, и мы двинулись за город, где можно будет, не скрываясь, потренироваться.

— Как новая квартирка? Переехал? — спросила она.

— Квартира хорошая, просторная. В такую и девушку не стыдно привести.

— Ну всё, пакую вещи. Вот радости-то всем будет, — фыркнула Эмма.

Под шуточки мы выехали за город, оттуда в лес. Уж не знаю, как Эмма это место нашла, но мне понравилось. Среди деревьев скрывался овраг. Мы возле него машину оставили и дальше пешком прогулялись. Вышли на пустырь. Ну, как пустырь — овраг изгибался, поворачивал, и вот внизу свободная зона образовалась. А наверху деревья стояли, отгораживали нас от любопытных взглядов.

— С чего начнём? — спросила Эмма.

— Уж точно не с мечей. Хочу всякие техники опробовать. Посмотреть, как старый арсенал себя покажет.

— Мне бы тоже пару трюков не помешало освоить. Не всегда умения жрицы подходят. Подскажешь?

— Конечно.

И начали пробовать.

То, как мы на войне сражались, походило на то, что Ярослав рассказывал. Основная ударная сила — это адепты. В моем отряде все в той или иной степени Кровью владели. Самое простое, что могли сделать — себя усилить да тело Кровью насытить. Без этого с мертвецами и сражаться смысла нет. Точнее, если это обычные мертвяки, то смысл есть. Там и крестьянин с вилами справится. Но если это армия мертвых, то без защиты никуда. Эманации смерти захлестнут.

Жрецы в этом деле часто помогали. Именно они лучше всего создавали зоны, куда чужая сила не проникала.

Всё остальное зависело от конкретного сражения. Если это защита какой-то территории или укрепления, то там просто. Жрец проводил ритуал, ставил защиту, и чужая сила не могла пробиться. Если это сражение в поле, то жрецы тоже могли создать круг, наподобие того, что Эмма сотворила, когда против мясника и Клаи вышли. Только вот бои часто смещаются. Мертвые тоже не настолько тупые, чтобы лезть и убиваться. Поэтому такие зоны обычно выступали в качестве «островка спокойствия». Куда можно отойти, сделать Вдох, после чего вернуться. Сам бой шёл либо на ближней дистанции, либо на дальней. Для каждого случая свой набор умений.

Я предпочитал ближний бой и мечом махать. Поддерживал себя техниками для работы на средней дистанции. Те же стрелы использовал. Но мог и издалека ударить.

Некоторых тварей вблизи бить нет толку. Если на тебя вышел монстр в два этажа ростом, как его мечом-то победить? Не, так-то можно, но долго и муторно. Да и опасно. Проще издалека прибить. Если силенок хватит.

У меня сейчас сил изрядно было. Источник в пятьсот единиц, как ни крути, большой тактический простор открывал. Уже не надо экономить. Хватит на десяток крепких атак. Если пополнять, конечно.

Ух, я отвёл душу в этот вечер.

Заметил кое-что странное. Тот случай, когда через меня потоки энергии проходили, точно что-то в организме изменил. Кровь через меня проходила легче, восполнялась быстрее. Объем Источника важная штука, но он лишь означает, сколько силы можно удерживать внутри, без контроля. Так-то и в теле можно удержать, но тогда часть внимания тратится. Одна из причин, почему на поле боя так важны жрецы или чистая территория — это как раз возможность делать Вдох. Тот старик и Воцлав не просто так эманации смерти выплескивали. Они затрудняли возможность восполнять силы. Если упустить этот момент, тебя очень быстро задавят. Поэтому то, сколько адепт за раз Вдыхает… Точнее, тут важно и количество, и чистота. Чем эти характеристики выше, тем быстрее восполняется энергия, а значит, и сражаться дольше можно.

Так вот. У меня все эти характеристики заметно скакнули вверх. В лечебнице я этого особо не замечал, потому что, как и говорил, сложных вызовов не было, силы медленно тратились. А тут я разошёлся, начал использовать объемные техники, быстро тратил запасы.

Так что вечер продуктивно прошёл. Я смог оценить свои силы. И то, что навыки успели подрастеряться. Заново нарабатывать придётся, но это дело несложное.

* * *

В комнату, где сидели трое, молодого мужчину скорее зашвырнули, чем привели.

— Я и не ожидал, что со мной будут ласковыми, но не так же грубо! — заявил гость.

Троица отреагировала по-разному. Крупный мужчина с серой кожей, который сидел в кресле, развалившись, презрительно усмехнулся. Женщина, статная, с черными волосами, с бледной кожей, но не сказать, что красивая, смотрела с брезгливым интересом. И только старик, который опирался на клюку с черепом, остался равнодушным.

— Назовись, — сказал он. — Кого к нам князь послал?

— Меня зовут Ольгерт и сразу хочу предупредить, что я всего лишь посыльный, о пропаже которого князь совсем жалеть не будет, — нервно заметил мужчина.

— Как так вышло? — с интересом спросила женщина.

— Я проигрался в карты и набедокурил.

— Князь послал к нам картежника? — хмыкнул здоровяк. — Трус.

— Что тебе велел передать князь? — спросил старик.

— Велел передать, что знает виновных и готов их отдать, если вы готовы решить дело мирно.

— Ха! — выдохнул здоровяк, заставив мужчину дернуться.

— Замириться хочет, — улыбнулась женщина. — Ещё что-то он сказал?

— Нет, только это, — сглотнул мужчина.

Почему он боится, Ольгерт и сам сказать не мог. При дворе он давно вращался. То в одни неприятности влипал, то в другие. Выкручивался так же лихо, как и попадал. Но в этот раз князю надоело и его притащили на разговор. Который закончился наказом поехать в одно место и передать весть.

«Плевое ведь дело», — думал Ольгерт.

Но стоило ему только войти в здание, встретиться с охраной, у которой были мертвые глаза и которая совсем не дышала, стоило увидеть эту троицу, от которой буквально веяло жутью, и он сразу ощутил себя мелкой вошью, которую раздавят и не заметят.

— Неинтересно, — дернул губой здоровяк. — Я-то думал, князь посмелее будет. Подраться захочет, удаль свою показать.

— Тебе лишь бы подраться, — мягко улыбнулась женщина. — Так что же, Ольгерт, — посмотрела она на него, — князь больше ничего не сказал? Никаких подробностей?

— Только то, что какие-то люди делов натворили, с чем ваш глава не справился. Что князь здесь ни при чем, но желает сохранить прежние отношения и не усугублять.

— А кто виноват — не назвал? — прищурилась женщина.

— Нет. Сказал, что, если вы согласны, он вам их передаст…

Ольгерт не выдержал и утер пот со лба ладонью.

— Прямо не князь, а торгаш, — заметил здоровяк. — Что делать будем? Какой ответ дадим?

— То, что и планировали, — ответила женщина. — Интересно посмотреть, кого он там выдаст, но решения это не изменит.

— Тогда и заморачиваться не стоит, — лениво ответил здоровяк.

— Я готов передать ваш отказ, — нервно заметил посланник.

— Конечно, передашь, — ответил ему старик, поднимаясь. — В лучшем виде передашь. Коробку мне принесите… — бросил он в пустоту.

* * *

Князь нервничал. То вставал, ходил из стороны в сторону, то садился, наливал себе выпить, то порывался что-то сделать, но также быстро затухал и падал обратно в кресло. В груди у него поселилась паника, которую он ненавидел. «Князь и боится! Что за жизнь такая», — думал мужчина.

Нервничал он не один. Петр Демидович, новый глава безопасности, также прибывал в дурном настроении, понимая, что хороших новостей, скорее всего, не будет. А плохие… Как ситуацию ни крути, ведет она только к трагедии. Верным останешься — так голову оторвут. Предать князя тоже нельзя — дернешься, и он мигом голову снимет. Как самому Петру Демидовичу, так и всей его семье. Да и что толку с этого предательства. Перед тем как пожертвовать собой, Сергей Александрович своему преемнику в деталях и красках объяснил логику выбора. Что лечь под ковен только на словах хорошо. А на деле — будешь бесправной марионеткой, пока тело не уничтожат. Ещё и семью свою сожрать заставят, в качестве доказательства лояльности.

Новости принёс лично глава охраны дворца. Уже по одному его виду князь понял, что миром разойтись не получилось.

Да и вместо посланника, которого отправляли, принесли коробку.

— Там… — сказал немолодой уже мужчина, которого никогда нельзя было обвинить в трусости.

Сейчас он выглядел бледно и, не закончив начатое, поставил коробку на стол.

— Выйди, — сказал ему Петр Демидович.

Оставшись вдвоем с князем, мужчина дождался кивка и открыл коробку, из которой доносились хрипы.

— Убей… те… — донеслось из той. — Убей… те…!

Князь заглянул внутрь. Там была голова посланника. Без тела, но ещё… функционирующая.

— Что тебе сказали передать? — требовательно спросил князь.

— Что… прощения… не будет… Убей… те… Убей… те меня, — взмолилась голова.

— Что-то ещё? — спросил Петр Демидович.

— Война… Голод… Смерть… Ждут всех… Убей… те… Прошу… — хрипела голова.

— Петр Демидович, — тихо сказал князь. — Окажите ему последнюю милость.

— Но… Как? — растерялся мужчина.

Князь раздраженно дернул щекой, выпустил силу и превратил голову в кашу. После чего усмехнулся.

— А знаешь, Петр Демидович, аж полегчало. Неизвестность пугала куда больше. А теперь понятно, что отступать некуда. Так что будем воевать. Приводи в исполнение все наши задумки. Если не победим, так заставим этих тварей пожалеть.

* * *

С друзьями я всё же собрался. На следующий день, в понедельник. Встречал их уже дома, адрес сообщил. Консьержку тоже предупредил, что гости придут. Та мне в ответ лекцию прочитала, что это уважаемый дом, с большой историей, и что здесь живут очень уважаемые люди, которые не любят шум. Пришлось заверять, что мы тихо, пить не будем, просто посидим. Я ей даже предложил со здоровьем помочь, но женщина отказалась, снисходительно намекнув, что ей Аристарх Павлович иногда помогает.

Первым пришёл Петр, в компании трёх девушек. Все его, хех. Ладно, шучу. Одна его и две сестры, Вера и София.

— Привет-привет, — поздоровался я, впуская их.

Пётр был одет в пальто, щёки у него раскраснелись, что не мешало ему выглядеть одновременно и важно, и смущенно.

О том, кто будет, я точно не знал. Когда с Петром общался, сказал ему, чтобы приходили. Состав не уточняя. Так что в некотором роде это был сюрприз. Не то чтобы важный, но ничто человеческое мне не чуждо. Интересно же, что у него за девушка, которую он так долго скрывал.

Пустил их в квартиру, поздоровался со всеми.

— Это Алёна, — представил Пётр девушка. — Алёна, это Олег.

Та смущенно потупилась. Сестры, которые за спинами Пётра и Алёны стояли, синхронно фыркнули и глаза закатили. Они, кстати, довольно непривычно выглядели. Я привык, что одеваются скромно, ещё и в белых халатах всегда. А тут в платьях, накрасились, волосы накрутили. Алёна от них не отставала, кстати.

— Проходите, что ли. Я пока не обжился, поэтому как есть встречать буду.

Не успел квартиру показать, как снова в дверь позвонили. На этот раз Игорек пожаловал. Прихватив с собой сестру. Её я вот точно не ожидал увидеть, но чего уж. Не выгонять же?

— А чья третья пара сапог? — шепнул парень, когда уже поздоровались. — Петр, его сестра, а ещё кто? Твоя или его?

— Его, — также шепнул я.

Сестра Игорька его в бок ткнула, шикнула и мимо проскользнула. Игорек за ней отправился.

— Матушки! — услышал я его голос. — Настоящая!

Ну, этого стоило ожидать. Надеюсь, Пётр понимал, что шуточек ему не избежать, хе-хе.

В общем, собрались. Быстро перезнакомились, кто знаком не был. За готовку взялись. Я пытался что-то сообразить, но не особо преуспел. Поэтому меня девушки оттеснили и навели порядок. Игорек бутылку шампанского достал. В процессе меня вопросами засыпали. За что квартиру-то дали. Больше всех сестра Игоря интересовалась.

Её интерес только слепой бы не заметил. Только этого мне не хватало.

Собрались мы вечером. Уже и за еду взялись, и по бокалу выпили (да простит меня консьержка, что соврал насчёт алкоголя). Я больше никого не ждал, поэтому удивился, когда в дверь снова позвонили.

— Ждем кого? — спросил Пётр.

— Неа, — качнул я головой.

— Вроде не шумим сильно, — заметил Игорек.

— Пойду гляну, — ответил я, поднимаясь.

Нежити я не ощущал. Но и люди навредить могут.

К моему удивлению, с той стороны находилась жена Аристарха Павлович.

— Добрый вечер, — открыл я дверь.

— Добрый, Олег. Звонил Аристарх, просил проверить, тут ли ты. Какая-то беда случилась, нужно срочно в лечебницу отправляться. Твоего нового номера-то нет… — быстро пояснила она.

— Что за беда, он не сказал?

— Нет. Наплыв раненых, как я поняла.

— Понял, собираюсь и выхожу, — ответил я. — Спасибо, что передали.

— Да что уж, — отмахнулась она и ушла.

Я дверь закрыл, постоял пару секунд, смотря в пустоту. Беда, значит.

Началось? Пошёл ответный удар?

Словно подтверждая мои слова, где-то на периферии своего восприятия я почувствовал сгусток смерти.

Эпилог

Собравшись с мыслями, вернулся в общий зал.

— Мне надо уйти, — сказал гостям. — В лечебнице что-то случилось, вызывают.

— На ночь глядя? — удивился Игорек.

— Так беда в любое время может прийти, — пожал я плечами.

— А мы? — спросила Вера.

— Про вас ничего не говорили, — задумался я. — Сами решайте.

— Мы пойдем, — заявила София.

— Тогда собирайтесь быстрее.

Пока говорили, я прислушивался к ощущениям. Ощущение нежити как мелькнуло на периферии чувствительности, так и исчезло. А сейчас повторилось. Правда, это была не нежить, а дух. Я ощущал духа смерти где-то впереди, и он постепенно приближался. Но до дома так и не добрался. Свернул в сторону и исчез.

— Петя, закроешь тогда квартиру, — сказал я на ходу, отправляясь в коридор. — Простите, что так вышло.

— Всё нормально, — ответил Петр.

Его девушка встревоженно на меня посмотрела, но ничего не сказала.

Одевался я в удобное. Ботинки, куртка. Сегодня понедельник, в это время на дорогах пробки. Нечего рассчитывать поймать такси и быстро доехать. Куда проще пешком дойти. Если обычным шагом, то где-то двадцать минут до лечебницы. Если пробежаться… Я бы и за десять уложился, но сестры за мной точно не поспеют.

С первым духом столкнулись прямо в прихожей. Здесь она просторная была, с консьержкой. Тварь пролезла прямо через парадную дверь и нацелилась на женщину. Я прямо походя сгустком Крови духа сбил и уничтожил.

— Это вы чего? — забеспокоилась и поднялась со своего места женщина.

Духа она не увидела, а всполох света — вполне.

— Не обращайте внимания, — ответил я. — Настраиваюсь. В лечебнице что-то случилось, вот вызвали. Срочно идти надо.

— А что случилось-то? — мигом забыла про всполохи женщина.

— Пока не знаю. Простите, нужно спешить.

Я двинул дальше, толкнул дверь, вышел на улицу. Сестры за мной.

— Что за настройка? — спросила обеспокоенно Вера.

— Не в ней ведь дело? — добавила София.

— Духа убил, — ответил я на ходу. — Вы их не видите, поэтому держитесь рядом. Пойдем быстро.

— Что ещё за дух? — нахмурилась Вера.

София от неё не отставала.

— Тварь паразитического типа с другого плана бытия. Потом вам как-нибудь лекцию прочитаю.

Темп я высокий задал, в своих сапожках с каблуком сестры за мной впритык поспевали. По крайней мере, вопросы задавать не стали. Может, всё же такси взять? Сам-то ладно, но чего девушек мучить?

Хотя нет. Лучше по городу пройду. Что-то мне подсказывает, много важного увижу.

Так оно и вышло. Хорошая новость заключалась в том, что моя способность чувствовать порождения смерти и правда выросла. Значит, искра сработала, как надо, усилив то, что и хотел. Плохая же новость — мы не отошли от дома и на сотню шагов, как я штук пять тварей ощутил. Мелкие гады, никого крупного и серьезного, но… Даже один дух способен подпортить здоровье человеку. Десяток, если на одного бедолагу накинутся, выпьют его жизненную силу досуха.

Духи были повсюду. Наверху, впереди, сзади, по бокам, в зданиях, на улице. Я бы при всем желании не смог их всех достать. Не вламываться же в квартиры. Точнее, как раз можно в гости заглянуть, но духи-то на месте не сидят, перемещаются. Да и что-то мне подсказывает, что в лечебнице эти гады тоже будут. А если нет, так жертв их деятельности туда свозить начнут. Там я больше пользы принесу.

Если духов не десяток, а сотня-другая, то ночь сегодня тяжелой будет. Лечебницу завалит пострадавшими.

Пока шли, я убедился в своих предположениях. Духи встречались то тут, то там. И все где-то на периферии, делают своё темное дело. Я только мелких ощущал, что уже хорошо. Если крупных тварей выпустят, то будет куда хуже.

Получается, мертвые всё же сделали свой ход. А раз так, то они в курсе прерванного ритуала и того, что ковен уничтожен.

— Какая-то суета нездоровая, — заметила Вера, семеня за мной.

— Да, словно что-то такое витает в воздухе, — согласилась София, — Эти духи сильно опасны?

— Неприятные твари, — сказал я. — По одной не особо опасны. Но если в стаю соберутся…

Дыхание у меня от быстрой ходьбы не сбилось, но мы-то двигались в людском потоке. Люди шли по домам, кто-то оглядывался, кто-то спешил. Лица у всех угрюмые. Тут и погода виновата, мелкий дождь прямо в лицо летит, и общий фон. Правы сестры. Витает что-то такое в воздухе.

Обычно духи такое не создают. Силенок не хватает. Либо есть что-то ещё, либо кто-то целую орду на город напустил. Подобное вполне возможно. На войне я не раз такое видел.

Внезапно впереди раздался крик. Народ стал замедляться, останавливаться. Я же пробился вперед и увидел женщину, которую поднимали прохожие. Намерение благое, но зря они. Это я вижу, что в женщину вцепилась змеевидная тварь, а вот остальные не замечают.

— Пропустите! — требовательно сказал я. — Я целитель!

Последняя фраза подействовала магически. Меня пропустили. Я снес духа, ощутил, как в меня скользнула очередная порция чужеродной силы, и занялся женщиной. Ничего критичного с ней не было. Резкий упадок жизненных сил. Мне хватило секунд двадцати, чтобы вычистить проникшую гадость и привести организм в порядок.

— Что… Что со мной случилось? — очнулась женщина.

— С вами всё в порядке. Упали в обморок. Хорошо, что головой не ударились. Вам сейчас лучше отправиться домой, плотно поесть и поспать. Завтра как новенькая будете. Но, если почувствуете недомогание, обратитесь в лечебницу Васильки.

— А… Спасибо, — закивала она.

— Прощу прощения, но вынужден вас оставить. На работу вызвали. Всего доброго, — попрощался я.

Дальше она как-нибудь сама справится. Дух её не сильно ранил.

— Что это было? — догнала меня Вера.

— Опять дух? — спросила София.

— Да. Напомните, чтобы глаза вам перестроил. Открою магическое зрение.

— Но это же очень сложно… — неуверенно заметила Вера.

— Ничего сложного, — ответил я. — Но лучше об этом не болтайте.

Проговорился я. Думаю, сестры догадываются, что я не так прост, должны уже были понять, что к чему, но открытие магического зрения — процедура куда более сложная, чем открытие Источника. А я так просто заявил, что могу его открыть.

А, ладно, потом разберемся. Или не разберемся. Потому что уже плевать, если мертвые так активно действовать начали.

— Ты же сказал, что духи не очень опасны. Или тут целая стая была? — спросила Вера, когда мы вышли на открытый участок.

— И почему они невидимы?

Сестры, кажется, принципиально не желали говорить отдельно. Точнее, говорили-то как раз отдельно, но в унисон, будто единый организм.

— Так сразу не объяснишь. Планы бытия — это что-то типа изнанки мира, где властвуют те или иные энергии. Конкретно сейчас на женщину напал дух смерти. Невидим — потому что он не материальное существо, а энергетическое. Вот вы энергию видите? Нет. Нужно зрение перестроить, чтобы увидеть. А что касается опасности, так духи разные бывают. Разной силы. Люди тоже разные. Вот женщине не повезло. Быстро жизненные силы выпили. Не знаю, убили бы или нет. В любом случае, если речь о младших духах, то можно успеть среагировать. Проблема в том, что люди не видят, в чем причина. А как они в лечебницу обращаются, мы с вами во время эпидемии насмотрелись.

Дальше шли молча. Сестры переваривали то, что услышали. А я себе пометку сделал, что однобоко их учил. Сугубо целебным практикам. Совсем позабыв про навыки самозащиты.

И чем только думал?

Ведь целители — одна из первичных целей на войне. Магическое зрение, кое-какие техники, общее понимание — я бы многому мог научить. Но не подумал.

Надеюсь, успею исправить оплошность.

* * *

Пока шли, духи так и продолжили попадаться. Они совсем не скрывались. Вели себя как безумные, набрасывались на всех подряд, без какой-либо логики. Не совсем типичное поведение для этих тварей. Они хоть и тупые, но обычно действуют как хищники. Умеют таиться, нападать скрытно, выслеживать добычу. Здесь же их явно кто-то «взбодрил».

Не знаю, как князь с такой проблемой разбираться будет. Если он вообще жив ещё. По пути я опомнился, сходил до ближайшего таксофона и отзвонился деду Эммы, предупредив, что началось.

Сестры лишних вопросов не задавали, хотя и поглядывали на меня странно.

А дальше мы добрались до лечебницы. Как я и думал, приёмная и сортировочная были забиты под завязку.

— Олег! — крикнул мне Аристарх Павлович. — Приступай!

Находился он здесь не один, разумеется. Я пока заходил, успел осмотреться и оценить, что происходит. Картина в полной мере ожидаемая. Открытых ранений почти нет, люди с сильным истощением. Но и исключения встречались. На входе сидел мужчина с утыканным осколками лицом. И, судя по тому, что к нему никто не подошел, все остальные целители уже заняты не менее важными случаями.

Людей здесь много. Весь коридор забит. Не то что сидеть негде, но и стоять.

Ну что ж. Я недавно жаловался, что нет достойных вызовов. Пора показать своё мастерство.

Первым делом я создал шар, укрепил его и подвесил прямо к потолку. Люди начали озираться, целители и медсестры тоже взгляды удивленные бросали, но никто останавливаться и возмущаться не стал. У меня нет времени с каждым духом разбираться. Справиться с ними не каждый целитель сможет. Поэтому проще такую защиту сделать.

Рассчитал я правильно. Некоторые твари прямо в людях прятались, и стоило шару запылать, как наружу полезли. Вспыхнули, завизжали, в стороны бросились. Не все успели уйти. Надо будет и в других помещениях светильники поставить.

Я тем временем принялся действовать. Начал с мужчины с осколками. Выглядел он пусть и страшно, но на самом деле состояние у него не такое уж плохое. Уж точно не критичное. Но нечего людей здесь пугать своим видом. Я силу направил, смыл следы загрязнения, а дальше выдавил аккуратно все осколки разом, сразу же закрывая раны.

— Вас сейчас расслабит, боль уйдет, — сказал мужчине. — Постарайтесь хотя бы в ближайший час мимику придержать.

Мужчина моргнул, давая понять, что услышал меня.

— Будете работать с очищением, — сказал я сестрам, которые переоделись в халаты и ко мне подошли. — Силой поделюсь.

И поделился. Минут через десять ещё Демьян появился. С ним тоже поделился, чтобы эффективность повысить.

В этот раз лиц пациентов я не запоминал. Да чего уж. Я эти лица и не видел. Как-то само моё зрение перестроилось, чувствительность расширилась, я ощущал пациентов, чувствовал, кому помощь больше других нужна. Всяких духов и тварей, что к нам проникали, тоже вылавливал. Ходил и точечно их убивал. Идея с выжиганием хороша, но не хотелось бы, чтобы разбегались.

Пациентов всё подвозили и подвозили.

Тех, кому уже помогли, медсестры уводили. Кого-то сразу домой отправляли. Лечебница-то не резиновая, а никаких болезней нет. Требуется один лишь покой.

Постепенно ситуация прояснилась, и выглядела она не такой плачевной, чтобы прям панику поднимать. Людей либо привозили на скорых, обычно по причине того, что они теряли сознание. Либо они сами приходили, чувствуя что-то «неладное». Думаю, сказалась эпидемия. Людей приучили, что надо к врачам обращаться, а не затягивать.

Наши скорые зашивались. Да и в целом работенки было многовато. Но это далеко не самая плохая ситуация, которая была за те несколько месяцев, что я здесь работаю.

Моё появление помогло переломить ситуацию, очередь рассосалась, появилось свободное время. Аристарх Павлович переключился на руководство и быстро порядок навёл. Там и минутка нашлась, чтобы переговорить.

— Это атака духов, — сказал он, когда мы отошли в пустой кабинет.

— Она самая, — кивнул я.

— Началось?

— Началось-то давно. Сейчас скорее ответная реакция последовала. Я пока шёл, множество духов видел. Уверен, к нам далеко не все пострадавшие попадают. Уязвимее всего одиночки. Если сознание потеряют…

— Да, я понял, — резко кивнул Аристарх Павлович. — Что с этим делать?

— Вы у меня спрашиваете? — удивился я. — Если речь про решение корня проблемы, то нет, сейчас я ничего не могу сделать. Разве что пойти гулять по городу в надежде, что удастся найти виновника. Надо князю сообщить. Хотя бы про духов.

— Да, ты прав. Прости, что спросил, — смутился Аристарх Павлович.

Кажется, ситуация выбила его из колеи. Точнее, не самая ситуация, а ожидание большой беды. Запугал я мужчину.

Вернулись к работе. Где-то через час нас с Демьяном отпустили. Сестер ещё раньше домой отправили. А нас не домой, просто передохнуть. Пошли в кабинет чай пить.

— Что за ерунда творится-то? — сказал парень.

— А ты духов видишь? — спросил я.

— Духов? Нет. Это же магическое зрение нужно. Я работаю над его развитием, но пока не получилось.

— Хм… Давай я тебе так открою и научу духов убивать. Для этого, правда, чистота повыше нужна. Но, думаю, справишься.

— Шутишь?

— Если не хочешь, чтобы тебя как-нибудь дух загрыз, то умение крайне важное, — без тени улыбки ответил я.

Если Демьян и хотел сказать что-то по этому поводу, то прикусил язык и сдержанно кивнул.

— Что для этого нужно?

— Да ничего такого. Подвешу технику. Разве что может в глазах двоиться и зуд появится. Но это временно. В течение дня пройдет. Технику сбивать не стоит. Это не критично, но не хотелось бы переделывать работу.

— Ты уверен, что справишься? Всё же глаза…

— Ну-с… — протянул я. — Уверен. Но сам решай. Дело добровольное. Только сдаётся мне, что в нынешние времена лучше уметь видеть незримых тварей.

— Трудно не согласиться. Когда начнем?

— Да хоть сейчас, — пожал я плечами.

— Дай только домой позвоню, — прикинул он. — Предупрежу своих, что всё нормально.

— Ты им ещё инструкции дай, как себя вести, если вдруг что ощутят. Соседей пусть тоже предупредят, если могут.

Демьян кивнул и на некоторое время отвлекся. Я же о своем думал, как быть в этой ситуации. А ведь мне тоже надо позвонить. Как Демьян закончил, сделал ряд звонков. К себе домой звякнул, но там никого не застал. Набрал Петра, он уже дома был. Спросил, дошли ли сестры. Всё нормально было. Рассказал ему, что к чему. Потом старикам своим набрал, но не дозвонился. Так-то ночь на дворе, в общежитии телефон только на проходной, могут и не слышать.

— Ну что, давай? — спросил Демьян.

— Садись поудобнее, расслабься, не мешай. Наблюдать можешь, но аккуратнее.

В процедуре и правда ничего такого не было. Техника комплексно воздействовала на глаза, нервную систему, немного на мозг. Практик и сам, просто стимулируя зрение Кровью, мог за год-другой развить зрение. Техника же ускоряла процесс.

Закончил минут через десять.

— Нормально? — спросил я.

— В голове тяжесть.

— Неприятная?

— Да не. Это твоя сила. Много влил.

— Ничего, усвоится. Отдыхай пока. Я Аристарх Павловича предупрежу, чтобы тебя не трогал пока. Домой лучше на такси отправиться… — сказал я задумчиво.

Задумчивость относилась не к Демьяну. Я что-то ощутил. Какое-то напряжение на периферии сознания.

— Олег? — обеспокоенно спросил парень.

Ощущение обрело форму, я почувствовал кого-то куда более крупного, чем мелкий дух.

— Да чтоб вас, — тихо выругался я. — Демьян, выключи свет, быстро.

Парень, надо отдать ему должное, сделал, что просил. Свет был выключен, а я собрал жалюзи и глянул, что там. Окна у нас выходили на небольшой сквер, в котором меня как-то подловить пытались. Этот сквер был освещен, и я прекрасно разглядел, как в нашу сторону несется туша.

Ох ты ж.

На фоне голых деревьев, разбегающихся и визжащих от ужаса прохожих, перевернутых машин на дороге сюда двигался не совсем простой дух. Да и не дух, а полноценная тварь. Монстр. Ростом со взрослого человека и с грацией носорога. Таких армия мертвых использовала, чтобы прорывать строй или разносить наши укрепления.

Поэтому я хорошо представлял, что будет, когда эта туша доберется до лечебницы.

Отведя правую руку в сторону, левой я открыл окно. Демьян дернулся, отшатнулся, когда в руке у меня начало формироваться копье. Параллельно я накинул на себя технику ускорения и сделал большой Вдох, пополняя запасы Крови.

Монстр замедлился. Перестал нестись к лечебнице.

На самом деле нет. Это моё восприятие ускорилось.

Рассчитал я идеально. Вовремя с Эммой за город выбрались, потренироваться. Как раз пригодилось. Подобных тварей я уже видел и их слабые места знал. За секунду до того, как монстр выбрался из поля зрения, я метнул копье. Специально сделал его не светящимся, чтобы не выдать себя.

Попал куда надо. Прямо в голову. Там кость крепкая, но и я кристаллизировать силу умею.

Эта махина споткнулась и упала. Выглядело скучно и буднично. А вот внутри у твари точно феерия происходит. Осколки-то Крови разошлись.

Не ждал, что что-то получу за убийство, но нет. Поток чужой силы в меня вошёл. Так, значит, это и на расстоянии действует? Где-то шестьдесят шагов. Неплохо.

— Это что было? — спросил Демьян нервно.

Я закрыл окно, вернул жалюзи.

— Пойдем отсюда, — сказал парню.

— Так что это было⁈ — не выдержал он.

— Что-что. Война, вот что.

* * *

Вопреки ожиданиям, в следующие сутки чего-то прямо катастрофического не случилось. Но это как посмотреть, конечно. Так-то новости поступали одна хлеще другой.

Других монстров к стенам лечебницы не пожаловало. С поверженной тушей тоже разобрались. Ох, сколько людей в сквере собралось. И городовые, и военные, и тайная служба. К нам заходили. Опрашивали, кто что видел. До меня очередь дошла, но я честно отвечал, что работал, людям помогал. Так что пусть гадают, откуда взялся монстр, почему побежал к лечебнице и почему упал замертво. Кровь моя развеется, никаких следов не обнаружат.

Ну, наверное. Возможности людей из тайной службы я плохо представлял. Да и если уж на то пошло, князь вполне может связать два и два. Поэтому я в очередной раз подставился, проявив себя. Но и допустить разрушения лечебницы с многочисленными жертвами я тоже не мог.

Что вышло, то вышло.

Пострадавших от духов так и продолжили свозить. Через пару часов к ним прибавились те, кто пострадал от всяких тварей, типа мертвых гончих. Но таких случаев не много было. Относительно, конечно. За всю ночь под сотню набралось.

На фоне обычного дня — много. На фоне того, как могло бы быть — немного.

Вот такая математика.

Были и погибшие. Уж не знаю, сколько, но слухи разные ходили. Да и народ паниковал. Их можно понять. Только недавно эпидемию пережили, а тут новая напасть.

Я всё ждал, когда же кто из мертвых лично заявится, но никого не появилось. Вскоре стало понятно, что это они скорее обозначили намерения, чем всерьез ударили.

Князь в долгу не остался. Я точно не знал, как оно там, но, кажется, сбылся один из вариантов, который мы с Эммой и её дедом обсуждали. Представители ковена явились в город. Князь провёл с ними переговоры. Договориться не получилось. Поэтому обе стороны перешли в открытую стадию конфликта.

Но об этом я узнал позже.

Спать пошёл уже под самое утро, когда светать начало. Проснулся часов в одиннадцать. Ситуация никак не изменилась. Ни лучше не стала, ни хуже. В том же режиме до вечера провел, а ночью как-то поспокойнее стало. Следующий день и вовсе спокойным выдался. Относительно, конечно. Пострадавшие продолжили прибывать, но не в таком количестве.

Но не это главное. Новости мы из газеты узнали. На третий день после начала беды, получается. Эту ночь я дома провёл, выспался как следует, а наутро пришёл. Там-то и увидел в кабинете Демьяна, который газету читал.

— Глянь, — коротко бросил он мне.

Я глянул. И конкретно так удивился.

На главной странице красовалась фотография… короля.

Мертвого короля. Которому я не дал сформироваться. Шокированный, добрался до статьи, вчитался и удивился ещё больше. Там прямо, в открытую, обвинялась гильдия целителей, что именно она ответственна за эпидемию и духов. А также ещё за десятки злодеяний, торговлю органами, похищение детей и прочие темные дела, в том числе недавнее происшествие и появление тварей.

— Это что теперь будет-то, — сказал Демьян тихо. — Ты ведь не шутил про войну, да?

— Какие шутки… — ответил я машинально.

Перечитал статью ещё раз. Пролистал всю газету. Да уж, да уж.

Сказать, что лечебница взорвалась, — это ничего не сказать. Не буквально, конечно. Но разговоров было… Впервые на моей памяти Аристарх Павлович ругался. Голос у него мощный оказался. Ругался не из-за статьи, а из-за того, что работа в лечебнице чуть не встала.

Эта статья, кстати, была не единственная. Народ и другие газеты приносил. Из других изданий. В них история под другим углом подавалась. Тоже гильдию винили, но намекали, что они не сами по себе действуют. Что есть у княжества враги за границей.

В тот же вечер мы узнали, что гильдию целителей, то самое роскошное здание, разнесли и подожгли. Говорили, целая толпа собралась. И я мог понять людей. После таких статей, какие ещё варианты могли быть.

А на следующий день объявили общую мобилизацию. Эта новость, подобно взрыву, прокатилась по всей лечебнице. Да и по всему городу, наверное.

До меня волна тоже дошла. Я на работу утром пришёл, успел выслушать новости, как ко мне заявился мужчина в форме.

— Олег Васильев? — зашёл он и огляделся.

— Он самый. Кто спрашивает?

— Княжеское поручение, — проигнорировал он мой вопрос. — Получите и распишитесь. — протянул он мне конверт, достав его из сумки.

— Что за поручение? — вскинул я бровь.

— Не могу знать, — угрюмо ответил мужчина. — Распишитесь.

Я расписался. Мужчина развернулся и ушёл. Вскрыл конверт, глянул, что там.

О как. Удивил князь. Мобилизовать меня решил. Документ предписывал явиться в военный лагерь.

Ну что же. Повоюем, значит.

Content

Целитель 6

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Эпилог