Палея Толковая

Вадим Кожинов

КНИГА БЫТИЯ НЕБЕСИ И ЗЕМЛИ

Семьдесят лет назад, в 1927 году, выдающийся учёный и мыслитель Владимир Иванович Вернадский обратил внимание на своего рода уникальную «особенность» отечественного бытия: «…история нашего народа представляет удивительные черты, как будто в такой степени небывалые (то есть нигде, кроме России, не имевшие места — В.К). Совершался и совершается огромный духовный рост, духовное творчество, не видимые и не осознаваемые ни современниками, ни долгими поколениями спустя. С удивлением, как бы неожиданно для самого народа, они открываются ходом позднего исторического изучения…»

Вернадский подтвердил своё умозаключение целым рядом фактов, напомнив, в частности, что древнерусская иконопись «ждала» высшего признания несколько столетий. Речь шла в конечном счёте не о том, что ценнейшие иконы и фрески вообще не существовали для «долгих поколений», но о том, что они не осознавались как воплощение великого духовного творчества, сопоставимого с вершинами мирской культуры в целом.

Аналогично обстоит дело и с древнерусской литературой, или, пользуясь традиционным обозначением, словесностью. Полтора столетия назад, в 1830 году, Пушкин писал: «…старинной словесности у нас не существует. За нами тёмная степь, и на ней возвышается единственный памятник: «Песнь о полку Игореве…» (Стоит заметить, что всего тремя десятилетиями ранее нельзя было бы назвать и сей «единственный» — ещё не «открытый» — памятник…).

Но в «темной степи» могут таиться богатые клады. И ныне (начиная с 1978 года), после выхода в свет обращённого к широкому читателю двенадцатитомного издания «Памятники литературы Древней Руси», общепризнанно, что «старинная словесность» — от «Слова о Законе и Благодати» (1038) митрополита Илариона до «Жития» (1675) протопопа Аввакума — не только существует, но и являет собой первостепенную ценность.

Однако и в этом двенадцатитомнике представлена только часть творений древнерусской словесности (к тому же есть основания предполагать, что имеются и ещё не разысканные археографами тексты). Мало того: лишь весьма малочисленному кругу профессионалов известны творения, к коим каждый читатель может применить басенную сентенцию: «Слона-то я и не приметил»…

Наиболее уместно, пожалуй, сказать нечто подобное о Палее Толковой (её ещё называли «Книгой бытия небеси и земли»), ибо перед нами одно из самых фундаментальных и обширных и в то же время одно из самых ранних из дошедших до нас творений отечественной словесности.

Вот краткие характеристики этого творения, предлагаемые специалистами в последнее время. Палея Толковая предстаёт перед нами «своеобразной энциклопедией как богословских знаний, так и средневековых представлений об устройстве мироздания»[1]. Палея выявляет «тайный эзотерический символизм Ветхого Завета по отношению к Новому, разрешая его в богословскую аллегорию Нового»[2].

Казалось бы, такое творение должно было обрести высокое и более или менее широкое признание. Правда, Палею не так легко воспринять в отрыве от её духовного, исторического и языкового контекста. Но делу могло бы помочь снабжённое переводом на современный русский язык и тщательно прокомментированное издание. Однако ничего подобного у нас нет. Единственное издание Палеи Толковой, вышедшее столетие назад в двух выпусках (1892–1896 гг.), доступно современному восприятию не более, чем сами древние рукописи[3].

Одна из основных причин недостаточного внимания к Палее заключалась в том, что в течение долгого времени имело место представление о ней как о переводном (с греческого или болгарского языка) памятнике, — хотя никаких следов «оригинала» не обнаруживалось. Многие филологи и историки XIX века попросту не могли поверить, что такое творение создано много веков назад на Руси, поскольку господствовало весьма «критическое» отношение к допетровской русской культуре. Но к концу XIX столетия начинает складываться убеждение, согласно которому Палея — хотя она, конечно же, опиралась на различные иноязычные источники (в том числе на византийскую Палею Хронографическую), — тем не менее является в своей цельности созданием русской мысли и слова. Это убедительно доказывали, начиная с 1880–1890-х годов, такие виднейшие специалисты, как И. Н. Жданов (1846–1901), А. В. Михайлов (1859–1928), В. М. Истрин (1865–1937), В. П. Адрианова-Перетц (1888–1972). Между прочим, последние по времени исследования Палеи были опубликованы в академических изданиях уже после революции — в 1920-х годах[4], но затем её изучение в сущности прекратилось (поскольку дело шло о непосредственно богословском сочинении).

Как уже сказано, Палея — одно из наиболее ранних творений отечественной словесности. Выдающийся историк М. Н. Тихомиров (1893–1965), отнюдь не склонный к необоснованным и тенденциозным выводам, писал в своём (к сожалению, незавершённом) тексте «Философия в Древней Руси», что Палея создана не позднее XII века[5] — то есть, возможно, ещё в XI-м столетии, от которого до нас дошло немногое.

Правда, «старшие» из сохранившихся рукописей Палеи Толковой относятся к более позднему времени — к XIV веку; однако ведь и другие великие творения русской словесности, созданные, вне всякого сомнения, в XI — начале XII века — «Слово о Законе и Благодати» Илариона, «Повесть временных лет» преп. Нестора, «Поучение» Владимира Мономаха, — сохранились только в списках, сделанных не ранее того же XIV века (не считая небольшого фрагмента из «Слова» Илариона в рукописном сборнике XIII века)[6].

Нельзя не отметить ещё, что Палея Толковая имела на Руси немалое распространение, о чём свидетельствуют более чем полтора десятка дошедших до нас списков; как заключила крупнейшая исследовательница письменности Л. П. Жуковская, сохранилось, в среднем, только одна сотая часть «тиража» древнерусских книг, следовательно, Палея Толковая была переписана примерно полторы тысячи раз (по тем временам «тираж» весьма значительный). Палея проникнута полемикой с иудаизмом; подчас её даже озаглавливали так: «Палея Толковая на иудея». Н это имеет своё существеннейшее основание. Почти все важнейшие сочинения, созданные в собственно Киевской Руси (то есть в XI — первой половине XII века — от Илариона Киевского до Кирилла Туровского и Климента Смолятича), содержат полемику с иудаизмом; не менее характерно, что позднее подобной полемики почти нет в литературе вплоть до конца XV века, когда рвалась к власти так называемая ересь (на самом деле это было полное отступничество от христианства) жидовствующих, к которым принадлежали главный «чиновник» того времени Фёдор Курицын и мать первоначального наследника престола[7] Елена Волошанка, а сам великий князь Иван III и митрополит Зосима явно сочувствовали отступникам.

Георгий Федотов писал в 1946 году о создателях русских сочинений XI — середины XII века: «…поражает то, что мы находим их поглощёнными проблемой иудаизма. Они живут в противопоставлении Ветхого и Нового заветов… Это единственный[8] предмет богословия, который подробно разбирается с никогда не ослабевающим вниманием… Подчёркивание этого приводит нас в замешательство…» Но «поражённость» и «замешательство» Федотова обусловлены прежде всего тем, что к 1946 году не была ещё по-настоящему изучена и осмыслена история борьбы Руси с иудаистским Хазарским каганатом, начавшейся при Рюрике и не окончившейся даже после победных походов Святослава и Владимира: в 1036 и 1068 годах Руси приходилось вступать в противоборство с «остатками» каганата в Тмутаракани (будущая Тамань) и в Крыму.

Через полтора десятилетия после появления цитированных суждений Федотова, в 1962 году, вышел и свет трактат М. И. Артамонова «История хазар», где в той или иной мере была воссоздана борьба Руси с Каганатом, и в 1963 году М. Н. Тихомиров, говоря о том, что в Киевской Руси создаются «противоиудейские сочинения, вылившиеся в особые философско-религиозные трактаты», осмыслил полемику с иудаизмом как «противопоставление Хазарского царства Киевской Руси. Иссохшее озеро (образ из «Слова» Илариона — В. К.) — это Хазарское царство, где господствовала иудейская религия, наводнившийся источник — Русская земля»[9].

И о «Палее Толковой на иудея» можно с полным правом сказать, что она продолжила и завершила в сфере духа ту борьбу, которую ранее Русь вела против иудаистского Хазарского каганата мечом и «калёными стрелами», — борьбу, запечатлённую в основном фонде русских былин[10].

Вместе с тем, было бы, конечно, совершенно неверным сводить содержание Палеи к данной «теме» (хотя тема эта в высшей степени значительна и имеет не только собственно исторический, но и историософский смысл). В Палее перед нами действительно своего рода «энциклопедия», созданная около девяти столетий назад.

И ныне, по-видимому, настало время, когда это творение может и должно стать достоянием любого мыслящего человека — независимо от того, переживает ли нынешняя Россия один из немногих своих тяжких кризисов, или же близится к концу своей истории… Согласно любимой пословице Михаила Пришвина, «помирать собрался — рожь сей!»

Александр Камчатнов

ПРЕДИСЛОВИЕ К ПУБЛИКАЦИИ

Представляемая публикация древнерусского текста Толковой Палеи отличается рядом особенностей. Прежде всего, это первая за последние более, чем сто лет издание полного текста Палеи. Далее, публикуемый в этой книге древнерусский текст Толковой Палеи не является ни точным воспроизведением какого-либо списка памятника, ни реконструкцией его утраченного протографа. В таком случае каждый филолог вправе задать вопрос: что же представляет собой этот древнерусский текст? Ответ на этот вопрос придётся начать издалека.

В наше время общеизвестно, что почти каждый памятник древнерусской литературы сохранился в некоей совокупности списков, чаще всего довольно поздних по отношению к времени создания оригинала, опять-таки чаще всего не сохранившегося. Такое положение дел типично для всякой литературы в рукописный период её существования, и оно вызвало к жизни текстологию филологическую дисциплину, призванную изучить все сохранившиеся списки памятника, а также свидетельские показания о нём в иноязычных переводах и цитатах из него в других произведениях, исследовать историю текста и издать его, положив в основу наиболее древний и одновременно наиболее исправный список с приведением всех разночтений по другим спискам; при этом текст списка воспроизводится буква в букву, строка в строку, столбец в столбец с сохранением титл, выносных букв и диакритики; в случае издания переводного памятника желательно воспроизведение и текста оригинала. Такое воспроизведение всего сохранившегося эмпирического материала принято называть научно-критическим изданием текста, однако правильнее, на наш взгляд, называть его научно-эмпирическим. Такой тип издания абсолютно необходим, ибо он является предпосылкой для всякого последующего изучения памятника и его изданий как популярного, так и научного характера. Такой тип издания был выработан классической филологией и затем в дореволюционные годы был успешно применён в отношении издания памятников древнерусской литературы.

В советское время наряду со строго научными изданиями памятников древней письменности стали появляться упрощённые издания. В Секторе древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинском Доме) был предпринят масштабный проект издания значительного по объёму корпуса текстов древнерусской литературы «Памятники литературы Древней Руси» (тт. 1–12), которые в настоящее время переиздаются в серии «Библиотека литературы Древней Руси» с расширением состава, но по тем же издательским принципам. Что касается последних, то для этих изданий характерно прежде всего упрощение орфографии, которая в силу существенных изменений в фонетике живого русского языка и его диалектного многообразия была не очень стабильной, однако именно в силу этого орфография рукописей является ценным источником для реконструкции истории русской фонетики и диалектологии, поэтому можно лишь сожалеть о её упрощении в этих серийных изданиях. Кроме того, древнерусский текст печатается современной гражданской гарнитурой «Антиква», что свидетельствует о утрате культуры воспроизведения текста разнообразными стилизованными славянскими шрифтами, некогда существовавшей в России. Одновременно с этим производится филологическая интерпретация текста путём разбиения его на слова и синтаксического членения на предложения и его части[11], что, вне всякого сомнения, можно было бы расценить положительно, если бы у каждого специалиста была возможность сравнения данных публикаций с научно-критическими изданиями тех же памятников. Одним из результатов этой издательской деятельности, в просветительском плане, безусловно, полезной, стало то, что огромное большинство памятников литературы Древней Руси не издано и теперь не скоро будет издано научно-критически.

Итак, на наш взгляд, издание памятников древнерусской литературы должно проходить по крайней мере два этапа. На первом этапе памятник издаётся по строгим принципам научно-критического издания, о которых говорилось выше и которым следовали издатели из Сектора лингвистического источниковения и издания памятников письменности в Институте русского языка Академии наук в пору его, Сектора, недолгого существования[12] или издатели германской серии Monumenta Linguae Slavicae Dialecti Veteris: Fontes et Dissertationes. Такое издание делается один раз и может быть пересмотрено лишь с обнаружением новых текстологических данных. В современных условиях такое издание может иметь электронную версию и стать доступным urbi et orbi.

На втором этапе издание эмпирически реального текста становится основой для дальнейшей филологической работы с памятником, целью которой является издание интегрального текста. Под интегральным текстом понимается такой текст, смысл которого максимально прояснён, или проявлен, при помощи применения следующих процедур интерпретативного характера:

1) текст разбит на слова; так как древнерусские тексты не имели пробела между словами, то уже одно простое прочтение текста является его первичным истолкованием; прописные буквы в именах собственных используются в соответствии с современными нормами;

2) слова под титлами раскрыты, выносные буквы внесены в строку;

3) текст разделён на абзацы и предложения; в силу связности текста не всегда можно однозначно решить, относится ли, скажем, придаточное предложение к предыдущему или последующему главному, вследствие чего разделение текста на предложения также является его истолкованием;

4) предложение синтаксически расчленено на его составные части: главные и придаточные предложения, причастные обороты, однородные члены, прямую речь и пр.; для расчленения используются современные знаки препинания запятые, тире, двоеточие, кавычки;

5) в тексте произведены необходимые исправления; хорошо известно, что писец любого списка мог допускать различные ошибки[13] и порчу текста; в интегральном тексте их быть не должно, поэтому при помощи других списков, а иногда на основании логических умозаключений исправляется путаница букв, пропуск букв, слогов, слов и словосочетаний, повтор слогов и слов, перестановка частей текста, нарушающая логику повествования или рассуждения; из грамматических вариантов выбирается лингвистически правильный, а из лексических тот, который, по нашему мнению, наилучшим образом выражает соответствующий смысл (при этом, чтобы не перегружать аппарата, такие замены словоформ или слов в примечаниях не оговариваются); в необходимых случаях производится конъектура;

6) древнерусский текст сопровождается переводом на современный русский литературный язык;

7) текст и его перевод сопровождаются комментариями лингвистического, филологического, исторического и богословско-философского характера.

К счастью для науки, у нас имеется научно-критическое издание Толковой Палеи, выполненное в XIX веке учениками проф. Н. С. Тихонравова[14], таким образом, первый этап эдиционной работы с этим памятником произведён. Это издание взято нами за основу, причём орфография Коломенского списка полностью сохранена (единственное исключение: буква «йотированная есть» передаётся символом є-широкое). Дальнейшая работа над текстом заключалась в исполнении перечисленных выше семи пунктов.

Что касается перевода, то нужно заметить следующее. Всякий переводчик, а особенно переводчик с близкородственного языка, должен пройти между Сциллой подстрочника и Харибдой вольного пересказа, ибо перевод, по мудрому выражению наших предков, есть неподобное подобие оригинала. Нашей задачей было предложить читателю смысловой эквивалент древнерусского текста (и в этом перевод подобен оригиналу) на русском литературном языке, в то же время не отклоняясь там, где это было возможно, от лексического и синтаксического строя оригинала.

В процессе работы нам приходилось слышать от коллег-лингвистов вопрос об оправданности такого рода издания. Как представляется, есть весьма сильный аргумент в пользу этого предприятия. Научно-эмпирическое издание текста — это, по существу, полуфабрикат, доступный пониманию лишь узких специалистов. Однако наша древняя письменность существует не для одних филологов-древников, но и для учёных других специальностей и просто для образованного слоя нашего общества, поэтому настоятельной филологической задачей является введение древнего текста не только в научный, но и в широкий культурный горизонт. Эта цель может быть достигнута путём издания интегрального текста своего рода «textus receptus», то есть текста, который, с одной стороны, является суммой всех сохранившихся списков, а с другой стороны, итогом интегрирования этой суммы в новое качество благодаря применению описанных выше текстологических процедур. В этой связи будет уместным напомнить: читая диалоги Платона по изданию I. Burnet’а[15], мы нисколько не сомневаемся, что перед нами подлинный Платон, хотя всем филологам известно, что автографов Платона не сохранилось, что усилиями филологов многих поколений тексты Платона воссозданы из многочисленных списков, фрагментов и переводов, дошедших до нашего времени, и что как Burnet, так и его предшественники издали интегральные тексты диалогов Платона. Настоящее издание интегрального текста Толковой Палеи является первым, поэтому всякую конструктивную критику нашего издания мы примем с благодарностью и учтём её, если такая возможность представится, в следующих изданиях памятниках.

ПАЛЕЯ ТОЛКОВАЯ

От издателя

Однажды, три года тому назад, я позвонил Кожинову и спросил его:

— Вадим Валерьянович, скажите, есть ли в России хотя бы одна великая книга, которая до сих пор не издана?

— Да, — ответил Кожинов, — «Палея Толковая». И коротко рассказал об этой книге.

Потом, уже в разговоре с Лихачевым, я задал тот же вопрос:

— Дмитрий Сергеевич, скажите, есть ли в России хотя бы одна великая книга, которая до сих пор не издана?

— Да, — ответил Лихачев, — «Палея Толковая». И не только не издана, но и не переведена на русский язык. И он объяснил мне, почему это случилось.

После того как мы приступили к подготовке книги, нашу работу горячо поддержали в своём письме в издательство Александр Михайлович Панченко, Николай Николаевич Скатов и Олег Викторович Творогов. Теперь книга предстаёт на суд читателей. Она ждала этого долго, восемьсот лет.

Вацлав Михальский

Русский перевод

Месяца мая, в 19 день, на память святого мученика Патрикия[16].

[ИЗ «КНИГИ БЫТИЯ»]

Превечный Бог, безначальный и бесконечный, будучи Богом сил[17], сначала сотворил огненных духов — своими ангелами и слугами, — как о том божественный Давид писал в 103-м псалме[18]. Всего Бог сотворил 10 чинов: первый чин — ангелы, второй чин — архангелы, третий чин — начала, четвёртый — власти, пятый — силы, шестой — престолы, седьмой — господства, восьмой — многоокие херувимы, девятый чин — шестикрылые серафимы[19]; к десятому чину [относились] те, кто превратился в демонов[20]. Над всеми силами каждого чина Господь Бог поставил старшин, воевод и начальников чинов[21]. Ангелам по природе [свойственно] понимать смысл слов безмолвно и сноситься друг с другом только мысленно[22].

Кроме того, преблагой и милостивый Бог замыслил сотворить иной мир — земной[23], как [о том] начинает повествовать великий Моисей, говоря: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1). И вот я спрошу тебя, жидовин: отчего Моисей не начал описывать [творение] с ангелов, но, не упомянув ни словом о множестве вышних сил, начинает с неба и земли? Нам следует знать, что когда Иаков[24] поселился в египетской земле и сыны Израилевы там расплодились, то они обратились к египетскому многобожию: одни почитали богами небо и землю, другие — ветер, третьи — облака, четвертые воздавали честь Солнцу и Луне; некоторые почитали день, а другие — ночь; одни — мрак и тьму, другие — прах; одни боготворили источники и реки, другие трепетали перед огнём как перед истинным богом[25]. Все это они обожествляли по своему безумию и пустомыслию и, будучи в прелести, уклонились от истинного Бога[26]. Из-за этого-то божественный Моисей, оставив все вышнее, немедленно приступил к описанию [творения неба и земли], дабы сыны израильские оставили египетское безбожие[27], ибо уши их полны египетских соблазнов. Потому и послан был к ним Моисей, как о том сказано в Писании: от Авраама до Моисеева исхода 430 лет, от исхода до Давида 640 лет.

Также и Давид, движимый свыше святым Духом, начинает вещать в 32-м псалме: «Словом Господним утверждены небеса, и духом уст Его — все воинство их» (Пс. 32:6). Смотри, жидовин[28], на что указывает тебе божественный Давид: Слово Божие есть Сын, и ипостась Его — Дух. Мы, однако, точнее вас проповедуем Бога, единого в трёх Лицах[29]. Ещё раз Давид указывает нам на Сына Божия, говоря в 109-м псалме: «Из чрева прежде денницы родил Тебя»[30] (Пс. 109:3). Подумай и том, жидовин, что в четвёртый день Господь повелел светилам быть на небе — и Солнцу, и Луне, и звёздам. И Давид, сказав, что «из чрева прежде денницы родил Тебя», ясно указывает, что Христос, Сын Божий, был со Отцом прежде всей твари. К этому Давид ещё прибавил, сказав в 101-м псалме: «В начале Ты, Господи, землю основал, и дела рук Твоих — небеса; они погибнут, Ты же пребываешь; они, словно риза, обветшают, и, как одежду, совлечешь их, и изменятся; Ты же — есть, и лета Твои не истощатся» (Пс. 101:6, 26–28). И Соломон также написал: «Прежде творения бездны Я[31] была перед Ним» (Притч. 8:24). Слышишь, жидовин: если не было Адама, то не было и Соломона, стало быть [он сказал это] об Иисусе Христе. Превыше всех, страшно и грозно начал Иоанн Богослов, «сын громов»[32]: «Искони было Слово, и Слово было от Бога, и Бог был Слово, и все искони было у Бога; и все через Него было, и без Него ничего не было» (Ин. 1:1–3). Ведай, жидовин, страшную сию тайну. О ней говорили и превеликие святые отцы[33], движимые Духом Святым: «Единый прежде всех веков, Свет от Света, Бог истинный от Бога истинного»[34].

Посмотри, как все, движимые Святым Духом, сказали то, что Святой Дух внушил им говорить, ибо Он подаёт силу Святого Духа тому, кому хочет: все премудро проповедовали Сына в Отце со Святым Духом. Отец рождает превечного Сына, соприсносущного и сопрестольного, и Дух Святой был во Отце с Сыном прославлен — одна сила, одна сущность и одно божество. Херувимское воинство славословит Троицу: «Свят, Свят, Свят!» и снова, нераздельно же соединяя Троицу, говорит: «Господь Саваоф! Исполнены небо и земля славы Его!»[35] Также и превеликие святые отцы сказали, движимые Духом Святым: «Святый Боже», ибо Словом создано все с помощью Святого Духа; «Святый крепкий», ибо через Него мы узнали Отца и через Него Дух Святой пришел в мир; «Святый бессмертный», ибо Дух Утешитель от Отца исходит и на Сыне почивает, — Троица святая. Мы покажем тебе все учение о Святой Троице, [добытое] великими патриархами и пророками, и божественными апостолами, и святыми святителями из уразумения Писания.

Моисей же осветил наш ум, говоря: «В начале сотворил Бог небо и землю». Моисей сказал это ради того, чтобы людям не казалось, будто небо и земля безначальны, но что у них есть начало, и он указывает на начальную точку бытия. Это небо не видимо нами, оно есть свет, больший, нежели Солнце[36]. Сначала, в первый день, сотворил Бог все небывшее, то есть, как сказано в писании, небо и землю, и вещество[37] созидания. Сотворил Бог в тот день превышнее небо, во-вторых, землю, в-третьих, бездну, в-четвертых, ветер, в-пятых, воздух, в-шестых, воду, из которой происходят снег, лёд, иней, роса, град, изморозь, пар, тучи — словом, основание[38] всех стихий и земного состава[39].

Моисей сказал ещё: «Земля была невидима и не украшена» (Быт. 1:2). О земле же сказано в книге Иова, что [Бог] «повесил землю ни на чём» (Иов. 26:7); тем самым нас учат не искать под ней никакого основания — ни стихии, ни иного неба (планеты)[40], ни чего-либо ещё, ибо вся природа повинуется Божьему законоповелению[41]. Подобно тому и певец Давид говорит в 103-м псалме: «Ты основал землю на тверди своей» (Пс. 103:5). Смотри: все свидетельствуют, что всё основано и держится Божьим повелением. «И тьма над бездной, и Дух Божий носился над водой» (Быт. 1:2), оживляя естество воды. «И сказал Бог: «Да будет свет». И сделалось так» (Быт. 1:3). Об ангелах же [Моисей] пишет, что и они были [созданы] в первый день [вместе] с небом и землёй силою слова Творца, ибо пишет: «Сказал Бог: „Да будет свет”» (Быт. 1:3), и возникли светы — ангелы[42], служащие пред Ним, различных чинов: свет сил, свет начал, свет господств, свет престолов, свет власти, свет херувимов, свет серафимов и всего чиноначалия, служащего и трепещущего страшной славы лица Господня. [Ангелы же] суть служебные духи, посылаемые на службу: ангелы облаков, ангелы тумана, ангелы града, ангелы льда, ангелы туч, ангелы изморози, ангелы инея, ангелы мороза, ангелы росы, ангелы звуков, ангелы молнии, ангелы грома, ангелы зноя, зимы и лета, весны и осени — словом, всех созданий Его[43]. Все эти дела (вещи), неизреченные, непостижимые и недоступные уму[44], Владыка Господь Бог в первый день своею мудростью сотворил.

Что касается сотворения человека, то Моисей писал не о том, как Бог сотворил суставы и органы чувств в теле человека, а о том, что Бог создал человека во всём его составе из персти земной одним сокровенным словом. Так и всё пришло к своему началу: небо и земля; [небо] потом Он назвал светом: «И увидел Бог свет, что он хорош» (Быт. 1:4). Великий Моисей говорит это, дабы заградить богохульные уста и дабы уразумели, что нет ничего самородного, но все является созданием Владыки[45].

«И отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днём, а тьму ночью» (Быт. 1:4–5). Бог отделил день для дел и трудов человека, а ночь — для покоя. Это был день первый, то есть воскресенье.

После этого «сказал Бог: „Да будет твердь”» (Быт. 1:6) — [это] день второй. Тотчас сгустился состав, с виду похожий на лёд и [твёрдый], как хрусталь. Он называется твердью вследствие того, что Он отвердил её из жидкой и слабой воды. Как дым, исходя от горящего дерева редким и слабым, наверху превращается в густое облако, так и водная стихия, будучи жидкой и редкой, вознесённая, отверждённая и поставленная Богом наверху, становится подобной льду[46]. И разделяет Владыка воды: половину их возводит над твердью, половину же оставляет под твердью (см.: Быт. 1:7), ибо Владыка хотел устроить и поставить под твердью светила — Солнце, Луну и бесчисленное множество звёзд — той же огненной природы. Поэтому Бог посылает на небесные хребты воды, чтобы они смачивали и остужали небесный свод. Те бесчисленные воды дают в избытке вселенной влагу, так что не только можно невозбранно терпеть палящий зной, исходящий от множества светил[47], но от избытка влаги орошается земля[48], как о том сказал праотец Исаак, благословляя Иакова: «Да даст тебе Господь от росы небесной и от влаги земной» (Быт. 27:28)[49].

Стоит небо, под небом твердь, на ней разлиты водные бездны, и [все это] держится Божиею силою и утверждено Божиим словом, как о том сказал божественный Давид в 148-м псалме: «Он сказал, и они стали; Он повелел, и они создались» (Пс. 148:5). И ещё раз Давид разрешает наши недоумения, когда говорит: «Словом Господним утверждены небеса» (Пс. 32:6).

«„Посреди воды да будет [твердь], разделяющая воду от воды”, — и стало так» (Быт. 1:6). И поднял Бог половину вод на твердь, а половину — под твердь[50]. Господь премудро разделяет воды, дабы светила, испускающие жар, не могли причинить какого-нибудь зла небесной тверди. Ради этого Он устроил безмерную бездну вод и разделил её небесным сводом, так что они охлаждают и остужают ту твердь, которую светила нагревают своим жаром. «И был вечер» (Быт. 1:8).

Тьма есть не что иное, как отсутствие света[51]. Рассеивание мрака [не значит, что он] в существе своём имеет свет. Сначала была создана не ночь, а день, дабы осветить Божественные творения, и только потом была создана ночь, чтобы она следовала за днём. Мудрость боголепно сложила их и сочетала, разделив день и ночь первого дня [творения], день и ночь второго дня [творения], день и ночь третьего дня [творения]. В первые три дня [творения], когда свет был рассеянным, день и ночь Божиим повелением оставались без сияния.

В четвёртый день Бог сотворил два больших светила и засиявший эфир[52] стал днём, а ночь приняла глубокую тьму. Тем самым Творец скрывает некую тайну своего Промысла и прообразует смысл своего тридневного пребывания во гробе. Тогда в середине пятницы Он превратил день в ночь — ради страданий Господних. Все творение тогда было сумрачно, зыбко и неопределённо, пока не осветило его Солнце. Так же и [во время] Господних страданий весь мир был в сумраке, земля потряслась и горы расселись, день обратился в ночь, завеса разодралась надвое и весь мир поколебался[53]. Но как только Солнце правды и наш Спаситель воссиял из гроба, то это было для нас как первый светлый день, просвещающий народы к божественной вере, а Израиль же тогда, словно ночь, был охвачен глубокой тьмой.

«И было утро: день второй» (Быт. 1:8). Небесный свод, который мы видим, подобен льду, а также потолку, который отделяет крышу от жилища[54], — так сотворил Бог эту твердь между небом и землёй. Божественный Давид сказал об этом в 113 псалме: «Небо — небо Господу, землю же Он дал сынам человеческим» (Пс. 113:24). Иудеи же думают, что есть много небес[55], [потому что] у пророка и песнетворца говорится, что небеса проповедуют славу Божию[56]; так же говорил в псалмах и пророк Давид (см.: Пс. 18:2). Однако ясно, что по свойству еврейского и греческого языка вместо единственного или двойственного числа [нередко] требуется множественное. Так, словом Афины — от имени Афина — назван один город, [а не много][57]. Наш Спаситель своей благодатью открывает непостижимое, говоря в Евангелии: «Небо и земля прейдут, а слова Мои не прейдут» (Мк. 13:31). И ещё Он сказал: «Никто не восходил на небо, только сшедший с небес» (Ин. 3:13).

В третий же день сотворил Бог море и реки, источники и семена, для чего создал Бог острова и горы. Отсюда мы видим, что вначале земля была равниной, но Божиим повелением равнина расселась, вода устремилась с равнин и обнажила землю, как повелел ей Творец: «Да соберётся вода, которая под небом» (Быт. 1:9), под ней же не было видно земли. И тотчас явилась суша. Моисей в начале [Книги] Бытия именует её землёй, а теперь сушей[58] — якобы из-за того, что она высохла под Солнцем. Дабы не называли богом Солнца, которое сушит землю[59], Он назвал её сушей прежде, чем [было создано] Солнце, так как она была высушена Божиим словом.

Смотрите, как сверхъестественно быстро высохла земля! По естеству поверхность земли становится сухой от солнечных лучей, но вот ещё и Солнце не было сотворено, и согревающего тепла не было, и воды едва-едва спали в пропасти и земные глубины, и суша была мокрой, смешанной с грязью, и эта жижа плескалась по всей поверхности земли, — и только одно слово Господне тут же высушило поверхность земли. «И назвал Бог сушу землёю, и собрание вод назвал морем» (Быт. 1:10). Видишь ли преблагого Господа — Художника и Создателя всякой твари: земля тут же взрастила бесчисленное множество [растений] и покрыла [ими] свою поверхность, словно власами[60], выпустила разнообразные благоухающие цветы и сплошь украсилась ветвями, словно пурпурным и синим виссоном. Взрастила она и полевые травы, которые сами сеют семена каждая своего рода и образа. Кто же дал земле такое великое множество семян? Как непаханая земля смогла взрастить семя? Слышав все это, вспомни, как родила Дева[61]. Земля сама по себе, [без] повеления Божия, не может выносить[62] и произвести плоды, до того не заключённые в семени, и рождать неведомые растения. Только тогда она смогла показать эту земную красоту, когда Господь привёл [её] от небытия к бытию и, словно избавив её от тяжких оков, совлечением множества вод открыл её поверхность. Когда Господь повелел земле произрастить плодовитые семена, тогда и виноградная лоза, выйдя на поверхность, поднялась на огромную высоту. Материнская лоза одинаково и с равной заботой оделяет, словно детей, своим богатством своих дивных отпрысков, через свои корни передавая им свою силу, и дарует их побегами, чтобы они, словно хватаясь руками, поднимались на высоту. Дабы ветер не отнёс их от своей матицы, они с нею крепко связаны и сами могут держать тяжёлые грозди. Есть [у винограда] и частая листва, которой он укрывается от грозовых дождей и охраняют свои плоды. У листьев же есть вырезы наподобие отворенных дверок, так что от солнечных лучей они принимают потребную теплоту, которая не может нанести вреда гроздьям[63].

Кто же сможет описать все разнообразие растений всей вселенной — одних в горах, других в ущельях, иных на холмах, иных на равнинах, иных на взморье, иных по берегам рек? Но она засеяла все просторы различными семенами, ибо так повелел ей Премирный Владыка, дабы всё не бывшее стало быть.

Увы твоему безверию, жидовин! Горе самовольному твоему хотению, окаянный! Внимай своим умом, как Слово взрастило травы с семенами и плодоносные деревья; земля же, сперва услышав глас Господень и приняв Божие повеление как закон естеству, начала износить плод и в последующие дни. Ты же, окаянный жидовин, будучи одушевлён, стал как бессмысленная и неодушевлённая земля: приняв на Синае закон от Господа, — славу Его променял на изваяние тельца (см.: Исх. 32:1–8, 19–20); вы слышали пророчества — и пророков избили; видя чудеса, — Сына Божия отвергли, Воскресшему не поверили. Не хуже ли ты бездушного праха земного, окаянный?[64]

Послушай также о том, что не только сошедшая на землю вода стекла и вещество земли изменилось, но и с водой исполнились веления Господни, и вскоре на деле совершилось слово Его. Теперь смотри: так же родила и Дева, ибо по повелению Владыки небывшее сверхъестественно начинает быть. Вдумайся в то, что по повелению [Божию] высохла земля; когда ещё не было сотворено Солнце, выросла полевая трава и плодоносное дерево, когда [земля] ещё не была согрета Солнцем и напоена студёной водой, но Его повелением она их тут же взрастила. Как говорил божественный Давид в 89-м псалме: «Ещё не было гор и не создано земли и вселенной, Ты же есть от века и до века» (Пс. 89:3)[65]. И Соломон пишет: «Прежде всех холмов Он рождает меня» (Притч. 8:25)[66]. Это разъясняет Иоанн Богослов: «Искони было Слово, и Слово было от Бога, и Бог был Слово» (Ин. 1:1).

Но, как сказал Василий Великий, оставим иудеев: пусть идут за светом своего огня и за пламенем, который сами себе разожгли[67]. Мы же поговорим о том[68], что на всей земле много пещер, где от самого моря невидимыми путями вода течёт под землёй и бурлит[69], стиснутая в узких местах[70], поэтому она избавляется от горечи и солёности, просачиваясь сквозь почву, она выходит [наружу] чистой и пригодной для питья[71]. Земля же, словно жилами, опутана подземными источниками; она подобна природному котлу, в котором перемешаны жир с водой; когда эту смесь выливают на плат, то благодаря процеживанию вытекает чистая вода, а все остальное остаётся на ткани; точно так же отделяется и горечь. И все это совершается премудростью Владыки!

Море есть благо, ибо из его глубин истекает вода, принимает реки обратно, но само оно и не оскудевает, и не выходит из своих пределов. В источниках берут своё начало воздушные воды: согреваемые солнечными лучами, мелкие частицы воды[72] испаряются, эти испарения собираются и поднимаются вверх, там в тени облаков они охлаждаются и превращаются в дождь, который падает на землю[73]. Это известно тем, кто, наполнив сосуд водой, разводит под ним огонь и долго её кипятит: вся вода тогда испарится[74]. Так же и Солнце своим теплом выпаривает воду и влечёт её в воздух или из источников, или из рек, или из невидимо текущих [подземных] вод; силою воздуха эта вода охлаждается и, ниспадая на землю, приносит обильный плод, где ей повелевает Господь[75]. Это известно также мореплавателям: когда они обращают внимание на морские испарения, они над этими выделениями держат губки, собирают в них воду, отжимают и пьют, находя её приятной [на вкус] после выпаривания в воздухе[76]. Но ум земной не в состоянии понять эти [превращения] воды, и ничья мысль не может проникнуть в эту премудрость[77]. Ничто не происходит само по себе, но все по [чьей-то] воле. Как вода сама по себе может совершать такие разные таинственные дела: влекомая корнями, она одним способом питает корни, другим кору ветвей, по-иному ствол, иначе сердцевину ствола? И та же самая вода, сходя дождём на землю, укрепляет побеги, давая листьям сок; разбегаясь по ветвям, даёт рост плодам; превращается в живицу[78] и входит в многообразные цветы. Одна и та же вода создаёт разнообразные цвета: одни цветы — белые, другие — синие, третьи — красные, какие-то — черные, иные — цветом огня, иные — багряные и жёлтые; одна и та же дождевая вода превращается в цветовое многообразие. Чья же мысль может постичь все то, что Господь сотворил единым словом?[79]

А ты, жидовин, почему не веруешь, что Дух Святой причастен к творению твари, действуя вместе с Отцом и Сыном единой силой нераздельно?[80] Ведь пишет великий апостол Павел к евреям[81]: «Братья! Каждому даётся проявление Духа на пользу: одному даётся явлением Духа слово премудрости, другому слово разума; иному вера тем же Духом, иному чудотворение тем же Духом, иному дары исцеления, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков. Все это производит один и тот же Дух, каждому так, как Ему угодно» (1 Кор. 12:7–11). То же самое [нужно сказать] и о воде, получившей по слову Творца закон претворять себя многоразличным образом. Так Святой Дух верующих умудряет и просвещает, неверных же мучит и посрамляет. Смотри, какова сила Господня: одним словом Господа вершины гор поросли деревьями, одни из которых дают людям пищу, другие — исцеление, третьи — пропитание скоту, четвертые — птицам, ибо различны виды животных, для чего Бог и сотворил множество разнообразной пищи и установил разного вида бессловесным животным питаться от разного вида трав. Как сказано в Писании, «Был вечер, и было утро: день третий» (Быт. 1:13).

На четвёртый же день сказал Бог: «Да будет свет на тверди небесной освещать землю и для знамения времён; да будет освещение на тверди небесной светить на землю» (Быт. 1:14–15)[82]. Слушай, жидовин, премудрость Божию: «И сотворил Бог два светила великие: Солнце для освещения дня, Луне же повелел светить ночью; и звезды поставил Бог, чтобы светить на землю» (Быт. 1:16–17). Обрати внимание [на то, что сказано] о ночи: тьмы не было прежде века и она не была сотворена, когда Владыка повелел быть свету. Тьмы не было, но был только свет — непрестанный, немерцающий и незаходящий. Когда же Владыка вновь повелел быть тверди и возник протяжённый небесный свод, тогда от тени той тверди возникла тьма[83]. Когда же сияет Солнце, оно прогоняет ночную тень, но когда оно светит против деревьев или домов, то тень появляется. Когда это светило совершает свой путь, то вместе с ним вращается и тень. Когда же настаёт заход светила, тут же бывает по всей земле тьма, называемая ночью. Известно также, что когда облако закрывает Солнце, то тень его омрачает наши глаза, как сказал Соломон в Екклезиасте: «Восходит Солнце и шествует к югу, и поворачивает к северу, и снова на север идёт, творя ночь»[84]. А на краю земли в северной стороне бывают сильные испарения и тучи, и от этого тумана омрачаются лучи Солнца. Когда оно движется вокруг северной стороны на восток, то наступает ночь[85]. Впрочем, в самих северных странах ночью не бывает сильной темноты, особенно летом, когда можно работать без свечей и огня и заниматься охотой. Когда же Солнце проходит эту сторону, оно всходит в южной стороне и, творя день, освещает вселенную для управления днём и ночью, для знамений и сроков, лет и времён. Что же это за знамения, скажи нам, кому готовились эти знамения, когда человека ещё не было на земле? Так и случилось в последующие дни: пророки возвестили — одни за тысячу лет, другие за четыре — о том, что Дева родит Сына Божия[86]. Вы же, не увидев этого, погибли.

Мы же начнём говорить о знамениях. Мы видим два светила, совершающих свой путь в своё время, знаменуя день и ночь и, снова возвращаясь к своему восходу, идут к закату, как сказал великий Давид в 103-м псалме: «Ты сотворил Луну для [определения] времени, и Солнце узнало свой закат» (Пс. 103:19). Мы ничего не прибавили к церковному учению, кроме того, что слышали о времени и о годах, сказанное прежде Творцом всяческих для [нашего] разумения[87]. Солнце в течение 24 дневных и ночных часов проходит [малый зодиакальный] круг[88]; Луна же за это время испытывает три части ущерба[89]. За месяц Солнце проходит одну часть [большого зодиакального] круга, а за год, то есть по окончании 12 месяцев оно проходит весь круг [зодиака], а Луна совершает то же за два дня и 7 часов с третью восьмого часа[90], а за 27 же дней с третью, то есть с 8 часами, она совершает полный [месячный] круг[91]. Круг из 12 месяцев является высшим, за ним следует солнечный круг, а за ним — Лунный[92].

Божественное Писание толкует об устройстве обоих светил. [В течение суточного круга обращения] на каждой стороне [видны] по три планеты. Солнце имеет два круга обращения — суточный и годовой, состоящий из 12 месяцев. Сутки — это одна часть годового круга[93]; 30 суток составляют один месяц[94]. Как уже говорилось, Луна также имеет два круга — суточный и годовой, также, как и солнечный, состоящий из 12 месяцев. Лунный месяц состоит из 30 суток, однако, если произвести точные расчёты, то окажется, что лунный месяц короче солнечного[95].

Если же снова начать говорить о символическом значении сменяющих друг друга четырёх времён года, то весна подобна рождению и младенчеству человеческого существа. Когда Солнце поднимается все выше и увеличивает продолжительность дня, тогда распускается зелень. Когда же злаки и плоды, напитавшись вешним соком, набухают от солнечного тепла, то этот период времени называют летом. То же видим и у человека: когда дитя входит в возраст, он бывает слаб костями, его суставы и кости не крепки. Вхождение в возраст мужества подобно наступлению осени. Как исступлённое Солнце иссушает всякие злаки и они становятся спелыми, так и человек, пришедший в возраст мужества: все кости его тела твердеют и костные хрящи крепнут, костная кровь превращается в мозг и головной мозг становится полностью [зрелым]. Зиму же мы уподобляем старости: как от прихода Солнца и южного ветра все замёрзшее тает, так в старости нападают болезни и частые недуги и разрушают [человека][96]. Эти времена года являются равными, то есть осенний и весенний; такова же длительность зимы и лета. Как прибывает день в феврале, так увеличивается ночь в июле; как становится теплее в марте, так становится холоднее в декабре.

Ясно знамение, вложенное в ущерб Луны, которая то исполняется светом, то совсем его уничтожает и снова, возрастая, приобретает его от великого Бога Творца. Переменами, которым подвержена Луна[97], Он ясно говорит и показывает на деле, что свет, словно душа, покидая её, делает её будто бы мёртвой, и снова вхождением света она оживает, прибавлением света она делается словно живой[98]. Все это есть образ человеческого естества: когда Луна нарождается, она бывает молодым и тонким Месяцем, и все жители земли видят в нём символ течения человеческой жизни. Так, человек, когда родится в мир, его отец и мать, братья, друзья и соседи радуются о нём, хотя всем известно, что ему придётся умереть через сколько-то лет. Как месяц растёт и светлеет, так и человек в детстве растёт и набирается сил; как Луна достигает полноты, так и человек, выросши, достигает совершенной силы; как свет Луны убывает, так и сила человека, день за днём отходящего от совершенства, скудеет вплоть до смертного часа. Но как Луна возрождается, так и человек о Христе воскресает[99]. Как сказали божественный Иоанн и великий Павел: «Сеется смертный, восстаёт бессмертный; сеется в немощи, восстаёт в силе» (1 Кор. 15:42–43)[100]. Итак, всё творение составлено Божией благодатью и познаваемо ради человека[101].

И сказал Бог: «Да будут оба эти светила на тверди небесной для знамений и годов» (Быт. 1:14)[102]. Это знамение происходит тогда, когда убывает Луна; она не сама по своей природе убывает, но она прячет свою светлую сторону, и тогда мы видим её тёмную часть, охваченную словно колодкой или обручем. Другое знамение, которое повелел ей делать Господь, бывает тогда, когда Луна подступает к Солнцу: тогда она скрывает свет лица своего, как если кто-то из царёвых слуг стоит перед лицом царским, то он и не помышляет сравнивать себя с царём, но со страхом предстоит. Так и Луна: когда она приближается к Солнцу, то она свой свет прячет; когда же отходит от Солнца подальше, тогда свет её растёт и этот свет она являет вселенной, подобно неким правителям, которые пред лицом своих господ ни во что себя не ставят, но, отойдя от них, являют себя славными и грозными. Так и Луна, когда удаляется от Солнца, то, как царица, являет себя украшенной светом; при приближении же к Солнцу предстаёт словно неубранная. Итак, смотри: она своего тела не губит, но только прячет свет при приближении к Солнцу[103]. Солнце же знаменует собой как день, так и ночь, однако не владеет тем и другим, но только днём, ночью же владеет Луна, ибо так поделено между ними всемогущим Божиим повелением[104]. Некоторые сочинители небылиц говорят, что Солнце и Луна со звёздами движутся под землёй[105]. Те, кто в древности создали столп и поднялись на его высоту[106], в суете своего ума соблазнились, когда увидели оба светила и звезды вращающимися, — тогда они стали представлять небо сферическим. Однако Писание нас учит иначе: небо никоим образом не движется от востока к западу, а твердь не является сферой[107]. Об этом сказал[108] божественный пророк Давид: «Благословите Господа все ангелы Его, сильные крепостью, исполняющие слово Его; благословите Господа все воинства Его, слуги Его, исполняющие волю Его» (Пс. 102:20–21). Великий Павел также сказал, что [ангелы] «суть служебные духи, посылаемые на служение» (Евр. 1:14). В Писании сказано: звёздам и обоим светилам совершать движение по воздуху при помощи разумных сил[109]. Указывая на то, что всякое создание движется невидимыми силами, Павел сказал так: «Тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего её, в надежде, что сама тварь освободится от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» (Рим. 8:20–21), то есть в конце веков ангелы освободятся от обязанностей своей службы, которую они исполняют ради человека. О конце века сказал в Евангелии сам Бог: «Ибо тогда силы небесные поколеблются, и звёзды, словно листья, спадут с неба на землю” (Мф. 24:29–30). Небесными силами Он называет ангелов; падение звёзд на землю произойдёт из-за освобождения ангелов от своей службы управления звёздами. И в Послании Коринфянам апостол Павел сказал: «Не подобает мне хвалиться, ибо я приду в видении явления Господня. Знаю человека во Христе, который 14 лет тому назад (или в теле, или вне тела — не знаю, Бог ведает) восхищен был до третьего неба и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать, и был перенесён в рай» (2 Кор. 12:1–4)[110]. Посмотри на того, кто был восхищен на высоту, которая от земли до неба, на третью часть всего расстояния до неба![111] Причина восхищения, говорит Писание, в том, что Павел — избранный сосуд Божий, и, наставляя его дерзать, трудиться и проповедовать, в восхищении ему показывают те небесные силы, которые непрестанно, день и ночь, движут звёздами, служа, по Божию повелению, человеку. Для того и Павел был восхищен, чтобы утешить его и укрепить в страданиях за имя Божие и в продолжении заповеданного ему служения, — так, как это делают виденные им ангелы, непрестанно исполняющие [службу][112]. Укрепившись этим, Павел поведал о многих своих бедах, понесённых за имя Христово и за Церковь. Что касается восхищения в рай[113], то об этом в Писании тот же Павел с дерзновением просвещает: «Душа праведных пребывает в райской благодати, оберегаемая невидимыми силами с усердием и со всяким благочестием[114]; и, пребывая в той благодати, ожидает ещё большей — жить с Богом в Его неизречённой тайне. И неизречённые слова слышав, дерзну сказать: того, кто путь жизни совершит и веру сохранит, ожидает венец правды от Бога»[115]. Мы же переходим к следующему.

Итак, все звезды находятся под твердью в нижней её части, движимые и управляемые с небесной высоты служением чина невидимых сил[116]; над ними же есть семь планет, образом которых является созданный Моисеем семисвещник, подходящий и нашей честной, пресветлой православной Церкви для просвещения неверных[117]. Наступление темноты после захода обоих больших светил, череда восходов и закатов, связь вселенной, метаморфозы в жизни растений, явление равномерных приливов и отливов[118] на северном и южном концах [земли] и прочее, в чем можно указать начало и конец, а также значение этих изменений — все это мудрецы высчитывают и предсказывают затмения по указанию чисел. Убывание Солнца происходит медленно — прохождением через 12 частей зодиакального круга[119]; убывание же Луны происходят быстро — в 24 месроя[120]. Об этом мы ещё будем говорить, а пока вернёмся к сказанному о том, что Господь сотворил Солнце вечно сияющим, Луну же то облачающейся светом, то совлекающей его красоту. Это было в первый день творения, ибо сказано, что из небытия в первый день всё сотворил Бог; в другие дни после первого Он всё разделил: уже созданный свет всемогущий Художник превратил в Солнце. Подобно тому как кто-то отлил бы золотой слиток[121] и потом раздробил его на монеты, так и всемогущий Художник разделил первый дивный единый свет на Солнце, Луну и звёзды[122]. Первый свет, свет как таковой, просто пребывал, не заходя и не мерцая. Те два светила и звезды Господь сотворил вне небес и потом приложил их к горней тверди, подобно тому как кто-нибудь из земных художников, создав какой-либо образ (картину), потом прибивает его к стене[123]. Так Господь Бог создал светила вне небес[124], дабы Солнце освещало землю в начале дня, Луна же ночью; множеству же звёзд повелел сиять ночью. Как сказал Василий Великий, когда настанет ночь, взгляни на небо и посмотри на необычайную красоту звёзд, коими всемогущий Художник и наш Творец украсил и, как различными цветами, расцветил небо[125]. Звёзды же существуют не без пользы[126]: одни являются знаками для плавающих по морю, другие — знаками покоя для зверей; одни указывают путь перелётным птицам через обширные пространства, другие предостерегают рыб; одни назначены гадам, другие — для знамения людям. Как сказали пророк Аггей с Захариею в 146 псалме, сочиняя песнь: «Исчисляющий множество звёзд и называющий всех их по именам» (Пс. 146:4) прежде [созданную] бездну разделил на воду и сушу; [одну часть воды] возвёл над твердью, [другой части] повелел быть различными морями, разделил её на реки, на множество источников, на озера и болота. Как сказал великий Павел, «всё, что на небесах и что на земле, — все создано Им» (Кол. 1:16)[127]. Переменой обоих светил Господь показал на разделение [времени] на периоды и дни[128]. Бог сотворил Луну такой, какой она бывает в 15 день — в полнолуние[129]. Утром взошло Солнце, и Луна перемещается и является на западе. Пока Солнце совершает свой путь на запад, Луна убывает и, желая снова взойти, исчезает, ибо сказано: «Да владеют днём и ночью»[130].

Однако нам следует рассмотреть, почему Бог сотворил Луну исполняющейся [и убывающей]. Луна появляется [на небосклоне] на четвёртый день, подобно тому как и сотворена она была в четвёртый день. Если бы это было не так, то и Луна не имела бы такого свойства — убывать [и возрастать].

Причина того, что солнечный год длиннее лунного на 11 дней, состоит не в акте творения, а в солнечном сиянии, которое удлиняет дни. Число дней каждого лунного месяца — 29 с половиной. Лунный год состоит из 12 месяцев, [или] 354 дней. То, что Луна получила [от Творца], то [Солнце] отдаёт Луне: Луна отдала Солнцу 11 дней, Солнце же в течение 19 лет наделяет Луну четырьмя лунными [месяцами][131]: во [второй], пятый, [десятый][132] и тринадцатый лунный год. Лунный цикл состоит из 19 лет, по истечении которых начинается новый цикл[133]. Пусть будет ведомо исчисление [лунного цикла] в соотношении с календарными месяцами[134]. Первый год лунного круга начинается в январе.

Год первый. Январский лунный месяц первого года начинается 21 декабря, а кончается 19 января[135]. Февральский лунный месяц начинается 20 января, а кончается 17 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 18 февраля, а кончается 18 марта. Апрельский лунный месяц начинается 19 марта, а кончается 17 апреля. Майский лунный месяц начинается 18 апреля, а кончается 17 мая. Июньский лунный месяц начинается 18 мая, а кончается 15 июня. Июльский лунный месяц начинается 16 июня, а кончается 15 июля. Августовский лунный месяц начинается 16 июля, а кончается 13 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 14 августа, а кончается 12 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 13 сентября, а кончается 11 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 12 октября, а кончается 10 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 11 ноября, а кончается 9 декабря.

Год второй. Январский лунный месяц начинается 10 декабря, а кончается 8 января. Февральский лунный месяц начинается 9 января, а кончается 6 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 7 февраля, а кончается 8 марта. Апрельский лунный месяц начинается 9 марта, а кончается 6 апреля. Майский лунный месяц начинается 7 апреля, а кончается 6 мая. Июньский лунный месяц начинается 7 мая, а кончается 4 июня. Июльский лунный месяц начинается 5 июня, а кончается 4 июля. Августовский лунный месяц начинается 5 июля, а кончается 2 августа. [Дополнительный] лунный месяц начинается 3 августа, а кончается 30 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 1 сентября, а кончается 30 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 1 октября, а кончается 29 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 30 октября, а кончается 28 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 29 ноября, а кончается 28 декабря.

Год третий. Январский лунный месяц начинается 29 декабря, а кончается 27 января. Февральский лунный месяц начинается 28 января, а кончается 25 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 26 февраля, а кончается 27 марта. Апрельский лунный месяц начинается 28 марта, а кончается 26 апреля. Майский лунный месяц начинается 27 апреля, а кончается 25 мая. Июньский лунный месяц начинается 26 мая, а кончается 23 июня. Июльский лунный месяц начинается 24 июня, а кончается 23 июля. Августовский лунный месяц начинается 24 июля, а кончается 21 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 22 августа, а кончается 20 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 21 сентября, а кончается 19 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 20 октября, а кончается 18 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 19 ноября, а кончается 17 декабря.

Год четвёртый. Январский лунный месяц начинается 18 декабря, а кончается 16 января. Февральский лунный месяц начинается 17 января, а кончается 14 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 15 февраля, а кончается 16 марта. Апрельский лунный месяц начинается 17 марта, а кончается 14 апреля. Майский лунный месяц начинается 15 апреля, а кончается 14 мая. Июньский лунный месяц начинается 15 мая, а кончается 12 июня. Июльский лунный месяц начинается 13 июня, а кончается 12 июля. Августовский лунный месяц начинается 13 июля, а кончается 10 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 11 августа, а кончается 9 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 10 сентября, а кончается 9 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 10 октября, а кончается 7 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 8 ноября, а кончается 8 декабря.

Год пятый. Январский лунный месяц начинается 9 декабря, а кончается 6 января. Февральский лунный месяц начинается 7 января, а кончается 4 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 5 февраля, а кончается 5 марта. Апрельский лунный месяц начинается 6 марта, а кончается 3 апреля. Майский лунный месяц начинается 4 апреля, а кончается 4 мая. Июньский лунный месяц начинается 5 мая, а кончается 1 июня. Июльский лунный месяц начинается 2 июня, а кончается 2 июля. [Дополнительный] лунный месяц начинается 3 июля, а кончается 31 июля. Августовский лунный месяц начинается 1 августа, а кончается 29 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 30 августа, а кончается 28 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 29 сентября, а кончается 27 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 28 октября, а кончается 26 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 27 ноября, а кончается 25 декабря.

Год шестой. Январский лунный месяц начинается 26 декабря, а кончается 24 января. Февральский лунный месяц начинается 25 января, а кончается 22 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 23 февраля, а кончается 23 марта. Апрельский лунный месяц начинается 24 марта, а кончается 21 апреля. Майский лунный месяц начинается 22 апреля, а кончается 22 мая. Июньский лунный месяц начинается 23 мая, а кончается 20 июня. Июльский лунный месяц начинается 21 июня, а кончается 19 июля. Августовский лунный месяц начинается 20 июля, а кончается 17 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 18 августа, а кончается 16 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 17 сентября, а кончается 15 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 16 октября, а кончается 14 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 15 ноября, а кончается 14 декабря.

Год седьмой. Январский лунный месяц начинается 15 декабря, а кончается 13 января. Февральский лунный месяц начинается 14 января, а кончается 11 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 12 февраля, а кончается 13 марта. Апрельский лунный месяц начинается 14 марта, а кончается 11 апреля. Майский лунный месяц начинается 12 апреля, а кончается 11 мая. Июньский лунный месяц начинается 12 мая, а кончается 10 июня. Июльский лунный месяц начинается 11 июня, а кончается 9 июля. Августовский лунный месяц начинается 10 июля, а кончается 7 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 8 августа, а кончается 6 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 7 сентября, а кончается 5 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 6 октября, а кончается 4 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 5 ноября, а кончается 3 декабря.

Год восьмой. Январский лунный месяц начинается 4 декабря, а кончается 2 января. [Дополнительный] лунный месяц начинается 3 января, а кончается 30 января. Февральский лунный месяц начинается 1 февраля, а кончается 2 марта. Мартовский лунный месяц начинается 3 марта, а кончается 1 апреля. Апрельский лунный месяц начинается 2 апреля, а кончается 30 апреля. Майский лунный месяц начинается 1 мая, а кончается 30 мая. Июньский лунный месяц начинается 31 мая, а кончается 28 июня. Июльский лунный месяц начинается 29 июня, а кончается 28 июля. Августовский лунный месяц начинается 29 июля, а кончается 26 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 27 августа, а кончается 25 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 26 сентября, а кончается 24 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 25 октября, а кончается 23 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 24 ноября, а кончается 23 декабря.

Год девятый. Январский лунный месяц начинается 24 декабря, а кончается 21 января. Февральский лунный месяц начинается 22 января, а кончается 19 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 20 февраля, а кончается 21 марта. Апрельский лунный месяц начинается 22 марта, а кончается 19 апреля. Майский лунный месяц начинается 20 апреля, а кончается 19 мая. Июньский лунный месяц начинается 20 мая, а кончается 17 июня. Июльский лунный месяц начинается 18 июня, а кончается 17 июля. Августовский лунный месяц начинается 18 июля, а кончается 15 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 16 августа, а кончается 14 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 15 сентября, а кончается 13 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 14 октября, а кончается 12 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 13 ноября, а кончается 12 декабря.

Год десятый. Январский лунный месяц начинается 13 декабря, а кончается 9 января. Февральский лунный месяц начинается 10 января, а кончается 8 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 9 февраля, а кончается 9 марта. Апрельский лунный месяц начинается 10 марта, а кончается 7 апреля. Майский лунный месяц начинается 8 апреля, а кончается 7 мая. Июньский лунный месяц начинается 8 мая, а кончается 5 июня. Июльский лунный месяц начинается 6 июня, а кончается 5 июля. Августовский лунный месяц начинается 6 июля, а кончается 4 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 5 августа, а кончается 2 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 3 сентября, а кончается 1 октября. [Дополнительный] лунный месяц начинается 2 октября, а кончается 30 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 1 ноября, а кончается 30 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 1 декабря, а кончается 27 декабря.

Год одиннадцатый. Январский лунный месяц начинается 28 декабря, а кончается 29 января. Февральский лунный месяц начинается 30 января, а кончается 27 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 28 февраля, а кончается 29 марта. Апрельский лунный месяц начинается 30 марта, а кончается 27 апреля. Майский лунный месяц начинается 28 апреля, а кончается 28 мая. Июньский лунный месяц начинается 29 мая, а кончается 25 июня. Июльский лунный месяц начинается 26 июня, а кончается 25 июля. Августовский лунный месяц начинается 26 июля, а кончается 23 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 24 августа, а кончается 22 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 23 сентября, а кончается 21 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 22 октября, а кончается 20 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 21 ноября, а кончается 19 декабря.

Год двенадцатый. Январский лунный месяц начинается 20 декабря, а кончается 18 января. Февральский лунный месяц начинается 19 января, а кончается 15 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 16 февраля, а кончается 17 марта. Апрельский лунный месяц начинается 18 марта, а кончается 15 апреля. Майский лунный месяц начинается 16 апреля, а кончается 15 мая. Июньский лунный месяц начинается 16 мая, а кончается 13 июня. Июльский лунный месяц начинается 14 июня, а кончается 13 июля. Августовский лунный месяц начинается 14 июля, а кончается 11 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 12 августа, а кончается 10 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 11 сентября, а кончается 9 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 10 октября, а кончается 8 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 9 ноября, а кончается 7 декабря.

Год тринадцатый. Январский лунный месяц начинается 8 декабря, а кончается 6 января. Февральский лунный месяц начинается 7 января, а кончается 4 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 5 февраля, а кончается 6 марта. Апрельский лунный месяц начинается 7 марта, а кончается 4 апреля. Майский лунный месяц начинается 5 апреля, а кончается 4 мая. Июньский лунный месяц начинается 5 мая, а кончается 2 июня. Июльский лунный месяц начинается 3 июня, а кончается 2 июля. Августовский лунный месяц начинается 3 июля, а кончается 1 августа. [Дополнительный] лунный месяц начинается 2 августа, а кончается 30 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 31 августа, а кончается 29 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 30 сентября, а кончается 28 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 29 октября, а кончается 27 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 28 ноября, а кончается 26 декабря.

Год четырнадцатый. Январский лунный месяц начинается 27 декабря, а кончается 25 января. Февральский лунный месяц начинается 26 января, а кончается 23 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 24 февраля, а кончается 24 марта. Апрельский лунный месяц начинается 25 марта, а кончается 22 апреля. Майский лунный месяц начинается 23 апреля, а кончается 22 мая. Июньский лунный месяц начинается 23 мая, а кончается 20 июня. Июльский лунный месяц начинается 21 июня, а кончается 20 июля. Августовский лунный месяц начинается 21 июля, а кончается 18 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 19 августа, а кончается 17 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 18 сентября, а кончается 16 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 17 октября, а кончается 15 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 16 ноября, а кончается 15 декабря.

Год пятнадцатый. Январский лунный месяц начинается 16 декабря, а кончается 14 января. Февральский лунный месяц начинается 15 января, а кончается 12 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 13 февраля, а кончается 14 марта. Апрельский лунный месяц начинается 15 марта, а кончается 12 апреля. Майский лунный месяц начинается 13 апреля, а кончается 15 мая. Июньский лунный месяц начинается 16 мая, а кончается 11 июня. Июльский лунный месяц начинается 12 июня, а кончается 10 июля. Августовский лунный месяц начинается 11 июля, а кончается 9 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 10 августа, а кончается 7 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 8 сентября, а кончается 6 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 7 октября, а кончается 5 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 6 ноября, а кончается 4 декабря.

Год шестнадцатый. Январский лунный месяц начинается 5 декабря, а кончается 3 января. Февральский лунный месяц начинается 4 января, а кончается 1 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 2 февраля, а кончается 3 марта. Апрельский лунный месяц начинается 4 марта, а кончается 1 апреля. Майский лунный месяц начинается 2 апреля, а кончается 30 апреля. [Дополнительный] лунный месяц начинается 1 мая, а кончается 30 мая. Июньский лунный месяц начинается 31 мая, а кончается 29 июня. Июльский лунный месяц начинается 30 июня, а кончается 29 июля. Августовский лунный месяц начинается 30 июля, а кончается 27 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 28 августа, а кончается 26 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 27 сентября, а кончается 25 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 26 октября, а кончается 24 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 25 ноября, а кончается 23 декабря.

Год семнадцатый. Январский лунный месяц начинается 24 декабря, а кончается 22 января. Февральский лунный месяц начинается 23 января, а кончается 20 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 21 февраля, а кончается 22 марта. Апрельский лунный месяц начинается 23 марта, а кончается 20 апреля. Майский лунный месяц начинается 21 апреля, а кончается 20 мая. Июньский лунный месяц начинается 21 мая, а кончается 18 июня. Июльский лунный месяц начинается 19 июня, а кончается 18 июля. Августовский лунный месяц начинается 19 июля, а кончается 16 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 17 августа, а кончается 15 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 16 сентября, а кончается 14 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 15 октября, а кончается 13 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 14 ноября, а кончается 12 декабря.

Восемнадцатый год лунного круга. Январский лунный месяц начинается 13 декабря, а кончается 11 января. Февральский лунный месяц начинается 12 января, а кончается 9 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 10 февраля, а кончается 10 марта. Апрельский лунный месяц начинается 11 марта, а кончается 8 апреля. Майский лунный месяц начинается 9 апреля, а кончается 8 мая. Июньский лунный месяц начинается 9 мая, а кончается 6 июня. Июльский лунный месяц начинается 7 июня, а кончается 6 июля. Августовский лунный месяц начинается 7 июля, а кончается 4 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 5 августа, а кончается 4 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 5 сентября, а кончается 3 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 4 октября, а кончается 2 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 3 ноября, а кончается 1 декабря. [Дополнительный] лунный месяц начинается 2 декабря, а кончается 31 декабря.

Год девятнадцатый. Январский лунный месяц начинается 1 января, а кончается 30 января. Февральский лунный месяц начинается 31 января, а кончается 28 февраля. Мартовский лунный месяц начинается 1 марта, а кончается 30 марта. Апрельский лунный месяц начинается 31 марта, а кончается 28 апреля. Майский лунный месяц начинается 29 апреля, а кончается 28 мая. Июньский лунный месяц начинается 29 мая, а кончается 26 июня. Июльский лунный месяц начинается 27 июня, а кончается 26 июля. Августовский лунный месяц начинается 27 июля, а кончается 24 августа. Сентябрьский лунный месяц начинается 25 августа, а кончается 23 сентября. Октябрьский лунный месяц начинается 24 сентября, а кончается 22 октября. Ноябрьский лунный месяц начинается 23 октября, а кончается 21 ноября. Декабрьский лунный месяц начинается 22 ноября, а кончается 20 декабря.

Как только окончишь 19 лунный круг, то начинай снова с 1 Луны и держи порядок, пока на закончится указанное число.

А вот дни и часы восхода Луны каждого месяца. В январе новолуние 30 числа в 3 часа по полуночи. В феврале новолуние 29 числа в 9 часов по полуночи. В марте новолуние 30 числа в 1 час по полуночи. В апреле новолуние 29 числа в 1 час по полуночи. В мае новолуние 30 числа в 1 час по полуночи. В июне новолуние 29 числа в 3 часа по полуночи. В июле новолуние 30 числа в 6 часов по полуночи. В августе новолуние 30 числа в 3 часа по полуночи. В сентябре новолуние 29 числа в 10 часов дня. В октябре новолуние 30 числа в 10 часов по полуночи. В ноябре новолуние 29 числа в 1 час по полуночи. В декабре новолуние 30 числа в 10 часов по полуночи. Порядок новолуний первого года повторится на 12 год; второго года — на 13 год; третьего года — на 14 год; четвёртого года — на 15 год; пятого года — на 16 год; шестого года — на 17 год; седьмого года — на 18 год; восьмого года — на 19 год; девятого года — на 1 год; десятого года — на 2 год; одиннадцатого года — на 3 год; двенадцатого года — на 4 год; тринадцатого года — на 5 год; четырнадцатого года — на 6 год; пятнадцатого года — на 7 год; шестнадцатого года — на 8 год; семнадцатого года — на 9 год; восемнадцатого года — на 10 год; девятнадцатого года — на 11 год. Аминь.

В книгах говорится, что, насколько солнечный круг больше земного, настолько земной больше лунного. Астрономы, опытные в этом искусстве, говорят так: в земном круге они полагают 250 000 стадий с переменой в 80 000 [стадий]. Из этого следует, что в лунном круге более 120 000 стадий с переменой в 40 000 [стадий]; перемена солнечного круга составляет более 3 000 000 стадий[136], хотя нам кажется, что эта перемена имеет не больше одного локтя[137]. Тем не менее написано верно: светило уменьшается не само по себе, а лишь в нашем восприятии, когда оно поднимается на высоту. Иоанн Дамаскин рассказывает нам о семи планетах, или воздушных поясах[138]: на первой планете — звезда Марс, на второй планете — звезда Меркурий, на третьей планете — звезда Юпитер, на четвертой планете — Солнце, на пятой планете — звезда Венера, называемая также Денницей: она появляется тогда, когда день сменяется ночью, а ночь — днём; на шестой планете — звезда Сатурн, на седьмой планете — Луна[139]. Греки называют Луну Гекатой и представляют её ездящею на колеснице, [запряжённой] львами, и мечущей змей[140].

Однако Божественное Писание учит нас не так, как говорят эллины: не планеты затемняют ясность взора, а наше зрительное восприятие, происходящее в воздушной среде. Можешь [сам] испытать слова вероучителей: взойди на высокую гору и посмотри на ровное поле: какими ты видишь пасущиеся стада? Не подобны ли они муравьям или комарам? Или взойди на вершину высоких холмов и посмотри с неё на море: какими представляются тебе корабли? Не кажутся ли они тебе меньше ли всякого голубя, хотя на них находится множество людей и грузов? А большие острова в море с бесчисленными городами и сёлами? Разве не кажутся они похожими на какие-то черные плавающие [точки]? А высокие горы, прорезанные глубокими ущельями, — разве не кажутся они нам гладкими и круглыми?[141] Итак, как мы сказали, когда мы смотрим в воздушной среде, наше зрение воспринимает все в уменьшенном виде. Когда же мы обращаем взор к безмерной высоте, как же мы можем увидеть [истинные] размеры светил?[142]

Как сказал Господь, да будут они «для знамений и дней, и годов, и времён» (Быт. 1:14)[143]. По этим светилам можно узнать об успокоении бурных южных ветров с дождями и порывов северных или же о продолжительном натиске бури. Иногда вместе с Солнцем являются побочные Солнца: их появление на востоке или на западе служит приметой изобильного дождя и жестоких ветров; если они появляются только на севере, то это предвещает северный ветер, а если на юге, то это признак южного ветра. Одну из примет сообщил нам Господь, когда сказал: «Будет ненастье, ибо небо багрово, оно предвещает бурю» (Мф. 16:3). Когда из-за тумана, происходящего от земных испарений, солнечные лучи помрачаются, тогда Солнце кажется человеку словно кровавым; это служит знаком того, что в этих местах большая влажность, возникшая вследствие испарений и дуновения ветра. Если же солнечные лучи похожи на волосы или «горят» облака, то это предвещает ветер и холод. Если лучи «прижаты» к Солнцу или оно окружено почерневшими облаками на восходе или закате, то будет ненастно и пасмурно; если же на закате оно будет чистым или «загоревшимся», то это знак тихой и ясной [погоды].

Точно так же много различных примет и у Луны. Если трёхдневная [Луна] будет чиста и тонка, [то это предвещает] долгую тихую [погоду]; если же она тонка, но не чиста, а красновата, то это примета жестоких ветров. Если оба рога месяца представляются равными и северный рог будет чист, то это означает успокоение западных ветров; если же полная Луна, будучи ясной, [вдруг] потемнеет, [то это] бывает к дождю; если [Луна] тонка с обеих сторон, то это к ветру; если Луна окружена как бы венцом, то это признак ненастья; если же [венец] окажется потемневшим, то это примета продолжительного и сильного ненастья[144]. Такие приметы преблагой и всемогущий Господь повелел подавать Солнцу и Луне, дабы [мореплаватели] смотрели [на них], переплывая огромные морские пучины, дабы у пахарям, земледельцам и гребцам было на что твёрдо опереться; эти знамения — великая милость и великое предначертание от Бога Творца, чтобы благодаря этим приметам не понести внезапного ущерба[145].

Мы слышали, что некие пустословы считают, будто рождение людей [зависит] от звёзд, вследствие чего один бывает русым, другой — белокурым или рыжим, третий — черным[146]; это ложное учение пришло от неверных греков[147]. Ещё они лживо говорят нам о росте тела, о болезнях и о смерти человека, воображая, будто узнают это по расположению звёзд; ещё они вздорно говорили о силе в зрелом возрасте, и о жизни, и о богатстве и бедности, а также говорили об обладании властью, обманывая доверчивый народ[148]. Нам же следует обличить их суесловие. [Если] Бог сотворил все светила в четвёртый день, [когда] Адама ещё не было на земле, то чьё же рождение знаменовало великое множество звёзд? Обличим [их] также посредством блаженного Авраама, который обличил халдея, мнившего себя звездочётом, [понимающим] в рождении и смерти, осуждённого и приведённого к нему. Обличим их [ложное учение] о русых и белокурых людях: неужели все эфиопы родились под одной звездой, если они все черны как бесы?[149] [Заблуждаются они] и о богатстве и власти царей, князей и королей: если сын каждого из них наследует власть своего отца, то что — они все родились под одной звездой?[150] Ясно: те, кто не имеет истинного закона от Бога и кто не следует православной вере, те уподобились нетопырям[151], которые живут пустотой и обманом. У того, кто ночь принимает за день, темнеет в глазах при появлении Солнца. Нам же воссияло Солнце правды, сияющее в трёх Лицах, единых по природе. Мы славим и поклоняемся [Ему], то есть Отцу и Сыну и Святому Духу в едином Божестве.

Но посмотри вот на что. Если мы не можем наглядеться на этот сияющий Месяц и красоту звёзд, хотя и видим их каждый день, то слепые не видят созданной Богом красоты, ибо очи их помрачились. Так и ты, жидовин: если ты не проник в Богодухновенные евангельские и апостольские книги, то ты словно слеп и не можешь видеть Богом данной веры[152]. Опомнись, окаянный, наконец и не поступай хуже падшего Адама. Адам согрешил, и все мы подпали греху, но Сын Божий, воплотившись от Девы, — Еву[153] освобождает [от плена греху], распятый на древе — древо освящает, и мы теперь взираем ввысь, на град нашего [небесного] отечества[154], из которого вывел нас своими обольщениями человеконенавистник диавол. Но если мы поймём, кто мы есть, то и Бога познаем, и Творцу поклонимся, и Владыке будем работниками, и Кормильца возлюбим, и Благодетеля устыдимся. Если в видимом столько добра для нас, то сколько же в невидимом — в жизни с Богом, о чем сказал великий Павел: «Того око не видело, и ухо не слышало, и на сердце человеку не приходило, что уготовал Бог любящим Его» (1 Кор. 2:9). Смотри же, жидовин: тебе от Творца [уготована] слава, по слову божественного Павла, которая выше души и разумения человеческого. Зачем же ты своею волей лишаешься её? Отторгни же своё сердце от злого наущения. Той славы, к которой желают приникнуть ангелы[155], ты лишаешься из-за своеволия и безверия.

Так послушай же великого Давида, сказавшего: «Словом Господним утверждены небеса» (Пс. 32:6). Познай преблагого Художника Бога, [взгляни], как огромные, словно горы, и страшные облака плывут туда и сюда, как Господь повелел ветрам носить их; как эти облака, напитавшиеся влаги из воздуха[156] и отяжелевшие, не падают на землю, но, носимые ветром, проплывают по воздуху; как эти облака не поднимаются на высоту и не закрывают её красоты. Посмотри на повеление всемогущего Господа: чтобы испускать сверху свет, всему, что имеет природу огня, надо подниматься ввысь; для этого Господь создал небесный свод из смёрзшегося льда, а половину воды Он возвёл над сводом, чтобы сохранить её, чтобы она не растеклась от тепла обоих светил и множества звёзд. Когда свет поднимается вверх и ударяется о лёд, то на землю сходит тепло. Мы много раз видели, как звезды падают с неба. Понять это нужно так: когда тонкое облако поднимается на высоту, из него выходит влага и оно опаляется от звёздного жара; опалённое, оно быстро уносится ветром и погибает. Это понятно [из сравнения]: когда тонкую паклю поднесёшь к свече, то даже если не приложишь её к самому огню, она все равно загорится от жара. Так и тонкое облако от одних звёзд загорается, от других высыхает. Если же ты спросишь, почему те светила не опаляют облаков, но они загораются от звёзд, то посмотри вот на что: когда горит дом или поленница дров, то невозможно бросить на вершину пламени перо, лист или паклю. Из-за бушующего пламени поднимается столь сильный жар, что его дыхание поднимает их на высоту и держит их невредимыми, и они до тех пор не могут упасть, пока не отклоняться направо или налево и тогда тихо падают на землю. Так и тонкое облако не может подняться к двум [великим] светилам из-за их жара, но от его дыхания спускаются ниже. Если же оно опаляется днём, то этих [падающих] облаков из-за солнечного сияния и дневного света нам невозможно увидеть, подобно тому как невозможно днём увидеть пламя вдалеке горящей травы или тростника; когда же наступает ночь, то зарево явно предстаёт перед нашими глазами.

О Сатане[157]

В этот день [творения] один из ангелов по имени Сатана, который был старейшиной десятого чина[158], увидел, как Бог украсил ту твердь[159], о которой мы говорили, то есть небо и землю, преисполнился гордыней и подумал: «Как прекрасна вселенная, но не вижу на ней жителей; приду на землю и возьму её и буду обладать ею и буду как Бог, и поставлю престол свой на облаках». И тотчас сверг его Господь с небес за гордость помысла его. Вслед за ним, словно песок, просыпавшийся с небес, пал подначальный ему десятый чин: одни пролетели в преисподнюю, другие пали на землю, третьи повисли в воздухе[160]. Голос архангелов, архистратиг Михаил, бывший начальником и воеводой воинства Господня и старейшиной второго чина, увидел отступника, падшего вместе со своим чином, и звучным, сильным и страшным голосом вскричал: «Внемлем и гласом воинства восхвалим Бога всех!» Воскликнул: «Внемлем, ибо мы созданы Ему на службу и предстоим Богу, вы же на что поднялись и что сотворили?» Воскликнул: «Внемлем, ибо что мы есть?! Внемлем, с трепетом служа Богу!» Воскликнул: «Внемлем, ибо с нами свет, и ныне, обличенные светом, вы стали тьмой!» Воскликнул: «Внемлем, ибо эти возгордились и погибли. Мы же внемлем, ибо мы Божии слуги страшной силы Его!» И бесы, слышавшие глас архангела Михаила, тут же были повешены в воздухе. Первые же падшие бесы, которые провалились в преисподнюю, теперь как глухие и с тех пор ничего в мире не знают. А те из них, которые пали на землю, те ходят по земле, причиняя зло своими соблазнами. Последние же из них архангельским гласом оставлены в воздухе, и они, повиснув, творят пакостей сколько могут[161].

Сатана, бывший старейшиной в чине, стал начальником земного чина [бесов] и получил власть над землёй. Изначала, созданный Богом, [Сатана] был не лукавым, а благим, но он не смог стерпеть той участи, которая выпала ему от Творца. Он самовластной волей извратил свою природу, восстал помыслом на Бога Творца, воспротивился Ему в мысли и, став первым отступником, пришёл к своей погибели и отпал от блага во зло, из-за своеволия стал тьмой и был с позором отвергнут. И пало множество его подчинённых из упомянутого ангельского чина и потеряли власть, ибо воинство, отпавшее от своего назначения, не имеет силы владеть кем-либо[162]. Ибо и в книге Иова сказано, что по попущению Божию они покрыли его язвами (см.: Иов. 1:12); и в Евангелии снова написано, что даже над свиньями они не имеют власти, если то не предначертано от Бога (см.: Мф. 8:31–32). Когда же бывает попущение Божие, тогда они усиливаются, преображаются и видоизменяются, возбуждая мятежные мысли[163]. Того же, что должно быть, не ведают ни ангелы, ни падшие с небес. Если же будущее бывает открыто, то ангелами, посланными от Бога[164], который велит им провозвестить его Своим угодникам. И то, что говорят ангелы, [действительно] сбывается. То же, что бесы «пророчествуют» волшебникам, чародеям, колдунам и прорицателям, то не всё прямо сбывается. Иногда они знают, что случится в далёком будущем, и иной раз, по промыслу, об этом говорят. Иногда же они обвораживают маловеров и, увлекая их к погибели, смущают их кознями и соблазнами, обольщают ложью их ум. Даже если иногда они говорят истину, то итог их слов все равно ведёт к злу, заставляя лгать. Потому не следует им верить, ибо очевидно, что после падения бесам уже нет покаяния, как и людям после смерти. Падший Сатана согрешил в помысле своём и стал называться сопротивником Божиим[165]. Вместо него Господь поставил старшим архистратига Михаила. Падший чин [ангелов] стал называться бесами; Господь отнял у них славу и честь, отнял и свет, бывший на них раньше, и обратил их в духов тьмы; Он позволил им обладать воздушной стихией[166].

Вместо десятого [ангельского] чина Он задумал сотворить человека, чтобы свет и венцы падших передать правоверным, и называется десятый чин человеколюбивым[167]. Ибо, как учит нас Божественное Писание, те, кто пострадал за Имя своего Господа — святые пророки, апостолы, преподобные, праведники и [весь] лик мученический, — те получили обетование от Спасителя. О них же сказал и великий Павел: «Хотя много страданий и искушений приняли святые, но они же сподобились дара творить чудеса». Или, находясь в раках, миро источают, или костьми и власами или полотном своих риз бесов изгоняют. Но все они были послушны в вере, однако не получили обещанного, говорит Павел, но лишь по вере получили обетование принять венцы неизреченной славы, ибо, по свидетельству Павла, «Бог предусмотрел о нас нечто лучшее, дабы они не без нас достигли совершенства» (Евр. 11:40). Так как Бог больше всего заботится о человеческом роде и ждёт последних [грешников], потому-то грешники трепещут дня суда Божия, ибо они будут преданы геенне и страшным мукам. Праведники же радуются об этом страшном и судном дне, когда они получат обетованное, достигнут совершенства и станут совершенными через Владыку Христа, вступят в ангельский чин и предстанут пред Господом[168].

В Писании сказано: «И был вечер, и было утро: день пятый» (Быт. 1:23) В пятый день сказал Бог: «Да произведёт вода рыб и пресмыкающихся по роду, птиц — душу живую, — парящих по воздуху под твердью небесной, по роду их» (Быт. 1:20). Как только Бог повелел, вода тут же быстро произвела их по роду[169]. Обрати внимание на то, что Творец разными словами творил траву и животных, вышедших из единой земли. Когда Владыка повелел быть траве и деревьям, Он сказал: «Да произрастёт на земле…», а о скоте и зверях — «Да произведёт земля душу живую по роду их». Посмотри: хотя из единой земли всё исходит, но разное слово произнёс Владыка. Тому, что производит плоды и всегда будет их производить, Владыка повелел пребывать в земле, словно в материнской утробе, умирать опаданием листьев или высыханием ветвей и снова возрождаться от той же земли. Животные же лишь однажды произведены из земли и больше от неё не рождаются, но сами от себя[170].

Тогда родились громадные, как острова, киты[171] и другая мелкая [рыба], населяющая все — море, реки, озера и болота[172]. И всё это, по слову Господню, вода произвела в одно время. О чудо дивное! Как смогла водная стихия, легко растекающаяся и бездушная, произвести бесчисленный род [животных], имеющих кости и плоть?![173] О чудо великое! Вода сверхъестественным образом произвела род парящих птиц и род пресмыкающихся по земле.

Смотри же, жестокосердный жидовин: отчего же не родить Деве Младенца — такого же по природе, как и родившая Его[174]; такую же плоть и кость имевшего, принявшего от Девы человеческую природу, однако носившего в Себе неизреченную силу Божества?[175]

Вернёмся, однако, к нашему предмету. Небо украсилось звёздами, земля же украсилась растительностью с её бесчисленными цветами. После этого Творец украшает воды, говоря: «Да произведут воды пресмыкающихся, душу живую по роду; и всякого рода плавающих по поверхности вод или в глубине; и птиц, парящих по воздуху» (Быт. 1:20–21). И стало так по Божественному повелению, и тут же вода слушается повеления Творца: тут и моря наполнились всякого рода [созданий], и реки, озера и болота бурно рождают по естеству. Не была в бездействии никакая вода, даже смешанная с грязью. Как только быстрее молнии изошла Божественная сила, тут же по всей вселенной вода рождает живое. Не были в бездействии ни тина, ни грязь, ибо и в них есть вода, и в согласии со своей природой произвели жаб, саранчу, комаров, слепней и всякого рода жуков[176]. Птицы же, хотя и произведены от воды, но кормятся, летая над сушей; так им от Господа положено принимать пищу, для чего им и даны ноги. Поскольку и рыб и птиц Господь произвёл от воды, то у тех и у других есть много общего: как птица плавает сквозь воздух, так и рыба сквозь воду; как рыбы плывут в воде, отталкиваясь плавниками и правя хвостом, так и у птицы есть нечто похожее — отталкиваясь оперёнными крыльями и правя хвостом, она летит куда хочет[177]. Кто сможет описать все виды рыб, птиц и пресмыкающихся, которые Божиим повеление произвела вода? Если кто-то возьмётся всех их перечислить и ясно назвать, тот человек [сможет] и звезды небесные пересчитать, и море измерить черпаком. Мы же поговорим только о некоторых из них, чьи [повадки] похожи на наш характер.

Есть птица по имени алконост[178]. Она свивает гнездо на песчаном берегу на краю моря и тут откладывает свои яйца. Её птенцы вылупляются в зимнее время года. Когда она почует, что её птенцам пора вылупляться, то она берет свои яйца, выносит на середину моря и пускает их в глубину. В это время море бывает бурным и бьётся волнами о берег, но как только алконост отнесёт яйца на одно место и сядет над ними наверху на воде (сами яйца находятся на глубине), то на море бывает затишье в течение семи дней, пока алконостовы птенцы не вылупятся в глубине [моря]; выйдя из воды, они узнают своих родителей. Посмотри на великого Создателя жизни — всемогущего благого Бога, как он заботится о неразумной [твари] и усмиряет великое и гордое море; чего же только не сделает Господь ради человека, которого сотворил по образу Своему. Вспомним Иону (см. Ион. 2:1–11), который также был в морской глубине в чреве кита три дня и три ночи, прообразуя воскресение Спасителя (см. Ион. 2:1–11)[179]. Вспомним же и Петра, верховного [апостола], ходившего по воде (см. Мф. 14:29), а также инока Мартимиана, переехавшего на рыбе морскую пучину[180]. Вспомним Павла, сказавшего: «Любящим Бога всё содействует ко благу» (Рим. 8:28). Так же и Давид сказал: «Как велики дела твои, Господи! Всё сотворил Ты премудро!» (Пс. 103:24)

Есть рыба, которую зовут многоножкой[181]. Её природа и повадка таковы: она становится того же [цвета], что и камень, к которому она подплывает — у зелёного зелёной, у белого белой, у другого другой. Потому-то другие рыбы, не почуяв разницы, попадают ей в пасть, принимая её за камень, ибо тело её изменчиво. Так и иные [люди] живут: с язычниками они язычники, с христианами — христиане, с иноверными — иноверные.

Есть ещё такая птица, называемая кукушка. У этой птицы злая повадка: когда ей пора класть яйца, то она откладывает их в гнёзда других птиц, сама же в своём гнезде их не высиживает, но подбрасывает своих птенцов другим птицам. Из-за ненасытности своего чрева она не хочет потрудиться у своего гнезда и только злокозненными криками призывает самца к спариванию. Ей-то и уподобились вы, окаянные иудеи: вы отвернулись, как от птенцов, от учения святых книг и передали священное Писание языческим народам[182]. Из какого народа были четыре евангелиста, которые вдохновением Святого Духа описали чудеса Божии и рассказали о деяниях апостолов? И Павлова Послания к евреям вы не признали из-за своего прелюбодейства и из-за гордыни не потрудились [понять] эти святые писания. Святые же апостолы по прошествии пятидесяти дней после Воскресения, подобно птице, кладущей яйца в гнезда, слово Спасителя отдали чужим народам[183]. Мы же слово Спасителя приняли не от своих отцов и дедов, а от ваших братьев — святых апостолов и по чину ангельскому взываем и говорим: «Свят, свят, свят Господь в Троице нераздельный!».

Ещё есть рыба, называемая мурена[184]. Она нечиста делами и весьма скверна. Когда наступает время нереста, она ищет для совокупления ядовитую змею. Улучив момент, когда той настаёт время совокупления, мурена находит её и соединяется с ней, из-за чего эта рыба является нечистой среди всех рыб. Эта рыба, оставив свою пару, соединяется с ядовитым гадом, потому и нечиста. И среди людей есть басурманский народ: будучи заражены ересью своего Магомета, они оставляют своих жён и содомски соединяются друг с другом. Из-за этого они моют анальные части лучше, чем лицо и грудь[185].

Есть ещё рыбы, называемые тюленями[186]. У их детёнышей есть такая повадка: от испуга они снова влезают в материнскую утробу. Таков же и нрав злых людей: когда соблазнами и ложью они стараются совратить человека с пути праведного и бывают обличаемы ими, то они прячут свой яд.

Есть также птица, которую в Индии зовут феникс[187] и о которой пророк Давид сказал в 91 псалме: «Праведник цветёт, как феникс[188]» (Пс. 91:13). Эта птица живёт одна в гнезде, не имея ни пары, ни птенцов. Свою пищу она добывает так. Летая в кедровые рощи Ливана, она напояет свои крылья ароматами и потому всегда бывает благоуханной. Когда же она состарится, то поднимается на небесную высоту и берет небесный огонь; спустившись, она поджигает своё гнездо и сгорает вместе с ним. Но в пепле своего гнезда она снова возрождается в виде гусеницы, и в этой гусенице заключена та же птица с той же природой и повадками. Эта птица феникс показывает нам образ истинно верующих в Бога: принимая мучения за Христа, они обретают лучшую пищу рая и поселяются в райском благоухании. Смотри: как нет у человека славы, если не будет испытан в сражении, так и святые мученики в борьбе с мучителем приняли венцы славы. Одни боролись с голодом и жаждой, а также нагим телом противились холоду. Другие же — цари, властители и судьи — свою волю подавляют и, получив закон Божий, блюдут его. Они венчаются [на царство] не из гордости, не для того, чтобы следовать своей воле, но, словно взвалив на плечи рабское иго, они, как печать, получив слово Божие, блюдут его. Смотри: тот, кто не венчался кровью мученической, тот бывает пустынножителем, или, уходя в монастырь, умирает для мира[189], или, венчаясь на царство и облекаясь в мантию, отрекается от своей воли, — те одинаково исполняют закон Божий. Но вы, окаянные иудеи и скверные басурмане![190] Видя чудеса и благодать Господню, вы разум свой погубили и очи свои смежили, слышали пророков, но заткнули уши от святого Писания, во всём уподобившись жалкому щенку: ни ушами вы не слышите, ни глазами вы не видите; только и есть у вас жизнь, да и та негодная[191].

Однако возвратимся к своему предмету. Как сказано в Писании, «И сотворил Господь всякую душу живую, которую произвели воды, и всякую птицу пернатую по роду. Взглянув на них, Господь благословил их, говоря: „растите и умножайтесь, и наполняйте воды, и птицы пусть умножаются на земле”. И был вечер, и было утро: день пятый» (Быт. 1:21–23).[192] Иоанн Златоуст сказал в «Словах»: «Спрошу тебя, жидовин: почему Господь, сотворив Солнце и месяц, не благословил [их]? И растения с травой не благословил? Когда же повелел выйти летающим и лазающим, ныряющим и пресмыкающимся, то благословил? По какой причине одно благословил, а другое не благословил? Внимай сему: не потому ли, что звёзды, сколько их было изначально сотворено и какими они сотворены, такими они и остаются? Ни число их не может увеличиться, ни размеры; поэтому им и не требовалось благословения. Тех же, кто был произведён водой, Он благословил, ибо повелел им умножаться и расти. Если бы не было благословения Владыки, то они бы вскоре все сгинули, поскольку они, охотясь, друг друга поедают; и рыбы, и птицы поедают [друг друга], а ещё больше рыбы и птицы гибнут от человека. Несчастье губить самих себя есть у рыб, [которые, кроме того], вымирают, задохнувшись в реке или озере. Это же несчастье есть и у птиц — губить самих себя. И человек их ловит, и в зимнее время года они ищут тёплые места и летают через море; иногда поднимаются сильные бури, и они тонут. Иногда они [погибают] от холода, иногда жестоко вымирают от сильных дождей. Поэтому, предвидя несчастья [этих созданий], Господь благословил их. Солнце же, Месяц и прочие звёзды пребывают [такими], как во время своего сотворения. Но как мы сказали, Господь, предвидя их страдания, повелел им умножаться. И вот одни наполняют гнезда своими птенцами, другие каждый месяц родят птенцов; рыбы же гнёзд не делают и не трудятся для прокормления своего потомства, но вода поднимает изверженную икру и животворит [из неё] рыб, благодаря чему умножается этот бесчисленный род.

В шестой день сказал Господь: «Да произведёт земля душу живую — четвероногих зверей и скотов, и гадов по роду их» (Быт. 1:24). И стало так, как повелел Господь: земля произвела животных. Полезным и бесполезным, ядовитым и не свирепым — всем Он повелел быть. Звери и птицы, и гады, наносящие нам всяческий вред, также были сотворены, однако смотри: не без умысла сотворил их Владыка: полезных из них Он отдал нам, а неполезные же оставлены нам в качестве некоего устрашения. Когда развращённый род иудейский совратился, то не предал ли их Господь ядовитым змеям, чтобы те их жалили и они умирали?[193] Видящие это знамение и прибегающие к Богу остаются невредимыми. Отсюда понятно: как дети, чего-то испугавшись, прячутся в объятиях родителей, так и нам Бог дал некое ядовитое устрашение, чтобы мы, прибегая к Господней благодати, оставались невредимы. Писание говорит нам: когда Бог сотворил Адама и повелел всем животным прийти к Адаму, чтобы он дал им имена, то Он снова сказал: «Страх и трепет да будет на всех них» (см. Быт. 2:19–20). И вот все создания, приняв [это] от Бога как закон, боятся Адама. Когда же мы опять согрешили, то только малую [их часть] Господь отдал нам для работ. Но и доныне не оставил Господь своих рабов, живущих в молитве пред Ним: и с Ноем в ковчеге были свирепые и неукротимые животные (см. Быт. 7:1–5), после того и львы устрашились Даниила во львином рву (см. Дан. 6:16–23), и иноку Герасиму служил дикий зверь[194]. Как сказал божественный Павел, «любящим Бога все споспешествует» (Рим. 8:28).

Посмотри, как дважды почтил Бог землю: во-первых, повелел ей произвести семена и растения, во-вторых, повелел произвести животных, говоря: «Да произведёт земля душу живую» (Быт. 1:24). Смотри, как присоединена душа к крови, кровь к плоти, а плоть к земле: так как сначала земля произвела плоть, плоть — кровь, кровь — душу, то душа животных есть земля; ибо в Писании сказано, что у всякого животного душа в крови[195]. Кровь, остывшая в теле, становится плотью; остывшая плоть превращается в землю, и так погибает душа животных. «И сказал Бог: „Да произведёт земля душу”» (Быт. 1:24). Господь для того повелел душе животных быть от земли, чтобы отличить её от души человеческой.

Земля же покрылась плодами и приготовила пищу четвероногим животным. Поэтому Господь повелел быть четвероногим животным только тогда, когда приготовил им пищу. Так же и рыбам и птицам Он не повелел быть прежде [сотворения] воды. Так наш искусный Господь для каждого рода [животных] сначала приготовил пищу, а потом привёл их к бытию. Земля была разнообразно украшена, море и реки наполнились рыбами, были созданы птицы, земля по повелению [Божию] произвела четвероногих, и великое множество всякого рода [живых существ] пришло к бытию. И только человека ещё не было, но не [из-за] неуважения, а [ради] чести, чтобы сначала приготовить ему дом. Ничего без меры и смысла не творит Владыка, но всё нужное. Смотри: сначала Бог создал траву и семена, а потом четвероногих и птиц, которые ими питаются[196]. Сначала создал пищу, чтобы питаться, а потом тех, кто питается, сначала создал потребное, а потом тех, кому это потребно. Так же Господь поступил и в Священном Писании: пророки предварили Господа, проповедуя Христа, а потом пришёл Тот, о Котором они свидетельствовали. Так и Владыка, желая почтить человека, сначала предуготовил для него всё потребное и [только] потом будет творить самого человека. Смотри и разумей: когда Господь творил небо и землю, то Он сотворил их только [одним] повелением; когда твердь возникла по повелению или когда Он устанавливал оба светила и бесчисленные звёзды, то одним повелением Он сотворил их. Он сказал: «Да произрастит земля», — и стало так; и после сказал: «Да произведут воды», — и произвели; земле повелел произвести всех четвероногих, и она произвела [их]. Когда же Владыка подошёл к сотворению человека, то — О дивное чудо! — Бог нуждается в советнике! [Тем самым] Он являет Сына, на деле же творит Святой Дух[197]. «И сказал Бог: „Сотворим человека”» (Быт. 1:26). Пойми, жидовин, что смысл [этого] слова [в том], что с Ним были [во время творения человека] Сын, Которого мы проповедуем, и Св. Дух, Которому мы поклоняемся[198]. Познай щедрость Владыки: Он тебе словно через приоткрытое окошко позволил увидеть Того, Кто Ему искони содействовал, [то есть] познать Отца и Сына и Святого Духа, вместе прославляемых и всё творящих. Посмотри, что сказал Владыка: «Сотворим человека». Как выразить Непостижимого, Которого на небесах со страхом трепещут ангелы, и бесы со страхом и ужасом трясутся от силы триипостасного Божества, существующего безначально!

Подобно тому как невидимое слово исходит от души и тела слышимым является на свет, так и Сын — Слово Божие, — будучи сокрыт в Отце прежде веков, явил тайну вселенной. И как слово, исходя из души и тела, не истощает и [ничего] не лишает говорящего, слушающего же обогащает, как слово, приходя к слушающему, не уходит от говорящего, так и Божие Слово, сущее в Отце, пришло к нам во плоти, [но] не отделилось по природе от Отца, соединившись с нами по благодати; будучи Богом по природе, Оно есть Слово по имени[199]. Так Иоанн, будучи по природе человеком, назван именем Глас вопиющего в пустыне (см. Мф. 3:3) за его проповедь. Так и Сын Божий, будучи Богом, назван Богом-Словом вследствие [своего] бесстрастного рождения. «В начале было Слово» (Ин. 1:1), но не слово без ипостаси; и не повеление и заповедь Божия Единородный Сын; Слово — не звучащие слоги и слова, но Слово, дающее жизнь, ибо сказано: «Кто слушает Мои слова, тот имеет жизнь вечную» (Ин. 5:24). Не так, как наше слово, рассеивающееся в воздухе без остатка, Слово Божие — ипостасное, совершенное, помещающееся не вне Его, но всегда в пребывающее в Нём[200]. Вследствие этого наше слово не ипостасно, тогда как Слово, будучи [особой] ипостасью, не отделяется [от Отца], но, будучи во всём совершенным, через Отца познаётся. Так же познаётся и Святой Дух Божий. Подобно тому как ипостасность Слова Божия мы узнаем не потому, что Оно произносится и через воздушную среду воздействует на слух, но посредством Его действий и всемогущества, подобно этому и ипостасность Духа познаем через свидетельства Его энергийных проявлений. Ипостасным свойством [Духа является то, что Он] от Отца исходит, на Сыне почивает, по природе неразделен [с Отцом и Сыном], но по ипостаси является живым, решительным[201], самодвижным, действующим, ни начала имеющим, ни конца. Никогда Отец не был без Слова, и Слово — без Духа, ибо их природа едина[202]. Эти обновлением Слова и Духа падает ложь многобожия и истребляется иудейское заблуждение[203]. Ибо обличает их божественный Давид, говоря: «Вовеки, Господи, Слово Твоё пребывает на небесах” (Пс. 118:89); и ещё: «Послал Слово своё и исцелил их» (Пс. 106:20) и после этого снова сказал о нераздельности [Троицы]: «Словом Господним утверждены небеса, и Духом уст Его — все воинство их» (Пс. 32:6). И ещё раз о Духе: «Пошлёшь Дух твой — и созидаются, и Ты обновляешь лицо земли» (Пс. 103:30). Иов же сказал: «Дух Божий создал меня» (Иов. 33:4). Дух — не пар, исходящий из уст, ибо уста Божии не из плоти. [Дух Божий], будучи ипостасным, всегда с Отцом и Сыном действует и управляет вселенной.

Ты, жидовин, возражаешь мне, что Он обращается к ангелам[204]. Когда Господь творил бесчисленное множество ангелов, то почему у Него не было советника? Господь сказал: «Сотворим человека по образу нашему и по подобию» (Быт. 1:26) потому, что Он предвидел своё пришествие во плоти[205]; Сын же с Отцом и Св. Духом был до века. Однако же иудеи говорят нам, что Бог сказал это ангелам: «Сотворим человека по образу нашему и по подобию». В ответ мы им скажем: о окаянные иудеи, преисполненные неверия! Как же это вы уподобляете образ Божий[206] ангельскому образу?![207] Разве святые не говорят об огненной природе ангелов, как о том сказал божественный Давид в 103 псалме: «Ты творишь огненных духов — своими ангелами и огнь пламенный — своими слугами» (Пс. 103:4). Это действительно так: когда при Гедеоне архангел прикоснулся жезлом к жертвеннику, тот мгновенно загорелся. Если бы он не имел огненной природы, то ему было бы невозможно держать в своих руках пылающего (огненного) жезла. Это явствует также из следующего. Когда при царе Навуходоносоре была разожжена печь в 40 на 9 локтей, тогда три закованных юноши были ввержены в эту объятую пламенем печь. Ангел же вошёл в ту огненную печь и оросил её, и [огонь] не коснулся их, ибо [ангел] оросил юношей по повелению Владыки (см. Дан. 3:21–50). Рассудим здраво: если бы человек был сотворён по образу ангела, то он бы от пламени не загорался и не умирал[208].

Другие иудеи снова тщатся уверить нас, что это своей Премудрости Бог сказал «Сотворим человека…»[209]. Уже одним этим они явно сами обличают своё неверие, ибо Соломон сказал: «Премудрость создала себе храм» (Притч. 9:1). Мудростью он именует Сына Божия, а под храмом подразумевает святую, Пречистую, непорочную и безгрешную Деву, Богородицу Марию. Если бы Премудрость Божия не была Сыном Божиим, то Он не воплотился бы[210].

Не следует нам отделять божество от человечества и человечество от божества, как отделяют иудеи и еретики[211], за что и придёт к ним конечная погибель. Мы же как веруем, так и проповедуем. Хотя Пречистая Дева не познала хотения [мужа], Она отдала свою плоть, и Владыка получил от Матери [человеческое] естество. Истинный Бог, облекшись в плоть, [стал] истинным человеком, вот откуда слабость человека и величие божества: Он действует Словом как Бог и испытывает телесные страдания как человек; Словом Он творит чудеса, а телом принимает поношения иудеев. Он был Бог и человек, потому что Слово не отделилось от равенства Отчей славы, как и тело не отделилось от естества нашей природы. Тот же самый истинный Сын Божий есть истинный Сын Девы: облекшись плотью от Девы, Он носил в себе божественную силу. Его божественность явствует из того, что искони было Слово. Послушай, как согласно говорили Моисей и Иоанн Богослов, хотя в их словах есть и много различий. Смотри и внемли, как Моисей начинает говорить: «В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1:1), — то есть указал на сотворённость неба и земли. И Иоанн, сын громов[212], исполнившись Святым Духом, сказал: «Искони было Слово» (Ин. 1:1). Видишь же, что не сотворён и не создан был Сын Божий, но искони был с Отцом. Моисей же сказал: «Во второй день сотворил [Бог] твердь» (Быт. 1:6–8), а Иоанн сказал: «И Слово было у Бога» (Ин. 1:1). Моисей сказал: «В третий день сотворил Господь море и реки, и явилась суша, и земля произвела [растительность]» (Быт. 1:9–11). Иоанн же сказал: «И Слово было Бог» (Ин. 1:1). Моисей сказал: «В четвёртый день сотворил Бог светила» (Быт. 1:14). Иоанн же сказал: «И всё через Него стало быть» (Ин. 1:3). Моисей же сказал: «В пятый день сотворил Бог рыб и птиц, и всяких пресмыкающихся» (Быт. 1:20). Иоанн же сказал: «Без Него ничто не начало Быть» (Ин. 1:3). Заметь различие: если Моисей, говоря сотворил Бог, беседовал о творении, то Иоанн говорил о самом Творце, ибо Богу подобает быть присносущим, а созданию — возникать из небытия. То, чего не было, бывает потом созданным, а если Слово было искони, то Оно не создано и не сотворено, но в последние дни Оно явилось рождённым от Марии Девы — не привидением[213], но во плоти, воистину как человек, имея, однако, в себе силу божества. Вот как можно узнать, что Бог стал человеком: познать Его божество можно[214] по тому, что «искони было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1:1); познать же Его человечество можно по тому, что «Слово стало плотью и вселилось в нас» (Ин. 1:14); Он — Бог, поскольку «всё через Него стало быть, и без Него ничто не начало быть» (Ин. 1:3); Он же — человек, поскольку восприял от Девы плоть и находился под законом. Рождением во плоти выявляется человеческая природа, рождением же от Девы обнаруживается божественная сила. По убожеству пелёнок мы познаем [в Нем обыкновенного] младенца; величие же Его Божества открывается в евангельских словах о том, как нечестивый Ирод задумал Его умертвить (см. Мф. 2–8:13, 16), [и о том, как] воссиявшая звезда привела волхвов поклониться всеобщему Владыке (см. Мф. 2:2, 9–10); когда Он пришёл к Иоанну креститься, Он не утаил свою божественность под покровом плоти, ибо глас Отца, сходя с небес, сказал: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, и на Нём Моё благоволение» (Мф. 3:17; Мк. 1:11; Лк. 3:22). Его как человека диавол искушает соблазнами (см. Мф. 4:1–10), Ему как Богу служил ангельский чин (см. Мф. 4:11). Голод, жажда, усталость и сон — являют человека (см. Лк. 24:41–43; Ин. 19:28; Лк. 8:23; Мк. 4:38), насыщение же пятью хлебами пяти тысяч [человек] (см. Мф. 14:17–21); наделение самарянки живой водой, напившись которой, она не будет жаждать вовек (см. Ин. 4:4–28); хождение пешим во морским волнам так, что ноги не погружались [в воду] (см. Мф. 14:25), — [все это] поистине есть божественное дело. Плач от жалости и любви к умершему другу Божию Лазарю — от человеческого естества; когда же тот уже отошёл в область смерти после четырёхдневного пребывания в гробу, Он, возгласив, сказал: «Лазарь! Встань!», — и мёртвый тут же воскрес (см. Ин. 11:33–44), — то это [совершено] силой божественного повеления. Когда Он был распят на столбе и пригвожден на кресте, то страдала Его плоть; когда же тот день превратился в ночь, и поколебалась земля, и завеса в храме разодралась пополам снизу доверху (см. Мф. 27:45, 51), то это действия Божества. Будучи одной природы, Он сказал: «Я и Отец — одно» (Ин. 10:30), — свидетельствуя нам о равенстве [с Отцом] по божеству. Слова «Отец Мой более Меня» (Ин. 14:28) Он сказал потому, что носит плоть[215]. Восприняв равную человеческую [природу], Он принимал и страдания, и поругания от беззаконников. Когда Сын Божий, родившись от Девы, воспринял тело, то божеством и славою Он не отделился от Отца. Из-за плотского естества, через которое Он пострадал, Он сказал: «Божеству подобает принимать страдания»,[216] — что и свершилось.

Однако возвратимся к своему предмету.

Если Владыка сказал: «Сотворим человека по образу нашему и по подобию» (Быт. 1:26), — то кому ты, жидовин, уподобляешь образ Божий? О нём Давид говорит в 8 псалме: «Что есть человек, что Ты помнишь [о нём], и сын человеческий, что Ты посещаешь его?» (Пс. 8:5) Ты же, [жидовин], умалил чин [человека] перед ангельским[217]; в таком случае если мы, люди, хуже ангелов, то почему бесчисленный [сонм] ангелов и архангелов Творец создал одним словом и не имел нужды в советнике? И только творя из праха одного человека, нуждается в советнике и предваряет его сотворение размышлением и советом? Давид же говорит: «Что есть человек?», а сияние ангелов называет огненным. Человек же не от земли ли, не прах ли он и пепел, как сказал Авраам, указывая на своё ничтожество: «Я есть прах и пепел»? (Быт. 18:27) Ангелы же разве не духи, не огонь? И тем не менее Он сотворил бестелесных ангелов, не нуждаясь в советнике. Почему же, творя телесного человека из праха земного, Он нуждается в советнике и полагает его, [человека], своим образом? Не оттого ли, что и Ему нужно было облечься в телесный образ?[218] [Итак], природа ангелов и человека различна. Всеми этими [соображениями] мы должны заградить твои уста, жидовин. Только потому, что, по слову Владыки, [человек створен] «по образу нашему и по подобию», Сын Божий принял образ раба (см.: Фил. 2:7); ангелы же имеют по сравнению с нами иной образ. Из-за этого иудеи были осуждены и за свою дьявольскую дерзость понесли наказание: они теперь видят свой народ рассеянным по всей земле. В конце времён, когда настанет для всех страшная казнь, когда всем надо будет прийти на суд, они снова в надлежащий час примут своего богохульства заслуженную муку.

Тех, кто говорил, будто Бог обращался к ангелам, мы ещё раз обличим[219]. Можешь ли ты, окаянный, признать единоподобие божественной и ангельской [природы]? Ангелы, будучи сотворёнными, не соучаствовали Богу, являясь [просто] слугами; они только хвалили, славили и благодарили Бога, зная, что творец их — Господь. Ангелы знали, что их не было до творения и что они появились по повелению Господней благодати. Ангелы были очевидцами того, как творил Господь: видели небо, приведённое [от небытия] к бытию, — и удивлялись; видели море, отделённое [от суши], — и изумлялись; видели украшаемую землю — и трепетали. Пойми же, что ангелы не были соучастниками Бога[220], они были только восхвалителями творения Божия. Говорит Бог в [книге] Иова: «Когда создал Я звезды, хвалили Меня все ангелы мои»[221].

Пойми, что слово об образе и подобии человека было [обращено] к Сыну, и это слово подразумевает говорящего и слушающего, ибо три Лица [Троицы] между собой ведут беседу, сияя одной божественной [природой]. Пойми истину нашей православной веры: когда Владыка сказал «сотворим человека», Он словом сотворим указывает на три Лица. Однако, видишь, что Владыка не сказал «по образам», но, снова соединяясь в Троицу, говорит: «По образу нашему», [ибо] божественность не значит, что один образ у Отца и другой — у Сына. Словом сотворим Он указывает на три Лица, а словом по образу являет единство Троицы.

Просто удивительно, как иудеи противятся божественной истине и, будучи побеждёнными, не стыдятся! О таковых говорит великий Исайя: «Исчез беззаконный и погиб в гордыне, истребились грешащие в злобе»[222]. О том же и Соломон сказал: «[Есть] пути, которые кажутся прямыми, [но] конец их смотрит в бездну ада»[223]. Когда Господь губил хананеев, хеттеев, ферезеев, иевусеев[224], то разве думали они пасть пред вами? А павши, не имели ни надежды, ни сострадания, но, не оставив памяти, погибли (См.: Нав. 9:1–2; 12:7–24; 24:11). Так же и вы: когда вы были с Богом, вы их истребили; ныне же, отвернувшись от Бога, сами погублены среди народов, как и сказал пророк Иезекииль: «Ибо послал меня Господь к прогневляющим Его, чьи отцы отвергали [Его] до сего самого дня, жестокосердные»[225] (Иез. 2:3).

Откуда мы знаем, кому Он сказал «сотворим человека по образу нашему»? Разве не говорит блаженный Исайя о Единородном Сыне, Боге от Бога, Который ради нас пришёл в нашем образе? Он сказал так: «Младенец родился нам и [Сын] дан нам» (Ис. 9:6). Смотри: одно дело — родился, другое дело — дан и зовётся Сыном по Божеству и Младенцем по человечеству, великого Совета ангел, дивный Советник. Ты видишь Советника: кто же этот Советник? Не Ему ли Он сказал «сотворим человека по образу нашему и по подобию»? Не Он ли Советник, бывший прежде бытия? Не о Нем ли поведал Иоанн, сын грома: не Он ли искони бывшее Слово?

Или ты, жидовин, относишь эти слова[226] к Моисею, ибо он сказал Богу: «Не погуби их, Господи, чтобы не говорили народы, что Ты не мог дать им земли, которую обещал, а потому и погубил их в пустыне!» (Чис. 14:15–16). Но Моисей ведь был прежде, Исайя же пророчествовал после. Однако и другими словами он обличает [иудеев], ибо Исайя показывает предсказанного Советника. «Бог силен», — сказал он. Ты же видишь, что Моисей не был ни богом, ни сильным, но получал силу от Бога, а это совсем другое дело — просить силу у Бога. Если кто-то будет чудотворцем, то и он получает этот дар от Бога, ибо сказано, что Бог есть [Бог] Сил, Владыка мира, Отец будущего века.

Теперь посмотри на власть Иисуса Христа, какой силой он обладал. На царском престоле Давида он не сидел и его не требовал; в темницы [никого] не сажал; серебра и золота не собирает, и даже самому верховному апостолу Петру повелевает продать лодку. Тот, Кто был богаче всех милостью, по своей воле обнищал. Какой же он был властелин? Но посмотри разумно, в чём выказал свою власть Творец: Он прощает и разрешает грехи (см. Мф. 9:2)[227], как о том рассказывает евангелист. Привели к Иисусу человека глухого, немого и бесноватого, и сказал ему Владыка Господь: «Немой и глухой бес! Я повелеваю тебе выйти из этого человека и не входить в него» (см. Мк. 9:20–25). Во время бури на море Он повелевает ветру, и оно утихает (см. Мф. 8:24–26). Не имеющий ли власть воскресил сына вдовы (см. Лк. 7:12–15)? Не имеющий ли власть воззвал из гроба разложившегося Лазаря (см. Ин. 11:1–44)? Когда Он висел на кресте, то не Его ли власть видя, Солнце стало кровавым, горы потряслись, скалы расселись и завеса разодралась надвое (см. Мф. 27:51)? Но как сказал евангелист, «если бы описать все знамения, которые сотворил Иисус перед своими учениками, то и самому миру не вместить написанных книг» (Ин. 21:25). Ибо Он может творить всё, что хочет, по слову пророка: «Власть Его была на плечах Его»[228].

Однако, вернёмся к нашему предмету.

Итак, было сказано: «Сотворим человека по образу нашему и по подобию» (Быт. 1:26). Рассуди и восхитись тем, как Он приобщил к своему творению [свой] образ, гармонично совокупив тогда с единым Божеством — Божеством единой природы в трёх нераздельных и неслитных Лицах, непостижимым и неизъяснимым слабым [человеческим] языком[229]. Давая человеческому роду истинное понятие о том, что Он пожелал сотворить его достойным большей славы по сравнению с сотворённым ранее, Он наилучшим образом доказал это тем, что сотворил человека по образу своему, ради чего Он и держит о нём совет[230]. Точно так же властителям бывает дороже всего иного то, что они делают своими руками, чем то, что совершается одним только их повелением.

Он сказал: «Сотворим человека по образу нашему и по подобию, и пусть он владычествует над рыбами морскими и птицами небесными, и над всеми скотами, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле» (Быт. 1:26). Посмотри, какую власть пожелал дать человеку Творец! Когда Он сотворил небо и землю, то ни о чём не беседовал, ибо не было оказано такой чести первой твари, какой удостоился человек[231]. Сотворённое вначале Он утвердил словом, как о том сказал Давид: «Словом Господним утверждены небеса, и духом уст Его — всё воинство их» (Пс. 32:6). Здесь будет уместно и полезно высказать такое утверждение: единое Божество является в трёх Лицах. Устыдитесь, иудеи, враги Божии, неправильно толкующие [Писание]. Стыдитесь и вы, безумцы, верующие в Магомета к своей погибели. Моисей ясно говорил о Троице: Бог сотворил Адама — по образу Божию сотворил его. Видишь, что Троица была изначально. Посмотри, окаянный: из-за твоего кривомыслия получается, что Моисей говорил, будто некий Бог сотворил человека по образу другого Бога. Но [на самом деле] божественную [природу] имеет и Отец, и Сын, а и также и Святой Дух[232] — [Троица] в единстве нераздельно чтимая, славимая и покланяемая. Послушай, окаянный, я тебе ещё яснее скажу. Творец сказал своим апостолам: «Если Я не пойду, то Утешитель не придёт к вам; если же пойду, то пошлю Его к вам, и Он, придя, обличит мир о грехе» (Ин. 16:7–8). Этим мирским грехом [грешат те], кто не исповедует Бога в Троице. Когда Он смешал языки (см. Быт. 11:1–9), Он не сказал: «Разделим по образам нашим на множество». Но когда Святой Дух сошёл на апостолов в виде огня, Он сказал своим ученикам: «Многое Я говорил вам, и вы не могли постигнуть. Когда же сойдёт на вас Дух Истины, Он наставит вас на всякую истину” (Ин. 16:12–13).

Слышал ли ты, Христов супостат, что [Бог] беседует с Соучастником творения, Которым Он сотворил время и содержит всё силой своего Слова[233], а не в тишине произносит слово благоговения, сказав: «Сотворим человека», тогда и теперь оставаясь в одиночестве. [Моисей] не пишет: «Да будет человек», — как прочей твари Бог повелел быть. [Бог] сказал: «Сотворим человека по образу нашему». Ты видишь: сию твердь, на ней два светила и бесчисленные звезды Он привёл к бытию одним словом. Посмотри: и земному естеству со всеми горами, холмами, растительностью, со всеми парящими, бегающими, ползающими [существами] — всему этому Владыка даёт бытие одним словом. И морские глубины, и речные стремнины со всем плавающим и ныряющим [Бог] одним словом привёл к бытию, ни в советнике не нуждаясь, ни руками созидая, но только словом всё сотворил. Когда же Господь захотел сотворить человека, то — о чудо! — Владыке требуется Советник, рождённый от чрева [Отчего] прежде Денницы. О великая тайна и достохвальный совет! Однако, смотри, неверный: если бы Сын Божий не был Девой рождён и после на горе Фавор во время преображения Спасителя не раздался голос Отца (см. Мф. 17:1–9), то Он не знал бы Отца, ни [Отец] — Сына[234]. Или потом, когда Спаситель крестился в Иордане от Иоанна, то — о чудо! — Иоанн осязал Сына Божия и слышал голос с небес: «Сей есть Сын Мой возлюбленный» (Мф. 3:17; Мк. 1:11; Лк. 3:22), а Дух сошёл на Него с небес в образе и виде голубя. Смотри же, окаянный: от вас сокрыта была тайна, нам же — открыта. Если бы ты, жидовин, верно понял пророческие слова, то поверил бы тому, что видел Иоанн, сын Захарии, а потом и Духу Святому, сошедшему на апостолов в пятидесятый день по Воскресении, и мир тут же был обличён в грехе неверия в единую и [нераздельную] святую Троицу. Послушай, что сказано в Писании: незначительные вещи Господь создал одним повелением, любимые же сотворил своими руками.

[О сотворении человека]

Как сказано в Писании, взял Бог праха[235] земного и создал человека (см. Быт. 2:5), притом Он взял не много земли, но небольшую горсть — и создал человека. Видишь, что с самого начала установлено нашему телу снова разлагаться в прах[236]. Видишь также и то, что Господь показал нам и воскресение из праха, утаив, однако, то, как оно совершается, дабы ты не пытался испытывать Божественное творение.

Когда Господь создавал четвероногих, то он повелел произвести одновременно душу и тело; когда же Господь творил человека, то Он сначала устроил телесный сосуд[237], а потом сотворил душу и вложил в него. Тело Он создал из земли, а душу — вдохнул, сначала создал мёртвое тело, а потом вдыхает душу. Владыка не позволил душе прийти смотреть на сотворение тела, дабы не душа не хвалилась тем, что созидала вместе с Богом, поэтому сначала [создаётся] тело, а потом Он вдыхает душу. «Вдуну, — сказал Бог, — в лицо Адама дыхание жизни», — и стал человек живой душой, и приняла его душа силу жизни[238]. Следует понять, что Божие дуновение есть сила Святого Духа. Когда Спаситель дунул в лицо апостолам и сказал: «Примите Духа Святого» (Ин. 20:22), — Он также скрывал дуновение Божие. Не Сам сшедший Дух Святой стал душой, но Он создал душу; не Сам превратился в душу, но душу сотворил. Многим кажется, что телу даётся душа Божественной природы, что является нелепостью[239]. Истинное познание заключается в следующем: если бы душа была Божественной природы, то у всех [людей] она была бы одинаковой, мы же у всех видим различие, ибо у одного она мудра, у другого — безумна, у третьего — неразумна, у четвёртого же — способна к размышлению; одна, обуреваемая страстью, склоняется ко злу, а другая — к благу; третья же душа [хотя и] хвалит правду и любит добрые нравы, но уклоняется от благородства, Божественная же природа не разделяется и не изменяется. Творец Дух Святой причастен к сотворению тела и к сотворению души[240], ибо Отец, и Сын, и Святой Дух единой силой созидают творение, так что не думай, что часть [творения] принял [на Себя] Отец, часть — Сын и часть — Дух. Я же говорю, что Отец творит Сыновнее дело и исполнение Духа, а Сын и сила Святого Духа творят дело Отца. Если кто не верует, что Дух Святой причастен нашему сотворению, тот будет обличён божественным Давидом, когда он говорит: «Пошлёшь Дух Твой — созидаются» (Пс. 103:30). Послушай и подумай о другом слове, сказанном о нашей душе: «Отнимешь дух их — исчезнут и в персть свою возвратятся» (Пс. 103:29). Когда великий архангел Гавриил, вещая Святым Духом святой Деве, благовестил Ей о чудном воплощении Господа, то в ответ ему Дева сказала: «Как будет мне это, когда я мужа не знаю?» (Лк. 1:34). Ей же архангел Гавриил сказал: «Дух Святой найдёт на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя» (Лк. 1:35). Потом Архангел сказал Иосифу: «Иосиф, сын Давидов, не убойся принять Марию, ибо родившееся от неё есть от Духа Святого» (Мф. 1:20). Итак, ты слышишь, что искони бывший [Бог-Троица] — Отец, Сын и Дух — созидал творение.

Смотри же, что сказано в Писании: в шестой день «сотворил Бог человека из праха земного» (Быт. 2:7). Кто не изумится этому праху, видя столько членов и частей тела, разных костей и органов, которые, словно опорами, соединены жилами, и все члены искусно друг с другом сочетаются и разумно движутся. Мы смотрим теперь сами на себя, и вот в малом создании — человеческом теле — видим неизреченную Божию премудрость. Если же мы задумаемся о горней и дольней твари, которую сила Божия премудростью сотворила, то можем лишиться рассудка[241]. Но как сказано в Писании, «вдунул в лицо его дыхание жизни, и стал человек душою живою» (Быт. 2:7), и силу жизни душа приняла. По природе он был ни смертный, ни бессмертный, но словно бы положен на весах[242]. Если бы Бог изначально сотворил его смертным, то по грехопадении он не мог быть осуждён на смерть; если бы он изначально был сотворён бессмертным, [Бог] не дал бы заповеди в Эдеме о плотской пище — от всякого древа есть, а от одного запрещается. Из этого можно заключить, что бессмертным является ангельский чин. Когда один из этих чинов согрешил и своей власти не сохранил, [Бог] согрешивших [ангелов] не пощадил: так как они по природе бессмертны, Он осудил предать их вечным мукам того страшного дня. Как горний огонь сроден с земным огнём, хотя они различны по [способу] существования: горний бестелесен, земной же помещается в теле — или в камне, или в железе, или в дереве[243], так и ангелы бесплотны и бестелесны, душа же человеческая сотворена помещённой в плоть и тело. Это живое существо было создано прямоходящим, чтобы таким образом взирало горе́ на Творца[244]. И душа человеческая не такая, как душа животных и птиц. Душа животных и птиц есть кровь[245], [созданная] из земли и воды, как и их плоть[246]. Человеческая же душа не создана из какого-то иного вещества, но является дуновением Божией благодати. Душа животных и птиц является плотской, происшедшей вместе с телом и потому смертной и неразумной, умирающей вместе с телом; души их погибают безвестно. Душа же человека является созданной, сотворённой самим Богом и по природе почитаема. Очевидно, что души не было, пока не было вдунуто дыхание жизни; [душа] бесплотна и невидима и невыразимо отличается от телесного вещества[247], но только творением Божиим человек, прежде сотворённый из праха, стал живой душой. Ради какого упования сначала [Бог] из земли создал тело, а потом вдувает душу? Прочие животные появились вместе с душами и вместе с ними погибают[248]; у человека же сначала [было создано тело], а потом [Бог] вдувает душу. Когда мы снова умрём и ляжем в гроб, то не теряем надежды о душе: не вместе с телом была создана душа, не вместе с ним и погибает. Наше тело всё превратится в прах, душа же пойдёт к [тому, что ей] предназначено. Но Господь, создавший тело из персти, полностью восстановит наши распавшиеся тела.

Как сказано в Писании, сотворил Бог человека, но Он ничего не создаёт без пользы, но все по потребности и для красоты. Два глаза имеем по потребности и для красоты, — чтобы глаза видели и украшали лицо. Смотри: и слух есть по необходимости, и нос — из-за нужды в обонянии, и перегородки поставлены, [чтобы] все телесные органы человека заняли свои естественные места. После того как [человек] был создан Божественной рукой, [он] и разумную душу получил, коей превосходит всех прочих тварей[249].

Слово о частях и членах тела[250]

Есть у человека, как говорят, на голове три шва, сходящихся под углом, у женщин же имеется один шов вокруг головы. По этому признаку можно определить, какая в гробу голова мужская, какая женская. А бывает, изредка находят мужскую голову, у которой совсем нет ни одного шва[251].

Мозг же совершенно не имеет в себе кровеносных сосудов и потому прохладен, но любит больше теплоту, чем холод[252]. Считается, что в нём место ума[253]. От каждого глаза в мозг тянутся три корня: один большой, [другой] средний, конец которого доходит до мозжечка, третий — самый маленький, который входит в мозг[254], доходит до ноздрей и отклоняется к темени почти до поверхности.

Есть так называемое ухо, всеми видимое снаружи, и есть внутреннее ухо, похожее на трубочку, в которую, словно в сосуд, входят всякие звуки; в мозг они не имеют входа и по той [трубочке] выходят к губам и глотке, откуда жила протягивается к мозгу и сюда быстро доводит звук[255], где ум — разумная и могущественная сила, бесплотная душа, — сидящий, словно царь, на высоком престоле[256], всё слышимое быстро понимает. И то, что увидят глаза, он [при помощи] поднимающихся к нему жил понимает, различает то, что будет на устах каждого существа, и разумно воспринимает то, что [происходит] в нашем существе[257]. Как сказал божественный Павел, «пою духом, пою и умом» (1 Кор. 14:15), — говоря о духе и душе, ум называя Владыкой, которому она повинуется, словно царю. Так как [ум] находится в голове, он возносит к себе наверх[258] сердечные желания, и когда одни помыслы борются с другими, отчего и появляются греховные помышления: «из сердца исходят злые помыслы» (Мф. 15:19), и всему тому злому противостоят помыслы ума[259].

Бесплотный ум, хотя и [пребывает] в малом теле, но обходит всю землю и залетает в небеса[260]. На каких крыльях он возносится на высоту? Каким путём он проходит воздух и облака, и планеты, и звезды, видит и созерцает их разумную красоту и в то же время находится в теле[261]? Посмотри на горящую на земле свечу: её пламя не земной природы и стремится вверх к родственному горнему [огню], сама же свеча земной природы, от земли не отделяется, ибо принадлежит земле. Пламя же, хотя и находится при свече, но стремится ввысь и свой огненный жар направляет вверх[262]. Если человек, жалея свечи, угасит пламя, то его дом останется без света; если же, зажегши свечу, вставит [её] в подсвечник, то все будет освещено. Так и наше человеческое тело создано из праха и плотью тянется к тленному, отчего терпит многие болезни и недуги. Душа же наша не создана из праха и бестелесна, но, как сказано в Писании, «дунул [Бог] на лицо его, и стал человек душой живой, и силу жизни душа приняла» (Быт. 2:7). Поэтому разумное сознание с душой стремится к небесному житию и хотели бы предстать Спасителю на небесах и [вместе] с ангелами славить [Его] непрестанно; но, удерживаемая телом, созданным из праха, она прилепляется к земным вещам. Но если ум с душой, соединившись в одном союзе, подчинят [себе] телесный сосуд, то, словно Божии ангелы, благоговейно предстанут пред своим Владыкой. Если же тело подчинит [себе] душу и ум, то наполнится нечистою и всяческой мерзостью и, погибнув во времени, повлечётся и в вечную погибель. Ум не нуждается ни в каких чувственных ощущениях; напротив, [только] выступая за их пределы, он приходит к созерцанию блага всякой [вещи][263], как и [думали] первые философы, называвшие ум оком души[264].

Одна часть лица называется носом, благодаря которому посредством вдохов и выдохов воздух струями выходит из внутреннего хранилища в грудь, гортань и ноздри и тем же путём поступает обратно. [Кроме того], ноздри имеют способность к обонянию, для чего им служат природные отверстия[265].

Уши не выражают [черт] характера человека, кроме одной: большие и сильно оттопыренные уши означают пустослова и празднослова[266].

Между губ располагается язык, способный чувствовать горькое и сладкое, и острое, и кислое. Плоть языка редка, точно сито, чтобы быстро распознавать вкус всяких соков. [Ещё] есть так называемая приязычница[267], или гортань, а также дыхательный канал[268]. Если он внезапно наполнится мокротой, то человек может задохнуться, ибо у него перехватывает дыхание; его называют лист[269]. Основанием живота считается пуп.

Сердце помещается и находится в срединном месте, заключено в глубине и кругом защищено лёгкими, как бы охватившими его. Оно, как прирождённый царь[270], наблюдает за другими органами, находящимися вокруг него, господствует всюду и не позволяет болезням вредить приближенным. Слыша это, нам подобает воскликнуть с пророком Давидом: «Как велики дела Твои, Господи!» (Пс. 91:6) и «Все сотворил Ты премудро!» (Пс. 103:24). Сердце же создано Творцом словно князь и владыка тела и расположено в сокровенном месте, поэтому [только] биение сердца ясно указывает на то, что сердце отклонилось больше на левую сторону, [и это произошло] по двум причинам. На этой стороне расположены лёгкие; потому и нуждается в нем больше левая сторона, что она слабее. Слева же находится селезёнка, имеющая длинную и тонкую вену, соединяющую её с большой кровеносной артерией, по которой проходит кровь[271].

Как сказано в Писании, «создал Бог человека из праха земного и вдунул в лицо его дыхание жизни» (Быт. 2:7). Сшедший Дух Святой не Сам стал душой, но создал душу, и душа приняла силу жизни, «и стал человек душой живой» (Быт. 2:7). И свободную волю дал ему Господь Бог и, почтив, сказал: «Тебе служат Солнце и Луна, и звезды, и самые разные плоды, и все животные на земле и в воде». И Он сказал ему: «Для тебя Я сотворил свет и землю, и моря, и реки, и сущих в них зверей и скотов, гадов и птиц. Пусть будет в них страх и трепет перед тобой». Царём над земными вещами поставил [Бог человека].

[О рае][272]

«И насадил Господь рай в Едеме на востоке» (Быт. 2:8). Едемом же называется благоуханная и благоприятная разного рода радость[273]: испускающая благоухание, радость беспечальная, веселящая ум и сердце, радость утешения и покоя, радость красоты. И несказанные по красоте и многоцветию деревья насадила десница Его внутри — со своими украшенными, [устремлёнными] ввысь кронами и ветвями, клонящимися долу — все насаждения были разного вида и красоты, а плоды их и листва никогда не увядали; другие же непрестанно одаряют благоуханными цветами, прекрасными и совершенными, необычными по виду, так что нельзя найти большего благовония и [большего] многоцветия для зрения, и каждое из них влечёт к себе обоняние и зрение. Едва повеет прохладный ветерок, тотчас с тихостью и благозвучием зашумят деревья, дыша благоуханием[274]. И ввёл [Бог] в него человека, откуда началось движение светил[275], где началась жизнь человека, которого Он создал.

«И произрастил Господь Бог в раю всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая (так и крестное древо посреди земли, которое называется древом спасения), и дерево познания, которым познается добро и зло» (Быт. 2:9)[276].

Будучи одарены разумом, [ибо] Адам был [сотворён] по образу Божию, они[277] имели понятие о добре и зле и потом поддались злому искушению. «И заповедал ему Господь Бог от всякого дерева, которые взрастил Господь Бог в раю блаженства, есть, а от одного дерева, которое посреди рая, не есть» (Быт. 2:16–17). Вкушение не было ему на пользу, пока он не достиг совершенного понятия о своей природе, потому и сказал Господь не есть ему от дерева познания[278].

Посмотри: и ныне в [одних] растениях есть лечебная сила, и врачи исцеляют [ими] внутренности человека, другими же они расстраивают внутренности и душевные силы и доводят до смертного отчаяния[279].

Вкушение того запретного плода давало познание своей природы, а Бог не желал, чтобы Адам, не будучи совершенным, постиг свою природу[280], чтобы, поняв [свои] потребности, не стал заботиться о многих плотских нуждах,[281] забыв о духовном предназначении. По этой причине Господь воспретил ему вкушать от дерева познания добра и зла. Тому, кто заботится о душе, весьма подобает с ангельским хором в бесконечной славе предстоять Богу, а не прилепляться плотским страстям, собственной волею стяжая себе телесные мерзости и вечные муки. Как от одного дерева познаётся добро и зло, так и человек, добрыми нравами прилепившись к Богу, обретает вечную милость или, повинуясь телесному сластолюбию, тщеславию, злым нравам, лишается этих благ: «Если вкусишь от него, то смертью умрёшь» (Быт. 2:17).

Предвидевший всё Владыка испытывает природу человека, чтобы явила себя власть человеческого ума: что он сделает по своей [свободной] воле? — и словом ему воспрещает и [в то же время] приуготовляет домостроительство Христа, как о том говорит божественный Павел в Послании к Коринфянам: «Слово о кресте для неверующих — погибель, а для верующих — сила Божия» (1 Кор. 1:18)[282]. Как дерево посреди рая было законом для Адама, так дерево крестное посреди земли стало законом для христиан. И был Адам в раю, славил Бога, когда ангелы славили [Его] на небесах.

«И почил Господь Бог от всех дел своих в седьмой день» (Быт. 2:2), который [поэтому] называется днём покоя[283], благословив и освятив [его], ибо в этот день Он ничего не творил; благословил и освятил потому, чтобы этот день не остался без чести. В шесть дней Он сотворил всё существующее, а седьмой день отделил для воспоминания и прославления Его благодатных даров и совершенного числа тех дней, в которые сотворён сей мир. Ясно открыв [нам это], он[284] уничтожил всякие наветы, искоренил и исторг измышления всех нечестивцев и еретиков.

Первое после верховного [числа] есть число шесть, которое находится внутри семёрки и состоит из равных частей; части же его таковы: сложением троек и [умножением] трёх на два одинаково [получаем] шесть. Как слагаемые образуют шесть, так и [умножением] трёх на два также получается число шесть. Исполнением этого числа премудрый Художник всего мира красиво и хорошо создал совершенное творение[285] (о чем утвердительно сообщает великий Моисей), отделив седьмой день как день покоя и почитания [Бога]. По важной, но непонятной [ему] причине премудрый Моисей назвал этот день более важным, чем первый, ибо Сущий Владыка, все знающий [о бытии] прежде бытия, знал, что Он отменит Ветхий завет и установит Новый завет вочеловечением Единородного Ему Слова, присносущного Ему Сына, «иже прежде всех век»[286], Который по божественному закону отличен от всего, ибо [Он] есть Первенец-Бог. Это первый сотворённый день, который называется первым, восьмой же [день] — это святое воскресение, в которое [Господь] уничтожил власть смерти и [Своим] воскресением из гроба попрал и упразднил погибель.[287]

Жена же ещё не была создана, но, как говорится в Писании, Господь Бог сказал: «Нехорошо человеку быть одному» (Быт. 2:18). «И навёл Бог сон на Адама, и [когда] он уснул, взял у него шестое ребро и создал ему жену» (Быт. 2:21), чтобы они, благодаря родству, любили друг друга. Так как рёбра — это место чувственных влечений, то [Бог] создал мужу жену из ребра[288]. Пусть не превозносится жена над мужем, ибо она создана из мужского ребра; мужа Он сотворил из праха, а жену — из мужского ребра, дабы мужская рука оберегала и хранила своё ребро.

Подобно тому как Господь не захотел, чтобы душа Адама присутствовала при сотворении его тела, так и Адаму Он не позволил увидеть создания жены, поэтому, желая создать жену, Он навёл на Адама сон, чтобы тот не видел Божиих дел, и взял у него одно ребро.

О чудо! Связавший снова развязывает одно из Своих созданий, вынимает у него одно из рёбер и облекает плотью. Откуда же Он для облечения привлёк иную плоть, ибо всякое тело протяжённо? О чудо! Бессильно наше слово, но сила Божия не изнемогает! «И создал [Господь Бог] из ребра, взятого у Адама, жену» (Быт. 2:22). Достойно изумления, как ребро становится телом! Откуда в ребре быть глазам? Откуда взялось сердце? Откуда в ребре появилось чрево? Разве появилась у ребра грудь? Как появились руки? Как протянулись жилы, возникли внутренности? Как присоединился язык и прорезались уста? Как возникли ноздри? Как появились уши и как проросли волосы? Откуда возникли ногти? Откуда взялась кровь? Ты видишь мудрость Премудрого: из одного Он созидает двоих, а из двоих — одно![289]

Почему Господь Бог навёл сон на Адама и взял ребро? Потому что грех возник из ребра и через жену вошёл в человека, поэтому наш милосердный Спаситель распялся на кресте, желая исцелить Адамово ребро. Из Адамова ребра вышел грех, и смертный грех прельстил род человеческий; из ребра же Спасителя изошла пречистая кровь для омовения грехов. Видишь, как великий Благодетель Бог своим ребром ребро исцеляет. Смотри же на [эти] тайны, смотри на великое чудо: когда Адам спал, Он вынул у него ребро; когда тело Иисуса Христа было [объято] сном[290], разверзается Его ребро, чтобы разрушить первую скорбь новым деянием[291], которое всё в том, что Господь пострадал плотью ради нас. Разве не чудо, что из мёртвого тела вышли кровь и вода[292]? Никогда такого не бывало, чтобы из мёртвых истекала кровь, но во всём Спаситель обновляет (возрождает) Адама[293]. Вкусив от дерева [познания добра и зла], Ева преступила заповедь; так же Господь наш, взойдя на деревянный крест, этим уничтожил врага, этим даровал нам победу над диаволом. Как Адам не чувствовал, когда из него, спящего, вынимали ребро, так и божество Спасителя не чувствовало, когда Его пронзили копьём в ребра[294]. Подобно тому как во время сна Адама кость его ребра превратилась в жилы и кровь, так и во время успения Владыки [из Него] вышли кровь и вода (см.: Ин. 19:34)[295]. Как Евою прежде произошло падение человечества, так Мариею предвозвещено было воскресение Христово. Возблагодарим Бога, ибо мы, преступлением погубившие райское блаженство, благодатью Спасителя были призваны в Царство Небесное.

Однако вернёмся к нашему предмету.

«И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привёл её к Адаму. И сказал Адам: «Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа. И потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут оба единой плотью». И были оба наги, Адам и Ева, и не стыдились» (Быт. 2:22–25), как и дети, пока не вырастут, телесного стыда не имеют и тела своего не покрывают [одеждой].

Как сказано в Писании, «сотворил Бог из земли всех зверей лесных и всех птиц небесных, и привёл их к Адаму, чтобы видеть, как он назовёт их» (Быт. 2:19). Посмотри на сие дивное чудо: на стоящего Адама и на Бога, [Который], словно слуга, приводит к Адаму [животных и птиц], чтобы узнать, как он назовёт их! И он их всех одного за другим назвал хорошо, и «как назвал, так [и было] имя ему» (Быт. 2:19).

Как сказал великий повествователь Моисей, «человеку не [нужно] было возделывать землю, и Бог не орошал дождём земли, но источник исходил и напоял всё лице земли» (Быт. 2:5).[296] Посмотри на то, каким образом Творец вводит попечение о [Своём] создании: если человеку не возделывать земли, то и облака не приуготовляют дождя. Когда же мы потом согрешили, то Господь повелевает человеческим существам возделывать землю в поте лица своего (см. Быт. 3:19), но и тут Господь снова помилосердствовал о людях: Он не презрел их труда и повелевает облакам наполняться и собирать воду и, словно сжимаемой губке, по повелению Творца проливаться дождём на землю[297], устроив [так, чтобы они] переходили с места на место.

[О природе огня][298]

Может быть, ты остановишь меня, говоря о природе огня, что Бог никогда не говорил: «Да будет огонь»? В Писании сказано, что огонь, самая мощная субстанция, является составной, содержащейся в [других] вещах. В начале Бог повелел быть свету. Как свет невидим нами [отдельно] от пламени огня, так невидим нами огонь, содержащийся во всякой вещи. Если посмотришь на лежащий камень, то увидишь, что из него не исходит тепла, напротив, он бывает холодным; если же ударишь по камню, то тут же появляется огонь; и кость, ударяемая о кость, даёт огонь; и деревья зимой замерзают, а весной, оттаяв, источают сок; сами они более всех не в силах переносить огня, ибо в нём сгорают, но в себе они содержат свойство огня: если тереть дерево о дерево, то рождается огонь[299]. И когда сквозь замёрзшую воду, то есть лёд, проходит солнечный луч, то он возжигает огонь. И облака, будучи мягкими и влажными, Божиим повелением рождают огонь: когда задуют противоположные ветры, то облака, гонимые по безмерному пространству, сталкиваясь, испускают огонь, называемый молнией, как сказал божественный Давид в 134 псалме: [Господь] «изводит ветер из хранилищ Своих, возводит облака от края земли, творит молнии при дожде» (Пс. 134:7).

[О громе]

В Писании сказано: когда задуют поднебесные сильные ветры и сталкивают друг с другом огромные облака, тогда они тотчас по обыкновению испускают молнию, словно кто-то бьёт огнивом по камню: сначала он бьёт по камню, а потом появляется огонь. То же говорится и о громе: сначала сталкиваются облака, а потом слышится гром[300]. Скорость же молнии весьма велика: во мгновение ока она простирается по изрядной части земли. Зимой же молний не бывает, ибо, сказано в Писании, воздух становится густым, то есть воздух отсыревает и, когда солнце отступает на южную сторону [земли], то от северного ветра и холода воздух густеет, влага от холода превращается в снег, падающий на землю и покрывающий её поверхность. Но та сторона земли, которая ближе к солнцу, получает мало снега, а в находящихся на севере полуночных странах бывает особенно сильный холод и много снега. Те же, кто живёт прямо под солнцем на юге, те томятся от палящего зноя; у них мало дождей и бывают засухи; но больше всего они изнемогают от жары, из-за которой невозможно дышать. В зимнюю пору у них стоит умеренное тепло и [земля] орошаема дождём с небес; тогда же в тех странах бывают гром и молния[301]. Когда солнце от них отступает вдаль, уходя в северные страны, тогда там наступает лето, тогда бывает гром и блещут [молнии]. Когда сильный ветер начинает раздирать облака, готовя путь воде, и она проливается во всю ширину наполненного водой облака, тут тотчас происходит страшный грохот из-за облаков, сталкиваемых и раздираемых противоположными духами[302]; этот-то грохот люди называют громом, хотя грохочет облаками дух, который для того и предназначен. Когда приходит этот дух грома, он сгущает облака, грохочет и, гремя, наполняет водой облака, словно губку; и этот дух, сущий в облаке, столкнёт с грохотом облака, прокладывая путь воде, находящейся в облаках. После этого открывается хранилище водокропного духа, и так проливается каплями на землю водное вещество[303].

Воскликнем же: неисследимы и непостижимы судьбы Божии, как сказал божественный Давид в 63 псалме: «Исследует человек глубины сердца, [но] возвышается Бог!» (Пс. 63:7–8). Как можем мы приступать к исследованию того, что Творец устроил своей властью, если Он Сам сказал своим ученикам, когда они спрашивали Его: «Господи! Не в этот ли год Ты устроишь царство Израилево?», — то Иисус им ответил: «Не следует вам знать времена и сроки, которые Отец установил своей властью»?! (см.: Мф. 24:3, 36). Как мы, сотворённые из праха, можем познать создания безначального Творца, которые Он привёл из небытия к бытию?! Но насколько Он вдохнул в каждого и мерою оделил Святым Духом[304], [настолько] Он (Святой Дух) научил говорить о святом, и то, что мы слышали, то и проповедуем, а о том, что превышает слово и разумение, помолчим. Всё ведает Отец и разумеет Сын со Святым Духом — безначальная Троица, господствующая над всею тварью, мы же — убогие земные [существа].

Читая Священное Писание, постигаем, что [не] истинны философские системы, которых не осенил Святой Дух, [которые] не от Духа высказаны[305], и тут же вспоминаем Владыку, сказавшего своему Отцу: «Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам» (Мф. 11:25). Видишь, если нам не позволено исследование, то зачем мы будем испытываем [Того], Кого трепещут ангелы и всё [бесплотное] воинство? Если мы хотим исследовать, какой образ имеют ангелы, какой архангелы, и престолы, и господства, потом начала и власти, каковы силы, херувимы и серафимы, отчего блещут молнии, отчего грохочет гром, который, словно в колеснице, стремглав облетает землю, угрожая и устрашая всякое существо[306], — [то всё это] не самовластно, но являет [власть] Владыки, словно слуга, посылаемый господином на службу[307]. Видишь, всё это не само по себе существует, но этим устрашением Владыка наставляет нас на молитву.

Если мы преклоним слух к громовым ударам, то найдём много чудного и достойного удивления. Не всех Владыка осуждает на внезапную смерть, подобно тому как в одной и той же больнице многие лежат на [смертном] одре, но некоторые выздоравливают, другие же осуждены умереть от разных [болезней]. Так же и громовые удары: одни [люди] оберегаемы, другие из них преданы осуждению; одного младенца он отнимает от материнской груди и оберегает, другого же ребёнка, исторгнув из материнских рук, предаёт наказанию, а мать его хранит. Кто выразит волю Господню или познает Его промысел?! Гром невидим, и нет у него человеческих рук[308], но он, стремительно двигаясь и отрывая мужа от своих близких и детей от родителей, творит со страхом волю Владыки[309].

Древние говорили, что земля, по сравнению с огромностью небес, подобна нарисованной точке[310], однако эту землю Владыка наполнил всяким разнообразием[311]. Как мы можем познавать ту вышнюю славу, которую Творец установил своей властью и о которой божественный Павел сказал: «Иная слава небесных, иная слава земных» (1 Кор. 15:40), если, говоря попросту, Бог мудро наложил на нас запрет, чтобы мы не могли прельститься, как Адам в раю. Когда мы примем страдания, тогда скажем себе: однажды был насаждён для нас благоуханный рай, где не было страданий, но из него был изгнан наш праотец Адам за преступление [заповеди]. Теперь в наших краях тот, кто наслаждается приятным теплом во дни лета, он, когда снова наступит зима, страждет от зимней стужи. В краях с приятной зимой, напротив, страждут от летнего зноя. Владыка потому сказал: «Отче, Ты утаил от мудрых и разумных» (Мф. 11:25), что древние философы, Платон и Аристотель и прочие витии много думали о небесном творении, но познания не получили; нам же, сущим младенцам, [через] евангелие Христово и апостольское Предание Владыка открыл по своей благодати[312], что безначальный Вседержитель, во плоти пришедший от Девы Христос, пришёл к нам, обуживая собою человечество. Мы же говорим согласно с Соломоном: «То, что выше тебя, не испытывай и глубин не исследуй»[313], но о чём нам повелено, о том мы помышляем и веруем всемогущему Вседержителю, всё наблюдающему, и от всех службу принимающему, и все устрояющему Богу.

«Змей был мудрейшим из всех зверей, существующих на земле» (Быт. 3:1), однако мудрость змеи не в мысли, а в обмане, которым она смогла прельстить, как ангела, Первозданного, потому что злокозненный диавол, отпавший от славы Божией и света, согрешивший своим помыслом и предвидевший свою погибель, не стерпев вида почтенного Богом человека, обратился ко лжи и потщился отторгнуть человека [от Бога]. Не зная, с чего начать, он увидел бессловесных [животных], идущих в райский сад, и вошёл в змею[314], чтобы жена не распознала дьявольского обмана, но сделала указанное дело, пошедшее ему на пользу. Затем, льстец приступил не к Адаму, боясь быть им разоблачённым, но увидел жену, телом меньше мужа и умом также слабее [его], и потому решил обольстить её. Змея приступила к жене и изощряет ласковую речь, любопытствуя о заповеди [Господа], и спрашивает, от всякого ли дерева в раю разрешено им есть, ибо лукавый не знал, что в саду разрешено им есть и какая о чём заповедь была им дана, и потому погубитель задавал им хитрые вопросы, чтобы разведать от жены, вкушение от какого дерева в саду запретил им Господь. Жена же, не распознав лести лукавого, ибо недавно получила разум, рассказала ему о заповеди: «От всего Бог разрешил нам есть, кроме одного дерева, которое посреди рая. Бог сказал: „Ни плодов его не можете есть, ни прикасаться к нему, иначе смертию умрёте”» (см. Быт. 3:1–3). Дьявол, услышав это, начал лгать на Бога, подстрекая её и давая ей совет — уста змиевы сказали жене: «Нет, не умрёте смертию, но потому запретил вам Бог есть, чтобы вы не стали как Бог. Ибо в тот день, когда вкусите, откроются ваши глаза, и вы будете, как боги, разумея добро и зло» (см. Быт. 3:4–5)[315].

О прелесть дьявольская! О падение человеческое! [Иоанн] Златоуст сказал: «Если кто-то из нас, будучи хозяином, имеющим раба, увидит, [что тот] уподобляется господину в чистоте, кротости и воздержании, благоверии [и] правде, увидит, [что он] постится, и в церковь ходит, и молится, и кланяется, и подражает во всем целомудрию господина, то господин любит его. Если же он начнёт подражать хозяину в господских [привычках] и разорять имение, то, будучи осуждён, примет наказание. Так и праотец наш: послушав горького совета змия, он захотел стать равным Богу — и не стал. Подобие, во всём равное прообразу, не есть подобие. Уподобились Богу пророки и не постыжены Царём, ибо подражали [Ему] в человеколюбии, и милости, и правде. Уподобились Богу апостолы: они проповедовали всюду Божие благовестие и научили народы. Уподобились постники, умерщвлявшие плоть ради любви к Богу. Уподобились мученики, подражая Господу в страданиях».

«И увидев, что дерево хорошо [для пищи] и приятно [для глаз], она взяла от плодов его и ела» (Быт. 3:6) — из-за слабости ума и вожделения плоти. «И дала также мужу своему, [и он ел]. И открылись глаза у них обоих» (Быт. 3:6–7). Под их прозрением [здесь] подразумевается сознание греха: «И узнали они, — отпав уже от совершенства и бессмертия, — что они наги» (Быт. 3:7). Как дети, пока не выросли телом и не утвердились умом, не стыдятся своей наготы, но по телесном созревании и укреплении ума им стыдно своей наготы и они прикрывают своё тело, так и Адам с Евой: до преступления, будучи [как бы] младенцами, они не ведали греха и своей наготы не видели, после же преступления Божией заповеди они впали в грех и увидели, что наги, и потому скрылись от Господа. Будучи соблазнённым, он оказался словно вором; пожелал быть Богом — и не стал. [Плод] этого древа стал для него сознанием греха и откликнулся смертью. «И сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания» (Быт. 3:7).

Знаешь ли ты, для чего скрылись Адам и Ева, для чего дереву определено [быть] посреди рая? Как жена родилась от мужа без семени, то и Он, желая Собою спасти человечество, родился от Девы, чтобы предшествующее соответствовало будущей тайне; и то, что дереву определено [быть] посреди рая, и [то, что] мы, вкусив от него, были осуждены на смерть и лишились райской пищи, и [то, что] огненному мечу [Бог] повелел стеречь вход [в рай] (см. Быт. 3:24), — [всё это для того, чтобы] ты правильно понял, что божественное древо — прообраз креста Христова, водружённого посреди земли: падший Адам грехом выведен был [из рая], а разбойник крестом открыл путь в рай (см. Лк. 23:39–43). К нему же (кресту) приступая, мы не лишимся райской пищи; перед ним умаляется херувим, этому древу с пением покланяются ангелы.

«И услышали они голос Господа Бога, пришедшего к вечеру в рай» (Быт. 3:8). Почему Господь пришёл к вечеру? Разве Он не мог прийти в иное время? Конечно, мог, но Он, во всём желая поступать соответственно будущему, и родиться пожелал к вечеру[316], что и произошло в 5500 году[317].

«И скрылись Адам и жена его от лица Господа Бога. И воззвал Господь Бог к Адаму и сказал ему: „Где ты был?”[318]» (Быт. 3:8–9), — не потому, что не знал, а потому, что хотел обличить преступника. «И сказал Адам: „Голос Твой я услышал, [когда Ты] ходил в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся”.[319] И сказал ему Господь: „Кто сказал тебе, что ты наг? Не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть? И вот — ты ел?!” И сказал Адам: „Жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел”.[320] И сказал Господь Бог жене: „Что ты сделала?” И сказала жена: „Змея обольстила меня”. И сказал Господь Бог змее: „Проклята ты пред всеми зверями полевыми и пред всеми скотами, и на груди своей и на чреве будешь пресмыкаться”» (Быт. 3:10–14). Когда мы видим змею, пресмыкающуюся по земле и ползающую на чреве, то понимаем, что она страдает и мучается вследствие [своей] лжи. Тогда же и мы из-за преступления [прародителей] были осуждены на смерть, чтобы впредь не нарушали заповеди. «И будешь есть прах во все дни жизни твоей; и вражду положу между женою и между семенем твоим; оно будет поражать[321] тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» (Быт. 3:14–15).

Почему Господь Бог так сказал: «Положу вражду между женою и между семенем его?» Как это можно понять? Где [упоминается] потомство жены, или в каких книгах говорится о потомках жены, в каких родословных упоминаются женщины? Тайна эта велика: наша Пречистая и Пренепорочная Мария, воистину Богородица, не познала мужского ложа, но от Святого Духа бессеменное Слово стало плотью, о чём сказал [Иоанн] Богослов: «Искони было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было искони у Бога. И всё чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть» (Ин. 1:1–3). «Бог истинный от Бога истинного»[322], имел в себе две природы — божественную и человеческую, ибо плоть Он воспринял от Девы, а Богом был прежде веков. Он не меньше Отца славою, [ибо у всех] трёх Лиц — Отца, и Сына, и Святого Духа — единая сила и власть, подобно тому как три появившиеся молнии соединяются в одну.

Потому и сказал Господь Бог Вот, положу вражду между змеёй и между женой и её семенем, что от жены родился без семени Господь Бог наш и убил змия и бывшего в нем диавола. Слышав об этом, диавол боялся Божия рождения от жены, и потому говорил с Господом, когда Тот постился в пустыне. «И приступил диавол, искушая Божество Его, и сказал Богу: „Скажи, чтобы камни сии сделались хлебами”» (Мф. 4:3). И вы, окаянные иудеи, уподобились бесу, сказав: «Прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?» (Мф. 26:68; ср.: Лк. 22:64).

«Сказал Господь жене: „Умножая умножу скорби твои и воздыхания твои, и в печали [будешь] рождать детей; и опять к мужу твоему влечение[323] [твоё], и он будет господствовать над тобою”» (Быт. 3:16). Адаму же Господь Бог сказал: «За то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором Я заповедал тебе не есть, а ты ел от него, проклята земля в твоих делах; со скорбью будешь питаться во все дни жизни твоей; терния и осот произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою и в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят» (Быт. 3:17–19).

Если ты скажешь: «Для чего Господь Бог насадил рай, имея в виду изгнать Адама, и почему он так недолго был в почёте», — то нам отвечает Писание, говоря: «Владыка для того дал Адаму все блага, чтобы он или, узнав их, возненавидел грех, или, согрешив, лишился всех дарованных благ». Отсюда мы верно заключим, что наше осуждение к смерти было [проявлением] не гнева Господа Бога, а [Его] премудрости. Господь Бог сказал, что мы не познаем своей смерти, когда случится, что мы сотворим угодное Богу и полезное себе для [жизни] в будущем веке.

Дьявола же [Бог] осудил на большую казнь, повелев потомству Адама наступать на его главу. И он был попираем не только благоверными мужами, но и жёнами. Например, святая мученица Варвара связала его, словно слабую птицу[324]; и мученик Трифон изгнал дьявола в образе чёрного пса из дочери царя[325]; и иеропольский епископ Аверкий[326], совершавший великие чудеса, сказал демону: «Окаянный нечистый дух! Вот, римский царь велел мне изгнать тебя, окаянного; я же силою моего Владыки Иисуса Христа, нечистый дух, изгоняю тебя и приказываю тебе взять этот огромный и тяжёлый камень и нести в Иерополь». И тотчас [на глазах] у всех этот камень был взят и положен в Иерополе. Также и в иных житиях святых находим, что диавол многажды был казним и мучим потомством Адама.

«И нарёк Адам имя жене своей: Жизнь[327], ибо она стала матерью всех живущих. И сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные и одел их» (Быт. 3:20–21), то есть [облёк их] в земное тело, ибо они устыдились теплоты Его души. И больше им нельзя находиться [в раю] и служить Ему с небесным воинством, но — облечься в это тело, как в кожаные одежды. Как сказано в книгах, облечены [в тело], словно в темницу, для наказания согрешившего, его мучения и осуждения.

«И сказал Господь Бог: „Вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простёр он руки своей, и не взял от дерева [жизни], и не вкусил, и не стал жить вечно”» (Быт. 20:22). Слышишь, окаянный жидовин, как этими словами уясняется потаённое, открывается непостижимое — является превечный в Троице Владыка. Не равны Ему [по природе] ни ангелы, ни архангелы, и Адам, будучи подобным ангелам[328], не хотел стать ангелом, а возжелал стать богом — и не стал. Потому-то Владыка облёк его в образ поругания, ибо не надлежит быть многим богам, кроме Отца, и Сына, и Святого Духа[329] — в единой чести, единой природе[330] и поклонении.

«И выслал его Господь Бог из сада Едемского, [когда] день [клонился] к вечеру, чтобы возделывать в поте лица землю, из которой он взят, и изгнал Адама» (Быт. 3:23–24), и поселил напротив рая.

Существует много споров о том, сколько дней Адам пробыл в раю. Одни говорят, что шесть часов, поскольку в шестой час был распят Спаситель и в шестой час дня Иисус, подойдя, отличил самарянку и очистил её от грехов, подав ей воду жизни. Однако в божественном писании[331] сказано, что Адам пробыл в раю сорок дней; следуя этому, святой церковный собор постановил раз в году [держать] сорокадневный строгий пост, взыскуя первого райского отечества и желая райской жизни[332].

Однако милосердный Владыка откупил нас от долгов прадеда нашего Адама: если тот преступил Господню заповедь, то Владыка был послушен [Отцу] до креста и смерти; если тот, будучи искушаем в раю, вкусил от запретного [плода], то наш Спаситель за эту райскую пищу постился сорок дней в пустыне, искушаемый от диавола; Адам хотел быть богом и не стал и вместо бессмертия был осуждён на смерть, поэтому Бог стал человеком, не изменив ни человеческой, ни божественной природы; Адам был изгнан из рая в это чужое и тяжёлое место[333], Господь же, за него придя с небес, вместо неприступного света воспринимает его образ жизни; вместо носивших Его [небесных] сил носят Его, по общности естества, женские руки святой Пречистой Приснодевы Марии; вместо херувимов Он сидел на осле, а вместо пения ангелов Он принимает славословия еврейских детей; вместо Евы Он избрал Мать-Приснодеву; Еву Он тогда осудил, а Ей через архангела Гавриила послал радость[334]; вместо дерева преступления, бывшего посреди рая, Он водрузил древо крестное посреди земли; за Адамово сластолюбие наш Спаситель, будучи во плоти, вкусил желчи и уксуса.

«И поставил [Бог] Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни» (Быт. 3:24). А диавол порадовался изгнанию Адама и тем самым усилил вражду к себе ангелов Божиих. Ангелы разгневались, во-первых, на того, кто был светом, но от света отпал[335], во-вторых, потому, что в то время как человек вместе с ангельскими чинами славословил [Бога], он принёс ему яд своего помысла — стать равным Богу — и лишил его райского блаженства и архангельского хвалословия и навлёк на него осуждение от Бога на смерть.

Однако ангелы не ведают о Господнем милосердии, которое Он хотел оказать — облечься в плоть и родиться от Девы; потому-то ангелы дивились рождеству Господа Христа во плоти и меж собой в радости восклицали: «О милосердие! Как без отца родился во плоти Превечный! Будучи без матери с присносущным Отцом, будучи безначальным совершенным Богом и имея в себе неиссякающими свойства Отчей природы, Он затем [стал] совершенным человеком, восприняв от Девы человеческую природу, — ибо милосерден!» Потом же ангелы говорили Деве: «Как ублажить Тебя, Богородица, как достойно возвеличить Тебя?! Ибо Ты, оставаясь девой, родила, как мать, и по рождении не утратила девства, не осквернила чистоты, но осталась девой, Воспетая! Кто сможет высказать тайну чуда! Мы же хвалу воссылаем Обновляющему человечество!» И так, в изумлении и многой радости они, воссылая хвалу, говорили: «Слава в вышних Богу, на земле мир, в человеках благоволение!» (Лк. 2:9).

[О кресте][336]

Понимаешь ли ты, жидовин, что такое древо жизни и когда херувим отступил от дерева жизни? Не тогда ли, [когда] крест был водружён на Краниевом месте[337], которое называется [по-еврейски] Голгофой, что значит Лобное? Тут, когда Иисус был пронзён [копьем], честная кровь Господня проникла [сквозь] камень до головы Адама и очистила её и освятила. Увидев это, херувим отступил от дерева жизни. Отчего же ты не постигаешь дерева жизни, когда Елена, мать Константина Великого, пришла в Иерусалим на поиски креста Христова[338]? Она пытала многих иудеев, и некоторые в воплях указали на свидетеля Иуду, который тогда был первосвященником и начальником. Его она еле-еле, множеством пыток, сломила, и он указал ей место, известное с древних [времён], где лежали кресты. Выкопав весьма глубокую [яму], они едва их нашли. Однако Елене было неизвестно, какой [из них] — крест Жизнедателя, ибо тут были и оба креста разбойников, распятых тогда с Иисусом.

Когда же Елена шла к городским воротам, ей встретились [какие-то люди] с некоей умершей девушкой. И вот Елена, исполнившись Святого Духа, приказала носильщикам поставить одр, на котором лежало тело умершей девушки. Взяв один крест, Елена возложила его на девушку, потом второй, и умершая девушка не очнулась; когда же был возложен третий [крест], девушка ожила и, встав, ходила, славя Бога[339]. Иуда, увидев это чудо, восславил распятого Бога. Дерево было названо в раю [деревом] жизни, а мы его видели и ему поклоняемся; херувимы оберегали его в древности, и христиане во всякий час ему поклоняются.

[Сказание о семени][340]

«Адам познал жену свою, и она зачала» (Быт. 4:1). Вот, теперь Бог приводит человека из небытия в бытие уже через родителей посредством исполнения обязанностей таинства брака. Восстанием плоти и вовлечением члена из своего чрева в женское лоно зачинается [ребёнок] и помещается в женском поле. От мужа одушевлённое[341] семенное извержение смешивается с встречной женской кровью[342], когда все душевное и чувственное соединяются вместе, как бы сливаются друг с другом телесным соединением. От мужского одушевлённого семени [происходит] отвердение, ибо мужское семя одушевлённо и превращается в силу костей и жил. От жены, напротив, при совокуплении подаётся родная по естеству кровь, которая от одушевлённого мужского семени, отвердев, превращается в плоть — вследствие соединения с семенем. Если крепость костей и жил от мужской силы, то всё кровяное и плотское образуется от присоединения женского [начала].

От создания первого [человека] мы научены, что каждый из двоих даёт свою часть для деторождения: [как] от Адама кость ребра взял Господь и божественною рукою превратил её в жену, так потом совокуплением двоих зачинается младенец, ибо не может женское чрево принять и вместить в себе целого дитяти, [но] по мудрости Мудрого совокуплением супруга с супругой происходит зачатие младенца.

Понемногу младенец растёт и прибывает благодаря сладости потребляемых брашен от Дающего пищу всякой плоти. И так сладостью входящей понемногу пищи он растёт и незаметно прибавляет в теле, и Божественной рукой непостижимо образуется задуманное. Как некий ваятель, взяв от скалы камень, обтесывает его ежедневно, и этим вытесыванием даёт ему форму задуманного образа, так, по неизреченной мудрости, мать принимает в себя безóбразное и невидимое плотскими очами для воплощения в видимый образ, установленный срок носит его, день и ночь создавая на нем тело, согревая теплотой, природной кровью и дыханием, и через девять месяцев, до пытки терзаемая многообразными болями и в утробе, и жилах, рожает совершенного младенца по образу Первозданного[343]. Опасно родить плод [после] девятого месяца, потому что дитя, лежащее внутри, своими членами поднимает и растягивает какую-нибудь оболочку или ткань в чреве [матери], ибо не может женская утроба вместить и в себе носить взрослого дитяти.

Как первый день Божьего творения стал началом всякой твари и образцом для дел, ещё не полностью совершенных и не устроенных в тот день, но потом благолепно завершённых, так и зачатый во чреве младенец, растущий и облекающийся в плоть, на пятом месяце оживлённый душевной силой[344], дозревает до цельного тела, готовясь к рождению на свет. Это можно уразуметь из сравнения: различные морские живые существа, живущие в раковинах, словно в темной утробе, принимают от Бога питательную жизненную силу: они лежат, не имея ни уст, ни слуха и не принимая никакой пищи, но существуют, поглощая влагу из заливающейся в них воды, по Божьему повелению получив такую природу. Мы рождаемся от весьма ничтожного начала. После первого семенного слияния, то есть соединения частей, в лоне засевается небольшая сила, но которая всех из небытия в бытие привела и ныне исполняет и совершает нас по образу Адама. Как огненное естество и в железе, и в камне нами не видимо и неизреченно, так и зачатие: после того как младенец внедрён с неприяное и безвидное нутро, он растёт каждым своим членом, получая вносимую в утробу пищу. Как растения на ниве, напояемые из туч, растут каждое из своего семени, так и наше одушевлённое тело. Удивительна бывает природа! Если семена на ниве умеренно орошаются дождевой влагой, они растут, крепнут и умножаются; если же дожди усиливаются, то семена затопляются и, подавляемые сорняками, слабеют. Если же потом снова станет палить Солнце, то зерно усыхает и урожай бывает плохим. Если же [зерно] не получает дождевой влаги, то ростки засыхают. То же бывает и в женской утробе.

Если [женщина] принимает полезную пищу, не пьянствует и не объедается, то она (пища) увеличивает рост ребёнка, укрепляет кости, наращивает мозг, жилы делает сильными, распространяет члены, входит в ногти, и в упругие волосы, и сильные связки — все хорошо делает принимаемая [полезная] пища. Если же количество пищи в утробе увеличится, то это отчасти повлияет или на рождение, или на какие-то невидимые органы, проявляясь в видимых частях [тела]: ухудшается зрение и слух или повреждается голова; на коже образуются пятна или трещины, а губы становятся стянутыми или рваными. Если [пища] впитывается в узких проходах, то она производит русые и кудрявые волосы, если же в прямых и гладких, — то прямые и тонкие; похожими на пряжу волосы делаются от жидкой пищи; если восходят горячие сердечные и грудные испарения, то возникает плешь, потому что, когда холодного не хватает, а горячего слишком много, то волосы, пересыхая, становятся ломкими.

Многие матери рождают детей, зачав их во чреве не в любви, но в зависти, ссоре, или же колдовством, чародейством и волхованием. Будучи непокорными своему супругу, они тем самым приносят зло своим детям, поступают не так, как поступали Сарра и Ревекка, Анна и Елизавета и другие благоразумные [жёны][345]: те, со своими супругами возлежа, соединяясь с ними и покоряясь им, потому и рождали благовонный цветущий плод.

Из этого мы видим, что Каин был зачат от первого греха и преступления заповеди Божией, Авель же был плод смирения и чадо плача об осуждении к смерти. Подразумевая именно это, божественный Давид сказал: «Вот, я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя» (Пс. 50:7), — повелевая удаляться от такого сожительства. И философ Гедеон сказал одному юноше, который шатался без цели: «Пьяный отец тебя зачал».

Мы не возведём на душу той лжи, будто она даётся дитяти от мужского естества и тогда нетленное и бессмертное оказывается смешанным со смертным, тленным и мерзким; будто славная и лучшая душа приходит к жизни, будучи посеянной от того, что хуже и ниже её, то есть от семени[346]. Мы смотрим, откуда душа у Адама, понимая, что он был сотворён без семени, только из праха. Нам не следует думать, что [душа] приходит в жизнь путём скверного зачатия[347]. Великий апостол Павел сказал, что «сеется тело душевное, восстаёт тело духовное» (1Кор. 15:44), значит, ни душа сама по себе, ни тело само по себе на называются человеком, но [только] совокупление и соединение обоих [есть] цельный по составу [человек]; [Бог] соединяет душу и тело, сосуществующие в родственной связи.

Посмотрим же и подивимся премудрости Господней и этому чудному соединению и изумительному сочетанию! Кто может выразить силы Господни: душа, бесплотная и невидимая, неизреченная и невыразимая, божественным повелением сочетается с телом, оживляет плоть и невидимо даёт ему силу и, наоборот, будучи бесплотной, принимает от тела болезни: когда тело получает раны, душа кричит; когда же душа здорова, плоть радуется. Отличаясь по природе от тела, душа соединена с ним в [одном] существе, общается с ним и восприимчива к плотским страданиям и болезням; тело же страдает от душевных мук и скорбей[348]. Ибо Господь сказал: «Истинно говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле [просить о всяком деле], то, чего бы ни попросили, будет им» (Мф. 18:19). То есть если тело и душа боголюбивы, они вместе хотят вознестись к горнему житию; если, наоборот, [хотят] предаться страсти сластолюбия со смертными, они тем [самым] причастятся геенне, сказал Господь. Как говорит святой апостол, «кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему» (Рим. 11:34), когда Он сочетал душу и тело? Она есть субстанция нетленная, тело же тленно и всему подвластно; она бесстрастна, тело же подвержено всяким болезням, страстям и тлению; душа непостижима и неосязаема, оно же осязаемо и преходяще; она бесплотна и невещественна и устремляется в горние выси; тело, тяжёлое и низменное, клонится вниз к земле, душа же растёт, не умирая, не ослабевая и не исчезая; потому-то тело тянется к земле, состоит из земных стихий[349] и опутано земными несчастьями. Господь сказал: «Из сердца исходят злые помыслы» (Мф. 15:18). Видишь, как нас побеждает помысел сердца, мы же противимся [ему] посредством ума. Как закон, введённый царём, вскоре настигает преступников, так и мы, направив разум на безумие, вскоре низлагаем его, и [тогда] гордость, своеволие и распаление помысла утихают [в] окаянном возбужденном теле. Безумие есть удаление ума, когда душа отвергает его разумное управление в своих делах [и] отступает от своего наставника. Помышление же — это пришествие, наставление и поучение ума. Мы не должны прилагать помыслы к действию ума и тем более использовать ум для обострения помыслов, ибо душа, а не ум будет судима. Что око для тела, то и ум для души[350], ум же вкладывается от Господа Бога в каждого [человека] особым образом, как сказал великий Павел: «Одному даётся слово премудрости, другому знание, одному истолкование языков, другому различение [духов], иному разные языки, — все это производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно» (1 Кор. 12:8–11)[351].

[О душе, уме и мысли][352]

Человеческая душа, получив силу от Божеского вдохновения, животворит тело и управляет [им]; тело же ею процветает, [как бы] получая тепло и влагу. Сама душа легка и тонка, получает мудрость от Бога, без тела же не может мудрствовать, но, будучи внутри тела и [находясь] во взаимосвязи с сердцем и головным мозгом[353], она согревает посеянные духовные образы[354], и [тогда] в их недрах рождается ум[355]. Если душа, сердце и головной мозг будут в согласии, то они ведут человека на благое[356], отметают злые мысли, прогоняют [дурные] желания и привычки; и лукавый дух нимало не преуспеет, если все трое объединятся. Если даже лукавый дух сумеет посеять свой соблазн, то он ими обличается и изгоняется, ибо сами они хотят быть причастными Божественному бытию.

Душа наблюдает за телом — своим жилищем[357], а сердце и мозг в свою очередь наблюдают за душой, и в общей сокровищнице они рождают разумную мысль и отпускают её от себя, как слугу и подчинённого, в невидимые и непроходимые места, которые невидимы телесными очами, но становятся видимыми износимой мыслью[358]. Она обходит адские укрывища, где содержатся нечистые души нечестивых до дня [Страшного] суда [и] принятия тех свирепых мук, которые ожидает плоть наших тел[359]. Повидав все это, она возвращается в сосуд своего тела, где душа, сердце и мозг обсуждают [её] вести[360]. Потом они посылают мысль ввысь, в небеса. Она по воздуху, как по ступеням, проходит [воздушную] стихию, поднимается над планетами, минует светила, помещает себя в [небесной] тверди, предстаёт на небесах, ликуя с ангелами и чая явить себя Богу, — и снова быстро возвращается к душе, сердцу и мозгу[361]. Как трутни, которые сами ничего не делают, а только приносят собранный летающими с цветка на цветок пчёлами [мёд] своей матке, которая, словно царица, сидящая в покоях, повелевает [одним] делать соты, другим клей, сама же поддерживает пчелиный род, так и мысли: они исходят от души, сердца и мозга и сами ничего не делают, но своим созерцанием душе, сердцу и мозгу подают вести[362].

Как железо можно видеть в трёх состояниях (когда его не берегут и не используют, оно бывает грязным и ржавым; когда его трут и шлифуют, оно становится блестящим; когда же его помещают в огонь и раскаляют, оно становится как пламя, так что его невозможно взять руками), так и душа, мозг и сердце: когда они не согласны друг с другом, то душа бывает не нужна сердцу, а сердце мозгу, и они, заперев свои сокровища, вывалявшись в грехах[363], предстают смердящими; когда же они «оттёрты» и «выглажены» духовными мужами и книжными беседами, они снова очищаются; если же душа разгорится божественной любовью, пронзит сердце и разожжёт свой мозг[364] и прилепится к Богу разгоревшейся любовью, то злой дух ничего не сможет поделать с человеком, ибо его козни обличаются умным светом. У всех людей душа не всегда бывает светлой, но тот, кто устремляется к Богу, тот просвещает свою душу, душа же незрима и отлична от телесной материи.

Сердце [располагается] посреди груди, [и] к нему сходятся жилы от всех органов, принося различные ощущения[365]; оно же потом, как властелин, собрав пищу, словно по трубам, кормит все члены. [Пищу], которая всем полезна, оно напояет питательным соком, другую же, непотребную, словно отвеянную солому, оно пропускает внутрь через желудок и кишечник в [задний] проход. Мозг же имеет свои особенности; он не похож ни на душу, ни на сердце, имея свой образ устроения: на вид он серовато-белый, с виду неровный и слоистый, покрытый тонкой плёнкой. Всё видя и понимая, он, точно царь[366], сидящий в хрустальной палате, воспринимая звуки и запахи, даёт мысли сердцу и душе, с которыми находится в сродстве. Часть ума от сердца, часть от мозга и часть от души, но они содержат ум для общего совета в едином хранилище[367].

Когда душа по божественному повелению исходит из тела, сердце и мозг становятся мёртвыми. Когда сердце получает раны, душа быстро покидает [тело]: она не может жить без него. Также и когда мозг бывает поражаем через черепные кости, болеют душа и сердце, и ничего тогда не смыслит тот человек, ибо душа и сердце печалятся о своём сожителе; когда он получает раны и прорывается пелена, то душа исходит [из тела].

Говорят, что человеческое тело создано из четырёх стихий: из огня — тепло, из воздуха — прохлада, из земли — сухость, из воды — влага[368]. Когда душа по Божию повелению отторгается от сродного союза с телом, оно распадается в прах на составные части и каждая отходит к своей стихии; как ртуть, находящаяся в сосуде, так душа в теле; когда проливается на землю, то разделяется на множество капель, но не смешивается с земным прахом, пока не придёт некий умелец и не соединит [их] в одну массу и не вольёт в сосуд, так и наше тело разделяется на свои составные стихии, и так же, когда вострубит труба, пробуждая умерших от века, тут же составятся воедино распавшиеся части нашего тела[369].

«После этого Ева зачала и родила сына, которому дали имя Каин» (см. Быт. 4:1). Он был дитя перво[родного] греха. Если бы Адам не совершил преступления заповеди, то Каин не убил бы своего брата, не было бы на земле потопа. Но мы это понимаем так: если некто имеет возлюбленную дочь, то он по своему желанию хочет выдать её замуж; девушка знает и понимает, что ей по решению отца сочетаться браком, но не всякая исполняет закон и терпеливо ожидает разрешения своего отца; и та, которая соблюдёт честь своего отца, остаётся им любима и уйдя из отцовского крова, и дитя её бывает благословлено родителями; неразумная же хотя и знает, что её отец выдаст её замуж, но, не дождавшись благословения своего отца, из-за похоти отпадает от целомудрия и является неугодной отцу. Так и Адам: пока он не вкусил от запретного дерева, они [с Евой] не стыдились; когда же вкусили, то «увидели они, [что] оба наги, и [сделали себе] опоясания» (Быт. 3:7) и скрылись.

Мы ему сказали бы: «О Адам! Ты согрешил, а мы осуждены на смерть. О мать! Ты послушала змея, а род женщин низвержен с бесчестием». Все это Господь исправил: [тогда] Он произвёл жену от Адама без семени — теперь сам Господь Иисус Христос родился от Девы без семени; [тогда] через жену пришёл соблазн — теперь от жены родился Господь и даровал нам спасение; [тогда] враг деревом обольстил Адама — теперь Господь деревом крестным убил врага; [тогда] Адам, вкусив от дерева, скрылся — теперь, когда Господь был распят, тьма настала по всей земле с шестого до девятого часа; [тогда] из шестого ребра Адама [создана] была Ева — теперь под шестое ребро пронзили Господа, [откуда] тотчас изошла кровь и вода — новый завет во оставление грехов; тогда человеком Адамом вошла в нас смерть — теперь Бог стал человеком и через [Бого]человека мы сподобились бессмертия и обрели погубленное райское блаженство.

Ты, жидовин, говоришь мне: «Разве не мог Бог как-то иначе спасти человечество?» Я же тебе отвечаю: да, мог! Но Он изволил исправить злонравие Адама, а как мог бы Бог познать нашу природу, если бы Он не воспринял плоть от Девы? Ибо сказано, что Господь приходит во мраке, словно в облаке, на гору Синайскую, и тогда были громы и молнии, и густой дым, и колебание земли; что люди сказали Моисею, «чтобы не говорил с нами Бог, но ты говори с Ним» (см. Исх. 20:19); как Моисей просил у Бога: «Дай мне, — говорит, — видеть Твоё лицо» (Исх. 33:8), но Бог сказал: «Человек не может остаться живым, увидев Моё лицо» (Исх. 33:20). Разве ты, жидовин, ещё не понимаешь, что лица Божия [нельзя] увидеть, если бы Он не облёкся в плоть? Ты не внимаешь тому, что сказал Господь Моисею: «Войди в расселину скалы, и Я покрою тебя рукою Моею, и слава Моя пройдёт мимо тебя; и когда Я пройду мимо тебя, ты увидишь Меня сзади» (Исх. 33:21–23). Что значит сзади? Не это ли: перед тем как идти на [крестную] муку, Господь взял с собой троих учеников — Петра, Иакова и Иоанна — и взошёл на гору Фавор, и явил свою божественность настолько, насколько они смогли стерпеть, чтобы видевшие чудо ученики разумели, что Бог [идёт] на страдание [своей] волей. Знаешь ли, как проявилась Его божественность? «Просияло лице Его, как Солнце, и одежды же Его сделались белыми, как свет» (Мф. 17:2); тут же по обе стороны Христа [явились] Илия и Моисей, чтобы ученики поняли, что у Него есть власть над живыми и мёртвыми. Моисея Он привёл из мёртвых, ибо ему было обещано в древности сзади увидеть Бога (см. Исх. 33:23); Илию же Он поставил как живым взятого на небеса (см. 4 Цар. 2:11). Скажи мне: разве Иисус не больше Солнца, если Он стал светлее [Солнца]? Мы потому упомянули Солнце, что не видели другой звезды ярче Солнца; поэтому мы и сравнили Его с Солнцем. Поймите вот что: «от сияния лица Божия они пали [ниц]» (см. Мф. 17:5–6), а увидев Солнце, мы никогда не падаем.

Скажи же мне, жидовин: Моисей на горе видел сзади Бога? Скажи мне, чему научил тебя Моисей, увидевший сзади Бога, не скажешь ли? Так что не обманывайся, а верь ему вместе с нами.

Если хочешь по-настоящему узнать смысл Писания, то послушай истории из [книги] Бытия и повести Боговдохновенных пророков, [которые] мы расскажем.

В Писании сказано: «Потом она снова родила — Авеля» (Быт. 4:2).

Прошло некоторое время, и «Каин принёс Господу от плодов земли дар, [и] Авель принёс от первородных ягнёнка» (Быт. 4:3–4). Авель пас стада ради молока и шерсти, так как мясоядение было ещё воспрещено[370]. «И призрел Господь на Авеля и на дары» (Быт. 4:4), ибо Авель был дитя смирения и им Владыка хотел прообразовать свою [крестную] страсть; Каина же Господь знал как мужа крови и дитя первого греха, поэтому не призрел Господь на жертву Каина, ибо, как сказал божественный Давид, «Ты испытуешь сердца и утробы, праведный Боже!» (Пс. 7:10). «Каин сильно огорчился» (Быт. 4:5), но не о своём прегрешении, а о добродетели брата, «и поникло лицо его», и позавидовал Авелю, брату своему. «Сказал Каин брату своему Авелю: „Пойдём в поле”. И когда они были в поле, умыслил Каин убить Авеля, брата своего» (Быт. 4:8). Но он не знал, как убить, ибо ещё не было такого, чтобы кто-то кого-то убивал, но Сатана научил, сказав: «Возьми камень и ударь в голову». Он же, взяв камень, убил брата своего. И вот Авель был первый, кто принял смерть, подобную страсти Христовой, кто из зависти к его добрым делам был убит неправедно братом своим Каином.

Так было и с нашим Господом, рекою источающим свою благодать роду человеческому, воскрешающим мёртвых, исцеляющим всякий недуг; апостолы, видевшие его чудеса, последовали [за ним] и проповедовали, и народ восхвалял его, говоря: «Блажен грядущий во имя Господне!» (Мф. 21:9); потому-то иудейские книжники распалились завистью и предали Господа на распятие, сказав: «Лучше одному умереть за мир» (см.: Ин. 11:47, 18:14). Они сказали это, но не узнали, что Он добровольно страждет за мир. Плоть Его пострадала, а божество пребывало бесстрастным[371].

И возрадовался Сатана и сказал: «Это я сделал так, чтобы ему быть изгнанным из рая, и вот в ещё большее зло я его вверг и заставил их лить слёзы». «И плакали Адам и Ева над Авелем 30 лет»[372], и не сгнило тело его, они же не знали, как его похоронить. И по повелению Божию прилетели две горлицы, одна из которых умерла, а другая, выкопав ямку, положила в неё умершую и похоронила. Видев это, Адам и Ева погребли Авеля и перестали плакать.

«И сказал Господь Каину: „Где брат твой Авель?” Каин ответил: „Разве я сторож брату моему?” И сказал Господь: „Что ты сделал? Вот, кровь брата твоего вопиет ко Мне от земли”» (Быт. 4:9–10). Из этого мы видим, что Каин совершил два злодеяния: он был первый убийца и родоначальник всякого кровопролития и лжи; он убил и солгал, сказав «разве я сторож брату моему». Господь же сказал ему: «Ты будешь стенать и дрожать, ибо пролил кровь брата своего».

Если ты скажешь: «Разве Бог не узнал, что Каина толкнул на убийство своего брата диавол, а если узнал, то почему такое наказание наложил на него?» — то я тебе отвечу: согласно пророку, «Его престол — небо и подножие — земля» (Ис. 66:1), как и что может укрыться от великого и страшного ока Божия? Но Господь для того сотворил человека и вложил в него разум, чтобы он был самовластным в своей жизни[373]; Он же указал нам путь к спасению и путь к [вечным] мукам. Потому Он и попустил диаволу бороться с родом человеческим, чтобы выявились любящие Бога. Это понятно из того, что на большой свадьбе множество гостей, и все пьют одно вино, но не все одинаково смыслят. Или ещё: когда соберётся много народу и раздастся боевой сигнал трубы, то одних он тотчас же устрашит, а другие исполнятся ратного духа. Попросту говоря, насколько мы различаемся внешне, настолько и характером[374].

«И сделал Господь Каину знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его». (Быт. 4:15). Это знамение, то есть Божий запрет, возбраняющий убивать его, состояло в дрожании его членов[375].

«И познал Адам жену свою, и она зачала, говоря: „Бог положил мне другое семя вместо Авеля, которого убил Каин”. И нарекла имя ему Сиф» (Быт. 4:25), что значит основание[376], потому что они вдвоём произнесли пророчество, что этот родившийся будет первенцем и станет основанием человечеству, о Каинове же племени они оба уразумели, что оно будет потоплено[377].

[Имя] Адам толкуется как красная земля[378]. Моисей же, приоткрывая нам тайну Триипостасного Божества, после этого начал родословие, сказав: «Вот родословие Адама: когда Бог сотворил Адама по образу Божию, мужчину и женщину сотворил их и благословил. От того дня, когда Бог сотворил Адама, прожил Адам 230 лет и родил сына по образу своему и по подобию» (Быт. 5:1–3)[379]. Я же спрошу тебя, жидовин: «Какой Бог сотворил человека? По образу какого Бога Он сотворил его?» Потом в другом месте он говорит: «Пролил Бог дождём огонь от Господа с неба» (Быт. 19:24). Потом и Давид говорит: «Сказал Господь Господу моему: „Сядь одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих”» (Пс. 109:1). Остальное более ясно укажем тебе по ходу дела.

«Всех лет Адама, которые он прожил по рождении им Сифа, было 700 лет, и родил он сынов и дочерей. Всех же дней жизни Адамовой, которые он прожил, было 930; и он умер» (Быт. 5:4–5).

Сиф был праведным человеком. Ему была дана еврейская азбука, чтобы сыны человеческие узнали о чудесах Господа Бога; с него началась письменность[380]. «Сиф жил 205 лет и родил Еноса» (Быт. 5:6), что значит скорбь и болезнь[381]. «По рождении Еноса Сиф жил 700 лет и родил многих сыновей и дочерей» (Быт. 5:7). Когда Сиф уразумел переданную ему Богом азбуку и заговорил о [происхождении] бытия и о том, как следует бояться Бога[382], тогда было много неразумных и удивительны были им речи Сифовы. Вследствие того, что он призвал Его в своём народе, его сыновей стали называть сынами Божиими[383], так же как и мы называемся христианами. «Всех же дней Сифовых было 912 лет, и он умер» (Быт. 5:8).

«Енос жил 190 лет и родил Каинана» (Быт. 5:10), что значит птенец[384] или усердие. И сей Енос с упованием призывал имя Господне. «По рождении Каинана Енос жил 715 лет и родил сыновей и дочерей. Всех же дней Еноса было 905 лет; и он умер» (Быт 5:10–11).

«Каинан жил 169 лет и родил Малелеила» (Быт. 5:12), что значит хвала Богу[385]. «По рождении Малелеила Каинан жил 740 лет и родил сыновей и дочерей. Всех же дней Каинана было 909 лет; и он умер» (Быт. 5:13–14).

«Малелеил жил 165 лет и родил Иареда» (Быт. 5:15), что значит нисхождение[386]. «По рождении Иареда Малелеил жил 730 лет и родил сыновей и дочерей. Всех же дней Малелеила было 895 лет; и он умер» (Быт. 5:16–17).

«Иаред жил 162 года и родил Еноха» (Быт. 5:18), что значит обновление[387]. «По рождении Еноха Иаред жил 800 лет и родил сыновей и дочерей. Всех же дней Иареда было 962 года; и он умер» (Быт. 5:19–20).

«Енох жил 165 лет и родил Мафусала» (Быт. 5:21), что значит посвящение[388]. По рождении Мафусала Енох жил 200 лет и родил сыновей и дочерей. Всех же дней Еноха было 365 лет. И угодил Енох Богу, и не стало его, потому что Бог взял его[389]» (Быт. 5:22–24): так как жившие тогда племена слышали об Авеле, что он был убит за [свою] добродетель, то, не надеясь на воскресение мёртвых, уклонялись от добродетели, поэтому Бог взял Еноха. Енох, являя пример воскресения,[390] по благодати был сохранён для обличения Антихриста,[391] о чём мы скажем впоследствии.

«Мафусал же родил Ламеха» (Быт. 5:25), что значит муж разрушения[392], «и потом родил много сыновей и дочерей. Всех же дней Мафусала было 965 лет; и он умер» (Быт. 5:26–27).

Ламех же родил Ноя, что значит вложение или покой. Ламех, отец Ноя, как бы пророчествуя о нём, назвал его Ноем, ибо он был помещён в ковчег и упокоен[393]. От Адама до Ноя произошло 10 колен. Эти колена за [первородный] грех ели сухую пищу, не готовили ни мяса, ни вина, ни масла[394]. Только Ною Бог снова разрешил есть такую пищу. «Всех же дней Ламеха было 753 года» (Быт. 5:31). Ной толкуется как славный или знаменитый[395], он родил трёх сыновей: Сима, Хама и Иафета. Ему было 600 лет перед потопом, и потом на земле был потоп.

Вот что было, когда люди начали жить на земле: у них рождались дочери, и сыны Божии, увидев дочерей человеческих, взяли некоторых себе, которых избрали, [в жёны], и от них рождались исполины — за невоздержание племени сыновей Сифовых к дочерям рода Каинова, ибо Бог не позволил им смешиваться из-за злобы племени Каинова[396]. От их [брака] рождались великаны: «это издревле славные люди» (Быт. 6:4), благодаря Сифу огромные, красивые и сильные, а из-за Каина злобные и неразумные. И сказал Господь Бог: «Не может пребывать Дух мой в этих людях вовеки, ибо они плотские; будет же время их [жизни] 120 лет» (Быт 6:3). Люди умножились на земле и забыли Бога, создавшего их, но исполнились блуда, и всякой нечистоты, и убийства, и зависти; дети бесчестили своих отцов, а отцы гнушались своих детей; жены бросали своих мужей, а мужья не хранили верности жёнам; юноши бранят стариков, а старики строят из себя молодых. Тогда не верили друг другу, не надеялись на брата; каждый говорил своему ближнему о мире, а про себя задумывал войну. Зависть и обман умножались среди них, одержимых ненасытством, любовь в них иссякла, ненависть у них усилилась и уничтожила добродетель. Лицемерие им нравилось, смирение же омерзело, и почтили они надменность, и отошла от них истина, а ложь покрыла землю, и никто не поминал Бога, и потому они преисполнились зла, что отвергли Бога, но жили скотски (Ср.: Быт. 6:5, 11–13; 2 Пет. 2:10–19)[397].

«Ной же был человеком праведным, смиренным и непорочным в роде своём; он обрёл благодать пред Богом и Богу угодил» (Быт. 6:8–9). И сказал Бог Ною: «Сделай себе ковчег длиной триста локтей, шириной пятьдесят, а высотой тридцать; и отделения сделай в нем и осмоли внутри и снаружи» (Быт. 6:14–15). Пока строили ковчег в течение 100 лет, Ной говорил о потопе, но над ним смеялись. Когда же он построил ковчег, Господь Бог сказал Ною: «Войди [в ковчег] ты, и жена твоя, и сыновья твои, и снохи твои; и введи к себе [в ковчег] по паре из всякого скота и зверей, и из всех птиц, и из всех гадов» (Быт. 6:18–19).

Понимаешь ли ты, окаянный, каким образом Ной собрал зверей, и летающих птиц, и пресмыкающихся гадов? Ведь звери и птицы по природе не могут приближаться к человеку или из-за свирепости, или от страха. Как мы можем соседствовать со страшными львами? Или каким образом поместились слон, и множество народу, и разные породы зверей и птиц? Если знаешь, окаянный, расскажи нам, как все они сошлись в ковчеге. Если же не знаешь, то почему обманываешься? В тот день Господь Бог сказал Ною: «Сделай себе ковчег длиной триста локтей, шириной пятьдесят, а высотой тридцать». Тогда на земле были исполины, то есть великаны, 300 локтей которых [составляли] 3 000 наших, их 50, а наших полторы тысячи, их 30, а наших 900; египтяне локтем называют сажень[398].

Пока в течение 100 лет строили ковчег, Господь Бог сказал Ною: «Вот, Я наведу на землю воды потопа, чтобы истребить плоть, в которой есть дух жизни, под небесами, и всё, что есть на земле, умрёт” (Быт. 6:17); «Мой Дух не может пребывать в этих людях, ибо на земле умножилось человеческое зло, ибо всякий человек постоянно замышляет зло во всякое время, так что они исполнены крови, и зависти, и убийства, похоти, жадности и всякой нечистоты». Владыка замыслил истребить грешный род Каина за его злобу и оставить благочестивое племя Сифа, ибо ясно, что тысячу лет племя Сифа гнушалось дочерьми племени Каина; когда же люди стали входить к дочерям, их постиг потоп. «Ной же был человек праведный и непорочный в роде Сифа и угодил Богу. Он родил трёх сыновей: Сима, Хама и Иафета» (Быт. 6:9–10).

«Растлилась земля перед Богом и наполнилась неправдой. Воззрел Господь Бог на землю, и вот, она растленна, ибо всякая плоть извратила свой путь на земле перед Богом. И сказал Господь Бог Ною: „Конец всякого человека пришёл предо Мною, ибо земля наполнилась от них злодеяниями”» (Быт. 6:11–13). «Но войди в ковчег ты, и жена твоя, и трое сыновей твоих, и три снохи твои, ибо ты обрёл благодать предо Мною в племени своём. Введи с собой из всякого скота, и из всех птиц, и из всех зверей, и из всех гадов, и от всякой плоти по паре, мужского пола и женского, и будешь кормить их с собой; и из скота чистого возьми по семи, мужского пола и женского, а из скота нечистого по два, мужского пола и женского; и из птиц нечистых по две, мужского пола и женского, чтобы сохранить племя их для всей земли. Ты же возьми себе всякой пищи, какою питаются, и собери к себе; и будет она для тебя и для них пищею» (Быт. 6:18–21; 7:1–3). Ной, услышав эти слова от Господа Бога, возрадовался духом, что он со своим домом удостоился прославления и память о нём останется в следующих поколениях[399], (ибо первые [поколения, происшедшие от] Адама и расселившиеся [по земле], погибли, нынешний же род человеческий является Ноевым), и в то же время из родственной любви он скорбел о гибели его родственников и сонма всего [живого] в мире.

Подумай о том, что в 72 народах все различно: и нравы, и обычаи, и звери, и пресмыкающиеся, и птицы, и прочие породы[400]. Но Господь Бог сказал Ною: «Не скорби, но ударь в било, и все, кому велено пропитаться с тобой, пусть соберутся. Осмоли ковчег снаружи и внутри и сделай в нём отделения» (Быт. 6:14). «И сделал Ной всё, как повелел ему Господь» (Быт. 6:22).

И вот, на шестисотом году жизни Ноя, «вошёл Ной в ковчег, и жена его, и трое сыновей его, и жены сыновей его, во второй месяц, в 27 [день]» (Быт. 7:7, 11). И вступил Ной в ковчег и ударил в било. Услышав его звук, собрались к нему звери, и скоты, и птицы, и пресмыкающиеся, и прочие породы с четырёх концов земли, мужского пола и женского, — все те, кого Господь повелел кормить земными плодами[401]. Ной ввёл их в четырёхсторонний ковчег[402] и закрыл в устроенных отделениях, как сказал ему Господь. И как только все вошли, двери ковчега были затворены и осмолены изнутри.

«В тот же день разверзлись все источники бездны, и хляби небесные отворились, и лился на землю дождь 40 дней и 40 ночей, и умножилась вода, и подняла ковчег со всем живым в нём, и он плавал по поверхности вод. Вода покрыла все высокие горы, какие были под небом, и поднялась над ними вода на 15 локтей. И лишилась жизни всякая плоть, движущаяся по земле, и птицы, и скоты, и звери, и все гады, ползающие по земле, и все люди, и всё, что имело дыхание жизни на суше, всё умерло. Истребилось всё движущееся, которое было на поверхности всей земли, от человека до скота, и гадов, и птиц небесных, — всё истребилось с земли, остался только Ной и бывшее с ним в ковчеге. Вода же усиливалась на земле 150 дней» (Быт. 7:11–12, 18–24)[403].

«И остановился ковчег в седьмом месяце, в 20-ый [день] месяца, на горах Араратских. Вода убывала до десятого месяца. На 11-ый месяц показались вершины гор, и по прошествии сорока дней Ной открыл сделанные им окно и двери ковчега выпустил ворона, чтобы видеть, убыла ли вода. И, отлетев, он не возвратился, пока с земли не ушла вода» (Быт. 8:4–7)[404].

Этим вороном Господь Бог прообразовал вас, окаянные и треокаянные иудеи, уподобившихся ворону. Разве не Ной сберёг ворона на земле от вод потопа? Так и вас Бог сохранил и от руки фараона, и от Красного моря, вы же извратили славу Бога в образ тельца, щиплющего траву. Ной кормил ворона в ковчеге, а вас Господь питал манной в пустыне, но как ворон забыл пищу Ноеву, так и вы забыли благодеяния Божии; как ворон отвернулся от Ноя, так и вы отвергли Сына Божия пред лицом Пилата; ворон не вернулся, выклёвывая глаза утонувших людей, вы же избили пророков, проповедовавших пришествие Сына Божия, и не обратили своего окаянного сердца к Богу; как ворон видом чёрен, так и вы, уподобившись демону, почернели; но как Ной тогда проклял ворона[405], и с тех пор он не пьёт воды августа месяца, так и вы, сказав: «Кровь Его на нас и на детях наших» (Мф. 27:25), — запечатлены знаком месяца марта, который означает презрение[406]; одним словом, [даже] бесы боятся Бога, вы же, распяв Бога, не покаялись в виду своей погибели. Как же вы не поняли, что это Сын Божий, когда померкло Солнце и разодралась надвое церковная завеса, тогда же воскресли тела умерших и распятого с Ним разбойника Он спас?![407] Однако вашим грехом спасён мир[408]. Разве вы не видите своей погибели? Отчего вы попали в плен, вы, некогда победившие гордого Амалика[409] и наследовавшие землю обетованную, победившие многих царей «рукой крепкой и мышцей высокой» (Втор. 5:15), отчего же вы были взяты в плен одними римлянами под предводительством Тита?[410] Или когда Сеннахерим, царь Ассирии, пошёл на Иерусалим с огромной силой и когда ваше войско победило его, то разве не ангелом Божиим были сражены его воины?[411] Отчего же теперь вы преданы в рабство народам, если вы были с Богом и Бог с вами? Когда вы отступили от Бога, то и Бог отступил от вас, некогда же забытые язычники теперь стали народом Божиим, и процвела у них вера, и явились чудеса[412]. Ты же, возлюбленный Им Израиль, почему не постиг Бога, питавшего вас манною (см.: Исх. 16:14–16) и отдававшего без оружия в ваше достояние города и страны язычников (см.: Чис. 33:51–56; Втор. 7:11)? Затем к вам, забывшим Его имя и отступающим от Его благодати, Он послал к вам пророков, вы же одних избили, других истребили (ср.: Мф. 22:2–6). Затем преблагой, премилостивый и всещедрый Господь Бог, презрев все это то, сказал: «Так как вы избили моих пророков, Я пошлю к вам Единородного Сына своего, чтобы мой народ устыдился моего Сына» (см. Мф. 21:37). Когда родился Господь наш Иисус Христос Сын Божий от Пречистой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии (но, как пишет [Иоанн] Богослов, не «от крови, не от хотения плоти, не от хотения мужа» (Ин. 1:13), но так, как ведает Сам создавший всё Господь Бог, начало, и рождение, и конец всего), то «в мире был, и мир чрез Него начал быть, и мир Его не познал; пришёл к своим, и свои Его не приняли» (Ин. 1:10–11). Кто такие свои? Не ты ли, как сказано, названный возлюбленным Его первенцем[413], Израиль? И опять-таки среди вашего народа родился от Пречистой Марии Богородицы Тот, Кто «дал власть быть чадами Божиими тем, которые приняли Его, верующим во имя Его. Мы же видели славу Его, славу как Единородного от Отца, исполненного благодати и истины» (Ин. 1:12, 14), о Котором свидетельствует сын Захарии Иоанн (этого Захарию «вы убили между храмом и алтарём» — Мф. 23:35), восклицая: «Сей был Тот, о Котором я сказал: идёт за мною Тот, Кто стал впереди меня» (Ин. 1:15). «Благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа» (Ин. 1:17). Отчего же вы до сих пор не понимаете, что такое закон и что такое благодать и истина?[414] Но вот что сказал великий апостол Павел: «Если бы первый завет был без недостатка, то не было бы [нужды] искать места другому» (Евр. 8:7). После этого мы возвратимся к нашему предмету.

Ной, увидев, что ворон не возвратился, «потом послал голубя» (Быт. 8:8), зная, что эта птица среди птиц самая смиренная и весьма мудрая, так и Господь наш послал Единородного Сына своего в мир спасти мир. Как Ной послал голубя разведать, сошла ли вода с земли, так и Господь Бог наш послал Единородного Сына своего к 72 народам, чтобы найти среди них любящих Бога. Но как «голубь не нашёл покоя для ног своих из-за высокой воды» (Быт. 8:9), так и Господь наш Иисус Христос, добровольно обнищав, «не имеет, где приклонить голову» (Лк. 9:58). Но как голубь принёс Ною пять ветвей деревьев, предначертавших человеколюбие письмен Пятикнижия [Моисеева], так и Господь Бог наш принёс знамение деревянного креста, на котором иудеи Его распяли, своему Отцу. Этот голубь (περιστερά), [слово, состоящее] из 9 букв, и [упоминаемый в Писании] 9´43 [36 раз],[415] стал символом вышнего мира, поэтому Дух Святой, [именно] в виде голубя сойдя на реку Иордан, воскликнул Отчим гласом: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение» (Мф. 3:16). Как Ной, открыв двери ковчега, увидел голубя и понял, что вода не сошла, так и Отец, когда Господь наш Иисус Христос по трехдневном воскресении возносился на небо, а ангелы, предшествуя Ему, восклицали горнему воинству: «Князи, отворяйте врата, ибо Царь восходит к первому совету славы»[416], — увидев Его, простер руки и посадил с Собой на престол, ибо Отец, и Сын, и Дух Святой суть одно, как уже и было написано: три Лица — единое божество.

«На 601 году жизни Ноя, в 1-ый день 1-го месяца сошла вода с поверхности земли. И открыл Ной кровлю ковчега, который он сделал, и увидел, что сошла вода с поверхности земли. Во втором месяце, к двадцать седьмому дню месяца, земля высохла, и сказал Господь Бог Ною: „Выйди из ковчега ты, и жена твоя, и сыновья твои, и жены сыновей твоих; и всех зверей, и птиц, и гадов, и всех пресмыкающихся по земле выведи с собой: пусть плодятся и размножаются на земле”. Вышел Ной, и все, кто были с ним, вышли из ковчега в 1-й день 3-го месяца» (Быт. 8:13–18). От Адама до потопа прошло 2242 года.

Так и апостолы по святом вознесении Господа пребывали словно собранные в ковчеге (см.: Деян. 1:12–14): но как Ной, находясь в ковчеге, по Божию обетованию надеялся выйти на свет, так и апостолы Господа по Божию обетованию чаяли сошествия Святого Духа[417]; как Ной вышел на свет и бывших с ним отпустил распространиться по всей земле, так и апостолы Господа, восприняв Святого Духа, прошли четыре конца [земли] и умножили народы, верующие в истинного Бога. «И устроил Ной жертвенник Господу [и взял] из всякого скота чистого и из всех птиц чистых» (Быт. 8:20); так и апостолы Господа создали алтарь Богу и научили приносить жертву — Тело и Кровь Господни, как заповедал им Господь. «И принёс Ной жертву Богу, и обонял Господь приятное благоухание» (Быт. 8:20–21). Нет ничего зловоннее [запаха] жира и костей, однако с умилением и страхом Божиим воссылал Ной жертву Ему, во всякое время будучи во благочестии, которое и «обонял» Господь; так же и этот завет есть большее, нежели кадило благоухания Господу Богу.

«И сказал Господь Бог про Себя: „Не буду больше проклинать землю”. И благословил Господь Бог Ноя и сыновей его и сказал ему: „Растите, и плодитесь, и размножайтесь, наполняйте землю и обладайте ею; да трепещут вас и да страшатся вас все скоты, и все звери, и все птицы небесные, и всё, что движется на земле, и все рыбы морские, — всё Я отдал вам под руку. И всё движущееся, что живёт, будет вам в пищу, как зелень травную, дал вам все в пищу; только мяса, в крови которого душа, не ешьте”» (Быт. 8:21–9:1–4). Владыка возбраняет кровоядение, чтобы не ели души: то, что человеку душа, то бессловесным — кровь. От Адама и до Ноя люди ели хлеб и овощи, теперь же Господь разрешает есть обескровленное мясо, как земную траву, ибо трава бескровна и бездушна, ибо «Я взыщу вашу кровь душ ваших, взыщу душу человека от руки человека, брата его, за пролитую кровь, ибо по образу Божию Я сотворил человека» (Быт. 9:5–6)[418].

Вы же, окаянные и треокаянные иудеи, слышавшие слово Божие, обращённое к Ною, как же вы пролили неповинную кровь? Разве не сказал Господь: «…ибо взыщу вашу кровь душ ваших от руки человека»? Как же вы распяли на кресте Господа славы, Который вам во благовремении, утром и вечером, посылал дождь? «Взыщу душу человека за кровь, которая им прольётся». Разве вы, окаянные, не понимаете, что вам воздаётся за Его кровь, когда, во время осады Титом Иерусалима, вы умирали от жажды и голода? Не тогда ли ваши бедняки ели навоз, богачи спекулировали излишками хлеба[419], а так называемые ревнители[420], увидев человека, евшего кусок, сдавив ему горло и выхватив кусок, похищали его? Не тогда ли [некая] мать, заколов своими руками своего ребёнка, испекла и съела его? Кто может описать страдания, постигшие вас?[421] Тогда ваши живые завидовали мёртвым, говоря: «Увы, увы! Земля, раскройся и поглоти нас!»[422] И к горам восклицали: «Обрушьтесь на нас, дабы скорее кончились эти страдания!» Не тогда ли Тит отдал вас в рабство царю Агриппе[423] 70 тысяч [человек]? Другие же были преданы многим мучениям, в поношение и услужение народам[424], ибо вы называетесь Богоубийцами. Так и сбылись на вас речения пророков (см.: Ис. 1:19–25). Однако вернёмся к нашему предмету.

«И сказал Господь Бог Ною и сынам его с ним: „Вот, Я поставляю завет Мой с вами и с потомством вашим после вас, и со всякою душою, живущей с вами, с птицами и со скотами, и со всеми зверями земными, которые у вас, со всеми вышедшими из ковчега, поставляю завет Мой с вами, что не будет более истреблена всякая плоть водами потопа”. И сказал Господь Бог Ною: „Вот знамение завета, который Я поставляю между Мною и вами и между всякою душою живою, которая с вами, в роды вечные: Я полагаю радугу Мою на облаках, и она будет знамением вечного мира между Мною и между землёю. И будет, когда Я наведу облака с дождём на землю, то явится радуга Моя на облаках, и Я вспомню завет Мой, который между Мною и вами и между всякою душою живою; и Я увижу её, и вспомню завет вечный, и не будет более вода потопом”» (Быт. 9:8–16). Если мудрые врачи спускают болезни человека сверху вниз, то более же всех мудрость Всевышнего: после того как Он солнцезарными лучами, как через трубочку, привлечёт воду воспарением теплоты, Он иссушает водоёмы, а влагу через облака претворяет в дождь. Радугу же Он сделал знамением и ещё повелевает ей поднимать изливающуюся воду, а чтобы опять, как будто это было не знамение, наполнившиеся водой облака не потопили землю, Он повелевает ей быть знамением человеческому роду жить без страха перед потопом. Ибо Сам Господь сказал: «Это будет знамением между Мною и вами и потомством твоим после тебя» (Быт. 9:9). Радуга, по повелению Божию, собирает морскую воду, словно в мех, её солёность и горечь вытягивает в своей полости и готовит воду для плодов или, собирая разного рода воду, услаждает и наполняет ею недра облаков, чтобы, когда повелит Господь, дать дождь на землю. Изнутри радуги исходит шум: это её ветер, весьма слабый, пока он не начнёт раздирать облака, готовя путь воде и наполняя [ею] облака[425]. Радуга — не простое знамение, а трёхзначное: одна часть красная, другая белая и третья зелёная; её зелёный цвет знаменует премудрость и силу Слова и Бога всяческих, сходящего в мир; её белый цвет знаменует Святого Духа, ибо [Господь] повелел человеческому естеству второй раз родиться от воды и Духа, как и Сам Господь дал нам иорданскими струями образ очищения Духом и водою, и крестившись в воде, мы оставляем идольское неверие и бесовские козни; красный цвет знаменует кровь нашего Спасителя и Бога, ибо кровью нам подаётся знамение спасения. Как радуга, появляющаяся на облаках, велит нам не бояться потопа, так и Господь наш Иисус Христос, когда плоть Его была распята на кресте, повелевает нам не бояться дьявольских прелестей. «Когда Я вознесён буду от земли, всех привлеку к Себе» (Ин. 12:32), ибо кровь и вода даются верующим из божественного и приснотекущего источника.

«Сыновьями Ноя, вышедшими из ковчега были Сим, Хам и Иафет. Ной начал возделывать землю и насадил виноградник, и, выпив вина, он опьянел» (Быт. 9:18, 20–21). Грех пьянства ещё не был известен, и поэтому Ной не был осуждён. «И [лежал] он обнажённым в шатре своём. И Хам, увидев наготу отца, выйдя вон, рассказал двум братьям своим. Сим же и Иафет, взяв одежду и положив её на плечи свои, пошли задом, чтобы им не видеть наготы отца своего, и покрыли отца своего, и наготы отца своего они не видели. Ной протрезвился от вина и узнал, что сделали ему его сыновья, и сказал: „Благословен Господь Бог Симов, Хам же да будет рабом у братьев, и да распространит Бог Иафета[426], и да вселится он в шатрах Симовых”» (Быт. 9:21–27).

Понимаешь ли ты, о чём пророчествовал блаженный Ной, [когда говорил] о вселении Иафета в шатрах Симовых? Ной провидел то, что из колена Симова родится Бог, потому и сказал: «Благословен Бог Симов!» А почему Иафету же предсказал распространение? Потому что Ной предвидел, что большая часть народов произойдёт от Иафета. В словах о вселении в шатры Симовы под шатрами подразумевается закон, что и произошло: племя Иафета приняло закон и утвердилось в нем лучше потомков Сима[427]. Хотя сыны Симовы раньше приняли было закон от Бога, однако не утвердили в Боге своего духа и не пожелали ходить перед Ним, о чём говорил и божественный Давид. Хамово же племя, разделившись на языческие народы, приняло веру Магометову, которая осквернила землю. Ной [пророчески] назвал их (потомков Хама) холопами: они по вере были рабами, потому что уверовали в еврейского раба Магомета[428], но обо всём этом скажу позже.

«И жил Ной после потопа 300 лет; всех же дней Ноевых было 900, и он умер» (Быт. 9:28–29).

После этого трое сыновей Ноя, Сим, Хам и Иафет, разделили землю: Симу достались восточные страны — Персия[429], Бактрия[430] вплоть до Индии в длину и в ширину до Ринокорура[431] (означает «тепло» или «красота»)[432], то есть примерно от востока да юга. Хаму досталась южная часть: Египет, Эфиопия[433], граничащая с Индией. Иафету достались северные и западные страны: Мидия[434], Албания[435], славянские земли[436].

Сим родил Арфаксада, всех же лет Сима было 602. Арфаксад родил Каинана, всех же лет Арфаксада было 530. Каинан родил Салу, всех же лет Каинана было 367. Сала родил Евера, всех же лет Салы было 503. Евер родил Фалека и Иоктана. Фалек родил Рагава, при котором было столпотворение[437].

После потопа человечество умножалось и распространялось из глубин востока, где остановился ковчег[438]. В это время «они нашли равнину в земле, называвшейся Сеннаар[439]. У всех [на земле] был один язык» (Быт. 11:1–2). Рассуждая между собой, они говорили друг другу: «Когда-то давно Бог погубил нас, людей, потопом; если Он снова решит разгневаться, то потопом погубит нас и мы все погибнем»[440]. «И сказали друг другу: „Соберёмся, наделаем кирпичей[441] и обожжём их огнём, чтобы не боялись воды, и построим башню до небес (Быт. 11:3–4), чтобы избегнуть потопа, все спасёмся в ней и ополчимся на Бога, находясь около Него, ибо мы все вместе”»[442]. И они начали строить башню; их старейшиной и предводителем их суетного замысла был [человек] по имени Нимрод[443]. Один Евер не присоединился к их безумию[444], но сказал так: «Если бы Бог сказал людям построить столп до небес, то сам Бог повелел бы Словом, Которым сотворил небо и землю, и всё видимое и невидимое». Всех лет Евера было 740, [больше всех] после Ноя.

Когда они начали строить башню, в безрассудном помышлении желая взойти на небо[445], то начали терпеть великие мучения. Когда башня стала высокой, то [одних] сносило ветром, другие при приближении Солнца были сжигаемы, задыхались от зноя. Но премудрый человеколюбец Бог помилосердствовал, а не разгневался на них, восстановил великий порядок, не оставив их всуе работать и мучиться, а прекратил их безбожную мерзость. Башню строили 40 лет и ещё не успели закончить, когда «Господь сошёл посмотреть башню. И сказал Господь: „Вот, один народ и один у всех язык”» (Быт. 11:5–6). И смешал Господь языки и разделил их на 72. Первый язык, Адамов, на котором до сих пор говорили, не был отнят у Фалека, Еверова сына, ибо Евер не присоединился к их беззаконию, поэтому его язык не изменился и ради него [народ] стал называться евреями[446].

Следует знать, что существует всего 72 народа[447]; эти народы суть те, которые Господь рассеял по лицу всей земли. Следует также знать из переданных книг расположение земель и больших островов, к чему мы присоединим число морей и рек и какая в каких пределах находится[448].

В 3771 году, во дни Иоктана[449] и Фалека, Бог разделил народы, которые распространились по лицу земли от трёх сыновей Ноя. От потопа до разделения народов 529 лет; с первозданным Адамом до Фалека 15 колен, а шестнадцатым был Фалек. Всего от первозданного Адама до разделения народов прошло 2771 год.

От Сима, Ноева сына, было 5 колен, шестым был Фалек. У Ноя было трое сыновей — Сим, Хам и Иафет, от которых Бог произвёл народы, которые ныне рассеяны по лицу земли. Потомство Сима, первенца Ноя, было разделено на 25 разноязычных племён. Потомство Хама, второго сына Ноя, было разделено на 32 народа. Потомство Иафета разделено на 15 народов. Вот где они поселились: потомки Сима заняли восточные земли, потомки Хама заняли южные земли, потомки же Иафета заняли западные и северные земли[450].

Вот племена первенца Ноя, которые произошли от Сима, осели на востоке, и поселения их [простираются] от Бактрии до Ринокорура[451], который разделяет Сирию и Египет и Красное море от устья индийского Арсиноя[452]. Вот народы-потомки Сима, как тогда их разделил Бог: 1) евреи, 2) персы[453], 3) мидяне[454], 4) пеоны[455], 5) арианы[456], 6) ассирийцы[457], 7) гирканы[458], 8) инди[459], 9) марды[460], 10) парфяне[461], 11) германии[462], 12) элимеи[463], 13) коссеи[464], 14) арабы[465], 15) кедрусы[466], 16) халдеи[467], 17) алазоны[468], 18) камилийцы[469], 19) гасфины[470], 20) аламасины[471], 21) салафиои[472], 22) бактрийцы[473], 23) гермийцы[474], 24) арабы счастливые[475], 25) гимнософисты[476]. Из них изобрели письменность: 1) евреи, которые выпрашивают знамения, надеясь, как в древности при Моисее, получить благодать и чудеса и не понимают, что они, как некогда Сатана, отпали от своего предназначения; великий Павел вменяет им это в соблазн[477]; 2) персы, обратившиеся к колдовству[478]; 3) мидяне; 4) халдеи; 5) индийцы; 6) ассирийцы. Территории племён Сима простираются по длину от Индии до Ринокорура, в ширину от Персии и Бактрии до Эфиопии и Киликии, одним словом, от востока до юга. Названия стран, в которых расселились потомки Сима, [таковы]: 1) Персия, 2) Бактрия, 3) Сирия, 4) Мидия, 5) Вавилония, 6) Иордания, 7) Гиркания, 8) Месопотамия, 9) Аравия древняя[479], 10) Элам[480], 11) Индия, 12) Аравия счастливая, 13) Келисирия[481], 14) Коммагена[482], 15) Малая Мидия[483], 16) Великая Мидия[484], 17) вся Финикия[485]. Река Евфрат протекает в Симовых пределах. Нас спросят: «Как расселились семитские народы? Кто в чьей области сидит?» От персов и мидян произошли парфяне и мирные окрестные народы до Келесирии; от арабов отделились счастливые арабы, от халдеев же происходят месопотамцы. От другой части арабов отселились андавинои[486] и танои[487], аламаесины[488], которые живут во внутренней Аравии, анои[489] же живут по ту сторону Аспианских ворот[490]; великие мидяне, которых победили Моисей и Иисус Навин, живут внутри у Красного моря[491], а малые мидяне живут по другую сторону Красного моря недалеко от Египта, где жил Рагуил, тесть Моисея[492].

Потомки Хама разделились на такие народы: 1) эфиопы[493], 2) троглодиты[494], 3) ангеои[495], 4) гагинои[496], 5) сабеи[497], 6) ихтиофаги[498], 7) эллаинои[499], 8) египтяне[500], 9) финикийцы[501], 10) ливийцы[502], 11) мармариды[503], 12) карийцы[504], 13) псиллы[505], 14) мисийцы[506], 15) мосинеки[507], 16) фригийцы[508], 17) маки[509], 18) вифинцы[510], 19) номады[511], 20) ликийцы[512], 21) мариандины[513], 22) памфилийцы[514], 23) мессосиаои[515], 24) писидийцы[516], 25) авгалои[517], 26) киликийцы[518], 27) маврусии[519], 28) критяне[520], 29) магартесы[521], 30) нумидийцы[522], 31) насамоны[523]. Все эти народы селятся от Египта до Индийского океана. Из них изобрели письменность: 1) финикийцы, 2) египтяне, 3) памфилийцы, 4) фригийцы. Территории хамитов [простираются] от Ринокорура, который разделяет Сирию, Египет и Эфиопию, до Гадира[524] по направлению на юг. Названия территорий, где сидят хамиты, таковы: 1) Египет со всем, что в нём; 2) Эфиопия, граничащая с Индией[525], и другая Эфиопия[526], из которой вытекают эфиопская красная река по названию Фива, текущая на восток[527], и Лива, которая простирается до Киренаики[528]; 3) Мармарика[529]; 4) Сирт[530], включающий три народа, которые мы только что назвали среди племён Хамовых, — насамоны, маки, тавтамеи[531]; 5) Ливия[532], которая тянется от Лептиса[533] до Геракловых столбов в проливе[534] напротив Гадиры; на востоке это Киликия, Памфилия, Писидия, Мисия, Лигдония[535], Фригия, Камилия[536], Ликия, Кария, Лидия, Троада[537], Эолида[538] и древняя Фригия[539]. В пределах хамитов есть река, которая называется Геон, которая [ещё] называется Нил, иначе златоструйная река, она течёт вокруг всей египетской земли, разделяя хамитов и яфетидов и впадая устьем в Западное море[540].

От Иафета произошли такие народы, которые были разделены во время столпотворения: 1) мидяне[541], 2) каппадокийцы[542], 3) галаты, они же кельты[543], 4) эллины, они же ионяне[544], 5) фессалийцы[545], 6) лаоконийцы (?)[546], 7) фракийцы[547], 8) македоняне[548], 9) сарматы[549], 10) родиои[550], 11) армяне[551], 12) сикелы[552], 13) норики, они же славяне[553], 14) авары, они же обры[554], 15) ромеи[555], которые называются греками. Это народы Иафета, третьего сына Ноя. Все яфетические народы поселились от Мидии до Западного океана[556]. Названия северных территорий, где поселились потомки Иафета, таковы: Мидия[557], Албания[558], Армения Малая и Великая[559], Каппадокия, Пафлагония[560], Галатия, Колхида[561], Боспор[562], Меотия[563], Сарматия[564], Таврия[565], Фракия, Македония[566], Далмация[567], Молоссия[568], Фессалия[569], Локрия[570], Пелления[571], Адриатика[572] и Адриатическое море.[573] У них много островов, 11 греческих островов, которые называются Киклады и которые обнимает Великое море[574]; названия этих осровов Андрос, Тенос, Тио, Наксос, Кеос, Ринея, Керос, Марафон. Есть ещё 12 других больших греческих островов, на которых много городов, которые называются Спорадскими[575]. Греки поселились на таких островах, как Британия, Сицилия, Крит, Кипр, Кос, Гамос, Родос, Хиос, Фасос, Лемнос, Лесбос, Самофракия. Есть и иные греческие острова[576], которые называются Митилена, Фокея, Приена, Эрифры, Самос, Теос, Хиос, Колофон, Эфес, Смирна, Эринофос, Халкидон, Византий, Понт, Амис, Элбофера. Всего островов, на которых поселились потомки Иафета, сорок один.

В пределах яфетидов есть великие реки: первая река Тигр, протекающая и разделяющая Мидию и Вавилонию до Чёрного моря[577], вторая река Дунай, третья Днепр, Десна, Припять, Двина, Волхов, Волга[578], которая течёт на восток в пределы Сима[579]. В тех же (яфетических) пределах [расположены] Кавкасийские, или Угорские, горы[580].

Скажем об отселившихся от них: от римлян, они же китиои[581], или так называемые латиняне, отделились 4 народа — туски[582], амилосиои[583], плискинои[584], каманои[585]; от африканского народа <…> отделилось 5 народов — недвинои[586], книфои[587], нумеды[588], насамоны[589], санаи[590]; от народа мавры[591] отделилось 3 народа — мосудамои[592], титенион[593], кесарии[594]; от испанского народа, он же туриний тараконисский[595], отделилось 5 народов — луситанцы[596], бетики[597], аутригонои[598], баски[599], халамиои, называемые асперами[600], все они живут в Испании; от галльского[601] народа, называемого нарумами[602], отделилось 4 народа — лугдуны[603], великои[604], сиканы[605], эдуи[606]; от германского народа отделилось 5 народов — маркомалои[607], мардулои[608], курдои[609], верилои[610], ермодолои[611]; от сарматского народа отделилось 2 народа — амоссовинои[612] и грекосарматы[613].

По правой стороне от Каппадокии живут: 1) армяне, 2) иберы[614], 3) винагрои[615], 4) скифы, 5) колхи[616] и 6) боспораны[617]; по левой стороне живут санны[618], которых называют санникеями, они протянулись[619] от Понта, где Аспаровы станы[620], Севастийский город[621], гавань Исса[622] и река Фасис;[623] эти народы сидят по этой реке вплоть до Трапезунта[624]. Греческий народ называют пятью именами[625]: 1) ионийцы, 2) аркадцы, 3) беотийцы, 4) эолийцы, 5) лаконийцы.

Между хамитами и яфетидами есть общие острова: 1) Корсика, 2) Лападуса, 3) Гавлос, 4) Мелита[626], 5) Керкина, 6) Менинга, 7) Сардиния, 8) Таврилис, 9) Галатий, 10) Горсуна, 11) Крит, 12) Гавлоприй, 13) Тера, 14) Кариафос, 15) Астипалея, 16) Хиос, 17) Лесбос, 18) Тенедос, 19) Тасос, 20) Самос, 21) Книд[627], 22) Мелос, 23) Нисирос, 24) Великий Кипр.

Итак, в Библии рассказано о всех тех народах и племенах, которые Господь рассеял по лицу земли, — Симовых, Хамовых и Иафетовых.

Некоторые народы названы непонятно, не нашим языком, а обозначены на неизвестных языках, мы же назовём их так, как принято на нашем языке. Вот народы, которые произошли от Иафета и расселились в его пределах: первый народ варяжский, второй славянский, третий чудь, четвёртый ямь, пятый лопь, шестой пермь, седьмой карела, восьмой печора, девятый югра, десятый литва, 11) ятвяги, 12) пруссы, 13) нерева[628], 14) меря, 15) мордва, 16) мещера, 17) мурома, 18) корсь 19) зимегола, 20) ливь.[629]

После разделения народов Бог порывом ветра разрушил башню, развалины которой находятся между Ассирией и Вавилоном в долине Сеннаар; развалины столпа в высоту и в ширину 5433 локтей[630]. Люди тогда трудились в безумии, желая взойти на небо, чтобы избегнуть потопа и ополчиться на битву с Богом, но не достигли своей суетной цели. Зато всё это исполнил милосердный Бог: по благодати Он принял облик человеческого существа, на сороковой день по воскресении взошёл на небо, указуя и даруя вход на небо человеческой природе; ополчаться же без страха Владыка повелевает нам на гордого супостата диавола, как и великий Павел сказал: «Наша брань не против крови и плоти, но против духов злобы тьмы века сего» (Еф. 6:12). В сражении с ними повелевает нам Господь спастись от греховного потопа. В пятидесятый день Он послал апостолам Святого Духа и они начали говорить на разных языках, ибо Дух дал им [дар] проповедовать, чтобы они собрали в одной вере все народы, которые Он тогда разделил. Следует знать, что от потопа до разделения народов прошло 529 лет, от Адама до разделения народов 2770 лет, или 16 поколений. Разделение народов было при Фалеке, сыне Евера. «Фалек родил Рагава» (Быт. 11:18), всего Фалек прожил 339 лет.

«Рагав родил Серуха» (Быт. 11:20).

Серух первым в своём колене начал создавать изображения храбрых людей, чтобы их имя не было в забвении, но чтобы, взирая на изображение, люди вспомнили и самого храбреца. «Серух родил Нахора» (Быт. 11:22), всего Серух прожил 330 лет.

«Нахор родил Фарру» (Быт. 11:24), всего Нахор прожил 208 лет. Нахор также начал создавать изображения, как и его отец Серух, однако тогда диавол очень постарался совратить еврейский народ, чтобы он забыл Божию благодать и поклонился идолам, что и случилось. Нахор не понимал, что его отец Серух создавал изображения во имя доблестных людей. Нахор, не понимая этого, почитал их как богов и поклонялся им и продавал кумиры еврейскому народу, и иноземцы, проходившие мимо, покупали их и, забыв Бога, поклонялись кумирам. Диавол же, овладев совращёнными людьми, творившими идолов и призраков, радовался все больше и больше[631]. Потом Нахор родил Фарру.

«Фарра же родил Аврама» (Быт. 11:26). И Фарра начал делать те же вещи, которые увидел у своего отца Нахора: поклонялся идолам, принося им в жертву тельцов и агнцев, — и всячески угождая диаволу[632].

Видя это, Аврам погрузился в долгие размышления, говоря сам с собой[633]: «Эти боги, которыми обольщается мой отец Фарра, суть дерево, у этих богов нет души: имея глаза, они не видят, и, имея уши, они не слышат, и, имея руки, не осязают, и, имея ноги, не ходят, и, имея ноздри, не обоняют, и из их уст не исходит голоса; поэтому я правильно думаю, что мой отец Фарра обольщается». С этими мыслями Аврам пришёл к отцу и сказал: «Фарра, отец, огонь священнее твоих золотых и серебряных, каменных и деревянных богов, ибо огонь сжигает всех твоих богов, сжигаемые же боги повинуются огню, огонь насмехается над ними, пожирая твоих богов; но и его я не назову богом, ибо он покорен воде, вода священнее его, так как она одолевает огонь и услаждает земные плоды; но и её я не назову богом, ибо вода уходит в землю, поэтому более священной я назову землю, так как она одолевает водную стихию, но и её не назову богиней, ибо она иссушаема Солнцем и используется людьми для дела; более священным, нежели землю, я назову Солнце, ибо оно своими лучами освещает всю землю, но и его не назову богом, так как оно, когда наступает ночь, меркнет во тьме; но опять-таки ни Месяца, ни звёзд я не назову богами, так как они сияют только во время ночи, днём же их свет меркнет. Но вот что послушай, отец мой Фарра, я возвещу тебе Бога, сотворившего всё: это истинный Бог, который обагрил небеса, позлатил Солнце и сделал светлыми Луну и звёзды, высушил землю среди многих вод, и тебя самого создал разумным, и меня ныне взыскал, чтобы взволновать мыслью, что Бог явится нам Сам Собою». И вот что было, когда Аврам говорил это своему отцу Фарре, во дворе его дома.[634]

Но понимаешь ли ты, о чём пророчествовал благородный Аврам, когда сказал, что явится нам Сам Собою Бог? Что значит явиться Самому Собой? Если не знаешь, то помолчи! Это значит, что Аврам, ожидая рождения Христова, прозрел наперёд духовными очами всё, что и произошло[635].

Услышав это, его отец Фарра посмотрел тяжёлыми очами на Аврама, ибо не по нраву ему были Аврамовы слова, но возлюбил он ложь, переданную ему его отцом Нахором. Аврам же сказал сам себе: «Испытаю богов своего отца, смогут ли они ему помочь». И взяв огня, Аврам поджег храмину, где стояли идолы его отца. Увидев это, Аран, брат Аврама, желая сберечь идолов, хотел вынести их, но сам сгорел; «и умер Аран прежде отца» (Быт. 11:28). Раньше того не было, чтобы сын умирал прежде отца, но всегда отец прежде сына; но с этих пор сыновья стали умирать прежде отцов[636].

И возлюбил Бог Аврама и сказал Бог Авраму: «Аврам, Аврам! Ты взыскал Бога богов, уйди от отца твоего в землю, которую Я укажу тебе, и Я произведу от тебя великий народ, и благословятся в тебе все племена земные» (Быт. 12:1–3).

Понимаешь ли ты, что значит благословиться в Авраме всем племенам земным? Так как Господь наш Иисус Христос изволил родиться от колена Аврамова, от дочери Иоакима, то не в Авраме им благословиться, но в Боге, сотворившем небо и землю. Ибо нет такой веры, чтобы верили в Аврама, но и Аврам благословился именем Иисусовым, так как из его колена произошла Пречистая Дева, от которой родился Иисус, во имя Которого благословились и крестились народы[637].

«Аврам, взяв своего отца, вышел из земли Халдейской[638] и пришёл в город Харран в земле Ханаанской и поселился там. И здесь умер Фарра, его отец, и было дней жизни Фарры 205 лет» (Быт. 11:31–32).

После смерти отца «Аврам вышел из Харрана, и было ему тогда 75 лет, когда он пришёл в землю Ханаанскую к высокому дубу со всем имуществом, которое он приобрёл в Харране. Сара, жена [Аврамова], не рождала ему» (Быт. 12:4–6; 16:1). Здесь Аврам поставил жертвенник Богу и помолился. И тут сказал ему Господь Бог из облака: «Аврам! Я — Творец небесного и земного. Я многоименный и всемогущий. Я страшен серафимам и невидим херувимам. Я Тот, Кто основал землю на тверди и обуздал море. Я Тот, Кто связал словом отпавшего от моей славы [диавола]. Я Тот, Кто сказал тебе в сердце твоём поджечь дом отца твоего, ибо он воздавал честь мертвецам. Я Тот, Кто приготовил тебе землю и направил к ней путь твой. Радуйся и веселись, ибо Я с тобой!»[639]

Аврам, услышав сказанное ему, спросил: «Превечный Боже! Да скажет раб твой пред Тобою, и да не прогневается ярость твоя на меня! Скажи мне, Господи, о моем племени: что будет с ним в последние дни?» И был глас к Авраму, сказавший: «Из твоего племени выйдет человек, и многие соблазнятся о нём; он же одних опозорит, других же, поклонившихся ему, возвеличит. Многие из язычников будут уповать на него, ибо Я послал его, и станет увеличиваться праведная жизнь, а потом придёт суд мой на коварных потомков твоего племени[640]. В те дни наведу на всю земную тварь десять злых язв и предам их души болезням, и стенаниям, и скорбям, ибо они раздражат Меня. Тогда будут оберегаемы Мною праведники из твоего потомства, стремящиеся к славе Имени моего и к месту, прежде уготованному им, и всегда будут радоваться во Мне, и погубят погубивших их, и посрамят поносивших их, и когда увидят Меня, то возрадуются с моими людьми, и приму возвращающихся ко Мне».

Да понимаешь ли ты, окаянный жидовин, что Бог возвестил вашему прадеду Авраму, сказав, что «выйдет муж из твоего колена и многие уповают на него», — что этот муж — Сын Божий от Пречистой Владычицы из колена Аврамова, о чём позже в родословии скажем? А слова «многие соблазнятся о нём» [означают вас, ибо] вы соблазнились — не узнали Сына Божия. А кто посрамлён, о ком сказано: «одних посрамит»? Вы, пребывающие в рабстве у народов. [А кто] другие, о ком Он сказал: «поклонившихся ему возвеличит»? Мы, христиане, ибо мы поклоняемся Ему — Отцу, и Сыну, пришедшему в мир, и Святому Духу, осенившему святых апостолов, всех вместе чтим в едином божестве нераздельно. Он сказал «из народов же многие будут уповать на него» потому, что многие из язычников крестились во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, — 51 народ, а 21 остался. Он сказал «Я послал его, и станет умножаться праведная жизнь», потому что, когда Сын был послан от Отца, тогда стала расти православная вера, которую древле проповедовали пророки. Потом Он сказал: «Придёт суд мой на лукавых потомков племени твоего»; и это сбылось судом Божиим[641]: пришёл Веспасиан[642] и полонил землю Иерусалимскую и Галилейскую и прочую. А когда Он сказал: «В те дни наведу на всю тварь земную 10 злых язв, и болезнь, и стенание, и скорбь душам их», — то и это сбылось по его словам[643]. Когда Веспасиан возвратился царствовать в Рим, то не послал ли он своего сына Тита на Иерусалим, чтобы взять его и оставшуюся часть горожан полонить? Не сбылось ли [тогда] на вас сказанное Господом: «В скорби душ ваших будете рассеяны»? И ещё Он сказал: «Всему этому предам их, ибо раздражили имя Божие», — разбойника Варавву, выпросив у Пилата, вы отпустили, а вместо разбойника к кресту пригвоздили Иисуса, называемого Христом, Спасителя вашего мира. А ещё Он сказал: «Тогда будут оберегаемы Мною праведники из твоего потомства, стремящиеся к славе Имени моего»; как Он сказал, так и сбылось: Пётр и Павел, два великих верховных апостола, а также Иоанн, и Матфей, и Лука, и Марк (это 4 евангелиста), Андрей и Симон, Иаков и Варфоломей, Фома и Филипп и прочие 70 учеников, — все они потомки Авраама, как сказал о себе великий Павел, «из колена Вениаминова» (Флп. 3:5). Они были мужами праведными, оберегаемыми Богом, стремились к славе Его в горний Иерусалим. Эти апостолы прошли всю землю, уловили народы, словно безгласных рыб[644], именем Божиим и очистили их от скверных жертв, Телом Господним напитали их и Кровию Его напоили всю землю. А слова «к месту, прежде уготованному им» означают горний Иерусалим, где слава Отца, и Сына, и Святого Духа сияет ярче Солнца. «И всегда будут радоваться во Мне, и погубят погубивших их, и посрамят поносивших их», — ибо вошли апостолы, как овцы посреди волков[645], в круг невежественных народов и приняли от них много хулы, и оскорблений, и поношений, но в конце концов язычники не смогли противиться Святому Духу, говорившему из апостольских уст, и они (апостолы) бывших волков превратили в агнцев и младенцев. «И когда увидят Меня, то возрадуются, и с моими людьми приму возвращающихся ко Мне», — так с апостолами будут обожены по благодати все возвращающиеся к Нему от языческих заблуждений[646]. Ещё Господь сказал Авраму вот что: «Слышал ли ты, Аврам, что Я возвестил тебе о том, что будет с твоим народом в последние дни?» Аврам слышал слова Божии и сложил их в своём сердце.

После этого из-за голода Аврам ушёл в Египет. Когда он пришёл в Египет, то египетский фараон взял его жену Сару [в наложницы] из-за её красоты. Но в ту же ночь Бог муками мучил фараона, царя египетского, за Сару, жену Аврамову, и царь вовсе не касался её и не осквернил ложа Аврамова. Когда настало утро, фараон со всякой поспешностью отпустил Сару к Авраму (см. Быт. 12:10–20).

Отчего же вы, окаянные иудеи, не стремитесь подражать своему прадеду Авраму? Когда Аврамом овладевала печаль или какая-то скорбь, то он возносит свои пречистые руки к вышнему Царю и таким образом находит в Боге своего помощника. У него было 318 домочадцев, но он на них зла не вымещал. Какое же зло сделали вам ваши пророки, которые проповедовали пришествие Божие? Вы же одних побили камнями, других живыми перепилили пилами, Захарию, сына Варахиина, убили между храмом и жертвенником[647]. Поэтому и было сказано: «да придёт на вас вся кровь, пролитая вами» (Мф. 23:35; ср.: Лк. 11:50)[648].

Отчего же вы не вспомнили о том, как египетские астрологи не смогли противостоять мудрости Аврама, ибо мудрость Аврама была не суетной, но от Всевышнего Промысла[649]. Вы же, окаянные, от Того ли умудрились, когда на высотах поклонились двум золотым коровам Ровоама, сказавшего: «Вот бог твой, Израиль»? (3 Цар. 12:8).

Когда Аврам пришёл из Египта к дубраве Мамре, до него дошла весть о взятии Содома и пленении его племянника Лота, так как его племянник Лот там жил[650]. Аврам собрал своих домочадцев и гнался за ними (неприятелями) до Дана, и, когда настала ночь, он, напав на них, избил их и возвратил всех содомских пленников и Лота, своего племянника, с его женой и детьми, и имущество его возвратил (см. Быт. 14:14–16). Когда Аврам возвращался после сражения с Кедорлаомером, на равнине Шаве (это была царская долина) «вышел ему навстречу Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, — он был священник Бога Всевышнего, — благословил Аврама и сказал: „Благословен Аврам от Бога Всевышнего, Творца неба и земли; благословен Бог Всевышний, Который предал врагов твоих в руки твои”» (Быт. 14:18–20)[651].

Почему Мелхиседек назван священником Бога Всевышнего? Каковы жертвоприношения Мелхиседека? Что он принёс Авраму? Не то ли, что и Господь наш Иисус Христос на [Тайной] вечери предал своим апостолам, сказав: «Приимите и ядите: сие есть Тело Мое, предаваемое за вас во оставление грехов». И ещё Он сказал: «Пейте: сие есть Кровь Моя Нового Завета, изливаемая за вас во оставление грехов»?[652] Наш Господь сказал это своим апостолам, так как Ему должно пострадать за мир, и дал им бескровную жертву, как и Мелхиседек приносил в жертву Богу хлеб и вино. Об этом говорил и великий Павел: «Ты священник вовек по чину Мелхиседека» (Евр. 5:6). Теперь по поводу слов Господа «сие есть [Кровь Моя] Нового Завета». В те времена иудеи приносили в жертву агнцев и козлят. Господь потому и сказал «сие есть Новый Завет», что пожелал распять своё Пречистое Тело на кресте и пролить за мир свою честную Кровь во отпущение грехов верующим в Него. Ради этого Господь Бог научил своих апостолов, как Он велит им проповедовать веру среди язычников и научить народы.

Аврам, как сказано, был бездетен. «Сара, его жена, сказала ему: „Вот, я заключена, чтобы не рождать; войди же к служанке моей Агари и зачни себе сына”. Сара, взяв Агарь, дала её Авраму. Агарь, зачав от Аврама, [родила] сына и нарекла имя ему Измаил. Авраму тогда было 86 лет» (Быт. 16:2–4, 15–16).

И сказал Господь Бог Авраму: «Пусть у вас весь мужеский пол обрежет крайнюю плоть вашу: и сие будет знамением завета между Мною и вами, и родом твоим, и младенцами вашими. Восьми дней [от рождения] да будет обрезан у вас весь мужеский пол, рождённый в доме и купленный, от твоего сына и не от твоего, которые не от твоего рода; да будет обрезан рождённый в доме и купленный для твоего дома; и будет завет мой на теле вашем заветом вечным; необрезанный же мужеского пола, который не обрежет крайней плоти своей в восьмой день, — истребится душа та из народа своего, ибо он нарушил завет мой» (Быт. 17:11–14).

Неужели мы не говорили тебе, жидовин, что когда Бог давал Адаму заповедь о древе, то Он ему не сообщал, что «после тебя поставлю мой завет на облаках Ною и всему роду человеческому»? И Ною того не говорил, что «после тебя дам Авраму закон обрезания», и Авраму не возвещал о Моисее. Так как в этом народе ни у кого не было двух жён, но только у Аврама, поэтому Он повелел обрезать у члена [крайнюю плоть], чтобы он не преступал далее, но жил подобно первому Адаму и был примером для остальных, как заповедано поступать.

Аврааму[653] было 99 лет, когда он обрезал себе крайнюю плоть; Измаилу же, его сыну, было 13 лет[654].

Авраам был гостеприимен. «И явился Аврааму Господь у дубравы Мамре, когда он в полдень сидел у дверей своего дома. Он возвёл очи свои и взглянул, и вот, три мужа стоят против него.[655] Увидев их, он поспешил навстречу им и поклонился до земли» (Быт. 18:1–2), не ведая, что это за пришельцы; если бы он знал, кто они, то мы не удивлялись бы, что он служил [как] Богу. «И сказал Авраам: „Господи![656] Если я обрёл благоволение пред Тобою, не пройди мимо раба своего; принесут воды, и омоют ноги ваши, и отдохните под деревом, а я принесу хлеба поесть”. Они сказали: „Так и сделаем”. Авраам позвал Сарру, свою супругу, и сказал ей: [„У нас] общая жизнь, пусть будут общими и добрые дела; поскорее замеси три саты лучшей муки”. Сам же поспешил к стаду коров и взял телёнка-сосунка от матери, нежного и хорошего, приготовить пищу» (Быт. 18:3–7). Сарра же поторопилась приготовить пресные хлебы. Авраам хотя и владел 318 слугами, сам заколол и принёс телёнка[657], приготовил пищу и «и поставил перед ними, и они начали есть» (Быт. 18:8). И пришла с рёвом мать закланного телёнка, и Христос повелел[658], и телёнок тут же ожил, встал и начал сосать свою мать[659]. «Сам же Авраам стоял подле них под деревом, и они сказали ему: „Авраам, где Сарра, жена твоя?” Он отвечал: „Здесь, в доме”» (Быт. 18:9–10). Они же сказали ему: «Авраам, поскольку вы разделяете труд, то разделите и венец, ибо не ослабла у вас телесная сила, но укрепляясь мыслями и бодростью мудролюбия, преодолела естество; неся телёнка, ты не ощущал тяжести, но чувствовал облегчение при мысли о надежде на большее приобретение; и вот ныне сладкий плод взрастила твоя трапеза: Сарра, жена твоя, родит сына». И тут Авраам увидел Бога. «Сарра, стоя за дверьми дома и слушая, посмеялась, сказав: „Как я могу родить, если прошло уже время родить мне и моему мужу”. Обыкновенное у женщин у Сарры прекратилось, и она посмеялась, сказав сама себе: „Как мне родить, если муж мой стар и я тоже состарилась?” И сказал Господь Аврааму: „Отчего это рассмеялась Сарра, жена твоя? Есть ли что трудное для Бога? Я дал тебе слово: [у Сарры] будет сын”. Сарра же, испугавшись, [сказала]: „Я не смеялась”» (Быт. 18:11–15).

Внимайте, иудеи, сказанному, ибо это неизреченная тайна Божия: три мужа не могли [буквально] съесть три саты муки, но это было прообразование Святой Троицы и Христова пришествия во плоти. «Взял Авраам коровьего масла, и пресных хлебов, и телёнка, которого приготовил, принёс им, и они ели» (Быт. 18:8). Вдумайтесь, иудеи, в значение и смысл этих [слов]: не прообразовал ли тут Господь своё пришествие во плоти, когда ел как человек? Если бы Авраам знал, что говоривший с ним был Бог, то он упал бы в страхе и вместо даров принёс бы благоухание фимиама; но, не ведая [того], он служил как людям. Так было и с Христовым пришествием во плоти, когда Он родился от Девы Марии и был во всём, кроме греха, человеком, почему иудеи и не поняли, что Он — Господь. Но сей достойный старец Авраам, поклонившись, позвал их омыть ноги и пригласил отдохнуть под деревом. Удивительно! Не зная, [кто они], он захотел почтить их как людей, вы же, окаянные иудеи, своими ушами слышали вопль изгнанных бесов: когда они кричали: «Иисус Назарянин, что Ты мучишь нас прежде времени! Ты пришёл погубить нас!» (Мк 1:24), — вы тогда, видя это чудо, заткнули свои уши. Когда Он воскрешал мёртвых, даровал прозрение слепым, хождение хромым, исправление горбатым, вы же, видев это, очи смежили и за все благодеяния бросали в него камнями. Но отвергнув Его, вы сами отвергнуты были от Его славы, ибо вы не послужили Богу, в отличие от Авраама.

Омыв ноги пришельцам, он освятил свои руки, поспешением ног он приобрёл благодать своему стаду коров, горением любви исполнился Святого Духа и своей службой весь освятился. Так и здесь грешница пришла к Богу и целовала ноги Иисуса, согретой тёплой водой омыла Его ноги и потом нетканым платом отёрла, то есть проливала к Богу тёплые слезы о грехах, а власы [её] головы оказались выше брачной порфиры. Христос сказал ей: «Дочь, прощаются тебе грехи» (Лк. 7:47). Неужели не видишь Бога, по-Божьи прощающего грехи? Пришёл к Нему Иоанн, сын Зеведеев, и был наречён «сыном громовым» (см. Мк. 3:17). Посмотри же: Пётр, осеняя [именем Господним], исцелял больных (см. Деян. 3:2–16), Павел, возгоревшись любовью, воскресил мёртвого юношу, упавшего со стены (см. Деян. 20:9–10). Но кто может изъяснить дар чудотворения? Ни Аврааму не прибавилось, ни у этих [Петра и Павла] не убавилось, но всё творит один Господь Иисус Христос, вчера и сегодня и вовеки Тот же[660].

«И отправились мужи к Содому и Гоморре, Авраам же пошёл с ними, проводить их. И сказал Господь: „Не утаю от Авраама, раба Моего, что Я сделаю! От Авраама произойдёт народ великий, и благословятся в нём все народы земли”» (Быт. 18:16–18).

Не потому ли я говорил тебе, жидовин, что нет веры, чтобы веровать в Авраама?[661] Но из рода Авраамова произошла Пречистая Дева, от которой родился Христос Бог, Который благословен в мире, и благословляющие Его благословятся от Него[662].

Ибо, сказано, Бог знал, что Авраам накажет сынам своим соблюдать заповеди Господа Бога, творить суд и правду, как и ему заповедал Бог. «И сказал Господь Бог: „Вопль Содомский и Гоморрский велик, грехи их весьма тяжелы; сойду и посмотрю: если их вопль будет восходить ко мне, они будут уничтожены”. Авраам же, подойдя, сказал Господу: „Не погуби праведного с нечестивым; может быть, есть в этом городе пятьдесят праведников, неужели Ты не пощадишь всего города ради пятидесяти праведников?” Господь же сказал: „Да, пощажу”. Авраам продолжал говорить: „Может быть, найдётся там сорок?” Господь сказал: „Нет, не погублю”. Авраам же сказал: „Не прогневайся на раба твоего, Господи, что я скажу ещё раз: если найдётся там десять, то погубишь ли праведного с нечестивым или ради праведного пощадишь нечестивого?” Господь сказал: „Да, если найдётся там десять праведных, не истреблю города ради десяти праведных”. И пошёл Господь, перестав говорить с Авраамом» (Быт. 18:20, 21, 23, 24, 26, 29, 32, 33).

О дивное чудо! О иудейское безумие! Отчего же ваш праотец Авраам, видя трёх человек, называл их одним именем Господа? Неужели не понимаешь, окаянный, что одним именем названы Отец, и Сын, и Святой Дух, ибо это одна сила, одна власть, одно божество?[663] И Писание ясно указывает тебе, говоря: «И пошёл Господь, перестав говорить с Авраамом». Почему он не сказал Господа, но, увидев трёх человек, он сказал Господь? Пусть же замолкнут иудеи, и пусть оцепенеет ваш язык, выдающий ложь за истину[664].

«Авраам же возвратился в своё место» (Быт. 18:33).

«Пришли два Ангела в Содом вечером; городские жители, содомляне, юноши и старики, окружили дом и вызвали Лота и говорили ему: „Где двое мужей, которые пришли к тебе на ночь? Выведи их к нам, мы познаем их”. Лот, выйдя перед дверьми, взмолился, ибо они пришли под кров его дома. Тогда двое тех мужей простёрли [руки свои и] втащили Лота к себе [в дом], а людей избили камнями невидимо. Сказали те два мужа Лоту: „Всех своих близких выведи из города, ибо это место будет истреблено”. Лот, взяв жену и двух своих дочерей, быстро ушёл из города. Господь же просыпал с неба на Содом и Гоморру горящие камни» (Быт. 19:1, 4–6, 8, 10–13, 17, 24)[665].

О иудейское безумие! Как же вы не усмотрели того, что сказал Господь Аврааму: если в Содоме найдётся десять праведников, то не погублю их? Отчего же вы были истреблены в своей земле и городах, а святой город Иерусалим Господь Бог отдал нашим отцам?[666] Если бы там было десять праведников, то и вы, окаянные, не были бы погублены ради них, но думаю, что не было их во всех Иерусалимских пределах, как и тогда [в Содоме]. И вот что ещё скажу: если бы Иерусалим не был местом святого гроба Господня, то, как Содом и Гоморру, Бог погубил бы горящими камнями, или, как Ниневию, потопил бы наводнением (см.: Наум. 1:8), или, как Тир и Сидон (см.: Ис. 23:4–18; Иез. 26:1–21)[667], вы погибли бы в забвении, но ради пречестного Воскресения Бог сохранил этот город, оставил там свой святой гроб для поклонения христианам[668] и для воспоминания о вашем безумии.

И вы стыдитесь и срамитесь Магометовой веры, окаянные агаряне! Подумайте, из-за чего были истреблены Содом и Гоморра? Из-за порока, что у вас в обычае: муж ложится с мужем, омывает свои анальные части и возливает это на свою голову и бороду. Если вы полагаете беззаконие своим законом, то содомитски живя по-содомски и погибнете. Если Бог отнял жизнь у содомлян, то и вас ожидает день погибели. Блаженный праотец Ной, пророчествуя о вас, сказал: «Хам да будет рабом у своих братьев» (Быт. 9:25). Тогда ещё брат не был в рабстве у брата, но вы сами назвали себя рабами, ибо уверовали в иудейского раба Магомета, вера же эта оскверняет небо и землю.

Вашим же прообразом, иудеи, была Лотова жена, оглянувшаяся вспять. В то время как Бог даёт благодать своим людям, отвергшим Ветхий Завет, вы же озираетесь, окаянные, на беззаконие своих отцов, и, словно соляной столб, так окаменело ваше сердце. Как ваши отцы избили пророков, проповедовавших имя Божие, так и вы распяли на кресте Бога славы.

Мы же снова вернёмся к [Книге] Бытия.

«Зачав, Сарра родила Аврааму сына, и он нарёк имя ему Исаак. Авраам был ста лет, когда родился у него Исаак» (Быт. 21:2, 3, 5), Сарре же было 90 лет. «[Когда] дитя его Исаак было отнято от груди, Авраам тогда сделал большой пир» (Быт. 21:8), так как у него было в обычае делать добро.

Через несколько дней «увидела Сарра, что сын Агари, её служанки, Измаил бил её сына Исаака, и сказала Аврааму: „Выгони эту рабыню с её сыном, ибо не наследует сын рабыни с сыном свободной”. Той же ночью во сне явился Аврааму Бог, говоря: „Во всём, что скажет тебе Сарра, твоя жена, о твоём дитяти и о рабыне, слушайся её”» (Быт. 21:9, 10, 12).

[669]Посмотри на то, жидовин, как Бог повелел Аврааму слушаться голоса Сарры и как Сарра пророчествует о нашем Законе, ибо Сарра выразилась для нас [совершенно] ясно. Когда Сарра не могла родить, тогда Агарь родила Измаила и Авраам считал его сыном; когда родился Исаак, то раб был изгнан. То же и с законом Моисея: пока Христос не явился во плоти, закон Моисея был почитаем; когда же Господь наш Иисус Христос родился от Пречистой Девы, то по чину Авраама принял обрезание и не отверг [закона] Моисеева, однако видел, что народ Израилев пренебрегает законом. Подобно тому как Измаил бил Исаака, так и иудеи, избив, распяли Иисуса Христа Сына Божия. Как Авраам изгнал рабыню с её сыном, так и Христос, приняв Авраамово обрезание, Моисеев закон наконец весь отринул, и Ветхий Завет весь был оставлен, кровью Нового Завета Он людей напоил и своим телом напитал. Оттого мы теперь и радуемся, что нам воссияло от Девы праведное Солнце — Христос[670]. Пока пурпурная заря освещала землю, на ней всё было видно неясно; когда же взошло Солнце, всё освещая и согревая и всех веселя, тогда увидели весь мир, тогда и птицы запели благозвучную песнь и ягнята лежали на зелёной травке, тогда и кони скакали, сбросив путы, по слову пророка, лев и вол вместе ели солому (см. Ис. 11:6–7), тогда каждый на своём языке славил Бога и 72 народа радовались, избежав греховной тьмы. Пока была заря, был закон Моисея; вы же, отверженные, называетесь измаильтянами; нам же воссияло Солнце правды — Христос Бог от Пречистой Девы, происшедший из колена Авраамова, о чём подробнее расскажем тебе после. Он для того добровольно восшёл на крест и протянул свои пречистые руки, чтобы собрать народы со всех концов земли; как из-за безумия Нимрода, взирая на столпотворение, они рассеялись, так ныне, взирая на крест Христов, народы собираются от лжи к истинной вере, о чем сказал и великий Павел: «Когда приобретём весь мир, тогда ляжем в гроб»[671]. Следует также знать, что до скончания мира все оставшиеся народы крестятся во имя Божие.

Мы же снова вернёмся к [Книге] Бытия.

«Авраам встал рано утром, взял хлеба и воды и, положив ей на плечи, отпустил её с её сыном» (Быт. 21:4).

«Вот что было по прошествии лет: Бог искушал Авраама» (Быт. 22:1): Всеведец, Он пожелал сделать Авраама образцом для народов и впоследствии научить нас, что значит любить Бога. «Он сказал ему: „Авраам!” Тот сказал: „Вот я, Господи”. И сказал ему Господь: „Возьми сына своего, возлюбленного Исаака, приведи на гору и принеси [его] в жертву”. Авраам встал рано утром, оседлал осла своего, взял с собою двоих слуг и Исаака, сына своего возлюбленного, наколол дров для сожжения жертвы и пошёл, куда сказал ему Господь. На третий день Авраам возвёл очи свои, увидел то место издалека и сказал слугам своим: „Останьтесь вы здесь, а я и сын пойдём на гору и, поклонившись, возвратимся к вам”. Взял Авраам наколотые дрова, возложил на плечи Исааку, сыну своему, взял огонь и нож в руки, и пошли оба к горе. И сказал Исаак Аврааму, отцу своему: „Вот огонь и дрова, где же агнец для жервоприношения?” Авраам же сказал: „Дитя, Бог усмотрит Себе агнца для жертвоприношения”» (Быт. 22:1–8). Исаак посмотрел и увидел нож в руках своего отца, и сказал Исаак Аврааму, своему отцу[672]: «Скажи мне, любимый отец, если тебе нужен агнец, то я быстро сбегаю к стаду и приведу тебе; если же ты желаешь, чтобы твоя жертва была более угодна Богу, наклони мою главу — меня принеси в жертву Господу». Авраам же, разгоревшись отцовской любовью, ответил на это, сказав: «Поведаю тебе, моё возлюбленное дитя, Господню волю: Бог просит тебя в жертву, дитя, это его воля, а не я этого хочу. Ты знаешь, как я люблю тебя, дитя, и моё сердце трепещет, как я подниму на тебя, дитя, нож, как увижу слезы твоей матери, как сам начну оплакивать тебя, дитя. Однако если ослушаюсь повеления Владыки, то буду лишён Его великих милостей и буду чужд Его великих обетований, дитя, о том, что через меня Он обещал благословение миру. Что я буду делать, дитя? Совсем не знаю, что мне делать, чадо! Но лучше мне Ему принести тебя в жертву, дитя, ибо давший матери её тельца даст мне тебя живым и сегодня же Господь сможет воскресить тебя из мёртвых»[673].

Посмотрите, братья, на волю отца и послушание сына, на отца и сына, исполняющих один замысел и вместе стремящихся к любви Божией! Послушайте и вы, окаянные иудеи: прообразом кого был идущий на жертву Исаак? Не Того ли, о Ком пророчествовал Исайя: «Как овца, ведён был Он на заклание, и как агнец пред стригущим его безгласен, так Он не отверзал уст Своих в смирении. От суда Он был взят; но род Его кто изъяснит? Ибо жизнь Его отторгнута от земли» (Ис. 53:7–8). Если ты, еврей, скажешь мне, что пророк Исайя эти слова сказал об Исааке, то он назывался бы не пророком, а бытописателем. Но он — пророк, ибо провидел Святым Духом, что Бог добровольно пострадает за род человеческий и освободит род земной от власти греха. Эти слова Исайи — «Род Его кто изъяснит?» — обличают тебя, жидовин, ибо о Божием роде уста ничего не могут сказать, кроме одной известной истины, то есть того, что Отец в Сыне и Сын во Отце со Святым Духом. О роде же Исаака мы читали и знаем.

В словах же о трёхдневном шествии Авраама до горы, на которой он должен совершить жертвоприношение, было возвещено о трёхдневном воскресении Господнем. После распятия Господа апостолы издалека смотрели на гробницу, в которой было тело Иисуса, с верою ожидая воскресения; на третий же день они обнаружили, что Христос воскрес. Как Авраам три дня шествовал до горы, видел её и шёл, так и ученики Господа, приходя ко гробу, ожидали воскресения. Если пророк говорит «жизнь Его отторгнута от земли», то это потому, что Господь воскрес не без тела, но в теле вознёсся к Отцу, где был искони[674]. Ты же, окаянный еврей, прекрати богохульствовать, чтобы тебя, как Авирона, не поглотила, разверзшись, земля,[675] но, уверовав, исповедуй истинного Бога, чтобы получить милость вместе с [остальными] верующими Ему.

Мы же снова возвратимся к [Книге] Бытия[676].

Исаак, выслушав своего отца Авраама и, будучи смиренным, сказал богобоязненным сердцем: «О мой добрейший отец! О милое сердце! Твоё дитя поддержит тебя, отец, ибо лучше тебе послушать волю Владыки и исполнить Его желание, отец. Подними на меня свои руки, отец, я же приму узы. Вспомни, отец, великую благодать Господню, как Он дал тебе меня в старости, то уж воскресить меня тебе из мёртвых Господу возможно». Авраам утвердил своё сердце и, не думая о бездетной [старости], не проливая слёз, возлагал дрова на жертвенник, желая исполнить то, что повелел ему Господь. Когда Авраам положил дрова на жертвенник, он тогда напряг свои силы, взял и связал Исаака, своего сына, — не подумал о разлуке с дитятей, не пощадил отрока, но, связав его, положил его на жертвенник, то есть поверх дров.

О дивное чудо! Для чего Авраам связал Исаака, а Исаак не [пытался] избежать смерти? Потому Авраам связал Исаака, что иудеи свяжут Христа, добровольно пошедшего на страдания. Авраам положил Исаака на дрова, иудеи тоже распяли Христа на древе; те дрова, на которых был Исаак, были положены на жертвенник, и Христос тоже был распят на деревянном [кресте]; его положили на дрова, так как эти дрова сжигают вознесённые на них жертвы верующих в Него, так и древо [крестное] сжигает сонмы бесов.

Мы же вернёмся к [Книге] Бытия.

Авраам, преисполненный любви к Богу, связал [Исаака], взял нож, наступил ему на шею и повернул голову, как агнцу. О славное чудо! Отец с небес смотрит на заклание Сына иудеями, бьющими Иисуса по голове, наносящими оскорбления и поношения, словно злодею, а не как Сыну Божию, приносимому в жертву. О дивное чудо! О милосердие Божие! Как, видя заклание Сына, — о дивное чудо! — Он не свернул небес, не развеял землю, не уничтожил природу! Милосердствуя, Он всех привёл к покаянию, только вас, злодеев, рассеял. Пятьдесят два народа, крестившихся во имя Его, Он привёл [к Себе] и приготовил им лестницу на небо: крестившиеся крещением беспрепятственно восходят на небеса — не так, как Нимрод: в муках он строил башню, но не обрёл [желаемого]. Крестившимся Он даровал свою печать — крестное знамение: при виде этого знамения открываются небесные двери, ангелы же, небесные привратники, видя крест — знамение великого Царя, встречая [крещёного], приветствуют его, обещая, что он будет жителем рая[677].

Мы же обратимся к Книге Бытия.

Авраам не пощадил отрока, но старался исполнить повеленное ему Господом. Он уже приблизил нож к горлу Исаака, когда из облака загремел ангельский глас, сказав: «Авраам! Авраам! Говорит тебе Господь: „Не режь сына своего возлюбленного; тебе ведома природная [любовь] отцов к детям, но ты не пощадил своего возлюбленного сына ради Меня; поэтому Я клянусь Собою, Я благословляя благословлю тебя, и благословятся в семени твоём все народы земли, ибо из твоего рода произойдёт муж, о котором Я прежде говорил тебе. Теперь же отпусти сына и возьми овна, запутавшегося в Савековой чаще”» (см. Быт. 22:10–18); Савек же значит «отпущение»[678]. Авраам, услышав эти слова, отпустил отрока.

Понимаешь ли ты, жидовин, слова Бога, Который сказал: «Из твоего рода произойдёт муж, о котором Я прежде говорил тебе»? Из рода Авраама произошла Пречистая Дева, дочь Иоакима, в которую вселилось Слово Божие, «и Слово стало плотью» (Ин. 1:14). Тот Муж, о Котором Он возвестил Аврааму, есть Царь мира, владеющий народами, на Него же уповая, мы все спасаемся.

«Авраам увидел овна, запутавшегося в чаще Савековой, пошёл, взял овна, привёл и заколол его вместо Исаака, сына своего» (Быт. 22:13). Так и Господь наш Иисус Христос вместо Себя избрал агнцем просфору и вместо Себя дал на снедь, освятив вино, назвал его кровью — установил литургию; ни тело без крови не называется литургией, ни кровь без тела, но то и другое вкупе, осеняемые Святым Духом[679].

Авраам, совершив жертвоприношение, возвратился с отроком, откуда пришёл. Так и Господь Бог наш, принеся Себя в жертву за мир, оставил для литургии свои Тело и Кровь, взошёл на небо к Отцу, откуда пришёл. Когда Авраам пришёл в свой дом, где он жил, и тут умерла его жена, в городе Хеврон в Ханаанской земле; было же Сарре 127 лет.[680]

«Когда Авраам состарился, он призвал к себе старшего из своих слуг, управлявшего всем его домом, и сказал ему: „Вот полагаю твою руку под моё бедро”» (Быт. 24:1–2). Поскольку тогда соблюдался закон обрезания, то достойный старец Авраам, получив закон обрезания, заклял им одного из своих слуг, сказав: словно царский обет сохрани то, в чем поклялся у меня под бедром.[681] Кроме того, это ещё одно откровение рождества от Девы, ибо от плода его чресл произошла Пречистая Дева, в которой воплотился Спаситель. Именно поэтому Авраам принимал клятву под бедром: «Заклинаю тебя Господом, что ты не возьмёшь сыну моему жены из дочерей Хананеев, но приведёшь [жену] из земли, откуда я вышел, от племени моего» (Быт. 24:3–4). «Слуга, встав, пошёл в Междуречье в город Нахора» (Быт. 24:10), и тут нашёл девицу по имени Ревекка. Слуга увидел её, когда она пришла к колодцу; всё, что слуга загадал о девице, всё это Господь исполнил ему. Слуга спросил девицу, откуда она и чья она. «Она же сказала: „Я дочь Вафуила, сына Милки, которого она родила Нахору”» (Быт. 24:24). Слуга от радости восхвалил Бога и пошёл к её отцу, рассказал ему всё об Аврааме и его сыне Исааке. И он взял её и привёл её своему молодому господину. «И она стала его женою, и утешился Исаак [в печали] по матери своей Сарре» (Быт. 24:67). Исааку было 40 лет, когда он взял в жены Ревекку.

После этого «взял Авраам ещё жену по имени Хеттура. Она родила ему Зимрана, Иокшана, Медана, Мадиана, Ишбака и Шуаха” (Быт. 25:1–2). Аврааму было 175 лет, «и он умер в старости доброй» (Быт. 25:8). Следует хорошо знать, что количество лет от разделения народов 551, а от потопа до Авраама 1052 года, а от Адама до Авраама 3324 года; колен же с первозданным Адамом 21; Авраам был последним во втором десятке. Он был погребён в той же пещере, где была Сарра, на поле Ефрона[682].

Вот что сказано о бывшем [далее]. «По смерти Авраама Бог благословил Исаака, сына его. И молился Исаак Богу о Ревекке, жене своей, потому что она была неплодна; и Бог услышал его, и зачала Ревекка. Младенцы в утробе её стали биться, и Ревекка помолилась Господу и сказала: „Что это у меня будет?” И сказал ей Господь Бог: „Два сына во чреве твоём, и больший будет служить меньшему, потомки одного одолеют потомков другого”. И потом, когда настало время родить ей, она родила первого, и он вышел красный; потом родился младший, держась рукою своею за пяту старшего. Первенца нарекли именем Исав, а его брату дали имя Иаков» (Быт. 25:11; 21–26).

[683]Окаянный жидовин, преисполненный безумия, отчего ты не хочешь понять, что́ Господь прообразовал в вашем роде тем, что родились два брата, Исав и Иаков, и рука Иакова держалась за пяту Исава? Этим Он прообразовал рождение Завета Моисеева и христианского. Они друг другу братья, оба рождены одними отцом и матерью[684]. Так и оба Завета произошли от одного Бога, оба Завета, данные Богом, во всем между собой подобны: в Ветхом Завете 70 пророков открыли тайны Божии, в Новом Завете 70 апостолов проповедовали чудеса Божии и научили народы веровать в Бога; в Ветхом Завете 12 великих пророков вокруг Осии,[685] в Новом Завете 12 великих апостолов; в Ветхом Завете были переданы скрижали, в Новом Завете Бог дал нам Евангелие; в Ветхом Завете Бог призвал двух братьев, Моисея и Аарона, а в Новом также призвал Петра и Андрея; в Ветхом Завете обрезание, а здесь — крещение. Поэтому как были друг другу братьями Исав и Иаков, так и эти два Завета дал Господь. Однако вспомните мать их Ревекку, которой Господь сказал: старший будет служить младшему. Вспомним и Исаака, как он сказал [Иакову] Духом Святым: «Будь господином над братом твоим» (Быт. 27:29). Однако Исав никогда не звал Иакова господином; [напротив], когда Иаков шел от своего тестя Лавана и его встретил брат его Исав, то Иаков, убоявшись и пав, семь раз поклонился ему. Пойми же, жидовин, что не был Иаков господином Исаву, но [Исаак] пророчествовал о Заветах Ветхом и Новом, что первый Завет будет служить второму. И великий Павел сказал: «Если бы первый завет был без недостатка, то не было бы нужды искать места второму» (Ев. 8:7). То же самое Господь сказал Ревекке: «Потомки одного одолеют потомков другого». Христианская вера сильнее вашего Завета, как и сказал Господь Бог.

Мы же снова станем говорить об истории.

Когда сыновья Исаака вошли в возраст игр, Исав пошёл на поле забав поохотиться. Задержавшись там и ничего не поймав, он, голодный, пошёл в дом своего отца. Иаков [в это время] ел, и Исав, увидев, прибежал к Иакову и стал просить у него есть, ибо его нутро изнемогало [от голода]. Иаков сказал Исаву, своему брату: «Если ты просишь у меня есть, я дам тебе, только продай мне теперь же своё первородство». Исав же сказал: «Что мне в этом первородстве, если чрево моё умирает от голода, а сила моя изнемогла на охоте». Иаков же сказал ему: «Если продаёшь первородство, поклянись мне теперь же». Исав поклялся ему. И дал Иаков ему чечевицы и хлеба, и за это [Исав] продал своё первородство (см. Быт. 25:27–34).

Пойми, жидовин: как младший Иаков занял первородство, так и последний Завет стал выше первого. Прообразом кого является Исав, продавший первородство? Израиля, ибо Израиль был наречён первенцем Божиим[686], отчего и язык Адама у него не был отнят. Мы же некогда были в забвении, но, когда Христос был распят, мы получили первенство, вы же продали своё первородство Иудою предателем. Когда Иисус Христос, Бог наш, произошёл из колена Иакова от Пречистой Девы и в городе Иерусалиме Он творил чудеса по своей воле, какие хотел: слепым давал зрение, хромым — хождение, горбатым — исправление, больным — исцеление, изгонял из людей бесов — творил все неизречённые чудеса, всё, что хотел, то и делал, ибо был Богом, воспринявшим человеческое тело, — тогда Моисеев Завет во всем был упразднён. Из-за этого иудейский народ разгорелся неистовством против Иисуса. Иуда же, один из учеников Божиих, бывший апостолом, потеряв лицо, оскудев разумом, уподобился Исаву. Иуда пришёл в иудейскую синагогу и сказал: «Что вы дадите мне, если я вам предам Сына Божия?» Они дали ему тридцать сребреников (см.: Мф. 26:15) — подобных круглым зёрнам [чечевицы] из похлёбки Иакова. О том же прежде сказал пророк Захария: «Они дали 30 сребреников — высокая цена, в какую сыны Израилевы оценили Его. И вложили их в поле горшечника» (Зах. 11:13). Итак, Иуда начал, а вы закончили, распяв Христа. Однако Иуда, познав, что Христос — Сын Божий, от тоски удавился, а жена, увидев его, сняла [с дерева]. То же обрушилось и на вас: вы были уморены голодом, когда Тит осадил вас в Иерусалиме.[687] Но как родоначальник ваш Иуда[688] страдал отёком тела, так и у вас от голода опухали тела. Но как у вашего родоначальника Иуды «выпали все внутренности его на землю» (Деян. 1:18), так и вы были рассеяны по всей земле, ибо вы, окаянные, присоединившись к его злоумышлению, предаётесь и его мучению.

Мы же снова будем говорить об истории.

«Был голод в земле, и пошёл Исаак к Авимелеху, царю Филистимскому, в Герар. Господь же явился ему и сказал: „Я дам тебе эту землю, благословятся в семени твоём все народы земли”» (Быт. 26:1, 2, 4). Господь не утаил от Исаака того, что Он родится от Пречистой Девы Марии, но что Он обещал Аврааму, то подтвердил Исааку.

«Когда Исаак состарился и притупилось зрение глаз его, он призвал своего старшего сына и сказал ему: „Сын мой!” Исав ответил ему: „Вот я”. Исаак сказал: „Вот, я состарился и не знаю дня смерти моей; возьми теперь орудия твои, колчан и лук, пойди в поле, налови мне дичи и приготовь мне кушанье, какое я люблю, и принеси мне есть, чтобы благословила тебя душа моя, прежде нежели я умру”. Ревекка слышала, когда Исаак говорил сыну своему Исаву. Исав пошёл в поле наловить дичи своему отцу, а Ревекка сказала Иакову, своему меньшему сыну: „Вот, я слышала, как отец твой говорил брату твоему Исаву: „Принеси мне дичи и приготовь мне кушанье; я благословлю тебя пред Богом”. Теперь, сын мой, послушай меня, что я прикажу тебе: пойди в стадо, возьми оттуда двух козлят, молодых и хороших, и я приготовлю из них отцу твоему кушанье, какое он любит, а ты принесёшь отцу твоему, чтобы он поел, и благословит тебя отец твой перед смертью”. Иаков сказал Ревекке, матери своей: „Брат мой человек косматый, а я человек гладкий; если ощупает меня отец мой, я буду в глазах его обманщиком и наведу на себя проклятие, а не благословение”. Мать его сказала ему: „На мне пусть будет проклятие твоё, дитя, только послушайся слов моих, пойди и принеси мне”. Он пошёл, взял и принёс матери; и мать сделала ему кушанье, какое любил отец его. Взяла Ревекка богатую одежду Исава, своего старшего сына, бывшую у ней в доме, одела младшего сына своего Иакова; а руки его и гладкую шею его обложила кожею козлят; дала кушанье и хлеб, которые она приготовила, в руки Иакову, сыну своему. Он принёс отцу своему и сказал: „Отец мой, вот я”. Исаак сказал: „Кто ты, сын мой?” Иаков сказал отцу своему: „Я Исав, первенец твой; я сделал, как ты сказал мне; встань, сядь и поешь дичи моей, чтобы благословила меня душа твоя”. И сказал Исаак сыну своему: „Что так скоро нашёл ты, дитя?” Он сказал: „Потому что Господь Бог твой послал мне навстречу”. И сказал Исаак Иакову: „Подойди ко мне, я ощупаю тебя, дитя, ты ли сын мой?” Иаков подошёл к Исааку, и он ощупал его и сказал: „Голос Иакова, а руки Исавовы”. И не узнал его, потому что руки его были, как руки Исава, брата его, косматые. И благословил и сказал: „Подай мне, я поем дичи твоей, дитя, чтобы благословила тебя душа моя”. Он подал ему, и он ел; принёс ему вина, и он пил. И сказал ему Исаак, отец его: „Подойди ко мне, поцелуй меня, сын мой”. Он подошёл и поцеловал его, и он благословил его и сказал: „Вот, запах от сына моего, как запах от поля полного, которое благословил Бог; [да даст тебе Бог] от росы небесной и от тука земли множество хлеба и вина; да послужат тебе народы, и да поклонятся тебе князья; будь господином брату твоему, и да поклонятся тебе сыны отца твоего; проклинающие тебя прокляты, благословляющие тебя благословенны!”» (Быт. 27:1–29).

Посмотри, погибший жидовин, на то, что отец, исполненный Святого Духа, не узнал своего сына, но это было по промыслу Божию. Какой отец не узнает звука голоса, тела и роста своего сына? Отчего же не узнал Исаак Иакова? Даже птицы, которые называются ласточками, и те узнают своих детей; их гнезда полны птенцов, всех одного вида, одного возраста и с одинаковыми голосами — ни в чем нет разницы, по природе же они прожорливы и имеют ненасытную утробу; когда они видят отца с матерью, то испускают громкие крики, прося у них есть. Отец же и мать быстро прилетают и так им дают корм, что каждого насыщают и ни одного не оставляют голодным. И так непрестанно они дают им корм, и птица не ошибается в своих детях, хотя у них один размер, один час рождения, и они быстро родились, и быстро выросли, и скоро улетают от своих родителей. О чудо, достойное удивления! Даже птицы узнают своих птенцов[689], Исаак же, великий патриарх, имевший Святого Духа, — и не узнал своего сына, хотя он не так быстро родился и вырос, но он ошибся с ним и через него обещал спасение миру! Однако не через Иакова пришло спасение народам, а Господом нашим Иисусом Христом, Который родился от Пречистой Девы из колена Иакова. Осязание Исааком Иакова прообразовало то, как иудеи осязали Христа и не узнали, что Он — воплотившийся Бог. А что касается слов Исаака о голосе Иакова и руках Исава, то так иудеи сказали Христу Богу. Они сказали так: «Речь твоя сладка, и учение твоё истинно, но, будучи человеком, ты мнишь себя Сыном Божиим», — то есть ослепли умом, как Исаак ослеп глазами. Вы читали слова пророков, но Бога славы не познали, потому и мните, что Он — [просто] человек. Ты же постигни как следует, что Бог принял тело и понёс человеческую природу для того, чтобы спасти греховного человека от диавольской лжи.

Мы же снова станем говорить об истории.

«Исаак сказал: „Подойди ко мне, дитя, поцелуй меня, сын мой”. Иаков подошёл и поцеловал его» (Быт. 27:26–27). Так же и Иуда сказал, предавая Христа: «Кого я поцелую, Тот и есть» (Мф. 26:48). Поцелуй Иакова был истинным, и он был благословлён, поцелуй же Иуды лжив.

«И благословил Исаак, сказав так: „Запах от сына моего как запах от спелого поля”» (Быт. 27:27). Поле есть символ всего мира, в котором жил Сын Божий Иисус Христос.

«Да даст тебе Господь от росы небесной и от тука земли» (Быт. 27:28). Небесная роса невидимо сходит на землю, а сойдя на землю, становится видимой людям; так и Господь наш Иисус Христос невидимо для всех вселился в Деву, Дева же хотя и не видела Христа, но понимала, что вселился в неё Сын Божий; так и мы, хотя и не видим своей души, но понимаем, что в нас есть душа, так и Дева, хотя и не видела Бога, когда Он вселился в неё, но понимала, что Он в ней есть; она не видела Бога прежде, но только тогда, когда Он родился от неё. Рождение же Его было сверхъестественным: Дева не страдала и не болела, а Родившийся от неё непорушенным сохранил её девство. Как мы сказали, роса сходит невидимо, находясь же на земле, становится видимой всем; так и Бог невидимо сходит в Деву, когда же Он вселился в Деву и одел плотью своё божество, Он стал видим.

Что касается слов Исаака «запах от сына моего», то под запахом имеется в виду миро: народы обоняли благоуханный запах нашего Спасителя и, помазуясь священным миром, крестились во имя Его.

Исаак ещё добавил: «Множество хлеба и вина дай тебе, Господи» (Быт. 27:28). Что такое хлеб и вино? Не то же ли, что Господь, назвав своим Телом и Кровью, отдал для христианской литургии? По этой причине Исаак соединил троицу: хлеб и вино, а третье — неизреченный дух слова — прообраз Святого Духа, ибо слово без духа не исходит [из уст].

Исаак ещё сказал: «Да послужат тебе народы, и да поклонятся тебе князья» (Быт. 27:29). Это уже сбылось: 52 народа служат Богу; князья и цари, убогие и богатые, сироты и вельможи, рабы и свободные с великим дерзновением восклицают в веселии сердца: «Мы поклоняемся образу Господню!» Народы никогда не поклонялись Иакову, напротив, он сам, истомлённый голодом, пришёл в Египет и поклонился египетскому царю.

Однако Исаак ещё добавил: «Будь господином брату твоему, и да поклонятся тебе сыны отца твоего» (Быт. 27:29). Мы называем себя народом Того, Кто произошёл от чресл Иакова, поэтому вы, отпавшие от Его величия, поклоняетесь нам, нам же Господь повелел владеть вами.

И ещё Исаак сказал: «Проклинающий тебя — проклят, и благословляющий тебя — благословен» (Быт. 27:29), — эти слова были [сказаны] об Иисусе. Вы отлучили себя от Его святого имени, но сказали Ему: «Ты силою Вельзевула, князя бесовского, изгоняешь бесов» (Мф. 12:24). Иаков же тогда не был правителем, чтобы его кто-то проклинал или благословлял, но кротко и смиренно со своим племенем жил под египетской властью.

«Как только Исаак благословил Иакова всем своим благословением, Исав пришёл с ловли своей, приготовил кушанье и принёс отцу и сказал: «Отец, поешь дичи, и благословит меня душа твоя». Исаак же сказал ему: „Кто ты, дитя? Вот, брат твой пришёл раньше тебя и взял благословение твоё”. Исав поднял громкий вопль и, не получив [благословения], ушёл» (Быт. 27:30–32, 34); [Исаак] обещал ему только жить своим оружием[690].

Исав замыслил убить брата своего Иакова, когда окончатся дни отца его. «Узнав [об этом], мать его Ревекка призвала Иакова, и сказала ему: „Вот, брат твой грозит убить тебя, так что я в один день останусь без обоих детей; беги, сын мой, к Лавану, брату моему, в Месопотамию, и, когда утолится ярость брата твоего, тогда вернёшься домой”» (Быт. 27:42–45).

«Иаков пошёл к Лавану, своему дяде, и пришёл на одно место, и заночевал там, потому что зашло солнце, положив под голову камень. И увидел там сон: вот, лестница стоит на земле и касается неба» (Быт. 28:5, 11–12)[691]; на её верху было человеческое лицо, как бы изваянное из огня; на ней 12 ступеней, и на каждой ступени человеческие лица — по два справа и слева, 24 лица по грудь было на лестнице; лицо посередине было выше всех, видом из огня до плеч и рук, гораздо страшнее остальных 24 лиц. И пока он смотрел, «вот, ангелы Божии восходят и нисходят по ней, а на ней стоит Господь» (Быт. 28:12–13). Это было похоже на то, как кто-то опирается на свой посох. Восхождение же ангелов можно истолковать как образ водружения на земле, во время страстей Господних, крестного древа[692]. Господь же тотчас принимает крестившиеся народы, и они восходят на небо[693]. А нисходящие [ангелы] — это образ непокорного и развращённого еврейского народа[694], которому и Моисей сказал: «Род строптивый и развращённый, так ли воздаёте вы Господу?» (Втор. 32:5–6) Итак, видим язычников восходящими, а иудеев отверженными и нисходящими; Бог стоит на ней над верхним лицом, оттуда Он воззвал ко мне, говоря: «Иаков, Иаков!» Я сказал: «Вот я». Он сказал мне: «Землю, на которой ты спишь, Я дам тебе, чтобы она наполнилась твоим потомством; благословение же Моё, которым Я благословил тебя, от тебя дойдёт до последнего рода, и восток и запад — всё будет наполнено потомством твоим» (Быт. 28:13–14). Когда я услышал это с высоты, трепет и ужас напали на меня. «Иаков пробудился от сна своего» (Быт. 28:16). Голос ещё звучал в моих ушах, и, встав на ноги, я помолился Богу и сказал так: «Господи, Творец всей твари!» И опять: «Господи Боже Авраама и Исаака, отца моего, и всех, Боже, ходивших праведно перед Тобою! Вот, страшное видение я видел, и трепет напал на меня, но помяни, Господи, Авраама, праотца моего, ибо не во зле он ходил перед Тобою, но совершил все пути Твоих заповедей; так же и отец мой, раб Твой Исаак, не ослушался заповедей; потому и на меня, своего раба, Господи, посмотри милостиво и растолкуй мне это страшное видение, которое я видел».

Когда слова моления были ещё на устах Иакова, вот, ангел Божий стал перед ним, говоря: «Иаков, я послан к тебе от Творца всяческих истолковать твой сон, ты же сложи истолкование твоего сна в своём сердце. Лестница, которую ты видел, имеет 12 ступеней, на каждой ступени имеется по два человеческих лица, изменяющих свой вид; лестница — это данная жизнь, а 12 ступеней суть периоды этой жизни, а 24 лица — это цари народов беззаконного века, в их царствах будут замучены дети твоих детей и потомство твоих сыновей. Они восстанут на беззаконие твоих потомков и опустошат это место четырьмя нашествиями[695] [из-за] грехов твоих внуков; и будет сожжён храм из-за прадедов, и из-за тебя и из-за твоих отцов, а из-за гнева на твоих потомков [всё] придёт в запустение к исходу четвёртого века сего, ибо ты видел первые четыре лица. На следующей ступени будет царём твой родственник, он принесёт зло твоим потомкам, будет ими отвергнут, но он станет силой держать их и владеть ими, и они не смогут ему сопротивляться. И придёт ему на ум, чтобы они служили на капищах и приносили жертвы мёртвым, и насилием прикажет делать это всем живущим в его царстве, и виновными в этом перед Всевышним из твоего племени явится столько, сколько Фалкона Гаргаилю[696]. Знай, Иаков, что твоё потомство будет пришельцем в чужой земле, и обратят их в рабство, и будут наносить им побои каждый день. Но Господь осудит народ, у которого они будут в рабстве, ибо Крепкий сжалится над ними за их страдания, так как ангелы и архангелы будут изливать свои моления об избавлении твоего племени и о милости Всевышнего. Потом их жены будут рожать помногу, и тогда Господь защитит твой народ лютыми и великими знамениями против тех, кто его поработил: свои хранилища, полные вина и всякой пищи, они найдут пустыми, их земля наполнится смертными гадами, будет много землетрясений и разорения. Всему этому Всевышний даст место и выведет твоё потомство из рабства у народов, удерживавших [его] силой, и оно избежит поношений твоих врагов. Однако царь станет во главе мстителей, с ненавистью поднимется на них, но они возопиют, и Господь, услышав их, изольёт свой гнев на левиафана, морского змея, и убьёт беззаконника Фалкона мечом, ибо он воздвигнет гордыню на Бога богов. Тогда-то явится правда твоя, Иаков, и твоих дедов, после тебя произойдут ходящие в твоей правде, и тогда твоё потомство вострубит рогом и погибнет Царство Эдомское со всеми царями и народами моавитскими.[697]

Ангелы, которых ты видел восходящими и нисходящими по лестнице, [означают, что] в последние дни от Всевышнего придёт Человек и захочет соединить небесное и земное[698]; о Его пришествии будут возвещать ваши дочери и сыновья, и ваши юноши увидят Его в видениях. Во время же Его пришествия будут знамения: рассекаемое топором дерево источит кровь, трёхмесячные младенцы заговорят, разум младенца в материнском чреве поведает о Его пришествии, юные станут словно старые. И тогда придёт Чаемый, но Его прихода никто не заметит. Тогда земля похвалится, восприняв небесную славу: небесное стало земным. Из твоего потомства процветёт царский корень, утвердится и отвергнет власть зла, Сам же станет Спасителем народов, успокоением для страдающих — облаком, укрывающим от зноя весь мир. Иначе не будет устроено неустроенное, если бы Он не пришёл, иначе не может земное соединиться с небесным. Во время Его пришествия медные и каменные быки и прочие изваяния будут три дня издавать голоса и этим неким мудрецам дадут знать о Нём, явившемся на земле; благодаря звезде они придут к Нему, стремясь увидеть на земле Того, Кого на небесах не видят ангелы. Тогда Вседержитель явится во плоти на земле, объятый телесными руками [Богородицы], Он обновит человеческую природу, оживит Еву, умершую плодом древа; тогда обличится ложь нечестивцев, все идолы падут ниц, посрамлённые царственным Лицом[699], потому что больше не смогут ни обманом владеть помыслами, ни делать пророчеств, ибо отнята будет у них честь и они останутся без славы[700], Пришедший же возьмёт власть и силу и исполнит в действительности то, что прежде обещал Аврааму. Он всё острое притупит, шершавое сделает гладким[701], повергнет все неправды в морскую пучину, сотворит чудеса на небе и на земле — и будет убит среди возлюбленного дома, когда же погибнет, тогда и придёт спасение и конец всеобщей погибели. Убившие же Его сами получат рану, которая у них во веки не исцелится, а Убитому поклонится вся тварь, и многие станут уповать на Него, и везде, у всех народов станет известно о Нём, уверовавшие во имя Его не постыдятся, а Его власть и время не оскудеют во веки».

Ясно ли слышал ты, не познавший истины жидовин, что Бог говорил вашему праотцу Иакову о пришествии Сына Божия?

Слова ангела о том, что царём будет твой родственник, — это были слова о Ровоаме, сыне Соломона. «Он принесёт много зла твоим потомкам»: жестокой была мука иудеев, ибо он отлучил их от Бога и повелел им поклоняться двум золотым тельцам, которых поставил на высоких холмах. Иаков сказал[702]: «Он будет отвергнут ими», — иудеи поносили его за его измену. «Он станет силой держать их и владеть ими, и они не смогут ему сопротивляться»: как они могли противиться ему, если он [законный] наследник,[703] — и они согнули шею под рабское ярмо. «И придёт ему на ум, чтобы они служили на капищах и приносили жертвы мёртвым»; и это было: они приносили жертвоприношения золотым тельцам Ровоама[704]. Иаков сказал: «Он силой заставит делать это всех живущих в его царстве», — никого не осталось в царстве Ровоама, кто не поклонялся бы на высотах, но все как бога почитали злато[705].

[Сбылись] слова «знай, Иаков, что твои потомки будут пришельцами в чужой земле, ибо они поселятся в чужой земле, и обратят их в рабство, и будут наносить им побои каждый день»: какого только зла не потерпели иудеи в Египте — они строили чужие города, их же непрестанно мучили, и детей их терзали, и всячески их притесняли. «Но Господь осудит народ, у которого они будут в рабстве, ибо Крепкий сжалится над ними за их страдания, так как ангелы и архангелы будут изливать свои моления об избавлении твоего племени и о милости Всевышнего». И это сбылось: Он смилостивился и провёл их «силой крепкой и мышцею высокою» (Втор. 4:34) сквозь Красное море, дав им Моисея и Аарона.

[Сбылись] и слова «жены их будут рожать помногу, и тогда Господь защитит твой народ лютыми и великими знамениями против тех, кто его поработил»: еврейские женщины в Египте много рожали; Господь же защитил их десятью казнями, [наведёнными] на египтян.

[Сбылись] и слова «их полные хранилища будут пустыми»: когда евреи уходили из Египта, они, каждый у своего соседа, выпросили золотые и серебряные сосуды, якобы для жертвоприношений Богу, чтобы быстро вернуть их назад, а сами ушли с серебром и золотом и поэтому оставили египтян обобранными[706].

[Сбылись] и слова «их земля наполнится смертными гадами, будет много землетрясений и разорения, когда Всевышний будет судить это место и выведет твоё потомство из рабства у народов, удерживавших [его] силой, и оно избежит поношений твоих врагов», ибо Господь осудит египтян на большие казни, нежели евреев. «Однако царь станет во главе мщения, с ненавистью поднимется на них»: безжалостный фараон будет стараться погубить их.

[Сбылись] и слова «они возопили, и Господь услышал и спас их от Красного моря; Он изольёт свой гнев на левиафана, морского змея, и убьёт беззаконника Фалкона мечом, ибо он воздвигнет гордыню на Бога богов»: фараон действовал не без диавольского наущения, ибо, видя над собой многие казни, не отпускал еврейский народ, погнался вслед за ним и был потоплен в море.

[Сбылись] и слова «тогда явится правда твоя, Иаков, и твоих дедов, после тебя произойдут ходящие в твоей правде, и тогда твоё потомство вострубит рогом и погибнет Царство Эдомское со всеми царями и народами моавитскими», ибо тогда Израиль будет жить по закону Божию и по преданию Моисея и будет трубить рогом в новомесячие.[707] Слова «погибнет Царство Эдомское со всеми царями и народами моавитскими», [сбылись], когда Израиль прошёл сквозь Красное море и сражавшиеся с ним народы погибли.

[Сбылись] и слова «ангелы, которых ты видел восходящими и нисходящими по лестнице, [означают, что] в последние дни от Всевышнего придёт Человек»: это Сын Божий от Пречистой Девы; «он захочет соединить небесное и земное»: это сбылось без лестницы, ибо через святое крещение мы, словно по лестнице, восходим на небо[708].

Слова «о Его пришествии будут возвещать ваши дочери и сыновья» сбылись: все пророки подряд возвестили, а с ними и пророчицы[709], о воплощении Божием, и о рождестве, и о крещении, и о страстях, и о распятии, и о вознесении, и о сошествии Святого Духа.

Слова «ваши юноши увидят Его в видениях, во время же Его пришествия будут такие знамения: рассекаемое топором дерево источит кровь, трёхмесячные младенцы заговорят, младенец в материнском чреве поведает о Его пришествии» также сбылись: когда Елисавета пришла приветствовать Богородицу, тогда Иоанн взыграл в материнском чреве и материнскими устами пророчествовал и проповедовал пришествие Всевышнего; Елисавета сказала: «Откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне, ибо взыграл младенец радостно во чреве моем?» (Лк. 1:43–44).

Слова «юные станут словно старые» сказаны о святых мучениках: эти младенцы, в отличие от Адама, шли праведным путём и на судилище исповедовали Христа, а врага с дерзновением обличили, не страшась царской ярости, как Кирик, сын Иулиты, сверхъестественно, ибо был трёх лет, обличил ересь Диоклетиана, Христа же во плоти исповедовал и был убит Диоклетианом; его память мы доныне совершаем 15 июля[710]. Было и множество других, которых из целомудрия[711] уста назвать не могут. Ты же, жидовин, пойми вот что: о чем Бог возвестил патриарху Иакову словом трехмесячные? Он возвестил о Троице! Отчего бы Ему не сказать о пяти месяцах, или шести, или двух, или одном? Но превечный Господь исповедовал Себя в Троице! Отчего Кирик говорит не по-детски, исповедуя Бога в Троице? Отчего он не испугался царского гнева? Для того, чтобы сбылось изречённое Господом Богом.

[Сбылись и] слова «разум младенца поведает» и «юные станут словно старые»: тогда многие юноши лучше старцев познали истину — Христово пришествие во плоти, а иудейские старцы, считая себя мудрыми, неистово беснуясь, отпали [от Бога].

Что касается слов «тогда придёт Чаемый, но Его прихода никто не заметит», то подумай как следует о том, кто это Чаемый? Не Тот ли, Кому ныне все служат и славе имени Которого рукоплещут народы? «Рождество Его было так: по обручении Его Матери с Иосифом-плотником, прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет [во чреве] от Духа Святого. Иосиф же, будучи человеком праведным и не желая огласить Её, хотел тайно отпустить Её, но ангел Господень явился ему во сне и сказал: «Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святаго; родит же Сына и наречёт Ему имя Иисус, ибо Он спасёт людей Своих от грехов их. Древле об этом возвестили пророки: „Вот, Дева во чреве приимет, и родит Сына, и наречёт имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог”» (Ис. 7:14). Услышав это, Иосиф тотчас пробудился от сна» (Мф. 1:24). Из-за этого-то «никто и не заметил Его пришествия», но во время Его рождества вся земля восторжествовала, приняв небесную славу[712]: Тот, Кто был на небесах, с того дня [обитает] с нами на земле.

Что касается слов «из твоего потомства процветёт царский корень», то вникни, жидовин, в их смысл. Не сказано: «процветёт от тебя царь»; если бы было сказано царь, то это можно отнести к Давиду; но он сказал корень царский, ибо Давидовым корнем были Иосиф и Мария. Господь Бог знал, что царству Давида придёт конец, потому и сказал корень царский, ибо по обету Аврааму, Исааку, Иакову и Давиду Он изволил родиться от Пречистой Девы из рода Давида. Если бы род Давида владел царством вплоть до Христа, то вы, окаянные иудеи, сказали бы: «Вот наш царь». Но так как вы по необходимости изменили закону, данному Моисеем, то царство было отнято от рода Давида. Чтобы Христос пришёл в смиренном звании, Иосиф был плотником, кормившимся своим ремеслом. «Он утвердится и отвергнет власть зла, Сам же станет Спасителем народов, успокоением для страдающих».

Что касается слов «облако, укрывающее от зноя весь мир», то в жару весь мир находится в изнурённом состоянии, когда же облако освежит нас, то с нашего тела сходит смрадный пот; когда родился Христос, Он Святым Духом «освежил» святых апостолов — научил говорить разными языками; когда родился Христос, диавол был осуждён неугасимому огню; когда родился Христос, распявшие Его были преданы рабству, за злые дела они бывают казнимы. «Иначе не будет устроено неустроенное, если бы Он не пришёл, иначе не может земное соединиться с небесным».

Сбылись и слова «во время Его пришествия медные и каменные быки и прочие изваяния будут три дня издавать голос»: когда от Пречистой Девы родился Христос, тогда в это время у персов было знамение — все бездушные изваяния возопили[713].

Что касается слов «и этим неким мудрецам дадут знать о Нём, явившемся на земле; благодаря звезде они придут к Нему, стремясь увидеть на земле Того, Кого на небесах не видят ангелы; тогда Вседержитель явится во плоти на земле», то это, как мы сказали, было в рождество Христово: персидские кумиры голосили три дня каждый на свой лад, персы же и их жрецы в это время сильно удивлялись тому, что делалось с их бездушными изваяниями, и глубоко задумались над этим[714]. Изумлялись и те, кто был последователем учения волхва Валаама, и вспомнили его пророчество о том, что «восходит звезда от Иакова и восстаёт муж от Израиля» (Чис. 24:17), и начали рассматривать звезды, увидев же звезду, возрадовались великой радостью о том, что Царь Небесный родился во плоти на земле. И, глядя на звезду, они[715] шествовали, взяв дары: ливан, золото и смирну; ливан взяли вот по какой причине; они сказали: «Так как родившийся ныне есть Бог неба и земли, потому мы приносим благоухание фимиама»; золото же в качестве царского дара, «как Царю приносим, ибо Он есть Царь неба и земли, Он есть Царь видимым и невидимым, Он есть Царь царствующих и Господь господствующих, Им цари царствуют и властители властвуют, Ему цари поклонятся, и всякий человек исповедует славу Его»; смирну же взяли, сказав: «Это на смерть для Его помазания, ибо Он изволит умереть за весь мир и воскресить Собою мёртвых». Взяв дары, они пошли в Иерусалим, звезда же была им проводником[716].

В то время Иерусалимом владел Ирод, и, когда персы с дарами пришли в Иерусалим, Ирод долго выспрашивал их о родившемся Царе — Младенце Христе. Они показали Его звезду на востоке. Он, увидев, поклонился, но потом лукавый вложил в его сердце [мысль] убить Младенца, дабы Он не занял царства вместо него, и он льстиво спросил их: «Скажите и мне, где родившийся Младенец, чтобы и мне пойти поклониться Ему?» (Мф. 2:8). Но по воле Владыки он не увидел звезды и отпустил [их], взяв клятвенное обещание вернуться назад и рассказать, где находится родившийся Младенец. Они дошли до Вифлеема, пока звезда руководила ими, и тут сбылось сказанное патриарху Иакову: «Благодаря звезде узнают путь к Нему стремящиеся увидеть на земле Того, Кого на небесах не видят ангелы. Тогда Вседержитель явится во плоти на земле, объятый телесными руками». Что сказано, то здесь и сбылось: они увидели родившую Деву с Младенцем, поклонились и подали дары и тут увидели Его, обновляющего человеческую природу, ныне оживляющего некогда умершую от плода древа первую Еву.

Тогда-то «была обличена ложь нечестивцев и все идолы пали ниц»[717], посрамлённые царственным Лицом, потому что больше не смогут ни обманом владеть помыслами, ни делать пророчеств, как прежде; отнята была у них честь, и они остались без славы, ибо пришедший Младенец взял власть и силу и исполнил в действительности то, что прежде обещал Аврааму; этот Младенец все острое притупил и шершавое сделал гладким; этот Младенец вверг все неправды в морскую пучину; этот Младенец сотворил чудеса на небе и теперь явился на земле; Его они убили среди возлюбленного дома, то есть Израиля; когда же Он погибнет, тогда и придёт спасение, тогда и придёт конец всем несчастьям; убившие же Его сами получат рану, которая у них во веки не исцелится».

Ты же, жидовин, отчего смущаешься, и почему бунтуешь, и отчего не познал истины? Если сам Господь Бог говорил великому вашему отцу патриарху Иакову, что «придёт спасение и конец всеобщей погибели», то подумай, кому спасение и кому погибель: тому, кто распял Спасителя, или тому, кто уверовал в Него? «Распятому поклонится вся тварь, и многие станут уповать на Него, и везде, у всех народов станет известно о Нём». Почему же ты, возлюбленный Израиль, не познал Того, Кто пригвождён к древу за Адама, соблазнённого древом, Кто родился от Девы, создав из Адама жену девой, Кто пролил на кресте свою кровь за кровь Авеля, пролитую Каином, братом его? Он, не имеющий скверны, крестится водою за погибшее человеческое естество; Он положен в каменный [гроб] за Нимродово столпотворение.

Слушай, что сказал Господь вашему патриарху праотцу: «Уверовавшие во имя Его не постыдятся». Мы уверовали и не постыдимся, и наши сердца наполняются весельем, и наш язык радуется, слагая Ему песнь; если бы у нас было больше разума, то мы благозвучным языком воздавали бы Ему хвалу непрестанно[718]. Ты же, не узнав Его, что делаешь Тому, Кто милосерден к нам и сказал патриарху ради вас, что «Его самого власть и время не оскудеют во веки»? Если не оскудеют, то опомнись, окаянный, и возопи к Нему, говоря: «Согрешил, Господи, согрешил, когда они следовали отеческому беззаконию». Скажи Ему: «Твои власть и время не оскудеют во веки, Милосердный, я же как явлюсь пред твоим честным Лицем или как скроюсь от твоих страшных очей?!» Но скажи: «Не я, не я стоял у твоего добровольного распятия, Господи, которым Ты дал миру спасение, но последовал своему отеческому учению из-за безумия моего; ныне же, Господи, прости, как Павла, творившего зло, прими меня; он воздвигал гонения на твоих святых учеников, Ты же, Господи, был милосерден к нему и сделал его своим избранным сосудом, расширив ему уста и наполнив [их] Святым Духом проповедовать твоё неизреченное божество; вспомни и Манассию, как Ты избавил его от медного быка;[719] я же ходил во мраке неведения, сегодня же познал Тебя. Милостивый, спаси меня!»[720]

Если ты, окаянный, скажешь мне, что ваши отцы повесили на древе злодея, то и я скажу тебе, окаянный. Вспомни древние времена, от Адама до потопа кто-нибудь поклонялся повешенному злодею? Вспомни, кто-нибудь в поколениях от потопа до столпотворения верил в повешенного злодея? Вспомни [времена] от столпотворения до Авраама, вспомни от Авраама до Моисея, вспомни от Моисея до Давида, а от Давида до Иоанна Крестителя, сына Захарии, — кто верил в повешенного злодея? Обрати слух ко всей земле: кто поклонялся повешенному злодею? Много на всей земле было повешено по причине злодеяний, но ни о ком из них не осталось памяти. О Нём же, об Иисусе Христе, от Адама и до Иоанна все пророки подряд прорицали, что Сын Божий волею распнётся. Вы же, окаянные, назвали злодеем Того, Кто прежде времени был в Отчем лоне, видел Отца, дававшего вам манну в пустыне, и Сам сделал то же — пятью хлебами накормил пять тысяч человек, двенадцать коробов набрали остатков. О чудо! Сын, облекшись в плоть, совершает дела Отца, а вы назвали Его злодеем. У вас манна не кончалась до утра, нам же Он от пяти хлебов сверх естества оставил двенадцать коробов излишков. Вы посчитали злодеем Того, Кто древле высек вам воду из скалы и Кто нам ныне в Кане Галилейской превратил воду в вино; Того, Кто древле позволил вам пройти сквозь Красное морю посуху и Кто ныне повелел Петру идти по воде. Но если вы называете Его злодеем, то мы проповедуем Его как Сына Божия. Как сказал великий Павел, «Он был для иудеев соблазн» (1 Кор. 1:23).

Мы же перейдём к тому, о чём писали прежде.

Побеседовав с ангелом, Иаков отправился в свой путь, о чём и сказано в [книге] Бытия, и пришёл к Лавану, своему дяде, и работал у него 14 лет, и он в качестве мзды отдал ему обеих своих дочерей, Лию и Рахиль. Лия родила ему сына, и он дал ему имя Рувим, что значит «сын видения», потом родила Симеона, что значит «послушание», то есть «услышал меня Господь», потом родила Левия, что значит «вместо меня», и «салим», или «приятный», потом Иуду — «исповедание», Иссахара — «возмездие», Завулона — «дар». От служанки Рахили Валлы он родил Дана и Неффалима, то есть «защита», или «разум», или «ветвь»; от служанки Лии Зелфы он родил Гада, что значит «искушение», или «напасть», или «грядущий», и Асира, то есть «блаженство»; от Рахили он родил Иосифа, что значит «добавление», или «досада, лишение прекрасного и целомудренного», потом родил Вениамина, что значит «сын десницы», или «сын дня», или «сын болезни»[721].

Снявшись оттуда, Иаков пошёл в землю своего отца со своими жёнами и детьми и со всем своим имуществом, которое он нажил у Лавана, своего тестя. Иаков, взяв три прута[722] и положив в воду, напоил овец своего тестя Лавана (см. Быт. 30:37–43), прообразуя Христово крещение посредством упоминания тройственного предмета, как и ныне Он напаяет и спасает словесных овец — стадо христианское — во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

«Послал Иаков пред собою вестника к брату своему Исаву» (Быт. 32:3), а сам шёл сзади вслед за ним. «И вот некто боролся с Иаковом, [не] одолевая его» (Быт. 32:24–25), — это ангел боролся с ним, потому что Иаков боялся Исава, своего брата. Он ухватил его за голень и вырвал жилу из его бедра, и отныне Иаков стал прозываться Израиль, ибо он взял четырёх жён[723], но не из похоти, а из чадолюбия, следовательно, человек будет судим за помыслы деяний. От Евера получили имя евреев, теперь же от издранной жилы получили имя Издраиль, то есть «ум, видящий Бога».[724]

Вестник вернулся к Иакову [и сказал,] что Исав идёт навстречу, взяв 400 человек. Иаков страшно испугался, но, увидев своего брата Исава, упал и поклонился ему. Отсюда ты, еврей, разумей, что их отец Исаак пророчествовал не о них, но о Господе Иисусе Христе, происшедшем из рода Иакова, которому поклонились народы.[725] Если ты говоришь мне, окаянный, что Исаак пророчествовал о них, то ты срамишь сам себя, ибо ты называешь Исаака пророком, исполненным Святого Духа, хотя ныне Иаков поклоняется Исаву и с мольбою называет его господином.

После этого «Иаков, возвратившись из сирийского Междуречья, пришёл в город Сихем, который в земле Ханаанской» (Быт. 33:18). После этого «Иаков снова пришёл к Исааку, отцу своему, ибо он был ещё жив, в земле Ханаанской, где обитал его отец у дубравы Мамре; Исааку было 180 лет, и он умер; и погребли его Исав и Иаков, сыновья его» (Быт. 35:27–29). После этого «Иаков поселился там, где жил его отец, в земле Ханаанской» (Быт. 37:1)[726].

[727]«Пошли братья Иосифа пасти овец отца своего в Сихем» (Быт. 37:12). Иосиф же был самым любимым сыном у своего отца Иакова: он был красивее всех, и за благолепие лица его называли Иосифом Прекрасным; благоумие души увенчало его лучше царского венца, его мудрость расцвела лучше седин старцев, ибо красота его души была выше прекрасного образа его лица.

«Его отец Иаков сказал ему: „Возлюбленное дитя моё, иди посети своих братьев, они пасут стада в Сихеме, посмотри, здоровы ли они”» (Быт. 37:13–14). Иосиф пошёл из пределов Хеврона увидеться с братьями своими и «нашёл их в Дофане. Его братья увидели его издали и решили убить его» (Быт. 37:17–18), говоря: «Он возлюбленный сын нашего отца».

Пойми, жидовин, что этим Господь Иисус Христос прообразовал своё страдание. Так было и с Господом Иисусом Христом: великий Царь неба и земли послал своего Единородного Сына посетить мир, иудеи же, собравшись, сказали: «Пойдём убьём Его, ибо Он своими чудесами разрушает наш закон».

Братья же Иосифа сказали: «Убив его, бросим его в ров и скажем, что зверь съел его» (Быт. 37:20). Так и иудеи, обнаружив Его воскресшим, замыслили ложь, сказав: «Ученики украли Его».

«Когда Иосиф пришёл к братьям своим» (Быт. 37:23), он с весёлым лицом приветствовал их, с любовью принеся им мир от лица отца. Так и Господь наш Иисус Христос пришёл в мир и родился от Пречистой Девы, облёкшись человеческой плотью и нося в Себе божество, сиял ярче Солнца; придя, Он принёс от своего Отца мир земле.

Братья Иосифа смотрели на него с немилосердным выражением лиц. Так и ваши иудейские книжники[728] и фарисеи скрежетали зубами, обращая к Иисусу Христу свои лютые и безжалостные лица.

Когда Иосиф пришёл к своим братьям, они, как дикие звери, схватили его и сорвали с него разноцветную одежду. Так и на Господа нашего Иисуса Христа, как дикие звери, собрался иудейский синедрион, сорвав с Него одежды[729].

К тем Иосиф возвысил свой голос, сказав: «За что, братья, гневаетесь на меня? Какое зло я сделал вам? О каком моем зле вы слышали? Разве я от начала и до конца не слушал вас? Не за добро ли вы воздаёте мне злом, братья?» Этим же Господь наш Иисус Христос говорил: «Что Я сделал вам или чем раздосадовал? Вашим слепцам Я даровал зрение, прокажённых очистил, человека поднял с одра, вы же чем Мне воздаёте? За манну вы теперь принесли Мне желчи и за воду в Мерре вы напоили Меня уксусом?»[730]

Тем Иосиф ещё сказал: «Мой отец плачет всякий день о Рахили, неужели вы, братья, хотите прибавить моему отцу другой плач — обо мне? Отпустите меня, отпустите, братья, чтобы не померкли очи Иакова, не сводите его в ад!» Здесь ты пойми, окаянный жидовин, каков смысл слов о втором плаче и что такое помрачение очей Иакова. Когда пришли и схватили Иисуса, Он сказал им: «Пророков, посланных от Моего Отца, вы избили; теперь же вы совершаете другое, предсказанное пророческими устами».[731] Когда Господь наш Иисус Христос был вознесён на кресте, «тьма была по всей земле» (Мф. 27:45) и померкло в глазах иудеев. Что касается слов «свести старость в ад», то Господь наш Иисус Христос родился в роде Иакова, будучи по возрасту прежде века, — Он сошёл в ад и вывел падшего обманом Адама, а с ним и великих патриархов вывел Он, наш Господь, и самого Иакова[732].

«И бросили братья Иосифа в ров, в котором не было воды» (Быт. 37:24). Так и Христа положили в новом гробе, из которого Он воскрес без истления. «Братья Иосифа увидели, вот, купцы идут в Египет, и сказал Иуда братьям своим: „Что пользы, если мы убьём брата нашего? Пойдём, продадим его измаильтянам, а не будем проливать его кровь”. Всех братьев обрадовали слова Иуды» (Быт. 37:25–27). Так, когда Господь наш Иисус Христос даровал свою благодать роду человеческому, а иудеи завидовали его благодати, Иуда Искариот сказал им: «Что вы дадите мне, и я вам предам Его?» (Мф. 26:15); слова Иуды обрадовали их, и «они предложили ему тридцать сребреников» (Мф. 26:15). «Тогда сбылось реченное через пророка [Иеремию]: дали цену Оценённого, Которого оценили сыны Израиля, — тридцать сребреников» (Мф. 27:9).

Тот Иуда замыслил продать Иосифа для того, чтобы он не был убит своими братьями; хотел он и изо рва его вытащить, если бы тут оказался его брат Рувим, но так как единомысленного с ним Рувима там не было, он задумал продать, чтобы не пролили крови своего брата. Иуда же Искариот не таков: он замыслил предательство путём обмана и радовался убийству Иисуса Христа.

«Братья вытащили Иосифа из безводного рва и продали измаильтянам. Иосиф же, пострадавший от своих братьев, ведомый иноземцами измаильтянами, пошёл в Египетское царство» (Быт. 37:28). Так и Господь наш Иисус Христос, приняв страдание от иудеев, воскрес из гроба и взошёл на небо к своему Отцу, несомый бесплотными ангелами в Царствие Небесное.

Купцы отвели Иосифа в Египет. Братья Иосифа сказали: «Не станем проедать денег, [полученных] за Иосифа, ибо это цена его крови, но купим себе сапоги и растопчем цену его». Так же сделал и Иуда Искариот: взяв мзду — серебро за предательство Иисуса Христа, — раскаялся, бросил тридцать сребреников пред людьми, сказав: «Я предал кровь невинную» (Мф. 27:4). Народ же, «взяв серебро, сказал: „Непозволительно положить их в казну, потому что это цена крови, но купим на них землю горшечника для погребения странников”» (Мф. 27:6–7).

Гад, сын Зелфы, седьмой сын Иакова, сказал: «Братья, не тужите, что сказать нашему отцу, но заколем козла, выпустим кровь на одежду и скажем отцу Иакову: посмотри, не Иосифа ли, брата нашего, эта одежда?» (см. Быт. 37:31–32). Они обрадовались этим словам, и закололи козла, и замарали кровью одежду Иосифа. Так же и с Господа нашего Иисуса Христа, Царя мира, совлекли одежды и о Его плаще метали жребий.

«Братья Иосифа послали его разноцветную одежду к отцу Иакову, сказав: „Мы это нашли в горах; где Иосиф, мы не знаем, но думаем, что хищный зверь съел его”» (Быт. 37:32–33). Когда Иаков увидел одежду своего сына, он возопил горьким плачем и с рыданием сказал: «Дитя моё, сын мой Иосиф! Зачем ты ныне погиб, [ушёл] от моих очей! Вот, я кладу твои ризы пред своими глазами: ты, дитя, обагрил её кровью, а я кроплю её слезами. Увы мне, увы мне! Грудь моя стеснилась о тебе, Иосиф, и кости тела моего рушатся о тебе, Иосиф, сын мой. Если бы я знал, где твоё тело, я пошёл бы и растерзал свои седины над твоей красотой, сын мой Иосиф! Я уже не хочу жить, не видя тебя, Иосиф! Я видел в тебе чудный источник целомудрия, но горит моё сердце, любимое моё дитя, о тебе, Иосиф! Чем я смогу утешиться, не видя тебя, Иосиф! Но вот твоя одежда — она приводит меня в смущение; я вижу: твоя одежда не разорвана, но снята человеческими руками; зверь не имеет такой повадки, чтобы сначала снять [одежду], а потом съесть; если бы ты был съеден зверем, твоя одежда была бы растерзана на многие части; но вот, я не вижу на ней ни следов зубов, ни разрывов от когтей; если же зверь раздел бы тебя, твоя одежда не была бы в крови».

Измаильтяне же, взяв Иосифа, с поспешностью возвратились в Египет. Так и вы, окаянные иудеи, схватив Христа с поспешностью повели Его к Пилату. И вот, их встретил Потифар, царедворец египетского фараона[733], и увидел у них Иосифа, прекрасного юношу. Так и некий сотник по имени Лонгин видел Иисуса Христа Сына Божия.[734] Потифар спросил, что это за юноша, измаильтяне же сказали: «Он продан нам, но мудрость его души выше его телесной красоты». Так и вы сказали, окаянные иудеи: «Он предан Иудою; так как Он творит многие чудеса, Он разрушает наш закон». Как же вы, окаянные иудеи, не рассмотрели Сына Божия, добровольно облёкшегося в плоть, имеющего в Себе божественную силу?!

Потифар заплатил цену и отдал в руки Иосифа весь свой дом, и Бог благословил дом Потифара ради Иосифа. Логгин же, сотник, сняв платок со своей головы, распростёр его перед ногами Иисуса Христа, говоря: «Господи, Тебе не пристало ходить по земле».

Жена Потифара была уязвлена разгоревшейся страстью к Иосифу. Позже и жена Пилата сказала Пилату: «Не делай ничего этому Праведнику, потому что я ныне во сне много пострадала за Него» (Мф. 27:19)[735]. Египтянка, не получив желаемого, оклеветала Иосифа, Иосиф же обличил эту окаянную египтянку. Так и Господь наш Иисус Христос обличил самарянку и очистил её от грехов. Так и Пилат спрашивал вас, окаянных: «Варавву ли отпустить вам на пасху, или Иисуса, царя Израилева?» (Мф. 27:17; Мк. 15:9; Ин. 18:39).

Потифар долго мучил Иосифа и, заковав, посадил в темницу. Так же, когда народ кричал Пилату: «Отпусти нам Варавву, Иисус же пусть будет распят» (Мф. 27:21–22), а Пилат сказал: «Я не нахожу в Нём никакой вины» (Лк. 23:22), — вы, окаянные, завопили: «Кровь Его на нас и на детях наших» (Мф. 27:25).

Но как Иосиф, когда сидел в темнице с двумя царедворцами фараона, истолковал им их сон: одному быть повешенным, другому стать пред лицом фараона в прежнем сане, — так и Господь Бог наш Иисус Христос, когда был распят с двумя разбойниками, одного из них сделал причастником рая, другого же осудил геенне.

Бог отцов наших Авраама, Исаака, Иакова не в каком-то призрачном сне привёл Иосифа к управлению египетским царством; так же и Господь Бог наш не привидением, не призраком, но действительно восстал из мёртвых и воскрес Христос[736].

Египетский фараон повелел Иосифу быть судьёй во всём своём царстве. Так и Господь Бог наш Иисус Христос, владеющий всей тварью, будет судить по делам.

Как Иосифу дали «имя: Цафнаф-панеах»[737] (Быт. 41:45), так и Иисусу все народы кричали, говоря: «Господь Вседержитель, ибо Ты владеешь живыми и мёртвыми!»

Но Иосиф постиг, что в земле будет семилетний голод, построил житницы и собрал в них пшеницу[738]. Так и Господь Бог наш, всё сотворивший и всё ведающий, определил семь тысяч лет, чтобы, как чистую пшеницу, собрать апостолов, и пророков, и святителей, и преподобных, и мучеников и мучениц, как своих ангелов, в горнем Иерусалиме[739].

Когда на земле начался голод, Иаков с сыновьями стал изнемогать в земле Ханаанской. И у вас, окаянных, начался голод, но не голод брашен, а голод слов Господних. Но как, сказал пророк, Иаков услышал, что в земле Египетской можно купить хлеба, так и ты слышал, окаянный жидовин, о чудесах в вере христианской: хромые ходят, слепые прозревают, глухие слышат, немые говорят, прокажённые очищаются.

Послал Иаков своих сыновей купить пшеницы. Так и вы, окаянные иудеи, приступите с сердечной любовью к крещению и купите себе рай, лучший древнего рая[740].

Пришли братья Иосифа в Египет и не узнали Иосифа, ибо он был правителем и царём Египта. Так и вы, окаянные иудеи, придёте на Страшный суд, не познав имени Его.

Братья поклонились Иосифу как египетскому царю. Так и великий Павел сказал: «Да поклонится пред именем Иисуса всякое колено небесных и земных, и всякий язык исповедует, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца» (Флп. 2:10–11).

Иосиф, взяв свою чашу[741], с рыданием открыл им своё имя. Так и Господь Бог наш после распятия, воскресения и вознесения не оставил род человеческий без своей милости, но послал Святой Дух к своим апостолам и повелел им возгреметь к народам уклоняться от языческой лжи и общения с иудеями, но научил исповедовать единое божество в трёх Лицах.

Иосиф после этих слов рассказал братьям о себе; пав же на шею Вениамина, он плакал со словами: «Вениамин, ты брат мой, которого я не видал много дней, ныне же радостными устами целую тебя; тот, о котором я думал много лет, теперь стоит пред моим взором; кого я не чаял увидеть до конца жизни, у того Бог дал мне сегодня обнять его тело. Как мне утешиться, вспомнив Рахиль, нашу мать! И как не обрадоваться ныне, увидев тебя, свет мой! Как не вспомнить терзания седин Иакова, нашего отца! Как не возвеселиться ныне, обнимая тело брата моего Вениамина! Двумя плачами плачу — сетую и веселюсь, ибо из моих очей истекают два источника плача: один возбуждает жалость, другой — радость. Жалею твои седины, Иаков, радуюсь же о тебе, Вениамин. Я весь горю, видя тебя живым, Вениамин, но моя сила изнемогает источением слёз по тебе, Иаков. Моё лицо сияет улыбкой при виде тебя, Вениамин, но комок в горле стоит при мысли о тебе, превозлюбленный Иаков. Сегодня душа моя оделась в веселье лучше, чем в царскую багряницу, ради тебя, Вениамин. Что мне теперь сделать, ибо я увидел своего брата, и прижимаются мои уста к твоему лицу, Вениамин! Распался состав моего тела из-за тебя, Вениамин, — посреди костей моих любовь к тебе, Вениамин, и между суставов тела моего. Жалость к тебе пронзила меня, Вениамин, ныне омою твоё лицо своими слезами, Вениамин, своими же ланитами отру тебя, Вениамин. Сердце кипит, душа моя омрачилась, жилы тела моего ослабли, и источение слёз не может прекратиться. Как взглянуть на тебя, ибо не я не видел тебя долгие часы?! Ты, Вениамин, был последним сыном старости Иакова и прекрасным и предсмертным ребёнком Рахили, нашей матери. О единоутробный любимый младший брат! Сегодня моя голова увенчана твоим, Вениамин, лицезрением выше царского венца. Ты последний корень моего отца, посаженный мне Иаковом, цвет прекрасный и райское благоухание. Теперь мне не жалко умереть, увидев тебя, брата моего Вениамина. Вениамина, моего брата, я обнимаю, Иакова, нашего отца, насадителя корня, жалею, плачу же о матери, Рахили, ибо она, породив два ростка, оставила нас. Ныне всё вспомнилось мне благодаря тебе, возлюбленный мой брат Вениамин. О любовь души моей и свет очей моих! Ты возжёг моё сердце и воспламенил все моё существо! Но к чему мне плакать о себе — обращу свой язык к лицезрению Вениамина и опояшу свои чресла, ибо я увидел своего брата. Я надеюсь ещё увидеть и тебя, отец мой Иаков: вот брат мой Вениамин, предвестник моего свидания с тобой, Иаков, отец мой»[742].

Так Иосиф переплетал стенания с весельем, Вениамин же, стоя перед [Иосифом], облобызал его руки и, омочив слезами колени Иосифа, сказал ему: «Где ты был доселе, господин и брат мой Иосиф?! Вот отец твой Иаков, скорбя о тебе, изнурил на старости своё тело из-за тебя, Иосиф, и душа его не находит покоя, ибо привязана к тебе любовью, Иосиф. Я же думал, что ты погублен зубами зверя, брат мой Иосиф, и пребывал до сих пор как бы во мраке, и жалость к тебе, словно лев, всякий день снедала моё тело. Я с громкими криками стонал от своего одиночества. Сыновья Зелфы и Валлы, взирая [на меня], укоряли меня за моё одиночество, я же, сирый, ни от кого не получал утешения, ибо не видел улыбающимся лицо Иакова из-за тебя, брат мой Иосиф, но печалью, словно ризой, я одевал своё сиротство, брат мой Иосиф, переплетая руки с коленями, и так в печали пребывал всякий день, скорбя о тебе, брат мой Иосиф, говоря так: земля, земля, принявшая пролитую кровь брата моего Иосифа, прими теперь и меня! Я не жалею о юности и не жду старости, не видя брата Иосифа. И я сказал: не знаю, где место кончины брата моего Иосифа, чтобы пойти туда и скорбеть о своём сиротстве, плакать, вспоминая доброту Иосифа, и вскоре покончить с собой на этом месте».

Иосиф же отвечал ему так: «О возлюбленное сердце, о слова, исполненные страдания! Ты снова возбуждаешь во мне жалость, брат Вениамин. Не хочу разнять своих рук, обнимающих тебя, брат. Что я здесь, в царских палатах, нашёл лучше тебя?! Увидев сегодня твоё лицо, я насладился более всяких благ. Знай же, возлюбленный брат Вениамин, что в этом мире братская любовь более всего почитается у Бога. Сегодня же лицезрение тебя объяло меня более, чем царская слава».

Затем Иосиф сказал всем братьям: «Я — брат ваш Иосиф, которого вы продали измаильтянам. Я брат ваш, обнимавший ваши ноги, но вы не пожалели меня. Я был брошен в ров и не помилован вами. Я тот, кому вы причинили горе, но Господь утешил меня. Я тот, кого вы продали в рабство, но Господь прославил меня на колеснице и сделал меня владыкой всего Египта. Я упал пред вашим лицом, прося милости, и вы не оказали мне милости, но Господь помиловал меня. Я тот, кого вы не хотели видеть живым, но Господь оставил меня живым и сделал сильным. Я тот, кого вы хотя и хотели, но не уморили во рву, ныне же я кормлю вас и ваши семьи хлебом. Вот, ещё будет пять голодных лет, однако, братья мои, пусть никто из вас не будет печален, но радуется, ибо я держу в руках скипетр Египетского царства. Сегодня, братья мои, пусть никто из вас не тужит обо мне, ибо я полагаю, что не вы меня продали, но Господь Бог отца моего и вашего ввиду этого голода; думаю, что ради вас и скипетр царства Он отдал мне, ибо ещё наступают года, когда не будет ни пахоты, ни жатвы» (см. Быт. 45:3–8). После этих слов братья узнали Иосифа.

Так и Господь наш Иисус Христос после воскресения явился своим ученикам, сказав: «Мир вам!» (Лк. 24:36; Ин. 20:26), они же поняли, что Господь Бог воскрес из мёртвых.

«Вы же поскорее идите к вашему отцу и с радостью скажите ему: „Жив сын твой Иосиф, сидит на царском престоле, ибо Бог сделал его как бы отцом фараону и всей Египетской земле. Тебе же, скажите, так говорит сын твой Иосиф: Отец мой Иаков, приди на радость моего сердца, дабы я увидел лицо старости твоей, и поселись здесь, в земле Гесем, в Аравии, будешь близ меня ты, и сыны твои, и волы твои, и овцы твои, и все, что есть у тебя. Вот, голод пришёл на землю; если придёте сюда, то получите всё нужное вам. Вот, очи брата моего Вениамина видят меня, вы же, братья, спешно идите и скорее приходите с вашим отцом”» (см. Быт. 45:9–12). И отправил с ними Иосиф четырёхколёсные повозки, чтобы привезти Иакова, отца его, и всё живое, что было у него.

Так и Господь наш Иисус Христос послал четырёх евангелистов в мир, чтобы они возгремели в мире громче колесниц Иосифа и привели четыре конца земли к Богоразумной вере.

Братья Иосифа «пришли в землю Ханаанскую к отцу своему Иакову и известили отца своего: „Жив сын твой Иосиф, он владыка всего Египта”» (Быт. 45:25–26). Но Иаков, услышав имя Иосифа, не поверил им и, вздохнув от болезненного сердца, сказал им: «Для чего смущаете дух мой? Чтобы я снова вспомнил Иосифа, моё возлюбленное дитя? Зачем погасшую мою печаль вы снова разжигаете в моей душе? Зачем рассказываете об Иосифе, ибо я потерял надежду увидеть его? Для чего скорбь, словно гвоздь, вы вонзаете в моё сердце? Разве не довольно я скорбел о вашем брате, что вы опять напоминаете мне об Иосифе?»

Тогда Вениамин, подойдя и целуя его колени, сказал: «Не скорби, господин и отец мой Иаков! Да, брат мой Иосиф, твой сын, жив, и всё правда в том, что было сказано тебе». И он подал ему письма, написанные Иосифом, и тогда Иаков поверил Вениамину и сказал: «Да будешь угоден, дитя, Богу сил. Хотя я много страдал скорбя, но, услышав тебя, утешился. Отчего в течение стольких лет, пока я скорбел об Иосифе, Бог не открыл мне [того, что случилось] с тобой, любимое моё дитя Иосиф?» Следует, однако, знать, что должно было исполниться пророчество, сказанное Богом Иакову, о его приходе в Египет. Поэтому Бог и не открыл ему того, что было с Иосифом. Если бы это было открыто Иакову, то он избавил бы Иосифа от рабства, и Господь не прообразовал бы Иосифом свою [крестную] муку, и он (Иосиф) не истолковал бы фараону его сна, и не стал бы сыном царя фараона, и не был бы посажен в темницу, и его отец не пришёл бы в Египет. Они из зависти продали его, но на нём была Божия благодать, и он сподобился получить эти почести.

В тот же час поднялся Иаков со всем своим домом и со всеми сыновьями. Иосиф, услышав [об этом], с поспешностью вышел навстречу своему отцу Иакову к Героонполису[743]. Когда Иаков увидел [его], он, забыв о старости, сошёл со своей колесницы. Иосиф же шёл пешим ему навстречу, и весь народ и египетские вельможи были с ним. Когда Иосиф приблизился к своему отцу Иакову, он опустил скипетр на землю, чтобы египтянам не было зазорно, что он, с царскими [регалиями] и в мантии, кланяется Израилю. Иосиф же, взяв скипетр, поклонился своему отцу Иакову. Этим он озадачил пришедших с ним египтян: для чего Прекрасный принёс царский скипетр. Смотри же: провидя будущее Израиля, он опечалился, с любовью являя то, что превознесённый православный крест силой овладеет царством, поэтому он показал потомству на их отце, что крест Христов является главой для всех верующих.

Иаков обитал в Египетской земле 130 лет; с ним пришло 65 душ: это были его сыновья и сыновья его сыновей. В Египте он пробыл 17 лет. По прошествии этого времени Иаков «призвал сына своего Иосифа и сказал ему: если я нашёл благоволение у тебя, положи руку твою под моё бедро[744], что ты окажешь мне милость и правду, не похоронишь меня в Египте, но положишь с моими отцами и вынесешь меня из Египта» (Быт. 47:29–30).

Вникни как следует в то, ради чего Иаков повелел вынести своё тело из Египта. Разве в Египте ему не нашлось бы земли для погребения? Но вот что сказано в Священном Писании: «Где будет труп, там соберутся орлы» (Мф. 24:28). Так и было: где родился Христос (в Иерусалиме), там и пророки проповедовали, другие же повелели свои мёртвые тела принести ближе к Иерусалиму. Не о могиле печалился Иаков, но об обетованной земле, уверяя внуков, что им придётся уйти из Египта в ту землю, где родится Иисус Христос.

Иосиф поклялся Иакову, своему отцу, что не похоронит его в Египте. «После того Иосифу сказали: «Отец твой уже совсем стар”. Иосиф привёл двух сыновей своих, Манассию, что значит забвение, или покров, и Ефрема[745]. Взял же Иосиф Манассию левой рукой, чтобы правая рука Иакова была на Манассии, а Ефрема взял правой рукой, чтобы левая рука Иакова была на Ефреме, ибо глаза же Иакова притупились от старости. Но Иаков, переменив руки крестообразно, положил правую на Ефрема, а левую на Манассию. И прискорбно было Иосифу это, и он сказал: „Отец, это — первенец; положи на него правую руку”. Но Иаков ответил: „Знаю, дитя; меньший его брат будет больше его”» (Быт. 48:1, 13, 10, 14, 17–19). Этим великий патриарх Иаков возвестил всю истину о Христе и о законе: он переложил руки крестообразно, ладони же положил на отроков, поскольку и Господь будет пригвождён в ладони гвоздями на кресте; что касается слов Иакова Иосифу «меньший его брат будет больше его», то ясно, что Новый завет больше Ветхого.

После того Иаков сказал своему возлюбленному сыну Иосифу: «Собери мне своих братьев и моих внуков, и я возвещу, что будет с вами и вашими чадами» (Быт. 49:1). Иосиф, собрав всех своих братьев, и их жён, и их детей, привёл их к своему отцу. И сказал им Иаков: «Уже, дети, приближается день моей смерти; вот что, дети, открыл мне Бог: Ваше потомство потерпит много зла от народа вашего отца[746], и вы будете переселены на землю народа моего брата Исава[747] на 497 лет, пока не придут Иуда и с ним Левий и посланные архангелы; тогда Бог ваших отцов освободит вас от поношений врагов ваших и ваше племя тогда будет радоваться». Это он возвестил им об исходе из Египта и о гибели фараона и всех его воинов.

Кроме того, Иаков подозвал своих сыновей под благословение, каждого по отдельности. Он подозвал своего первенца Рувима и сказал: «Твоё имя Рувим, ты первенец среди моих детей, ты — крепость моя и начаток детей моих, сын страха отца твоего; но ты по природе буен и жесток, ибо ты взошёл на ложе отца твоего, ты осквернил постель отца своего. Но пусть милостив будет к тебе Бог, ибо ты мой первородный сын» (Быт. 49:3–4)[748].

Симеону вместе с Левием он сказал: «Симеон и Левий, вы нанесли обиду по своей воле; да не внидет душа моя в совет их и в уста их, да не рассядется ваша утроба, ибо вы во гневе своём убили мужей[749] и по прихоти своей перерезали жилы тельца[750]; проклят гнев их, ибо жесток, и ярость их; по предопределению разделю их в Иакове и рассею их в Израиле» (Быт. 49:5–7). Это было сказано из-за их сестры Дины. Они тогда ответили отцу Иакову: «Тогда они, словно блудницей, овладели нашей сестрой» (см.: Быт. 34:31). Но и сам Иаков не был чист от крови иноплеменников, ибо он сказал Иосифу: «Отдаю тебе город Сихем, который я взял своим мечом и луком»[751]. Но это совершилось в последние времена: Анна и Каифа были из колен Левия и Симеона, они, судив Иисуса Христа и не найдя на Нём никакой смертной вины, обрекли Его на распятие[752]. Поэтому-то, пророчествуя, Иаков сказал: «В совет их да не внидет душа моя». Затем он снова сказал одному Симеону: «Симеон, ты слушайся заповедей твоего отца, ибо город сильных будет уничтожен Иисусом Христом; да будет милостив к тебе Крепкий».

После же он добавил, обращаясь к одному Левию[753]: «Левий, ты начало и дар, прими Крепкого из сыновей Израилевых, и тобою [совершится] очищение домов от всякого греха; из-за твоих братьев разгневается твой Господь сил, но ради тебя умилосердится; светло поступающий пред лицом нашего Господа, ты ревнив, поэтому из тебя [произойдёт] Ревнитель; так как в тебе суть всякой правды, из тебя произойдут властители[754]; да будет Бог мой Всевышний милостив к тебе из-за обращения твоего меча на братьев, сыновей Зелфы, они же сделали злые наветы на жену Иосифа, твоего брата, сыну фараона»[755].

Затем он обратился к Иуде: «Иуда! Твоё имя — исповедание[756], ибо тебя восхвалят братья твои и руки твои на хребте врагов твоих; поклонятся тебе сыны отца твоего. Молодой лев Иуда, от ростка произошёл мой сын. Возлёг он и спал, как лев и как львица: кто поднимет его? Не отойдёт власть от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Тот, Кому собирать[757]. Он привязывает в саду осла своего и к виноградной лозе ослёнка своего; моет в вине одежду свою и в крови гроздей опоясание своё; веселы очи его от вина, и зубы его белее молока (Быт. 49:8–12). Из тебя произойдут властители во всем твоём колене. Трое твоих братьев оправдаются: один будет певцом, другой будет факельщиком (?) на всех похоронах, а третий устыдит, обладая…[758] Да будет милостив к тебе Всевышний, ибо и ты осквернил по неведению ложе своего сына».

Подумай же, окаянный жидовин, отчего великий патриарх Иаков так благословил своего сына Иуду: «Иуда! Твоё имя — исповедание»? Все мы, христиане, исповедуем родившегося в колене Иуды нашего Бога Христа!

«Тебя восхвалят братья твои»[759] — все народы исповедуют имя Божие, и все стали братьями после крещения, все теперь благозвучными песнями воздают хвалу своему Творцу и Создателю[760].

«Руки твои на хребте врагов твоих»: враги Божии — это вы, окаянные иудеи, и Господь отдал ваши хребты под руки христиан, и вы доныне рабствуете в христианских землях.

Что касается слова птенец[761], то всеведущий патриарх Иаков сравнил его (Иуду) с птицей по имени харадр, которая упоминается во Второзаконии[762]; эта птица вся белая, без единой крапинки, её внутренностями исцеляют от слепоты; и если кто-нибудь заболеет, то по харадру можно понять, будет он жить или умрёт: если ему суждено умереть, то харадр отворотит свою голову, если же ему суждено остаться живым, то харадр весело взлетит в воздух против Солнца, и стоящие тут люди поймут, что харадр взял болезнь больного и рассеял её по воздуху[763]. Иаков назвал Иуду птенцом, потому что знал, что из колена Иуды [суждено] воссиять праведному Солнцу — Христу Богу нашему; Он бел и чист, облёкся плотью и жил с людьми, не имея в себе никакой греховной скверны; сойдя с небес в еврейском народе, Он отвратил от него своё божество, и поэтому народы поняли, что из-за безбожия иудеи умерли; нам же, прежде слепым народам, Он даровал прозрение[764] и, взяв наше прежнее неверие, вознёс Себя на крестное древо, источил нам Пречистую свою Кровь и воду для исцеления греховной страсти.

Есть ещё одна птица, о которой свидетельствует Давид: «Обновится, подобно орлу, юность твоя» (Пс. 102:5). Когда орёл стареет, его глаза тяжелеют и он слепнет; найдя же источник чистой воды, он взлетит вверх, в солнечный воздух, пока не обожжёт свои крылья и мрак своих глаз, спускается вниз и трижды погружается в этот источник[765]. Так и Господь наш Иисус Христос, бывший прежде веков, ради нашего спасения сошедший с небес и воплотившийся от Духа Святого, родился от Девы Марии; желая даровать нам прозрение, ибо мы пребывали в неверии, Он принял крещение в реке Иордан, не потому, что Он в этом нуждался, но показывая своим соработникам образ того, как погружаться в воду во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

А льва он упомянул потому, что у льва есть такая повадка: когда он охотится в пустыне и на него повеет человеческим запахом охотника, он своим хвостом заметает свой след, чтобы охотники не распознали его следа[766]. Так и Господь наш Иисус Христос воплотился от Святого Духа и вошёл в чрево Девы Марии, чтобы спасти обольщённый человеческий род. «И Слово стало плотию» (Ин. 1:14) «и вселилось в нас»[767], для того чтобы никем не был замечен Его приход; оттого Он был и диаволом искушаем, как человек, о чем свидетельствует и евангелист, говоря, что Господь в пустыне «сорок дней был искушаем от диавола» (Лк. 4:2).

Что касается слов от ростка[768] произошёл мой сын, то росток прекрасен, чист, окрашен в пурпур и зеленеет; он, сверх естества, не даёт плода, но по природе вырастает за одно лето. Посмотри же, что сказал патриарх Иаков: «От ростка произошёл мой сын». Неужели Иаков, будучи 147 лет, назвал ростком себя? Или он так хотел назвать Лию? Но, родив четырёх сыновей — Рувима, Симеона, Левия и четвертым Иуду, — она уже не была молодым побегом. Отрасль колена Иуды — это дочь Иоакима и Анны, святая, чистая и прекрасная, безгрешная и непорочная; у неё ещё не пришло время для обычного женского, но она, зачав от Святого Духа, родила Создателя твари и потом не страдала, не болела, и после рождества осталась девой. Пойми же, что Она и есть истинная ветвь, познай её чистый плод, имеющий две природы: эта ветвь родила Бога истинного и человека истинного, ибо «одела» божество человечеством[769]; из-за этого-то многими и не познан его приход. Видишь, что с почтением ветвь родила плод, что Творец неба и земли стал Владыкой, вы же, окаянные, сочли Его злодеем.

Посмотри на [другое] пророчество Иакова: «Возлёг он и спал, как лев». У льва есть такая повадка: когда он спит, его веки приоткрыты[770]. Так и Господь наш Иисус Христос: Он вознёс свою плоть на крест, а Его божество было одесную Отца.

Патриарх Иаков упомянул о птице, потому что Он исцеляет лучше той птицы; он дал нам образ троекратного погружения, которое он предрёк потому, что изначально Его приход был сокрыт; он назвал Иуду, потому что Он произошёл из колена Иуды; ростком он возвестил о Богородице; «спал, как лев» — о распятии на кресте; [слова] «как львёнок, кто поднимет его?» великий патриарх Иаков сказал, ибо предвидел воскресение из гроба Господа нашего Иисуса Христа, не умолчал об этом, но пророчествовал, сказав: «как львёнок, кто поднимет его?»; Он был истинным Богом, сделавшим всё по [своей] воле: и страдание, и распятие, и трёхдневное пребывание во гробе, а затем воскресение. Так как патриарх Иаков знал о всех Его вольных [деяниях], то он и сказал: «как львёнок, кто поднимет его?»; львёнком он пророчески назвал Сына Божия, а словами «кто поднимет его?» он пророчествовал о всех Его вольных [деяниях]. Иаков применил к Нему иносказание: львица, когда родит детёныша, она родит его мёртвым и стережёт его три дня, пока не придёт отец, дохнет на него и оживит его[771]. Так и Иисус Христос Богом Отцом воскрешён из мёртвых, подавая образ будущему веку, о чём сказал великий Павел: «Христос воскрес из мёртвых, первенец из умерших; так как через человека Адама смерть вошла в мир» (1 Кор. 15:20–21), то Бог стал человеком, чтобы Господом воскресить человеческую природу, ибо сказано: «Как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут» (1 Кор. 15:22).

Что касается слов «не отойдёт власть от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Тот, Кому собирать», то подумай, кому [надлежит] собирать: Отец возложил[772] на своего Сына собрать рассеянные народы, но сначала послал пророков проповедовать в еврейском народе, но когда пророки не достигли успеха из-за вашего жестокосердия, окаянные, тогда изволил родиться Сын Божий от присносущного Отца, как написано, «Бог истинный от Бога Истинного»[773]. От колена Иуды произошло много судей и князей, царей и пророков, а также и Господь Бог Иисус Христос, на него возложено собрать народы и утвердить веру своею Кровью.

«Он привязывает в саду осла своего»: осёл в Ветхом завете считается нечистым животным[774]; им прообразовано то, что Ему должно привлечь к Богоразумной вере некогда падший в безумии народ[775].

«[Он привязывает] к виноградной лозе ослёнка своего; омывает в вине одежду свою и в крови гроздей одеяние своё»: это сбылось тогда, когда Сын Божий был распят на кресте, и омыл своей пречистой Кровью весь человеческий род, и заключил с нами Завет, повелев вину быть Его пречистой Кровью, просфоре — Телом, воде — благодатью Святого Духа[776]. Но так как искони Троица была прежде веков, так и теперь, соединяя в Троице три [Лица], мы служим Богу.

«Веселы очи его от вина»: вино есть Кровь Христова, которую Он дал нам, сказав: «Пейте, сие есть Кровь Моя, изливаемая за вас» (Мф. 26:27–28).

Слова «зубы его белы, как молоко» означают, что Завет чист и непорочен.

Благословляя пятого сына, Завулона, Иаков сказал: «Завулон при береге морском будет жить и у пристани корабельной, и предел его до Сидона (Быт. 49:13); твоё имя — благой дар, ибо благодаря тебе Господь примет всё потомство Дины, твоей сестры; Милостивый сделает тебе милость: ты пожелаешь её, но Господь не даст тебе согрешить с ней, спасая тебя»[777].

Призвав также Иссахара, он сказал: «Иссахар, твое имя — вол крепкий[778] и вожделение, ты лежишь посреди земель[779]; ты увидел, что покой хорош и что земля пригодна для дела, и стал земледельцем (Быт. 49:14–15)[780]. Всякий труд твоих рук вознагражу. Да будет милостив к тебе вечный Господь, ибо ты дал совет своим братьям о брате своём Иосифе, когда тот был во рву».[781]

Потом Иаков призвал Дана, сына Валлы, служанки Рахили. Иаков сказал ему: «Дан, тебе дано имя суд своим людям, как если бы в Израиле был один народ[782]. И будет Дан змеем на дороге, сидящим на пути, уязвляющим ногу коня, так что всадник упадёт, надеясь на помощь Господню (Быт. 49:16–18), Господа же ты напоследок попытаешься искусить. Ты будешь судить всё потомство своих братьев, от тебя произойдут судьи, цари и воеводы на всё потомство твоего народа. Да помилует тебя Господь, ибо ты дал злой совет сыну фараона насчёт жены твоего брата Иосифа, но то была не твоя воля, и да будешь ты приятен Сильному».

Пойми же, Израиль, кого ты ожидаешь, посмотри, кто произойдёт от Данова колена? Не на Господа Владыку он указал, не о Творце времён говорил, не Господа всяческих исповедовал, но он говорил о змее на пути, то есть о пришествии Антихриста в мир[783].

Слова «сидящий на пути, уязвляющий ногу коня» означают сидящего на мирском престоле и домогающегося привлечь к себе, [отвратив] от истинной веры. Но «всадник упал назад», то есть верные Ему, видя его страшные угрозы, обличали его как беса во плоти.

Слова «ожидая спасения от Господа» означают, что верные надеются на скорое второе пришествие Господне и потому не страшатся угроз окаянного.

Слова «Господа же ты напоследок попытаешься искусить» означают Господа, Создателя всякой твари, Которого искушал диавол: взойдя «на крыло храма, он сказал: „Если Ты Сын Божий, бросься вниз”. Господь же ответил ему: „Отойди от Меня, Сатана, ибо не следует искушать Господа Бога твоего”» (Мф. 4:6, 10, 7).

Что касается слов «ты будешь судить всё потомство твоих братьев», то посмотри, Израиль: при Иакове не было судей, но от тебя произойдут судьи церкви и воеводы на всё потомство твоего народа. Подумай, окаянный, почему не сказано: в весь род, но сказано иначе: на всё потомство твоего народа? Одно дело в весь, и другое — на всё. Разумей же вот что: когда он, коварный окаянный змей Антихрист, захватит царство, вы, окаянные, назовёте его Машиахом[784] и пожелаете вкусить от его трапезы. Но посмотри, что сказал великий патриарх Иаков: «произойдёт от твоего потомства»; когда он, окаянный, захватит власть, тогда он соберёт всё иудейское потомство себе на службу, и владычество его будет мучением и скорбью для всякого человека, ибо на земле умножатся голод, и болезни, и мор, и окаянный Антихрист наложит на всякого человека угрозы, и запреты, и ужасные муки, — чтобы его сочли помазанником[785]. Но как сказано в святой Библии, «если бы Бог не сократил те дни ради избранных, то не спаслась бы никакая плоть» (Мф. 24:22). И в видении Даниила сказано о том же: «Дано ему царство до времени и полувремени” (Дан. 7:25), то есть на 1060 дней. Но, поклонившись видению Даниила, выразимся яснее.

Если ты, жидовин, захочешь мне сказать, что великий патриарх Иаков говорил о Самсоне[786], который судил в Израиле 20 лет, то я тебе отвечу: судил. Но когда Самсон уязвил в пяту коня или всадника, упавшего назад? Или в то время падшие иноплеменники от лица Самсона ожидали спасения Господня? Разве Самсон сам не попал в руки иноплеменников и они не ослепили его? Пойми, жидовин, что конь — это праведная вера, пятой называется последний день, когда святые, словно на конях, начнут носиться по воздуху[787]. Машиах же ваш, окаянный змей, уязвляя блаженных, начнёт [их] поносить, а они, святые воины Небесного Царя, обличат врага в лицо. Ты этого ждёшь, окаянный жидовин? Однако не сомневайся, а веруй, как и великий патриарх Иаков. Не Даном, но врагом Антихристом тогда будет собрано и погибнет с ним еврейское потомство, ибо гнев Божий сойдёт на него, и причастится оно муке со своим Машиахом.

Слова «помилует тебя Господь» Иаков сказал потому, что на иудеев, живущих во время пришествия Антихриста, сойдёт скорбь и гнев, ибо они будут им обольщены, Дан же не будет их соучастником, поэтому и «помилует тебя Господь»[788]. Затем, обличив его во всём, он простил его, сказав ему: «Хотя ты дал злой совет сыну фараона насчёт жены твоего брата Иосифа, но то была не твоя воля, и потому да будешь ты приятен Сильному», — поэтому, обличив его грех, он простил его.

Затем Иаков призвал своего сына Гада, который родился от Зелфы, служанки Лии; его он благословил на храбрость.

Потом он призвал своего сына Неффалима, которого он родил от Валлы, служанки Рахили; он был по матери родной брат Дана. Когда он благословлял его, то похвалил смирение Неффалима[789].

Затем он призвал Асира, которого родил от Зелфы, служанки Лии. Он благословил его и похвалил, ибо он был самым послушным своему отцу, и не обличал ни в каких согрешениях[790].

Потом он призвал своего возлюбленного сына Иосифа, которого родил от Рахили, любовным благословением благословил его, прибавив к этому: «Будь благословен благословением твоего отца и твоей матери»[791], — словно он старший среди братьев, поскольку он был почтён в доме фараона, а также и всё прочее с любовью и похвалами. Хотя Иосиф был самым любимым его сыном, но благословения Иуды он не передал ему, ибо великий патриарх Иаков провидел, что в Иудином колене родится Христос Бог наш от Пречистой Девы.

Потом он призвал Вениамина, которого родил от Рахили, брата Иосифа Прекрасного[792]. Его великий Иаков назвал сыном жалости, так как Вениамин был последним сыном его старости[793]. Он благословил его своим благословением и по отдельности каждого из них и сказал им: «Сыновья Иакова, вас двенадцать, вы все слышали, что заповедал вам я, отец ваш Иаков». И сказал им: «Я ныне прилагаюсь к народу моему; похороните меня с отцами моими, где дед мой Авраам и отец мой Исаак» (Быт. 49:29, 31). И вот, когда Иаков закончил свои речи, он «вытянул ноги свои на одре своём и умер» (Быт. 49:33). Известно, что Иаков прожил в Египетской земле 17 лет, а всего Иаков прожил 147 лет.

Сыновья Израиля и все его родственники похоронили своего отца и своего Израиля в гробнице в обширной пещере у гробницы Авраама; «эту пещеру Авраам купил у Ефрона хеттеянина; эта пещера находится на поле Ефрона в Ханаанской земле» (Быт. 49:30); тут же они совершили дни плача.

И возвратился Иосиф в Египет, и его братья с ним. Египет оплакивал Израиля 70 дней[794]. После этого братья Иосифа пришли и сказали: «Отец твой пред смертью своею завещал, говоря: „Так скажите Иосифу: прости им неправоту греха их, так как они сделали тебе зло”. И ныне прости неправду рабам ради Бога отца твоего». Услышав это, Иосиф заплакал (Быт. 50:16–17), когда его братья называли себя его рабами. И, глубоко вздохнув, Иосиф сказал им[795]: «Нет, отцы и братья, мы все Божии. Вы, братья, возненавидели меня, но Господь возлюбил меня; вы хотели меня убить, а Бог наших отцов сберёг меня; вы бросили меня в ров, но Всевышний вывел меня; вы продали меня в рабство, но Владыка всего Господь освободил меня и сделал меня судьёй над всем Египтом; я оказался в плену, но сильная рука помогла мне; я голодал, но сам Господь кормил меня; я был один во рву, но Бог отца моего утешил меня; я болел, но Господь посетил меня; я был в темнице, но Спаситель доставил мне радость, освободил меня из узилища, и от клеветы Господь избавил меня, от горьких наветов египтянки оправдал меня; когда скверная женщина домогалась меня, понуждая согрешить с ней, то Бог Израилев отца моего избавил меня от пожиравшего пламени; я был заключён в темницу, избит и оскорблён, и Господь даровал мне благоволение перед всеми темничными стражами, ибо Господь не оставит истинно боящихся Его в темнице или в узах, в печалях или в бедах; Господь не стыдится, как человек, и не изнемогает и не отступает, как земнородный, о всех о них Он заботится и во всяких скорбях посещает и утешает; Господь помог мне выстоять в десяти искушениях.

Когда египтянка, обольщая меня, говорила: „Если будешь со мной, я отрекусь от идолов и египтянина Потифара склоню веровать по закону твоего Бога”, — я, отвечая ей, сказал: „Альмефрия[796], госпожа моя, Бог благоволит к боящимся Его не в нечистоте и не в прелюбодеянии”. Она прилагала ещё больше усилий соблазнить меня, а я ещё сильнее прилежал к посту и молитве, дабы Господь избавил меня от неё. Однажды она прислала мне отравленную еду, но Господь Бог отца моего открыл мне это. Потом, когда она пришла ко мне домой, я сказал ей: „Зачем ты задумала неправедно лишить меня жизни, раз прислала мне еду, наполненную смертным ядом? Однако вникни в смысл сказанного Богом: Злоба неверных не достигнет цели”, — и взяв [еду], я начал есть пред нею, говоря: „Бог отцов наших со мной”. Она же упала ниц к моим ногам, и плакала, и обещала больше не вредить мне. Однако и после она мысленно гневалась и бес прелюбодеяния распалял её изнутри. Потом, когда я пришёл к ней поговорить о делах, она, схватив меня за плащ, потащила меня на свою постель. Я же, освободившись от плаща, убежал от египтянки. Она же, не утолив своей похоти, оклеветала меня перед господином. Я был избит, посажен в темницу, а египтянка много раз посылала ко мне сказать: „Изволь исполнить моё желание, и я освобожу тебя от уз, избавлю тебя от тьмы”. Я же даже в мыслях не склонялся к ней. Господь больше любит голодающего за правду в тёмном чулане, нежели питающегося в царских палатах развратника. Ходящий по заповедям получит славу, и Господь знает то, что ему нужно, и даёт ему так же, как даровал и мне. Теперь же, братья, не бойтесь, я прокормлю вас и ваши семьи». Он, поговорив с ними, утешил их.

Итак, Иосиф, придя в Египет со своими братьями, начал жить в Египте, который был в его власти. Иосиф прожил 110 лет[797] и видел детей Ефрема до третьего поколения, [а также] сыновей Махира, сына Манассии.[798]

[Завет Иосифа]

И увидел Иосиф, что недалёк от него день, когда отойти ему к своим дедам и отцу, и начал говорить своим родным: «Вот, изнемогают все чувства, повелевающие моим телом, и жизненная крепость уходит от меня, и сила оставляет меня, ибо немощи пересилили меня, и нет уже у меня доли с живущими на земле, но должно мне перейти отсюда в жилище моих отцов, и я перед смертью скажу кое-что вам и сыновьям своих братьев. Вы слышали, дети мои, сколько я претерпел, преданный своими братьями, считавший себя их слугой, но я не укоряю своих братьев. И вы возлюбите друг друга, дети мои, будьте долготерпеливы, не обвиняйте друг друга, и Бог возрадуется о братском единодушии, и старайтесь жить с благоуветливым сердцем. Когда мои братья пришли в Египет, о чем вы и сами знаете, я возвратил им серебро и не укорил их за бесчестие, но ещё и утешил их, также и после смерти Иакова возлюбил их больше себя, ибо не оставил их пребывать в печали; всем, что было в моих руках, я поделился с ними; их сыновья стали моими сыновьями, своих же сыновей я сделал как бы их слугами; их душа стала моей душой, и всякая их рана стала мой раной; их совет — мой совет, и моя мысль была с ними; я не превознёс себя выше их в надмении из-за моей мирской славы, но был им послушен и смирен, ставя их выше себя. Если вы, дети мои, захотите ходить по заповедям Господним, вы вкусите блага земли, и венец царства сплетут вам, и милость Всевышнего осенит вас, и солнечные лучи благословения Творца осияют вас. Если кто-то захочет причинить вам зло, то вы, изо всех сил творя добро, помогайте ему, молитесь за него Господу, и Он своей силой и властью избавит вас от всякого зла. Вы видели, что Господь сделал мне, оскорблённому и проданному, оклеветанному, но я всё перестрадал с терпением, хваля моего Бога, и, словно тяжело вооружённое войско, слово Господне избавило меня от напастей рабства и сделало меня властителем Египта и всех пришельцев. Послушайте ещё, дети, я расскажу вам сон, который я видел.[799] Вот, пасутся 12 оленей, и 9 из них рассеялись по всей земле[800]; и трое тоже; я видел, как у Иуды родилась девица, у неё была одежда из виссона[801]; из неё вышел непорочный агнец, и все звери устремились на него, но агнец одолел их и, затоптав, погубил их[802]; и ангелы радовались о нём, и люди, и вся земля. Это сбудется в своё время: они радовались о нём в последние дни. Вы же, дети мои, сохраните заповеди Господни и чтите Иуду и Левия, ибо от них произойдёт агнец Божий, благодатью спасая все народы Израиля, и царство его царство вечное[803], которое не пройдёт, а моё царство с вами окончится, как не приходит стража после уборки плодов».

Слышишь, жидовин, о чём говорится во сне Иосифа? «Я видел 12 пасущихся оленей», — что это? Олени — это 12 апостолов, проповедующих в мире чудеса, и «9 из них рассеялись по всей земле», уча и крестя во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

«И трое тоже»: эти трое также проповедовали и скончались, не уходя из Иерусалима, о чём сказано в Священном Писании: Иаков, брат Иоанна, был убит мечом по приказу нечестивого Ирода; также и диакона Стефана, названного первомучеником, иудеи побили камнями, он же «воскликнул громким голосом: „Господи! не вмени им греха сего (Деян. 7:60), ибо они не ведают, что творят”».

«Я видел, как у Иуды родилась девица», то есть Богородица, от Иудина колена, дочь Иоакима; «у неё была одежда из виссона», то есть она бесскверна и безгрешна, но чиста и пречиста; «из неё вышел непорочный агнец», то есть Сын Божий, кроткий, смиренный, незлобивый, непорочный, никогда не ведавший греха.

«Слева от него словно лев»[804]: это знаменует его божественные глаголы, великие, грозные и страшные.

«И все звери устремились на него», то есть это вы, окаянные иудеи, увидели Сына Божия, принявшего смиренный образ, и, как дикие звери, устремились на Него, крича: «Возьми, возьми, распни Его! Кровь Его на нас и на наших детях наших!» (Ин. 19:15, Мф. 27:25).

«И одолел их агнец», то есть воскрес из мёртвых Сын Божий, Которого вы мнили злодеем; «и, затоптав, погубил», то есть предал вас рабству народам, и вы погублены доныне в наших землях.

«И ангелы радовались о нём, и люди, и вся земля»: Господь Бог наш, Царь неба и земли, соединил благодатью горнее и дольнее для общей радости. «Это сбудется в своё время»: Иаков был в третьем и седьмом году, и Сын Божий родился в девятом году[805].

«И радовались о нём в последние дни»: Он есть начало и конец, ибо Он изначала привёл все от небытия к бытию, о Нем проповедовали пророки, и мы радуемся о Нём до последних дней[806].

«Вы же, дети мои, сохраните заповеди Господни и чтите Иуду и Левия, ибо от них произойдёт агнец Божий», то есть от колена Иуды и по чину Левия Он принял первенство (главенство).

«Благодатью спасая все народы Израиля»: пойми же, Израиль, что будут спасены не одни евреи, но все народы; пока Он не родился, Он спасал один Израиль, родившись от Пречистой Девы, Он призвал к спасению все народы[807].

«Царство его царство вечное»: подумай, не указывает ли он на того агнца от девы, царство которого не пройдёт во веки?[808]

И сказав это, он (Иосиф) вытянул ноги на своём одре и уснул вечным сном. И оплакивали его весь Израиль и Египет, ибо он, словно часть [их] тела, страдал с ними. Иосиф прожил 110 лет и умер.

[Завет Рувима]

Потом, когда на следующий год[809] Рувим, старший сын Иакова, заболел, он призвал к себе своих братьев и детей и обратился к ним со словом покаяния, сказав: «Я согрешил с Валлой, служанкой своего отца, и если бы мой отец не умолил Бога, то ангел Господень убил бы меня. Я же в течение семи лет не вкушал вина и масла, и мясо семь лет не входило в мои уста из-за греха прелюбодеяния. Ныне же послушайте, дети, Рувима, вашего отца. Я видел семь духов обольщения, посылаемых от врага, они становятся началом юношеских поступков, они искушают всякого человека всю его жизнь; они не природные сущности человека, [необходимые] для деятельности всякого человека: 1) дух жизни, с ним совершается путь; 2) [дух] зрения, с ним приходят мысли; 3) [дух] слуха, с ним даётся учение; 4) [дух] обоняния, с ним постигается запах силой вдохов и выдохов; 5) [дух] речи, с ним приходит понимание; 6) [дух] вкуса, с ним приходят вожделения, [но] через него еда и питье созидают крепость, ибо в пище есть сила крепости; 7) [дух] семенного зачатия, с ним приходит грех сластолюбия, поэтому он есть дух созидания, а в отрочестве, исполнившись безрассудства, он приводит юношу, как слепца, в пропасть или, как скотину, к обрыву. И над всеми ими — дух сна, с ним возникают ужасные видения и образы смерти.[810] С этими чувствами соединяются духи обольщения: 1) дух блуда прилепляется к природе; 2) дух ненасытства в чреве; 3) дух вражды в сердце и в желчи; 4) дух тщеславия и высокомерия, который посредством чародейства представляется хорошим тому, кто не умеет видеть; 5) дух гордыни, хвалящийся и высокомудрствующий; 6) дух лжи, чтобы приносить погибель, возбуждать зависть и скрывать свои мысли от родных и домашних; 7) дух неправды, а с ним воровство и клевета; чтобы совершить угодное сердцу, неправда всё делает с прочими духами. Главенствует над духами дух сновидений, в котором коварство и наваждение.[811]

И так погибает всякий юноша, помрачая свой ум и не заботясь жить по заповедям Божиим, не слушая поучений своих отцов, как и я пострадал в своей юности. И ныне, дети, не смотрите на женщин. Если мысль устремится на женскую наготу, она не даст мне покоя, пока не совершу мерзкое и злое перед Богом. Слушайте, дети мои, Левия, ибо он понимает закон Божий, и устроит вам суд, и принесёт жертву за весь Израиль до последних времён первосвященника Христа, о котором сказал Господь».

Заметь же, жидовин, как хорошо Рувим указывает на первосвященника Христа, Который за всех принял смерть, будучи по [чину] Левия первосвященником, и Которого Господь избрал от Иуды, чтобы Он царствовал над всеми людьми и чтобы они поклонились колену Иуды, ибо Он умрёт за вас в бранях видимых и невидимых. Ты же как следует пойми, что такое невидимая брань. В невидимой брани никто из земных не может помочь, ибо как он может помочь, не видя? Невидимый же ратник есть диавол. Но призыванием имени Бога, Который родился от колена Иудова, — им побеждается диавол[812]. Подумай также ещё над тем, что он сказал: «И будет Он царь вечный». И как усмотрел Рувим, что от Иуды родится вечный царь?! Кто из земных может пребывать вечно?! Вечностью называется то, что было прежде сотворения мира, Он же и после кончины мира пребывает во веки.

И возвестив это, умер Рувим, первый сын Иакова и Лии, прожив 125 лет.

[Завет Симеона]

Вторым сыном Иакова был Симеон. И он, когда настал день его кончины, призвал к себе своих сыновей и братьев и обратился к ним со словом, сказав: «Хотя душевное и телесное мужество даётся человеку Всевышним, я в годы моей юности позавидовал Иосифу, моему брату, и коварный Сатана послал дух зависти[813], и он ослепил мой ум, и я старался убить Иосифа. Но Бог его и Бог отца моего избавил его от моей руки и не дал мне совершить этого злодеяния. И ныне, дети мои, берегитесь коварного духа, который возбуждает зависть, ибо зависть, приходя от врага, овладевает всеми помыслами человека[814] и делает его навсегда безутешным, но всегда побуждает убить того, кому завидуешь, он же всегда процветает в страхе Божием. Завистник всегда пребывает в беспокойстве, ибо зависть делает душу неразумной, а тело изнуряет страданиями. Зависть возбуждает в мыслях вражду и усобицы, склоняет к убийству, отнимает сон, беспокоит душу. [Надо] смотреть в мыслях на человека как на творение Божие, но диавольский дух возбуждает злобную зависть и распаляет воображение в дурном направлении, мучит душу, приводит в дрожь тело, порождает ссоры. Дух зла вливает свой яд, чтобы не вспоминать о милосердии. Я же, поняв это, изнурил свою душу постом: я понял, что зависть уничтожается страхом Божиим. Когда наш брат Иосиф был в Египте, он мог отомстить мне за моё зло, но Иосиф, наш брат, будучи добрым человеком, не помянул совсем нашего зла, каким мы согрешили перед ним, но мыслил о нас так, что мы послужили промыслу Божию».

И всё прочее он рассказал по порядку[815]. Затем он прибавил вот что: «Я знаю из рассказа книги Еноха[816], что ваши сыновья с вами погибнут в заблуждении (то есть не узнав Сына Божия, они погибли среди народов). Левию нанесут обиду (то есть Иисус по [чину] Левия был священником, но иудеи пронзили Его копьём), но не одолеют Левия, ибо Господня рать победит».

Узнай себя, жидовин: он говорил о Господнем воинстве потому, что вы, противившись Господу, пригвоздили ко кресту добровольного Страдальца. Вы положили Его, запечатав, в гробницу, но, хотя печати остались нетронутыми, Он нетленным воскрес из гроба[817]. Потому он и сказал «не одолеют», что не смогли удержать Божества те, кто запечатывал гробницу. Но как, пророчествуя, говорил отец Иаков: «Он благословил», — то не в Нём ли были благословлены народы?

Симеон продолжил говорить своим сыновьям, сказав вот что: «Да избавлен буду я от грехов душ ваших. (Это Симеон, пророчествуя, говорит о пришествии Христовом и потому очищает свою душу от преступного деяния еврейского народа). Отнимите от себя зависть и высокоумие. (Симеон понуждал своих сыновей уклониться от зависти и высокоумия, но не смог удержать, ибо впоследствии иудеи распалились завистью и высокоумием, схватив Иисуса, привели к Пилату на суд, Пилат же сказал «Я не нахожу на Нем никакой вины» (Лк. 23:4).

Симеон ещё сказал: «Если уклонитесь от зависти и высокоумия, то, как цветущая природа, мои кости в Израиле, и, как цветок, моя плоть в Иакове, и будет моё благоухание, как благоухание Ливана, и умножатся [потомки?], как святые кедры». Почему он назвал кедр святым и где прежде освящалось дерево? Великие патриархи умным зрением провидели, что Иисус Сын Божий будет распят на кипарисе, сосне и кедре[818], поэтому он и упомянул святой кедр.

Слова «от меня и до века» — это пророчество о Христе. «До исполнения времён их ветви будут длинными»[819], то есть имя христиан распространится среди всех народов. «Тогда прославится знамение, ибо великий Господь Бог явится на земле как человек, спасая Адама». Посмотри, как Собою спасти Адама: так как Адам, будучи первым человеком, преступившим Божию заповедь, пал, то поэтому Бог становится человеком, прияв плоть от Девы, спасает Собою природу человека и воскрешает Адама.

«Тогда все коварные духи будут преданы Ему в поношение и люди будут властвовать над лукавыми духами»: когда по вознесении Господа Он послал свой Святой Дух на святых апостолов и дал им власть и силу, они именем Господним отгоняли коварных духов[820]. Так и мы доныне, когда держим в руках мощи святых, то действием Святого Духа нечистые духи, как дым, быстро исчезают.

«Тогда воскреснут жители земли и благословят Всевышнего за Его чудеса»[821]. Посмотри, в чём смысл этих слов: когда Господь был распят, «земля потряслась, и гробы отверзлись, и усопшие воскресли» (Мф. 27:51–52), и все благословили Всевышнего за Его чудеса, ибо Бог, имевший тело, евший с людьми, пожелал спасти всё человечество.

«И ныне, дети мои, слушайтесь Левия, и от Иуды получите избавление, и не превозноситесь над этими обоими коленами, ибо от них придёт вам спасение Божие. Ибо Бог произведёт от Левия как бы главу священства, от Иуды как бы царя — Бога и человека, который спасёт все народы и народ Израиля[822]». Посмотри, окаянный, что он сказал: «Произведёт вам Господь от Левия как бы главу священства». Бог, облекшись телом, был по чину Левия священником, как сказано, для всех народов и колен Израиля. Тогда бесчисленное множество израильтян спаслось, уверовав в Господа, вы же, окаянные, были оставлены всем народам для укорения, поношения и обличения.

«Это я завещаю вам, дети, и вы завещайте своим детям то, что я сказал вам, и сохраните это в своём потомстве». И, сказав это, Симеон уснул вечным сном, прожив 125 лет. И положили кости его в ковчег из негниющего дерева, ибо он завещал принести его кости в Хеврон, и перенесли тайно во время войны с египтянами.

[Завет Левия][823]

Затем Левий, третий сын Иакова, сын Лии, призвал своих сыновей; он перед своей кончиной возвестил им о видении священства и говорил о гордыне.

«Я, Левий, был зачат и рождён в радости и рос в доме своего отца. Когда я пришёл с отцом в Сихем, я был юношей лет двадцати, тогда я с Симеоном отомстил за сестру нашу Дину. Но когда я пас [стада] в Авермауле, дух разума Божия сошёл на меня и я увидел всех людей, сбившихся с пути: словно стену, воздвигли они неправду, и грех пребывал в их сыновьях. Я опечалился о роде человеческом и помолился Господу, чтобы они спаслись. И тогда на меня напал сон. Я увидел высокую гору, эта гора в Авермауле называлась Щит[824]. И вот отверзлись небеса, и ангел Божий сказал мне: „Левий, войди!” И я поднялся от первого неба во второе и увидел здесь воду, висящую между первым и вторым [небом][825]; ещё я видел третье небо, намного светлее первых двух, оно было непомерно высоким[826]. И я спросил ангела: „Что это?” И ангел ответил мне: „Не удивляйся этому, увидишь другие четыре неба, то есть планеты, которые называются поясами, ещё более светлые и удивительные, чем эти[827]; когда ты поднимешься туда, станешь около Господа, и будешь ему служить, и возвестишь людям тайны, и оповестишь о будущем избавлении Израиля; и от тебя и от Иуды явится Господь как человек, спасая Собою весь человеческий род”.

И он сказал мне: „Послушай о семи небесах[828]. Нижнее потому печально, что видит все людские неправды. Во втором огонь, снег, лёд, готовые для повеления Господня о дне праведного Божия суда[829]; на нем все духи, посылаемые для мести людям. На третьем силы — воинство, устремляющееся в день суда мстить коварным духам врага. Над ними в четвёртом [небе] находятся святые[830], а на самом высоком пребывает великая слава в святая святых превыше всех святынь. Под ним находятся ангелы Лица Господня, служащие и молящие Господа [о грехах, совершённых] праведниками по неведению, они же приносят Господу благоухающие словесные благовония и бескровные жертвы, а под ними находятся ангелы, доносящие ответы до ангелов Лица Господня; под ними же находятся престолы и власти, которые приносят Богу непрестанную хвалу[831]. Когда Господь воззрит на нас, мы все всколыхнёмся, небо и земля, от глубины Его величия. Сыны же человеческие пренебрегают этим, грешат и гневят Всевышнего. Вы скоро увидите, что Господь так судил сынов человеческих, что камни рассыпаются, Солнце гаснет, воды высыхают и ад пленён из-за страданий Всевышнего. Неверующие люди пребывают в неправде и потому будут осуждены на муки[832]. Всевышний услышал твою молитву отойти от неправды и стать угодным Его Сыну и слугой Его Лицу. Ты светло просветишь Иакова светом разумения, ты будешь словно Солнце всему народу Израиля, и тебе и всему твоему потомству дано благословение, пока не посетит Господь все народы милостью своего Сына во веки[833]. Однако твои сыновья поднимут на Него руки, чтобы оскорбить Его, и потому тебе даётся понимание, чтобы ты вразумил своих сыновей, что славящий Его будет прославлен, а проклинающие Его погибнут”»[834].

Затем Левий прибавил ещё такое поучение своим сыновьям: «Ангел открыл мне небесные двери, и я увидел небесную Церковь на престоле славы Всевышнего. И Он сказал: „Левий, Я дал тебе благословение чести, что приду и поселюсь среди Израиля”. Потом ангел свёл меня на землю, дал мне оружие и сказал: „Отомсти в Сихеме за Дину, и я буду с тобой, ибо меня послал Господь”.

После этого, пробудившись от сна, я благословил Всевышнего. В этот год я уничтожил сыновей Аморреевых[835], потом я с Симеоном возревновал о беззаконии, которое творилось в Израиле, и убил Сихема, а Симеон — Еммора. Когда отец наш Иаков услышал о негодовании против нас, я сказал моему отцу: „Не гневайся, господин [мой] Иаков, ибо они надругались над нашей Диной, и потому Божий гнев сошёл на них и сильный ангел помогал мне”»[836].

Всмотрись в видение Левия, жидовин, и подумай над его смыслом. На что указал тебе Левий, когда, дивясь небесам, вопрошал ангела, ангел же ему сказал: «Ты встанешь близ Господа и будешь Ему служить, и возвестишь людям тайны, и оповестишь о будущем избавлении Израиля»? Отчего же ты, жидовин, не понимаешь, когда ангел Божий проповедовал вашим праотцам о спасении Израиля, [что значит,] что «от тебя и от Иуды явится Господь как человек, спасая Собою весь человеческий род»? Смотри, окаянный: не ангел, не ходатай, но сам Господь спас нас[837]. Мы же давно говорили тебе, что Господь родился в Иудином колене от Девы Марии, будучи по Левию священником; так как по Ветхому закону иерею должно очищать грехи людей, то и Господь был священником, поэтому ангел сказал Левию: «От тебя и от Иуды явится Господь как человек, спасая Собою весь человеческий род».

О бескровной жертве разумей, что ангелы Божии служат Господу не кровью тельцов и не кровью козлят, но служат чистую службу благодарением[838] Господа. Так и мы, христиане, Телом и Кровью служим Господу чистую службу по чину Мелхиседекову.

Теперь смотри вот на что: «Вы увидите, что Господь судил сынов человеческих». Не вас ли, окаянные, судил Господь, не вам ли готовились огонь неугасимый и червь неусыпающий?[839] «Камни рассыпаются»: не тогда ли рассыпались камни, когда вы пригвоздили ко кресту Господа славы? «И Солнце гаснет»: не тогда ли погасло Солнце, когда вы Господа распяли на кресте, о чём свидетельствует божественное Евангелие: «Тогда тьма была по всей земле от шестого часа до девятого» (Мф. 27:45)? «Воды высыхают, и ад пленён». Скажи мне: если ад был пленён, то что за воины, вооружившись, сошли в ад? Нет, сам Господь, когда почивал во гробе, сошёл в ад освободить первозданного Адама из адовой темницы; Он — самодержец неба, земли и преисподней, и поэтому Он сошёл пленить ад.

А то, что «Он пострадал, а божество Его оставалось бесстрастным», то Он своим страданием даровал роду человеческому бесстрастие. «Неверующие люди пребывают в неправде»: кто же не познал страдавшего Всевышнего? Вы, окаянные, вы пребываете в неправде и потому «будете осуждены на муки».

«Всевышний услышал твою молитву отойти от неправды и стать угодным Его Сыну». Смотри: Сын Божий был прежде веков, и «у Лица Его двое слуг».

«Тебе и всему твоему потомству дано благословение, пока не посетит Господь все народы милостью своего Сына во веки. Однако твои сыновья поднимут на Него руки, чтобы оскорбить Его». Посмотри, как Господь посетил нас милостью своего Сына во веки и как вы, окаянные, подняли на него руки, чтобы оскорбить Его. «И потому тебе даётся понимание, чтобы ты вразумил своих сыновей, что славящий Его будет прославлен, а проклинающие Его погибнут». Так и ты поразмысли о том, кто ублажает Сына Божия и истинно верует в Него? Мы, христиане, а проклинаете и распинаете Его вы! Поэтому воистину сбылось на вас то, что вы погибелью погибли, лишь малая ваша часть была рассеяна по всей земле, но и эта часть принимает немало скорбей и поношений.

Вспомни и то, что было сказано Левию с небес: «Я дал тебе благословение очищения, пока не приду поселиться среди Израиля». Вы же того, окаянные, не поняли, что Господь пришёл, желая спасти Израиль, вы злобою оскорбили Господа. Поэтому мы, некогда не веровавшие, ныне восприняли закон Его божества[840], но вы, окаянные, уподобившись древнему Сатане, пали за гордыню отречения.

Левий сказал ещё вот что: «Когда мы, поднявшись, пришли в Вефиль, я здесь снова имел страшное видение о священстве. Сначала я как бы увидел семь мужей в белой одежде, говоривших мне: встань, облекись в хитон веры, в наперсник и в ефод пророчества.[841] И каждый из них принёс своё, что они возложили на меня и сказали: „Отселе будешь священником Богу, ты, и сыновья твои, и колено твоё отныне и до века”. Первый помазал меня святым елеем и дал мне жизнь помазания (то есть святым мирром, которым помазуются христиане у святой купели и тогда, дав обет Господу, получают вечную жизнь). Второй омыл меня чистой водой (то есть троекратным погружением во имя Отца, и Сына, и Святого Духа) и напитал меня хлебом и вином в святая святых (то есть святым причастием в храме Господнем). Он возложил на меня одежду святую и славную (то есть символ святого крещения Небесного Царя; видя эту одежду, ангелы небесные радуются, видом этой славной одежды побеждается бесовское воинство). Третий возложил на меня на некий срок[842] ефод из виссона, потому что мне дано священствовать до времени, а не вечно (то есть единственным священником по чину Мелхиседекову во веки и на веки останется Иисус Бог). Четвёртый укрепил на мне пояс пурпурного оттенка, не посередине, а вдоль моего тела. Пятый подал мне ветвь насыщения (то есть евангельские и апостольские глаголы, слыша которые, святые мученики ополчались на врага). Шестой возложил мне на голову венец[843] (ибо мученики, подвизавшиеся за истинную веру, венчались венцами). Седьмой возложил на меня венец очищения[844] и наполнил мои руки фимиамом, чтобы мне служить Господу.

И он сказал мне: «Левий, твоё колено разделится на три части[845] — в ознаменование славы нисходящего Господа, и первый уверовавший будет великим причастником, выше которого не будет. (Это предзнаменование об Иоанне Предтече, который происходил из священнического рода). Второй будет учить об Иисусе Христе, его имя — спасение миру[846]. Третий будет называться новое имя: как царь, он произойдёт от Иуды и создаст новое по образу священство для народов всех стран. Его пришествие желанно как пророка Всевышнего из рода Авраама, вашего отца. Он есть всё, чего желаешь ты и твой народ в Израиле. И вы вкусите всё прекрасное на вид, и трапезу Господню разделят дети ваши (то есть апостолы, вечерявшие с Господом). От них произойдут священники, судьи и книжники, так что их уста наполнятся святости».

Пробудившись, я понял, что этому видению, в отличие от первого, не пришёл срок, и скрыл [его] в своём сердце».

Разумей, окаянный жидовин, что видение Левия сбылось в воплощении и страдании Сына Божия, [о чём] я говорил тебе.

«Через два дня я, Левий, вошёл с нашим отцом к нашему деду Исааку, и отец моего отца благословил меня в соответствии с моим видением о священстве, учил меня, как служить Всевышнему Богу чистотой ума, всё время вразумляя меня, и в этом наставлении он сказал мне: „Ныне сберегите, дети мои, всё, что я заповедал вам; всё, что я слышал, я возвестил вам, я же не виноват во всём вашем бесчестии, ибо вы в последние времена совершите преступление, не поверив в Спасителя мира (Ты не веришь в Спасителя мира? Кого же ты ждёшь, жидовин, о чьём пришествии мечтаешь, если Левий проповедует, что вы не поверите в Спасителя мира?). Оклеветав Его и подвергнув великим страданиям, Израиль совершит несправедливость перед Господом, но Иерусалим не стерпит вашего беззакония, и церковная завеса разорвётся пополам, ваше поругание не изгладится, и вы рассеетесь по странам иноплеменников, и вас там будут оскорблять, и проклинать, и поносить. Дом, который изберёт Господь, будет называться Иерусалимом. Я нашёл это в книгах Еноха Праведного”[847]».

Посмотри, жидовин, как блаженный Левий толкует тебе [своё] видение, сказав: «И ныне, дети, я уразумел из книги Еноха[848], что в конце вы восстанете, налагая со всякой злобой на Господа свои руки, и из-за вас ваши братья будут в поношении, у всех народов вы будете в поругании, ибо отец ваш Израиль чист от бесчестия первосвященников, которые возложат свои руки на Спасителя мира и наведут проклятие на ваше потомство, ибо Света закона, пришедшего среди вас для просвещения всякого человека (см. Ин. 1:9), — Его они захотят убить, уча заповедям, противным Божьей правде. По этой причине храм, который изберёт Господь, омерзеет в вашей нечистоте, и вы будете пришельцами во всех странах, и будете там поругаемы, и примете поношение и вечный срам от праведного суда Божия, и все [будут] ненавидеть вас. И если бы не Авраам, Исаак и Иаков, то Он не оставил бы на земле никого из моего народа. И теперь я узнал в книгах Еноха, что вы семижды соблазнитесь[849]: священство обесчестите, закон растлите, слова пророков вмените ни во что, праведников изгоните из города и возненавидите благочестивых, слова правды вам омерзеют, и Мужа, исполняющего закон в силе Всевышнего, вы назовёте лжецом и в конце концов убьёте; думая, что Он не воскреснет[850], вы в злобе примете на свои головы неповинную кровь, и потому ваша святыня осквернена до дна, ваша земля не будет чистой, вы будете прокляты народами и будете в рассеянии, пока Он сам не посетит её, смилостивившись, и не примет вас верою и водою».

Я спрошу тебя, жидовин: слышал ли ты Левия, говорившего детям своих детей, что Господь, Которого вы распяли, вновь помилует и примет верующих в Него и освящающихся водой во имя Отца, и Сына, и Святого Духа? Смотри же: нет тебе помилования, если ты не веруешь в Него и не принимаешь крещения во имя Его, ибо сам Господь Бог сказал в святом Евангелии: «Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Небесное» (Ин. 3:5). Ты же, жидовин, думай о будущем и, чтобы не погубить своей души, прими святое крещение и станешь, как новорождённый младенец, чистым и освящённым[851].

Послушай, жидовин, Левия, говорившего о священстве Господнем: «Послушайте, дети мои, о священстве. В каждом поколении[852] есть священство. Первый помазанный на священство будет велик, а помазанник во втором поколении будет окружён плачем любящих, и священство его будет почётно. Третий священник пребудет в печали, а четвёртый будет страдать, ибо придёт много неправды и во всём Израиле каждый возненавидит своего ближнего. Пятый будет во тьме, также и шестой и седьмой будут во всяческом осквернении, которого я не могу высказать перед людьми и о котором знают те, кто его совершает. Из-за этого они будут в пленении и в поношении и их земля и имущество погибнут. В пятую седмину вернётся на землю их погибель, и они восстановят храм Господень. В седьмую же седмину[853] появятся жрецы, служащие идолам, богоборцы, корыстолюбцы, гордецы и беззаконники, распутники, скотоложники. Когда Господь будет мстить им, священство окончится, тогда Господь воздвигнет нового Священника, Которому будут открыты все слова Господа, и Он совершит на земле праведный суд на все времена, и Его звезда взойдёт на небосклоне, как бы предваряя Царя разумного света до его восхода, [чтобы] Солнцу возвеличиться днём во вселенной; Он просветит землю и удалит тьму от вселенной, и будет мир на всей земле, и небеса возвеселятся в тот день, и земля возрадуется, и облака взыграют, и разум Господень прольётся на землю, как морская вода, и ангелы славы лица Господня возрадуются о Нём. Небеса откроются, и от дома славы наидет на Него Святой Дух с Отчим возгласом, и слава Всевышнего утвердится на Нём, и Святой Дух разума почиет на Нём с водою, и Он принесёт величие правды Господней на землю своим детям во веки, и не будет Ему перемены до века в род и род. Его святые народы умножатся в разуме на земле и просветятся Господнею благодатью. Израиль в безумии ослабеет, его священство помрачится в печали. И оскудеет всякий грех, и беззаконники удалятся от зла, праведники будут Им упокоены, ибо Он откроет райские двери и отнимет копье, удерживающее Адама, и даст святым пищу от дерева жизни, и дух правды будет в них. Сатана будет Им связан, и Он даст своим детям [силу] попирать лукавых духов. И возвеселится Господь о своих детях во веки веков, Авраам, Исаак и Иаков тогда возрадуются, и я возвеселюсь, и все святые облекутся в правду.

Теперь, дети мои, вы всё слышали. Изберите себе свет или тьму, закон Божий или дела диавола, — я же поведал вам обо всём, что разумел. Потому благоговейте пред Господом Богом вашим и смиренно живите по Его закону. Вы тоже научите своих детей книгам, чтобы они всю свою жизнь всегда с разумением изучали закон Божий. Каждый, кто понимает закон Божий, будет в чести и не будет идолопоклонствовать, ибо он приобретёт себе много других, более сведущих, чем он, книжников и многие люди захотят служить ему и слышать закон из его уст. Поступайте по правде, дети мои, на земле, и вы найдёте её на небесах; сейте в своих душах добро — и вы пожнёте его в своей жизни, сеющий же зло — зло и пожнёт; вы же, дети мои, старайтесь обретать мудрость в страхе Божием. Когда захватят города, они опустеют, золото, серебро и всё имущество погибнет, у мудрого же его мудрости никто не сможет отнять, только греховное помрачение и ослепление этого благородного дара. Тогда у него будет нашествие неприятеля, на чужой земле отчина, и он окажется посреди своих врагов. Тот же, кто приникнет к учению и мудрости, тот будет сотрапезником царей, как и наш целомудренный брат Иосиф».

Сыновья Левия ответили отцу, сказав: «Мы ходим пред Господом по Его закону!» И сказал Левий: «Свидетелем да будет Господь, Которому вы ныне дали обет». И, сказав это, он умер, прожив 137 лет. Его положили в ковчег, а после он был погребён в Хевроне, там же, где были похоронены Авраам, Исаак и Иаков.

[Завет Иуды]

Затем Иуда, четвёртый сын Иакова, сын Лии, призвал к себе своих сыновей и сказал: «Дети мои! Вот, я перед своей смертью расскажу вам о случившемся со мной. Так как доблесть была в мой груди, я был скор на ногу и силен телом, и множество воинов не устояли перед моей мышцей, и я разбил твердыню города, не покорявшегося мне[854], то отец мой Иаков видел, что ангел Сильного помогал мне в доблести[855]».

Он продолжил речь, [обращённую] к ним, и сказал: «Я узнал в книгах Еноха, сколько зла вы сделаете в последние дни, поэтому храните себя, дети мои, от всякого блуда и сребролюбия, ибо оно отторгает от закона Божия, ослепляет душу, и не даёт человеку быть милостивым к своему ближнему, и погружает его в скорби и болезни. Из-за серебра и я погубил своих детей, и если бы не наказания моему телу и не смирение моей души и молитвы моего отца Иакова, я бы умер бездетным. Но Бог отцов наших, щедрый и милостивый, помиловал меня, ибо я поступал бессознательно, ослеплённый князем лжи. Я не понимал, что плоть человека истлевает в грехах, и не предвидел своей немощи. Считая себя непобедимым, я насмехался над Рувимом, моим братом, из-за Валлы, наложницы отца. Я много раз похвалялся у [городских] ворот подвигами своей юности. Так как меня не привлекали красивые женщины, то дух зависти ополчился на меня и ослепил меня, пока я не пал с Висуе хананеянкой. Вино извратило моё зрение и омрачило моё сердце похотью, и, преступив Господню заповедь, я пал с ней, и Господь отомстил мне тем, что не было мне радости от её детей[856]. И теперь, дети мои, не упивайтесь вином, ибо пьянство отвращает ум от истины[857], вселяет помыслы вожделения и соблазняет очи. Объединившись, дух блуда и пьянство становятся как бы слугами его похоти и вдвоём они одолевают человеческую силу. Если человек упивается допьяна, то скверные мысли склоняют ум на блуд и распаляют тело на совокупление, и он становится повинным в похоти и, совершая грех, не смущается, ибо пьяный не стыдится никого. Вот и меня он соблазнил не смущаться толпы у ворот, ибо я на глазах у всех склонился к Фамари, которая была моей снохой, и, пьяный, совершил страшный грех, не убоявшись Господней заповеди, и всем рассказал о своём грехе[858].

И ныне, дети, не пейте сверх разумной меры; если исказите пьянством рассудительность души, то дух лжи войдёт в душу и заставит пьяного говорить о срамном, грешить и не стыдиться и [даже] бахвалиться бесчестием; будучи обличаем, он не унимается в своём бесчестии, думая, что говорит хорошее; если некий царь, пребывая в пьянстве, предастся блуду, то, будучи лишён [сана], быстро потеряет царство[859]. Ангел Господень показал мне: когда царь или нищий живут в пьянстве, то ими овладевают женщины, у царя они отнимают славу, у сильного силу, а у убогого последнюю опору бедности. Берегите, дети мои, уста от пьянства, ибо в нём четыре лукавых духа: злых помыслов, распаления блуда, усиления мерзости [и] бесстыжего греха. Если уж пьёте, то со страхом Божиим. Когда в веселье отступает страх Божий, тут и приступает бесстыдство — начало греха, происходят споры и ссоры, понуждающие согрешить гневом и клеветой, бывает отступление от заповедей Божиих и преждевременная погибель, ибо пьянство открывает тайны Божии и человеческие, как и я поведал хананеянке заповеди Божии и тайны своего отца, о которых Бог велел не рассказывать.

И теперь я заклинаю вас, дети мои, не упивайтесь вином, не любите золота и серебра, не взирайте на женские прелести, украшенные драгоценностями. Я, пьяный, увидел хананеянку, всю блистающую золотом, и прельстился ею, как человек пьяный, и был покорен [её] видом. И ныне, дети мои, послушайте меня, Иуду, вашего отца, избегайте сребролюбия и пьянства, ибо это отлучает [от Бога], научает гордости, отвращает его душу от всякого блага, отнимает у него сон, изнуряет его плоть, удерживает от молитвы Богу; он не помнит благословения Божия, не внимает прорицающему пророку, гнушается словами благочестия, слоняется и днём и ночью.

Я, будучи пьяным, поведал тайны моего сердца и отдал жезл и венец моего царства Фамари, своей снохе, не узнав её и приняв за блудницу[860]. Эта Фамарь, происходя из Месопотамии, была дочерью Арама; я привёл её в жены своему сыну Иру; Ир же, будучи лукавым, пренебрёг Фамарью, ибо она не была из земли Ханананской, и ангел Господень убил его в третью ночь, и он не познал её, из-за коварства его матери, ибо не хотел иметь от неё детей[861]. В дни свадебного праздника я отдал её в невесты Онану, своему второму сыну; и этот коварно не познал её, прожив год. Я же угрожал ему, веля сойтись с ней, а он излил семя на землю по повелению своей матери; и он был поражён из-за его коварства. Я хотел отдать её Шеле, своему третьему сыну, но моя жена Висуе не позволила мне, злобствуя на Фамарь, что она не была из дочерей Ханаана, как она сама.[862]

Эта Фамарь стремилась родить детей от рода Авраама, ибо тогда род Авраама был знатным. По этой причине Фамарь сидела у врат, как блудница, нарядившись в брачные украшения, и встретилась мне на пути, когда я шёл от стад своих овец. Напившись, я не узнал её из-за пьянства, её красота прельстила меня, и я отдал ей мой жезл, пояс и царский венец; она приблизилась ко мне и зачала Фареса и Зару, двух близнецов, в чреве своём»[863].

Вот вам прообраз некой тайны[864]: когда Фамарь рожала и первый младенец высунул из чрева руку, повивальная бабка повязала на высунутую руку ребёнка красную ленточку, чтобы знать, кто родится первым; после этого ребёнок спрятал руку внутрь лона; потом родился другой ребёнок, а потом опять тот, который высовывал руку и был обозначен красной ленточкой. Рождённый первым был назван Фаресом, что значит пресечение, ибо он пресёк естественный порядок. Ознаменованный же, который хотел родиться первым, родился после Фареса; ему дали имя Зара, ибо оба ребёнка были предвозвещением людей ветхих и новых: ветхие были прежде [нового] завета, но завет исполнили, ибо были оберегаемы заветом. Посмотри на Авеля, и Сифа, и Еноха, и Еноса, Ноя и Евера, а также Авраама, оставившего своего отца ради Бога, Иова и Мелхиседека, также и прочих пророков, которые говорили о Христовом пришествии. Но как Зара спрятал руку в лоне, так и [новый] завет был прикровен и невидим. Родился Фарес, потом вышел Зара, и появилась красная лента — знамение Христовой крови[865].

«Итак, знайте, дети мои, что два духа живут в человеке: истины и заблуждения; посередине же [дух] разумения и ума, к которому хочет приклониться дух истины, а дух заблуждения склоняется к груди человека, и каждый знает своего господина. И нет времени, когда может утаиться человеческое дело, ибо оно написано на грудных костях. И дух истины свидетельствует об обоих пред Господом, и согрешивший обличается от своего сердца и не может поднять лица к Судии[866].

И ныне, дети мои, вот что я заповедаю вам, так как Господь дал Левию священство, а мне вручил царство. Много будет мне горя от того, что настанет в последние дни: в Израиле будет много войн, у них между собой будет много раздоров, и на вас нападёт голод, и мор, и полон, и всяческая погибель, и ваших детей оскопят, чтобы служили евнухами у женщин. И после посетит вас милостью Господь и станет спасением Израилю, пришествием Бога истинного. Взойдёт звезда от Иакова в мире, и восстанет человек от моего семени как праведное Солнце, живя с людьми в правде и истине, и никакого греха не обретётся в нём. Им разверзнутся небеса, дабы изливать благословение Духа, и он изольёт на вас от Отца благодать Святого Духа. И вы станете его сыновьями во истине и будете ходить по его заповедям, первым и последним. Ибо он есть отрасль Всевышнего Бога, источник жизни всякой плоти. Тогда воссияет скипетр моего царства: от вашего корня произойдёт отрасль, от которой выйдет жезл[867] правды народам, чтобы судить и спасать всех, призывающих его Бога».

И сказав это, отдал [Богу] душу свою Иуда, сын Иакова, четвёртый сын Лии, прожив 119 лет. И сыновья отнесли его и погребли в Хевроне с его отцами.

Завет Иссахара о благоразумии

После этого Иссахар призвал своих сыновей и сказал им: «Послушайте, дети, Иссахара, вашего отца, и внемлите моим словам. Я родился пятым сыном[868] Иакова ценою мандрагор»[869]. После этого он продолжил речь, сказав так: «[Разве] вы не знаете, дети мои, что я в своей жизни жил в прямоте моего сердца, что труд снедал мою силу и Господь вдвойне творил моими руками. Я всегда делал угодное отцу моему Иакову, и ни в чём не прогневал его сердца, и был исполнителем его воли во всём, и был трудолюбцем сверх меры, и отец мой Иаков видел, что Бог помогает моей простоте. Я не был ленив в своих трудах, не спесив, не завидовал ближнему, никого не оклеветал, не осуждал жизни людей, живя по правде[870].

И теперь послушайте, дети, Иссахара, вашего отца, и живите в простоте вашей души, ибо живущие в простоте не желают зла, и не нуждаются в приобретении многоценных сокровищ, и не посягают на чужое, не осуждают ближнего, не наносят обид человеку, и не ищут разнообразных яств, не заботятся о нарядах, не желают долголетия, то только уповают на волю Божию в благости своего смирения. И даже духи лжи ничего не добьются от него, ибо он не смотрит на красоту женщин, чтобы не осквернить жития в своём уме; ни ревность не входит в его помыслы, ни душа его не говорит завистливо и ничем не смущается в своей простоте. Он всё видит, но не приемлет лукавого взгляда, не поддаётся искушению, но пребывает в благости своей души, храня закон Господень.

Так и вы, дети мои, обретите в своём уме простоту во всём и полюбите жить в ней, созидайте её и прилепляйтесь к ней, и слушайте заповеди Господни: не хулите дел ближнего, но возлюбите Господа и ближнего своего, болящего и нищего милуйте. И гните свою спину на возделывание земли вашей, и от плодов вашего труда приносите с благодарностью Господу, и получите от Него благословение, как когда-то Авель[871]. Чтите, дети мои, Левия и Иуду: они оба прославлены Господом среди всех сынов Иакова, ибо Господь обитает с ними: одному Он дал священство, другому же — царство, [посему] вы слушайте их.

Однако знайте, дети мои, что в последние времена ваши сыновья оставят простоту и прилепятся к ненасытности; оставив незлобие, последуют злодейству; оставив заповеди Господни, прилепятся к диаволу; оставив земледелие, последуют лукавым помыслам. И будут они рассеяны среди народов и станут рабами своих врагов. Вы же поведайте [об этом] своим детям». И, сказав это, он предал [Богу] свою душу, прожив 122 года.

Завет Завулона о милосердии

Затем Завулон призвал своих сыновей к себе и сказал им: «Послушайте меня, сыновья Завулона, и внемлите словам вашего отца. Я, Завулон, добрый дар моим родителям с моего рождения: отец мой Иаков разбогател, когда пёстрыми прутьями получил часть [скота][872]. Я же не знаю, грешил ли я когда, совершал ли беззаконие, разве что по неведению. А что мы сделали с нашим братом Иосифом, то я послушался, ибо это было не в моей воле, но я много плакал и сетовал и умолял своих братьев, чтобы они не делали такого зла в Израиле. И потом я никогда не переставал жалеть об Иосифе. Когда же Симеон и Гад хотели убить его, то я отдавал душу свою за его душу, и теперь я неповинен в продаже брата нашего Иосифа.

Вы, дети, послушайте Завулона, вашего отца: храните заповеди Господни. Творите милость своему брату, будьте милосердны ко всем людям, ибо за это благословил меня Господь. Господь ведает мысль каждого, которую он носит в сердце. Если кто сотворит милость своему ближнему, так и Господь сотворит ему, ибо братья мои болели, их сыновья умирали из-за Иосифа, так как они не сотворили милости в своих сердцах брату Иосифу, вы же, сыны мои, без болезни сохранены Господом, о чём и сами знаете.

Ныне, дети мои, любите друг друга, и пусть каждый из вас не помышляет зла против своего брата, ибо ненависть разлучает душу и тело и прогоняет Божию благодать; ненависть даёт всего одного ребёнка, ставит преграды сердоболию, смущает ум, губит имущество. Подумайте, дети, о водах: если они текут вместе, то увлекают и камни, и деревья, и землю, и песок; если же они разделятся на много [ручьёв], то земля их поглощает и ими будет легко пренебречь. И с вами, если разделитесь, будет то же. Не разделяйтесь на две части, ибо всему, что сотворил Господь, Он дал одну главу: двое плеч, рук, но все одинаково слушаются одной головы.

Я узнал из писаний моих отцов, что впоследствии Израиль разделится на два царства, и вы сотворите всякую мерзость, ибо поклонитесь разным идолам, и ваши враги полонят вас, и вы будете в поношении у народов и в болезнях и скорбях, но потом, вспомнив о Боге, вы покаетесь[873]. И Господь возвратит вас, ибо Он милостив и добросердечен, не поминает зла сынам человеческим, ибо они плоть и лукавые духи обольщают их во всех делах. После сам Господь просветит вас светом правды и вы возвратитесь на свою землю и тут увидите Господа в Иерусалиме. И снова в коварстве ваших дел вы разгневаете Его и будете отвержены до конца [времён].

И ныне, дети, те из вас, кто послушается заповеди Завулона, вашего отца, изо всех сил и всей душой бойтесь Господа Бога. На тех, кто не внемлет моим словам, Господь наведёт на них огонь вечный».

Сказав это, он умер, прожив 114 лет. Его сыновья, положив его в гроб, похоронили его в той же пещере с отцами его, где [погребены] Авраам, Исаак и Иаков.

Завет Дана о ярости и гневе

Потом Дан призвал своих сыновей к себе и сказал: «Послушайте, сыновья Дана, мои слова и внемлите глаголам уст вашего отца. Я испытал в своём сердце и во всей своей жизни, что хороша и угодна Богу истина с исполнением правды, а ложь и гнев от диавола, ибо они учат человека всякому злу.

Сегодня я исповедаюсь перед вами, дети мои, что я в своём сердце мечтал о смерти Иосифа, человека благоразумного и правдивого, и радовался его продаже, ибо отец любил его больше нас. Ибо дух зависти и погибели шептал мне: возьми меч, убей Иосифа, и отец возлюбит тебя, если умрёт Иосиф. Это был дух от диавола, понуждавший меня, чтобы я был, как рысь, подстерегающая козлёнка, — так и я подстерегал бы Иосифа. Но Бог отца моего Иакова не позволил мне совершить этого беззакония: я никогда не находил Иосифа в одиночестве.

И ныне, дети мои, умирая, по истине говорю вам: если не сбережёте себя от духа лжи и гнева и если не возлюбите истины и милосердия, то погибнете, ибо гнев ослепляет человека. Когда им овладевает дух немилосердия, он не знает братской любви, не боится отца, не чтит матери, не уважает старика, не стыдится людей, не жалеет детей, так как дух гнева опутывает его, и сеет в его сердце коварство, и ослепляет его сердечные очи, ложью помрачает его ум, и сообщает ему свой злой взгляд, и вкладывает в него свои очи, [и] он не знает истины. И дух зла возбуждает в его сердце зависть и вражду к брату, и гнев обладает его душой, и когда он совершит беззаконие, то сам себя оправдывает в своём грехе. Ибо он не ведает, что придёт суд Божий и острие Его меча падёт на его голову. И когда его душа разлучится с телом и больше не вернётся, всё совершенное им встанет перед его глазами, ибо он слушал духа зависти. Этот дух всегда ходит с ложью одесную Сатаны и, если увидит человека в гневе, приблизившись к нему, ослепит его ум и так воздвигнет в его душе больший гнев.

Знайте, дети, что к гневающемуся человеку приходит дух от Сатаны, чтобы побудить [его] не поминать Господа, но совершить беззаконие пред Господом и пред воинством Его ангелов. Если кто-то побуждает нас к этому, то вы, дети, не поддавайтесь гневу: когда душа возмущена, от неё отступает Господь и ею овладевает диавол. Но храните, дети, заповедь Господню и любите закон Господень, возненавидьте ложь, и гнев отступит от вас. И говорите истину каждый своему ближнему, и диавол убежит от вас и не осилит вас[874]. И любите Господа всю свою жизнь.

Я узнал, что в последние времена вы отступите от Господа, живя духами злобы. Из книг Еноха Праведного я узнал, что вы примете многие казни и, только возвратившись к Господу, будете помилованы и возвеселитесь о святом Иерусалиме. Потом дух лжи ввергнет вас в беззаконие, чтобы вам не призывать имени Господа и не слушать Его святых пророков, Господь же пребудет тогда посреди его (Иерусалима) с людьми, живя в смирении и нищете, не узнанный вами; и святой Израиль, верующий в Него, не погибнет, и обретут жизнь вечную с ангелами верующие в Него.

Диавол тщится препятствовать всем призывающим Господа, ибо Сатана знает, что в тот день, когда узнают Господа, погибнет царство диавола. И во времена беззаконий Израиля будет то, что Господь отступит от них и променяет их на народы, исполняющие Его волю. Так как ни один языческий бог[875] не равен Ему, то имя Его будет у всех народов. Спаситель есть истинный Иерусалим, кроткий и смиренный, научающий всему закону; вашим же князем будет Сатана, и все духи беззакония будут посреди вас. То, что я завещал вам, дети, передайте будущим поколениям, чтобы они, смирившись, послужили Богу, чтобы мой род был в спасении до века».

И, сказав это, он поцеловал их и предал [Богу] душу. Потом его сыновья перенесли его в Хеврон и погребли в той же пещере, где [покоились] Авраам, Исаак и Иаков. Всего он прожил 125 лет.

Начертание завета Неффалима, восьмого сына[876] Иакова, сына Валлы, служанки Рахили, о естественной благодати.

Он начал говорить: «Послушайте меня, сыновья Неффалима, послушайте слова вашего отца. Так как я был скор на ногу, как олень, то мой отец Иаков определил меня для всякого посольства и передачи вестей и как вестника благословил меня. Как гончар знает, какой он хочет изготовить сосуд, возьмёт глины и сделает так, как хочет, так и Господь создаёт тело человека по подобию души, и по силе тела влагает дух. Он творит [их] равно по мере и весу, и нет излишка каждому ни на треть волоса — всякому человеку Он творит соразмерно. Нет у человека никакой мысли, которой не знал бы Господь. Какова его сила, таково и дело; каков его ум, таково и искусство; каково намерение его, таковы и поступки его; каково сердце его, таковы и уста его; каков глаз его, таковы и сновидения его; какова душа его, таково и слово его — или по закону Божию, или по закону диавола. Как положено различие между светом и тьмой, зрением и слухом, так положено различие между мужем и мужем и между женой и женой, и нельзя сказать, что [все] одинаковы и подобны лицом. Бог все сотворил хорошо на своём месте: у человека в голове есть пять чувств, для красоты ей приданы волосы, [далее] — сердце для мудрости, чрево для работы желудка, живот и кишечник для здоровья, селезёнка для гнева, желчь для вражды, слух[877] для смеха, бедра для силы, рёбра для защиты, чресла для крепости[878].

Во всех этих чувствах проявляется любовь к Господу, и если человек убоится Господа всею своею душою, то он покорит все свои чувства, чтобы Господь владел ими. Если же кто-то отринет любовь к Богу, то он начнёт рабствовать своим прихотям: гневу, злословию, бессердечию, ярости, пьянству, чревоугодию, блудодеянию, ревности, ненасытности, зависти и всяческой нечистоте[879]. Во все дела вложите страх Божий, в тишине чистого сердца постигайте, [как] соблюсти волю Божию, отметая от себя волю диавола. Солнце, и Месяц, и звёзды не переменяют своего чина, так и вы не изменяйте своей природы в бесчинии ваших дел. Язычники, прельстившись, пали и, оставив Господа, погубили своё естество, и последовали за идолами, и пошли вслед духов заблуждения, и проводят свою жизнь в бесчинии, и души их стали добычей Сатаны. Вы же, дети мои, познавайте Господа, сотворившего всё [на свете], в утверждении моря и земли, во всяком чудотворении, чтобы не стать подобными Содому и Гоморре, переменившим своё естество.

Я же узнал в письменах книги Еноха, что вы отступите от закона Господня и начнёте жить по беззаконию язычников. Господь наведёт на вас пленение, и вы будете там служить вашим врагам и жить в скорби и печали, пока Господь не осудит вас всех. И вы снова обратитесь и вспомните Господа Бога своего, и Он возвратит вас на вашу землю по своей великой милости. И когда будете в своей земле, вы опять согрешите, Господа оставите, и придёт милосердие Господне — человек, исполняющий правду, из колена Иудова, творящий милость ко всем, дальним и ближним. Через него воссияет спасение и в нём благословятся Авраам, Исаак и Иаков, [через] его скипетр явится на земле Бог, живущий на небесах, спасающий и собирающий праведных из народов. Вы же, не послушав его, рассеетесь по лицу всей земли[880]. Вам ведь изначала было обещано царство, и ради вас Бог прославляется среди народов. Вы же, если поймёте и послушаете, то и Господь помилует вас и ангелы помогут вам; если же вы не послушаете его, то примете муку. Слушающим его уготованы престолы и слава на небесах».

И, сказав это, предал [Богу] душу Неффалим, восьмой сын Иакова, сын Валлы, прожив 132 года, он был погребён в Хевроне в той же пещере.

Начертание завета Гада о ненависти

Гад призвал своих сыновей и сказал: «Я родился девятым[881] сыном у Иакова и был храбрым пастухом. Я стерёг ночью стада, и, когда ночью приходил лев или другой зверь, я убивал их. Однажды я вырвал ягнёнка из пасти зверя и, заколов его, съел. Брат мой Иосиф, увидев [это], поведал отцу, сказав: „Заколовши ягнёнка, он не дал сыновьям Зелфы и Валлы”. За эти слова я разгневался на Иосифа, и дух гнева пребывал во мне, и я не хотел ни глазами видеть, ни ушами слышать Иосифа и желал стереть его жизнь с земли, как телёнок вырывает земные злаки. Оттого-то я и Симеон продали его измаильтянам.

Ныне же, дети мои, послушайте слова истины, чтобы исполнить правду и весь закон Всевышнего. Не прельщайтесь духом ненависти, ибо это зло для всякого человека: всё, что делаете с ненавистью, есть мерзость. Если кто-то исполняет закон Господень, то [ненавистник] не похвалит его, ибо дух ненависти не желает правды. И если кто-то боится Бога, то [ненавистник] не любит его. Он хулит истину, презирает исполняющего закон, приветствует клевету, хвалит гордыню. Дух ослепил его душу, чтобы он не помнил Господа, и тот не хочет слушать слов поучения о любви к брату. Если его брат падёт, то [ненавистник] расскажет всем, чтобы он, наказанный, умер, а о добродеющих же он всегда сокрушается. Как любовь хочет оживить мёртвых, освободить осуждённых на смерть, так и ненависть хочет живых умертвить и не оставляет жить согрешивших в малом. Ибо дух ненависти содействует Сатане в умерщвлении людей, а дух любви, милосердствуя, помогает закону Божию в их спасении. Ненависть есть зло: она свет обращает в тьму, учит клевете и гневу, увеличивает всякое зло и дьявольскими делами наполняет сердце.

Вот что, дети, скажу вам: изгоните дьявольскую ненависть и прилепитесь к Господней любви. Истина прогоняет ненависть, и смирение погубляет вражду. Праведный стыдится делать неправду, не другим обличаемый, но собственным сердцем, [ибо] Господь видит его душу.

Об этом, дети, я узнал позже, когда раскаялся о брате Иосифе. Истинное покаяние просвещает очи и отгоняет и разрушает грех, доставляя душе познание и направляя помысел ко спасению. Ибо Господь навёл на меня болезнь внутренностей, и если бы не молитва отца моего Иакова, вскоре отошла бы от меня душа. Ибо Господь знает: чем человек грешит, тем и страждет. Сердце моё было без милости к Иосифу, и я был осуждён на немощь в течение одиннадцати месяцев, пока я не понял, что это сделал мне Господь, так как столько времени я враждовал против Иосифа, пока он не был продан.

Ныне же, дети мои, возвестите каждый своим детям: возлюбите друг друга делом, словом и помышлением от всей своей души. Если кто-то согрешит против тебя, то сначала сам изгони из себя дух ненависти и потом обратись [к нему] с миром, чтобы в ссоре чужой не услышал вашей тайны. И если твой враг вознесётся, не завидуй ему, ибо всякая плоть умрёт. Господь же восхваляет делающих доброе и полезное людям. И если кто-то от зла разбогатеет, не завидуй ему; смиренный и независтливый за всё благодарит Бога и более всех обогатится добронравием.

Скажите также вашим детям, чтобы они чтили Иуду и Левия, ибо от них воздвигнет вам Господь Спасителя Израиля. Я узнал, что в конце ваши дети отступят от Него всяким лукавством и будут в растлении пред Господом».

Сказав это, он предал душу Господу. Его погребли в той же пещере. Всего же Гад прожил 125 лет. Гад был девятым сыном Иакова и первым сыном Зелфы.

Начертание завета Асира о зле и благоразумии

«Послушайте, дети, Асира, вашего отца: всё, что праведно пред Господом, я покажу вам. Два пути дал Господь сынам человеческим, два помысла, два деяния и два стремления, поэтому они оба друг против друга. В нашей груди есть два помысла, разделяющие нас. Если человек склонит свой помысел к боголюбию, то даже если он падёт в грехе как человек или сделает что-то [недолжное] по неведению, то он скоро воспрянет и Господь ради его покаяния очистит его грех; помышляя о праведном, он устраняет лукавство и искореняет грех. Если же кто-то склонится к противоположному стремлению, тот всегда замышляет зло, похваляется коварством, поучает свои уста не говорить правды, и, оставив благо, он принимает зло. И если даже он сделает добро, то всё равно обернёт ко злу. Когда он начнёт как будто делать добро, то в конце дела оно обратится во зло, ибо сокровищницей его помыслов обладает диавол. И если, исполнившись лукавого духа, этот человек творит насилие, воруя и лихоимствуя, однако милует нищего, то и это двулично. Другие прелюбодействуют, блудят, однако воздерживаются в пище, сильно постятся, но и это двулично. Такие люди, как я сказал, сквернят душу, а почитают тело.

Я же нашёл, дети, в книгах Еноха Праведного, сказавшего: „Не будьте двуличными в добре и зле, но прилепляйтесь к одной благости, ибо Бог почивает в ней и люди жаждут к ней приникнуть, но из-за злых страстей не видят блага”. И ныне, дети, избегайте зла, побивая диавола вашими добрыми делами.

Видите, дети, что эти двое есть во всём, и одно скрывается за другим в творении: в веселье кроется лихоимство, пьянство прячется за смех, а печаль — в пиршествах, за радостью жизни следует смерть, а за славой следует бесчестие. Но творящий истину пребывает в свете, а делающий неправду находится во тьме. Я всё испытал в своей жизни и не уклонился от истины Господней.

Кончина обнаруживает правду и ложь. Когда по повелению рукой ангела Божия душа отторгается, тут сразу же является лукавый дух, обличая помыслы и дела. И эта душа сильно страждет от лукавого духа, ибо служила ему в этой жизни. Если же душа пребывала в истине, то она с радостью узрит ангела Божия, и ангел утешит её в жизнь вечную.

Вы же, не слушая заповедей Божиих, не станьте подобными Содому. Я узнал из книг Еноха Праведного, что вы сильно согрешите, и будете казнимы, и в чужой земле будете рабствовать. Но снова милостью Господней вы вернётесь на свою землю, которую Господь обещал нашему праотцу Аврааму, и пребудете там, пока Всевышний не посетит землю и не помилует живущих на ней. Он придёт как человек, будет с людьми есть и пить и в смирении смирит главу змия водою[882]. Он спасёт многих в Израиле и все народы, ибо Он Бог, воплотившийся в человека. Завещайте своим детям не противиться Ему. Я узнал из книг Еноха Праведного, что вы, не покоряясь, не покоритесь Ему и в нечестии [будете] бесчествовать, не внимая закону Божию; оттого вы расточитесь по пространству земли, и будете в рассеянии, и омерзеете, как непотребная вода. Познавшие же имя Господне уверуют, и Он окажет им своё милосердие ради Авраама, Исаака и Иакова, ибо они познают истинный завет».

И ещё он сказал им: «Похороните меня в Хевроне, и я усну сном вечным», — и его сыновья погребли его, как им завещал их отец. Всего же 126 лет прожил Асир, десятый сын Иакова, сын Зелфы.

Завет Вениамина о чистом помысле

Вениамин призвал своих сыновей и начал говорить им: «Я, Вениамин, родился в старости моего отца Иакова и был самым младшим из моих братьев. Как Исаак, наш дед, родился у Авраама, когда тому было 100 лет, так и я у Иакова, когда ему было 100 лет. Рахиль, [моя] мать, после того как родила Иосифа, двенадцать лет была бесплодной, но, усердно молясь Господу в течение двенадцати дней, зачав, родила меня, и вследствие того я был назван сыном дней, [по-еврейски] Вениамином[883].

Итак, дети мои возлюбленные, любите Господа Бога небесного и соблюдайте Его заповеди, подражая доброму и праведному мужу Иосифу, моему брату, и пусть будет ваше помышление о благе. Каким вы меня видели, так и сами живите: бойтесь Бога и любите брат брата. Если духи диавола направят вас на всякое лукавство, то вся коварная неприязнь не имеет над вами власти, как и над Иосифом, моим братом: сколько человек хотели убить его, но Бог его защитил. Тот, кто боится Бога и любит своего брата, ничего не страшится; и если все окружающие будут злоумышлять против него, ничего не достигнут; и зверь не будет обладать им, ибо ему помогает Божия любовь, которую он имеет к своему ближнему. Иосиф просил нашего отца, говоря: „Честной отче Иаков, молись о своих сыновьях Богу, дабы Господь не вменил им в грех то злое, что они замыслили против меня!”

Иаков, воскликнув громким голосом, сказал: „О доброе дитя! Ты побеждаешь милосердием. Пусть исполнится на тебе, человек, пророчество об агнце Божием и Спасителе мира, что непорочный умрёт за нечестивых в крови завета для спасения народов Израиля, сокрушив диавола и его слуг”.

Вы видели, дети мои, кончину дней сего блаженного мужа Иосифа; подражайте его благоразумию, и вы получите венцы славы. Ибо добрый человек не имеет тёмного ока, но милует всех, даже если они грешники. Если они замышляют против него злое, то он, делая добро, осиливает зло, будучи за своё благодеяние защищаем Богом. Если кто-то прославится, не завидуйте ему; если кто-то разбогатеет, не ревнуйте ему; нищего милуйте, болящим сострадайте, братьев любите, родителей не забывайте, Бога восхваляйте, имеющему страх Божий помогайте, не познавшего Всевышнего научите и отвращайте его от неправедного пути и любящего Бога любите, как свою душу. Если вы прилепитесь к любви Божией, то нечистые духи убегут от вас. Там, где в уме человека есть мысль о добре, то все лукавые духи убегают от него. Мужа неправедного вы никогда не укоряйте; пусть праведный помилует укоряющего [его] и молчит. Если он будет оскорблён до [глубины] души, он, сотворив молитву, светлее явится пред Всевышним. Таким был Иосиф, брат мой: от отклонил свой ум от духа заблуждения, имея путеводителем своей души ангела мирного. Так и вы, дети мои, не огорчайте своего ближнего, не собирайте неправедного богатства, не наслаждайтесь неправдой, не прельщайтесь зрелищем зла, но пусть всегда Господь будет вашим жребием, ибо Господь наставляет праведно мыслящих.

Избегайте, дети мои, злобы, как меча: меч, вознесённый над шеей, рассекает человека, злоба же, овладев человеком, истребит его и ввергнет в жерло ненасытного ада. Сей меч есть мать семи зол: мысль зачинается от диавола и рождает, во-первых, зависть, во-вторых, погибель, в-третьих, печаль, в-четвертых, пленение, в-пятых, наглость, в-шестых, смятение, в-седьмых, опустошение[884]. Потому и Каин был предан Богом семи казням за кровь своего брата Авеля, ибо каждые сто [лет] Бог наводил на него одну казнь. От двухсот лет Каин погубил брата своего Авеля и в течение семисот лет он принимал суд, а Ламех — семью семьдесят (см. Быт. 4:24). Этот суд будет до [скончания] века: уподобляющиеся Каину в ненависти к брату и в убийстве осудятся на муку.

Вы же, дети мои, избегайте ненависти, и злобы, и братоубийства, но старайтесь прилепляться к любви и не имейте скверны в своём сердце, ибо на таковых почивает Дух Божий. Как Солнце не оскверняется, касаясь [лучами] навоза и грязи, но осушает то и другое и отгоняет смрад, так и чистым следует пребывать в сквернах земных.

Узнал же я из слов Еноха Праведного, что сблудите вы, дети мои, содомским блудом и погибнете, и женитесь на злых жёнах, и Царствия Небесного не будет среди вас, ибо Он сам вскоре отнимет его. Всевышний же пошлёт своё спасение посещением Единородного Пророка. Он войдёт в первую церковь, и там Господь будет поруган и вознесён на древо. И тогда храмовая завеса разорвётся надвое, и Дух Божий придёт, [как] разливающийся огонь. Уйдя от людей, Он перейдёт с земли на небо. Узнал же я всё, как Он смирится на земле и будет прославлен на небе. Восстанет же в последние времена от моего колена муж, возлюбленный Господом, творящий угодное, новым знанием просвещающий народы во имя сказанного в святых книгах. Будьте же и вы [наставлены] в писании, дети мои. Всё, что я разумел, я сказал вам. Вот уже я отдаюсь гробу, вы же похороните меня в Хевроне около моих отцов».

И, сказав это, умер Вениамин, двенадцатый сын Иакова, сын Рахили, прожив всего 125 лет.

Все сыновья Иакова скончались в Египте, завещав это учение своим сыновьям и внукам, насколько они вместили в своё сердце и насколько уразумели. Когда Святой возвещал им, они, движимые Святым Духом, пророчествовали о том, что сбудется в своё время, — все это возвестили и сказали им: «Имейте добрую надежду, ибо Всевышний посетит нищих в молчании и истребит пренебрегших Им; ваши же сыновья, если пренебрегут пророчеством, по прошествии лет расточатся на погибель и подчинение народам».

Слышал ли ты, жидовин, как все сыновья Израилевы подряд пророчествовали о страдании, и о воскресении, и о вознесении Его на небеса, и о сошествии Святого Духа на святых апостолов, и о соединении иных народов в вере, и о вашем отступничестве, и о распятии? Жидовин! Отчего, слышав эти божественные пророчества, ты не каешься? Отчего не приступаешь с дерзновением к Владыке Христу, чтобы не стать добычей горького ада с жившими прежде иудеями? Но если ты не веришь этим патриархам, я предложу тебе подряд всех вещавших пророков.

[ИЗ КНИГИ «ИСХОД»][885]

После смерти сыновей Иакова в Израиле стало рождаться много [детей] — в награду им и в исполнение завета Божия Аврааму.

Царю же, египетскому фараону, не нравилось умножение Израиля, и он приказал топить рождающихся еврейских детей мужского пола (см. Исх. 1:22), и их топили три месяца. Бесчисленное множество других было замучено египтянами. И потому Господь изволил, чтобы они не только самих египтян возненавидели, но и их богов. Так как хотя они сильно пострадали от египтян, но хотели возвратиться в Египет, что бы там с ними ни делали, то Владыка, возбудив к ним вражду, выводит их в [землю] обетованную.

В те дни родился Моисей. Его отец по имени Амрам и мать Иохаведа скрывали его в течение трёх месяцев, но, испугавшись искавших, вложили его в корзину и поставили у реки. В это время Фермуфис, дочь фараона, царя [египетского], пришла купаться и, найдя в корзине младенца, пожалела его и дала ему имя Моисей[886], прежде же его звали Немелхия[887]. Она воспитала его в чести вместо сына[888].

И вот однажды Моисей пошёл к своим братьям посмотреть, не угнетают ли их. «И он увидел египтянина, избивающего еврея. Посмотрев туда и сюда и видя, что нет никого, он убил Египтянина и скрыл его в песке» (Исх. 2:11–12). После этого Моисей испугался, сказав: «Что если это дойдёт до ушей фараона?» — и «убежал от фараона в землю Мадиамскую» (Исх. 2:15) и пришёл к священнику по имени Иофор[889]. Иофор «отдал ему в жёны свою дочь Сепфору» (Исх. 2:21). Эта Сепфора, дочь Иофора, будучи иноплеменницей, стала образом Церкви из язычников: как Моисей, будучи евреем, обручился с невестой-иноплеменницей, так и Христос, наш Спаситель, родившийся от Девы Марии среди еврейского народа, обручился с Церковью из язычников, которую назвал Невестой и которую обвенчал своей пречистой Кровью, как и Моисей получил её, прогнав пастухов (см. Исх. 2:16–20).[890]

«Сепфора родила ему сына, Моисей же нарёк ему имя: Гирсам, потому что, говорил он, я стал пришельцем в чужой земле. Потом она родила другого сына, и он нарёк ему имя: Елиезер, сказав: „Бог отца моего был мне помощником”» (Исх. 2:22).

«Моисей ходил по пустыне с овцами своего тестя и [однажды] он пришёл к горе Хориву. Тут Моисей увидел, что стоит терновый куст, горя в пламени огня, но купина от пламени не сгорает. Моисей сказал про себя: «Пойду посмотрю, что это за явление, что купина не сгорает» (то есть отчего, горя в огне, остаётся неопалимой)?» (Исх. 3:1–3). Моисей говорил с удивлением: «Огонь по природе всё сжигает и всё пожирает, отчего же купина остаётся неопалимой? Я смотрю на огонь и вижу посреди огня цветущую купину».

Моисей начал подходить ближе, говоря: «О чудо великое! Я вижу палящий огонь, на купине же не вижу ни одного обгорелого листа! О чудо великое, достойное изумления!» Потом «Господь воззвал к нему из среды куста и сказал: „Моисей! Моисей!” Он сказал: „Вот я!” Господь сказал: „Не подходи сюда; сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая”» (Исх. 3:4–5).

Слышишь, как Господь делает его благоговейным и повелевает ему со страхом внимать сказанному, ибо снятие обуви означает отгнание житейских печалей, а кроме того, говорит, что освящение земли будет, когда сам Владыка, облекшийся в плоть человеческого естества, сам ногами начнёт ходить по земле[891].

Господь ещё «сказал ему: „Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова!” Моисей отвернул своё лице, потому что боялся воззреть на Бога» (Исх. 3:6). Посмотри, окаянный жидовин, как купина, объятая огнём, вопреки природе не сгорела. Купина была прообразом Девы: как огонь божественной силой не сжёг листвы, так и Божие Слово после рождения неистленно сохранило её Девою. Пойми, что Богу возможно исполнить всё, что Он хочет. Так и Пречистая наша Госпожа Богородица, понеся в чреве Бога, осталась «неопалимой» — после рождения Господа опять осталась Пречистой Девой. Там, где хочет Бог, побеждается порядок природы. Родившийся от Неё Господь Бог утвердил веру, укротил дикие народы, умирил весь мир как человеколюбец Бог.

И снова «сказал Господь Моисею: „Я увидел страдание народа Моего в Египте, но пойди и выведи народ мой”. Моисей сказал Богу: „Кто я, Господи, чтобы мне вывести народ? Умоляю тебя, Господи, найди более сильного или дай мне знамение, чтобы народ твой поверил, что я видел тебя”. И сказал Господь Моисею: „Брось на землю жезл, который держишь в своей руке”. Моисей бросил жезл, и он тотчас превратился в огромного ползающего змея; увидев его, Моисей отскочил. И сказал ему Господь: „Не бойся, Моисей, но возьми его за хвост”. Моисей наклонился и взял его за хвост; и он опять стал жезлом» (Исх. 3:9–10; 4:1–4).

Посмотри и на то, жидовин, как бывший змей превратился в жезл. Богу всё возможно совершить. Так было и в нашем Завете, во времена царя Константина. Чудотворец Спиридон, бывший епископом Кипра, однажды увидел некоего заимодавца, тащившего какого-то бедняка. Старец Спиридон, заметив ползшую змею, именем Христовым обратил её в золотой обруч и отдал заимодавцу. После этого тот бедняк выкупил и принёс старцу залог. Блаженный же Спиридон снова обратил его в змею и пустил на землю.

«И сказал Моисей Господу Богу: „Молю тебя, Господи! Я человек не речистый и косноязычный[892] с тех пор, как начал говорить”. Господь сказал Моисею: „Кто дал уста человеку? Кто делает немым и глухим или слепым зрячих? (Исх. 4:10–11) Вот я, Господь Бог, хочу тобой, косноязычным, посрамить премудрых египтян”».

Посмотри, жидовин, на эти слова. Что Господь Бог сказал Моисею? То, что если Господь делает немым и глухим или слепым зрячего, то уже всё возможно сделать Богу, что и случилось в тот день, когда Иисус Сын Божий был в Иерусалиме, поучая людей. «Проходя мимо, Он увидел человека, слепого от рождения. Ученики спросили у Него: „Господи, он согрешил или родители его, что он родился слепым?” Иисус ответил им: „Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нём явились дела Божии. Мне должно делать дела Отца, пославшего Меня”. Сказав это, Он плюнул на землю, сделал брение из плюновения и помазал брением ему глаза и сказал ему: „Пойди, умойся в купальне Силоам”. Он тотчас пошёл и умылся, и тут же пришёл зрячим» (Ин. 9:1–4, 6–7).

Посмотри, жидовин: что Отец с небес сказал своему угоднику, то и Сын делал на земле. Так и Господь Бог позволил своим ученикам, пострадавшим за Его имя, творить те же чудеса, сказав так: «Кто будет веровать моим чудесам и креститься, тот будет спасён; уверовавших будут сопровождать знамения: именем Моим будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками; будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, ничто не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы» (Мк. 16:16–18). Посмотри, как знамения сопровождают верующих: доныне мощи святых, лежащие в раках, даруют прозрение слепым и от всякого недуга избавляют приходящих с верою.

Когда Моисей пришёл в Египет, его встретили брат Аарон и еврейский народ. И Моисей пересказал ему всё, что сказал ему Господь. «После сего, придя к фараону, они сказали: „Отпусти нас в пустыню, чтобы мы совершили жертвоприношение Господу Богу нашему”» (Исх. 5:1) Фараон же страшно разъярился на них и приказал совершать над ними насилие, и египтяне мучили [их]. «И возопил Моисей к Господу, сказав: „Господи! для чего Ты предал народ свой? Для чего послал меня?”» (Исх. 5:22). «Господь сказал Моисею: „Теперь ты увидишь, что Я сделаю с фараоном; рукою крепкой отпущу тебя и мышцей простёртою выведу тебя из его земли. Я Господь, явившийся Аврааму, Исааку и Иакову, Я поставил завет Мой с ними, чтобы дать им землю Ханаанскую, на которой Сам буду жить”»[893] (Исх. 6:1–4).

Посмотри, жидовин, как в ней жил Господь: не гремя, не блистая, как на Синае, но в тишине обужил Собой человечество. [Если] ты спросишь меня: «Где жил Господь?», — я тебе скажу. Разве не в Назорете было благовещение, ибо здесь явился архангел Гавриил, сказав Деве: «Радуйся, обрадованная! Господь с Тобою!» — (Лк. 1:28) она же тотчас ощутила себя понесшей в чреве от Святого Духа? Не здесь ли Елисавета, увидев Марию, сказала: «Откуда это мне, что Матерь Господа моего пришла ко мне?» (Лк. 1:43). Разве не в Вифлееме было рождество Господа? Не в Кане ли Галилейской Он претворил воду в вино? Разве не возле Геннисарета Он изгнал легион бесов, повелев им войти в свиней? Не в Иордане ли Он дал своим рабам образ крещения? Не в Иерусалиме ли Он исправлял горбатых и очищал прокажённых? Не здесь ли Он исцелил кровоточивую жену, прикоснувшуюся к его одежде? Не здесь ли Он сказал расслабленному, находившемуся в немощи 38 лет: «Возьми одр свой и иди в дом твой» (Мф. 9:6)? Не в воротах ли города, встретив мертвого отрока, Он воскресил его и отдал матери её единственного сына? Не тут ли Он изгнал торгующих из святая святых? Не здесь, плавая по озеру в лодке с учениками, Он словом остановил ветры? Не в Вифании ли Он воскресил Лазаря «четверодневного», уже смердящего? Не здесь ли еврейские дети постилали перед ним ветви, восклицая: «Осанна в вышних! Благословен Грядущий во имя Господне Царь Израилев!» (Мф. 21:9)? Не здесь ли, на горе Фавор, «Он преобразился, и просияло лице Его ярче солнца, и одежды Его сделались белыми, как снег» (Мф. 17:2)? Не здесь ли Он вечерял со своими учениками и, преломив хлеб, вменил его в своё святое Тело? Не здесь ли, взяв чашу, свою Кровь вменил в Новый Завет? Не здесь ли Он тотчас научил своих учеников возносить Богу это служение? Не тут ли Он всячески пострадал за спасение мира, поруганный, оплёванный, заушаемый, увенчанный тернием, избитый палкою по голове, одним словом, претерпел всё, что возвестили пророки? Не здесь ли, на Лобном месте, Он вознёсся на кресте? Не тут ли в третий день Он воскрес из гроба?

Смотри, жидовин: мы видели Господа не как привидение, и наши руки осязали не [нечто] преходящее[894]. Когда Господь воскрес из мёртвых и явился своим ученикам, сказав: «Мир вам!» (Лк. 24:36), — то Фомы, единственного из учеников, не было с ними. «Другие [ученики] сказали ему: „Мы видели Господа”. Но он ответил им: „Если не вложу руки моей в ребра Его и не вложу перста моего в раны от гвоздей, не поверю”» (Ин. 20:26). Когда они разговаривали в доме при запертых дверях, «Господь стал посреди них, сказав: „Подойди, Фома, ощупай Меня, подай перст твой сюда и вложи в рану от гвоздей, подай руку твою и вложи в рёбра Мои, и увидишь, что это Я; и не будь неверующим, но верующим, ибо дух костей и плоти не имеет”. Фома, подойдя, осязал и узнал [Его] и, вскричав, сказал: „Воистину Ты Господь мой и Бог мой!” Господь же сказал ему: „Фома, ты поверил, увидев Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие”» (Ин. 20:26; Лк. 24:39; Ин. 20:27–29).

Посмотри, жидовин, на эти слова, как ныне ублажает Господь приходящих к нему, и посмотри на Фому: он, исполнившись неверия, сказал: «Если не увижу, не поверю». Но, желая уверить неверующих и заградить уста говорящим хулу, чтобы они сказали, что Он был узнан после воскресения, Господь, не отталкивая Фомы, ублажает невидевших. Но, веля всех невидевших привлечь к боголепной вере, Он с Елеонской горы вознёсся на небеса, где и был искони. Потом, когда апостолы сидели в горнице, ожидая по обету Святого Духа, и вот в пятидесятый день по воскресении Господнем сошёл на них Святой Дух в виде огненных [языков] «и почил по одному на каждом из них, и они начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать» (Деян. 2:3–4). Каждый из них на каком языке заговорил, в ту землю и пошел проповедовать и научить.

Видя эти чудеса, жидовин, посмотри на обет, который Господь дал Моисею: «Я поставил завет мой с Авраамом, Исааком и Иаковом, чтобы дать им землю Ханаанскую, землю, на которой Сам хочу жить» (Исх. 6:4). Слышал ли ты, жидовин, что Он жил на земле Ханаанской не привидением, не призраком, но подавая исцеление болящим, даруя слепым прозрение, хромым — хождение, изгоняя бесов, очищая грехи, даруя Царствие Небесное крестящимся во имя Его? Теперь ты видишь, что Господь не отрекся от того, что сказал Моисею: «На этой земле Я хочу жить».

После этого Моисей и Аарон пришли к фараону, говоря: «Отпусти народ Израилев, чтобы совершить жертвоприношение Господу Богу». Фараон же сказал: «Какое чудо вы сделаете, чтобы я отпустил народ?» Тогда Моисей сказал Аарону бросить жезл перед царем, «и он сделался огромным змеем. Египетские волхвы сделали то же со своими жезлами, и они сделались змеями» (Исх. 7:10–12). Бог попустил египетским волхвам превратить свои жезлы в змеев для того, чтобы они не сказали фараону, что Моисей — чародей и совершает это волшебством. Но они сопротивлением противились ему и потом изнемогли; одного звали Ианний, второго Иамврий[895]. «Жезл Моисея поглотил все жезлы» (Исх. 7:12).

Рассмотри [это] чудо, жидовин: когда змей [снова] превратился в посох, то куда делись египетские посохи? Если ты считаешь себя сведущим в законе Моисея, то скажи нам, как смогли египетские посохи в одночасье исчезнуть в посохе Моисея? Каким образом реки превратились в кровь? Не оттого ли, что египтяне считали реку Нил богом, его вода была превращена в кровь? Но если египетские волхвы сделали то же, то потому, что к ним прилегало Красное море, откуда им приносили воду, и они соблазняли [видимостью чуда]. Но когда волхвы со всей Египетской земли противились Моисею и гнев Божий не замедлил [прийти] на египтян, то они не смогли остановить его. И он длился у египтян в течение семи дней, когда из египетских рек были изведены жабы (см.: Исх. 8:6–11), являющие образ утопленных детей: как дети ползают по земле руками, ногами и животом, так и жабы делают; когда мошки, от которых умирали и сами [люди] и их скот, наполнили все египетские пределы (см.: Исх. 8:16–18); когда пёсьи мухи наполнили землю Египетскую и их земля погибала от пёсьих мух (см.: Исх. 8:21–24); когда моровая язва была на скоте египтян (см.: Исх. 9:3–5); когда на фараона и на его людей напало воспаление с нарывами (см.: Исх. 9:8–10), потом град побил скот, и все деревья, и все сады египтян (см.: Исх. 9:24), потом саранча накрыла на Египетской земле всё, что осталось от трудов их (см.: Исх. 10:13–15); потом была тьма, мгла и дым во всей Египетской земле, так что никто не видел своего друга, в течение трех дней (см.: Исх: 10:21–23)[896].

Тогда Господь призвал Моисея и Аарона и сказал: «В эту ночь будет поражён всякий первенец в земле Египетской от человека до скота, и над всеми богами Египетскими произведу суд. Я — Господь Бог. Вы же, каждый из вас, заколите агнца чистого, без порока и помажьте пороги его кровью, и будет у вас кровь знамением на домах, где вы находитесь, и увижу кровь и пройду мимо вас, и не вы не погибнете» (Исх. 12:12, 3, 5, 7, 13). Еврейский народ сделал всё, что заповедал им Моисей от Господа[897].

Видишь, жидовин, как вы обрели в крови на порогах знамение, ибо кровь непорочного агнца стала прообразом Крови Господа нашего Иисуса Христа, которая называется Святая святых, почивая в сердцах святых мужей и жён, в Единице тройчествуя. Тогда — помазание порогов, и ныне Кровь Христова есть помазание порогов, то есть наших уст. Тогда — окропление обоих косяков, ныне же окропление души и тела святым крещением.

В ту ночь Он убил всех египетских первенцев. Так как первенцем был наречён Израиль, принявший от египтян множество ран и мучений, то за первенца Израиля были избиты египетские первенцы от человека до скота. И не было места, кроме [домов] сынов Израилевых, где бы не вопили. И возопил народ к царю: «Отпусти, царь, отпусти сынов Израилевых, пока мы все не умерли из-за них!» Царь же, убоявшись, послал [сказать] Моисею и Аарону: «Если хотите принести жертву Господу Богу своему, идите все» (см.: Исх. 12:30–33). И тогда все ушли с серебром, и золотом, и одеждами, [которые] каждый выпросил у своего соседа. И так они оставили египтян ни с чем, ибо израильтяне, живя в Египте, были угнетаемы, строя их города и храмы, платы не получали, поэтому Господь Бог повелел им взять цену их труда[898].

И взяли сыновья Израилевы кости Иосифа, «ибо Иосиф заклял клятвою, сказав: „Господь Бог посетит вас посещением, и вы вынесите с собой мои кости”» (Исх. 13:19). Эти слова дошли до египтян; сначала они боялись ухода израильтян. Так как им казалось, что этим они удержат сынов Израилевых, они, тайно оковав раку Иосифа свинцом, бросили её в море, сказав: «Если сыны Израилевы не вынесут костей Иосифа с собой, то не уйдут из Египта»[899].

Ты, жидовин, скажи нам, каким образом они взяли кости Иосифа или как умудрились найти их, погруженные в море? Если ты не знаешь, то мы расскажем тебе[900]. Всем известно из жизни сынов Израилевых, что они обитали в Египетской земле. Со времени прихода Иакова и до исхода Израиля прошло 430 лет. Фараону сообщили на ухо, что израильтяне ушли. Фараон сказал всем египетским вельможам и всему народу: «Вот видите, как сыны Израилевы обманули нас, убежав от нас этой ночью». Правители Египта сказали: «Что мы наделали, что отпустили сынов Израилевых — отныне они не будут работать на нас!» (Исх. 14:5). Фараон сказал: «Пойдем вслед за ними, потому что заперла их пустыня; когда они увидят нас за собой, то в ужасе возвратятся».

И фараон погнался вслед за ними, захватив весь свой народ и «взяв с собой шестьсот отборных колесниц» (Исх. 14:7), на каждой из которых стояло по три вооружённых воина. Он настиг их при Павлее между Магласом напротив Евсефомора (это местность в так называемой Козматии)[901]. «Оглянувшись, сыны Израилевы увидели, что египтяне гонятся за ними, и народ возопил к Моисею: „Разве нет гробов в Египте, что ты привёл нас умирать в пустыне?” Но Моисей сказал им: „Господь Бог будет сражаться за нас, вы же умолкните”. И простёр Моисей руку на море, и ударил жезлом в Красное море, и расступилась вода с обеих сторон, и сыны Израилевы прошли по суше среди моря» (Исх. 14:10–11, 13–14, 21–22).

Это чудо явилось прообразом не познавшей брака Невесты: тогда Моисей разделил воду, здесь же архистратиг Гавриил был служителем дивного чуда — рождества Творца; тогда Израиль перешёл посуху бездну, здесь Дева родила Господа Христа без семени; море после перехода израильтян осталось непроходимым, так и непорочная Дева после рождения Эммануила осталась девственной. Сущий прежде этого явился по человеколюбию, когда тонкое облако было Его покровом.

Фараон же со своим войском погнался вслед за Израилем, ибо Господь ожесточил его душу, и был посреди моря. И Моисей ударил жезлом в море, и вода покрыла их всюду, и ни один из них не спасся, и море стало их могилой.

Посмотри, жидовин, на это удивительное чудо, как срубленный посох рассёк нерассекаемое море[902]. Тогда морская бездна увидела Солнце, которого не видела никогда. О безумный фараон! Неужели ты не видишь Господа, сражающегося за свой народ?! Как, приняв десять казней, ты не дрогнул пред ними, не страдал в сердце, не вспомнил Господа Бога, сражающегося за Израиль?! Вот теперь за кости Иосифа море стало тебе могилой.

Видишь ли ты, жидовин, как Господь сражался тогда за Израиль. Тогдашние израильтяне приняли образ крещения, о чём в [Послании] к евреям писал божественный и величайший [апостол] Павел: «Братья, не хочу оставить вас в неведении, что отцы наши все были под облаком, и все прошли сквозь море; и все крестились от Моисея и в облаке, и в море; и все ели одну и ту же духовную пищу и пили из духовного последующего камня; камень же был Христос» (1 Кор. 10:1–4). Как из источника в скале вытекли воды и напоили жаждавший в пустыне еврейский народ, так и от Спасителя дано было народам Евангелие, напоившее безбожную душу народов.

Отчего же ты, живущий сегодня жидовин, не соревнуешься с древними израильтянами, ради которых был наказан Египет? Ты же сегодня наказан и отдан в рабство в руки народов. Тех Господь Бог в древности прославил, ты же сегодня в поругании и в подчинении у народов. Они в древности прошли по дну Красного моря, ты же ныне в городах у народов собираешь грязь и навоз, как свинья, роешься рылом и живёшь в хлеву. Отчего же ты не одумаешься, почему не воспрянешь от жестокосердия фараона? Как он погиб, ожесточившись против Божьего народа, так и вы, ожесточившись против Завета, избранного Богом, погибая погибнете; жестоко разрушив свою жизнь, вы будете преданы вечному огню. Однако восстань, воспрянь, вздохни и возопи к Господу, отвергни ложь и облекись в новую одежду, то есть в святое крещение. Подобно тому как змея, когда состарится и её глаза ослепнут, она голодает сорок дней и сорок ночей, пока не ослабеет её телесная сила, тогда она совлекает с себя обветшавшую кожу и становится обновлённой, так и ты, жидовин, не будь бессмысленным и неразумным, как змей; ты почитаешь пророчества, знаешь время бытия — обнови своё тело, прозри своими очами, отбрось обветшавшую одежду, то есть неверие, обновись святым крещением и притеки ко Христу и будь с нами в единогласии.

Вспомни жившую тогда Мариам, сестру Моисея и Аарона, как она, увидев чудо, восславила Господа. Собрав хор жён, сама взяла тимпан, другим жёнам приказала взять два медных кимвала, остальным хлопать в ладоши. Сама же она, исполнившись Святого Духа, так начала воспевать Господа: «Пойте Господу, ибо славно прославился Он, коня и его всадника ввергнул в море» (Исх. 15:21). Хор собранных здесь жён так подпевал ей: «Славен Бог!» Мы же скажем так: «О блаженные жёны, славящие Господа! Ныне же еврейский народ забыл величие Божие».

И снова Мариам[903]: «Он был помощником и покровителем мне в спасении. Он Бог мой, и я прославлю Его; Он Бог отца моего, и я превознесу Его» (Исх. 15:2). Жёны: «Славен Бог!»

И снова Мариам: «Господь сокрушитель брани, Иегова имя Ему. Колесницы фараона и войско его ввергнул Он в море» (Исх. 15:3–4). Мы же скажем: «Смотри, как Господь сокрушает брани за верный Ему тогда народ иудейский. После же распятия они не веровали и были сокрушены во многих сражениях; как воины фараона были ввергнуты в море, так и вы ввергнуты в рабство по всей земле».

Мариам: «Трое избранных военачальников Он утопил в Красном море, море пучиной покрыло их, они пошли в глубину, как камень» (Исх. 15:4–5). Мы же скажем: «Избранных иудеев, называемых ревнителями, потопил Господь, в вечную смерть они пошли на дно ада, как камень».

Мариам: «Десница твоя, Господи, прославилась силою; десница твоя, Господи, сокрушила врага, и по множеству милости твоей Ты истребил супостата» (Исх. 15:6–7). Мы же скажем: «Как тогда фараон обманом людей противился Богу, так и вы своим безумием противитесь Богу, и Господнею десницей вы сокрушены пред своими врагами и по множеству Его милости Он истребил вас пред супостатами».

Мариам: «Ты послал гнев свой, и он попалил их, как солому, и от дуновения ярости твоей расступилась вода» (Исх. 15:7–8). Мы: «Ты послал гнев свой — Тита из Рима, и дуновением силы Господней расступилась земля, испарились источники против Иерусалима — высохли из-за вашего беззакония»[904].

Мариам: «Сгустились воды, как стены, огустели волны в сердце моря» (Исх. 15:8). Мы: «Окружили, как стенами, Иерусалим, а внутри города — мор и убийство в сердце города».

Мариам: «Враг сказал, погнавшись: „Настигну и разделю добычу, насыщу душу мою, проткну мечом моим, одолеет [их] рука моя”» (Исх. 15:9). Мы: «Сказали беззаконные книжники иудейские: „Погнавшись схватим Иисуса, называемого Сыном Божиим, и разделим плащ Его, и насытим душу свою, и пронзим рёбра Его копьём, и одолеет рука наша”, — а не слышали, когда Он воскрес».

Мариам: «Ты наслал гнев свой, и они погрузились, как свинец, в глубине вод» (Исх. 15:10). Мы: «Он наслал гнев свой на вас, и покорили вас народы, и вы мучительно погибаете в рабстве без памяти».

Мариам: «Кто подобен Тебе между богами, Господи? Кто, как Ты, прославлен во святых? Дивен хвалами Творец чудес!» (Исх. 15:11). Мы: «Не последуем жидовству, не поклоняемся по-эллински, не разделяем еретичества, но в Троице почитаем предвечное Божество и ныне к Родившему от Марии Девы из милосердия к нашему естеству припадаем с молитвой».

Мариам: «Ты простёр десницу свою, и поглотила их земля» (Исх. 15:12). Мы: «Ты простёр десницу свою и предал вас иноплеменникам, и вы в услужении на чужой земле».

Мариам: «Ты наставил в правде свой народ, который Ты избавил» (Исх. 15:13). Мы: «Господи, Ты наставил в правде свой народ, который Ты избавил от древнего заблуждения».

Мариам: «Ты силою Твоею призываешь[905] в свою святую обитель, и народы услышали» (Исх. 15:13–14). Мы: «Ты утешил нас своим воскресением и ввёл нас в свою святую обитель, и народы услышали и прилепились к Тебе, истинному Господу».

Мариам: «Прогневили [Бога] и приняли болезнь жители Филистимские» (Исх. 15:14). Мы: «Вы прогневили [Бога], и приняли болезнь все живущие в неверии».

Мариам: «Тогда устремились вожди Едомовы, князья Моавитские» (Исх. 15:15). Мы: «Тогда устремились цари земные, вожди народов к истинному Богу и Вседержителю Господу»[906].

Мариам: «Трепет объял их (вождей Моавитских), в унынии все жители Ханаана» (Исх. 15:15). Мы: «Объял вас трепет, и рассеялись тогда все жители Иерусалима».

Мариам: «Напал на них страх и ужас» (Исх. 15:16). Мы: «Напал на вас страх и ужас, когда вы услышали о Его воскресении; много других чудес и знамений тогда было перед лицом ваших прадедов».

Мариам: «От величия мышцы Твоей да окаменеют они» (Исх. 15:16). Мы: «Жившие тогда иудеи видели чудеса во время страданий Спасителя, когда Солнце померкло, гробы отверзлись и почивавшие [в них] тела воскресли, камни рассыпались, храмовая завеса разодралась надвое[907]; увидев [эти] чудеса, одни уверовали, и Господь увенчал их пресветлыми венцами, остальные же, не познав величия, окаменели сердцем».

Мариам: «Доколе проходит народ твой, Господи, доколе проходят те, которых Ты приобрёл» (Исх. 15:16). Мы: «Те, ради которых Господь, пострадав, источил свою пречистую Кровь, — мы ушли от заблуждений наших прадедов, к Тебе, единственному живодавцу, пришли мы, люди твои, ибо Ты нас собрал».

Мариам: «Введи и насади их на горе достояния Твоего, в уготованном жилище, которое Господь сделал святилищем Господним, которое создали руки Твои» (Исх. 15:17). Мы: «Мария была введена во храм, выросла здесь в служении Богу; горой считается Дева[908]: она — достояние Божие и уготованное жилище для воплощения Сына Божия, ибо Мария и рождена была Иоакимом и Анной по обету Господа, и Он соделал её святилищем чрез осенение Святого Духа; от неё родился Сын Божий, сущий прежде веков, ибо Его руки сотворили [из неё] себе Матерь, и ныне Он освятил её лоно».

Мариам: «Господь будет царствовать во веки и в вечность» (Исх. 15:18). И ещё: «Когда вошли кони фараона с колесницами и всадниками в море, то Господь обратил на них воды морские, а сыны Израилевы прошли по суше среди моря» (Исх. 15:19). Мы: «Вы, уподобившись фараону, пришли к вечной погибели».

Слышал ли ты, жидовин, о славном чуде, как сыны Израилевы прошли по суше среди моря? Слышал ли ты об ожесточении фараона против Бога? Вы же во всём уподобились фараону: видя все божественные знамения, совершенные Иисусом Христом Сыном Божиим, вы ожесточились сердцем; как фараон из-за неверия в конце концов был предан морской пучине, так и вы были преданы рабству и вечной муке. Смотри же, окаянный жидовин, ты ничем не лучше фараона, но как он погиб от безрассудства, так и вы погибли из-за безумия.

От обета Аврааму до Моисеева исхода считается 430 лет[909], а от рождения Авраама до исхода из Египта 502 года, а от столпотворения до исхода 1053 года, а от потопа до исхода 1587 лет, а от Адама до исхода из Египта 3929 лет.

«После этого Моисей повёл сынов Израилевых от Красного моря и привёл их в пустыню под названием Сур. И шли они три дня по пустыне и не находили воды для питья. И пришли они в Мерру, и не могли люди пить воды, ибо она была очень горькой, [почему] и назвали это место горечь[910]. Тут возроптал народ на Моисея, говоря: „Вот, мы и наш скот уже умираем от этой воды, а в Египте у нас и у нашего скота воды были сладкими и плодовитыми, а в этой пустыне наши тела падут, сгорев без воды от жажды. Сейчас же покажи нам воду, чтобы нам напиться”» (Исх. 15:22–24).

И народ тяжко оскорблял Моисея, «Моисей же возопил к Господу» (Исх. 15:25), молясь о народе. И пришёл к нему ангел Господень, держа в своих руках три доски: кипарис, сосну и кедр[911]. Ангел сказал Моисею: «Соедини эти доски, как крест, во образ Святой Троицы, погрузи в воду Мерры и таким образом осладишь воды Мерры. Это древо будет древом великим, это древо распространится по четырём странам света, это древо будет во спасение мира, этим древом будет побеждена ложь первого врага». И остальное о том, что будет, ангел сказал Моисею. После этого ангел отошёл от него.

Моисей же сделал так, как ему повелел ангел: соединив три доски, он погрузил их в воду около берега. И сказал Моисей: «Это древо будет жизнью всему миру, это древо через годы будет весьма почитаемым, но его посекут. Тогда Всевышний не изволит прийти, но через какое-то время, когда Он изволит явиться во плоти всему миру, освящая преступление женской природы, Он будет вознесён на это древо руками беззаконников, и вы увидите нашу Жизнь висящей прямо перед вашими глазами; но беззаконники скоро окажутся в погибели, а Вознесённому на крест поклонится весь мир. Подобно тому как это древо услаждает и освящает воду, так и кровь Распятого освятит это древо; подобно тому как это древо осладило горькие воды Мерры, так и крест Христов осладит горькое языческое безверие; вы же, ропщущие на меня, теперь замолчите, ибо и вам этим древом усладилась вода; подходите, черпайте и пейте сами и весь скот ваш». И в тот же час воды Мерры стали сладкими, и весь народ и весь их скот начали пить.

Слышал ли ты, сотоварищ фараона, окаянный жидовин, как был прообразован Господь-Троица соединением различных деревьев, как пророчествовал Моисей о воплощении Всевышнего, и о распятии Его на древе, и о спасении мира?

Оттуда Моисей поднял сынов Израилевых «и привёл их в Елим; там было двенадцать источников воды и семьдесят финиковых дерев» (Исх. 15:27). Этими источниками Господь прообразовал двенадцать верховных апостолов, которые растеклись, как реки, по всему миру. Подобно тому как источники источают струи и, хотя бы из них черпали десятки тысяч человек, они не оскудевают, так и апостолы Господни приходили к каждому народу и их языком возвещали величие Божие. Господь сказал им: «Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков, вы же не заботьтесь, как или что где вы скажете, ибо в тот час Святой Дух научит вас, что следует говорить» (Мф. 10:16, 19–20). Семьдесят финиковых деревьев прообразовали семьдесят апостолов, Его учеников. Подобно тому как финик в зрелом возрасте приносит сладкий плод, так и Господни апостолы источали иноплеменникам сладкое учение, которое привело их к богоразумной вере.

Затем «Моисей пришёл из Елима в пустыню [Син], что между Елимом и между Синаем, в пятнадцатый день второго месяца. Здесь народ возроптал на Моисея и Аарона, говоря: „Лучше бы мы умерли в Египте, чем в этой пустыне; там мы ели хлеб досыта, вы же вывели нас в эту пустыню уморить голодом”. И вот, слава Господня окружила Моисея перед всем собранием сынов Израилевых; и сказал Господь Моисею сверху облака: „Вот, Я слышу ропот сынов Израилевых ко мне и хулу их на тебя; скажи им: Я Господь, Бог ваш, выведший вас из дома рабства, и ныне Я наполню уста ваши”.

Вечером налетели перепела и покрыли стан, и поев [перепелов], они насытились» (Исх. 16:1–2, 10–13). Потом с небес упала манна.

[Слово] манна толкуется как что это такое? ибо когда евреи увидели спадающую манну, то каждый спрашивал своего соседа: «Что это такое?»[912] Они же, поев, весьма насытились. «И сказал им Моисей: „Никто из вас не оставит сего до утра, ибо Господь, который насытил нас сегодня, может дать нам и завтра”. Но некоторые из них не послушали Моисея и сохранили остатки манны до утра, и за своё неверие они нашли их утром воссмердевшими» (Исх. 16:19–20), поскольку их неверие было прообразом законопреступления, так как Бог велел им жить свободно и не заботиться о завтрашнем дне. Манна же была как мука чистой пшеницы, а «на вкус как [лепешка], замешенная на меду» (Исх. 16:31).

Вот какое слово «сказал Моисей Аарону, которое возвестил ему Господь: „Возьми в руки один золотой [сосуд] и наполни его манной и положи его пред Богом в святилище для хранения в поколениях сынов Израилевых (Исх. 16:33), чтобы видели сыновья сыновей ваших, что мы ели в пустыне сорок лет”». Перепела же были у них в течение сорока дней. Здесь же Моисей научил их хранить субботу: когда кто-то из них хотел собирать манну в субботу, он её не находил, потому что Бог почтил день седьмой, чтобы израильский народ имел покой от всех необходимых дел.

Но и после этого «они продолжали роптать на Моисея: „Зачем ты вывел нас из Египта, уморить жаждою нас и детей и все стада наши?” И сказал им Моисей: „Что вы укоряете меня? Зачем искушаете Господа?” И, сказав это, Моисей возопил к Господу Богу, говоря: „Господи! Что мне делать с этим народом? Ещё немного, и они побьют меня камнями!” Господь же сказал Моисею: „Возьми свой жезл и ударь в скалу в Хориве, и потечёт из неё вода, чтобы напиться людям”. И сделал Моисей так, как повелел ему Господь: ударил в скалу, и потекла вода, и люди утолили [жажду]» (Исх. 17:3, 2, 4–6).

Посмотри, жидовин, на это великое чудо: когда вы были с Богом, тогда пала с небес манна и вы насытились; когда же вы отвергли Господа, распяв Его, тогда у себя в Иерусалиме вы ели навоз с земли; когда вы были с Богом, тогда перепела, как песок, упали к вашим ногам; когда же вы отвергли Господа, тогда мать, заколов своё дитя, испекши, съела его; когда вы были с Богом, тогда из цельной скалы вы пили воду; но когда вы отвергли Господа, тогда источники, бывшие напротив Иерусалима, высохли, тогда от жажды иссякла ваша жизнь[913].

После того «пришли амаликитяне и воевали с израильтянами в Рефидиме. Моисей сказал Иисусу Навину: „Выбери себе сильных мужей и сразись с амаликитянами”. Утром Иисус сделал так, как повелел ему Моисей. Сам же Моисей со своими братьями Аароном и Ором[914] взошёл на холм и, молясь Богу, воздевал свои руки. И вот, когда Моисей поднимал руки, одолевал Израиль, а когда Моисей опускал руки свои, одолевал Амалик» (Исх. 17:8–11). Распростёртые руки Моисея есть образ распявшегося ради нас Иисуса Христа: подобно тому как распростёртыми руками Моисея был побеждаем Амалик, так и руками Спасителя, распростёртыми на кресте, была побеждена власть диавола. Видишь, жидовин, как Моисей то воздевал руки, то опускал: когда он прообразовывал Иисуса Христа Сына Божия, простирая руки, то побеждал Израиль, когда не прообразовывал, опуская руки, одолевал Амалик. Но, как сказано в Писании, «руки Моисеевы отяжелели, и тогда взяли камень и подложили под него» (Исх. 17:12). Смотри: и это есть прообраз того, что Иисус должен быть положен во гроб. «Он сел на камень, Аарон же и Ор поддерживали руки Моисея» (Исх. 17:12), — и это прообраз двух разбойников, распятых по обе стороны от рук Иисуса [Христа]. Как сказано в Писании, тогда Иисус [Навин] одолел Амалика и истребил его войско в пределах Рефидима (см. Исх. 17:13).

Откуда же у сынов Израилевых взялось оружие, если они вышли из Египта не на войну, но совершить жертвоприношение и полагали вернуться назад? Когда фараоново войско было утоплено с их оружием, то потом море выбросило его на берег сынам Израилевым, оттуда они и взяли оружие. Обо всём для них тогда позаботился Бог.

После этого «Иофор, тесть Моисеев, привёл к Моисею свою дочь Сепфору, жену Моисея, и двух его сыновей. И рассказал ему Моисей всё по порядку, что сделал для него Господь» (Исх. 18:2–3, 8).[915]

Тогда же «Моисей, по совету своего тестя Иофора, выбрал семьдесят[916] мудрых мужей и поставил их над народом тысяченачальниками и письмоводителями, и судили они народ во всякое время» (Исх. 18:24–26). Так и Господь наш послал во все концы земли семьдесят апостолов, которые немало претерпели от неверных и судом осудили лютого врага-ратоборца и предали [его] вечному огню. И ныне, вырвав народы из рук лживого врага, явили [их] верующими в Господа.

Потом «Моисей отпустил своего тестя в землю, из которой он пришёл» (Исх. 18:27). Сам же «Моисей взошёл на середину Божьей горы. И воззвал к нему Господь с небес, говоря: „Так скажи дому Иаковлеву и возвести сынам Израилевым: Вы сами видели, что Я сделал Египтянам, вас же Я носил как бы на орлиных крыльях и привёл вас к Себе; ныне же, если вы послушанием послушаете Меня и будете соблюдать мой завет, то будете царством священников, ибо моя вся земля и Я — свят”. Иди же, скажи сынам Израилевым”» (Исх. 19:3–6).

Моисей пришёл ко всему [собранию] Израилеву, встал посреди него и «предложил им все слова, которые Господь повелел ему сказать. И весь народ отвечал: „Все, что сказано нам Богом, исполним и будем послушны, ибо Господь поразил чудесами наш ум и сильно устрашил наши сердца”. Моисей же, услышав слова израильтян, донёс их Богу. Господь же воззвал к нему с высоты и сказал: „Вот, Я приду к тебе на вершину горы в густом облаке, дабы разумел народ, что Я буду говорить с тобою, и поверил в то, что ты говоришь им. Возвести же людям, пусть очистятся к третьему дню и вымоют одежды свои”» (Исх. 19:7–10). Он повелел не только очиститься им самим, но и вымыть свои одежды, наставляя их совершать освящение и плоти, и духа. Моисей же передал всему собранию то, что сказал ему Господь, чтобы народ исполнил повеление.

И вот «в третий день на рассвете были громы и молнии на горе Синайской, и трубный глас звучал сильно; и вострепетал весь народ в стане. Моисей вывел народ из стана, и они стали под горой. Гора же Синай вся курилась, и дым поднимался, как из печи; и весь народ смотрел, и слышал трубный глас, и видел дымящуюся гору, и, испугавшись, встал подальше от горы. Господь же сошёл на вершину горы и призвал Моисея. Моисей взошёл на гору, и здесь Господь заповедал ему все уставы жертвоприношения, чтобы во время принесения [жертвы] не совершить осквернения» (см. Исх. 19:16–20; 20:18, 23–26).

Потом «Моисей сошёл с горы к людям и пересказал им все слова и законы Божьи. И отвечал весь народ: „Все слова, сказанные Богом, исполним и будем послушны”. И написал Моисей в книги все слова, сказанные ему Богом. И, когда наступил день, Моисей поставил под горою жертвенник [и] двенадцать камней, по числу двенадцати колен Израилевых. И принесли они всесожжения, и положили Богу тельца в жертву спасения. Моисей, взяв половину крови, вылил на жертвенник и, взяв книги завета, прочёл их вслух народу, и все люди сказали: „Исполним и будем послушны тому, что сказал Господь”. И взял Моисей крови и окропил народ, говоря: „Вот кровь завета, который Господь заключил с вами о всех словах сих”» (Исх. 24:3–8).

Посмотри, жидовин, какая кровь стала прообразом и какая может очищать нечистоту. Тогда — тельца, ныне же — Господня: Создавший мир за мир источил свою пречистую Кровь. У вас тогда кровь тельца, у нас теперь Кровь Господня; у вас тогда Моисей [был] вождём собрания Израилева, ныне же сам Сын Божий, Творец мира. Смотри: не было такого, чтобы без крови спасти грешных: как вы тогда спаслись кровью тельцов и агнцев, так и мы теперь, приемля Кровь Спасителя, освящаем свою душу.

«Взглянув, Моисей и Аарон, и Ор, и Надав, и Авиуд, и семьдесят из старейшин Израилевых увидели место, где стоял Господь Бог; и они здесь ели и пили. Потом Господь Бог сказал Моисею: „Взойди на гору и будь там; Я дам тебе две скрижали каменные с законами и заповедями, которые Я написал”. Встав, Моисей сказал старейшинам: „Оставайтесь здесь, доколе я не возвращусь к вам; вот Аарон и Ор с вами; кто будет иметь дело, пусть приходит к ним”» (Исх. 24:9–14).

Моисей, взяв Иисуса Навина, который стоял перед ним, взошёл на гору и принял закон из рук Божиих, написанный на скрижалях. «И покрыло облако гору, и слава Господня сошла на гору Синай; и в седьмой день Господь воззвал к Моисею из среды облака (Исх. 24:15–16) и сказал ему: „Подойди к вершине горы, чтобы услышать все мои глаголы, и примешь закон из моих рук, и Я расскажу тебе, как Я сотворил мир, возвёл всё его строение в шесть дней, а в седьмой опочил”».

«Моисей вступил в средину облака» (Исх. 24:18), а Иисус Навин остался на середине горы. Господь скрыл Моисея в облаке; «вид же славы Господней был как пламенеющий огонь» (Исх. 24:17). «И был здесь Моисей сорок дней и сорок ночей» (Исх. 24:18), разговаривая с Господом, по слову Писания, «как если бы кто-то говорил со своим другом» (Исх. 33:11). Гора Синай была покрыта как бы дымом, мраком и смерчем — страшное зрелище было над ней. И указал ему Господь, как ему сделать храм (скинию): из золота, негниющей древесины[917], серебра, [драгоценных] камней, всякого отборного виссона, и парчовой порфиры, и из багряной, и голубой, и червлёной [шерсти][918] (см.: Исх. 26:1–37–27:1–21). Кроме того, Господь говорил Моисею о ризе Аарона (см.: Исх. 28:4–43). «Вот, Я назначаю именно Веселеила, [сына] Уриева, сына Орова, из колена Иудина; и Я исполнил его Духом Божиим, мудростью, и разумением, и ведением в понимании всякого дела, [чтобы] начать обрабатывать дерево, золото, серебро и медь, голубую, пурпурную и червлёную [шерсть], и полотно, и кручёный [виссон], и делать каменное дело, и ваятельное. Я дал [помощником] Аголиава, [сына] Ахисамахова из колена Данова, и ему Я дал мудрое сердце, дабы они сделали тебе всё, что Я повелел тебе: скинию собрания и ковчег завета, и принадлежности скинии, и жертвенник, и семисвещник, и все сосуды для него[919], и одежды червлёные и ефод для священнослужения Мне[920], и елей помазания и курение служения для святилища» (Исх. 31:2–7, 9–11). Моисей же стоял на горе пред Богом, внимая глаголам. Господь же сказал ему: «Вот, Я даю тебе две скрижали, как Я и говорил тебе, на которых Я написал десять бессмертных и животворящих слов в завет народу».

Гора же была в это время дымящейся и мрачной, внушая трепет и страх из-за сошествия Божия.

Господь сказал Моисею: «Скажи людям, пусть прославят Меня своими разумными сердцами, ибо Я поразил Египет своей великой силой, явил знамения и великие чудеса мышцею моею. Когда ты возопил ко Мне у моря, твои уста немотствовали, но Я понял твоё сердце и разделил море твоим жезлом и сгустил его жидкое вещество для прохода людям, а надменного [фараона], гнавшегося вслед, внезапно погубил с колесницами поднявшейся бурей и, противящегося моей непобедимой деснице, сокрушил, ибо Я — Бог, умерщвляющий и животворящий, царствующий на небесах и господствующий на земле, Я желаю совокупить горнее с дольним». Моисей-святовидец внимал божественным глаголам.

После этих слов Господь дал Моисею скрижали, Моисей же, принимая скрижали из рук Господних, во мраке не видел Господа. Скрижалями называются две каменные доски, на которых Божиим перстом было написано десять заповедей.

«И сказал Господь Моисею: „Иди побыстрее спустись: развратился народ, который Я вывел из земли Египетской; скоро уклонились они от того, что Я заповедал им, сделали себе тельца и поклонились ему, и сказали: „Вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской!” Теперь, воспламенившись гневом, истреблю их, от тебя же произведу многочисленный народ”. Но Моисей взмолился Богу и сказал: „Для чего, Господи, Ты разъярился гневом на свой народ, который Ты вывел из земли Египетской силою великою и мышцею высокою, — неужели для того, чтобы египтяне говорили: „Обманом Он вывел их, чтобы погубить в горах”. Отврати гнев и ярость твою Твой от греха народа твоего, вспомнив Авраама, Исаака и Иакова, рабов своих, Господи, которым клялся Ты Собою, говоря: „Весьма умножу племя ваше, как звёзды небесные, и всю землю сию, о которой Я сказал, даю тебе и племени твоему”. И отменил Господь зло, о котором сказал» (Исх. 32:7–8, 10–14).

О чудо великое, достойное изумления! Как много чудес сотворил Господь Моисею! Как, склонив небеса, Он сошёл на гору ради Моисея! Или как написал на скрижалях своим перстом, передав их Моисею! О дивное чудо, как Моисей, будучи человеком, умолил Господа отменить его гнев на людей! Увидев и услышав, как Моисей умолил Владыку, отложим слово удивления, ибо Его милость и милосердие ещё более простираются на род человеческий, ибо Он посылает своего Сына в мир для спасения мира. Оттого что закон Моисея обессилел, слова пророков оставлены, Сын Божий становится Сыном Девы; Бог, став человеком, обожает человеческую природу, а мы всё ещё удивляемся по поводу Моисея. Если Он ради одного Моисея, склонив небеса, сошёл на гору, то отчего же Он не захочет быть милосердным ко всему забытому на земле человечеству? Тогда ради Моисея Он не истребил тех беззаконников, ныне же Он почтил святыней верующих, чтущих и поклоняющихся Ему, ради которых Сын Божий пролил свою Кровь, как в Послании к Римлянам говорил божественный Павел: «Тот, Который Сына Своего не пощадил, но предал Его за всех нас, как с Ним не дарует нам и всего? Христос умер, но и воскрес из мёртвых; Он одесную Бога и молит за нас (Рим. 8:32, 34); Он есть первенец из умерших (1 Кор. 15:20), Который ввёл в Царство возлюбленного Сына Своего, в Котором прощение грехов, Который есть образ Бога невидимого, рождённый прежде всякой твари, ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое, и Он есть прежде всего, и всё Им стоит (Кол. 1:13–17); Моисей был верен для свидетельства [о том, что надлежало] возвестить, [а] Иисус Христос — как Сын в доме своём; дом же Его — мы (Евр. 3:5–6)».

Однако обратимся к прерванному повествованию.

[Когда] Моисей нёс скрижали — «письмена, начертанные на досках» (Исх. 32:16), — Иисус Навин “сказал ему: „Военный крик в стане”. Моисей же сказал ему: „Я слышу не крики сражения, но голос начинающих беззаконие”» (Исх. 32:17–18).

«Когда они приблизились, они увидели огромного литого тельца» (Исх. 32:19). Моисей ужаснулся и выпустил обе доски завета, и они разбились под горой (см. Исх. 32:19)[921].

«Еврейский народ ждал Моисея, однако Моисей долго не сходил с горы, и народ возроптал, сказав Аарону: „Встань и сделай нам бога, который пойдёт перед нами, ибо мы не знаем, что случилось с Моисеем, человеком, который вывел нас из Египта”» (Исх. 32:1). Аарон, увидев, что народ обозлён, испугавшись их, «сказал им: „Выньте золотые серьги (Исх. 32:2), положите их в печь”». Они, вынув золотые серьги из своих ушей, положили их в печь, и им был отлит телец. Весь народ поклонился ему, говоря: «Вот бог твой, Израиль, который вывел тебя из земли Египетской!» (Исх. 32:4).

Не оттого ли божественный Давид сказал: «Они променяли славу Божию на изображение тельца, поедающего траву» (Пс. 105:20). И Соломон сказал то же: «Суетны по природе люди, у которых нет ведения о Боге» (Прем. 13:1), и «жизнь их нечестива, ибо они не познали Сотворившего их и Вдохнувшего в них душу деятельную и живую» (Прем. 15:10–11).

Тогда Моисей повелел истребить тельца пилами и высыпать его в реку, и приказал всему народу пить, наклонившись [к воде]; и у кого на губах было золото, тот был в общении с тельцом; их, до трёх тысяч человек, Моисей приказал уничтожить[922]. Затем Моисей стал с сокрушённым сердцем молиться Господу о народе. «Господь сказал Моисею: „Скажи людям так: Вы народ жестоковыйный; берегитесь, чтобы Я не навёл на вас иную язву и не истребил вас; ныне же снимите одежды вашей славы и украшения свои, и Я посмотрю, что с вами делать”» (Исх. 33:5).

Слышишь, жидовин, что говорит вам Ведающий сердца и души: вы народ жестоковыйный. Я же скажу тебе, окаянный: отчего ты, обрезав плоть, не обрезал сердца?[923] Неужели ты хочешь получить милость от Бога, не соблюдая Его завета, но имея непреклонной свою выю, словно молодой бычок в ярме? Но что сказал Господь? «Берегитесь, чтобы Я не навёл на вас иную язву и не истребил вас!» Ты ещё не познал себя, жидовин, получив язву Господню и будучи погублен? Вам бы сразу беречься от падения, но если уж ты пал, то восстань, воспрянь в святом крещении. «Ныне же снимите одежды вашей славы и украшения свои, и Я посмотрю, что с вами делать». Не получил ли ты того, о чём сказал Господь: гнев и погибель от народов?

После того «Господь сказал Моисею: „Вытеши себе две каменные скрижали, подобные прежним, и один взойди ко Мне на гору, и Я напишу слова, какие были на прежних скрижалях, которые разбились; будь готов к утру”. Моисей вытесал две скрижали, подобные прежним; и, встав рано поутру, Моисей взошёл на гору Синай, как повелел ему Господь, и взял две каменные скрижали, подобные прежним. Господь сошёл в облаке и стал на горе Синай. Тогда Моисей возопил, говоря: „Бог щедрый и милостивый, терпеливый и истинный, сохраняющий правду и оказывающий милость кому хочет, отмщающий беззакония и неправды и возлагающий вину отцов на детей и внуков до третьего и четвёртого рода” (Исх. 34:1–2, 4–7). Отрекаясь от них, Господь говорит: «Они виновны в том, что поклонились тельцу; если они снова вернутся [к идолопоклонству], то вспомнятся на вас грехи отцов и дедов ваших».

Ты понял, жидовин, о ком в этой речи пророчествовал Моисей? Жившее тогда поколение израильтян не думало о спасении иных народов, но ты слушай, как пророчествовал великий Моисей, движимый Святым Духом: Господь Бог, сказал он, потому щедр и милостив, терпелив [и] истинен, что Ему предстояло облечься в плоть. Слушай же: к кому Он щедр, к кому милостив, к кому терпелив — не к тем ли, к кому Он явился истинно во плоти, «сохраняя правду и оказывая милость кому хочет»? Ибо Христос верно называется Хранящим правду. Как воскликнул Давид, движимый Святым Духом, в 84 псалме, «истина воссияет из земли, а правда приникнет с небес» (Пс. 84:12). Истиной называется Богородица Дева, она воссияла от земли, ибо её отцом был Иоаким и матерью Анна из рода Давидова. Правдой, приникшей с небес, является воплотившийся от Девы Христос, как сказал великий Моисей, «истинно правду хранящий и оказывающий милость кому хочет». Если бы Господь нас не помиловал, то как бы мы, забытые, познали Господа? Если бы Он сам не оказал нам милости, то как множество народов узнало о Господе? Но он оказал нам милость, как захотел. Тогда Он сошёл на гору ради одного Израиля, теперь Он рождается от Пречистой Девы ради семидесяти народов[924]. Тогда Моисей принимает скрижали, видя Господа в облаке, теперь двенадцать апостолов осязали и обнимали Господа, воскресшего от гроба. Тогда скрижали с письменами разбиваются, теперь же данное Евангелие распространяется среди народов. Ты, возлюбленный Израиль, прошедший посуху Красное море, «променял славу Божию на изображение тельца» (Пс. 105:20); теперь же прежде забытые народы, видя апостолов, несущих Христову благую весть, сбегаясь, встречают их и лобызают ступни святых апостолов, они променяли заблуждения отцов, апостолы же, посланные Господом, принесли им мир[925]. И тогда Бог был славим, а диавол отвергаем, но всё же древле не так, как теперь. Тогда Моисей, сойдя к народу и воспылав гневом, бросил скрижали, истребляет тельца и приказывает каждому убить своего ближнего[926]. Мы вопрошаем его: великий Моисей, доблестный вождь, возлюбленный Господом, почему эти люди, слышавшие глас Божий к тебе, не веруют? И отвечает нам Моисей во «Второзаконии», говоря: «Это люди глупые и несмыслённые, народ строптивый и развращённый. Сие ли воздаёте вы Господу? Но Он отомстит за их беззакония, и неправды, и грехи их, возлагая вину отцов на детей и внуков до третьего и четвёртого рода» (Втор. 32:5–6; Исх. 34:7).

Видишь, как сбылось на вас пророчество Моисея: не на вашу ли голову пало беззаконие ваших отцов? Приди ко Христу, подражая тому, кто прежде дышал злобой, теперь, исполнившись Святого Духа, рассылает по земле послания, ибо «трудно ему идти против рожна» (Деян. 26:14); будучи некогда гонителем, ныне он стал учителем народов; [будучи] некогда слеп, теперь он сияет солнечными лучами; будучи восхищен подобно Еноху, «он слышал неизреченные слова» (2 Кор. 12:4)[927]. Однако вспомним и равного ему верховного [апостола], которому обещаны ключи от Царства [Небесного][928] и который направился от рыбной ловли к берегу, оставил лодку и весь улов, теперь повелевает хромому скакать лучше серн[929]. Но кто сможет лучше описать все случившиеся чудеса, [пусть опишет], а мы вернёмся к повествованию.

«Господь сказал Моисею: „Вытеши себе две каменные скрижали, подобные прежним, и взойди ко Мне на гору, и Я впишу слова, какие были на прежних скрижалях, которые ты разбил; и будь готов к утру”. Рано поутру Моисей взошёл на гору Синай и взял с собой две каменные скрижали, как повелел ему Господь. И сошёл Господь в облаке и остановился на горе, и пробыл там Моисей 40 дней и 40 ночей, хлеба не ел и воды не пил» (Исх. 34:1–2, 4–5, 28). Тут Господь дал ему все законы и уставы[930]. «И сказал Моисей Господу: „Господи, покажи мне славу свою”. И сказал ему Господь: „Ты не сможешь увидеть славы моей, ибо человек не может увидеть моё лице и остаться в живых. Но вот место, стань в расселине скалы; когда же будет проходить слава моя, Я покрою тебя рукою моею, доколе не пройду, и ты увидишь Меня сзади ”» (Исх. 33:18, 20–23). Когда Моисей вошёл в расселину скалы, Господь покрыл его рукою, и призвал его Господь во имя Господне, говоря: «Господи Боже, щедрый, милосердый, долготерпеливый, и многомилостивый и истинный!» (Исх. 34:6).

Спрашиваю тебя, жидовин: какой Господь какому Господу сказал: Господи Боже, щедрый и многомилостивый? Какой Господь призвал во имя какого Господа? В объяснение всего этого слушай: Святого Духа. [Теперь] же смотри, жидовин: что значить «[увидеть] Бога сзади»? Не то ли, о чём и раньше мы говорили тебе, что явилось Моисею и Илии в боготканной одежде, которую Адам древле погубил заблуждением, ибо «просияло лице Его, как солнце, и одежды же Его сделались белыми, как свет» (Мф. 17:2)? Ведь нам, как сказал Моисей, невозможно видеть божественное Лицо. Если бы Владыка не облёкся в плоть, то Адаму невозможно было бы облечься в первую боготканную одежду, которую враг совлёк обманом. Если бы Владыка по милосердию не облёкся в плоть, то невозможно было бы спастись плотской человеческой природе.

Здесь, на горе Синай, Господь дал ему две скрижали, написав 10 заповедей своего завета, Моисей же принял [их] из рук Божиих, и письмена на них были начертаны перстом Божиим. Господь провозгласил, обращаясь к Моисею: «Вот, ты видел раны Египта и все мои чудеса в пустыне, ты слышал от Меня много слов, [обращённых] к тебе; разумей же, что всюду один Я — Бог, и нет иного, кроме Меня».

Здесь же, на горе, Господь показал ему и повелел сделать храм, который называется скинией. Тогда на горе Моисей сподобился многих даров и чудес, а также [узнал, как] в шесть дней Бог сотворил небо и землю и всё, что на ней, по порядку, что в какой день; Он рассказал и о первозданном Адаме, о начале его бытия, так что он слышал и видел в образах[931].

«Когда Моисей сходил с горы Синай и две скрижали были в его руках, то Моисей не знал, что вид его лица прославился, ибо, когда Бог говорил с ним, его лицо просияло славой Господней. Придя, Моисей призвал Аарона и всех начальников собрания, но они боялись подойти к нему, так как лицо его сияло. Поняв это, Моисей положил себе на лицо покров и заповедал всему собранию, что говорил ему Господь на горе Синай, и повелел сделать приношения своему Богу, каждый по желанию» (Исх. 34:29, 31–32; 35:5).

Все собрание послушалось этих слов, и каждый из них понёс на дело скинии собрания: один золото, другой серебро, одни медь, другие синюю и червлёную [шерсть], третьи принесли виссон, шёлк и порфиру. Над всем этим делом Моисей поставил Веселеила Уриева из колена Иудина, а [помощником] ему назначил другого умельца — Аголиава Ахисамахова. Их обоих Господь исполнил духа премудрости и разумения всякого дела: обработки камня, и прядения, и ткачества, и различного украшения, и ковки из золота, серебра, меди и железа, и резьбы по дереву.

Затем они стали изготовлять ризу священнику Аарону из золота, голубой, пурпурной и червлёной шерсти; они расстригли золото [на нити] толщиной с волос и ими сшивали куски ткани. Разноцветным был сделан и отлитый из золота наперсник[932] поверх ризы, в котором было 12 драгоценных камней — по числу колен сынов Израилевых. Этот наперсник был четырёхугольным, камни же были вставлены по три в каждом углу[933].

[Сказание о 12 драгоценных камнях][934]

Первый камень, так называемый вавилонский сердолик, на вид пурпурный, как кровь; его находят в Вавилоне на земле путешествующие в Ассирию; он прозрачен и имеет в себе целебную силу: им лечат опухоли и заглаживают раны, нанесённые железным оружием; этот камень есть образ первенца [Иакова] Рувима, ибо он был силён и крепок в сражении, но за свой грех он болел утробой 7 месяцев и излечился через покаяние[935].

Второй камень — топаз, его находят в индийском городе Топазе[936]; в нём тоже есть целебная сила: когда его точат на оселке, то он испускает не красный, своего вида, сок, а подобный молоку; этим соком можно наполнить сколь угодно много сосудов, сам же точимый камень не уменьшается ни в размере, ни в весе, но остаётся в своих пределах, источая сок; этот сок лечит глазные болезни, затем исцеляет от водянки, которая доводит до безумия, лечит и от морской ягоды[937]; этот камень есть образ Симеона, второго сына Иакова, который был гневен и немилосерден к своему брату Иосифу: «Я хотел убить его, но Господь остановил меня, лишив мои руки силы, ибо моя правая рука чуть было не высохла за семь дней; я понял, что это случилось со мной из-за Иосифа, и я со слезами покаялся Господу»[938].

Третий камень, изумруд, зелёного [цвета], его копают в горах Индии; он блестит так, что в нём, как в зеркале, отражается человеческое лицо; этот камень есть образ Левия, святителя священнического чина, ибо им не подобает стыдиться человеческого лица[939].

Эти [три] камня были вставлены в один ряд в одном углу [наперсника].

Второй ряд. Камень карбункул на вид очень красный и блестящий; он имеется в Карфагене в Ливии, которая называется африканской; его изредка находят ночью в той земле, ибо его видно издалека: он светится, как свеча, или же мечет искры, как уголь, и его ищут и находят по свету; будучи взят и завернут в какую-нибудь ткань, то все равно он сияет сквозь ткань. Этот камень есть образ Иуды, четвёртого сына Иакова, царского колена, из «которого произойдут цари» (Быт. 35:11). И подобно тому как царям свойственно утешать своих, а также мучить злодея, так и огню свойственно жечь и светить. Так Иисусу Христу, о котором пророчествовал Иаков, свойственно миловать и прощать грехи и мучить нераскаявшихся. Он (камень) является также образом того, как Он после распятия был увит пеленами и положен в гроб, но по божеству воскрес от гроба; стерёгшие Его стражники, увидев Его блистающим, помертвели, но их десницу наполнили мздой, и они задумали утаить воскресение, которое теперь славится во всём мире[940].

Пятый камень — сапфир, багряного [цвета], имеется в Индии и в Эфиопии; в нём заключены целебные силы: точимый на оселке с молоком, он исцеляет отеки и опухоли. Когда Моисей получал закон, он был написан на сапфировом камне[941]. Этот камень есть образ Иссахара, пятого сына Иакова: Иссахар делал добро, был праведным земледельцем, и «от трудов в поте [лица] своего всякий первый плод я приносил священниками», и «всякому нищему и угнетённому я доставлял из земных благ от справедливого сердца»[942].

Шестой камень, называемый яшмой[943], является зелёным; его находят в устье реки Фермодонт[944] и на реке Амафунте[945]; он необходим при забывчивости. Он есть образ Завулона, седьмого сына Иакова, сына Лии, ибо он был человек добрый, кроткий и смиренный, как он сказал, обращаясь к своим сыновьям: «Дети мои, я жил пред Богом в чистоте, если согрешил разве что в помысле, не помню, но я во всей простоте сердца был послушен отцу и старшим братьям; я первым начал плавать по Египетскому морю, занимаясь ловлей для своего отца, и Бог был добрым помощником в моих трудах»[946].

Эти камни вставлены в другом углу [наперсника].

Седьмой камень, так называемый яхонт, красноватого [цвета]. Его находят в глубине варварской Скифии, Скифией же называют всю северную страну, где издавна жили готы. Здесь, во внутренних степях великой Скифии, есть очень глубокая, недоступная человеку пропасть, как бы ограждённая со всех сторон каменными стенами, так что если кому-то хочется посмотреть сверху, как бы со стены, то не видно дна из-за мрака на глубине. Но туда из окрестных царств посылают осуждённых, чтобы они или погибли, или, добыв камень яхонт, были прощены. Когда туда приходят родственники, они режут ягнят и, сняв с них шкуру, бросают их на дно этого ущелья; там камень яхонт прилипает к их мясу. Орлы, живущие в том ущелье, спускаются на мясной запах ко дну и поднимают туши с прилипшими камнями; и когда они съедят мясо, то камни остаются на том месте, где сидел этот орёл; так добывают этот камень[947]. Этот камень имеет такие свойства: брошенный на горящие угли, он тушит огонь, сам же остаётся невредимым; если кто-то обернёт его тряпицей и будет держать над огнём, то он обожжёт себе руку, а тряпица останется невредимой. Говорят, что он полезен роженицам. С этим камнем связан Дан, ибо этот камень подобен Дану, седьмому сыну Иакова, сыну Валлы, служанки Рахили, который, как написано в завете, перед своими сыновьями осуждает себя, говоря: «Моё сердце и душа были немилосердны к брату Иосифу, и я подстерегал его, как рысь козлёнка; но Бог отца моего избавил его от моей руки и не дал мне совершить этого преступления, чтобы не был сокрушён двенадцатый скипетр Израиля. Но по прошествии времён и сроков вашим вождём станет Сатана»[948]. Об этом пророчествовал его отец Иаков: «Дан, ты будешь судья, стань змеёй, сидящей на распутье, уязвляющей ногу коня, так что всадник упадёт назад» (Быт. 49:16–17); то есть они оба говорили об Антихристе, ибо он произойдёт от Данова колена[949]. Потому-то и связывается с ним яхонт, что его жилище в пропасти бездны.

Восьмой камень — синий агат, его находят в пределах той же земли[950]. В нём заключена целебная сила: когда его точат на оселке и мажут его соком укусы змей и скорпионов, то он изгоняет их яд. Агат связан с Неффалимом, восьмым сыном Иакова, сыном Валлы, ибо это был человек добрый и смиренный, и его отец Иаков посылал его со всяким поручением, и это всегда ему было не трудно[951].

Девятый камень называется аметист, [цвета] яркого пламени; его находят в Ливии на обрывистых морских берегах. Этот камень связан с Гадом, девятым сыном Иакова, сыном Зелфы, служанки Лии, ибо это был человек добрый и кроткий, пасший в горах стада своего отца Иакова[952].

Десятый камень называется хризолит, по виду он золотого цвета; его добывают в каменоломне на берегу вавилонской реки Ахименитиды[953]. Он подобен Асиру, десятому сыну Иакова, второму сыну Зелфы, служанки Лии[954], ибо он был человек добрый и кроткий, удаляясь от всякого зла, он был чист, как золото[955].

Одиннадцатый камень называется берилл, он голубоватого цвета. Он имеется у подножия горы, которая называется Тавр[956]. Этот камень подобен Иосифу, одиннадцатому сыну Иакова, сыну Рахили.

Двенадцатый камень называется оникс, он золотистый, его находят у той же горы. Он подобен Вениамину, двенадцатому сыну Иакова, сыну Рахили, ибо Вениамин и Иосиф родились у одной матери.

Эти три камня были вставлены в одном углу и окованы чистым золотом.

«Этих камней было двенадцать, [по числу колен] сынов Израилевых, по именам их вырезаны печати, каждая по своему имени» (Исх. 28:21)[957].

Как сказано в книге Бытия, Моисей сделал скинию, изображённую ему на горе. И вот «в первый месяц второго года по исшествии из Египта, в первый день месяца поставлена скиния, по слову Господню» (Исх. 40:17).

Далее в [книге] «Левит» всё по порядку было изложено о священстве левитов[958].

ИЗ «КНИГИ ЧИСЛА»[959]

«Господь сказал Моисею в пустыне Синайской, в скинии собрания в первый день второго месяца, во второй год по исшествии из Египта: «Исчислите всё общество сынов Израилевых по родам их, по семействам их, по числу имён их, всех мужеского пола поголовно, от двадцати лет и выше, всех годных для войны у Израиля, по ополчениям их исчислите их, — ты и Аарон, и с вами должны быть из каждого колена их вожди”» (Чис. 1:1–4).

«И Моисей сделал счисление им в пустыне Синайской. И было сыновей Рувима, первенца Иакова, по числу имён их от двадцати лет и выше 46 500» (Чис. 1:19–21). Вождём «колена Рувимова был Елицур, сын Шедеура» (Чис. 1:5).

«Из колена Симеона — 59 300” (Чис. 1:23). Вождём колена «Симеона был Шелумиил, сын Цуришаддая» (Чис. 1:6).

«Число сыновей Иуды — 74 600» (Чис. 1:27). Вождём колена «Иуды был Наассон, сын Аминадава» (Чис. 1:7), Аминадав же был сыном Арама, Арам же был был сыном Есрома, Есром же был сыном Фареса, Фарес же был сыном Иуды; Наассон был пятым сыном в колене Иудином.

Далее, число «сыновей Израилевых от колена Иссахара — 54 400» (Чис. 1:29). Вождём колена Иссахара был «Нафанаил, сын Цуара» (Чис. 1:8).

«В колене Завулона — 50 400» (Чис. 1:31). Вождём их был «Елиав, сын Хелона» (Чис. 1:9).

Колено Иосифа разделилось на два колена в Израиле: одно вместо Иосифа, другое вместо Левия, из которого произошли левиты — священники Бога Всевышнего. «В колене Ефрема, сына Иосифа было 40 500» (Чис. 1:33). Вождём колена «Ефремова был Елишам, сын Аммиуда» (Чис. 1:10).

В это время Господь сказал Моисею, как ему избрать семьдесят человек их старейшин. Как сказано в Писании, «взял Господь от Духа, Который был на Моисее, и дал семидесяти старейшинам» (Чис. 11:25). Разве не достойно изумления это чудо, что Владыка, Господь и Творец всяческих, приведший от небытия к бытию Вседержитель, — и взял Господь от Духа, Который был на Моисее, и дал семидесяти старейшинам?!

Народ Моисея негодовал из-за того, что не ел мяса и чеснока, но, вкушая одну манну, испытывал страдание. Но и об этом сказано в Писании: «И поднялся ветер от Господа, принёс от моря перепелов, и они упали вокруг их стана» (Числа 11:31), и насытились сыны Израилевы. Но «мясо ещё было в зубах их, как Господь разгневался и поразил народ великою язвою. И нарекли имя месту сему Похоть[960], ибо там похоронили похотливый народ» (Чис. 11:33–34).

После этого, сказано в Писании, «народ двинулся от Гроба похоти в Асироф» (Чис. 11:35). Здесь «Мариам и Аарон упрекали Моисея за то, что он взял жену эфиоплянку[961]. И сказали они: „Одному ли Моисею говорил Господь? И нам Он тоже говорил”. Господь услышал эти слова и внезапно сказал Моисею и Аарону и Мариам: „Выйдите вы трое к скинии собрания”. [Когда] они вышли, Господь сказал им: „Если бывает у вас пророк, то Я во сне открываюсь ему и во сне говорю с ним, а не так, как Я говорил с рабом Моим Моисеем. Как же вы не убоялись упрекать раба моего Моисея?” И тотчас же Мариам покрылась проказой» (Чис. 12:1–2, 4, 6–8, 10).

Посмотри, жидовин, как из-за Моисея, их брата, поражён гневом Аарон, как покрывается проказой Мариам? Насколько же большее наказание, расточение и гнев Божий получили вы, не познав Сына Божия, пришедшего к вольному страданию. О вас и божественный Давид говорит в 13 псалме: «Сказал безумец в сердце своём: „Нет Бога”. Но они развратились и омерзели в начинаниях своих» (Пс. 13:1).

Однако вернёмся к повествованию.

«Господь сказал Моисею: „Пошли от себя человека, пусть высмотрит Ханаанскую землю, которую Я даю вам”» (Чис. 13:2–3). Бог приказал им послать разведчика для того, чтобы они, узнав сначала о плодородии той земли, с усердием пошли, а не уклонились из-за лени. Моисей, по слову Господню, послал [человека] от каждого колена и с ними Иисуса, сына Навина[962].

Этот Иисус был прообразом истинного Иисуса Сына Божия: как Иисус Навин был началом входа в землю обетованную, так Иисус Сын Божий, когда воплотился от Пречистой Девы, стал началом нашего спасения; и как тогда с Иисусом Навином пошли 12 человек от колен сыновей Израилевых, так и с Иисусом Христом ходили 12 апостолов, проповедуя величие Божие.

Они, пойдя разведать землю, принесли от плодов той земли и сказали: «Мы ходили на землю, изобилующую мёдом и молоком, но на ней живёт народ лютый» (Чис. 13:28–29). Так и апостолы в [день] страданий Христовых издалека смотрели на Иисуса Христа по причине свирепства сынов Израилевых, ибо они тогда стали неистовствовать на Иисуса Христа. «И города у них укреплённые, и сами они огромные и страшные исполины, мы же были пред ними, как саранча» (Чис. 13:29, 34). Апостолы поступали не так, как эти ходоки и разведчики: Он обещал им отдать землю, но они сами испугались; апостолам же Он сказал: «В эту ночь вы соблазнитесь о Мне, ибо Я стражду за мир» (Мф. 26:31), — и они не смогли противиться силе.

«Они, всё собрание, услышав это, плакали всю ночь и роптали на Моисея и Аарона, говоря: „Лучше бы нам умереть в земле Египетской, нежели в этой пустыне! И для чего Господь ведёт нас в эту землю — чтобы мы погибли в бою, а наши жены и дети стали добычей?” И начали люди говорить друг другу: „Возвратимся в Египет, поставив себе начальника”. Услышав это, Иисус Навин и Халев, сын Иефоннии из колена Иудина, разодрав свои одежды, сказали (Как Халев, говоря после Иисуса, разодрал полностью свои одежды, так и Пётр, верховный апостол, сказал Иисусу Христу: «Если и все соблазнятся, я не соблазнюсь, хотя бы и пришлось мне умереть с Тобою» (Мф. 26:33, 35) всему сообществу сынов Израилевых: „Та земля, которую мы осматривали, хороша; Господь благоволит к нам и даст нам её, вы же не бойтесь народа этой земли, ибо он дан нам на съедение, так как прошло их время, а с нами Господь; не бойтесь их”» (Чис. 14:1–4, 6–9). Так и Господь наш Иисус Христос великие свои блага дал роду человеческому: глухим слух, слепым прозрение, остальным же обещал Царство Небесное.

«И сказало всё общество: „Побить их камнями!” Но слава Господня явилась в облаке над скинией собрания, и все сыны Израилевы увидели [её]» (Чис. 14:10), и ужас напал на всё собрание, и рассыпалось их злоумышление, о котором они сговаривались, против Иисуса и Халева. Так и всемогущий Творец Владыка Господь рассеял весь иудейский народ, изрекавший хулу на Иисуса Христа Сына Божия.

О чудо дивное! Как вы, видя славу Божию, воюющую за вас, испугались немощного врага?! И вы же, последний окаянный род, видев славу Сына Божия, отреклись он Него перед лицом Пилата и, как злодея, распяли Его на кресте. Однако сбудется на вас изречение Давида, сказанное в 77-м псалме: «Род, который не исправил сердца своего и неверен Богу духом своим» (Пс. 77:8).

После этого сообщество сыновей Корея было сожжено небесным огнём, когда они хотели принести жертву Богу без правды[963] (см.: Чис. 16:1–40). Ему уподобились Анна и Каиафа, которые тогда были священниками: осудив, они предали [смерти] Судию всех, сказав: «Лучше одному Иисусу умереть за многих» (Ин. 18:14). Так и Дафан с Авироном, возроптавшие на Моисея, были поглощены землёй (см.: Чис. 16:31–32).

После этого «на другой день сыны Израилевы возроптали на Моисея и Аарона, говоря: „Вы умертвили народ Господень”. Господь сказал Моисею и Аарону, говоря: „Уйдите из среды этого общества, и Я погублю их”. Но Моисей и Аарон пали ниц, молясь Господу. И сказал Моисей Аарону: „Возьми кадильницу и положи в неё курения, беги в стан и очисти людей, ибо пал на них гнев от лица Господня”. Аарон сделал, как сказал Моисей. В народе уже началась погибель, и он стал между мёртвыми и живыми, и поражение прекратилось. И умерло от того поражения 14 700, кроме умерших из-за Корея» (Чис. 16:41, 44–49). Вот сколько народу погибло, роптавшего на Моисея и Аарона. Так и вы теперь заслужили казнь, месть, рабство и вечную муку, возроптав на Иисуса Христа Сына Божия.

После того «сказал Господь Моисею, говоря: „Иди к сынам Израилевым, возьми у них жезлы, по домам их колен, двенадцать жезлов, и напиши имя каждого по домам их колен и положи их пред Господом в скинии собрания”. И сделал Моисей всё, что повелел ему Господь. На другой день Моисей и Аарон вошли в скинию собрания, и вот, жезл Ааронов расцвёл, пустил ветви, дал цвет, и на нем появились орехи. И вынес Моисей все жезлы от лица Господня к сынам Израилевым, и увидели вожди каждый свой жезл, и всё собрание удивлялось. И сказал Господь Моисею: „Положи этот жезл пред храмом собрания на сохранение, пусть он будет знамением для непокорных сынов”» (Чис. 17:1–2, 4, 7–10).

Если это было знамением от Господа, то что вы удивляетесь, что родила Дева? Если этот жезл, не политый, без корня, процвёл и, увлажнённый, выпустил ветку и цвет, то что вы удивляетесь, что родила Дева? Но, как сказано в догматике «Октоиха», идѣже бо хощет б҃г, побѣждаєтьсѧ єстьства чинъ[964].

После этого «всё общество сынов Израилевых пришло и остановилось в Кадесе, и не было воды для общества. Собрались они против Моисея и Аарона, и возроптал народ, говоря: „Лучше было нам, если бы мы и братья наши умерли в погибели пред Господом! Зачем вы привели общество Господне в эту пустыню — чтобы погубить нас и скот наш? Для чего вывели вы нас из Египта в это негодное место, где нельзя сеять?” Моисей и Аарон пошли от лица народа к дверям скинии собрания, пали ниц, и сказал Господь Моисею, говоря: „Возьми жезл и собери общество, ты и брат твой Аарон, и скажите перед ними скале, и она даст из себя воду, и напоите общество”. И сделал Моисей так, как сказал ему Господь: собрал народ и сказал ему: „Послушайте меня, непокорные, разве из этой скалы изведу вам воду?”» (Чис. 20:1–10). Моисей тужил из-за ропота народа, и, так как он медлил из-за смерти сестры[965], то народ наседал на него, прося пить. Видя бесчиние народа, они оба изрекали неподобающие слова из-за их озлобления, и Бог прогневался на них за это. «И поднял Моисей руку свою и ударил в скалу, и потекло много воды» (Чис. 20:11).

О преславное чудо, что из твердокаменной скалы потекла вода! что родила Дева! что в Кане Галилейской вода превратилась в вино повелением Иисуса Христа!

«Господь же тогда сказал Моисею и Аарону, говоря: „Так как вы не поверили, [чтобы] святить Меня пред сынами Израилевыми, то вы не введёте народа сего в землю, которую Я обещал”» (Чис. 20:12). И была она названа водой распри.

После этого преставился Аарон на вершине горы Ор, ибо, [как] сказал Господь, «вы разгневали Меня у вод распри» (см.: Чис. 20:24)[966]. И Елеазар, его сын, был облечён в его одежды. «Народ оплакивал Аарона тридцать дней» (Чис. 20:29).

После этого «пришёл ханаанский царь Арада на бой с сынами Израилевыми, и Господь предал хананеев в повиновение сынам Израилевым (см.: Чис. 21:1–4). После этого они отправились от горы Ор, прошли землю Хорива[967] и остановились в месте под названием Моноан[968]. И стал народ роптать на Моисея, говоря: „Зачем ты вывел нас из Египта? вот, мы устали в пути, а здесь нет ни хлеба, ни воды, а эта негодная пища опротивела нашей душе”. И змеи начали жалить их на этом месте из-за их ропота, ибо они возроптали, и многие из них стали умирать, так как Господь не боролся за них. И пришёл народ к Моисею и сказал: „Согрешили мы перед тобой, что говорили против тебя; ты же помолись о нас Господу, чтоб Он прогнал от нас этих ядовитых змей”. И взмолился Моисей Господу о несчастии народа, и сошёл к нему ангел Господень, говоря: „Сделай себе медное изображение ядовитой змеи (Чис. 21:1, 3–8) и пронзи её посередине копьём, чтобы это стало видимым для всех знаком, и сделай это изображение таким, каким видишь меня”». И ангел распростёр свои руки поперёк, что есть прообраз и свидетельство распятого Иисуса Христа. Он ещё сказал: „Взглянув на это знамя, ужаленный останется жив (Чис. 21:8); благодаря этому образу вредоносный яд минует всякого человека”[969]. Моисей поспешил выковать из меди змею, укрепил её высоко на копьё и научил их говорить так: „Если кого ужалит змея, пусть говорит: Боже, Моисеева знамения ради помилуй меня”, — и поставил её среди народа.

Моисей потому исцелял ужаленных, что пронзённая змея имела образ креста, и все ужаленные, взглянув на неё, становились здоровыми. Так и, когда Христос был распят, вся человеческая природа исцелилась от язвы греха. Но если медная змея была образом змеи, не имея в себе природы змеи, то Сын Божий, соприсносущный Отцу и [Святому] Духу и собезначальный с Ними, по милосердию вместил человеческую природу, кроме греха. Пойми, что ни медь, ни змея не производят исцеления; исцеление происходит, когда они становятся образом креста. Им обличилось зло лукавого змия: древле в раю змий прельстил вкусить от древа, ныне же [Моисей] пронзил змею деревянным копьём и изобразил крест, то есть сделал из змеи образ креста, чтобы крестом обличить коварство змия; тем самым змий побеждён, крест же прославился.

После этого Израиль поднялся и стал занимать землю иноплеменников остриём меча и уничтожил Ога, царя Васанского (см.: Чис. 21:33–35).

«Валак, сын Сепфоров[970], услышал обо всём, что сделал Израиль аморреям, сильно испугался и послал послов к Валааму, сыну Веорову, чтобы позвать его и сказать: „Вот, народ вышел из Египта, приди, прокляни мне их, ибо я знаю, что кого ты благословишь, тот благословен, а кого ты проклянёшь, тот проклят.” Послы пришли к Валааму и пересказали ему слова царя Валака. И он сказал им: „Переночуйте здесь ночь, и я отвечу вам, что скажет мне Господь”. И остались старейшины моавитские у Валаама. Валаам пробудился сна своего и сказал: „Идите к своему царю Валаку, ибо я не буду проклинать пришедший народ”. Они передали это Валаку. Валак вновь попытался призвать Валаама. Валаам поутру оседлал ослицу свою, пошёл, и вот, ангел Божий, заградив ему дорогу, стал перед его ослицей. Ослица, устрашившись его вида, упала и придавила Валааму ногу. Валаам стал бить её в ярости, ослица же сверх естества заговорила человеческим языком» (Чис. 22:2–3, 5–8, 13–15, 21–23, 28).

Бог пожелал устрашить его сверхъестественной речью ослицы и видом ангела, чтобы Валаам узнал, что Бог заботится о людях и если кому Бог захочет помогать, того человек обидеть не сможет.

«Увидев ангела, Валаам сказал ему: „Согрешил я, ибо не знал, что ты стоишь на пути; и теперь, если это тебе неугодно, я возвращусь”. И сказал ангел: „Пойди с этими людьми, только говори то, что Я буду говорить тебе”» (Чис. 33–35).

Бог не попустил Валааму проклясть сынов Израилевых ещё и потому, что сыны Израилевы часто грешили перед Господом и Господь по их беззакониям часто мучил их; Бог не попустил Валааму проклясть народ Израиля, чтобы другие народы не сказали, будто Господь Бог мучит их из-за проклятия Валаама.

«Валак услышал, что идёт Валаам, и вышел навстречу ему. Когда они вошли в город, сказал Валаам Валаку: „Построй мне семь жертвенников и приготовь семь тельцов и семь овнов”. Валак сделал всё, что он ему повелел. Валаам возложил всё на жертвенник и сказал Валаку: „Ты встань у своего жертвенника, а я пойду; может быть, Бог явится мне, и слово, которое Он мне скажет, я открою тебе”. И вот, Валаам пошёл вопросить Бога, и Дух Божий был на Валааме, и он начал говорить: „Из Месопотамии привёл меня Валак, царь Моава, прося меня: Прокляни Иакова, прокляни Израиля! Как я прокляну того, кого не проклинает Бог! Что я прокляну, чего не проклинает Господь! С вершины гор я вижу его и с холмов смотрю на него: вот, этот народ поселится здесь и не уйдёт из этих пределов. Кто исчислит племя Иакова? Кто изочтёт сообщество Израилево? Да умрёт душа моя смертью праведников, и да будет народ мой, как их народ!”

Валак, услышав эти слова, сказал Валааму: „Я призвал тебя проклясть моих врагов, а ты вот благословил их благословением”. Валаам же сказал ему: „Вот, что вложил Бог в мои уста, то я в точности говорю”» (Чис. 22:36; 23:1–3, 7–12).

Тогда Валак предложил Валааму пойти на другое место, соорудить там жертвенники и возложить на них жертвы. «Валаам сказал ему: „Постой у своего жертвенника, а я пойду вопросить Бога”. Валаам так и поступил, и Бог вложил слово в уста Валааму, и сказал Валаам: „Встань, Валак, и послушай, внимай сему откровению, сын Сепфоров. Не как человек Бог помогает тебе и не как сын человеческий запрещает. Он ли, сказав, не сделает, будет говорить и не исполнит? Я благословляю их [Его] благословением и не могу изменить [сего]. Не будет бедствия в Иакове и несчастья в Израиле, ибо Господь, Бог его, с ним, и славный вождь у них. Бог их вывел их из Египта во славу единорога его; нет ворожбы в Иакове, ни волшебства в Израиле. Вот, народ Иакова, как львица, встаёт и, как лев, поднимается; не ляжет, пока не съест добычи и не напьётся крови убитых”.

И сказал Валак Валааму: „Ни проклятьями не кляни его, ни благословением не благословляй его”. Валаам ответил: „Не говорил ли я тебе, царь, что я буду делать по слову, которое скажет мне Господь?”» (Чис. 23:15–16, 18–26).

Валак предложил Валааму взойти на третье место, соорудил жертвенник и возложил на него всё принесённое. «Валаам же понял, что Богу угодно благословлять Израиля, и, подняв свои глаза, он увидел вооружённого Израиля, [стоявшего] по коленам своим. И был на нём Дух Божий, и, обратившись к его стану, он сказал: „Говорит Валаам, сын Веоров, муж, видящий истину, который видел видение Божие во сне. Как прекрасны шатры твои, Иаков, и жилища твои, Израиль! Как долины, расстилаются они, как сады при реках, как дерева, которые насадил Господь, как кедры при водах. Выйдет Человек из племени твоего и овладеет многими народами, и вознесётся Его царство, и возвысится царство Его. Бог вывел Его из Египта, слава единорога у Него, Он пожрёт народы, враждебные Ему, силу их истощит, и стрелами своими поразит врага. Возлёг, отдыхает, как лев, и, как львёнка, кто поднимет Его? Благословляющие Его благословятся, и проклинающие Его прокляты”» (Чис. 24:1–9).

Слышал ли ты, исполненный неверия жидовин, слово пророчества Валаама о Единородном Сыне Божием, названном единорогом?[971] Ужас, как это страшно и удивительно! Он, «рождённый, не сотворённый»[972], не имеющий ни конца, ни начала — и овладевает народами, и Господь «вознесёт его царство»! Смотри и разумей: Спаситель есть Господь, узнанный нами, и «Царствию Его не будет конца»[973]. «Возлёг, отдыхает, как лев, и, как львёнка, кто поднимет Его?» — видишь, как всё это изведано Им Самим, ибо Он добровольно пострадал, по собственному решению положен был во гроб и [своею] властью воскрес. Но, как сказано, «благословляющие Его благословятся, и проклинающие Его прокляты», так что не обманывайтесь, окаянные иудеи.

Мы же вернёмся к повествованию.

«И разгневался Валак на Валаама, всплеснул руками своими и сказал: „Я призвал тебя проклясть врагов моих, а ты благословением благословляешь их уже третий раз; теперь беги в своё место; я хотел почтить тебя, но Господь ныне лишил тебя славы”. Валаам же сказал: „Я говорил твоим послам: Хотя бы давал мне Валак дом, полный золота и серебра, я не смогу преступить слова Божия, чтобы сделать что-либо доброе или худое по своему произволу. Ныне я иду к своему месту; я, Валаам, сын Веоров, муж истины, видящий и слышащий слова Божии, имеющий ведение от Всевышнего и видение Божие во сне, [но] открыты очи его; ныне, царь Валак, послушай, что я скажу перед всем твоим станом, что обретут эти люди в последние дни: воссияет звезда от Иакова, и восстанет человек от Израиля[974], и сразит князей Моава, и пленит всех сыновей Сифовых, и Эдем[975] будет под владением”» (Чис. 24:10–18).

Видишь, жидовин, «воссияет звезда от Иакова», о ней же расскажем тебе впоследствии; «восстанет человек от Израиля» — воистину это произошло, ибо наш Спаситель стал человеком, облекшись в тело; Он «сразит всех князей Моава», моавитянами же называются неверные, то есть вы; а то, что Он «пленит всех сыновей Сифовых», то это вот что: когда Адам преступил заповедь Господа Бога, то из-за этого преступления Сиф и все жившие после него пребывали во тьме ада; но когда Господь был распят и считался мёртвым, Он сошёл во ад, и навеки связал ад нерасторжимыми узами, и Адама воскресил, и Еву освободил, и Сифа вывел, и сыновей его пленил[976], ибо Он был «первенец из мертвых» (Кол. 1:18) и Эдем будет Его областью; Эдемом называется рай, который древле был затворен из-за нашего преступления, Всемогущий Творец открыл нам его и повелевает быть жителями рая.

Мы же вернёмся к повествованию.

Как сказано в Писании, [еврейский] «народ осквернился блудодеянием: к нему пришли дочери Моава, пригласили народ к жертвам своих богов, и народ ел их жертвы и кланялся их идолам. И стал Израиль служить Ваал-Фегору[977], который был самым известным их идолом. И разгневался Господь яростью на Израиля и сказал Моисею: „Собери всех начальников народа и обличи их перед солнцем, чтобы отвратить мой гнев и ярость”. И сказал Моисей всему собранию Израилеву: „Убейте каждый своего друга, служившего Ваал-Фегору”. И вот, некто из сынов Израилевых по имени Финеес увидел своего ближнего с мадианитянкой, пронзил их копьём и поднял вверх перед собранием, чтобы все увидели и убоялись» (Чис. 25:1–6, 8). О нём сказал и великий Давид в 105 псалме: «Сей Финеес угодил, и остановилась бойня, и это вменено ему в праведность в род и род во веки» (Пс. 105:30–31). Этот Финеес был сыном Елеазара, внуком священника Аарона. «И прекратилось поражение сынов Израилевых, умерших же от поражения было двадцать четыре тысячи. Имя пронзённого израильтянина было Зимри, сын Салу, из колена Симеонова, а имя пронзенной с ним мадианитянки Хазва, дочь Цура, начальника земли Оммофа, из племени Мадиамского» (Чис. 25:8–9, 14–15).

Господь повелел Моисею исчислить израильский народ от двадцати лет и выше, который сражается с мадианитянами. Моисей исчислил их, и оказалось их исчисленными 601 630, в колене же Левия 23 000. [Был исчислен] весь мужеский пол от одного месяца (См. Чис. 26:1, 51, 62)[978].

После этого «Господь сказал Моисею: „Отомсти мадианитянам за сынов Израилевых, а потом приложись к народу своему”. И сказал Моисей народу, говоря: „Вооружите из себя людей и идите пред Богом на войну против Мадиама совершить отмщение Господне над мадианитянами”. И вооружилось из каждого колена по тысяче, и было их 12 тысяч. И ополчились они против мадианитян, и убили всех мужеского пола, и царей мадиамских убили вместе с теми убитыми: Евия, Рекема, Цура, Хура и Реву — пять царей мадиамских, и Валаама, сына Веорова, убили мечом [вместе] с теми убитыми. И всю их землю полонили, и жён их и детей их, а всё, что было в их селениях и домах, сожгли огнём» (Чис. 31:1–3, 5, 7–10).

И вышел Моисей со священником Елеазаром из Рамофа, что близ Иордана, и не позволил воинам войти в свой стан; «Моисей разгневался на них и на их военачальников, говоря: „Для чего вы привели всех женщин? Разве не они, по совету Валаама, совратили сынов Израилевых к поношению слова Господня и к угождению Ваал-Фегора? Итак, убейте весь мужеский пол и всех женщин, познавших мужское тело, а те, которые не познали мужа, пусть живут”» (Чис. 31:14–18).

Моисей разгневался на женщин-мадианитянок из-за происшедшей погибели вследствие [поклонения] Ваал-Фегору, которое Валаам, сыном Веора, присоветовал царю Валаку, сказав так: «Бог Израилев не любит скверны и греховного блуда; теперь, царь Валак, пошли к ним еду и питие, а за ними жен-мадианитянок; приходя к ним, пусть каждая держит своего идола у своей груди; когда кто захочет блудить с ними, пусть они скажут так: если он поклонится сему Ваал-Фегору, то и мы будем с ним». Услышав это, Валак сделал так, как ему посоветовали. И люди поклонялись Ваал-Фегору ради блуда, и оттого пришла к ним погибель, и оттого мадианитянам было воздано отмщение.

«По повелению Господа Моисей записал станы сынов Израилевых, и вот станы [на пути] их шествия.

Они отправились из Раамсеса в первый месяц, который [у нас] называется мартом. В пятнадцатый день сыны Израилевы вышли под рукою высокою перед всеми египтянами, и расположились в 2) Сокхофе; 3) [отправившись] оттуда, они расположились в Ефаме; 4) потом остановились в устье Пи-Гахирофы; 5) затем они [пришли] в Мигдол; 6) потом в Пи-Гахирофу и потом шли три дня через пустыню; 7) затем встали в Мерре; 8) потом расположились в Елиме, где было двенадцать источников воды и семьдесят финиковых дерев; 9) [отправившись] оттуда, расположились у Красного моря; 10) [отправившись] оттуда, остановились в пустыне Син; 11) [отправившись] оттуда, остановились в Рафате[979]; 12) после этого в Алуше; 13) потом в Рефидиме; 14) потом в Синайской пустыне; 15) после этого в Гробах похоти (Киброт-Гаттааве)[980]; 16) потом в Асирофе; потом 17-й стан в Рифме Фаресовой; потом 18-й стан в Ливне; потом 19-й стан в Риссе; 20) потом в Кегелафе; потом 21-й стан [на горе] Шафер; потом 22-й в Хараде; потом 23-й стан в Макелофе; 24) потом расположились в Тахафе; 25) потом в Тарахе; 26) потом в Мифке; 27) потом в Хашмоне; 28) в Мосерофе; 29) потом в Бене-Яакане; 30) потом на горе Хор-Агидгаде; 31-й стан [в] Иотвафе;[981] 32) потом в Ецион-Гавере; 33) затем в пустыне Син; 34) потом в [пустыне] Фаран, она же Кадес; 35) потом на горе Ор, у пределов земли [обетованной], где умер священник Аарон, брат Моисея, на сороковом году после исхода сынов Израилевых из Египта, в первый день пятого месяца, всего же Аарон прожил 125 лет; 36) потом расположились в Салмоне; 37) потом в Пуноне; 38) потом в Овофе; 39) потом на другой половине пределов Моава; 40) потом остановились в Дивон-Гаде; 41) потом расположились в Алмон-Дивлафаиме; 42) потом остановились в горах Аваримских пред Нево; 43) потом расположились на западе Моава на Иордане [против] Иерихона; 44-й стан — [против] Иерихона между Беф-Иешимофом и Аве-Ситтимом» (Чис. 33:2–3, 5–18, 20–33, 35–39, 41–49).

Великий Моисей записал станы сынов Израилевых ради того, чтобы потомки поняли, что поспешением Божиим они прошли пустынные, непроходимые и безводные места, идучи к земле обетованной.

После этого Господь сказал Моисею: «Да будет это у вас законным порядком в родах ваших, во всех селениях ваших. Если кто убьёт человека перед свидетелями, то убийцу должно убить; но один свидетель не может свидетельствовать, [чтобы осудить] душу на смерть. И не берите выкупа за душу убийцы, который повинен смерти, но его должно предать смерти. И не берите выкупа за убежавшего в город убежища, чтобы жить, пока не умрёт великий священник[982]. Да не погибнет земля, на которой вы будете жить, ибо кровь убивает землю, и земля не очистится от пролитой на ней крови, только кровью пролившего её. Да не осквернится земля, на которой вы живете, на которой поселюсь и Я среди вас, [ибо] Я — Господь» (Чис. 35:29–34).

Слышишь, окаянный жидовин, как Господь не утаил от своего угодника Моисея, что Он хотел поселиться среди сынов Израилевых и облечься в плоть, как человек.

ИЗ КНИГИ «ВТОРОЗАКОНИЕ» («ДЕВТЕРОНОМИЯ»)[983]

Моисей сказал израильскому народу: «Да не будет у тебя иных богов, и не делай себе кумира и никакого изображения» (Втор. 5:7–8). То есть будешь служить не языческому многобожию, но единому Богу — единосущному, несотворенному, нераздельному, неизменному, а не так, как говорят некоторые из еретиков, лживо и вздорно, будто несотворенный Отец — это одно существо, а сотворённый Сын — другое[984]. Они говорят это от недомыслия себе на погибель, а мы исповедуем Отца, и Сына, и Святого Духа вместе, равно и прежде веков единосущными, равночестными[985], в едином поклонении славословим, восклицая, подобно херувимам: «Свят, свят, свят!»

В те времена многие народы создавали идолов в соответствии со своими обычаями и в заблуждении обожествляли их; от них-то великий Моисей и повелевает уклоняться, потому что они (евреи) занимали их землю.

Господь сказал Моисею: «Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель» (Втор. 5:9). Используя имена человеческого [языка], Бог говорит: «Я Бог ревнитель». Как муж, видя свою жену, ревнует о том, чтобы она не преступала закон его, так и Бог, желая отвратить их от их зловерия и ропота, являет Собой не только Ревнителя, но и «Огнь поядающий» (Втор. 4:24), и «Воздаятеля вины отцов детям до третьего и четвёртого рода» (Втор. 5:9). Этими словами Он показывает, что для пребывающих в грехе своих отцов Он явится мучителем, а отвращающимся от греха Он обещает спасение.

Моисей сказал: «Все заповеди, которые я заповедую, исполняйте, дабы вы были живы и многократно умножились, увидели и завладели землёю, о которой Господь клялся нашим отцам. И помни свой путь, которым вёл тебя Господь Бог твой, чтобы испытать тебя и узнать, что в сердце твоём, будешь ли хранить заповеди Его, или нет. Он томил тебя голодом и смирял тебя, питая манною в пустыне» (Втор. 8:1–3).

Слышишь, жидовин, как хорошо Моисей показал тебе Ведающего сердца и душевные тайные помыслы: Кто древле «питал тебя манною в пустыне», Тот за твоё растление «смирит тебя и уморит голодом». И это сбылось над вами, окаянные: вы были заморены голодом и теперь, как бы терпя желчь на языке, рабствуете на всей земле.

Моисей сказал: «Слушай, Израиль: ты перейдёшь Иордан, чтобы войти и овладеть народом великим и страшным, который сильнее вас, городами большими с укреплениями до небес, людьми огромными и мстительными, [о которых] ты слышал: „Кто устоит против лица сынов Енаковых?” Ныне же Господь Бог твой идёт пред лицом твоим, Он низложит их, Он истребит их, ибо Он как огнь поядающий. Когда Господь Бог твой истребит их, не говори в сердце своём: „Ради нашей праведности погубил их Господь перед лицом нашим”. Ибо не ради вашей праведности уничтожит их Господь Бог и не ради праведности ваших сердец ты входишь овладеть их землёй, но за беззакония этих народов Господь изгоняет их от лица твоего» (Втор. 9:1–5).

Слышите, иудеи, как пророчествует о вас великий Моисей, предсказывая ваше нечестие перед лицом вашим? Но как Господь погубил сыновей Енаковых и земли тех народов перед лицом вашим, так и вас, окаянные иудеи, Господь Бог погубил перед лицом христиан за беззаконие ваше.

Моисей сказал: «Дабы исполнить обет, которым клялся Господь отцам нашим Аврааму, Исааку и Иакову, передать им землю, посему знай ныне, что не за праведность твою Господь Бог даёт тебе добрую землёю, ибо ты народ жестоковыйный. Вспомни, сколько ты раздражал Бога твоего в пустыне: с тех пор как вы вышли из Египта и пока не пришли на это место, вы не покорялись, грешили перед Господом. И в Хориве вы раздражали [Господа]. И говорил мне Господь, не раз и не два сказал так: „Народ этот жестоковыйный, не удерживай Меня, и Я истреблю их и изглажу имя их из поднебесной, а от тебя произведу народ больше и сильнее их”» (Втор. 9:5–8, 14).

Ты слышал, жидовин, какое великое множество раз ты согрешил перед Господом, а Господь приходил к решению истребить тебя за беззаконие, о чём говорил и божественный Давид в одиннадцатой кафизме[986]: «[И хотел истребить их], если бы Моисей, избранный Его, не стал пред Ним в сокрушении отвратить ярость [Его]» (Пс. 105:23).

Моисей сказал: «Я повернулся и пошёл с горы, гора же пылала огнём; две скрижали завета были в руках моих; увидев, что вы согрешили против Господа Бога вашего, сделали себе литого тельца, скоро уклонились от пути, который заповедал вам Господь, я взял обе скрижали, бросил их из рук своих и разбил их пред вами, рассудив о вас, что этот народ не достоин и естественного законодательства» (Втор. 9:15–17); скрижали благоговения были подобны выкупу, который нечего давать за невесту, согрешившую прежде [брачного] чертога.

«Я вторично молился пред Господом, как и в первый раз, сорок дней и сорок ночей, хлеба не ел и воды не пил, за все грехи ваши, которыми вы согрешили, сделав зло пред Господом Богом вашим, прогневив [Его]; я страшился гнева и ярости, которыми Господь прогневался на вас, чтобы погубить вас. И послушал меня Господь на сей раз и разгневался на Аарона, говоря, что очень хочет погубить его. И я молился и за Аарона в то время. И в Гробах похоти (Киброт-Гаттааве) вы раздражили Господа Бога вашего. И когда Господь посылал вас из Кадеса, говоря: „Пойдите, овладейте землёю, которую Я даю вам», — то вы не послушали повеления Господа Бога вашего, и не поверили Ему, и были непокорны Господу» (Втор. 9:18–20, 22–24).

«После этого сказал мне Господь: „Вытеши себе две скрижали каменные, подобные первым”. Я сделал их и взошёл на гору к Господу Богу моему, а две скрижали были в моих руках. И Господь написал на скрижалях, как и в первый раз, десять слов, которые изрёк вам Господь на горе средь огня» (Втор. 10:1; 9:10).

Слово первое: «Да не будет у тебя других богов, кроме Меня» (Втор. 5:7).

[Слово] второе: «Не сотвори себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в водах под землёй, и не поклоняйся им и не служи им; Я — Господь, Бог твой» (Втор. 5:8–9).

[Слово] третье: «Не произноси имени Господа всуе, ибо Господь избавится от употребляющего имя Его всуе» (Втор. 5:11).

[Слово] четвёртое: «Помни день субботний, освящая [его]; шесть дней работай и делай всякие дела, а день седьмой, субботний, — Господу Богу твоему; не делай тогда дел своих ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни слуга твой, ни служанка твоя, ни вол твой, ни осел твой, ни всякий скот твой, ни пришелец, живущий у тебя; ибо в шесть дней создал Господь небо и землю и всё, что в них, а в седьмой день Бог почил, и посему Бог благословил и освятил день седьмой» (Втор. 5:12–14; Исх. 20:11).

[Слово] пятое: «Чти отца и матерь свою, чтобы хорошо тебе было, и продлятся дни твои на доброй земле, которую Господь Бог твой даст тебе» (Втор. 5:16).

[Слово] шестое: «Не прелюбодействуй» (Втор: 5:18).

[Слово] седьмое: «Не укради» (Втор. 5:19).

[Слово] восьмое: «Не убий» (Втор. 5:17).

[Слово] девятое: «Не лги, не лжесвидетельствуй на ближнего твоего» (Втор. 5:20).

[Слово] десятое: «Не желай жены ближнего твоего, ни дома его, ни поля его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни всякого скота его, — ничего, что есть у ближнего [твоего]» (Втор. 5:21).

«И дал мне Господь эти слова, начертанные на каменных скрижалях Божиим перстом, какие были и в первый раз. Я же повернулся и сошёл с горы, и вложил скрижали закона в ковчег из негниющего дерева» (Втор. 10:4–5). Эту негниющую древесину они захватили, когда уходили из Египта.

Ты захочешь возразить мне, жидовин, от Десятисловия Божия, которое начертано на скрижалях, где Он сказал: «Да не будет у тебя других богов, кроме Меня»? Слушай же ты, окаянный, осуждаемый Десятисловием Божиим: отделяя Отца от Сына, ты будешь отлучён от Божией благодати; ты отделяешь Святой Дух — не исполняешь закон и не познал Творца — Святого Духа, единого с Отцом и Сыном, ибо Троица, в единстве различающаяся ипостасями, но ипостасями, едиными по природе, созидает тварь; Отец, и Сын, и Святой Дух есть безначальный Свет — и Он создал свет; Его славят и Ему поклоняются ангелы, Его воспевают херувимы, Ему предстоят начала и власти, престолы, господства с архангелами, говоря: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! Исполнены небо и земля славы Твоей!» (Ис. 6:3).

Во втором [слове]: «Не сотвори себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в водах под землёй, и не поклоняйся им; Я — Господь, Бог твой» — усмотри наставление Владыки. Он вас учит, как милосердный отец детей: видя, что вы хотите послужить языческому многобожию, Он с угрозой запрещает вам, но вы по безумию прилепились к языческим идолам. Ваш праотец Иаков, великий патриарх, придя в Ханаанскую землю из Месопотамии и идя из Сихема в Вефиль, собрал чужих «богов», «золотых и серебряных, каменных и деревянных» (Втор. 29:17), и закопал их под дубом, где умерла Девора, кормилица Ревекки. Ради чего он закопал их? Не бесчестию ли он предал их, запрещая своим детям и внукам поклоняться им, этим истуканам, чтобы и сами они, погибнув в грехе, не обратились в прах? Вы же многократно поклонялись этим идолам, из-за чего и подверглись многим наказаниям. Не считаешь ли ты хулой наше почитание, что мы покланяемся нашим честным иконам, написав [на них] образ Владыки нашего, Господа Иисуса Христа?[987] Никак не изобразим тот, кого мы не видели. Как мы можем изобразить Неописуемого, Кто в огненном облаке являлся Моисею, в буре и в вихре являлся Иову Авситидийскому[988] и Илие Фесвитянину (см. 4 Цар. 2:11)? Нам же Он явился не в огне, не в облаке и не в буре, но во плоти родилась нам Жизнь всяческих.

Изобразив Рождество Господа нашего Иисуса Христа, мы проповедуем Его милосердие и заботу о погибшем роде человеческом[989].

Изобразив Сретение, когда Симеон в храме принял [Его] на руки, мы проповедуем окончание, уход закона Моисеева.

Изобразив Крещение, мы проповедуем начало и установление Нового Завета: здесь глас Отца был обращён с Неба к Иоанну и Святой Дух сошёл в образе голубя. Прежде веков Открывшийся в Троице, сказав: «сотворим человека», — здесь Он явился Отцом глаголющим, Сыном крещаемым и Духом Святым, осеняющим благодатью; и Ипостась завершилась в единстве, и Открывшийся в слове явился.

Мы изображаем и Преображение, когда в свете мы видели Свет, когда Он представил живыми Моисея и Илию и Отец вновь свидетельствовал о Себе глаголом, когда Он привел Петра, Иакова и Иоанна в качестве свидетелей, которых Он своим блистанием уверил быть свидетелями и очевидцами божественного чуда, — Сына с Отцом и со Святым Духом нераздельно славим.

Мы изображаем и Его божественное чудо, когда Он воскресил из мёртвых четверодневного Лазаря.

Мы изображаем и Праздник ваий, о котором сказал пророк: «Застелите Ему путь, ездящему по земле…»[990]. Народы ещё не успели уверовать, когда Христос приехал из Вифании [в Иерусалим] на молодом осле и когда еврейские дети восхваляли и восклицали: «Осанна в вышних! Благословен Грядущий во имя Господне!» (Мф. 21:9). Эти дети подобны нам, язычникам: матери ещё кормили их грудью, а они стали учителями родителям и иудейским начальникам и книжникам; так и мы, некогда пребывавшие в забвении, ныне же, питаясь Евангелием Христовым, стали учителями неверным, детям и окаянным иудеям.

Мы изображаем божественные страсти Того, Кто облёкся в плоть и плотской природой добровольно пострадал от беззаконных иудеев, таким образом показав своим ученикам, как всемогущий Творец от немощных претерпел оплевание, избиение, увенчание [терновым венцом], поругание и распятие. Видя это, мы изображаем благодарение и милосердие Владыки и изумляемся тогда вашему жестокому, окаянные, неистовству.

Изображаем мы и Его божественное трёхдневное пребывание во гробе, и шестьдесят ваших воинов, охраняющих Его, сидящих подле гроба; они запечатали гроб печатью, но не почувствовали, когда Он воскрес[991].

Мы изображаем Его божественное пресветлое Вознесение, когда Он, придя с миром к своим ученикам, через сорок дней взошёл на Небеса, обещав своим святым апостолам Святого Духа — начала твари, причастника Отцу и Сыну, нераздельного [с Ними] в единстве.

Мы изображаем и Пятидесятницу — сошествие Святого Духа в виде огня. И мы прославили Его, Безначального, со Отцом и Сыном; Он открылся в начале творения[992] и тут не утаил благодати. Ипостась Отца мы слышали, явившегося Сына видели, и сходящего Святого Духа [познали] в единой силе и едином действии. Открывшийся прежде прославился: непознанный в Израиле — среди народов был прославлен.

Мы изображаем и Успение Владычицы нашей, Богородицы и Приснодевы Марии, когда наш Спаситель, Вседержитель и Творец своими пречистыми руками принял душу [своей] Матери[993].

Как же нам не хотеть изобразить таковое Его милосердие и преблагие Его чудеса! Однако и сам Он, наш Спаситель, повелел апостолу Луке, проповеднику Евангелия, написать Его образ и [образ] Его Матери, истинной Богородицы[994].

Смотри: там десять заповедей православной веры были узаконены Господом Богом, здесь же — с присовокуплением двенадцати господских праздников[995]; там — слово, здесь — дело, единым Господом данные нам. Мы поклоняемся кресту, не делая из него бога, но вспоминаем Распятого на нём плотью, но невредимого божеством; вспоминаем и Адама, соблазнившегося через Змия о древе [познания добра и зла], вспоминаем и Иисуса Христа, убившего Змия крестом и давшего нам на одоление лютого воителя диавола как бы царский скипетр. Если воины увидят кого-то одетым в невзрачные одежды, но имеющего скипетр, то разумеют, что он имеет царское отличие. Так и честной крест дан нам для победы над врагом. Проще говоря, не делайте так, как некогда вы поклонились тельцу и тем самым променяли славу Господа Бога вашего на изображение тельца.

Что касается заповеди: «Не произноси имени Господа всуе, ибо Господь избавится от употребляющего безумно имя Его», — [то в ней имеется в виду] ваше [безумие]: это вы служили идолу Ваала — употребили безумно имя Господне (см. Суд. 2:11; 3:7; 8:33; 10:6); и при Иеровоаме вы служили златокованым тельцам, говоря: «Вот бог твой, Израиль» (3 Цар. 12:28); и при Ахаве — Ваалу, в безумии своём присоединяя славу Господню.

Если вы что-то говорите против святых икон, которым мы поклоняемся и возносим честь, подобающую образу Божию, то и в вашем законе была икона, изображающая херувимов, осеняющих ковчег (см. Исх. 25:17–20). Так и мы, взирая на образ, оказываем честь образу честной иконы как самому Творцу[996].

В четвёртом слове сказано: «Помни дни субботние, чтобы освящать их; шесть дней работай и делай всякие дела, а день седьмой, субботний, — Господу Богу твоему; не делай тогда дел своих ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни слуга твой, ни служанка твоя, ни вол твой, ни осел твой, ни всякий скот твой, ни пришелец, живущий у тебя; ибо в шесть дней создал Господь небо и землю и всё, что в них, а в седьмой день Бог почил, и посему Бог благословил и освятил день седьмой», ибо суббота есть день, ознаменованный упокоением Господа во гробе. Святое же воскресение стало дивным началом. В субботу, как пишет [Моисей], «опочил Бог от дел своих», так что мы полагаем начало святой Страстной седмицы в воскресенье[997]. В том, что Творец опочил от своих дел в субботу, Он явил нам прообраз своего пришествия во плоти, [ибо] Творец предвидел, что Ему должно будет опочить во гробе в день седьмой. Святое же воскресенье Он сделал нам началом веселья, ибо в этот [день] Живодавец воскрес во плоти из гроба.

Пятое слово о почитании родителей, шестое — «Не прелюбодействуй», седьмое — «Не укради», восьмое — «Не убий», девятое — «Не лжесвидетельствуй», десятое — «Не пожелай ничего, что есть у ближнего твоего». То же заповедовал нам и Господь наш, Иисус Христос-человеколюбец в святом Евангелии.

Затем Моисей сказал: «Если найдётся среди тебя в одном из твоих городов, которые Господь даёт тебе, мужчина или женщина, [кто] сделает зло пред Господом Богом твоим, преступит завет Его — пойдёт и станет служить иным богам, и поклонится Солнцу и Месяцу или всему воинству небесному, чего я не повелел тебе, и тебе возвещено будет, то ты хорошо разыщи; и если это воистину верно и это будет мерзостью в Израиле, то выведи мужчину или женщину ту, которые сделали это злое дело, за ворота, чтобы их побили камнями до смерти» (Втор. 17:2–5).

Моисей высказал им эту угрозу, потому что знал, что они — люди крови[998] и были весьма развратны, много раз раздражали его, поклоняясь истуканам; на них находили от Бога погибель и болезни, они на время смирялись и снова начинали гордиться, быстро забывая о Его благодати; оттого он и запрещает им это, угрожая смертью, что им предстояло занять города тех, кто сотворил себе много богов и поклонялся твари; оттого Моисей и угрожал им, чтобы они не уклонились к их многобожию. Мы же знаем: бывшие тогда иудеи жили с Богом; ныне же знаем их отпадшими [от Бога].

«Когда ты войдёшь в землю, которую дал тебе Господь Бог, то не учись делать мерзости этих народов; пусть не будет среди вас очищающего огнём своих сыновей и своих дочерей, вопрошающего оракула, прорицателя, чародея, вызывающего духов, гадателя по внутренностям, наблюдающего знамения и вопрошающего мёртвых; мерзок пред Господом всякий, делающий это. Из-за этих-то мерзостей Господь Бог изгонит их от лица твоего. Будешь совершенным пред Господом Богом, ибо не будешь общаться с народами, которые слушают гадателей и прорицателей, а тебе не то дал Господь Бог твой. Тебе Господь Бог твой даст пророка из твоих братьев — его слушайте обо всём, как ты просил у Господа Бога твоего в день собрания, [говоря]: „Да не услышим впредь гласа Господа Бога нашего и огня сего великого да не увидим более, дабы не умереть”. И ещё [сказал] мне Господь: „Всё хорошо, что ты говорил. Я воздвигну им пророка из среды братьев их, такого как ты, и слово своё [вложу] в уста его, и он будет говорить им, что Я повелю ему; с того же человека, который не послушает, что будет говорить пророк моим именем, с него Я взыщу”» (Втор. 18:9–19).

Слышишь, жидовин, что велено слушать учащего слову Господню. Великий Моисей истинно свидетельствовал, но только ты, окаянный, не понял[999].

Моисей сказал: «Если кто-то по суду умрёт вследствие смертного преступления и он будет повешен на дереве, то тело его не должно оставаться на дереве, но похороните его в гробе в тот же день, ибо проклят всякий повешенный на дереве» (Втор. 21:22–23). Об этом и великий богодухновенный Павел сказал: «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою» (Гал. 3:13).

Моисей сказал: «Вот, благословением благословит тебя Господь Бог, Израиль. Теперь ни направо ни налево не ходите за чужими богами, чтобы служить им. Если же не будешь слушать гласа Господа Бога твоего и не будешь исполнять все заповеди Его, которые я заповедую тебе сегодня, то придут на тебя все проклятия сии, найдут и постигнут тебя. Проклят ты в городе, проклят ты на поле. Проклят плод чрева твоего, прокляты погреба твои и запасы твои, и плоды земли твоей, и стада волов твоих. Проклят ты, когда входишь и когда выходишь. Пошлёт Господь на тебя нужду, и нашествие, и истребление всего, на что ты возложишь руки свои, что ни сделаешь, доколе не уничтожит тебя, не погубит тебя вскоре за злые дела твои, ибо ты оставил Меня. Пошлёт Господь на тебя мор, доколе не истребит тебя с земли, в которую ты идёшь, чтобы владеть ею. Поразит тебя Господь нищетою, и горячкою, и лихорадкою, и воспалением, и засухою, и палящим ветром и ржавчиною — они будут преследовать тебя и погубят тебя. И небеса над твоей головой сделаются медными, и земля железной. Господь даст дождь твоей земле, и будет падать с неба на тебя пыль и прах, доколе не погубит тебя. Предаст тебя Господь на поражение врагам твоим; одним путем выступишь против них, а семью побежишь от лица их и будешь рассеян по всем царствам земли. И будут мертвецы ваши [пищею] птицам небесным и зверям земным, и не будет отгоняющего [их]. Поразит тебя Господь проказою египетскою, почечуем, коростою и чесоткою, от которых невозможно исцелиться. Поразит тебя Господь сумасшествием, и слепотою и исступлением разума, и ты, как слепой впотьмах, не будешь успешен в путях своих, и будут тебя теснить и обижать всякий день, и никто не поможет тебе. Если возьмёшь жену, то другой отнимет её. Построишь дом и не будешь жить в нём. Насадишь виноградник и не будешь пользоваться им. Вола твоего заколют у тебя на глазах твоих, и не будешь есть его; осла твоего уведут от тебя и не возвратят тебе; овцы твои отданы будут врагам твоим, и никто не поможет тебе. Сыновья твои и дочери твои будут отданы другому народу, и глаза твои будут видеть и истаивать о них, и не будет силы в руках твоих. Плоды земли твоей и труды твои будет есть народ, которого ты не знал. И ты будешь только притесняем и мучим во все дни. И сойдешь с ума от того, что будут видеть глаза твои. Поразит тебя Господь злою проказою на ногах и на руках, от которой ты не сможешь исцелиться, от подошвы ноги твоей до самого темени твоего. Отведёт Господь тебя и царя твоего, которого ты поставишь над собою, к народу, которого не знал ни ты, ни отцы твои, и там будешь позором, и притчею и назиданием у всех народов, к которым отведёт тебя Господь. Семян много вынесешь в поле, а соберёшь мало, потому что поест их саранча. Виноградники насадишь и возделаешь, а вина не будешь пить и не развеселишься от него, потому что поест их червь. Маслины будут у тебя во всех пределах, но елеем не помажешься, потому что осыплется маслина твоя. Сыновей и дочерей родишь, но их не будет у тебя, потому что пойдут в плен. Все дерева твои и плоды земли твоей погубит ржавчина. Пришелец, который среди тебя, будет возвышаться над тобою выше и выше, а ты опускаться будешь ниже и ниже. Он даст взаймы тебе, а ты не будешь давать ему. Он будет главою, а ты будешь хвостом. И придут на тебя все проклятия сии и будут преследовать тебя и постигнут тебя, доколе не будешь истреблён за то, что ты не слушал гласа Господа Бога твоего и не соблюдал заповедей Его и установлений Его, которые Он заповедал тебе: они будут знамением и указанием на тебе и на семени твоём вовек. За то, что ты не служил Господу Богу твоему с веселием и благостью сердца, при изобилии всего, ты будешь служить врагу твоему, которого пошлёт на тебя Господь, в голоде, и жажде, и наготе и с оскудением во всём; он возложит на шею твою железное ярмо, пока не истребит тебя. Господь наведёт на тебя народ издалека, от края земли; как орлята, [налетит] народ, языка которого ты не понимаешь, народ наглый, который не уважит лица старца и не пощадит юноши; и будет он есть плод скота твоего и плод земли твоей, так что не оставит тебе ни хлеба, ни вина, ни масла, ни стад волов твоих, ни стад овец твоих, доколе не истребит тебя и не погубит тебя во всех городах твоих, доколе не разрушит высоких и крепких стен твоих, на которые ты надеешься, во всей земле твоей; и будет он теснить тебя во всех городах твоих, которые дал тебе Господь Бог твой. И ты будешь есть плод чрева твоего и плоть сынов твоих и дочерей твоих, которых Господь Бог твой дал тебе, в стеснении и в скорби, которыми стеснит тебя враг твой. Изнеженный и избалованный [человек, живший], между вами, ревнивым оком будет смотреть на брата своего и на жену недра своего и на оставшихся детей своих, которые останутся у него, чтобы не дать ни одному из них плоти детей своих, которых он будет есть, потому что у него не останется ничего в скорби и в стеснении, которыми стеснит его враг твой во всех городах твоих. Изнеженная и весьма избалованная [женщина, жившая] у тебя, которая не привыкла ступать по земле своими ногами по причине роскоши и изнеженности, будет злобным оком своим смотреть на мужа недра своего и на сына и дочь свою, и послед, выходящий из лона её, и дитя, которое она родит, она съест тайно из-за лишения своего[1000], в скорби и стеснении своём, которыми стеснит тебя враг твой во всех городах твоих. Если не будешь послушно исполнять все слова закона Его, написанные в этих книгах, не будешь бояться сего славного и страшного имени Господа Бога твоего, то Господь не замедлит поразить тебя и потомство твоё язвами, язвами великими, язвами злыми и наведёт на тебя все злые болезни египетские, которых ты боялся, и они прилипнут к тебе; всякий паралич и всякую язву, написанную в книгах закона сего, Господь наведёт на тебя, доколе не истребит тебя. И останется вас немного, тогда как множеством вы подобны были птицам небесным, ибо ты не послушал гласа Господа Бога твоего. И вот, как радовался Господь, делая вам добро и умножая вас, так будет радоваться Господь, истребляя вас, и вы извержены будете из земли, в которую входите, чтобы владеть ею. И рассеет тебя Господь Бог твой по всем народам от края земли и до края, но и между этими народами не успокоишься, и не будет места, где поставить подошву ноги твоей, и Господь даст тебе там трепещущее сердце, истаивание очей и изнывание души. И жизнь твоя будет пред очами твоими, и будешь трепетать днём и ночью, и не будешь уверен в жизни твоей. И утром ты скажешь: „О, если бы пришел вечер!”, а вечером скажешь: „О, если бы наступило утро!” — от трепета сердца твоего, которым ты будешь объят, и от того, что ты будешь видеть глазами твоими. И возвратит тебя Господь в Египет на кораблях тем [путём], о котором я сказал тебе: „Ты более не увидишь его”. И там вы будете проданы врагам вашим в рабов и в рабынь, и не будет покупающего» (Втор. 28:2, 14–16, 18–68).

Слышал ли ты, жидовин, слова великого Моисея, которые он сказал вашим отцам, что если соблюдёте заповеди Господа Бога твоего, то будете благословенны во всех путях своих; если же не соблюдёте, то прокляну вас? И, [судя] по всему, на вас сбылось пророчество Моисея. Когда вы были с Богом, тогда вы без оружия овладевали землёй народов; когда же вы отвернулись от Господа, то всё пало на вашу голову и ни одной муки вы не избежали, но всё, напророченное Моисеем, сбылось, все слова, которые Господь завещал Моисею в земле Моавитской.

«Моисей созвал сынов Израилевых и сказал им: „Вы видели всё, что сделал Господь пред вами в земле Египетской с фараоном и всеми слугами его и всею землёю Египетской, и те великие казни, которые видели глаза ваши, те великие знамения и чудеса; но не дал вам Господь Бог сердца, чтобы разуметь, ни очей, чтобы видеть, ни ушей, чтобы слышать. (Разумей, что и это он сказал о пришествии Христове[1001]). Если будете слушать заповеди Господа Бога вашего, которые я заповедую вам сегодня, любить Господа Бога твоего, ходить по всем путям Его и исполнять все установления Его и заповеди Его, то будете жить и размножитесь, и благословит тебя Господь Бог твой на всей земле, в которую ты идёшь, чтоб овладеть ею; если же совратится сердце и не будешь слушать, но прельстишься поклоняться иным богам и служить им, то я возвещаю тебе сегодня, что вы в ничтожестве погибнете и не пробудете многих дней на земле”» (Втор. 29:2–4; 30:16–18).

Это сбылось на вас, окаянные, ибо вы повернулись к богам иным: при Аароне вы поклонились [золотому] тельцу, при Моисее — Ваал-Фегору, при Иеровоаме — золотым коровам, при Ахаве — Ваалу, о всём прочем расскажем тебе впоследствии. Великий Моисей, принявший скрижали из рук Господних, с угрозою удерживавший вас, клятвою заклял, и обо всём, что сбылось на вас до нынешнего времени, он известил вас Святым Духом.

Послушай, однако, что сказал Господь Моисею: «„Вот, дни твои приблизились к смерти; призови Иисуса, и станьте у входа скинии собрания, и Я дам ему наставления”. Моисей и Иисус пришли к скинии собрания и стали у входа скинии собрания. И явился Господь в столпе облачном, и стал столп облачный у входа в скинию. И сказал Господь Моисею: „Вот, ты почиешь с отцами своими, а сей народ станет ходить блудно вслед чужих богов той земли, в которую он вступает, и оставит Меня, и нарушит завет мой, который Я поставил с вами; и Я разгневаюсь яростью на него в тот день, и оставлю их, и сокрою лице своё от них, и он будет истреблён, и постигнут его многие бедствия и скорби, и он скажет в тот день: „Нет у меня Господа Бога, [ибо] бедствия постигли меня”. Я же сокрою лице своё от него в тот день из-за всех беззаконий его, которые он сделал”» (Втор. 31:14–18).

Слышишь, жидовин: нет тебе спасения и нет тебе того избавления, о котором ты мечтаешь[1002], если сам Бог говорил из скинии собрания о твоей погибели.

«И заповедал Моисей Иисусу, сыну Навину: „Ты введёшь сынов Израилевых в землю, о которой Господь клялся им”. И левитам повелел: „Возьмите эти книги закона и положите их рядом с ковчегом завета Господа Бога вашего, пусть они будут там свидетельством против тебя, ибо я знаю упорство твоё и жестоковыйность твою; вот и теперь, когда я живу с вами, вы гневите Бога, что же будет по смерти моей? Ныне же соберите ко мне всех вождей колен ваших, и старейшин ваших, и судей ваших, и я скажу им вслух все эти слова и призову во свидетельство небо и землю, ибо я знаю, что по смерти моей вы развратитесь и уклонитесь от пути, который я завещал вам, и в последующие дни вас постигнут бедствия за то, что вы сделаете зло пред Господом, раздражая Его делами рук своих”.

И изрёк Моисей вслух перед всем собранием Израиля все слова сей песни: внимай, небо, что я говорю, и слушай, земля, слова уст моих!» (Втор. 31:23–24, 26–30; 32:1).

Моисей взял небо и землю в поручители и свидетели оттого, что он научил вас слушаться Господа Бога, но он знал, что вы род жестокосердный и скользкий и не будете ходить по заповедям Господа Бога своего, но в погибели погибнете и в запустении запустеете.

«Пусть жаждут, как дождя, учения моего, и пусть падёт, как роса, речь моя!» (Втор. 32:2).

Подобно тому как в жаркие дни всё на земле объято великим зноем и всё живое на земле ждёт и просит дождя на землю, сошедший же дождь живит зелень, так и Моисей сказал, что его песнь просвещает читающего; и, «как роса», невидимо сходя, приносит влагу, так и «мои слова»; а сравнением с грохотом туч он указал на пророков, гремевших о воплощении Сына Божия; как иней падает на траву без грома и молний, тихо и невидимо и только на земле становится видимым, так и воплощение Сына Божия: не так, как сошёл на гору Синай в громе и молнии Тот, Кто страшен на престоле в Небесах, но по милосердию к роду человеческому тихо и невидимо Он воплощается в чреве Девы, являя [Себя] при помощи слова.

«Воздайте славу Богу нашему» (Втор. 32:3). Слышишь: Он есть превечная изначальная сила.

«Бог справедлив, и дела Его и все пути Его [праведны]; Бог верен, и нет неправды в Нём; праведен и истинен Господь» (Втор. 32:4). Этими словами он открывает, что Тот, Кто есть превечный Господь, явился во плоти в нынешнем вашем роде, окаянном и развращённом[1003], и жил с людьми. О лукавом же этом роде Моисей сказал: «Они развратились — они не Его дети, которых я вразумлял, но род порочный, строптивый и развращённый. Так ли воздаёте вы Господу: за манну — желчью и за воду — уксусом? Но это род глупый и несмысленный. Не сам ли Отец задумал тебя, создал тебя и устроил тебя? И Он вспомнит дни древние и помыслит о летах прежних родов» (Втор. 32:5–7). Этим он указывает, как Он избавил их от Египта и от руки фараона и провёл через Красное море. Как же ты не познал того, что Господь Бог твой в последние дни воскрес из мёртвых!

«Спроси твоего отца, и он возвестит тебе, старцев твоих, и они расскажут тебе о всех чудесах Господа Бога» (Втор. 32:7). Этими словами он указывает, что в последние дни ты будешь расспрашивать старца по имени Пётр о Его воскресении: «Наклонившись, он увидел только пелены лежащие» (Лк. 24:12), — чтобы этим уверить вас в божественном воскресении.

«Когда Всевышний дал уделы народам, расселил сынов Адамовых» (Втор. 32:8) и они все сбились с пути Господня и были подобны погибшим овцам на расхищение волкам, тогда злой обманщик диавол прославился среди народов сотворением кумиров и всякими лживыми делами, желая сам царствовать и владеть нашими народами, ибо мы не слышали пророческих глаголов и Господь никогда не говорил с родом нашим. Однако однажды Он преклонил небеса — по милосердию сошёл Владыка, нас, падших, воскресил и, заблудившихся, собрал в одной ограде, то есть в единой вере, едином крещении и исповедании[1004].

«Он поставил пределы народов по числу ангелов Божиих» (Втор. 32:8). Писание учит нас, говоря, что ко всем народам приставлены ангелы Божии, выводящие и приводящие их к святому крещению — роду христианскому; к каждому приставлен свой ангел, охраняющий и оберегающий нас и радующийся добрым делам[1005]; так и Отступник радуется нашим своевольным согрешениям.

«Народ Его был уделом Господним» (Втор. 32:9), так как, сказано в Писании, от Сифова основания вы начали его родословие к Ною, пребывавшему в ковчеге, и так как при Евере и Фалеке ваши язык и письмо не изменились, то Авраам, Исаак, Иаков как говоривший с Богом, великий законодатель Моисей, наставленный архангелом Гавриилом о миротворении — они тогда были уделом Господним[1006].

«Как свой наследственный удел, Он насытил Израиль, в пустыне безводной в жажду и зной Он ограждал его, смотрел за ним и хранил его, как зеницу ока; как орёл укрыл гнездо своё и нянчил птенцов своих, распростёр крылья свои, брал их и носил их на перьях своих, [так] Господь один водил его, и не было с ними чужого бога» (Втор. 32:9–12). Это [Моисей] напомнил об исходе из Египта: когда вы были в Египте и вступили в общение с их богами, вы подверглись множеству мук и болезней[1007]; теперь же, оставив чужих богов, вы вступили в общение с единым Богом, и Он провёл вас через Красное море.

«Он вознёс их на высоту земли и насытил их плодами полей; они ели мёд из камня и масло из твёрдой скалы, масло коровье и молоко овечье с туком агнцев, и овнов, и коз, с тучною пшеницею; они пили вино — кровь виноградных гроздий. Иаков ел и насытился благими дарами (то есть сподобился пророческого дара о воплощении Сына Божия), и стал упрям Возлюбленный, и отучнел, отолстел и разжирел; и оставил он Бога, создавшего его, и отступил от Бога своего» (Втор. 32:13–15), Который спас их от руки фараона и от [погибели] в Красном море. Они отступили от Него и перед лицом Пилата, говоря: «Возьми, возьми! Распни, распни!» (Ин. 19:6).

«Они раздражили Меня чужими [богами] и мерзостями своими разгневали Меня: приносили жертвы бесам, а не Богу, богам, которых не знали отцы их. (Но так и новые книжники[1008] погубили воплотившегося Бога). Они оставили и забыли Бога, питающего их. Господь увидел и возревновал и в гневе вознегодовал на сынов и дочерей» (Втор. 32:16–18), ибо они [одних] пророков избили, других растерзали; как возвещает Писание, говоря: «Да придёт на вас вся кровь, пролитая от крови Авеля праведного до крови Захарии, сына Варахиина, которого вы убили между храмом и жертвенником» (Мф. 23:35).

«И Он сказал: „Сокрою лице Моё от них и посмотрю, что станет с ними напоследок, ибо они род развращённый, дети, в которых нет верности”» (Втор. 32:20). Этим Он показывает, что так как у евреев исчезнет верность, то Творец отвращает своё Лицо и показывает им, что напоследок они будут на земле словно неисцелимая язва.

«Они раздражили Меня — не из-за Бога они разгневали Меня, но из-за своих идолов» (Втор. 32:21). Моисей говорит: «Если, пока я ещё жил среди них и был у них на глазах сподоблен от Спасителя даров и благодати и Господь Бог говорит мне: „Это народ многоропотный, исполненный идолослужения”, — то каким же он будет после моей смерти?» (Втор. 31:27).

«И Я раздражу их не народом, но народом бессмысленным огорчу их» (Втор. 32:21). (Это Моисей пророчествует о том, что им придётся быть в рабстве у народов).

«Ибо огонь возгорелся во гневе Моем, жжёт до ада преисподнего» (Втор. 32:22). (Это великий Моисей открывает, что они будут преданы бесконечной муке и огню геенны). Он «поядает землю и произведения её, и попаляет основания гор; Я соберу на них бедствия и истощу на них стрелы Мои» (Втор. 32:22–23). (И это всё сбылось на них). «Истощённый голодом, изъеденный птицами, ты неисцелимый горб; и пошлю на них зубы зверей с яростью пресмыкающихся по земле; извне меч будет губить их потомство, а в домах их — страх (ибо из скинии собрания глас Господень изрёк Моисею: “ Извне за их непокорность меч и огонь навёл на них Господь ”) — юношу, и девицу, грудного младенца и старца (Втор. 32:24–25).

«Я сказал [бы]: „Рассею их и изглажу в людях память о них”, — [но отложил это] только ради озлобления врага, только чтобы ныне враги не раздавили их и не сказали: „Наша высокая рука, а не Господь сделал всё сие”» (Втор. 32:24–27). Моисей открывает, что так как Господь поклялся ввести их в землю, изобилующую мёдом и молоком, то поэтому Он вёл их, невзирая на их злобу, ибо Он и тогда хотел рассеять их из-за их жестокосердия и непокорности и почти не оставить в людях памяти о них, но только «ради озлобления врагов отдаю им эту землю, где бы и Я обитал». Если бы они не получили земли обетованной, то могли бы сказать, что Господь не смог ввести нас в землю, о которой клялся нашим отцам.

«Ныне дам землю, но они недолго будут жить», — блаженный Авраам открывает также, что они не будут жить [на ней] долго, и, находясь в рабстве у народов, они будут смирены за своё беззаконие, «ибо они народ, потерявший рассудок, и нет в них смысла» (Втор. 32:28), так как они истребили самовольные народы, а у самих смирения нет.

«И не подумали они уразуметь, что всё это с ними случится в грядущие годы» (Втор. 32:29), — Моисей говорит об их неразумии и окаменении, [из-за] чего в грядущие годы их постигнут всякие беды, и печаль, и напасти.

«Как бы мог один преследовать тысячу, а двое прогонять тьму, (это сбылось на вас, ибо сами знаете, как сильно согнуло вас завоевание Тита) если бы Бог не предал их и Господь не отдал их!» (Втор. 32:30). Видишь, что Господь Бог до века был в единстве со Святым Духом.

«Их боги не таковы, как наш Бог, а враги наши неразумны» (Втор. 32:31). Моисей проповедует величие Божие, а их показывает строптивыми и неразумными: Господь перед ними творит чудеса, а они исполняются ропота и злобы.

«Их виноград от Содомского винограда, и лоза их из Гоморры» (Втор. 32:32). Этим Моисей показывает, что их злоба превзошла Содом и Гоморру, ибо те погибли из-за блуда и скотоложества, а эти в ярости и в гневе, с безрассудным презрением избили посланных к ним пророков, а затем, распяв на кресте Сына Божия, не покаялись.

«Ягоды их ягоды ядовитые, гроздья их горечь» (Втор. 32:32). В этом Моисей открывает страсти Господни, так как они давали Спасителю пить желчь, смешанную с уксусом[1009].

Как сказал великий Моисей, «вино их змеиный яд и смертельная отрава аспидов» (Втор. 32:33). Тут Моисей показал Израилю неисцелимую рану и сказал о его погибели, говоря: «Не все ли грехи и беззакония ваши собраны у Меня и запечатаны в хранилищах Моих до дня суда над вами?» (Втор. 32:34). Хотя вы затем и овладеете землёй народов, но грехи ваши запечатлены до дня, в который «Я воздам отмщение, когда поколеблется нога их; ибо близок день погибели их» (Втор. 32:35).

О призвании народов Моисей сказал: «Скоро наступит уготованное для них, ибо Господь будет судить народ Свой» (Втор. 32:35–36), а нам, некогда забытым и погибшим народам, Спаситель уготовал жилища во благих. «Судит Господь свой народ и воздаёт отмщение за ваши грехи».

Моисей сказал о призвании народов: «Над рабами своими Он умилосердится» (Втор. 32:36), ибо сперва только еврейская страна и народ были помилованы; наши же страны, то есть 71 народ, были в забвении, но блаженный Моисей пророчествовал, говоря: «Над рабами своими Он умилосердится, ибо Он увидит [их] слабыми и печальными, ведомыми в плен, сильно страдающими» (Втор. 32:36). Нас полонил своей ложью злой враг — вселукавый диавол, и мы были подобны кораблю без кормчего в морской пучине или облаку без воды, носимому ветром во все стороны. Но Владыка избавил нас от этих страданий, как бы насмехаясь над нами: «Господь сказал: где боги их, на которых они надеялись, тук жертв которых ели и пили вино возлияний их? Пусть они воскреснут и помогут вам и будут вашими покровителями! Но вы увидите, увидите, что Я — Бог» (Втор. 32:37–39). Здесь он указывает на воплощение Сына Божия, что мы увидим Его не призрачно, не привидением, но действительно, и руки апостола по воскресении осязали Его[1010].

«Нет Бога, кроме Меня: Я умерщвляю и оживляю, Я поражаю и Я исцеляю, и никто не избавит от руки Моей» (Втор. 32:39). Это Господь говорит о вашем истреблении и об исцелении язычников.

«Я подъемлю к небесам руку мою» (Втор. 32:40), — это Моисей говорит о распятии пречистых рук Господних.

«И клянусь десницею моею и говорю: живу Я вовек!» (Втор. 32:40), — это он говорит о воскресении Господнем.

«Когда изострю, как молнию, мой меч и моя рука приимет суд, то Я отмщу врагам моим и ненавидящим Меня воздам. Напою стрелы мои кровью, и меч мой насытится плотью, кровью убитых и пленных» (Втор. 32:41–42). Посмотри на пророчество блаженного Моисея: так как, жидовин, ты был враждебен Богу, сочтя Его за злодея, распял Его на кресте, Он обратил тебя в добычу всякому мечу и погибели «от глав вождей язычников» (Втор. 32:42), ибо они тогда с Титом напали на тебя[1011].

Определённо он сказал о пришествии Христа: «Веселитесь, небеса, вместе с Ним, и поклонитесь Ему, все ангелы Божии» (Втор. 32:43). Здесь Моисей пророчествует о Сыне Божием, ибо Он сошёл, преклонив Небеса, и все ангелы Божии поклонились Ему, ибо Он, воплотившийся Владыка, как и искони, есть их Создатель. И об апостолах Моисей прибавил, сказав: «Веселитесь, язычники, с народом Его» (Втор. 32:43), — это он говорит об апостолах, научающих язычников. «Да укрепятся все сыны Божии» (Втор. 32:43), — этими словами апостолы учили народы, что Сын Божий пострадал ради нас; вас же, люди, да не отвратят ни цари, ни ярость мучителей, но, уподобившись Сыну Божию, вы претерпели телесные страдания.

Но вот ещё что добавил великий Моисей, сказав: «Ибо Он отмстит за кровь сынов своих, и воздаст отмщение врагам» (Втор. 32:43). Здесь Моисей, движимый Святым Духом, говорит, что как вы мстите за кровь своих сыновей и отмщаете врагам, так и Господь воздаст вам местью за распятие своего Спасителя. «И очистит Господь землю народа своего» (Втор. 32:43): для того чтобы землю обетованную населили христиане, Владыка и Спаситель Сам пришёл, Собою очищая и освящая её.

«Моисей написал песнь сию в тот день и научил [ей] сынов Израилевых» (Втор. 32:44).

После этого «Господь сказал Моисею: „Взойди на гору Аварим, которая в земле Моавитской против Иерихона, и посмотри на землю Ханаанскую, которую я даю во владение сынам Израилевым. Ты умрёшь на горе, на которую ты взойдёшь, и отойдёшь к народу твоему, как умер и брат твой Аарон на горе [Ор]. За то, что вы не покорились Мне среди сынов Израилевых при водах Меривы, ты отсюда посмотришь на эту землю, а в неё не войдёшь”» (Втор. 32:48–52).

Моисей, человек Божий, праведный и беззлобный, услышав это, собрал сынов Израилевых и стал пророчествовать о них, благословлять их перед своей кончиной, говоря: «Господь придёт от Сиона, Он пощадит свой народ; все святые в руках Твоих, все принадлежат Тебе» (Втор. 33:2–3). [Затем Моисей] сказал: «Да живёт Рувим, и да не умирает, и да будет многочислен!» (Втор. 33:6). Таким благословением Моисей благословил колено Рувима, после чего благословил и пророчествовал о колене Иуды, говоря: «Услышь, Господи, глас Иуды и приди к народу его; должно Ему разнять свои руки, и Ты будь помощником против врагов Его» (Втор. 33:7). Послушай, жидовин, как великий Моисей пророчествует о колене Иудином и о Христове пришествии к его народу, ибо в колене Иуды родился Христос, наш Бог! А слова должно Ему разнять руки являются пророчеством о Его страстях и Его распятии.

Затем он сказал левитам: «Дайте Левию страх Его, истину Его, мужу святому, которого они искушали в Массе, которого бранили при водах Меривы, который говорит отцу своему и матери своей: „Я не смотрю на тебя и братьев своих не признаю, и сыновей своих не знаю”. Он хранит слова Твои и соблюдает завет Твой, учит законам Твоим Иакова и заповедям Твоим Израиля, всегда возлагает курение пред гневом Твоим на жертвенник Твой; благослови, Господи, силу его и дела рук его прими, порази чресла восставших на него врагов его, дабы они не воскресли» (Втор. 33:8–11).

Слышишь, окаянный жидовин, как пророчествовал великий Моисей, говоря: «Дайте Левию страх его», — то есть о Христовых апостолах, ибо они из-за страха перед иудеями испугались остаться у гроба, в котором был положен Христос Бог и который охраняли 60 стражников, апостолы же со страхом издалека смотрели на гроб, ожидая воскресения.

Что касается слов: «…истину Его мужу угодному…», — то Он именуется мужем по человечеству, [словом] же угодный он указал на божественную природу Иисуса Христа.

А то, что его искушали в Массе, бранили при водах Меривы, то он сказал это потому, что Иисус Христос по милосердию пришёл к купальне у Овечьих [ворот], где лежало множество больных, в субботний день, увидел человека, лежащего в параличе 38 лет, и сказал ему: «Возьми постель свою и иди в дом свой» (Ин. 5:8), — и слово тут же исполнилось; иудеи бранили Его потому, что Он нарушает субботу.

Что касается слов «…отцу своему…», то так говорил наш Спаситель: «Отец и Я — одно» (Ин. 10:30).

Что касается слов «…матери своей: я не смотрю на тебя и братьев своих не признаю», — то он пророчествовал вот о чём: когда Иисус Христос вошёл в храм, поучая народ, то Его Матерь, Пречистая Госпожа, охваченная скорбью, искала Его; когда некто подошёл к Иисусу Христу и сказал Ему: «Матерь твоя и братья твои ищут тебя, желая видеть Тебя», — Господь «сказал им в ответ: „Вот матерь Моя и братья Мои — слушающие слово Божие и исполняющие его”» (Лк. 8:20–21).

Что касается слов «…и братьев своих не знаю…», — то об этом сказал великий Исайя: «Я родил сыновей, а они отринули Меня» (Ис. 1:2).

Что касается слов «он хранит слова Твои и соблюдает завет Твой, учит законам Твоим Иакова и заповедям Твоим Израиля», — то слушай и разумей: Сын Божий придёт, принеся суд, обновляя Завет, священствуя [по чину] Левия, о котором [Моисей] сказал: «…и возлагает курение пред гневом Твоим на жертвенник Твой». Слушай об окончании вашего Завета и о разрушении вашего жертвенника и честно пойми это.

«Благослови, Господи, силу его». Слышишь, как Моисей показывает Сына Божия сильным, как об этом не умолчал, но ещё определённее говорил великий Исайя: «Младенец родился нам — Владыка мира, власть на раменах Его: Он Бог крепкий и Отец вечности» (Ис. 9:6). Слушай же, жидовин, как Исайя пророчествовал о Крепком. Моисей сказал: «…и дела рук его прими, порази чресла восставших на него врагов его, дабы они не воскресли». Слушай, жидовин, истинно пророчествовавшего великого Моисея: не поражён ли ты рабством среди народов, не враг ли ты, ибо распял на кресте Творца? Но, если ты верно понимаешь слова Моисея, то ты уже не востанешь, прощённый, из рук народов, но погиб, окаянный гордец.

И так Моисей призвал все собрания, каждое по имени [колена], благословил их и потом сказал всему Израилю: «Как дни твои, [будет умножаться] сила твоя, Израиль. Нет подобного Богу возлюбленного [Израиля]: Он — восходящий на Небеса твой помощник» (Втор. 33:25–26). Здесь Моисей пророчествовал о вознесении Господа и уповании Израиля, ибо Он вознёсся пред ними на их глазах с Елеонской горы[1012], а два ангела в белых одеждах стали пред ними и сказали: «Галилеяне, что вы стоите и смотрите на небо; это Иисус возносится от вас на Небо, и так же Он придёт снова, как вы видите [Его] восходящим на Небо» Жившие тогда израильтяне уверовали и спаслись, и мы теперь поклоняемся по их примеру.

Великий Моисей сказал, что «восходящий на Небеса твой помощник», потому что Господь, взойдя на Небо, послал Святого Духа на святых апостолов и научил их говорить на иных языках[1013], и они, умудрённые Святым Духом, словно немых рыб, привели их к вере; о них же Моисей сказал: «Блажен ты, Израиль, и благочестен народ израильский, спасаемый Господом» (Втор. 33:29), ибо Господь спас уверовавших и погубил вас, неверных.

Затем Моисей пророчествовал об овладении ими землёй: «И прогонит Он врагов твоих от лица твоего, и Израиль поселится с надеждой один на земле, [обильной] вином и хлебом, и небо [каплет] ему росой из облаков, и защитит [тебя] Помощник твой, и меч — слава твоя, и враги твои обманут тебя, но ты попираешь их выю» (Втор. 33:27–29).

Потом «взошёл Моисей с Моавитской равнины на вершину горы Фасги, что против Иерихона. И показал ему Господь всю землю Галаад до Дана, и всю землю Неффалимову, и всю землю Ефремову и Манассиину, и всю землю Иудину до западного моря, и пустыню, и поля вокруг Иерихона, города пальм, до Сигора. И сказал Господь Моисею: «Вот земля, о которой Я клялся Аврааму, Исааку и Иакову, говоря: племени вашему дам её. Я показал её твоим глазам, но в неё ты не войдёшь».

И умер[1014] Моисей, раб Господень, в земле Моавитской близ Беф-Фегора» (Втор. 34:1–5). При его кончине там был архистратиг Михаил, воевода воинства Господня. И вот появился бесстыжий и злокозненный диавол и стал препираться о теле Моисея, ибо «он совершил убийство египтянина и некоторых других», — сказал он, обманывая и клевеща на него. Отвечая ему, архистратиг Михаил сказал: «Господь запрещает тебе, вселукавый диавол!» Архистратиг воинства Господня не смел произнести против него укоризненного суда, но, возвещая величие Божие, сказал: «Господь запрещает тебе, вселукавый диавол!» Обличая его беспредельное бесстыдство, ибо тот был свергнут из-за гордыни, он поэтому именем Господним запрещает ему и возвещает величие Божие. И лжец тут же исчез. Об этом свидетельствовал апостол Иуда в 35 Послании[1015]. Оттого-то сыны Израилевы «до сего дня не знают [места погребения] его тела» (Втор. 34:6).

«Моисею было 120 лет, когда он умер. И оплакивал его народ Израиля тридцать дней на Моавитской равнине у Иордана близ Иерихона» (Втор. 34:7–8).

Следует знать, из какого рода происходил Моисей, раб Христов, кто его отец и деды. Иаков, будучи 87 лет, родил Левия от Лии; Левий, будучи 49 лет, родил Каафа; Кааф, будучи 60 лет, родил Амрама; Амрам, будучи 70 лет, родил Моисея; всего же Амрам прожил 133 года. Моисею, когда он вывел народ из Египта, тогда было 80 лет[1016]. Моисей был седьмым поколением в колене Авраама.

«КНИГА ИИСУСА НАВИНА»[1017]

Вот что было после смерти Моисея, раба Господня. «Господь сказал Иисусу, сыну Навина: „Моисей, раб мой, скончался. Теперь ты встань, перейди через Иордан, ты и весь народ, в землю, которую Я даю вам, которую Я обещал Моисею в пустыне дать вам: до великой реки Евфрата и до великого моря к западу солнца будут пределы ваши. [Никакой] человек не устоит пред вами во все дни жизни вашей”» (Нав. 1:1–5).

Я же скажу тебе, жидовин, слушай: когда ваши отцы были с Богом, то во дни своей жизни они изгнали народы с лица земли обетованной; когда же вы, окаянный род, отвергли Иисуса Сына Божия, то сами были изгнаны от лица земли обетованной и жестоко рассеяны, а обетованная земля была отдана христианам. Кроме того, разумейте, что [только] из-за вашего жестокосердия вы не полностью овладели землёй до Евфрата и до Западного моря[1018]. Бог не лжёт, но, как сказал божественный Павел, «всё содействует любящим Бога» (Рим. 8:28). Когда вы отвернулись от Бога, то и сами были преданы рабству, страданиям и болезням.

«Да не отходят книги закона от уст твоих, но поучайся в них день и ночь. Будь твёрд и мужествен и не страшись, ибо с тобою Господь Бог твой» (Нав. 1:8–9).

Иисус послал из Ситтима двух юношей разведать [землю за] Иерихоном. Двое юношей пришли и заночевали у блудницы по имени Раав. Царь, услышав, что двое юношей, пришедших от сынов Израилевых, заночевали там, послал вслед за ними, чтобы этих двух юношей привели к нему. Раав, спрятав гостей в соломе, вышла к посланным за ними от царя. Они спросили её, приходили ли к ней два человека от сынов Израилевых? Она, сначала сказав правду, а потом солгав, сказала: «Они приходили, но, когда садилось солнце, они ушли, бегите за ними» (См.: Нав. 2:1–5). Если бы она сначала не сказала правды, то не убедила бы во лжи. Посланные, обманувшись, погнались за ними, а Раав вывела юношей и взяла с них клятву, что они сохранят её дом и дом её отца (См.: Нав. 2:7, 12).

Юноши пришли к Иисусу, говоря, что «Господь предал нам всю эту землю, ибо все её жители в страхе [от нас]» (Нав. 2:24).

«И вот рано поутру они двинулись от Ситтима и пришли к Иордану, и ночевали там» (Нав. 3:1), готовясь переправиться. И вот через три дня «священники взяли ковчег завета Господня и вошли в реку Иордан пред всем собранием сынов Израилевых. Как только священники, несущие ковчег завета Господня, вошли в Иордан и ноги священников, нёсших ковчег, немного погрузились в воду Иордана, Иордан высох до дна; [вода], текущая сверху, стала стеною на весьма большое расстояние, до города Адама подле Цартана; а текущая вниз ушла в море Аравийское, море Соленое, ушла и иссякла, а народ стоял против Иерихона. Священники, нёсшие ковчег завета, легко встали на суше среди Иордана, и все сыны Израилевы шли мимо по суше, доколе весь народ не перешёл через Иордан» (Нав. 3:14–17).

Иисус приказал принести двенадцать камней со дна Иордана, по числу колен Израилевых, как заповедал ему Господь Бог, а также повелел взять ещё двенадцать камней, которые находились под ногами священников, нёсших ковчег завета Господня, и положил их на другом берегу на вечную память (см.: Нав. 4:1–9).

«Когда священники, нёсшие ковчег завета Господня, вышли на берег, Иордан устремился в своё русло. Народ прешёл Иордан в десятый день месяца марта» (Нав. 4:18–19).

Кто, услышав это, не изумится Господней благодати, не подивится тайне того, как Господь Иорданом прообразовал погибель последнего поколения иудеев: как тот пересох в своем русле, так и еврейский народ: пока он был с Богом, то он был удостоен пророческого дара, подобного бурлящей воде; ныне же он иссох из-за разорения слова Божия. Когда наш Господь, по милосердию к человечеству облекшись в плоть, даруя людям новый завет, пришел к Иоанну, сыну Захарии, прося крестить [Его], Иоанн, отвечая Ему, сказал: «Не смеет трава приблизиться к огню — Ты освяти меня, Владыка!»[1019]

О неизреченная глубина благодати: Владыка повелевает Иоанну приступить с дерзновением! О славное чудо: Иордан встречает Владыку, быстрее Предтечи исполняя повеление! О страшная вещь: Предтеча устрашается! О дивное чудо: возрадовался, бурно изливаясь, Иордан! О грозное чудо: радуется в душе Иоанн, но трепещет его рука, ибо говорит Иоанн: «Как смею я коснуться Твоей божественной главы, ведь Твой престол — небеса и подножие — земля!» Тут он увидел Святого Духа, сходящего на Него в виде голубя, а голос Отца свидетельствовал о своём возлюбленном Сыне[1020].

Иорданским чудом Бог прообразовал последовавшую тайну: пророки назвали ковчегом святую Богородицу Марию, а скрижалями завета Сына Божия, Который вошёл в чрево Пречистой Девы и дал нам новый завет. Тогда нёсшие ковчег прошли непроходимым путём, так и наш Спаситель по рождестве сохранил Мать Девою. Как Иордан, отклонившись от своего русла, не смог затопить ковчега завета Господня, но как бы преграды не смог преодолеть, так и богохульные и скверные уста иудеев не смогли опорочить Рождённого Девой, но заграждаются пророческой проповедью и евангельскими событиями.

Как сказано в Писании, сыны Израилевы, перейдя через Иордан, поставили стан в Галгале, на восточной стороне Иерихона, где и положили камни на память [будущим] поколениям. Аморрейский и финикийский цари услышали, как Господь осушил Иордан перед сынами Израилевыми, и ужаснулись.

«В это же время Господь сказал Иисусу: «Сделай себе острые каменные ножи[1021], сядь и обрежь сынов Израилевых во второй раз». Это было сделано, и этому месту дали название Холм обрезания плоти» (Нав. 5:2–3). Они сорок лет ходили по пустыне, и многие из воинов не были обрезаны. Он сделал им этот знак, чтобы они не смешивались с иноплеменниками. Будет всем известен и Сын Божий, о Котором пророчествовали святые, что чрез Него будет обновление мира. Это знамение было сделано на срамном месте в соответствии с их нравом и жестокосердием, нам же, правоверным христианам, напротив, знамением стал честной животворящий крест, которым мы не грешим, но избавляемся от греха; как сказал великий верховный [апостол] Павел, «мне нечем хвалиться, одним только крестом [Господа нашего Иисуса Христа], на котором Он страдал и убил грех» (Гал. 6:14). Этим знамением мы ограждаем все наши чувства: слух и зрение, обоняние и дыхание; этим знамением побеждается сила диавольская.

На том самом месте, которое называется Галгала, «сыны Израилевы совершили Пасху и ели новые опресноки из пшеницы этой земли, а манна перестала падать, и не было более манны у сынов Израилевых» (Нав. 5:10–12).

И вот, когда «Иисус находился близ Иерихона, обдумывая сражение и готовясь к битве, он взглянул своими очами и увидел человека, стоящего пред ним с обнажённым мечом в руке его, как воин, готовый к бою. Иисус подошёл и сказал ему: „Наш ли ты, или из неприятелей наших?” — „Я воевода воинства Господня, теперь пришёл к тебе на помощь”. Иисус пал ниц на землю и сказал: „Господи, что велишь своему рабу?” Воевода воинства Господня сказал: „Сними обувь со своих ног, ибо место, на котором ты стоишь, свято”» (Нав. 5:13–15).

Слышишь, жидовин: когда вы были послушны Господу, то архистратиг Михаил, вождь и воевода воинства Господня, пришёл к вам на помощь, укрепляя вас, явился Иисусу, вашему воеводе. Если слабыми глазами невозможно смотреть на солнечное сияние, то ещё более того человеческому существу нельзя видеть ангельский образ, но по милосердию Владыки они посылаются на помощь верным. Такое же чудо было и при великом правоверном царе Константине[1022]. Когда он выступил против персидского [царя] Америта и сокрушался о разобщённости своих войск, ему во сне явился архистратиг Михаил со словами: «Я Михаил, архистратиг Господа Саваофа, великого воинства, заступник и защитник христиан, помогу тебе идти на нечестивого мучителя и на всех неверных и поганых язычников». Царь встал с великой радостью и благодарил Бога, воздев свои руки к Небу. И тут он увидел в небесах изображение креста, и глас обратился к нему, говоря: «Константин! Сим победишь!» Царь сотворил знамение явившегося ему в небе честного креста и победил своих врагов[1023], а во имя архистратига Михаила построил храм на месте, которое называется Сосфения, где происходит много чудес[1024].

Однажды царь послал так называемых свободных гребцов завоевать землю Онаплескую, но они были побеждены царём этой страны Амуком. Гребцы испугались войска этого царя, побежали и приплыли в залив, который назывался Сосфения. И вот они увидели видение: некое воинство, приближающееся к ним с небес, и грозного видом мужа, имеющего как бы орлиные крылья за плечами, который предсказал им победу над онаплейским царём Амуком. Свободные гребцы осмелились сразиться с Амуком, победили и убили его. Посмотри на победу православной христианской веры, как Бог помогает правоверным; как тогда Он помог Иисусу сыну Навина, так помогал и во времена православного царя Константина[1025].

Мы вернёмся, однако, к повествованию.

«Господь сказал Иисусу: „Вот, Я отдаю тебе подлежащий суду Иерихон, и его царя, и всех находящихся в нём людей сильных. Ты же поставь всех сильных мужчин вокруг него, и вот, когда они затрубят в трубы [и] весь народ воскликнет, тогда обрушатся стены города Иерихона, и все люди войдут [в город] каждый с своей стороны”» (Нав. 6:1, 4). Иисус, услышав это, сделал так, как ему повелел Господь Бог.

«На другой день Иисус встал рано поутру, священники понесли ковчег завета Господня; семь священников, которые несли семь труб, шли перед ковчегом, за ними воины, а прочие следовали за ковчегом. Священники трубили в трубы вблизи [стен и] возвратились в стан. И делали это шесть дней. В седьмой день они встали, семь раз обошли вокруг города и семь раз трубили в трубы. Иисус сказал народу: „Этот город и всё, что в нём, да будет оброком Господу; только Раав блудницу и всё её сберегите, а золото и серебро, медь и железо — всё в сокровищницу Господа; [всё прочее] от человека до скота положите под меч или предайте огню. Вот, отдаёт вам Господь город, вы же воскликните!” Народ воскликнул, и рухнули стены Иерихона, и они тотчас овладели городом» (Нав. 6:11–16, 18–19).

Кто, услышав об этом, не изумится?! И как нам не подивиться иудейскому окаменению! Почему они не осознают случившегося? Почему была разрушена трубным гласом твердыня Иерихона?[1026] Почему были разбиты тройные высокие стены Иерусалима, в которых был и столп Давида, и столп Антония, и дома вокруг храма, подобного сердцу, крепче всякой твердыни? За беззаконие ваше, окаянные, всё это разрушено, как и Иерихон.

Бывшие тогда семь обходов города прообразуют семь [Вселенских] Соборов: как тогда священники трубили у Иерихона, так и наши святые правоверные отцы возвысили свои голоса против богохульных уст иудеев и прочих ересей. Как пали стены Иерихона, так пали и беззаконники и лжецы, а у нас процвела православная вера. Поэтому наши великие святители, носящие крест, посещая, обходят стада Господни, изрекая правоверным похвалу и [обличая] гордыню еретиков, как и беззаконных иудеев.

Мы же вернёмся к своему предмету.

Сыны Израилевы сделали так, как приказал им Иисус: всех убили, остальное сожгли в огне, а Раав, её отца, и мать, и братьев сохранили и оставили её в Израиле[1027].

«В тот же день Иисус осмотрел и проклял Иерихон пред Господом в тот день, сказав: „Проклят человек, который восстановит этот город; на первенце своём он положит основание его и на младшем поставит врата его”. (Так и сделал Азан, родом из Вефиля: он на Авироне, первенце [своём], основал его и на меньшем, спасённом, поставил ворота его)”[1028] (Нав. 6:25). Иисус, когда взял Иерихон, проклял его и сказал: «Тот, кто потом возьмёт и опять построит сей Иерихон, то на своём первенце он положит основание его и на младшем поставит врата его».

Это произошло в десятом поколении после Иисуса, во время пророка Илии и царя Ахава. Жил человек по имени Ахиил, он захотел восстановить проклятый Иисусом Иерихон, Ахав не запретил ему, но даже повелел ему построить. Ахиил начал класть основание, и умер его первенец, которого звали Авирам. Ахиил не вспомнил о проклятии Иисуса о городе Иерихоне, но построил Иерихон. Когда Иерихон был построен и нужно было устанавливать ворота, умер его младший сын, которого звали Сегуб, по слову проклятия Иисусова, ибо Господь сказал ему проклясть город и это место (см.: 3 Цар. 16:34).

После этого Иисус послал 3 000 воинов на город Гай[1029]. Они же (жители Гая), узнав [об этом], убили из них 36 человек, прочих от себя прогнали. Услышав об этом, Иисус пал ниц, молясь и вопия к Господу. «И сказал Господь Иисусу: „Встань, отчего лицо твоё уныло? Согрешили люди — украли из заклятого и утаили между своими вещами. Больше Меня не будет с вами”» (Нав. 7:10–11).

Слышишь, жидовин, как Господь объявил тебе, что забудет тебя, но потом Он смилостивился ради Иисуса. Но и доныне мы видим, как сбывается на вас слово Господне.

Тогда он (Иисус) обличил Ахана, сына Зарина, побил камнями его и всех его родных (см.: Нав. 7:1–26). После этого они пошли и овладели Гаем, всех его жителей от мужеского пола до женского убили, и было убитых 12 тысяч (см.: Нав. 8:1–29).

«[О этом] услышали цари аморрейские и все, кто жил на той стороне Иордана, — хеттеи, аморреи, гергесеи, хананеи, ферезеи, евеи, хореи и иевусеи[1030]. Они все собрались вместе, дабы сразиться с Иисусом и с сынами Израилевыми. Но жители Гаваона услышали, что Господь сделал с Иерихоном и Гаем, и послали Израилю [изъявление] покорности. Пришедшие сказали: „Мы пришли издалека”. Сыны Израилевы Господа не вопросили и заключили с ними мир и поклялись, что им от них не будет вреда. И через три дня они пришли в их города; города же их Гаваон, Кефира, Беероф и Иарим. Они не побили их, но Иисус сказал им: „Для чего вы обманули меня, сказав, что мы весьма далеко от тебя? За это вы прокляты! Без конца вы будете рабами”. И он приставил их рубить дрова и носить воду. Они ответили Иисусу: „Мы слышали, что Господь отдал вам эту землю; теперь мы ваши рабы, поступайте как хотите”» (Нав. 9:1–3, 6, 14–15, 17–18, 22–25).

«Адониседек, царь Иерусалимский, услышал, что сыны Израилевы взяли Иерихон и Гай и убили их царей, а жители Гаваона сдались сами. Адониседек, царь Иерусалимский, послал к Гогаму, царю Хевронскому, и к Фираму, царю Иармуфскому, и к Яфию, царю Лахисскому, и к Девиру, царю Еглонскому, говоря: „Идите, придите ко мне, помогите мне поразить Гаваон, ибо они сами сдались Иисусу и сынам Израилевыми”[1031].

Они собрались, и пошли пять царей аморрейских: царь Иерусалимский, царь Хевронский, царь Иармуфский, царь Лахисский, царь Еглонский, они сами и все люди их, и осадили Гаваон, чтобы воевать против него. Жители Гаваона послали к Иисусу в израильский стан сказать: „Не отними руки твоей от рабов твоих; приди к нам скорее, спаси нас и помоги нам, ибо собрались против нас все цари аморрейские, живущие на горах”.

Иисус пошёл туда из Галгала сам, и с ним весь вооружённый народ, и все храбрые мужи. И сказал Господь Иисусу: „Не бойся, ибо Я предам их в руки твои, ни одного из них не останется перед вами”. И Иисус пришёл на них внезапно, ибо всю ночь он шёл из Галгала. И Бог привёл их в смятение при виде сынов Израилевых, и сокрушил их Господь страшным поражением в Гаваоне, и преследовали их по дороге к возвышенности Вефорона, и поражали их до Азека и до Македа. Когда же они бежали от лица сынов Израилевых по Вефоронской возвышенности, Господь бросал на них с небес камни с градом, и до Азека они умирали, и больше было тех, которые умерли от камней и града, нежели тех, которые пали от меча сынов Израилевых.

Господь Бог воззвал к Иисусу в тот день, когда предал Господь Аморрея в руки Израилю, когда сокрушил их в Гаваоне, и они были изничтожены пред лицом Израиля, и сказал Господь: „Да стоит Солнце над Гаваоном и Месяц над долиной Аиалонскою, доколе Я не поражу этих людей”. И остановились Солнце, и Месяц стоял, доколе Господь мстил их врагам» (Нав. 10:1, 3–13).

Слышишь, жидовин: не сверхъестественно ли остановилось движение Солнца и Луны ради Иисуса, раба Господня, слуги и угодника?[1032] Как не хотеть перемениться светилу при виде Творца, о чём говорит евангелист: когда беззаконные иудеи распяли Творца и Владыку, тогда померкло Солнце и по всей земле сделалась тьма от шестого до девятого часа, тогда тела усопших воскресли (см.: Лк. 23:44–45; Мф. 27:52).

«Иисусу донесли, сказав: „Нашлись пять царей, скрывающихся в Македе”. Иисус сказал: „Завалите камнями отверстие пещеры и приставьте людей стеречь их; а вы не останавливайтесь, гонитесь вслед за вашими врагами, уничтожьте оставшееся войско — не давайте им уйти в город их, ибо Бог предал их в ваши руки”.

После того как Иисус и все сыны Израилевы перестали истреблять, а уцелевшие убежали в свой укреплённый город, и все воины возвратились из погони в стан к Иисусу, Иисус сказал: „Откройте пещеру и выведите ко мне пятерых царей тех”. И вывели из пещеры пятерых царей: царя Иерусалимского, царя Хевронского, царя Иармуфского, царя Лахисского и царя Еглонского. Когда их вывели из пещеры к Иисусу, Иисус созвал весь Израиль и военачальников, ходивших с ним, и сказал: „Подойдите, наступите ногами вашими на выи их”. Сыны Израилевы так и сделали и потом убили их. В тот же день они взяли Макед и поразили его мечом» (Нав. 10:17–24, 28).

После этого они победили Горама, царя Газерского, затем он взял Еглон, потом взял Хеврон, потом взял Давир и убил его царя. «И поразил Иисус всю землю нагорную, Нагев[1033] и равнину, Аседоф и его царей; овладел [землей] Кадиса до Газы, и всей землей Гошен до Гаваона»[1034] (Нав. 10:40–41).

После этого вышли сразиться Иавин, царь Асорский, Иовав, царь Мадонский, и царь Шимронский, и царь Ахсафский, которые жили в великом горном Сидоне, и Арав, [живший] напротив Хиннарофа, что на равнине, и Нафоф-Доре, что к востоку, и приморские аморреи, хеттеи, ферезеи, иевусеи, жившие подле Ермона у Массифы. И было их много, как морского песка. И Господь сказал Иисусу: «Не бойся, завтра Я обращу их в бегство пред лицом Израилевым» И когда они вышли на сражение при водах Меромских, Господь предал их в руки сынов Израилевых (см.: Нав. 11:1–4, 6, 8).

Потом [Иисус] «взял Асор и его царя (Асор же прежде был главою всех тех царств) и убил их царя» (Нав. 11:10). «И занял Иисус всё нагорье, и весь Нагев, и всю землю Гошен, и равнину на западе, и гору Израилеву. И повелел он занять всю [землю], простирающуюся от горы Ахир к Сеиру до Ваал-Гада, и долину, и дубравы подле горы Ермона, и всех царей их убил. Долгое время вел Иисус войну со всеми этими царями, и не было города, которого Господь не отдал бы сынам Израилевым» (Нав. 11:16–19).

Вот земли, которые занял Иисус, сын Навин, по слову Господню, и те, что на той стороне Иордана занял Моисей, раб Господень[1035]: от ущелья Арнон до горы Ермон, и всю Аравию к востоку, [землю] Сигона, царя Аморрейского, который жил в Есевоне, владея [землёй] от Ароера, и [землю] Ога, царя Васанского, последнего из исполинов, жившего в Астарофе. (см.: Нав. 12:1–4).

После этого «Господь сказал Иисусу: „Сделайте города-убежища, о которых Я говорил вам чрез Моисея, убежища для убившего человека по ошибке, чтобы не умер убивший от мстящего за кровь. И когда погонится за ним мстящий за кровь, то они не должны выдавать в его руки убийцу, потому что он без умысла убил его, не имея к нему ненависти до вчерашнего дня. Пусть убийца живет у них, доколе не умрет великий священник, который будет в те дни. А потом убийца пусть возвратится”»[1036] (Нав. 20:1–3, 5–6).

Вот какой прообраз дал нам Спаситель: как по смерти великого священника убийце должно вернуться и, прибегнув к жертвеннику, получить свободу, так и разбойник, распятый вместе с Христом, увидел померкшее Солнце и день, обратившийся в ночь от шестого до девятого часа, и взмолился, говоря: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» (Лк. 23:42), — и, сказав это, получил свободу и стал причастником рая, ибо великий священник был прообразом Иисуса Христа: как невольно убившие, прибегая к храму по смерти великого священника, получали свободу, так, когда Иисус Христос за нас пострадал, то вся человеческая природа освободилась от лукавого Врага.

Иисус отделил города, как ему повелел Господь, и окончил разделение земли по пределам её. «И сыны Израилевы дали часть Иисусу по повелению Господню, дали ему город, который он просил, дали ему Фимнаф-Сар на горе Ефремовой. Он построил тут город и жил в нём» (Нав. 21:42). Итак, отдал Господь всю землю, дать которую клялся отцам их, и дал им Господь покой со всех сторон, и никто из всех не устоял против них, всех врагов его предал Господь в руки его, и не изменил твердому обещанию, которое Господь дал сынам Израилевым. (См.: Нав. 21:43–45).

Слышал, жидовин, о всемогущей деснице Господней, как она множество сильных народов истребила пред лицом вашим?[1037] Вы же, окаянные, ныне были истреблены за ваше беззаконие.

Как уже было сказано, через много дней Господь дал Израилю покой от всех его врагов. Иисус уже был стариком, оканчивавшим свои дни. «Он созвал всех сынов Израилевых, их старейшин, вождей, судей и книжников и сказал им: „Вот, я состарился, вошёл в преклонные лета. Вы видели всё, что сделал Господь Бог наш со всеми этими народами пред лицем вашим, ибо Господь Бог ваш сражался за вас. Вы видите, как я низверг вам народы, истребил страны от Иордана до великого моря, где заходит Солнце. Господь Бог наш уничтожил их перед лицом вашим, доколе не погибнут пред вами цари, дабы вы унаследовали землю их, как говорил вам Господь Бог наш. Старайтесь в точности хранить и исполнять всё написанное в книгах закона Моисеева, не уклоняясь от него ни направо, ни налево. Не общайтесь с народами, оставшимися с нами, и беззаконие иных богов пусть не проникнет в вас, и не служите им и не поклоняйтесь им, но прилепитесь к Господу Богу нашему, как вы делали до сего дня. Господь прогнал от вас народы великие и сильные, и пред вами никто не устоял до сего дня. Один из вас прогоняет тысячу, ибо Господь Бог ваш был с вами, как говорил вам.

Старайтесь всячески в душах ваших любить Господа Бога вашего. Если же вы отвратитесь и пристанете к тем народам, которые остались с вами, и вступите с ними в браки, чтобы смешаться с ними, то по опыту узнаете, что Господь Бог не будет уже прогонять от вас эти народы, и они будут для вас сетью и соблазном, гвоздями для ступней ваших и стрелами для глаз ваших, доколе не будете истреблены с сей доброй земли, которую дал Господь Бог ваш.

Я ныне отхожу в путь, как и всё, что ни есть на земле. А вы знаете сердцем вашим и душою вашею, что не осталось тщетным ни одно слово из всех слов, которые говорил о вас Господь Бог ваш; всё благое сбылось для вас, ни одно слово не осталось несбывшимся. Но как сбылось над вами всё благое, так Господь исполнит над вами всякое злое слово, доколе не истребит вас с этой доброй земли, которую дал Господь ваш. Если вы преступите завет Господа Бога вашего, который Он заповедал вам, и пойдёте и будете служить другим богам и поклоняться им, то возгорится яростью на вас гнев Господень, и вы скоро сгинете с этой доброй земли, которую Он дал вам”» (Нав. 23:2–16).

«Иисус собрал все колена Израилевы в Сихем и призвал старейшин Израиля и книжников их, и вождей их, и они предстали пред Господом» (Нав. 24:1). Иисус вкратце рассказал им всё бывшее. «И отвечал народ и сказал: „Не будет того, чтобы мы оставили Господа!” Иисус сказал ему: „Вы не сможете служить Господу Богу нашему, ибо Он Бог святой, Бог ревнитель, не попустит вам беззакония и грехов. Если вы оставите Господа и будете служить чужим богам, то Он истребит вас”» (Нав. 24:16, 19–20).

Слышишь, жидовин, как пророчествует Иисус, воевода Израилев, о том, что вы оставите Господа и послужите чужим богам, и о Его пришествии он сказал, что Он придёт во плоти: «Придя, Он истребит вас». Если бы вы уверовали в Иисуса Христа, то Он пришёл бы и научил вас; если же вы не имеете веры, то Он придёт и истребит вас. Нет у вас, находящихся в рабстве по всей земле, ни места, ни города, ни земли обетованной, ни жертвоприношения, ни поклонения, но всё истребил Господь за ваше беззаконие, о котором пророчествовал и великий воевода Иисус, сказав: «Он истребит вас, после того как благотворил вам» (Нав. 24:20). Иисус знал, что быть вам уничтоженным[1038].

«И сказал народ Иисусу: „Нет, мы будем служить Богу”. Иисус сказал народу: „Вы свидетели сами себе, что вы избрали Господа, чтобы служить Ему”. И заключил Иисус завет в тот день и дал им закон в Сихеме пред скиниею Бога Израилева. И вписал он эти слова в книгу закона Божия и взял большой камень и положил его пред Богом и сказал: „Этот камень будет вам свидетелем, ибо он слышал все слова Господа, которые Он сказал вам сегодня, чтобы вы не солгали Богу вашему”.

И отпустил Иисус народ каждого в свой удел. И служил Израиль Господу во все дни Иисуса. После сего умер Иисус, сын Навин, раб Господень, прожив 110 лет, убив 32 царя. И похоронили его в пределе его удела Фамнаф-Сараи на горе Ефремовой. И положили там с ним во гробе каменные ножи, которыми Иисус обрезал сынов Израилевых в Галгале, а кости Иосифа, которые сыны Израилевы вынесли из Египта, схоронили в Сихеме, в поле, которое Иаков купил Иосифу. После этого умер и первосвященник Елеазар, сын Аарона, и похоронили его в Гаваофе.

Сыны Израилевы разошлись по своим землям и своим городам. И стали сыны Израилевы чтить чужих богов; их имена Астарта и Астароф[1039]. И [Господь] предал их в руки Еглона, царя Моавитского, и он владел ими 18 лет. (Нав. 24:21–22, 25–28, 29–33, 35–36).

Поглядите на иудейское окаменение! Они видели чудеса Божии, держали скрижали завета Господня, но ещё заповеди Моисея и Иисуса не успели затихнуть в ваших ушах, как вы прилепились к богам иноплеменников.

«КНИГА СУДЕЙ ИЗРАИЛЕВЫХ»[1040]

«По смерти Иисуса вопрошали сыны Израилевы Господа, говоря: „Кто пойдет с нами на Хананеев воеводой сражаться с ними?” И сказал Господь: „Иуда пойдет; вот, Я дал всю землю в руки его”» (Суд. 1:1–2).

Он судил Израиль 7 лет. «И сказал Иуда Симеону, своему брату[1041]: „Войди со мною в жребий мой, и будем воевать с Хананеями”. И пошёл Иуда воевать, и Господь предал в его руки хананеев и ферезеев, и он убил их тысячу человек в Везеке, а царю Адони-Везеку[1042] они отсекли руки и ноги. Адони-Везек сказал: „Я семидесяти царям отсек руки и ноги, и они собирали [крохи] под столом моим; как делал я, так и мне воздал Бог”.

И воевали сыны Иудины против Иерусалима, и взяли его, и поразили его мечом, и город предали огню. Потом Иуда со своим братом Симеоном поразили хананеев, живших в Цефафе. Господь был с Иудою, и он овладел горою, но жителей долины не мог прогнать. Халеву отдали Хеврон[1043], как прежде говорил Моисей, и он получил там три города сынов Енаковых и изгнал оттуда сынов Енаковых. Иевусеев, живущих в Иерусалиме, сыны Вениаминовы не изгнали, но они живут с ними в Иерусалиме.

После этого пошли сыны Иосифа, с ними же был Иуда, и они взяли Вефиль, который прежде назывался Луз. На этой земле жили хананеи. Израиль вошёл в силу и сделал хананеев данниками.

Колено Ефремово не изгнало хананеев из своего удела, и они жили среди них в Газере, платя дань.

Колено Завулоново не изгнало [жителей] из своих пределов, и хананеи [жили] среди них в Китроне и в Аммане, платя дань.

Колено Асирово также не изгнало [жителей] из Акко, но брало с них дань, ибо не могло изгнать их.

И колено Неффалимово не изгнало жителей Вефсамиса и Бефанафа, и они стали данниками.

Сыны Дановы загнали аморреев в горы; колено Даново жило в Аиалоне и Шаалвиме[1044]. [Сыны] Иосифовы наложили руку на аморреев и сделали их данниками. (Суд. 1:3–4, 6–8, 17, 19–23, 28–31, 33–35).

Как сказано в Писании в «Книге Судей», после этого «пришёл ангел Господень из Галгала в Бохим и в Вефиль и к дому Израилеву и сказал им: „Так говорит Господь, выведший вас в землю, о которой Он клялся отцам вашим дать её вам, — Он сказал вам: Я не нарушу завета своего, и вы не вступайте в союз с жителями этой земли, и не поклоняйтесь их богам, изваяния их разбейте и жертвенники их разрушьте. Так говорит Господь: Вы не послушали моих слов и не сделали того, о чём Я говорил. Я не стану больше переселять людей, которых Я хотел изгнать от лица вашего, и они будут они вам петлёю, и боги их будут для вас соблазном”.

И вот, когда ангел сказал эти слова всему Израилю, тот поднял вопль свой и заплакал. От сего это место стало называться Плачущие (Бохим)» (Суд. 2:1–5).

Слышишь, забытый [Богом] жидовин: так как ты отступаешь от заповедей Господних, то поэтому пришла к тебе всеконечная погибель, ибо Моисей заклял тебя о твоём беззаконии.

«Принесли они жертву Господу и пошли каждый в свой дом и в свой удел. И служил Израиль Богу во все дни старейшин, сколько их было с Иисусом, ибо они видели великие дела Господни. Но когда и старейшины отошли от них, пришло другое поколение, которого не было при Иисусе и которое не знало Господа и дел Его, какие Он делал Израилю. Тогда сыны Израилевы стали делать злое и стали служить Ваалам[1045], и оставили Господа Бога отцов своих, Который вывел их из Египта, и обратились богам народов, окружавших их, и стали поклонялись упомянутому Ваалу.

И воспылал гнев Господень на израильтян, и Он предал их в руки врагов, и они не могли устоять перед окружавшими их — рука Господня была им во зло.

И поставил над ними Господь судей и спас их от рук врагов. Однако народ судей не слушал, а блудил вслед других богов и уклонились от пути, коим ходили отцы их, повинуясь заповедям Господним» (Суд. 2:5–7, 10–17).

Затем Господь смилостивился над своим народом, «и [сам] Господь был с судьями и спасал его от врагов его. Когда судья умирал, они отступали от Господа, чтобы идти вслед иным богам и служить им; и не отступили они от строптивого пути своего и были уничтожаемы хуже своих отцов.

И разгневался Господь на израильтян и сказал: «За то, что сей народ оставил мой завет, и Я не стану изгонять из этой земли народы, которых оставил на земле Иисус Навин, оставил их, чтобы искушать ими Израиль: станут ли они держаться пути Господня, как держались их отцы, бывшие с Иисусом?» И оставил Господь эти народы и не изгнал их вскоре и не предал их вскоре в руки Иисуса, но Иисус оставил их для искушения Израиля» (Суд. 2:18–23; 3:1), желая через них изгнать неверие, словно болезнь, из Израиля. Они жили в Ливане от горы Ермона до входа в Емаф[1046]. «Сыны Израилевы жили среди хананеев, хеттеев, аморреев, ферезеев, евеев и иевусеев и брали дочерей их себе в жёны, и своих дочерей отдавали за их сыновей» (Суд. 3:5–6), забыв слова Моисея и Иисуса, с которыми они обращались к ним не вступать в брак с дочерьми иноплеменников. И сделали сыны Израилевы злое пред Господом — стали служить Ваалу и рощам[1047] (см. Суд. 3:7).

И снова Господь воспылал гневом на израильтян и предал их в руки Хусарсафема, царя Сирийского[1048], и они служили ему восемь лет. И снова израильтяне возопили к Господу, и Господь дал им Гофониила, сына Кеназа, младшего брата Халева. На нем был Дух Господень, и он [был] судьёй Израиля. Он вышел на войну против Хусарсафема, и Господь предал в его руки царя Месопотамского, и его рука одолела Хусарсафема. И покоилась земля пятьдесят лет[1049]. И тогда умер Гофониил, судивший в Израиле пятьдесят лет.

Сыны Израилевы продолжили делать злое пред Господом, и Господь усилил Еглона, царя Моавитского, и тот пришёл и поразил израильтян и овладел городом Пальм. И служили израильтяне Еглону восемнадцать лет.

И возопили израильтяне к Господу, и Господь дал им Аода, сына Геры, внука Иеминиева, способного действовать обеими руками[1050]. И послали сыны Израилевы с ним дары Еглону, царю Моавитскому. Аод сделал себе нож с лезвием длиною в локоть[1051] и опоясался им под своей броней. Аод пришёл к Еглону и подал ему дары, которые принёс. Царь, приняв дары, усмехнулся. Тогда Аод, повернувшись к нему, сказал: у меня есть что сказать тебе втайне, царь. Еглом отослал состоявших при нём, а Аод, вынув нож, убил его и, выйдя вон, затворил дверь и убежал» (Суд. 3:7–17, 19, 21, 23). После этого моавитяне, найдя царя мёртвым, долго искали Аода, но не нашли.

После этого Аод, придя с сынами Израилевыми, «убил моавитян 10 000 человек. И Моав покорился в тот день руке Израиля, и покоилась земля восемьдесят лет. И тогда умер Аод, судив в Израиле восемьдесят лет.

После него судьёй был Самегар, сын Анафов, который судил в Израиле семь лет и убил иноплеменников шестьсот человек» (Суд. 3:29–31).

«И опять сыны Израилевы стали делать злое пред Господом. И Господь предал их в руки Иавина, царя Ханаанского, и он притеснял Израиль, владея им двадцать лет. Военачальником у него был Сисара. Иавин, царь Ханаанский, послал с ним девятьсот железных колесниц, чтобы угнетать израильтян.

В то время была жена Лапидофова по имени Девора, она была пророчица и судила в Израиле. Она жила под Пальмою между Рамою и Вефилем на горе Ефремовой. И сказала Девора Вараку, сыну Авиноама: „Вот, Господь Бог Израилев повелевает тебе пойти на гору Фавор, возьми с собою двенадцать тысяч [человек] из сынов Неффалимовых и из сынов Завулоновых; иди сразиться с Сисарой, военачальником Иавина”. Варак сказал ей: „Если ты пойдёшь со мною, пойду и я; а если не пойдёшь, то и я не пойду”. Девора сказала: „Я пойду с тобой, однако знай, что не тебе уже будет слава на пути, в который я иду, ибо Господь предаст Сисару в руки женщины”. И встав, они пошли, и с ними десять тысяч человек из колена Неффалимова и Завулонова» (Суд. 4:1–10).

Сисара узнал, что против него идут Девора и Варак, и Господь устрашил Сисару и всё его войско и девятьсот колесниц. И он обратился в бегство. «И сошёл Сисара со своей колесницы, а Варак преследовал его колесницы и всё его ополчение, пока не осталось ни одного из них. Сисара прибежал в шатёр Иаили, жены Хевера Кенеянина, ибо между царём Иавином и домом Хевера Кенеянина был мир. И вышла Иаиль, жена Хевера, навстречу бегущему Сисаре и позвала его в свой шатёр и скрыла его под своей одеждой. Потом Иаиль, взяв кол, вонзила его ему в бок[1052], и так умер Сисара. И смирил Господь в тот день Иавина, царя Ханаанского, пред сынами Израилевыми» (Суд. 4:15–18, 21, 23).

Девора и Варак, исполнившись Святого Духа, стали пророчествовать, запев такую песнь: «Если в Израиле явились вожди с благоволением к людям — благословите Господа! Слушайте, цари, внимайте, сильные воеводы: я воспою Бога и восхвалю Господа Бога Израилева! Господи, при выходе твоём от Сеира, когда Ты поднимался с поля Едомского, земля тряслась, и небо смутилось, и облака проливали воду, горы колебались пред лицом Господним» (Суд. 5:2–5).

Видишь, как она пророчествует о пришествии Христа, Который воплотился от Святого Духа и от Девы Марии. «Благоволение к людям» — видишь, что Господь родился по милосердию. Слышишь, как она признает Его Господом, говоря: «Благословите Господа!» Она сказала: «Слушайте, цари, и внимайте»; слышишь, жидовин: это — [пророчество] о призвании языческих царей, ибо они будут слушаться заповедей Господних. Она сказала: «Воды сильные», — это они пророчествуют о крещении, ибо Он освятит воды и даст им силу для избавления от недуга[1053]. «Восхвалю Господа Бога Израилева!» — слышишь, как она тройственным словом открыла имя Святой Троицы, которое Израиль не уразумел: одно дело сказать «воспою» и другое — «восхвалю», хотя оба одинаково славят Владыку. Так же и Отец, и Сын, и Святой Дух: разные Ипостаси, но одна божественная сущность. В словах «при выходе твоём» она пророчествует о рождестве Господа. Словом сирый[1054] она пророчествует о пустынном месте, ибо Он родился в вертепе и был положен в ясли; будучи богаче всех милостью, Он добровольно обнищал ради человека[1055], не покидая престола, с Отцом восседая [на нём]. Слова «когда поднимался» [пророчествуют о] вольном [восшествии] на крест. Слова «от поля Едомского»: Едем[1056] означает ‘райская пища’, Адам ушёл из Едема из-за преступления; посмотри: Девора сказала не «в поле», но «от поля», так как Он изгнал Адама как злодея из рая; и вот место в Иерусалиме, которое называется Голгофа, оно было от поля Едомского, на ней (горе) был водружён крест Христов. Ты слышал, что было во время распятия Владыки и как пророчествует [об этом] Девора, воспевая: «Земля тряслась, и небо смутилось, и облака проливали воду, горы колебались пред лицом Господним»; ты слышал, что во время страстей Господних всё это исполнилось.

Тогда, как сказано в Писании, «после войны на земле сорок лет была тишина» (Суд. 5:31). В Израиле судили Варак и пророчица Девора. «И опять сыны Израилевы стали делать злое пред Господом, и Господь предал их в руки мадианитян, и они семь лет были под их рукой» (Суд. 6:1). Мадианитяне, амаликитяне и жители востока поднялись, множеством подобные саранче, и пришли на землю Израиля.

«Израильтяне, убежав [от мадианитян], возопили к Господу, и Он послал к ним пророка из сынов Израилевых, и сказал им: „Я вывел вас из земли Египетской, из дома рабства; Я избавил вас от руки египтян и от руки всех угнетающих вас и прогнал их от лица вашего, и дал вам землю их, и сказал вам: Я — Господь Бог ваш, не бойтесь богов аморреев, среди которых вы живёте; но вы не послушали гласа моего”.

И пришёл Ангел Господень и сел под дубом. И вот, Гедеон, сын Насонов[1057], молотил пшеницу на своём току, мечтая бежать от мадианитян. И явился ему Ангел Господень и сказал ему: „Господь с тобою, муж сильный!” Гедеон ответил ему: „Если Господь с нами, то отчего на нас обрушилось столько зла? Где все Его чудеса, о которых рассказывали нам отцы наши, будто Господь вывел нас из Египта? Ныне оставил нас Господь и предал нас в руки мадианитян”» (Суд. 6:6, 8–13).

О славное чудо! О милосердие Владыки! Сколько раз иудеи гневили Господа, переменяя славу Творца на идолослужение! Имея в своих руках закон Моисея, вы поклонялись идолу Ваала (а что может быть ужаснее этой жестокости?)! Когда вы принимали кары от Бога, как возлюбленный сын от отца, и отвергали поучения судей, то Владыка снова смилостивился над вами и послал бесплотное ангельское существо, и тот, как человек, говорит с Гедеоном о спасении Израиля. Что же ты, окаянный жидовин, удивляешься тому, что родила Дева Того, о Ком возвещали подряд все пророки, что Он спасёт всю землю, ибо четыре конца земли приведёт к единому крещению и Сам подаст пример?!

Однако мы возвратимся к повествованию.

Ангел Господень сказал Гедеону: «„Иди с силою и спаси Израиля от руки мадианитян”. Гедеон сказал ему: „Как спасу я Израиль? Вот, и племя моё в колене Манассиином самое бедное, и я у отца моего младший; но если я обрел благодать пред тобою, то не уходи отсюда, пока я не принесу дара моего и не положу пред тобой”. Ангел Господень сказал: „Вот, я здесь и буду сидеть, пока ты не возвратишься”.

Гедеон пошёл в свой дом и, взяв жертвенное, пришёл на то место и поклонился ему. И сказал ему ангел: „Возьми мясо и хлеб и опресноки и положи на тот камень”. Гедеон так и сделал: положил перед ним на камне всё жертвенное, что он принёс из дома своего отца. И вот, ангел Господень простёр конец жезла, который он держал в своей руке, и коснулся к жертвенному, и тотчас вышел огонь из камня и сжёг всё жертвенное на его глазах; и [ангел] стал невидим.

В ту ночь Господь сказал ему во сне, говоря: „Разрушь жертвенник Ваала [и] сруби рощу, которая при нём”. Гедеон так и сделал. Жители города, придя в негодование, говорили Иоасу: „Выведи сына, пусть он умрёт за то, что разрушил жертвенник Ваала и срубил рощу”. Иоас же ответил им: „Вам ли вступаться за Ваала? Если он бог, то пусть сам отомстит за себя”.

И вот, мадианитяне, жители востока и племя амаликитян и собрались вместе против Израиля. И вот, Дух Божий укрепил Гедеона; он затрубил в рог и послал весть к колену Манассиину, и к Асиру, и Завулону, и Неффалиму; и тотчас они сошлись вместе для сражения. И сказал Гедеон Господу Богу: „Если Ты моею рукою спасёшь Израиль, как Ты говорил, то вот, я положу на гумне стриженую шерсть: если роса будет только на шерсти, а на всей земле сухо, то я буду знать, Господи, что Ты спасаешь Израиль моею рукою”. Наутро Гедеон пришёл на своё гумно, сжал шерсть и наполнил росой, павшей на шерсть, [целый] сосуд, а на всей земле было сухо» (Суд. 6:14–15, 17–21, 25, 27–28, 30–31, 33–38).

Этим наш Спаситель прообразовал своё рождение во плоти: как тогда на всей земле было сухо и только на шерсть тихо сошла роса, так и земля запустела в безбожии, ибо ни пророки у них не проповедовали, ни апостолы не научили языческие народы, но они иссохли в неведении и потому поклонялись идолам, но по милосердию наш Спаситель, как роса на руно, пришёл только к еврейскому народу.

Тогда «Гедеон сказал: „Да не разгорится твой гнев на меня, Господи, если ещё раз положу шерсть на моём току: пусть будет на всей земле роса, и только шерсть будет сухой”» (Суд. 6:39). В Писании сказано: «Господь так и сделал в ту ночь: шерсть была сухой, а на всей земле была роса» (Суд. 6:40).

Это тоже представляет собой прообраз грядущего: как на руно сошла роса, так и наш Спаситель родился от Пречистой Девы из колена Иудина, и Дева не страдала и не болела во время пречистого рождения Спасителя; и ещё: как на всей земле была роса, так и языческим народам Он даровал святое крещение для очищения грехов.

Встав, Гедеон нашёл на всей земле росу, и только руно было сухим. Увидев это, Гедеон вооружился у источника Харад на битву; с ним было две тысячи ополченцев, готовых сразиться с мадианитянами. «И сказал Господь Гедеону: „Народу [слишком] много, как бы они не сказали: наша рука спасёт нас, наша десница побила их; поэтому веди их к воде, там Я выберу [их] тебе; вели им пить воду без своих чаш, и каждый, кто пьёт воду из горстей, пусть идёт с тобой, а тот, кто пьёт склонившись на колени, пусть вернётся”» (Суд. 7:2–5). Гедеон так и сделал и отобрал только триста человек из ополчения, остальные ушли по своим шатрам. У мадианитян же и амаликитян было восемь тысяч воинов.

Гедеон пошёл ночью в стан и разделил своих воинов на три части: сотню воинов в правом отряде, сотню в левом; каждому из них он дал рог, чтобы трубить, и светильники в кувшинах. Он сказал им: „Вот, я пойду в среднем отряде с сотней воинов, и что я буду делать, то делайте и вы: если я затрублю, то и вы затрубите; если я зажгу светильник, то и вы зажгите” (Суд. 7:17–18). Сказав это, он с сотней воинов вошёл в середину стана мадианитян, и они затрубили в трубы и подняли светильники на копьях, так же сделали и соседние [отряды] — [затрубили в трубы] и зажгли светильники. Мадианитяне, услышав трубные звуки и увидев факелы, обратились в бегство. В ту ночь Господь предал мадианитян и сынов Амаликовых израильтянам; здесь они убили Орива и Зива[1058], а всего они убили 120 тысяч. (См.: Суд. 7:19–25).

Затем Гедеон пошёл по дороге к живущим в шатрах на восток от Новы и поразил стан Зевея и Салмана, обоих царей он убил и многих, которые сдались, взял в плен. (См.: Суд. 8:11–12).

Гедеон сделал как бы «священнический ефод и положил его в своём городе, в Офре, и был он сетью Гедеону и всему дому его»[1059] (Суд. 8:27). Во дни Гедеона утихла война на сорок лет. «У Гедеона было семьдесят сыновей, происшедших от чресл его, потому что у него было много жён” (Суд. 8:30).

«Когда умер Гедеон, сыны Израилевы обратились к Ваалу и поклонялись ему» (Суд. 8:33).

После этого три года в Израиле судил Авимелех; он совершил множество убийств, убил и семьдесят своих братьев, сыновей Гедеона. «Потом он пошёл в Тевец, желая взять его; он пришёл к башне, держа в своих руках огонь. И вот, женщина бросила в него обломок жернова и проломила голову. Авимелех сказал отроку, своему оруженосцу: „Вынь меч и убей меня, чтобы не сказали, будто женщина убила Авимелеха”. И отрок убил его» (Суд. 9:50, 52–54). Так жестоко скончал он свою жизнь.

«После Авимелеха судьёй в Израиле был Фола, сын Фуи, сын брата его отца[1060], из колена Иссахарова. Он был судьёю Израиля двадцать три года и умер.

После него судьёю Израиля был Иаир из Галаада, он судил в Израиле двадцать два года. У него было тридцать два сына» (Суд. 10:1–4).

«Сыны Израилевы продолжали делать злое пред Господом и служили Ваалу и Астарте, а Господа оставили и не служили Ему. И Господь разгневался ни них и предал их в руки филистимлян и аммонитян; они были в рабстве восемнадцать лет. Аммонитяне перешли Иордан и ополчились на [колена] Иудино, Вениаминово и Ефремово. И возопили сыны Израилевы к Господу, говоря: „Согрешили мы, служа Ваалу!”» (Суд. 10:6–10). Они поставили над собой судьёй Иеффая, сына Галаада от блудной женщины[1061]. «И был на Иеффае Дух Господень, и молился Иеффай Господу и сказал: „Если Ты предашь аммонитян в руки мои, то [по моём возвращении] что выйдет из ворот моего дома навстречу мне, [будет] во всесожжение Господу”. Иеффай ополчился на аммонитян, и Господь предал их в его руки. И вернулся Иеффай в Массифу в свой дом, и вот, дочь его вышла навстречу ему, она была у него одна. Увидев её, Иеффай разодрал свои одежды и сказал: „Зачем ты вышла навстречу мне, дитя?! Ты, чадо, будешь предана смерти на моих глазах”. И ответила ему его дочь: „Отец, если ты дал слово Господу обо мне, то сделай со мною, что произнесли уста твои; теперь же отпусти меня на два месяца, я взойду на горы и оплачу моё девство с подругами моими”. И её отец отпустил её. По прошествии двух месяцев она возвратилась к своему отцу, и он исполнил над нею обет, который дал Господу»[1062] (Суд. 11:29–32, 34–39).

Смотри: Иеффай победил тогда аммонитян не по обету, по которому он обещал принести в жертву отроковицу. Так как Владыка не хотел погубить Израиль из-за данного жестокого обета, Он по своей благодати предал аммонитян поражению. Поскольку такая жертва не была избрана Богом, то он и не жертвовал, как Авраам Исааком, чьё благочестие Ему приятно, принесённой же в жертву дочери Бог не просил и не принял. Иеффай сказал: «Если Ты предашь аммонитян в мои руки, то [по моём возвращении] что выйдет из ворот моего дома навстречу мне, [будет] во всесожжение Господу». Видишь, что Господь не требовал этого, но ещё нечестивее было бы, если бы ему случилось первым встретить или собаку, или лошадь, или осла, или верблюда, или что-нибудь из имущества, или людей и это принести в жертву Господу, ибо Господь не требует и пойманной птички. Оттого-то Иеффай не сподобился Авраамовой похвалы[1063] и девица не была похожа на Исаака: Исаак, идя на жертву, укреплял отца Авраама не отвергать повеления Владыки; она же безбожно плакала, рыдая два месяца, считая эту жертву горькой. Бог попустил её неправедную смерть, поучая живших тогда иудеев, а также поучая следующие [поколения] давать обеты благопристойно и безгрешно, как сказал божественный Давид в пятидесятом псалме: «Жертва Богу — дух сокрушённый, сердца сокрушённого и смиренного Бог не презрит» (Пс. 50:19).

Вот, я расскажу вам о чём-то сходном, случившемся с великомучеником и страстотерпцем Георгием[1064].

Человекоубийца диавол[1065] сначала, согрешив в своём помысле, отпал от славы; позавидовав почтенному Богом человеку, он привёл к обману Адама и Еву, живших в раю; затем помог Каину убить его праведного брата Авеля; оставшийся народ он соблазнил ложью, когда же он был потоплен, то Сатана обрадовался этому, думая, что человеческий род погиб. Но благой человеколюбец Бог сохранил Ноя, чтобы от него произвести человеческое потомство. Увидев, что он (Ной) остался на земле один, диавол обрадовался, думая и его отлучить от Бога, как Адама от рая, и пустил в него множество стрел. Увидев, что он сопротивляется, диавол нашёл в том поколении человека по имени Нимрод и стал его сообщником в безбожном замысле создать столп до небес и ополчиться на битву с Богом, полагая, что Господь разгневается на них и истребит их с земли. Но Господь был милостив: Он разделил их на семьдесят два языка. Затем Он воздвиг в еврейском народе Авраама, Исаака и Иакова, от которых, как цветы, процвели пророки, которые крепко сражались с лукавыми [духами], развращавшими стадо Владыки, имея у себя сообщников и приспешников во плоти — иногда судей и вождей, а также воевод и царей, при помощи которых диавол часто угнетал стадо Божие. Но человеколюбивый и преблагой Господь послал в мир своего безначального Сына, и Он выказал свою божественную силу и научил своих апостолов проповедовать крещение во оставление грехов. Апостолы же, словно громоподобная колесница, обошли всю землю и, словно блистающая молния, просветили народы, и христианская вера стала расти и укрепляться[1066]. Окаянный диавол, узнав о своей погибели, рыдал, ибо был побеждаем верными, и не только мужчинами, но и женщинами и детьми.

Расскажем вкратце подходящую повесть о девице Евфасии. В Палестинской земле был большой город, называвшийся Нападавай. Недалеко от города было огромное озеро, в котором жил громадный змей, делавший много зла людям той страны, иных умерщвляя свистом. И были в том городе великие скорбь и рыдание. Царь этого города созвал народ и сказал: «Что нам делать, ведь мы погибаем? Я подам вам такой совет: пусть каждый из вас по очереди отдаст своего сына или дочь на съедение, чтобы из потомства каждого из нас была жертва нашим богам; когда очередь дойдёт до меня, и я отдам свою отроковицу; этот зверь есть бог нашего города». Эта речь была всем угодна, ибо они были ещё не просвещённые идолопоклонники, не знавшие христианской веры. Все люди в храме ответили, говоря: «Воистину, царь, твоё сердце в руках богов, ибо наши боги подали тебе этот совет».

Они пошли и стали по повелению царя совершать жертвоприношения; один за другим каждый из них они сажали своих детей на камень[1067] около озера каждый день, готовя змею пищу из своих детей. Тот, до кого дошла очередь, отдавал сына или дочь, украшенных драгоценностями, чтобы сделать угодное богу. Когда все жители отдали своих детей, они сказали в храме так: «Повелитель, мы все отдали своих детей, каждый из нас по очереди один за другим, теперь что ты прикажешь своим рабам, то мы и сделаем». Царь, услышав это, сказал им: «Я принесу в жертву свою единственную дочь, не отказываясь от этого уговора; потом же мы опять сделаем по очереди то, что скажут нам боги»[1068].

Затем царь приказал украсить свою дочь великолепными одеждами и драгоценностями и, рыдая, облобызал её, ибо он блистал славой и добронравием. После этого он приказал отвести её на погибель и посадить на камень около озера. Слуги царя, исполняя повеление, вели её, плача и рыдая, что ей выпал жребий окончить жизнь из-за ненавистного окаянного змея. Девица села на тот камень, плача и рыдая, ожидая смертного часа.

В это же время в Диосполисе жил человек по имени Геронт с женой по имени Полифрония, и у них был сын по имени Георгий — дитя благонравное, крещённый своей матерью, наученный в божественной премудрости, крепкий телом и исполненный духовных дарований от Владыки Христа, когда наш Владыка и Господь, желая спасти погибающего и прославить славящего, послал в путь своего отрока Георгия. Он, идя своим путём, увидел отроковицу, плакавшую и ожидавшую часа своей смерти, и наклонился к ней, говоря: «Зачем, девица, ты сидишь здесь и отчего плачешь?» Отвечая, отроковица сказала: «Уходи, мой господин, от этого места, а то и ты из-за меня жестоко погибнешь». Отвечая ей, Георгий сказал: «Что ты говоришь, девица, разве в этом месте есть разбойники?» «Нет, мой господин, огромный и страшный змей живёт в этом озере, я умоляю тебя теперь: уходи, господин мой, господин! Я вижу твой цветущий возраст, величие и красоту твоего лица и желаю тебе от всей своей души, чтобы ты не умер страшной смертью, стоя здесь». Георгий сказал ей: «А ты почему сидишь здесь и не уходишь от этого места?» Девица ответила ему: «Я могла бы долго говорить и рассказывать о себе, но я боюсь, что когда придёт этот змей, то он и тебя похитит со мной; поэтому я молю: господин, господин, уходи, пожалей свою юность и ты не скоро окончишь жизнь». Прекрасный юноша сказал ей: «Скажи мне, не боясь, ибо я не отойду от тебя в этой напасти, имея соратником Владыку Христа, который, будучи бессмертным по природе, ради нас, облёкшись в плоть, испытал смерть». Отроковица затрепетала от этих слов и сказала ему: «Видишь ли ты этот большой город: в нём многоплодные сады и огороды, и его жители изобилуют богатством? Видишь его урожайные поля, обильные маслом и елеем, и всякие растущие в изобилии злаки? Оттого-то мой отец не хочет уходить с этого места, но в этом озере есть огромный змей, приносящий зло этим людям. Мой отец договорился с горожанами, чтобы они всякий день отдавали ему (змею) в пищу своих детей. Сегодня пришла очередь царя, моего отца, у которого я единственная дочь; он не хотел нарушить своего повеления и приказал отдать меня на съедение змею. Но я, господин, уже всё тебе рассказала, уходи скорее, пока не приполз змей и не схватил тебя! Я очень тебя прошу: уходи, не губи своей молодости и своего светозарного лица, уходи скорее, пока не приполз змей! Он многих поглотил, и больше их нет, сегодня тяжкий приговор скоро исполнится надо мной; тебя же я умоляю: уходи, юноша, да не перестанет из-за меня говорить твой медоточивый язык, да не погубишь ты своей цветущей молодости, дождавшись змея!»

Услышав это, Георгий, доблестный воин всевышнего царя Христа, сказал отроковице: «Не бойся, со мной помогающий мне Иисус Христос, который древле заградил уста львам и уберёг от них невредимым Даниила, Он даст мне сегодня силу против этого гордого и лукавого змея: как Даниил умертвил бывшего тогда змея, бросив ком[1069] в его пасть, так и я укрощу его силой моего Владыки и вскоре истреблю [его] жизнь; погасивший древле отрокам печь, Он угасит его свирепость и бывшего дерзким и яростным Он сегодня сделает и ничтожным и бессильным». Сказав это, святой Георгий, слуга Христов, воззрев на небо и преклонив колени, обратился с молитвой к Господу, говоря: «Безначальный, живоначальный Боже всего мира, не имеющий ни начала, ни конца, установивший своей властью времена и сроки: Солнцу — светить днём и Луне — освещать ночь; послушавший святых апостолов и пославший им Святого Духа, послушай сегодня и меня, недостойного раба твоего, Господи, и яви на мне милость свою — покори этого лютого человекоубийцу дракона, брось его к моим ногам, чтобы все увидели и уверовали, что Ты один — Бог, прославляемый устами праведников, почивающий на херувимах, сидящий в вышних вместе с Отцом и Пресвятым Духом!» И тут же был ему глас с Небес, сказавший: «Дерзай, Георгий, ибо не останется неуслышанным всякое слово, которое ты возгласишь!»

И вот, тут же озеро взволновалось, забурлило, вспенилось, и вот выползает змей, свища и грозно рыча, хочет схватить и пожрать отроковицу. Но святой Георгий встал перед ним и сказал: «Во имя Иисуса Христа Сына Божия, злой гордый змей, иди за мной!» И он тут же со страхом и трепетом пошёл. Святой Георгий сказал отроковице: «Сними повязку со своей головы и свой пояс и завяжи на его шее, пусть он идёт за тобой». Отроковица сделала так, как ей сказал святой: обмотав его (змея) шею, она повела его к городу[1070].

А её отец, не зная о происшедшем, плакал и рыдал, и весь народ вместе с ним оплакивал отроковицу. И вот вдруг они увидели девицу, влачащую змея, и тут же задрожали от страха. Святой мученик Георгий сказал им: «Не бойтесь, но если вы уверуете в Того, в Кого я верую, — в Иисуса Христа, то увидите своё спасение». Царь же сказал ему: «Как тебя зовут, святой?» Он ответил: «Меня зовут Георгий, я — слуга Отца, и Сына, и Святого Духа!» Услышав это все взмолились, говоря: «Благодаря тебе мы веруем в единого Бога Вседержителя и в Единородного Его Сына Господа Иисуса Христа и в Святого Духа и их единство, тобой наученные, проповедуем!»

Тогда святой Георгий протянул руку, вынул свой меч и отсёк змею голову. Тогда царь, увидев это, подошёл, поклонился ему, и весь народ с ним, воздавая хвалу Вседержителю Богу, начали с того дня веровать во Христа и креститься святым крещением, а свой храм нарекли во имя славного мученика Георгия. Царь повелел совершать его память 23 апреля[1071].

Святой славный Христов мученик Георгий, видя их веру, ибо они непогрешимо уверовали в Господа нашего Иисуса Христа, сказал им: «Вот, на память о себе я оставляю знамение». И, войдя в храм, он повесил в притворе[1072] свой щит силой и действием Святого Духа; он и доныне висит в воздухе над святым притвором, ничем не привязанный и не подпёртый, но только действием Святого Духа недвижно стоит в воздухе для уверения неверующих. Это его знамение не только было видимо всем приходящим в храм, но и подавало слепым прозрение, глухим слышание, хромым исцеление и разбитым параличом движение. И многая радость бывает в том храме всякий день благодаря совершению чудес.

Мучение самого Георгия было дивно и славно, ибо он много пострадал за христианскую веру от беззаконного царя Диоклетиана, но об этом мы после расскажем тебе в ином месте[1073], а пока снова вернёмся к нашему предмету.

После этого Иеффай сразился с ефремлянами, уничтожив из его колена сорок две тысячи [человек]. «Иеффай был судьёю Израиля шесть лет и умер» (Суд. 12:7).

«После него судьёй был Есевон из Вифлеема. У него было тридцать сыновей, тридцать дочерей и тридцать снох. Он был судьёй Израиля семь лет и умер» (Суд. 12:8–10).

«После Есевона судьёй был Елон Завулонянин, судивший десять лет» (Суд. 12:11).

«Потом судьёй был Авдон, сын Гиллела, Пирафонянин. У него было сорок сыновей и тридцать внуков. Он судил Израиль восемь лет» (Суд. 12:13–14).

«Сыны Израилевы продолжали делать злое пред Господом, и Он предал их в руки филистимлян, и они были в рабстве сорок лет. [В то время] жил в Цоре человек из племени Данова по имени Маной; его жена была бесплодна. Ей явился ангел Господень и сказал ей: “Ты зачнёшь и родишь сына, и бритва не коснётся его головы[1074], и он начнёт спасать Израиль от руки иноплеменников». И жена, зачав, родила сына и нарекла имя ему Самсон» (Суд. 13:1–3, 5, 24).

Это был муж огромной силы. Однажды, когда он шёл через виноградник и встретил рычащего льва, то тотчас растерзал его. Спустя несколько дней он опять пришёл посмотреть на льва, и вот, рой пчёл был в львиной пасти; он взял мёд из его пасти и ел дорогою. И вот, он загадал иноплеменникам загадку, спросив их: что ядомое вышло из ядущего и сладкое из сильного? Иноплеменники не смогли отгадать и, только обманув его жену[1075], выведали [разгадку]. (См. Суд. 14:5, 8–9, 14)

Самсон же, пойдя в Аскалон, убил там триста человек и, сняв с них одежды, отдал разгадавшим загадку. Самсон не спешил возвратиться в дом своего тестя к своей жене, и его тесть Фамнарий выдал её замуж за другого человека. (См. Суд. 14:19).

Узнав [об этом], Самсон отомстил иноплеменникам. Во время жатвы он пошёл, поймал триста лисиц, связал попарно хвосты, между ними [привязал] горящий факел, пустил их в виноградники иноплеменников и сжёг их сады и хлеба. Филистимляне же пошли и сожгли огнём дом его тестя, и после этого иноплеменники вышли против колена Иудина. И сказали жители Иудеи: «За что вы вышли против нас?» Филистимляне ответили: «Мы пришли связать Самсона, чтобы поступить с ним так, как он поступил с нами». Услышав [это], жители Иудеи послали три тысячи человек схватить Самсона, чтобы выдать его иноплеменникам. Они нашли его в пещере скалы Етама; посланники сказали Самсону: «Разве ты не знаешь, что филистимляне господствуют над нами? За то, что сделал с нами, мы пришли связать тебя и выдать филистимлянам». Самсон сказал им: «Свяжите и отдайте меня иноплеменникам». Они, связав его новыми верёвками, выдали его иноплеменникам. Филистимляне, увидев [его], закричали и прибежали к нему. И тотчас Самсон разорвал верёвки, ибо сила Всевышнего помогала ему, и, взяв ослиную челюсть, убил филистимлян тысячу человек. Когда он от утомления стал испытывать жажду, он воззвал с молитвой к Господу, и тотчас из челюсти потекла вода, и он напился вытекавшей воды. (См. Суд. 15:4–6, 9–12, 14–15).

После того он взял себе из иноплеменников жену, которую звали Далида. Он был обманут её окаянной лестью, и она, остригши его[1076], как злодея, выдала его иноплеменникам. Филистимляне, выколов ему глаза, приставили к жерновам молоть [хлеб]. Пока он находился в темничном доме, волосы на его голове начали расти. В это же время вожди филистимлян собрались принести великую жертву Дагону, своему богу. Они стали веселиться, говоря: «Вот, наш бог предал в наши руки Самсона, нашего врага, который опустошил нашу землю и умножил наши раны». И вот, когда они развеселились, они сказали: «Приведите Самсона из темничного дома, мы посмеёмся над ним». И, приведя его, они поставили его под домом, где он стоял на поругание всем. И вот, Самсон воззвал с мольбою и сказал: «Адонай, Адонай — Господи, Господи сил! Вспомни меня ныне и укрепи меня ныне только один раз, о Боже, чтобы мне отомстить моим врагам!» Сказав это, он сдвинул десницею два столба, на которых был утверждён дом; и сказал Самсон: «Пусть умрёт ныне душа моя с филистимлянами!» — с яростью вывернул столбы, и дом обрушился на вождей иноплеменников и на весь народ, который был в нём; и было их всех там до трёх тысяч, мужчин и женщин, умерших в том доме; тут же и сам он умер. Братья, взяв его тело, положили его в гробнице его отца Маноя. Самсон был судьёй в Израиле двадцать лет. (См. Суд. 16:4, 21–25, 28–31).

После этого долго — сорок лет — в Израиле не было судей, из-за чего совершалось много зла.

Один человек из колена Левия, живший на склоне горы Ефремовой, взял себе жену из Вифлеема Иудейского. Взяв жену, он [по пути] остановился в городе Гиве Вениаминовой. [Один старик увидел прохожего на улице и сказал ему: «Не ночуй на улице», — и ввёл его в свой дом]. Горожане, сыны Вениаминовы, окружили двор, стучали в двери и говорили хозяину дома: «Выведи человека, который вошёл в твой дом, мы познаем его. Хозяин сказал им: «Ради меня не делайте [зла] человеку, вошедшему в мой дом, не делайте этого безумия; вот моя дочь девица и его жена, я выведу их обеих к вам, ругайтесь над ними». И он, взяв его жену, вывел к ним на улицу, и они были с ней всю ночь до рассвета. И пришла женщина перед рассветом и упала у ворот дома, в котором был её господин. Её господин, отворив двери дома, чтобы отправиться в свой путь, увидел свою жену, лежащую у дверей, и сказал ей: «Вставай, пойдём в свой путь», — но нашёл её мёртвой. Он, вынув нож, разрезал её на двенадцать частей, по числу колен сынов Израилевых, и послал части жены во все пределы Израилевы. Все видевшие говорили: «Такого не бывало и не видано было от дня исшествия сынов Израилевых из земли Египетской до сего дня». (См. Суд. 19:1, 14, 21–30).

Все сыны Израилевы собрались и послали к мужчинам колена Вениаминова, говоря: «Как произошло это злодеяние, случившееся у вас, какого никогда не было в Израиле? Теперь выдайте нам того человека, чтобы мы убили его и очистились от зла в Израиле». Но мужчины колена Вениаминова не послушали голоса их. Двадцать пять тысяч человек выступили и пошли биться против них, и они убили двадцать две тысячи человек в Израиле. И на другой день сыны Израилевы вооружились и выступили против колена Вениаминова, и убили сынов колена Вениаминова в Израиле во второй раз восемнадцать тысяч человек. И плакали сыны Израилевы пред Господом Богом, и сказал Господь: «Идите ещё против сынов колена Вениаминова, ибо Я завтра предам их в руки ваши». Сыны Израилевы пошли на колено Вениаминово, и Господь поразил колено Вениаминово, и было убито у них двадцать пять тысяч сто человек. (См. Суд. 20:1, 3, 13, 24–26, 30, 35).

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ КНИГИ ВОСЬМОЙ «О РУФИ»[1077]

Однажды, во времена правления судей, на земле случился голод. Жил тогда человек по имени Елимелех, имя его жены Ноеминь; у него было двое сыновей, одного звали Махлон, а второго Хилеон; они происходили из города Вифлеема, из колена Иудина. Этот Елимелех был мучим голодом и пошёл в пределы моавитские и оставался там до своей смерти. Его сыновья взяли себе жён из моавитянок, одну звали Орфа, а другую Руфь. Потом умерли и Махлон и Хилеон, и осталась старая Ноеминь со своими двумя снохами, но, будучи во многой печали, она вернулась в землю Иудову, и с ней обе её невестки. (См. Руфь, 1:1–2, 4–6).

Ноеминь сказала им: «Невестки мои, возвращайтесь в свою землю, зачем вы идёте со мной? Разве ещё есть у меня сыновья в моей утробе, которые, родившись, были бы вам мужьями? Разве вы не видите, что я уже состарилась, чтоб выйти замуж, и больше не буду рожать, так как же я восстановлю вам семя? Я больше сокрушаюсь о вас, ибо рука Господня постигла меня. Теперь, дочери мои, возвращайтесь в свою землю и рожайте себе детей». (См. Руфь, 1:8, 11–13).

Орфа, простившись со своей свекровью, возвратилась к своему народу, а Руфь пошла за своей свекровью. Ноеминь сказала ей: «Зачем ты, невестка, заставляешь жалеть тебя? Разве я не сказала тебе, что я не могу родить сына? Вот, твоя невестка возвратилась к своему народу и к богам моавитским, и ты возвратись вслед за ней и иди». Но Руфь сказала ей: «Не принуждай меня возвращаться и оставить тебя; куда ты пойдёшь, туда и я пойду с тобой, где ты жить будешь, там и я буду жить; твой народ будет моим народом, твой Бог — моим Богом; где ты умрёшь, там и я умру». Ноеминь, поняв, что её невестка тверда, замолчала, и они обе пошли своим путём в Вифлеем. Они пришли в Вифлеем к началу жатвы пшеницы. (См. Руфь, 1:14–19, 22).

Тут жил знатный человек из племени Елимелеха, мужа Ноемини, по имени Вооз; он был родственником мужа старой Ноемини. Нам следует изложить родословную Вооза, откуда он и из какого колена произошёл. Вооз был сыном Салмона, Салмон был сыном Нассона, Наассон был сыном Аминадава, Аминадав был сыном Арама, Арам был сыном Есрома, Есром был сыном Фареса, Фарес был сыном Иуды, рождённый Фамарью, его невесткой[1078]. Вооз, чью родословную мы начали излагать, как мы сказали, был родственником Елимелеха. (См. Руфь, 2:1; 4:18–21).

В это время Руфь, поклонившись свекрови, пошла подбирать колосья, оставшиеся от жнецов, чтобы ими накормить свою свекровь. В это время Вооз пришёл из Вифлеема к своим жнецам и сказал: «Господь с вами!» Жнецы ответили: «Да благословит тебя Господь!» Стоя там, Вооз увидел Руфь, которая непрестанно трудилась, и спросил о ней одного из своих слуг, и тот рассказал о ней. Вооз, подозвав Руфь, сказал ей: «Когда захочешь пить, пей из сосудов; если захочешь есть, то ешь хлеб из принесённой пищи». Она поклонилась до земли, говоря: «Кто я такая, что снискала милость пред тобой, ведь я чужестранка?» Вооз отвечал и сказал ей: «Мне рассказали о тебе, что ты сделала для своей свекрови по смерти твоего мужа и как ты оставила своих отца и мать и свою родную землю и пришла к народу, которого ты не знала; да воздаст Господь за дело твоё, и да будет тебе полная награда от Господа Бога Израилева, к Которому ты пришла, чтобы найти надежду под Его крылами!» Отвечая, Руфь сказала: «Господин, я снискала милость пред очами твоими, ибо ты утешил меня, говоря по сердцу рабы твоей; вот, я буду как одна из рабынь твоих». (См. Руфь, 2:2, 4–6, 8–13).

После этого она пришла к своей свекрови. Ноеминь сказала ей на ухо: «Этот Вооз родственник моего мужа; ты узнай, где Вооз ляжет, приди, ляг у его ног: в Израиле есть [обычай], что родственник восстанавливает род умершего»[1079]. Выслушав, Руфь сделала всё так, как приказывала ей свекровь. Придя на гумно, где лёг Вооз, Руфь легла у его ног. Вооз, проснувшись, сказал ей: «Вижу, что ты не стала блудить с юношами; но я также знаю, что я родственник бывшему твоему мужу, но есть и другие из нашего рода; завтра я расскажу им о тебе, чтобы кто-то из родственников восстановил род умершего брата; если же он [не примет тебя], то я возьму тебя; теперь же иди к своей свекрови». (См. Руфь, 3:1–2, 4, 6–8, 10, 12–13).

После этого Вооз пришёл в Вифлеем и сел у ворот. И вот, идёт мимо родственник, о котором Вооз говорил Руфи. [Вооз] сказал ему: «Сядь около меня, я тебе кое-что скажу». [Вооз] привёл десять человек из старейшин города и сказал родственнику перед старейшинами: «Часть поля, принадлежащую брату нашему Елимелеху, Ноеминь, его жена, продала; я же сказал, что доведу до ушей твоих перед старейшинами народа моего: если ты хочешь воспользоваться правом на наследство по родству, то воспользуйся, а если нет, то скажи мне, и я буду знать, ибо нет иного родственника, кроме тебя и меня, чтобы взять Руфь и восстановить род умершего». В ответ тот родственник сказал: «Я не смогу воспользоваться правом, чтобы не расстроить своего удела; ты сам воспользуйся». И сказал Вооз старейшинам народа: «Вы теперь свидетели». И сказал весь народ, стоявший у ворот: «Ныне мы свидетели, и дай Господь жене, входящей в твой дом, стать, как Лии и Рахили, приобретающей богатство, и пусть будет дом твой, как дом Фареса, которого Фамарь родила от Иуды, и дай тебе Господь от неё детей». (См. Руфь, 4:1–6, 9, 11–12).

И взял Вооз Руфь, и она стала его женою, и Господь дал ей беременность, и она родила сына. И говорили женщины старой Ноемини: «Благословен Господь Бог твой, что теперь Он не уничтожил твой род и ныне славно имя твоё в Израиле![1080] Да будет он тебе заботливой душой и кормильцем твоего дома, ибо твоя невестка, возлюбив тебя, родила сына, она для тебя ближе и семи сыновей». И взяла Ноеминь дитя, и носила в своих объятиях, и была ему нянькою, и нарекла ему имя Овид. (См. Руфь, 4:13–17).

Слышал ли ты, жидовин, Христов супостат, сколько зла и неправды появилось сразу в ваших сердцах; как сказано в «Книге судей», как только ушли из жизни те, кто был при великом пророке Моисее, люди начали враждовать с Богом служением идолам и другими делами, а Бог мучил их несчастьем и притеснением от иноплеменников, и Израиль стал угасать в безумии; настали же и [такие] дни, когда у них не стало судей, и только один первосвященник Илий судил в Израиле двадцать лет[1081].

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ КНИГИ ДЕВЯТОЙ — КНИГИ О ПРОРОКЕ САМУИЛЕ, О ЦАРЕ САУЛЕ И О МНОГИХ ПРОРОКАХ, НАЧИНАЕТСЯ ОНА ТАК

«Был один человек из Рамафаим-Цофима с горы Ефремовой, имя ему Елкана, сын Иерохама, сына Илия, сына Тоху, из колена Ефремова. У этого Елкана было две жены: имя одной Анна, а имя другой Феннана; у Феннаны были дети, у Анны же не было детей» (1 Цар. 1:1–2).

Анна была печальна, скорбела и плакала, что у неё не было детей, и оттого сетовала. И сказал ей Елкана: «Что с тобой, отчего ты плачешь? Не лучше ли я для тебя девяти сыновей, которые от Феннаны?» Анна встала и пошла в Силом, где священник Илий же сидел у входа в храм Господень. И начала Анна молиться Господу в тайне своего сердца и троекратным именем явила единство Троицы, сказав: «Адонай! Господи! Элогим Саваоф![1082] Призри на смирение своей рабы и дай мне, своей рабе, дитя мужеского пола, и я отдам его Тебе в дар до дня его смерти». И так она говорила в своём сердце сокрушённым духом от долгой скорби и любви к Богу, но её язык не говорил, и её голоса не было слышно, только её уста двигались, но голос её сердца поднимался к Богу. Илий, увидев её молящейся в печали у храма Господня, сказал ей: «Бог Израилев исполнит твое прошение, иди с миром в свой дом». (См. 1 Цар. 1:7–13, 17).

После этого она зачала и родила сына и дала ему имя Самуил[1083]. И пошёл Елкана, его отец, в Силом совершить жертвоприношение Господу. Когда Анна отняла младенца от груди, его родители пошли с ним в Силом, взяв [приготовленное] в жертву Господу. Анна привела отрока к Илию [и] сказала ему: «Господь исполнил моё прошение, и я отдаю его на служение Господу на все дни жизни». (См. 1 Цар. 1:20–21, 24–28). И она поставила его перед храмом Господним, сама же, сподобившись пророческого дара, начала воспевать такую песнь Господу.

«Сердце моё утвердилось в Господе, и рог мой вознёсся в Боге моём, уста мои разверзлись на врагов моих, я радуюсь о спасении Твоём, ибо Он говорит: „Кто уповает на Господа, вознесёт их Господь”. Уста укоряющих заграждаются, ибо в одночасье может спасти нас Господь» (1 Цар. 2:1). И затем она сказала: «Нет святого, как Господь, и нет праведного, как наш Бог, и нет святого, кроме Тебя!» (1 Цар. 2:2).

Этим она являет образ святой Троицы[1084].

«Не хвалитесь, не говорите надменного в своей гордыне, ибо Господь есть Бог ведения и начинания Его предуготованы» (1 Цар. 2:3).

Пойми, жидовин, правду слов, возвещаемую сей Анной, то есть что «Господь есть Бог ведения и начинания Его предуготованы». Какие начинания? Не те ли, что, являя Троицу, Он сказал: «Сотворим человека по образу нашему и по подобию»? «Начинания предуготовлены» — это пророческое возвещение о будущем рождении Владыки Иисуса Христа, Который искони был всё создавший Первенец.

Как сказала пророчица Анна, «лук сильных преломляется, а немощные опоясываются силою» (1 Цар. 2:4). Вы были сильны настолько, что без оружия занимали земли язычников, ибо с вами был Господь. Но, как сказал пророк Амос, «Так говорит Господь: „Я сокрушу лук Израилев и более не помилую их”»[1085]. Оттого-то у вас, сильных, лук переламывается, а мы, бывшие некогда немощными, опоясываемся силою Владыки нашего Иисуса Христа.

Когда Анна сказала: «Голодные насытились хлеба с излишком», — то не пророчествовала ли она о том, как Господь наш Иисус Христос пятью хлебами насытил пять тысяч человек и остатков было набрано двенадцать полных коробов?[1086]

Её слова «прошли землю» — это слова об апостолах, ибо они обошли [землю], проповедуя величие Божие.

Кроме того, Анна говорила о рождестве Господнем: «бесплодная родила». Как могла родить Чистая и Пречистая Дева? Но там, где хочет Бог, побеждается порядок природы[1087].

Слово «семь» — это божественного действия провидческий глас о семи Соборах.

Что касается слов «многочадная изнемогает», то это она говорит о хулителях-богоборцах, ибо они, обессилев, погибли.

О сошествии Христа в ад Анна, пророчествуя, сказала: «Господь умерщвляет и оживляет и обогащает, смиряет и возвышает, с земли поднимает убогого и из гноища возвышает нищего, сажает с вельможами и даёт ему престол славы в наследие; Он даёт по молитве молящемуся и благословил лета праведного; да не хвалится сильный силою своею, Господь соделает немощного его врагом, Господь свят» (1 Цар. 2:6–8, 10).

Этими словами она проповедует величие Божие, а об иудейских беззаконниках и книжниках она сказала: «Да не хвалится сильный силою своею, да не хвалится мудрый мудростью своею, да не хвалится богатый богатством своим» (1 Цар. 2:10). Беззаконные иудейские «мудрецы», Анна и Каифа, осудив праведного и истинного Иисуса Христа, предали Его на распятие, а заслужившего смерть разбойника Варавву, оправдав, отпустили. Обличая их жестокость, пророчица Анна сказала: «Пусть желающий хвалиться хвалится тем, что разумеет и знает Господа, творит на земле суд и правду» (1 Цар. 2:10).

И ещё раз пророчица, обличая их безумие, сказала: «Господь взошёл на Небеса и возгремел, Он будет судить концы земли, будучи праведен» (1 Цар. 2:10). Понял, окаянный жидовин, кто взошёл на Небеса? Когда Он пришёл, Его прихода не заметили даже ангельские чины, [ибо], как сказано в Писании, «Он был с архангелами как архангел и с престолами сопрестолен»[1088], но только архангел Гавриил возвестил [о Нём] Пречистой Отроковице; как сказал во «Второзаконии» великий Моисей, «Он сошёл, как дождь на руно и как иней на траву» (Втор. 32:2).

«И даст крепость Царю нашему и вознесёт славу Помазанника своего» (1Цар. 2:10). Он назван Царём по человечеству, а Помазанником — по божеству.

Когда Самуил родился у Анны, он был отдан родителями в Божий храм в ученики к священнику Илию. И служил Самуил Господу в храме Божием, и Бог прославил его, и он стал в Израиле великим пророком пред Господом. (См. 1 Цар. 2:11; 3:20).

В те дни израильтяне потерпели жестокое поражение от филистимлян, и ковчег Божий был отнят у Израиля, тогда же и двое сыновей Илия погибли в сражении — Офни и Финеес. Услышав об этом, Илий упал с престола и тут же умер. (См. 1 Цар. 4:10–18).

В это время[1089] Самуил сказал Израилю «Оставьте идолов Ваала и Астарты и всем сердцем обратитесь к Господу нашему». Израиль исполнил слово Самуила, и Господь призрел на них, и они одолели филистимлян. (См. 1 Цар. 7:3–4, 10–13).

ЦАРСТВО ПЕРВОЕ: ПОМАЗАНИЕ ЦАРЯ САУЛА ПРОРОКОМ САМУИЛОМ

В это время израильтяне стали просить у пророка Самуила[1090] царя. Самуил, по повелению Божию, помазал им на царство Саула, сына Киса, из колена Вениаминова. И вот, когда Саул возвратился от Самуила и пришёл на холм Божий, встречается ему сонм пророков, и Дух Божий ведёт его к ним, и он пророчествовал среди них. (См. 1 Цар. 8:5, 7; 9:1; 10:1, 10).

И вот, когда Самуил состарился, он сказал израильтянам: «Я уже состарился, и сыновья мои со мною; я жил с вами и перед вами от юности моей, и вот и ныне я ещё перед вами. Если я кого-то из вас обидел или из чьей-то руки принял мзду, пусть свидетельствует обо мне пред Господом и пред Духом[1091] Его». И отвечали люди: «Нет!» И сказал Самуил народу: «Свидетель мне Бог и свидетель мне Дух Его». (См. 1 Цар. 12:2–5)

Видишь, как он ипостазирует Святого Духа, как и прежде проповедуя в трёх Лицах единое Божество.

Саул был первым царём в Израиле и царствовал над Израилем. Однако Саул не пожелал жить по заповеди Господней[1092], и Господь сказал пророку Самуилу: «Встань, возьми рог с елеем, иди в дом Иессея в город Вифлеем и помажешь на царство одного из его сыновей, на которого Я тебе укажу». У Иессея было семь сыновей, и он приводил их каждого по одному. Давид же, которого избрал Господь, был младшим среди своих братьев. И сказал Господь: «Встань, помажь Давида, ибо он благочестив». И взял Самуил рог с елеем и помазал его среди братьев его, и Дух Господень почивал на Давиде. (См. 1 Цар. 16:1, 3, 6–13).

Он [происходил] от колена Иудина, как и великий Матфей писал в его родословной: «Иуда родил Фареса, Фарес родил Есрома, Есром родил Арама, Арам родил Аминадава, Аминадав родил Наассона, Наассон родил Салмона, Салмон родил Вооза от Рахавы, Вооз родил Овида от Руфи, Овид родил Иессея, Иессей родил Давида — того царя» (Мф. 1:3–6), которого избрал Господь.

Как говорит Писание, «отступил Дух Господень от Саула, и возмущал его дух нечистый» (1 Цар. 16:14). Не этим ли прообразовал Бог в Ветхом Завете случившееся с вами в Новом, [когда] Он избрал христиан? Как сказал Иуда, сын Иосифа, великий иерусалимский патриарх: «Бог не пощадил ангелов, не сохранивших своей власти, но осудил их в темнице ожидать великого и страшного дня, когда они примут бесконечные муки»[1093]. Что же вы кичитесь, окаянные, что некогда говорили с Богом? Но если святые великие пророки слышали слово Господне, то вы пойдите послушайте их слова, — они вопиют против вас. Если нечистый дух возмущал Саула, нарушившего заповеди Господни из-за Агага[1094], царя амаликитян (см. 1 Цар. 16:1–11), то насколько же больше лютых мучений приняли вы, безумные, за ваше отречение, [ибо] вы распяли облёкшегося в плоть Сына Божия.

Однако вернёмся к повествованию.

В те дни выступили филистимляне, и Саул вышел против них с народом Израилевым, и они стояли друг против друга. И вышел из стана филистимлян сильный воин по имени Голиаф из Гефа. Его рост — сорок[1095] локтей с пядью, шлем на его голове кругом покрыт железом, вес брони его — пятьсот мер, за его плечами медный щит, и копьё в его руках весом в шестьсот мер. И, встав перед своим войском, он поносил сынов Израилевых и кричал израильтянам: «Выберите у себя человека, пусть он сразится со мною, и если он одолеет меня, то мы будем вашими рабами; если же я одолею его, то вы будете нашими рабами и будете служить нам с сегодняшнего дня». (См. 1 Цар. 17:4–9).

И услышал Саул и все израильтяне и ужаснулись. И сказал Давид Саулу: «Пусть не ужасается из-за него сердце моего царя: я пойду, ибо я, твой слуга, пас стада своего отца, и если приходил лев или медведь, то я поражал его». И облёк его Саул в свою одежду [и] оружие, но Давиду не понравилось его оружие, и он взял свою палицу, пять камней из ручья, и с пращой в своих руках выступил против филистимлянина. Филистимлянин, идя к нему, поносил его и проклинал его своими богами. И сказал Давид: «Господи, уберёгший меня от пасти льва и лап медведя, Ты и ныне убереги меня от рук этого гордого и надменного филистимлянина!» Филистимлянину Давид сказал: «Ты идёшь против меня вооруженный и со щитом, а я иду против тебя во имя Господа Саваофа, Бога Израилева, Наставника, Которого ты сегодня поносил; предаст тебя Господь в мои руки, и узнает вся земля, что Он — Бог Израиля, и узнает всё это собрание, что не оружием и броней спасает Господь, ибо эта брань — Господня». (См. 1 Цар. 17:11, 32, 34–35, 38–41, 43, 45–47).

Филистимлянин, поднявшись, пошёл навстречу Давиду, а Давид сунул свою руку в сумку и взял один камень, и, вложив в пращу, метнул и поразил филистимлянина, и камень вонзился под шлем в его лоб. И филистимлянин упал лицом на землю, а Давид, подбежав [и] вынув его меч, отсёк его голову. Филистимляне, увидев это, побежали, а израильтяне погнались вслед за ними и поражали их. (См. 1 Цар. 17:48–49, 51–52).

Подобное сражение было некогда в христианское время при царе Максимиане, у которого был некий весьма прославленный могучий борец по имени Люй. Он был огромен и силен и убил множество своих противников. И Максимиан похвалялся им, будто не найдётся человека против его нечеловеческой отваги. Узнав об этом, некий юноша христианской веры по имени Нестор, бывший родственником святого мученика Димитрия, преисполнился божественной ревностью, ибо видел многих умерщвляемых силачом, чем тот хвалился и гордился. И он побежал к святому Димитрию, а от него, укреплённый молитвой к Богу, побежал в цирк схватиться с борцом и убил Люя. Беззаконный царь Максимиан, увидев это и разгневавшись, приказал обезглавить Нестора. И он предал свою душу Господу в двадцать седьмой день октября[1096].

Когда царь Саул с победой входил в город Иерусалим, то хор девушек встречал его хвалебными песнями, [играя] на тимпанах и кимвалах и восклицая: «Саул победил тысячи, а Давид — десятки тысяч!» И Саул разгневался на Давида и с того времени искал [случая] убить его. Давид же, поняв это, испугался и скрылся от лица Саула. (См. 1 Цар. 18:6–8).

Давид был во всем единодушен с Ионафаном, сыном Саула. И однажды Саул сказал своему сыну Ионафану: «Почему сын Иессеев не пришел ни вчера, ни сегодня ко мне на трапезу?» И отвечал Ионафан своему отцу Саулу и сказал: «Давид отпросился у меня сходить в свой город Вифлеем и поэтому он и не пришёл к твоему обеду, царь». И сильно разгневался Саул на Ионафана и сказал ему: «Сын коварных женщин, которые перечат и лукавят, сами себя оправдывая и прощая! Ты вскормлен женщинами и перенял их злонравие, ибо вскормлен их молоком! Разве я не знаю, что ты подружился с сыном Иессеевым (то есть с Давидом) и не даёшь мне убить его?! На срам себе ты делаешь это, и на позор откроется срам матери твоей! Ведь Давид ищет моего царства, а ты с ним дружишь; когда Давид отнимет у меня царство, то ты останешься ни с чем на посмешище, а другие откроют блуд твоей матери и не стыдясь начнут сплетничать. Ибо во все дни, доколе сын Иессеев будет жить на земле, не устоит царство твоё; теперь же пошли схватить юнца, ибо он обречён на смерть». И отвечал Ионафан своему отцу: «За что умирает и в чём Давид провинился перед тобой?» Саул метнул копьё в своего сына Ионафана, чтобы поразить, и Ионафан понял, что его отец окончательно озлобился и убьёт Давида. Ионафан выскочил из-за стола в великом гневе. (См. 1 Цар. 20:27–34).

Саул пошёл со своими воинами искать Давида, чтобы убить его. Давид спустился в узкое ущелье и скрывался в пещере, а Саул решил переночевать у пещеры. Ночью Давид пошёл в его стан и отрезал край от верхней одежды Саула, [показав, что] не замышлял убийства Саула, и той же ночью он ушёл на вершину горы. Когда настало утро, взмолился Давид и сказал: «Царь Саул, зачем ты гонишься за мной, слушая речи людей, говорящих: „Вот, Давид ищет твоей души?” Вот, сегодня видят глаза твои, что Господь предавал тебя в мои руки, но я не злоумышлял против тебя, ибо ты Божий помазанник». Сказав это, он ушёл в пустынное место, где и скрывался. (См. 1 Цар. 24:3–5, 10–11, 23).

Затем «умер Самуил, великий пророк Израиля, и погребли его в доме его, в Раме» (1 Цар. 25:1).

И вот Давид снова, взяв Авессу, пришёл в стан Саула. Вся стража спала вокруг Саула. Авесса сказал Давиду: «Этой ночью Господь предал тебе твоих врагов; вот и копья их лежат возле них; [теперь я поражу его копьём] и не повторю удара». Но Давид сказал Авессе: «Не убивай его, ибо кто, подняв руку на царя, останется ненаказанным, ибо он — помазанник Господень; однако возьми копьё, которое у его изголовья, и сосуд с водою». И, взяв [это], они ушли. (См. 1 Цар. 26:7–9, 11–12).

В ту же ночь Давид пришёл и встал в узком месте на пути Саула на вершине горы. Оттуда он воззвал к Авениру, воеводе Саула, и сказал ему: «Не воин ли ты, известный в Израиле? Отчего ты не бережёшь господина твоего, царя, ибо приходил один из воинов, чтобы убить господина твоего, царя. Жив Господь! Вы же все достойны смерти, ибо не бережёте своего господина. Не это ли копье царя в моих руках и сосуд с водою, что были у изголовья его?» Саул узнал голос Давида, а Давид, увидев царя, сказал: «За что преследуешь меня, царь Саул, раба своего? Чем я согрешил перед тобой или какая на мне нашлась неправда? Однако ты гонишь меня, как ночного ворона, через горы». Давид отдал копье одному из слуг Саула и ушёл в землю иноплеменников к царю Анхусу, сыну Маоха, царю Гефскому. (См. 1 Цар. 26:13–18, 20, 22; 27:2).

После этого филистимляне нанесли жестокое поражение Саулу, он и трое его сыновей были убиты в сражении[1097]. В царствование Саула пророками были Давид и Самуил.

ЦАРСТВО ВТОРОЕ, КНИГА ДЕСЯТАЯ

Давид, узнав о смерти Саула, приказал убить принёсшего [эту] весть, ибо тот сказал, что, де, я убил Саула. Сам же он разодрал свои одежды, оплакивая великим плачем Саула и его сына Ионафана. (См. 2 Цар. 1:1–17).

После этого Давид вопросил Господа: «Идти ли мне в какой-либо город?» И Господь сказал ему: «Иди». И сказал Давид: «В какой идти?» И сказал Господь: «В Хеврон». (2 Цар. 2:1)

«И родились у Давида шесть сыновей в Хевроне. Первенец его был Амнон от Ахиноамы израильтянки; второй сын его — Далуиа от Авигеи кармилитянки; третий — Авессалом, сын Маахи, дочери Фалмая, царя Гессурского; четвёртый — Адония, сын Аггифы; пятый — Сафатия от Авиталы; шестой — Иефераам от Эглы, жены Давидовой» (2 Цар. 3:2–5). В Хевроне он царствовал над коленом Иудиным семь лет и шесть месяцев.

После убийства Иевосфея, сына Саула, пришли старейшины Израилевы и взяли Давида на царство в Иерусалим. После этого у него в Иерусалиме родились сыновья от жён и наложниц: Самус, Совав, Нафан, Иафиа, Елисама, Елидае, Елифааф. (См. 2 Цар. 5:3, 14–16).

Затем Давид собрал всех юношей из Израиля, семьсот тысяч, и пошёл на склон холма, чтобы вынести оттуда ковчег Божий, на котором написано имя Господа Саваофа, сидящего на херувимах. И поставили ковчег Господень на новую колесницу и вывезли его из дома Аминадава, что на холме, а Давид и сыны Израилевы с песнями шли пред Господом. И Оза протянул свою руку, чтобы подержаться за ковчег Господень, ибо из него исходило благовоние, и Господь тут же поразил его, и он умер у ковчега. И устрашился Давид и запер ковчег в доме Аведдара Гефянина, и он остался там. (См. 2 Цар. 6:1–3, 5–7, 9–11).

Когда Давид услышал, что Господь благословил дом [Аведдара] ради ковчега Божия, он снова пошёл и взял ковчег Господень. И было с ним семь хороводов, и они принесли в жертву множество тельцов и овнов. Он бряцал по струнам, возглашая песни и хвалы, одетый в белые одежды. И несли они ковчег Господень с восклицаниями и трубными гласами. (См. 2 Цар. 6:12–15).

И вот, когда ковчег принесли в город Давидов, Мелхола, дочь Саула[1098], смотрела в окно и, увидев царя, играющего и скачущего с веселием сердца перед ковчегом Господним, уничижила [его] в сердце своём. И внесли ковчег Господень и поставили его посреди скинии, которую устроил [Давид], и принёс Давид жертву пред Господом. И сказала Мелхола царю: «Как отличился сегодня царь Израилев!» И сказал Давид Мелхоле: «Я играл пред Господом! Благословен Господь, который предпочёл меня твоему отцу и всему его дому! Я играю, пляшу и скачу пред Господом — или это не подобает мне в твоих глазах?» И оттого Мелхола умерла бездетной. (См. 2 Цар. 6:16–17, 20–21).

После этого Давид захотел создать храм Богу. И был глас Господень к пророку Нафану, сказавший так: «Скажи рабу моему Давиду: „Не ты построишь храм для моего обитания; но так говорит Господь: Я взял тебя от стада овец, чтобы ты был вождём народа моего в Израиле, и Я всегда с тобою; когда же исполнятся дни твои, Я восставлю семя твоё из чресл твоих и упрочу царство его, и он построит Мне храм”» (2 Цар. 7:2, 4–5, 8–9, 12–13).

Однажды царь Давид увидел с кровли купающуюся женщину по имени Вирсавия, она была дочерью Елиама, женой Урии Хеттеянина. И тут же он был уязвлён похотью и впал с нею в грех, и женщина понесла в чреве. Урия же сражался в войске Иоава. Сей же час царь, обуреваемый похотью, написал письмо к Иоаву, чтобы поставил Урию в самом тяжёлом месте сражения и тот погиб в бою. Иоав в точности исполнил повеление, и Урия тут же был убит. Царь послал привести Вирсавию, и она стала его женой и родила сына. (2 Цар. 11:2–6, 14–17, 27).

И стало известным то зло, которое сотворил Давид пред очами Господа, и Господь послал пророка Нафана Давиду, и, придя к нему, Нафан сказал: «Откликнись, царь, на такую речь. В одном городе были два человека, один богатый, имеющий множество мелкого и крупного скота, а другой бедный и не имеющий ничего, кроме одной овечки, которую он выкормил из своих рук и которая спала у него на груди. И пришёл некий вельможа из язычников и остановился у богатого человека; богатый же не захотел взять из своих стад, чтобы приготовить обед, но, послал забрать овечку у бедняка». Услышав об этом, царь, разгневавшись, сказал Нафану: «Жив Господь! Достоин смерти человек, сделавший это, а за овечку пусть он заплатит всемеро». И сказал Нафан Давиду: «Царь, ты и есть человек, сделавший это. Так говорит тебе Господь Бог Израилев: Я помазал тебя на царство в Израиле, и Я избавил тебя от руки Саула и дал тебе дом господина твоего [и жён господина твоего] на лоно твоё, и дал Я тебе дом Израилев и Иудин[1099]; если этого для тебя мало, Я прибавлю тебе ещё. Ты же что сделал? Так как ты осквернил слово Господа и сделал злое пред Господом — убил Урию Хеттеянина и жену его взял себе в жёны, то так говорит Господь Бог: вот, Я воздвигну на тебя зло из дома твоего и раздам твоих жён на твоих глазах; так как ты сделал это тайно, Я сделаю это явно пред глазами твоими и всех людей в Израиле». И сказал Давид Нафану: «Согрешил я пред Господом моим». И сказал Нафан: «Господь снял с тебя грех твой, за твоё покаяние ты не умрёшь в этом грехе, но Господь изострит мечи твоих врагов на тебя, и умрёт родившийся у тебя сын». И ушёл Нафан в свой дом. (См. 2 Цар. 12:1–15).

И заболело дитя, которое родила Давиду жена Вирсавия. И сильно постился Давид, и оделся в мешковину, и лежал ниц на земле, не ел хлеба и не пил воды, [и] слуги не подходили к нему. На седьмой день дитя умерло, и они боялись сказать ему. И увидел Давид, что слуги его шепчутся, и спросил, умерло ли дитя? Они же сказали: «Умерло». Встав с земли, Давид умылся, переменил свои одежды скорби и облёкся в царские, пошёл в дом Божий и молился. И он повелел призвать к столу всех, кто жил в его доме. И сказали вельможи Давиду: «Что с тобой, царь, что ты так поступаешь: когда твоё дитя было ещё живо, ты постился, и плакал, и молился, и скорбел в мешковине и пепле; а когда дитя умерло, как быстро наш господин и царь забыл печаль и ест за столом?» И сказал Давид: «Пока дитя было живо, я постился и плакал, молился Господу и говорил: кто знает, не помилует ли меня Господь и дитя останется жить; а теперь оно умерло, зачем же мне поститься? Разве я могу возвратить его с того пути, по которому повелел идти ему Господь? Я пойду к нему, а оно ко мне не возвратится». (См. 2 Цар. 12:15–23).

Сей Давид дал второй, после Иова, пример утешения, а потом и Иоанн Златоуст, говоря об умерших, предложил слово утешения: «Что такое для нас эта великая тайна Божия — эта жестокая смерть, единый смертный путь, не имеющий перекрёстков, от которого мы не можем уклониться ни туда, ни сюда, эта горькая чаша смертная, от которой нельзя отказаться? Божий суд приходит ко всем, ибо меч Божий не минует никого: смерть не боится ни царя, не жалеет старого, не избегает храброго, не щадит доброго, не жалеет красоты, немилосердна к плачущему, не щадит юности, не раздумывает о младенце — смерть приходит ко всем. Мы идём одним путём, от которого нельзя откупиться богатством. Сегодня мы есть, а завтра нас нет; сегодня мы живём славно, а завтра в гробе бесславном; сегодня умащаемся благовониями, а завтра смердим; сегодня пируем, а завтра нас с плачем провожают в могилу. Всё суета, что ни есть в жизни человека: она засыхает, как цветок, и отлетает, как обманчивый сон. Какая бы слава ни казалась на земле неизменной — смерть в одночасье всё разрушает. Ох, как тужит душа, разлучаясь с телом, обращая очи к ангелу Божию и молясь, дабы он освободил от адского Врага, и к близким молясь, простирает руки, уже сознавая свою кончину; и не поможет ни отец сыну, ни мать дочери, ни брат брату. И на всех он смотрит с любовью и лаской, уже зная, что он обратится в прах. Эта жизнь человека есть дым; словно пар, пепел и пыль, она ненадолго показывается людям и быстро исчезает. Где погибающая сегодня слава? Где золото и серебро, которое не может нам помочь? Где мечи и убранные кони? Нет в этой жизни ничего истинно прекрасного и доброго, в день смерти всё в пренебрежении и бесчестии, тленно и ничтожно, ибо нельзя отдать это за свою душу, когда душа разлучается с телом. Тайна ужасная и страшная для всех видящих, как душа с плачем исходит, а тело закрывается и предаётся земле. Умерший лежит в гробу мёртвый, почерневший, гниющий, разрушается смердя, всецело смрадный. Поймите, братья, что нет нам пользы от доблести тела и красоты лица, ибо всё это изменчиво и становится мерзостью. Слава всего земного быстро проходит, и надежда, словно дым, исчезает, и вид лица погибает, и глаза слепнут, уши глохнут, уста закрываются, руки и ноги слабеют, и мы предаёмся гробу. Воистину суета человеческая! Всё это, братья, вытерпим с восхвалением, ибо всё бывает от Бога. Смерть человеку праведному — это покой; не будем считать погибшими тех, кто отходит к Богу, ибо праведный Бог, видев их творящими правду, в правде их и упокоит; погибшими же будем считать тех, кто не просветился святым крещением: живя на земле во лжи, без правды, совершая беззаконие, собрав в себе грехов, они погибли».

Однако вернёмся к нашему повествованию.

«И позвал Давид Вирсавию, жену свою, и вошёл к ней; и она зачала и родила сына, и нарекла ему имя Соломон. И Господь возлюбил его» (2 Цар. 12:24).

Затем Авессалом, сын Давида, сделал злое в Израиле: бесчестил и поносил Давида, своего отца, гнался за ним, намереваясь убить, блудил с его наложницами, желая воцариться вместо своего отца. Но Бог не попустил свершиться такому беззаконию, и Авессалом был убит. И оплакивал его Давид великим плачем, хотя тот и оскорбил его. (См. 2 Цар. 15:1–37, 16:20–22; 17:1–29; 18:1–33).

После этого была новая война с филистимлянами, и они были поражены рукой Давида. И воспел Давид Господу пророческую песнь. (См. 2 Цар. 21:15–22; 22:1).

Потом Давид попал в окружение филистимлян в Вифлееме. И он захотел пить и сказал: «Кто напоит меня водою из колодца, что у Вифлеемских ворот?» Тогда трое храбрецов из войска Давида, Авесса с сыновьями Иоава и Ванея, сын Иодая, обнажив свои мечи, пробились сквозь стан филистимлян, ибо филистимляне тогда осаждали Иерусалим и Вифлеем. Трое храбрецов разметали их, почерпнули воды из колодца, что у Вифлеемских ворот, взяли и принесли царю Давиду. Видя это, Давид укротил жажду и не стал пить; помолившись Господу, пророчествуя песнью, он сказал: «Сотвори, Господи, мне милость сию!» (См. 2 Цар. 23:14–17).

Наконец Давид состарился. И сказал царь Давид: «Позовите ко мне священника Садока и пророка Нафана и Ванею, сына Иодаева». И тотчас они вошли и стали пред царём. И сказал им царь: «Возьмите с собой всех слуг царя и Соломона, сына моего, посадив на моего мула, ведите его к жертвеннику и затрубите в рог и возгласите: да живёт царь Соломон! — и ведите его назад. И взойдёт Соломон и сядет на престоле моем, и он будет царствовать вместо меня. Я завещаю, что он будет властелином Израиля и Иуды» (См. 3 Цар. 1:32–35).

Они всё так и сделали: поставив Соломона на жертвенник, Садок взял рог с елеем из скинии и помазал Соломона, и затрубил трубою, и весь народ восклицал: «Да живёт царь Соломон!» И слуги царя приходили благословить Давида, говоря: «Да прославит Господь имя Соломона, сына твоего, более твоего имени!» (См. 3 Цар. 1:38–39, 47). И вот Соломон склонился к одру Давида, своего отца, и Давид снова начал, пророчествуя, воспевать Бога.

Сей великий Давид, царь и пророк, был угоден Господу, и Бог ему, как и Аврааму, дал обещание, что его потомство будет пребывать во веки. Так как Авраам оставил [свой] род и отечество, Господь сказал ему: «Я сделаю тебя отцом народов, и благословятся народы в семени твоём» (Быт. 17:5; 22:18), — то есть в Спасителе Иисусе Христе. Такого же обета сподобился и Давид, ибо был царь и был угодник Божий: и ему Он обещал, что потомство и царский престол будут пребывать неизменно, то есть опять во Христе.

Сей Давид был величайшим из царей и пророков, поспешением Святого Духа он обладал необыкновенной живостью [ума] и даром слова. Израильтяне имели шесть праздничных хоров: первый хор называется Давидовым, второй хор назывался Кореевым[1100], третий хор назывался Иосафовым, четвёртый хор назывался Иофамовым, пятый хор назывался Идумейским, шестой хор назывался хором Моисея, человека Божия. Певчие какой общины вызывались, так в то время они и пели. Из этих хоров ни один не внёс ни слова в состав «Псалтири» и не сподобился пророчества, пророчествовал один только Давид. Когда он пророчествовал, тогда и хор восклицал с тимпанами, бубнами и свирелями, и каждому хору он дал свой глас и устав, чтобы каждый из них за ним пел псалмы, и сам он пел перед ними, прорицая то, что Святой Дух давал ему возвестить, и они пели вслед за ним песнями на гласы.

ДАВИД ЖЕ ПРОРОЧЕСТВОВАЛ[1101]: 1) о Требезначальной Троице — Отце, и Сыне, и Святом Духе, — исповедуя Её в трёх Лицах и объединяя в одном божестве; он проповедовал, что прежде веков была Троица в едином божестве; 2) затем пророчествовал о тайном; 3) потом о Пречистой Деве Богородице Марии, которая по прошествии лет произойдёт из его колена, пророчествовал и о Елизавете, родственнице Богородицы Марии, об Иоанне Предтече, [рождённом] по обету; 4) о воплощении Господа нашего Иисуса Христа, как Он пожелал по милосердию облечься в плоть нашего естества; 5) пророчествовал о [Его] вочеловечении; 6) о Его Рождестве; 7) о Его Сретении; 8) о Его Крещении; 9) о Его Преображении; 10) о Его чудесах; 11) о четверодневном Лазаре и умершем сыне вдовы; 12) о Входе Его в Иерусалим, и 13) о злоумышлении иудейского синедриона, и 14) об Иуде, 15) о Тайной вечери и о передаче для литургии Нового Завета Тела и Крови Пречистого Агнца, взявшего все грехи мира; 16) о Его страдании; 17) о кресте; 18) о положении Его во гроб; 19) о сошествии Его во ад; 20) о живоносном Его Воскресении от гроба; 21) о Вознесении Его на Небеса; 22) о сошествии Святого Духа на святых апостолов, дабы дать им силу и мудрость проповедовать среди язычников; 23) о собрании народов; 24) об иудейском отвержении; 25) о призвании народов. Изложим вкратце по отдельности эти пророчества.

СЛОВО 1. ДАВИД, будучи сподоблен божественного дара, начал пророчествовать в 32 псалме: «Словом Господним утверждены Небеса, и Духом уст Его — всё воинство их» (Пс. 32:6). В 49-м он сказал: «Бог Богов, Господь возглаголал и призвал землю, от восхода Солнца до запада» (Пс. 49:1). В 50-м он сказал: «Не отвергни меня от лица Твоего и Духа Твоего Святого не отними от меня. Возврати мне радость спасения Твоего и Духом владычественным утверди меня» (Пс. 50:13–14). В 71-м он сказал: «Прежде Солнца пребывает имя Его» (Пс. 71:17). В 103-м он сказал: «Ты пошлёшь Дух твой — созидаются» (Пс. 103:30). В 130-м он сказал: «Исповедуйтесь Богу богов, ибо Он благ, ибо вовек милость Его» (Пс. 135:1). В 138-м он сказал: «Куда пойду от Духа твоего и от Лица твоего куда убегу?» (Пс. 138:7). В 142-м он сказал: «Дух твой благой направит меня в землю правды» (Пс. 142:10).

СЛОВО 2, СКРЫВАЮЩЕЕ НЕЧТО ТАЙНОЕ. Во 2-м он сказал: «Я поставлен Им царём над Сионом, святою горою Его, возвещать повеления Господни» (Пс. 2:6–7). В 44-м он сказал: «Язык мой — трость скорописца» (Пс. 44:2). В 48-м он сказал: «Земнородные сыновья человеческие, равно богатый и бедный! Уста мои изрекут премудрость, и размышления сердца моего — знание». (Пс. 48:2–4). В 50-м он сказал: «Вот, Ты возлюбил истину, безвестную и тайную мудрость Ты открыл мне» (Пс. 50:8). В 63-м он сказал: «Приступит человек, сердце глубокое, вознёсся Бог» (Пс. 63:7–8), то есть если кто-то захочет испытать Неиспытуемого и постичь Непостижимого, Кто по милосердию своего божества облёкся в плоть человеческого естества и, желая спасти нас, погибших, воплотился в Деву, и «Слово неизреченно стало плотью» (Ин. 1:14), — то о Нем Давид-богоотец сказал так: «Приступит человек, сердце глубокое устремляя, вознесётся Бог», как и сам Господь Бог сказал своим ученикам: «Вам дано знать тайны Царствия Небесного, а прочие пусть разумеют в притчах» (Лк. 8:10). В 88-м он сказал: «Я клялся Давиду, рабу Моему, навек утвердить семя его, и семя его пребудет вечно, и престол его, как Солнце, предо Мною, как полная луна» (Пс. 88:4–5, 37–38).

СЛОВО 3. О СВЯТОЙ ДЕВЕ Богородице Марии, и о Елизавете, родственнице Богородицы, и о зачатии Предтечи, и о Христе, и о воплощении, когда приветствовали Госпожа Мария и Елизавета, — об это пророк Давид сказал в 18-м: «День дню передаёт речь, и ночь ночи открывает знание; нет языка, и нет наречия, где не слышался бы голос их» (Пс. 18:3–4). О том же рассказал евангелист: в шестой месяц по зачатии Елизаветой Предтечи во чреве святая и Пречистая Дева Мария, получив благую весть от ангела Гавриила, пошла к своей родственнице Елизавете и приветствовала её; и тотчас ожил и взыграл младенец во чреве её; и Елисавета [силой] Святого Духа начала пророчествовать, как Давид: «Откуда это мне: пришла Матерь Господа Бога моего ко мне? Ибо взыграл младенец радостно во чреве моём» (Лк. 1:43–44).

В 44-м он сказал: «Слыши, дщерь, и смотри, и приклони ухо твоё, и забудь народ твой и дом отца твоего. Возжелает Царь красоты твоей, ибо Он Бог твой, и ты поклонись Ему, [и] богатые люди будут умолять лице твоё» (Пс. 44:11–13). О введении Её во храм он сказал: «За нею ведутся к царю девы, подруги её приводятся с весельем и ликованьем, входят в храм святой» (Пс. 44:15–16). В 67-м он сказал: «Гора Божия — гора плодоносная, гора тучная, гора, на которой Бог благоволил жить, ибо Господь будет обитать вечно» (Пс. 67:16–17). О приветствии Богородицей Елизаветы он ещё раз повторил в 84-м: «Милость и истина встретились, правда и мир облобызались; истина возссияла из земли, и правда приникла с Небес» (Пс. 84:11–12). Истина — это Предтеча, ибо он был проповедником истины, ибо он, будучи в утробе матери, узнал своего Владыку, — он «воссиял от земли»: через отца Захарию он возник, а рождён матерью Елизаветой. Правда же — это Христос Бог: Он родился от Пречистой Девы после благовещения, безначальный от безначального Отца, Свет от Света, Бог истинный от Бога истинного, рождённый только по плоти, но не сотворённый, единосущный Отцу и Святому Духу прежде всех веков[1102].

СЛОВО 4. О ВОПЛОЩЕНИИ И РОЖДЕСТВЕ ГОСПОДА НАШЕГО ИИСУСА ХРИСТА. В 17-м он сказал: «Наклонив небеса, Он сошёл» (Пс. 17:10). В 32-м он сказал: «Душа наша уповает на Господа» (Пс. 32:20). В 54-м он сказал: «Я уповал на Господа, спасающего меня» (Пс 54:9). В 71-м он сказал: «Он сошёл, как дождь на руно и как капли на землю; во дни его воссияет правда и будет обилие мира, доколе не погаснет Луна» (Пс. 71:6–7). В 95-м он сказал: «…ибо Он грядет от лица Господня» (Пс. 95:13). И снова в 143-м он сказал: «Господи! Приклони небеса и приди» (Пс. 143:5).

СЛОВО 5. О ЕГО ВОЧЕЛОВЕЧЕНИИ. В 9-м он сказал: «Будут искать на Нём грех и не найдут» (Пс. 9:36). В 17-м он сказал: «Ибо кто Бог, кроме Господа» (Пс. 17:32). В 33-м он сказал: «Вкусите и увидите, как благ Господь!» (Пс. 33:9). В 39-м он сказал: «Увидят многие и убоятся и будут уповать на Господа» (Пс. 39:4). В 40-м он сказал: «…ибо Он человек мирный со мною, на которого я уповал» (Пс. 40:10). В 44-м он сказал: «Ты возлюбил правду, возненавидел беззаконие, посему помазал Тебя, Боже, Бог твой елеем радости более причастников твоих» (Пс. 44:8). Его божество проявляется в том, чтобы возлюбить правду, а возненавидеть беззаконие; вочеловечение же Его в том, что Христово царство более всех помазанных царств помазано Святым Духом и силой, как не бывало ни при каком помазаннике. В 49-м он сказал: «Въяве грядет наш Бог, Бог наш не безмолвствует» (Пс. 49:3). В 52-м он сказал: «Бог призрел на сынов человеческих, чтобы видеть, есть ли разумеющий или ищущий Бога» (Пс. 52:3). В 55-м он сказал: «Вот, познал я, что Ты мой Бог» (Пс. 55:10). В 75-м он сказал: «…страшному более царей земных» (Пс. 75:13). В 77-м он сказал: «Да познает род грядущий, дети, которые родятся…» (Пс. 77:6). В 94-м он сказал: «Приидите, возрадуемся Господу, воскликнем Богу, Спасителю нашему; предварим лицо Его исповеданием; приидите, поклонимся и припадём к Нему, ибо Он Бог наш; о если бы вы ныне услышали глас Его: не ожесточите сердец ваших во гневе!» (Пс. 94:1–2, 6–8). В 95-м он сказал: «Поклонитесь во святом жилище Его» (Пс. 95:9). В 109-м он сказал: «Сказал Господь Господу моему: „Сядь одесную Меня, доколе положу врагов твоих к подножию ног твоих”» (Пс. 109:1).

Видишь пророчествовавшего Давида, как он сподобился духовными очами видеть Сына Божия? Давид ясно говорит, возвещая народам: «С Тобой власть в день силы твоей, в великолепии святыни твоей» (Пс. 109:3). Видишь, что Троица безначальная — Отец, и Сын, и Святой Дух в единой силе божество и «в великолепии святыни твоей». А [в словах] «сядь одесную Меня» ясно то, что это сказано о человечестве Христа, ибо по божеству Он неразделен от Присносущного, у божества же нет ни правого, ни левого, и словом оно неописуемо. О Его безначальном божестве он говорит ещё раз: «Из чрева прежде Денницы Я родил Тебя» (Пс. 109:3), ибо это говорит Отец Сыну по божеству, что прежде всего творения Я родил Тебя из своей природы, сопрестольного и присносущного; затем, являя Его человечество, он сказал: «Клялся Господь и не раскается: Ты священник по чину Мелхиседекову» (Пс. 109:4). В 131-м он сказал: «Священники твои облекутся правдою, и святые твои возрадуются. Ради Давида, раба твоего, не отврати лица помазанника твоего. Клялся Господь Давиду и не отрёкся от него» (Пс. 131:9–11).

СЛОВО 6. О ЕГО РОЖДЕСТВЕ. В 39-м он сказал: «Закон твой у меня в сердце, я возвещал правду твою в собрании великом» (Пс. 39:9–10). В 44-м он сказал: «Ты прекраснее сынов человеческих, и благодать излилась из уст твоих; напрягись и помоги, царствуй ради истины, кротости и правды» (Пс. 44:3, 5).

СЛОВО 7. О ЕГО СРЕТЕНИИ. В 83-м он сказал: «И горлица нашла себе гнездо, где положить своих птенцов» (Пс. 83:4).

СЛОВО 8. О ЕГО КРЕЩЕНИИ. В 4-м он сказал: «Явился на нас свет лица Твоего, Господи, Ты наполнил весельем сердце моё» (Пс. 4:7–8). В 28-м он сказал: «Глас Господень над водами, Бог славы возгремел, Господь над водами многими, глас Господа силен» (Пс. 28:3–4). В 97-м он сказал: «Да рукоплещут реки, да ликуют вместе горы пред лицом Господа, ибо Он грядет!» (Пс. 97:8–9). В 113-м он сказал: «Море увидело и побежало, Иордан увидел и обратился вспять. Что с тобою, море, что ты побежало, и ты, Иордан, [отчего] обратился назад? Пред лицом Господним затрепетала земля» (Пс. 113:3, 5, 7).

СЛОВО 9. О ЕГО ПРЕОБРАЖЕНИИ. В 88-м он сказал: «Фавор и Ермон радуются о имени твоём: крепка мышца твоя» (Пс. 88:13–14).

СЛОВО 10. О ЕГО ЧУДЕСАХ. В 8-м он сказал: «Господи Боже наш, как величественно имя твоё по всей земле, как простирается великолепие твоё превыше небес!» (Пс. 8:2). В 9-м он сказал: «Возвещу все чудеса твои» (Пс. 9:2). В 49-м он сказал: «Небеса провозгласят твою правду, ибо судия есть Бог» (Пс. 49:6). В 88-м он сказал: «Ты владычествуешь над мощью моря и укрощаешь ярость его волн» (Пс. 88:10). В 96-м он сказал: «Небеса возвестили правду Его» (Пс. 96:6). В 76-м он сказал: «Я сказал: ныне я начал [понимать]: это изменение десницы Всевышнего. И вспомнил я дела Господни, и стези твои неведомы» (Пс. 76:11–12, 20). В 106-м он сказал: «[Да славят Господа] и за чудеса Его для сынов человеческих» (Пс. 106:8).

СЛОВО 11. О ЧЕТВЕРОДНЕВНОМ ЛАЗАРЕ и об умершем сыне вдовы. В 87-м он сказал: «Разве над мёртвыми Ты совершал чудеса? Или врачи воскресят [их], чтобы восславить Тебя? Неужели кто-то из гроба будет возвещать милость твою и истину твою — [в месте] погибели? Разве во мраке познают чудеса твои и правду твою — в земле забвения?» (Пс. 87:11–13).

СЛОВО 12. О ВХОДЕ ЕГО В Иерусалим. В 8-м он сказал: «Из уст грудных младенцев устроил Ты хвалу» (Пс. 8:3; ср. Мф. 21:16). Это произошло при Владыке Христе во время входа Его в Иерусалим. Иудеи запрещали народу, думая утаить Его божество, но дети и грудные младенцы, видя Его славные чудеса, громко восклицали, говоря: «Осанна Сыну Давидову! Благословен Грядущий во имя Господне!» (Мф. 21:9). Некоторые из народа негодовали на детей, но, обращаясь к ним, Господь Бог сказал: «Что вы удивляетесь детям? Если они умолкнут, то возопиют камни» (Лк. 19:40). Они же, поняв, что это было написано о Нём, а главное, увидев удивительное чудо, когда маленькие и даже грудные дети возглашали хвалу, рассудили так, говоря: «Он сверхъестественно понудил детей возглашать песнь, для Него возможно и бездушным [вещам] дать голос восклицать хвалу», — и они тотчас снова прониклись к Нему благоговением.

В 83-м он сказал: «Как возлюбленны жилища Твои, Господи!» (Пс. 83:2). В 86-м он сказал: «Господь любит врата Сиона более всех селений Иакова. Славное возвещается о тебе, град Божий! Матерью назовёт Сион [каждый] человек: и Человек родился в нём, и Всевышний основал его. Господь поведает [об этом] людям в книгах» (Пс. 86:2–3, 5–6). В 101-м он сказал: «Хвалы Его — в Иерусалиме» (Пс. 101:22). В 117-м он сказал: «Вот врата Господа; праведные войдут в них» (Пс. 117:20). В 121-м он сказал: «Ради дома Господа нашего я искал блага тебе» (Пс. 121:20).

СЛОВО 13. О ЗЛОУМЫШЛЕНИИ ИУДЕЙСКОГО СИНЕДРИОНА. В 1-м он сказал: «Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых и не стоит на пути грешных. Не так — нечестивые, не так: но они — как пыль, взметаемая ветром с лица земли. Потому не воскреснут нечестивые для суда, и путь нечестивых погибнет» (Пс. 1:1, 4–6). Во 2-м он сказал: «Народы замышляют тщетное, и князья совещаются против Господа и Помазанника Его. Живущий на небесах посмеётся над ними, и Господь опозорит их; Он скажет им во гневе своём, и яростью своею приведёт их в смятение; и, как сосуд горшечника, Он сокрушил их» (Пс. 2:1–2, 4–5, 9). В 4-м он сказал: «Сыны человеческие! Доколе вы [будете] жестокосердны? Отчего вы любите суету и ищете лжи?» (Пс. 4:3). В 5-м он сказал: «У Тебя не водворятся лукавые, нечестивые не пребудут пред очами Твоими, — [ибо] сердце их суетно» (Пс. 5:5–6, 10). В 7-м он сказал: «Сонм людей окружит Тебя» (Пс. 7:8). В 13-м он сказал: «Сказал безумец в сердце своём: „Нет Бога”» (Пс. 13:1). В 21-м он сказал: «Ибо множество псов окружило меня, скопище злых обступило меня» (Пс. 21:17). В 46-м он сказал: «Князья народов собрались к Богу Авраамову» (Пс. 46:10). В 62-м он сказал: «Ибо заградились уста говорящих неправду» (Пс. 62:12). В 81-м он сказал: «Бог стал в сонме богов; среди богов произнесёт суд. Не познали, не разумели, во тьме ходят» (Пс. 81:1, 5). В 91-м он сказал: «Ибо вот, враги твои, Господи, вот, враги Твои погибнут, и рассыпаются все творящие беззаконие» (Пс. 91:10). В 131-м он сказал: «Врагов его облеку стыдом, а на нём процветёт святыня моя» (Пс. 131:18).

СЛОВО 14. ОБ ИУДЕ. В 7-м он сказал: «Вот, он заболел неправдой, зачал злобу и родил беззаконие. Он вырыл ров, углубил и упал в яму, которую сделал» (Пс. 7:15–16). В 30-м он сказал: «Да онемеют уста лживые, наговаривающие на праведника беззаконие» (Пс. 30:19). В 36-м он сказал: «Я искал его, и не нашлось место его» (Пс. 36:36). В 40-м он сказал: «Евший хлеб мой возвёл на меня клевету[1103]» (Пс. 40:10). В 49-м он сказал: «Изобличу тебя и представлю перед твоим лицом грехи твои» (Пс. 49:21). В 51-м он сказал: «Что хвалишься злодейством, сильный? Весь день беззаконие и неправду замышлял язык твой; ты сделал ложь как бы изощрённой бритвой; ты возлюбил зло больше добра, говорить ложь больше, нежели правду; ты полюбил погибельные речи и коварный язык. За это Бог истребит тебя до конца, изринет тебя и исторгнет тебя из жилища твоего и корень твой с земли живых. Увидят праведники, и убоятся, и скажут: „Вот человек, который не Бога сделал помощником себе, но надеялся на множество богатства своего, укреплялся суетою своею”» (Пс. 51:3–9). В 52-м он сказал: «Сказал безумец в сердце своём: „Нет Бога”. Они развратились и омрачились в своих начинаниях» (Пс. 52:2). В 73-м он сказал: «Сколько зла наделал враг в святилище твоём!» (Пс. 73:3). В 108-м он сказал: «Епископство его да возьмёт другой, и да истребится на земле память их, и да облечётся проклятием, как ризою, и да войдёт оно, как вода, в утробу его и, как елей, в кости его» (Пс. 108:8, 15, 18).

СЛОВО 15. О ТАЙНОЙ ВЕЧЕРИ. В 74-м он сказал о передаче для литургии Тела и Крови Пречистого Агнца, взявшего все грехи мира, а именно: «Ибо в руке Господней чаша с вином нерастворённым, наполненная растворения[1104]» (Пс. 74:9). В 75-м он сказал: «Помолитесь и воздайте [хвалу] Господу Богу нашему; все, кто вокруг Него, да принесут дары» (Пс. 75:12). В 79-м он сказал: «Из Египта Ты принёс виноградную лозу» (Пс. 79:9). В 115-м он сказал: «Чашу спасения прииму и имя Господне призову»[1105] (Пс. 115:4).

СЛОВО 16. О СТРАСТИ ГОСПОДНЕЙ. В 21-м он сказал: «Они пронзили руки мои и ноги мои, и изочли все кости мои, и разделили между собой ризы мои, и о плаще моем метали жребий» (Пс. 21:17–19). В 25-м: «Омою среди невинных руки мои» (Пс. 25:6). В 38-м он сказал: «Я онемел, и смирился, и молчал [даже] о добром» (Пс. 38:3). В 43-м он сказал: «Я положил себя, как овцу, на заклание» (Пс. 43:23). В 67-м он сказал: «Во власти Господа врата смерти, однако Бог сокрушит головы врагов своих» (Пс. 67:21–22). В 68-м он сказал: «И дали мне в пищу желчь, и в жажде моей напоили меня уксусом. Да будет трапеза их для них сетью, и возмездием, и западней. Да померкнут глаза их, чтоб им не видеть, и хребет их навсегда согни. Излей на них гнев твой, и ярость гнева твоего да охватит их. И жилище их да будет пусто, и в селениях их да не будет живущих» (Пс. 68:22–26). В 88-м он сказал: «Как поносили враги Господни, как поносили перемену с помазанником Твоим» (Пс. 88:52). В 36-м он сказал: «Проклинающие его истребятся» (Пс. 36:22).

СЛОВО 17. О РАСПЯТИИ ГОСПОДА И О КРЕСТЕ. В 19-м он сказал: «Ныне я узнал, что Господь спас помазанника своего» (Пс. 19:7). В 59-м он сказал: «Ты дал боящимся Тебя знамение, чтобы убежать от сонма бесовского» (Пс. 59:6). В 73-м он сказал: «Бог же, Царь наш, устроил спасение посреди земли» (Пс. 73:12). В 95-м он сказал: «Тогда возрадуются все дерева дубравные» (Пс. 95:12). В 98-м он сказал: «Превозносите Господа Бога нашего и поклоняйтесь подножию ног Его, ибо оно свято» (Пс. 98:5). В 140-м он сказал: «И ограждены двери уст моих» (Пс. 140:3). В 147-м он сказал: «…дерева плодоносные и все кедры» (Пс. 148:9).

СЛОВО 18. О ПОЛОЖЕНИИ ЕГО ВО ГРОБ. В 26-м он сказал: «В потаённом селении своём вознёс меня на скалу» (Пс. 26:5). В 101-м он сказал: «Ибо рабы Твои возлюбили и камни его и о прахе его жалеют» (Пс. 101:15). В 117-м он сказал: «Камень, который отвергли строители, стал во главу угла, это было от Господа и дивно в очах наших» (Пс. 117:22–23).

СЛОВО 19. О СОШЕСТВИИ ЕГО ВО АД. В 5-м он сказал: «Гортань их — открытый гроб» (Пс. 5:10). В 15-м он сказал: «Ты не оставишь души моей в аду» (Пс. 15:10). В 21-м он сказал: «В прах смерти Ты низвёл меня» (Пс. 21:16). В 23-м он сказал: «Князья, поднимите врата ваши, поднимите врата вечные, и войдёт Царь славы. Кто есть Царь славы? — Господь сил, Он царь славы» (Пс. 23:9–10). В 48-м он сказал: «Но Бог избавит душу мою от руки адовой, когда примет меня» (Пс. 48:16). В 85-м он сказал: «Ты избавил душу мою от ада преисподнего» (Пс. 85:13). В 87-м он сказал: «Я сравнялся с нисходящими в могилу, я стал как человек беспомощный, между мёртвыми покинутый; бросили меня в ров преисподний, во мрак и в сень смертную» (Пс. 87:5–7). В 101-м он сказал: «… дабы разрешить сынов смерти» (Пс. 101:21). В 106-м он сказал: «Ибо Он сокрушил врата медные и сломал запоры железные» (Пс. 106:16). В 119-м он сказал: «Я поселился в жилищах мрачных[1106]» (Пс. 119:5). В 129-м он сказал: «Из глубины я воззвал к Тебе, Господи, услышь голос мой!» (Пс. 129:1–2). В 138-м он сказал: «Сойду ли я в ад, там Ты, ибо и там рука твоя поведёт меня и удержит меня десница твоя» (Пс. 138:8, 10).

СЛОВО 20. О ЖИВОНОСНОМ ЕГО ВОСКРЕСЕНИИ. В 3-м он сказал: «Восстань, Господи, спаси меня, Боже мой!» (Пс. 3:8). В 7-м он сказал: «Воскресни, Господи, во гневе Твоём, восстань, Господи Боже мой, по повелению, которое Ты заповедал!» (Пс. 7:7). В 9-м он сказал: «Восстань, Господи, да не преобладает человек!» (Пс. 9:20). И ещё: «Восстань, Господи, да вознесётся рука твоя!» (Пс. 9:33). В 11-м он сказал: «Ныне воскресну, говорит Господь, явлюсь спасением, не уклонюсь от него» (Пс. 11:6). В 15-м он сказал: «Ты не дашь святому Твоему увидеть тление» (Пс. 15:10). В 16-м он сказал: «Восстань, Господи, предупреди их и останови их» (Пс. 16:13). В 40-м он сказал: «Неужели спящий снова воскреснет?» (Пс. 40:9). В 43-м он сказал: «Восстань, что спишь, Господи! Воскресни, не отринь навсегда!» (Пс. 43:24) И ещё: «Восстань, Господи, помоги нам!» (Пс. 43:27). В 67-м он сказал: «Да воскреснет Бог, и расточатся враги Его, и бегут от лица Его все ненавидящие Его. Как исчезает дым, да исчезнут, как тает воск от огня, так грешники да погибнут от лица Божия, а праведники да возвеселятся и возрадуются пред Богом» (Пс. 67:2–4). В 73-м он сказал: «Воскресни, Господи, рассуди спор мой, вспомни о вседневном поношении Тебя от безумного» (Пс. 73:22). В 75-м он сказал: «…когда Бог воскреснет на суд» (Пс. 75:10). В 81-м он сказал: «Воскресни, Боже, суди землю» (Пс. 81:8). В 83-м он сказал: «Сердце моё и плоть моя возрадовались о Боге живом» (Пс. 83:3). В 101-м он сказал: «Ты, воскреснув, помилуешь Сион» (Пс. 101:14). В 117-м он сказал: «Сей день сотворил Господь: возрадуемся и возвеселимся в оный!» (Пс. 117:24). В 117-м он сказал: «Бог — Господь, Он явился нам» (Пс. 117:27). В 131-м он сказал: «Воскресни, Господи, на месте покоя твоего и ковчега святыни твоей» (Пс. 131:8).

СЛОВО 21. О ЕГО ВОЗНЕСЕНИИ. В 7-м он сказал: «Вознесись над пределами врагов твоих, над ними поднимись на высоту» (Пс. 7:7–8). В 46-м он сказал: «Восшел Бог при восклицаниях, и Господь при трубном гласе» (Пс. 46:6). В 56-м он сказал: «Вознесись на Небеса, Боже, и по всей земле [да будет] слава твоя, и до облаков истина твоя» (Пс. 56:7, 11). И ещё раз, повторяя, он говорит: «Вознесись на Небеса, по всей земле [да будет] слава твоя» (Пс. 56:12). В 67-м он сказал: «Ты восшел на высоту, пленил плен, принял дары для человеков, когда взошёл на Небо небес на восток» (Пс. 67:19, 34). В 97-м он сказал: «Вознесись, Судия земли!» (Пс. 93:2). В 107-м он сказал: «Вознесись на Небеса, Боже, и по всей земле [да будет] слава Твоя, да избавятся возлюбленные твои» (Пс. 107:6–7).

СЛОВО 22. О СОШЕСТВИИ СВЯТОГО ДУХА НА СВЯТЫХ АПОСТОЛОВ. В 1-м он сказал: «Ибо знает Господь путь праведных, и в законе Господа воля его, и закону Его он поучается день и ночь. И будет он как дерево, посаженное у источников вод, и не отпадёт его лист» (Пс. 1:6, 2–3), то есть божественная вера, которую приняли язычники. В 18-м он сказал: «Всю землю обошла проповедь их, и до пределов вселенной слова их» (Пс. 18:5). В 49-м он сказал: «Соберите Ему святых Его» (Пс. 49:5). В 72-м он сказал: «Ибо они внезапно оказались одинокими» (Пс. 72:19). В 93-м он сказал: «Блажен человек, которого Ты вразумишь, Господи, и наставишь в законе» (Пс. 93:12). В 110-м он сказал: «В совете и в собрании праведных велики дела Господни — дать им наследие язычников» (Пс. 110:1–2, 6). В 118-м он сказал: «Велик мир у любящих закон твой, и нет им преткновения» (Пс. 118:165). В 138-м он сказал: «Мне очень дороги друзья твои, Боже, весьма надёжно их владычество» (Пс. 138:17).

СЛОВО 23. О СОБРАНИИ НАРОДОВ. В 9-м он сказал: «Да осудятся народы пред Тобою, и Ты поставишь над ними законодателя» (Пс. 9:20–21). В 17-м он сказал: «За то буду славить Тебя среди народов, Господи» (Пс. 17:50). В 46-м он сказал: «Бог воцарился над народами» (Пс. 46:9). В 48-м он сказал: «Слушайте, все народы, внимайте, все живущие во вселенной, — простые и знатные, равно богатый и бедный. Уста мои изрекут премудрость, и размышление сердца моего — знание» (Пс. 48:2–4). В 56-м он сказал: «Я встану рано, прославлю Тебя, Господи, среди народов, воспою Тебя среди язычников» (Пс. 56:9–10). В 58-м он сказал: «Внемли, посети все народы» (Пс. 58:6). В 64-м он сказал: «Придут в смятение народы — и убоятся» (Пс. 64:8). В 66-м он сказал: «Во всех народах спасение твоё. Да возвеселятся и возрадуются племена!» (Пс. 66:3, 5). В 81-м он сказал: «…ибо Ты наследуешь все народы» (Пс. 81:8). В 85-м он сказал: «Все народы, которые Ты сотворил, придут и поклонятся пред Тобою, Господи» (Пс. 85:9). В 95-м он сказал: «Возвещайте в народах славу Его, скажите народам: Господь воцарился, ибо утвердил вселенную, которая не поколеблется» (Пс. 95:3, 10). В 97-м он сказал: «Явил Господь спасение своё, пред народами открыл правду свою» (Пс. 97:2). В 101-м он сказал: «И убоятся народы имени Господня, и все цари земные — славы твоей» (Пс. 101:16). В 107-м он сказал: «Я встану рано, прославлю Тебя среди народов, Господи, и воспою Тебя среди племён» (Пс. 107:3–4). В 116-м он сказал: «Хвалите Господа, все народы, прославляйте Его, все племена!» (Пс. 116:1). В 125-м он сказал: «Тогда скажут среди народов: „Великое сотворил Господь с нами”» (Пс. 125:2, 4).

СЛОВО 24. ОБ ИУДЕЙСКОМ ОТВЕРЖЕНИИ. В 15-м он сказал: «Я не созову собраний из-за крови и не помяну имён их устами моими» (Пс. 15:4). В 35-м он сказал: «Они были низринуты и не смогли встать» (Пс. 35:13). В 48-м он сказал: «Человек, будучи в чести, не уразумел и приложился к несмысленным скотам и уподобился им, и путь их — безумие их» (Пс. 48:13–14). В 72-м он сказал: «И исчезли они и погибли из-за беззакония своего» (Пс. 72:19). В 85-м он сказал: «И не полагали они Тебя своим Богом, но Ты, Господи Боже мой, щедрый, и терпеливый, и многомилостивый, [и] истинный» (Пс. 85:14–15). В 93-м он сказал: «Бог отмщений Господь; и воздаст им Господь по беззаконию их, и за злодейство их истребит их Господь Бог» (Пс. 93:1, 23). В 105-м он сказал: «Они быстро забыли дела Его» (Пс. 105:13).

СЛОВО 25. О ПРИЗВАНИИ НАРОДОВ. Во 2-м он сказал: «Ныне, цари, вразумитесь; научитесь, все судьи земли. Служите Господу со страхом и радуйтесь Ему с трепетом. Блаженны все уповающие на Него» (Пс. 2:10–12). В 17-м он сказал: «Народ, которого я не знал, служил мне и по слуху повиновался мне» (Пс. 17:44–45). В 30-м он сказал: «Сколь велико множество благ твоих, Господи, которые Ты хранишь для боящихся Тебя!» (Пс. 30:20). В 32-м он сказал: «Воспойте Господу песнь новую!» (Пс. 32:3). В 47-м он сказал: «Ибо земные цари собрались и сошлись вместе и, увидев сие, изумились» (Пс. 47:6). В 65-м он сказал: «Вся земля да поклонится Тебе и воспоёт Тебя!» (Пс. 65:4). В 66-м он сказал: «Освети нас лицом Твоим и помилуй нас. Прославят Тебя народы, Боже, восхвалят Тебя все племена» (Пс. 66:2, 4). В 67-м он сказал: «Цари принесут Тебе дары. Царства земные, пойте Богу, воспевайте Господа!» (Пс. 67:30, 33). В 71-м он сказал: «И владычествует Он от моря до моря и от рек до краёв вселенной; и враги Его будут лизать прах. Цари Фарсиса и островов поднесут дары, и поклонятся Ему все цари земли» (Пс. 71:8–11). В 71-м он сказал: «И благословятся в Нём все племена земные, и наполнится славою Его вся земля. Аминь» (Пс. 71:17, 19). В 82-м он сказал: «И да познают они: имя твоё — Господь» (Пс. 82:19). В 83-м он сказал: «Он даст благословение, давая им закон, и они будут восходить от силы в силу» (Пс. 83:7–8). В 88-м он сказал: «Они будут ходить в свете лица Твоего и о имени Твоём будут радоваться» (Пс. 88:16–17). В 95-м он сказал: «Воспойте Господу песнь новую, воспойте Господу, вся земля! [Возвещайте] в народах чудеса Его» (Пс. 95:1, 3). В 97-м он сказал: «Воспойте Господу новую песнь, ибо дивное сотворил Господь: все концы земли увидели спасение Бога нашего. Восклицайте Господу, вся земля!» (Пс. 97:1, 3–4). В 99-м он сказал: «Воскликните Господу, вся земля! Служите Господу с веселием!» (Пс. 99:1–2). В 101-м он сказал: «Когда соберутся вместе народы и цари, — служите Господу» (Пс. 101:23). В 135-м он сказал: «Славьте Бога богов, ибо Он благ!» (Пс. 135:1). В 138-м он сказал: «Буду считать их[1107], но они многочисленнее песка» (Пс. 138:18). В 143-м он сказал: «Боже, песнь новую воспою Тебе, дарующему спасение царям!» (Пс. 143:9–10). В 148-м он сказал: «Цари земные, все народы и властелины, все судьи земные, юноши, девицы, старцы и отроки да хвалят имя Господа, ибо превознесено имя Его Единого! Слава Его на земле и на небесах сынам Израилевым, народам, приближающимся к Нему. Воспойте Господу песнь новую! Всякое дыхание да хвалит Господа!» (Пс. 148:11–14; 149:1; 150:6).

Затем Дух Божий сказал: «Я избрал Давида, раба моего, взял его от стада овец, чтобы пасти Иакова, раба моего Израиля, как моё достояние» (2 Цар. 7:8). Он, Божиим разумом и благочестием, творил суд и правду. Он победил Фелмхона, царя сирийского, сняв с его головы корону из золота, со священными драгоценными камнями. Он поразил идумеян, и они стали его рабами. (См. 2 Цар. 8:5–6, 14; 12:30).

У Давида в Израиле было 37 храбрых, отборных мужей, таких, что самый слабый выходил против сотни воинов, а самый сильный против тысячи. Вот их имена. 1) Совохай, он победил исполина Кефа, потомка гигантов[1108]. 2) Елханан, он убил сильного воина хеттеянина, его копьё подобно шесту ткачей[1109]. 3) Ионафан, он убил сильного и огромного воина, у которого на руках и ногах по шесть пальцев[1110]. 4) [Исбосеф], он поразил своим копьём восемьсот воинов в одном сражении[1111]. 5) Иесваал, он поразил своим мечом за один раз триста воинов, будучи раненным[1112]. 6) Мар[1113]; «когда пришли филистимляне и хотели захватить часть поля, засеянного чечевицей, и народ убежал, он стал один, прогнал филистимлян и сберёг часть поля» (2 Цар. 23:11–12). 7) Елеазар; когда на поле, засеянное ячменём, набежали филистимляне и народ разбежался, он один взял верх, победив филистимлян, и сберёг ячмень; «он до того поражал филистимлян, что его рука, утомившись, прилипла к мечу; народ вернулся за ним для добычи» (2 Цар. 23:10). 8) Ванея, он совершил много подвигов: он поразил сыновей Ариила Моавитского; он сошёл в ров в снежное время и убил льва; он убил одного египтянина, у которого было копьё в семь локтей, подобное ошкуренному дереву; он выхватил у него копьё и им убил его. (См. 2 Цар. 23:20–21). 9) Авесса, брат Иоава, он поразил шестьсот воинов [и] Иесвия, когда тот хотел убить Давида; «Иесвий был потомком гигантов, у него было копьё весом в триста сиклей» (2 Цар. 21:16); когда Авесса бегал, он был подобен серне в горах.

Эти трое вождей[1114] — сильнейшие среди прочих; когда филистимляне осадили Вифлеем и Давид захотел пить из Вифлеемского колодца, они втроём, уничтожив стан филистимлян, зачерпнули из колодца и принесли Давиду, который, изумившись их силе и отваге и взяв воду, вылил её [во славу] Господа, сказав: «Милостив будь ко мне, Господи! Неужели я выпью кровь людей, ходивших с риском для своей жизни?» (См. 2 Цар. 23:13–17).

Точно так же и прочие воины были очень сильны, подвижны и весьма страшны для врагов; у них были огромные щиты и копья, они были легки на ногу, как серны в горах, и доспехи их поражали воображение, и лица у них, как у львов. Воинов из обычных людей, которые были у Давида, было числом 234 тысячи[1115], они были изочтены военачальником Иоавом.

Потом Давид сказал Иоаву, военачальнику израильтян: «Исчисли весь Израиль и Иудею». И оказалось число людей один миллион сто тысяч воинов, а в Иудее — четыреста восемьдесят тысяч воинов, [колена] же Левия и Вениаминово он не считал. (См. 2 Цар. 24:2, 9). Так как слово царя превозмогло[1116] Иоава, то Господь послал к Давиду пророка Гада, [и] он сказал: «Так говорит Господь: „Выбери себе одно: быть ли голоду в твоей земле три года, или три месяца бегать [тебе] от своих врагов, или в продолжение трёх дней [быть] мору в твоей земле?”» Давид сказал пророку Гаду: «Очень тяжело мне от всех трёх [бед], но пусть я впаду в руки Господа, ибо велико милосердие Его, только бы не впасть мне в руки человека». Давид избрал мор во время жатвы пшеницы. (См. 2 Цар. 24:12–14).

И послал Господь мор на израильтян с самого утра до обеда, и умерло из народа семьдесят тысяч человек. И простёр ангел Божий руку свою на Иерусалим, чтобы погубить всех его жителей, и сказал Давид Богу, когда увидел ангела, поражающего народ: «Вот, я согрешил, я пастырь, сотворивший зло, а эти овцы что сделали? Да будет твоя рука на мне, Господи, и на доме отца моего. И умилосердился Господь и отложил свой гнев, и прекратилось поражение. И соорудил там Давид жертвенник и тотчас принёс всесожжение, и Господь обонял его и отложил истребление от Израиля, ибо Давид был угоден Господу. (См. 2 Цар. 24:15–17, 25).

Как сказано в Писании, пока он был гоним Саулом, он поступал мудро; и когда он вёл войну, он старательно жил в согласии со святыми законами; а когда жизнь немного успокоилась, он поддался искушению.

И вот блаженный Давид перед своей смертью позвал своего сына Соломона и сказал: «Сын мой Соломон, у меня было сердечное намерение построить храм имени Господню, но было сказано ко мне слово от Господа: „Ты пролил много крови и вёл большие войны, [посему] не ты построишь храм имени моему; вот, у тебя родится сын, и Я дам ему покой от всех врагов его, окружающих его, ибо имя его Соломон, — он построит храм имени моему”. Ныне, дитя, будь мужествен и твёрд! Вот, при скудости моей приготовил для храма Господня сто тысяч талантов золота, а серебра тысячу тысяч, а меди и железа без числа. Ты ещё прибавь к этому на строительство храма» (1 Пар. 22:7–10, 13–14). Талант же равен 125 литрам[1117].

Давид, состарившись, исполнившись днями, поставил царём своего сына Соломона, ещё раз сказал ему перед народом: «Вот, я приготовил храму Бога моего золото и серебро, медь и железо, камни разноцветные и всякие дорогие камни. Кроме того, что я уже заготовил для святого дома, я отдаю шестьсот талантов офирского золота и семь тысяч талантов переплавленного серебра, чтобы им обложить стены храма» (1 Пар. 29:2–4). Начальники сынов Израилевых дали на устроение храма Господня семь тысяч талантов золота и много серебра, дорогих камней и меди. Давид, благословив народ, отпустил его и тут же сказал своему сыну: «Ныне, Соломон, знай Бога отцов твоих и служи ему от всего сердца и от всей души, ибо Господь испытует все сердца и знает все помыслы. Если будешь искать Его, то найдёшь Его; если оставишь Его, Он оставит тебя навсегда» (1 Пар. 28:9).

И отдал Давид Соломону, своему сыну, изображение всего храма и херувимов, простирающих крылья и покрывающих ковчег завета Господня, всё начертано рукою Господнею. И сказал Давид сыну своему Соломону: «Будь твёрд и мужествен, ибо Господь Бог мой с тобою. Я отхожу в путь всей земли, ты же будь твёрд и будь мужествен и храни завет Господа Бога твоего Израиля. Когда ты выйдешь на все свои пути, храни заповеди Его, и уставы Его, и определения Его, как написано в законе Моисеевом, чтобы разуметь, как исполнить всё, что я заповедал тебе, чтобы Господь утвердил слово своё, которое Он сказал обо мне: „Если сыны твои будут соблюдать закон мой и пути мои, чтобы ходить предо Мною в истине от всего сердца и от всей души своей, то не прогонит их никакой человек с престола”» (См. 1 Пар. 28:11, 18, 20; 3 Цар. 2:2–4).

Сказав это, Давид умер в доброй старости, насыщенный днями, и богатством, и славой, и благочестием, будучи семидесяти лет. Времени, когда Давид пророчествовал и царствовал над Израилем, было сорок лет: сначала пришли старейшины иудейские в Хеврон, помазали там Давида на царство в колене Иудове, и он царствовал семь лет, а после Саула он царствовал в Иерусалиме тридцать три года; всего же ему было семьдесят лет. Во время царствования Давида были пророки Гад, Нафан и Иосафат.

ЦАРСТВО ТРЕТЬЕ: СОЛОМОНА

Соломон сел на престол Давида, своего отца, он был [один] из двенадцати сыновей. Господь дал Соломону разум, и мудрость весьма великую, и широту сердца. Народ всё ещё совершал жертвоприношения на высотах, ибо не был создан храм имени Господню. И возлюбил Соломон Господа И возлюбил Соломон Господа, ходя по завету Давида, отца своего; но Соломон приносил курения и жертвы на холмах. И, встав, Соломон пошёл в Гаваон принести там жертву. И явился Господь Соломону во сне ночью и сказал: «Проси у Меня что хочешь». И сказал Соломон: «Ты, Господи, сделал рабу твоему Давиду, отцу моему, великую милость; за то, что он ходил пред Тобою в истине и правде, Ты ныне, Господи Боже мой, поставил меня, своего раба, вместо Давида, моего отца; но я — юный отрок и не знаю ни моего выхода, ни входа, я раб твой посреди народа твоего. Дай же мне, Господи, сердце разумное, чтобы судить народ по правде и различать добро и зло». И эта речь была угодна Господу, и Господь сказал ему: «За то, что ты не просил себе ни долголетия, ни богатства, ни душ врагов твоих, вот, Я уже, — сказал Господь, — дал тебе сердце разумное и мудрое; и то, чего ты не просил, славы и богатства, и это Я дал тебе, так что не было подобного тебе человека между царями; и если будешь ходить путём моим и сохранишь заповеди мои, как ходил Давид, твой отец, Я умножу дни твои». И тут же пробудился Соломон, встал со своего ложа и пошёл в Иерусалим и стал пред жертвенником и пред ковчегом завета Господня в Сионе, и принёс Соломон жертву Господу. (См. 3 Цар. 2:35; 3:2–15).

И дал Господь Соломону разум и весьма великую мудрость, и великодушие, «чтобы познать мудрость и наставление, усвоить правила красноречия, постигать правду и истину, судить по правде, говорить притчами и толковать тайное слово» (Притч. 1:2–3, 6).

Сей Соломон, получив притчу, сказал: «Я возвещу вам и не скрою от вас тайн Божиих, ибо Он есть податель мудрости: „Прежде холмов рождает меня Господь; когда Он уготовлял небо, я была с Ним, и когда Он определял свой престол на ветрах. Когда Он утверждал вверху большие облака, когда устанавливал источники поднебесные, давал морю свой устав, чтобы воды не переступали повелений уст Его, когда полагал крепкие основания земли, тогда я была при Нем помощницей. Я была Его радостью всякий день, я веселилась пред лицом Его всё время”» (Притч. 8:25–30)

Вот, ещё раз получив иносказание о Богородице и о воплощении, он сказал: «Она есть дыхание силы Божией, святое сияние света и образ благости Божией. Она приготовляет друзей Божиих, пророков, и она прекраснее Солнца и превосходнее сонма звёзд» (Прем. 7:25–27, 29). О ней певец Давид возвещал множеством разных [образов].

И ещё раз Соломон сказал в притче о воплощении и о Деве: «Премудрость создала себе храм», то есть Слово Божие вселилось в святую Деву, «и утвердила семь столпов его», которые означают семь соборов честных отцов, «и заколола своё жертвенное», что означает Тело и Кровь, «и наполнила чашу свою вином», что означает Новый Завет, «и приготовила свою трапезу», на которой заколается Пречистый Агнец — Тело и Кровь Сына Божия, источающего Кровь Господню во оставление грехов; «и послала слуг своих, то есть апостолов, проповедующих Бога в Троице, «созывающих с высокой проповедью, начинающих говорить: „Кто неразумен, обратись ко мне”; и жаждущим мудрости она говорит: „Идите, ешьте хлеб мой и пейте вино, которое я начерпала вам, оставьте неразумие и будете живы”; начало премудрости — страх Господень, и благой помысел — познавать закон; из уст её исходит правда, закон и милость она носит на языке» (Притч. 9:1–6; 3:7, 16).

О Его рождестве он выразился иносказательно и возвестил потаенно: «Праведный рождается к жизни, светом равный звезде; Он называет себя Сыном Господа и стал обличением наших помыслов; служащих ей она[1118] избавляет от бед и обещает даровать познание о Боге». (См. Притч. 11:19; Прем. 7:29; 2:13–14; 10:9; 2:13).

О НОВОМ ЗАВЕТЕ. По воле Божией, он сказал не столько о жертвенной Крови, сколько об иудейском собрании: «Сын [мой,] да не обольстят тебя грешники, не ходи в путь с ними, ибо ноги их бегут ко злу и спешат на пролитие крови. Если будут говорить: „Иди с нами, приобщись к крови, праведника неправедно скроем в земле, проглотим его, как преисподняя, живым, изгладим его память на земле”, — то таковы пути всех творящих беззаконие: они бесчестием лишают себя души. Премудрость провозглашается на перекрёстках. Нечестивые наследуют бесславие, душа нечестивых немилостива, нечестивые будут преисполнены зол, сердце безумных преткнётся устами» (См. Притч. 1:10, 15–16, 19–20; 3:35; 21:10; 12:21; 10:8).

Об Иуде. «Не ссорься с человеком безумным. Развращённое сердце умышляет зло, во всякое время оно сеет в городе раздоры, отчего внезапно приходит его погибель. Кто извращает свои пути, — не утаится, и кто щурит лживые глаза, — тот навлекает на людей несчастья; язык нечестивого погибнет. Человек грешный обольщает своего ближнего; человек, сбившийся с правого пути, водворится в собрании мертвецов» (Притч. 3:30; 6:14–15; 10:9–10, 31; 16:29; 21:16).

О СТРАСТИ ГОСПОДНЕЙ И О КРЕСТЕ. «Она[1119] — непоколебимое древо жизни для всех держащихся и опирающихся [на неё], как на Господа» (Притч. 3:18).

О ПОГИБЕЛИ ИУДЕЕВ. «Коварные будут под данью, и мысли нечестивых безлюбовны; согрешающих постигнут бедствия, а путь нечестивых соблазнит их, и души коварных блуждают в грехах. Все несчастья обрушатся на нечестивых, потому что они не хотят соблюдать правды. Упрямым Господь посылает кривые пути, и сдвинет их Господь с оснований, и они вконец иссохнут в болезни, и память их погибнет; они предстанут в сонме открывшихся грехов, и их беззакония обличат прямо в глаза отпирающихся грешников. Они же, увидев, смутятся великим страхом, ужаснутся славному спасению его, скажут, раскаиваясь, про себя, и, воздыхая от стеснения духа, будут говорить себе: „Это тот, который был у нас некогда в посмеяние, и в притчу, и в поношение. Безумные, мы почитали жизнь его бесчестною. Как же он причислен к сынам Божиим и жребий его со святыми? Итак, мы заблудились от пути истины, и свет правды не светил нам, и Солнце не озаряло нас. Мы преисполнились беззакония и ходили стезёю погибели, путями непроходимыми, а пути Господня не познали”. Ибо праведные унаследуют землю, непорочные пребудут на ней; от Господа награда их, [и] попечение [о них] у Всевышнего. Посему они получат царство славы и венец красоты от руки Господа, ибо Он покроет их десницею и защитит их мышцею» (Притч. 12:24, 26; 13:9; 21:8; Прем. 4:19–20; 5:2–7; Притч. 2:21; Прем. 5:15–16).

Соломон, по данной ему от Бога мудрости, сочинял изречения и загадки и законам дал меру и число; благодаря проницательности неразрешимое, сокровенное знание сделал ясным; продвигаясь по путям неизведанной глубины, он сказал о многом.

Построил он и храм для ковчега, изумительный по величине и красоте, весьма поражающий взор. Сделал он и двух херувимов из кипарисового дерева, каждого вышиной в десять локтей, с крыльями в пять локтей; их крылья складывались и распрямлялись; он вырезал буквами имена херувимов, украсил их всякими украшениями и освятил их. И внесли священники ковчег завета Господня во Святое Святых, и стал Соломон перед алтарём впереди всего собрания израильтян, и воздвиг руки свои к небу, и сказал: «Господи Боже Израилев! Нет Бога, кроме Тебя, на Небесах вверху и на земле внизу!» (См. 3 Цар. 6:23–24, 27; 8:6, 22–23)

И мы то же утверждаем, что один есть Бог на Небесах и на земле, как и раньше мы записали слова из уст Господних; о том же и древние пророки, по мере дара, говорили, и певец Давид со всей очевидностью исповедовал единое божество в [трёх] Лицах.

И Соломон, сподобившись пророчества, в своей молитве сказал: «Ты знаешь, Господи Боже мой, сердца всех сынов человеческих, пусть они боятся Тебя во все дни, доколе живут на земле, которую Ты дал отцам нашим. И если чужестранцы, которые не от сего народа, придут и поклонятся на этом месте, то Ты услышь, Господи, с Небес, с уготованного жилища и сделай всё, о чём будут взывать к Тебе чужестранцы, чтобы все народы земли знали имя твоё, чтобы боялись Тебя, как народ твой Израиль, чтобы знали, что именем Твоим называется храм сей, который я построил» (3 Цар. 8:39–41, 43).

Видишь, как он пророчествовал в своей молитве о призвании народов и об имени Господнем, ибо Святое Святых стало Его плотью в тот день, когда Соломон освятил храм Господа.

Затем Господь явился Соломону во второй раз, как явился ему в Гаваоне. И сказал ему Господь: «Я услышал глас молитвы твоей и прошения твоего, о чём ты просил Меня, и сотворил по молитве твоей и освятил сей храм, который ты построил, чтобы пребывать имени Моему там вовек, и будут очи мои и сердце моё там во все дни. Если ты будешь ходить предо Мной, как ходил отец твой Давид в чистоте и простоте сердца, исполняя всё, что Я заповедал ему, и будешь хранить уставы мои и заповеди мои, Я воздвигну престол моего царства в Израиле вовек, как Я сказал отцу твоему Давиду, говоря: „Не опустеет царский престол в Израиле”. Если же вы отвращаясь отвратитесь от заповедей моих и сыновья ваши от Меня и от уставов моих, которые Я дал Моисею пред всеми вами, и станете служить иным богам, то Я изгоню израильтян из земли, которую Я дал им; и сей храм, который Я освятил имени моему, отвергну от лица моего; и будет Израиль в бесславии и поношении у всех народов; и об этом высоком храме все, кто придут к нему, ужаснутся и скажут: „За что Господь поступил так с этой землёй и с этим храмом?” — и ответят: „За то, что их отцы оставили Господа, Который вывел их из Египта из дома рабства, и приняли чужих богов, и поклонились им, и служили им, — за это навёл на них Господь это бедствие”» (3 Цар. 9:2–9).

И ещё из «Екклезиаста», то есть «Песни Песней» Соломоновых[1120], вкратце

1. Вот, Соломон снова сказал о Его вочеловечении: «И вот он так придёт, скача по горам и прыгая по холмам» (Песн. 2:8). Филон: «Что значит скакание? — [Бог]-Слово сошёл на пророков и научил их пророчествовать. Как в горах восходящее Солнце свои светлые лучи сначала показывает на вершинах гор, так и Он сошёл на пророков, и они пророчествовали о Христе; потом Он сошёл с Неба в чрево Девы, вышел из лона и облёкся в плоть человеческого естества; сошёл на апостолов, которых сделал сеятелями слова в мире; взошёл на древо крестное, чтобы привлечь народы; сошёл во ад, дабы воскресить мёртвых по промыслу о новом воскресении; взошёл с земли на Небо и сел там одесную Отца».

2. О Его рождестве Соломон сказал: «Избран Отцом», ибо рождество Его, самого Христа Бога и Господа, превышает возможности понимания и выражения.

3. Об иудейском собрании и об апостолах Соломон ещё раз сказал: «Коням в колеснице фараоновой я уподобил тебя, возлюбленная моя» (Песн. 1:8). Ипполит о великих тайнах — о том соборе иудеев на злоумышление — сказал: «„Если покаешься, собор, уподоблю тебя своей возлюбленной”, — сказал Господь». Под конями же подразумеваются апостолы, по пророку Аввакуму, ибо он сказал: «Ты послал своих коней, волнующих многие воды» (Авв. 3:15); и ещё: «Ты восшел на своих коней, и езда твоя — воскресение твоё» (Авв. 3:8), ибо те кони, подразумевающие апостолов, не сбрасывают ярма, но, хорошо обученные, везут воз — слово Господне. Эти кони связаны не упряжью, но узами любви Господней и, обходя всю землю, «четырьмя колёсами» провозгласили тайну Промысла; доброго всадника — слово — неся, праведно закончили путь; их гремящие колеса — это образ четырёх евангелистов, ибо колеса движутся вслед за этой колесницей.

4. Вот Соломон снова начал пророчествовать в «Песни Песней»; о плотском страдании Господа на кресте и о сошествии Его во ад он сказал: «Скажи мне ты, которого любит душа моя: где отдыхаешь в полдень?» (Песн. 1:6). Богодухновенный Филон, епископ Карпафийский[1121], толкуя «Песнь Песней» Соломона, сказал так: «Так как во время страданий Господних от шестого до девятого часа настала тьма, то по этой-то причине Соломон сказал: „Где пасёшь ты, где отдыхаешь в полдень?” — ибо в полдень, сходя с ума от горя, оставленные дети возопили с рыданием: «Где ты отдыхаешь, оставив искушаться своих учеников?!»

5. О Воскресении Соломон сказал: «Доколе дышит день и убегают тени» (Песн. 2:17), то есть в день святого Воскресения все богохульники и иудейские собрания погибнут.

6. Об испытании Христовой раны Соломон сказал: «Запертые двери открыл я брату своему» (Песн. 5:6). Филон: «Ибо неверие Фомы некогда явило всем не призрак, но воистину воскресшего Господа».

* * *

Господи, помоги рабу своему Кузьме, написавшему сии книги рукою грешною[1122]. Аминь!

В 6914 (1406) году, 13 индикта, месяца мая, 7 [числа], на память святого отца Пахомия, в богохранимом городе Коломне, при благоверном великом князе Василии Дмитриевиче[1123], внуке Ивана Даниловича. Сии книги были окончены в ноябре месяце, на память святых бессребреников Космы и Дамиана[1124].

Господи, спаси и помилуй раба своего Варсонофия[1125], создавшего сии книги, по молитвам святой Богородицы и всех святых!

Месяца июня, 29 дня, на память святого апостола Иуды[1126].

Основной текст комментариев написан В.В. Мильковым и С.М. Полянским.

Комментарии, принадлежащие Г.С. Баранковой, А.М. Камчатнову и Р.А. Симонову, обозначены инициалами этих лиц.

Владимир Мильков, Сергей Полянский

ПАЛЕЯ ТОЛКОВАЯ: РЕДАКЦИИ, СОСТАВ, РЕЛИГИОЗНО-ФИЛОСОФСКОЕ И ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПАМЯТНИКА

«…если кто захотел бы по одному только памятнику познакомиться с миросозерцанием древних русских и с приблизительным запасом сведений, какими они располагали, то стоит этому читателю рекомендовать Толковую Палею, и она удовлетворит его и в том и в другом отношениях»

А. В. Михайлов

I

Палея Толковая — уникальный памятник древнерусской мысли, который со стороны его мировоззренческого, религиозно-философского и научного содержания исследован недостаточно. Даже поверхностное знакомство с его содержанием не оставляет сомнения, что памятник имеет универсальный характер, ибо, помимо сугубо богословских аспектов, Составитель Палеи вложил в своё произведение сведения самого широкого характера (онтологические, космологические, естественно-научные, антропологические, астрономические, календарные, медицинские, географические, климатологические, исторические и некоторые другие). Всё это позволяет отнести Палею к разряду древних «энциклопедий». Но прежде чем говорить о многогранных аспектах произведения, необходимо обратиться к истории изучения памятника и прояснить постепенное выявление исследователями многочисленных драгоценных граней этого замечательного по богатству содержания и весьма своеобразного по жанровой форме произведения.

В наименовании произведения сохранён непереведённым греческий термин — παλαία, что в точном значении слова означает ‘ветхий’. Сочетанием ἡ παλαία διαθήκη надписывалась древнейшая часть корпуса книг Св. Писания, но прежде всего название Ветхий Завет закреплялось за Пятикнижием. Как следствие, в древнерусской книжности Палеей называли библейские книги Ветхого Завета, а также отдельное сочинение, посвященное изложению ветхозаветной истории. В первом смысле термин Палея сохранен пергаменной Кормчей XІV в., в состав которой включен перевод с греческого правил митрополита Иоанна ІІ (1080–1089 гг.): и вторыи законъ в Палеи пишет[1127] (т. е. — во Второзаконии Пятикнижия написано). Во втором значении термин Палея употреблялся в сочетании Толковая Палея, что указывало на принадлежность произведения к жанру экзегезы и на его ветхозаветную тематику. Специфическую особенность содержанию придавало наличие в тексте многочисленных обличений «жидовина». Полемическая направленность выражалась в том, что истолкование ветхозаветной истории в Толковой Палее было соединено с полемическими выпадами в адрес иудеев и резкой критикой неприемлемых для приверженца православия иудейских заблуждений.

В древнерусской книжности встречается также название «Палея с толком». Один из разделов «Изборника XIII в.» озаглавлен: а се палѣє с тълкамъ[1128]. Аналогичные надписания известны по текстам сборников типа «Кааф»[1129]. Содержанием раздела, как это однозначно установлено исследователями, являются толкования Феодорита Киррского на Пятикнижие Моисея[1130]. Термин Палея употреблён здесь для обозначения ветхозаветного текста первых пяти библейских книг. Характерной для Толковой Палеи антииудейской полемической специфики в «Палее с толком» не обнаружено, вследствие чего отпало предположение о закреплении близких вариантов названия за особым обличительным типом произведения. Хотя отмеченное сходство не может служить снованием принадлежности обоих текстов единому жанрово-сюжетному типу, высвечивая лишь общую для них причастность к ветхозаветной тематике, нельзя исключать возможности влияния сложившегося в переводной книжности образа на появление у весьма специфического древнерусского произведения сходного по семантике и лексическому оформлению наименования[1131].

Рубежом здесь является появление текстологических гипотез Н. С. Тихонравова и В. М. Истрина, до работ которых в научный оборот вводились все тексты, в надписании которых значилось слово палея, в результате чего совершенно не тождественные между собой палейные тексты рассматривались как одно произведение. Так, в «Описании русских и славянских рукописей Румянцевского музеума», составленном А. Х. Востоковым, к Палеям, с одной стороны, были отнесены совершенно разные произведения: «Очи палейные», или т. н. Историческая Палея, а с другой — хронографический извод Толковой Палеи[1132]. Посвящённое Толковой Палее первое монографическое исследование В. Успенского действительно оперирует содержанием Толковой Палеи, но при перечислении списков этого памятника автор ссылается на известные ему описания рукописных собраний, фактически отождествляя с Толковой Палеей любые палейные тексты[1133]. И. Я. Порфирьев в своей характеристике Толковой Палеи и в обширной публикации ветхозаветных апокрифов чересполосно оперирует данными Краткой Исторической Палеи и Толковой Палеи промежуточного извода[1134].

Вместе с тем нельзя не признать, что уже первые исследователи палейных текстов обращали внимание на различия произведений, в надписании которых значилось слово палея. Уже в первом из опубликованных описаний рукописных коллекций, а именно собрания Румянцевского музея, А. Х. Востоков отметил видовые отличия находившихся в его распоряжении списков Палеи[1135]. Рум. № 359 (XVI в.) фигурировал под названием «Очи палейные» и оценивался автором как сокращение Рум. № 297 (XVII в.), причём оба списка квалифицированы как разновидности краткой Палеи[1136]. О тех же списках И. Н. Жданов позднее высказывал мнение, что Рум. № 297 представляет собой распространённую переделку Рум. № 359[1137], а И. Я. Порфирьев в свою очередь сближал Рум. № 297 с Сол. № 866 (XVII в.) из собрания РНБ, которую он назвал сокращённой редакцией Палеи. По его наблюдениям, ту же сокращённую редакцию представляют списки XVII в. из Толстовского собрания РНБ (Толст. Отд. I. № 153, Отд. II. №№ 153, 154, 367) и Палея нового письма из Толст. Отд. V. № 50[1138]. На самом деле, «Очи палейные» из Рум. № 359 не имеют отношения к Толковой Палее, а представляют Историческую Палею, которая в рукописях надписывалась также иным названием — «Книга бытия небеси и земли».

«Книгу бытия небеси и земли» по рукописи Синодальной библиотеки № 318 впервые подробно описали А. В. Горский и К. И. Невоструев, которые охарактеризовали этот памятник как «Краткую Палею»[1139]. Список Синод. № 318 (591 по современной классификации) опубликован А. Н. Поповым с разночтениями по Синод. № 638 и № 548[1140]. В этом же издании, по списку РНБ Соф. № 1448, издан особый вид Исторической Палеи, названный А. Н. Поповым «сокращённой Палеей русской редакции»[1141]. Но ещё в 1864 г. сведения об этой рукописи были введены в оборот при публикации «Описания рукописных сборников Новгородской Софийской библиотеки», где Соф. № 1448 был охарактеризован как русская обработка Палеи[1142]. Там же достаточно подробно описана «Книга бытия небеси и земли» из Соф. № 1464[1143].

Таким образом, из общей массы Палей первой была вычленена Историческая Палея, которую сближает с Толковой Палеей общее название и частое обращение к апокрифическим источникам. Правда, оба памятника заключали в себе изложение библейской истории, только Историческая Палея излагала эту историю без характерной для Толковой Палеи полемической аранжировки. К тому же в интерпретации ветхозаветного прошлого составители обоих произведений опирались на разные авторитеты и делали свои заимствования отнюдь не из общих первоисточников. А. Н. Попов и М. Н. Сперанский обосновали греческое происхождение Исторической Палеи и достаточно позднее, датируемое концом XIV — началом XV вв., проникновение в древнерусскую письменность через южнославянское посредничество[1144]. Т. А. Сумникова скорректировала эти выводы и показала, что русские списки восходят к болгарскому протографу, который был переведён с греческого не позднее I-ой пол. XIII в.[1145]

После выхода в свет работы А. Н. Попова основные признаки Исторической Палеи, отличающие её от других Палей, были вполне определены. Эту стадию дифференциации палейных текстов зафиксировала работа И. Н. Жданова, в которой Историческая Палея отличается от Палеи Толковой, но при этом разновидности толковых текстов смешиваются, а структурно-содержательная характеристика произведения в итоге получилась суммарно обобщённой и в силу этого искусственной, выстроенной из разнородных элементов[1146].

Вместе с тем нельзя сказать, что отличия толковых текстов совсем прошли мимо внимания первого поколения их исследователей. В описании рукописей Румянцевского музея 1842 г. А. Х. Востоков отличал от кратких Палей, описанных им под №№ 297 и 359, две разновидности подробной Палеи — №№ 361 и 453, последнюю из которых он характеризовал как «Палею, слитую с хронографом»[1147]. Те же рукописи И. Я. Порфирьев сравнивал с хорошо известным ему списком Палеи из Соловецкого собрания № 653. Исследователь отмечал более богатый набор апокрифов в румянцевских рукописях, по сравнению с которыми в Сол. № 653 отсутствуют рассказы о хождении Сифа в рай, о погребении Адама на горе Афулии и Слова Афанасия Александрийского о Мелхиседеке[1148]. Оперируя достаточно обширным материалом, И. Я. Порфирьев правильно указал отличие Рум. №№ 361, 453[1149] от Сол. № 653. Однако, он, тем не менее, не придал должного значения этим особенностям, поместив в одном ряду Тр. — Серг. № 38, Рум. № 453 и Сол. № 653[1150], которые, по современной классификации, представляли Толковую, Хронографическую и особую (промежуточную) редакции Палеи. Весьма характерно, что в собственных научных изысканиях о ветхозаветных апокрифах И. Я. Порфирьев ограничивается преимущественно ссылками на тексты Сол. № 866 и Сол. № 653. Извлечения из этих рукописей исследователь затем публикует, разбив на отдельные неканонические сюжеты, редакции которых в книге оказались достаточно произвольно перетасованными[1151].

Такую же неразборчивость по отношению к первоисточникам демонстрировал В. Успенский, который игнорировал и разночтения в списках различных редакций, и расхождения в составе различных Палей. Со ссылкой на Востокова, Ундольского и Попова он перечисляет известные на то время палейные тексты: список Александро-Невской лавры (собр. ПДА. А. I. 119), коломенскую Палею 1406 г. (Тр. — Серг. № 38), четыре описанных А. Х. Востоковым румянцевских списка, экземпляры Толстовского собрания (Отд. I. № 78, Отд. II. №№ 153, 167, Отд. V. № 50), список Волоколамского монастыря (МДА № 549), рукописи Уваровского (№ 66), Погодинского (№ 1435) и Кирилло-Белозерского (№ 53/1292) собраний[1152]. Все эти перечисленные списки приводятся в общем перечне, хотя в него попали и различные редакции Толковой Палеи, и Палея Историческая. Всем разнообразием списков исследователь не пользовался. В своём труде он ограничивался привлечением материалов нескольких рукописей Соловецкого собрания: №№ 653, 654, 866. Из этих трёх рукописей Сол. № 654 оказывается поздней, датированной 1718 г., копией Сол. № 653, которая, также как и Сол. № 866, были известны И. Я. Порфирьеву. Получается, что В. Успенский оперировал тем же материалом, что и И. Я. Порфирьев.

Углублённое и плодотворное изучение Палеи существенно тормозилось отсутствием публикаций палейных текстов. По этой причине в 40–70-е гг. XIX в. исследователи формулировали свои суждения о памятнике на основании случайных списков, оказавшихся в их поле зрения. В этот период в целях сравнения авторы могли воспользоваться главным образом описаниями рукописей, которые невозможно было полноценно использовать для сравнения с единичными, находившимися в распоряжении того или иного исследователя списками.

Разграничению редакций Толковой Палеи предшествовала длительная кропотливая археографическая работа по выявлению текстов в древлехранилищах. Важной предпосылкой сравнительного изучения интересующего нас памятника стала серия публикаций апокрифических сочинений, основным источником которых были разного рода Палеи. Поскольку наибольшее число апокрифов содержалось в т. н. Хронографической Палее, то в первую очередь публиковались извлечения из сборников этой редакции, что наглядно демонстрируют издания А. Н. Пыпина[1153], Н. С. Тихонравова[1154] и подборка апокрифов, составленная И. Франко по материалам малорусской Палеи[1155]. Включений текстов из нехронографических изводов Палеи в этих книгах в общей массе немного.

Иные тенденции отбора демонстрирует упоминавшийся уже Порфирьев, который опубликовал смесь из Краткой Хронографической и особой толковой (т. н. Промежуточной) редакций Палеи[1156]. В совокупности эти публикации позволяли судить об особенностях апокрифического компонента разных Палей.

Появились также и отдельные публикации Толковой Палеи. В конце XIX столетия ученики Н. С. Тихонравова опубликовали Коломенскую Палею 1406 г. и подвели к ней разночтения ещё по восьми спискам той же редакции[1157]. Дважды предпринималась попытка издания т. н. Псковской Палеи 1477 г. по Синодальному списку № 210 (один раз литографически, с иллюстрациями, другой традиционным способом транслитерации)[1158]. Оба начинания остались незавершёнными и рукопись была опубликована только наполовину её объёма. После выхода в свет названных трудов резко возросла интенсивность сравнительно-текстологических и других изысканий на палейных материалах.

Однако первое предложение по разграничению редакций Толковой Палеи прозвучало задолго до публикации палейных списков 1406 г. и 1477 г., и прозвучало оно из уст Н. С. Тихонравова, который, занимаясь исследованием апокрифов, отмечал расхождения при воспроизведении неканонических сюжетов разными палейными рукописями. Именно эти наблюдения привели исследователя к выводу о том, что необходимо озаботиться соотношением списков и сличением варьирующегося состава Палей. Он критиковал А. Н. Пыпина как раз за недифференцированный подход к изданию неканонических произведений по палейным источникам[1159].

В общем виде предложения Н. С. Тихонравова, которые он высказывал попутно, по разным конкретным поводам, можно свести к следующему: 1) древнейший вид Толковой Палеи, за исключением «Заветов двенадцати патриархов», не содержит в своём чтении целых апокрифов и поэтому кратко излагает историю Авраама, Иосифа и Моисея (эта ветвь представлена Коломенской 1406 г. и Александро-Невской 1350 г. Палеями, а также рукописью Увар. № 3 85); 2) более позднюю, или среднюю, редакцию исследователь связывал со списками первой половины XV в., которые в сравнении с составом древнейшего вида Палеи имеют «Откровение Авраама» и дополнительные апокрифические сведения об Адаме, Сифе и Мелхиседеке (Син. № 548, Волок. № 549, Унд. № 718); 3) младшая, или Хронографическая редакция, утрачивает полемическое антииудейское звучание и, приближаясь по виду к Хронографам, пополняется значительным количеством апокрифических повествований о Моисее, Аврааме, царе Соломоне, о Китоврасе и некоторыми другими апокрифическими подробностями, включая расширенное воспроизведение «Заветов двенадцати патриархов» (представленное рукописями Син. № 210, Син. № 211, Рум. № 453, Унд. № 719, которые относятся к концу XV в.). По-видимому, Н. С. Тихонравов склонялся к мнению о том, что средняя редакция находится в более тесном родстве с младшей редакцией, поскольку они имеют общие чтения («Откровение Авраама» и др.), отсутствующие в древнейшей редакции. Старшую редакцию, по причине скудности неканонических элементов в ней, исследователь даже не склонен был назвать апокрифической. Именно апокрифической окраской, по его мнению, отличались две позднейшие редакции от первоначальной редакции Толковой Палеи[1160]. Как видим, автор при установлении редакций Толковой Палеи основывал свои суждения прежде всего на апокрифических материалах. Тем не менее основные элементы выстроенной Н. С. Тихонравовым схемы с незначительными изменениями и поправками были приняты последующими исследователями.

Базисные идеи Н. С. Тихонравова получили развитие в трудах В. М. Истрина, который подвёл под концепцию трёх редакций солидную доказательную базу, позволившую, с одной стороны, укрепить некоторые положения предшественника, а с другой — аргументированно обосновать новые постулаты. Скрупулёзное сопоставление разных списков и параллелей к ним в древнерусской книжности позволило исследователю дать аргументированное заключение об источниках, составе и взаимоотношениях выделенных редакций[1161]. Одновременно с разработкой текстологической проблематики Палей исследователь много внимания уделял взаимоотношениям палейных текстов с другими памятниками древнерусской литературы[1162], а также научной полемике[1163] и разнообразным частным вопросам, вплоть до этимологии отдельных слов, имён и прослеживания путей усвоения заимствованной иностранной лексики.

В. М. Истрин обосновывал существования трёх различных редакций Толковой Палеи, взаимоотношения между которыми он характеризовал несколько иначе, нежели Н. С. Тихонравов. Солидаризируясь со своим предшественником, первоначальной (древнейшей) редакцией он считал группу списков, примыкающих к Коломенской Палее 1406 г.: это те списки, которые использовались для разночтений при публикации Коломенского списка. Главной отличительной особенностью первой редакции, охватывающей события от сотворения мира до Соломона, было, по его мнению, наличие антииудейских обличительных толкований.

Предложенное Н. С. Тихонравовым выделение средней редакции Истрин считал необоснованным, а группу списков по указанным для неё признакам квалифицировал как простое ответвление от древнейшего вида Толковой Палеи. Он исходил из того, что указанные Н. С. Тихонравовым особенности среднего вида имеют незначительные отличия от состава списков первой редакции (только «Откровение Авраама» и несколько более мелких апокрифических сюжетов, дополняющих первооснову), которые не дают основания называть эту разновидность особой редакцией. Как видим, В. М. Истрин однозначно ставит списки ответвления (Сол. № 653, Волок. № 549, Унд. № 718 и др.) в родственные отношения с I редакцией, тогда как Тихонравов те же списки сближал с младшей хронографической редакцией, которая в схеме Истрина названа Полной Хронографической Палеей.

Вторая редакция, или Полная Хронографическая Палея, по заключению В. М. Истрина, отличается от первой сокращением толковательной части, расширением охвата событий вплоть до христианской истории и значительным пополнением состава за счёт включения в текст новых апокрифических повествований и хронографических сведений. По сути дела, вторая редакция представляет собой трансформацию толкового повествования в историческое, в результате которой Толковая Палея приобретает сходство с Хронографом. Наименьшим изменениям, по сравнению с первой (древнейшей) редакцией, подвергся шестодневный раздел памятника, повествующий о творении мира. В библейской части апокрифические фрагменты первой редакции восстанавливаются до полного вида, в них вносятся отсутствовавшие прежде блоки неканонических повествований. За счёт хронографических пополнений значительно увеличивается объем текста и одновременно раздвигаются временные рамки событий, ограниченные в начальном изводе ветхозаветной эпохой царей. Таким образом, по основным признакам вторая редакция, согласно В. М. Истрину, соответствует младшей Хронографической редакции Н. С. Тихонравова (сюда относились Синод. № 210, Рум. № 453, Погод. № 1435, Унд. № 719 и ряд других).

Третья редакция квалифицируется как Краткая редакция Хронографической Палеи. Её происхождение увязывается с сокращением Полной Палеи, в результате которого памятник окончательно приобрёл характер чисто исторического сочинения, близкого Хронографу (наиболее характерные списки — Погод. № 1434, Синод. № 318, Сол. № 866). Эта близость лучше всего проявляется в Хронографической части памятника, где имеет место наибольшее число совпадений с Полной Палеей. Пути образования третьей редакции, впрочем, не вполне ясны. Главный оппонент В. М. Истрина — А. А. Шахматов — обращал внимание на то, что третья редакция местами значительно полнее второй, а это свидетельствует не в пользу последовательного развития текста от первого к третьему виду Палеи и даёт основание предполагать существование некоего общего источника (или источников), к которым могут независимо друг от друга восходить палейные редакции.

Из сопоставления взглядов Н. С. Тихонравова и В. М. Истрина следует, что оба исследователя развивали схожие гипотезы литературной истории Палеи, при том что основные структурные элементы предложенных реконструкций совпадают. Принципиальное отличие между ними сводится к появлению в Истринской схеме принципиально нового компонента — Краткой Хронографической Палеи. Нивелирование отличий между древнейшей и средней разновидностями Толковой Палеи не выглядит у В. М. Истрина убедительно и не отменяет выводов Н. С. Тихонравова, тем более, что выделенные признаки средних списков принимаются В. М. Истриным и лишь трактуются как ответвления. Данная проблема вообще не является существенной и может быть отнесена к разряду вкусовых предпочтений. Совершенно очевидно, что в данном случае речь идёт о промежуточном типе (удачный термин А. А. Шахматова) между Толковой и Полной Хронографической Палеями, факт существования которого признавался обоими филологами.

Совершенно отличную от предыдущих гипотезу взаимоотношения редакций, а следовательно, и принципиально иную литературную историю памятника, обосновал А. А. Шахматов. В своей концепции он исходил из убеждения в болгарском происхождении Палеи и относил её к числу книг, попавших на Русь вскоре после принятия христианства. Исследователь считал, что ни один из сохранившихся изводов Палеи не представляет первоначального вида памятника. По его мнению, уже в Болгарии сложились две редакции Палеи, одна из которых принадлежит перу Мефодия и отражает прения, которые вёл его брат Кирилл с иудеями и сарацинами[1164]. Вторая редакция, которая названа А. А. Шахматовым «болгарской хронографической Палеей», отличалась, по его мнению, от первой вставками из Библии и апокрифическими дополнениями. Исследователь допускал возможность, что вторая редакция могла появиться и как переработка первой, а также и вполне независимо от неё[1165]. Далее история Палеи реконструируется следующим образом: уже в Болгарии из толковой и хронографической редакций были сделаны краткие извлечения, скомпонованные в виде речи Кирилла Философа, которая, как изложение кратких истин христианской веры, была включена в рассказ о крещении князя Бориса. Затем эти компилятивные выдержки в XI в. были в готовом виде включены в древнерусскую летопись, в составе которой они соответствуют «Речи философа». Кроме того, при составлении начального свода в XI в. использовались сведения болгарской Хронографической Палеи.

Коломенский тип А. А. Шахматов рассматривает как первую русскую переработку несохранившегося болгарского протографа, образованного из соединения элементов Толковой и Хронографической болгарских редакций Палеи. Вторая русская переработка, отождествляемая А. А. Шахматовым с Синодальным типом (Хронографическая редакция, по В. М. Истрину), возникла в XV в. в Новгороде за счёт пополнения Коломенского извода из болгарской Хронографической редакции[1166]. Далее исследователь выделяет третью краткую редакцию, выборочно соединявшую в себе особенности первых двух и четвертую (или «особую хронографическую») редакцию, которая, по определению автора, представляла собой «маленький Хронограф». Выдвигается предположение, что эта редакция, представленная списком Синод. № 323, давала весьма сжатое изложение истории, составленное из соединения фрагментов первоначальной болгарской Палеи и Хронографа[1167].

Весомые аргументы против выделения четвертой русской редакции привёл В. М. Истрин, который показал, что это всего лишь обычная разновидность «краткой истории», каковые часто встречаются в древнерусской книжности. По его мнению, признаков редакции не наблюдается, а содержание рукописи представляет собой «не что иное, как любительские выписки из бывших под руками источников»[1168]. Кроме того, В. М. Истрин привёл убедительные доводы против идеи А. А. Шахматова о существовании предшествовавших русским переработкам болгарских редакций. Нельзя не согласиться с тем доводом В. М. Истрина, что, за минусом очевидных вставок, выделяемых в древнейшей (по А. А. Шахматову) русской редакции, на долю изначального болгарского текста остаётся ничтожно малая часть и почти весь Коломенский извод, таким образом, предстаёт плодом творчества русского автора[1169].

Под влиянием критических возражений В. М. Истрина А. А. Шахматов внёс некоторые существенные изменения в базисные положения выстроенной им концепции и в своей последней работе посчитал возможным говорить о принципиально ином характере отношений между летописью и Палеей. Общие для «Повести временных лет» и Толковой Палеи чтения он стал объяснять влиянием летописи, а совпадения с Хронографической (Полной) и Краткой Хронографической Палеями по прежнему возводил к общему для этих Палей и летописи источнику[1170].

Многие из идей А. А. Шахматова и В. М. Истрина не утратили своего значения и востребованы современными учёными, обращающимися к изучению «Повести временных лет» и Палеи.

В вопросе о соотношении отдельных редакций Палеи исследователи чаще всего ориентируются на подкреплённую обширной текстуальной базой концепцию В. М. Истрина как на более убедительную, хотя и не во всем бесспорную[1171]. Ниже мы приводим перечень списков и мест их хранения, положив в основу истринские классификационные признаки. При этом мы не склонны рассматривать предлагаемое соотношение и особенно последовательность редакций как окончательные. Существует много перспективных возможностей уточнения данной схемы, которые, несомненно, будут сделаны, если продолжится целенаправленное сравнительное изучение Палей. Например, только сугубо предварительные текстологические наблюдения А. А. Алексеева над вводимой в научный оборот Палеей из Барсовского собрания ГИМ № 619 показали, что эта рукопись, относящаяся к хронографическому виду, так же как и Коломенский извод, существовала уже в XIV в. и восходит вместе с Коломенским списком к общему предку. Следовательно, отпадают предположение Тихонравова и Истрина о последовательном усложнении редакций и истринская версия о внесении иудейских легенд в Хронографическую Палею в эпоху «жидовствующих»[1172]. О датировке последовательности появления этих редакций окончательных данных пока нет. Но в тексте Коломенского типа сохранились следы освобождения от тех апокрифических источников, которые читаются в Хронографических изводах Палеи. Судя по всему, какие-то принципы решения проблемы в правильном направлении наметил ещё А. А. Шахматов. Тем не менее окончательная картина сложится, скорее всего, не на основе одной из соперничавших концепций. Следует ожидать новый синтез, который продвинет вперёд дело изучения Толковой Палеи на основе бесспорных достижений предшественников.

Приводимая ниже дифференциация типов (редакций) Палей является общепризнанной в научной литературе. Факт существования выделенных в ней изводов признавал даже противник В. М. Истрина А. А. Шахматов. Продолжают пользоваться классификационными признаками данной схемы и современные исследователи.

I. Толковый тип[1173]

РНБ. Собр. ПДА. А. I. 119 (XIV в.).

РГАДА. Синод. типогр. № 53 (XIV в.)[1174]

РГБ. Собр. Костромской библиотеки. Ф. 138. № 320. 1–2. (конец XIV-начало XV вв.).

РГБ. Тр. — Серг. № 38 (1406 г.)[1175]

РНБ. Кир. — Бел. № 68/1145 (XV в.)[1176]

Венский список придворной библиотеки в Вене № 12 (XV в.)[1177]

ГИМ. Увар. № 516/1303 (XVI в.)[1178]

Список Киевской духовной академии. № Аа 1292 (60-е гг. XVII в.)[1179]

I–II. Промежуточный

(между Толковым и Хронографическим) тип[1180]

РГБ. Волок. (быв. МДА) № 549 (XV в.)[1181]

ГИМ. Барс. № 620 (XV в.)[1182]

РГБ. Унд. № 718 (XV в.)[1183]

ГИМ. Хлуд. № 182 (XVI в.)[1184]

РНБ. Сол. № 653 (конец XVI — начало XVII вв.)[1185]

РНБ. Сол. № 654 (XVII–XVIII вв.)[1186]

РНБ. Вяз. (быв. ОЛДП) № 190 (XVI–XVII вв.)[1187]

РНБ. Кир. — Бел. № 11/1088 (XV в.)[1188]

II. Хронографический тип[1189]

ГИМ. Бар. № 619 (конец XIV в.)[1190]

ГИМ. Синод. № 210 (1477 г.)[1191]

РГБ. Рум. № 453 (1494 г.).

РГБ. Рум. № 361[1192]

РГБ. Рум. № 719[1193]

РНБ. Погод. № 1435 (XVI в.)[1194]

РНБ. Погод. № 1433 (XVI в.)[1195]

ГИМ. Синод. № 211 (XVI в.)[1196]

ГИМ. Чуд. № 348–46 (XVI в.)[1197]

РГБ. Унд. № 719[1198]

ГИМ. Увар. № 1304/85 (XVI в.).

Т. н. Креховская Палея[1199]

III. Краткий Хронографический тип[1200]

БАН. 24.5.8 (XVI в.)[1201]

РНБ. Погод. № 1434 (XVI в.) и Погод. № 1436[1202]

РНБ. Софийск. № 1448 (XVI в.).

РНБ. Сол. № 866/976 (XVII в.)[1203]

РНБ. Карамз. F.IV.603[1204].

II

Можно констатировать, что текстологические исследования Палеи проводились целенаправленно, последовательно и в достаточно широких масштабах. В ходе этих исследований было выработано несколько аргументированных гипотез по разграничению палейных редакций. На данном направлении работ получены конкретные результаты, проясняющие историю текста и характер взаимодействия его изводов. На фоне успехов текстологов достижения представителей других дисциплин в деле изучения Толковой Палеи выглядят гораздо более скромными. Собственно содержание памятника, который заметно выделяется среди произведений древнерусской книжности богатым разнообразием заключённых в нём сведений, до сих пор не стало предметом комплексного анализа.

Нельзя, конечно, сказать, что с содержательной стороны Палея совсем не подвергалась историческому, религиоведческому, культурологическому и другим видам анализа. Учёные неоднократно обращались к отдельным частным аспектам, но работы эти не отличались ни интенсивностью, ни широтой охвата многогранной палейной тематики, ни, наконец, столь желанной для понимания универсальных энциклопедических памятников, интеграцией усилий разнопрофильных специалистов. В полной мере не были даже востребованы те базисные пласты информации, которые заключали в себе палейные характеристики божественной, природной и социально-исторической сфер бытия. По современным понятиям, обозначенные линии исследования связаны с богословской, натурфилософской, антропологической и историософской проблематикой, которая в историографии работ о Палее долгое время не была обозначена. Эта проблематика, нацеливающая на интеграцию с другими историческими дисциплинами, была вычленена буквально в последние годы[1205].

Необходимость самого широкого междисциплинарного подхода к Толковой Палее продиктована тем, что её содержание отнюдь не сводится только к философизации богословия. Формируя представления о Боге, мире и человеке, Составитель Палеи оперировал обширным фондом книжных источников, а также разнообразными сведениями, которые помимо богословских постулатов содержались в этих источниках. Дело в том, что Палея как памятник общемировоззренческого значения, относится к жанру экзегезы, христианская же экзегеза традиционно тяготела к синтезу постулатов Св. Писания, его толкований и догматически приемлемых философских и научных достижений предшествовавшей Средневековью античной эпохи[1206]. Как следствие, в богословский контекст кроме элементов древнегреческого философского наследия, включались довольно обширные данные по астрономии, математике, биологии, анатомии, географии, истории и другим областям знаний. Все перечисленные аспекты актуальны для Палеи, где они систематизированы в рамках целостной характеристики бытия, базирующейся на новозаветных религиозных постулатах. К сожалению, очерченное здесь богатейшее проблемное поле Палеи изучалось крайне неравномерно, по случайным, не связанным между собой, узкотематическим направлениям и к тому же с гораздо меньшей, чем у текстологов, интенсивностью. Все же определённые наработки имеются и краткий их обзор позволяет взглянуть на некоторые элементы энциклопедического содержания Палеи в перспективе.

Более других изучен исторический компонент памятника. Это и понятно, потому что сюжетно текст выстраивается на исторической основе, а сама Толковая Палея долгое время воспринималась как произведение преимущественно историческое. Она и попала впервые в поле зрения исследователей как сочинение историческое, которое исследователи XIX в. склонны были сближать с летописью и хронографом, находя возможным производить прямое сравнение с этими литературными жанрами. Надо сказать, что по мере раскрытия тематико-смыслового разнообразия и синкретического богатства Палеи присущее ей историческое содержание стали рассматривать в тесной связи с богословским, полемическим, натурфилософским и другими планами произведения, т. е. во взаимосвязи с той проблематикой, которую вычленяли в составе памятника. Но на тот период, когда текст произведения ещё не был введён в оборот, а содержание его не подверглось углублённому и всестороннему исследованию, Палея квалифицировалась как «род Хронографа» (Н. А. Иванов)[1207]. Позднее эту мысль развил А. Попов[1208]. Некоторые основания для этого были, поскольку палейные тексты действительно пересекались с хронографическими: заимствованные из Палеи сведения включались в хронографические разделы по ветхозаветной истории, а в ряде случаев, как справедливо подытожил И. Я. Порфирьев, хронографы «начинаются Палеями»[1209].

Сегодня, когда выделена особая, Хронографическая, редакция Палеи и текстологически прослеживаются заимствования палейных фрагментов в состав хронографов и обратно, одна из первых оценок Палеи не представляется чересчур экстравагантной, хотя совершенно ясно, что данная характеристика не может быть признана исчерпывающей и полной, а указывает лишь на одну из специфических особенностей анализируемого памятника[1210].

На общие места в Палее и в «Повести временных лет», по-видимому, первым указал М. А. Оболенский, который квалифицировал Палею как греческий памятник, использовавшийся древнерусскими книжниками при создании летописи[1211]. В. М. Ундольский подверг заключения Оболенского критике. Он не нашёл убедительных подтверждений в пользу древности Палеи и не посчитал возможным относить данный памятник к числу источников Нестора[1212]. Убеждение о связи Палеи с «Повестью временных лет» тем не менее прочно укоренилось в научной литературе, хотя характеру взаимоотношений текстов обоих памятников давалось разное объяснение.

Большое внимание сходным местам в летописи и в Палее уделил М. И. Сухомлинов, который посвятил целый раздел этой теме в своём монографическом сочинении «О древней русской летописи, как памятнике литературном»[1213]. Бесспорной заслугой М. И. Сухомлинова является то, что он впервые подошёл к Палее как особому, не тождественному хронографам памятнику, специфическим отличием которого является соединение ветхозаветной истории с апокрифическими добавлениями и антииудейской полемикой[1214].

Мнение М. И. Сухомлинова о воспроизведении Нестором исторической фактуры Толковой Палеи развили в своих наблюдениях над содержанием памятника В. Успенский и И. Я. Порфирьев. Причём первый из них, констатируя совпадения палейных мотивов с «Речью философа», обращал внимание на то обстоятельство, что сходство не ограничивается только содержательной стороной, но простирается «до буквальности в выражениях»[1215]. К аналогичным выводам пришёл И. Я. Порфирьев: «Апокрифические подробности о ветхозаветных лицах и событиях, вставленные в первой русской летописи в проповеди греческого философа перед князем Владимиром, заимствованы не из Хроники Амартола или Малалы, у которых совсем нет многих из этих подробностей, а из Палеи, где они изложены в том же виде и почти в тех же выражениях, как и в летописи»[1216].

С критикой мнения М. И. Сухомлинова о заимствовании Нестором из Толковой Палеи выступил Н. С. Тихонравов. Учёный считал, что исторический материал попал в летопись, не из Толковой, а из Исторической Палеи, которую в отличие от Толковой он называл Малой Палеей и которую он соотносил с краткой редакцией Палеи по описанию Румянцевского собрания А. Х. Востокова[1217].

На новый уровень проблему взаимоотношений палейных исторических свидетельств и фактуры «Повести временных лет» поставил А. А. Шахматов. Сопоставление двух версий священной истории служили исследователю исходной базой для осуществления его основных изыскательских задач, которые в данном конкретном случае сводились к выявлению взаимоотношений палейных и летописных текстов. В этом контексте осуществлялся анализ редакций Палеи, на основании которого был выделен гипотетический извод, который мог находиться в руках летописца[1218]. На первый взгляд, А. А. Шахматов продолжает линию М. И. Сухомлинова, но на деле он демонстрирует совершенно иной подход к решению проблемы, разделяя лишь мнение о влиянии Палеи на летопись[1219].

Невозможность прямого заимствования из Палеи в летопись была убедительно обоснована В. М. Истриным[1220], под влиянием аргументации которого факт обращения Палеи и летописцев к общему источнику исторических свидетельств был принят многими последующими исследователями[1221].

Некоторые учёные в новейших своих исследованиях, касаясь темы взаимоотношений летописи и Палеи, считают возможным говорить о влиянии Палеи на летопись. Прежде всего здесь следует назвать Д. С. Лихачева, который сформулировал свою позицию по проблеме в связи с анализом содержания «Повести временных лет». В пространных комментариях к публикации древнейшей русской летописи совпадения между «Речью философа» и Палеей Д. С. Лихачев объяснял заимствованиями, которые делал Составитель Палеи из «Повести временных лет»[1222]. Указываются и другие исторические сюжеты, которые учёный связывает с проникновением летописных сведений в Палею[1223]. В общем и целом он склонялся к мнению о зависимости Палеи от летописи, хотя одновременно не исключал возможности существования у Палеи и «Повести временных лет» общего источника. Эту же точку зрения, по всей видимости, принимает и Г. Подскальски[1224].

К мнению о вторичности чтений Палеи в сравнении с параллельными летописными чтениями перечня народов Начальной летописи склоняется А. Г. Кузьмин[1225]. И всё же проблема остаётся дискуссионной. Те же совпадения характеристик восточноевропейских племён в летописи и в Палее И. В. Борцова объясняет существованием общего источника, черпая из которого, летописец и Составитель Палеи вносили свои коррективы[1226]. Убедительными и важными в решении вопроса представляются доводы О. В. Творогова. Исследователь обратил внимание на то, что палейный текст значительно подробнее летописного и, следовательно, нельзя делать однозначного вывода о влиянии «Повести временных лет» на Палею[1227].

О. В. Творогов отказался сводить сходство памятников к взаимным влияниям их друг на друга. Он убеждён, что наиболее перспективен путь поиска общих источников, который наилучшим образом может изъяснить близость палейных и летописных текстов. Таким общим источником исследователь считает «Хронограф по великому изложению», который составителем начального свода мог использоваться лишь в его хронографической части. Библейских сведений «Хронограф по великому изложению», согласно О. В. Творогову, не содержал, а «Речь философа», в языке которой имеется ряд русизмов, отражающих русскую обработку, попала в летопись уже в готовом виде. Таким образом, среди общих источников палейно-летописных совпадений «Хронографа по великому изложению» скорее всего не было, а близость Палеи летописи в этой части требует дальнейшего специального изучения[1228].

Как видим, исследование исторического компонента Палеи Толковой в перечисленных выше работах служит в первую очередь задачам текстологии, которая лишь подготавливает надёжную источниковедческую базу для осмысления историософского содержания произведения. Хотя Палея долгое время и квалифицировалась как историческое произведение, реконструкция историософских воззрений наших предков в современных научных трудах базируется прежде всего на летописных текстах, а также на переводных и оригинальных сочинениях, которые менее всего имеют отношение к собственно историческому жанру («Слово о законе и благодати» Илариона, «Поучения» Серапиона Владимирского, «Откровение Мефодия Патарского» и др.)[1229]. Палея, в силу того что исследователи замыкают анализ её исторического материала преимущественно на текстологию, во многом остаётся памятником невостребованным для решения таких задач. Вместе с тем данный тематический пласт сопряжён с изложением средневековой концепции исторического бытия и насыщен информацией, касающейся многих сфер человеческого знания.

Поскольку со стороны содержания не приходится отрицать тесной взаимосвязи между Палеями и хронографами[1230], позволим привести вывод, который сделан на основе анализа хронографов и который распространяется также и на взаимодействовавшую с хронографами Палею, выявляя присущую этим историческим компиляциям энциклопедическую природу: «Они являлись поистине энциклопедическими памятниками, знакомившими читателей с обширным кругом сведений из различных областей истории, философии, богословия и культуры»[1231]. Из сказанного ясно, что исторический компонент Палеи, являясь одним из элементов присущего памятнику энциклопедизма, сам выступает в роли носителя информации энциклопедического характера.

В научной литературе имеют место разные характеристики Толковой Палеи, авторы которых пытаются определить специфику этого памятника. Кроме рассмотренной уже оценки Палеи как сочинения исторического, высказывались и другие мнения. Например, наряду с полемическим компонентом в содержании Толковой Палеи В. Успенский увидел «Библию в сокращении». По его представлениям, существенное своеобразие памятнику придавало адаптирование библейского материала путём соединения его с толкованиями[1232]. Эту оценку принял А. В. Михайлов, который считал, что Палея восполняла пробел отсутствия полного текста Библии, хотя в её состав вошли только восемь неполных ветхозаветных книг и апокрифы, аранжировавшие ортодоксальную библейскую тематику. Он пришёл к заключению, что в специфических условиях религиозной жизни Древней Руси Палея была вполне равноценна Библии, а её толковый вариант (т. е. соединение выборки из ветхозаветных книг с экзегезой) выполнял ту же роль что и Biblia pauperum на Западе[1233]. Вместе с тем А. В. Михайлов не удовлетворялся односторонней оценкой и сравнивал Палею с энциклопедией, по которой можно судить о кругозоре и духовных потребностях наших предков. В этом контексте акцентация на библейском компоненте была вызвана спецификой его работ, связанных с исследованием ветхозаветных текстов в составе Палеи[1234].

Сравнение Палеи с Библией было достаточно широко распространено среди исследователей. К нему прибегали И. Я. Порфирьев, Н. С. Тихонравов и И. Франко в своей публикации ветхозаветных апокрифов. В рецензии на книгу Франко В. М. Истрин резко выступил против такой оценки. Он подчёркивал, что Толковая Палея «есть полемический, а не повествовательный памятник», поэтому думать, что Палея заменяла библейские книги нет оснований — «она всегда оставалась Толковой Палеей на иудея»[1235]. Однако в полемическом назначении Палеи И. Франко не сомневался, поэтому можно предположить, что критический выпад предназначался не столько рецензируемому автору, сколько, возможно, А. В. Михайлову, к работам которого Истрин относился ревниво[1236].

Присоединяясь к заключению В. М. Истрина, экзегезо-полемическим трудом называла Палею Толковую В. П. Адрианова[1237]. Другие качества видел в Толковой Палее Т. Райнов, который квалифицировал произведение как богословско-символическое с элементами натурфилософии[1238]. Два базовых элемента — исторический и натурфилософский — выделял в Толковой Палее А. П. Щеглов[1239]. Встречающиеся в других работах общие характеристики памятника в той, или иной интерпретации повторяют уже перечисленные выше.

Разброс прилагаемых к труду определений, по нашему мнению, является следствием недооценки универсальности Толковой Палеи. Каждая из претендующих на обобщение формулировок правомерна сама по себе, но недостаточна для заключения о характере памятника в целом, поскольку указывает на одни или несколько очевидных признаков произведения. Тем более и критерии, которыми руководствовались исследователи, как правило, не совпадали. Кто-то пытался определить жанровую принадлежность, другие ориентировались на состав либо на целевое назначение текста, а также на прочие локальные признаки Палеи. Нам представляется, что памятник обобщающего характера целесообразно определять как религиозно-философский по природе, экзегезо-полемический по жанру и энциклопедический по содержанию. Названные здесь специфические особенности произведения проявляются в различных гранях универсальности, которые в Палее связаны между собой многочисленными внутренними связями. В качестве текста, заключающего основные доктринальные понятия христианства, Палея выступает как краткий и суммарный эквивалент Библии и одновременно как экзегеза этих библейских постулатов, причём полемическая направленность определялась превосходством обличительного над разъяснительным элементами экзегезы. Как произведение религиозно-мировоззренческое Толковая Палея заключает в себе комплекс идей онтологического, натурфилософского, антропологического, космологического и историософского значения. Все эти идеи синкретически слиты с богословским текстом и воспроизводятся Составителем в контексте задач экзегезы. Поскольку палейным описанием охватываются различные сферы мироздания, разделы произведения впитали в себя сведения из разных областей знания: истории, астрономии, географии, биологии, анатомии, медицины и некоторых других. С учётом этого Толковая Палея в полной мере может называться универсально-энциклопедическим памятником религиозно-философского значения. Сочинения подобного масштаба обычно обладают сложным составом, а вместе с тем богатством и разнообразием содержания. Как раз такого рода качествами Палея заметно выделяется на фоне других произведений древнерусской книжности. Однако проблема имеет одну особенность, о которой следует сказать особо.

Наличие большого количества составных частей в памятнике уже само по себе можно было бы подвести под показатель энциклопедизма. По-видимому, в этом направлении и работала мысль некоторых из занимавшихся Палеей авторов. Уже в первом монографическом исследовании Толковой Палеи были выделены текстовые блоки в многозначном составе произведения и определены параллели им в христианской письменности. Компоновку всех этих блоков В. Успенский отнёс на счёт сводческой деятельности автора произведения. Им был даже составлен перечень пособий, которыми пользовался в своей работе Составитель Палеи[1240].

В последующих публикациях по палейной тематике было резонно отмечено, что далеко не все фрагменты компиляции можно считать прямыми источниками Палеи[1241]. Многие включения в Палею делались не из указанных В. Успенским первоисточников, а попадали туда из вторых рук. Например, вместе с заимствованиями из «Шестоднева» в Палею входили фрагменты текстов Севериана Габальского, Василия Великого, Феодорита Киррского. Извлечения из хроник, текстов Козьмы Индикоплова и Ефрема Сирина также не отличались однородностью и имели сложный состав. Что касается цитат из Св. Писания, то они проникали в Палею двояким путём: из библейских сборников и в составе заимствований. Из этого следует, что составные части (или узнанные тексты разных произведений) не могут отождествляться с прямыми источниками. Определение состава Палеи путём указания параллельных мест в других произведениях «не может убедить нас в том, что ими именно пользовался наш автор … и поэтому приписывая ему знакомство с первоначальными источниками, мы легко можем впасть в ошибку, преувеличивая начитанность и разносторонность автора Толковой Палеи»[1242].

Осуществлённое разложение Палеи на составные части представляется операцией нужной и полезной. Необходимо лишь делать поправку на то, что количество находившихся в распоряжении Составителя книг был значительно меньшим, чем реестр узнанных в палейном составе частей. Всё это не умаляет значения Толковой Палеи как произведения, богатого идеями и цитатами из многочисленных богословских трудов. Свойственная Палее широта кругозора напрямую не зависит от того, каким образом для неё подбирался материал: или напрямую, через непосредственное соприкосновение с произведениями христианской письменности, или опосредованно, путём воспроизведения уже готовых выборок, когда часть компилятивной работы проделал не сам Составитель, а кто-то другой. Информационное качество в конечном счёте зависит от итоговой суммы текстов, хотя средневековому читателю, конечно же, было далеко и не безразлично — имел ли он дело со сплошной сводческой работой безымянного Составителя, или узнавал авторитетных в христианском мире автором, отобранных в состав сводного труда. Палея, по сути дела, была компиляцией компиляций, скомпонованной из сложных по составу текстовых извлечений. Компилятивность являлась универсальным признаком средневекового творчества, поэтому в разной степени компилятивными является большинство источников памятника. Хотя Палея и имеет значительно более узкую, чем её мозаичный состав, источниковедческую основу, исходные компоненты этой основы дают основание считать Палею памятником универсальным и энциклопедическим не в меньшей мере, как если бы он был составлен не из готовых компиляционных блоков, а из самих первоисточников этих блоков.

Круг непосредственных источников Палеи в основе своей исследователями определён. В компиляцию вошли библейские, святоотеческие, хронографические, житийные, неканонические, а также естественно-научные тексты. К числу бесспорных источников Палеи А. В. Михайлов относил книги Св. Писания, «Слово об Иосифе» Ефрема Сирина, «Сказание о двенадцати камнях» Епифания Кипрского, «Топографию» Козьмы Индикоплова, «Заветы двенадцати патриархов» (в краткой редакции), какой-то хронографический текст, содержащий чтения «Пасхальной хроники»[1243]. В. М. Истрин показал, что в рассказе о столпотворении Составитель, кроме «Топографии» Козьмы Индикоплова, пользовался хронографическими, с элементами апокрифической окраски, текстами[1244]. Кроме того, он доказал, что в распоряжении автора Палеи находился полный вариант «Откровения Авраама» и разнообразные словарные материалы типа обнаруженной Н. К. Никольским «Речи тонкословия греческого».

И. В. Борцова к числу возможных русских источников Палеи отнесла бытовавший как самостоятельное произведение географический перечень восточноевропейских народов и рек[1245]. Назовём также факт использования Составителем Палеи «Шестоднева»[1246]. От себя добавим, что в толкованиях нашли отражение авторские переработки мотивов «Сказания Афродитиана», а сведения о природе, возможно, восходят к неизвестной пока естественно-научной компиляции, поскольку аналогичные сведения воспроизводятся в сборниках смешанного состава, и далеко не всегда натурфилософские фрагменты в них обнаруживают текстологическую зависимость от Палеи. Предположительно к каким-то проложным чтениям могут восходить «Чудо Георгия» и житийные характеристики Герасима, Спиридона, Варвары, Трифона, Кирика. Можно ожидать, что дополнительные изыскания прояснят происхождение отдельных сюжетов и мелких фрагментов текста, особенно апокрифических его частей (перспективны в этом направлении история Моисея, Иакова и др.). Не исключено, что в распоряжении Составителя могла находиться особая апокрифическая подборка, но тогда встаёт вопрос не столько об источниках, сколько о характере палейных редакций и истории их взаимоотношений.

Источники Полной Хронографической Палеи ещё более обширны, за счёт включения в неё материалов «Хроники» Георгия Амартола, «Хроники» Иоанна Малалы, «Хронографа по великому изложению» и «Александрии» второй редакции. Значительным дополнением является включение апокрифов — «Откровения Авраама», «Судов Соломона», «Сказания о Китоврасе», «Мучения Даниила» и некоторых других неканонических текстов[1247]. Остаётся только выяснить, существовали ли эти апокрифы в качестве самостоятельных произведений, или всё-таки восходят к единой подборке. Данная тема имеет отношение к невыясненной пока истории текста памятника.

Несмотря на дробность состава, Палея воспринимается как произведение цельное, гармоничное и подчинённое единому замыслу, который реализуется в последовательном проведении антииудейской полемики (ослабленной в Хронографической Палее) и одновременно в изложении доктринально правильного понимания бытия, с учётом протолкованных ветхозаветных постулатов. Этим важнейшим религиозно-мировоззренческим задачам и подчинён отбор источников, который был осуществлён умелой рукой, не допустившей в столь сложное произведение хаотичность, несогласованность и недомолвки. Толковая Палея — это не просто компиляция, а «настоящее сочинение, где чужое искусно переплетается со своим, где виден определённый план и ясная мысль, которая проходит от начала до конца»[1248]. Составитель достиг такого результата благодаря тому, что чётко держался избранных им концептуальных принципов, реализуя которые через редакторские приёмы он мастерски осуществил сведение мозаичных частей текста. Но этот аспект имеет прямое отношение к религиозно-мировоззренческим основаниям Толковой Палеи, анализировать которые исследователи начинают вплотную только в последнее время. Кроме того, и всё многоплановое содержание Палеи, увязанное в рамках обширного труда едиными идейными скрепами, требует разносторонних исследований.

С сожалением приходится констатировать, что Толковой Палее не уделяется того внимания, которое заслуживает интереснейший в мировоззренческом плане и ключевой для своей эпохи памятник. Интенсивность исследований его, по сравнению с дореволюционным периодом, заметно снизилась. Современные учёные редко выбирают Палею объектом исследования. Обычно к Палее обращаются попутно, в связи с решением далёких от палейной тематики исследовательских задач. Но парадокс состоит в том, что Палею невозможно обойти вниманием при исследовании древнерусского книжного наследия: проблематика её столь многогранна, а влияние на идейную жизнь Древней Руси столь значительно, что специалисты самых разных областей знания, даже не занимаясь Палеей специально, неизбежно обращаются к палейным материалам в своих изысканиях.

В современных исследованиях палейной тематики наметились новые тенденции, характер которых заметно изменился в сравнении с научными подходами к Палее старшего поколения учёных. Если во второй половине XIX — начале XX вв. преобладали текстологические исследования состава, источников и редакций Толковой Палеи, то в послереволюционный период в центр внимания всё больше оказываются проблемы изучения непосредственно содержания памятника. Нельзя не отметить, что, несмотря на скромные масштабы современных работ по Палее, имеются определённые достижения и важные сдвиги в осмыслении памятника.

Современные текстологи не теряют Палею из поля зрения, хотя и обращаются к ней прежде всего в связи с исследованием тех памятников, которые в истории своего бытования пересекались с Палеей[1249]. Кроме того, Палею анализируют лингвисты[1250]. Лицевые списки Палеи представляют интерес для историков художественной культуры, которые исследуют миниатюры на палейные сюжеты[1251].

Как выясняется, памятник являлся не только ярким антииудейским полемическим трактатом, в него также включались отдельные текстовые блоки еврейского происхождения, на что указывают сохранившиеся гебраизмы. С учётом этих особенностей Толковая Палея всё интенсивнее вовлекается в орбиту изучения древнерусско-еврейских культурных связей[1252]. Поскольку памятник отразил разные уровни взаимодействия некомплиментарных друг другу этно-культурных компонентов, встаёт вопрос о диалектике освоения-отторжения конфессионально чуждых влияний.

Литературоведы продолжают традиции отечественной филологической школы и исследуют апокрифические сюжеты Палеи, при этом не всегда проводятся чёткие отличия между толковым изводом и Полной Хронографической Палеей, наиболее богатой апокрифами. Предметом исследования в последние годы являлись либо отдельные памятники[1253], либо конкретные апокрифические мотивы[1254], а также целые серии палейных апокрифов, которые в соответствии с интерпретацией Я. С. Лурье предлагается относить к категории древнерусской беллетристики[1255]. Материал палейных апокрифов был использован в изучении влияния этих текстов на творчество древнерусского книжника Ефросина[1256]. Отметим также обращение к палейным материалам в контексте исследования истории русско-украинских и русско-грузинских литературных связей[1257]. Важным шагом в деле изучения Палеи можно считать недавнюю публикацию подборки палейных текстов в третьем томе «Библиотеки литературы Древней Руси», который целиком посвящён апокрифической книжности. Тексты воспроизводятся в оригинале по спискам Полной Хронографической редакции Палеи, с переводом на современный русский язык, комментариями и необходимыми библиографическими справками о публикуемых памятниках[1258].

В современном литературоведении центр тяжести сместился с текстологического интереса к памятнику на изучение научно-значимых пластов палейного содержания. Объектом изучения стало изображение Палеей природы и человека, исследуемое на уровне художественной образности, но с выходом на мировоззренческие особенности литературного творчества[1259]. Некоторые из работ современных филологов посвящены сюжетным отношениям Палеи с другими литературными памятниками Древней Руси, но они непосредственно выходят на астрономическую, географическую и естественно-научную проблематику, общую для Палеи и связанных с ней текстов[1260].

А. Н. Робинсон использовал филологический инструментарий для характеристики отличительных свойств Толковой Палеи. Он убедительно показал, что энциклопедизм характерен не только для Палеи, но является эталонным свойством большинства мировоззренчески-установочных компилятивных памятников, в которых вытекающая из двупланового описания бытия «христианская символическая концепция мира получила наиболее цельное философское толкование»[1261]. Важное значение для понимания природы Толковой Палеи имеют выводы исследователя о том, что этому неординарному произведению древнерусской письменности свойственно тяготение к информационной универсальности, которая одновременно удовлетворяла богословским, познавательным, эстетическим и другим потребностям наших предков, при том что в основе этого синтеза лежали христианские догматические представления о мире[1262]. В лице А. Н. Робинсона литературоведение наиболее близко подошло к задачам идейно-философской интерпретации базисно-сущностных основ Толковой Палеи, что с учётом наблюдений Е. Г. Володина, И. В. Борцовой и Е. К. Пиотровской над присущими труду богатыми и разнообразными сведениями о мире следует считать заметным достижением в деле выработки наиболее адекватных оценок универсального и разностороннего содержания сочинения.

Это тем более важно, что энциклопедическое значение Толковой Палеи не осознается исследовательским сообществом в полной мере, соответственно и энциклопедическим (а следовательно привлекательным для междисциплинарного анализа) аспектам палейного содержания не уделяется в науке должного внимания. Хочется надеяться, что перспективное направление исследований компилятивного текста в ближайшее время получит своё закрепление и дальнейшее развитие, тем более, что аналогичные тенденции наблюдаются в работах по естественно-научному и философско-мировоззренческому анализу Палеи.

Заметным сдвигом в исследовании многогранных проблем Толковой Палеи была довоенная работа Т. Райнова. Он подошёл к Толковой Палее как к памятнику естественно-научной мысли, в котором воспроизводится большой объём внебиблейских сведений о природе, унаследованных от «античного натурализма». Фактически автор обозначил пространство энциклопедических смыслов памятника, выделив в нём блоки сведений астрономического, космологического, физического, географического, календарного и богословского характера. Важным качеством Палеи автор назвал сочетание богатого эмпирического материала с теоретическим осмыслением мира, которое он отождествлял с богословием. Т. Райнов, к сожалению, не выявил специфики взаимоотношений богословия и натурфилософии, чрезмерно абсолютизируя господство богословия над природоведческими мотивами. Исследователь не вполне обоснованно считал, что Толковая Палея даёт преимущественно богословско-символическое понимание природы, которое практически не оставляет возможностей для научного истолкования мира[1263]. Средневековая научная мысль, в рамках богословия частично сохранявшая самостоятельный статус и в этом качестве отражённая в Палее, осталось непонятой. Из-за негативного отношения автора к религии природоведение сведено им к богословскому символизму, соответственно общий баланс религиозных и научных элементов энциклопедизма искажён. К тому же полемическая природа памятника никак не обозначена в анализе многогранного материала.

Космологические идеи Толковой Палеи детально были охарактеризованы Б. Е. Райковым, который совершенно обоснованно противопоставил палейную космологию христианскому геоцентризму, сблизив космологические идеи памятника с воззрениями Козьмы Индикоплова[1264]. Другие научно-значимые идеи, которыми богат памятник, исследователя не интересовали, зато космологические аспекты Палеи охарактеризованы подробно.

В отличие от Б. Е. Райкова, комплексный подход к содержанию памятника продемонстрировал М. В. Соколов. Хотя исследователь и занимался изучением истории психологических воззрений Древней Руси, он обратился к Толковой Палее как памятнику, аккумулировавшему присущие средневековой эпохе взгляды на природу человека, и поэтому антропологическая проблематика была поставлена в общий ряд с другими природоведческими темами произведения. Автор верно отмечает характерное для памятника сочетание эмпирически верных наблюдений над природой с телеологическим объяснением физических и духовных явлений бытия. Много внимания в его анализе Палеи уделено проблемам эмбриологии, характеристике ума, сердца и объяснению действия внутренних органов. Фактически М. В. Соколов освещает палейную антропологию с точки зрения философии, биологии, анатомии, физиологии, и в этом универсально-многогранном контексте антропологический блок Палеи характеризуется с точки зрения психологии[1265]. Раздел о Толковой Палее в «Очерках истории психологических воззрений в России» М. В. Соколова являет собой пример комплексного подхода к многоаспектному содержанию памятника, хотя богословская, полемическая, историческая и некоторые другие аспекты памятника остались вне поле зрения учёного.

Из узкоспециальных работ по материалам Палеи следует назвать труд Р. А. Симонова, в котором анализируются календарные и астрономические данные Палеи[1266].

Довольно широкий охват тем многогранной Палеи присутствует в работах историков философии, которые в силу специфики историко-философских исследований сосредоточивают преимущественное внимание на богословско-философской проблематике и проявляют целенаправленный интерес к идейным, полемическим и естественно-научным аспектам древнерусских текстов. Надо сказать, что первые историко-философские характеристики Толковой Палеи не отличались полнотой и обобщали наблюдения специалистов нефилософских областей знания[1267]. Только в 90-е гг. Толковая Палея стала предметом специального исследования философов, как того и заслуживает выдающейся памятник древнерусской мысли, концентрированно выражавший ментальность эпохи и мировосприятие древних русичей. По материалам Палеи А. П. Щегловым защищена диссертация и опубликован цикл работ, в которых наметилось преодоление однобокого, зауженного подхода к Толковой Палее, но которые, тем не менее, не дают полного охвата универсального содержания памятника, потому что автор сосредоточил своё внимание прежде всего на историософских и натурфилософских аспектах произведения, а другим религиозно-философским и научным темам уделил гораздо меньше внимания[1268].

Философские и научно-значимые пласты палейного содержания анализировались специалистами различных областей знания в связи с публикацией шестодневных разделов произведения. Публикации были подготовлены к изданию в Институте философии РАН и издавались по частям. В них Толковая Палея рассматривается как памятник древнерусской мысли, но многогранная тематика оценивается в комментариях не только с философской точки зрения. В комплексе с религиозно-философскими освещаются и другие аспекты памятника — прежде всего богословско-полемический и натурфилософский. Кроме онтологической, космологической и антропологической проблематики подробно анализируется энциклопедическая информация Палеи, относящаяся к различным разделам богословия, компутистике, медицине, биологии, зоологии, истории и другим областям знания[1269].

Таким образом, уже самый общий обзор содержащихся в палейном составе разносторонних сведений из различных областей знаний подтверждает правомерность высказываний о Толковой Палее как о памятнике энциклопедическом. Одним из первых на эту особенность указал А. В. Михайлов[1270]. У О. В. Творогова, обобщившего оценки памятника разными учёными и охарактеризовавшего многогранное содержание произведения в «Словаре книжников и книжности Древней Руси», были все основания для следующего заключения о Палее: «В ряде случаев «историческое» повествование прерывается «естественно-научным» рассуждениями. Всё это придаёт Палее универсальность, делает её своеобразной энциклопедией как богословских знаний, так и средневековых представлений об устройстве мироздания»[1271]. Остаётся добавить, что широта кругозора во многом обуславливалось сохранением пусть немногочисленных, но не потерявших актуальность реминисценций древнегреческой философской мысли, а также опорой в трактовке отдельных природных процессов на открытия и гипотезы античной науки. Всё вместе это значительно интеллектуализировало богословскую ткань компилятивного и информативного многогранного труда.

Имеются все основания считать Палею типичным представителем средневековой энциклопедической книжности, которая, в силу своей универсальности, играла особую культурную роль в обществе. Как и другие энциклопедические сборники Древней Руси («Шестоднев» Иоанна экзарха Болгарского, «Изборник Святослава 1073 г.», Азбуковники), Палея составлена из текстов авторитетных в христианском мире экзегетов и, кроме того, насыщена данными из различных областей знания: истории философии, астрономии, географии, анатомии, биологии. Она отличалась редким богатством состава и панорамностью видения многогранных проблем бытия. Являясь памятником энциклопедического значения, Палея даёт краткое, ёмкое, суммарное изложение основ христианских представлений о Боге и мире. В силу того, что энциклопедические сборники излагают квинтэссенцию христианской доктрины и соответствующего ей мировоззрения, они относятся к числу наиболее философичных текстов древнерусской книжности. Поэтому в Палее и ей подобных произведениях научные и практически полезные сведения выступают в качестве весомого дополнения к доктринально-богословскому содержанию трудов, представлявших читателю обобщённые, а порою ещё и адаптированные для восприятия «простецов» представления о библейско-монотеистическом вероучении.

Что можно сказать о Создателе этого грандиозного по охвату исторических событий и необычного по идейной тональности труда?

К сожалению, немного, ибо любые заключения на этот счёт могут быть только косвенными, основанными на исследованиях особенностей авторской работы над произведением. Отталкиваясь от анализа содержания произведения можно сделать некоторые заключения об идейных предпочтениях и кругозоре Составителя Толковой Палеи.

Согласно выводу крупнейшего знатока памятника, Толковая Палея представляет собой труд одного лица[1272]. С заключением В. М. Истрина трудно не согласиться: огромный массив текста выстроен по единому замыслу, видно постоянство авторской манеры по воспроизведению и истолкованию источников, последовательно расставляются стереотипно повторяющиеся идейные акценты, твёрдо и без отступлений проводится линия антиохийской богословской традиции, а также не наблюдается свойственного для коллективного труда стилистического и идейно-религиозного разнобоя. Составителя можно назвать весьма и весьма умелым, даже талантливым компилятором, который имел в своём распоряжении большое количество книжных первоисточников и к тому же показал глубокие и богословские познания, простирающиеся далеко за круг цитируемой литературы.

Безусловно, Составитель Палеи — это человек разносторонне, в средневековом понимании, образованный и опытный в книжном деле. «Это не новичок в литературе, а писатель, умевший умно и дельно воспользоваться всем литературным богатством, какое было тогда в его распоряжении»[1273]. Роль Составителя не сводилась к механическому копированию и комбинированию мозаичных фрагментов текста, где в сплошной компиляции на долю автора ничего не остаётся. Палея — труд вполне самостоятельный, в котором Составитель продемонстрировал умение свести разнообразные по времени, происхождению и характеру источники в строгое гармоничное целое. Значительная часть чужих трудов переработана и воспроизводилась выборочно, с сокращениями, а то и в вольном авторском изложении. Огромный объем материала расположен не хаотично, а умелой рукой, в строгом соответствии с задачами и жанром произведения. Самостоятельный почерк и творческая индивидуальность видны в многочисленных авторских ремарках, помогающих следить за главной мыслью повествования. Составителю принадлежат «благочестивые размышления, страстные упрёки, обращённые к жидовину и басурманину»[1274] — или, другими словами, весьма внушительная толковательно-полемическая часть произведения.

Можно почти наверняка предполагать, что Составителю должен принадлежать замысел труда и конкретное жанрово-структурное исполнение его. Отдавая должное высокому авторскому профессионализму, следует всё же отметить, что повествование не во всех частях ровно: Составитель пробует стилистически менять манеру толкования, местами чувствуется усталость и встречаются повторы полемических штампов, либо значительные куски текста остаются без назидательных толкований. Кроме того, Составитель наметил план, согласно которому он хотел изложить «всех пророков» (Стлб. 475, 13), но по какой-то причине намечаемое осталось не реализованным, хотя пророческий элемент являлся особо важным, базисным для всего произведения. Не исполнил автор намерения описать позднейшие библейские события, новозаветную историю и родословную Богородицы. Эта задача реализована в некоторых списках Полной Хронографической Палеи. Если к тому же учесть, что часть толкований не привязана к тексту, то встаёт вопрос не столько об оплошностях Составителя, сколько о перспективах прояснения истории текста.

По лингвистическим показаниям можно судить, что Составитель сам не переводил цитируемые им в Палее тексты, а пользовался уже готовыми славянскими переводными источниками (древнерусским переводом библейских книг, «Шестодневом», «Физиологом», «Сказанием о двенадцати камнях» из «Изборника Святослава 1073 года», древнерусскими хронографическими компиляциями, а также, возможно, какой-то славяноязычной подборкой апокрифических текстов или отдельными списками апокрифов в переводе — по крайней мере, «Заветы двенадцати патриархов» и «Откровение Авраама», как считают исследователи, могли обращаться в древнерусской книжности в качестве самостоятельных произведений). Определёнными филологическими навыками Составитель, однако, обладал и демонстрировал умение пользоваться словарными пособиями, проявляя склонность к этимологическому толкованию имён и прояснению смысла воспроизводимых в тексте гебраизмов.

Полемические тенденции Толковой Палеи являются идейным стержнем и одновременно яркой отличительной особенностью произведения. Именно авторские толкования обеспечивают единство входящих в состав компиляции разнородных частей, определяют жанровое своеобразие труда и неповторимый индивидуальный облик, отличающий Палею от других произведений древнерусской книжности. Достигалось это соединением классических образцов экзегезы с оригинальной авторской экзегезой, характер и тональность которой задавались актуальными на момент создания труда идеологическими запросами. В соответствие с этими запросами главной полемической целью Палеи было стремление показать превосходство христианства над язычеством, магометанством и иудаизмом. Составитель выделяет особую (видимо на тот момент) опасность последнего и нацеливает на необходимость бескомпромиссной идейной борьбы с ним.

По согласному мнению исследователей, антииудейская тенденциозность Палеи имела живое, актуальное значение для древнерусского общества, авторы расходятся лишь в вопросе конкретизации времени и причин, которые породили полемику с евреями и иудаизмом, а также в оценке радикализма палейных антииудейских установок. Не усматривал прямого повода к антииудейской полемике на Руси, пожалуй, лишь только И. Е. Евсеев, который объяснял антииудейские выпады простой подражательностью и соответственно с этой посылкой квалифицировал общую тональность полемики как мягкую, обусловленную отсутствием насущной необходимости антииудейских выпадов[1275].

В. М. Истрин также не склонен был приписывать антииудейской полемике особого радикализма. По его мнению, иудейство на Руси, за исключением известных событий при Владимире Мономахе, не имело агрессивного характера. Поэтому антииудейские выпады ограничиваются констатацией неправоты евреев и увещеванием с благодушной позиции сильного, увещеваний, не перераставших в предписания не входить в общение русских с иудеями. Соответственно, он считал, что можно говорить о мягкой полемике в сравнении с более насущными задачами обличения латинства[1276].

Тем не менее В. М. Истрин не отрицал существования условий, вызывавших необходимость вступления в полемику с иудейством. В отличие от И. Е. Евсеева, он не считал возможным квалифицировать Толковую Палею исключительно как литературное произведение. Исследователь отмечал азарт полемики, несомненно указывающий на «жизненное значение памятника», сам факт появления которого был спровоцирован наличием еврейского движения в обществе. Исследователь и связал зарождение этого движения с Польшей, где в XIII в. распространились мессианские настроения и имели место волнения среди евреев[1277]. Получается, что Создатель Палеи вдохновлялся задачами полемики с иудеями, но конкретные факты, порождавшие такую потребность, остаются нам неизвестными. Отсутствие сведений об иудейском движении в XIII в. — самое слабое звено концепции В. М. Истрина. В свете этих вопросов остаются возможности пересмотра истории текста Палеи. Можно ожидать и более ранние датировки, совпадающие с достоверными свидетельствами об антиеврейских выступлениях в Древней Руси.

Не потеряют, как нам представляется, своего значения заключения В. М. Истрина об угасании полемических мотивов в Хронографической и Краткой редакциях в сравнении с редакцией Толковой: «Толковая Палея была вызвана историческими обстоятельствами. Впоследствии, когда жгучий интерес к полемике против евреев прекратился, Толковая Палея получила значение просто библейского рассказа вроде тех, что дополняются другими, посторонними рассказами, не шедшими к первоначальной идее»[1278].

Выводы В. М. Истрина в общем смысле не расходятся с высказываниями других учёных на этот счёт. Н. С. Тихонравов не сомневался в антииудейской направленности Толковой Палеи, но при этом обращал внимание на то, что Хронографическая Палея перестала служить задачам обличения жидовства, более того, она пополнилась талмудическими легендами, появление которых исследователь связал с влиянием на Палею ереси жидовствующих[1279]. А. А. Шахматов охарактеризовал Толковую Палею как «сочинение противоиудейского характера, написанное с мастерством и большим знанием дела», при этом он обращал внимание на то, что «обличение жидовина оказывается весьма устойчивой частью Палеи», тогда как в последующих редакциях не отмечается «прямых полемических задач»[1280].

К мнению об антииудейской направленности Толковой Палеи присоединилась В. П. Адрианова, отметившая присущую памятнику полемическое одушевление, возбуждённое стремлением Составителя обличить иудея в его заблуждениях[1281]. Она посчитала убедительным заключение В. М. Истрина, в котором обосновывалось появление Толковой Палеи в XIII в., а сам факт появления памятника связывался с какими-то неизвестными событиями, породившими усиленный интерес к иудейству. Правда, кроме факта появления иудейского (архивского) Хронографа, других указаний на наличие еврейских брожений в это время на Руси приведено не было[1282].

Ещё раньше в том же духе высказывались первые исследователи Палеи. В. Успенский, который был сторонником идеи византийского происхождения памятника, рассматривал перешедший на Русь текст, как «продукт постоянной борьбы с иудаизмом предшествующих веков», главной причиной появления которого в Византии было желание доказать превосходство христианства перед иудейством и охранять православных от иудейской пропаганды. Распространение на Руси текста, толкования которого служили обличению иудеев, он связал с пропагандой иудейства у хазар, откуда «брожение иудейских идей» проникало в молодое христианское общество и вынуждало таких идеологов древнерусского православия, как Иларион и Феодосий Печерский, выяснить отношения между христианством и иудаизмом[1283].

Осталось упомянуть точку зрения И. Франко, который считал, что Русь постоянно испытывала на себе интенсивное иудейско-раввинистическое влияние, поэтому Палея, явившаяся ответом на это влияние, могла явиться на всём пространстве от XI до XV веков включительно. В. М. Истрин подверг критике идеи И. Франко и указал на то, что влиянию иудейства на русскую культуру приписывается преувеличенное значение, вместе с тем он признал, что на Руси существовала бóльшая необходимость борьбы с иудаизмом, чем в Болгарии и Византии[1284].

Составитель Палеи прежде всего противопоставляет иудейскому монотеизму монотеизм христианской Троицы. Согласно с этими исходными концептуально-доктринальными установками, в произведении развивается христологическая тема (например, Стлб. 97, 99, 152, 283, 346–347, 374) и формулируются постулаты в защиту непорочного зачатия Девы Марии. В тринитарном ключе решается толкование Великого Совета (Стлб. 103–107), которое исключает практиковавшуюся в иудаистской литературе трактовку события как Совета Бога с ангелами. Рассказ о гостеприимстве Авраама также протолкован в триипостасном смысле (Стлб. 264–269, 271). Явления трёх ангелов в Палее представлено как явления Бога в трёх Лицах, что служило опровержению ветхозаветного монотеизма.

В контексте полемического произведения выстраивается целая система аллегорических сравнений, когда ветхозаветные события подаются как прообраз событий новозаветных: Исаак и Иаков символизируют соответственно Ветхий и Новый Заветы, а утраченное Исавом первородство поставлено в связь с отвержением иудеев от Христа (Стлб. 291–294); страдания Иосифа символически прообразуют будущие страдания Христа (Стлб. 337–342) и т. д. Подобного рода прообазовательная трактовка не является оригинальной. В целях полемики Составитель пользуется уже наработанными приёмами и тем самым демонстрирует свою причастность традиции многовековой христианской экзегезы. При этом он постоянно заостряет внимание на библейских свидетельствах о вероломстве, коварстве, пороках и вероотступничестве древних евреев, не упуская ни малейшего повода, чтобы не указать на низкие нравственные качества иудеев. Например, Книга Судей даёт многочисленные примеры отпадения израильтян от Бога. С учётом этого Составитель даже не считает нужным вводить специальные поучения. Он просто цитирует подборки библейского текста, которые сами по себе выполняют роль обличений. Оценивая отношения иудеев к христианству, Составитель Палеи сравнивает их с кукушкой (Стлб. 83), ибо евреи, по подобию кукушки, отвергли то, что является их порождением. Одновременно звучит мотив промыслительного оправдания иудейского народа, в одном из колен которого предуготовано было явиться в мир Спасителю.

Составитель Толковой Палеи не приемлет язычества (Стлб. 247)[1285], как и любого другого неправоверия, но, вопреки общей критической установке, заметно вполне снисходительное отношение к языческим заблуждениям. В оценке язычников не чувствуется такого переживания конфликтности, каким отмечено противостояние христианства и иудаизма. Терпимое отношение к язычникам обусловлено ожиданием обращения их в христианство, ибо распространение христианства в новых народах провиденциально неизбежно (Стлб. 377–378, 477). Если на иудеев Составитель Палеи смотрит как на вероотступников, то к язычникам подходит с точки зрения перспективы возможного их приобщения к христианству. Ярким примером такого противостояния являются апокрифо-символические образы Иакова и Лествицы, где нисходящие ангелы трактуются как отпадшие от истинной веры иудеи, а восходящие ангелы с приходящими к Христу языческими народами (Стлб. 307).

Непримиримо настроен Составитель в отношении магометан (Стлб. 84–85, 108), которые сравниваются им с нечистой муреной и обвиняются в содомских грехах. Поводом для антимагометанской полемики служит рассказ о проклятии, наложенном на потомков Хама, который посмеялся над наготой отца своего Ноя (Стлб. 226). В Палее проводится мысль о том, что хамитам предназначено быть в рабстве у других народов, соответственно и основатель веры Магомет назван иудейским рабом. В общем и целом антимагометанский полемический компонент непропорционален господствующей в произведении антииудейской тенденциозности. Видимо проблема отношений с представителями этой веры не стояла так остро, как иудейский вопрос.

Полемические усилия Составителя были направлены также на критику разнообразных еретических заблуждений. В Толковой Палее обличаются сторонники концепции подобосущности трёх Лиц (т. е. арианские взгляды) (Стлб. 101, 152), отвергаются характерные для несториан отождествления Богородицы с Христородицей, основанные на трактовке природы Богочеловека как Бога истинного и одновременно человека истинного (Стлб. 374), а также осуждаются взгляды т. н. «трибожественной ереси» (Стлб. 157), сводившиеся к политеистической трактовке Троицы. Составитель опровергает еретическое мнение о страдании божественной природы распятого Христа (Стлб. 191). Это мнение совпадает с теми взглядами, которые ещё во II–III вв. развивали патрипассиане, утверждавшие монархическое единство Лиц в Боге. С позиций признания единой природы Христа к этому же заблуждению склонялись монофизиты. Неоднократно Составитель опровергает неприемлемое для христиан и восходившее к дуалистическим концепциям утверждение о призрачности воплощения Христа (Стлб. 99, 283, 347). Видимо, затрагиваемые Палеей отступления от правоверия каким-то образом имели место в религиозной жизни общества и на них, как на актуальных, заострял внимание древнерусский полемист. В общем и целом антиеретические пассажи Толковой Палеи существенно расширяют полемическое поле памятника. А это позволяет сделать заключение, что Составитель не был поглощён одной только на антииудесйкой проблематикой, а решал задачи защиты православия комплексно, уделяя разное внимание разным опасностям, пропорционально исходившей от них угрозе.

Долгое время в научной литературе дискутировался вопрос о месте и времени составления Толковой Палеи. Некоторые учёные склонны были считать Палею произведением греческим[1286]. По их мнению, все источники компиляции имеют византийское происхождение (включая само название памятника). Сторонники византийского происхождения Палеи обращали внимание на то, что содержащиеся в ней природоведческие, философские и психологические сведения носят печать византинизма. Но самое главное, они не допускали возможности существования на Руси квалифицированных интеллектуальных кадров, способных создать насыщенный разносторонними сведениями систематизированный богословский труд[1287]. А. А. Шахматов и некоторые его последователи полагали, что подготовленные силы, способные осуществить подобного рода, самостоятельную авторскую работу, имела Болгария, которая была вполне подходящей почвой для осуществления такого предприятия, включая и наличие объективных причин для появления антииудейской литературы[1288]. Как видим, вопрос о происхождении Палеи напрямую связан с проблемой Составителя.

Скептики, сомневавшиеся в русском происхождении Составителя, недооценивали творческий потенциал и литературно-богословские способности древнерусских книжников, выводя греческое происхождение Составителя Палея из «предполагаемой неспособности древнего славяно-русского книжника составить такой выдающийся памятник»[1289]. Но на фоне хорошо известных науке выдающихся оригинальных отечественных мыслителей — Илариона, Феодосия Печерского, Нестора, Кирилла Туровского и других авторов, демонстрировавших высокий уровень древнерусских книжников, — исходная посылка скептиков не выглядит убедительной. По результатам исследований Палеи совершенно достоверно установлено, что Составитель в качестве исходного библейского текста (т. е. текста, который не может считаться позднейшей русской вставкой в компиляцию!) пользовался готовым русским переводом Книг Бытия. На огромном пространстве Палеи никаких следов использования греческих текстов Библии не установлено[1290]. Кроме того, цитировавшиеся в Палее тексты «Заветов двенадцати патриархов», «Сказания о двенадцати камнях», а также воспроизведение заимствованной из «Слов» Ефрема Сирина характеристики Иосифа, также осуществлялось не из греческих текстов, а из их древнерусских (или древнеславянских) переводов[1291]. Текстологи показали, что восходящие к Хронографам материалы были заимствованы из отечественных хронографических компиляций или славяноязычных переводов греческих Хроник. С учётом этого и материалы болгарского «Шестоднева» и раздел о народах Европы уже не выглядят позднейшими русскими вставками, на чём настаивали те, кто видел в Составителе грека. Наличие же грецизмов само по себе не может служить показателем византийского происхождения компиляции, так как подавляющее число её составных частей греческие.

Есть и другие аргументы, подтверждающие славяноязычие Составителя. В комментариях к «Заветам двенадцати патриархов» иудейское понятие «юбилея», которым исчислялся сорокадевятилетний временной период, заменено на понятное русскому читателю понятие «поколение» (Стлб. 424). Вряд ли греческому автору могли принадлежать сетования на трудности восприятия племенных названий из таблицы народов. Составитель обнаруживает своё славянское происхождение при объяснении названия Афин, которое употребляется в двойственном числе (Стлб. 16), тогда как славянскому уху привычнее употребление в аналогичном случае единственного числа. К тому же греку вообще не было нужды обращаться к разъяснениям общеизвестного на его родине топонима. Возьмём другой пример: в тексте Палеи встречается ремарка, что слово «голубь» состоит из 9 букв (греч. περιστερά) (Стлб. 215). Такие подсчеты неуместны для носителя языка, зато они определенно указывают на возможность использования Составителя Палеи словаря. Добавим, что палейное толкование имени Иакова — «Израиль» — как «издранная жила» (Стлб. 334) однозначно отражает славяноязычный механизм выявления этимологического смысла[1292]. Можно указать также, на славянскую огласовку гебраизма Машлах (Стлб. 383).

С учётом вышесказанного можно считать правомерным и обоснованным итоговый вывод В. М. Истрина: «Вопрос о славянском происхождении Толковой Палеи можно считать поконченным. Толковая Палея … не есть переводной с греческого оригинала памятник, а оригинальный славянский и даже, вероятно, русский»[1293]. Бесспорный факт использования в компиляции древнерусских переводов Библии даёт все основания привязывать Толковую Палею к земле Русской, а Составителя считать русским. Русский автор Палеи обладал недюжинными богословскими познаниями и литературными способностями, позволившими ему самостоятельно создать богословско-философский труд, ставший крупным явлением отечественной книжности.

Что касается определения исторической эпохи, в которую жил Составитель, то высказывания исследователей на этот счёт зависят от того, какую страну они считают родиной памятника. Те, кто связывают Палею с Русью, датируют её появление XIII в.[1294] Сторонники греческого и болгарского происхождения компиляции считают, что она была создана в первые века славянской письменности и довольно рано (уже к XI в.) попала на Русь[1295].

Если вопрос о русском происхождении Палеи можно считать решённым, то определение точного времени (как, впрочем, и конкретного места в обширном ареале Руси) ещё предстоит установить.

Если в процессе специального исследования будет подтверждено более раннее происхождение Палеи, это позволит по-новому взглянуть на текстуальное и идейное сходство летописи, «Слова» Илариона и Палеи. Палея может принадлежать к числу древнейших книг отечественной письменности. По крайней мере, общие для неё и для «Слова о законе и благодати» Илариона трактовки проблемы отношения христианства, иудаизма и язычества, а также наличие реальной остроты в русско-еврейских отношениях X–XII вв., ставят на повестку дня совмещение обоснованной даты появления памятника с соответствующими его полемической специфике конкретными обстоятельствами идейно-религиозной жизни страны.

Представления о творческом портрете Составителя будут неполными без учёта характерных для него, как для компилятора и богослова, знаний апокрифической книжности. Наличие большого количества неканонических текстов в Палее уже давно рассматривается как весьма специфическое качество памятника и позволяет ставить вопрос об особых литературных, а вместе с тем и идейно-религиозных пристрастиях его автора.

В компилятивном составе Палеи апокрифический материал присутствует в трёх видах: 1) целыми апокрифическими блоками; 2) в виде небольших фрагментов, изъятых из апокрифических повествований; 3) в качестве апокрифических деталей и мотивов, вкрапленных в оригинальные и компилятивные части текста.

Самый большой апокрифический блок Палеи — это «Заветы двенадцати патриархов», которые состоят из двенадцати сюжетно объединённых самостоятельных частей. «Заветы» представляют собой христианскую переработку древнееврейского текста, близкого по содержанию рукописям Кумрана (I в. до н. э.)[1296]. В палейную компиляцию этот блок попал из готового славянского перевода, которым воспользовался Составитель при работе над своим трудом[1297]. Внутри «Заветов» обнаруживаются отсылки к «Книге Еноха», а изложение целого ряда идей пересекаются с мотивами таких апокрифов как «Откровение Варуха», «Видения Исайи» и, конечно же, с упомянутой в самом тексте «Книгой Еноха»[1298]. Составитель Палеи в своих толкованиях активно перерабатывал апокрифическое содержание «Заветов», приноравливая его к задачам обличения иудейского неверия и богоотступничества.

Отдельным апокрифическим сюжетом Палеи является обозначенная в Индексах «Лествица» Иакова[1299]. Правда, отступления от Библии (ср. Быт. 28:10–12) читаются только в части толкований виденного Иаковом сна (Стлб. 309–314), зато вслед за толкованием сна в полемических дополнениях Составителя, который конкретизировал апокрифические предсказания беззаконий иудеев и провозвестия будущего величия иаковичей, были воспроизведены идеи и мотивы «Сказания Афродитиана» (Стлб. 312, 323–324, 326–327)[1300]. Отдельными апокрифическими сюжетами включены в Палею «Сказание о Сатанииле» (Стлб. 73–78), развивающее идеи «Малого Бытия»[1301], и «Сказание о Крестном древе», которое воспроизводит т. н. «краниеву» версию происхождения Крестного древа[1302]. Последний из названных сюжетов попал в Палею, как и в другие древнерусские сборники, вопреки запретам Индексов. В Палее читается также неканонический рассказ о столпотворении (Стлб. 228 и след.), соединяющий сведения «Космографии» Козьмы Индикоплова и какого-то неизвестного нам источника[1303]. Именно из этого источника почерпнуты апокрифические сведения о Нимроде (Стлб. 229) как руководителе вавилонской стройки[1304], о благочестии Евера (Стлб. 229)[1305] и о размерах остатков столба (Стлб. 243–244), помещаемых между Ассирией и Вавилоном[1306].

Перечислим сохранённые в палейной компиляции фрагменты апокрифов, которые представляют собой остатки сокращённых Составителем (либо последующим редактором) неканонических памятников: апокрифическая легенда об изобретении Сифом грамоты (Стлб. 195), которая прижилась как в иудейской, так и древнерусской письменности[1307]; рассказ о начале идолопоклонства при Серухе, который, видимо, органично является частью повествования об Аврааме и восходит к «Малому бытию»[1308]; апокрифические прибавления к рассказу о жертвоприношении сына Авраама (Стлб. 280–281)[1309]; сюжет о заклании и оживлении заколотого телёнка в рассказе о явлении Аврааму трёх ангелов (Стлб. 265)[1310]; детали апокрифической истории Иосифа, заимствованные из текстов Ефрема Сирина (Стлб. 337–344, 350–355, 358–363), где неканонические мотивы соединены с библейскими данными об этом ветхозаветном персонаже[1311]; неканонические подробности истории Моисея (Стлб. 475–476, 496, 513–514, 535, 544, 646–647), восходящие к особой апокрифической истории Моисея, близкой к «Книге Яшар» и «Малому Бытию»[1312]; отдельные детали апокрифического рассказа о Мелхиседеке (Стлб. 260–261)[1313].

Почти все из перечисленных сюжетов в более полном виде читаются в Хронографической Палее. Ясно, что все эти апокрифы по отдельности или в составе какой-то компиляции находились в распоряжении Составителя, неясно только, кем и когда произведено сокращение, ибо в ряде случаев представлены только толкования, а тексты, к которым эти толкования относились, в Толковой Палее отсутствуют. Нельзя исключать, что Хронографическая Палея фиксирует в перечисленных сюжетах не общие с Толковой Палеей источники, а более исправное первоначальное чтение. Выяснить, были ли эти чтения добавлены в Хронографическую редакцию или оказались исключёнными, за вычетом сохранившихся фрагментов, — задача для будущих текстологов. От её решения будет зависеть оценка Составителя как редактора апокрифов, владевшего обширным неканоническим материалом и использовавшего этот яркий, образный материал в экзегезо-полемических целях.

Для полноты представлений о знакомстве Составителя с неканоническими идеями добавим к приведённому перечню список мелких апокрифических деталей и мотивов, отдельные из которых читаются в авторском тексте, но большинство попало в памятник через первоисточники компиляции. Сразу оговоримся, что здесь мы приводим далеко не полную часть обнаруженных в Палее данных на этот счёт. Назовём следующие: размещение рая на третьем небе, соответствующее «Книге Еноха»[1314] и связанные с этим сюжеты; описание райского блаженства праведных (Стлб. 38), совпадающее с образами «Видения апостола Павла»[1315]; характеристики служебных духов, источником которых служил Епифаний Кипрский (Стлб. 9, 37–39 и др.)[1316]; аккумулированные в разделе «О рае» апокрифические характеристики земного рая (Стлб. 123–125)[1317]; апокрифический мотив оборотничества дьявола в сюжете искушения (Стлб. 144), близкий «Слову об Адаме и Еве, от начала и до конца»[1318]; апокрифические данные о сроках пребывания Адама в раю (Стлб. 157–158), когда сорокадневный срок пребывания прародителей в Эдеме трактуется как прообраз поста[1319]; внебиблейские трактовки смысла имён патриархов, заимствованные из словарей и хроник; мотив рождения исполинов от соединения сынов Божиих с дочерьми человеческими (Стлб. 199)[1320]; восходящие к «Хронике» Георгия Амартола сведения о размерах ковчега (Стлб. 203)[1321]; апокрифический мотив проклятия ворона в рассказе о Потопе, читающийся также в особом апокрифическом повествовании о Ное Краткой Хронографической Палеи[1322].

Перечисление можно было бы продолжать, но достаточно и этого, чтобы составить представления о широте познаний Составителя в области неканонической книжности. Даже с учётом неполного перечня палейных апокрифов и мотивов видно, что в активном использовании Составителя находился обширный массив неканонических текстов, их фрагментов, или просто отдельных апокрифических идей. В таком объёме апокрифы не воспроизводит никакой другой древнерусский автор.

Подводя итог, можно констатировать, что Толковая Палея — яркое, зрелое и вполне оригинальное (несмотря на компилятивность) творение древнерусского Составителя. Безымянный автор Палеи вполне заслуженно может быть назван одним из крупнейших писателей и мыслителей Древней Руси. Он предстаёт перед нами подлинным духовным титаном древнерусской эпохи, в котором удивительно гармонично и плодотворно соединился целый букет дарований и способностей: высокая богословская подготовка, разносторонние знания, талант компилятора и остро-непримиримый темперамент полемиста, ревнующего о правой вере. Палея, несмотря на свою громоздкость, лишена рыхлости, случайностей, повторов. Разнородные части соединены в гармоничное целое, сцементированное в соответствие с чётким авторским замыслом и идейным единством трактовок отобранного в компиляцию материала. Толковая Палея и сегодня поражает разнообразием состава и богатством заключённого в ней содержания, которое ещё долго будет служить объектом научного интереса специалистов самых разных областей знания: историков, богословов, философов, компутистов, исследователей науки, филологов и т. д. Толковая Палея — величайшая вершина отечественной мысли. Она ещё ждёт достойного её высот осмысления.

Настоящее издание можно считать продолжением работ в этом направлении. Целью авторского коллектива является максимально полный охват в комментариях богатого разностороннего содержания Толковой Палеи.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Августин–1880 — Августин. О граде Божьем / Тр. КДА. 1880.

Авдиев–1948 — Авдиев В. И. История древнего Востока. М., 1948.

Аверинцев–1994 — Аверинцев С. С. Комментарии / Многоценная жемчужина: литературное творчество сирийцев, коптов и ромеев в I тысячелетии н. э. М., 1994.

Агада–1993 — Агада. Сказания, притчи, изречения талмуда и мидрашей. М., 1993.

Адрианова–1910 — Адрианова В. П. К литературной истории Толковой Палеи. Киев, 1910.

Адрианова–1928 — Адрианова В. П. Исследования и материалы по истории старинной украинской литературы XVI–XVIII вв. Л., 1928.

Адрианова-Перетц–1941 — Адрианова-Перетц В. П. Древнерусская апокрифическая литература / История русской литературы. Т. 1. М.-Л., 1941.

Александров–1893 — Александров А. Физиолог. Казань, 1893.

Алексеев–1987 — Алексеев А. А. Переводы с древнееврейских оригиналов в Древней Руси / Russian Linguistics. Vol. XI. 1987.

Алексеев–1993 — Алексеев А. А. Русско-еврейские литературные связи до XV в./ Jews and Slavs. Vol. 1. Ierusalem — St. Petersburg, 1993.

Алипий-Исайя–1995 — Архимандрит Алипий (Кастальский-Бороздин), архимандрит Исайя (Белов). Догматическое богословие. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1995.

Амусин–1983 — Амусин И. Д. Кумранская община. М., 1983.

Апокрифы–1997 — Апокрифы Древней Руси. Тексты и исследования. М., 1997.

Апокрифы–1999 — Мильков В. В. Древнерусские апокрифы. М., 1999.

Апокрифы–2000 — Ветхозаветные апокрифы: Книга юбилеев; Заветы двенадцати патриархов. СПб., 2000.

Архангельский–1889 — Архангельский А. С. Творения отцов церкви в древнерусской письменности. Т. I–II. Казань, 1889.

Афанасий Александрийский–1853 — Творения святого Афанасия Александрийского. Ч. III. М., 1853.

Афанасьев–1994 — Афанасьев А. Поэтические воззрения славян на природу. Т. I–III. М., 1865–1869. Репринт. М., 1994.

Баранкова–1982 — Баранкова Г. С. О взаимоотношениях «Шестоднева» Иоанна экзарха Болгарского и «Толковой Палеи» (текстолого-лингвистический аспект) / История русского языка. Исследования и тексты. М., 1982.

Баранкова и др.–1997 — Баранкова Г. С., Мильков В. В., Якунин С. Н. Античная традиция в Шестодневе Иоанна экзарха Болгарского / Древняя Русь: пересечение традиций. М., 1997.

Белоброва–1987 — Белоброва О. А. Этикетный мотив в древнерусской миниатюре XV в. / Исследования по древней и новой литературе. Л., 1987.

Белова–1994 — Белова О. В. Единорог в народных представлениях и книжной традиции славян / Живая старина. 1994. № 4.

Бартелеми–1992 — Бартелеми Д. Бог и Его образ. Очерк библейского богословия. Милан, 1992.

Берсенев–2000 — Берсенев П. В. О чем молчит Библия / Ветхозаветные апокрифы: Книга Юбилеев; Заветы двенадцати патриархов. СПб., 2000.

Бессонов–1864 — Бессонов П. Калики перехожие. М., 1864.

БЭ — Библейская энциклопедия. Т. I–II. М., 1891. Репринт. М., 1991.

БЛДР — Библиотека литературы Древней Руси. Т. 1–10. СПб., 1997–2000.

Бобров–1994 — Бобров А. Г. Апокрифическое «Сказание Афродитиана» в литературе и книжности Древней Руси. СПб., 1994.

Богоявленский–1960 — Богоявленский Н. А. Древнерусское врачевание в XI–XVII вв. М., 1960.

Болотов–1910 — Болотов В. В. Лекции по истории древней Церкви. Т. 1–4. СПб., 1910.

Бондарь–1987 — Бондарь С. В. К пониманию проблемы «человек — история — время» в Изборнике 1073 г. (опыт реконструкции на основе фрагмента «О шестом псалме» / Человек и история в средневековой философской мысли русского, украинского и белорусского народов. Киев, 1987.

Бондарь–1988 — Бондарь С. В. Античное учение об элементах и некоторые антропологические воззрения в Изборнике Святослава 1073 г. / Отечественная общественная мысль эпохи средневековья. Киев, 1988.

Борисов–1987 — Борисов А. Я. К вопросу о восточных элементах в древнерусской литературе / Палестинский сборник. Вып. 29 (92)/1: История и филология. М., 1987.

Борцова–1989 — Борцова И. В. Легендарные экскурсы о разделении земли в древнерусской литературе / Древнейшие государства на территории СССР. 1987. М., 1989.

Буслаев–1861 — Буслаев Ф. И. Историческая хрестоматия церковно-славянского и древнерусского языков. М., 1861.

Былинин–1991 — Былинин В. К. «Художество»: изображение зодчего в древнерусской литературе / Древнерусская литература: Изображение общества. М., 1991.

Бычков–1878 — Бычков А. Ф. Описание славянских и русских рукописных сборников имп. Публичной Библиотеки. Вып. 1. СПб., 1878.

Бычков–1880 — Бычков А. Ф. Описание славянских и русских рукописных сборников имп. Публичной Библиотеки. Вып. 2. СПб., 1880.

Василий Великий–1845 — Василий Великий. Творения. Ч. I. Беседы на Шестоднев. М., 1845.

Василий Великий–1900 — Творения иже во святых отца нашего Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийския. Ч. I. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1900.

Вениамин–1992 — Вениамин, архиепископ Новгородский и Арзамасский. Новая Скрижаль, или Объяснение о Церкви, о Литургии и о всех службах и утварях церковных. Т. 1–2. М., 1992.

Веревский–1888 — Веревский Ф. Русская историческая Палея / Филологические записки. Т. 2. Воронеж, 1888.

Веселовский–1866 — Веселовский А. Н. Из истории романа и повести. Вып. I. СПб., 1866.

Веселовский–1880 — Веселовский А. Н. Талмудический источник одной Соломоновой легенды в русской Палее / ЖМНП. 1880. Апрель.

Веселовский–1881 — Веселовский А. Н. Новые данные к истории Соломоновых сказаний / Записки АН. Приложение к Т. 40. 1881.

Веселовский–1883 — Веселовский А. Н. Разыскания в области русского духовного стиха. 10: Западные легенды о древе Креста и «Слово Григория о трех Крестных древах» / Записки Императорской академии наук. Т. 45. Приложение. СПб., 1883.

Веселовский–1883б — Веселовский А. Н. Заметки по литературе и народной словесности: 1. Эпизод о южной царице в Палее / СОРЯС. 1883. Т. 32. № 7.

Веселовский–1890 — Веселовский А. Н. Разыскания в области духовного стиха XI–XVI вв. / СОРЯС. Т. 46. Вып. 6. 1890.

Веселовский–1891 — Веселовский А. Н. Разыскания в области русского духовного стиха. XX: Еще к вопросу о дуалистических космогониях / СОРЯС. Т. 53. Вып. 6. 1891.

Водолазкин–1996 — Водолазкин Е. Г. К вопросу об арабских наименованиях планет в древнерусской книжности / ТОДРЛ. Т. IL. СПб., 1996.

Водолазкин–1999 — Водолазкин Е. Г. О Толковой Палее, Златой Матице и «естественнонаучных» компиляциях / ТОДРЛ. Т. LI. СПб., 1999.

Воронов–2000 — Воронов Л., прот. Догматическое богословие. Клин, 2000.

Востоков–1842 — Востоков А. Х. Описание русских и славянских рукописей Румянцевского Музеума. СПб., 1842.

ВИ — Всемирная история. Т. I. М., 1956.

ВМЧ — Великие Минеи Четьи. СПб., 1858–1869.

Волкова–1979 — Волкова Т. Ф. Художественная структура и функции образа беса в Киево-Печерском патерике / ТОДРЛ. Т. 33. Л., 1979.

Вяземский–1878 — Вяземский П. П. О литературной истории Физиолога / ПДП. Т. I. Вып. 1. СПб., 1878–1879.

Гаврюшин–1988 — Гаврюшин Н. К. Древнерусский трактат «О естестве человека» / Естественнонаучные представления Древней Руси. М., 1988.

Гальковский–1913 — Гальковский Н. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси. Т. II. М., 1913.

Глаголев–1900 — Глаголев А. Ветхозаветное библейское учение об ангелах. Киев, 1900.

Гнедич–1996 — Гнедич П. П. Всемирная история искусств. М., 1996.

Голубиная Книга–1991 — Голубиная Книга: Русские народные духовные стихи XI–XIX веков. М., 1991.

Горина–1991 — Горина Л. В. Византийская и славянская хронография (существовал ли болгарский хронограф) / Византия. Средиземноморье. Славянский мир: Сборник к XVIII Международному конгрессу византинистов. М., 1991.

Городцов–1909 — Городцов П. А. Западно-сибирские народные легенды о творении мира и борьбе духов / Российское этнографическое обозрение. 1909. Кн. 80. № 1.

Горский–1988 — Горский В. С. Философские идеи в культуре Киевской Руси. Киев, 1988.

Горский-Невоструев–1862. — Горский А. В., Невоструев К. И. Описание славянских рукописей Московской Синодальной библиотеки. Отд. II. Ч. 3. М., 1862.

Грантовский–1970 — Грантовский Э. А. Ранняя история иранских племен Передней Азии. М., 1970.

Громов–1981 — Громов М. Н. Античное учение о стихиях в Древней Руси / Вестник МГУ. 1981. № 2 (Серия 7: Философия).

Громов–1988 — Громов М. Н. Образ Софии Премудрости в культуре Древней Руси / Отечественная общественная мысль эпохи средневековья. Киев, 1988.

Громов–1997 — Громов М. Н. Структура и типология русской средневековой философии. М., 1997.

Громов–2000 — Громов М. Н. Эстетическое содержание натурфилософии Иоанна экзарха Болгарского / Философские и богословские идеи в памятниках древнерусской мысли. М., 2000.

Гусарова–1990 — Гусарова Т. П. Хронология / Введение в специальные исторические дисциплины. М., 1990.

Гусева–1999 — Гусева Н. Р. Мифы древней Индии. М., 1999.

Данилевский–1992 — Данилевский И. Н. Лунно-солнечный календарь Древней Руси / Архив русской истории. М., 1992. № 1.

Данилевский–1996 — Данилевский И. Н. Общие характеристики древнерусского лунно-солнечного календаря (хронология и компаративистика) / Источниковедение и компаративный метод в гуманитарном знании: тезисы докладов и сообщений научной конференции. Москва, 29–31 января 1996 г. РГГУ. М., 1996.

Демин–1995 — Демин А. С. Древнерусская литературная анималистика / Древнерусская литература: Изображение природы и человека. М., 1995.

Диоген Лаэртский — Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М., 1979.

Дмитриева–1966 — Дмитриева Р. П. Приемы редакторской правки книгописца Ефросина (К вопросу об индивидуальных чертах Кирилло-Белозерского списка «Задонщины» / «Слово о полку Игореве» и памятники Куликовского цикла. М.; Л., 1966.

Дьяконов–1992 — Дьяконов И. М. Праотец Адам / Восток. № 1. 1992.

Дьяченко–1993 — Дьяченко Г. Полный церковнославянский словарь. М., 1993.

Евсевий–1993 — Евсевий Памфил. Церковная история. М., 1993.

Евсеев–1900 — Евсеев И. Е. Толкования пророческих мест с обличением жидовства. СПб., 1900.

Евсюков–1988 — Евсюков В. В. Мифы о Вселенной. Новосибирск, 1988.

Ефрем Сирин–1827, 1849 — Творения святого Ефрема Сирина. Ч. II. М., 1827. Ч. III. М., 1849.

Жданов–1904 — Жданов И. Н. Палея / Сочинения. Т. I. СПб., 1904.

Жданов–1939 — Жданов Р. В. Крещение Руси и Начальная летопись / Исторические записки. 1939, № 5.

Заболотский–1901 — Заболотский П. К вопросу об иноземных письменных источниках «начальной летописи» / РФВ. Т. XLV. № 1–2. Варшава, 1901.

Замалеев–1987 — Замалеев А. Ф. Философская мысль в Средневековой Руси. М., 1987.

Зименс–1997 — Зименс Г. Вычисление Пасхи в Новгороде в XII веке / Новгородский исторический сборник. Вып. 6 (16). СПб., 1997.

Златоструй–1990 — Златоструй: Древняя Русь X–XIII вв. М., 1990.

Иванов–1893 — Иванов Н. А. Общее понятие о хронографах. Казань, 1893.

ИД — Иосиф Флавий. Иудейские древности. Т. 1–2. Минск., 1994.

ИВ — Иосиф Флавий. Иудейская война. М.-Иерусалим, 1993.

ИЖС — Избранные жития святых / Сост. Афанасий, еп. Пермский и Соликамский. СПб., 1994.

Изборник–1073 — Изборник Святослава 1073 г. / Факсимильное изд. Под. ред. Л. П. Жуковской. М., 1983.

Ильин–1991 — Ильин В. Н. Шесть дней творения. Paris, 1991.

Иконников–1869 — Иконников В. Опыт исследования о культурном значении Византии в русской истории. Киев, 1869.

Иларион–1986 — Идейно-философское наследие Илариона Киевского. Ч. I. М., 1986.

Иоанн Дамаскин–1992 — Иоанн Дамаскин. Точное изложение православной веры. СПб, 1894. Репринт. М.; Ростов-на-Дону, 1992.

Иоанн Златоуст–1898 — Иже во святых отца нашего Иоанна Златоустого архиепископа Константинопольского избранные творения / Беседы на Книгу Бытия. Т. 1–2. СПб., 1898.

Иоанн Златоуст–1994 — Полное собрание творений Св. Иоанна Златоустого. Т. 4. Кн. 2. М., 1994.

Иосиф Волоцкий–1993 — Иосиф Волоцкий. Просветитель. М., 1993.

ИРЛ — История русской литературы X–XVII веков. М., 1980.

Истрин–1892 — Истрин В. М. Толковая Палея 1477 года. Воспроизведение Синодальной копии № 210 / ПДПИ. Т. XCIII. Вып. 1. 1892.

Истрин–1893 — Истрин В. М. Александрия русских хронографов. М., 1893.

Истрин–1897 — Истрин В. М. Замечания о составе Толковой Палеи / ИОРЯС. 1897. Т. II. Кн. 1.

Истрин–1897б — Истрин В. М. Замечание о составе Толковой Палеи. Гл. IV: Книга Кааф / ИОРЯС. 1897. Т. II. Кн. 4.

Истрин–1898а — Истрин В. М. Замечания о составе Толковой Палеи. Гл. V–XI: Златая Матица. Византийские прототипы Толковой Палеи / ИОРЯС. 1898. Т. III. Кн. 2.

Истрин–1898б — Истрин В. М. Новый сборник ветхозаветных апокрифов (рецензия на кн.: Апокрiфи i легенди з украiнськихъ рукописiв, зiбирав, упорядкував i пояснив I в. Франко. Т. I: Апокрiфи старозавiтнi. Львiв, 1896) / ЖМНП. 1898. Янв.

Истрин–1905 — Истрин В. М. Редакции Толковой Палеи. Описание полной и краткой Палей / ИОРЯС. 1905. Т. X. Кн. 4.

Истрин–1906 — Истрин В. М. Исследования в области древнерусской литературы. СПб., 1906.

Истрин–1906б — Истрин В. М. К вопросу о редакциях Толковой Палеи. Гл. V–VI / ИОРЯС. 1906. Т. XI. Кн. 1.

Истрин–1906в — Истрирн В. М. Редакции Толковой Палеи. Взаимоотношения полной и краткой Палей в пределах текста Палеи Коломенской / ИОРЯС. 1906. Т. XI. Кн. 2.

Истрин–1906 г — Истрин В. М. Хронографическая часть полной и краткой Палей и «Хронограф по великому изложению» / ИОРЯС. 1906. Т. XI. Кн. 2.

Истрин–1906д — Истрин В. М. Общие выводы. Таблицы / ИОРЯС. 1906. Т. XI. Кн. 3.

Истрин–1907 — Истрин В. М. Редакции Толковой Палеи СПб., 1907.

Истрин–1912 — Истрин В. М. Особый вид Еллинского летописца из собрания Тихонравова. СПб., 1912.

Истрин–1917 — Истрин В. М. Хроника Георгия Амартола в славяно-русском переводе и связанные с нею памятники / ЖМНП. 1917. LXIX. Май.

Истрин–1920 — Истрин В. М. Книги временные и образные Георгия Мниха. Хроника Георгия Амартола в древнем славянском переводе. Т. 1. Пг., 1920.

Истрин–1922 — Истрин В. М. Толковая Палея и антиеврейская литература / Истрин В. М. Очерк истории древнерусской литературы домосковского периода (11–13 вв.). Пг., 1922.

Истрин–1925 — Истрин В. М. Толковая Палея и Хроника Георгия Амартола / ИОРЯС. 1924. Т. XXIX. Л., 1925.

Истрин–1976 — Истрин В. М. Очерк истории древнерусской литературы 11–13 вв. Leipzig, 1976.

Истрин–1994 — Истрин В. М. Хроника Иоанна Малалы в славянском переводе. М., 1994.

Йванов–1925 — Йванов Й. Богомилски книги и легенди. София, 1925.

Каган-Понырко-Рождественская–1980 — Каган М. Д., Понырко Н. В., Рождественская М. В. Описание сборников XV в. книгописца Ефросина / ТОДРЛ. Т. XXXV. Л., 1980.

Каган-Тарковская–1987 — Каган-Тарковская М. Д. Легенда о дьяволе и Ноевом ковчеге по древнерусским рукописным сборникам / Исследования по древней и новой литературе. Л., 1987.

Камчатнов–1987 — Камчатнов А. М. Философская терминология Изборника Святослава 1073 г. и ее перевод / Древнерусский литературный язык в его отношении к старославянскому. М., 1987. С. 68–73.

Камчатнов–1995 — Камчатнов А. М. Лингвистическая герменевтика. М., 1995.

Каринский–1909 — Каринский Н. Язык Пскова и его области в XV веке. СПб., 1909.

Карнеев–1892 — Карнеев А. Материалы и заметки по литературной истории «Физиолога» / ОЛДП. Т. 92. СПб., 1892.

Карнеев–1900 — Карнеев А. К вопросу о взаимоотношениях Толковой Палеи и Златой Матицы / ЖМНП. 1900. Февраль.

Карпов–1877 — Карпов А. Азбуковники или алфавит иностранных речей по спискам Соловецкой библиотеки. Казань, 1877.

Карпов–1940 — Карпов В. П. Аристотель и античная эмбриология / Аристотель. О возникновении животных. М.; Л., 1940.

Кириллин–2000 — Кириллин В. М. Символика чисел в литературе Древней Руси (XI–XVI). СПб., 2000.

Клибанов–1960 — Клибанов А. И. Реформационные движения в России XIV — первой половине XVI вв. М., 1960.

Климишин–1990 — Климишин И. А. Календарь и хронология. 3-е изд. М., 1990.

Ковтун–1989 — Ковтун Л. С. Азбуковники XVI–XVII вв. Л., 1989.

Кожинов–1998 — Кожинов В. В. Книга бытия небесе и земли / Волшебная гора: Философия, эзотеризм, культурология. Т. VII. М., 1998.

Козлова–1994 — Козлова А. Ю. «Трудные» слова в текстах и словарях / Герменевтика древнерусской литературы. Сб. 6. Ч. II. М., 1994. С. 342–357.

Козьма Индикоплов–1997 — Книга нарицаемая Козьма Индикоплов. М., 1997.

Корнеев–1890 — Корнеев А. Материалы и заметки по литературной истории Физиолога. СПб., 1890.

Корсунский–1882 — Корсунский И. Иудейское толкование Ветхого Завета. М., 1882.

Корсунский–1885 — Корсунский И. Новозаветное толкование Ветхого завета. М., 1885.

Крамер–1965 — Крамер С. История начинается в Шумере. М., 1965.

Кузьмин–1977 — Кузьмин А. Г. Начальные этапы древнерусского летописания. М., 1977.

Кузьмин–1987 — Кузьмин А. Г. Западные традиции в русском христианстве / Введение христианства на Руси. М., 1987.

Кузьмин–1993 — Кузьмин А. Г. Вступительная статья к изд.: Се повести временных лет (Лаврентьевская летопись). Арзамас, 1993.

Культура Византии–1984 — Культура Византии. IV — первая половина VII в. М., 1984.

Лазарев–1983 — Лазарев В. Н. Русская иконопись. М., 1983.

Лазаревский–1860 — Лазаревский А. С. Записки о русском Хронографе / Известия II отделения Академии наук. 1860. Т. VIII.

Лебедев–1875 — Лебедев А. Церковь Римская и Византийская в их взаимных догматических и церковно-обрядовых спорах в IX, X и XI в. М., 1875.

Левитов–1997 — Левитов П. В. Человеческое тело и его судьба в вечности. М., 1997.

Лествица–1908 — Лествица Иоанна. Сергиев Посад, 1908.

Лихачев–1950 — Лихачев Д. С. Комментарии к «Повести временных лет» / Повесть Временных лет. Ч. II. М.-Л., 1950.

Лопухин–1986 — Лопухин А. П. Библейская история Ветхого Завета. Монреаль, 1986.

Лурье–1961 — Лурье Я. С. Литературная и культурно-просветительская деятельность Ефросина в конце XV в. / ТОДРЛ. Т. XVII. М.; Л., 1961.

Лурье–1970 — Лурье Я. С. Переводная беллетристика XIV–XV вв. / Истоки русской беллетристики. Л., 1970.

Львов–1968 — Львов А. С. Чешско-моравская лексика в памятниках древнерусской письменности / Славянское языкознание. VI Международной съезд славистов (Прага, август, 1968). М., 1968.

Мазуров–1999 — Мазуров А. Б. Книжная культура средневековой Коломны / Московские епархиальные ведомости. 7–8. 1999.

Макарий–1888 — Макарий (Булгаков). Учебник по догматическому богословию. М., 1888.

Макарий–1994 — Макарий (Булгаков). История русской церкви. Кн. I–VII. М., 1994–1996.

Максим Грек–1911 — Максим Грек. Творения. Ч. 3. Свято Троицкая-Сергиева Лавра, 1911.

Максим Исповедник–1994 — Максим Исповедник. О различных затруднительных местах Священного Писания / Творения преподобного Максима Исповедника. Кн. II. М., 1994.

Максимович–1992 — Максимович К. А. Птица Феникс в древнерусской литературе (к интерпретации образа) / Герменевтика древнерусской литературы. Сб. 5. М., 1992.

Масленникова–1955 — Масленникова Н. Н. Присоединение Пскова к Русскому централизованному государству. Л., 1955.

Машкин–1948 — Машкин Н. А. История древнего Рима. М., 1948.

Месхина-Цинцадзе–1958 — Месхина Ш. А., Цинцадзе Я. З. Из истории русско-грузинских взаимоотношений X–XVIII вв. Тбилиси, 1958.

Мещерский–1958 — Мещерский Н. А. История Иудейской войны Иосифа Флавия в древнерусском переводе. М.-Л., 1958.

Мещерский–1964 — Мещерский Н.А. К истории текста славянской Книги Еноха / Византийский временник. Т. 24. М., 1964.

Мещерский–1965 — Мещерский Н. А. К вопросу об источниках славянской Книги Еноха / Краткие сообщения Института народов Азии и Африки. № 86. Семитология. М., 1965.

Мещерский–1976 — Мещерский Н. А. Апокрифы в древней славяно-русской письменности. Ветхозаветные апокрифы / Методические рекомендации по описанию славяно-русских рукописей для Сводного каталога рукописей, хранящихся в СССР. Вып. 2. Ч. III. М., 1976.

Мещерский–1978 — Мещерский Н. А. Источники и состав древней славяно-русской переводной письменности IX–XV веков. Л., 1978.

Мещерский–1995а — Мещерский Н. А. К вопросу об изучении переводной письменности Киевского периода / Мещерский Н. А. Избранные статьи. СПб., 1995.

Мещерский–1995б — Мещерский Н. А. К вопросу о византийско-славянских литературных связях / Мещерский Н. А. Избранные статьи. СПб., 1995.

МЖ — Многоценная жемчужина: литературное творчество сирийцев, коптов и ромеев в I тысячелетии н. э. М., 1994.

Мильков–1986 — Мильков В. В. Иларион и древнерусская мысль / Идейно-философское наследие Илариона Киевского. Ч. 2. М., 1986.

Мильков–1992 — Мильков В. В. Определения философии Иоанна Дамаскина и его славяно-русские варианты / Переводные памятники философской мысли в Древней Руси. М., 1992.

Мильков–1993 — Мильков В. В. Учение стригольников / Общественная мысль: исследования и публикации. Вып. IV. М., 1993.

Мильков–1997а — Мильков В. В. Античное учение о четырех стихиях в древнерусской письменности / Древняя Русь: пересечение традиций. М., 1997.

Мильков–1997б — Мильков В. В. Отвергнутая традиция: учение еретиков — «жидовствующих» / Древняя Русь: пересечение традиций. М., 1997.

Мильков–1997в — Мильков В. В., Милькова С. В. Апокрифическое выражение мифологических воззрений / Древняя Русь: пересечение традиций. М., 1997.

Мильков–2000. — Мильков В. В. Осмысление истории в Древней Руси. СПб., 2000.

Мильков–2001 — Мильков В. В. Разновидности деятельной философии: от аскезы до практицизма / Громов М. Н., Мильков В. В. Идейные течения древнерусской мысли. СПб., 2001.

Михаил Пселл-1991 — Михаил Пселл. [О душе и уме] / Человек: Мыслители прошлого и настоящего о его жизни, смерти и бессмертии. М., 1991.

Михайлов–1895 — Михайлов А. В. Общий обзор состава, редакций и литературных источников Толковой Палеи / Варшавские Университетские известия. 1895. № 7.

Михайлов–1895–1896 — Михайлов А. В. К вопросу о тексте книги Бытия и пророка Моисея в Толковой Палее / Варшавские университетские известия. 1895. № 9. 1896. № 1.

Михайлов–1928 — Михайлов А.[В]. К вопросу о происхождении и литературных источниках Толковой Палеи / ИОРЯС. 1928. Т. I. Кн. 1.

МНМ — Мифы народов мира. Т. I–II. М., 1987.

МП — Минея праздничная. М., 1914.

Мочульский–1887 — Мочульский В. Историко-литературный анализ стиха о Голубиной книге. Варшава, 1887.

Мочульский–1889 — Мочульский В. Происхождение Физиолога и его начальные судьбы в литературах Востока и Запада. Варшава, 1889.

Мочульский–1893 — Мочульский В. Следы народной Библии в славянской и древнерусской письменности. Одесса, 1893.

Мочульский–1900 — Мочульский В. Н. Апокрифический элемент в «Вопросах и ответах святого Афанасия князю Антиоху». Одесса, 1900.

МС — Минея служебная. Т. 1–12. М., 1986-.

Назаревский–1967 — Назаревский О. А. К истории русско-украинских литературных связей / Вопросы русской литературы. Межведомственный республиканский научный сборник, изданный Черновицким государственным университетом. Львов, 1967. Вып. 3 (6).

Никифор–2000 — Послания митрополита Никифора. М., 2000.

Никольский–1892 — Никольский Н. О литературных трудах митрополита Климента Смолятича, писателя XII века. СПб., 1892.

Оболенский–1846 — Оболенский М. А. О греческом кодексе Георгия Амартола / ЧОИДР. 1846. № 4. Отд. IV.

Олесницкий–1870 — Олесницкий Г. Талмудическая мифология / Труды Киевской духовной академии. 1870. № 4.

Олесницкий–1879 — Олесницкий А. А. Тенденциозные корректуры иудейских книжников (софериотов) в чтении Ветхого Завета / ТрКДА. 1879. Т. 2. № 5–8.

Ориген–1993 — Ориген. О началах. Самара, 1993.

Павлов–1878 — Павлов А. С. Критические опыты по истории древнейшей греко-римской полемике против латинян. СПб., 1878.

Памятники права–1908 — Памятники древнерусского канонического права. Часть. I: Памятники XI–XV вв. / РИБ. Т. 6. СПб., 1908.

Панайотов–1986 — Панайотов В. Б. Апокриф «Заветы двенадцати патриархов» в контексте Толковой Палеи / Автореферат кандидата филологических наук. МГУ, 1986.

Пейчев–1983 — Пейчев Б. Философский трактат в Симеоновом сборнике. Киев, 1983.

Перетц–1928 — Перетц В. Н. Исследования и материалы по истории старинной украинской литературы XVI–XVIII вв. Л., 1928.

Петрухин–1995 — Петрухин В. Я. Начало этнокультурной истории Руси IX–XI веков. Смоленск, 1995.

Петрухин–1998 — Петрухин В. Я., Раевский Д. С. Очерки истории народов России в древности и раннем средневековье. М., 1998.

ПВЛ — Повесть временных лет. Т. I. М.-Л., 1950.

ПДХП — Памятники древней христианской письменности. Т. 1. М., 1860.

ПЛДР — Памятники литературы Древней Руси. М., 1979–1989.

Памятники–1862 — Памятники старинной русской литературы, издаваемые графом Григорием Кушелевым-Безбородко. Вып. 3. Ложные и отреченные книги русской старины. СПб., 1862.

Пиотровская–1993 — Пиотровская Е. К. Древнерусская версия «Христианской Топографии» Козьмы Индикоплова и «Толковая Палея» / ТОДРЛ. Т. IIL. СПб., 1993.

Подскальски–1996 — Подскальски Г. Христианская и богословская литература Киевской Руси (988–1237 гг.). Перевод А. В. Назаренко. Серия: Subsidia Byzantinorossica. T. 1. СПб., 1996.

Покровский–1892 — Покровский Н. В. Евангелие в памятниках иконографии. СПб., 1892.

ПСРЛ — Полное собрание русских летописей.

Полякова–1956 — Полякова С. В., Феленковская И. В. Анонимный географический трактат «Полное описание Вселенной и народов» / Византийский временник. 1956. № 8.

Полянский–1996 — Полянский С. М. Фрагменты древнерусских могильных плит из Клинского Успенского монастыря (XVI в.) / Дни славянской письменности и культуры. Сб. докладов и сообщений. Вып. 2. Тверь, 1996.

Попов–1869 — Попов А. Обзор хронографов русской редакции. Вып. 2. М., 1869.

Попов–1881 — Попов А. Н. Книга Бытия небеси и земли / Палея историческая с приложением сокращенной палеи русской редакции. М., 1881.

Попов–1997 — Попов Г. В. Миниатюры Псковской Палеи 1477 г. (о некоторых аспектах развития рукописной иллюстрации грозненского времени) / Древнерусское искусство: исследования и атррибуция. СПб., 1997.

Попруженко–1893 — Попруженко М. Г. Синодик царя Бориса. Одесса, 1893.

Порфирьев–1872 — Порфирьев И. Апокрифические сказания о ветхозаветных лицах и событиях. Казань, 1872.

Порфирьев–1890 — Порфирьев И. Я. Апокрифические сказания о ветхозаветных лицах и событиях по рукописям Соловецкой библиотеки / СОРЯС. Т. XVII. № 1. СПб., 1890.

Правила–1893 — Книга правил Святых Апостол, Святых соборов Вселенских и Поместных, и святых отец. М., 1893.

Правила–1912 — Правила Православной церкви с толкованиями Никодима, епископа Далматинско-Истрийского. Т. I–II. СПб., 1911–12.

Протасьева–1968 — Протасьева Т. Н. Псковская Палея 1477 г. / Древнерусское искусство: Художественная культура Пскова. М., 1968.

Прохоров–1987 — Прохоров Г. М. Памятники переводной и русской литературы XIV–XV веков. Л., 1987.

Пустарнаков–1988 — Пустарнаков В. Ф. Зарождение и развитие философской мысли в пределах религиозной формы общественного сознания эпохи Киевской Руси / Отечественная общественная мысль эпохи средневековья. Киев, 1988.

Пыпин–1862 — Памятники старинной русской литературы. Вып. 3: Ложные и отреченные книги русской старины, собранные А. Н. Пыпиным. М., 1862.

Радченко–1904 — Радченко К. Ф. Этюды по богомильству: К вопросу об отношении апокрифов к богомильству / Изборник Киевский. Киев, 1904.

Райков–1937 — Райков Б. Е. Космологические взгляды Древней Руси. Византийская традиция и западные влияния / Райков Б. Е. Очерки по истории гелиоцентрического мировоззрения в России. М.; Л., 1937.

Райнов–1940 — Райнов Т. Наука в России XI–XVII веков: Очерки по истории донаучных и естественнонаучных воззрений на природу. М.: Л., 1940.

РСБ — Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. М., 1992.

Редин–1901 — Редин Е. Толковая лицевая Палея XVI-го века собрания гр. А. С. Уварова / Памятники древней письменности и искусства. Т. CXLI. Отчеты о заседаниях Императорского общества любителей древней письменности в 1900–1901 году с приложениями. СПб., 1901.

Робинсон–1980 — Робинсон А. Н. Литература Древней Руси в литературном процессе Средневековья XI–XVIII вв. М., 1980.

Родосский–1882 — Родосский А. С. К материалам для истории славяно-русской библиографии: Единственный древнейший список Толковой Палеи, принадлежавший библиотеке Александро-Невской Лавры, а ныне составляющий собственность библиотеки Санкт-Петербургской духовной академии / Христианское чтение. 1882. Ч. 2.

Рыбаков–1949 — Рыбаков Б. А. Русские системы мер длины XI–XV вв. / СЭ. 1949. № 1.

Рыбаков–1965а — Рыбаков Б. А. Космогония и мифология земледельцев энеолита / Советская археология. 1965. № 1.

Рыбаков–1965б — Рыбаков Б. А. Космогония и мифология земледельцев энеолита / Советская археология. 1965. № 2.

Рыбаков–1984 — Рыбаков Б. А. Архитектурная математика древнерусских зодчих / Рыбаков Б. А. Из истории культуры Древней Руси. М., 1984.

Рыбаков–1993 — Рыбаков Б. А. Стригольники. Русские гуманисты XIV столетия. М., 1993.

Рыстенко–1908 — Рыстенко А. В. Материалы для литературной истории Толковой Палеи / ИОРЯС. 1908 Т. XIII. Ч. 2.

Рязановский–1916 — Рязановский Ф. А. Демонология в древнерусской литературе. М., 1916.

Сводный–1984 — Сводный каталог славяно-русских рукописных книг, хранящихся в СССР. XI–XIII в. М., 1984.

Сергеев–1981 — Сергеев В. Н. Об одной особенности в иконографии ветхозаветной «Троицы» / Древнерусское искусство XV–XVII веков. М., 1981.

Симонов–1977 — Симонов Р. А. Косой час и первые московские куранты / Живая старина. 1977. № 3.

Симонов–1999 — Симонов Р. А. Календарь Палеи Толковой, переписанной в Коломне (1406 г.), с учетом других списков / Проблемы истории Московского края: Тезисы докладов. М., 1999.

Симонов–2000 — Симонов Р. А. Календарь Палеи Толковой / Проблемы источниковедения истории книги: Межведомственный сборник научных трудов. Вып. 3. М., 2000.

ССБ — Бібліѧ, сирѣчь книга свѧщеннагѡ писаніѧ ветхагѡ и новагѡ завѣта. Тисненіе второе. Санктпетербургъ, а҃ц.

Славова–1991 — Славова Т. За протографа на Тълковната Палея / Palaeobulgarica. 1991. № 3.

СД — Славянские древности. Т. 1. М., 1995.

СДРЯ — Словарь древнерусского языка XI–XIV вв. Т. I–IV. М., 1988–

СККДР — Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1–6. Л., 1987-.

Сл РЯ XI–XVII вв. — Словарь русского языка XI–XVII вв. Вып. 1–25. М., 1975–2000.

Смирнов–1888 — Смирнов А. В. Историко-критическое исследование, русский перевод и объяснение апокрифической книги Еноха. Казань, 1888.

Смирнов–1895 — Смирнов А. В. Юбилеи, или Малое бытие. Казань, 1895.

Смирнов–1911 — Смирнов А. А. Заветы двенадцати патриархов, сыновей Иакова. Казань, 1911.

Смирнов–1864 — Смирнов И. Описание рукописных сборников Новгородской Софийской библиотеки / ЛЗАК. Вып. III. Отд. 3. СПб, 1864.

Соколов–1886 — Соколов М. И. Материалы и заметки по старинной славянской литературе. Вып. 1. СПб., 1886.

Соколов–1897 — Соколов М. И. Болгарская письменность: Книга для чтения по истории средних веков. Вып. 2. М., 1897.

Соколов–1905 — Соколов М. И. Феникс в апокрифах о Енохе и Варухе / Новый сборник статей по славяноведению, составленный и изданный учениками В. И. Ламанского. СПб., 1905.

Соколов–1910 — Соколов М. И. Славянская книга Еноха Праведного. М., 1910

Соколов–1963 — Соколов М. В. У истоков русской психологии / Соколов М. В. Очерки истории психологических воззрений в России XI–XVIII веках. М., 1963.

Сперанский–1960 — Сперанский М. Н. Из истории русско-славянских литературных связей. М., 1960.

Срезневский–1860 — Срезневский И. И. Сказание о святых Борисе и Глебе: Сильвесторовский список XIV в. СПб., 1860.

Срезневский–1989 — Срезневский И. И. Словарь древнерусского языка. Т. I–III. М., 1989.

Станков–1985 — Станков Р. А. Древнерусская книжная и народная лексика в языке Исторической Палеи / Автореферат кандидата филологических наук. МГУ, 1985.

Станков–1986 — Станков Р. А. Историческая Палея — памятник болгарской культуры / Palaeobulgarica — Старобългаристика. 1986. № 4.

Старостин–1996 — Старостин Б. А. Аристотелевская «История животных» как памятник естественнонаучной и гуманитарной мысли / Аристотель. История животных. М., 1996.

Сумникова–1969 — Сумникова Т. А. К проблеме перевода Исторической Палеи / Изучение русского языка и источниковедение. М., 1969.

Сумцов–1888 — Сумцов Н. Ф. Очерки истории южнорусских апокрифических сказаний и песен. Киев, 1888.

Сухомлинов–1856 — Сухомлинов М. И. О древней русской летописи, как памятнике литературном. СПб., 1856.

Талмуд — Талмуд. СПб., 1905.

Тантлевский–1994 — Тантлевский И. Р. История и идеология Кумранской общины. СПб., 1994.

Тантлевский–2000а — Тантлевский И. Р. Введение в Пятикнижие. М., 2000.

Тантлевский–2000б — Тантлевский И. Р. Книги Еноха. М.-Иерусалим, 2000.

ТБ — Толковая Библия. Т. I–III. СПб., 1911–1913.

Творогов–1975 — Творогов О. В. Древнерусские хронографы. Л., 1975.

Творогов–1986 — Творогов О. В. Летопись — Хроника — Палея (взаимоотношение памятников и методика их исследования) / Армянская и русская средневековая литературы. Ереван, 1986.

Тихомиров–1968 — Тихомиров М. Н. Философия в Древней Руси / М. Н. Тихомиров. Русская культура X–XVIII вв. М., 1968.

Тихонравов–1859 — Тихонравов Н. С. Летописи русской литературы и древности. Т. 1. М., 1859.

Тихонравов–1863 — Тихонравов Н. С. Памятники отреченной литературы. Т. I–II. М., 1863.

Тихонравов–1878 — Тихонравов Н. С. Отчет о присуждении наград гр. Уварова. СПб., 1878

Тихонравов–1894 — Тихонравов Н. С. Сочинения. Т. 1. Добавления. СПб., 1894.

Толстов–1948 — Толстов С. П. «Нарцы» и «Волохи» по Дунаю / Советская этнография. 1948, № 2.

Топорков–1984 — Топорков А. Л. Материалы по славянскому язычеству (культ матери-сырой земли в дер. Присно) / Древнерусская литература. Источниковедение. Л., 1984.

Топоров–1995 — Топоров В. Н. Святость и святые в русской духовной культуре. Т. 1: Первый век христианства на Руси. М., 1995.

Тр. — Требник. Ч. 1–2. М., 1991.

Трифонов–1929 — Трифонов Ю. Йоан Екзарх Български и неговото описание на човешкото тяло / Български преглед. Т. 1. Кн. 2. 1929.

Трофимова–1979 — Трофимова М. К. Историко-философские вопросы гностицизма. М., 1979.

Трубецкой–1900 — Трубецкой С. Н. Учение о Логосе в его историческом развитии. М., 1900.

ТЦ — Триодь цветная. М., 1992.

Уколова–1989 — Уколова В. И. Античное наследие и культура раннего средневековья. М., 1989.

Ундольский–1846 — Ундольский В. М. Библиографические разыскания / Московитянин. 1846. № 11–2.

Успенский–1876. — Успенский В. Толковая Палея. Казань, 1876.

УС — Успенскийсборник. XII–XIII вв. М., 1971.

Фасмер–1986 — Фасмер М. Этимологический словарь русского языка. Т. I–IV. М., 1986.

Феодорит Киррский–1905 — Творения блаженного Феодорита Киррского. Свято-Троице Сергиева Лавра, 1905.

Федотов–1991 — Федотов Г. Стихи духовные. Русская народная вера по духовным стихам. М., 1991.

Феофил–1978 — Феофил Антиохийский. К Автолику / Раннехристианские отцы Церкви. Брюссель, 1978.

Феофилакт–1993 — Феофилакт, архиепископ Болгарский. Благовестник, или толкование на Святое Евангелие. Ч. I–II. М., 1993.

Филарет–1867 — Творения Святителя Филарета, митрополита Московского и Коломенского. Записки, руководствующие к основательному разумению книги Бытия, заключающие в себе и перевод сея книги на русское наречие. Ч. I. М, 1867.

ФЭС — Философский энциклопедический словарь. М., 1983.

Фрагменты–1989 — Фрагменты ранних греческих философов. Часть I. М., 1989.

Франко–1896 — Апокрiфи i легенди з українськихъ рукописiв, зiбирав, упорядкував i пояснив I в. Франко. Т. I: Апокрiфи старозавiтнi. Львiв, 1896.

Фрэзер–1989 — Фрэзер Дж. Дж. Фольклор в Ветхом Завете. М., 1989.

ХГА — Хроника Георгия Амартола / Матвеенко В. А., Щеголева Л. И. Временник Георгия Монаха (Хроника Георгия Амартола). Русский текст, комментарий, указатели. М., 2000.

ХЭС — Христианство. Энциклопедический словарь. Т. I–III. М., 1993.

Цельс–1990 — Цельс. Правдивое слово / Ранович А. Б. Античные критики христианства. М., 1990.

Церен–1986 — Церен Э. Библейские холмы. М., 1986.

Цыб–1995 — Цыб С. В. Древнерусское времясчисление в «Повести временных лет». Барнаул, 1995.

Черная–1995 — Черная Л. А. Взгляд на человеческую природу в древнерусской литературе / Древнерусская литература: Изображение природы и человека. М., 1995.

Четьи-Минеи–1910 — Жития святых, на русском языке изложенные по руководству Четьих-Миней Димитрия Ростовского. Кн. 11. Июль. М., 1910.

Чолова–1988 — Чолова Ц. Естествено-научните знания в средновековна България. София, 1988.

Шахматов–1904 — Шахматов А. А. Толковая Палея и русская летопись / Шахматов А. А. Статьи по славяноведению. Вып. 1. СПб., 1904.

Шахматов–1940 — Шахматов А. А. Повесть временных лет и ее источники / ТОДРЛ. Т. IV. М.-Л., 1940.

Шестоднев–1991 — Шестоднев Иоанна экзарха Болгарского как памятник средневекового философствования. М., 1991.

Шестоднев–1996 — Шестоднев Иоанна экзарха Болгарского. V слово. М., 1996.

Шестоднев–2001 — Баранкова Г. С. Мильков В. В. Шестоднев Иоанна экзарха Болгарского. СПб., 2001.

Шифман–1987 — Шифман И. Ш. Ветхий Завет и его мир. М., 1987.

Шляпкин–1909 — Шляпкин И. А. Возрасты человеческой жизни. СПб., 1909.

Шохин–1988 — Шохин В. К. Древняя Индия в культуре Руси (XI — середина XV в.) М., 1988.

Шорин–1994 — Шорин П. А. Хронология / Леонтьева Г. А., Шорин П. А., Кобрин В. Б. Ключи к тайнам Клио. М., 1994.

Шувалов–1941 — Шувалов С. В. Дуалистические апокрифы в древнерусской литературе: Апокриф о споре и борьбе дьявола с Иисусом / Ученые записки Московского государственного педагогического дефектологического института. Т. 1. М., 1941.

Щапов–1906 — Щапов А. П. Смесь христианства с язычеством и ересями в древнерусских народных сказаниях о мире / Щапов А. П. Сочинения. Т. 1. СПб., 1906.

Щеголев–1899 — Щеголев П. Е. Очерки истории отреченной литературы: Сказание Афродитиана / ИОРЯС. Т. 4. Кн. 1. 1899.

Щеглов–1991 — Щеглов А. П. Философско-религиозное содержание Толковой Палеи / Сборник Историко-богословского общества. М., 1991/

Щеглов–1994 — См.: Щеглов А. П. Философское содержание «Толковой Палеи» по материалам русских рукописей. М., 1994.

Щеглов–1994б — Щеглов А. П. Идея богоизбранности в религиозном сознании русского народа (по материалам Толковой Палеи). М., 1994

Щеглов–1998 — Щеглов А. Комментарии к Толковой Палее / Волшебная гора. VII. М., 1998.

Щеглов–1999 — Щеглов А. Древнерусская ноуменальная натурфилософия. М. — Иерусалим, 1999.

Элиан–1963 — Элиан. Пестрые рассказы. М., 1963.

Юрченко–1988 — Юрченко А. И. Изборник 1073 года: интерпретация основных древнерусских философских терминов / Вопросы языкознания, 1988, № 2. С. 75–90.

Ярошенко — Титова–1974 — Ярошенко-Титова Л. В. «Повесть об увозе Соломоновой жены» в русской летописной традиции XVII–XVIII вв. / ТОДРЛ. Т. 29. Л., 1974.

Яцимирский–1921 — Яцимирский А. И. Библиографический обзор апокрифов в южнославянской и русской письменности. Пг., 1921.

Galbiatti-Piazza–1985 — Galbiatti E., Piazza A. Pagine difficili della Bibbia (Antico Testamento). Milano, 1985.

Hippolytus-1955 — Hippolytus Werke. Vierter Band. Die Chronik. Hergestellt von Adolf Bauer. Berlin, 1955. Hom. in Iohan.

Jonge–1959 — M. de Jonge. The Testaments of the Twelve Patriarchs and the New Testament / Studia Evangelica. 1959.

Jonge–1960 — M. de Jonge. Christian Influence in the Testaments of the Twelve Patriarchs / Novus Testuments. 1960. № 4.

Jonge–1975 — M. de Jonge. Testaments of the Twelve Patriarchs. The Study of their Text, Composition and Origin. New-York, 1975.

LXX — The Septuagint with Apocryphä greek and english. Sir Lancelot C. L. Brenton. Michigan, 1982.

Lambert–1955 — Lambert G. Il n’ y aura plus jamais de Deluge / Nouvele Revue Teologique. № 77 (1955).

Louria–1964 — Louria J.. Une légende inconnue de Solomon et Kitovras dans un manuscrit du XV siécle / Revue des Etudes Slaves. 1964. T. 43. F. 1–4.

PG — Patrologia Graeca / Ed. J. P. Migne. T. 1–162. Paris, 1857–1866.

Michailov–1927 — Michailov A. Zur Entstehungsgeshichte der «Tolkovaja Paleja» / Zeitschrift für slaviche Philologie. 1927. Bd. 4.

Parrot–1953 — Parrot A. La Tour de Babel. Paris, 1953.

Parrot–1978 — Parrot А. Archeologia della Bibbia. Dal Diluvio universale alla Torre di Babele. Roma, 1978.

P-W — Paylys Real-Encyclopädie der classischen altertumswissenschaft. Unter mitwirkung zahlreicher fachgenossen herausgegeben von Georg Wissowa. Stuttgart, 1894-.

Pohl–1933 — Pohl A. Historia populi Israel. Roma, 1933.

Syncelli–1989 — Georgii Syncelli. Ecloga Chronografica / Ed. A. A. Mosehamner. Leipzig, 1989.

Traine–1950 — Traine J. De. De miraculo solari Josue / Verbum Domini. № 28, 1950.

Turdeanu–1964 — Turdeanu E. La Palaia byzantine chez les Slaves du Sud et chez les Roumains / Revue des Etudes Slaves. 1964. T. 10. P. 195–206; Idem. La chronique de Moїse en russe / Revue des Etudes Slaves. 1967. T. 46.

Turdeanu–1967 — Turdeanu E. La chronique de Moїse en russe / Revue des Etudes Slaves. 1967. T. 46.

Vulg. — Biblia sacra Vulgata. Stuttgart, 1983.

ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ

БЛДР — Библиотека литературы Древней Руси

БЭ — Библейская энциклопедия

ВИ — Всемирная история

ВМЧ — Великие Минеи-Четьи

ГИМ — Государственный исторический музей

ИВ — Иудейская война

ИД — Иудейские древности

ИЖС — Избранные жития святых

ИОРЯС — Известия Отделения русского языка и словесности

ЛЗАК — Летопись занятий постоянной Историко-археографической комиссии Академии наук

МЖ — Многоценная жемчужина

МНМ — Мифы народов мира

МП — Минея праздничная

МС — Минея служебная

ОЛДП — Общество любителей древней письменности

ПВЛ — Повесть временных лет

ПДП — Памятники древней письменности.

ПДПИ — Памятники древней письменности и искусства

ПДХП — Памятники древней христианской письменности

ПЛДР — Памятники литературы Древней Руси

ПСРЛ — Полное собрание русских летописей

РГГУ — Российский государственный гуманитарный университет

РГБ — Российская государственная библиотека

РИБ — Русская историческая библиотека

РНБ — Российская национальная библиотека

РСБ — Русская Синодальная Библия

РФВ — Русский филологический вестник

СД — Славянские древности

СДРЯ — Словарь древнерусского языка

СККДР — Словарь книжников и книжности Древней Руси

СлРЯ XI–XVII вв. — Словарь русского языка XI–XVII вв.

ССБ — Славянская Синодальная Библия

СОРЯС — Сборник Отделения русского языка и словесности АН

СЭ — Советская этнография

ТБ — Толковая Библия

Тр. — Требник

ТЦ — Триодь Цветная

ТОДРЛ — Труды Отдела древнерусской литературы

Тр. КДА — Труды Киевской Духовной Академии

УС — Успенский сборник

ФЭС — Философский энциклопедический словарь

ХГА — «Хроника» Георгия Амартола

ХЭС — Христианство. Энциклопедический словарь

LXX — The Septuagint with Apocryphä greek and english. Sir Lancelot C. L. Brenton. Michigan, 1982.

PG — Patrologia Graeca / Ed. J. P. Migne. T. 1–162. Paris, 1857–1866.

P-W — Paylys Real-Encyclopädie der classischen altertumswissenschaft. Unter mitwirkung zahlreicher fachgenossen herausgegeben von Georg Wissowa. Stuttgart, 1894-.

Vulg. — Biblia sacra Vulgata. Stuttgart, 1983.

Примечания

1

Творогов О. В. Палея Толковая / Словарь книжников и книжности древней Руси. Л., 1987. Вып. 1 (XI — первая половина XIV в.). С. 286.

2

Щеглов А. П. Религиозно-философское значение Толковой Палеи / Журнал историко-богословского общества. М., 1991. № 2. С. 7.

3

Оно представляет собой литографическое воспроизведение попросту переписанных несколькими студентами-учениками Н. С. Тихонравова частей «Палеи» (разумеется, разными почерками), изданное мизерным тиражом.

4

Истрин В. М. Толковая Палея и Хроника Георгия Амартола / Известия Отделения русского языка и словесности Академии наук. 1925. Т. 29. С. 369–379; Михайлов А. В. К вопросу о происхождении и литературных источниках Толковой Палеи / Известия АН СССР по русскому языку и словесности. 1928.Т. 1. Кн.1. С. XV–XXIII.

5

Тихомиров М. Н. Русская культура XI–XVIII вв. М., 1968. С. 141.

6

См.: Сводный каталог славяно-русских рукописных книг, хранящихся в СССР. XI–XIII вв. М., 1984. С. 322.

7

До 1502 года наследником Ивана III был его внук (сын старшего, рано умершего сына) Дмитрий, «заменённый» затем младшим сыном Ивана III — Василием (III-м).

8

Федотов здесь преувеличивает.

9

Тихомиров М. Н. Цит. соч. С. 142, 132. В наше время мысль Тихомирова подтверждена в трактате В. Н. Топорова «Святость и святые в русской духовной культуре». М., 1995. Т. 1. С. 336–377).

10

См. об этом в моей книге: «История Руси и русского Слова. Современный взгляд». М., 1997. С. 80–281.

11

См.: Принципы издания текстов в «Библиотеке литературы Древней Руси» / «Библиотека литературы Древней Руси». Т. 1. СПб., 1997. С. 476–479.

12

Усилиями Ю. Н. Караулова, который стал директором Института в 1983 г., Сектор лингвистического источниковедения и издания памятников письменности был уничтожен.

13

Типология этих ошибок хорошо изложена в кн.: Лаппо-Данилевский А. С. Методология истории. Вып. II. СПб., 1913. С. 580 и сл.; Лихачев Д. С. Текстология на материале русской литературы X–XVII вв. М.-Л., 1962. С. 71 и сл.

14

Палея Толковая. По списку, сделанному в Коломне в 1406 г. Труд учеников Н.С. Тихомирова. М., 1892.

15

Platonis opera. Rec. I. Burnet. T. I–V. Oxonii, 1952–1954.

16

Святой Патрикий жил в I в. и был епископом г. Пруссы в Вифинии (Малая Азия). Он открыто проповедовал христианство и обличал верования язычников. За это Патрикий был взят под стражу и вместе с тремя священниками — Акакием, Менандром и Полиеном был приведён на допрос к вифинийскому игемону Юлию, известному в то время гонителю христиан. Именно в тот день Юлий собирался принять ванну в целебном источнике, и закованных в оковы христиан он велел вести за собой. Искупавшись, Юлий принёс жертву античным покровителям врачей и лечения Асклепию и Сотирии, предложив узникам повторить то же самое в обмен на свободу и спокойную жизнь. В ответ св. Патрикий обратился к стоявшим вокруг язычникам с проповедью, что не ложные боги, а Создатель и Устроитель всего на земле и на небе — Иисус Христос создал эти тёплые источники на пользу всем людям. Юлий решил испытать Патрикия и со словами, что если Иисус создал эти источники, то пусть Он и помогает Патрикию, велел бросить епископа в кипящий источник. Видя, что с Патрикием ничего страшного не случилось, Юлий приказал отсечь ему и трём его пресвитерам головы. Кончина мучеников последовала около 100 г. (МС. Май. Т. 9. Ч. 2. С. 215–216). В русской традиции не отмечено сугубого почитания этих мучеников, но их память чествуется издревле. В древнерусском месяцеслове XIII в. под 19 мая упоминается «страсть» св. Патрикия и Акакия (см.: Макарий-1994. Кн. II. С. 591). Помещение Палеи под этим числом могло быть неслучайным. Главные содержательные стороны проповеди Патрикия: критика язычества, утверждение о творении мира через Божественного Сына и о полезности тварного для человечества — должны были усиливать основные мотивы Палеи.

17

Силами в Св. Писании и святоотеческом Предании именуется небесное воинство всех чинов, созданной Богом-Творцом, вследствие чего Он и носит имя Бог сил или Господь сил, евр. Господь Саваоф, греч. κύριος τῶν δυνάμεων; ср.: кто єсть сей цр҃ь славы; гд҃ь силъ (κύριος τῶν δυνάμεων), той єсть цр҃ь славы (Пс. 23:10).

18

Ср. в LXX: Ὁ ποιῶν τοὺς ἀγγέλους αὐτοῦ πνεύματα καὶ τοὺς λειτουργοὺς αὐτοῦ πῦρ φλέγον (Пс. 103:4). Синтаксис этой греческой фразы таков, что при буквальном переводе, какой имеет место как в ССБ, так и в РСБ (творѧ ангелы своѧ духи и слуги своѧ пламень огненный — Ты творишь ангелами Твоими духов, служителями Твоими — огонь пылающий), это чтение можно понять неправильно: во-первых, можно подумать, что Бог сотворил две субстанции — духов и пылающий огонь, хотя на самом речь идёт об одной субстанции — духах, которые перифрастически названы ещё огнём пылающим, и в этой перифразе раскрывается огненная природа духов, о чём будет идти речь в дальнейшем тексте Палеи; во-вторых, можно подумать так, словно бы речь идёт о том, что Бог сделал, превратил ранее существовавших огненных духов в ангелов и слуг, тогда как на самом деле речь идёт о первичном акте творения, но при этом сразу указывается, для какой цели сотворены огненные духи: Бог сотворил их, чтобы они служили Ему ангелами, то есть вестниками, посланниками, и слугами. В своём переводе мы передали не форму, а смысл фразы. В Палее воспроизведено содержание 4-го стиха 103-го Псалма, где описывается картина мироздания. Этот т. н. «предначинательный» Псалом читается в начале вечерни, а его чтение символизирует начало сотворения мира. Аналогичное место из Св. Писания передаётся в «Шестодневе» Иоанна экзарха Болгарского следующим образом: аг҃гли же что сѹть. не дх҃ъ ли, не ѡгнь ли. слыши же и дв҃да вопїюща и рекоуща. творѧи аг҃глы своѧ. дх҃ы и слѹгы своа огнь палѧщь. да єлико ѡгньное єстьство творѧ. разоумныѧ, и бестелесныѧ дх҃ы (РГБ. МДА. № 145. Л. 196а). Можно предположить, что древние книжники воспроизводили часто звучащий на службах текст по памяти и, как можно видеть из контекста библейской цитаты в «Шестодневе», чётче понимали смысл Псалма, чем он передан в РСБ (ср.: «Ты творишь ангелами Твоими духов, служителями Твоими — огонь пылающий» — Пс. 103:4; ср.: Евр. 1:7). В процитированном месте «Шестоднева», которое, в свою очередь, восходит к толкованию 103 Псалма Северианом Габальским, специально подчёркивается, что эти ангелы-слуги имеют особую духовно-огненную природу. Палея относит ангелов к первотворению, хотя в Книге Бытия при описании творения мира ничего не сказано на этот счёт. Все, что касается учения об ангелах, — результат умозаключений экзегетов, отталкивавшихся от разрозненных упоминаний Священным Писанием ангелов и Божиих посланцев в мир. Ещё Иоанн экзарх Болгарский, оценивая степень ясности данной проблемы, констатировал, что через Откровение Бог не поведал как произошли ангелы и какова их сущность (…но стремь не повѣда како быша. или кацї соуть сꙋществомь). Однако косвенные упоминания ангельских чинов в Писании (сюжеты о страже рая — Быт. 3:24; о лествице Иакова — Быт. 28:12; рассказы о явлении ангела Аврааму — Быт. 18:1–2; 22:11–12; Лоту — Быт. 19; Агари — Быт. 16:7) являются достаточно убедительным доказательством, что ангелы … ѿ небытьѧ хитрымъ тв҃рцемъ изведени быша (РГБ. МДА. № 145. Л. 27б). Соответственно следует доверять учителям Церкви, которые … достоинѣ проповѣдаша. въслѣдъ же их мы волимь грѧсти. и тако вѣрꙋимь (там же). Основанием для суждений об ангелах являются ветхозаветные сведения, согласно которым это служебные духи, исполняющие волю Творца, посредством которых Он являет в мир своё бытие (см.: Быт. 28:12–13; Суд. 13:20–21; Ис. 6:6–7; Пс. 103:3–4; Дан. 7:10). В Новом Завете ангелы упоминаются реже, ибо, согласно новозаветным описаниям, Бог действует напрямую, без посредников. Ангелы фигурируют в событиях Благовещения, Рождества, Вознесения. Много говорится о роли ангелов в судьбе мира и человечества в Апокалипсисе, в связи с пророчествами о конце мира. Указания Палеи на время появления ангелов не лишены противоречий. В комментируемом фрагменте ангелы названы первотворением, предшествующим творению материального мира. Аналогичную зачину Палеи мысль о предшествовании ангелов творению мира высказывал Григорий Богослов: «… прежде всего Он вымышляет ангельские и небесные силы». С ним солидаризовался Иоанн Дамаскин: «Я же соглашаюсь с Богословом. Ибо надлежало, чтоб прежде всего была создана постигаемая только умом сущность» (Иоанн Дамаскин–1992. С. 121). Тех же воззрений придерживались Иероним, Иоанн Златоуст, Василий Великий, Амвросий Медиоланский (см.: ХЭС. Т. I. С. 75). К заключению о том, что ангелы могли быть сотворены прежде всякой материальности, подводит книга Иова, в которой говорилось, что творение в первый день мироздания осуществлялось Богом при общем радостном ликовании «сынов Божиих» (Иов. 38:4–7). Согласно Талмуду (IV до Р. Х. — V по Р. Х.) и изложенному в нём учению о мире, ангелы были сотворены во второй день, когда Творцом было создано небесное жилище для них (см.: Олесницкий–1870. С. 6; Порфирьев–1872. С. 27). В близкой по времени к возникновению христианства апокрифической ветхозаветном «Малом Бытии» (которое, следуя традиции Епифания Кипрского и других авторитетных экзегетов, называют также «Книгой Юбилеев») время творения ангелов приурочено к созданию неба и природных стихий: «В первый день сотворил Он (т. е. Бог) небо, которое вверху, и землю, и воду, и всех духов, которые служат пред ним, и ангелов, которые служат пред ним, и ангелов лица и ангелов облаков, тьмы и града, и инея, и ангелов долин, и ангелов грома и молнии, и ангелов холода и зноя, зимы и весны, осени и лета, и всех духов своих творений на небесах и не земли и во всех долинах, и ангелов мрака и света…» (Цит. по: Порфирьев-1872. С. 233–234). Именно эту точку зрения в дальнейшем последовательно воспроизводит Составитель Палеи, который опирался на Епифания Кипрского и антиохийские источники компиляции, сохранившие ветхозаветные апокрифические трактовки (см. коммент. 27). Но все рассуждения о том, что ангелы стихий возникают вместе со стихиями, не вяжутся с тезисом зачина о первотворении ангельском. Неустраненное противоречие, видимо, связано с компилятивным характером памятника. В общем и целом палейная ангелология восходит к ветхозаветной апокрифической традиции, развивавшей мотивы «Книги Юбилеев» и приурочивавшей появление духовных сущностей к первому дню творения (ср.: Апокрифы–2000. С. 19).

19

Учение об ангельских чинах основано на свидетельствах Ветхого Завета о серафимах, херувимах, силах, ангелах и новозаветных сведениях о престолах, господствах, властях, началах, архангелах. В ранней патристике классификация небесных сил принадлежит Григорию Богослову, согласно которому иерархию образуют ангелы, архангелы, престолы, господства, начала, силы, сияния, восхождения, разумения, а также Кириллу Иерусалимскому (см.: МНМ. Т. I. С. 362). Систематическое учение об иерархии небесных сил принадлежит Дионисию Ареопагиту: в его сочинении «О небесной иерархии» 9 чинов разделяются на три иерархии: 1 — серафимы, херувимы, престолы; 2 — господства, силы, власти; 3 — начала, архангелы, ангелы. Последовательность чинов в основном соответствует учению об ангельской иерархии, сформулированному в сочинении Дионисия Ареопагита «О небесной иерархии» и принятому в поздней патристике (см.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 120–121). Об иерархии ангельских сил и их служении детально повествуется в апокрифическом «Завете Адама» (см.: Порфирьев–1872. С. 172–173). Согласно установившейся в православии традиции, за исключением отпадшего чина Сатаны, иерархию образуют три тройственных класса: 1) серафимы, херувимы, престолы; 2) господства, силы, власти; 3) начала, архангелы, ангелы. В Палее нарушена последовательность между первой и второй иерархиями, ибо находящиеся в списке по соседству господства и престолы должны располагаться в обратном порядке. А. Щеглов обратил внимание на то, что порядок чинов ангельской иерархии выстраивается не сверху вниз, а знаменует восхождение от «дольнего к горнему» и, как следствие, иерархическая структура миропорядка моделируется в обратном, по сравнению с авторитетными богословскими мнениями, порядке (см.: Щеглов-1998. С. 227). Предположительно это можно оценивать как отражение определённого природоцентризма и антиэманационный приём. В мировоззренческом смысле ангельская иерархия представляет некую пограничность дуально-организованного бытия. В соответствии с этой онтологической стратификацией строится христианская картина мироздания. Иерархиям предназначено соединяя разъединять «горнее и дольнее» (идеальную и материальную сферы мироздания), через опосредованность ступеней осуществлять «несмесное» соприкосновение тленного и вечного, где царствует Бог. В онтологическом плане небесные чины — это бестелесные, разумные, умопостигаемые сущности, которые сообщаются между собой мысленно. Они имеют смешанную субстанциальную основу, ибо их бестелесность трактуется экзегетами как особое внеприродное и тонкое эфирное тело. Эта онтологическая двойственность и реализуется в пограничных функциях. С одной стороны, природа ангелов позволяет им находиться около Бога, ближайшим образом предстоять Ему, служить и славить Творца, а с другой — пребывая выше изменчивой текучести, ангелы, как существа сотворённые и бессмертные, наделены способностью присутствовать одновременно и в ноуменальной и феноменальной сферах, выполняя роль посредников-слуг между Сверхсущим и миром явлений. Уровни небесной иерархии онтологически однородны: все три иерархии разделены не по сущностным признакам, а по функциям и степеням совершенства, которые и определяют близость каждого из чинов к Богу. Кроме того, небесная иерархия имеет прообразовательное значение, символизируя иерархическое устройство творения и властных структур в обществе. Исследователи указывают на тринитарный смысл триады триад (см.: Щеглов–1999). В контексте Палеи эта смысловая линия включается в антииудейскую полемическую направленность произведения.

20

Демоны (δαίμονες) — злые духи, бесы, склоняющие ко злу, подвластный Сатаниилу чин падших ангелов, о которых далее в Палее повествуется в особом, имевшем сюжетную завершенность, апокрифическом рассказе (см.: Л. 19в–20а). Представления о падших ангелах и бесоначальнике формировались не без влияния древнеиудейских и апокрифических сочинений. В «Малом Бытии» говорится о погибельных духах растления и обольщения, десятая часть которых находится в распоряжении Сатаны на земле, тогда как остальные девять десятых сатанинского воинства связаны и заключены в месте наказания. Так человечество оберегается от разрушительного влияния духов злобы, способных погубить потомство Адама (см.: Порфирьев–1872. С. 239–240). Согласно иудейским сказаниям, ангелы Аза и Азазель свергаются с небес за то, что сначала возражали против сотворения Богом человека, а случившееся грехопадение Адама возвели в укор Создателю (см.: Порфирьев–1872. С. 36). Азазеля, являвшегося демоническим существом иудаизма, которому предназначался в жертву «козел отпущения», исследователи сближают с Сатаной (см.: МНМ. Т. І. С. 50–51). Мотив отпадения дьявола из-за нежелания поклониться Адаму нашел отражение во внеканоническом тексте «Прения Иисуса Христа с дьяволом» (см.: Тихонравов–1863. С. 287). Существование различных трактовок свержения Сатаны зафиксировано в апокрифе «О всей твари»: … диавола же сверже преже създаниѧ адамлѧ а не ꙗко то блѧдословци гл҃тъ. не поклонис Адамꙋ. да того ради ѿпадѣ то нѣсть тако. но гордисти ради ѿпаде сотона славы бж҃іѧ (Тихонравов–1863. С. 350). Согласно «Книге Еноха», ангелы-отступники вместе с князем их Сатаниилом связаны путами и находятся во тьме великой на пятом небе, а часть падшего сатанинского воинства, которым вменяется совращение жен человеческих и порождение от этих блудных связей исполинов, помещается на втором небе. И это при том, что в памятнике тут же говорится, что Господь осудил падших на муки пребывания до Страшного суда под землей (см.: Апокрифы–1997. С. 48, 50). «Талмуд», «Малое Бытие» и «Книга Еноха» дают достаточно противоречивые, а порой и неясные трактовки падших сил. Более четкую интерпретацию сюжета о падших небесных духах дает «Видение Исайи». В соответствии с легендарными сведениями о свержении части бесплотных духов с небес, падшие ангелы и Сатана помещаются на тверди, т. е. в тварной сфере, а происходящая там брань сатанинского воинства прообразует, согласно апокрифу, то, что происходит на земле (см.: Апокрифы–1997. С. 92). В согласии с «Видением Исайи» «Видение апостола Павла» помещает «властителя лукавых» и князя мира под твердью (см.: Апокрифы–1997. С. 61). Ясно, что создатели апокрифов в подобного рода суждениях руководствовались легендой о падших ангелах, которая прямо не формулируется, но направляет логику повествования. Кроме Палеи, апокрифические сведения о падших небесных духах, превратившихся в демонов, повлияли на древнерусское «Слово на собор архистратига Михаила» (см.: Рязановский–1916. 16–18) и на летописный рассказ волхва о создании человека (см.: ПВЛ. Т. І. С. 118). С фольклорными дополнениями представления о падших духах укоренились в народном сознании. Они широко представлены в разных жанрах народного творчества, когда дело касается истолкования пороков, власти языческих богов и суеверного восприятия неблагоприятных природных явлений (см.: Городцов–1909. С. 53–56). Палея вместе с неканоническими произведениями могла выступать в роли транслятора апокрифической легенды из книжной культуры в устную.

21

В «Шестодневе» из собрания Соловецкой библиотеки № 868 названы «воеводы» каждого из десяти чинов: Михаил, Рафаил, Гавриил, Уриил, Рагуил, Варфонаил, Варфона, Иоиль, Корсаил и Самаил (синоним Сатаны). В Св. Писании же упоминаются только Михаил (Дан. 12:1), Рафаил (Тов. 3:25), Гавриил (Дан. 8:16), Уриил (3 Ездр. 4:1), Иеремиил (3 Ездр. 4:36) и Салафиил (3 Ездр. 5:16) (см.: Порфирьев–1890. С. 21).

22

Онтологическим основанием суждения является представление о бестелесной природе ангелов. Ноуменальная сфера открыта только мысли, соответственно ангелы — это умные духи и разумные существа. Восприятие по плотскому естеству, т. е. посредством органов чувств, им не свойственно.

23

Палея начинается с рассказа о сотворении мира с обширными толкованиями. Эта часть Палеи представляет компиляцию из произведений Севериана Габальского, Василия Великого, из толкований Иоанна Златоуста на Книгу Бытия, из сочинений Епифания Кипрского, но особенно близка, местами даже буквально совпадая, к «Шестодневу» Иоанна экзарха Болгарского.

24

См.: Быт. 46:6.

25

В Книге Исход, где описана жизнь евреев в Египте, не содержится подробностей о принятии Израилем египетского многобожия. Очевидно, Составитель намеренно придал этой теме антиязыческое звучание, хотя главное полемическое острие произведения направлено не против язычников. Сложный комплекс верований египтян в палейном тексте не раскрыт. Выявляется лишь общая для всех дохристианских воззрений пантеистическая основа верований, причём в форме, напоминающей древнерусские антиязыческие поучения: «…они все богы прозваше: слънце и месяц, землю и воды, звери и гады» (ПСРЛ. Т. 3. С. 118); …гл҃ѧть бо ѡво сѫть бози небесніи. а дрѹзіи земніи. а друзіи польстіи. а друзіи водніи (Гальковский–1913. С. 52); …а инии въ сварожица вѣрѹють… а друзии къ кладѧзѣмъ приходѧще молѧтсь (Гальковский–1913. С. 59); а не нарицаите собѣ бг҃а ни земли. ни въ рѣкахъ, ни въ стꙋденцахъ. ни въ птицахъ. ни на въздꙋсѣ, ни въ сл҃нці, ни въ лꙋнѣ (Гальковский–1913. С. 69). В аналогичном Палее обобщающе-антиязыческом контексте верования египтян осуждались в «Шестодневе» Иоанна экзарха Болгарского и в «Толкованиях на Книгу Бытия» Феодорита Киррского (см.: Феодорит Киррский–1905. Ч. 1. С. 7; Шестоднев–1991. С. 60. Коммент. 48). Наряду с антиязыческой сентенцией упоминание религиозного почитания ночи и мрака скорее всего имеет своим адресом дуалистические воззрения. Попытки трактовать критику в адрес тех, кто поклоняется «твари паче Творца», как осуждение поклонения некому «ноуменальному континууму», которому приписываются посреднические функции между Богом и тварью, — безосновательны (ср.: Щеглов–1998. С. 228). В Палее в роли таких посредников выступают не объекты языческого поклонения, которые есть не что иное, как обожествленная природа, а служебные ангельские духи, онтологическая пограничность которых ясно обозначена в содержании произведения.

26

Объяснение происхождения язычества путём уклонения от истинного разума к безумным заблуждениям довольно распространено в древнерусской литературе. Аналогичным образом причину обожествления природы древними разъяснял Киевский митрополит-грек Никифор I (1104–1121 гг.) в «Послании о посте и воздержании чувств» Владимиру Мономаху: «и еллины были разумными, но не сохранив разумное и не поняв его, как следовало, склонились к идолослужению и верили в животных, в крокодилов, и в козлов, и в змей, в огонь и в воду, и в прочее» (ГИМ. Син. № 496/110 по А. И. Горскому. Л. 350 об.)

27

Исторически Моисей обращал своё «Пятикнижие» к избранному народу, выводимому из египетского плена и обременённому известным грузом языческих предрассудков.

28

Палея построена в форме полемики с иудеями. Уже с первых страниц задаётся характерная для всего последующего повествования антииудейская обличительная тональность. Этот жанр литературы имеет в христианстве давнюю традицию: «Послание к евреям» апостола Павла, «Разговор с Трифоном-иудеем» Иустина-Философа (II в.), произведения Иоанна Златоуста. Из произведений древнерусской литературы Палея в этом отношении близка «Слову о Законе и Благодати» митр. Илариона. По словам В. М. Истрина, главная задача Палеи заключалась в толковании Ветхого Завета и в обличении иудеев. Несомненно, что этот факт был вызван конкретными историческими обстоятельствами. Однако на русской почве к XV в. Палея, вопреки присущему ей острополемическому характеру, пополнилась иудейскими апокрифами (см.: Истрин–1906. С. 70–72). Полемика с мусульманами и язычниками также нашла своё место в Палее, однако она занимала Составителя гораздо меньше.

29

Нижеследующий отрывок посвящён изложению христианского учения о Боге Троице. Особенное внимание уделяется доказательству божественности Второй Ипостаси Бога Сына на основании Библии и мнений святых отцов. Иудаизм не признает Иисуса Христа Спасителем и, соответственно, отвергает христианское богословие Св. Троицы. Составитель Палеи, обращаясь к иудею, делает заметный акцент на данной проблематике. Здесь и далее рассуждения о Боге Сыне — Слове (Логосе) — в контексте тринитарных мотивов обозначают одну из граней антииудейской полемики.

30

Здесь и далее мы даём перевод с древнерусского, который может не совпадать с русским синодальным переводом; в случае существенных расхождений в подстрочных примечаниях будет дано и синодальное чтение, как и в этом случае; ср. в РСБ: «Из чрева прежде денницы подобно росе рождение Твоё».

31

Я — Премудрость Божия, которая в православной экзегетике понимается как одно из имён Иисуса Христа. — А.М.К.

32

Сынами громовыми (евр. Воаннергес) Иисусом Христом были названы апостолы Иоанн и брат его Иаков (Мк. 3:17). Объяснения этому у евангелиста Марка нет, однако в Евангелии от Луки сообщается «об одном случае, когда оба брата выказали очень большую стремительность и гневную вспыльчивость, которые и могли послужить поводом к тому, чтобы дать им такое прозвище» (ТБ. Т. 9. С. 31; см. также: Лк. 9:54). — А.М.К.

33

Не уточняя источника, автор апеллирует к авторитету отцов VI Вселенского собора 681 г., провозгласивших каноническую формулу молитвы «Трисвятое», приводимую в тексте. По православному преданию, «Трисвятое» вошло в употребление в Константинополе при патриархе Прокле по следующему поводу. В 438 или 439 гг. в византийской столице произошло страшное землетрясение. Из среды молящегося народа внезапно один отрок был восхищен на небо и слышал там ангельское пение ἅγιος ὁ Θεός, ἅγιος ὁ ἰσχυρος, ἅγιος ὁ ἀθανατος, ἐλέησον ἡμᾶς («Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Безсмертный, помилуй нас»), о чем поведал народу по своем возвращении. Люди начали петь слова этой ангельской молитвы, и землетрясение прекратилось. Как объясняют богословы, Трисвятая песнь обращена ко всем Лицам Троицы и означает таинство Троицы и воплощение Одного из Лиц, а также согласие ангелов и людей (см.: Вениамин–1992. 1. С. 173). Приводимое ниже высказывание «превеликих святых отцов» дословно заимствовано из богослужебных текстов праздника православной Пятидесятницы, в которых развивается троическое богословие; ср. стихиру в Неделю Пятидесятницы вечера на стиховне «Слава, и ныне…» глас 8: Пріидите людіє тріѵпостасномꙋ бж҃ствꙋ поклонимсѧ, сн҃ꙋ во оц҃ѣ, со ст҃ымъ дх҃омъ: оц҃ъ бо безлѣтнѡ роди сн҃а соприсносꙋщна и сопрестольна, и дх҃ъ ст҃ый бѣ во оц҃ѣ съ сн҃омъ прославлѧємь, єдина сила, єдино сꙋщество єдино бж҃ство. ємꙋ же покланѧющесѧ вси гл҃емъ: ст҃ый бж҃е, всѧ содѣѧвый сн҃омъ, содѣиствомъ ст҃агѡ дх҃а: ст҃ый крѣпкій, имже оц҃а познахомъ, и дх҃ъ ст҃ый пріиде въ міръ: ст҃ый безсмертный, ѹтѣшительный дш҃е, ѿ оц҃а исходѧй и въ сн҃ѣ почиваѧй, трц҃ѣ ст҃аѧ, слава тебѣ (ТЦ. Л. сн҃є об. сн҃ѕ).

34

Неполное воспроизведение первого и третьего членов Никейского Символа веры. — А.М.К.

35

Имеется в виду серафимово славословие: «Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! Вся земля полна славы Его!» (Ис. 6:3), принимаемое православными богословами за ветхозаветное исповедание Бога-Троицы. На основе этого славословия была составлена молитва Трисвятое, относящаяся к Лицам Пресвятой Троицы: «Святый Боже, Святый крепкий, Святый безсмертный, помилуй нас!», комментируемая далее в тексте Палеи. — А.М.К.

36

В христианской экзегезе чётко различаются несколько небес: сотворённое в первый день небо, или небо небес, которое заключает в себе невидимых ангелов; материальная и доступная чувствам ледовая твердь — небо второго дня творения, а также воздушное пространство, окружающее землю. Трёхслойная небесная стратиграфия соотносится со свидетельством Писания о вознесении апостола Павла до третьего неба (см.: 2 Кор. 12:2; Иоанн Дамаскин–1992. С. 52; Василий Великий–1900. С. 41–42). В мировоззренческом плане трёхъярусное устройство небес, тем не менее, прообразует базовую для христианского сознания дуальную концепцию мироздания: в иерархии и последовательности творения, указывая на разграничение физической и духовной (реальной и идеальной) сфер. Небо небес и небесная твердь знаменуют сосуществование в противопологании этого и иного миров, причём земля и твердь являются лишь разными явлениями плотскости, сущностно отличающейся от внеприродной нематериальности. Дуальную идею чётко сформулировал в толкованиях на Книгу Бытия Василий Великий: «Двумя крайностями обозначил (Бог через Моисея — авт.) сущность Вселенной, приписав небу старейшинство в бытии, а о земле сказав, что она занимает второе место по сущности» (Василий Великий–1900. С. 14–15). Плотная физическая твердь так же противопоставляется небу небес, как небо первого дня в онтологическом плане противопоставляется небу второго дня творения как небу видимому и материальному: «…поскольку передано нам и другое имя и особое назначение второго неба, то оно отлично от сотворённого в начале, имеет естество более плотное и служит во Вселенной для особенного употребления» (Василий Великий–1900. С. 42). И всё же небо небес — это не иной мир в полном смысле, а лишь некая пограничность, разделяющая материальную и божественную сферы. Первое (высшее) небо — это сфера неизменного, вечного, но все же это творение, только творение высшего порядка, обладающее в силу светлости, особым тонким эфирным телом. Первое небо в явленности его, почти нематериальности, символизирует Первоначало, которое, в отличие от неба небес, не может быть обозначено в качественной определённости. Небо первого дня творения обладает тонкой, неуловимой для чувств природой, оно населяется внеприродными существами, вместе с которыми оно не подвержено изменениям и разрушениям (т. е. вечно), а со временем их связывает лишь сотворённость. Двойственность этой пограничной сферы невидимого мира проявляется в неабсолютной его трансцендентности, в сочетании небезначальности с вечностью. Первое небо — это символ инобытия, приближённость к нему, устремлённость на него, как на истинное и единственно сущее бытие. Последовательность творений — от высшего и тонкого (более совершенного) к низшему и плотскому (как менее совершенному). Архетипически воспроизводятся элементы эманатизма, манифестирующие в библейской трактовке креационистскую концепцию дуального бытия.

37

Словом вещество передаём др. — рус. толстота ‘вещественность’ (Срезневский–1989. Т. III. Стлб. 1047). Этим словом передавалось греч. παχύτης ‘толщина, гуща’. В этом же значении ‘вещество’ это слово употреблено в «Христианской топографии» Козьмы Индикоплова: въ прьвыи дн҃ь створі тлъстоты зданиємь (Козьма Индикоплов–1997. Л. 117.3); всѣхъ бывъшихъ толъстоты въ перьвыи дн҃ь створи (Козьма Индикоплов–1997. Л. 117.11). Из контекста ясно, что имеется в виду первоматерия, четыре первоэлемента (земля, вода, огонь, воздух), учение о которых как о предельных основаниях физического мира и «корнях всех вещей» было разработано Эмпедоклом (ок. 490–430 гг. до Р. Х.). Позднее это учение нашло отражение в истолковании космоса апологетами и отцами Церкви, хорошо знакомых с античной философией и переосмысливших концепцию четырех первоначал в соответствии с принципами креационизма. В древнерусские тексты сведения о четверице проникали через переводы произведений Иустина, Иринея, Василия Великого, Севериана Габальского, Феодорита Киррского, Иоанна Дамаскина и др. В памятниках отечественной письменности мотивы четверицы присутствуют, кроме Палеи, в «Изборнике 1073 года», «Шестодневе» Иоанна экзарха Болгарского, в списках «Богословия» Иоанна Дамаскина, в естественнонаучных статьях из рукописных сборников смешанного содержания, в «Галеново на Гиппократа», «Сказании о создании Адама» и других апокрифах (об этом см.: Громов–1981. С. 65–74; Бондарь–1988. С. 128–130; Мильков–1997а. С. 57–66). В аналогичном контексте, когда речь идет о четверице, в древнерусских текстах употребляется словосочетание четыре състави (греч. τά τέσσαρα στοιχεῖα), стихии, стꙋхіи (см., например, РГБ. МДА. № 145. Л. 13б, 54б, 55а; РГБ. Муз. № 921. Л. 107; Изборник 1073 г.–1983. Л. 245 об.), съставъ, стꙋхіа, стихиꙗ (греч. στοιχεῖα) используется как термин в значении ‘єлемент, простейшее начало, первичный неделимый’ (см.: ФЭС. С. 793; Шестоднев–1991. С. 137. Коммент. 109; Дьяченко–1993. С. 663). В нашем случае использование термина толстота означает вещество вообще, безотносительно к конкретизации первоматерии. В «Шестодневе» в аналогичном контексте употреблено более точное и ясное: вещи всего създаніа (РГБ. МДА. № 145. Л. 12а). В случаях, когда речь идет непосредственно об определенном первоначале (первоэлементе), переводчик употреблял съставъ, стꙋхі ꙗ. В онтологическом смысле четыре стихии — это конечная, не сводимая ни к какой другой субстанция материального бытия. Стихии с полным основанием рассматривали как первоэлементы, или «корни всех вещей».

38

Словом основание переводим др. — рус. глѹбина, соответствующее греч. βάθος ‘глубина, высота, длина, бездна’. — А.М.К.

39

Семантико-смысловое наполнение используемых в тексте терминов отражает переход от общих суждений о первоматерии вообще (толстота, глѹбина) к конкретизации первоматерии (стихиꙗ) и перечислению представлявших первоматерию простейших начал (землѧ, вѣтръ, въздѹх). Христианская интерпретация древней концепции четверицы сводится к утверждению, что простейшие начала (первоэлементы) являются первотворением и появляются в первый день творения с сотворением неба и земли, то есть, по логике толкования, эти дробные первоначала содержатся в творении первого дня. Соответственно такой мировоззренческой установке все последующие творения приходится рассматривать как производные уже существующих начал, образующих многочисленные комбинации стихий, сочетающихся в материальных объектах соответственно замыслу Творца. Отождествление первотворения с первоматерией может быть сближено с буквалистской методой толкований, разрабатывавшейся антиохийской школой богословия, но тем не менее не тождественна ей. Чёткой схемы уподоблений фрагмент не даёт. Обозначенные в Книге Бытия небо, земля и бездна поставлены в один ряд с ветром, воздухом и водой. При этом огонь не упоминается вовсе, зато приводятся различные агрегатные состояния воды и их проявления в природе. Хотя в тексте Палеи нет чёткости в выражении мысли, ясно о чем идёт речь. Аналогичные комментируемому тексту трактовки находим в «Шестодневе» Иоанна экзарха. Согласно воспроизведённому Иоанном тексту Севериана Габальского, небо, земля и бездны уже заключали в себе четыре стихии, ставшие первоосновой последующего творения: Въ перьвыи бо дн҃ь сътвори б҃ъ все еліко же єсть сътворилъ не бывьшеє, а въ вторыи дн҃ь. нѣсть ничто же сътворилъ ѿ не бывьшаго… сътвори же б҃ъ нб҃о не бывше. и землю не бывьшѹ и бездоньꙗ воднаѧ не бывьша. и вѣтръ, и въздѹхъ. и ѡгнь, и водꙋ. всемоу не бывьшоу. вешь в перьвыи дн҃ь сътвори… сътвори б҃ъ нб҃о и землю и ѡбіатъ все, и водꙋ и тьмоу. и въздѹхъ… и бездньꙗ воднаѧ сътворена сѹть. таче и въздѹхъ тогда бысть. послꙋшаи, и дх҃ъ бж҃іи ношаше сѧ надъ водами… дх҃ъ зде бо зоветь въздѹхъ дыханье вѣтреное… къ семоу ж ѡгнь еще требѣ єсть сказати… рече бо б҃ъ. бѹди свѣтъ, и бысть ѡгньное єстество (РГБ. МДА. № 145. Л. 12а–12б). Согласно буквалистской экзегезе, земля самотождественна себе, стихия воды представлена бездной, первозданный свет огнём, воздушная стихия отождествлена с движением ветра на основании трансформации дух — движение ветреное. В интерпретации Иоанна экзарха проблемы «вещества всего созданного» Бог створилъ єсть перьвое, нб҃о и землю. и инѣхъ трехъ простыхъ стꙋхіи сꙋщіе, таче и животомь съставивъша, различнаѧ сущіа. съчетаньємь. и съплетеніємь. четырь простыхъ стꙋхіи (Там же. Л. 54б). В данном фрагменте земля является одновременно и первотворением и стихией. Остальные стихии скорее всего мыслились находящимися в смешении с землёй, ибо небо первого дня творения понималось дематериализованной ноуменальной сферой, которая не могла заключать в себе семена первоматерии. Подобную логику рассуждений демонстрирует Василий Великий: «Почему, хотя не сказано о стихиях: огне, воде и воздухе, но ты собственным своим разумением постигни… что всё находится во всём. И в земле найдёшь воду, и воздух, и огонь» (Василий Великий–1900. С. 15); «…всё находится во всём, огонь в земле, воздух в воде, и прочие из стихий одна в другой, так что из стихий, подпадающих чувствам, ни одна не бывает в чистом состоянии» (Василий Великий–1900. С. 44). А. Щеглов трактует данный пассаж о первоэлементах с точки зрения буквалистской логики (см.: Щеглов–1998. С. 27, 230, 231). Но об огне как первоэлементе не говорится вовсе, а огненная природа ангелов, в силу трансцендентности их, не может являться исходной основой физической реальности. Огонь как стихия, обладающая наименьшими признаками материальности (подвижность, тонкость), может рассматриваться в двух онтологических трансформациях, отвечающих двойственной структуре мироздания: 1) как стихия имманентной природы; 2) как максимально дематериализованный огненный эфир, надприродный огонь, наполняющий пограничную между творением и Творцом ноуменальную сферу. Диалектическое единство несмесных сущностей света-эфира и огня-стихии постулируется в «Шестодневе» Иоанна экзарха (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 12б–13б, 24а–27а, 107а).

40

Греч. πλανήτης. — А.М.К.

41

Ср.: «Посему советую тебе оставить всё это, не доискиваться и того, на чем земля основана. Ибо при таком изыскании мысль придёт в кружение от того, что рассудок не найдёт никакого несомкнутого предела. Если скажешь, что воздух подложен под широту земли; то придёшь в затруднение, каким образом естество мягкое… противоборствует такой тяжести… Опять, если предположить себе, что вода под землёю, то и в таком случае должен будешь спросить, отчего тяжёлое и густое не погружается в воду… сверх того надобно будет найти опору и самой воде и опять с недоумением спрашивать: на чем твёрдом или упорном лежит нижний её слой? Если же предположить, что другое тело, которое тяжелее земли, препятствует ей идти к низу: то должен будешь рассуждать, что и для него нужно какое-нибудь поддерживающее тело… Если же и для него можешь придумать какой-нибудь подклад, то разум наш опять потребует подпоры и для сего подкладня» (Василий Великий–1900. С. 16–17).

42

Непосредственно о создании ангелов в первый день творения в Книге Бытия ничего не говорится (см. коммент. 3, 4).

43

Дальнейшее развитие Палеей темы ангелологии. Если в предшествующем пассаже даётся чёткая характеристика ангельской природы, то здесь конкретизируются указания Св. Писания на служебные функции ангелов. В «Космографии» Козьмы Индикоплова ангелы также трактуются как слѹжебнии дѹси на слѹжбѹ посылаєми (Козьма Индикоплов–1997. С. 82, 222–223). Как управители звёзд, планет и небес, а также распорядители времён, вод, земных плодов и душ человеческих предстают ангелы в апокрифической «Книге Еноха» (см.: Апокрифы–1997. С. 47, 50). Близкие между собой рассказы о том, как ангелы «воротят» (направляют движение) Солнца и Луны, а при заходе дневного светила снимают с него светоносный венец, находим в «Откровении Варуха», «Прении Панагиота с Азимитом» и в «Вопросах от колика частей создан был Адам» (см.: РГБ. Син. № 362. Л. 248–249; Архангельский–1889. С. 139). Наибольшее соответствие комментируемому отрывку обнаруживается в Ипатьевском изводе «Повести временных лет», где под 1110 г. помещён пространный пассаж о роли ангельского чина в бытии природного мира и человеческого общества: ꙗкоже пишеть премудрыи Епифании. къ коеиже твари анг҃лъ приставленъ. анг҃лъ ѡблакомъ и мъгламъ. и снѣгу и граду. и мразу. анг҃лъ гласомъ и громомъ. анг҃лъ зимы и зноеви. и осени. и весны. и лѣта. всему дх҃у твари єго на земли и таиныꙗмъ бездны и суть скровены подъ землею. и преисподьнии (гни) тьмы и сущи во безны бывшиꙗ древле верху землѧ. ѿ неꙗже тмы вечеръ и нощь. и свѣтъ и дн҃ь. ко всимъ тваремъ анг҃ли приставлени. тако же анг҃лъ приставленъ. къ которои ѹбо земли да соблюдають. куюжьто землю. аще суть и погани. аще бж҃ии гнѣвъ будеть. на кую ѹбо землю. повелѣваꙗ анг҃лу. тому на кую ѹбо землю бранью ти то ѡнои землѣ анг҃лъ не вопротивитсѧ повелѣнью бж҃ью. ꙗко и се бѧше и на ны навелъ б҃ъ грѣхъ ради нашихъ иноплеменникы. поганыꙗ. и побѣжахуть ны повелѣньемъ бж҃ьимъ. ѡни бо бѧху водими аньгеломъ» (ПСРЛ. Т. 2. С. 262–263). Летописный текст об ангелах пространнее и богаче содержанием, чем палейный, но оба воспроизводят св. Епифания Кипрского (367–403). Характер текстовых соответствий Палеи и первой русской летописи недостаточно изучен. Но учитывая, что совпадения касаются не только мотивов ангелологии, но сама ветхозаветная история, изложенная в летописной «Речи философа», воспроизводится близко к палейной трактовке, — взаимоотношения обоих памятников могут сводиться не только к заимствованию из общих источников, но также и к непосредственному взаимодействию текстов. По крайней мере гипотетический вывод о зависимости Палеи от летописи уже обоснован А. А. Шахматовым (см.: Шахматов–1904. С. 199–272). Понимание предназначения служебных духов выглядит в Палее весьма оригинально: картина мироздания захватывает Составителя до такой степени, что он склоняется к одухотворению природных явлений, по сути к анимизму. В православной ангелологии нет учения об ангелах как о духах природных сил. Ангелы могут охранять страны, народы и племена, но воплощение природных явлений им не усваивается (см.: Алипий-Исайя–1995. С.187). Небезынтересно, что 35 правило Лаодикийского собора 363 г. осуждает составляющих служение ангелам и тем самым уклоняющихся от служения Иисусу Христу (см.: Правила–1912. II. С. 105).

44

Гносеологический постулат. С одной стороны, бесплотные ангельские силы недоступны чувственному познанию, с другой — их внеприродная сущность ставится выше человеческого разумения.

45

Антиязыческий полемический акцент, сопрягаемый с креационистской идеей. Представления о самопроизвольном порождении мира из хаоса в процессе его вечных цикличных трансформаций — общее место в воззрениях древних народов. Идею самозарождения развивали Анаксимандр, Эмпедокл, Анаксагор, Эпикур. Много о самозарождении различных форм жизни рассуждал Аристотель (см.: Карпов–1940. С. 7–48; Старостин–1996. С. 40–41). Адресат критики вряд ли можно конкретизировать. Упрёк в равной мере мог относиться к античным мыслителям и вообще любым дохристианским воззрениям на мир.

46

Ср. в «Шестодневе»: РГБ. МДА. № 145. Л. 41б11–16. В Св. Писании не конкретизируется природа тверди, а все суждения на этот счёт есть результат естественнонаучных умозаключений толкователей. Если в мифах древних народов небу придавались свойства камня, металла и прозрачной твёрдой поверхности (см.: МНМ. Т. II. С. 207), то христианские экзегеты, вне зависимости от того, придерживались ли они геоцентрической или плоскостно-комарной концепции мироустройства, считали твердь заледеневшими водами (Феофил Антиохийский, Севериан Габальский, Феодорит Киррский). Иоанн Филопон (ок. 470 — ок. 550) исходил из существования двух небес, образованных из отвердевшей смеси воздуха и воды, нижнее из которых удерживает на себе прикреплённые светила и разлитые между двух небесных оболочек небесные воды (см.: Культура Византии–1984. С. 436–437, 442–443). Со сгустившимся дымом сравнивали тверди Георгий Писида и Григорий Нисский (см.: PG. T. XLIV. Col. 80). Василий Великий, в отличие от других богословов, не решался соотнести с твердью какую-либо определённую материальную субстанцию, ограничиваясь указаниями на её плотное естество и превосходную крепость (см.: Василий Великий–1900. С. 42–44). Разные гипотезы природы тверди перечисляет Иоанн Дамаскин и вслед за Василием Великим не присоединяется ни к одной из них (см.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 124). Составитель Палеи производит точку зрения буквалистского антиохийского богословия. В сравнении с дымом косвенно могли отразиться взгляды Григория Нисского и Георгия Писиды. — Г.С.Б.

47

В святоотеческой мысли встречается мнение о том, что небо и звезды состоят из чистейшего огня. Исходя из этого, отцы видели причину помещения вод над твердью в необходимости умерить чрезмерный жар постоянной влагой. Так рассуждает Василий Великий в «Беседе 3 на Шестоднев». Под вышними водами он подразумевает испарения, поднимающиеся из морей и рек и проливающиеся в виде дождей (Василий Великий–1845. С. 50–51, 53). Василию Великому следует Севериан Габальский и Иоанн Дамаскин (Иоанн Дамаскин–1992. С. 140).

48

Отметим, что некоторые из экзегетов (Григорий Нисский, Иоанн Филопон) наделяли небесные воды особыми неземными свойствами. В данном случае речь идет не о причастности небесных вод к проливающимся дождям, а о круговороте воды в природе, о воздействии жара светил на испарение земных вод и последующем их выпадении после избыточной концентрации.

49

Ср. в РСБ: «Да даст тебе Бог от росы небесной и от тука земли»; греч. πιότης ‘тучность, жирность, жир’; др. — рус. влага ‘вода, жизненные соки, жизненная сила’ (СДРЯ. Т. І. 438–439).

50

Ср.: Быт. 1:7.

51

Обоснование того, что тьма не является особой самостоятельной сущностью, а представляет собой лишь отсутствие света — общее место в богословских рассуждениях (см.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 128). В памятниках христианской письменности данной теме придаются разные полемически назидательные акценты. В «Шестодневе» Иоанна экзарха находим указания, что тьма трактовалась некими еретиками как олицетворение дьявола, тогда как свет отождествляли с Богом Сыном. В тексте содержится предостережение от заблуждения, согласно которому тьма рассматривается как изначально-субстанциональное состояние, а отождествлявшийся с ней дьявол ставился старше и выше света-Сына (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 14б). Болгарский писатель обозначает актуальную для своего времени проблему, поскольку он учитывал извращения соответствующего библейского сюжета современными ему богомилами, развивавшими гностико-манихейские дуалистические идеи (о доктрине еретиков-богомилов см.: Йванов–1925). Весьма характерно, что ту же проблематику, но применительно к решению уже совсем иных идейных задач, Составитель Палеи обратил в обличение иудейства.

52

Термином эфир мы переводим древнерусское ꙗръ (аєръ) просвѣщенъ, ибо таковой термин употребляли отцы Церкви (Василий Великий–1900. С. 33, 49; Иоанн Дамаскин–1992. С. 124). Для характеристики неба термин єфиръ применяется в «Шестодневе» Иоанна экзарха Болгарского (РГБ. МДА. № 145. Л. 2б, 208б). В античной философской традиции под эфиром понимали смесь воздуха и огня (напр., стоики) либо рассматривали эфир как самостоятельный первоэлемент (Аристотель).

53

Ср.: Мф. 27:51.

54

В антиохийской космологии, модель которой в данном случае воспроизводится в Палее, мир мыслился устроенным по подобию дома, где ледовая твердь уподоблялась потолочному перекрытию, удерживавшему небесные воды (см.: Культура Византии-1984. С. 436–438). Комментатор новейшей публикации текста памятника ошибочно характеризует Составителя Палеи как сторонника геоцентризма (см.: Щеглов–1998. С. 232–233). Даже в тех случаях, когда в памятнике воспроизводятся тексты богословов, стоявших на геоцентрической точке зрения, собственно геоцентрические постулаты не воспроизводятся. Как и в данном случае, рисуется исключительно антиохийский образ мироздания.

55

Одной из отличительных черт еврейской средневековой натурфилософии действительно является представление о многослойности небес. Однако сама идея ярусного устройства надземной части мироздания чрезвычайно древняя, она имела широкое хождение на Древнем Востоке. Представления о трёхъярусном небе выражены в египетских изображениях неба в виде трёх женщин, вставленных одна в другую, а также в планировке египетских храмов (см.: Гнедич–1996. С. 33). Возможно, евреи восприняли эту идею ещё во времена египетского рабства. Но с наибольшей детализацией этот же мотив мог быть заимствован во время Вавилонского пленения из месопотамской космологии, где архитектурными образами многоярусного неба были зиккураты, т. е. культовые башни, этажи которых уступами возвышались один над другим. В греческой мифологии подобным взглядам соответствуют небесные сферы. Составитель Палеи мог найти изложение устройства семи небес в иудео-христианской апокрифической «Книге Еноха праведного» (ок. I в.), известной на греческом языке, а в X–XI вв. переведённой на славянский язык (см.: МЖ. С. 136, 403). С кон. XV в. идеи ярусности небес распространяются на Руси посредством переводов. В виде девяти небесных сфер Вселенная показана в Виленском сборнике XVI в. Вероятно, что в этом случае учение о множественности небесных сфер через посредничество арабо-еврейской философии восходило к эллинистической традиции, Аристотелю или его толкователям (см.: Мильков–1997б. С. 432, 434).

56

Слово небеса во множественном числе многократно встречается в Св. Писании (см., например: Ис. 42:5, 44:23, 49:13; Иер. 51:15; Иез. 1и др.). — А.М.К.

57

Этот лингвистический опус, возможно, навеян творениями Иоанна Дамаскина (Иоанн Дамаскин–1992. С. 126, 127). Характер заметки позволяет предполагать, что Составитель Палеи был славянином. Помимо свойств еврейского языка, он объясняет пример из греческого, чего по понятной причине не могло быть у Дамаскина. Для греческого языка форма двойственного числа являлась глубочайшим архаизмом, исчезнувшим в I–II вв. по Р. Х. Таким образом, филологический аргументацией отводится прямолинейность буквалистского восприятия Св. Писания, где о небесах говорится в множественном числе, но грамматическая форма не выражает сути правильных представлений.

58

Ход богословских рассуждений в данном случае предполагает, что земля — это стихия, некая первичная сущность, «вещь самобытная и не нуждающаяся для своего существования в чём-либо другом» (Златоструй–1990. С. 203), тогда как сухость — это всего лишь качество первичной природы (ср. у Иоанна Дамаскина: «Земля есть одна из четырёх стихий, как сухая, так и холодная, тяжёлая и неподвижная, в первый день приведена Богом из несущего в бытие» — Иоанн Дамаскин–1992. С. 143). В «Шестодневе» Иоанна экзарха Болгарского по соответствующему поводу приводится восходящая к «Категориям» Аристотеля логическая аргументация, естественно, в христианизированной обработке (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 76б–78а; ср.: Аристотель. Категории III. 1 в. 10; V 2а. 10–4б. 15. О переработке логико-философских понятий Аристотеля применительно к целям богословской экзегезы см.: Пейчев–1983. С. 24 и сл.; Камчатнов–1987. С. 68–73; Юрченко–1988. С.77–86). Комментируемый постулат, его логику и терминологическое оформление можно расценивать как неявное присутствие античной традиции в христианском контексте.

59

О существовании подобного рода взглядов свидетельствовал ещё Аристотель, обобщивший мнения древних: «Те же, кто были мудры скорее человеческой мудростью, считали, что море возникло. Вначале, как они утверждают, вся область земли была напоена влагой, а потом высушиваемая солнцем часть воды превратилась в пар… оставшаяся же часть — это море. Отсюда они заключают, что море, высыхая, становится все мельче и мельче и, наконец, придёт время когда оно совсем высохнет» (Аристотель. Метеорологика. В. I. 353 в. 5–10).

60

Образ, коренящийся в древних архетипических представлениях о земле как антропоморфном живом существе. Характерно, что в простонародном мифопоэтическом восприятии земле, по аналогии с человеческим организмом, приписывалось свойство рождать. В апокрифах и духовных стихах человек уподоблялся мирозданию, при этом камни отождествлялись с костями, а растительность с волосяным покровом. Не без влияния этих неявно двоеверных представлений земля на древнерусских иконах аллегорически изображалась в виде полуобнажённой зелёной фигуры женщины с густыми распущенными волосами (сюжет «Собор Богоматери») (см.: Бессонов–1864. С. 73; Соколов–1910. С. 29–30; Лазарев–1983. № 73; Голубиная Книга–1991. С. 36; Мильков–1993. С. 39; Рыбаков–1993. С. 232–233).

61

Сопоставление образа рождения Богородицей Иисуса Христа с плодоносными силами невозделанной девственной земли характерно не только для народных представлений, но отражено и в богослужебных текстах. Ср. со стихирой 6-го гласа «Совет превечный…» на «Господи, воззвах» на вечерне праздника Благовещения Пресвятой Богородицы, где в четвертой строфе Богородица именуется Земле ненасѣѧннаѧ (См.: МП. Л. со҃и).

62

Словом выносить переводим стерпѣти; по-видимому, это слово было переводом греч. ἀνέχω ‘поднимать, удерживать, всходить, пребывать, выдерживать, терпеть’. Это с очевидностью указывает на переводной характер источника, которым пользовался древнерусский Составитель Палеи. — А.М.К.

63

Перед нами не естественнонаучное, ботаническое описание винограда, а символическое: виноградная лоза в Ветхом Завете — это образ избранного народа, а в Новом Завете — образ Христа, виноград же, то есть виноградник, — образ Христовой Церкви; ср.: «Виноградник Господа Саваофа есть дом Израилев, и мужи Иуды — любимое насаждение Его» (Ис. 5:7); «Из Египта перенёс Ты виноградную лозу, выгнал народы и посадил её; очистил для неё место, и утвердил корни её, и она наполнил землю» (Пс. 79:9–10); «Я насадил тебя как благородную лозу, — самое чистое семя; как же ты превратилась у Меня в дикую отрасль чужой лозы?» (Иер. 2:21, 5:7); «Я есмь истинная виноградная лоза, а Отец Мой — виноградарь. <…> Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не будет на лозе: так и вы, если не будете во Мне. Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15:1, 5; см. также притчу о винограднике и злых виноградарях в Лк. 20:9–16); ср.: Радуйсѧ, насадителю вінограда Хрістова, ꙗко прострошасѧ розги єго до морѧ и до рѣкъ ѡтрасли єго. Ср. также в «Шестодневе»: РГБ. МДА. № 145. Л. 82б3–22; символическое толкование см.: Л. 100а. В «Шестодневе» рассказ о лозе приводится в более пространном изложении. В Библии соответствующий сюжет отсутствует, но имеются апокрифические ветхозаветные рассказы о происхождении виноградной лозы, которые напрямую не пересекаются с комментируемым отрывком (апокрифическая история Ноя, «Откровение Варуха»).

64

Здесь Составитель возвращается к теме «виноградника» как символа избранного народа. В тексте Палеи идёт речь о прегрешениях иудеев против истинной веры. Перечисленные обличения заимствованы из толкований на притчу о злых виноградарях (Мф. 21:33–41; Мк. 12:1–9; Лк. 20:9–16). В ней под виноградником подразумевается ветхозаветный народ, либо Св. Писание, либо всё духовное, что заключается в Писании и законах или в истории, словом, то, чего, по христианским понятиям, лишились иудеи. Посланные рабы были ветхозаветные пророки, а напоследок был послан Сын Божий, явившийся во плоти. Но злые виноградари убили и пророков, и Сына Божия. За это их самих Господь погубит, а виноградник отдаст другим (см.: Феофилакт–1993. Ч. I. С. 194–195, 346–347; Ч. II. С. 210).

65

Ср. в РСБ: «Прежде нежели родились горы и Ты образовал землю и вселенную, и от века и до века Ты — Бог».

66

Ср.: «Господь имел меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони; от века я помазана, от начала, прежде бытия земли. Я родилась, когда ещё не существовали бездны, когда ещё не было источников, обильных водою. Я родилась прежде, нежели водружены были горы, прежде холмов, когда ещё Он не сотворил ни земли, ни полей, ни начальных пылинок вселенной» (Притч. 8:22–26). Под предвечной Премудростью Отцы усматривали Второе Лицо Пресвятой Троицы, Сына Божия, сближая Её с Словом Божиим (см.: ТБ. Т. 4. С. 450). — А.М.К.

67

Вероятно, при включении этого отрывка из «Шестоднева» Иоанна экзарха Болгарского произошла перестановка: «Но пусть иудеи идут в свой огненный свет и пламень, который они разожгли, как говорит великий Исайя. Мы же, оставив это, скажем, что говорит святой Василий…» (Шестоднев–1996. С. 144). На деле эта фраза восходит не к Василию Великому, а к книге пророка Исайи (Ис. 50:11). Она стала типичным выражением древнерусских книжников, в адрес жидовствующих еретиков её употребляет Иосиф Волоцкий (См.: Иосиф Волоцкий–1993. С. 84). Это отражает словесные приёмы полемической риторики, а более обширный вопрос о идейном и текстуальном влиянии Палеи на древнерусские антииудейские сочинения ещё ждёт своего исследования.

68

Сокращённый пересказ фрагмента из «Шестоднева»; ср.: РГБ. МДА. № 145. Л. 92а24 — 92б10.

69

Мнение Василия Великого, воспроизводимое в компиляции, в свою очередь является пересказом воззрений Аристотеля, который доказывал существование подземных проходов и пустот, посредством которых сообщаются между собой разделённые сушей водоёмы (ср.: Аристотель. Метеорологика. A XIII. 351а; 352 в. 5; В VIII. 366а 30). Той же точки зрения придерживался Иоанн Дамаскин (см.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 141). Фрагмент является античной реминисценцией, хотя богословы обходят молчанием автора данной идеи.

70

В соответствующем месте «Шестоднева» (РГБ. МДА. № 145. Л. 92б) причинность движения вод в подземных жилах объясняется с естественнонаучной точки зрения. Природным двигателем назван ветер, который оказывает давление на воды, что отчасти соответствует аристотелевской концепции водно-воздушной пневмы, вызывающей землетрясения (ср.: Аристотель. Метеорологика. В XIII. 365 в. 25–35; 366а. 5). Чисто водные движения в подземных жилах Стагирит объяснял давлением, которое оказывают на подземные воды сверху моря и другие водоемы. По сравнению с «Шестодневом» в Палее налицо отход от естественнонаучной трактовки к объяснению явления с точки зрения телеологизма.

71

Объяснение процесса опреснения солёных вод подземной фильтрацией, который описывается в полном согласии с мнением Иоанна Дамаскина на этот счёт (ср.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 141), восходит к Аристотелю (ср.: Аристотель. Метеорологика. B II. 356а. 10).

72

Мелкие частицы воды — тънесть воднаꙗ; по-видимому, в греч. оригинале стояло слово λεπτότητα. — А.М.К.

73

Сохранение уровня мировых вод здесь также истолковывается в соответствии с Аристотелем и сводится к двоякой причине: 1) перетоку по подземным жилам (см.: Аристотель. Метеорологика. A XIII. 352a. 5); 2) испарению (ср.: Аристотель. Метеорологика. B. 355a. 15).

74

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 93а1–20. — Г.С.Б.

75

Аристотель, давая объяснение испарению, также обращался к образу нагретого костром котла, но противопоставлял его природному процессу, ибо солнце воздействует на воды сверху, а не снизу, как костёр (ср.: Аристотель. Метеорологика. B. 355a. 15).

76

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 93а 20 — 93б 1. — Г.С.Б.

77

Познавательный постулат, формулирующий превосходство сверхъестественной логики под естественным законом. В соответствии с этой установкой выше сокращено естественнонаучное объяснение тока подземных вод (ср. коммент. 55).

78

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 102б21 — 103а3.

79

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 104а7–13. Весь пассаж представляет собой сокращенную передачу фрагмента III Слова «Шестоднева» о воде, восходящего к Василию Великому. — Г.С.Б.

80

Критика иудаизма в очередной раз строится на тринитарном принципе. Все три ипостаси представлены в роли Творца.

81

Ошибка: на самом деле это 1 Послание Коринфянам. — А.М.К.

82

Ср.: «И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной [для освещения земли и] для отделения дня от ночи, и для знамений, и времён, и дней, и годов; и да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю» (Быт. 1:14–15). — А.М.К.

83

Противопоставление света тьме решается в антидуалистическом ключе. Уподобление тьмы тени означает, что она не имеет собственной сущности.

84

Вольный пересказ Еккл. 1:5–7: «Восходит Солнце, и заходит Солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит. Идёт ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своём, и возвращается ветер на круги свои». — А.М.К.

85

Характеристика севера как края земли, откуда приходит темнота и ночь, находит этнофольклорные параллели в преданиях разных народов. В традициях еврейской мистики север выступает как символ Божьего гнева и суда. Ветхозаветный текст говорит о намерении Люцифера-Денницы поставить свой престол «на краю севера» (Ис. 14:14). Для ближневосточного сознания север тождествен с левой стороной, поскольку ориентиром служил восток, а левая сторона была местом осуждения; на Страшном Суде грешники будут поставлены «ошуюю», то есть по левую сторону от Христа (см.: МЖ. С. 404, примеч.).

86

Пророчеством о рождении Иисуса Христа — Сына Божия за «тысячу» лет было в Ветхом Завете, например, следующее: «Итак, Сам Господь даст вам знамение: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил» (Ис. 7:14); пророк Исайя жил и пророчествовал во второй половине VIII века до Р. Х.; таким же пророчеством, но за «четыре года» до искупительной жертвы Иисуса Христа, было пророчество Иоанна Предтечи: «Я крещу вас водою, но идёт Сильнейший меня, у Которого я недостоин развязать ремень обуви; Он будет крестить вас Духом Святым и огнём” (Лк. 3:16).

87

Постулирование характерного для антиохийской богословской традиции буквалистского принципа толкования Библии.

88

Ежегодно Солнце повторяет своё движение по небосклону, перемещаясь за месяц через одно из 12 зодиакальных созвездий, которые в древнерусской книжности обозначались как крꙋгъ зодіискыи, живоносьныи крꙋгъ, а в нашем памятнике месячный отрезок солнечного пути в зодии назван жывотнаѧ чѧсть круга. Отождествление зодиакального круга с животным происходит оттого, что большинство из 12 созвездий носят имена животных (Козерог, Лев, Телец, Скорпион, Рыба и т. д.). Понятие жизненного круга, видимо, отражает языческую веру в астральное влияние зодиака на ход событий и судьбы отдельных людей. Древняя Русь знала абстрактно-формализованное счисление временных отрезков в пределах суток, которые делились на 24 часа, как и сейчас. Кроме этого деления суток, существовало переменное деление, когда часовые отрезки времени в «косом часу» имели разную протяженность в зависимости от времени года: летний час имел большую протяженность, чем зимний. (См. подробнее: Симонов–1977. С. 24–26).

89

В «Шестодневе» в аналогичном месте говорится о том, что Луна за сутки проходит 1/3 часть зодиакального круга, т. е. движется быстрее (ср.: РГБ. МДА. № 145. Л. 111б–112а). По-видимому, имеются в виду три фазы Луны: первая четверть, полнолуние и последняя четверть. Однако этому противоречит начало фразы: «Луна же за это время…», т. е. суточное время, так как перед этим шла речь о сутках из 24 часов. Возможно, эта фраза относится к идущему далее материалу о месячном, а не суточном времени.

90

Солнце проходит 30° эклиптики (один знак зодиака) примерно за месяц. Те же 30° Луна, по тексту Палеи, проходит скорее, всего за два дня и семь часов с третью, что близко к реальности. — Р.А.С.

91

Имеется в виду сидерический месяц, в течение которого Луна проходит весь зодиакальный круг, завершая полный оборот своего небесного пути. Продолжительность лунного месяца указывается в 27 суток с третью, что не совсем точно, так как длительность лунных суток не является постоянной величиной. Это также следует из фразы следующего далее абзаца Палеи. Лунный месяц состоит из 30 суток, однако если произвести точные расчёты, то окажется, что лунный месяц короче солнечного. Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 111б14 — 112а12.

92

Очевидно, под «высшим» имеется в виду «круг» из 12 знаков зодиака (месяцев). Внутри него «круг» видимого с Земли движения Солнца, затем «круг» орбитального движения Луны. — Р.А.С.

93

Планет (видимых блуждающих звёзд) было семь (так называемый септенер): Солнце, Луна, Марс, Венера, Меркурий, Юпитер, Сатурн. Земля не считалась планетой, она была центром мироздания; планеты септенера вращались вокруг неё. Тогда, если следовать за движением Солнца, со стороны Земли, то есть внутри солнечной орбиты, будут видны три планеты: Луна, Венера, Меркурий. Вне солнечной орбиты также будут видны три планеты: Марс, Юпитер и Сатурн. — Р.А.С.

94

Неточно: год состоял бы из 365,0 суток, а не 356,4 (для юлианского счета).

95

Здесь противоречие, проистекающее из того, что автор пользовался разными источниками. В предыдущем абзаце продолжительность лунного месяца определена в 27 полных и трети 28-го дня суток (см.: коммент. 76). Поэтому следом и вводится оговорка, что лунный месяц короче солнечного.

96

В христианской литературе распространено семиступенчатое деление возрастов человека: 1) младенчество (несмышленность), 2) отрочество (возбуждение страстей), 3) зрелое отрочество (приход в разум), 4) юношество (зрелость, совпадающая с неистовой буестью), 5) средовек (совершенство), 6) старчество (совершенство разума, сопряжённое с физическим утверждением), 7) смерть (дряхлость, болезни). Возрасты уподобляются семи дням творения, семи дням пребывания Адама в раю, семитысячелетнему циклу мировой истории, которые прообразуют доктринальную схему перехода реального временного бытия в эсхатологическую вечность. История в глобальном смысле и человеческая жизнь в индивидуальном плане, согласно этой схеме, претерпевают состояния возникновения, развития, расцвета, упадка (см.: Шляпкин–1909. С. 9–11; Бондарь–1987. С. 82; ср.: Сказание о сотворении Адама. РГБ. Рум. № 257. Л. 174об.–175). Диалектика этапов человеческой жизни соотносилась с глобальным ходом истории, судьба мира (общий план) повторялась во множестве индивидуальных судеб (частный план), воспроизводя ортодоксальную креационистско-финалистическую концепцию бытия. В нашем случае возрастные состояния уподобляются четырём сезонам. Природные аналоги ярко, просто и наглядно иллюстрируют состояния расцвета и упадка человеческой жизни. Но подобного рода аллегории объективно привносят в восприятие жизни элементы циклизма, генетически связанного с дохристианскими воззрениями. Уподобление возрастов сезонам обнаруживаем в древнерусской письменности в апокрифе «Галеново на Гиппократа», который в опосредованной форме воспроизводит четырёхступенчатую схему возрастного цикла. Господство в человеке одной из четырёх стихий, точнее соответствующей ей жидкости организма, поставлена в связь с сезоном года, а на этом основании оценивается физическое состояние организма на каждом из четырёх возрастных этапов, детство (весна) связывается с умножением крови, в период отрочества (лето) происходит умножение красной желчи, в зрелости (осень) умножается чёрная желчь, а старость (зима) сопровождается умножением флегмы. Медико-биологических и естественнонаучных рассуждений, восходящих к еретическим представлениям о глобальных причинно-следственных взаимосвязях мирового универсума, в Палее нет, но даже в присущей комментируемому отрывку нейтральной форме больше черт, типологически близких апокрифу, чем традиционной семичастной структуре возрастов. Можно говорить о воспроизведении в тексте архаических архетипов, положенных в основу образных уподоблений.

97

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 115б13–21. — Г.С.Б.

98

Архетипическая, общая с «Шестодневом» черта, восходящая к индоевропейской мифологии (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 115а). В преданиях многих народов Луна сначала умирает, затем возрождается, кроме того, она связана с миром мёртвых (см.: МНМ. Т. II. С. 79).

99

Символическое толкование, при котором Луна изображает естество человека, в антиохийской традиции встречается у писателя-апологета св. Феофила Антиохийского (II в.): «…Солнце есть образ Бога, а Луна — человека. Если первое пребывает как бы неизменным и всегда совершенным, то Луна каждый месяц умаляется и как бы умирает, а потом вновь нарождается, символизируя будущее Воскресение. Светила светлые и блестящие — образы пророков, менее светлые — праведников, блуждающие и падающие — образ нечестивых и богоотступников» (Феофил–1978. С. 482). Такую же символику употребляет Василий Великий в «Беседах на Шестоднев» (Василий Великий–1900. С. 116–117), откуда она скорее всего и попала в Палею.

100

Ср.: «Так и при воскресении мёртвых: сеется в тлении, восстаёт в нетлении; сеется в уничижении, восстаёт в славе; сеется в немощи, восстаёт в силе» (1 Кор. 15:42–43); «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, падши в землю, не умрёт, то останется одно; а если умрёт, то принесет много плода» (Ин. 12:24). — А.М.К.

101

Смысл тот, что всё совершающееся в природе символизирует собой жизнь человека, его рождение, возмужание, смерть и воскресение во Христе. Если язычник считал человека частью природы, подчинённым тому же закону смерти, что и остальная природа, то христианин видит в природе всего лишь символ природно-сверхприродной жизни человека, который, будучи частью природы, через таинства Церкви входит в метафизический план бытия — жизнь Божественную. Здесь же Составитель лаконично постулирует весьма важный эпистемологический принцип, утверждающий познаваемость мира. Хотя проблема познания в Палее формально не ставится, она является одной из ключевых, и принцип, применяемый Составителем, пронизывает всё произведение. С точки зрения установки на рациональную познаваемость мироздания, в древнерусской литературе присутствует целый пласт родственных Палее произведений. Сюда можно отнести «Изборник Святослава 1073 года», «Изборник 1076 года», «Послание митрополита Никифора Владимиру Мономаху о посте и воздержании чувств», «Успенский сборник XII–XIII вв.», а также распространённый на Руси общеславянский памятник «Шестоднев» Иоанна экзарха Болгарского (Баранкова и др. — 1997. С. 34). Те же тенденции к интеллектуализму в рамках православия преобладали в подходе к проблемам познания у митрополита Илариона, Климента Смолятича и автора «Моления Даниила Заточника». Эти представители утверждали решающую роль разума, который, опираясь на чувственный опыт, в состоянии постичь истину (Горский–1988. С. 96). Палея представляет такой тип мировоззрения, которому чуждо неприятие тварного мира.

102

Ср.: «И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной [для освещения земли и] для отделения дня от ночи, и для знамений, и времён, и дней, и годов» (Быт. 1:14).

103

В объяснение ущербности лунных фаз воспроизводится мнение Василия Великого (ср.: Василий Великий–1900. С. 89).

104

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 111а-111б6. — Г.С.Б.

105

Прямой выпад против геоцентрической теории. Как следует из этой полемической ремарки и из приводимых в других местах труда характеристик космоустроения (см.: коммент. 39, 92), Составитель Палеи придерживался плоскостно-комарной концепции. Характерно, что при отборе в компиляцию текстов, авторы которых стояли на позициях геоцентризма (напр., Василий Великий), собственно геоцентрические идеи этих авторов не воспроизводятся. Можно говорить о целенаправленной фильтрации при отборе материала в соответствии с идейно-мировоззренческими предпочтениями Составителя Палеи.

106

Вероятно, речь идёт о Вавилонском столпотворении (Быт. 11:1–9). — А.М.К.

107

В христианском богословии представлений о сферической форме тверди придерживался неоднократно цитируемый выше Василий Великий и другие представители каппадокийской традиции, которые как прямой адресат критики, в ближайшем соседстве с извлечениями из великого каппадокийца, не обозначены. Мнения экзегетов-геоцентристов строятся на христианизированных трактовках Аристотеля, который считал, что вращается сферическое небо (ср.: Аристотель. О небе. B VIII. 289a. 30). Этот и другие выпады против геоцентризма можно расценивать как осмысленное дистанцирование от античных реминисценций, хотя отдельные неявные их включения присутствуют в тексте (понятие первоэлементов, описание подземных проходов).

108

Здесь следует логический разрыв повествования, ибо вместо заявленного подтверждения тезиса о неподвижности и несферичности неба, приводится цитата из Псалтири о служебном назначении ангелов (ср.: Пс. 102:20–21). Выпавшая аргументация, в аналогичном контексте «Шестоднева», воспроизводящим Севериана Габальского, выглядит следующим образом: …сътвори ѹбо нб҃о, но не обло. ꙗко же гл҃ть єллини, не сотвори бо ѡбло валѧщесѧ. но ꙗкоже пророкь рече. поставлен нб҃о. акы и комарꙋ, и протѧгъ є, акы сѣнь (РГБ. МДА. № 145. Л. 152а). Другими словами, выпала ссылка на пророка Исайю: «…поставил небо, как комару, и простёр его, как шатёр» (Ис. 40:22).

109

То есть ангелов. Фрагмент продолжает заявленную выше тему ангелологии, которая является самостоятельной смысловой линией Палеи.

110

Ср.: «Не полезно хвалиться мне, ибо я приду к видениям и откровениям Господним. Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет (в теле ли — не знаю, вне ли тела — не знаю: Бог знает) восхищен был до третьего неба. И знаю о таком человеке (только не знаю — в теле или вне тела: Бог знает), что он был восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать» (2 Кор. 12:1–4). — А.М.К.

111

Попытка автора, не всегда последовательно и ясно выраженная, провести взгляд на некую монолитность неба и избежать концепции многоярусности небес, приводит его к столь замысловатому объяснению. Слова апостола о восхищении до третьего неба (2 Кор. 12:1–4) произвольно истолковываются как подъём на высоту одной трети всего расстояния от земли до небесной тверди. Принятие тезиса о существовании нескольких небес для Составителя было неприемлемо, ибо это была критикуемая в Палее как присущая иудеям точка зрения (см. коммент. 40), а кроме того, умножение числа небес таило опасность неизбежного вслед за этим восприятия гностических идей. Среди гностиков некоторые учили о 7 небесах, созданных столькими же силами, другие о большем числе, третьи — о 365-ти. Поэтому Иоанн Златоуст в Беседе 3 на Книгу Бытия признает только одно небо, блаж. Феодорит Киррский выделяет два, из которых одно было создано в начале вместе с землёй, а другое — после разделения вод от вод, называемое твердью. Св. Василий Великий в «Беседе 3 на Шестоднев» говорит о трёх небесах, ссылаясь на известный отрывок из апостола Павла (2 Кор. 12:1–4) (Василий Великий–1845. С. 41–57). Иоанн Дамаскин также выделяет только три неба: воздух, твердь и беззвёздную сферу (Иоанн Дамаскин–1992. С. 407). Г. Дьяченко, систематизируя христианские положения о строении неба, объясняет, что в богословии выделяются небо воздушное, звёздное и превыспреннее. Небо воздушное — пространство, или расстояние, от земли до тверди, где царят птицы небесные (Мф. 6:26). Там бывают воздушные явления и знамения: молнии, громы, ветры, из него падает дождь, снег, град. Звёздное небо — простирается в границах астрономической Вселенной. Небо превыспреннее — там, где престол Бога (Мф. 5:33; Пс. 102:19), где Бог открывает Своё величие и славу ангелам и святым (Втор. 26:15). Оно же называется небо небесе (Втор. 10:14; 3 Цар. 8:27), третье небо (2 Кор. 12:2), рай (Лк. 23:42; 2 Кор. 12:4), вышний Иерусалим (Галат. 4:26), Иерусалим небесный (Евр. 12:22). (Дьяченко–1993. С. 339–340), Хотя в православной экзегезе не идёт речь о многослойных небесных ярусах, а лишь говорится о дуальной, через посредство пограничной тверди, структуре мироздания, Составитель Палеи исключает всякие возможные ассоциации с многослойностью и в этой своей антииудейской полемической направленности отступает от чётких и ясных установок православного богословия.

112

Буквальных подтверждений служебной роли ангельских сил приведённые цитаты из ап. Павла не содержат. В данном случае можно предположить, что ссылка на авторитет ап. Павла и виденных им ангелов, исполнявших повеления Творца, обобщает содержание апокрифического «Видения апостола Павла», где «Божье блюдение», как и в «Книге Еноха», осуществляется через ангелов. Однако в «Видении апостола Павла» фигурируют лишь ангелы-хранители и служебные духи, опекающие места мучений и райского блаженства (см.: Апокрифы–1997. С. 59–69, 72; коммент. 7). Прямых свидетельств об ангелах, которые приставлены Богом ко всякой «твари», о чём мы читаем у Епифания Кипрского, в апокрифе не обнаруживается. Следовательно, «аргументация от Павла» в тексте, не вполне точна и может быть принята только с оговорками.

113

Местоположение рая именно на третьем небе имеет место в апокрифе «Книга Еноха праведного» (см.: Апокрифы–1997. С. 131).

114

Соответствует сведениям, содержащимся в апокрифическом «Видении апостола Павла» (см.: Апокрифы–1997. С. 64–65).

115

Ср.: «Подвигом добрым я подвизался, течение совершил, веру сохранил; а теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь, праведный Судия, в день оный; и не только мне, но и всем, возлюбившим явление Его» (Тим. 4:7–8). — А.М.К.

116

Если в представлениях о космоустроении Составитель Палеи следовал антиохийской космологии (см. коммент. 39, 90, 92), то в объяснении механики передвижения звёзд наблюдается некоторое отступление от антиохийской традиции. Например, антиохиец Севериан Габальский считал, что звёзды жёстко соединены с твердью, и в этом объяснении он недалеко ушёл от анаксименовского образа вбитых в небо, по подобию гвоздей, звёзд (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 146а). Но в антиохийской космологии небо неподвижно, и здесь есть противоречие, ибо картина звёздного неба изменяется. Так что причастность ангелов к движению звёзд выглядит вполне логичной. Составитель «Шестоднева» Иоанн экзарх Болгарский допускал, что может быть движение звёзд самих по себе либо вместе с небесной сферой (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 126а). Идея жёсткого прикрепления звёзд к небесной вращающейся сфере высказывалась так же Аристотелем (см. Аристотель. О небе. B VIII. 289b. 30).

117

Идея, по-видимому, такая: истинность православной веры доказывается истинностью образа семисвещника, отражающего действительное, известное тогда, количество планет. Об устройстве семисвещника см.: Исх. 25:31–39. — А.М.К.

118

Сочетанием приливы и отливы переводим др. — рус. движениє широкихъ; словом ширина переводилось греч. πέλαγος ‘море, пучина, бездна морская’ (см.: Срезневский–1989. ІІІ, 1595). — А.М.К.

119

В тексте употреблено не очень ясное слово михеръ. Мѣхирь (михирь) и мѣхиръ (михиръ), м. 1. Пузырь, полый мешкообразный орган тела, содержащий какую-л. жидкость. 2. Мужской половой орган (СлРЯ XI–XVII вв. Т. 9. С. 131). Возможно, что это неверный перевод слова ζωδιακός, ‘круг с изображениями животных, т. е. знаков созвездий, зодиак’, корень которого — ζωή — значит ‘жизнь’, по-древнерусски животъ. Слово мѣхиръ встречается в начале третьей (краткой) редакции Толковой Палеи (по списку Срезневского) в перечне планет: г҃. планидъ. аррисъ. мехирь. вторник. В данном случае приведены греческие и арабо-семитские названия планеты Юпитер. А. А. Шахматов сравнивает мѣхиръ с соответствующим названием al-Mіrrіh·, которое могло быть не понято и передано созвучным славянским словом (Шахматов–1904. С. 16).

120

Слова месрои, мѣсрои нет ни у Срезневского, ни в СлРЯ XI–XVII вв. Возможно, это родительный падеж от месори — названия 12-го месяца египетского календаря, соответствующего августу (см.: Дьяченко–1993. С. 303). В данном контексте смысл неясен. — А.М.К.

121

В тексте — трѹпъ; очевидно, в греческом источнике было слово πτῶμα ‘павшее, труп’. — А.М.К.

122

Это сокращённый пересказ текста Севериана Габальского; ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 145б19–146а14. — Г.С.Б.

123

Образ вбитых в небесный свод звёзд восходит к Анаксимену — неявная античная реминисценция.

124

Имеет место противоречие ранее сформулированному постулату о свободном перемещении звёзд, движимых ангелами (см.: коммент. 101; ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 146а18–22). — Г.С.Б.

125

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 128а10–17. — Г.С.Б.

126

В тексте слово лѣпота (см.: СлРЯ XI–XVII вв. Т. 8. С. 209). — А.М.К.

127

Ср. в РСБ: «Ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое». — А.М.К.

128

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 146б19–147б3.

129

Излишком в 11 дней может быть объяснено расхождение между лунным годом (354 дня) и солнечным (365 дней). Подобные расчёты, в связи с объяснением полнолуния, которое должно наступить в 15-й, а не в первый день творения, находим у Севериана Габальского (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 147а–147б).

130

Ср.: «И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днём, и светило меньшее, для управления ночью» (Быт. 1:16). — А.М.К.

131

Вставными, эмболисмическими месяцами. Речь идёт о 19-летнем цикле лунно-солнечного календаря, описанном далее на нескольких листах памятника. Помимо юлианского года в 365 суток и високосного года в 366 суток, существует понятие лунного года. Лунный месяц начинался с новолуния и заканчивался убывшей Луной перед следующим новолунием. В лунном году содержится 12 лунных месяцев по 29 и 30 суток, суммарно 354 суток. Лунный календарь употребляется до сих пор, таковым является мусульманская хиджра. Если разница в 11 суток, накапливавшаяся в течение трёх лунных лет, прибавлялась в виде дополнительного (эмболисмического) месяца, то возникала лунно-солнечная календарная система. В Палее «эмболисмические месяцы назывались просто «луной» и вставлялись периодически после «небесных» августа, июля, января, октября, августа, мая и декабря 2, 5, 8, 10, 13, 16, и 18 кругов Луны соответственно» (Данилевский–1996. С. 329–330). — Р.А.С.

132

В тексте Палеи второй и десятый месяцы пропущены. — А.М.К.

133

Это надо понимать в том смысле, что если 19-й год лунного круга кончается определённой датой, то 1-й год следующего лунного круга начинается днём позже. Так, в календарном тексте Палеи 19-й год лунного круга кончается 20 декабря, а 1-й год нового лунного круга начинается 21 декабря. — Р.А.С.

134

Календарный текст Палеи рассматривается в отечественной историографии в качестве реального древнерусского лунно-солнечного календаря (Данилевский–1992. С.122–132). Временем его бытования считается XI — нач. XII вв. (Цыб–1995. С. 69). Недавнее исследование немецкого учёного Генриха Зименса заставляет в этом усомниться. В Новгороде в XII в. одновременно существовали две лунно-солнечных календарных системы: «книжная», основанная на устаревших древних таблицах, и реальная, базировавшаяся на ежесуточных наблюдениях «возраста» Луны по форме её диска. Неточность табличных дат, как правильно объясняет Г. Зименс, «приводит каждые 310 лет к разнице в один день, которая с III до XII в. успевает вырасти до трёх дней» (Зименс–1997. С. 122–123). Для того чтобы решить вопрос о соответствии или несоответствии календарного текста Палеи астрономическим реалиям XI–XII вв., Р. А. Симоновым была произведена реконструкция дат реальных новолуний для «лунного круга» 1124–1142 гг. по методике Ю. А. Завенягина, изложенной в кн.: Климишин–1990. С. 438–439. В случае совпадения дат Палеи с реконструкцией можно было бы с уверенностью утверждать, что календарь Палеи есть реальный древнерусский календарь XI–XII вв. Однако только четыре (ок. 1,5 %) из реконструируемых для этого периода дат новолуний совпали с данными Палеи (причём из числа разночтений по спискам памятника). Примерно каждая 12–13 дата Палеи отличалась от реальной на один день. Подавляющее большинство дат расходилось с реальными на два-три дня. Это позволяет заключить, что календарный текст Палеи восходит к III–IV вв. по Р. Х. К IX в. он стал окончательно устаревшим, дающим преимущественную ошибку в 1–2 дня. Отношение к календарю Палеи как источнику по истории древнерусской компутистики, должно быть крайне осторожным. Вероятно, какие-то структурные составляющие этого календаря соответствуют лунно-солнечному времясчислению Древней Руси или согласуются с ним. Неверно было бы считать, что календарный текст Палеи есть один к одному реальный календарь XI–XII вв. Иначе пришлось бы объяснить, почему древнерусские компутисты не замечали систематических ошибок в 1 день (примерно 8 % дат), 2-х и более дней (свыше 90 % дат) по сравнению с постоянно наблюдаемым в Древней Руси суточным «возрастом» Луны (см.: Симонов–1999. С. 10–11). — Р.А.С.

135

Получается противоречие: декларируется начало первого года лунного круга в январе, но реальной датой начала указывается 21 декабря. Первый день введения юлианского календаря 1 января 45 года до Р. Х. совпадал с новолунием. «Несомненно, это было сделано с умыслом — для удобства расчётов фаз Луны» (Климишин–1990. С. 117). В этой связи интерес представляет тот факт, что 19 год лунного круга в Палее начинается именно с 1-го января. Возможно, первоначально расчёт лет в череде лунных кругов вёлся с 19 года, рассматриваемого в качестве нулевого года на временной оси лет от сотворения мира. Так ли это, покажут дальнейшие исследования. — Р.А.С.

136

Воспроизводятся соотношения окружностей и диаметров Земли и светил. Здесь Составитель Палеи впервые допускает промашку, отступая от последовательного проведения линии антиохийской космологии (см. коммент 39, 90, 92), ибо круглая форма Земли предполагается прежде всего в геоцентризме. Хотя некоторые богословы и представляли Землю плоским цилиндром, числовые характеристики восходят к античной геоцентрической традиции, и ближе всего соответствуют расчётам Эратосфена Киренского (276–194 гг. до Р. Х.). Окружность Земли он принимал за 250 000 стадиев, тогда как истинные размеры составляют 252 000 стадиев, или 39 690 км (т. е. погрешность этих данных составляла всего 310 км). Интересно, что “Шестоднев”, который являлся в данном случае источником Палеи, даёт несколько отличные числовые характеристики: окружность Земли 252 000, диаметр Солнца — 5000000 (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 109а).

137

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 109а5–22. — Г.С.Б.

138

См.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 125, 130. — А.М.К.

139

Характерно, что названия планет даются по-латински, а не по-гречески. Планеты названы по именам богов: Марсу соответствует Арей, Сатурну — Крон, Меркурию — Арнова звезда, Юпитер (Зевс) — Дева звезда, Венера (Афродита) названа в памятнике Денницей (Утренняя звезда), но под этим же именем в тексте упоминается в церковных текстах, в том числе и Палее, Сатаниил (см.: Дьяченко–1993. С. 140; Щеглов–1997. С. 228, 237).

140

Геката — в греческой мифологии покровительница ночной нечисти, колдовства. Отождествлялась с богиней луны Селеной, богиней подземного царства Персефоной, богиней Артемидой. Изображалась с факелом в руках, змеями в волосах, едущей по небу в колеснице, запряжённой львами или быками.

141

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 141а23–141б19. — Г.С.Б.

142

Суждение познавательного характера о несовершенстве зрительного восприятия.

143

Далее следует изложение фрагмента VI Беседы «О сотворении небесных светил» из «Бесед на Шестоднев» св. Василия Великого (см.: Василий Великий–1845. С. 102–103). — Г.С.Б.

144

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 109б15–111а3; ср. также: Василий Великий–1845. С. 102–103. — Г.С.Б.

145

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 112б21–113а2. Положительное отношение к изучению астрономии при условии правильного Богопознания звучит у митрополита Никифора в рассказе об Аврааме: како мѹжь сыи невѣжа. и звѣѕдословіꙗ придръжасѧ. и ѿ звеѕднаго хоженіꙗ. и ѿ стоѧніа ихъ позна творьца и вѣрова въ бг҃а (Никифор–2000. Л. 350а 4–9). Приметы по Луне в Палее можно было бы сопоставить с так называемыми «Лунниками», но, в отличие от них, дело ограничивается погодными знаниями и не ставится в связь с влиянием на судьбы людей. — Г.С.Б.

146

Осуждение астрологии, увязывающей судьбу людей с расположением светил.

147

Оборот может косвенно указывать на славянское происхождение Составителя Палеи. — А.М.К.

148

К эллинам возводит начало астрологии и Иоанн Дамаскин (Иоанн Дамаскин–1992. С. 133). Василий Великий вменяет эту «заслугу» халдеям (Василий Великий–1845. С. 104).

149

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 124б. — Г.С.Б.

150

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 125а-125б, 137а.

151

Нетопырь (νυκτόπερος) — летучая мышь. Уподобление не имеющих православной веры нетопырям может содержать намек на их духовную слепоту, подобно плохому зрению летучей мыши. В то же время в славянской мифологии эти зверьки ассоциируются с вампирами, нечистой силой, слугами дьявола. Таким образом, это — неверные, нечистые люди. Сравнение такого рода может косвенно свидетельствовать о славянском происхождении Составителя Палеи. В мифологии древних греков летучие мыши считались предвестниками несчастья. В Индии летучих мышей считали «бесплотными духами», которые подстерегают ночью заблудившихся путников и заманивают их в трясину. До наших дней в странах Европы бытует суеверие, что летучая мышь, пролетая низко над головой человека, извещает о его близкой кончине.

152

Ср.: «Ибо, что можно знать о Боге, явно для них, потому что Бог явил им. Ибо невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания мира через рассматривание творений видимы, так что они безответны» (Рим. 1:19–20). Составитель Палеи следует этой новозаветной традиции, согласно которой в творениях Божиих можно видеть проявление божественной мудрости, всемогущества и благости, следовательно, познание видимой природы есть до некоторой степени и богопознание.

153

То есть женщину вообще. — А.М.К.

154

Родина человека, или по крайней мере, его души, мыслится на небесах. Здесь в христианстве несколько стушёвывается образ земного рая с конкретной географической привязкой (Быт. 2:8–14). Рай, в котором пребывал Адам, уступает место небесному граду, «горнему Иерусалиму» (Откр. 21:10–23). Слова христианского Составителя Палеи в этом отношении созвучны платонизму, где для неба отводится роль прародины и истинного центра тяготения всей разумной жизни (Платон. Тимей. 42, b-e).

155

Ср.: 1 Пет. 1или с молитвой пятого иерея в последовании елеосвящения: и внити во внꙋтреннеє завѣсы, во ст҃аѧ ст҃ыхъ, идѣже приникнꙋти ст҃іи агг҃лы желаютъ, и слышати єѵ2льскій гласъ гдⷵа бг҃а (Тр. 2. С. 338).

156

Имеются в виду испарения — одна из стадий круговорота вод. Восходящая к Аристотелю, естественнонаучная трактовка процесса несколько раз воспроизводится в Палее (см.: коммент. 60).

157

Выделенный в некоторых списках Палеи в качестве самостоятельного фрагмента рассказ о Сатанииле на самом деле является частью внепалейного повествования, ядром которого является апокрифическая ангелология. Ещё И. Я. Порфирьев выделил из состава Палеи «Сказание о сотворении и падении ангелов», расчленённые блоки которого были рассредоточены Составителем в «сотканной» из разных текстов «ткани» компиляции (см.: Порфирьев–1890. С. 21–31, 83–85). Это повествование восходит к текстам Епифания Кипрского, у которого концепцию ангелологии заимствовал Козьма Индикоплов. Сам же Епифаний скорее всего развивает идеи внеканонического «Малого Бытия» (см.: Порфирьев–1890. С. 22–23, 28). В древнерусской письменности падение Сатаниила выделялось как особый сюжет, причём в рукописях представлены различные его варианты. И. Я. Порфирьев приводит более краткий по сравнению с палейным рассказ, в котором основное внимание акцентировано на противоборстве Сатаниила и Михаила, на «стратиграфии» падшего ангельского чина, часть которого не была поглощена бездной и осталась в воздухе и на поверхности земли, чтобы творить пакость людям. Этот сюжет читается в составе «Сказания о семи планидах» и, несмотря на текстуальные отличия от палейного варианта, также смыкается с ангелологией, ибо падшие духи Сатаны противопоставляются росписи ангельских чинов, в иерархии которых почему-то отсутствуют престолы и начала (см.: Порфирьев–1890. С. 86–87). Особой редакцией сказания о Сатанииле И. Я. Порфирьев считает выявленный им в вопросно-ответном жанре «Беседы трёх святителей» рассказ о Сатане-Гоголе. Гоголь сначала участвует вместе с Богом в творении мира на водах, а затем, наречённый Сатаной, назначается начальником 12 чинов ангельских сил. За намерение уподобиться Богу и властвовать над землёй он, в соответствии со стандартным мотивом низвержения, заключается в бездну, а последовавший за ним «отступный чин» рассеивается в воздушном и земном пространстве, где, претворившись в бесов, падшие ангелы прельщают людей (см.: Порфирьев–1890. С. 87–89). В многочисленных, не поддающихся разделению на редакции, вариантах «Беседы» мотив падшего Сатаниила встречается практически постоянно, причём мотив этот присутствует в самых разнообразных вариациях. В «Беседах» присутствуют краткие характеристики противника Бога: что єсть диꙗволь… анг҃ль бѣ бж҃и. ѿпаде за разьгрьдѣніє. ꙗко же рече поставлю прѣстоль мои на ѡблацѣхъ. и бѹдѹ подобьнъ вышнемоу. и сврьжень с неб҃сь прѣжде сьзданиꙗ адамова. четырми дньми (Мочульский–1893; ср.: Апокрифы–1997. С. 172). Имеют место разнообразные модификации рассказа о Сатане-Гоголе. По одному из опубликованных вариантов, Господь творит из поднятого со дна моря кремня ангелов, Сатана же, следуя примеру Бога, творит из кремниевых искр свой ангельский чин (см.: Щапов–1906. С. 29–30). Интерпретацию апокрифической легенды о падении Сатаниила, смешанную с мотивами из неканонического ветхозаветного сказания о Китоврасе и утрированным пересказом языческих мифов содержит «Повествование о волхвах», включённое предположительно в конце XI столетия в состав «Повести временных лет» (см.: Мильков1997 в. С. 207–212). Суть апокрифической легенды изложена в нашей древнейшей летописи предельно кратко: …сих бо ангелъ сверженъ бысть, єго же вы глаголета антихрест, за величанье єго низвержен бысть с небесе (ПВЛ. Т. I. С. 118). Апокрифические источники легенды о падении Сатаниила и подчинённого ему чина ангелов послужили источником для фольклорных вариаций на неканонический мотив, в которых исходное ядро сказания перерабатывалось в выразительные народные рассказы о брани Сатаны с Богом, о сотворении им неудобных для жизни человека мест, о трансформации падших ангелов в леших, водяных и т. д. (см.: Городцов–1909. С. 50–61; Мильков–1997 в. С. 221). Существует ещё одна версия падения ангелов, восходящая к «Книге Еноха». Согласно этой версии, причиной падения ангелов послужило страстное влечение к земным женщинам, в результате чего появились исполины (см.: Апокрифы–1999. С. 50). В самом апокрифе, состоящем из двух разнородных частей, эта версия соседствует с традиционным мотивом сверженного Сатаниила (см.: Апокрифы–1999. С. 53), но многие авторы (Иосиф Флавий, Иустин, Филон Александрийский) развивали тему смешения падших ангелов с людьми, объясняя тем библейское влияние на происхождение мифа о титанах и их борьбу с Олимпом, подчинение людей влиянию демонов и источники магического знания, тайны которого открыли через женщин бывшие небожители (см.: Порфирьев–1872. С. 80–81). Видимо, представления о том, что земля стала жилищем падших духов, подпитывались и общеизвестным сюжетом о падении Сатаниила, и «Книгой Еноха». Ведь в рассказе о Енохе демонами названы сыны духа и плоти, которым, после падения обитавших в небе ангелов, предназначено было жить на земле и в облаках и сеять разрушения, войны, страдания (см.: Порфирьев–1872. С. 204–205).

158

Эта ремарка напрямую связывает рассказ о Сатане с предшествующей ангелологией, ибо десятый чин являлся частью охарактеризованной выше иерархии ангелов.

159

Из этого следует, что события относятся к четвёртому дню творения, когда Вселенная была украшена светилами. Эта хронологическая мета важна, ибо в апокрифической литературе, в частности в «Откровении Варуха», отпадение Сатаны относилось ко времени после создания Адама. Там повествуется о том, что Сатана не поклонился Адаму как «грязи и навозу», когда собранные по трубному сигналу Михаила другие ангельские чины почтили первого человека. Удалённый от лица Бога Сатана преобразился в червя, попал в утробу змеи и, таким образом попав в рай, искусил Еву (см.: РГБ. Син. № 363. Л. 247). Из древнерусского текста апокрифа «О всей твари» мы узнаем, что вопрос о времени отпадения Сатаниила возбуждал споры: …диавола же сверже преже създаниѧ адамлѧ а не ꙗко то блѧдословцу гл҃ть не поклонисѧ адамꙋ. да того ради ѿпадѣ то нѣсть тако. но гордисти ради ѿпаде сотона славы бж҃іѧ (Тихонравов–1863. III. С. 350).

160

Вертикальная стратиграфия бесплотных сил, в которой падшие ангелы помещаются только в пределах материальной сферы, ориентирует на ценностно-негативное восприятие чина Сатаны, занимавшего вершину небесной иерархии, но променявшего близость к Богу на обладание грубым физическим миром. Апокрифический мотив заключал в себе резкое осуждение пленения плотскими соблазнами и небрежение духовными устремлениями. Возможным следствием апокрифического рассказа о рассредоточении падших ангелов в различных природных сферах стало отождествление бесов с языческими богами, которые как раз и являлись олицетворениями различных стихий мироздания. Согласно простонародным, не без оттенка двоеверия, убеждениям, в соответствии с местом падения падшие ангелы принимали облик персонажей низшей мифологии (см.: Веселовский–1890. С. 68; Веселовский–1891. С. 106; Городцов–1909. С. 56). По крайней мере генетически восходящие к апокрифическому рассказу о Сатанииле фольклорные предания о происхождении леших, водяных и пр. демонстрируют развитие мысли именно в этом логическом направлении.

161

В других вариантах апокрифа о Сатанииле это место расцвечено ярким описанием: …і повелѣ бг҃ъ михаилу соврещи противника своего долу и со отступными его силами. і тогда прииде михаилъ и виде на немъ бж҃ство велико и не може къ нему приступити і возвратисѧ ко гд҃у и рече: гд҃и бж҃ство твое велико на немъ. и рече бг҃ъ: поиди свергни. і снѧть съ него бж҃ство. і прииде михаилъ і виде єго ꙗко проста чл҃ка и удари его скипетромъ в плеча. он же поиде и со отступными силами с высоты низу. отъ шуму єго хотѧще нб҃са пасти (Порфирьев–1890. С. 88; ср. там же. С. 86).

162

Утверждение противоречит высказанному выше тезису, согласно которому Сатана принял власть над землёй. Налицо соединение двух концепций — «князя тьмы» и «князя века сего». Не исключено, что апокрифическое повествование о Сатанииле и падении ангелов восходит к разным источникам, противоречия между которыми не до конца изглажены.

163

В древнерусской письменности галерея многоликих воплощений бесов предстаёт на страницах «Киево-Печерского патерика», яркие, впечатляющие рассказы которого дают представление о всевозможных кознях дьявола (см.: Волкова–1979. С. 229–297). В полном изводе «Книги Еноха» есть любопытная подробность: на просьбу Ноя заключить всех падших ангелов в месте осуждения глава демонов, который назван там Мастемой, приводит доводы в пользу необходимости присутствия бесов в мире. Согласно его аргументации, часть падших духов должна быть оставлена между людьми для того, чтобы творить растления и обольщения. Согласно версии «Книги Еноха», только девять десятых демонов заключается в преисподнюю, дабы мир не был погублен полностью, а десятая часть их оставлена, чтобы они состояли пред Сатаною на земле и по попущению Божьему искушали людей. Тем самым обосновывается промыслительное предназначение духов зла в мире (см.: Порфирьев–1872. С. 240). Наш вариант апокрифического повествования сохраняет постулат о безвластии демонов, которым даётся от Промыслителя способность искушать и испытывать в твёрдости человечество. Такая интерпретация власти бесов над людьми имеет чёткую антидуалистическую направленность. Идейный акцент такого рода был актуален, ибо некоторые апокрифы («Слово о древе крестном», «Слово об Адаме», «Прение Господне с дьяволом», «Беседа трёх святителей», «Сказание о создании Адама») преувеличивали могущество Сатаны, приписывая бесоначальнику власть над миром и даже соучастие в творении (см.: Тихонравов–1863. I. С. 4, 305–307; II. С. 287; Щапов–1906. С. 29–30; Апокрифы–1997. С. 202). Некоторые исследователи на этом основании сблизили неканонические сюжеты с дуалистическими ересями манихейско-богомильского толка (см.: Веселовский–1891. С. 104–110; Соколов–1897. С. 927–930; Попруженко–1893. С. 155–157; Йванов–1925. С. 49–57; Шувалов–1941. С. 179–191). В литературе уже приводились доводы об отсутствии оснований для соотнесения этих апокрифов с богомильством (см.: Радченко–1904. С. 27–38; Мильков–1997 в. С. 223–230). Исследователи указывали также на то, что ряд апокрифов (например, «Хождение Богородицы по мукам») полемически заострены против дуализма (см.: Мещерский–1976. С. 185). Комментируемый апокрифический сюжет также можно связать с намеренной нейтрализацией возможных отклонений к дуализму. Не противоречащая доктринально верному пониманию роли Сатаны идейная акцентация присутствует в контексте, который чаще всего искажался в псевдобогомильских, но все же не лишённых некоторой дуалистической окраски апокрифических сюжетах. Собственно говоря, толкование роли Сатаны и подчинённых ему духов в судьбах мира нацелено не на развенчание еретических представлений о равномогущественном Богу противнике, а всего лишь предупреждает от заблуждения видеть в бесоначальнике князя мира. В данном случае следует разделять онтологический дуализм богомилов от нравственного дуализма, согласно которому на место свободы выбора ставилась прямая зависимость от доброго или злого демиурга.

164

Характеристика ангельских функций в контексте сюжета о падении Сатаниила свидетельствует о его включенности в апокрифическую ангелологию.

165

Этимологические основания характеристики Сатаны. В некоторых семитских языках Сатана означает ‘противник’ (см.: Дьяченко–1993. С. 574).

166

Повтор мотива падших ангелов, возможно, указывает на то, что автор сюжета о Сатанииле пользовался разными источниками. В данном случае пребывание бесов соотносится только с воздушной стихией и ничего не говорится о земле. Существенно новой, в сравнении с аналогичным фрагментом, чертой является трактовка падших ангелов как духов тьмы, но не в смысле властителей подземелий, а как ангелов, от которых отнят свет, бывший на них до падения.

167

Человек здесь не субъект человеколюбия, а объект, субъектом же является Бог. — А.М.К.

168

Утвердившееся в религиозном сознании поверье о связи конца мира с замещением на небесах мест падшего ангельского чина душами праведников имеет апокрифическую основу.

169

Некоторые христианские комментаторы Библии считают, что когда в Писании сообщается о происхождении жизни из вод, то речь идёт не только о водах земных, но также и о водах небесных (см.: ТБ. Т. 1. С. 9–10). Однако, если принять установки Григория Нисского и Иоанна Филопона, которые наделяли небесные воды особыми неземными свойствами, подобное допущение неуместно. Кроме того, авторы «Толковой Библии» усматривают в библейском рассказе о пятом дне творения отражение древних мифов, согласно которым происхождение жизни объяснялось самодействием водной стихии (см.: там же). Подобные представления, видимо, действительно имели место в раннехристианской мысли, но поскольку они восходили к мифологеме самозарождения жизни, то не получили широкого распространения, даже будучи адаптированными к креационистским установкам монотеистической доктрины. Например, в апокрифическом «Протоевангелии Иакова» генетически связанный с дохристианским мировоззрением архетип образа вод, порождающих живых существ, запечатлён в следующей формулировке: «И воды сии плодородны у Тебя, Господи…» (ПДХП. Т. 1. С. 17).

170

Данное суждение отражает представление о степенях совершенства творений, последовательность которых отражает переход от простых форм к сложным. При этом иерархическая натурфилософская схема христианства в общей форме соответствует аристотелевской «лестнице живых существ», в которой выделены растения, обладающие способностью роста, питания и размножения, низшие животные, которые наряду с растительными свойствами имеют способность ощущать, высшие животные, у которых перечисленные свойства дополняются способностью ходить, и, наконец, отличающейся от всех живых существ разумными способностями человек. В тексте речь идёт об отличии растительных свойств от животных, по принципу размножения, которое у растений исключительно связано с земной средой. Что же касается происхождения животных, далее в Палее (см.: коммент. 161) допускается происхождение некоторых живых форм (жаб, саранчи) из неживой материи (ила). В данном случае, видимо, имеет место не столько противоречие между заимствованиями в компиляцию, а скорее упреждение доктринально правильного понимания заимствованной экзегетами у античных мыслителей генетической идеи. Поэтому к буквалистскому смыслу библейской цитаты о происхождении живых душ из земли добавлено, что животные хотя и исходят из земли, непосредственно от неё не родятся. Они родятся сами от себя, согласно порядку, установленному Творцом.

171

Сравнение китов с островами понятно в свете древних представлений об опорах земли, среди которых некоторые мифы называли китов (см.: Евсюков–1988. С. 57 и сл.). Дохристианские образы сохранены апокрифической литературой и фольклорными преданиями, объясняющими землетрясения, наводнения и конец света поведением несущих на себе землю китов (см.: Архангельский–1889. С. 140; Веселовский–1891. С. 133; Щапов–1906. I. С. 111). Мифо-космическую основу образа вскрывает терминологическое пояснение, которое Иоанн экзарх вносит в «Шестоднев» при упоминании китов в аналогичном палейному контексте: …китьстіи животи. еже сѧ рекоуть лежаси (РГБ. МДА. № 145. Л. 163б; ср. там же. Л. 172а; см. также: Шестоднев–1996. С. 179).

172

Далее следует сильно сокращенное изложение фрагмента из «Слова V дня» «Шестоднева» Иоанна экзарха Болгарского (Шестоднев–1996. С. 143–145). — Г.С.Б.

173

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 164а2–8. — Г.С.Б.

174

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 164а14–22. — Г.С.Б.

175

Антииудейский выпад, спровоцированный сравнением чуда первотворения с непорочным зачатием Девы Марии, имеется уже в «Шестодневе», которым в данном случае воспользовался Составитель Палеи, причём пространные полемически-назидательные рассуждения первоисточника сведены им к краткой формуле, сохранившей сопоставление порождающей природы с Богородицей в сверхъестественной интерпретации этого явления с типичной для памятника антииудейской тенденциозностью (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 163б-165б). Обличение иудейства поставлено здесь в связь с апологией девственного зачатия, ибо иудеи вменяли Богородице грех прелюбодеяния, а самого Христа считали простым человеком (см.: Олесницкий–1879. С. 3–54; Талмуд. 3. 5. С. 44; Цельс–1990. С. 274–275).

176

Этот фрагмент через «Шестоднев» Иоанна экзарха восходит к Василию Великому, который, отталкиваясь от античной идеи самозарождения жизни и генезиса некоторых её форм, опирается на дохристианское наследие, в подтверждение библейских постулатов (Быт. 1:20, 24) о заложенной Богом в земле и воде способности порождения душ живых (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 165б-166а. Ср.: «…Повеление сие соблюлось в земле, и она не перестаёт служить Создателю. Одно производится через преемство существовавшего прежде, другое даже и ныне является живородящимся из самой земли. Ибо не только она производит кузнечиков в дождливое время и тысячи других пород пернатых, носящихся по воздуху, из которых большая часть, по малости своей, не имеет и имени, но из себя же даёт мышей и жаб. Около Египетских Фив, когда в жару идёт много дождя, вся страна наполняется вдруг полевыми мышами. Видим, что угри не иначе образуются, как из тины. Они размножаются не из яйца, и не другим каким-либо способом, но из земли получают своё происхождение» (Василий Великий–1900. С. 139). Если говорить о внецерковных источниках такого рода рассуждений, то конкретный адресат заимствования вряд ли может быть установлен. Идею самозарождения жизни обосновали многие античные философы: Фалес, Анаксимандр, Анаксагор, Эпикур и др. (см.: Карпов–1940. С. 7–48). О самозарождении и трансформации одних форм жизни в другие много рассуждал Аристотель (см.: Аристотель. О возникновении животных. М.; Л., 1950. С. 155; Его же. История животных. V. 3, 6, 61, 101, 141, 144; VI. 88, 90, 92, 97; Его же. Метеорологика. Л., 1983. С. 165). В той или иной форме древние представления о превращении неорганической материи в живую находили отражение в христианской книжности. Например, согласно «Лествице», «В древе, внутри гнилом, зарождается червь», а «во множестве нечистот рождаются много червей» (Лествица–1908. С. 95, 213). По той же логике Августин Блаженный объяснял появление растений и некоторых живых существ после потопа особой производящей способностью земли (см.: Августин–1880. 3. С. 152). Античную идею генетической трансформации различных форм жизни подытожил Киприан в комментариях к сочинениям Псевдо-Дионисия Ареопагита: «Аристотель в естествословных глаголет: в растление коней — осы бывают, а в вола — пчёлы от чрева бывают» (Цит. по: Клибанов–1960. С. 327). В ряду аналогичных явлений рассматриваемый текст не представляется чем-то исключительным. В комментариях на пятый день творения Василий Великий много заимствовал у Аристотеля, когда характеризовал многообразие животного мира, включая и общую для Аристотеля и его предшественников генетическую идею, которая присутствует в сюжетах о возникновении органической жизни из неорганической природной стихии. Однако, рассматривая творение пятого дня как генезис, Василий Великий перерабатывает пантеистически-эманационную античную основу, включая мифологический архетип в контекст доктринально выверенных суждений. Во-первых, всё подчиняется креационистской идее, во-вторых, трансформация различных форм жизни рассматривается не как длительный эволюционный процесс, а как явления одномоментные, как различные этапы творения, протекающие не спонтанно, а имеющие своё начало в Боге. Совершенно очевидно, что архаическая в своей основе генетическая идея переосмысливается креационистски. Собственно, описывается уже не генезис в исконном смысле, а извне заданная природе закономерность, которая по воле Творца проявляется через трансформацию строго упорядоченных в иерархической последовательности ступеней творения. В нашем случае реминисценция античности не заключает в себе чуждого христианству мировоззренческого смысла, ибо вне исторического контекста она лишена концептуальности, а пережитки архаики присутствуют лишь формально-описательно.

177

Основанием для суждения о родственной близости рыб и птиц является указание Книги Бытия на происхождение птиц от воды («…да произведёт вода пресмыкающихся, душу живу, и птицы да полетят над землёю…» — Быт. 1:20), а также единый для птиц и рыб способ передвижения, — плавание в водной и воздушной средах, где проявляется функциональная близость крыла и плавника.

178

Алконост, иначе алкион (ἀλκύωη) — зимородок, птица, живущая близ моря; ср. у Климента Смолятича: алкиѡнъ єсть морьскаа птица. гнѣзо жє си творить на морьстѣмь брезѣ на пѣсцѣ (цит. по: Никольский–1892. С. 129–130). Согласно древнегреческим мифам, в птицу превратилась бросившаяся с утеса в море Алкиона, жена фессалийского царя Кеина, когда она увидела своего мужа, погибшего в бушующем море и прибитого волнами к берегу. Она была превращена богами в морскую птицу и оживила его. Сугубо научное описание зимородка и высиживания им яиц в течении тихих зимних «зимородковых» дней дает Аристотель (см.: Аристотель. История животных. V, 8). Древнерусский читатель знакомился со сведениями об алкионе через «Физиологи», «Шестодневы» Василия Великого и Иоанна экзарха Болгарского, через древнерусские переводы Григория Богослова, благодаря «Азбуковникам» и, конечно же, через Палеи (см.: Бычков–1878. С. 68, 100; Бычков–1880. С. 200; Корнеев–1890. С. 388–389; Никольский–1892. С. 130, 149, 159; Карпов–1877. С. 279–280). Термин алъконостъ употребляется преимущественно в палейных текстах, тогда как в «Шестодневе» Иоанна экзарха, «Азбуковнике» и у Климента Смолятича употреблено слово алкионъ (см.: Шестоднев–1996. С. 76, 158; Ковтун–1989. С. 149). Если в «Шестодневе» пассаж об алкионе поставлен в контекст рассуждений о супружеской верности, то в Палее тот же сюжет является отправным моментом для рассуждений о всемогуществе Бога, творившего чудеса с подвижниками своими на морских глубинах. Алкиона-Алконост здесь синоним попечительства Божия, хранившего Иону во чреве кита, Петра, ходившего по волнам, Мартимиана, спасенного дельфинами. Алконост стал популярным образом в лубочных изданиях. Народная гравюра представляет алконоста полуженщиной, полуптицей, которая осеняется короной. Алконост, как и Сирин, считается райской птицей, местопребывание которой связывается с р. Евфрат (см.: Дьяченко–1993. С. 11–12). Нижеследующая часть Палеи заимствована из «Шестоднева» и соответствует жанру «Физиолога», или «Естествослова», повествующего о свойствах реальных и фантастических животных с сопровождением аллегорическими и вероучительными толкованиями. «Физиолог» известен как самостоятельное произведение и в таком качестве возник во II–III вв. н. э. (видимо, в Александрии) на основе античных и восточных источников. В различных переработках он был широко распространен в Средневековье. В «Физиологах» нашли отражение естественнонаучные представления древности и уходящие корнями в античную, египетскую и иудейскую культуры зоосимволические образы, нацеленные на задачи религиозно-нравственного наставления. Как реальные, так и легендарные сведения о том или ином животном в «Физиологах» превращаются в наглядные нравственно-назидательные аллегории. В силу синкретичности содержания памятник считается «классическим трактатом по зоологии, символике и руководством нравоучительным» (Вяземский–1878. С. 61; см. также: Александров–1893; Мочульский–1889). Комментируемый раздел не является «Физиологом» в чистом виде. Естествословный цикл Палеи можно отнести к разновидности интерполированного «Физиолога», когда типичные для этого памятника статьи растворяются и в других жанрах: Хронографах, поучениях и Шестодневах.

179

О прообразовательном значении пребывания пророка Ионы в чреве кита сказал сам Иисус Христос (см.: Мф. 12:40). — А.М.К.

180

По иному чтению — Мартиниан († ок. 422 г.), его память 13/26 февраля. Преподобный Мартиниан с 18 лет поселился в пустыне близ Кесарии Каппадокийской и пробыл в подвигах и безмолвии 25 лет. Однажды некая распутная женщина по имени Зоя поспорила, что соблазнит Мартиниана. Она под видом странницы напросилась на ночлег к преподобному. Когда Мартиниан понял, зачем пришла лукавая гостья, он стал ходить босыми ногами по углям тлеющего костра. Женщина, поражённая этим зрелищем, раскаялась и впоследствии ушла в монастырь. Исцелившись от ожогов, преподобный Мартиниан удалился на скалистый безлюдный остров, где прожил под открытым небом несколько лет, питаясь пищей, которую время от времени привозил ему один корабельщик. Взамен преподобный плёл для того корзины. Когда после сильного шторма на остров волны выбросили на обломках корабля девицу по имени Фотиния, Мартиниан указал ей на еду, объяснил, когда прибудет корабельщик, а сам бросился в море. Два дельфина вынесли его на сушу. С тех пор Мартиниан стал вести жизнь странника и скончался в Афинах. Фотиния подвижнически прожила на острове 6 лет. Память Зои и Фотинии празднуется в один день с преподобным Мартинианом (см.: МС. Т. 6. С. 464).

181

Имеются в виду полипы (πολύποδες) из разряда мягкотелых (моллюсков), которые маскируются под окружающую среду и хватают рыб щупальцами (см.: Элиан–1963. С. 7). Характерно, что приспособительные свойства полипа-многоножицы в естествословном сюжете «Шестоднева» Иоанна экзарха сравниваются с нравом тех, кто притворно меняет свои мысли, хитростью примениваясь к властям, прикидываясь целомудренным с целомудренными и распутным с распутниками (см.: Шестоднев–1996. С. 148). Палея извлекает иной нравственный урок из ситуации приспособленчества и осуждает грех религиозной индифферентности. Если в первом случае осуждаются возможные ситуации беспринципного поведения, то во втором весьма серьезные проступки, имеющие своим следствием отступления в язычество или иноверие, а также лицемерное исповедание христианства (ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 170б16–171а3).

182

На примере кукушки в жанре «Физиолога» формулируется очередное, характерное для памятника обличение иудейства. Иудеи полностью отметаются от христианства, ибо, как кукушка, они отказываются от всего того, что в христианстве генетически относится к ним. Воспреемниками прообразуемой кукушатами христианской веры оказываются языческие народы. Коллизия между иудейством, христианством и язычеством решается Палеей так же, как и Иларионом в «Слове о законе и благодати». Христианская Благодать предпочитает «идольскую лесть» славян иудейскому Закону (см.: Мильков–1986. С. 10–13).

183

Имеется в виду христианская Пятидесятница, когда на апостолов снизошёл Святой Дух в виде огненных языков, после чего они получили особенную благодать проповеди на языках разных народов (Деян. 1:13–2:12). В богословской традиции этот день является днём рождения христианской Церкви. — А.М.К.

184

Греч. μύραινα, лат. muraena, murena helena, ‘морской угорь’. — А.М.К.

185

Полемический выпад против магометан, дополняющий к антииудейской ещё и антимусульманскую направленность.

186

Греч. φώκη ‘фока, тюлень’. — А.М.К.

187

Предание о птице феникс — одно из наиболее популярных в европейской культурной традиции. О том, что феникс погребает своего отца, говорил Геродот, а за ним — Элиан, Ахилл Татий, Филострат, Овидий, Тацит и Ориген. В позднеантичной и средневековой литературе феникс приобретает черты павлина, с которыми входит в изобразительное искусство. Жизнь легендарной птицы традиционно связывается с Индией и Ливаном. Феникс, конечно же, не реальная птица, а мифологический персонаж. Древнерусскому читателю через «Физиологи», Палею и апокрифы («Книга Еноха», «Откровение Варуха», «О всей твари», «Прение Панагиота с Азимитом») могли быть известны несколько вариантов сказания о фениксе. В апокрифах это солнечная птица, от которой зависит пробуждение земных петухов. В «Прении Панагиота с Азимитом» и в «Откровении Варуха» феникс предстаёт гигантской птицей, охраняющей мир, смачивающей свои крылья в Океане и не дающей Солнцу опалить своим жаром весь свет. «Физиологи» и связанные с ними произведения христианской книжности дают отличающиеся в деталях и подробностях версии о сжигающей себя и возрождающейся из пепла птице феникс. Например, в болгарском «Физиологе», сложившемся в XIII столетии, но дошедшем в списках XV–XVI вв., феникс поселяется в Солнечном городе близ Индии, где живёт без еды, существуя святым духом и за пятьсот лет наполняет свои крылья благовониями. Когда же священнослужитель Солнечного града ударяет в било, то птица входит в храм и превращается в пепел. Наутро иерей обретает феникса в виде малого птенца, а через два дня птица принимает зрелый вид (см.: ПЛДР. XIII век. С. 476–477; ср.: Соколов–1905). Ясно, что Палея воспроизводит совершенно иную версию легенды, следовательно, её Составитель пользовался и другими источниками.

188

Составитель Палеи или его источник перепутал птицу феникс (др. — рус. ѳиниксъ) и дерево финик (др. — рус. фініѯъ); в 91 псалме употреблено, конечно, слово фініѯъ; ср. в РСБ: «Праведник цветёт, как пальма, возвышается подобно кедру на Ливане». — А.М.К.

189

То есть для мирских соблазнов и грехов. — А.М.К.

190

Объединение антииудейской и антимагометанской тенденциозности произведения (ср.: коммент. 170, 175, 413). Повторение одних и тех же лейтмотивов, проходящих через памятник, даёт основание полагать, что полемическая заострённость указывает на актуальные для времени составления памятника проблемы, отзывчивость на которое вполне могла быть спровоцирована соответствующей идейно-религиозной ситуацией в обществе.

191

В этом образном и остроумном отрывке присутствует, наряду с резко обличительным, и гносеологический смысл. Подчёркивается предельная плотская слепота, которой недоступны духовные истины. Слепота пленённых плотскими страстями иудеев и магометан утрированно подчёркивается неким состоянием запредельности чувственного.

192

Со слов Иоанн Златоуст сказал… до слов Тех же… следует текст из «Шестоднева» Иоанна экзарха Болгарского, являющийс переводом фрагмента «Шестоднева» Севериана Габальского (см. в «Шестодневе»: РГБ. МДА. № 145. Л. 187б19–188а6). — Г.С.Б.

193

Речь идёт об описанных в Книге Чисел событиях, когда иудеи за ропот против Бога и Моисея были уязвляемы и умерщвляемы змеями (Чис. 21:5–9).

194

Герасим, иже на Иордане (475 г.), память которого празднуется 4/17 марта. По восточному преданию, Герасим обратился в христианство и раздал своё богатство бедным. Однако он увидел, что бедняки по-прежнему многочисленны, а наследники и те, кто не успел получить его милостыню, стали укорять его за «нерасчётливость». Опечаленный Герасим ушёл в пустыню. Здесь он подобрал и вылечил умиравшего от жажды ослика, а потом исцелил поранившегося льва. Старец, ослик и лев стали жить вместе (ср.: Ис. 11:6). Лев, когда Герасим отдыхал, стерёг осла. Так продолжалось длительное время. Но вот однажды, проснувшись наутро, старец увидел, что ослика нет, а лев безмятежно спит. На льва пали подозрения, что ночью он полакомился длинноухим товарищем. Без осла святому пришлось на плечах нести меха к роднику. Однако лев виновато встал у воды на то самое место, где обычно старец укреплял ношу на спине осла. Лев стал возить воду, а заодно и самого Герасима. Но вскоре случилось, что лев исчез. Спустя некоторое время Герасим увидел быстро мчавшийся караван верблюдов, впереди которого бежал его ослик, а позади в роли грозного погонщика выступал лев. Оказалось, что осел был похищен проходившими мимо караванщиками. Лев по ветру почуял, где идёт ослик, и пригнал весь караван к старцу. Вслед за караваном прибежали купцы, которым Герасим вернул всех верблюдов и подарил ослика, отказавшись от какого-либо вознаграждения. Эту красивую легенду пересказал Н. С. Лесков («Лев старца Герасима»).

195

Рассуждение о душе животных заимствовано у Иоанна экзарха Болгарского; ср.: «как говорит Писание, „всякому животному душа его есть кровь”, кровь же, сгустившись, становится плотью, плоть сгустившись превращается в землю… „Да изведёт земля душу живу”. Рассмотри соединение (сочетание) души с кровью и крови с плотью и плотского с землёй и, покончив с этим, возвращайся обратно от земли к плоти, от плоти к крови, от крови к душе, и ты откроешь, что душа скота есть земля» (Шестоднев–1996. С. 154). Христианское понятие о пребывании души животных в крови восходит к библейским текстам (Быт. 9:4; Лев. 3:17; 7:26; 17:14). Отсюда же исходит запрет на употребление крови в пищу. Согласно книге Левит, «душа тела в крови» (Лев. 17:11). Здесь же помещена следующая рекомендация: «Если кто … на ловле поймает зверя или птицу, которую можно есть, то он должен дать вытечь крови её и покрыть её землею. Ибо душа всякого тела есть кровь его…» (Лев. 17:13–14; ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 180а8–15).

196

Ср. с «Шестодневом»: РГБ. МДА. № 145. Л. 193а7–20.

197

Здесь в «Палее» излагается богословская теория, получившая название Совет Божий о человеке (Великий, или Предвечный Совет), согласно которой в божественном замысле о сотворении мира и человека участвуют все Лица Святой Троицы. Со времён апологетов для христианской экзегезы стало традиционным толкование Великого Совета как промыслительного явления миру тайны троичности Божества. «Великим Советником» в соответствии с терминологией пророка Исайи (Ис. 9:6) толкователи называют Сына Божия (Слово-Логос, Премудрость), которому «Отец вся показует» (Ин. 5:20). Ср.: «Ни кому другому сказал Он: „Сотворим”, как Своему Слову и Своей Премудрости» (Феофил–1988. С. 483); «Кто же это, кому говорит Бог: сотворим человека? Это — чуден советник, Властелин, Бог крепкий, Князь мира, Отец будущего века (Сам Единородный Сын Божий). Ему-то Он говорит: сотворим человека по образу и по подобию нашему. Не сказал: „по моему и твоему”, или „по моему и вашему”, но: по образу нашему…” (Иоанн Златоуст–1898. С. 737). Вместе с тем Ефрем Сирин, Ириней, Григорий Нисский, Кирилл Александрийский и некоторые другие богословы считали, что участниками Великого Совета были все три Лица Троицы: Бог-Отец, Сын Божий и Дух Святой (см.: ТБ. Т. 1. С. 11). В обобщённой ёмкой формулировке тринитарный смысл Великого Совета выразил Иоанн экзарх Болгарский: «…когда хотел создать человека, тогда сказал так: „Сотворим человека”, раскрывая единство Божества в трёх Лицах» (РГБ. МДА. № 145. Л. 209а. Перевод Г. С. Баранковой). Ср. у Севериана Габальского: «…кто советник и чей общий совет? Но из книг „Священного Писания” мы узнали, советником давнего совета был Сын, но умолчал о славе Св. Духа. И чтобы от нас, здравых, болящие не начали его умалять, необходимо знать, что одна слава, один совет, одна мысль, одно дело Отца и Сына и Св. Духа» (Там же. Л. 256 б). Аналогичную точку зрения высказывал Ириней, называя Сына и Духа Святого «руками Бога» — χεῖρας τοῦ θεῦ (V. 3, 1; V. 5, 1; V. 28, 1). Составитель Палеи исповедует тринитарное понимание Великого Совета, формулируя трактовку, аналогичную Иоанну экзарху и его знаменитым предшественникам. Одним из оснований этой трактовки является множественная форма глагола сотворим в цитате: Быт. 1:26. Святитель Филарет (Дроздов) рассматривал четыре возможных объяснения причины, по которой употреблено множественное число: а) этот образ выражения либо заимствован из уст «сильных земли» (3 Цар. 12:9, 1; Езд. 4:17); б) либо происходит из свойств языка (Иов. 18:2, 3; Дан. 4:14; в) или вводит сотворенных прежде ангелов в участие Совета Божия (3 Цар. 22:20; Иов. 2:1; Дан. 4:14); г) относится к трем Лицам Святой Троицы. Собеседование с ангелами митрополит Филарет исключал с такими же аргументами, которые привлекает Составитель Палеи: «Собеседование Бога с ангелами не можно воображать там, где собеседующим приписывается единый образ и образ Божий; и где дело идет не о служении каком-либо, а о содействии Богу. Итак, советника или советников Божества должно искать внутри самого Божества: и мы находим их, когда видим в св. Писании, что Бог Творец имеет Слово или Премудрость и Духа» (Филарет–1867. С. 20). В Палее теория Предвечного совета пополнилась неканоническими вариациями.

198

Тринитарную трактовку Великого Совета можно рассматривать как исходное основание для опровержения монотеизма и ветхозаветного понимания бытийных разделов Библии. В данном сюжете заключены базовые для всего памятника идейно-мировоззренческие установки, которыми задавался антииудейский полемический настрой и выявление прообразного смысла ветхозаветных событий по отношению к новозаветным. Именно эти смысловые линии, образующие основной концептуальный стержень Палеи, замыкаются на ключевые для них доказательства тайны троичности, которая была явлена уже через Моисея, но не понята приверженцами Закона, что и являлось прямым основанием к обличению единобожия в данном конкретном случае и иудейства вообще.

199

Здесь в Палее воспроизводится одно из базовых для христианского богословия воззрений, согласно которому Слово или Логос (λόγος) отождествляется с Сыном Божиим. В тексте обосновывается ипостасность Божеских Лиц и их единосущие. Отношения Отца и Сына уподобляются бесстрастному рождению Слова от предвечного Ума, которые существуют совечно и нераздельно. Поскольку Слово-Логос является одним из основных новозаветных доктринальных понятий, за ним стоит солидная традиция (ср.: «… поскольку рождение Сына есть рождение безстрастное, поэтому евангелист именует Его Словом, … Как ум, рождающий слово, рождает без болезни, не разделяется, не истощается и не подвергается чему-нибудь бываемому в телах: так и Божественное рождение безстрастно,…» (Иоанн Златоуст); «Как нельзя сказать, что ум иногда бывает без слова, так и Отец и Бог не был без Сына» (Феофилакт); «Сын называется Словом, потому что Он так относится к Отцу, как Слово к Уму, не только по бесстрастному рождению, но и по соединению с Отцом, и потому, что являет Его» (Цит. по: Дьяченко–1993. С. 616–617). В богословской концепции Слова-Логоса заключен также философско-мировоззренческий смысл, сокрытый в глубоком подтексте религиозного опыта. В содержательной наполненности понятия Логос не без основания усматривают «встречу» религиозных и философских элементов (см.: ХЭС. Т. ІІ. С. 47). С точки зрения веры в данном случае прежде всего формулируется догмат Боговоплощения и креационистская установка доктрины. Но через воплощение Бога в человеке являет себя творческое первоначало, а вместе с тем план и конечная цель бытия. В параллелизме богословских и философских значений этому соответствует имеющая теоретическое и мировоззренческое значение гипотеза о существовании некоего идеального основания мира, раскрывающегося в энергийном действии космической потенции, заключающей в себе всю совокупность мыслимого и познаваемого бытия (см.: Трубецкой–1900).

200

См.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 83. — Г.С.Б.

201

Словом решительный переводим др. — рус. избиривыи, являющееся, по-видимому, переводом греч. πρόχειρος соб. ‘находящийся под рукой’, ‘готовый на все, решительный, смелый’. — А.М.К.

202

Соответствует Никео-Цареградскому символу веры, утверждённому на I (352 г.) и II (381 г.) Вселенских соборах. Однако в трактовках постулата об исхождении Святого Духа от Отца представителями различных школ Восточной церкви отмечаются некоторые оттенки. Александрийцы понимали соотношение Духа Святого и Сына Божия теснее, причём Дух Святой как бы поставлялся в причинную связь с Сыном Божиим; напротив, отцы и учителя, принадлежавшие к антиохийской богословской школе, более выражали мысль о различии и самостоятельности Духа Святого и Сына, чем указывали на их связь, и тем самым становились далеко от всякой возможной мысли о причинной связи между Сыном Божиим и Духом Святым: «…первые с особенным вниманием останавливались на моменте единосущия Сына Божия и Духа Святого, вторые на моменте ипостасной разности лиц Св. Троицы» (Лебедев–1875. С. 25–26). В нашем случае излагается смыкающаяся с александрийской точка зрения, менее бескомпромиссная, нежели антиохийская, в отношении fіlі oqu e, введенном в 589 г. Толедским собором и принятом на Западе. Ср.: «…когда именуется Отец, присущи Ему и Слово Его и в Сыне Дух. И если именуется Сын, то в Сыне есть Отец, и Дух не вне Сына» (Афанасий Александрийский–1853. С. 3).

203

Новозаветное учение о триипостасном Боге являлось отрицанием ветхозаветного монотеизма и в то же время было антиподом языческого политеизма.

204

А не к Сыну и Св. Духу. Распространенный в христианской экзегезе антииудейский мотив, встречающийся в контексте толкований Великого Совета. Ср.: «Слушай, иудей… Кому же, скажи, Бог говорит: сотворим Человека? … так и вы говорите: Бог сказал это ангелу и архангелу. Какому ангелу? Какому Архангелу? Не дело ангелов творить, и не дело архангелов — совершать это» (Иоанн Златоуст–1898. С. 736); «…так и враждующий против истины род — иудеи, будучи стеснены, говорят: много лиц, к которым было Божие слово. Ибо Ангелам, предстоящим Ему, говорит: сотворим человека. Иудейский вымысел, иудейскому только легкомыслию свойственное баснотворство! Чтобы не принять одного, вводят тысячи, и отвергая Сына, достоинство советодательства приписывают служителям; подобных нам рабов делают властелинами нашего сотворения» (Василий Великий–1900. С. 150). Имеются ветхозаветные указания на совет Бога с ангелами (3 Цар. 22:19–21; см. также: Глаголев–1900. С. 197). Основанием для полемических обличений иудеев могли быть взгляды, зафиксированные в талмудической книге «Берешит рабба», где говорится о том, как ангелы на небесном совете разошлись во мнении: создавать человека, или нет (см.: МНМ. Т. I. С. 41). Характерный для иудейской среды взгляд на предшествующий созданию человека Совет Бога с ангелами воспроизводит И. Я. Порфирьев: «Когда Бог восхотел сотворить человека, созвал сонмы высших ангелов и сказал им: я хочу сотворить человека… Ангелы заметили: человек в чести сый не разуме, приложися скотом немысленным уподобляясь им (Пс. 48:21). Бог простёр свой перст над ними и сжег их. Потом Он опять созвал сонмы других ангелов и сказал: хочу сотворить человека; ангелы сказали: что есть человек, ясно помним и его (Пс. 8:5). Человек, сказал Бог, будет создан по образу нашему и будет мудрее вас… Когда созданный человек пал, ангелы Аза и Азазель пришли к Богу и сказали: имеем нечто сказать Тебе; человек, которого Ты сотворил, пал. Тогда Бог низверг их с неба» (Цит. по: Порфирьев–1872. Авторский перевод с изд.: Bartoloccіі. Bіblіoteca magna Rablіnіca. T. 1. Romae, 1675. P. 352). Иудейское предание о Совете Бога с ангелами нашло отражение в Коране: «Когда Господь твой сказал ангелам: я поставлю на земле наместника, они сказали: поставишь ли ты на земле существо, которое произведёт беспорядки и прольёт кровь…” (Коран. 2:28).

205

Библейский рассказ о сотворении человека по образу Божию экзегеты рассматривали как символ будущего воплощения Христа, как знак грядущего промыслительного рождения от потомков Адама Великого Потомка. С точки зрения параллелизма ветхозаветных и новозаветных событий Адам носил в себе образ Божий, как Христос славу Отца. Если первый человек произошёл от земли и неба, то Христос, этот «новый Адам», привнёс небесное в земное; если в первом человечество было обречено на смерть, то второй привнёс в мир спасение (см.: Корсунский–1885. С. 47–49).

206

То есть человека.

207

Полемический выпад нацелен на развенчание логики, присущей иудейской трактовке библейского постулата. Если для христиан одним из значений Божьего образа в человеке является воплощённый Сын Бога Отца, то приверженцы Яхве, отрицавшие Боговоплощение, образ Божий исключительно воспринимали в буквалистском смысле ветхозаветных описаний: либо как огонь, либо как ангел (Исх. 3:5–6, 20; Исх. 23:20–25; Втор. 4:24). У иудеев существовало понятие ангела Иеговы, в котором проявляется сам Иегова (Быт. 8:25; Исх. 23:20; Исх. 33:14; Чис. 20:16. См. об этом: Глаголев–1900. С. 15, 41–50, 53, 81–99, 117–185). Соответственно образ Божий в иудейском понимании — это ангел, а возможность тождества человека с ангелом далее развенчивается рассуждениями о несовместимости природы человека с огненной ангельской природой.

208

В обработке автора Палеи богословский аргумент против отнесения слов «сотворим человека» к ангельским чинам приобретает своеобразную акцентацию. Изложенное выше объяснение Филарета (Дроздова) восходит к апологетичеким высказываниям Иоанна Златоуста (ср.: «Кто же это, кому говорит Бог: „Сотворим человека?” Это… Сам Единородный Сын Божий. Ему-то Он говорит: „Сотворим человека по образу и по подобию Нашему”. Не сказал: „по моему и твоему”, или по „моему и вашему”, но: „по образу нашему”, указывая на один образ и подобие. А у Бога и ангелов не один образ и не одно подобие. Как действительно может быть один образ и одно подобие у Владыки и служителей?» (Иоанн Златоуст–1898. Т. 4. Кн. 2. С. 737). Эти апологеты опровергают первую посылку иудеев, доказывая, что Бог не мог обратиться к ангелам, как к равным по образу. В устах Составителя Палеи в этой же задаче произведено своего рода «второе действие» с более сложным силлогизмом. Он отталкивается «от противного» и риторически как бы допускает Совет Бога с ангелами, следовательно, также и сотворение человека по общему образу и подобию Божию и ангельскому. Последующее опровержение автор строит на рассмотрении библейских эпизодов, доказывающих различие природы и образа человека и ангелов.

209

В ветхозаветном понимании Премудрость отождествлялась с ангелом Иеговы, или Божьим словом, которому усвоялось то, что совершаемо было ангелом (Иов. 28; Притч. 8:22–36; Пс. 32:6; 118:89; 147:4–7. См. об этом: Глаголев–1900. С. 163). В контексте антииудейской полемики выстраиваются синонимичные инварианты Божественного советника: ангел — Премудрость. Таким образом, получает своё развитие критика иудейской ангелологии.

210

Здесь отразилось характерное для христианства двойственное понимание Премудрости: с одной стороны, как Логоса-Спаса, Иисуса Христа, а с другой, как Богородицы (см.: Громов–1988. С. 116; Громов–1997. С. 67). Трактовка Премудрости в Палее отражает восходящее к античности понимание Софии, которая, с одной стороны, представлена «как пластичное, женственное, поэтическое воплощение высшей мудрости, как немеркнущая, возвышающая человека красота вечной истины», а с другой, она «гармонично дополняет активное, мужское, абстрагирующее представление о знании, как Логосе» (Громов–1988. С. 115). Вместе с тем нельзя не отметить, что в иконографии с рубежа XIV–XV вв. получил распространение сюжет «Премудрость созда себе храм», в котором София Премудрость представлена в образе ангела Великого Совета, который как элемент иудейских антитринитарных воззрений отвергается Палеей (см.: коммент. 189, 193, 194).

211

«Божество от человечества» отделяли иудеи, ибо считали Христа простым человеком. Под еретиками, которые отделяли «человечество от божества», должно подразумевать монофизитов, признававших только одну, человеческую природу в Христе. Это учение, распространившееся в V в. по восточным областям Византии, было осуждено Халкидонским собором 451 г. Впрочем, отделение «божества от человечества» можно вменить также несторианам, которые считали Богородицу «человекородицей». Несторий считал, что Христос был человеком, который стал мессией благодаря пребыванию в нём Божества в неком относительном соединении. Ересь осуждена Эфесским собором 431 г.

212

Сын громов — βροντῆς ὀ ὔιός — громогласный проповедник (Дьяченко–1993. С. 696). «Сынами грома» назвал апостолов Иоанна Богослова и Иакова Христос (Мк. 3:17), «предсказывая вместе с этим, что проповедь обоих братьев будет неотразимо, как гром, действовать на души слушателей» (ТБ. Т. 9. С. 287). Высказывалось также мнение, что «сынами грома» братья названы за присущую им стремительность и гневную вспыльчивость (см.: коммент. 17). — А.М.К.

213

Данная оговорка направлена против еретического утверждения о призрачности воплощения Иисуса Христа. Уже в I веке в Малой Азии появилась ересь докетов, которые считали человеческое тело произведением злого начала. Они утверждали, что Иисус Христос являлся одним из эонов и принял на Себя не истинное человеческое тело, а только один эфирный призрак. Соответственно, будучи пригвождённым ко кресту, Бог не терпел никаких страданий и крестная смерть была кажущейся. Предполагают, что докеты существовали уже во время жизни апостола Иоанна Богослова. Во всяком случае св. Игнатий Богоносец опровергает докетизм во 2-й главе своего «Послания к Смирнянам». В нашем памятнике адресатом критики по данному вопросу скорее всего являются последователи еретиков-дуалистов богомильского толка, которые в том или ином виде оказывали влияние на религиозную ситуацию в православном культурном мире. Видимо, не случайно к данному мотиву Составитель обращается неоднократно (см. коммент. 198, 659, 721, 879, 995).

214

Гносеологическая формулировка, обосновывающая возможность познания только человеческой природы воплотившегося Христа. Божественная же его природа, согласно дуальной онтологии христианской доктрины — это сокровенная тайна.

215

Поправка к возможному истолкованию субординации Лиц Троицы в духе подобосущности. Подобного рода трактовка воспроизводится в «Повести временных лет» и расценивается как полуарианский символ веры (см.: ПСРЛ. Т. 2. Стлб. 97–98; Заболотский–1901. С. 28–29; Кузьмин–1987. С. 36–37).

216

Весьма свободная цитата, буквального соответствия которой нет в Евангелии. В предсказаниях Иисуса Христа о Его страданиях и смерти повсюду говорится о Сыне Человеческом, а не о Божестве (Мф. 20:18–19; 26:2; Мк. 10:33–34; Лк. 18:31–33).

217

Логическим основанием утверждения является новозаветное представление о том, что каждое последующее творение Бога имеет более высокий иерархический статус в мироздании, а человек рассматривается венцом творения. Выпад в адрес жидовина, видимо, основывается на том, что, согласно иудейским представлениям, ангелы — это не только орудия действия Бога, но в ангелах проявляется действие самого Бога, в связи с чем ангелы воспринимались как божественные существа по отношению к человеку, при том что иудейскими толкователями они ставились несравненно ниже своего божественного первообраза (см.: Глаголев–1900. С. 4, 79, 185, 281). Кроме того, в Ветхом Завете ангелы представляются существами, превосходящими человека ведением и мудростью (2 Цар. 14:17; 19:28).

218

В прямом смысле Божий образ в человеке — это воплощённый Сын Божий.

219

См. коммент. 189.

220

То есть соучастниками Совета, а не творения.

221

В РСБ: «При общем ликовании утренних звёзд, когда все сыны Божии восклицали от радости» (Иов. 38:7).

222

По-видимому, это контаминация различных мест из книги пророка Исайи. — А.М.К.

223

Ср.: «Есть пути, которые кажутся человеку прямыми, но конец их — путь к смерти» (Притч. 14:12); «Путь грешников вымощен камнями, но на конце его — пропасть ада» (Сир. 21:11). — А.М.К.

224

Хананеи — потомки сына Хамова, жившие в земле обетованной прежде иудеев и вытесненные оттуда израильтянами. За языческие беззакония осуждены Богом на истребление (Нав. 9:19–20). Хеттеи — народ хананейский, частично истребленный Иисусом Навином (Нав. 1:4; Суд. 1:26; 3:5). Ферезеи — дословно жители деревень, одно из названий хананейского народа, которые безуспешно сопротивлялись вторжению Иисуса Навина (Нав. 9:1; 11:3) и были подчинены Соломоном (3 Цар. 9:20). Иевусеи — потомки Иевуса и жители одноименного города, одна из ветвей ханаанского племени, побежденная Давидом (II Пар. 8:7–8). Поражение хананейских народов в Палестине объясняется в Библии гневом Бога, покровительствовавшего израильтянам. Однако первонасельники палестинских земель не были истреблены полностью, а покоренные остатки их превращены в данников (см.: БЭ. С. 740–741).

225

Ср.: «И Он сказал мне: сын человеческий! Я посылаю тебя к сынам Израилевым, к людям непокорным, которые возмутились против Меня; они и отцы их изменники предо Мною до сего самого дня» (Иез. 2:3).

226

То есть слова пророка Исайи «Младенец родился нам и [Сын] дан нам» (Ис. 9:6), о которых шла речь в предыдущем абзаце.

227

Ср.: Мф. 9:6; Мк. 2:5–10; Лк. 5:20–24; Лк. 7:47.

228

Ср.: «Вот, Господь Бог грядет с силою, и мышца Его со властью» (Ис. 40:10).

229

Онтологические основания, полагающие предел познавательным возможностям человека в отношении инобытийной и иноприродной сферы Божественного.

230

См. коммент. 189, 195.

231

См. коммент. 194.

232

По-видимому, здесь имеет место доказательство от противного: если Бог не Троица, то, по смыслу слов Моисея, нужно будет признать наличие двух Богов, что в системе монотеизма является противоречием в терминах; следовательно, Бог — Троица. — А.М.К.

233

Логос как промысел — идея творения и одновременно могущественная сила, претворяющая замысел Творца (см.: коммент. 182).

234

С богословской точки зрения это утверждение выглядит неожиданно и вступает в прямое противоречие со словами Самого Христа: “Все предано Мне Отцем Моим, и никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть” (Мф. 11:27), произнесёнными задолго до Преображения. По сути, данное суждение Составителя Палеи таит в себе элементы адопционизма, еретического учения об «усыновлении» Иисуса Христа Богом-Отцом. В толковании Составителя следующий далее рассказ о крещении Спасителя и приведённая цитата Мф. 3:17 также подспудно обретают отзвук «усыновления».

235

Здесь и далее Составитель Палеи для обозначения физической природы человека использует три термина: прах (или персть), плоть и тело. Такие же термины употребляются в славянской Библии. Словом прах в Св. Писании называется то вещество, из которого составлен человеческий организм, вне его связи с душой. Например, в этом смысле оно употреблено в рассказе Моисея о сотворении человека: «И создал Господь Бог человека из праха земного» (Быт. 2:7). Этот термин прилагается к обозначению трупа умершего, лишенному живительной силы, и вследствие этого разлагающемуся на составные части. «И возвратится прах в землю, чем он и был» (Еккл. 12:7), — говорит Екклесиаст, отражая материальное происхождение тела и вытекающую из этого его судьбу, то есть возвращение в первоначальное состояние и противопоставление судьбе духа. Со словом прах в Библии не соединяется какого-либо этического значения, хотя оттенок некоторого пренебрежения, безусловно, присутствует. В широком смысле прахом иногда называется и весь человек с душой и телом: «Авраам сказал в ответ: вот, я решился говорить Владыке, я, прах и пепел» (Быт. 18:27). В этом случае как бы забывается о высшей стороне человеческой природы и обращается внимание исключительно на то, что по своему телу человек «в прах истлевает», как червь, произойдя из земли и возвращаясь в неё. Слово тело обозначает те свойства человеческого организма, которые являются у него общими с неодушевлёнными физическими телами (протяжённость, плотность, делимость и т. п.), а также обусловленные анатомией и физиологией человека. С православной точки зрения, всё Божие творение совершенно («добро есть») и тело человека является даже более совершенным, чем остальные материальные творения. Оно есть храм (2 Кор. 5:1–4; ср.: 2 Пет. 1:14) и сосуд души (2 Кор. 4:7), причастно телу Христову (1 Кор. 6:15; Еф. 5:30), является обителью Святого Духа (1 Кор. 5:19), должно становиться жертвою живою, святою и благоугодною Богу (Рим. 12:1). Термин плоть в Св. Писании имеет несколько значений. Прежде всего, оно прилагается к живому человеческому телу с плотью и кровью, со всеми органическими отправлениями и совершающимися в нём физиологическими процессами (Быт. 2:23; Лев. 17:14; Быт. 6:17; 7:15; 16:21). С ним ассоциируется представление о теплоте животной жизни и всей совокупности функций живого организма. Плотская субстанция является наиболее удобной почвой для возникновения грехов: чувственности, пьянства, сладострастия. Дуалистические религии и философские системы признают плоть в этом смысле саму по себе чем-то нечистым и скверным. Православие, за некоторыми исключениями, далеко от такого крайнего взгляда на плоть. Но тем не менее плоть не равнозначна духу, но должна повиноваться ему. Если плоть начинает господствовать, то она служит источником страстей, унижающих человека как разумно-нравственное существо. В этом случае возникает то направление человеческой жизни, которое также называется плотью, или по плоти. В этом случае термин плоть обозначает состояние человека, при котором он живёт преимущественно чувственной стороной своего существа, не имея духовных интересов и стремлений и уподобляется скотам несмысленным и даже становится хуже их (Рим. 8:7–10; 7:5; Гал. 5:16–17; Еф. 2, 3). В ещё более широком смысле плоть употребляется для указания на греховное состояние человека не только в связи с чувственным характером (Быт. 6:3). В Посланиях апостола Павла выражение «человек плотской» аналогично выражению «человек душевный». Апостол называет делами плоти грехи, которые не проистекают прямо из чувственной природы: идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, ереси, ненависть (Гал. 5:12, 21). Наконец, термин плоть служит для выражения понятия о человеке вообще со всей совокупностью его не только физических, но и духовных проявлений, для указания полноты и целостности человеческой природы (Рим. 3:20; 1 Кор. 1:29; Гал. 2:16). В таком наивысшем значении этот термин употреблён апостолом Иоанном Богословом: «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу его, славу, как Единородного от Отца» (Ин. 1:14. См. также: Камчатнов–1995. С. 118–123; Левитов–1997. С. 40–47).

236

Ср. со словами икоса по 6 песни канона преподобного Феофана в чинопоследовании погребения мирских человек: самъ єдинъ єси безсмертный, сотворивый и создавый человѣка, земніи ѹбо ѿ земли создахомсѧ, и въ землю тꙋюжде пойдемъ, ꙗкоже повелѣлъ єси создавый мѧ и рекій ми, ꙗкѡ землѧ єси и въ землю ѿидеши, аможе вси человѣцы пойдемъ, надгробное рыданіе творѧще пѣснь: аллилуіа (Тр. С. 183). Согласно этому месту в тексте Палеи и некоторым богослужебным текстам, может создаться впечатление, что, по толкованию древних авторов, смертность человека была предопределена изначально. Между тем, в первой и второй главах Книги Бытия нет указания на то, что человек был сотворён для смерти и тления. Напротив, присутствие в раю Древа жизни, вкушение от которого не было запрещено человеку до грехопадения (Быт. 2:9, 16–17; 3:22), указывает на реальную возможность бессмертия. Одно из богословских мнений объясняет смерть человека как следствие его грехопадения и составляющую «кожаных риз», данных Адаму и Еве перед изгнанием из Эдема (Быт. 3:21). Несколько ниже Составитель Палеи в форме специального силлогизма оговорит своё понимание этой проблемы.

237

Уподобление тела человека сосуду стоит в одном ряду с поэтическим образом «дома телесного» (см.: Архангельский–1889. С. 27–28). Характерно, что части сосуда имеют антропоморфные названия: шейка, горло, плечики, тулово, а погребальные канопы-урны покрывались к тому же изображением человеческих масок-личин. Части дома также соотносились с частями человеческого тела: глазницы окон, устье двери, причелины, наличники и т. д. (см.: Апокрифы–1999. С. 245). За этим стоит глубоко архетипическое восприятие человека как некоего универсального космического символа, по аналогии с которым мыслятся и отдельные жизненно важные вещи и сам мир, символика сфер которого связана в равной мере с частями человеческого тела и частями жилища. В этой связи остаётся добавить, что на расписных трипольских сосудах сверху вниз изображались космические зоны: небо, солнце, дожди и плодоносящая земля (см.: Рыбаков–1965а. С. 24–46; Рыбаков–1965б. С. 13–33). Синонимичные между собой образы донесли отголоски антропоморфного восприятия Вселенной, хотя сама антропологическая концепция Палеи вполне ортодоксально представляет «венец творения» двуприродным существом. Впрочем, по антропо-космической аналогии получается, что мир дуален, как и «малый мир» — человек. Следовательно, и в новозаветном понимании подобного рода архаические употребления не утратили своего символического значения, хотя сама мировоззренческая основа такого рода архетипов христианской доктриной отвергнута.

238

Ср.: «И создал Господь Бог человека из праха земного и вдунул в лицо его дыхание жизни; и стал человек душою живою» (Быт. 2:7).

239

Предупреждение опасности пантеистического понимания вдуновения Богом души в человека. Душа — высшая из сотворённых субстанций, родственная тонкой ангельской природе, но, являясь творением, сущностно с Первоначалом не связана.

240

Видимо, здесь неявная полемика по адресу Оригена, который склонялся к идее предсуществования душ: «Но в церковном предании не указано ясно относительно души, происходит ли она из семени, так что сущность или субстанция её содержится в самих телесных семенах, или же она имеет какое-нибудь другое начало — рождённое или нарождённое, или, может быть, душа вселяется в тело извне» (Ориген–1993. С 38). Ориген хотя и делал оговорку, что духовные сущности сотворены прежде телесных (см.: Там же. С.139; ср.: Макарий–1888. С. 99), главным для него было то, что души не творятся вместе с телами, а «вселяются извне» (Макарий–1888. С. 85). Таким образом, Ориген лишь внешне христианизировал Платона, который учил о вселении бессмертных душ в смертные тела — «орудия времени» (см.: Платон. Государство. 69d).

241

Гносеологические пределы умственного познания, для которого природа и замысел Бога непостижимы.

242

Речь идёт не столько об онтологической двойственности, согласно которой плоть тленна, а душа бессмертна, сколько о воздаянии на Страшном Суде, символ которого — весы. Возможность смерти или бессмертия полагается в свободной воле человека. Ср.: «Но кто-нибудь спросит нас: смертным ли по природе сотворён человек? Нет. Значит, — бессмертным? Не скажем и этого. Но скажет кто-нибудь: Итак, он сотворён ни тем, ни другим? И этого не скажем. Он сотворён по природе ни смертным и ни бессмертным. Ибо если бы Бог сотворил его вначале бессмертным, то сделал бы его Богом; если же, наоборот, сотворил бы его смертным, то Сам оказался бы виновником его смерти. Итак, Он сотворил его не смертным и не бессмертным, но, как сказали выше, способным к тому и другому, чтобы, если устремится он к тому, что ведёт к бессмертию, исполняя заповедь Божию, получил от Него в награду за это бессмертие, и сделался бы Богом; если же уклонится к делам смерти, не повинуясь Богу, сам бы был виновником своей смерти. Ибо Бог создал человека свободным и самовластным… Как непослушанием человек навлёк на себя смерть, так повиновением воле Божией желающий может доставить себе вечную жизнь. Ибо Бог даёт нам закон и святые заповеди, исполняя которые всякий может спастись и, достигнув Воскресения, наследовать нетление» (Феофил–1988. С. 489–490). Ср.: «Душа… при конце мира воскресает вместе с телом и получает смерть через нескончаемые наказания» (Татиан. Речь против эллинов. Цит. по: Феофил–1988. С. 381).

243

Онтологическое разграничение ноуменальной и феноменальной сфер. Об ангелах как существах, обладающих особенными свойствами тонкоматериальной природы, неоднократно говорится в Палее (см.: коммент. 3, 4, 27). Рассуждения о скрытом в физических телах земном огне базируются на представлениях об огне как одном из четырёх материальных первоначал, чему являются подтверждением аналогичные, но более пространные рассуждения в «Шестодневе» Иоанна экзарха Болгарского об огне как имманентной стихии мира: «Как у [человеческого] тела не называет он все члены по отдельности, так и в созданном он не перечисляет [всего], хотя Он всё сотворил тогда одновременно с небом и землёй. И если бы огонь не был на земле, то нельзя было бы высечь его железом из камня и из дерева. Трением дерева получают огонь. Если бы дерево в своей природе не имело огня, то откуда бы он возник?» (Шестоднев–1991. С. 66). — Г.С.Б.

244

Ср. у Платона: «…ибо голову, являющую собой наш корень, божество простёрло туда, где изначально была рождена душа, и через это оно сообщило телу прямую осанку» (Тимей. 90). Об отличии человека от животных по принципу прямохождения высказывался Аристотель: «…Голова же у всех животных расположена кверху по отношению к их телу, но только у одного человека… эта часть… направлена кверху Вселенной» (История животных. I. 62). О дальнейшем развитии в Палее этой мысли, которая в своей основе связана с античностью см. коммент. 243.

245

В античную эпоху душу с кровью отождествлял ученик Сократа и Горгия Критий. Аристотель считал кровь общей частью всех живых существ, но при этом отличал плотские души животных от бесплотной живительной силы души человека (см.: Аристотель. История животных. I. 19; III. 90–93). Изложенная в Палее христианская точка зрения восходит к иудейской традиции, где кровь отождествлялась с душой животного: «…ибо душа всякого тела есть кровь его» (Лев. 17:14). К Ветхому Завету восходят запреты на употребление в пищу удавленины, ибо в невыпущенной крови предполагалось нахождение души животного (см.: Деян. 15:29).

246

Косвенное указание на то, что автор комментируемого текста придерживался концепции четырёх стихий как исходных первоначал природной части мироздания.

247

Душа как некая высшая из сотворённых субстанций. Ср.: «…душа есть сущность живая, простая и бестелесная, по своей природе невидимая для телесных глаз…» (Иоанн Дамаскин–1992. С. 81).

248

Неоднократно повторяемое суждение о душе животных основано на: Быт. 1:20–21, 24; Лев. 17:11, 14 и созвучно «Шестодневу» Иоанна экзарха Болгарского.

249

К сожалению, мы до сих пор лишены очень важной составляющей комплексного изучения не только Палеи, но и многих других рукописных памятников, а именно подробной и внимательной характеристики сопровождающих текст книжных миниатюр. Применительно к Палее эта проблема была поставлена ещё в дореволюционной историографии, однако за истекшее столетие её решение практически не сдвинулось с мёртвой точки. Если в современных исследованиях и присутствуют публикации миниатюр, то в большинстве случаев они выполняют декоративную роль молчаливых заставок по теме статьи. Между тем древние иллюстрации не только воспроизводили содержание памятника, но и комментировали его, выражали понимание тех или иных фрагментов произведения человеком той эпохи. В силу отсутствия широкого круга научных работ относительно содержания миниатюр в списках Толковой Палеи будет уместно привести некоторые выводы, основанные на наблюдениях, сделанных Е. Рединым. Прежде всего, миниатюры наиболее представительного с точки зрения изобразительного ряда списка XVI в. из собрания графа Уварова отличаются сильным архаизмом и напоминают византийские изображения комниновского периода. Стилистическое и иконографическое влияние несомненно, что указывает на копирование с древнего византийского или с посредующего (с теми же чертами) славянского оригинала. В большинстве лицевых списков Толковой Палеи изображения касаются сцен сотворения мира и человека, местоположения и устройства рая, грехопадению Адама изгнания из рая. Вероятно, что древний книжник иллюстрировал те эпизоды, которые, по его мнению, были наиболее значимыми, интересными и сложными для понимания. Любопытно, что в сценах творения Божество представлено образом Христа, а понятия об устройстве мироздания передаются в соответствии с художественными изображениями в византийских списках Козьмы Индикоплова. (См.: Редин–1901. С. 1–9). Интересно было бы выяснить, насколько велико соответствие или расхождение изображений ортодоксальным канонам и непосредственно иллюстрируемому тексту. Однако, пытаясь заметить языческие или апокрифические подробности, важно помнить, что архаичные изобразительные средства могли выражать глубоко христианские воззрения и символы (на примере древнерусской мемориальной скульптуры см.: Полянский–1996. С. 70–74).

250

Далее следует совпадающий с VI Словом «Шестоднева» текст, который исследователи называют первым в славянской литературе трактатом по анатомии и физиологии человека, воспроизводившим идеи «Истории животных» Аристотеля и знакомившим с медико-биологическими воззрениями времён Галена (см.: Трифонов–1929. С. 165–202; Богоявленский–1960. С. 22; Чолова–1988. С. 278). Был ли Иоанн экзарх сам автором этого текста, при составлении которого свободно излагал и цитировал Аристотеля, или воспользовался компиляцией Милетия (“Трактат о естестве человека”), где воспроизводятся те же античные источники, ещё не выяснено. В Палее текст антропологического трактата сильно сокращён по сравнению с «Шестодневом», где строение черепа, мозга, глаз, ушей, носа и других внутренних органов рассматриваются значительно подробнее. Сокращению прежде всего подверглось описание функционирования органов, физиогномические характеристики частей тела, медицинские частности. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что по сокращении оставлено описание органов, которые имеют прямое отношение к чувствам и мысли.

251

Разделение черепов на мужские и женские по количественному признаку наличных швов восходит к Аристотелю; ср.: «Череп… имеет швы: у женщин один круговой, у мужчин в большинстве случаев три» (Аристотель. История животных. I. 40). Указанный Аристотелем признак является абсолютным заблуждением, которое благодаря авторитету мыслителя удерживалось многие столетия. Современные исследователи указывают, что «различий между полами по числу швов, о которых говорит Аристотель, вообще не существует» (Старостин–1996. Комментарии. С. 425–426).

252

Практически дословное воспроизведение Стагирита. Ср.: «Мозг бескровен у всех, не содержит в себе ни одной вены и на ощупь по своей природе холоден» (Аристотель. История животных. I. 67).

253

Платон (см.: Тимей. 73 b — d) придерживался мнения, что ум связан с мозгом; вероятнее всего он заимствовал эту идею у Алкмеона. Аристотель подверг резкой критике это мнение и даже написал трактат «Против Алкмеона». Аристотель считал, что средоточием всей «душевной» нервно-психической деятельности является сердце, а не мозг. (См.: Аристотель. История животных. II. 49; Старостин–1996. С. 50). О различии во мнениях относительно положения ума говорится в древнерусском списке «Диоптры»: Аристотель мудрыи и с нимъ Пократ в сердци глаголют уму пребыванье имѣти. Галин же не тако, но в главнѣм мозгѣ (Прохоров–1987. С. 222). У всех живых существ, в том числе и у человека, узлом схождения нервов Аристотель назвал сердце, однако Стагирит отождествил с нервами кровеносные сосуды (см.: Аристотель. История животных. III. 49–52). В комментируемом тексте излагается платоническая, а не аристотелевская точка зрения, которая едва ли не господствовала в Средневековье (см.: Старостин–1996. С. 50). О сообщении чувств и ума, осуществляемого «с помощью нервов, направляющихся из головного мозга по всему телу», учил Иоанн Дамаскин (Иоанн Дамаскин–1992. С. 162).

254

Соответствует Аристотелю. Ср.: «… Из глаз ведут в мозг три канала: наибольший и средний — в мозжечок, меньший — в самый мозг» (История животных. I. 68). Видимо, под каналами понимаются не столько нервы, сколько вены или артерии, которые при анатомировании наблюдались в бескровном трубчатом состоянии и которые мыслитель отождествлял с собственно нервами (см.: Старостин–1996. Комментарии. С. 431).

255

Видимо, речь в отрывке идёт о евстахиевой трубе, соединяющей ухо с носоглоткой. В тексте нашло отражение характерное для Аристотеля понимание жил как нервов и нигилизм в отношении увязывания сенсорных способностей уха непосредственно с мозгом. Восходящая к Стагириту физиологическая фактура текста всё же доработана, ибо нервным центром, с которым ухо связано жилой через глотку, называется не сердце, а мозг.

256

Образ царя-ума в антропологическом трактате восходит к Платону, однако описание того, как он повелевает слугами-чувствами, в палейном варианте сокращено (ср.: Платон. Государство. 435 e; Федр. 247 c, 249 b — c; Федон. 66 a — b, 79 c, 80 a, 94 b). Ср. у Иоанна Дамаскина: «Должно знать, что разум по природе владычествует над неразумной частью» (Иоанн Дамаскин–1992. С. 155). В древнерусской мысли платоновский образ царя-ума воспроизвели в своём творчестве митрополит Никифор (см.: Мильков–1997 в. С. 67–70) и Кирилл Туровский в «Повести о белоризце и о монашестве» (см.: БЛДР. Т. 4. С. 173). Образ царя-ума встречается в поздних списках «Беседы трёх святителей»: Что стоитъ градъ, а въ немъ сидитъ царь младъ. А волю взѧли над ним болꙗре. О. Градъ человекъ, царь млад умъ, а болꙗра. то есть помыслы злаꙗ (Мочульский–1893. С. 163).

257

Обобщённая характеристика сенсорно-гносеологической концепции, в основе которой, видимо, лежат платоновские идеи о связи умственной деятельности с мозгом, а мозга с чувствами (ср.: Платон. Тимей. 73 b-d; Федон. 96 b).

258

В светлую сферу сознания. Видимо, в данном случае получило отражение общее для Платона и Аристотеля толкование положения головы как признака, принципиально отличающего человека от всех живых существ (см.: Платон. Тимей. 91 e-97, 44 d-e, 90 b; Аристотель. История животных. I. 62). Само понятие «человек» ἄνθρωπος) через глагол ἀναθρέω трактуется как «смотрящий вверх» (Чолова–1988. С. 276), хотя Платон прежде всего вкладывал в него смысл «умеющий рассуждать» (Платон. Кратил. 399 с). Как бы то ни было, верхнее положение головы символизирует «вознесение наверх» мыслей, рождающихся в головном мозгу, и означает устремление от земли к небу (см.: Платон. Тимей. 90). В христианской шкале ценностей, которая в данном случае не противоречит платонизму, это означает, что локализуемая в голове разумная сила души способна освобождаться от отягощающих оков плотских страстей и устремляться к небу, добру, благу, красоте, в конечном счете к Богу (см.: коммент. 238, 225).

259

В христианской экзегезе имеются разные оттенки трактовок дуальной человеческой природы. Палея в данном случае абсолютизирует противоположность души и тела, которые, согласно контексту, сочетаются не иначе как в состоянии вражды и противоборства. В древнерусских памятниках книжности формулируется и другая установка на гармонизацию материального и духовного начал («Ареопагитики», «Диоптра»). В «Диоптре» особенно наглядно демонстрируется теснейший союз и гармоничное нерасторжимое единство души и тела, с которого даже снимается вина за прегрешения (см.: Прохоров–1987. С. 74, 130–131, 214–219, 222–223, 228–229). Есть основания говорить, что Палея и «Диоптра» представляют разные концепции христианской антропологии. Здесь можно усмотреть полемический смысл, нацеленный на опровержение аристотелевской концепции сердца как центра нервно-психической деятельности (ср.: коммент. 238, 255).

260

Ср. с формулировкой древнерусского писателя нач. XII в. митрополита Никифора, который в своём «Послании о посте и воздержании чувств» к Владимиру Мономаху говорит: разумом небо и прочаа всѧ сътвореннаѧ разумехомъ и к разуму Божию взыдохомъ (Никифор–2000. С. 61).

261

Речь идёт о способности ума к трансцендированию за пределы чувственного опыта, всегда ограниченного тем, что воспринимают органы чувств. — А.М.К.

262

Яркий аллегорический образ горящей свечи наглядно символизирует двуприродность человека.

263

Важная гносеологическая формулировка, требующая специального пояснения. С одной стороны, высказывается мысль о том, что ум вроде бы вовсе не нуждается в данных чувств. Но с другой стороны, всё ближайшее окружение комментируемой фразы фокусирует внимание читателя на работе сенсорных механизмов, а также на объяснении взаимодействия чувств и ума. Если сравнить наш фрагмент с исходным материалом, налицо значительное смысловое искажение первоисточника, которое является следствием радикального сокращения текста при воспроизведении Палеей антропологического трактата. В переводе Г. С. Баранковой пространный текст трактата по рукописи «Шестоднева» читается следующим образом: «Сам по себе ум, т. е. своим действием, поднимается на высоту и доходит до небес, и видит и созерцает духовные блага, в большей или меньшей [степени], в зависимости от своей чистоты, никоим образом не требуя для этого телесных чувств, но, наоборот, отделяясь от них и нисколько не ощущая, что сдерживается ими. К созерцанию же видимых и чувственно воспринимаемых [предметов] подходит посредством чувств, сообщая о находящихся перед нами предметах. [Чувства] служат уму, как рабыни, и сообщают, каждое в соответствии со своим природным устройством, назначением и естественной способностью (свойством), о природе того, что следует принимать как хорошее или избегать его» (по рукописи РГБ. МДА. № 145. Л. 237 а). Здесь все ясно: речь идёт о двух способах познания: чувственном и сверхчувственном. Причём связка чувственное — рациональное работает при анализе физических явлений. Кроме того, выделяется неподвластная чувствам идеальная сфера. Смысл отрывка сводится к тому, что представления не нуждается в чувственном опыте, а сами эти представления возникают при отсутствии ощущений и основаны исключительно на умозаключениях. Ближе всего смысл отрывка соответствует Платону: «…бытие и всё умопостигаемое при помощи диалектики можно созерцать яснее, чем то, что рассматривается с помощью только так называемых наук, … Правда и такие исследователи бывают вынуждены созерцать область умопостигаемого при помощи рассудка, а не посредством ощущений» (Платон. Государство. 511 c, d). В данном случае автор трактата мог опираться также и на идеи Аристотеля: «…поскольку ум может мыслить всё, ему необходимо быть ни с чем не смешанным» (Аристотель. О душе. 429 а 15–25). В варианте «Шестоднева» всё с точки зрения смысла сформулировано логически непротиворечиво. Но встаёт закономерный вопрос: является ли сокращение в Палее простой небрежностью её Составителя, или за ним стоит какая-то преднамеренная тенденция. Думается, что последнее. Сокращённый вариант антропологического трактата подводит читателя к мысли о превосходстве чистого мышления над чувственно-рациональным познанием, то есть фактически формулирует идею о некой духовной интуиции. Если в античном понимании источником надчувственного знания была диалектика, логические размышления и воображение, то в христианской системе координат источником знаний о явлениях идеального порядка объявлялось откровение. К этому выводу и подводят наблюдения над осуществлёнными сокращениями в кратком варианте антропологического трактата Палеи.

264

Ум здесь выступает как орудие познания высшего порядка, на что указывает и оттенок сенсорного значения — «око». Ум с душевным оком отождествлял Иоанн Дамаскин: «… ибо как глаз в теле, так ум в душе» (Иоанн Дамаскин–1992. С. 153). Этот же мотив был озвучен в трудах византийского мыслителя Михаила Пселла (1018–1078 гг.): «ум — третья и высшая из разумных способностей души… благодаря ему… она… словно неким яснейшим оком созерцает божественное» (Михаил Пселл–1991. С. 149–150). Об отрицании Составителем Палеи необходимости для ума чувственного опыта см. коммент. 248. В древнерусской книжности аналогичное сравнение встречаем у представителя христианизированной платонической традиции Никифора: «Это душа сидит в голове, имея в себе ум как светлое око» (Никифор–2000. С. 78).

265

Данный фрагмент, как и другие анатомо-антропологические сведения, восходит к Стагириту (ср.: Аристотель. История животных. I. 48–49).

266

Единственный избежавший сокращения физиогномический фрагмент исходного текста. Источником приметных свойств нрава по виду ушей является Аристотель: «…большие и выступающие кверху (уши) — признак глупости и болтливости» (Аристотель. История животных. I. 47).

267

Греч. ὑπερῴα ‘нєбо’. В варианте «Шестоднева» в этом месте имеется специальное разъяснение: ѹпероѧ слѡветсѧ єллиньскы єже сѧ речеть горьница (РГБ. МДА. № 145. Л. 239б). Вариант Палеи представляется сокращенной выборкой по сравнению с текстом из VІ Слова «Шестоднева». Содержание фрагмента восходит к тому же древнегреческому источнику (ср.: Аристотель. История животных. І. 50–51)

268

Словосочетанием дыхательный канал переводим слово кровавица, которое в свою очередь является, видимо, переводом греч. ἀρτήριον (см.: Срезневский–1989. І, 1338) — ‘дыхательный канал’, позд. ‘пульсовая артерия’. — А.М.К.

269

Фраза оригинала — зовутъ же то листъ — весьма загадочна; возможно, тут намёк на древнерусское название тысячелистника — кровавникъ (СлРЯ XI–XVII вв. Т. 8. С. 61), который использовался в народной медицине как кровоостанавливающее средство, или на его греческое название, найти которое нам не удалось. — А.М.К.

270

Не устранённое из содержания противоречие, отражающее воззрение Аристотеля на сердце как центр нервной деятельности (ср. коммент. 238, 242).

271

Содержание фрагмента о сердце в общих чертах соответствует сведениям, изложенным в «Истории животных» Аристотеля (I. 75–80).

272

Фрагмент «О рае», изобилующий яркими чувственно-образными характеристиками, исследователи квалифицируют как апокрифический (см.: Порфирьев–1890. С. 31, 89–91). Представления о чувственном, земном рае получили широкое распространение в значительной степени благодаря апокрифам (см.: Апокрифы–1999. С. 191–198). Ортодоксально выверенную трактовку рая, примиряющую указания Писания как на существование земной, так и небесной обители праведных, даёт Иоанн Дамаскин: «…божественный рай был двоякий; и посему учение, преданное богоносными отцами, из коих одни представляли рай чувственным, а другие духовным, справедливо» (Цит. по: Порфирьев–1890. С. 33; ср.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 149, где соответствующий отрывок переведён менее точно).

273

Стоящее в древнерусском тексте слово пища появилось вследствие смешения греч. τροφή ‘пища’ и τρυφή ‘радость, наслаждение, блаженство’ (Срезневский–1989. ІІ, 945). Евр. Эдем значит ‘наслаждение, блаженство’. — А.М.К.

274

Ср. у Ефрема Сирина: «Воздух, повевающий в Раю, /есть великих услад родник… /Ни ознобом веющий хлад, /ни люто попаляющий жар /не ведомы месту сему, /столь благословенно оно! /И оно есть собрание отрад, /и мирное пристанище утех, /и сладостный света укром, /и всяческой радости приют… /и когда, по несовершенству слов, /представляется плотским Эдем, /по самому существу своему /он остаётся духовен и чист; /так пусть нарицается оный [то есть райский] ветр /тем же именем, что и сей, — /но дух освящения, что веет в Раю, /с зачумленным сим ветром отнюдь не схож… /[рай] облачил деревья свои /именами наших дерев…» (МЖ. С. 232–235).

275

Рай был насаждён «на востоке» (Быт. 2:8). Традиционно земной рай локализуют в Индии.

276

Смешение древа жизни с древом познания добра и зла — апокрифический мотив (см.: Порфирьев–1890. С. 32). Как и рай, это древо трактовалось в духовном и вещественном смыслах. Ср.: Паки двѣ древѣ иже по среди раа, приточно нынѣшнѧго состава и бѹдоущаго прознаменаєта, и ѹбо дрѣво єже вѣдѣти добро и зло, ѡбразъ єсть сего мира см҃ртнаго и преложнаго, ꙗко имѹщю ємꙋ радостнаа и печалнаа и наказаниємь ключьшюсѧ, ꙗкож бо и адамъ наказасѧ тѣмъ дрѣвомъ иногда, єже добро и зло а єже дрѣво животноє ѡбразъ єсть нб҃снаго мира, в нем же животъ и блж҃ньство дрьжить (Козьма Индикоплов–1997. С. 267). Двойственную символику древа разъясняет Иоанн Дамаскин: «А под древом жизни можно разуметь мысль божественную, происходящую из рассмотрения всех чувственных предметов и через них возводящему к Виновнику бытия и Зиждителю всего сущего. Под древом же познания добра и зла можно разуметь чувственную и усладительную пищу, которая хотя и кажется приятною, но на самом деле вкушающего подвергает злу» (Цит. по: Порфирьев–1890. С. 33. Этот перевод более точный и мастерски сделанный, чем в издании 1992 г. — см.: Иоанн Дамаскин–1992. С. 151). И. М. Дьяконов обращает внимание на то, что «смерть появляется на сцене лишь после того, как Ева нарушает запрет, отведав плодов древа познания добра и зла … Смерть вступила в мир не с убийством Авеля … смерть вступила в него с грехопадением Адама и Евы» (Дьяконов–1992. С. 53). Поскольку рай земной описан в чувственных реалиях, талмудисты спорят о породе древа. Одни считают его виноградом, ибо ничего не принесло человеку более бед, чем вино, другие смоковницей, указывая на то, что из её листьев была сшита одежда Адама и Евы, третьи склоняются к отождествлению древа жизни с хлебным древом (см.: Порфирьев–1872. С. 39). Весьма важно, что образ райского древа ставится в связь с космическим мировым древом, которое представляло вечность — собственно древо жизни (см.: Тантлевский–2000а. С. 109–110). В этом отрывке В. Успенский видел реминисценцию сведений, содержащихся в апокрифе «Слово о древе крестном», приписываемом в некоторых рукописях Григорию Богослову, в других — Севериану Габальскому (Успенский–1876. С. 44). Ниже вариант этого неканонического сказания воспроизводится как составная часть Палеи. Следует добавить, что отмеченные В. Успенским мотивы могли попасть в Палею как непосредственно, так и через посредничество апокрифов, общих для Палеи и «Беседы трёх святителей», отдельные мотивы которой также пересекаются со «Словом о древе крестном» (см.: Апокрифы–1999. С. 43, 53). В. Иконников относил «Слово о древе крестном» к категории богомильских памятников и именно с богомилами связывал первые еретические воззрения на Руси (Иконников–1869. С. 50), что далеко не бесспорно.

277

То есть Адам и Ева, на что указывает форма двойственного числа имѧста и приꙗста. — А.М.К.

278

Ср.: «Древо же познания и добра и зла есть рассмотрение многоразличного зрелища, то есть познание собственной природы, которое — прекрасно для людей совершенных и твёрдо стоящих в божественном созерцании, обнаруживая собою великолепие Творца; <…> но не прекрасно для людей ещё юных и в очень большой степени обладающих сластолюбивым желанием, которых обыкновенно влечёт к себе и отвлекает попечение о собственном теле вследствие нетвёрдости пребывания их в том, что — более превосходно, и вследствие того, что они ещё не крепко утвердились в привязанности к одному только прекрасному» (Иоанн Дамаскин–1992. С. 77). — А.М.К.

279

Ср. у Ефрема Сирина: «Превышая числом рои звёзд /на зримом небосклоне сем, /обильные цветы оной [райской] страны, /светло торжествуя, являют себя, — /и малая толика дыхания их, /в коем дышит благость Творца, /сильна недуги уврачевать… /являясь, словно бы лекарь язв…” (МЖ. С. 237–238).

280

Слово природа можно понимать и в более широком смысле — как тварный состав человека, так и в более узком — как телесную природу, пол, ѕexuѕ, познание которых способно увлечь незрелого, несовершенного человека на путь чувственности; таким образом, чувственная природа не является злом сама по себе, ибо всё, что сотворил Бог, было «весьма хорошо».

281

Ср.: Бог «желал, чтобы мы были свободными от забот, имеющими одно дело, дело Ангелов: неусыпно и непрестанно воспевать хвалы Творцу и наслаждаться Его созерцанием…» (Иоанн Дамаскин–1992. С. 75–76).

282

Ср. в РСБ: «Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия». — А.М.К.

283

То есть субботой, из др. — евр. sabbath ‘день покоя, день отдыха’.

284

Моисей?

285

В христианском богословии придание религиозного значения числу восходит к античной философской традиции (Пифагор, академия Платона, неопифагорейцы, неоплатоники. См.: Кириллин–2000. С. 14–34).

286

Предполагаем, что слова иже первѣнець єсть во дьнехъ являются цитатой из 2-го члена Символа вера. — А.М.К.

287

Весь этот фрагмент основан на символике дней недели. У евреев не было особых названий для дней недели, кроме субботы; остальные дни назывались первым, вторым, третьим и т. д. (ср. вторник, среда, четверг, пятница). День после субботы был первым днём недели, восьмой день также был послесубботним; таким образом, первый и восьмой дни были днями воскресными. Именно эти дни прообразовательно были освящены в Ветхом Завете: «А в пятнадцатый день седьмого месяца, когда вы собираете произведения земли, празднуйте праздник Господень семь дней: в первый день покой и в восьмой день покой» (Лев. 23). — А.М.К.

288

Библейский мотив происхождение Евы из ребра Адама сравнивают с шумерским мифом о создании из ребра богини-исцелительницы, имя которой ти — имело двойственное значение: ‘ребро’ и ‘давать жизнь’, а корневая этимология имени Евы восходит к евр. хай — ‘жизнь’ (см.: МНМ. Т. I. С. 41, 419). В еврейском языке ребро и жизнь являются совершенно разными словами, а на библейскую трактовку Евы явно повлиял мифический образ богини исцелительницы боли в ребре Нимти из поэмы о Дильмуне. Поэтому шумерские ти как ‘госпожа ребра’ превратилась в ‘госпожу, дающую жизнь’. Благодаря игре слов эта трактовка укоренилась и стала составной частью библейского объяснения происхождения Евы (см.: Крамер–1965. С. 152; Тантлевский–2000а. С. 104).

289

Может быть, имеется в виду брак: «Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут [два] одна плоть» (Быт. 2:23); «В начале же создания Бог мужчину и женщину сотворил их. Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью; так что они уже не двое, но одна плоть (Мк. 10:6–8). — А.М.К.

290

Конечно, в данном случае аллегорически подразумевается не собственно физиологическое состояние сна Иисуса Христа, как например в Лк. 8:23–24, а Его смерть на кресте. Ср. с экзапостиларием Пасхи: Плотію ѹснувъ, ꙗко мєртвъ, Царю и Господи, тридневєнъ воскресъ єси, Адама воздвигъ ѿ тли, и ѹпразднилъ смерть! Пасха нетленіѧ, міру спасеніе.

291

Словом деяние переводим др. — рус. повѣсть; по всей видимости, это слово является эквивалентом греч. ῥῆμα ‘речь, слово, изречение’, в Новом Завете ‘дело, деяние’. — А.М.К.

292

См.: Последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа, изображённые по сказанию всех четырёх Евангелистов. Ч. V. Одесса, 1857. С. 98–99, 144.

293

Т. е. Христос — это второй Адам. Такое понимания вытекает из осмысления событий Ветхого Завета как прообразов Нового, поэтому сюжет и находится в ряду других параллельных символических событий.

294

Ср.: «Итак, Само Слово Божие потерпело всё плотию, в то время как божественное и единое только бесстрастное Его естество оставалось не подверженным страданию» (Иоанн Дамаскин–1992. С. 193).

295

Истечение крови и воды или похожей на воду влаги (греч. ὕδωρ означает не только воду, но и всякую влагу) отцами Церкви относится к непосредственному действию силы Божией в ознаменование Таинства Евхаристии.

296

Ср. в РСБ: «Господь Бог не посылал дождя на землю, и не было человека для возделывания земли, но пар поднимался с земли и орошал все лице земли» (Быт. 2:5–6). Таким образом, Составитель Палеи переосмысливает библейский текст, чтобы выразить идею Богопопечения о человеке во время его жизни в раю.

297

Близкий по содержанию фрагмент содержится в «Космографии» Козьмы Индикоплова: … да не все истлѣєть и измодѣєть, воды же потребы ради бг҃ъ, агг҃льскыих ради силъ, повелѣ быти слѹжащимъ, и ѿ морѧ въ ѡблакы въносѧщи и повелѣнію бж҃ію слѹжаще, износѧть иде же аще бг҃ъ повелить (Козьма Индикоплов–1997. С. 88–89). Уподобление облаков губке в комментируемом отрывке можно было бы поставить в связь с рассуждениями Василия Великого (ср.: «…как мореплаватели варят самую морскую воду, и собирая пары губками, в случае нужды удовлетворяют несколько своей потребности» (Василий Великий–1900. С. 66), но в древнерусской письменности истолкование облачной влаги по аналогии с удерживанием воды губкой было достаточно широко распространено (в частности, благодаря спискам «Златой Матицы», апокрифической «Беседы Епифания и Андрея», «Повести предивной о создании небеси и земли». Ниже в Палее описание накопления влаги в облаке-губке ведется в контексте рассуждений о радуге, перекачивающей морскую воду на небо (см. коммент. 410). Совершенно очевидно, что Палея, как и Козьма Индикоплов, воспроизводят телеологическую концепцию круговорота вод, тогда как уже в каппадокийском богословии по данному вопросу в дополнение к божественной механике давалось восходящее к Аристотелю естественнонаучное объяснение процессу трансформации влаги в испарение и конденсацию (см.: Василий Великий–1900. С. 64, 66; ср. с «Шестодневом». РГБ. МДА. № 145. Л. 93а; ср.: Аристотель. Метеорологика. B. ІІ. 354b 20–355a 30; ІV. 359b 30–360b).

298

Вставка текста естественнонаучного характера, разрывающая цельность повествования о пребывании Адама в раю.

299

Аналогичные рассуждения об имманентности огненной стихии материальному миру имеются в «Шестодневе» (ср.: РГБ. МДА. № 145. Л. 13б) и в «Космографии» (см.: Козьма Индикоплов–1997. Л. 117).

300

Аналогичный текст читается в рукописи первой четверти XV в. из личной библиотеки Кирилла Белозерского (РНБ. Кир. — Белоз. № 12. Л. 238–239): Громове же горѣ и овому ѹбо семо идущу, овому же онамо, инь ѹбо вѣтръ инудѣ инъ облакъ носит, инъ же другы, и ꙗко же срѧщутсѧ и, створше съражение друг съ другомь, грохот испущають съ огнем. И имже образомь и кремень, съразиваѧ съ желѣзомь, грохот испущает съ огнемь, сице и облаци, друг съ другом съражаеми, грохот испущают и огнь. Грохот убо єсть громъ, огнь же єсть молниа. Сего ради не другоици бывают громове и молниꙗ, но точию єгда облаци бывают; тогда и громове бывают. Бывают же громове убо прьвѣе, молниꙗ же послѣжде (ПЛДР. Вторая половина XV века. С. 212). В Палее тот же текст несколько сокращён, но оба фрагмента отражают единый источник. Других совпадений между текстами, содержащими комментируемый отрывок, не наблюдается. Характерно, что здесь грозовым явлениям даётся сугубо естественнонаучное объяснение, в то время как на следующей странице гром, дождь и молния объясняются с точки зрения сверхъестественной логики — как реализация Божьей воли в действиях соответствующих стихийных ангелов (см.: коммент. 288). В сюжете отражена античная научная традиция истолкования природных явлений. Ближайшие совмещения естественных и телеологических объяснений грома находим у Василия Великого, который, как известно, заимствовал и перерабатывал применительно к установкам христианства идеи античных мыслителей. Говоря о твёрдом естестве неба, вместе с твердью он относил сюда всё, «что имеет силу и неустойчиво», в том числе и облака, поскольку, по его мнению, «часто употребляется сие слово и о сгустившемся воздухе». В его трактовке «твёрдость и упорство духа, заключённого в полостях облаков (ср. с громовым ангелом — авт.) и усиленным исторжением производящего громовый треск, Писание наименовало утверждением грома» (Василий Великий–1900. С. 44). Соответствия богословской точке зрения обнаруживаются во взглядах Анаксагора, который утверждал, что «гром — столкновение облаков, молнии — сильное трение облаков» (Диоген Лаэртский. II. 9; см. также: Фрагменты–1989. С. 506). Впрочем, Аристотель настаивал на том, что Анаксагор понимал молнию как проблески эфира меж облаков, а гром — как звук угасания огня. Сам же Стагирит объяснял гром ударом пневмы (ветряных испарений) из сгущающихся облаков по соседним уплотнившимся облакам. Он считал, что движение этой пневмы являет себя в виде молний (см.: Аристотель. Метеорология. B. 369a 25–369b 15). Не исключено, что некоторые обобщённые, совпадающие между собой по основным мотивам, античные трактовки грозовых явлений (удары плотных облаков друг о друга, сопровождающиеся вспышками) получили отражение в естественнонаучном фрагменте о громе и молнии, принадлежащем перу христианского автора.

301

Рассуждения о влиянии ветров и сезонного положения Солнца на выпадение дождевых и снежных осадков в общем смысле соответствуют рассуждениям Аристотеля на этот счёт, хотя увязки грозовых явлений с сезонами года в разных географических зонах не обнаруживается (ср.: Аристотель. Метеорологика. IV–XIV). В какой-то обобщённой передаче эти сведения запечатлел протограф рассматриваемой здесь компилятивной части памятника.

302

Такая трактовка грома противоречит сформулированному выше мнению о громе как звуке удара, порождаемого столкнувшимися облаками. Это указывает на компилятивный характер текста, при составлении которого не были устранены противоречия. Кроме того, к комментируемому отрывку непосредственно примыкает пассаж об ангелах, действием которых объясняются грозовые явления. Поэтому и по методологическому принципу статья «О громе» распадается на две части, одна из которых базируется на естественнонаучной трактовке грома и молнии, а другая акцентирует внимание на сверхъестественной механике небесных грозовых явлений. Восходящая к Аристотелю естественнонаучная трактовка дождевых облаков излагается в космогонической части Палеи (см.: коммент. 58–60).

303

Можно указать близкое текстовое соответствие палейному отрывку в апокрифической литературе; ср.: …сей скрежетъ человѣцы навыкли называти громомъ, да быша пріꙗли воду, да егда пріидетъ духъ правый громный и отпуститъ облаки, тогда паки входитъ другіи духъ кропѧ, скрежеща и гремѧ, наполнѧѧ облаки водой, ꙗко же и губу. И посемъ отверзаетсѧ другое сокровище одержащее ихъ и воду, и прежь поидетъ духъ сущий въ немъ съ громомъ пути творѧ водамъ, хотѧщимъ пріѧти на облацѣхъ, да тако пущаетъ, отверзаетъ сокровище водокропно… (Щапов–1906. 1. С. 51). Объяснение природных феноменов действием особого рода приставленных к стихиям ангелов соответствует антиохийской богословской традиции, согласно которой аг҃гли ѡблаком и мракѹ, и снѣгом, и градѹ, и леду, аг҃гелі глсом, громом, и мльніамь исполняют роль служебных духов. Одни из них ѿ морѧ въ ѡблакы въносѧщи и повелѣнію бж҃ію служаще, износѧтъ иде же аще бг҃ъ повелить; …ѡвии ѡблакы, и оджда строаще. Ангелы стихий назначены двизати всѧ ꙗко послѹшліві воіні цр҃ві (Козьма Индикоплов–1997. С. 82, 88, 278). Интересный вариант концепции ангелов стихий воспроизводит Соловецкий список «Беседы трех святителей»: В(асилий) рече ѿ чегу сут. аггели сотворены. Г(ригорий) рече ѿ дх҃а гс҃днꙗ і ѿ свѧта гн҃ꙗ… В(асилий) рече єста аггела громнаꙗ нане єленским старец перунъ нахор єсть жидовин. а два єста аг҃гла молнинна (Апокрифы–1999. С. 165). Ср. в апокрифической сербской рукописи XVI в.: Воспрос. Что суть гром и что суть молниꙗ блистающасѧ. ѿвѣт. Громъ есть ѡружие англ҃ское анг҃лъ гс҃нь дьꙗвола гонит а молниꙗ сѹть ѡдежда арханг҃ла нафанаила и єгда дождъ идет тогда дьꙗволъ станетъ пред дождемъ да не градетъ на землю того ради анг҃лъ гс҃нь гонит того. Воспрос. Что тако молниꙗ секутца. ѿвѣт. То бо єсть тогда арханг҃ли со гнѣвом зритъ на дьꙗвола (Тихонравов–1863. II. С. 405). Комментируемый фрагмент является органичной частью палейной ангелологии — одним из главных сюжетно-тематических мотивов произведения. К продолжению темы дождевых облаков и описанию действия представленного к дождевой стихии служебного духа Составитель Палеи вновь обращается в исторической части, в связи с описанием потопа (см. коммент. 410).

304

Ср.: «Ибо Тот, Которого послал Бог, говорит слова Божии; ибо не мерою даёт Бог Духа» (Ин. 3:34).

305

Философия здесь отвергается потому, что она претендует на всеведение без помощи свыше, вторгаясь в сферу сокровенного, а это, в новозаветном понимании, грех гордыни. Христианские экзегеты (одни в большей, а другие в меньшей степени) обращались к философии как к логическому инструменту, а также опирались на некоторые философские идеи в суждениях о вещах земных, изымая унаследованную от античности мудрость из контекста эллинских философских систем.

306

Через метафорическое уподобление грома колеснице в повествование вводится образ, имеющий мифологическую природу. У многих народов христианский заместитель бога-громовника воспринимался небесным всадником, который разъезжает по небу на огненной грохочущей колеснице и мечет в молниях грозовое оружие. Таким двоеверным персонажем был Илия, прославившийся тем, что мог низводить на землю небесный огонь и дождь, а в конце жизни во плоти был вознесён огненной колесницей к Богу. Согласно славянским поверьям, як пророк Iлля кіньми бігае по хмарі, тоді грім гримить (см.: СД. Т. 1. С. 558). Аналогичный, проявившийся на образном уровне мифологический архетип встречается у Василия Великого при описании солнечной колесницы, в которую при творении светил Творцом было вложено естество света (см.: Василий Великий–1900. С. 88).

307

Т. е. служебный дух, громный ангел, функции которого в данном контексте демифологизируют употреблённый выше нехристианский образ громовой колесницы (см.: коммент. 291). Поэтичность повествования выявляет ориентацию на архаику, в то время как актуальная для автора методология строго догматична.

308

Деантропоморфизация имеет полемический подтекст, нацеливающий на развенчание мифологических олицетворений грома.

309

Гроза как божья кара. В целом не часто развиваемый Палеей мотив, относящийся к т. н. «теории казней Божиих». Видимо, отождествление грозового поражения с карой послужило мировоззренческим основанием для простонародных представлений о том, что убитые грозой имели отношение к нечистой силе. Но существовало и противоположное мнение, непосредственно относящееся к языческой архаике, трактующее убийство громом как знак высшего избранничества, а убиенный считался счастливцем, которому прощаются все грехи. (См.: СД. Т. 1. С. 558–560).

310

Такое суждение возможно только с точки зрения геоцентризма, в то время как Составитель Палеи — последовательный сторонник плоскостно-комарной концепции космоустроения. Даже в тех случаях, когда в компилятивных частях Палеи цитируются тексты экзегетов-геоцентристов, всё, что касается геоцентрической космологии, подвергается сокращению (см. коммент. 39, 90). Видимо, в данном случае имеет место несглаженное противоречие, неявное и малозаметное при поверхностном чтении.

311

Эта фраза доказывает, что Составитель Палеи не был безоговорочным сторонником «обскурантистской» космологии Козьмы Индикоплова; тем более неожиданно звучат слова В. Н. Ильина, полагавшего, что Толковая Палея «в бранчиво-агрессивном тоне проводит… идеи Козьмы Индикоплевса, придавая им почти догматическое значение» (Ильин–1991. С. 63–64).

312

Продолжение темы превосходства богословия над философией (см.: коммент. 290). Гносеологическая установка сопоставима с утверждением Феодосия Печерского о том, что грубость и необразованность искренне верующего человека превосходит премудрость образованных философов (см.: ПЛДР. XI — начало XII века. С. 306; ср.: УС. С. 257–258).

313

Ср.: «Чрез меру трудного для тебя не ищи, и что свыше сил твоих, того не испытывай» (Сир. 3:21).

314

Апокрифический мотив оборотничества дьявола в Книге Бытия отсутствует. Согласно библейскому рассказу, Еву соблазняет змей (Быт. 3:1–15) — пресмыкающееся, которое в Св. Писании характеризуется как животное, отличающееся своею хитростью, коварством и злобой (Мф. 10:16; 23:13; Быт. 19:17). В переносном смысле дьявол назван змием в Апокалипсисе (Откр. 12:9; 14:15). Апокрифы конкретизировали аллегорию в сюжет о вселении дьявола в змею, который в разных вариациях воспроизводится в неканонических повествованиях об Адаме и Еве (см.: Апокрифы–1997. С. 149; Порфирьев–1890. С. 39, 91). Сюжет об искушении с апокрифическими дополнениями вошёл в «Слово об Адаме и Еве от начала и до конца», которое известно в болгарских списках XIV в. и древнерусских рукописях XV в. Исследователи считают этот апокриф поздней компиляцией, зависящей в этой своей части от Палеи, причём в изложении сюжета искушения в рамках т. н. «Исповедания Евы» дьявол лишь подсылает к Еве змею (ср.: Апокрифы–1997. С. 149, 150). Рассказ о грехопадении, зафиксированный в нескольких неканонических вариациях, исследователи считают самостоятельным апокрифическим произведением. Насыщенная апокрифическими вставками Палея выступает в данном случае источником производных от неё апокрифов: вариации «Сказания о древе крестном», «Сказания о главе Адамовой», «Беседы трёх святителей» и др.

315

В Тихонравовском списке имеется добавление: Услышав это, жена возжелала равнобожия. И [змий] обольстил жену, а жена прельщает мужа. Видишь: прельщённая злая жена съела и понуждает съесть мужа, чтобы не одной ей стыдиться, уговорила и обласкала [его], и он послушал и повиновался жене. — А.М.К.

316

Т. е. времени, близком к концу истории. До конца XV в. было достаточно широко распространено мнение, что отмеренный человечеству срок равен 7000 лет, где каждое тысячелетие символически отождествляется с шестью днями творения, а седьмой день толкуется как образ эсхатологической вечности. Если в предложенном Палеей аллегорическом ключе рассматривать век человечества как день, то пришествие Христа в 5500 году будет соответствовать вечерней поре этого образно-символического дня.

317

Указание на 5500 лет, прошедших от сотворения мира до Рождества Христова, показывает, что автор Палеи пользовался антиохийской эрой. Возможно, в этом следует видеть указание на среду происхождения самого памятника либо его основных источников. Это косвенно подтверждает также то, что на русской почве Палея стала переписываться довольно рано, уже в Киевский период, когда ещё использовалась антиохийская эра (см.: Кузьмин–1993. С. 7). Такую же хронологию даёт «Речь философа» в «Повести временных лет». К использованной в Палее дате близок один из вариантов александрийской эры, датирующий сотворение мира 5501 г. до Р. Х. (Гусарова–1990. С. 183). Справедливости ради стоит отметить, что в христианском мире существовало до 200 различных космических эр, а отсчёт самой антиохийской эры начинался в разные сроки: 1 сентября 5969 г. до Р. Х., в 5515 г. до Р. Х., в 5507 г. до Р. Х. (Шорин–1994. С. 216). В зависимости от эры и начала отсчёта нового года сотворение Адама приходилось на пятницу или 1 марта, или 1 сентября. В эпоху Киевской Руси преобладал мартовский год, и лишь с конца XV века на Руси он повсеместно заменяется сентябрьским.

318

В Тихонравовском списке добавление: Откуда и куда ты ушёл, от какой славы ты отпал? — А.М.К.

319

В Тихонравовском списке добавление: Почему он убоялся и скрылся? Убоялся из-за преступления и скрылся из-за наготы. — А.М.К.

320

В Тихонравовском списке имеется добавление: И сказал Бог: «Неужели ты веришь жене, а не мне? Разве жена более верна тебе, нежели Я? Я дал тебе блага, почтил богатством, а она уловила тебя словом». И отходит от Адама, чтобы избавить его от страха. — А.М.К.

321

В др. — рус. тексте зрить, восходящее, по-видимому, к греч. τηρέω ‘хранить, охранять; беречь, сберегать; сохранять, соблюдать; сторожить, караулить, подстерегать; смотреть’; именно это слово употреблено в тексте LXX. В ССБ — блюсти. — А.М.К.

322

Фрагмент 2-го члена Символа веры. — А.М.К.

323

В др. — рус. тексте възвратишисѧ, являющееся букв. переводом греч. ἀποστρέφω ‘поворачивать, возвращаться; отвращаться; обращать в бегство’. — А.М.К.

324

Очевидно, имеется в виду какая-то агиографическая легенда. Официальное житие не содержит именно такого повествования о поединке мученицы Варвары с диаволом. Святая мученица Варвара (память 4/17 декабря) родилась в городе Илиополе Финикийском (на севере Палестины) и была единственной дочерью знатного язычника Диоскора. Отец заботился о её благородном воспитании и выстроил для Варвары роскошную виллу с высокой башней, чтобы его дочь жила в этих палатах и не могла даже случайно познакомиться с людьми низкого происхождения. В уединении Варваре оставалось скрашивать досуг только наблюдением с высокой башни красот окружающей природы. Созерцание красоты мира привело Варвару к мыслям о Едином Творце. В это время отец решил выдать её замуж, но Варвара отказывала многочисленным претендентам. Диоскор решил, что долгий затвор сделал Варвару нелюдимой и разрешил ей бывать в городе. Варвара познакомилась с христианским учением и тайно от отца приняла крещение. Когда отец узнал об этом, то в припадке ярости хотел зарубить Варвару мечом. Потом он донёс о её христианстве правителю города Мартиану и отрёкся от дочери. Мартиан сначала лестью, а затем пытками пытался принудить Варвару к отречению от Христа. В темнице она удостоилась видения самого Спасителя, обещавшего ей награду на небесах. Наутро казнь мученицы совершил сам озверевший от злобы отец. Вместе с Варварой была казнена христианка Иулиания, увидевшая публичные мучения Варвары и осудившая жестокость властей. Эти события произошли около 306 г. Мощи великомученицы Варвары хранились в Византии несколько веков. Её широкое почитание было характерно как для Востока, так и для Запада. Существовал обычай молиться святой Варваре об избавлении от внезапной смерти, её считали покровительницей артиллерии. В 1108 году, когда греческая царевна Варвара вступила в брак с киевским князем Святополком Изяславичем, она привезла мощи своей небесной покровительницы с собою в Киев. В советское время мощи удалось уберечь от осквернения, хотя приходилось их переносить из одного закрывавшегося храма в другой. В настоящее время мощи св. Варвары находятся во Владимирском соборе, находящемся под юрисдикцией т. н. «киевского патриархата» и не доступны Русской Православной церкви. Богослужебные тексты великомученице Варваре содержат мотивы, упомянутые Составителем Палеи, но с обратными ролями: с птицей неоднократно сопоставляется сама Варвара, а сети на неё расставляет диавол. Тропарь: Варварꙋ свѧтꙋю почтимъ: вражиѧ бо сѣти сокрꙋши, и ꙗко птица избависѧ ѿ нихъ, помощию и орꙋжиемъ Креста, всечестнаѧ; кондак 5 акафиста св. Варваре: ꙗко птица, даси гласъ Бг҃ꙋ. См. также: ИЖС. С. 409–414.

325

Мученик Трифон (память 1/14 февраля) родился в Малой Азии неподалёку от фригийского города Апамеи. В детстве он пас гусей и образования не получил. Но ещё ребёнком Трифон славился особым даром исцеления недугов и изгнания бесов. Однажды он силой своей молитвы заставил вредоносных насекомых уйти с полей, чем спас жителей родного села от голода. На основании этого чуда в церкви установлен чин молебна св. Трифону, совершаемый при нападении вредителей на посевы. Особенно прославился Трифон изгнанием беса из дочери римского императора Гордиана (238–244 гг.). Этот бес прокричал, что только Трифон может изгнать его. Император приказал разыскать чудотворца и заставить его явиться в Рим. Гордиан упросил юношу, чтобы он показал ему беса воочию. После строгого поста в течении шести дней Трифон приказал нечистому духу зримо предстать перед императором и его приближенными. Диавол явился в образе чёрного пса с горящими глазами, влачившего голову по земле. На вопрос, как он посмел вселиться в Божие создание, бес ответил, что он не имеет власти над христианами, а вселяется только в живущих по своим похотям. Многие из видевших это чудо обратились ко Христу. Когда на престол вступил гонитель христиан император Декий (249–251 гг.), юный Трифон был приведён на суд к правителю Аквилину в г. Никею. Пытки и мучения не смогли заставить Трифона отречься от веры, и тогда он был приговорён к усечению мечом. Мощи святого были перенесены на его родину, а впоследствии в Константинополь и Рим. Мученик Трифон на Руси пользовался большим почитанием. Существует предание, что при царе Иване Грозном во время соколиной охоты улетел любимый царский кречет. Царь приказал сокольнику Трифону Патрикееву найти птицу и пригрозил смертью в случае невыполнения приказа. Сокольник Трифон безрезультатно потратил в поисках три дня и прилёг отдохнуть, помолившись своему покровителю мученику Трифону. Во сне он увидел юношу на белом коне, держащего на руке царского кречета. Этот юноша произнёс: «Возьми птицу и поезжай к царю и ни о чём не печалься». Проснувшись, сокольник неподалёку увидел сидящего на дереве кречета. Он тут же отвёз птицу к царю и рассказал о чудесной помощи. На месте своего видения сокольник выстроил часовню, а затем и церковь во имя святого мученика Трифона. В настоящее время глава святого мученика покоится в кафедральном соборе св. Трифона в г. Которе (Черногория). Часть мощей в 1819 г. была оттуда привезена в Россию и вложена в икону св. Трифона. Сейчас этот образ находится в церкви Знамения у Рижского вокзала в Москве, неподалёку от места явления святого сокольнику (МС. Т. 6. С.19–21).

326

Святой равноапостольный Аверкий, епископ Иерапольский (память 22 октября / 4 ноября) был епископом в Иераполе Малоазийском в годы царствования Марка Аврелия (161–180 гг.). Однажды в городе справлялось пышное торжество, посвящённое языческим богам. В этот день Аверкий во сне получил повеление сокрушить идолов. Он пошёл в языческий храм и стал разбивать изваяния богов. Когда на шум прибежали жрецы и спросили, что здесь происходит, Аверкий ответил: «Скажите жителям, что ваши боги напились вина на празднике, который вы устроили для них, и передрались между собой и, упав без сил на землю, разбились». Городские власти решили арестовать епископа, но бесстрашная проповедь и чудеса исцелений, произошедшие по молитве святого, привели к настоящему триумфу христианства в Иераполе. Слава об Аверкии донеслась даже до Рима. В это время Марк Аврелий сделал своим соправителем Луция Вера и обручил с ним свою дочь Лукиллу. Но ещё не успело состояться брачное торжество, как Лукилла тяжко заболела. Все старания опытных врачей были напрасны, а бес, мучивший Лукиллу, начал кричать, что никто не может изгнать его, кроме Аверкия, епископа Иерапольского. Тогда Марк Аврелий послал к своему восточному проконсулу письмо с требованием доставить святого в Рим. Едва Аверкий предстал перед императором, как бес, бывший в Лукилле, начал кричать и заклинать епископа не мучить его, но разрешить вернуться в ад. Старец ответил: «К отцу злобы, сатане, пойдёшь ты, но за то, что ты заставил меня, старика, идти сюда, ты не избегнешь труда и не вернёшься отсюда пустым. Вот лежит большой камень, повелеваю тебе отнести его на мою родину в Иераполь и положить у южных ворот». В тот же час жители Иераполя с изумлением увидели огромный камень, упавший с воздуха у ворот города. Богослужебный канон, написанный Иосифом Песнописцем (ум. В 883 г.), упоминает, что это был не просто камень, а «столп», т. е. столб или колонна (МС. Т. 2. С. 571). Римский император, обрадованный исцелением своей дочери, стал предлагать Аверкию богатые подарки. Но святой отказался от золота и серебра и попросил у Марка Аврелия, чтобы в Иераполе ежегодно раздавалось бедным три тысячи мер пшеницы из податей, собираемых для Рима, а также чтобы император построил за счёт казны бани при источнике тёплых вод, который Аверкий молитвой извёл из недр земли для исцеления больных. Император обещал исполнить просьбу святого и дал ему письменное обязательство. После этого Аверкий отплыл в Сирию, где проповедовал христианское учение. Перед кончиной он вернулся в Иераполь, где был настоящим героем среди жителей. Особенно радовались бедняки, которые по ходатайству Аверкия получали императорскую пшеницу. Раздача пшеницы продолжалась до времени Юлиана Отступника, отменившего указ Марка Аврелия. (См. также: Четьи-Минеи–1910. 2. С. 495–507).

327

Евр. Ева — ‘жизнь’.

328

Имеется в виду сговорённость Адама, как и ангелов.

329

В такой формулировке можно усмотреть оттенок т. н. «трибожественной ереси», уклоняющейся от православия к политеистической логике в трактовке Троицы. Что касается распространения подобных взглядов на Руси, то имеются указания на «многобожественную лесть» Маркиана Ростовского, которого обличил ростовский епископ Иаков и єдиньство несозданъное в трех обличи (РНБ. Тр. — Серг. № 630. Л. 154 об).

330

Термин собьство, являющийся переводом греч. ὑπόστασις, обычно обозначающий философское понятие индивида и богословское понятие Лица святой Троицы, в данном контексте как будто обозначает единую природу Лиц Троицы; впрочем, возможно, что под словами во єдиномъ собьствии имеется в виду равное достоинство Лиц Троицы. — А.М.К.

331

Очевидно, имеются в виду святоотеческие писания, а не Библия. — А.М.К.

332

Очередной апокрифический мотив Палеи. О сроках пребывания Адама и Евы в раю в христианской литературе высказывались разные мнения: с третьего до девятого часа (т. е. 6 часов), от шестого до девятого часа (или фактически в день сотворения), шесть и семь дней, 40 дней. В качестве обоснования приводится параллелизм с распятием Христа в пятницу в шестом часу и смертью в девятом, с сорокадневным постом, с семью тысячами лет жития человеческого, сопоставимого с семью днями творения (см.: Мочульский–1893. С. 80–81; Порфирьев–1872. С. 89, 98). Явные апокрифические детали автор Палеи расценивает как освящённое авторитетом собора предание. Между тем среди канонических установлений нет мотивации сроков Великого поста длительностью жизни Адама в раю. Вопреки утверждению Палеи, пост перед Пасхой не был единовременно введён постановлением какого-либо собора или иерарха. Дисциплинарные требования Великого поста (Четыредесятницы) присутствуют уже в Апостольских правилах (64, 69) и в последующих канонических установлениях православной Церкви: в 29, 56, 86 статьях деяний Трулльского собора; в 19 статье Гангрского собора; в 49–52 статьях Лаодикийского собора; в 1 правиле Дионисия Александрийского; в 15 правиле Петра Александрийского; в 8 и 10 правилах Тимофея Александрийского (см.: Правила-1893. Л. ѯ-ѯ об). Начало соблюдения Великого поста в истории Церкви относится к первым векам христианства, о чём свидетельствуют Григорий Назианзин, Кирилл Александрийский, Тертуллиан, Евсевий Памфил. Уже в III веке в Египте известен обычай, по которому Александрийский епископ особым посланием объявлял о дне празднования Пасхи и в связи с этим о дне, в который в этот год начинается Великий пост. В 325 г. На I Вселенском соборе этот обычай был возведён в каноническое правило (см.: Правила–1912. I. С. 53–54). В обычно применяемых для подтверждения божественного установления поста ветхозаветных книгах (Лев. 16:29, 31; Неем. 9:1, 3; 1 Цар. 7:6; Иоил. 2:15) не говорится о соответствии дней поста числу дней пребывания Адама в раю, так же как в книге Бытия не сказано о длительности жизни Адама и Евы в Эдеме. Представители каппадокийского богословия (Иоанн Златоуст в I Беседе на книгу Бытия и Василий Великий в I Слове о Посте) относили установление поста ко времени пребывания Адама в раю и связывали эту заповедь с запрещением вкушать от плодов с одного из деревьев (см.: Правила–1912. I. С. 148–149). По установившемуся богословскому мнению, сорокадневный пост имеет основание в посте Иисуса Христа (Мф. 4:2; Лк. 4:2).

333

Противопоставление райского благоухающего сада неустроенной окружающей земле соответствует т. н. оазисной концепции, в которой воспроизведён образ оазиса в окружении мёртвой пустыни (см.: МНМ. Т. II. С. 363–365). Скорее всего речь идёт о Мадиамской земле, географически расположенной на восточной стороне Эланитского залива, где сохранились названия города Мадиана (Мадиама). Отсюда, по указанию апокрифов, земля была взята Господом для сотворения Адама (см.: Тихонравов–1863. II. С. 44; Апокрифы–1997. С. 154, 173, 182, 183). В «Сказании об Адаме и Еве от начала и до конца» имеется апокрифический рассказ об отделении седьмой части рая, в которой стали жить потомки Адама.

334

Ср.: «Ангел, войдя к Ней, сказал: радуйся, Благодатная! Господь с Тобою; благословенна Ты между женами» (Лк. 1:28). — А.М.К.

335

Очевидно, обыгрывается имя Φωσφόρος — ‘Светоносный’ — одно из имен Сатаны, отразившееся в Ис. 14:12. Калькой этого имени является лат. Lucіfer, употребленное в Вульгате. С этим именем Сатана фигурирует в западнохристианской традиции. В ССБ переведено как Денница; ср. уподобление Сатаны молнии в Лк. 10:18.

336

«Сказание о крестном древе» считается самостоятельным апокрифическим произведением, широко распространённым в христианской письменности в различных, часто значительно отличающихся друг от друга вариантах (см.: Порфирьев–1872. С. 47–50, 98–100; Порфирьев–1890. С. 105–115). Апокрифические сказания о крестном древе приписывались Севериану Габальскому и Григорию Богослову. Несмотря на упоминание сказания «О крестном древе и лбе Адама» в Индексе отречённых книг, сами тексты и их реплики постоянно включались в четьи и богослужебные сборники, а содержание их повлияло на многочисленные изображения Голгофы на иконах и мелкой пластике. Апокрифическая легенда в символически-прообразном смысле связывала события Ветхого и Нового Заветов, всецело вписываясь в идейную концепцию Палеи. Списки с вариантами апокрифического сюжета в качестве отдельных произведений появились в славянской литературе в XIV в., древнерусские датируются XV–XVII вв., а время возникновения памятников относят к XI–XII вв. Апокрифические сведения о Крестном дереве включены в Толковую и Хронографическую Палеи, где они выявляют непосредственную связь ветхозаветных и новозаветных событий, ибо древо познания, через которое стал смертен Адам, стало древом спасения, открывающим путь к вечной жизни. Существуют различные версии апокрифа, самая распространённая из которых увязывает происхождение древа Голгофского креста с проросшим венком, который был изготовлен из ветвей райского древа и который увенчивал голову умершего Адама. Этот сюжет внесён в Индекс запрещённых книг. Известны также легенды о древе, выращенном Лотом из головней, которые остались от сожжённого Сифом древа, что было вынесено райской рекой; о древе, выращенном Моисеем из ветвей, услаждавших воду (вариант: о вынесенном потопом райском древе, вновь посаженном Моисеем); о насаждении Сатаниилом виноградной лозы в раю, отождествляемой с древом познания и об обретении чудесных деревьев в Иерусалиме при строительстве Соломоном Храма (публикации версий апокрифа см.: Пыпин–1862. С. 81–82; Тихонравов–1863. С. 305–313; ВМЧ. 14–24 сентября. Стлб. 763–766; Порфирьев–1890. С. 47–50; 96–103; Попов–1881. С. 48–49; БЛДР. Т. 3. С. 284–291). Основные мотивы «Сказания о крестном древе» вошли составной частью в другие апокрифические тексты («Сказание об Адаме и Еве», «Беседа трёх святителей», «Евангелие Никодима», «Откровение Варуха», апокрифы о Моисее). Широкое распространение неканонические мотивы крестного древа получили в духовном стихе и народных легендах (см.: Веселовский–1883. С. 365–417; Сумцов–1888. С. 85–89; Мочульский–1887. С. 157–165; СККДР. Т. 2. Ч. 1. С. 60–66).

337

Краниево место, греч. κρανίος τόπος (Мф. 27:33) — перевод евр. Голгофа ‘Лобное место’. «По мнению учителей церковных, называется лобное потому, что там погребен Адам, и лоб его, т. е. глава освятилась кровию Господней. А иные этому названию дают такое объяснение, что на этом месте валялись черепа и кости казненных злодеев, которые не все погребаемы бывали, но иные оставались в пищу воронам. Первое мнение наиболее вероятное» (Дьяченко–1993. С. 127).

338

Елена Святая (ок. 244–327 гг.) — мать императора Константина, способствовавшая распространению христианства. В 325 г. предприняла путешествие в Палестину, во время которого ею был, по преданию, обнаружен гроб Иисуса Христа, где была возведена церковь Воздвижения Креста. Палея воспроизводит апокрифические подробности, связанные с этим историческим событием.

339

Иоанн Златоуст объясняет, что крест был определен по надписи, сделанной над ним Понтием Пилатом (См.: Hom. іn Iohan. LXXXII. ac. LXXXIII).

340

Далее следует рассказ о зачатии и развитии человеческого плода, представляющий особый сюжетно-тематический блок компиляции. Этим текстом, имеющим характер законченного произведения, завершается ряд интерполированных в Палею вставок, которые также имеют характер обособленных сюжетно-тематических повествований («О природе огня», «О громе», рассказ о грехопадении, «О кресте»). Рассказ о зачатии знаменует возвращение к прерванной вставками теме соотношения души и плоти.

341

Прилагательное стѹденоє в древнерусском тексте появилось скорее всего вследствие смешения греч. ψυχικός ‘душевный, духовный; жизненный’ и ψυχρός ‘холодный’. Зачатие ребенка описывается как процесс соединения женского и мужского начал: женское начало — это начало плотское и чувственное, мужское — одушевленное; женщина отдает свою бесформенную чувственную плоть, которая при посредстве мужского семени одушевляется и принимает форму тела, которое, таким образом, есть единство души и плоти. Из-за неверного перевода греч. ψυχικός в древнерусском тексте эта мысль выражена крайне сбивчиво и представляет большие трудности для перевода. — А.М.К.

342

Представление о вхождении души в зародыш вместе с семенем воспроизводит строго каноническую для православной традиции точку зрения: «Церковь, следуя божественным словам, утверждает, что душа творится вместе с телом, а не так, чтобы одна творилась прежде, а другая после, по лжеучению Оригена» (Макарий–1888. С. 99). Видимо, под «божественными словами» следует понимать высказывания Св. Писания, которые можно трактовать как указания на единовременное сотворение Богом души вместе с оплодотворённым зародышем: например, характеристику Павлом Бога как «Отца духов», а также указания на то, что Бог «создаёт дух человека в нем» (Зах. 12:1). Мнение, которое сформулировано в «Сказании о семени», обосновывалось такими общепризнанными церковными авторитетами, как Ириней, Иоанн Златоуст, Кирилл Александрийский, Блаженный Феодорит, Иероним, Иоанн Дамаскин (ср.: «…тело и душа сотворены в одно время, а не так как пустословил Ориген, что одна прежде, другая после» — Иоанн Дамаскин-1992. С. 151–152). Подобная точка зрения достаточно широко представлена в древнерусской книжности. В рукописи из личной библиотеки Кирилла Белозерского приводится атрибутируемый Александру из Афродисии, греческому комментатору Аристотеля нач. III в., текст о развитии зародыша; в нем сформулирован тот же принцип, что и в Палее: Никто же да непщуетъ бездушну быти сѣмени, одушевлено бо влагаетьсе въ ѹтробу, и растить, и множитсѧ: бездушное же ни же растіть, ни же множитсѧ (ПЛДР. 2-я пол. XV в. С. 196). В «Шестодневе» Иоанна экзарха Болгарского, который находился в распоряжении Составителя Палеи, изложена противоположная точка зрения. Там категорическим образом утверждается, что вхождение души бывает только после телесного сотворения, что семя в момент зачатия не заключает в себе одновременно плотской и духовной сущностей, но даёт жизнь только телу, душа же получает рождение от Бога, когда из зародыша сформируется тело человека. В качестве доказательства он указывает на очерёдность сотворения Богом Адама: сначала тело, потом душа, а также весьма убедительный аргумент, заостряющий внимание на том, что при извержении семени должно гибнуть бесчисленное количество душ (см.: РГБ. МДА. № 145. Л. 220б-222б). Точка зрения, на которой стоял Иоанн экзарх, была осуждена постановлением V Вселенского собора (451 г.). Можно высказать предположение, что Иоанн выработал свою точку зрения с учётом высказываний Платона и Аристотеля. Первый указывал на последовательность, в которой сначала осуществляется создание тела, а затем следует вложение в него души (см.: Платон. Государство. 43). Второй считал душу энтелехией — т. е. возможностью и формой тела, без которой человека как такового не существует (см.: Аристотель. О душе. 412а, 20; 414а, 20). Форма же очертаний человеческого тела обозначается в утробе далеко не сразу после попадания туда семени, ибо «семя — тело в возможности» (Аристотель. О душе. 412b, 25). Именно эти идеи и проводил Иоанн экзарх в своём «Шестодневе».

343

То есть Адама. — А.М.К.

344

Противоречие с высказанным выше утверждением о том, что душа всевается в зародыш вместе с семенем (ср. коммент. 327). Это указывает на компилятивный характер «Сказания о семени», в котором не изглажены противоречия исходных для него источников. Тезис об обретении младенцем, в которого превратился зародыш, души соответствует антропологической концепции Иоанна экзарха Болгарского.

345

В чине обручения и венчания упоминаются следующие имена св. жён: Ревекка, Фамарь, Сарра, Рахиль, Асенефа, Елисавета, Сепфора, Анна, Елена. (Тр. С. 91–122).

346

По-видимому, это критика платонизма и манихейства. — А.М.К.

347

Дальнейшее развитие темы, перечёркивающее заявленный вначале рассказа тезис о зачатии души вместе с плотским семенем (ср. коммент. 327). Причём опровержение концепции всевания души в зародыш вместе с семенем даётся с позиций крайнего неприятия плотского начала, которое, по мнению автора, оскверняет душу, особенно если речь идёт о смешении душевной и материально-семенной субстанций. [В основе такого рода мировоззрения лежала дуальная онтология, свойственная мистико-аскетическим направлениям как вообще христианской так и в частности древнерусской мысли (об этом см.: Пустарнаков–1988. С. 33–40; Мильков–1992. С. 145–161; Мильков–2001).] В основе такого рода воззрений лежали крайние течения аскетической мысли с уклоном к манихейству. Взаимоисключающие объяснения природы и механизма соединения души с зародышем в пределах небольшого компилятивного фрагмента является следствием параллельного существования различных теорий происхождения душ. О наиболее распространённой в православной традиции точке зрения, предполагающей зарождение жизни от единовременного сотворения тела и души в момент оплодотворения, мы уже говорили выше (см. коммент. 327). Из принципа предсуществования душ исходил Ориген и его последователи, ориентировавшиеся в данном случае на платонизм (см.: Ориген–1993. С. 30–31, 138). Преимущественно в западной половине христианского мира получила распространение сформулированная Тертуллианом концепция, объясняющая зарождение человека из соединения плотских родительских частей и параллельного ему слияния душевного семени, причастного к родительским душам. Видимо, эта точка зрения нашла отражение в древнерусском трактате XVII столетия «О человеческом естестве, видимом и невидимом»:…отъ самого бо начат к младенцу ꙗже во ѹтробѣ всеваетсѧ: в телеси телесное, а в души духовнаѧ (См.: Гаврюшин–1988. С. 226) Добавим сюда оригинальную точку зрения, сформулированную Иоанном экзархом Болгарским. Его мнение о соединении души с вызревшим и оформившимся в человеческий облик плодом сопоставимо не только с мнением Платона и Аристотеля, но и Оригена, полагавшего, что прежде творится тело, а потом оно соединяется с душой (см. коммент. 332). Отличие, видимо, заключаются в том, что Ориген исходил из принципа круговращения предсуществующих душ, экзарх же полагал индивидуальное сотворение души Богом для развившегося физического естества зародыша, достаточного для привнесения в него человеческого образа и формы. Речь может идти о разных следствиях платонических установок, причём Иоанн экзарх, в отличие от платоника Оригена, выражал более выдержанный в доктринальном смысле вариант христианизированного и аристотелизированного платонизма. Систематизаторы антропо-генетических концепций в христианской экзегезе не фиксируют свойственных Иоанну экзарху Болгарскому представлений (см.: Алипий-Исайя–1994. С. 215–218).

348

В словах Иисуса Христа речь идёт не о душе и теле, а о двух людях; ср.: «Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного» (Мф. 18:19). Представление о тесном взаимодействии материальной и душевной субстанций человеческого естества, находящихся в состоянии взаимовлияния друг на друга, исходит из установок на гармонизацию духовного и материального начал, эталоном которых в православной традиции является «Диоптра» Филиппа Пустынника. Подобного рода тенденции не согласуются с отторжением души от плоти в объяснении зачатия с точки зрения дуального разграничения начал естества человеческого зародыша (см. коммент. 329 и 332), но вполне совместимы с зачином палейного «Сказания о семени», отражающем ортодоксальную точку зрения Восточной Церкви. Видимо, имеет место чересполосное помещение в тексте рассказа извлечений из источников разной идейно-мировоззренческой направленности.

349

Четыре стихии — материальные первоначала бытия.

350

О душевном оке см. коммент. 249. В гносеологических рассуждениях ум (душевное око) рассматривается как орган познания идеального и, следовательно, блага. Поэтому в нравственном исследовании того, что является благом, а что нет, он является органом, призванном обуздывать дурные помыслы.

351

Цитата весьма сокращена; ср.: «Одному даётся Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков. Всё же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно» (1 Кор. 12:8–11). — А.М.К.

352

Повествование «О душе, уме и мысли» — один из текстовых блоков, образующих сложную архитектонику компиляции. В составе Палеи это вполне самостоятельный фрагмент, который примыкает к «Сказанию о семени» и вместе с ним находится в контексте развития антропологической тематики, начатой «Словом о частях и членах тела». В каждом из трёх названных фрагментов Палеи заключаются общие для них мотивы: 1) нацеленность на истолкование взаимодействия плотской и духовной природ человека; 2) сопоставимые между собой трактовки функций мозга и сердца применительно к умственно-мыслительной деятельности; 3) метафизические характеристики души.

353

В христианской онтологии душа трактуется как особая нематериальная субстанция, всеваемая в человека Богом. Согласно доктрине, духовное и телесное начала соединены в человеке неслитно, но и нераздельно. Душа и тело не находятся в антагонистических отношениях, но образуют иерархию: в нормальном состоянии душа есть царица тела, а тело должно служить душе; в греховном, падшем состоянии, напротив, душа становится служанкой тела. Цель, или во всяком случае одна из целей, христианской жизни заключается в спасении не только души, но и тела, ибо, по словам св. Иринея Лионского, «плод действия Духа — это спасение плоти. Ибо каков мог бы быть видимый плод невидимого Духа, как не соделать плоть зрелой и способной воспринимать нетление?» (Adv. Haer. V. 12. 4). После разрушения тленного и подверженного страстям тела душа идёт к Богу и несёт на Суде ответственность в тех случаях, если она не смогла удержать устремления плоти и вместе с ней погрязла в мерзостях греха. В древнерусской, как и вообще в средневековой культуре, преобладают аскетические установки, ориентирующие на «брань» духа и плоти, на дисциплинирование телесной природы человека постом, на высокие духовные устремления, побеждающие, при благодатной помощи свыше, несовершенство извращённой грехом природы человека, поэтому во многих догматически нестрогих произведениях восточно-христианской литературы повествуется о том, что душа тяготится узами плоти и стремится к освобождению от плотской зависимости, то есть от греха. В Палее, однако, моделируется нормальная ситуация гармоничного взаимодействия плотского и духовного начал в человеке, подобную которой можно встретить и в других памятниках раннего отечественного православия («Изборник 1076 года», «Слово о законе и благодати» Илариона, «Поучение» Владимира Мономаха). Во многом эта мировоззренческая установки близка концепции «Диоптры» Филиппа Пустынника, акцентировавшей внимание на взаимодополнения и иерархическом единении души и тела. Однако в «Диоптре» душа нацеливает плоть на познание мира с помощью «телесных удов» (см.: Прохоров–1987. С. 217–223), Палея же представляет человека существом одушевлённым и мыслящим, последовательно игнорируя чувственные проявления в познавательной деятельности души. Есть основания говорить об античных истоках сформулированных в комментируемом отрывке суждений. Ещё Аристотель развивал мысли о том, что душе присуще мышление, но оно не может осуществляться без тела. Все состояния и проявления души связаны с телом. Тело выполняет роль орудия души, ради которого душа существует. Деятельность души являет себя в мышлении, которое осуществляется благодаря уму — особой сущности, проявляющейся внутри души и связанной, по Аристотелю, с сердцем. Если бы мышление было свойственно душе вне зависимости от телесных органов, то душа могла бы существовать отдельно от тела. Одушевлённое отличается от неодушевлённого движением и ощущением. Душа проявляет себя в движении, определяя изменения состояний в теле и в ощущениях, с ней непосредственно связана способность познавать (см.: Аристотель. О душе. 403a 5; 403b 25; 408b 15; 415b 15). Из данных посылок Стагирит делает сенсуалистский вывод, поскольку на основе единства телесного и духовного базируется механизм мышления, протекающего в диалектическом взаимодействии ощущений и абстрагирования (см.: Там же. 417b 20; 432a 5). Палейный отрывок совпадает с аристотелевской трактовкой души, но расходится с сенсуалистическими выводами гносеологической теории великого древнегреческого философа. Постулируемая в тексте возможность умствования вне чувств соответствует интуитивизму Платона, который, в отличие от Аристотеля, допускал возможность мышления неощущаемой души, и понимал этот процесс как круговращение идей, как чистое умозрение. По Платону, душа, при её стремлении к первоначалу, отыскивает свой путь без опоры на чувственные образы и, абстрагируясь от всего материального, не пользуется «ничем чувственным, но лишь самими идеями в их взаимном отношении» (Государство. 511в-с). В самом человеке душа накрепко связана с телом, ибо она имеет свойство «ухватываться за твёрдое». Она вынуждена постигать действительность посредством телесного, но тело наполняет её желаниями, мешая познанию (см.: Федр. 246c; 247e; Федон. 66c-d; 88e). Поэтому душа мыслит лучше всего, когда она независима от чувств, «когда, распростившись с телом, она остаётся одна, или почти одна, и устремляется к подлинному бытию, прекратив и пресёкши, насколько это возможно, любое общение с телом» (Федон. 65c). Собственно знание — это не что иное, как припоминание того, что душа уже знала (см.: Федр. 449С; Федон. 75Е). Чувства полностью не отвергаются, но лишь участвуют в восстановлении прежних знаний, являясь одновременно и досадной помехой в поисках истины: «…кто пытается уловить любую из частей сущего самое по себе, без всяких примесей, вооружённый лишь разумом самим по себе, тоже без примесей, отрешившись как можно полнее от собственных глаз, ушей и, вообще говоря, от всего своего тела, ибо … когда они действуют совместно, то не дают душе усвоить истину и разумение» (Федон. 66a). В отличие от Аристотеля, который центром нервно-психической деятельности считал сердце, Платон полагал, что узы жизни, которые связуют душу и тело, укоренены в мозгу (см.: Тимей. 73b). Такие свойства души как бессмертие, способность двигать самое себя и не убывать, оживотворять и быть в своих проявлениях связанными с телесным, позволяют говорить о частичном совпадении платоновских и аристотелевских воззрений на душу. Отрывок отразил некоторые усреднённые представления о душе, выработанные не без влияния платонизма и аристотелизма, но при этом мышление трактуется по Платону как субъективно-интуитивный и изолированный от чувств процесс. Можно бы было поставить вопрос о платоновско-аристотелевском синкретизме, который прослеживается в основе христиански переработанных суждений об увязке «умствования» (мышления) одновременно и с сердцем, и с головным мозгом. Но если рассматривать мышление как симбиоз разумного и рассудочного, связанного, соответственно, с умом и с сердцем, то постулаты текста можно поставить в связь с христианизированной переработкой идей Платона.

354

Др. — рус. ѹмныꙗ съвѣсти из-за отсутствия греч. текста весьма трудно поддаются интерпретации. Как представляется, речь идёт о божественных умных идеях, или образах (точнее — со-образах, греч. συν-ειδός), то есть идеях, или образах, со-ведомых человеку, которые, подобно зерну, засеваются в сердце, согреваются в мозге и, так сказать, прорастают умом. Здесь скорее всего следует видеть влияние Платона, учившего о существовании врожденных, всеянных вместе с душами при создании людей идей, которые активизируются в процессе припоминания. — А.М.К.

355

Платоническая точка зрения, согласно которой ум не существует отдельно от души, а душа вне тела (см.: Тимей. 30b).

356

Здесь названы две из трёх частей души: разумное и волевое. Согласно учению Платона о трёхчастной душе, правильный образ жизни обеспечивается тогда, когда волевое и разумное начала держат на цепи вожделеющее начало души как дикого зверя (см.: Государство. 69d-71b). Из этой установки следует, что если волевые устремления человека подчинены управляющей роли разума, то вожделеющее начало в человеке правильно управляется.

357

Образ, навеянный апостолом Павлом: «Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои?» (1 Кор. 6:19). — А.М.К.

358

Речь опять о способности ума к трансцендированию за пределы чувственного опыта, всегда ограниченного тем, что воспринимают органы чувств. В данном случае можно говорить о влиянии Платона, согласно которому душа стремится кверху, а занебесная «бесцветная, бесформенная неосязаемая сущность… зрима лишь кормчему души — разуму» (Федр. 247c); или: «…безвидимое, незримое нельзя ощутить с помощью чувств, оно постигается только рассуждающей мыслью» (Федон. 79a). Тезис о соучастии мозга и сердца в мышлении также находится в согласии с Платоном, который считал, что с мозгом связан умопостигающий разум, а с сердцем рассудок и воля (см.: Тимей. 65d; 70b; 73b). Следовательно, можно предполагать переработку (в общей форме, конечно) платоновских идей автором комментируемого текста. Добавим также, что в комментируемом отрывке мысль названа слугой, т. е. так, как обычно в христианской гносеологии называют чувства. Однако сенсорика в гносеологических построениях даже не упоминается, что также можно объяснить влиянием платонизма, абстрагировавшегося от чувств в постижении истины.

359

Образ «адских укрывалищ», который видит отлетевшая душа, восходит к апокрифическим видениям иного мира («Видение апостола Павла», «Хождение Богородицы по мукам», «Книга Еноха»).

360

Др. — рус. совѣты полагають; слово совѣтъ, по-видимому, было переводом греч. σύνθημα ‘условный знак, сигнал, пароль, лозунг; знак, уговор, условие’, образованного от глагола σύν-τίθημι букв. ‘складывать, соединять, связывать’ ® ‘уговариваться, уславливаться’, или переводом греч. συμβουλή ‘сшибка, столкновение, бой, битва; связь, соединение, шов, застежка’, образованного от глагола συμβαλλω ‘сбрасывать в одно место, сваливвать, сливать, соединять’; отсюда же σύμβολον ‘знак, примета, признак; символ; договор’ (см.: Срезневский–1989. ІІІ, 681); знак (символ), как известно, есть двусторонняя сущность, в которой сложены, соединены, связаны, значение и его носитель. Таким образом, функция мысли — информативная: мысль передает информацию в виде осмысленных сигналов, или знаков, душе и сердцу, где они подлежат обсуждению; эту информативную функцию мысли мы выразили словом весть. — А.М.К.

361

Следует отметить, что устремление души к первоначалу описано в данном фрагменте не как познавательный процесс, а как нечто родственное восхищению визионера на вершины мироздания (ср. коммент. 344). Правда, известные из древнерусских рукописей апокрифические видения заключают в себе гносеологическую составляющую: в запредельных глубинах иного мира визионерам открываются тайны мироздания. Фактически содержанием апокрифических видений являются сведения, которые недоступны восприятию чувств и являются ничем иным, как откровением. Такую необычную, выраженную привычными для религиозно-монотеистического учения средствами, трансформацию претерпевает платоновская мысль о возможности души воспарять горе, созерцать подлинное бытие и возвращаться домой, в своё плотское жилище (ср.: Федр. 247е).

362

Мышление в очередной раз сводится к внутренним, диалектическим способностям ума-царя, не связанного с сенсорикой. Описание Палеей процесса познания через «путешествие» человеческой мысли в общих чертах сопоставимо с гносеологическими суждениями митрополита Никифора, который развивает те же платоновские установки, но в ином ключе: небо и прочаа всѧ сътвореннаа разумѣхомъ и к разуму божію взидохѡмъ (Никифор–2000. С. 61, 65). Однако, в отличие от Палеи, у Никифора выражено не только учение об умозрительном «теоретическом» постижении мироздания и Божества, но также о значении эмпирического опыта и пяти чувств в процессе познания. Палея же, со ссылкой на древних философов, утверждает, что «ум не нуждается ни в каких телесных чувствах; напротив, только выступая из них, он приходит к созерцанию блага всякой вещи» (см. коммент. 248).

363

Отметим, что причины греховности возводятся здесь не напрямую к пагубному влиянию плоти, а объясняются рассогласованием волевого и разумного начал, правда, находящихся в тесной связи с плотскими органами (сердцем и мозгом соответственно). Признание взаимодействия духовного и телесного начал означает, что болезнь души является одновременно и болезнью телесной, нарушающей правильное мышление.

364

Согласно Платону, сердце является ответственным органом, регулирующим волевое начало души. Если волевое начало «прилепляется» к плотским страстям, оно усиливает вожделеющие проявления души и действует во вред человеку. Волевая способность души может действовать как во благо, так и во зло. Залогом блага, как и в нашем случае, является единство волевого и разумного начал.

365

Утверждения о том, что сердце является главным узлом нервно-психической деятельности принадлежит Аристотелю (см.: История животных. III. 49). Налицо очевидное и уже не первое проявление непоследовательности Составителя между аристотелевской и платоновской концепциями ума (см. коммент. 238, 255).

366

Помещение ума в мозге и уподобление его царю восходит к Платону (ср.: Федон. 96В; Государство. 435e; 441e); ср. коммент. 238.

367

В вопросе о месте ума в человеческом теле Составитель Палеи стоит на позиции, отличной от целого ряда признанных в Средневековье авторитетов. В конечном счёте, он не присоединяется ни к платоновской традиции, связывающей умственную деятельность с мозгом, ни к аристотелизму, исходившему из убеждения о связи мышления исключительно с сердцем. В Палее даётся компромиссное мнение о том, что местом ума «считается» мозг, но часть ума — от сердца, часть — от мозга, и часть — от души. В этом симбиозе можно, однако, усмотреть большее влияние платонизма, особенно в тех случаях, когда совокупность постулатов отрывка не противоречит платоническим трактовкам. В этом контексте возможная связь с аристотелевским объяснением нервно-психических функций сердца созвучна платоновской трактовке сердца как органа, ответственного за волевое начало души, и поэтому, совпадая в частностях (а не в принципе, который не является определяющим в теологическом контексте), подвёрстывается к платоновским реминисценциям, где обосновывается совместная роль мозга и сердца в мыслительной способности трёхсоставной души, притом что душа в комментируемом отрывке, вопреки Платону, предстаёт двухчастной.

368

В кратком обобщённом виде воспроизводится концепция четырёх материальных первоначал, восходящая к Эмпедоклу. Генетически связанная с античностью теория четырёх стихий в комментируемом фрагменте является составной частью христианской антропологии, представляя человеческие тела, как и всю природную часть мироздания, созданными из различных комбинаций первоэлементов земли, воды, огня, воздуха. Философские идеи древних греков, естественно, переработаны и приспособлены к выражению монотеистически-креационистских воззрений. По воле Бога создаются временные комбинации элементов, образуя конкретные тела, а по смерти они вновь распадаются на исходные первоначала. Аналогичный комментируемому текст имеется в сборнике: РНБ. Сол. № 653/711. Л. 59об.; публикацию см.: Апокрифы–1999. С. 448449. В нём же воспроизведены варианты мифологических архетипичных интерпретаций сюжета, где элементы мироздания используются для обоснования антропо-космического тождества (см.: с. 440–447).

369

Представление о душе напрямую связано с дуальной онтологией христианской доктрины, постулирующей существование потустороннего мира. Телесно люди воскреснут со вторым пришествием Спасителя (о восстановлении распавшейся плоти см.: Иов. 19:25–27; Дан. 12:2; Мф. 25:46).

370

Основания, по которым богословие делает вывод о запрете на мясоядение в допотопную эпоху, см.: Быт. 1:29–30; 2:9, 16–17; 3:18–19. Эти стихи подразумевают питание людей только продуктами растительного происхождения («зелень травная», «плод древесный», хлеб). Согласно Библии, животная пища («всё движущееся, что живёт») была разрешена Ною и его потомству в Завете Божием после потопа (Быт. 9:3–4). Естественно, в этом случае пытливый читатель Ветхого Завета мог недоумевать по поводу разведения праведным Авелем домашнего скота. Палея снимает это противоречие, поясняя, что Авель «пас стада ради молока и шерсти». В самом библейском повествовании о допотопной истории нет прямого разрешения или запрета на употребление в это время в пищу молочной продукции животноводства. Тем не менее краткое пояснение Палеи (к которому можно добавить ещё потребность жертвоприношения и использование шкур) с богословской точки зрения является наиболее естественным и единственно возможным при объяснении причин занятия скотоводством в допотопное время. Немного ниже Составитель Палеи как будто забывает о сделанной оговорке и утверждает, что от Адама до Ноя люди ели только хлеб и овощи.

371

Высказывание о страдании Плоти, а не Божества выражает очень важную вероисповедную истину православия. «Православная Церковь не допускает мысли о страдании во Христе Его божеского естества» (Воронов–2000. С. 58). О страдании Божественной природы учили патрипассиане — еретики II–III вв., утверждавшие монархическое единство Лиц в Боге, и, как следствие — страдание Бога-Отца, воплотившегося в Иисусе Христе. Сходный вывод о страдании Божества на кресте был сделан монофизитами, правда, на основании тезиса о единой природе Христа. В своё время монофизитский сирийский патриарх Пётр Суконщик выдвинул лозунг «Бог был распят» и прибавил формулировку «распныйся за ны» к молитве «Трисвятое» (см. коммент. 18 и 20). Как ни странно, но обороты типа «Бог умер; распялся, пострадал» можно неоднократно встретить и в Толковой Палее. Однако присутствие т. н. теопасхитских (от греч. θεός ‘бог’ и πάσχω ‘страдаю’) выражений в православном богословии является следствием догмата об общении свойств (communіcatіo іdіomatum) Божеских и человеческих в Лице Богочеловека. В силу ипостасного единения естеств один и тот же Бог Слово может именоваться и Богом, и человеком. В теопасхитских формулировках, при ясном указании на Божественность Лица Господа Иисуса Христа, говорится о Его страдании и смерти (по человеческому естеству). Важно отметить и еще один внешний аспект. Присутствие в Толковой Палее направленных против ересей высказываний существенно расширяет ее значение полемического памятника и выводит за рамки произведений исключительно антииудейской направленности. Так что прав был В. Кожинов, сделавший оговорку, что «совершенно неверно было бы сводить содержание Палеи к данной „теме”» (Кожинов–1998. С. 210).

372

Ср.: “И Адам и его жена скорбели об Авеле четыре седмины” (Книга Юбилеев / Апокрифы–2000. С. 27).

373

В этой фразе поднимается проблема, которую на языке современных философских понятий можно назвать проблемой разума и свободы воли. В понимании Палеи, божественный замысел положил человеческий разум как критерий реализации свободы выбора в жизни человека между добром и злом.

374

Этот отрывок — одно из немногих мест Палеи, прямо касающихся психологии человеческой личности. Здесь, наряду с неповторимостью внешнего облика человека, отмечается индивидуальность черт внутреннего мира: вкусовых ощущений, привязанностей, морально-волевых качеств.

375

В каноническом тексте Библии не поясняется, каким был наложенный на Каина божественный знак неприкосновенности, поэтому толкователи нередко трактовали стих Быт. 4аллегорически, как указание на существование запрета убивать Каина, знамение же может промыслительно проявиться и быть узнанным в конкретных обстоятельствах (см.: ТБ. Т. 1. С. 35). Конкретизацию библейскому сюжету дают, как и в нашем случае, только апокрифы; ср.: рече Гь҃ Каину. не тако всѧкъ ѹбивыи Каина седьмь ѿмщеніє разрушить. и боудеть Каинъ стонаѧ и трÿсыисѧ на земли (Порфирьев–1872. С. 104–105). Новейшие богословы предпочитают объяснять неконкретизированное в Библии знамение Каина скорее как мимическое отражение на «зеркале души» — лице — внутренней злобы и отверженности, а не как какой-либо физиологический дефект (см.: Лопухин–1986. С. 15). В Палее знамение Каина разъясняется на основании перевода LXX: стеня и трясыйся будеши на земли. Точно также предаётся характер знамения в «Хронике» Георгия Амартола: «страдание и наказание ясным знамением возвещается всем через стенание и трясение» (см.: ХГА. С. 39). По мнению же святителя Филарета (Дроздова), библейский текст о знамении Каина с еврейского может быть переведён следующим образом: и дал Иегова знамение Каину (то есть уверение, доказательство), что никто, встретив его, не убьёт (см.: Филарет-1867. С. 91).

376

Сиф (Σήθ) — от евр. ‘ставить, восстанавливать, класть, направлять’ (см.: Истрин–1897. С. 200–201). Отсюда, в разделе родословия патриархов до потопа, начинается цикл толкований собственных еврейских имен. Толкования распространяются также на отдельные персонажи послепотопной истории (Ной, Рувим, Левий, Вениамин). В характеристике патриархов от Сифа до Ноя преобладают библейские характеристики, совмещенные с этимологическими разъяснениями значений имен. Мотивы апокрифического характера, которым находятся соответствия в материалах хроник, в комментируемом разделе Палеи незначительны. Дополнительным материалом к ветхозаветным сведениям здесь являются объяснения имен. В. М. Истрин, который специально занимался их анализом, первоначально считал, что толкования принадлежат славянскому автору, который был непосредственно и хорошо знаком с еврейским языком, что представлялось ему логичным в свете задач написания антииудейского полемического труда (см.: Истрин–1897. С. 207–208). Позднее в его распоряжении оказались материалы, которые убедительно свидетельствовали в пользу того, что у Составителя Палеи могли быть готовые словарные материалы, хотя в пределах доступных исследователю словарей обнаружено всего несколько точных параллелей палейным объяснениям. Главным аргументом стало опубликование т. н. «Речи языка жидовского», которая входила в состав «Изборника XІІІ в.» из собрания РНБ. № Q.n.І.18 и включала в себя сходные с Палеей толкования (см.: Речь тонкословия греческого / ПДП. Т. CXІV. 1896; Истрин–1906. С. 38–39). Отличную от палейной редакцию объяснительного словаря давали списки «Новгородской кормчей XІІІ в.» (Син. № 132), «Годуновская псалтирь» (Син. № 19/179), декабрьский том «Миней Четьих» митрополита Макария и ряд других древнерусских памятников. Разрозненные соответствия палейным трактовкам В. М. Истрин обнаружил в греческих и латинских словарях, состав которых, по его мнению, формировался из соединения разных словарей. В древнерусских материалах он выделил две редакции словаря (типа «Изборника XІІІ в.» и типа «Кормчей XІІІ в.»), но с Палеей связал третью, не сохранившуюся редакцию словаря, в создании которого он теперь не исключал греческого посредничества (см.: Истрин–1906. С. 40–41). Далеко не все объяснения палейной этимологии имеют соответствия в обнаруженных греческих и древнерусских словарных источниках. Отмечены также расхождения с библейскими трактовками имен патриархов.

377

Возможно, здесь отразился апокрифический мотив из «Слова об исповедании Евы», где описывается пророческий сон, предвещающий рождение Сифа вместо убитого Каином Авеля (см.: Порфирьев–1890. С. 173) или подобное тому предсказание. В отличие от апокрифов, акцентирующих внимание на исполнении предсказания, Библия лишь констатирует, что «Бог положил мне другое семя вместо Авеля» (Быт. 4:25; ср.: греч. название Сифа — ἀλλογής ‘инородный’). Впрочем, В. М. Истрин понимает иначе древнерусский оригинал комментируемого отрывка и считает, что само значение имени Сифа — ‘основание’ — заключает в себе пророчество об основании рода, который сменит на земле уничтоженных потопом потомков Каина (см.: Истрин–1897. С. 201. Прим. 1).

378

Адам (евр. ‘человек’, женский род евр. adamah означает ‘земля, краснозем’, тогда как adam буквально ‘красный’ (см.: МНМ. Т. I. С. 41). В этимологии отражено происхождение первочеловека от земли: «прах земной», взятый для создания мужчины (см.: Быт. 2:7; ср. лат. homo от humus ‘земля’). Характерно, что для характеристики творения Адама употреблён термин сформировать, обозначающий в еврейском языке деятельность горшечника, придающего форму глине (см.: Тантлевский–2000а. С. 101). Из этого ясен и утвердившийся стереотип, отождествляющий тело с сосудом души (см. коммент. 222). Слово h а- adam (с присоединением определительного артикля) является родовым понятием и переводится нарицательным именем человек вообще, одинаково для обозначения как мужчины, так и женщины, что подчёркивает единство всего человеческого рода. В 1 и 2 главах Бытия используется исключительно родовое понятие h а- adam (человек). Лишь в Быт. 3имя А dam впервые употреблено без члена как имя собственное. По христианскому толкованию, вследствие греха земля стала внутренней личной сущностью человека — Адама: «Земля… есть плоть Адама, вследствие дел его, то есть страстей оземлянившегося ума… земля есть сердце Адама» (Максим Исповедник–1994. С. 40). Человек не только создан из земли (см.: Быт. 2:7), но и связан с землёй в своей жизнедеятельности (см.: Быт. 2:5), призван овладевать землёй (см.: Быт. 1:28) и по телесной стороне своего существа возвращается в землю (см.: Быт. 3:19). Во многочисленных апокрифических сказаниях «красная земля» отождествлена с глиной. Этим подчёркивается податливость и пластичность, а так же пассивность первоматериала, требующего приложения формирующих усилий Творца. В древности красную землю называли девственной и истинной (см.: Филарет–1867. I. С. 21). В сознании народов древнего Востока корневая основа слова земля, а так же качественно-цветовые характеристики земли имели большое значение для образования новых собственных имён и понятий. Например, древние жители Египта называли свою страну Та-Кемет ‘чёрная [земля]’, в противоположность “красной” бесплодной земле окружающей пустыни (см.: ВИ. Т. I. С. 144). По толкованиям евреев, чей этногенез с глубокой древности был географически связан с пустыней, именно глинистая земля по слову Господню порождала первых живых тварей, как об этом говорится в таргуме Псевдо-Ионафана (см.: Корсунский–1882. С. 147). Красная почва характерна для Африки, из чего делают вывод о сотворении красного первочеловека в досемитскую общеафрикоазийскую эпоху (см.: Дьяконов–1992. С. 52).

379

Речь идёт о рождении Сифа, в связи с чем указывается на родовые свойства человеческой природы. Образ и подобие Адама перенимает тот из перворожденных, от которого происходят все последующие народы. Через уподобление Адаму на Сифа переносится образ и подобие Божие, каковых не имел дитя греха и человекоубийца Каин. В иудейской традиции эта проблема ещё более заострена, ибо талмудисты говорят, что до Сифа у Адама не было детей по его подобию, а Каин родился не от его семени, а был зачат от змия.

380

Апокрифы приписывают Сифу изобретение грамоты (еврейских письмен): ѿ сего нача быти грамота, — а также астрономии. Иосиф Флавий приводит легенду, согласно которой Сиф знал от Адама о предстоящем потопе и стремился передать потомкам знания, зафиксировав их письменно на каменной и глиняной стелах (ИД. І, 71). Эту же легенду воспроизводит Иоанн Малала (см.: Истрин–1994. С. 22), Георгий Амартол, а в XVІ в. со ссылкой на Иосифа Иудеянина (Флафия) — Максим Грек в «Послании поучительном к некоему мужу против ответов латинского мудреца» (Максим Грек–1911. С. 156). В контексте апокрифических повествований появление письма находилось в связи с необходимостью сохранить «Завет Адама», переданный им Сифу. В некоторых иудейских преданиях начало письменности возводится не только к Сифу, но и к Адаму, приписывая прародителю составление родословия его потомков и 91 псалма (см.: Порфирьев–1872. С. 41–42). Современная наука, конечно же, не может согласиться с буквальным утверждением Палеи о том, что еврейская азбука является первой системой письма. Однако, как ни парадоксально, в мифологизированной палейной истории письменности присутствуют рациональные элементы. В наше время принято считать, что честь создания первого алфавитного письма принадлежит семитическому народу финикийцев, которые довели до конца великое открытие древних египтян. Египтяне уже в глубокой древности создали 24 согласных алфавитных знака, но наряду с ними сохранили сотни слоговых знаков и знаков для понятий. Дальнейший шаг к развитию алфавита был сделан писцами гиксосских завоевателей Египта. На рубеже XVІІІ—XVІІ вв. до Р. Х. на основе иероглифического письма они создали «синайское» письмо из 26 согласных знаков, названное по месту основного нахождения надписей. Алфавит гиксоссов не смог получить окончательного развития ввиду кратковременности существования их государства, однако оказал влияние на возникновение алфавитного письма в Южной Финикии. На севере же, в Угарите, на той же основе сложилось алфавитное письмо из 29 букв, приспособленное для написания клиноообразными знаками. В конце концов северный алфавит был вытеснен южным, состоявшим из 22 знаков. На его основе было создано греческое письмо, что видно из древнейших форм начертания греческого алфавита и сохраненного семито-финикийского названия букв. Еврейское письмо не только генетически восходит к финикийскому, но евреи могли принимать непосредственное участие в становлении этой системы письма, так как находились в теснейшем этническом соприкосновении с древним Египтом и семитическими народами Финикии и Ханаана. Поскольку и греческий, и арамейский, произошедшие из финикийского, алфавиты, являются предками большинства современных алфавитов, то значения финикийского письма для современной культуры действительно огромно.

381

Енос — от евр. enos, восходит к корню ana љ, арабск. an і s a — ‘быть больным, слабым’. Видимо, отсюда имени придано значение ‘скорбь, болезнь’ (см.: Истрин–1897. С. 201). Предложенное толкование отсутствует в Библии, и смысл его из контекста не ясен. Возможно, сын Сифа и внук Адама символизировал тем самым несовершенство человеческой природы, на которую обрёк потомков грех прародителей.

382

Согласно Библии, люди начали призывать имя Бога при Еносе (Быт. 4:28), поэтому не исключено, что в данном случае имеет место контаминация характеристик Сифа и Еноса на стыке повествований об этих персонажах.

383

Название потомков Сифа «сынами Божьими», возможно, находится в связи с отражённым в «Хронике» Иоанна Малалы мнением, что «Богом называли его (Сифа) современники за изобретение иудейских письмен, за наименование звёзд и благочестие» (Цит. по: Успенский–1876. С. 54. Прим. 3). Об этой типично христианской трактовке ветхозаветного мотива см. подробнее коммент. 381.

384

Так переводим др. — рус. гнѣздникъ; ср. греч. νοσσιά ‘гнездо’, νοσσίον ‘птенец’. Это слово отсутствует в «Материалах» И. И. Срезневского и СлРЯ XІ—XVІІ вв., а в СДРЯ помечено знаком? Имя Енос в переводе с др. — евр. значит ‘слабый человек’; возможно, это значение было передано метафорически словом гнѣздникъ; в религиозном отношении Енос был ревнителем благочестия, что дало повод истолковать его имя как ‘ревность, усердие’. Употребление греческого слова, если таковое имело место, могло находиться под влиянием еврейского языка: Каинан — от евр. Kenan (‘гнездник’), производное от корня kanan ‘ставить, основывать’, откуда ken ‘гнездо’. Это не объясненное в Библии имя, по мнению В. М. Истрина, могло быть неправильно понято толкователем: ‘делаться красным’, ‘ревность’ (см.: Истрин–1897. С. 202).

385

Малеил — евр. mahalael, состоит из mahalal (корневая основа ‘блестеть’) и ассирийск. іl u — ‘бог’. В словаре «Изборника XIII в.» переводится как ‘правда крепка‘, ‘препона крепка’ (см.: Истрин–1897. С. 202; Истрин–1906. С. 39). Разнобой переводов усугубляется умолчанием Библии относительно трактовки имени. Источники отразили изыскания этимологического значения этого библейского персонажа.

386

В греческих словарях значится κατάβασις ‘нисхождение, сход, спуск’, в Словаре «Изборника XІІІ в.» значится сълазъ, соответствующий палейному съшествиє, вар. съшести (см.: Истрин–1906. С. 39). Соответствует евр. j a r e d ‘сходить вниз’, ‘спускаться’ (см.: Истрин–1897. С. 202).

387

Енох — В. М. Истрин указывает, что евр. эквивалентом могло быть значение ‘обучать’, ‘смягчать’, откуда происходи hano k ‘смягчение, размягчение‘ (см.: Истрин–1897. С. 202). В греческом словаре ἐνκαινισμός ‘возобновление’, в Словаре «Изборника XІІІ в.» в согласии с Палеей — поновлениє (см.: Истрин–1906. С. 39). Евр. hano k истолковывается также в значении ‘учитель’, ‘посвятитель’ (МНМ. Т. І. С. 435). В значении имени отражена судьба Еноха, взятого на небо Богом и удостоившегося мистического общения с Творцом. Судьба Еноха, телесно сохраняемого в ином, тонком мире, предвосхищала Вознесение Христа.

388

Мафусаил (евр.) — это имя толкуется как ‘муж стрелы’. В словаре «Изборника XIII в.» — пѹщенъ, соответствующее палейному пꙋщениє или посланиє. В соответствии с этими значениями в Палее должно было стоять стрѣлꙗниє (см.: Истрин–1897. С. 202; Истрин–1906. С. 39).

389

Эта фраза — «Бог взял его» — почти дословно повторена относительно пророка Илии (4 Цар. 2:9–10), «из истории которого положительно известно, что он чудесным образом был взят живым на небо. То же самое, по толкованию ап. Павла, произошло ещё раньше с Енохом» (ТБ. Т. I. С. 43); ср.: «Верою Енох переселён был так, что не видел смерти; и не стало его, потому что Бог переселил его. Ибо прежде переселения своего получил он свидетельство, что угодил Богу» (Евр. 11:5).

390

Енох был первым, чудесным образом переселённым на небо. Достойно внимания, что каждый период ветхо- и новозаветной истории ознаменован чудесным переселением живым на небо: в период патриархов — в лице Еноха, в иудейский период — в лице пророка Илии, в христианский — в лице Господа и Спасителя Иисуса Христа. Подробное описание путешествия Еноха на небо, где ему были открыты тайны мироздания, содержится в апокрифической «Книге Еноха», сохранившейся в арамейской, еврейской, эфиопской и славянской версиях (см.: Тантлевский–2000б).

391

В Откр. 11:3–12 говорится о двух пророках, не названных по имени, которые будут свидетельствовать о пришествии Антихриста, будут убиты зверем из бездны, но по прошествии трёх дней воскрешены и взяты на небо. По толкованию св. Ипполита, св. Ефрема Сирина, св. Иоанна Дамаскина и других Отцов Церкви, эти два пророка не кто иные, как Енох и Илия (см.: ТБ. Т. 3. С. 558).

392

Ламех — в греческом словаре εὐγνώμων ‘благомыслящий, справедливый’; в словаре «Изборника XІІІ в.» бл҃гоѹмьнъ; в Палее чему ти или къ худому. Палейное толкование соответствует одному из возможных переводов евр. l ame k, которое по законам еврейского языка, в зависимости от того, как разложить слово, может быть объяснено двояким образом: 1) ‘к чему тебе’; 2) ‘быть низким, приходить в упадок, беднеть’ (см.: Истрин–1897. С. 203; Истрин–1906. С. 39). В. М. Истрин считает, что воспроизведенное в Палее объяснение имени Ламех указывает на знание толкователем еврейского языка. Возможность двоякой интерпретации смысловой нагрузки имени важна в связи с характеристикой персонажей допотопной эпохи, поскольку в Библии до потопа фигурируют два Ламеха: один убийца Каина и первый двоеженец (Быт. 4:18–22, 23, 24) — герой апокрифических сказаний (см.: Порфирьев–1872. С. 51, 104–107), а другой — сын Мафусала и отец Ноя (Быт. 5:25–31; І Цар. 1:3). Один — представитель погрязших в греховности каинитов, а другой — представитель благочестивого рода сифитов. Переводчик палейного варианта имени, а вслед за ним и сам Составитель Палеи отдавали себе отчет в смысловой разнице одноименных библейских персонажей (разную нравственную сущность двух Ламехов знаменуют разные значения), что и отражает предложенный вариант положительной ономастической характеристики отца Ноя. Этот тонкий подход в дифференциации персонажей допотопной эпохи утрачен составителями новейших словарей и энциклопедий, где еврейское значение имени Ламех характеризуется только как ‘могущественный’, ‘сильный’, ‘свирепый’, ‘муж разрушения’, и это обозначение Ламеха-каинита распространяется также на Ламеха-сифита (см.: БЭ. С. 421–422).

393

Евр. Ной ‘покой, утешение’; ср. греч. перевод ἀνάπαυσις ‘отдых’ (см.: Истрин–1906. С. 39). Палейное толкование имени как ‘вложение’ В. М. Истрин считает неудачным: по логике следовало бы говорить не о ‘вложении’, а о ‘вхождении’ Ноя в ковчег; сам факт появления дополнительного толкования объясняет расхождением библейской трактовки с палейной: «Найдя лист с готовыми объяснениями и внося его в свой труд, редактор сверялся с Библией и находил нужным оправдать толкование в тех случаях, когда видел его уклонение от библейского» (Истрин–1897. С. 102). Словарь «Изборника XІІІ в.» дает потворение, т. е. ‘перерождение’, ‘восстановление’ (СлРЯ XІ—XVІІ вв. Т. 17. С. 284–285).

394

Это утверждение противоречит указаниям на охоту Ламеха, впрочем, оно может быть вполне справедливо по отношению к сифитам, ибо ветвь Каина (каиниты) рассматривается как тупиковая, возможно даже, если учесть апокрифические мотивировки, происходящая от самого дьявола (то есть и по поведению и по природе своей не вполне человеческая). По крайней мере, в Библии каиниты ставятся вне рамок собственно человеческих норм, поэтому и культурная эволюция человечества на эту отсечённую ветвь первородного греха не распространяется. С учётом таких соображений противоречий нет.

395

Новое значение имени Ноя означает или продолжение этимологических разысканий Составителя Палеи, или руку последующего редактора памятника. Предлагается принципиально новое и отличное от традиционного (‘покой, успокоение’) значение — ‘славный’, смысл которого не вполне ясен. Вряд ли речь идёт о частоте упоминания Ноя на страницах Св. Писания. Возможно, в предложенном варианте отразилось влияние апокрифической традиции, которая на фоне других допотопных персонажей выделяет обстоятельства чудесного рождения праведника. Согласно эфиопской версии «Книги Еноха», через Мафусаила Енох дал пророчество о будущей славной судьбе Ноя и велел наречь имя младенцу, которое прославит его как родоначальника спасшегося от потопа человечества (см.: Смирнов–1888. Эфиопская версия. Двадцатый отдел). Именно эта смысловая линия ниже получила дальнейшее развитие в одном из дополнений к библейскому рассказу о спасении семьи Ноя от вод потопа (см. коммент. 384).

396

Сыны Божии — это потомки Сифа, дочери человеческие — женщины из рода Каина. Две генерации потомков Адама — каиниты и сифиты — представляют собой, очевидно, два духовно разных пути развития человечества. Каин — основатель «технократической» цивилизации, он удалился от Бога, поселился к востоку от Месопотамии в земле Нод, построил первый город, был кузнецом, то есть основателем ремёсел, проводил свою жизнь в тяжёлых трудах для обеспечения своего существования. «Характер Каина перешёл и к его потомкам, каинитам, которые в течение всей допотопной эпохи представляли особую ветвь человечества, прославившуюся культурой, но вместе с тем и нечестием, которое и навлекло на людей страшную кару в виде всемирного потопа» (ХЭС. Т. I. С. 662). Сиф, занявший место убитого Каином Авеля, стал основоположником нового благочестивого племени, противоположного потомкам Каина. «Для лучшего сохранения обетования об Избавителе и для утверждения благочестивой жизни Бог благословил Сифа и его потомков необыкновенным долголетием: жизнь их простиралась до девятисот лет и более. Предание приписывает Сифу изобретение букв. Он упоминается в родословии Иисуса Христа» (ХЭС. Т. II. 586). Однако потомки Сифа не удержались на высоте благочестия, соблазнились «дочерями человеческими», от которых стали рождать исполинов, развратились и стали неугодны Богу, что и вызвало потоп. Противопоставление каинитов и сифитов отражает христианскую точку зрения на историю человечества до потопа. Вместе с тем в древнерусской письменности была широко распространена восходящая через апокрифы и хронографы к древней иудейской традиции легенда о смешении ангелов (которые так же, как и палейные сифиты, называются «сынами Божьими») с дочерями человеческими. Эта легендарная версия, восходящая через «Книгу Еноха» и «Малое бытие», или «Книгу Юбилеев», (см.: Смирнов–1888; Порфирьев–1872. С. 238) к древним иудейским преданиям (см.: ТБ. Т. 1. С. 44) в Древней Руси была известна в версии «Хроники» Иоанна Малалы: и внидоша агг҃ли божіи къ дщеремъ члч҃скымъ … и родиша имъ сн҃ы и быша гиганте на земли ѿ вѣка… (Истрин–1994. С. 19). Ср. в арамейском прототипе «Книги Еноха» по рукописям Кумрана, где сыны Божии отождествляются с падшим ангельским чином: «Их всех было двести, спустившихся во дни Йареда… (далее идёт перечисление имён ангелоначальников — авт.). Эти (две сотни) и их руководители [все взяли себе] жён из всех (тех женщин), которых они выбрали, и [они стали входить к ним и оскверняться с ними], и (они начали) обучать их (жён) колдовству и [чародейству…]. И они забеременели от них и породили [исполинов высотой в три тысячи локтей…» (Тантлевский–2000б. С. 112–114). Издатель и комментатор текста отмечает, что термин «сын Бога» в ветхозаветной традиции являлся одним из обозначений ангела в библейских текстах и позднейшей еврейской литературе (см.: Тантлевский–2000б. С. 73, 74, 114. Коммент. 30). Влияние этой древнеиудейской традиции, кроме цитированного Иоанна Малалы, испытали на себе Иустин Философ, Ириней, Климент Александрийский, Тертуллиан, которые восприняли легендарную версию о гигантах как детях ангелов и дочерей каинитов. Однако такие крупнейшие христианские авторитеты, как Иоанн Златоуст, Ефрем Сирин, Блаженный Феодорит, Кирилл Иерусалимский, Иероним и многие другие, однозначно трактовали «сынов Божиих» как сифитов (см.: ТБ. Т. 1. С. 45), а Августин по поводу «Книги Еноха» как источника ложных мнений о гигантах высказался следующим образом: «…писания, приводимые под его именем, которые содержат эти басни о гигантах, рассказывающие, что они не имели отцов из людей, справедливо от мудрых признаются подложными…» (Цит. по: Порфирьев–1872. С. 147). Поэтому, несмотря на многочисленные апокрифические включения, изложенные в Толковой Палее, версия происхождения гигантов и отличная от древнееврейской трактовка «сынов Божиих», с одной стороны, соответствует солидной христианской традиции, а с другой, учитывая, что в христианской традиции всё же были отклонения, даёт вполне соответствующую контексту антииудейской полемики трактовку вопроса.

397

История потопа воспроизводится в Палее в основном по Библии с дополнительными вариациями на библейскую тематику. Данное дополнение выделяется среди прочих живописными красками описания. Пронзительная тональность яркого и выразительного в своей образной конкретике отрывка, по сравнению с Библией, более рельефно и драматично передаёт состояние нравственного падения допотопного человечества (ср.: Быт. 6:5, 11–13; 2 Пет. 2:10–19).

398

Дополнительные расчёты Составителя Палеи. Пересчёт библейских показаний длины на древнерусскую меру, с одной стороны, был вызван тем, что масштабы ковчега без поправок оказывались весьма незначительными (порядка полутора сотен метров длины), что явно несоизмеримо с нагрузкой, которую должен был нести на себе ковчег, а с другой стороны — формировавшимися не без влияния апокрифов представлениями о гигантских размерах первых людей. Согласно «Беседе трёх святителей», голова Адама наделялась такими размерами, что «трём людям можно было влезть в неё» (Апокрифы–1997. С. 173). В «Сказании о древе крестном» говорится, что на Голгофе внутреннее пространство черепа Адама образовало пещеру, посетители которой могли удостовериться, что стены её бѣ кость а не камень (Тихонравов–1863. 1. С. 312). В аналогичном сюжете, изложенном в «Сказании о главе Адамовой», Соломон отождествляет костяную пещеру с черепом первочеловека (см.: Порфирьев–1872. С. 89). В Индексах запрещённых книг, составленных Кириллом и Зосимой (XIV–XV вв.), имеются указания на то, что череп первочеловека в апокрифах об Адаме представлялся гигантским: лоб адамль, что 30 служб в нем и седем царей под ним сидело. Подобные факты распространялись в контексте библейских сведений об исполинах. Судя по приводимым в Палее соотношениям, кратность библейского и древнерусского локтей — 1(в расчётах 3000, видимо, ошибка, или описка — должно быть 9000). Согласно древнерусским метрологическим значениям, простая сажень равна 152 см, локоть соответственно — 38 см, косая сажень приравнивалась к 216 см, а соответствующий ей локоть — 54 см (см.: Рыбаков–1949; Рыбаков–1984. С. 84–85). Приписка о приравнивании египетского локтя к сажени, не имеющей числовых выражений, видимо, призвана показать, что локотная мера в Египте выше современной Составителю. Поправка знаменует тенденцию к увеличению пропорциональных соотношений и оправдывает произведённые пересчёты. В «Повести временных лет» по Ипатьевскому списку зафиксирована аналогичная приписка о египетских мерах, которая соединена с сообщением о размерах ковчега: єгупьтѣ бо локтемъ саженъ зовуть. В Лаврентьевском списке египтяне уже опущены и речь идёт просто о приравнивании локтя сажени: створи ковчегъ в долготу локотъ т҃. а в ширину п҃. а възвышиє.л҃. локотъ. ибо локтемъ сажень зовуть (ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 90). Все тексты отразили совершенно очевидную тенденцию увеличению масштабного коэффициента при осмыслении размеров ковчега. Основанием для увеличения масштабных мер ковчега и обращение с этой целью к египетскому локтю скорее всего послужили сведения, содержавшиеся в «Хронике» Георгия Амартола. В ней в контекст рассуждений о неверии нѣции ѿ єлінъ в то, что ковчег мог вместить всех, включены следующие рассуждения: рѣша, ꙗко невъзможно єсть въмѣститисѧ въ ковчезѣ толіко и различно и много родъ животныхъ, локотъ т҃. соущю ковчегѹ. не разоумѣша творимии премѹдри, и неразѹмни и неѹчно би҃ихъ словесъ раскладающе, ꙗко списаниикъ землечтець сы изъ єгупта, наѹчибосѧ Моиси всеѧ премд҃рсти єгупетьскыꙗ, земночтецькыимъ локоть рече, аще кто сажень велии имать. ибо земночетьство єгуптѧне преже, гл҃тъ, ѡбрѣтъше, ѿ непрестѹплениꙗ землі и раздѣлениє [н]аѹчивъшесѧ исписаша, ѿ тех єтери приꙗша. тѣмъ премѹдрыꙗ древле и смысльныꙗ тѣхъ нарекоша тоꙗ ради дивныꙗ хитрости и премд҃рсти. и к томѹ ино свѣдѣтельство бл҃гоприꙗтно ѿ потопѣ, ꙗкоже гл҃ть Иѡсифъ. до же и донынѣ на высокыхъ горах и непроходимыꙗ земли и морю ѡстанци ѡбрѣтаютсѧ… (Истрин–1920. С. 55).

399

Это дополнение к библейскому тексту подтверждает предложенную выше трактовку имени Ноя как «славного» (см. коммент. 380).

400

В Библии сведений о количестве произошедших от Сима, Иафета и Хама народов не содержится. Скорее всего данный мотив можно отнести на счёт влияния хронографических источников Палеи.

401

Согласно некоторым толкователям, до потопа мясо не употреблялось в пищу не только людьми, но и животными, среди которых не было хищных зверей и птиц. Следовательно, Ной был должен запастись только растительными продуктами для кормления животных. Призвание всех будущих «пассажиров» ковчега звоном в било так же относится к внебиблейским подробностям. Сюжет о биле — свободное переложение соответствующего библейского мотива (ср.: Быт. 6:14). И. Я. Порфирьев выделяет данный палейный сюжет в особую тематическую линию апокрифического сказания «О потопе», которую он озаглавил как «Собрание животных в ковчег посредством била». К данной тематической линии, кроме комментируемого сюжета, он отнёс полемические увещевания иудеев, группирующиеся вокруг назидательных рассуждений об уживчивости в ковчеге всех тварей и человека (см.: Порфирьев–1872. С. 52, 107–108). В. Успенский предполагает в данном случае влияние особого апокрифического сказания о биле (Успенский–1876. С. 55), но произведение это, согласно пересказу в летописи александрийского патриарха Евтихия (ум. 940 г.), повествует о том, что специально изготовленные из индийского дерева било и молот использовались для созыва работников Ноя к обеду и труду (PG. T. III. Col. 951). Никаких пересечений указанного апокрифического сказания с палейным рассказом не обнаруживается. Вообще весь палейный рассказ о потопе весьма незначительно отличается от библейской трактовки соответствующих событий. В строгом смысле апокрифическим мотивом, имеющим параллели в неканонических сказаниях о потопе, можно считать лишь мотив проклятия ворона, который находится в контексте осуждения иудеев и свидетельствует об определённой эрудиции Составителя Палеи. Остальные примыкающие к пространным цитатам из Св. Писания тексты делятся на две части: довольно близкий к первоисточнику пересказ Библии и совмещение сюжетов Св. Писания с элементами внебиблейских дополнений, среди которых выделяются рассказ о падении нравов смешанного потомства каинитов и сифитов, указание на число послепотопных народов, рассуждение о мирном существовании людей и зверей в ковчеге, аллегорическое толкование значения голубя. Влияние известных в христианском мире апокрифических рассказов о потопе и Ное в перечисленных сюжетах весьма незначительно. В письменности разных народов к числу внеканонических интерпретаций событий потопа относится сюжет из апокрифического цикла об Адаме и Еве, где повествуется о перевозе в ковчеге тела Адама из пещеры сокровищ, что близ райских пределов, в центр земли, с последующим погребением в Иерусалиме (см.: Порфирьев–1872. С. 195). Эта версия, правда, уже без упоминания Адама, известна была древнерусским книжникам по «Космографии» Козьмы Индикоплова, где повествуется о расположении рая в прилегающей к небу окраинной части Вселенной и о переселении Ноя в пределы будущей ойкумены, окружённой кольцом Мирового Океана. В апокрифической интерпретации картины мира Океан разделял населённые пространства и недоступный земной рай (см.: Козьма Индикоплов–1997. С. 64; см. также: Апокрифы–1999. С. 158, 191). Апокрифическую версию истории потопа излагает распространённое в древнерусской письменности «Откровение Мефодия Патарского» интерполированной русской редакции. Эта возникшая в XV в. редакция вобрала в себя существовавшие вне «Откровения» апокрифические рассказы. Из контекста «Откровения» можно выделить отдельный рассказ о строительстве ковчега на горах Араратских с последующим возвращением туда же после плавания. Сюда составной частью входит рассказ о передаче Ною ангелом специального сигнального била и отражённый Палеей мотив проклятия ворона. Исходная апокрифическая основа осложнена особым апокрифическим рассказом о происках дьявола, который выведал через жену Ноя тайну строительства ковчега, а затем благодаря снохе проник в ковчег, превратился мышь и попытался прогрызть дно. С апокрифическим описанием этого злоумышления связана легенда о появлении кошки, которая по молитве Ноя появилась из ноздри лютого зверя и удавила дьявола в образе мыши (см.: Тихонравов–1859. С. 158–160; Апокрифы–1997. С. 16–18, 42). В Палее только мотив проклятия ворона является общим с известными по древнерусским источникам апокрифическими сказаниями о потопе. Остальные добавления к библейскому тексту не относятся к числу распространённых апокрифических мотивов, и их литературную историю ещё предстоит уточнить. Весьма характерно, что совпадающий с «Откровением Мефодия Патарского», рассказ о кознях дьявола, который, по мнению исследователей, мог существовать как самостоятельное произведение, читается в списках сокращённой редакции Палеи. По рукописи XVI в. (РНБ. Соф. № 1448) этот рассказ, совмещённый с сокращённым палейным повествованием о потопе, несколько раз публиковался (см.: Попов–1881. Приложение. 9–13; БЛДР. Т. 3. С. 108–113). Фрагменты апокрифа о дьяволе и Ноевом ковчеге чересполосно с толкованиями о потопе читаются в палейной компиляции книгописца Кирилло-Белозерского монастыря Ефросина. Особая компилятивная Палея, полностью не совпадающая ни с Толковой, ни с Хронографической Палеями опубликована по рукописи XV в. РНБ. Кир. — Белоз. № 11/1068 (см.: Каган-Тарковская–1987. С. 106–110). В гораздо менее исправленном варианте, чем в Соф. № 1448, апокрифические дополнения о дьяволе и ковчеге читаются в палейной истории потопа по рукописи нач. XV в. (ГИМ. Барс. № 619), а переделка рассказа о дьяволе содержится в сборнике XVII в. (РНБ. Погод. № 1936. Л. 187–190об). Апокрифическая легенда о происках дьявола во время потопа является широко распространённым сюжетом в письменности и фольклоре многих народов (см.: БЛДР. Т. 3. С. 372–373).

402

Указание на четырёхугольную форму ковчега в контексте отрывка соотносится с четырёхугольными очертаниями земли. Эти избыточные, по отношению к Библии, характеристики указывают на то, что ковчег воспринимался моделью мироздания. Вертикальное устройство ковчега также сопоставляется с тройственным (по подобию Мирового Древа), членением мироздания: в пределах видимого мира (до тверди) в нижнем ярусе помещены звери и пресмыкающиеся, в среднем — люди, в верхнем — птицы (см.: МНМ. Т. II. С. 224). Палейный образ мироздания восходит к антиохийской космологии, согласно которой земная часть мироздания представлялась продолговатым прямоугольником, окружённым со всех сторон Мировым Океаном. Длина прямоугольной земли, согласно Севериану Габальскому и Козьме Индикоплову, на которых ориентируется Составитель Палеи, в два раза превышала ширину, а все мироздание мыслилось замкнутым по подобию дома, в котором небо смыкается с краями земными, где за Океаном расположен рай (см.: Козьма Индикоплов–1997. С. 64, 67, 120, 273; Культура Византии–1984. С. 435–439). Глубоко архетипичная, не чуждая элементов мифологизма, символика указывала на трёхъярусное строение мира-дома, на пространственное расположение прямоугольной земли в Мировом Океане, наконец на взаимосвязь допотопного и послепотопного миров, тождественных между собой по аналогии с образом ковчега. Не исключено, что под влиянием палейного символического сюжета о четырёхугольной форме ковчега в сокращённой редакции Палеи по списку Соф. № 1448 появился мотив изготовления ковчега из «древа четверо угольного» (см.: БЛДР. Т. 3. С. 108), тогда как речь должна идти о сорте дерева (гофер — Быт. 6:14; треклин — Барсовская и Ефросиновская Палеи; кедр — «Откровение Мефодия Патарского»). Сокращённая редакция Палеи отразила забвение архетипической символики ковчега.

403

О возможности факта потопа в общемировой истории см: Lambert–1955. P. 581–601; 693–724.

404

В РСБ сказано, что ворон отлетал и прилетал, пока высохла земля (см.: Быт. 8:7). Чтение Палеи иное, восходящее к тексту ССБ: и изшедъ не возвратисѧ, дондеже изсѧче вода ѿ земли. Составитель Палеи использует критический смысл библейского текста для последующего сравнения иудеев с неблагодарным вороном.

405

Сообщение о том, что ворон был проклят Ноем, принадлежит апокрифической литературе: «…выпустил Ной ворона. Ворон же, полетав, нашёл землю и не возвратился в ковчег. Ной же проклял ворона, ибо не послушал тот его повеления» (Апокрифы–1999. С. 691). Апокрифический мотив проклятия Ноем ворона свидетельствует о знакомстве Составителя Палеи с неканонической версией потопа. Сравнение иудея с вороном в полемическом контексте, видимо, базируется на традиционно неприязненном восприятии ворона, который с архаических времён наделялся хтоническими и демоническими чертами. Эта птица во многих культурах считалась нечистой (рекомендации у древних иудеев на этот счёт содержатся в Лев. 11:15; Втор. 14:6), дурным вестником, связывающим мир живых и мёртвых. У вавилонян (миф о Гильгамеше) и у некоторых других народов ворон связывался с преданиями о потопе, с мифами добывания воды и создания суши из земли, поднятой со дна моря (см.: МНМ. Т. I. С. 245–247). Сказанное в Палее о выплёвывании глаз утопленников является апокрифическим дополнением к библейскому рассказу, разъясняющим слова Библии о том, что выпущенный Ноем ворон прилетал и отлетал (Быт. 8:7), т. е. находил пищу в трупах и не давал знака о появлении суши. Происхождение подробности, согласно которой ворон клевал плавающие в воде трупы, Дж. Фрэзер относил к еврейским преданиям (см.: Фрэзер–1989. С. 87, 89). Впрочем, есть и положительные ветхозаветные характеристики ворона: эта птица приносила пророку Илие мясо и хлеб (3 Цар. 17:4–6) и выведена образцом красоты в Песни Песней (5:11).

406

Вероятно, наделение марта эпитетом презренного следует воспринимать в рамках сравнительной антитезы христианства (Нового Завета) и иудаизма (Ветхого Завета), в русле которой честь и достоинство святынь и прообразов Ветхого Завета переходит и исполняется в Новом. Многочисленные полемические примеры Палеи, «Слова о Законе и Благодати» митр. Илариона и других памятников с аналогичной тематикой построены в соответствии именно с этим приёмом. В таком случае знак месяца марта, сделавшийся символом отверженности иудеев, нужно трактовать следующим образом. Месяцу марту (точнее — второй половине марта и первой половине апреля) по солнечному календарю соответствует месяц авив (месяц колосьев, или первых плодов) лунного еврейского календаря, начинавший собой священный год (в гражданском году авив был седьмым месяцем); впоследствии евреи восприняли халдейское название этого месяца — нисан. В этом месяце совершались самые значительные иудейские торжества: в авиве Бог вывел евреев из Египта, 15-го нисана праздновалась ветхозаветная Пасха, соединявшаяся с праздником опресноков. Моисею и Аарону было заповедано чтить этот месяц как первый среди всех прочих месяцев года (Исх. 12:2). Праздник Пасхи пользовался вниманием даже со стороны римской власти, отпускавшей на Пасху одного из узников по указанию народа (Мф. 27:15). После распятия в этом месяце Иисуса Христа иудеи, призывавшие Его кровь на головы самих себя и своих потомков, осквернили честь месяца авива, в который богоубийством навлекли на себя проклятие и заслужили презрение. А прежнее торжество и слава перешли к величайшему христианскому празднику — Новозаветной Пасхе.

407

См.: Мк. 15:33, 38; Мф. 27:45, 51–53; Лк. 23:43–46.

408

Любопытная мысль промыслительного оправдания исторической миссии иудеев в контексте критики приверженцев ветхозаветной веры.

409

Амалик — сын Елифаза и внук Исава, один из старейшин идумейских. Родился от Фамны, наложницы Елифаза (Быт. 36:12), но, несмотря на это, занимал равное положение с прочими сыновьями Елифаза. По арабскому преданию, Амалик считается сыном Хама. В Палее речь идёт не о борьбе с самим старейшиной Амаликом, а о победах над народом амаликитян, который в Библии часто нарицательно называется по имени Амалика (см.: Чис. 24:20). Евреям приходилось вести немало войн с амаликитянами и, согласно аггадическому сказанию, восходящему к III–IV вв. по Р. Х., «имя Амалика служило для Израиля предостережением, как плётка для наказанного ребёнка» (см.: Агада–1993. С. 64). Название амаликитян, вероятно, древнее персоналии Амалика, поскольку их страна упоминается задолго до его рождения (Быт. 14:7). Амаликитяне были могущественным народом, занимавшим область между Египтом и Палестиной, в Книге Чисел названы первым из народов и по пророчеству Валаама были обречены на гибель (Чис. 24:20). Они напали на сынов Израилевых на пути в землю обетованную после исхода из Египта и были разбиты при Рафидиме (Исх. 17:8–14). Возможно, что именно эта победа, величественно описанная в Библии, имеется в виду автором Палеи. Впоследствии амаликитяне были разбиты Гедеоном (Суд. 7:12–25), Саулом (1 Цар. 15:7) и Давидом (1 Цар. 30:17). Над ними сбылось пророчество, и их имя исчезло с лица земли (1 Пар. 4:43).

410

Имеются в виду завершение Иудейской войны и взятие Иерусалима в августе — сентябре 70 г. Титом, старшим сыном императора Веспасиана. Тит Флавий был оставлен во главе осады после избрания Веспасиана императором и завершил разгром Иерусалима. При жизни отца принял императорский титул, получил трибунскую власть и принимал участие в управлении. Был римским императором в 79–81 гг. Сенаторская традиция считает его одним из лучших императоров, правление которого характеризуется согласием между императором и сенатом. Он щедро расходовал значительные средства и закончил постройку огромного амфитеатра, получившего название Колизея. Во времена Тита в 79 г. в Южной Италии произошло стихийное бедствие: при извержении вулкана Везувия погибли города Помпея, Геркуланум и Стабия (см.: Машкин–1948. С. 431, 433). По древнееврейскому преданию, скорая смерть Тита была наказанием за осквернение иудейских святынь: его мозг семь лет точил влетевший в ноздри комар. См. также коммент. 409, 626, 627.

411

Ср.: ИВ. V. IX. 4. Сеннахерим (в др. чтении — Синахериб), в переводе имя означает: бог Луны умножил. Царь Ассирии в 705–680 гг. до н. э., известный как сторонник военной ассирийской знати, и, как следствие, приверженный завоевательной политике. Военными событиями отмечены практически все годы его правления (См.: Авдиев–1948. С. 390). После воцарения в Ассирии Сеннахерим по неясным причинам замедлил с легализацией своей власти в Вавилоне, что привело к занятию престола Мардукапалиддином, которого поддержали местные жители. Давно назревавшее восстание против ассирийского владычества было широко спланировано: Мардукапалиддин привлёк в качестве союзников Элам, кочевые племена арабов и арамеев, Иудею, финикийские города и Египет. Однако в феврале 702 г. до н. э. Сеннахерим жестоко сокрушил мятежников в Вавилонии и взял огромную военную добычу. Уже после этих событий разразилось восстание союзников Мардукапалиддина на западе. Здесь душой восстания стал иудейский царь Езекия, поддержанный Египтом и бедуинами. Езекия способствовал национальному подъёму в Иудее, разрушил жертвенники идолов и даже уничтожил медного змия, возобновил богослужения в запустевшем иерусалимском храме (см.: 4 Цар. 18:4). Под знаменем национальной религии Езекия низверг ассирийское иго, установленное при его отце Ахазии (см.: Лопухин–1986. С. 310–311). Но среди повстанцев не было единства и, по-видимому, они были деморализованы неудачей вавилонского восстания. При появлении Сеннахерима во главе карательных отрядов большинство восставших изъявляло покорность. В решающей битве при Эльтеке, в Палестине, Сеннахеримом были разбиты войска эфиопского царя, правившего в Египте. Езекия был осаждён в Иерусалиме и почти обречён. Вокруг города по приказу Сеннахерима возвели высокие башни, с которых стрелки могли поражать защитников. Его военачальник Рабсак глумился над верою иудеев в покровительство Бога, но, по предсказанию пророка Исайи, ассирийские войска были уничтожены (4 Цар. 19:13–19); (ср.: «И вышел Ангел Господень и поразил в стане ассирийском сто восемьдесят пять тысяч человека. И встали поутру, и вот, все тела мёртвые. И отступил, и пошёл, и возвратился Сеннахерим, царь Ассирийский…» — Ис. 37:36–37). Внезапно начавшаяся в ассирийском войске эпидемия помешала Сеннахериму предпринять штурм города. Именно эти события упоминает Палея, воспроизводя библейский рассказ о поражении 185 тыс. ассирийских воинов Ангелом Господним (ср.: 4 Цар. 19:35–36). Несмотря на это, Езекия выплатил огромную дань — 150 кг. золота и 9 т. (по данным Библии) или даже 24 т. (по ассирийским источникам) серебра, не считая всякого другого добра. Сеннахерим всё-таки не смог до конца затушить тлеющие очаги сопротивления ни в Иудее, ни в Вавилоне. Конец жизни он провёл в Ниневии, благоустройству которой уделял много внимания. Здесь Сеннахерим провёл акведук, распорядился проложить прямые улицы, разбил необычайный сад, в котором наряду с различными необыкновенными растениями возделывали хлопчатник. На воротах дворца Сеннахерима, ныне хранящихся в Британском музее, были написаны истории его войн. Недовольство в придворных кругах и в среде оппозиционных группировок Вавилонии вызвало назначение Сеннахеримом своего сына от сириянки Асархаддона вавилонским правителем, в результате чего был составлен заговор при участии двух других сыновей Сеннахерима. Он был убит своими сыновьями Адрамелехом и Шарецером во время молитвы (Ис. 37:38) в храме бога Нисроха в январе 680 г. до Р. Х.; ему наследовал сын Асардан (см.: ВИ. Т. I. С. 550–551).

412

Мотив превосходства язычников перед иудеями в деле вселенского распространения христианской веры. Этот мотив неоднократно повторяется на страницах Палеи, а также является отличительным идейным признаком таких произведений, как «Слово о законе и благодати» Илариона и апокрифическое «Сказание Афродитиана».

413

Вероятно, имеются в виду такие места Библии: «Помилуй, Господи, народ, названный по имени Твоему, и Израиля, которого Ты нарёк первенцем» (Сир. 36:13); «Мы же, народ Твой, который Ты назвал Твоим первенцем, Единородным, возлюбленным Твоим, преданы в руки их» (3 Езд. 6:58).

414

Основополагающее для толковых разделов Палеи противопоставление Закона и Благодати как образных символов Ветхого и Нового Заветов, иудейства и христианства. В том же полемическом ключе противопоставляются иудаизм и христианство в творчестве митр. Илариона, где основными символами выведены Закон и Благодать, а приверженцы Закона противопоставляются, как и в Палее, «новым народам», воспринявшим Благодать (см.: Мильков–2000. С. 118–124).

415

Слово περιστερά состоит из 9 букв; это с очевидностью доказывает, что Составитель Палеи пользовался каким-то греческим источником. По нашим подсчетам, это слово в LXX употребляется 35 раз. В ССБ слова голубь и голубица употреблены 39 раз, однако если исключить из подсчетов 2 употребления в неканонической 3-ей книге Ездры, то число употреблений станет равным 37. Как видим, погрешность Составителя Палеи очень невелика, тем более, что остается неизвестным, каким текстом Библии он пользовался и какие книги включал в себя этот текст. — А.М.К.

416

Ср.: Пс. 23:7–10.

417

Ср.: Лк. 24:49; Ин. 14:26; Деян. 1:4.

418

Последнее из названных установлений имеет отношение к известной иудаистской традиции приготовления ритуально обескровленного мяса.

419

Еврейское предание сообщает, что во время осады в Иерусалиме жили три богатых человека: Накдимон Бен Горион, Бен Калба-Шабуа и Бен Цицит-Гакесат. Эти трое заявили, что берут на себя задачу обеспечения продовольствием всех жителей Иерусалима: первый — хлебом, второй — вином, солью и елеем, третий — топливом. В их складах имелись запасы на двадцать один год. Однако склады были сожжены сторонниками партии зилотов (см. след. коммент.), которые настаивали на проведении военных вылазок из города и уничтожением продовольствия пытались вынудить горожан к активным боевым действиям.

420

Ревнители, иначе зилоты (от греч. ζῆλος ‘рвение, ревность, зависть, гнев’) — представители ультрарадикальной иудейской религиозно-политической партии, игравшие значительную роль в борьбе евреев за независимость от Римской империи. Ревнители исповедовали идеи древней теократии, призывали низвергнуть иго язычников и восстановить завет с Яхве. Война с Римом была главной политической составляющей программы ревнителей, кратко выражавшейся в формуле: «Нет владыки, кроме Яхве; нет подати, кроме храмовой; нет друга, кроме ревнителя». Ревнители были источником постоянных беспокойств для римской власти. Перепись населения при прокураторе Квиринии вызвала особенно крупный мятеж ревнителей под руководством Иуды Галилеянина. Поскольку наибольшее число приверженцев зилоты имели в Галилее, их часто называли галилеянами. При реализации своих принципов ревнители использовали самые крайние, террористические методы воздействия на благонамеренную и лояльную часть населения Иерусалима, что нашло яркое отражение в «Истории иудейской войны» Иосифа Флавия. Своим происхождением партия зилотов обязана древнееврейской секте фарисеев, которая пользовалась большим влиянием еще в І в. до Р. Х. Фарисеи демонстративно выставляли себя ревнителями строгого соблюдения обрядов и ритуальной чистоты (см.: Мф. 15:1–2, 11–12; Лк. 17:10–11) и нередко обладали популярностью в высших и средних слоях городского населения (см.: Мф. 23:5–7), презрительно относясь к земледельцам. Против учения фарисеев часто были обращены слова Христа (см.: Мф. 16:1–3, 6, 12; Мф. 23:2–4, 13–39; Мк. 7:1–23), а фарисеи, в свою очередь, были одними из инициаторов распятия Иисуса Христа (см.: Мф. 27:21) и в последующем преследовали христиан. За несколько лет до падения Иерусалима из среды фарисеев выделились два течения, получившие названия по именам своих верховных учителей: настроенные миролюбиво и терпимо к язычникам гиллелиты и воинственные радикалы шаммаиты. Характер новых течений даже отразился в пословице: «Будь кротким, как Гиллель, а не вспыльчив, как Шаммай». Шаммаиты как раз и составили партию зилотов и довели Иудею до восстания и полного разгрома, а последователям Гиллеля удалось создать свой духовный центр и положить начало талмудическому иудаизму.

421

Возможно, источником этих сведений послужила «Иудейская война» Иосифа Флавия (см.: ИВ. V. X. 3; V. XIII. 7; VI. III. 3–4). Вероятно, в древнерусском переводе «Истории Иудейской войны» ряд выражений был заимствован из «Хроники» Георгия Амартола, где также содержится рассказ о жене, съевшей своё дитя (см.: Мещерский–1958. С. 525; ср.: ХГА. С. 215).

422

Ср.: Лк. 23:29–30; Откр. 6:16; 9:6; Ис. 2:19; Ос. 10:8.

423

Агриппа — прокуратор восточных провинций Римской империи, сын и преемник Ирода (Деян. 12:1; 25:13). Во время восстания в Иудее в 66–70 гг. был на стороне римлян; в 70 г. участвовал в осаде Иерусалима. Агриппа едва ли не был убеждён в правоте христианства апостолом Павлом, который выступал перед правителем, когда находился в заключении (Деян. 25:28).

424

Изложенные подробности ужасов осаждённого Иерусалима в ходе Иудейской войны (см. коммент. 395, 404, 406, 626), видимо, почерпнуты в III–VI книгах «Истории Иудейской войны» Иосифа Флавия. Эти детали также отражены в «Церковной истории» Евсевия Кесарийского и в «Хронике» Георгия Амартола, которая оказало немалое влияние на Толковую Палею. «История Иудейской войны» была исключительно популярной в европейских средневековых литературах, на Руси была переведена не позднее XII в., а заимствованные из неё образы и речевые обороты неоднократно использовались летописцами (см.: ИРЛ. С. 50–51). «История Иудейской войны» написана между 75–79 гг. Иосифом, сыном Маттафии, бывшим одним из руководителей восстания в Иудее и перешедшим на сторону римлян. Впоследствии Иосиф стал придворным летописцем императора Веспасиана и получил право носить фамильное имя императорской династии — Флавий.

425

В рукописи из собрания Соловецкого монастыря № 219 аналогичный апокрифический текст излагается от имени Епифания Кипрского и собеседующего с ним Андрея (см.: Щапов–1906. 1. С. 51–52). Пассаж о радуге, собирающей морскую воду в облака как меха, читается в «Златой Матице» (см.: Буслаев–1861. С. 690). Тот же мотив присутствует в апокрифической «Повести предивной о создании небеси, земли и моря» (ИРЛИ. Усть Цил. № 181. Л. 35. — XVIII в.) Образ радуги-насоса, перекачивающей морскую воду в облака, широко распространён в фольклоре славянских народов (см.: Афанасьев–1865. С. 355). Присутствие апокрифического образа радуги в устной культуре позволяет ставить вопрос об архетипической мифологической основе этого книжного образа. В Палее данный образ находится в ряду других апокрифических мотивов, которые являются частями внеканонического повествования о природных стихиях и служебных духах. Фрагменты этого повествования, принадлежащие перу Епифания Кипрского, вошли в космологический и антропологический разделы Палеи (см. коммент. 142, 149, 282, 288, 291).

426

В еврейском подлиннике в этом месте своеобразная игра слов, или параллелизм понятий: japhet Elohim ľephet. Имя Иафет как раз и обозначает ‘простор, широкое распространение’.

427

Библейский постулат о вселении Иафета в шатрах Симовых экзегеты трактуют в двояком смысле: 1) как покорение иудеев римлянами, предсказанное Ноем; 2) как вхождение в Церковь Христову новых языческих народов (ТБ. Т. 1. С. 66). В толковательной части Палеи развивается мысль о призвании новых народов, которая в полемическом антииудейском контексте памятника заостряется с намерением подчеркнуть превосходство язычников перед иудеями. Подчеркивается провиденциальный характер распространения христианской веры в разных народах. Эти идеи проходят лейтмотивом через все произведение (ср.: коммент. 625, 679, 689, 701, 749, 760, 825, 876, 1062).

428

Этнически арабы считались потомками Агари, рабыни Сарры, поэтому Магомет и назван еврейским рабом. Один из элементов антимагометанской полемики в Палее имеет своим основанием изложенный выше библейский рассказ о неуважительном отношении Хама к пьяному и спавшему в неприглядном виде Ною. Правда, в Библии, в отличие от Палеи, проклятие налагается не на Хама, а на его сына Ханаана (ср.: Быт. 9:27). Историческое оправдание пророчеству Ноя о том, что потомки Хама будут в рабстве у потомков его братьев, видят в завоевании евреями хананеев при Иисусе Навине (Нав. 9:23), при Давиде и Соломоне (3 Цар. 9:20–21), а также в покорении финикийцев (одного из ответвлений хамитов) греками и римлянами, представлявшими Иафетову ветвь (см.: ТБ. Т. 1. С. 65).

429

Персия во времена древних евреев (Дан. 8:20, 10:13, 11:2; 1 Езд. 1:1–3; 2 Пар. 36:20–23; Иез. 27:10, 38:5) занимала пространство, ограниченное на юге Персидским заливом, на западе — Кусистаном, на севере — Ирак-Аджемом, на востоке — Керманом (Фарсистаном). Персией принято называть древнеазиатское царство, распространившемся при Кире, после присоединения в 536 г. до Р. Х. Мидии, от Египта до Индии. Персидское царство было завоевано Александром Македонским. Население Персии называлось еламитами — от имени сына Сима Елама и парфянами. В апостольские времена Персия называлась Парфией, в ней проповедовал христианство апостол Фома.

430

Бактрия в Библии не упоминается. Так называлась древняя область в верхнем и среднем течении Аму-Дарьи; древнейшее упоминание о Бактрии содержится в «Авесте» (VI–IV вв. до Р. Х.). Одно из древнейших государств Средней Азии, входившее в державу Ахеменидов, затем в империю Александра Македонского. Впоследствии на территории Бактрии возникли Греко-Бактрийское царство (ок. 250 — ок. 130 гг. до Р. Х.) и Кушанское царство (I–III вв.), этническую основу которого составляло племя тохаров.

431

Ринокорур — торговый центр, расположенный в Финикии, на границе Египта и Палестины, в районе совр. Суэцкого канала; упоминается Страбоном.

432

А. А. Шахматов считал эту вставку неуместной, появившейся вследствие порчи текста (см.: Шахматов–1940. С. 78). На самом деле это вполне гармоничная, характерная для Палеи толковательная вставка; источник вставки неизвестен.

433

Видимо, Аравийская Эфиопия — область, примыкающая к Двуречью со стороны Африки.

434

Мидия (санскр. ‘средина земли’) — область Между Арменией, Ассирией, Сузианой, Персией и Каспийским морем, заселённая прикаспийскими племенами, предками азербайджанцев; затем царство в северо-западной части Иранского нагорья. Своё название получила, возможно, от имени сына Иафета Мидая (Быт. 10:2). В ассирийских источниках Мидия упоминается с IX в. до Р. Х., античная традиция относит Мидию к VIII в. В VII в. до Р. Х. Мидия в союзе с Вавилоном разгромила Ассирию и завоевала Урарту. Персия в 550–549 гг. до Р. Х. подчинила мидян. В Мидии был распространен зороастризм.

435

Имеется в виду Албания Кавказская — одно из древнейших государств в Восточном Закавказье в долинах рек Куры, Аракса, Пори. Албанцы впервые упоминаются Плинием Старшим в связи с участием в битве при Гавгамелах (331 г. до Р. Х.) на стороне Ахеменидов против Александра Македонского. У Страбона, Плиния Старшего, Плутарха и др. албанские племена назывались ещё утиями (удинами), гелами (легами) и каспиями. Албания находилась на северных границах западной ветви потомков Ноя.

436

Упоминание славянских земель в Иафетовой части — вставка славянского Составителя Палеи.

437

Следующий далее палейный рассказ о столпотворении в исследовательской литературе расценивается как апокрифический (см.: Истрин–1897. С. 178; Адрианова–1910. С. 18). В этом рассказе соединены несколько источников, содержавших внебиблейские сведения о строительстве Вавилонской башни, смешении языков и последующем расселении народов. Как установил В. М. Истрин, основу рассказа составляет текст, заимствованный из древнерусского перевода «Космографии» Козьмы Индикоплова, который в повествовательной части передан дословно, а в толковательной пересказан с некоторыми дополнениями. Извлечение из «Космографии» соединено с заимствованиями из неизвестного источника, параллели к которым обнаруживаются в «Повести временных лет» и «Еллинском хронографе». Характер общих мест позволяет утверждать, что Составитель Палеи не пользовался летописью, но имел в своём распоряжении как минимум два общих с летописцем источника (см.: Истрин–1897. С. 178–189). Скомпонованный таким образом рассказ состоит из девяти частей. Кроме того, это структурно сложный, не лишённый повторов и противоречий рассказ осложнён ещё и пространной вставкой — так называемой таблицей народов, сообщающей этногеографические сведения о племенах и занимаемых ими землях.

438

Считается, что ковчег Ноя после потопа прибило к горе Арарат (Быт. 8:4). Однако с учётом библейского свидетельства о распространении потомков Ноя с востока в Междуречье (Быт. 11:2) г. Арарат относят не к Армении, а отождествляют с горой Ариарта — самой высокой частью в горном кряже Индунша (восточнее р. Тигр), к которой, согласно ассиро-вавилонскому сказанию, причалил после потопа корабль Ут-Напистима (см.: ТБ. Т. 1. С. 79–80).

439

Сеннаар (Быт. 10:10, 11:2; Ис. 11:11; Зах. 5:11) — область древней Вавилонии в южной части Двуречья, в пределах которой Нимрод возводил свои города и где после разрушения Вавилонской башни произошло разделение потомков Ноя на языки и народы.

440

Предания о потопе в древности были чрезвычайно популярны во многих культурах Востока. Среди прочих бытовало убеждение, что потоп — явление, регулярно повторяющееся через определённый период (изложение преданий о Великом потопе см.: Фрэзер–1989. С. 67–170). По утверждению современного комментатора аггадических преданий, «период от сотворения мира до потопа исчисляется в 1656 лет, и столько же от потопа до воцарения Нимрода» (см.: Агада–1993. С. 22. Коммент. 1). Это будто бы объясняет ожидание при Нимроде жителями равнины Сеннаарской очередного потопа и поиск путей спасения. Однако, принимая мнение, что потоп в древних культурах воспринимался как периодическое явление, данную версию нельзя признать корректной с точки зрения указанной в ней хронологии. Действительно, согласно еврейскому летосчислению, от Адама до потопа прошло 1656 лет; по хронологии греческой и славянской Библии, этот промежуток равняется 2 262 годам. После потопа до смешения языков по еврейскому исчислению было 352 года, по греческому — 536 лет, если следовать указанию Палеи, что столпотворение было при Рагаве.

441

Вавилоняне действительно возводили свои постройки из кирпича, причём сырцовый кирпич использовался в сочетании с обожжённым.

442

Практически дословное совпадение с «Космографией» (ср.: Козьма Индикоплов–1997. С. 92).

443

Сведения из неизвестного источника, сходные с летописной характеристикой этого библейского персонажа (ср.: ПСРЛ. Т. 2. Стлб. 78). Приписанное Нимроду руководство строительством Вавилонской башни — внебиблейский мотив. Такая трактовка могла возникнуть в результате переосмысления библейского указания на то обстоятельство, что Нимрод, сын Хуша, был владетелем великих городов, в том числе и Вавилона (Быт. 10:8–9). Характеристика Нимрода в нашем памятнике и в «Повести временных лет», видимо, восходит к хронографической традиции, сохранившей более пространные сведения об этом персонаже. В Хронографической редакции Палеи по Румянцевской рукописи № 453 (1494 г.) сохранилось указание на существование особой «Невротовой повести» (см.: Пыпин–1862. С. 20–21). Видимо, фрагмент этой повести, названный В. М. Истриным «Сказанием о Невроте и Евере», воспроизводится в Толковой Палее по неизвестному источнику. В Палее Синодального собрания № 210, которая представляла хронографическую редакцию, воспроизводится пространная апокрифическая характеристика Нимрода (см.: «Толковая Палея 1477 г.». Воспроизведение Синодальной рукописи № 210 / ПДПИ. Т. XCIII. Вып. 1. 1892. Л. 76d-77a). В «Хронике» Георгия Амартола Нимрод назван гигантом и основателем языческого рожаничного культа, но ничего не говорится о строительстве столпа. Историческая Палея также не ставит Нимрода в связь со столпотворением, но связывает с его царствованием начало идолослужения (см.: Попов–1881. С. 20–21). Имя Нимрод означает ‘мятежный, возмутительный’; Филон, в согласии с иудео-палестинской традицией, толковал это имя как ‘перебежчик’ — от общения с Богом в противоположный лагерь греха. Нимрод был внуком Хама, сыном Хуша и знатным звероловом, его сила и ловкость вошли в пословицу. Нимрод правил в земле Сеннаар и царство его составляли Вавилон, Эрех, Аккад и Халне (Быт. 10:6–10). Библия не указывает на руководящую роль Нимрода в строительстве Вавилонской башни. Эта подробность является достоянием, восходящим к еврейским преданиям апокрифов и общим местом в памятниках древнерусской литературы от «Речи философа» в «Повести временных лет» до произведений протопопа Аввакума, наградившего Нимрода званием первого обманщика и еретика. Предание гласит, что Нимрод был обладателем кожаных одежд, сделанных Богом для Адама и Евы. Вид этой одежды устрашал и покорял животных, и благодаря этому Нимрод приобрёл славу замечательного зверолова. Этой славе он был обязан избранием на царство.

444

Апокрифический, отсутствующий в Библии мотив. Мнение, что строительство Вавилонской башни осуществлялось при Евере, сыне Салы, внуке Сима, утвердилось в среде толкователей. Некоторые из экзегетов трактуют еврейское имя сына Евера Фалека как Пелег ‘разделение, разветвление’ и видят в этом указание на вавилонское рассеяние (ТБ. Т. 1. С. 78). В соответствии с этимологической символикой Евер — последний благочестивый патриарх до рассеяния народов. Сообщения об отказе Евера от участия в строительстве башни и следующего ниже известия об оставлении Еверу прежнего еврейского языка нет в Библии, зато оно почти дословно содержится в «Речи философа» в «Повести временных лет» (см.: ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 91).

445

Выражение «башня высотой до небес» сходно с многочисленными надписями месопотамских царей, которые таким образом упоминали просто о том, что построили высокую башню. Очевидно, что здесь имела место стандартная гипербола, вроде нашего «небоскрёба», в которой первоначально отсутствует особый смысловой оттенок вызова Богу. Однако уже в древнееврейскую эпоху легенда о Вавилонской башне получила богоборческую окраску (см.: Galbіattі-Pіazza–1985. P. 180).

446

По наблюдениям В. М. Истрина, данный палейный отрывок представляет собой соединение пересказа соответствующего места из «Космографии» Козьмы Индикоплова с заимствованиями из неизвестного источника, которые, за исключением объяснения, почему не отнят был еврейский язык у сына Евера Фалека, совпадают с рассказом о столпотворении в Архивском (Иудейском) Хронографе (см.: РГАДА. Собр. ГАМИД. № 279/658. Л. 25а) и в «Речи философа» из «Повести временных лет» (ср.: адамовъ же ꙗзыкъ бысть не ж ѿꙗтъ ѹ Авера. то бо єдінъ не приложисѧ къ безѹмью ихъ. рѣкъ сице аще бы чл҃овѣкомъ Бъ҃ реклъ на н҃бо столпъ дѣлати. то повелѣлъ бы самъ Бъ҃ словомь. ꙗко же створи нб҃са и землю. и море. и всѧ видимаꙗ и невидимаꙗ. того ради сего ꙗзыкъ не премѣнисѧ. ѿ сего суть єврѣи. на о҃. и єдинъ ꙗзыкъ раздѣлишасѧ. и разидошасѧ по странамъ. кождо свои нравъ приꙗша — ПСРЛ. Т. 2. Стлб. 78). Сведений о том, что Адамов язык был отнят у Евера, в Библии нет, но они имеются в «Хронике» Георгия Амартола (см.: Истрин–1920. С. 57.). Фрагмент о Фалеке и Евере читается в «Еллинском Хронографе» 1-ой редакции (РНБ. Погод. № 1437. Л. 7–7об.) и в начальной части «Повести временных лет» (ср.: ПСРЛ. Т. 2. Стлб. 4). Таким образом, в летописи, как и в Палее, вавилонское столпотворение описывается дважды, из чего В. М. Истрин сделал вывод об использовании летописцем и Составителем Палеи двух общих для них источников (см.: Истрин–1897. С. 184–187).

447

Вставка о расселении племён, разрывающая рассказ о столпотворении. Составлена из соединения сведений, содержащихся в разных памятниках. В. Успенский первым заметил, что палейный перечень народов имеет весьма значительное число совпадений с географическими сведениями, содержащимися в «Пасхальной Хронике» (см.: Успенский–1876. С. 61–66). С ним согласился А. А. Шахматов: «Можно утверждать, что большая часть названной статьи есть перевод Пасхальной Хроники; <…> в перечнях уседеков Палея почти буквально сходится с Пасхальною Хроникой; <…> в перечне народов, стран и островов замечается в значительной части палейного текста буквальное сходство с тою же Хроникой; <…> правда, народы эти перечислены в Палее в ином порядке, чем в Пасхальной Хронике» (Шахматов–1904. С. 66–67). Однако Составитель не пользовался «Пасхальной Хроникой» непосредственно, потому что она не переводилась на славянский язык. Ещё А. А. Шахматов убедительно показал, что рассказ о расселении народов «не может восходить к одному только источнику». Им, кроме «Пасхальной Хроники», указан ряд «вставок, ведущих к тексту других греческих хроник» (Шахматов–1904. С. 67). Перечень хамитов тождествен «Хронике» Георгия Синкелла. Много параллельных мест между этим памятником и Палеей отмечено в перечне иафетидов. Именно эти народы «охарактеризованы в «Пасхальной Хронике» в очень неудовлетворительном виде: уже в первоначальной редакции Палеи соответствующие места «Пасхальной Хроники» могли быть исправлены по Синкеллу, если не допускать существование более исправной редакции самой «Пасхальной Хроники», сходствовавшей в указанных местах с Синкеллом» (Там же. С. 70). Как нам удалось установить, наибольшее число совпадений в списке народов существует между Палеей и «Хроникой» Ипполита Римского; всего четыре этнонима, упоминаемых Палеей, не находит соответствия в «Хронике» Ипполита: андавинои, танои, аламоесинои, анои (аланои) (л. 59 в). Кроме того, перечень стран, населённых семитами, мог быть заимствован из «Хроники» Георгия Амартола, упоминание Понтьского моря и Кавкасийских гор восходит к «Хронике» Иоанна Малалы. Имеются также отдельные сведения, отсутствующие у Малалы, Амартола и Синкелла, но читающиеся в «Еллинском летописце» I редакции (о размерах остатков Вавилонского столпа, халдеях, острове Кипре см. Шахматов–1904. С. 69). Связь «Еллинского летописца» I редакции с Толковой Палеей пока не поддаётся убедительному истолкованию (см.: Творогов–1975. С. 134). Из перечисленных источников Составитель Палеи не мог воспользоваться данными «Хроники» Синкелла, потому что в славянском переводе получила распространение только краткая редакция этой «Хроники», в которой данные о расселении народов отсутствовали. Поэтому есть основания считать, что в распоряжении Составителя Палеи имелся протограф, соединявший в себе тексты «Пасхальной Хроники», «Хроник» Георгия Амартола, Иоанна Малалы, Георгия Синкелла, Ипполита Римского, и таковым мог быть Хронограф, содержащий все перечисленные источники и сведения, параллельные чтениям «Еллинского летописца» I редакции (см.: Шахматов–1904. С. 70; Шахматов–1940. С. 76). Гипотеза А. А. Шахматова о существовании хронографической компиляции (типа «Хронографа по великому изложению», из которого могли заимствовать Составитель Палеи и летописец) была принята последующими исследователями (см., например: Лихачев–1950. С. 212; Творогов–1975. С. 135). Однако в неё вносились уточнения. Например, О. В. Творогов считает, что общим источником для Толковой Палеи и «Речи философа» из «Повести временных лет» не могла являться начальная часть «Хронографа по великому изложению» (см.: Творогов–1986. С. 27–28). Непосредственно Составителю Палеи можно было бы атрибутировать дополнения о восточноевропейских реках и племенах, но здесь встаёт проблема взаимоотношения Палеи и летописи, между которыми наблюдаются весьма незначительные расхождения в описании расселения славян и соседних им народов. А. А. Шахматов, так много сил положивший в обоснование существования общего для Палеи и летописи источника, в конце жизни изменил свою точку зрения и признал зависимость Палеи от летописи (см.: Шахматов–1940. С. 79). К мнению о зависимости Палеи от «Повести временных лет» склонялись Д. С. Лихачев и А. Г. Кузьмин (см.: Лихачев–1950. С. 141, 131; Кузьмин–1977. С. 104–105). Однако в последнее время высказаны дополнительные аргументы в пользу того, что Составитель Палеи не пользовался летописью. В обоснование таких выводов приводились расхождения в палейном и летописном перечнях восточноевропейских племён. Кроме того, всеми признавался факт использования Палеей и летописью общего источника в статье о норцах. Этнографические данные в Палее отражают более позднюю ситуацию, чем та, которая запечатлена в «Повести временных лет». С учётом обновлённого состава перечня племён в Палее и на основании большого количества совпадений между палейным и летописным списками соседей славян можно ставить вопрос о том, что «на Руси ещё до создания летописи была компиляция с подробным описанием восточноевропейского населения» (Борцова–1989. С. 181; см. также: С. 183–185). Думается, есть определённые основания, чтобы допустить факт существования хронографических выписок из переводов разных греческих хроник, соединённых с русскими этногеографическими данными о Восточной Европе. По крайней мере, гипотеза о наличии общего компилятивного источника для Палеи и летописи оставляет меньше нерешённых вопросов, чем гипотезы о взаимной зависимости этих памятников. Следует признать, что проблема лишь поставлена, но для её убедительного решения слишком мало исходных данных. Число народов 72, конечно же, не соответствует реальному числу народов, населявших землю. Это числовой символ завершённой полноты и мировой гармонии, и «по древней традиции, сохранённой учёностью раввинов, таково число народов и языков мира (иногда округляемое до 70…)” (Аверинцев–1994. С. 386). Таково число старейшин Израилевых, упоминаемое в книге Исхода; в еврейской «Книге Еноха» упоминается 72 имени Бога и 72 ангела; согласно легенде, греческий перевод Семидесяти толковников был выполнен 72 переводчиками за 72 дня. В христианских памятниках это символическое число было удержано: 70 (или 72) апостолов (наряду с 12); согласно «Хронике» Георгия Амартола (2, 2.), строителей Вавилонской башни возглавляли 72 старейшины. Бытовавшее на Руси апокрифическое произведение «Семьдесят имён Богу» указывает 72 образных синонимических обозначения высшего духовного первоначала (см.: Громов–2000. С. 346). Возможно, что первоначальный Составитель Палеи строго следовал числу 72, однако последующие редакторы старались максимально полно указать известные им народы. В этом отношении весьма характерна вставка о народах Восточной Европы, которая могла принадлежать только древнерусскому книжнику. Вследствие этого число 72 не соблюдается, в чём легко убедиться путём элементарного подсчёта.

448

Можно предполагать в этом пассаже ремарку Составителя, которая содержит указание на осуществлявшуюся им сводческую деятельность при создании Палеи. Речь явно идёт о космографических описаниях и оперировании разными сведениями по географии, правда, в компилятивном содержании памятника не обнаруживаются упомянутые сведения о размерах земель.

449

Иоктан — сын Евера (Быт. 10:25), потомки которого рассеялись на юге Аравии. Арабами почитается как их легендарный предок.

450

Отрывок в целом повторяет то, что уже говорилось о расселении потомков Ноя (ср.: коммент. 414–421), что может служить косвенным подтверждением гипотезы о включении в компилятивный рассказ о столпотворении отрывка из компиляции с данными о восточнославянских народах (ср.: коммент. 433).

451

Очередной повтор (см. коммент. 415 и 416), который свидетельствует в пользу того, что Составитель Палеи соединил в рассказе о расселении народов данные по крайней мере двух компилятивных источников.

452

Известен Арсиной — город в Среднем Египте, бывший Крокодилополь, в III в. до Р. Х. переименованный в честь египетской царицы Арсинои II. Ныне известен находками папирусов Эль Фаюм, вблизи Мёртвого озера. В нашем случае имеется в виду город Арсиноя, расположенный вблизи Аравийского залива Красного моря на перешейке, отделяющем этот залив от Средиземного моря (в пределах трассы нынешнего Суэцкого канала). Поэтому речь идёт не об индийском (в смысле египетском) Арсиное, а об Арсиное в области Инди, локализуемой между Старейшей и Счастливой Аравиями.

453

Персы (Πέρσαι) — жители Персии, или Фарсистана, области, ограниченной с востока Керманом, с севера — Ирак-Аджемом, с запада — Кусистаном, а с юга — Саристаном и Персидским заливом. В Библии не упоминаются в книгах более ранних, чем пророческие (Дан. 5:28, 6:8–12, 8:20, 10:13, 11:2; Иез. 27:10, 28:5; 1 Ездр. 1:1–3; 2 Пар. 36:20–23).

454

Мидяне (Mύδοι) — население Прикаспийской Мидии, территория которой в разные периоды истории изменялась (см. коммент. 419)

455

Пеоны (Παίονες) — этноним можно было бы идентифицировать с племенами, жившими в области Пеония во Фракии, упоминаются Геродотом, Страбоном и др. греческими историками и географами, однако этому препятствует то, что данный народ не относится к потомкам Сима, а помещается в пределах Иафета.

456

Арианы (Αῤῥιανοί, ἀριανοί, ἀρειανοί,) — население Ариана — восточной части Иранского плоскогорья, включавшей Гадросию, Карманию, Арахосию, Драгану. Иранское арьянам — страна ариев. Этот этноним, введенный в оборот Эратосфеном, никогда не прилагался к названию конкретного государства. В пределах этой области находился город Арейя (совр. Герат), который был переименован Александром Македонским в Александрию. Центр одноименной области к северо-востоку от Персиды и к юго-западу от Бактрии.

457

Ассирийцы (Ασσύροι) — жители древней Ассирии, государства на территории современного Ирана, занимавшего область в бассейне среднего течения р. Тигр. Первоначально центром Ассирии являлся Ашшур, а затем, в VІІІ—VІІ вв. до Р. Х. — Дур-Шаррукан (совр. Хорсабад) и Ниневия (совр. Куюнджик). В 632 г. до Р. Х. Ассирия пала, завоеванная Вавилоном. Предание связывает основание Ассирии и строительство Ниневии с Ассуром; по другим сведениям, строителем городов в Междуречье, в том числе Вавилона и Ниневии, был сын Хуша Нимрод (Быт. 10:8–9). Территории, где расположены эти «послепотопные» города, названы в Библии «землей Нимрода» (Мих. 5:6).

458

Гирканы (Ὑρκανοί) — жители Гиркана (Ὑρκανία), области древней Персии между южными берегами Каспийского моря, Мидией, Парфией и Маргианой, ок. совр. Мазандерана; считались потомками сына Иоктана Авимаила (прапраправнука Сима).

459

Инди (Ἰνδοί) — в Палее не различаются «индийцы первые» (Ἰνδοὶ πριτοί) и «индийцы вторые» (Ἰνδοὶ δεύτεροι), вследствие чего в перечне Палеи по сравнению с «Пасхальным Хронографом» на один народ меньше: 25 и 26. «Индийцами первыми» называли жителей области Инди, расположенной между Старейшей и Счастливой Аравиями, приблизительно на территории совр. Йемена. Народ инди считался потомком сына Иоктана Алмодада (прапраправнука Сима). По указаниям византийских географических источников, которые отразились в том числе в «Повести временных лет», область Инди (или Малая Индия) граничила с Эфиопией Азийской (см. коммент. 510).

460

Марды (Μάρδοι) — персидское разбойничье племя, упоминаемое Геродотом, Страбоном и др. Написание Μαγάρδοι в соответствующем перечне потомков Сима встречается только в «Хронике» Ипполита (Hіppolytuѕ–1955. Ѕ. 29)

461

Парфяне (Πάρθοι) — известные с начала І тыс. до Р. Х. ираноязычное племя, обитавшее в области Парфия (древняя Партава) к юго-востоку от Каспийского моря в пределах современного Восточного Ирана (Хорасана) и Южного Туркменистана. Были приверженцами зороастризма. Парфяне входили в состав Мидийского царства, державы Ахеменидов, империи Александра Македонского. С 250 г. до Р. Х. по ІІІ в. по Р. Х. существовало независимое Парфянское царство. Парфяне причастны к этногенезу туркмен и персов Восточного Ирана. В новозаветных текстах Парфия отождествлялась с Персией.

462

Германии (Γερμανοί, Ἐρμανοί) — одно из персидских племен, упоминаемое Геродотом, населявшее область Кармания (совр. Керман).

463

Элимеи (Ἐλυμαῖοι) — потомки Симова сына Елама (см. Быт. 10:22); область Елам, населенная элимеями, лежала на восток от Сеннаара и на север от Персидского залива; главный город — Сузы, по имени которого область стали называть Сузианой (совр. Хузистан); упоминаются Страбоном как разбойничье племя.

464

Коссеи (Κοσσαῖοι, аккад. кашши) — население Коссеи, области, граничившей на севере с Персией (территория совр. Луристана), северные соседи вавилонян, по характеристике Страбона, разбойничье племя.

465

Арабы (Ἄραβες ἀρχαῖοι) — название семитских племен арамейской группы, заселявших Аравийский полуостров и распространивших свое влияние до Сирии и Двуречья.

466

Кедрусы (Κεδρούσιοι) — жители области Инди, между Старой и Счастливой Аравиями, которую называли также Малой Индией, в противовес Индии Большой; по толкованию Ипполита, они были потомками сына Иоктана Диклы, прапраправнука Сима (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 27); имя Дикла означает ‘пальмовое дерево’, что дает некоторое основание считать, что этот народ жил «в той части Аравии, которая изобилует пальмами (Страбон, Плиний), но твердого основания для этого нет» (ХЭС. Т. І. С. 190). Эта часть Аравии потому и называлась счастливой (богатой), что она изобиловала финиковыми пальмами. В «Хронике» Ипполита о кедрусах сказано, что это другое название древних арабов: Ἄραβες [οἱ] πρῶτοι οἱ καλούμενοι Κεδρούσιοι (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 29). — А.М.К.

467

Халдеи (Χαλδαῖοι) — народность семитской группы, считались потомками сына Сима Арфаксада; во ІІ тыс. до Р. Х. они проникли из южной Аравии в Месопотамию, находившуюся к югу от Вавилонии, в местностях, прилегающих к городам Ур и Урук (ср.: Ур Халдейский — Быт. 15:7). В 652 г. до Р. Х. Халдей Набупаласар захватил власть в Вавилоне, поэтому вавилонян стали отождествлять с халдеями. Нередко в Библии Халдеей и Вавилонией называлась одна и та же страна (Иов. 1:77; Иер. 24:5, 25:12; Иез. 12:13).

468

Алазоны (Ἄλαζονεῖς) — считались потомками сына Сима Луда, откуда другое, более распространенное название лидийцы, населявшие малоазийскую область Лидия. «Ввиду того, что в классическую эпоху население Лидии было скорей арийского, чем семитического происхождения, ученые предполагают, что семиты населяли эту провинцию лишь в самой глубокой древности, но что впоследствии они уступили ее арийцам» (ТБ. Т. 1. С. 77). — А.М.К.

469

Камилийцы (Καρμήλιοι) — потомки Гадорама, пятого сына Иоктана, т. е. прапраправнука Сима (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 27). «Местопребывание его потомков точно не определено, хотя его и полагают в южной, или счастливой, Аравии, ниже Мекки. Потомками Гадорама почитают Адрамитов Птолемея и Атрамитов Плиния» (ХЭС. Т. І. С. 146). На их местонахождение, «быть может, указывает мыс Хадорам при Персидском заливе» (ТБ. Т. 1. С. 78). — А.М.К.

470

Гасфины (Γασφενοί) — по Ипполиту (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 26), это потомки сына Арама Гефера (внука Сима), о потомстве которого «ничего определенно неизвестно» (ХЭС. Т. І. С. 158). — А.М.К.

471

Аламасины (Ἀλαμασινοί) — по Ипполиту (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 27), это потомки сына Иоктана Шевы (прапраправнука Сима); «єти сабеи-семиты должны быть отличаемы от савеев-хамитов; они были торговым народом приморской области Аравии и имели своей столицей город Мариабу» (ТБ. Т. 1. С. 78). — А.М.К.

472

Салафиои (Σαλαθιαῖοι) — по Ипполиту (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 26), это потомки сына Каинана Салы (правнука Сима); о месте их поселения ничего не известно. — А.М.К.

473

Бактрийцы (Βακτριανοί) — жители Бактрии, древней области в среднем и верхнем течении. Аму-Дарьи (современный юг Узбекистана, юг Таджикистана, север Афганистана). Этническое ядро государства Бактра. По Ипполиту (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 27), потомки сына Иоктана Шалефа (прапраправнука Сима), место жительства которых отождествляется с «Салапеноем Птолемея, расположенном в нижней Аравии» (ТБ. Т. 1. С. 78). — А.М.К.

474

Гермий цы (Ἑρμαῖοι) — по Ипполиту (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 27), это потомки сына Иоктана по имени [І] Οὐήρ, однако сына с таким именем в LXX нет, поэтому о гермийцах можно сказать лишь то, что это одно из семитских племен, населявших Аравийский п-ов, как и прочие сыновья Иоктана.

475

Арабы счастливые (Ἄραβες οἱ εὐδαίμονες) — обитатели Аравии Счастливой, занимавшей южную часть Аравии (она же Аравия Сильная, которую отличали от Аравии Старейшей — древней Палестины). Свое название получила по обилию финиковых пальм — основному источнику богатства. — А.М.К.

476

Гимнософисты (Γυμνοσοφισταί ‘нагомудрецы’) — под этим именем у древних авторов описываются жители полумифической страны блаженных аскетов, находившейся близ рая, в пределах Древней Индии. Древнеиндийские племена благочестивых праведников были известны византийским географам под названиями камарины (макарины), брахманы, эвильты, ионеи, которые изображались в сходных чертах (см.: Полякова–1956. С. 277–279). Видимо, понятие нагомудрецы можно считать обобщенным названием нескольких племен, которые фигурировали также под именем рехавиты и рахманы (брахманы), в том числе и в апокрифических сведениях о путешествии к земному раю («Хождение Зосимы к рахманам»). По мнению А. Н. Веселовского, замена имени полумифического племени, с представителями которого Александр Македонский познакомился при попытке вторжения в Западную Индию (Пенджаб), произошла под влиянием «Александрии» Псевдокаллисфена (см.: Веселовский-1866. С. 268–300). Потомками живших близ рая блаженных Филон Александрийский считал ессеев — ветхозаветную секту, отличавшуюся чистотой нравов. По Ипполиту (Hіppoіytuѕ–1955. Ѕ. 28), гимнософисты — потомки сына Сима Иоктана.

477

Ср.: «Ибо и иудеи требуют чудес» (1 Кор. 1:22). Имеются в виду обращения саддукеев и фарисеев ко Христу свести знамения с неба (см.: Мф. 12:38, 16:7). В антииудейской сентенции, которая может принадлежать Составителю Палеи, подчёркивается ложная мудрость иудеев, которой недоступно восприятие благодати. — А.М.К.

478

Персы — здесь синоним магов и чародеев, хотя Библия знает также волхвов египетских, мадианитянских и халдейских (см.: Быт. 41:8; Исх. 7:11; Чис. 22:33; Дан. 2:4), которые специализировались на гаданиях, предсказаниях, тайновидении и организации магических ритуалов. Знаковое значение персов в олицетворении сакральных языческих действ скорее всего связано с тем, что именно персидские маги своими волшебными способами (то, что в Палее названо колдовством) узнали время и место рождения Спасителя. Маги древнего Ирана были объединены в жреческую касту. В начале I тыс. до Р. Х. жречество было причастно распространению зороастризма (при этническом обозначении веры — парсизма).

479

Аравия Древняя — Аравия Старейшая, или Аравия Каменистая, в северо-западной части Аравийского полуострова. Земли древних мадианитян, амаликитян и идумеян, прилегающие к Красному и Средиземному морям, включая Синайский полуостров. Со времён Птолемея выделяют также Аравию Счастливую в южной части полуострова, откуда происходила царица Савская, т. е. южная (см.: 3 Цар. 10:2).

480

Элимея (Ἐλυμαία) — область Сузиана (совр. Хузистан) на территории древней Персии (см. коммент. 448).

481

Келесирия (Κοίλη Συρία ‘долинная Сирия’). В узком смысле так называлась местность между горами Ливан и Антиливан (см.: ХГА. С. 365), которая, видимо, дала название области Келесирия, граничащей с юго-западной частью Месопотамии. По древнему административному делению Сирия делилась на три части: Пуническую, Палестинскую и Келесирию. В параллельном месте «Повести временных лет» испорченное чтение — Кулия.

482

Коммагена (Κομμαγηνή) — область в северо-восточной части древней Сирии, которая соседствует на юго-востоке с Келесирией, на севере с Каппадокией и на западе с Киликией.

483

Малая Мидия — Мидийская Атропатена — государство в пределах бывшей Великой Мидии, где в последней четв. IV в. была восстановлена независимость после завоевания (850–549 гг. до Р. Х.) Мидии персами. Территориально соответствует Южному Азербайджану.

484

См. коммент. 419. В списке земель Сима, который в большей своей части соответствует «Хронике» Георгия Амартола, упоминания Мидии дублируются: в начале списка просто Мидия, как в «Хронике» и в «Повести временных лет», а в конце списка в Палее, по сравнению с названными памятниками, внесено добавление, указывающее на существование двух Мидий — Малой и Большой, но при этом в перечне сохранено употребление Мидии в общем смысле. Далее Мидия будет соотнесена с другим уделом.

485

Вся Финикия (Φοινίκη πᾶσα) — область древней Сирии вдоль восточного побережья Средиземного моря, (районы, прилегающие к городам Тир и Сидон). Здесь обитали финикийцы — представители хамитской ветви народов. Обычное название страны в Библии — Ханаан. Ее населяли хананеяне, которых до конца не смогли вытеснить со своих исконных территорий иудеи (см. коммент. 433). В этом свете говорить о расселении семитов во «всей Финикии» вряд ли есть основание. Упоминанием Финикии завершается перечень семитов, который начинается упоминанием Индии и Ринокорура и за небольшим исключением совпадает с летописным описанием расселения народов в пределах Симовых (ср.: ПСРЛ. Т. 2. Стлб. 3). Отличия по сравнению с летописью следующие: вместо летописной Кордулы и Ассирии в Палее стоят Иордания и Уркания. Палейной Келесирии соответствует летописная Кулия. Палея, в отличие от летописи, дает правильное чтение, которое подтверждается «Хроникой» Георгия Амартола, являющейся, по заключению исследователей, источником комментируемых сведений. По сравнению с первоисточником и летописью, в список Палеи включены Малая и Великая Мидии. Начало рассказа о Симовом уделе соединено с историей столпотворения, отсюда неизбежные повторы в повествовании.

486

Андавинои — возможно, жители местности Андабалис в Каппадокии, в 27 милях к северу от Тианы (P-W. B. 1. P. 2116). — А.М.К.

487

Танои —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

488

Аламаесины —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

489

Анои —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

490

Аспианские ворота — вероятно, от названия г. Аспис (Ἀσπίς) на восточном побережье области Кафаген. — А.М.К.

491

Бывший у Моисея военачальником, а затем его преемником, Иисус Навин победил сначала амаликитян (см.: Исх. 17:9), а затем в ряде войн завоевал южную часть земли Ханаанской (см.: Исх. 38:8; Нав. 10:12–13). В результате деятельности Иисуса Навина враждебные иудеям племена были вытеснены с пространства от аравийской пустыни до Ливана. Локализация в этих пределах «великих мидян» непонятна. Описанные пределы относятся к Аравии Древней (Старейшей).

492

Тесть Моисея, одно из имён которого было Рагуил, являлся священником Мадиамским (см.: Исх. 2:18). Основания для отождествления мадианитян с «малыми мидянами» не ясны. С географической точки зрения речь идёт о южных пределах Аравии Древней.

493

Эфиопы (Αἰθιοπίοι, Αἰθίοπες) — общее название для африканских племен. Наряду с Эфиопией Африканской источники знают Эфиопию Азийскую, соседствовавшую с областью Инд.

494

Троглодиты (τρωγλοδύτης, ‘живущий в норе’) — дикари, пещерные люди, не обладавшие навыком строительства жилищ. В более узком смысле народ, живший на территории Эфиопии.

495

Ангеои (Ἀγγαίοι) — жители селения Ἄγγη на южном побережье Счастливой Аравии (P-W. B. 1. P. 2185) — А.М.К.

496

Гагинои (Ταγηνοί) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

497

Сабеи (Σαβῖνοι) — племя в Счастливой Аравии, упоминается Страбоном. В аналогичном месте перечня в «Хронике» Ипполита значатся Ἰσακηνοί (Hіppolytu–1955. Ѕ. 20). — А.М.К.

498

Ихтиофаги (Ἰχθυοφάγοι ‘рыбоеды’) — племена, жившие на западном и восточном побережье Аравийского залива и Индийского океана; упоминаются Геродотом, Страбоном и др. — А.М.К.

499

Эллаинои (Ἑλλανικοὶ) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

500

Египтяне (Αἰγύπτιοι) — население древнего Египта, преимущественно сосредоточенное в плодородной долине р. Нил между Аравийской пустыней с востока и Ливийской пустыней с запада. Египет в Библии назван также «Землею Хамовою» (Пс. 105:22), или Мицраим (Быт. 10:6) по имени одного из сыновей Хама, легендарного родоначальника египтян.

501

Финикийцы (Φοινίκοι) — жители Восточного Средиземноморья, области Древней Сирии, главными городами которой были Тир и Сидон. Занимались мореплаванием и торговлей. Высказывалось мнение, что финикийцы не коренное население, а переселенцы, занявшие часть древней страны Ханаан, поэтому их иногда отождествляют с хананеями, которых не смогли вытеснить со своих исконных мест иудеи (см. коммент. 470).

502

Геродот и Эратосфен называли Ливией всю известную в то время Африку, в соответствии с этой традицией ливийцами называли африканцев вообще. Гомер, а затем римские и византийские географы употребляли название Ливия (греч. Λιβύη) в узком смысле для обозначения северо-африканских земель к западу от Египта. В нашем случае этноним ливийцы употреблен в узком смысле, как обозначение населения в обитаемой полосе от средиземноморского побережья на севере до Ливийской пустыни на юге, от границ Египта на востоке до области, примыкающей к заливу Сидр на западе. В свою очередь Ливия делилась на две части: Киренаика на западе, Мармарика на востоке.

503

Мармариды (Μαρμαρίδαι) — жители области Мармарика (Μαρμαρίς) в Северной Африке, примыкающей с востока к Киренаике (прибрежная восточная часть Ливии на границе с Египтом).

504

Карийцы (Κᾶρες) — малоазийское племя, упоминаемое Гомером, Геродотом, Страбоном и др.; населяли область Карию (Καρία) на юго-западе Малой Азии. Главные города: Галикарнас, Милет, Книд, Миласа, Магнесия. — А.М.К.

505

Псиллы (Ψυλλῖται) — племя в Ливии, упоминается Геродотом, Страбоном и др. В славянском названии спѹльлильтъ произошла метатеза труднопроизносимого сочетания пс > сп. — А.М.К.

506

Мисийцы (Μυσοί) — население Мисии (Μυσία), северо-западной горной части Малой Азии, с севера Мисия граничит с Троадой, с северо-востока — с Вифинией, с востока — с Фригией, с юга — с Лидией.

507

Мосинеки (Μοσυνοί) — По Ипполиту (Hіppolytuѕ–1955. Ѕ. 26), это потомки сына Арама Маша (внука Сима), следовательно, племя Симово, а не Хамово и в перечень хамитов попало ошибочно. По Страбону, мосинеки то же, что гептакомиты — племя на горе Скидис над Колхидой; «Все жители этих горных областей совершенно дикие, однако гептакомиты превосходят в этом смысле прочих. Некоторые живут даже на деревьях или в башнях, поэтому древние называли их мосинеками, так как башни эти называются мосинами» (Страбон. 12.3.18). — А.М.К.

508

Фригийцы (Φρύγες) — население исторической области Фригия в центральной части Малой Азии. С севера к Фригии примыкает Вифиния, с востока — Каппадокия и Лиакония, с юга — Писидия, с юго-запада — Кария и Лидия, с запада — Мисия.

509

Маки (Μάκωνες) — племя в Ливии, жившее к западу от Большого Сирта.

510

Вифинцы (Βιθυνοί) — потомки фракийского племени винов в северо-западной части Малой Азии, жители исторической области Вифиния (Βιθυνία). В ІІІ—І вв. до Р. Х. Вифиния — независимое государство. Столица — Никодимия.

511

Номады (Νομάδες) — народ, кочевавший между Каспийским морем и Индийским океаном в области Нумидия; упоминается Страбоном. — А.М.К.

512

Ликийцы (Λύκιοι) — потомки лувийских индоевропейских племен, населявших во ІІ—І тыс. до Р. Х. юг Малой Азии. Обитали в исторической области Ликия (Λυκία), которая на севере граничила с Карией, на востоке Писидией и Памфилией, а с юга и юго-запада омывалась водами Средиземного моря.

513

Мариандины (Μαριανδυνοί, Μαριανδηνοί) — племя, жившее на северном побережье Малой Азии, в области восточной Вифинии у Черного моря, в районе Гераклеи.

514

Памфилийцы (Πάμφυλοι) — жители малоазийской области Памфилия (Παμφυλία), в прибрежной южной части Малой Азии. На западе с ней соседствовала Ликия, на севере Писидия, на востоке Киликия. Заселялась выходцами из Греции.

515

Мессосиаои (Μοσοσυνοί) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

516

Писидийцы (Πισιδηνοί) — жители исторической области Писидия (Πισιδία), в южной части Малой Азии, которая с севера примыкает к Памфилии, на западе граничит с Ликией и Карией, а на востоке с Киликией.

517

Авгалои (Αὐγαλαῖοί) — жители местности Αὐγάλα в восточной части Мавритании Кесарийской (P-W. B. 2. P. 2299). Славянское название лѹгаольи — следствие метатезы начальных слогов. — А.М.К.

518

Киликийцы (Κίλικες) — жители Киликии (Κιλικία) — древней юго-восточной области Малой Азии, располагавшейся в пределах между Памфилийским заливом, хребтом Тавра и Аманскими горами. Киликия на севере граничила с Каппадокией, на северо-западе с Ликаонией, на западе с Памфилией. Киликийцы этнически родственны хеттам и ассирийцам.

519

Маврусии (Μαυρούσιοι) — жители области Маврусия в Ливии; упоминаются Страбоном. — А.М.К.

520

Критяне (Κρῆτες) — население о. Крит (Κρήτη) в восточной части Средиземного моря.

521

Магартесы (Μαγάρδαι, Μαγάρται) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

522

Нумидийцы (Νούμιδες) — население Нумидии (Νομαδία) — области в Северной Африке (соответствует северной и северо-восточной части современного Алжира). В ІІІ в. до Р. Х. Нумидия подчинена Карфагену. В 201–149 гг. независима, затем воевала с Римом. В 46 г. до Р. Х. Юлием Цезарем здесь образована провинция Новая Африка. — А.М.К.

523

Насамоны (Νασαμώνες) — племя в Ливии; начиная с эпохи эллинизма, так называли племена Северной Африки, занимающие территорию между нумидийцами и ливийцами.

524

Гадир — город основанный финикийцами на Пиринейском берегу Гибралтарского пролива (совр. Кадис).

525

Под Индией здесь понимается т. н. Малая Индия, то есть имеется в виду Эфиопия Азийская в Аравии, иначе область Инд, которая отлична от Великой Индии (собственно Индии), которую иногда отождествляли также с Нубией (см.: Полякова–1956. С. 279).

526

То есть Эфиопия Африканская.

527

Исследователи отмечают, что палейная фраза єфноппьска рѣка чермьна, текущи на въстокъ может восходить только к славянскому переводу «Хроники» Георгия Амартола, т. к. повторяет ошибку перевода греческого текста ἐρυθρα βλέπουσα κατ ἀνατολάς. (См.: Борцова–1989. С. 179). Безусловно, речь идет о Красном море, но из общего контекста следует, что оно отождествлено также с Фивой (Фиваидой), иначе говоря с морем, прилегающем к области Фив. Известно, что византийские географы выделяют собственно Египет, Александрию и Фиваиду (см.: Полякова–1956. С. 281).

528

Киренаика (Κυρηναική, Куриния в ПВЛ) — область в Северной Африке, соседствующая с Ливией.

529

Мармарика (Μαρμαρίς) — область в Северной Африке, граничащая на западе с Киренаикой.

530

Сирт (Σύρτις) — область в Северной Африке, примыкающая к заливам Большой Сирт и Малый Сирт. Земли между Нумидией и Ливией.

531

Тавтамеи (Ταυταμαίοι) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

532

В данном случае имеет место широкое понимание Ливии как средиземноморского побережья Северной Африки. Упомянутая выше река Лива есть не что иное, как прибрежная полоса Средиземного моря, примыкающая к Северной Африке (ср. отождествление Красного моря с Фивой (Фиваидой). Подобные объяснения базируются на представлениях о Мировом Океане, окружающем и омывающем Ойкумену, а Африка, как часть её, помещена в кольцо вод.

533

Лептис (Λέπτεος) — города Большой и Малый Лептис на средиземноморском побережье Африки (сопредельная территория с Сиртом).

534

Имеется в виду Гибралтарский пролив, разделяющий Европу и Африку. Согласно древнегреческому мифу, Геракл поставил на северном и южном берегах пролива стелы — т. н. Геракловы столбы; по другому варианту мифа, он раздвинул закрывавшие выход в океан горы, создав пролив.

535

Лигдония (Λυγδονία) — часто употреблявшийся ранее галльско-кельтский этноним, древнее название современного г. Лион (P-W. 13. 1718). — А.М.К.

536

Камилия (Καμιλία) — область в Италии, в бассейне р. Тибр. — А.М.К.

537

Троада (Τρωάδα) — область вокруг г. Трои в северо-западной части Малой Азии. — А.М.К.

538

Эолида (Aἰολία) — область в Малой Азии между Троадой на севере и Лидией на юге.

539

Древняя Фригия — Великая (Первая) Фригия, или Фригия Геллеспонтская — прибрежные территории на южном побережье Пропонтиды. Эту область отличали от Малой (Второй) Фригии. Сведениями о Фригии заканчивается фрагмент об уделе Хамовом, имеющий ряд совпадений с «Повестью временных лет» (см.: ПСРЛ. Т. 2. Стлб. 3).

540

Западное море (Ἑσπέρα θάλασσα) — букв. ‘Вечернее, или Западное море’ — Средиземное море. — А.М.К.

541

Мидяне (Μύδοι) — в данном случае скорее всего имеется в виду ираноязычный субстрат, потомками которого Плиний и Диодор считали расселившихся в волжско-приуральских степях савроматов (см.: Петрухин–1998. С. 106). Другими словами, в комментируемом тексте речь идет о расселившихся в пределах Иафетовых мидянах, которых составитель списка народов, видимо, отличал от разноплеменного населения Великой Мидии и которые у него фигурируют выше в разделе мидян-семитов (см. коммент. 419, 439). Савроматы — родственные скифам кочевые племена VІІ—ІV вв. до Р. Х. Современные исследователи приводят доказательства в пользу миграции на рубеже ІІ—І тыс. до Р. Х. ираноязычных племен с запада на восток через Кавказ и связывают с результатами этой миграции образование мидян, персов и других соседних с ними ирано-язычных народов (см.: Грантовский–1970). Известны также меды — племя на границе Фракии и Македонии, соседствовавшее с пеонами, дарданами, родонами.

542

Каппадокийцы (Καππάδοκες) — жители Каппадокии (Καππαδοκία), исторической области в центральной части Малой Азии. В отличие от других малоазийских народов, они, наряду с галатами, не отнесены составителем списка к уделу Хамову. Видимо, каппадокийцев, как и галатов, византийские географы считали народом, пришедшим с Европейского континента, т. е. переместившимся из пределов Иафетовых в зону соприкосновения семитов и хамитов. Каппадокийцы являлись потомками хеттов, которые образовались из смешения местного населения хеттов с вторгшимися сюда в ІІІ тыс. до Р. Х. с северо-запада индоевропейцами. У древних авторов имелись все основания относить их к яфетидам, которые во ІІ тыс. до Р. Х. составляли этническое ядро Хеттского царства, население которого затем попеременно находилось под властью Мидии (нач. VІ в. до Р. Х.), Ахеменидов (2-я пол. VІ в. до Р. Х.), Селевкидов (кон. ІV в. до Р. Х.), Рима (с І в. до Р. Х.). Только с ІІІ по І вв. до Р. Х. Кесария была самостоятельной. Но и после вхождения ее в состав Византийской империи сохранялась память о европейских, а следовательно, яфетических этнических корнях каппадокийцев, что и отразил список народов, размежевав малоазийское население между двумя уделами — яфетидов и хамитов.

543

Галаты (Γαλάται), они же кельты (Κελτοί) — галаты действительно являются кельтским племенем, вторгшимся в 278–277 гг. до Р. Х. в Малую Азию и осевшим в центральной ее части между средним течением рек Сангариус (совр. Сакарья) и Галис (совр. Кызыл-Ирмак). Название племени перенесено на территорию, которое пришлое население заняло — Галатия (Γαλατία). Другими словами, у составителя списка народов были все основания относить галатов, как и каппадокийцев, к яфетидам, проникшим в соседство с хамитами с европейской прародины. Исследователи отмечают, что в этой части перечень Иафетовых народов составлен по «Хронике» Синкелла (ср.: Ѕyncellі–1989. P. 53, 15; см. также: Шахматов–1940. С. 75; Борцова–1989. С. 180, 184). Не исключено, однако, что в списках Палеи имеет место порча текста, так как в «Хронике» Ипполита аналогичное место читается иначе: Γάλλιοι <οἱ καὶ> Κελτοί — галлы, они же кельты (Hіppolytuѕ–1955. Ѕ. 14).

544

Эллины (Ἕλληνες), они же ионяне, или ионийцы (Ἴωνες) — одна из основных групп древнегреческих племен, название которой возводится к легендарному герою-родоначальнику Ионе, сыну Ксута, внуку Эллина. Как этническая группа ионийцы оформились в эпоху дорийского переселения (XІІ-XІ вв. до Р. Х.). Населяли Аттику, часть острова Эвбея, а также острова Накос, Самое, Хиос. Ими была заселена часть западного побережья Малой Азии, прилегающая к городам Теос, Эфес, Милет. Эта малоазийская область называлась Ионией и соприкасалась с уделами таких хамитских народов, как Кария, Лидия, Мисия. Отождествление ионян с эллинами соответствует Георгию Синкеллу (ср.: Ѕyncellі–1989. P. 53, 17).

545

Фессалийцы (Θεσσαλοί) — население области Фессалия (Θεσσαλία) в северной части Древней Греции.

546

Можно предполагать в нечёткой передаче этнонима алаѹкои наименование жителей Лаконии (Λακωνική) — исторической области Древней Греции в юго-восточной части Пелопоннеса. Этническую основу населения составляли дорийцы, переселившиеся сюда в XІІ-XІ вв. до Р. Х. из более северных областей Греции. Ими образовано крупное государство Спарта, синонимом официального названия которого было Лакедемон.

547

Фракийцы (Θρᾴκες) — жители исторической северо-балканской области Фракия (Θρᾴκη), занимавшие пространство к югу от нижнего Дуная до Пропонтиды и Фракийского моря.

548

Македоняне (Μακεδόνες) — население Македонии, в V–VІІ вв. до Р. Х. крупного рабовладельческого государства на северо-востоке Балканского полуострова. Этнически македоняне происходят от смешения иллирийского, фракийского и греческого субстратов. В VІ—VІІ вв. Македония заселена славянами, потомками которых являются современные македонцы — представители южнославянской языковой группы. Составитель списка народов явно имел в виду дославянское население, потому что сведения о славянах представляют собой вставку в список народов, имеющий достаточно архаичную основу.

549

Сарматы (Σαρμάται) — собирательное название для ираноязычных племен, обитавших с ІV в. до Р. Х. по ІV в. по Р. Х. в степной полосе на пространстве от р. Дунай до р. Урал и Тобол. Родственны савроматам. Поглотили собой скифов.

550

Предположительно, родопы во Фракии.

551

Армяне (Ἀρμένιοι) — народность индоевропейской языковой семьи на территории Армянского нагорья. Соседствовали с парфянами, ассирийцами, мидянами, албанцами, иберийцами и каппадокийцами. Историческим древним ядром Армении считается северо-восточная часть Малой Азии (Артмана, по данным хеттских надписей XVІ—XV вв. до Р. Х.). Распространились в горную Месопотамию и Восточную Армению (в VІІІ—VІІ вв. территория государства Урарту, во ІІ в. до Р. Х. Армении Великой). «Армина» древнегреческих источников.

552

Сикелы (Σικελοί) — народность, населявшая о. Сикелию (Σικελία, совр. Сицилия), потомки сиканов (σικανοί), древнейшего островного племени, давшего название острову. Считают, что этнически это известное античным источникам племя является потомком переселившихся на остров иберов.

553

Норики — романизированное кельтское население римской провинции Норик в междуречье р. Драва и верховьев р. Дунай. С VI в. эта область, расположенная к северу от Иллирии, заселяется славянами, но никогда византийские источники не смешивали нориков со славянами. Отождествление нориков со славянами, по единодушному мнению исследователей, — вставка славяноязычного автора, которая, по одной версии, принадлежит Составителю Палеи, а по другой — славянскому источнику, который мог находится в распоряжении Составителя. В любом случае сходный в остальных пунктах с «Хроникой» Георгия Синкелла список народов нориков не упоминает, зато норики имеются в перечнях «Пасхальной Хроники», с которой у Палеи много совпадений в описании племён. Видимо, не без влияния «Пасхальной Хроники» норики поставлены в соответствующем «Хронике» Синкелла тексте на месте народа Ῥηγῖνες. Можно предположить, что такая подмена имеет какое-то отношение к древним представлениям о дунайской прародине славян, впрочем, убедительного разъяснения этого факта исследователи не предложили. Аналогичное отождествление нориков со славянами есть в «Повести временных лет»: норици єже суть словене (ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 5). Совпадение дало основание говорить об обращении летописца и Составителя Палеи к общему источнику и даже о заимствовании в Палею из летописи. Однако И. В. Борцова проницательно указала на то обстоятельство, что фрагмент о нориках в Палее находится на своем естественном месте, тогда как в летописи он располагается не вполне органично, что не дает оснований говорить о заимствовании из летописи в Палею. Вставка о нориках-славянах является частью более обширного оригинального включения, в котором дается этнографическое описание соседних со славянами народов (подробнее о нориках см.: Шахматов–1904. С. 68–69; Толстов–1948; Борцова–1989. С. 180–184).

554

Авары (обры) — союз тюркоязычных племён (аварская орда), часть западно-тюркского каганата. Впервые упоминаются в V в. В середине VI в. прошли от Западного Прикаспия до Паннонии, разгромив антов, гепидов и некоторые славянские племена. В 60-х гг. VI в. был образован простиравшийся от Дона до Адриатики Аварский каганат, во главе которого встал хан Баян. Авары воевали с франками, лангобардами, славянами и Византией. Обрами авар называли древнерусские летописи, поэтому в комментируемом отрывке можно видеть след работы славянского автора.

555

Ромеи (Ῥωμαῖοι) — самоназвание жителей Византийской империи. — А.М.К.

556

То есть Средиземного моря. — А.М.К.

557

Мидия была прежде помещена в пределах Симовых (см. коммент. 419, 439) и в то же время в Иафетовой части (см. коммент. 526).

558

Об Албании Кавказской см. коммент. 420.

559

Армении Великой соответствует Восточная Армения — ядро Армянского царства. Малой Армении — западная, горная часть Армении между Пропонтидой и верховьями р. Евфрат. В составе Римской империи Малая Армения входила в провинцию Каппадокия, а в III в. выделилась в самостоятельную провинцию.

560

Пафлагония (Παφλαγονία) — историческая область на севере Малой Азии, примыкающая к Черному морю и граничащая с Вифинией, Галатией и Понтом.

561

Колхида (Κολχίς) — греческое наименование восточного и юго-восточного побережья Черного моря, историческая область, соответствующая Западной Грузии. В VІ—ІІ вв. до Р. Х. — территория Колхидского царства.

562

Боспор (Bόσπορος) — территория древнего Боспорского государства со столицей в Пантикопее, которое в V в. до Р. Х. объединяло греческие колонии на Керченском и Таманском полуостровах. В ІV—ІІ вв. до Р. Х. в состав Боспорского государства входили меотские племена Кубани и скифы Восточного Крыма. В ІV в. по Р. Х. государство разрушено нашествием гуннов.

563

Меотия, или Меотида (Μαιῶτις) — Приазовье. — А.М.К.

564

О территории, относящейся к Сарматии, см. коммент. 539.

565

Таврия (Ταυρική) — Крым.

566

Об исторических областях Фракия и Македония см. коммент. 532, 533.

567

Далмация — область вдоль восточного побережья Адриатического моря и прилегающие к ней острова. Первоначально была заселена иллирийскими племенами либурнов и далматов, а в VI–VII вв. здесь поселились сербы и хорваты.

568

Молоссия (Μολοσσή) — область на северо-западе Древней Греции, являющаяся частью Эпира. В «Хронике» Ипполита в аналогичном месте читается этноним Μολχίς (Hіppolytuѕ–1955. Ѕ. 15). — А.М.К.

569

О локализации Фессалии см. коммент. 530.

570

Локрида (Λοκρίς) — область в Средней Греции, заселенная племенами локридов. Занимала пространство на северном берегу Эвбейского и Коринфского заливов. — А.М.К.

571

Пелления (Πελλήνη) — Пелопонес. В параллельном месте «Повести временных лет» добавлено географическое разъяснение: Пелениꙗ ꙗже и Полопонисъ (ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 3).

572

Адриатика (Ἀδριακή) — обобщенное название областей, прилегающих к Адриатическому морю.

573

Этим заканчивается фрагмент, который, начиная с упоминания Мидии, имеет соответствие с «Повестью временных лет». Как и предыдущие, этот рассказ разорван компилятивными вставками, поэтому начало вставки об уделе Иафета повторяется дважды. Кроме того, имеется дополнение, обозначающее пределы народов Иафетовых до Западного океана (Средиземного моря), поэтому Мидия, и без того упоминавшаяся неоднократно в Симовых пределах, трижды локализуется в пределах Иафета. А в остальном Палея соответствует «Хронике» Георгия Амартола. По сравнению с летописью имеются пропуски: в палейном списке не упоминаются дереви, скифы, а также Аркадия, Эпир, Иллирия, Лухтия. Славяне, вставленные в летописный список, Палеей упоминаются в другом месте.

574

Средиземное море, хотя на самом деле Кикладские острова находятся в Эгейском море. Киклады — группа островов, расположенных по кругу от центрального из них — Делоса. — А.М.К.

575

Спорадские острова находятся на у юго-западного побережья Малой Азии. — А.М.К.

576

Имеет место неточность славянского перевода, т. к. далее перечисляются не острова, а греческие колонии на побережье Малой Азии или прилегающих к ней островах. Лишь два из них являются одновременно названиями островов и городов: Самос и Хиос. — А.М.К.

577

Не устранённое противоречие: выше Мидия отнесена одновременно к уделам Иафета и Сима. Здесь же Вавилония относится к владениям Иафетидов, хотя прежде она была включена в пределы Симовы. Далее, видимо, ошибка, повторяющаяся в соответствующем месте «Повести временных лет»: Тигр впадает в Чермное (Красное), а не Чёрное (Понтийское) море. Возможно, правда, переносное значение: р. Тигр и продолжение её линии до Понта определяется как граница между семитами и яфетидами.

578

Сведения о славянских реках считаются вставкой древнерусского автора.

579

Это мнение древнерусского автора. Вставка о реках предполагает отождествление прикаспийских племён Мидии с семитами. Выше уже отмечалось, что при перечислении народов мидяне отнесены одновременно к семитам и яфетидам. Появление этого противоречия можно отнести на счёт древнерусского Составителя Палеи, который внёс в составленный из разных источников географический экскурс сведения, соответствующие его представлениям.

580

Карпаты. Аналогичный текст читается в «Повести временных лет» (ср.: ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 3). В других случаях летописец называет Карпаты то горы Кавкасьскыꙗ (см.: ПСРЛ. Т. 2. Стлб. 747), то Ѹгорьски (ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 25, 139). Исследователи считают, что выражение рекше Ѹгорьскн в Палее и летописи восходит к разъяснению славянского Составителя.

581

Китиои (Κιταίοι) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось. — А.М.К.

582

Туски (Τοῦσκοι) — они же этруски; так римляне называли тирренцев, жителей области Тиррена (совр. Этрурия) на северо-западе Апеннинского полуострова, на побережье Тирренского моря между реками Тибр и Арно. По одним данным, они автохтоны, по другим — пришельцы с севера из-за Альп, а по мнению Геродота — выходцы из Малой Азии.

583

Амилосиои (Ἀβηλλήσιοι, Aἱμηλίσιοι) — самниты — крупное племенное объединение в центральной части Италии. От топонима Абелла — город в Кампании, упоминаемый Страбоном. — А.М.К.

584

Плискинои — пиценты (?) — племя, давшее название области, находящейся к северо-востоку от Рима и прилегающей к побережью Адриатического моря. В «Пасхальной Хронике» значатся Κάλαβροι (Успенский–1876. С. 65). В «Хронике» Ипполита (Hіppolytuѕ–1955. Ѕ. 36) значатся как Σικηνοί, то есть секваны.

585

Каманои (Καμπανοί) — жители Кампании, исторической области в Средней Италии, ядро которой располагалось между р. Волтурно и отрогами Самитских гор. В «Пасхальной Хронике» значатся как Λουκανοί. Лукания — южная соседка Кампании.

586

Недвинои (Νεβδηνοί, Νεβληνοί) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

587

Книфои (Κνῆδοι, Κνίθιοι) — жители Книда, маленького городка в Карии (P-W. 11. 914). См. также коммент. 612.

588

Нумеды (Νουμίδες) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

589

Насамоны (Νασαμῶνες) — см. коммент. 508.

590

Санаи (Σαιοί) — племя во Фракии, жившее напротив о. Самофракия в Эгейском море. Др. — рус. єанаи появилось, видимо, вследствие путаницы букв с и є. — А.М.К.

591

Мавры (Μαύρων) — мавры, обозначение ряда племен, населявших северо-западные территории Африки, названные римлянами Мавританией (совр. зап. Алжир и вост. Марокко); основной этнос — берберы. После завоевания арабами Пиренейского полуострова маврами называли как арабов, так и берберов — всех мусульман Пиренейского п-ва. После реконкисты (XV–XVІ вв.) маврами называли мусульман Сев. Африки. — А.М.К.

592

Мосудамои (Μωσουδαμοί, Μοσσουλαμοί) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

593

Титенион (Τησπιτανοί, Τιγγιτανοί) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

594

Кесарии (Καισαρηνσεῖς, Σαρίνσης) — жители г. Кесарии в Ливии.

595

Туриний тараконисский (Τυρινίων, καλουμένων Ταῤῥακονησίων) — Тарракония (Тарраконская Испания) — наименование центральных и северо-восточных районов древней Испании. — А.М.К.

596

Луситанцы (Λυσιτανοί) — население древней Луситании в западной части Испании.

597

Бетики (Bαιτικοί) — жители области Бетика в Испании.

598

Аутригонои (Aὐτρίγονοι) — народ, живший на севере, в Испании Тарраконской, в вехнем течении р. Ибер.

599

Баски (Bάσκονες) — иберийцы, переселившиеся на Пиренейский полуостров в середине І тыс. до Р. Х. Располагались в северной части Испании в областях Алава, Баския, Наварра, прилегающих к Бискайскому заливу. На протяжении многих веков отстаивают свою независимость. Не подверглись романизации.

600

Халамиои, называемые асперами (Καλλαικοί, οἱ καλούμενοι Ἄσπορες) — каллаики, племя в Испании, возможно, на территории современной Галисии.

601

Галлы (Γάλλων) — ответвление кельтских племен расселившихся с VІ в. до Р. Х. между р. По и Альпами.

602

Нарумы (Ναρβουδησίων) — население Нарбонитиды, области в Кельтике, упоминаемой Страбоном.

603

Лугдуны (Λουγδουνοί) — население вокруг г. Лугдунум, совр. Лион (см. коммент. 520) в Кельтике, упом. Страбоном. Др. — рус. аѹрданои явилось следствием путаницы букв л и а, сходных по начертанию.

604

Великои (Bελικοί, Bελσικοί) — кельтское население Испании Тарраконской.

605

Сиканы (Σικανοί) — иберийское племя, переселившееся с Пиренейского п-ва в Сицилию и, возможно, давшее ей свое название.

606

Есидои (Ἐδνοί) — вероятно, эдуи, племя в Кельтике, упоминаемое Страбоном.

607

Маркомалои (Μαρκόμαλοι, Μαρκόμανοι) — Маркоманы — германское племя, обитавшее к югу от р. Майн, а затем переместившееся на территорию нынешней Богемии.

608

Мардулои (Bαρδουλοί) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

609

Курдои (Κουαδροί) — вероятно, коадуи, упоминаемое Страбоном одно из германских племен. — А.М.К.

610

Веривилои (Bεριδοί, Bέρδηλοι) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

611

Гермодолы (Ἐρμοελοί, Ἑρμόνδουλοι) — Возможно, гермондоры, упоминаемое Страбоном одно их германских племен.

612

Амоссовинои (Ἀμαξόβιοι) — алазоны, упоминаемое Страбоном скифское племя над Борисфеном (совр. Днепр). — А.М.К.

613

Грекосарматы (Γραικοσαρμάτι, Γρικοσαρμάται) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

614

Иберы (Ἴβηρες) — население (племя) в Иберии, области в Азии.

615

Винагрои (Bεῤῥανοί, Bηρανοί) —? — убедительной этно-географической идентификации этнонима обнаружить не удалось.

616

Колхи (Κολχοί) — население (племя) Колхиды, области на Понте.

617

Боспораны (Bοσποριανοί) — народности на Киммерийском Боспоре (совр. Босфор).

618

Санны (Σάλλοι, Σαῦνοι) — племя в Каппадокии Понтийской, упоминается Страбоном.

619

Географически здесь обозначены земли юго-восточного побережья Чёрного моря, на пространстве между городами Фасис, Трапезунд, Себаста. Северная часть обозначенной территории относится к Колхиде, южная соответствует Малой Армении, граничившей на западе с исторической областью Понт и на юго-западе с Каппадокией.

620

Аспаровы станы (Παρεμβολὴ Ἄψαρος) — мощная римская крепость на побережье в 140 милях восточнее Трапезунта. — А.М.К.

621

Севастийский город (Σεβαστόπολις) — упоминаемая Страбоном Себаста — город в Каппадокии Понтийской. — А.М.К.

622

Гавань Исса, др. — рус. Осуеминь — непонятое и непереведенное сочетание Ἴσσου λιμήν (Ὕσσου λιμὴν) ‘гавань Исса’; Исса — название острова у Иллирийского побережья Адриатического моря с городом того же названия. — А.М.К.

623

Река Фасис (Φάσις) — река в Колхиде. — А.М.К.

624

Трапезунт (Τραπεξοῦντος) — греческий город на Понте. — А.М.К.

625

Названия греков даны в соответствии с занимаемыми или историческими областями Центральной и Южной Греции, а также Малоазийского побережья: Иония, Аркадия, Беотия, Этолия, Лаконика.

626

Совр. Мальта. — А.М.К.

627

Книд на самом деле не остров, а мыс в Карии с городом того же названия, со знаменитым храмом Афродиты, в котором находилась статуя богини работы Праксителя (см. коммент. 572). — А.М.К.

628

Финно-угорское племя нерева, с именем которого связывают название одного из пяти концов древнего Новгорода — Неревский конец.

629

Уже давно отмечено, что палейный перечень соседних со славянами народов имеет весьма близкие соответствия аналогичному перечню в летописи. Никто не сомневается, что данные перечня основываются на русских источниках. Только сторонники греческого происхождения Палеи видят в этом позднейшую вставку в текст (М. И. Сухомлинов), другие же данный факт трактуют как результат обращения к общему источнику (И. В. Борцова), или даже как аргумент в пользу заимствования в Палею из летописи (А. А. Шахматов, Д. С. Лихачев). И. В. Борцова проницательно отметила идеологическое расхождение Палеи с летописью, которое выражено неупоминанием Палеей Руси (см.: Борцова–1989. С. 182), тогда как существовали средневековые таблицы народов, много внимания уделявшие Руси (см.: Петрухин–1995. С. 25–40). Летописец как бы игнорирует в этой части повествования славян, тогда как в Палее славянский и варяжский языки стоят в естественном ряду соседних народов (ср.: ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 4). Имеются отличия и в составе племён. Толковая Палея не знает не только руси, но также веси, заволжской чуди, летьголы, однако в Палею вставлены отсутствующие в летописи лопь, карела, ятвяги, мещера. Вопрос о соотношении памятников, которые имеют между собой ближайшие параллели, ещё не решён. Но уже сейчас можно говорить, что летописный список выглядит более архаично, о чём свидетельствует упоминание черемисов в числе данников Руси (см.: Кузьмин–1977. С. 105) и появление корелы в Палее, первое летописное упоминание которой относится к 1143 г. Поэтому справедливо заключение И. В. Борцовой, что «состав перечня восточноевропейских народов мог быть в ней (т. е. Палее) значительно обновлён» (Борцова–1989. С. 183). Палея в этой части пользуется иными, чем летопись, византийскими источниками. Компиляция получилась рыхлая, перегруженная, с повторами и противоречиями.

630

Библия не сообщает о том, как и когда была разрушена Вавилонская башня, а также сроки её возведения. Около местоположения древнего Вавилона существуют развалины двух колоссальных храмов, каждый из которых разные группы учёных отождествляют с печально знаменитой башней. Один из них высился в самом Вавилоне и в древности назывался Э-Саг-Ил (Храм, поднимающий голову), другой был построен на противоположном берегу реки к юго-западу от города и назывался Эзида. С развалинами второй, в семь разноцветных этажей, башни, известными сейчас под названием Бирс-Нимруд, то есть башня Нимрода, еврейское и местное предание связывает библейскую вавилонскую башню. Найденная там глиняная табличка сообщает, что вавилонский царь не смог довести до конца это сооружение. В 1899 г. немецкие археологи начали раскопки на холме Э-Саг-Ил и выявили достаточно хорошо сохранившееся основание здания четырёхугольной формы со сторонами длиной 91,55 м. Разрушенная башня была построена на кирпичном фундаменте и облицована обожжённым кирпичом. Клинописные тексты, найденные в самом сооружении, подтверждают, что башня состояла из семи террас, а нижний ярус представлял собой кубический объем со сторонами ок. 90 м. По сообщению Геродота, относившего башню к одному из чудес света, можно предположить, что на седьмой террасе находился храм, где отправлялось ритуальное блудодеяние с языческим божеством (см.: Церен–1986. С. 103–104). В древней Вавилонии было ещё много других храмов-башен, и предание о столпотворении может иметь отношение к любой из них. Литературные, эпиграфические и археологические данные о храмовых башнях см.: Parrot–1953. Автор насчитывает не менее 33 башен в 27 городах Месопотамии (P. 17), которые были предназначены предоставить божеству площадки для спуска на землю (P. 49). Ср. также: Parrot–1978. P. 63–105. Сюжет об остатках столпа — апокрифический, отразившийся в Палее и летописи, чтение которых, по наблюдению А. А. Шахматова, близко «Еллинскому летописцу» (ср.: а мѣрл столпа тоꙗ холаньскаго имꙗше долготу и ширину келикыи сынъ 543 лакот — Шахматов–1904. С. 69).

631

С именами Серуха и Нахора, которые в Библии упоминаются в перечне послепотопных патриархов и в родословной Христа (Быт. 11:20–26; Лк. 3:33–35), связывается историческое повествование о начале идолопоклонства, которое излагается в варианте, близком «Хронике» Георгия Амартола. Отличие состоит в том, что Палея выделяет этапы в эволюции идолопоклонства, связывая появление этого языческого заблуждения с именами Серуха и Нахора, тогда как у Амартола идолопоклонство приписывается одному Нахору, причём статья дополнена обширным обличением кумирослужения (ср.: Истрин–1920. С. 39–60). Содержащиеся в рассказе сентенции о роли дьявола, совратившего древних евреев в идолопоклонство, является вставкой, внесённой русским Составителем Палеи. Эта вставка относится к блоку свидетельств о враге Божьем и человеческом, рассеянных по разным частям Палеи. Мысль о том, что идолопоклонство возникло из почитания изображений героев и выдающихся людей, неоднократно высказывалась в христианской литературе, в частности Тертуллианом, Лактанцием, Афанасием Великим и другими богословами. Исходной посылкой для такой трактовки начала идолопоклонства был текст из Книги Премудрости Соломона: «Отец, терзающийся горькою скорбью о рано умершем сыне, сделав изображение его, как уже мёртвого человека, затем стал почитать его, как бога, и предал подвластным тайны и жертвоприношение. Потом утвердившийся временем этот нечестивый обычай соблюдаем был, как закон, и по повелениям властителей изваяние почитаемо было, как божество. Кого в лицо люди не могли почитать по отдалённости жительства, того отдельное лицо они изображали: делали видимый образ почитаемого царя, дабы этим усердием польстить отсутствующему, как бы присутствующему. К усилению же почитания … поощряю тщание художника, … а народ, увлечённый красотою отделки незадолго перед тем почитаемого, как человека, признавал теперь божеством. И это было соблазном для людей, потому что они, покоряясь или несчастью, или тиранству, несообщаемое Имя прилагали к камням и деревьям» (Прем. 14:15–21). В Древней Руси подобного рода взгляды отразились в содержании антиязыческого поучения «Слово и откровения святых апостол», где о языческих богах сказано: то чл҃цы были сѫть старѣишины перѹнь въ елинѣхъ. а хорсь въ кипрѣ. Òроѧнь бѧше цр҃ь в Римѣ… нѫ добріи мѫжи бѧхѫ. а дрѹѕіи разбоиници. таковыѧ богы призваша мнози чл҃ци и тако имъ начаша трѣбы покладати. и тако прѣлъсть вниде въ чл҃кы (Гальковский–1913. С. 52). В рамках Палеи сюжет о начале идолопоклонства при Серухе является вступлением к апокрифической истории Авраама. Их объединяет общая идея обличения идолослужения и трактовка дьявола как совратителя в неправедную языческую веру. Соображения о принадлежности сведений о Серухе и Аврааме единому апокрифическому повествованию высказывал ещё В. М. Истрин: «…от истории Авраама нельзя отделить историю его отца, деда и прадеда. История Авраама везде начинается с Серуха, про которого говорится, что он первый начал делать кумиры в память прославившихся людей. История идолопоклонства идёт последовательно: Нахор, сын Серуха, забыл уже цель выделывания последних кумиров и обратил их в богов и научил тому же сына своего Фарру… Нельзя отделять историю Авраама от ближайших его предков ещё и потому, что в рассказе о том и другом видна одна рука. Идолопоклонство представлено делом дьявола» (Истрин–1897. С. 192).

632

В добавление к библейской апокрифическая характеристика Нахора как кумироваятеля и кумирослужителя.

633

Вставка (с незначительными переделками) в Палею фрагмента из апокрифического «Откровения Авраама», которое существовало как особый памятник (см.: Тихонравов–1863. 1. С. 36–37). К постижению верховного первоначала Авраам приходит путём своеобразного апофатического исследования природы: сравнение действия огня, воды, земли и ветра приводит к признанию Творца, создавшего природные стихии. Для антиязыческой полемики апокрифическая история Авраама имела большое идейное значение, ибо в священной истории Авраам был первым, кто порвал с язычеством и стал ревнителем единобожия. Для последующих поколений Авраам — образец бескомпромиссного антагониста язычества. Он первым, придѧ в размышление, сокрушил ложных богов, наглядно продемонстрировав бессилие идолов отца Фарры и доказав, что мощь ихъ тоща есть, ибо они сами себе избавити не возмогоша (см.: Апокрифы–1999. С. 376). Текст «Откровения Авраама» читается в списках Толковой Палеи особого состава, а также в полной Хронографической Палее и Хронографах (см.: СККДР. Т. 1. С. 47–48).

634

Предания об обращении Авраама в христианской литературе восходят к древнееврейским легендам (ср.: Агада–1993. С. 23–27; также: ХГА. 2. 9).

635

Антииудейское полемическое добавление Составителя Палеи, в котором Авраам представлен пророком пришествия Христова.

636

Ср.: ХГА. 2. 9.

637

Авторское дополнение основано на сведениях евангелиста Луки, возводящего родословие Иисуса Христа к отцу и деду Авраама, т. е. к Серуху и Нахору (Лк. 3:33).

638

Современная рационализация причин исхода Авраама из Ура Халдейского заключается в мнении, что Южная Месопотамия подверглась прогрессирующему ухудшению условий природной среды, повлёкшему за собой кризис системы орошения и заболачивание местности (см.: Церен–1986. С. 132–134). Путь Авраама из Халдеи в Ханаан и Египет совпадает с главными караванными торговыми путями Ближнего Востока.

639

Эти слова Бога отсутствуют в тексте Библии. В Коломенской Палее есть указание на источник: се написано исъ книгъ иже суть Иꙗковичи. Возможно, имеется в виду апокрифические «Заветы двенадцати патриархов, сыновей Иакова». Вместе с тем В. М. Истрин видит в этом пассаже заимствование из текста «Откровения Варуха», который подвергся незначительному сокращению и переделке (ср.: азъ єсмь повелѣнъ запалит и дом оц҃а твоєго с нимъ. зане чс҃ть творѧше мертвымъ, азъ посланъ єсмь к тебе нынѣ бл҃гословитъ тебе. и земьлю юже ѹготова тебе превѣчныи нареченыи тобою. и тебе ради направихъ путь земныи. въстани Авраме иди дерзаꙗ веселисѧ зѣло и возрадуисѧ. аз с тобою — Тихонравов–1867. 1. С. 39). В «Откровении» эти слова говорит ангел Иоиль, в Палее же они обращены в речь Бога из облака (см.: Истрин–1897. С. 194–195).

640

Ещё одно совпадение палейного текста с «Откровением»; ср.: придеть судъ мои на проныровавшаꙗ ꙗзыкы сѣмени твоєго (Тихонравов–1863. 1. С. 52). Обращает на себя внимание то обстоятельство, что резко антиязыческая направленность повествования соединяется с мотивом преемственности язычества и христианства, который выражает характерное для Палеи предпочтение язычников иудеям. В. М. Истрин обращает внимание на то, что заимствование из «Откровения» соединяется с авторским обличением иудеев (см.: Истрин–1897. С. 196–197).

641

Как исполнение суда Божия над еврейским народом рассматриваются события в ходе Иудейской войны 66–70 гг., начавшейся при владычестве императора Нерона. Первоначально возник локальный вооружённый конфликт евреев с эллинизированными слоями населения в палестинском городе Кесарии, разгоревшийся по поводу отстранения иудеев от участия в городском самоуправлении. Греки были поддержаны властями, и иудеям пришлось покинуть город, но в ответ на это началось восстание в Иерусалиме, где всеобщую ненависть возбуждал прокуратор Иудеи Гессий Флор. Первоначально в Риме не придали существенного значения волнениям в провинции. Однако в Иерусалиме был перебит римский гарнизон, и наместник Сирии Гай Цестий Галл не смог своими силами занять город. Тогда на подавление охватившего всю Иудею восстания был послан консул Тит Флавий Веспасиан, известный военными успехами в Британии (см.: ИВ. III, I, 2–3). Римская армия встретила упорное сопротивление. Многие из фарисеев (см. коммент. 405), первоначально обладавших влиянием, не верили в успех восстания и шли на капитуляцию перед Римом. К их числу принадлежал военачальник Иосиф, перешедший на сторону римлян и впоследствии известный как историк Иосиф Флавий. Веспасиан успешно вёл войну, и, когда пришло известие о смерти Нерона, незавоёванными оставались лишь Иерусалим и несколько крепостей. После того как Веспасиан был провозглашён императором, он передал командование своему сыну Титу (см.: ИВ. IV, IX, 2; V, I, 1). Несмотря на то, что в осаждённом Иерусалиме представители крайних политических групп — зилоты и сикарии — низвергли соглашателей-фарисеев и установили террористический по отношению к населению режим, ресурс обороны был исчерпан. В городе начался голод и эпидемии, римские войска с большим напряжением все-таки смогли взять городские стены. Целый месяц шли уличные бои, закончившиеся лишь в сентябре 70 г. Превращённый защитниками в неприступную крепость храм был подожжён ими, а потом разрушен и сровнён с землёй римлянами. В плен победители взяли 70 тыс. человек. В 71 г. Веспасиан и Тит справили совместный триумф по поводу победы над иудеями (см.: Машкин–1948. С. 410, 426–427).

642

Веспасиан Тит Флавий (9–79 гг.) — римский император в 69–79 гг. В отличие от своих предшественников, не принадлежал к римской аристократии, а был выходцем из средних италийских слоёв. Он родился в Сабинской земле близ города Реате. Дед Веспасиана в своё время служил центурионом в войсках Помпея, а отец был сборщиком налогов в азийских провинциях. Самому Веспасиану удалось достигнуть высших магистратур. Он занимал видные командные должности, управлял провинцией и вращался при дворе Клавдия и Нерона. Тем не менее до конца жизни Веспасиан сохранял привычки уроженца маленького италийского городка: ему было чуждо стремление к роскоши и великолепию, характерное для его предшественников. В частных и государственных делах он был очень практичным, бережливым и даже жадным, но вместе с этим сохранял природный юмор. Веспасиану удалось исправить финансовое положение империи и наполнить казну, укрепить римскую власть в провинциях и реставрировать городские постройки. В 71 г. он изгнал из Рима философов и астрологов, считая их политические учения опасными. Почти ежегодно Веспасиан избирался консулом, что свидетельствовало о его авторитете в сенаторской среде. В 73 г. он принял полномочия цензора, благодаря чему смог ввести в сенат новый элемент из романизированных провинций. Именно ему принадлежит известная поговорка «деньги не пахнут», произнесённая по поводу введения платы за пользование общественными уборными. Императорское правление Веспасиан передал своему сыну Титу (см.: Машкин–1948. С. 430–433).

643

Ср.: Исх. 3:20, где речь идёт о казнях египетских; ср. также с 10 язвами (казнями) людей в Откр. 9:18; 15:1. Но, если отталкиваться от контекста, здесь может иметься в виду и бедствие во время осады Иерусалима. Согласно иудейскому преданию, в иерусалимском храме постоянно совершались 10 чудес: беременная женщина никогда не подвергалась преждевременным родам, жертвенное мясо никогда не портилось, никто из паломников никогда не оставался без еды и ночлега в Иерусалиме и т. д. Перед падением города эти чудеса сменились десятью роковыми предзнаменованиями: беременное животное разрешилось от бремени прямо перед жертвенником (а для приношения не могло отбираться животное в нечистоте или с пороком), люди голодали и теснили друг друга и т. п.

644

Ср.: Мф. 4:19.

645

Ср.: Мф. 10:16.

646

В добавлении Составителя Палеи отсутствует переживание конфликта с язычеством, а языческие народы рассматриваются как объект, предуготованный к христианизации. Взгляд на крещение как едва ли не на единственное условие спасения соответствует адопционизму, которое понимает обращение в веру как божественное усыновление. Такое упрощённое понимание христианства весьма красноречиво характеризует идейное своеобразие Палеи.

647

Ср.: Мф. 22:2–6.

648

Авторская вставка, развивающая мысль об отвержении иудеев в контексте не раз сформулированной Составителем антитезы иудейство — язычество (см. коммент 631).

649

Из этих слов видно, что Составитель Палеи был знаком с апокрифическим повествованием о состязании Авраама с египетскими астрологами, которое излагалось в «Хронике» Георгия Амартола. Немаловажно, что само повествование здесь не воспроизводится, а характерная для повествования антиязыческая тенденциозность в контексте пересказа заменена противопоставлением астрологии особому типу мудрости, данной Аврааму Всевышним по благодати. Древние иудейские предания восхваляют необычайные познания и мудрость Авраама и говорят, что он был наставником единобожия у халдеев и впервые научил египтян астрономии и математике (см.: Лопухин–1986. С. 48).

650

Лот стал жертвой войны между царями Содомским, Гоморрским, Адмы, Севоимским и Белы, с одной стороны, и царями Еламским, Гоимским, Сеннаарским и Елласарским, с другой. Цари Содома и Гоморры погибли, их союзники разбежались, а победители разграбили Содом и взяли в плен его жителей, в том числе и Лота (см.: Быт. 14:8–13).

651

Мелхиседек в авторском дополнении, как и в основном тексте Палеи, характеризуется в соответствии с библейскими сведениями, а благословение Авраама хлебом и вином рассматривается в традиционном для христианской экзегезы ключе как прообраз бескровной жертвы. В редакции Палеи, которая представлена списками Рум. № 453, Пог. № 435 и Син. № 210, в этом месте сделаны апокрифические добавления, одно из которых приписано Афанасию Александрийскому (греческий вариант апокрифа см.: PG. XXVIII. Col. 525–530). В древнерусских рукописных сборниках получили распространение несколько вариантов апокрифических повествований о Мелхиседеке, в которых по-разному объясняется «безродство» Мелхиседека и обстоятельства встречи его с Авраамом. Согласно «Слову Афанасия Александрийского о Мелхиседеке» по Прологу XV–XV вв. (Рум. № 321), Мелхиседека, как приверженца единобожия, отец-язычник намеревался принести в жертву языческим богам. Но по молитве праведника Бог погубил отца и весь его нечестивый род, поэтому праведник остался безродным. «Слово Афанасия» читается в сборниках ГИМ. Син. № 319; РГБ. Унд. № 585; РНБ. Сол. № 803. Тот же вариант, но с дополнениями, повествует о том, как отец Мелхиседека по имени Седек (вариант Мелхил) вознамерился принести в жертву Крону одного из двух своих сыновей. Жребий пал на Мелхиседека, но мать посылает к нему с предупреждением брата, после чего участвующие в жертвоприношении родственники поглощены землёй, а Мелхиседек скрывается на горе, к которой Бог приводит для встречи Авраама (РНБ. Сол. № 866). А. И. Яцимирский выявил 52 апокрифических повествований такого рода (см.: Яцимирский–1921. С. 100–111). По другой версии, Мелхиседек родился чудесным образом от Софонимы — неплодной жены жреца Нира, брата Ноя. Мать Мелхиседека, будучи заподозренной в бесчестии, умирает от страданий, и будущий первосвященник рождается уже от мёртвой Софонимы. После появления на свет он сразу же начинает восхвалять Господа. Явившийся ангел Господень накануне потопа переносит Мелхиседека в рай. Этот вариант известен по спискам ГИМ. Барс. № 619; БАН. 45.13.4. Л. 365–366об.; РНБ. Кир. — Белоз. № 27/ 1104. Л. 232об.–238об.; РНБ. Тр. — Серг. 3 793 (1639). Л. 401–402 (публикацию см.: Тихонравов–1863. 1. С. 26–31; БЛДР. Т. 3. С. 114–119). Апокрифические сведения о Мелхиседеке излагаются также в «Хождении Даниила игумена», в творчестве Максима Грека и в «Хронографе» 1599 г. (СККДР. Т. 1. С. 62–63).

652

Это точные цитаты из текста «Божественной Литургии» св. Иоанна Златоуста, которые в свою очередь являются осмыслением слов Иисуса Христа (см.: Мф. 26:26–28; Мк. 14:22–24; Лк. 22:19–20). Они могут быть вставкой Составителя Палеи с толкованием приношения Мелхиседека как ветхозаветного прообраза новозаветного причастия. — А.М.К.

653

При заключении завета Господь Бог переименовал Аврама в Авраама и Сару в Сарру, сказав: «Вот завет Мой с тобою: ты будешь отцом множества народов, и не будешь ты больше называться Аврамом, но будет тебе имя: Авраам, ибо Я сделаю тебя отцом множества народов» (Быт. 17:4–5); «Сару, жену твою, не называй Сарою, но да будет имя ей: Сарра; Я благословлю её и дам тебе от неё сына; благословлю её, и произойдут от неё народы, и цари народов произойдут от неё» (Быт. 17:15–16). Власть наречения имени мистически означает наделение духовной сущностью и полное проникновение в духовную субстанцию нарекаемого. По обычаю древние властелины переименовывали возвышаемых ими слуг. Бог даёт новые имена Авраму и Саре, возвышая Авраама до завета с Собою. Новые имена имеют прямое отношение к содержанию обетования. Прежнее имя (Аврам) означает ‘высокий отец’, а новое (Авраам) ‘отец множества’ обещанных ему потомков (народов). Имя Сары значило ‘госпожа моя’, теперь же она стала зваться Сарра, т. е. ‘госпожа’ вообще, а не только Авраама и его дома. Св. Филарет указывает, что более соответствовало бы имени Авраама толковать имя Сарры как Saraf gamon, то есть ‘госпожа множества’.

654

До наших дней у арабов и прочих мусульманских народов, которые по библейской этнографии считаются потомками Измаила, сохраняется обычай совершать обрезание мальчиков по достижении ими тринадцатилетнего возраста.

655

Перевод вставки из Виленского списка Палеи: Явившиеся Аврааму три мужа по природе не были ни людьми, ни Богом, ибо Он бесплотен. Бог так явился Аврааму, ибо пожелал, чтобы Авраам мог Его увидеть и чтобы Авраам от Бога познал тайну и славу Троичности, что явившийся Аврааму был Бог, в Троице поклоняемый, имеющий единое Царство и силу. — А.М.К.

656

В евр. подлиннике в этом месте стоит обращение Adonaі с огласовкой «камац», что предполагает обращение к Богу, а не к человеку. Словом Адонаи евреи заменяли имя Бога Яхве, когда произнесение этого имени стало разрешаться лишь священникам при богослужении в храме. Текст Библии и Палеи согласно подразумевает обращение со стороны Авраама к странникам как к одному Лицу и Богу (см.: Шмаинова-Великанова А. И. Адонай / Православная Энциклопедия. Т. I. М., 2000. С. 307–308).

657

Апокрифическая деталь. Согласно Библии, телёнка закалывает слуга.

658

Следует помнить, что Составитель-христианин видел в пришествии трёх путников явление Св. Троицы, и, следовательно, в его рассказе один из гостей Авраама — Божественный Сын, Вторая Ипостась Троического Божества.

659

Откровенно неканоническая подробность, соединённая с библейским толкованием о служении Авраама трём ангелам. Известны иконографические изводы Троицы, отражающие апокрифические подробности к рассказу о гостеприимстве Авраама, включая и сюжет с воскрешением закланного для угощения ангелов тельца (см.: Сергеев–1981. С. 25–29).

660

Ср.: Евр. 13:8. В христианской экзегезе библейский сюжет трактуется как первое явление миру тайны Троицы. В оригинальной трактовке Составителя Палеи из ветхозаветного события извлекается христологический смысл. Плотская трапеза и «физическое» омовение ног трактуется как прообразное указание на будущее пришествие Христа во плоти.

661

Ср.: Лк. 3:8.

662

Повторение мотива родословия Христа в антииудейской авторской полемике.

663

Иконографическое изображение гостеприимства Авраама представлено сюжетом Святой Троицы, образ Которой наиболее гениально начертал преподобный Андрей Рублев. Считается, что иконописец изобразил в виде трёх путников Троическое Божество: Бога-Отца, Бога-Сына и Святого Духа.

664

Введение тринитарной трактовки явления трёх ангелов как развитие полемической мысли Составителя Палеи (ср.: коммент. 640, 643, 645).

665

Как можно видеть, древность, в противовес современности, категорически отказывалась от толерантности в отношении противоестественных сексуальных склонностей жителей Содома, однако этим не замыкался круг причин, по которым последовало наказание города. Через библейское повествование об Аврааме одной из сквозных тем проходит дань уважения к обычаю гостеприимства, столь чтимому на Востоке. Господь принимал щедрую заботу кочующего Авраама, на следующий день Он покарает содомлян, нарушивших этот закон (см.: Быт. 19:8–9), а гостеприимного Лота спасёт (Быт. 19:1–3). Позже нарушение закона гостеприимства также приведёт к ужасному наказанию (см.: Суд. 19:21–30 и след.). Жители Содома отличались нравственной распущенностью и презрительно-высокомерным отношением к слабейшим (см.: Иез. 16:49). Согласно древнееврейской легенде, грехи содомлян заключались также в мздоимстве и жадности; неправедные судьи обирали потерпевших; жители обворовывали странников, жалели подаяния для нищих и даже предавали смертным мукам милосердных сограждан. В городе употреблялся аналог греческого «прокрустова ложа», на котором терзали путников. Слугу Авраама Елеазара в Содоме избили, а когда тот пошёл жаловаться, судьи потребовали с него в пользу обидчиков плату, как за медицинское кровопускание (см.: Агада–1993. С. 28–30).

666

Любопытная фраза, в которой речь идёт о последнем взятии Иерусалима римлянами при Тите. Здесь исследователи пытались увидеть намёк на происхождение Составителя Палеи. А. А. Шахматов (Шахматов–1904. С. 19–20) делал вывод, что Составитель Палеи писал по-древнеболгарски, а сам был греком (точнее — ромеем, в духе византийского имперского самосознания) и потому мог сказать: «Иерусалим Господь Бог отдал отцам нашим». Впрочем, в духе полемической антитезы нельзя исключать, что Составитель образно имел в виду, что Иерусалим перестал быть священным городом иудеев и стал духовном центром христиан.

667

В сравнении использованы не реально-исторические факты, а пророчества о судьбе городов Тир и Сидон. Эти финикийские города были процветающими ещё в Средние века и, в частности, служили объектом грабежа во время войн крестоносцев. Ныне от Тира остались одни развалины, и Сидон (совр. название Саид) представляет небольшой город с населением около 3 000 человек. — А.М.К.

668

Упоминается храм Гроба Господня (иначе — Воскресения Господня), основанный равноапостольной царицей Еленой в нач. IV в. и до сего дня существующий в Христианском квартале Иерусалима.

669

Исследователи отмечают, что толкование Составителем Палеи рассказа об Агари и Сарре, Измаиле и Исааке имеет весьма близкое сходство с символическим толкованием того же библейского сюжета Киевским митрополитом Иларионом в «Слове о Законе и Благодати». На взаимосвязь Палеи и «Слова» Илариона указывал А. В. Михайлов (Михайлов–1895. С. 4), а также И. Н. Жданов (Жданов–1904. С. 169). Агарь и Измаил, по мнению Илариона, представляли образ Закона, а Сарра и Исаак аллегорически обозначали Благодать, пришедшую со Христом. Изгнание рабыни Агари с сыном и признание наследником свободного Исаака трактовалось как прообразование будущей победы Благодати (христианства) над Законом (иудаизмом). Н. С. Тихонравов видел в этом факте указание на раннее происхождение Палеи, которая, по его мнению, оказала влияние на творчество древнерусского мыслителя (см.: Тихонравов–1894. С. 44). Вместе с тем В. П. Адрианова совершенно справедливо указала на отсутствие прямых текстуальных совпадений (см.: Адрианова–1910. С. 12). Данное наблюдение тем не менее не отменяет идейного сходства памятников, тем более что аналогичная аллегорическая трактовка образов рабыни Агари и свободной Сарры даётся в «Послании к Галатам» апостола Павла (Гал. 4:22–31). Обратим также внимание на такую черту сходства между Палеей и «Словом о Законе и Благодати», как световая символика: тень (в Палее — заря), отождествляемая с Законом, и сияние солнечное, знаменующее наступление Благодати христианства. Так в ярких символических уподоблениях проводится мысль о превосходстве христианства над иудаизмом.

670

Ср. с тропарем праздника Сретения Господня: Радуйсѧ, Бл҃годатнаѧ Бцⷣе Дѣво, изъ Тебе бо возсиѧ Солнце правды, Хрⷵтосъ Бг҃ъ нш҃ъ, просвѣщаѧй сущіѧ во тмѣ… Именование Солнце правды восходит к Мал. 4:2.

671

Смысл употребления цитаты в контексте неясен. Цитируемое место в произведениях апостола Павла не обнаруживается и скорее принадлежит не ему, а заимствовано из седальна 6 гласа по 3 песни канона св. Феофана из чинопоследования погребения мирских человек: Ꙗкѡже рече Писание: єгда миръ приобрѧщемъ, тогда во гробъ вселимсѧ, идеже вкупѣ царіе и нищіе… (Тр. С. 178–179). На какое писание ссылается св. Феофан, тоже неясно. Отдалённо можно ср.: Мф. 16:26; Мк. 8:36.

672

Отсюда начинается апокрифическое прибавление к библейскому рассказу о жертвоприношении Авраама. Аналогичный текст читается в 94 слове «Златоструя» (см.: РНБ. Сол. № 260; ср.: РНБ. Сол. № 653). Смысл рассказа — испытание веры Авраама, которое, по некоторым апокрифическим источникам, провоцируется происками дьявола. Так, согласно трактовке в книге «Яшар» и «Малом Бытии», Сатана убеждает Бога испытать веру Авраама. Он провоцирует Бога и внушает ему, что Авраам приносил жертвы с целью сделаться отцом, а получив желаемое, отступил от благочестия. В этом контексте жертвоприношение — доказательство благочестия «друга Божия». Кроме того, стараясь доказать свою правоту, Сатана пытается удержать Авраама от жертвоприношения (см.: Порфирьев–1872. С. 47–48). По логике апокрифического повествования, готовность пожертвовать единственным наследником демонстрирует веру Авраама в то, что Бог способен воскресить убиенного и проявить жалость в отношении родителя так же, как он оживил телёнка во время трапезы у Мамрийского дуба, сжалившись над матерью заколотого тельца.

673

Ср.: Евр. 11:17–19. В лаконичном рассказе книги Бытия не сказано о надежде Авраама на воскресение его сына Исаака. Составитель соединяет ветхозаветное повествование и мысль апостола Павла, одновременно используя (по принципу аналогии) параллелизм апокрифического сюжета о воскрешении тельца (ср. коммент 644).

674

Полемический выпад против еретических учений, содержащих тезис о призрачности воскресения Христова, был актуален в самые разные исторические периоды. Сомневаться в воскресении Плоти и считать Воскресшего Христа привидением с точки зрения человеческого разума и чувств было весьма соблазнительно, примеры чего можно видеть уже в Евангелии (см.: Лк. 24:37; Ин. 20:23–24). В первые века христианства к таким ересям принадлежали различные гностические культы, а также ересь докетов. Докетизм утверждал призрачность Богочеловека: Христос был только Духом и только казался человеком во плоти, тем, кем он не был. Воскресение Христово было духовным, отсюда мысль о всеобщем воскресении плоти была совершенно чужда сторонникам докетизма. Одним из учителей докетов был гностик II в. Маркион, ересь которого в кон. III в. оказала влияние на манихейство, в свою очередь повлиявшее во 2 пол. VII в на вероучение павликиан. Отдельные стороны учения докетов и родственных им ересей отразились в доктрине богомилов, возникшей во 2 пол. X в. в Болгарии и довольно широко распространившейся в странах Европы (см.: Иванов–1925. С. 63–64), а также имевшей влияние и на Руси (см.: Апокрифы–2000. С. 105; см. также коммент. 198, 659, 721, 879, 995).

675

Авирон вместе с Кореем, Дафаном и Авианом подняли «демократическое» восстание против Моисея и Аарона, обвинив его в присвоении духовной власти и апеллируя к тому, что весь народ Израилев свят. Господь жестоко покарал восставших на Его избранников (см.: Чис. 16:1–35). — А.М.К.

676

Аллегорические трактовки Составителя Палеи вполне традиционны: Исаак прообразует добровольные страдания Христа за род людской, а трёхдневное шествие к жертвеннику — трёхдневное Воскресение Господа. Подобный прообраз жертвенной смерти и Воскресения Христа обнаруживается в толкованиях Ефрема Сирина, у которого аналогичные параллели приводятся в «Слове об Аврааме и Исааке» (см.: Ефрем Сирин–1849. C. 140–141).

677

Утверждение, что для спасения достаточно одного крещения, звучит слишком прямолинейно и оказывается сродни популярным в среде неофитских христианских народов воззрениям. Ниже оно повторено (см. коммент. 678, 693; ср. также 631, 662).

678

В выражении ἐν φυτῷ σαβεκ (Быт. 22:13) последнее слово и в Палее, и в ССБ было ошибочно принято за имя собственное — название чащи, тогда как оно значит просто ‘чаща’, поэтому св. Филарет считал славянский перевод в данном случае не заслуживающим доверия (см.: Филарет–1867. С. 174).

679

Разъяснение о принесении на литургии обязательно Тела и Крови, а не одно без другого, звучит странно при обращению к иудею. Скорее всего, здесь в завуалированной форме присутствует критика обычая, постепенно установившегося в католической церкви, когда миряне причащались только Телом.

680

Палейная история Авраама в целом представляет собой спайку библейских сведений, пополненную апокрифическими дополнениями и полемическими вставками Составителя памятника. Апокрифический элемент преобладает там, где о жизни Авраама в Библии повествуется кратко (например, об урском периоде жизни праведника). Исследователи неоднократно обращали внимание, что в «Речи философа» из «Повести временных лет» присутствует сюжет об Аврааме, который в краткой форме повторяет мотивы палейного неканонического предания (ср.: ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 91–93). По заключению текстологов, летописная история Авраама восходит к той редакции Толковой Палеи, которая была объединена с «Откровением Авраама» (СККДР. Т. 1. С. 48).

681

Эта форма клятвы получила разнообразные толкования. Распространённым, хотя и поверхностным, является следующее: «Из различных объяснений её смысла наиболее удачным должно признать то, которое видит в ней символ клятвы на мече, который, как известно, носят при бедре. Клявшийся таким образом этим самым как бы говорил: если я нарушу клятву, то пусть меня поразит меч» (ТБ. Т. 1. С. 143). Однако речь идёт о клятве не на бедре, а под бедром, то есть по существу на детородном органе, что и было подмечено Составителем Палеи. Бедра, как наиболее близкая к детородным органам часть тела, была жертвенной частью (см.: Лев. 3:4, 10, 15; 4:9; 7:4). Сам закон обрезания крайней плоти детородного органа указывает на родовой характер иудаизма: Иегова есть Бог определённого рода, родоначальником которого был Авраам. Такую же клятву под бедром Иакова (Израиля) приносит его сын и правнук Авраама Иосиф (см.: Быт. 47:29). Лишь бессеменное зачатие Иисуса Христа от Святого Духа смогло разорвать этот родовой религиозный принцип. — А.М.К.

682

РСБ даёт название этой погребальной пещеры близ Хеврона: Махпела (см.: Быт. 25:9). Она была куплена Авраамом для погребения Сарры у Ефрона, сына Цохара Хеттеянина (см.: Быт. 23:15–20). В отличие от РСБ, тексты LXX и ССБ содержат перевод собственного имени пещеры Machpejla «пещера сугуба», т. е. двойная пещера, поэтому название пещеры в Палее не встречается. Поскольку в др. — рус. тексте прилагательное сугубая не было отождествлено с названием, а стало качественной характеристикой, в смысловом контексте по мере трансформации первоначального значения оно приобретало смысл «большая, обширная, великая», что учитывается при переводе.

683

Толкование истории Исава и Иакова строится по принципу символического параллелизма Ветхого и Нового Заветов. Уподобление даёт материал для антииудейских полемических выпадов. Нельзя не отметить большой близости символического значения ветхозаветных образов Исава и Иакова с другой парой ветхозаветных братьев: Измаилом и Исааком. Измаил и Исав служили прообразом Ветхого Завета, тогда как Исаак и Иаков прообразовывали Новый Завет. В полемическо-толковательной обработке Составителя Палеи эти ветхозаветные персонажи предстают символическими образами будущего.

684

Дословное совпадение с «Шестодневом» Иоанна экзарха Болгарского; ср.: брата бо єста ѡба завѣта єдинѣмь ѿц҃мь положена (Шестоднев–2001. С. 837); эта фраза в свою очередь восходит к Первому Слову «Бесед на Шестоднев» Севериана Габальского.

685

В Ветхом Завете считаются великими 4 пророка: Исайя, Иеремия, Иезекииль и Даниил; 12 пророков считаются “малыми”, их ряд открывается пророком Осией, далее следуют Иоиль, Амос, Авдий, Иона, Михей, Наум, Аввакум, Софония, Аггей, Захария, Малахия. Др. — рус. слово чадь (чедь) служило переводм греч. οἱ περί ‘те, кто около, возле’. — А.М.К.

686

Речь, конечно, идёт не о брате Исава — Иакове, наречённом Израилем, а о народе Израиля, который отвержением Христа утратил своё первенство. Как Исав продал своё первородство Иакову, так и Израиль лишился первенства с крещением языческих народов. «Надо иметь в виду, что современный Израиль — это не тот Израиль, который когда-то был избран Богом. Сегодняшний Израиль — это народ… переживший в себе и верность, и противоборство собственному призванию» (Бартелеми–1992. С. 67).

687

Перевод вставки в Тихонравовком списке: Но как родоначальника вашего [Иуду] жена освободила от удавки, так и Тит прекратил ваш голод разрушением города. — А.М.К.

688

Имеется в виду Иуда Искариотский, предавший Христа, а не Иуда, сын Иакова; он назван родоначальником иудеев не по генеалогии, а по духовному устроению, приведшему к христоубийству (см. выше: «Иуда начал, а вы закончили…»). Возможно, что обыгрывается также фонетическое созвучие имени Иуда (Jehuda) и самоназвание евреев иудеи (jehudіm).

689

Ср.: Пс. 83:4.

690

Благословение Исава включает не только обещание жить силой оружие (см.: Быт. 27:39–40), но Составитель преднамеренно усилил только этот мотив.

691

Отсюда начинается апокрифический текст «Лествицы Иакова», развивающий мотивы библейского сюжета о виденной Иаковом в вещем сне чудесной лествицы. Согласно Библии, лествица эта простиралась от земли до неба, вдоль неё всходили и снисходили ангелы, а на вершине стоял Господь Бог, который предрекал Иакову обилие потомства и обещал своё покровительство роду Иаковичей (Быт. 28:10–22). В апокрифе лествицу венчает огненное лицо, описаны 12 ступеней, на каждой из которых стоят по два огненных существа справа и слева. Подробно, но в аллегорическом ключе, описывается беззаконие и величие, которым будет ознаменована судьба Иаковлева рода. Об этом повествуется от лица ангела, который истолковывает значение видения. На языке символов изложены значимые события в истории иудеев и описаны предзнаменования, которыми сопровождалось явление на земле Христа. В толкованиях Составителя Палеи к апокрифическому тексту раскрывается историческая символика «Лествицы»: один из царей беззакония и родственник Иакова — это Ровоав, который насильно заставлял иудеев поклоняться золотым тельцам; рабство и притеснение в чужой земле — египетское пленение; осуждение Господом народа, у которого иудеи находились в рабстве и который за притеснение иудеев испытал землетрясение, разорение, наполнение гадами, — это казни египетские; превращение полных хранилищ в пустые — это уход иудеев с имуществом обобранных египтян; царь мщения — безжалостный фараон; излияние Божьего гнева на морского змея — потопление египтян в Красном Море; ходящие в Твоей правде — израильтяне, живущие по закону Божьему, переданному через Моисея; сходящие и восходящие ангелы — явление Христа; лествица — соединение горнего с земным в крещении; возвещавшие пришествие Искупителя дочери и сыновья — пророки и пророчицы; трёхмесячный младенец, взыгравший в утробе — Иоанн, приветствовавший Христа во чреве матери своей Елизаветы; юные словно старые — младенцы-мученики; облако, укрывшее от зноя весь мир — благодать, переданная Христом апостолам; изваяния, издававшие голос — знамение в персидской кумирнице; идолы пали ниц — конец язычества, ознаменованный в персидской кумирнице. В ветхозаветной истории основное внимание сосредоточено на событиях египетского пленения, что в контексте Палеи позволяет, с одной стороны, показать неизбежность кары иудеям за их беззакония, а с другой — предуготовить читателя к восприятию истории Моисея, при котором иудеи были сохранены божественным покровительством, чтобы впоследствии от одного из колен Израиля мог родится Христос. «Лествица» — это апокриф новозаветной направленности, которую заключает в себе трактовка ветхозаветных событий. По своей направленности содержание апокрифа вполне благочестиво, тем не менее «Лествица Иакова» упоминается в Индексах среди запрещённых книг в древнерусских номоканонах с XV в., а Епифаний даже приписывает создание произведения еретикам-эвионеям, правда, при этом не ясно, можно ли отождествлять «Лествицу» Епифания с древнерусскими текстами одноименного сочинения (см.: Порфирьев–1872. С. 284–285; Яцимирский–1921. С. 38–39). Несмотря на рекомендации Индексов, «Лествица» входила в состав списков Палеи Толковой и Палеи Хронографической, причём в разных редакциях Палеи получили отражение разные списки апокрифа. По мнению В. М. Истрина, апокриф в Палею был внесён непосредственно её Составителем, который и снабдил рассказ собственными толкованиями. Редактор Хронографической Палеи переработал версию Палеи Толковой, но использовал при этом неканонический источник, который был в его распоряжении, помимо Палеи Толковой (см.: Истрин–1906. С. 85). Текст апокрифа по списку Коломенской Палеи 1406 г. издан по рукописи Тр. — Серг. № 38 (см.: Тихонравов–1863. 1. С. 91–95); вариант этого памятника из Румянцевской Палеи 1494 г., которая представляет Полную (Хронографическую) редакцию, издан по списку РГБ. Рум. № 453 (см.: Пыпин–1862. С. 27–32); по списку РНБ. Сол. № 653, который представляет вариант, близкий Коломенскому типу, «Лествица» опубликована И. Я. Порфирьевым (см.: Порфирьев–1872. С. 138–149). Толкования Составителя Палеи к «Лествице» вполне органично соединяются с апокрифом и вполне могут рассматриваться как дополнение в текст неканонического памятника. Характерно, что в толкованиях к «Лествице» Составитель Палеи сосредоточился, главным образом, на раскрытии сокровенного смысла апокрифической символики. Таким образом, он отходит от обычной для него манеры обличительного истолкования и лишь в конце рассказа, отталкиваясь от иносказаний о будущем пришествии Иисуса Христа, он вновь вводит в христологическую тему антииудейские полемические мотивы.

692

Данный фрагмент, который является авторским дополнением в апокриф, формулирует идею тождества лествицы из сна Иакова Крестному древу и некоему космическому посоху. Таким уподоблением обнажается скрытый мифологический смысл образа лествицы. В дохристианских культурах мифопоэтический образ лествицы символизировал связь небесной и земной космических зон мироздания (см.: МНМ. Т. II. С. 50–51). Лествица здесь выступает как аналог Мирового Древа, с которым синкретически слит образ Крестного древа. Именно эту архетипическую символику подчёркивает образ космического посоха, который является ничем иным, как осью мироздания или стволом Мирового Древа.

693

Мысль, которая вновь повторяет тезис о спасении через само крещение, более характерна для вновь просвещённых народов. Вряд ли её столь настойчиво стал бы повторять византийский автор, но для духовного деятеля Болгарии или Руси это могло быть характерно.

694

Антииудейский выпад основан на архетипическом понимании нисхождения по космической лествице как знакового выражения зла, несчастья, деградации. И наоборот, восхождение знаменует благо, святость, счастливую судьбу (см.: МНМ. Т. II. С. 51). Поэтому в соответствии с ценностным восприятием понятной для древнерусского общества символики нисходящие ангелы отождествлены с отверженными иудеями, а восходящие — с принявшими крещение язычниками.

695

Ср.: Дан. 7:17; шире — гл. 7.

696

Персонаж неясен, и смысл запутан; по-видимому, переписчик нач. XV в. уже не понимал этой фразы; возможно, что это гебраизированная и впоследствии испорченная форма имени египетского фараона, при котором произошёл исход евреев из Египта.

697

Царство Эдомское, или Страна Эдомская, Эдом, Идумея ‘красная’ — страна, лежащая на юг от Мёртвого моря, получила своё название от Исава, или Эдома, по цвету чечевичной похлёбки, за которую он продал Иакову своё первородство. Над идумеянами неоднократно исполнялось пророчество, данное Исааком Иакову относительно потомков Исава (идумеян): Идумея была завоёвана царём Давидом (2 Цар. 8:14), царём Амасией (4 Цар. 14:7). Некогда плодородная, цветущая Идумея ныне представляет собой дикую бесплодную равнину, о чём пророчествовал пророк Исайя (см.: Ис. 34:11–15). Моав — страна, лежавшая на восток от Мёртвого моря; её жители назывались моавитянами, по имени Моава, сына Лота от его старшей дочери. Моавитяне были не раз наказаны за дурное обращение с израильтянами (Втор. 23:3–6; Суд. 3:12–30; 2 Цар. 8:2); они предались идолопоклонству, в чём были обвиняемы пророками (Ис. 16:7–12; Иер. 48:4–46); окончательное падение Моава предсказано пророком Софонией (Соф. 2:9).

698

Характерно, что трактовка сошествия ангелов в «Лествице» прообразует сошествие Спасителя и отличается от внесённой в текст трактовки Составителя Палеи, основанной на мифопоэтических ассоциациях (ср. коммент. 677). В итоге исходный текст апокрифа выглядит более благочестивым, чем тот же текст в обработке древнерусского автора. Правда, в самом апокрифе присутствует архетипическая идея соединения земного и небесного, которая, согласно тексту, реализуется приходом Богочеловека в мир. Образ лествицы в этом контексте — символ того, что должно быть, но понимание символа раскрывается через толкования его архетипического смысла.

699

Ср. с 6 икосом акафиста Иисусу сладчайшему: Возсіѧ вселенней просвѣщеніе истины Твоеѧ, и ѿгнасѧ лесть бѣсовскаѧ: идоли бо, Сп҃се нш҃ъ, не терпѧще твоеѧ крѣпости, падоша. Эта деталь встречается в апокрифическом «Сказании Афродитиана», к которому текстуально близок комментируемый палейный отрывок (ср.: Апокрифы–1999. С. 726).

700

В контекст апокрифических толкований событий, указывавших на пришествие Христа, включается пересказ апокрифического «Сказания Афродитиана», в котором повествовалось о чуде в персидской кумирнице. Из апокрифического «Сказания Афродитиана» в толковательную часть «Лествицы» включены сведения о том, как играли и ликовали языческие идолы, движения и поведение которых жрец кумирницы Проп понял как предвозвещение рождения Сына безначального Создателя — воплощённого Слова. Упомянутые в иносказании мудрецы — это волхвы, которые пошли на поклонение к Христу вслед за звездой, открывшейся в языческом святилище. Фрагмент текста, повествующий о стремлении волхвов увидеть Того, Кто не имеет осязательного образа и поэтому не видимого ангелами, Того, Кто стал видимым после пришествия своего, соединив земное и небесное, также восходит к «Сказанию Афродитиана». Апокрифической реминисценцией являются также рассуждения о последовавшем за рождением Спасителя падении кумиров, которое и в «Лествице», и в «Сказании» толкуется как указание на конец власти языческих богов (см.: Бобров–1994. С. 97–100). Оказавшее влияние на «Лествицу» «Сказание Афродитиана» возникло на греческой почве. Изначально оно представляет собой самостоятельное произведение, которое возникло в IV в., а затем было включено в состав «Повести о событиях в Персиде», содержащей изложение прений о вере христиан с иудеями и отражавшей идейную атмосферу религиозных диспутов и конфессиональной многополярности в Малой Азии V в. Текст «Сказания» в «Повести» вложен в уста жреца Афродитиана, сочувственно относившегося к христианству. С тех пор произведение, основная идея которого сводится к обоснованию преемственности язычества и христианства через прорастание истин единобожия в недрах многобожия, прочно соединяется с именем языческого жреца Афродитиана, а пророчества Афродитиана в христианской традиции поставлены в один ряд с языческими пророчествами о Христе (см.: Щеголев–1899. С. 150–170; Апокрифы–1999. С. 712–713).

701

Ср.: Ис. 40:3–5; Мф. 3:3; Лк. 3:4–6; Ин. 1:23.

702

Имеется в виду то, что Иаков пересказал сказанное ему ангелом.

703

Др. — рус. слово хлапъ, очевидно, было переводом греч παῖς 1. ‘мальчик, отрок, юноша, сын’, 2. ‘мальчик, слуга, раб’. В данном месте Палеи речь идет, конечно, о Ровоаме как сыне и наследнике Соломона, вследствие чего древнерусский перевод надо признать неточным. — А.М.К.

704

Характерно, что Составитель Палеи не акцентирует внимания на языческом характере жертвоприношений, ограничиваясь антииудейской тенденциозностью, что в очередной раз демонстрирует снисхождение к язычникам и суровую непримиримость к иудеям.

705

Нечестие в Израиле при царе Ровоаме достигло невероятных размеров. Ровоам занял престол вскоре после смерти своего отца Соломона, но благодаря его недальновидным политическим действиям царство разделилось: наиболее значительная часть отошла к брату Иеровоаму. Ровоам стал царствовать в Иудее со столицей в Иерусалиме, а Иеровоам основал Израильское царство. Ровоам наследовал наихудшие свойства своего отца — содержал большой гарем, отягощал казну непомерными расходами для приобретения предметов роскоши. Ровоам и народ иудейский устроили «у себя высоты, и статуи, и капища на всяком высоком холме, и под всяким тенистым деревом… и делали мерзости тех народов, которых Господь прогнал от лица сынов Израилевых». При Ровоаме Иудея подверглась порабощению египетским фараоном Сусакимом (см.: 2 Пар. 12:8–9). Идолы тельцов были воздвигнуты не Ровоамом, а Иеровоамом, стремившимся заменить Иерусалимский храм новым культом (см.: 2 Пар. 12:14–15). А к Ровоаму в Иудею собирались приверженцы иудейской религии и переселилось колено левитов. Но все-таки Ровоам не считается благочестивым царём.

706

Повествуя о полученных обманом благах, Составитель Палеи иронизирует над нравственными качествами осуждаемых им иудеев даже тогда, когда речь идёт о покровительстве иудеям Бога.

707

Ср.: «трубите в новомесячие трубою» (Пс. 80:4). О празднике новомесячия см.: Лопухин–1986. С. 146. — А.М.К.

708

Образно-аллегорическим языком формулируется аналогичная «Слову о Законе и Благодати» идея превосходства молодых (новых) народов, перед старыми (избранными), соединённая с адопцонистским пониманием крещения как достаточного условия спасения. У Илариона эта историософская антитеза выражена ярче и нагляднее за счёт введения символического образа: вливание вина благодатного учения не в мехи старые, иудейские, но в мехи новые (см.: Иларион–1986. С. 51–52; ср.: Мф. 9:17).

709

Имеется в виду Анна-пророчица, дочь Фануилова, из колена Асирова, о которой упоминается в Лк. 2:36–38. Возможно, речь также идёт о римских сивиллах — легендарных языческих прорицательницах, узнавших о рождении Христа. Апокрифические пророчества сивилл были весьма популярны в Средневековье.

710

Святые мученики Кирик и Иулитта, память которых совершается 15/28 июля. Св. Иулитта была христианкой, несмотря на то, что происходила из потомков римского императорского рода. Жила она в городе Иконии Ликаонской в Малой Азии. Рано овдовев, Иулитта осталась с трёхлетним сыном Кириком, когда в 304 г. был издан четвёртый указ Диоклетиана о повсеместном розыске и гонении христиан. В Иконию был прислан комит Дометиан, принявшийся усердно проводить в жизнь распоряжение императора. Иулитта с младенцем бежала из города, но во всех окрестных городах находила такое же преследование. Наконец, в Тарсе она была схвачена по приказу начальствовавшего здесь Александра, который поспешил устроить публичное судилище над матерью и ребёнком. Когда Иулитта отказалась отречься от Христа, то разгневанный Александр повелел отнять Кирика и бить исповедницу воловьими жилами. Ребёнок видел издевательства над матерью и рвался из рук палачей. Александр потребовал ребёнка к себе, усадил на колени и стал ласкать и успокаивать младенца. Кирик смотрел на истязуемую мать и кричал: «Пусти меня к матери! Я христианин!» Этот эпизод, по-видимому, и имеется в виду в Палее. Александр со злостью швырнул ребёнка с высокого каменного помоста, на котором восседал во время судилища, и беспомощный Кирик погиб, падая по высоким каменным ступеням. Иулитту казнили позже, когда испробовали все пыточные средства. Тела замученных матери и ребёнка были тайно погребены рабынями Иулитты и с почестями обретены при Константине Великом. Святые мощи Кирика и Иулитты с XII в. по 1453 г. находились в Константинопольской Софии (см.: Четьи-Минеи–1910. С. 359–363).

711

То есть, чтобы не предаваться пространному многословию.

712

Ср.: Лк. 2:13–14.

713

Толкование Составителем Палеи реминисценции из «Сказания Афродитиана» в «Лествице» относится к следующим словам апокрифа: …всю бѡ нощь истꙋканнаа пребышѧ играюще, и ликꙋюще (Апокрифы–1999. С. 718–719).

714

Сказание о том, что в Персии первыми узнали о рождении Христа, принадлежит к кругу апокрифических источников, хотя имеет основание в евангельском рассказе о рождественской звезде и восточных волхвах. Повествование Палеи звучит близко к «Сказанию Афродитиана» (см. коммент. 685). Ср.: «[идолы], сколько их было внутри кумирницы: и четвероногие звери, и птицы, сделанные из серебра и золота, начали петь и — каждый на свой голос» (Апокрифы–1999. С. 724 и след.).

715

Перебой текста. Они — персидские волхвы, персы; восстанавливается по смыслу.

716

Из толкований ясно, что Составитель Палеи был хорошо знаком с содержанием апокрифического «Сказания Афродитиана», поскольку оперирует избыточными, по сравнению с отражёнными «Лествицей», сведениями из этого неканонического сказания о чуде в Персидской земле. Слова о сильном удивлении персов соответствуют апокрифическому описанию смятения, в которое пришёл персидский царь, увидев кумиров, играющих в музыкальные инструменты, поющих и пляшущих (ср.: пребывшꙋ же цр҃ю тамо и зрѧщꙋ истꙋканнаа сама о себѣ движꙋщасѧ … тѣм же ѹбѡ о семь дивѧщꙋсѧ цр҃ю, и весь страхѡм исъплънсѧ — Апокрифы–1999. С. 719). Сильная задумчивость персов соотносится с описанием призвания мудрецов для разгадки знамения в кумирнице (ср.: Апокрифы–1999. С. 720). Символика принесённых волхвами младенцу Христу даров также воспроизводится толкователем на основании знания им аналогичного сюжета в «Сказании Афродитиана» (ср.: Апокрифы–1999. С. 721). В общем и целом Составитель Палеи свободно оперирует содержанием апокрифа, мотивы которого он соединяет с собственными суждениями по тому или иному поводу. Факт обращения автора Палеи к «Сказанию Афродитиана» мог быть обоснован идеологически, ибо этот апокриф, так же как и Толковая Палея, резко не противопоставляет язычество христианству, а исходит из парадоксальной, с мировоззренческой точки зрения, установки на преемственность язычества и христианства, а следовательно, признается определённая их преемственность, при том что иудейство остаётся побочной ветвью этого промыслительного процесса. Мягкость по отношению к языческому прошлому тем не менее не повлекла за собой популяризацию грубо двоеверных образов «Сказания». У Составителя даже не проскользнуло и намёка на критику синкретичного апокрифического образа Богородицы-Геры, когда зачатие избранницы от небесного божества трактуется по аналогии с мифологемой о космическом браке. Зато полностью воспринята идея «Сказания» о превосходстве христианства, которое, сменяя язычество, оживляет его мертвенность. Налицо также близость Палеи и «Сказания» в вопросах антииудейской полемической заострённости, которая присутствует в апокрифе, хотя и не в таких резких тонах (об антииудейских мотивах см.: Апокрифы–1999. С. 716, 732, 733). Прежде всего «Сказание Афродитиана» с Палеей роднит общая для них идея, согласно которой только язычество открыто для восприятия христианской веры, причём эта открытость благодати — избранная и не распространяется на иудеев. Влияние «Сказания Афродитиана» на древнерусскую авторскую часть палейного текста свидетельствует о большой популярности этого памятника у отечественных средневековых книжников, что подтверждается большим числом сохранившихся списков этого неканонического произведения (см.: Бобров–1994. С. 17), причём памятник переводился дважды: в XII–XIII вв., затем в конце XIV — начале XV в. (см.: Щеголев–1899. С. 1323–1325; Адрианова-Перетц–1941. С. 77; Бобров–1994. С. 38–41).

717

Ср.: всѧ истꙋканнаа падошѧ на лици своєм (Апокрифы–1999. С. 719).

718

Ср.: «Ибо Бог — царь всей земли; пойте все разумно» (Пс. 46:8). Разумное начало в душе человека ставится в прямую связь со способностью (и долгом) воспевать Творца. И обратно: безумие — отвержение Творца; в этом на протяжении всего произведения обличаются иудеи; ср.: «Сказал безумец в сердце своём: нет Бога» (Пс. 52:2).

719

Манассия, царь Иудейский, ознаменовавший начало своего царствования делами нечестия и жестокости (см.: 4 Цар. 21; 2 Пар. 33). За грехи и беззакония Иудея подверглась грозному наказанию Божию, сам Манассия был взят в плен ассирийцами и постыдным образом отведён в Вавилон: ему продели кольца в ноздри, оковали медными цепями и вели, как быка. После покаяния и искренней молитвы он был освобождён, вернулся в Иудею и перед смертью сделал много добра, заглаживая свои грехи и идолопоклонство. Молитву Манассии см.: 2 Пар. 36:23а-м. — А.М.К.

720

Предлагаемое иудею покаянное молитвословие, возможно, является частью какого-то древнего чина отречения от иудейства, предназначенного для совершения перед крещением бывшего иудея, обратившегося в христианство. Это тем более возможно, что первоначальные задачи Палеи состояли в обличении неправды иудаизма и доказательстве религиозной истины христианства. На основании выделенного отрывка теперь можно уточнить, что цель полемического произведения заключалась не только в богословском диспуте, но и, по возможности, в обращении иудея.

721

Рувим — евр. ‘сын презрения’ (БЭ. С. 609). Симеон — евр. ‘слышание’ (БЭ. С. 643). Левий — евр. ‘привязанность’ (БЭ. С. 426). Салим евр. ‘мир’. Так назывался город, царём которого был Мелхиседек (см.: Быт. 14:18) и на месте которого возник Иерусалим. Иуда — евр. ‘хвала Иеговы’, ‘хвалите Господа’ (БЭ. С. 369). Иссахар — евр. ‘воздаяние’, ‘награда’ (БЭ. С. 303). Завулон — евр. ‘обиталище, жилище’ (БЭ. С. 264). Дан — евр. ‘судья’ (БЭ. С. 186). Неффалим — евр. ‘спор, борьба’ (БЭ. С. 511). Гад — евр. ‘толпа’ или ‘счастье’ (БЭ. С. 147). Асир — евр. ‘счастливый’ (БЭ. С. 65). Иосиф — евр. ‘прибавление’ (БЭ. С. 363). Вениамин — евр. ‘сын десницы, т. е. крепости, счастья’. Следует иметь в виду, что как в Палее, так и в других памятниках, в том числе и лексикографических, имена библейских персонажей зачастую толкуются не этимологически, а символически, указывая на черту характера, событие в жизни, судьбу или историческую роль. — А.М.К.

722

В этом месте Палеи чтение упрощённое. Иаков положил не всего три прута, чего было бы явно недостаточно, а прутья трёх разных пород деревьев: тополя, миндаля и явора (см.: Быт. 30:37–38).

723

Отрывок об этимологии нового имени Иакова, возможно, подвергся существенной порче. Помимо контаминации сюжетов и внесения в толкование сугубо славянской вставки об издранной жиле, вызывает недоумение постановка имени Израиль в прямую связь со взятием Иаковом четырёх жён.

724

В тексте Палеи имеет место контаминация разных библейских сюжетов и мотивов. Иакова, боявшегося встречи с Исавом, встретили для ободрения ангелы Божии (Быт. 32:1). Но все же Иаков не избавился от страха и послал вперёд вестников (Быт. 32:3). Недалеко от потока Иавок во время ночлега Иаков выдержал таинственную борьбу с Богом, за что получил имя Израиль ‘Богоборец’; это место сам Иаков назвал Пенуэл ‘лицо Божие’: “я видел Бога лицем к лицу, и сохранилась душа моя” (Быт. 32:30). В тексте Палеи имя Израиль получило двойную этимологизацию: в духе народной этимологии оно произведено от слова издранный; кроме того, ему присвоено значение имени Пенуэл. Значение ѹмъ ба҃ видѧи читается в Словаре «Изборника XIII в.» (Речь тонкословия греческого / ПДП. Т. CXIV. 1896. С. 70). В. М. Истрин рассматривает это объяснение как влияние словарного первоисточника и указывает на точную греческую аналогию Палее: Ἰσραήλ — νοῦς ὁρῶν θεόν. Отмечаются также варианты зрѧ гд҃а и зрѧи ба҃ в объяснительных словарях XІІІ—XІV вв. (см.: Истрин–1897. С. 38–41). Этимологические дополнения отражают работу Составителя со справочными материалами, для этой цели он обращался к разным источникам, соединяя их, как и в случае истолкования имени Израиль, с оригинальным авторским пониманием смысла.

725

Патриарх Исаак пророчествовал об Иакове: «Да послужат тебе народы, и да поклонятся тебе племена; будь господином над братьями твоими, и да поклонятся тебе сыны матери твоей» (Быт. 27:29). Фактически же Иаков поклонился Исаву. Из противоречия между пророчеством и фактом Составитель Палеи сделал вывод, что пророчество относилось не к Иакову, а к Иисусу Христу, произошедшему по Матери из рода Иакова. — А.М.К.

726

События возвращения иаковичей в Палестину описываются предельно кратко, поэтому содержание пророческих благословений двенадцати сыновей Иакова в части, касающейся описания обстоятельств их жизни, не находят основания в палейных материалах по ветхозаветной истории.

727

Отсюда начинается палейная история Иосифа, составленная из соединения библейских сведений с заимствованиями из Ефрема Сирина. Ещё В. Успенский обратил внимание на включение в Палею текстов из Слова Ефрема Сирина об Иосифе, сравнив соответствующие места древнерусского памятника с печатным текстом (см.: Успенский–1876. С. 75–79; Ефрем Сирин–1827. С. 116–146). Последующие исследователи продемонстрировали перспективность привлечения для сравнений не новейших изданий текстов, а древнерусских параллелей. В частности, В. М. Истрин показал, что заимствование произошло из славянского текста Ефрема Сирина (см.: Истрин–1906. С. 87–89), что свидетельствует в пользу славяно-русского происхождения Палеи (см.: Михайлов–1895. С. 19). Апокрифические элементы вошли в компилятивную историю Иосифа вместе с текстами Ефрема Сирина. В качестве самостоятельных апокрифических сюжетов в этой истории выделяют рассказ о продаже Иосифа в рабство, сюжет о встрече Иосифа с Вениамином, прибытие Иакова в Египет для свидания с Иосифом (см.: Порфирьев–1872. С. 149–156). История Иосифа прерывается толковательно-полемическими авторскими вставками, смысл которых сам Составитель Палеи определил как прообразование Иосифом крестных мук Христа. Это соответствует традиционному для христианских авторов сравнению целомудренного и страдавшего Иосифа с Христом. Видимо, поэтому толковательная часть изобилует параллелями, перебивая линию повествования буквально на каждом факте биографии Иосифа. Частые перебои мешают связному восприятию повествования. К обычной манере толкований сюжетно завершённых блоков текста Составитель Палеи возвращается в рассказах о встрече с Вениамином, о возвращении братьев в Палестину и о прибытии Иакова в Египет. История Иосифа была ещё более расширена в полной редакции Хронологической Палеи, но опять за счёт включений из славянского перевода Слова Ефрема Сирина. Меняется лишь манера заимствований. На смену вольной перефразировке, с дополнениями и сокращениями, приходит буквальное цитирование текста. События жизни Иосифа в Египте исследователи относят ко времени ок. 1700 — ок. 1542 гг. до Р. Х., когда установилось господство гиксосов — западно-семитских племён, захвативших власть в Дельте Нила и исповедовавших единобожие (см.: Тантлевский–2000а. С. 149–163).

728

Книжники (евр. ѕoferіm) — иудейская секта в I в. Возникла благодаря тому, что язык Св. Писания в этот период уже был достаточно забыт простыми людьми и чтение и толкование закона стало обязанностью отдельный группы особо подготовленных людей. Они получили почётное наименование книжников и претендовали на роль руководителей религиозной жизни. Одним из таких книжников был Ездра, составивший ветхозаветный канон. Но мало-помалу книжники начали присоединять к ветхозаветным писаниям различные элементы галахических и аггадических преданий и увлекаться мертвящим буквализмом.

729

Достоверность евангельского пересказа преднамеренно нарушена. Одежды с Иисуса Христа срывали не в синедрионе, а римские воины в претории (см.: Мф. 27:28), сначала для того, чтобы издевательски одеть Христа в наряд царя Иудейского, а потом, перед распятием, для дележа между палачами (см.: Мк. 15:24). Синедрион оказывается причастным к этому преступлению по принципу т. н. «вменённой вины».

730

Толкование основывается на тексте песнопения из утренней службы в Великий Пяток.

731

Буквально этих слов в Евангелиях нет, но Иисус Христос неоднократно говорил об избиении пророков (см.: Мф. 5:12; 23:30–37; Лк. 11:47–50; 13:34), а также пророчествовал о своей крестной смерти и воскресении (см.: Мф. 26:56; Лк. 18:31–33; 24:25–27; 24:44). — А.М.К.

732

Об этом рассказывается в апокрифическом «Евангелии Никодима» (см.: Апокрифы–1999. С. 825 и след.). Это «Евангелие» было составлено иудео-христианином и состоит фактически из двух разных произведений: «Деяний Пилата» и «Сошествия Христа во ад», из которых последнее отражено в Палее. Литературную обработку см.: Лесков Н. C. Сошествие во ад.

733

Потифар — скорее это не личное имя, а титул царедворца, имеющий значение «преданный царю» (ТБ. Т. 1. С. 213).

734

В Евангелии от Луки упоминается некий сотник, который, после того как Иисус Христос испустил дух, «прославил Бога и сказал: истинно человек этот был праведник» (Лк. 23:7). Имени его евангелисты не приводят. Сведения об имени сотника попали в толкование из апокрифического «Евангелия Никодима» (см.: Апокрифы–1999. С. 817). Впрочем, имя Логгина было известно в христианской литературе и помимо апокрифа, поскольку он был причислен к мученикам, а его имя вносилось в месяцесловы. Сохранились так же списки службы, составленной в XII в. Имя Логгина было известно Кириллу Туровскому, о чём свидетельствует текст «Слова на Святую Пасху в светоносный день Воскресения Христова» (см.: РГБ. Ф. 236. № 148. Л. 384об; Покровский–1892. С. 362).

735

Параллельная антитеза станет понятной, если принять во внимание двойной смысл славянского слова страсть: это и грех, и страдание; ср. с православным песнопением: Страстію Твоею, Хрⷵте, ѿ страстей свободихомсѧ…

736

Полемический выпад против ереси о призрачности воскресения Христова (см. коммент. 659). Ср. со вторым вопрошанием во втором оглашении в «Чине, како приимати приходящих от иудейской веры ко Святей нашей Церкви» (см.: Чин молебных пений. Требник дополнительный. Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, 1994. С. 407. См. также коммент. 198, 659).

737

Значение нового египетского имени, данного Иосифу фараоном, точно не установлено; оно толкуется как ‘спаситель мира’, ‘открыватель тайн’, ‘питатель жизни’, ‘дух, обтекающий мир’; но в общем оно выражало ту мысль фараона, что Иосиф был человеком, посланным Богом для спасения Египта (см.: ТБ. Т. 1. С. 230). В египетских источниках сведений, раскрывающих символику имени Цафнаф-Панеах, не выявлено. В качестве наиболее вероятного предполагается значение ‘Бог говорит: он жив’, являющееся аллюзией полного еврейского имени Иосиф-Эл — ‘да прибавит Бог жизни’ (см.: Тантлевский–2000а. С. 146).

738

В средневековой Европе существовало мнение, что такими закромами Иосифа были египетские пирамиды, однако оно совсем не соответствует действительности (см.: Церен–1986. С. 358).

739

Здесь отражено учение, согласно которому существование мира должно длиться 7 000 лет (т. е. до 1492 г.), после чего наступит конец света.

740

Призыв к крещению подтверждает предположение, что Палея первоначально преследовала цель обращения иудеев (см. коммент. 705). В таком случае, одним из первоисточников русской редакции мог быть протограф, носивший характер полемико-экзегетического «огласительного» слова «на иудея».

741

Рассказ о встрече Иосифа с братьями в Египте существенно сокращён в сравнении с Библией, из-за чего в отдельных второстепенных деталях имеется перебой повествования (об упомянутой Палеей чаше см.: Быт. 44:2, 10). Дж. Фрэзер был склонен считать, что эта чаша служила Иосифу для гадания (см.: Фрэзер–1989. С. 306).

742

«Плач Иосифа» носит апокрифический характер.

743

По-видимому, Ирьскъградъ — это полукалька греч. Ἥρωοπόλις ‘город героев’. В настоящее время этого города не существует. Полагают, что он находился у впадения канала в Красное море, там, где сейчас располагается г. Суэц. Возможным источником сведений об этом городе для Составителя Палеи были ИД. ІІ, 7, 5. — А.М.К.

744

См. коммент. 666.

745

Манассия — евр. ‘заставляющий забыть’ (БЭ. I. 448). Ефрем — евр. ‘быть плодоносным’ (БЭ. I. 246). О рождении Манассии и Ефрема женой Иосифа Асенеф рассказывается в апокрифической «Повести об Иосифе и Асенеф» нач. II в. (см.: МЖ. С. 119).

746

То есть от египтян.

747

Исав, родоначальник идумеев, жил в Едоме, или Идумее, на юге Палестины (см. коммент. 682).

748

Слов о прощении грехов первенцу Иакова в параллельном тексте Библии не содержится. Кроме того, по сравнению с библейским текстом, в палейном варианте благословения Рувима опущена положительная характеристика старшего сына: «верх достоинств и верх могущества» (ср.: Быт. 49:3–4). Пророческого элемента, характерного для благословений других сыновей, здесь нет.

749

О коварной мести жителям Сихема: сыновья Иакова в отместку за обесчещенную сыном Еммора Сихемом сестру Дину сначала вынудили сихемлян принять обрезание, а затем больных и обессиленных уничтожили (см.: Быт. 34:1–29).

750

Имеется в виду злонамеренная порча скота сихемлян через перерезывание жил, после кровавой расправы над населением Сихема (2 Цар. 8:4; Нав. 11:6, 9). В Книге Бытия сказано, что скот и все богатство Иаковичи забрали себе (Быт. 34:28).

751

Апокрифический мотив, не соответствующий Библии и противоречащий осуждению Симеона и Левия. По смыслу дополнения, Иаков не может осуждать иудейскую жестокость, будучи сам причастен к ней.

752

Толковательная часть основана в том числе и на данных апокрифического «Евангелия Никодима», где Анна и Каифа фигурируют среди судей, которые свидетельствовали перед Пилатом против Иисуса Христа, а по Воскресении Иисуса пытались скрыть это событие от иудеев (см.: Апокрифы–1999. С. 811, 813, 814, 818–822). Первосвященник иудейский Иосиф Каифа упоминается в Мф. 26:3; Ин. 11и как историческое лицо известен Иосифу Флавию (ИД. XVIII, 11. 2). После отзыва Пилата, произошедшего ок. 36 г., Каиафа был лишён звания первосвященника. Анна (или Анаа) являлся тестем Каиафы и входил в состав Синедриона (Ин. 18:13).

753

Апокрифическая часть пророчества о Левии имеет совершенно иную тональность, нежели библейский текст, в котором демонстрируется крайняя неприязнь Иакова к Симеону и Левию, в соответствии с чем предрекается их рассеяние в израильском народе. Экзегеты подчёркивают, что пророчество это исполнилось: колено Симово уменьшилось, обеднело и было включено в Иудин удел, а колено Левия не получило собственного удела в Израиле и было рассеяно среди других колен Израиля. Собственно говоря, Библия воспроизводит проклятие двум сынам Иакова. Во внебиблейских дополнениях формулируется пророчество о священническом служении сынов Левия. «Проклятое» потомство Левия фигурирует в Св. Писании как богоизбранное колено. Промыслительное значение связи между наказанием, рассеянием и последующим ревностным служением рассеянных левитов Богу сформулировал Феодорит Блаженный: «Колено Левия рассеяно по причине великой чести, чтобы в каждом колене жили левиты и жрецы, и все приобретали от них пользу» (ТБ. Т. 1. С. 264).

754

Из тебя произойдёт Ревнитель — обычно в Ветхом Завете слово Ревнитель применяется как одно из имён Бога Яхве (см.: Исх. 20:5; 34:14; Втор. 4:24; 5:9; 6:15; Ос. 24:19; Наум. 1:2), но в данном контексте оно, вероятно, относится не к божеству, а к Моисею, который происходил из колена Левия. Из тебя произойдут властители — вероятное упоминание о теократическом периоде организации власти у евреев во время исхода из Египта. Можно предположить и мессианский характер предсказаний Иакова Левию. Как параллель к палейному благословению следует указать иудео-палестинский апокриф «Вознесение Моисея» (I в.), в котором при изображении последних времён сказано, что в колене Левия будет таинственный человек по имени Тахо, имеющий 7 сыновей, и он скажет: «Смотрите, вот наказание народа было краткое». Численное значение имени Тахо в соответствие с каббалистическим методом гематрии составляет 363, т. е. число Мессии, что указывает на мессианскую роль колена Левия (см.: Корсунский–1882. С.159).

755

Апокрифическая деталь, имеющая соответствие в «Повести об Иосифе и Асенеф». Суть событий, подразумеваемых в Палее, такова. Сын фараона увлёкся страстью к Асенеф и возжелал сделать её своей женой (легко читается параллель с Авраамом и Саррой в Египте), а заодно и овладеть престолом. Но для этого ему требовалось убить Иосифа, а также своего отца — фараона, который весьма благоволил к Иосифу. Для осуществления коварного замысла сын фараона внушил сыновьям Валлы и Зелфы, что будто бы слышал, как Иосиф просил фараона об их казни, высокомерно брезгуя ими, потому что они были детьми служанки. Обманутые Дан и Гад согласились стать сообщниками сына фараона. Однако Левий, названный «боговещим», познал грядущую опасность и призвал остальных братьев взяться за мечи. В битве сын фараона получил тяжёлые ранения и вскоре умер, а Асенеф умолила не наказывать Дана и Гада. Вскоре скончавшийся от печали фараон оставил царство Иосифу (см.: МЖ. С. 120–128).

756

Вставка против канонического текста, перекликающаяся с этимологическими толкованиями еврейских имён Составителем Палеи (ср.: коммент. 706). Дальнейшие авторские толкования разъясняют христологический смысл этого дополнения: от колена Иудина происходит воплотившийся Сын Божий.

757

Эта фраза из благословения Иуды весьма неоднозначно понимается толкователями разных времён и направлений, и одной из причин этого является разночтение в переводах относительно слова Sh і loch. Одно из древнейших и наиболее верных толкований — мессианское, исходящее из общего мнения, что «благословение, данное Иуде, таинственно: оно предзнаменовало все то, что относится ко Христу» (Иоанн Златоуст–1898. 2. С. 718). С учётом этой установки нет смыслового противоречия между чтением в христианских переводах. В РСБ: доколе не придёт Примиритель, и ему покорность народов (Быт. 49:10); в LXX: доколе придёт Тот, Кому отложено (τὰ ἀποκείμενα αὐτῷ); чтение Палеи несколько иное, и точного соответствия ему не найдено. Из немессианских прочтений можно упомянуть совр. русск. раввинистический перевод с евр.: ad kі jabo Ѕhіloch — доколе не придет в Шилох, т. е. в город Силом; но это предсказывает очень краткосрочную историческую длительность гегемонии колена Иудина, что неправильно, поскольку скипетр от царей из потомства Иудина отошел только перед пришествием Христа. В Талмуде и Мидрашах, напротив, Шилох — одно из имен Мессии (см.: ТБ. Т. 1. С. 266). В таргуме Онкелоса методом гематрии на основе равенства суммы численного значения букв, составляющих слова jabo Ѕhіloch и Maѕіah (Мессия) стих Быт. 49также истолковывается в пользу пророчества о Мессии (см.: Корсунский–1882. С. 160). Аналогичного мнения придерживаются таргумы Ионафана и Иерусалимский.

758

Очевидный пропуск в др. — рус. тексте, из-за чего смысл пророчества не ясен. — А.М.К.

759

Это предложение имеет в виду имя Иуды — ‘Богохвальный’ (см.: Филарет–1968. Ч. 3. С. 181.

760

Экзегеты, в отличие от Составителя Палеи, видели в данном предсказании указание на подчинение колен Израилевых колену Иуды, отчего происходит название всех находившихся под властью Иуды колен Израилевых иудеями (см.: ТБ. Т. 1. С. 265). Палейное толкование даётся в переносном смысле, связанном с предшествующим объяснением, что Иуда — это исповедание, а исповедание означает рождение в колене Иудове Христа. Соответственно восхваление Иуды — это прообраз восхваления Христа.

761

Др. — рус. сочетание птищь львовъ, буквально означающее ‘птенец льва’ мы перевели в соответствии со смыслом и ССБ сочетанием молодой лев. Однако в толковании обыгрывается отдельно взятое слово птищь ‘птенец’. Греч. σκύμνος означает львенка, но также вообще детенышей диких зверей и даже детей человека. В ССБ это слово оставлено без перевода: скѵменъ львовъ. — А.М.К.

762

Ср.: Втор. 14:18. Имеется в виду харадріонъ (греч. χαραδριός ‘цапля’); соответствующие русские названия — авдотка, ржанка или зуйка. Древнегреческая пословица представляет ее символом ненасытности, земледельцам она казалась «противной и видом, и естеством» (см.: Аристотель. О животных. 615а, 2). Толковательная часть восходит к «Физиологу», статья которого о харадре воспроизводится с незначительными изменениями (ср.: PG. XVІІІ. Col. 532–533).

763

О том, что харадр способен исцелять, говорится у Плутарха (Пиршественные вопросы. V, 7). Цитация Палеи близка к тексту: Естествослов / МЖ. С. 197–198.

764

Проявление большей благосклонности к язычникам, чем к иудеям — лейтмотив, характеризующий авторские предпочтения (ср. коммент. 625, 679, 689, 701, 760, 825, 876, 1062).

765

Описание орла заимствовано Составителем Палеи из «Физиолога», однако символическая трактовка образа орла там отличается от палейного: омовение орла уподоблено очищению от грехов слезами раскаяния (ср.: ПЛДР. XIII век. С. 476–477).

766

Описание повадок льва заимствовано из «Физиолога» (см.: ПЛДР. XIII век. С. 474–475). Следующая затем трактовка — оригинальная, авторская, отличная, как и в предыдущем случае, от символической трактовки льва в «Физиологе». Составитель демонстрирует широкий кругозор, но при этом он чужд раболепия перед находившимися в его распоряжении источниками.

767

Слова из молитвы Святому Духу: Царю небесный, ѹтѣшителю, душе истины, иже вездѣ сый и всѧ исполнѧѧй, сокровище благихъ и жизни подателю, прїиди и вселисѧ въ ны, и ѡчисти ны ѿ всѧкїѧ скверны, и спаси, блаже, душы нашѧ.

768

В тексте LXX употреблено слово ἐκ βλαστοῦ, переведенное и в Палее, и в ССБ как ѿ лѣторасли; βλάστη ‘росток, отпрыск, отрасль’, ‘происхождение, рождение’; то же в английском переводе: from the tender plant «от нежного ростка». В РСБ это место читается так: «с добычи» (Быт. 49:9); то же в Vulgat’е: a praeda «с добычи», в немецком переводе Лютера: vom Raube «с добычи», в Библии короля Иакова: from the prey «с добычи»; такой перевод восходит к еврейской масоретской традиции: mіttereph «с добычи». Очевидно, что масоретское чтение и вся последовавшая за ним традиция имеет в виду пророчество Иакова об исторической судьбе колена Иуды — его земном могуществе и благополучии. Чтение LXX и последовавшая за ним традиция имеет в виду мессианское пророчество Иакова об Иисусе Христе.

769

Здесь разъясняются свойства догмата о Пресвятой Богородице и принципиально подчёркивается, что Богородица родила Бога истинного и человека истинного. Это православное учение в эпоху христологических споров становилось предметом еретических лжеучений. В неявной форме даётся отпор ереси Нестория, бывшего в 428–431 гг. архиепископом Константинопольским. Несторий пытался разрешить проблему современных ему ересей Аполлинария и арианства путём объединяющего компромисса — т. е. фактически создавая новую ересь. И если первые, исходя из собственной христологии, называли Деву Марию Богородицей, а вторые человекородицей, то Несторий предложил примирительный термин Христородица. Этим он указывал на рождение Марией не Бога, не имеющего нужды в рождении, а простого человека Иисуса Христа. По учению Нестория, божество соединилось со Христом впоследствии за святость жизни; Бог в нем жил и действовал, но не рождался, не страдал и не умирал.

770

Очередное заимствование из «Физиолога»; ср.: второе єстество львово. єгда спитъ, а очи єго бдита (ПЛДР. XIII век. С. 474).

771

Ср. в «Физиологе»: Егда бо рождаетъ лвица мьртво и слѣпо раждаетъ, сѣдитъ же и блюдетъ до третьего дьни. по тѣхъ же днехъ приидетъ левъ и дунетъ въ ноздри єму и оживетъ (ПЛДР. XIII век. С. 474). Присоединённые затем толкования, как и прежде, оригинальные, авторские, не имеют отношения к цитируемому первоисточнику.

772

В др. — рус. тексте слово щадѣти ‘беречь, щадить, жалеть, собирать’ появилось, видимо, вследствие путаницы греч. προσδοκέω ‘думать, предполагать’ и προσδοκάω ’ждать, ожидать’.

773

Часть второго члена Символа веры. — А.М.К.

774

Персонально к числу нечистых животных, в отличие от верблюда, тушканчика и свиньи, осел в ветхозаветных установлениях не отнесён (ср.: Лев. 11:3–8; Втор. 14:3–8). В Ветхом Завете имеется запрет пахать на осле и воле (Втор. 22:10), а также погребать труп осла (Иер. 22:19).

775

Аллегория распространения благодати на язычников. В. Успенский показал зависимость толкования от содержания «Слова св. Ипполита об антихристе», при заимствовании из которого Составитель сохранил лишь идею призвания к правой вере язычников, а о призвании иудеев умолчал (см.: Успенский–1876. С. 86).

776

Аналогичное толкование содержится в «Слове св. Ипполита об антихристе».

777

Пророчество Завулону является апокрифическим добавлением к библейскому тексту.

778

Ср. в РСБ: Иссахар — осел крепкий. Замена слова осёл на вол, видимо, вызвана желанием устранить неприятный эпитет «осёл». Впрочем, это благословение ничего обидного в себе не заключало, поскольку восточный осёл красивее европейского и, по Филону, являлся символом трудолюбия (описание земель Иссахара см.: ИВ. III. 1–3).

779

Др. — рус. причастие является неточным переводом греч. κλῆρος, которое имело три основных значения: ‘жребий’, ‘наследство’, ‘надел, земля, владение’. Греч. слово κληρονομία ‘наследство, участие в чем-либо’ стало термином христианской литургии, названием главного христианского таинства и в господствующей церковнославянской и русской традиции переводится словом причастие. — А.М.К.

780

Отличия от канонического текста следующие: «посреди земель» — вместо «между протоками вод»; «земля пригодна для дела, и стал земледельцем» — вместо «земля приятна: и преклонил плечи свои для ношения бремени и стал работать в уплату дани». С учётом последующего внеканонического дополнения всё благословение Иаковом Иссахара можно характеризовать как апокрифическое, имеющее лишь незначительное соприкосновение с библейским текстом.

781

Совет не убивать Иосифа, а продать его измаильтянам дал не Иссахар, а Иуда (см.: Быт. 37:27).

782

В РСБ: как одно из колен Израиля. Иудейские толкователи видят в этом пророчестве указание на судью Самсона (см.: ТБ. Т. 1. С. 266).

783

Это пророчество Иакова в разные времена служило для создания многочисленных апокрифических сюжетов об антихристе, который по матери будет происходить из колена Данова (см.: «Откровение Мефодия Патарского» / Апокрифы–1999. С. 701). В христианской традиции пророчество косвенно подтверждено тем, что в 7 главе Апокалипсиса среди запечатлённых печатью 12 колен Израилевых имя Дана не упомянуто, на что обращали внимание многие церковные писатели.

784

Машлѧхъ — гебраизм в славянской огласовке, более правильно — Машиах, т. е. Мессия, от евр. Maѕіah, что у LXX переводится Χριστός ‘Помазанник’. Автор в очередной раз (наряду с толкованием имен) демонстрирует знание еврейского языка и иудаистических преданий. В содержании палейной реплики отразилось противоречие между мессианским богословием христианства и иудаизма: иудеи ожидают Антихриста как Мессию, отвергая Иисуса Христа (ср.: Ин. 5:43; Мф. 24:5). Фонетическая передача в др. — рус. списках Палеи слова Машиах (Машлах, Машлях) с согласной ш, по мнению А. А. Шахматова, свидетельствует, что полемическую часть Толковой Палеи нельзя признать переводом с греческого. Как полагает исследователь, Палею следует считать древнеболгарским памятником (см.: Шахматов–1904. С. 16, 19 и след.).

785

Согласно апокрифическим преданиям, перед концом света Антихрист вновь соберёт в прежней «земле обетованной» всех евреев иудейского вероисповедания; частично это толкование происходит из иудейского представления о еврейском национальном Мессии, который в христианстве отождествляется с Антихристом. Вообще, стоит отметить, что взгляды раннехристианской письменности на Антихриста стоят в тесной связи с еврейской апокалиптической литературой, в которой тщательно разрабатывалась концепция противника Мессии.

786

См. выше текст пророчества и коммент. 767.

787

Толкование текстуально близко «Откровению Мефодия Патарского» (ср.: Апокрифы–1999. С. 701).

788

В исследовательской литературе отмечается, что мотивы толкований к пророчеству о Дане находят соответствие в «Слове св. Ипполита об антихристе» и в текстах Феодорита Киррского (см.: Успенский–1876. С. 87–88).

789

Благословение в Палее отличается от библейского; ср.: «Неффалим — теревинф рослый, распускающий прекрасные ветви» (Быт. 49:21). Теревинф — терпентинное дерево, из семейства фисташковых.

790

Благословение в Палее отличается от библейского; ср.: «Для Асира — слишком тучен хлеб его, и он будет доставлять царские яства» (Быт. 49:20).

791

О благословении Иаковом Иосифа, по сравнению с Библией, говорится весьма кратко и совершенно в ином ключе. В Палее благословение даётся от имени отца и матери, в Библии — от имени отца и гор (ср.: Быт. 49:22–26).

792

Название Иосифа Прекрасным наряду с эпитетом Целомудренный возникло в поздней иудейской традиции как результат романтического развития его образа с акцентацией на исключительной телесной красоте и душевных достоинствах. Эти же устойчивые названия были восприняты в христианских и исламских легендах об Иосифе.

793

Благословение Вениамина строится исключительно на трактовке его имени, которая добавляет ещё один штрих к этимологической характеристике этого Иаковича, как бы игнорируя ранее приводившиеся объяснения (ср.: коммент. 706). Точек соприкосновения с благословения Вениамина в Библии апокрифический фрагмент не имеет.

794

Семьдесят дней — реальная длительность траурных мероприятий в Египте. В них входил сорокадневный цикл бальзамирования, которое было совершено врачами над Иаковом по распоряжению Иосифа (см.: Быт. 50:2). По свидетельству Геродота, бальзамирование заключалось в извлечении мозга через ноздри и внутренностей через разрез в левом боку, в наполнении очищенной внутренней полости благовонными веществами. Оставшиеся тридцать дней занимало осоление тела погружением в раствор селитры и обвивание смолистыми веществами. В течение всего срока подготовки к погребению проводился обряд оплакивания, состоявший в посыпании головы пеплом и землёй, в хождении по улицам с биением в открытую грудь, в удалении от бань, вина, мяса, красивых одежд и всяких развлечений. Носивший траур не должен был представать перед фараоном, что было соблюдено и Иосифом.

795

Рассказ Иосифа о своих страданиях И. Я. Порфирьев выделяет как сюжетно самостоятельное повествование (см.: Порфирьев–1872. С. 156–158). На самом деле это вступление к «Завету Иосифа», соответствующее 1–2 главам греческой версии апокрифа (ср. в переводе А. В. Смирнова: Смирнов–1911. С. 157–158). Фраза о жизни Иосифа в Египте со своими братьями не относится к апокрифу. Она является завершающей фразой сюжета о благословении Иаковичей, которая, оказавшись не на своём месте, разрывает неканоническое повествование на две части.

796

Греч. Μεμφία. Библия имени жены Потифара, которая искушала Иосифа, не называет. В Быт. 41:45 говорится о женитьбе Иосифа на Асенефе. Обстоятельствам женитьбы Иосифа на Асенефе посвящено выразительное апокрифическое повествование «Повесть об Иосифе и Асенефе» (см.: Порфирьев–1872. С. 285–288). В палейном варианте, в отличие от полной версии «Завета Иосифа», о супружестве не упоминается, вследствие чего усиливается звучание нравоучительной идеи повествования, в центре внимания которого находится испытание целомудрия.

797

Именно такой срок жизни, по традиционным египетским поверьям, считался идеальным для фараона; благоволивший Иосифу фараон прожил на 1 год меньше (см.: Повесть об Иосифе и Асенеф / МЖ. С. 128).

798

Продолжение апокрифического «Завета Иосифа». Аналогичный текст в Соловецкой Палее № 653 выделен под названием «Завет Иосифов о долготерпении на жиды» (Порфирьев–1872. С. 188–191). В других списках тот же текст встречается под названием «Завет Иосифа о премудрости», «Завет Иосифа о целомудрии и братской любви». По составу — это сильно сокращённая выборка из полного варианта завета, типичная для чтений в составе Толковых Палей. С «Заветов Иосифа» в Палее начинается обширный апокрифический блок текстов, существовавших в единой подборке как «Заветы двенадцати патриархов». Под этой шапкой объединялись неканонические завещания родоначальников двенадцати колен Израиля, каждое из которых было оформлено как вполне законченное произведение. В общем порядке «Завет Иосифа» стоял на одиннадцатом месте, согласно принципу старшинства. «Заветы двенадцати патриархов» в древнерусской письменности встречаются в двух видах: так называемом пространном, характерном для полной Хронографической Палеи, и кратком, характерном для Толковой Палеи. Оба вида восходят к славянскому переводу, который отличается от палейной редакции отсутствием антииудейских полемических включений. «Заветы» существовали независимо от Палей. Их первоначальный вид представлен Архивским (Иудейским) хронографом. Считается, что краткая редакция возникла при создании Толковой Палеи путём сокращения единственно известного славянского перевода, что само по себе не даёт оснований для атрибуции памятника как греческого. В Хронографической Палее краткая версия была дополнена за счёт обращения к тому же славянскому переводу «Заветов», который послужил основой для краткой версии Толковой Палеи. Некоторые исследователи считают невозможным говорить о редакциях и о различных версиях одной редакции, ибо в основе рукописной традиции апокрифического блока лежит единственная (т. н. первоначальная) версия славянского перевода (см.: Тихонравов–1894. С. 145; Истрин–1893. С. 343–348; Истрин–1906. С. 89–94; СККДР. Т. 1. С. 183–184). Славянский перевод, который имелся в распоряжении Составителя Палеи, был осуществлён с греческого в Сербии или Болгарии (см.: Порфирьев-1872. С. 257). Предполагают, что первоначально «Заветы» были написаны на еврейском языке иудеем, жившим ещё до рождества Христова. Вместе с тем в «Завете Левия» имеются указания на разрушение Иерусалима, что указывает на конец I в. по Р. Х. С этой датировкой можно связать позднейшие наслоения «Заветов», ибо они безусловно существовали уже в I в. до Р. Х., о чём свидетельствуют фрагменты апокрифа, обнаруженные среди Кумранских рукописей. (см.: Порфирьев–1872. С. 256, 280; Смирнов–1911. С. 70; Берсенев–2000. С. 10). В поздней традиции бытования памятника на еврейском языке сохранился только текст «Завета Неффалима», который значительно отличается от сходных между собой греческих и славянских рукописей. В XIII в. это неканоническое сочинение было переведено на латинский язык. Существует также армянская версия апокрифа, отражающая более ранние этапы формирования памятника, чем зафиксированный греческим рукописями текст. Некоторые христианские дополнения в армянской версии «Заветов» отсутствуют (свидетельство того, что христианский компонент в апокрифе многослоен). Исследователи констатируют, что «Заветы двенадцати патриархов» отразились в содержании «Пастыря Гермы». Они были известны также Иринею Лионскому, Оригену, Тертуллиану. На Руси влияние «Заветов», как полагают, нашло отражение в творчестве Владимира Мономаха, «Поучение» которого перекликается с мотивами «Заветов Иуды». С идеями этого произведения, кроме Палеи, можно было познакомиться через древнерусский перевод «Хроники» Иоанна Малалы. Содержание «Заветов», ввиду сложной истории формирования памятника, неоднородно. Изначальная иудейская основа переработана христианским автором (или, что вероятнее, авторами), однако не все противоречия в тексте сглажены. Откровенного национализма, характерного для «Книги Юбилеев», «Книги Яшар», «Книг Ездры» и талмудических текстов здесь нет. Но в ряде случаев сохранены мотивы иудейской исключительности. Узко национальные суждения нет-нет, но проскальзывают в контексте вполне приемлемых для христианства постулатов. Например, в «Завете Сима» возможность спасения предусматривается только для детей этого патриарха и не распространяется на иные народы. Родовой принцип, являющийся стержневым в «Заветах», вообще несовместим с христианским учением, однако кровное начало во всех описываемых ситуациях далеко ещё не вытеснено духовным. Так или иначе, но субъектом отношений с Богом является не отдельная личность, а личность коллективная — колено, род. Прежде всего в произведении звучит тревога за судьбу колен Израилевых и лишь на этом фоне говорится о достойных из других народов. Отмеченные идейные особенности не отменяют сформулированных в апокрифе принципов христианского универсализма с характерными для него понятиями о равенстве всех перед Богом, но вопреки им неоднократно подчёркивается богоизбранность и исключительность иудейских родов. Соответственно и покаянные мотивы в автохарактеристиках патриархов минимизированы. Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что облик и поступки двенадцати патриархов чрезмерно идеализированы, созданные «Заветами» образы патриархов вступают в вопиющее противоречие с тем, что известно о них по Библии и из апокрифических дополнений к «Благословению Иакова». Яркие в своей конкретике апологетические возвеличивания патриархов отнюдь не компенсируются частым повторением штампов, которые в общих чертах обозначают заблуждения иудеев. В сумме все «Заветы» дают весьма расплывчатую и далёкую от трафаретно-отрицательных качеств оценку «жидовина», собирательный обобщённый образ которого является общим местом христианской литературы. Определённая компенсация привносится за счёт полемических вставок Составителя Палеи. Весьма значительно иудейский элемент проявляется в бытописательской стороне произведения, а также в мессианских ожиданиях, которые совмещены с эсхатологией и соотносят появление Христа с кончиной мира и установлением мессианского царства. Естественно, что речь идёт не о прямой пропаганде этих идей, а лишь о неизглаженных отголосках этих воззрений. При всем том нет оснований квалифицировать «Заветы двенадцати патриархов» как произведение, чуждое христианской письменности, ибо древнеиудейские архетипы не образуют особого программного блока. Они даже не воспринимаются при беглом взгляде на текст, поскольку находятся в плотном окружении вполне приемлемых, с точки зрения канона, высказываний о втором пришествии Спасителя («Нового Иерея») и суждений, отражающих принятие новозаветных истин. Текст насыщен призывами к смирению, очищению от грехов и покаянию, которые напрямую связаны с ожиданием последнего воздаяния. Но наряду с темой посмертного суда едва ли не большее внимание уделяется глубоко архетипично-ветхозаветной идее прижизненной божественной кары за проступки. Всепрощения удостаиваются только патриархи, а о самых возмутительных их пороках умалчивается. В литературе даётся разная оценка сложному и неоднородному памятнику. Отмечается сближение «Заветов двенадцати патриархов» с раввинистической традицией, обнаруживающей «во многих местах значительное сходство с заветами не только в мыслях, но и в выражениях», что позволяет говорить о функционировании «Заветов» в иудейской среде (см.: Смирнов–1911. С. 5–6, 41–45). В общем и целом памятник оценивается как христианский с иудаистской основой (см.: Jonge–1959. P. 546–556; Jonge–1960. P. 182–253; Jonge–1975). Кумранскую версию апокрифа при этом некоторые исследователи квалифицировали либо как иудейское произведение, либо как литературный памятник ессеев (об этом см.: Амусин–1983. С. 53–54, 174–175; Тантлевский–1994. С. 71–74, 155–159, 263; Тантлевский–2000б. С. 70). Не вызывает сомнения, что общая тональность произведения, за исключением нескольких отмеченных выше мотивов, в общем виде соответствует установкам христианства. Благодаря дополнениям, наложенным на древнюю основу произведения длительным бытованием текста в христианской среде, чётко звучит евангельская проповедь любви, покаяния, всепрощения, выражена вера в грядущее спасение праведников (как иудеев, так и иноплеменников), наконец, нельзя сбрасывать со счетов обличения специфически иудейских пороков богоотступничества. Составителя Палеи и других благонастроенных читателей не могла не привлекать прообразная символика ветхозаветных событий и поэтизация таких нравственных императивов, как смирение, терпение, непоминание зла («Завет Иосифа»), плотская чистота («Завет Рувима»), борьба с завистью («Завет Симеона»), твёрдость («Завет Иуды»), простота («Завет Исахара») и т. д. Сами по себе нравственные заповеди не являлись характерными для какого-либо конкретного вероучения. В нашем случае высоконравственная программа апокрифических «Заветов», видимо, вызрела в недрах иудейских ересей, а затем привлекательное для христиан чтение подверглось христианским переделкам и дополнениям, которые всё же не ликвидировали всех следов исходной древнеиудейской основы. И. Я. Порфирьев, придерживаясь мнения о незначительности иудейского элемента в «Заветах», считает, что идейно-религиозная неоднозначность произведения может быть объяснена тем, что текст вышел из-под пера христианизированного иудея (см.: Порфирьев–1872. С. 281). Такую возможность также, видимо, нельзя исключить. В связи с очевидной неоднозначностью содержания неканонического произведения неоднократно высказывалась идея, что «Заветы двенадцати патриархов» следует рассматривать как произведение переходное, незавершённое, с признаками смешанного иудео-христианского вида, как своего рода мост между иудейством и христианством (см.: Смирнов–1911. С. 48–55; Берсенев–2000. С. 11). Вопрос заключается лишь в том, как сомнительные, с «родимыми пятнами апокрифической и сектантской ветхозаветности» произведение было использовано в целях антииудейской пропаганды. Может быть, то был особый полемический приём? Так или иначе, но «Заветы двенадцати патриархов» — самое массивное включение ветхозаветных апокрифических текстов в Палею, полемические вставки к которой придают произведению яркую антииудейскую направленность. Можно предположить, что включением «Заветов» в Палею завершается процесс переработки исходной древнеиудейской основы памятника, сомнительную окраску которого либо не уловил, либо проигнорировал даже такой непримиримый критик монотеистического иноверия, как Составитель Палеи. Объективно памятник содержал (с учётом христианских включений) полемический заряд, поэтому его материал был благодатен для задач идейной борьбы с иудаизмом. Фактически против противника обращалось его же оружие, и здесь уже было не до догматических тонкостей. К тому же сохранившиеся фрагментарно и при том неявно выраженные признаки ветхозаветного иноверия слишком неравновесны с очевидной данностью христианских постулатов. Несмотря на присущую памятнику непоследовательность в выражении доктринальных понятий, все три компонента «Заветов» работают на христианскую идею: 1) исторический — в противоречии с биографией патриархов родоначальники колен идеализированы, особенно выделена провиденциальная роль колен Левия и Иуды, от которых происходит воплотившийся Бог; в этом аспекте сделан акцент на прообразном значении ветхозаветных событий и персонажей; 2) нравственный (тесно связанный с историческим) — формирует представления о благочестивом поведении; на основе собственного жизненного опыта патриархи демонстрируют образцы добродетели, а каждый из биографических образов несёт в себе назидательную идею; вычленение главной нравственной идеи каждого «Завета» отразилось в уточняющих суть содержания названиях, которыми пополнились древнерусские списки «Заветов»: «Завет Рувимов о благоразумии», «Завет Симеонов о зависти», «Завет Левин о жречестве», «Завет Иудин о мужестве», «Завет Иссахаров о доброумии», «Завет Завулонов о сострадании и милосердии», «Завет Данов о ярости», «Завет Наффалимов о естественной благости», «Завет Гадов о ненависти», «Завет Ассиров о двое лицю, о злобе и о доброумьи», «Завет Иосифов о премудрости», «Завет Вениамина о чистоте ума»; получается, что родоначальники формулируют нравственные правила, причём в качестве стереотипов должного поведения и образцов для подражания служат реальные примеры из жизни того или иного патриарха; все «Заветы» вместе представляют собой некое суммарное программное обобщение, задающее идеал нравственного поведения христианина; 3) пророческий — предсказания о пришествии Спасителя, о неизбежном Суде и о воздаянии за отпадение от Господа, о неизбежном подтверждении истинности евангельской вести, о неизбежном спасении всех, кто принял благую весть и искренне раскаялся в греховных поступках; здесь нацеленность на будущее, сквозь призму которого Ветхий Завет воспринимается двойственно: как заблуждение и как прообразное предуготовление к промыслительному торжеству Нового Завета. Укажем также на наличие в «Заветах двенадцати патриархов» следующих философско-мировоззренческих идей: а) космологических (устройство мироздания в «Завете Левия»); б) антропологических (объясняющих взаимодействие духовных и телесных качеств в «Завете Дана»); в) психологических (объясняющих помыслы и деяния воздействием духов в «Завете Рувима»); г) гносеологических (увязывание сенсорных механизмов с действием особых духовных сил). Остаётся добавить то, что «Заветы двенадцати патриархов» относятся к особой жанровой форме, которая встречается преимущественно в апокрифической литературе («Заветы первозданных», «Заветы Моисея», «Заветы Иакова», «Заветы Езекии»). В тексте Толковой Палеи изложение собственно «Заветов» прерывается толкованиями Составителя; пространные толкования Составителя мы выделяем в отдельные абзацы, а краткие реплики помещаем в скобки и выделяем курсивом.

799

Содержание «Завета Иосифа» до пассажа о сне выдержано в тоне узко-родового завещания. Центральным событием рассказа Иосифа является родовая коллизия — продажа сыновьями Иосифа своего брата в рабство с последующей встречей злоумышленников и жертвы, которая завершается раскаянием братьев и прощением их злодеяния, заслуживающего мщения. Это главное событие затем лейтмотивом проходит через другие «Заветы», высвечивая на общеродовой коллизии ту или иную нравственную особенность патриарха. Важность главного родового события, замыкающегося на фигуре Иосифа и высветившего нравственные качества его участников, оправдывает помещение «Завета Иосифа» в нарушение хронологии на первое место. Второй центральный нравоучительный момент произведения — это противодействие страстным притязаниям жены Пентефрия, из-за которых Иосиф претерпел лишения, страдания и угрозы, но сохранил чистоту. В этой ситуации Иосиф демонстрирует чистоту помыслов, терпение, уклонение от зла, что в последующей христианской литературе стало эталонным примером мудрости, незлобивости, телесной чистоты. Значение жизненного подвига Иосифа выходит за рамки узко-родового значения. Но приходится учитывать и то, что в родовом смысле Иосиф является главным нравственным героем, с которым все патриархи сверяют моральные оценки и собственные поступки. Вместе с апокрифом, который осуществлял связь между ветхозаветностью и новозаветностью, сформулированные в недрах родового принципа установки были восприняты христианской культурой, придавшей перечисленным нравственным правилам всеобщий характер.

800

Сюжет о сне, в отличие от узко-родовой заповеди патриарха, пронизан новозаветной символикой (12 оленей — 12 апостолов, дева — Богородица, агнец — Христос). Присутствует указание на вселенский характер миссии апостолов-оленей, что позволяет квалифицировать данный фрагмент как более позднее христианское добавление к иудейской основе. Однако и в нём сохранились неизглаженными следы узко-национального мировоззрения (см. коммент. 788). Подобного рода чересполосность позволяет исследователям говорить не только о христианской переработке древнеиудейской основы, но также о причастности к этому христиан-евреев.

801

Виссон (βύσσον), др. — рус. вꙋсъ, вѹсъ, вѵссъ, вѵссонъ — ‘тонкий лен’, ‘драгоценная мягкая льняная ткань’ (Фасмер–1986. 1. С. 320; Дьяченко–1993. С. 78). Виссоном назывался материал для изготовления тонких драгоценных тканей, не строго белого, как следует из термина, а желтоватого или пурпурного цвета. Из этой ткани изготовлялась завеса Скинии, одеяние для торжественных случаев, включая жертвоприношения, одежда первосвященников (Исх. 25:4; 28:3; Иез. 16:10; 27:7; Лк. 16:19). Поэтому виссон — облачение Богоматери (ср. данные апокрифа «Евангелие Иакова»: Апокрифы–1999. С. 755).

802

Ср.: Откр. 17:12–14.

803

…от них произойдёт агнец Божий, спасая все народы Израиля, и царство его — царство вечное… — здесь в «Завете» сохранились следы мессианских национально-эгоистических представлений иудеев, увязывающих первое пришествие Христа (агнца Божия) с кончиной мира и установлением вечного царства, в котором предусмотрено спасение только народов Израиля (см. об этом: Смирнов–1911. С. 41–45).

804

Этих слов выше, когда Иосиф рассказывал свой сон, не было. Составитель Палеи в данном случае комментирует пассаж, содержавшийся в полном варианте «Заветов» и исключенный при выборке из него в Толковую Палею. Ср. по списку полной Палеи 1477 г.:…изыде агнець непороченъ и ѡ левꙋ єго ꙗко левъ. и вси ѕвѣріє ѹстрѣмлѧхѹсѧ нань (Тихонравов–1863. І. С. 223). Эту особенность можно оценить двояко: либо Составитель настолько хорошо владел содержанием сокращаемых им в повествовательной части «Заветов», что по памяти толковал исключенный текст как существующий, либо выборка из полного варианта «Заветов» в Палею подверглась повторному сокращению, при котором редактор (или переписчик) не соотнес произведенное сокращение с толкованием.

805

Значение и смысл символики дат не вполне ясны. Возможно, датировка каких-то событий из жизни Иакова восходит к хронологии апокрифической «Книги Юбилеев» (иначе называемой «Малое Бытие»), в которой священная история излагается по еврейскому летосчислению. В ней семь лет составляют седмину, а семь седмин — юбилей. В таком случае могут подразумеваться важные прообразовательные события из жизни Иакова: в третий год седмины он поселился со своим домом в земле Авраама, а в седьмой год купил первородство и потерял любимого сына Иосифа (см.: Книга Юбилеев / Апокрифы–2000. С. 158–160, 176–177). Рождение Иисуса Христа, согласно одной из версий христианской эры, произошло через 5508 лет от сотворения мира, то есть на девятый год после пяти с половиной тысячелетий.

806

По характеру толкования ясно, что Составитель Палеи осознавал всю неприемлемость присутствующего в апокрифе смысла, который позволяет сделать вывод о приурочении конца мира к первому пришествию Христа (см. коммент. 788), поэтому сомнительное утверждение подправляет собственной аллегорической трактовкой.

807

Ср.: Мф. 28:19. Концептуальной правке толкователя подвергается и другой неприемлемый для христианина постулат, обосновывающий узко-национальное понимание проблемы спасения, как спасения уготованного исключительно народам Израиля (ср. коммент. 788). Предложенное Составителем переосмысление можно расценивать как завершение христианской переработки исходной древнеиудейской основы апокрифа. В антииудейском полемическом сочинении такого рода идейная правка более чем уместна. Сам факт её говорит о последовательной позиции богослова, не обходящего неоднозначные и сложные вопросы.

808

Данное толкование, как и предшествующие авторские разъяснения сохранившихся в апокрифическом ветхозаветном тексте мессианских мотивов, создавало определённые затруднения для Составителя (ср. коммент. 788, 791, 792). Видимо, по этой причине комментарии носят изъясняющий характер, тогда как обычно в толкованиях преобладает полемический элемент.

809

Другая дата смерти Рувима указана в греческой версии апокрифа «Заветы двенадцати патриархов»: он скончался через два года после Иосифа (см.: Апокрифы–2000. C. 209). Если для уточнения даты придерживаться хронологии книги «Малое Бытие», указывающей даты рождения патриархов и длительность их жизни, то можно обнаружить, что Иосиф родился на 11 лет и 7 месяцев позже Рувима, так как Рувим родился в 9 месяц 1 года 3 седмины, а Иосиф в 4 месяц 6 года 4 седмины (см.: Апокрифы–2000. С. 163–164). Исходя из разницы в длительности жизни (125 лет — 110 лет), следует считать, что Рувим умер через два с небольшим года после Иосифа; таким образом, более ранние источники опровергают эту дату Палеи.

810

Раздел о духах в «Завете Рувима» вписывается в палейную концепцию ангелологии (см. коммент. 28), но вместе с тем в апокрифе приводится достаточно дробная градация функций ангелов-посредников. Если в онтологической и космологической частях роль ангелов сводится к управлению различными сферами мироздания, то здесь идёт речь об антропологической специализации духов, от которых, как от ангелов стихий в мироздании, зависит действие той или иной функции человека. «Завет» даёт оригинальную, не известную другим произведениям древнерусской письменности трактовку механизма познания, сводя сенсорный процесс познания к возбуждениям, которые происходят от бесплотных сил. Важнейшие физиологические проявления организма также поставлены под контроль духов. Все жизненные качества человека и отдельные его органы рассматриваются не во взаимодействии друг с другом, а как некие автономии, подчиняющиеся в своём функционировании внешним силам. Предлагаемая антропологическая модель искусственна. В ней проигнорированы самые элементарные сведения по физиологии, которыми располагала позднеантичная и средневековая наука. Человек здесь рассматривается как инструмент, управляемый некой внешней силой с помощью исполняющих высшую волю духов.

811

В завете Рувима подробно разработана целая «теория» психофизиологических оснований греховности, согласно которой поведение человека всецело зависит от «духов прелести», посылаемых от «врага» и управляемых его действиями. Всего действуют семь духов, причём, соединяясь с чувствами и органами человека, они порождают разнообразные пороки. Эти духи постоянно помогают Сатане держать в своей власти человечество. Согласно «Заветам двенадцати патриархов», порочная жизнь человека оказывается обусловленной чисто внешними по отношению к нему причинами. Внутренних побудительных мотивов апокрифическая «механика» в данном случае не предусматривает.

812

Ср.: «Наша брань не против крови и плоти…» (Еф. 6:12). — А.М.К.

813

В греческой версии апокрифа нет слов о подчинении духов зависти Сатане, поэтому можно говорить об авторской правке, приводящей апокрифическую концепцию властвующих над человеком многочисленных духов (ср. коммент. 796) к характерным для Древней Руси представлениям о бесах-искусителях — падшем ангельском чине Сатаны, властвующего над своим воинством (об этом подробнее см.: Апокрифы–1999. С. 92–94).

814

Согласно предложенной трактовке, дух зависти действует как бес-искуситель, оставляя за человеком права свободного выбора. Такого права не предусматривает изложенная в «Завете Рувима» концепция духов (ср. коммент. 796).

815

Ремарка, принадлежащая Составителю и обозначающая переход к особой манере толкований. Если в «Завете Рувима» (как и в предшествующих разделах Палеи) сначала воспроизводится текст, а затем следуют комментарии, то в данном случае толкованиям не предпослан текст, а воспроизводится лишь некая выборочная сумма тезисов из текста. О содержании таким образом препарированного текста читатель может судить, только доверяясь автору-толкователю. По сути дела предлагается не сокращённый вариант исходного текста, а его авторизированный пересказ, отталкивающийся от некоторых опорных постулатов первоисточника. Постулаты эти дают лишь весьма общее представление о полном изводе и не отражают характеризующих его особенностей. По сути дела текст подменен его тенденциозной трактовкой.

816

Указания на апокрифическую «Книгу Еноха» как на авторитетный источник пророческих сведений неоднократно встречаются в разных местах «Заветов двенадцати патриархов». Известно несколько изводов «Книги Еноха». Древнейшим является арамейский, дошедший до нас в виде фрагментов Кумранских рукописей и датируемый, по разным мнениям, III–I в. до Р. Х. (см.: Мещерский–1976. С. 200; Тантлевский–2000б. С. 17). Второй извод, наиболее полный и отражающий многие особенности Кумранских текстов, сохранила эфиопская версия, которая сложилась между IV–VI вв. и является либо переводом с арамейского, либо с древнееврейского, причём, возможно, через посредство греческого текста (см.: Смирнов–1888; Апокрифы–1997. С. 54). Славянский извод «Книги Еноха» дошёл в двух редакциях: краткой, появившейся, по мнению Н. А. Мещерского, на Руси в XI–XII вв. как перевод с еврейского, и поздней полной редакцией, представленной списками XV–XVII вв. (см.: Мещерский–1964. С. 91–108; Мещерский–1965. С. 72–78). Существует также поздняя талмудистская переработка апокрифа, отразившаяся в Талмуде, Мидришах и в еврейской рукописи 1511 г., содержащей список памятника (см.: Мещерский–1976. С. 201; Тантлевский–2000б. С. 161–285). Популярная уже в первые века христианства, книга получила достаточно широкое, учитывая её апокрифичность, распространение на Руси. По происхождению и по идейно-мировоззренческим особенностям она имеет много общих черт с «Заветами двенадцати патриархов». Однако точных соответствий указанным в «Заветах» ссылок на «Книгу Еноха» учёными зафиксировано не было. Вместе с тем в обоих апокрифах присутствует эсхатологический элемент, а образ многоярусного строения мироздания в «Завете Левия» сопоставим с картиной мироздания в «Книге Еноха» (см. коммент. 812, 813).

817

О тленности тела Христова учил еретик Севир, патриарх Антиохийский в 512–519 гг. Противник Халкидонского ороса, он вместе с другими монофизитами был анафематствован на поместном соборе в Константинополе в 536 г.

818

Ср.: «Слава Ливана придёт к тебе, кипарис и певг и вместе кедр, чтобы украсить место святилища Моего, и Я прославлю подножие ног Моих» (Ис. 60:13). В переводе «Шестоднева» Василия Великого на славянский язык на месте слова певг значится сосна, однако некоторые полагают, что певг — это «особый род кедра, а по мнению других, особый род кипариса» (БЭ. С. 556). Все эти хвойные деревья были вечнозелёными, их древесина была весьма ценной, кроме того, ствол кедра является горьковатым на вкус; все эти признаки глубоко символичны для Креста Господня. — А.М.К.

819

В исходном греческом варианте это разорванное на части комментатором высказывание звучало следующим образом: «…и умножатся святые от меня до века веков и отпрыски распространятся далеко» (Завет Симеона. 6. 2 / Апокрифы–2000. С. 166).

820

Ср.: Мк. 16:17–18.

821

Ср. в переводе с греческого: «Тогда восстану и я в радости и благословлю Всевышнего за чудеса» (Завет Симеона. 6. 7 / Апокрифы–2000. С. 166).

822

Соединение узко-национального и вселенского подхода к проблеме спасения. Явный след поздней христианской правки исходной иудейской основы апокрифического текста.

823

«Завет Левия» из всех «Заветов» подвергся наименьшему сокращению, «может быть, потому, что он почти весь состоит из разных прообразов и предсказаний об Иисусе Христе и Его Церкви, и, следовательно, больше всех заветов соответствовал основной идее Палеи» (Порфирьев–1872. С. 66.). При воспроизведении текста опущена историческая часть, где говорится о женитьбе и рождении детей.

824

В параллельном месте греческого текста названия горы нет. Составитель здесь сделал вставку, суммируя содержавшиеся в другом месте апокрифа сведения. Воспроизводим соответствующее место в переводе А. В. Смирнова: «И когда я пошёл к отцу моему, то нашёл медный щит, посему и имя горы Аспис, что вблизи Гевала, направо от Авимы» (Завет Левия. 6. 1 / Апокрифы–2000. С. 171).

825

Ср. в «Книге Еноха»: «И поставили меня на второе небо, и показали огромное море» (Апокрифы–1997. С. 47). Постулат согласуется с представлениями о водах тверди (Быт. 1:6–7), но о других небесах, кроме третьего, до которого восходил апостол Павел, в Св. Писании не говорится.

826

На третьем небе, согласно «Книге Еноха», помещается рай (см.: Апокрифы-1997. С. 48).

827

О поясах планет в греческой версии не говорится. Описание планетных поясов даёт «Книга Еноха». Иерархия небес в памятнике более всего соответствует принципам стратификации (по степени светлости), которые сформулированы в «Видении Исайи» (ср.: Апокрифы–1997. С. 518–520). По «Книге Еноха», в великом свете пребывают только третье и седьмое небеса (см.: Апокрифы–1997. С. 52–53).

828

Концепция семиярусного устройства небес в «Завете Левия» обычно связывается с геоцентрической космологией, но однозначного указания на геоцентрическую схематику мироздания текст не содержит. Это тем более примечательно, что космологические разделы Палеи воспроизводят плоскостно-комарную концепцию устройства Вселенной, с которой, однако, не согласуется концепция многослойности небес, генетически связанная с древнеиудейской космологией. Описание открытых Левию тайн мироздания сопоставимо с апокрифическими откровениями («Откровением Варуха», «Видением Исайи» и «Книгой Еноха»), в которых также формулируется космологический принцип многоярусности небес. Космологический сюжет «Завета» вполне мог возникнуть в результате переработки «Книги Еноха» и «Видения Исайи», но нельзя исключать возможность существования особого произведения (типа «Откровения Левия»), которое имело общие с названными апокрифами мотивы и было включено в «Завет» в качестве отдельного готового блока. Так или иначе, в исторической части получает продолжение космологическая тема Палеи, в которой предлагается отличная от сформулированной в т. н. шестодневной части картина мироздания (ср. коммент 39).

829

Описание ангелов стихий соответствует «Книге Еноха»; ср.: «И так увидел я хранилища снега и льда, и ангелов, которые охраняют эти грозные хранилища, и хранилища облаков…» (Апокрифы–1997. С. 47). Однако «Книга Еноха» помещает ангелов стихий в пределах первого неба, тогда как в «Завете Левия» небесные силы помещаются на втором небе, где, согласно апокрифу о Енохе, пребывают падшие ангелы. Если абстрагироваться от конкретной связи служебных духов с небесным ярусом, можно говорить о близости палейной ангелологии, как она изложена в шестодневной части, комментируемым характеристикам ангелов стихий в «Завете Левия» (ср. выше коммент. 28).

830

В «Книге Еноха» рай и, соответственно, святые помещаются на третьем небе, а на четвёртом находятся ангелы Солнца и Луны. Аналогичных «Завету Левия» характеристик небес в других апокрифах не обнаруживается.

831

Близкие мотивы стратификации небес, венчающихся престолом Господа с росписью соподчинения нижестоящих ангелов вышестоящим даёт «Видение Исайи» (см.: Апокрифы–1999. С. 504–516).

832

Ср.: Мк. 16:16.

833

Вселенское понимание роли Спасителя в апокрифе встречается чересполосно с национальными ожиданиями Мессии (ср. коммент. 788).

834

Ср.: Быт. 27:29.

835

«Аморреи (горные жители, или горцы) (Быт. 10:16, Чис. 13:30) — племя, происходившее от Ханаана и самое страшное из всех племён, с которыми когда-либо имели дело Израильтяне. Они были гигантского роста и очень воинственны (Амос. 2:9); населяли они одну из плодороднейших стран на земле, омываемую с трёх сторон реками: Арноном, Явоком и Иорданом. Израильтяне просили дозволения пройти чрез землю их, обещаясь при этом не делать никакого вреда и даже не черпать воды из их колодцев, но в этой просьбе им было отказано. Аморреи собрались и пытались остановить их шествие, но были разбиты на голову; их страна была взята и разделена между коленами Рувимовым и Гадовым» (БЭ. 42). О сражении израильтян с аморреями см.: Нав. 11:1–16. — А.М.К.

836

В «Завете двенадцати патриархов» трактовка коварного поведения Левия и Симеона в Сихеме отличается от библейской оценки тех же событий и от характеристик, воспроизведённых в разделе «Благословение Иакова», хотя налицо более снисходительное восприятие этих персонажей Составителем Палеи по сравнению с Библией (ср. коммент. 734, 735, 738). Резко бросается в глаза почти полное отсутствие покаянных мотивов в «Заветах двенадцати патриархов». Более того, действия родоначальника левитов освящаются Божественной санкцией. В завете Левия отмщение за проступок возложено на Бога. Мщение осуществляется по повелению ангела. Сначала Левий видит во сне церковь небесную и получает благословение на святительство, а затем ангел вручает ему копьё для отмщения. Казнь, таким образом, оказывается богоугодной, а сам Левий выступает орудием Божьей кары. Обращает на себя внимание совершенно недопустимое для христианской морали благословение священнослужителя на пролитие крови. Правда, позднее в русской истории мы встречаем аналогичный прецедент, когда иноки Пересвет и Ослябя направляются Сергием Радонежским в войско Дмитрия Донского для священной, а следовательно, богоугодной войны с безбожными татарами. Заложенная в «Заветах двенадцати патриархов» двойственность была отмечена в своё время А. Смирновым, который проанализировал этот ветхозаветный апокрифический памятник и показал, что некоторая терпимость, проявляемая иудеями к язычникам, компенсируется верой в то, что семя Хамово будет с неизбежностью истреблено самим Богом (см.: Смирнов–1888. С. 18 и след.).

837

Ср. с ирмосом 2 гласа 4 песни канона ко Святому Причащению: Пришелъ єси ѿ Дѣвы не ходатай, не Агг҃лъ, но Самъ, Гдⷵи, воплощьсѧ, и спаслъ єси всего мѧ человѣка: тѣмъ зову Ти: слава силѣ Твоей, Гдⷵи.

838

Благодарение, греч. εὐχαριστία (евхаристия) — «название одного из главнейших таинств Церкви, признаваемого всеми христианскими вероисповеданиями. Совершение его составляет главное христианское богослужение — литургию» (ХЭС. Т. І. С. 523).

839

Общий принцип воздаяния за грехи под пером Составителя обращается в антииудейский выпад.

840

Вероятно, этот оборот следует понимать в смысле: Хотя и мы, нынешние христиане, некогда в прошлом не принимали Его божественный закон, но мы не поступали так, как вы, окаянные, которые, уподобившись древнему Сатане, пали за гордыню отречения. В этом случае, Составитель следует доктрине определённого «оправдания» языческих народов и их превосходства на пути приобщения к христианской благодати. Эта тематика была актуальна для недавно крещёных славянских народов. Впрочем, Составитель мог иметь в виду и просто совершение грехов теми, кто нарушает заповеди, но благодаря покаянию не отпадает от Церкви.

841

В Книге Исход Господь Бог повелевает Моисею изготовить для священников такие облачения: «Вот одежды, которые должны они сделать: наперсник, ефод, верхняя риза, хитон стяжной, кидар и пояс. Пусть сделают священные одежды Аарону, брату твоему, и сынам его, чтобы он был священником Мне» (Исх. 28:4). Эфод — передник, изготовлявшийся из золота, шерсти и льна. Элемент ритуальной одежды первосвещенника. Этимологически название восходит к евр. афад — ‘связывает’, что указывает на двусоставность эфода — собственно передник и симметричная ему часть со стороны спины, обе части крепились к нарамнику.

842

В др. — рус. сочетании подобна єфуда прилагательное подобна употреблено, можно сказать, в этимологическом значении: исконным значением праславянского корня *dob- было ‘время, пора, период’ > ‘подходящий по времени’ > ‘удобный, пригодный’, ‘подобающий’, ‘хороший’, ‘достойный’, ‘прекрасный’, ‘преподобный’. В современном русском языке семантика времени во всех словах с корнем доб- практически утрачена (мы не замечаем плеонастичности сочетания удобное время). Ввиду этого мы переводим это прилагательное описательно. В греческом оригинале вероятнее всего было слово εὔκαιρος ‘благовременный, удобный’. — А.М.К.

843

Так назван кидар, головной убор в виде тюрбана, изготовлявшийся из льняных тканей.

844

Неточность. Речь идёт лишь об одной детали венца, которая называлась петалъ (греч. πεταλόν ‘лист’) — особого рода лист, пластина или доска, крепившаяся на кидаре (головном уборе) первосвященника. Петаль изготовлялась из золота, и на ней делалась надпись «Святыня Господня» (Исх. 28:36–37). Эту часть, крепившуюся к головному убору первосвященника голубым шнуром, называли «диадемой святости», которая как бы брала на себя грехи сынов израильских во время очистительных обрядов от грехов. Согласно апокрифу, данный ритуальный атрибут использовался в обряде испытания на праведность. Термина петаль в Библии нет (см.: ТБ. Т. 1. С. 372–373; Дьяченко–1993. С. 420).

845

Вероятно, имеется в виду тройственное служение: пророческое, священническое и царское.

846

Здесь Составитель внёс от себя христологическое добавление, отсутствующее в греческом варианте, где не идёт речи о Христе, а говорится абстрактно: «…будет во иерействе» (Завет Левия. 8. 13 / Апокрифы–2000. С. 172). По предположению И. Я. Порфирьева, в «Завете Левия» в данном случае так иносказательно охарактеризован Аарон (см.: Порфирьев–1872. С. 263); христологический мотив затрудняет такую идентификацию.

847

См.: Книга Еноха / Апокрифы–2000. С. 71 и след. Нужно заметить, что здесь, как и в случае с «Заветом Рувима», нет прямого текстуального тождества пророчества «Книге Еноха». И Рувим, и Левий выступают со своими толкованиями «Книги Еноха», говорят о том, что они нашли в ней сокрытого.

848

Следующий далее текст исследователи склонны считать позднейшей вставкой (см.: Апокрифы–2000. С. 322. Коммент. 26).

849

В апокрифе «Заветы двенадцати патриархов» вместо семижды соблазнитесь сказано: семьдесят седмин вы будете заблуждаться (см.: Апокрифы–2000. С. 225). То есть, седмеричное число отнесено не к количеству заблуждений, а к хронологической длительности.

850

Указание на Воскресение в греческом тексте отсутствует. В контексте антииудейской полемики дополнение характеризует неверие иудеев в воскресение Христа.

851

Фраза вновь подтверждает, что свою первоначальную задачу Составитель Палеи мыслил не только как богословский диспут, но и как «оглашение» прежних иудеев.

852

В греческом варианте в соответствующем отрывке счёт времени отражает древнеиудейскую традицию, в соответствии с которой выделялись временные периоды продолжительностью из семи седьмин (т. е. 49 лет), называвшиеся юбилеями. Славянский автор понятие юбилея заменяет понятием поколения, таким образом из текста удаляется иудейская реалия. Однако из следующего ясно, что замена седмин на поколения в антииудейском памятнике произведена непоследовательно.

853

В греческом здесь стоит семьдесят седьмая седмина (ср.: Завет Левия. 17. 11 / Апокрифы–2000. С. 178).

854

Подробный рассказ о подвигах патриарха в палейном варианте исключён (ср. в переводе с греческого: Завет Иуды. 2. 10 / Апокрифы–2000. С. 181). Апокрифический рассказ об одержанных Иудою победах значительно отличается от библейского как в подробностях, так и в основных деталях (ср.: Суд. 1:4–18). Согласно каноническому тексту, Иуда завоевал следующие города: Везек (Суд. 1:4), Хеврон, (Суд. 1:10), хананейский город Иефар (Суд. 1:17), а также Газу, Аскалон, Екран, Азот (Суд. 1:18). Однако в данном случае вероятнее всего речь идет о «крепком и сильном» городе Арета, апокрифический рассказ о штурме и захвате которого в комментируемой редакции «Заветов» подвергся сокращению (см.: Завет Иуды. 5. 1–5

855

Оснований для такого заключения пророчество Иакова об Иуде не даёт (ср.: Быт. 49:8–10). Сведения о видении, в котором патриарху была раскрыта тайна божественного покровительства Иуде через ангела силы, апокрифические (ср.: Завет Иуды. 3. 9–10 / Апокрифы–2000. С. 169). Комментируемый тезис является обобщением указанного пассажа — единственная деталь, сохранённая Составителем от сокращённого им рассказа о подвигах Иуды. Такая избирательность объяснима: сюжет имеет прямое отношение к ангелологии, находившейся в поле зрения особого интереса Составителя Палеи (см. коммент. 28, 814).

856

Указание на то обстоятельство, что брак Иуды с хананеянкой Висуей был несчастливым, выражением чего была смерть первенцев — Ира и Онана (см.: Быт. 38:7–10). В конкретно-историческом смысле речь идёт об отцовской печали по умершим детям, а в идейно-смысловом плане о небогоугодности женитьбы Иуды на Висуе. В древнеиудейской традиции брачные узы с иноплеменниками строго осуждались (Заповедь Авраама не брать для Исаака жену из дочерей хананейских — Быт. 24:3–4). С большей силой, чем в библейском рассказе, мотивы осуждения смешанного брака звучат в «Завете Иуды», где брак с хананеянкой расценивается как следствие греха пьянства, похоти и сребролюбия (т. е. блудных помыслов, разожжённых серебряными украшениями женщины). Изоляционистские настроения в делах брака звучали также и в апокрифическом «Житии Моисея»: …Моисий же сѣде на столѣ въ срачинѣхъ, жена же Киканосова бѧше за ним. И възбоꙗсѧ Моисий Бога, не приходи к ней, помѧнувъ, ꙗко заклѧ Аврамъ Елеазара, раба своего: Не поимай жены сыну моему от дчери хананѣискъ. Исакъ же заповѣда Иꙗкову, сыну своему, не сватитисѧ съ сыны Хамовы, ꙗко продани суть в работу сынамъ Симовымъ и сынамъ Афетовымъ. И убоꙗсѧ Моисий Бога своего, и не прикоснусѧ к женѣ Киканосовѣ, и та бо єсть отъ сыновъ Хамовъ (БЛДР. Т. 3. С. 128).

857

Характерно, что порок рассматривается как следствие болезненного телесного состояния, которое возбуждается дьявольским орудием — алкоголем. В этом контексте власть лукавых духов над человеком трактуется как следствие греховной склонности человека. Природа греха в «Завете Иуды» изъясняется в согласии с церковно-православной традицией, но расходится с трактовкой этой проблемы «Заветом Рувима», постулирующим прямую и исключающую свободу выбора зависимость нравственных падений от действия злых духов на человека (см. коммент. 795).

858

Рассказ Иуды в Палее отличается от рассказа бытописателя: Фамарь сначала была женой Ира, потом Онана, сыновей Иуды, которые умерли как неугодные Богу (Быт. 38:7, 10); она была оставлена Иудой в его доме, пока не подрастёт третий сын, Шела, чтобы выйти за него; однако Иуда не исполнил своего обещания, и Фамарь хитростью, прикинувшись блудницей, заманила его в свои сети, сошлась с ним и даже получила от него печать, перевязь и трость; когда же Иуда обвинил её в блудодеянии, она предъявила эти предметы, и так открылось, от кого она была беременна (Быт. 38:12, 26); Фамарь родила от Иуды близнецов Фареса и Зару.

859

В данном пассаже кроме прямого смысла присутствует аллегорический подтекст, основанный на уподоблении человеческого ума царю (о подобного рода символическом параллелизме в Палее см. коммент. 241). В тексте апокрифа, таким образом, проводится мысль о том, что ум-царь под воздействием алкоголя теряет царство, т. е. власть над телом.

860

Краткое обобщение библейского рассказа о соблазнении Фамарью Иуды (ср.: Быт. 38:14–18). Отличия заключаются в том, что, согласно апокрифу, Иуда отдаёт невестке в залог знаки власти — жезл и венец, тогда как из канонического рассказа следует, что он передал Фамари перстень, перевязь и трость.

861

На самом деле причиной «странного» брака было скорее всего не «лукавство», а сугубо физиологические причины, ибо, по мнению экзегетов, Ир вступил в брак в раннем возрасте (ТБ. Т. 1. С. 214). Апокриф вполне согласуется с Библией в проведении идеи неугодности Богу данного брака.

862

Ср.: Быт. 38:1–11. Брачные приключения Фамари были следствием действовавшего у евреев закона левиратного брака (от лат. levіr = евр. jabam ‘деверь’), который позднее был зафиксирован в законодательстве Моисея (см.: Втор. 25:5–10). Согласно этому обычаю, в случае если мужчина в браке умирал бездетным, то его младший брат (или другой ближайший кровный родственник) должен был взять вдову себе в жены, чтобы восстановить потомство умершего брата. В этом случае первенец получал имя усопшего и становился его наследником. Мужья Фамари были наказаны за нежелание произвести от нее потомство, а справедливость закона левирата восторжествовала через соединение Фамари с ее свекром Иудой. Злоба Висуе объясняется тем, что, согласно суеверным представлениям, на Фамарь смотрели как на женщину, приносящую смерть мужьям, вследствие чего вдова, пережившая второго мужа, теряла право на третий брак.

863

Обманная уловка Фамари провоцировалась обычаем, обрекавшим её на вечное вдовство, вместе с тем проступок оправдывался соблюдением левиратного закона. По большому счёту событие соединения Иуды с Фамарью хотя и осуждается «Заветом», тем не менее является богоугодным, потому что Фарес, один из пяти сыновей Иуды, образовал главную линию его потомства; к ней впоследствии принадлежали Давид (см.: 1 Пар. 2:5–9; Руф. 4:17–22) и Иисус Христос (см.: Мф. 1:3–6; Лк. 3:31–35). Получается, что конкретный нравственный вывод из ситуации расходится с промыслительным значением события. В связи с этим весьма показательно, что Библия говорит об уловке Фамари как о блуде только с чужих слов (см.: Быт. 38:24). В отличие от апокрифа, Библия оправдывает поступок невестки Иуды: «…она правее меня, потому что я не дал её Шеле, сыну моему» (Быт. 38:26).

864

Пересказ с толкованием библейского сюжета: Быт. 38:27–30.

865

Мотив обретения первородства повторяет ситуацию взаимоотношений Иакова и Исава (ср.: Быт. 25:22–26). Обе ситуации в истолковании Составителя получают одинаковую трактовку: старший брат уступает первородство младшему, предвосхищая тем первенство Нового Завета перед Ветхим, исторически первым. Таким образом, в полемическом контексте Палеи обозначен ряд синонимических символов, с которыми соотносится история взаимоотношений Исаака и Измаила (см. коммент. 668, 671). Повторением сходных смысловых акцентов формируется устойчивый стереотип толкования определённых ветхозаветных событий в прообразном значении превосходства Нового Завета над Ветхим (ср. коммент 654).

866

Особая роль Левия и Иуды в священной истории объясняется возведением к ним родословия Христа. Данная мысль, обоснованная в «Завете Иуды» и «Завете Левия», лейтмотивом проходит и через другие «Заветы». В палейном варианте, по сравнению с исходным полным текстом, сокращены рассуждения о теократическом принципе подчинения светской власти священству (ср.: Завет Иуды. 21. 2–6 / Апокрифы–2000. С. 189–190).

867

Жезл (скипетр) — символ верховной власти, который в данном случае обозначает царственные характеристики Христа. Апокрифическое предсказание в комментируемом сюжете главного новозаветного события сопоставимо с провозвестием Иакова о том, что от Иуды «не отойдёт скипетр», ибо явится «законодатель от чресел его» и ему покорятся народы (Быт. 49:10).

868

Точнее, Иссахар был пятым ребёнком Лии от Иакова; Иакову же он приходился девятым сыном.

869

Весь сюжет о рождении Иссахара «ценою мандрагор» в Палее опущен. Сокращению подвергся текст, которому в греческом варианте соответствуют разделы: Завет Иссахара. 1. 3–15; 2. 1–5 / Апокрифы–2000. С. 193–194. Рассказ о мандрагорах читается в Библии (Быт. 30:14–18), от которого апокрифическое повествование отличается целым рядом деталей. Главное расхождение касается характера спора между Лией и Рахилью. Согласно Библии, Рахиль пытается получить мандрагоры ценою уступки Лие Иакова. В апокрифическом повествовании Рахиль сначала отнимает мандрагоры у нашедшего их Рувима, а затем отдаёт одну мандрагору Лие, а за вторую, которую она приносит в жертву Господу, она уступает своей сестре Иакова на ночь. От этого соединения происходит зачатие Иссахара. Затем приводится свидетельство ангела, что Лия должна была родить восьмерых детей, но ей будет дано Богом только шестеро. Двоих детей предстоит родить бесплодной до того Рахили, которая таким образом вознаграждается за то, как она распорядилась мандрагорами. Мандрагора, или майское яблоко, приносит сходные с лимоном и приятные на вкус плоды. Ствол мандрагоры раздваивается в нижней части и напоминает очертания человека. По суеверному верованию, мандрагоры наделялись чудесным свойством излечивать бесплодие. В древнем мире плоды мандрагоры употреблялись в магических целях для стимуляции деторождения. Существуют различные средневековые легенды, объясняющие необычные свойства влиявшего на плодородие растения.

870

В отличие от Рувима, Симеона, Левия и Иуды, говоривших ранее свои завещания, Иссахар не кается в каких бы то ни было грехах: он выступает символом трудолюбия (недаром же отец Иаков сравнил его с ослом крепким) и покорности воле отца. В лице Иссахара автор апокрифических заветов воспевает своеобразную крестьянскую этику трудолюбия и простоты.

871

Речь идёт о принятии жертвенных даров Авеля, которые приносил Богу второй сын Адама и Евы от первородных (Быт. 4:2–8; Евр. 9:4). В содержании апокрифа присутствует определённое противоречие, «пастырь овец» Авель приносил жертву животными, в тексте же ему усваивается земледельческая жертва, тогда как взращенные плоды «первого земледельца» Каина не были приняты Богом. Такое рассогласование объясняется принадлежностью текстов к разным историческим эпохам. Библейский образ Авеля запечатлел ведущее значение скотоводства в жизни древних иудеев, тогда как в апокрифе отразилось мировоззрение оседлого земледельца. Отсюда — натянутость исторических параллелей. Несмотря на свидетельства о том, что Адам, Каин и Ной занимались земледелием, ведущим занятием до переселения в землю обетованную оставалось скотоводство. Хотя Исаак и Иаков имели отношение к возделыванию земли (Быт. 26:1, 2; 27:7), братья Иосифа характеризуют себя как пастухов (Быт. 47:3), а переселившиеся в Египет иудеи испрашивают для себя удобные пастбища и специализируются на уходе за скотом (Быт. 47:4, 6). Только скотоводством могли заниматься израильтяне во время сорокалетнего странствия по Аравийскому полуострову. Переход к земледелию предполагает оседлый образ жизни, к которой израильтяне перешли после обретения своей государственности в Палестине. Видимо рубеж XIII–XI вв. до Р. Х., которым датируется поселение двенадцати колен в Палестине, и является хронологическим рубежом, отделяющим эпоху скотоводства от эпохи земледелия. Кроме того, характеристика Иссахара как земледельца содержится уже в «Завете патриарха Иакова» (Быт. 49:14–15), а согласно апокрифическому дополнению, Иаков благословил Иссахара жить трудом на пригодной для возделывания земле (см. коммент. 763–765). Поэтому можно говорить, что апокриф о патриархах в большей мере отражает представления о хозяйственных особенностях периода создания текста, чем архаические обстоятельства жизни, когда кочевое скотоводство почти не оставляло возможностей для занятия земледелием, отдельные упоминания о котором выглядят маргинальными.

872

Имеется в виду сюжет о разделе скота между Лаваном и Иаковом: Быт. 30:29–43. Речь идёт о магических действиях, к которым прибегал Иаков: он снял часть коры с прутьев и положил их на пути скота к водопою. Перед пёстрыми прутьями скот зачинал пёстрый приплод, а по договорённости с Лаваном пятнистые животные должны были отойти в собственность патриарха (Быт. 30:37–40). Таким образом, у древних иудеев имели место ритуальные манипуляции, не имевшие отношения к культу Яхве.

873

Разделение Израильско-Иудейского царства произошло в 928 г. до Р. Х. Северная часть, Израиль, представлял собой богатый земледельческий район, в торгово-экономическом отношении тесно связанный с Финикией. На юге же, в Иудее, сохранялись черты патриархального скотоводческого хозяйства. Ещё при Соломоне северная знать высказывала недовольство налоговой и политической зависимостью от Иерусалима. Во главе сепаратистского движения встал Иеровоам, однако поднятое им восстание было в самом начале подавлено Соломоном. Иеровоам был вынужден бежать в Египет, где его с распростёртыми объятиями принял фараон Шешонк, опасавшийся возможного усиления объединённого Израильско-Иудейского царства. После смерти Соломона наследовавший ему Ровоам (см. коммент. 690) не сумел предпринять решительных мер и потерял власть над Израилем. Иеровоам, опираясь на поддержку фараона, вернулся на родину и провозгласил под своим скипетром независимое Израильское царство. Шешонк поспешил признать Иеровоама царём и тут же провёл «дружественную» военную акцию: в 928 г. во главе большого войска он вторгся в Палестину, одержал ряд побед над иудейскими войсками и разграбил Иерусалим. С этого момента началась длительная взаимная борьба между Израилем и Иудеей. Противостояние проявлялось и в области идеологии, когда Ровоам пытался создать независимый от иерусалимского храма религиозный культ на севере. Междоусобные столкновения приводили к усилению претензий соседних государств и племён. В борьбе с Дамаском Израиль потерял свои северные территории. Но окончательный удар впоследствии был нанесён Ассирией и Вавилоном (см.: Авдиев–1948. С. 346–348).

874

Согласно изложенной в «Завете Дана» трактовке, власть злых духов над человеком не подавляет свободы воли человека, от выбора которого зависит либо пленение, либо противостояние дьявольским силам. В пределах «Заветов двенадцати патриархов» проблема детерминизма решается непоследовательно (ср.: коммент. 795, 796, 798, 799).

875

В данном контексте слово агг҃лъ обозначало ангела, духа народа, этноса, поэтому переведено как языческий бог. — А.М.К.

876

Неффалим был шестым по счету сыном Иакова и вторым сыном Валлы.

877

В списке В. — слюзъ; это слово отсутствует в «Материалах» И. И. Срезневского; может быть, оно означает печень? (см. коммент 863). — А.М.К.

878

Ср.: «Ибо всё в порядке сотворил Бог хорошо: пять чувств в голове, и шею соединивши с головою, придавши и волосы ей для благолепия и славы; затем — сердце для мудрости, утробу для выделения, чрево для (раздробления), дыхательное горло для здравия, печень для гнева, желчь для огорчения и селезёнку для смеха, почки для ловкости, чресла для силы, бока для спанья, бедра для крепости и так далее» (Завет Неффалима. 2. 8 / Апокрифы–2000. С. 210). Антропологические характеристики интересны тем, что за душевные состояния человека отвечают физические органы. В «Завете Рувима» чувствами, физиологическими функциями и психическим состоянием человека управляют узкоспециализированные на тех или иных действиях духи (см. коммент. 795, 796). Сравнивая два антропологических сюжета, можно отметить, что одинаковые проявления жизнедеятельности трактуются в них по-разному. В данном случае органы человека и некоторые его духовные свойства не находятся под контролем бесплотных сил. В «Заветах», таким образом, соседствуют разные по своим мировоззренческим основам тексты.

879

Весьма показательно, что при объяснении греховных состояний в тексте совсем нет места злым духам, склоняющим к тому или иному греху (ср. коммент. 863). Свобода выбора, таким образом, абсолютная и исключает всякую внешнюю детерминированность.

880

Ср.: Мф. 8:11–12.

881

Гад был седьмым сыном Иакова и первым сыном Зелфы.

882

То есть крещением в воде во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

883

Ср. характеристику детерминизма выбора в коммент. 796, 863, 864; ср. коммент. 706.

884

Характер зависимости злых наклонностей человека от дьявола в данном случае предполагает зависимость нравственных качеств от внешней силы, что противоречит сформулированным выше тезисам о роли дьявола как искусителя, уклоняющего самовластного человека с истинного пути (см. коммент. 798), но вместе с тем совпадает с очевидной абсолютизацией всевластия злых духов, как это сформулировано в «Завете Рувима» (см. коммент. 796). Различия философско-мировоззренческих трактовок дьявола и его духов, возможно, отражают позднейшую переработку исходной основы ветхозаветного апокрифа, которая и в пределах одного «Завета», и в контексте всех двенадцати «Заветов», не была проведена последовательно.

885

Далее следует палейная история Моисея, которая в большей своей части выстроена на материалах ветхозаветной Книги Исход. А. В. Михайлов, специально занимавшийся исследованием библейского компонента Палеи, пришёл к заключению, что палейный текст Исхода представляет собой выборку сильно сокращённых заимствований из этой библейской книги, которые чередуются с лаконичным пересказом тех или иных частей Исхода, а иногда и с воспроизведением довольно крупных блоков (например, хвалебные песни Мариам) (см.: Михайлов–1928. С. 51–52). Кроме того, в описании исхода Моисеева имеются апокрифические подробности: о повелении фараона утопить еврейских детей, о наименовании Моисея Немелхием; о сохранении костей Иосифа в Ниле; фрагмент об опреснении вод Мерры соединёнными крестообразно досками из кипариса, сосны и кедра; сюжет о распознавании тех, кто участвовал в изготовлении золотого тельца; свидетельство о сообщении Моисею на горе Синай истории сотворения мира и Адама «в образах», неканонические обстоятельства смерти Моисея. Все эти включения составляют весьма незначительную часть палейной истории Моисея, но они восходят к особой истории Моисея (т. н. «Доброе житие») отразившейся также в «Книге Яшар» древнеиудейских преданий (см.: Порфирьев–1872. С. 55–67; Истрин–1906. С. 96). В наиболее полном виде апокрифический рассказ о Моисее воспроизводит Палея Хронографическая (см. публикации: Тихонравов–1863. С. 233–253; Порфирьев–1890. С. 194–204; БЛДР. Т. 3. С. 120–149). «Житие Моисея» включено в ВМЧ митр. Макария под 4 сентября, а отдельные апокрифические сюжеты из этого «Жития» в разных вариациях читаются в «Еллинском летописце» 1-й и 2-й редакции, в ПВЛ, а также в сборниках смешанного состава (см.: ВМЧ. 1–5 сентября. Стлб. 164–253; Попов–1881. С. 61–111 — первая пагинация; с. 39–33 — вторая пагинация; ПВЛ. Т. I. С. 16–17; см. также: СККДР. Т. 1. С. 65–67). По сравнению с перечисленными памятниками апокрифический элемент истории Моисея в Палее Толковой минимален, но вычленить фрагментарно воспроизводимые в Коломенском и родственных ему списках неканонические детали можно только в сравнении с содержанием ветхозаветных сказаний, сохранённых хронографической и исторической редакциями. Пути проникновения иудейских преданий в древнерусскую литературу и взаимоотношение различных их версий ещё предстоит выяснить.

886

«От того, что он был брошен в реку и вытащен из неё, ребёнок получил и своё имя, так как египтяне называют воду мо, а спасенных исей. Сложив эти два слова, они дали их ему в виде имени» (ИД. II, 6). Существует мнение, что имя Моисей значит собственно ‘извлекающий из чрева матери’. Этимологическое толкование Иосифа Флавия основано на греческой огласовке египетских слов: мо ‘вода’ и исис ‘спасённый’ — Μωυσῆς (ИД. ІІ. 228; Против Апиона. І. 31, 286). Употребленное Флавием написание Μωυσῆς соответствует значению ‘спасенный из воды’, но он же употребляет и второе значение — Μωυσῆς — ‘спасающий’, что оттеняет роль Моисея как спасителя, выведшего соплеменников из Египта. Кроме этого, египетское мес ‘сын, ребенок’ аналогично в угаритском моше — ‘дитя, сын’, что предполагает понимание этого смысла носителями семитских языков. Историки иудаизма считают все оттенки смысла значимыми для характеристики религиозного наставника древних иудеев (см.: Шифман–1987. С. 123; Тантлевский–2000а. С. 169). Библейское пояснение, тем не менее, дает указание, какие из версий предпочтительнее, связывая имя Моисея с обстоятельствами его спасения: «…и нарекла имя ему: Моисей, потому что, говорила она, я из воды вынула его» (Исх. 2:10). Еврейская этимология Моше, восходящая к мешитиху от маша — ‘извлекать, вынимать, вытаскивать‘ — не противоречит этому.

887

В Библии не содержится сведений об имени дочери фараона и о том, что прежде Моисея называли Немелхия (видимо, имя, данное родителями, в отличие от имени, наречённом мачехой). В данном случае Составитель (или автор уже готового текста, находившегося в его распоряжении) привлекает сведения из апокрифического источника (см.: Порфирьев–1890. С. 194; БЛДР. Т. 3. С. 120–122). В анализируемом сюжете ни точного цитирования Библии, ни дословной передачи апокрифического текста не наблюдается. Канонические и неканонические источники творчески переработаны, причём автор текста, с одной стороны, стремился расширить фактическую канву повествования, а с другой, он старался не выйти за рамки канонической характеристики законодателя, поэтому целый ряд апокрифических сведений заведомо фантастического характера им опущены (см.: Тихонравов–1863. Т. 1. С. 233–235).

888

«Предание сообщает, что царевна страдала проказой и хотела избавиться от своей болезни, купаясь в воде священного Нила. Но одного прикосновения к ребёнку было достаточно, чтобы исцелить её» (ИД. II, 5. Прим. 52).

889

Согласно Библии, породнившийся с будущим законодателем мадиамитянин имел два имени — Иофор и Рагуил (Исх. 2:16, 18). Два имени он, видимо, носил как священник и одновременно как лицо, обладающее светской властью. Иофор-Рагуил являлся потомком Авраама от Хеттуры (Быт. 25:2). Он и его потомки упоминаются в Суд. 1:16, 4:11; Исх. 3:1; 4:18; 18:1, 2, 5, 6, 9, 10, 12, 14. В апокрифических сказаниях он предстаёт советником фараона, союзником сарацин, временным владельцем чудесного посоха Моисея, выступает с возвеличиванием иудеев (см.: Тихонравов–1863. С. 240–241; БЛДР. Т. 3. С. 130–132).

890

Дополнение, которое, скорее всего, отражает работу Составителя. Выраженная здесь мысль о прообразном значении брака иудея на мадиамитянке, указывающем на торжество Церкви из язычников, заимствована у Феодорита Киррского (см.: Феодорит Киррский–1905. Т. 1. С. 40). Эта мысль созвучна ключевому идейному лейтмотиву Палеи, в контексте которого христиане из язычников противопоставляются иудеям, отвергшим возникшую в иудейской среде веру во Христа.

891

В толковании Составителя использована аргументация Феодорита Киррского (см.: Феодорит Киррский–1905. Т. 1. С. 105–106). Обряд разувания, о котором идёт речь, имел мистическое значение приобщения к божественной тайне и особый, ритуальный статус в событии Моисея. В Библии и Феодоритовом толковании к ней зафиксирован глубоко архаичный обряд. Босота, разновидность ритуальной наготы, обозначала предельную чистоту, открытость и искренность. Применялась в наиболее жизненно важных магических действиях: обрядах плодородия, опахивания, клятве землёю. По поверьям, мифологические персонажи (Ярило, Зюзя, русалки) являлись на землю босыми (см.: СД. Т. 1. С. 240–241; Афанасьев–1994. Т. I. С. 148, 441; Т. III. С. 681). Добавим, что от Палестины до Прибалтики находили т. н. «Божии следки», имеющие отношение к обозначенному здесь кругу синкретических верований. Весьма показательно, что участвующим в богослужении иудейским священникам не полагалось быть в обуви и они совершали ритуалы, будучи босыми (см.: Лопухин–1986. С. 195). Разутый Моисей — участник особо важного обрядового действия, судьбоносное значение которого подчёркивается уходящими в глубокую древность архаическими средствами. В христианском смысле разутость прообразует будущее освящение земли воплотившимся Богом, но эта параллель поднимает статус Моисея, подчёркивая тем самым его приближённость к божественному и особую миссию в истории.

892

Библейское указание на косноязычие Моисея понятно только в свете апокрифической истории испытания ребёнка-Моисея. Все началось с того, что, играя, Моисей уронил корону фараона, а волхв Валаам увидел в этом знамение гибели царства Египетского. Чтобы доказать правоту предсказания, по инициативе волхва Моисею были предложены на выбор драгоценные камни и уголья. Если бы во время гадания несмышлёный мальчик взял камень, то его должна была ожидать смерть. Но ангел направил руку к огню, из которого был взят уголёк и притце конечь языка, и от того бысть свибливъ. И не убиша его (БЛДР. Т. 3. С. 124). Следствием этих событий стало то, что глашатаем и толмачом при гугнивом Моисее стал его брат Аарон, в единстве с которым религиозный учитель иудеев проходит по страницам священной истории.

893

В. Успенский совершенно справедливо указывает, что в этом месте Составитель кардинально изменяет 4 стих 6 главы Исхода («…дать им землю Ханаанскую, землю странствования их, в которой они странствовали») на слова: «на неи же земли хощу обитати самъ» (Успенский–1876. С. 91). Смысловая правка вызвана стремлением Составителя увязать ветхозаветный сюжет с важнейшим из событий евангельской истории, поэтому искажённый библейский текст выполняет роль ветхозаветного прообраза явления в земле обетованной Христа. Метод связи событий двух эпох в авторском толковании соблюдён, но за счёт нарушения буквы Писания.

894

Ремарка Составителя полемически направлена против докетических трактовок воплощения. Известно, что богомилы и им подобные еретики учили о духовном и призрачном приходе в мир Христа и трактовали явление Бога Сына в прямом смысле как «привидение». В «Тайной книге» богомилов XII в. Христос рассматривается исключительно как духовное начало, вышедшее через ухо (!) Марии. Гностический оттенок присутствует в описании многочисленных трансформаций Христа в «Видении Исайи», когда он являет себя ангелом — ангельским чинам и человеком — людям. Добавим к тому же образ призрачного видения Кариона и Лицеоша, свидетельствовавших о сошествии Христа во ад в «Евангелии Никодима» (см.: Йванов–1925; Трофимова–1979. С. 173; Апокрифы–1999. С. 116–117, 251–253, 828). Палея неоднократно заостряет внимание на этой теме (см. коммент. 198, 659, 721, 995).

895

Имена египетских волхвов сохранены преданием и упоминаются, в частности, ап. Павлом (см.: 2 Тим. 3:8). Характерно, что палейная версия истории Моисея, минимизировавшая апокрифическую окрашенность этой части текста, приводит канонический вариант имён волхвов, тогда как в апокрифическом сказании о чудесах Моисея перед фараоном имена сыновей волхва Валаама, вместе с ним выступивших против Моисея, — Енос и Акрис. Замена произведена совершенно сознательно, потому что комментируемый фрагмент заимствован из апокрифического текста, в данной части общего для Толковой и Хронографической редакции (см.: БЛДР. Т. 3. С. 136, 138).

896

Казни египетские перечислены кратко, как резюме библейского текста, апокрифических следов не обнаружено. Казни коррелируют со свойственными Египту природными явлениями: кровавая вода — результат перенасыщения Нила взвесями красной почвы в особо дождливые периоды, из-за чего дохнет рыба и происходит исход лягушек на сушу; мошки — интенсивное распространение москитов в условиях чрезмерного переувлажнения; моровая язва могла быть вызвана заражениями, происходящими от разложившихся рыб и лягушек; нарывы вызваны воспалениями от укусов расплодившихся мух; тьма — песчаные бури, смешанные с туманом; явление саранчи и градобой также относятся к периодически повторяющимся явлениям. Совокупность этих стихийных явлений — периодическая аномалия, подкашивавшая устои жизни. В последующей религиозной традиции перечисленные в ветхозаветном сюжете бедствия сообщили мощный импульс к развитию т. н. «теории казней Божиих».

897

Жертвоприношение беспорочных животных, предшествовавшее исходу, положило начало традиции празднования еврейской Пасхи, приуроченной к концу четырнадцатого дня первого месяца ниссан. Пасха — это празднование освобождения иудеев (см.: Тантлевский–2000а. С. 197–198).

898

Интересно, что в кн. Исход нет этой мотивировки, ср.: «И сделали сыны Израилевы по слову Моисея и просили у Египтян вещей серебряных и вещей золотых и одежд. Господь же дал милость народу [Своему] в глазах Египтян: и они давали ему, и обобрал он Египтян» (Исх. 12:35–36). Иосиф Флавий изображает это как добровольное деяние самих египтян: «Население сделало евреям даже подарки отчасти для того, чтобы тем ускорить исход их, отчасти же также на память о взаимных добрых соседских отношениях» (ИД. II, 6). Существуют и другие трактовки передачи ценностей иудеям: как плата за совершенные в Египте работы; как откупное приношение ради скорейшего прекращения связываемых с удерживанием израильтян бедствий; как проявление коварной алчности соплеменников великого Моисея.

899

В варианте Хронографической Палеи этот апокрифический сюжет изложен более подробно. В сказании сообщается о заповеди Иосифа найти и вынести его кости из Египта через 400 лет (ср.: Быт. 50:24–25; Исх. 13:19). От Марии, дочери Иакова и сестры Иосифа, которая по благословению была ещё жива все эти 400 лет, Моисей узнал о месте погребения. В Талмуде воспроизводится аналогичный сюжет, только с другими подробностями; в частности, хранительницей сведений о местонахождении гроба названа Сара, дочь Азера (см.: Порфирьев–1872. С. 60–61). Отметим, что в апокрифическом сюжете описывается архаичный обряд погребения на дне водоёма, не практиковавшийся ни иудеями, ни египтянами.

900

Из этой ремарки ясно, что в руках Составителя находился полный вариант апокрифического сказания об исходе. Обозначив своё знание вопроса, автор переходит к изложению новых мыслей и к конкретике заявленной темы не возвращается. Фактура, знанием которой щеголял Составитель, была опущена. Сведения, на которые намекал Составитель Палеи, восстанавливаются по хронографической редакции: Како же суть обрѣтены въ Егуптѣ за 400 лѣт кости Иосифа? Повѣда Юда дщери Иꙗковли, она же возпи ко отцю и рече: «Отче, Иосифъ живъ есть!» Он же възложи руку на главу еи и рече: «Жива буди ты вѣкъ». И так была есть жива 400 лѣть. Та же повѣда Моисиови, идѣ суть кости Иосифовы. Есть рѣка въ Егуптѣ, именемъ Воилдай. Ту суть погружены кости Иосифовы въ оловꙗнѣ рацѣ. (БЛДР. Т. 3. С. 142). В разных списках апокрифического сказания река, из которой магическим заклятием извлекли гроб Иосифа, называется по-разному: Воилдай, Воилъ, Вол.

901

Топографической привязки ни канонический, ни апокрифический тексты Исхода не содержат. Видимо, перечисленные топонимы соответствуют пунктам, которые миновали евреи на пути к Красному (евр. Йам суф, т. е. Тростниковому) морю: Ефрем, Пи-Гахироф, Мигдол, Ваал-Цафон (стан израильтян), Телль-Дефне, оз. Менцале, Кантары (см.: Тантлевский–2000а. С. 201). События Исхода датируются временем фараона Рамзеса II, приблизительно 1282–1277 гг. до Р. Х.

902

Составитель смотрел на чудесный посох как на обычную срубленную палку, тогда как в апокрифе приводятся доводы в пользу райского происхождения Моисеева жезла.

903

Согласно библейскому тексту, эту песнь пел Моисей и другие мужчины (см.: Исх. 15:1–19); Мариам и хор женщин по окончании песни повторили её первый стих; ср. Исх. 15:1 и 15:21.

904

Реминисценция мотивов «Истории Иудейской войны» Иосифа Флавия.

905

В др. — рус. тексте Палеи не вполне точно употреблено слово ѹтѣшилъ из-за многозначности греч. παρακαλέω 1. ‘призывать, приглашать; поощрять, ободрять’; 2. в Н.З. ‘утешать’. — А.М.К.

906

Перифраз стихов Пс. 2:2, Деян. 4с изменением смысла на обратный.

907

См.: Мф. 27:51–53.

908

Имеется в виду известное христианское толкование видения пророка Даниила: от горы оторвался нерукосечный камень (см.: Дан. 2:34–35, 45) и разрушил истукана. По мнению христианских авторов, в данном случае под горой следует понимать Пресвятую Богородицу, а «камень же бе Христос» (1 Кор. 10:4).

909

Составитель противоречит самому себе, так как ранее говорил, что именно столько сыны Израилевы прожили в Египте (см.: Л. 125а настоящего издания). Нестыковка объясняется тем, что в первый раз эта хронология попала в Палею из восходящего к иудаистической традиции апокрифа о жизни Моисея, а в настоящем случае Составитель следует хронологии LXX, согласно которой 430 лет считается суммой жизни патриархов в земле Ханаанской и их потомков в Египте до исхода.

910

Мерра (евр) — ‘горечь’. Так назывался ручей в пустыне Сур, что находился на расстоянии трёхдневного перехода от места переправы иудеев через Красное море.

911

См. коммент. 803.

912

Действительно, слово манна восходит к еврейскому словосочетанию, выражающему удивление, — manlu ‘что это такое?’ (БЭ. С. 450). Естественная манна, образующаяся на коре деревца tamar і x mann і fera, — это «сладкие клейкие беловатые выделения кошенилевых козявок, живущих на тамарисках, которые бедуины Синайского полуострова до сих пор употребляют в пищу” (Тантлевский–2000а. С. 205). Однако большинство исследователей по ряду чудесных признаков (см.: Быт. 16:14–27) не склонны отождествлять библейскую манну с естественной тамарисковой. Не исключено, что название man (см.: Быт. 16:31), позднеарамейское manna уже существовало у евреев для названия естественной манны. В этом случае вопрос manlu следует понимать так: «Это манна?», — а приведённое в Палее толкование считать примером поздней народной этимологии.

913

В антииудейской аргументации Составитель повторно обращается к нелицеприятным характеристикам иудеев, содержащимся в «Иудейской войне» Иосифа Флавия (см. коммент. 406, 409).

914

Ор (евр. ‘свет, белизна’) — имя лица, сопровождавшего Моисея и Аарона на гору для молитвы во время битвы с амаликитянами и помогавшего поддерживать руки Моисея (см.: Исх. 17:10, 12; 24:14). Название Ора братом Моисея не имеет оснований в Библии и даже противоречит ей (см.: Исх. 6:20; Чис. 26:59), ибо там упомянут не Ор, а другое синонимичное имя — Хур (евр. ‘белизна, чистота’). Хур известен как сын Халева, дед Веселиила, строителя скинии (см.: 1 Пар. 2:20). По мнению раввинов и свидетельству Иосифа Флавия, Ор и Хур — одно и тоже лицо; Ор был мужем Мариам, сестры Моисея (см.: ИД. III. 2, 4), однако из Библии это достоверно неизвестно.

915

Следующие ниже текстовые отрывки Палеи выборочно заимствованы из Св. Писания. Указывая в скобках в тексте перевода избранные библейские места, комментаторы в основном не ставят задачу создания подробного комментария к собственно библейскому тексту, отсылая читателя к специальным изданиям по библеистике.

916

В тексте Библии нет указания на число тысяченачальников и судей, поставленных Моисеем над народом.

917

Деревянные части скинии выполнены были из дерева ситтим (синайской акации). Эта порода дерева произрастала в местах странствия израильтян на Синайском полуострове. Материал отличался особой крепостью и плотностью.

918

Ткани шли на покрытие скинии, которая в период странствий иудеев представляла собой особый род разборной палатки (переносного святилища, храма-шатра). Завесами отделялись врата двора скинии от входа в святилище, а из особо тонких и драгоценных тканей изготовлялась завеса входа в Святая Святых (её делали из багряницы, червленицы и кручёного виссона). На тканом потолке Святая Святых изображались вышитые херувимы (Исх. 26:1). Кроме того, из голубой шерсти изготовлялась верхняя риза (меир) первосвященника, а из льняных тканей кидары, хитоны и нижние платья священнослужителей. Материалы, шедшие на изготовление Скинии, рассматривались как приношение Богу (Исх. 25:3).

919

В ритуальный реквизит скинии входили два жертвенника: один жертвенник всесожжения, располагавшийся во дворе скинии, другой — жертвенник воскурений, находившийся вместе с семисвечником, столом подношений и умывальней в святилище; кадильницы с курениями, чаша и блюда, которые помещались на столе святилища с двенадцатью хлебами подношения.

920

На самом деле ефод являлся церемониальным одеянием не только первосвященника (см. коммент. 826); известны случаи, когда в ефод облачались цари для участия в торжественных церемониях (см.: 1 Цар. 2:18; 2 Цар. 6:14).

921

Палея изображает дело так, что Моисей разбил скрижали завета от изумления и неожиданности («ужаснулся и выпустил» из рук), тогда как в Библии ясно говорится о том, что он разбил их в гневе.

922

Сюжет об испытании Моисеем иудеев с целью выявления поклонников тельца является апокрифическим дополнением к библейскому рассказу об отпадении от Яхве в идолопоклонство. Без этого дополнения повеление законодателя пить воду, в которую всыпан истёртый в прах телец (Исх. 32:20), выглядит немотивированным. Нельзя не признать, что апокрифическая конкретизация придаёт всему сюжету с тельцом цельность, логичность, ясность. Вариант рассказа с апокрифическими дополнениями, кроме Палеи, читается в минейном «Житии святого пророка Моисея» (см.: Тихонравов–1863. Т. 1. С. 252–253).

923

Выражение обрезать сердце — библейского происхождения: «Итак, обрежьте крайнюю плоть сердца вашего и не будьте впредь жестоковыйны» (Втор. 10:16; ср. также: Втор. 30:6; Иер. 4:4). Эта метафора выражает идею не внешнего, а внутреннего, сердечного, душевного и духовного, обращения к Богу, искреннего посвящения всего себя Господу.

924

В разделе о смешении языков Палея говорит о существовании 72 народов (см. коммент. 432). Ниже, в толковании к истории Авраама, Составитель говорит о 51 народе, перешедшем от язычества к христианству, и 21 некрещёном народе, т. е. в сумме опять о 72 народах. Если учесть полемическую отчуждённость от «жестоковыйных иудеев», то за вычетом этого народа Составитель должен говорить о 71 народе, ради спасения которых воплотился Христос. Трудно представить, чтобы в своём тексте Составитель проявлял неразборчивость к идейно-значимым арифметическим показателям своего повествования. Поэтому можно предполагать в данном случае не ошибку Составителя, а небрежность последующих писцов, тем более что в дальнейшем в Палее строго соблюдается исходное число 72.

925

Слово мир в контексте Библии означает не столько тишину и покой, сколько восстановление связи человека с Богом. Царём мира является Христос, при Его рождении ангелы возвестили мир людям: слава въ вышнихъ бг҃у, и на земли миръ, во человѣцѣхъ бл҃говоленіе (Лк. 2:14). — А.М.К.

926

Ср.: Исх. 32:27. Из Библии следует, что Бог хотел наказать весь народ за отпадение от него, но был умолён Моисеем (см.: Исх. 32:10–14), поэтому примерному наказанию была подвергнута лишь часть иудеев, которые упорствовали в своей приверженности идолопоклонству (см.: ТБ. Т. 1. С. 382–388).

927

Имеются в виду, во-первых, история обращения фарисея и гонителя христиан Савла в апостола Павла (см.: Деян. 26:10–16) и, во-вторых, история восхищения ап. Павла «до третьего неба», рассказанная им самим, но прикровенно, как о неком человеке, которого знал ап. Павел (см.: 2 Кор. 12:1–7). — А.М.К.

928

См.: Мф. 16:19.

929

Имеются в виду, во-первых, история призвания Петра, бывшего рыбака, ставшего апостолом (см.: Мф. 4:18–20), во-вторых, обещание Иисуса Христа дать Петру ключи Царствия Небесного (см.: Мф. 16:18–19) и, в-третьих, история чудесного исцеления хромца именем Христовым (см.: Деян. 3:2–8). — А.М.К.

930

Кроме десяти заповедей (т. н. декалога), речь идёт об изложенных в Исходе предписаниях Господа по устройству скинии (гл. 26); о приношениях на устройство скинии, об устройстве ковчега завета и святилища (гл. 25); об устройстве двора скинии и жертвенника всесожжения (гл. 27); об учреждении иерархии ветхозаветных священнослужителей и рекомендациях относительно круга их обязанностей, включая использование особого облачения (гл. 28); о ритуальных правилах, относящихся к обрядам посвящения и принесения жертв всесожжения (гл. 29); об устроении алтаря и умывальницы, а также о порядке священной подати, елеопомазания и воскурений (гл. 30); о соблюдении субботы (гл. 31).

931

Сюжет о втором восхождении Моисея на гору Синай квалифицируется исследователями как неканонический, причём В. Успенский данный сюжет ставит в связь с идеями апокрифического «Малого Бытия» («Книги Юбилеев»), где повествуется о том, как Господь повелел ангелу написать для Моисея историю сотворения мира, посредством которой избраннику Божию открываются тайны бытия (см.: Успенский–1876. С. 96; Порфирьев–1872. С. 198). Говорить о текстуальной зависимости в данном случае не приходится, можно ставить вопрос лишь о сближении сюжетных мотивов (ср.: Книга Юбилеев / Апокрифы–2000. С. 18). Вместе с тем оговорка о том, что все события первотворения Моисей видѣлъ въ образѣ позволяет ставить комментируемый фрагмент в связь с таким первоисточником, в котором повествовалось не о чудесном откровении, а о путешествии в запредельность божественной сферы, откуда открываются прошлые, настоящие и будущие тайны природной части мироздания. Другими словами, мы имеем указание на то, что апокрифический фрагмент запечатлел в себе влияние текста, жанрово сопоставимого с т. н. восхищениями, типа «Книги Еноха», «Видения Исайи», «Откровения Варуха», «Видение апостола Павла». Раввинистической традиции известны рассказы о вознесении Моисея в облаке на вершины небес, о встречах его с ангелами и общении с самим Господом, объясняющим своему избраннику, каким образом управляется мир (см.: Порфирьев–1872. С. 61–62). С этой традицией можно сближать и «Малое Бытие» («Книгу Юбилеев»), в котором не вполне ясно говорится: Моисей пребывал то ли на земле, то ли на небе. В облаке Господь открыл ему всё, что было прежде и что должно случиться в будущем, в облаке он общался с ангелами и получил повеление записать открывшиеся ему тайны. Текст апокрифа выдаётся за Моисееву запись полученных им от ангела сведений о бытии, тех сведений, которые ангел, по Божьему повелению, специально для этого начертал на скрижалях деления лет (см.: Апокрифы–2000. С. 15, 18, 19 и след.).

932

Наперсник (хешед), также как и ефод, изготовлялся из переплетения золотых нитей с голубой, пурпурной и червлёной шерстью, а также из кручёного виссона (Исх. 28:15). Он крепился к нарамнику на груди (отчего происходит его название). Кроме того, наперсник соединялся цепочками не только с нарамниками, но также и с ефодом (Исх. 28:22–27), вместе с которыми он входил в комплекс короткого церемониального одеяния первосвященника. Крепившиеся в оправу наперсника 12 камней соотносились с 12 коленами Израиля. Эти камни символизировали попечение первосвященника над всеми сыновьями израильскими.

933

Перечень камней см.: Исх. 28:17–20.

934

Особым текстовым блоком Палеи является «Сказание о 12 драгоценных камнях на наперснике первосвященника». Автором этого сказания является Епифаний Кипрский (367–403 гг.). В своём произведении, помимо Библии, он использовал материалы восточных легенд и сказаний о камнях (публикацию греческого текста «Сказания о 12 камнях» см.: PG. T. XLIII. Col. 293–301). Славянский перевод Епифаниева «Сказания о 12 камнях» пришёл на Русь в составе «Изборника Святослава 1073 года» (см.: Изборник 1073. Л. 152в-154а). По сравнению с подлинником славянский перевод воспроизводит греческий текст в сокращении. Текст «Сказания о 12 камнях» из Палеи близок «Изборнику Святослава 1073 года» и, не исключено, что оба могут восходить к общей для них редакции перевода. Палейный вариант отличается от варианта «Изборника» присоединением вставок о патриархах, характеристики которых ставятся в связь с камнями, символизирующими соответствующие колена Израилевы.

935

На протяжении рассказа о драгоценных камнях в наперснике Аарона Составитель вновь возвращается к апокрифическим мотивам «Заветов двенадцати патриархов» (ср.: Завет Рувима. 1. 7 / Апокрифы–2000. С. 209).

936

Своё название топаз получил, «вероятно, от о. Топаза в Аравийском заливе» (БЭ. С. 704).

937

Морская ягода (σταφυλή θαλάσσια), др. — рус. вино морьскоє — ‘вид сине-зеленых водорослей, напоминающих виноград’ (СДРЯ. Т. І. С. 430).

938

См.: Завет Симеона. 2. 2 / Апокрифы–2000. С. 214–215.

939

Аллегория предстояния священнослужителей за людей перед Богом и о принятии ими на себя грехов кающихся. Редкий случай, когда основанием для уподобления служит свойство камня, а не характеристика патриарха.

940

См.: Мф. 28:11–15. Сопоставление камня с Христом даётся в характерной для Палеи манере христологических толкований, что может косвенно свидетельствовать о принадлежности дополнений в «Сказании о 12 камнях» Составителю Палеи.

941

Апокрифическая подробность. В тексте Библии речь идёт о каменных скрижалях без уточнения вида камня. Возможным поводом для того, чтобы считать скрижали сапфировыми, могло быть упоминание сапфирового подножия, на котором Моисею и сопровождающим его израильтянам на горе Синай явилась в сиянии слава Божия (Исх. 24:10).

942

См.: Завет Иссахара. 3. 6, 8 / Апокрифы–2000. С. 240. Как и в апокрифе, Иссахар ошибочно назван пятым сыном Иакова, тогда как он был девятым сыном Израиля и пятым, рождённым от Лии.

943

В LXX — ἴασπις, в РСБ переведено как алмаз, что, по-видимому, является ошибочным: в Vulg. и ССБ слово ἴασπις оставлено без перевода; в еврейском масоретском кодексе употреблено слово yahalom ‘jaѕπer, onux’ (The Broun-Drіver-Brіggѕ Hebreѡ-Englіѕh Lexіcon. 4 ed. Peabody (Maѕ.), 1999); у Епифания Кипрского об этом камне сообщается, что он зеленого, точнее, изумрудного (σμαραγδίξων) цвета; слово алмаз в РСБ появилось, вероятно, под влиянием немецкого Лютерова перевода, в котором стоит Dіamant, восходящее, вероятно, к талмудической традиции толкования Библии. — А.М.К.

944

Под этим названием известны две реки древнего мира: в Греции, а именно в Беотии у г. Танагры, а также в Малой Азии, впадающая в Чёрное море. — А.М.К.

945

Амафус — не река, а город на о. Кипр; в нем был храм Афродиты, которая от этого называлась Амафусийской. — А.М.К.

946

См.: Завет Завулона. 1. 3–4; 6. 1, 3, 6 / Апокрифы–2000. С. 243, 245–246. В апокрифе Завулон назван шестым сыном Иакова, здесь, в Палее, — седьмым. И то, и другое ошибочно, поскольку, согласно Быт. 30:19–20, Завулон был десятым сыном Иакова и шестым сыном Лии. Вероятно, в Палее при списывании допущена ошибка: речь идёт о шестом камне и, следуя логике Составителя, он должен символизировать шестого сына. Ниже опять седьмым сыном названо другое лицо — Дан.

947

Разъяснение об особенностях добычи камня отсутствуют в греческом тексте Епифания Кипрского, но имеет соответствие в латинской редакции «Сказания о 12 камнях» (ср.: PG. T. XLIII. Col. 339).

948

См.: Завет Дана. 1. 8–9; 5. 6 / Апокрифы–2000. С. 248, 250. Дан был пятым, а не седьмым сыном Иакова.

949

См. коммент. 768.

950

То есть Скифии.

951

См.: Завет Неффалима. 2. 1 / Апокрифы–2000. С. 252–253.

952

См.: Завет Гада. 1. 2 / Апокрифы–2000. С. 257.

953

Ср.: εὐρίσκεται δὲ ἐν τῷ φρέατι διπέτρῳ παρὰ τὸ τεῖχος τῆς Ἀχαιμενίτιδος Bαβυλῶνος (Епифаний Кипрский. О 12 камнях.).

954

Приведённая формула имени Гада наконец-то позволяет выяснить причину «путаницы» с порядковыми номерами сыновей Иакова в «Заветах» и следующей им (за исключением явных описок) Толковой Палее. Если предположить, что автор апокрифа прилагал числительные к именам патриархов не из соображений старшинства (поскольку порядок рождения не согласуется с Библией), а по каким-то другим мотивам (порядку кончины, или, как видно здесь, по своего рода “рангу” их матерей), то загадка становится ясна. Действительно, номера сыновей соответствуют порядку смертей в той последовательности, которая дана в апокрифе, и также оправдываются, если их считать последовательно от разных матерей: с первого по шестой номера получают сыновья Лии, седьмой и восьмой — сыновья Валлы, девятый и десятый — сыновья Зелфы, а последними — одиннадцатым и двенадцатым — идут Иосиф и Вениамин.

955

Достаточно произвольное сравнение, в котором с «Заветом Асира» пересекается только тезис об уклонении от зла.

956

Гора Тавр находится на границе Армении и Киликии.

957

Вырезанные печати изображали символы, усвоенные патриархам: Рувиму — мандрагоры, Симеону — город Сихем, Левию — магические Урим и Тумим, Иуде — лев, Иссахару — солнце и месяц, Завулону — корабль, Дану — змея, Гаду — отряд воинов, Неффалиму — газель, Асиру — масличное дерево, Иосифу — соединённое изображение символов Ефрема и Манассии — вола и буйвола, и Вениамину — волка (см.: Агада–1993. С. 74).

958

Вероятно, в данном случае Составителя не интересовали подробности изложения уже отменённого ветхозаветного священного служения и пересказа книги Левит, кроме того, они существенно разрывали бы историческую канву повествования. В Левите воспроизводились чуждые христианству законоположения о ритуальной чистоте, о жертвоприношениях, о посвящении священнослужителей и их обязанностях, а также правила, касающиеся обетов, приношений и путей достижения святости. Там же даются установления касательно основных иудейских праздников и относящихся к ним ритуальных действий. Вся эта ветхозаветная фактура не вписывалась в тенденцию Составителя, критически настроенного ко всему, что связано с иудаизмом, поэтому он ограничивается короткой характеристикой и приступает к изложению книги Чисел.

959

«Книга Числа» — греческое надписание в LXX ΑΡΙΘΜΟΙ, в Vulg. — Numerі, в еврейской традиции Сефе миспарим («Книга исчислений»), а также Ваййедаббер («И сказал» — по первому слову книги) и Бемидбар («В пустыне» — по пятому слову первого стиха). В ней описываются события после выхода евреев из Египта, которые охватывают тридцативосьмилетнее пребывание их в пустыне. В жанровом отношении среди повествовательного материала присутствуют законодательные постановления, молитвы, пророчества, песни, дипломатическая переписка. В составе Книги Чисел выявляют архаичные элементы. К исходу иудеев из Египта (т. е. к периоду 1287–1277 гг. до н. э.) относят благодарственную песнь о переходе через Красное море (Чис. 21:27–30); по употреблению архаичного иврита XІІІ—XІІ вв. до Р. Х. датируются предсказания Валаама (Чис. гл. 23–24); реалии военных действий позволяют датировать сведения о них не позднее XІ в. до Р. Х., когда у мадиамитян получила распространение верблюжья кавалерия (см.: Тантлевский–2000а. С. 279–295). Составитель Палеи при отборе материалов для своего полемического сочинения воспроизводит характеристику израильтян по коленам, но опускает описание реалий религиозной жизни иудеев (организации религиозных и гражданских учреждений, богослужения, специфических обрядов, принципов иерархического устройства, которым посвящено содержание 1–10 глав Книги Чисел). Апокрифические добавления в этом разделе Палеи отсутствуют. Работа Составителя сводится к выборке материалов из Книги Чисел, которые дают повод к обличениям «жидовина» (особенно описания возмущений и неверия иудеев). Применительно к полемическим задачам библейский материал значительно сокращается, а в некоторых случаях Составитель изменяет даже грамматические формы и фактуру при изложении библейского материала, чем достигается усиление идейных акцентов.

960

Вернее, Гробы прихоти, евр. Киврот Атаава (см.: Чис. 11:34), где похоронили прихотливый, т. е. взыскательный к пище народ.

961

См.: Чис. 12:1. Под эфиоплянкой одни из толкователей понимают Сепфору, которую нарицательно могли называть эфиоплянкой потому, что Мадиамская земля находилась в области, смежной с территориями эфиопских племён. Иосиф Флавий считает, что это была дочь эфиопского царя, на которой Моисей будто бы женился, ещё находясь при дворе фараона (см.: ИД. II, 10, 2). Иное толкование подразумевает кушитку, жительницу Южной Аравии, которую Моисей взял в жёны после предполагаемой смерти Сепфоры, во избежание родственных связей среди своего народа. Кажется, это мнение выглядит наиболее обоснованным, поскольку рассказ Быт. 12о женитьбе Моисея звучит как повествование о событии, только что имевшим место. Закономерно заключить, что упрёки по поводу давней женитьбы на Сепфоре или царевне являлись бы запоздалыми, и непонятно, почему они не прозвучали ранее. Кроме этого, евр. библейский текст тоже говорит о ha-kuchіjat. Есть и отвлечённые толкования: в таргуме Онкелоса на Чис. 12жена-эфиоплянка толкуется как ‘прекрасная на вид’. Обстоятельства женитьбы Моисея отражают столкновение противников и сторонников смешанных браков. Осуждение связей с иноплеменницей со стороны Аарона и Мариам не было санкционировано свыше, и осудившая брак с эфиоплянкой Мариам подверглась божественной каре — проказе (см.: Чис. 12:1–15). Характерно, что Моисей в это время разрешает своим соплеменникам оставлять пленных девственниц себе в наложницы (см.: Чис. 31:16). Кровосмешение же в послепленённую эпоху запрещалось и преследовалось как преступление (см.: 1 Езд. 9:1–2, 12; 10:2–3, 11, 17–18). Проблема чистоты брака затрагивается в Палее несколько раз (см. коммент. 841, 1060, 1062).

962

Иисус Навин — в будущем судья израильтян. В книге Исход называется служителем Моисеевым (см.: Исх. 24:13). Первоначальное имя его было Осия (см.: Чис. 13:9). Впервые об Иисусе Навине рассказывается в то время, когда израильтяне готовились к сражению с амаликитянами при Рефедиме. По окончании сорокалетнего странствия в пустыне он был по воле Моисея назначен руководителем еврейского народа для завоевания земли обетованной. Под его командованием израильтяне одержали множество побед.

963

Восстание Корея поддержали не только 50 крупных представителей левитов, из рода которых происходил Корей, но также входившие в колено Рувима Дафан и Авирон (см.: Чис. 16:7–11; 26:9–10; Втор. 11:6), которые, видимо, протестовали против закрепления священства за одним родом. Огонь же пожрал только 250 человек, совершивших курение (см.: Чис. 3:4, 26:61; Лев. 10:1), а остальных сторонников Корея поглотила земля. Так что в Библии картина божественной казни над нарушителями божественных установлений выглядит более впечатляюще. Впрочем, сыновья Кореевы в этом случае остались живы как не принимавшие участие в возмущении. Из их потомства произошло много известных библейских лиц.

964

Богородичен догматик седьмого гласа. Сюжет с жезлом исторически отражает борьбу рувимлян с левитами, претендовавших на особый статус первородного колена. Палейная трактовка подчёркивает чувственный характер веры иудеев, которые, как и в случае с тельцом, требуют видимого воплощения сверхъестественных отношений с Господом. Эту особенность тонко использует Составитель в своих христологических толкованиях, противопоставляя религиозному натурализму иудеев веру в чудесное явление миру Христа, которое, как и в известном случае с бабой Саломеей, не подвержено эмпирической проверке. Грубый материализм иудеев, таким образом, противопоставляется высокой духовности христианской веры.

965

См.: Чис. 20:1. О подробностях траура по Мариам в Библии не говорится, но, вероятно, Составитель имел в виду то, что Моисей продлевал остановку в этом безводном месте для окончания погребения, которое было произведено здесь же. Эта задержка в условиях жажды вызвала усиление ропота. Эта местность получила название Мерива ‘распря’, ‘ссора’ (см.: Чис. 27:14; Втор. 32:51). Название имеет прямое отношение к случившемуся тут конфликту Моисея и Аарона с народом, по причине отсутствия воды (ср.: «воды распри» — Чис. 20:24).

966

С горой Ор соотносят Джебель Неби Харун — гору пророка Аарона, расположенную в нескольких километрах северо-западнее Петры. О смерти Аарона повествуется в Чис. 20:23–29; 33:37–39; Втор. 32:50. Однако во Втор. 10говорится о смерти Аарона в Мозере. Указывают ли данные свидетельства на разные пункты или на разные наименования одного и того же места, — не ясно. О причинах отождествления чудесно источенной воды с «водами распри» см. коммент. 950.

967

Хривом ‘сухой, пустой’ называется гора в Аравии, где было явление Божие в неопалимой купине (Исх. 3:2–4) и где Моисей высек воду ударом жезла из скалы (Исх. 17:6), а также и «вся центральная группа гор Синайского полуострова» (БЭ, I, 256).

968

Название места, где евреи подверглись укусам змей, в Библии отсутствует. Оно не повторено и ниже в Палее в списке станов во время странствия.

969

В данном месте библейский текст расширен более поздними вставками: словами ангела о крестообразном изображении пронзённого копьём медного змея, а также его словами об исцеляющей силе креста. Факт существенного изменения библейского текста можно квалифицировать как создание самим Составителем небольшого апокрифического сюжета о змие. Авторские измышления значительно усиливали существующее в богословской традиции сравнение медного змея на древе с распятым Христом (см.: Феодорит Киррский–1905. Ч. I. С. 218).

970

Валак был царём Моавитским, сыном некоего Сепфора; не смешивать с Сепфорой, женой Моисея.

971

Ветхозаветные свидетельства не содержат описания внешнего вида единорога, ограничиваясь указаниями на силу и неукротимость этого зверя (См.: Чис. 23:22, 24:8; Иов. 39:9–12; Пс. 21:22, 28:6). Аллегорическое отождествление единорога с Сыном Божиим в толковании, скорее всего, восходит к «Физиологам», символически уподоблявшим единорога Христу (см.: Карнеев–1892. С. 302–303; Белова-1994. С. 12). В народных представлениях единорогу придаются черты мифического зверя Индрика, управляющего подземными водами, а в понимании художников и позднесредневековых авторов единорога представляли копытным существом наподобие коня или оленя с рогом на лбу, а также либо фантастическим однорогим животным с лапами барса либо лисицы (см.: Белова–1994. С. 11–15). В Палее получает развитие символико-аллегорическая и сугубо религиозно-дидактическая интерпретация многозначного образа.

972

Слова из второго члена «Символа веры». — А.М.К.

973

Слова из седьмого члена «Символа веры». — А.М.К.

974

Это мессианское пророчество было столь популярно в иудейской среде, что один из руководителей восстания при императоре Адриане принял имя «сына звезды» — позднеарамейск. Бар-Кохба.

975

В греческом и церковнославянском текстах речь идёт об Едоме: καὶ ἔσται Ἐδώμ κληρονομία — и будетъ єдѡмъ наслѣдіє. Едом, иначе Идумея, земля наследников Исава, сына Исаака, был покорен царем Давидом (см.: 3 Цар. 11:15–16). Таким образом, в этом чтении речь идет о политическом могуществе Израиля, но не только. Из Евангелия от Марка известно, что многие идумеяне последовали за Христом (см.: Мк. 3:7–8). Следовательно, это чтение имеет и пророческое значение. Однако Составитель явным образом путает Едом и Эдем и на этом строит свои умозаключения. Мессианские настроения, отраженные в Чис. 24:17, созвучны ожиданию Нового Священника в апокрифическом «Завете Левия» (см.: Апокрифы–2000. 3. 18. 2–14). Именно в «Завете» говорится, что ожидаемый мессия «отверзет двери рая». Можно предположить, что замена Составителем Эдема на Едом в основном тексте и особенно в авторских толкованиях произошла под влиянием мотивов апокрифического сюжета, материалами которого Составитель Палеи свободно оперировал в предшествующих разделах своего труда.

976

То есть сыновей ада, падших духов, а не сыновей Сифа.

977

Ваал-Фегор — название, состоящее из двух имён: Баал — евр. ‘господин, владыка’ и Фегор — ‘раскрытие, отверстие’. Ваал являлось собственным именем широко почитаемого на Ближнем Востоке языческого божества, по некоторым данным, олицетворявшего собой Солнце. Культ почитаемого под разными видами Ваала имел достаточно развитые формы с разнообразными местными вариациями. Поэтому к имени Ваала часто прибавлялось название местности, ему посвящённой, как, например, в данном случае Фегор — название горы. Служение Ваалу проводилось именно на высотах, торжественные моления заключались в поклонении идолам с облачением в специальные одежды, воскурением ладана и ароматов, плясках и нанесении ритуальных порезов на теле. Специфика поклонения Ваал-Фегору включала занятие ритуальной проституцией, что, согласно Чис. 25:1–3 и Ос. 9:10, привлекало израильтян.

978

Богословы отмечают, что численность еврейского народа и принципы переписи, по данным разных мест Библии, оказываются противоречивыми. Например, подход к переписи колена Левия был отличным от подходов к переписи других колен: исчислялся весь мужеский пол от одного месяца. Высказывается мнение, что цифра 601 730 боеспособных мужчин просто невероятна для вышедших из Египта израильтян, поскольку с учётом половозрастного коэффициента она свидетельствовала бы об общей численности евреев от 2 млн. до 3 млн. человек. С точки зрения демографии, это количество трудно признать реально достижимым за 430 лет для 75 человек — патриархов и членов их семей, первоначально переселившихся в Египет. Одна из версий, снимающая это противоречие, считает, что в книге Чисел указано приблизительное количество всего народа, вышедшего из Египта, на основании которого можно было бы высчитать число мужчин, способных носить оружие, по стратегическим соображениям державшееся в тайне (см.: Pohl–1933. P. 13–15). Другой вариант объяснения заключается в том, что предполагается преднамеренное завышение численности народа писцами. Также предлагается считать термин ’elef ‘тысяча’ соответствующим в данном случае не арифметической 1000, а группе, которую невозможно исчислить точнее, например, семье или клану, и тогда следует насчитывать 600 семей (см.: Galbіattі-Pіazza–1985. Р. 188–189).

979

Ср.: «И отправились из пустыни Син и расположились станом в Дофке» (Чис. 33:12).

980

См.: коммент. 945.

981

Далее в славянском тексте Палеи пропуск; ср.: «И отправились от Иотвафы и расположились станом в Авроне» (Чис. 33:34).

982

Это установление Моисея касается распространённого на Востоке обычая кровной мести, который, как видно, существовал и был регламентирован у евреев. Порядок преследования в случае совершения убийства был такой. В первую очередь преступление подлежало формальному разбирательству (см.: Чис. 35:16–24, 30). Совершивший умышленное убийство предавался смертной казни без права выкупа, причём осуществить этот акт правосудия мог сам мститель за кровь в случае любой встречи с преступником (см.: Чис. 35:19). Совершивший невольное убийство получал возможность избегнуть мести со стороны рода погибшего, скрывшись в одном из шести городов убежища и пребывая там безвыходно до смерти первосвященника. Со смертью первосвященника мститель лишался права кровной мести и невольный убийца получал все прежние гражданские права. Выкуп, предложенный за скрывшегося в городе убежища с целью разрешить ему выйти из города прежде смерти первосвященника, не допускался. Ниже в Палее эта законодательная мера толкуется как прообразовательное пророчество о смерти великого Первосвященника Иисуса Христа, которая освободила грешников от законной мести (см.: коммент. 1021).

983

Второзаконие — греч. ΔΕΥΤΕΡΟΝΟΜΙΟΝ. В еврейской традиции по первым словам книга называется Элле хад-Деварим («Вот слова»), или Деварим («Слова»). Текст отражает религиозную реформу, проводившуюся иудейским царем Иосией (639–608 гг. до Р. Х.). Реформа была направлена на искоренение пережитков языческого многобожия, в первую очередь на очищение культа Яхве, синкретически слитого с культом Ваала и его мифологической напарницы Астарты (4 Цар. 23:4–20; 2 Пар. 34:3–7). С этими мероприятиями соотносятся многие положения Второзакония, осуждавшие отступления от строгого монотеизма к идолопоклонству и различного рода языческим ритуалам и суевериям (см. об этом: Тантлевский–2000а. С. 321–333). Из завершающего Пятикнижие библейского текста Составитель Палеи делал выборочные и при том нередко сокращенные выписки для своего произведения. Более или менее полно воспроизведены только 28, 32 и 33 главы Второзакония, тогда как 2, 4, 5, 8, 9, 21 и 31 главы представлены весьма незначительно. Помимо десяти заповедей, в этот раздел Палеи вошли обличения иудеев за их отклонение от правоверия, а также пророчества о впадении израильтян в нечестивую греховную скверну и суровые предостережения воздержаться от нарушения заповедей перед угрозой многоразличных божественных казней. По своему характеру они напрямую отвечают полемическим антииудейским задачам Палеи. Отобранные фрагменты Второзакония насыщены критикой иудейского нечестия, поэтому Составитель в своей комбинированной выборке пользуется готовым и к тому же весьма авторитетным материалом. Вследствие этого собственные авторские дополнения, по сравнению с другими разделами Палеи, весьма незначительны. В общую критическую тональность раздела им привносятся тринитарные и новозаветные мотивы.

984

Полемический выпад направлен против радикального крыла арианства — ереси аномеев. К сер. IV в., после достижения существенных успехов в проповеди арианства по всей Римской империи, сторонники ереси образовали две группировки: аномеев и омиусиан. Аномеи, возглавляемые епископом Кизическим Евномием и антиохийским диаконом Аэцием, выставили крайнюю формулу: Сын не подобен по существу Отцу — ἀνόμοιος. В ответ на это в умеренной среде возникла реакция: они двинулись к никейской формулировке и выставили термин ὁμοιούσιος — подобосущный. Формула аномеев заключала в себе рецидив ветхозаветного монотеизма: мнение о Сыне Божием как о тварном создании приближалось к представлению иудеев, которые, как известно, считали Христа простым человеком, правда, в отличие от ариан, не признавали богосыновства Христа, ожидая иного мессию. Видимо, таким приемом Составитель Палеи обозначил сближающуюся с иудейством еретическую опасность.

985

Это православная формулировка, восходящая к решениям IV Вселенского собора, созванного в Халкидоне (451 г.). Она одновременно осуждает арианство, несторианство и монофизитство.

986

Кафизма (от греч. καθίξω ‘сидеть’). В принятом в православной литургике делении представляет собой 1/20 часть Псалтири, которая свою очередь делится на три «Славы». Каждая кафизма имеет свой порядковый номер и включает усвоенные ей псалмы. Своим названием кафизма обязана древнему порядку чтения Псалтири: после прочтения определенных псалмов, которые выслушивались стоя, полагались чтения, на которых разрешалось сидеть.

987

Ср.: «Честныя иконы, яже Христа, Богоматере, и святых лики изображают, приемлеши ли к почитанию, якоже в церкви Православней установлено есть, и хулящих я отрицаеши ли ся?» (Вопрошение 11 из второго оглашения в «Чине, како приимати приходящих от иудейския веры ко Святей нашей церкви» / Требник дополнительный. Псково-Печерский Свято-Успенский монастырь, 1994. С. 410).

988

См.: Иов 38:1; 40:1. Место, где родился и жил Иов, в LXX и ССБ названо “страной Авсидитийской” (χώρα τῇ Aὐσίτιδι), а в РСБ, зачастую следующей за еврейской Масоретской Библией, — «землей Уц» (Иов 1:1).

989

Здесь и далее следуют перечисление и описание иконографических сюжетов православных великих праздников с краткой характеристикой их священной истории и духовного значения. События господских праздников Составитель излагает в согласии с евангельской последовательностью событий.

990

Славянский текст Палеи в данном месте представляется испорченным. Единственным пророчеством, относящимся к въезду Иисуса Христа в Иерусалим на осле, является следующий текст: «Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иерусалима: се Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле, сыне подъяремной» (Зах. 9:9).

991

Даётся описание нетипичной для русской иконописной традиции иконографии «Положения во гроб»: у нас неизвестно изображение шестидесяти воинов, охраняющих опечатанный гроб. Возможно, речь идёт о каком-то малоизвестном типе изображений, либо, судя по контексту Палеи, где не уделено внимание сюжету «Воскресения Христова», имеет место контаминация двух реально бытовавших иконографических типов. Первый из них, «Положение во гроб», имеет большее распространение на вышитых пеленах, называемых плащаницами и используемых в богослужении Великой Субботы; второй — собственно Воскресение Христово, представляющее восстание Христа в блистающих одеждах из гроба с победным знаменем, на котором изображён крест, и в ужасе упавших навзничь стражников. Однако эта иконография восходит к западной школе и на Руси распространилась в Новое время, а традиционная икона, употребляемая в пасхальных торжествах, более правильно называется «Сошествие во ад» и изображает Христа, сокрушившего врата ада и изводящего оттуда Адама, Еву и томившихся там праведников.

992

По-видимому, имеются в виду слова: «Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою» (Быт. 1:2).

993

Характеристика детали иконы Успения Пресвятой Богородицы: над смертным одром Марии изображается Христос, держащий на руках в образе повитого младенца душу Богородицы.

994

По православному преданию, апостол и евангелист Лука был первым иконописцем, написавшим три иконы Богоматери, впоследствии ставших образцами для трёх типов канонических изображений Богородицы: Оранта (слав. Знамение), где Мария изображена с воздетыми в молитве руками с Предвечным Младенцем на лоне, Елеуса (слав. Умиление), изображающее Богородицу с прильнувшим к ней Богомладенцем Христом, и Одигитрия (слав. Путеводительница), указующая десницей на младенца Христа как на путь, истину и жизнь для всего мира.

995

Составитель не вполне точен. Во-первых, из великих двунадесятых праздников не все являются господскими. Например, Рождество Богородицы, Введение во храм, Благовещение и Успение Пресвятой Богородицы; своеобразное положение занимает Сретение Господне, в богослужебном плане отличающееся сочетанием особенностей господских и богородичных праздников. Во-вторых, перечислено только одиннадцать сюжетов, из которых к двунадесятым праздникам не относятся Воскрешение Лазаря четверодневного (Лазарева Суббота), Страсти Господни (Великая Пятница) и пребывание Христа во гробе (Великая Суббота). Не упомянуты вовсе: Благовещение, Рождество Богородицы, Введение во храм и Воздвижение Креста Господня.

996

Приводится догмат иконопочитания, установленный в 787 г. на VII Вселенском соборе, созванном византийской императрицей Ириной после долгих лет движения иконоборчества. По учению собора, чествование относится не к веществу иконы, дереву и краскам, а к тому, кто изображён на иконе. Заповедь «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху и что на земле внизу, и что в водах ниже земли» (Втор. 5:8), в конкретных условиях иудейской жизни эпохи «Второзакония» предостерегала от уклонения в язычество, то есть от поклонения твари вместо Творца — невидимого и непостижимого. Однако Боговоплощение, когда «Слово стало плотию, и обитало с нами» (Ин. 1:14), создало реальную возможность изображения Спасителя, Богородицы, святых и различных событий новозаветной истории (см.: Успенский Л. А. Богословие иконы. М., б/г.). — А.М.К.

997

В этих рассуждениях заключена определённая богословская мысль. Воскресенье, предшествующее Светлому Христову Воскресению, у нас называется Вербным. Это был день, когда Иисус Христос на осле въехал в Иерусалим, желая всенародно заявить о Себе как о Мессии. Это событие празднуется Церковью под названием Вход Господень в Иерусалим. Этот же день является началом Страстной седмицы, продолжающейся до Великой Субботы; в течение этой седмицы Христос был арестован, допрашиваем Пилатом, подвергнут бичеванию, распят и положен во гроб. Светлое Христово Воскресение — это день Восьмой, «дивный начаток», по выражению Палеи. Для правильного понимания смысла этого выражения и всего рассуждения надо принять во внимание ряд обстоятельств. Восьмой день — это день, когда иудейские младенцы подвергались обрезанию: «Необрезанный же мужеского пола, который не обрежет крайней плоти своей в восьмой день, истребится душа та из народа своего» (Быт. 17:14); восьмой день часто упоминается в Ветхом Завете как день жертвоприношений (см.: Лев. 9:1; 14:10; 15:14; 23и др.); восьмой день — это новый день творения, «лето Господне благоприятное» (Ис. 61:2); его пришёл проповедовать Иисус Христос (см.: Лк. 4:19); Воскресение Христово — «начаток дивный», так как с этого дня начинается новая эра в истории человечества — эра воссоединения человечества со своим Творцом. — А.М.К.

998

Люди крови, или муж крови, кровей — в библейском тексте служит синонимом плотского человека, живущего страстями грешной плоти: кровожадностью, коварством, развратом (ср. в ССБ: Пс. 5:7).

999

Речь идёт об отвержении Христа иудеями.

1000

См.: коммент. 406.

1001

Эта ремарка Составителя, видимо, вызвана тем, что Иисус Христос любил применять подобного рода слова к «огрубевшим сердцем» книжникам и фарисеям; ср.: «Потому говорю им притчами, что они видя не видят, и слыша не слышат, и не разумеют» (Мф. 13:13).

1002

Намёк на мессианские ожидания иудеев, связанные с представлением о Мессии как о земном царе, который обеспечит торжество евреев над другими народами.

1003

Ср.: Мф. 12:39, 16:4, 17:17; Мк. 9:9; Лк. 9:41.

1004

Вновь звучит весьма характерная попытка «оправдания» языческого прошлого своего народа, призванная обосновать приоритетную избранность новых народов в приобщении к христианскому учению и благодати.

1005

Антииудейская направленность этого фрагмента ясно не выражена, но она, тем не менее, присутствует в тексте. Согласно представлениям иудаизма, прямым верховным покровителем иудеев является сам Господь, тогда как за остальными народами закреплены ангелы-хранители. Здесь же, в евангельском духе, проводится мысль о равенстве всех народов в распределении над ними небесного попечительства. Выражение «ко всем народам приставлены ангелы» соответствует словам Епифания Кипрского «к каждой твари (созданию) ангел приставлен», воспроизведённым в «Повести временных лет» (ПСРЛ. Т. 2. С. 262–263).

1006

Сюжет о научении Моисея премудрости архангелом Гавриилом читается в Хронографической редакции Палеи и в «Речи философа» из «Повести временных лет» (см.: ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 94–95). Сначала этот факт был расценён как доказательство влияния Палеи на летопись. Но В. М. Истрин привёл убедительные факты в пользу того, что даже не во всём совпадающие между собой детали жизнеописания Моисея в разных редакциях Палеи восходят к общему источнику, представлявшему собой какую-то полубиблейскую, полуапокрифическую историю Моисея, но к этому же источнику восходят и летописные сведения о Моисее. А. А. Шахматов также склонялся к тому, что в части совпадений с «Речью Философа» одним и тем же источником мог пользоваться писец и создатель палейный текстов (см.: Истрин–1906. С. 97; Шахматов–1904. С. 8; Шахматов–1940. С. 131–136). Для нас в данном случае важно, что Составитель знал эти апокрифические подробности и воспроизвёл их в своём авторском тексте. Вставка характеризует широту его кругозора, поскольку в этом, как и во многих других случаях, автор оперирует внепалейным материалом.

1007

См. коммент. 10.

1008

См. коммент. 713.

1009

См.: Пс. 68:22; Мф. 27:34.

1010

Полемический выпад направлен против сторонников дуалистических доктрин, трактовавших пришествие Христа как событие мнимое и призрачное (см. коммент. 198, 659, 721, 879).

1011

См. коммент. 626.

1012

Елеонская гора находится в Иудее, близ Иерусалима; обращение «галилеяне» употреблено потому, что на основании Деян. 2предполагается, что из всех 12 апостолов из Иудеи происходил только Иуда Искариотский; разумеется, его уже не было среди учеников Христовых при вознесении.

1013

См.: Деян. 2:2–4.

1014

Исследователи ветхозаветной истории рационалистического толка считают, что Моисей мог быть убит вместе со своей семьёй в Хиттиме, напротив Иерихона, когда он оказал сопротивление древнему культу золотого тельца (см.: Церен–1986. С. 444).

1015

Ср.: «Михаил Архангел, когда говорил с диаволом, споря о Моисеевом теле, не смел произнести укоризненного суда, но сказал: да запретит тебе Господь» (Иуд. 1:9). В Новом Завете имеется лишь одно Послание апостола Иуды, поэтому непонятно, откуда взялось указание Составителя на 35-е Послание. — А.М.К.

1016

Раввинистическая традиция делит 120 лет жизни Моисея на три отрезка по 40 лет: до 40 лет он обучался премудрости египетской и по достижении этого возраста бежал из Египта, убив египтянина; следующие 40 лет он пробыл у своего тестя Иофора-Рагуила, а в 80 летнем возрасте вывел евреев в землю обетованную с последующим 40-летним странствием по пустыне.

1017

Книга Иисуса Навина по историческому и богословскому содержанию тесно примыкает к Пятикнижию. Составитель Палеи бережно сохраняет основную фактуру Книги Иисуса Навина, но воспроизводит её с сокращениями против библейского оригинала. Полному сокращению подверглись только главы 13–20, в которых даётся подробное географическое описание уделов 12 колен. В центре внимания Составителя, как обычно, находилось прообразное значение ветхозаветных событий: чудесно сохранённый от вод Иордана ковчег прообразует ненарушенную девственность Богородицы, скрижали завета — Сына Божия; остановленное Иисусом Навином Солнце сравнивается с трёхчасовым световым помрачением в событиях распятия.

1018

Имеются в виду наиболее удобные для хозяйства и торговли земли средиземноморского побережья, примыкающие к городам Тир и Сарепта, которые находились в руках финикийцев, а также граничащие с уделами Симеона, Иуды и Дана приморские владения филистимлян — постоянный источник военной опасности для израильтян. Здесь Составитель Палеи обращает внимание иудеев на то, что по причине богоотступничества иудеев обещанная Господом в наследие потомкам Авраама земля «от реки Египетской, до великой реки, реки Евфрата» (Быт. 15:18) не была в полной мере занята 12 коленами Израиля. Крайнее на Севере восточное полуколено Манассии граничило с арамеями и далеко отстояло от обозначенного в обетовании восточного предела. Занятая иудеями земля обетованная — это самый плодородный ближневосточный оазис, который простирается от Ливанских гор на севере, до Аравийской пустыни на юге, от Средиземного моря на западе (прибрежный участок примыкающий к Яффе) до Иорданской долины и Сирийской пустыни на востоке. Название страны Палестина происходит от пелешим — ‘филистимляне’ (т. е. ‘страна странников’) — коренного и родственного египтянам (см.: Быт. 10:14) населения, которое, занимало территорию от Яффы до Египта (см.: Быт. 10:14; Пс. 60:8). Это племя также не было до конца вытеснено пришельцами. Иисус Навин разделил Филистию на пять Сатрапий (см.: Нав. 13:3), но с её населением израильтяне почти постоянно находились в состоянии войны, которая велась с переменным успехом (см.: 1 Цар. гл. 4, 7, 8; 2 Цар. 5:17, 8:1, 23:9; Ис. 20и т. д.). Второе библейское название Палестины — земля Ханаанская — происходит от имени сына Хамова Ханаана, родоначальника племён хеттеев, иевусеев, амореев, гергесеев, евеев, хананеев и феруеев занимали древнюю Палестину. Земли этих племён Господь обещал Аврааму, Исааку и Иакову (см.: Исх. 33:1–3). Составитель же заостряет внимание на том, что это обещание не исполнилось в полной мере. Некоторые племена из-за «жестоковыйности» иудеев не были истреблены и вытеснены со своих исконных территорий и продолжали жить чересполосно с пришельцами. Оставшиеся хананеи сделались для иудеев источником искушений и многих нравственных падений, связанных с отступлением от Яхве к языческим богам своих соседей. Составитель Палеи прослеживает постепенную реализацию Божьей кары в отношении отступивших от завета с Богом иудеев, которые не поняли знаков предостережения, свершили ещё большее преступление перед Богом и заслуженно преданы рассеянию.

1019

Ср.: Мф. 3:13–14.

1020

См.: Мф. 3:16–17.

1021

Употребление архаичных каменных ножей для обряда в эпоху, когда была широко развита техника металла, подчёркивает древний и ритуальный, а не чисто практический характер операции. Видимо, прекращение практики обрезания касалось не всего народа, а находилось в какой-то связи с религиозными нестроениями (идолопоклонство тельцу, восстание Корея). Обряд означал восстановление завета с Богом тех, кто мог быть отлучён в качестве наказания. Присутствует в событиях и высший мистический смысл — возобновление завета происходит после того, как в пустыне вымерло т. н. «поколение рабов». В этом свете временное прекращение обряда обрезания имеет свою сакральную логику.

1022

Св. равноапостольный Константин — (ок. 285–337), римский император с 306 г., был первым из римских кесарей, принявших христианство. В 324–330 гг. на месте прежней греческой колонии Византий основал новую столицу империи — Константинополь.

1023

Битва, о которой здесь рассказывается, произошла 28 октября 312 г. около Мульвиева моста на Фламиниевой дороге и была решающей в борьбе Константина против Максентия. Войско Максентия покинуло неприступные стены Рима и заняло крайне неудобную позицию в пригороде. Максентий был разбит, и армия Константина вошла в Рим. Древнейшее описание изложенного в Палее чуда с крестом находится у Лактанция (см. также: Евсевий–1993. IX. 1–11; ХГА. С. 263–264; обзор литературы по вопросу см.: Болотов–1910. Т. 3. С. 7–16).

1024

Храм Михаила Архангела был построен по приказу Константина в Анапловой гавани в заливе Сосфения (от греч. σώξω ‘спасать’ и σθένος ‘сила’) в окрестностях Константинополя (см.: ХГА. 10. 5; см. также: коммент. 965).

1025

Речь идёт о детали в ходе военной операции Константина против персов в восточной части Римской империи. Действия, о которых рассказано в Палее, согласно легенде из цикла сказаний о чудесах Архистратига Михаила, происходили в окрестностях будущего Константинополя в Анапловой гавани.

1026

Археологические исследования Иерихона проводились неоднократно. Раскопки в 1907 и 1909 гг. проводила группа немецких учёных под руководством профессора Эрнеста Зеллина. В эти сезоны главное внимание было обращено на изучение стен города. Он был обнесён двойным кольцом стен, при этом толщина наружной стены была 1,5 метра, а внутренней даже 3,5 метра. Исследование показало, что стены Иерихона действительно упали: в них были обнаружены огромные трещины и обвалы больших частей внешних стен наружу, а внутренних — внутрь. Повреждения стен не носят военный характер и, по мнению учёных, происходят вследствие сильного землетрясения. В 1929–1930 гг. многолетними раскопками Иерихона занялся англичанин Джон Герстенг, обнаруживший в разных слоях большое количество скелетов. Таким образом, историческая сторона библейского рассказа получает свои подтверждения (см.: Церен–1986. С. 281–285).

1027

Раав — блудница, содержавшая постоялый двор в стенах Иерихона. За помощь, которую она оказала разведчикам-израильтянам (см.: Нав. 2:17–23), содержательница притона была не только пощажена победителями (см.: Нав. 4:17–25), но и принята в сообщество избранного народа. Выйдя замуж за князя Салмона, она родила Вооза — прадеда Давида и, таким образом, вошла в родословие Христа (см.: Мф. 1:5; Иак. 2:25; Евр. 11:31).

1028

Здесь отражено содержащееся в Библии глубоко архетипическое представление о необходимости приношения умилостивительной жертвы перед началом строительства и по его завершении. Археологами неоднократно были выявлены на древнем Ближнем Востоке жертвенные захоронения детских тел в глиняных сосудах под углами строений.

1029

Гай, он же Анав — хананейский город восточнее Вефиля близ Беф-Авена. Известен уже во времена Авраама (см.: Быт. 12:8). Это был следующий за Иерихоном город, который был взят и разрушен Иисусом Навином (см.: Нав. 8:1–29, 39).

1030

Коренные палестинские племена. Более или менее достоверные сведения сохранились только о некоторых из них. Хеттеи — ханаанское племя, происходившее от родоначальника Хета (см.: Быт. 15:20, 23:3), во времена Авраама жили южнее Хеврона и нередко вступали в родственные отношения с евреями (см.: Быт. 23:3; 26:23, 33, 34; 26:34–35; 27:46). Во времена Моисея обитали рядом с аморреями в горной части Палестины. После завоеваний Иисуса Навина до времени Соломона жили чересполосно с израильтянами (см.: 3 Цар. 9:20–21). Аморреи (т. е. горцы) — воинственное ответвление ханаан. Обитали у рек Арнон и Явон. Отказались пропустить израильтян и были разбиты, а земли их разделены между коленами Рувима и Гада. Евеи (т. е. жители хижин) — при Иакове жили в центре земли Ханаанской в Сихеме (Наблуз), при Иисусе Навине упоминаются как жители Гаваона (близ Ермона), после Соломона неизвестны (см.: Быт. 24:2; Нав. 1:7, 9:3–27, 11:19; Суд. 3:3; 2 Цар. 24:7). Родоначальник — Евей Хананеянин (см.: Быт. 11:17). Хананеи — собирательное название палестинских племён. Видимо, это название племенного союза по имени самого сильного из племён.

1031

Жители Гаваона принадлежали к ханаанскому племени евеев. Добровольно покорившись израильтянам, они в глазах аморреев — родственных им хананейских племен — выглядели предателями. Евеи не были истреблены и в последующем жили чересполосно с иудеями, а их языческие верования оказали сильное влияние на израильтян.

1032

Чудо, связанное с остановкой Солнца и Луны, в христианском Средневековье понималось буквально. В Новое время теологи стали пытаться объяснить его с помощью реальных природных явлений. Одна из версий утверждает, что Иисус Навин и его войско видели Солнце как бы неподвижным или двигающимся чрезвычайно медленно благодаря особому атмосферному преломлению лучей, вызванному сверхъестественным вмешательством, но по природе сходному с явлением миража. Иными словами, астрономически Солнце могло находиться уже за горизонтом, а его преломлённые лучи по-прежнему освещали место битвы. Таковы в общих чертах наиболее типичные предположения экзегетов (см. библиографию по этому вопросу в статье: Traіne–1950. Р. 227–236). В последнее время появились достаточно неожиданные попытки толкования данного эпизода. Некоторые из современных западных богословов считают, что войскам Иисуса Навина был нужен скорее не свет Солнца, а его тень. И Солнце «остановило» свой свет, скрывшись на длительное время за грозовыми тучами, из которых перед этим разразился каменный град, побивший врагов. Действительно, обратив внимание на географическую карту, можно видеть, что Гаваон находится к востоку от Вефорона, а Айалон — к западу. Если Иисус Навин остановил Солнце над Гаваоном, преследуя врага на возвышенности Вефорона, значит, светило было ещё на востоке, т. е., поднимаясь по небосклону, должно было нещадно жечь склоны Вефорона. После изнурительного ночного марш-броска воины Иисуса должны были бы изнемогать под палящим Солнцем. Зачем же в таком случае понадобилось его останавливать, тем более что судя по всему день только начинался? (см.: Galbіattі-Pіazza–1985. Р. 209–210). Затем, принятое в основном на Западе мнение о сверхъестественной долготе дня, вызванной остановкой Солнца, также не имеет твёрдого основания в самом библейском тексте. Это мнение было обусловлено, во-первых, логикой буквального восприятия чуда, а во-вторых, не вполне точным и отличным от евр. оригинала (и от LXX и ССБ) звучания стиха Нав. 10 в Вульгате: non fuі antea nec poѕtea tam longa dіeѕ — не было такого длинного дня ни прежде, ни после того.

1033

Евр. Нагев ‘полуденная’, что соответствует переводу РСБ: «И поразил Иисус всю землю нагорную и полуденную…» (Нав. 10:40). В LXX и ССБ топоним оставлен без перевода.

1034

Гаваон находился в долине Сихема, где Иаков устроил свой первый жертвенник Богу (см.: Быт. 12:7; 33:19). Гошен — местонахождение неизвестно. Кадис — это Кадес-Варна. Таким образом, речь идёт о крайних точках южных пограничных пределов распространения израильтян в Палестине (Кадес-Варна на востоке и Газа на западе), территориально соответствует Южному Ханаану (см.: ТБ. Т. 2. С. 68).

1035

То есть на левом берегу Иордана, занятом Моисеем, до чудесного перехода Иордана. Выражение «та сторона Иордана, тот берег Иордана» в Библии со временем по преимуществу стало обозначать как раз восточный, левый берег, для основной массы евреев, живших в земле обетованной, бывший многие столетия «другим».

1036

См. коммент. 967.

1037

Ср.: Исх. 15:6–7.

1038

Несмотря на прогноз Составителя, даже при утрате территории, единого действующего сакрального центра и языка, еврейский народ не потерял своей национальной идентификации и форм самоорганизации этноса, что для Древнего мира и Средневековья представляет уникальный случай, который может иметь лишь метафизическое объяснение.

1039

Астарта, о которой идёт речь, была главным женским божеством финикийцев и сирийцев. Её почитание было весьма распространённым, и даже Соломон ввёл поклонение её идолу в самом Иерусалиме (см.: 3 Цар. 18:19). Астарта олицетворяла богиню небес и Луны, любви, войны и счастья и изображалась с серпом луны на голове или с рогами. Служение ей сопровождалось оргиями и развратом. Астароф, обозначающий божество, в таком смысле фигурирует в Библии лишь однажды — как раз в Нав. 24:36, а в остальных случаях это название города, где жил Ог, царь Васанский (см.: Нав. 9:10; 12:4; 13:13, 31).

1040

Книга Судей — седьмая книга Ветхого Завета. Повествует об истории израильтян в 350-летний период нахождения их под властью судей (Гофонила, Аода, Самгара, Деворы и Варака, Гедеона, Фола, Иаира, Иеффая, Евсевона, Елона, Авдона, Самсона, Илии и пророка Самуила). Судьи — особая форма духовного правления, через которую на ранних этапах истории осуществлялись принципы Богоправления, сформулированные в законодательстве Моисея. Составителя Палеи в Книге Судей более всего интересуют многочисленные примеры отпадения израильтян от Бога и разнообразные примеры религиозного и нравственного нечестия, с которыми Библия связывала неотвратимые божественные наказания. Описательный элемент в этой части Палеи преобладает, а полемические дополнения минимизированы, ибо назидательные мотивы в избытке содержатся в самом библейском тексте. Поэтому автору не было нужды утруждать себя антииудейскими обличениями и он ограничивался необходимыми тринитарными дополнениями. Апокрифических вставок в этой части памятника нет, но внесён пересказ «Чуда Георгия со змием».

1041

Не смешивать с именами патриархов, сыновьями Иакова. Путаница тем более возможна там, где речь не идёт о прижизненных деяниях двенадцати патриархов, их пророчествах или их последующем исполнении, а употреблены собственные имена патриархов в зависимости от контекста как названия колен еврейского народа.

1042

Адони-Везек не является именем и в переводе означает ‘господин Везека’. Характерно, в связи с этим, что РСБ, в отличие от Палеи, не называет Адони-Везека царём (см.: ТБ. Т. 2. С. 153).

1043

Халев — сын Иефонии из колена Иудина (см.: Чис. 13:6). Один из 12 соглядатаев земли обетованной, который вместе с Иисусом Навином в награду за верность завету был сохранен Господом, не умер с т. н. «поколением рабов». Этот библейский персонаж являлся важной фигурой в завоёванной Палестине, потребовав от Иисуса Навина в качестве удела Кириаф-Арбу, он же Хеврон (см.: Нав. 14:6–12). О передаче Хеврона и говорится в комментируемом отрывке (см.: Суд. 1:20).

1044

В действительности имело место обратное; ср.: «И стеснили Аморреи сынов Дановых в горах, ибо не давали им сходить на долину. И остались Аморреи жить на горе Херес, в Аиалоне и Шаалвиме» (Суд. 1:34–35). Лишь сыновья колена Иосифова помогли одолеть аморреев и сделать их данниками.

1045

Ваал — грецизированная передача еврейского Баал, производное от Балу ‘хозяин’, ‘владыка’. Западно-семитский мифологический персонаж, олицетворявший водно-грозовые явления и производящие силы природы. Был известен под именами Баал-Хадад, Баал-Шемеш, Баал-Хамман, Баал-Зебул (ср.: Вельзевул). Парным женским персонажем его была Астарта (госпожа плодородия), олицетворявшая рождающее земное начало. Баал (Ваал) отождествлялся с Зевсом (МНМ. Т. I. С. 159).

1046

Ермон — самая высокая вершина в цепи Антиливанских гор, её называли также Сирионом, Сеннирги или Сионом (см.: Втор. 3:8–9; 4:48; Нав. 12:1), либо Ваал-Ермоном (см.: 1 Пар. 5:23). Современное название Джебель-Эс-Шейх. Емаф — сирийский город на севере Палестины (см.: Чис. 13:22; Нав. 13:5). Во времена Давида резиденция царя Фоя (2 Цар. 8:10), пограничный город владений Соломона (см.: 3 Цар. 8:65). Был населён хамитским племенем, родоначальником которого назван Химафей (см.: Быт. 10:18). Греки называли этот город Епифания, современное название — Хамак.

1047

Ср. в LXX:… καὶ ἐλάτρευσαν τοῖς Bααλὶμ καὶ τοῖς ἄλσεσι, ССБ:… и послужиша ваалу и дубравамъ. Перевод РСБ «…и служили Ваалам и Астартам» возник, вероятно, под влиянием аналогичного чтения Суд. 10«… καὶ ἐδούλευσαν τοῖς Bααλὶμ καὶ ταῖς Ἀσταρώθή». Астарта, ханаанское божество, будучи «олицетворением воспринимающей и рождающей силы природы» (ТБ. Т. 1. С. 159), в LXX и ССБ именована или метонимически — через свой атрибут, или прямо. Др. — рус. Садомонъ — вероятнее всего искаженное садомъ (садъ ‘растение, деревья, роща, трава, луг, сад’ — Срезневский–1989. Т. ІІІ, Стлб. 241–242); именно такое понимание отражено в переводе. — А.М.К.

1048

В РСБ Хусарсофем назван царём Месопотамским, что точнее. Хусарсофем был царь «Арама двух рек» — т. е. происходил из Месопотамского Междуречья. Из Арама происходил также языческий пророк Валаам. Некоторые исследователи высказывают предположение, что Хусарсофем был царём аморреев. Он был союзником моавитян и мадиамитян и, как непримиримый враг иудеев, назывался ими Кушан-Ришатаим (от ‘rіѕh’a — ‘злость’) (см.: ТБ. Т. 2. С. 161; Лопухин–1986. С. 184, 375).

1049

Ср.: «И покоилась земля сорок лет» (Суд. 3:11).

1050

Аод — второй израильский судья, характеризуется так потому, что он был левша (Суд 4:15). Происходил из колена Вениаминова. Освободил соплеменников от ига Еглона, под которым они находились 18 лет.

1051

Длина ножа в LXX обозначена словом σπιθαμή ‘пядь 3 ½ локтя или ¾ фута’. В ССБ длина ножа обозначена словом пѧдь. Русский фут равен 0.33 м. Таким образом, длина ножа была около 20 см. В РСБ, однако, длина ножа обозначена словом локоть.

1052

Иаиль происходила из потомков Иофора, тестя Моисеева, поэтому она из сочувствия израильтянам убила Сисару, бывшего военачальником у царя Иавина. Согласно Библии, Иаиль взяла кол от шатра и молот, тихо подошла к Сисаре и вонзила кол не в бок, а в висок, так, что пригвоздила его к земле (см.: Суд. 4:21). — А.М.К.

1053

Это толкование основано на текстологической ошибке: в каком-то списке вместо правильного воеводы (ср. в LXX: σατράπαι, ССБ: кнѧзи) появилось вследствие невнимательного прочтения слово воды, которое затем и подверглось экзегетической процедуре, автором которой, безусловно, является или славянский Составитель, или даже один из промежуточных писцов. — А.М.К.

1054

Имя собственное Σηείρ, др. — рус. Сиръ (в Ветхом Завете — название двух горных хребтов; см.: БЭ. С. 137) было переосмыслено Составителем как имя нарицательное сиръ ‘осиротевший, одинокий, покинутый’, на чем и основано дальнейшее толкование. — А.М.К.

1055

Реминисценция из Послания апостола Павла; ср.: «Ибо вы знаете благодать Господа нашего Иисуса Христа, что Он, будучи богат, обнищал ради вас, дабы вы обогатились Его нищетою» (2 Кор. 8:9). — А.М.К.

1056

Толкование основано на отождествлении вследствие сходства звучания слов Ἐδέμ ‘приятность, сладость’; так называлась местность в Азии, где самим Господом был насажден райский сад, и Ἐδώῤμ ‘красный’, таково было прозвище Исава, брата Исаака; потомки Исава стали называться идумеями, а их страна — Идумеей. По преданию Церкви, на Голгофе был похоронен Адам. Таким образом, путь Адама — это путь из Едема на Голгофу. В словах Деворы толкователь видит пророчество о том, что Иисус Христос, «новый Адам», пройдет тот же путь: «от поля Едемского» на Голгофу, чтобы своей крестной смертью уничтожить смерть и возродить Адама. Иконографически эта идея выражается в изображении распятия, в основании которого лежит череп и кости Адама. — А.М.К.

1057

Гедеон был сыном Иоаса, происходил из самого бедного рода в колене Манассии (см.: Суд. 6:11, 15).

1058

Орив и Зив — князья мадиамские, о победе израильтян над которыми, кроме Книги Судей, повествуется в Исх. 9:4, 10:26; Авв. 3:7; Пс. 82:10, 12. В палейном варианте изъято свидетельство о принесении голов военачальников Гедеону.

1059

Фрагмент изъят из контекста при сокращении, и в таком виде неясно, почему священнический эфод был «сетью». На самом деле речь идёт об уклонении израильского судьи от правоверия. После того как из части общей добычи (пурпурных тканей и золота) был сделан эфод, Гедеон помещает его не в скинию, а хранит в Офре (см.: Суд. 8:24–27). Поэтому исследователи не без основания полагают, что речь шла об особого рода культовом поклонении в сооружённом по случаю победы собственном святилище. Облачение предназначалось для неофициального жертвенника «Иегова Шалом» (т. е. Господь мира) (см.: Суд. 6:24; ТБ. Т. 2. С. 177). Новый сакральный центр появился в нарушение правил и соперничал со скинией. Видимо, Библия выражает негативное отношение к зарождению культа Гедеона-победителя (имя Гедеон означает ‘отважный воин’) и связанном с ним особому виду идолопоклонничества. Следующая палейная характеристика также нелицеприятно представляет судью, связывая тем самым его многожёнство и отступление от благочестия с последующими нестроениями в обществе, включая кровавые истребления его сыном Авимелехом всех других Гедеоновых наследников.

1060

Очевидно, Фуя умер бездетным, и его вдова, по закону левирата, вышла замуж за деверя (евр. lev і r ‘деверь’), от которого и родила Фолу, считавшегося, однако, сыном Фуи. Законоположение о левирате см.: Втор. 25:6. — А.М.К.

1061

Иеффай, как сын наложницы, не имел доли в наследстве отца Галаада и был изгнан законными наследниками. Он организовал шайку, которая осуществляла нападения на притеснителей иудеев — аммонитян. Так он прославился, стал народным героем и, по просьбе соплеменников, возглавил борьбу с угнетателями. Все эти обстоятельства биографии судьи в Палее опущены (ср.: Суд. 11:1–11).

1062

Поскольку Моисеев закон запрещает человеческие жертвоприношения (см.: Лев. 18:21, 20:2–5), некоторые экзегеты склонны толковать смерть дочери Иеффая не в прямом, а в переносном смысле, как принятие ею пожизненного обета девственности, по аналогии с тем как монах, принимая обет, «умирает для мира» (см.: ТБ. Т. 2. С. 185; Лопухин–1985. С. 193). Впрочем, в свете жертвоприношения Авраама вопрос остаётся открытым. По крайней мере, древние толкователи (Филон Александрийский, Иоанн Златоуст), а также Составитель Палеи понимали библейский сюжет буквально.

1063

Толкование Палеи косвенным образом противоречит тому взгляду на победу Иеффая, которого придерживался апостол Павел: «Верою Авраам, будучи искушаем, принёс в жертву Исаака… И что ещё скажу? Не достанет мне времени, чтобы повествовать о Гедеоне, о Вараке, о Самсоне и Иеффае… которые верою побеждали царства, творили правду, получали обетования» (Евр. 11:17, 32–33). Некоторые исследователи даже считают, что апостол Павел при характеристике этого эпизода имел в виду совершение обетований, данных Аврааму (см.: Корсунский–1885. С. 149). Более близкое сходство оценка поступка Иеффая Составителем обнаруживает с еврейскими апокрифическими преданиями, в которых Иеффай называется человеком невежественным, «сучком сикомориным» (аналог русск. дубина стоеросовая), сыном блудницы, погубившим свою дочь из-за собственной дурости. Снять обет Иеффая мог первосвященник Финеес, но так как каждый из них превозносился в своей власти друг перед другом, из-за спора этих двух человек и погибла несчастная. Бог наказал Иеффая предсмертной гангреной и погребением его тела по частям в разных местах Галаада, а от Финееса отступил Святой Дух (см.: Агада–1993. С. 99–100).

1064

Далее следует вставка из «Чуда Георгия о змие и девице». Поводом для обширного и не пересекающегося с библейскими событиями отступления было крайне отрицательное отношение Составителя к неблагопристойному обету Иеффая. Прямую параллель библейскому сюжету о принесении в жертву судейской дочери он увидел в совершаемом по общественному уговору (т. е. тому же обету) жертвовании девушек страшному змию. Мотив змееборства и вся житийная история святого традиционно воспринимались и воспринимаются как символическое утверждение победы христианства над язычеством. Георгий в подвиге, как и христианство вообще, несли освобождение от кровавых ритуалов, которые олицетворял змей-погубитель. Царская дочь «Чуда» и дочь Иеффая Библии — это синонимичные образы, намеренно помещённые Составителем Палеи рядом. Соответственно оценки «Чуда» автоматически переносятся на библейскую ситуацию, которую в свете помещённого в авторском толковании агиографического текста мы не можем воспринимать иначе, как инкриминирование иудеям грубых языческих пережитков. Из обширной литературы о св. Георгии и его Житии укажем: Веселовский А. Н. Разыскания в области русских духовных стихов: II. Святой Георгий в легенде, песне и обряде

1065

Результат творческой работы Составителя, предварявшего рассказ о победе Георгия над змием кратким историческим очерком о роли дьявола в судьбе человечества.

1066

Ср.: …нача вѣра христиꙗньска плодитисѧ. и раширѧти (ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 151).

1067

В контексте ритуала жертвоприношения так в «Чуде Георгия о змие» обозначен жертвенник. В реальной религиозной практике, особенно кровавых жертвоприношений, жертвенники действительно изготовлялись из камня (см.: Быт. 28:18).

1068

Обетный мотив — основная смысловая параллель вставки комментируемому библейскому сюжету о неправедном обете судьи Иеффаи. Применяемый приём сопоставления позволяет Составителю Палеи квалифицировать действия библейского персонажа как самое варварское проявление язычества.

1069

Ср.: «Тогда Даниил взял смолы, жира и волос, сварил это вместе и, сделав из этого ком, бросил его в пасть дракону, и дракон расселся» (Дан. 14:27).

1070

Иконографически этот сюжет запечатлён на фреске георгиевского собора в Старой Ладоге (XII в.); на новгородской иконе «Георгий с житием» (XIV в.) из Русского музея и на ряде других изображений. Однако наибольшее распространение на Руси получил извод «Георгий, попирающий змея». С XI столетия известны также оплечные изображения св. Георгия.

1071

Упоминание об установлении памяти св. Георгия сразу после завершения в победных тонах истории о чуде вызывает некоторый диссонанс в повествовании. Противоречие легко снимается, если принять во внимание, что чудо Георгия о змие относится к циклу преданий о посмертных чудесах св. великомученика Георгия (см.: Великомученик Георгий Победоносец / Новая книга России. № 5, 1999. С. 22–23). Между тем в нашем случае чудо представлено как едва ли не первое (и чуть ли не единственное) прижизненное деяние Георгия. Так что рассказ Палеи, весьма подробный в деталях, несколько непоследователен с точки зрения агиографии.

1072

Западная часть православного храма называется притвором; в древности эта часть отделялась от настоящего храма глухой стеной; это было место кающихся, оглашаемых, а также язычников и еретиков; здесь же стояла купель для крещения; на стенах притвора обычно изображались сцены из жизни прародителей, поучительные притчи, размещались иконы местночтимых святых; в некоторых монастырях в притворе ставились столы, за которыми обедали монахи, отчего эта часть храма называлась ещё, как и в Палее, трапезой. Щит св. Георгия, чудесным образом висящий в притворе, должен был быть для недавних язычников символом могущества Божия и истинности христианской веры. — А.М.К.

1073

Составителю Палеи было известно житие святого, и он, вероятно, осознавал недостаточность введения в состав Палеи лишь одного эпизода из обширного георгиевского цикла, поэтому он выражает намерение обратиться к рассказу о мучениях, но его план по каким-то причинам остался нереализованным.

1074

Из этого можно заключить, что Самсон был назореем, ибо отращивание волос являлось внешним признаком обета назорейства (о назорействе Самсона см.: Суд. 16:17). Назореи (т. е. отдельные) — лица, посвятившие себя Богу.

1075

Женой Самсона была филистимлянка. Обстоятельства женитьбы на ней вопреки возражениям родителей в Палее опущены (ср.: Суд. 14:1–5). Самсон вступил в брак с иноплеменницей в нарушение израильского законодательства (см.: Исх. 34:16; Втор. 23:3).

1076

Ср.: «И он открыл ей все сердце своё, и сказал ей: бритва не касалась головы моей, ибо я назорей Божий от чрева матери моей; если же остричь меня, то отступит от меня сила моя; я сделаюсь слаб и буду, как прочие люди» (Суд. 16:17).

1077

Книга Руфи — восьмая книга Ветхого Завета. В иудейском каноне эта книга стоит в третьей части (отдел агиографов) и занимает там пятое место после Псалтири, Притчей Соломона, Книги Иова и Книги Песни Песней. Исследователи Библии считают, что такое её помещение следует признать изначальным, тогда как в христианской Библии она примыкает к Книге Судей хронологически, предшествуя истории Давида, прабабкой которого была Руфь. Давно обращено внимание на нетипичное для Ветхого Завета содержание Книги Руфи, в которой возвеличивается введённая в иудейскую среду иноплеменница. Некоторые исследователи склонны даже были видеть в истории Руфи своеобразную форму протеста против иудейских порядков, запрещающих смешанные браки. Ветхозаветный пример возвышения и прославления среди избранного народа представительницы языческого инородного племени напрямую выражает одну из ключевых идей Палеи. Библейский текст этой книги подтверждал и санкционировал неоднократно высказывавшуюся Составителем Палеи мысль о том, что языческие народы имеют преимущественное перед иудеями право приобщения к вере во Христа. Характерно, в связи с этим, что содержание Книги Руфи передано достаточно полно, с минимальными сокращениями, при этом Составитель Палеи даже не посчитал нужным вносить какие-либо толкования. Аналогичную трактовку новозаветного смысла Книги Руфи давал, например, Феодорит Киррский, который увидел в рассматриваемом ветхозаветном сюжете указания на вселенское предназначение Христа. Поскольку через Давида иноплеменная иудеям Руфь включена в родословие Христа (Мф. 1:4–6), то и «Единородный Божий Сын вочеловечился ради всех человецев: и иудеев и прочих народов» (Феодорит Киррский. Ответы на вопросы и на Книгу Руфь. М., 1855. С. 155).

1078

См. выше «Завет Иуды».

1079

Имеется в виду обычай левирата (см. коммент. 847).

1080

Славословия объясняются тем, что родившийся от Вооза и Руфи Овид был дедом Давида (см.: Руфь. 4:16–22).

1081

Первосвященник Илий был судьёй Израиля сорок лет (см.: БЭ. С. 291).

1082

В РСБ начальное обращение в молитве Анны переведено: «Господи [Всемогущий Боже] Саваоф!» (1 Цар. 1:11). Палея следует тексту LXX, давая евр. обращения к Богу без перевода. Св. Иоанн Златоуст по этому поводу специально замечает: «Хорошо сделал писатель, что не перевёл их на наш язык… Не одним именем назвала она Бога, но многими, Ему свойственными, показывая тем любовь к Нему и пламенное стремление» (Пять слов об Анне. I / Иоанн Златоуст–1994. С. 786). Внимательный подход древних к переводу тем более оправдан, что имя Господа Саваоф здесь употреблено впервые в Библии: «…с тех пор, как Господь мир сотворил, не было человека, который назвал бы Господа именем Саваоф, доколе не явилась Анна» (Агада–1993. С. 102). Божественные имена, которые призывает Анна, означают: Адонай ‘Владыка, Господин’ (см. коммент. 641); Элои (в Библии часто мн. число Элогим) — общесемитское название божества; Саваоф ‘Бог Воинств, или Бог сил’.

1083

Имя Самуил означает ‘испрошенный (точнее — вызванный) у Бога’.

1084

То есть трёхчленной формулой хвалы.

1085

У пророка Амоса таких слов нет; по-видимому, это контаминация нескольких пророчеств; ср.: «И будет в тот день, Я сокрушу лук Израилев в долине Изреель» (Ос. 1:5); «И не пощадит тебя око Моё, и не помилую» (Иез. 7:9); «…не пощажу и не помилую, и не пожалею истребить их» (Иер. 13:14). — А.М.К.

1086

Синтаксис и, соответственно, смысл первоисточника иной: Πλήρεις ἄρτων ὴλαττώθησαν, καὶ οἱ πεινώντες παρῆκαν γῆν — исполненніи хлѣба лишишасѧ, и алчущіи пришелствоваша землю — сытые лишились хлеба, и голодные скитаются по земле. Русский синодальный перевод неверен: «…а голодные отдыхают», — так как в LXX нет противопоставления сытых голодным, а есть предсказание общей беды, степень которой для голодных больше, чем для сытых; ср. немецкий перевод:… und dіe Hunger lіtten, hungert nіcht mehr. — А.М.К.

1087

См. коммент. 949.

1088

Вероятно, воспроизводится апокрифическая трактовка «постепенного» воплощения Сына Божия. Наиболее близкие Палее мотивы обнаруживаются в «Видении Исайи», где повествуется об оставшимся незамеченным для небесных сил сошествии Господа, Который принимал облик того ангельского чина, в котором он оказывался, проходя небесные сферы на своём пути к земле (см.: Апокрифы–1999. С. 532). Аналогичные мотивы содержит апокрифическое «Евангелие от Филиппа», где говорится, что Христос открывался великим в великом образе, ангелам — в ангельском, человеку — в человеческом; ср. в «Евангелии Фомы»: «Христос имеет всё в самом себе: и человека, и ангела, и тайну, и Отца» (Трофимова–1979. С. 173).

1089

Согласно 1 Книге Царств, это произошло через двадцать лет, в течение которых израильтяне были угнетаемы филистимлянам (см.: 1 Цар. 7:2).

1090

Самуил был одновременно пророком, судьёй, назореем и левитом. Самуил первым стал называться в собственном смысле пророком (наби) и образовал пророческие братства («сонмы пророков»).

1091

Здесь и в пятом стихе в LXX и ССБ свидетелями Самуила выступают Бог и помазанник Его, то есть царь Саул, однако в тексте «Палеи» вторым свидетелем назван Дух Божий, что далее и становится предметом экзегезы.

1092

Саул сделал попытку узурпации священнических обязанностей, т. е. попытался освободиться от опеки духовной власти (см. Цар. 13:8–13). Кроме того, Саул осуждался за принесение незаконных обетов (см.: 1 Цар. 14:24) и нарушение заповеди первосвященника (вопреки указанию Самуила истребить всех амаликитян и их имущество, лучшую часть добычи он оставил себе и сохранил жизнь Агагу — см.: 1 Цар. 15:18–23). Приговор в отношении первого царя израильского категоричный: «И было слово Господа к Самуилу такое: жалею, что поставил я Самуила царём, ибо он отвратился от Меня и слова Моего не исполнил» (1 Цар. 15:10).

1093

См.: Иуд. 1:6. Иуда — апостол из 12-ти, сын Иосифа обручника, «брат Господен», «начальствующий среди братьев» Иерусалимской церкви (Деян. 15:22), обладал даром пророчества (см.: (Деян. 15:32; см. также коммент. 1111).

1094

Полагают, что за имя принималось титулование царей амаликитян. Один Агаг известен Книге Чисел (см.: 24:7), другое лицо с этим же именем — пленник Саула, разрубленный на части Самуилом (см.: 1 Цар. 15:8, 33).

1095

Очевидная ошибка, т. к. 40 локтей = около 16 метров; ср.: «…ростом он — шести локтей и пяди» (1 Цар. 17:4), то есть около 2,5 метров.

1096

Кратко рассказывается житие родственника св. великомученика Димитрия Солунского — св. мученика Нестора, пострадавшего 27 октября 306 г. в г. Фессалониках. Гонитель Нестора император с титулом августа Максимиан, отрёкшийся вместе с Диоклетианом от власти в 305 г., но в 306 г. вновь вернулся к ней. Обстоятельства его смерти в 310 г. доподлинно неизвестны. Сходство жития св. Нестора с историей Давида и Саула — в реакции правителя на победу благочестивого воина.

1097

По свидетельству Иосифа Флавия, мёртвые Саул и его сыновья были распяты филистимлянами на стене Беф-Сана (ИД. VI. 14. 8).

1098

По причине сокращений из палейного текста неясно, что Мелхола была ещё и женой Давида. Саул выдал за него свою младшую дочь с целью погубить своего возможного преемника, однако Мелхола спасала своего возлюбленного (см.: 1 Цар. 14:49, 18:19–20, 19:11–17). В отсутствие Давида её вторично выдали замуж за Фалтию (см.: 1 Цар. 25:44). После смерти Саула Давид вернул Мелхолу себе, но прежней любви уже не было. Из этой череды взаимоотношений в Палее воспроизведено состояние разлада.

1099

То есть соединённое Иудейское и Израильское царство.

1100

См. коммент. 948.

1101

Далее следует авторское обобщение, в котором выделяются темы пророчеств о новозаветных событиях, содержащиеся в Псалтири. Из-за включения подборки псалмов, сгруппированной по строго намеченному Составителем плану, весь раздел о царствовании Давида приобретает программное для всей Толковой Палеи значение. Фактически Составитель Палеи здесь формулирует свой творческий метод, раскрывая применённые в толкованиях принципы осмысления ветхозаветных событий, и, что весьма важно, приводит «инвентаризацию» новозаветных смыслов, которые на протяжении всего труда извлекались им из Пятикнижия, Судей, Царств. Христологическая проблематика здесь дифференцируется по событиям двунадесятого праздничного цикла, выделяется напрямую связанная с христологией тринитарная и богородичная проблематика Боговоплощения, а также такие сквозные для Палеи темы, как обличение отверженных иудеев, проповедь христианства среди язычников и призвание новых народов. Не все из обозначенных здесь проблемно-сымсловых линий представлены в Палее одинаково обильной фактической наполненностью, но каждая из них с большей или меньшей интенсивностью лейтмотивом проходит через весь труд. Поэтому предложенную на завершающей стадии компилятивно-толковательной работы Составителя систематизацию нельзя не признать в проблемном и мировоззренческом отношениях концептуальной формулой грандиозного и сложнейшего труда; это своеобразный ключ, раскрывающий подходы к восприятию многогранного содержания Палеи. — А.М.К.

1102

Воспроизводится второй член православного Символа веры с прибавлением слов «…и Святому Духу», что не противоречит догматике. Ср. с молитвой императора Юстиниана «Единородный Сыне…».

1103

Ср. в LXX: ἐμεγάλυνεν ἐπ’ ἐμὲ πτερνισμόν, ССБ: возвеличи на мѧ запинаніе, РСБ: «поднял на меня пяту». Сам Иисус Христос прилагал это пророчество к предателю Иуде: «Не о всех вас говорю; Я знаю, которых избрал. Но да сбудется Писание: ядущий со Мною хлеб поднял на Меня пяту свою» (Ин. 13:18).

1104

Нерастворённое вино — неразбавленное водой, самое крепкое вино; растворение (греч. κέρασμα) — ароматический состав, который добавлялся в вино для усиления его вкуса и крепости.

1105

Этот псалом помещён среди молитв перед св. Причастием, ибо Православная Церковь усматривала в нём ветхозаветный прообраз таинства евхаристии.

1106

Ср.: «…живу у шатров Кидарских — μετὰ τῶν σκηνωμάτων Κηδάρ» (Пс. 119:5); кидаряне — одно из языческих племен, кочевавшее то ли в Аравии, то ли в Египте; в этом стихе указание на состояние евреев, находившихся в рассеянии среди язычников. Составитель Палеи, очевидно, спутал слова Κηδάρ и κηδεία ‘похороны, погребение’. — А.М.К.

1107

Друзей Бога, то есть, в контексте Палеи, христиан.

1108

Совохай (по другому написанию — Сивхай, Сивохай), военачальник войска Давида в течение восьми месяцев; ср.: «Потом была снова война с Филистимлянами в Гобе; тогда Совохай Хушатянин убил Сафута, одного из потомков Рефаимов» (2 Цар. 21:18). — А.М.К.

1109

Елханан (или Елханам). Ср.: «Было и другое сражение в Гобе; тогда убил Елханан, сын Ягаре-Оргима Вифлеемского, Голиафа Гефянина, у которого древко копья было, как навой у ткачей» (2 Цар. 21:19). — А.М.К.

1110

Ионафан. Ср.: «Было ещё сражение в Гефе; и был там один человек рослый, имевший по шести пальцев на руках и на ногах, всего двадцать четыре, также из потомков Рефаимов, и он поносил Израильтян; но его убил Ионафан, сын Сафая, брата Давидова (2 Цар. 21:20–21). — А.М.К.

1111

Исбосеф. Ср.: «…Исбосеф Ахаманитянин, главный из трёх; он поднял копье своё на восемьсот человек и поразил их в один раз» (2 Цар. 23:8). — А.М.К.

1112

Иесваал. Ср.: «Иесваал, сын Ахамани, главный из тридцати. Он поднял копье своё на триста человек и поразил их в один раз» (1 Пар. 11:11). Иногда его принимают за одно и то же лицо с предыдущим героем. Аналогичный подвиг совершил также Авесса, племянник Давида: «И Авесса, брат Иоава, сын Саруин, был главным из трёх; он убил копьём своим триста человек и был в славе у тех троих» (2 Цар. 23:18). — А.М.К.

1113

В Библии он назван Шамма (см.: 2 Цар. 23:11–12). — А.М.К.

1114

В Библии это Исбосеф, Елеазар и Шамма (см.: 2 Цар. 23:8–13). В Палее весь фрагмент о 37 силачах Давида изложен несколько путано, так что не ясно, кто эти трое самых сильных вождей. — А.М.К.

1115

В др. — рус. тексте число воинов явно ошибочно: бѣ числомь темъ с҃ и л҃ и д҃, то есть 2 340 000, что более, чем вдвое превышало число жителей Израиля вместе с Иудеей; тьма ‘десять тысяч’. — А.М.К.

1116

Иоав противился приказу Давида исчислить народ: «И сказал Иоав царю: „Господь Бог твой да умножит столько народа, сколько есть, и ещё во сто раз столько, а очи господина моего царя да увидят это; но для чего господин мой царь желает этого дела?”» (2 Цар. 24:3), — однако был вынужден подчиниться. — А.М.К.

1117

Греч. λίτρα — фунт 3 0,40951156 кг.

1118

Она — Премудрость Божия, в православной экзегетике одно из имён Бога-Слова, Иисуса Христа, чем и оправдывается объединение в одном контексте высказываний царя Соломона о Сыне Божием и о Премудрости Божией. — А.М.К.

1119

В Книге притч Соломоновых Она — Премудрость Божия. — А.М.К.

1120

Книга Екклесиаста (греч. ‘Проповедник’), приписываемая Соломону, ошибочно отождествлена с Книгой Песни Песней, автором которой также считается Соломон. Тем не менее упоминание Екклесиаста оправданно: Составитель Палеи в изложении библейских книг везде следует той последовательности, которая сохраняется и в Синодальной Библии. Поскольку Книга Екклесиаст предшествует Книге Песни Песней, можно предположить, что в первоначальной редакции действительно цитировалось содержание Книги Екклесиаста, а уже потом следовали выдержки из Книги Песни Песней. По какой-то причине в Коломенском списке текст Книги Екклесиаста пропущен, но ради соблюдения библейской последовательности книг он просто поименован. В случае достоверности этого предположения заглавие следовало бы читать примерно так: «И ещё есть (в Библии) Книга Екклесиаста; а сейчас речь о Книге Песни Песней Соломона, вкратце».

1121

Филон, епископ (с 401 г.) Карпафии (Капрасии) на острове Крите, помощник св. Епифания Кипрского в делах управления. Скончался в 410 г. Написал толкование на «Песнь Песней» (изд. в Риме, 1792), которым пользовался Прокопий Газский.

1122

Предположительно, Коломенский список Палеи был переписан в книгописной мастерской при Коломенской епископской кафедре (см.: Мазуров–1999. С. 44).

1123

Василий I Дмитриевич (1371–1425) — старший сын Дмитрия Донского, внук Ивана Калиты. С 1389 г. — великий князь Московский. Проводил наступление на права вотчинников и осуществлял политику централизации (присоединение Нижегородского и Муромского княжеств, Вологды, Устюга). В период, когда была создана Палея, Василий, воспользовавшись разгромом Золотой Орды Тимуром, временно перестал выплачивать выход (1395–1408 гг.).

1124

1 (14) ноября.

1125

Варсонофий — монах Бобреневского Богородице-Рождественского монастыря под Коломной, заказавший для себя список Толковой Палеи, который теперь известен под названием Коломенского (см.: Мазуров–1999. С. 44). Существует мнение, что в Варсонофии следует видеть не заказчика, а Составителя Палеи. Однако это не согласуется с молитвенной формулой «спаси и помилуй», в православном поминовении употребимой только в молитве за живых людей и не встречающейся в заупокойном поминовении.

1126

Память апостола, носившего имя Иуды, брата Господня, называемого ещё Иудой Иаковлевым, или Фаддеем (не смешивать с Иудой Искариотским) совершается дважды: 19 июня ст. ст. и 30 июня ст. ст., когда чествуется Собор славных и всехвальных 12 апостолов. В написании какой именно из этих дат допущена ошибка, неясно. Это тем более непонятно, поскольку в указанный день 29 июня ст. ст. совершается один из великих двунадесятых праздников — день славных и всехвальных первоверховных апостолов Петра и Павла, на следующий день после которого и чествуется Собор 12 апостолов. Апостол Иуда Иаковлев — автор новозаветного соборного послания. Существует мнение, что Иуду брата Господня и Иуду Иаковля нельзя считать одним и тем же лицом (см.: ХЭС. Т. 1. С. 654–655). Предназначение конечной календарной приписки в Палее остается неясным.

1127

Памятники права–1908. С. 14. Видимо, в этом же смысле употребляется термин палея применительно к характеристике повествования о ветхозаветных событиях, которым дополнена хронографическая редакция памятника по списку ГИМ. Синод. 210. Л. 76с: Тако бо се сгадае(т) в Палѣи (цит. по: Истрин–1906. С. 84).

1128

См.: РНБ. Q. п. I. № 18. Л. 131–141. Принципиальное отличие «Палеи с толком» от Толковой Палеи показано Н. К. Никольским (см. его работу: Никольский–1892. С. 47–48; ср.: Сводный–1984. С. 278–279).

1129

См.: Архангельский–1889. С. 157–159. А. С. Архангельский считал, что содержащееся в текстах свидетельство прямо указывает на Палею как на источник воспроизводимых в сборнике «Кааф» и «Беседе трёх святителей» ветхозаветных толкований (о причастности палейной тематики к «Беседе трёх святителей» см.: Мочульский–1893. С. 113–114, 134–143).

1130

См.: Никольский–1892. С. 47; Истрин–1906. С. 73; Адрианова–1910. С. 10.

1131

В. М. Истрин считал, что понятие «Толковая Палея» существовало ещё до создания особого произведения с аналогичным названием и применялось к обозначению толкований Феодорита Киррского, а полемическое качество совершенно особого произведения с тем же названием отражало специальное пояснение — к «яже на иудея».

1132

См.: Востоков–1842. № 359 и № 453.

1133

См.: Успенский–1876. С. 6–10.

1134

См.: Порфирьев–1872. С. 134–141; Порфирьев–1890.

1135

См.: Востоков–1842. №№ 297, 359, 361, 453.

1136

См.: Востоков–1842. С. 420, 513.

1137

См.: Жданов–1904. С. 450; (данная статья была опубликована в «Киевских университетских известиях» ещё в 1881. Сент. С. 235–258).

1138

См.: Порфирьев–1890. С. 12, С. 17, 204; здесь этот памятник характеризуется как первая сокращённая редакция Палеи, переходящая в хронограф. По согласному мнению А. А. Шахматова, В. М. Истрина и О. В. Творогова, Сол. № 866/591 представляет собой краткую хронографическую редакцию Палеи, осложнённую вставками из Исторической Палеи.

1139

См.: Горский-Невоструев–1862. С. 593–597.

1140

См.: Попов–1881. Кн. 1.

1141

Сокращение это сделано русским и отразило особенности новгородского наречия (см.: Попов–1881. Предисловие. С. XXXIII–XXXIV).

1142

См.: Смирнов–1864. С. 17–20.

1143

См.: Смирнов–1864. С. 44–46. Ещё один список Исторической Палеи входил в собрание Иосифо-Волоколамского монастыря (Епарх. № 410/663 — 2-я пол. XV–2 четв. XVI в. Л. 110–184 об.). Пространный перечень списков Исторической Палеи приводит в своей работе Т. А. Сумникова, которая называет как уже введённые в оборот, так и новые списки: ГИМ. Син. № 638. Л. 215–319 об (60-е гг. XV в.); ГИМ. Син. № 591. Л. 1–130 (70-е гг. XV в.); ГИМ. Увар. № 515. Л. 227–287 (70-е гг. XV в.); РНБ. Соф. № 1464. Л. 1–141 (вторая четв. XVI в.); Гос. архив Ярославской обл. № 1265. Л. 1–79 (1558 г.); РНБ. Кир. — Бел. № 53/1292. Л. 1–135 (50-е гг. XVI в.); РГБ. Собр. Отдела Рукописей. № 797. Л. 96–246 об. (третья четв. XVI в.); РГБ. Рум. № 359. Л. 15–240 об. (80-е гг. XVI в.); РНБ. Сол. № 1191/1301. Л. 1–152 (80-е гг. XVI в.); ГИМ. Син. № 548. Л. 1–62 (20-е гг. XVII в.); ГИМ. Муз. № 3073. Л. 8–163 (30-е гг. XVII в.); РГБ. Большак. № 62. Л. 1–163. Сборник 1691 г. (см.: Сумникова–1969. С. 31–32).

1144

См.: Попов–1881. С. XXXII–XXXXIII; Сперанский–1960. С. 77–85, 104–147. См. также: Веревский–1888. С. 1–18.

1145

См.: Сумникова–1969. С. 27–39; СККДР. Вып. 2. Т. 2. С. 160.

1146

См.: Жданов–1904. С. 445–483.

1147

См.: Востоков–1842. С. 518, 725–726.

1148

См.: Порфирьев–1890. С. 12, 83.

1149

К Рум. № 361 присоединены начальные листы из рукописи Рум. № 453.

1150

См.: Порфирьев–1890. С. 11–12.

1151

См.: Порфирьев–1872. С. 134–139.

1152

См.: Успенский–1876. С. 6–10.

1153

Памятники–1862. С. 9–10, 20–21, 24–49, 51–58.

1154

См.: Тихонравов–1863. С. 17–18, 24–25, 254–258.

1155

См.: Франко–1896. К 1910 г. появилось ещё четыре выпуска малорусских апокрифов: Т. 1–5. Львiв, 1896–1910.

1156

См.: Порфирьев–1890. С. 204–208, 221–241.

1157

См.: Палея Толковая по списку, сделанному в Коломне в 1406 г. / Труд учеников Н. С. Тихонравова. Вып. 1–2. М., 1892–1896.

1158

См.: Толковая палея 1477 г. Воспроизведение Синодальной рукописи № 210 / ОЛДП. Т. XCIII. Вып. I. СПб., 1892.

1159

См.: Русский Вестник. 1892. № 1. С. 415–427.

1160

См.: Тихонравов–1878; Тихонравов–1894. С. 114–115, 121–122. А. В. Михайлов указывает также, что соображения о редакциях Толковой Палеи были высказаны Н. С. Тихонравовым на II археологическом съезде в Петербурге и были внесены в неопубликованный протокол от 9 декабря 1871 г. (см.: Михайлов–1895. С. 9).

1161

См.: Истрин–1897а. С. 175–209; Истрин–1897б. С. 845–905; Истрин–1898а. С. 472–531 (тот же вариант опубликован в СОРЯС. 1899. Т. 65. № 6); Истрин–1905. С. 135–203; Истрин–1906б. С. 337–374; Истрин–1906 в. С. 1–43; Истрин–1906 г. С. 20–60; Истрин–1906д. С. 418–450. В ином варианте это исследование опубликовано отдельным оттиском (см.: Истрин–1907); см. также: Истрин–1906. С. 70–198.

1162

См.: Истрин–1906. С. 34–51; С. 206–210; Истрин–1912. С. 3–27; Истрин–1917. С. 1–25 (в этой статье рассматриваются взаимоотношения «Хроники» Георгия Амартола, Палеи, «Еллинского летописца» и «Повести временных лет»); Истрин–1925. С. 369–379. См. также: Истрин–1976.

1163

См.: Истрин–1898б. С. 112–132; Истрин–1906. С. 139–198.

1164

См.: Шахматов–1904. С. 17–20.

1165

См.: Шахматов–1904. С. 20–21. Ср.: С. 73.

1166

См.: Шахматов–1904. С. 21.

1167

См.: Шахматов–1904. С. 15.

1168

Истрин–1905. С. 160.

1169

См.: Истрин–1905. С. 158. Ср.: Адрианова–1910. С. 22.

1170

См.: Шахматов–1940. С. 79. Эта работа была опубликована много лет спустя после её завершения в 1916 г.

1171

См.: Рыстенко–11908. С. 324–350; Адрианова–1910. С. 5–7, 26–29; Творогов–1975. С. 12–13, 18, 31–33; СККДР. Вып. I. С. 286.

1172

См.: Алексеев–1993. P. 63–67.

1173

Собственно, только данный тип представляет Толковую Палею в полном смысле этого названия, тогда как в других типах полемический элемент либо ослаблен, либо отсутствует вовсе. Толковый тип Н. С. Тихонравов и В. М. Истрин считали древнейшей, первоначальной редакцией Палеи, а А. А. Шахматов квалифицировал его как первую русскую переделку палейного болгарского протографа. А. А. Алексеев не видит пока достаточных оснований, чтобы считать этот тип древнейшим (см.: Алексеев–1993. С. 66–67).

1174

Рукопись из собрания Синодальной типографии РГАДА и рукопись из собрания Петербургской духовной академии содержат разделённый на две части список Толковой Палеи, который фигурирует в литературе как Палея Александро-Невской Лавры. Данные этого списка приводятся в разночтениях к Коломенской Палее 1406 г., изданной учениками Н. С. Тихонравова. На сегодняшний день это самая старая рукопись Толковой Палеи. Факт принадлежности типографской части Александро-Невской к Палее впервые был установлен И. И. Срезневским, который привёл доказательства, что три тетрадки, каким-то образом попавшие в знаменитый Сильвесторовский пергаминный сборник из собрания Синодальной типографии, по всем признакам принадлежит рукописи Толковой Палеи Александро-Невской Лавры (см.: Срезневский–1860. С. VIII–XIII; подробнее о самой ранней палейной рукописи см.: Родосский–1882. С. 590–609).

1175

Знаменитая Коломенская Палея, опубликованная учениками Н. С. Тихонравова (см.: Палея толковая по списку, сделанному в Коломне в 1406 г. / Труд учеников Н. С. Тихонравова. Вып. 1–2. М., 1892–1896). В литературе фигурирует как эталон, отражающий наиболее характерные особенности толкового типа.

1176

Рукопись содержит в своём составе легенды о Соломоне, но относится современными исследователями к первой редакции (см.: Каган-Понырко-Рождественская–1980. С. 183).

1177

Этот список использовался для подведения разночтений к Коломенской Палее. Кроме него и упоминавшейся уже Александро-Невской рукописи, для разночтений привлекались материалы двух Тихонравовских списков (один 1576 г., другой XVII в.), Синодальный список XVI в., принадлежавший И. Л. Силину, и список Толковой Палеи XVII в. из собрания Е. И. Якушкина.

1178

Список имеет лакуны по сравнению с Коломенской Палеей 1406 г., при том что завершающие части палейного текста в обеих рукописях совпадают.

1179

Введён в научный оборот В. П. Адриановой, которая подробно описала сборник, выявила его лексические особенности, характерные для пограничья Руси и Малороссии, и связала возрождение интереса к антииудейскому полемическому памятнику с враждебными настроениями к еврейству в Малороссии. Исследовательница предположила, что возбуждение антиеврейских настроений, которое могло быть спровоцировано волнениями евреев в связи с появлением в 60-х гг. XVII в. псевдо-мессии Саббатая Цви. По сравнению с более ранними сборниками того же типа Аа 1292 даёт ссылки на использованные при составлении Толковой Палеи источники. Добавлены также заметки к палейным реминисценциям из «Сказания Афродитиана». (См.: Адрианова–1910. С. 40–48; см. также её работу: Адрианова–1928. С. 109–110).

1180

Данный тип Н. С. Тихонравов отнёс к средней редакции Толковой Палеи. В. М. Истрин не считал целесообразным выделение особой редакции и квалифицировал соотносимые с ней списки как ответвление от толковой (древнейшей) редакции Палеи. Группу списков, которые отличают общие для Толковой и Хронографической редакций особенности, наиболее точно охарактеризовал А. А. Шахматов, который назвал эти особенности промежуточными.

1181

Рукопись поступила в РГБ в 1930 г. в составе собрания Московской духовной академии. По этой рукописи Н. С. Тихонравов издал «Откровение Авраама» (см.: Тихонравов–1863. С. 54–78). В перечне И. Я. Порфирьева эта рукопись ошибочно фигурирует под № 459 (см.: Порфирьев–1872. С. 12).

1182

Список имеет характерные для промежуточного типа черты («Откровение Авраама», «Сказание Афанасия Александрийского о Мельхиседеке»), но кроме них в конце Палеи добавлены «Суды Соломона» и «Сказание о Китоврасе», которые читаются в составе Хронографической (Полной) редакции Палеи.

1183

Отнесена Н. С. Тихонравовым и К. К. Истоминым к среднему типу (к этому же типу отнесена Синод. № 548).

1184

Прежние исследователи отмечали, что в этой рукописи помещено «Сказание об Аврааме» (т. е. «Откровение Авраама»), но нет других апокрифов, характерных для полных вариантов Палеи.

1185

Ещё И. Я. Порфирьев отметил сходство этого сборника с Рум. № 453. Он же указал, что по сравнению с Рум. № 453, которая в позднейших текстологических классификациях считается классическим представителем т. н. хронографического типа, Сол. № 653 содержит меньшее количество апокрифов, кроме того, в ней отсутствуют повествования о хождении Сифа в рай, о погребении Адама и заимствования из текстов Афанасия Александрийского о Мельхиседеке (см.: Порфирьев–1890. С. 12). Некоторые апокрифические произведения из этой рукописи, включая «Откровение Авраама», изданы в указанном сочинении.

1186

Рукопись нового письма. Считается копией Сол. № 653 с разными добавлениями и вставками, на основании чего И. Я. Порфирьев называли Сол. № 653 краткой редакцией, а Сол. № 654 по отношению к ней «списком более пространным» (см.: Порфирьев–1872. С. 134).

1187

Рукопись № 190 из собрания П. П. Вяземского (Ф. 166) поступила в РГБ в составе собрания ОЛДП в 1932 г. Данный список короче других аналогичных рукописей, т. к. оканчивается Книгой Руфь.

1188

Так называемая Ефросиновская Палея, или особая палейная композиция, составленная кирилло-белозерским книжником Ефросином. Я. С. Лурье считал эту компиляцию выборкой из Коломенского (толкового) типа с добавлением рассказа о Соломоне (см.: Лурье–1961. С. 144; см. также: Дмитриева–1966. С. 274–276; Каган-Понырко-Рождественская–1980. С. 183).

1189

Или Полная Хронографическая редакция (по В. М. Истрину); общую характеристику данного списка см.: Истрин–1905. С. 135–203; Истрин–1906б. С. 1–43; Истрин–1906 г. С. 20–61; Истрин–1906д. С. 418–450. Содержит, по сравнению с другими типами Палеи, наибольшее количество целых апокрифических повествований, в силу чего именно эта редакция служила основным источником при издании апокрифов. По меткой характеристике Н. С. Тихонравова, эта, по его представлениям, наиболее поздняя, третья редакция Палеи, теряет первоначальный полемический характер и переходит в простой хронограф. В шестодневной части совпадает с Толковой Палеей.

1190

Наиболее древняя из рукописей данного вида даёт полное чтение хронографического типа. Начинается со статьи о Ное. Содержит «Откровение Авраама» (Л. 6), повествования о Мельхиседеке (Л. 17 об.), Исааке (Л. 33 об.), Лествицу (Л. 37), историю Иосифа (Л. 52), Моисея (86 об.), Премудрости Соломона (Л. 231 об.), сказание о создании Святая Святых (Л. 233), сказание о Китоврасе (Л. 234).

1191

Рукопись называют ещё Псковской Палеей, поскольку высказываются соображения о псковском происхождении списка. Проиллюстрирована миниатюрами. Частично издана, но ей, по мнению исследователей, неправомерно присвоено название Толковой Палеи, ибо список представляет собой не толковый, а хронографический тип (см.: Толковая Палея 1477 г.: Воспроизведение Синодальной рукописи № 210 / ОЛДП. Т. XCIII. Вып. I. СПб., 1892; Каринский–1909. С. 1–62; Масленникова–1955. С. 164–165; Протасьева–1968. С. 97–108).

1192

И. Я. Порфирьев отмечал сходство её с Рум. № 453 и одновременно с Сол. № 653, но при этом отмечал отличия в составе апокрифов (см.: Порфирьев–1872. С. 83). К этой рукописи присоединены начальные листы Рум. № 453.

1193

По мнению исследователей, список тождествен Рум. № 453 (см.: Истрин–1906. С. 74).

1194

А. А. Шахматовым, В. М. Истриным, О. В. Твороговым и другими рассматривается наряду с Рум. № 453 как типичный и эталонный текст хронографического типа.

1195

А. А. Шахматов по своей классификации относил эту рукопись ко второй русской редакции Палеи, которая соответствует хронографическому типу (см.: Шахматов–1904. С. 7).

1196

А. А. Шахматов характеризовал рукопись как представительницу второй редакции (см.: Шахматов–1904. С. 7).

1197

Рукопись в 1920 г. поступила в составе Синодального собрания в ГИМ, которое было включено в собрание Чудова монастыря (Ф. 80370). К хронографическому типу относится по согласным указаниям на этот счёт всех исследователей (об атрибуции рукописи хронографическому типу см.: Истрин–1906. С. 74).

1198

См.: СККДР. Вып. 2. Т. 2. С. 161.

1199

Отнесена к хронографическому типу на основании характерного состава апокрифов, опубликованных по этому памятнику И. Франко (см.: Франко–1896). Можно предположить, что к хронографическому типу принадлежит также рукопись ГИМ. Увар. 1304/85 (286) начала XVI в., которая в описи обозначена как «Палея с прибавлениями», однако убедиться в этом в виду отсутствия доступа к фондам не представилось возможным. Не представляется возможным также определить тип Палеи из Орештия (шифр. Ш. 5. [4Р]. 5–330. 14), а также палейных текстов из Барсовского собрания ГИМ (Барс. № 621. XV в., Барс. № 622. XVІ в., Барс. №№ 623–625. XVІІ в.).

1200

Отличается отсутствием полемического элемента. Совпадает в хронографической части с материалами Полной Палеи, а в начальных своих разделах со сведениями Толковой Палеи. Имеет также чтения, отсутствующие в толковом и хронографическом видах.

1201

Так называемый список И. И. Срезневского, который у А. А. Шахматова упоминается без шифра хранения. Рукопись отнесена к краткой хронографической редакции О. В. Твороговым (см. Творогов–1975. С. 32). На Л. 5 в этой рукописи приводятся арабские названия планет (см. об этом: Водолазкин–1996. С. 681).

1202

Список Пог. № 1436 несколько отличается от прочих списков краткого хронографического типа, сближаясь с Сол. № 866/976. Эти отличия В. М. Истрин склонен объяснять влиянием Исторической Палеи.

1203

А. А. Шахматов согласен с В. М. Истриным, что это краткая Хронографическая Палея, осложнённая вставками из Исторической Палеи, что сближает её с Погод. № 1436 и отличает от прочих представителей данного типа. Принадлежность рукописи к краткой Хронографической редакции признана О. В. Твороговым (см.: Творогов–1975. С. 124). Некоторые апокрифы из Сол. № 866 издал И. Я. Порфирьев (см.: Порфирьев–1890. С. 204–208, 221–241).

1204

Единое мнение о принадлежности списка Краткому Хронографическому типу высказывали А. А. Шахматов, В. М. Истрин и О. В. Творогов.

1205

См.: Философские и богословские идеи в памятниках древнерусской мысли. М., 2000. С. 108–204.

1206

См.: Уколова В. И. Античное наследие и культура раннего средневековья. М., 1989.

1207

Иванов–1893. С. 7–19.

1208

См.: Попов–1869. С. 17.

1209

Порфирьев–1872. С. 134. На переход Палеи в хронограф указывал также Н. С. Тихонравов и В. Успенский, причём последний, опираясь на выводы А. Попова, склонен был рассматривать Палею в качестве источника хронографа русской редакции (см.: Успенский–1876. С. 3). Одним из источников древнерусских хронографов называл Палею А. С. Лазаревский (см. Лазаревский–1860. С. 387–388).

1210

Полнее о взаимоотношениях Палеи и хронографов см.: Истрин–1925. С. 369–379; Истрин–1907. С. 36; Истрин–1912; Творогов–1986. С.19–26; Творогов–1975. С. 18, 21, 46, 58, 133–135, 187.

1211

См.: Оболенский–1846. С. 86–88. Автор высказывал мысль о том, что создателем Палеи был Иоанн Дамаскин, и даже ссылался на возможный греческий оригинал Палеи среди трудов «последнего отца Церкви». В этой связи он указывал на данные издания XVIII в., где среди избранных Ликеном текстов Дамаскина упоминается Σύνοψις εἰς τὴν παλαιὰν γραφὴν στασιασθεῖθα φιλοσοφικῶς (Р. Міchaelіѕ Lequіen. Leonіѕ Allatіі de Joanne Damaѕceno, ex opere ejuѕden Leonіѕ non edіto, de lіbrіѕ apocryphіѕ. Parіѕh, 1782).

1212

См.: Ундольский–1846. С. 219–220.

1213

См.: Сухомлинов–1856. С. 54–64. Отталкиваясь от заключения М. И. Сухомлинова о летописной проповеди греческого миссионера перед Владимиром, «которая почти целиком заимствована из толковой Палеи» (Сухомлинов–1856. С. 54), А. С. Павлов поставил в прямую зависимость от Палеи летописное сказание о Вселенских соборах. Он произвел параллельное сравнение текстов, «чтобы не оставалось никакого сомнения в том, что летописное сказание о соборах происходит от палейного» (Павлов–1878. С. 13). Для сравнения был взят текст рукописи Син. № 210, который представляет Хронографическую редакцию. В. М. Истрин совершенно справедливо показал несостоятельность проведённого сопоставления, ибо «Сказание о соборах» читается только в поздних палейных редакциях, где оно является очевидной вставкой. Раздел о Вселенских соборах отсутствует в первоначальном составе, представляющем собственно текст Толковой Палеи, а не её последующую, как в данном случае, хронографическую переработку (см.: Истрин–1897. С. 176).

1214

Заимствования из Палеи в «Повесть временных лет» М. И. Сухомлинов усматривал в летописном рассказе о столпотворении, в апокрифической интерпретации священной истории в «Речи философа» и в общих для Палеи и летописи мотивах осуждения магометан. Не исключал он и возможности влияния летописного текста на Палею. К такого рода влиянию он относил, в частности, пассаж о соседних славянам народах, которого не могло быть в исходном греческом протографе палейного повествования. Убеждение в греческом происхождении Палеи, начиная с М. И. Сухомлинова и М. А. Оболенского, прочно утвердилось в научной литературе. Эту точку зрения разделяли В. Успенский, И. Я. Порфирьев, И. И. Срезневский, М. И. Соколов и некоторое время Н. С. Тихонравов.

1215

Успенский–1876. С. 125.

1216

Порфирьев–1890. С. 15–16.

1217

См.: Тихонравов–1878. С. 54–55. Позиция исследователя была сформулирована в контексте рецензии на «Историю русской словесности древней и новой» Галахова, который в своей книге популяризировал выводы М. И. Сухомлинова. Не исключено, что Н. С. Тихонравов в последующем переменил свою точку зрения на данную проблему. Так или иначе, но он не включил прежде сделанные наблюдения над взаимоотношением летописи и Палеи в исторический очерк «Отречённые книги древней России» (см.: Тихонравов–1898. С. 156; ср. с соответствующими данному сюжету подготовительными материалами: Тихонравов–1898. С. 111, 116–117).

1218

См.: Шахматов–1904.

1219

Если М. И. Сухомлинов делает свои выводы на основании Коломенского извода Палеи, то А. А. Шахматов вполне отдаёт себе отчёт в том, что текстологически обосновать заимствование в летопись из Толковой Палеи материалами Коломенского списка не представляется возможным. Именно на этих соображениях базировался скепсис В. М. Ундольского в отношении гипотезы о влиянии Палеи на Нестора. Не останавливаясь на конкретике, о которой подробно говорилось выше, отметим, что концепция А. А. Шахматова зиждется на гипотетических реконструкциях, а предлагаемая им схема взаимоотношения редакций громоздка и многоуровнева. Существование болгарских протографов никакими реальными источниками не подтверждается, и именно это является самым слабым звеном его концепции.

1220

См.: Истрин–1898а. С. 178–189; Истрин–1906. С. 140 и след. В. М. Истрин предположил, что одни и те же сведения, читающиеся в «Речи философа» и «Повести временных лет», могли восходить к «Хронографу по великому изложению» (см.: Истрин–1906 в. С. 439).

1221

См.: Адрианова–1910. С. 22; Рыстенко–1908. С. 324–350; Заболотский–1901. С. 4–19; Творогов–1986. С. 28; СККДР. Вып. I. С. 286.

1222

См.: ПВЛ. С. 331.

1223

По поводу «Сказания о 7 соборах» и рассказа о Петре Гугнивом сообщается мнение предшествующих исследователей (М. И. Сухомлинова и А. С. Павлова), которые источником сведений считали Толковую Палею. Тут же проводится антитеза: «Однако сама Толковая Палея широко пользовалась сведениями русской летописи» (см.: ПВЛ. С. 340–341; ср.: С. 141).

1224

См.: Подскальски-1996. С. 108–109.

1225

См.: Кузьмин–1977. С. 105.

1226

См.: Борцова–1989. С. 181–185. Согласно доводам исследовательницы, имеющиеся отличия в воспроизведении историко-этнографической канвы являются следствием того, что Палея фиксировала более позднюю этнографическую ситуацию, тогда как летопись акцентировала внимание на Руси, именование которой избежал Составитель Палеи.

1227

См.: Творогов–1986. С. 24.

1228

См.: Творогов–1986. С. 27–29.

1229

См.: Мильков-2000.

1230

См.: Творогов–1975. С. 5–7, 20–23, 133–135.

1231

Творогов–1975. С. 4.

1232

См.: Успенский–1876. С. 132.

1233

См.: Михайлов–1895. С. 3–4.

1234

См.: Михайлов–1895–1896; Михайлов–1928. С. 49–80; Michailov–1927. S. 115–131.

1235

Истрин–1898б. С. 120.

1236

См.: Истрин1897. С. 176–177. Исследователь высказывался против проводившегося А. В. Михайловым вычленения мелких библейских «клочков», пестрота которых в соединении с другими разнородными фрагментами текста, по его убеждению, не может способствовать точной оценке памятника.

1237

См.: Адрианова–1910. С. 4.

1238

Райнов–1940. С. 74.

1239

См.: Щеглов–1994. C. 1.

1240

Иоанн Дамаскин, Севериан Габальский, Василий Великий, Иоанн Златоуст, Ефрем Сирин, «Христианская Топография» Козьмы Индикоплова, «Слово о царствии язык последних времён» Мефодия Патарского, «Слово о небесных силах» Епифания Кипрского, «Шестоднев» Иоанна экзарха Болгарского, «Слово Ипполита об Антихристе», «Иудейскиая война» и «Иудейские древности» Иосифа Флавия, «Хроника» Георгия Амартола, «Пасхальная Хроника», «Златоструй», «Физиолог», «Заветы двенадцати патриархов», «Сказание о двенадцати камнях», «Малое бытие» (или «Книга Юбилеев»), жития Трифона, Кирика, Спиридона, Георгия, Мартениана, Герасима, Варвары, Георгия, Нестора, а также формулировки символа веры, разного рода молитвы, тексты служб и церковных песнопений (см.: Успенский–1876. С. 11, 13–18, 20, 22, 24, 32, 34–36, 38, 47, 52–53, 55, 70, 73–76, 83–86, 89, 90, 92, 96, 97, 106–107, 112–113).

1241

См.: Михайлов–1895. С. 16–21; Адрианова–1910. С. 36–37 (см. также работы В. М. Истрина и А. А. Шахматова).

1242

Адрианова–1910. С. 37.

1243

См.: Михайлов–1895. С. 17.

1244

См.: Истрин–1897. С. 178–189.

1245

Борцова–1989. С. 178, 184–185. С. 178–189.

1246

См.: Баранкова–1982. С. 262–277.

1247

См.: Истрин–1907. С. 70–132; Адрианова–1910. С. 37.

1248

Михайлов–1895. С. 2.

1249

См.: Творогов–1975. С. 20–21, 46, 58, 124, 127, 129, 133–135, 144, 187; Творогов–1986. С. 19–28; Горина–1991. С. 121–129; Славова–1991; Алексеев–1993. C. 64–67.

1250

См.: Львов–1968. С. 316–338; Станков–1985; Станков–1986. С. 55–63.

1251

См.: Протасьева–1968. С. 97–108; Сергеев–1981. С. 25–29; Белоброва–1987. С. 25–29; Попов–1997. Из дореволюционных работ на эту тему можно указать: Редин–1901. С. 1–9.

1252

См.: Истрин–1922. С. 213–224; Жданов-1939. С. 3–50; Борисов–1987. С. 162–165; Алексеев–1987. P. 1–29; Алексеев–1993. P. 44–75; Мещерский–1978; Мещерский–1995а. С. 271–272, 298–299; Мещерский–1995б. С. 314; Топоров–1995. С. 355–356. В дореволюционной историографии зависимость Толковой Палеи от иудейских памятников обозначили И. Я. Порфирьев (см.: Порфирьев–1872. С. 19–197, 232–247, 256–284), А. Н. Веселовский (см.: Веселовский–1880. С. 298–300; Веселовский–1881; Веселовский–1883б. С. 1–8). Особый блок литературы посвящён анализу иудейского происхождения входящих в Палею «Заветов двенадцати патриархов»: Jonge–1959. P. 546–556; Jonge–1960; Jonge–1975; Амусин–1983. С. 53–54, 174–175; Тантлевский–1994. С. 71–74, 155–159, 263; Тантлевский–2000. С. 70; Берсенев–2000. С. 11. Из дореволюционных работ об иудейском происхождении «Заветов двенадцати патриархов» см.: Смирнов–1911. С. 48–55.

1253

См.: Ярошенко-Титова–1974. С. 280–261; Панайотов–1986; СККДР. Вып. I. С. 63–67.

1254

См.: Каган-Тарковская–1987. С. 106–110; Шохин–1988. С. 259–260; Былинин–1991. С. 123; Максимович–1992. С. 316–334.

1255

129 См.: Лурье–1970. С. 145, 321, 322, 325, 327–331. Turdeanu–1964. P. 195–206; Turdeanu–1967. P. 35–64.

1256

См.: Лурье–1961. С. 130–168; Каган-Порнырко-Рождественская–1980. С. 182–184 (Публикацию текста «Сказание о Соломоне и Китоврасе» по Ефросинову сборнику Кир. — Бел. № 11/1088 см.: Louria–1964. P. 7–11).

1257

См.: Перетц–1928. С. 109–111; Месхина-Цинцадзе–1958. С. 22–34; Назаревский–1967. С. 16–20.

1258

См.: БЛДР. Т. 3: «О сотворении Адама» по списку Ефросина — РНБ. Кир. — Бел. № 11/1088, XV в. (подготовка публикации М. Д. Каган-Тарковской. С. 92–93, 366–367); «О потопе» по списку Сокращенной Палеи русской редакции — РНБ. Софийск. № 1448. XVI в. (подготовка публикации М. Д. Каган-Тарковской. С. 108–113, 372–374); «Сказание о Мельхиседеке» по рукописи БАН. 45. 13. 4, XVI в., где содержится пространная версия сюжета. Аналогичный рассказ в Барсовской Палее по рукописи (ГИМ. Барс. № 619. Л. 2) сохранился фрагментарно (подготовка текста М. Д. Каган-Тарковской. С. 114–119, 374–376); «Житие пророка Моисея» по рукописи ГИМ, Барс. № 619, конец XIV в., которая представляет Хронографическую редакцию (подготовка публикации М. В. Рождественской. С. 192–203, 376–378); «Сказание о царе Давиде» объединяет Палейные рассказы о Давиде, помещавшиеся кроме палейных текстов в Псалтырях и в некоторых смешанных сборниках. Сборный текст публикуется по разным рукописям: БАН. 13. 2. 25, XVI в.; РНБ. Софийск. № 1485, XVI в.; РНБ. Солов. № 711/819 (подготовка публикации М. Д. Каган-Тарковской и Р. Б. Тарковского); «Суды Соломона» по рукописи принадлежавшей Ефросину — РНБ. Кир. — Бел. № 11/1088, XV в. (подготовка публикации Г. М. Прохорова).

1259

См.: Черная–1995. С. 131; Демин–1995. С. 91.

1260

См.: Борцова–1989. С. 178–185; Пиотровская–1993. С. 138–141; Водолазкин–1996. С. 677–683; Водолазкин–1999. С. 80–89. Направление сравнительно-тематического исследования Толковой Палеи закладывалось ещё в дореволюционный период (см.: Карнеев–1900. С. 335–366).

1261

Робинсон–1980. С. 184.

1262

См.: Робинсон–1980. С. 185.

1263

См.: Райнов–1940. С. 74–76, 100–104.

1264

См.: Райков–1937. С. 23–30.

1265

См.: Соколов–1963. С. 91–110.

1266

См.: Симонов-2000. С. 39–52.

1267

См.: История философии в СССР. Т. 1. М., 1968. С. 97; Тихомиров–1968. С. 124–125, 141. К данной работе необходимо сделать важное разъяснение, потому что она хотя и появилась в свет среди подборки рукописей акад. М. Н. Тихомирова, но на самом деле принадлежит перу М. В. Соколова, который подготовил этот текст для I-го тома «Истории философии в СССР». М. Н. Тихомиров, как редактор тома, забраковал предложенный вариант главы о древнерусской философии и предложил для издания свой вариант, который был соединён с фрагментами из статьи М. В. Соколова и в таком виде вышел в 1968 г. Парадокс заключается в том, что после смерти М. Н. Тихомирова под его именем был опубликован отвергнутый академиком текст. Он сохранялся без подписи в машинописном варианте среди бумаг М. Н. Тихомирова и вместе с другими архивными материалами академика был издан, потому что составители сборника знали о работе М. Н. Тихомирова над проблемами древнерусской философии. Кстати, для восстановления справедливости, надо сказать, что соединение пошедших в печать материалов М. Н. Тихомирова и М. В. Соколова, а также их значительную доработку осуществлял В. Ф. Пустарнаков, авторство которого в разделе I-го тома не обозначено вовсе — см.: История философии в СССР. Т. 1. С. 81–106. О разработке палейной тематики в историко–1философской литературе см. также: Замалеев–1987. С. 159–162.

1268

См.: Щеглов–1991; Щеглов–1994; Щеглов–1994б; Щеглов–1998. С. 223–240; Щеглов–1999.

1269

См.: Палея Толковая (онтологический и космологический разделы) / Философские и богословские идеи в памятниках древнерусской мысли. М., 2000. С. 114–204 (публикация древнерусского текста и перевода подготовлена А. М. Камчатновым, комментарии Г. С. Баранковой, А. М. Камчатнова, В. В. Милькова, С. М. Полянского, Р. А. Симонова. См. также: Мильков В. В. Религиозно-философское значение Палеи Толковой / Там же. С. 108–113). Ещё один перевод начальной части Толковой Палеи по Коломенскому списку 1406 г., осуществлённый по инициативе В. Кожинова Р. Багдасаровым (см.: Из Толковой Палеи. До-человеческий цикл творения / Волшебная гора: Философия, эзотеризм, культурология. Т. VII. М., 1998. С. 211–222). Также см.: Палея Толковая (антропологические разделы) / Приложение к кн.: Громов М. Н., Мильков В. В. Идейные течения древнерусской мысли. СПб., 2001 (публикация древнерусского текста и перевода подготовлена А. М. Камчатновым, комментарии В. В. Милькова и С. М. Полянского. Сравнительный анализ религиозно-философского содержания Палеи и Шестоднева см.: Мильков В. В., Полянский С. М. Древнерусская мысль под углом зрения поисков идейно-родственных Шестодневу явлений / в кн.: Баранкова Г. С., Мильков В. В. Шестоднев Иоанна экзарха Болгарского / Памятники древнерусской мысли. Вып. II. СПб., 2001.

1270

См.: Михайлов–1895. С. 7.

1271

СККДР. Вып. 1. С. 286.

1272

Истрин–1906. С. 73.

1273

Михайлов–1895. С. 1.

1274

Михайлов–1895. С. 11.

1275

См.: Евсеев–1900. С. 793.

1276

См.: Истрин–1906. С. 47–48.

1277

См.: Истрин–1906. С. 35–36, 46.

1278

Истрин–1906. С. 71.

1279

См.: Тихонравов–1894. С. 114–115. Мнение о связи еретиков-жидовствующих с соломоновым циклом апокрифических дополнений в Палею было признано ошибочным. В. М. Истрин и И. Н. Жданов показали, что эти неканонические тексты не подходят для целей пропаганды идеологии древнерусских «жидовствующих».

1280

Шахматов–1904. С. 16.

1281

См.: Адрианова–1910. С. 8, 37–38.

1282

В. П. Адрианова, вслед за В. М. Истриным, задавалась вопросом о происхождении антииудейской полемики и находила её прототипы в Византии (Толкования Феодорита Киррского на Пятикнижие), откуда идея полемического труда, по её мнению, перешли на Русь (см.: Адрианова–1910. С. 23–24).

1283

См.: Успенский–1876. С. 130–134.

1284

См.: Истрин–1898б. С. 115.

1285

Нельзя сбрасывать со счетов резко антиязыческих тенденций произведения, наиболее концентрированное выражение которых даёт история Авраама.

1286

См.: Успенский–1876. С. 116–117, 127; Порфирьев–1890. С. 15; Соколов–1886. С. 146; Жданов–1904. С. 455. Первоначально мнения о греческом происхождении Палеии придерживался также Н. С. Тихонравов, исходивший из того, что древнейшая редакция наиболее близка греческим памятникам (см.: Тихонравов–1894. С. 114–115). Затем он изменил своё мнение и первым высказался в пользу славянского происхождения памятника, заявив, что Палея «составлена славянином по материалам греческим и славянским» (Тихонравов–1894. С. 110).

1287

Характерна категоричность, с которой приверженцы греческого происхождения Палеи заявляли о невозможности представить высокообразованного русского, способного осуществить работу над столь сложным памятником. Наиболее ярко нигилизм выражен у В. Успенского: «Цельность, которая высказывается в довольно удовлетворительном решении полемической задачи автора, строгая систематичность и затем обширное знакомство автора с византийской литературою свидетельствуют, что автором её было лицо, знакомое со школьною мудростью к таким, очевидно, мог быть только грек» (Успенский–1876. С. 117); «Кто из русских X–XI вв. мог быть автором столь систематичного, цельного и огромного сочинения?» (Успенский–1876. 127).

1288

А. А. Шахматов, так же как и приверженцы концепции греческого происхождения Палеи, недооценивал творческие возможности отечественных книжников и из трёх обсуждавшихся вариантов категорически отвергал Русь, считая родиной произведения Болгарию: «О древней Руси нечего и думать. Скорее можно было бы остановиться на Византии…Но и древняя Болгария была почвой вполне подходящею для возникновения новых памятников противоиудейской литературы…» (Шахматов–1904. С. 16).

1289

Истрин–1906. С. 35.

1290

См.: Михайлов–1895. С. 1–21; Михайлов–1895–1896; Михайлов–1928. С. 49–80.

1291

См. об этом: Михайлов–1895. С. 18–19; Истрин–1907. С. 71–72, 88–90.

1292

См.: Истрин–1897. С. 205.

1293

Истрин–1898а. С. 511. Ср. у А. В. Михайлова: Палея — «самостоятельная компиляция, составленная на русской почве» (Михайлов–1895. С. 18).

1294

См.: Истрин–1906. С. 35, 46; Истрин–1906д. С. 424–426; Михайлов–1896. С. 21; Адрианова–1910. С. 38–39. Современные исследователи считают, что аргументация В. М. Истрина и других исследователей, принявших его точку зрения на датировку Палеи XIII в., недостаточна (см.: СККДР. Вып. I. С. 287). Особую точку зрения на датировку памятника высказал И. Франко, который считал, что Палея «с одинаковым правом могла явиться на пространстве XI–XIV вв.», ибо антииудейская полемика не ослабевала до XV в., что объективно создавала потребность в подобного рода пособиях.

1295

К ранней датировке Палеи склоняется И. Н. Жданов, ставивший вопрос о влиянии памятника на Илариона, Владимира Мономаха и «Повесть временных лет» (см.: Жданов–1904. С. 468). IX столетием датировал Толковую Палею В. Успенский (см.: Успенский–1876. С. 130). Приписывая авторство Палеи Мефодию, к IX в. относил появление памятника А. А. Шахматов (см.: Шахматов–1904. С. 18, 73).

1296

См.: Порфирьев–1872. С. 256, 280; Смирнов–1911. С. 41–45, 70; Амусин–1983. С. 53–54, 174–175; Тантлевский–1994. С. 71–74, 155–159; Тантлевский–2000. С. 70.

1297

См.: Истрин–1893. С. 343–348; Истрин–1906. С. 89–94.

1298

Ср.: Апокрифы–1997. С. 52–53; Апокрифы–1999. С. 480–487, 504–516.

1299

В Индексах «Лествица» упоминается с XV в., а одноименное сочинение Епифаний относил к еретикам-эвионеям. Вместе с тем палейному варианту «Лествицы» свойственны весьма незначительные апокрифические оттенки, а содержание текста в целом вполне благочестиво. Хотя имеются отличия между Хронографической и Толковой версиями апокрифа, остаётся сомнение — можно ли запреты индексов соотносить с палейными версиями апокрифа («Лествица» по Коломенскому списку 1406 г. издана: Тихонравов–1863. С. 91–95). Аналогичный вариант текста по так называемой Промежуточной версии Палеи из Сол. № 653 опубликован И. Я. Порфирьевым (см.: Порфирьев–1890. С. 138–149). Версия апокрифа по Хронографической редакции Палеи издана А. Н. Пыпиным (см.: Пыпин–1862. С. 27–32). Об отношении списков к Индексам см.: Порфирьев–1872. С. 284–285; Яцимирский–1921. С. 38–39.

1300

Параллельные места палейных толкований на «Лествицу» и «Сказания Афродитиана». Ср.: Апокрифы–1999. С. 718–721.

1301

Особое апокрифическое «Сказание о сотворении и падении ангелов» в составе Палеи выделил И. Я. Порфирьев, который показал, что данный неканонический сюжет восходит через Епифания Кипрского к идеям «Малого Бытия» (см.: Порфирьев–1890. С. 21–31, 83–85). В древнерусской книжности различные вариации сюжета о падении Сатаниила имели самое широкое распространение, хотя далеко не все из них могут быть поставлены в непосредственную связь с Палеей (см. об этом: Порфирьев–1890. С. 87–89; Мочульский–1893. С. 101; Щапов–1906. С. 29–30; Городцов–1909. С. 50–61; Мильков–1997 в. С. 207–212, 221; Апокрифы–1999. С. 50, 53; Апокрифы–1997. С. 172).

1302

«Сказание о Крестном древе» — самостоятельное апокрифическое произведение, которое вошло в Палею вопреки Индексам, часто включалось в богослужебные сборники, откуда перешло в духовные стихи и народные легенды (о различных версиях легенды в древнерусской книжности см.: Порфирьев–1890. С. 47–50, 98–100; Сумцов–1888. С. 85–89; Мочульский–1887. С. 157–165; Веселовский–1883; СККДР. Вып. 2. Т. 1. С. 60–66. Публикации различных версий неканонического произведения см.: Памятники–1862. С. 81–82; Тихонравов–1863. С. 305–313; ВМЧ. Сентябрь. Дни 14–24. СПб., 1869. Стлб. 763–766; Порфирьев–1890. С. 47–50, 96–103; БДДР. Т. 3. С. 284–291).

1303

См.: Истрин–1897. С. 178–189.

1304

В состав рассказа о столпотворении входит сюжет о Нимроде, которому, в отличие от Библии (Быт. 10:6–10), приписывается руководство строительством Вавилонского столпа. Внеканонические сведения о Нимроде, возможно, восходят к особой внеканонической «Невротовой повести», упоминаемой в Хронографической Палее (см.: Памятники–1862. С. 20–21).

1305

Общий с ПВЛ мотив, расценивающий Евера как последнего благочестивого патриарха допотопной эпохи (ср.: ПСРЛ. Т. 1. Стлб. 91). В. М. Истрин считал сюжет об Евере частью единого апокрифического «Сказания о Невроте и Евере».

1306

Общий с ПВЛ сюжет, близкий «Еллинскому летописцу» (см.: Шахматов–1904. С. 69).

1307

См.: ИД. I. 71; Истрин–1994. С. 22; Максим Грек–1911. С. 156.

1308

Рассказ о Серухе с историей Авраама объединяет общая для них резко антиязыческая направленность: если Серух был инициатором идолопоклонства, то Авраам, его ближайший родственник, стал первым ниспровергателем идолов. На сюжетное и идейное единство рассказа, посвящённого разным отношениям Авраама и его предков к лживым богам, обращал внимание ещё В. М. Истрин (см.: Истрин–1897. С. 192). В этом же блоке читаются фрагменты «Откровения Авраама», где патриарх также характеризовался как бескомпромиссный антагонист язычества и ревнитель единобожия (см.: Апокрифы–1999. С. 376). В полном виде «Откровение Авраама» воспроизводится в Хронографической Палее. Во всех вариантах история Авраама начинается с Серуха, так как размежевание с язычеством положено внутриродовым бунтом Авраама. Об аналогичных мотивах в «Малом Бытии» см.: Порфирьев–1872. С. 240–244.

1309

См. об этом: Истрин–1897. С. 194–195.

1310

См. об этом: Сергеев–1981. С. 25–29.

1311

См. об этом: Успенский–1876. С. 75–79; Истрин–1906. С. 87–89; Михайлов–1895. С. 19. В библейском контексте Палеи апокрифическими являются следующие сюжеты: продажи Иосифа в рабство, встреча с Вениамином, прибытие Иакова в Египет для свидания с Иосифом (см.: Порфирьев–1872. С. 149–156). Апокрифический элемент рассказа об Иосифе в Хронографической Палее расширен за счёт того же Ефрема Сирина.

1312

См. об этом: Порфирьев–1872. С. 55–67; Истрин–1906. С. 96. Выборка библейских материалов в Палее чередуется со следующими апокрифическими сюжетами: повеление фараона утопить еврейских детей, сведения о родовом имени Моисея (Немелехия), о сохранении и об обнаружении погребённых останков Иосифа в водах Нила, об опреснении вод Мерры крестообразно соединёнными досками кипариса, сосны, кедра, о напоении иудеев намешанной на растолчённом идоле водой для распознавания участников сотворения золотого тельца, о полученном Моисеем на Синае «образном» сообщении истории Адама, о смерти Моисея.

1313

7 Апокрифические сведения о Мельхиседеке в Палее восходят к текстам, которые приписаны Афанасию Александрийскому (см.: Успенский–1876. С. 69). Этот апокриф в греческих списках носил название «Слово Афанасия, архиепископа Александрийского о Мельхиседеке» (см.: PG. T. 28. Col. 525–530). А. И. Яцимирский выявил 52 списка этого апокрифа в славяно-русской книжности XV–XVI вв., хотя апокриф был известен уже игумену Даниилу (см.: Яцимирский–1921. С. 100–111; ПЛДР. XII век. С. 96–98. См. также: СККДР. Вып. 1. С. 62–63).

1314

Ср.: Апокрифы–1997. С. 48.

1315

Ср.: Апокрифы–1997. С. 64–65; Апокрифы-1999. С. 568–569, 575–576.

1316

Ср.: Апокрифы–1997. С. 59–69, 72. Коммент. 7.

1317

Палейный сюжет «О рае» И. Я. Порфирьев квалифицирует как сюжетно завершённое неканоническое повествование (см.: Порфирьев–1890. С. 31, 85–91). О характерных для Древней Руси представлениях о земном рае, формировавшихся под воздействием апокрифов, см.: Апокрифы–1997. С. 229–254.

1318

Ср.: Апокрифы–1997. С. 149–150.

1319

См. об этом: Порфирьев–1872. С. 89–98; Мочульский–1893. С. 80–81.

1320

См.: Смирнов–1888; ТБ. Т. 1. С. 44; Истрин–1994. С. 19.

1321

Ср.: Истрин–1920. Т. 1. С. 55.

1322

См.: Каган-Тарковская–1987. С. 106–110.

Content

Палея Толковая

Вадим Кожинов КНИГА БЫТИЯ НЕБЕСИ И ЗЕМЛИ

Александр Камчатнов ПРЕДИСЛОВИЕ К ПУБЛИКАЦИИ

ПАЛЕЯ ТОЛКОВАЯ

От издателя

Русский перевод

ИЗ «КНИГИ ЧИСЛА»

ИЗ КНИГИ «ВТОРОЗАКОНИЕ» («ДЕВТЕРОНОМИЯ»)

«КНИГА ИИСУСА НАВИНА»

«КНИГА СУДЕЙ ИЗРАИЛЕВЫХ»

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ КНИГИ ВОСЬМОЙ «О РУФИ»

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ КНИГИ ДЕВЯТОЙ — КНИГИ О ПРОРОКЕ САМУИЛЕ, О ЦАРЕ САУЛЕ И О МНОГИХ ПРОРОКАХ, НАЧИНАЕТСЯ ОНА ТАК

ЦАРСТВО ПЕРВОЕ: ПОМАЗАНИЕ ЦАРЯ САУЛА ПРОРОКОМ САМУИЛОМ

ЦАРСТВО ВТОРОЕ, КНИГА ДЕСЯТАЯ

ЦАРСТВО ТРЕТЬЕ: СОЛОМОНА

Владимир Мильков, Сергей Полянский ПАЛЕЯ ТОЛКОВАЯ: РЕДАКЦИИ, СОСТАВ, РЕЛИГИОЗНО-ФИЛОСОФСКОЕ И ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПАМЯТНИКА

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ПРИНЯТЫЕ СОКРАЩЕНИЯ

Примечания