Железные Рыцари: Ультимативная Угроза

1. Рука принцессы

И вот как-то, что-то, немножко офигел я от таких раскладов. Сфера Серины летит, эта извращенка, пялящаяся на всякие детали незнакомых Безмолвных — на меня пырится с вызовом. И мои девчоки переводят взгляды с меня на эту фифу (слов других нет!). И смотрят… с осуждением! И Серина эта здоровенная, как Инвиктус, смотрит с осуждением! Руки металлические сложила и смотрит, как на врага всех женщин, а в особенности — на врага всех извращённых принцесок.

Офигевать, впрочем — дело неконструктивное, так что взял я себя в руки, эти самые руки сложил на груди, ну и нахмуренно уставился на наше вынужденное прибавление. Это которое Серина, а не эта… Катерина Безвинная, вспомнил.

— Серина, скажи мне, будь любезна, что на корабле делает посторонний? — вкрадчиво поинтересовался я, тыкнув пальцем в прынцеску для наглядности.

— Она — к тебе Гален. Жениться, — доходчиво объяснила пиитка.

— Она — посторонняя. Я — за неё замуж выходить не собираюсь. И жениться — тоже. У меня достаточно супруг, любимых притом. Почему она на корабле⁈

— Но она сказала, что ты просто должен, после того что сделал. И голо твои показывали, готового к соитию… — растерянно выдала Серина.

— Это как это — готового? — осторожно уточнил я.

— Это голого.

— Да причём тут… — начал возмущаться я, но был прерван громким всхлипом.

— Посторо-о-о-оняя!!! Извращенец! Сам весь такой… А я… И пялился на меня-а-а-а… — шмыгала носом и рыдала эта принцесска.

Причём Хло с Арвинг кинулись к ней утешать! Мелкие незаметно хихикали и показывали язык. Мари — положила руку на шашку у пояса и взглядом спрашивала у даймё: может, эту девицу того?

В общем — театр абсурда. Такого бреда и бардака даже в самых дурацких голофильимах нет! Я знаю, смотрел десяток. Так что, чтобы сохранить остатки рассудка, вдохновенно пишущего мне записулину: «Прощай! Наша встреча была ошибкой!» — я просто прикрыл глаза, натянул на голову шлем комбеза и пару минут посидел в темноте-тишине. Приходя в более или менее вменяемое состояние. И через пару минут, стянув капюшон, любовался такой картиной: Катерина эта, вдохновенно и всхлипывая, рассказывала, что я перед ней чуть ли не стриптиз танцевал, а у неё со сном проблемы после и вообще — она с Терры собиралась выбираться. А эта… чтоб её, Августейшая Супруга Императора, Императрица Наталья, которая, выдала ей, что, мол, присмотрись к этому Безмолвному. Парень ничего и всё такое, а я поспособствую, с супругом поговорю…

— А потом я от него пря-а-а-талась! А чтобы не узнал — в душ зашла. У меня только защитный костюм был. Он бы узна-а-ал… А он зашел и пяа-а-алился, всю разглядыва-а-ал, — рыдала она. — А сейчас — «посторонняя» и ответственность не хочет брать!

Так, выходит такой расклад — у девчонки были планы свалить из гадюшника Императорской семьи, начал уже спокойно анализировать я. В принципе — понимаемая позиция, учитывая вечную грызню за «августейшее внимание». Вот чёрт знает, прав или не прав Император с этими «принцевыми гонками», как по мне — гадко это. Но он реально тысячи лет жил, может, и нельзя по-другому. Просто нет данных, и осуждать не могу. Но судить — мне никто не запрещал, со своей точки зрения. И с ней — гадюшник, и нормальным там делать нечего, только властолюбивым уродам, которых Император использует на благо Империи.

В общем — хочет свалить, причём из всхлипов-причитаний выходит, что на эту тему с Натальей и говорила, когда на меня наткнулись. И когда меня пфальцграф своим вызовом разоблачил — пырилась на меня и слюни пускала, блин. Ну или что-то такое, но в общем, странно, и уточнить надо. И следила, извращенка, особенно после того, как наткнулась на меня, погружённого в мысли о жёнах, с соответствующей деталью меня в соответствующем состоянии. Ну зачем следила — не говорит, но… Да хрен знает, может, просто понравился. Но какая-то совершенно бредовая реакция у неё, надо уточнить.

— Скажи мне, девица Катерина Безвинная, ты — девица? — велеречиво уточнил я, с преисполненной дючности и даже принцеватости физиономией.

— Я⁈ Естественно! И ты первый, кого я… ну… И кто на меня тоже! — выпалила она и разрыдалась.

Странно всё это. То есть, если бы эта Катька была из какого-то замшелого захолустья, населённого дурачьём и фанатиками — ну в принципе, можно бы было такое понять. Но в Императорском Дворце такая… Чёрт знает. Не знаю я, как принцессов воспитывают, особенно с учётом грызни. В принципе… возможно. Только если эта Катька — протеже Императрицы. То есть, завела себе Наталья опекаемую, а если начистоту — «ребёнка-игрушку», а как Катька выросла — стала думать, куда пристроить. И вот в таком варианте всё возможно, хотя к Императрице, как к педагогу, БОЛЬШИЕ претензии. Но со мной… а может, и правильно, с её точки зрения. Просто те же близнецы, да и всё такое. Ну в общем — сбросила выросшую игрушку на подходящие плечи, мои которые. С моей точки зрения — свинство, безусловно. Но вообще… а хрен знает. Первая мысль, что эта рёва-корова Августейшей крови симулирует. Но анализ выдаёт почти нулевую вероятность. Играет, конечно — чрезмерно инфантильные реакции, явно рассчитанные на «взять на жалость». Но, возможно, даже неосознанные.

В общем, причины — понятны. Девчонка «наивняк», вот просто в упор, в отношениях с противоположным полом — уж точно. И тут я такой, который ей, похоже, вполне понравился, да и Императрица, чтоб её… Ну в общем, понятно. Слежка — следствие неопытности и непонимания, что делать, чтоб проявить свой интерес. Она косвенно предъявляет мне претензии, похоже, неосознанно, что я не замечал и не оценил её усилий. Ну, в общем — с этим всё ясно. И девчонки на неё «ведутся», причём Серина, похоже тоже.

А вот мне что делать? Вроде как и послать её стоит… но блин, мне эту дурочку самому жалко, и симпатичная, и девчонки её утешают… Но нахрена мне увеличивать койкоместа в нашей семье-то? И так часто времени на этакое не остаётся, хорошо, что на всякое и разное есть. Ну, разве что для «костей удовольствия» задачка, хех.

— Гален, — вдруг выдала Хло. — Слушай, а если…

— Стоп!

— Ну мы… наверное, и не про…

— СТОП!!! — не хуже Бронзового рявкнул я.

Прониклись, замолчали, глазами лупают. Ну, надо разбираться, раз уж так сложилось. Без эмоций лишних, но и не совсем без них. Я же не пиит… хотя, смотря на лупающую глазами Серину, возникают подозрения, как бы не больше… Впрочем — к чёрту. Сейчас некая девица жалостью пробивается в наше семейное ложе. И в Род Ульвер. А у меня, как у дюка, в первую очередь должна работать дючья голова. А не которая ниже пояса — этой-то всё нравится, что тоже фактор. Но не слишком значительный!

— Итак, Катерина Безвинная, ты желаешь вступить со мной в брак.

— Я… да… наверное, шмыг.

— Наверное — и мы разворачиваемся тут же.

— Желаю! — аж топнула она ногой. — Извращенец… — буркнула она в сторону.

— Вы, супруги мои, не возражаете? — уточнил я.

Кудряшка кудряшками сразу замотала, мол не возражает. Мари задумалась чуть больше, но пожала плечами слегка двинув бёдрами — мол, как пожелает даймё, но чтоб её удовлетворял. А вот Веснушка задумалась серьёзно, помотала головой и озвучила:

— Зачем?

— Именно, Хло, — довольно покивал я. — Итак, Катерина, супруги мои к тебе непреодолимого отвращения не испытывают. Я — тоже. Даже немного наоборот, — признал честный я. — Но вопрос «зачем»!

— Как будто ты не знаешь, извращенец!

— Не извращенец, а молодой и красивый дюк, со здоровыми инстинктами. С жёнами со здоровыми инстинктами. И вообще — здоровые мы все, со страшной силой! — отрезал я. — И секс — не причина вводить тебя в Род. И, возможно, будет приятен, но не критичен…

— Причину ему! — надулась девчонка. — Хорошо, слушай: мы прекрасно совместимы, и дети будут здоровыми, усвоившими все полезные…

— Я понял. Это — фактор. Но не причина.

Это Наталья, генетичка-евгеничка проверяла. И для Императрицы это и вправду может быть немаловажной причиной покровительствовать подобному союзу. Но… не слишком интересно. Басилдр и чаны справятся, и дети у нас будут, и не только у нас и вообще. Так что планы Императрицы — её, а жениться из-за них на тёмненькой я не буду.

— У меня есть приданое…

— Деньги и техника?

— Да!

— Не интересно. Род Ульвер на текущий момент обладает большим количеством ресурсов, чем способен использовать. Из-за малочисленности.

— Для Рода, — задумалась Катька уже серьезно, перестала всхлипывать и прикусила губу. — Не знаю, — выдала она. — Я всю жизнь была пфальцграфиней Её Императорского Величества на Сигма Омикроне… Есть межзвезд… Понятно. Простите, князь Безмолвный, мою выходку. Она была неподобающей. И вы, княгини, примите мои искренние извинения за эту неподобающую сцену, — произнесла принцесса.

И действительно принцесса — хоть в глазах слёзы, губы подрагивают, но «держала себя». Причём довольно интересный момент, причём о своей потенциальной нужности девица не догадывается. Дело вот в чём: на данный момент на Ульвеюле два Ульвера. Один из них Клок, который готов помереть в любой момент, вторая — Басилдр, которая помереть не готова. Но и не готова заниматься чем-то, кроме своей разлюбезной евгеники, в чём за ней ещё и присмотр нужен. блин!

Ну, в общем, я, мои супруги, Вили и Вё и Басилдр — по сути, все Ульверы. Пожилая чета на Персефоне за скобками — прикажи я им, например, явиться на Ульвеюл — пошлют. Ну судя по всему, так выходит.

А значит, что у Рода просто нет… управляющих. Вот нет как факта, смешной, но печальный момент. Я могу что-то, Веснушка, Мари. Да и Кудряшка. Но — мы все с несколько «иной специализацией». А главное — можем в любой момент сорваться с Ульвеюла — ну вот как сейчас, например. То есть — Ульвеюл без присмотра. Есть гвардейцы и чиновники, но всё это паллиатив. Аристократическая система управления гораздо более эффективна, чем не аристократическая (с деталями, конечно, но это довольно сложные и многофакторные, подчас неосуществимые в силу человеческой природы детали), но эффективна она так ТОЛЬКо при условии присмотра за ней этого самого аристократа. Причём ответственного и добросовестного. А без него — последствия на Ульвеюле мы всей семьёй разбирали. За год успела чиновная братия навертеть и на каторги, и на всё такое, подчас и не по злому умыслу, но от этого никому не легче.

То есть, если всё так, как сказала Катя — то она Роду Ульвер очень даже не лишняя. И симпатичная, и когда рыдать перестала — ну вот прямо нравится даже, если начистоту. Это не говоря о том, что нам нужен пилот для Оделлегера. Совершенно не обязательно «боевой», но терять Инвиктус Роду нельзя категорически, то есть нужен «держатель» машины, пока подрастут мелкие Ульверы. На эту тему мы с девчонками, кстати, общались. И в общем-то, вариант какой-нибудь, даже не обязательно аристократочки, чем-то полезной Роду, помимо «держания Инвиктуса», рассматривался. Ну, прямо мне, конечно, не говорили: иди и трахай кого-то там посмазливее. Но косвенно это подразумевалось: пилот нужен, нужен взрослый представитель Рода, а брак и секс — самый надёжный способ привязать постороннего, в общем-то, человека. Да даже со мной так в чём-то получилось, хотя в довольно малой степени.

И, наконец, её реакция… Ну, хорошая. Которая в конце была, а не размазывание соплей и обзывание нормального меня «извращенцем». Так что ответил я Кате несколько менее формально, чем вёл беседу.

— Такое приданое вполне устраивает меня. И… — окинул я взглядом девчонок. — Похоже устраивает Род. Есть несколько условий, если тебе, Катерина, ещё интересен этот союз.

— Извращенческий способ ухаживания! — почти крикнула Катерина.

Ну, в чём-то она была права, в том плане что если бы я «ухаживал» — это было бы действительно редкостным извращенством. Ну а девчонки — выходило, что и не против. Арви думала «сердцем» — ну это у неё вообще по жизни, она Катьку и пожалела, да и понравилась она ей. Хло — пожалела, но аналитик взял верх. И после озвученного этот аналитик выдал вердикт «да». Ну а Мари — серединка на половинку, приправленная въевшимся в её личность «даймё виднее». Собственно, она в своё время искренне беспокоилась моим здоровьем, спрашивая почему «у возлюбленного супруга нет наложниц?»

— А что за условие? — с интересом уточнила она.

— Стать пилотом Родового Инвиктуса. Не обязательно боевым — да и в твоём случае это будет бессмысленной тратой умений и навыков члена Рода. Но Инвиктус не должен покинуть Род, а на данный момент Ульверов в пилоты просто нет.

— Это… не знаю, вроде недолго?

— Около месяца в Академии Пилотирования Субсектора, если не учиться а только сесть в родовой Инвиктус.

— И ты… У меня есть пара минут на размышление, князь Безмолвный?

— Есть, — не стал вредничать я.

— Согласна, — решительно ответила она через минуту. — Хоть пойму, что они в тебе нашли, — пробормотала она себе под нос.

— Как будто ты не видела, княжна, — не без ехидства озвучила Мари, этим самым «принимая» для себя в близкие.

Катька покраснела, но промолчала. И была утащена троицей — шушукаться.

— Сложно всё у человеков, — задумчиво произнесла Серина, внимательно и с интересом наблюдавшая за всей вот этой мелодрамой.

— А ты не человек что ли? — хмыкнул я.

— Традиционно питты самопозиционируют себя как отделившийся вид. Но это не вполне верно методологически, особенно учитывая то, что пиитами становятся люди, — признала она. — Но всё равно — какие-то совершенно непонятные социальные движения, реакции. Не все, но очень многие. Я их и в голофильмах видела, но не очень понимаю — зачем?

— Секс, выгода, сопереживание и эмпатия. Много причин Серина, тут тебе надо не меня слушать — я сам не слишком эмоционален. А читать соответствующую литературу. У вас, у пиитов, не было?

— Базы данных по психологии и психофизиологии человеков — прерогатива наставников, — пожала она плечами.

— Ну значит, познакомишься. Не знал, что у вас цензура, — хмыкнул я.

— Не «цензура», а «рациональное распределение информационных ресурсов»… Можно сказать, и цензура, — признала она.

В общем, перелёт до Ульвеюла я провёл без общества супруг. Которые бросили бедного меня и носились с Катькой, как с прынцессой какой-то! Ну вообще, как я понял, налаживали отношения и общались, что не лишнее, конечно. Но могли и навестить и вообще!

С другой стороны время прошло не зря, позанимался с Эмиком в ИР, в плане освоения «новой и охренительной цацки», которую Его Щедрость подкинула каждому Инвиктусу группы. У Эмика это была «Голова Горгоны» или Эгида — и так, и так выходило, инструмент-перевёртыш.

Щит, что казалось бы глупость для щитового Инвиктуса, но не вполне. В рамках полусферы этот щит концентрировал и поддерживал, до полутора часов автономно, то поле, на которое настраивались эмиттеры Эмика. Не динамическое, само собой, но очень не лишнее приспособление, позволяющее заняться чем-то более сложным, чем прямая защита. Не абсолютный щит, конечно, но полезная вещь. И, вдобавок, помимо щита-Эгиды была «Голова Горгоны». Проектор стазис-поля, конвертирующий в это самое поле энергию от Эмика. В чём прелесть — узконаправленным лучом. Как вулканисты (или пииты) этого добились — непонятно. Но для нормального объекта остановка движения его части — губительна, это факт. Конечно, тоже не «абсолютное оружие», блокирующееся до определённого уровня обычными щитами, не только Инвиктусов. Но Эмик радовался и ликовал, требуя смонтировать Эгиду ему на манипулятор стационарно. Против чего я не возражал и посулил заняться этим на Ульвеюле. Вулканисты для такой операции совершенно не нужны, хороший техник с дронами обслуживания прекрасно справятся.

В общем, к Ульвеюлу подлетал довольный, но не очень удовлетворённый дюк Ульвер. Впрочем — довольство останется, а удовлетворённость… Что-то мне начинает казаться, что надо было… Хотя вроде и ничего девчонка. И интересно, какие варианты всякого, разного, этакого и интересного подкинут кости?

2. Родовые Будни

В Роттерне на высокой звездой орбите висел знакомый фирмоментум Императорис Гладиус. Но поздороваться с дядей Стёпой, губернатором этого планетоида-станции, возможности не появилось: как только наш транспортник опознался в системе, фирмоментум начал разгон и подготовку к выходу в гиперпространство. Что, в общем, и не удивительно — то, что у фирмометумов нет в Империи особых дел, совершенно не значит, что им нечего делать. Ну и торчать в системе Родового Аристократа для «поговорить по старой памяти» Префект Милитум просто не мог.

Ну а мы направлялись к Ульвеюлу, и меня немного «отпускало». Всё же, последнее время моя жизнь была несколько сумбурной и бредовой. Обвинить в этом, кроме стечения обстоятельств, вроде и некого, но всё равно — выходил редкостный бардак, во всех смыслах. А сейчас — займёмся делами, развитием Рода. Да и его увеличением тоже — маточные репликаторы совершенно не обязательно использовать для смоделированных зародышей. Вполне можно и наших с девчонками спиногрызов там воспроизвести. И девчонкам полегче, и случайностей всяких (хоть у аристократов их вероятность пониже обычного человека, но есть, не говоря о разных генно-евгенических программах) не будет. Главное — за Басилдр, энтузиасткой этакой, приглядывать. А то «принесёт княгиня в ночь неведому зверушку», а нам с этой неведомой жить и заботиться, и от Имперского Правосудия как-то прикрывать… В общем — не надо нам неведомых зверушек, а за Басилдр надо пристально следить и контролировать!

Но вернулись и принялись разбираться с накопившимся делами: у нас несколько «системных строек», добывающая система, реализация ракетного «выхлопа» от дронного заводика. А главное — опять проверка этих долбучих бюрократов! Вот честное слово, возникает ощущение, что как только человек становится бюрократом — на него проклятье какое падает! Тотального рукосуйства, вечного раздолбайства и липких рук! И, кстати, Катя, подключённая к процессу тряски бюрократического аппарата, показала себя с самой лучше стороны. Затребовала графики по социологии, образованию, чуть ли не дорожному движению — и на основании их выдавала выводы не только об эффективности, но даже мздоимцев выявляла. Тоже этикетка, только своеобразная, управленческая выходила. И застраивала чиновников на загляденье — тоже, похоже, воспитание. У меня пугались до мокрых штанов, да и я не только мог их прибить, но и демонстрировал. А у Катерины, в её «принцесса-моде» — кололись, как спелые орехи. Даже мысли появляются — а чего это такого в девчонке страшного? Или «доверие вызывает»? Чёрт знает, в общем, но как администратор — точно находка.

Правда, эта находка на третий день ухватила меня за одну деталь, а троица прочих девиц — за руки и ноги, чтоб не отбивался. Я не очень отбивался, между прочим! Но дела, да… В общем — влилась Катерина уже Ульвер в нашу семью. И кости всякое интересное предлагали, хотя я первое время от предлагаемых конструкций фигел… Но интересно и приятно. И что ТОЧНО — я не хочу знать, что будет при заполнении ВСЕХ ячеек. В то, что они справятся и всякие там варианты предложат — я уже верю. Но проверять не хочу. Скончаюсь-не скончаюсь — уже не уверен. Но что ни на что больше, кроме бесконечного всякого, этого и разного времени не останется — факт. И Эмик утопит меня от обиды, в бочке лубриканта.

Серина бродила по Юлу, время от времени интересовалась всяким, да и предлагала небезынтересные улучшения-модификации. В итоге попросила себе ресурсов и лабораторию, клятвенно пообещав ничего там нахрен не взрывать. И не нахрен не взрывать — тоже пообещала. А пока лаборатория оборудовалась, она общалась с Басилдр — вот как знал, что найдут общий язык. И…играла с близнецами. Я как первый раз увидел — немножечко удивился. И первое время немного подумал о лекарствах для восстановления сердечного ритма, потому что от такого небольшого удивления и в ящик сыграть недолго.

Иду я, значит, по коридору Юла, думой умеренной тяжести угнетённый, и расчёты на голоэкране браскомма произвожу. А навстречу мне, с визгами и криками бегут близнецы. Ну, бывает, лучше пусть бегают, чем мелкие диверсии чинят и вообще — в их возрасте понимаемо. Правда, подготовился к какой-то шалости, типа там таблички мне на спину «Пни дюка Ульвера и получи бесплатную экскурсию на добывающую систему 'всё включено!» Нет, ну в чём-то смешно даже, но как-то не пристало моей дючьей персоне. Несолидно.

Так вот, приготовился и начал удивляться, вплоть до поиска в сети пилюль. Потому что близнецы, заливисто смеясь и всё такое бегали не вдвоём, а втроём. И физиономия и вообще всякие детали третьей фигурки были мне прекрасно известны. Ну и металлом отливали, не без того. В общем, в компании близнецов бегала Серина, смеясь там и в салочки какие-то, пятнашечного типа, с ними играя. Серина метра в кепке, в прыжке и с табуретке! Это трёхметровая металлическая пиитка!

Вовремя вспомнил, что в общем-то её «тело» — колония микророботов, и она в своё время вполне серьёзно (хоть и обиженно) Эмику говорила, что, мол, может «быть практически любого размера». И, видимо, в силу становления пиитом, не доиграла в своё время. А сейчас доигрывает, вселяя в сердца и разум честных дюков всякое. Как минимум, сомнения: а от Юла-то при такой резвящейся троицы что-нибудь, кроме руин, останется? Или и руин не будет, а сразу — всё и с концами. Но, оказалось, что не только Юл уцелел. Но и даже «деструктивная активность» мелких снизилась. Им, видимо, нужен был «внешний фактор», которым в данном случае была Серина. Ну а друг друга таким они не воспринимали и вовлекали невиновных и непричастных в шалости. Они даже какой-то сетевой турнир умудрились выиграть, аж какой-то хлыщ с корреспондентами и кубком прилетал! Кубок оставил, корреспондентов забрал, в чём молодец — нам корреспонденты нахрен не нужны, А кубок мелких с Сериной радует, наверное.

Кстати, Эгиду Эмику присобачила именно Серина, раскритиковав техников и роботов. В чём сошлась с его Бронзовостью — прям дуэт о «непрофессиональной работе» и «дурачье» вышел. Вообще — даже появлялись мысли о какой-то… романтической привязанности, по крайней мере, у Эмика что-то такое неоформленное к Серине мелькало. Вроде и глупость, какое-то проявление влечения к противоположному полу у базово бесполого ИЛ. Но, если разобраться — возможный вариант. Потому что на ИЛ ОЧЕНЬ сильно влияет пилот. Особенно — первый. И если предположить (а на это есть немало указаний), что первым пилотом Бронзового был какой-то пилот из Имперского Рода, а может, и не один. А потом — я, в общем-то тоже, императрицыными трудами не обделённый либидо. А совсем наоборот, вообще-то. Ну, выходит, что потребность в психологическом романе у Эмика зародиться могла. Ну и себя он самоидентифицирует как «мужчину». И Инвиктусы, в качестве объекта его потенциально-романтического интереса не подходят — они бесполы, это Эмик у нас — аномалия.

В общем — выходило, что Эмик на Серину «запал». Но тут я решил не вмешиваться и особо не влезать: если у них «что-то» и будет, то либо платоническое, либо в ИР. А там — сами разберутся. Если захотят, если вообще всё мной надуманное и начувствованное — не глупости.

В общем, пару недель у нас выходили суетными, но приятными и небезынтересными. И продуктивными: шесть чиновников на каторге, дюжину новых комбинаций из костей удовольствия опробовали и вообще. А на третью неделю Клок, вредный старикан, изволил помирать. Причём, именно «вредный»! Нет бы как все приличные люди… кхм. Ну, в общем, помереть-то он был должен: его постоянное торчание в Оделлегере плюс возрастное разрушение тела и мозга… Короче, у старика просто не оставалось достаточного количества нейронов для функционирования тела вне Инвиктуса, да и на когнитивную деятельность оставалось только с поддержкой вычислителя Инвиктуса. Ну и, очевидно, дождавшись времени, когда «все дома», и ничего хренового не предвидится, вредный старик заголосил: всё, помира-а-аю!

Ну, подскочил я с супружеского ложа, на этот вопль, побежал в ангар Оделлегера, где в открытом ложементе лежало старческое тело, с языком выкаченным, глазками закрытыми. И пожалел старика, ну и вообще — есть за что уважать.

— Светлая память… — начал было я, но тут старик раскрыл глаза, ухмыльнулся и проскрипел:

— Передумал. Но скоро! — выдал он.

— Тык… мык… пык… — выразился я. — Ну ладно, нам тебя будет не хватать, раз уж ты ещё тут, — нашёл я хоть какие-то слова.

— Знаю. Вали уже отсюда, херр дюк. Занимайся своими делами, — царственно прошамкало старичьё.

Я и свалил — в общем-то, и вправду дел хватало. Да и раз уж проснулся, прихватил спешащих к ангару супруг, уведомил, что старик «передумал», и потащил в спальню с разными намерениями.

И ладно бы это было один раз — в принципе, даже смешно, хоть и грустно, конечно. Но этот злостный, старый и вредный пердун помирал по три раза на день! В течение недели! И глумливо передумывал! Я на лицах супруг стал читать желание «помочь почтенному Клоку Ульверу, чтоб не мучился». Ну вообще — чтоб не действовал на нервы, паразит старый! Но «чтоб не мучился» — как-то эстетичнее звучит. Но до внутриродового убийства решил не доводить. Хотя и у самого в особо неподходящие моменты «умирания» руки чесались. А просто настроил вычислитель Рода на непосредственный мониторинг жизненных показателей Клока и выдачи их в виде графиков. И следующие пару дней «умирающие» вопли склочного старика остались без ответа. И, наконец, пришёл вызов от него, не «помирающий», а «поговорить».

— Херр дюк, ты лишаешь умирающего старика последней отрады, — заныл он, как только я появился в ангаре.

— Тебе так нужна компания в последнем пути? — поинтересовался я. — Потому что если бы не мониторинг — кто-то из нас тебе вполне может её составить.

— Вы так ко мне привязались? — пустил старческую слезу Клок.

— Да щаззз! — возмутился я. — Дёрнемся в неподходящее время, ещё что-то такое!

— Хи-хи-хи, — захихикала развалина. — Ладно, смешно. Прощай, Гален Ульвер, удачи тебе и Роду, — вдруг серьёзно сказал он.

А показатели мониторинга, выводимые вычислителем Рода, стали снижаться, пока через четверть минуты не затихли.

— Пилот Клок Ульвер покинул нас, — прогудел Оделлегер, аккуратно извлёк манипуляторами тело из ложемента и торжественно положил его на пол ангара.

После чего ложемент захлопнулся, Инвиктус распрямился и оповестил:

— Пилот прекратил своё существование. Эквис Инвиктус Оделлегр переходит в режим ожидания, — ну и замер, в этом самом режиме.

Похороны, всё такое, траур на Ульвеюле и планетах Рода. Отправление Оделлегера на Вирде Грамен, дожидаться Катьку. Но всё это время я думал и понял, что старик не только вредничал. Но и, видимо, похоронив не одного родича, решил облегчить нам прощание с ним. Доведя до состояния «ну наконец-то он сдох!» Мда. И смешно и грустно, но жизнь продолжается.

И продолжилась жизнь после похорон, в которых приняли участие и Инвиктусы, бронзовым нытьём.

— Мне ску-у-учно, Гален, — ныл Эмик. — Хочу продемонстрировать какому-нибудь дурачью своё несомненное Величие!

— Эмик, между прочим, Инвиктусы большую часть времени проводят в ангарах, — тонко намекнул я. — Конфликты с участием Инвиктусов — редкость. И я к тебе почти каждый день являюсь, заниматься!

— Не каждый, дурацкий Гален, — бурчал Бронзовый. — И полетать хочу. Вулканиста пнуть какого-нибудь…

— Где я тебе в три часа ночи, в Юле, найду живого вулканиста?!! — возмутился я. — Тут и мёртвых особо нет, я проверял…

— Не знаю, глупый Гален, где! А что сидят по ангарам — знаю. Дурачьё ленивое! А мне ску-у-учно! И Серина эта… неважно…

— Ну вообще — можно и полетать, — признал я.

— Да!

— А прочие Инвиктусы потренироваться не против? — уточнил я. — Ну раз уж мотаться будем?

— Да кто их… Не против в смысле! — важно ответствовал Эмик.

В общем-то и вправду — были «не против», будучи Инвиктусами приличными, величием и бронзовостью не контуженными, ну и соотвественно, воспринимающими тренировки «в реальности» довольно равнодушно. Хотя скорее с позитивом, да и девчонки против не были. А Вили и Вё вообще отличились: подключив Серину, сделали всем нам аналоги текущего оружия, но именно тренировочного, при этом — вполне достоверно действующего. В общем, получилось не только «развлечение Бронзового», а действительно полезные тренировки и «поддержание формы».

Ну а кроме этого, раз уж у меня такой беспокойный Инвиктус, да и бюрократы всякие присмотра требуют, да и на Ульвеюл посмотреть своими глазами интересно… Короче, по наводке Катерины стали мы с Эмиком совершать на всякие управы, мэрие и ратуши с бургомистерскими ревизионные налёты. И очень эффективно, кстати говоря! Проникновенный вопрос Бронзового, переспрашивающего у очередного чиновника «СКОКА-СКОКА?!!» — действовал замечательно!

— Даже не пнёшь толком, — хмыкал Эмик. — Сами во всём признаются, дурачьё вороватое. И протекают! — тонко намекнул он на некоторые последствия бронзовых воплей у подвергающихся воплям.

— Эмик, они — не киборги, — напомнил я. — Как ты думаешь, что будет с человеком после твоего пинка?

— Контузия, конечно. Может, сломается, но немножечко! Я полями ногу прикрываю! — отпарировал Бронзовый.

Но пнуть не довелось ни разу — сами во всём признавались. В общем — жизнь наладилась. правда, у меня, как и Эмика, появлялась мысль «скууушно» — но с этим я боролся. Если начиналась хандра — берутся супруги, кости удовольствия, и становится весело. Помогает, я проверял.

Но вообще, конечно, чем-то интересным заняться бы не помешало. Полезным и перспективным. Но это либо «заказ» от Императора, либо — восстановление Родовых Владений. Над последним, пока чисто теоретически, мы с девчонками работали. В плане, анализировали и разбирали данные от наших честных разведчиков из гвардии. Просто изначальный «лен» Ульверов, до самоубийственного расширения, был в полторы дюжины обитаемых Миров. Из которых осталось два обитаемых и уже два — добывающих. Но четырнадцать Миров не одну сотню лет, а точнее — не одну тысячу, были Ульверов. И взяты вражескими Родами как «вира» за нападение, точнее, захвачены и оккупированы. Но не все «покорились», не в плане партизанщины, хотя и она бывала. А в плане внутренней причастности к Роду Ульвер. Да и Хъельм там с помощью агентов сепаратные настроения поддерживал. Да и вообще — у Ульверов, помимо бонусов от этих Миров, есть и ОБЯЗАТЕЛЬСТВА перед этими Мирами. Если бы они сами сказали — «не хотим под противными аристо ходить!» — это повод подумать и, может, и плюнуть на такой Мир. Но они были захвачены силой оружия, приносили Присягу Роду. И Род принимал её, принимая обязательства, которые никуда не делись.

Так что на среднесрочную перспективу у нас выходило, что надо вести наступательные боевые действия. Как минимум — освободить ленные планеты от оккупации и разобраться — ленные они или нет. Но это именно 'среднесрочная перспектива, минимум на через десять лет, когда ясли Басилдр подрастут до более-менее вменяемого возраста. На данный момент карапузы меньше Вили и Вё не только психологически и личностно, но даже возрастом, могли ответственно только есть, спать и гадить. А вот с остальным у них получалось совершенно безответственно.

Так, в планах и всём таком, я свои взбрыки «куда-то бежать и что-то делать» почти успокоил. Но жизнь — вредная штука: только вот вроде приготовился наслаждаться жизнью на очередном «ревизионном налёте» с Эмиком… Бронзовый держит парой пальцев за шкирку бургомистра перед лицом и вопрошает: СКОКА-СКОКА⁈ Бургомистр портит воду в фонтане на центральной площади, под ним, бледнеет и зеленеет…

— В системе Роттерн вышел из гиперпространства корабль класса «ударный крейсер». Подаёт опознание как корабль Рода Лансер, — безэмоционально сообщил вычислитель Рода, имеющий, как понятно, высший приоритет по каналам связи Рода, в том числе и через волчий жезл.

— Я с тобой потом договорю, — сообщил Эмик, разводя пальцы и плюхая бургомистра в испорченный фонтан.

— Лансер? — озадаченно уточнил он уже в полёте к Юлу.

— Угу. Ни вражды, ни дружбы. Вообще с Ульверами не пересекались. Ну, кроме…

— Размножался? — деловито уточнил Эмик.

— Немного, — признал я. — Но там ровно и без претензий!

— Допустим, — хамил Бронзовый. — Но что им нужно?

— Будем разбираться, — заключил я, благо к Юлу мы почти долетели.

3. Посланные и послания

Долетели до Юла, собрались в тронном зале с девчонками. Эмику я связь наладил, о чем тут же пожалел:

— Гален с кем-то из этого Рода Лансер занимался размножением, — сходу пробасил бронзовый трепач. — И смазки, предохраняющей детали, подвергающиеся нагрузке трением, я ему ещё не подарил, — задумчиво продолжила эта скотина. — А они — расстроились, точно! — подвёл он итог своему жуткому монологу.

Супруги на меня после этого бронзового трёпа уставились ОЧЕНЬ вопросительно, аж пробирало. Из потолка тронного зала высунулась голова Серины и тоже стала на меня вопросительно (и с укором, чтоб её!) пыриться. Короче — бронзовая подстава удалась на славу! Я бы даже пнул Эпика, заразу такую, но он металлический, и ему пофиг, даже если по жопе. А мне больно будет. Я знаю, я проверял.

— Никаких вылетов из ангара и тренировок, минимум неделю, — по-дючьи проигнорировал я направленные на меня девичьи взгляды.

То есть понятно, что временно, да и не надолго. Всё же ссориться с девчонками я не хочу, да и взгляды после подобного откровения ну… в чём-то, немножечко, оправданные, нужно признать. Но бронзовому подставщику надо хоть какую-то кару устроить! Жуткую не получится, а то выйдет как в анекдоте про вдову центуриона Звёздного Легиона. Которая, согласно докладу какого-то вороватого чиновника сама себя выпорола и в карцер заточила.

Но хоть как-то донести до Эмика своё праведное неудовольствие надо.

— Жестокосердный и несправедливый Гален! — забурчал Эмик, изображая пострадавшего. — Я правду сказал!

— За неё и страдаешь, — просветил трепача я.

Бурчание Эмика было нечленораздельным, но отчётливо обиженным. Ну, поговорю после «наказательного срока», если сам не поймёт. А может, и раньше — чёрт знает, зачем эти Лансеры припёрлись, как бы не пришлось отдавать комаду: «Девчонки, по Инвиктусам!»

Тем не менее, несмотря на педагогический момент, супруги (и всякие непричёмистые киборги) смотрели на меня столь вопросительно, что становилось неуютно.

— У меня с представительницей Рода Лансер был секс. Однократный, по взаимному согласию, без взаимных обязательств.

— Та-а-а-ак, — послышалось в ответ, причём персонифицировать источник «така» мне не удалось — возникало ощущение, что это было «коллективно-жёнское» таканье.

— А это не она была у тебя в медсаркофаге, даймё муж? — невинно хлопая глазищами, поинтересовалась Мари.

— А ты откуда знаешь? — удивился я. — Я даже с Хло ещё не того и даже не этого, — на что Веснушка приняла вид невинный.

— Конфликт там был очень громогласен, а я незримо берегла ваш покой, — изобразила послушную девочку вредная Мари.

— Там, там, — признал я. — И не виноватый я! Она сама пришла. И вообще! — возмутился я наконец. — Что это я оправдываюсь⁈ У меня тогда перед вами никаких обязательств не было, даже моральных! И сейчас сами говорили, в своё время, «пилот для Инвиктуса» и всё такое! В общем, хватит эту тему обсасывать! — хлопнул я ладонью по подлокотнику волчьего трона.

Потом подумал, сел в него и хлопнул ещё раз — так оно как-то посолиднее получалось. Прониклись, перестали пыриться, как на врага всех женщин, правда, к незатухающему бронзовому бормотанию присоединилось почти неслышное девичье. Пальцем я тыкать не стал (хотя, может быть, стоило!), но регулярно повторяющееся «извращенец» очень чётко указывало на источник бормотания.

— И что им надо? Есть ли связь? — зачастила Веснушка, перестав маяться фигнёй. — Причина прилёта… Ребёнок? — через пару секунд предположила она.

— Уже думал, — кивнул я. — Даже если предположить, что девица забыла о контрацепции, ввалившись в медсаркофаг к героическому мне, то точно «нет». Первое — сроки. Сокрытие факта беременности и, хочу вам заметить, рождения, учитывая срок — это…

— Кража генов Благородного Дома Империи, — заключила Арвинг.

— Тогда я не был Ульвером, но…

— Но был представителем Императорского Рода, — задумалась Катька. — Но знают ли?

— Да даже если не знают, благо утверждать это мы с тобой не можем, — под согласный кивок принцессы озвучил я, — имперским Аристократом я на тот момент был. Род Ульвер получил…

— Захватил, — уточнила Арвинг.

— Да⁈ — округлила глаза Катька. — А что было? Я не знаю, а интересно!

Хм, да, мой «эпичный бой» с почти мёртвым Родом, который мне пришлось вытаскивать из жопы в квадрате — ну, жорпа базовая, так ещё и я сам добавил — широко не освещался. Узко тоже не освещался, и наша принцесса получается не в курсе.

— Там всё сложно, после расскажу… или расскажем, — отмахнулся я. — В общем, на момент крайне маловероятного зачатия я Ульвером не был, но в процессе возможной беременности, даже если она и была…

— Если и была — то техническая, характерных изменений не было, — уточнила Веснушка.

— Тем более. В общем — столь маловероятно, что практически невозможно. А в случае, если так — сообщение уйдёт в Имперскую Генетическую Комиссию и в Совет Благородных Домов Субсектора, при первом вяке на эту тему.

— И воспитаем!

— Да!

— И лишние девицы — лишние!

— И я того же мнения, — честно отметил я. — В общем — Совет Домов и Комиссия и есть вторая причина. Так что вопрос с этой девицей в моём… медсаркофаге, — хмыкнул я, — очень вряд ли связан. Но если не с этим — то какого чёрта они просто заявились в Роттерн, а не связались предварительно?

— Так не делают! — буквально в один голос заявили Веснушка и Кудряшка, удивлённо уставившись на меня.

— Да?

— Да!

— А почему? — заинтересовался я.

И не только я — Мари явно была не в курсе, как и Катя. И Серина, аж спустившая голову пониже по стене и отрастившая руки, уперев на них подбородок. Да и Эмик гундеть перестал, заинтересованно замолчав. И получилось, что Мари не знает потому, что все межродовые коммуникации в районе Стального Скопления — между врагами или союзниками, нейтралов там не водится. Ну и небогато это скопление, опять же, факт не озвучиваемый, но известный. И гонять межзвёздник не по ОЧЕНЬ серьёзному делу — у местных Родов-Кланов просто нет лишних средств, обходятся лайнерами Космонавигации. Катька не знала кучу чисто «Родовых» заморочек — и без того понятно, у неё довольно специфичная жизнь и воспитание.

А я не знал потому, что не интересовался «нейтральными взаимоотношениями» Родов. Пробежал взглядом и разбирался в союзных и враждебных отношениях, что, в общем-то, в нашей ситуации и понятно.

При этом, взасос целуются (ну или просто союзнически обнимаются) и до войны срутся Рода друг относительно друга далеко не всегда. Даже с учётом хитровывернутых и закрученных «союзно-враждебных» отношений через союзников союзников и всяких там союзников врагов союзников врагов… Тьфу, блин, понятно, в общем — есть нейтралы во всех смыслах, причём их даже большинство, если брать Рода Субсектора.

При этом, выходит такая пироговина, что появился, скажем, вопрос для обсуждения у Рода Васюковых к Роду Смитов. Но они нейтралы, общих союзников нет, и нет защищённой связи. А без неё выходит, что во-первых, Васюковы, напрашивающиеся на «погостить-поговорить», могут оказаться не Васюковыми, а злобными Шлиссенбергами, у которых со Смитами война на уничтожение. И примут шлиссенбержий корабль в системе, а он гадостей наделает, а может, и насмерть убьёт.

И обратная ситуация — вот Васюковы сообщили сеткой: так, мол, и так, Смиты, есть к вам дело, будем завтра. Добро пожаловать, ждём — в ответ. Но линия-то не защищённая! И какие-нибудь Йылдызы, у которых с Васюковыми вражда на тыщи лет, узнают, что васюковский межзвёздник будет в такой то системе в такое то время. И разнесут его нахрен. Последнее пусть и не без труда, но возможно, не нарушив зоны защиты Дока и, при этом, не вступая в прямой конфликт с гипотетическими Смитами.

Так что при визитах «нейтрала к нейтралу» использовались относительно небольшие межзвёздники (что и понятно — планетарный подавитель чужого Рода в системе может вызвать только одну реакцию, с огоньком), ну и чтоб эти небольшие межзвёздники не подбивали вражины — без предупреждения. Вошли в систему и вопят на всех каналах, кто такие, и что вопрос к местному Роду имеют на поговорить. В общем-то, неспешно ползущий от Дока крейсер Лансеров — так и делает. Неспешность — тоже один из моментов «дипломатического этикета взаимоотношений Благородных Домов», который нам возможность потрепаться и даёт. А то бы вместо всякой ерунды с выпученными глазами решали, как нам очередного супостата воевать.

— Понятно, спасибо, — как вежливый Безмолвный и хороший, годный муж, ответил я. — И остаётся вопрос — а что этим Лансерам от нас понадобилось?

— Ударный крейсер Ронговеннан Рода Лансер транслирует сообщение с прошением дюку Ульверу о конфиденциальной встрече для переговоров. Место для встречи предлагается определить вам, херр дюк, — безэмоционально оповестил вычислитель Рода.

— Это я как бы в курсе, — хмыкнул я. — Но что крупнейшему и, пожалуй, сильнейшему Роду Субсектора понадобилось от Ульверов?

На последнее послышались хмыки, мычание и всякое такое. Да и я ничерта не понимал — ну серьёзно, многотысячный Род, контролирующий сотни планет (не самых спокойных и всё такое, а то Империя, пусть и не прямо действуя, крылышки бы Лансерам подрезала, но всё равно) припирается к Ульверам, которых официально — девять человек и два Мира — если считать обитаемые, что все и делают. По факту — больше, ясли Басилдр — это дюжина карапузов. И Катерина, но она — Ульвер по факту и признанию Родовым вычислителем, а не «официально», потому что с публичной свадьбой у нас пока не вышло (дел тьмуща, да и подготовка, да и как-то надо, чтоб прочим девчонкам не обидно было), а без неё статус Кати — «внутреннее дело Рода».

Ну не «Род», конечно, а его представитель. Но на межзвёзднике, что не только выпендрёж богатого Рода, но и показатель значимости переговорного вопроса для выпендривающегося Рода.

Подумал-прикинул и нашёл причину, с одновременным вскриком Веснушки — тоже поняла. Причину не «нахрена» прилетели Лансеры вообще — это-то хрен поймёшь, действительно только с Лаурой хоть что-то связывает. Даже при учёте, что у неё вроде бы фамилия не «Лансер» — не помню уже точно, ну и даже не стыжусь. А вот момент с «младшим Родом» — небезынтересный. Как раз способ остаться и Родом и не превысить некую «негласную норму» Империи на величину аристократического Дома. Хотя такой себе способ, как я тогда же разобрался. Вроде и Лансер, вот только такие «младшие Рода» одновременно и сепаратные настроения у себя заводят, и внутренние конфликты раздувают. Почему, как мне видится, Империя на эти «младшие Рода» глаза и закрывает: они усиливают примерно настолько же, насколько и ослабляют. Ну, в среднем по аристократнику, конечно.

А вот причина прилёта межзвёздника — фирмоментум Императорис Гладиус. Который висел в Роттерне и грозно сообщал всем виновным, причастным, ну и просто пролетающим, что система Роттерн защищается этим самым фирмоментумом «в отсутствие главы Рода Ульвер». Что наши субсекторальные аристократы на такой выверт понадумали — представить страшно. Но вне зависимости от ими надуманного, Империя показала всему субсектору, что для неё, Империи, вес Ульверов сопоставим с фирмоментумом. И это… ну в общем, межзвёздник в таких раскладах просто разумен. С точки зрения Лансеров, конечно. Не будь тут станции до этого — прислали бы какого-то курьера лайнером, с записулькой. И я бы его, с моей пламенной любовью к фельдъегерям… А может и нет, но не прислали — и молодцы.

А по основной причине — всё же посидели, поломали головы. Эмик бурчал уже не по поводу «жестокосердного Галена», а того, что летает всякое неагрессивное дурачьё, честному Инвиктусу пнуть некого, и Величие не явленное распирает. Но, в итоге, ничего не надумали. А у меня, помимо всего прочего, выходила дилемма: встречаться с этими Лансерами и какую-то лансеровскую хренотень обсуждать надо. И посылать их куда подальше (или не посылать — и такие чудеса случаются) можно только вежливо и вообще по всем правилам. А то объявят нам те же Лансеры войну Рода «за оскорбление» — и… ну отбиться — отобьёмся. На Ульвеюле и дронами. Но остаток планет потеряем, как и перспективу восстановления силы Рода до более-менее вменяемого уровня. То есть, теоретически, Басилдр может за несколько лет армию мелких Ульверов начанить. И они даже вырастут через полтора десятка лет. Но… толку-то? До Академии они, предположим, на лайнере доберуться. Только денег у Рода на обучение в Академии и получение Инвиктусов не будет. Ну, положим, Его Августейшество уже нам, как Роду, задолжал. Ну и Кате что-то там в плане приданого положено, ощутимое. Но это слёзки на фоне военной силы Лансеров, да и экономической. В общем — ругаться с ними не стоит. Бояться и трястись — тоже. В конце концов проживём и на Ульвеюле, причём хорошо, интересно и приятно проживём. Но лучше без этого всего.

Так вот, дилемма была в том, что с точки зрения безопасности мне имеет смысл встретиться с Лансерами в Инвиктусе. Это не нарушает «протокол», хотя и не слишком благожелательно к гостюшкам. Но быть благожелательным меня ничего и не обязывает — припёрлись в родной Мир Рода, так что потерпят, если что. Благо что я себя только как пилот и проявил — с геллиотом и турниром Академии. В общем — имеет смысл и «можно». Но Эмик — наказан. Да и лишняя причина для лансеровских обидок — лишняя, как не крути.

— Встретимся на орбите, на станции Порта, — озвучил я. — Пойду один, а вы, на всякий случай, готовое войска и Инвиктусы.

— А я⁈ — ожидаемо возмутился Бронзовый.

— В ангаре.

— А если…

— А вот тогда и посмотрим.

— Дурацкий Гален! — посетовал Эмик. — Не убейся там, пилот, — добавил он.

Всё-таки хороший он Инвиктус. Бронзовое орало, зазнайка, трепач неприличный — но хороший. Местами.

Ну а в остальном — сообщили, что дюк, в моей физиономии, изволит дать аудиенцию представителю Рода Лансер на орбитальной станции Ульвеюла, носящей то же название, что и город-основание трансорбитального лифта под ней, Порта. Благо в Порте был и зал для аудиенций, да и штат волчьих гвардейцев вполне приемлемой квалификации, со вполне приемлемой техникой. Так что направился я в шатле с личной «дружиной» в тяжёлой экзоброне на челноке дюка на станцию. Были бы Лансеры союзниками или что-то такое — то для выдачи им аудиенции имело бы смысл прихватить кого-нибудь из девчонок. Но они не были, так что обойдутся.

И вот через час я сидел весь из себя дюк-дюком. В дючьей короне (проекторе силового поля, смешного на фоне Эмика, но вполне себе сносной), в пилотском комбезе. Вот хотел что-то с гардеробом сделать… Ну, впрочем, девчонкам скажу — они сделают. Ещё у Эмика в агаре от их «сделают» прятаться придётся, хех. Так вот, комбез удачно оттеняла мантия из волчьих шкур, в лапе я держал соответствующий жезл. И робко надеялся, что не выгляжу идиотом.

Впрочем, после явки пред мои дючьи очи посланного Лансерами — надеяться перестал. Потому что посланный выглядел идиотом без всяких надежд, хотя подозреваю — только выглядел. Посланнику было лет тридцать (это если приглядеться), высокий, с блондинистыми, почти седыми волосами, тонкими чертами лица (ну в общем — мужская версия Лауры, да и «мужская» не сказать, чтобы очень выраженная). Но главное — с выкаченными глазами, здоровенными и голубыми, под приподнятыми в вечном удивлении бровями. Этикетка, впрочем, тут же подсказала присмотреться. И выходило, что идиотский вид посланника — не просто так. Это была какая-то евгеническая линия-программа, завязанная на глаза и, видимо — зрительную часть мозга. Движения этих вытаращенных буркал были ОЧЕНЬ быстрыми, очень чётким — ну в общем, может, и по делу, факт. Правда, вид это менее идиотским не делало, так что и я расслабился.

— Приветствую Главу Рода Ульвер, дюка Ульвер, от имени Рода Лансер! — высоким голосом почти пропел этот посланный. — Я — Гай Лансер, граф Серой. Имею к вам послание и предложение от Рода Лансер, — заинтересовал меня этот тип.

Но потому что послание само по себе — небезынтересно. Но очевидно, потому что посылают не просто так, а с посланием. Ну в данном, конкретном случае, конечно. А вот предложение — непонятно, но любопытно.

— Приветствую и слушаю вас, граф, — дючственно кивнул я.

4. Спорный визит

— С вашего позволения, дюк Ульвер, хотелось бы начать разговор с предложения, — запел этот пучеглаз, плавно так, явно не давая возможности ответить, не перебивая.

Но я всякой там куртуазностью и прочей фигнёй был обременён ровно настолько, насколько стоит обременяться. А обременён был этикеткой, так что просто ответил, игнорируя лансеровских напевы:

— Позволяю.

— Эммм…кхм… — заподпрыгивал сбитый «на взлёте» Лансер.

Попробовал было на меня попучить глаза, но слился с этой попыткой: они у него и без того были выпучены сверх возможного, дальше — только ронять на пол.

— Это прекрасно, дюк Ульвер, что вы позволяете… — начал он напевать по новой.

— Да, неплохо. Так давайте к делу: какое предложение Род Лансер имеет ко мне? Или Роду Ульвер?

— Кхм, эммм… И к вам, и к Роду, если позволите так выразиться…

— Позволяю, — вторично позволил добрый я. — А конкретно?

Пучеглаз пострадал немножко, но к делу перешёл. Вообще, похоже, его отъевгеничили именно как дипломата-переговорщика. Его аномальные буркалы и зрительная часть мозга (ну, без неё, специфически заточенной, эти пучие глаза — просто весьма сомнительное украшение) были заточены на выявление микромимики, движений глаз, дар, подозреваю, температуры и прилива крови к лицу. Этакий диагностический инструмент, определяющий настроение, отношение. Да и правдивость, с высокой степенью вероятности. И вёл этот Гай переговоры на основании рассмотренного. А его «напевное завывание», в теории непередаваемое — это выходит способ приведения невиновных дюков в то состояние, которое пучеглаз считает оптимальным для переговоров.

— Род Лансер предлагает Роду Ульвер заключить союз, скреплённый кровью! — пафосно, хоть и тоненько пропищал Гай.

Это он, выходит, имеет в виду не «союз на поле боя», а породниться. В общем — такой вариант рассматривался, Лаура и всё такое. Но нахрена? Хотя… фирмоментум. И продажа кучи ракет, кстати говоря. Хороших и недорого, с характерной волчьей головой. А Лансеры — действительно БОЛЬШОЙ Род, и подкинуть одного из своих членов, ради перспективы — ну, вполне может. Именно с точки зрения Рода. Но нам этот вариант… неинтересен. Правда, рубить сплеча в ответе не стоит.

— Род Ульвер с интересом выслушал предложение союза, — ответил я. — И относится к этому положительно. Однако, на данный момент не имеет членов Рода, пригодных к вступлению в брак. А лично я, как дюк, нахожу нецелесообразным заключать союз между разумными, до возможности этих разумных принять самостоятельное решение.

— Эммм… А вы, дюк? Род предполагал предложить вам брак с вашей знакомой, Лаурой Лансер. Пилотом Инвиктуса.

Ожидаемо, но не интересно. Инвиктус — это вкусно, но два фактора, даже три. Первый: мне нахрен не сдалась ещё одна супруга, и так перебор. Второе: Инвиктус — это хорошо, но для Рода Ульвер погоды не сделает. Нам нужен не один, а десяток Инвиктусов и десяток — управленцев из Рода. А у меня женилки на такое количество не хватит! Не говоря об отсутствии желания.

И, наконец, третье: Лаура — та ещё продуманная, циничная стерва. Я знаю, я проверял. Не говоря о том, что перетрахала чуть ли не все потоки Академии, невзирая на пол и возраст — это не проверял, но масса косвенных указаний на это указывает. Что для мимолётной любовницы фактор пренебрежительный, а вот для супруги… ну как минимум — заставляющий задуматься. И точно сказать «нет», подумав, потому что агент влияния Лансеров в койке и Логове, фактор потенциальных семейных ссор, интриг и возможного непроизвольного разрастания рогов на дючьей голове — не просто «нахрен не нужен», а охренительно вреден Роду, семье и мне.

— Лаура — прекрасная женщина и достойная аристократка, — врал я как минимум наполовину, что пучеглаз, кстати говоря, отметил. — Но интересы Рода не предполагают моего вступления в брак, — честно отметил я, умолчав, что МОИ интересы — тоже «не предполагают».

— Понятно, жаль. Вопрос союза дискутируем? Ваш род, помимо вас, включает в себя других взрослых членов?

— Включает. Басилдр Ульвер в трауре по безвременно ушедшему от нас супругу, Арви Ульверу.

— Если не тайна, сколько продлится этот траур?

— Не секрет. Сколько пожелает Басилдр Ульвер, столько и продлится, — просветил пучеглаза я.

— Эммм… — не нашёл, что ответить, он.

— А что за послание, граф Гай? — заполнил я повисшую паузу.

— Да, простите, дюк Ульвер. Совет Благородных Домов Субсектора объявляет внеочередную и срочную ассамблею. Ваш Род некоторое время не имел там постоянного представителя, так что Род Лансер взял на себя обязанность оповестить вас об этом.

А вот тут я СЕРЬЁЗНО задумался. Потому что этот самый совет, согласно всему, мной узнанному — место ссылки старых пердунов повышенной злостности. Они там пердунствуют и злостничают, не отравляя жизнь сородичам, в своё пердунское удовольствие. И смысла существования этого совета, кроме как синекуры для особо вредного старичья (и не очень) — просто нет. Ну а у Ульверов, вне зависимости от вредности и злостности, народу нехватка. И в бой идут и старики, и не старики, не до разборчивости.

Но «внеочередная и срочная ассамблея» — это серьёзно. Это значит, что в расположенный неподалёку от Вирде Грамен мёртвый Мир, ну а точнее — безжизненную систему со здоровенной станцией, прилетают главы Родов. Или старым пердунам передают полноценные полномочия «говорить от Рода» — и такое может быть. Проблема в том, что такие ассамблеи собираются только по делу — ну нет у глав Родов времени (а, подозреваю, и желания) друг с другом ругаться и на мордасы друг дружки противные смотреть. Особенно учитывая то, что треть Родов Субсектора в той или иной степени во вражде друг к другу, а в системе Совета «вечное перемирие», гарантированное Империей, но с кучей оговорок.

То есть, в Субсекторе происходит какая-то фигня, из-за которой куча аристократов плюнуло на текущие дела и лень, ну и на грызню. И собирается эту фигню обсуждать массово, вырабатывая «общее решение», без которого и Совет этот нахрен никому не сдался. И что это такое злостное у нас происходит, а я и не в курсе, озадачился я.

— А с чем связана причина ассамблеи? — с видом расслабленным и мудрым, но внутренне напряжённым, уточнил я.

— Ослабление контроля Империей ряда регионов, маршрутов. Общее снижение контингента Звёздного Легиона и Военно-Космического Флота в Субсекторе. Активизация пиратов и бандитов, как следствие. Благородные Дома Субсектора должны принять на себя ряд обязательств, усмирить вражду, хотя бы на время…

— Что «должны», граф, это Совет решит, — отбрил я, на что пучеглаз склонился, извиняющееся разведя руками.

Это, выходит, не просто «ротация» там или что-то такое. А Империя перебрасывает массу войск… Куда? При этом, такое убойное оружие, как фирмоментум — а это реальный «планетоид войны» — явно не задействуется. И Его Августейшая Скрытность мне про «проблемочку» не рассказала, так-то понятно, что это всё из одной причины происходит.

— В общем — понятно. Благодарю за извещение, граф. Когда начнётся ассамблея?

— Через шесть суток и четырнадцать часов на станции Аргументум, дюк, пройдёт торжественное открытие внеочередной ассамблеи.

— До начала обсуждения не меньше недели, — вслух подумал я, потому что ничего секретного в таких мыслях не было.

Граф склонился и совершил сложный жест, как будто бедолагу что-то мучает. Впрочем, аристократичный я был в курсе, что такие жесты не от глистов каких, подагр и прочих вшей, а жутко аристократичное «вы правы, но в приличном обществе на такие вопросы не отвечают». В приличности общества я сомневался, но смысл понял.

— Ещё раз благодарю за извещение, граф. Прощайте, — решил я закончить раздачу аудиенций — времени, вообще-то, выходило, что и нет толком.

— Буквально секунду, дюк, — заподпрыгивал и закопошился в своих недрах пучеглазый граф, через секунду достав некую приставку технологического вида. — Вы изволили сообщить, что к Роду Лансер расположены и одобрительно смотрите на союзные взаимоотношения.

— Изволил, — не стал я спорить с очевидным.

— В таком случае осмелюсь предложить вам криптограф сетевой связи с ЛеЛаком, — обозначил он Родовую столицу Лансеров.

— Логично, давайте, — прибрал я криптограф к лапам.

Мордас графий осветился торжеством — ОЧЕНЬ незаметным, но этикетка не лыком, а никсовыми колотушками и ледяной водой шита. Так что я — заметил. И даже усмехнулся в ответ, пусть внутренне. То есть понятно, что всякие взломщики и прочие сетевики Лансеров напихали в этот криптограф тьмущщу всяких там троянов и всякого такого. Вряд ли вредоносного, но точно свой лансерячьий нос хотят сунуть в наши закрома. И пользоваться этим криптографом даже одноразовым браскоммом, на отдалённой горе Ульвеюла, при луне и на Инвиктусе я бы не стал. Но ключевое слово «бы». С близнецами и Сериной этот криптограф, помимо канала связи — прекрасный подарок: доступ к криптографированию, программной архитектуре и всякому такому, защитному самого Рода Лансер.

Так-то, в общем — не особо и интересно на данный момент. А в частности — а почему бы и нет? То, что нас Лансеры хотят изучить-обшпионить — это очевидно: очень уж «мутным» выходит со стороны Род Ульвер, мелкий и на грани умирания… Но непонятный. И ракеты, и фирмоментум, и успешные оборонительные операции против нескольких неслабых Родов. Да и союзные отношения с теми же Стальными, которые от нас чуть ли не на противоположной стороне Субсектора, да и не знает (точнее, не вспоминает) о них никто толком.

Распрощались на этом — я от Лауры на супружеском ложе восторга не проявил, на что Лансеры явно рассчитывали. Нет, ну если бы она… Но она — «нет». И вообще, вернусь — надо перед всякими совещаниями-обсуждениями того и этого. И разного тоже надо, а то что-то не того. Правда, напоследок решил узнать — ну, интересно стало.

— Скажите, граф Гай, а вы — в натуре граф?

— Я… как-то… Я просто граф, дюк Ульвер, — ни черта не понял пучеглаз.

Ну и хрен с ним, необразованным — не знает прекрасного и мелодичного белоярского фольклора — и сам дурак. В общем, распрощались, он направился на своём крейсере из системы, а я — в Юл. На шаттле дюка.

После возвращения в Юл я свои планы успешно воплотил, правда, даже без костей удовольствия. Времени действительно мало, и надо было решить два важных вопроса. Вообще — больше, но главных точно два:

Летим ли вообще? И если летим — то каким составом?

— Лететь нужно, Гален, — тараторила Хло. — Если мы планируем расширять… В смысле, восстанавливать территории Рода в прошлых границах — нам просто необходимо быть не загадочными «непонятно кем» — такое мы можем себе позволить только в том случае, если у нас была бы ультимативная и необоримая сила.

— А как же Энеус Эквис? — пошутил я.

— Да! — важно поддакнул по связи слушающий Инвиктус.

— Но в общем — понятно. Если мы не будем иметь связей, общаться и всё такое — на нашу агрессию вполне может собраться ещё одна ассамблея. И вполне вынести на повестку нас.

— Именно.

— Дурачьё, вообще-то…

— Да!

—…но в чём-то ситуация понятна. Хотя участие Ульверов в текущей ассамблее видится мне несколько бредовой — мы всё равно не сможем выделить силы на защиту и патрули трасс и опорных Миров.

— Ты забываешь, даймё муж мой, что говорил тот смешной пучеглазый граф.

— Не очень смешной, хотя вопрос точки зрения. Ты имеешь в виду прекращение боевых действий между Родами Субсектора.

— Я именно про это, даймё муж мой.

— В принципе — да, возможно, — признал я. — Ну да ладно. Выходит — лететь надо. Вопрос — кому и как.

— Лайнеры Космонавигации не посещают станцию Аргументум, — подала голос Кудряшка.

— Угу. Видимо, «ценз для Родов», ну и определённая ступень безопасности. Но всё равно вопрос «на чём» и в каком составе — остаётся.

Посидели, прикинули, и выходило: лететь надо мне, причём одному. Мне самому такой расклад не нравился, да и супруги не проявили восторга, вот только при всех прочих равных — правила Аргументума максимально защищали именно главу Рода, прилетевшего на станцию. Ну или представителя главы Рода, в одном лице, морде или физиономии — это уже от представителя зависит. А вот сопровождающих — несколько меньше. А у нас не «потенциальные», а реальные враги есть, вообще-то. Которые о нас раздолбали и пролюбили кучу техники, потеряли кучу членов Рода. То, что сами злобное дурачьё — это факт. Но, как и положено злобному дурачью — должны на нас полыхать всякими частями своих дурацких организмов, для полыхания предназначенными.

То есть — любой мой сопровождающие на станции — мишень для врагов номер раз. А это риск, причём риск совершенно бессмысленный, как я убедил даже Мари.

При этом, если сопровождающие остаются на корабле — так смысл им вообще лететь? Я на этой дурацкой системе задерживаться больше трёх дней не собираюсь. В крайнем случае выскажусь «по повестке» и пошлю всех подальше, ну в смысле, вежливо распрощаюсь, в стиле «простите-извините, неотложные дела». В принципе обычно эти ассамблеи день-два и занимали, три — БОЛЬШАЯ редкость. Потому что «простите-извините, неотложные дела» не только у чертовски занятого и чертовски женатого дюка Ульвера.

— Полетишь со мной, — безапелляционно прогудел Бронзовый.

— Тебе в ангаре сидеть ещё шесть дней, — напомнил памятливый я.

— Гален, не беси! — возмутился Инвиктус. — Слетаем — отсижу я твои оставшиеся пять дней! Из-за трёх дней устраивает всякое… Но ты — летишь со мной! А то убьёшься, дурацкий Гален!

— Хорошо, убедил. А вернёмся — отсидишь в ангаре свои две недели…

— КАКИЕ ДВЕ НЕДЕЛИ, ДУРАЧЬЁ?!!! — буквально взорвался Эмик бронзовым воплем души.

Эниус Эквис был Инвиктусом широкой души, так что динамик громкой связи не выдержал этой широты. И сломался к чертям, хех. Но в общем, помимо всяких шуток — Эмик и вправду прав. Пусть на самом Аргументуме он мне не слишком поможет (что, кстати, не факт), но если что — Инвиктус выгодно отличается от спасательной капсулы. Как минимум тем, что может тому, из-за кого пришлось спасаться, ввалить. Не факт, что ввалит, конечно, но шансов ввалить немножко побольше, чем у капсулы. Я проверял.

Кроме того, его торчание на Ульвеюле без пилота ну вот вообще никому не нужно — ни обороне, ни управлению он без пилота помочь не сможет. Так что лететь нам вместе. А сутки, пока межзвёздник Рода форсированно готовили к отлёту, я не менее судорожно посвящался Хло, Арви и Мари в известные им реалии и нюансы родовой жизни Субсектора. Ну и в сети ковырялся — слухи и всё такое, но крупицы полезной информации и в сети можно найти, если к ней правильно подходить.

Загрузились на межзвёздник и вылетели к Аргументуму. Чего ж не лететь, раз летится? И через сутки с лишним капитан вызвал меня внутрикорабельной связью (так-то я из ИР с Эмиком и не вылезал, раз уж возможность позаниматься-потренироваться выпала):

— Херр дюк, Ульвефлокк через тридцать минут выйдет нормальное пространство в системе Аргументум. Осмелюсь поинтересоваться, оповестить ваших хускарлов и готовить ли челнок?

— Оповестите и готовьте, капитан Валп. И переведите трансляцию датчиков на ангарный отсек.

— Слушаюсь, дюк!

— Гален, жестокосердный и дурацкий пилот… — вдруг выдал Эмик.

— М?

— Ты там не угробься, дурачьё! — рявкнул Бронзовый.

— Постараюсь, — согласился я.

И стали мы ждать выхода из гипера и знакомства с системой Аргументум — как ни забавно, переводящаяся как «спор» с квиритского.

5. Веский Аргументум

Ударный линкор Рода Ульвер (ну а на меньшем было как-то несолидно лететь моему дючеству, не поймут, да и прибьют вражины) Ульвефлокк вышел из гипера в системе Аргументум. Которая имела всего одну безымянную планету. Мёртвый кусок камня без тектонической активности. Но вот на орбите этого мертвого куска камня бултыхалась станция Аргументум, место проведения Совета Благородных Домов. Ну и в самой системе была куча всяческих автоматизированных систем защиты-контроля, что и неудивительно. Да и сама станция была чертовски «зубастой» — её башенные орудия были под стать курсовику фирмоментума. Но в первую очередь, пусть и на голо, бросался в глаза её вид: две руки в латах, золотистая и серо-стальная схватились в рукопожатии. То ли дружеском, то ли соперническом, типа кто кого пережмёт. Но здоровенные, детальные, впечатляющие и символизирующие лапищи. Символизирующие разное и, возможно — противоположное, но всё же.

Одновременно начала происходить активная передача и обмен данными и опознавание между нашим линкором и станцией. А я разглядывал межзвёздники, этакой гирляндой следовавшие за планетой по чуть отстающей от неё звёздной орбите. И понял, что на фоне кораблей прибывших глав Родов линкор вполне уместен (а то были сомнения). Тьмуща здоровенных кораблей, и планетарные подавители среди них встречаются.

Впрочем, долго любоваться времени-то особо и не было: диспетчеры и всякие такие Аргументума убедились в том, что мы — глава Рода и корабль главы Рода. Последовала передача траектории сближения (отклонение от маршрута — враждебные действия, на которые защитные системы системы отреагируют незамедлительно, просветил оператор) и места, откуда «позволительно» выпустить транспортный челнок до станции. А я припоминал прочитанные истории: дело в том, что систему Совета, естественно, штурмовали. Не только бунтовщики, для которых этот штурм был последним действием в их дурацкой жизни. Но и, например, ксеносы-кревы. Лапусы не штурмовали, ну они и не факт, что воспринимали нас за разумных, дурачьё каменное. Ну да ладно, дело в том, что один раз кревы пробились и были нахрен сожжены взрывом первой станции Аргументума. Сейчас мы приближались ко второй, ну и выходил такой расклад.

Главы Родов, естественно, не стремились умереть. Однако в пребывании и путешествии к Аргументуму был риск, довольно высокий во время войны. И на него шли осознанно, судя по всему, так выходило. То есть, все не все, но большинство глав Родов понимали, что могут умереть, ну и шли на это из расчёта «свои злее будут!» Ну да ладно, долетели до точки, распрощался с Эмиком, ну и погрузился в челнок со штатом гвардейцев-хускарлов. Испытывая перед ними ну не то, чтобы неудобство, но близко к тому. Просто сам в своё время смотрел, как эти ребята постоянно тренируются и вообще боеготовы. Ну и преданны всячески и всё такое. А я их полтора раза за всё время дючества использовал, причём исключительно в церемониальных целях. Ну а с другой стороны — что мне, рисковать жизнью и подставляться, чтоб этим хускарлам было не так скучно в форме себя держать? В общем, подавил я это дурацкое ощущение — неуместное и глупое оно.

И вот, подлетает челнок к станции, залетаем мы в отсек, а нас вообще никто не встречает. Только данные сети: где жить, где совет и всё такое. Что, в общем-то, писалось, но я не думал, что «настолько», да и девчонки — как-то им не доводилось на Аргументуме быть. А именно, «во избежание эксцессов» персонал станции был минимальным, в основном, роботизированные системы. И внутренние порядки станции максимально препятствовали тому, чтобы представители (или главы) Родов встречались вне «зала Совета». Ну, представители, те, которые на Аргументуме годами, понятно, что захаживают друг к другу, пердунствуют и ведут утончённые аристократические беседы. Но вот меня система станции старается избавить от возможности нарваться вне совета на какого-нибудь вражину Рода, что и к лучшему.

Покои были довольно стандартные. Роскошные, конечно, но меня на эту самую роскошь достало обращать внимание. Есть и есть, да и чёрт с ней. Благо задерживаться в них мне было и не нужно: от «торжественного открытия ассамблеи» я ловко уклонился, «опоздав». Как, предполагаю многие главы Родов. А кто не уклонился — либо напыщенное дурачьё, либо имели какие-то дела вне ассамблеи: ну с союзниками-знакомыми встретиться, ещё что-то такое. Само помещение зала совета тоже заслуживало внимания: сфера, причём гравигенераторы были расположены так, чтобы внутренняя поверхность этой сферы была «полом» для находящейся на ней, вне зависимости от места. Этакий аналог «круглого стола» легендарного терранского короля, только не дурацкий. Ну, у глупого короля изначальная идея была понятна: круглый стол, чтобы все за ним были как бы равны. Только он не учёл базовый фактор: стороны стола и всё такое это учитывается, конечно. Но основная проблема, которою он думал решить округлостью стола, в том, «кто главнее». А с корольком понятно, что чем ближе к нему — тем главнее места. Так что изначальная идея хорошая, но реализация дурацкая. Чтоб его «круглый стол» был именно «для равных», ему надо было либо за него не садиться, либо корону куда-нибудь выкинуть.

А в зале (точнее сфере) совета Аргументума корольков не было. Даже представитель Императора, который на этом собрании бывал, присутствовал только в виде голопроекции. А по периметру сферы стояли этакие диски, прикрытые силовым полем. И если какой-то из присутствующих хотел речь толкнуть — он летел в центр сферы, где появлялась его голопроекция, всем видимая и как бы на каждого обращённая физиономией. Ну и вдобавок «вел» совет не человек или там распорядитель какой. А специальный вычислитель, который собирал данные, учитывал традиции, а также пожелания и интерес присутствующих.

Платформы заполнялись — часть была прикрыта светоотражающим, зеркальным куполом. Ну, случилась там у подкупольных нужда какая, срочная и внимания окружающих не требующая, хех. Часть — были прозрачными, фактически невидными. А мне на голоэкран моего места стали приходить «официальные приветствия». А я стал «официально отвечать». Ну Нильс Стальной отличился, типа «привет наглый мальчишка». Ну и я ему «ты не сдох ещё, занудный старикашка?» Пообщались в общем. Учидский главклана — тоже тут был и своё тяжеловесное «Пусть хризантемы цветут» на меня вывалил… Пришлось отвечать «здрасти», без всякого там, а хотелось!

Люмены, Род Хлои, прислали нейтральное, но даже доброжелательное приветствие. Вот вообще не общался и не задумывался — а может, и зря. По крайней мере, были мысли, что они все из себя обиженные, что я у них Веснушку с Пао увёл, но судя по приветствию — нет. Это вроде и не стопроцентный показатель, но всё же. Надо будет с этими Люменами подумать-разобраться, со временем.

И от главы Рода Лансер последовало сухое, тяжеловесное, но личное приветствие. Типа «мы в союзе заинтересованы, но если будешь кобениться — пойдёшь лесом». Довольно иронично это звучало, в свете того, что Ульвер — волк. А эти товарищи в лесах как бы обитают и прекрасно себя там чувствуют.

Сидороффы, например, не поздоровались — ну в общем, и неудивительно, у нас именно с Родом отношений никаких не сложилось. Ну а что я с в натуре графом приятельствовал, да и с его кузиной — не повод для знакомства. Ну в рамках взаимоотношения Родов, само собой.

В общем-то, как я понимаю, главы и прочие представители Родовой общественности сейчас занимались примерно тем же. Здоровались, ну или гадостями обменивались — и такое исключить нельзя. А вычислитель-распорядитель, тем временем, запустил шарманку. То есть — стал выдавать компиляцию причин, почему эта самая ассамблея вообще собралась. Графики торговых потоков субсектора, нападений, всякого такого. Голофизиономия представителя Империи, несколько в стороне от центрального места-экрана, оставалась почти каменной. Но именно «почти» — приглядевшись, было видно, что дядьку это аристократическое перемывание косточек Империи (ну вычислителем, и не перемывание, но смысл тот же) очень не нравится. Впрочем, его страдания — его проблемы. Уж не знаю, что там случилось, спасибо Его Августейшей Скрытности, но проблемы у Субсектора были, и графики это наглядно иллюстрировали. А желание всякого дурачья «не замечать» — ну, проблемы дурачья, в общем-то. К счастью, в Империи большинство чиновников таким дурачьём не были, а то и Империи бы не было.

Через полчаса главы, очевидно, наговорились, а демонстрация плачевного положения субсектора закончилась. И электронный распорядитель провозгласил:

— Шестьсот четырнадцатую внеочередную ассамблею Совета Великих Домов Империи, Субсектора Грамен открывает герцег Ланселот Эдуард Лансер, глава Благородного Дома и Рода Лансер!

Ну, вообще-то, ожидаемо. А вот с именами у главы Рода Лансер, насколько я успел прочитать, был забавный казус. Главенство у них передавалось в некоем «турнирном поединке», где претендент, отпоединивший всех прочих, становился главой. В данном случае — некий Эдуард Лансер, хотя мог быть и Смит какой или даже Сердюкофф — младшие Рода в этом турнире «кто будет новым батькой Лансеров» вполне себе участвовали, правда фамилия у нового главы Рода автоматом становилась Лансер. Но не только она — главные Лансеры ВСЕГДА носили имя Ланселот. С хрена ли этого не самого несимпатичного мифического типа — чёрт их лансерские души знает. Как по мне, называть главу Рода именем изменника, предателя, похотливца (Причём неправильного и не по делу! Был бы по делу — дело понятное) и всякое такое — не самое правильное. Но Лансеры в этом несимпатичном персонаже что-то такое находили. Хотя, даже встреть ихнего главу Императрица Наталья, шансов у их главы никаких. Она даже на меня, со всех сторон замечательного и вообще — и то с иронией смотрела. Так что у старого пердуна, с тонкими чертами изборожденного морщинами лица, никаких шансов повторить предательский путь своего тёзки не было, это точно.

Ну да ладно, вылетел его диск в центр, появилось здоровенное голо его физиономии, ну и стал этот тип напе-е-евно, не хуже графа Гая, вещать. Ну правда, со старческим дребезжанием, но в целом — одна «школа», на слух прекрасно различается. И начал он… напевать своими словами примерно то же, что только что выдавал распорядитель. Только у того информативнее получалось. На кой хрен он это всё трагично, с горящим взглядом, заламывая старческие ручонки, трындел — я не понимаю. Даже если бы представители ни черта не слушали распорядителя раньше — так у дисков, точнее, их начинки, режим записи-воспроизведения есть. Ну, может, просто потрындеть старику захотелось, артистично. Последнее у него, к слову, прекрасно выходило: театральная постановка «трагедь в Субсекторе», а не выступление главы Рода. И ведь как долго трындел! Откуда только силы взялись… Я уточнил у распорядителя, а нет ли в ассортименте закусок-напиток помидоров? Тухлые тоже подойдут, даже лучше. Но злой вычислитель меня разочаровал: ни помидоров ни яиц функционал обслуги зала Совета не предлагал. Так ещё и кидаться ими в выступающего, даже если принёс с собой — не можно!

Но, наконец, противный Лансер иссяк. И у меня появились ОЧЕНЬ весомые сомнения, что с этим Родом вообще стоит иметь какие бы то ни было дела. Выедят мозг своим трындежом, напе-е-евно и потя-а-а-ажно.

А взамен ему вычислитель призвал некоего Дромшика. Что за Род, не знаю, но судя по тому, о чём средних лет дядька рассказывал — обитают на «внутренней», расположенной ближе всего к центру галактики, части Субсектора. И вот он рассказывал уже о вещах, которых в вычислительном отчёте не было. Не только и не столько о пиратах и прочих антисоциальных бандитах, а о тенденциях. Наёмники всё чаще берутся за «скользкие», а если называть своими именами — криминальные заказы. Ну, если поймают, конечно. Про рост сепаратных настроений в «независимых Мирах», вызванных как раз разгулом преступности всяких видов и типов.

— В заключение своего выступления хочу вам поведать не самую приятную новость, господа, — озвучил этот лорд Дромишек. — За пару часов до начала моего путешествия к Аргументуму от Мира-Фабрики Асурус пришла просьба о помощи. Неизвестные захватили три межзвёздных лайнера и атаковали верфи. Род Дромишек направил на помощь все свои силы, кроме малого крейсера, на котором я и добрался сюда. Атака отбита, как сообщили мне родичи, но в руках у пиратов оказалось три межзвёздных лайнера.

— Два лайнера, захваченные преступниками в инциденте у Асуриса, уничтожены силами Военно-Космического Флота Империи, — вдруг подал голос Имперский представитель.

— А третий? — резонно поинтересовадся докладчик, на что голограма посланника ответила мордасом постным и равнодушным.

А главное — имеющие уши услышали. А если к ушам прилагались мозги — так и поняли. Формулировка представителя пусть не прямо указывала, но ОЧЕНЬ явно намекала, что «инцидент у Асуриса» — не единственный в Субсекторе. В общем — неважные дела выходили. Не гибель и «всё пропало», конечно. Но бандиты и прочая шелупонь может основательно ухудшить уровень жизни в Субсекторе. А для немалого числа людей — так и вообще этого уровня лишить с концами.

На этом Дромшик выступление свернул, а я отпечатал на терминале несколько вопросов с пометкой «представителю Империи». И не один я такой был, потому что распорядитель не назвал нового докладчика, а огласил:

— Собрание Благородных Домов имеет к представителю Империи вопросы.

— Слушаю, — равнодушно кивнул представитель.

— С чем связано отсутствие сил Звёздного Десанта и Военно-Космического Флота в Субсекторе? Какая проблема стоит перед Империей? Нужна ли помощь Благородных Домов? Надолго ли ослаблены силы Империи в Субсекторе? — озвучил распорядитель.

— Отвечаю по пунктам: силы Звёздного Легиона и Военно-Космического Флоте присутствуют в Субсекторе Грамен. У Империи нет проблем. Не имея проблем — Империя не нуждается в помощи, кроме честного и ответственного исполнения долга, возложенного на Благородные Дома Его Августейшим Величеством. Силы Империи не ослаблены, а проходит ротация. Если Благородные Дома Субсектора видят в этом неразрешимую проблему — могу предложить направить прошение Его Августейшему Величеству, он пришлёт вам… помощь.

— От Совета Благородных Домов Субсектора выступит герцог Антуан Сидорофф, — сообщил распорядитель.

— Итак, господа, проблема есть. Представитель Империи предпочитает её игнорировать — либо связан обязательствами секретности. Но это его проблема. А наша — Субсектор, — озвучил парень лет двадцати пяти, довольно сильно похожий на Себастьяна. — Прямой вопрос вам, представитель: силы Империи, сколько бы их не было в Субсекторе, будут сотрудничать с силами Благородных Домов для контроля ситуации в Субсекторе?

— Да.

— Прекрасно. Предлагаю, господа, не тратить время и перейти к подсчёту наших сил и возможностей, — продолжил Антуан. — И предлагаю объявить мораторий на вражду Родов, до разрешения ситуации и отмены моратория ассамблеей Совета Благородных Домов.

На этом диск Сидороффа полетел на своё место, а вычислитель подтвердил, что его предложения приняты Советом Благородных Домов. Ну и я пометку сделал — с этим вообще довольно занятно было, в смысле моратория. Вот я тут и проголосовал. А вот не было бы меня, то например, нападение на Ульвеюл со стороны врагов Рода нарушением моратория бы не считалось. Ну и убивать их всей аристократической толпой бы не стали. Потому что мораторий касался только присутствующих на Совете. Ну и я нападать не мог, это понятно — но и Род нападать в ближайшее десятилетие и не собирался, не дурачьё же мы.

А дальше пошло распределение «зон ответственности». В общем-то нам, Ульверам, в силу малочисленности «поручили» только контроль своих Миров и коммуникаций между ними — ну этим мы и так занимались, как бы. Времени, кстати, ушло почти сутки — что и неудивительно. Но в конце — распорядитель объявил об окончании внеочередной ассамблеи. Ну а я, сопровождаемый гвардейцами, побрёл к ангарной палубе. Что летал, что не летал. Но не летать было бы хуже, точно. Да и информации для размышления прибавилось.

6. Неожиданный визит

В общем, бреду я по станции, думами различной тяжести обремененный. Волчьи гвардейцы, ожидающие меня у выхода из моего персонального места заседания в ассамблее, идут сзади и по бокам — что, в общем-то — чисто декоративная функция. Коридоры Аргуметума небольшие и созданы специально для того, чтобы аристократы имели поменьше возможностей (а в идеале — вообще не имели) пересечься друг с другом. В покои нам возвращаться не надо, а на ангарной палубе, если кто-то и вздумает атаковать — так его защитные системы Аргументума помножат на ноль. А то и разделят — и поделённому будет как-то не до того, что это математическое действие невозможно.

В общем, топаю и прикидываю, имеет ли смысл с Лансерами дела вообще иметь? Потому что все представители, с которыми я пересекался — пытались меня трахнуть. Удалось только Лауре и сексом, точнее, наоборот. Но главное: она после всякого и разного пыталась меня «поиметь», почему я с ней общение и свернул. Про Гая и этого Ланселота и говорить смешно — один меня в мозг пробовал поиметь прямо, второй в компании с присутствующими главами Родов и представителями. И тенденция прослеживается, и тенденция не нравится. Мне мой мозг неоттраханный нравится, а вот что с Лансерами можно вести и мозговую неоттраханность сохранить — под большим вопросом. С отрицательным ответом.

Далее, родичи Хлои, Люмены. Приветствие от них доброжелательное. Это не стопроцентный показатель «нормальных отношений» — вон, Нильс Стальной меня мало, что не в жопу послал. А я его мало, что не подальше. Но отношения между Родами — прекрасные и взаимовыгодные. Но, тем не менее, формат приветствия о многом говорит. Можно формальностью ограничиться, можно вообще не здороваться, приветствие на совете — вещь необязательная и добровольная. А Люмены обратились, что выглядит как приглашение к диалогу. Что-то вроде: родственник, мы тебе в суп не мочились, даже в чай не плевали. И ты нам тоже нет, так что, может, наладим диалог?

И предложение-то небезынтересное. Люмены — Род большой, богатый. Удалённый от нас, ну и та же торговля с ними может быть очень небезынтересна. Да и не только торговля, но я о них толком и не знаю ни черта. Ну, кроме того, что Хлоя из них, и её собирались использовать как «держателя» ПАО, а не пилота. Что ей — неприятно и собственно к нашему супружеству и привело. Одна из основных причин, будем честны. Но с точки зрения Рода — в общем-то, и нормально, хотя «с деталями». Вот я Катю в пилоты не пропихиваю, именно в «держатели». Ну и честно об этом с самого начала говорил, не принуждая и не вызывая ложных надежд, как у Люменов с Веснушкой вышло.

В общем — думать надо, с той же Хло советоваться. И вот иду я, значит, мысли эти думаю, и доходим мы до ангарной палубы. А там не то, чтобы толчея, но людно. Старые (и не очень) знакомые общаются и всё такое. Ну мне общаться толком не с кем — разве что с Нильсом поругаться. Но я лучше на Ульвеюл вернусь и время на супруг потрачу, чем со старым пердуном буду величиной всякого там мериться. И без меренья понятно — у меня больше, так что нахрен Нильса.

И тут от самой большой группы переговаривающихся (тем, судя по напевному блеянью Лансеры были, даже не вглядываясь, понятно) отделяется фигура и чешет в наш, ну точнее, мой адрес. Я в первую секунду напрягся, да и волчьи гвардейцы засуетились, а на них — засуетились оборонительные турели и всякое такое. Еле успел жестом своих телохранителей угомонить, а то могло нехорошо выйти. Остановил я гвардейцев ещё и потому, что чесал к нам (с физиономией, преисполненной всякого, в чём мне было откровенно лень разбираться) не представитель враждебного Ульверам рода. А как раз самый что ни на есть Лансер: белобрыс до белизны, голубоглаз, высок и тощ. В бело-серебряных доспехах-костюме с характерным-лансеровским жестоким типом, тыкающим длиннющей рогатиной в некую зверушку. Зверушка имела при затыкивании вид скорбный и удивлённый, так и вопрошая: да за что же со мной, невинной животиной, так жестоко обращаются? Рожа злобного типа ответа не давала, сверкая мутным идиотизмом, подчёркнутым отсветами серебра на лансеровских доспехах. Учитывая, что зверушка была неизвестной, явно редкой, то Комитета Защиты Уникальных Видов при Департаменте Земель Империи на этих Лансеров нет!

И вот прётся этот Лансер ко мне, ему вслед какая-то распевка, явно останавливающего типа, от Лансеров слышится, от которой он на ходу отмахивается, даже не оборачиваясь. И продолжает чесать, а я начинаю прикидывать — а что этому типу от меня надо-то? Ну, что не атакует, скорее всего — почти наверняка. Его те же турели распылят. Собственно я гвардейцем помедлил с отмашкой только по одной причине — если бы ко мне чесал представитель враждебного Рода, то он на меня мог и самоубийственно покуситься. Просто это дурачьё за последний год об Ульверов раздолбали, подарили и пролюбили такое количество высококлассной и дорогущей техники, что нам её и девать-то некуда. Так что, как и положено дурачью, мог вражина меня в собственной глупости винить и пожертвовать своей дурацкой жизнью, чтобы ценного меня на тот свет отправить. Но от Лансеров такого не ожидалось, так что я если не полностью расслабился, то близко к тому. И прикидывал, всё-таки, а что ему надо. Причина-то проглядывалась, но если я не ошибаюсь — откровенно дурацкая. И если я не ошибаюсь, главное — вслух не ржать.

— Дюк Ульвер, — коротко кивнул мне дотопавший Лансер. — Я — барон Гарет Лансер, защитник и владыка Кулины.

— Приветствую. Чего угодно, барон? — прищурился на Лансера я.

— Удовлетворения!

— А я здесь причём⁈ — вылупил я в показном удивлении глаза. — Это вам к специалистам сексуальной рекреации. Или к любовнице, жене и всё такое. Я-то тут причём?

Ну вообще — это было самое напрашивающееся и самое дурацкое объяснение, в смысле, нафига ко мне этот Лансер прёт. И причина тоже, хотя идиотизм, блин! Варианты «откосить»… в принципе — есть. Нахрен мне этот Лансер не сдался. Но… политика и мнение аристократической общественности. На нас сейчас уставилась не только лансеровская группировка, но и куча всяких прочих аристократов подтянулись. И сказать «не буду я с тобой, дурачьём, драться» — можно. Но не стоит, блин. А вот наглядно и в разговоре продемонстрировать, что он — дурак-забияка стоит. И для этого самого «общественного мнения», ну и для самих Лансеров. Может менее напевными и занудными станут, тогда и дело иметь можно будет.

А так, судя по окрикам, этот тип действует вразрез с «програмой Лансеров», по крайней време — внешне. Внутренне вполне может быть интрига какая.

— Издеваетесь, дюк Ульвер⁈

— Ничуть. Вы подходите ко мне, но делаете это без должного уважения. Я — герцог, согласно Кодексу Благородных Домов Империи. И заявляете мне о том, чтобы вам угодно, чтобы я вас удовлетворил. В Аргументуме, — покачал я головой.

— Я. Вызываю. Вас. На. Поединок. Чести, — до белизны побледнел этот Гарет.

— Во-о-от, так несколько более… уместно, — покивал я, на что в аристократической толпе вокруг послышались смешки.

А физиономия Ланселота Лансера сморщилась в урючину и страдала — их Род на данный момент довольно наглядно позорился, а сделать с этим ничего не сделаешь. Даже мне претензии не предъявишь. А с дуэлями на Аргументуме… сложно выходило. Прецедентов я, кстати, не находил, но судя по правилам, кодексу и всему такому, выходит так: во время внеочередной Ассамблеи на «вызываю вас» этого Гарета бы турели распылили. Но ассамблея закончилась. И правила на Аргументуме в смысле безопасности жёсткие, но дуэли под них не попадают. Дуэльный Кодекс перестаёт действовать только во время ассамблеи, а вот после — не регламентировано. Ну а что не запрещено, то разрешено, как понятно.

— Но мы не пьяные забияки. Вы желаете вызвать меня на поединок чести, — продолжил я. — Но не озвучили причину…

— Причина — ваше оскорбительное пренебрежение графиней Лаурой Лансер-Смит! — топнул ножкой этот тип.

Это… звиздец, чуть ударился я ладонью по лицу. Но удержался — я такое ПРЕДПОЛАГАЛ. А судя по смачному, звонкому шлепку ладонью Ланселота по ланселотьей старческой физиономии — это не «внутренняя политика». А молодой (хотя раза в полтора, а то и два меня постарше) дурак «проявил инициативу». Ну и чувства дурацкие тут замешаны: произнося лауркино имя-титул, Гарет блеснул глазами, фанатично, страдальчески… Ну много как, в общем — дурачьё. Влюбленное, похоже, что мне, в общем-то, как-то пофиг. Ну дурачьё от того, что его из колыбели раз пятьдесят по неаккуратности уронили, или потому что гормоном в межушный нервный узел контузило — какая мне разница?

— Я, вообще-то, графиней не пренебрегал, — отметил я. — И она была вполне удовлетворена нашим взаимным времяпрепровождением, — задумчиво протянул я, на что Гарет уже порозовел, как поросёнок.

Что у бледно-спирохетных Лансеров, очевидно, было как «побагровел» у нормальных.

— Именно! И вы отказываетесь на ней женится! После этого! Она подарила вам своё сердце!

— Уж простите, но сердца там не было, — отрезал я. — Другое было, да. Но не сердце! И не «подарила», барон. Количество воспользовавшихся благосклонностью графини, помимо меня…

— Да как вы смеете⁈

— Как её соученик по Академии Пилотирования, — развёл я руками. — Вас я там не наблюдал. И я ничуть не осуждаю графиню, скорее восхищён её темпераментом…

— Дуэль!!! Немедленно!!!

— А какая часть констатации фактов вас столь сильно задела? — светски поинтересовался я.

— Вы лжёте и порочите имя прекраснейшей и благороднейшей дамы!

А это уже — обрубленные концы. Ну в смысле возможностей «отмазаться» от дуэли, после оскорбления, у меня возможности нет. Без репутационных потерь, но в таком раскладе — у меня появляется весьма удобная причина. Вызвать, как оскорблённый, самому. И ещё попинать по баронскому идиотизму, лишив его «паритетных условий», пока он будет дурацки злиться.

— На основании беспочвенного и прилюдного обвинения во лжи, я, Гален Безмолвный, дюк Ульвер, вызываю на поединок чести барона Гарета Лансера. Дуэль…

— УСЛОВИЕ!!! — просто взвизгнул этот тип, нарушив кучу всякого разного и вызвав со стороны наблюдающих осуждающий гул.

— И какое же? — уточнил я, потому что отказываться от него, не выслушав, несмотря на форму — «не благородно».

Хотя эта форма была одновременно очень неплохим подарком — нарушив регламент «вообще», этот Лансер, по сути, давал мне все условия дуэли на откуп. Но выслушать — стоит, потому что «общественное мнение».

— После моей победы вы… женитесь на графине Лауре Лансер-Смит! — с видом мученика и светящимися глазами выдал этот.

Ой деби-и-ил… И ведь любит её, похоже. Недаром Никс, жопа кибернетическая, так над этим «гормонально-психическим отклонением» глумился. Не всегда и не везде, конечно, но вот сейчас прямо иллюстрация: трансформация дурачья обычного, социально терпимого, в дурачьё влюблённое. Социально-психологически опасное!

Повторный звонкий шлепок от Ланселота подытожил эту фразу. От первого, кстати, на физиономии главы Рода Лансер наливался заметный синяк. Ну, может, второй симметрии добавит. Ну а не добавит — так и хрен с ним.

— Если это единственное ваше условие, касающееся поединка…

— Да!!!

— Извольте не перебивать! Так вот, в случае если это условие единственное — то я официально попрошу, в случае вашей победы, согласия на брачный союз у графини и главы Рода Лансер, — озвучил я.

— Согласен!

— А я вашего согласия и не спрашивал, барон. Здесь и сейчас. На… — задумался я. — рапирах.

Это не блажь, а как раз «дань общественному мнению», чтоб его. Впрочем — справлюсь, с этими вертелами не страшно.

— До ранения, — продолжил я. — А то вот скажу я «до смерти» и цена вашему условию будет такой же, как весомость причины, по которой вы меня до вашего необоснованного оскорбления пытались вызвать. Распорядитель Аргументума⁈ — повысил я голос.

— Внимаю, дюк Ульвер, глава Рода Ульвер, — громогласно прогудели динамики.

— Могу я просить тебя об обеспечении дуэльного поединка?

— Можешь, дюк Ульвер, глава Рода Ульвер, — ответил вычислитель.

И замолчал, паразит электронный!!! Я уже думал звереть и гневаться — нет, ну я всё понимаю, но этот вычислитель с ИЛ — мощнейший и ТОЧНО понимает смысл, а не форму. И если не отвечает — так просто издевается, гад такой! Но тут к нам подсеменили два рабочих дрона, протягивая блестящие рапиры. Не удивлюсь, если свежесозданные.

— Прошу не участвующих отойти от поля поединка на метр, — стал раздавать указания вычислитель.

А вокруг нас вначале обозначилось голографическим свечением «поле» — круг в десяток метров диаметром. Дроиды передали нам вертелы и ускакали. А потом поле поединка закрылось куполом поля. Силового и прозрачного.

— Начинается поединок чести между Шевалье Галеном-Гаврилой Безмолвным, дюком Ульвером, оскорбленной стороной. И бароном Гаретом Лансером, нанёсшим оскорбление, — гудел распорядитель.

Довольно иронично выходило, хотя и верно: я тут со всех сторон пострадавшая сторона, от вселенского дурачизма!

В общем, взмахнул Лансер вертелом, типа салют, и на мысочках подскочил ко мне, тыкая в мой адрес вертелом, как швейная машинка! Нет, ни разу не попал, но реально «строчил» дурак такой, причём сила и подвижность запястья — явно выше человеческих возможностей. Даже улучшенного отъевгениченного человека — явный модификант. И драться с ним на вертелах точно не стоит — затыкает, а мне к Лаурке жениться бежать. А она ведь и не отказать может, вот что самое ужасное! Так что отступал я от этой взбесившейся швейной машинки, скупо отбивая опасные удары — и они были, но в основном — «пелена уколов».

Просто было два варианта — подвернётся шанс, которым я воспользуюсь. Или противник… устанет. Как бы его ни намодифицировали — у него в лапе мышцы, а не механизм. А мышцы — устают, как ни крути. Пусть у модификанта значительно позже, но нормальный человек не выдержал бы и полуминуты такого «строчения». Да и третий шлепок от Ланселота намекал, что мой противник «тупит».

В общем-то, поединок закончился по обоим вариантам. «Строчильная машинка» Лансера стала к третьей минуте строчения замедляться. На его физиономии появилась испарина, ну и рванул он в атаку, нанизавшись предплечьем на мой вертел. Который у меня был в руке, естественно. Нанизался правой рукой, выронил свой вертел… а мне пришлось уворачиваться от града пощёчин! Ну вообще, блин!

— Поединок закончен победой шевалье Галена-Гаврилы Безмолвного, дюка Ульвера, — прогудел распорядитель станции, разделив нас полем и оберегая меня от лансеровских пощёчин.

Ну а я откинул вертел и чуть ли не вприпрыжку (ну, максимально быстро, не роняя дючьего достоинства) ускакал к челноку. А то дурачьё… дурачьё никогда не кончается. И давать ему шанс мешать мне возвращаться домой, к девчонкам — я не намерен!

— Домой? — уточнил Бронзовый на Ульвефллоке.

— Угу, — с облегчением выдал я, потому что всё ждал очередного дурацкого нападения дурачья.

Но — пронесло.

— Гален, слушай.

— М?

— А может, мне не надо торчать в ангаре? И в чём я виноват-то⁈ — возмутился Бронзовый.

Хм, а ведь в принципе — есть в его словах правда. Ну не в смысле, что «не виноват», он — бронзовое трепло, и точка! Но с пониманием ряда социальных взаимодействий у него не очень, Инвиктус, всё-таки, а не человек. Так что большую часть обратного пути я бронзового просвещал в чисто биолого-психологические механизмы. И объяснил, «в чём» он меня перед девчонками… ну не подставил, но доставил некоторые неприятности.

— Дурачьё, — задумчиво протянул Эмик. — И механизмы дурацкие. Но я понял эти дурацкие ограничения. И ты предупреждай! — выдал он мне указания. — А то сейчас — понятно. А потом опять из-за какой-нибудь ерунды разорёшься, истеричный Гален!

Ну, в своём репертуаре. Впрочем, от Бронзового ждать не бронзового репертуара — глупо.

Долетели до Роттерна, потом я в Юле ухватил девчонок, оттащил в спальню, по дороге буркнув «всё потом», и только… распахивается, блин, дверь!!! А за ней — рожа фельдъегерская!

— Послание от моего Августейшего Повелителя, Императора Галактики, шевалье Галену-Гавриле Безмолвному, дюку Ульверу, дуксу Империи, — выдаёт этот жуткий тип.

— Ненавижу… — начал было я, но вздохнул и просто протянул руку. — Давайте уж, фельдъегерь.

7. Лихое начало

Фельдъегерь подмаршировал, протянул пакет, более толстый, чем обычно, и умаршировал. Дверь за ним закрылась, а я подумал да запер её на засов. А то мало ли, и вообще — на фиг.

— А что… — зачастила было Хло.

— Неважно, — откинул я очередную записульку Его Несвоевременности, Владыки Несвоевременных Фельдегерей. — У нас — семейная жизнь! А потом — обсудим, что было на Аргументуме. А вот потом — будем разбираться.

— А… — начала было Катька, но была оперативно обезврежена.

И семейная жизнь прошла приятно и вообще. Менее приятно, чем могла бы без дурацких записулек и несвоевременных фельдъегерей: они всё же зудели на краю сознания и не давали о себе забыть. Но менее приятно незначительно и, в общем — очень неплохо всё вышло.

После я принципиально не стал брать записулину. Нет, после всякого разного и этакого я уже не злился. Даже самому стало интересно, чего это его Августейшеству от меня понадобилось. Но мог, блин, по сети там, как приличные люди, обратиться! А не фельдъегерями мало, что не на супружеское ложе Безмолвным вламываться!

Рассказал, что и как на Аргументуме было. Насчёт Лауры этой дурацкой промолчали: всё сказано, а подкалывать меня уже был перебор. Ну и о дурачье-Лансере тоже особо не говорили. Дурак он и есть дурак, чего про него говорить?

А вот на вопрос о Люменах Веснушка серьезно задумалась, нахмурились даже.

— Не знаю, Гален. То есть знаю, но старалась не думать, — затараторила она. — Очень мне тогда обидно было! — аж прикусила губу Хло. — Но если для Рода… Вполне можно иметь дело, — решительно кивнула она. — С осмотрительностью, конечно. Интересы Рода превыше всего.

— Ну это и у нас так, — отметил я. — А с твоим бывшим Родом, похоже, вышло так: в восторге они не были, ну это и по роже того типа…

— Дядюшки, — уже искренне улыбнулась Веснушка, да и Мари с Кудряшкой заулыбались: очень уж кислой, недовольной и запорной была физиономия того Дядюшки на свадьбе.

—…дядюшки, — кивнул я. — Но в целом — именно Род не сильно обиделся. Хотя тебе это может быть не слишком приятно, — взглянул я на Хло, которая просто отмахнулась. — Ну а фирмоментум, поразивший аристократов нашего субсектора — не удивлюсь, если мало кто вообще знал, что существуют такие… объекты, по-другому не назвать. Так вот, после фирмомента и слухов о моей причастности к Императорскому Роду.

— Не беспочвенным, — отметила, сложив руки на груди ещё одна особа Императорского Рода.

— Не виноватый я…

— Они сами пришли, — хором заключили девчонки и захихикали.

Ну и я подхватил — чего же не посмеяться, если смешно вышло?

— Ну в общем, после всех этих копошений и предположений решили напомнить мне, что они такие есть. И родственники, как-никак.

— Похоже на то, — кивнула Веснушка.

— А что нам полезного с этого может быть? — уточнил я.

— Рынки сбыта, — задумалась Хло. — Вычислители и электроника — у нас… Люменов довольно неплохие производственные линии именно вычислительной техники, не хуже терранской.

— Ой, все знают что эта «терранская» техника клепается вулканистами на производственных Мирах чуть ли не в… хотя нет, в Жопе Мира нет производственных Миров, — сам себя остановил я. — Ну в общем — везде. А электроника — интересно. Надо будет при случае наладить контакт.

— Хорошо. И Гален… — многозначительно уставилась Хло на записулину Его Августейшества, вольготно раскинувшуюся на кресле в уголке.

И прочие тоже на эту раскинувшуюся записулину вопросительно поглядывали, как и на меня. Ну в общем — можно и посмотреть, взялся я за конверт. А там — три конверта. На одном «Княгине Катерине Безвинной-Ульвер, лично, конфиденциально. ЕИВ Императрица Наталья». Ну это я Кате сразу передал.

Второй конверт — уже привычный, от Его Августейшества, Безмолвному. И третий — просто с печатью Императора и явно не с бумагой. Ну, с ним после разберёмся, а пока вскрыл я конверт себе.

Привет, Гален. Есть для тебя дело, а возможно — не одно. С расчётом за труды — не обижу. В конверте патент дукса Империи с подтверждением регалий и полтора миллиона. Это на прикрытие Миров твоего Рода (и Катьки — её точно оставишь, а меня Наталья со свету сживёт, если с ней что-то случится!). У тебя вроде с какими-то смешными модификантами-гномиками союз, вот их и найми. Как соберёшься — направляй запрос в Вирде Грамен, первое дело в вашем Субсекторе.

Император.

Это… очень многозначительно, отметил я, открепляя полоску криптопослания имперского образца. Это с ней мне через обычную сеть в столицу Субсектора надо обратиться, когда соберусь. «Если» — тут не очень уместным выходит. Потому что если у Империи нет свободных судов на прикрытие пары планет — у Империи серьёзные проблемы. И отсидеться, теоретически, можно. А практически — можно «досидеться» до весёлого момента, когда эти проблемы постучат в дверь. А помогать будет некому.

В втором конверте и вправду металлическая бляха, дукс Империи, чин по чину. То есть наёмник, но работающий ТОЛЬКО на Империю, приравненный в звании к примпилу или бригадному генералу Звёздного Легиона. Ну или к триерарху Военно-Космического Флота, капитану боевого корабля. Ну и карта Имперского Банка, скока — не проверял, но не думаю, что Его Августейшество меня с субсидией на безопасность налюбит. Его супруга и вправду тогда того, а то и этого, только без удовольствия.

— В общем, вот такие пироги, — подытожил я рассказ, помахивая Августейшей записулиной. — И браться надо. На Ульвеюле ты за главную, — обратился я к Катьке. — Близнецов, наверное, оставим…

— Вот ещё!

— Ты хер дюк, сам нас пилотами Рода называл! — послышались возмущённые вопли мелочи из селектора, к которому доступ только у Родового вычислителя!

— Подсматриваете, паразиты мелкие⁈ — возмутился я, судорожно ища комбез, да и девчонки засуетились, прикрываясь-одеваясь.

— Ой, да что мы там не видели, — хамили мелкие.

— А оставлять нас — плохо.

— Мы можем пригодиться.

— И нам интересно, хер дюк!

— Подумаю. И хорош за моей семейной жизнью подглядывать, мелочь! — дючственно возмутился я.

— Не будем. Наверное.

— Но это не точно.

И отключились, паразиты мелкие! Нет, ну вообще — понятно, что «а чего они не видели». Потому что с их умениями и навыками они в сети могут посмотреть на всё и даже больше. Но неудобно, чёрт возьми! Пусть не подглядывают, в общем!

— Так вот, перед этим вопиющим фактом хамского вуаеризма от всяких мелких, я говорил про то, Кать, что ты — за главную. Со Стальными я свяжусь, запрошу у них судно с их штурмовиками. С учётом дронов — за Ульвеюл будет спокойно.

— А о планете я позабочусь, — решительно кивнула Катя.

— А что тебе Императрица сказала? — заинтересовалась Арви.

— Не при мне, и вообще — сами разберётесь, не до этого пока. Так, через полчаса… нет, через час — готовим и проверяем Инвиктусы. Ну и я со Стальными на связь выхожу. А как прилетят — если прилетят, кстати — на Вирде Грамен.

— А если не прилетят? — поинтересовалась Хло.

— Клан не откажется от средств. И за меньшую сумму, чем выделило Его Величество. У клана Учида есть корабль класса «Разрушитель Звёзд», Кунасири. Очень обременителен в содержании, почти не используется, но — честь и гордость Клана. За подарок, — усмехнулась Мари, — гораздо меньшей суммы, чем выделил Император, Клан будет только рад снять на время бремя содержания Кунасири и ещё получить прибыль.

— Ну или просто к наёмникам обратимся. Я вообще не думаю, что эти враги Рода, сколько их там ещё осталось, на нас полезут, — уточнил я. — Но оставлять Ульвеюл с одними дронами мне… неуютно, — под кивки девчонок подытожил я.

А вообще, выходит, судя по Императорскому посланию, что есть некая локальная проблема в Субсекторе. Которую «Гален и его команда» может решить, ну или помочь решить — непринципиально. Но главное не это. Император написал «первое дело». А вот «второе» и «возможно, не одно» — скорее всего, связано с проблемой. Из-за которой ослабляются силы Империи в Субсекторе. И из-за которой псионы собирались «свалить». И, кстати, интересно, почему Император так… непонятно ухмылялся, когда разговор зашёл про псионские планы? Ну что-то вроде «хрен бы у них что вышло», не в плане реальности — и так нихрена не вышло, понятно. Но вот именно планы «свалить из галактики» вызвали у него очень… сложную ухмылку. Такое ощущение, что Его Августейшая Скрытность знает какую-то вещь, базовую, которая планам псионов препятствует. В общем, не только «надо», просто из логики, Империи помочь (да и не безвозмездно, нужно отметить), но и куча интересных вопросов, похоже, получат ответ.

Стал связываться со Стальными — благо, кодировка была, всякие там «секретные коды» не цифровые, а словесно-поведенческие тоже.

— А, щенок Ульвер, — буркнул Нильс, увидев по голо мою физиономию, причём с иронией название рода произнёс.

Ну, в общем, некоторый повод для иронии был: «щенок волка» выходило, если перевести. Хотя, может, из-за чего-то ещё иронизировал, да и чёрт с ним.

— А, старый кобель Стальной, — не остался в долгу я. — Всё ещё отравляешь галактику своим неуместным присутствием.

— Чего надо? — перешёл к делу старый хрыч.

— Корабль в Роттерне. Со штурмовиками. На год, — рублено ответил я.

— И на кой тебе? Из твоих пилотских яслей тебя и твоих девок выпустили!

— А ты моих девок не считай. Ты своих девок считай, — отбрил я. — Миллион за год.

— Скока б…?!!! — выпучился на меня Нильс.

Ну, для них сумма действительно чертовски весомая. Да и для Ульверов, если начистоту, далеко-о-о не бросовая. Но я полмиллиона Его Меценатству честно верну — мне не надо, своих хватает. А за работу рассчитается не деньгами, а нужным, в нужное время.

— Один. Миллион. Имперских. Кредитов, — озвучил я.

— Это… много, — подёргав себя за ус, ответил глава Стального Рода.

— Много. Но деньги не мои, выделены Империей на прикрытие Родного Мира на время службы.

— Хм-м-м… Так может, не год?

— Может, не год, — не стал спорить я.

— Но миллион…

— Миллион. Но надо срочно, Нильс. И нормальный, хороший и годный корабль и штурмовики.

— Что творится в Империи щ-щ-щенок?!! — вдруг рявкнул Нильс.

— Ни-и-и-ильс, — покачивая головой пропел я не хуже Лансеров, а лучше Лансеров, потому что пропел я.

— Тьфу! — признал аргумент глава Рода Стальной. — Через шесть… три часа стартует драккар Скульделев в твоё логово, Безмолвный Волк. Дурацкое у тебя прозвище — трещишь, как баба!

— У меня есть и другие достоинства, — кивнул я. — Не завидуй.

— Тьфу! — согласился Нильс.

— Усы не заплюй, Стальной, — любезно предупредил я.

— Стартует! С полным экипажем! И сюрприз тебе будет!

— Какой? — поинтересовался я.

— Увидишь, — злорадно ответило старичьё и разорвало связь.

— Вот и поговорили, — пожал плечами я, переводя на счёт Стальных в Имперском Банке полную сумму найма.

Вообще — тонкий момент именно с «наймом». Но у меня распоряжение Императора, ну как минимум — прямое дозволение в кармане. А сам Нильс… ну в общем-то, ясно. То, что Безмолвный — прынц, только ленивый в Субсекторе не обсасывает. Понятно, что эти слухи без подпитки со временем сойдут на нет, а подпитывать я их не буду. Но пока у Нильса на предложение именно «найма», что в рамках Благородных Домов Империи — не то что моветон, а почти преступление — даже вопросов не возникло. Предлагаю именно деньги — значит, «имею право» и не подставлю. Ну, в общем-то, он прав, да и жест доверия такой, весомый. Несмотря на то, что Нильс — наглый, старый и на грани выживания из ума старый хрыч.

В общем, стали готовиться, перетряхивать оборудование. Тут Серина, кстати, помогала весьма весомо — лучше любого вулканиста. В принципе, если она будет с нами — а пока никаких признаков, что пиитке у нас не нравится, не наблюдается. А наблюдается совсем наоборот.

Так вот, если она будет в Роду — у нас получается ЧЕРТОВСКИ сильное преимущество перед прочими Родами. Ну помимо замечательного главы Рода, само собой. Нам не нужны вулканисты, а если разобраться и не наглеть — так и оборудование у Родовых Инвиктусов будет на голову (главное чтоб не больше, чем на голову) лучше обвеса прочих, «от вулканистов».

— Думаешь, война, пилот? — задумчиво прогудел Эмик в процессе сборов.

— Не знаю, похоже на то. Сам прикинь объём сил задействованных только с нашего субсектора. А Его Августейшество упоминал, что не только нашего. А что ты не доволен?

— Потому что ты — дурачьё, Гален. Война — дерьмово! Битва, схватка — хорошо и правильно. А война — херово. В войне дурачьё все! И противники, и союзники, и ты. И даже сам Энеус Эквис выйдет дурачьём!

— Ну ты, блин, даёшь, — задумчиво констатировал я. — Ну а что делать? В кустах отсиживаться?

— Не тупи, пилот! Конечно, надо дурацких врагов уничтожить! Просто радоваться — нечему, — отрезал Бронзовый.

Ну… даже странно. Впрочем, и сам Эмик — далеко не дурак. Да и императивы при создании ИЛ вполне могут, мягко говоря, «не приветствовать» масштабные боевые действия. От них реально плохо Империи в целом, это Бронзовый правильно подметил. Но и не сделаешь ничего, кроме как завоевать вражин до полной и безоговорочной победы — это верно подметил я.

А через пару дней прилетел корабль Стальных. И на удивление — не переделанный контейнеровоз, а натуральный носитель малых пустотных аппаратов Военно-Космического Флота. Авианосец, как их называли по доисторической памяти, хотя к «авиации» ни он, ни его «начинка» отношения не имела. В общем — уже неплохой сюрприз, потому что флотский носитель сам по себе, не считая носимого — довольно сильный корабль.

Но «сюрприз» от Нильса заключался не только и не столько в корабле. После выхода на орбиту Ульвеюла к юлу полетел челнок с командиром Стальных, поздороваться-поговорить. И вот по прилёту на меня совершили бесчеловечное покушение! Моя молодая жизнь хрустела и грозила оборваться!!!

— Отпусти, медведь такой! — хрипел я в объятьях. — Задушишь!

— А я всегда знал, что ты из Императорского Рода, дружище! — всё-таки отпустил меня Олаф. — Безмолвный — это сразу понятно было, — важно покивал он.

На это я просто помолчал, пожав плечами. Потому что условием «выхода» из крысиных гонок Имперского Рода было «никогда не говорить об Имперском Роде». И нарушать это правило у меня не было никакого желания. Пусть в крысиных гонках участвуют соответствующие животины, а я — Безмолвный.

А вообще — сюрприз был неплох, и Мари со своей кузиной пообщались, и мы с Олафом выпили и поспарринговали, по старой памяти. Здоровый, всё-таки, колобочище! Но я почти не поломался, и уж точно не серьёзно!

Но на все эти увлекательные мероприятия ушло меньше суток. Потому что надо было связываться с Вирде Грамен — не думаю, что было много времени. Что я и сделал, уставившись на физиономию в лампасах, погонах и прочих пумпонах. Префект Классис, главнокомандующая флотская физиономия в Субсекторе Грамен, да и не только, видимо. Причём по каналу ответил сразу, выпучил на меня гляделки, хотел было рявкнуть. Точнее даже начал рявкать:

— Почему так дол…кхм, — закашлялся он, смотря на мою улыбчивую физиономию, кивающую в такт его воплю. — Дукс Империалис Безмолвный? — уже без выпученных глаз и деловито уточнил он.

— Он самый, Префект Классис. Имею Августейшее повеление обратится, за транспортом и разъяснениями…

— У меня, представьте себе, нет времени разъяснять, дукс. В системе Ротерн через четыре-шесть часов прибудет сверхскоростной курьер…

— У меня отряд Инвиктусов…

— Я в курсе. Грузовой, с командой и отрядом. Командир отряда разъяснит детали. Курьер доставит на место выполнения задания! Слава Императору!!! — рявкнул он.

— Империи слава, — протянул я.

И связь оборвалась. А мы стали набиваться во внутрисистемный грузовик — и не зря. Курьер, именно грузовой, появился даже меньше, чем через четыре часа, на орбите Ульвеюла. И только мы в него перебрались, как он вывалился в гиперпространство.

— Мне кто нибудь объяснит. что делать⁈ — немножко повысил голос я во внутрекорабельной сети, поскольку Инвиктусы с оборудованием одинорко стояли в грузовой палубе.

— Центурион-конценсис свяжется с вами через несколько минут. Вам надлежит действовать с ним, — последовал ответ.

Частично — уже ответ. Центурион-конценсис — глава абордажной команды на пустотных судах. То есть, нужно захватить станцию или корабль ну или что-то такое.

— А всё-таки? — настаивал я.

— Пираты захватили межзвёздный лайнер. Его надлежит вернуть, а при невозможности — уничтожить. Остальные детали у центуриона. Я свяжусь при приближении к цели, — озвучил, видимо, капитан по связи и отключился.

8. Центурионовы страсти

Центурион вскоре притопал в наш отсек — здоровенный детина в экзоброне, назвавшийся Сцевола. Последнее, судя по датчикам, было в общем-то правдой. В правом верхнем рукаве экзоброне был металл и электроактивность, свойственная не плоти, а технике. То есть Сцевола выходило не столько именем, сколько прозвищем, ну да и фиг с ним, сколько бы у него этих фиг не осталось.

— По делу, — пробасил он, толком не поздоровавшись, только скинув по сети своё прозвище-позывной. — Есть безжизненная система, контролируемая преступниками. Наёмники за гранью закона, работорговцы с «долговыми контрактами». Ну и само собой там есть и откровенные преступники, пираты и бандиты. Впрочем, там все преступники, просто некоторые стараются выглядеть действующими в рамках Закона Империи.

— И Империя о них знает не первый год, — не слишком довольно отметил я.

— «Граждане Империи живут так, как им пожелается, если не нарушают при этом Законы Империи», — сморщился центурион. — Или у тебя, дукс, на планетах всё «по закону»? — саркастично спросил он.

— Это вообще-то не тема для дискуссии. Но Законы Империи по букве у меня не нарушаются, — отрезал я.

— А по факту?

— А я промолчу, — ответил я.

Ну, потому что тут действительно, сертифицированный и заслуженный крючкотвор, ветеран сутяжнических дел голову сломит. И я не про мелочи: тот же найм Стальных, например. Басилдр с её «евгенической программой». В общем, куча моментов «на грани». Вроде и прямого нарушения нет (а может, и «все так делают», не исключено), но по факту — не слишком понятно. Скорее «нарушено», чем наоборот.

— В общем, дождались момента, когда проблема появилась, — подытожил я, на что Сцевола с ухмылкой кивнул. — И наша задача — вернуть лайнер.

— Угу. Ты учти, дукс — там Инвиктусы.

—… — мужественно не стал материться я. — Это как?

И по рассказу центуриона выходило, что всё то же «балансирование на грани закона». То есть, формально аристократический Род не при делах. И, если что, будут лупать завиральными глазами, говоря что о захвате и нападении не знали, ну и не участвовали. Последнее и вправду так, кстати говоря. Ну а что на межзвёзднике пирата — так «кто знал» что межзвёздник ворованный, «кто знал» что пират?

Причём, при определённой доле везения, могут и оправдаться: Империя о факте увода лайнеров не кричит (Департамент Благого Знания на высоте, блин). На пирате, скорее всего, крупными голобуквами «пират» не написано. Я не проверял, но с высокой степенью вероятности предполагаю.

Так что, теоретически, в текущем бардаке у решившего «немного попиратствовать» Рода есть ненулевые шансы оправдаться. Если они попадутся. А если не попадутся — так и вообще попиратствовать и жить себе дальше без проблем. Последнее, правда, очень вряд ли — скорее всего, продолжат пиратствовать и попадутся всё равно. Но возможность «побандитствовать и бросить» есть, как и без последствий это провернуть.

Ну, точнее — была. Сейчас уже без шансов, Роду этому не названному кирдык и даже звиздец, как понятно. Но у Империи нет на этот «кирдык» сил, а лайнер в руках пиратов — штука неприемлемая. Хотя, в рамках мной узнанного, думаю, что есть и не один «пиратский межзвёздник». Точнее — они появляются, сколько-то пиратствуют и попадаются. В общем, есть, судя по всему.

Так что задача по «освобождению лайнера от захватчиков» фактически на стадии её формирования получается практически невыполнима. У Империи на текущий момент в Субсекторе нет ни солдат, ни техники, ни кораблей, чтобы пирата именно «захватить». И задача получается всё же уничтожить, о чём я центуриону и сообщил.

— Выходит, что так, дукс, — поморщился Сцевола. — У меня — сотня абордажников, лёгкие платформы и тяжёлое, но ручное вооружение. У тебя Инвиктусы, вроде и можно захватить — но по данным агентов, Инвиктусов на лайнере не меньше дюжины, возможно — больше.

— Это, блин, кто это у нас в Субсекторе такой богатый и охреневший? — изумился я.

— А догадайся, — гадко ухмыльнулся Сцула.

— Ну судя по дюжине — Лансеры. Но это самоубийство Рода!

— Младшего, — хмыкнул центурион. — Они не пиратствовать собрались, как мне видится. Точнее, не столько пиратствовать, сколько под прикрытием текущего бардака свести свои Родовые счёты. Причём сам этот Род — мало того, что не при делах, так ещё и оказывает поддержку в «поддержании стабильности в Субсекторе».

— И нашим, и вашим, и своего не упустят.

— Так и выходит.

— И с рук им это сойдёт?

— Нашёл у кого спрашивать! Я — абордажный центурион. Но, думаю, не сойдёт. Сам Род, конечно, только за это вряд ли изведут, когда с кризисом разберутся…

— Что за кризис — ты не в курсе?

— Нет. Только участвующие в курсе, никто ещё не вернулся. Ну сам понимаешь — Род уничтожать Империя не будет, слишком много на них в Субсекторе завязано. Но крылышки подрежут, по экономике ударят…

— По жопам тощим и наглым.

— И по ним — тоже. Возможно, и тебя привлекут, у нас с Инвиктусами в Грамен и до всего этого… — многозначительно промолчал центурион, — неважно было. А сейчас сам понимаешь.

— Понимаю. В общем — приказ захватить, но его осуществление — практически невозможно.

— Я думал, вариантов не нашёл. Если без вас — нас перемелют Инвиктусы. Если с вами — вы перемелите лайнер во время боя, — пожал плечами Сцевола. — А в таких раскладах класть людей, на то чтобы «захватывать»…

— Глупо, понимаю. В общем — ты предлагаешь связать Инвиктусы противника боем, ну и их силы, сколько выйдет. А твои умельцы пробираются к реактору…

— Или твой диверсионный Инвиктус, — уточнил Сцевола.

— Или Макенси, — кивнул я. — Подрывают, ну или там мину-бомбу закладывают и…?

— Уходим с лайнера, курьер подберёт.

— А пираты в системе будут нам радостно рукоплескать и помашут на прощание платочком, — хмыкнул я.

— А их в системе не будет, — оскалился центурион.

И рассказал, что наш курьер — не линкор или что-то такое, конечно. Но оборудован разовым направленным генератором гиперпрокола. Не стандартного перехода через гиперпространство, а именно «прокола». Технических и интересных деталей он не сообщал — возможно, и сам не знал, но выходило так:

Наш курьер вываливается в пиратской системе, неподалёку от крейсера. Активирует этот генератор и уходит в гипер, а через минуту — мы в соседней звёздной системе, где охреневающий от происходящего пират борется с последствиями скачков метрики пространства — для него переход выйдет вообще мгновенным, но без подготовки судна — не слишком приятный ни технике, ни людям. Вот кажется, «абсолютное оружие», о чём я в общем-то тут же сказал. Но оказалось — не абсолютное, а, похоже, действующее через гипердвигатель самого корабля. То есть на «объекты вообще» — не работает. Только на корабли. Отправить в гравитационный колодец, в занятое другим объектом место — без вариантов, не выходит. Как и в чрезмерно энергонасыщенное, кстати говоря. Что как раз гипердвигателю и свойственно: выход только в относительно «чистом» вакууме, что, кстати — нередкая часть причины «закрытых навигационных зон». Ну, в смысле, тот же обычный лайнер Космоновигации там не навигатит вот никак. Ни космо, ни как-то ещё.

Так вот, этот гиперпрокол — ещё и дорогущий. Треть не треть, но четверть стоимости лайнера, да ещё и одноразовый.

— Потому у нас и такая мудацкая задача, — подытожил центурион. — Все понимают, что имеющимися силами нам лайнер не захватить. Но генератор про… Бабы есть? — вдруг сменив тон уточнил он, оглядывая Инвиктусы.

— А то ты не знаешь, — хмыкнул я.

— Откуда? Кто ты — знаю. Спецификации Инвиктусов — тоже, но это и на взгляд можно понять. Ты — щитовик. Диверсионник, — тыкнул он в Макенси. — РЭБ, — ткнул в ПАО.

— Это чего это за раб? — обиделся я за Хло.

— Радиоэлектронная борьба, жаргон, — отмахнулся Сцевола.

— А, ну тогда — да, — признал я.

— И пара ударных штурмовиков, — потыкал он в Кастора и Фафнира.

— Ну в общем — прав ты. И есть девушки. Супруги мои, — уточнил я, на всякий.

— Все⁈

— Почти.

— Соболезную, — парадоксально выдал центурион.

— ДУРАЧЬЕ!

Хотя, может, в жизни опыт неприятный, ещё чего. Типа там принуждение к браку семьёй, а ему, ну я там не знаю, овечки нравятся. И не только жареные, вот и сочувствует. А не дурачьё, как кажется на первый взгляд, что Эмик тут же и озвучил.

— Сам дурак, Инвиктус. Тебе не понять, — с довольно трагичной физиономией ответил центурион.

Вот точно — овечки или ещё какие нестандартные персонажи, решил я и забил — мне как-то до половых потребностей Сцеволы дела не было.

Но в целом — расклад понятен. Генератору безальтернативный кирдык, начальство «прикрывает жопу», как изысканно высказался центурион, выдавая приказ «захватить». Который выполнять он не должен, ну и мы, как вольнонаёмные служащие Империи, тоже не должны. Мы, собственно, в любой момент до начала операции вообще отказаться можем. Имеем такое право, в Законах Империи написано, я проверял.

— А если захватим? — полуспросил-полуначал прикидывать я.

— Вообще — неплохо будет, — признал глава абордажников. — Но ребят класть ради железяк я не буду. И как ты дюжину Инвиктусов положишь и лайнер не разнесёшь — не представляю.

— Я, пока, тоже, — честно ответил я. — Будем думать. Лайнер-то стандартный?

— Да, типовой межзвёздник космиков, — жаргонно обозвал он корабль. — Ладно, дукс, я пойду ребят проведаю, инструктаж проведу. Ты — надумаешь что толковое, чтоб мы не полегли — стучи в сеть, — после чего передал сетевой контакт и утопал.

Правда, напоследок даже не столько уточнил, сколько риторически поинтересовался:

— Сколько же тебе платят? — явно имея в виду, что я на «невозможное» замахиваюсь.

— Вот кстати, да, — после ухода центуриона прогудел Эмик. — Это дурачьё правильно спросил: зачем нам с этим лайнером, полным гадких пиратов, возиться?

— Скорее как тренировка, — пояснил я. — Подумать-прикинуть. Может, и осуществить получится, как правильно центурион заметил, «чтоб мы все не полегли». Ну а нет — так нет.

— Ладно, тогда я не против, — посвятил окружающих в этот немаловажный факт Бронзовый.

Стали выстраивать схемы, думать-прикидывать. В общем-то, и без Инвиктусов ситуация с лайнером была не самая радужная — контрабордажные системы и средние лазерные платформы у пиратов. Ну мы, положим, пробьёмся, куда надо — но Инвиктусы. Причём данных по ним нет, ни тип, ни вид. Просто Инвиктусы, да и то, центурион даже в пересылаемых данных пометку сделал «вероятно».

Ну да ладно, а всё-таки — что сделать можно? Ну, положим, собрать вокруг себя, как ударного кулака, противника можно. В центре грузопассажирской зоны, где у лайнеров «парк отдыха» для пассажиров первого класса. Скажем так, там — ничего жизненно важного кораблю мы не разнесём, да и вражины не должны. Но вот туда, почти в центр лайнера, надо пробраться, да ещё так, чтобы Инвиктусы не скопились. На вопрос о телепортаторе, заданный для очистки совести, мы получили чёткий «нет». Что и по размерам курьера было понятно, но мало ли…

Причём лайнер — не боевой корабль. Что нам даже хуже: переборки такие же, как и у боевого, а вот размеры коридоров и всякого такого — хуже.

— Так, а если мы просто захватим причальный ангар, ну и будем выбивать прибывающих? — развернула схему Хло.

— Не вытянем, — помотал головой я. — Смотри, у них точек ведения огня не меньше двух десятков. И средние платформы…

Эмик в личном канале поворчал, но умеренно: и так понятно, что не вытянем. Нам в «статичной обороне» сидеть нельзя, вражины подтянут резервы( и не очень резервы) быстрее, чем мы их будем выбивать. Просадят нам щиты слаженным залпом и… ну дальше понятно. То есть, действия у нас возможны только с обороной, после проникновения, но обороной динамической. А это — вообще мотыляние на обшивке, без углубления в нутро лайнера, если по «стандартным схемам».

— Только эти схемы для дурачья, — подытожил я.

— Да! — экспертно подтвердил Эмик.

— Если у Лансеров не совсем идиоты, то они просто за нами гоняться не станут. А станут уничтожать абордажников Сцеволы. И выходит или и вправду «лихой налёт и побольше шума» — и лайнер разносим. Или… — задумался я, выстраивая Путь.

— Внутрикорабельный телепортатор? — поинтересовался Эмик, почувствовав мои мысли в синергии. — А он потянет? — усомнился я.

— Должен. Межзвёздники Космонавигации доставляют технику, дорогущую, большую, да и военную. И явно её не демонтируют. А теперь смотри, — потыкал я схему.

— Грузовой отсек для ценных грузов, — прогудел Эмик. — И тяжёлая платформа там поместится…

— Но не въедет и не уедет, своим ходом, — подытожил я.

— Да, пожалуй, потянет, — признал Бронзовый аргумент. — А перехват контроля… Вили и Вё⁈

— Не уверен, — признался я. — И помощь Хло и Мари… надо уточнять.

— Ну и уточняй, неуверенный Гален, — с чувствующимся азартом озвучил Бронзовый. — То-то это дурачьё удивится! — запредвкушал он, искренне, но несколько преждевременно.

Впрочем, осуществимость плана подтвердили и близнецы, и центурион.

— Не знаю, что у тебя там за ломщики, по-моему — это вообще невозможно, имперская кодировка…

— Возможно, — не стал углубляться в детали я. — Дукс Империи — не за красивые глаза титул, — в общем-то не покривил душой я.

— Допустим. И ты хочешь в этом лесу стянуть Инвиктусы и платформы к себе.

— Хочу. И если есть бомбы или мины — ну, не совсем лютые — было бы неплохо нам их передать.

— От лайнера останется…

— Двигатель, реактор, корпус, рубка и вычислители. А остальное — хренотень.

— Ну, в общем-то, да, — задумчиво признал Сцевола. — Их мы как раз и будем захватывать.

То есть, выходил такой расклад — мы вбуриваемся в корпус лайнера (где — не принципиально, но ближе к двигателям, просто по расстояниям быстрее. И троица… ну, четвёрка, но троица: Хло, близнецы и Мари, у них на подхвате «вламываются» в коммуникационную, а потом и командную сеть лайнера. После четверти часа прикидок и мозголомных схем они выдали временное окно «до четверти часа» на контроль за внутрикорабельным телепортером. Правда тут уже вопросы: ни центурион, ни триерарх-капитан курьера технических характеристик внутрикорабельного телепортера… не знали.

— Не приходилось сталкиваться, — почти оправдывался триерарх. — Гражданское оборудование.

— Да, и вообще не учитывается при проникновении и захвате, — вторил капитану Сцевола.

В общем, выходило — внутрикорабельный телепортер есть. Инвиктус он точно внутри корабля телепортирует. А вот прочие детали — непонятны. Какое-то время ему нужно после перемещения «отдохнуть», ну по логике и всему так выходит. А вот сколько, и сколько он за раз зараз переместить может (ну, для вражин мы те ещё заразы выйдем, неизлечимые) — непонятно. Но на месте разберёмся.

— В худшем случае — бомбу в реакторный отсек и уходим, — подытожил я диалог о неопределённости в стиле «а если».

— В таком случае я с ребятами и не нужен.

— Если разносить — на кой хрен ты там сдался, центурион? — пробасил Бронзовый. — Только под ногами мешаться.

— А вот если проникнем в центр лайнера, да ещё пошумим… — не договорил я.

— Да, эти уроды рванут к вам как ужаленные, со всего корабля. Проникновение, атака в центре корабля. А мы — рубка, реактор, вычислительные залы, — прикидывал он. — Ты там не поляжешь, дукс? — уточнил он, не особо взволнованно, но всё же проявляя некоторую заботу.

— Не дождётесь, — белоярски под смешки ответил я. — Бомбы давайте! — прервал я уже не особо осмысленный диалог.

— И побольше, побольше, — дополнил Бронзовый.

В общем, загрузили нам в отсек несколько ракетных боеголовок, класса «корабль-земля». Для работы по поверхности планеты, точечными ударами, вполне то, что нужно — не слишком сильно повредит лайнер, но средним платформам — кирдык. И Инвиктусам, в замкнутом помещении — ой как мало не покажется. Ну, если они не мы, конечно.

— Я — лучший и величайший Инвиктус Империи, — наставительно дополнил бронзовый зазнайка. — А ты — вечнозабывчивый Гален!

— Я о твоих достоинствах почти не забываю.

— Почти! — фыркнул Эмик.

В общем, подготовились, оборудовались. Согласно тактической схеме, выходил наш курьер почти вплотную с лайнером — километр, максимум два. В пустоте вообще не расстояния. Запускал генератор, сигал в гипер. И выходил уже в пустой системе рядом с лайнером. Ну это и оговаривалось, дальше мы отработаем, а курьер отходит, до поры: его Инвиктусы вполне разнести смогут. То есть мы к нему рванём, понятно, но задача под вопросом, но как бы мы ни «рванули» — повреждения будут, на пустом месте.

Так что закладывает он эллиптическую петлю, подходя к лайнеру через четверть часа, сбрасывая абордажные челноки, ну и опять отлетает. Это — теория. Если мы не даём «добро», то подходит курьер нас забирать, потому что бомбы в реакторе рваться будут. Ну и всякое возможно.

— Триерарх, трансляцию на ангарный отсек с датчиков судна дадите? — полууточнил-полупопросил я.

В ответ послышался хмык, но трансляцию дал. И даже не знаю, зря или не зря. Потому что через полминуты мы с трудом удерживались «на ногах» в трясущемся ангаре. А какой мат стоял… Матерились даже Инвиктусы, даже Вили с Вё что-то повышенной нецензурности пискнули! И ведь не осудишь, потому что по-другому в текущей ситуации и не скажешь!

9. По следам Террафортиса

Причина всеобщей и неостановимой ругани, помимо тряски ангара, была весомой. И началась ругань не с нашей компании, а с триерарха, выдавшего длящийся и длящийся пустотный прогиб. Или космический загиб — точно не уверен. Подхватили этот загиб все, присутствующие во внутренней сети курьера, поскольку были подключены к внешним датчикам. И дело было вот в чём:

Курьер вышел меньше, чем в километре от лайнера, что, вроде бы, и хорошо. И сам лайнер бултыхался на отдельной звёздной орбите, что совсем замечательно. Вот только подлые пираты самым наглым и трудоголическим образом его переделывали. Нет бы алкоголь пьянствовали и дисциплину хулиганили, как всем уважающим себя пиратам и положено! Но эти вредительски-трудоголические пираты (или люди Лансеров — тоже не исключено, хотя всё равно сволочные пираты) мастерили турели на обшивке лайнера. Пространство было если и не забито, то кишело дронами (или строительными пилотируемыми модулями, понять толком мы не смогли).

Ну и гладкий на электронных схемах и в голове план пошёл по звезде — ну САМОЕ мягкое определение происходящего. Итак, курьер выпускает генератор гиперпрокола в лайнер в тот же миг, как и выходит из гипера. И эта дорогущая фигулина, с треском, грохотом, бессмысленно и беспощадно влетает в строительно ремонтный модуль (или дрона). Дрону (или модулю) — крышка. Генератору, как понятно, тоже. Вдобавок этот злодейский пиратский объект прёт через пустоту какую-то лютых размеров фигню для монтажа, хрен знает, какую, потому что после соударения генератора и несуна фигулина радостно (и гадостно!) влетает в курьер. И хорошо ещё с ослабленной соударением и срывом с креплений скоростью, а то бы не было бы совсем. Ну, в смысле, курьеру, а нам совсем — в перспективе. Хотя и сейчас она ни хрена рисовалась не оптимистичная: курьер вращает и трясёт, пусотный прогиб триерарха прямой информации не даёт, но косвенные вроде «да чтоб вам этот гиперпривод в жопу с подвывертом…» ну, поместило, в общем, с особым цинизмом и жестокостью. Так вот, косвенные данные пустотного прогиба указывают, что у нашего судёнышка проблемы. А с учётом расположенной в системе пиратской станции и нескольких межзвёздников — БОЛЬШИЕ проблемы.

Да и без этих кораблей, которым до нас не меньше получаса, а то и весь час добираться (всё же готовый к полёту корабль и «припаркованный» на звёздной орбите — две большие разницы по времени), у нас проблемы. Эти трудоголичные, чтоб им Департаменту Охраны Труда Империи попасться (после жестокой кары за пиратство, само собой), уголовники успели разместить на обшивке лайнера не одну и не две турели. Точечной и не очень точечной обороны, да и ещё подключить их к злостному вычислителю наведения. И, на данный момент, наш курьер, помимо немилосердной тряски и вращения, ещё и под непрерывным огнём!

И всё это, чтоб его, меньше, чем за минуту! Вот просто хоть эталонный, хоть в словарь помещай, пример Белоярской поговорки: «Собирались — веселились. Посчитали — так нам и надо…»

Нам, конечно, ни фига так не надо, но выходит именно так. И ситуация, как ни прискорбно, от нашего образцового знания матерных конструкций (и триерарх тут, безусловно, лидирует) ничуть не улучшается. Собственно, Эмик это почувствовал в синергии, ну в смысле — намерение, так-то он и без того всё понимал. И рявкнул в сеть, динамиком и вообще:

— Хорош материться, дурачьё! Этак и сдохнем, матерясь!!! Дело надо делать!

И — помогло. Не мгновенно, но народ материться перестал и стал думать. Триерарх, матерясь уже конструктивно, скинул в сеть данные по состоянию курьера и… Ну я не продолжил ругаться, а стал думать, в чём был молодцом. Бронзовый, правда, ёмким и бронзовым словом охарактеризовал ситуацию.

Дело в том, что нам к чертям пиратским разнесло гиперпривод — генератор, создающий условия в гравипространстве. Его внутренние технические характеристики не знал никто, кроме вулканистов. То есть, эта зловредная деталина после столкновения подавала в командную сетку ехидное «а я сломалась, а вы сношайтесь как хотите!» То есть, возможно, там контакт надо поправить, пнуть в место особо чинительно-ремонтное, и всё заработает. Но это хитрое место знали только вулканисты, хотя…

— Вулканистов на борту нет? — уточнил я в чате.

—…… и…! Нет этих……… вулканистов! И… не… в… гравиприводе чтоб… — деловито ответил триерарх.

И это выходит… неважно. То есть, в гиперпростраство мы не уйдём, вот никак. Перед нами — лайнер, забитый пиратами. В получасе-часе лёта — пиратов в несколько раз больше. Это мы не вытянем, ну вот никак, так же, как и не уйдём в гипер…

— Я транслирую по этой… системе этим… пиратам, что у нас… операция Имперских Сил. И что до них нам… нет. Но этот… надолго не поможет, — сообщил капитан.

Так, в принципе — логично. Сцевола говорил, что именно «открытых пиратов» в системе не так много. Больше «на грани и за гранью». И если мы, например, захватываем лайнер, являя своё несомненное Величие…

— Да!

…и прочие бронзовые качества — то они могут и не полезть. Почти наверняка не полезут. Но если мы начнём убегать… Хрена с два убежим. Курьер быстрый, но лазеры, термические метатели и прочее подобное — быстрее. У пиратов гарантированно есть штурмовики или их аналоги. И, наконец, у нас не только гравипривод повреждён, судя по скинутой схеме. То есть ещё и тащиться будем не на полной скорости. Ну а то что погонятся — это точно. Это у людей свойство такое: бегут — догоняй, чтобы убегающему не обидно было. Я знаю, я проверял.

То есть, у нас сейчас ситуация такова: в худшем случае есть полчаса, за которые нам надо захватить лайнер. Но это в совсем худшем, так-то около часа есть, возможно — больше. При этом, убегать на край системы курьеру нельзя категорически — триерарх уже растранслировал «идём на лайнер», и перемещение не к нему будет интерпретировано как то самое «убегать». Претензий к триерарху, в общем, никаких — он и так в критической ситуации не только матерился, но предпринимал действия, не самые глупые. Можно было ГОРАЗДО глупее.

Но у нас расклад, в котором курьер мы просто теряем. Бежать — нельзя, значит, нужно оставаться в пределах действия уже поставленных на лайнер турелей, имитируя бурную деятельность. А по сути — бессмысленно разносясь ими, у нас грузовой курьер, даже не крейсер…

— Атаковать, — задумчиво прогудел Эмик личной связью, благо наше «личное время» в ИР мы взвинтили чуть ли не на порядки относительно нормального.

— Чем? — уточнил я. — Несколько турелей той же точечной обороны. Это ещё учти, Эмик, что на лайнере УЖЕ могут быть штурмовики.

— Дурацкая ситуация выходит, Гален! Курьеру нельзя улетать, потому что за ним погонятся, а дурачья тут слишком много, и нам просто негде будет его хоронить!

— Так.

— И атаковать нечем.

— Так.

— А когда его эти пиратские турели разнесут — пираты атаковать не будут⁈

— Хм-м-м, да ты прав, — признал я.

— Только мне, почему-то, от моей правоты не легче! — возмущённо гудел Эмик. — Хорош страдать фигнёй, пилот! Ищи путь из этой пиратской задницы!

— Ищу я, ищу…

И стал искать. И нашёл, хотя такого дурацкого безумия… А с другой стороны — мы в ситуации, когда, кроме безумия, ничего не поможет.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался Эмик почувствовав «нахождение». — Гален — ты на всю голову ударенный и неизлечимый псих! — торжественно заявил он. — И я тоже, — вдруг признал он. — Потому что мне это…НРАВИТСЯ! МВУ-ХА-ХА-ХА!!! Я КАК ПРЕДСТАВЛЮ ТУПЫЕ МОРДЫ ЭТОГО ДУРАЧЬЯ — НЕ МОГУ УДЕРЖАТЬСЯ!!! Но я — Велик, так что совершу невозможное и удержусь, — вдруг совершенно спокойно закончил он. — Давай считать твой безумный план, — развернул он схемы и вычислительные поля.

Стали считать. Выходило — реально, несмотря на действительно абсолютное безумие плана. Но иначе — не выходило. Или рискуем, а риск в просчитанных пределах выходил приемлемый, или гробимся вообще все и с гарантией. Живым в руки пиратов лучше не попадать никому.

Так что закончили мы расчёты и скинули схемы в боевой чат. И — притихли и мат, и предложения в стиле «а если мы…»

— Гален, это…

— Надо, Хло, — ответил я быстрее всех понявшей Веснушке.

— У воина нет цели, есть только Путь… — начала бормотать, как молитву, Мари.

— Путь к повержению всяческого дурачья и истинному Величию, — подхватил Бронзовый.

Кажется, в культурной традиции Учид было несколько по-другому. Но было у них как-то совсем по дурацки, так что как у Эмика — очень даже ничего.

Кудряшка просто прислала короткий текст — ну, видно и женское коварство, и Ульверовский подход. Но я её на слове поймаю и предложением НЕПРЕМЕННО воспользуюсь. А то даже в костях удовольствия такого не было, а интересно.

Ну а близнецы — «приняли к сведенью». Они как раз, насколько я понимаю, были если и не в ступоре, то в СИЛЬНОЙ растерянности. Ну, мелкие и оказались в ситуации, когда от их действия и бездействия не зависит ничего. Ну и растерялись, что понимаемо. Но справятся и в нужный момент своё дело сделают, я уверен.

— Дукс, ты……… псих, ты в курсе? — вдруг поинтересовался триерарх, ознакомившись с предложенной схемой.

— Просто «психа» было достаточно, — скромно уточнил я. — У тебя есть предложения получше, триерарх?

— Ни…… — последовал ответ. — Мои благодарности за самопожертво…

— Хрена с два я вам сдохну! — отрезал я.

— Дурачьё! — уместно дополнил Эмик.

— Мои готовятся, Сцевола — готовь своих.

— Готовлю, — потерянно ответил центурион. — И ты и вправду псих, Безмолвный дукс.

— Ваше мнение очень важно для нас, — голосом заправской чиновницы самого забюрокраченного Департамента из голо ответил я этим типам. — Открывайте шлюз, что ли.

— А подготовка?

— Всегда готовы! НЕ ОТСТУПАТЬ И НЕ СДАВАТЬСЯ!!! — проревел Эмик.

— Кроме случаев, когда нужно отступить, — разумно уточнил я личной связью.

— Да! — признал Бронзовый.

Но в текущей ситуации было не можно. И альтернатив нашему деянию, в случае успеха сопоставимого с подвигом маркграфа Террафортиса — нет. Правда есть смутная надежда, что если мы таки гробанёмся — мои статуя и голо не будут со столь растерянно-удивлённым видом…

— Не ной! Если мы гробанёмся — нам будет всё равно, — отметил Эмик, чем поднял настроение.

А мы сняли всё оружие, кроме Кистеня, и потопали в открывающийся шлюз. Вылетели на ионнике из всё ещё вращающегося курьера, подождали оборота и прилипли к его заострённому носу — чистый эстетизм, который в нашем случае может оказаться практицизмом.

Дело всё в том, что нам надо было уберечь курьер от обстрела — он как бы не очень приспособлен его держать, на минуточку. При этом — нам, Инвиктусам и абордажникам Сцеволы, нужно оказаться на лайнере и его захватить. В общем — понятные вводные, но. Убегать курьер не может, а оставаясь на месте — взорвется. И спрятать его от обстрела, да ещё и показать «доблестную атаку сил Империи» можно… тараня лайнер.

Вот только данный таран приведёт к тому, что курьер бесславно расплющится о толстенную обшивку. Лайнеры Космонавигации делали на совесть, да ещё и статичное полевое укрепление брони от постоянно работающих генераторов.

В общем: нужно, но не осуществимо. Однако есть мы с Эмиком. Полевая защита всем хороша, кроме одного уязвимого места: структурной целостности энергетической решётки, дублирующей и укрепляющей кристаллическую. Каждое повреждение — постоянный перерасчёт, потеря структурной прочности. И, например, мы с Эмиком — это делаем. Очень быстро и эффективно, потому что именно на такое действие и учились. А вот вычислители лайнера — нет. Не «не смогут» — просто не успеют, нет у них возможностей ИЛ Инвиктуса, подпёртого дополнительным мощнейшим вычислителем. Ну и я не рядом стоять буду, тоже фактор, хоть и не слишком значительный. Значительный — то что я придумал, и это я молодец…

— Псих! — хохотнул Эмик.

… В общем, курьер таранит своим острым носом обшивку лайнера. Тем самым местом, где закрепились мы с Эмиком. Мы держим Кистень, сильнейшее из возможных поле конусом, ну и будем деструктурировать полевое укрепление обшивки лайнера. Это было бы глупостью и самоубийством — но расчёты выходили такими, что именно мы — броню пройдём.

А вот дальше — интересно выходит. Курьер, конечно — не броненосец какой, но вполне прочная скорлупка. Со своим полевым укреплением брони, слабеньким, но. В момент, когда он вклинится острым носом в пробитую дыру — укрепления там уже не будет. Нутро курьера, конечно, тряханёт неслабо, но гравикомпенсаторы и всё такое. Обшивке тоже настанет если не кирдык, то близко к тому: пустотным корытом курьер после такого тарана быть перестанет, максимум — пустотным дуршлагом. Но, при всём при этом, войдёт в недра Лайнера на полтора, а то и два своих корпуса.

А дальше — осуществление нашего плана, правда, с корректировками «по месту». Перехватывать контроль внутреннего телепортатора лайнера всё равно надо, но при этом — «окапываться», что с помощью корабельных турелей точечной обороны… если они вообще уцелеют… Ну надо, в общем, окапываться. И перехватывать управление телепортером, а в идеале — вообще взять под контроль Лайнер. Хотя этого, в обозримые сроки, даже близнецы не потянут. Но посмотрим.

Курьер, тем временем, врубил маневровые двигатели, прекращая вращение. А в боевом чате шли беглые прикидки — а куда нам, собственно, таранить-то? Схема лайнера известна, но надо им поближе к командным коммуникациям быть. И чтоб вражины к нам радостно и по ковровой дорожке не прибежали (хотя, насчёт радости — это я точно погорячился: что бы и как бы не было, пиратам будет ТОЧНО не до радости). В общем — много факторов, мало времени…

— Желаю таранить сюда! — важно прогудел Эмик, скидывая схему в чат.

— А почему сюда?

— Потому что Энеус Эквис желает сюда, — понятно ответил я.

— Да! — подтвердил Бронзовый.

Времени объяснять особо не было, но мы подобрали оптимальное место чтобы… Драпануть от курьера после пробития брони. Ну, чтоб место было, а то если несколько десятков переборок… Ну звиздец нам, как бы, почти наверняка. А в месте, которое указал Эмик — есть пара сотен метров коридора, по которому мы на ионниках ускользнём от траектории крушащего броню курьера — на носу мы ему будем уже не нужны, а жить, почему-то, хочется.

В общем, курьер нацелился, врубил двигатели. А мы сформировали поле, вытянули клинок.

— Ты хороший Инвиктус, Эмик. Возможно — и вправду Величайший. Зазнайский…

— Не ной и не отравляй момент моего истинного Величия, дурацкий Гален! Хрен ты мне сдохнешь, сам обещал, — напомнил Бронзовый. — И я — орать, — деловито признался он. — В смысле, просвещать Вселенную о своём Величии, — зазнайски поправился он.

И заорал, по мере приближения брони лайнера к нам:

— ПОЗНАЙ ВЕЛИЧИЕ И МОЩЬ ЭНЕУСА ЭКВИСА, ЖАЛКИЙ И НИЧТОЖНЫЙ КОРАБЛЬ С ДУРАЦКОЙ БРОНЁЙ!!!

А потом нам стало не до криков: Кистень вонзился барионной плоскостью в броню, и у нас с Эмиком буквально закипели вычислители и мозги — нужно было не только пробивать, но и нанести достаточное повреждение структуре полевого укрепления брони. И — справлялись, хотя я просто чувствовал, как перегреваются вычислители — и Эмика, и дополнительный.

Сам я, на удивление, не «перегревался», хотя думал изо всех сил — но тут, видно, Эмик обо мне позаботился…

— Естественно, дурачьё! — буркнул Бронзовый. — Тебе и так достанется… Сейчас!!! — рявкнул он, врубая ионник.

Потому что на нас попали лучи от внутреннего освещения лайнера, а не искры и свечение раскалённого и разрушаемого металла брони.

Пинок ионника вышел знатный, как и приземление — пока меня стукало и мотало, в голове билась мысль. Что если пираты перестроили внутреннюю структуру лайнера — мне точно кирдык. А они могли, паразиты трудоголические! Но — повезло, хотя шмякнуло от души.

— Что-то мне как-то не помирается, — с удивлением констатировал я сквозь несфокусированную пелену перед глазами.

— Потому что дурачьё, даже помереть нормально не можешь, — заржал Эмик.

Ну… такая себе шуточка, но ржали мы над ней, как безумные — видно, напряжение сказалось. А над нами был нос курьера с ободранной бронёй, уходящий в развороченную стену в конце коридора. Ну и выходило, что наш безумный план сработал!

10. Искусствоведческий диспут

Времени долго веселиться у нас не было, хотя настроение было на подъёме. Я даже не сломался совсем сильно и во многих местах — только умеренно и в некоторых, с чем медблок Инвиктуса прекрасно справится. Но вражины ждать не будут, да и в сердце начала подниматься тревога за своих. Из боевого чата во время прохождения обшивки мы «выпали» — там реально было не до того. Ну и сейчас с Эмиком включались — что непросто: шифрование и всякое такое.

Но подключились, а я вздохнул с облегчением: девчонки и близницы живы-целы, как и их Инвиктусы.

— Контейнер мой цел⁈ — с искренним беспокойством поинтересовался Эмик.

— Хай, Энеус Эквис-доно, — ответил Макенси.

— Это хорошо, — довольно расслабился Бронзовый. — И хорош уже причитать, дурацкий триерарх! — возмутился он. — Командуй давай, дурачьё! А то последуешь за своей разлюбезной Мартиной, а я тебя даже не пну при этом, — уточнил он.

Дело в том, что триерарх оглашал чат чернейшей и нецензурнейшей руганью, сплошным потоком. При этом умудрялся это сделать так, что этот пустотный прогиб звучал действительно жалобно и вполне заслуживал определения «причитания». Как капитан умудрялся это сделать — загадка. Талант, наверное. Но умудрялся, создавая в чате этакие матерно-плачущий фон.

Нытьё это было связано с многочисленными и неустранимыми силами экипажа повреждениями курьера. Хоть как называется узнали, хотя и не сказать, чтобы особо важная информация. Мата меньше не стало, но он стал несколько более конструктивным. А мы с Эмиком связывались с Инвикутусами и пилотами в тактическую сеть и начинали судорожно думать, а что нам дальше делать?

Потому как изначальный план — оттянуть вражин в центр лайнера накрылся. Более того, лайнер нам уже НЕЛЬЗЯ разносить и самим — это у нас единственный шанс свалить из пиратской системы. Прочие «шансы» больше на насмешку похожи. И к месту пробоя подтянутся все вражины. И даже если мы всеми Инвикутсами начнём хулиганить и громыхать в том же парке лайнера — чёрта с два мы всех или даже большинство врагов на себя притянем. Они с начала в любом случае будут разносить Мартину, чего нельзя допустить. И не из-за матерно-ноющих талантов триерарха. Нам просто нужен экипаж на лайнер, навигаторы-механики и всё такое. Хотя бы для контроля пиратских специалистов.

В общем, выходила примерно понимаемая, но на практике не продуманная ситуация. И что нам практически делать — надо срочно понять. Что делать экипажу курьера и абордажникам — и так понятно. Абордажники, кстати, уже вываливались из всяких дыр Мартины, естественных (которые люки) и не очень (которые пробоины). Все в экзоскелетах, с тяжёлым вооружением, ну и укреплялись по мере сил.

При этом — и близнецы, и Веснушка из нашего совещания выпадали: им надо было чем быстрее, тем лучше начать контролировать всё на лайнере, что поддается контролю. Так что совещание вышло из Арви с Кастором, Мари с Макенси, да и нас с Эмиком. И как-то не очень оно выходило сначала. Всё, что приходило нам в голову — «стоять насмерть». Насмерть врагов — это даже правильно, но может быть и наоборот. Но что-то никаких хитрых Путей не находилось. Пока Мари задумчиво не произнесла:

— А если Энеус-сан применит полевое укрепление?

— И так применю, пилот Макенси Мари, — фыркнул Бронзовый. — Но на весь курьер эмиттеров не хватит, а дюжина Инвиктусов в противниках…

— А то и больше.

— Вот, правильно памятливый Гален говорит. Что-то укреплю, но толку от этого немного.

— Энеус-сан, я про то, чтобы создать баррикады.

— А девчонка умную вещь говорит, — личной связью озвучил Эмик.

— Угу, — согласился я. — Это мы, по сути, создадим бункер. Но надо, чтобы он был не неприступный.

— Чтоб в обход не полезли, — согласился Эмик. — А то перебьют нам полезных пилотов и механиков!

— Причём в этом бункере сидеть…

— Нужно только нам. Ну вот, и не повергнешь дурачьё, — пригорюнился Эмик.

— Знаешь, после того, что мы сделали…

— Знаю! Всё равно обидно!

— А ты думаешь, они внутрь пробиться не будут пытаться?

— Будут, — повеселел Бронзовый. — Дурачьё вечно пытается посягнуть на Величие. И им и повергается. И ещё пинками, — дополнил он.

— Хло, бункер, — сообщил я. — А Инвиктусы надо будет забрасывать и выдёргивать в тыл врагам телепортом, если получится.

— Поняла. Учтём. Работаю, — рублено ответила Хло.

А у нас началась возня, точнее — резня. Барионниками по переборкам лайнера, вырезая пластины металла и составляя из них какое-то подобие бункера. Причём в процессе Мари пришлось чуть ли не криками заставлять готовиться к диверсионной деятельности в тылу врагов. И Макенси — тоже. Дело в том, что они вот просто наотрез отказались оставлять нас с Эмиком одних, потому что «не хранящий даймё — не хранит честь».

Вообще, причина, по которой они «упёрлись ногами» — понятна. Традиции и принятая роль телохранителей-оруженосцев. И тут мы совершаем этот эпичный таран. Это, конечно, круто и всё такое. Но мы, с точки зрения и Макенси и Мари, «шли на смерть», а они — ничего не могли сделать. И вот сейчас они «реабилитируются» в собственных глазах, причём в синергии поддерживают взаимную «решимость не отходить от даймё».

— Мари, Арви одна не справится… — пытался донести я несостоятельность модели "рейд по вражеским тылам в один штурмовой Инвиктус.

Потому что мы — бронзово сидим в бункере. Пао и Фафнир — безальтернативно не участвуют в бою, да и вообще не покинули трюм Мартины. Они чертовски заняты и только-только «добрались до управляющих контуров телепортатора (как бегло текстом сбросила в боевой чат Хло). То есть — в бою они участия не примут вообще, реально не до того, занятые более важным делом — взятие под контроль техники лайнера, ну и сбор информации, само собой. Вот и выходит, что диверсионные рейды в тьыл охреневшим вражинам, бьющимся о наш… ну пусть будет 'бункер» нужно мотаться телепортером Мари и Арви, а то совсем неинтересно.

— Справлюсь! — проявила характер Арвинг.

— Глупая кудрявый пилот Кастора! — припечатал Кудряшку Эмик. — И не тупи, Макенси! Я вот только перестал считать тебя дурачьём!

— Почтенный Энеус-доно…

— И не обзывайся, Инвиктус!

— МОЛЧАТЬ! — рявкнул я в командный чат.

Аж от Хло вопрос последовал, на тему «а что случилось?» Ну а я бегло ответил, что тут всякие несознательные девицы с несознательными Инвиктусами дисциплину хулиганят, вот и привожу их в чувство. Ну и Эмик личным каналом соизволил меня похвалить. Мол, ничего так вышло.

— Поясняю кратко и по делу. В бункере мы с Бронзовым — самые защищённые Инвиктус с пилотом в системе. А может, и в галактике.

— Да! И Величайшие!

— При этом, увеличение размеров бункера, чтобы туда поместилась ты с Макенси, Мари, не увеличит, а намного снижает защищённость.

— Эмиттеры перегреются, — уточнил Бронзовый.

— И так у меня сомнения, что этот абстракционизм… — польстил я шалашу из бронепластин.

— Скорее — сюрреализм, — тоном опытного и бронзового искусствоведа поправил Эмик.

— Пусть — сюрреализм, — согласился я, потому что в сортах всякого этого искусства не очень разбирался. — Так вот, что он и с полевым укреплением долго продержится. Так что если хочешь нас «защитить» — бей с Арви врагов. И не подставляйся!

— ХАЙ!!! — рявкнули Мари с Макенси в один голос.

В общем — сделали мы этот «сюрреалистичный» шалаш, по сути — перекрывающий подступы к Мартине. Удивлённо поматерившийся триерарх направил экипаж переориентировать всё уцелевшее корабельное оружие на затянутую пробкой дырку в обшивке. Она выходила единственным уязвимым местом — подходы мы «расчистили», формируя бункер. А стены основного коридора были очень толстыми — рядом проходил энерговод к реактору, и никто их ковырять не будет. Ну а если найдётся такие особо ковыряльные Инвиктусы — их Хло заметит и нас предупредит. Кстати, десяток корабельных техников, присланных к нам со всякими инструментами типа станковых сварочников — очень помогли. Так, что сюрреализм по отношению к нашему бункеру стал не только эмиковым, но и моим мнением — всё же от абстракционизма, после сварки, мы довольно далеко ушли.

Да и абордажники оказались небесполезны, а наоборот. Дело в том, что вот они укрепились и всё такое… А враги мимо нас и бункера не пройдут. Ну, в крайнем случае, нас облетят и попробуют напасть по пробитому каналу, но там их корабельные турели встретят, места для манёвра нет. Да и какую-то взрывчатую гадость, направленного типа, ехидно и злобно матерящийся триерарх там приготовил. Ну, в общем, вроде бы — нахрен не нужны абордажники, в бою против Инвиктусов толку от них немного, захватывать всякие важные места — смысла никакого, пока мы Инвиктусы не поломаем. Да и Хло с близнецами в сетке лайнера бодро шуршат. А на кой захватывать, положим, орудийную рубку, если там сидят грустные пираты, клацают по нерабочим кнопочкам и даже выйти из-за перекрытых удалённо дверей не могут?

Но, оказалось, что эти замечательные люди прекрасно могут таскать патронные короба и вообще — выполнять, пусть ограниченно, функции ремонтно-технических дроидов. Учитывая то, что торчать нам в бункере со Жнецом — очень даже полезные люди.

— Хорошие, полезные абордажники, — ободрял Эмик.

— О горе мне, позор на мои седые муди, — страдал Сцевола. — Во что превратился элитный отряд Призраков Императора?!!

— В подавальщиков важного боезапаса самому Великому Мне, — любезно ответил Бронзовый.

Сцеволины стенания прекратились. Вот только из места, где он ориентировочно пребывал, раздались громкие и ритмичные стуки. Ну, делом, наверное, каким-то занялся, а не стенаниями.

В общем, мы подготовились. Причём потратили на всё про всё меньше десяти минут — ОЧЕНЬ оперативно и мы молодцы (Да!), но при этом еле успели: к моменту, когда мы с Эмиком заняли бункер и взяли Жнеца наизготовку, в проходе в наш технический коридор показалась башка Инвиктуса. И ракета от него в нас полетела, бесславно шмякнувшись о бункер — это Макенси, пока у них «не началось» пережёг ракетную начинку и всякие взрыватели.

Ну а мы выпустили в район входа короткую очередь Жнецом и даже попали. Во что — хрен знает, но попали точно. И я вышел на личный канал с Хло:

— Телепортер, уже нужен. А перед этим — схема положения противников.

— Телепортер под контролем, Гален, — затараторила Веснушка. — Погоди минуточку тут…

— Хло, вы заняты важным и нужным делом. Но если нас сейчас перебьют…

— Поняла. Смотрите…

И скинула нам данные от датчиков. Близнецы всё так же продолжили копошиться, а у нас выходила такая картина. Инвиктусов у вражин оказалось не дюжина, а тринадцать. При этом два из них стояли рядом с мостиком, ну и никуда не двигались. Очевидно, прикрывая всякое пиратское начальство. Рядом со входом к нам копошилась троица Инвиктусов — два штурмовика и один разведчик-ракетчик, типа Макенси, но побольше и всего с одной ракетной направляющей. Он свой мордас в дыру и высунул, а теперь, согласно сенсорам, страдал кривой шеей — очевидно, один или два снаряда из очереди Жнеца прошли щиты, врезались в голову и свернули направляющие, то есть шею. Это Инвиктусу не «смертельно», как понятно — и пилот, и всё важное в корпусе. Но вот сенсоры этого разведчика накрылись, пусть и не все, но основные точно. И теперь он «разведчик» исключительно в кавычках.

Ну и двигали вражины с разных частей корабля к нам, что и понятно. А вот для Мари с Арви уже появилась цель — пара Инвиктусов топала по кораблю, в гордом одиночестве, в нашем направлении. И вот тут мозги перегрелись у меня: по входу постреливай-отслеживай и создавай схему телепортации боя. Хорошо сами девчонки подключились и спасли мои мозги от всякого нехорошего. Ну, составили, в общем, подготовились.

— Поехали! — грозно пискнула Хло и пара Инвиктусов с воздушным хлопком исчезла.

Вот странно — когда меня телепортером, тягали перепадов давления не было. Или в грузовой модификации — просто не компенсируют из экономии?

— Не отвлекайся, глупый Гален! — рявкнул Эмик.

— А я и не отвлекаюсь, — вклинился я в управление.

И чертовски удачно вклинился! Слегка сместил ствол, и проскальзывающий мимо входа штурмовик, с электромагнитными разгонниками, получил попадание в ногу. Так-то он по нам «в пробеге» стрелял, но вреда нам причинить не мог. И, очевидно, оценив жнеческие возможности Жнеца, разместил свой щит в передней полусфере. Ну а выстрел по его ходилке попал, сместил центр тяжести, закрутил… Ну, в общем, хана штурмовику: попал в «фокус» очереди Жнеца, просадившего ему щит и откинувшего рассыпающийся Инвиктус вдаль.

— И ТАК БУДЕТ С КАЖДЫМ ПРИДУРКОМ, СУНУВШИМСЯ В КОРИДОР, ГДЕ Я, ЭНЕУС ЭКВИС, ИЗВОЛЮ ПРЕДАВАТЬСЯ ОТДОХНОВЕНИЮ!!! — рявкнул вслед улетающим запчастям Инвиктуса Эмик. — СДАВАЙТЕСЬ, ДУРАЧЬЁ!!!

— Х… тебе!!! — раздалось из-за угла входа.

— А он мне не нужен. У моего пилота и так Величайший в Империи! — выдал Бронзовый, пока я героически не ржал и не бился головой об что-нибудь.

Хотя в ИР не особо побьёшься, конечно. А вражины подтягивались — и ломались, разносимые Жнецом. Рёв «Нерасторопный Сцевола, тащи ещё патроны!!!» был уже не только по делу, но и чтоб выманить вражин — они на этот вопль очень хорошо выманивались. Я знаю, я проверял.

Ну и Арви с Мари действовали вполне эффективно. В общем, через двадцать минут у прохода к нам, усеянного телами пиратов, техникой и остатками Инвиктусов, оставалось две вражеские машины. Из семи, дотопавших до нас. Четыре девчонки успешно извели «на подходе», причём, судя по боевому чату — без повреждений. Вражины, согласно сенсорам, разделились. Один Инвиктус, с термическими метателями, стоял за углом коридора, а кривошеий разведчик — пополз поверху, видно, собираясь таки проковыривать потолок барионником. Ну, почти побед…

— Опасность! — вдруг затараторила Хло, кидая тактические схемы.

И выходило… ну опасно, она права. Два Инвиктуса-«телохранителя» бодро двигали в компании пяти средних орудийных платформ в направлении реактора лайнера. И вот есть у меня подозрение, что не прогуливались от нехрен делать. Скорее всего хотят или подло самоубится вместе с нами. Или ещё более подло попробовать нас шантажировать подрывом реактора, сволочи такие!

— Арви, Мари — к реактору! Окопайтесь, а мы разберёмся с этими двумя — и к вам! — быстро рявкнул я.

— Да! — важно подтвердил Эмик.

Макенси и Кастор исчезли в телепортации, а мы приготовились закончить с боем тут. И Эмик хотел закончить бой ОЧЕНЬ пафосно. Но опасности не было, времени это займёт не особо много, так что почему бы и нет? Так что когда кривошеий наверху стал ковырять пол барионником, а штурмовик, поливающий всё термическими зарядами, вылез из-за угла — штурмовика встретила длинная очередь Жнеца. Продержался он недолго, разваливаясь и улетая, но в этот момент кривошеий «прорубился» и полетел с барионником на нас. И… замер.

— Погоди немного, — важно прогудел Эмик.

Не поднимая руку, только слегка её повернув, он активировал Голову Медузы на Инвиктус, замерший в стазисе. Не совсем весь, но воздух, обшивка… В общем — двигаться кривошеий не мог, «замерев в воздухе», над нами.

Достреляли в штурмовика боезапас, пафосно поменяли короб, подняли орудие на разведчика. И молча разнёсли его в клочья.

— Говорить ещё с ним, — проводил он разлетающиеся обломки напутственным бронзовым словом.

— Ходу, Хло! — рявкнул я, потому что враги потихоньку приближались к реактору.

— Сейчас! — ответила Веснушка, и через секунду мы стояли в зале перед створами корабельного реактора.

11. Консульская благодарность

Зала была заполнена всяческим оборудованием контроля и управления реактором. Кастор укрывался за этой машинерией, стоя чуть сбоку от входа и держа его под прицелом. А Макенси пристроился сбоку от ворот, с барионником наготове: когда и если войдёт враг, он тут же получит клинком по подставившейся части. В общем, девчонки хорошо стояли, грамотно.

Вот только одно ма-а-аленкое «но»: Кудряшка прикрывалась оборудованием, которое на очень желательно сохранить. Ну и Мари прикрывала вход, скорее всего — прибьёт кого-нибудь входящего. И останемся мы на лайнере с нерабочим реактором, посреди пиратской системы.

— Вот и рявкни на них, дурацкий Гален! — выдал Эмик личным каналом. — Достало меня за тебя отдуваться!

— Ну так и не отдувайся. А рявкать на них нет смысла…

— Дурачьё!

—…нет смысла сейчас, — неподурачимо отметил я. — Как подчинённые они делают всё правильно: выполняют указание. Рассказывать им сейчас о том, что привычные модели и схемы неприменимы в текущей ситуации — просто несвоевременно. После боя поговорю.

— Хм, — прогудел Эмик. — Ладно, уговорил. Только чтоб точно поговорил!

— Слушаю и повинуюсь…

— Да!

—…Зануднейший Инвиктус Галактической Империи.

Эмик от удивления издал звук, больше подходящий жабу на болоте, а не Инвиктусу. Большому, бронзовому, но всё равно жабу.

А вот развития наш увлекательный диалог не получил: нужно было создавать новую формацию. С учётом наличия нашего присутствия и с учётом того, что разносить оборудование реактора нахрен не стоит. Ни вражинам, ни, самое главное, нам. Потому что последнее — совсем по-дурацки выйдет.

Причём у нас была некоторая проблема: если Макенси вполне может спрятаться (ну, как бы, диверсант для того и сделан: экранирование, маскировка и всё такое), мы с Эмиком — подобрать соответствующее поле. Не столь эффективно маскирующее, как изначальное экранирование разведывательно-диверсионного Инвиктуса, но всё же. То с Кастором проблема: ну вот не замаскируешь его никак. Можно отвлечь Хло (чего делать категорически не стоит) и оказаться замаскированными… с датчиками, выдающими противоречивые данные из предреакторной залы. Ну, в смысле, сейчас враги просто не могут снять информацию от датчиков по всему кораблю — Хло блокирует. А если она будет тут и займётся маскировкой, то мало того, что замедлит перехват управления лайнером своим отсутствием, так ещё и вражины нас пусть и не увидят, но наверняка узнают, что в реакторной зале — противник.

И вроде и мелочь, ну два Инвиктуса против троих, а то и четверых. Вот только они непонятно зачем сюда топают. И если не для шантажа, а именно разнесения лайнера нахрен — то они сходу начнут стрелять по оборудованию. А стены за нашей спиной — лютые и толстые и всё такое, за ними реактор. А вот перед нами — чуть ли не из фольги. Это для того, чтобы в случае аварийной работы реактора его можно было «сбросить» — выкатится по направляющим к ангару и ухнет в пустоту, там взорвётся.

В общем, надо было менять не просто формацию, а место встречи с врагами, подальше от предреакторной зоны. А времени — ни хрена, так что вместо всяких рассуждений и всякого такого я просто стал отдавать приказы.

— Покидаем реакторную Я — в начало коридора. Хло!

— Заня… сделаю, — ответила Веснушка, получив пометки куда телепортировать девчонок. — Сейчас?

— Чуть позже, отдам команду. Вы поняли и готовы?

— Даймё, а почему я…

— Потому что платформы и малые технические коммуникации. Враг не должен попасть в реакторную, а у них малые и средние платформы и бойцы в экзокостюмах, — пояснил я.

Дело в том, что согласно моей схеме, мы с Эмиком встречаем врагов за сотню метров до реакторного отсека, в середине коридора. Ну они ворота открывают, и огребают из жнеца и всё такое. Ну и вообще мы с Эмиком пойдём на сближение: снайпер и штурмовик — неприятно, но вполне терпимо, несмотря на потери сгоревших к чертям эмиттеров (а сгорели, подлые, чуть ли не треть, но с этим сделать по-другому — не выходило). В это время Арви и Кастор высовываются из-за поворота коридора в тылах вражин и открывает огонь. Инвиктусам хана, наверняка. Вообще, если подумать, Эмик именно абордажник вышел, вдруг понял я. Несмотря на Жнеца — мы в пустоте простому, но умелому штормовику вполне можем продуть…

— Дурачьё!

— Вот если будем дурачьём — то можем. Я про саму возможность.

— Дурацкая возможность, о которой думает только дурачьё!

Но вот в условиях ограниченных площадей, когда от веера снарядов Жнеца хрен увернёшься (а вообще — Инвиктус на ионнике на такое вполне способен, если умел и удачлив), уникальный щит и роторная пушка — практически непобедимое сочетание.

А в коридоре выйдет так: Инвиктусам противников конец, но остаются средние и малые платформы, ну и просто бойцы в экзокостюмах. А коридор ни черта не монолитный, испещрен техническими лазами и всяким таким. То есть «мелочь» — разбегается по щелям, и чёрта с два мы с Арви с этим что сделаем. Могла бы Мари с противопехотной ракетой, но её мало того, что нет сейчас, так я даже не уверен, что есть в запасах Макенси: ну как-то мы больше на бой с Инвиктусами заточены, и боезапас соотвествующий.

Ну а из технических коридоров «мелочь» вполне может ломануться к реакторной зале, и вот задача Мари — их перехватить, пробиваясь сквозь тонкие переборки, что ей труда не составит. Так что Арвинг осталась на месте, а мы с Макенси потопали из залы. Эмик даже любезно подсадил Макенси до бокового технического лаза — высота коридора была слишком большой для маленького Инвиктуса, но недостаточной для свободного использования ионника.

И, в общем, никаких неожиданностей и гадостей не приключилось. На нас с Эмиком вынесло стреляющие Инвиктусы, ну мы и снесли их за ворота залпом Жнеца. А Кастор «поднял на копьё» этих пиратов — пара выстрелов из разгонников на противоходе и без возможности развернуться. Ну и мелочь в виде платформ и бойцов перебили — сдаваться они не пожелали, причём так, что чуть не вывели нас с Бронзовым из строя, без единого выстрела. Потому что вопль: «Лансеры не сдаются! Отвага и Честь!!!» в ответ на «сдавайтесь, гнусные пираты»… Ну очень сложно было не побиться головой, хотя бы об собственную ладонь. «Честь» у них, блин, у хитрожопых бандитов.

Самое забавное, что после перебивания приперевшихся к реакторной Лансеров (а пиратов среди них толком и не было) воевать стало не с кем. Не вообще, но на мостике обнаружились перебитые тела с характерными следами недобровольности перебивания. Тела, нужно отметить, с явными признаками пиратства: нормальный человек себе на лбу татуировку «Воруй-Убивай» делать не будет. Я проверял.

Но при этом, воевать может было толком и не с кем, но лайнер выходил просто лишённым контроля. И с парой тысяч пиратов, понатыканных на нём. Впрочем, тут Инвиктусы были не то что лишними, но и вредными: мы бы, охотясь за верещащими гадости пиратами, разнесли бы нахрен лайнер. И ЭТО мы с Эмиком тоже проверили, кхм. Хорошо что вовремя остановились, и вообще — очень уж противно, визгливо и вообще ругался на нас убегающий пират!

А работа настала для экипажа курьера и абордажников. И — близнецов, на удивление. То есть лайнер-то они под контроль взяли практически весь и полностью. Но, например, часть оборудования на мостике было нахрен разнесено в процессе прощальной междуусобицы. И триерарху, навигатору и всяким там прочим водителям кораблей выходило необходимым заменять раздолбанное оборудование и перебитые коммуникации. Вулканистов нет, мы было напряглись… Но близнецы на два голоса пропищали:

— Справимся.

— Справимся-справимся. Путь эти человеки рулят лайнером, а мы конвертируем и передадим команды.

— Э-э-э… — немножечко офигел я. — А вы ведь можете и сами лайнером рулить, получается?

— Можем. Не можем, — на два голоса ответили мелкие, а после паузы Вё пояснила: — Мы можем, но для этого надо разбираться в навигационном гиперпространстве.

— А мы не разбираемся. Не успели, — шмыгнул носом Вили.

Чуть от собственной бездарности опять не захотелось головой побиться: «не успели»! Это в шесть, блин лет… Ну да ладно, перед охреневающими, несмотря на знание близнецов, нами и охреневающими без оговорок флотскими Вили и Вё заменили «собой» нефункциональное оборудование.

А абордажники со специалистами с курьера отлавливали технически подкованных пиратов и подключали их к делу. Не подключаемых, судя по выстрелам со всего корабля, выключали совсем. Ну и хрен с ними — сами себе злобные пираты.

Связисты тем временем наладили трансляцию на систему Имперского сообщения, в котором до пиратской общественности доводилось, что лайнер захвачен силами Империи. И если они не хотят захватываться в обозримом будущем — пусть сидят тихо, на собственных языках в соответствующем месте. Засунули или нет — непонятно, но всё время, пока лайнер набирал скорости для выхода в гипер — молчал эфир. Ну и корабли не рыпались, само собой.

А триерарх взял курс на Вирде Грамен, причём после выхода в гипер близнецы были уже не нужны. Что они откомментировали хором:

— Устали. Мы — спать.

И уснули. А мы, стоя рядом с Мартиной, подумали, да и тоже заснули в Инвиктусах — устали все чертовски, да и перенервничали.

А проснулись уже в Вирде Грамен. Триерарху Мартины было, очевидно, капитально пофиг на ресурс лайнера — что и понятно. И проснулись не от чего-то там типа вызова или что-то такое. А от эталонного, образцового Бронзового Шума. Его бронзоватость изволила, пользуясь ретрансляторами лайнера, посылать в жопу и прочие затейливые места Консула, главнокомандующего субсекторальным флотом. Причём орать в сети никто не стал, а прислушались к бодрому бронзовому громыханию и жалким и вялым пискам Консула. И выходила такая картина:

Этот сволочной Консул мало того, что послал нас с курьером с невыполнимым заданием: ну нереально было именно «захватить» лайнер, по всем возможным нормативам Флота и Легиона нашими силами. Так ещё после выполнения нами героического захвата нудно и мелочно обосрал: триерарха, за пролюбленный курьер. Сцеволу, за что-то там — хрен знает, за что, правда, но нашёл. И попробовал пообсирать нас, для начала «потребовав наёмный отряд на доклад, для прояснения ситуации». Брозовый, до поры указавший Инвиктусам молчать и не вмешиваться, видимо, не без удовольствия слушал, как песочат и устраивают головомойку капитану и абордажнику. Оченно он всякие вот такие вещи любил и уважал. Но вот когда дурацкому Консулу пришло в голову высказать «подать мне пилотов Инвиктусов на доклад!» Бронзовый радостно набросился на этого адмирала. Ну, в плане сам Эмику под орало подвернулся — сам и виноват.

—…флотоводческое дурачьё! — радостно гудел Эмик, причём на удивление негромко в сети — явно старался нас не будить. — Пилотов ему, недоумку. Дукс — изволит спать. Его компания — тоже. Так что иди в жопу. Или лети сюда сам, а я тебя пну, — радушно предложил он.

— Тррррибунал! — визжал не оценивший предложения Консул. — А тебя, наглая машина, даже не обнулят, а направят на переплавку!

— Он, Эмик, не просто дурачьё, — оценил я последний пассаж Консула. — Он у нас самоуправец и бунтовщик, — с этими словами я начал участвовать в беседе.

— Дукс, вас точно ждёт трибунал! Угомоните своё чудовище и явитесь на допрос…

— Уважаемый Консул, идите нахер, пожалуйста, — попросил я. — Я — дукс, а не ваш подчинённый. Переданый Его Августейшей Волей даже не в ваше распоряжение — а для решения конкретной задачи. Вы для меня — никто. Если не объявлена война и мобилизация, — уточнил я. — Не объявлена же? — уточнил я, на всякий случай.

А то трибунал, не трибунал, но ежели военное положение — на пару часов дисциплинарного карцера я наговорил. Ну и Эмик, немножко. Суммарно на недельку где-то выйдет. Но злостное сопение Консула в сети без слов — чётко указывало, что «нет». А то уже радостно меня бы в карцер конопатил, точно.

И сопит, а нам что делать — непонятно. Вообще, с таким Консулом, ситуация с нашим полётом над Супербией становится понятна — этому сволочному Консулу, именно ему не понравилось, что проблему геллиота не флотские решили. Ну и сволочился, соответственно. Но у нас, похоже, назревает проблема: мы на лайнере, чешущем к станции-штабу флота. И если сделать нам этот Консул ничего не сможет — так он нам, например, ничего и не сделает! Ну, в смысле, мне Его Августейшество в записулине говорил, что поможешь в Грамен — дуй на Терру. А вот возьмёт Консул, и не будет содействовать! Вполне может, учитывая его сволочное нутро… Да и некомпетентностью попахивает, прямо скажем. Надо будет как до Терры доберёмся — Императору на этого Консула наябедничать. Не злобы и вредности ради, а во благо Империи для!

Но как до Терры…

— Не проснулся что ли, тупящий спросонья Гален? У нас, ИЛ, в принципе что-то типа сна тоже бывает. Архивирование и чистка данных в период неактивности, ну и вообще — приводим в порядок логические и ассоциативные цепочки. Так как очнёшься — тоже первое время тупишь. Даже сам Я — хотя и меньше остальных, — разоткровенничался Бронзовый личным каналом.

— А ты, когда я в ложементе сплю — в синергии? — заинтересованно уточнил я.

— Естественно.

— И чего…

— Редкостный бред, дичь и глупость. Но это, как я прочитал, свойственно вычислителям из жира и воды. Так что в общем — и нормально. Эти ваши «сновидения» описывались — так они даже Самого Меня пугают! А у тебя бред, конечно. Но не такой.

— Ясненько. А туплю я… дай-ка подумать…

— Думай, — щедро разрешил Бронзовый.

— Хм, ну вообще — да, пофиг на этого консула. Вызовем транспортник из Роттерна, если он начнёт сволочиться. И спокойно долетим до Терры.

— Точно так, Ваше Августейшество, — очень ехидно озвучил Эмик.

— Издеваешься?

— Да!

— Ну и фиг с тобой, — потянулся я. — Ждём, значит, стыковки, а там разберёмся.

Но «разобраться» нам пришлось несколько раньше. Сопение Консула уже давно затихло, лайнер уже ложился на звёздную орбиту неподалёку от базы флота, как вдруг в сети раздался рявк. По тональности — почти бронзовый, но в целом — не дотягивал. Жестяной такой, дребезжащий.

— Дукс империалис Безмолвный!!!

— Да, слушаю, Консул, не знаю, как вас там.

— Я —…

— Ты, чтоб представиться, сеть засоряешь своим дурацким присутствием? — полюбопытствовал Бронзовый.

В ответ сопение было просто замечательным — гадюка подколодная, белоярская, в сезон спаривания, да ещё когда ей на хвост наступить — шипит примерно так же. Я, кхм, проверял, хотя не самое приятное воспоминание. Но долго сопеть Консул не стал.

— Готовьтесь со своей компанией к транспортировке на скоростной курьер!!! — рявкнул Консул так, как посылают очень далеко. — От Канцелярии Его Августейшего Величества последовало распоряжение о вашей незамедлительной доставке на Терру! И о вашем возмутительном, попирающем…

— Доложите, да-да, я понял. Чем транспортировка-то?

— ГРУЗОВЫМ ПУСТОТНЫМ ЧЕЛНОКОМ, БОЛВАН!

— Я так и подумал. И сам болван, растыкался тут, — проворчал я.

— И некомпетентное дурачьё! — припечатал Консула Эмик.

Попращались с тихо охреневающими от творящегося триерархом и Сцеволой, да и стали грузиться в челнок. А уже через четверть часа мы были в курьере, причём меня вид этого курьера с одной стороны — порадовал: явный крейсер Флота. со всякими там орудийными башнями и всем таким. От типичного военного корабля его отличал модифицированный блок двигателей и явно большая энерговооружённость, что в общем для курьера и понятно.

А вот с другой стороны — возмутил: мы тут на боевое задание летели на гражданской скорлупке! Ну иначе Мартину и не назовёшь — так, от пары штурмовиков-ракет отбится, не больше. А тут, на Вирде Грамен торчал, значит, полноценный боевой корабль с весьма основательными боевыми характеристиками! Точно наябедничаю Его Августейшеству, окончательно решил я.

— Да! — согласился со мной Бронзовый.

12. Ультимативная Угроза

До Терры добрались в беседах и тренировках, хотя я бы, конечно, не против бы того и этого… Природа моя, наевгениченная, своего требует. Но не при Инвиктусах же, да и близнецы… Которые всё знают и вообще — но мы стесняемся. Довольно забавно у нас получилось в плане «стороны смущения», реверсированно, можно сказать.

Ну и строили предположения, не без этого. Ну в смысле, куда ухнули Имперские силы в таком количестве? И ведь, если учесть наставника Теодора, начали ухать пару лет назад. И продолжают ухать и копошиться, в огромных количествах, чёрт знает где. И при этом — тишина везде, ну то есть последствия ослабления контингентов всяческих есть. Мы, собственно, только что решали проблему, возникшую из-за этого ослабления. И в чём загадка: за два года никаких, даже самых завиральных, теорий про некий конфликт. Это при том, что всякие фантазии и прочая болтовня есть даже о том, что Император — гриб. Глупость полнейшая, я знаю. Я — проверял.

А такая тишина, при учёте, сколько вооружёных сил стянуто только с нашего субсектора — ну вот совсем непонятна. Как бы Департамент Благого Знания не цензурил данные со страшной силой — существуют чёткие зависимости, «объём вовлеченных» и всякое такое. То есть, положим, флотские и легионные молчат, но это и по присяге, да и инструменты «внутренние» сохранения секретности есть. Вот только при таком количестве вооружённых сил «площадь операции» выходит как раз размера Субсектора, ну может, чуть меньше. И вот воюют эти ухающие воины, а гражданские молчат, миллиардами гражданских физиономий. Тут даже мысли о тотальной резне в голову приходят, но они такие, дурацкие. Не будет Империя этим заниматься — с таким уровнем безумия легионы и корабли просто бы взбунтовались. Ну, скорее всего, так.

— Ладно, хватит обсуждать всякую фигню, — отрезал я, когда грибная природа Его Августейшего Величества всплыла и в нашем обсуждении. — Скоро сами узнаем, что и как. По крайней мере, судя по всему, так выходит. Не думаю, что Император рассматривает нас как этакую «аварийную команду», затыкающую дыры из-за отсутствия войск.

— А, кстати, почему не думаешь? — заинтересовался Эмик. — И ответ, что дурачьё, потому и не думаешь — меня не устроит, неостроумный Гален!

— Я и не собирался, — честно соврал я. — А не думаю — потому что послание Императора было… — задумался я на секунду, формулируя, — про существующую проблему. Не срочное что-то там — срочной была ситуация с лайнером, которую он нам и поручил попутно решить. А к Терре мы летим из-за относительно давней и серьёзной проблемы.

— Очень похоже, что ты прав, Гален, — затараторила Веснушка. — Но всё-таки, что это может…

— Всё, хорош! — на правах себя в семье прервал Хло я. — Давайте потренируемся в ИР, вместо мыслеблудия всяческого.

— Во-во, делом займитесь. Раз уж смазку на Ульвеюле забыли, — с бронзовой тактичностью брякнул Эмик.

В общем занялись тренировками, моделями всякого разного, причём мелкие явно прогрессировали.

— Так это, хер дюк, то же самое, что и в голоиграх с частичным и полным погружением, — ответил на мой интерес Вили.

— Не то же самое, — уточнила Вё.

— Но близко!

— Близко.

— Так что мы не просто играем…

— Но и кубки выигрываете, — наконец-то остроумно пошутил я, раз уж вредный Эмик пользуется синергией чтоб меня затыкать.

— Да, выигрываем, — надулись мелкие в один голос. — Но и ради тренировки и работы с тактическими ситуациями.

— А вы вообще как думаете, вы будете лучше обычного пилота, или такими же? — заинтересованно уточнил я, потому что интересно, что они сами думают.

— Сложно.

— Сложно-сложно!

— Хуже не будем точно, в плане реакции и решений в бою.

— Но лучше можем и не быть — у нас «синергии с ИЛ» произойти не может, — уточнила Вё.

— А почему?

— А мы в неё не входим, мы знаем что это, а нас — двое, — уточнил Вили.

— И что?

— А то, хер дюк, что у нас личностные границы и так размыты, — важно пискнула Вё. — А если мы объединимся в ИР с Инвиктусом и нашим общим неосознанным — можем совсем…

— Сойти с ума? — уточнил я, вклинившись в паузу.

— Или стать одной личностью, — дополнил Вили. — Хотя это, наверное, одно и то же. Но мы пока не хотим.

— Не хотим-не хотим! По отдельности, но вместе — интереснее!

Любопытно у них выходит, не позавидуешь мелким… Хотя и жалеть их глупо. В общем, такие, какие есть. И интересно, что из них, таких, как есть, вырастет, со временем.

В общем, долетели мы до Терры, и в отличие от первого моего визита — никаких проволочек и сволочизмов. Правда, пришлось назваться князем Безмолвным — чисто бюрократический, как по мне, момент. Впрочем, Империя — государство сословное, так что принадлежность к соответствующему сословию даёт соответствующие преимущества (и наоборот, потому что «государство», а не «банда»). Так что через четверть часа после появления нашего курьера на орбите… а вот чёрт знает: то ли совсем мелкая планетка, то ли совсем крупный планетоид. Хло сообщила, что это «Плутон», специальный звёздный объект, существующий для того, чтобы в домежзвёздные времена астрономам Терры было из-за чего бить друг друга лица и дёргать за бороды. На тему: планета-не планета.

Ну и фиг с ним, с Плутоном. Через четверть часа после моего: «князь Безмолвный я, кто ж ещё?» — приправленным соответствующими кодами из Императорской записулины, к нашему курьеру подлетел грузовой внутрисистемник. А через час он уже сгружал нас на поляну перед дворцом-орбитоскрёбом.

Встречала нас знакомая физиономия — пфальцграф, как-его там, который намоченный и пистолетом в мордас поверженный. Который за честь Императрицы и моей Катьки заступался, меня стриптиз практически заставив исполнить и елдой перед дамами помахивать, хех. Причём этот пфальцграф был явный придворный — не кривлялся, всем своим видом выражал радость от нашего появления, даже физиономию опистолетченную не потирал.

— Князь Безмолвный, вам и вашему… вашим…

— Компании, — не стал я дальше слушать запинания.

—…компании, предоставлены соответствующие апартаменты. У вас сутки на отдых, а через сутки Его Августейшее Величество желает видеть вас.

Ну вот даже не ожидал от Его Августейшей Бесцеремонности такого такта. Так-то нам отдохнуть и не только — ОЧЕНЬ не помешает. А то фиг знает, куда Его Августейшая воля нас зафигачит.

И отдохнули, и не только. А в полдень следующего дня в дверь апартаментов стучала пятёрка преторианцев. Молча составили вокруг меня свою «телепортационную звезду» и призвали меня в преддверье тронного… измерения. Хотя и называли его «залой».

Ну и потопал я по лестнице в небеса к Его Августейшеству. И дотопал до беседки, где Его Величество изволило угощаться чаем из здоровенного белоярского самовара, да ещё и с плюшками, между прочим!

— Привет, Гален, — приветливо помахал он мне надкусанной плюшкой, поймал мой голодный взгляд (ну как-то не до перекусов было), усмехнулся. — Присоединяйся, — широким жестом предложил он.

И, небось, думал что я откажусь из трепета там перед всяким Августейшеством. Или искренне пригласил — и такое может быть. Ну и я не отказался — от чая с плюшками только дурачьё откажется!

Полчасика мы сюпали чайком с вареньем и лопали плюшки (и не стыдно мне, девчонки тоже чем-то перекусили, точно!). И, кстати, несмотря на частичную… ну не ирреальность, но «странномерность» этого пространства-полу ИР, вполне сеьбе вкусные и питательные плюхи были. Но всё хорошее (как и плохое, к счастью) имеет свой конец. Имели и плюшки и закончились. Император сыто отдувался, посмотрел на меня, усмехнулся. А потом — нахмурился, но с улыбкой в уголке рта вопросил. Не спросил, а именно «вопросил».

— Гален, ты, вроде как, отказался от права называться членом Императорского Рода, — выдал Его Августейшество.

— Точно так, Ваше Вашество! — немного офигел я. — А то что в Солнечной системе — так это…

— То что тут — это понятно, — отмахнулась Его Хлебосольность. — Вас бы Стражи Терры без упоминания княжьего достоинства и моего приказа с месяц на допросах мариновали бы.

— Ну вообще-то — в чём то и верно. Как по мне, Ваше Величество.

— Правильно «по тебе». В чём-то, — с усмешкой побарабанил пальцами по столу Император. — Я про то, что мне приходит доклад от адмирала Субсектора. Который тебе мое поручение передал. Кстати, то что ты выполнил — молодец, но… — с этими словами Его Начитанность сформировала из искр и воздуха бумаженцию, извлекла из недр себя очки, и высоким, хорошо поставленным голосом зачитала.

А зачитал Император некую «челобитную», чуть ли не дословно, от противного консула. На «прав попрание, возраста и звание поругание, субординации и дисциплины порушение от зловредного и пренаглого дукса империалис Безмолвного». И это, вот упасть не встать, ДОСЛОВНО! Как я от ржача удержался — только этикетка и знает. Ну и от битья лбом об стол беседки удержался, что вообще подвиг.

— И что скажешь в своё оправдание? — грозно, но с предательски подрагивающей губой, вопросила Его Декламаторность.

— Хорошо пишет, — с каменной мордой на лице покивал я. — Ему бы в классическом Имперском Театре монологи писать. Зрители ходить не будут, но зато историческая достоверность будет соблюдена.

Его Грозность на меня похмурился, поизображал гнев и захрюкал. Императорски, конечно, как самый что ни наесть Императорский Кабанище.

— Смешно, — озвучил он, прохрюкавшись. — А по делу есть что сказать? — уже без вида «Грозный Повелитель Галактики» поинтересовался он. — Всё же судя по ряду моментов в общении с Консулом ты вёл себя слишком…

— Вежливо⁈ — окрысился я. — Простите, Ваше Величество, но позвольте вам сообщить МОЮ точку зрения. И факты.

— Позволяю, докладывай. Я об этом и спрашивал, кстати.

Ну и стал я на Его Беспристрастность вываливать данные. От совершенно неисполнимого никакими нормативами приказа.

— Но вы — справились, — вглядывался в голоэкран перед глазами Император, явно сверяясь с докладами.

— Сотня абордажников с центурионом. Пять Инвиктусов. Против нас — контрабордажная система лайнера, причём переделанная, а не ухудшенная пиратами. Тринадцать Инвикутсов Лансеров. Четыре сотни малых и средних орудийных платформ. И приказ — «захватить лайнер», — ядовито отметил я.

— Мда-а-а, — аж приподнял бровь Император. — О всех силах отправленных на захват мне не сообщалось. Центурия абордажников? — на что я покивал. — Так, ладно. Это всё?

— Ни фига, Ваше Величество. Курьер, доставивший нас до Терры — переделанный, хорошо вооружёный боевой крейсер. А мы на боевую операцию летели на скорлупке без толковых щитов и брони, с пятком турелей точечной обороны на весь корабль! — ябедничал, как и планировал я.

— А сюда вы прилетели на служебном транспорте самого Консула, — хмуро отметил Император. — Да-а-а… менять этого старикашку к чёртовой бабушке надо, но не вовремя, — пожевал он губами. — Ладно, оправдан, — сообщил он мне.

— А был «обвинён»? — не без возмущения уточнил я.

— А как же! — ликовало Его Злодейство. — «…прав попрание, возраста и звание поругание, субординации и дисциплины порушение…» — явно по памяти процитировал он.

Хотя, если учесть его… ну бытие, в полу искуственной реальности, «прочитал» и «по памяти» — разница не велика.

— К дьяволу этого консула, позже разберёмся. А то, что ты выполнил задание в таких условиях — это ты молоде-е-ец.

— Не я один, Ваше Величество, — скромничал я.

— А вы все молодцы-ы-ы-ы, — проятнул он, встряхнулся и продолжил серьёзно. — А теперь — слушай, Гален.

И выдал меня такое, что у меня волосы зашевелились. Не сказать, чтобы сильно, но на всём теле и зашевелились.

Итак, уже два года в Рукаве Лебедя, в пределах сферы в из полутысячи звёзд и сорока обитаемых Миров происходит… нападение на Империю. Причём — погаными ксеносами! Какими-то вообще непонятными, гадкими, чисто биологическими организмами. Которые, вдобавок, умудряются успешно бороться с техникой и нередко побеждать. И, казалось бы, Ультимативная Угроза Империи, всеобщее военное положение и всё такое… если бы не ряд «но».

Первое «Но», объясняющее, как ксеносскую погань вообще занесло если не в самый центр галактики, то близко к тому. А именно — они не «прилетели». Они… появлялись, причём только и исключительно в гиперпространстве. То есть, нападали на межзвёздники и лайнеры Космонавигации в гиперпространстве, где, мягко говоря, нападений и всякого такого даже теоретически быть не могло. Но поганые ксеносы об этом «не могло» не знали и хамски нападали и вообще.

Второе «но» — о этих поганых ксеносах, точнее локализации их нападения Империя узнала заранее. И тут выходил довольно… ну такой, неоднозначный момент. Геллиоты узнали, просчитали, почувствовали… В общем — хрен знает что и как, но узнали о этой ксенопакости. И приперевшийся на Вирде Грамен геллиот-идиот-убийца… был один из посслаников от этих трасхомо к Империи, причём посланников было несколько и все в системы с оружием, способных геллитов изнечтожить. Ну… нет, я правильно поступил и герой. Но как-то к этим энергетам я после рассказа Его Величества стал получше относится, не без причины.

Третье «но» — как раз геллиоты, пииты и вулканисты устроили этакий «барьер», привязанный к материальным точкам. Почему к материальным, как нападающие из гипера противные ксеносы оказались локализованы в определённой области — Его Скрытность не посчитал нужным сообщить. Но барьер был и сфера в пять сотен звёзд как раз и была «локализацией» нападений этих тварюк.

В общем — Угроза выходила Ультимативной. Но нужды в Военном Положении Император пока не видел, по крайней мере пока твари локализованы.

Вот только в этой области Империя потеряла уже четыре обитаемых Мира. Сначала — потеряла население. А потом Военный Космофлот при поддержке союзных трансхомо серилизовывал эти планеты до планетарной коры. Потому что выходил такой расклад: твари нападали в гипере, не на каждый, кстати говоря, корабль. Какая-то часть отбивалась и пожёванный (часто в прямом смысле слова) межзвёздник вываливался из гипера в точке назначения. Часть — явно разносились нахрен, ну или сами подрывались, потому что из гипера не выходили. Но вот четыре межзвёздника оказались захвачены. И вынесли в нормальное пространство… хрен знает что ксносов. И это хрен знает что уничтожило системную оборону и превращало обитаемые миры в какую-то… биологически активную погань непонятного типа, вида и всё такое. Не биосфера, а буйство ксенноской погани. Причём разносить их стали после того, как через месяц после захвата Мира ну и карантина с его поверхности стали стартовать… живые корабли. Вооружённые живыми пушками, стреляющими и известными типами излучений и всего такого. И не то, что неизвестными, а даже считающимися невозможными не только Империей но и пиитами. Двух геллитов эти «невозможные» пушки небрежно извели, не говоря о трёх свердредноутах планетарного подавления.

Но с ними спрпавились, а захваченные Миры — стерилизовали, потому что они оказались и фабриками поганого ксеносья. Которое, очевидно, само по себе из гипера выйти не могло, а вот на наших межзвёздниках — только в путь. А это — та самая Ультимативная Угроза, потому что использование гиперпространства — основа Империи. И жизнь человечества в галактике.

— Что-то мы можем придумать, как обходной путь, но это паллиатив. В общем, на данный момент на каждом обитаемом Мире — гарнизоны. В гипер уходят военные корабли вооружённые и набитые абордажниками, техникой, Инвиктусами. Наносим этому… потому что даже «эти» их не назовёшь, урон. И стараемся добыть образцы биотехнологий ксеносов.

— А еще не добыли? — офигел я.

— Представь себе — нет. Сложности, — поморщился Император. — Да, кстати, Гален. У тебя к этим тварям свои счёты.

— Не понял, — не понял я.

— Феб погиб от их… от них, — сообщил мне Его Августейшество.

13. Лебединый путь

И пырится на меня своими Императорскими Гляделками после такого заявления. И молчит, Его Зловредность… Ну ладно, а если подумать: Феб, папахен мой, предпринимал с Галеном Ульвером и всякими подмазавшимися пиитами экспедицию в соседнюю Галактику. Ну, точнее, попытку такой экспедиции. И там помер, предварительно заделав меня на станции в Белой — это-то как раз понятно, самый удалённый в Галактике обитаемый Мир, от центра этой Галактики. Ну а что ближайший галактический сосед от нас «не по прямой», так «прямая» — кратчайшее расстояние только на бумаге, да и там не всегда.

И, выходит, покинув пределы нашей Галактики, экспедиция наткнулась на этих биотварей, отбилась, но с жертвами всех нужных и ценных. Выжили только пииты, которые вот лично мне — не очень и нужны. Ну не все и вообще, а те, которые с папахеном экспедицию путешествовали. А вот дальше — вопросы, тьмуща их: если биотвари почти восемнадцать лет хищно реют на периферии обитаемой Галактики — почему только сейчас объявились в ней? Какого хрена объявились локализовано? Нет, ну что сейчас пииты и прочие геллиоты и даже имперские учёные ночей не спят и не выпускают… совершенно непонятно как и всё такое, кстати. Ну в общем ограничили появление ксеносов гипермаршрутами в одном месте. То почему эти твари, раз уж они такие злостные и вообще — не рвутся в Галактику «с края»? Нет, не рвутся — и замечательно, но почему не делают? Совсем тупые?

— А шут их знает, тупые или нет, — переложил ответственность Его Скользкость на мой прямой ответ. — Но предположительно так…

После чего рассказал, что ксеносы эти считаются у всяких мудрил, научного и не очень толка, не обитателями Галактики или соседних Вселенных там. А жителями параллельного пространства иной мерности. Ну не четырёхмерные, а там пяти-шести. Или четырёх, но «не так». В общем, мудрилы — мудрилы и есть, я ни хрена не понял. А судя по внушительной, но явно зачитывающей «по памяти» физиономии Его Августейшества — ни хрена не понял и он.

Но вот в прикладном плане теории были, и очень такие, правдоподобные. Итак, биотвари не имеют нормальной коммуникации с нашей Вселенной.

— Точнее, с теми условиями нашей Вселенной, в которых мы обитаем, — озвучила Его Научность.

— Понимаемо, Ваше Величество, — кивнул я.

— Точно понимаешь?

— Да.

— Вот умный какой, — то ли порадовался, то ли сыронизировал Император и продолжил рассказ.

Так вот, твари не имеют нормальной коммуникации, не «видят» нас, и с учётом их предположительной большей или иной мерности — просто не могут попасть в то, что мы называем реальностью нашего обитания. Но какого-то хрена хотят к нам попасть и чего-то у нас учинить. Что ни хрена не радует, учитывая убитого Феба и четыре Мира. Сожранных-не сожранных, но точно «переработанных» на биотвариные биофабрики всей своей биосферой, включая людей. На хрена им это надо, да и вообще является ли это «надо» агрессией — непонятно. Ну, с точки зрения тварей, с нашей-то — агрессия, и тварей надо убивать и вообще. Так вот, помимо того, что они «видят» из своей биотвариной колокольни только гиперпроколы и объекты в гиперпространстве, есть ещё масса факторов. Гравитация, электромагнитные поля, количество гиперпереходов в одной области.

То есть, на экспедицию тварины накинулись не потому, что они «живут вне Галактики». Ну, в смысле, их примерно-относительная локализация, точнее, проекция локализации… Ну в общем, понятно. То есть они могут быть не «вне» Галактики, а на её месте — вполне возможный вариант. Но накинулись именно на Феба и товарищей, причём не потому что они «во вне», а потому что на объект без гиперпространства вне «помех» нашей Галактики смогли без труда «навестись». А вот атаки в Рукаве Лебедя — это направленное, имеющее отражение в материи действие. Которое геллиоты почуяли-узнали и сообщили Империи. Ну и локализовали последствия этого действия существующей зоной.

Ну и выходит сейчас ситуация, в которой куча войск нагнана в этот сектор и уныло, с потерями (и уханьем, как я и предполагал) пытаются донести до тварей тезис «вам тут не рады». Получается донести или нет — чёрт знает, потерь не так много, получивших в гипере леща тварей — достаточно. Но переть из своего запределья эти паразиты продолжают, с заслуживающим лучшего применения упорством.

— На контакт они не идут, — стал рассуждать я.

— Не идут, — кивнул Его Августейшество. — И не факт, что способны на контакт. Лапусы оказались неспособны.

— А пробовали? — заинтересовался я. — Ну в смысле — серьёзно выйти на контакт? Разными там способами, а не голосом и радио.

— И с Лапусами пробовали, и этими… Притащили твоих крестников…

— Это кого это «моих»⁈ — немножко удивился я.

— Да псионов этих, — хмыкнул Император. — Крестник — этакий анахронизм, старое выражение. Имеется в виду не то, что ты их казнил через крестование, а что ты их первооткрыватель.

— Странное выражение, — с несколько меньшим, но всё же удивлением отметил я.

— Уж какое есть. Ну да ладно, попробовал псион выйти на контакт…

— И что⁈ — не выдержал я затянувшейся паузы.

— Ну его собратья ругаются себе под нос… Хотя скорее, под отсутствие носов. И говорят, что возможно, через годик-другой, он сможет осуществлять когнитивную деятельность, — хмыкнул Император. — То есть эти твари… ну скажем так, потенциально коммуникативны. Но их… способ коммуникации таков, что просто разрушил сознание псиона за секунды.

— То есть, не обязательно «охренительно умные», но совершенно чуждые? — уточнил я.

— Да много что «может быть». От скорости мышления в единицу времени, что, как понятно, не показатель ума. До сознательной атаки этого псиона вредоносными информационными… ну пакетами, считай.

— И при этом — не используют самое очевидное биооружие, — вдруг дошло до меня.

— Ага, — довольно кивнул Император. — Сам догадался. Они… точнее, те из них, с которыми мы сталкивался и уничтожали — не приспособлены к самостоятельному существованию в нашей метрике.

— Это как⁈

Оказалось, что ксеносы — просто огромные куски… ну, плоти или вещества. И формируют из этой плоти оружие, боевые единицы, ну всякое такое. Но эта плоть — нежизнеспособна в нормальной метрике. То есть она, оказавшись вне гиперпространства — распадается на проточастицы, половина из которых считались невозможными (они — тоже распадаются, но не совсем сразу, и зафиксировать всякую аномальную микрохрень смогли). Не взрывом, а этаким аналогом истления-гниения, хотя чертовски быстро.

— Но они же планеты захватывали!

— Именно. Есть некий фактор, стабилизирующий эту невозможную в нашей метрике… плоть, организм, организмы. Чёрт знает, Гален, есть предположение, что каждый раз нападает один индивид чужих. А всё остальное — его тело и эффекторы.

— А может два или пять. Или полтора ксеноса.

— Совершенно не исключено, — покивал Император. — Но ту часть, которая способна стабилизировать тварь в нашем пространстве — мы ни разу не получили. Может, это вообще механизм, хотя никаких механизмов у них мы ни разу не видели: только биоконструкты.

В общем, потенциальная динамика не радует: ксеносы барьер как-то ковыряют, долго текущий статус кво не сохранится. А это — ОЧЕНЬ хреново: фактический распад Империи, из-за сокращения гиперпелётов. Они волей-неволей сократятся, не говоря о том, что ксеносы точно будут захватывать планеты и строить свои биофабрики. И в противостоянии с ними — хрен знает, сколько людей останется. Так-то понятно, что победим, но…

Но разрешения ситуации не проглядывается: лучшие силы Империи бьются об этих ксеносов, как рыбы об водородный лёд, побеждают, даже с малыми потерями, а толку-то? То же самое с самыми лучшими и мудрильными, даже замудрильными умами Галактики. «Выяснили многое» — это ни черта не «решение проблемы». И даже в перспективе решения не вырисовывается, потому что толковых данных нет.

И выходит, что, в общем-то, логично, Его Августейшество решил послать уникального Инвиктуса, уникальную парочку близнецов, ну и совсем уж уникального меня ловить ксеносов. Точнее, скорее, что-то конкретное сделать, пленение там биотвари. Ну или кусок, не рассыпающийся в нашей реальности, от неё откромсать. Точнее он сам скажет, но пока выходит так.

Кстати, счётов к биотварям, именно из-за Феба, у меня особых нет. Может, я — хреновый сынулька, но меня четыре живых Мира, переставшие быть такими — немножечко больше проняли. И смерть незнакомого мне папахена, на этом фоне… даже не печальный факт, а печальный фактик.

— Нужен образец, Гален, — подтвердил мои выводы Император. — Без этого планирование войны с ксеносами — выписывание вилами на воде «Улыбающейся дамы с ручным роторником».

— А это вообще — возможно? — заинтересовался я.

— На воде, как жидкости — нет. Никак. Но в промежуточных состояниях на грани замерзания… И учти, вилы — совсем не оптимальный инструмент живописи. И вообще — чего ты к этим вилам и даме привязался⁈

— Да просто интересно стало, — честно признался я. — В общем — понятно. Возможно, поля Бронзового или стазис вашего подарка помогут.

— Возможно. Почему и хочу, чтобы ты попробовал. И если ты «ради интереса» спросишь, можешь ли отказаться — ответ «нет».

— А если не полечу? — заинтересовался я, на что Его Императорское Величие демонстративно закатило глаза и испустило тяжкий вздох.

— Выкину тебя с твоими бабами на необитаемой планете. В жопе ми… тьфу, дальше, чем в Жопе Мира! Пока ситуация не разрешится.

— Ясно-понятно, — кивнул я. — Но я и не собирался отказываться, вообще-то. Это был просто интерес.

— Угу, — покивал Император с видом, как будто он мне не верит.

Ну-у-у… чёрт знает. Если бы не жопность существующей ситуации — я бы, может быть, даже подумал. С девчонками, на необитаемом Мире, без всякого напряга и вообще… Ну хочется, да, а то подустал я последнее время. Не физически, скорее эмоционально. Но в условиях существующей жопы — меня ни жёны не поймут, ни Эмик не поймёт. Ни, что самое страшное, я себя не пойму.

— И вы уверены, что мы сможем утягать этот образец?

— Нет, естественно. Это шанс, а как выйдет — увидим. Помотаетесь по сектору на корабле. Самое смешное, что вы вообще можете не наткнуться на ксеноса.

— Мне почему-то не смешно, — признался я.

— Мне, вообще-то, тоже, — признался Император. — Ладно, вопросы есть?

— До фига, Ваше Августейшее Величество! Данные, которые узнали по ксеносам…

— Все данные уже у тебя на браскомме.

— Тогда вопросов нет, — протянул я, бегло просматривая невесть откуда появившийся на браскомме пакет файлов.

— Даже что получишь за работу, дукс империалис?

— Всё то же, Ваше Величество, всё то же, — пожал плечами я.

Император на это прищурился, кивнул и развеялся в воздухе. Ну а я потопал из Тронного Измерения. Понятно что доставкой нас будет всякий там Секретариат и Канцелярия заниматься. В общем-то, у ворот меня и встретил какой-то чин, бегло просветил, что на рассвете нас будет ожидать челнок, а челнок — межзвёздник.

— А в чьём подчинении я буду? — на всякий случай уточнил я, а то мало ли.

— Ни в чьём, дукс империалис, — уставился на меня чин. — Вы получили приказ от Его Августейшего Величества. Вам в распоряжение придаётся крейсерский курьер Фермопилы.

— Совсем в распоряжение?

— Естественно!

— Благодарю за ответ, — задумчиво протянул я, потопав в наши с девчонками покои.

Прихватил их, близнецов, и направились мы в ангар к нашим Инвиктусам. Их это как бы тоже качается, да и в ИР моделировать удобнее.

— Мда-а-а… — прогудел Бронзовый. — Экие редкостно отвратительные, ксеносские твари, — откомментировал он голо «из боя», в нормальной метрике.

Ну, в общем, так и было: груды складчатой плоти, морщины, щупальца противные. Как из ночного кошмара. И «эффекторы» в виде техники или бойцов, гротескно перекорёженные, часто лишённые какой бы то ни было симметрии. Но узнаваемо антропоморфные или «скопированные» с тяжёлых платформ. Не полностью, «улучшенные» самым поганым и ксеносским образом, но узнаваемые. Вдобавок, цвета этой пакости, во всех её проявлениях, были омерзительными — говнисто-коричневый, гнойно-жёлтый, кроваво-красный. Гадкая пакость, в общем.

А «антропоморфность», подозреваю — копирование «удачных решений» нас, людей. Плагиаторы сволочные!

— Это может быть и один ксенос, — уточнил я.

— Ещё редкостнее и отвратительнее, — отрезал Бронзовый. — Их даже пинать не хочется — противно. Сразу пожать Жнецом. Надо термические заряды…

— Не работают, — отметил я, разворачивая соответствующие файлы из папки от Императора. — До семи тысяч —резистентны, проще корабль расплавить.

— Гадость!

— Ну да. Но стоит учесть, что то, что мы видим как «плоть» — всего лишь часть чего-то, плотью, может, и не являющейся.

— Какой ты у-у-умный, Гален! — издевательски протянул Эмик. — Ищи свой дурацкий Путь, а не умничай!

— А ты мне помогай. И все помогайте, хотя данных толковых, конечно, нет, — вздохнул я.

В итоге просто коллективно ознакомились с данными. На их основе что-то понять было можно, но вот строить планы и искать Путь — нереально. Так что оставили мы Инвиктусы ломать вычислители, а сами просто отправились наслаждаться комфортом и всяким таким. А на следующий день мы были на курьерском крейсере Фермопилы. Чертовски защищённом, просто титаническая броня и щиты, высокая скорость и довольно мало оружия.

— Корабельное оружие в гипере вообще, да и против наших противников в частности — не слишком годится, — вещал триерарх, вышедший на ангарную палубу нас встречать.

Мужчина средних лет, с ходу определивший своё «подчинённое положение». Правда, с оговоркой — покинуть «район проведения операции» с нами на борту он может только в случае «успешной операции», ну или там каких-то лютых ранений-повреждений Инвиктусов. Что и логично. Назвался триерарх Колином Шредером, и вторым делом после представления представил нам «персонального вулканиста» — Ферромантума. Так что завели мы Инвиктусы в мастерскую-ангар, да и направились в… покои не хуже, чем в Императорском Дворце. Вот за это Его Заботливости спасибо, оценил я, да и не только я. А то торчим, как дураки, в Инвиктусах безвылазно, и ладно бы по делу — так нет, просто потому что негде больше.

— А вы сталкивались с ксеносами? — резонно уточнила Хло.

— Так точно, домина, — с лёгким поклоном ответил капитан Колин. — Четыре раза, успешно отбивались, Фермопилы обходились малыми повреждениями.

— И как вам эти твари? — уточнил я. — И в бою, и по ощущениям.

— Вы знаете, дукс, с учётом, что действенное оружие против них есть, а сила полей Фермопил такова, что проникнуть на борт ксеносы могут только сквозь малые и мерцающие проколы — никак. Жертв на борту не было вообще, абордажный батальон Фермопил прекрасно справлялся. Но отвратны, конечно, — поморщился он.

— И, возможно, придётся сегментно отключать щиты, — уточнил я.

— Я это понимаю, дукс. И я, и корабль и экипаж — готовы! А теперь прошу простить — вынужден вас оставить, Фермопилы выходят на разгонную траекторию, а место капитана во время гиперперехода…

— На мостике. Понимаю, триерарх, — кивнул я.

В общем, огляделись, спустились в ангарную и стали думать. Где эта «стабилизирующая деталь» в груде плоти-эффекторов ксеноса (или ксеносов). Или орган, или ещё что-то, чёрт знает, что. Но пока выходило неважно: нападение выглядело так, судя по всем данным: на движущееся в гипере судно шмякался ком ксеносов (или ксеноса). Огромный, достаточный, чтоб практически полностью закрыть лайнер Космонавигации.

Кроме двигателя — поток термоядерного пламени твари не нравился, явно не температурой, а, скорее всего, каким-то жёстким излучением.

Так вот, навалился этот ком плоти на корабль. Если есть щиты — начинает их ковырять физикой и всякими своими проявлениями. Если нет щитов — сразу ковыряет обшивку и подпускает под нею эту свою массу. Которая принимает формы «боевых эффекторов». И старается перебить, поглотить и всё такое людей на корабле. И… развеивается при выходе в нормальное пространство. Той частью, что снаружи. А что внутри — не исчезает, а истлевает.

Не слишком радостная картина рисуется, кстати говоря. Как бы этот «стабилизатор» не был в части, которая до захвата судна находится в гиперпространстве. И на корабле не появляется до окончательного захвата, в смысле «расчистки от экипажа».

— А ведь так, скорее всего, и есть, — констатировал я в процессе беседы.

— А что нам делать? — растерянно уточнила Кудряшка.

— Ну, для начала, познакомиться с этими ксеносами поближе, — пожал я плечами.

14. Гиперпространственный пейзаж

Как пояснил Колин: чтобы не тратить времени на вход-выход в гиперпространство, Фермопилы сходу, от Терры, закладывали этакий «крюк по карантинному региону». Который ксеносами и атакуется. Не сказать, чтобы это стопроцентно надёжный способ их найти (а точнее — нарваться), но других никто не знал. А вот по пути мы считали и прикидывали с Эмиком: а что мы вообще в этом гиперпространстве сможем сделать? Потому что, что сможем «внутри корабля» — понятно. Только вероятность пребывания этой «стабилизирующей фигулины» вне корабля во время атаки — процентов восемьдесят-девяносто.

Пока выходило довольно неважно: о гиперпространстве с практической точки зрения было мало информации, только всякое там «математическое моделирование n-мерных пространств второго типа». Правда, у нас с Эмиком был некоторый опыт «сбива» работы телепортатора. Ну и плоскость Минковского, в общем — были, пока смутные, надежды, что «что-то» мы в гипере сделать сможем. И даже на то, что это «что-то» — будет тем, что нужно.

Так что выходило и неважно, но мы продолжали строить модели, оттачивая их в ИР, хотя вероятность их срабатывания была далеко не абсолютной. Ну и с девчонками продолжали отработку всякого интересного из костей удовольствий, куда же без этого.

Корабль же летел через гипер, летел и, наконец, прилетел. Вышли мы в нормальную реальность в мёртвой системе с тремя звёздами, как показалось сначала. А потом стало понятно, что звезда — одна. А два гигантских плазмоида — геллиоты. И транспортный модуль пиитов в системе бултыхался, не говоря о линкоре и паре крейсеров Имперского Космофлота.

— Опорная система, — пояснил Колин на резонный вопрос. — Их три сотни без малого, по периметру сектора атак ксеносов. Естественная граница зоны нападения, самая дальняя от нас точка зоны по нашему маршруту.

Ну, может, и излишне подробно пояснил, но не помешает. И никаких ксеносов на нас не нападало, чем они свою злостную и гадкую природу подтвердили.

— А дальше мы куда? — поинтересовался я.

— Если у вас нет других планов, — озвучил триерарх, — то мы направимся в Эглу.

— Обитаемый Мир? — уточнил я, естественно, знакомый в общих чертах с географией региона охоты на ксеносов.

— Точно так, дукс. Сейчас там штаб операции, военно-технические верфи, наверное, не знаете — я сам удивился, когда увидел…

— Фирмоментумы, — хмыкнул я.

— Именно они, ваши знания заслуживают восхищения…

— Только дурачьё-дурачьём, — вредничал Эмик прямым каналом на браскомм.

А да меня дошла жуткая вещь: я Бронзового, чтоб «не скучал», подключил к браскомму как наблюдателя-комментатора. И Инвиктус видит ВСЮ мою жизнь. Ну, я браскомм редко снимаю, и даже когда снимаю — он под рукой… Хотя, учитывая то, что «дошло» только сейчас, точнее, вспомнилось… Так-то думал, но замотался, дель тьмущща. Так вот, это получается, что Бронзовый Брат следит за мной не первый месяц. И за всяким следит, и за этаким и даже разным. Ну и учитывая отсутствие вредных и ехидных бронзовых комментариев, наездов за перерасход «смазки, оберегающей детали подвергающиеся нагрузке трением» и всякое такое — до Эмика «дошло», что такое «личная жизнь». Удивительно, но факт.

По крайней мере, так выходит, исходя из того, что он в неё не лезет, что с его бронзовым тактом даже странно.

—…так что даже если мы столкнёмся с ксеносами и не сможем с ними справиться, что видится мне крайне маловероятным.

— Но и исключать это глупо и преступно, — отметил я.

— Точно так. То есть, даже в этом маловероятном случае, выйдя в нормальное пространство, мы получим всю необходимую помощь в борьбе с ксеносами и даже больше.

— Это единственная причина, по которой вы предполагаете направиться в Эглу?

— Нет, дукс. В Эгле происходит составление маршрутов гиперпатрулирования…

— Гиперохоты.

— Можно и так сказать. А Приказ Императора не терпит задержек. Так что возможно освободить некоторый сектор от патрулей, где будем курсировать мы. Гарантии это не даст, но вероятность значительно повысит.

— Понятно. Не имею никаких возражений, действуйте.

Ну и стали Фермопилы действовать. И, естественно, на пути к Эгле никаких сволочных ксеносов не появилось. Правда, в перелёте случился довольно забавный инцидент. Топаю я, значит, в ангары Инвиктусов, с Эмиком позаниматься-помоделировать. Мысли всякие думаю и вообще — в себя погружён. И тут мимо меня на полусотне километров в час пролетает киберядро. Ну что оно «кибер», я понял только через какое-то время. А так — летит этакая условно-круглая фигулина, в полуметре от пола, вращается и вообще угрожает моей персоне своей траекторией и скоростью. Еле увернуться успел, а то бы было ни хрена не забавно, а грустно.

Но увернулся, удивлённо провадив неопознанный злостный объект взглядом. Объект вписался со звоном в стену, развернулся, поднялся на ноги и стал опознанным — вулканист, занимающийся Инвиктусами. Развернулся из своего сферического состояния, помахал руками-манипуляторами, проверяя их целостность. И деловито почесал назад в ангар, равнодушно буркнув по пути: «Приветствую, дукс».

— И вам привет, почтенный Ферромантум, — в спину пробормотал я вулканисту. — Эмик, заррраза!!! — рявкнул я в коридор, сопоставив «действие и место действия».

— Привет, Гален! — прогудело из ангара в конце коридора. — Чего ругаешься, дурачьё такое⁈ И ты там живой, кстати⁈

— Мёртвый! — мстительно крикнул я.

— Врёшь, дурацкий Гален! — после нескольких секунд сделал потрясающий в своей логичности вывод бронзовый пинатель.

— Ты какого чёрта почтенными вулканистами пинаешься⁈ — возмущался я на ходу.

— По делу пинаюсь!!! — рявкнул Эмик. — Десять раз говорил — не лезь своими дурацкими манипуляторами к Эгиде! Мне её… прекрасная дама прилепила, да! И нечего к ней всяким вулканистам лезть! Техобслуживанием занимайся, кибердурачьё!!! — рявкнул Бронзовый уже явно самому Ферромантуму, давно досеменившему до ангара.

— Я и занимаюсь, — негромко заворчал вулканист. — И должен знать инструменты обслуживаемой машины! Есть приказ подготовить к возможному противостоянию с ксеносами — а ты не даёшь провести всестороннее исследование, сбоящая машина!

— От сбоящего кибердурачья слышу! — отрезал Бронзовый. — И не ври — тебе это не нужно! Эгида в прекрасном техническом состоянии, подготовка с твоей стороны может касаться только видов и типов снарядов для Жнеца. В моём случае, — уточнил честный Эмик. — А если «интере-е-есно» — то иди в задницу, любопытный вулканист. Или в коридор, куда я тебя пинаю.

— Всё равно узнаю, что это за приспособление, — почти неслышно пробормотал себе под нос Ферромантум.

Но я был уже в ангаре и, не без помощи браскомма, услышал. Стараясь не ржать, засунулся в ложемент управления и там, выслушав гневное бурчание Эмика, наконец, проржался от души.

Ну, в общем, с Эгидой действительно выходило, что она техобслуживания не требовала, имея систему самодиагностики и всё такое. Но у Ферромантума взыграло любопытство и всякое такое. И он нудно пытался до приспособления добраться и понять, что это такое. Ну а Бронзовый крутил вулканисту соответствующий бронзовый шиш. И это вылилось в виденный мной «пинок вулканиста» с неопознанным киберобъектом в коридоре. Причём, что не менее забавно — Ферромантум понимает, что его интерес не «служебный». А то бы не бурчал, а орал, размахивал манипуляторами и ябедничал всем. Да ко мне бы обратился — мол, так и так, дукс, образумь своё бронзовое чудовище.

В общем — забавно, да и Бронзовому есть вулканист для пинания. Только не слишком часто…

— Сам знаю, занудный Гален. Только когда лезет к Эгиде. И к вычислителю… впрочем, к вычислителю он ни разу не лез, — признал Инвиктус.

Так что Бронзовому появилось новое развлечение. Ну и вулканисту — если бы он от бронзовых пинков не развлекался, то и не лез бы. Правда, близнецы начинали потихоньку, пока по мелочи, безобразничать. Что ожидаемо, но не слишком приятно. Оставалась только надежда на то, что мы с этими дурацкими ксеносами побыстрее встретимся и мигом со всем и вообще разберёмся.

Так и дошли до Эглы, где кораблей Космофлота и вправду было столько, что они были видны невооружённым глазом: этакая «дымка», кольцами, вокруг обитаемой планеты. В переговоры мне лезть не пришлось — Колин пихал во всех своими полномочиями, которыми его щедро осыпала Императорская Канцелярия. Подозреваю — не без умысла Его Предусмотрительности. Ну, в заботе о психике и прочих подобных вещах военных Империи. Чтобы ни я, ни, тем более, Эмик лишний раз не переговаривались и не подрывали боеспособность Империи, хех.

Ну и осыпали полномочиями триерарха, а его в моё подчинение. И вправду лучше выходило — я вот тоже не слишком объективно оценивать и в лицо говорить правдивые вещи люблю. Дурачьё на это обижается. Эмик — любит, но у него есть вулканический мячик, так что нормально, обойдётся.

По итогам получасовых переговоров «гиперпатрули» в регионе несколько изменили движение, предоставив Фермопилам отдельный коридор. Ну и полетели мы по этому коридору, ловить ксеносов.

И ожидания, что так и будем мотаться, как дурачьё — не оправдались. Ксеносы на нас напали, но нашли время, блин! Сволочные и гадкие твари, чтоб их!

— Ты только, взамен упущенного оргазма, нахрен этого противного ксеноса не разнеси, — заботливо сообщил Бронзовый, когда злобный я влез в ложемент. — Нам их вообще-то ловить надо, — просветил меня он.

Хоть стой, хоть падай. И даже не огрызнёшься, блин! Но в себя я пришёл, стали мы сопоставлять схемы и данные. И на данный момент выходила такая картина:

Поверх Фермопил — щит, в перегретом режиме. Поверх щита — ксенос, в режиме запредельного сволочизма и гадства. Тычется своими ксеносскими и противными щупальцами в просвет поля, там, где двигатель, отдергивает их, повреждёнными, назад. И это всё, что его ксеносская морда может на данный момент сделать. Щиты Фермопил мацает, использует всякие подлые состояния-излучения, но Фермопилы — чертовски мощный, вооружённый и просто, и энерговооружённый кораблик. И все сдавливания и попёрдывания излучениями ксеноса хоть поля и рушат, но есть запас конденсаторов-эмиттеров, с энергией вообще проблем нет. То есть, судя по всему, Фермопилы могут спокойно закончить в нужное время гипермаршрут, на прицепившегося ксеноса не обращая внимания.

Это, конечно, хорошо. Только нам и нашей миссии — нахрен не нужно.

И, кстати, учитывая антропоморфные и платформоподобные боевые эффекторы — ксеносы учатся. И совершенно не факт, что даже тот, который сейчас уныло тужится на поле Фермопил будет так же уныло пыжиться. А вот использует какую-нибудь редкостную пакость, типа барионной плоскости или чего-то такого, и хана полям корабля. Пока не использовали, судя по известному, но судя по известному — теоретически могут. Впрочем, мы наше задание от Императора получили, чтоб возможности ксеносам учиться, как нас убивать, не дать. В перспективе, конечно. А значит — не мыслеблудствовать надо, а дело делать.

Так что потопали Инвиктусы на палубу штурмовиков, от этих самых штурмовиков избавленную. Они в конфликте с ксеносами вообще были не особо нужны, ну а пару оставленных «на всякий случай» техники оттягали в ремонтные мастерские и куда придётся. Потому что нам нужно было кусок ксеноса изучить, покромсать, ну и штурмовая палуба, со здоровенными воротами и большая, подходила лучше всего.

Выстроились, подготовились. Абордажная команда за закрытыми люками-дверями заблокировала проходы. И тут смотрю на схему отключения щитов — и ни хрена она мне не нравится! Вот совсем.

— Дурачьё-о-о-о… — протянул Эмик.

— Ну схема, похоже, стандартная — выпуска пустотных аппаратов. Но да, дурачьё, — признал я.

Дело в том, что по этой схеме поле напротив ворот отключалось полностью. Вроде то, что нужно, только оно — плоскость! И ксенос свою противную плоть потянет к нам, это факт. Вот только она же бессуставная, огромная. И вот выпустит он её по бокам, вдобавок — так сломать Фермопилы может!

— Колин, стоп! Отмените отключение полей! — рявкнул я в корабельную сеть.

— Слушаюсь! Отменено, дукс. А что… — начал было триерарх, но я скинул в сеть нашу схему, с «полем-воронкой», сходящим на нет как раз у ворот палубы. — Понял. Виноваты, не подумали. Благодарю, дукс…

— И Величайший Инвиктус Империи, — педантично уточнил Эмик.

— И вас, Энеус Эквис.

— Да не за что, триерарх. Одно дело делаем. Откройте, пожалуй, пока ворота. Пока перерасчитываете поле, — уточнил я.

— Слушаюсь.

Ворота открылись и… в общем — звиздец, это ваше гиперпространство, как он есть! Это при том, что генераторы Фермопил создавали область «нормализованного», точнее, соответствующего привычной метрике, пространства. Ну противный ксенос — ладно. Противный, неприятных цветов, со вспышками всякими, бьющими в поле и его несимпатичную персону освещающими. Это он поле так ковыряет безуспешно, паразит, да и хрен бы с ним.

Основной звиздец был в том, что сенсоры всех видов и типов, по мере отдаления точки зрения-наблюдения от Фермопил начинали сбоить. Причём совершенно нелогично. То есть, дальномеры, радары, гравиметры давали расстояние до ксеноса от полусотни метров (как и было по факту), до нескольких километров. Вот просто на пустом месте, с разницей в замерах в секунду! Ну и показания датчиков друг с другом ни хрена не коррелировали, давая показания вразнобой и без связи.

— Шагнём, — мужественно решил я, не отводя взгляд от противного ксеноса.

Инвиктусы шагнули… а я, проглотив мат, просто отключил на время оптические датчики. Вестибулярный аппарат не выдерживал совершенно невозможной, дёрганой и неестественной перспективы. В плане прочих сенсоров — творилась такая же неудобоваримая хрень, но её воспринимать было психологически проще.

—… — веско и бронзово высказался Эмик. — Даже у меня вычислитель закружился. Фигурально и ориентируясь на твои ощущения, пилот, — уточнил он.

— Как же нам там действовать? — протараторила расстроенно Веснушка.

— А что такого? — вопросительно пискнула Вё.

— Смена перспективы хреново действует на вестибулярный аппарат, да и не только.

— А нам нормально.

— Нормально-нормально!

— Правда, полагаться на эту информацию нельзя.

— Но смотреть — можно. Даже прикольно!

Хм, видимо гиперразвитые области мозга близнецов — как раз области трёхмерного ориентирования, используемые для математический вычислений — справляются с этим бардаком. И воспринимают-игнорируют это надругательство они совершенно нормально.

Впрочем, мы тоже привыкнем. Человек — он такой, ко всему привыкает. А может, и не придётся, если вся наша ксеноборческая эпопея закончится блестящей победой и захватом нужного куска прямо сейчас. Не очень в такое верится, ну а вдруг?

— Отступаем от ворот, — распорядился я. — Старайтесь ограничить поле зрения проёмом. Ну а как ксенос полезет — уже и не страшно будет. И собирайте данные, от всех датчиков и сенсоров — нам скорее всего в той… хренотени, — изящно определил я творящееся за бортом запределье, — придётся действовать. И чтобы хоть как-то ориентироваться…

— Не трынди, занудный Гален. Все всё и так понимают, — вредно, но, возможно, в чём-то верно высказался бронзовый зануда.

— Отступаем и готовимся, — занудно повторил я.

Отошли мы вглубь отсека метров на двадцать, выстроившись шеренгой. А тем временем поле Фермопил выгибалось в воронку, позволяющую ксеносу попасть в наши руки.

15. Первое свидание

Ксеносская пакость плотно прижималась к щитовому полю. Так что выглядело это как ме-е-едленно и вальяжно приближающаяся стена омерзительной плоти. Да ещё, с учётом местных выкрутасов перспективы и прочево — происходило это дёрганно, пульсирующе. Очень хотелось по ней пострелять: менее омерзительной её бы это не сделало, но было бы полегче.

Но стрелять по пакости пока не стоило — собъём переконфигурированные щиты Фермопилов и на пустом месте повредим корабль. И без нашей стрельбы ксенос производил всякие воздействия, подло суетился в области изменения поля.

А вообще — возникал вопрос, на который мудрилы всякого толка ещё не ответили, да и не поднимался он в мудрильных отчётах-исследованиях. Ну, положим, ксеносы — биоцивилизация. Что, кстати, не стопроцентно — их постоянное место жительства с иной топологией, и возможно наши критерии «био» к ним не вполне применимы. Но — предположим, благо ксеносы выглядят как биоцивилизация, действуют как биоцивилизация. И даже если и не таковы — в опознанной нами части таковыми и являются…

— Занудный Гален!

— Могу не думать об этом, — буркнул я личным каналом.

— Да думай пока, — щедро разрешил Эмик. — Время есть.

Время в ИР ложемента и вправду было, пырится на косяки ворот шлюза — надоело, а на противно ксеноса мало того, что противно, так ещё и опасно для вестибулярного аппарата и психики. Так что продолжил я «пока думать».

Так вот, эта груда условной плоти, с нашей точки зрения — ксенос. Который формирует из себя эффекторы различной автономности, оружие-излучатели и всякое такое. И вот кусок этой пакости в нормальной метрике, отделённый от «общего массива» существовать не может, а существует только в общем массиве. И вот с нашей, технократической точки зрения напрашивается такой вариант:

Мы видим не самого «ксеноса», его (или их — но тут чёрт знает, тот же «роевой социум» как вариант, предполагает «личностью» крайне ограниченное количество индивидов, а то и вообще одного) вообще, подозреваю, ещё никто не видел, только псион крышей от контакта уехал. А то что мы называем «ксеносом» — или «рабочий роя», а то и просто… корабль ксеноса. То есть, в этой горе противной плоти торчит «пилот», непременный и необходимый атрибут существования плоти в нормальной метрики. А без него — то ли включается «режим самоуничтожения», типа как у Инвиктусов, то ли эта «плоть» не способна существовать в нормальной метрике (а, возможно, и в ненормальной) без внешнего ручного управления. И, кстати, «торчать» этот пилот именно «в груде плоти» не обязан. Справок об этом не выдавал. Хотя, с учётом копошения ксеносов «у нас» — скорее всего, всё таки, он в ней.

— В противном случае война с этими тварями если и не обречена на поражение, — глубокомысленно прогудел Эмик, — то выходит совершенно бесперспективной. «Пилот» торчит в условном гиперпространстве, оперируя этой «плотью» у нас, оставаясь недосягаемым и неуязвимым.

— Ну, варианты, типа всё таки добраться до засранца, или банально «локально перекрыть связь» — остаются. А версия, что это — «корабль» как тебе?

— А мне без разницы. Если рассматривать мешки с мясом, то смотри Гален: ты — это кусок водно-жирового коллоида. И всё. Остальное — периферийные устройства, системы обслуживания, питания. У пиитов вообще тело — вещь ситуативная, хотя вроде и не у всех…

— Не у всех. Серину обижали в том числе из-за отказа от «постоянной формы».

— Да постоянная она у неё! Ну, размеры там меняет — а форма постоянная! А пииты — дурачьё!

— Угу.

— Дурацкий Гален! Так вот, ты — пилот своего тела. И оно — корабль, Инвиктус, модуль перемещения, как хочешь назови. Я, кстати, тоже, — с некоторым удивлением отметил Эмик дошедшую до него мысль. Так что абсолютно без разницы — плоть ли это ксеноса, или его корабль. Нам нужен управляющий модуль, а всё остальное — мозгоблудство, как ты любишь выражаться! — торжественно заключил бронзовый мыслитель.

— Ладно, ты прав…

— Да!

Диалог наш, как понятно, много времени не занял. А ксенос (ну, так его удобнее называть, вне зависимости от того, корабль ли это или там какая-то часть роя) прогнулся бугром по границе поля. И, в момент соприкосновения поля со створками палубы — поле исчезло. По противной, красно-жёлто-коричневой, влажно блестящей (и вообще — отвратительной!) плоти стали пробегать волны и сотрясения. А мы на них стали боеготово пялиться. А волны и сотрясения — продолжили пробегать. Уже четверть минуты так стоим, пялимся…

— Достало, — озвучил Эмик. — Параметры этой дряни, из тех что доступны моим сенсорам и датчикам — снял. Бред там тот ещё, с этим позже разбираться надо.

— Я не против, — ответил я на полуозвученный вопрос.

— Так не совсем же ты дурачьё, — ответил Бронзовый, начиная стрельбу из раскрученного Жнеца по ксеносу.

И прочие стали по куче плоти постреливать. И этой куче постреливание явно не понравилось, задёргалась и заходила волнами она гораздо шустрее, укутавшись разрядами и излучениями различного спектра.

А нам — выходило неплохо: данных мы получили довольно много — часть снарядов были зондами и всяким таким. Вот только… ну, с учётом неприличного поведения сенсоров разных типов и видов в местной топологии на удалении от корабля — как бы не оказалось, что все эти данные фигня. И отсутствие данных в предоставленных нам отчетах — не признак дурачья, а просто отсутствие достоверной информации. Ну и нежелание предоставлять данные «пятьдесят на пятьдесят».

Хотя данные, пусть бредовые, пусть будут. И статистика, да и «иной подход» — у близницеов, да и мы с Хло не идиоты. И девчонки может что-то толковое подскажут: совершенно не обязательно быть мудрилой кучи наук, чтобы обозначить правильный путь-подход. Может подберём ключик к принципу искажения — очень неплохо будет и даст возможность действовать в гиперпространстве против ксеноса с гораздо меньшей неопределенностью и риском.

И тут противный ксенос стал выпускать «боевые эффекторы». Видимо его копошения и волнения были связаны то ли с транспортировкой, то ли созданием. Но плоть разошлась трещинами, гораздо более глубокими и обширными, чем от нашего обстрела, и оттуда повалили «псевдосодаты» и «псевдотехника». В цвет ксеноса, сращенные с «оружием» — тоже условно-живыми, а может и живыми без «условно» объектами.

Правда его «локализация» в проёме ангара и наша позиция была выгодна нам, ну и ни черта — наоборот. Наш огонь успешно разрушал эти эффекторы ещё «внутри» ксеноса, так что до ангара добрались считанные единицы.

— Вот сволочь-то! — обиженно заявил Эмик, разглядывая оплавленный барельеф, пока я «подметал» Жнецом появившихся эффекторов, сместив огонь на прорвавшихся.

— Перекроем? — уточнил я, не отвлекаясь от огня.

— Да, просчитываю вариант щитов. Правда эта тварь постоянно меняет формат излучения, даже в процессе стрельбы. Нужны многослойные щиты.

— И не сферические.

— Не занудствуй, а стреляй! А я считаю!

— А я стреляю, — хмыкнул стреляющий я.

И, несмотря на огонь вражеских «бойцов» и «платформ» — мы их успешно выбивали. Без особых потерь, разве что с «царапинами» типа утерянной Эмиком финтифлюшки…

— Важной и ценной «финтифлюшки», дурацкий и безвкусный Гален!

— А нечего меня есть, раз я такой безвкусный, — ответил я, на что Бронзовый обиженно «засопел».

Правда, есть вероятность что эти «эффекторы» восстановятся, а точнее — уверенность в этом. Но, в самом худшем случае, нас ждала «ксенорубка» на четыре с мелочью часа: время до выхода Фермопил из гипера. Локализация агрессии ксеноса воротами и Инвиктусы сделали из «схватки с злобными чужими» довольно рутинную «стрельбу по тарелочкам». Бессмысленную, если бы не сбор данных.

Впрочем, «тарелочке» явно не нравилась подготовленная нами роль. И, для начала, поток разрушаемых в недрах ксеноса эффекторов начал сокращаться, а щели — уменьшаться.

— Сдаётся? — недоумённо поинтересовалась в боевом чате Кудряшка.

— Вряд ли, Арви, — отстранённо ответил я. — Так, все ближе к нам. Эимк!

— Понял, понял. Согласен, логично. А даже если и не так, параноистый Гален — ты будешь во всём виноват, а я — Великий Энеус Эквис, — выдал бронзовый зазнайка.

И тут из одной, почти сомкнувшейся точки ударил… ну луч молекулярного деструктора, если разобрать общий принцип и типы воздействия. И здоровенный такой! Метров пять в «диаметре», хотя был это не диаметр, да и не «луч», а колеблющееся в аритмичной амплитуде поле. Видимо — следствие природы и места обитания ксеноса. Вот только…

— Дурачьё! — довольно захохотал Эмик.

И дело вот в чём. Колебания проточастиц «деструктора» ксеноса была ЧЕРТОВСКИ деструктивна. К материальным объектам тяжелоструктурного типа: вещества, например. Но наши поля — тоже всякие кварки, кванты и всякое такое. Предельно гармонизированные и упорядоченные. И, по иррациональным законам пограничной физики — «порядок» делал «энтропию». Ну в общих чертах, Причём «делал» с гораздо меньшими затратами энергии. То есть, на блокирующий этот лютейший деструкционный луч щит мы с Эмиком тратили намного меньше энергии и вычислительных мощностей, чем на блокировку, скажем, лазера точечной обороны. И могли просто стоять в его фокусе, вместе с другими Инвиктусами, вечность. Ну если бы нам пришло в голову такое дурацкое желание, конечно.

Но влозникла неприятность: «луч» хреначащий по нам пульсировался, да и место его условной фокусировки дёргалось. И «промахиваясь» эта фигня очень наглядно показала, что против вещества работает «на ура». То есть переборки просто стали исчезать, не мгновенно, но очень быстро. А это — ни черта не хорошо! Не знаю, азарт ли взыграл в ксеносе, или гнев — не факт, что он вообще был способен на подобные эмоции, как не факт и обратное. Но своим «деструктором» он именно деструктурировал Фермопилы и вполне мог их додеструктурировать до невозможности выйти в нормальное пространство. В обычном-то случае атаки ксеносом-ксеносами он-они пытались именно «захватить» корабль, как мы уже сейчас понимаем. А сейчас, похоже, пакость махнула на это махательном отростком, преследуя цель прибить нас.

— Дукс, у нас… — взволнованно вклинился в боевой чат триерарх Колин.

— Критичные повреждения есть⁈ — аж почувствовал холодную испарину я.

— Нет, но в перспективе…

— Понял, сейчас, — пробормотал я, разгоняя сознание до упора.

И стал с Эмиком думать, а через объективную секунду — ухмыльнулся, одновременно с бронзовым гоготом.

— Должно сработать, — прекратил громыхать Эмик. — Считаю… да, сработает.

— Ну и действуем тогда.

— ОТВЕДАЙ СВОЕГО ПОГАНОГО УГОЩЕНИЯ, ЧУЖЕРОДНОЕ ДУРАЧЬЁ!!! — прогрохотал Бронзовый, разворачивая и переконфигурируя защитное поле в этакую вогную линзу, чуть смещённую по условной оси луча деструктора.

Ну и сработало: в области корабля, где мы совершили это действие, работали больше «наши» законы, чем «законы» гиперпространства. И этот здоровенный деструкционный луч зафигачил в бодро и на глазах ставшую разрушаться плоть ксеноса.

Сам ксенос радостно приветствовал этот наш изящный ход… ну скажем так, колебаниями, можно сказать — криком. Хотя именно колебаний молекул, как понятно, не было. Но от него зашарашило вспышками света, радиоволнами, магнитным полем, жёстким излучением, ну и всяким таким.И деструкционный луч иссяк — до «кричащего» ксеноса дошло, что он сам себе подпалил… то что подпалил.

Девчонки поддержали гогот Бронзового криками, взвизгами, улюлюканьем. А ксенос скукожился, закрыл щели, можно сказать «отступил». Но вот я, как выразился Эмик, «параноистый Гален». И, предпочитаю таковым и оставаться, а не терять ценных важных мне людей… и Инвиктусов.

— Да! Параной себе. я не против, — дозволил мне Эмик личным каналом.

Ну а паранойя в данном случае заключалась не в прикидках, отступил или нет. А в моделировании. пусть условно-возможном, что ксенос ещё может сделать в текущем случае. Возможность его «продавить» или там разрушить защитное поле Фермопил — можно не обдумывать. И вряд ли, но даже если и сможет — мы с этим ничего не сделаем, только поможем отбится по мере сил. А вот в точке наших ворот…

— Барионники держать наготове. И… посмотрим, — озвучил я в боевой чат, напряжённо вглядываясь в ксеноса.

Ответом мне стало недоумённое молчание, но потом, почти одновременно, барионные клинки были приведены в готовность. Макенси, что естественно, даже извлёк свою Деремиту.

И я не ошибся. И само по себе «не ошибся» — это такой, весомый вклад в известные факты о ксеносах. Но — то потом, не до того. А было нам до многочисленных, противнях и гадких… ну щупалец, по сути, ударивших из ксеносских недр. И если бы только по нам — не слишком большая проблема. Но эти сволочные щупальцы стали весьма бодро ползти по стенам отсека и их шатать, стараясь проникнуть в корабль в обход нас.

— Он разнесёт корабль, скотина такая!!! — громогласно озвучил Эмик, достреливая последние снаряды Жнеца.

— Держимся плотно. К воротам. Рубим эти отростки, — скомандовал я.

Двинулись и рубили. Рубились «эти отростки», кстати, вполне успешно, неспособные противостоять барионному полю. Но было их откровенно дофига, и к моменту, когда мы приблизились створам, нам постоянно приходилось рубить кучи новых щупалец. А старые подло шебуршали по отсеку и вообще — напрягали.

— Даймё, я… — рявкнула Мари, бросая мне тактическую схему.

— Действуй, но осторожнее.

— ХАЙ!!! — рявкнула Мари одновременно с Макенси.

Кинулась на ионнике в щупальцам, проникшим в отсек позади нас, и принялась их успешно рубить. Но ксенос свой сволочизм проявил и здесь: несколько уцелевших щупалец, до которых мы не могли добраться из-за постоянно прущих новых, стали «набирать массу» в отсеке, чего мы толком и не заметили. И, когда Макенси достаточно отдалился, из «накопленной массы» в Инвиктус ударили десятки новых щупалец, одновременно. Четыре из них Мари перерубила, но остальные охватили Макенси и, с отчётливым скрежетом, начали его ломать.

А у меня на миг в голове промелькнул противный образ голо для октопусофилов. Там щупальца специфическим образом надругивались над невиновными. Совершенно дурацкое голо, но в психику ударило, а сейчас — всплыло.

— Ну уж нет!!! — взревел Эмик, поймавший отголосок моих мыслей. — Это МОЙ Макенси!!!

— И моя Мари, — дополнил я.

— Да!

Но проблема была в том, что щупальца пёрли. И основание «массы» из которой росли схватившие Макенси — мы уже переубили Кистенём, хотя и не без труда. И — не помогало. Очевидно, количество плоти ксеноса, сконцентрированное в источнике щупалец, было достаточным для «самостоятельных действий» в относительном отрыве от основного тела.

Так что мы пошли на определённый риск — ну не терять дже Мари и Макенси, на самом-то деле⁈ Эгида засветилась красным, от перегруза полей. Полностью от щёпалец ворота это не перекрыло, но оставило им совсем небольшие щели, с которыми прочие Инвиктусы вполне справлялись. Но не с щупальцами ухватившими Макенси, а мы — прикованы к месту. Но Кистень — не просто так Кистень. И, перегревая эмиттеры и сжигая конденсаторы, мы перерубили удерживающие и мнувшие Макеси отростки.

И тут бы всем нам и настал неотвратимый плохо — на это мы натуральным образом с концами пережгли четверть эмиттеров, а перегрели до недееспособности — процентов семьдесят оставшихся. Но я отслеживал данные, и просто переключил внимание на Эгиду. Кистень просто упал, лишённый барионной плоскости — поддерживать энергоканал к нему мы не могли, а больше он нам в этом бою не пригодится.

— ДЕРЖАТЬ СТРОЙ!!! — заревел Эмик, удерживая щит.

И — удержали. Оставшиеся до выхода в нормальное пространство шесть минут, спалив до замены половину эмиттеров и конденсаторов, похоже — повредив Эгиду, судя по её самодиагностике. Но — удержали.

— Даймё, благодарю за спасение, моя жизнь принадлежит… — бухнулся Макенси на колено.

— Хорош уже, — прогудел Эмик. — Ты — мой оруженосец. И не поганым ксеносам тебя ломать! И пилот Мари — тоже нужна Галену. Для…

— Кхм.

— Ладно уж, просто нужна.

А дальше мы стали подводить итоги первой встречи с ультимативной угрозой. Пока — в смысле сколько нам нахрен поломало, ну и что со всем этим делать.

16. Нужный окорочок

Первым делом, на что даже Эмик, печально осматривающий оплавленный барельеф (чтобы не думать о нахрен пережжённых эмиттерах), не возражал — стали уточнять, что с кораблём. Потому что вышли мы из гипера в необитаемой системе, ремонтных верфей нас самым наглым образом не ждало…

— Да! Дурачьё!

…а то, что мы вышли из гипера — никак не гарантия, что можем туда войти. Или, если сможем, что вообще стоит это делать. Ну, нарвёмся на этого же или другого ксеноса, а у корабля что-нибудь нужное не работает. И уже из гипера не выйдем, мда. А не работать вполне могло: ксенос своим сволочным деструктором хреначил, подлыми щупальцами сучил и Фермопилы шатал. Но после доклада (натурального и по форме) триерарха в этом смысле мы успокоились: повреждения есть, но больше интерьерно-косметические, чем технические.

Вторым делом — стали уточнять как Макенси и Мари. И девчонка, и Инвиктус были, в общем — в порядке. Ну разве что Макенси нужно некоторое техобслуживание, а Мари — глубокое и всестороннее семейное участие.

Третьим — уточнили у остальных, как и что. Как и что было в норме, кроме разве что пустых снарядных коробов для разгонников и термических метателей. Ну и ряда специфических дронов Хлоя лишилась — они ухнули в ксеносовы недра, послав напоследок, перед оконательным прощанием, кучу неудобоваримых данных. Но это вещи ожидаемые и всё такое.

И наконец, не найдя на что бы ещё такое срочное-важное отвлечься, мы с Эмиком хором издали тяжёлый мысленный вздох. И занялись четвёртым: собой.

— У-у-у-у, — огласил канал общения в ИР печальный вой, не поймёшь — то ли Бронзового, то ли мой, то ли обоих. — Хреновастенько, — охарактеризовал я положение с нашим «щитовым вооружением».

— Какой ты сегодня РЕДКОСТНО деликатный, Гален, — бурчал Эмик. — Это… полный… и никак иначе!

— Ну, вообще, чинится…

— В регионе в состоянии войны⁈ С чуть ли не единственными Инвиктусами в виде нашей компании?!! Я, Гален, на данный момент не щитовой Инвиктус, а долбаный погрузчик!!! Чтоб его… — расстроенно выдал Эмик. — И Эгиду жалко…

— Ну Эгида точно не сломана, хоть и утратила в функциональности. И с ней — действительно выйдет непросто, — признал я. — Но с чего ты взял, что нет оборудования и запчастей для Инвиктусов? Фирмоментумы в регионе есть, а у них — прекрасные мастерские!

— Хм-м-м… — задумался, перестав страдать, Бронзовый. — Ну, может быть. Но тут мы не починимся! У этого пронырливого Ферроманта точно нет нужной номенклатуры конденсаторов и эмиттеров. И Эгиду жалко! — уже с вызовом повторил он.

— Есть у меня нужная номенклатура, буйная машина! — проскрипел ввалившийся в отсек для штурмовиков вулканист, в сопровождении орды технических дроидов и техников на подпевках. — И я хоть пойму, что это за механизм, — озвучил он, подумал с полминуты и выдал. — Ха. Ха. Ха.

— Сломаешь — я сам тебя сломаю, — посулил Эмик. — А какого долбанного вулканиста мы общались в боевом чате, Гален? — уже личным каналом поинтересовался он.

— А почему нет? Мы вроде как особо и не скрываем ничего. И видишь — номенклатура есть. И подслушивал, киборг пронырливый. Но… присмотреть со стороны? — уточнил я.

А то мало ли. Нет, вроде всё в порядке, да и попытка «злодейского кибернетического гогота» у Ферромантума вышла так себе, неубедительно, прямо скажем. Но можно и присмотреть, чтоб вулканист какие-нибудь не те гайки не стал откручивать.

— Не надо, сам присмотрю. И сломаю, если что! И я его предупредил, — прогудел Бронзовый.

Так что оказалось, что всё не так страшно. В системе мы «подвисли» на несколько дней: капитан Колин был категорически против входа в гиперпространство до починки всего, что возможно (а в идеале — и чего нельзя). В чём был абсолютно прав.

Эмик пару раз пнул Ферромантума, но был починен. Правда, Эгида полностью восстановлена не была: мощность и функционал сохранился, но срок работы устройства сократился до получаса.

— Нет нужных запчастей и должного оборудования, — почти извинялся вулканист. — Требуется техобслуживание на производственном Мире Ордена не ниже класса Бетта плюс.

— Дурачьё! — показушно страдал Бронзовый.

— Сам дурачьё, неблагодарная и бешеная машина! — парировал вулканист.

— Спасибо, почтенный Ферромантум, — отдувался я за заносчиво сложившего манипуляторы на груди бронзового зазнайки. — И, кстати, Эмик, — обратился я к Инвиктусу, когда Ферромантум уже утопал из ангара, — Не обязательно этот мир бет с плюсом.

— Серина! — довольно прогудел Эмик.

— Угу. А пока, нам в общем-то хватает. Мы и получаса-то Эгиду не используем, и мне сложно представить бой, в котором нужно будет использовать.

— Ладно, уговорил. Бой-то представить несложно, Гален со слабым воображением. Но вот чтоб использовать Эгиду полчаса подряд — это да, практически невозможно.

— Ну а теперь, раз ты в порядке и опять ворчишь и обзываешься, как склочный старикашка…

—…!!!

—…то займёмся делом, — не обращая внимание на нечленораздельное возмущённое гудение продолжил я.

— Данные о мерзком ксеносе?

— Да. Хло уже почти сутки возится с данными, близнецы оказались не слишком полезны — не в их…

— Трансгуманных головёнках.

— Они, вообще-то, не трансгуманы!

— Пилот, не неси пургу. То, что они не признаются трансгуманами, не делает их сапиенсами. Сам понимаешь — объём изменений превышает любой ценз. Не по букве! А по смыслу!

— И чего ты до Вё и Вили докопался? — поинтересовался я.

— Я не «докопался», дурацкий Гален. Просто они — трансгуманы, ты сам это понимаешь и…

— И грань между человеком и трангуманом определяется только Имперской Комиссией, Эмик, — не то чтобы гневно, но с напором ответил я. — Меня Никс тоже «не человеком» называл, — напомнил я, поскольку за эпичными пинками сволочной киберзадницы Эмик наблюдал, — но…

— Ладно, согласен. Убедил — на мнение этой киберзадницы полагаться нельзя. И твои мелкие родичи — ОЧЕНЬ странные люди, а не трасгуманы, — буркнул Бронзовый.

Так вот, Фермопилы чинились и, как оказалось, из строя вышло дофигища всего: ничего критичного, но буйство ксеноса с электромагнитными излучениями разных спектров привело к тому, что куча неэкранированного (ну и не жизненно важного для корабля — жизненно важное экранировано до предела) оборудования если и не сломалось нахрен, то сломалось не нахрен. И его тоже надо чинить: сантехническое оборудование, климатическое, осветительное, да банально — кухонное. Всё это «не критично», но без него, в темноте, с пятнадцатью градусами тепла и нулевой влажностью, да ещё и на сухпайке… Ну как-то не очень комфортно, уж ума не приложу — с чего.

А мы стали смотреть на картину данных от сенсоров по ксеносу. И пытаться понять, что к чему (тупо смотрим, что к чему — бурчал Бронзовый). И в общем — пока толковых результатов-подходов у нас не было. Но не слишком толковые — были. То есть, например, плоть ксеноса выходила биологическим объектом. Ну, в смысле поглощение вещества, переработка его, получение энергии и возможность самовоспроизводства и регенерации. От всяких механизмов это отличалось… Да в общем крайне немногим, кроме того, что это был биообъект. Я даже офигел немножко, когда понял что формулировка «жизни» вполне подходит… да к той же колонии микророботов. Полностью они во все граничные критерии укладываются, хотя и не «живые», как понятно.

Ну да не суть, а ксенос — живой, но в качестве части его несимпатичной плоти использовались такие состояния вещества, которые были просто невозможны в нашей топологии. Которые, в свою очередь и давали этой плоти возможность морфировать и воспроизводить всякое там оборудование и всё такое со страшной силой и скоростью.

— И выходит, — заключил я наше «смотренье что к чему» уже в гипере, — что некоей «стабилизирующей фигулины» может и вообще не быть.

— Погоди, Гален, это…

— Да воспроизводит их гнусный чужак, когда они ему потребны, рыжая Хлоя, — сообщил Эмик.

И выходило, что это наиболее вероятный вариант. То есть некий «мозгляче-управляющий центр» — не точка стабилизации. А его источник, то есть плоть ксеноса делает некий биомеханизм, который стабилизирует и себя, и окружающую плоть-корабль. По крайней мере — наиболее логичный вариант.

И довольно неприятный для нашей миссии — ну в смысле отрезать кусочек ксеноса и принести его на блюдечке (можно и без него, но с блюдечком более стильно) исследователям. То есть у ксеноса в гипере вообще может не быть «стабильной части» или стабилизатора, потому что она, эта часть и он, стабилизатор, ему в гипере нахрен не нужна.

— И в таких раскладах — совершенно непонятно, как задание выполнять, — констатировал я.

— Захватить поганого ксеноса, который управляющий кораблём, и вытащить в нормальное пространство! Он сам себя стабилизирует, — прогудел Эмик.

— А если возможность воспроизводства нужного стабилизатора есть только у «корабля»? А если он возьмёт, да и умрёт нам назло? Он — редкостно гадкая тварюка, а гадкие тварюки и не на такие гадости способны. Я проверял.

— Если, если, — бурчал Бронзовый. — Занудный Гален! Не знаю я! Но захватывать этот «мозг» — надо! Потому что других вариантов нет!

— Или выпустить чужака в нормальное пространство, — задумчиво затарахтела Хло. — И захватить уже у нас.

— Вариант, теоретически, интересный, — признал я. — Но практически — не представляю, как его осуществить. Ксеносы прорываются в нормальное пространство только на корабле с генератором гиперпрохода, — стал загибать я пальцы. — И только на ЗАХВАЧЕННОМ корабле с генератором. То есть, скорее всего, ещё и переконфигурируют работу систем корабля, чтобы их протащило. А на незахваченом — просто отваливаются при выходе из гипера.

— Так что выпустить из гиперпространства чужака для его захвата — не только опасно. Но ещё и непонятно, как сделать, — подытожил Эмик.

— Ну в общем, как основной вариант остаётся поиск мозга в этом условном «корабле», — протянул я. — Вопрос — как его искать, по каким критериям? И как в этой запредельной пакости гиперпространства, да ещё в глубине этого биокорабля, ориентироваться?

Вместо ожидаемого мной: «да это просто, Гален!» — ну или хотя бы: «Глупый пилот! Смотри, как надо…» — повисла тишина. Недобрая, потому что что доброго в тишине, когда хочется получить ответ?

— Ищи свой дурацкий Путь, Гален! — наконец, нашёл «изящный ответ» вредный Инвиктус.

— Зараза бронзовая, — посетовал я.

— Да!

— Да хоть тоже подумайте! — возмутился я.

— Конечно, Гален! — тут же протараторила Хло и практически тут же погрузилась в расчёты и моделирование.

— В свободное время! — гудел Эмик.

— От мыслей о собственном Величии?

— Естественно!

— Вот точно — бронзовая зараза.

Хотя было понятно, что нужно больше статистической информации, и это — минимум. Но мы хотя бы смогли смоделировать новые «зонды-пули», ну и дроны для Хло, чтобы не искать чёрную кошку в чёрной комнате там, где её точно нет. А искать её там, где она хотя бы теоретически может быть.

Правда, в данном гиперпелёте нам смоделированное и даже сделанное — не пригодилось. Нападения ксеносов не было и Фермопилы долетели до очередной «опрной системы» совершенно спокойно. Что нам и не слишком хорошо.

Полюбовались на геллиотов, а пока корабль рассчитывал новый курс — я поговорил с триерархом. Ну, в плане: может, скакать не до необитаемых систем, а то сломаемся серьёзно, и хрен починимся в пустой системе. Да и, возможно, «вытащим» ксеноса, а в таком раскладе лишние помощники в бою будут ой какими не лишними.

— Всё так, дукс, — ответил Колин. — Но существует проблема времени: я рассчитываю точки выхода таким образом, чтобы пребывание в гиперпространстве занимало не больше дюжины часов. В идеале — вообще шести.

— Как раз на случай нападения.

— Точно так. То, что вы с компанией сможете сдерживать ксеноса — я не только не сомневался, но и убедился. Но справиться с ним, — извиняющеся развёл он руками. — А в случае, если Приказ Его Августейшего Величества будет исполнен — результат должен быть доставлен. ОБЯЗАН, дукс!

— Понимаем, — протянул я. — И согласен.

Ну, потому что если мы, скажем, будем сутки бултыхаться (а примерно столько от края нашей зоны до края), а ксенос проявит сволочизм и нападёт в самом начале перелёта, то шансы выйти из гиперпространства у Фермопил будут невелики. За сутки он точно что-то важное сломает, поле продавит и вообще гадостей нахреновертит.

Так что стали мы скакать короткими скачками. Ну и я… да в общем, с супругами общался всячески, во всех смыслах. О Катьке вспоминали и друг другу пообещали ей всё «скомпенсировать». Хотя, учитывая время нашего отсутствия — это скорее как угроза выходила, хех.

Ну да ладно, через шесть коротких скачков выперло на нас очередного поганого ксеноса в гипере. Опыт прошлого боя был, так что встретили мы несимпатичную персону чужака в том же отсеке для штурмовиков, но переделанном: мощные стены, с полевым укреплением и ограниченное этими стенами пространство. И время до выхода из гипера прошло в довольно рутинной чужерубке. Просто исправно переводили боезапас и энергию, ничего сволочного у чужака без «пространства для манёвра» сделать не вышло. Ну и, естественно, собрали новый пакет информации для обдумывания-вычисления. Хотя меня всё это, чисто умозрительно, не радовало: ну вот никто нам гарантии не давал. что «мозг-пилот» чужака будет иметь светящуюся табличку (пусть и чужинскими каракулями) «Ловить сюда!». А без этого, даже если у нас выйдет ориентироваться в бредовой топологии гиперпространства — а где искать-то? Он может каким-нибудь ганглием в огромном теле-корабле быть, не намного больше человеческого мозга, а то и поменьше. Никто ему (сволочь такая!) не запрещает быть таким.

Но такие мысли делали нашу миссию не просто трудной, а практически неосуществимой. Так что будем считать, что табличка есть. А если не найдём — будем дальше думать. В том числе и насчёт того, как вытащить чужого в нормальное пространство в полном составе, и уже тут его с чувством, толком, расстановкой усмирить и поизучать.

В общем, после выхода из гипера и схватки с ксеносом чиниться нам, к некоторому удивлению и радости, не пришлось. А мы с Эмиком и Веснушкой тут же засели за разбор данных. И разбирали ещё два «перегона», почти разобрались, как…

— Дукс Империалис Безмолвный, имею к вам официальный запрос, — вдруг послышался напряжённый голос триерарха Колина, причём, на удивление, не сетью, а корабельным селектором.

— А зачем так официально, капитан? — заинтересовался я.

— Ситуация такая, дукс, — отрапортовал триерарх. — Примите данные.

И скинул, уже по сети, информационный пакет. Ну мы, в смысле Хло и Эмик с Пао. Последний был подключён к нашим расчётам по инициативе Бронзового:

— Вычислитель у него мощный, — аргументировал Эмик. — Хороший, годный вычислитель. Так нечего ему жопу в ангаре отращивать! Всё равно ничего не выйдет — у Инвиктусов без вмешательства вулканистов жопы не отрастают! — добавил он совсем неотразимый аргумент.

А в пакете было… Неприятно, но интересно. Ксеносы, сволочи такие, выбрались в нормальный Мир. Но — мёртвый. И вообще непонятно — на «чём», в плане, какой из патрулирующих регион межзвёздников захватили. Потому что на выходе их никто не встречал, а Мир, на который они плюхнулись — сообщений о помощи не транслировал. Потому что мёртвый, с углекислой атмосферой и от двухсот до сотни градусов температурой поверхности. И копошатся там ксеносы уже не первый день. А сколько — непонятно. Но даже планету полностью не контролируют, тужась и разрастаясь, но заняв, судя по беглым голо с визгом удирающего межзвёздника, не более десятой части поверхности планеты.

И вопрос Колина с «официальщиной» был понятен. Штаб всеми каналами вещал о «точке сбора». Мы, как бы, ему не подчинены: у нас прямой Приказ Императора. Но во-первых, помочь надо бы. А, во-вторых, есть вполне ощутимая вероятность наше задание выполнить. Потому что выжигать эту планету никто не собирался, по крайней мере, пока. И возможность добыть пригодный к исследованию ксеносячий окорок или ещё какую грудинку — очень даже велика.

— Летим туда, триерарх, — подумав, озвучил я.

— Слушаюсь, дукс империалис! — довольно ответил капитан.

И полетели мы к необитаемой системе… раньше необитаемой — сейчас там обитали сволочные ксеносы.

17. Ксено-неприятности

Вопреки вселенскому закону подлости (Есть такой, я проверял. Неписаный, но точно есть!) на нас в этом перелёте орды ксеносов не накинулось. И вышли мы из гипера нормально… посреди космического сражения. Самого что ни на есть натурального. Наши, конечно, вваливали, да и корабли бодро прибывали, но было два чертовски неприятных фактора.

Первый: пустотная группировка ксеносов захватила этакие здоровенные планетоиды, в пять-десять километров. Шесть штук. Что они делали с каменюками — непонятно, но результат вышел впечатляющим. Сами булдыганы, укреплённые и с каким-то зловредным аналогом полей, очень хреново разносились в клочья. А если говорить прямо — совсем не разносились, только ломались по кусочкам, причём самыми мощными пушками линкоров (а ракеты, в том числе термоядерные, до этих булдыганов вообще не долетали, да и не взрывались). Но это, в общем, не слишком страшно. Булдыганы стреляли лучами-полем, близким к тому, с которым мы сталкивались, и не особо перегревали щиты кораблей Военно-Космического Флота. Перегревали, конечно, потому что вычислители защитных систем на кораблях — не мы с Эмиком (Да!), но вполне держали эту артиллерию. А что оружие булыжники не слишком брало — так в общем-то, и не страшно. Поскольку в командной сети, в которую зашёл Колин (и предоставил доступ наблюдателя мне), были данные о том, что к нам прёт Фирмоментум, медленно, как и положено этой громадине, но прёт. И через несколько часов припрётся, ну и на любые защитные выкрутасы ксеносов его монструозному курсовику плевать. Сотрёт эти объекты из реальности.

Так что булыжники неприятным фактором сами по себе не были. А вот их начинка — была. Очень насекомые твари, без крыльев, с фасеточными глазами-сенсорами, с термическим метателем в брюшке. Всего полуметрового диаметра, вроде мелочь… Только перегретая плазма, которую они метали, была… плазмой антивещества! То есть, натуральные взрывы синтеза-распада, при столкновении с материей! И если бы не состояние плазмы — тут же всему присутствующему флоту Империи настал бы неотвратимый кирдык: просто жёстким излучением, да и прочими излучениями сопутствующими переходу вещества в энергию, выжгло бы всё к чертям. Метали твари плазму, взрывы были относительно не страшными, для кораблей. Малых пустотных аппаратов Имперских Сил не было — повзрывали кучу, твари. И… загрызли. У них жвала — не барионные плоскости, но судя по тому, что они аж крейсер на запчасти разобрали, не считая штурмовиков — лютые челюсти.

Но было этих жуков, базирующихся на каменюках — сотни тысяч. Летали, плевались антиматериальной плазмой, и старались прорваться к кораблям. Правда, циркулировали к булыжникам — может, «чинились», но скорее всего, возобновляли боезапас антивещества. Что тоже настораживает: если в этих астероидах его хотя бы центнер наберётся — весело будет при их уничтожению даже фирмоментуму. Остальной флотской группировке весело не будет, а будет ей никак.

Хотя варианты подавить пустотные силы ксеносов были, да и даже не сдохнув при этом. И их в командном чате обсуждали — ну не всем же дурачьём быть, есть и не дурачьё среди флотских.

А вот вторым неприятным фактором было… А вот чёрт знает, как эту пакость назвать. Ну — противокосмическая оборона закрепившихся на планете ксеносов, назовём так. Уж что они там нахреновертили на поверхности — только они и знают. Но с планеты шарашил… гиперпрокол. Самый натуральный гиперпрокол, локализованный в виде этакого луча, хотя и не луча ни разу — до скорости света не дотягивал в три раза, был очень чётко локализован в границах, в общем выходил скорее струёй или снарядом гиперпрокола, как ни бредово это звучит.

Летел медленно, был привязан к локализации ксеносов на поверхности планеты. Да даже использовал углекислую атмосферу как этакую «фокусирующую линзу», что отмечали в командном чате. На основании корреляции атмосферных явлений и поведения этой струи-снаряда. В общем — кривое оружие, что не мешало ему у одного из тяжёлых линкоров «переправить в гипер» довольно ощутимый кусок. Больше переправить ему не давали: следили, уворачивались, да и меняли конфигурацию защитных полей. Но эта иная конфигурация была не оптимальна против мини-взрывов синтеза… Ну, в общем, не самая приятная картина в системе. И нам, ну в смысле, Фермопилам, лучше «постоять в сторонке», точнее — на высокой звёздной орбите, потому что толку от нашего крейсера в бою — ноль целых хрен десятых. А риск довольно высок.

Вот после подавления орбитальных сил — мы пригодимся. Точнее, не Фермопилы, а именно наша компания. Потому что разговоры о планетарной операции в чате шли, ну а мы тут ещё и тонко намекнём на Августейший Приказ. Ну, раз уж планета не живая, с имперскими гражданами, а мёртвая, да ещё и ксеносов относительно немного — просто глупо такой шанс упускать.

Ну а пока и Фермопилам, и нам оставалось выступать в роли наблюдателей (чем триерарх заметно, хотя и не напоказ тяготился). Корабли Империи исправно отстреливали «штурмовых жуков» и не менее исправно уворачивались от шарашущей с поверхности пакости. Продолжалась эта исправность часа два, когда из гипера, вне поля гравитации звезды, не материализовался фирмоментум Фурор Хомонис — «Человеческая Ярость».

Корабли бодро почесали от центра системы: антиматериальность булдыганов ксеносов была вполне реальна, а наслаждаться теплом и светом распада лучше издалека. А фирмоментум, получив целеуказания и данные по обстановке — приближаться к звезде не стал. Пыхал своими двигателями, держась вне гравитационной системы и потихоньку наводился на булыжники. И разнёс их нахрен за час, хотя, скорее, именно стёр из реальности: деструктурировал связи вещества. И кстати, видимо, ксеносы именно «производили» антивещество. Деструкция была не мгновенной, а разрушение хранилища антивещества вызвала бы развесёлый бадабум. Которого не было: ни весёлого, ни даже грустного.

А после фирмоментум в окружении «эскорта», в который вошли и Фермопилы, стал ложиться на звёздную орбиту. Ну а мы, как эскорт, разносили жучил ксеносских: уничтожение булдыганов лишило их «базы» и частично сократило численность, но помирать от бездомности они не желали. Сволочи такие!

Но без антиматериальной плазмы были не слишком опасны и бодро гибли сотнями и тысячами. И тут планета повернулась к нашей группе «мордой», точнее, частью с… ну, скажем так, строениями ксеносов, хотя системно это были скорее растения ксеносов. Потому что выращенная пакость, а не построенная.

И вот из этой пакости стал шарашить этот «гиперпрокол», на который, до поры, не обращали внимания, защищаясь полями. И тут к чертям взрывается линкор, целиком! И с фирмоментума «повреждения, под обстрелом!» И общая команда ретирады (это так изящно «спасайся кто может!» флотские обозвали).

Все и драпанули. А что не драпануть, когда всё нахрен взрывается, и говорят «ретирада»? А в чате, параллельно с героическим отступлением, стали появляться данные. От которых немножечко фигели все присутствующие: гиперпрокол стал не «отправлять» в гиперпространство. А выкидывать из него. А точнее…

— Похоже на переброску вещества, — озвучил я. — Не думаю, что в гипере возможно пребывание материи нашей топологии без технических средств. А судя по данным повреждений — ксеносы перебрасывают мантийное вещество планеты. Магму.

— А планета вулканически активна? — осведомился кто-то, повышенной умности, не удосужившись даже сейчас взглянуть в данные по системе.

— Планета необитаема, и вулканистов там нет, только ксеносы — послышался в чате прекрасный образчик космофлотского юмора. — А тектонически планета активна, что есть в сводке и понятно по наличию атмосферы…

— Говорит конул максимус Валериан! — вдруг пробасил голос. — Голосовой канал отрубили!!! Устроили бардак в командном чате! По делу, господа и текстом!

Ну, я канал не отрубал, потому как не подчинённый, да и бардак не устраивал — мудростью делился. Хотя, возможно, народ с перепугу стал тупить и ехидничать — всё же довольно неприятно близко прошелестело небытие. Ну и неожиданно, хотя в общем-то, с точки зрения ксеносов, логично.

Корабли отошли за зону действия «магматически-гиперпространственного шланга» — противостоять такому могли бы только сверхмногослойные щиты фирмоментума и линкоров, причём специально для противостояния подготовленные заранее. И случилось совещание на тему: «а что делать-то?»

Потому как разнести планету с ксеносами — дело несложное, не слишком быстрое и вообще: как любое дурное дело — нехитрое. Но смысла в этом на текущий момент никакого: для налаживания биопроизводства серьёзных, способных к межзвёздной навигации кораблей у ксеносов не хватает «массы».

— Не факт, пилот, — прогудел личной связью Бронзовый.

Мог и в командный чат, но пока не лез и дурачьём никого не обзывал, за что Эмику большой и толстый плюс. Бронзовый.

— Ну да, возможно, УЖЕ сделали и улетели куда-то гадить, — признал я. — Но от этого текущая ситуация для нас не меняется, Эмик. Есть планета, которая здесь и сейчас — не представляет опасности обитаемым Мирам в ближайшее время. Есть ксеносы, о которых никто ни черта не знает. И уникальный шанс — их относительно мало. Это не пакость по всей поверхности планеты, — аж немного передёрнуло меня при воспоминаниях голо.

Очень уж дико, противно и вообще — неприятно выглядела ксеносская жизнь на бывших раньше обитаемыми планетах.

— Это, я понимаю, не дурачьё какое-то. Но на твои мечущиеся мысли отметил, что, возможно — ксеносы уже создали межзвёздник и покинули систему.

А в командном чате продолжалось совещание, которое больше хотелось назвать «срачем». Потому что часть капитанов (причём подчас совершенно разных линий подчинения) говорили о необходимости планетарной операции. С не более чем очевидным резоном получения данных о ксеносах.

А другая капитанская часть — озвучили позицию Эмика, на тему того, что чёрт знает, сколько здесь ксеносы копошатся, как попали и всё такое. И, возможно, к близлежащим (или не близлежащим) планетам прётся или уже припёрся ксенос и гадит со страшной силой. В общем-то тоже понятная и логичная позиция, вот только разбамбливать планету и метаться по окрестностям угорелыми роботами-уборщиками… Ну как минимум — недальновидно.

Но консул, как самый высокопоставленный командир в окрестностях, молчал. А срач шёл уже полчаса, капитаны разделились и к консенсусу никак не приходили.

— Достали сраться, дурачьё! — внутренне согласовав со мной этот акт плюрализма озвучил Эмик. — Мы — на планету. Можете присоединиться. Я, Величайший Инвиктус Империи Энеус Эквис, вам дозволяю, — любезно сообщил он. — И если какое-то дурачьё из вас выстрелит по планете, когда мы будем там — я его буду пинать. Долго и беспощадно!

— Ээээ… — протянул консул, а в сообщениях текстом превалировали взаимные вопросы типа «а это что за гусь?» — Дукс империалис… Безмолвный?

— В данном случае — мой Инвиктус выразил мою позицию, консул. Есть Приказ Его Величества лично мне, полномочия триерарх должен был передать при подключении.

— Да, есть таковые, — с секундной задержкой ответил консул. — И вы настаиваете на планетарной операции?

— Я её буду ПРОВОДИТЬ, консул. В рамках порученного мне Его Августейшим Величеством. Участие прочих вооружённых сил, флотского, лигионного и иного Имперского подчинения — поможет в исполнении Его Воли. И ускорит разрешение конфликта с ксеносами. А препятствование… — тут я просто не договорил.

— Препятствовать Его Воле никто и помыслить не может! — и в чате всякие высказывания повышенной верноподданственности замелькали. — Но как вы видите эту операцию?

— Элементарно, консул: зенитное орудие, или излучатель, или шланг… да чёрт с ним, неважно как называть, пусть будет «орудие»!

— Пусть.

— Так вот, ограничено ста шестьюдесятью градусами планетарной полусферы. Зайти к планете вне зоны досягаемости и произвести высадку вне этой же зоны, — озвучил я.

— Тогда нужно согласовать контингент планетарной операции, структуру…

— Даже не спорю, просто уточняю, что операция должна быть проведена, хотя бы в формате разведывательной.

Ну и начали уже конструктивно общаться, хотя я (и Эмик) в этом участия не принимали. Мы были… ну по сути — личными порученцами Императора вне командной вертикали. Сам командовать я не рвался, да и задача у нас на планете очень конкретная — захват биообразца, самого ксеноса — ну, в общем, понятно.

Что и прочим будет ой как не лишнее, что половина из срущихся капитанов понимала, но тратить время на убеждение непонимающей половины (или желавших срочной мести за погибших — тоже возможно, хотя и не меньшее дурачьё)

Тут скорее, сколько сил прочие предоставят и в каком формате, вопрос, чтоб мы друг другу не мешали и всё такое. И вскоре — разобрались. Центурия разведывательной техники и пять Инвиктусов — вот ксати, не знал, что они в зоне конфликта пребывают. Причём цель — поддержка нас, с миссией «захвата образцов». Добраться, ухватить кусок ксеносятины, да и свалить с планеты. Собственно, фирмоментум собирался болтаться на «безопасной» половине планеты с телепортером наготове и выдернуть нас сразу, как только. Или как только кусочек прихватим, или когда убедимся, что это неосуществимо.

И, кстати, две трети судов в системе легли на разгонные траектории — тут они выходили просто не нужны, даже теоретически.

Ну а мы стали готовиться к операции, пока фирмоментум со свойственной ему неторопливостью почесал к планете. Несколько кораблей составляли ему эскорт, как и Фермопилы. Ну и сигнатуру наших Инвиктусов и всякое такое я передал — а то хрен нас телепортером с планеты вытащат, если что.

Корабли (ну фирмоментум, всё же, в данном случае выступал как корабль, а не станция) дошли до «обратной стороны» планеты и легли на высокую орбиту. Ну и помимо некоторых технических деталей, я ознакомился с ранее неизвестным мне типом аристократов, довольно… Ну в общем так: на фирмоментуме был вполне себе аристократический Род. Небольшой, с владениями… части отсеков фирмоментума, без шуток! На самом деле, подозреваю, выверт, чтобы обойти ряд моментов Кодекса Благородных Домов Империи, что в общем-то, вполне удачно выходило.

Ну а по сути — были это типичные «дворяне», ну и элитный отряд вооружённых сил Фирмоментума, некий Род Ареев, ну и Штольц Арей, их «глава Рода» и командир.

Кстати, сам мой титул «дукс империалис», присвоенный Его Августейшеством — тоже некий способ обойти сложные моменты с тем, что я и наша компания — Благородный Дом, ну и не конфликтовать субординационно и всякое такое с военными.

И началась высадка — Инвиктусы, ну в смысле, Ареи и мы, своим ходом. И заняли позиции, в том числе и в атмосфере, для прикрытия от возможной авиации ксеносов. Так-то есть она или нет — мы, как понятно, не знали. Но те же космические антивещественные жуки тонко намекали, что авиация может быть. А разведывательные платформы — не Инвиктусы, до развёртывания на поверхности небоеспособны.

Хотя десант производился «по всем правилам» и даже сверх того. Механизированная центурия вывалилась из Фирмоментума на «капсулах боевого десантирования» — вещи известной, но чертовски дорогой и редко применяемой. Потому что эти пирамиды имели собственный довольно мощный щит, не менее мощный гравигенератор и были… Одноразовыми. Ну, то есть, падали на планету на запредельной скорости, разворачивались в этакий укреп пункт и конструкционно не были приспособлены к «возвращению». Но эта «расточительность» выходила в данном случае более чем оправдана, так что мы с интересом наблюдали на пустынной поверхности планеты, как ускоренные собственным гравигенератором капсулы падают на планету. Раскалённые добела об атсмосферу, замирают в считанных метрах от поверхности, раскрываются лепестками и застывают этакими бункерами.

Ксеносской авиации, кстати не появилось, что и к лучшему. Ну а после посадки мы направились по поверхности к области контролируемой ксеносами. Ну а что ещё на этой коричневой планетке делать-то?

18. Новые неприятности

Двигались мы довольно быстро, хотя в воздух не поднимались. Не столько из-за отсутствующей авиации (пока или вообще), сколько из-за артиллерии ксеносов, ну или её аналогов. Потому что чем выше над поверхностью — тем с более дальнего расстояния по тебе могут пальнуть. Свойство у планет такое, круглые они.

Но вообще, возникало ощущение, что ксеносам на нас просто плевать. Никаких признаков наблюдения и всякого такого, об атаке можно даже не говорить. Движемся километров сорок в час, держимся относительно рассеянной группой — и ничего.

— Ракеты или их аналоги? — вслух предположил я.

— Системы ПРО в параноидальном режиме, дукс, — тут же последовал ответ от центуриона отряда платформ.

— Не факт, что стандартное ПРО справится с аналогом ракетного оружия ксеносов. Если он будет…

— Готовы мы, готовы, параноистый Гален.

— Рой перехватчиков готов, — протараторила Хло, имея в виду даже не дроны, а миниракеты-перехватчики.

— Мои машины тоже готовы, дукс, — отметил Штольц. — Имеете какие-то сведения о возможной атаке?

— Ну откуда у меня сведения, принцепс? — ответил я Арею по его «военному титулу». — Никто с ксеносами на планетах не сталкивался, насколько мне известно.

— Нет, судя и по моим данным.

— Просто неспокойно. Нет противника — значит, он готовит какую-то гадость. И так разумно считать до тех пор, пока он своим безалаберным поведением не докажет обратного.

— И вправду — разумно.

— Да!

В общем, народ насторожился несколько больше, чем раньше. Что и правильно, а то двигались, как по планете с какими-нибудь бунтовщиками и всё такое. А тут вам не там, а совсем тут с ксеносами сволочными!

Но вся эта готовность оказалась не востребована (что её нужность не отменяет). До прямой видимости контролируемой ксеносам территории на нас никто не только не нападал, но и не фиксировался сенсорами. А вот… ну назовём это «поселением», хотя ни черта это место поселением не выглядело… странно. Бугры, шипы, щупальцы — мешанина бесформенной дряни до тридцати метров от поверхности планеты. Причём цвет этого всего был не «типично-ксеносский», тошнотный. А… ну скажем так, выглядело как плёнка масла на воде. Только вместо масла — угольно-чёрная, непроглядная фигня. А вместо воды — зеркальная поверхность, практически идеальное зеркало.

— Предлагаю понаблюдать, сенсорных дронов попускать. Эта чёрно-зеркальная хренотень — защита? — уточнил я.

— Защита, судя по сигнатурам и спектру, — подтвердила Веснушка.

— Наблюдение — дело хорошее, но на твоей компании, — ответил Штольц, ну а центурион согласно прогудел. — У нас сенсорных машин нет, — уточнил принцепс.

В общем, где-то в пяти километрах от «зоны ксеносов» мы просто расположились: никаких особых укрытий вокруг нас не наблюдалось. Вообще, планета выходила скорее «горной», нежели пустынной. И тип в командном чате, который спрашивал про планетарный вулканизм — дурак, конечно. Потому что сводки надо читать перед тем, как вопросы спрашивать. Но если судить по «внешнему виду» планеты — то тектонической активностью тут и не пахнет. Скорее всего, бури лютые бывают или ещё что-то такое, что горы под корень стачивает.

— Данных практически нет, — огорчённо затараторила Хло, одновременно скидывая в чат немногое, что навыглядывали её дроны. — Защита, причём очень хорошая: практически идентична температурой и прочими показаниями с почвой.

— А что это за энергоцентры? — заинтересовался я данными скинутого.

— Непонятно, они смещаются. Но достаточно мощные, чтобы их излучение не поглощалось этой защитой.

— Ну, она ещё и частично односторонняя может быть, — прикинул я.

— Возможно. Гален, нужно активное сканирование — так мы ничего не поймём, — озвучила, в общем-то, логичный вывод аналитик.

Потому что защита эта и вправду давала почти идеальное экранирование. Да и не факт, что активное сканирование что-то толковое даст. Те же хлоины дроны к ряду проявлений вообще нечувствительны — нужных инструментов нет. А вот нам с Эмиком, по уму, надо бы вообще быть поблизости от этого… да тоже ксеноса, пусть так будет. Просто непонятно, как это копошащееся идентифицировать-разделять, да и нужно ли это делать. А так — нужны данные скорее из нутра ксеноса, нежели вовне.

Но активное сканирование почти гарантированно привлечёт внимание ксеноса к нам. Пока, судя по всему, он нашу группу просто игнорирует.

— Есть всего два варианта, — прогудел Эмик.

— Три, — уточнил я.

— Третий ты не выберешь, если только всё не будет совсем плохо, — резонно отметил Инвиктус.

— Ну да, — согласился я с очевидным.

— Так что либо сразу атаковать, — продолжил Бронзовый.

— Или сначала активно исследовать зондами, а потом атаковать.

— А учитывая, что исследование наверняка привлечёт внимание ксеноса — выжидать просто бессмысленно.

— Эмик, а мы не получим по… Ну, хотя ты прав: если и получим, то получим и так, и так. Разумнее атаковать, пока есть шанс, что нас не заметили, — на этом я размышления прекратил, ну и обратился уже в боевой чат: — Хло, активные сенсоры нужны, но чуть позже. Одновременно с нашей атакой. Давайте думать, как будем атаковать.

— И с какой целью, — уточнил Штольц.

— Цель понятна, пилот Циклопа, — прогудел Эмик. — Цель — разведка боем. Получится решать вопрос захвата образца — хорошо. Но надо поближе подобраться к этой дряни.

В общем, так и было, так что стали мы готовиться. Правда, близнецы выдали довольно интересную мысль.

— Хер дюк, вот мы готовимся к бою.

— И собираемся сразу атаковать.

— А зачем?

— Застать врасплох, — задумался я.

— А если он не отреагирует на активное излучение дронов и наше приближение?

— Хм, так. Перед нами — явно созданный для защиты от орбитальной бомбардировки объект, — стал рассуждать я. — И вы считаете, что у него, например, может и не быть сенсорики для отслеживания относительно небольших…

— Но великих! — подкинул и свою, бронзовую унцию Бронзовый.

—…относительно небольших, но великих, — не стал спорить я. — И для довольно слабого излучения активных сенсоров дронов — тоже не быть?

— По крайней мере, хер дюк, такие выводы следуют из нашего приземления, перемещения, — начал Вили.

— И места, где мы, — подытожила Вё.

Вероятность «необнаружения» была. Считать ксеносов клиническими идиотами — глупо. Но не менее глупо не воспользоваться тем, что они могут быть клиническими идиотами. По крайней мере, платами умищщи эти сволочи не блистали. И в самих атаках на нас, да и в самом факте атаки — вот нахрена этим придуркам в нашу топологию, в которой они и существовать-то толком, без каких-то биомеханизмов повышенной извращённости, не могут?

В общем, готовиться к бою и выстраивать позиции и построения мы продолжили, но начинать решили не с атаки. А с аккуратного приближения и исследования сенсорами, дронов и наших. Нападёт — первый удар мы выдерживаем наверняка. Ну а по результатам этого «первого удара», если он будет — будем решать, делать ксеносу атаку или делать ему ретираду. Пусть своими щупальцами и прочими деталями противными сучит, без поживы в наших персонах.

— И, кстати, если он нас атакует, появилась у меня идея, — озвучил я к концу построения в плотную группу. — Запросим ракетную поддержку с фирмоментума.

— Дукс, мы, вообще-то, тут, — голосом доброго целителя сообщил центурион.

— Не нам непосредственно поддержку, а нам опосредованно. Эта пакость занимает почти три тысячи километров, — пояснил я. — И если бить ракетами в паре тысяч километров от нас, по нему…

— То он, скорее всего, отвлечётся на обстрел. И неважно, будут они взрываться или сбиваться ксеносом — фокус внимания будет точно не с нашей стороны. Но это если ксенос — один, — уточнила Хло.

— Или главный ксенос один, или ещё что. В общем — вариант такой попробовать надо, — подытожил я, направляя на фирмоментум запрос.

Со станции мне ответили почти сразу, в стиле «отчего ж не долбануть, если надо?» Получили целеуказания и пригрозились готовностью отдолбиться по запросу.

— А может, сразу? — предложил Штольц.

— А может, не среагирует на нас, — контраргуменировал я. — А обстрел — точно приведёт к его агрессивной активности.

— Понятно, согласен, дукс.

Так что выдвинулись мы к ксеносу плотной группой, причём мы с Эмиком на этот раз превзошли самих себя: сконфигурировали защитное поле не только на своих эмиттерах, но и эмиттерах группы. У прочих Инвиктусов, конечно, щиты не бронзовые, но всё же: и размер и прочность от «обычных» воздействия выходила такой, которой мы в одиночку не потянем…

— Зато — мы придумали! И управляем всеми этими!

Тоже верно — общее управление с целеуказаниями каждому Инвиктусу просчитывали и выдавали мы. Ну, чтобы защитное поле было именно общим защитным полем, а не непонятной фигнёй.

В общем, топаем потихоньку, платформы в центре — у них, если что, не самая завидная роль: мотаться на запредельной скорости на магнито-гравитационных подушках и отвлекать от нас внимание атакующего ксеноса. Если понадобится, конечно. Ну и дотопали до полусотни метров от колеблющегося, зеркально-угольного ксенообъекта. Даже в его зеркальной части отражались временами, гротескно искажённые.

— Готовимся, — констатировал я. — Огонь открывать ТОЛЬКО по моей команде!

— А то пну, — посулил Бронзовый.

— Хло, начинаем, — сообщил я Веснушке.

И мы начали — дроны Пао врубили активные сенсоры, а мы с Эмиком стали вчуствоваться в доступное нашим сенсорам. И через полминуты выходила неприятная и отрадная картина. Отрадная тем, что ксенос своё зловредное внимание на нас не обращал. Хоть и копошились мы активно. А неприятная тем, что ни хрена мы через этот чёрно-зеркальный отражающий слой не почувствовали. Точнее, мы с Эмиком что-то СЛЕГКА, по косвенным проявлениям, ВРОДЕ нащупали. Но очень размыто — у пограничной физики очень пограничные критерии обнаружения.

— Ещё десять метров, — решился я. — Движемся вместе, по команде.

Двинулись, и мы с Эмиком, наконец, «почувствовали». В общих чертах, но с учётом нами узнанного, мы нащупали состояние, которым ксенос стабилизируют невозможную для нашей топологию метрику. Не объект, который это делает, да и не стопроцентно узнали по полочкам «как», тем более воздействие было динамическим и постоянно меняющимся. Но нащупали ниточку к как…

— Не стрелять! — рявкнул я, благо отслеживал обстановку краем глаза.

А Эмик поднял манипулятор и активировал Эгиду, вдобавок к общему щиту. И не зря: на нас с довольно ощутимой скоростью летело здоровенное… ну скажем, — щупальце. Зеркально-чёрное, как и весь ксенос, метров тридцати длиной, утончается к концу, но в основании — под десяток метров! Ну и летело явно в нас, точнее, в «нашу сторону», по горизонтали.

При этом — никакой больше агрессии от ксеноса не наблюдалось, только щупальце, вроде как «отмахивающееся» от нас.

И Эгида не подвела: общий щит был пробит, но в сформированную Эгидой плоскость щупальцо влетело и отскочило.

— Отходим! Не бежим, держим строй! — быстро скомандовал я, и мы начали пятится.

А щупальце ошарашено пометалось и… ну если использовать терминологию нашей реальности — взорвалось. Хотя ни черта это не было взрывом: произошёл практически мгновенный переход части материи в энергию, но не взрывообразно, как при реакции распада-синтеза. А направлено, хотя и по дурацки: «взорвавшееся» щупальце «окатило» примерно наше положение потоком всяческого электромагнитного излучения, мощным и плотным, но неструктурированным. И захватывающим весь электромагнитный спектр: от света и тепла до радио и тяжёлых частиц.

Шарашил бы хотя бы в одном «сегменте» спектра — нам бы хана. Но он энергию «размазал», так что щиты выдержали, и даже эмиттеры не перегрелись. Хотя сенсорика от обилия всяческого излучения на миг засбоила, но даже этим ксенос не воспользовался! То есть, мы медленно отступаем после выстрела… И всё! Никаких враждебных или наблюдательных действий со стороны ксеноса. Типа потерял щупальце противное — так и нужно…

— Не торопись, пилот, — вдруг прервал моё офигевание Эмик. — Видишь? — скинул он мне отчёт датчиков вибрации и звуковой локации почвы.

Хм, а я даже не заметил, что Хло почву тоже контролирует. Это она умница.

Но на текущий момент важно вот что: к нам явно и целенаправленно чесал некий объект. Плотностью на порядок меньше, чем у почвы, но эту почву явно деструктурирующий. И — единственный, по крайней мере, в зоне обнаружения сенсорики.

— Справлюсь, — предвкушающе прогудел Эмик, скидывая мне тактическую схему.

— Показушник, — с улыбкой отметил я, ознакомившись с деталями.

— Ты так говоришь, как будто в этом есть что-то плохое, дурацкий Гален!

— Да в общем — ничего плохого, — признал я.

И вот, чешет этот неопознанный ксеносский подземный объект к нам. Довольно шустро, для подземного объекта, вне зависимости от опознаности. Ну а я даю в чат команду — стоим, не реагируем. потому что вариант, придуманный Эмиком — гарантированно сработает. Ну а в худшем случае — даст нам время, потому что червяк (хотя лютый червячилло, если судить по размеров) ксеносов не «просачивался, а именно 'пробивался» через почву.

Чешет, начинает ускорятся, и тут Эмик, зазнайка бронзовый…

— Дурачьё!

…Пафосно сложив манипуляторы на груди, бьёт ногой в почву, создавая этакую «волну полевого укрепления», направленую, на почву. По сути, за счёт дополнительных созданных полями атомарных связей превращает этакий клин почвы в кристаллический кубический аллотропный углерод. Ну, алмаз который. Да ещё и увеличивая, при этом, межмолекулярные связи рыхлой почвы, не теряя в прочности.

Червя ксеносов заперло в ставшей «алмазом» почве. Ну и раздавило нахрен — потому что занимаемый червяком объём занял объем «алмаза».

— Чужое дурачьё должно пресмыкаться под стопой Истинного Величия, — пафосно провозгласил Энеус Эквис, самый зазнайский и пафосный Инвиктус Галактической Империи (Да!).

— Отслеживаю, — затараторила Веснушка в чат. — Последствия разрушения Ксеноса близки к последствиями самоаннигиляции этого… щупальца. Но не во всём. И менее энергонасыщенные.

— Естественно, отличаются, рыжая Хлоя! Щупальце поганого ксеноса по нам «стреляло». А тут я поверг омерзительное ксеносское отродье! Которое, кстати, было, скорее всего, узкоспециализированным конструктом.

— Так, ксенос на нас не реагирует, — через полминуты стояния на месте отметил я. — Видимо — локальная защитная система сработала, чуть ли не иммунитет или что-то такое. Сейчас мы аккуратно…

— Тревога!!! — вруг прошло каналом от фирмоментума. — Сворачивайте операцию!

— Причина⁈ — возмутился я.

— В системе Шервуд появился объект ксеносов. Идут космические бои. Фурор Хомонис нужен там. Область, захваченная ксеносами на этой планете, будет уничтожена в ближайшие минуты. Разведывательному отряду приготовиться к телепортации!

Это, выходит, либо какой-то из «патрульных» межзвёздников захватили. Или, что более вероятно, ксеносы всё-таки сформировали и запустили из нашей текущей системы межзвёздник. Ну, потому что обитаемая система со звездой Шервуд — фактически ближайший обитаемый мир от этой системы. И «прекратить операцию» в общем-то — оправданно. Вот только…

— Сделаем! — откликнулся на мои мысли Бронзовый. — А то совсем по-дурацк выйдет, — забурчал он.

— Требую задержать эвакуацию, максимум на десять минут, — оттарабанил я на фирмоментум.

— Причина? — то ли не стал тратить время, то ли передразнил меня оператор.

— Захват образца.

— Десять минут у вас есть, дукс Безмолвный, но не более, — вклинился в переговоры Консул. — После этого — принудительная телепортация, перед Его Величеством уж как нибудь оправдаюсь!

— Хрен ты старый перечник нас «принудительно телепортируешь», — негромко пробурчал Эмик.

— Всем стоять, держим щит. Арви, одиночным в ксеноса, — отдал я распоряжение.

Кастор пальнул из тяжёлого разгонника в зеркальную плоть, и щупальцев в наш адрес понеслось уже три штуки. Два после невербальной команды разнесли слаженным огнём, а третье мы с Эмиком приняли на Эгиду.

— Какой же ты прочный, заррраза! — рявкнули мы с Эмиком одновременно, потому что кистень справлялся со щупальцем с большим трудом.

Как выяснилось — из-за «толстой» формы. То, что было скорее плюсом против нормальных объектов, стало затруднением против объекта ненормального. Резался, но ме-е-едленно. Но тут к нам подскочил Макенси и ударил Деремитой «в противоход» Кистеню, отсекая кончик щупальца. Которое мы с Эмиком тут же поймали в сложносконфигурированное поле.

— Эвакуация! — рявкнул я на фирмоментум.

А через секунду наша компания и спутники уже стояли в огромной ангарной палубе Фурора Хомонис. И кусок ксеноса, к счастью, нигде по дороге не потерялся — висел в полевой ловушке, гадость такая.

19. Шервудский расклад

Несмотря на то, что гадость, кусок ксеноса парадоксально вызывал радость. И тем, что не развеивался нахрен — согласно голо о попытках взять образец, эти самые образцы развеивались в проточастицы на глазах, за секунды. И самим фактом своего наличия: совершенно не факт, что «Приказ Императора», ну а вообще — заказ Его Августейшества, именно «выполнен». Если начать выступать и говниться, то «по букве» — «да». А по факту — не факт. Потому что я сам понимаю, что Император имел в виду, да и что нужно. Не просто кусок, причём, возможно, даже не ксеноса, а корабля-биоконструкта. Нужен сам ксенос, скорее всего. Не факт, возможно, и по куску всё со страшной силой узнают, но это не точно.

Ну и сделать «заказ» по букве, а не по духу — свинство, мне совершенно не свойственное. Да и нагадить, при желании, Его Августейшество сможет так, что мало не покажется. Тоже, в рамках «буквы», если ступить на эту скользкую дорожку.

При этом, как свойственно гадости, кусок ксеноса начал причинять неприятности самим фактом своего существования. Я даже не поленился связаться личным каналом с триерархом Колином, на тему «а Его Августейшество ничего говорить не изволил? Про то, что с куском делать?»

— Поздравляю, — озадаченно поздравил меня Колин. — Признаться, я получал приказ от Его Августейшей Канцелярии, а не от Его Величества. «Незамедлительно доставить для исследования», — явно процитировал он приказ.

— Бездельники и дурачьё! — припечатал соответствующий государственный орган Эмик, припомнив наш «концерт» для бюрократов, с Инвиктусом.

— Мне казалось, князь, что Его Величество лично соизволил вам дать указания, — выдал капитан.

— А откуда знаете, что князь? — возмутился я.

— Так приказ Канцелярии…

— Точно — бездельники и дурачьё! — припечатал уже я. — И трепачи!

— Да!

— Так вот, капитан: КУДА доставить образец, мне Его Величество сообщить не соизволил. Может, можно передать на фирмоментуме кому-то. Может — надо везти на Терру. А может — к пиитам, в их регион, — протянул я.

— Дела-а-а… — протянул, явно не зная что сказать, Колин. — У меня есть канал срочной связи со Сцериба Примулом Его Августейшей Канцелярии, — сообщил триерарх. — Воспользоваться?

— Да, будьте любезны, — ответил я.

И тут в командном чате, выделенным каналом, ко мне обратился консул:

— Примите поздравления, дукс империалис, — начал он. — Вам и вашей компании требуется транспорт для доставки на ваш курьер? Или предпочтёте телепортер? Тотчас отдам распоряжение, но уделить вам много времени не могу — предстоит планетарная бомбардировка и срочный старт.

— Принимаю, Консул. Не знаю я, потребно мне или нет, — досадливо буркнул я.

— Э-э-э… не понял, — по-простецки признался флотский командующий.

— Вот и у меня такая же реакция, — признался я. — Я НЕ ЗНАЮ, кому доставить образец. Распоряжение Его Величества было «добыть».

— Э-э-э… — совсем оперно протянул Консул. — А что делать?

— Мой капитан связывается с Его Августейшей Канцелярией. Ждём-с, — сообщил я.

— Это… хорошо, наверное, — протянул Консул. — Тогда займусь своими обязанностями, — явно помахивая головой, сообщил он и покинул канал связи.

Да уж, и ведь не подумал никто… Впрочем, как я понимаю, Его Величество рассчитывал, что всё это «надолго», ну и успеет корректирующие указания дать. Возможно, даже предполагал, что я (или там Катька, через Императрицу) ныть об отпуске начну. Для всякого и такого ну и вообще семейных дел. Это Его Склеротичность не извиняет, а Канцелярия — балбесы, но хоть понятны причины.

В общем, пока фирмоменттум сносил часть планеты с ксеносским образованием — мы стояли на ангарной палубе. И в игрушку резались. Ну а что ещё делать? Близнецы предложили, а чего ж не сыграть, если делать нечего, а надо ждать?

— Мелкие читеры! — страдал Бронзовый, три раза подряд позорно проигравший в самом начале. — Гален, они жульничают!!!

— Как? — заинтересовался я, поскольку игра была карточной, а тасовали «колоду» своместно все вычислители Инвиктусов.

— Не знаю, но жульничают!

— Не ври, Бронзовый зазнайка! Ты просто играть не умеешь! — глумились мелкие.

— Вот попадётесь мне, и познаете всё Величие Энеуса Эквиса, мелкие шулера! — взял себя в руки (ну относительно) Эмик.

— Не догонишь…

— Не поймаешь!

— Тихо! — рявкнул уже я, потому что он триерарха пришёл закодированный пакет.

Привет, Гален! Молодцом, я в тебе не сомневался, даже превзошёл мои ожидания. Образец передай ректору вулканистов на Фуроре Хомонум. И у меня к тебе просьба — не покидай пока регион операции. Возможно — будет продолжение заказа, впрочем, ты и сам, я думаю, понимаешь. Но этот будет выполнен в момент передачи образца вулканистам. И благодарность моя и Империи будет безграничной. В разумных пределах, что ты тоже понимаешь.

Если желаешь навестить Катьку и дом — прошу подождать результатов исследования, но не дольше недели. Твой капитан по истечении срока доставит, распоряжение выдал.

Император

Ну, прям даже не фельдъегерем и вообще — всё понятно. Так что пару часов мы занимались тем, что передавали вулканистам не сам образец — это-то, как понятно, заняло не более секунды. А данные и конфигурацию полей, удерживающую эту зловредную плоть в нашей метрике стабильной. Что поразило — киборги долго «тупили», делали совершенно не то, а уж вопли Эмика «Тупое кибердурачьё! Давайте я вас пну, и всё получится!!!» точно войдут в анналы Ордена Вулкана. Хотя, скорее всего, из категории «перед прочтением сжечь!»

Но — передали, дружно вздохнули от облегчения. И направились на Фермопилы, болтающиеся неподалёку от фирмоментума. Самой станции до выхода из поля тяготения звезды ну и, соответственно, до выхода в гиперпространство оставалось ещё почти два часа.

А уже на Фермопилах мы затеяли совещание, на тему «что делать?» Потому что распоряжение Его Августейшества было однозначным — ждать в регионе семь дней, а дальше можно и Ульвеюл навестить. Но чем эту неделю заниматься? Ну, я, положим, найду, да и девчонки со мной тоже. Но у нас, буквально под носом, поганые ксеносы атакуют имперский Мир. Шервуд — одна естественно-обитаемая и одна терраформированная планета, не считая орбитальных строений, производственные Миры. И это — миллиарды людей под угрозой.

— Не факт, что мы что-то сможем в Шервуде сделать, — рассудил я.

— Не факт и обратное! — запальчиво прогудел Эмик.

— И я про то же. В общем, если у вас, триерарх, не найдётся возражений — я бы предпочёл посмотреть на творящееся в Шервуде своими глазами. Принудить участвовать в бою нас никто не может, но посмотреть и, возможно, помочь — было бы правильно.

— Сам хотел вас об этом попросить, дукс. Значит — готовлюсь к маршруту в Шервуд?

— Да! — произнесли мы одновременно с Эмиком.

Так что в гиперпространство по направлению к Шервуду Фермопилы вошли даже раньше тяжело разгоняющегося Фурора. Ну и несколько часов у нас было… ну, точнее у Ферромантума и Инвиктусов — починиться и пройти техлбслуживание (вроде все целы, но проверка не помешает). У персонально Эмика и Ферромантуса — очередной раунд занимательной игры «пни вулканиста-не дай пнуться вулканисту». Из-за чего будет очередной раунд — не знаю. Но Эмик повод найдёт, а Ферромантум повод обеспечит, точно.

Ну и у нас с девчонками, чем заняться, нашлось. И не только очевидным занимались! И просто поговорили, да и по делу пообщались, насчёт Ульвеюла и вообще Родовых дел. Ну, в свете «отпуска через неделю» от Его Августейшества планы составили, намерения обозначили и вообще. В то, что вся эта чужацкая эпопея закончится в течение этой недели, а вулканисты, пииты и прочие мудрилы радостно сообщат, что всё, проблема решена — как-то никому из нас не верилось.

А перед выходом из гипера направились мы по Инвиктусам — ну мало ли, может, сразу в бой. И я наблюдал картину, которую никогда даже представить не мог! Эмик резался с Ферромантумом в карты! Ну, в ту самую, забавную карточную игру, в которой близнецы над его бронзовостью доминировали и насмехались.

Но сейчас, судя по надутым, но преисполненным внутреннего ликования бронзовым воплям, ну и кибернетическому отгавкиванию (не слишком убедительному) вулканиста — Бронзовый сам доминировал и насмехался.

— Вот зачем ты согласился играть, дурацкий вулканист? — ехидно гудел Бронзовый. — Понятно же, что пред моим величием твоё…

— Каким «величием», буйная машина⁈ — возмущался Ферромантум.

— Моим, — бронзово ответил Эмик.

— Я в «Катакомбы Лапусов» играл В ОРДЕНЕ! И лучший игрок и сотен!

— Ну, значит в ордене — дурачьё. Ты чуть лучше, раз «лучший», но лучший среди дурачья! — вредничал Эмик.

— Да ты жульничаешь!

— Как? — ОЧЕНЬ ехидно уточнил Бронзовый.

— Ваше занятие очень увлекательно, господа, — озвучил я, с трудом не смеясь в голос. — Но мы вскоре будем в Шервуде.

Это двоица уставилась на меня, как на врага всех карточных игр и вообще злодея! КАК — я понять не могу! У вулканистов с мимикой, прямо скажем, неважно. Ну ладно, положим, она всё равно есть, и вот ей Ферроматум свое недовольство невозможностью «отыграться» мне показал. Но у Эмика — забрало и маска! Нет у него мимики и всякого такого как класса, как, в общем-то, и лица: стилизованная личина сенсорного блока на месте головы. Но этот… Инвиктус умудрялся пырится на меня своими сенсорами с видом незаслуженно обиженного Бронзового. Как — не представляю, но умудрялся. Талант, наверное.

— Полезай уж, несвоевременный Гален, — наконец, вздохнул Эмик, открывая ложемент.

Ну я и полез. Чего ж не полезть, раз лезется, да и надо?

Ну а через несколько минут Фермопилы вышли в нормальное пространство в Шервуде. Пустотная битва в системе бушевала вовсю, точнее — добивание. В системе была тьмуща боевых имперских кораблей, и даже развлекался геллиот. И от ксеносов оставались какие-то жалкие ошмётки, с писком разбегавшиеся кто к звезде (там их геллиот прибьёт), кто к краю системы, где их прибивали флотские. В общем — тут не то, что фирмоментум или мы не нужны, но тут оказалось кораблей раз этак в десять больше, чем надо для решения вопроса ксеносов. Но это — в пустоте. А вот с планеты Корнуэлл, исскуственного (точнее — терраформированного и улучшенного) Мира, раздавались панические вопли. И крики различной победности и не очень.

— Надо разбираться, — мудро озвучил я.

— Так разбирайся, а не трепись, болтливый Гален, — проявил интерес и нетерпение Эмик.

Доступ к сети Имперских сил у нас был полный, триерарх предоставил. Так что стали мы всей компанией знакомиться, что тут в Корнуэлле творится.

Итак, дюжину часов назад из гипера (точно из гипера, с соответствующими спецэффектами и проявлениями) вывалилась «груда плоти». Здоровенная и насквозь ксеносская. При этом — в регионе, МЯГКО говоря, военное положение. И на планетах, в системах, пустотных объектах и всём таком в обитаемых Мирах тысячи вооружёных сил. От автоматических ракетометателей-мин и одноразовых рентгеновских атомных лазеров на астероидах, до банальных сил Легиона и ополчения планет. То есть, огромный (реально ОГРОМНЫЙ, в треть фирмоментума!) корабль ксеносов появился, ну и получил пару попаданий из рентгеновских лазеров. Как бы он над законами нашей топологии ни надругивался, но ядерный взрыв, сжатый в когерентный луч, ксеносу ОЧЕНЬ не понравился. Какие повреждения «вообще» получил чужак, точно не понять, но получил точно. И… развалился. Рассыпался на десятки космических биообъектов поменьше. Которые были вполне боеспособны, но успешно разносились обилием оружия в системе, ну и судами системной обороны, само собой. То есть даже без всякой подмоги в системе был паритет, пусть и с некоторым преимуществом ксеноса.

Часа два идёт космический бой, чужака всё меньше (звучит по-дурацки, но по факту именно так). И тут начинают вываливаться из гипера корабли Имперских сил. От нас (ну из системы с бывшей базой ксеносов), да и не только, как я понял. Оперативно отреагировали на сообщение с Шервуда. И с ходу включаются в бой с ксеносом, после чего паритет превращается в доминирование. Всё более и более тотальное, с каждым следующим появляющимся в Шервуде кораблём.

И тут ксенос совершает такой финт: половина из трёх десятков «кусков», ну а по сути — самостоятельных кораблей, рассыпаются на корабли еще меньше. И активно занимаются суицидом, пытаясь уничтожить побольше наших, ну и прикрывая оставшуюся часть кусков первичного межзвёздника ксеносов. Из которых девять рвутся к границам системы, явно рассчитывая уйти в гиперпространство. А оставшиеся шесть кусков ксеноса делятся на две группы по три корабля. И направляются к Корнуэллу и Ноттингему, обитаемым Мирам Шервуда. При этом — продолжают делиться, уже не на группы, а на куски. Что, несмотря на плотнейший огонь и всё такое — позволило части ксеносских кусочков попасть на Корнуэлл. До Ноттингема не добрались, разнесли всех, а вот с Корнуэллом не успели.

И на данный момент с промышленного мира приходят такие отчёты, что непонятно: то ли в обморок от ужаса падать, то ли орать на весь регион запрос о тысячах медиков, специализирующихся на психических дураках. Потому что писхические умные ТАКОЕ не придумают, а в реальность «оживающих домов» верится с БОЛЬШИМ трудом. И если бы только это…

— Бред какой-то, — озадаченно сообщил Эмик, проглядывая со мной обрывочные отчёты с атакованное планеты.

— Возможно, это галлюциногены, даймё? — предположила Мари.

— Или вирусно-бактериальные агенты с галлюцинациями как частью клинической картины, — протараторила Хло.

— Ни хрена это не объясняет, — вынужденно констатировал я. — Хотя предположение хорошее, но точно «нет».

— Если только на этом дурацком Корнуэлле изначально, до нападения всякой ксеносской погани, было только непроходимое дурачьё, — уточнил Эмик.

— Угу, — подтвердил я. — Силы планетарной обороны и легионеры, надышались галлюциногенов на дежурстве?

— Пограничные воздействия? — не столько спорила, сколько предположила Веснушка.

— КРАЙНЕ маловероятно. Да и бредово: если ксеносы способны МАССОВО совершать на микро или мини-уровне телепортационные прыжки…

— То все силы на Корнуэлле перебили бы за считанные минуты! — воскликнула Кудряшка.

— Вот именно. Нет, вероятность, что ксеносы ну вот совсем тупы-ы-ы-ые — есть.

— Да!

— Но крайне маловероятна.

— Да! — ещё раз поддакнул Эмик и задумался.

Видимо, о том, чтобы бронзовость какую-то сказать.

— В общем, если подходить логически, то первый вариант: голограммы, маскировка.

— Ой, не подумала! — даже по голосу было слышно, что смутилась Хло.

— М-м-м-м… — глубокомысленно прогудел Бронзовый вместо готовимой гадости — видно, тоже не догадался.

— А второй?

— Какой-какой?

— То что весь этот бред — реальность. ОЧЕНЬ теоретически — это возможно. И смотрите, часть докладов подвергаются автоматами и средствами внешнего наблюдения, — указал я на не сразу замеченный, но немаловажный факт.

— Мда-а-а-а… — последовало этакое хоровое офигевание, к которому присоединились даже Инвиктусы.

— Ну как есть. Я вот думаю — может, помочь нашим на Корнуэлле? Люди-то гибнут, как выглядит их убивающая пакость — как мерзкий ксенос или взбунтовавшийся дом, как-то не важно.

— Ты у нас спрашиваешь?

— Я с вами советуюсь. Настоятельной необходимости нет, но есть некоторая потребность.

— Да, да, ввалим поганым ксеносам! — раздалось в чате.

Ну и стали мы готовится к наземной операции. Инвиктусов в системе не было, а судя по ряду докладов — они на Корнуэлле ОЧЕНЬ не помешают в ряде случаев. Потому что силы обороны планеты просто не справлялись, да и не могли справится с рядом ксеносских проявлений. И было у меня, хоть и неозвученное, но подозрение, что если погань как можно быстрее не перебить, планету придётся стерилизовать, невзирая на жертвы.

20. Дорожное движение

Вообще, с планеты приходили сообщения о каком-то бреде, в стиле низкопробного ужасающего голо: живые дома, хищные перерабатывающие комплексы, кибернетизированные чужой плотью рабочая и боевая(!) техника и дроиды, атакующие…

А вот тут был первый «звоночек», из-за которого я не отмахнулся, как тот же Эмик…

— Дурачьё параноистое потому что!

— Завидуй молча! — на что Бронзовый завистливо и надсадно «засопел».

Так вот, целью атаки этих персонажей ужасающего голо были не только, да даже не столько люди. Вся эта пакость рвалась к органике и сложным веществам. То есть, основное направление прорывов, помимо жилых башен мегаполисов, были пищевые, пластиковые заводы и всё такое. И туда, судя по схемам, ксеносы рвались с гораздо большей яростью, чем к людям. Что всяким там «монстрам из голо» немножечко не свойственно. И понятно зачем: ксеносу нужна масса для развития «плоти». Судя по предыдущему, мертвому миру — ему и углекислый газ с кремнием вполне годится, ну и азот, само собой. Но судя по нему же — перерабатывает ксеносская плоть простые вещества медленно. Чудовищно быстро, на фоне нормальной жизни, но вот для ситуации боестолкновения — медленно. И, соответственно, охотится за сложноорганизованной органикой, увеличивая массу. Ну и «зачем» — в общем понятно, хоть и непонятно конкретно. Не настолько мы хорошо этих противных ксеносов изучили, чтобы понимать, что он конкретно навертеть хочет.

Выходило у них (или у него — с персонификацией этой дряни даже псионы головы, как минимум — одну, сломали. А головы у них большие, и они туда умеют не только есть!) с переменным успехом, но переменно — выходило. И, на данный момент, помимо миллионных жертв (и чудовищный материальный ущерб, на который, с учётом жертв, в общем-то плевать, но это — нам) на Корнуэлле восемь «очагов», где ксеносы самым натуральным образом вваливают защитникам планеты. Это места, где чужаки добрались до тысяч сложной органики и стали, не прекращая боестолкновений, творить не всякую пакость уже из ужасающего голо, а боевые конструкты. Чужинские, но несколько иные, чем нам попадались на корабле или прошлой планете. И я, кажется, понимаю почему.

— И почему? — перестал сопеть заинтересованный Эмик.

— А они, скорее всего, творят «наши», подходящие к нашей топологии биообъекты. Ну, считай, биороботов на нашей основе, хоть своими подходами и методами.

— У-у-у… — не слишком громко провыл Бронзовый с ощущением обиды.

— Да, мне тоже обидно, а что делать. Но учти, мы тот кусок удерживали полями, а в нём начали происходить какие-то изменения…

— Не факт, что деструктивные!

— Да прям!

— Ну ладно, деструктивные, — признал мою правоту Эмик. — Но не факт, что той же природы, что развеивание на проточастицы. Возможно — некий аналог гниения, механизм самоуничтожения, заложенный ксеносами в, как ты выразился, «биороботов на нашей основе». Сволочи!

— Сволочи, — вынужденно согласился я. — Но в любом случае — сейчас, да и на ближайшую и среднесрочную перспективу, эта высокая вероятность ничего не меняет. Сейчас — поможем Корнуэллу, насколько сможем, а потом навестим Ульвеюл. И, похоже, будем охотиться в гипере, по старой схеме но с новыми знаниями.

Но это всё вопросы будущего, а у нас была конкретика: начинающий закрепляться на планете ксенос. Вот чёрт знает, понимал он или нет, что полноценно развиться ему никто не даст и все его усилия изначально обречены на провал. Подозреваю — знал, но поступал совершенно логично: если так и так помирать, то прихватить с собой побольше врагов. В данном случае — население и защитников Корнуэлла. Правда, с какого фига мы этим ксеносам «враги» — в упор не понимаю. Они к нам рвутся и всё такое… Хотя, возможно, мы им как-то гиперперелётами вредим? Ну так вышли бы на связь, в конце концов! В общем, даже если и есть причина — всё равно сволочи и козлы. И выглядят мерзко!

Вышли на связь с штабом планетарной обороны на орбите — там, судя по тону и ряду моментов, царило офигевание. Но, хоть что-то делали точно, да и с нами выдали несколько точек где «ОЧЕНЬ не помешает» помощь Инвиктусов.

Ну а Фермопилы летели к планете, благо бой в пустоте уже подошёл к логическому концу: ксеносов перебили. В сети имперских сил, помимо криков, воплей и всякого такого с Корнуэлла обсуждали вопрос, что с высадившимися ксеносами делать. Про тотальную орбитальную бомбардировку пока никто не заикался, но вот идея локальной озвучивалась и не раз. С Корнуэлла на это отвечали, и даже предлоги этого ответа были цензурными.

Ну, потому что места, где ксеносы добрались до тысяч органики, были самыми густонаселёнными и всё такое (что логично). И принципиальной разницы между орбитальной бомбардировкой крупнейших гигаполисов планеты и тотальной бомбардировкой особо и не было. Тут или местные отобьются (ну или хотя бы продержатся, сдержат распространение-развитие ксеносских биообъектов до момента, как фирмоментум дотелепается до Шервуда), или не отобьются, и планету надо бомбардировать совсем полностью. По кусочкам — не выходит, ну и всякие абордажные центурии и когорты на кораблях в системе — не помощники, по большому счёту.

Так что присмотрелись мы, ну и на орбитальном витке Фермопил десантировались. У Панзанса, столичного гигаполиса Корнуэлла. Там ситуация выходила совсем неважной для защитников: мало того, что гражданского народу тьмущща (это и в прочих гигаполисах под атакой ксенопакости), так ещё и первое поселение на свежетерраформированной планете. Ну и, как обычно, недораспланировали. Ну, в смысле, не учли будущую площадь застройки, и первоначальный город, с заводами и всяким таким, оказался под плотной застройкой разросшегося гигаполиса. И защитники не могли более-менее мощную артиллерию применять, потому что дрались, по сути, «в подвале». Открытом и всё такое, но если там начать мощной взрывчаткой орудовать — часть города на орудующих обрушится, а ксеносы только спасибо скажут за лишнее прикрытие и доставку биомассы «на дом».

Ну а мы, как астероиды, падали на город, чуть подтормаживая ионниками по мере приближении. Сам Панзанс был прям классическим «мегаполисом из голо» — башни, срощенные друг с другом, поднимались почти на километр от поверхности. Этаким сужающимся конусом, заканчиваясь на верхушке башней-шпилем. Понятно, что именно одним зданием это всё не было, между строениями, мостами и всякими такими архитектурными прибамбасами расстояния в десятки и сотни метров. Но выглядело именно так, а получив схему города, Хло негромко ругалась под нос. Всякими «мусорными кодами» и прочими «грешными канделябрами» — она девушка культурная. Я краем глаза глянул — тоже захотелось ругаться. Похоже, местное градоправление не просто «вынужденно приняло расширение», а просто махнуло на него рукой, пустив на самотёк. Лабиринтище неприличный, а не город. Причём падающий ксенос вместо того, чтобы «расчистить путь», его фактически уничтожил: за ним порушилось куча всего, и сейчас вслед за ним чёрта с два пролетишь. Там только пробиваться, ну или облетать, чем мы и занялись.

— С ДОРРРОГИ, ДУРАЧЬЁ!!! — громыхал Эмик, пока наша компания со всякими нехорошими словами ввинчивалась в застройку.

И не зря громыхал: количество мобилей в междомовом пространстве было просто запредельным. Причём движение было хаотичным, неорганизованным: несколько столкновений мобилей произошло у нас на глазах.

— Ну какое же дурачьё! — посетовал Эмик личным каналом. — Они же, недоумки, без всяких ксеносов поубиваются!

— Паника, люди, — коротко ответил я.

Коротко, потому что на придурков очень хотелось ругаться: ну ладно бы — валили из города. Это логично, хотя реально поможет только в том случае, если двигать к космопорту, расположенному в паре десятков километров от гигаполиса. И туда народ двигал, но просто смешным количеством, относительно бессмысленно мечущихся. А остальные — как птицы безголовые! Сами убиваются, нам мешают… Дурачьё, как оно есть.

— Достало, — сухо сказал я в боевой чат, потому что в воздушной толчее мы практически замерли. — В колонну, за мной! — скинул я схему построения.

— Я щит активирую помягче, — буркнул Эмик.

— Хорошо, — согласился я. — И поори, на всякий случай.

— Поору. Только не поможет, но поору.

Ну а я сжал зубы и под вопли Бронзового рванул к нижним ярусам. Облетать этих недоумков у нас просто не выходило, а своей дурью они сами же несут себе гибель. Ну и посносили не один и даже не десяток мобилей. Специально не приглядывался к сбитым полем Эмика — сами себе злобное дурачьё! А за нами следовали и прочие Инвиктусы, так что до нижних ярусов мы добрались довольно быстро. Ну, тут ещё сыграл роль тот момент, что паникующие придурки, когда увидели, что на их придурошные жизни нам немного всё равно — сами раздались, освободив дорогу, и паниковали и бестолково кружились где-то в других местах.

И, наконец, добрались до… ну, линии противостояния, скажем так. Хотя это были скорее «ярусы противостояния». Из раздолбанного и ксеносами, и атаками защитников многоярусного комплекса пёрли… Ну, наверное — больше насекомые. Не совсем они, но из-за разрушений и всякого такого биоконструкты ксеносов были либо крылатыми (эти долго не жили), или многоногими со свободными суставами, для перемещения по развалинам и ярусам. То есть понятно, что к насекомым они не относились никак, как и к прочим там зверям-птицам. Но внешне — довольно похожи. Совершенно произвольных цветов, подчас пёстрые. Многие — с биооружием, но не слишком эффективным. А многие — с «вращенным» трофейным. Да и просто инструментами — здоровенный «паук» с промышленным плазменным резаком вместо пасти. И топливом в огромном брюхе, судя по взрыву.

А противостояла им по сути — пехота. Много, часто с тяжёлым пехотным, но не более того, вооружением. Ну и гибли, как понятно, хотя жертв среди людей было не так много, как могло бы быть: защитники устроили этакую «эшелонированную оборону», причём обстреливали ксеносов с разных ярусов. Но об атаке на комплекс речи даже не шло — несколько конструктивных опор проходило через комплекс. Ну а в пешем строю туда переться — только увеличивать биомассу ксеноса. Но вообще — были у защитников «тяжёлые защитники». Смешно смотрелись, но действовали довольно эффективно: погрузчики с кустарными огнемётами. Видимо, собрали на коленке, что могли, ну и работало, что тоже показатель: «правильная» плоть ксеносов была иммунна к термическому воздействию до звёздных температур.

— На платформу, — распорядился я. — Поднимаемся над комплексом, ведём огонь, постепенно опускаемся в центр. Ну а там разберёмся, хотя нам бы не помешало что-то типа бомбы…

— Так всё обрушится!

— Гален про бомбу термического горения. И её, кстати, можно сразу скинуть на завод, — прогудел Эмик.

В общем, связались с защитниками, прихватили топлива для плазменного резака с пять тонн… И поняли, почему местные не «дурачьё». Из центра полуразрушенного комплекса по нашей колеснице ударила струя хлорной кислоты. Ну точнее не совсем она, но близко к тому. Щиты Эмика её держали, а вот мобильные платформы местных — нет. Да и на «потолке, точнее, мешанине опор и строений, были 'проеденные» области, видимо, от этой своеобразной «зенитки». Но в данном случае — ксеносы сделали кисло только себе: струя ударила в плоскость Минковского и просто пролилась на завод дождём. Ну а мы, тем временем, добрались до примерного центра завода (точнее, точки над ним), ну и отправили вниз пяток тонн «подарочка». Чуть выждали и подожгли.

— Хорошо горят, — одобрил Бронзовый.

— Спускаемся. Минут десять добиваем, потом местные сами пусть справляются. И в следующий город. Через орбиту, — уточнил я, прикинув расстояния и скорость.

Спустились, ну и начали работать, в основном, барионниками — выжили, в основном, крупные ксеносы, причём в основном — со строительной техникой в качестве оружия. Таких без «побочного ущерба» только барионниками и тыкать.

— А вот и сам ксенос, — констатировал через три минуты рубки Эмик.

Ну, сам или не сам — непонятно. Но мы добрались именно до «производственного центра». Подкопчёной, но негорящей груды плоти, огромной, ходящей волнами. И отличной по сигнатуре от «боеконструктов».

— Огонь! — скомандовал я, сдёргивая Жнеца.

И через пару минут непрерывного огня кусок плоти стал «истаивать», причём быстро.

— На орбиту. И по производящей плоти в следующем месте — не стрелять!

— Стабилизатор? — догадалась Хло.

— Похоже, что «да», — уже поднимаясь на ионнике ответил я. — Мы с Бронзовым…

— Нет! Я с Галеном справлюсь сам! — перебил меня бронзовый зазнайка.

Ну ладно, непринципиально. Буду сидеть в ложементе и пищать: «мы пахали, я и Эмик!» — мысленно ухмыльнулся я. Не слишком весело — как-то меня городские бои с тысячами жертв не слишком веселили. Даже не знаю, с чего.

В Фермопилах рявкнули в два голоса (мой и Эмика) на Ферромантума: нужна горючка и струйные низкотемпературные огнемёты. И вулканист нужное предоставил, так что на Ньюки, следующий гигаполис, мы десантировались с «дополнительным обвесом». Внешне город не слишком не отличался от Панзанса, даже мечущееся на мобилях дурачьё было таким же. А вот ситуация, согласно отчётам защитников, была заметно хуже. Ксеносы не только вырвались из «пищевого этажа», но и закрепились на нижнем ярусе, захватив его фактически полностью, оттесняя защитников.

Но место «пробоя» нам сообщили, да и лабиринта столицы не было. Так что мы с Эмиком сделали уже используемый «клин» полей, и подгоняемые (умеренно, а то размажет) ионниками, врубились в крышу пищевого комплекса, рядом с заросшей ксеносячьей плотью дырой от его падения.

— ГОРРРИ, КСЕНОС, ГОРРИ!!! — ревел Эмик, раскидывая бочонки с топливом.

А я давал распоряжения:

— Укрепиться, никуда не лезть, прикрывать от тварей, которые будут рваться внутрь. А мы — за стабилизирующей частью, — отмечая последний бочонок с зажигательной смесью, сообщил я.

Компания разлетелась, окружая колыхающуюся «блямбу» ксеноса, а мы, вытащив кистень, врубились в плоть. И подёргаться пришлось! Ну ладно, ксеносы пёрли к нам — тут Инвиктусы справлялись, хотя и не сказать, что совсем «без труда» — дохрена было пакости. Но дёргаться пришлось нам с Эмиком — эта плоть не желала резаться смирно и отбивалась! От здоровенных щупалец и прочей пакости до всяких поганых излучений, сконцентрированных на нас. Но — справились, превозмогли, кромсая куски ксеноса и рубя её в лапшу: мы, как понятно, искали «стабилизатор».

И вот, рубим уже четверть часа, от изначальной блямбы — кусочек, а ничего, отличного от общей плоти, нет.

— Гален, а мы его не сломали уже? — с некоторым опасением уточнил Эмик.

— Не-а. Плоть не распадается, сигнатура ксеноса, а не новообразованных объектов, — ответил я.

Хотя и сам начал, ну если не нервничать, то беспокоиться: ну где этот стабилизатор противный-то?

И тут из оставшегося кусочка пулей выскочил шар, явно с генератором гравитонов — прям пулей рванул к потолку и…

— Молодец, Макенси, ты правда хороший Инвикутс, — довольно и одобрительно прогудел Эмик.

— Честь служить вам, Энеус-доно! — ответил Макенси, но без поклона и всякого такого.

Потому что коричнево-жёлто-красный гладкий шар подёргивался, охваченный манипуляторами висящего на нём Инвиктуса. Небольшой, метра три диаметром, и гравигенератора этого шара не хватало утянуть вес Макенси. А главное — это ТОЧНО, то что нам нужно: плоть, оставшаяся без этого шара, начала истаивать на глазах.

Так что мы просто взглянули на этот шар «Взглядом Горгоны», да и подхватили этот шар. Ну и покинули город: и местные с остатками ксеносов справятся, да фирмоментум показался в системе. Туда мы Фермопилами и отправились, сгрузив ректору вулканистов шар в стазисе — теперь заказ Императора был ТОЧНО выполнен. Нет, претензий нам, конечно, не предъявляли, но тут он был выполнен именно «перед собой».

— И не знаю, кто и что думает, но мы через четыре дня в Ульвеюл, отдохнуть, — категорически я заявил на следующий день.

И возражать никто не стал — что и верно.

21. Не герой

Но направиться на Ульвеюл мы не успели (хоть в Фермопилах передохнули, и то хорошо). Ну и Корнуэлл отстояли, зачистили от ксеносов, что радует. А с обломанным отпуском вышла такая фигня:

Притащенную сферу вулканисты утащили с такой прытью, что чуть не сбили Бронзового с ног. И это почти не шутка, Инвиктус натурально покачнулся! И под задорные бронзовые вопли «ОХРЕНЕВШЕЕ КИБЕРДУРАЧЬЁ!!!» утащили добычу в глубины Фурора. А потом, по связи, из сволочного ректора чуть ли не жилы приходилось тянуть. Ну, интересно было, естественно! Так вредный киборг, через слово поминая Вулкана, отгавкивался «секретностью» и врал «не понять неприобщённым непосвящённым»! Хотя бы на наводящие вопросы, хоть и со скрипом, но отвечал.

Кстати, в исследовании ксеносской сферы участвовали не только вулканисты, ну да не суть. Выходило, что первый наш кусок-добыча и вправду биоконструкт, на основе вещества нашей топологии, ну и полезен «в общем». В плане корректировки оружия-артиллерии и всякого такого. Но, на глобальные вопросы ответа ни черта не даёт. А вот ксеношар — «да», чистая ксеносятина, с рядом весьма интересных проявлений. Которые приходилось из ректора тянуть чуть не клещами. Что-то толковое ректор стал сообщать, только когда Эмик фигурально ухватил меня за шкирку (фигурально, потому что я не возражал) и посулил не только «Напинать зловредному и скрытному робогаду», но и даже вылез из стоящих на ангарной Фермопил и попинывая вулканистов, под ногу подвернувшихся, потопал осуществлять угрозу.

— Ректор, а скажите, — задал я действительно важный вопрос, ради которого даже припёрся в базилику фирмоментума, как вулканисты называли свой расчётно-проектировочно-административный центр (центр управления, если по-человечески).

— Не испытываю никакого желания и потребности, — гундел вынужденно принимающий меня вулканист.

— А придётся, — широко улыбнулся я, внутренне возмутившись. — Эта сфера — модуль с самим ксеносом, мозгом или пилотом? — озвучил я, на что ректор сенсоры свои кибернетически закатил, манипуляторы чуть ли не в молитвенном жесте сложил и вообще, всем своим видом показано страдал.

— Орден Вулкана тоже это предполагает, — наконец проскрипел он.

— Что значит — «предполагает»⁈ — возмутился я. — У вас образец, несколько дней было, блин!

— Орден Вулкана не располагает на данный момент оговоренным образцом, — скрипел ректор.

— У-у-у-у-у!!! — громогласно взвыл в канале браскомма любопытствующий Эмик. — Эти киберидиоты сломали нашу добычу! Возвращайся срочно, и идём их всех пинать! А то если не пнём, они и следующий образец, который мы героическими трудами добудем — сломают! Или потеряют… Кибердурачьё — такие!

— Сломали⁈ — возмущённо озвучил я вслух, потому что в общем — бронзовые мысли разделял, хотя и без Великой эспрессии.

— Образец предан в Академию Всех Наук Его Августейшего Императорского Величества.

— Эммм… а он тут?

— На Терру!

— И долго лететь будет? — заинтересовался я.

— Телепортация, дукс, — снобски поджал манипуляторы киборг. — И желаю надеяться, что ваши назойливые вопросы и неуместные визиты, а также угрозы вашего буйного Инвиктуса прекратятся!

— Желаете — надейтесь, — отрезал я. — В общем, данных у вас, кроме уже сообщённых, нет?

— Нет!

Ну и вернулся я в Фермопилы — и девчонки, и вообще. Стали планировать наш отпуск, с Катькой связались и даже Серине привет от Эмика передали. И вот, за день до обозначенного Его Августейшеством срока…

— Приветствую, — озвучил вылезший, как чёрт из табакерки, фельдъегерь. — Имею послание от моего Августейшего Повелителя дуксу империалис Галену-Гавриле…

— А можно без всего этого хвоста титулов? А то павлином сказочным себя чувствую, — вздохнул я.

— Можно. Примите, — и протягивает мне не «послание», а коробочку с гербами и всяким таким.

— А это что? — осторожно поинтересовался я.

— Коммутатор ИР, для личной связи с Его Августейшим Величеством. Он желает личной беседы, князь Безмолвный.

— А и так можно, — задумчиво протянул я, разглядывая коробочку. — Не знал, — на что фельдъегерь индифферентно пожал плечами — в общем и понятно, что ему на моё знание или незнание пофиг. — А чего это вы? — сделал я понятный жест руками.

— Ожидаю окончания вашей беседы с Его Августейшим Величеством, — ответил он.

— Коммутатор забрать?

— Коммутатор передан вам и просуществует как целостный объект столько, сколько будет угодно Его Величеству, — последовал ответ. — И забирать я его не желаю и не вправе. Я ожидаю результатов беседы с Его Августейшим Величеством, поскольку имею для вас ещё одно послание. Но передать его могу только с Его Распоряжения, по результатам беседы.

— Ясно, — протянул я, открывая коробочку.

А в коробочке — коробочка. Ну, не контейнер, а прямоугольный приборчик такой. И разъём подключения к браскомму, причём фельдъегерь жестом показал — тычь, мол, в браскомм. И не поговоришь со своими, ждёт, понимаешь! Ну хоть дождался, когда я из санузла выберусь, не стал щемиться, мысленно вздохнул я, втыкая штекер в коммутационное гнездо.

Коробочка еле слышно погудела — и ничего. Я повернулся, хотел у фельдъегеря уточнить, что там ещё делать то надо — и голова натурально закружилась. Потому что я мигнул в коридоре Фермопил, в наших покоях. А открыл глаза после мырга в знакомой беседке тронного пространства.

— Привет, Гален! — сделал мне ручкой Его Августейшество. — У меня к тебе разговор и просьба.

— Приветствую Ваше Вашество, — ответил я и заканючил: — А после отпуска — никак?

— Потому и личный разговор. Времени ни демона нет, а сейчас всё уж очень удачно сложилось. И ты с твоим Инвиктусом там, где нужно… — протянул Император и задумчиво замолчал, позыркивая время от времени на меня своими императорскими гляделками.

И молчит, зыркает. Так, похоже, из ксеноса что-то повышенной важности-полезности вытащили, причём на место-время завязанное. Ну, в смысле для дальнейшего конфликта. И что это такое, интересно. Что я и озвучил, а то из зырков, даже императорских, непонятно ничего.

— Довольно сложно и связано с социальным устройством… ксеносов. Хотя это ты и сам узнаешь, если согласишься. А если нет — тебе и не важно, — встряхнулся Его Задумчивость. — И с топологией места их обитания. Связью этой топологии с нашей… В общем — во временном окне в три дня мы можем нанести им ответный удар. И, скорее всего, просто избавимся от проблемы. И от них.

— То есть, я что-то могу сделать у НИХ. Бомба? Вирусы? — заработала этикетка. — Или он — один ксенос?

— Умный ты парень… Нет, не один. Считай — полноценный вид, с проблемами…

— Ну не было бы проблем — вряд ли бы к нам лезли.

— Ну, в общем — так. Хотя всё сложнее. Нас, людей, они считают низшей формой жизни, на полном серьёзе. И человечество желают извести, полностью, судя по всему.

— А бомба или вирус? И… — на последнем мне пришлось вдохнуть-выдохнуть, чтоб не проявить подкативший к горлу комок. — О девчонках позаботитесь?

— Эммм… А, понял! Ты считаешь, что это «билет в один конец»?

— По логике выходит так.

— И согласен? — прищурился на меня Император.

— Ну а что делать⁈ Они людей убивают, тысячами и миллионами. И вообще всех хотят, если…

— Нет, не врал. И такого подвига от тебя я не вправе требовать или предлагать.

— И хорошо, — выдохнул я. — А то, как Террафортис, торчать в виде голо, с этой дурацкой рожей — никакого желания.

— Ну, а что ты хочешь? Последний доклад маркграфа был именно с «этой рожей», как ты выразился. И делать её другой — было бы неуважением к его памяти. Хотя подвиг — всегда глупость или преступление.

— А это как?

— А это, если подвиг совершает сам человек, по собственной инициативе — то глупость. Ненужная. Или, если она нужное — то преступление руководителей. Которые не выполнили своих обязанностей, не предусмотрели, не рассчитали и создали ситуацию, в которой подвиг НУЖЕН. Не выполнили свои обязанности, приведшие либо к нужде в чрезмерном риске, либо к гибели подчинённого.

— Хм, ну есть же гражданские подвиги…

— Есть. И всегда — следствие некомпетентности и пренебрежения обязанностями. В любом случае, — отрезал Император.

— А мне сейчас? — уточнил я.

— А сейчас — риск не более приемлемого. И подвига никто от тебя не требует, да и не нужен в данном случае этот дурацкий «подвиг». От тебя треб…нужно попасть в нужное время и нужное место. Оставить контейнер с… ну вирусом, считай. И покинуть это место.

— А я смогу?

— Ты — нет. Твой Бронзовый Правдоруб, — усмехнулся Император, явно припоминая наш с Эмиком «концерт», — сможет. Данные рассчитаны, собраны. Сопротивления… ну скажем так, врать ксенос не мог, — ласково улыбнулся Император Галактики. — Да и не спрашивали мы его, просто вырвали данные… В общем, серьёзного сопротивления не будет. В силу их социального устройства. Твоему курьеру придётся повозиться — там пробой готовится, но справится.

— А у каждой атаки — есть оборотная сторона.

— Именно, парень, — кивнул Его Величество. — В общем: берёшься?

— Как будто я могу сказать «нет», — фыркнул я.

— Морально — скорее всего, «нет». А так — откажешься и откажешься, — пожал плечами Император. — Никаких карательных мер или чего ты там себе надумал — не последует.

— А как же нужность там, время…

— Гален, — проникновенно посмотрел на меня Император. — Если Моя Империя развалится… да даже если ПРОСТО претерпит чувствительный урон — то так ей и надо. И мне. Если они зависят от одного мальчишки на громогласном Инвиктусе — то время ТАКОЙ Империи закончилось. Как только эта «зависимость» появится.

— Кхммм… А как если откажусь? — уже всерьёз заинтересовался я.

— Подготовится экспедиция, привлеку псионов, пиитов. И слетаем в гости к тварям. Жертвы и потери, возможно, будут. Но среди тех, кто в силу своего положения в Империи ОБЯЗАН приносить эти жертвы. Это — не подвиг, Гален.

— А оплаченная работа, — кивнул я.

— Именно так. Но ты — берёшься, как я понял?

— Ну да, я тут… да сами всё понимаете.

— Понимаю. Вообще — довольно занятно с тобой вышло. И впрямь в мистику поверить можно, если не думать. Твоё рождение — появление этих ксеносов. Мы про них узнали именно в этот момент. Ну и Феб, да… Учёба твоя, да и сейчас… Тут и вправду можно подумать, что ты — Избранный, Защитник Человечества от чужой угрозы, — ехидствовала Его Саркастичность.

— Я так не думал! — возмутился я. — Но, просто…

— Просто, Гален, ты мной как метод глобального решения не рассматривался. Ты молодой парень, только начавший жить. И Катька обидится, а потом Наташа… — аж передёрнуло плечами Его Величества. — Но даже не в этом дело! — вот тут врала, как по мне, Его Уклончивость. — Просто предложение тебе — не без риска. Но приемлемого для Родового Аристократа риска.

— Ну в общем — берусь, — решительно махнул рукой я. — Лишние жертвы — лишние. И о девчонках, если что…

— Само собой! — возмутился Император. — И вряд ли с тобой что-то случится. Ты парень умный и живучий!

— И полезного всякого там Роду, когда понадобится, — напомнил я.

— Да это само собой, — кивнул Император.

Вообще я, конечно, допускал, что мной жертвуют. И Император кривляется, Галена валяет и вообще — лицедействует. Этот древний, полуискусственный, трёхсотлетний хрыч — может. Не проверял, но по логике такая возможность просто напрашивается. И я не то, что в его заверения поверил, как в непреложную истину… Ну может врать и Императорскую лапшу на развесистые уши вешать. Но просто — надо. Жертвы и всё такое. Да и насмотрелся я в Шервуде на ксеносов и последствия их действий. В общем, даже если мне надо доставить термоядерный или там антиматериальный заряд, да и подорвать его — всё равно согласился бы. Это логично, правильно. Хотя с точки зрения самосохранения — бред. Но сохранения вида, Рода, семьи — правильно, как ни крути. Эмика только в этом случае было бы (или будет, чёрт знает) жалко. Но он — Инвиктус. Оружие Человечества, при всех прочих равных.

— И мне нужны данные, Ваше Величество, — собрался я после минутного размышления.

И был ими осыпан, то есть в браскомм загрузилось куча данных, в том числе и в конфигурации полей Эмика, нужных для операции. Правда… ну чувствовалось, что что-то там Его Скрытность продолжает скрывать. Ну, точнее, умалчивать. Вихляет и юлит, меняет тему, ловко так и вообще. Ну скажем так — не критичная информация, «сам увижу». Да и в конце этой своеобразной аудиенции Император вдруг сказал:

— Если оказавшись там — ты не выполнишь задание, Гален, а просто вернёшься, то я, император Галактической Империи, даю тебе Слово: никаких негативных последствий ни для тебя, ни для твоих близких, ни для твоего Рода это иметь не будет!

— А что…

— До встречи, — отрезал Император.

Ну и стоял я в преддверии сортира наших покоев на Фермопилах, лупая глазами на занимательные окрестности этого интересного места. В окрестностях наблюдался всё тот же фельдъегерь, с физиономией, преисполненной фельдъегерности. А из-за угла выглядывали девчонки и близнецы, молча, но заинтересованно. Видимо, обеспокоились, а не изошёл л я в санузле на что-то там, ну или не заснул с концами. Увидели посланника Императора и ждут.

— Фельдъегерь, у вас должно быть что-то…

— Контейнер, — кивнул дядька на моё выкручивание фиг и дёрганье головой. — Если вы не возражаете, князь, проследуем к вашему Инвиктусу. Послание достаточно объёмное, и не хотелось бы вас затруднять его перемещением.

— Не возражаю, — честно ответил я и, не став задавать дурацких вопросов и поманив фельдъегеря за собой, потопал в ангар к Бронзовому.

Дурацкими были бы вопросы «а где?» в смысле «объемного послания». Ясно где — в свёрнутом пространстве-кармане, ну или что-то такое. В общем — мы шли. А сзади, короткими перебежками, двигались родные, зыркая на всё вот это вот с просто физически ощутимым интересом. Ну а я, пока топаем, решил связаться с Бронзовым — чего ж не связаться, раз связывается?

— Видел? — уточнил я, понятно имея в виду общение с Императором.

— Угум, — задумчиво прогудел Бронзовый. — Как-то я его иначе себе представлял, впрочем — он может себе позволить быть каким угодно. Император Галактики, как-никак!

— Я не про то, я про само задание…

— Не тупи, пилот! Конечно я «за»! Это будет Величайший Под… кхм. Величайшее Деяние Энеуса Эквиса и его незадачливого, недоученного, но не самого дурного в Империи пилота!

— Так. А про последнюю фразу Его Августейшества что думаешь?

— Да то же самое, что и ты. Если ты не последнее дурачьё, а дурачьё ты — не последнее! И какая нам разница⁈

— Нам, да и не только нам — в общем никакой. Я всяким морализаторством вроде не страдаю, да и этикетка…

— Ну и не неси чушь. Мне вот интересно, что надо доставить?

— А мне больше интересно, что за расчёты от Императора.

— И это — тоже.

В общем, дотопали до ангара, фельдъегерь вывалил на пол не сказать, чтобы там огромный, но здоровый контейнер с известным на всю галактику символом «биологической опасности».

— Настроен на вас. Активируется после нажатия на кнопку и вашего отдаления из зоны квантовой связи, — откомментировал фельдъегерь, тыча в ящик. — Засим — прощаюсь. Князь, — кивнул он мне. — Княгини, — кивнул он торчащим из-за косяка двери причесонам. — Инвиктус, — кивнул он Эмику.

И свалил, дальше нести послания от Его Величества. А в ангар плавно и хищно начали втягиваться девчонки. И смотрели на меня так требовательно, что у меня на миг появилась дурацкая мысль — а не слишком ли их у меня много вышло? Впрочем, глупые мысли я в себе подавил: даже дурачью понятно, что не «много», а «в самый раз»! Ну, справляюсь и всё такое. Но вот… прям пробирает.

— Сейчас всё расскажу, — мужественно сообщил я ни разу не дрожащим голосом.

— Ждём! — последовал мне ни разу не угрожающий ответ.

22. Цирковой номер

Ну и рассказал всё, а что ж не рассказать? Точнее — почти всё. Своих мыслей насчёт «возможно, что мной жертвуют" — не говорил. Ну и про свои подозрения о всяком насчёт ксеносов — тоже. Вот совершенно не факт, что они верны, да и правильно Его Скрытность талдычила 'сам увидишь».

Впрочем, насчёт «возможной жертвы» — Веснушка догадалась, пошушукалась с другими девчонками, и меня… Того, этого, разного и разнообразного и вообще.

Ну-у-у… неплохо так вышло, жаль, времени особо много не было. Просто выходила такая пироговина, что ксеносы только-только начали пробовать «самостоятельно прорваться». Как я понял, связанно это с их пребываниям в нашей метрике в результате прорывов. Раньше не могли «навестись», а сейчас засрали своей ксеносячностью объекты в регионе достаточно для наводки. То есть, совершенно не обязательно, что живые ксеносы у нас есть — скорее всего, и нет. Но их трупы, воздействие… ну понятно, в общем.

Так вот, в мёртвой системе без планет, только с полями астероидов (настолько бедных на всякие полезные вещи, что даже ресурсодобытчиков там нет) ксеносы собираются «прорваться». И ОЧЕНЬ осторожно это сделать — относительно малым объектом, чтоб их не заметили. И, судя по сообщённому Его Величеством и вытащенному из сферического ксеноса в Академии Всех Наук — будут медленно осваивать систему, не высовываться и клепать свои живые корабли, готовиться к атаке.

В общем — первое относительно логичное действие со стратегической точки зрения, как по мне. И это, прямо скажем, не слишком хорошо, хотя «способ решения» есть.

— Гален, они же биоцивилизация, — задумчиво протянул Эмик, когда я уже потихоньку готовился.

— Угу.

— И что им вирус⁈

— Они, скорее всего, роевая биоцивилизация, — ответил я, потому что уже думал над этим.

По логике выходило так: теоретически с биооружием биоцивилизация прекрасно может справиться. Но возникал вопрос времени. А судя по косвенным данным — ксеносы обитают в «одном месте». С точки зрения нашей топологии — может, и в световых годах и веках друг от друга, но при этом — вместе, такой вот выверт. И если это биооружие достаточно вирулентно и всякое такое — ксеносы просто не успеют с ним ничего сделать. Помрут раньше.

Вопрос этики, конечно, вставал. Но тут прекрасно помогла этикетка: от ксеносов не было представительств с извинениями и предложением помощи против «злобных сородичей». Они и не должны… но и МЫ (ну и я, соответственно) в таком раскладе не должны разбираться, какой ксенос там нас атакует. А какой — на биокухне биобульон готовит для биоксеносят. Жестоко, возможно, в чём-то. Но справедливо!

— Да! И хорош рефлексировать, неуверенный Гален!

А без всякой там этики выходило вот что: в мёртвую систему вваливается небольшой и небоевой корабль. А, как я понимаю, корабль с запасами разнообразных культур и всего такого. Ну, «зародыш завода», скажем так. И задача Фермопил, да и Инвиктусов, кроме нас с Эмиком — этого засранца (ну или засланца, в сортах не разбираюсь) изничтожить. При этом, выходить в нашу метрику ксенос будет не на «своём ходу», а через стационарное устройство, этакие «врата-червоточину», только не между гравитационными колодцами нашей метрики, а по-другому. И тут выходило, что биотехнологии сыграли с ксеносами очень удачную для нас шутку. Эту «дыру» мгновенно не открыть и не закрыть. Питание отрубить рубильником не получится, это с той стороны сложнейший биомеханизм корёжит ИХ метрику, так чтобы в точке выхода она стала нашей. Ну и понятно, что «вырубить» этот организм не получится. Даже если ксеносы его со страшной силой на куски начнут кромсать — какое-то время проход будет существовать.

А мы с Эмиком полезем не «на тот конец», точнее, не совсем. Нам надо в эти ворота проникнуть, так чтобы топология того места вокруг нас стала тамошней. И… просто, за счёт своих эмиттеров, менять её вокруг себя. Судя по данным от Императора, «расстояние» в тамошних местах — не более, чем составляющая часть «состояния». Ну а полями мы, вообще-то, меняем состояние себя, как объекта «вовне», снаружи поля, для остальной вселенной, по большому счёту.

Ну и отправляющие «с той стороны», при удаче, нас просто не увидят. А дальше — посмотрим. Скорее всего, изничтожить ксеносов биооружием не выйдет, это я и сам понимаю. Но мы из «цели для набегов и уничтожения» становимся ощутимой угрозой. Возможно — это приведёт к эскалации, но вряд ли. Безоговорочно верить Его Величеству ни этикетка не велит, ни логика не позволяет, вот только он — Император. И в то, что он подставит свою Империю под удар, выжил из ума (из всех трёх сотен) — не верю. А если и так, то Империя и так медным тазом раскроется, без вариантов, а возможно-эскалирующие ксеносы — инструмент. Или императорского злодейства, или его же безумия. Но не будет их — что-то ещё найдётся, так что можно не рефлексировать.

Триерарху Колину и девчонкам предстояла понятная задача, хотя и это обсудили. И тут Кудряшка порадовала: ну, я её, несмотря ни на что, всё же воспринимал больше бойцом (ну и любовницей, само собой, хорошей, хоть и стеснительной временами). И всякие интересные ходы ожидал от Хло или от мелких. но Арви предложила звучащий может и не слишком умно, но вполне себе небезынтересный план.

— У тебя же задача — попасть в портал ксеносов, так, Гален? — уточнила она.

— Именно так, — кивнул я.

— И чтобы они не успели его закрыть?

— Да.

— И нас ты не возьмёшь?

— Эмиттеры щитов ваших Инвиктусов, кудрявая Арвинг, — важно ответил Эмик, — не в состоянии оказывать достаточно тонкое воздействие на реальность. А значит, чтобы взять кого-то с собой — мне придётся перегревать свои эмиттеры. При том, что Его Императорское Величество сообщил, что вооружённого сопротивления не будет, а если и будет — то незначительное, лишние попутчики — лишний и бессмысленный риск. Так поступает только дурачьё.

— Понятно, — протянула Кудряшка. — Значит, вы ждёте, когда мы справимся с кораблём ксеносов, а потом ныряете в портал.

— По плану — так.

— А если не успеете?

— Значит, не успеем. Но постараемся…

— Точно успеем! — бронзово заверил Эмик.

— А если… — начала размахивать руками Арви.

От её слов, в первый момент, на физиономии у Хло появилось снисходительное выражение. Близнецы — показывали языки и кривлялись, мелочь хулиганистая. Да и я, подозреваю, со скептичным мордасом был. Однако, по мере рассказа кудряшкиной идеи мы всё более и более задумывались, пока, наконец, я не выдал вердикт:

— Отличная идея, Арви! Так и поступим!

— Да, на удивление неплохая, — бестактно отметил самый зазнайский Инвиктус Империи, ну и любовался тремя язычинами, обращёнными в его адрес.

Мелких — это само собой. Ну и Арви ему язык показала, зазнайке.

— Дурачьё! — надулся Бронзовый.

Но идея и вправду была хорошей, годной. Так что в безымянной системе, куда вскоре добрались Фермопилы, Инвиктусы поместились на обшивке курьера. Ну а сам он лёг на звёздную орбиту, согласуясь с предоставленными нам данными, и ждал, мониторя округу сенсорами. Мысли во время ожидания лезли всякие дурацкие, от «не прилетит», до «ой гробанусь». Но трёп с девчонками эти мысли отогнал, а на шестой час ожидания триерарх сообщил в боевой чат, одновременно с включением двигателей:

— Зафиксировано искажение метрики, соответствует переданным данным. Расстояние — две световые секунды от текущего положения Фермопил. Постараюсь направить корабль на плоскость пробоя, дукс.

— Благодарю, капитан, — ответил я, а мы стали шебуршать по обшивке, готовясь к почти цирковому номеру с Инвиктусами.

Данные наблюдения в виде графиков и таблиц передавались в боевой чат, так что нарастающее напряжение мы видели «наглядно», хотя глазами или стандартными радарами — чёрта с два что различишь. Ну и к моменту, когда появился портал, Фермопилы были в паре десятков километров от него, как раз «напротив плоскости». Кстати, открытие этого портала сопровождалось эффектами, которые наглядно подтверждали его «инородность». Он был, относительно нас, перед звездой. Так вот, в момент открытия она «потускнела» и почти «потухла» — в визуальном смысле, с нашей точки зрения. Какие-то пограничные эффекты то ли уничтожали, то ли поглощали, то ли меняли траекторию фотонов…

— Не тупи, пилот. Всё понятно! — буркнул Эмик, скидывая формулы расчётов, поясняющие, что за эффект мы наблюдаем.

— Я и не туплю. Просто зрелище впечатляющая — провал тьмы, — хмыкнул я.

— Развёл мистику, как дурачьё какое! — буркнул Бронзовый. — Но вообще — да, впечатляюще. И — пора!

— Пора, — согласился я.

Отдал в сеть команду, и Инвиктусы составили этакую «акробатическую пирамиду». Упёрлись в нас, врубив ионники в форсированном режиме, подталкивая нас с Бронзовым к порталу. Ну а не долетая немного — отстали, ускорив нас весьма ощутимо.

Но заметить выползающего из портала чужака мы успели: этакий «глазообразный» объект, метров тридцати длиной, метров десяти в середине, ну и сходящий на острия к концам. Небольшой, в коричнево-жёлто-красном цвете, свойственном ксеносом. Вылезал из портала он с явными искажениями формы — не оптическими, а фактическими, запортальная метрика «подстраивалась» под нашу. Внутри него, конечно, ничего этого не было заметно, но внешне — искажения впечатляли.

А я припомнил, как после совершенно выматывающего марафона семейной жизни засыпающая, но держащаяся Хло спросила шёпотом:

— Гал, а как вы домой?

Ну, вопрос понятный, да и озвучила тихо, наедине: остальные девчонки уже посапывали.

— Довольно просто, Хло, — так же шёпотом ответил я. — Мы просто изменим состояние полей на соответствующее нашему. Существовать ТАМ такое состояние не может. По нашей оси координат — мы не особо сместимся.

— И окажетесь в этой системе, относительно недалеко! — поняла обрадованная Хло, даже переставшая зевать.

И даже взбодрилась достаточно, чтобы всякое такое. Ну да ладно, вопрос был неоднозначный. Не расчётами. А выражением Августейшей Физиономии: вроде бы что-то там не до конца точно. Заверил меня Августейшество, что «всё хорошо», но посмотрим.

И занесло нас в этот «тёмный портал». Хотелось, конечно, по ксеносу стрельнуть или там Кистенём поцарапать наглую захватническую морду. Но нам реально было не до того, мы ответственно летели в тёмную бездну, и замедлять наш ответственный полёт не стоило. Единственное, что мы успели напоследок увидеть, это последствие попадания снарядов разгонников в ксеноса — разворачивало его поверхность на загляденье, с обрывками и всяким таким.

А в «запорталье» мы фактически ослепли. Не работали сенсоры, выдавая бредовые показания, не было света, да и вообще электромагнитный спектр вёл себя совершенно неприличным образом. Впрочем, к этому мы были готовы — недаром ксеноса воевали. И не обращая внимание на всякие странности, принялись менять конфигурацию полей согласно схемам от Императора.

—… — высказал я всё, что думал через секунду.

—… через тридцать три вулканиста,… и на… — ошалело вторил Эмик.

Потому что мы… стояли. Стояли на ногах Инвиктуса, чего в этом бредовом месте просто не могло быть. Но было.

— Гален, тут даже воздух, пригодный для дыхания, есть… — голосом умирающего Инвиктуса выдал Бронзовый. — Постучи посильнее ногами о ложемент, пилот!

— А зачем?

— А там недалеко вычислитель. Может, от сотрясения перестанет сбоить, — ответил потерянно Эмик.

— Эмик, ты же чувствовал в синергии…

— Гален, я ЧУВСТВОВАЛ! И ЭТО — бред!!! Глюк твоего водно-жирового коллоида!!!

— И он нас окружает?

— Не знаю! Мне нужно привести в порядок ассоциативные цепочки и разобраться с ячейками! — буркнул Бронзовый и замолчал.

А причина всему этому была. И была она веской: мы находились в здоровенном коридоре. Коридоре космического корабля! Космического корабля, произведённого на Терре, это точно! Даже символы на стенах, полустёртые временем, наблюдались, явно квиритского происхождения.

При этом — в стены корабля была «пророщена» чужая плоть. Противных цветов, знакомая. Не «активная», а как бы «чинящая» явно повреждённый коридор (а, подозреваю — и корабль). То есть, помимо того, что это высоковероятно не «захваченый» чужими за последнее время корабль. Но ещё и находящийся в более-менее схожей с нашей топологии! Нет, отличной, конечно, но по основным критериям — привычной. И большая часть эмиттеров, «нормализующих» пространство внутри щитов — работала вхолостую.

А у меня, хотя я и «ожидал», в голове замелькали картины, не самые приятные. Потому что то, что я увижу что-то странное, что ксеносы могут оказаться не ксеносами, я допускал. Хотя Эмик и называл «бредом». Не невозможный был вариант, объясняющий часть недоговорок и договорок Его Августейшей Иносказательности.

Но сейчас мне пришло в голову… В общем: первыми с ксеносами столкнулись корабли Галена Ульвера и князя Феба. Папашиного друга и самого папашки. И вот… а ЕСЛИ это — и есть папашкин корабль? И Феб сидит тут, скоро два десятка лет. Нашёл контакт (ну или в плену), а то и руководит ксеносами? Поехал крышей и сидит такой, злобный злодей, и гадит людям⁈

— Гален, я тебе ответственно заявляю: ты — ДУ-РА-ЧЬЁ! — выплыл из глубин операционного самокопания Бронзовый. — Такого бреда даже в ваших идиотских голо не бывает!

— А я смотрел…

— НЕ СМОТРИ БОЛЬШЕ ЭТУ ГАДОСТЬ, ПИЛОТ!!! — рявкнул Эмик. — И включи остатки мозгов, которые у тебя после этого жуткого деяния остались!

— Какого?

— Просмотра, конечно! Первое — язык надписей АРХАИЧНЫЙ! Не квиритский! Точку над «i» видишь⁈

— А это не царапина?

— Нет! Это старый, двух, а то и больше тысяч лет начертания язык!

— У Ульвера мог быть…

— Старый межзвёздник, бла-бла… Гален, ты — Ульвер! У вас есть очень старые вещи. Есть такие анахронизмы?

— Кхм, нет. Но возможность…

— Ми-зер-на-я! Гален, ксеносы — НЕ УМЕЮТ ориентироваться и рационально действовать у нас, в нашей метрике!

— Кхм… ну, не «не умеют»…

— Непринципиально. Они нерационально используют ресурсы в бою и при захвате! Если бы они действовали на основании данных или под руководством людей — они бы действовали по-другому!

— А безумие человека? Или он пытается защитить… Да нет, бред, ты прав, Эмик, — встряхнулся я.

— Во-во! И полюбуйся на свои медицинские показания, придурошный Гален! — скинул он мне данные энцелографа и гормональный фон.

— Мдя, — признал я, окончательно беря себя в руки.

А взяв — оскалился: не всё же Эмику вредничать!

— Эми-и-ик, — почти пропел я.

— Ну⁈

— А данные работы с вычислителем за последние десять минут не хочешь продемонстрировать⁈ — вкрадчиво поинтересовался я.

— Нет! Дурачьё! — отгавкнулся Бронзовый.

— Нет и нет, — махнул я мысленно рукой, но хихикать не хуже близнецов не перестал. — Пойдём, походим, посмотрим.

— Мне тоже интересно, пилот. Но есть задание…

— А мы его выполним. Но понимаешь, Эмик, есть две вещи.

— И какие⁈

— Первое — сроки не критичны, и в округе пусто.

— Сенсоры не вполне корректно отражают обстановку… Но в общем — ладно, уговорил. А второе?

— А второе, — оскалился я, — тут практически нормальная топология, Бронзовый Рыцарь. А теперь подумай, что нам делать после закладки этого, — указал я на контейнер с биооружием. — Он, друг мой Эмик, даже не сработает.

— Почему⁈

— А потому, что мы просто не сможем от него удалиться на достаточное расстояние, — хмыкнул я.

— И……….!!! — выматерился Бронзовый.

Потому что наш «путь домой» — был связан с нестандартной топологией «запорталья». И ни хрена не сработает в том месте, в котором мы оказались.

23. Мысли о вечном

Вообще, стоило мне осознать сказанное Эмику — ну насчёт того, что хрен нам, а не путь домой — как меня пронзил укол ужаса. На миг, по-моему, Бронзовый даже не заметил, несмотря на синергию. Потому что эта вспышка заставила меня собраться, пробудила этикетку (или мозги). Если всякие там голопостановочные идеи про «десятилетиями чахнущего папахена» — пугали, но не так. То угроза жизни и будущему — прекрасно «сработала». Выбила из головы глупости, и я быстро понял две вещи, после которых успокоился.

Первая: я ИЗНАЧАЛЬНО был готов к смерти. Неприятно, страшновато — но готов. И, кстати, интересно, все ли протупили, как и мы с Эмиком?

— Я не тупил, пилот! Я… отвлёкся на мудрые мысли. О величии!

— Ага-ага.

— Дурачьё!

В общем, у нас были данные топологии в точке выхода. Собственно, эти самые «данные» и были немалой частью «адреса» места, где мы оказались. И ни я, ни Эмик не стали их изучать и соотносить с характеристиками запорталья, да и нашей метрики. Вообще, с точки зрения этикетки, непростительно. Если бы я был вычислителем или роботом. Слишком много навалилось, так что можно себя простить. То же самое и с Бронзовым: он, если разобраться, даже больший человек, чем я. Ну, по ряду параметров — так выходит. И злиться на него за его природу — глупо. Да и сам он всё понимает, та же коррекция ячеек памяти и ассоциативных цепочек — это «слом личностных ценностей, ориентиров, оценочных критериев»…

— Хорош уже, занудный Гален! — буркнул Бронзовый. — Во-первых: у тебя есть УВЕРЕННОСТЬ, что мы вернёмся. Откуда⁈ Отвечай! — грозно, но по ощущениям — почти жалобно (Дурачьё!) спросил Эмик.

— Есть. Если не гробанёмся, конечно…

— Это всегда так. Если гробануться — то ничего не получается! По делу говори!

— Мы на объекте, Эмик. На объекте, искусственно создающем близкую к нормальной метрику, но именно…

— Объекте! — ликующе понял Бронзовый. — И как только мы его покинем…

— Ну да, конфигурация 'возвратного поля будет рабочей. А выбраться мы ТОЧНО сможем — тут, конечно, странно. Но не настолько чтобы были принципиальные отличия в расстояниях. Или барионник не работал…

— Работает, — деловито констатировал Инвиктус, откромсав Кистенём кусок обшивки с куском ксеносской плоти.

— Эмик…

— Они… не живые. Ну живые, но без активности живого. Смотри, — скинул он схемы.

И да, выходило, что ксеносячья плоть в обшивке корабля — живая, даже активная. Но вот нервной активности, точнее, ее аналога, не проявляла совсем.

— Всё равно — рискованно!

— Не занудствуй, занудный Гален. Проверять всё равно надо, почему бы и не сейчас? — на что ответить я смог только мысленным пожатием плеч. — А во-вторых: я тебя знаю. Интересно — не тот аргумент.

— Ну вообще — тот…

— Не ври! К партнёршам по использованию моего замечательного дара ты вернутся хочешь сильнее, я чувствую!

— Я и не вру. Мне интересно не просто. А в смысле, будет ли иметь ли смысл наше действие с этим биооружием?

— Поясни.

— Ну вот смотри: я допускаю, что мы оказались в этом месте потому, что инквизиторы Императора вытащили из ксеноса данные, но не задумывались об этом месте. А мы — протупили, — на что Эмик бронзово забурчал, но прямо не возразил. — И мы — на корабле. Высоковероятно…

— Герметичном. Я понял. Может, здесь вообще никого, кроме этих кусков плоти, нет.

— В общем — да, так. Всё же мы — не игрушечные солдатики. Нам надо не «прийти-выполнить приказ-уйти», а именно СДЕЛАТЬ дело. Посмотреть что тут творится, не используем ли мы наш риск и всё такое просто впустую. Потому что ксенос, например, обманул… точнее, дал недостоверную информацию инквизиторам. Или сам предполагал так, а вышло — как есть.

— А ты отдаёшь себе отчёт, что мы можем ничего не понять или понять не так? Что происходящее и детектированное нами может быть нам не по силам? И, кстати, цени моё Величие и Скромность!

— Ценю, ценю, — фыркнул я. — Естественно, отдаю. Но если тут будет что-то совсем непонятное — просто оставляем контейнер и сваливаем. Выйдет: не смогли, не смогли.

— Дурацкое слово «не смогли»! Но в данной ситуации вынужден признать, что твоя позиция не самая дурацкая из возможных. Могла быть гораздо более дурацкой!

Так что мы проверили оружие, техсостояние, забили Жнеца этакой «гирляндой» снарядов, разных типов и видов, вразнобой. Какой-то да и сработает. Закрепили контейнер в освобожденной части патронного короба, да и потопали по коридору.

И вообще, пройдя и приглядываясь, я понимал, что Эмик прав. Этому кораблю тысячи, а то и десятки тысяч лет. А с учётом того, что поломки чинила плоть ксеносическая — то он у ксеносов, в текущей метрике ОЧЕНЬ долго. Что волей-неволей приводило нас к первому, после заминок Его Неопределённости, предположению. Но по одному кораблю точного вывода не сделаешь. А кроме коридора, поросшего «корнями» ксеносятины, ничего не видели ни мы, ни датчики. Сами они вообще действовали недалеко и избирательно, но в пределах сотни метров (чудовищно мало, но для внутрикорабельного пространства — сойдёт) мы ориентировались уверенно. И ничего, кроме металла, ксеносятины и архаичных светильников (кое-где замененных этакими «гнойными шарами» ксеносятины, светящихся гнойно-жёлтым светом), не наблюдалось.

А топали уже долго, минимум пару километров!

— Я, судя по моим информационным базам, догадываюсь, что это было за судно, — вдруг прогудел Эмик. — Столь длинные и просторные коридоры с небольшим угловым отклонением — а это диск почти пятнадцати километров — люди делали только несколько раз.

— И что? — естественно заинтересовался я.

— Межзвёздные ковчеги времени до гиперпереходов. Мы идём по тому, что было гигантской оранжереей замкнутого цикла.

— Ну а потери никуда не девались, и за тысячи лет растений и всякого такого не осталось.

— Да.

— Погоди… на досвете? Десятки тысяч лет. И — у ксеносов.

— Да, пока всё похоже на то, что твои предположения точны. И Его Августейшее Величество знал… Так, Гален, сейчас мы точно узнаем, ковчег или нет, — озвучил Эмик и немного прибавил шагу. — У меня есть схемы этого древнего гроба, — пояснил он. — И если это он… точно он! — указал он на здоровенный проход в одной из стен коридора. — Четыре выхода на внешнюю галерею, — пояснил Бронзовый. — Но… корабль мёртв, совсем. Только освещение, даже температура и центробежное вращение не идёт.

— Точно?

— Точно, там, — потыкал Эмик манипулятором, — распределительный энергетический центр. Один из нескольких, но он не работает вообще.

— Ксеносы, ну их плоть, выполняют эти функции. Хотя центробежное вращение…

— Гравигенераторов во время ковчегов не знали. Я вообще подозреваю, что доисторическое дурачьё принимало гравитоны за магию.

— Может, и так, — не стал спорить я, хотя меня подобный анахронизм поразил… впрочем, ладно. Когда-то и камни использовали в качестве санитарно-гигиенических предметов.

Правда, вымерли, вроде — что и логично: кто камнем будет всякие там гигиены совершать?

И потопали мы уже по широкому коридору вглубь корабля. В отличие от тепличного — был он со множеством боковых ответвлений и всяким таким. Ну а мы в помещения заглядывали и интересовались. В тот же распределительный центр заглянули. И там и вправду были какие-то архаичные механизмы, от времени превратившиеся бы в труху. «Бы», потому что ксеносятина охватывала потрескавшиеся и истончённые детали, удерживая их во внешнем порядке.

И так — во всех встреченных нами отнорках и закутках. Рабочего оборудования и чего-то такого просто не было. Была их видимость.

— Памятник! — одновременно с Бронзовым произнёс я после пятого помещения.

— Вопрос — чему.

— Судя по состоянию этого раздолбанного корыта — можем и не узнать. И знаешь, Гален, судя по тому, что мы видим — ты прав, — задумчиво прогудел Инвиктус. — Оставлять тут контейнер выглядит всё глупее и глупее.

— Проверим центр, походим немного. Ну… пару часов, думаю. И выбираемся наружу, — решил я под одобрительное гудение Эмика.

И потопали мы дальше. И — всё так же, муляжи скреплённые плотью ксеноса. Правда, появлились… саркофаги. Не медицинские или какие-то там ещё. А погребальные, что мы выяснили, вскрыв барионником один из параллелепипедов с барельефом лежащего с закрытыми глазами человека на крышке. Внутри была только пыль, но наших анализаторов и датчиков хватило, чтобы установить, что это костная мука.

И, посоветовавшись, мы двинули к командной рубке ковчега. Её месторасположение было отмечено на схеме, ну а вероятность чего-то интересного там — довольно велика. Дотопали, посмотрели, поругались с умеренной нецензурностью. Рубка на месте была, но в том же состоянии, что и остальной корабль. С ксеносятиной, поддерживающий внешнюю целостность давно сдавшейся перед натиском времени техники.

— Ладно, в центр. Там реактор, — начал было я.

— Погоди, Гален, — задумчиво протянул Эмик. — Я кое-что вижу.

— Оптические диски памяти, — не менее задумчиво констатировал я. — И целые, судя по всему. Правда, я такую древность только в голо видел.

— Я — тоже. Но в те времена использовалась стандартная тривиальная кодировка.

— Двоичная-бинарная, — припомнил я. — А сами диски практически вечные и вряд ли побеждены. Снять информацию…

— Ерунда это «снять информацию» — отмахнулся Бронзовый. — Слабый луч голопроектора твоего браскомма на диск — и данные с него у меня. Декодировать — меньше секунды.

— Тогда я пошёл. Ты их скорее разобьёшь, чем поднимешь.

— Я, вообще-то, очень ловкий и изящный Инвиктус! — обиженно буркнул бронзовый зазнайка.

— Для твоих габаритов — безусловно, Эмик, — не стал спорить на пустом месте я.

— Ладно, иди уж. Я прикрою, — прогудел Бронзовый, выдвигая ложемент и меняя конфигурацию полей.

Ну я и пошёл. Чего ж не идти, если интересно, да и возможно — важно? Дотопал до охваченных истончённым металлом и плотью ксеносов дисков и стал их облучать проектором. А Эмик — считывать, паралельно расшифровывая и скидывая мне на браскомм узнанное.

Ну и ситуация с этими «ксеносами» оказалась довольно близка с моими предположениями. Итак, почти полтысячи лет назад, на Терре у власти были идиоты. А, судя по тому, что власть была «демократической» — идиоты возглавляли идиотов. Запреты на законодательном уровне экспериментов с человеческим геномом! «Неэтично» им, дурачьё! То есть, механизм естественного отбора, с выбраковкой ошибок рекомбинирования генами — уничтожили медициной. Но последствия, в виде естественных мутаций — не устраняли. И запрещали изучать! Как человечество с такими придурками вообще выжило — ума не приложу! Эмик даже без «дурачья» изошёл на бронзовую желчь и яд, и в общем я его поддерживал.

Но это — ладно (ни хрена не «ладно», а больной бред, но дальше было ещё «веселее»!). Самая веселуха была в том, что генетически модифицированные организмы — ну для пищи там и всякого такого, если и были не под запретом, то проверялись и ревизировались сильнее, чем человеческий геном Комитетом Генетической Чистоты! Причём в ревизорах были не учёные, генетики, а чиновники без должного образования! Чуть ли не сектанты религиозные!

В общем, группа молодых генетиков решила, как и псионы гораздо позже, что надо «валить», благо ковчеги (без генной коррекции, на самовоспроизводстве и без генномодифицированных продуктов!!!) уже десятилетия как запускались к звёздам с пригодными планетами. Правда, хрена с два с существующими условиями экипажи доживали, как я прикидываю. Помирали с голоду и от генетического вырождения, ну да не суть.

Решили, что надо валить, потому что текущая ситуация в их времени не менялась, а груз дефектных генов у популяции на Терре был таков, что здоровых младенцев рождалось менее десяти процентов. Все остальные — с теми или иными патологиями. То, что через полсотни лет в руководство выбьются более-менее разумные и отменят идиотские моратории — группа не знала. Ну и свалили с Терры.

А вот дальше интересно. Пару поколений корабль летел к звезде, но на нём были не только биологи. Но и физики там и всякие математики. Ну, точнее, потомки первого экипажа, который по наследству передал специальное жопное шило астрономических масштабов.

Так вот, лететь кораблю было ещё полторы сотни лет(!), и решил экипаж «поэкспериментировать». С постоянным ускорением и всяким таким, благо запасы топлива и энергии позволяли. Записи этих экспериментов описывались очень подробно, и, судя по всему, они доэкспериментировались до того, что ковчег провалился в гиперпространство. Не без помощи неведомой «чёртовой матери», потому что, судя по выкладкам — чёрта с два они в гипер должны были выйти. Приблизиться — «да», перейти световой барьер — тоже возможно, ну и помереть всем кораблём из-за изменения некоторых констант. Но никак не выйти в гиперпространство. Но — вышли, и… всё. Вернуться не смогли, местная топология быстро свела с ума и прибила больше половины экипажа. А остальные начали выживать и экспериментировать.

Вот только мы с Эмиком уж очень зачитались. Ну, ЧЕРТОВСКИ интересно, в чём-то грустно, в чём-то поучительно и вообще. Ну и находились мы в огромном пустом корабле — ну, как бы, проверяли. Но вот сферу знакомого вида мы ни черта не заметили. И влетела она в рубку, под подёргивание ксеносской плоти, от «веток» которой я еле ушёл перекатом, отбиваясь рассекателем. Но — бессмысленно, только слегка отталкивал, потому что термическая стойкость ксеносятины никуда не делась.

Но Эмик превозмог, хотя то, что он сделал, было довольно нетипично. Дело в том, что Инвиктусы без пилота не воюют, кроме одного случая: покушение на его целостность (в плане разобрать-посмотреть как устроен не вулканистами) и попытка несанкционированного пилотирования. Програмное, а то и аппаратное ограничение, воевать может только Инвиктус с пилотом. Возможно — близнецы могли перепрошить это ограничение. Но даже в этом случае связка «пилот-Инвиктус» эффективнее их по отдельности.

Так вот, я находился от Бронзового в семи-восьми метрах (ну, я катался и уворачивался от противных ксеносских… хотя скорее трансгуманных веток), но он переконфигурировал связной канал с браскоммом так, что я, даже не находясь в ложементе, оказался «пилотом Инвиктуса». От стандартного ИР подключения всё вот это сильно отличалось, было схематично, не мешало смотреть глазами — но что хотел сделать Бронзовый, я понял, и не только «дал добро», но и поучаствовал.

А именно — Кистень просто и без затей нанёс по расположенной неподалёку сфере рубящий удар. И она, без каких бы то ни было спецэффектов и всякого такого развалилась на две полусферы. И жижей противной всё вокруг себя стала заливать.

— Эмик, эта плоть⁈ — взволнованно рявкнул я, не став радоваться и тыча в подёргивающиеся отростки плоти.

— Засыпает, пилот, — через секунду прогудел Инвиктус. — Он, — махнул он манипулятором на полусферу, — ими управлял. В пределах ста метров — никакой активности, — после ещё одного секундного молчания сообщил он.

— Это замечательно, но полезу-ка я в ложемент, — решил я.

Полез и поместился — стало как-то поспокойнее. И нагнулись мы с Эмиком над полусферами — ну интересно же! И…

— Человек, — констатировал я.

— Трансгуман, — отметил Эмик.

— А чёрт знает, Бронзовый. Мы — не биологи, инструментов нет. Но, судя по скелету и видимой требухе — человек.

— Только сращенный с этой плотью, поэтому — трансгуман!

— Эмик, а может, хрен с ним? Вообще-то у нас задача, да и, может, закопошились тут, возможно. Если вообще есть тут кто-то, кроме этого поделённого.

— Ладно, — величественно дозволил Бронзовый. — Быстро до центра и выбираемся из этого ковчега. И если люди, то почему такие… — замер Бронзовый, формулируя, но я понял в синергии.

— Неэффективно воюющие, так относящиеся к простым людям?

— Да!

— Время и изоляция, Эмик. Ты сам читал, с чего начался исход этого ковчега. Они передавали эти данные. И теперешние потомки первого экипажа считают человечество выродками. Ну и сами по себе — не слишком блещут умом и коммуникативностью. В нашем понимании, конечно.

— А зачем рвутся к нам?

— Скорее всего — некомфортно им тут. Ну или что-то случилось. Или — пытаются увеличить ареал обитания за счёт нас. Понимаешь, причины неважны. Да и всё это предположения. Но сейчас эти… создания — враги, — решительно заключил я. — Причины первого экипажа — я понимаю. Но их потомки… да те же выродки, которыми они считают нас, для меня.

— И дурачьё!

— И это — тоже, — согласился я.

Под эту беседу мы дотопали до центрального зала реактора. И — реактора там не было. Это было огромное кладбище. Причём, судя по полностью «ксеноплотным», в виде сфер саркофагов — это ДЕЙСТВУЮЩЕЕ кладбище. И причина, почему заложить наш контейнер следует тут — понятна. Ксен… враги тут бывают, регулярно, но вряд ли кто-то, кроме «смотрителя кладбища», которого мы поделили, здесь обитает.

— Прах к праху, — откомментировал я возложение контейнера в центре сферы заставленной саркофагами. — Давай домой, Эмик?

— Нашёл, что спрашивать, дурацкий Гален! — буркнул целенаправленно топавший по «хорде» ковчега Бронзовый.

— Не «дурацкий», а усталый и… Ну в общем, ладно, — встряхнулся я. — И чего тупим? Ионник тут прекрасно будет работать! — ехидно уточнил встряхнувшийся я.

— Эм-м-м… — бронзово прогудел Эмик и врубил ионник.

24. «Награда» герою

В общем, путь до стены ковчега мы проделали за считанные секунды. Коридор-хорду мы проверили, по нему топали, ну и гадостей не ждали. Их взяло, да и не случилось — и такое бывает. Ну и стали Кистенём в обшивке ковырять дыру. Обшивка ковырялась без проблем, полтора метра металла мы просто вырезали «блином», со звоном шмякнувшимся на палубу. И уткнулись всё в ту же плоть: она ковчег, похоже, окутывала. И хрен знает, на какую толщину.

— Вот я думаю… — начал было я.

— Некогда думать! — отрезал Бронзовый. — Прорубаться надо! И если эта плоть станет активной — тоже прорубаться надо. У нас, задумчивый Гален, особо выбора-то нет.

— Ну, в общем — да, — признал я.

К счастью, плоть была такой же, как и в самом ковчеге. То есть живая, оказывающее воздействие (в случае окружающей ковчег — нормализовывала, подгоняла близко к нашей топологию), но полностью лишённая «управляющего». А без него она — механизм, пусть и на биооснове. Правда, прорубаться нам пришлось не менее полусотни метров, причём эти «полсотни» на основе экстраполяции, потому что по данным всяческих датчиков выходило, что пробиваем мы дыру в сомкнувшейся за нами плоти не меньше пяти километров! Но это, очевидно, местная метрика виновата, да и хрен с ним. Пробились, «бросили взгляд» на округу — совершенно без толку, нужно отметить. Мешанина излучений, состояний, просто невозможно понять, что отображающая.

Ну и совершили эмиттерами нужное для «выпадения из гиперпространства» надругательства. Я как-то, несмотря ни на что, несколько иррационально опасался, что расчёты мудрил Академии ошибочны. Случайно или по чьему-то злобному коварству. Но — пронесло. Через пару субьективных секунд мы бултыхались… в пустой системе! Совсем пустой! И радиосвязь не давала канала с Фермопилами! При этом, первое что мы сделали — это сняли спектральный отпечаток.

— Карта звёздного неба соответствует системе 13г010-Лебедь, — напряжённо протянул Эмик. — обломков в округе не наблюдаю, хотя это не показатель.

— Живы, — мимоходом сверился я с показаниями волчьего жезла. — Но если место — то, возможно…

— Думаешь — время?

— Допускаю такую возможность.

— Раньше… или позже? — прогудел Бронзовый не слишком радостно.

— Не… бред. А мы тупим, Эмик, — с улыбкой констатировал я.

— В чём, тупящий Гален⁈

— В том, тупящий Эмик, что временные искажения не наблюдались и вообще нашей топологии не свойственны. Скорость течения времени — «да». Но никак не смена направления и не прыжки. А самое главное…

— Хм-м-м, — прогудел Бронзовый, почувствовав мои мысли. — Да, похоже что и время, и место — тоже. Но где….

— Мы — на том же месте, откуда стартовали. Ты подставил переменные в формулу возврата.

— Так.

— Только эти переменные стали верными для точки, которая сместилась в пространстве. И Фермопилы, скорее всего, с той стороны звезды! — победно заключил я. — И с местом нам чертовски повезло…

— В звезду мы и не могли попасть — переменные не позволяли, — уточнил Бронзовый. — Но по принципу подобия… Да, точки в которую мы возвращались — могло вообще не оказаться в системе. И выкинула бы нас по принципу ближайшего подобия…

— Не факт, что в нашу галактику, например.

— Теоретически — возможно, — погудев признал Эмик. — Но крайне маловероятно.

В общем, врубили мы ионник и через час оказались в зоне связи — звезда закрывала от нас Фермопилы. Сам курьер был цел, как и девчонки с близнецами: всё же «корабль проникновения» не был боевым, да и разносить его стали на наших глазах. Правда, поговорить толком с ними я не мог. Всё же, после всего такого надо бы с Его Августейшеством поговорить, доложиться, да и двигать домой.

— Сделал? — такой фразой поприветствовал меня Император, после того, как коммутатор подключился к браскомму, и я оказался в иллюзии «тронного измерения».

Хотя, возможно, с учётом частичной ирреальности этого измерения… Впрочем, над этим лучше не думать, а то произойдёт привычный заворот ума. И я если и не гробанусь, то стану совершенно невозможным мудрильным занудой или сумасшедшим учёным из голо. Не думаю, что девочкам понравятся оба варианта, так что на тему «что искусственно, а что реально», применительно к Августейшему Обиталищу — лучше голову не ломать!

— Сделал, Ваше Величество. Не без… сложных моментов. И…

— У тебя есть вопросы, Гален, — перебил меня он. — Это нормально, да и ответы вполне заслужены.

— Насколько они люди? — задал я всё же волнующий меня момент. — Не физически — физически я, в общем, видел.

— Ни насколько, — отрезал Император. — Уровень Кревов, если даже не дальше от нас — Кревы, всё же — технологическая цивилизация нашего измерения. А эти — потомки людей, но их инструменты, среда обитания таковы, что уже через три поколения людьми в нашем понимании они быть перестали. Как и трансгуманами — в слове «трансгуманы» часть «гуман» играет не последнюю роль. А у этих… нет.

— Контейнер оставлен на памятнике-кладбище. Он сработает?

— Должен. Они… довольно странно общаются, телами, но не столько в том смысле, как мы имеем в виду, — слегка улыбнулся Император. — Инкубационный период долг, вирулентность близка к ста процентам. Притом это не совсем вирус, скорее нанороботы или кибернетизированные вирусы. И да, весь их подвид ты не истребил, если тебя это волнует…

— Да как-то не очень, разве что в плане — нам гадить не будут.

— В общем, существовать в нашей метрике они смогут. Если мы позволим, найдём общий язык и всё такое, как ты любишь выражаться, — подмигнул мне Император. — Геллиоты откроют портал. Захотят жить — перейдут к нам. Будем думать, судить, решать.

— Вам виднее, — пожал я плечами.

Но — слегка полегчало. Они были врагами, и уничтожить их всех — было правильно. Но… тот самый «гуманизм» не изведённый ни пиитами у себя, да Никсом во мне. Маленький, но был, и становится «палачом вида» или даже подвида, пусть только для себя — было не слишком комфортно.

— А теперь я хочу рассказать, что мы точно узнали. И ряд расчётов, представленных вами, могли привести, к гибели, кстати говоря! Я не то, чтобы предъявляю претензии…

— А ставишь в известность, я понял. Позволь мне судить, претензия это будет или нет. И для портала данные могут быть не лишними.

Ну и начал я рассказывать, что и как. С «ошибками входа», да и «выхода». Передал прочитанное Эмиком. И, в общем, собирался уже прощаться. Как вдруг всё пространство нашего пребывания огласил БРОНЗОВЫЙ РЁВ. Как я понял — больше для, меня потому что Эмик орал через браскомм, к которму имел постоянное подключение. Но и Император его явно услышал.

А вообще, это было бы странно даже для Самого Зазнайского и Надутого Инвиктуса Империи. Было бы, потому что тема бронзового рёва была ОЧЕНЬ важной, да и требующей срочных действий. не без того.

— НАПАДЕНИЕ НА УЛЬВЕЮЛ, ЮЛ ПОД БОМБАРДИРОВКОЙ! ПРОШУ ПРОСТИТЬ, ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО, ЗА НЕЗВАННОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО В БЕСЕДУ!!!

Император на это нахмурился, отмахнувшись, а я протупил секунду и…

— Курьер в моём распоряжении?

— Да, поручение капитану в силе…

— Прощайте, Ваше Величество. Дела, — бросил я, разворачивая настройку браскомма.

— Понимаю… — рассеялось вместе с искуственной реальностью Тронного Мира.

— Триерарх, курс в систему Роттерн. В зону дока, СРОЧНО и как можно быстрее! — первым делом обратился я в корабельной сети.

— Слушаюсь! — стало мне ответом.

— Данные! — бросил я в боевой чат, где были девчонки, близнецы и Инвиктусы.

А данные были крайне скудными. Нападение на систему, Юл под бомбардировкой. И всё. Сообщение от Катьки, как понятно. И выяснить детали не получалось — капитан Колин похвально отреагировал на приказ «срочно» и Фермопилы уже были в гиперпространстве.

— Маршрут займёт тридцать шесть часов, дукс империалис. Быстрее невозможно.

— Понятно, благодарю, Триерарх, — ответил я. — Так, у нас серьёзные проблемы, — то ли задумчиво, то ли растерянно сообщил я в чат. — Я проверил Ульверов…

— Жезл главы Рода?

— Он самый. Катерина жива, на момент нашего входа в гиперпространство. Как и Басилдр и её «детский сад». А вот больше Ульверов в нашей галактике не наблюдается, кроме нас.

— Парсифона уничтожена?

— Или под атакой, но Ульверов там нет. Светлая память, — на что послышались соответствующие ответы. — И я не понимаю — КТО настолько охренелый и сильный… Хотя, кажется, понимаю, — похолодел я. — Вот же… Ладно, летим, готовимся. Ждём, чтоб его!!!

И эти тридцать шесть часов в гипере… да просто «полировали Инвиктусы», по большому счёту. Больше ни на что ни сил, ни желания не оставалось. За час до прибытия в систему триерарх предупредил, подключил к сканерам и сенсорам и многословно извинялся. ну, в смысле, если нападение носит официальный характер — ничем помочь не может.

— Это понятно, триерарх. И я не в претензии. Мы покинем Фермопилы в доке, — ответил я.

— Гален, а если мы не сможем покинуть док? — спросила Кудряшка, на что Арви всхлипнула.

Потому что если космическое пространство Роттерна контролирует враг — на Инвиктусах док не покинешь. Всё же Инвиктусы нее полноценные пустотные суда.

— Если, то мы останемся в доке, — внешне расслабленно, но сжав зубы ответил я. — Улетаем на лайнере Космонавигации. И я отомщу, — всё так же внешне спокойно ответил я. — Не сразу, но так что этим будут пугать детей в Империи.

— Мы отомстим, пилот! — прогудел Бронзовый.

— Мы, все вместе! — последовали высказывания от девчонок и близнецов.

А вот после выхода из гипера я с облегчением вздохнул: «мстить» возможно, придётся. Точнее — придётся точно. Но в Роттерне не было вражеских кораблей. Более того — сигнатура корабля Стальных была, и был это явно не «мёртвый остов». И Катька была жива.

Правда верхушки орбитального лифта над Ульвеюлом не было, ну а больше от сенсоров Фермопил не понять.

— Доставите до планеты, триерарх? — уточнил я, решив не тратить времени. — Боя и вражеских сил нет.

— Естественно, дукс.

А в пути я стал выдавать опознания, ну и послал приветствия. И после «вы тут!» явно ОЧЕНЬ взволнованной Кати, не только живой, но и вроде целой, последовал вызов от Олафа.

— Прости, друг. Я не смог сберечь…

— Главное ты сберёг, друг, — отмахнулся я от покаянной речи. — Что случилось?

И… да логично, в общем. Лансеры, говёные засранцы, узнали кто перебил их пиратскую группировку. По крайней мере иных причин для всего этого просто нет. И объявили войну Благородных Домов. На Совете, чтоб их, где не было нашего представителя. Причём, судя по данным, пришедшим мне, как дюку — ещё и пытались привлечь на свою сторону и другие Рода. Впрочем, с этим они обломались. Но запрещать им враждовать с нами — никто не мог. И через шесть часов после объявления на совете в Роттерне и Аиде началась атака. И Персефона, судя по всему, оккупирована. А вот с Ульвеюлом у гавнюков не вышло. Два планетарных подавителя и пять судов поменьше разнесены нахрен, летают в виде астероидов. Но, при этом, у Стальных весьма ощутимые потери — треть штурмовиков и их пилотов. Ну и дронной группировки на Ульвеюле ни черта не осталось, слёзки.

На данный момент у Лансеров «холодная война» с нашими союзниками, ну и «горячая» — с нами. И, вскоре, скорее всего придётся ждать повторного визита в Роттерн. С гораздо большими силами. А сейчас — орбитальной базы нет как факта, половина Порты в руинах. И реть Ульвеюла — часть лансеровских судов произвели эту самую бомбардировку и даже выкинули десант. Десант перемололи в слизь и в плен не брали, Серина сейчас бьётся над дронным заводиком, стараясь хоть как-то восстановить численность защитников в сжатые сроки.

— И она очень помогла, Гален, — после объятий и всхлипываний озвучила Катя. — Десант был именно на Родовой Дом, с Инвикутсами.

— Понятно. Иди спать, Катя. Я справлюсь.

— Я…

— Спать! — подхватил я девчонку на руке, где она, пытаясь возражать, заснула — что и неудивительно.

Ну а я брякнулся на волчий трон и стал посылать соболезнования, собирать информацию и вообще заниматься дючьей деятельностью. Вот только большая часть сознания холодно считала. И холодно рисовала большую. холодную и всеобъемлющую жопу…

Просто Лансеры — это пи…ц. Это мы, запертые на Ульвеюле, как я некогда прикидывал. При этом, совершенно не факт, что мы уцелеем: судя по результатам атаки и примерной оценке возможностей тонконогих сволочей — могут и уничтожить нас. А что на потери плюют — уже видно по тому, что понеся ощутимый урон корабли в Роттерне не отступили, а рвались к Ульвеюлу.

То есть, эти сволочи или считают «что ничего им не будет», или — что мстят за «уничтожение Рода». Но судя по всему, что я знаю — никто их уничтожать не собирался. Да даже сейчас не будет, ну в плане Империя. Потому что при всех прочих равных — они с нами, Ульверами, действуют в рамках законов. А в пиратстве Род никто не обвинял, да и не булдет — они ВАЖНЫ Субсектору. и чтобы их того — надо не год и не десять готовить это. Чтобы субсектор не захлестнул бандитизм, бунты… Да банальный голод — и такое возможно.

И я могу многое потребовать у Императора… Но максимум, что получу — охрану Ульвеюла. Непробиваемую, но ставящую на «Роде Ульвер» крест охрану. Он просто перестанет быть «Родом», в силу законов и традиций. В принципе — не очень и хотелось, но… Но масса причин почему «нет». От девчонок, до того… ЧТО МЕНЯ БЕСИТ, ЧТО КАКИЕ-ТО ПОГАНЫЕ УРОДЫ ВЫНУЖДАЮТ МЕНЯ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ТОГО, ВО ЧТО ВЛОЖЕНО СТОЛЬКО СИЛ, ВРЕМЕНИ, ВСЕГО!!!

— Успокойся, пилот. Или ори вслух, — пришло сообщение от Бронзового. — Вслух — поможет. А внутренне — ты только себе вредишь.

— Да, спасибо, Эмик, — слабо улыбнулся я, обмякая на троне.

— Я с тебя что-нибудь попрошу, не знаю что и когда, но попрошу, — скаредно ответил Инвиктус, ещё немного подняв настроение.

И стал я думать спокойно. И мысли были… невесёлыми — с одной стороны. Но… довольно изящными, да и интересными с другой. Вроде находился Путь, но это не точно. Так что сидел, автоматически отдавал дючьи распоряжения, считал… пока не завибрировал браскомм. Не выдал голо, не нейросвязь, а именно задёргался на руке. А взглянув на бунтующий механизм, я увидел на нём светящуюся голонадпись:

Срочно свяжись со мной. Император

— Ну вот, уже и фельдъегеря не нужны, — невесело хмыкнул я, доставая коммутатор.

— Катя жива, я в курсе. Сочувствую, Гален. И вызвал тебя… Смотри, — начал частить, не хуже хлои Повелитель Галактики. — Могу предложить тебе два выхода: ты возвращаешься в Императорский Род, — на что не успевший ни звука издать я помотал головой. — Да, ожидаемо, — кивнул Император. — Тогда — новый Род, в другом субсекторе? Ресурсы и средства…

— Я, Ваше Августейшее Величество, не рвался становится Ульвером. Это, вообще-то, Вы меня им сделали, — напомнил я. — Но не собираюсь из-за этих уродов уничтожать Род, в восстановление которого столько вложил.

— Хорошо, — поморщился Император. — Протекция Империи над Роттерном, но это…

— То же уничтожение Рода.

— Хорошо, хорошо… Три судна класса «планетарный разрушитель», Ударный, носитель и снабжения, — ошарашил меня Император. — Плата. На этом Империя ничего…

Ошарашил тем, что «планетарные разрушители» звёзду, конечно, разрушить не могли. Хотя были в Империи такие технологии. Но разрушить планету, как тот же фирмоментум — вполне. Вообще разрушить, превратив в кучу астероидов. Не говоря о носителе… в общем — с тремя такими судами наш, Ульверов, боевой «вес» вполне соотносим со всем весом Лансеров. Это гарантированная безопасность Ульвеюла, но…

— Нет.

— Что значит «нет» парень⁈ — нахмурился Император. — Это БОЛЬШЕ чем я тебе задолжал! Ощутимо больше! И делаю я это потому, что в эту ситуацию ты вляпался работая на Империю!

— «Нет» — означает несогласие, отрицание, неприятие, Ваше Величество. Мне не нужны планетарные разрушители.

— И что ты собираешься делать⁈ Я НЕ БУДУ уничтожать Род Лансеров! Пока они не ВЫНУДЯТ меня это сделать, нанеся урона больше, чем приносят пользу! Это ты понимаешь⁈

— Да, Ваше Величество.

— И что ты собираешься делать, Гален? От возврата в мой Род ты отказался. От нового Рода — тоже. Эти… — поморщился Император. — Закусили удила. А после попытки вовлечь в войну против вас на Совете другие Рода — они не отступят. И ты говоришь «нет», тому что может спасти вас! И что ты хочешь?!!

— Точно — не планетарные разрушители, Ваше Величество.

25. Эпилог

Вообще, с текущей ситуацией у нас выходило… Никак. Пути не то, что не искались — их НЕ БЫЛО. Возможность выжить физически, сменить формат организации — не проблема. Активов масса. Но даже предложение Императора, казавшееся запредельно и невозможно щедрым — нихрена не решает. А наоборот. Планетарные разрушители, да даже один, не говоря о трёх, сожрут все ресурсы Ульвеюла. А добывать мы не сможем: Лансеры, если уж «закусили удила» — перекроют нам каналы добычи, даже из спиральной системы. И, выйдет, что через год или два эти разрушители сожрут ресурсы Рода. Совсем.

Один — за пять лет. Можно надеяться на «решение проблемы» с Лансерами. Можно надеятся на благорасположение Императора, который будет «подкидывать на бедность» Роду. Много чего можно. Вот только это всё приведёт к тому, что Рода не будет — именно как Рода. Вроде и мелочи, да и сам я честно говоря с некоторым скепсисом отношусь к аристократии, потому что не дурачьё… Но есть «но» — я не желаю этого так. И девчонки мои не желают, точно. Примут моё решение, если что, но это всё не то и не так.

А «так» — не выходит. В рамках объявленной войны Род Ульвер не может существовать. Он либо будет уничтожен военной силой, либо Законами и традициями Империи.

И вот тут я нашёл Путь. Очень… просто очень. Не хороший, не плохой, но очень «этикеточный». В шахматной партии охреначить противника веслом по бестолковой башке, чтоб не умничал. Примерно такого рода решение, не говоря о том, что оно… БОЛЕЕ аристократичное, чем всё, что можно придумать, кроме него.

— Роду Ульвер, Ваше Величество, требуется тяжёлая орбитальная верфь и ресурсы… — начал было я.

— Парень, ты головой не бился? — с ехидством и заботой уставился на меня Император.

— Иногда — бился, иногда — били, — не стал спорить я. — На год, не более, Ваше Августейшество. После этого Род Ульвер добровольно передаёт все свои ленные планеты под протекцию Империи.

— Не понял, — признался Император. — Это же вариант ухода?

— Да, но не простого.

— Поясни, будь любезен.

— Мой отец, Ваше Величество, погиб во время экспедиции… — на этом меня прервало раскатистое Императорское гыгыканье.

Но его августейшество не только ржал, но и смотрел на меня с уважением. Что и правильно делал: я сам себя, найдя этот Путь, зауважал. Нет, до этого я себя тоже уважал — чего ж не уважать, раз уважается? Но найдя этот Путь, стал иметь уважение гораздо уважительнее, и не просто так.

— Гален, ты хочешь… покинуть Галактику? — ошарашено выдал Эмик не гремя, как в прошлый раз.

— Основать форпост, как я вижу. И, скорее всего, начать колонизацию. Или нет — посмотрим. Но даже если соседняя галактика непригодна…

— Ты сможешь вернутся. И такое не скрыть, да и не буду я такое скрывать. И Лансеров порвут аристократы вашего субсектора, да и не только, — озвучил Император с ухмылкой, слышавший в этом месте наш разговор с Инвиктусом.

— По моим прикидкам — так.

— Да, так и будет. Это выход, выбивающийся из Законов Империи, при этом — дающий вам в традициях Империи практически непробиваемую защиту. Аристократы, да и не только, будут защищать героический Род первопроходцев даже от Империи, — хмыкнула Его Удивлённость. — Это и не понадобится, но сам факт. И как всё… связано.

С последним я был согласен — всё отдавало мистикой, в смысле «судьбы». Потому что… с рождения события складывались так, что этот Путь был для меня предпочтителен. Не единственный, но удобный и предпочтительный. От уже упомянутого рождения с обнаружением «ксеносов», до того, что у меня на данный момент… ЕСТЬ всё, что нужно для малой колонии с перспективой. Воины, пиит (а это круче любого вулканиста), аналитики, евгеник, признанный гениальным самой Императрицей. В общем — события жизни складывались так, что Пути вели к этой точке. Не безальтернативно, да и выбор всегда был, да и есть. Но всё же — и изящно выходит, и правильно, и аристократично, и мистикой отдаёт. Правда, будет один… ну точнее несколько моментов, но Император о них узнает постфактум. Не его это дело, хоть он и Повелитель Галактики!

— Согласен, — махнул наконец рукой Император. — Будет тебе орбитальная верфь. А пока повисит Линкор Космофлота — последствия не слишком важны твоему Роду.

— Как пожелает Его Величество, — лизоблюдски поддакнул я.

А после пришлось много и долго говорить. И не только, как понятно. Ну в смысле «не только» с супругами, а говорить — со всеми. Можно было «дючьи приказать», но с учётом предстоящего — это глупо. А помимо Рода — люди нужны. Много людей, при этом определённая секретность тоже нужна: в том, что на Ульвеюле есть не один стукач-шпион Лансеров, будет сомневаться только дурачьё. Но с «людьми» — не горело. А вот разговоры привели к тому, что к моменту, когда на орбиту Ульвеюла встала орбитальная верфь, мы все дружно думали и планировали корабль. И базы Эмика (которых, на удивление, не оказалось у прочих Инвиктусов, да и в сети столь подробных и обширных данных днём и с близнецами не найдёшь) нам очень помогли. Ну и да, его странные знания — ещё один «штришок» в «мистической картине». Ну да и хрен бы с ней, на самом-то деле.

Лансеры тем временем говнились в Совете просто феерически, призывая объявить Ульверов не аристократами и всякое такое. Представитель Империи их посылал, отгавкалась «заданием Империи дуксу империалис». Ну и прочие Рода-Кланы в это Лансеровское говнение не влезали, благо стали появляться слухи (и я тут почти не причём, как и союзники Рода), что Лансеры — поганые пираты, Ульверы их пиратствующих перебили… Лансеры на это предоставили столько доказательств невиновности с таким количеством подробностей, что в их пиратстве перестали сомневаться даже идиоты. Ну не будет Род, не замазанный в гадостях, такой хернёй, как «составление алиби», заниматься, так что Лансеры сами себя подставили в Совете. Но, опять же, подставили в плане «а давайте уничтожим-изгоним и вообще этих гадких Ульверов!» Так-то в экономике, силе Род Лансеров не особо подутратил. Потерял политические позиции ощутимо, но это такое явление, временное.

Ну а у нас шла стройка, да и подготовка-отбор «кого берём». Вообще, нужно было принять во внимание, что мы, возможно, не вернёмся. Не в плане помрём, а именно осядем… А вот тут начинались мысли, которые я не озвучивал.

Дело в том, что мы не будем «колонией», если обоснуемся в другой галактике. Нам от «метрополии» ничего не будет необходимо, кроме, разве что, информации, до поры. Да и метрополии, в смысле, Империи, от нас ничего не нужно, кроме информации. Пространство для экспансии… А зачем? Вопрос в том, что Империя, причём именно Империя Хомо Сапиенсов — владеет нашей галактикой. Полностью. Территорий — более чем хватает, как и технологий, для того, чтобы обеспечить каждого человека всеми мыслимыми и немыслимыми благами. И все «нескладушки» бытия человечества — способ канализировать всякие желания. Власти, силы, странного — много таких желаний. Это не хорошо, не плохо. Так есть, и пути, чтобы так не есть — этикетка не находила. Или есть люди и Империя. Или люди перестают быть людьми и становятся транслюдьми, трансгуманами. А на последних я насмотрелся, не говоря о том, что читал и всё такое.

Но в новой галактике наша группа, поселение, если разобраться, выходит из-под власти Императора Галактики. Потому что галактика там другая. Я хоть сам могу Императором назваться…

— Это — странно. Но интересно. Инвиктус Императора, — как бы пробуя на вкус произнёс Энеус Эквис.

— И ты не против?

— Я — не знаю, Гален. И ты — не знаешь, пилот. И никто не знает, пока не попробуем. Только глупостей не наделай, дурачьё! — на удивление мудро произнёс Эмик.

В общем — открыто столько Путей, что даже страшновато как-то. Потому что Пути не для меня, а для… многих и много. Но надо будет смотреть, думать, пробовать. Эмиграция из нашей галактики — только «за», но надо будет вводить ограничительные законы. Ну чтоб бардака не началось. И думать. Серьёзно и напряжённо, куда и как нам развиваться. И надо ли это вообще — не мала вероятность, что Путь Империи для человечества лучший. А может быть, и нет. Пробовать надо, хоть и страшновато.

А вообще — может, и война какая будет. Местные какие-нибудь, злобные и агрессивные. Хотя последнее маловероятно: или они низкотехнологичные, и не проблема. Или затворники-отшельники. А, скорее всего, их и нет толком.

В общем, мыслей было много, дел тоже. Частью я делился с родными, часть — знал только Бронзовый. Да и он не полностью. А на орбите Ульвеюла строилась громада. Больше Фирмоментума, именно планета, а не корабль, пусть и маленькая. Производство, биоценоз — ну, мало ли, жить в соседней галактике придётся в корабле. И, возможно, не одну сотню лет. Так что если есть возможность — лучше её иметь, ну в смысле жить в комфорте и просторе, не деградировать и всякое такое.

И, к моменту завершения годового строительства, у нас было почти две сотни тысяч надёжных людей. И пара тысяч… чёрт знает каких. Моя тёща, ну в смысле Императрица Наталья, взяла да и навестила Ульвеюл. Ну точнее, Катю, но не просто. С ней прилетели вулканисты, учёные и всякая подобная публика. Типа «с нами». Ну и посылать этих товарищей было не только невежливо, но и глупо: учёные, производственники, совсем не лишние люди-киборги. При этом — стопроцентно «люди Императора». Что вроде и не проблема, но… Посмотрим. Я, всё-таки, от Империи получаю не «подконтрольный дар». А награду и компенсацию, так что… посмотрим, в общем. И проверим.

А ещё я готовился к «последнему аккорду». Вещь это была не сказать, чтобы необходимая. Но нужная, по массе причин. От внутренней потребности, до сплачивающего фактора. И демонстрация решимости, силы… Много чего. Именно для тех, кто полетит.

В курсе «аккорда» была Серина: без неё ничего бы не получилось. Эмик — ну, тут понятно. Близнецы — то ли Серина проговорилась, то ли сами по себе, мелочь пронырливая, узнали. И Арвинг — сам сказал, потому что её это касалось больше всего. Вроде и Басилдр, но на деле евгенику Рода было настолько индифферентно, что пофиг. А Арвинг — нет.

Так вот, частично разрушенный Юл, в смысле родовой замок в виде волчьей головы был демонтирован, восстановлен и собран целым, в трюме нашего корабля-планеты, получившей имя Рейсенд. Уже не как замок, а как цельнометаллическая оболочка-статуя, которую воспринимали как дань сентиментальности дюка Ульвера. Ну, те кто был не в курсе, хотя к моменту нашего старта с Роттерна — девчонки точно были «в курсе». Мари — дулась, Хло — думала, Катьке было всё равно, лишь бы вернулся. Ну а Арвинг даже руки приложила и кровь пролила, хотя тоже была не против, если я «вернусь». Я знаю, я проверял.

Ну и понятно: прощальная речь Ульвеюлу, передача под патронаж Империи. Правда, тут я подложил всем свиноту: официально передал под патронаж Империи ВСЕ Миры, принёсшие Роду Ульвер добровольную присягу. Вот пусть теперь с этим и разбираются, как хотят.

А Рейсенд лёг на разгонную траекторию и покинул Роттерн. Скорее всего — навсегда. Но не прямым маршрутом. И вышел из гиперпространства в системе Камелот, Мире-доме Лансеров. И вышел не просто, а в демилитаризованной зоне дока Космонавигации. Лансеры бессильно копошились своими корытами, обзывались по связи — но это мы игнорировали. А я потопал к Эмику, а забравшись в него — в здоровенный ангар с волчьей головой, ставшей домом для Серины последнее время.

— Всё готово, — буркнула пиитка при нашем появлении. — И зачем вы там — не понимаю!

— Серьёзно не понимаешь? — заинтересованно уточнил я.

— Я… да атавизм какой-то!

— Не только. Люди, Серина. Они чувствуют себя проигравшими, убегающими.

— А это… кажется — понимаю. Возвращайся, дюк. И ты, наглый Инвиктус!

— Вернусь, любезная Серина! — аж расправил «плечи» Эмик.

Но ворковать этим механическим голубкам времени не было. Хотя перспектива этих «отношений» вызывает интерес, да и улыбку. Хотя, скорее, доброю, чем насмешку. Но времени действительно не было. Так что вошли мы с Эмиком в стены Юла.

А Серина врубила давно заготавливаемый одноразовый телепортатор. И Юл, на скорости в полторы тысячи километров, появился над Спиром. Орбитоскрёбом-шпилем Лансеров, их Родовым логовом.

Ну и стал Юл гасить инерцию этим самым Спиром. Причём, как понятно, никакие защитные построения и всё такое Лансерам не помогли: мы появились внутри их. Правда, нашей задачей с Эмиком было не угробиться в волчьей голове, пока она рушилась и стиралась, руша и стирая Спир. Но мы — справились, мы — талантливые. От орбитоскрёба осталось не более полусотни метров сплавленного шпиля из стекла и стали. От Юла — ничего, но это было достойным концом. А мы с Эмиком, стоя на раскалённой от трения площадке, извлекли стяг с волчьей головой. Этакий гобелен из проволоки, сотканный Арвинг собственноручно, на который было пролито немало её крови. И вбили его в оплавленную площадку.

Молча — потому что грохот, а потом Хло что-нибудь пафосное наложит, а Бронзовый прогремит. Он такой, он может. Но сейчас было не до того, да и штурмовики, атмосферные и не очень, кучей летели к нам. Так что надо было валить — что мы и сделали, через секунду оказавшись в ангаре, откуда стартовали.

— Это было достойно, Гален, — торжественно произнёс Эмик.

— Это было просто правильно, Бронзовый. И полезно, — хмыкнул я в ответ, отдавая распоряжение уходить в гиперпространство.

Лансеры от всего происходящего немного удивились, но на зону защиты дока не нападали. А то от и так потерявшего не меньше трети членов Рода осталось бы ещё меньше. А Рейсенд уже летел через гипер, ну а у народа был праздник: свершившаяся месть, победа и всё такое. А у моей семьи — ответственное изучение инструкций костей удовольствия, потому что мы ответственные.

И через сутки мы были на звёздной орбите Белой. Опять же — символизм так и пёр. Но она и вправду самая далёкая звезда. Да и посмотреть на Белояр хотелось напоследок. Просто издали — садиться было… не нужно. Хотя было желание свалится перед школой на Бронзовом, постучать в окно школы, и уточнить у Марьванны, к какой категории, я отношусь? Наркоман или проститутка?

Но желание — дурацкое. Так что сутки планета-корабль совершала расчёты для сверхдальнего гиперпрыжка. А я немного занимался делами, немного ностальгировал и вообще. А, через сутки, просто отдал команду:

— Полетели.

И мы полетели. Чего ж не лететь, раз летится?

Обращение Авторов

Ну что, дорогие друзья, вот и подошла к концу занимательная эпопея Галена-Гаврилы и его верного Эмика. Надеемся, что вы с удовольствием прошли весь этот путь вместе с нами.

За сим откланиваемся, желаем вам всего только хорошего и побольше!

Пы Сы И не будьте дурачьем! Хе-хе…

Content

Железные Рыцари: Ультимативная Угроза

1. Рука принцессы

2. Родовые Будни

3. Посланные и послания

4. Спорный визит

5. Веский Аргументум

6. Неожиданный визит

7. Лихое начало

8. Центурионовы страсти

9. По следам Террафортиса

10. Искусствоведческий диспут

11. Консульская благодарность

12. Ультимативная Угроза

13. Лебединый путь

14. Гиперпространственный пейзаж

15. Первое свидание

16. Нужный окорочок

17. Ксено-неприятности

18. Новые неприятности

19. Шервудский расклад

20. Дорожное движение

21. Не герой

22. Цирковой номер

23. Мысли о вечном

24. «Награда» герою

25. Эпилог