Железные Рыцари. Легион

1. Бремя победы

Сидел я, пригорюнившись, в ангаре Эниуса Эквиса, самого бронзового Инвиктуса Галактической Империи. И печалился. Потому что за дверью — минимум три десятка, а то н все полсотни злостных фанаток Безмолвного, чтоб его, принца. Тот момент, что я — скромный шевалье, ну и еще немножко дюк, этих бешенных не смущал. Так ещё Его Августейшая Зловредность, со своей дурацкой привычкой слать невинному мне записульки фельдъегерем… Совершенно неподобающая, между прочим, привычка для монарха Империи! Вот же привязался, Эпистолярный Помазанник… А эти дурынды за дверью — фельдъегеря видели. И судя по крикам — ждёт меня в их похотливо-фанатских лапах смерть через перепихон. Ну, в ручках, и не их, да и… В общем, что делать-то⁈ Я в ангаре, отсюда тайных ходов нет! Только ворота и технический выход. Нет, теоретически я могу на Эмике выйти, вот только надо запрос ЛИЧНО послать… Если тревоги по Академии нет — пилота на Инвиктусе без офицального и личного запроса не выпустят.

Хм, а если дверь прорезать барионником? Ага, и огрести вместе с Эмиком звиздюлей до смерти, от защитных систем Академии. И Эмика жалко: он хоть и Орало Бронзовое и зазнайка вредный — но вот, предлагает помощь. Смазкой поделиться, для «деталей, подвергающихся нагрузке трением», мда-а-а. Тут не знаешь, плакать или смеяться. Так что лучше я Бронзового просто поблагодарю. И поблагодарил, хотя от смазки отказался. Ну во-первых — может, пронесёт. А во-вторых — она же техническая, с присадками! Как бы не хуже, чем без неё, для «деталей, подвергающихся нагрузке трению» выйдет.

А если без шуток — ситуация-то жопная! У девок, видно, совсем крышу сорвало (ну, судя по тональности и количеству воплей). Турнир, блистательная и всё такое победа. И тут же «подтверждение» их влажных фантазий о моей принцеватости. Причём, если я пойду «на прорыв» — надо будет калечить, а то и убивать. И в итоге, «верность» своим девчонкам я сохраню, и «деталь» излишней нагрузке трением не подвергну. Но при этом:

Девчонки эти… ну просто заигрались, хотя отодрать их (не в коем случае не сексом!) стоило бы. А вообще — несмотря на ряд не слишком мне приятных моментов, помогали, так что убивать их и даже «всего лишь» калечить не слишком любезно. Кроме этого — они, вообще-то, представители полусотни аристократических Родов. Которые на перепихон кровиночек, скорее всего, внимания не обратят, а вот на убивание и калечение — очень даже. Кто-то, может, и «разберётся» — но рассчитывать на это глупо. Так что после такого «блистательного прорыва» получу я и Род Ульвер кровную вражду с четвертью Родов Субсектора. И после выслуживания Бронзового мне просто некуда будет возвращаться. Тут проще самому об стену с разбега убиться — но это не наш выбор!

Дальше: вариант позвать Мари, Веснушку и Кудряшку… Ни хрена мне не нравится этот вариант. Тональность воплей явно истеричная, видно — у девиц амок, ну, в определённом смысле. То есть, «запрос помощи» приведёт к тому, что девчонкам (или приятелям, или другу-колобку) придётся прорываться через толпу озабочен… озверевших девиц. И повторится картина с моим «прорывом» (кстати говоря — не гарантированно успешным), только с их стороны. И, помимо потенциальных неприятностей такого «прорыва», добавится риск для близких. Что просто неприемлемо, а не «не нравится»!

Так что, для начала, связался я с Веснушкой — ну она, как это ни удивительно, из моих девиц самая рассудительная и вообще.

— Гален, привет, поздравляю! Это было круто! — затараторила в типичном Хлоя-стиле Хлоя. — Просто потрясающе! Замечательно! И Гален, с нами связалась Мари! К твоему агнару не пробиться…

— Стоп! Ты с ней на связи⁈

— Да…

— Конфликта нет?

— Нет…

— Отзывай, ну в смысле, скажи, чтобы она отходила. Я с этим «фанатским нашествием» сам справлюсь, а конфликты не нужны.

— Конфликты не нужны. Гален, это не мы…

— Я догадываюсь, Веснушка, — задумчиво ответил я. — Так, всё, не суйтесь. Сам разберусь.

— Точно? — Да.

— А… ну мы, если что, будем не в обиде. Мари не против. Я, наверное, тоже. И Арви всё понимает…

— Ой всё! — 4 ответил я, разрывая связь.

«Не против они», блин! Я — против! Нет, ну если что — то можно и того и даже этого. Но меня мои девчонки удовлетворяют, вплоть до ежедневного сбалансированного питания с витаминками — а то не справился бы ни черта! И с какими-то там посторонними девицами — не желаю! Я — шевалье приличный! И даже вроде приличный дюк, местами уж точно!

Не говоря о том, что затрахают же, психопатки озабоченые! А то и вообще за…бут, фанатки такие, мда.

Но если орать «спасите-помогите!» своим нельзя, то что делать-то? Эмик задумался, пурупмкает тот самый, уже знакомый марш из своего прошлого. Переживает разрастание своего величия и этим наслаждается. И не помощник он тут. Ну и стал я искать Путь, как не затрахаться насмерть, с минимальными потерями. Только этот подлючий путь не находился: или потери такие, что проще затрахаться насмерть, или выходить и сдаваться, не рыпаясь без толку. А то затрахают усталым.

Выход из ангара — один. Никаких «вентиляционных дыр» нет. Набора маскировочных микророботов с собой нет — я как бы на финал Турнира готовился идти, а не от толпы озабоченных отбиваться! И как-то всё совсем печально… А эти дурынды за воротами совсем озверели: визжат так, что даже сквозь ворота слышно: «МЫ ЖДЁМ ВАС, БЕЗМОЛВНЫЙ ПРИНЦ!!!» — дуры такие!и

Встряхнулся и стал думать головой уже серьёзно и напряжённо. И уже обдуманное, пусть и виртуально, но сплелось в Путь:

Итак, фельдъегерь хоть и подставил волей Пославшего Его, но подставил. И при этом, несмотря на озверение, фанатки в открытые ворота не рванули. То есть амок амоком, но не рванули в ангар, сшибая фельдъегерскую физиономию с ног. Ну и ворота, на моё счастье, закрылись, а то бы была совсем беда, мнда.

Соответственно: некие рамки у взбесившихся фанаток остались. Далее пошли мои мысли про «выслугу» Инвиктуса. Вообще, мне бы не помешает с Магистром Академии поговорить насчёт места выслуги: времени-то до конца Академии маловато и всё такое… Правда, мне надо, чтоб Магистр ЗА МНОЙ спустился, меня вызволил. Причём всякие слуги Академии рангом пониже — не факт, что помогут: девки совсем взбесились. Не говоря о том, что у меня канал личной связи с Магистром есть. А вот с остальными — только через терминал Академии. Ближайший из которых эти фанатки озабоченные перекрывают.

И как бы мне дядьку-Магистра к себе на подмогу выдернуть? Всё же, несмотря на всю свою замечательность, я — простой слушатель, которых в Академии тысяча, а то и больше. Это только сейчас, а так за долгую жизнь Магистра таких десятки тысяч наберётся. И мой статус Героя Силиции ни черта не поможет… То есть, нужна ВЕСКАЯ причина, чтобы Магистр явился ко мне в ангар, забив на кучу дел руководителя Академии. А потом я к нему пристроюсь и ускользну — не будут даже амочные девицы на Магистра набрасываться… Ну а набросятся — их защитные механизмы Академии угомонят, в конце концов! Парализаторы там, пена противопожарная, служки с розгами, хех.

Так, вариант «явись-ка ко мне, Магистр Академии, потому что я такой охренительный Безмолвный и Герой Силиции и победитель Турнира Академии!» — тухлый. Но последний момент, а именно — финал турнира, даёт неплохую возможность. Работа щита судна арбитров, ВОЗМОЖНО, была случайной, но не факт. В любом случае стоило бы разобраться, но сейчас — это Путь. Путь к незатрахиванию насмерть, аргумент, который можно использовать для призыва спасительного Магистра.

— Приветствую, Магистр, — подключился я браскоммом к личному каналу.

— Приветствую, Безмолвный, и поздравляю. Довольно занятный был турнирный поединок, — усмехнулся в усы дядька, но тут же нахмурился. — Безмолвный, ты, конечно — победитель. Но я давал тебе этот канал…

— Проблема, Магистр, — ровно озвучил я.

— Какая? Серьёзность? — нахмурился уже по другому дядька.

— Вероятность покушения. Порядка семидесяти процентов — покушение, — озвучил я примерные прикидки. — Во время турнира. Хотелось бы продемонстрировать вам некоторые расчёты вычислителя Инвиктуса, не подключаясь к сети Академии, — начал я художественное плетение реальной необходимости и своих потребностей.

Нет, мои потребности в данном случае — тоже необходимость. Но чёрта с два я Магистра в этом убедю. И даже убежу — всё равно чёрта с два.

— Ладно, Безмолвный. Скоро буду. Проблемный ты слушатель, — озвучил Магистр и разорвал связь.

Так что справедливо ответить, что Академия Пилотирования Инвиктусов Вирде Грамен — мягко говоря, ТОЖЕ проблемное место я не успел. А подумав, решил не вредничать. Ну, всё же, я Магистра, занятого дядьку, несколько некондиционным способом использую. Он вроде как несколько для иного предназначен. Я проверял, в Уставе Академии не было.

А через денсяток минут мне на браскомм пришёл вызов.

— У тебя я, около ангара. Что у тебя тут творится-то? — бурчал магистр, явно растерянным голосом. — Я тут… Да отойдите!!! — рявкнул он явно в сторону. — Я тут проверил кое что, даже допрос провели… Впрочем, раз уж я тут — впускай.

— А вы точно у ангара Бронзового?

— Точно! И чего ты дурацкие вопросы задаёшь? И что у вас тут творится⁈ Отойти от дверей ангара! — рявкнул он явно на фанаток.

Ну а я, мысленно вздохнув, приоткрыл створку ворот. Магистр, недоумённо оглядываясь, протопал в ангар, а я быстренько прикрыл ворота, подперев их спиной. Мелочь, но спокойнее.

— Ничего не понимаю! — пробасил дядька, подкручивая ус. — Так, ладно, показывай, — обратился он ко мне.

— Бронзовый, дай голопроекцию раскладов с Димахера, с учётом щитов.

— Раскомандовался, — заворчал Бронзовый. — На! И приветствую, Магистр, — соизволил он поздороваться.

— Приветствую… — рассеянно кивнул Магистр, вглядываясь в голосхемы. — Да, именно про это я и хотел сказать: оператора щита проверили, допросили с препаратами. Случайность, такое бывает. Академия официально приносит вам, слушатель Безмолвный, свои извинения, — официально озвучил он. — И что ещё?

— Всё, — развёл я руками.

— Безмолвный, — нахмурился Магистр. — Эти схемы можно было передать даже браскоммом, не говоря о терминале. Ты меня зачем позвал⁈

— А если покушение⁈ — честно лупал я глазами. — И вулканист или ещё кто…

— Врёшь ведь, — проницательно прищурился на меня дядька. — И девицы ещё эти…хе… Гы-гы-гы!!! — заржал сволочной Магистр, чуть ли не на пол падая.

И ржал, блин, до слезы из живого глаза! Хоть не до смазки из боевого импланта, и то хорошо!

— Поклонницы? — проржавшись до возможности членораздельно говорить, уточнил дядька, тыкая в дверь.

— Ну да, они.

— А я предлагал дурацкому Галену смазку. Для защиты и предохранения деталей, подвергающихся нагрузке трением! — вредно буркнул Бронзовый.

И поверг Своим Величием Магистра. Дядька заржал так, что не удержался на ногах, присев на пол. И ржал, хрюкал, зыркал на меня, дверь и Бронзового минут пять. Потом, придерживаясь за стену, приподнялся. И, временами неприлично хрюкая, обратился ко мне:

— И на кой ты всё же звал меня? Трахнул бы их, «Безмолвный Принц», — ржанул этот тип, показывая, что Академия «в курсе» хотя бы части этого «фанатского беспредела».

— Первое: я — верный муж. Второе: вы видели, сколько их⁈ А «Академия не вмешивается в дела Родов», — ядовито процитировал я. — Они же меня до смерти затрахают!

— Так уж до смерти… Ну да ладно, убедил. И что, звал только из-за этого?

— Не только. Момент с финалом — вполне реален. И я от него не в восторге, — отметил я. — Кроме того, я в академии последний год.

— И слава Императору… кхм. А, выслуга, — дошло до Магистра. — Ладно, пойдём ко мне, побеседуем. Узник совести! — непонятно чему загыгыкал он, непонятно меня обозвав.

Но я дядьку почти простил. Потому что на жутких девиц он нарявкал ещё жутче, чем они были. И меня под руку ухватил. В общем — эвакуировал от толпы озверевших фанаток. И отвёл в свой кабинет — ну, нормальный дядька, в общем.

— Да, перед началом беседы о месте службы. Повторюсь — извиняюсь за инцидент на финальном поединке, — озвучил Магистр, плюхаясь в кресло-ложемент.

Точно ложемент: часть пилотского комбеза дядьки «слилась» с креслом. Когда он в нём сидел — незаметно, но вот когда плюхнулся — стало видно. То есть под нами точно Инвиктус Магистра, и он и вправду с ним в постоянном сопряжении.

— Академия чем-то может… — совершенно «дежурно», казённо забормотал он.

— Да, — ухватился я за возможность.

— И чем же? — удивлённо приподнял бровь он.

— В будущем учебном году…

— Потоке, — поправил меня Магистр.

— Потоке, — не стал спорить я, — в Академии будут две мои супруги, в качестве слушательниц. И если Академия присмотрит…

— Академия не вмешивается в дела Родов, — закаменел лицом Магистр. — И не вытирает сопли аристократам!

— Только подставляет под смерть! — огрызнулся я. — Неоднократно! — дополнил я.

— Это… Вот точно — ты не просто проблемный, Безмолвный! А заноза в жопе! — буркнул Магистр. — Но в целом… Ладно, равновесно, если вынести вопрос на уровень взаимоотношения Рода Ульвер и Академии. На тебя и вправду было покушение. И небрежение обязанностями, — признал он. — В рамках этого, представители Рода Ульвер, обучающиеся в Академии Пилотирования Вирде Грамен, получат «режим максимального благоприятствования». Благожелательный надзор, отдельная приоритетная цель для СБ Аккадемии, — пояснил он. — Это — максимум, что я могу сделать. Равновесие: ты рисковал жизнью по вине Академии. И справедливо будет если Академия займётся защитой жизни, соразмерно твоему риску.

— Прекрасно, — порадовался я.

Ну, с учётом Олафа — я за девчонок буду почти спокоен. Мне момент с «равновесностью» в голову приходил, но чисто умозрительно. Уж точно возможности «требовать» я не имел. Ну а раз спросили «чем-то может» — то сами и напросились.

— С этим, я надеюсь, всё? — кисло поинтересовался Магистр, на что я довольно покивал. — Ну и за…бись, — расслабленно откинулся он в кресле. — Что там с твоей службой? — сменил он тон на деловой.

— Наш субсектор, — начал я загибать пальцы, озвучивая хотелки. — Желательно — на пути лайнеров Космонавигации к системе Роттерн.

Последнее — очень бы не помешало. У выслуживающих есть выходные и отпуск, ну если не идут боевые действия. Причём, выходные дни, если их не использовать, а оставаться в месте выслуги (обычно — расположении Легиона) не пропадают. Так что, если будет недолгий и удобный маршрут — я и без отпуска смогу время от времени Юл навещать. Не помешает.

— Но есть один момент, — задумался я.

— И какой?

— У меня родные в Легионе служат, — признался я. — Если в другом субсекторе — то и не важно. А вот если в нашем…

— Ульверы? — удивился Магистр.

— Безмолвные, — гордо ответил я. — Сергей и Светлана Безмолвные, — назвал я брата и его супругу. — Служат вместе, правда где — не знаю.

— Ещё бы ты знал, — хмыкнул Магистр, потому как данные легионеров были вещью повышенной секретности.

— Вот и не знаю. Но если в нашем субсекторе, и есть возможность выслуживать рядом…

— Я понял. Записал, узнаю, — хмыкнул дядька. — Это всё?

— Да. Благодарю, Магистр.

— Пока не за что. И хорошо, что ты станешь головной болью уже не меня, — продолжил обижать меня этот непонятно какой тип.

— Вот не буду вам говорить, всё что я думаю, — ответил я.

— Вот и не говори. Вали давай, Безмолвный. Завтра свяжусь, — отмахнулся от меня Магистр.

А я, на пути выстраивая маршрут побезопаснее (ну, фанатки эти бешеные никуда не делись, в Академии сидят), довольно потопал к транспортному этажу. Несмотря на всякие и даже разные гадости — день выдался чертовски удачным! Но надо ещё отпраздновать, с уже бывшей командой. А хочется к девчонкам — у нас вместе, до службы, не так много времени… Ну, в общем, разберёмся. И надо до апартаментов добраться, отметил я, ловко прячась от парочки каких-то девиц-слушательниц. Вот чёрт знает, фанатки или нет, но лучше не рисковать!

2. Дорога домой

В итоге — добрался до апартаментов без аварий. Девицы-фанатки «Безмолвного Прынца», судя по всему, были разбиты и дезорганизованы магистерским авторитетом. Так что через пять минут после выхода из «административной башни» я беспрепятственно юркнул в апартаменты, куда уже набилась бывшая команда, приятели и всякое такое. Ну а девчонки мои тут жили, так что они не «набились», а были на своём месте.

Отпраздновали, поделились (частично, как понято) планами на модернизацию за заработанные баллы. Гилла, смурная в начале празднования, оттаяла — ну и я объективно и на пальцах объяснил, что проигрыш — неудачное стечение внешних факторов. Которое в реальности, кстати говоря, почти невозможно.

В общем, несмотря на то, что я бы предпочёл оставаться со своими девчонками — неплохо посидели, да и недолго, к счастью. Ну а потом воспользовались дарами всяких Бронзовых и Величеств. Что ж не воспользоваться, раз пользуется?

А на следующий день со мной связался Магистр, сообщив, что Серёга и Светка «служат Империи вне нашего субсектора». Ну… не то чтобы сильно обидно, скорее ожидаемо: Галактика большая, а Легион традиционно «перераспределяет» легионеров подальше от родных мест. Но «подальше» — понятие растяжимое, и была надежда, что одни из немногих небезразличных мне кровных родичей неподалёку. Ну а нет так нет: выслужу Бронзового и направлю послание. Идти оно будет как бы не год, а может, и все два: с вопросами, напрямую не касающимися жизни и смерти, почтовые и секретные службы Легиона неторопливы… как почтовые и секретные службы Легиона, в вопросах, не касающихся жизни и смерти. Потому что зверей таких медлительных и ленивых нет! Куда там улитке, гербу Имперской Почтовой службы — она спринтер, а не копуша на их фоне.

И послание, пусть чёрти когда, но дойдёт. А я Серёгу и Светку позову к себе, ну в смысле к нам, на Ульвеюл. Всё же с раннего детства знаю, Серёга — вообще родственник близкий. А Род Ульвер, как бы он ни «захирел» — всяко сможет предложить им больше, чем Легион за выслугу. По крайней мере, такие планы у меня были, ну а как пойдёт — чёрт знает, увидим. Тот же вариант, что Серёге или Светке просто не понравится быть в Роду под моим главенством — совсем не исключён. Так-то братец и невестка — вроде не дурачьё злобное, иначе я бы с ними и не общался. Но проверки «медными трубами» я им не проводил. Да и, со временем, люди меняются, есть у них такое свойство.

Так что выходило, что служить мне за Бронзового надо, исходя из двух точек, причём скорее одной: системы Роттерн. Вторая точка — Вирде Грамен, но тут, после обдумывания, вышло, что учитывать её не смысла. Девчонки в Академии будут ещё год, а после этого — с Вирде Грамен меня ничего не связывает. Вероятность, что я за год выслужу Бронзового есть, конечно… Но она меня несколько напрягает. Я, конечно, замечательный, Эмик неплох… Но совершать ТАКИЕ подвиги, чтобы выслужить Инвиктус за год — нахрен надо. Это маркграфы Террафортисы и прочие герои пусть таким занимаются, а мне пожить хочется.

А значит — Вирде Грамент как точка привязки для места выслуги — отпадает, просто смысла нет. А с Роттерном выходила довольно удачная, с регулярно крейсирующими Лайнерами Космонавигации, точка базирования и Звёздного Легиона и Военного Космического Флота, этакая «опорная база» сил Империи в регионе. Место удобное, удачное. Можно, как я и рассчитывал, на выходные домой мотаться. Правда момент с «выслугой» становился другим боком: ну, в смысле, если просто сидеть на заднице (своей живой и Бронзовой) ровно, просто «дежурить» — то выслуга займёт десяток лет, стандартный «Имперский Ценз». Хотя если с домом под боком — не так уж и страшно, как-то у меня обилие многочисленных жён желание в подвиги вязываться поубавило. И к лучшему, наверное.

И главное — меня не просто направят выслуживать в место, которое мне хочется. Послание Магистра содержало такой перл: «За выдающиеся успехи в теоретической и практической подготовке в освоении дарованным Его Императорской Милостью боевой машиной ему даруется, согласно правил, доктрин, кодексов и указаний Имперской Канцелярии внеочередной отпуск, в размере четырнадцати дней, не считая время, потраченное в пути». В общем — «служба» у меня начинается с отпуска, что тоже очень даже неплохо. И дела на Ульвеюле найдутся, да и с девчонками найдём чем заняться.

И стал я уточнять всякие моменты выслуги: не юридические, тут я и так всё, что можно (и часть того, что нельзя), исследовал. А именно в бытовом плане, всякие практические и прикладные моменты. И выяснилась довольно занятная картина: пилот и Инвиктус приравнены к «вольнонаёмному боевому отряду в рамках Вооружённых Сил Его Императорского Величества». Причём не только «приравнены», но и являются по факту. Я вот таких моментов не знал, на них и не акцентировались. Ну, потому что выслужившиеся обычно — выходцы из того же Легиона или какой-нибудь Канцелярии или Департамента. Да даже Космофлота того же.

Но вот, например, я имел право «вести в бой» личные боевые силы! Технику и пехоту, с некоторыми регламентными и субординационно-приказными ограничениями, ну и только свои. Чего у выслужившихся как бы и не наблюдается — ну откуда у ветерана Легиона, пусть даже принятого в Род, танковый полк, например? Или походно-полевой бордель, который тоже был в рамках выслуживания дозволен: «личные слуги и прочий обслуживающий персонал, с всем необходимым для их жизни и осуществления своих обязанностей, в числе не превышающем сто человек». Ну про жён и всякое такое можно даже не говорить: семьи и у обычных Легионеров не разлучают, а тут на одного пилота и Инвиктус, по регламенту, положено место на три сотни человек, не считая техники.

Правда, на кой мне танковый полк Волчьих Гвардейцев — я вот как-то не совсем понимаю. Нет, если бы шла какая-то мощная, с десантами и всяким таким война — тогда и не помешали бы, наверное. Но у нас время мирное, да и субсектор вроде спокойный… Ну уж по сравнению со всякими там прочими — точно. Вот с супругами… ну неплохо, да. Но это только через год, после того как Веснушка с Кудряшкой отучатся, буду думать. Пока и эта возможность чисто умозрительная, хотя и радующая перспективой.

Ну и ряд прочих, довольно занятных моментов, типа субординации — когда меня, как в голо, хрен застроят: чёткая «вертикаль командования», причём без боевой тревоги: «а не соблаговолит ли многоуважаемый Безмолвный?» — а не «мухой метнулся, щегол!» В общем — информация небесполезная и скорее приятная для дальнейшей службы, чем наоборот. Хотя, конечно, есть хорошая поговорка, ещё с Беловодья: «гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Ну в смысле, в инструкция и правилах — так. А вот всякие офицеры Легиона-Космофлота наглеть будут и вообще… Впрочем — не страшно. Как должно быть — написано, а если что — я на них Эмика натравлю, с лекцией про дурачьё. Ну или, в отдельных, особо запущенных случаях — с пинками. Так-то после разговора со мной Бронзовый воплощать своё жуткое намерение «пнуть арбитров финального поединка» решил не воплощать. Жуткое, кстати, без шуток — от пинка Инвиктуса, несмотря ни на какую броню, кусок кровавой слизи и костяной крошки останется. Но Эмик меня попросил, а я не возражал: так что с четверть часа служебное крыло Академии (правда снаружи) оглашали бронзовые вопли на тему: «Где эти сволочные и неотпинутые Моим Бронзовым Величием дурачьё⁈»

Не отозвались, кстати. Ну, я бы тоже не отозвался, если честно.

А в остальном — просто заканчивали год, добирая Мари и Ари всякую мелочёвку за баллы. Ну и экзамены сдавали, не без этого. Мне, в принципе, было уже и не нужно особо, как и Мари. Ари вообще думал откосить, но я его своей дючьей волей направил сдаваться: во-первых — нехрен. Во-вторых, мне, как главе Рода, не помешает оценка родового пилота от преподавателей Академии. Ну и в-третьих — я тоже сдавал, потому что был хитрый финт с «выдающимися успехами». Ну, в смысле, не сдавая — мог я мимо отпуска пролететь, чего не очень хотелось, При этом «оценка» моих знаний-умений ни на что не влияла. Но, раз уж сдаю — надо уж как-то получше это сделать. Ради самоуважения, ну и чтобы повесить на стеночку в ангаре Бронзового, ехидно тыкая пальцем в табель, каждый раз, когда его бронзовое зазнайство изволит обзываться «дурачьём» или там недоучкой.

Так потихоньку и дотянули до окончания года. Никаких гадостей, сволочизмов и прочих фельдъегерей от Его Зловредности не появлялось. Даже сдались весьма неплохо: ну в смысле, я и девчонки. Мне теперь есть, во что Бронзовое забрало тыкать, если что. Мари — чисто похвастаться перед «почтенным господином мужем». Ну-у-у… на похвалу и всякое такое напрашивалась, я видел. Похвалил. И всякое такое — тоже.

Ну и некая «отходная» — тоже была. В Силиции, причём не в традиционном для пилотов месте, а в пафосном ресторане: меня вполне официально позвал Перфект Супербии, как «Героя Силиции». И в общем — ничего вышло, ну кроме первых получасов: какие-то журналюги, от которых рассекателем пришлось в минимальном режиме отмахиваться. Без шуток: они своими сволочными камерами чуть ли не в задницу залазили, вопросы дурацкие задавали, при этом не слушая ответов (ни дурацких, ни мудрых, я проверял). В общем достали нечеловечески и к девчонкам приставали, паразиты, так что стал я от них рассекателем отмахиваться. Помогло, хотя заголовок «вечная война Героя Силиции», с голофото моей хмурой физиономии, размахивающего рассекателем… Ну смешно, вообще-то, вышло. И картинку я сохранил на память, вместе со статейкой о «не вернувшемся с войны герое», хех.

Так вот, помимо журналюг, с которыми прекрасно помог рассекатель, были всякие Префекты, Децемвиры и прочая чиновная братия. И их гонять рассекателем не стоило, хотя очень хотелось: нудели какие-то речуги про «Величие». Про дурачьё не нудели, и вообще — у Эмика получается лучше в тысячу раз, задорнее и вообще. Но, к счастью, вся эта тягомотина продлилась всего полчаса, после чего все эти деятели свалили «служить Императору». Я даже немного Его Августейшество пожалел — с такими слугами и врагов не надо, если подумать. Впрочем — по Зловредности Его и слуги, всё справедливо.

А в остальном — знакомые и полузнакомые были. Посидели, даже выпили немножко. И из Академии некоторые персонажи появлялись: тоже глупости говорили, но местами даже приятно было. Так, забегали на четверть часа. Из всех только Василий-историк запомнился, Тубус из Палат Болящих Академии. Ну и Оро Индуктус заявился. Дерябнул двухлитровый графин спирта (по-моему — даже не заметил, что хлебал, престарелый киборг), велеречиво и архаично порадовался, что больше моей физиономии в Академии не увидит, и ускакал.

На следующий день после банкета начались сборы. Инвиктусы девчонок я посчитал нужным брать с собой, ну и выходил у нас караван «Четыре машины и Фафнир». При этом, за баллы припрячь слуг Академии можно, вот только очередь, без шуток! Ну как-то не учли, что народ к концу года в этом плане чуть ли не с начала года готовится, ну и реальная очередь на неделю!

Но у нас транспортные суда (аж две штуки!) были. Мой личный Лаштер, ну и транспортник с Ульвеюла. Хотя момент покидания Академии и пути до космопорта Силиции не слишком простой. Так что бегали, выясняли, суетились. И Эмик в процессе пробегания мимо него с рулеткой (без шуток — надо было замерить чтобы понять, сколько нам транспортных контейнеров нужно — они как бы граждански-транспортные, под Инвиктусы не заточенные).

Так вот, Эмик стоял, посверкивал эмиттерами, на мои рулеточные копошения взирал с бронзовым презрением. А когда я намылился бежать дальше — рявкнул:

— СТОЯТЬ!

— Это чего это ты? — немного удивился замотанный я.

— Я, Величайший Инвиктус Империи, Эниус Эквис желаю… — пафосно, с расстановкой, начал гудеть Бронзовый зазнайка.

— Эмик, будь чел… хорошим Инвиктусом! — взмолился я. — Времени ни черта, короче и по делу: чего хочешь?

— Торопливое дурачьё! С соратниками желаю проститься! — буркнул Бронзовый. — Вряд ли когда-то увидимся, а проститься — достойно!

— Это ты имеешь в виду Плотника…

— Сотрясателя и Ксенартра, конечно! — подхватил Инвиктус. — Не с пилотами же их прощаться, у них совсем недоумки, хуже даже тебя!

На некоторое время я подумал: а не начать ли мне тыкать своим охренительным и образцовым табелем прямо сейчас, в наглое бронзовое рыло. Но потом понял, что реально не до того: дел куча, да и тыкать надо обстоятельно, а не как сейчас, на бегу. А вот просьба Бронзового — ну вообще — вполне нормальная. Хорошо ещё Олаф и Сидороффы были в Академии и против нашего визита не возражали. Так что «прощальные визиты» уложились в пару часов. О чём Эмик общался — я не подслушивал и не спрашивал. Их дело, ИЛ Инвиктусов, если разобраться. Захочет — расскажет (ну интересно немного). А не захочет — допытываться не буду.

Ну и за дюжину часов перебрались на орбиту. В Лаштер набились мы с Сотрясателем и Кудряшкой — по габаритам так выходило. В гвардейский транспортник — остальные, впрочем «расставание» было только до ангарной палубы лайнера Космонавигации: там просто соединили шлюзовым рукавом корабли, и девчонки к нам перебрались. И… ну в общем, долетели до Роттерна. Как-то пять дней вышли занятыми, вспомнить есть много чего, но всё не в словесной форме, хех.

В общем — добрались, о гадостях особых (и радостях) эфир нас не оповестил, ну а с текучкой будем разбираться на месте. Вообще — дел была уйма, причём именно у ограниченного временем меня, девчонки мне в лайнере толком спать не давали не просто так: на Ульвеюле дел дохренища, они в курсе. Ну и соответственно, пользовались моментом, когда была возможность. Собственно, до Юла добрались, вчитываясь на пару с Хлоей в отчёты и всякое такое. И, мимоходом поздоровавшись с Басилдр и Клоком, потопали мы с Веснушкой в покои дюка, к родовому вычислителю, разбираться, что и как. Вплоть до того, что отчёты управляющих чиновников сопоставить надо было: Басилдр их просто пугала, а вот реального контроля не было. А чиновники — они такие, могли в этот момент въехать и начать фигню творить.

Через несколько часов к нам присоединились Мари с Кудряшкой: Мари потому, что на год станет «Сёгуном», ну или губернатором Роттерна. А Арвинг — за компанию, да и тоже в ряде моментах Рода разбиралась получше нас с Хлоей, а в сетке и по отчётам эти моменты не вытащишь.

В общем, сидим мы, никого не трогаем (это пока — пару косяков на штрафы минимум уже нарыли!). В общем, мирно и семейно инспекторски бюрократим. И тут вычислитель мигает всякими лампами ОЧЕНЬ сволочно сообщает:

— Тревога! Возмущение метрики, соотвествующее по тоннажу двум межзвёздным кораблям! — равнодушно, но ОЧЕНЬ вредно озвучил вычислитель.

— И вот какой сволочи неймётся⁈ — искренне возмутился я.

Ну реально — нашли время! И главное — какой сволочи неймётся⁈ Нападение? Ну может быть, конечно, врагов Рода никто не отменял… Но какой-то дурацкое: нападать, когда нас на Ульвеюле шесть Инвиктусов! Тогда как пару дней назад — один. А через пару недель — пять. В общем, какой-то бред, но главное — это дурачьё мне работать мешает! Я на жён-красавиц и умниц не отвлекаюсь (а хочется!), делами занят. А тут какие-то гады, похоже, нападать собрались!

Ответа я на свой праведный вопрос не получил. Ну и стали мы готовиться к встрече «гостей». Нет, может, там и гости без кавычек, но что-то слабо верится…

3. Не ожидал — Сюрприз!

Уже использованный вариант, с «тёплой встречей» просто не годился: «гостюшки» явно и однозначно выходили на высокой звездной орбите. Там их «на выходе поймать» — ну вот совсем не вариант. Ну, точнее, вариантов выхода из подпространства столько, что и не вариант совсем. Это и плохо, но и неплохо: дронов наш заводик наклепал массу, так что пока эти предположительно вражеские корыта будут телепаться до Ульвеюла, есть немаленькая вероятность того, что наши Дронические Пустотные Силы их нахрен разнесут.

Возможность того, что эти прущие через гипер суда — не враги, я рассмотрел. Целые четыре секунды потратил, между прочим, не хухры-мухры какие-нибудь. Решил, что и такое бывает, да и забил. Незваные гости — всегда враги, пока своим примерным и не враждебным поведением не докажут обратного!

Так что занялись мы выстраиванием оборонительных построений для дронов, потому что все наши нововведения с флотскими перестановками ещё толком не вступили в силу. Это как бы и понятно, и ожидаемо, но вот если бы сейчас ощутимая часть ударного флота Ульверов была бы в Роттерне… Впрочем, гадать «если бы» и пускать слюни на «возможности» можно до бесконечности. Да и непонятно, что за вражьи корыта к нам летят — варианты мы рассматривали разные, даже практически невозможные. И были среди них такие, что наши корабли в системе если бы и не мешали, то просто были бы уничтожены без особого толка.

В общем, оставалось нам только гадать, «что за вражины», ну и выстраивать построения дронов. Инвиктусы в текущих раскладах оставались в Юле — наиболее разумно. А вот население Юла и ряда городов мы готовили к возможной эвакуации. В головы вражинам, которые непонятно еще какие (да и частично иллюзорные, как это ни смешно — в подпространстве были всякие замороченные моменты, типа «реальности объекта в подпространстве» и всякое такое), не залезешь, так что всякие варианты типа бомбардировок и прочего «побочного ущерба» исключить нельзя. То, что потом Император оторвёт «побочникам» что-то ненужное, типа головы — погибших не воскресит. Да и понятие «приемлемый побочный ущерб» встречалось, хотя ни хера он не «приемлимый»! Не желаю такого принимать — и точка!

А в остальном — нам оставалось только ждать появления гостюшек. И забить на всякие волнения и заниматься перетрахиванием отчётов! У нас, на минуточку, бюрократы непуганые и не застроенные! Да и на службу скоро двигать и вообще. А я ещё с девчонками как следует попрощаться хотел. И так, и эдак и даже раз этак (но последнее — если получится, что совсем не факт).

Через полутора суток, когда напряжение метрики было уже совсем сильным, очевидно, предваряющим выход кораблей из гиперпространства в реальность, у нас было:

Пара десятков серьёзно оштрафованных бюрократов Ульвеюла, один снятый нахрен полковник гвардии (воровал, подлец, и вообще вёл себя свински! Его даже не мы, а Ари выявил). И несколько типов отправились на каторгу, а по сути — ждали отправку в добывающую систему. Где будут отрабатывать ущерб людям и Роду.

Но продолжать заниматься нужными и важными делами уже не получалось: гостюшки совсем на пороге, так что надо было хоть посмотреть, а что к нам припрётся. Ну и уже на основе этого думать, прикидывать, как обороняться и всё такое… Ерундой заниматься, в общем! Раздражает, а ниче не поделаешь, блин!

И метрика исказила, выплюнув…

— Ну ни хера себе! — аж почесал я затылок, разглядывая поступившие данные.

И не я один: девчонки и Ари скопились в «тронном зале», где мы получали самые оперативные данные, и были все возможности управления. Ари вообще матерился под нос и, кажется, даже ругался. И осудить его не выйдет, потому что в гости к нам припёрлись два сверхтяжёлых планетарных подавителя! Причём, если про один мы худо-бедно знали, то вот откуда второй — непонятно. И опознания не шлют, сволочи… Ну, впрочем, вражины — они всегда сволочи. Я проверял.

И да: припёрлись точно вражины, потому что любой корабль, оказавшийся в системе, первым делом шлёт опознание и всякое такое. А если не шлёт, да ещё и помехами забивает своё положение — то это даже по Имперским Законам трактуется как «агрессивное поведение». Ну и уничтожать такие суда можно смело, даже не разбираясь, кто там такой скрытный. Только нам тяжёлые планетарные подавители на высокой звёздной нечем уничтожать. Ни смело, ни даже трусливо.

Ближе к Ульвеюлу — да, основная группировка дронов, и они, естественно, агрессора атакуют. И вообще интересно, на кой болт они так высоко вышли? Или после нашего блистательного захвата? Ну, в принципе, возможно. Только нахрена вообще — чёрт знает. Тут потери такие выйдут (если отобьемся, но вероятность мала), что три рода просто перестанут как Рода существовать. Просто нет ни техники, ни флота, ни средств на ту же Академию. Это я ТОЛЬКО про подавители говорю, а они ещё и с начинкой, на минуточку. В общем — дело ясное, что дело тёмноё. И остаётся только ждать, когда корабли войдут в зоны поражения дронам.

Чем мы и стали заниматься — в тишине и размышлениях. Потому что больше делать было нечего, а достаточно крепких нервов, чтобы в текущей ситуации «заниматься делами» — нам не завезли. А вот через полчаса от кораблей пошла трансляция: бла-бла. мы такие охренительные Рода говнюков пришли уничтожать Род Ульвер, с концами. Прибьют нас и за пару на Персефоне примутся, так что можем мы трепетать и боятся.

— Что мне не нравится, — озвучил я после просмотра обращения дурачья, — так это то, что они в курсе дронной защиты. Они об неё ещё при Хьёльме бились, причём каждый из этих придурошных Родов! И припёрлись, — задумчиво подытожил я. — Ну ладно, объявили, зачем: понимаю. Но вот… Знаете что, давайте подумаем, что они МОГУТ сделать своими подавителями дурацкими. Вообще все возможности, время есть…

Стали считать и прикидывать. И выходило, что разве что планетарную группировку ладят. Положим, защитить подавители от массовой атаки дронов вражины смогут. Это — реально, щиты планетарных подавителей лютые, но.

«Но» заключается в том, что щиты в режиме «Алмазная Цитадель» (общеимперский код, обозначающий полную непроницаемость) — непроницаемы до своего разрушения. Вообще. То есть, подавитель в «Цитадели» не сможет ни двигаться, ни стрелять. Начнёт — цитадель перестанет работать, и тут масса залпа наших дронов просто пробьёт щиты и вражина начнёт потихоньку рушится. Дальше, вроде как возможен десант… Так не долетят, вот никак! Наши дроны просто в верхних слоях атмосферы нахрен врагов посшибают! Я, ещё когда сам думал как Ульверов прибить, понимал — даже Эмику звиздец, никак не высадишься.

Планетарная бомбардировка — «да». По инерции добираются до нужной траектории стрельбы на орбите. И с нужной точки, скинув «Цитадель» — по Ульвеюлу. И планете — звиздец, совсем. И родам этим до последнего человека — тоже звиздец. За разрушение планеты Звёздный Легион даже бастардов Родов отыщет, все родовые планеты перетряхнёт. И от Родов даже памяти не останется, Департамент Благого Знания из сети и хранилищ само упоминание постирает. «Смерть и забвение», официальное наказание Империи за уничтожение живой обитаемой планеты.

И выходит ну вот совсем неудобоваримая фигня: вражины ЗНАЮТ о дронах. Вражины, судя по «пугательному обращению», специально ждали когда мы припрёмся на Ульвеюл. И в текущих раскладах эти планетарные подавители могут максимум что сделать — так это висеть в цитадели. Совершенно бессмысленно, на минуточку. Даже если все эти подавители забиты пустотными штурмовиками и дронами, как сволочи — мы даже СЕЙЧАС производим дроны. То есть ну вот вообще никаких возможностей нас воевать, кроме планетарной бомбардировки, нет. Но не могут же три рода (парочка не припёрлась) идти на поголовное самоуничтожение! Это не говоря о том, что убивать население планеты, которое тебе ничего плохого не сделало — чертовски не любезно!

— Это — бред, — поставил я веский вердикт обдуманному. — Против планетарной бомбардировки мы… Да ничего не сделаем. Планетарного щита нет, да и денег на такое у Рода никогда не было…

— Было, дюк, — вклинился Ари. — Но средства были направлены на экспансию.

— И про…люблены. причём чуть ли не с Родом. Ладно, с бомбардировкой — ни хрена не сделаем. Значит, можно и не рыпаться. Разве что… поднимаем все дроны. И сами летим. Начнут выжигать биосферу — будем пытаться их разрушить. Планету не спасём, но хоть отомстим, — решил я. — Блин, бред — их Легион, если не мы уничтожит!

— Гален, ты уже говорил, что «бред» — затараторила Хлоя.

— И ещё раз скажу! Потому что бред! В общем, если бомбардировка — двигаем к Инвиктусам и пытаемся отомстить. Просто ничего не делать и бежать от них после такого… Да нас Инвиктусы сами из ложементов выкинут и к себе не подпустят.

И стали мы дальше ждать. А подавители неторопливо, в одной формации, снижать звёздную орбиту. И траектория пока непонятна точно, но Ульвеюл в веер траекторий вполне укладывается. Ну ладно, ждём, даже часть дронной группировки переместили. Подавители же прут, ни малых кораблей не выпускают, ничего такого.

И так доползли до «зоны ответственности» дронного крыла. Я чуть выждал, отдал несколько распоряжений соседним группам, да и буркнул (потому что настроение было ни черта не радостным почему-то):

— Уничтожить агрессора!

— Слушаюсь, дюк Ульвер! — гаркнул центральный вычислитель.

Ну и стали дроны вокруг подавителей кружить и по ним долбать. Три тысячи единиц «артиллерии на двигателях», между прочим. И тут вражины, наконец, проявили активность. Правда, не в плане ПВО или чего-то такого. Оба подавителя, синхронно, врубили форсаж. Причём так, что никакие гравикомпенсаторы внутри полностью бы не справились — два, а то и три Же внутри, даже по примерным прикидкам! Но было это меньше минуты, а потом…

— Противник активизировал протокол «Алмазная Цитадель» на обоих судах, дюк Ульвер! — бодро отрапортовал вычеслитель.

— Вижу. Траектория, Хло?

— Через тридцать два часа проходят в семи тысячах километров от Ульвеюла. Примерно, — озвучила аналитик.

— Не ложатся на орбиту? — обеспокоенно уточнил я.

— Нет, не та траектория. Придётся снимать цитадель и маневрировать…

— И до самой бомбардировки они просто не доживут. Все силы дронов, кроме сотни в Юле — вокруг подавителей. Атака на уничтожение по возможности.

— Слушаюсь, дюк Ульвер.

— Блин, только сейчас подумал, не успеем… — сплюнул (мысленно) я.

— А о чём? — заинтересовалась Хлоя, да и прочие уставились на меня с интересом.

— Да смотрите: на нас сейчас по сути летят два булыжника с полями. Практически непробиваемыми. Но неуправляемые, — озвучил я.

— И… столкнуть «булыжник» с булыжниками! Астероидами! — зачастила понявшая Веснушка. — Классная идея, Гален! Но не успеем…

— Да кто бы вообще подумал, что кто-то будет под цитаделью на нас так падать, да ещё и не на нас толком, — подытожил я.

А так — действительно была ОЧЕНЬ красивая комбинация: разогнать пару крупных астероидов на встречных траекториях к подавителям. И тут либо они снимают цитадель, совершая маневр уклонения. Либо сталкиваются. Астероиды, конечно, щиты не пробьют. Но — инерция. Никакие компенсаторы не справятся, скорость кораблей от столкновения обнулится, а вся начинка — в крошево и фарш. При целых щитах, хотя «целых» — только если генераторы уцелеют, что совсем не факт.

Но не успеем, хотя как идея — а почему и нет? Ракетные двигатели и так клепаем (дронные, но «ракетные»). И подвесить на орбите Ульвеюла десяток другой мелких планетоидов — милое дело. Если не понадобятся — ночью будут красиво смотреться, даже в буквы какие можно сложить… С трудом (и ухмылкой) отогнал видение крупных и ярких звёзд, складывающихся в «ДУРАЧЬЁ!!!»

Но это — на будущее. А сейчас выходит какая-то совсем неудобоваримая фигня. Для планетарной бомбардировки надо лечь на орбиту планеты, пусть и высокую. Я потихоньку (чтоб не обидеть) перепроверил хлоины слова — и «да». Никак эти злостные корыта на орбиту без сложных эволюций и снятия цитадели не лягут. А дроны вокруг их щитов просто роятся, причём дроны — не люди. Их бдительность" не снижается…

— Электромагнитный импульс тотчас же после снятия Цитадели? — задумался я вслух.

— Потеря пятнадцати процентов дронной группировки, дюк Ульвер, — ответил вычислитель выводя схемы.

— Это они ещё «пять процентов», а то и больше своего оборудования и экипажа сожгут, — пригляделся я к графикам.

— Точно так, дюк Ульвер. Приемлемые потери! — отрапортовал вычислитель.

— Кажется у меня на слово «приемлемо» начинается аллергия, — честно признался я.

В общем, выходило, что чтоб сжечь достаточно дронов, для того чтобы хоть как-то рыпаться — врагам нужно выжечь нутро своего корабля. Там даже не термояд нужен, для нужной мощности и дальности ЭМ вспышки, а натуральная аннигиляция. Потому что рассчитанный вычислителем «с приемлемыми потерями» импульс — ни хрена противнику не даст, потеря не то что пятнадцати, а пятидесяти процентов дронов общую картину для них не изменит.

В общем, раздали указания и разошлись. Мы с девчонками — исследовать «кости удовольствия». Потому что данных нет, а мозгоблудствовать без толку — глупо. Особенно когда можно блудствовать с толком и небезынтерсно!

Правда, через дюжину часов, когда подустали и дажи подремали, пришла мне в голову не слишком приятная идея. Хлою, уютно посапывавшую, будить не стал, а сам прокрался к вычислителю. И стал моделировать. И… ну скажем так, перспектива вырисовывалась не слишком приятная. Хотя именно нам — не слишком страшная…

— Юл? — раздался голос из-за спины.

Это Кудряшка поднялась и прокралась, ну и вглядывалась в мои модели.

— Город — «да», потенциально в опасности, — признал я. — А вот Логову — ничего не грозит. Просто не успеют, никак.

Дело вот в чём: траектория этих двух деятелей просчитывалась в режиме реального времени, да и с самого начала активации «Алмазной Цитадели» было почти всё понятно. Так вот, в одной из точек «пролёта» мимо Ульвеюла Юл, как город так и Родовая Крепость, оказывалась «на прямой траектории» у подавителей. Но всего на четверть часа, это раз. Саму крепость с поднятыми щитами врагам долбить, с такого расстояния не четверть часа, а сутки, не меньше. Но вот город — вполне могут разнести. Зачем — непонятно, но могут.

— Отдам приказ о полной эвакуации Юла, — принял решение я.

— Они — не трусы… Но ты прав, Гален, — задумчиво протянула Арвинг. — Глупо просто так рисковать.

— Вот-вот, — покивал я.

— А что ты думаешь об этом нападении? — приблизилась ко мне Кудряшка.

— Да не знаю, Арви, серьёзно. Судя по всему, что мы знаем — самоубийственный бред. На текущий момент ситуация такова, что вражеские Рода теряют два сверхтяжёлых подавителя! Два Рода, а по уму — три, перестают существовать! Просто бред какой-то, понимаешь?

— Понимаю, — кивнула Арвинг. — Понимаю, что ничего не понимаю, — уточнила она. — Гален, ты занят?

— Да не очень, — удивлённо ответил я. — А…

— Сходишь со мной?

— Хм, да.

Арвинг повела меня во внутреннюю часть парка Юла, для родовых. Показала небольшой родник, пещерку из ветвей… Очень как-то романтично и мило получилось. Ну… не знаю, приятно, в общем, и всё такое. Хотя и всякого и даже разного и не было (ну было, но потом).

И вот, сидим мы в тронном зале, в полном боевом составе. Подавители приближаются, с час будут относительно неподалёку от Ульвеюла, четверть часа — на траектории Юла. Щиты Родовой Крепости на максимум, дроны в полной боеготовности. Даже город эвакуирован. Что вражины собираются делать — непонятно, но если и будут делать, то в ближайший час. Сидим, напряжены, смотрим в схемы.

Проходит двадцать минут — ничего. Потом окно Юла. Сидим, напряжённые, дроны даже формацию слегка поменяли, чтоб максимальный урон первым залпом нанести. И — ничего! Вот вообще! Проходит четверть часа, подавители скрылись за горизонтом (ну, для нас) и продолжают орбитальное падение на Роттерн. Так и влетят в звезду, или их дроны разрушат. Вот просто — выкинули пару кораблей класса Лайнеров Космонавигации в никуда…

— Тревога! — под сирены выдал вычислитель. — Юл под атакой вражеских Инвиктусов!

— Е…ануться!!! — в одной фразе выдал я всё, что думал. — По машинам, бегом! Сводку мне на терминал, аналитику Рода и пилотам — тоже. Бегом!!!

И на бегу к Бронзовому стал пытаться понять — КАК.

4. Летучий Ульвер

Пытался я вникнуть, что за фигня творится. И выходила вещь, практически невозможная. Но или так, или у нас у всех, в первую очередь у родового вычислителя, но и не только — у звуковых волн и вибраций, у независимых камер внешнего наблюдения и вообще всякого такого — беспробудные глюки. Эти глюки, на данный момент, хамски рушили парк и сам Юл, в виде полутора десятков Инвиктусов, чтоб их глючную природу!

Ну а без глюков выходило, что против Рода Ульвер воюет Империя. Потому что НИКАКИХ иных способов, кроме телепортатора, этим сволочным Инвиктусам попасть на планету просто нет. А телепортаторы — «эксклюзивная технология Империи», никогда не передавалась в частные руки, вот вообще ни разу такого не упоминалось во всём мне изученном! А я искал: только дурачью не захочется иметь возможность мгновенного перемещения Инвиктуса (ну, не мгновенная, но там со временем всё сложно, а для нормальной метрики — мгновенная). И ничего — не передают телепортаторы, ни в каких раскладах и условиях. То есть ЗАКОНА, запрещающего подобное, нет, но и самого факта передачи… До теперешнего случая, блин. А так — ТОЛЬКО Легион, корабли Фельдъегерской Службы, ну и некоторые силовые подразделения. Там даже с названиями не поймёшь толком: Департамент Благого Знания секретит всё напропалую, так что даже названия непонятны. То ли Космические Скотики Императора, то ли Хранители Августейшей Ночной Вазы — непонятно. А вот что понятно: Юл сейчас атакуют если не силы Империи, то силы, использующие эксклюзивную Имперскую Технологию. То есть, по сути, тоже силы Империи. И у меня к Его Августейшей Зловредности появился ОЧЕНЬ весомый вопрос: «Какого, твою августейшую прародительницу, хера?!!!»

Правда, чтоб этот вопрос задать, в бесстыжие императорские буркалы смотря (ну или сеткой, не принципиально), надо выжить. Потому что пятнадцать Инвиктусов рушат Юл — щиты в принципе ориентированы на «орбитальную защиту». Наземная, конечно, тоже есть, но она просто не рассчитана на атаку такого количества Инвиктусов. Теоретически можно врубить ту же «Алмазную Цитадель» — и сидеть в безопасности. Смотря как, для начала, разносят дронный заводик. Потом — захватывают планету. Ну и когда цитадель спадёт — только и остаётся казниться самим, чтоб врагам не напрягаться.

Так что вражин нужно прибить самим, Инвиктусами. Дроны контролируют подавители, их отзывать не стоит, да и даже были бы они в полном составе на Ульвеюле — толку нуль. Вражины УЖЕ фактически в Логове, тут дроны только разнеся нас, и помогут. Так что пара сотен на планете пусть прикрывает причал орбитального лифта. А то мало ли, свяжут нас враги боем и направят Инвиктус-другой нам орбитальный лифт рушить или ещё что полезное. Вражины могут, я проверял.

А с прикрытием — хрен долетят, им сейчас путь только один — в Логово.

— Враги? — уточнил Бронзовый, когда я вбежал в его ангар. — Хорошо, — прогудел он, на мой кивок.

— Ничего хорошего, — буркнул я, размещаясь в ложементе. — Смотри, — перекинул я на него тактические данные.

— Империя решила нас уничтожить… НЕТ! ПОДЛЫЕ ВОРЫ УКРАЛИ ТЕХНОЛОГИЮ! И ДОЛЖНЫ БЫТЬ ПОВЕРЖЕНЫ ВЕЛИЧИЕМ ЭНЕУСА ЭКВИСА! И ты — справишься! — дополнил Эмик уже обращаясь лично.

— Справлюсь, куда я денусь.

И стал корректировать боевой чат. Вообще, ситуация выходила не радужная: пять троек целенаправленно долбали Логово с разных сторон. То есть, всё бы хорошо, но мы или разделяемся, или Логово нам разнесут. А это Родовой Вычислитель, даже если плюнуть на всё остальное. А разделяться… ну страшновато, не хочется никого терять, а потери вполне возможны. Так что стал я быстро и прикидывать, кто и как у нас будет воевать.

— Клок, десантируйся к северной окраине Логова, Ари, задержи противников, не лезь на рожон. Мари, Хлоя и Арвинг…

— Я с тобой! Огневая мощь! — выдала Кудряшка, направляя Кастора ко мне.

Блин, ну вот и что делать? Так-то логично, три двойки выходит. И Кастор точно не помешает, но вот Мари с Хлоей… А, это она схему составила, Кудряшка коварная, дошло до меня. Ракеты Макенси и системы радиоэлектронной борьбы Пао — в принципе неплохо выходит. Они из-за стен выходить по сути не будут, но при этом вполне смогут задержать две тройки противников, даже выбить кого-то, пока мы с остальными копошимся. И «да», в таком раскладе Кастор им не то, что мешает — тяжёлый штурмовик вообще мешать не может. Но и толку приносит мало. Рядом с Бронзовым, за щитами и поддержанный Жнецом — от Кастора ГОРАЗДО больше толка. И к задерживающим врагов девчонкам успеем быстрее.

— Принято, одобряю, — ответил я, топая к подъёмнику с ангарного этажа.

— Распустил, на шею сели… — бурчал Эмик, хорошо, что в личный чат.

— Схему смотри, — кинуля я частично увиденный, частично рассчитанный расклад.

— Хм… всё равно распустил! Но ладно, уговорил, — снизошло его бронзовое зазнайство.

В общем, разделились мы на три группы по два Инвиктуса. Группа Клока была пока не ударной — не было самого Клока, сейчас летящего на ионниках от Портера, города-космопорта Ульвеюла. Но ему телепаться не больше десяти минут, а это время Ари на Фафнире продержится, просто отгоняя врагов огнём. Ну и разрушения Логова с его стороны (как, впрочем, со стороны Хлои и Мари) — неизбежные потери. Охреневшие нападающие всё равно потеряют БОЛЬШЕ, гораздо. когда мы разнесём их Инвиктусы и утопим подавители в плазме Роттерна! Хотя момент с телепортаторами… Впрочем, если бы у врагов было что-то, кроме телепортатора — они бы это точно использовали, а не уныло падали в звезду, прикрытые Алмазной Цитаделью. А вот вопрос, как в Родовом конфликте всплыла технология Звёздного Легиона…

Впрочем, если я не хочу, чтобы это был последний вопрос в моей жизни — надо его отложить, как несвоевременный. И заняться делом, а точнее — противниками.

Кастор присоединился к Бронзовому на выходе из подъёмника, Инвиктусы сопряглись в отдельную сеть, как и мы с Кудряшкой создали личный боевой чат. И выдвинулись к потихоньку разрушающимся под огнём противников стенам Логова. Видно нам было всё неплохо: количество дронов наблюдения и скрытых датчиков зашкаливало. А я призадумался на секунду, как действовать.

— Не тупи, Гален, — пробасил Эмик. — Выносите этого стрелка, — отметил он тяжёлого штурмовика с разгонниками. — Ну и если ещё кто-то подставится с ходу. И просто стоите под щитом, ближайшие враги сами подтянутся.

— В принципе — похоже на план, — бегло отметил я, прикидывая.

— А то! Это же я придумал, сам Энеус Эквис!

— Только стоим недолго, Эмик. Минуты три-четыре, потом — колесница и двигаемся к Макенси и Пао. Спрашивать у тебя, справимся ли мы стройкой а то и шестёркой…

— Я — ПОВЕРГНУ!

— Я не спрашивал. Но надо постараться, — подытожил я, скидывая управляющие указания Арви.

И, первым делом, выскочив в уже порядком раздолбанную стену (ну, через оконные проёмы, но Инвиктусы) мы ещё в полёте сконцентрировали огонь на здоровенном артиллерийском Инвиктусе, как Эмик — Жнецом, так и Кастор — своими лютыми разгонниками. Щиты здоровяка не прожили и времени нашего прыжка-падения, и тут…

— НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ, ДУРАЧЬЁ!!! — рявкнул Эмик, причём и в личный, и в наш с Кудряшкой чат.

Последнее, ну в смысле в общий канал, как я понял, для Кастора и Арвинг, на всякий случай. А у меня чуть не взыграли рефлексы, после Турнира. Я и вправду чуть не переключил огонь на другие Инвиктусы, да и Арви теоретически, после её череды дуэлей — могла. Типа «техническая победа», которая ни хера не победа, если вражеский Инвиктус не выведен из строя окончательно. Так что возражать и возмущаться я не стал (соглашаться и виниться — тоже, а то у Эмика самомнение и так опасно приближается к невозможному в реальности!), а продолжил вести огонь. И на развалины, прикрытые щитами, мы встали уже против пяти Инвиктусов.

К Эмику и нашим щитам враги может и были готовы — теоретически. А вот с практикой были явные проблемы: прежде, чем они перестали уныло и бессмысленно перегревать эмиттеры Бронзового, ещё один Инвиктус сломанной куклой отлетел в Юл, продолжая рушить город своей недееспособной тушей, паразит такой!

А вообще, я, кажется, начал понимать, почему у Инвиктусов «генератор», а не реактор. Раздолбать Инвиктус можно в труху, и он не взорвётся. Вывод генератора на режим «громкого» самоуничтожения — сознательное действие и работа ИЛ Инвиктуса, причём обусловленное чёткими и конкретными обстоятельствами. Проигравший и разрушаемый Инвиктус не взрывается в жутком взрыве (ну, боезапас взрывается, часть узлов, да тот же ионник может — но это мелочи).

Ну да ладно: заполошно палящие, со сбиваемыми щитами и частично выбитые противники отшатнулись, прячась за развалины. С Жнецом и тяжёлыми разгонниками Кастора это было не слишком эффективно, но пара «крайних», по бокам от нас, Инвиктусов врубили ионники, рваными прыжками заходя «в тыл». И, кажется, я знаю что они собираются сделать.

— Арви, не отвлекайся на боковых! — озвучил я указание в чате.

— Слушаю, — ответила она, не прекращая вести огонь по передним противникам.

— Эмик, как в финале.

— Принято, — прогудел Бронзовый, полностью беря на себя управление телом и оружием.

Ну а я, как и в финале — Кистенём. Пока противник не знает, что Кистень — это кистень, он очень уязвим. А пара «обходных» вражин точно хотят сбить «непробиваемый» щит барионниками, ну, собственно, других вариантов у них нет. Ну и добро пожаловать, таким врагам мы если не рады, то примем со всем гостеприимством. Так что перехватил я управление Кистенём и, пока было несколько секунд, всмотрелся в общий боевой чат. И ни хрена мне не понравилось то, что я там увидел!

Нет, количество противников «чудесным» образом не увеличилось. И у Веснушки с Мари — порядок. Две трети огня противников — по маскировочным «глюкам», да и судя по отметкам чата, снабжаемая новыми ракетами (тоже не кондиционными, для дронов, но сойдут) Мари практически вынесла одного из противников. И Клок уже на подлёте, вот только Ари… В общем, на момент моего подключения к чату Фафнир, какого-то хрена, был не в черте Логова, а вне его. И ОЧЕНЬ быстро возвращался в Логово, причём помаргивая в чате значками технических повреждений и… смерти пилота. Запредельная перегрузка, блин! То есть Ари выперся из-за защищающих Инвиктус стен (прибить бы… только сам, блин, справился!), истощил щит, а в текущее мгновение Фафнир, получивший не столько повреждения — там, относительно, мелочь, а не повреждения — сколько именно «пинок» а слаженного вражеского залпа летел вглубь Логова. Ломая само Здание, ну и с размазанным перегрузкой пилотом, чтоб его! И что… Ладно. Терпимо. Дядьку жалко, но пока — справляемся, взял я себя в руки. Клок на подлёте, северные рубежи враги просто не успеют захватить. Сейчас добиваем своих, потом на помощь девчонкам. Потом, с ними, на помощь старику. А Ари… не хочу даже думать. Обидно, причём и по-человечески и по главродски, но пока не до того. Всё после боя!

Противники приближались синхронно, но Эмик слегка дёрнул Жнецом, заставив правого от нас сместится. И левый выскочил на секунду раньше, руша здание, с барионником направленным на нас… И не добрался даже до щита — Кистень воткнулся в район генератора, выведя Инвиктус из боя (что там с пилотом — и так не сильно волновало, а уж после смерти Ари — не волновало совсем сильно!). А правый, ещё не успев понять, что и как, рванул в прыжке на Кастора, потерял манипулятор и получил хороший надруб корпуса. А «обратным ходом» Кистеня я ещё в корпусе пошуровал, на всякий случай.

Ну а Эмик и Кастор уже просадили щиты практически до нуля, так что сконцентрировали огонь сначала на одном противнике, потом на другом. Мы же рванули в Логово: возобновить боезапас Жнеца и разгонников, благо дроны техобслуживания ждали нас в относительной безопасности и чуть ли не подпрыгивали.

— Мы — молодцы, Арви, — с улыбкой отметил я подруге.

Ну, хвалить людей вообще хорошо, это им нравится. А тут и бой, да и к Кудряшке у меня и помимо боя всякие там разные чувства и жизнь совместная есть. Так что кто бы и что бы не того и этого — а всякие приятные вещи своей четвертинке надо!

— Да, Гален, — согласилась явно довольная Арвинг. — Что с тобой⁈ — всполошилась она.

А я… охеревал, даже можно сказать — испытывал мистический ужас! Просто… Ну пять секунд перезарядки — уйма времени, ну и я, естественно, подключился к общему чату. И мне на миг стало просто страшно, совершенно атавистическим, животным и иррациональным страхом живого, боящегося мертвецов — ну, если они двигаются. Дело в том, что Фафнир, отославший сигнал о гибели пилота и переходе в режим «консервации»… участвовал в бою! Кастор только спускался, а Инвиктус, который должен стоять в режиме ожидания вулканистов — в бою! И ну ладно Инвиктус, ну сбой, выжил Ари… Да щазззз!!! Там скорость и удар, минимум два десятка Же в момент удара о стену Логова! Никакие компенсаторы не вытянут, никак! Кресло пилота просто раздавит плоть в фарш, без вариантов! А Фафнир в бою, двигается…

— Ари⁈ — продолжая ужасаться, всё же послал запрос я.

В голове дурацки всплывали легенды об «Инвиктусах-призраках», которые с завидной иронией рассказывал Василий-историк, поясняя, с чего зародились эти легенды — ИЛ в режиме «сопротивления несанкционированному доступу». Но такой ИЛ подаёт сигнал о «противном Империи деянии» по всем каналам, а этого не было! И Фафнир в бою, но телеметрия показывает какую-то неудобоваримую хрень: «свой», «техсостояние с малыми повреждениями», пилот дееспособен. И… ПИЛОТ ДЕЕСПОСОБЕН! Две отметки! Как у Громады какой, но Фафнир — не Громада! И его пилот ДОЛЖЕН был быть мёртв. а значит… В общем, я чтоб не свихнуться, пытаясь объяснить невозможное, просто спросил.

А в ответ — тишина.

— Эмик? — надеюсь, не дрожащем голосом в ИР обратился я к Инвиктусу.

— Ничего не понимаю! — озадаченно прогрохотал Эмик. — И он в бою, отклика, кроме «свой-чужой», не даёт. Ты знаешь, Гален… Я хоть не дурачьё, но мне тоже не по себе, — почти неслышно озвучил он.

— Так, — собрался я. — Этот мертвец — за нас. Уничтожает противников. Что будет потом — посмотрим. С Фафниром мы справимся…

— ТОЧНО! ВЕЛИЧАЙШИЙ ИНВИКТУС ИМПЕРИИ НЕ УБОИТСЯ КАКОГО-ТО ЖАЛКОГО ШТУРМОВИКА! ВДОБАВОК ЕЩЁ И ДОХЛОГО!!! — заорал Бронзовый личной связью, явно успокаивая себя.

А я окончательно взял всякие страхи и фигню в руки: это нападение, начиная с телепортера — полна «непонятного». Надо с ним с начала справиться. С нападением. А потом заниматься выяснением вопросов «что за херня творилась⁈»

— Я в порядке, Арвинг. Нехорошие воспоминания, всё хорошо. В бой! — рявкнул я.

Видимо, тот момент с «мёртвым пилотом» заметил только я, да и доклад Фафнир кидал только мне. Летя к позиции девчонок на колеснице, по дуге, я отметил, что Клок на месте, его Оделлегер вместе с этим… Фафниром успешно перемалывают противников. И «призрак-Инвиктус» на Оделлегера не бросается, чтоб выпить смазку и ассимилировать механизмы.

Но всё равно — ни хера не понимаю! Бред какой-то…

— СОБЕРИСЬ, ДУРАЧЬЁ!!! — рявкнул Бронзовый.

— Сам соберись, — отпарировал я.

— Собираюсь, — не стал спорить Инвиктус. — ПОЗНАЙТЕ ГНЕВ ЭНЕУСА ЭКВИСА!!! — приправил он поток снарядов своим «фирменным» рёвом.

А Хло, да и Мари, «жгли», иначе не скажешь. Плотное облако, забитое помехами и голограммами, в котором печальные враги чуть ли «ау!» не орали, стреляя во все стороны, только не туда, где мы. Ну и мы с Арви, на колеснице, просто прицельно выбили шестёрку. А Клок с «призраком» закончили со своими. И Оделлегер направился в нашу сторону, как и Пао с Макенси стали выбираться. А Фафнир замер на месте, опять вызвав невольную дрожь.

— Мы — молодцы… — начал было я.

— ТРЕВОГА! — проревел аварийным каналом родовой вычислитель. — Искажение метрики пространства, предположительно — одно судно направляется к системе Роттерн!

— … — всего полминуты матерился я, поддержанный сначала Клоком (старик жёг), а потом и девчонками (не слишком изощрённо, но с чувством).

— …и дурачьё! — припечатал козлов Эмик, тоже не упустивший возможности обрушить объективную критику на сволочуг.

А после высказывания я с трудом удерживал себя от битья головой об ложемент. У нас тут, в паре сотне метров ехидно стоит Инвиктус-умертвие. К нам ОПЯТЬ прут какие-то сволочуги! Воевать, а я усталый, чтоб его! И НИ-ЧЕ-ГО не понятно.

— ПРРРРОРВЁМСЯ!!! — не хуже Бронзового рявкнул злобный я. — Телеметррррию мне, вычислитель!!! Всю!!!

— Исполняю, дюк Ульвер!

5. Родичи Одноглазого

Присланная телеметрия… удивляла. Дело в том, что выход судна из гипера предполагался в районе орбитальной станции-дока Имперской Космонавигации. Там, где выходят регулярные лайнеры, но, при этом, в рамках «регламентированного информационного обмена» станции сообщала «неизвестное судно». И это… бред крепчал, иначе не скажешь. А с другой стороны… А с третьей… И дальше по списку. Но выходит такая херня:

Через несколько часов из подпространства вываливается судно. Причём точно Имперское судно — другие, не имперские, защитные системы станции разнесут нахер, при выходе из подпространства в «зоне, представляющей опасность объекту, обеспечивающему функционирование Империи». В то, что появились ещё самоубийцы, типа пары подавителей, уныло падающих в Роттерн (и УПАДУТ, сволочи! Или дронами разнесём, злой я на них!), я ни черта не верю. Причём очевидно, что подавители — не самоубийцы. Они рассчитывали на подлое использование телепортационной технологии, прибить фактически беззащитных (ну, как это дурачьё считало) Ульверов и… И всё. Без представителей Рода планета не имеет права вести военные действия против аристократических Родов, если они на неё не нападают. Ну а они и не стали бы нападать, дронов отзывает вычислитель — и всё. Чистая победа. Персефона… Скажем так, Император сам отзовёт «благородное достоинство» у престарелой парочки. Как «вышедших из репродуктивного возраста единственных представителей Рода». То есть, на подавителях не самоубийцы, а именно злобное и коварное дурачьё.

Так вот, что кто-то решил свести счёты с жизнью, раздолбав межзвёздник о защитные системы станции Имперской Космонавигации — я просто не верю. Это бред, почище того, что я надумал о наших «гостюшках». Проще тот же межзвездник в звезду самому загнать: эффект тот же, а последствия «вообще» — легче.

Тревогу родовой вычислитель поднял из-за явно не попадающего в график лайнеров время прилёта. И ответ станции — «неизвестное судно», то есть станционники информации об очереднеом гостюшке не имеют и, кстати, приводят системы обороны в «повышенную боеготовность», о чём Ульвеюл официально уведомили и обозначили расширенную «зону безопасности» до «прояснения ситуации».

С одной стороны — это, вроде как, не тревожная информация… А вот с другой, с учётом использования противниками имперской технологии… Чёрт знает, вот совсем непонятно.

— Готовим трансорбитальник. Дроны с планеты… Все дроны с планеты на него, как и мы. Если судно — враги, будем встречать в пустоте, под прикрытием дронов, — озвучил я для родичей и вычислителя. — Подавители я НЕ ОТПУЩУ!!! — злобно рявкнул я. — Прилетели нас убивать — сгорят к чертям!

— ВО ВСЕОЧИЩАЮЩЕМ ЗВЁЗДНОМ ПЛАМЕНИ!!! — рявкнул Эмик в общий канал, вполне уместно.

— Угу. Или от дронов, гады такие, — подтвердил я. — Так что дронная группировка в состоянии готовности и «атаки по возможности» сопровождает эти корыта до точки невозврата. В том числе, что есть сейчас, — уточнил я.

Тут ещё такой момент: что к нам летит — мы не знаем. Реально — пятьдесят на пятьдесят. Подозрения, конечно, на какое-то гадство и даже сволочизм. Но подозрения — одно. А подавители эти сволочные — ТОЧНО враги, прилетевшие нас убивать, причём подло. Ну… в любом случае подло — использование технологий Звёздного Легиона, ДАЖЕ если у них как-то там неизвестным путём, в награду от Его Августейшей Несимпатичной Персоны например, завалялся телепортатор… То подлость это. И я до сих пор этим фактом внутренне если не напуган, то взволнован.

Так вот, если перераспределить силы дронические встречать новую «потенциальную опасность», пусть даже частично, то парочка подавителей могут не захотеть сгорать «ВО ВСЕОЧИЩАЮЩЕМ ЗВЁЗДНОМ ПЛАМЕНИ». Вражины — сволочи гадкие и нечуткие, я проверял. Более того — если дронная группировка будет меньше текущей, они не только могут «свалить», но и напасть на Ульвеюл. И там весь спектр гадостей прилагается — хрен знает, что на этих подавителях. Но они точно не пустые.

В общем, раздал указания, все потопали по делам. А я, внутренне передёрнувшись, неторопливо потопал к всё так же стоящему на месте Фафниру.

— Как-то мне неуютно, — вдруг признался Бронзовый. — Может, ещё кого-нибудь позовём?

— А чем это поможет? — риторически уточнил я. — Мне тоже неуютно, Эмик, — честно отметил я. — Но надо разобраться. Сам же орал про «щиты и жалкого штурмовика».

— Не «орал», а выражал оценочное мнение, дурацкий Гален, — забурчал Инвиктус. — И Фафнир, вообще-то, неплохой штурмовик.

— Угу. Связи нет?

— Только командные сигналы…

— Приветствую, глава Рода! — вдруг пропищал голосок, к которому через миг присоединился ещё один голосок с той же фразой.

И всё бы ничего. Хотя голоса, даже детские — не всегда к добру. Но самое главное — эти ДВА голоса шли по пилотному каналу от Фафнира!

— Ничего не понимаю! — мысленно озвучил я Эмику.

— Аналогично, — растерянно прогудел Бронзовый.

Так, если воспользоваться инструментом древнего мудреца, то выходит, что в Фафнире — Вили и Вё, единственные представители Рода, кроме известно где находящихся, хотя бы доросшие до речи. Четыре или пять лет, что-то такое. А дальше наступает кромешный, непролазный, можно сказать абсолютный «нихренанепонимай»! Потому что первое: Фафнир настроен на Ари. Смена пилота без перенастройки вулканистами — НЕВОЗМОЖНА! Далее, у Фафнира ОДИН ложемент. И в одном ложементе может быть ОДИН пилот, даже если предположить, что каким-то чудесатым образом Фафнир «перенастроился» сам. Что уже само по себе — хренотень.

Так вот, один ложемент — один пилот, один канал подключения. В Громадах, где бывает до десятка Пилотов — у каждого СВОЙ ложемент, взаимное подключение-сопряжение происходит в ИР управления. А тут два голосёнки пилотским каналом. Не говоря о прочей фигне. Но, при всём при этом…

— Так, Эмик, я — ничего не понимаю…

— Я — знаю, ты говорил, Гален, — напомнил мне Бронзовый.

— Так вот. Я ничего не понимаю. Но это именно СТРАННО.

— Вот умеешь ты подобрать нужные слова. Хотя в остальное время — дурачьё дурачьём.

— От дурачья слышу. Так вот, ситуация чертовски странная, практически невозможная, согласно всему что я знаю.

— И я.

— Но, при этом, это не воскресший мертвец или там Инвиктус-мститель без пилота.

— И это меня, Эниуса Эквиса, радует, — оповестил Эмик. — Но вот как…

— Не знаю, пошли разбираться. И Кистенём сразу долбить по Фафниру не будем.

— Сразу не будем. Но если что…

— Если что — это «да».

А придя к взаимному согласию, Эмик уже более уверенно зашагал к северной части Логова, а я решился ответить.

— Приветствую, Вили Ульвер, Вё Ульвер.

— Догадался-догадался!

— Не догадался. А нашёл своим Путём к Цели. Этикеткой того киборга, — возразил второй писклявый голосок.

А у меня пусть и в ИР в очередной раз сжались детали организма. Потому что… Ну не могли эти карапузы знать того, о чём говорили! Ну не по-ни-ма-ю, совсем! И всё что приходило в голову — опять же мистика всяческая, о всяких «психически активных трансгуманах». Типа телепаты и прочая мифическая пакость. Как будто прочие «психически пассивны», блин! Но легенды о всяких там «телепатиях-телекинезах» были. Те же механизмы на мысленном управлении у отсталых планет это подтверждали. Ну, например, есть у меня те же микророботы. Управление ими через браскомм, мысленное. И таким… ну дикарям, можно сказать, что это какое-нибудь колдунство, силой мысли.

Только были сказки и голо про псионов и прочих колдунах головой, которые не техникой рулили, а реальностью. Тяжестью своих дум. Вот смешно, но сейчас, перебирая варианты — то, что близнецы такие «тяжеломыслящие» выходило наиболее вероятным. И пугало, не меньше, чем «ожившие мертвецы» и прочая дичь.

Но бояться мне, откровенно говоря, надоело. И всякую хренотень думать — тоже. Потому что у нас тут вокруг толпы вражин, Ульвеюл и Род в опасности! И бояться всяких сказок — глупо, учитывая, что и без них есть чего, вполне реального, бояться!

И решил я не страдать фигнёй, а просто задавать вопросы и понять, что за фигня творится. Пока я это всё решал, Бронзовый дотопал до Фафнира. Сам Эмик, несмотря на все грозные слова и прочее — тоже опасался. Как я понимаю — ИЛ Инвиктусов брал наше, человеческое сознание за основу. И часть всякой, не слишком нужной фигни (которая, с другой стороны, человеками нас и делает, а не какими-то там Пиитами) у него в процессоре-ядре ИЛ оказалось. И через нашу связь довольно чётко ощущалось, как Эмик готовится хреначить Кистенём со страшной силой и во все стороны «если что».

А у Фафнира открылся ложемент, в котором сидели, покачивал ножками, два карапуза — Вили и Вё. И я этого не понимал. Но это было, так что надо было разбираться.

— Эмик, открывай ложемент…

— Поля буду держать наготове! Из сопряжения не выходи! Угробишься же, дурачьё! — запричитал Бронзовый, вызывая добрую улыбку, пусть и внутреннюю.

— Уговорил, не буду гробиться, — серьёзно ответил я.

— И не смешно, дурацкий Гален!

— А я и не смеюсь, — указал я на объективный факт.

Вообще — и вправду страшновато. Но мне, в перегретые поиском Пути к объяснению мозги, пришёл один вариант. Не очень приятный. Не очень возможный. Но он был МАЛОВЕРОЯТЕН, а не невозможен. И ОБЪЯСНЯЛ наблюдаемое, пусть и «начерно», без деталей. Но хоть и без деталей, но и без мистики. И если это так — к Басилдр появляются ОЧЕНЬ серьёзные вопросы. И скропостижное овдовление ни фига тётке не поможет! Впрочем, надо говорить и разбираться.

— Приветствую ещё раз, Вили и Вё, — обратился я к карапузам, внимательно и слишком серьёзно для своего возраста лупающими на меня глазами. — Рассказывайте.

— Привет-привет, — помотал ножками мальчишка.

— А о чём? — склонила голову на бок девчонка.

— В систему летит ещё один неопознанный корабль, — ровно сообщил я. — До его прилёта — около шести часов. Вероятность того, что это враги…

— Семьдесят… Двадцать три…Шестьдесят один, — забормотали, повернувшись друг к другу карапузы, синхронно вернули взгляды ко мне и в один голос озвучили. — Непрогнозируемо!

— Не непрогнозируемо, а пятьдесят процентов, — наставительно отметил я.

— Это как? Как-как⁈

— Или враги. Или не враги, — доходчиво пояснил я.

— Понятно.

— Забавно.

— В общем — времени на игры нет. Мне нужно понять что… кто вы. Именно «кто», — больше убеждая себя, отметил я. — Оставлять вас в условиях угрозы Роду, с вероятностью новой битвы — нерационально.

— Убьёшь? — захлопала глазёнками девчонка.

— Убью, — улыбнулся ей я.

Не потому, что я этого хотел. Не потому, что испытывал от этого радость. Но в текущих условиях устранение потенциальной угрозы мне и Роду — ЕДИНСТВЕННЫЙ возможный путь. Учитывая, где шебуршат эти… дети. Учитывая продемонстрированные ими возможности — убью. Сам и своими руками. И буду как-то переживать это. Если они, конечно, не дадут удобоваримых ответов на имеющиеся у меня вопросы.

— Убьёт, — серьёзно покивал мальчишка, обращаясь к сестре. — Этикетка, — напомнил он.

— Тогда «да», убьёт, — признала одна. — Но мы не враги ни тебе, ни Роду. Мы — его часть. И наше существование и комфортное будущее связано с ним.

— И с тобой, — дополнил мальчишка, обращаясь ко мне. — Ты достаточно рационален, чтоб понять нашу пользу. И достаточно человечен, чтоб не принимать поспешные «рациональные», — тоном выделил он кавычки, — решения.

— Время, — напомнил я. — Вы — генно-ментальные слепки?

— Мы?!! — вытаращилась на меня девчонка.

— Рациональное предположение. Вполне вероятное. Но «нет», — ответил Вили. — Мы — рождены в Роду Ульвер пять с лишним лет назад. В маточном репликаторе Рода. И не имеем памяти и навыков умерших, — уточнил он.

— Модификанты… Да ни дьявола! Если вы в пять лет такие… Трансгуманы.

— Наверное, — подумав, протянула девчонка, — такая формулировка близка к истине. Но вмешательство затронуло не более тридцати процентов ДНК…

— СКОКА Б…?!!! — заорал я, не хуже Бронзового в «период ора».

Это… пи…дец, слов других нет! Не модификации тела или там фенотипа! Тридцать процентов ДНК! Это, мать его не то, что не люди — это может быть иное биологическое ЦАРСТВО!

— Тридцать процентов скорректированных генов, — приподняв бровку на мой «вопль души», ответил Вили.

— Скорректированных… — немного отошёл я от тотального ахрена. — Не заменённых. Так, вылезаем из Инвиктусов! Идём к Басилдр, будем разбираться! А вы по дороге расскажите про свои отличия от Хомо Сапиенс. И вы ЗНАЕТЕ, что типично людям, и чем вы отличаетесь!

— Знаем.

— Расскажем.

— Уверен? — с явным сомнением прогудел Эмик личной связью, не менее явно пребывающий в состоянии «ахрена».

— Не вижу иных вариантов. Сказать, врали или нет, мы не можем.

— Они — не люди!

— Не достоверно. Понятие «коррекция» — растяжимое. Пока вреда от них не было. Физически я с ними справлюсь. Просто за счёт оружия и массы — у них оружия ТОЧНО нет,

— Биологическое? — предположил Бронзовый.

— Рассекатель и абордажный метатель, — отпарировал я.

— Хорошо, допустим — справишься. Но мутантов надлежит уничтожить! Согласно Законов Империи!

— Инвиктус принял их…

— Он поражён…

— Скверной? — съехидствовал я. — Эмик, разберёмся. То, что было совершено преступление — это ТОЧНО. Но степень, мера и глубина его — вопрос, с которым надо разобраться. И как глава Рода, я имею на это право. В определенной степени, согласно Законов Империи, — уточнил я. — Уничтожать их я ОЧЕНЬ не хочу. Но сделаю, если придётся. После разбора, на который ни черта нет времени!

— Ладно. Иди, разбирайся, дурацкий Гален! — принял аргументы Бронзовый. — А я пригляжу за этим, — обозначил он Фафнира.

Выбрался я, и потопали мы к Басилдр. Неторопливо, потому что ножки у моих держащихся за руки спутников были маленькими. И они действительно вывалили на меня кучу информации. И, вроде бы, не врали… но это что-то с чем-то! Гиперразвитая, занимающая чуть ли не четверть мозга область «трёхмерного пространственного ориентирования». Которая отвечает за математические расчёты. Перекроенное строение ЦНС в целом — я не биолог, но Басилдр, похоже, сотворила ИЛ вычислители на биологической, человеческой основе. Они не были машинами, даже я с никсовой наукой выходил более… роботизирован. Но они понимали технику, проводили расчёты… В общем, к трём годам они подключались к ЛЮБОЙ технике. Вообще. Вопрос переписи — вопрос отдельный, но про меня, например, они знали ВСЁ, что было в браскоммах и вычислителе Ульвеюла. И браскоммах девчонок. Влезть в ИЛ Инвиктусов удалённо — они не могли. Но при контакте… Ну результат заметен. Фафнир зафиксировал потерю пилота и… забыл это. Не было у него пилота Ари, а вместо него ПИЛОТЫ Вили и Вё.

— Фафнир вёл бой. Вроде — грамотно. Это он сам?

— Естественно.

— Конечно. У Инвиктуса Рода обширная память о проведённых сражениях, просто она программно ограничена к использованию.

— А мы исправили. Мы не умеем сражаться, мы ещё маленькие, — ответил Вили.

— И не хотим, — отметила Вё.

— Наверное, и не хотим, — задумчиво протянул мальчишка.

И выходило, что эти маленькие… Ульверы просто наблюдали в сети. Ари… ну похоже, протупил. Может «увидел возможность» или что-то такое, покинул пределы Логова. И умер, но перейти в режим консервации Вили и Вё ему просто не дали. Оттащенные рабочими дроидами к месту падения Фафнира они заняли место пилота (как вдвоём — у меня ум за разум до сих пор заходит!). После чего Фафнир принял участие в битве. При этом… мелкие спиногрызы были хитрыми. Ну, точнее, расчетливыми. Они не только приняли участие в защите Юла и своего будущего. Они выбрали момент чтобы продемонстрировать, что они «хорошие». Ну просто по логике так выходило. Кстати, довольно спорное решение, но то что в нём они ошиблись — скорее плюс для моей оценки ситуации, если начистоту. Хотя могли просчитать и это… Нет, не могли: варианты «прибить жутких мутантов» или «долбануть по Инвиктусу-призраку, Ари ТОЧНО мёртв» — были довольно высоковероятными. На таких рисках не играют, так что мелкие действительно ошиблись. Что и хорошо.

— Ты что сотворила, евгеник Рода⁈ — завыл я, вваливаясь в покои Басилдр, тыча пальцами в изображающих мелких ангелочков Вили и Вё.

6. Наглый гость

— Приветствую, хер дюк, — чопорно ответила на мой праведный вой Басилдр. — Поздравляю победой над врагами Рода.

— Это я — поздравляю победой, потому что я победил! — отпарировал я. — И да, здравствуй. И да — соболезнования насчёт Ари.

— Не страшно, — отмахнулась эта страшная женщина. — Генетический материал собран, а продолжительность жизни пилота его возраста и без Родовых улучшений всегда невелика.

— Не страшно и не страшно. Хотя жалко родича, — отметил я.

Ну… честно говоря я дядьку-то и не знал толком. Жалко — безусловно, некая скорбь присутствует. Но никаких там «скорьбю охваченностью» не наблюдается. Вот некоторая злость — «да». Какого чёрта этот воин картонный ВООБЩЕ вылез из Логова⁈ Хотя… Фафнир, древний Инвиктус, традиционно принадлежащий Главе Рода Ульвер. И некоторая родовая «порывистость-зацикленность». И — отсутствие синергии между ним и Ари. Увидев некий «шанс», Фафнир мог надавить или убедить пилота этим «шансом» воспользоваться. Руководствуемый этой благоприобретённой «ульверостостью».

И, кстати, Кудряшка-то тоже такая. И её «я с тобой Гален!» — из той же песочницы выходит. Не патологично (вообще или пока — тоже не ясно), но надо бы за Арвинг приглядывать и вообще. А то убьётся, а Кудряшка — моя и хорошая. И ЭТО будет действительно ОЧЕНЬ жалко и скорбно и всё такое.

— Басилдр, у меня к тебе, как к евгенику Рода, серьёзный вопрос: Вили и Вё. Насколько сильно ты преступила Законы Империи насчёт допустимой генетической коррекции? Насколько внесённые тобой коррективы повлияли на них? Они вообще — вменяемы⁈

— Вменяемы мы!

— Вменяемы-вменяемы!

— Да?

— Да!

— А вот если вы захотите, например, захватить власть в Роду?

— Мы «вменяемы», а не кретины! — выпучил на меня глаза Вили.

— Не дождёсси! — ехидно пискнула Вё, даже язык показала. — Сам с этим возись, хер дюк! А мы поможем, если не слишком сложно. И не заняты будем…

— Редуцировано властолюбие, некоторая социофобия — качества, закреплённые на генетическом уровне, — нейтрально, «в сторону» озвучила Басилдр.

— И вас это не задевает? — уточнил я у близнецов, имея в виду слова евгеника.

— Это — так. Почему это должно нас задевать? Механизмы социального доминирования у нас редуцированы. У тебя, кстати, тоже, хотя частично.

Так, выходит что «захвата власти» можно… на этом я чуть не рассмеялся: да Вё и вправду права: «не дождусся!» Мне, если разобраться, нахрен это главенство не сдалось: самолюбие оно мне не чешет, у моего самолюбия другие чесательные области. Связанные скорее с собственной самооценкой и практическим результатом, а не с признанием «социумом» чего-то там. Нет, это самое «признание», конечно, приятно. Но собственная оценка важнее. Это — этикетка, подход к оценке и приоритетам. А занимая место главы Рода, я… получаю исключительно кучу головной боли. Не больше и не меньше, особенно учитывая жопу, в которой Род, и всяческое дурачьё, мешающее жить. То есть, если разобраться, то дючье звание я бы спиногрызам скинул скорее с облегчением, чем сожалением. Естественно, предварительно разобравшись с ними по всем пунктам, в плане что, как и с чем начудила Басилдр и что из этого чудесного вылезет.

Только девчонка ещё до того, как я сам понял, что сам бы не отказался скинуть эту головную боль — отказала. Ехидно и язык показала, вредина мелкая! Ну да ладно.

Важно то, что времени ни черта нет, а понять надо срочно. Есть чёткие запреты в Империи: на объём, тип и вид генетического вмешательства. Рода, как я сам выяснил (да и сам являлся, если уж начистоту), обходили это евгенической программой, корректируя многими поколениями, по чуть-чуть. Ну, например, та же Хлоя имеет невозможную для нормального человека (постоянно, в смысле, а у неё — постоянно) нейронную активность. Кстати, кушает Веснушка так, что здоровенный бугай позавидует, что и логично. Ну и никаких побочек вроде «ускоренного старения» и всякого такого не имеет, хотя физически, например, послабее обычной женщины той же физической формы и габаритов. Ну и другие побочки есть, психически-поведенчески и всякого такого толка, не критичные, но есть. И получить такую «Хлою» можно, только ведя эту программу поколениями. При этом важен вопрос «наследования качеств» и «совместимости с эталонным Хомо Сапиенс». Много параметров, и в случае с Вили и Вё закон точно нарушен, как я Эмику и говорил: просто невозможно, не перекраивая кучу всего в генах, получить такой результат. И это первое поколение, это не киборги (бионические или технологические — разницы для законов никакой, хотя биологических киборгов называли «химерами», в честь древнего то ли бога, то ли чудовища, то ли того и того).

Так что развернул я в браскоммом с Законами, Декретами и постановлениями. Подсел к терминалу Басилдр и просто потребовал, как Глава Рода: «Показывай и объясняй, чтоб я ПОНЯЛ!»

Кстати, спиногрызы пристроились по бокам, ножками болтали, время от времени ходили-бегали (как я понимаю — гормоны-физиология, не перекорёженная уж совсем, а они растут, как-никак). Ну и помимо своего присутствия, давали пояснения, подчас мне вполне нужные. Ну эта долбанутая евгеничка иногда просто не понимала, как объяснить понятно не имеющим профильного образования.

В конце часового объяснения я понял. И в принципе — нарушение Закона оказалось не таким жутким, как я думал в начале. Ну и тем более — не «создание нового разумного вида», о котором я подумал после «тридцати процентов», от которых реально офигел. Итак, изменения превышали дозволенные, но, как не смешно, «на грани».

— Иначе ничего бы не получилось! — надуто вещала дамочка. — А так — смотри, какие замечательные! — потыкала она в Вили и Вё, радостно на это закивавших.

Правда, мальчишка — с иронично поднятой правой бровью, девчонка — так же поднятой левой бровью. Что порождало некоторые сомнения «замечательности» спиногрызов, вот уж ума не приложу — с чего.

В общем, выходило, что Басилдр, оставаясь практически «на грани», внесла корректировку в те самые тридцать процентов генов. Не добавляла от каких-то животных или ещё чего, вообще искусственное. Просто скомпилировала существующие и «одобренные Генетическим Комитетом Его Августейшего Величества!» — настаивала она, а я проверил. И вправду, одобрил этот самый Комитет. Так вот, евгеник и генетик она — ну гениальный, можно сказать. То есть, взяв свойственные Ульверам отклонения и особенности, привнеся эти самые «одобренные гены», она получила результат в виде, как я и отмечал — «Живых биовычислителей с ИЛ». Ну людей, но с запредельным талантом даже не в анализе, а именно в работе со всяческой математикой и вычислениями, причём высшей всяческой, в основном. И на интуитивном уровне: то, что у обычного человека, даже аналитика, требовало расчётов и вычислений — у карапузов «само собой разумелось», ну, неосознаное действие, скажем так. При этом — всегда верное. В общем-то, кстати, довольно похоже на часть этикетки — тут мелкие правильно пищали «мы похожи».

И взаимодействие с вычислителями — на том же, интуитивном уровне. Как я понял из доступных и интуитивно-понятных объяснений самих карапузов — всякие там кодировки, бинарные-троичные, они учили чуть ли не параллельно с речью. А взаимодействуя с вычислителями любой сложности, действовали ну… Ну примерно как дрессировщик с многолетним опытом действует с питомцем. Он знает, не всегда продумывая, ряд правил и моментов, исходя из них и работает. И тут так же.

Так что выходило, что с точки зрения Закона — Басилдр можно казнить. А можно и нет, потому что итоговые изменения от общего эталона были столь незначительными, что при таких нарушениях в зоне аристократического права Имперский Закон предоставлял право решать самому Роду. И это — хорошо, потому что прибивать Басилдр и спиногрызов желания не было никакого.

Но оставалось два момента: необходимый и важный.

Необходимый — это если не «наказание» евгеника (тут я откровенно затруднялся, пороть её или лишать сладкого, в плане финансирования, что… пойдёт во вред Роду, в конечном счёте). А необходимость взять её гениальность, приправленную ульверизмом головного мозга, под контроль.

— Вычислитель Рода, я, дюк Ульвер, отдаю приказ, — озвучил я, обдумав и вытащив из кобуры волчий жезл.

— Слушаю и фиксирую, дюк Ульвер!

— Евгеник Рода, Баслдр Ульвер, лишается права и возможности осуществлять работу с маточными репликаторами. Мой полный запрет ей на использование, обслуживание и возможность приблизиться. В случае неисполнения её моего приказа — захват с привлечением гвардии Рода и технических средств, помещение в изолированный карцер до моего решения, — под возмущённое икание Басилдр озвучил я.

— Принято, дюк Ульвер. Ваш приказ нуждается в некоторых разъяснениях, дюк, — прогудел вычислитель.

— А как⁈ — смотрела на меня, как на врага всех евгеников и Рода Ульвер дамочка.

— Дополнения — нужны и будут даны, — ответил я вычислителю. — Только с моего прямого и однозначного дозволения, Басилдр Ульвер. Готовя какую бы то ни было модификацию либо просто рождение члена Рода без дополнительных коррекций, ты обращаешься ко мне, полно и с деталями, без умалчивания, объясняешь, ЧТО хочешь сделать, так, чтобы я понял. И тогда, каждый конкретный раз, я буду принимать решения. В случае, если я буду не на Юле — связываешься с моей супругой, выполняющей на момент связи должность Губернатора Ульвеюла. Она доносит до меня то, что ты хотела сказать, и я, удалённо, с подтверждением для Вычислителя от моей супруги, что я — это я и говорю по доброй воле, озвучиваю решение.

— Это…

— Это — разумно, — отрезал я.

— Гер дюк прав, — поддакнул Вили.

— Разумно-разумно, — покивала Вё.

Вычислитель запротоколировал и принял к исполнению. Не панацея, учитывая спиногрызов — но они, что самое забавное, выходили более разумными, в определённых моментах, нежели Басилдр. Да и рациональными, так что тут можно быть более или менее спокойным.

Правда был второй момент, который важный. ОЧЕНЬ, чертовски непростой. Как минимум потому, что Имперского Закона, регламентирующего «программный взлом ИЛ вычислителя Инвиктуса» просто не существовало. Предполагалось, что на попытку такого ИЛ Инвиктуса пойдёт на «тихую» или «громкую» самоликвидацию, но… «Но» было много, и все весомые, чтоб их! От базового, Имперского принципа «что не запрещено — разрешено» до естественного и понятного момента, что нас нахрен прибьют, весь Род, если не зачистят планету. Как «стратегическую угрозу Империи». А потом Его Августейшество примет соответствующий закон. Только нам живее от этого не станет.

Всё это, ну, кроме момента отсутствия Закона — предположения, но очень уж вероятные, как ни крути. Впрочем, у близнецов понимание «момента» было. Они предложили оставить Фафнира. Собственно, перехватили управление они, как признались, не только «в угоду моменту», который, как они сами понимали, не был критичным. А именно чтобы предотвратить потерю самого Инвиктуса, что снижало шансы Рода на выживания на ощутимые проценты. При этом — «можно и сдать вулканистам, Фафнир будет помнить только смерть пилота», предложила Вё. Вили несколько посмурнел: мальчишке, несмотря ни на что, факт наличия «своего» Инвиктуса явно был по душе. Но тоже не возражал. И клятвенно обещали «не ломать Имперскую технику» без прямого приказа дюка, вне зависимости от обстоятельств. Ну… даже условно верю.

Хотя ситуация не самая приятная. И всё же с этим моментом неприятно: и промолчать не только логично, но и по Закону. И молчать… Не знаю, сложное решение, которое я решил отложить на момент, когда вернусь на Ульвеюл. Не исключено, например, что близнецы «пойдут вразнос», и их придётся совсем того. Вроде и не должны, но «вроде» — не самая надёжная вещь. Я знаю, проверял.

Потом — объяснение с Бронзовым. Хорошо, что в ИР — пришлось наглядно, с закачанными данными из браскомма, озвучивать лекцию и свои выводы. Можно и забить… но не нужно. Вопрос доверия и взаимопонимания с Инвиктусом — вопрос ОЧЕНЬ важный. Да и вообще, Бронзовый хоть много кто, но и друг мне. Зараза такая, зазнаистая.

— Убедил, — в конце многочасовой, но не занявшей и десяти минут «объяснительной лекции» выдал он. — Не мутанты, и нарушение не столь преступно, как мне казалось. Но, если что…

— Эмик, «если что» — мне придётся решать вопрос с любым, это самое «если что» сделавшим. И Вили и Вё в данном случае — не исключение, — отметил я.

— Хм. Ладно, — прогудел Бронзовый. — Что с Фафниром?

— Закон, это регламентирующий, есть?

— Это просто…

— Нет Закона, Эмик, значит, и нет нарушения. Это — Закон Империи.

— Это, конечно, так. Но Гален, это угроза…

— Они не покинут Юл. Скорее всего — до смерти. И уж точно не покинут до нашего возвращения со службы. Доступа к Инвиктусам они иметь не будут. Был бы Закон — «да». А убивать членов моего Рода из-за «возможной угрозы» — я не буду. И знаешь, Эмик, — довольно ядовито отметил я, — телепортаторы ТОЖЕ не запрещено передавать, нет таких Законов, чтобы это запрещали. Вот только мне, почему-то, довольно обидно и хочется кого-нибудь удавить!

— МНЕ — ТОЖЕ!!! Дурацкий Гален! Но закона нет… И Род — это понятно. А всё-таки, ты — дурачьё! И ты эту евгеничку наказал⁈ — требовательно уточнил Эмик, нашедший на кого направить своё бронзовое всё.

— Наказал. Запрет доступа к репродуктивной технике, — без деталей ответил я.

— Распустил… да она уже распущена! Да… дурацкий Гален! — не нашёл слов Эмик и обиженно замолчал.

Но в целом — ситуацию принял. А то у меня были опасения, что есть какие-то «нерегламентированные программы», ну или там бронзово упрётся. Но нет — понял и принял, подуется и отойдёт.

Потом — с девчонками и Клоком, разговор на туже тему. Хорошо — не столь подробно, да и часть деталей я умолчал (это Бронзовый, орало такое, из меня жилы тянул). Но в общем — ситуацию обрисовал. Клок подумал, да и махнул рукой, мол, и хрен с ним. Девчонки — скорее заинтересовались, хотя «положение» понимали. И от радости на ушах не скакали, но орать «сдадим поганых мутантов ближайшему администратору или чиновнику вместе с Фафниром» — не стали.

Хлоя, кстати, очень сильно заинтересовалась, хотела даже бежать «знакомиться по-настоящему» — ну, так-то мои девицы Вили и Вё, как членов Рода, видели, естественно. И знакомились. Но времени у нас оставалось всё меньше, о чём я напомнил. Инвиктусы наши техобслужились, заводик даже выпустил три новых дрона, которые пойдут в эскорт нашему транспортному внутрисистемнику. Ну а подавители так же уныло продолжали падать в Роттерн, впрочем, туда и дорога.

Правда Мари, уже после команды «по Инвиктусам» девчонкам (Клок свой не покидал — то ли стремясь к скорой смерти, то ли стараясь сохранить трезвость и здравость рассудка, что я, наверное, даже понимал), отметила, что она «что-то такое чувствовала».

— Странные они для детей, — протянула она. — Неправильные.

— Так что же ты сразу не сказала? — то ли защищая Вили с Вё, то ли стервозничая, подала голос Кудряшка.

— Я не видела детей Рода, кроме них, — пожала плечами Мари.

На что последовали только понимающие кивки. Рода разные, и например, пятилетний Стальной… Ну понятно, в общем.

А потом набились мы в транспортник и, в окружении дронов, полетели к границам «безопасной зоны» дока Космонавигации. Потому что оставшиеся пять дней — это «наиболее вероятно», а может быть и завтра, и через час. Маловероятно, но возможно. И встречать потенциального агрессора надо сходу, насколько это возможно.

Делами, ну какими возможно, занимались удалённо. Подавители — падали, и до точки невозврата им оставалось падать примерно пару дней. И вот, на третьи сутки ожидания, которые мы провели не покидая инвиктусов, метрика исказила и в «парковочной зоне» дока… Появился межзвёздный корабль Военно-Космического Флота Империи! Перепутать — невозможно. Больше лайнера, похожий на летучий дворец, украшенный узорами, статуями, шпилями. И гербами — Империи и Космофлота. И… Звёздного Легиона, то есть транспортно-десантный межзвёздник выходит, судорожно обрабатывал я информацию. Но расслабляться не спешил, хотя это ТОЧНО Империя — док не активировал защитные системы, а значит, все необходимые отклики получил. И тут от межзвёздника эфир забило послание:

— Именем Его Августейшего Величества, Императора Галактической Империи, в звёздной системе Роттерн объявляется мораторий на ведение боевых действий! Время на приведение пустотных, воздушных и наземных сил в небоевое положение — час! Не исполнивший Волю Его — объявляется предателем Империи и подлежит немедленному уничтожению!

А я слушал это, и благословлял то, что я в ИР. А то раскрошил бы зубы к чертям. Потому что БЕСИТ!!!

7. Неприятное паломничество

— Я, Гален Безмолвный, дюк Ульвер, глава Рода Ульвер и протектор системы Роттерн, ТРЕБУЮ пояснить причины, по которой вооружённые силы Империи вмешиваются в дела Рода и проводят военную операцию на территории под МОИМ протекторатом, — а так и было: «мораторий на ведение боевых действий» — именно «боевая операция», согласно Законам и Декретам.

— Не вмешивайтесь в операцию Звёздного Легиона, дюк Ульвер и отзовите свои вооружённые силы, — последовал ответ. — Объясняться я не уполномочен: обратите свои вопросы в Штаб Звёздного Легиона Империи в Субсекторе. Мой приказ однозначен, толкований и объяснений не подразумевает и будет выполнен. Приказ о моратории отдан Штабом и будет осуществлён в любом случае. Препятствование его исполнению — вооружённое противостоянии Империи.

— На мою родную систему напали. И когда напавшие, подло ударившие в сердце моего Мира, находятся в считанных часах от гибели, — тихо начал я. — Напавшие, использовавшие в нападении технологии Звёздного Легиона! ПОЧТИ! ПОНЕСЛИ ЗАСЛУЖЕННОЕ НАКАЗАНИЕ!! ВЫ ТРЕБУЕТЕ ОТ МЕНЯ СЛОЖИТЬ ОРУЖИЕ, ЗВЁЗДНЫЙ ЛЕГИОН ИМПЕРАТОРА?!! — практически не контролируя себя заорал я.

Потому что… ну это просто не в какие ворота блин! Правда, Бронзовый, подпитывающий меня в синергии своих бронзовым гневом вдруг замер в эмоциях. Да и у меня мозги скинули пелену гнева. В целом — ПОКА я ничего необратимого не сделал. Не нравится капитану звёзднолегионской лоханки, что на него орут — пусть в отшельники идёт, блин! Там людей вокруг не водится вроде, вот и орать некому будет.

— Гален, мне тоже ОЧЕНЬ не нравится происходящее, — рассудительно прогудел личной связью Инвиктус. — Но восставать против Империи… преступно и безумие! Они не атакуют, пока… Ты меня понял, пилот?

— Я тебя понял, Инвиктус, — собранно и уже без эмоций ответил я. — Если они нападут? — уточнил я, в общем зная ответ, но проверить стоило.

— Тогда дурачьё, недоразумением и попущением Императора оказавшееся в Его Легионе — падёт под пятой Эниуса Эквиса! И не задавай глупых вопросов, дурацкий Гален!

В общем — успокоил. А то у меня в свете всего происходящего стали появляться параноистые мысли если не насчёт Империи вообще — то её части, взаимодействующей со мной. Оправданно-параноистые, между прочим! И «почувствовать» поддержку и её обещание в будущем от своего Инвиктуса — надёжнее, чем тысяча лекций, пусть даже неплохих преподователей.

— Именно так, дюк Ульвер. Требуем сложить оружие. Цель нашей операции межзвёздные суда класса «Планетарный Подавитель Бриарей». Если вы и силы вашего рода не будете вмешиваться в исполнение приказа — наше присутствие вас не затронет.

— Тот факт, что без вашего вмешательства…

— Неважен, дюк Ульвер. У меня приказ. Вы будете препятствовать?

— Нет, препятствовать в отношении подавителей мы не будем, — ответил я. — Однако, на орбите Ульвеюла БУДЕТ боеготовая группировка дронов. На планете Ульвеюл и вплоть до её высокой орбиты, я, дюк Ульвер, на основании агрессивных действий, отказа объяснить свои действия, спасающие напавших на Род Ульвер врагов Рода — отменяю действие моратория своей волей. Силы Рода будут в боеготовности и будут готовы отразить вероломное нападение. Мораторий на планете Ульвеюл не будет введён, до полных и откровенных объяснений действиям представителей Звёздного Легиона Империи.

— Это препятствование…

— А ваше действие — пренебрежение законами Империи! И вы даже не представились, неизвестный.

— И не намерен в момент проведения операции!

— Империя объявила Род Ульвер врагом Империи?

— Нет, но…

— Идите нахер с вашим мораторием, неизвестный. Я требую объяснений, как аристократ, протектор и подданный Империи. Вы — отказываете. В таком случае в МОЁМ протекторате я отказываюсь признавать ваше право отдавать приказы.

— Есть ли на Ульвеюле представители экипажа подавителей? — после минутной тишины выдал этот хмырь.

— Живых — нет. Хотя это не ваше дело, — отметил я.

— В таком случае… Приемлемо. Но выход за пределы высокой орбиты Ульвеюла любого боеготового военного объекта будет трактовано как вмешательство в проведение операции! И Род Ульвер будет признан враждебным!

— Это — неприемлемо! — ядовито отметил я. — Но не желая идти на конфликт, учитывая силу, которую вы грозите использовать, нарушая если не букву, то дух Имперского Закона, силы Рода будут заняты лишь защитой протектората.

В общем, ко взаимному ощутимому и озвученному неудовольствию — договорились. Понять этого «командующего операцией» вроде как и можно: ему отдали приказ, он его выполняет, ну а кто препятствует — враг. Но мне-то что за дело⁈ На меня напали, используя технологию Империи. Нападающие, побеждённые моими (ну Рода, как понятно, но в данном случае я выступаю как его олицетворение) силами, в считанных часах от заслуженной гибели — фактически спасаются от смерти этой «операцией». И, при этом, от меня требуют «привести силы в небоеспособное положение»… Ну реально — хрен этим Легионерам! Я не уверен, что они нападут на Ульвеюл. Точнее я ПОЧТИ уверен, что нападения не будет, если начистоту. Но — именно «почти». Так что защищаться мы не просто будем готовы — мы ДОЛЖНЫ быть готовы, просто будучи разумными, аристократами, Ульверами, пилотами… Короче: всеми теми, кто мы и есть.

Есть момент с «управляемостью» дронов, в плане заводик, произведённые им дроны, ну и их программное обеспечение — могут содержать программные же ограничения на ведение боевых действий против сил Империи. Ну или код какой, управляющий, у этих сил может быть. Но тут я, именно сейчас, сделать ничего не могу. Только рассчитывать что их нет.

А в остальном, на будущее — подключить мелких, раз уж они такие умные. Если конфликта с Империей не будет, то отвязывать дроны от вычислителя заводика нецелесообразно: это его с полпинка начнёт, конфликт этот. Но вот проверить на всякие закладки-аварийные протоколы — просто нужно.

— Возвращаемся? — несколько растерянно, с обидой, спросила Кудряшка в боевом чате.

— Да. Вычислитель, отзывай дроны от подавителей, защитная формация по орбите Ульвеюла. Начинай расконсервацию термоядерного оружия, — немного подумав, озвучил я. — И готовь носители.

— И правильно! — внезапно рявкнул Клок. — Вот сколько живу — такого не было! И вот опять… — вздохнул он.

— Рассчитывать противостояние? — деловито, но дрогнув голосом, уточнила Веснушка.

— Нет смысла, Хло. Термояд — это на случай, если планету будут рушить. Шанс не уйти без ответа, — озвучил я.

В общем, с редкостно поганым настроении мы летели к Ульвеюлу. Бронзовый негромко бурчал всякие праведности в адрес «гостюшек», причём на этот раз — с матюгами. И, между прочим, вполне оправданно! Девчонки в чате время от времени пытались начать беседу о пустяках, но выходило хреново. И беседа, жалко потрепыхавшись, помирала после нескольких фраз. Правда, уже по вхождении в атмосферу Ульвеюла у нас несколько выправилось настроение. Подавители, которым до точки невозврата, когда притяжение Роттерна станет непреодолимым для двигателей и не даст уйти в подпространство, оставались считанные часы, отрубили свои Алмазные Цитадели тотчас же, как дроны сменили формацию. Врубили свои движки и противно ими попёрдывая, стали выбираться из гравитационного колодца.

Поднять настроение это, как понятно, не могло. Но вредный легионский межзвёздник втопил к ним ого как, побыстрее нашего внутрисистемника. И был относительно «рядом» с подавителями ещё до нашего вхождения в атмосферу. И затеял радиообмен, который мы, чтоб его, не могли слышать! Узконаправленный, слабыми лучами, с учётом электромагнитной активности Роттерна — в общем никак. Тут ещё такой сволочизм: система Роттерн, как понятно, утыкана нашими спутниками и системами слежения. Но вот в непосредственной близости от звезды их, как понятно, нет. Жечь в звезде спутники — никакой родовой казны не напасёсси!

В общем, трепались эти гады где-то с час, после чего подавитель остался один. Легионный транспортник выдал залп, по-моему, из «всех стволов», и в системе Роттерн на минуту появилась вторая звезда. Ну и пропала, как понятно. Второй разносить не совсем уж сволочной легионерский транспортник не стал, гад такой. А стал сновать к нему десантными и транспортными судами. Ну-у-у… вероятность того, что претензии у него только к вражинам — существенно выросли. А вот что нас будут атаковать — пропорционально уменьшились. Да и прямо скажем — половина заслуженного возмездия ровно на половину заслуженного возмездия больше, чем ничего.

Так что опускались на планету мы в более поднятом настроении. Клок, после преодоления верхних слоёв атмосферы, выдал:

— Хер дюк, направлюсь-ка я в Порту.

— Кхм, логично, вообще-то, — признал я, давая согласие.

В принципе Клок, похоже, так и останется главой сил обороны системы. Ари… ну понятно. Мари с управлением и руководством вооружёнными силами разбирается, но ей банально не хватает опыта: на уровне главы системной обороны надо принимать мгновенные решения, не обдумывая. Не все и не всегда, но часто. А это — конкретная учёба, или конкретный опыт, потому что решения надо принимать не только мгновенные, но и правильные.

— Погоняешь в управлении силами обороны Мари Ульвер? — личным каналом обратился я к старику.

— Девка розоволосая? Погоняю, всё на пользу Роду, — последовал ответ. — Сколько успею, — последовало уточнение.

И не лишнее уточнение — Клок вообще не вылезал из Инвиктуса, что сохраняло ему трезвый (и довольно ехидный) рассудок. Но он очень стар. И в Инвиктусе сжигает оставшиеся годы: в текущем режиме ему осталось не больше года, скорее меньше.

И я, достигнув Юла, занялся. Не трудами праведными на благо Рода. Которые трахать чиновников и бюрократов. Или делать тоже самое с девчонками, правда, не так и в другом смысле. А что? Тоже на благо Роду и вообще. Но нет, ни полезным, ни полезно-приятным я не занимался. А бегал, как дурак, размахивая волчьим жестом, причём не только по Юлу. Дело в том, что несмотря ни на что, термоядерный арсенал Рода надо было привести в боеготовность, установить на носители… Кстати, с учётом дронной группировки, согласно всем прикидкам, наглый транспортник Звёздного Десанта мы разнести нахрен сможем: у него просто не хватит турелей москитной обороны, а щиты ВЕСЬ арсенал Ульверов снесёт, не выдержат они, как ни крути.

Но защитные системы термоядерного оружия были кондовыми, не сетевыми, надёжными аж жуть. Что оправданно, верно и правильно… Но ни хрена не делало мне проще. А делало мне маетно, мотался я по Юлу и военным базам, отпирая хранилища и отдавая приказы на расконсервацию. Всё только с волчьим жезлом и лично. Единственное, что успокаивало меня в этой беготне на фоне всё уменьшающейся вероятности нападения — это то, что я смогу обозвать эти бешеные метания «учениями». Даже для себя — обзову. Потому что иначе совсем бредово, хоть и надо.

Ну и через сутки, ЕСТЕСТВЕННО, оказалось, что никто Ульвеюл атаковать не будет. Легионский транспортник взял подавитель на «жёсткую сцепку», намертво состыковавшись. Кстати, зрелище, конечно, то ещё, пусть и больше смоделированное: к огромному хищному дворцу транспортника прикрутило кирпич сверхподавителя, в одну пятую от транспортника тоннажем.

Ну да ладно, состыковались, медленно потелепались от звезды для выхода в гипер. Через час после старта этой «сцепки» неназванный говорильщик с легионного транспортника изрыгнул: так мол и так, мораторий на боевые действия в системе Роттерн снимается. И свалил, не попрощавшись, хамло. Впрочем, я его не послал словами нехорошими, как хотелось, так что вышло всё более-менее равновесно. Правда, мне пришлось бегать по новой, уже запечатывая термоядерные заряды и меняя систему хранения: у меня, всё-так, вроде как служба за Бронзового. И Мари, которая будет губернатором, должна иметь доступ к арсеналу. На всякий случай.

После — собрались с девчонками, Клоком, даже Басилдр с мелкими позвал. И стали пробовать составить «письмо Ульверов охеревшему главнокомандующему Сил Империи Субсектора». Выходило, прямо скажем, хреново: то «прямое оскорбление Империи», то «невнятное блеянье», то старческое брюзжание. То ли на радостях поглупели, то ли не «наше» писать зловредные и издевательские писульки. То есть послание Благородному Посланию Субсектора — не проблема. Но там-то и выпендриваться не надо. Так мол и так, явились хамские легионеры, вырвали врагов Рода из рук, под угрозой силы. Мелочь, но тоже надо: если Империю, а точнее — её слуг, не окорачивать, напоминая, что они слуги — Империя долго не протянет.

Но вот с издевательской писулькой главнокомандующему не выходило. Я уже думал подключить этикетку, как вспомнил, КАК Бронзовый общался с вулканистами после попытки покушения. Подумал, да и подключил Инвиктус к совещанию, вызвыв недоумёные взгляды. Бронзовый послушал, его Чувство Бронзового Величия прям начало сочиться из динамика.

— МВУ-ХА-ХА! ДУРАЧЬЁ ПОЗНАЕТ СВОЁ МЕСТО!!! — заликовало Бронзовое Орало. — Пиши, Гален, — уже деловито выдал он.

И я написал. Эмик — талантище. Даже мне было обидно, а уж как будет этому дурацкому командующему — даже не представляю. А родичи это слушали и офигевали.

— Это — твой Инвиктус, — то ли спросил, то ли утвердил Клок растерянным тоном после написания полной праведного негодования записулины.

— Ну да, — признал я вопиющий факт.

— И ты им управляешь…

— Я его пилот.

— Храни Асс грома сечи главу Рода! И Род Ульвер! — непонятно, но торжественно выдал Клок.

— Нарушение! — вдруг послышался писк Вё.

— Блокировка защитных систем, последовательное отключение, нефиксируемое вычислителем. Это… код высшего доступа Империи, хер дюк! — уточнил Вили.

— Мы побежали в детскую! — хором заключили карапузы, подхватили за руки Басилдр и ускакали.

А мы только успели недоумённо переглянуться, хотя я начал догадываться. И догадался, за секунду до распахнувшихся врат тронного зала.

— Послание моего Августейшего Повелителя, Императора Галактической Империи, шевалье Галену-Гавриле Безмолвному, дюку Ульверу! — раздался уже ОЧЕНЬ знакомый голос.

— Радости-то привалило! — ликовал и радовался я. — Здравствуйте, фельдъегерь, — проявил я вежливость, на что дядька кивнул.

Протянул мне послание из папки и свалил. А я, даже не открывая послание, закрыл глаза и стал заниматься дыхательной гимнастикой. Почему-то очень она мне понадобилась, вот ума не приложу — с чего.

8. Как дюк Ульвер на службу собирался

Дыхательная гимнастика немного помогла. По крайней мере, отращивать новые зубы мне не придётся. Пока. Потому что надо посмотреть что в записульке этого Августейшего… да гада гадского, блин! Но посмотреть надо, определился я, начав вскрывать непривычно толстый пакет. А внутри оказалось два конверта. Открываю больший, и медсаркофаг начинает ехидно приближаться, пусть и в воображении. Со всякими там печатями и прочей гадостями, на пергаменте официальное «предписание проходить добровольную службу обучавшегося в Его Императорского Величества Академии Пилотирования» не на базе, которую я ПО ПРАВУ выбрал! А на каком-то, чтоб его, межзвёздном корыте, какого-то там класса «Фирмоментум» обозванным «Императорис Гладиус». В какой-то жопе Галактики, даже не уверен, что в нашем Субсекторе! Потому что система Артемисия, в котором болтался этот августейший ножик, была мне совершенно неизвестна! Нет, я, конечно, не знаю всех звёзд Субсектора по названию, но многие, а то и почти все. И никаких Артемисиев там нет!

Так, ладно, не психуем. Я дал СОГЛАСИЕ на то, что отслужу Инвиктус. Это факт. Определять где, сокращать срок — Его Зловредность, вообще-то, вправе. Сволочизм это, конечно, истинно императорских масштабов: пусть не ЗАКОН, но писанная и не нарушаемая традиция обучения в Академии — похерена. Но не Закон. Так что это просто очередное проявление сволочной зловредности Его Императорской Задницы Всея Галактики. Но — хрен с ним, надо в какую-то Жопумира переться — ну попрусь туда. В конце концов, после всех «милостей» — уже не страшно. Отслужу, закрою долг перед Его Августейшей Зловредностью и буду от фельдъегерей натурально отстреливаться. Не хрен, потому что!

Вторая бумаженция была уже знакомая, содержала всего три слова, написанные знакомым до тошноты торопливым почерком:

Послужи там.

Император

Жопа с ручкой, мысленно, по белоярски припечатал я Его Августейшую Жопность. Но… нет, злился конечно. Но так, умеренно, уже махнув рукой. Тут и вправду либо поднимать мятеж против Империи (и я сепаратистов, ВНЕЗАПНО, начал лучше понимать!). Но это путь дурачья: нельзя бунтовать «против». Можно только «за». Иметь какой-то конструктив, реально осуществляемую альтернативу. А бунтовать на тему «меня Император обижает» — это для кретинов, распылённых в подавителе огнём легионного транспортника.

— Что там, Гален? — затарахтела, не выдержав, Хлоя.

— Послание, — односложно, раздумывая и ища Пути, ответил я.

— А какое? Интересно очень!

— И мне, — подхватила Кудряшка.

Клок прокашлялся, заинтересованно. Мари просто смотрела, но тоже понятно — хочет знать. А на голоэкран браскомма, вдобавок, прискакало два одинаковых смайлика, подпрыгивающих и лучащихся знаками вопроса. Ну это спиногрызы интересуется, понимаемо.

— Его Императорское Величество, Августейший Повелитель Человечества, Император Галактической Империи изволил обозначить мне место службы после слушания курса в Его Агустейшества Академии Пилотирования, — торжественно, но с ехидством (да и некоторым фатализмом) озвучил я.

— Так ты же выбрал⁈

— Его Величество посчитал что ему виднее, — пожал плечами я.

— Но… понятно, — нахмурилась Хло. — А где?

— А хер его знает, — честно и без прикрас ответил я. — Какая-то звёздная система Артемисия. И какое-то зловредное корыто… Ну вообще, — встряхнулся я. — Надо разобраться, в какую дыру меня Его Августейшей Зловред… В смысле Волей запихивает. Но сначала — послание этому козлу!

— Императору?!!

Последнее выпалила Кудряшка, выпучив глаза, но как-то… ну без подобающего верноподданического трепета. И народ ужасался, но не так, как «подобает». Опять же — вот загадка загадочная, с чего?

— Нет, другому, — ответил я, не уточняя кто из двух козлов — козёл. — Главнокомандующему этому придурошному. А потом разберёмся что это за Артемисия.

— Гален, слушай, а ты точно не Императорского Рода? — вдруг задумчиво выдала Хло.

— Ну… внешние проявления возможно к такому выводу могут подтолкнуть, — признал я, бегло прикинув. — Но «нет», насколько мне известно. Историю своего происхождения я рассказал. Анализы ДНК проводили…

— А генная карта Императорского Рода не секретна?

— Понятия не имею. Но проверки в Академии были, так что сказали бы… Да точно сказали бы!

— Наверное…

— И тогда у нас не Император, а Бульбас Турба! — мстительно отрезал я.

— А кто это? — заинтересовалась Мари.

— Да есть персонаж в литературе-мифологии Белояра, — ответил я. — Точно не знаю, не очень было интересно. Но поминали этого Турбу часто. И его слова, обращенные к многочисленным детям.

— А какие?

— «Чем тебя породил, тем тебя и убью!» — процитировал я белоярский фольклор. — В общем — бред это. Для клуба поклонниц «Безмолвного Принца». И хорошо, что я этих бешеных больше не увижу, — нашёл я хоть что-то хорошее в окружающем сволочизме.

— Послание отправь, дурацкий Гален! — вдруг гаркнул Бронзовый, всё так же подключённый к датчикам-сенсорам, ну и динамикам тронного зала. — А Император… Ну Император, да, — буркнул он.

Послание отправили (потому что нехрен, в конце-то концов!) и стали выяснять, а что это за Жопамира такая — Артемисия. Ну и, заодно, что это за корыто в Жопемира, которое «класс Фирмоментум». А как выяснили, решил я с «Жопоймира» быть поаккуратнее. Потому что я в мистику всяческую не то, что не верю. Я просто знаю — её нет, есть недостаточные знания. Но, возможно, какие-то сволочные флуктуации квантовых полей Галактики на мою печальную шутку отреагировали, сместив вероятности… Накаркал я, в общем! Не Белояр, конечно — хотя там я бы служил скорее с удовольствием. Но Белояр по меркам Галактики — вообще аномалия. Белая — самая удалённая от центра галактики звезда с обитаемой планетой. Что я, с некоторым удивлением, выяснил только сейчас. Странно что не преподавали что «единственная и самая», ну может «типа стеснялись» — хрен знает, вполне возможный факт.

Так вот, Артемисия — единственная планета-док Имперской Космонавигации на два десятка обитаемых систем! Казалось бы, бред… Вот только системы — обитаемые, факт. Влезают в Имперский Ценз в сотню тысяч населения, популяции, которая способно к самостоятельному самовоспроизводству и отсеиванию генетических ошибок без технического вмешательства. Всё, что меньше — необитаемые системы. Добывающие там или ещё какие, чисто юридический момент.

Так вот, двадцатка Миров именно «влезла», как бы не с натяжкой, в этот самый ценз. Внешний край нашего рукава, туманность, хреновая навигация и всякое такое. На кой, извиняюсь, хрен эти бедолаги живут в этой Жопемира — непонятно. Экономики никакой, экспорта — никакого. Белояр и то — высокоразвитый высокотехнологичный Мир, по сравнению со всем регионом туманности Асинус Мунди. Тоже название давали люди с чувством юмора, как бы не с Белояра, точнее, нашенской культурной традиции. Так вот, Белояр налогами, поделками и людьми ОКУПАЕТ нечастые рейсы Лайнеров Космонавигации.

А регион Асинус Мунди — нет. Не уверен, возможно, Империя даже поддерживает регион финансово, но совершенно непонятно, зачем. И, повторюсь, зачем обитатели одного района Мегаполиса живут аж на двадцати планетах, в не самых лучших условиях? Но живут. При этом, в этой Артемисии, формально столице региона — просто нет Имперской администрации как факта. Несмотря на аж две сотни тысяч населения! Про остальные Зажопински, в смысле обитаемые Имперские Планеты можно не говорить.

А администрация, довольно малочисленная, как и все вооружённые силы… Да вообще всё имперское торчит в довольно интересном межзвёзднике. Фирмоментум — опорная флотская база, инженерно-командный центр… Ну в общем скорее автономная и способная к межзвёздному перемещению станция, здоровенная и мощная, сама по себе чудовищная сила даже с точки зрения оружия-защиты. Так ещё производственные мощности и всё такое. По сути — планетоид, полностью заселённый, производящий хоть те же межзвёздники, вооружённый. Почему в этой Асинус Мунди такое судно-станция, я скорее понимаю. Потому что их, судя по всему, клепали для войны с Лапусами. Там — они были нужны и оправданы. Потом — кревов этими дурами гоняли, тоже понятно. А потом — просто не нужны. Но и выкидывать жалко. При этом, «поставить на прикол», заглушить реакторы и законсервировать эти огромадные станции — выйдет чуть ли не дороже, чем демонтировать и построить снова. Ну, сопоставимо по затратам-срокам, как ни забавно. Соответственно, их оставили (а может, и только одну — понятно, что в сетке было описание «что», но не «сколько») «в строю».

Но использовать в более-менее нормальных регионах Галактики — незачем. Нет целей ни военных, ни гражданских. Более того, аристократы, рядом с которым будет бултыхаться это чудище, будут от этого нервничать. То есть, эта орясина создаст дополнительный фактор дестабилизации положения в регионе пребывания, а не наоборот. И вот этот конкретный Императорис Гладиус, да и подозреваю, не он один, выполняют в отдалённых закоулках Галактики роль административных, военных, да и не удивлюсь, если производственных центров. Всяко хоть какая польза есть. В общем-то, ситуация аналогичная Громадам — у этих Инвиктусов нет целей в Империи, но они Родовые (ну, если их не отдали Его Августейшей Зловредности, конечно), и поддержание-обслуживание их на Роде-владельце.

Лайнер бывает в Артемисии раз в год. И я было обрадовался, разобравшись со всей этой хренотенью, что хоть на Юле время будет. Ну, с делами разобраться, да и всякое и разное. И даже этакое — тоже можно. Но тут вычислитель Рода, хорошая машина, но вот конкретно сейчас — непроходимая сволочь — выдаёт:

— На орбите Ульвеюла вышло из подпространства малое судно. Опознаётся кодом Империи высшего ранга. Требуют на связь шевалье Галена-Гаврилу Безмолвного, дюка Ульвера, хер дюк!

— Я — в восхищении! — сообщил потолку я. — Дюк — в восхищении, — дополнил я, если кто не понял. — Давай эту связь…

— Аквила Велокс, — раздалось от высокого, худощавого дядьки пятидесяти биолет на вид. — Капитан курьера Фулгур. Безмолвный?

— Безмолвный. Но…

— Готовьте Инвиктус к транспортировке и поднимайтесь на орбиту. Распоряжение Департамента…

— Нахер, — спокойно, даже внутренне не бесясь произнёс я.

— Простите⁈

— Не прощу, — отрезал я. — Мне — похер из какого вы депортамента, капитан Велокс. Вот совсем. Я ему не подчинен и подчиняться не намерен, так что он, да и вы, можете идти нахер. Без всякого моего уважения, — дополнил вежливый я.

— В Департамент Космонавигации спущен циркуляр о «скорейшей доставке»… — возмущённо начал дядька.

— Повторяю по буквам: п-о-х-е-р. Кто был там у вас опущен — циркуляр, трап или мичман какой-нибудь — мне индифферентно. Вас прислали доставить меня и Инвиктус в систему Артемисия?

— Да, но я не понимаю… — аж пошёл красными пятнами дядька.

— Поясняю, — решил расставить точки над «ё» я. — Я — глава Рода на родной планете. Что вот это — знаете? — покопался я в полке для бумаг подлокотника трона.

— Это… — прищурился дядька. — Отпускное свидетельство?

— Какой вы наблюдательный капитан, — порадовался я. — Это — отпускное свидетельство, дающее мне, Волей Императора, две недели ОТПУСКА. Не считая времени в дороги. Вы это понимаете?

— Это — я понимаю. Но у меня приказ…

— Рекомендую послать его отдавшего туда же, куда я посылал вас, — радушно поделился я опытом с дядькой.

— Это невозможно, шевалье! То есть вы отказываетесь проследовать в систему Артемисия⁈

— Нет ничего невозможного, — просветил дядьку я. — А «проследовать» и даже с Инвиктусом, я не отказываюсь. Но — через пять, — для наглядности помахал я пятернёй, — дней. Когда закончится мой честный, заслуженный отпуск. А до тех пор…

— Нахер, я помню. Шевалье, я должен выполнить приказ, — на что я пожал плечами. — Вы не возражаете, — ОЧЕНЬ ядовито осведомился дядька, — если Фулгур подождёт окончания Вашего отпуска, — просто сочился он сарказмом, — на орбите планеты… Ульвеюл, а не в указанном Вами месте? И соблаговолит ли Ваша Светлость, безусловно, после окончания Вашего отпуска, взойти на борт с Инвиктусом?

— Соблаговолит, — ответила моя светлость. — Не возражаю, болтайтесь.

— Ваша щедрость не знает границ, Ваша Светлость! Трепетно жду, с нетерпением, — выдал он, разорвав связь.

— А такой, занятный дядька, — оценил я реакцию капитана на всё вот это вот.

— Гален, а что мы будем делать? — уставилась на меня Кудряшка, практически хором с Веснушкой и Мари.

— Ну-у-у… — задумался я, прикинул, да и махнул, внутренне, рукой. — Мы с вами пойдём в спальню, — решил я.

— А-а-а…

— Я вот капитану тому говорил, куда всякие «а», — отметил я. — Я знаю, что есть дела и всё такое. Но… девушки, я немножко задолбался, — признался я. — Если я сейчас начну заниматься делами — перебью кучу народу, не со зла, а по задолбанности. Хотя и со зла тоже. И я вас не увижу не меньше года, — вздохнул я. — А может, больше. В общем, я хочу вас, с вами и всякое там такое, — завершил я свою речь.

— Все пять дней? — деловито уточнила Веснушка.

— Да, — честно ответил я.

И в целом — так и получилось, Хотя даже немного поговорили — тоже нелишнее в семейной жизни. Но вот «костями удовольствия» я пользоваться отказался наотрез! Нет, вещь неплохая, и то, что я переношу свой гнев и обиду с Венценосной Сволочи на предмет — не слишком рационально. Но мы, извиняюсь, сексом занимаемся. И даже любовью, можно сказать. А делать это «рационально» не научил меня даже Никс. И очень хорошо, что не научил!

Вот будет отпуск, тогда и воспользуемся и ими. А сейчас — обойдёмся, сами с много чем! А Император — сволочь злодейская!

Может, конечно, стоило заниматься-готовиться… Но я и вправду задолбался. Да и девчонки мои подустали. Нет, когда я собирался — они тоже были усталые. Но по-другому! И не возражали. Я уточнял.

Ну а вообще — похоже, только на пользу пошло. И я, поднимаясь на орбиту, желания нести смерть и разрушения, мучить и рвать голыми руками не испытывал. А были желания, особенно после этого «собирайся — и летим», блин! Эмик был непривычно молчалив — видимо, тоже внутренне «переваривал» всё вот это случившиеся. И, возможно, переоценивал некоторые приоритеты — тоже не лишнее. Ну а я, не вредничая и не сволочась, поднялся на борт этого Фулгура. От каюты отказался, остался в ложементе Эмика, вставшего в углу ангара. Со здоровенным контейнером: оружие, навесное оборудование, боезапас. В общем — нужные вещи.

А сам Фулгур был невелик, всего метров триста, что для межзвёздника удивительно. Без украшений и всякого такого: этакая трехсотметровая игла, в самом толстом месте — ушке не больше пятнадцати метров высотой. Но точно межзвёздник. И появился на орбите, и сиганул в подпространство с места, без разгона — какая-то «Эксклюзивно-имперская технология». Причём, эта игла прошивала подпространство поразительно быстро — из подпространства мы вышли через пару дней. В пути я ни с кем не общался, кроме отказа покинуть Инвиктус (что приняли беез споров, видно впечатлённые моей куртуазностью и прочими достоинствами при общении с капитаном). Да и с Эмиком не особо общались — скорее избегали «остро-политических» бесед и тренировались в ИР. Тоже дело не лишнее и нужное.

Но вот — вышли, и капитан издевательски почтительно «уведомил», что мою Светлость ожидает транспортный челнок, для доставки на место службы. Я и потопал с Эмиком к переходному тамбуру. А что ж не топать, раз топается?

9. Служебная призма

Челнок оказался пристыкован, был челноком как челноком, встречать меня не встречали — вообще пустой трюм. Ну да ладно, пожелал Фульгуру, экипажу и капитану всякого разного и даже не матом. Ну, общение с девчонками перед отлётом меня несколько успокоило, да и чего на курьера с его капитаном гневаться? Он — скотина только волей пославшего его, а гневаться на пославшего его будет только дурачьё. Связался с пилотом челнока, попросил видеоканал с сенсоров — ну, интересно. Тот хмыкнул, но канал дал. И полетели мы потихоньку от иглы Фульгура, который с места сиганул в гипер.

А я, наконец, стряхнул фаталистический сплин: ну реально, накатило на меня. Как-то последние дни вокруг творилось слишком много всякой гадости, пакости и прочей фигни. Небезопасной мне и близким, а сделать с частью вот вообще ничего нельзя. И, оберегая разум от всяких там депрессий и прочей фигни, организм меня «оглушил» этим сплином, смазал эмоциональные пики. Всё правильно сделал, мудрый он у меня, порадовался я за организм и себя. Но всё, хорош. Мне надо знакомиться с окружающим, да и видеоканал я клянчил не для того, чтоб всякому там мыслеблудию предаваться.

Фирмоментум Императорис Гладиус, конечно, поражал. Действительно планетоид, причём выполненный не столько в типично-имперском стиле — ну с украшениями, статуями и прочими гербами, везде понатыкаными. Эти излишества — показатель изобилия Империи, долго-вечности и прочего. А Фирмоментумы создавались во время затяжной, казавшейся бесконечной войны. Когда изобилие было, но было направлено не на красивости, а на функциональность. Ножик Его Зловредности был прост, без особых украшений. Разве что огромный барельеф в виде короткого меча (и вправду ножик!) был на верхней «грани» пятидесятикилометровой гексагональной призмы. Ну и в виде этой призмы и была сама станция-межзвёздник. Не гладкая, конечно: помимо барельефа, были всякие надстройки, люки и всякое такое. Да и барельеф, как я понял, приглядевшись, носил не только декоративный функционал: в «клинке», судя по всему, покоилось основное оружие этой станции: молекулярный расщепитель монструозного калибра, способный за сутки пробиться до ядра средней планеты. А безатмосферной — ещё быстрее. Расщепителю пофиг на «плотность» деструктурируемых молекул, есть просто пороговое количество, после которого распространение поля замедляется, а энергопотребление возрастает скачком. А что там — что плазма, что газ, что кристалл, да хоть сверхплотная нейтронная материя — расщепителю похрен, разложит на элементарные частицы.

Но здоровый какой! Причём, отсутствие украшений, функциональность, скорее добавляет ощущения мощи. Те, что мы смотрели в сети Фирмоментумы на голо, были поизукрашенее и вообще — смотрелись, как игрушка. А тут прям подавляет, натуральная планета-спутник на высокой орбите Артемисии. Сама планета была довольно нетипичной — то ли спектр светила, то ли местная химия практически лишила планету синего, основного цвета обитаемых водно-кислородных Миров. Вода и кислород там, конечно, были, но основным цветом планеты был зелёный, от ярко-изумрудного, до тускло-болотного. Ну а облачный покров типичный, белый, тут без сюрпризов.

А челнок постепенно приближался, и призма Фирмоментума постепенно заслоняла обзор, отражая кроваво-красный цвет местного, древнего светила.

— Взирая на такое зрелище, я начинаю гордится, что я — Величайший Инвиктус Галактической Империи, — прогудел Эмик, подчеркнув тоном «Галактическую Империю», а не своё «Величие».

Ну, понять Инвикутс можно — зрелище действительно пробирающее. Хотя зловредности Его Августейшества, вредности и прочих свойственных Ему качеств это не отменяет! Но станция впечатляет и пробирает, что есть, то есть.

Тем временем челнок влетел в огромный, заставленный аналогичными ему челноками, открытый (ну в смысле — прикрытый полем) ангар. Собственно, уже с пяти километров пилот отрубил двигатели, и челнок был подхвачен тягловым лучом. Правда — не гравитонным. А электромагнитным, от чего нас с Эмиком аж качнуло.

— Дурачьё! — заворчала его бронзоватость. — Вся Империя давно на гравитонных захватах, а тут какое-то старьё!

— Ну, эти станции создавали во время войны с Лапусами, — напомнил я. — Вроде технологии не было… Или не распространена, не помню, — признался я.

— Так поменяли бы! — тоном открывающего тайны вселенные Инвиктуса огласил Бронзовый.

— Дорого, видимо. Или устраивает всё, — пожал я плечами.

— Вот я и говорю — дурачьё! — припечатал Эмик всех причастных.

Хотя скорее успокаивал своё, несколько затронутое видом станции Чувство Бронзового Величия. Очень неудобно чувствовать себя Самым Великим после ТАКОГО зрелища. Ну а раз все дурачьё — так и Великим быть, на их фоне, проще. Ну или что-то типа того.

Ну а челнок, тем временем, плюхнулся на металл ангарной палубы, луч отключился, вызвав очередное наше покачивание и возмущённое бронзовое бурчание насчёт «грёбаного антиквариата» и «криворуких операторов, которым не помешает пинок Эниуса Эквиса — или научатся аккуратности, или сломаются, а их поменяют на операторов лучшее!»

— Лучше, — усмехнулся я.

— «Лучше» с этим магнитным угрёбищем невозможно, дурацкий Гален! — отрезал Эмик. — Так что если и поменяют, то на «лучшее»!

Вот, узнаю Эмика, чуть не пустил я слезу, но решил хернёй не маяться. А то, что ИЛ пришёл в себя после хрени последних дней — чувствовалось, что отлично. Вся эта хрень по нему тоже ударила, в плане переоценки ряда ценностей и всяких там императивов. А ИЛ это даётся НАМНОГО тяжелее, чем людям, об этом ещё Теодор Матеуш подробно, с описанием причин и последствий, рассказывал. Интересно, кстати, где сейчас уместно-матерящийся Мастер-Наставник? Впрочем, Галактика огромна, хрен найду, даже если буду искать: он, вообще-то, даже выйдя в отставку, остаётся «служащим Империи высокого ранга», и данные о нём надёжно секретятся. Да и вообще — не факт, что его имя было его, например. Как, впрочем, прочих слуг Академии, да и ладно.

Челнок распахнул аппарель, и мы дотопали до выхода, ну и уставились на встречающую нас делегацию, установившуюся на нас. Делегация состояла из легионного офицера в звании центуриона или лейтенанта различной страшности. В возрасте дядька, с кучей висюлек на мундире.

Вулканист в обрамлении нескольких андроидов, но «рабочих» андроидов, в смысле, без «навесных красивостей» — металлический скелет с приводами, антропоморфный, как понятно. Ну он, в принципе, понятен — техобслуживание Инвиктусов (не уход, проводимый роботами, а именно обслуживание, не говоря о модернизации) осуществляется вулканистами. Они — специальные такие, полезные приспособления, если не считать всяких сволочных и дохлых Курсисов.

И несколько дядек в рабочих комбинезонах техников на широкой и низкой грузовой платформе. Увидев которую, мы с Эмиком несколько секунд боролись с обоюдным желанием постучать манипулятором по забралу. Ну или повращать пальцем у виска. Пока боролись — бегло осмотрелись. Ангар, похоже, выполнял и функцию ремонтного дока (что меня, планетника, чисто психологически напрягало — всё же от вакуума ангар отделяло поле, невидимое, а тут работают постоянно… Некомфортно, в общем), поскольку челноки и внутрисистемники, грузовые и военные, были и полуразобранные.

А потом я решил озвучить, ну, в условно-вежливой форме, конечно (мне с этими типами служить, как бы не все десять лет, так что говорить в лицо, кто они есть, с ходу — недальновидно), что я думаю про эту тележку и её пригнавших. Дело в том, что это была хорошая, годная тележка. На хорошем, годном магнитном поле. На десять, едрить её в дышло, тонн! У нас контейнер с оборудованием, расходниками и боезапасом весит в два раза больше, на минуточку! Не говоря о том, что вообще — нахрена тележка? У нас вроде как ходилки не отвалились. Я и Эмик проверяли.

Впрочем, судя по физиономиям работяг, кидающих взгляды то на нас, то на телегу, некоторая незначительная неуместность телеги до них дошла. Вулканист же каким-то неведомым, но ОЧЕНЬ заметным образом пырился на страшного центуриона. Ну в смысле, лейтенанта. Тот стоял с мордой, преисполненной собственной важности и устава, но судя по бегающим глазам — провтыкал именно он. А вулканист ему в своём, «фирменном» стиле нудел. Центурион не послушал, а теперь вулканист ликует и потешается, потирая манипуляторы.

Но всё это забавно, но… а, пусть Эмик сам представится, решил я.

— Величайший Инвиктус Галактической Империи Энеус Эквис изволит желать знать — кто вы! — прогудел Эмик.

— Пилот Величайшего Инвиктуса Империи Энеуса Эквиса, Гален Безмолвный, тоже не против узнать это, — уточнил динамиком уже я.

— Центурион броневойск Марк Башмакофф, — перестал изображать преисполненность уставом центурион, несколько окосевший от представления.

— Артифекс благословенного Ордена Вулкана, Лекс Нитрилл, — проскрежетал вулканист.

— А это кто? — не удержался я-мы от тыканья в техников.

А то центурион, несмотря на преисполненную устава морду, делал рукой из-за спины жесты типа «кыш-кыш» копошащимся техникам. Они со своей платформой потихоньку отчаливали, но ещё виднелись. Вулканист при моём вопросе демонстративно уставился на Марка, аж манипуляторы на груди сложил.

— Это — мимо проходили, — забегал глазками Башмакофф. — Добро пожаловать на Клинок Императора! Шевалье… дюк… герцог? — забормотал он.

— Дукс, — пришёл я на помощь страшному.

Это было вполне официальное звание, под которым мне предстояло служить. Вольнонаёмный командир отряда. При этом, что довольно занятно — происхождение титула «дюк» имело корни из того же корня, насколько я понимаю. Правда, в несколько иной культурной традиции, но факт занятный.

— Дукс Безмолвный, — кивнул Марк. — До покоев вы проследуете на своём механизме?

— Сам «механизм», дурачьё! — возмутился Эмик. — Я — машина! Самое совершенное оружие человечества!

— Благословенное Вулканом! — ехидно вклинился вулканист.

Ню-ню, подумалось мне. Ты с Эмиком ещё не общался толком, а уже «благословенный». Ну да ладно.

— Покои? — уточнил я.

— Жилые помещения и ангарные помещения совмещены, — проскрипел Лекс, пока страшный отходил от Бронзового красноречия. — После же вам, дукс, надлежит явиться к Префектусу Милитуму Императорис Гладиус. Робот сопроводит, — уточнил он. — Следуйте за мной, — посеменил он вглубь станции, ну а мы за ним.

Марк остался пучить глаза и щёлкать пастью, а я бегло прикидывал. Похоже, местные представители Легиона… просто не знают толком, что такое Инвиктус. Кажется смешным, но поведение немолодого центуриона на это указывает. В принципе — вполне возможно, поскольку в Жопемира нашего пребывания — Инвиктусы, в общем-то, и не нужны. Ну, не больше чем сама станция, прямо скажем. А ещё — между «военным» экипажем станции и «техническим» существует некий конфликт. Ну, «война полномочий» — это понятно, но судя по поведению, военный губернатор, ну или перфектус милитум, в общем — главный на станции исповедует принцип: «разделяй и властвуй». Ну или просто долбоклюй, тоже вариант.

— Ты знаешь, Эмик, — обратился я к ИЛ личным каналом, пока мы топали за вулканистом по здоровенному металлическому коридору, — Есть у меня ощущение, что сидеть нам тут все десять лет. И делать будет особо нечего — разве что тренироваться.

— Я, конечно, в гневе. И все — дурачьё, — на удивление «негромко» и рассудительно ответил Бронзовый. — Но могло быть гораздо хуже. И тренировки — нее самое худшее.

— Ну да, ты прав…

— Конечно, прав, не тупи, Глен!

— …прав, — продолжил я. — Но меня Ульвеюл волнует и вообще. Я уже по девчонкам скучаю, — признался я. — Но — ты действительно прав, — встряхнулся я. — Могло быть ГОРАЗДО хуже.

Дотопали до «покоев», которые такими и оказались: не считая обиталища на три этажа, несколько архаично застроенного и разящего химией (видимо, помещение расконсервировали не больше нескольких часов назад, и вентиляция не вытянула запахи консерваторов) и обставленного явно по «антикварной» моде, были здоровенные ангары, с техническими стендами, в которые можно упихать десяток Эмиков или натуральный танковый полк (и для Бронзового место останется).

— Казармы не расконсервировали, — проскрипел Лекс. — Судя по мной зримому — правильно. Если же вы, дукс, ожидаете прибытия вооружённых сил — поставьте меня в известность. Расконсервация жилых помещений бойцов вашего отряда займёт не более суток.

— Это прекрасно, — озвучил я, решив осмотреть округу уже не в Эмике, а своими глазами. — Но у меня есть к вам несколько вопросов, господин Нитрилл.

— Внимаю.

— Центурион — зачем он меня встречал?

— Приказ Легата, — обозначил вулканист командира Легиона, судя по званию — главного военного на станции. — На указания, что есть Инвиктусы — не отреагировал должным образом. Его присутствие при встрече было излишне. Ваше назначение, дукс, насколько мне известно, ограничено местом. Никаких указаний по принадлежности и подчинённости вас и вашей машины он не содержал. Почему вам и надлежит уточнить этот вопрос с Префектум Милитарум.

Ну… только и материться и остаётся! Его, чтоб его, Величество! То есть он меня просто запнул в эту Жопумира, никак даже не урегулировав «кто и куда»! Нет, я всё понимаю (ни хера не понимаю и очень зол, если начистоту!), в смысле у Императора нет времени на мелочи. Но хоть какого-нибудь секретаря подключил бы! А то на текущей момент выходит, что я прибыл на место службы — а у меня даже командира нет! Ну вообще бардак! Хотя военный губернатор станции — командир, конечно. Но он именно губернатор…

А, ладно, поговорим и поймём, в Легион меня, в Космофлот. Или вообще к вулканистам пойду — у них, как раз артифексов, если не ошибаюсь, есть механизированное боевое крыло. Но вообще — бааааррррдак! И Император — Его Полорогая Августейшая Персона!

Эмик разместился, вытащил из нашего контейнера Жнеца, Кистень, ионник, ну и стал оглядываться, куда бы это посимпатичнее приспособить. А Лекс составил мне компанию сам, оставив роботов выполнять «пожелалки» Эмика. Чем зародил в меня подозрения, что знает эта морда кибернетическая Эмика. Ну или задницей (металлической) чует. И оставляет Бронзовому Оралу на растерзание роботов, которым на Бронзовое Орание пофиг.

По дороге по коридору поменьше, даже с облицовкой стен под мрамор и дерево, вулканист занудно просветил меня, что Инвиктусов империаторис Гладиус не видел больше двух тысяч лет, согласно техническим записям. А Легион тут… Довольно странное место. Наполовину сборище стариков-ветеранов, которым для закрытия контракта легионера просто нужно «отслужить» — ну, герои там какие, или просто молодцы. И вот несколько лет «дослуживают», в покое. Или место, куда направляют неприятных типов. Которых и расстрелять не за что, но и служить с ними желающих мало. А в Асинус Мунди деваться некуда.

Ну такой, странноватый гибрид между «домом отдыха» и «местом ссылки» Звёздного Легиона. Впрочем — многое и так было ясно. Так что в мысли, что сидеть мне в покоях, учиться да с Эмиком тренироваться все десять лет, всё крепли. Одно хорошо: СЮДА даже фельдъегеря Его Зловредность не загонит! Но это не точно…

Ну и дотопали мы до проходной, ничуть не меньше тронного зала Юла. Тут всё было «в традиции» — ковры, чёрное дерево, мрамор. Легионеры с физиономиями, преисполненными Устава. Всякие секретари-секретарши и прочая чиновная братия, копошащаяся по углам. Ну и высокие двери в обитель губернатора. Куда я по красной ковровой дорожке и потопал. Со смутной надеждой, что может, дело какое найдётся. И что всё не настолько жопомирно, как выглядит.

10. Жопамира, как она есть

Ворота (ну дверь, но двустворчатая и чертовски высокая, так что — ворота) распахнулись и потопал я в кабинет военного губернатора. Размеры этого «кабинета» были под стать приёмной, ничуть не меньше неё. А вот людей не наблюдалось — картины, обзорный голоэкран, стилизованный под окно. Красиво, но точно голо: такое дурачьё, которое устраивает логово командования у обшивки судна, да ещё и с «прозрачной бронёй» — давно изведено эволюцией. В голофильмах остались, но там на таких придурков охотятся исключительно враги, которых эволюция извела гораздо раньше.

Статуи всякие, фонтаны, елки и прочие берёзки в кадках. Ну, ну в общем — богатый кабинет, стадион для лапты, а не кабинет. И единственного его обитателя я заметил только через пару секунд: за столом, укрытом ветвями фикусов, сидел дядька. И даже рукой мне помахивал — видно, знал о навигационных проблемах новых посетителей на просторах кабинета.

Дотопал я до дядьки, продираясь через флору. Сам он — полноват, с щачлами такими, внушающими уважения к армии уничтоженной еды. Но не совсем жирдяй, да и физиономия располагающая. Но я пока располагаться пока не стал — в свете всех обрушенных на меня гадостей, буду относится к нему нейтрально. И подозревать в гадстве и сволочизме, пока своим примерным поведением не докажет обратного!

Рабочее место дядьки, кстати, скорее располагало. Смотрелось оно вполне по-рабочему, то есть никаких вычурностей и всего такого. Стол как стол, голоэкран как голоэкран. Возникало ощущение, что это рабочее место специально прячется в зарослях фигусов, чтоб не нарушать общую роскошь стадиона… кабинета, в смысле.

— Приветствую, пилот, — вполне благожелательно озвучил дядька.

— Гален Безмолвный. Шевалье, дюк Ульвер, пилот Инвиктуса, дукс, — бегло и кратко перечислил я свои незначительные прегрешения.

— Да, я в курсе. Префект Милитум фирмоментума Императорис Гладиус, наместник Его Величества в Асинус Мунди, — на последнем дядька слегка поморщился, но так, с иронией — видно, привык уже, — Стефан Малус, граф, — последнее было «данью» аристократии.

Ну то есть вообще — служащие Империи титулов не имели, сам факт службы — уже достойно. Но с некоторыми исключениями. Высшие военно-административные чиновники награждались так называемым «дворянским титулом». То есть титул — ненаследный, но видимо, аристократы в некое время очень уж говнились. Ну, судя по всему, так выходит. И всякие Префекты и прочие трибуны носили «временные титулы». Как по мне — скорее издевательство, чем потакание, но судя по тому, что такая практика как зародилась, так и существовала чёрти сколько времени — особо громких возражений против неё не было.

— И что прикажите с вами делать, дукс Безмолвный? — вполне благожелательно поинтересовался дядя Стёпа-Префект.

А вопрос-то, собственно, не ерундовый. Правда, требует больше информации — я, как бы, многое предполагаю. Часть предложенного — подтвердил с помощью специального полезного вулканиста. Но на столь серьёзный вопрос «что приказать с собой делать» — информации категорически не хватает.

— А Лапус знает, — изящно пошутил я. — Я сам ни черта не понимаю в этом назначении, господин Префект. Давайте разбираться? — полуспросил-полупредложил я.

— Бывает, — протянул дядька, видно, что-то своё вспомнив. — Ну давайте разбираться, дукс.

И стали мы разбираться с последствиям Его Августейшей Зловредности. Выходило, что как меня Его Величие запнул в эту Жопумира, так и жопомирский главный не понимал, на кой здесь вообще сдался Инвиктус. Задачи у местных военных были, в основном, в пустоте, да и то, в основном, для малой авиации, гонять пиратов.

— А чего пиратам-то тут воровать? — немножко офигел я.

— Продовольствие, технологии и рабов, — озвучил дядка, посмотрел на мою перекошенную физиономию и неделикатно заржал.

— А не найдётся ли на фирмоментуме какой-нибудь доброй души, желающей просветить несчастного пилота в реалии Асинус Мунди? — напевно, но не без сарказма озвучил я.

— Найдётся, — выдал губернатор. — Мне тут вообще не так много работы, так что слушайте, герцог.

И завёл рассказ, от которого я стал более понимающим. Но не менее офигевшим — точно. Итак, местное скопление — непонятная аномалия. Причём причина этой аномалии до сих пор не выяснена ни одним из учёных Империи, ни пиитами.

— Пииты были? — заинтересовался я.

— Да раз в век прилетают, киборги чёртовы, ведут эти… «этнографические экспедиции». Так ничего и не узнали, а ситуация — без изменений, — пожал он плечами.

А всё дело в том, что уровень социальной организации окрестных миров был уровня племенных вождей. С привязанными к землевладельцу людьми и всё такое. И длится такая ситуация… со времён ДО возникновения Империи. При этом, местное население не тупое: одним из «товаров», поставляемых за технику, являются дети шести лет. Часть — тупые и упёртые долбоклюи, но часть — вполне разумные карапузы. И сами местные — не тупые, вот в чём парадокс. Нуу, процентов пять населения не тупые, не слишком отличный от статистики «в среднем по Империи» показатель. В общем-то, я сам в своё время интересовался: был в истории Человечества на Терре период регресса социума, почти полторы тысячи лет регресса. Но там сложилось несколько факторов, основным из которых являлись сектанты: они популяризировали тупость, отказ от разума, а если кто думает — того жечь огнём. Вошли в этакий симбиоз с вождишками, поддерживая их. А они — сектантов, этакий поганый союз, вырвавший из истории человечества больше, чем все известные войны и вообще.

Но в Асинусе Мунди не было сектантов, точнее, были, но нецентрализованные, не засирали своими байками про тупость детям мозг и всё такое. А дикость… не менялась. Губернатор, не без удовольствия (и поговорить, видно, любил, да и моя перекошенная физиономия дядьку радовала, что обидно, но понимаемо). То есть, Империя три раза проводила «принудительное возвышение» региона. С казнями, разделениями семей, и… Безрезультатно. Через пару поколений социальная формация скатывалась в дикость. При этом в Асинус Мунди функционировал… анклав вулканистов. Отсталые, относительно, но вполне киборги, именно организация. Вулканисты нормальные плевали в местных маслом, а то и слюной, но военных операций не проводили — местные ОСНОВНЫХ правил Ордена не нарушали.

В общем, выходила бредовая ситуация: вроде бы из этого поганого места надо всех людей переселить… Но тут вступал в дело Закон Империи. Люди не были сумасшедшими, никакого внешнего воздействие установлено не было, они платили налог (смешной, чуть ли не продовольствием). То есть — Империя не могла их депортировать, по собственному закону. И не могла привести к удобоваримому уровню — вот не приводились местные, хоть плачь. С иронией Стефан описывал «теории» — от мистических, до псевдонаучных. Но даже единственная, имеющая перед собой обоснование: несколько нетипичная топология пространства — не находила подтверждения.

— Императорис Гладиус тут не первую тысячу лет, — вещал губернатор, загибая пальцы. — Среди гражданского персонала сменились сотни поколений. Часть выходцев с Асинус Мунди влились в экипаж. И никакого скатывания в дикарство. Кроме того, не менее половины детей соглашается покинуть планеты, когда мы совершаем облёт.

— И это — одна из причин, почему население не растёт, — сделал логичный вывод я.

— В общем — «да», герцег. Но незначительный: естественная смертность и бароны-разбойники сокращают прирост ГОРАЗДО значительнее.

— «Бароны-разбойники» — звучит редкостно бредово, — озвучил я.

— Ну да, но факта этого не отменяет: местные аристократы и совершают набеги на соседей, как по планете, так и по Асинус Мунди. А некоторые вообще утратили владения, живут набегами, на кораблях.

— Изготовленных местными вулканистами.

— Ими самыми. Контролировать их без очередного «приведения к лояльности» всех планет не выйдет, а поможет это «приведение» на полвека максимум. И жертвы окажутся бессмысленными. Как среди местных, так и Легиона, — развёл руками дядька.

В общем, в Асинус Мунди выходила ситуёвина, в которой Империя не знала, что делать. При этом, некоторая ирония ситуации, с точки зрения меня как слушателя Академии, была. В Академии на жизнь и всякое такое махнули рукой, прямо не убивая, конечно, но давая балбесам (молодым и не очень) гробиться по своей дури себе в удовольствие. А в Жопемира ситуация диаметрально противоположная: Империя не может бросить местное население и обитаемые планеты, потому что она — Империя. Империя не может депортировать всё население обитаемых Миров против их воли — последствия такого всплывут, как ни скрывай. А причина — «потому что нам не нравится, как они живут»… Это приведёт к массовым бунтам и восстаниям, к гадалке не ходи. Ну и жертв будет на порядки больше, чем в этой Жопемира обитает.

Есть вариант потереть память и депортировать. Тогда бунтов не будет, вроде бы… Авотхрен! По Закону Империи стирание более десяти лет памяти, памяти более четверти сознательной жизни, личностная коррекция техническими и медикаментозными средствами приравнивается к… казни. И на самом деле — это так, потому что личность, подвергнутая всему описанному, вместе или по отдельности — убивается. Тело, конечно, цело. Но тело как «человек» Законом не воспринимается, и правильно делается.

И в итоге — либо смириться с обстановкой и просто присматривать, вытаскивая детей и ожидая, пока «Обитаемые Миры» перестанут таковыми быть. Тогда варианты что-то сделать есть, не столь потенциально-катастрофические. Впрочем, местные были дикарями и кретинами, но никак не идиотами. То есть, местные вожди, типа «аристократы» придирчиво следили за «общей популяцией» и принимали меры вплоть до заботы о населении (чудесное для местных явление!) для того, чтобы не быть признанными «необитаемыми».

Либо казнить херам всё население Асинус Мунди. Причём чисто физическое уничтожение выглядит в чём-то даже гуманнее массовой «хирургии сознания». Притом, подобное действие ведь тоже может всплыть, и опять же — последствия чертовски неприятные.

Вот и выступает Асинус Мунди в роли Жопымира, ну и заодно — стоянки чудовищно мощной боевой самоходной станции, которая больше в Империи-то и не нужна толком нигде, а выбрасывать — жалко (и тут я это «жалко» — прекрасно понимаю).

Всё это было прелюдией к тому, что Инвиктус в Жопемира не нужен, как и его пилот. И «регламентные вооружённые силы» тоже не нужны. Нет ни целей, ни смысла пребывания нас с Бронзовом тут, даже теоретически, о чём дядя Стёпа (надо отдать ему должное — деликатно) и сказал.

— Кроме того, герцег, ваша опала, думаю, долго не продлится, — дополнил он.

А я в очередной раз призадумался: с точки зрения дядьки — картина просто очевиднейшая. В его подотчётную Жопумира спихивают Инвиктус с пилотом. Декретом Секретариата Его Величества (что, кстати, объясняет с хрена ли такой бардак с субординацией и подчинённостью — приказ Стефану был «сделай красиво», а в переводе на понятный «трахайся как хочешь, но штоп было!») присылают. А потом чёртиком, на курьере высшего командования, через считанные дни, пребывает этот пилот. Никаких иных мыслей, кроме «опалы фаворита», в голову трезвомыслящему человеку прийти не может. Притом что я Его Зловредность в глаза-то не видел! А «фавор» — в подкидывании Рода, который и так дохлый, а я его фактически добил, до самоубийства главы…

Но орать про Его Величество, чтоб его, всё, что я думаю, и что он своими Августейшими Граблями с моей непричастной жизнью натворил — я не стал. Может, дядя Стёпа и поверит, а толку? Чем он мне поможет?

А если настучит по инстанции, и Его Злодейство обидится, например? Мне и без его «обидок» несладко, а с обидками путь Хъёльма выглядит предпочтительнее — хоть мучиться не буду. Тут разве что хватать Бронзового в охапку (фактически — наоборот, но по сути — так) и девчонок и драпать в незаселённые регионы. Как-то перспектива не радует, так что лучше промолчу.

— Так что, дукс Безмолвный, что с вами делать, я не знаю, могу только посоветовать подождать. Ну и меня навещайте время от времени — я на старости лет люблю поговорить, а у вас, думаю, найдётся, что рассказать и о чём послушать, — улыбнулся он. — А то у меня… субординация, сами понимаете, — сменил он несколько выражений физиономии.

Очень так, фактурно. И всё связано с сексом, как ни смешно. Первая часть была связана с подчинёнными: в том смысле, что их надо трахать, чтоб не распускались, а не общаться. Ну такая, спорная позиция, но понимаемая.

Вторая часть — с секретариатом, положенными по штату наложницам (вполне регламентно, насколько я знаю: семейность высших чиновников не приветствовалась, во избежание непотизма). Их тоже трахать, но не поговоришь. А я в глазах немалого чина оказался «птицей условно-его полёта, причём судя по ряду моментов — сам Стефан тут тоже торчит 'не просто так», сослали или заопалили — хрен знает, но точно что-то такое.

— К Легату мне обратиться? — уточнил я.

— Не вздумайте! — даже забеспокоился Префект. — Клавдий… очень «уставной» командир, если вы понимаете, о чём я.

— Благодарю за предупреждение, кажется, я вас понимаю, — под кивки дядьки всё понял я. — Космофлот?

— А им вы, извиняюсь, на кой крев? — поинтересовался губернатор, на что я пожал плечами. — Но вы правы, некая субординация должна быть, организационная структура. А возьму-ка я вас порученцем! — решил он.

— Из меня курьер — не очень, — признал я, несколько напрягшись.

— Дукс, вы не вполне поняли, — усмехнулся он. — Я имел в виду пуньёна.

Орать «я не такой» я не стал, быстренько глянул на голоэкран браскомма и успокоился. Пуньёном называли исполнителя решений Легата, Префекта, Трибуна и прочей подобной высокопоставленной шелупони Империи. Но не просто, а связанные с «применением силы и подавлением сопротивления». Что, в общем, в рамках жопомирского пребывания — вполне сносно, как тонко подметил Эмик, «могло быть и хуже».

— Не наблюдаю никаких препятствий, лично — только приветствую, — ответил я.

— Вот и замечательно. А что у вас за машина?

— Щитовой штурмовик, — озвучил я «профиль» Эмика с учётом нашего навесного оборудования.

— А не покажете? Я признаться, давно не видел эти прекрасные машины, испытываю некоторую ностальгию.

— Пойдёмте, — несколько удивлённо пожал я плечами.

— Нет, я имел в виду — быстро…

— Тогда побежали, — изящно пошутил я.

Дядька недоумённо на меня уставился, а потом расхохотался.

— Тонко, тонко, — отсмеялся он. — А всё же?

— Смотрите, — продемонстрировал я голограмму Бронзового.

— Хм, — задумчиво разглядывал вращающегося Бронзового Рыцаря губернатор. — А вы знаете, дукс Безмолвный, возможно вам и вашей машине найдётся дело. Не слишком обременительное и нечасто, но лучше, чем напиваться в кабаках? — на что я кивнул.

— А что за дело? — поинтересовался я.

— А приходите ко мне на ужин. Подумаю, прикину и расскажу. А пока…

— Благодарю за уделённое мне время, — поднялся я с лёгким поклоном.

Ну, вежливость не помешает, а дядька вроде не самый дурной. Да и от отношений с ним немало зависит комфортность моего торчания в Жопемира… Кхм, как-то не очень получилось…. Но правдиво!

Так что распрощался я и потопал из кабинета. К Эмику, но сначала решил перекусить, благо тех самых «кабаков» в окрестностях губернаторского обиталища было немало. Так-то питательные вещества через комбез мне санитарная система Эмика давала, ну и наоборот, как понятно. Но пожевать чего-нибудь посущественнее хотелось.

И вот, заскочил в кабак, практически пустой, так в полумраке несколько явных офицеров Легиона то ли коротают время, то ли напиваются вдрызг. Темно, непонятно, да и не слишком интересно. Дотопал до стойки, только начал на официанта-бармена вываливать чего мне желается, как раздался противный голос:

— Господа, в наш клуб пожаловал… пидор! Вы посмотрите на это обтягивающее тряпье, гы-гы-гы! Но задница ничего… Эй, пидарок, скрасишь моё одиночество?

— А как же, — оскалился добрый я.

Ну-у-у… сам напросился, придурок (или придурки). А у меня душевная травма от всякого, поделюсь-ка я ей с добровольцами. Мне и полегчает. Я знаю, я проверял.

11. Бронзовое пугало

Вообще, это была компания из четырёх высокопоставленных легионеров (а возможно, потенциально даже четырёх человек — но это не точно). Чёрт их знает, чего ко мне привязались, но подозреваю — от скуки. Ну так выходило, судя по всему мной узнанному в Жопемира. Станция курсирует раз в шесть лет (ну, если не случается каких-то неприятностей, конечно, тогда мечется носорогом) по всем планетам Асинуса Мунди, как я понимаю — как раз из-за местных карапузов. Конфликты с местными вождями случаются, Легиону какое-никакое дело есть. Но без форс-мажора большую часть времени им просто нехрен делать. И если рядовым и младшему всякому там составу дело находится — это описывалось в голо, текстах, книгах. Что-то типа: «копать отсюда и до обеда» и всякое такое. То высшему командованию, похоже, нехрен делать. Бухают, сволочи неприличные, и до честных Безмолвных докапываются!

И ведь нашли до чего докопаться, павлины расфуфыренные такие! Пилотский комбез, конечно, обтягивающий, да и задница у меня ничего (и девчонки так говорят, а им верить можно!). Так что если бы этот пьяный придурок просто предложил с ним того этого — я бы его почти вежливо послал, честно сказав что я «по девчонкам». Так само обращение — оскорбительное, предложение денег — хамство, блин! Если бы кто-то, ну там специалист сексуальной рекреации, ценник называет — это нормально. Это его работа, как-никак. А вот так, к незнакомому… Ну в общем, тут только посылом в далёко не обойдёшься. Надо этого хамла отметелить, причём — с его компанией, похоже. Лыбятся, придурки, ржут блин!

Бармен как раз поставил на стойку поднос с перекусом. Хороший, годный поднос. Металлический, однако, но не слишком тяжёлый, то что нужно. Ну и я, скалясь ржущим придуркам, поднос из под перекуса выдернул (а нечего еду переводить, потому что), да и не останавливая движения, как диск, метнул в ржущую пасть говорливому. Тот подносом подавился, зубоскалить перестал — нечем стало. Да и упал со стула: несомненно, отдохнуть. Слова глупые говорить и ржать, как конь, притомился, точно.

Правда, его собутыльники повели себя пусть и ожидаемо, но глупо: ухватились за кобуры, стали табельные лучевики доставать. Впрочем, ржать тоже перестали, что уже хорошо: и морды у них были дурацкие и глупые (сейчас тоже, но такие, как злобному дурачью и положено — злобные, а не ржущие). Но тут уже не «словесное оскорбление Родового аристократа», а «угроза жизни и здоровью подданного Империи». Ну, в смысле наведение и использование лучевого оружия без причины. А у этих типов её, с точки зрения Закона, и не было: им я ни словом, ни делом не угрожал, ущерба не наносил. Даже зубами говорливого не засыпал, а ведь мог!

Но уворачиваться от лазеров у меня никакого желания не было, так что рассекатель, в довольно жёстком режиме, заплясал по лапам этих пьяных вояк, лишая оружия. Ну и нанося ожоги. Что примечательно, несмотря на довольно высокие чины, эти типы вообще не носили даже уставной брони. Ну, значит, быть им дырявыми, куда деваться, припечатал мысленно придурков я, начав охаживать орущих типов рассекателем. Не до смерти, а в педагогических целях, чтоб за оружие не хватались и в честных Безмолвных не целились.

И тут начал немножко звереть: от двери в меня прилетел луч парализатора. Пилотский комбез на этот луч чхал, но сам факт! Не говоря о том, что мог и в голову попасть! Так что наращивая шлем-капюшон, я выхватил абордажный метатель, перестав обращать внимание на дырявых. Дырявыми они были вполне удовлетворительно, лазерники сломаны, так что могут спокойно подумать о своём безобразном поведении. Ну и о неподобающей компании тоже могут подумать.

А стрелял в меня… местный вышибала! Вылупил наглые глазёнки на меня (ну точнее, на круг-пусковую абордажного метателя) опустил парализатор. Но не бросил, так что я ему рассекателем по лапе помог. Совсем тут в Жопемира народ дикий! Оборачиваюсь — бармен аккуратно ставит бутылку (что ей сделать думал — лучше не представлять, то ли от смеха помру, то ли от печали), ладошки поднял, морду на физиономии сделал невинную и благожелательную. Скушавший поднос пока отдыхал, постанывая, попыток встать не предпринимал. Дырявые с стонами различной матерности потирали дырки в уголочке, негромко так. Видно, существующих дыр им хватило, так что привлекать моё внимание они не стремились. Но какой бардак, на самом деле — вот просто, незнакомого посетителя на пустом месте обзывать-оскорблять! И ладно бы хулиганы или там бандюги — нет, офицеры Его Зловредного Величия Звёздного Легиона, причём немалых званий!

И служители кабака — ну ладно бы не вмешивались, я бы понял. Но нет, этим придуркам пытались помочь, на честного посетителя наскакивая!

Но с другой стороны — полегчало немного, порадовался я. А то какая-то безнадёга дурацкая накатывала, совершенно лишняя и вредная. И вообще, сейчас будут разборки с стражами порядка, рассказывай им всё и всё такое, мысленно вздохнул я, потянулся было к перекусу, как дверь с грохотом распохнулась:

— ОРУЖИЕ НА ЗЕМЛЮ! НА КОЛЕНИ, РУКИ ЗА ГОЛОВУ! — заорала морда в лёгкой «мускулистой» броне, явно с усилителями.

И пометкой «армейский страж», что мягко говоря вообще не в какие ворота. Потому что с «бросить и на колени» я бы и нормальных стражей послал куда подальше, будучи в своём праве. А это — военная полиция, как её называли, чисто Легионная структура. То есть, если я не в Легионе — они мне такие же обычные граждане, как и любые другие. И требовать от меня что-то и всё такое — просто не имеют права. Ну, если военного положения или войны нет, это конечно «да».

— Ты бессмертный? — вежливо поинтересовался я у рожи с тяжёлым парализатором, топчущейся в дверях.

— Вызываем секуторов! — пригрозил полицай.

А «секуторы» — это уже серьёзно, это тяжёло бронированные специальные войска Легиона. Мощные ребята.

— Основание? — поинтересовался я.

— Угроза оружием представителям военной стражи Легиона, — мстительно врал полицай. — Неисполнение законных требований…

— Каких-каких требований? — уже начал звереть я. — Придурок, записи этого заведения посмотри, а потом ори! — вежливо, потому что без мата, предложил я. — И прежде чем что-то вякать — уточни, на кого, — после чего я отправил свои данные.

Которые, поскольку я был не в Легионе, этим придуркам (которых оказалась десяток) не были доступны.

— Дукс? Это приравнено к примипилу, — забормотал полицай. — Нападение на ангустиклавия… ангустиклавиев, младшим по званию! — ликовал он. — Сложи…те оружие и следуйте в карцер до разбирательства!

— Пентеконтарх, — обратился я к десятнику стражи, поскольку он был приравнен к «пехотному» полусотнику «за счёт того, что стражник», — ты — дурачьё. Я НЕ состою в Легионе. На данный момент — точно, — уточнил я. — И не нахожусь в твоей юрисдикции. Ты не можешь ни задерживать, ни что-то такое. Проверь, блин, записи! И забирай в свой карцер этих придурков, за нападение! — потыкал я пальцем в отдыхающего и дырявых.

— Это вне… Проверю, — буркнул он. — И убери…те оружие!

— Сначала — вы!

Парализаторы убрали, ну и я убрал. А потом оказалось — «техсбой»! А эти… слов нет, сволочи, которые обслуга кабака, врали, что «напал на господ отдыхающих»!

— Достали, — констатировал я, достал волчий жезл и выдал: — Я, шевалье Гален-Гаврила Безмолвный, дюк Ульвер, свидетельствую: данные регистратора подлинны, передаются добровольно представителю военной стражи Звёздного Легиона для выяснения истины! — и переслал запись с браскома.

— Это… — пробормотал полицай. — А если…

— Пристрелю нахрен! — посулил я. — За неоднократное и намеренное оскорбление и всё такое. Разбирайся быстрее, блин!

— Э-э-э… ну ла-а-адно, — сделал одолжение своей будущей жизни (ну, в плане её продолжительности) полицай.

В общем, просмотрели запись, вроде бы всё… а вот хрен! Этот мент военный вызвал каких-то старших (целителей дырявым и уставшему — тоже). Точнее — не каких-то. А в сопровождении кучи народу в кабак завалился сам Легат! Ну в смысле, главнокомандующий Звёздного Легиона на станции, Клавдий Антоний Септурналий. Ну завалился бы и завалился — в рамках текущего моего положения мне на него одноудственно, если начистоту. Сам он был почти старик, высок, худощав, с горбатым носярой, мохнатыми нахмуренными бровями и бешено выпученными бесцветными глазами.

На ухо ему насвистели какие-то советники, полицай и этот тип, сопровождаемый свитой-телохранителями важно потопал к мирно стоящему у стойки мне.

— Раскайтесь! — приказным тоном бросил он. — Тогда суд проявит снисхождение!

— А вы, извиняюсь, в добром здравии? — уточнил я.

— Это неважно! — отрезал Легат.

— Ну не сказал бы. Вы можете сформулировать, что вы вообще от меня хотите?

Он через губу стал озвучивать, а я хренеть. Этот тип предъявлял мне претензии за «неподобающий вид», вызвавший «праведный гнев Воинов Императора»… Но это — ладно, его извращенские фантазии — его личное дело. Основная семечка гундения этого Клавдия в том, что я, видишь ли, ДОЛЖЕН был перейти в его подчинение и юрисдикцию, вот тут и сейчас принеся Легионную Присягу, вдобавок к той, что давал в Академии. И после этого идти в карцер, для военного суда за «нападение на старших по званию». Причём этот охреневший дедок, похоже, искренне рассчитывал, что я от его гундежа так и поступлю!

— ВЫ ЧТО ДЕЛАЕТЕ⁈ — взревел он, пуча на меня глаза совсем неприлично.

— Кушаю, — честно ответил я. — А вот вы даже приятного аппетита не пожелали, нехорошо.

На последнее мордас Легата приобрёл уникальный (я реально такого не видел!) багрово-синий оттенок. С выпученными в пол-лица глазами смотрелось совсем гармонично. Ну а я что? На меня просто «давят авторитетом», которого я в этом типе наблюдаю. Да и наблюдал бы, давить на меня — дело не слишком осмысленное. В общем, расклад понятный: я в своём праве, в субординационную систему Легиона не включён, ничего он мне сделать не может. Но очень хочет — видно, дырявые и отдыхающие дороги его старческим чему-то там. И пытается мне приказать добровольно принять на себя отвественность, слов никаких цензурных нет…

Скомпилировал, перекусывая под бешеным взглядом, запись. Присоединил вполне обоснованные обвинения — в том числе и вышибале и бармену кабака. Ну ладно, влезли в конфликт, защищая «постоянных клиентов». Свинство, но понять можно. Так врали же, сволочи такие! В общем — раздал сёстрам по серьгам, братьям по мордам и вообще — никого не обделил. И направил компиляцию двумя пакетами в охранный батальон станции (который выполнял функцию стражей законов обычных Миров) и в канцелярию Префекта.

Легат сменил изысканный багрово-синий цвет физиономии на вульгарный чёрный, покраснел от натуги глазами, бормотнул что-то (но явно не «приятного аппетита», я бы точно понял), развернулся и утопал. И его свита за ним утопала. Ну а я доел, да и двинул к Эмику, посмотреть, как он, да и рассказать, что тут и как.

В ангаре было бронзово-уютно. Инвиктус хозяйственно развесил при помощи роботов оружие и оборудование, поставил удобно контейнер с боезапасом, стоял в типично-бронзовой, пафосной позе и пурумпкал неизвестный гимн. Роботы суетились, что-то подкручивали, чистили, но скорее косметически — так-то всё на месте и работает.

Ну и стал я рассказываь Эмику, как и чего.

— Мда-а-а-а… — прогудел он. — Ты, Гален, понимаешь, что испортил отношения с Легионом на станции?

— Не «я», а Легион испортил со мной, — справедливо отметил я. — И что мне — в суд с повинной было идти?

— Мог и плюнуть на этого говоруна, дурацкий Гален!

— Не помогло бы, Эмик, — покачал я головой. — Я таких придурков знаю — не отстал бы. Сами бы полезли, причём могли ещё подчинённых притащить, чтоб «руки не марать».

— Дурачьё! — буркнул Бронзовый.

Ну, уточнять, кто — я не стал. В принципе можно было и без этого конфликта обойтись, конечно. Например — просто свалить из кабака, гнаться ещё не уставший и ещё не дырявые бы не стали, почти точно. Но… ну в конце концов, а с какого хрена мне терпеть⁈ Ради «благорасположения Легата»? Так не было бы его, этого «благорасположения»! Более того, драпанув, я бы открыл путь новым «конфликтам». Пилотский комбез им не нравится, блин! Сами уроды, в общем. И дурачьё, так что буду эмиковы слова воспринимать правильно адресованными.

— Будем в подчинении Префекта, что в этой дыре — без разницы, Эмик. Дел нам всё равно нет, будем тренироваться и учиться.

— Чему? — заинтересовался Бронзовый.

— Всякому. Сейчас с Хло поговорю, — послулил я, подключаясь к сети станции и доставая волчий жезл.

Последний создавал канал связи через галасеть. последняя, как понятно, охватывала практически всю галактику, с редкими исключениями — Белая, которая в покрыте галасети просто не влезла. Ну и аномальные места, с изменённой топологией, там не только галасеть хреново работала, но и вообще всё «шалило», в зависимости от степени аномальности,

Ну и связался я с Юлом, уточнил, что всё в порядке (ну, если бы была какая-то беда — то со мной бы связались, но могли быть и неприятности, но, к счастью, не было). Сообщил, что добрался, ныть про «Жопумира» не стал — мне нытьё не идёт к цвету глаз. И вообще занятие глупое. Ну и озадачил Хло сбором данных нам для изучения, по возможности.

— Это… — задумалась. перестав тараторить аж на полминуты Веснушка. — Сделаю, Гален. Правда, практические занятия придётся сократить, перекроить график, но не страшно, справлюсь! А Мари и Арви помогут с практикой, если что… — задумчиво дополнила она.

— Поможем, — отозвались девчонки, тоже бывшие в канале, как понятно.

— Да и я, как вернусь, смогу помочь. Правда, судя по графику — в Юле буду не раньше будущего года, в отпуске.

— Ждём и скучаем!

— И я по вам, — признался я.

В общем, по моим планам, Хло собирала данные по редким и всяким таким направлениям. И пересылала нам каналом. Ну а мы с Эмиком будем думать, прикидывать. Вообще, если разобраться, нам пауза только на пользу: чем лучше мы разбираемся в пограничной физике полей, тем лучше и экономичнее эти поля работают. Да простейший пример — в Кистене защитные поля нами УЖЕ использовались как оружие. Ну и куча всяких таких вариантов, чисто теоретически возможных. А для этого нужно знать и практиковаться. Конечно, десять лет — дохренищща. Но годик-два позаниматься — я бы и сам не отказался. И даже Бронзовый бы не отказался, сам признался.

Ну а ближе к вечеру я направился на «губернаторский ужин». Причём, это был скорее приём — всякие руководящие физиономии, морды и даже рыла сновали и питались в здоровенной столовой. Легат тоже был, губу при виде меня скривил и утопал вдаль. Ну да и хрен бы с ним.

Но учитывая обстановку — я как-то и не ожидал, что обещание «поговорить» будет исполнено. Побродил, пожевал всякой еды. Думал уже валить — ну, губернатора в обозримом пространстве не наблюдается, народ на меня пырится удивлённо. То ли молодость, то ли тоже проблемы с мозгами, вкусом и воображением — пилотский комбез не нравится. Если так — то дурачьё однозначно! А если не так — то надо проверить, конечно.

Так вот, уже думал утопать, но меня позвал служка. И беседа таки была, хоть и недолгая. Губернатор вооружился голо, показывая «стилистику» местных дикарей. И… Бронзовый был «в стиле». Мощнее, круче, да и светится. Но «в стиле». И, в качестве возможных «трудов» губернатор обозначил нам роль… пугала. Ну, не совсем, конечно — с местными вождями случались конфликты, а дикари они социально, технологически местные вулканисты выдают иной раз такое, что у нормальных вулканистов шестерни за приводы заходят.

Нет, ничего «сверхубийственного», но в плане вооружения местные от Империи в среднем не слишком отстают, при том что Императориус Гладиус поставляет только гражданское оборудование. Ну, в общем, возможно, что-то, кроме бесконечной учёбы-тренировки, будет. Что, в свою очередь, как прибавит отпускных, так и в общем сократит выслугу. На подвиги «за год» — я как-то не рассчитываю, но и пять вместо десяти — уже неплохо.

В общем, вернулся к Бронзовому, поделился новостями. Тот побурчал-поругался, назвал дурачьём всех, даже меня. Но в целом — согласился, что что-то делать лучше, чем ничего не делать. На этом я и потопал обживать свои «покои» — как-то толком не приглядывался ещё, а время уже ночное.

12. Имадацкие ночи

Покои были чем-то средним между роскошью антиквариата и откровенным старьём. Я вообще не совсем понимал позиции «раньше — лучше». Наверное, потому, что не старая развалина: это у них любимая тема «раньше всё было зеленее». Есть, конечно, вещи, которые делали раньше и которые «вещь». Ну, например тот же абордажный метатель на импульсе или станция, в которой мы сейчас находимся. Но при этом, взять каюту. Ну запах консерваторов — ладно, рассеется. А вот голотерминал в целую комнату, с дёрганым изображением⁈ И это не из-за вычислителя, вычислитель раз в двадцать послабее браскома, во столько же раз больше, но не на целую комнату. Это проекторы голоизображений понатыканы по углам, хреново работающие при том. Нет, ну для замшелой древности, когда эти покои обставляли — отлично работали. И по тем временам — роскошь и вершина технологий. Но сейчас — именно «старьё замшелое», а никакой там не «антиквариат».

Впрочем, если рассматривать эти покои как место где дрыхнуть-питаться, то и нормально. Симпатично даже — чёрное и красное дерево, кожа, накладки из стали, меди и бронзы. И бассейн небольшой и вообще — неплохо, уж всяко лучше комнатушки на Белояре. Жить можно, короче, решил я и начал в покоях жить. Вполне успешно, благо мой конфликт с Легионным начальством никаких юридических последствий не имел. Ну, кроме какого-то конского штрафа заведению и принудительными работами за «лжесвидетельствование». И вот не жалко ни на грош, если честно!

А так — занимались с Эмиком, тренировками, да и моделировали защитные поля в малых объёмах (в крупных — пусть дурачьё занимается, до первого «Ой», потому что второго у них не будет). За неделю я почти и не выходил никуда, и тут не только занятость виной. Дело в том, что «юридических» последствий для меня конфликт не имел, да и не мог иметь, если действует Закон Империи. А вот практически выходило довольно неприятно. Дело в том, что я попробовал побродить по станции, посмотреть, как и что и вообще. Интересно.

Но оказалось, что нормально по станции «вообще» не побродить, даже с экскурсоводом. Лекс Нитрил оказался «закреплён» за нами с Бронзовым, но уже в первые часы понял, что его вулканистское участие особо и не нужно: Эмик был более чем в норме, да и навесного оборудования куча и вообще. То есть вулканисту, закреплённому за нами «Приказом Префекта Милитум, подтвержденным Аббас Механум». Этот самый «Аббас» — это руководитель банды… ну в смысле группировки вулканистов в регионе, в нашем случае — в фирмоментуме. В общем, киборга закрепили, в теории ему даже работа найдётся — если мы начнём местных пугать, а местные пугаться откажутся. Вряд ли что-то опасное, но те же эмиттеры перегоревшие поменять, ещё что. В общем — Техническое Обслуживание, которым заниматься вулканисту и надлежит. Тогда как ежедневным уходом занимаются роботы, если Эмик их не шугает. А то у него тоже настроение пусть и не похоронное, но и не фонтан, так что рявкает на роботов, если не во время влезут.

Так вот, у Нитрила оказалось достаточно «свободного времени», к которому вулканисты относятся не слишком положительно: им бы гайки покрутить и занудно потрындеть. Завернуть «покрутить гайки» мы с Эмиком, как понятно, в текущий временной отрезок не могли. Но вот уши для трындежа я был готов предоставить, чем Лекс и воспользовался, проведя меня по техотсекам (естественно, не секретным), занудно и с гордостью описывая монструозные механизмы станции.

А вот с остальной частью станции оказались те самые «последствия». Злостные легионеры начали распускать про меня завиральные слухи. Не только насчёт моих сексуальных предпочтений, на которые нормальным людям, а не извращенцам, было пофиг. А на мнение извращенцев пофиг было уже мне. Но слухи, которые я в изобилии раскопал (после нескольких неприятных инцидентов) описывали меня как редкостного аристократического говнюка и заносчивого засранца. Которого синтохлебом не корми, а дай поглумиться-поунижать «честной народ». Вот прям смысл жизни такой, причём склочный мой характер, аристократичное положение и крючкотворское знание всяких «забытых Законов» дают мне возможность над этим самым честным народом глумиться невозбранно и безнаказанно.

На нескольких ресурсах я анонимно и не очень отписался, на тему что «забытые Законы» — законы Империи. Докапывались до меня, а «невинные труженики» кабака отрабатывают в техотсеках станции такое замечательное преступление как «лжесвидетельство против подданного Империи», а никак не «оскорбление аристократического достоинства». Реакция — нерадужная. Обзывались и всё время врали в ответ. Ну и вне сети — неприятно. Народ либо убегал, либо зыркал насупленно, сжимая кулачонки.

Не очень приятная атмосфера, особенно учитывая то, что симпатичные девушки (а были на станции) убегали от моей заинтересованной персоны, как от огня. До того, как я эту заинтересованность мог проявить, мда…

Нет, я очень к своим многочисленным супругам хорошо отношусь. И их обещание «блюсти верность» очень порадовало некоторые мои личностные составляющие. Впрочем, я точно знаю, что Веснушка жуткий фаллоимитатор, которым пугала меня в первую ночь (ну в смысле, уточняла, не понадобится ли, но пугала всё равно) не выкинула. Ну и вообще — за здоровье девчонок я более-менее спокоен, психическое и физическое. Но вот сам стал думать о хранении верности как-то… ну-у-у… В общем, если без привязанностей и всё такое — с девицей лучше. Я знаю, я проверял. А что девчонки не против — они меня заверили, причём неоднократно (хотя я и не спрашивал ни разу).

Так что от необременительной партнёрши для «сексуальной рекреации» без чувств-с и обязательств я не против. Но их не было, разбегались, так что установить на практике степень специализма не выходило. Но мало того — в лавки, кабаки и прочее лучше не заходить. До конфликта пока не доходило (хотя буду сновать — точно будет), но ощущение, как будто я тут всех оккупировал и глумлюсь в угоду своей злостной натуры.

Нет, если бы мне что-то на станции и её всяких там помещениях было НУЖНО — чхал бы я, бактериально и вирусно, на всякие зырки и «отношение общественности». Сами относятся — сами и виноваты, дурачьё!

Но дело в том, что именно «нужно» — мне ничего и не было. Даже специалистка для релаксации — это хотелка. Да и для себя оправдываться за не совсем честную, по отношению к девчонкам, позицию приходится постоянно… Ну в общем — проще годик потерпеть, до визита на Ульвеюл, уж как-нибудь справлюсь. А там — и Веснушка с Кудряшкой отучатся. И можно будет, ну пока я служу, супружеские смены устроить — право-то на «отряд и всякое такое» я имею, помещения есть. Будет у меня нормальная семейная жизнь, без глупостей и со всяким таким, ну и даже этаким — как же без него?

Это — неплохо, но вот текущая обстановка не радовала меня затворничеством. Эмик, губернатор и Нитрил — весь «круг общения». Причём Эмик — единственный приятный, остальные «чисто по делу». Губернатор — не самый приятный собеседник, хоть и благорасположенный. С типично «бронзовым» характером и схожими замашками, не обременённый достоинствами Эмика. Лекс Нитрил — вулканист, этим всё сказано. Использовать его в качестве источника информации можно и нужно, но как собеседник он на уровне сервисного дроида. Чисто вулканическое качество вулканистов, чем высокоранговее — тем хуже. Я проверял.

При этом, Императорис Гладиус, вообще-то, постоянно находится в движении. Будучи «Имперской столицей региона», он по этому самому региону Асинус Мунди находится в непрерывном движении. Проверка-собеседование со спиногрызами, поставка техники (по сути — скорее дар, потому что что-то взамен жопомировцы предложить не могли). Ну и всякое такое, вплоть до, как я понял, проверки на соответствие Имперским Законам.

Ну, например, «закрепление за землёй», как в истории описовалось — «крепостные» в Асинус Мунди были, более того, большинство населения было таковым. В общем-то, подобное и в Империи не исключение: каторжане, должники и всякое такое, «ограниченные в гражданских правах» существовали. Были неприятные моменты с трансистемными корпорациями — эти ребята любили «крепостить», точнее, загонять в долговое рабство поколениями, ещё не рождённых в том числе. Но Империя с этим боролась, вроде бы — достаточно успешно.

Но в Жопемира с этим боролись, причём не раз и ни разу не успешно. Так что статус-кво оставался «крепостническим». Но, при этом, именно рабства в Империи быть не могло. Вот вообще, принципиальный момент. И, соответственно, чиновники-ревизоры, в сопровождении бойцов Звёздного Легиона, осуществляли инспекции. Что, в свою очередь, было основным источником «силовых конфликтов» с местными. Всякие вожди возмущались, что им по наглым рабовладельческим лапам дают.

Так вот, Артемисия — фактически «жопный рай», на фоне остальной Жопымира в плане «соблюдения Имперских Законов», в рамках местных реалий. А вот на остальных планетах — намного хуже, со слов и данных Нитрила. И вот, к концу моей первой недели беспросветной службы, станция, постепенно наращивая скорость движения, покинула зону влияния гравитационного колодца Артемисии. И сиганула в гиперпространство, по направлению к системе Имад, с одноимённой обитаемой планетой. Проверить, как там подданные Империи поживают, ну и вообще.

Сам вход в подпространство был зрелищным и ощутимым. Ну, станция в разы побольше лайнера Космонавигации, которые сигали в подпространство вообще незаметно для пассажиров. Так ещё, помимо размеров, генераторы перехода — старьё. В общем, в момент перехода вся материя в фирмоментуме стала полупрозрачной, да ещё и светящейся зеленовато-изумрудным сиянием. Последнее было как раз вывертом местной топологии: смещение большинство «синего» в тёплый спектр. Что преобладание зелёного и давало: собственно, Артемисия была вполне себе «синей», обычной кислородно-водной планеты, но топологический выверт делал её и все планеты Асинус Мунди зелёными.

Ну и вход в гипер, соответственно, давал эффект вида «полуматериальности» с соответствующим местности оттенком. Довольно симпатично и занятно, почти на минуту этакое переливающееся изумрудное всё.

— Уродство какое, — бормотал Эмик, фонящий изумрудным светом энергопотерь после входа в подпространство. — Дурацкие аномалии, дурацкие законы… — бурчал он. — НО Я ПРРРРЕВОЗМОГУ! — грохнул Инвиктус, окутался полями и — превозмог.

Сменил цвет энергопотерь на типично-бронзовый, сине-голубой.

— Да, так тебе лучше, — признал я.

— А то! — надувался Бронзовый.

— Расскажешь? — заинтересовался я сутью процесса «выправления».

Точнее, «суть» — я и так понимал. Эмик полями «выправил» местные искажения, создав для себя персональный кусочек реальности без аномалий. Но вот детали и механизм действия — был любопытен.

— Подключайся, — снисходительно выдвинул ложемент Эмик.

И дюжину часов гиперперехода мы занимались «прикладной пограничной физикой» — не лишнее. А я ещё смутно надеялся на улучшение обстановки на станции. В смысле отношения ко мне — ну наврали эти уродские подпевалы Легата и прочие несимпатичные личности гадостей. Но если мне придётся «работать» — появятся очевидцы того, какой я замечательный тип. Ну и потихоньку появится какой-никакой круг общения. Большой мне и не нужен, я ещё с Белояра привык. Но несколько физиономий, с которыми можно просто ненапряжно потрепаться — точно не помешают.

А вот выход из гипера никаких внешних эффектов не нёс: фирмоментум просто появился на периферии системы и стал медленно, попыхивая двигателями, «падать» на звезду. Без попыхивания чуда бы не получилось: гравитационный колодец Имада был слишком удалён, так что без их работы станция легла бы на галактическую орбиту. Ну а я и Эмик стали с интересом вглядываться, что за часть Жопамирского региона перед нами. Ну и давала доступная нам по внутренней сети телеметрия станции такую картину: жёлтая (с типично-местным, зеленоватым оттенком) звезда. Три газовых гиганта, куча мелочёвки, а на орбите одного из гигантов — как раз обитаемая планета Имад. Судя по сводке, суточный цикл был совершенно запредельным, хотя и без сезонных колебаний: ось вращения была чётко девяносто градусов к звезде. Но вот обращение планеты-спутника вокруг своей оси, в сочетании с уходом за газовый гигант от звезды — давало совершенно бешеные перепады «свет-темнота». Притом, что имея шестидневный цикл обращения вокруг гиганта, планета ещё имела температурные колебания в плане «три дня тёплые день-ночь, три дня холодные ночь-ночь», ну примерно так.

А вот кроме этой запредельной (и довольно занятной, если тут не жить) цикличности «день-ночь», согласно имеющихся у нас данных, Имад ничем от прочих жопомировых планет и не отличался. Вожди, крепостные. Ну разве что местные, имадацкие вулканисты отличились: на планете они не жили, а обитали на спутнике-планетоиде Имада. То ещё запределье: спутник спутника спутника. Но жили и хрен бы с ними, гоняли на поверхность на своих диковатых, местно-эксклюзивных трансорбитальниках.

Ну а пока станция управляемо падала, местные чиновники и легионеры готовились к «десанту». Ревизионному, демографическому и даже вербовочному: часть уже взрослого населения изредка махали на своё крепостничество и прочие прелести, ну и вербовались в Легион или в разнорабочие станции. Что примечательно — некоторые из разнорабочих возвращались. Легионеры — нет, но тут общая политика Империи такая.

Короче — у экипажа, точнее его части, аврал. А мы с Эмиком проверили Жнец и Кистень, потрясли Нитрила на тему боезапаса.

— Стандартные активно-реактивные снаряды, потребной мощности и калибра, имеются: термобарические, осколочные, фугасные, тандемные. Сие арсеналы Императорис Гладиус содержат в должном количестве и может быть представлено без ограничений, по мере истощения боезапаса Машины Эниуса Эквиса, — прогудел киборг. — Типы боезапаса: высокотемпературно-термические, распада, молекулярно-резонансные…

— Почтенный Нитрил, с номенклатурой боеприпасов мы знакомы, — прервал я разошедшегося вулканиста. — Так всякие хитрые боеприпасы есть?

— Имеются в наличии, — покивал, не обидившись на перебивания, Лекс. — Но представлены в ваше распоряжение могут только при осуществлении конкретной миссии, с запросом. Либо куплены, — пожал он плечами. — Насколько мне известно, проще получить компенсацию потраченного в случае нужды, чем дозволение на получение потенциально потребного.

— Это «да», — прикинув, согласился я. — А почём?

— Ознакомьтесь, дукс Безмолвный.

В общем, нашли мы с Эмиком занятие — лазили в номенклатуре боезапаса «потребного калибра». И, кстати, вулканиста я перебил правильно, а то гундел бы он час. Но вот несколько типов боезапаса, типа «энергетического ударного ядра», были мне и Эмику незнакомы.

— Сие использовалось в войне против вулканопротивных Лапусов, — просветил нас Нитрил на вопрос. — Боеприпасы оказывали деструктивное воздействие на кристаллическую структуру техники и тел ксеносов. Но на данный момент не производятся для Звёздного Легиона и иных вооружённых сил.

— А с чего? — заинтересовался я, разглядывая ТТХ снарядов. — У него действие против укреплений — просто слюнки текут!

— Могу порекомендовать принять пищу либо посетить палаты болящих, если это не поможет.

— Зачем?

— От чрезмерного слюнотечения.

Вот киборг ехидный, блин! Чем-то никсовым потянуло, мысленно усмехнулся я.

— А всё-таки? — ровно уточнил я.

— Цена, дукс. Нерентабельно против простых укреплений. Хранение трудозатратно — на фирмоментуме не составляет труда, но в иных местах — бессмысленные траты сил и средств.

— Ясно.

— Понятно, — прогудел и Эмик. — Но нам может и пригодиться.

— М? — уточнил я.

— Местная фортификация, — не стал обзываться Инвиктус.

И в общем — был прав. Местные замки из несколькометровых каменюк были ого-го какие, их проще расплавить-взорвать в хлам, чем дыру проковырять. Обычным боезапасом, в смысле. Ну барионником можно, конечно, но вопрос обстановки и всякого такого. Так что, может, и пригодится, факт.

А через пару дней, уже после того, как внутрисистемники сутки сновали между фирмоментумом и Имадом, последовал вызов от Префекта Милитум. И я (да и Эмик) искренне рассчитывали, что это не приглашение на чашечку чая.

13. Снотворные кузнечики

— А, вот и вы, дукс, — поприветствовал меня губернатор Стефан в кабинете, который, в отличие моих прошлых визитов, явно был «рабочим».

По просторам кабинета сновали чиновники, легионные офицеры, секретари-секретарши, вулканисты и всякая прочая публика. Фигусы и берёзки были задвинуты к стенам, проекционный экран потолка выдавал не «вид на пустоту», а кучу всяких данных, графики-таблицы и подобное. И дядя Стёпа сидел не в уютном и небольшом рабочем месте, а в здоровенном троне-информационном терминале. Вокруг него копошились (и даже подпрыгивали) разные типы. В общем, картина показывала, что Префект Милитум не просто «для красоты», как всё выглядело до сих пор. Собственно, я сам подозревал, что Стефан тут хренью мается, но выходит, работа у него «сезонная», по мере прилетания к планете Жопымира.

— Приветствую, Префект Милитарум, — поклонился я, перекрикивая гул.

— Приветствую, приветствую. Похоже для вас нашлось дело, Мартий, просветите, — бросил он через плечо.

И ко мне подскочил некий чиновний тип, довольно молодой, схватил под руку и оттягал в сторонку. А то трафик движения был напряжённый, и моя персона неподалёку от трона создавала затор.

— Дукс Безмолвный, — быстро, хотя и не тараторя, заговорил он, разворачивая голо наручного терминала. — Инспекционная группа чиновников демографического управления, два вулканиста и центурия Легиона перестали выходить на связь.

— Это — не слишком хорошо, — констатировал я, на что Мартий, скорбно поджав губы, покивал. — Но важны детали. И место, ну и вообще.

— Понимаю. Извольте принять сопряжение, так приказ почтенного Префекта будет выполнен максимально скоро.

— Изволю, — согласился я.

А уже через сеть-браскомм, иногда приправляя голо, осыпал меня Мартий информацией. Итак, выходило, что десяток чиновников, пара вулканистов и сотня с лишним легионеров с техникой направились на стандартную инспекцию. То есть, собеседование с детьми, опрос «агентов», возможно — избирательное подключение местных к ИР с последующим сканированием. В общем — понятная работа. Трансорбитальник вылетел, шмякнулся неподалёку от дворца-городка одного из вождей, послал отчёт о прибытии… и всё. Более на связь никто из группы не выходил. Средствами внешнего наблюдения понять, что творится, не выходит: местный вождь не выходит на связь, трансорбитальник на земле… И всё.

Тут проблема именно в подлом орбитальном положении Имада, ну и величине фирмоментума. Дело в том, что станция просто не могла толком лечь на орбиту Имада — мешал Маут, газовый гигант, вокруг которого вращался Имад. То есть, если встать на орбиту Имада — в точке прохождения между гигантом и планетой Императорис Гладиус будет вынужден врубать двигатели на полную, только чтоб не плюхнуться в газовый гигант. В принципе — это возможно. Но нерационально, так что станция была на орбите именно Маута, синхронной с Имадом.

И все непонятки с «инспекционной группой» учились в момент, когда визуального наблюдения за ними не было. Ни со станции, не со снующих туда-сюда прочих трансорбитальников. В общем-то, конфликты — дело не редкое, как мимоходом сообщил Мартий, уже было не менее десятка. Но тут творится что-то непонятное, причём очень неудачно в плане наблюдения. Что Легион с бронетехникой перебит за час без криков связью о подмоге — никто не верит. Но слать «больше Легиона» для того, чтобы разобраться, дядя Степа посчитал нецелесообразным. Ну, раз у него есть такие полезные мы с Эмиком.

В общем — чего от нас надо, понятно и по описанию Мартия. И мне самому интересно, чего там за фигня, если честно. Но раз уж я это противное слово «пуньён», а по сути — порученец, то мне надо приказ какой-никакой на действия. А не рассказы секретаря.

— Ознакомились? — бегло поинтересовался Стефан на наши с Мартием подпрыгивания рядом с троном.

На что мы оба кивнули, мол да, я ознакомлен по самое не могу.

— Ну вот и хорошо. Дукс, поручаю вам десантироваться в Шлезер, — как назывался замок-город, ну и заодно — все владения местного вождя. — Выяснить причину отсутствия связи. Сопровождение?.. — не договорил он, но со скептическим вопросом поднял бровь.

Что, в общем, и верно: что бы местные ни начудили, уж подняться на ионниках и заорать «спасите-помогите» мы с Эмиком сможем. И у меня, признаться, отказывает воображение, придумать причину, по которой нам это понадобится. А оно у меня богатое, я проверял!

— Десант, установка судьба инспекции и охраны, — перечислил я под кивки губернатора. — Сопровождение излишне, на первичном этапе. Но эвакуацию мы провести не сможем…

— Само собой, дукс. Запросите связью, если понадобится. Над вами… — задумался он, — Штурмовик Гадюка, в верхних слоях атмосферы. Местные поделки не добьют, если что. А замок он за час сравняет с почвой. Штурмовик будет с вами на связи, да и как ретранслятор, если что.

— Приступаю? — уточнил я.

— Да, приступайте, дукс, — остранённо, уже явно занятый другими вопросами, озвучил губернатор.

А я поспешил к Эмику, по дороге прикидывая, какая часть в моём «приказе» — внутристанционные интриги? Я всякие уставы читал, тут на «пропадание центурии с бронетехникой», не говоря о всяких чиновниках, должны чуть ли не полпланеты разнести, мимоходом… Впрочем, с другой стороны, местные — всё-таки дикари. И станция тут тысячелетиями. И губернатор прекрасно понимает, что такое Инвиктус, тем более щитовик…

Ну в общем — непонятно, но исключать, что то, что нас отправляют — ещё и «щелчок» по Легиону, не выходит.

С Эмиком связался по пути, обрадовал «у нас дело».

— Явлю величие… хотя дурачью-какому-то! Но всё равно явлю, устал торчать в ангаре. Доберёмся своим ходом? — деловито уточнил Бронзовый.

— Думаю… да, своим, — окончательно решил я. — Смысла в трансорбитальнике нет, разнесут ещё его, вокруг нас. По крайней мере — не исключено, зенитки у местных есть.

— Нам — неважно! — важно прогудел Эмик.

— А мне пилота жалко, в смысле пилота трансорбитальника, — ответил я. — Да и просто посмотрим на планету, полетаем.

— Уговорил, — снизошёл Эмик. — Боеприпас у вулканиста закажем?

— А смысл есть?

— Да вроде бы — не особо, — признал Эмик.

— И я того же мнения, — озвучил я. — Справимся своим, потом возместим, да и время сэкономим. А если местные что-то уж совсем жуткое удумали — всё равно драпать на орбиту и звать подмогу. Так что в случае, если Жопамира повернётся к нам совсем уж жопой — надежда на щиты, а не боеприпас.

— Асинус — осёл или мул, — нейтрально уточнил Эмик. — Но и жопа, ладно уж, — хохотнул он. — И кто назвал звёздное скопление Жопой Мира?

— Проницательный человек, — не без веселья отметил я.

Связался с Нитрилом, тот подключился к установке на Эмика спаренного ионника — нам всё-таки немалое расстояние придется преодолеть, со спаренным лучше. И предложил, уже когда я поместился в ложемент, телегу. Ну в смысле, грузовой модуль, который доставит нас до ангара. И на этот раз телега была не как впервый раз — вполне себе тележная, на пару сотен тонн. И доставила нас до ангара за минуту — мне понравилось, да и Эмику.

— Я — доволен, — важно оповестил он.

Ну и врубили мы ионник сразу с палубы, покидая атмосферу и гравиполе станции. Отлетели от фирмоментума, сориентировались, ну и полетели к этому Шлезару. Сзади попыхивал дюзами опознавшаяся Гадюка… В смысле — штурмовик, прикидывающий занятие стационарной орбиты, ну и державший с нами связь. Правда, чисто техническую — то ли пилот неразговорчивый, то ли верящий в слухи дурачьё. Впрочем, нам с Эмиком с ним разговоры разговаривать тоже не особо было нужно. Мы разглядывали планету — зелёную такую и вообще. Впрочем, кроме цвета, планета от нормальных не отличалась. Океаны (зелёные), несколько материков, один из которых был нашей целью. А вот на станцию местных вулканистов-раскольников мы посмотрели с интересом. Эмик, правда, обозвал дурачьём, но вообще такой, стильный спутник, выполненный в виде шестерни. Так он ещё, судя по данным, с планеты виден: днём — чёрным шестерёночным пятном, а ночью — отражённым светом. Нет, ну может, и дурачьё, но стильно всё равно.

Но у нас не экскурсия, а дело, так что окутались мы полями и вошли в атмосферу. И шмякнулись, через десяток минут, к здоровенному, с открытой аппарелью, трансорбитальнику. Рядом с ним стоял замок-город, с одиноким высоким каменным шпилем, из лютейших булыжников. Что наглядно показывало, что дикари-дикарями, а технологии вполне имперские, даже гражданские. Что военные есть — видно было не наглядно, а сенсорами: всякие турели и прочая пакость, даже полевое укрепление стен.

— И нет никого, — констатировал я заглядывая в аппарель. — И пилотов нет.

— Мне непонятно — с чего нет следов боя, — прогудел Эмик. — И эти, — отчётливо обозначил мыслепосылом обитателей замка, — не откликаются.

— Ну и сами себе злобное дурачьё, — заключил я. — Пойдём, посмотрим, что там и как.

— Активирую щиты, — согласился Эмик.

Подтопали мы к воротам из сплава, с полевым укреплением. Постучали сначала кулаком — без результата. Потом ногой, с ощутимым грохотом. Тут результат был: высунулись лучевые турели, пыхнули и… были нахрен снесены кистенём в секунду. Не все, как понятно, а непосредственно угрожающие нам перед воротами.

— А чего это ты про них не орёшь? — поинтересовался я у Эмика.

— А они такое дурачьё, что на них даже орать не охота, — признался Эмик. — Вскрываем ворота.

— Угу, — согласился я.

Воткнули Кистень в створку ворот, стали «вести» линию. Толстые, заразы, кстати говоря — еле длины Кистеня хватало. И полевое укрепление, хорошее. Впрочем, Бронзовый через секунду подключил эмиттеры, и Кистень пошёл пошустрее. Режем мы проход, и тут открывается внизу ворот калитка. А оттуда вываливается десяток типов. Довольно занятно выглядящих. Ну, во-первых, типы были в броне, и вправду карикатурно напоминавшей нашу. Но это только во-первых. Во-вторых, они были в каких-то… странных экзоскелетах, причём поверх брони. Четырёхногих, трансформируемых таких. Насколько я понимаю, имеющих возможность выполнять роль транспортного опорного шасси, что-то типа аналога лошадей. Но на данный момент используемых как этакие ходули-прыгалки. Эти местные прыгали, метров на пять и по нам… стреляли. Какой-то хренью, на которую Эмик хмыкнул снисходительно — ну смешно, броню Инвиктуса ковырять ручным оружием. Про щиты можно даже не говорить.

Я сам думал хмыкнуть и тут…

— Эмик… голова тяжёлая… засыпаю!!! — практически проорал я, борясь с навалившейся апатией и сонливостью.

— Принял. Делаю, — очень деловито ответил Инвиктус, а через секунду меня отпустило.

А местные кузнечики в доспехах живописно разукрасили металло-кровавыми кляксами стены и ворота. Как я понял, Эмик врубил щиты на полную, ну и просто размазал прыгунов со снотворным о замок.

— Это… да, спасибо, — поправился я. — Но что это было?

— Не знаю, Гален. Я отсёк вообще по всему спектру воздействий. Помогло. Но с чего твои показатели упали — сам не понимаю, — довольно напряжённо ответил Эмик.

— Да уж, видно, что-то местные вулканисты намудрили, — передёрнул я плечами. — Совсем ничего?

— Сам смотри показания, — обидчиво буркнул Бронзовый.

Ну обиды-обидами, а посмотреть надо. И вправду — вот вообще ничего не фиксировали сенсоры! Ну, кроме электромагнитного поля активируемых стрелял, когда они тратили энергию. А что за воздействие — непонятно вообще. И как оно стандартное поле проходило — на меня воздействие было! — тоже непонятно.

— Так, что с экипажем трансорбитальника — понятно…

— Какой у меня у-у-умный пилот! — ехидничал Бронзовый.

— Да, с этим тебе повезло, — согласился я. — Щиты на полную — это воздействие держат. Так, вызываю эвакуатор, но разбираться, похоже, придётся нам. И побыстрее…

— ПОР-Р-РУШИМ…

— Эмик.

— Занудный Гален!

— У нас задачи погребать экспедицию под руинами нет, — напомнил я.

— Вот и говорю — занудный! Ладно, пойдём искать это дурачьё, если ещё живы.

С этими словами Бронзовый пнул прорезанные куски ворот, которые улетели внутрь крепости. И на кого-то там попали, есть у меня смутная надежда — что не на своих. А я отправил запрос на медиков-техников на эвакуаторе, ну и примерно диспозицию описал, чтоб дуром не совались. Ну и потопали мы внутрь, благо центральный коридор позволял.

Что под куском ворот было — непонятно, но несколько мин местные подорвали, из каких-то вычурных танков по нам постреляли. Убились об нас в общем, дурачьё. А мы дотопали до залы, метров двести диаметром, где стояла легионерская бронетехника, ну и валялись вповалку пара сотен человек — как раз экспедиция. Пара вулканистов тоже валялись, все вырубленные, техника без водителей-пилотов.

— Ждём, наверное, — задумался я, но тут в щит влетел выстрел из какого-то термического метателя. Нам пофиг, а вот несколькие лежащих (и, вроде живых!) тел спалило!

— Сами напросились, — скрипнул я зубом.

— ПОЗНАЙТЕ ГНЕВ ЭНИУСА ЭКВИСА!!! — наконец-то рявкнул Эмик, сдёргивая Жнеца.

Ну и стали мы поливать мы огнём коридор и доступные отнорки. Что-то там рвануло, явно посильнее наших снарядов, но туда и дорога. И наступила тишина, хотя мы развернули телеметрию на полную, готовые стрелять. Но было не в кого, а через полчаса в коридор по нашему пеленгу стали заскакивать легионеры и вулканисты, в тяжёлых скафандрах высшей защиты. Подхватывали уцелевших, вывозили технику. Ну и вообще — захватывали этот замок. Мы потопали на выход, Эмик начал было ворчать, что мы «сами бы всё разнесли».

— А смысл? Тут какая-то непонятная технология, да и преступников надо судить Имперским Правосудием. Более результативно. Ну и невинные в этом замке есть — те же крепостные.

— Уговорил, занудный Гален. Всё равно неплохо размялись, — потянулся Эмик.

— Ну да, только мне интересно, что это за «усыплятор» у местных.

— Да, поле от него подобрать не помешает, — признал Эмик. — И сенсоры, его обнаруживающие — тоже.

— Именно.

В общем, стали мы ждать в сторонке, пока вытащенных и всё так же бессознательных легионеров и инспекторов заносят в их же трансорбитальник вместе с техникой. Он был цел и не повреждён.

Ну и выгоняют из замка кучу народа, в основном — невзрачного и забитого вида. Как я понимаю вытащить решили вообще всех и всё, потому что через час ко мне обратился каналом центурион из «спасателей»:

— Дукс, уничтожить здание ваша машина сможет?

— НЕ СМЕЙ СОМНЕВАТЬСЯ В МОЕЙ МОЩИ, ЦЕНТУРИОН! — рявкнул Эмик.

— Сможет, — подтвердил я. — Но нерационально, если разрушать — то над нами Гадюка с полным боезапасом.

— Да, как-то не подумал, — признал центурион. — Не привык к орбитальной поддержке, — слегка растерянно протянул он, но тут же собрался. — В таком случае посылаю запрос, отойдите из зоны поражения!

В боевой чат через полминуты упало отображение этой самой «зоны». А я уточнил, раз уж связь есть.

— А там больше никого?

— Никого. Всех местных мы плен… задерживаем для разбирательства. Технику всех видов захватили, а сам замок станет наглядным примером.

Ну, может, и разумно, не стал я высказывать свои мудрые мысли. В общем, через три минуты на замок обрушились термические ракеты, оставившие от здания расплавленное каменное озеро. А мы с Эмиком, да и пара трансорбитальников чесали к фирмоментуму. Как-то быстро, вроде и по-дурацки, но вообще — нормально и как нужно получилось. Ну, в смысле мы выполнили то, что нужно, всё сделано, как надо, так что и хорошо. И интересно, чего это там местные намудрили.

14. Болотные гении

До фирмоментума добрались без приключений и даже не толкались на входе: огромный он, всё-таки, даже открытых огромных ангаров, причём активных и принимающих-выпускающих корабли, в нём до чёрта. Эмик с ощутимым удовольствием оседлал телегу (вот готов поспорить, дай он себе волю — катался бы по техкоридорам часами, распугивая бронзовыми воплями дроидов и невинных вулканистов с техниками), добрались до ангара. А вот тут возникла некоторая… да нет, не проблема, скорее нетипичная ситуация.

Дело в том, что большинство Инвиктусов социально пассивны. С определенными нюансами, но в целом — так. Со всеми, кроме своего пилота, общаются односложно, к жизни интереса не проявляют и всякое такое. Некая общая ситуация, особенность ИЛ для Инвиктусов, статистическая реальность. Но Бронзовый — он Бронзовый и есть. В силу своего характера, который далеко не только «орать во всё, что под орало подвернётся!» Эмик — Инвиктус любознательный, социально активный и вообще — довольно близок к человеку в этом плане. Частично сформирован таким до меня, но и моё… Ну, влияние, наверное, тоже есть. По крайней мере, при общении признаки наблюдались.

Как пусть комичный, но вполне наглядный пример — та самая свадебная бочка с лубрикантом. Это, конечно, смешно и всё такое. Вот только «среднему Инвиктусу по Империи» просто не придёт в голову подключатся к сети, выясняя, чем и как занимаются люди в браке в деталях. Чтобы понять, что имеются «части, подвергающиеся нагрузке трению», хе-хе. Про завуалированный шантаж вулканиста, чтобы он мне сделал соответствующую смазку, ну и про украшение Великой Бочки Любви всякими узорами, что Эмик сотворил собственными манипуляторами — можно даже не говорить. Это вот совсем не типично для Инвиктусов.

А он сделал, что не «ненормально», но ненормально для Инвиктусов. И очень ярко демонстрирует его отличие, любопытство и ту самую «социальную активность».

Соответственно, возникал такой момент, что Эмику… Интересно, что творится. Почему и зачем, хотя сам он бурчал «Дурачьё!» в адрес всех, кого можно, и грозился заняться делами. Но при этом — любопытство в синергии прекрасно чувствовалось. И, в рамках взаимопонимания и хороших взаимоотношений с Инвиктусом, мне было совершенно не лишним это любопытство удовлетворить. Но мы не на Ульвеюле, где я мог простым приказом Родовому вычислителю приказать организовать моему Инвиктусу информационный канал. Так-то, вроде как, технически вообще никаких сложностей. если бы не то, что Императорис Гладиус — военная Имперская станция, с протоколами и всяким таким. В общем, для решения вопроса я решил подключить Нитрила, алчно потирающего манипуляторы при нашем появлении. По работе соскучился, вулканист такой.

— Сопрячь канал связи Инвиктуса с вашим браскоммом, дукс? — прогудел он на моё обращение.

Эмик, тихонько пурумпкающий себе под нос марш, обслуживаемый роботами, пурумпкать перестал. Если бы у него были уши — можно было бы сказать «навострил» их. Но ушей у Инвиктуса конструкционно не предполагалось, так что навострил он сенсоры.

— Скорее — внешний механизм, способный сопрягаться с браскоммом, почтенный Нитрил, — уточнил я.

Тут дело было вот в чём: я вот над Себастьяном в своё время потешался, как и над СБ Сидороффых. Ну в плане: связь только «вне Академии» и всё такое. Ну пальцем, конечно, в приятеля не тыкал и вслух не ржал. Да и внутренне не ржал, но улыбался. А вот как прошёл курсы Диверсионной Работы, да и Родом своим обзавёлся, с атрибутами типа волчьего жезла — сразу стало не до смеха. И не до улыбок. Дело в том, что помимо Имперских служб, которые, в общем-то, куда угодно влезут (и даже без бочки лубриканта!), есть взломщики, враги и недоброжелатели Рода, а то и просто идейные гады. Которые гадят идейно, но обгаженным от этого не легче. И все эти неприятные личности вполне могут попробовать в канал связи, в условиях его ограниченности на Имперской территории, влезть. Просто выходит так, причём не от гадства, а от архитектуры защитных программ и протоколов безопасности. То есть, имперские программы к каналу не лезут, но дают ему «выделенный канал», при этом — его не защищают. А если бы защищали — поднялся бы вой, что «лезут».

Так вот, выходит что приватный и закриптованный канал Родовой связи на имперской территории получается уязвим. В месте без «пристального контроля» основная защита в том, что чёрта с два его вообще обнаружишь: распределённыые сигналы, в куче других сигналов. А в Академии, на территории Департаментов, Баз и всякого такого — канал как на ладони. Ну или близко к тому. И предположительные зложелатели могут начать подбирать ключик к системе криптографирования. Могут не подобрать, а могут и подобрать, как понятно.

В общем — соединяться «напрямую» просто опасно, для меня и для Рода. Риск в Жопемира не очень велик… но всё равно, а ну его нафиг! И заказал я у вулканиста, по сути, рацию. Чисто на внутренней связи фирмоментума, его протоколами защищённую, к которой уже буду подключаться. А вторую — либо просто в ложемент Эмику кинуть, либо как приставку присоединить к центру связи.

— Нечего мне ложемент всякой дрянью захламлять! — провозгласил Бронзовый. — Там ты и так временами валяешься! — бронзовел Эмик. — Но я — не против, — важно озвучил он, явно внутренне довольный.

Ну и сложного для вулканиста ничего не было. Он к протоколам и всему такому допущен автоматически, так что за полчаса соорудил нам с Эмиком рации. И от платы отказался, махнув манипулятором.

— Излишне, сие не было затратно ни по трудам, ни по ресурсам. Однако я заинтересован.

— Чем же, почтенный Нитрил? — уточнил я.

— В данных, представленных мне Орденом, которые, несомненно, полны, описывалась некоторая естественная отчуждённость Инвиктусов. А в вашем случае… — развёл он манипуляторами.

Ну и объяснил я, что Бронзовый — Инвиктус уникальный и всё такое. «Уникальный и всё такое» Инвиктус в процессе беседы шесть раз обозвался «дурачьём», четыре «дурацким», три — «недоученным». И один раз прогудел «ну ладно». Я считал.

В общем, ангар я покидал уже «на связи», причём Эмик проявлял невиданную деликатность: просто слушал, не орал и вообще был молодцом. Дотопал до кабинета Префекта Милитум, доложился дяде Стёпе. Он как бы мой непосредственный начальник, и всякие там традиции и уставы мне ему докладываться велят. На доклад Стефан только кивнул одобрительно: несмотря на инцидент, в котором я поучаствовал, на Имаде была работа, типичная для фирмоментума, и один инцидент её не отменял. Торчать и мешать своим присутствием я не стал, а потопал к себе в покои.

Ну в со следующего дня стал теребить Нитрила (не в курсе, дукс, не моя зона ответственности), центуриона, которого я запомнил (да вы св… не совсем в курсе. Я-то откуда знаю, дукс⁈) и… Всё. Больше мне теребить было некого, в зоне доступности. Тут созданная сволочным Легатом и его прихлебалами репутация сказалась. Так что «что за фигня была» мы с Эмиком поняли только через неделю, да и то — толком не поняли ни черта.

А именно, фирмоментум закончил свои дела у Имада, лёг на разгонную траекторию. Губернатор вызвал своего пиньона, в моем лице, на перекусить-переговорить и, наконец-то, я нашёл того, кто может ответить на вопросы.

— Ничего не выяснили, герцог, — блаженно щурясь, протянул Стефан. — Не местные вулканисты — точно, миссию к ним направляли. Какой-то самородок из местных, очевидно.

— Так были же образцы…

— Невосстановимо повреждённые, по докладам технической службы.

— А вождь…

— А его вы, герцег, с семейством прихлопнули дверью, — захихикал Стефан. — Вы не подумайте, я вас не укоряю: вы с вашей машиной образцово и похвально выполнили моё поручение, с минимальными жертвами. Что отражено в вашем деле и благотворно скажется на службе, — многозначительно покивал Префект.

Это, кстати, очень даже неплохо. Ну, вряд ли дядя Стёпа врёт — я с ним чаи гоняю, его истории слушаю, так что врать не будет. А «отражённое в деле» образцовое и похвальное участие в боевых действиях — это и к отпуску в будущем плюс. И к сроку выслуги — минус, не годы, но месяцы, что приятно.

Но вот то, что с «усыплятором» ни черта не ясно… А вот не знаю, честно говоря. Эмик пропищал мне на ухо через рацию «дурацкий губернатор и дурачьё!» — а вот я не уверен… Точнее — мне тоже не нравится, что ситуацию с излучателями, чуть не стоившую жизни центурии, да и пилоту с Инвиктусом, спустили «на тормозах». Но, при этом, вид «некомпетентного дурачья» Стефан не имел. А имел он скорее наоборот. Губернатурствует он на просторах Жопымира уже не первое десятилетие, да и в компетентности вулканистов у меня причин сомневаться нет. ПОКА нет, как минимум. Не говоря о том, что посмотрев на мою не слишком довольную физиономию, дядька хмыкнул, да и стал рассказывать… были. Я сначала подумал было, что байки. Но эти «байки» сопровождались демонстрируемыми голо и записями. Не в качестве «доказательства», а как «диковины».

И получалось, что моё отношения к Асинус Мунди и окрестностям, как к «застойному болоту и Жопемира, как она есть» — в целом верно. С точки зрения пилота Инвиктуса, которому тут, в общем-то, реально особо нечего делать. И то — «почти» нечего, что и текущий прецедент показал, да и парочка продемонстрированных Стефаном голо подтвердило, что «почти».

Дело в том, что местные дикари именно дикарями не были. Я вот постоянно себе это напоминал и сбивался, а по факту так. И с завидной периодичностью местные вожди набирали всяких мудрил, разработчиков и всякое такое. И эти мудрилы и всякое такое намудриливали, что хоть стой, хоть падай. От термоядерного оружия, владение которого всеми, кроме Имперской Аристократии и Империи, просто запрещено Законом. До биологических, бактериологических, да вообще — чёрт знает каких экспериментов. Какие-то люди-химеры, сильные, быстрые, живучие. Порвавшие несколько десятков легионеров в тяжёлой броне, голыми… скорее лапами, чем руками. Банальные боевые вирусы и бактерии. И, как апофеоз — поделка консолидации нескольких местных вождей и местных же вулканистов. Эти охреневшие самоделкины на основе ядерного реактора, сверхчистых драгоценных камней и сумрачного зелёного то ли гения, то ли бреда, создали лютую лучевую пушку. В каком-то убогом подобии Инвиктуса в качестве шасси, но понятно, что Инвиктусом там и не пахло. Просто механизм антропоморфного вида, над которым можно было бы посмеяться, если бы не эта лучевая пушка.

Которая за полминуты работы, прежде чем часть материка, на котором стояла эта пушка, скрылась при обороте планеты… Прорезала броню Фирмоментума Империаторис Гладиус! Только внешнюю, но сам факт! И броню, и щиты прошла, не заметив!

Без шуток прорезала. Правда, побочки в виде огромных областей повышенной ионизации, массовых смертей от лучевых болезней и всякого такого — прилагались. При этом, эти долбанутые самоделкины чуть ли не в слизь от своего творения растеклись, легионеры разве что заунывный вопль «умира-а-а-аю!» услышали от обезображенных лучевыми ожогами кусков мяса. Ну, когда прилетели «захватывать и карать».

Такая, впечатляющая история, правда дядя Степа не учитывал одну ма-а-аленькую деталь. А точнее — махнул на неё рукой. И вот что неприятно: в случае с лютой пухалой, химерами и прочими выпердашами жопомирского «гения» всё было понятно, очевидно и объяснимо. То есть, генетическая инженерия в запрещённой Имперскими законами степени. Или просто самоубийственные механизмы, выдающие на пике уникальные боевые показатели, но ещё при добыче трансуранидов стоившие тысяч жизней. И чуть не угробившие нахрен биосферу планеты: были у этой пушки шансы загадить всё до невосстановимости излучением и изотопами. Но даже пушка — по сути, рентгеновский лазер, только не в пустоте, а на планете. Известная и используемая в Империи тысячелетиями технология.

А вот «усыпятор» из этого выбивался, как минимум тем, что он «проходил» базовые защитные поля Эмика. И не фиксировался сенсорами вообще. О чём я, поохав и поахав (ну и послушав, как Эмик негромко обзывает всех, хотя слушал он с интересом) губернатору и сообщил.

— Хм, — задумался Стефан. — Я как-то не вникал, думал какая-то модификация парализатора. Излишне мощная, проходящая защиту легионерской брони… Говорите, герцог, прошло стандартную броню Инвиктуса? Я не специалист, — задумался он, явно проверяя информацию браскоммом, — но это возможно, насколько я понимаю.

— Вы понимаете верно, уважаемый Префект. Но неправильно.

— Поясните, дукс.

— Поясняю: Эниус Эквис обладает уникальными щитами, — «я вообще — уникальный и Величайший Инвиктус Империи» — дополнило бронзовое шептало лично для меня, — и «стандарт» для него — порядково превосходит стандартные щиты Инвиктуса.

— Да?

— Да!

— Тогда не откажетесь передать часть техинформации специалистам фирмоментума? Понимаю, Родовые секреты, но… — извиняюще развёл дядька руками.

— Часть — безусловно, не откажусь, — ответил я.

И передал, хотя часов шесть с Эмиком обсуждали, что стоит, что не стоит говорить. Так-то тот же Нитрил обладает почти полной «картой», как обслуживающий Инвиктус. Но тут… сложно тут, клятвы, обязательства и всякое такое. В общем, по Закону Империи и принципам Благородных Домов Империи, да и уставу Ордена Вулкано огласить узнанное он имеет право в очень ограниченных рамках, в определённых условиях. В общем — правильно, потому что многие родовые аристократы предпочли бы угробиться, чем раскрыть «лишние» параметры Инвиктуса. Дурачьё, вообще-то, но так примерно выходило.

И нам приходилось разбираться с тем, что говорить и в какой степени. Но справились — мы с Эмиком довольно продуктивны, если нужно. И добились только того, что несколько вулканистов и чиновников озадаченно чесали затылки. В стиле «Чудо чудное, диво дивное! Ни хрена не понятно, очень интересно! Но вы же, дукс, всё изволили расхреначить в труху, так что ничего и не поймём».

— Дурачьё! — гневался Бронзовый при личной беседе.

— Ну… ты прав…

— Я ВСЕГДА прав, дурацкий Гален!

— Если, конечно, не ошибаешься.

— ДА!.. Вот вредный пилот…

— На самом вредном Инвиктусе Империи, — отметил я. — Эмик, насколько я понимаю — сделать никто ничего не может. Следы мы и вправду качественно раздолбали. Вождь, дружина и семья — мертвы.

— Крепостных этих бы допросили!

— Фирмоментум не вернётся к Имаду, и ты это понимаешь.

— Дурачьё потому что!

— Я потому и говорю, что ты прав. Хотя, может, и не во всём… и не кричи. Дай договорить!

— Говори уж.

— Если эти усыпляторы — придумка какого-то гениального безумца, бывшая только в этом замке — то какая нам разница?

— А если нет⁈

— А если нет — мы с подобным столкнёмся, — развёл я руками.

— Все недоумки, — бурчал Эмик. — Но щиты буду держать на максимуме!

— Сам хотел об этом попросить…

— Дурацкий Гален! О таком не надо просить! Самый Великий Инвиктус Империи Эниус Эквис и сам всё прекрасно понимает!

В общем, стали мы просто ждать. Императорис Гладиус разгонялся, я общался с Мари на Ульвеюле сеткой и ждал, когда Веснушка с Кудряшкой доберутся до Академии. И просто с ними поговорить хотелось, и данные от Веснушки. Ну и вообще — скучал. И очень жалел что они не рядом, потому что… Ну и всякого, и этакого, и понятно в общем. Но — потерплю, я терпеливый.

Станция прыгнула к следующей обитаемой системе Жопымира (такой же зелёной, как всё тут), приблизилась к планете и занялась привычной инспекцией. Мы с Эмиком ждали, я бегал, интересовался — и ничего. Никаких пакостей, гадостей и усыпляторов. Нет, конфликты были, даже с жертвами среди легионеров. Но это выходило довольно типичным для фирмоментума, а уж непонятного не было вообще ничего. И Хло с Арви до Академии добрались, так что я от ожидания неприятностей перешёл к сетевому общению. И с трудом стал себя одёргивать — а то девчонкам не поспать толком, они же ещё и учатся.

В общем, к следующей планете фирмоментум прыгал, везя наобщавшегося и изучающего присланное Хлоей меня. И изучающего присланное Эмика, хоть он и не наобщался. Но привет от Хло и Арви я передал — они передавали. Так, изучая и прерываясь на связь, мы добрались до орбиты планеты Схима, не особо обращая внимание на окружающее.

15. Бронзовая «мешочница»

Фирмоментум сутки болтался на орбите Схимы, за обстановкой мы не следили. У нас с Эмиком были дела и без того: изучение, моделирование, тренировки в ИР — хотя бы на моделях. Дел хватало, а смотреть на бесконечную череду снующих от станции к планете челноков меня ещё на прошлой планете достало. Но тут последовал вызов от Префекта, прервав наше моделирование «условно-двухмерного щита». Раз непосредственный начальник зовёт — надо идти, принял взвешенное решение я.

— А вы не в курсе, творится что на планете, почтенный Нитрил? — по пути уточнил я у копошащегося в ангаре по каким-то делам вулканиста.

— Не имею данных, почтенный дукс, не в моей компетенции.

Ну ладно, всё равно скоро узнаю. Но уже на подходе к приёмной я если и не забеспокоился, то собрался: количество легионеров высоких званий и всяких военных же посыльных было непривычно большим. То есть чиновников и вулканистов на беглый взгляд и не разглядеть, хотя было их не меньше, а больше моих прошлых визитов. То есть натуральная толпа, причём — военной направленности. И это к… ну может, и к лучшему, а может, и нет. Разберёмся, в общем, встряхнулся я, топая в кабинет. А в кабинете, помимо толпы народа у стен, по центру стоял проекционный стол. Вокруг него был Префект, сволочной Легат, Адмирал-Префектус Военно-Космического флота на станции. Ну в смысле, сама станция, в силу величины и прочего, была не «военно-космическим объектом», а именно «жилым пространством», с губернатором и всякое такое. Ну а Адмирал, как и Легат или настоятель Ордена на Императорис Гладиус — просто начальниками направлений, скажем так.

Так вот, эта четвёрка, ещё пара каких-то непредставленных и даже внешне незнакомых типов пялились в здоровенную голограмму планеты над столом и совещались. О чём — я по мере приближения стал догадываться.

— …слать на смерть — не намерен! — противно скрипел Легат. — Либо у нас будет защита, что ВАШЕ дело, ректор Мобилус, — тыкнул он пальцем в вулканиста. — Либо вы, — тыкнул он пальцем в Адмирала, — бомбардируйте бунтовщиков!

— Отправив на смерть пребывающих на планете чиновников и легионеров, — саркастично отозвался флотский, подкручивая адмиральский ус.

— ЕСЛИ они ещё живы, в чём я сильно сомневаюсь! — буркнул Легат.

— Защита невозможна без понимания принципов атаки, — механически прогудел настоятель. — Предоставьте образец вооружения и ожидайте результатов познания.

— У нас НЕТ…

— Хватит! — прервал Легата Префект. — Сложности мы все понимаем. И слать «на смерть» легионеров я также нахожу нецелесообразным. Как и подвергать бомбардировке Имперский Обитаемый Мир! Нужны вам образцы⁈ — уставился он на настоятеля.

— Точно так, образцы, эксперименты, замеры…

— Отлично! Пуньён дукс Безмолвный, — уставился на меня собранный Префект.

Вот при всех его недостатках, которых явно было немало, сейчас видно — военный губернатор, а не что-то там. Ну и я слегка поклонился, как положено. Все, кроме Легата, на меня уставились нейтрально-с интересом. Легат же — как будто себя в зеркало увидел. Я вот такую же рожу скорчил, если бы его противный мордас с выпученными глазами в зеркале обнаружил.

— Для вас есть задние. Вы… — задумался он, явно сверяясь с браскоммом. — Не в курсе положения на Схиме, — утверждающе, а не вопросительно озвучил он.

— Не в курсе, — подтвердил я.

— Не вдаваясь в детали, мы столкнулись с сопротивлением. Всего населения планеты, только правящих групп — неизвестно. Техника и легионеры не справляются, связь утеряна, есть основания предполагать, что мы столкнулись с тем же оружием, что и на Имаде. Вы докладывали, что ваш Инвиктус проецирует поле защищающее от воздействия.

— Проецирует. Как я понимаю — нужно захватить образец вооружения для изучения. Попытки высадки — провалились, вне зависимости от типа и вида сил десанта, — на что Легат скривился совсем непотребно, напоминая уже не человека, а старого сморщенного грифа. — Авиация — доступна, но для захвата образцов не годится…

— Не вполне так, Дукс, — помотал головой адмирал. — Мятежники обладают ракетными и лучевыми зенитными орудиями. Не слишком совершенными, но действия атмосферной авиации также ограничены.

— В любом случае — захват образцов надлежит осуществить мне? — уточнил я, вопросительно смотря на дядю Стёпу.

— Вы правильно понимаете, дукс. Когда сможете отправиться?

А вот на это поморщились все присутствующие — ну, всё же Стефан больше чиновник, непосредственно распоряжения в бою не отдаёт, насколько я понимаю.

— Нужна техника и информация, Префектум Милитум! — гаркнул я. — До этого ответить на ваш вопрос не могу.

— А какая? — скорее заинтересовался, чем нахмурился он.

— Эниус Эквис — боевая платформа, оснащённая мощным оружием.

— Да, я в курсе достоинств вашей прекрасной машины…

— Нам образцы нужны, или салат из мятежников с металлом? — по-простецки поинтересовался я.

— Хм, понял. Ректор Мобилус?

— Внимаю, дукс, — обратился ко мне вулканист.

— Что-то парализующее, — озвучил я. — Местные в броне?

— Судя по доступному нам с камер авиации — да, в броне, — прогудел настоятель. — Башенный парализатор для подавления беспорядков?

— Прекрасная идея, почтенный Мобилус, но «нет».

— Пояснение?

— Защитное поле непроницаемо. В силу неизвестности воздействия…

— Доступно. Ожидайте, — прогудел он.

Ожидать долго не пришлось — через десяток минут возмущённый Эмик гундел по связи, что в его ангар притащили «противную уродливую черепаху», и что все — дурачьё.

— В ангар вашей машины доставлен башенный парализатор с автономным управлением. Вам надлежит, дукс, поместить его вне зоны действия ваших полей, дождаться повержения противников и забрать образец. Вам доступно?

— Доступно. Противник разрушить турель сможет?

— Это… возможно. Малокалиберная артиллерия?

— Как запасной вариант, желательно — тоже автономный, но чтобы мы могли это добро доставить.

— Сие ясно. Будет в вашем распоряжении через пять минут.

— Вам этого хватит, дукс? — уточнил дядя Стёпа.

— Ещё бы знать «куда», — уточнил я. — Лучше — в поле где-нибудь, где эти «усыпляторы» точно есть, а работать турелям будет удобно.

Так что ещё некоторое время потратили на согласование каналов получения информации и всякое такое. Как выяснилось — адмирал несколько преуменьшил опасность зениток мятежников. В атмосфере штурмовики сбивали к чёрту, над жилыми постройками уж точно. Вне атмосферы — было полегче, но тоже «постреливали», уже лучевиками. И хорошо, что не такими «ядерно-монструозными», как рассказывал дядя Стёпа. В общем, выходила картина, что Фирмоментуму просто нечем «приводить к покорности». Разнести нахер — не проблема, а вот захватить и привести в чувство — просто нечем. И на планете почти десяток тысяч легионеров и чиновников, не считая боевой техники. Причём последняя содержала протоколы самоуничтожения, но пока не активировала. Что, в общем, более чем понятно: она ой какая не дешёвая, но главное — неизвестна судьба сил на планете. А предлагать «разнести всё нахер» на данный момент хватало воображения только у Легата.

Ну и потопал я из кабинета, подхваченный секретарём. Этот дядька доставил меня до ангара на индивидуальной платформе на магнитной подушке меньше, чем за минуту. И надо бы из дяди Стёпы такую же выклянчить, но уже после нашего победоносного похода за «образцами».

— Гален, полюбуйся, что сотворило это дурачьё! — страдающее проревел Эмик при моём появлении, обвинительно тыча манипулятором в Нитрила и пару каких-то незнакомых вулканистов.

Что Нитрил, что его собратья по ордену на тыканье отреагировали свойственно вулканистам. Ну то есть никак. А вот Эмик… Ну… хех, главное — вслух не заржать! Дело в том, что три башенных турели на рычажных опорах закрепили на торс Инвиктуса. И теперь его Бронзовое Зазнайство напоминало… бабку с баулами на рынке Белояра. Были такие специальные бабки, я даже подозревал их в некоей трансгуманности: ну, пожилая женщина, скрюченная возрастом. Так эта «старая-больная» пёрла сумищи больше неё весом! Чуть не прибивая ими окружающих, как заклинание, твердя про «уважение к старшим» и прочее такое!

Впрочем, загадка трансгуманных бабок была мной не решена, да и чёрт с ними, пока они подальше от меня держатся. Но три башенные турели, налепленные на Бронзового — делали его ОЧЕНЬ похожим на одну из них.

— Это нужно для дела, Эмик. Ты сам всё слышал, — с сочувственной физиономией озвучил я.

— Дурацкий Гален! Дурацкие вулканисты! — страдал Эмик, потом рывком открыл ложемент. — ПОЛЕЗАЙ В ЛОЖЕМЕНТ, ПИЛОТ!!! — заревел он.

— Лезу, лезу, — полез я в ложемент.

Стартовали со станции, лежащей на сверхвысокой орбите планеты. Кстати, даже с нашего места глазом было заметно «копошение», точнее, отблески света на «искорках»-штурмовиках над планетой. Похоже, чуть ли не весь истребительно-штурмовой парк Императорис Гладиус. Как и, кстати, росчерки лучевой артиллерии с планеты. Редкие, но заметные в атмосфере даже при свете дня.

— Выдержим. И вход в атмосферу, и старт, — уже без страданий отметил Эмик, рассчитав спектр и примерную мощность.

— Но лучше побыстрее пройти атмосферу, — отметил я.

— Да… Да, лучше быстрее, — явно проглотил кучу воплей и гадостей Бронзовый.

Но точно подумал, я его знаю. А мы, тем временем, подлетели к границе атмосферы и стали спускаться к точке, обозначенной как «полевой лагерь». И, чтоб его — ракеты! А у нас нет толкового ПРО… Автономные охотники, барражирующие в верхних слоях, рванули в к нам после снижения.

— Не страшно, — уточнил Эмик. — Погасим… ДА ЧТОБ ВАС!!! — заорал он, потому что нас закувыркало совершенно немилосердно.

— Щиты в норме? — полуспросил-полуутвердил я.

— В норме. Дурачьё какое, злобное…

Дело в том, что эти ракеты засыпали нас кучей металлических шариков. Причём ну ладно бы облаком — это ерунда. Но по нам ударили направленные потоки, три штуки, по несколько тонн каждый! Ну и сила взрыва. В общем — такими ракетами и вправду Инвиктусы сбивать можно.

— Не гаси ускорение…

— Дурацкий Гален, тебя размажет!

— В смысле — полностью не гаси, — уточнил я. — Новые ракеты, лучше встретить их поближе к земле, там и запустим щиты. А с инерцией — мю-полем…

— Мы ещё не использовали его! Только в ангаре!

— А варианты? Смотри схему.

И скинул Эмику схему. Ракеты явно подтягивались к нам, и если мы не успеем проскочить к земле — нас об неё неслабо долбанёт, просто «допинав». И мне — действительно конец, инерция и перегрузка. Их слишком много выходило, а они мощные, заразы. При этом именно вылетая, стартуя с планеты — нам на них фактически пофиг. Ну ускорят выход из атмосферы, или замедлят — не принципиально, больше трёх Же не выйдет.

— Ладно! Но если будет сбой — врубаю плоскость Минковского и вытаскиваю нас на орбиту! Так от тебя хоть что-то останется, дурачьё!

— Если будет сбой — буду тебе искренне благодарен…

— Вот то-то! И если выживешь, дурацкий Гален!

В общем, продолжили мы падение, даже слегка ускорили его, попыхивая ионниками. На что преследующие нас ракеты явно «оживились» — чёрт знает, какая программа была в их системах наведения… программа!

— Эмик…

— Понял. Ты — ДУРАЧЬЁ!!! Почему сразу не подумал⁈ — вредничал Бронзовый, просчитывая конфигурацию поля.

— А ты?

— А я — прекрасный и мудрый Инвиктус, с пилотом-недоумком, который на меня дурно влияет! И хорошо ещё, что не законченным дурачьём! — бурчало бронзовое орало.

Но дело делало. И когда ракеты оказались от нас в полутысяче метров — врубил поле, вызвавшее точечный распад молекул воздуха. Ничего страшного, даже плазменной рубашки толком не появилось. Но Электромагнитный импульс вышел на славу. И каким экранированием пользовались местные — непонятно. Но системам наведения ракет — хватило. Явно неуправляемые, вихляясь, они полетели хрен знает, куда.

Ну и войскам под нами досталось: «полевой лагерь» и вправду был, с местными поделками и явно трофейной легионной техникой. По нам, бывшим в километре от земли, постреливали. После импульса — не прекратили, но куда стреляли — хрен знает. Точно не по нам, разве что в «нашу сторону», которая вверх. На полукилометре стрелки стали поточнее, но безрезультатно. А Эмик мысленно потянулся ко всем трём турелям.

— Пулемётные-то зачем⁈

— Раздражают!

— И запись отдадим. И расплачивайся за них, выслугой! — возмутился я. — Да и поубивают они там кого-нибудь. Не слишком жалко, но без смысла — зачем?

— Дурачьё! — страдал Эмик, но скинул только парализующую турель.

Причём не просто так — подкинул вверх, в «окно» в полях, сомкнул их, и подхватил бултыхающуюся «черепашку» защитным, от твёрдоструктурной кинетики и лучей, полем.

Ну и стали мы опускаться. Турель гудела, хреначила даже не лучами, а этакой голубоватой волной-туманом. И, к моменту, как мы опустились на землю, стрелять по нам было некому.

— Вот эти кузнечики! — обрадовался я.

Отряд в «бронзовоподобных» доспехах и с манипуляторами-толкачами, из полусотни человек, стоял, покосившись, на этих манипуляторах. Явно вырубленные, с этими своими дурацкими пушками-усыпляторами. От встреченных нами раньше они если и отличались, то незаметно.

Так что подошли мы к ним, бурчащий Эмик приоткрыл поле, сгрёб манипулятором пяток усыпляторов — аккуратно, чтоб не повредить.

— А это зачем? — почувствовал он моё намеренье. — Всё равно сдохнут в пустоте!

— Точно?

— Да нет, вроде герметично, — сверился с сенсорами Эмик. — Но всё равно!

— Может, знают что. Эмик…

— Ла-а-адно, — протянул «уговорённый Инвиктус, прихватывая свободным манипулятором пару 'кузнечиков».

В общем — дело сделано, так что стартовали мы с ходу. Пара ракет нам дала «пинка», но не страшно. И, через полчаса, в ангаре фирмоментума мне стало страшновато: не меньше сотни вулканистов подпрыгивали и помахивали манипуляторами! Я их столько сразу и не видел-то никогда! С опасением протянув этой кибербратии добычу, мы чуть не отпрыгнули от отхлынувшей волны. А эти типы, с завыванием и гудением, ускакали из причального агнгара. Даже Эмик опасался, я чувствовал!

— Пленные? — неуверенно приблизился ко мне член корабельного батальона с отрядом.

Дядька явно перенервничал от этого обилия вулканистов, в явно неадекватном состоянии, как и мы к слову. Бросили мы ему к ногам кузнечиков, да и потопали в наш ангар, ждать новостей. По пути, правда, связался внутристанционной связью дядя Стёпа, похвалил, всё такое, но мимоходом, что и понятно. Так что добрались мы домой и стали ждать.

16. Это… сложное совещание

Ждать нам пришлось несколько часов — и с Мари связался, и бегло с Веснушкой и Кудряшкой попереписывался и даже с Эмиком немного в построении тактических схем потренировался. А то Бронзовому было интересно и нетерпеливо. Говорить он этого не говорил — ну не подобает Самому Бронзовому и Зазнайскому Инвиктусу Империи напрашиваться. Но сопел ОЧЕНЬ выразительно, по каналу связи с браскоммом — тоже.

А вот через несколько часов вулканисты озвучили свой важный, экспертный и всё такое вердикт. От которого охренели (и это ОЧЕНЬ мягко сказано!) все допущенные. В тактическом канале сети фирмоментума появилась зану-у-удная и дли-и-иная запись отчёта Мобилуса. На тему: как они образцы ковыряли, в них тыкали, замеряли и всё такое. В общем, выжимка этого нудежа такова: всё изучили, разобрали по винтику, всё поняли. И полученные образцы вооружения, точнее, принцип, на котором они основаны…

— Не может привести к наблюдаемым последствиям, — гудел настоятель. — Это мой, как ректора Ордена Вулкана фирмоментома Императорис Гладиус и представителей Ордена вердикт. Парализация происходит иным способом, представленные образцы — всего лишь игрушка, муляж, не оказывающий на реальность ощутимого воздействия.

Данное заявление было… ну, обескураживающим, если выражаться не матом. То есть, из этих усыпляторов стреляют, все усыпляются-парализуются, а они — не действуют! А парализует… ну я не знаю, какая-нибудь перделка повышенной усыпляторности. Бред какой-то! Нет, дикари, конечно. Но что они бегают с игрушечными пушками — вот не верится почему-то…

— Понял, ректор, — через несколько минут явно охренелого молчания в канале озвучил губернатор Стефан. — Совещание у меня, немедленно.

Непосредственно меня на совещание не позвали. Что глупо и недальновидно и вообще не красит руководство фирмоментума вот ни разу! Но, с другой стороны — «что не запрещено — то разрешено». И в командно-тактическом канале у меня роль и доступ имеется, так что… В общем: схожу в кабинет, потому что интересно. А если попросят выйти — выйду. Чего ж не выйти, раз просят?

— Канал связи не отключай, — проворчал, всё же «снизойдя» до просьбы, заинтересованный Эмик.

— А я его вообще — отключаю? — задумался я.

— Нет! Вот и не отключай! И беги и узнавай, что за глупости творятся, дурацкий Гален!

— Не буду бегать, а пойду, — отметил я.

И под бронзовое бурчание и эмиково ворчание потопал в кабинет губернатора. В сам кабинет меня пропустили беспрепятственно, да и пристроившегося в сторонке, но неподалеку совещательного голостола — не шугали. Префект на меня зыркнул, слегка кивнул и вернулся к совещанию. А глава боевого батальона, Пентаконтарх фирмоментума, по сути, руководитель полицейских и всяких таких сил станции, докладывал:

— Задержанные уверены в действенности своего оружия, «полученного от Лорда», — отчитывался Пентаконтарх. — Использовали его как на наших силах, так и на крепостных. Утверждают, что работает, и не врут. «Дамго», как они называют свои парализаторы, требователен к энергии…

— Пентаконтарх, технические характеристики этих поделок нам известны и подробно изучены, — прогудел Мобилус. — Если ваши пленники…

— Задержанные.

— Пусть будут «задержанными», у Ордена Вулкана нет возражений по этому поводу. Если ваши «задержанные» уверены в действенности своих муляжей — это не делает муляжи действенными.

— Но энергию они используют, — констатировал противный Легат. — А на что?

Тем самым показав, что даже в самом противном Легате можно найти что-то хорошее. Если как следует поискать, конечно.

— Квантовое излучение. Не взаимодействующее с материей: нейтринная группа, Легат, если вам это что-то говорит, — отрезал настоятель.

Судя по мордасу Легата-грифа — ни хрена ему это не говорило. А мне — «да», но это выходило, что вулканист не врёт и не заблуждается. «Нейтринная группа» частиц — это такие частицы, которые взаимодействуют только с пространством и временем. А ни с чем больше не взаимодействуют, вообще: природа у них такая, нейтринная. Из них даже оружия не сделаешь — задержать их сможет разве что эмиков щит, да и то не слишком хорошо и в только определённом режиме. А так — проникнут эти частицы куда угодно и… пролетят через «что угодно», бесследно, никак с ним не взаимодействуя.

— То есть просто муляжи, а они сами верят, что муляжи — работают, — протянул Префект Милитум. — А что же оказывает воздействие и какова природа его?

— Нет данных, Префект Милитум. Доставленные образцы не позволяют дать ответа на ваш вопрос. Нужны другие образцы, — развёл руками Мобилус.

А я судорожно думал, практически сформулировал надуманное. Но Бронзовый, со свойственным ему тактом, прервал мои мысли. К счастью — в нужном направлении, всё же МОЙ Инвиктус, а не дурачьё какое-то там.

— ДУРАЧЬЁ ЗЕЛЁНОЕ! — рявкнул он связью на браскомм.

— Надо уточнить, — отметил я текстом. — Возможно, они проверили на животных или добровольцах…

— Да ни дьявола они не проверили, киборги стукнутые! «Мы — жрецы Вулкана, нам доступны все тайны материи и её взаимодействия!» — пропищал он, явно пародируя какого-то из вулканистов. — Зазнавшееся дурачьё! Но уточни, — снисходительно добавил он. — И то, что мой пилот — не окончательный идиот, не может не радовать, — снисходительно похвалил он.

— Ну да. Так, слабая форма кретинизма, от органических повреждений мозга, нанесённых Самым Громким Инвиктусом Империи, — смиренно согласился я.

А пока Бронзовый собирался с мыслями, чтоб начать обзываться и всё такое, я озвучил пришедшию нам с Эмиком в голову мысль.

— Почтенный настоятель Мобилус, а проверяли ли вы образцы на живых организмах? — озвучил я.

Народ на меня уставился, в большинстве своём — как на говорящую табуретку. Кто-то, не будем тыкать в наглую легатскую морду пальцем, аж презрительно скорчился. Но орать «пшёл вон!» никто не стал. А настоятель, погудев несколько секунд, даже ответил:

— Сие излишне, дукс Безмолвный. Доставленные вами образцы досконально изучены, изучение смоделировано и не оказывает никакого влияния на материю, — отрезал он.

— Даже в условиях местной, изменённой топологии? — преувеличенно-удивлённо захлопал глазами я.

— У-у-у-у-в-в-в-ы-ы-ы… — довольно громко загудел вулканист и гудел так четверть минуты. — Нет. Господа, я покину вас, — озвучил он, вприпрыжку (ну, насколько позволяли его кибернетические стати) ускакал из кабинета.

Останавливать его никто не стал, а вокруг совещательного голостола разразилась довольно забавная беззвучная пантомима. Руководители отделов, служб и всякого такого переглядывались, пучили глаза, гримасничали и пожимали плечами. В стиле «а не идиоты ли мы, господа? — Нет! Мы и так обо всём догадывались! А вулканист — придурок!» Ну, примерно так это интерпретировалось, и я с трудом удерживался от улыбки. Бронзовый же, допущенный до оптических сенсоров браскомма, ржал и насмехался. Ну в чём-то заслуженно, а главное — на меня за мою изящную шутку не орёт, что и к лучшему. У меня вообще начинает закрадываться ощущение, что у нас с Эмиком отношения, как у «супружеской четы» из голо. Ну в смысле: нормальная чета, как у меня с девчонками, живёт душа в душу и соответствующими органами в соответствующие органы.

А у нас с Инвиктусом выходит, что его противный и тяжёлый и мой прекрасный и тяжёлый характеры столкнулись. Во многом находим общий язык, но во многом — «бодаемся». И «разбежаться», как понятно, не можем. Как раз как в дурацких голо, где постоянно ссорящиеся парочки «не могут разбежаться» из-за надуманных и дурацких причин. Только у нас не надуманные и дурацкие, а объективные и важные. Но вообще — смешно выходит.

Тем временем в кабинет вломился взъерошенный настоятель. Как киборг в металлизированной тоге умудрился взъерошиться — загадка, но был он взъерошенным, как ни крути. Я с разных сторон смотрел. Помахивал манипуляторами, подпрыгивал, неритмично гудел. Ну а компания на него, как понятно, смотрела с вопросом. А он не отвечал, а махал и гудел. Наконец, дядя Стёпа прямо спросил:

— Ну что, ректор⁈

— Это… сложно, Префект Милитум, — прогудел киборг.

Замолчал, зыркнул на присутствующих сенсором. И понял, что если он не начнёт отвечать — его начнут бить. Возможно — даже ногами. И кибернетизация не факт, что поможет. Так что прикинув шансы-варианты Мобилус зачастил:

— Сам излучатель, с условным обозначением «Дамго» не способен и не оказывает воздействия на людей, — выдал он, но начать фигеть по новой присутствующие не успели. — Он создаёт область воздействия!

— Воздействия чего? — слегка кося глазами уточнил губернатор.

— Неизвестно, Префект Милитум! — отрапортовал настоятель. — Но именно оно приводит к снижению электроактивности нервной системы, кислородному голоданию и потере сознания! Проверено на подопытных! — заверил он.

— А можно… — подал голос уже я. — С некоторыми техническими подробностями? — продолжил я.

Ну, народ на меня зыркнул, но не злобно и не как на говорящую табуретку (про Легата промолчим, сволочь такую). А дядя Стёпа даже одобрительно кивнул.

— Имеется в виду, — продолжил я. — Что само воздействие «непонятно чего». Но излучатель является «проводником» этого «непонятно чего», так?

— Корректно, дукс, — кивнул Мобилус.

— Так вот, без проводника это «непонятно чего» опасности не представляет и не усыпляет.

— Высоковероятно, но не достоверно.

— Пусть так. Но что делает Дамго — вы знаете.

— Истинно.

— А защита?

— Это…сложно, дукс Безмолвный, — прогудел настоятель, отчего возникало ощущение, что это его «фирменная» фраза. — Воздействие пограничных условий… поляризованный вакуум… фазовые переходы второго и третьего рода… — забормотал он.

— Вы создадите защиту или нет, настоятель? — через минуту бормотания не выдержал дядя Стёпа.

— Частичную. Полная защита индивидуального толка — невозможна. Создание условий, экранирующих излучение, требоет слишком много единомоментно выпускаемой энергии. Сему препятствует даже не объём энергохранилища: в момент задействования защитного механизма напряжённость электромагнитного поля будет гарантированно летальной.

— А экранирование?

— Большие объёмы, индивидуально — невозможно. Только на технику, не меньше средней.

— Но защитит? — нахмурился дядя Стёпа.

— Да, защитит, — уверенно кивнул вулканист. — От сего, конкретного воздействия, а если быть предельно точным, то от средства позиционирования этого воздействия. Должен напомнить, его природу мы не установили…

— Ну установите как-нибудь, — отмахнулся дядя Стёпа. — Танки вы защитите?

— Да.

— И при стрельбе мятежниками по ним, из этих Догм — сознание они не потеряют?

— Из «Дамго», Префект Милитум. Высоковероятно — сознание воины Империи не утратят.

— Настоятель, Легат, скоординируйте действия. Срочно производите необходимые… модификации для создания ударного кулака Легиона. И готовтесь к десантной операции. Первичная цель: освобождение захваченных мятежниками слуг Императора. Вторичная цель: приведение планеты Схима к покорности Империи. Третичная цель: возмездие поднявшим оружие на Империю. Исполняйте! Слава Императору!

— Империи слава! — рявкнули присутствующие.

Вулканист с грифом под мышкой (рядом, но подмышкой — смешнее) ускакал исполнять, а префект озвучил «окончание совещания». И поманил меня пальцем, так что я подошёл к устало растёкшемуся в кресле дядьке в одиночестве.

— Назначить вас пуньёном, дукс, было весьма удачным решением, — устало улыбнулся он, потирая виски. — Неудачно вы попали в опалу. Хотя для нас — удачно.

— Уж как есть, префект милитум, — пожал плечами я, и в этот раз не став орать «не опальный я!!!»

— Ваши похвальные деяния учтены и внесены в ваше дело. Но ваша служба продолжается: если тяжёлая техника защищена…

— То пехотинцы — нет. А вести войну танками — затруднительно.

— Если не вести её на уничтожение, — уточнил дядя Стёпа. — Что, впрочем, может и ВКФ и сам Императорис Гладиус и без Легиона, — сам себе отметил он. — Вам предстоит, дукс Безмолвный, не самая тяжёлая, но нудная работа, за что как ваш друг — прошу прощения. А как начальник — ставлю в известность.

Ну, с «другом» дядя Стёпа явно фигню спорол. Точнее, «красиво выразился», да и фиг с этим, хотя мы и не приятели даже. Так, знакомые благожелательные, максимум.

Но реально — фиг с ним. А вот с работёнкой… и тут я чуть не взвыл. Потому что понял не «что» — это-то очевидно. А «сколько» надо этого «что» наделать!

— Много? — почти жалобно уточнил я.

— Немало, — сочувственно озвучил губернатор. — Не менее полутора сотен владений на планете, соответственно — полторы сотни замков. А с учётом вождей вне замков — рассчитывайте на пару сотен точек.

— Уф-ф-ф… — облегчённо выдохнул я. — Я боялся — ГОРАЗДО хуже.

— Так населения немного, больше вождей и не прокормят, — слегка улыбнулся губернатор. — Хорошо, что вас не пугает служба. Ступайте, готовьтесь.

— Ступаю, готовиться, — ответил я, задумчиво потопав в ангар.

Просто надо именно «захватывать» главарей. И освобождать захваченных, которые живы. При этом, жертвы невиновных, да даже подчинённых солдат вождей — не приветствуются, мягко говоря. Солдат, как понятно, не вообще — но «нежелательны сверх необходимого», скажем так. А танками можно замки нахрен разнести, но вот захватить — затруднительно. А уж учитывая внутренности замков-городов… В общем, техника без прикрытия пехоты, туда залезшая, будет уничтожена без всяких дамго-усыпляторов. И значит, именно «захват» и освобождение — ложится на наши с Бронзовым полечи. Это — логично, правильно.

И… скорее неплохо. Потому что если учесть, что я «выслуживаю», то подобная операция по значимости, полезности Империи и всяком таком… Ну не «беспримерный героизм, сверх всяческих ожиданий». За который снабжают висюлькой «Герой Империи» (это как я Силиции, только Империи) и дают восхищённого пинка со службы — мол, выслужил. Но «деяние сверх ожидаемого» — точно, а это годы и годы «спокойной» службы. В принципе — можно считать, что выслуживать мне лет пять смело. Ну, после того, как мы на этой планетке закончим. И если не наломаем лишних дров, замков и мятежников с освобождаемыми.

— Ну, дело дурацкое, но нужное, — признал Эмик. — Вообще, Инвиктусы предназначены для другого! — рявкнул он.

— Вообще — Инвиктусы предназначены быть оружием Человечества, — отметил я.

— А дурацкий Гален — предназначен быть дурачьём! — выдал Бронзовый.

И вот я уверен — был бы у него бронзовый язык, он бы его высовывал и дразнился. А может, и нет. Впрочем, и хрен с ним. И занялись мы «переобвесом». Ионник — один. Нитрил вообще предлагал не брать, но это фигушки. А то знаем мы такие весёлые концепции «необходимые жертвы», «побочный ущерб» и всякое такое. Нам с Эмиком с ионником спокойнее!

— Боезапас, дукс, — нудел Нитрил.

— Доставка — транспортом, — отпарировал я.

— И напихай туда безапаса хоть тысячу тонн, занудный вулканист! — гудел Эмик. — Только роботов не забудь, чтоб коробы меняли, — деловито уточнил он.

— Приемлемо, — подумав, обозначил Нитрил.

А на следующий день транспортные челноки и масса штурмовиков готовились к старту. Штурмовики — для борьбы с зенитками и ракетами, пойдут «первой волной», расчищая посадочную глиссаду тяжёлым десантным челнокам. Ну а челноки спустятся с тяжёлой бронетехникой, которая возьмёт замки в осаду. Ну точнее — в блокировку. А захватывать придётся нам с Эмиком. Танки просто загонят (или перебьют) войска в здания. Ну а дальше — наша задача. Так что полетим мы последними, но на своём, индивидуальном транспортнике. Забитом роботами, боезапасом и вулканистом. Нитрилом как раз, выразившим намеренье «присмотреть». Ну а мы не возражали: если вулканист не гадит, то с вулканистом лучше, чем без него.

17. Небольшая войнушка, или бронзовое Величие

Штурмовики успешно навели шороху в воздушном пространстве Схимы. Точнее — «шорох» ракет и зениток угомонили, с минимальными потерями техники и без потерь в пилотах. О чём адмирал в канале изволил очень «скромно» (с ОГРОМНЫМИ кавычками) докладывать.

Пошли челноки, выгружая тяжёлые лучевые и термические платформы-танки. От артиллерии классической в этой операции решили отказаться: разрушения укреплений не будет, а нехватка боезапаса может оказаться критичной. Разбегутся вожди с усыпляторами — лови их потом по всей Схиме. А через час, после предварительного доклада Легата, собственной грифьей персоной возглавившего наземные силы, полетели и мы.

Ну и шмякнулся через двадцать минут челнок на поверхность Схимы, а мы потопали к замку-городу. Вообще, возможно, для местных он чем-то отличался от подобных на том же Имаде. Ну там оттенками какими или ещё чем. Но я такого не замечал, да и пофиг. А от танка пошла передача, частично подтверждающая показания наших сенсоров, а частично дающая информацию.

— В замке два десятка тяжёлых платформ, лучевые и артиллерия, — голосом сообщал квингент, командир полутысячи или танкового полка, как сейчас из полусотни машин. — Шесть захваченных средних машин Империи, ракетных.

— Лучше их не взрывать, — разумно озвучил я.

Потому что огнемётные ракетомёты… ну скажем так, мы с Эмиком выживем. А вот если у этих машин рванёт боезапас внутри замка — от него останутся обугленные руины, без вариантов. Про людей внутри можно даже не говорить: останется разве что пепел.

— Точно так, — согласился квингент и продолжил перечисление параллельно с трансляцией данных. — Около двух тысяч солдат, гвардейцев. И около тридцати сателлитов.

— «Около», «саттелитов»? — уточнил я.

— Точно так. Около — потому что была стандартная сотня, предприняли попытку атаки полка с помощью «дамго». Частично уничтожены, частично — скрылись в замке. Часть бронетехники также уничтожена.

— Ну и хорошо, — озвучил я.

Не став настаивать на разъяснениях — и так ясно, что «сателлиты» — бронзовообразные кузнечики. Видимо, что-то типа личных телохранителей-порученцев вождя. Ну или ближняя, личная гвардия, что-то такое.

А так — диспозиция в замке видна, её нам не только наши, приглушённые собственными полями, сенсоры показывают, но и телеметрия со всех танков. И потопали мы к воротам, по дороге снисходительно пройдясь по минному полю. Местные его подорвали, перепахав брусчатку дороги — но не больше. Ни волна, ни осколки наше поле, как понятно, не преодолели.

— Придурки, — откомментировал Бронзовый, вонзая лезвие Кистеня в ворота.

И прорезал за полминуты, после чего мы получили хороший такой, мощный залп в щиты. Ну, телеметрия есть, что нас «поджидают», было прекрасно видно. И, кстати, придурки-придурками, но зефиров (как раз эти самые ракетно-огнемётные платформы) местные не подогнали — жить хотели, ну или что-то типа того. А лучи и снаряды нас даже не покачнули (не без помощи полевого укрепления сцепки с почвой, но всё же). Я-мы потянулся было за Жнецом, но Эмик меня остановил.

— Сам. Кистенём, — односложно бросил он, запуская клинок кромсать технику.

Техника успешно кромсалась, а я чувствовал от Инвиктуса… ну не «негатив». Инвиктусы базово «машины войны», они не противники, а очень даже сторонники разрушения всяческого. Уважают его и даже любят, хотя тут вопрос личности ИЛ играет роль. Но Эмик явно предпочитал схватки с Инвиктусами, на грани, несмотря на свою хорошо прикрытую «бронзовым шумом» рассудительность. Склад характера, особенность ИЛ — как угодно можно сказать. И в сопряжении это чувствовалось — этакое… ну рутинность-усталость. Не чувствовал он «задора» не орал во всё, что под орало подвернётся.

— Идём, — прогудел Бронзовый, после превращения последнего танка в труху. — И вправду придурки… СДАВАЙТЕСЬ, ДУРАЧЬЁ!!! — рявкнул он, поскольку я-мы не возражал.

Ну мало ли — сдадутся, всяко бывает. Но сдаваться никто не спешил, и мы потопали по центральному коридору. Тут было так же, как в Имаде: замок — именно небольшой городок, по радиусам которого мы могли спокойно передвигаться. И тут выскочили «кузнечики», причём с сенсорами, их обнаруживающими было неважно: явно прятались за техсооружениями и металлом, что давало помехи. Но это им не слишком помогло: всё же, несмотря на провал с танками, эти прыгуны по полу, потолку и стенам полагались больше на усыпляторы. Которые, как понятно, ни черта не работали. И какие-то плазменные бомбочки-гранаты, с электромагнитным поражающим фактором — тоже не помогали. С этими ребятами мы таки ухватили Жнеца и просто залили коридор патронами. Пять секунд — и нет кузнечиков.

И двинули дальше — был ещё потенциально опасный объект в виде логова вождя. В остальном — практически справились, да и не могли не справитmся: Инвиктус — уничтожитель межзвёздников и армий тяжёлой техники, на минуточку. И Эмик не просто так «скучал», если на чистоту.

И тут мы остановились. Потому что… да слов приличных нет! Да и неприличных тоже! На нас валила толпа гражданских, впечатались в щит, долбили по нему какими палками и прочей фигнёй. Бедно одетые, явно крепостные, толпой.

— Больные, — констатировал Эмик.

— На всю голову, — подтвердил я, разглядывая копошащуюся толпу психов.

— Они мешают нам продвигаться.

— Я как-то не хотел бы их…

— Я ТОЖЕ! — рявкнул Эмик. — Дурачьё какое, — уже тоном ниже посетовал он. — О, придумал!

После чего коридор заполнил эталонный, громогласный Бронзовый Шум. И про дурачьё, и про величие. И толпу буквально сдуло — держась за уши они просто отбегали, пошатываясь. Даже стены замка вибрировали и покачивались от воплей Бронзового, а я благословлял всё, что я в ложементе: без него я бы перепонками не отделался.

— Силён, — признал я, когда последние пошатывающиеся калеки втянулись в боковые коридоры.

— Я — Величайший Инвиктус, глупый Гален, — самодовольно, явно на подъёме ответил Бронзовый. — Естественно я силён.

— Ладно, пошли разберёмся с вождём.

— Не хочу я его захватывать, пилот, — озвучил Эмик, транслируя пожелания и ощущения.

— Хорошо, — не стал спорить я.

Ну, без этой «атаки крепостных» — я, может, и возражал бы. Но после неё… Пофиг на этого уродского вождишку! А у нас — время, ещё минимум полторы сотни целей, а то и две сотни. А захваченные чиновники и легионеры — ой как не факт, что содержатся… да хоть как-то содержатся, а не набиты, как сельди в бочке. Или там не пытаемы, не нуждаются в медике… Ну понятно, в общем.

Так что через минуту ходьбы мы сдёрнули с крюка Жнеца и, ориентируясь на телеметрию, стали разносить жилище вождя. И разнесли за пару минут: если там и были противники, то они перестали быть.

— Сопротивление подавлено, — сообщил я квингенту.

— Принято, выпускаю сагитариев, — ответил он.

Ну на то тяжёлые платформы и тяжёлые, что содержали небольшой десантный отсек. А сейчас такие отсеки на всех машинах на планете были забиты сагитариями — ударными штурмовиками в сверхтяжёлой экзоброне. Кстати, военный полицай меня в своё время такими пугал. Напугать не получилось, но это серьёзно — почти лёгкие Инвиктусы. Для пехоты, по крайней мере, разницы никакой. С техникой, а тем более Инвиктусами или пустотными судами сагитарии, конечно, не справятся — просто нет нужных объёмов энергии для того же барионника. Но в пехотном бою и с лёгкой техникой — вполне сопоставимы.

Так что после моего подтверждения о «подавлении основного сопротивления» в замок рванули пехотинцы. Мы просто стояли, выжидая, дождавшись отчёта «объект под контролем!» И поспешили в трансорбитальник, к следующему замку. Тут история повторилась, правда, без охреневших крепостных и Бронзового Шума. И, при этом, повозиться пришлось, и Эмик поорал, правда, не так жутко. Просто вождя и всякое там вождиное семейство с телохранителями приходилось не превращать в кашу, а ловить. А эти сволочи ловиться отказывались, забаррикадировались в укреплённых покоях. А потом юрко бегали и уворачивались. Так что четверть часа я-мы шуровали манипуляторами, круша перегородки, под вопли Эмика-мы:

— Да прекрати убегать! Умрёшь усталым!!! ТЬФУ, ПОЙМАЕШЬСЯ УСТАЛЫМ, В СМЫСЛЕ!!! — и всякое такое.

Чёрт знает, сознательными были эти оговорки или нет — синергия не давала понимания таких тонкостей. Но, в целом — вышло довольно забавно, так что к третьей цели мы (всё-таки переставшие заниматься фигнёй и вызвавшие сагитариев) направились в довольно бодром настроении. И всё так же, как в прошлые разы: замок, полк тяжёлых платформ в охране.

Кстати, до меня только сейчас дошло, НАСКОЛЬКО огромный фирмоментум. Не в плане размеров — это, как бы, видно. А имеющегося на нём населения и вооружённых сил. Пара сотен полков только тяжёлых платформ, по сорок-пятьдесят машин в каждом. Императорис Гладиус мог не напугать, а именно оккупировать и привести к покорности обитаемую планету. Развитую планету, с мегаполисами и всяким таким, причём не одну. Про местные, бедные населением, дикарские — можно даже не говорить. Ну и да, с «дикарством» выходила фигня совсем непонятная — их захватывают, причём именно полноценно, под полный контроль Имперских сил. Дают школы-работа-социальное обеспечение… А они опять в дикарство, сами, добровольно и сознательно. Большинство — в пораженные в правах крепостные. Бред непонятный, непонятный и необъяснимый.

В общем, курочим мы ворота замка — но что-то меня настораживает один момент. А именно: в предыдущих замках-городах за воротами выстраивалась делегация. Местная бронетехника, артиллерия и всякое такое, вполне понятное. Ну, в смысле, когда тебе в дверь стучатся Кистенём — некоторый комитет по встрече понятен, как ни крути. А тут — нет никого. Подозрительно…

— Эмик, а чего тут никого нет? — вслух поинтересовался я.

— Не знаю. Может, думают засаду какую-то устроить, — прогудел Бронзовый без особого беспокойства.

— Давай поаккуратнее всё-таки, — сам понимая, что паранойя, озвучил я.

Эмик даже насмехаться не стал, правда, хмыкнул ОЧЕНЬ выразительно. Ну ладно, прорезали ворота, заходим — а нет никого. Вот вообще. И под регулярные хмыки Эмика двигаемся по коридору.

— Стоп! — перестал хмыкать Эмик, подсвечивая зону.

Ну я и сам видел: что там — не очень понятно, но похоже на довольно ощутимую мину, здоровую такую.

— И тут долбанутые, — посетовал Инвиктус. — Впрочем, любой бунтующий против Империи — дурачьё.

— Да от них нихрена не останется, если рванёт, — прикинул я последствия.

— Ладно, сейчас я…

— Удержишь? — засомневался я.

— Не сомневайся в моей мощи, дурацкий Гален! — буркнул Бронзовый, скидывая расчёты.

И, охватив мину сверхплотным полем, подорвал её к чертям. В сфере поля произошла вспышка — и всё. Понятно, что всякие ударные волны и вибрации поле гасило.

— Вот и всё, — довольно заключил Эмик, шагнул вперёд, и наступила темнота.

А когда отступила — у меня болело всё. Не насмерть, но больно! Хотя я был в ИР и…

— Живой, в разуме, если это можно называть разумом, — бормотал Эмик в мой адрес.

— Что случилось-то? — начал я приходить в себя.

— Погоди, медблок на анестезию амортизирую. Смотри, — скинул мне Бронзовый запись схемы и телеметрию.

И… да уж, в общем. В конце коридора местные соорудили этакую мину-пушку. В общем, нам в грудные щиты влетело бревно из металла, тонн в пять, на сверхзвуке! Причём никаких сложных технических решений или электроники — простейшая направленная мина с одним направляющим элементом. И щиты — выдержали, как понятно. Но вот инерцию мы не гасили. И сейчас Бронзовый стоял в трёх сотнях метров от замка, в пафосной позе. Но внутренне взволнованный.

А я стал ОЧЕНЬ быстро думать. Потому что ни хера эта мина была не против бронетехники. А ещё стоит учесть отсутствие врагов за воротами. Эта простейшая, на скорую руку созданная ловушка — была именно на что-то типа Инвиктуса, с его защитным полем: попытка прибить инерцией. И ни черта местные не могли сделать такую ловушку за минуты, что мы резали ворота, не говоря о том, что не было «комитета по встрече». То есть, в данном конкретном замке встречали и готовились к нашему, КОНКРЕТНО нашему визиту. И вообще-то — вполне могли меня и прибить, если честно. Гравикомпенсаторы справились, но на грани и за гранью. Я жив, но повреждений вообще-то до хрена.

— Разверну плоскость Минковского, при подобной атаке погасит значительную часть импульса, — прогудел Бронзовый.

— Это — правильно, не подумали. Эмик, только дело в другом.

— В чём?

— ОТКУДА местные узнали про Инвиктус? Эта ловушка — на Инвиктус!

— Связь глушится… с усмиренного Мира?

— Не подумал…

— Потому что дурачьё!

— Не подумал, но не сходится, Эмик. Если бы это было по межзвёздной связи, которую, кстати, фирмоментум довольно эффективно подавляет, то подобные ловушки встретили бы нас в первом же замке. Во втором — ловушки были бы уже с девяносто процентной вероятностью.

— Да, вероятность чуть меньше, но так, — признал Эмик.

— Я округлил, — пояснил я. — И выходит, что тут узнали о нашем визите, когда мы зачищали первый, а то и второй замок.

— ПРРРЕДАТЕЛЬСТВО!

— Или некомпетентность.

После чего я включил отрубленную Эмиком связь с боевым чатом, где довольно нудно и многократно спрашивали меня насчёт «состояния».

— В состоянии, — честно ответил я без деталей. — Квингент, вы глушите информационные коммуникации блокированного замка? — уточнил я.

— Точно так, дукс, глушим.

— Все?

— В соответствии с приказом по протоколу 131у2у-альфа.

Бегло открыл этот «протокол»… и появилось желание кого-то убить. Это был протокол «подавления отсталых Миров», в котором прерывание информационных коммуникаций постулировалось, в основном, в плане проводной связи. А электромагнитный спектр — не весь! Про гравитонную, квантового подобия, да десяток иных типов и видов связи даже не говорилось!

— И вы руководствуетесь этим протоколом и сейчас?

— Точно так!

— И даже не проверяте канал связи захваченной техники?

— Эм-м-м… точно так, действуем соглано приказу Легата, дукс!

— Легат — мудак, — озвучил я в общий канал командного чата, потому что просто не мог удержатся, про ругательства Бронзового — просто промолчу.

— Дукс, что вы себе… — заорал гриф.

— Префект Милитум, прошу приватный канал для сообщения о вопиющей некомпетентности.

— Формируется, дукс. — ответил дядя Стёпа. — И что у вас?

— Смотрите, — пакетно передал я данные, с указаниями на просчёты, ну и последствия — угроза уничтожения Инвиктуса и смерти пилота.

Ну во первых, местные — ДИКИЙ, а не отсталый Мир. Вполне технически развитый, отсталый только в смысле социального устройства. Во вторых — захваченная техника. Местные слушали переговоры (ну может, не все и не всегда, но могли!) потому что НИКАКИХ действий по криптованию канала не было. Защита была общеимперской, к которой захваченная техника имела полный доступ. То есть местные могли проводить голотрансляцию, с подробностями и всем таким, во все замки. И любоваться захватом, готовиться, искать методы противодействия.

Через пару минут последовал общий приказ «тишины», полного глушения всех и всяческих коммуникаций, и связь только повышенной защиты. Но блин, какого хрена мы о таких косяках узнаём, получив бревно в лицо⁈

— Думаешь — покушение? — поинтересовался Эмик.

— Маловероятно, — ответил я. — Некомпетентность и формализм, скорее всего. И не только Легата — эти вояки «исполняли приказ» как идиоты… ладно, Эмик, мы, к счастью, не в Легионе, так что не наши проблемы.

— К счастью… Дурачьё какое! — бурчал Бронзовый.

И в замок мы «впарили» на малой плоскости. Этак «призрачно», но больше брёвен в нас не прилетало. И вообще — сопротивления толком не было, сами сдались, по большому счёту. И полетели дальше — Эмик со своими комментариями пересказывал командный чат (от которого я отключился, чтоб не сорваться), как народ чихвостит Легата, обзывая его всякими объективными словами. Вышло довольно успокаивающе, хех.

И дальше мы «зачистили» точки без особых приключений. Кроме одного места — там придурошный вождь использовал зефиры в замке. И там… ну, мы ничего не могли сделать, а пламя нам. И местные, и пленные сгорели за минуту, а мы так и не поняли — это по дури или по злобности.

И, через пару суток, мы с Эмиком вернулись на фирмоментум. А я потопал спать — стимуляторы стимуляторами, но башка толком не варила от этой работёнки. Надо было поспать, а потом уже разбираться со всем. Что я и сделал, вылезя из ложемента и завалившись в кровать.

18. Старые беды, новые решения

Выспался я хорошо, а после того как проснулся, выяснилось (вполне логично, в общем-то), что мы с Эмиком без дел. Сопротивление подавлено, так что на планете происходит расследование и усмирение. А на фирмоментуме — лечат и вообще приводят в порядок захваченных. Которые и без того, «зефирного» происшествия не в полном составе.

С этим — понятно, но непосредственного дела нет. А бегать в кабинет Префекта Милитум «потому что интересно», отпускать важные комментарии и вставлять мудрые реплики — не стоит. Просто пошлют в этот раз — ладно бы. Но вот в следующий раз, когда надо будет что-то важное сказать, могут не слушать. А это уже хреново, так что лучше подождать и заняться своими делами. Которых не сказать, чтобы было много — но и немало. Тренировки, обучение. Я вот с девчонками общался насколько мог плотно сетью. Вопрос секретности стоял «очень условно»: я и так, ну по Закону — «отряд», который автоматически допускается к той информации, которой я владею. Под мою ответственность, само собой, но так. Так ещё и Род — «одна единица» в рамках Законов Империи, по большому счёту. То есть за ляпы награждается Род, ну и за ошибки все отвечают. С нюансами, конечно.

Но несмотря на «нюансы», с девчонками я мог спокойно общаться и рассказывать, а они мне. Правда, выходила занятная ситуация: Мари, например, не слишком в плане разговоров общительна. Ну, характер у неё такой. Но времени на «поболтать» — у неё больше всего, сидит на Ульвеюле, губернаторствует. А там, в общем — всё в порядке. Но она как собеседница иссекала за полчаса, после чего только глазами хлопала, вздыхала, улыбалась легонько и всякое такое. При этом, у Хлои, Веснушки моей, и умения, и желания поговорить (точнее, пулемётно потрещать, но я даже к Бронзовому привык!) — сутками напролёт. Но — у неё ОЧЕНЬ плотный график Учёбы в Академии. Исправно тратя заработанные нами на турнире баллы, она изучала тьмущу всего, этой тьмущщей со мной (и Эмиком) исправно делясь. Ну и времени особо не имела.

И тут появилась странность — пропала, в смысле общения, Арвинг! На третий день после начала отдыха просто перестала подходить к защищённому терминалу. Я, естественно, обеспокоился: мало ли, дуэль там, ещё какая гадость. Но Хло тараторила про «всё в порядке очень занята», это раз. А Веснушке я в этом смысле достаточно доверяю, да и возможность такого совсем не исключена: насмотрелась на Хлою и решила, по Ульверовской упёртости, её «превзойти». Кроме того, волчий жезл давал отклики Инвиктусов Рода по всей галактике. Ну в смысле: целостность и жизнь пилота. И Кастор исправно транслировал, что он и пилот в порядке.

Не то, чтобы я Хло не доверял, но она не слишком шла «на контакт» в вопросе Арвинг. Причин может быть масса, вплоть до ревности или ссоры. Но говорить не хотела, а я, убедившись в том что Арвинг жива-здорова, не стал давить. Ещё и Веснушку обижать-ссориться не хватало, если что. Но выходила забавная (хотя несколько раздражающая) ситуация: та моя супруга, которая может со мной пообщаться, ободрить, да просто расслабляюще потрепаться — не очень к такому «трёпу» приспособлена. А так которая приспособлена — занята звиздец как, и я сам Хло старался лишний раз не дёргать, давая отдохнуть. А третья, на которую была вся надежда: ну, про Юл потрепаться, некоторые её психические выверты проверить и сгладить по необходимости… Да в карты на раздеывние сыграть по сетке, в конце концов! Ну, в общем, Кудряшка, на которую были все надежды, тоже похоже упёрлась «в заучество». И не осудишь, блин…

Есть, конечно, варианты, что она на меня за что-то сильно обиделась. Или вообще — что решает проблемы отсутствия Галена с галенозаменителем. Причём не из пугающих запасов Хло, а каким-то посторонним, бесящим и раздражающим. Ну, просто как вариант я такую возможность рассматривал, потому что не подумать о ней может только дурачьё.

Но вероятность «живого галенозаменителя» — исчезающе мала. Это значит, что Хло такое подлое и коварное галенозаменение покрывает, а это уже ошибка в анализе личности. С моей стороны ошибка, причём такого уровня, что рога мне в таком случае положены самым естественным образом. Потому что тупорогие бараны без рогов не бывают, свойство и них такое — с рогами быть. Но в ТАКУЮ свою ошибку я не верил, да и без этого вероятность всяких там «изменщиц коварных» была не слишком велика, по массе причин. Так что на всякие ревнивые мысли я забил. Этого не может быть просто потому что, не может быть. И точка…

И, наконец, через пару недель (что вообще-то — чертовски много) фирмоментум отчаливал из системы Схима. А я узнал ряд новостей и всяких прочих вещей, часть из которых — естественна и ожидаема. Часть — искренне (хоть и злорадно) порадовали. А часть — озадачили и меня, и Эмика, с которым я, естественно, информацией делился.

Так вот, Схиму «привели к покорности». Вождей, семейства вождей и всё такое — просто перетащили на Императроис Гладиус, где с ними будут поступать согласно Имперскому Правосудию. На Схиму они не вернутся, даже «невинные члены семейств», по простой, но прописанной в Законе причине: «опасность для подданных Империи», в данном случае «права на престол вождя», которого Империя не признают, но который в местных мозгах водится. Тут всё понятно и правильно. Часть чиновников и Легиона остаются на Схиме, осуществлять властно-административные полномочия. И остаётся не слишком большой, не слишком вооружённый, но по местным меркам — очень мощный межзвёздник. С протектором Схимы и окрестных систем (последние — когда фирмоментум их проверит). И стал этим протектором тот самы грифовый Легат — не простил ему Префект Милитум косяка. Ну и верно, даже не во мне дело (хотя понятно, что за ценного меня его надо вот совсем!). Дело в том, что формализмом он подвёл бойцов Легиона под неоправданный риск, ну и последствия — на фирмоментуме новый легат, а гриф будет мотаться по окрестным системам, гонять пиратов.

Вообще, тут крылась некоторая «опасность местности». Точнее не «крылась», а стояла во весь рост: Имперские поселения за пару поколений неизбежно скатывались в жопамирское дикарство. Без исключений, проверено тысячелетиями. Но тут — ничего не поделаешь, а новую «династию космических вождей» гриф не оснует — должность протектора не пожизненная. Да и мечутся однокласники межзвёздника по Жопемира, охотятся на пиратов, как раз со сменными экипажами: вроде двухлетние смены у них, что-то такое. Грифу и раздолбаям его — подольше, но дикарскую династию не успеют организовать точно.

А вот дальше начались непонятки. Ну вот ладно, на Имаде все умерли, всё мы с Эмиком героически разнесли. И понять, кто сделал усыпляторы, на кой хрен — невозможно. Но на Схиме захвачены сотни пользователей этого оружия, руководители этих пользователей и образцы. И… а не ясно ни хрена, вот вообще. Память этих деятелей перетрахивали в ИР чуть ли не до младенческого возраста и внутриутробного развития. Причины, источники… да ничего в это дурацкой памяти не было, блин! То есть обследуемые не могли соврать, вот вообще, информация из их мозга по биту перенесена на носители вычеслителя, разобрана… А там нет нихрена.

В арсеналах ВНЕЗАПНО появляются «усыпляторы», вожди ВНЕЗАПНО знают, что с ними делать, и обучают-вооружают сателлитов. Более того, массовые междоусобицы, зачастую многовековые, ВНЕЗАПНО прекращаются, причём противоречий дырявые мозги местной верхушки не замечают. А появляется цель. И никак не «отколоться от Империи», что самое непонятное. На Империю местные вожди смотрели как на помеху. Цель всего копошения: добыча ресурсов и их складирование, производство из них «полуфабрикатов» — ну там стекло из песка, сталь из железа и всё такое. И… всё. Ни на кой хрен, ни куда, ни чего. Просто местные занимались обустройством добывающего Мира, а фирмоментум с инспекцией им мешал. Захваченная техника рассматривалась как ресурс «чтоб не мешали больше»…

— Коррекция личности. Массовая, без решения Имперского Суда, — веско озвучил Эмик. — Это сотворили мерзкие преступники!

— Это ты, конечно, прав, — не стал спорить я. — И коррекция была, причём не памяти, а именно личности — часть личностно образующих императивов явно искажены. Но, Эмик, кто? И как? Чтоб внести такие корректировки — нужен минимум медсаркофаг. Положим, вожди полезли туда сами. Но окружение-то ни хрена такого не помнит! А им память не корректировали, а вожди — на виду. И как? Кто?

— Не знаю! — гордо ответил Эмик. — Но, преступники, конечно, глупый Гален, — снисходительно дополнил он.

Далее, выходила такая пироговина, что в Жопумира Империя в связи со сложившейся ситуацией никого направлять не собирается. Дядя Стёпа, естественно, доклады слал, но в качестве ответа получил только «урегулируйте ситуацию на подконтрольной территории, образцы неизвестной техники сохраните для передачи». И — всё.

Причём, если подумать, назвать начальство идиотами или ещё каким словом не выходит. Фирмоментум ИЗБЫТОЧЕН в Жопемира, у него сил на порядке больше, чем здесь нужно вообще. Путь решения проблемы — найден. Представительство вулканистов, чиновничий аппарат, армия и флот в Жопемира есть и больше, чем нужно. И слать, соответственно, никто никого не будет, пока из Жопамира не придёт подтверждённый фактами вопль: «спасите-помогите, нам жопа!!!»

Это выходило неприятно чисто психологически — ну всегда есть надежда на «большого дядю» который придёт и решит проблемы, так что не надо будет напрягаться. Не только у меня, но и вообще у человеков, но она дурацкая и неправильная. А то, что мне с Эмиком больше нудной работы… Так и к лучшему, вообще-то! Может, службу за год закончим, ну или два — хоть делами займусь и девчонками, по которым соскучился всеми деталями своего организма.

И, наконец, выходила довольно занятная ситуация со следующей точкой маршрута, куда двигал фирмоментум. Не на какую-то следующую планету, инспектировать-проверять. Пёр он в неофициальную столицу Асинус Мунди (официальной он был сам), систему, доступную для беспрепятственной «дальней» космонавигации, с доком соответствующего Имперского Департамента. В систему Артемис, в смысле, где я на Императорис Гладиус и взошёл.

— Это, дукс Безмолвный, необходимая вещь. Через двое суток прибудет лайнер космонавигации, — сёрбая чаем, вещал Стефан, пригласивший меня на кружечку коньячку к себе. — Черезвычайного положения в Асинус Мунди не введено, — продолжил он, на что я понимающе кивнул.

«Чрезвычайное положение» по сектору — это ОЧЕНЬ серьёзно. То есть: Имперские Силы столкнулись с проблемой, которую НЕ МОГУТ решить без массовых жертв, потерь и отмены ряда Декретов и Законов Империи. Дядя Стёпа ввести его, теоретически, может — но не будет, потому что после этого его как бы не в казематы заточат, а на его месте будет новый Префект. Вот на Вирде Грамен с геллиотом — оно было понятно и оправданно. А в Жопамире с фирмоментумом, даже если ВСЕ планеты взбунтуются — «нет». Не те соотношения сил Империи и потенциальной опасности. И гипотетически заменивший дядю Стёпу Префект отменит это положение тотчас же после назначения.

— А на борту Императорис Гладиус — завершившие службу Легионеры, служащие, чей срок пребывания, — кисло улыбнулся Префект, слово «ссылка» так и читалось, — в Асинус Мунди подошёл к концу. Надо передать собранные «налоги», — с той же усмешкой, но вполне серьёзно заявил он. — И, наконец, принять войска и служащих взамен отбывающим. Это обязательства Империи, они должны быть выполнены. Так что направляемся мы в Артемис, будем встречать лайнер, — подытожил он.

Вот тоже — вроде бы и глупость, в регионе, потенциально охваченном бунтом с преступниками, промывающими планетарному руководству мозги, но на деле — всё правильно. Империя — Империя до тех пор, пока выполняет свои Законы. Есть выслуга, назначен срок — он должен быть исполнен.

Так что против нового маршрута я и Эмик не возражали. О чём я Префекта Милитум заверил, он был очень этим фактом обрадован, хех. Ну а вообще — выходило у меня с выслугой довольно неплохо. Потому что операции Стефан отражал, проводил по отчётности вполне честно. Даже мои мудрые высказывания в чате и на совещаниях — учитывал, что было с его стороны весьма любезно. И, выходило, что если на оставшихся планетах Жопымира такая же фигня, как на Схиме, то по «окончании операции усмирения» у меня останется выслуги — полгода от силы. Более того…

— По завершении операции на Схиме, вам, дукс Безмолвный, положен отпуск от службы, не менее трёх недель, не считая дорогу, согласно моим расчётам, — не слишком радостно сообщил губернатор. — Воспользуетесь?

— Нет, конечно! — возмутился я. — До окончании операции я с вами.

— А там мы, похоже, расстанемся. С чем я вас, дукс, искренне поздравляю, но не без печали — я останусь без столь приятного собеседника.

Тут просто выходило, что помимо того, что бросать фирмоментум в текущей ситуации — вообще свинство, так ещё и выслуга. Проще сейчас полгодика потерпеть, а потом занятся своими делами, чем свалить на Ульвеюл, упустить возможности, ну и мариноваться в Жопемира не полгода плюс-минус, а пару лет. Про десяток я, к счастью, могу уже и не думать.

В общем, летели мы к Артемису, я занимался-тренировался… И страдал, блин! Ну сама возможность вот прям сейчас мотнуться на Ульвеюл, а то и Вирде Грамен, немного того… Ну понятно. Так кроме этого, все мои попытки решить проблему медикаментозно и по-другому — как-то не очень помогали. Не только в плане удовольствия — понятно, что никакого. Но и в плане гормонов, о чём меня Эмик прямо предупредил:

— Иди и размножься срочно, глупый Гален! — в приказном порядке озвучил Инвиктус, хорошо, что в ИР. — У тебя показатели чуть ли не хуже, чем в Академии! Ты тупишь, пилот, — дополнил он уже нормальным, а не «бронзовым» тоном.

В общем — примерно это я и чувствовал, и тут, похоже, были виноваты родители и егеники, перекосившие гормонально-психологический фон. Вообще — надо бы на Юле Басилдр озаботить подробным разбором замечательного себя, да и с результатами ознакомиться. Но это — позже. А сейчас мне надо было срочно того и этого. Без всякого — «всякое» для девчонок. И надо потому, что тупящий и думающей не той головой пилот угробит кучу народа вокруг. А может — Инвиктус и себя.

Правда, начинались всякие моральные дилеммы и конфликты. Ну ладно, нужна мне подруга для многократного, но одноразового секса. В идеале — в бордель, но как-то… не хотелось, блин. Ну вот не хотелось и всё тут, так что стал я пробовать искать соответствующую подругу в увеселительных заведениях станции. И… фигу мне! Общая репутация на станции у меня была получше, чем усилиями бывшего Легата с подлегатниками, но…

В общем, после того, как отдыхающий отряд фельдшериц медслужбы, с обречёнными лицами встали, как одна, и их командир обречённо спросила: «Всех? Раздеваемся, отряд…»

Ну в общем, я послал дамочек на соответствующий орган, да и свалил по-быстрому, чтобы на мой не пошли. Грустно выходило, причём не только с медичками, так что к моменту, когда фирмоментум обменивался с Лайнером челноками — я уже прикидывал, в какой бордель завалиться. Зае…люблюсь там до кровавых мозолей себя, без всяких дурацких «хочу-не хочу». А не поможет — буду думать, может, и вправду в отпуск будет иметь смысл смотаться, несмотря ни на что.

Думаю я эти печальные, полные затраханности мысли…

— Приветствую, хер дюк! — раздался до боли знакомый голос. — Я по тебе скучала, — уже тише произнесла Кудряшка и чмокнула заходя из-за спины, в щёку.

19. Потрясение семейное

Первые мысли, которые появились, были всякими. И даже разными. И даже этакими… Но несвоевременными. Потому что Арвинг — должна учится в Академии, до конца года. Ну ладно, «должна» — это не вполне так. Но…

Но, для начала, в первую секунду, вместо ответного поцелуя (чего хотелось), или начала хорошей семейной сцены (чего тоже хотелось), или монолога «дюк Ульвер изволит пребывать в недоумении и гневе (чего может и не очень 'хотелось», но было не лишнее) я опустил руку на волчий жезл. И проверил, а собственно кто меня поцеловал только что. И выходило, что Арвинг Ульвер, собственной персоной. И Кастор на фирмоментуме.

— Надо доставить Кастора в ангар, — ровно протянул я, подавив всякие хотелки.

— А-а-а… ты… Хорошо, хер дюк, — помрачнела Арвинг.

Почему помрачнела — понятно, ожидала что я подпрыгивать от радости буду. А я даже не поздоровался — но и правильно сделал. Потому что «как и почему» — я, в общем, понял. И вообще-то — ну вот совершенно не возражаю, а определёнными частями тела и не только ими даже приветствую. Вот только подобные «сюрпризы» уместны в спальне, и там я порадуюсь и вообще. А вот в текущей ситуации у меня к Арвинг, а, подозреваю, что ко всем супругам — претензии. Обоснованные и серьёзные, хотя степень «серьёзности» надо обдумать.

И пока Арви заводила Кастора в один из ангаров дуксовых покоев, я как раз думал и определял. И в общем — выходило терпимо. Точнее — я погневаюсь там, поподпрыгиваю и вообще всё такое. Но в целом, с учётом всех моментов — терпимо.

Кудряшка Кастора завела, подошла ко мне, стоит… Ну вообще — милота, потому что смотрит и виновато, и ласково, ну и вообще. Такой вид очень приятен в любом состоянии, на всякие там интересные мысли, желания и действия подталкивает. А уж в моём текущем — вот вообще. Но я был непокобелим! Ну потому что сейчас — терпимо, да и предпосылки понятны и всё такое. Но если этот факт пренебрежения моей волей, дючьей субординацией и всё такое спустить без разбора полётов и гневных подпрыгиваний — динамика семейной жизни вполне может зайти совсем не туда. Вплоть до использования жутковатых хлоиных запасов в совсем не тот адрес, в который их использование хоть сколько-то уместно! А такой семейной жизни нам не нужно.

Так что посмотрел я на Арвинг с мордой на своём лице скорбной, значительной и осуждающей. И головой покачивал. И внутренне умилялся от кудряшкиного вида. И комбезом этот «репродуктивный отросток» прикрывал-смирял — он тоже поздороваться хотел, гад такой! Нет, я его, в общем — прекрасно понимаю. Но несвоевременно же!

Достал волчий жезл, сдёрнул Веснушку с какого-то занятия, Мари тоже подключил (она, партизанка губернатурствующая, тоже в курсе была, как и ожидалось) и до-о-олго, ну-у-удно, проти-и-ивно нудел. Частично даже по делу: ну в смысле, мои там «уязвлённые-попранные чувства Безмолвности, Дючности и прочего Величия» — это «по-семейному», а не по делу. А вот то, что Кудряшка пролюбила (ну, ещё не пролюбила, но пролюбит — я постараюсь, главное — пока вида не показывать) почти год занятий в Академии — это очень даже «по делу». Неприятно и впоследствии — может аукнуться.

Девчонки полчасика моему праведному нудежу повнимали (под одобрительное гудение Эмика на заднем фоне, тоже, блин, член семейства, хех. Хорошо, хоть без «права голоса» в семейных вопросах), на снисходительно брошенное «а теперь оправдывайтесь!» в общем — оправдались.

То есть послушали мои рассказы, почувствовали «страдания без нас», которые если по совести — были…

— А если честно? — обратился я к невинно хлопающей ресничками Арвинг.

— Ну-у-у…

— Понятно. «Я к херу дюка, и никто меня не остановит!» — покивал я.

— Ну-у-у… немножко.

— Похоже, Гален, — затараторила Хло. — Но мы долго обсуждали, тебе плохо и поддержка Инвиктуса не помешает…

— И не поможет, тут специфический расклад, — отметил я. — Точнее…

— Посмотрим, посчитаем, — веско прогудел Эмик.

— Да, посмотрим ещё. Но в целом — понятно. Арвинг из вас троих, не считая её упёртости — самая не привязанная к месту. Вы почему не сказали, не спросили⁈ — гневался я.

В ответ — «сюрприз», «а если откажешь» и всякое такое. Ну, как я изначально решил — именно «терпимо». Спустить не спустил, разбор полётов устроил, но истерить и орать сверх нужного — дело глупое. Арвинг «закусила удила», причём в плане некоторой ревности «он там не с нами, кобельеро такой!» — тоже, были на это мимически-контекстные намёки. Девчонки покумекали, пришли к выводу, что «прикроют», а потом «подтянут». Ну и вот она тут, что если не лицемерить — приятно не только репродуктивному отростку «в частности», но и всему мне в «целом».

— Мне в казарму, хер дюк? — скорбно спросила Кудряшка в конце «разбора полётов».

— СДУРЕЛА?!!! — не лучше Бронзового заподпрыгивал я, да ещё ухватил за плечо — а то мало ли, сбежит ещё! — Ко мне пошли, — деловито потащил я супругу в спальню.

— Не забывай о смазке деталей, подвергающихся нагрузке трению, пилот! — напутствовал нас Эмик.

Я так и не понял — это искренняя забота, или прорезавшиеся у развивающегося Инвиктуса «Бронзовое чувство юмора». Впрочем — все равно смешно, так что пусть будет. И оттащил Кудряшку, и того, и этого и даже всякого разного. Что приятно, помимо процесса, который чертовски приятен, «гормональная подушка на сознании», натурально тупящая и мешающая жить и думать — исчезла. А потом я аккуратненько, чтоб не будить немного… уставшую и посапывающую девчонку, прокрался в ангар. Потому что некоторые вопросы надо было решить, пока не забыли, а энергии у меня, на удивление, только прибавилось.

— О смазке не забыл? — поинтересовался Эмик, а я, подключаясь, убедился, что не «шутит» (в сопряжении такое можно понять— почувствовать), а реально беспокоится.

Довольно занятный выверт сознания ИЛ. У него всяких поршней, шарниров, шестерней и всякого такого — тьмуща. Ну это и понятно. К Инвиктусу он относится практически как и мы к телу — это тоже вполне понятно. И вот всякие «плохосмазанные» детали, которые изредка, но встречались, ну или там мусор — доставляли Эмику не «боль», а «зуд», если проводить аналогию с человеком. Что его БЕСИЛО, именно большими буквами, и было неприятно. И он, проводя аналогию «со своей стороны», своему пилоту подобных пакостей не желал, ну и заботился в меру своего понимания.

— И я не забыл, и Арвинг захватила. Из твоего подарка.

— Это хорошо. Глупая она у тебя, но хорошая. Кастор, слышишь? У тебя хороший пилот, — расщедрился Бронзовый на похвалу связью.

— Слышу. Благодарю, Эквис, — прогудел штурмовик.

— Так, давай не о глупостях, а по делу…

— ДУРАЧЬЁ! Забота о несмазанных деталях — не глупость, а важное дело!

— Да, — героически не ржа, согласился я. — Но вопрос именно подключения к нашим операциям Кастора. Я пока не очень представляю, что ты имел в виду под «посмотрим, посчитаем», Эмик.

— А, смотри, — развернул в ИР схему Бронзовый. — Вот генератор Кастора… Подключайся, кстати. Кастор! — позвал он, сверившись со мной «без слов», на эмоциях, в смысле «возражаю-нет».

И выходило вот что: эмиттеры полей Кастора — стандартные. Их довольно много, да и в целом Кастор выходит помассивнее нас. Мы тяжелее, примерно одного роста, но Кастор пошире, у него пусковые для разгонников, соответственно — пошире, и мест расположения эмиттеров защитного поля побольше. Так вот, стандартные эмиттеры, стандартное поле без нашей «экзотики». Мощное чертовски, но для Инвиктуса именно норма.

И ни хрена эта «норма» не перекрывает область нитринной группы. Ну не защищаются от такого, мы бы сами адресно защищаться не смогли, если бы не поливариантность эмиттеров Эмика и наше обучение. Но, при этом, Эмик предложил такой хитрый выверт: «противоход-колебание» квантов, которое это нитринное излучение экранирует — не слишком энергоёмкое само по себе. Вот условия для его создания — это «да», ну и вычисления самого поля сложноваты, хотя тут наш вычислитель справляется. В общем — можно, в пределах тридцати-сорока метров от нас «натянуть» состояние экранирования на Кастора. Он своими эмиттерами шарашит, создавая не защиту, а условия для создания. Ну а мы, соответственно, эту защиту в благоприятных условиях создаём. И обсудив, смоделировать и всё такое — выходило вполне осуществимо.

Что очень неплохо: я от прикрытия мощного штурмовика точно не откажусь. Лазить в замки Кастору и не надо будет, ну если они стандартные, конечно. Правда, тут был один ма-а-аленький нюанс, хотя расчёты я серьёзно проводил — не помешает, а скорее поможет. И этот нюанс я сообщил Бронзовому уже личным каналом, не оповещая Кастора.

— Эмик, это ты умно придумал…

— Я вообще — лучший и умнейший Инвиктус Империи, — надувался Бронзовый.

— Тяжёлые платформы, — невинно произнёс я.

— Да… ДУРАЧЬЁ!!! — разорался обиженный Инвиктус. — Я… правильно всё просчитал!

— Вообще, мы всё правильно сделали — этот генератор совершенно не факт, что в Инвиктус влезет, а как внешнее оборудование — уязвим, — признал я. — Но…

— Да не подумал, — дулся Эмик. — Дурацкие платформы! И ты не подумал!

— И я, — не стал спорить я.

— Дурацкий Гален.

— Полегчало? — поинтересовался я.

— Не очень, — признался Эмик. — Хотя, судя по твоим показателям — у тебя заработала голова, а не репродуктивный отросток. Это — хорошо, не загубишь своей тупостью Самый Великий Инвиктус Империи! Всё, или давай, дурацкий Гален! Спи там или размножайся. Мне надо подумать и отдохнуть, — выпроваживал меня Инвиктус.

Я и выпроводился. Чего ж не поспать, если спится и не размножаться, раз размножается?

А после сна и всякого разного, занялись мы практикой. И — тренировками. Сопряжение двух вычеслителей Инвиктусов позволяло формировать вполне сносную ИР именно для тренировки. И нам с Эмиком не лишнее, да и Арвинг с Кастором тоже. В общем, четыре дня, пока фирмоментум болтался у Лайнера и перебрасывался с ним челноками и контейнерами — мы тренировались и изводили смазку для деталей, подвергающихся нагрузке трению. К взаимному удовольствию и вообще.

Так вот, все, кто нужно — свалил, все, кто нужно — прибыл. И стал Императорис Гладиус разгоняться к следующей системе, для ревизии. Ну а я практически не сомневался, что будет то же, что на Схиме, хотя полегче, конечно. Всё же пробивающие стены этого дурацкого замка разгонники, при этом не рушащие его — вещь. Ну и поприятнее — ТОЧНО. Дядя Стёпа приглашал на коньячку кружечку — а я сходил, Арвинг не брал. Он не звал, а хвастаться такой замечательной Кудряшкой у меня потребности нет. Она у меня есть, это главное, а хвастаться — нафиг.

Посидели, чайку попили, я рассказы губернатора послушал. В общем — как обычно, ничего нового интересно.

Так вот, фирмоментум двигает к границе гравитационного колодца звезды, мы с Кудряшкой занимаемся во всех смыслах. И всё хорошо, вот-вот прыжок должен быть. А я немного… ну интересно стало. Просто переход в гиперпространство фирмоментума нетипичен и вообще. И вот стало интересно, да и, может, Кудряшке понравится этаким заняться «в процессе перехода». Ну такой… эксперимент и интерес. Не понравится — никто не заставляет, а вообще — интересно. Так вот, затащил я Арвинг в кровать (она не отбивалась, между прочим!), ласки и всё-такое, и только переходим к делу — как меня «наваливает» на Арвинг, чуть ли не до боли, хорошо что без травм. И с кровати сбрасывает. Из ангара, сквозь стены-переборки раздаётся грохот и Бронзовый Рёв, на тему дурачья и того, что Самый Великий Инвиктус Империи Энеус Эквис с этим дурачьём неминуче сделает. Особенно вопль «НЕ ДРОВА ВЕЗЁШЬ!» обращённый к «дурачью-капитану» запомнился.

А вообще, в первый момент этого всего у меня появилась довольно дурацкая (ну, всякое и этакое к интеллектуальной деятельности не очень располагает) мысль, что это мы с Кудряшкой так «зажгли». До смена вектора гравитации фирмоментума и всякого такого. Мысль, мимолётная гордость «экие мы», мимолётный страх «прощайте барабанные перепонки, надо сразу импланты ставить…» и всякое такое промелькнуло за секунду. А потом врубились мозги и, проверив Арвинг на повреждения и всё такое (к счастью — не было), я стал понимать. Что мы, конечно, «ого-го», но не до такой степени, как ни крути. А судя по грохоту — Бронзового повалило, это мягко говоря — непросто. То есть, Императорис Гладиус испытал некое воздействие, ОЧЕНЬ значительное. И в гипер не вошёл, а должен был. И ни черта мне это не нравится, несмотря на отсутствие тревоги.

— Арви, в Инвиктусы, — накинул я на себя комбез и кидая его девчонке. — Не знаю, что это было — но разбираться предпочту в ложементе.

— Я тоже, Гал, — призналась Кудряшка, поднимаясь и закрывая комбезом всякое интересное.

Добрались до Инвиктусов (Эмик потребовал чуть ли не клятву, покарать "криворукое дурачьё!'), подключились к корабельной сети… И я задумался. На тему того пинать ли штурманскую команду, отдавать их на скропостижное пинание Эмику, или вообще забыть про неё. Потому что никакими авариями, атаками и всяким таким и не пахло. Это экипаж фирмоментума не врубил генератор гравиперехода, более того — на форсаже всех двигателей сменил вектор движения. Столь резко, что никакие гравикомпенсаторы не справились. Из-за чего мы и посыпались, да и забита сеть была, в основном, инфообменом спасательных и ремонтных команд.

Но это — не оправдание, и «не дрова везущим!» лихачам бы натурально грозил «пинок бронзового возмездия». Если бы не причина, которая была и была… странной.

Дело в том, что в системе Артемис буквально за минуту до нашего выхода в гипер стала наблюдаться точка искажения метрики пространства. То есть, некий межзвёздник не просто вошёл, а целенаправленно пёр через гипер в систему Артемис, единственные «ворота» Асинус Мунди. В другие системы «дальним прыжком» не доберёшься, тут бардак и поругание, аномалии… Ну в общем, при прыжке в ту же Схиму от, положим, Вирде Грамен — процентов семьдесят вероятность выйти В звезде. Процентов двадцать — хер знает где. Пять — не выйти из гипера вообще. Ну и пять — выйти «примерно» где надо. Что в совокупе — никому нахрен не надо. как понятно. Более того, Жопамира, сама по себе, никому нахрен не нужна! Раз в год летает Лайнер — и всё, ну вот был курьер со мной. Так как я выяснил — курьер пищал, орал и извещал до посинения. Отдельная директива Департамента Космонавигации была, что прибудет. В общем, о прибытии курьера разве что фанфарами не оповестили, да и то не факт.

А тут — непонятный межзвёздник. Вне зоны контроля дока Космонавигации, на минуточку. И таких непонятных межзвёздников Асинус Мунди не наблдала не меньше миллениума, а то и побольше. Даже Пииты прибывали на Лайнерах, которые местные зелёные завихрения пытались понять! И это на фоне творящегося в секторе. В общем, убедившись, что это не Имперское судно, фирмоментуум развернулся «на пятке». Насколько я понял, уже успокоившись — иначе вообще никак, а то бы сорвало со звёздной орбиты, и возвращаться нам в систему несколько дней. А непонятный гость появится через три-четыре дня, а то и раньше. Ну и решил дядя Стёпа его встретить на фирмоментуме, что я могу только одобрить, чисто умозрительно. А Эмик — ворчать, потому что шмякнулся и вообще недоволен. А Арви — позвать меня назад в спальню, потому что на самом интересном прервались.

Ну и направились мы в спальню, потому что дела надо заканчивать. Мы очень ответственные Ульверы!

20. Романтическая телепортация

А вообще — ситуация с этим неизвестным судном выходила очень подозрительная. Ну и «разворот на пятке», несмотря на травмы, поломки и всякое такое — в общем-то, оправдан. Потому что не смотря на «в общем, под контролем» — есть некая гипотетическая сила. Мозготрахнувшая верхушку Схимы так, что в трахнутых мозгах не осталось и следа. И не трахнутые в мозг — ничего не заметили, хотя последнее — следствие и социального устройства. Но всё же, сотня личных телохранителей, не заметивших ТАКОЕ — вещь нетипичная даже в местном дикарстве. Мало того, как-то подкинули усыпляторы на бедность, массово. И опять — никто ни сном, ни духом. В общем, довольно напрягающие факторы, в совокупе. А учитывая то, что информаторы администрации замолчали по всей Жопемира — то «гипотетичность» разве что для очистки совести. А так — есть эта подлючая «сила» с неприятными и непонятными возможностями.

Далее: корабль, прибывающий в одном временном окне, без оповещения, именно в Жопумира — ну вот совсем уж подозрителен, до предела. Тысячу лет никого, а тут явился, случайно. Мало того, фирмоментум… опаздывал. То есть, из-за Схимы и всего такого Императорис Гладиус отставал от «регламентного графика» пребывания в системе Артемис на дюжину часов. Вроде и мелочь, но таких мелочей последнюю сотню лет не случалось.

И выходит, что неопознанный корабль мало того, что прёт в никем не посещаемую систему, без оповещения. Так ещё прёт во время, когда идущий по графику фирмоментум даже гипотетически не может его перехватить или что-то такое. Ну вот никак не сможет, опоздает минимум на сутки, даже если «развернётся на пятке» уже в системе-финише, куда по графику должен лететь через гипер. Ну и непонятки местные, так что корабль этот надо, и именно — «надо», как минимум, проверить. На тему, что ему такому красивому, в такое подозрительное время, в Жопемира понадобилось.

Что довольно ожидаемо — дядя Стёпа через несколько часов вызвал меня, хотя и не на совещание. Но и не на кружечку коньячку — именно как дукса и пуньёна.

— Готовьтесь, Дукс. В том, что будет конфликт с неизвестным судном — я не уверен. Как и в том, что если будет конфликт — вы и ваш отряд понадобится. Кстати, кто у вас там?

— А вы не в курсе? — удивился я.

— Не успел поинтересоваться, разбирался с планированием. Предположил, что в свете текущих реалий вы запросили из Рода подмогу. Что — вам виднее, — развёл руками губернатор.

— Ещё один Инвиктус, тяжёлый штурмовик с разгонниками.

— Это — прекрасно, дукс, — порадовался префект. — Но даже если начнётся конфликт — сразу я вас не пошлю. Это… — задумался он, формулируя.

— Я понимаю, губернатор.

Ну я и вправду понимал. У меня «наёмное отделение», методологически. И «гонорар» мы уже «получили» — собственно, то самое обучение в Академии. И используя меня (или меня с отрядом — непринципиально), губернатор «расходует» этот гонорар. Сокращая время службы Империи. Всё логично, но гонять меня «за кружкой с кофием» — просто преступно. Не только потому, что я обижусь. Но и потому, что это фактически преступное использование доверенных Империей в губернаторово управление ресурсов. Так что если (скорее всего — так, но «если») корабль, прущий в Жопумира — враг, то сначала надо понять, попросвечивать радарами, понапосылать десант и штурмовиков. И вот ЕСЛИ не выйдет, будут потери и всё такое — тогда использование Инвиктусов оправданно, и дяде Стёпе плохого не скажут, а скажут «спасибо».

— Понимаете, дукс, и прекрасно. Вулканисты Императорис Гладиус расконсервируют телепортатор.

— А он тут есть? — удивился я.

— Естественно, — аж задрал нос, с надменной физиономией, губернатор. — Просто законсервированный, как большая часть неиспользуемого оборудования, вооружения и механизмов.

Выходило, что нам с Арвинг (ну точнее — Эмику и Кастору, но нам) остаётся только готовиться, в плане подбирать навесное оборудование для возможного десанта. И выходило, что нам с Эмиком в ионнике, спаренном или не очень, просто нет смысла: до места — телепортером (если до места вообще надо будет), а там — хрен полетаешь. Ну или надо будет разнести судно до такого состояния, что и летать нахрен надо. Если всё плохо — есть фирмоментум. А если ну уж СОВСЕМ плохо — в смысле фирмоментум неведомо как сломают, но при этом мы с Арвинг чудесным образом выживем и ещё победим врагов — то у Кастора ионник интегрированный. Да и у колесницы, точнее плоскости Минковского, есть некоторая особенность. Она, конечно, относительно выбранной точки позиционирования может перемещаться не быстрее трёх с копейками сотен километров в час, это свойство у неё такое, плоскостное. Вот только точка позиционирования может быть… любая. Некоторые (типа центра галактики и всякое такое) лучше даже не пробовать использовать — нас немножко расхреначит на кванты, и хорошо, если только нас с Эмиком, что не факт. Но в рамках звёздной системы — варианты есть даже без расхреначивания. Расчёты даже на первый взгляд мозголомные, не на один час, если не на один день. Но в той гипотетической ситуации, когда мы с Кастором окажемся в системе Артемис единственными обитаемыми-управляемыми пустотными объектами — нас торопить никто не будет.

А вместо ионников — несколько коробов с различными типами и видами боезапаса для Жнеца. Потому что хрен знает, какой нужен. Потенциальные противники в теоретически возможном бою не только не опознались перед Доком перед входом в гипер, но и самым наглым образом не выслали свои ТТХ и список вооружённых сил. Сволочи такие!

С Кастором же выходило что ничего, кроме нескольких дополнительных модулей криптосвязи и не надо. Последние — как раз «надо». Мы с Эмиком будем шаманить квантовый экран поверх щитов Кастора, так что с ним нужна чисто техническая, но очень широкополосная (и ОЧЕНЬ защищённая) линия связи.

Так что основное время, пока фирмоментум двигал к ориентировочной точке выхода неизвестного корабля, мы тренировали «противоусыпляторное сопряжение». Вероятность, что неизвестный корабль связан с хренью в Жопемира, как понятно — предельно высокая. Ну а в случае, если связан — усыпляторы на нём тоже есть.

И вот, достиг фирмоментум ориентировочной точки, борясь одновременно с орбитальным ускорением и попытками Артемиса его притянуть. У нас всё было готово, и, к счастью, было чем друг друга занять вместо бессмысленного ожидания и мыслеблудства. Так что сутки ожидания мы с Кудряшкой провели, уплотняя и укрепляя взаимопонимание и семейные отношения. Даже с Веснушкой и Мари связались, с которыми я, «гневаясь на самоуправство», после «разбора полёта» не связывался. Были прощены, но «если что — то у-у-ух!» Была надежда, что подействовало, но такая, неопределённая, пятьдесят на пятьдесят…

И вот, во время нашего отдыха после укрепления и углубления семейных взаимоотношений и всего такого (вот точно — вражины злобные, поспать не дали, сволочи!) раздался сигнал «точечной тревоги». Ну это которая не всеобщая, когда все на фирмоментуме должны чуть ли не чечётку на ушах отплясывать поголовно. А адресная, когда чечётку отплясывают только люди, занятыми конкретным делом, с соответствующе подготовленными ушами.

Вскинулись с Арвинг, накинули комбезы, заскочили в ложементы и подключились к командному чату фирмоментума. Ну точнее, я подключился, а Кудряшке и Кастору доступ дал как командир, И выходило, что корабль в системе Артемис из гипера вывалился. Был это грузовой военный межзвёздник. Не Имперских служб и департаментов — но это и из-за отсутствия опознавания было ясно. Раза в три поменьше лайнера Космонавигации, причём Родовой. Такие «лёгкие межзвёздники» были и у Родов, и у Корпораций и у отдельных, ОЧЕНЬ богатых Миров с «условным самоуправлением». Но сила защиты, орудийные башни-турели и всё такое однозначно указывали на то, что это корыто Родовое. Ни корпорации, ни самоуправляшки на ряд вооружения просто не имеют права (да оно им, если разобраться, нахрен и не нужно). При этом, были это если не враги — то конченые и клинические идиоты.

Впрочем, если и враги — то тоже такие, только по-другому. Так вот, опознаваться этот корабль отказывался, кроме общего имперского «свой-чужой», отправленного в первые секунды после появления в системе. После этого радиоактивность на прибывшем корабле была заглушена, на настойчивое долбление радистов фирмоментома «Вы кто-такие? Чего вам надо? Щиты отключить, на орбиту лечь, к принятию досмотровой группы приготовится!» ответили только один раз. «Не препятствуйте и не приближайтесь». И всё, тишина в эфире.

Это было и в записях и в схемах. А на текущий момент в командном чате шло командное форсированное совещание. На тему что с этими «гостюшками» делать, точнее — в какой последовательности делать. Что — все и без совещаний понимали.

— …не будем, — продолжил высказывание Префект. — Уничтожать это судно, с учётом его вероятной связи с ситуацией на Схиме и в регионе — не будем точно.

— Думаете, оно поставило нетипичные парализаторы на Схиму? — высказался Аурелий, новый Легат фирмоментума, занявший место сломавшегося грифа.

— Не думаю и почти уверен, что «нет», — логично ответил дядя Стёпа. — Это судно первый раз проходит через систему Артемис, а значит — первый раз в Асинус Мунди.

А дальше выходило, что с учётом величины корабля врагов у фирмоментума не проблемы, а затруднения. Было бы корыто вражин побольше, уровня лайнера — ему спокойно отстрелили бы реакторную и двигательную часть главным калибром (или вторым из главных, или третьим — много чем Императорис Гладиус мог отстрелить), после чего разобрались с обездвиженным, а при удаче — лишённым энергии остовом с населением. Но межзвёздник — меньше, и выходит такая ситуация, в которой фирмоментум может только его нахрен разнести. Именно «отстрелить», в смысле нанести локальные повреждения, не получится. Далее, вражина хамским образом разгоняется и она, не менее хамским образом, пошустрее и поманевреннее станции. В зону контроля Дока, как понятно, не входит и, похоже, намыливается систему Артемис покинуть гипером, на одну из пяти «подходящих» согласно траектории планет.

— Кроме того, — уточнил Адмирал, — нельзя забывать про возможность выйти из гиперпространства вне гравитационного колодца и вообще — в отдалении от звёзд. Там осуществить переориентацию…

— И ни дьявола мы их не найдём. Только если случайно не наткнёмся мы или антипиратские патрули.

— Именно так.

В общем, выходила ситуация, в которой фирмоментуму надо выпускать малые суда, которые не без риска, но будут противника задерживать, атаковать всячески и прикрывать десантные силы, которые на абордажных челноках попрут к вражинам. Тоже не без сложностей и всё такое. В общем — ничего странного, но совещание показало, что на фирмоментуме к такому моменту… не готовы. Не «вообще» — все инструменты есть в изобилии. А в данный конкретный момент, просто не готовились. Как я понимаю, из расчёта что «мы на фирмоментуме, мы сила-мща что у-у-у-х!»

Дурачьё, в общем, но не чересчур. Я вот такой вариант потенциально учитывал, но как «маловероятный». А предполагал, как и совещающиеся, что фирмоментум иммобилизует судно (если то будет сопротивлятся) и уже на обездвиженный остов накинутся абордажные челноки. Ну а потом и мы с Кудряшкой, если понадобится. Но было как было, так что ещё полчаса чечётку на ушах плясали флотские. И по ушам получали — от адмирала, а дальше поушник распространился согласно субординации.

Соответственно, когда вражина уже основательно набрал ход и ощутимо от фирмоментума отдалился, к нему стартовали десяток тех самых «антипиратских райдеров». Судов поменьше вражины, зубастых, но не очень подходящих против него. Впрочем «не очень» — не значит «совсем», кроме того — пустотные штурмовики. Ну и количество тоже играет роль. Как нам говорил Василий на Истории: «Бог всегда на стороне больших батальонов». Это высказывание какого-то доисторического (ну или малоизвестного) типа. То ли лягушек евшего, то ли тараканов… История не помнит, но фраза, в смысле «кто сильнее, тот и победит» — абсолютно верная.

Райдеры, в свою очередь, были пошустрее транспортника противника, обогнали его, закружили, перекрывая разгонную траекторию. А мы с Кудряшкой, да и Эмик с Кастором, подключённые к схеме-трансляции, да и, подозреваю, все на фирмоментме, ждали. Райдеры первыми не стреляли — может и не вполне верно, но их задача «не дать уйти». А противник, ПОКА откровенно враждебных действий не предпринимал. Преступные и хамские — предпринимал, но не враждебные.

Транспортник порыскал курсом, пробуя райдеры «обойти». Один раз даже «столкнулся полями», потеряв часть скорости. И, наконец, открыл по ним огонь.

— Отлично, — довольно отметил дядя Стёпа. — Сносите ему щиты, Адмирал. Легат…

— Экипаж абордажных челноков готов, Префект Милитум!

— Ну и стартуйте тогда, — заключил губернатор.

Абордажные челноки стартовали, выдвинулись к судну противника. Райдеры, тем временем, «ломали щиты», как и штурмовики. Эмиттеры вражине в полусфере перегрели достаточно, но вот штурмовики несли ощутимые потери. Всё же «Родовой», хорошо вооружённый межзвёздник. Была только надежда на то, что пилотами там были вычислители — точно я не знал, не имея достаточной «степени доступа».

Параллельно мы с Эмиком всматривались в данные с радаров, отчёты попыток подключений разведки. Ну, пытались понять, придётся ли нам на этом корыте воевать, и если придётся — то с кем. В принципе, с учётом выслуги и прочего — мы скорее «за», но данные в любом случае не лишние. Но их, к сожалению, не было. Так что оставалось ждать действий абордажников.

Челноки вскоре долетели и, понеся некоторые (но гораздо меньшие, чем могло бы быть) потери, шмякнулись на борт вражеского корыта. И зашебуршали — кто плазменными бурами, кто — пиропатронами, а кто просто люки вскрывал, от мастерства и наблюдательности пилота челнока зависит. Ну, проникли, в общем. Отчёт и трансляция абордажников показал, что сопротивляется им контрабордажная защитная система. Стационарная (в виде щитов-турелей), ну и мобильная, в виде защитных роботов с оружием. Это продвижение абордажников замедлило, но не слишком. А потом появились отряды в тяжёлой броне уровня сагитариев, но Родовой, а не имперской. И всё, связь начала пропадать. Последнее что пришло от отходящих (но не успевших уйти) абордажников на средних платформах — «Дамго!!!»

— Прискорбно, но ожидаемо, — констатировал дядя Стёпа. — Дукс Безмолвный, готовность вашего отряда?

— Готовы, направляемся к телепортатору, Префект Милитум, — отрапортовал я.

— Удачи вам, дукс, — пожелал губернатор.

А мы уже ехали в сторону здоровенного генератора короткой направленной телепортации. Кстати, вот хоть и «страшная тайна Империи», но достоверно известно, что телепортаторами могли пользоваться только Инвиктусы и ОЧЕНЬ тяжёлая техника-платформы. Которые, кстати, на вражеском корабле могли бы нас заменить, даже с учётом Дамго-усыпляторов… Только их там разнесут за считанные минуты, без прикрытия. Места нет ни хрена, и вообще — не предназначена тяжёлая техника для абордажей, она, даже если такое теоретически случится — при штурме того же фирмоментума будет скорее мешать.

Правда, в телепортационной, где нас, кстати, поджидал сам настоятель Мобилус, вышла заминка.

— Дукс, определите каковая машина первой будет телепортирована, — прогудел он.

— Дурачьё! — охарактеризовал настоятеля Эмик.

— Никакая, ректор Мобилус, — в несколько более мягкой форме ответил я.

— Обоснование?

— Если первым будет телепортирован Энеус Эквис, то он останется без защиты на время, пока не будет телепортирован Кастор.

— Принято. Разворачивание щитов будет препятствовать точному позиционированию телепортатора, а ваш Инвиктус в качестве цели не подойдёт вовсе. Вторая машина не имеет достаточной защиты от Дамго?

— Без меня — не имеет.

— Принято. Веду расчёты…

В общем, в итоге, в телепортатор мы залезали «в обнимку», ну точнее Кастор с Эмиком. Эмик громогласно назвал всех, вулканистов в том числе, «дурачьём!» А нас с Арви, хихикающих над ситуацией — особенно. Но поместились, влезли.

— Пуск! — прогудел Мобилус, и свет мигнул.

21. Абордаж — это весело, говорили они

А вот выкинуло наши обнявшиеся Инвиктусы… да чёрт знает где! Выброска должна была быть внутрь судна, поближе к реактору — а мы шмякнулись об обшивку вражеского судна! Причём снаружи, а не внутри. Хорошо хоть в «спокойном» месте — ни турелей, ни радаров вокруг. Может, и не заметил никто, по крайней мере, судорожное проглядывание телеметрии показывало, что рейдеры «долбят щиты» и всякое такое с противоположного конца корабля. А мы в полусотне метров от дюз оказались, хорошо ещё, что каким-то манёвром к кораблю прижало, а то ионники или колесница (которая, кстати, не факт что позволила бы догнать корабль) — это как постучаться с фанфарами для радиолокационных систем, в стиле «а вот и мы».

Понятно, конечно, что проникновение Инвиктусов на корабль — дело шумное, и не спрячемся. Но мы-то должны были появиться в доступности от реактора, быстренько пробиться к нему и отрубить всё или часть (как пойдёт) энергоснабжения. А в пустоте воевать — у нас обвеса соответствующего нет, а без него не приспособлены наши Инвиктусы для «пустотного боя против защитных дронов». В общем, учитывая, что на судне хрен знает, какие силы — лучше нам пока примагнититься к обшивке и понаблюдать, пассивно просканировать и подумать, что делать будем.

Эмик исправно и обидно бурчал про вулканистов, а я мимоходом понял, что взаимопроникновение при синергии — именно «взаимо». Бурчать я стал, ну время от времени, на зависть всяким аристо. Что в общем — не слишком плохо, коммуникации способствует. Главное — не слишком «обаристократиться», хех.

Инвиктусы примагнитились, стали мы вникать, куда нас занесло, пытаться понять — с хрена ли именно «сюда», ну и в какую сторону нам дальше воевать. Что воевать — это понятно, что нужно. Но в какую сторону — принципиально важно. Выходило, что выкинуло нас в пустоте рядом с двигательным отсеком — но это-то наблюдалось. А вот дальше выходило, что под нами, в рамках сканирования пассивными сенсорами, нет никого. Но, при этом, на судне высоковероятно есть Инвиктусы. Тут наши слабосильные сенсоры были не помощники, мы — не разведчики-диверсанты. Но так как мы с Эмиком постоянно работали с пограничной физикой полей, то повысили не чувствительность, а понимание ряда моментов. И ряд квантовых отклонений, в пределах пары километров от нас, был очень характерен. Точное, расстояние и сколько — мы чёрта с два поняли. Но факт что «были», и больше одного — установили практически точно.

— Инвиктусы, несколько, — озвучил чатом я. — Это — не считая этих усыпляторов-Дамго, экипажа и контрабордажных систем.

— Понятно, — ответила Кудряшка. — А с чего мы тут, не знаешь? — уточнила она.

— Вулканисты, криворукое дурачьё! — поделился Эмик важным мнением по вопросу.

— Видимо, сбой, — согласился я. — Но не факт — возможно, флуктуация поля во время боя.

— Вероятность — меньше десяти процентов!

— Но возможно.

— Возможно, занудный Гален, — буркнул Бронзовый.

— Ладно, причина нам пока не важна, хотя позже надо бы разобраться. А сейчас надо понять, что делаем. Долбиться в двигательные системы я не хочу.

— Долго, да и сломаем что-то не то. Это дурачьё взорвётся, а Гален будет нудеть, — опять вклинился Бронзовый.

Вот ведь Орало Бронзовое! Жертву домашнего насилия из себя корчит, а сам мне барабанные перепонки с завидной регулярностью рвёт! Ну-у-у… скорее забавно, конечно. В смысле, бурчание, а не мои бесконечные травмы от Бронзового Шума.

— И боеспособность судна не снизится, щиты останутся, ситуация с Дамго не решится, — дополнил я. — До реактора пробиваться через всё судно — мне вариант не слишком нравится.

— Хочешь повторить захват рубки? — понятливо уточнила Арвинг.

— Хочу, — согласился я. — Но надо думать, где проникать сквозь корпус, например. Пока нас вроде не видят, имеет смысл добраться поближе. Разумнее, чем пробиваться через коридоры всего корабля.

Подумали, прикинули, посчитали. Подключиться к коммуникациям вражеского корабля, не поднимая тревогу, у нас не выйдет, но расположение отсеков в Имперских кораблях (а все корабли в Империи — Имперские, Родовые или там корпоративные — неважно) типично. И рубка расположена в передней трети корабля, вторая по защищённости после реактора. Реактор, кстати, защищён лучше всего не только из-за важности — рубка как бы не поважнее. Но и из-за опасности, то есть там не только защита от нападающих, но и защита экипажа от возможной нестабильной работы реактора. И тут я захихикал, хоть и мысленно — просто не удержался.

— Над чем насмехаешься? — заинтересовался Эмик личным каналом.

— Да я вот думал о том, что реактор защищён лучше рубки…

— И правильно защищён! Взорваться может. А смешного ничего нет!

— Да я не про то, а про то, что от неправильной работы реактора — экипаж защищён.

— Ну?

— А от неправильной работы командной рубки — нет!

— Гы-гы-гы! — оценил Бронзовый. — Смешно. Добрались, кстати.

Мы и вправду добрались: Кастор и Бронзовый оказались примерно там же, где была наша группа (скорее — семья) при проникновении на подавитель, ещё в прошлом году. Правда, были и отличия — межзвёздник «под нами» меньше, пока нас штурмовики-дроны не атакуют. Но при этом, нас меньше, и нет лучевого оружия. И нет Деремиты — длина этого барионника позволяла прорезать броню корабле меньше, чем за минуту. Тратить время на «лобовое пробивание» нам было не слишком разумно, так что порыскали мы и нашли шахту то ли для дронов, то ли для штурмовиков, то ли для ракет — непринципиально. Важно то, что под внешнюю броню мы сможем пробраться быстро, а внутри — разберёмся.

— Вот только беспокоит меня это… — подытожил я обсуждение диспозиции «мыслью вслух».

Просто было очень нетипичное проявление. Но прямой угрозы вроде и нет… Но всё равно — непонятное непонятно.

— Какая, Гал?

— Связь, Арви. Мы пробрались через весь корабль, ну две трети. Тут шебуршим. И за всё время внутри корабля не зафиксировали ни одного случая радиопереговоров.

— Экранирование… нет, не вариант — энергоконтуры мы видим, стандартный корабль, — задумалась и Кудряшка.

— Я бы сказал, что там нет никого, или дурачьё прячется по казармам, — прогудел Эмик. — Но не буду. Странно, но что ты с этим можешь сделать, пилот? Врубить активные сенсоры?

— До проникновения на борт — точно «нет». И ты прав, Эмик…

— Я всегда прав!

— Если, как обычно, не ошибаешься, — уточнил я и, прежде чем началось, скомандовал: — Погнали!

От бронзового бурчания это не защитило, но от Бронзового Шума — оберегло. Вскрыли люк, протиснулись в шахту, попадая в заону действия корабельных генераторов гравитации и рухнули.

— Хорошая ракета была, — откомментировал Бронзовый, рассматривая сплющенную металлическую загогулину. — Большая. И самортизировала хорошо, — одобрил он.

А я вглядывался в телеметрию заработавших в активном режиме сенсоров. Дорогу до рубки для нас с Кастором, достаточно просторную, кроме последнего участка (ну там и барионником поработать можно) — нашёл. А вот загадка отсутствия радиопереговоров становилась всё более странной: люди, роботы, и три Инвиктуса в округе были. Более того, тревога разгерметизации поднялась — ну не было у нас микророботов или чего-то такого, чтобы заблокировать кучу кондовых и надёжных датчиков. А вот радиообмен как не вёлся, так и не вёлся, несмотря на очевидное копошение вражин.

— Проводной пользуются, дурачьё! — отрезал Эмик личной связью.

— Где импульсы, Бронзовый? Где импульсы? — возразил я.

— Хорошо экранированной проводной связью. И дурачьё, но не стоять же тут, дурацкий Гален! — возмущался Эмик.

Ну и вправду — не стоять же. Так что мы с Эмиком пошли вперёд по коридору, слегка пригнувшись и орудуя Кистенём — с самого начала пришлось сносить настенные турели и эмиттеры щитов, понатыканные в стенах коридора. А Кастор, выпрямившись, топал за нами, хищно поводя стволами разгонников. Эмику хотелось всех «пожать», но то, что мощность разгонников Кастора побольше нашего Жнеца — он прекрасно понимал. Так что шли мы «вщитовую» и «вкистенепашную». Вражины копошились и, для начала, нас встретили средние и малые автономные контрабордажные платформы. Но они ни черта не могли сделать со щитом, а единственный выстрел Кастора не только проделал в рядах контрабордажных роботов внушительную дыру, но и пробил переборки на повороте, порушив судно и «спрямив» нам путь. Не сильно, но спрямил.

И тут повалили сагитарии. Не местные «кузнечики», а родовые гвардейцы в тяжёлых бронекостюмах с экзоскелетами. Повалили отовсюду — спереди, из техпроходов, сверху и снизу. И стреляли не только усыпляторами, но и тяжёлыми пехотными пушками — разгонниками, плазменными ускорителями и всем таким. Разгонники, плазменные ускорители и всякое такое нас не очень волновали, а вот в действие усыпляторов мы с Эмиком вглядывались напряжённо. Всё же первая «полевая» проверка наших идей-расчётов по созданию защитного поля вовне. И — работало, Арвинг не засыпала, Кастор исправно орудовал стандартным барионником, время от время постреливая по удачно (или неудачно, вопрос точки зрения) попадающимся тяжело бронированным гвардейцам.

— Мы — молодцы, Гален! — довольно констатировал Бронзовый, не прекращая помахивать Кистенём и потихоньку продвигаться.

— Это, конечно, «да», — подтвердил я. — Ты даже молодцеватее.

— Само собой.

— Только, Эмик, меня напрягает старый вопрос.

— Вокруг бой. Радиопереговоров нет. Колебаний гравитонов нет. Проводов в них не воткнуто, — на последнем Эмик не поленился прихватить под манипулятор подвернувшегося сагитария, повертеть им-осмотреть и выкинуть вдаль. — Точно не воткнуто, — констатировал он. — Квантовых колебаний подобия — нет. И действуют они скоординированно, хотя дурачьё самоубийственное, конечно…

— Вот-вот, — подтвердил я. — Не как гвардейцы, а как психи какие-то, но действуют. А связи нет.

— Странно, согласен. Но повторюсь — что нам, стоять и ду-у-у-умать?

— Нет, стоять не надо. У нас, кстати, скоро появятся гости.

— И познают Величие Эниуса Эквиса, — деловито сообщил Бронзовый.

— Отсутствие связи довольно подозрительно, Гален, — сообщила Кудряшка в боевой чат.

Ну, наш «приватный разговор» она не слышала, так что просто высказала наблюдения.

— Да, мы уже попробовали разобраться.

— И как?

— Непонятно.

— Понятно… Что-то на основе «Дамго»?

— Скорее всего, но точно не оно…

— Мы новые сенсоры поставили, — деловито уточнил Эмик. — Если принцип и тот, то точно в другом диапазоне, не отслеживаемом нами. И тут ещё вопрос с тем, что, похоже, каждый дурак из дурачья на борту снабжён этим переговорником, — внутренне, как я почувствовал, с сомнением, но пафосно и «бронзово» озвучил он.

Тем временем пара Инвиктусов двигали по коридору спереди, а один, явно по техкоммуникациям, собирался зайти в нам в тыл.

— Отработаем? — задал я вопрос одновременно Эмику, Арвинг и Кастору, кидая схему.

Дело в том, что пробирающийся в тыл Инвиктус был прикрыт переборками и всем таким. И ни мы с Эмиком, ни Кудряшка с Кастором его не «того». Просто не сможем, бессмысленно разнося переборки, пока вражина заныкается, а Инвиктусы, идущие навстречу, подоспеют. А вот если вместе — очень даже ничего может получится. И всяких неудобных Инвитусов в тылах не получится, а получится минус один противник.

— Да. Попробуем. Он познает мощь! — последовали ответы.

Ну и принялись мы осуществлять задуманное. Кастор чуть присел, став «перегружать» контур пары разгонников. Дело не быстрое, не слишком безопасное — но и не слишком опасное, если не торопится и действовать аккуратно. А мы с Эмиком в это время занялись «фигурной резкой» по переборкам. Причём не сказать, чтобы очень просто: нам надо было прорезать траекторию выстрела к месту, где этот ползун БУДЕТ. Но справились — через полминуты, со вспышкой статики перегретых разгонников, Кастор послал два снаряда, оставивших после себя дымные следы сгорающего от трения металла. Последняя переборка, за которой копошился вражина, со вспышкой разлетелась, и средний штурмовик оказался первым выстрелом «пригвождён» к дальней переборке. Но его щит удержал… долю секунды — второй «перегретый» заряд прошёл щит и впечатался в противника, выводя его из строя, если не из жизни — не проверяли. Но воевать точно не сможет.

— Молодец, Кастор, — довольно похвалил Бронзовый.

— И ты умница, Арви. Пойдём, — озвучил я.

И вышли мы навстречу двум Инвиктусам. Снайперу с термическим метателем и лучевому штурмовику. Которые слова плохого (и хорошего — тоже) не говоря, обрушили на наши щиты потоки лучей и перегретой плазмы. Что, кстати, было не слишком хорошо в перспективе: фиг они наши щиты просадят, не успеют. Прибьём раньше, но переборки коридора не выдержат жара ЕЩЁ раньше. И окажемся мы в каких-то дебрях мятежного корабля.

— СДАВАЙТЕСЬ, ДУРАЧЬЁ!!! — любезно предложил Эмик, согласовав «на эмоциях» со мной этот акт милосердия.

Проорал внешними динамиками и широким эфиром и… нам ответили.

— Вы — мешаете.

И всё. Тишина в радиоэфире, просто безразлично и равнодушно (а не как положено в бою!) «вы — мешаете». Очень мне это не понравилось, вот ОЧЕНЬ.

— Я тоже думал, что это поганые бунтовщики и сепаратисты, — почувствовал мои мысли Эмик. — А, похоже, оболванены почище, чем на Схиме.

— Вопрос в том — кем. Ладно, разберёмся со временем, — махнул рукой на мыслеблудие я и продолжил общим каналом: — Арви, снайпера! А мы штурмовика…

— ПРИБЬЁМ! — рявкнул Бронзовый, просто «зудя» Кистенём, если можно так выразится.

Кастор сконцентрировал огонь на палочном снайпере, успешно истощая не слишком плотный щит. Штурмовик постарался прикрыть снайпера «собой», придвигаясь к нам…

— Попался! — ликовал Эмик, просто «вырезая» генератор из Инвиктуса Кистенём.

Ну а Кастор успешно «догвоздил» снайпера.

— Идём, — озвучил я. — И они гарантированно оболваненные, — обозначил я в тактическом чате «поверженное дурачьё».

Идём дальше, тут остатки сагитариев… Ну, учитывая всё нами известное, Эмик проявил милосердие — просто стал долбить щитами сагитарев о переборки. Правда я нихрена не уверен, что пять-шесть тяжёлых ударов о переборки — милосердие…

— Дурачьё! — надулся Бронзовый. — Может. выживут, мозги вправят и послужат Империи!

— Да я же не возражаю, — отмахнулся я, не став уточнять, что если и выживут, то от такой степени стукнутости, который их наградил Бронзовый — хрен излечатся.

Дошли до сужения коридора перед рубкой, из тяжёлых бронепластин: именно защитная система. Та же Мари на Макенси к рубке без проблем пробралась — ну так и Макенси крохотуля, а нам только «расширять проход». И стали мы с Эмиком прорезаться, а Кудряшка с Кастором прикрывать «тыл». Там, кстати, какое-то копошение было, то платформу залётную вынесет, то придурка какого-то, с промышленным лазером… А смех-смехом, но промышленный лазер может и поопаснее боевого оказаться, за счёт разной длины излучения и высокой мощности.

Мы резали, резали и, наконец, прорезали. Вполне пристойный проход в преддверье основной рубки, где мы с Кастором можем «разогнуться». Пробрались, и тут из рубки выдвигается… Ну, я бы сказал, монодиск. Ну диск, полуметровой толщины, полтора метра диаметром, на магнитном поле. С щитом, кстати говоря, но не слишком мощным.

В первую же секунду мы с Эмиком проверили: не оружие, транспортный модуль с живым внутри.

— Не стреляй пока, — быстро сообщил я Кудряшке.

— Сдава-а-а-а… — протянул и «замер» Эмик.

Точнее… замер не Эмик, а моё восприятие! Меня… колбасило и глючило, именно так и никак иначе! Галлюцинации, фантомные ощущения, фигня какая-то!

— Эм…ик мн-е-е…

— Блокирую, что могу. Мне тоже… странно. Но ему пи…здец, УРРРРОДУ!!!

Рёв немного привёл меня в себя, но не до конца. Как-то мне было ни хрена не хорошо. И неуютно как-то… Но при этом, один диск был пригвождён Кистенём к стене, а второй — разносился в текущий момент в клочья Жнецом.

— Вот и всё, — довольно заключил Эмик, хотя удовольствие быстро сменилось озабоченностью. — Гален, они внесли помехи В РАБОТУ МОЕГО ВЫЧИСЛИТЕЛЯ! И твоего вычислителя… — растерянно дополнил он.

А я бегло проверял — Кастор «в режиме ожидания», пилот — жив, здоров, но без сознания. Так, это — хорошо. А теперь надо разбираться, с тем что и как было. И вообще — что за хрень тут творится.

22. Реверсивная сказка

Разбираться правда выходило не очень. Сбоил…. похоже, весь я. Как точно подметил Эмик — эти паразиты «внесли помехи в работу моего вычислителя», и если часть функций я более или менее контролировал в ИР, то часть — не отзывалась от слова совсем. Особенно напрягало отсутствие связи с медицинской телеметрией, причём именно НАПРЯГАЛО.

— Эмик.

— Чего тебе, Гален? — буркнул Бронзовый, явно перетрахивающий свои базы и память в поисках ошибок и сбоев.

— Я ног не чувствую.

— А у тебя их… — выдержала чуть ли не до усрачки напугавшую меня паузу бронзовая улитка, — …есть у тебя ноги. В порядке всё, согласно телеметрии. Гормональный всплеск запредельный, но это неудивительно, — наконец поставил диагноз он.

— Так, ты медтелеметрию видишь, значит — она работает, — несколько успокоился я. — А почему у меня связь с ИР какая-то дурацкая, и доступа до кучи функций нет? — не столько у Эмика, сколько «думая вслух» спросил я.

— Да всё просто, — прогудел отвлечённо Бронзовый. — Эти уррроды вносили помехи в вычислители. Тебе — в мозги, — любезно уточнил он. — У меня работали защитные программы… Ни черта они не работали толком, Гален. Но что-то делали, а я вообще перенёс центр принятия решений в наш вычислитель, — огорошил он меня.

— И как?

— Они, по-моему, просто не успели переориентировать свою подлую атаку. Я их раньше прибил из нового места, — гордо озвучил Инвиктус.

— Это ты, конечно, молодец и даже герой. Местами — там, где вычислитель и всё такое, — признал я. — Но ног-то я с чего не чувствую? И что с телеметрией?

— Не тупи, пилот! Твой вычислитель… мозг, взламывали. Он защищался, но ты этого не осознавал!

— Понял, — понял я. — Перенастройка, прокладка новых путей нейронных связей…

— И всякое такое. Патологий медблок не выявляет, и с тобой, вроде бы, всё в порядке… Точно в порядке. Просто ты от этой защиты не отошёл, твой биологический механизм, — озвучил Эмик.

— Так, а с Арвинг, выходит, всё в порядке должно быть. Я — сопротивлялся, её — просто вырубили. Это хорошо. С тобой?

— На удивление — всё в порядке. Я вообще не понял, Гален, как и чем они воздействовали, — признался Бронзовый. — Информация на носителях не менялась, но появлялись, непонятно откуда… Считай — навязанные императивы. Я даже в коде не могу этого выразить, потому что в коде этого воздействия не было. Всё в порядке, — немного растерянно констатировал он. — Ну а у тебя — последствия…

— Но тоже в порядке.

— И, кстати, от этого непонятного воздействия я, повысив плотность… Хрен знает чего. Я все защитные уровни вывел на пик. Так вот, на пике — воздействие ослабло, тебя не вырубило, а я смог перенастроить внешний вычислитель, освободив часть процессорных мощностей.

— А изначально — наша защита от усыпляторов не помогала?

— Выходит, что «нет».

Поразглядывали (точнее, Эмик поразглядывал, говоря мне словами — моя работа с ИР выходила как у галлюционирующего психа) остатки дисков. Красочное описание Бронзовым фарша из стали, кусков мяса и кровищщи… Скорее успокоили, потому что седоки дисков меня откровенно пугали. Но больше их, судя по данным сенсоров, не было. Как и вообще активного сопротивления — по радарам, которые я прекрасно видел, к нам даже не выдвигалось никаких врагов. И связь, вроде бы, работала… Точнее — моё «перенастроенное» и не отошедшее сознание нормально интерпретировало «связь».

Подключился — а там вопли всяческие. Корабль отключил щиты, заглушил двигатели. И не центральными, а малыми передатчиками выдаёт всякое, от сигнала спасения, до безоговорочной капитуляции.

Выходит, эти типы в дисках контролировали весь экипаж. Причём, судя по тому, что никто нас не атакует, а тональность радиопередач сменяется с «что за хрень тут творится, немедленно объяснить!!!» на '«ой, а мы не виноваты, не бейте нас, большой злой фирмоментум…» Да вдобавок — приходят в себя абордажники и выходят на связь. Ну, в общем, судя по массе факторов — этих уродов было всего двое. И обоих мы с Эмиком (мы пахали, я и Инвиктус, припомнилась академическая шутка, часто упоминаемая мастером-наставником Теодором) покрошили в фарш.

В общем, вышел на связь, оповестил об «уничтожении неизвестных, с неизвестными возможностями, но они явно во всём виноваты». А мне — плохо, больно, устал и вообще — с телеметрией нелады.

— В каком состоянии пребывает вторая машина и пилот? — деловито уточнил Мобилус.

— Инвиктус — в порядке, — выслушал я отчёт от Кастора. — Пилот — приходит в себя. В силу собственных крайне неприятных ощущений — считаю нужным не вмешиваться и не ускорять процесс.

— Ощущения синестезивного толка, дукс Безмолвный?

— Они самые, ректор Мобилус.

— Принято. Ускорять пробуждение не рекомендую, — озвучил ОФИГИТЕЛЬНО важную рекомендацию киборг.

Указывать ему, куда идти, я, впрочем, не стал. Проявил волю и всё такое, да и без «цепляния к формулировкам» у меня к вулканисту были вопросы.

— Оповестите меня, дукс Безмолвный, когда второй пилот придёт в себя. Ваши машины будут доставлены телепортатором на борт Императорис Гладиуса.

— Дорогой настоятель Ордена Вулканистов Мобилус, — ехидно начал я озвучивать «вопрос». — А не объясните ли мне, скромному дуксу, какого дьявола наши Инвиктусы оказались в открытом космосе, после телепортации⁈

— Дурачьё кибернетическое! — вклинился в связь Бронзовый, с моего эмоционального «добро».

— Внештатная ситуация, дукс Безмолвный. Оператор телепортатора совершил преступную ошибку в расчётах. Как он посчитал — непростительную. И прервал свою жизнедеятельность, — равнодушно прогудел вулканист. — На данный момент оператором телепортатора выступаю я, пренебрегая прочими обязанностями и могу гарантировать отсутствие ошибок и сбоев.

— Понятно. Оповещу, — отрезал я, обрывая связь.

— Не нравится мне это, Гален, — глубокомысленно заявил Бронзовый.

— А уж мне как «это», чтоб его, не нравится, Эмик, — согласился я.

— Похоже, что то же, что с этим сволочным Кластером.

— Скорее всего — так. Присматривай за вулканистами, Эмик.

— Присматриваю, конечно! Не считай меня дурачьём, Гален! Но ситуация непонятная.

— Вокруг нас творится сплошная непонятица, — наблюдательно отметил я. — Значит, Арви приходит в себя, — стал я выставлять план действий. — Телепортером мы… воспользуемся. Понятно, что каждому вулканисту доверять мы не будем, но настоятель — на виду. Переговоры — протоколируются. И он смог бы нам нагадить до смерти без всякой «ошибки в расчётах».

— В общем — согласен, но присматривать буду и за ним!

— И верно. Дальше — ты перепроверяешь свои вычислители. Мы с Арви — внешнее обследование в палатах болящих. В медсаркофаг я лягу только в том случае, если будет совсем беда. Пока не разберёмся с этими «киборгами-суицидниками», чтоб их.

— Логично. Потом твоей биологической платформе не помешает отдохнуть. И твоей репродуктивной партнёрше — тоже.

— Да. А потом будем узнавать, что выяснили с этим кораблём и этими типами на дисках. Они хоть люди? — на всякий случай уточнил я.

— Фарш похож на человеческий, — голосом опытного бронзового кулинара огласил Эмик. — А целиком я их не видел.

— Понятно, ну значит — ждём.

— А я себя проверять. И тебе повезло, Гален, что у тебя самый мудрый Инвиктус Империи — вот не оптимизируй я этот вычислитель, стояли бы как дур… Ну в смысле, Кастор с твоей репродуктивной партнёршей!

— Да, Эмик. Ты мудр и вообще замечательный Инвиктус.

— Да! — довольно озвучил бронзовый зазнайка и приступил к проверкам.

А мне оставалось только ждать — мешанина восприятия, вызванная попыткой мозга защититься «хрен знает от чего», немножечко мешала заниматься… всем. При этом, сам факт того, что я смог хоть как-то защититься, пусть с последствиями… Ну, как минимум, ещё одна тема для беседы с Басилдр. В принципе, условия «непонятного воздействия» у меня выходили нетипичными — Эмик фактически сразу вывел щиты на максимум, во всех диапазонах, как только почувствовал, что что-то не так. Однако, телеметрия с Кастора (которую я, к счастью, видел, но и некоторой обиде, потому что свою телеметрию наблюдал через задницу) показывала, что Арви «вырубилась» за долю секунды, несмотря на то, что поля во всех диапазонах у наших Инвиктусов были аналогичные. Кастор перешёл «в режим ожидания из-за внешнего императива» за пару секунд, во время которых находящийся в похожих условиях Бронзовый злился и шебуршал. Впрочем, к Кастору претензий нет: у Бронзового есть шебуршалка, которой Кастор лишён.

Но вопрос в том, что именно мои мозги нетипично, с «задержкой» ответили на вмешательство. И, по примеру Эмика (точнее — он по-моему примеру, ну да не суть), начали шебуршать, пытаясь избавиться от «навязанного императива». В общем — это хорошо. Но в деталях, как понятно, причина разобраться и понять, а что енто такое со мной наевгеничили неведомые предки.

— Гален? — послышался голос Кудряшки в личном чате, искренне меня порадовавший.

— Да, Арви. Всё в порядке снаружи. Ты сама как? В смысле, себя чувствуешь, — уточнил я, потому что Кастор, не будучи вредным Эмиком, исправно передавал телеметрию, в том числе и медицинскую.

— Неплохо, — рассеянно ответила Арвинг. — Дамго? — взволнованно уточнила она через секунду, явно вникнув в данные.

— Хуже, — не стал скрывать я. — Справились, Арви, но чудом. И Бронзовым…

— Да! — важно заявил Эмик.

На некоторое время я задумался: а не станет ли важное «Да!» у Бронзового заменой стандартного «дурачья». Впрочем, по обдумывании решил, что нет, не станет. Изящно оттенит «Несравненное Бронзовое Величие» в краткосрочной, максимум — в среднесрочной перспективе.

— Точных данных нет, вулканисты будут разбираться, потом узнаем, что и как. А пока нам надо быстро обследоваться и отдохнуть.

— Надо, — согласилась Арви. — Только отдохнуть? — невинным тоном уточнила она.

— Отдых — понятие растяжимое, — невинным тоном ответил я.

Хотя сам, признаться, не очень был уверен в растяжимости на данный момент. Судя по глюкам в ИР, меня может ой как колбасить и синестезить и в реальности. Это пройдёт, сам понимаю, но до сна — вполне может оказаться, что я буду недееспособен не только для всякого, этакого и разного, но даже для нормальной беседы или передвижения.

Связался с Мобилусом, и через минуту мы уже топали в наш ангар. Точнее — за меня топал Эмик, а я занимался составлением отчёта-доклада. Причём текстом — голосом у меня выходило… Ну в общем, Бронзовый, судя по ощущениям, с некоторой насмешкой, но и беспокойством обозвал меня «реверсивным дурачьём». Потому что слова я произносил задом наперёд, совсем наоборот. Так-то Эмик «правил» эту «ошибку вычислителя», но для доклада его правка не годилась. А с текстом, к счастью, проблем не было.

Дотопали до ангара, я скинул дяде Стёпе полный доклад, да и сказал, что мы «лечиться-отдыхать».

— Совершенно не возражаю, дукс, — ответил губернатор. — Несмотря на ряд сложностей, о части которых я осведомлён, операцию вы провели весьма похвально, если не превыше ожиданий. Лечитесь, отдыхайте.

Ну и выбрались мы из Инвиктусов. И — предчувствия меня не обманули. Не настолько плохо, как могло быть, но и не настолько хорошо, как ожидалось. Видел и слышал я, по счастью, без сбоев. А вот вестибулярный аппарат явно оставил мне записку: «ушёл в себя, вернусь не скоро». То есть, стоять и ходить я мог только держась за опору, да и то с трудом. А без неё — два раза навернулся. Арви даже не захихикала, замечательная такая. А Эмик, сволочь бронзовая, гыгыкнул! Гад такой, припомню, если не забуду!

Ну и проблемы с речью остались. Слышал и понимал я нормально, но изрекал совершенно понятную мне, но непонятную окружающим белиберду. Впрочем, после пояснений Эмика Арви настроила браскомм, став меня понимать. А я стал мимолётно надеяться, что эти последствия побыстрее пройдут. А то вывернутый и вечнопадающий дюк Ульвер — излишне экстравагантно даже для нашего Рода.

Решение проблем с моей мобильностью нашла Арви. Несколько нелогично, смущающе, но довольно… трогательно и в чём-то приятно. И, в конце-концов, я двух девчонок на руках носил, держал и всякое-разное не раз и не два. И Конкретно Кудряшку — тоже. Так что нормально, Арви в комбезе, ей не тяжело, рассуждал я «на ручках». Но всё равно немного смущает…

Но до палат болящих добрались, где некая дама, обследовав удалённо, поставила Арви диагноз «здорова», а мне — «синестезивная дисфункция ЦНС». Это она тонко подметила, но вот её предложение забраться в медсаркофаг меня не устроило совсем.

— И мечаз? — скептически поинтересовался я.

— Простите, что, дукс?

— И мечаз енм в гафокрас? Еикак яинеджервоп но тедуб тьичел?

— Эммм… минуточку. А, поняла. Нет, никаких, но вам необходим сон.

— Зеб гафокраса сьудйобо, в йонтяирп иинапмок!

— Как вам будет угодно, дукс.

— Спасибо, — довольно улыбнулась Кудряшка, беря меня «на ручки».

Ну и… да больше суток, со сном, занимались всяким, этаким и даже разным. Потому что надо было, и не в травме дело, а в деле, которым мы занимались. Аристо, ни аристо, а подобные «мясницкие», причём скорее без кавычек, операции — бьют по психике. Ну и самой Кудряшке, помимо стресса от резни, досталось опасениями и тревогой от «усыпления». Так что отрубили всякую дурацкую связь и самоотверженно и с удовольствием занимались семейной жизнью, потому что «надо». Ну и потому что приятно. Но и надо, потому что приятно, как-то так.

А через пару дней, подключившись к командному и информационному чату, в ангаре, рядом с Эмиком (ну… чтоб не обижался и вообще), стали мы выяснять, что и как стало известно. И выходила… ну чертовски непонятная картина. Точнее, в массе деталей понятная, но…

Итак, корабль который мы захватили — Родовой. Рода Бланж, не из нашего субсектора, на минуточку. Как эти уродцы в дисках забрались в соседний субсектор — только предположения. Самое логичное из которых — прошлым лайнером, багажом. Так вот, пробрались и просто захватили часть Рода своим непонятным и так и не выясненным толком способом. Потому что часть машинерии после Эмика восстановить удалось, но именно часть. И даже не факт, что эта машинерия имела отношение к странному воздействию уродцев, кстати говоря. Высоковероятно имела, но не факт.

Загружен корабль был «на все деньги», в самом прямом смысле. Купленными на все средства Рода Бланжей двигателями и реакторами. На немаленький флот межзвёздников хватит, между прочим. Ну и сами Бланжи ни черта не понимали, как понятно, да и вообще — их к Доку пристыковали и с какими-то Департаментами и Службами скоммутировали. Сам Стефан даже разбираться не стал, объявив вопрос «вне его компетенции», в чём, в общем-то, полностью прав.

А теперь с «уродцами». Уродцы они потому, что биологи, медики и вулканисты восстановили по фаршу облик обитателей дисков. Младенческое (чуть больше, но в таких пропорциях) тельце, нефункциональные ручки-ножки и огромная, в полметра от лба до затылка, вытянутая голова. Трансгуманы, это установили достоверно, но что, как, откуда — непонятно. С Терры в ответ на доклад пришло «очень интересно, собираем экспедицию». То есть таких трансгуманов не знали и в первый раз видели. А вот от Департамента Земель: «решить проблему региона своими силами и срочно! И да, научники что-то там пищали — ну возьмите поганого ксеноса или парочку живьём!»

О последнем мне дядя Стёпа чуть ли не жаловался, в чём его понять можно. Потому что «куда» — нам уже ясно. Навигационный компьютер захваченного судна конечную точку маршрута содержал. А вот «как», да и «где конкретно?» было под большим вопросом.

Потому что что и как делали эти уродцы — непонятно. Понятен только эффект, причём его «удалённость» установлена на практике. Впору их подозревать в том самом, мистическом псионстве, которого нет. А от колдунств несуществующих у Империи защиты не существует… Правда, вопрос в том, что наши с Эмиком поля как-то, через непонятно что, нас с ним защитили, пусть и не полностью.

— Префект Милитум, как я понимаю — фирмоментум движется к этой безымянной системе?

— Именно так, дукс. Не выполнить приказ я не могу, но мы не торопимся. Есть надежда, что мои доклады — а я их направил по всем Департаментам и Комиссиям, даже прошение Его Августейшему Величеству! Так вот, надеюсь, что что-то поможет, потому что как воевать со сказкой — я не понимаю.

— Я в сказки не верю.

— А они в вас? — саркастично, и нельзя не признать — изящно, ответил губернатор.

— Наши щиты ослабили воздействие, Префект Милитум. Я — подумаю. Конечно, лучше всего, если экспедиция Имперской Академии Всех Наук сами бы разобрались…

— Золотые слова, дукс Безмолвный!

— Но давайте мы… я попробуем что нибудь придумать.

— Мешать я вам, даже если бы имел такое глупое намеренье — не могу. Так что только желаю удачи в изысканиях, Дукс.

— Благодарю.

А внимательно слушающий Эмик по окончании беседы выдвинул ложемент.

— Давай думать, Гален.

— Давай думать, Эмик.

— И внешнюю связь не отключайте… пожалуйста, — немного покраснела Арви на наши пристально уставленные взгляды. — Интересно, а может, что-то в голову придёт, — пояснила она.

— А мы её и так не отключаем, пилот Кастора, — ответил Эмик. — А то мало ли, кому-нибудь поведать мои мудрые мысли понадобится.

В общем — забрался я в ложемент, и начали мы ломать голову — как бороться со «сказкой».

23. Подготовительно-напряженное

Выходил такой расклад, что «что-то можем». Против "какого-то’воздействия. Что мы достоверно и очевидно установили — воздействие этих головастиков несёт реальный, а не какой-то мистический характер.

— Часть воздействия, — педантично уточнил Эмик. — Я во всякую мистику, конечно, не верю, — в целом откровенно, судя по синергетической связи, отметил он. — Но Гален, мы не фиксировали воздействия, вообще! И пусть метод «проведения» воздействия, как с этими дурацкими «Дамго» — примерно понятен, — продолжил рассуждать он, — то КАК и ЧЕМ оно осуществляется?

— Я не знаю, — пискнула сидящая на скамеечке перед Бронзовым Кудряшка.

— И я не знаю, пилот Кастора Арвинг, — продолжал разливаться бронзовым соловьём бронзовый Инвиктус. — Я бы понял, если бы это была атака, разрушение связей квантового уровня. Но этого НЕТ! — торжественно заключил он. — Это: сложное, поливариантное, недоступное сенсорам действие. Работающее и на вычислители с искусственной личностью! И на всякие дурацкие банки с коллоидом!

— Сам дурацкий набор кристаллических цепочек, сложно ориентированный, — вступился я за попранную справедливость.

— Не «дурацкий», а Великий, дурацкий Гален, — надувалась его бронзоватость. — И «да», очень сложно и прекрасно ориентированных. Но — поддающимся воздействию! И заметь — закон корреляции энергия-информативность не соблюдается.

Тут бронзовый лектор был прав: были чётко выведенные формулы для передачи информации в «динамически изменяемой среде». Которая — всё, кроме абсолютно замороженных объектов, да и с ними с оговорками, но там отдельная песня. Главное, что чем больше энергии — больше информационный поток и наоборот. А в случае воздействия этих головастиков формулы не работали: объем информации, несомой воздействием — очень велик. Мы ДОЛЖНЫ были обнаружить хотя бы следовые отголоски «области», в которой это воздействие осуществляется, ну потому что каждое действие — вызывает противодействие. И некую «волну», «отклик», нетипичное колебание — хоть что-то мы ДОЛЖНЫ были зафиксировать. А этого не было.

И вот вроде всё имеющиеся данные наталкивают на вывод о «мистике». Типа колдуны псионские эти трансхомо, а то и ведьмы головастые, на монодисковых ступах. Но этот вариант… мне не нравится. Вот парадоксальный факт, но отсутствие ответа, перевод возможного ответа в зону «непознаваемого» вызывал у меня злость. Так не бывает, объяснить можно ВСЁ! А если что-то не объяснено — просто недостаточно данных. Или мозгов.

— Не соблюдается, Эмик, — признал я. — Я — думаю.

— А то я не знаю, — фыркнул Бронзовый. — Вообще, если что-то придумаешь — будет неплохо, — неожиданно признал он. — А то неуютно как-то, не нравится мне дурацкая мистика!

Впрочем мои размышления ни к чему толковому не приводили, упорно возвращаясь к образу «головастых ведьмов на монодисках». Ну, точенее, В монодисках. Но всё равно — головастых и ведьмов. Никак не складывался Путь к пониманию. Эмик тоже гудел себе под нос, изредка негромко ругая всё и вся незлобивым бронзовым словом.

И тут задумавшаяся Арвинг (тоже думала, но при отсутствии специфического образования мы её рассматривали просто как «условно-молчаливого» слушателя) махнула рукой и со злостью произнесла:

— Мы же наблюдаем воздействие! Как же так⁈

— Милая, ты — гений, — отстранённо произнёс я, судорожно проверяя и перепроверяя выстраивающийся после её слов Путь.

— Чего надумал, Гален? — заинтересовался Инвиктус.

— Наблюдатель, Эмик, наблюдатель.

— Хм-м-м… — аж на полминуты загудел Бронзовый. — «Эффект наблюдателя»? И как он вообще применим?

— А я откуда знаю? Просто единственное, что хотя бы в общих чертах объясняет картину. Ну, в плане отсутствия заметных энерготрат и РАБОТЫ, при этом с реальным эффектом.

— Не знаешь — и дурачьё! — озадаченно буркнул Бронзовый и стал кидать схемы-модели.

А сама идея… Ну, в общем, одна из объективных и доказанных загадок реальности — этот самый эффект. Кванты и прочая микро фигня Вселенной ведёт себя в присутствии наблюдателя сейчас, наблюдателя «потом» и без наблюдателя вообще — по-разному. Как бы аксиома, хотя теорий, объясняющих такое неприличное поведение — тысячи. И все друг другу противоречат, всего не объясняют. И вообще, почти наверняка — врут. И этот эффект воспринимается ну я не знаю… как слабое взаимодействие. Всё, кроме нейтринной группы — взаимодействует гравитацией, потому что материя, кроме нейтринной группы, имеет свойство, базовое, делающее её материей — взаимодействовать гравитацией. Ну и эффект наблюдателя, несмотря на необъяснённость, рассматривался таким же «базовым состоянием», по большому счёту. Но…

— А возмущения — следствие самого факта наблюдения, — гудел Эмик. — Но это всего не объясняет, Гален! И как они упорядоченно подчиняют кванты для НАСТОЛЬКО сложного воздействия?

— А у них голова большая, — изящно пошутил я. — Эмик, когда ты вывел защитные поля на максимум — ты не помешал действию. Ты создал…

— Помехи. И наблюдатели перестали видеть наблюдаемое.

— И воздействие стало размытым, не точечным. Вообще — смотри: возможно, тут работает принцип подобия. Ты же говорил, что информации в твоих вычислителях не появлялось?

— Не появлялось. Подобие… Ладно, не такой уж ты и дурачьё, Гален, — расщедрился на похвалу Бронзовый. — И ты ничего, Арвинг, — снисходительно буркнул он.

А поняв «от чего» надо защищаться — проблема защиты, как таковой, не стояла. Потому что воздействия чудовищно сложные, но точечные (и страшно подумать, НАСКОЛЬКО головастые эти типы, хотя есть варианты вроде и без триллионов вычисленией в секунду, ну, теоретически). И запредельно чувствительные к точности. А мы с Эмиком такую бурю в микромире поднимем (локально, кончено), что кроме бронзовой фиги, головастики ничего и не увидят. И наблюдать, как следствие, не смогут.

— Мы, кстати, можем ошибаться, — прогудел по окончании тестов довольный Эмик. — Очень уж это всё на какое-то дурацкое колдовство смахивает.

— Может. Но метод — точно тот. И не колдовство, а…

— Дурацкие кванты. И они точно дурачьё — воспринимать противных головастых трансгуманов за наблюдателей!

Вот чёрт знает, шутил ли Эмик или нет. Скорее всего — «да», потому что он Заносчивый Зазнайка и Бронзовое Орало, но не дурачьё, как ни удивительно. Но понять по нашей связи толком не получалось, впрочем — фиг бы с ним. Главное, что если мы и вправду найдём логово головастиков в системе двойной звезды — нам с Эмиком будет, чем отбиваться. А вот остальным — похоже, нет. Тут выходила такая загогулина: устроить бурю — ну, не слишком большая проблема. Но вот устроить её так, чтобы находящегося в области этой квантовой бури квантого-неопределённо не расхреначило… Ну, сложно. У нас фактически щитов не будет (ну, уровня среднего Инвиктуса, не больше), не из-за отсутствия энергии — энергии и не тратится на эту бурю практически. Для Инвиктуса «практически не тратится», само собой.

Дело в запредельном количестве вычислений, нужных, чтоб буря — была. А нас с Эмиком, при этом, не расхреначило.

В принципе, теоретически, фирмоментум сможет защитится. А вот с мобильными, даже тяжёлыми платформами или тем же Кастором — никак. Уже нет тонких инструментов взаимодействия с квантовыми проявлениями, таких, как наши эмиттеры. Сделать — можно, но это даже с мощностями Императорис Гладиус — месяцы, хотя саму станцию прикрыть выйдет. Ну, скажем так, сделать «на коленке» десяток-другой генераторов-эмиттеров, подключить сотни вычислителей — и нормально. Нерационально — аж жуть, но временное решение вполне приемлемое.

О чём я дяде Стёпе сообщил, а потом — настоятелю Мобилусу, подключённому к каналу. Бронзового (и Арви) похвалить не забыл, но Эмик начал всерьёз беспокоить односложным и ОЧЕНЬ самодовольным «Да!» в ответ на похвалы его Бронзового Зазнайства. Впрочем — с «дурачьём» свыкся, так что «Да!» переживу как-нибудь. С трудом и превозмогая.

И если у нас с Арви начался марафон занятия всяким, разным и этаким (да даже говорили, между прочим!), потому что нужное мы сделали, а заниматься фигнёй — глупо. То у фирмоментума был лютейший аврал, с матерящимися кодировкой, взмыленными (смазкой, наверное) вулканистами. Эти почтенные киборги носились с ордой строительных дроидов по всему фирмоментуму, коллективно мастряча генераторы защиты. Мы с Арви, в перерывах между этаким и разным, не без интереса наблюдали за этой суетой. Камеры мне были доступны, а зрелище выходило очень таким, редким и занятным. На первый взгляд, учитывая с корнями вырываемые переборки и кучу перемещаемого хлама, всё это выглядело как поехавшее, в полном составе, отделение Ордена Вулкана. Которым взбрело в поехавшие головы раздолбать к такой-то матери фирмоментум, им не угодивший чем-то.

Понятно, что это было не так, да и после первых дюжины часов «всё разломать к чертям!» началась какая-то конструктивная деятельность. Ну в смысле — не только переборки разносили, со зданиями, но и строили что-то, точнее — генераторы эти самые.

В общем, зрелище нахрен разносимого в авральном режиме борделя я схоронил. Для себя и в семейных архив и всё такое. Потому что этот бордель разнесли нахрен, в смысле, аккуратно разобрали на запчасти, но минут за пять. И выглядело это именно как «разнесли». При этом, бордель функционировал, извещение о «необходимости демонтажа» чиновники и вулканисты вынесли в момент, когда начали разбирать… Зрелище скудно, полу и вовсе не одетых специалисток сексуальной рекреации, да и их недообслуженных клиентов, деловито разбегающихся от демонтируемого борделя, было уникальным, как по мне. Не только для Жопымира, но и вообще — для Галактики, но выкладывать в сеть я не буду. Это эксклюзивное зрелище для Ульверов, хе-хе.

И семечкой в этом акте бордельного демонтажа был достаточно высокопоставленный вулканист, деловито помахивающий руками и манипуляторами, преследующий пышнотелую специалистку, полностью лишённую надетой одежды. Одежда её была надета сама на себя, была в этаком клубке и живописно развевалась вслед за сайгачащей мадамой. Судя по всему — была это именно «мадама», в данном борделе бывшая «играющим капитаном». А вулканист хотел решить какие-то административно-технические или даже финансовые вопросы. Но звука запись не содержала, и выглядело всё как похотливый киборг, преследующий с настойчивым желанием всякого и разного пышнотелую даму, активно этого не желающую.

Ну и прочие такие моменты, хотя, конечно, не НАСТОЛЬКО занятные и уникальные. А вопрос «демонтажа» был довольно прост: создать «защитную бурю» в краткие сроки можно было, но нужна была специфическая конфигурация и взаиморасположение генераторов. Причём миллиметр туда-сюда — и без того запредельно сложные расчёты росли в сложности по экспоненте.

Сам же Империаторис Гладиус, настолько неспешно, насколько вообще позволяла физика (и регламенты с инструкциями), выбирался из системы Артемис. Приказ был и, несмотря на то, что Префект Милитум ныл и нудел всеми каналами связи без перерыва — никто его не отменял. Так что в эту дурацкую систему двойной голубой звезды (или звёзд…звиздей? Звиздюлей, в общем) фирмоментум направлялся, а вулканисты мастрячили защиту. И домастрячили за полдня до момента, когда надо было входить в гиперпространство.

В которое мы вошли, причём свой план я воплотил… Правда, не очень вышло — размыто-прозрачные контуры вместо нас не понравились ни Арви, ни мне. Впрочем, эффект перехода был недолог, так что закончили мы в привычной и нас более чем устраивающей обстановке.

А через несколько часов (чёрта с два в гипере время потянешь, при всём желании) фирмоментум вывалился на сверхвысокой орбите двух голубых звёзд, вращающихся друг вокруг друга. И бывших пронзительно, неоново-зелеными, хоть и голубыми. И тут, кстати, крылся довольно озадачивающий момент. Система точно была точкой финиша межзвёздника, это проверили и перепроверили. Но дело в том, что голубые звёзды сами по себе не очень способствуют планетарному и орбитальному обитанию. Планет у голубых звёзд обычно просто нет, да и астероидов приличных — обычно туманности, не больше. А уж в двойной системе — и орбитальные базы вставали под большой вопрос. Потому что колбасить топологию в такой системе должно совершенно немилосердно, хоть и циклично. Но всякие пакости типа перепадов времени, тяготения, искажения пространства — не самое удобное для станции. Энергии стабилизация-защита жрёт до чёрта, оборудование изнашивается. В общем, в системах голубых звёзд, даже зелёных, находиться глупо. И первые данные обследования округи показывали, что никакое дурачьё, головастое и не очень, тут не обитает.

— Может быть, тут «точка встречи»? — предположил новый Легат в командном чате.

— С полным трюмом оборудования, — начал перечислять Адмирал. — В систему двойной звезды. Встречаться… Насколько я понял, эти трансгуманы отличаются потенциальным умом, а не идиотизмом.

— Недостоверно, но высоковероятно, — прогудел Мобилус.

— Движемся к центру системы, — принял решение Стефан. — До трёх АЕ. Там — выпускаем исследовательские зонды. Хотя и сейчас можно…

— Исполню, — отозвался настоятель.

— Ждём, скажем, неделю. И когда зонды ничего не находят, я отправляю доклад. И возвращаемся к усмирению планет. Хотя надеюсь — не придётся, но отчёты от агентов…

— Так их нет!

— Вот потому, что отчётов нет, скорее всего, придётся усмирять, — резонно отметил губернатор.

— А трансгуманы?

— Пусть экспедиция Имперской Академии Всех Наук разбирается. Мы — административно-военная станция.

— И производственная!

— И производственная. И разбираться с трансгуманами из сказок — не наша задача. Мы должны обеспечивать безопасность и стабильность в рамках Имерского Закона в Асинус Мунди, — подытожил дядя Стёпа.

В общем, ещё сутки фирмоментум «падал» на центр масс, которым была точка взаимного вращения звёзд. И ничего — две звезды, магнитные бури, пылюка всякая. Никаких станций-кораблей, про планеты-астероиды и говорить смешно. И вот, сидим мы с Эмиком, потренировались, и рассматриваем голо с внешних датчиков и от зондов. Ну, отдыхаем, а зрелище с двумя звёздами и пламенной дугой между ними — впечатляющее.

— А что это там? — вдруг заинтересовался Бронзовый.

— А где это там? — уточнил расслабленный я.

— Смотри, — явно не без усилий не стал обзываться Эмик.

И стал «масштабировать» голоизображение, в точке «геометрически-гравитационного центра системы». Там, где как раз соединяющая звёзды петля плазмы, изогнутая чуть ли не в восьмёрку, проходила.

— Точка какая-то, — наблюдательно отметил я. — Какая — непонятно ни черта… Стоп! Какая, к чёрту, точка⁈ — дошло до меня. — Никакой материальный объект там существовать не может! Его расплавит, сожжёт…

— И разорвёт перепадами гравитации, — прогудел Эмик. — Ты про естественный объект, Гален.

— Ну… коллапсару бы было бы всё равно.

— На коллапсар «не всё равно» было бы уже этим звёздам, — резонно отметил Бронзовый. — И точка, несмотря на возможные отклонения, явно меньше даже фирмоментума.

— А чего её никто не заметил… хотя…

Связался с Мобилусом — «генераторы в режиме ожидания». И НИКТО на корабле эту точку просто… не видит. То есть зонды, датчики её фиксируют, в базах и блоках памяти и на голо она есть. Но на неё «не обращают внимания», а по сути — не видят ни люди, ни киборги, ни вычислители сложнее калькулятора. У которых внимания-то нет. Но они его, несмотря на отсутствие, всё равно не обращают.

В общем, врубили эти генераторы, отражавшие большую часть вычислительных мощностей всего фирмоментума. Ну и перестали «не обращать». А стали очень обращать, правда, именно исследовать эту точку толком не выходило. Она даже не «отбивалась» — просто бултыхалась точно в центра плазменного жгута между двумя молодыми звёздами. То есть всё, что смогли установить зонды — это примерный контур в виде сферы. И то, что масса у этой сферы от килограмма, до восьми миллиардов тонн. И размеры от сотни метров до трёх километров диаметром. Точнее и детали — никак, потому что плазма шарашит, звёзды вращаются, а они ещё и сами по себе неспокойные… ну, в общем, понятно.

Ну а я прикинул бегло имеющиеся вводные и понял, что в рамках сложившейся ситуации — никто, кроме мы. В смысле — дядя Стёпа, как Префект Милитум, если ему не отменят приказ, просто вынужден нас туда посылать. Потому что у него приказ и ресурсы. А из всех ресурсов мы единственный подходящий.

Так что плюнул я на всякие совещания, ухватил Арвинг за бочок (и прочие интересные места) и продолжил из каюты не выбираться. Пока не началось.

Что, впрочем, началось довольно скоро. И я совершенно не удивился вызову от дяди Стёпы на четвёртый день после появления фирмоментума в системе двойной звезды.

24. Как-то без мата

— Приветствую, дукс, — аж привстал губернатор из-за совещательного стола. — Вы — человек неглупый, проницательный, — явно старался «подсластить пилюлю».

— Нужно атаковать неизвестный объект, — не стал выводить я словесные кружева.

— Не «атаковать», — поморщился дядя Стёпа. — Надо выяснить, что там — мы не имеем никаких сведений об этом объекте. Я бы, признаюсь вам честно, дукс, приказал бы разнести это из главного калибра, — на этом губернатор нахмуренно замолчал.

— Но приказ.

— Да, приказ, — кивнул он. — Вопрос атаки — оставляю на ваше усмотрение, по ситуации, если не будет связи. Но раз уж мы тут — надо понять, что делать да=льше, что тут творится. Бездействие, — поморщился он, то ли вспоминая уставы и инструкции, то ли разговоры с вышестоящими последних дней, — неприемлемы…

— Префект Милитум, да что вы… — начал было с заносчивой физиономией трындеть какой-то чиновник, вроде бы — из образования, ну или чего-то такого.

Но Стефан заткнул его очень таким, значимым выражением лица, после чего озвучил:

— Вы, Коллинз, немного ошиблись в понимании места, где вы находитесь. Вы — не в вашем управлении, и я — не тот, кого вам надлежит поучать.

Ну это всё — хорошо, но есть несколько довольно прозрачных моментов, о которых мы с Эмиком долго и разнообразно думали. В периодах отдыха от всякого и разного, конечно. И если многое мы решили успешно, то вот с транспортировкой выходила совершенно непотребная вилка, о которой я и решил сообщить.

— Вопрос транспортировки неясен, Префект. Смотрите: щиты Энеуса Эквиса выдержат плазму и нивелируют перепады гравитации в местонахождении объекта, предположительно — станции, — «Да!» послышалось довольная бронзовая реплика личным сообщением браскомма. — Но они несовместимы с защитой от воздействия трансгуманов.

— Погодите, дукс, — нахмурился губернатор. — Я тогда вообще не понимаю — «как». Если вы без щитов — вас сожжёт.

— Так.

— А если без защиты от «ментального воздействия» — то потеряете дееспособность, и вы, и Инвиктус?

— Именно, Префект Милитум.

— А вы, ректор Мобилус, утверждали, что труда не составит? — нахмурился он на вулканиста.

— Некорректно. Я, префект Милитум, утверждал, что переброска Инвиктуса на объект — возможна нашими силами. И в его силах — защититься от воздействия трансгуманов. Сие обеспечит телепортация, — прогудел настоятель.

— Простите, ректор Мобилус, — обратился я уже к вулканисту, — но вы понимаете, что уровень трансгуманов в оперировании пограничными физическими проявлениями — чрезмерно высок.

— Истинно так, дукс Безмолвный.

— Так они исказят телепортацию, ректор! Мы с Энеусом — можем, причём ощутимо. И вы думаете, что не могут они? А если нас выкинет вне этой станции…

— Либо сожжёт, либо вырубит, — по-простецки закончил дядя Стёпа, нахмуренно и вопросительно смотря на Мобилуса.

— Сие — истина. Но Вулкан даровал своему скромному Ордену не только возможность мгновенной телепортации. Я, префект милитум, извещал вас, что на станции возможны перебои энергоснабжения.

— Что-то такое припоминаю.

А я немножечко офигел. Я не знаю, ЧТО собирается учудить Мобилус, но в первую секунду — почувствовал натуральный страх. Императорис Гладиус энерговооружен, как несколько Развитых Миров Империи, вместе взятых! Положим, кустарные генераторы отжирают несколько процентов этой энергии — это чудовищно много. Но ЧТО такое удумал Мобилус, чтобы у станции, не расходующей в боевом режиме и десяти процентов своей энергии, случились «перебои»? Ну, откровенно страшно от несусветной энергии, которую ректор думает пустить на свою задумку. Но страх — убивает разум, так что бояться я быстренько перестал. А стал напряжённо искать Путь к ответу. И он нашёлся, в лекциях историка Василия, за миг перед тем, как вулканист прогудел губернатору.

— Мы намереваемся применить портал, губернатор.

— Погодите, ректор Мобилус, — вдруг дошло до меня. — А если собьётся настройка? — на последнем побледнел и губернатор, и адмирал, и несколько явно «бывших в курсе».

Дело в том, что портал — уникальная, редко применяемая и очень секретная технология. То, что её могут воспроизвести на фирмоментуме — в общем-то, не слишком странно. Вот только портал — это этакое кольцо, соединяющее две точки пространства в одном месте. Окно в материи, в форме портала, как понятно. И от этого следует куча всяких ограничений, ЧУДОВИЩНАЯ прожорливость в плане энергии, много чего ещё. Ну, проходящий в портал, чтоб его не распылило, должен иметь массу параметров, соответствующим «запорталью». И это запредельно энергоёмко.

Но главное — портал ДВУсторонен, проницаем и в одну и в другую сторону. И вроде бы и ничего… Только место, куда его собирается открыть Мобилус — в окружении потоков высокотемпературной плазмы, жёсткого ЭМ-излучения и гравитационных аномалий. И головастики, даже в рамках того что мы знаем — очень искусные в пограничной физике сволочи. Так что первое, что приходит в голову — сбой портала… да на километр. И этого, в общем, хватит. И, в тот же миг, в фирмоментум через него хреначит со страшной силой вся пакость, что протянули друг между другом звёзды. Ну-у-у… разнести станцию, конечно, не разнесёт. Но будет капитальный звиздец, в самом прямом смысле слова!

— Сие предусмотрено орденом, — прогудел Мобилус под отчётливо слышные облегчённые выдохи. — Портал откроется в саркофаге высшей защиты, снабжённом отстреливаемыми вратами, датчиками и сенсорами. Саркофаг не выпустит разрушительные силы достаточно времени, чтобы мы могли прервать таинство сплетения пространства. Кроме того, — уже менее «возвышенно», а скорее по-деловому заскрипел вулканист, — сенсоры позволят дать примерную оценку обстановке на объекте, перед тем как вы, дукс, последуете на него. И отменить переход, в случае чрезмерной опасности, не размыкая створы саркофага.

— Это неплохо, ректор Мобилус, — даже немного повеселел я. — И выражаю восхищение вашим Орденом.

Ну, доброе слово и сволочной железяке приятно, Никс гарантирует это. А Мобилус, всё-таки. в сволочизме и железячности до вредного пиита не дотягивает в разы, если не порядки. Кроме того — решение действительно очень изящное, хотя и не сказать, чтобы запредельно сложное. Ну и самое главное — действительно учитывающее НАШУ с Эмиком безопасность, что очень даже хорошо.

В общем, ускакали с совещания мы с вулканистом буквально под ручку. Основные тезисы дядя Стёпа озвучил, даже скинул мне в виде официального приказа текстом (кстати — вещь не слишком лишняя, а скорее даже наоборот, учитывая «расплывчатость» того, чего нам делать надо). А Мобилус скрипел и гундел. А потом набежал с кучей вулканистов и погрузчиков в наш ангар, где поднялся совершенно оглушительный Бронзовый Шум.

— ДУРАЧЬЁ!!! — возмущался Эмик. — Я ИДУ СОВЕРШАТЬ ВЕЛИЧАЙШИЙ ПОДВИГ!!! КОТОРЫЙ СПОСОБЕН СОВЕРШИТЬ ТОЛЬКО ЭНЕУС ЭКВИС!!! А ВЫ ДЕЛАЕТЕ ИЗ МЕНЯ БАБКУ С БАУЛАМИ!!! КИБЕРИДИОТЫ И КИБЕРСВОЛОЧИ! ДУРАЧЬЁ ЖЕЛЕЗНОЕ!!!

— Сие необходимо, — равнодушно гундел Мобилус.

— Поменьше хоть сделай, дурацкий вулканист! — взывал Эмик к совести ректора.

— Сие невозможно, — скрипел Мобилус, отчётливо демонстрируя, что совесть ему ампутировали в процессе кибернетизации.

— Сволочи! — горестно причитал Эмик.

Ну вообще — его понять можно. Два короба «навесного оборудования» были по размеру БОЛЬШЕ, чем сам Бронзовый. И смотрелось это действительно комично, а не героически. Но при этом, в рамках наших целей-поручений выходило необходимым. Потому что в коробах было две вещи, одна — жизненно-необходимая для задания. Модуль связи на квантовом подобии, экранированный и защищённый полями, подозреваю, не хуже нас с Эмиком. Потому что принять решение, что делать на станции на основании узнанного и увиденного я, конечно, могу. Но «не по чину». А по чину дяде Стёпе, который будет отдавать распоряжения.

И второй, насчёт которого у меня не находилось ни капли возражений — так же экранированный маяк телепортатора. Хрен его кто перебьёт, его даже наша «буря квантовой неопределённости» не глушила и не затрагивала. И вообще, как вулканисты Императорис Гладиус подошли к нашей безопасности — мне понравилось. Каскадная телепортация, первая — заведомо «вдаль», так что никакими внешними воздействиями нас, например, в одну из звёзд не запулит. Очень толковый и радующий подход.

Забежал в покои, быстренько попрощался с Арви — на всякое-этакое и интересное времени, как понятно, не было, но поцеловаться и проверить, не пропали ли у Кудряшки всякие интересные места и так же ли они интересны — я не мог. Ну и она проверила, тоже понятный момент, только мои. И пообещала всякого, разного и интересного, если буду себя беречь. Приятно и стимул беречь и вернуться, факт.

А через полчаса мы стояли у «саркофага». На самом деле он выглядел как пятиметровой высоты и пятнадцатиметрового диаметра цилиндр, лежащий на боку. Цилиндр из брони с полевым укреплением, окружённый… Да нет, скорее мы с Эмиком были «окружены» устройством для создания портала. Потому что пол, потолок, стены и всякое такое немаленькой пустой залы, в которой валялся цилиндр — было именно этим прибором. Встали, приготовились. Бронзовый, кстати, демонстративно «пошатывался» и нудел себе под нос, как старая бабка. Я ему озвучивать не стал (не охота в медсаркофаг за новыми ушами), но про себя веселился.

Активировали «бурю неопределённости», отойдя от цилиндра — помехи «от нас» в момент открытия могли быть для «сплетения пространства» губительны. И приготовились.

Через секунду воздух в помещении засиял. Не совсем воздух — чудовищное ЭМ-напряжение от запитывающих портал устройств. За эту секунду вокруг всех острых углов в помещении развернулись короны разрядов. Или «огней Святого Эльма», как исторично называла их наша преподавательница ещё в белоярской школе.

— Путь чист! — коротко сообщим Мобилус, и с этими словами обращённая к нам вершина цилиндра с грохотом рухнул на пол. Пиропатроны отстрелили её и открыли проход в тот момент, когда вулканисты уверились в возможности (и, надеюсь, безопасности) выхода. И мы с Эмиком врубили ионник, влетая в проём. И героически покорёжили какую-то металлическую стену, с какими-то электрическими коммуникациями, судя по куче вспышек замыканий. И очень повезло, что не внешнюю станции — потому что её — звиздец, да и нам в потоках тепла и света двух звёзд мало не покажется, а покажется слишком много.

— На месте, — констатировал Эмик, перестав причитать. — Древность какая, — хмыкнул он.

А я оглядывался. Ну, древность не древность, но окружала нас обстановка как из исторического голо, про первопроходцев космоса. Очень утилитарно всё, четырёхгранный коридор серого металла, со светильниками белого света по потолку. Правда, по стенам была печать — какие-то пейзажи, довольно симпатичные. Но в сочетании со стерильной стальной серостью — смотрелось диковато. Впрочем, нахрен разнесённая стена-переборка добавляла в местную обстановку некоторый шик. В общем: мне результат нашего появления, в местных реалиях, скорее нравился. С эстетической точки зрения.

— Эмик, у нас проблемы, — через секунду отметил я.

— Мда, не подумали. И дурацкие вулканисты не подумали, дурачьё такое, — признал Бронзовый.

Дело в том, что мы оказались слепы. Не в плане визуальных сенсоров: тут-то проблем не было. А в рамках сенсоров остальных. Показания радаров, измерителей и всякого такого, попадая в зону нашей «бури неопределённости», выдавали такой бред и дичь… В общем, проще эти показания отключить, чем пытаться понять, как мы можем быть одновременно в вакууме, кристалле, при этом — чуть ли не в сердце работающего реактора. И при комнатной температуре и нормального давления пригодном воздухе. Ну и вражин-головастиков мы похоже не увидим… Точнее — только увидим, остальные способы наблюдения-обнаружения только мешают.

— Интересно, а почему оптический спектр не искажён…

— ДУРАЧЬЁ!!! — обеспокоенно рявкнул Эмик. — Сейчас — НЕ СМЕЙ ДУМАТЬ ОБ ЭТОМ!!! Потом подумаем, когда закончим, — уже спокойнее сообщил он. — А то ещё и оптические сенсоры начнут сбоить… И что мы выясним?

— Да, лучше и вправду потом, — признал я, передёрнувшись от перспективы. — Пойдём.

— Куда? — уточнил Эмик, имея в виду коридор.

— Налево, конечно, — ответил я. — Я что-то такое слышал, что настоящие герои всегда ходят налево.

— Тогда пошли налево, — согласился Бронзовый.

Идём мы, и тут на металлический пол начинает падать град свинца. Именно град и именно свинца — защитные турельки, как оказалось, были. В месте нашего героического появления им, скорее всего, разорвало энергоснабжение-управление, или закоротило. А вот дальше по коридору — было и снабжение, и понимание, что мы враги. Но древность и вправду несусветная — пулевые пулестрелы на химическом метателе, судя по клубам дыма.

Впрочем, подобная система «защиты» даже нашим ослабленным щитам — плюнуть и растереть. Эмиттеры не перегреются даже за сутки такого обстрела. Так что продолжили мы путь, время от времени пиная двери и заглядывая — а что там интересного. Интересного ничего особо не было: предельная утилитарность металла, с редкими двухмерными печатями, живых пейзажей, как бы не с Терры, судя по всему. По крайней мере, многогранный симпатичный лист — эндемик прародины, нигде таких не водится. Вроде клён или что-то такое.

Ну и головастиков тоже не было. Точнее, в условиях нашей «слепоты» — они вполне могли толпами за стенами копошиться, почему мы в двери и заглядывали. Но — сенсоры не работают, а на глаза они не попадались.

Идём уже минуту, вторую, и тут турельки, часть которых Эмик задумчиво сковыривал Кистенём, вбираются.

— Защита на максимуме, — ответил Эмик на мой невысказанный вопрос и продемонстрировал телеметрию.

И нас стали «атаковать». Видимо, и вправду «копошились за стенами» головастики. Может, и до этого атаковали своим «эффектом», но он, как понятно, не работал. Не сработал на нас и сейчас. А вот не на нас…

— Это… как бы без-мата-то… — ошалело произнёс я.

— Офигеть это. Но ни хрена не «офигеть», потому что без мата — никак, — не менее ошалело отметил Эмик.

Дело в том, что граница нашей бури неопределённости стала видна в оптическом диапазоне. Как этакое затенение-размытие искажение, и двигалась по коридору вместе с нами. И за ней, по границе, творилась хрень и дичь. Про мелочи, типа отрубающегося освещения, можно не говорить. Но вот искажаемые формы стен — это реально «офигеть», только матом! Но мало того…

— Иридий. Чистейший, судя по спектру, — откомментировал Эмик полоску металла, неправильной ломаной формы, не серго, а голубоватого оттенка.

Ставший таким фактически у нас на глазах, за секунды, из стали переборок! Страшно подумать, что творят эти головастики…

Но бояться мы не стали, а стали двигать дальше. И додвигали до какого-то довольно обширного, хоть и невысокого зальчика. Но Эмик смог распрямится — так-то в коридоре мы горбились. Ну и вывалила натуральная куча, четыре десятка штук этих дисков. Замерли на разной высоте, и вокруг нас вскипела дымка-искажение. Но внутрь — не попадала.

— Съели, дурачьё трансгуманное?!! — ехидно пророкотал Эмик внешним динамиком.

— Могут и «съесть», — личным каналом, обеспокоенно сообщил я. — Выкинуть со станции, например, — мысленно пометил я границы нашей бури, меняющей состояние пола.

— Сволочи какие, — возмутился Бронзовый.

— Префект, намерен применить силу, исполнение задания под угрозой, — текстом отправил сообщение я.

— Действуйте, дукс.

Впрочем, Эмик сдёрнул Жнеца «до дозволения», начав раскручивать ротор. И как бы ни «наблюдали» головастики — с потоком снарядов у них сделать ничего не выйдет. Наблюдалка не справится.

Показывая, что голова у них не только для вида, головастики это поняли. Пелена искажений исчезла, почти вплотную к ней приблизился диск. Открылся и оттуда, смотря на меня ярко сияющими изумрудным светом глаз (на младенческом лице, под ОГРОМНОЙ, поддерживаемой стойкой-манипулятором головой!), показался головастик.

— Прекрати насилие. Мы признаём, что Сапиенсы превзошли нас, оставшись собой. И сдаёмся, — на искажённом, странном, но понятном языке пропищал этот головастик.

25. Головастые жопомирцы

— Что делать, Префект Милитум? — поинтересовался я.

И это было первое, после остановки вращения ротора Жнеца, действие. Потому что ситуация складывалась именно «в компетенции» губернатора. А мы с Эмиком… Ну вот хорошо. Сдались эти головастики, причём проверить, насколько это правдиво (а вероятность злостного вранья и ловушки — никто не отменял) — мы не можем. И вот, положим, мы отключаем бурю неопределённости… и нам с Эмиком спекают мозги. А то и берут нас под контроль. Проблема в том, что «взять в плен», задержать и как-то контролировать их мы с Эмиком не можем. Разве что перебить всех к чёрту и разнести всё нахрен, что как понятно, никому не нужно. Ни к чёрту, ни нахрен.

Более того — та же проблема будет у какой-нибудь абордажной группы или оккупационного отряда. То есть: фирмоментум защищён. Эмик — тоже. А вот что челноки, не говоря о легионерах (или платформах) — нет. И опять же: риск людям, от вырубания до взятия под контроль.

В принципе, у фирмоментума, как у и Эмика, есть возможность «кардинально решить вопрос». Ну так она была с момента обнаружения станции. Нет уверенности что угроза уничтожения для головастиков — непреодолимое препятствие. Обычные люди часто ломают инстинкт самосохранения через колено, а уж про трансхомо, да ещё столь перекорёженных, можно и не говорить. Система их ценностей и приоритетов неизвестна, вплоть до того, что «налюбить мерзкого сапиенса и прибить» — может оказаться смыслом жизни. И, в таких условиях, вопрос «пленения» головастиков, которые сами по себе — оружие, встаёт под вопрос.

— Дукс, — текстом же, причём явно не желая озвучивать перед «штабом», ответил дядя Стёпа. — Я не знаю. Вариант сдачи с их возможностями пугает больше, чем прямое противостояние.

— Меня тоже, Префект. Но не убивать же их поголовно сейчас? Или всё же убить?

— Нет, точно не стоит. Давайте сделаем так, дукс: кроме вас, я на станцию никого не пущу. Причины вы понимаете.

— Понимаю.

— Попробуйте получить максимум информации. На основании её хотя бы примерно определим, насколько искренняя эта сдача. А дальше — ждём экспедицию Академии. Им живые трансхомо нужны — вот пусть и разбираются.

— Мне торчать на их станции до прибытия экспедиции? — не слишком радостно уточнил я.

— По обстоятельствам, дукс. У меня нет даже недостоверной информации, чтоб вам ответить, — резонно ответил Стефан. — Так что поговорите, допросите. Возможно — имеет смысл взглянуть на какие-то технические узлы этой станции. Разберётесь, я думаю.

— Разберусь, куда денусь, — ответил я.

Головастик стоял, ну точнее, висел в своём монодиске, напоминающем раскрытую устрицу, ждал. А мне оставалось понять, что спрашивать и о чём. Для начала я обратил эмоциональный посыл к Эмику, нет ли у него каких идей. Ну, чёрт знает, не идиот мой Инвиктус, и идеи иногда подаёт. Но в этот раз ответом стало недоумение, причём тоже эмоциональное, без слов. Типа сам разбирайся, пилот. Ну, тут как и с губернатором — разберусь, куда деваться.

— Оружие на станции в небоевое положение приведите, — озвучил я плоды напряжённых размышлений.

— Контрабордажная система приведена в небоевое положение три минуты назад, — пропищал головастик.

Это, очевидно, тогда, когда местные турели прекратили замусоривать свинцом коридор.

— А остальное?

— Более на Кунабуле нет оружия, — пискнул головастик.

— Врёшь, наверное, — прогудел подозрительный Эмик.

— Может, и не врёт, — прикинул я. — Зачем им оружие с их возможностями?

— Не нужно, — подтверждающе пискнул головастик. — Контрабордажная система — и та не нужна. Но осталась как память… И не пригодилась…

— Рассказывай тогда, кто вы, откуда взялись, что тут делаете?

— Расскажу, человек.

— А вы не люди?

— Мы — хомо. Хомо Псионус, — гордо пропищал головастик. — Но людьми нас не называем ни мы, ни вы.

— И дурачьё, — рассудительно прогудел Эмик. — Перекорёжили вы себя совершенно отвратительно. Но судя по генам — люди. Но перекорёженные.

— И рассказывай давай, — вклинился я, а то дискуссия о методологии человеков и не человеков могла растянутся на чёрт знает сколько времени, без какого бы то ни была толкового результата.

Ну вот те же геллиоты, к примеру. У них вообще нет проявленной в материи не только плоти какой-никакой. А плотно структурированного вещества вообще. Они — сгустки энергий и жалкие кусочки плазмы, причём лично я не уверен, что эта плазма «их», а не воздействие энергии, которая они, на материю. И они — люди, вполне официально. Трансгуманы, но даже в каталогизаторах изученных в Академии обозначались: Хомо Энергетик Гелиос.

А тут — ну понятно, что мутанты перекорёженные, которые в угоду своему «псионству» отрубили вообще все функции организма. Но человеки, вполне себе.

И стал Прогонос, как представился главный головастик, рассказывать. Кстати — довольно многословно. Но хитро… хотя — у них большая голова явно не для красоты, так что за идиотов этих головастиков или ещё каких недоумков даже внешне не примешь. Вот за переумков — это да, просто вот как эталонные переумки выглядят. Хоть в Большой Терминологический Словарь Империи вставляй.

Выходило, что далёкие предки этих псионов, задолго до возникновения Империи, захотели стать магами. Ну… в принципе, понять-то можно, желание чуда у нас чуть ли не органическое. Но захотели не мечтатели, а практики. И учёные: биологи, генетики, физики, математики… Ну в общем, — понятно, головастые товарищи. По результату видно, между прочим. На Терре, которую Прогонос упорно называл Землёй, тогда был какой-то конфликт, то ли из-за цвета кожи, то ли из-за того, с какой стороны яйцо разбивать. Хрен предков знает, резались они и из-за более глупых вещей, типа какую органику в пищу пореблять можно, а какую нельзя, причём не из-за медицинских показателей, а «потому что».

Ну, в общем, осуществлять свою мечту группа этих учёных и производственников на охваченной конфликтом Терре, с сопутствующими конфликтами ограничениями прав, свобод и всякое такое, не захотели. Или вообще не могли — хрен знает, какие там были эти самые ограничения. Но собрать могучий межзвёздник, с оборудованием и всем таким, у них вышло. Погрузились, сделали прародине ручкой и свалили. Причём Асинус Мунди, которая вообще не имела названия, выбрали из-за отдалённости и никому не нужности. Несколько сотен лет изучали, евгеничили и вообще «шли к мечте». Нашли Путь — как раз этот эффект наблюдателя. Правда, в этом месте хитрость головастиков проявилась — рассказчик детали открывать отказывался наотрез.

— Вы же сдались! — возмутился Эмик, кладя манипулятор на рукоять Кистеня.

— Данную информацию мы откроем только высокопоставленным представителям Империи. Если они гарантируют нам жизнь и свободу. Последнее обсуждаемо, но ты — явный боевик, не обладающий полной властью.

— Я на постоянной связью с обладающим, — отрезал я, пока Эмик конструктивно характеризовал головастых псионов вслух.

— Вне моей компетенции, Дукс, — ответил дядя Стёпа уже голосом. — Если данных трансхомо признают людьми, пусть условно, то я не могу врать от лица Империи. Так что этот вопрос вне моей компетенции, — повторил он.

— Пока гарантий нет, — озвучил я.

— Тогда часть данных я не озвучу, — пропищал головастик. — Пока, — добавил он.

Но в остальном — рассказывал, и было интересно и мне, и Эмику, да и штабу-совещанию у губернатора, судя по уточняющим вопросам и вообще.

Так вот, пошли они по этому пути оперирования определённостью-неопределённостью через эффект наблюдателя. И, в общем — получилось, результат мы видели. Проблема, что «наблюдатель», для этого самого эффекта, должен не пялиться бараньим взглядом, а понимать. То есть, берём некое состояние квантов. Наблюдатель должен видеть — не обязательно глазами, КОНКРЕТНЫЕ кванты. И наблюдать определённую закономерность в их поведении. И тогда «чудо» получается, вот только… Это триллионы состояний и объектов не в секунду — в квант времени. И человек такого не может. Машина, теоретически, может, но она должна быть столь огромной и совершенной, вдобавок — с личностью и самосознанием, что нахрен такие машины нужны. Такой даже «бунтовать» не надо — это будет прям мифологический «бог из машины», сразу, в момент создания-включения. И тут — техническое умалчивание, насчёт того, что за лазейку нашли псионы.

Но нашли, как понятно, только мозгов человеческих не хватало всё равно. Нужно больше мозгов. И стали евгеничить в этом направлении, доевгеничив наинженерствовав до текущего вида головастиков. При этом жить на планетах псионы уже не могли, ну точнее, могли, но недолго и хреново. И с гравитацией проблемы, и с иммунитетом, много с чем. Взрослым псионам на это пофиг, но у них и дети рождались. Которые ещё «наблюдением» не овладели, а уже слабые и тщедушные. В общем, перебрались они на орбитальные станции с планет. И жили так себе спокойно, изучая всякие там тайны и законы мироздания (или просто хренью маясь) довольно долго. Конфликт людей, а потом Империи с Лапусами их не затронул, как и с Кревами — в Жопемира просто не было обитаемых планет, в Империю она не входила, ну и воевать тут никто не воевал. Хотя, как я понял, некий информационный обмен с остальной галактикой был, да и наблюдали, но — со стороны.

И вот, на определённый момент в Жопумира прибывают корабли Империи с поселенцами. Жопамира становится Жопоймира не только по факту, но и по названию, ну и начинается освоение планет. Псионов ни поселенцы, ни корабли флота не заметили, а они принялись морщить свои огромные головы. Потому что контактировать с Империей желания не имели. И вообще, судя по контексту рассказа, восприняли поселенцев как хамских захватчиков и вторженцев.

При этом, хоть Эмик и обзывался нехорошими словами, а по каналу связи приходили всякие «сволочи-негодяи» — как по мне, эти ребята поступили довольно гуманно. Ну, относительно, конечно, но всё же. Потому что могли они сделать ГОРАЗДО жёстче, оставаясь скрытыми. Но они решили просто прогнать захватчиков, создав… невыносимые условия существования, в которых достигнуть должного уровня люди просто не смогут, даже если не свалят. То есть, вся территория Жопымира оказалась накрыта этакой… Пеленой, что ли. Техногенного характера, кстати — проецировал эту пелену специальный квазиживой генератор на станции.

— Срочно отключить! — за миг до того, как я сам сказал, озвучил Префект.

— Отключайте, в общем, — передал я.

— Сделаем, — пискнул гловастик, изображая из себя потерпевшего.

Так вот, технических деталей этого воздействия нет, но они… угнетали развитие социальных связей и эмпатии, в определённой степени. То есть, социальное дикарство в Жопемира — прямое следствие этого воздействия. При этом, регулярно перемещаемые через гипер объекты — «сбрасывают» это воздействие, оно не ультимативно и, вроде, последствий на сформированную личность не оказывает.

— А Док Имперской Космонавигации? — озадачился я.

— Не знаю, человек, — пожал плечами

— Там ротация состава раз в пять лет, дукс. Полная, потому что Департамент Космонавигации давно отметил тенденцию к снижению продуктивности и заменяет экипаж дока, — ответил мне связью Адмирал.

В итоге сложился паритет: люди не сваливают, но и не развиваются в рамках Жопамирского региона. Псионы же живут на станции себе, чем-то занимаются. До недавнего времени.

— А с чего вы активизировались? Это вы создали Дамго?

— Мы. И отвечу на вопрос — мы хотели покинуть эту галактику. А ресурсов у нас нет.

— Украсть у Империи захотели, ворюги головастые! — припечатал головастых ворюг Бронзовый.

— Не «украсть»! — возмущённо затрясся Прогонос. — Это НАШ регион! Людей сюда не звали, а вы всё равно тут, — надулся он, как Эмик на вулканиста.

— Арендная плата, — не без иронии озвучил я.

— Да! — ответил головастик, а я на миг задумался — не заразил ли его Бронзовый.

Причину «сваливания» головастик отказался называть категорически, «только важным-принимающим решения!» Но… боялся её, насколько я могу судить. Мимика и жесты, всё-таки, человеческие. И выходило, что эти типы не захотели «попутешествовать по Вселенной», а захотели сбежать. А от чего — не говорят.

Дамго, как понятно — не оружие, а этакий проектор существующего воздействия, работающий только в Жопемира. У псионов вообще было довольно плохо (или хорошо — вопрос точки зрения) с агрессией. Хотя ряд их «неагрессивных» решений мог показаться и слишком жестоким… Но, как по мне — просто искажения сознания и оценки, связанные с биологией и образом жизни. Ну и людей они за «равных» не считали, опять же, как я понимаю. Что-то вроде пациентов дома для умственно отсталых.

И, через пару часов, то ли собеседник, то ли допрашиваемый «иссяк» как источник информации. Многое умалчивал, а вопрос, например, социального устройства, гидропоники и репродукции… Ну не слишком интересно было ни нам с Эмиком, ни собранию на фирмоментуме. Мобилус, конечно, хотел всё знать, но вулканист в данном случае решающего голоса не имел и остался в меньшинстве. А Прогонос стал водить меня по немаленькой станции, показывая этот «генератор», и вправду уже заглушённый — перед этим с фирмоментума мне скинули голо вида на звёзды. Голубые, а не изумрудные. Ну а пока водил — шло совещание, в котором поучаствовал и я, и даже Эмик, со своим Особо Ценным Бронзовым Мнением. Но выходила фигня, потому что вроде — всё нормально, но ключевое слово «вроде». Пускать головастиков на фирмоментум дядя Стёпа категорически отказывался, как и высылать группу контроля. Теоретически можно было бы подогнать к станции фирмоментум, захватив станцию в поле «бури неопределённости» создаваемой генераторами Империус Гладиус. А практически — фигушки. Плотный поток плазмы и всякого такого от звёзд, причём фирмоментум это всё такое и плазму выдержит. А вот лишённые возможности «наблюдать» псионы, вместе со своей станцией — нет.

И как-то вариант и обезопаситься и обезопасить — не складывался. Выходило, что надо ждать академиков, причём на моём непременном присутствии у головастиков никто не настаивал. «Желательно», но не более того, хотя действительно «желательно», это и без приказа прекрасно понятно. Так что я печалился, готовясь торчать тут чёрт знает сколько времени. Но нормально попечалиться у меня не получилось:

— Дукс, сообщение из системы Артемис, от Экспедиции Имперской Академии, — удивлённым голосом произнёс Стефан. — Цитирую: «Прервать контакт с трансхомо, если такой имеется. Агрессию в их адрес не предпринимать, за исключением необходимости воспрепятствовать их побегу. Ожидать прибытия экспедиционного Титана».

Это… сильно. Титан — поменьше фирмоментума, но используемый и сейчас в Империи корабль. Не планетоид, но небольшой город. Правда, я не знал зачем — а сейчас частично узнал. Как исследовательские центры, например. И как быстро добрались… Хотя.

— А откуда они узнали про контакт с трансхомо? — поинтерсовался я, ну вдруг ответят.

— Архивная трансляция от вас и с совещания передаётся в Док, а оттуда — на Терру в режиме реального времени, дукс.

Это — сильно. Тоже энергии ведь тратит до чёрта, хотя и верно, наверное. Но долго думать мне не дал вулканист.

— Готовлю телепортер, дукс, — через полминуты озвучил Мобилус.

Я уже было хотел попрощаться с Прогоносом, ну не слишком сердечно, но хоть «пока» как вежливый человек сказать. Но — не успел, потому что через минуту послышалось удивлённое восклицание Адмирала.

— Они уже тут!

Эпилог

От совещания меня не отключили, так что послание с Титана Академии Проспектор я читал, ну и трансляцию слышал. Услышанное и прочитанное было фактически повтором предыдущего послания, только дополненная всякими словами от некоего баса, не пожелавшего представиться. Слова, помимо того что были всякими, были повелительными, запретительными и всё такое.

— На станции трансхомо сейчас находится Инвиктус… — начал было Префект Милитум.

— Идиоты! — хамил бас. — Срочно забрать его оттуда! И задержать пилота и машину до всестороннего исследования на Проспекторе!

— Позвольте… — произнёс вежливый дядя Стёпа.

— Не позволю!

— Простите… — уже с слышимым гневом прозвучал голос губернатора.

— Не прощу! Префект, мои полномочия вам предоставлены, извольте исполнять!

— ДУРАЧЬЁ!!! И ПИНКА ПОЛУЧИШЬ, ЕСЛИ ТОЛЬКО ПОМЫСЛИШЬ «ЗАДЕРЖАТЬ» ЭНЕУСА ЭКВИСА, ВЕЛИЧАЙШЕГО ИНВИКТУСА ИМПЕРИИ! — конструктивно вступил в диалог Эмик.

— Это… Инвиктус. Блокировать и задержать! Он явно под контролем… — затараторил бас.

— Здравого смысла и самоуважения? — уточнил уже я. — Не знаю, кто вы, столь наглый…

— Я — Архидоцент-Инквизитор Его Августейшего Величества Академии Всех Наук, Пётр Гай! И вы, пилот, будете ожидать…

— Я — Шевалье Безмолвный. Пилот Гален Безмолвный. И я, и мой Инвиктус не будут «ожидать» чего бы то ни было. Вы, Архидоцент, не имеете никакого права приказывать мне. Ну а я не буду вашим желаниям подчиняться.

— У меня мандат-рескрипт от Академии, от Департамента Земель, Штаба Звёздного Легиона…

— От Его Императорского Величества приказ имеется? — уточнил я.

— Да при чём…

— Император — всегда причём, — наставительно сообщил я, под бронзовый смешок. — Я — Родовой Аристократ. Передан во временное подчинение, Его Волей, Префекту Милитум фирмоментума Императорис Гладиус. Архидоцентишки, будь они хоть десять раз изыскателями, — а именно так интерпретировался титул «Инквизитор», хотя были и следователи с таким же званием, — мне приказы и прочее отдавать не имеют права. Не по чину, — ехидно уточнил я. — Кодекс Благородных Домов Империи, вам, Пётр, для изыскания.

— Департамент Земель дал мне мандат! Префект Милитум мне подчинён!

Возможно, мне не стоило так резко, но уж очень этот басовитый выбесил. И меня, и Эмика, а мы в довольно плотной синергии, не говоря о том, что усталые. И то, что этот доцентишка получил мандат — мне неважно. По Закону я подчинён ТОЛЬКО и исключительно Императору, как аристократ и глава Рода. Дядя Стёпа — руководитель наёмного отряда «шевалье Безмолвный», причём не абсолютный, на минуточку. А «начальник начальника — не мой начальник», это даже в договоре с Академией о выслуге упоминается. В общем, причину «почему и зачем» этот Петя понараздовал такие приказы, не понять невозможно. Но хамить-то зачем?

— А я — нет, — отметил я.

— Префект, — басом бросил Петя.

— Пожалуй… нет, Архидоцент, — довольно ответил губернатор, которому явно не понравилось творящееся.

Да и кому понравилось бы?

— Как вы…

— Дукс Безмолвный — наёмный капитан отряда. Моя власть над ним ограничена, а за отданные приказы я несу отчёт перед Его Императорским Величеством. А никак не вами, Архидоцент. Ваш мандат-рескрипт даёт право выдавать распоряжения относительно трансгуманов. Но не передаёт МОИХ подчинённых в ваше распоряжение, — аж ласково, с расстановкой озвучил дядя Стёпа.

— Да как вы смеете⁈ После моего доклада вас… — на последнем бас, который приобрёл визгливые нотки, озадаченно промолчал, чем Префект и воспользовался.

— Отправят, как выражается дукс Безмолвный, «в Жопу Мира»? Так открою вам секрет, Архидоцент… Я уже тут, — ехидствовал дядя Стёпа. — Впрочем, давайте к делу. Фирмоментум будет отведён, данные вам уже переданы. В рамках вашей миссии его присутствие в системе необходимо? У нас, вообще-то, обитаемые Имперские планеты в зоне ответственности.

— Задержитесь на сутки, — страдал бас, получив в себя плевок, но не находящий как на него ответить. — Нужно проверить последствия контакта с Хомо Псионус. И ваш наглый дукс…

— Очень вежливый и умный! — прогудел Эмик.

— И его бешеный Инвиктус…

— И Великий!

— Прекрати меня перебивать, машина!

— Я тебя лучше пну, дурачьё!

— Дукс, угомоните свой Инвиктус, в конце-то концов!!! И вам НЕОБХОДИМО пройти проверку! Если вы откажетесь — я признаю вас… заражённым! Вполне корректное определение, — обрадовался бас.

— Без обследования, возможности заражения, — нейтрально ответил я, вместе с Эмиком бегло проглядывая Кодексы и Уложения. — Да хоть сейчас признавайте, а мы с моим бешеным и Великим Инвиктусом посмеёмся.

— Да!

— Вы понимаете, что вас надо обследовать? — устало и уже без прежней наглости озвучил Петя.

— Вообще — да, — признал я. — Но в рамках собеседования и подконтрольно. И если бы не ваше первоначальное поведение…

— Вот спасибо вам огромное, дукс, — просто фонтанировал ядом Архидоцент, — что вы заботитесь о моём поведении. Покиньте, наконец, станцию трансхомо! И ожидайте специалистов.

— Покидаю, покидаю, — согласился я.

Бегло сообщил головастику, что припёрлись «имеющие право принимать решения», я же их покидаю. Горя на младенческом личике Прогоноса не наблюдалось, а наблюдалось наоборот. Он не говорил, но насколько я понимаю, «буря неопределённости» была псионам дискомфортна и неприятна. Ну, что-то типа излишне ярких вспышек света, какофонии громких звуков, как-то так. Так что восторга от нас с Бронзовым местные не испытывали и если не помахали платочками вслед, то только потому, что платочков не имели.

— Как думаешь, Гален, — задумчиво прогудел Эмик уже после телепортации, на пути в ангар. — Империя использует изученное этими псионами? Это же как в сказках, хоть и основано на реальности и науке.

Одновременно он обдумывал и, как чувствовалось — пересматривал ряд приоритетов и императивов своей личности. Незначительно, да и не столь критично это для ИЛ, но сам факт показателен. Впечатлили его головастики, впрочем, как и меня, несмотря ни на что.

— Не знаю, Эмик, — честно ответил я. — Как мечта человека о чуде — вроде и воплощение. Но… Ну путь трансхомо Империей признан ошибочным. Те же геллиоты, если разобраться, более «чудесны». Как-то используют, но не думаю что появятся «школы псионов» и всё такое. Ну, по крайней мере — не при моей жизни, — резонно отметил я. — Ты — возможно, и застанешь. Но не факт — масса технологий секретна и не используется. Просто потому, что они не нужны людям, как они есть.

— Дурачьё, — задумчиво обозвался Бронзовый, чёрт знает, на какую часть моей речи.

Дотопали до ангара, и только было я собрался уединиться с Кудряшкой: она мне обещала много всякого, этакого и даже разного, интересного такого. Пообещала по возвращении, а у меня память хорошая. Так вот, только я было… а в ворота Ангара стучат хамски, а там «комиссия изучения последствий взаимодействия контакта с трансхомо», подождать не могли, блин! Десяток противных мордасов, пяток вулканистов и пяток не вулканистов. Накинулись на меня и Эмика. Ну ко мне — со всякими дистанционными сканерами и психологическими опросниками. Довольно занятно, что на текущий момент я мог и симулировать ответы, то есть объём накопленных знаний да и опыта, давал возможность понять не «в общем», а смысл каждого вопроса. Но смысла не было: на некоторые я просто не отвечал. Академики пучили глазищи, пытались меня пугать, но спокойный разбор вопроса и указание, что к цели проверки ответ не имеет никакого отношения — помогли.

— Нам нужно проверить ваши реакции, — не убедительно врал бородатый дядька средних лет, комиссионный академик.

— Не нужно. Мои реакции не имеют к вам никакого отношения. Цель проверки — выявить, не находимся ли мы под контролем трансхомо. Всё остальное — не ваше дело, — развёл я руками.

Ну это ладно. Эмика стали проверять, но Эмик — это Эмик. Вопль «КИБЕРИДИОТЫ!» или «ПОЦЕЛУЙТЕ МОЙ БЛЕСТЯЩИЙ БРОНЗОВЫЙ ЗАД!» ну и непременное «ДУРАЧЬЁ!» прилагались, заставляя вздрагивать моих проверяльщиков. И веселя меня, пристроившуюся у стеночки Арвинг, да и, подозреваю, нашего «дежурного вулканиста» Нитрила, которого комиссионеры «отстранили». Стоял у станка, с чем-то возился, но судя по жестам, точнее, замирании на долю мгновения манипуляторов — вслушивался и веселился.

А вот Петру повезло, что он не припёрся. Хотя Архидоцент, конечно, не та фигура — он, вроде как, научный и административный управитель Титана, начальник экспедиции и всё такое. Но всё равно повезло, потому что Эмик сулил его пнуть. И вот я, признаться, думал, что это «ради бронзового словца». Но нет — именно комиссионеры испытали, да и мне продемонстрировали «пинок бронзового возмездия».

В общем, сопряглись с вычислителем Эмика эти вулканисты, диагностировали, поливались Эмиком всякими словами и обтекали. Это — нормально. Но вот один из вулканистов, видно, от неправильной кибернетизации, полез вскрывать люк, ведущий к вычислителю Эмика. И, дурачьё такое, проигнорировал посыл Бронзового. А ведь Инвиктус предупреждал… Короче, непонятливый получил пинка. Сказать от всей бронзовой души — нельзя. Потому что в этом случае Орден Вулкана лишился бы одного неправильно кибернетизированного члена. Вообще, Эмик с этим пинком меня поразил, в хорошем смысле слова. Пинал он своей бронзовой ножищей, но не сказать, чтобы очень сильно. При этом ножища была объята сложно сконфигурированным полем. Что-то типа подушки-амортизатора, что Эмику позволило отвесить смачный и мощный пинок. Но вулканиста не поломало, ну, по крайней мере, не поломало совсем. Укатился, размахивая и постукивая в качении манипуляторами по полу. Шмякнулся в стену и там вяло помахивал манипуляторами и сучил руками и ногами. Видимо — загружал в блоки памяти, что «НЕ ЛЕЗЬ, А ТО ПНУ, ДУРАЧЬЁ!» — имеет смысловую наполненность и может быть воплощено в реальность.

Самое занятное, что шума этот акт Бронзового Правосудия не вызвал. Академики позыркавали на Эмика и на меня, четвёрка вулканистов просто продолжили исследования. А пнутый упёрся из ангара — видимо, думать о смысле жизни и пинка.

И, наконец, эти проверяльщики пришли к выводу, что мы «не под контролем». Что они ещё думали — не сказали, но на физиономиях (даже вулканистов) было написано. И свалили, наконец-то. И вообще, по уму и по-хорошему, стоило было бы посидеть, подумать над узнанным. С Бронзовым обсудить — тоже не помешает, прямо скажем. Но до текущего момента не было времени, а в текущий момент — не до того. Потому что я ухватил Кудряшку под ручку.

— Через дюжину часов пообщаемся, Эмик, — сообщил вежливый я.

— Идите уже, — махнул манипулятором бронзовый. — И не забудьте о заботе и регулярной смазке…

— Подвергающихся нагрузке трением деталей, — хором закончили мы, хихикая.

— Помните — и хорошо. Значит, мои мудрые слова сказаны не зря, — важно прогудел Бронзовый.

В общем, заскочили в спальню, я поотрубал оставшиеся входные инфоканалы браскомма (оставшиеся, так-то у меня их с посещения станции псионов было раз-два и обчёлся), да и стали мы предварительно готовиться к исполнению Кудряшки своих обещаний. Доготовились до полуспущенных комбезов и тут — хамским и наглым образом распахивается дверь спальни! Без звонка, предупреждения и всего такого! У меня немножко пелена перед глазами появилась, а через неё извивались росчерки рассекателя. Нет, в распахнутую дверь я ими не тыкал (хотя ОЧЕНЬ хотелось!) но был немного зол. И хотел наглого посетителя немножко прибить. Минимум — два раза.

Но как рука Арвинг на моём плече, так и глаза меня если и не успокоили, то вынудили убрать рассекатель.

— Приветствую, фельдъегерь.

Чувствовал я себя странно, где-то посередине между усталым смирением и бешенством. Но что на фельдъегеря орать? Он — человек подневольный. Сволочь назойливая, не деликатная и несвоевременная исключительно волей его пославшей Августейшей Зарррразы.

— Приветствую. Послание от моего Августейшего Повелителя шевалье Галену-Гавриле Безмолвному, дюку Ульверу, дуксу.

С этими словами он домаршировал до меняя, деликатно не пялясь на полуодетую (ну, в смысле, полураздетую) Кудряшку. И передал мне знакомую, до зубовного скрежета, бумажонку.

— Благодарю, — вздохнул я, на что фельдъегерь кивнул.

Начал разворачиваться, но на полуобороте замер.

— Дам вам совет, шевалье — поторопитесь. Счастливо оставаться, — нейтрально озвучил он, и утопал.

— А что… — начала было Кудряшка.

— Ничего не знаю, а совет хорош, — резонно отметил я.

После чего в одну сторону полетела записулька Его Зловредности, в другую — комбез Кудряшки, а в третью — мой. И Арвинг выполнила всё наобещанное! Я проверял.

Но не дюжину часов, как бы хотелось, блин, а все из-за его Венценосной Злостности! Просто Кудряшка через три часа стала посматривать в сторону, куда улетела бумажонка. Ну а я вздохнул, да и попёрся знакомиться с эпистолярщиной. Вскрыл — а там тем же торопливым почерком:

Даже там неприятности нашёл! Вообще, молодец, конечно. Неплохо справился. Но всё, хватит! Жду тебя на Терре, срочно и без твоих кривляний!

Император

— И что это значит?

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Но пойдём-ка в кровать, Арви, — стал я подталкивать девчонку к ложу. — Пока не началось…

В этот момент — началось. В дверь какой-то подлый стукач начал стучать — терминал-звонок я отрубил. Подскочил я к терминалу, врубил на мгновение и скороговоркой выдал:

— На ближайшие три часа — идите в жопу, — вежливо сообщил я хрен знает кому. — Срочные вопросы — к Инвиктусу Энеусу Эквису, он ответит. Всё.

Отрубил терминал, заскочил в кровать и занялся семейной жизнью. А то есть у меня подозрения, а точнее — уверенность, что Его Зловредной Волей я буду в ближайшее время затрахан. Но никак не в том смысле, в котором бы хотелось, так что хоть напоследок спокойно и с удовольствием того и этого.

Следующий том уже тут:

https://author.today/work/298511

Content

Железные Рыцари. Легион

1. Бремя победы

2. Дорога домой

3. Не ожидал — Сюрприз!

4. Летучий Ульвер

5. Родичи Одноглазого

6. Наглый гость

7. Неприятное паломничество

8. Как дюк Ульвер на службу собирался

9. Служебная призма

10. Жопамира, как она есть

11. Бронзовое пугало

12. Имадацкие ночи

13. Снотворные кузнечики

14. Болотные гении

15. Бронзовая «мешочница»

16. Это… сложное совещание

17. Небольшая войнушка, или бронзовое Величие

18. Старые беды, новые решения

19. Потрясение семейное

20. Романтическая телепортация

21. Абордаж — это весело, говорили они

22. Реверсивная сказка

23. Подготовительно-напряженное

24. Как-то без мата

25. Головастые жопомирцы

Эпилог