Страж Кодекса. Книга IV

Глава 1

Тимофея почему-то в раздевалке не оказалось. Придя туда, я обнаружил только остальных участников, которые собирались с духом и готовились морально. Внутри помещения царила боевая атмосфера, что радовало. Ребята молодцы, хотят выложиться на полную и показать себя.

Узнав от одного из распорядителей Игр, куда именно ушел Неврозов, двинулся на его поиски. Странное дело, ему скоро выходить на бой, а он где-то прохлаждается!

Оказалось, что Тимофей был в одном из разминочных залов, которые заняли и остальные участники.

— Ты — сила! Ты — мощь! Повтори!

— Я — сила! — подбадривал себя Неврозов младший. — Я — мощь!

Открыв дверь, я так и замер в проходе, офигивая. Тимофей двигался и разминался, а рядом с ним стоял… Заебос! Одетый в чёрную тренерскую форму в белую полосочку, напяливший седые усы и парик, он махал на Тимофея полотенцем и подавал ему бутылку с водой, в которую была воткнута трубочка.

— Что мы говорим Смерти⁈

— Не сегодня!

— Правильно! — кивнул Заебос и заметил меня. — О, а вот и мой ученик!

Чего⁈ Ученик⁈

Разгорячённый и взбодрившийся Тимофей тоже увидел меня, сбился с темпа и чуть не упал. В последний момент он поставил перед собой Жёсткий Барьер и выправил положение тела.

— Где тебя носило, Дмитрий⁈ — наигранно хриплым голосом бросил Заебос и шустро подскочил ко мне, огрев полотенцем по голове. — Почему не заботишься об ученике⁈ Ты наставник или хер с горы⁈

— Что за цирк ты устроил? — прошипел я, замечая всеобщее внимание тех, кто был в зале кроме нас.

— А что такое? — ухмыльнулся демон в седые усы. — Подготавливаю юное дарование! — он отвлёкся и крикнул Тимофею. — Ты чего встал⁈ Пей воду!

Почувствовав неладное, я резко подошёл к Тимофею и вырвал бутылку у него из рук. Запах Марена, Алатана и Корня Симоа вдарил в нос, стоило принюхаться.

— Твою мать… — прошептал я, понимая, что именно ему споил демон. — Сколько ты выпил?

— Это третья бутылка, — спокойно ответил Неврозов, вот только руки у него подёргивались, а на месте устоять он не мог. Постоянно перетаптывался. — Мне его наставник Салим дал.

— Салим, да? Наставник, да? — обернулся я к Заебосу, делающему вид, что на потолок спортзала смотреть интереснее, чем в мои глаза.

— Вот, Дим, — похлопал меня Тимофей по плечу и показал телефон с фотографией.

Я не знаю, как демон провернул это. Но он каким-то образом достал мою фотку в молодости, где я занимался в одном из спортзалов Москвы, отредактировал её и добавил себя.

— Вот… Сука…

— Наставник Салим нашёл меня в раздевалке, показал это фото и сказал, что ты послал его подготовить меня. Что у тебя дела и ты занят! Что не сможешь прийти, хотя очень хочешь, но не можешь! Ведь у тебя дела, а дела могут быть безотлагательные! Я всё понимаю, как же тут не понять! Я умный, а только умный может стать сильным и мощным! Так сказал наставник Салим! Он меня размял, разогрел и потренировал! У тебя были дела, да! Ты не мог, а он смог!

Тимофей продолжал нести этот бред без остановок, его тело потряхивало всё сильнее, а энергия начала идти в разнос.

— Неврозов, твой выход! Через минуту! — появился в дверях один из распорядителей.

— Пизд… — пробормотал я, но Тимофей меня перебил.

— Я всё сделаю, наставник! Я — мощь! Я — сила! Я раздавлю этих слабаков! — он волком оглянулся на остальных участников, отчего те аж побледнели. — Отец, матушка и вы, наставник, будете мной гордится! Ну всё, я пошёл!

Он не дал мне сказать ни слова и пулей вылетел за распорядителем. Я же посмотрел на Заебоса таким взглядом, что ему стало не по себе.

— Ну чего ты так на меня смотришь? Я же для тебя старался!

— Ты хоть понимаешь, что наделал? — покачал головой и провёл ладонью по лицу. — Допинг и усилители дара запрещены на Играх. И это не считая того, что ты устроил тут!

— Да не возбухай, дружище! — оскалился демон. — Моё варево никакие проверки не отследят! Мальчишке нужен был толчок! Он весь расклеился, пока тебя не было! Боялся проиграть! А теперь посмотри, — махнул он рукой на дверь. — Он готов!

— Заебос.

— Что? — приподнял он бровь с усмешкой.

— Когда-нибудь ты перейдёшь грань, — подошёл я к нему. — И когда это случится, то результат тебе не понравится.

— Вот только угрожать мне не надо, Райнер, — фыркнул он. — После Игр ещё спасибо мне скажешь. Ведь это я твою жопу спас и вытащил из Долговой ямы Долгова. Как звучит, а? Долговая яма Долгова! Ха-ха!

Покачав головой, я двинулся к двери, чтобы затем выйти в коридор, ведущий к арене. Возвращаться в ВИП-ложе слишком долго, а на трибунах всё занято. Выход бойцов к краю арены самое то.

Заебос пошёл за мной, а точнее сделал шаг, споткнулся о поставленный Жёсткий Барьер и упал лицом в настил. Я знал, что он мог спокойно поправить свой полёт или вообще провалиться в тень, но сейчас демон отыгрывал обычного человека на глазах людей.

— Это было подло! — почесал он нос, догнав меня. — Ещё и Охотником себя зовёшь!

— Мне вдарить чем-то мощнее? — бросил на него недовольный взгляд.

— Опять угрозы, — всплеснул демон руками. — Райнер, сколько можно уже? Я же для тебя стараюсь!

— Я не просил.

— А я и не спрашивал, — хохотнул он. — Но ведь сработает же! Все в выигрыше!

— Знаешь, — недобро улыбнулся я. — Пожалуй, я разрешу Лилит вдарить по твоей башке своими клинками. Убить не убьёт, но заживать будет долго.

Заебос сбился с шага и напрягся.

— Ты этого не сделаешь…

— Проверим? — моя улыбка стала шире. — Или ты и дальше будешь проверять границы моего терпения?

Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза, пока демон не сдался и не вздохнул.

— Ладно… Ладно! Я перешёл черту, признаю!

— Твоего признания мало, — услышал я, как конферансье объявил бой Тимофея и какого-то Адама Беликова. — Раз тебе скучно на гражданке, а Маркус ослабил охоту, то для тебя есть задание.

— Какое ещё задание⁈ Я вообще-то на отдыхе!

— Ну вот и отдохнёшь, — хмыкнул я. — В Сибирском Эпицентре. Поможешь мне завалить Собирателя.

У Заебоса дёрнулся глаз, а затем он снял парик и сдёрнул усы.

— Знаешь, Райнер, я хоть и накосячил, но это не повод переводить наши отношения в разряд абьюзивных!

— Мне звонить Лилит?

— Ещё и шантажируешь! Меня, бедного Кровавого Герцога⁈ Как у тебя смелости хватает действовать столь низко⁈ Это мои методы, вообще-то!

— Учусь у лучших, — кивнул я и протянул руку. — Давай сюда.

Он поморщился и нехотя положил мне в ладонь пузырёк с противоядием, которое снимет с Тимофея эффект «допинга».

— Надеюсь, ты запомнил, Заебос? Ещё один такой косяк и всё. Я закрываю глаза, пока ты полезен, но посмеешь ещё раз тронуть людей, — прищурился я, — и наши отношения из разряда «абьюзивных» перейдут в разряд «оторви демону башку».

— Как уж тут не понять, — вздохнул он, не испытывая ни грамма вины. — Все шпыняют Заебоса… Вот уйду я от вас…

— И твои жёны обрадуются.

Демон встрепенулся и закрутил головой, будто этими словами я призвал всё зло, что крылось в Многомерной Вселенной.

— Тихо ты! А то ещё явятся сюда, а мне этого не надо!

— Мы пришли к пониманию? — сухо спросил я.

— Да-да, пришли, — закивал он и начал проваливаться в тень. — Позовёшь меня, когда понадоблюсь… Бр-р-р, ненавижу Сибирь и снег…

Заебос исчез, а я улыбнулся и двинул дальше. Противоядие спрятал в карман и дам его Тимофею после боя. У парня, конечно, после такого будет отходняк, но его жизни ничего не угрожает. Каким бы мудаком не был Заебос, он точно рассчитал дозу и «сварил» именно допинг, а не Эликсир Кипящей Крови. Марена, Алатан и Корень Симоа основные ингредиенты для этого снадобья, которое дают молодым демонам, когда те проходят посвящение в воины. Реши Заебос дать Тимофею именно Эликсир Кипящей Крови, и парень умер бы в ту же секунду. Его тело бы банально не выдержало такой нагрузки.

Так я думал, пока не вышел к арене и не увидел, что там творилось. Бой уже объявили, и Тимофей, вместо привычной и отработанной тактики обороны, которую мы тренировали, пошёл в атаку. Точнее не так… Он ринулся на противника в лоб, как берсерк, начав выбивать из оппонента всю дурь.

— Дорогие зрители, вы видите, что творит наследник рода Неврозовых⁈ Немыслимо! Противник превосходит его по физическим показателям, а его дар является атакующим, в то же время, как у Тимофея он защитный! Барьерный тип!

Всё же Заебос немного переборщил с дозой. Отличительная черта Марены в том, что после неё энергия окрашивается в бордовый цвет. Тимофей обволок руки Гибким Барьером, сверху создал Огненный и из-за этого отличить разницу сложно, если не знать, куда смотреть.

Его противник попытался разорвать дистанцию и топнул ногой, создавая земляные снаряды, которые полетели в Тимофея. Вот только Неврозов не сбился с темпа и не замедлился, он начал банально крошить ударами эти камни, рыча словно зверь.

У меня зазвонил телефон, а когда я вытащил его из кармана и взял трубку, то услышал:

— Райнер! Мне кажется или Тимофей находится под воздействием Кипящей Крови⁈

Это была Лилит и, разумеется, она тоже заметила.

— Тебе не кажется. Заебос постарался, — вздохнул я. — Он дал ему Марену, Алатан и Корень Симоа. Идиот решил сварганить допинг и споить это парню.

— Надеюсь, у тебя есть противоядие?

— Разумеется, — вновь взглянул на арену и увидел, как Тимофей опрокинул оппонента на пол и забивал его кулаками. — Заебос не настолько дурак.

— Это радует… — успокоилась Лилит и сказала: — По твоему плану. Всё идёт, как ты и говорил. Мне действовать дальше?

— Да, но держи его в рамках. Он уже проверяет границы и реакцию деда?

— Не только деда, — ответила демоница. — Сатоши и Харальда тоже. Северянин порывался несколько раз бросить вызов Эдварду, но Долгов его останавливал. Обстановка накаляется, дорогой. Ты уверен, что стоит продолжать?

— Я хочу дожать его, — хмыкнул я, видя, как на арену забегает судья и оттаскивает Неврозова. — Ты ему интересна, и мне нужно понять, чем именно. Выясни, что он хочет.

— А когда выясню… Ты разрешишь мне казнить его? — в её голосе появились нотки ярости.

— Посмотрим.

— Ну Райнер! — заканючила она.

— Я сказал — посмотрим, — с нажимом произнёс я. — Всё, действуй согласно плану. И да, Лилит…

— Что такое?

— Не увлекайся слишком.

В динамике раздался её звонкий смех.

— Я уже и забыла, каков ты, когда ревнуешь. Не переживай, дорогой, мои тело и душа принадлежат только тебе. Во всех смыслах.

Она повесила трубку, я ещё несколько секунд смотрел на экран телефона и думал, а правильно ли я поступил, решив действовать через Лилит? Не проще было бы самому наведаться к Эдварду и заставить его выложить всё, как на духу? Ответ: нет, не проще. Сейчас этот вариант лучше всего, а действовать через силу… Ну, это я всегда успею. Пусть Бриташка раскроется, перейдёт грань, и тогда я ударю. Во всю мощь и всеми калибрами. Пора закрыть этот гештальт.

Убрав телефон в карман и готовясь встречать Тимофея, которого вёл в мою сторону судья, я ещё раз обдумал придуманный план и прошептал:

— Ненавижу интриги…

Глава 2

Очередной день закончился, и я наконец-то смог выбить время, чтобы расслабиться. На улице ночь, часы пробили полночь, а большинство домочадцев уже спало. Лишь Лилит, мой старик и Ярик не ложились. Но эти трое не фигней заняты, а важным делом. Домашним, мать его, заданием! Как оказалось, у Грома большие проблемы с математическими науками. Вот вообще они ему не даются, а дело тут, скорее всего, в его прежней жизни. Некогда парню было заниматься учёбой, когда на кону выживание.

Вот теперь сидит он в своей комнате и грызёт гранит науки под присмотром деда и демоницы. Эта парочка выступала эдакими хорошим и плохим копами. Лилит успокаивала мальчишку и уверяла, что всё у него получится. А дед сулил кары небесные и бил по ноге ремнём. Ну именно такую я застал картину, когда проходил мимо комнаты Ярика и шустро, прилипнув к стене, исчез, чтобы меня не припахали.

Эх, лепота! Прохладная ночь, звёзды на небе и ветерок. Я закутался в плед, глотнул горячий травяной чай и наслаждался спокойствием. День прошёл, хоть и не без эксцессов, но довольно хорошо. Тимофей победил в первом бою, хотя это больше не победа, а полный разгром соперника, но сути не меняло. Парень сейчас вовсю отлёживался и отсыпался дома. Его вырубило ещё в ЦИУ, когда я дал ему противоядие. Стоило эффекту Марены пройти, как остальные ингредиенты тоже сдали, и отходняк накрыл Тимофея с головой. Правда, его потряхивало, будто в нервном припадке, но короткое время. Вот же… Неврозов. И фамилия как интересно подошла к его состоянию!

Завтра Тимофея вновь ждёт бой. Пусть участников Игр стало наполовину меньше, сражения будут идти каждый день. Затем награждение победителя. Долгов молчал, как партизан, и не желал говорить, что именно вручат победителю игр. Его как только расколоть ни пытались, даже мой дед с Морозовым на пару, но Глава Службы Безопасности не сдался. Силён, старый пентюх!

В общем, да… Такая вот фигня. Время начинало постепенно поджимать, и я понимал, что финал боя Тимофея, скорее всего, не застану. Поход в Мирный будет в тот же день, что и последний этап Игр. Отложить его можно, но вся подготовка пойдёт насмарку. Уже сейчас Ефрем «скоблит копытами землю» и ему не терпится отправиться в Сибирский Эпицентр. Он даже решил переиграть карты и устроить мне встречу с близнецами и евреем сегодня. Хочет всё сделать побыстрее, чтобы ринуться в бой. Я могу его понять, сам был таким в его, хех, возрасте.

Сделав глоток чая, выдохнул облачко пара и поднял голову к окну комнаты Ярика, где горел свет. Очертания фигуры Лилит виднелись отсюда отчётливо. Какой раз в мою голову закрадываются мысли, что она появилась в этом мире вовремя. Её помощь сложно оценить, а полезность тем более. Не только в плане защиты поместья и семьи, но и действующих моментов. Воспитание Ярика — лишь малая доля. Впрочем, с «соблазнением» британца она тоже справлялась на ура. Что-что, а у демонов это в крови. Эдвард клюнул, начинал раскрепощаться и открываться. День-два и его можно будет дожать.

Единственное, что меня немного, но смущало, так это его… смена маски. Сегодня он казался опять обычным парнем, весёлым и нахальным, как подобает принцу. Но я помню тот взгляд, когда мы встретились впервые. Холодный, расчётливый. Если моя интуиция меня не подводит, а такое не случается почти никогда, то игра не идёт в одни ворота. Эдвард тоже готовится, а затем мы оба откроем карты.

— Эх, а как раньше было проще, — хмыкнул я, растянувшись в кресле на веранде. — Есть противник? Дал ему в морду и пошёл дальше. Теперь приходится играть по иным правилам, но это… пока.

Поднеся чашку к губам, собирался уже допить напиток одним глотком и пойти спать, но, похоже, придётся корректировать планы.

— Так и будете прятаться или покажитесь?

Тени от фонарей веранды поплыли, и из них показались одиннадцать фигур. Две пятёрки, а если корректнее — звёзды, и возглавляющий их командир. Тела скрыты под тёмными мантиями, лица закрыты белыми масками с прорезями для глаз.

— Перед тем, как хотя бы один из вас ещё раз шевельнётся, — спокойно, без доли агрессии или тревоги, окинул их взглядом. — У меня лишь один вопрос: кто-то из моих людей мёртв?

Две пятёрки молчали, а вот их командир подал голос. Хриплый такой. Я бы даже сказал скрипучий.

— Мы пришли тихо… Твои люди живы, юноша.

— Хорошо, — кивнул я и теперь не торопился допивать чай, а растягивал момент. — Будь иначе, и вы бы уже умерли.

Двое Безликих, а это были они, дёрнулись. Сталь показалась из-под их одежд, но они не сдвинулись с места. Их командир поднял руку и преградил дорогу.

— Вижу, с дисциплиной у вас всё хорошо, — хмыкнул. — Но могло бы быть и получше. Зачем пожаловали?

Пусть я и показывал себя с позиции силы, подкрепляя слова аурой, но в действительности игра шла на грани фола. Шестеро из этих ребята Архимагистры, трое Магистры, а один Архимаг. Старик был Грандом. Как я понял, что это старик? Дык по его руке, что показалась из-под одежды и остановила дёрнувшихся убийц. Сморщенная и покрытая пятнами кожа, тонкое запястье и предплечье. Сейчас перед тем, как они очухаются, я смогу убить… троих. Нет, четверых. Осилю и шестерку Архимагистров, если выложусь на полную и сорву одну из печатей раньше времени.

Пока я думал, как буду мочить Безликих и закапывать их трупы в саду Ефрема, старик сделал ко мне несколько шагов и остановился. А дальше произошло то, отчего я чуть не подавился чаем. Он опустился на одно колено, склонил голову и положил перед собой интересного вида кинжал.

— Мы пришли не сражаться, а чтобы искупить вину. Наши недальновидность и глупость привели к большой ошибке, которую не исправить словом или делом. Мои ученики, что стоят за спиной — основной костяк и братья Ордена Безликих. Мы те, кто взял заказ на Белову Кристину и готовы распрощаться с жизнью.

— Ого! — удивился я. — И с чего такое желание сдохнуть? Вы вполне могли попытаться убить меня, а затем завершить начатое. Кристина в доме, спокойно спит и вы можете забрать её жизнь, — улыбнулся старику. — Нужно лишь пройти через меня.

— Мы бы так и сделали, — кивнул Безликий. — При других обстоятельствах. Вот только пойди мы на такой шаг сейчас, то наш орден исчезнет. Молодые ученики не знали о заказе. Они не знали ничего. Мы готовы отдать жизни, если вы пощадите их.

Либо я тупой, либо лыжи не едут… Что он такое несёт? Я отчётливо чувствую страх этого старика. И не просто страх, а натуральный ужас, причём идущий из глубины души. В нём сейчас такая буря эмоций, что захлебнуться можно. Их компашки хватило бы, чтобы навести в моём поместье такой шухер, что мало не покажется. Они бы забрали много жизней… Очень много. И ведь прошли незамеченными сквозь защиту и Гримлока. Опытные черти, прямо как…

— Слушай, старик, а тебе не знаком случаем Орден Без Имени? — спросил я с улыбкой, припомнив один орден убийц из моего мира, который мы с братьями стёрли с лица земли.

Он вздрогнул, медленно снял маску с капюшоном и поднял на меня белесые глаза.

— Ты… Это ты… — прошептал он в неверии. — Охотник…

Стоило ему сказать это, как вся десятка Безликих дрогнула, и они припали на колено вслед за стариком. Больше не было эмоций враждебности или агрессии, которые доносились с самого левого из Архимагистров.

— Похоже, — криво хмыкнул я, — мы знаем друг о друге больше, чем надо. Ну и кто ты у нас?

— Парис, — выдал он своё имя, не смея скрывать его.

Я засмеялся. Негромко, чтобы не разбудить кого-то в доме, а также не потревожить гвардейцев, что патрулировали окрестности.

— Вот же ж, интересно! Один из основателей Ордена Без Имени и в моём доме! Долго же мы тебя ловили, старик! Очень долго!

Отбросив чашку, я в одно движение оказался напротив старика и, схватив его за горло, поднял над каменным полом. Безликие дёрнулись, чтобы защитить своего главу, но Парис махнул рукой, и те успокоились. Он захрипел, пытался вдохнуть, но я крепко сжал хватку.

— Хочешь умереть? Это я могу устроить. Мало того, что ты напал на мою сестру и решил прийти в мой дом. Так ты ещё и посмел не отрицать своего прошлого! Твоей наглости нет предела, Убийца! И ведь, — холодно хмыкнул я, — тебе как-то удалось развеять нашу метку!

— З-забери наши жизни… Н-но не трогай Орден… О-они не виновны… У-уйдут… П-перестанут…

Поджав губы и смотря в глаза старика, готового умереть, я ослабил хватку и позволил ему упасть на колени передо мной. Он закашлялся и попытался отдышаться.

— Что мне твоя жизнь и мольбы, Убийца? Ты уже одной ногой в могиле. Твоё тело разлагается изнутри, а душа… — поморщился я от запаха. — Она воняет гнилью. Мне достаточно убить тех, кто позади тебя, чтобы ты страдал, как те, кого ты погубил в прошлом.

— Убей меня… Убей… — словно в бреду забормотал старик, заставив меня нахмуриться. Что это с ним? — Мне нужно… Я устал… Я хочу умереть и увидеться с ней…

Знали бы вы, каких трудов мне стоило сдержать себя и проявить… милосердие. Врагов принято уничтожать. Всех, кто вредит человечеству так или иначе. Так велит Кодекс. Но все мы, Охотники, разные по своей природе. Нам тоже знакомо… любопытство.

Положив ладонь на покрытый морщинами лоб старика, я заглянул в его душу и увидел всё, что мне нужно было знать. Впрочем, догадки у меня и так были, раз он явился сюда без боя и прихватил всех тех, кто виновен в нападении на Кристину. И почему я не удивлён, что здесь опять не обошлось без Заебоса?

Один из основателей Ордена Без Имени. Парис Аль Казар, Клинок в Ночи. Сильнейший некогда убийца, чья репутация внушала ужас и трепет. Cейчас он был тенью себя прежнего и похож на сломленного человека. От былого в нём остались разве что имя да кинжал, который являлся демоническим артефактом. Убить его — милосердие, которого он недостоин из-за своих поступков. И пусть мне знакома его история, сути это не меняет. Вот только… Как я уже сказал: «Мы, Охотники, разные по своей природе».

— Ты получишь желаемую смерть, Парис, — со сталью в голосе сказал я, и он поднял заплаканные глаза. — Но чтобы заслужить её, ты сделаешь для меня кое-что. Последнее задание, после которого я завершу Охоту и заберу твою жизнь. Что касается твоего Ордена… То он будет жить на благо человечества, а не в угоду собственным желаниям.

Убийца затаил дыхание, от него донеслись эмоции надежды, а затем он взял кинжал и поднялся на ноги. Его ученики сделали то же самое, молчаливыми тенями ожидая приказа.

— Что мы должны сделать, Охотник?

— Где-то в Царицыне находится член Британской Королевской семьи. Принц Эдвард, герцог Кентский. Найдите его, будьте рядом и докладывайте мне всё, что узнаете. Мне необходима информация о главной цели его прибытия в Российскую Империю. Я хочу знать, чем он дышит, что ест на завтрак и с кем в Британии и в Империи поддерживает связь. Мне нужна абсолютно вся полезная информация. Как вы её передадите меня не волнуют, а имя моего рода не должно всплыть. Справитесь с этой задачей и получите следующую, пока я не решу, что на этом хватит. И помните, о вас не должны знать. В целом… всё.

Парис отступил на один шаг, склонил голову и прохрипел:

— Будет сделано…

Безликие исчезли так же тихо, как и появились. Я остался на веранде один и какое-то время бездумно пялился в темноту.

Будь здесь Гранд Мастер Вульф, то точно дал бы мне по шее за такой фортель. Использовать убийц, чтобы найти врага и действовать против него… Это не методы Ордена, но грех было не прибегнуть к такой возможности. Расправиться с двумя врагами разом, решив все проблемы и забыв про них. Парис и его ближайшие ученики умрут. Это не обсуждается, как и смерть Эдварда. Тем более, что правила Кодекса я не нарушил. Зло будет наказано, и пусть метод этого наказания такой себе, сомнений и угрызений совести я не испытывал. Если Парис передал хотя бы крупицу своих знаний внешним ученикам Ордена, как назывались новые адепты, то их полезность для будущей битвы с Неназываемым и поиском эмиссаров очень высока.

Всё на благо человечества, и действующий Орден Безликих послужит этой цели в будущем. Либо исчезнет с лица земли, как было с его предшественником. Третьего не дано.

— Что за?.. — прошипел я, опустив взгляд на своё предплечье.

Покачнувшись, стукнулся об стол и услышал, как на пол упала и разбилась пустая чашка. Предплечье пульсировало от боли, а кожа начинала краснеть и нещадно чесаться, будто её опустили в кипяток. Океан Душ внутри меня забурлил! Да так, что проснулись спящие на нижних уровнях твари. Все, кроме Краз-Ан-Гора, что очень хорошо. Не хватало мне, чтобы ещё и титан очнулся, начав наводить суету!

Сила пошла вразнос и бушевала, расширяя энергоканалы, которые не были к такому готовы! Я крепко сжал челюсть и уцепился за стол, сдерживая боль. Предплечье продолжало гореть. В него словно втыкали множество раскалённых игл.

Я знал, что происходит, но не мог в это поверить… Пока не увидел вспыхнувшую на короткий миг татуировку Охотников. Ту самую татуировку, которую Борден вырвал вместе с моей рукой на Славии, забрав частичку силы.

Когда боль постепенно начала отступать, а испарина покрыла лоб, я уселся обратно на кресло и тяжело задышал. Мои губы тронула широкая улыбка, а взгляд устремился к звёздам и ночному небу. Сила… Часть моей силы, что забрал себе чёртов Эмиссар Неназываемого, вернулась. Стремительно и беспощадно, принеся с собой отрезвляющую боль, но это была она. Невероятно, немыслимо и до безумия невозможно, но ошибки быть не могло. Я уже и забыл за всё время, которое живу в этом мире, что такое… ощущать себя по-настоящему целым.

— Брат Сандр… — прошептал я, чувствуя отголосок энергии того, кто одолел Бордена. — Молодец… Так держать…

Да, это действительно был слабый и едва-едва ощутимый отклик, но он взбодрил меня. Напомнил, что мы, Охотники, сражаемся не против людей, а за людей. Во имя Кодекса! С Кодексом в душе!

— Похоже, — моя улыбка переросла в оскал, — мне пора догонять молодняк. Раз Неназываемый вновь начал действовать, то медлить больше нельзя!

Глава 3

На следующее утро… Московский Центр Охотников…

Подув на горячий кофе, князь Багратион Владимир Львович с хлюпом сделал глоток. За окном его кабинета раздавался голос заместителя, что проводил утреннее построение личного состава на плацу. Назывались имена тех, кого приставят к награде за особые заслуги, а также шло перечисление погибших на благо империи. Да… Это была дань в память о традициях, а подобные построения случались раз в несколько недель.

Окинув взглядом кучу бумаг на столе, глава Центра не сдержал тяжёлого вздоха и приступил к работе. Порой на него накатывали прошлые воспоминания, и ему хотелось бросить всё, схватить свою секиру и ринуться в какой-нибудь Разлом. Там ему было спокойно, и он чувствовал, что не просиживает задницу в кресле в кабинете, отчего та становилась чуть ли не квадратной.

Неожиданно в дверь постучали, а когда мужчина разрешил войти, в кабинет забежала взбудораженная секретарша.

— Аллочка, что такое? — приподнял бровь Багратион. Он очень редко видел свою работницу в таком состоянии.

— Владимир Львович, тут это… Вот это… — не могла женщина найти слов. — Белов… Вы сказали докладывать вам любую информацию о нём!

Услышав фамилию талантливого новичка, с которым у Тихомирова были проблемы и в которых Багратион хотел разобраться в ближайшие дни, он насторожился. Неужели парень погиб? Это было первой мыслью, что промелькнула в его голове.

Секретарша быстро подошла к столу главы и положила бумаги, которые тот шустро взял в руки и зачитал. Глаза мужчины забегали по тексту, и чем дольше он в него вникал, тем шире становилась его улыбка.

— Вот… хитрый шельмец! — громко засмеялся князь. — А строил из себя невесть кого! Как давно пришла информация?

— Двадцать минут назад, — поправив чёлку, ответила Аллочка. — Пока обработали для архива, пока закрыли сводки…

— Ладно, неважно, — Багратион вновь засмеялся. — Ох, хорош парень! Вот она! Удаль молодая! — помахал он листами с отчётами и начал кого-то передразнивать. — Слабак, недисциплинирован, идёт против приказа! Трижды Ха! Где сейчас Тихомиров⁈

— На построении, Владимир Львович, — напомнила женщина и кивком указала на окно кабинета.

— А, ну да, — стушевался князь и почесал затылок. — Как освободится, направь его ко мне! Пусть сам почитает и посмотрит! А то, видите ли, важным себя почувствовал! Хочу увидеть, как его морда скуксится!

Алла приняла приказ главы и покинула кабинет, находясь в странных чувствах. Редко она видела Владимира Львовича в таком расположении духа, зная, что работа в кабинете его угнетала. Успехи молодых ребят радовали его сердце, но в редкие моменты, ведь в большинстве своём приходили лишь известия об их гибели.

Поддавшись эмоциям, женщина улыбнулась и посмотрела на копию документов, которые должна будет отнести в архив.

Ф. И. О: Белов Дмитрий Борисович.

Возраст: 19 лет.

Класс Охотника: Пятый.

Количество официальных выходов: 1.

Количество закрытых Разломов:…

Ещё вчера и в течение довольно долгого периода времени значение в графе закрытых Разломов оставалось неизменным. Но сегодня, с самого утра, начало приходить всё больше уведомлений от аналитиков. Их штаб буквально разрывался и терялся в догадках, а среди сотрудников всё чаще звучал вопрос: «Кто такой этот Белов и как ему удалось за утро закрыть уже три Красных Разлома⁈»

* * *

— Удал длакона! Ки-йа! — воинственно выдал Славик и, пародируя мастеров кунг-фу из фильмов, вдарил лапой по башке сороконожки-переростка.

Тварь сдуло, и она улетела к своим товаркам, а я ловко запрыгнул на загривок малого и толчком отправил себя в полёт.

— Гримлок, на шесть часов!

Зверюга издала рёв, от которого задрожала земля, и начала смещаться. Нас окружили, заваливали толпой и давили насекомые, но мы не чувствовали, что проигрывали. Отнюдь! Мы побеждали и мочили жуков направо и налево!

Приземлившись в толпе тварей, принял на Жёсткий Барьер плевок скарабея, размером с минивэн. Кислота ударилась о Барьер и стекла на пересохшую и потрескавшуюся землю, плавя её.

На моём лице растянулась улыбка, энергия забурлила в теле и вырвалась на волю, порождая Барьеры Молний. Два… Четыре… Восемь…

В воздухе запахло озоном, он начал дрожать и свистеть в ушах, а небо внутри Разлома заволокло тучами. Молния искрила и трещала, а Барьеры напитывались силой и постепенно меняли свой цвет с синего на фиолетовый.

— Кто не спрятался, — мой громкий хохот звучал в буйстве стихии, — я не виноват!

БАХ!

Барьеры взорвались, множество разрядов молний ударили во все стороны волной. Они сжигали и разрывали насекомых, испепеляя крепкий хитин и проделывая в особо больших жуках огромные дыры.

Запах палёной плоти ударил в нос, но я не мог сдержать улыбки. Это чувство… О Кодекс, как же я рад! Безмерно рад, что часть моей силы вернулась! Что кусочек пустоты внутри меня наконец-то закрыт и больше нет этого зудящего чувства!

— Чувствую, если мы встретимся с Сандром, — продолжал я улыбаться и ударом ноги раскрошил пасть ещё одной сороконожки, — то надо будет отдавать долги!

Пусть меня и поджимало время, а дела требовали внимания, я не мог отбросить желание пойти в Разлом и проверить свои силы. Хотелось действовать, рвать и метать, ощутить, каково это… стать прежним! Это был четвертый Разлом, который мы со Славиком и Гримлоком закрывали за… А сколько сейчас времени? Ай, да похер! Главное, что записку оставил, и Лилит предупредит старика, куда я отправился!

Тем более, что Славику и Гримлоку тоже надо было погулять! Дома они засиделись, а хорошая битва была давно! Вон, как отрываются! Насекомым вообще кисло, а некоторые из них убегают в ужасе!

Сделал шаг и лёгким усилием обновил Гибкий Барьер. Ошмётки тел и зелёная кровь жуков стекли на землю, оставив одежду чистой. Хреново только, что у меня нет молота. Но! У меня есть меч деда, который я любезно одолжил из его кабинета и не спрашивал разрешения!

«Райнер, запад! Я чувствую запах! Приближается ещё одна волна!»

Гримлок был нашим сенсором. С его обонянием это легко, особенно с насекомыми. Мускусный запах нескольких видов чувствовался им особо остро. Ящер подсказывал, откуда именно придёт следующий удар.

Славик, как и я, почувствовал вибрацию. Сидя на заднице и пожёвывая лапу жука, он ковырялся в ухе.

— Опать эти жу-жала! — фыркнул малой, вытащив добычу из пасти и выкинув на землю. — Ни вкус-на!

— А ты думал они на вкус, как печеньки? — хмыкнул я, подойдя к нему и похлопав по большой лапе.

— Ну а вдлуг? — пожал он плечами и встал. — Плотивные жу-жала!

Кристалл Разлома должен быть уже близко. Об этом говорило не только увеличивающееся количество жуков, что пытались нас сожрать, но и более плотная энергия Разлома. Хоть и медленно, но мы приближались к конечной цели.

Ощутив дрожь под ногами, я приподнял бровь и увидел, как за волной насекомых, показавшихся из-за ущелья, вылезла огромная образина. Четыре лапы, вытянутое тельце с зеленоватым светящимся брюшком. Морда с широкими жвалами и два глаза, что взирали на нашу компанию с высоты.

— Больсой, — протянул Славик и засмеялся. — Но тупой!

Гримлок занял позицию возле меня и приготовился.

«Я займусь чудовищем, друг мой! На вас мелкота!»

Заметив, как Славик продолжал смеяться и зачем-то начал копать, я остановил зверюгу и сказал ему подождать. И не зря. Мелкий вырыл, мать его, валун! Весь грязный от пыли и земли, он с рыком поднял его, отошёл на несколько шагов и метнул! Не просто бросил, а именно метнул! Валун стартанул с такой скоростью, будто снаряд из пушки!

Камень влетел в тонкое тельце монструозного жука и пробил его навылет. Раздался пронзительный вопль боли, лапки твари подкосились, и она начала заваливаться на бок, раздавливая под собой друзьяшек поменьше.

— Был пасан, и нет пасана, — схватился мелкий за пузико в смехе, а затем повернулся ко мне и по-военному козырнул. — Товалищ командил! Плотивник ликви… ликвидил… — сбивался он и не мог выговорить слово целиком. — Уництожень, колоче!

Мы с Гримлоком переглянулись в полном офигивании. По умным глазам ящера было видно, что он впечатлен тем, что сделал малой. И я понимал его. Какой раз закрались сомнения, что Славик необычный Ферокс. Да, он обладает иммунитетом к магии, а ещё очень умён для своего вида. Но вот эта силища… Даже в трактатах Ордена о таком не писали!

— Кто ты, мать твою, такой, Славик?

— Я — Воин! Я — мощь! — ударил он лапой себя в грудь. — Я — Селжант Славик!

— Это когда ты умудрился стать сержантом-то? — криво ухмыльнулся я.

— Дядя Ефлем дал мне это зва-ние за помось на оголоде!

Мне на это оставалось только головой покачать. Вот же ж, старик! Мало ему Ярика, так он ещё и Славика своим воспитанием не обделил. Тоже мне, генерал огородный!

После гибели таракана-переростка, волна жуков была уничтожена нашим трио. Беспощадно и действенно. Я работал мечом, находясь на острие, Гримлок прикрывал тыл, ну а Славик… Он носился по всему полю боя, как неостановимая и пушистая машина смерти.

Мы постепенно продвигались всё дальше по этим опустошённым землям. Здесь, куда ни брось взгляд, были лишь сухая и потрескавшаяся почва, редкие горы и холмы, а из растительности — иссохшие деревья. Не удивлюсь, если к вымиранию этого кусочка мира приложили руку именно насекомые. В библиотеке Ордена множество информации по разным инсектойдным расам. Их плодовитость, быстрая эволюция и поражающая способность к выживанию делали подобные расы одними из самых населённых в Многомерной Вселенной. Старейшина Лирам, который был одним из архивариусов, знал о них так, как никто другой. И раз за свою жизнь мне приходилось побывать в самых разных приключениях, то нам было что обсудить за чашкой чая. В особенности он любил говорить о Кситиридах. Разумных насекомых, которые могли посоперничать с Роем Серых. Пусть самих Серых я и не встречал, хоть и наслышан, но вот Кситириды… Развитые, умные и, сука, сильные твари. Хорошо, что в этом Разломе мы напоролись на тупых насекомых, а не на них. Иначе пришлось бы драпать и возвращаться, когда подкачаемся!

«Нас ведут, Райнер!» — раздался в голове голос Гримлока.

— Ага, тоже заметил, — улыбнулся я.

Сидя на его спине, приложил руку козырьком ко лбу и закрутил головой. Судя по обилию разношёрстности видов, в этом Разломе засело существо, которое можно назвать аналогом королевы. У всех инсектойдов они есть, либо же их заменяет Высший Разум. Тут… скорее, первое. Нет общей координации, как у тех же Кситиридов. С востока и запада с нашей скоростью, но не приближаясь, двигались небольшие кучки насекомых. В основном сороконожки, но виднелись и уменьшенные копии твари, которую Славик прибил камушком.

Дорога, если так можно назвать разрушенную от времени и засыпанную песком брусчатку, вильнула. Вдалеке показались забытые временем и брошенные здания. Их количество постепенно увеличивалось по мере нашего движения, давая понять, что мы приближаемся к территории бывшего поселения. Городом это место не назовёшь, но деревенькой вполне. Домики из обработанного камня, что потрескался от времени и местной жаркой погоды. Деревянные крыши давно сгнили, как и двери с окнами и ставнями. Колодец в центре поселения был закрыт крышкой. Славик попытался её снять, но дерево развалилось прямо в его лапе.

— Утю… — протянул малой. — Водицки неть?

— Как видишь, — спрыгнул я со спины Гримлока и продолжил осматриваться. — Что думаешь?

«Здесь жили разумные, но они либо ушли в спешке, либо их…»

— Сожрали, — закончил за него и пнул ногой песок.

Когда мелкая поднятая пыль осела, мы втроём увидели берцовую кость, принадлежавшую человеку.

— Это место, — окинул я взглядом деревню, — могильник.

Гримлок резко повернул голову и всмотрелся куда-то на север. Как раз в том направлении, куда дальше вела дорога. Ящер издал утробный рык, оскалил клыки и приготовился к бою.

Среди домов и улочек со всех сторон начало раздаваться шипение. Навязчивое, пробирающееся в разум и угрожающее.

Славик резво отскочил от колодца, его шерсть вздыбилась, и он насторожился. Такое редко случалось с малым. Только в тех случаях, если опасность действительно стоила предельного внимания.

Шипение становилось громче, а спустя секунды из-за домов и закоулков показались… скелеты. Голые кости в порванных и обветшалых обносках. Они волочили ногами, спотыкались и медленно шли в нашу сторону. Вот только это не были мёртвые в привычном понимании. Некромантией тут вообще не пахло, как и Скверной. Нет, дело было в существах, что своими щупальцами обвивали кости и не давали им развалиться. Покрытые морщинистыми складками, паразиты сидели в пробитых черепных коробках тех, кто когда-то был людьми. Они пульсировали, истекали белесой жидкостью, капающей на песок. Из пустых глазниц на нас смотрели десятки тёмно-зелёных глаз, а из пустых ртов доносилось то самое шипение.

— Как занятно, — склонил я голову набок, рассматривая их с любопытством. — Паразиты, обычно, питаются плотью и веществами жертвы, а эти в скелетах живут…

«Тебя, действительно, только это сейчас волнует?» — раздражённо заметил Гримлок.

— Ну интересно же! — бросил взгляд сначала на него, а затем на Славика. — Эх, нет в вас чувства любопытства.

Неизвестные твари бросились на нас всем скопом, словно по отмашке. Славик с Гримлоком резво отошли в стороны, дав мне возможность ударить по площади. Привыкли они, что всю работу я за них делаю. Ленивые задницы.

Большой Барьер Земли, в который я вложил немалое количество энергии, растянулся на всю толпу. Стоило ему треснуть, как песок разверзся, и скелеты провалились по пояс. Мои напарники только этого и ждали, после чего накинулись на беспомощных противников и начали их уничтожать. Оставив одного себе, подошёл к нему и присел на корточки. Существо особо усердно работало костяными конечностями, а его щупальца были чем-то вроде… мышц? Да, пожалуй, так. Они обвивали кости, структурировали их и даже работали, будто это именно рука человека. Как минимум эта тварь не пыталась атаковать меня под углом, выворачивая руки.

— Что же ты у нас такое? — постучал клинком по костяной черепушке. Тварь подобного не оценила, и её словно оглушило.

— Ш-ш-ш-ш…

— Да не шипи ты, — ещё раз стукнул. — Дай подумать.

Гримлок со Славиком уже закончили мочить оставшихся, раздавливая то, что заменяло скелетам «мозги».

Есть у меня одно предположение, и оно, возможно, будет даже точным. То, как вёли себя скелеты и паразиты. Их движения, действия… Будь у них плоть и кровь, а вместо шипения звучали бы слова, то их можно было бы принять за людей. Готов поспорить, что эти твари пробирались в мозг, судя по пробитой черепной коробке, пожирали его, заменяли собой и использовали память носителя. Размеры дырок небольшие, а значит, это были личинки. Тупые, неопытные, но голодные и исполняющие приказ королевы, что их породила.

— Не скажешь, где мамочка живёт? — обратился я к существу.

В ответ оно опять зашипело, более яростно. Мне на это только плечами пожать оставалось и пробить мечом череп насквозь.

— Щито делаем? — почесал Славик за ушком. — Будим моцить упылей?

— Будем, Сержант Славик, ещё как будем, — улыбнулся я, вытирая клинок об обветшалые одежды некогда человека. — Теперь я отсюда не выйду, пока не найду эту падаль. Сожри она местных из-за голода и своей природы, то это было бы понятно. Но подчинить их? Заставить страдать? Теперь я понимаю, почему две группы Охотников, что зашли в этот Разлом, не вернулись. Им заманили сюда, как и нас, когда они пробились через обычных солдат.

Покачав головой, поднялся с корточек и взглянул в сторону дороги. Твари пришли оттуда, сомнений быть не может.

— Славик, авангард, — отдал я приказ, перехватывая клинок и делая шаг. — Гримлок, тыл. Пора зачистить это место и принести покой погибшим здесь людям.

Глава 4

Как я и думал, дорога привела нас к шахте. Ещё на полпути мы резко пошли в гору, а потом спустились ко входу.

Каменные знаки предостережений на непонятном языке здесь были поставлены не просто так. Как я понял, что это были именно они? Ну где ещё будет нарисован череп с двумя костями в виде креста? Вряд ли таким образом местные завлекали народ.

Сам вход был замурован, во всяком случае раньше. Было видно, что его пытались закрыть и даже преуспели, но то, что они захотели замуровать в горе, выбралось. Куски оплавленной каменной породы валялись недалеко от дыры размером с самосвал.

— Мне здись не нраится, — поморщил Славик нос. — Пахнет яйца-ми…

— Это сероводород, малой, — хмыкнул я. — А ещё аммиак.

Присел на корточки и провёл пальцами по гладкой поверхности расплавленного камня. На коже остались желтоватые следы остатков химической реакции.

— Интересненько…

«З а нами следят, Райнер». — Гримлок, как обычно, выступал нашей разведкой.

Бросив взгляд за спину, увидел вдалеке наблюдавших жуков. Наверное, одна из тех групп, что вела нас после победы над большим гадом. Приближаться они не торопятся и ждут. К гадалке не ходи, понятно, чего именно.

— Заходим, — отдал я приказ, который не пришёлся ящеру по душе. Он раздражённо рыкнул, поглядывая на вход в горе. — Что такое?

«Мне… Неуютно в замкнутых пространствах».

Вот те раз! У Гримлока клаустрофобия, а узнаю я об этом только сейчас!

— Оставаться тебе здесь нельзя. — Вариантов особо не было, пришлось принимать решение. — Потерпишь.

— Р-р-р… — было мне ответом, и ящер начал заходить в темноту.

Славик медленно пошёл за ним, оглядываясь вокруг и обнюхивая всё, что можно и нельзя. Посмотрев в последний раз на разведчиков-насекомых, двинулся следом.

Штольни шахты были немаленькие, и их высоты хватало, чтобы Гримлок поместился полностью. Расстояние до потолка даже осталось. С освещением здесь тоже было всё хорошо. Как я понял, местные использовали нечто вроде кристальных светильников на балках, которые хоть и тускло, но излучали голубой свет. Помимо них на стенах пещеры рос люминесцентный мох. Он настолько разросся, что тянулся вдоль стен вглубь пещеры.

Концентрация энергии кристалла стала насыщеннее. Мы на верном пути, но что странно — жуков нет. Даже следов их жизнедеятельности, а уж я-то знаю, как они любят всё вокруг засирать.

— Слад-кая травушка-мураву-шка, — закинул Славик в пасть содранный мох. — Как ватка, но не ватка!

— Смотри, чтобы живот не заболел, — хмыкнул я.

Малой фыркнул и продолжил жевать. Неожиданно он сбился с шага и чихнул, а из его пасти надулся самый натуральный пузырь. Славик тупым взглядом на него посмотрел, втянул обратно и надул ещё раз.

— Разломная жвачка, мать его, — мой смех зазвучал в пещере. — Надо взять пару образцов.

В интернете мне ещё ни разу не попадалась информация о том, чтобы кто-то использовал Разломные растения, вещества или что-то ещё в более преземлённых целях. В основном всё применение лежало в военной и гражданской промышленности. Доски, блоки, оружие и всё такое. Меня это хоть и не особо заботило, но возникал вопрос: почему люди до сих пор не придумали способ использовать желейки более лучшим образом? Одарённые их либо ели, либо помещали в специальные контейнеры поближе к коже, чтобы применить в любой момент. Второй вариант мне не подходил, да и вообще не нравился. Ну а от первого изжога была будь здоров. Вот у меня и промелькнула идея, как использовать желейки, сделать это максимально вкусно и без вреда для организма. Никогда бы не подумал, что желание Славика жрать всё подряд может подать идею. Разломная жвачка или мармелад! Да это же идеально!

Не став откладывать идею на потом, вытащил из своего рюкзака несколько мелких контейнеров для подобных случаев и собрал мох. Свойств своих он не терял даже будучи отодранным с поверхности пещеры.

— Сделаю аналог «Хубба Буббы», — широко улыбнулся я. — Поставлю на поток и заработаю кучу бабла.

Да, деньги показывали дно, и мне после Мирного нужно было бы возвращаться в Разлом к Гор-Року и остальным членам его клана. Впрочем, пока я найду ученых, построю лабораторию и поставлю всё на поток… Эх, а мечта была так близко, хоть руку протяни. Но ничего, всё равно сделаю.

Засунув образцы в рюкзак, скомандовал двигаться дальше. Шахта постепенно истончалась, но так было лишь короткий промежуток пути. Эдакая кишка или карман, который мы прошли и оказались в огромном помещении, выдолбленном в горе. Повсюду валялись видавшие лучшие времена инструменты шахтёров, стальные тросы, подъёмные механизмы, в которых я сразу же узнал рычажную систему. Помимо всего прочего здесь был ранее раскинут палаточный лагерь. Ткань, конечно, пришла в негодность, и в ней было множество дыр, как и в спальных мешках.

Запах сероводорода и аммиака в этом месте чувствовался гораздо сильнее, чем снаружи. Даже странно, что Славик и Гримлок ещё не потеряли сознание. У меня же в этом плане всё проще. Печать, что нейтрализовала токсины и всякую муть, работала без перебоя, а Гибкий Барьер выступал эдаким фильтром.

«Костей нет. Опять те существа?» — осматривался Гримлок, держа голову ниже к земле.

Он прав. Трупов не было, хотя куски одежды валялись по всему помещению.

Я задумчиво оглянулся назад и увидел, что камень с внутренней стороны от места, где мы вошли, был гораздо сильнее оплавлен. Его словно облили кислотой. Хм…

— Есть у меня догадки, как погибли шахтеры и деревня, — внимательно рассматривал я редкие следы от кислоты, что тянулись дальше по пещере. — Похоже, что местные что-то откопали, разбудили, и оно вырвалось на волю. Здесь, — постучал стопой по земле, — был перевалочный лагерь. Место для отдыха, если проще. Основное место раскопок дальше.

— Здесь нет жу-жал, — подобрал Славик монструозную кувалду, пытаясь незаметно от нас с Гримлоком её облизнуть. — Г-де жу-жала?

— Там, — хмыкнул я и указал пальцем вниз. — Если это верхняя штольня шахты, то дальше по коридору должен быть спуск. Насекомые предпочитают тёмные, влажные и тёплые места. Проще размножаться, выше шанс выживания. Во всяком случае, так принято для большинства видов. Именно поэтому атмосфера снаружи для них более-менее комфортна. Влагу они добывают в ином месте, но охотятся…

«Из-под земли, — дополнил Гримлок. — Они атаковали нас снизу».

— Именно, — кивнул я, достал флягу с водой и промочил горло. — Подземная сеть пещер. Копать начали отсюда, точнее снизу. На нижних уровнях этой шахты — центр улья. Там же и кристалл.

Похоже, я был не прав, когда говорил, что пропавших Охотников из Центра так же заманили, как и нас. Они не дошли. Их следов не было в деревне, которую наше трио обследовало по пути. Скорее всего, на них неожиданно напали, после чего затащили в один из подземных ходов. Песок и пыль скрыли следы, а потому и вторая команда, которая отправилась на поиски, исчезла так же. Хорошая засада в местности, и жуки использовали свои шансы на полную.

— Хитрожопая королева, — сделал я вывод. — Но ничего, недолго тебе осталось.

Как я и говорил, стоило пройти помещение лагеря, и мы вышли к спусковой шахте. Обрывков одежды здесь было в разы больше, как и инструментов. Похоже, что местные люди поняли проблему и попытались сбежать, но не выжили…

Проверив механизм, убедился, что он работал. Если так можно сказать об устройстве, которому хрен знает сколько лет. Деревянные балки трещали, рычаг почти пришёл в негодность, и я заменил его. Слава Кодексу, что здесь были инструменты, а то пришлось бы прыгать вниз. Неизвестно насколько в глубину тянулся спуск, но для Славика это не проблема, как и для меня, а вот Гримлок… Он бы мог не пережить падение.

Ошибся. Пришлось менять ещё трос, который Славик притащил из лагеря шахтёров. Канаты от времени полностью потрескались, металл окислился и сыпался в руке. Тот, что был в лагере, тоже не очень хорош, но он хотя бы хранился в ящике и был промаслен, пусть масло и высохло.

С опасением и настороженностью Гримлок зашёл на платформу спуска. Дерево с металлическим каркасом нещадно затрещало, но выдержало. Ящер был большим, а потому места для меня и Славика не нашлось.

— Как дёрну рычаг, начнётся спуск, — решил пояснить для него. — Мы с мелким прыгнем следом. Заметишь что-то — маякуй.

«Понял тебя, друг мой!» — подтвердил ящер готовность.

С натугой дёрнул рычаг, и механизм пришёл в движение. Тросы напряглись, и платформа начала уходить вниз. Славик увлечённо провожал Гримлока, жуя жвачку и надувая пузыри.

— Будим плыгать?

— А что нам ещё остаётся? — пожал я плечами, подойдя к обрыву. — Ждать, пока он опуститься, и поднимать платформу заново может быть опасно.

— Понил! — потоптался малой на месте и сиганул, попутно крикнув: — Джилонимо!

Я хмыкнул, увидел, что он исчез во тьме шахты и повернулся спиной к обрыву. Мой взгляд зацепился за одежду людей.

— Вы будете отомщены, — сказал я в пустоту, а голос эхом прозвучал в пещере. — Слово Охотника.

Шаг назад, после которого последовал свободный полёт. Темнота была такой, что не видно ничего.

Прикрыв глаза, отдался своим чувствам, за исключением зрения, обострив их до предела. Крик и смех Славика стали различимы более отчётливо, как и тяжёлое дыхание Гримлока. В нос ударил более стойкий запах аммиака, а ещё знакомое зловоние. Отходы жизнедеятельности насекомых.

Услышал копошение внизу, смешанное с треском дерева платформы. По моим ощущениям мы преодолели уже более девяти этажей.

Звуки усиливались, вот платформа доехала до низа, раздался рёв Гримлока и слитый воедино вопль насекомых. Ящер принялся за дезинсекцию.

Резко развернувшись в воздухе и перегруппировавшись, создал за спиной и под стопами Барьеры Воздуха. Темноту озарило белым светом, сквозь закрытые глаза просочилась яркая энергия.

Ухмылка растянулась на моём лице, Барьеры треснули и лопнули, а затем меня ускорило в разы. Я летел вниз щучкой, а когда запахи и звуки усилились, открыл глаза. Ядовито-зелёный свет вкупе с лазурным мхом освещали пещеры внизу.

— Так ничестно! — закричал Славик, когда я обогнал его.

Раздался лязг меча, покинувшего ножны. Клинок лёг в ладонь, как влитой, а ещё несколько Барьеров Воздуха скорректировали полёт. Опыт не пропьёшь, сколько бы Охотники ни бухали!

Я вылетел из спусковой шахты, точно подобрав момент и влетев в волосатого клопа, роста в котором было больше, чем в Гримлоке. Ящер, кстати, пытался откусить от его лапы кусочек, отчего тварь верещала.

Сталь клинка вспыхнула золотым от вложенной энергии. Меч вошёл точно в середину головы жука, взрывая её с другой стороны, будто от разрывной пули. Брызнула мутно-зелёная жижа, клоп покачнулся и осел на землю.

— Борьба с насекомыми, Райнер и КО! — засмеялся я, смотря на толпу насекомых, что неслась на нас и вылезала из дыр в большой подземной пещере. — Очистим ваш дом от вредителей!

* * *

Тёмно-зелёный свет окутывал огромную пещеру. Её стены, потолок и пол были покрыты слизистой субстанцией цвета человеческой кожи, что пульсировала будто живая. Множество яиц от самых малых до больших размеров усеивали почти всё пространство внутри. Мелкие трутни в спешке и синхронном потоке бегали от одного яйца к другому, проверяя их состояние и осматривая. Их жвала создавали постоянный стрёкот, а усики касались друг друга, передавая сигналы.

Одно из яиц было непригодным. Плохая особь, которая не нужна рою. Выбежав из толпы сотен похожих друг на друга рабочих, один трутень двинулся по коридору пещеры и вышел в небольшой зал. Насекомым не ведома красота архитектуры. Только выживание роя, вот что важно. Поэтому трутень не стал осматривать барельефы и расписанные символами стены, а бежал дальше. Туда, где находилась мать и королева. Где жила их богиня.

Она стояла возле большого кристалла, что своими размерами доставал чуть ли не до потолка. Изящная по меркам насекомых и ужасающая по меркам людей. Её лапки бережно оглаживали одно из десяти странного вида коконов, а хелицеры издавали звук, похожий на успокаивающую песнь.

Трутень медленно-медленно подошёл к королеве. Он дрожал от одного вида её гладкого хитина цвета металла, шести лапок, четыре из которых были за спиной, хотя стояла она на двух. Её волосы, что больше напоминали хитиновые дреды, спадали за спину, будто водопад.

Услышав стрёкот и получив мысленный посыл от своего подчинённого, королева прекратила свою песнь и недовольно отдала приказ. Раз одно из яиц непригодно, то его удел стать пищей для потомства. У роя нет ничего, что нельзя было бы использовать.

— Скоро-с-с-с, — раздался голос королевы, больше похожий на скрип металла. — Мои-с-с-с дети-с-с… Вы с-с-танете частью роя-с-с…

Бережно и будто боясь повредить оболочку кожистого кокона, она смахнула слизь. Полные черноты шесть глаз королевы всмотрелись в лицо молодой человеческой девушки, что была внутри. Её броня из Разломного металла плавилась от слизи внутри кокона, оголяя бархатную кожу. То же самое происходило и внутри остальных коконов, где спокойно спали выжившие Охотники. Её будущие дети…

Почувствовав вибрацию, а также множество ментальных криков погибающих отпрысков, королева замерла. Она прекратила гладить кокон и повернулась к одному единственному входу в королевские покои. Значит, новые претенденты на то, чтобы стать её детьми, всё-таки добрались… Сильные гены, из них получатся отличные воины, которые принесут Рою множество побед!

Отойдя от будущих отпрысков, королева вернулась к своему трону, что принадлежал когда-то существам, покинувшим эти земли и оставившим потомков. Правда, она и её Рой уничтожили этих потомков, а заодно и поработили их тела… Но такова суть их народа. Пожирать, эволюционировать, размножаться. Все остальные — лишь пища, не более.

С лёгкостью королева подключилась к одному из своих воинов и увидела битву, где будущие претенденты сражались. Пусть они тратят силы и слабеют, пытаясь преодолеть Рой. Когда отчаяние поглотит их души и сердца, она лично придёт и завершит битву…

* * *

— Апчхи! Апчхи! — чихнул я, ударом ноги отправляя в полёт богомола размером с пекинеса.

Позади меня вспыхнул Жёсткий Барьер, и в него врезался скарабей-переросток. Ударил наотмашь клинком, и безголовая тварь грузно упала к моим ногам.

— Апчхи! Да что за фигня? Насморк, что ли?

— Лайнел! Ни болей и будь здолов! — забивал Славик сороконожку в землю, держа в лапках часть её собрата.

— Ага, спасибо! — хмыкнул я, продолжая рубиться с прущими со всех щелей насекомыми.

Медленно, но уверенно, мы двигались вперёд. Тварей становилось с каждой секундой всё больше, и им не было конца и края. Впрочем, нас это не смущало, а только раззадорило!

— Р-а-а-а!!! — раздался громогласный рёв Гримлока, от которого задрожал пол пещеры, а за ним зазвучали вопли жуков.

Ящер вошёл в состояние берсерка и начал полный разнос местной фауны. Энергию он качал из меня будь здоров, отчего в топку моего желудка без остановок отправлялись желейки. Славик тоже брал свою часть, хоть и в меньших количествах. Так что я теперь стал не только клинком в нашей команде, но ещё и батарейкой. Чувствую, что дома меня ждут потрясающие ощущения изжоги, от которых никуда не деться.

Одно хорошо — когда Гримлок пошёл вразнос, то начал мочить всё вокруг, и жукам стало совсем кисло. Его движения стали быстрее, мощнее, а распространяющийся из тела бордовый туман убивал тварей наповал. Он благоразумно держался от нас подальше, чтобы в пылу битвы не задеть, а его светящиеся татуировки были сигналом, где именно он находился.

— Глимлок и жу-жала, — хохотал Славик, прыгая на пауке и разрывая тварей поменьше своими лапами. — Эта битва будит легендалной!

Земля дрогнула, и из огромной дырки вылезла образина, похожая на ту, которую малой завалил камнем.

— Опять этот больсой жу-жала! — удивился мелкий. — Мелзкие жу-жала!

— Займёшься⁈ — крикнул я с улыбкой, разрубив прыгнувшего на меня таракана.

Славик фыркнул, откусил башку пауку и молниеносно прыгнул на стену, двинувшись к цели. Везёт ему с его четырьмя передними лапами… Но да ладно! Хорошо, что Гримлок и малой убрались подальше. Пока они были рядом, я не мог ударить во всю мощь и сдерживал себя, боясь их задеть.

Жуки пёрли без остановок, мешая друг другу. Я убрал клинок в ножны, закрыл глаза и распростёр руки.

Эх, главное пупок не надорвать, а то опять потом отходняк будет.

Океан Душ забурлил и закипел. Обжигающая энергия потекла по каналам. Ещё… Ещё… Ещё чуть-чуть…

Два десятка душ убитых мной насекомых развоплотились на энергию, а я продолжал давить, пока не понял, что хватит. Мог и больше, но тогда бы пришлось превозмогать, а зачем это делать, если можно не делать? Простая логика Охотников, которой мы всегда придерживались.

— С Кодексом в сердце! — открыл я глаза, что полыхали золотым пламенем, как и тело. — C Кодексом в душе! Рассвет Славии!

Услышал бы меня сейчас Старина Мак, то ржал бы во весь голос. Обычно Охотники не придумывают своим силам… Эм… Пафосные названия? Да, так будет лучше. Это Малыш Дэн, когда только пришёл в Орден, любил так делать. «Пафос наше всё», — говорил он! Эх, скучаю я по этому мелкому клещу! Да что тут говорить… Не только по нему, но и по остальным братьям.

Пламя вырвалось из моего тела бурным потоком, озаряя пещеру и порождая немыслимый жар. Оно сжигало своим потоком инсектов, превращая их в пепел. Особо большие жуки с крепким хитином лопались изнутри, как попкорн. Их кровь закипала и шипела, испаряясь с земли.

Запах паленой плоти начал витать в воздухе, смешиваясь с ароматом дерьма этого места.

Двести метров… Слабо, Райнер, очень слабо. Всего лишь две сотни, а ведь на Славии я этой атакой уничтожил сразу двух эмиссаров Неназываемого. Выходит что? Надо качаться и ещё раз качаться. Раз Сандр одолел Бордена, то опережает меня на много шагов. А где ж это видано, чтоб молодняк старичков обгонял⁈

Ухмыльнувшись своим мыслям, я смахнул пот со лба и побежал в сторону входа в ещё одну пещеру. Концентрация энергии кристалла ощущалась там особо отчётливо, а значит, нам туда!

Не забывая работать клинком, попутно сжигая Барьерами Огня всю мелкую шушеру, я увидел, что Славик заборол своего противника. Малой в своей манере оторвал башку таракану-переростку и с хлопком приземлился рядом со мной.

— Лайнел, делжи! — дал он кусок глаза, а другую закинул в пасть. — На вкус нисего! Как молоцный кактель!

— Нет уж, спасибо! — хмыкнул я и заметил, что Гримлок сдвигался к нужному входу.

Даже под берсой он продолжал здраво мыслить и оценивать ситуацию. Молодец.

Мы со Славиком двинулись дальше и пробежали ящера. Он проводил нас полыхающими кровавыми глазами и пошёл следом.

Пещера начала уменьшаться, а затем мы попали в помещение, что было очередной родильной комнатой. Куча яиц, трутни, бегающие по полу, слизь и вонь. Всё, как любят насекомые. Особо церемониться здесь не стали и мимоходом всё зачистили, не сбавляя темпа.

Неожиданно, но следующее место, где мы оказались, было коридором. Причём рукотворным! Время нельзя терять, а потому на бегу я успел рассмотреть лишь часть фресок и символов, что были нанесены на незнакомом языке. Картинки были более понятны, рассказывая о истории и каких-то сражениях. Занимательно, но потом изучу, а то жуки зажмут нас с двух сторон и придётся туго.

Коридор закончился так же резко, как и начался. Наша компашка ввалилась в ещё одну пещеру, которая по виду так же была рукотворной. Стены, потолок и пол измазаны в кожистом покрове инсектов, пульсирующим, будто биение сердца. В центре зала находился большой, мать его, кристалл. Пусть мы и были в Оранжевом Разломе, но размеры этой хреновины уж слишком превосходили всякое понимание!

Полукругом от кристалла находились покрытые слизью коконы, а рядом с ним стоял трон.

— А вот и мамочка.

Королева, а это была явно она, сидела на сломанном каменном троне. Прямая осанка, одна лапка закинута на другую, три пары чёрных, как бездна, глаз, которыми она взирала на нас. Гладкий хитин цвета металла и волосы-отростки. Её можно было бы принять за вполне себе человеческую женщину, но с натяжкой. Силой от неё, кстати, фонило знатно. Похоже, тварь отожралась на халявной энергии кристалла и жителях поверхности.

— Мои будущие-с-с дети-с-с… Вы пришли-с-с… Примите-с-с мой-с-с-с дар… — прошелестела она скрипуче и посмотрела на меня. — Ты-c-c-c… Будешь моим-с-с-с…

— Да щас, разбежалась! — хохотнул я и вытащил клинок из ножен. — Извиняй, но ты не в моём вкусе!

Тварь задели мои слова, она зашипела и встала с трона, показав спрятанные за спиной лапы.

— Тогда-с-с, ты умрёшь!

Полыхнуло ядовито-зелёной энергией, разряд молнии вылетел из лапок королевы и вдарил по моим Жёстким Барьерам, которыми я облепил не только себя, но и Гримлока со Славиком.

Неслабо она жахнула! Барьеры еле выдержали!

— Я предпочитаю не бить женщин, — моя улыбка растянулась до ушей, а от твари впервые понесло… страхом. Она вздрогнула и отступила на шаг. — Но тебе я с удовольствием вмажу! Мочи её, парни!

Глава 5

Привалившись к зализывающему раны Гримлоку, я смотрел, как военные аккуратно тащили носилки, на которых лежали Охотники. Десять ребят, что находились без сознания, но были живы. Это явно не все, ведь обычно группа захода в разлом состоит из восьми членов. Выходит, что шестеро либо погибли, что более вероятно, либо я их так и не нашёл.

Славик развалился на земле, раскинул лапки в стороны и спал, судя по его спокойно вздымавшейся груди. Перестарался мелкий, вот и отрубился, как только мы вышли из Разлома и дотащили ребят.

— Ваше благородие, позвольте мне? — подошла ко мне целительница в военной форме.

Ну да, видок у меня был сейчас тот ещё. Весь в потрохах и засохших соплях насекомых. Одежду можно выкидывать, а клинок потребуется отдать кузнецу для ремонта. Дед явно не обрадуется этому, но выбора не было.

— Да, благодарю, — не стал отказываться и позволил девушке поколдовать.

Руки целительницы вспыхнули изумрудным светом, и она начала свою волшбу, а я морщился и задумчиво гладил подбородок.

Королева оказалась сильна. Действительно сильна, хоть и неопытна. Энергии эта тварь за время своей жизни сожрала столько, что в голове не укладывалось. Она будто реактором стала, а кристалл Разлома так, батарейка. Мне пришлось напрячь зад и затащить эту битву. Выложиться почти на полную и потратить кучу желеек, изжога от которых меня уже достала.

Хорошо, что взял с собой Гримлока и Славика. Они вдвоём были очень полезны в бою с Королевой. Особенно малой, на которого её магия не действовала. До сих пор помню удивление и шок в её глазах, когда она жахнула по мелкому молнией, а тому было глубоко похер. Проблемы начались тогда, когда она бросила клич, и на её защиту сбежался весь улей. Ух Гримлок тогда в разнос пошёл. Он, мать его, в одиночку держал на себе весь Рой, пока мы со Славиком убивали Королеву. Теперь я понимаю, что имел в виду Гор-Рок, рассказывая о Гримлоке. Ужас Кардар-Атора… Ящер действительно внушал своим состоянием берсерка страх. Обычно, насекомые не боятся, но они поддерживают связь со своей Королевой, а вот она точно находилась в ужасе. Именно это влияние и дало Гримлоку возможность сражаться в одного.

Как только с моим лечением было покончено, целительница принялась за ящера. Досталось ему не слабо, а раны пусть и зажили частично, но продолжали кровоточить. Твари обладали неким ядом, который нужно было вывести, вот девушка этим и занялась. Гримлок на неё рыкнул, но поняв, что хотят помочь, уступил.

«Славная битва, друг мой, — заговорил он. — Я видел, как ты отрубил голову той твари. Это было красиво».

Я хмыкнул и кивнул. Вот только он не уточнил, что в тот момент Славик держал Королеву и позволил мне сделать свой ход. Правда, энергии вложил слишком много, вот поэтому клинок и повредился.

Привычно достав телефон из кармана, заметил множество звонков и смс. Беззвучный режим не позволил до меня дозвониться, когда мы вышли из Разлома, а внутри смартфон не работал.

Так-с… Ефрем, Лилит, дед… Хм, а Снежинка зачем звонила? Ладно, позже их наберу.

Зашёл в свой профиль Базы Данных Центра и успешно тыкнул, что Разлом закрыт. Подтверждение информации пришло спустя секунд десять, когда данные сверились с докладом военных, что здесь вели службу. Моя репутация, как Охотника, скакнула на несколько пунктов. Забавно, но в графе «Класс» у меня до сих пор стоял пятый, хотя кольцо сменило свой цвет с красного на оранжевый. Да… За закрытие всех Разломов и конкретно этого энергии мне насыпало много. Даже слишком. Вообще странно с этим Разломом получилось… Кристалл большой, а Королева будто была на ранг выше, чем должно. Я читал про такое, но обычно это редкость и Разломы стабильны по своей природе. Похоже, что мне в очередной раз повезло.

В любом случае, я уже знал, куда потрачу накопленную энергию. Печати. Предстояло улучшить их, а именно печать Усиления. Но помимо неё мне хотелось поставить ещё одну, о которой мало кто в Ордене знал, и находилась она под строжайшим секретом Старейшин. Всё из-за опасности, которую эта печать в себе несла, но в обмен давала нереальных размеров плюс, а именно — стремительный сбор энергии. Да-да, у меня уже стоит печать Сбора, но Водоворот — совсем иная лига. С ним я смогу бешенными темпами поглощать энергию из абсолютно всего. Вещей, артефактов, Разломов, чудовищ и даже… людей. Именно из-за последнего Орден наложил запрет на Водоворот. Если Охотник совершит ошибку, то может ненароком убить человека, а если применит Водоворот в скоплении людей, то… Думаю, вы понимаете. Ещё одна опасность заключалась в том, что контролировать печать очень сложно. Когда только Водоворот изобрели и пустили на поток для учеников Ордена, то множество молодых Душеловов погибло. Об этом умалчивают, и молодые Охотники не в курсе, но так было. Я лично застал тот момент, ведь печать изобрели во времена моего ученичества.

Если, повторюсь, если у меня получится поставить эту печать, то проблемы с походами в Разломы решатся сами собой. Нет, мне все равно придётся искать кристалл и уничтожать его, но больше не понадобится жрать желейки в огромных количествах. Достаточно будет короткой медитации, и энергия восполнится. Главное, чтобы каналы выдержали перегрузку и не лопнули.

Звонок на телефон выбил меня из мыслей, а увидев абонента, я криво ухмыльнулся.

— Здравствуйте, Владимир Львович, — поздоровался с начальником Центра Охотников.

— И тебе привет, боец! — со смехом в голосе ответил он. — Вижу, что ты хорошо постарался, так держать! Закрыть столько Разломов за короткий срок — это поистине потрясающее достижение! — Мужик затих и уже более спокойно дополнил: — Отдельно позволь поблагодарить за ребят… Ты спас им жизнь, Дмитрий, а это дорогого стоит.

— Я просто сделал то, что нужно. Не больше и не меньше, — улыбнулся я, пусть он и не видел.

— Кхм… Да… В общем, когда ты прилетаешь в Москву⁈

— А что мне там делать? — удивился я его вопросу.

— В смысле что⁈ Присутствовать на награждении членов Центра! Твоя явка обязательна! Приглашение уже выслал!

Вот же ж… Ну и нахер мне это награждение? Время только тратить, а у меня его и так немного!

— Отказаться, как ты понимаешь, нельзя, — продолжил тем временем Багратион. — А то странно будет, что один из тех, кого приставили к награде, не приедет!

— Я посмотрю своё расписание, — попытался я свинтить.

— Посмотри-посмотри, а я пока с твоим дедом свяжусь. С Петром Алексеевичем нам есть о чём поговорить, заодно обрадую его этой новостью! Всё, давай, Дмитрий! И спасибо ещё раз за то, что спас ребят!

Он повесил трубку, а я вздохнул и покачал головой. Не было печали — купила баба порося. Из-за своего желания опробовать вернувшиеся силы сам себе устроил головняк. А ведь Ефрем уже рвёт и мечет, посылая мне угрожающие смс-ки и обещая кары небесные.

Ладно, пофиг, буду решать проблемы по мере поступления. Если смогу, то приеду на награждение, а если нет, то хрен с ним.

— Вы закончили? — спросил я у девушки-целительницы.

— Да, — устало улыбнулась она и смахнула пот со лба. — Вашему питомцу больше ничего не угрожает. Весь яд я вывела…

— Спасибо, — улыбнулся ей и посмотрел в глаза Гримлоку. — Ты как?

«В норме, но чтобы ты знал, за свою работу я требую пирожки от Тамары Петровны!»

— С этим проблем не будет, — засмеялся, чем вызвал лёгкое удивление у целительницы. Ну да, стоял себе спокойно, а тут ржать начал и болтать. — Ладно, давай поднимать Славика и домой. Нас там уже заждались!

* * *

Как оказалось, Снежинка звонила мне, чтобы спросить, поеду ли я с ними в ЦИУ на очередной этап игр. М-да, моё путешествие по Разломам началось очень ранним утром, а вышел я из последнего уже в обед. Неслабо так погулял. Ну ничего, Лилит отправилась с ребятами вместо меня и приглядит за ними, если вдруг что. Ну ещё и наставление Неврозову даст от моего имени.

— Подъезжаем, — спокойно сказал Ефрем, сидевший рядом со мной.

Захар был за рулём и вёл машину на указанный стариком адрес, ну а я попивал кофе и поедал шаурму. В моём мире такой пищи не было, как и в тех, куда меня заносило. Но здесь… я открыл этот шедевр! Идеально подобранный спектр ингредиентов, вкуса и соуса! Не знаю, кто создал шаурму, но этот человек — гений!

Наш транспорт остановился возле небольшого Царицынского ресторанчика грузинской кухни. Я вполне мог поесть и здесь, но после беготни по Разломам жрать хотелось так, что желудок выл, будто голодный кит. Дома мне пожрать не дал уже Ефрем и сцапал сразу же после душа, сказав, что нужно ехать.

Раньше мне как-то не довелось бывать в месте, куда нас привёз Захар, но стоило зайти внутрь, как я ощутил атмосферу гостеприимства и тепла. Стены в зале ресторана были щедро обвешаны коврами с причудливыми этническими орнаментами. На стенах в зоне, плавно переходящей ко стойке и кухне, виднелась искусственная каменная кладка. Напротив длинных будто бы искусственно состаренных столов из темного дерева располагались уютные диванчики с обивкой теплых оттенков. Отдельного внимания удостаивался целый ворох миниатюрных декоративных подушек на них самых разнообразных форм и размеров, но обязательно с бахромой и кисточками. Паркет был начищен до блеска. Не укрылось от взгляда обилие антикварных вещиц, расставленных на полках. Глиняные вазы, скульптуры, различная пестрая посуда добавляли помещению особого колорита и словно бы временно переносили в другое место, время, эпоху. Также на каждом из столиков стояла ваза с сухоцветами. Вроде бы, мелочь, но в интерьер эти вазы вписывались идеально. Также заприметил целый стеллаж с поблескивающими в приглушенном свете бутылками. Вероятно, настоящее грузинское вино, предлагаемое заведением на продажу.

— Добро пожаловать! — улыбнулась нам подошедшая женщина хостес и спросила: — Вы бронировали столик?

Пусть её вопрос был для проформы, ведь сейчас обеденное время, но он был к месту. Народа внутри было дохрена и почти все столы заняты.

— Здравствуйте, — кивнул Ефрем. — Нет, но нас уже ждут.

— Поняла, — поправила женщина пиджак. — Приятного отдыха!

Будто зная куда идти, старик взял курс и повёл меня по ресторану. Несколько людей, среди которых были аристократы, провожали нас взглядами и возвращались к разговорам.

Братьев-близнецов Браун и еврея Амрама Кагановича я заметил практически сразу. Курносый, с завивающимися бакенбардами, чёрной шапочкой на голове и в помятом деловом костюме еврей выделялся больше остальных. Лукас и Лео тоже бросались в глаза своей необычностью. Светловолосые и голубоглазые они напоминали больше выходцев Пруссии, чем Американцев. Но на этом их похожесть закончилась, далее же шли различия. Лео был больше и крупнее своего брата. Его широкие плечи и мышцы виднелись сквозь ткань тёмного смокинга, а сам он с безразличием взирал на посетителей ресторана. Лукас же был одет в спортивный костюм зелёного цвета в белую полосочку. Он широко улыбался и шутил с Амрамом, что-то ему объясняя и жестикулируя.

Завидев нас, они прервались. Лукас поднялся со своего места и помахал рукой.

— Учитель! Наконец-то вы приехали! Мы уже думали, что вы опять не сможете!

— Прекрати орать, мелкий хлыщ, — поморщился Ефрем, когда всё больше людей принялось оборачиваться к нам.

— Бу… — надулся парень и обратил внимание на меня. — А ты Дмитрий, да? Наслышан! Я — Лукас Браун!

— Сядь уже, брат, — поморщился Лео и пожал руку сначала старика, а потом мою. — Рад вас видеть, учитель. И вас, Дмитрий Борисович.

— Взаимно, — кивнул я, а Ефрем фыркнул.

Еврей тоже поздоровался, но как-то скомкано. Мы уселись за стол, и официант притащил меню.

— Ефрем сказал, что ты хотел с нами поговорить, — с лёгкой усмешкой сказал Амрам. — О чём?

Я откинулся на стуле и поочередно посмотрел в глаза каждого из них. Ефрем молчал и выбирал, что бы пожрать, отдав весь разговор на откуп мне.

— О вашем участии в походе в Мирный, — ответил я и начал выбивать ритм пальцами по столу. — В данный момент, согласно собранной информации и сведениям, что предоставил Ефрем… — Они странно взглянули на него, но старик никак на это не отреагировал. — … вы являетесь самым проблемным звеном.

Воцарилась тишина. Лукас так и замер с улыбкой на лице, Амрам крепко задумался, а Лео прищурился и спросил:

— Что ты имеешь ввиду?

— Отсутствие дисциплины, препятствие и непринятие приказов и авторитета, — посмотрел я ему в глаза. — Контроль дара, возможные проблемы с взаимоотшением в команде. Объясню доступным языком. Я считаю, что вы можете стать теми, из-за кого операция провалится.

Улыбка Лукаса мигом испарилась, по лицу еврея пробежала тень, а Лео постепенно начал подниматься из-за стола. Его сила пошла в разнос, и по рукам побежали всполохи лазурной молнии.

— Ты кем себя возомнил, пацан? Мы пришли, потому что этого попросил наш учитель! Пришли, чтобы отдать ему долг! Кто ты такой, чтобы сомневаться в нас⁈

Забавно, что близнецы старше меня всего на девять лет, но я для них все равно пацан. Но да ладно…

— Сядь, Лео, — сухо сказал Ефрем, и из парня будто стержень вынули. Он шумно выдохнул и вернулся на место. — Твоё дело сейчас слушать Дмитрия и мотать на ус, а не выделываться.

— К чему всё это, Князь? — с неким раздражением спросил Амрам. — Ты пригласил нас, чтобы полить помоями или что? И с каких пор ты подчиняешься какому-то пацану из рода третьей десятки?

Третьей десятки? А он осведомлён. Значит, пробил информацию обо мне. Ну, другого я от этого прощелыги и не ждал.

— Потому что именно Дмитрий возглавит поход в Мирный, — ошарашил их старик и взглянул на Лео. — Следи за словами впредь, парень. Скажешь что-нибудь лишнее, и, поверь, не я тебе башку откручу, а он, — кивок в мою сторону.

Лео проникся словами Ефрема, но не слишком сильно. Вот о чём я и говорил. Они не готовы выслушивать критику в свою сторону, меняться и приспосабливаться.

— Что ты предлагаешь, Дмитрий? — подал голос Лукас. — Мы проделали большой путь в Российскую Империю и уезжать, не отдав долг, не хотели бы…

Наш заказ принесли как раз тогда, как он закончил говорить. Официант расставил тарелки и напитки, а затем удалился. Я хоть и поел шарму, но взял себе хачапури. Хотелось попробовать.

— В данный момент у меня остался ещё один закреплённый за мной Разлом, — ответил я, отрывая кусок хлеба с сыром и макая его в яйцо. — Судя по информации Ефрема, у каждого из вас есть кольца Охотников, так?

Они кивнули, а старик прищурился и посмотрел на меня.

— Завтра вы отправитесь со мной в этот Разлом, — удивил я их. — Задача: зачистить и закрыть. Я посмотрю, как вы будете действовать, и приму решение. На мне будет сугубо командование, и участвовать в сражениях я не буду. Справитесь — и добро пожаловать. Провалитесь — едете домой.

— Пацан, мы так не договаривались, — прошипел мне на ухо Ефрем. — Мы теряем время!

— Ты сам сказал, что я буду возглавлять наш поход, — сухо ответил ему и скосил взгляд. — Ты хочешь добраться до Мирного? — Он кивнул. — Вот и я хочу, но сделаю это без потерь.

Старик явно был недоволен и хотел многое мне сказать, но промолчал и поджал губы.

— Что за Разлом? — принял игру Лео, а его брат заулыбался. Этим только дай волю кого-нибудь замочить. Один только еврей хмурился.

— Четвертый класс. Скажу больше и будет не так интересно.

Близнецы переглянулись и кивнули другу другу.

— Мы согласны.

— Амрам? — посмотрел Ефрем на еврея.

— План — полная хрень, и я не знаю, зачем всё это надо, — заворчал Амрам, а затем вздохнул. — Но я тоже согласен. Чёртовы долги и карты…

Я улыбнулся, поднял бокал с апельсиновым соком и сказал:

— В таком случае, за плодотворное сотрудничество.

Лукас ухмыльнулся и чокнулся со мной своим бокалом с чаем, его брат сделал то же самое, но у него был коньяк. Еврей тормозил, но тоже приставил своё вино. Один только Ефрем сидел не двигаясь, но спустя секунду отчётливо хмыкнул и поднял своё пиво.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — шепнул он. — И спасибо…

— Брось, старик, — ухмыльнулся я. — Рано благодарить.

Ефрем кивнул и улыбнулся, а в его эмоциях я ощутил, что ему стало будто легче.

Что ж… Лёд тронулся, и первый шаг к походу в Мирный сделан.

Глава 6

Спускаясь в подвал усадьбы, я оглядывался по сторонам. Ремонтные работы почти закончены в этом месте, и скоро все бригады возьмутся конкретно за бункер «Авалон». Сейчас здесь не было ни единой живой души. Терентий выгнал рабочих по моему приказу и отправил мужиков на внеплановый обед. Ну а я… продолжал спускаться, поддерживая лямку рюкзака со всем необходимым.

Сейчас в особняке почти никого. Ребята уехали поддержать Тимофея, который расстраивался, что у меня нет времени следить за его боями. И пусть у меня была уважительная причина, сути это не меняло. Пока дома пусто, мне предстояло сделать то, что я задумал несколько дней назад.

Да, именно столько прошло с того момента, как мы со Славиком и Гримлоком убили Королеву, а затем я встретился с близнецами Браун и евреем. Стоит признать, что они показали себя в выполнении задания очень хорошо. Я, как и говорил, только командовал и направлял их, а они в свою очередь убивали тварей. Отличились именно близнецы. Их дар поистине разрушителен, и вдвоём они могут посоперничать даже с Ефремом, пусть и являются Архимагистрами. Их тандем работал чётко и слаженно, будто единый организм. Лео выступал на острие и бился с тварями в лобовую, а Лукас поддерживал его и держался за спиной. Примечательно то, что их дар входит в резонанс, усиливая близнецов. По одному они не так сильны, но вместе… М-да, талантливые ребята. Касательно еврея не всё так однозначно, но он тоже хорош. Стихией воздуха Амрам владеет отлично, и, мало того, он способен создавать эфемерных клонов. Немногие одарённые этого мира способны на такое, за что я дал ему плюс. Эта троица понимала, что им придётся выложиться на полную и сделать меня довольным, а потому они старались. Действительно старались! Что ж, я дал добро. Они в нашей команде и будут исполнять мои приказы.

Дойдя до входа в бункер, я достал телефон и выключил его. Нельзя, чтобы кто-то сбил мою концентрацию и помешал, а иначе потом проблем не оберусь. Мне пришло несколько смс от Снежинки, а также её селфи с Машей, Кристиной и Лилит. Они сидели на трибунах арены ЦИУ и веселились. Гром и Шереметьев тоже попали в кадр, а в руках Ярика я даже увидел часть фразы плаката. «… порви их!» гласила надпись. Хех, у Неврозова хорошая поддержка. Может, если успею, что очень вряд ли, то приеду к ним.

Я двинулся по коридорам бункера, держа курс в зал, где в будущем будет располагаться штандарт легиона. Это место подойдёт идеально и его уже укрепили, а значит, волны энергии не пройдут вовне.

Для достоверности даже закрыл дверь, которую установили в первую очередь по моему желанию, как заказчика. Толстая Разломная сталь, восемь цилиндрических запорных механизмов, а также система распознавания, которая в данный момент была отключена. Достаточно было тыкнуть кнопку на панели и дверь открывалась, либо закрывалась.

Оказавшись внутри, вдохнул запах бетона и пыли, после чего в центре скинул с себя рюкзак. Небольшой коврик положил на пол, рядом поставил бутылки с водой и стопку полотенец, что понадобятся. Желейки, как страховка, также перекочевали на коврик.

Когда все приготовления были закончены, я снял с себя футболку и бросил на рюкзак.

— Хех, делаю это второй раз, а мандраж, как в молодости, — хмыкнул я и уселся в позу лотоса. — Ну-с, поехали. Если будет на то воля Кодекса, то не сдохну…

Я закрыл глаза и начал проваливаться в медитацию. Увидь меня сейчас Старейшины Ордена, то попытались бы остановить, ведь, как я и говорил, печать Водоворота находилась под запретом. Но их здесь нет, а в свете последних событий и возвращения силы мне нужно было выжимать из себя максимум. Сандр уже ведёт войну. Эмиссары прибыли туда, где бы ни находился мой брат, а значит, скоро объявятся и здесь. Логика в этом проста. Слепок энергии, который я уловил, был ощутимым. При иных обстоятельствах его не было бы. Выходит, что наши с ним миры рядом. И раз так, то Неназываемый придёт и сюда.

Сто шестьдесят восемь узлов, двести тридцать контуров. Ровно столько мне нужно нанести, чтобы печать Водоворота встала, как влитая. Как и большинство печатей она тоже имеет уровни, но в отличии от остальных они идут внутрь, а не наружу. Самое сложное — создать первый уровень. Каркас, который удержит энергию внутри себя, а количество элементов создано для большего эффекта циркуляции. В дальнейшем идёт просто добавление и усиление уже имеющегося потенциала.

Пусть энергии в Разломах я собрал немало, а также поднакопил и свою, но этого хватит тютелька в тютельку. Придётся на автомате, не прерывая процесс, использовать желейки. Если наложу печать будучи в истощении, то она меня прикончит.

Сейчас моя работа по выведению первых контуров была сродни разминированию бомбы. Любая ошибка, неточное движение или затык и всё, конец. Приходилось брать ровно столько энергии, сколько нужно для выведения определенного этапа. Возьму больше — каналы разорвёт. Возьму меньше — этого не хватит и… каналы вновь разорвёт, ведь контур будет неустойчив. Да… Правильно Старый Мак говорил: «Водоворот похож на пляски с бубном. Никогда не знаешь, долбанет или нет».

Я не знал, сколько времени прошло снаружи, но ощущал, как всё моё тело пропитал липкий холодный пот. Поддерживать концентрацию, попутно выводя сложнейшую структуру печати и стараясь сделать так, чтобы это не бабахнуло, такое себе удовольствие.

Когда внешний контур был готов, то он вспыхнул, и мне пришлось крепко сжать челюсть. Энергия зациклилась и начала ускоряться. Не разрывая её и не пытаясь остановиться, начал «рисовать» ответвления и узлы.

Меня начинало накрывать, а дыхание становилось всё тяжелее и прерывистее. Пот уже не только покрыл меня с головы до пят, но и стекал. Я отчётливо чувствовал градины, что падали с лица, ладоней и волос.

Нынешнее тело хоть и было тренированным, но не совсем готовым к такой жести. Печать Водоворота разрешалось наносить только тогда, когда молодой ученик был к ней приспособлен на все сто процентов. Боль… Она сбивает концентрацию, и молодые Охотники могли бы совершить ошибки. У меня не было времени, чтобы и дальше тренироваться и развиться медленно. Нужен был скачок. Мощный, сильный. Скачок, который поможет сразу же преодолеть предел и двинуться дальше. Я буквально разрушал следующий этап, который должен был пройти через несколько лет. На моей силе это не скажется, но вот на теле…

— Кха… — выхаркал я шмат крови. Не теряя концентрации, вытер тыльной стороной ладони рот, игнорируя, что по шее потекли мелкие дорожки тёплой жидкости.

Мои энергетические каналы дрожали. Они сужались и расширялись, следуя в такт биению сердца. Энергия бурным потоком пробивалась через них, и я подгонял её, чтобы не было закупорок. Если это произойдёт, то печать собьётся, а дальше… Ну вы поняли.

Когда половина печати была готова, то я окончательно потерял грань с реальностью. Меня лихорадило, боль пронизывала каждую клеточку. В воздухе стоял стойкий запах пота и крови, что сочилась из пор.

Первая партия желеек отправилась в топку. Я ошибся и не рассчитал. Всё в рамках допустимой погрешности, ведь моё нынешнее тело гораздо слабее, чем было в период моего ученичества.

Изжога, которая мучала меня после Разломов, так и не прошла до конца, а стоило желейкам оказаться в желудке, она бахнула с новой силой. Живот скрутило, и у меня появились позывы блевануть прямо на ноги, но я сдержался.

Связь с реальностью настолько начала теряться, что я будто ощутил себя на плацу в крепости Ордена. Воспоминание, которое я не забуду никогда. Тот день, палящий зной, горячий песок под ногами и строгий голос наставника Араздора:

— Сила не приходит из ничего! За силу нужно платить! Кровью, болью, страданиями! — его шаги по песку, когда он обходил нас вокруг, звучали эхом. — Вы — будущее Ордена! Вы те, кто будет стоять на страже людей! Ваша слабость — смерть для человечества! Ваше малодушие — его погибель! Боритесь, ломайте себя и достигните максимума! Только так живут Охотники! Только так живёт ОРДЕН!

Я сжал челюсть настолько, что заскрипели зубы, а из дёсен брызнула кровь. Энергия набирала обороты и закручивалась в Водоворот. Земля подо мной начала подрагивать, на голову упали куски штукатурки.

Ещё контур… Узел… Зациклить… Дальше…

Энергия бушевала, а мои каналы трещали от натуги. Сука, как же я ненавижу превозмогать, но приходится!

— Держи контроль, Райнер!!! Сила должна подчиняться тебе, а не ты ей! — орал мне в ухо наставник, словно стоял сейчас рядом со мной. — Дави, мальчишка! Кодекс видит старания! Он следит за каждым из нас! Докажи ему, что ты достоин! Докажи, что ты можешь зваться Охотником!

Утробный рык вырвался из моей глотки, медитацию поддерживать было всё сложнее из-за боли. Она захватывала меня с такой силой, что это было сродни агонии. Водоворот продолжал расти, и я удерживал его, будто боролся в одиночку против шторма.

Последний контур… Последний узел… Завершить!

Это движение далось мне настолько тяжело, насколько можно было себе представить. Но дело сделано.

Я открыл глаза и резко закинул дрожащими руками в себя все желейки, что остались. Золотое пламя бушевало вокруг меня. Оно сжигало новенький ремонт помещения и оплавляло стены. Я не знал, что там с дверью, но, похоже, она сломана.

Ощутив, как желейки упали внутрь и начали растворяться, а желудок вновь пробила боль, резво поднялся с пола. Расставил ноги на ширину плеч, слегка присел и свёл руки в локтях, прижав их к торсу. После наложения печати Водоворота войти вновь в медитацию практически невозможно из-за боли.

— Вот же ж… Сука! — выругался я, стараясь не дрожать, как банный лист.

Глубоко вдохнув, я начал ускорять цикличность энергии и закручивать её всё сильнее. Золотое пламя вокруг меня взъярилось! Поднялся гул, сотрясающий бункер до основания!

Мой Океан Душ забурлил, а твари внутри завопили. Я слышал, как ревели Нельтар и Бедствие Зарзии. Их поддерживали чудовища, что спали на нижних уровнях моего Океана, а помимо этого прервался храп Краз-Ан-Гора. Титан заворочался во сне и явно чувствовал происходящее.

Около трёх минут по моим ощущениям понадобилось, чтобы взять Водоворот под контроль. Пламя постепенно утихало, начало создавать вокруг меня сферу, а его языки втягивались в мою грудь.

Каналы заныли с новой силой и начали стремительно расширяться. Будто болезненный нарыв, они росли, рвались и срастались от количества энергии. Несколько их них сгорело, но печать Регенерации действовала. Блин, да без неё я бы даже не решился на это безумство. Лишь благодаря этой печати мне удалось не только выжить, но и завершить Водоворот.

Как только пламя всосалось в меня окончательно, я выдохнул. Всё, готово. Я, мать его, сделал это! Опять! Повторил то, что удавалось лишь некоторым из нас!

Не устояв на подкосившихся ногах, я упал на мокрый от пота ковёр. Боль никуда не делась, и каждая попытка пошевелиться награждала меня очередной порцией шикарнейших ощущений. Кое-как вытянув подрагивающую руку, открыл бутылку с водой и высушил её за мгновение. Следом поступил так же и с остальными двумя. Сушняк мучил будь здоров, но уже легче… Гораздо легче. Вода — жизнь, и это знает каждый.

Минут тридцать я просто лежал на полу и приходил в себя, а затем пошёл обратно в дом. Полотенца пригодились, как и в прошлый раз. С их помощью я стёр кровь и пот, а затем накинул на тело. Сейчас любое касание к коже отдавалось болью, а с ними легче как-то.

Терентий ждал меня у входа в подвал, а когда увидел, то его глаза в шоке расширились.

— Господин⁈ Что с вами⁈

— Всё нормально, — ответил я и постарался махнуть рукой, но та не слушалась.

— Я немедленно вызову целителя! Рома, Мария! — начал он звать прислугу, и те возникли буквально через считанные секунды. — Сопроводите господина до его покоев и помогите раздеться! БЕГОМ!

Терентий, конечно, преувеличивал со своей заботой, да и целитель мне не нужен был. Вот только если с последним я вопрос решил и вызывать его не будут, то от прислуги отделаться не мог. Да и не хотелось. Пусть помогают, господин я или кто в конце-то концов?

Меня вырубало конкретно и нужно было поспать. Организм нуждался в отдыхе после такого стресса, а ещё жратве! Как только я вышел из душа, то меня в комнате уже ждало несколько подносов с разнообразием блюд. Стейки из форели, салаты, мясной гуляш, борщ, половина буханки белого хлеба, три плошки риса. Еды хватило бы на нескольких человек, а потому Рома и Мария удивились, когда я приказал им принести всё, что сейчас есть на кухне в холодильнике. Даже горку пирожков притащили. Судя по запаху, с мясом.

Загрузившись до отвала и запив это дело компотом, плюхнулся спать. Я не помнил как уснул, и, вроде бы, сделал это ещё когда голова не успела коснуться подушки. Ну ничего, оклемаюсь… Главное — проснуться ближе к ночи, чтобы закрыть последний гештальт перед отбытием в Мирный.

* * *

Комната в пятизвёздочном отеле «Олимп»…

Сидя в джакузи, Эдвард сделал глоток дорогого вина и задумчиво наполнил бокал. Несколько пустых бутылок стояли на кафельном полу ванной комнаты, но алкоголь ни в какую не брал Британского принца, что сейчас не был похож на самого себя.

Его способы и действия для достижения цели не работали. Такое бывало, но крайне редко. Лилит… Эдвард не знал, кто она и откуда, но по полученной информации от проверенных лиц был убеждён, что именно она приложила руку к убийству Брэдшоу. Именно Лилит уничтожила базу «Фурий». Женщина, обладающая невероятной мощью и силой, которая… служит какому-то захудалому роду. Эдвард пробил по своим каналам всё, что мог. Она никто Беловым. Просто… гость! Почему она с ними? Что ей движет? И как к этому причастен Дмитрий Белов? Принц был опытен в делах дворцовых интриг и женских сердец. Он видел, как эта женщина смотрела на мальчишку. Взгляд влюбленной дурочки, так бы он это назвал. Неужели всё дело, и правда, в пацане? Принцу не хотелось действовать через него, чтобы добиться желаемой цели. Слишком много неопределенности.

Вновь глоток вина, а в мыслях — кристальная чистота. Как бы то ни было, семья требует от него информацию и ответы. Они уже начали что-то подозревать, но Эдвард успешно сливал данные, к которым не придраться. Он не делал меньше или больше. Он делал ровно столько, сколько требовалось, чтобы не возникало сомнений в его лояльности.

Единственное, что в данный момент портило картину его планов — слежка. Принц чувствовал её постоянно. Пристальное внимание и ощущение преследования не покидали его. За свою жизнь он видел и общался со множеством шпионов, что работали на Британскую Корону. И Эдвард мог признать — за ним следили профи. Сколько бы раз он ни пытался раскрыть наблюдателей, у него не получалось. Лишь единожды он чуть не поймал обычную горничную, которая пришла убрать номер. Вот только горничные не таскают с собой метательные иглы, которыми по стечению обстоятельств женщина коснулась металлической тележки. Тот звон… Эдвард попытался задержать горничную, но та бросилась в бегство, и он потерял ее в коридоре! Она просто испарилась, словно… ушла в тень!

Уже тогда принц догадывался, кто именно следил за ним, и ни на секунду не прекращал наблюдать. Безликие… Эдвард не хотел признавать, что это они. Лучше бы это были иные кланы или организации, кто занимался ликвидацией и шпионажем за баснословные деньги. Вот только вся его суть твердила, что это были именно Безликие.

Допив остатки вина, Эдвард вылез из джакузи и, накинув халат, вышел из ванны. И только он это сделал, как замер на месте, а к его горлу была прижата холодная сталь кинжала.

— Здравствуйте, принц Эдвард, — раздался в тёмном помещении хриплый старческий голос. — Вы уж извините, что мы без приглашения.

Десять теней. Ровно столько, не считая говорившего, сейчас находилось внутри его номера. Пусть у Эдварда не было таланта определять силу Одарённых, но даже без него он ощутил опасность от этих людей.

«Элита Безликих…» — понял он, что конкретно попал.

— Я так понимаю, что меня заказали? — спокойно, стараясь держать марку, спросил принц и повернул голову к сидящему в кресле старику. — Один вопрос: сколько за меня дали?

— Столько, сколько вы не сможете предложить, — безразлично ответил глава Безликих и поднялся на ноги. — Вы ещё живы лишь потому, что наниматель лично хотел с вами встретиться.

— А дальше?

— Это уже решать нанимателю, — пожал плечами старик. — Наша задача будет выполнена, и другое нас не волнует.

Цыкнув, Эдвард вновь осмотрел собравшихся в комнате убийц. Даже с его даром и умениями бойца, ему не хватит сил, чтобы их одолеть. Кричать и звать на помощь? Смешно! Безликие озаботились и этим, ведь принц ощущал артефакт тишины и иллюзий. Иначе Жандармы увидели бы по камерам, что здесь происходит.

— Раз такое дело, то, может, вы дадите мне хотя бы одеться? — криво улыбнулся Эдвард.

— Сожалею, но это невозможно, — вздохнул глава Безликих и кивнул.

Один из убийц, что стоял рядом с парнем, взмахнул кинжалом, и Эдвард ощутил острую боль в затылке. Его сознание затуманивалось, и он начал падать на пол, ощутив, как его грубо подхватили.

— Идём, ученики, — прозвучал хриплый голос старика, двинувшегося на выход из помещения. — Пора закончить наше задание и… получить свою награду.

Глава 7

Царицынская Область… Хутор Закутский…

Ощущая пульсирующую боль, отдающую в затылок, Эдвард застонал и медленно открыл глаза. Мутная пелена заволакивала его взор. Он ощущал, как руки и ноги стягивали тяжёлые наручники из металла, блокирующего способности одарённого.

Принц попытался осмотреться и закрутил головой, подмечая, что его доставили в какую-то халупу. Полуразрушенный дом, явно заброшенный и никем неиспользуемый. Пол частично сгнил, а ковёр на нём оброс слоями пыли. Окна закрыты ставнями, не позволяя посмотреть наружу и попытаться понять, что это за место. Примечательно то, что он сидел за столом, на котором стояла горящая масляная лампа и ничего более.

Заметив в углах комнаты четыре замерших тени Безликих, Эдвард вздохнул и опустил взгляд на свой белоснежный халат. Правда, таким он был до момента его похищения, а сейчас весь измазан в грязи с пылью.

— Господа, в кандалах нет нужды, — криво улыбнулся принц, чувствуя, как металл давил на кожу. — Бежать я все равно не собираюсь, да и не смогу.

Безликие не ответили и продолжали молча стоять, будто неживые статуи. Вот только Эдвард ощущал на себе их сконцентрированные взгляды, от которых простому человеку было бы не по себе.

Что делать? Попытаться вырваться? Бред! Даже если у него получится каким-то образом снять кандалы, то бежать — вряд ли. От Безликих не скрыться и не спрятаться. Да и место, куда доставили Эдварда, неизвестно. Единственное, что играло ему на руку в этом вопросе, так это ночь. Если он окажется снаружи, то сможет ориентироваться по звёздам и выйдет в ближайший город…

В голове принца даже пробежали мысли попробовать купить наёмных убийц, но он быстро откинул эту идею. С обычными наёмниками такой ход мог бы сработать, но не с Безликими. Если те брались за работу, то доводили её до конца и следовали чёткой букве контракта с нанимателем.

Услышав шаги за дверью, Эдвард прищурился и увидел, как та начала открываться. Внутрь зашёл сгорбленный старик в тёмном балахоне и маске, которого принц сразу же признал за того, кто похитил его. Но если этот командир Безликих и интересовал Эдварда, то появление за его спиной Белова было ошеломительным.

— Ты… — всё понял Эдвард и засмеялся. — Так вот, кто их нанял! Что, Дмитрий, тебя задел наш прошлый разговор, и ты решил убить члена Британской Королевской семьи⁈

Белов ухмыльнулся, медленно прошёл к столу и, выдвинув стул, присел напротив принца.

— Парис, распорядись, чтобы принесли воды и чего-нибудь поесть. И да, оставьте нас.

Простой приказ, спокойный голос. Белов был хозяином положения, и Эдвард с удивлением отметил, что Безликие слушались его беспрекословно! Отношения наниматель-наёмник работали отнюдь не так! Здесь, скорее, полное подчинение и служба!

Старик кивнул. Он не говорил ни слова, а просто щёлкнул пальцами. Четверо наблюдателей исчезли в тени, а следом за ними и сам Парис.

— Решил накормить меня перед тем, как убить? — расслабленно откинулся Эдвард на стуле, с насмешкой смотря в глаза Белова. — Благородный ход, но пустой.

— Это не для тебя, — пожал плечами юноша. — Я проголодался пока ехал сюда.

У Эдварда дёрнулась щека. Накормить пленника и выполнить одну его просьбу было неким сакральным правилом. Не все его придерживались, но иногда всё же такое случалось. Вдруг Белов бы дал Эдварду такую возможность? Попросить что-то, что не шло бы вразрез с планами парня и было бы важно для принца?

Видя, что Дмитрий не спешит говорить и всем своим видом показывает, что он решил просто отдохнуть и посидеть, принц спросил:

— Я умру?

— Да.

У Эдварда ухнуло сердце в пятки. Белов не медлил с ответом ни секунды. Простое и даже безразличное «да» было сродни приговору.

— Причина?

— Серьезно? — приподнял бровь Дмитрий. — Ты либо тупой, во что я не верю. Либо играешь роль, что более вероятно. Ты и сам знаешь причину, Эдвард.

— Я не причастен к нападению «Черепов» на твой дом. Их подослал мой дядя, а не я. И целью их был не ты, а…

— Ефрем, — перебил Белов и кивнул. — Это я всё знаю. Вот только какая мне разница?

Облизнув пересохшие губы, Эдвард хотел вновь попытаться как-то наладить диалог и потянуть время. Если Жандармы обнаружили его пропажу, то уже ищут. С Королевской семьей Британии уже связались, и артефакт должен…

— Если ты думаешь, что тебя ищут, то разочарую, — будто прочитав его мысли, ухмыльнулся юнец. — Техника отложенной смерти знакома тебе?

Широко раскрыв глаза, принц осознал, что именно сделали Безликие и Белов. Он утробно зарычал, с утроенными усилиями повторил попытки вырваться, но этим только расшатал прикрученный к полу стул. Старые доски нещадно заскрипели, но не сломались.

— За меня отомстят! — полыхнули глаза принца тёмно-фиолетовой энергией. — Тебя найдут и казнят, Белов! За убийство особы королевских кровей иностранной империи не только ты сдохнешь, но и весь твой род!

Дмитрий спокойно улыбнулся, и Эдвард понял, что эти угрозы никак не помогут. Страх был действующим методом, но не в этом случае.

Дверь вновь открылась, и один из Безликих поставил на стол поднос. На скворчащей маслом сковородке была жаренная картошка с сосисками и лучком, а помимо неё — графин с кристально-чистой водой и стаканы.

Спокойно пододвинув себе поздний ужин, Белов принялся за еду и наблюдал за перекошенным от злобы лицом Эдварда.

— Ты можешь и дальше сыпаться угрозами, но толку от них не будет никакого. Ты умрёшь, Эдвард — это факт. Но вот дилемма, — задумчиво посмотрел парень на вилку и нанизанную на неё картошку. — Как скоро это случится? Сегодня? А может быть, завтра? Или через год? Ты уже понял расклад, но я всё ещё вижу маску. Может, сбросишь её и покажешь своё истинное личико?

Потянулись секунды тишины, Эдвард не отрывал глаз от спокойного и безмятежного лица Белова. А затем… губы принца растянулись в улыбке. Он вальяжно откинулся на стуле и успокоил свою энергию.

— Как занимательно, — с лёгкой усмешкой сказал он. — Ты эмпат, да?

— Немного, — кивнул Белов.

— Тогда понятно, — улыбка Эдварда стала шире. От былой маски боящегося и агрессивного принца не осталось и следа. — Должен признать, что ты действовал неплохо, но грубо. Лилит прокололась по трём пунктам, и подослал ты её не вовремя. Ну а Безликие… У меня была возможность устранить угрозу или сбежать.

— Но ты этого не сделал, — глотнул Белов воды. — Почему?

— А зачем? — хохотнул принц. — Видишь ли, Дмитрий, я прибыл в Российскую Империю не только как дипломат и разведчик, но и для того, чтобы кое-кого найти.

— Того, кто уничтожил Брэдшоу и «Фурий». Я правильно полагаю?

— Да, — кивнул Эдвард и с долей радости сказал: — И вот, я нашёл! Дам совет, хоть ты и не просил, проработай историю Лилит. Она шита белыми нитками и в ней слишком много прорех. Соотнести даты, время появления, способности и добавить к этому её отношение к тебе… Тут даже дурак бы догадался, что именно она уничтожила базу «Фурий». Секрет лишь в неизвестности её появления. Она пришла внезапно, а значит… скорее всего, портал. База «Фурий» была экранирована артефактами и пробиться порталами с внешней стороны купола нельзя, но из внутренней…

Увидев, что Белов перестал улыбаться и отложил вилку, Эдвард ухмыльнулся.

— Блуждающие Разломы на то так и называются, что они не постоянны. Но в них лишь один вход и один выход с нашей стороны. Получается… твоя женщина пришла с той стороны. Я, знаешь ли, очень этим заинтересовался и провёл кое-какие исследования. Ну, там, образец ДНК и прочее…

— Кто-то ещё об этом знает? — сухо спросил Белов.

— Нет, — ухмылка принца растянулась до ушей. — Только я. Те, кто проводил исследование, мертвы и уже никому ничего не расскажут. Информация лишь в моей голове, — поднял он руки с кандалами и постучал пальцем по виску. — И больше нигде.

— Ты ведь понимаешь, что мне выгодней убить тебя прямо сейчас?

— Ты можешь это сделать, — пожал плечами Эдвард. — Но тогда не услышишь главного. Этого же ты хочешь, да? Узнать истинную причину моего приезда и любопытства?

— Ну давай, удиви меня, — с некой иронией приподнял Дмитрий бровь.

— Свержение власти и убийство действующего Короля Британии. Вот, что мне нужно, Дмитрий. Это моя цель и то, ради чего я приехал в захолустную Российскую Империю. О-о-о, вижу, ты осознал! Ха-ха! А как тебе ещё одна новость? В ближайшие полгода большая часть Европы в союзничестве с Британией начнёт войну против Российской Империи! Войну, которую я хочу предотвратить!

Стоило только принцу сказать это, как внутри помещения вновь воцарилась тишина, которую разорвал холодный и сосредоточенный голос Великого Охотника Райнера:

— Продолжай, я тебя слушаю.

* * *

Светало. Первые лучи солнца показались из-за горизонта. Холодный ветер трепал мою одежду, гулял в волосах и ласкал лицо. Я выдыхал облачки пара и сидел на веранде дома, куда привезли Эдварда.

Тихо, очень тихо. В хуторе постепенно просыпался народ, но про нас они не знали. Эта хижина раньше принадлежала леснику и была скрыта от глаз.

Я отпустил глаза на руки, с которых не до конца стёр кровь. Десять старших учеников и Парис. Я сдержал своё слово и дал им то, что они просили. Расплату за попытку убить того, кто дорог Охотнику. Своими жизнями они защитили остатки Ордена, который послужит людям в будущем. Перед своей смертью, с улыбкой на лице, Парис сказал, что скоро со мной свяжется тот, кто будет возглавлять Орден. Мне на это оставалось только кивнуть и принять его слова, а затем завершить начатое. Дух этого убийцы свободен и отправился на перерождение. Не знаю, встретит ли он того, кого так рьяно ищет, но своё дело я сделал.

На телефон пришло смс от Ефрема, что я ему нужен для завершения подготовки и получения снаряжения. Значит, мой заказ доставят сегодня… Что ж, надо будет сбросить Тихомировым бонус за такую скорость.

Дверь за моей спиной скрипнула, раздались шаги, а затем рядом присел Эдвард.

— Должен признать, что ты сделал правильный выбор, — с улыбкой заговорил он.

— Правильный или нет, покажет время. Техника всё равно продолжит действовать, — бросил на него косой взгляд. — И если ты подведёшь, то умрёшь.

— Все мы когда-нибудь умрём, — пожал он плечами и посмеялся. — И чувствовать над своей головой дамоклов меч… Это держит в тонусе!

Да, я не стал убивать принца. Его слова о том, что он хочет свергнуть Короля Британии, своего дядю, вряд ли бы остановили меня. Но вот когда он заикнулся о войне… Всё в корне поменялось.

Британия возглавит поход на Российскую Империю и уже собирает под свои знамёна всех желающих. Причина проста: территории. Российская Империя богата ископаемыми, плодородными землями и прочими ресурсами. Огромный кусок суши, на котором проживает не так уж и много людей. Гораздо меньше, чем в той же Китайской Империи. Если сравнить всю Европу и Британию с размерами Империи, то останется ещё кусок. Банальная жадность и желание запахать побольше добра, чтобы стать богаче и иметь больше власти. Люди… Что в этом мире, что в других, они не меняются. Всегда остаются ублюдки, которыми движет лишь желание наживы и собственные интересы.

Вопрос в том, а знают ли об этом Император и Долгов? Скорее всего, да, ведь не может же быть настолько убого с разведкой в Российской Империи. Значит, что меры противостояния они уже предпринимают, а сам народ не держат в курсе, чтобы не поднимать панику. А ведь я помню, как удивился, когда увидел в базе Центра недостатки определённого вооружения. И раз Центр Охотников заказывает оружие напрямую у Империи, то вывод напрашивается сам собой.

Помимо всего прочего, Эдвард поведал мне о самых преданных союзниках Британцев, которые сто процентов впишутся в войну. Османская Империя. Не сказать, что Османы самые развитые и сильные, ведь ещё предки Императора дали им знатно прикурить, а на Чёрном Море устраивались натуральные баталии, ведь Османы хотели отобрать не только его, но ещё и ближайшие города. Севастополь, Краснодар, Симферополь в их числе. Там до сих пор памятники стоят героям войны. Суть же в том, что Бриты крепко держат Османов за яйца. Все технологии, которыми те владеют, принадлежат их… Союзникам. Очень долгое время, как мне объяснил Эдвард, Британцы постепенно поглощали и подминали под себя Османов. Навязывали им свои разработки, снабжали деньгами и развивали их инфраструктуру. Об этом все знают, но мало кто говорит, что Османская Империи по факту считается «колонией» Британцев.

Кто-то бы сказал, что провернуть подобное очень трудно, ведь для этого нужен постоянный контакт, беспрерывные поставки и полный контроль власти. Что ж, Испания давно в союзе с Бриташками. У тех есть бесперебойный пропуск к Гибралтарскому проливу, а за ним выход в Средиземное и Эгейское моря. Помимо всего прочего, Европейские государства находятся с ними хоть и в разнообразных отношениях, но не запрещают полёты над своей территорией. Вот и получается, что у Британцев связь с Османами не только по воде, но и по воздуху. Идеальный плацдарм, чтобы ударить с стороны юго-востока в сердце Империи, пока остальные начнут вторжение с севера и запада.

Мне не хотелось, чтобы люди сражались друг против друга. Война — это смерть и погибель всего живого, а чем больше человечество этого мира растерзает себя, тем проще будет Неназываемому. Уже сейчас, после рассказа Эдварда, я задавался вопросом: раз Сандр ведёт свою битву, то могли ли Эмиссары явится сюда? Ответ — да, могли. Их любимая стратегия — ослабление и дестабилизация мира. Сделать так, чтобы человечество не было готово к отражению нападения, когда легионы явятся для захвата. Посулами, обманом и хитростью они подкупают, либо подчиняют сильных мира сего, начав свою экспансию и подготовку к приходу хозяина. А раз многие точат зуб на Российскую Империю, то не воспользоваться этим шансом они не могли. Впрочем, это все мои догадки и доказательств нет. Пока хотя бы один из этих уродов себя не проявит, нельзя говорить наверняка. Вот только в одном я был уверен точно… Война не обойдёт стороной меня и мой дом. Османы двинутся к столице, и Царицын будет у них на пути. Это неизбежно, а значит, я вмешаюсь. Да что тут говорить… Я бы в любом случае вмешался, ведь если Российская Империя падёт, то погибнут мои близкие и всё то, что я создал.

— У тебя уже готов план? — сухо спросил я, наблюдая за восходом солнца.

— Намётки, да, — пожал плечами Эдвард. — Мой дядя очень умён, и чтобы всё сработало, придётся действовать… осторожно. Нахрапом переворот не устроить. В данный момент мне подчиняются трое из коллегии Совета, а также несколько адмиралов флота. Но это крупица в море.

— Ты уверен в их верности?

— Ха! — хмыкнул он и провёл рукой по волосам. — Насколько можно быть уверенным в тех, кого ты шантажируешь и держишь за яйца? Они предадут меня при любой возможности, но таковой у них нет и не будет.

Мне не нравился Эдвард. При любом другом случае я бы уже прикончил его, но в данный момент он полезен. Бороться лоб в лоб с мастодонтом в виде Туманного Альбиона, который поддерживает множество государств, банально глупо. У меня нет моих легионов и прошлой силы, чтобы ударить и направить человечество на борьбу против единственно верного врага. Придётся действовать тонко, хоть это мне и претит.

Стоило бы задать логичный и закономерный вопрос: а с чего я вообще поверил Эдварду? Он вполне мог обмануть меня, чтобы спасти себе жизнь и выиграть время, пока не разберётся с техникой Париса. Всё просто. Тело может солгать, как и разум, но не душа. Я заглянул в душу Эдварда и увидел, что он говорил правду. Во всяком случае, принц верил в неё и полыхал решимостью не допустить войны. Его резон прост, ведь когда дерьмо начнёт всплывать, он первый попадёт под раздачу. Из его ветки семьи остался лишь он один, и Король Британии попытается от него избавиться при любом удобном случае. Уже сейчас он знал, что ему дадут командовать одной из армий, которая выступит самой первой и попадёт под раздачу. От Эдварда банально хотели избавиться, сделать это с максимальной пользой и не замараться. Разумеется, он с таким не согласен и хочет жить, и если для этого нужно убить практически весь правящий род собственных родственников, то он сделает это и с улыбкой наденет корону.

Ему нужна была Лилит, с которой он хотел заключить эдакий союз. Её сила… Вот, что он желал, когда начнётся смена власти. Раз демоница смогла уничтожить «Фурий» и вырезать целый боевой род, то она могущественна. Логика проста, как пять рублей, и он был прав. Если Лилит войдёт в полное состояние Берсерка Инферно, то мало не покажется всем. Теперь же, когда Эдвард понял, кто именно правит балом и диктует условия, он начал сотрудничество со мной. Примечательно то, что он вполне мог попытаться сбежать или даже убить Безликих. Дар этого человека происходит от одной стервозной и бешенной суки, которая пусть и не показывалась в последние дни, но все равно мелькает в моей новой жизни. Да, у Эдварда тёмный дар. И да, он способен погружаться в План Теней. Вот только он не стал этого делать и решился на безумие, которое могло стоить ему жизни. В итоге же он дышит и сидит рядом, не скованный кандалами.

— Когда ты свяжешься со мной? — задал я вопрос, поднимаясь с крыльца.

— Через месяц где-то, плюс-минус, — задумчиво ответил он. — Нужно будет перешерстить некоторые моменты и убедиться, что моя липовая информация не ушла дальше аналитиков. Глава аналитического отдела Короны может заподозрить что-то, а как ты понимаешь, нам это не выгодно.

— Тогда поехали, — махнул я рукой, поманив его за собой. — Довезу тебя до Царицына, а дальше ты сам.

— Вы так любезны, Дмитрий Борисович, — оскалился британец и поднялся на ноги, отряхнувшись. — Я всё спросить хочу… Как ты смог одолеть «Черепов» и выиграть ту битву малыми потерями? Я анализировал тот бой, и вы должны были погибнуть там.

— Всё просто, — пожал плечами. — Я владею Барьерным даром, как никто в этом мире.

Эдвард засмеялся, будто я пошутил, но, увидев мой взгляд, осёкся и ухватился за оговорку.

— В этом мире?.. — его глаза медленно начали расширяться. — Так ты тоже?..

— Поехали уже, — насмешливо фыркнул я. — Пока ты из-за своих догадок умом не тронулся.

Вот только мой ответ не убедил парня, и он как-то иначе начал на меня смотреть. Эдакий он цепкий и дотошный поц, и ведь ухватился, хотя я сказал те слова больше по привычке.

М-да уж, ночь закончилась и наступил новый день, но сколько же событий произошло за столь короткий срок… Уже представляю, что будет дальше!

* * *

Республика Саха… Сибирский Эпицентр… Неподалёку от посёлка Заря…

Экспедиция Центра Охотников, возглавляемая одним из Абсолютов Российской Империи, продвигалась внутрь Эпицентра. Их главной задачей было взять нужные образцы местной флоры и фауны, чтобы продолжить изучение Разломов и энергии. Проблема была лишь в том, что для достижения поставленной цели приходилось углубляться всё дальше, держа путь в сторону посёлка Мирный. Скверное место, которое Охотники старались обходить стороной. Да что тут говорить, они вообще не горели желанием лазать по Эпицентру без причин и сталкиваться с тамошними тварями. Но приказ есть приказ, и поэтому люди двигались вперёд по снегу и метели.

— Граф Булгаков, наш сенсор докладывает! — кричал один из учёных. — Сюда движется волна!

Гладко бритый, облачённый в доспехи и полушубок, мощный мужчина обернулся и кивнул. Абсолют тоже почувствовал, что в их сторону наступает волна тварей Эпицентра. Очередная миграция? Маловероятно. Скорее всего, ведомые страхом. Значит, впереди открылся либо Радужный, либо Чёрный Разлом. Скверная новость, и Булгаков уже думал, как избежать столкновения с ордой чудовищ. Он со своей командой вполне мог бы попытаться сразиться с ними и победить, но была вероятность, что учёные пострадают, а это недопустимо. Слабые и не готовые к такому объёму энергии люди и так страдали, находясь в Эпицентре, а наступление тварей сделает только хуже.

Скомандовав отходить и выбрав новый курс, Булгаков продолжал отслеживать волну через единственного сенсора в их экспедиции, и вскоре убедился, что опасность миновала. Прошли на тоненького…

Они вновь двинулись сквозь снег, пока не вышли к небольшому посёлку городского типа под названием Алмазный. Метели и бураны разрушили жилые здания, что сейчас были большей частью скрыты под снежным покрывалом. Дорог, что некогда проходили здесь, не было видно, а повсюду царили лишь запустение и холод. Пробирающий до костей ветер завывал в пустых окнах, и некоторым членам экспедиции казалось, что в нём они слышали плач и страдания погибших в Эпицентре людей.

— Командир, следы! — подошёл к Булгакову один из подчинённых. — Человеческие! Ведут в сторону Мирного!

Человеческие следы? Странно, ведь в этом месте находилась лишь их экспедиция, которую снарядил и одобрил не только Центр, но и сам Император. Тогда кому они принадлежат?

— Сколько человек? — сухо осведомился Абсолют, приспустив шарф с лица.

— Один, командир! — не веря в собственные слова, ответил разведчик.

Булгаков удивился. Что он сейчас сказал? Один⁈ Кто в одиночку решится ходить здесь⁈

Выйдя к следам и двинувшись по ним в сторону Мирного, команда Охотников была настороже. Если здесь потерялся и заблудился человек, то они попытаются ему помочь и вернут домой. Тем более, что его следы вели в нужное им место.

— О боги… — прошептал престарелый учёный, когда они поднялись на пригорок холма.

Трупы существ Эпицентра лежали повсюду. Разорванные, разрубленные, сломанные, проткнутые насквозь каменными шипами, они бездыханно валялись на земле, а их кровь застыла льдом, устилающим снег.

Кто бы ни прошёл здесь, но на своём пути он вырезал множество тварей, что попались ему под руку. Причём некоторые из них были действительно опасны. Даже для их команды. Булгаков видел раны существ и понял, что человек работал стихией земли и мечом. Причём делал это филигранно! Но больше всего Абсолюта удивило не это, а знак… Нарисованная кровью стрелка, указывающая направление в сторону Мирного и лишь два слова: «Путь чист».

— Нам расчистили дорогу? — удивилась заместительница команды. — Но зачем⁈

— Я бы и сам хотел это знать, — нахмурил Булгаков покрытые снегом брови.

— А что это, командир? — присел на корточки перед словами и стрелкой разведчик. — Какой-то… герб?

Мужчина смахнул рукой снег, и рядом с надписью, что путь чист, оказался аристократический герб. Из-за застывшей в форме льда крови разобрать его было сложно, но Булгаков понял, кому он принадлежал. Клинок с распустившейся розой на башенном щите…

Сердце Абсолюта пропустило удар, а когда он поднял глаза и вгляделся в метель, то будто бы увидел мужскую фигуру в развевающихся от ветра порванных одеждах и вооружённую мечом. Но наваждение пропало, стоило Булгакову моргнуть.

— Что-то знакомое… — задумалась его заместительница, рассматривая герб, но, увидев лицо Абсолюта, спросила: — Командир, вы что-то поняли?

— Да, — медленно кивнул Булгаков и прошептал: — Это герб Потёмкиных…

Глава 8

Спустя несколько дней… Москва… Аэропорт Домодедово…

— Твои люди опаздывают, — недовольно сказал Ефрем, смотря на наручные часы. — Сколько нам ещё ждать⁈

Я глотнул горячий кофе из бумажного стаканчика и пожал плечами.

— Скоро будут здесь.

Старик цыкнул и двинулся к грузовому самолёту Морозовых, который должен будет доставить нас в Якутск. Гвардейцы моего рода с приказов Романенко загружали все необходимые ящики, хоть тех было не так уж и много.

Нам не повезло. Изначально план предусматривал, что у нас будет Нагльфар. Военный дирижабль Северного Королевства, который доставит нашу компанию с ветерком прямо в Сибирский Эпицентр, но реальность оказалась иной. Каким бы уважаемым человеком ни был Сигурд Рагнарсон, но его Король запретил использование Нагльфара. Слишком много препон и бюрократии. Даже «авторитет» Ефрема не помог в этом вопросе, что очень бесило старика. Особенно если учесть, что Император хоть и дал добро на присутствие Сигурда и его берсерков, но также наложил запрет на Нагльфар. Его можно понять, ведь дирижабль подобного образца может при желании хорошенько вдарить по Якутску из всех орудий. Да, это маловероятно, но Александр не особо горел желанием разрешать полёты иностранной военной техники в воздушном пространстве Российской Империи.

Хорошо, что у нас есть Морозов, который не отказался и вызвался помочь. Теперь не только у меня перед Павлом Алексеевичем долг, но ещё и у Ефрема. И ведь когда-нибудь Морозов спросит за это, и отказать ему будет… трудно.

Прислонившись к одному из ящиков, где лежали мои новенькая броня и молот, я тоже сверился со временем. Уже полдень, и Ефрем прав. Те, кого мы ждали, слишком задерживаются. Не случилось ли чего?

Бросил взгляд на близнецов Браун и еврея, который показывал парням какие-то фокусы с картами. Лукас с улыбкой пытался, судя по всему, загадать карту, а Амрам её разгадывал, чем вызывал хохот у американца. Вот же ж… дитё.

Сместив внимание, заметил спокойно беседующих Сигурда, Ефрема и Амару Штайнер. Женщина приехала в Царицын последней, и уже вместе с нами отправилась в столицу. Как я и думал, информация старика немного расходилась с действительностью. Всё же они были знакомы, но давно не виделись. Во всяком случае, фото, что он мне скинул, несколько отличалось. На лет эдак десять.

В целом Амару можно было бы назвать обычной женщиной лет сорока-сорока пяти. Высокая длинноволосая шатенка с острым и подмечающим детали взглядом. Для своего возраста с фигурой у неё всё отлично, хотя для одарённых это в порядке вещей. Рост силы предусматривает тренировки и без этого никак. Вот только Амара пошла дальше и была вылитой культуристкой, которой самое то на подиуме выступать и призы забирать. Нет, она не раздутый качок, но мышечная масса у неё прослеживается явно. Впрочем, она Физик, и для неё это только в плюс. Ах да, помимо этого она ещё и наш сенсор. Единственный и который нельзя терять ни в коем случае. Её дар чувствует биение жизни в радиусе трёх километров, что очень и очень хорошо.

Телефон в моей руке пиликнул. Пришло очередное смс от Кристины, в котором она уже десятый раз желала мне удачи и переживала. Мои домочадцы знали, куда я отправился и устроили по этому поводу небольшое застолье без моего ведома. Меня просто поставили перед фактом и усадили за стол. Приятно, конечно, но напряжение чувствовалось. Особенно от деда, который был хмур и угрюм в тот вечер. Старик больше остальных понимал, что нас там ждёт, и боялся за единственного внука. Мне хотелось отшутиться, что у него ещё Кристина есть, если вдруг что произойдёт, но я затолкал этот порыв. Это у нас, Охотников, так шутить считается нормой, а старика это бы обидело и очень сильно.

Неврозов тоже, кстати, был на общем застолье. Тимофей хоть и делал вид, что в моём присутствии на его бое в финале Осенних Игр нет нужды, но всё же эмоции парня проскальзывали. Он действительно желал, чтобы я пришёл и поддержал его. Разделил с ним победу, ведь на другое он теперь не согласен. Ещё его интересовал вопрос, будут ли продолжаться наши тренировки после Игр, на что я не смог дать определённый ответ. Нет, мне не сложно его тренировать, но это время, а его у меня катастрофически мало. Тем более, когда на горизонте появились новости о предстоящей войне.

В общем, да… Меня проводили. И не только застольем, ведь женщины, что сейчас живут в моём доме, не могли просто так отпустить мужчину в поход. Хорошо, что Лилит оказалась понимающей и дала поспать, но утром всё равно взяла своё. Ну что с неё взять, демоница же.

Ответив на смс сестре и вновь дав слово, что со мной всё будет хорошо, убрал телефон в карман и посмотрел на идущих в мою сторону опоздавших.

— Димася, а вот и мы! — с улыбкой и на радостях махал рукой Заебос.

Гвардейцы, что были рядом со мной и подняли ящик, вдруг уронили его, и один из них заматерился. Амрам рассыпал карты и удивлённо посмотрел сначала на меня, а затем на двух дополнительных членов нашей команды. Лео с Лукасом тоже заинтересовались, как и остальные люди.

Я покачал головой и хмыкнул. Заебос не меняется.

Одетый в расстёгнутое длинное красное пальто, классические ботинки, пиджак и брюки он катил за собой чемоданчик, продолжая скалиться. А рядом с ним, будто полная противоположность, шёл спокойный, как питон, Арно. Оборотень не изменял себе и был во всё той же жилетке-безрукавке и простых штанах. Ну хотя бы сапоги обул, уже хорошо, а то в такую погоду он и так выделялся.

— Это было обязательно? — пожал я ладонь Заебоса и посмотрел на оборотня. — Приветствую, Арно.

— Охотник, — кивнул он и сказал: — Для меня будет честь идти с тобой в бой против Пожинающего Души.

Значит, демон ему всё же что-то рассказал. Что ж, это было очевидно и предсказуемо.

— Да, друг мой, обязательно! — хохотнул Заебос и приспустил тёмные очки. Он оглядел народ, вдохнул полной грудью и выдал: — Какой… калорийный состав.

— Ты хотел сказать колоритный, — сухо поправил его Арно.

— Нет, Пушистик, — хмыкнул Герцог. — Я сказал ровно то, что хотел. Жаль, что я на диете…

— И сиди на ней дальше, — прищурился я. — А то составишь Собирателю компанию.

Демон посмеялся и, похлопав меня по плечу, пошёл знакомиться с людьми. Конечно же, он отправился первым делом к Ефрему, и, конечно же, после первых секунд разговора старик ему чуть не вмазал.

— Не сочти за грубость, Райнер…

— Дмитрий, — перебил я оборотня. — На людях называй меня так.

Он кивнул и повторился:

— Не сочти за грубость, Дмитрий, но ты знаешь, кто именно это… существо?

Смотрел Арно, разумеется, на Заебоса, который после знакомства с Ефремом и остальными начал клеить Амару… И почему я не удивлён? Звёзды рождаются и гаснут, а Заебос всё такой же.

— Ты про то, что он демон? — хмыкнул я и, увидев кивок оборотня, ответил: — Да, знаю. Насчёт него не переживай. Пусть он и отбитый на всю голову мудак, но он на нашей стороне.

— Это радует, — кисло улыбнулся Арно и передёрнул плечами. — Не каждый из их вида может путешествовать по Теням… Он сильный демон. И опасный.

Ещё бы, ведь этот расфуфыренный любитель моды — один из Князей Инферно. Вот только, судя по всему, Заебос поведал оборотню о себе очень мало, что странно. Я давно знаю его, и он очень любит себя восхвалять.

— Ладно, — глотнул я кофе и сказал: — Пошли, познакомлю тебя с остальными.

Арно кивнул и пристроился с правой стороны моего плеча. В отличие от демона, он не мог просто броситься со всеми беседовать, не тот менталитет. У оборотней ярко выражено чувство стаи и иерархии. Сейчас Арно считает меня главным. Лидером, которого нужно слушаться и делать то, что скажут. Нет, он не безынициативный, но с точки зрения стаи именно я должен представить его и показать, что это член моей группы. И это самые простые сложности. Я вообще думал не брать его в этот поход, но оборотень будет полезен. Его серебряные когти и клыки, а также инстинкты зверя помогут нам на пути в Мирный. Ну и ещё одна причина в том, что он сможет заменить Амару если вдруг что. До сенсора ему далеко, но почувствовать тварей и угрозу на расстоянии он вполне способен из-за своих слуха и нюха.

Когда с приготовлениями всё было закончено, ящики загружены, а народ занял свои места в отсеке самолёта, мы начали взлёт. Лететь порядка девяти часов, а раз транспорт у нас не гражданского типа, то ощущения затёкшей спины и задницы неизбежны.

— Эй, что смотришь⁈ — крикнул Лукас, обращаясь к Заебосу.

— Да так, — оскалился демон, залипая в телефон. — Смотрю, как часто падает самолёт, на котором мы летим!

Впечатлительный юнец в испуге расширил глаза и попытался отсесть от Заебоса, но ремни не позволили.

— О, нашёл! Последнее крушение три года назад! Блин, а я думал, что мы упадём! Слушай, мой златовласый друг, а ты умеешь летать⁈ — посмотрел он на притихшего Лукаса.

— Это не смешно, Алексей Михайлович! — недовольно бросил Лео, заступаясь за брата и называя демона липовым именем.

— А кто сказал, что я шучу⁈ — откровенно удивился Заебос, продолжая свою игру. — Всегда нужно быть готовым к неожиданностям! Вот упадёт наш самолёт, что ты делать будешь⁈

— Он не упадёт!

— Ну а если…

— Не упадёт говорю! — рыкнул Лео, чем ещё больше раззадоривал князя Инферно.

По близнецам было видно, что они боятся летать. И Заебос чувствовал их страх, идя на поводу у своей сути.

— Хорош уже! — рявкнул я, перебивая начавшуюся ругань и спор.

Лео сжимал и разжимал кулаки, но затих и вперил угрюмый взгляд в иллюминатор, а демон, тихо посмеиваясь, посмотрел в телефон и раздосадовано сказал:

— Ну вот, связь пропала! Ай, ладно, у меня где-то интересное видео было…

— Что за видео⁈ — сразу же навострился Лукас, будучи быстро отходчивым и любознательным. Тем более, что в самолете делать нечего, а лететь нам долго.

— Хочешь посмотреть? — будто змей искуситель, улыбнулся демон.

Арно, что сидел рядом со мной, вздрогнул. Он с момента взлёта весь на нервах был, но держался, а теперь оборотень натурально струхнул!

— Ты чего? — спросил я у него.

— Он тоже… показывал мне, — хрипло ответил Арно. — Пока мы шли к вам. Я не понимаю… Как люди могли создать подобное с подгорным народом.

Ого, что же такое демон ему показал, что он так проникся? И причём тут Подгорники?

Заебос тем временем врубил своё видео и с улыбкой наблюдал за реакцией Лео. Да и не только его, но ещё и еврея, что сидел рядом с ним.

— Эм, это что⁈ — удивился Лукас.

— Это, друг мой златовласый, искусство под названием «Долбогномы»!

— Я смотрю, — ухмыльнулся Амрам, — вы ценитель, Алексей Михайлович! Вот только продолжения так и не сделали! Только первый сезон есть!

Демон воззрился на еврея, как на собрата, и с кривой улыбкой спросил:

— То есть, я не узнаю, с кем осталась принцесса Дуплина?

И только он задал этот вопрос, как в отсеке самолёта начали раздаваться охи и ахи. Лица Сигурда и Ефрема вытянулись, Амара покачала головой, а Лукас воскликнул:

— Нифига себе!

— А может, и правда, прикопать его где-нибудь в Эпицентре? — прошептал я, видя всю эту картину. — А то, чувствую, этот поход я запомню надолго…

* * *

Республика Саха… Якутск…

— Прошу, господа, ваш номер, — открыл дверь работник отеля и, отойдя, указал рукой.

Ефрем сунул ему в руку чаевые, отчего мужчина улыбнулся и зашёл первым. Старик не стал мелочиться, скинул сапоги с курткой и сразу же двинул к огромному дивану в центре четырехкомнатного номера. Сигурд с евреем и близнецами также были на этаже и заселялись, как и Амара, но у неё своя комната. Со мной же будут старик, Арно и Заебос.

Я поставил сумку у стены и прошёлся вдоль зала, выйдя на балкон. Пусть парни пока обживаются. Арно вон уже двинул в ванную, где готовится изучать устройства технологического прогресса, а Заебос пошёл на кухню, таща за собой чемодан.

На дворе стоял глубокий вечер, поэтому было принято решение остановиться в отеле и закончить подготовку. Пусть мы взяли с собой снаряжение, которое сейчас люди Морозовых отвозили на один из своих действующих складов, нам предстояло докупить остальное. Не всё можно приобрести в Царицыне, и поэтому мы собирались завтра днём пройтись по кварталу Охотников. Да, такой есть в Якутске. Вообще в этом городе много чего есть, и всё для бойцов с чудовищами. Из-за того, что город находится близко к границе Эпицентра, именно сюда стекаются все самые сильные Охотники и поставки вооружения для них. Император сделал целый квартал, чтобы аристократы вроде тех же Тихомировых могли снабжать лучшим своим товаром по достойным ценам. И говоря про достойные, я не лукавлю. В той же Москве за какой-нибудь третьесортный меч запросили бы большую сумму, нежели в Якутске. Странное образование цен, ведь от спроса растёт и цена, но факт в том, что здесь этот же меч будет в разы дешевле.

Помимо всего прочего, в Якутске базировался второй по важности и размерам Центр Охотников. Если говорить проще, то в Москве и других городах обучали молодняк, а затем отправляли его сюда. Именно рядом с Эпицентром больше всего Разломов разных мастей и работы очень много.

— О чём задумался, Райнер? — раздался за спиной голос Заебоса.

Он привалился к перилам балкона рядом со мной и достал сигару, которую поджёг щелчком пальцев.

— Да особо ни о чём, — пожал плечами. — Просто наблюдаю за городом.

Мне, и правда, хотелось просто постоять и подышать свежим воздухом. В Якутске хоть и было в разы холоднее, чем дома, а ещё приближался дождь, судя по прогнозу погоды, но мне было как-то пофигу.

— Знаешь, а ты удивил меня, — затянулся демон и выдохнул. — Мало того, что пощадил оборотня, так ещё и позволил ему остаться в твоей деревне. С каких это пор ты стал таким добрым?

— На нём нет крови людей, зачем мне его убивать?

— Ну знаешь, — хмыкнул Заебос. — Раньше ты поступал иначе. Где же тот идейный Райнер, который каждую тварь считал опасной для людей?

— Я был молод и только пришёл в Орден, — улыбнулся я. — Сейчас всё иначе.

— Остепенился, значит, — протянул демон. — Ну ладно, такой ответ подойдёт. Что думаешь насчёт Собирателя?

— А что тут думать? Зайдём в Мирный, найдём его и прикончим.

— Я мог бы… — начал было он, но я его перебил.

— Нет, Заебос, без твоего «я мог бы». Действуй так, как я тебе говорю. Сейчас мне нужна твоя полная самоотдача без подвохов.

Демон вновь затянулся, помолчал, а затем сказал:

— Эх, а ведь такой план был…

Что там у него был за план я даже не хотел спрашивать. Там либо какая-то дичь, либо ещё большая дичь, но с проблемами.

— Ладно, — затушил он сигару и буркнул: — Скучно тут с тобой, пойду лучше со златовласками и еврейчиком в казино. Не скучайте тут с Пушистиком. Он, кстати, шампуня объелся, и ты бы лучше ему помог, чем тут стоять.

Я откровенно удивился и посмотрел на улыбнувшегося Заебоса.

— Что? — сделал он вид, что не приделах. — Он сам спросил у меня можно ли его есть. Как я мог отказать?

Хлопнув себя ладонью по лицу, зашёл в номер, слушая радостное хихиканье демона и замечая, что Ефрем уже куда-то свалил.

— Арно, ты как⁈ — зашёл я в ванну, а позади раздался звук хлопнувшей двери.

— Н-нормально! — откашливался оборотень, обнимая унитаз и изрыгая из себя пузыри.

— Ты сколько сожрал⁈ — увидел я пустые бутылки из под шампуня. — Твою же ж мать…

— Чёртов демон, — рычал Арно и блевал. — Ненавижу демонов… Буэ…

М-да уж, не было печали, как говорится.

* * *

— Так вот она какая, граница Эпицентра, — протянул Лукас, оглядываясь по сторонам.

— Ты не зыркай, а внимательно наблюдай, олух! — дал ему подзатыльник Ефрем.

Парень ойкнул и потер голову.

— Да что тут наблюдать-то⁈ Кругом только деревья и снег!

Столкнувшись со мной взглядом, он вздохнул и начал более внимательно осматриваться. В данный момент, пока Амара настраивалась, а все остальные, включая берсерков, готовились и делали последние проверки снаряжения, именно Лукас отвечал за осмотр местности. Мы были рядом с Эпицентром, и отличия от привычного мира уже присутствовали. Те самые деревья, о которых он говорил, были искажены. Их кора в разы толще, чем у обычных, а через корни проходит энергия, хотя при первом взгляде они ничем особо и не выделяются.

Заебос подходил к каждому участнику нашего похода и с кислой миной отдавал небольшой бутылек, принимая взамен слова благодарности. Вот только демону от них легче не было, ведь он расставался со своими любимыми запасами Кровавых Слёз. До сих пор помню всеобщее удивление народа, когда на инструктаже рассказал им, что это за флаконы и как они ценны. Сигурд так вообще, поняв их полезность, попытался выкупить все, что было. Нихера у него не вышло, к слову. Товар штучный и очень редкий, а в этом мире так вообще подобного нет.

То, что раздавал Заебос, было алхимией. В этом мире это искусство только-только развивается и особых подвижек нет, но люди не сдаются и пытаются создать нечто стоящее. Так вот, эти бутыли были лечебным зельем. И не простым, а созданным из кровавых слез ангелов. Где демон их достал — неизвестно, но я знал, что у него есть целый схрон этих зелий. Что-что, а Заебос тот еще хомяк, который тащит в свою нору все, что можно и нельзя. Но даже так, в сравнении с другими мне известными лечебными зельями, Кровавые Слезы были лучше. В разы лучше. Мне пришлось надавить на Заебоса и припомнить ему пару прошлых косяков, и он уступил. Скрепя сердце, ноя и канюча, но уступил. Теперь, если все пойдет дерьмово, хотя не должно, у людей будет шанс выжить и более того — вернуться в строй.

Слезы Ангела вообще сильный ингредиент, а кровавые… Это зелье способно залечить даже самую страшную рану и обновить организм от ядов. Но вот конечности оно не вернет, и это плохо. Впрочем, никакое лечебное зелье на такое не способно.

Попрощавшись с людьми Морозовых, которые нас сюда доставили, я посильнее затянул ремни метательных ножей, которые купил в Якутском квартале Охотников. Они из дешевой и дутой Разломной стали, так что их не жалко будет потерять. Но полезность данного оружия была в яде, которым я смазал лезвия. Опять же, купленном в квартале. Я ведь уже говорил, что люди пытаются в алхимию, но пока все кисло? Так вот, не все ингредиенты тварей идут в дело, и порой их выставляют за бесценок. Я аж дар речи потерял, когда увидел железы Тифона на прилавке и в баночке. Зашел ведь просто чтобы ознакомиться с выбором, а тут такое!

Тифоны, судя по данным базы Центра, водятся только в Чёрных и Радужных Разломах. Ниже их не встретить. Это такие гуманоидные твари, похожие на помесь змеи и человека. От людей в них только образ, как средство для обмана дураков, а в остальном… Чешуйчатые, с крепкой броней и очень сильным токсичным ядом. Вообще всё их тело пропитано ядом, но в железах он содержится в особо больших количествах. Пусть я и был удивлён, что нашёл подобное сокровище в лавке ингредиентов, но понимал, что для текущего развития этого мира железы Тифона бесполезны. Банально нет метода обработки металлов или кожи, а также составов, чтобы это всё работало. В исходном виде яд Тифона медленно, но уверенно плавит вообще всё, кроме стекла. Даже Разломный металл, пусть и ещё медленнее, чем обычную сталь. Полный распад — вот какова сила яда Тифона. Не будь у меня знаний Ордена и своих собственных, то я бы прошёл мимо такого сокровища, что само попало в руки. И ведь, хех, не зря меня занесло на Болота Зарзии, где эти твари обитали. Помню, как намучался с ними и офигевал, когда их яд плавил мою броню. Избавиться от него невозможно, а потому пришлось выкинуть снаряжение и в одних штанах забивать целую стаю Тифонов голыми руками. Ну что сказать, дурак был Охотник Райнер, который не всегда использовал Гибкий Барьер в таких случаях.

Вытащив один из ножей, провёл пальцами по лезвию и ощутил лёгкое сопротивление. Именно Гибкий Барьер помогал мне не дать яду начать растворять пояс для ножей. Приходится, правда, поддерживать концентрацию, но я делаю это уже на автомате, а потому несложно. Если не ошибаюсь, то трое-четверо суток есть, а затем сталь превратится в ржавую пыль.

Снаряжённые и готовые, мы двинулись в Эпицентр. Берсерки выступали главной ударной силой и шли впереди, готовые в любой момент ударить по тварям. Амара отслеживала всё в радиусе своего дара сенсора, Сигурд и Ефрем прикрывали её. Близнецы и еврей двигались позади них, а я, Заебос и Арно замыкали. Получился эдакий клин. Я специально занял позицию позади всех в группе, чтобы при вводных данных от Амары защитить всю нашу компанию.

Стоило нам переступить «порог», и ощущение Эпицентра усилилось в разы. Концентрация Разломной энергии повысилась, а помимо этого мы попали в метель. По информации в Сибирском Эпицентре всегда шёл снег. Он не прекращался ни на миг, но что интересно, его не было слишком уж дофига. По колено, да, но не более.

Будто ледоколы, берсерки Сигурда шли вперёд и протаптывали дорогу, Ефрем корректировал их курс, как самый знающий из нашей группы. Он уже был здесь и выбрал дорогу, по которой шёл в прошлом. У старика были сомнения, ведь Эпицентр не постоянен и мог измениться, но и прошлая его группа не была дураками. Они оставили специальные метки на деревьях, а раз их кора очень прочна, то они сохранились до сих пор. Именно по ним мы и шли, начав свой путь с заброшенного села Сунтар. По моим подсчётам, нам предстояло преодолеть более двухсот километров. Пугающая цифра для обычного человека и малая для Одарённых. Если всё так дальше продолжится, то очень скоро мы будем в Мирном. Хорошо, что на нашем пути будут ещё брошенные селения, где можно будет разбить лагерь. Да, оставаться на ночь в Эпицентре такое себе занятие, но ближе к границам опасных тварей нет, а мелюзга нам ничего не сделает.

Слушая фоном разговор Арно и Заебоса, который доставал оборотня и вещал о том, как плохо иметь много жён, я достал карту. Именно карту, а не телефон. Техника здесь, как и в Разломах, не работала.

Через пятьдесят три километра будет первая контрольная точка. Можно устроить привал, чтобы люди перевели дух, и двигать дальше. Именно от села Тойбохой до Алмазного будет самый сложный путь. Основное расстояние, которое придётся преодолеть, а дальше до Мирного рукой подать.

— … вон, Димася меня понимает! — расслышал обрывок фразы Заебоса.

— В чём именно? — спросил я.

— Что много жён — это плохо! — всплеснул он руками. — Всем внимание удели, позаботься, пригрей и подарки делай! А взамен что⁈ Нервотрёпка, упрёки, холодная еда и ни одной суккубы в постели! Так что, Пушистый друг, нахер такие мысли! Только одна жена!

— Я, как бы, и сам так считаю, — сухо ответил Арно, даже не смотря на демона. Он не забыл ту подставу с шампунями. — Твои слова были ни к чему.

— Это подмена понятий и неприятие правды, — насмешливо фыркнул демон. — Ты считаешь так, твоё сердце и мозг тоже, но вот звериная суть…

— Не контролируй я которую, то разорвал бы тебе глотку.

— Это маловероятно, но мне лестно, что я тебе дорог, — хохотнул Заебос и похлопал Арно по плечу. — В общем, ты подумай, а я пока шишки пособираю.

— Где ты их собирать собрался? — хмыкнул я. — Тут один снег.

— Неучи! — возвёл демон очи к небу. — И с кем работать приходится? Что бы они без меня делали?

Разговаривая сам с собой, Заебос изредка наклонялся и вытаскивал прямо из снега замороженные шишки. Небольшие, скованные льдом, но пышущие энергией.

— Эй, это моё! — воскликнул он, когда я забрал одну и внимательно пригляделся.

— Это же…

— Ага, — оскалился Заебос. — Ты всё верно понял. Даже странно, что я заметил их раньше тебя. Стареешь, Райнер? Уже не тот нюх?

Махнув на демона рукой, я внимательно разглядывал шишку, не сбавляя шаг. Я уже думал, что после желез Тифона меня мало что удивит, а оказалось это не так! Откуда вообще в этом месте взялось вот это⁈

— От неё пахнет… жизнью? — спросил Арно, наклонившись ко мне и понюхав шишку. — Не понимаю.

— Потому что, мой волосатый коллега, ты вряд ли за свою маленькую жизнь бывал в рощах остроухих любителей музыки и травы. Это, — помахал Заебос ещё одной находкой, — шишка с Ели Жизни. У старика, — кивнул он в сторону Ефрема, — семечко её дальнего родственника за пазухой.

— Значит, мы можем встретить эльфов? — почесал Арно затылок.

— Это вряд ли, — задумчиво ответил я, пряча шишку в карман. — Подобные «плоды» раскиданы по многим мирам, но не всегда могут взойти. Скорее всего, в каком-то из блуждающих Разломов был вход, где находилась эта Ель. Шишка попала сюда, но из-за концентрации энергии и погодных условий, заморозилась.

— Верно, доктор Ватсон! — хмыкнул Заебос, напяливший зачем-то шляпу и забивающий резную трубку… осколками раздробленной шишки. Закончив, он закурил и блаженно улыбнулся. — Ох, хорошо…

— Что это с ним? — тихо спросил у меня оборотень, видя дебильную улыбку демона.

— Энергия Жизни для таких, как он, — кивок в сторону Заебоса, — наркотик. Не особо сильный, но действующий.

Арно кивнул и более не задавал вопросов, а я отобрал трубку у поплывшего демона, чем вызвал его негодование, и выкинул. Разумеется, он её поймал и спрятал обратно.

Продолжая слушать бред накурившегося и расслабленного демона, который в любой момент мог это состояние обратить в норму, я легонько коснулся кармана с шишкой. В пору думать, что Кодекс помогает мне, ведь найти нечто подобное — крайняя редкость. Да, плодов деревьев Жизни раскидано по разным мирам множество, но уцелевших из них единицы. Заебос нашёл только три. Один из них он скурил, а второй припрятал. Знает же, что в будущем может пригодиться. И я думал точно также. Проект бункера хорош и убережёт моих домочадцев в случае нападения, но что, если этого будет мало? Да что тут говорить… Этого, и правда, мало. Нужно что-то ещё. Не только в плане технологических изысков, разобраться с которыми я подрядил Терентия. Я хочу, чтобы мой дом стал монолитом. Чтобы если какая-то паскуда пришла, то обосралась на месте. И что подойдёт в этом варианте лучше, чем живой лес? Дышащий, готовый сражаться и пожирать ублюдков, которые решат напасть на моё поместье.

Подобные мысли у меня появились ещё когда Ефрем показал семя, которое держит при себе, как сокровище. Но вот проблема: его дерево дало лишь один плод. И он в разы слабее, чем шишка у меня в кармане. Какой бы ни была Ель, которая дала свои плоды, она очень древнее создание. Со своим разумом и опытом. Если мне удастся посадить шишку и сделать это при помощи Трентов, то проблема с обороной будет решена. У моего рода будет надёжный оплот, который защитит детей Кристины. Ну или моих, если таковы когда-нибудь появятся. Всё же печати из моей прошлой жизни не сохранились и не перешли в новое тело с душой. Секрет печати Бесплодности есть только у Старейшин и Гранд Мастера Вульфа. Нам, рядовым Охотникам, она неизвестна. Во всяком случае, так было, а как сейчас — неизвестно. Вот и получается, что я как бы могу иметь детей, но это очень опасно. Старейшины не просто так ставили нам печати, чтобы уберечь от… проблем. Когда Душелов рождается, то, обычно, убивает свою мать. Сильный плод буквально высасывает все силы из тела матери. Ярику в этом плане очень повезло и он — отклонение от нормы, которое возможно при случае один на миллион. Я лично не знал своих родителей, да и не хотел, раз они бросили меня. Но я верил братьям и Старейшинам, понимая, что если та же Снежинка или Маша забеременеют, то это может стоить им жизни. Единственный вариант… да-да, я обдумывал такое развитие событий… Это полный контроль и подпитка женщины, что носит в себе Душелова. Я знаю, как можно ускорить протекание беременности и упростить процесс, но всё равно есть шансы, что носящая моего ребёнка женщина умрёт. С Лилит не так однозначно, и её физиология отличается от людской. Тут вообще неизвестно, что выльется, если она понесёт от меня. Так что да, мне проще думать в ключе, что именно дети Кристины унаследуют всё, когда придёт моё время уйти. Либо на покой, что маловероятно, либо… к братьям.

Хех, а ведь я даже представлял себя отцом. Картина получалась забавная и сюрреалистичная, ведь одно дело заботиться о подобранном с улицы пацане и совсем другое — своём собственном ребёнке.

Помотав головой и прогнав мысли о «будущем», я вновь всмотрелся в карту, фоном слушая перебранку Арно и Заебоса.

Пусть в Эпицентре и было опасно, но самые слабые твари, что обитали здесь и по чьим угодьям мы шли, не нападали. Они чувствовали, что могут подохнуть. Несколько раз я видел стаи Разломных волков, которые были ростом с человека. Они провожали нас и вели, а затем уходили, когда мы пересекали тот или иной участок пути. Заебос ещё шутил над оборотнем, чтобы тот пошёл парламентером к своим дальним родственникам и понюхал их под хвост, если вдруг те решат атаковать. Шутник чёртов…

— Вижу деревню! — крикнул один из берсерков.

Всмотревшись сквозь метель, я заметил разрушенные и брошенные дома. Тойбохой был небольшим селом, и их было немного. Также заметил несколько зданий, на одном из которых криво висела вывеска с надписью «Администрация». Магазинчик тоже присутствовал, хотя от него мало что осталось. Именно в нём мы решили переждать и разбить временный лагерь. Пустые полки были покрыты снегом, и с них свисали сосульки. Стеклянные прилавки выбиты, как и все двери. Похоже, что когда случилось расширение Эпицентра, твари бросились сюда в первую очередь за едой. И не только за консервами, банки от которых валялись на деревянном полу, а также за людьми.

— Не спаслась, — вздохнул Лео, присев на корточки перед костями. — Жаль…

Он прав, это была женщина, судя по широкой тазовой кости.

— Действуем как обговорено, — начал я раздавать приказы. — В подсобке ещё сохранились тенты, закройте ими окна. Лукас, Лео, на вас костёр. Амрам, возьми нескольких берсерков и обойди ближайшие дома. Арно… ты с ними.

Еврей не стал задавать глупых вопросов по типу: зачем куда-то идти, если у нас есть сенсор? Молодец, хвалю. Услышал приказ и начал исполнять, а не тупить. Пусть Амара и чувствовала биение жизни в своём радиусе, но есть существа, которые подобный сигнал не отдают. Лучше перестраховаться и действовать наверняка.

Пусть мы и прошли не такой большой отрезок пути, но вышли не с самого утра. На улицу опускался вечер, а значит, на ночь нам придётся остаться здесь.

Заняв место у стены, я скинул рюкзак и, разложив на полу утеплённый коврик, привалился спать. В помещении раздавались голоса людей, хруст сухпайков и витал запах свежезаваренного чая, который Ефрем делал в походном термосе. С его даром молний разогреть подобную тару не проблема, а вода… Ну, снег тут повсюду и он, что интересно, безопасен. Главное, чтобы он обычный с желтым не перепутал, как в очередной раз решил пошутить демон. Но Ефрем — это не Арно, а потому старик попытался дать в морду шутнику.

Я проснулся посреди ночи, заворочался, и сон больше не шёл. Отвык, похоже, спать на земле и камнях. Тёплая и мягкая кровать слишком расслабляет…

Не став валяться, встал и налил себе чай из термоса Ефрема. Старик храпел в две ноздри, Сигурд общался со своими людьми, что держали дозор. Демон о чём-то беседовал с близнецами, а еврей рубился в карты с Арно и Амарой. Похоже, что спать решили только мы со стариком, ну да ладно.

Махнув рукой двум берсеркам, вышел из здания и осмотрелся. Глубокая ночь опустилась, метель продолжала бушевать и на добрые метров двадцать было практически ничего не видно. И это с учётом зрения Охотника, которое острее, чем у обычного человека.

Тёплый чай приятно согревал изнутри, ветер и снег били в лицо, а я всё так же продолжал стоять и всматриваться в темноту. Было у меня чувство… что не зря я проснулся. Инстинкты и опыт не пропьёшь, как бы ни старался.

И я не ошибся.

В окне одного из домов загорелся свет, будто подожгли масленую лампу. По идее, нужно предупредить остальных и пойти проверить всей толпой, но стоявшие на дозоре берсерки, что наблюдали за округой, не поднимали тревогу. Будто… лампу зажгли так, чтобы её видел только я. Звучит, как бред, но это же Эпицентр.

Ухмыльнувшись, глотнул чай и двинулся в нужный дом. Снег хрустел под ногами, ветер завывал, а повсюду не было ни единой живой души кроме членов нашей группы. И тем страннее было, когда я зашёл в разрушенную халупу и увидел на покрытом льдом столе ржавую лампу.

— Как интересно, — моя ухмылка стала шире, а когда я обернулся, то увидел стоявшую за спиной фигуру. — Ну и кто ты у нас?

Это явно был мужчина. Его тёмные порванные одежды трепал ветер, лицо скрывал капюшон, а руку он держал на эфесе убранного в потёртые ножны клинка.

— Неважно, кто я, Охотник, — раздался приятный юношеский баритон. — Важно то, что тебе нужно знать. Твой поход обречён на провал. Собиратель знает, что ты идёшь. Он почувствовал вас, когда ты пересёк границу. Оставь своих людей, поверни назад и уходи. Мой хозяин, — в его голосе засквозило презрение, — не хочет битвы с тобой.

Я засмеялся и ответил:

— Заманчивое предложение, но я, пожалуй, откажусь. Передай своему хозяину, чтобы он собирал вещички и готовился отправиться обратно в Тень.

Незнакомец молча обошёл меня и взял лампу. Ветер слегка всколыхнул его капюшон, и я увидел бледное юношеское лицо, а также… улыбку.

— Достойный ответ, — кивнул он. — Я бы сказал то же самое.

Я не ощущал от него никакой угрозы, а вот силу… В нём она просто полыхала. Одарённый Вне Категорий, сомнений быть не могло. Вот только его душа сразу же показалась странной. Мне не нужно было касаться его, чтобы увидеть, будто душа этого парня была наполовину разорвана. Словно кто-то связал полотно, но забыл довершить начатое. Он не был нежитью, но и живым в привычном понимании не являлся. Человек не может жить с такой душой, ведь без целостности сразу же наступает смерть. Можно было бы опять вспомнить Эпицентр и привести довод, что это существо поддерживает свою жизнь именно благодаря ему, но это не так. Пусть его душу вырвали наполовину, и я даже знаю, кто именно, но жизнь в нём теплится из-за семени Тьмы, что дало всходы.

— Ты служишь двум хозяевам, так? — с улыбкой спросил я.

Незнакомец вздрогнул и резко повернул ко мне голову.

— Одна из них дала мне жизнь после смерти, а другой — поработил, — ответил он с кивком. — Ты многое знаешь, Охотник. Собиратель не зря боится тебя.

Забрав с собой лампу и потушив её, он двинулся на выход из дома, но остановился на пороге и сказал:

— Я не хочу сражаться с тобой, но это неизбежно. Сегодня и сейчас я противлюсь его воле, сдерживая зов, но он вновь возьмёт контроль. Из-за него, — голос незнакомца стал отдавать сталью, — я погубил многих, кто пришёл в это скверное место. Надеюсь, что ты убьёшь его, Охотник, а заодно и меня.

Он сделал шаг и убрал руку с эфеса клинка, и я увидел навершие. В темноте его было сложно разглядеть, но я догадывался, что этот поц не просто закинутый Тёмной Богиней «бракованный товар». И теперь, мои догадки подтвердились. Жизнь, и правда, странная штука, а на своём пути Охотник может встретить множество того, что необъяснимо для обычных людей.

Незнакомец исчез, а я ещё какое-то время находился в доме и задумчиво прокручивал один разговор. Историю, которая могла закончиться войной двух родов и кровопролитием. Историю, в которой одна женщина сошла с ума после гибели внука, а один старик до сих пор корил себя и винил в отданном приказе. Меч… Родовой меч, который был утрачен и не найден рядом с телом одного юноши, погибшим за человечество. Меч, принадлежавший имперскому роду, который ищут до сих пор.

Я улыбнулся и тихо прошептал:

— Вот уж кого я не думал здесь встретить, так это тебя… Антон.

Глава 9

(Глава не прошла корректора)

— Значит, говоришь, что этот человек находится под контролем Собирателя и воскресила его Тёмная? — хмурился Заебос.

— Да, — кивнул я, грея руки очередной кружкой чая.

Сейчас мы находились в одной из подсобок магазина, куда я отвёл его и рассказал произошедшее. Почему именно демону? Да потому что узнай об этом остальные, то начали бы задавать кучу лишних вопросов. К тому же это может подорвать дух команды на выполнение задания. Одно дело, когда враг есть и его нужно уничтожить, а другое, когда этот самый враг знает, что ты идёшь. Кое-что Ефрему все равно предстоит рассказать, но лично ему и только фактами.

— Очень интересно, — демон пребывал в крепкой задумчивости, что говорило о его серьёзности и понимании ситуации. — Судя по тому, что ты рассказал, этот человек для Тёмной никто. Простой смертный, которых бесчисленное количество во всех Многомерной Вселенной. Да, он носитель её дара, но и что с того? Ты и я множество раз видели подобных ему, но Тёмная их не оберегала. Воскресить умершего, прорвать ткань Пустоты, чтобы вырвать его душу…

— Мы оба знаем, какова её натура, — хмыкнул я. — Не удивлюсь, если тут подстава с двойным дном и в очередной раз она связана со мной.

— Вряд ли, — покачал головой Кровавый Герцог. — Хранители оберегают этот мир. Причём так, что прорваться сюда даже ей не так просто. Но она пришла, потратила свою силу, которой понадобилось для такого дела очень много… Есть у меня одна теория, но она звучит как бред.

— Выкладывай, — кивнул я. Пусть Заебос тот ещё мудак, но когда нужно, он становился поистине одним из мудрейших существ, которых я знал. — Сейчас любые доводы подойдут.

— Ты не был знаком с Потёмкиным Антоном лично, но что, если уже тогда он был не совсем обычным… человеком, — начал он развивать мысль.

— Поясни? — нахмурил я брови. — Ты имеешь ввиду, что он был как я? Из другого мира?

— Переродился в нём, да, — кивнул демон. — Но без своих прежних воспоминаний из прошлого. Мы оба знаем, что душа проходит через очищение и уходит на перерождение, но на вас, Охотниках, это не работает. Кодекс слишком могущественен, чтобы позволить себе сохранять вас для дальнейшего. Но что с остальными? Могла ли душа Антона, или кем он там являлся в прошлом, заслужить такое признание Тёмной? Мог ли он добиться того, чтобы заслужить её внимание и шанса на перерождение?

— Твоя теория сыпется, ведь ты сам сказал, что он скорее всего ничего не помнил.

— И это так, — улыбнулся Заебос, прохаживаясь по коморке. — Но не мне тебе объяснять, что такое душа, Райнер. Кому, как не Охотнику знать, на что она способна и сколько секретов в себе хранит. Антон мог забыть. Заблокировать эти воспоминания, отречься от них и сохранить. Он начал новую жизнь, возможно ему снились сны и он видел то, чему не мог найти объяснений. Ты сам мне сказал, что он был талантом среди талантов. Одарённый маг стихии земли, который к столь раннему юношескому возрасту добился высот силы. Архимагистр в двадцать один год. По сравнению с тобой это слабый результат, но по сравнению с Одарёнными этого мира… Он чудовище. Сейчас он Вне Категорий и добился этого в месте, где всё кишит тварями и опасностью. В подчинении у существа, пожирающего души. Если он, и правда, перерождённый, то этому есть объяснение. Как и тому, что его вернула Тёмная. Он её заинтересовал, но не в этом мире, а в прошлом.

— И когда он его вернула, то он вспомнил себя прежнего? — задал я риторический вопрос, хотя он и не требовался.

— Такое возможно, — кивнул демон. — Его тело погибло, как ты сам и сказал. Его отдали семье и похоронили, но душа… Тёмная вырвала её и вполне могла переселить в другое тело. Уничтожить душу прошлого носителя, который по случайности забрёл в этот Эпицентр и вселить в пустой сосуд Антона. Энергии здесь хоть отбавляй и это могло помочь ей. Либо же всё гораздо проще… Она восстановила его тело из того, что осталось на мече.

— То, что ты говоришь, ересь, — поморщился я. — Какой бы сукой она не была, но не пошла бы на такой шаг. Переродить душу — да. Отправить её в Пустоту или оставить себе тоже да. Вселенная имеет свои законы и позволяет подобное, но не тогда, когда восстают против её правил. Даже Кодекс не имеет право воскрешать нас такими, какими мы были в прошлом. Я тому живой пример, Заебос. Мои братья, которые сейчас в иных мирах, скорее всего тоже. Нарушь Кодекс это правило и что тогда? Сколько из нас погибло в сражении с легионами Неназываемого и в других битвах? Если бы Кодекс сделал такое, то Орден…

— Нарушил бы равновесие своим существованием, — закончил он за меня с лёгкой улыбкой. — Да, представить себе спокойное и свободное воскрешение Охотников, сила которых делает вас полубогами… Даже мне не по себе. Но опять же, Тёмная могла нарушить это правило. Или обойти его, чтобы осуществить свою хотелку. Это подтверждает и то, что в руках у Антона ты видел меч. Ты сам сказал, что Потёмкин потерял его, когда отступал к крепости. И он был ранен, если вспомнить твой рассказ. Кровь, Райнер, она столь обширный банк данных, что даже мы, древние демоны, не можем читать его в полной мере.

Если это так, а я почему-то не сомневался, что Заебос прав, то… какой резон? Нахера Тёмной Суке воскрешать Антона? Её характер, безумие и не постоянность лучшее описание того, чем она может руководствоваться. Может ли быть так, что в прошлой своей жизни Антон, или как там его звали, действительно добился её расположения? Звучит бредово, но такое возможно. Уж слишком она… Падкая на интересных людей и та ещё собственница. У меня же было так же. Она почему-то заметила меня и начала гадить, но делать это красиво. Без вреда для меня, но так, чтобы я помнил её. Тёмная Богиня… Не злая и не добрая, безумная и расчётливая. И ведь не только мне так повезло, но ещё и брату Сандру, судя по её словам, когда мы встретились. Не знаю, чем мой брат ей так угодил, но я не завидую ему.

— Мы можем плодить множество теорий, — отбросил я мысли и посмотрел в глаза демона. — Но правда такова, что сейчас он под контролем Собирателя. Тварь вырвала половину его души и запечатала в себя.

— И ты хочешь… Что ты хочешь, Райнер? — наклонил Заебос голову на бок, улыбаясь.

— Ты и сам знаешь.

— И зачем это мне? — его улыбка стала шире. — Точнее не так, зачем это тебе? Кто для тебя этот человек? Отвечу — никто. Но тем не менее, ты хочешь спасти его, я ведь прав?

— Я должен попытаться это сделать, — серьезно кивнул я. — Охотники призваны, чтобы защищать людей. Спасать их и быть их щитом. Мы те, кто стоит на страже человечества. И кем бы ни был Антон в прошлой жизни, но в этой… Он достоин спасения.

— Эх, а ведь я, порой, забываю, какой ты идеалист, а ещё — фанатик, — хохотнул демон, но столкнувшись со мной взглядом, извиняющееся вытянул ладони. — Ладно-ладно, извини.

— Я, Ефрем, и остальные свяжем боем Собирателя, — добавил я холода в голос. — Ты займёшься Антоном. Оттянешь его на себя и не дашь нам помешать. Когда всё закончится… Я соединю его душу.

Заебос посмотрел на меня полным скепсиса взглядом. И было понятно почему, ведь одно дело исцелить душу или изгнать из неё паразита, чем я уже занимался в этом мире, но другое… собрать её воедино. У Антона отсутствует половина и если судить по датам, то счёт шёл на несколько лет. Долгий срок и когда мы убьём Собирателя, то парень сто процентов погибнет. Но если мне удастся…

— Я, конечно, верю в тебя, дружище, и держу кулачки, — погладил демон подбородок. — Но ты ведь понимаешь, что не потянешь такое сейчас? Раньше — да, но не сейчас.

— Попытаться стоит, — криво ухмыльнулся я. — И можешь не пытаться меня отговорить, я уже всё решил.

Воцарилась тишина. Я спокойно попивал подостывший чай, отбивая по алюминиевой кружке ритм услышанной когда-то мелодии.

— Хорошо, я сделаю, как ты просишь, — кивнул Заебос и глухо сказал: — Но знай, если ты подохнешь, я не приду на твои похороны. Провожать в последний путь дурака, решившего рискнуть жизнью ради спасения какого-то малознакомого человека… Пожалуй, это без меня.

— Ты забыл, кто я, демон? — хмыкнул я, смотря на него.

Он рассмеялся и провёл рукой по лицу.

— Действительно… Ладно, пойду подостаю близнецов и еврея, — пошёл он на выход из коморки, но на пол пути остановился и серьезно сказал: — Теперь я понимаю, почему тебя звали Щитом Ордена, Райнер… Вот только ответь, стоит ли человечество твоих усилий?

— Да, всегда, — дал я незамедлительный ответ, улыбнувшись.

Демон покачал головой и ушёл, оставив меня одного. Ну а я, допил чай одним глотком и пошёл дальше спать. Завтра предстоял самый большой переход и преодоления участка пути.

* * *

С утра, собравшись и приготовившись, мы двинули дальше. Метель всё продолжала идти не утихая, но нам это не мешало. Тем более, что берсерки тоже отдохнули, дежуря по очереди, и пёрли на пролом. И чем дальше мы заходили, тем сильнее менялся Эпицентр. Попадались Разломы самых разных классов, вплоть до Радужного, а также блуждающие. Повезло, что из них выбегали только слабые твари, а самые опасные сидели внутри и не высовывали носа. Будь иначе и нам бы пришлось сражаться, а так… Мимо прошли и уничтожили одну из стай крысоподобных существ, вооружённых оружием из каменного века. Агрессивные и тупые они бросились на нас, но берсерки, Сигурд и близнецы быстро справились.

Первая проблема случилась, когда мы неожиданно набрели на деревню. Именно так, деревню! На карте её не было, да и вообще само её существование никак не было зафиксировано. Даже Ефрем удивился, ведь он и его группа проходили здесь и ранее деревни не обнаружили.

Высокий частокол не позволял рассмотреть, что там внутри, но тянувшийся в небо дым давал понять, что там есть живые. Вот только люди или разумные твари, что решили обосноваться и осесть здесь?

В идеале нам бы обойти это место и двинуть дальше, но если там засели агрессивно настроение разумные, то это чревато. Могут проследить за нами и ударить в спину, когда представиться такая возможность.

— Что думаешь? — спросил у меня серьезно настроенный Ефрем.

— Нужно проверить, — убрал я карту обратно в сумку, ранее сверяя маршрут.

Помимо всего прочего был ещё один момент, чтобы зайти в деревню. В Эпицентре часто пропадали экспедиции и гибли люди. А раз это место само по себе не постоянно, то они вполне могли заблудиться и вместо того, чтобы брести по бесконечному снегу, решили осесть здесь и дождаться помощи. Бред, конечно, но такое же тоже возможно.

Я начал отдавать приказы и разделять людей на тройки. Ефрем с Сигурдом также останутся рядом с Амарой, близнецы и еврей с Арно выступят ударной силой при заходе, если вдруг что. Ну а мы с Заебосом на подстраховке.

По мере приближения дым становился всё более гуще, слышались голоса и крики. Причём не радостные, а завывающие, будто проходил какой-то ритуал и кого-то натурально резали.

— Если мы пришли ровно к началу оргии, то это будет лучшей частью этого дня, — хохотнул демон, на что получил кучу странных взглядом от нашей команды. — Что? У каждого свои развлечения!

— За обстановкой следи, а не болтай, — сухо сказал Сигурд, сжимая свою секиру. — Не нравится мне это место, Князь. Скверное чувство какой-то…

— И не только у тебя, — кивнул Ефрем, выглядывая караул деревни на небольших башенках, что стояли по углам периметра. — Часовых нет.

Заняв позиции у входа и разделившись, старик подошёл к деревянным воротам и постучал в них. Крики становились сильнее, а вместе с ним звучал смех десятка глоток.

Ефрем вновь постучал, но уже сильнее. Ворота покачнулись, дерево нещадно затрещало, а затем всё стихло. В один миг громкую деревню заволокло тишиной.

Мы с Заебосом переглянулись и он пожал плечами, прошептав:

— Наверное, всё же не оргия…

Я вполне мог отрядить его в разведку и он бы всё выяснил, но сейчас демон для всех членов нашей команды просто человек. Только Арно знает его истинную суть, и если он неожиданно пропадёт, то это вызовет натуральный переполох. Впрочем, я уже склонялся к мнению, что лучше бы меня засыпали вопросами, чем вот эта неизвестность.

Раздался скрип дерева и металла, после чего ворота начали открываться.

— Твою же ж мать… — услышал я хриплый голос Лео, а затем крик: — Берегись!

Он схватил своего высунувшегося брата за шиворот и оттащил назад, спасая от огненного шара, размером с переспелый арбуз!

Люди… Это были люди. Окровавленные, голые и вооружённые чем попало. Они с криками выбежали из ворот и напали на берсерков, что были ближе всего ко входу. Близнецы также повязли боем, сдерживая неожиданный и молниеносный натиск будто обезумевших сельчан!

Я не стал медлить и мои Жёсткие Барьеры сходу прикрыли Лукаса с Арно. Магия обезумивших разбилась о них, а дальше началась настоящая мясорубка. Берсерки под командованием Сигурда показывали, что не просто так носят это звание. Ефрем метал молнии, сжигая целые группы, Амара без остановок работала своим массивным двуручным мечом, срубая головы. Я не встревал в прямое столкновение и поддерживал команду только Барьерами. В какой-то момент «сельчане» поняли, что нужно убить сначала меня и попёрли с ещё большим остервенением. Они буквально напарывались на сталь, лишь бы добраться до меня. Но и здесь их ждал провал, ведь Заебос никуда не уходил. С улыбкой на лице, Кровавый Герцог голыми руками забивал этих людей, оставляя после себя лишь трупы.

— Дима, Барьеры! Купол! — заорал Ефрем.

Кивнув, я прикрыл глаза на короткий миг и создал вокруг каждого члена нашей команды Жёсткий Барьер. Поддерживать такую концентрацию было не в первой, хотя из-за недостатка энергии вышел короткий затык. Да и эта самая энергия таяла, как на глазах. Особенно, когда Ефрем вдарил со всей мощи. Небеса разверзлись и сноп бордовый молний опустился на деревню, уничтожая абсолютно всё. Ворота и часть стен разлетелись в дребезги, снег превратился в пар в один миг, а обезумевшие люди попадали штабелями. Запах палёной кожи и волос стал витать в воздухе.

Десятки человек умерли в один миг, но на этом всё не закончилось. Поднялся громкий вой и рёв, а сквозь разрушенные ворота и стены мы увидели ещё толпу безумцев. А за ними, возле большого каменного алтаря, стояли люди в каких-то красных рясах и кольцами Охотников из Центра в виде ожерелий. Эти ублюдки резали голых, звавших на помощь и избитых людей, словно скот. Жертвоприношение, вот что это было, а не оргия, как подумал демон.

— Заебос, — выдохнул я облако пара и сжал молот. — Держись рядом с Амарой.

Кровавый Герцог кивнул и засмеялся.

— Ну вот, как обычно тебе всё веселье!

Глава 10

(Глава не прошла корректора)

Лезвие брошенного кинжала ударилось о мой Жёсткий Барьер и упало на камень. Раздался пронзительный звон металла, смешанный с криками и воплями. Сигурд взял на себя полное командование берсерками и рубился в самой гуще. Ефрем превращался в росчерк бордовых молний, унося жизни сектантов пачками.

Кровь лилась рекой, снег окрасился в красные тона. Я видел, как Лео и Лукас бросились на помощь тем, кто пытался сбежать от сектантов. Близнецы действовали отлично, дополняя друг друга, а Амрам был на их поддержке, метая воздушные серпы.

Маленькая деревня превратилась в место натуральной бойни. Обезумевшие люди, которые больше похожи на диких зверей, бросались на нас с остервенением и без жалости. Такого количества сектантов просто не могло быть. Слишком их много. Просто дохерище!

Я бежал в сторону каменного алтаря, представляющего вид разинутой пасти какого-то чудовища. Кровь стекала по нему, застывая кляксами. Ублюдки в балахонах не обращали на меня внимание, как и на весь бой, сосредоточившись на ритуале. Как понял, что это именно ритуал? Да по всполохам и концентрации энергии! Эти мрази что-то делали, а объектом был лежавших на камнях мужчина. Беспомощных людей резали и вся их энергия перетекала в него!

Взмахнув молотом, отбросил от себя тройку сектантов. Нужно было убить жрецов, или кем эти выродки являлись⁈

На меня стали наседать. Толпа пыталась не дать мне пробиться, а несколько главных ублюдков отвлеклись от ритуала и двинулись в мою сторону.

Я видел, как к камням подтащили кричавшего и избитого старика. Пусть он был гол, но его внешность мне знакома. Новгородский Сергей Вениаминович, учёный и исследователь Разломов. Я множество раз видел его выступления по телевизору и лекции в интернете, запомнив лицо. Как он вообще оказался здесь⁈

— Вот… Суки! — рыкнул я и взмахнул молотом наотмашь.

Мне бы вдарить в полную силу, но тогда заденет многих. Сейчас мы набились в деревню плотняком и если сектантов я не жалел, то по своим и по пленным жертвам не хотел попасть.

Цыкнув, крутанул молот и создал вдоль себя десяток Барьеров Льда в виде катка. Снег позволял экономить энергию с этой стихией, а потому особых сил я на это не потратил. Позади меня вспыхнули три наложенных друг на друга Барьера Воздуха.

Уплотнить, зациклить, взорвать!

Энергия пошла в разнос, Барьеры Воздуха лопнули и мощная ударная волна бросила меня вперёд. Приходилось держать равновесие, что с доспехами то ещё удовольствие, но я такое уже проворачивал когда-то!

— Нихера ж себе! — воскликнул Лукас, когда я пронёсся мимо него и Лео.

Ещё один Барьер Льда! Расширить в исходной точке и всю энергию вверх!

Поднялся порыв холодного воздуха, а затем передо мной возник натуральный трамплин. Лёд начал трещать из-за неустойчивости и дерьмовой структуры Барьера, но этого хватило, чтобы меня подкинуло вверх!

Жрецы-сектанты отправили в мою сторону слабенькие шары огня и несколько техник ветра, но им это не помогло. Как только я приземлился у алтаря, то первым же делом размозжил башку проводящего ритуал. Силу не сдерживал и его голова лопнула, как арбуз, а тело по инерции отправилось в полёт.

— В-вы… — со страхом в глазах смотрел на меня Сергей Вениаминович. — Вы и-имперец⁈

— Всё потом, — перебил я его и, не стесняясь в действиях, отбросил старика с алтаря к остальным пленным.

Как только он приземлился, создал вокруг них купол Жёсткого Барьера.

Ну вот и всё, дело сделано, люди в хоть какой-то, но безопасности. Ну а я…

— А не многовато вас? — мои губы растянулись в улыбке.

Я был отрезан от своих людей. Они пытались пробиться и даже успешно, но на подмогу всё равно не успевали. Да это и не требовалось.

— Ничтожный червь! — фальцетом завопил один из жрецов. — Ты хоть понимаешь, что сделал⁈ ТЫ НАРУШИЛ РИТУАЛ! УБЛЮДОК, ТВАРЬ, МРАЗЬ!!!

Не сговариваясь, они бросились в атаку, достав из своих балахонов оружие. В основном кинжалы и мечи, но один тип откуда-то вытащил, мать его, копьё! Где он его хранил⁈

Разобраться с ними особых трудов не составило. В магии они оказались даже чем-то хороши, но в ближнем бою так себе. Вот только, пока я держал на себе всю толпу жрецов, один из них пробрался к алтарю и со словами:

— Пойте о Логаре грозном, на крови взращённом в войнах… что в мирах сеет смерть средь недостойных… Восстань!!! ВОССТАНЬ!!! — ударил себе кинжалом в сердце, упав на каменный алтарь.

Земля дрогнула, люди за барьером завопили в страхе, а выжившие сектанты перестали сражаться и упали на колени. Всё происходило столь быстро, что несколько берсерков не сдержались и убили в порыве ярости не сопротивляющегося противника.

Наблюдая за картиной коленопреклонения, направленного в мою сторону, я медленно повернулся и посмотрел на алтарь. Он сочился кровью, что била в нём, как ключ рудника. Камень начал покрываться трещинами и осыпаться, а лежавший на нём голый мужик завис в воздухе. Энергия перетекала в него, а кровь постепенно поднималась ввысь, окутывая его в некое подобие кокона и меняя внешность.

— Ефрем! — крикнул я, завидев старика. — Уводите людей, живо!!!

Он хотел поспорить со мной и не согласится с приказом, но подмелил и подчинился. Жёсткий Барьер исчез и берсерки с остальными членами команды начали вытаскивать пленных.

— Вот те раз, а я всё думал, почему знакомым дерьмом пахнет, — хохотнул Заебос, появившись из тени рядом со мной.

Заебос улыбался и вместе со мной смотрел на метаморфозы того, кто некогда был человеком. Теперь же существо, что изменилось в кровавом коконе, представляло собой помесь уродливой твари. Красная кожа, покрытая татуировками, ветвящиеся рога, четыре руки, бугрящиеся мышцами, как и всё тело. Открыв полыхающие кровавым светом глаза, оно взглянуло на демона и хищно оскалило острую пасть клыков.

— Заебос… Таракан, который постоянно путается под ногами, — рыкнуло существо и перевело взгляд на меня. — А кто у нас ты, букашка? Простой человечек?

Я удивлённо приподнял брови и посмотрел на Заебоса. Он пожал плечами и сказал:

— Он не в теме. Слишком много спал и всё пропустил.

То, что перед нами был демон неоспоримый факт. Об этом говорило не только их знакомство с Герцогом, но и то, как выглядела душа этого… недокозла. Вот только что-то я, и правда, не встречал его в рядах собратьев. Томился хрен знает где и теперь вылез в моём мире? Вот уж ему не повезло!

— Я — Лоргар Кровожад! Падите ниц, смертные, и молите о пощаде! — неистово прорычала тварь, отчего несколько сектантов потеряли сознание.

Заебос на этот вопль только поморщился и покачал головой, спросив:

— Ты сам или мне?

— Сам.

Крутанув молот, двинул к демону, чем вызвал у него насмешливый оскал.

— Десятки тысяч лет заточения и наконец-то свобода! Иди сюда, человечек! Ты станешь первым, кого я убью!

Я улыбнулся и начал отпускать свою ауру. Океан Душ внутри меня всколыхнулся, всё тело начало постепенно покрывать золотое пламя, что вспыхнуло и в глазах.

Оскал Лоргара постепенно искривлялся, а его демонические кровавые глаза начали расширятся.

— Ты⁈ Опять ты⁈ Чёртов, КОДЕКС!!!

Не знаю из какой дыры вылез этот мудак, но Кодекс ему явно знаком, а вот Охотников он, похоже, не знает. Тем хуже для него!

Мой рывок был молниеносен, а мощные руки демона не выдержали удар молота. Каким бы крутым перцем он не был у себя в Инферно, но сейчас он слаб. Особенно после призыва и воскрешения.

Раздался рык полной боли, кости твари начали быстро срастаться, как и плоть. Он пытался отбросить меня, разорвать дистанцию, но куда там! Я прилепился к нему, как клещ, забивая новеньким молотом! Угрозы, которыми он ранее сыпал, превратились в стоны мольбы, а затем в предсмертные хрипы.

— Надеюсь, тебе понравится Пламя Очищения, — схватил я его за рожу и приподнял над землей.

— Н-е-е-е-т!!! — завопил он, подыхая и сгорая. В моей руке остался только пепел и череп.

Тишина. Сектанты умерли вместе с демоном, как только я выжег его душу. Теперь его не будет ждать ни перерождение, ни воскрешение. Подходящая смерть для подобных тварей, которые лишь немногим отличаются от эмиссаров Неназываемого.

Заебос не торопился подходить и с улыбкой похлопал в ладоши, но когда я прикрыл глаза и закрутил вокруг себя Водоворот, то хлопки прекратились. Энергии в этом месте просто уйма, так зачем добро пропадать?

Было забавно наблюдать, когда я открыл глаза и увидел демона не возле алтаря, а у разрушенных ворот. Он был хмур, сосредоточен и серьёзен. Знает гад ползучий, что с ним было бы, задень его Водоворот.

— Это было грубо, — сухо сказал он, когда я подошёл. — Но впечатляюще. Лилит рассказывала, что ты и ещё несколько Охотников владели этой… Печатью? Вроде так вы это называете?

— Будешь много знать — состаришься, а ты уже не молодой, — хмыкнул я и дополнил: — А Лилит надо язык укоротить, чтобы не болтала.

— Бу-у… — надул губки демон. — Друг называется! Ну и ладно! Эх, жаль старичка Лоргара… Он последний из своего рода. Хотя… Нет, не жаль! Кровожады не хотели меняться и принимать новые условия Игры, вот и подохли!

— Ты закончил? — прервал я его размышления вслух. — Пошли уже, а то Ефрем вон, сюда бежит.

* * *

Нам пришлось свернуть с основного пути и взять курс в деревню Заря. Тащить на себе раненных и ослабленных людей в Мирный было бы полным бредом и лучший выход из этой ситуации — разбить ещё один временный лагерь, а затем выделить несколько берсерков, что выведут людей из Эпицентра. Как оказалось, все они были членами экспедиции, которая направлялась в Мирный, чтобы взять образцы флоры и фауны. Да, в этих бесконечных снегах тоже есть растения и учёных интересует, как им вообще удаётся выживать в таких условиях. Возглавлял эту экспедицию Граф Михаил Афанасьевич Булгаков, Охотник Центра и один из Абсолютов Российской Империи. Ключевое тут как раз таки «возглавлял». По словам Сергея Вениаминовича на пути они повстречали место, что было усеяно трупами существ Эпицентра, а помимо него… Указания от некого помощника. Я ещё удивился сначала, а потом до меня дошло, когда он сказал про герб Потёмкиных, нарисованный кровью на снегу. Картина сложилась, как и стали объяснимы слова Антона про то, что он погубил многих в этом месте по приказу Собирателя. Выходит, что их банально заманили? Неужели Булгаков настолько туп, чтобы повестись на это? Так я думал, пока Сергей не поведал, что помощь их… провожатого, идеально подходила на их пути к цели. Им расчищали дорогу, пока они не дошли до… Радужного Разлома ранга Колосс. Редкость в этом мире и такие можно найти только в Эпицентрах. А если нашёл, то лучше беги, ибо в таких Разломах водятся самые опасные твари, каких только можно встретить.

Дальше Сергей Вениаминович не помнил. В какой-то момент, когда они собирались взять образцы и быстро покинуть Мирный, то все люди начали падать штабелями и терять сознание. Последнее, что он видел и слышал, было криком Булгакова и множество тварей, прущих отовсюду. Проснулся уже в деревне сектантов, ну а дальше его и остальных членов экспедиции начали готовить к ритуалу пробуждения Кровавого Бога. Пф-ф, тоже мне, бог! Обычный ослабленный демон, хоть и древний!

Картина постепенно начинала складываться, но я всё ещё не совсем понимал… Откуда взялись твари? Ладно бы на них напали сектанты или сам Антон с Собирателем, но этого не произошло судя по словам Сергея Вениаминовича. Но больше всего меня из всей ситуации заинтересовал именно Разлом. Ефрем говорил, что храм, где они нашли артефакт находился в Чёрном Разломе. Выходит, что он изменился и стал Радужным, да необычным, а ранга Колосс? Бред какой-то. Если только…

— Ты тоже понял, да? — хитро улыбнулся Заебос, когда учёный закончил свой рассказ и его увели.

— Что понял? — заинтересовался Лукас и посмотрел на меня. — Дмитрий, о чём он?

— О том, что Разлом изменился, — хмуро ответил ему Ефрем, опередив. — Он должен был сохранять свою стабильность, но из Чёрного стал Радужным.

И вот теперь народ проняло. Одно дело, если наша компания попытается закрыть Чёрный Разлом и справится с этим, а другое — Радужный, в котором неизвестно какая хтонь сидит помимо Собирателя. Для такого дела нужно по крайней мере несколько Охотников Абсолютов и очень сильных Одарённых. У нас же такие только Ефрем и Сигурд. Ну ещё Заебос, но об этом никто не знает. Остальные же Архимагистры. Они просто не потянут.

Пусть Ефрем опередил меня с ответом, но Заебос задал свой вопрос отнюдь не по этому поводу. Точнее не так… По этому, но он имел ввиду совсем другое. Собиратель стал гораздо сильнее, чем был, когда Ефрем встретил его со своей командой и царевичем. Я почему-то уверен, что Разлом изменил свой цвет именно из-за него. Скольких же эта тварь пожрала, пока сидела в храме?

Командный дух висел на волоске и все понимали, что соваться в Радужный Разлом это прямой путь в могилу. Даже если у нас получится выполнить задание, то это будет пиррова победа.

Поднялся спор Амрама и Ефрема.

Еврей не хотел подыхать, да никто не хотел. Близнецы пусть и молчали, но хмурились и не знали, как им быть. Амара также испытывала страх, хоть и скрывала его за своим суровым лицом. Арно изначально не встревал в диалог, да ему и не требовалось. Он в любом случае пойдёт за мной в чём я не сомневался. Помимо еврея и старика, Сигурд также принимал участие в дебатах. Северянин понимал, что может не вернутся назад, как и его люди. Он хотел остаться и говорил об этом, но Ефрем оспаривал этот момент и давил на то, что в случае его гибели всплывёт слишком много дерьма. Тут я был согласен. Если Сигурд подохнет, то Северный Король может наделать много гадостей Российской Империи, а раз на пороге война, то этого лучше избежать.

— Мы пойдём вчетвером, — спокойно сказал я, после чего палатка, где мы устроили временный штаб, погрузилась в тишину. Все собравшиеся посмотрели на меня с разной степенью удивления и недоумения. — Ефрем, я, Арно, и Михаил Алексеевич. Нас хватит, чтобы выполнить задание.

Демон широко улыбнулся и кивнул, чего не скажешь о Сигурде.

— Хочешь лишить меня битвы, парень⁈ Я пойду с вами и это не обсуждается!

— Хватит спорить, старый дурак! — рыкнул на него Ефрем. — Если ты подохнешь, то из-за этого пострадают многие! Мы думали, что будет Чёрный Разлом! Простая прогулка! Но, как видишь, не срослось! Всё, финита ля комедия! Расход!

— Это не обсуждается, Сигурд, — прервал я северянина, отчего тот скривился. — Вы и сами понимаете, почему стоит сделать именно так. Ваша задача: вывести членов команды и выживших в экспедиции из Эпицентра. Я рассчитываю на вас.

— Идиоты, — хмуро оглядел Сигурд нас с Ефремом и двинулся на выход из палатки, сжимая кулаки. Но перед тем, как выйти наружу, он остановился на пороге и сухо дополнил: — Я буду молить богов о вашем возвращении.

Не все были согласны с моим решением, как и Сигурд. Амара тоже попыталась воспротивиться, но Ефрем её успокоил и заверил, что так будет лучше. Стоит сказать, что у него хреново получилось, но сработало. Близнецы и еврей отреагировали более сдержано и были рады, что не подохнут. Что ж, я не винил их за малодушие, ведь ситуация действительно изменилась.

В палатке остались лишь мы вчетвером. Арно встал с раскладного стула и подошёл к столику, где была разложена карта.

— Четверо, против Радужного Разлома, — покачал головой Ефрем и посмотрел на меня. — Ты тоже можешь уйти, Дим. Я понимаю, что это самоубийство и буду считать, что твой долг выполнен.

Я хмыкнул, не поднимая глаз с карты.

— Хорошая шутка, но давай о деле.

— Парень…

— Довольно, — поднял руку, прерывая его. — Мы зашли сюда вместе и вместе выйдем, когда закончим.

Краем глаза я заметил, как старик пождал губы.

— Хочешь дам совет, Ефрем, хоть ты и не просил? — насмешливо спросил демон.

— Ну? Удиви меня своей мудростью, шутник.

— Доверься вот этому парню, — похлопал Заебос меня по плечу. — Твои сомнения понятны, как и желание уберечь Дмитрия, но поверь, в этом нет нужды. Просто иди за ним и всё.

— То же мне совет, — фыркнул Ефрем. — Говоришь так, будто знаешь его всю жизнь, вот только я что-то не припомню, чтобы Петя упоминал некого Михаила Алексеевича. Да и ты, пацан, — посмотрел он на меня. — Не рассказывал об этом персонаже. Так кто же он? Какая у него фамилия? Откуда он взялся? Я не задавал эти вопросы, как и не лез в твои секреты, хотя меня терзало любопытство. Теперь же, раз он говорит такие вещи и с нами в одной лодке, то я…

— Сомневаешься во мне? — перебил я его и прищурился. — С чего бы это?

— Потому что я не слепой, — поморщился старик. — Кто ты, Дмитрий? И кто они? — кивок в сторону Заебоса и Арно. — Почему от одного из них несёт псиной, а другой в моём видении похож на кровавую пустоту⁈ Ту же самую, какую я видел в твари, с которой ты сражался в деревне!

Несколько секунды мы бодались с Ефремом взглядами. Что ж, а почему собственно нет? Ефрем делом и словом доказывал свою полезность, а также верность. Он множество раз мог слить мои секреты, ведь врагов у меня предостаточно. Да взять тех же Потёмкиных, когда у нас вышла стычка. Но нет, старик встал на мою сторону и даже ринулся со Славиком в Питер. А раз ситуация у нас неоднозначна, то и в мелких секретах нет нужды. Тем более, что даже если Ефрем и проболтает, то ему вряд ли кто-то поверит.

— Заебос, покажи ему.

Демон удивился.

— Ты уверен?

— Да, — кивнул я и с улыбкой сказал: — Тем более, что он и так уже догадался.

Заебос пожал плечами и сбросил частичный лик человека. Его глаза изменились на демонические, зубы превратились в острые клыки.

Ефрема проняло. Он стремительно бледнел, его глаза расширялись, а затем запахло в воздухе озоном и по рукам старика заискрили молнии.

— А вот этого не надо, — оскалился демон. — Я сильнее тебя, человек. В разы сильнее.

— Ч-что это за тварь? — попятился Ефрем и посмотрел на меня. — Ты тоже, да⁈

— Хватит уже, — поморщился я. — Ты и сам знаешь, что я это я. А теперь хорош параноить и сосредоточься. Да, он не человек, — кивок на Заебоса. — Но он на нашей стороне. Моей, если точнее. Почему так — не спрашивай, всё равно не расскажу. Но сейчас ты увидел часть моих секретов, Ефрем. То, чего ты желал, но молчал. И я открыл его тебе, как знак доверия и чтобы ты понял простую вещь: нам по силам выполнить задание. Не так хорошо, как если бы мы шли группой и распределили обязанности, но по силам. Придётся напрячь зад и рвать жилы на пути к Собирателю, но тварь сдохнет. Таково моё слово.

Переводя глаза с меня на демона и обратно, Ефрем в конечном итоге остановил их на молчавшем Арно.

— А ты?..

— Я — Чистокровный Оборотень, — беззаботно ответил здоровяк, разрушая шаблон старика окончательно. — Служу Дмитрию по своей воле, как Альфе.

— Это бред, — прохрипел старик и ударил себя ладонями по лицу. — Полный бред…

— А я знал, что он так скажет, — хохотнул демон. — М-да, мы та ещё команда фриков, но зато весело! Кстати, старик, не забудь мне потом подарить бутылку хорошего вина, букет цветов и плюшевого мишку!

У Ефрема дёрнулся глаз и он завис, пытаясь понять, к чему Заебос это ляпнул.

— Что ты несёшь? Зачем?

— Как это зачем⁈ — удивился демон. — Я вообще-то одну из основных ролей исполнять буду в этом замечательном и интересном походе! Я хочу за это вознаграждение! И да, мишка чтобы был двухметровым, на меньшее я не согласен!

— Да ты конченный, — посмотрел он на Заебоса, как на умалишённого. Вот только в следующий миг старик слабо улыбнулся и сказал: — Но если мы справимся… Будет тебе мишка. Да хоть два.

Заебос заинтересованно наклонил голову. Слова Ефрема его вообще не задели, да и на правду как-то стрёмно обижаться. Поэтому он с широким оскалом произнёс:

— А ты мне начинаешь нравится, старик! Не будь ты злюкой, то мы бы даже стали друзьями!

— Так, ладно, — хлопнул я в ладони, привлекая их внимание. — Потом будете делать друг другу комплименты. Теперь, когда все карты открыты, то пора переработать план. Завтра… Мы будем в Мирном и нанесём удар.

* * *

Ступая по тёмным коридорам храма, освещённых фиолетовым пламенем тускло горящих факелов, Антон держал курс в главный зал. Ему не нужна была карта, чтобы ориентироваться по лабиринту здешнего места, ведь он знал каждый закуток и угол. Каждый тайный проход, часть которых была завалена временем. За время своего рабства он вдоволь имел возможность изучить храм.

В гнетущей тишине его шаги звучали эхом, разносившимся среди коридоров и комнат. Когда-то давно, ещё до появление в этом месте Собирателя, здесь обитали по истине умные существа. Антону был интересен их быт, общество, культура. Он заходил в каждое помещение, изучал фрески и остатки книг, что ещё не рассыпались от времени. Да что тут говорить за прошедшее время после своей гибели, он даже смог частично понять язык покинувших это место существ. Странный талант, которому Антон не мог найти объяснение, ведь ранее он не обладал талантом к языкам. К силе, да, но не к языкам. Только в своих снах, которые иногда сменялись кошмарами, юноша видел себя… Будто со стороны. Он помнил поместье, которое было ему чужим, но и одновременно родным, словно дом. Помнил о семье, которая пусть и не была самой многочисленной, но обладала статусом, уважением и силой. Да… Силой. Именно в этих снах Потёмкин Антон брал свои знания, как двигаться дальше по ступеням мастерства. И пусть эти знания были обрывочны, но они складывались в общую картину. Так уж получилось, что он забывал о них, когда просыпался. Лишь какие-то крупицы оставались, благодаря которым он достигал высот в рангах.

Теперь же, когда он стал совсем иным и более не мог называть себя человеком, то эти сны стали более точечными. Память оставалась и словно пробуждалась, а вместе с ней непонятные и незнакомые имена. Их было достаточно, но в памяти задерживались лишь несколькие.

— Анна… Антон… Алёна… Арина… — бормотал себе под нос Потёмкин, вспоминая их, словно мантру.

Гуляя по коридорам храма он часто пытался копаться внутри себя. Пытался вспомнить, кто все эти люди. Почему он ощущал к ним столь крепкую привязанность и любовь, как к собственной семье. Да ещё и непонятные символы, которые вырисовывались в кривой и будто замыленный герб. Морда скалящегося существа, которую Антон при всём желании и в своих попытках не мог узнать.

Задев ножнами меча кладку стены, Антон услышал звон и аккуратно коснулся навершее, прошептав:

— Тише, Канис…

Резко остановившись и замерев на месте, юнец пытался понять, что но только что сказал. Какой ещё Канис? Кто это? Почему он вспомнил это слово и сравнил его с мечом? Нет, не слово, друга? Да… Так вернее.

Он продолжил свой путь. Туда, где его ждал господин и поработитель. Двери зала приближались и вскоре до слуха Антона донеслись душераздирающие крики. Юноша крепко сжал челюсть, желая ворваться внутрь и уничтожить тварь, что отняла не только его свободу, но и часть души. Об этом желании твердила не только его собственная суть, но и та память, что постепенно наслаивалась на его собственную. Уничтожать чудовищ и врагов человечества. Убивать их во имя Империи.

Распахнув двери зала, юноша не захотел идти к своему господину. Он не желал видеть его и лицезреть страдания тех, кому всем своим нутром хочет помочь, но не может. Множество раз Антон делал попытки вырваться или напасть на тварь, но все они кончались плачевно и безуспешно. Вместо этого, он отправился к лестнице, что вела на нижний уровень храма. Его не смущали смрадный запах и вонь, как и рёв существ, что обитали здесь. Отнюдь, среди них он чувствовал себя будто в родной стихии, находя общий язык даже с самыми опасными и устрашающими.

Так получилось и в этот раз. Стоило ему спустится вниз, как он встретил грозного белого медведя, поражённого магией его поработителя. Шкура существа приобрела фиолетовые пятна, а в глазах застыли ярость и злоба, но когда Антон притронулся к готовому к битве чудовищу, то оно успокоилось.

— Тише, — погладил он медведя по носу. — Всё будет хорошо…

Странно, но с самого детства ему было проще найти общий язык с животными и даже Разломными тварями, нежели с людьми. Они… Будто слушались его и считали своим.

Двинувшись по нижнему уровню, Антон в конечном итоге зашёл в небольшое помещение. Медведь и несколько мелких существ, напоминающих худых собак, последовали за ним. Оказавшись внутри и осмотревшись, он присел за стол и зажёг лампу. Одна из собак успокаивающе заскулила и положила морду ему на ногу, отчего юноша улыбнулся и коснулся карандаша. Каждый вечер он приходил в это место, чтобы побыть с зверьми и порисовать. Вспомнить, что это был за герб и знак. Вот только у него получалось лишь нечто смутное. То линии кривые, то картина не та.

— Кто же я? — прошептал Антон и посмотрел в глаза собаки, которую продолжал гладить по привычке. — Потёмкин Антон или… Кто? Почему я слышу иное имя, но не могу вспомнить? Анна… Антон… Алёна… Арина… Кто они? И кто такой Канис?

Смяв очередной лист бумаги и выкинув его, юноша принялся заново рисовать. Но он не понимал, что конкретно должно появится, ведь воспоминания так и оставались расплывчаты. И именно поэтому Антон не разглядел морду медоеда, которую изобразил ранее…

Глава 11

(Глава не прошла корректора)

Пробираясь сквозь метель к Мирному, нам приходилось не раз встревать в схватки. Чем ближе была конечная цель, тем больше становилось тварей, как росла и градация их силы. Теперь я понимал, что ход Собирателя с Антоном был очень хорош. Тёмная тварь буквально приводила обед в свою обитель, не позволяя вкусным людям пропасть в когтях чудовищ Эпицентра.

— Арно, здоровяк твой! — отдал я приказ, ударом молота забивая в снег тушу рогатого бизона переростка.

Оборотень взвыл и шустро ринулся на вожака стада. Сейчас он был в своей истинной форме и местность Эпицентра лишь играла ему на руку. Или лапу? Да пофиг. Ловко, обходя завывающих бизонов, Арно стремительно прыгнул вверх и вцепился клыками в шею твари. Вожак заревел, кровь брызнула на снег потоком, а затем Оборотень пустил в ход когти. Арно буквально разрывал бизона на куски, отрывая от него целые шматы.

Мимо меня пронеслась бордовая молния и Ефрем выжег сразу десяток особей. Старик метался по всему полю боя, испепеляя и не позволяя тварям приблизиться ко мне. Я без остановок создавал Барьеры всех мастей, успевая защищать не только своих членов команды, но и убивать бизонов. Особенно хорошо против них работали Барьеры Огня, сжигающие тела тварей в пепел.

Один только Заебос не принимал видимого участия в битве, гуляя по снежку и жуя крекеры. Вот только бизонам, которые решили насадить его на свои рога, не повезло. Герцог на их потуги лишь улыбался и продолжал уминать крекеры, но вот его тени… Они голодным роем пожирали всё, до чего могли дотянутся. До сих пор помню, как побледнел Ефрем, когда увидел созданий, что жили внутри тени демона. Голодные, мелкие и жаждущие крови с мясом. Один из них даже пытался старика за ногу цапнуть, за что получил бордовой молнией в рожу. Меня эти зверюшки не трогали потому что боялись и знали, кто я такой. Им не впервой ощущать на себе Пламя Души Охотника.

Когда всё было кончено и очередные твари на нашем пути были уничтожены, мы перевели дух и двинули дальше. Судя по карте до Мирного осталось меньше четверти пути. Скоро мы будем на месте и тогда начнётся финальный бой…

Радовало то, что остальные члены команды и выжившие из экспедиции двинули обратно в империю. С такими нападениями не факт, что выжили бы все, кто пошёл с нами. Всё же в своих расчётах я ошибся и расплачиваться за это жизнями людей не хотелось. Справимся и вчетвером, да.

Достав карту и вновь с ней сверившись, я вдруг замер и резко поднял голову к небу. Снег падал на моё лицо и таял, а взор не отрывался от небесного покрывала.

— Дим, ты чего? — напрягся Ефрем, закрутив головой.

Я не ответил, молча продолжал смотреть в небо и чувствовать, как Океан Душ слабо задрожал. Особенно нижние уровни, где хранилась малая частичка Кодекса. Отклик, слабый и еле ощутимый, но это был он. Кто-то звал Кодекс и Орден. Мой брат… Он обратился к Кодексу за помощью. Что-то происходит, но я не пойму что… Не могу услышать в полной мере, ведь печати всё ещё скрывали нижние уровни души. Слышен только требовательный Зов о помощи. Один из Великих Охотников попал в беду? Нет, не так. Он просит сделать то, что сейчас не может сам.

— Заебос, — опустил я голову и посмотрел в глаза демона. — Ты сможешь открыть портал в дальние миры?

Демон от подобного вопроса аж воздухом подавился и расширил глаза.

— Куда-куда⁈ В дальние миры⁈ Ты белены объелся, что ли⁈

— Значит, не можешь, — кивнул я и поморщился. — Моему брату нужна помощь, а я здесь, в этой дыре. Сука…

— Какому ещё брату? — не понял Ефрем.

— Эй-эй, — забеспокоился демон, ведь он понимал о чём речь. — Чё началось-то? Хочешь сказать, что если бы я открыл портал, то свалил бы?

— Не свалил, — покачал головой. — А мы бы сместили курс, помогли, а потом вернулись. Так нужно… Так правильно. Да ты и не поймёшь, — махнул на него рукой и вновь посмотрел в небо.

Отклик всё продолжал звучать в моей душе, будто резонируя. Я не знал, кому конкретно нужна была помощь, но разве это важно? Разве важно, когда брат из Ордена звал и воля его души прорвалась даже сюда, в мир, куда меня закинуло⁈ Чёртово бессилие! Чёртово перерождение! Я ведь мог быть сейчас там! Мог услышать Зов и сделать всё, чтобы выполнить просьбу брата! Услышит ли Кодекс его просьбу и достучится ли он до Ордена? Я не знал этого, как и не знал, где конкретно находится мой брат. И пусть я не мог помочь ему всем, что у меня было. Но кое-что я всё же мог…

— Охраняйте меня, — сухо сказал я и оглядел удивлённых членов нашей команды мечты. — И не мешайте мне, чтобы не случилось.

Прикрыв глаза, я начал спускаться на нижние уровни своей души, где меня ждали преграды в виде печатей. Преграды, которые должны сдерживать мою силу до определённой поры. Туда, где обитали опаснейшие и самые ужасающие твари, которых я когда-то одолел. Я понимал, что не смогу добраться до нижнего уровня, где находится стела Кодекса и спит Краз-Ан-Гор. Всё же попытка сотворить подобное будет сродни самоубийству, но чем ближе мне удастся подобраться к стеле, тем лучше.

Первая печать… Срыв…

Энергия хлынула потоком, раздался вой проснувшихся тварей, и меня резко скрутило. Как же, сука, больно! Это тело не готово к такому! Вот вообще! Но я должен попытаться! Сделать хоть что-то, чтобы помочь!

Вторая печать… Срыв…

Сиплый вскрик вырвался из моей глотки, кажется я слышал паникующий голос Ефрема и серьёзный Заебоса. Демон не позволял старику помешать мне.

Третья печать… Четвёртая… Всё, не могу больше!

Меня трясло и я осел на снег, как только ноги подкосились. Океан Души бушевал так, будто начался натуральный шторм. Нельтар, Бедствие Зарзии и Королевская Мантикора проснулись, начав дебош и аннигиляцию тех, кто пытался сопротивляться внутри меня. Энергия бежала по моим каналам и я чувствовал, как она устремляется в небо Эпицентра. Золотое пламя ярилось, испаряло снег и падающие снежинки.

— Я взвываю к Кодексу! По праву своему, по воле своей, по нужде моего брата! Кодекс в моей крови, и Кодекс в душе моей! Кодекс внутри меня!

Слова призыва срывались с моих губ, отдаваясь волнами боли во всём теле. Я закусил губу до крови, ощутив, как горячая жидкость попала в рот.

— Великий для Великих! По праву не рождения, а силы… Кодекс на зов брата моего отзовись!

Сознание затуманивалось, энергия души пошла в полный разнос и, похоже, до Мирного мы сегодня всё же не дойдём. Дерзкое и тупое решение с моей стороны, но разве я мог поступить иначе⁈ Хотя бы так, но я хотел помочь! Отдать всё, что у меня было! За Орден, за брата!

— Кодекс… — я упал на снег, захлёбываясь кровью и ощущая, как душа начинала трещать. — Откликнись на его… Зов…

— Да твою мать! Ты сдохнуть решил, малец⁈

Ефрем подбежал ко мне, приподнял голову с мокрой грязной земли. Прозвучал звук вынутой пробки и в следующий миг мне что-то влили в рот. Меня залихорадило, горло и желудок обожгло, но постепенно жжение сходило и на смену ему пришла прохлада.

— Райнер… Взвывает к Ордену… — мутным взглядом смотря в небеса, я продолжал цепляться за реальность. — Помогите ему… Во чтобы то не стало…

Я понимал, что братья меня не услышат. Слишком слаб. Слишком обессилен. Мне не достучаться до них, как бы мне не хотелось. Единственная надежда на Кодекс. Только он сможет передать Ордену Зов, который он точно услышит. Вот только, когда просит один Охотник, то его Зов может быть слабым. Слишком много факторов влияет на это. Но я надеюсь, что моих мизерных усилий и просьбы к Кодексу хватило, чтобы усилить Зов брата. Хотя бы так… Хотя бы чем-то помог.

Мои глаза закрывались и я проваливался в темноту, но перед этим ощутил очень слабый толчок с нижнего уровня. Стела… Она дрогнула, а значит всё не зря.

— Теперь… Всё будет хорошо… — мои окровавленные губы тронула слабая улыбка. — Он… Услышал…

* * *

Видя, как Легионы Ордена заходят в портал, чтобы оказаться в незнакомом мире, где выполнят просьбу члена Ордена и найдут Сандра, Гранд Мастер Вульф улыбнулся. Его мудрые глаза неотрывно наблюдали за двадцатью Охотниками, которые спокойно шли к сияющему порталу. Главная ударная сила их Ордена, которых вели Старый Мак и Дэн.

— Гранд Мастер, простите за беспокойство, но вам стоит это увидеть! — подбежал к мужчине молодой слуга Ордена.

— Что случилось? — обернулся Вульф и приподнял бровь.

— Карта Миров, она… она…

Более не задавая вопросов, Гранд Мастер быстрым шагом направился в нужное помещение, где увидел то, о чём говорил слуга. Не так давно точка мира, где находился брат Сандр вспыхнула и показала, что его мир отныне принадлежит Кодексу. Вот только… Рядом с ним, совсем неподалёку, слабо-слабо вспыхнула ещё одна! Несколько мгновений она сияла и вскоре потухла!

— Гранд Мастер, что это может быть⁈ Я не понимаю! — беспокоился слуга, ответственный за слежкой карты.

Вульф вновь улыбнулся, ощутив на сердце радость. Он знал, кому принадлежал отклик энергии души, которую отметил Кодекс. Гранд Мастер был стар и повидал за свою жизнь слишком много невероятных событий, а потому не был удивлён увиденным. Он уже понял, что произошло и кто помог Сандру достучаться до них. Но раз метка потухла, то это могло означать лишь то, что Охотник воззвал к Кодексу будучи недостаточно сильным для этого. Надорвал собственную душу, чтобы усилить Зов…

— Брат Райнер, — коснулся Вульф карты и отметки мира, где сейчас находился член Ордена. — Даже спустя столько лет, Щит Ордена защищает своих братьев…

* * *

Пробуждение выдалось так себе. Меня трясло и лихорадило, а во рту будто кошки насрали. Кое-как продрав глаза, увидел потолок палатки. Снаружи вовсю бушевала метель и снег заносило внутрь, даже сквозь застёгнутый замок.

Кто-то бережно уложил меня в спальный мешок, а внутрь вложил тёплый термос. Вытащив его, опустошил почти полностью, поняв, что это сладкий чай. Не вода, конечно, но сойдёт.

Выбравшись наружу, вдохнул полной грудью холодный воздух. Мои доспехи лежали в палатке и сейчас я был лишь в поддоспешнике, но даже он не помогал против зазывающего пронизывающего ветра.

Быстро оглядевшись, заметил вокруг разрушенные и брошенные дома. Мирный… Мы всё-таки дошли. Сама палатка, кстати, была раскинута на остатках жилого дома, а неподалёку стояло ещё несколько. Помимо этого я видел заледеневшую кровь разных цветов. Кто-то сражался здесь не так давно и оттаскивал трупы.

— Очнулся? — возник рядом со мной недовольный Заебос. — Что это было, Райнер⁈ Что за хрень ты устроил⁈ Решил сдохнуть и даже не попрощаться⁈

— Хватит орать, — поморщился на его громкий голос. — Как видишь я жив и умирать не собираюсь.

— О-о-о, да! Ты жив! — покивал демон. — А знаешь сколько мне пришлось влить в тебя Кровавых Слёз, чтобы ты не отъехал в мир иной⁈ ВСЕ СВОИ ЗАПАСЫ! ВСЕ, ОХОТНИК!!! А помимо них ещё и Дыхание Жизни, которое я хранил на чёрный день! Ты, идиот, решил разрушить свою душу⁈ Ради чего, скажи мне⁈ Что это вообще было там⁈

— Моему брату нужна была помощь, — не обращал я внимание на его недовольство. — Я сделал то, что должен был сделать.

— Ах, брату, значит, — протянул Заебос. — Ты, Райнер, чёртов фанатик и идейный мудак! Хочешь сказать, что твоя смерть помогла бы какому-то там Охотнику⁈ Это бы того стоило⁈

Ощущая, как меня всё ещё продолжало штормить, я повернулся к Заебосу и обжёг его взглядом. Демон сразу утих и поджал губы.

— Не какому-то там Охотнику, а члену моего Ордена. Члену моей семьи и моему брату. Да, Заебос, это того стоило. И я бы сделал так снова, не задумываясь ни на миг.

— Ты не исправим, — вздохнул демон и махнул на меня рукой. — Пусть тебе Ефрем мозги поласкает, раз меня ты не слышишь.

С этими словами он провалился в тень, а я продолжил стоять на снегу, вдыхать холодный воздух и приходить в себя. Прошёл по краю, тут демон был прав. Если бы ещё немного переусердствовал, то всё, душа бы треснула окончательно. Зов к Кодексу это не то, чем может пользоваться Охотник, который не до конца вернул себе силу. Я бы сравнил это с тем, как если бы решил толкать железнодорожный состав будучи худым дистрофиком, обколовшимся адреналином. Даже удивлён, что меня не разорвало, но ведь мне удалось сорвать только четыре печати. Будь их больше и неизвестно, к какому результату это бы привело. Одно хорошо, я помог брату и стал сильнее процентов на… десять. До прежней силы ещё очень и очень далеко, но это уже что-то. Эх, а я ведь хотел сорвать печати позже, но обстоятельства сложились иначе.

Увидев, как Ефрем вышел из одной из палаток, я вздохнул. Лицо старика выражало гнев и ярость, в глазах сверкали бордовые молнии. Рядом с ним шёл довольный Заебос, державший в руках ведро с попкорном.

— Молокосос! — зарычал Ефрем, сжимая кулаки. — А ну иди сюда и кое-что объясни мне!

Что ж, похоже, разговор с Грандом предстоит серьёзным…

Глава 12

(Глава не прошла корректора)

Разговор с Ефремом у нас изначально как-то не заладился. Нет, я конечно знал, что он старик боевой, но попытаться мне в рожу дать? Это он что-то слишком много на себя взял. Стоит признать, что он особо не старался и подобный «жест» был скорее выражением его эмоций.

— Мелкий идиот, — процедил Гранд, сжимая и разжимая кулаки, после своего промаха. — Вёрткий, как змея!

— Просто ты мазила, — фыркнул я. — И к чему вообще это было? Подраться захотелось?

— Не подраться, а мозги тебе вправить! — приблизился он ко мне и чуть не боданул лбом. — Что ты там устроил⁈ Какой ещё брат⁈ Что за хрень в виде золотого пламени из тебя вырвалась⁈ КТО ТЫ, МАТЬ ТВОЮ, ТАКОЙ⁈

— Виконт Белов Дмитрий Борисович, — сухо ответил я. — Внук графа Белова Петра Алексеевича. Наследник рода и просто хороший парень. Остальное тебе знать не нужно.

Старик заскрипел зубами, а его взгляд ужесточился.

— Не нужно, значит? — язвительно протянул он. — Не доверяешь? Ах, да, я забыл, что у тебя куча секретов. Не только от меня, но и от собственного рода. Но даже дурак бы понял, что эти секреты граничат с безумием.

— Пусть так, — кивнул я. — Это что-то меняет?

— Нет, если ты не решишь вновь попытаться сдохнуть! — рыкнул Ефрем. — Я за тебя, идиота кусок, отвечаю головой! Это я могу сдохнуть здесь, а не ты, понимаешь⁈

— Ты слишком рано себя хоронишь, старик, — ухмыльнулся ему. — Ну и меня тоже. Мы здесь не умрём.

— Сказал тот, кого вчера еле-еле откачали!

Вот тут я удивился. Вчера? Это я сутки провалялся, что ли? Хм, ну если предположить, то сходится. Печати я сорвал не все, а Зов хоть и ударил по организму, но алхимия Заебоса свела почти все последствия на нет. В ином случае неизвестно, сколько мне предстояло бы провалятся. Если бы вообще очнулся, ведь моя душа пострадала знатно. Дыхание Жизни… А ведь я действительно теперь должен демону.

Видя, что на меня импульсивные речи никак не влияют, Ефрем помассировал переносицу и выдохнул.

— Знаешь, Дим, или кто ты там, — тихо заговорил старик, а Заебос с улыбкой поедал попкорн и подслушивал. — Ещё в первую нашу встречу я понял, что от тебя будут проблемы. Вот у меня тогда мысль промелькнула: «Этот пацан добавит мне седин». И теперь я вижу, что не ошибся… Ладно, — помотал он головой и серьезно посмотрел мне в глаза. — Ответь мне лишь на один вопрос, большего не прошу.

— Если смогу, то отвечу, — коротко кивнул я и слегка поморщился. Всё же тело ещё отдавало волнами боли.

— Та сила… — пожевал губы Ефрем. — Как сильно она вредит тебе и сможешь ли ты использовать её, если всё пойдёт по дерьмовому сценарию?

Я улыбнулся. Пусть старик тот ещё брюзга с тяжёлым характером, но я думал о нём верно. Ефрем сложный человек, но переживает за тех, кто стал ему близок, проявляя заботу, как умеет. Он видел, что мне после срыва печатей и Зова было откровенно хреново, но он также и наблюдал за мощью пламени души Охотника. В нём борются два противоречия, и если я отвечу, что могу отъехать вновь, то он даст заднюю.

— Не переживай за меня, старик, — положил ладонь на его плечо и сжал. — Эта сила мне никак не вредит. А то, что было там… Считай это разовой акцией.

— Тогда ладно, — выдохнул он и сказал: — Нам нужно готовится и отправляться. Слишком долго находимся на одном месте. Тварей приходит всё больше и Арно тяжело с ними справляться. Тебе нужно ещё время, чтобы оклематься?

— Нет, — ответил я с улыбкой, немного приврав. Вот только Заебос это понял и фыркнул. — Я готов выдвигаться.

Ефрем кивнул и пошёл в свою палатку собираться, а демон остался со мной и жевал попкорн.

— Что? — посмотрел на него. — Твоё красноречивое молчание меня бесит. Скажи уже что-нибудь.

— А что мне говорить? — хохотнул Заебос. — Я доволен результатом. Хоть кто-то заставил тебя подумать и подключить мозг. Но ты же понимаешь, что старик теперь знает слишком много? Он уже задавал мне вопросы про Кодекс и Орден, когда ты был в отключке… Знал бы ты, скольких усилий мне стоило не рассказать ему.

— Спасибо.

— Ого! — натурально удивился демон. — Великий Охотник Райнер искреннее меня благодарит⁈ Жаль у меня нет камеры, чтобы запечатлеть этот момент!

— Хорош уже язвить, — поморщился я.

— Ничего не могу с собой поделать, — оскалился он, после чего зажевал попкорн и с набитым ртом произнёс: — Считай фто твоё фпафибо согрело мне дуфу. Ну и этоф того стоилоф.

— О чём ты?

Демон проглотил попкорн, поковырялся в зубах и с улыбкой ответил:

— Ну, не каждый день можно заглянуть в душу Охотника и посмотреть его «внутренний» мир.

— И что? — хмыкнул я. — Многое увидел?

— Да так, — расстроился демон. — Чуть-чуть в щёлочку посмотрел и чуть не ослеп. Не зря мне папуля говорил, что нельзя есть души Охотников, а то заработаешь гастрит. Но это определенно того стоило! Первый демон, который хоть немного приблизился к Кодексу и посмотрел на него одним глазком! Будет что внукам рассказать!

Значит, пока я был в отключке этот идиот решил не просто заглянуть в мою душу, но и попробовать опуститься на нижние уровни? После того, как он спас мне жизнь, я как бы и простил бы подобное, но то, что демон посмотрел на Кодекс… Стоп!

Похлопав глазами, я вздёрнул брови, продолжая наблюдать за его рожей.

— Знаешь, — мой голос звучал одновременно недоуменно и удивлённо. — Ты либо самый везучий демон, которого я видел, либо самый безбашенный.

— Ох, Райнер, — широко улыбнулся Заебос, наклонив голову и приложив ладонь к щеке. — Такие комплименты и от тебя… Чувствую, если ты скажешь ещё что-то в этом духе, то мне придётся идти менять нижнее бельё.

— Нет, ты не понял, — хмыкнул я. — Это не комплимент, а констатация факта, и я в полном шоке, что ты вообще всё ещё жив.

С этими словами я двинул в свою палатку, оставив Заебоса в одиночестве и услышав в спину паникующее:

— Э-э-э, в смысле жив⁈ Райнер, стой, объясни! Да погоди ты, дружище! Хочешь сказать, что после такого на меня Орден Охоту объявит⁈ Да блин, Райнер, не молчи! Ответь!

* * *

— Тот учёный не соврал, — напряжённо сказал Ефрем. — А ведь надежды были, что он ошибся…

— Какая большая… дыра, — заинтересованно добавил Заебос. — Прям, как у моей бывшей.

Мы втроём посмотрели на демона красноречивыми взглядами, но тому было пофигу, и вновь повернулись к Разлому.

Сергей Вениаминович, и правда, не солгал и даже не приукрасил. У меня были надежды, как и у Ефрема, что старик мог из-за шока и своего состояния не правильно оценить угрозу, но реальность оказалась иной. Учёный в точности сказал, какая жопа нас здесь ожидает.

Как оказалось, место, где Ефрем скомандовал сделать временный лагерь, пока я валялся в отключке, было на самом отшибе Мирного. До центра предстояло ещё пилить и пилить, но вот мы на месте и что-то картина удручала.

Повсюду, если не считать метель и снег, валялись голые кости разномастных существ Эпицентра. Просто дохерище костей и с какой бы интенсивностью снег не падал, он не мог спрятать их все. От былой деревни осталось разве что название да парочка разрушенных домиков. Все остальные строения перестали существовать.

Кладбище костей, вот во что превратился Мирный. В центре этого места зиял огромный Радужный Разлом ранга Колосс. Энергии в нём было столько, что не описать словами. Она буквально заставляла воздух вибрировать и расходится волнами, создавая завихрения и мелкие торнадо из снега.

— Здесь пахнет смертью, — поводил носом Арно. — Много… Очень много смертей. Земля пропитана ею. Гиблое место.

— Не волнуйся, Волосатик, — улыбнулся Заебос и вытащил из воздуха кока-колу, передав её оборотню. — На, глотни. Говорят, что сахар помогает при стрессах, а ещё колой хорошо чистить сортиры.

— Твой юмор, демон, меня бесит. Сам пей своё дерьмо для выгребных ям.

— Бу-у, — надулся Герцог и убрал колу. — Я ведь помочь хотел…

Воцарилась тишина, державшаяся десяток секунды. Ефрем медлил и просто стоял перед Разломом, а я не торопил его. Понимал, что старику нужно собраться с мыслями.

— Идём, — сжал он кулаки и сделал шаг. — Пора покончить с этим и… вернутся домой.

Последнее он как-то неуверенно произнёс.

Как только старик исчез в Разломе, я вытащил молот и двинул за ним. Арно следом, а потом и Заебос.

Короткий миг перехода и мы оказались в месте, которое больше всего напоминало…

— Твою мать, — выругался я, понимая, что это раньше было за место и что из себя представлял Радужный Разлом.

Обычно, все Разломы, где мне удалось побывать, являли собой кусочки мира, но здесь… Был лишь храм. Огромный и возвышающийся, он должен был внушать своим видом монолитность, страх и трепет. Таким его создавали и строили те, кто раньше здесь обитал.

Здесь не было снега, как снаружи, да и ветра тоже. Чёрная земля была пропитана эманациями смерти, а всюду, куда не брось взгляд, царил мрак, ведь солнце над нашими головами тоже было… Чёрным.

— Райнер, — подошёл ко мне Заебос и тихо прошептал: — Это же то, о чём я думаю, да? Скажи, что я ошибся.

— Нет, — покачал я головой. — Ты не ошибся, это храм Драгунов.

— Вот же ж пиз…

— Вы там скоро? — обернулся к нам Ефрем, сосредоточено осматривающийся вокруг. — Нужно идти вперёд, пока обитающие здесь твари нас не почуяли!

Сделав шаг, а затем ещё один, я сжал покрепче молот. Мне ещё не доводилось бывать в Радужном Разломе, но я ни единожды попадал в полную жопу, откуда успешно выкарабкивался. Так вот, однажды такая жопа чуть не стала для меня последней.

Драгуны… Раса разумных машин, которые ранее были людьми. Вообще много рас и существ пытались совместить свой вид с технологиями и магией. Тот же Орден Вечной Жизни. Ребятки, которые решили вместо усиления через собственный потенциал, достичь совершенства за счёт внешних модификаций. Проще говоря, они переставали быть людьми и становились машинами в большинстве своём оставляя только мозг. Ведь как бы не был крут очередной имплант, человеческий мозг он заменить не мог. Что самое хреново, Орден Вечной Жизни когда был вполне себе мирным. Жили себе в уединении и никого не трогали, вот только в один момент всё резко переменилось и они начали творить лютую дичь. Мы, Охотники, закрывали глаза на их решение изменять себя ровно до того момента, пока эти ублюдки не начали пожирать человеческие души, чтобы поддерживать жизнь в своих неживых телах. Мы уничтожили их и я лично провёл несколько чисток, но они постоянно откуда-то вылазили, как тараканы.

Так вот, Орден Вечной Жизни даже рядом не стоял с Драгунами. Как я уже сказал, они раса разумных машин, но тоже когда-то были людьми. Вот только в отличии от первых, они полностью отказались от всего человеческого. Даже от своих душ. Драгуны не знали страха, не чувствовали сострадания или жалости. Разумные машины, которые уничтожали и аннигилировали всё живое до чего могли дотянуться. Их миры полностью мертвы и не видят света, ведь Драгуны использовали машины, чтобы поглощать энергию звёзд.

Храм, представляющий собой самую натуральную пирамиду из пропитанного смертью живого металла, являл собой обитель Драгунов. Именно в таких вот некрополях они путешествовали по мирам, поглощая звёзды и оставляя после себя лишь опустошение.

Впервые я столкнулся с ними, когда только закончил обучение в Ордене. Выполнял контракт и наткнулся на артефакт, который перенёс меня в один из их миров. Стоит ли говорить, что рады мне там не были? Живой металл тел Драгунов делал из них первоклассных противников, поглощая любую энергию и усиливая своего владельца. А уж если добавить к этому то, что разум всех Драгунов един и каждый из их бессмертных воинов владеет феноменальными боевыми данными, то становится как-то совсем кисло. Мне тогда пришлось напрячь зад и уничтожить несколько пирамид, попутно похерев этим ребятам план по захвату очередного мира, но этого того стоило. А уж когда я вернулся и доложил об этой угрозе в Орден, то началась Великая Охота. Мы истребили Драгунов полностью, а всю информацию о них засекретили старейшины, чтобы никто и никогда не узнал о расе разумных машин.

Вот только судя по тому, что я видел перед собой, кто-то смог сбежать. Впрочем, пирамида выглядела заброшенной и не факт, что Драгуны остались живы, но если это так…

— Ты думаешь о том же, о чём и я? — серьезно спросил Заебос, отбросив свои шутки.

А ведь демонам тоже когда-то не повезло столкнутся с Драгунами. Именно из-за них солнце Инферно практически погасло, но демоны дали отпор и звезда вновь разгорелась. Только вот так сильно, что превратила весь мир в пепельную пустошь. Так что напряжение Заебоса более чем понятно. Он знает, что нас может ждать, если мы встретим Драгунов.

— Если бы они были живы, то уже бы напали, — продолжал я внимательно осматриваться. — Ну а если мы их и встретим, то вряд ли они будут представлять опасность. Живой металл пирамиды… Он обесточен.

— Хочешь сказать, что Материнский Кристалл пуст? — спросил демон и, увидев мой кивок, выдохнул. — Это обнадёживает…

— Здесь пахнет смертью, — подал голос тихий Арно, держась рядом. — Скверное место.

— Ты это уже говорил, Волосатик, — ответил ему Заебос и дополнил: — И да, ты прав, но даже не понимаешь насколько.

В тому моменту, как мы нагнали Ефрема, он уже поднялся по чёрным ступеням из гладкого металла и приблизился к массивным воротам с двумя выпуклыми черепами. Драгуны обожали символику черепа в своей архитектуре, как знак того, что они более не люди.

— Ефрем, — обратился я к старику, чтобы прояснить один момент, раз мы оказались не просто в храме, а именно здесь. — Что был за артефакт, который вы нашли с нынешним императором?

Гранд бросил на меня недовольный взгляд.

— Не то место и время, чтобы задавать такие вопросы. Это был тёмно-зелёный куб размером с ладонь.

Стоило ему дать ответ, как Заебос закашлялся и воззрился на меня с лицом полного шока. Впрочем я тоже недалеко ушёл, понимая, что именно они нашли.

— Малефикар… Вы, мать вашу, вытащили отсюда Малефикар и унесли в свой мир⁈

— Что? — не понял старик. — Какой ещё Малефикар?

— Прелестно, — всплеснул руками демон. — Просто прелестно! Действительно, какой ещё Малефикар? Подумаешь кубик, да? Красивый такой, тёмно-зелёный и пульсирующий, да? А ещё он, наверное, издавал тихую и приятную мелодию, да?

— А ты откуда знаешь? — напрягся Ефрем и посмотрел на меня. — Дим, что происходит? Если вам есть что сказать, то говорите. Нам нельзя тут стоять и впустую тратить время.

И что мне ему сказать? Что они с императором притащили в наш мир хранилище душ Драгунов? Боюсь, что такая информация слишком сильно ударит по Ефрему и для неё не время. Будем решать проблемы по мере поступления. Тем более, что раз эти ублюдки ещё не всплыли в моём мире, то император не использовал Малефикар. И ведь Ефрем своими вопросами дал понять, что Куб активен. Значит, души в нём целы, но находятся вне общего разума.

— Нужно идти, — вздохнул я. — Потом все вопросы и разговоры о кубе.

Старик кивнул и сосредоточился на задании, а вот демон фыркнул и пробурчал:

— Тупые смертные, которые постоянно тянут свои загребущие руки куда не надо.

Прикоснувшись к воротам из живого металла, Ефрем толкнул их. Раздался скрип и они начали медленно открываться, после чего нам открылась кромешная темнота. Вот только вскоре её осветили вспыхнувшие факелы на колоннах, горящие фиолетовым пламенем.

— Эх, — криво хмыкнул демон. — Говорила мне бабуля: «Заебосик, не ходи в тёмные места с непонятными дядями. Ничего хорошего тебя там не ждёт». Знала бы эта старая перечница, как она была права…

— Сосредоточится, — сухо сказал я, добавив командирские нотки. — Ефрем, Арно, вы впереди. Я в центре. Заебос — замыкаешь. Дистанция полтора метра. План вы знаете, а теперь пора найти и прикончить тварь.

Глава 13

(Глава не прошла корректора)

Если тебе кажется, что оказавшись во время охоты в месте полном опасностей, всё идёт слишком легко, то стоит сосредоточится ещё сильнее. Простое правило, но рабочее.

Когда мы прошли первый этаж пирамиды, то всё пошло наперекосяк. Собиратель знал, что мы здесь и начал действовать.

Первыми ударили мелкие твари, похожие на помесь худых собак и крыс. Они пёрли из темноты, вылезали из дыр в стенах, а их рёв звучал отовсюду.

Можно было бы подумать, что эти существа здесь просто обитали и мы их потревожили, из-за чего случилось нападение, но это не так… Слишком уж чувствовался умысел. Ими явно командовали, но кто? Собиратель, вряд ли. Выходит, что у него в подчинении находится тварь, способная захватывать разумы Разломных тварей?

— Арно, может полаешь на них и они отвяжутся⁈ — хмыкнул Заебос, ударом ноги отправляя в полёт очередную псину. — Всё же родственники как никак!

— Иди в зад! — раздражённо рыкнул оборотень, разбрасывая тварей, но не обращаясь в форму.

Взмахнув молотом, разом прибил сразу тройку псин, а затем передо мной вспыхнул Огненный Барьер. Собаки это не оценили и загорелись, начав скулить и убегать в темноту. Запах палённой шерсти ударил в нос, но я уже привык.

— До прохода рукой подать! — взмахом руки, Ефрем послал молнию в небольшую группу. — Там лестница!

Кивнув, признал, что он прав. У Драгунов все пирамиды одинаковы по своему строению и в том проходе действительно должна быть лестница. Но к ней мы не пойдём, а сделаем иначе!

— За мной! — крикнул я и стартанул в совсем другую сторону.

Арно и Заебос не колебались. Они побежали сразу же за мной, а вот Ефрем помедлил, матернулся, но тоже припустил, убегая от толпы псин. Нам нельзя было тратить на них время и силы, ведь именно этого и добивался Собиратель. Во всяком случае, это было логично. Истощить нас, а потом добить.

Мой шаги эхом звучали в длиннющем коридоре, как и рёв тварей, что пытались нас нагнать.

Первый пролёт… Второй… Ага, здесь!

Не снижая темпа, со всей дури влетел плечом в стену и та со скрипом, но поддалась. Ха, опыт и знания не пропьёшь!

Вдарив ладонью, открыл скрытый проход ещё сильнее и махнул своим. Заебос с улыбкой забежал, Арно удивился, но последовал за ним.

Видя, что Ефрем немного отстаёт, создал за его спиной Барьер Льда во всю высоту коридора. Псы ударились об него и завыли, а старик кивнул мне и забежал в проход.

— Где это мы? — спросил Арно, крутя головой. С его зрением темнота не была проблемой.

— Проход, ведущий в Покои Лордов, — на автомате ответил я, выходя вперёд и пытаясь привыкнуть к темноте. Тесно здесь, но да ладно.

— Покои Лордов? Откуда ты… Как⁈ — сбился Ефрем с вопросом и сказал то, что первое пришло в голову.

— Секретики, Ефремушка, секретики, — хохотнул демон. — Вспомни мой совет и просто доверься нашему лидеру.

Старик запыхтел, как чайник, но промолчал.

Пирамиды Драгунов были полны подобных секретных ходов. Зачем они их делали? Да хрен его знает. Может в прошлом, когда они ещё были людьми, то любили их строить… Какая уже разница, если нам это только на руку? Тут главное теперь не ошибиться и кое-что проверить.

— Стоп! Замерли! — резко остановился я и почувствовал, как в меня врезался Арно.

— Что такое⁈ — забеспокоился Ефрем.

— Нужно проверить, — дотронулся до стены и медленно начал вести по ней ладонью. — Нашёл.

Выемка. Небольшая, размером с указательный палец. Нажав на неё, я ожидал самого худшего, но этого не произошло.

— Не работает, — хмыкнул я.

— То есть, ты не был уверен, что Материнский Кристалл пуст⁈ — ошалело произнёс Заебос.

— Ну, теперь мы в этом убедились!

— Ты… Да ты… У-у-у, сука! У меня нет слов!

Ловушки не работали. Как и потайные ходы, Драгуны обожали пичкать свои пирамиды всевозможными ловушками от чужаков. И раз они подключены к общей сети питания, то проверив одну, можно удостоверится, что не работают и все остальные. А то было бы неприятно, если бы сейчас из стен появился бы тёмно-зелёный лазер, с которым не факт, что мои Барьеры справятся. Во всяком случае с нынешней моей силой.

Вновь перейдя на бег, мы начали петлять. За стенами слышались разнообразные звуки, издаваемые тварями. Не факт, что они нас могли почуять, но несколько раз кто-то ударился об металл.

Добравшись до тупика, ударил кулаком и стена отъехала. Арно сразу же выскочил наружу и приготовился к бою, за ним последовал Ефрем. Один только Заебос вальяжной походочкой покинул проход, осмотрелся и сказал:

— Мне никогда не нравилась их архитектура. Темно, безвкусно, уныло. Я бы добавил розовые тона.

— Ага, а ещё кружева и коврики с маленькими радужными пони, — вставил я свои пять копеек, осматриваясь.

Покои Лордов были пусты. Постаменты со статуями Драгунов из живого металла начали ржаветь. Десятки саркофагов, так же покрытых ржавчиной, открыты и внутри них видно лишь провода.

— Что это за место? — закрутил головой Ефрем, когда привык к освещению фиолетовых факелов. — Мы не были здесь в прошлый раз…

— Потом налюбуешься, если время будет, — похлопал его по плечу и двинул к очередной стене.

Радовало, что в саркофагах никого не было. Значит, Драгуны либо погибли, либо ушли. Скорее всего первое, ведь пирамида то на месте.

За воротами Покоев раздался истошный вопль и рёв, а затем прозвучал глухой удар. Твари почувствовали нас и пытались пробиться внутрь, но раз здесь не было костей и отходов, то в это место они не заходили. Это хорошо, ворота сделаны на совесть и не проржавели.

— Так, — вновь начал я манипуляции со стенами. — Да где же ты?

Всё, что я делал, было больше похоже на пантомиму. Великий Охотник Райнер, Щит Ордена, лапает стену. Такая себе реклама, но иначе опять придётся сражаться и тратить время.

Почувствовав под пальцами шов, улыбнулся и надавил ладонью. Металл нещадно заскрипел и осыпался крошкой, после чего открылся очередной проход.

— Ай, красавец! — оскалился демон. — Я уже думал, что его тут нет!

Пропустив вперёд Арно и Ефрема, зашёл вместе с Заебосом и прикрыл стену. Если моя память мне не изменяет, то мы должны будем выйти в Кузнецу Душ, а оттуда лестница ведёт в Зал Преображения. Как раз туда нам и надо.

— Не знаю, как ты это делаешь, пацан, — задумчиво сказал Ефрем. — Но теперь у меня к тебе ещё больше вопросов.

— И я на них отвечу, — хмыкнул я, сжимая молот. — Но это не точно… Эм, не понял.

— Что такое⁈ — напрягся Арно.

— Стены, — ответил за меня нахмурившийся Заебос. — Металл переходит в камень.

— И? — участливо спросил Ефрем. — Нам как раз и нужно туда, где Зал из камня, а не металла. Так в чём проблема?

А то, старик, что здесь всё должно быть металлическим. Драгуны не использовали другие породы для создания своих пирамид. Именно так хотелось мне ответить, но сказал я другое:

— Ни в чём. Продолжаем движение и готовьтесь.

* * *

Прислонившись спиной к колонне Зала Преображения и скрестив руки на груди, Антон немигающим взглядом смотрел на огромный Разломный Кристалл и подвешенных вокруг него людей. Ещё живых и дышащих людей, которых Собиратель оставил на потом. Этой твари необязательно было жрать сразу всех, а потому он продлевал страдания жертв, позволяя им подпитываться от кристалла и поднабрать побольше энергии.

Даже в полумраке помещения юноша видел пустые и безжизненные глаза тех, кого сам привёл в это место. Охотники… Те, кем он и сам был когда-то. Их доспехи были сломаны и валялись в углу Зала, оставив лишь голые и окровавленные тела.

Антон не знал этих людей. Не был с ними знаком в своём прошлом или же настоящем, с чем он ещё не определился. Ни с кем из них, кроме одного человека. Граф Булгаков… Абсолют Империи… Вот только от былого мужчины, когда-то пышущего жизнью, остался только измождённый и еле живой труп. Собиратель любил сильные души и именно на Булгакове с трудом сдерживал себя, не «выпивая» мужчину до конца.

— Думаешь, что твои попытки помогут? — раздался проникновенный шепот рядом с Антоном. — Ты все равно сделаешь, как я приказал, мальчишка… Можешь сопротивляться, извращать приказы, но ты выполнишь мою волю.

— Ты сказал натравить на них тварей, я сделал это, — сухо ответил Антон и презрительно добавил. — Твой приказ был выполнен в точности, господин.

— Слабых и никчёмных, — шепот стал ближе, а кожу юноши обдало холодом. — Сильных ты оставил внизу. Я могу вновь отдать приказ… Или заставить тебя страдать.

— Это вряд ли, — нагло ухмыльнулся юнец, продолжая смотреть на ещё живых людей. — Я тебе нужен, чтобы сражаться с Охотником и его людьми. Или ты предпочтёшь вести бой самостоятельно? Если да, то я только обрадуюсь. Так что, вперёд, господин, заставь меня страдать. Ну или отдай приказ, но сделай это более точно, насколько позволяет твой мозг Разломной твари.

Стоило Антону закончить говорить, как каменный пол и колоны с потоком треснули. Воздух загудел от энергии Тьмы, факелы в один миг потухли, а холод обжёг кожу ещё сильнее. Казалось бы, что сама смерть пришла в это место, окунув его в кромешную темноту. Вот только то место, где стоял юноша, никак не пострадало. Очередная проверка. Очередная угроза.

— Когда я уничтожу Охотника, то закончу и с тобой, мальчишка, — полный злобы и голода шепот раздавался отовсюду. — Твоя душа станет моей последней пищей в этом жалком мире… Антон Потёмкин исчезнет навсегда, и даже Тёмная покинет тебя.

Темнота отступила и факелы вновь зажглись, а от колонны, где стоял юноша, отделилась большая тень, которая своими размерами могла покрыть весь Зал.

— Ты ошибся трижды, — спокойно сказал Антон. Тень замерла и он продолжил: — Первый раз, когда поработил меня. Второй, когда решил с моей помощью отвадить Охотника и показал свой страх. И третий, когда решил, что твои угрозы смерти заставят меня передумать и помогать тебе.

— Мне хватит и приказа, чтобы заставить тебя…

— Можешь попробовать, — кивнул Антон. — Но знай, когда Охотник нанесёт удар и цепь ослабнет, именно мой меч прикончит тебя.

Тень вновь сгустилась и напротив Антона возникла туманная фигура. Тьма окутывала её саваном, падая на пол и исчезая. Нельзя было сказать, сколько в этом существе роста, ведь оно ежесекундно менялось и плыло, будто волнами. Тёмно-фиолетовые глаза Собирателя вспыхнули мощью, яростью и силой. Ничтожный раб забыл своё место, чего создание Тени спустить не могло. Смертный должен подчиняться. Обязан выполнять приказы и делать ровно то, что от него требует хозяин. Требует тот, кто родился в Тени и благословлен ею!

— Смеешь угрожать мне, смертный⁈ — прошипел Собиратель и из его туловища показалась когтистая лапа, потянувшаяся к горлу юноши.

— Угрожать? Нет, падаль, это констатация факта, — со сталью в голосе ответил Антон, непокорно смотря на своего поработителя. От юноши стала исходить странная и мощная аура, а когда его глаза вспыхнули энергией цвета небесной лазури, он без какого-либо страха сказал: — Ты проклянешь тот день, когда решил поработить медоеда. Таково моё слово. Слово Галактионова.

Глава 14

(Глава не прошла корректора)

— Ничего не понимаю, — недоуменно оглядывался по сторонам Заебос, стоя рядом со мной. — Разве так выглядит Кузница Душ Драгунов?

— Нет, — ответил я, не сбавляя шага и двигая к лестнице.

Арно и с Ефремом молчали и тоже заинтересованно крутили головами. Как только мы попали в это помещение, то должны были найти здесь громоздкие и ужасающие на вид специальные печи. Механизмы, которые ранее превращали Драгунов в машин из живого металла, а теперь нужны были для ремонта их тел. Но их не было. Никакой тебе кузни, цехов и складов со слитками тёмно-зелёного металла. Даже кристаллов энергии, которые отвечали за подпитку систем, не нашлось. Единственное, что я заметил, так это какие-то шкафы с пыльными и непонятными книгами, и всё. Заебос одну из них взял, но она рассыпалась у него в руке.

Странное место, и даже у меня, Охотника, который повстречал Драгунов, оно вызывает множество вопросов. Единственный вариант, который приходит в голову, кто-то ещё раньше нашёл пирамиду. Какая-то раса существ, что владели письменностью и обладали знаниями. Пирамида начала разваливаться и они укрепляли её с помощью камня, чтобы упрочнить структуру. Но если это так, то где эти существа? Их убил Собиратель? Вряд ли. Раз книга рассыпалась в руке Заебоса, то времени прошло изрядно и новых жильцов здесь нет уже давно. Хотелось бы полазить и изучить получше, но такой возможности у меня в данный момент нет.

Толкнув ворота, я вышел на лестницу и махнул своей команде. Каменная, а не металлическая… Ещё одно подтверждение.

Рёва тварей не было слышно, а значит они отстали и это хорошо. Хм, если память мне изменяет, то сейчас мы должны выйти в широкий коридор, ведущий как в Зал Преображения, так и в Мастерскую Конструктов. Ага, а вот и он!

— Я помню это место, — приготовился к бою Ефрем, а по его рукам побежали разряды бордовой молнии. — Здесь мы проходили…

Я кивнул. Значит, уже понимая, как именно пролегал путь его команды в пирамиде. Да то, что он раньше постоянно торопил нас из-за тварей было тому подтверждением. Они прошли, грубо говоря, по прямой. Вырезали всё, что попадалось на пути, но собирали за собой слишком много существ Разлома. Даже странно, что они смогли добраться, но тогда Разлом был Чёрным, а не Радужным. Может из-за этого… Тем более, что я не чувствовал в этом месте какую-то действительно опасную тварь, кроме той, что сидит в главном зале и ждёт нас. Мои инстинкты Охотника вовсю трубили, что Собиратель уже близко. Меньше трёхсот метров по коридору.

Улыбнувшись, я спокойным шагом пошёл в сторону Зала Преображения. Жёсткие Барьеры вспыхнули во мраке тёмно-фиолетовых факелов, накрывая второй кожей всю нашу команду. Арно немного сбился с шага от этого, но продолжил частично превращаться. Его мышцы вздулись, кожу частично покрывал серебристая шерсть, глаза изменились на звериные, а на пальцам появились когти. Бордовые молнии накрыли Ефрема с ног до головы, лицо старика ужесточилось. Один только Заебос никак не готовился к бою и попивал кока-колу, широко улыбаясь.

Охраны у ворот зала не было. Только человеческие кости, вперемешку с остатками тварей Разлома. Факелы неожиданно вспыхнули и ворота стали медленно открываться, будто нас приглашали.

— Вы знаете, что делать, — повёл я плечами, а мой холодный голос эхом звучал в коридоре. — Если не справляетесь, то не пытайтесь жертвовать собой. Отступаете и перегруппировываетесь. Остальное на мне.

Арно кивнул, Ефрем вслед за ним, а Заебос ухмыльнулся.

Ворота распахнулись, в нас ударил лёгкий порыв ветра, несущий в себе запах смерти и крови. Я сделал шаг первым, заходя внутрь и отслеживая возможную атаку. Зал Преображения… Он был не таким, какой я видел в иной пирамиде Драгунов. Материнский Кристалл, что питал всю систему и отвечал за жизнедеятельность Драгунов отсутствовал. На его месте, на каменном круглом постаменте, а не металлическом, находился Кристалл Разлома. Я видел висящих в цепях голых и окровавленных людей, доспехи которых валялись на полу в освещаемом факелами углу. Пол, колоны и потолок помещения были покрыты трещинами, словно кто-то взорвал здесь бомбу. Вот только никаких следов огня здесь не было, только люди, кристалл, и Антон.

Потёмкин стоял возле кристалла и смотрел на нас странным взглядом. Ранее, в первую нашу встречу, он казался мне опустошённым и будто потерянным. Теперь же, он словно ожил. Изменился и в нём горела… Надежда. Тёмный капюшон более не закрывал его лицо и я мог лицезреть молодого юношу. Его тёмные волосы словно выцвели и окрасились в пепельные тона, кожа была нечеловеческого бледного оттенка, как у живого мертвеца. Но глаза… Они полыхали силой и чем-то ещё, чего я не видел в нём при первом знакомстве.

Ну и где эта тварь?

— Может покажешься, или так и будешь прятаться, словно крыса? — крикнул я и ухмыльнулся.

От Кристалла отделилась тень и замерла за Атоном. Она плыла, как морские волны, а фиолетовые глаза твари выглядывали из-за спины парня. Боится, мразь, и не зря. Использует Потёмкина, как живой щит и клинок.

— Охотник, — прозвучал хрипящий шепот Собирателя. — У тебя был шанс… Я давал тебе возможность жить… Ты не слушал… Не желал слушать…

— Да-да, — покивал я. — Что-то такое было. Ну а ты, что скажешь, Антон?

— Ты сдержал слово и пришёл, — улыбнулся Потёмкин. — Иного от того, кто зовётся Охотником, я и не ждал. Я не хочу с тобой сражаться, но у меня нет выбора, как я и говорил. Цепь, — он вытащил клинок из ножен. — Разорви мою цепь, Охотник.

— Непременно, — улыбнулся ему.

— УБИТЬ ИХ! — заверещал Собиратель.

Короткая тишина, которую разгоняли лишь наши голоса, вмиг была разорвана рёвом десятков тварей. Они начали выходить из темноты, пробираться через потайные хода и второй вход в зал. Медведи, волки, какие-то быки переростки и даже ледяные жуки. Разномастной кучей они бросились на нас, а Антон ринулся в рывке.

— Арно, Ефрем, действуйте! — отдал я приказ, создавая перед собой Барьеры Льда, Молнии и Огня.

Энергия вспыхнула, твари начали умирать. Арно взвыл, окончательно обратился и ринулся в толпу тварей. Ефрем исчез в вспышке бордовой молнии и стартанул на всей скорости к Собирателю. В момент его рывка я видел, как он вытащил из кармана зерно и уснувших окуклившихся Трентов, которые ждали своего часа.

Громыхнуло. Ефрем со всей дури влетел в туши Собирателя и буквально прибил его к полу. Старик не стал мелочится и сходу врубил всю свою мощь на полную. Своды зала задрожали, но выдержали.

Я крутанул молот и с оттяжечкой прихлопнул сразу тройку медведей, а ударная волна раскидала их товарок. Барьеры вспыхивали и менялись один за другим. Воздушные раскидывали их в стороны, Ледяные примораживали к земле, Огненные и Молниевые сжигали, а Земляной оплетал и не позволял приблизиться ко мне. Помимо этого я держал Жёсткие Барьеры на Ефреме и Арно. Энергия улетала просто с катастрофической скоростью, но я полностью отдался бою и моё сознание начала обрабатывать сразу два действия. Защита и Атака. Как в прошлые времена!

Клинок Антона вспыхнул небесной лазурью и парень вот-вот мог меня им проткнуть, но на его пути возник Заебос.

— Нет-нет-нет, Антошка, — оскалился демон, ударив ногой и заставив Потёмкина блокировать. Сила удара была такова, что парень поморщился от боли и проскоблил каменный пол на добрых пять метров. — У нас с тобой отдельный танец!

— Не забывай! — крикнул я Заебосу. — Он должен выжить!

Герцог цыкнул, кивнул, а затем случилось то, отчего все твари застыли в одно мгновение. Застыли от ужаса и страха.

Густая энергия вырвалась из тела Заебоса кровавым потоком. Каменный пол в один миг окрасился в бордовые тона, а тело демона начало изменятся. Его куртка сменилась на тёмно-красный плащ, который не скрывал полностью оголённую грудь и живот. Брюки преобразились в штаны с тёмными металлическими пластинами из демонического железа, ботинки заменили латные сапоги с наголенниками в виде скалящегося черепа, а поверх рук появились латные ужасающие перчатки с обрывками ткани, на тыльной стороне которых раскрылись полыхающие кровавым светом глаза. Волосы также изменились. Побелели и удлинись, собираясь в конский хвост.

Всё-таки решил действовать и истинной форме, а не боевой? Что ж, так даже лучше, а иначе, весь зал превратился бы в руины. Пусть Заебос и считается шутом, даже среди своих, но только самые древние демоны знали, что по силе он не уступал первому из них. Даже Лилит, которую называют Берсерком Инферно, не желала бы сойтись с ним в смертельном бою, о чём ни раз говорила.

Демон оскалился и щёлкнул пальцами. Его тень всколыхнулась и будто закипела, а затем из неё начали вылазить десятки мелких тёмных тварюшек. Голодных, злых, и желающих выполнять приказы своего хозяина.

— Немножко помогу, — посмотрел он на меня. — Но дальше вы сами. А то это будет… Нечестно.

Его миньоны сцепились с тварями и начали их рвать, чем удивили Арно. Одна из них спёрла у него добычу.

Демон в кровавой вспышке исчез, появился рядом с Антоном и схватил того за горло.

— А с тобой, мы отдельно потанцуем! Всё же, тут тесно!

Ещё одна вспышка и они двое исчезли из зала. Минус одна проблема — отлично!

Видя, как Ефрем наседает на Собирателя, но постепенно уходит в оборону, я стартанул к кристаллу со всей скоростью, продолжая орудовать молотом и создавать Барьеры. Сейчас нельзя было медлить!

Заняв позицию, создал перед стариком и Собирателем Ледяной Барьер, прикрыв старика.

— Молодцы, — улыбнулся я Трентам, которые уже проснулись и начали шаманить с зерном. — Остальное оставьте на меня!

Во время своего рывка Ефрем успел их скинуть и малыши принялись за дело, закапывая зернышко и колдуя свою магию.

Почувствовав энергию Жизни, Собиратель резко повернул ко мне свою голову, если так можно назвать размалёванную переливающуюся башку, и воззрился тёмно-фиолетовым глазами.

— НЕТ!!!

От его рёва зал вновь содрогнулся и в мою сторону полетели сгустки тьмы, но опыт не пропьёшь, собака!

Жёсткий Барьер куполом накрыл меня и малышей, а поверх него вспыхнуло пламя моей души. Атака Собирателя разбилась, отчего он заверещал с утроенной силой и бросился к Барьеру. Ефрем пытался его остановить, но выше головы не прыгнешь. Всё же он просто Одарённый, пусть и Гранд.

Тварь начала колотить по Барьеру, создавая волны тьмы и мощи. Пол дрожал и покрывался ещё большим количеством трещин.

Всё же отожрался он не слабо и всё это время, похоже, игрался с нами. Не хотел навредить, а истощить, чтобы потом выпить. Жадная сука… Ну ничего, тебе же хуже!

Мой запас энергии уже показывал дно, но у меня были желейки и души, которые я использовал.

Тренты справлялись, но вырастить Древо Жизни та ещё задача. Даже им было тяжело, особенно, когда рядом один лишь камень и металл.

— Пу-пу-пу! — в страхе посмотрел на меня старший малыш. — Пу-пу!

— Знаю, — криво улыбнулся ему, ощущая, как пот катиться по лицу. — Но вы справитесь. Я в вас верю, ребят! Действуйте и не бойтесь!

Он кивнул и они продолжили, а я тем временем посмотрел в глаза твари, что билась о Барьер. Ефрем никак не мог ему помешать. Да он даже подойти не мог, ведь энергия тьмы, что приняла вид щупалец, бушевала и убивала всё, чего касалась.

Поставив молот на пол, я положил ладони на навершие и прикрыл глаза, абстрагируясь от звуков и рёва.

— Кодекс в моей крови, и Кодекс в душе моей! Кодекс внутри меня! — первые слова Зова сорвались с моих уст, как основа всего, а затем зазвучал те, что я когда-то произносил: — Я — Щит, что защищает Кодекс, Орден и братьев! Я — Непреступная стена, стоящая на страже рода людского и молот, несущий погибель врагам его! Кодекс направляет мою руку! Направляет мою волю и мою суть! Вера моя крепка, ибо лишь она ведёт меня!

Мне не нужно было открывать глаз, чтобы видеть, как с каждым словом Барьер насыщался. Он становился прочнее и толще, а пламя души ярилось вокруг него, сжигая тьму. Океан Душ внутри меня бурлил подобно вулкану, но ни одна тварь не смела подать голос. Все они знали, что пока звучит моя клятва, то её не стоит прерывать, если они не хотят исчезнуть в Очищающем Пламени.

Собиратель выкладывался на полную и пытался пробиться, но сколько бы тварь не старалась, ничего не получалось. Всё же он не Генерал Тени, а всего-лишь третьесортная шваль, пусть и отъевшаяся на халявных душах. Впрочем, стоит отдать ему должное, ведь даже Бордену, сожравшему своих собратьев ради силы, пришлось туго с моим Барьером.

Почувствовав поток энергии Жизни рядом с собой, я открыл полыхающие золотым огнём глаза и улыбнулся. Тренты справились и вырастили пусть маленькое, но дерево. А стоило ему начать отдавать волны своей жизненной силы, как Собиратель заверещал от боли.

— Вы молодцы, — взглянул я на малышей, которые быстро-быстро забирались в мои доспехи и прятались. — Остальное оставьте мне!

Барьер вспыхнул и исчез в один миг, отталкивая тварь. Ефрем воспользовался заминкой и вдарил по Собирателю всем калибром. Его бордовые молнии пробили ослабевшую мразоту насквозь, а затем начали пеленать, будто змеи. Отлично, старик, просто отлично!

Моя улыбка стала шире, а затем я поднял молот и наложил поверх него сразу все доступные Стихийные Барьеры. Воздух нещадно загудел и застонал.

— Сделай губки бантиком!

БАХ!

Собирателя впечатало в пол, он зарычал от боли, а из его глотки раздался рёв со смесью страха и неверия:

— ОХОТНИК!!!

Ещё один удар молотом и тварь сдуло, как пушечный снаряд. Своей тушей и щупальцами Собиратель убил несколько собак и миньонов Заебоса, пока не врезался в колону и не обвалил её.

— Ефрем, вытащи людей! — указал я старику на обессиленных пленных. — Дальше я сам!

— Тц-ц, ладно! — недовольно рыкнул Гранд, ведь именно он хотел прибить тварь.

Исчезнув в вспышке молнии, он начал освобождать пленников, и к нему присоединился окровавленный Арно. Оборотень вовсю развлёкся и даже где-то умудрился пострадать, но с его регенерацией смерть ему не грозила.

— Вы… Вечно путаетесь… Под ногами! — с яростью прохрипел Собиратель, плывя тенями. — Вредители… Недостойные… Вы и ваш Кодекс… Вы лишь мешаетесь!

— Ну что сказать, — ухмыльнулся я, идя к нему и раскручивая молот. — Такая работа!

Собиратель ринулся в атаке. Его щупальца собрались в единый сгусток, а тьма заволокла половину зала, но именно в тот момент, когда я собирался отразить удар и нанести свой, вспыхнул кровавый росчерк. Рядом со мной в один миг возник Заебос, а напротив твари появился Антон. Парень отвёл клинок, что вспыхнул лазурным светом и вонзил в тушу твари.

Поднялся вой боли, щупальца твари забились в хаосе, а его тело начало плыть волнами ещё сильнее. Энергия тьмы пошла в разнос и пока не произошло непоправимого, я рывком приблизился к ним и пробил рукой тушу Собирателя.

— Он мой! — обжёг меня взглядом Антон, давя на клинок.

Ухмыльнувшись, кивнул и позволил ему добить своего поработителя, а чтобы тот сдох наверняка, пропустил душу твари через Очищающее Пламя. Его рёв внутри меня стоял такой, что Океан нещадно задрожал, но это скорее было последним криком отчаяния, чем угрозой.

Тело Собирателя распалось кляксой, Потёмкин взмахнул клинком и убрал его в ножны.

— Молодечик, Антошечка! — хлопал в ладони Заебос. В отличии от парня на нём не было ни следа битвы, а вот Антону досталось, судя по подбитой роже. — Не разочаровал!

Миньоны демона доедали остатки тварей, а стоило Герцогу щёкнуть пальцами, как они с улюлюканьями и в припрыжку начали убегать в его тень.

— Всё закончилось, — вздохнул Антон и провёл рукой по волосам. — Я свободен…

— Всегда пожалуйста, — подошёл к нам Заебос, оставаясь в своём истинном облике. — Но советую поблагодарить нашего лидера. Именно он решил оставить тебе жизнь.

Парень повернулся ко мне и хотел было уже открыть рот, но вдруг истошно закричал и упал на колени, схватившись за грудь.

— Заебос, — поставив молот на пол, я помог Антону улечься на грязный от потрохов и крови пол. — Помоги Ефрему и Арно. Проверь состояние пленных, и если нужно, то дай им зелье.

— Я не аптека, вообще-то!

— Выполняй! — гаркнул на него.

Демон фыркнул и исчез в тенях, а я положил руки на лоб и грудь Антона. Он метался, будто в лихорадке и кричал. Как и ожидалось… После смерти Собирателя половина поглощённой души вернулась, но не может срастись с другой.

— Будет больно, Антон, — сухо сказал я, зная, что но слышит. — Очень больно. И не факт, что получится спасти тебя.

Через агонию, но парень открыл глаза, посмотрел на меня и прохрипел:

— Я уже умирал, Охотник, и не боюсь смерти… Я-я… Свободен от оков и готов отправиться к своей семье… Туда, где они ждут…

— Вот и отправишься, — кивнул я, настраиваясь и готовясь. — Твой род жив и ждёт тебя.

— Мой род… — слабо улыбнулся он и забормотал будто в бреду. — Мой род пал, Охотник… Я-я не защитил Смелость… Отдал жизнь и душу, что спасти людей… Так нужно было… Так правильно…

Что за Смелость и что он несёт я не спрашивал, не время для этого. Его душа распадалась на куски и я делал всё, чтобы собрать её воедино. Энергия моей души вошла в резонанс с его, но Антон будто не хотел жить! В прошлом мне бы хватило толики сил, чтобы спасти его, да и сейчас это было хоть и сложно, но возможно! Вот только для этого нужно, чтобы человек цеплялся за жизнь! Боролся за неё! Антон не делал этого. Он словно смирился с тем, что готов умереть. Даже более того… Он желал этого и по отголоскам его эмоций, он сейчас испытывал просто невозможную душевную боль. И отнюдь не из-за того, что с ним происходило, а от… воспоминаний.

— Да чтоб тебя! — рыкнул я, не сбавляя напор. — Упёртый идиот!

Рядом со мной послышались шаги и судя по голосам, это был Ефрем и Заебос. О чём они говорил я не слышал, полностью сконцентрировавшись на Антоне.

«Хватит, Райнер, — раздался его тихий голос, отдавшийся эхом в наших резонирующих душах. Из-за этой связи он и знал моё имя. — Отпусти меня… Мой род, они ждут…»

Связь слабела. Он сам разрывал её и не желал, чтобы я помог. Он хотел уйти. Желал этого всей своей сутью.

Тяжело вздохнув, я отпустил энергию, убрал руки и смотрел на то, как глаза Антона медленно закрывались. Он улыбался, встречая смерть без страха.

«Спасибо, — умиротворённо и тепло сказал он. — Прощай, Великий Охотник Райнер. Я запомню тебя, и если наши дороги пересекутся вновь, то буду рад назвать тебя другом…»

Увидев, как он сделал последний вздох, сложил его руки на груди, задержав свою ладонь поверх них.

— И я запомню тебя и буду рад назвать другом, — мой глухой голос раздался в зале, а связь хоть и пропала, но оставила след. — Прощай, последний защитник Смелости и тот, кто отдал всё ради людей и семьи. Прощай, Андрей Галактионов…

Глава 15

— Нашёл, значит, — поморщился Ефрем, подняв глаза и заметив меня. — Кто рассказал? Твой ручной демон?

Не торопясь отвечать на вопрос, я сел за столик бара, поставил на него локти и свел ладони в замок.

негромко играла живая музыка группы рокеров, что исполняли на сцене. Люди вовсю общались, веселились и поднимали гул. Молоденькие официантки носили подносы с выпивкой, а помимо них курсировала девушка с поясом, на котором висели бутылки с крепким алкоголем. Она подходила к столам и подливала тем, кто просил.

Интересное место, ничего не скажешь. Чем-то даже похоже на трактиры моего прошлого мира.

— Да, — улыбнулся я. — Заебос нашёл тебя и подсказал.

— Пфф, — приложился старик в пинте пива, осушил её, а затем щёлкнул пальцами и крикнул: — ПОВТОРИТЕ!

Несколько секунд и официантка забрала пустую кружку, улыбнулась и взяла мой заказ. Она упорхнула, а когда проходила мимо соседнего стола, то её ущипнул за задницу один из выпивох, чем вызвал кокетливый смешок. Нет, всё же ошибся, отличия были. В моём мире за такое этому мужику уже бы руку сломали. Причём сделал бы это сама официантка.

— Зачем припёрся? — дыхнул перегаром Ефрем. — Если пришёл нотации читать, то обойдусь без них. Задача выполнена и теперь…

— Мы отправимся домой, — перебил я его.

— Домой, — протянул старик и криво ухмыльнулся. — Домой это куда? В ту дыру, где я жил как отшельник и жалел себя? Или в Царицын, где я лишний?

Чего-то подобного я и ожидал. Ефрем сломался. Всё это время он держался лишь на мысли отомстить в память о друзьях и жене. Ну вот он этого добился, получил желаемое и простился с ними. Завершил начатое и перевернул страницу жизни. Вот только на следующей странице оказалась неизвестность. Та его оговорка, когда он говорил, что мы вернёмся домой… Старик сам понимал, что наш поход это билет в один конец для него. Он был готов расстаться с жизнью, но этого не произошло и теперь он не знал, что ему делать. Нет цели в жизни. Нет пути, по которому можно идти.

— В Царицын, где ты не лишний, а нужный, — посмотрел ему в глаза, выдерживая тяжёлый взгляд старика. — Ты член моей семьи, Ефрем.

— Хорошие слова, — фыркнул он. — Для Ярика или остальных. Предлагаешь мне и дальше сидеть на огороде и заниматься херней? Я — воин, парень! Меня учили убивать, тренировали для этого! — с каждым словом он говорил всё громче. — Мне нужна была месть и я добился её, но остался жив! Зачем⁈ Для чего⁈ Я должен был сдохнуть там, в сраном Разломе! Я, а не тот же Потёмкин! Так ответь мне, Дмитрий, для чего мне возвращаться, а не отправиться в какой-нибудь Разлом, чтобы умереть⁈

Когда он закончил говорить, подошла официантка и поставила пиво на стол. Пена выливалась из кружек и стекала по холодному стеклу на стол.

Ефрем потянулся за бумажником, но я опередил его и, не смотря на купюру, сунул девушке. Та удивилась и хотела было уже открыть рот.

— Сдачу оставьте себе.

— Благодарю! — расплылась она в улыбке и упорхнула.

Молча взяв пиво и сделал глоток, оценил горькость с ароматом. Неплохой напиток, мне нравится.

— Ну и⁈ — набычился Ефрем. — Чего ты заглох⁈ Давай, толкни мне свою речь про смысл жизни и прочий бред, каким кормят идиотов! Скажи какую-нибудь хрень, чтобы я вернулся на огород и продолжил деградировать, как и полагается дряхлому старику!

Что-то он уж больно разошёлся. Вон люди всё чаще стали оборачиваться, но нам обоим на это было как-то пофигу.

— Ты прав, — кивнул я. — Задача выполнена, а твоя месть свершилась. Но ты ошибаешься, пытаясь убедить меня в своей бесполезности.

— А, ну да, я же Гранд! — криво ухмыльнулся старик. — Грех не пытаться оставить у себя такого Одарённого! Хочешь, чтобы я работал на тебя, малец⁈ Хочешь, чтобы убивал⁈ Хорошо, назови имя и я убью его, а если не справлюсь, то сдохну и на этом всё!

М-да, переклинило его знатно, а ведь это случилось ещё по выходу из пирамиды Драгунов. Уже тогда Ефрем стал будто сдавать и вот, когда мы покинули Эпицентр и вернулись в Якутск, его нервы не выдержали. Мне знакомы такие, как Ефрем. Им необходимо жить с мыслью, чтобы всё не напрасно. Жить за идею и цель, ради которой стоит рвать жилы. Без этого они начинают загоняться и погружаться в себя. Любые мои слова о заботе и семье он воспримет в штыки. Ефрем потерял тех, кто был ему дорог и срока, который он провёл у меня дома, не хватило для того, чтобы он попытался вновь. Да, он ценит Славика, моего деда и меня, но этого мало. Слишком мало. А раз это не поможет, то есть другой вариант.

— Да, Ефрем, мне нужна твоя сила, — спокойно заговорил я. — Но не для того, что ты себе придумал.

— А для чего же⁈ — фыркнул он, приложился к пиву и, стукнув дном стакана об стол, сказал: — Или опять всё дело в твоих секретах⁈ Давай же, парень, удиви меня!

— Этот мир ждёт война, — дал ему ответ, отчего он замер. — Не та, где воюют страны и империи, а та, где ставка — выживание рода людского. Всё это время ты жил в догадках, видел то, чему не мог найти объяснение. Моя сила, Заебос, Арно, Кодекс, Орден и Охотники. Ты слышал эти слова, пытался осознать их и найти ответы, но всюду были лишь вопросы. Я вижу твоё смятение, Ефрем. Вижу твою боль и непонимание будущего. Ты запутался, а внутри тебя пожирает пустота.

С каждым моим словом глаза старика расширялись и его начинало слабо потряхивать. Кружка пива в его руке задрожала и из неё частично выплеснулся напиток, но Ефрем никак на это не отреагировал. Он держал мой взгляд и будто боялся пошевелится.

— Я не предлагаю тебе стать слугой или бойцом моего рода, Ефрем. Нет… Я хочу дать тебе возможность приобщиться к тому, что недоступно для многих. Ты получишь не только ответы на свои вопросы, но и узнаешь то, что окажется для тебя невероятным. Ты, старик, станешь первым, кто узнает правду в этом мире. Истинную правду, что либо сломает тебя окончательно, либо даст цель. Великую цель, которую только можно обрести.

— Война… — прошептал он. — То, что ты говоришь, это… Другое, да? Другая война?

Я кивнул, после чего старик вновь приложился к пиву и сказал:

— Твои слова, которые ты говорил, когда чуть не умер. Я не знаю, что именно тогда почувствовал, но в том пламени, которое вырвалось из тебя, я ощутил… Необъяснимое. Это был Кодекс, да?

Сказать, что я был удивлён, не сказать ничего. Нет, Ефрем дал понять в первую нашу встречу, что чувствует силу Одарённых, но неужели его чувство развито настолько? Старик ощутил частичку Кодекса внутри меня⁈ Гранд Мастер Вульф говорил, что такие люди существуют, но я ни разу не встречал никого из них. И вот, сейчас передо мной сидит старик, которому это удалось.

— Да, Ефрем, — улыбнулся я ему. — Это был Кодекс.

Он кивнул, пожевал губы и спросил:

— Та война… Она идёт между Кодексом и кем-то ещё? — увидел он мой кивок и продолжил: — И Орден это…

— Охотники. Мы те, кто служит Кодексу и стоит на страже человечества.

— Понятно, — выдохнул Ефрем. — И когда? Когда настанет эта война?

— Она уже идёт, старик, — сделал я глоток. — И длится долгие тысячелетия.

Его проняло. Он сглотнул ком и замолчал, погрузившись в себя.

— Не то место, чтобы говорить о таком, — оглядел я бар, после чего вздохнул и сказал: — Но пусть так. Только что я приоткрыл для тебя крупицу знаний, Ефрем. А теперь ответь мне: хочешь ли ты узнать остальное?

— Почему я? — ответил он вопросом на вопрос, сомневаясь.

— Потому что, Ефрем, я хочу, чтобы ты сражался вместе со мной. Встал по моё плечо с высоко поднятой головой и пошёл в битву против врага, который непременно явится в этом мир.

Старик тяжело посмотрел мне в глаза, отставил пиво и поднялся.

— Ты прав, это не то место, где можно говорить о таком. Идём, Охотник, — впервые обратился он ко мне так. — Чувствую, что разговор предстоит долгий и тяжёлый.

* * *

Наше возвращение домой произвело фурор, подобно взрыву бомбы. Дед был искреннее горд и рад, что мы выжили и вернулись. Прямо с порога он обнял меня, да так крепко, что у меня кости затрещали. Кристина со Славиком присоединились к нам, создав эдакое единение семьи. Девочкам тоже достались обнимашки. Машу пробило на слёзы, хоть она и старалась держаться. Снежинка улыбалась и показала мне большой палец, а вот Лилит сказала, что верила в нашу победу. Эмоции радости чувствовались столь объёмно, что я буквально тонул в них и не мог сдержать улыбки.

Отличился Гримлок, который облизнул меня с ног до головы своим шершавым языком, говоря о величии воина и то, что поход сделал меня сильнее. Ужас Кардар-Атора хоть и сдерживал эмоции, но все равно поддался им, выражая вот таким способом.

В общем, да, дома нас ждали и подготовили очередное застолье, куда присоединились Заебос и Арно. Оборотень хоть и желал отправиться домой, но дед и Лилит его не пустили. Ну а демон… Тому только дай волю и он готов на любой кипишь. Но даже он удивил меня, когда обмолвился, что рад. Ему больше не нужно скрываться и он может ездить с Кристиной на ноготочки. И пусть сестра узнала его, но быстро пришла к своим каким-то выводам и просто решила, что мы не были знакомы до случая с Разломом.

— Дед, что с Булгаковым? — спросил я у своего старика, не забывая работать вилкой.

— Морозов звонил и сказал, что с ним и его командой всё хорошо, — улыбнулся он, подливая себе вина. — Истощены, но жить будут. По его словам, пробудь они в Эпицентре ещё хотя бы сутки, то всё. Булгаков, кстати, очнулся и мне уже пришло письмо от его рода. Он хочет поговорить с тобой, как поправиться.

— Ещё этого мне не хватало, — поморщился я. — Уже догадываюсь, к чему сведётся разговор. Отказаться от встречи можешь?

— Могу, — кивнул дед. — Но вряд ли это остановит Булгакова. Ему если что в голову придёт, то он доводит до конца. О нём даже в империи говорят, что он самый упёртый Абсолют.

— Ладно, — подумал я и принял решение. — До этого разговора ещё дожить надо. Вот тогда и буду думать.

Старик улыбнулся и посмотрел на Ефрема, который нянчился с Яриком и Славиком, но почему-то не употреблял алкоголь. Только сок пил и всё.

— Что ты сделал с Князем, расскажешь? Он с вашего возращения какой-то… странный.

— Это секрет, дед.

— Секрет от главы рода? — удивился он.

— Да, — хмыкнул я. — И он между нами с Ефремом. Так нужно, поверь.

Несколько секунд старик внимательно смотрел на меня, пока не кивнул и не сказал:

— Хорошо. Я верю тебя, Дим.

Вот и славно. Вот и хорошо!

Ефрем, и правда, изменился после того, что узнал. Вопросов у него накопилось изрядно и я ответил на них, максимально сгладив углы и поведав лишь о важном. О цели, которую он может обрести и тому, что грядет. Расскажи об этом кто-то другой и старик бы не поверил. Но слишком много произошло за время нашего похода и до него. Слишком много того, чему не было объяснение, но теперь оно нашлось и картина встала полностью. Вот только после этого шаблон понимания Ефрема треснул окончательно. Подсознательно, но он верил всему, что я говорил. Осознавал, что всё это время люди жили в полном неведении. Не знании, которое ведёт их к краху и погибели. И старик решил пойти за мной. Сделал шаг навстречу неизбежному, решив сражаться, а не стоять в стороне или подыхать в какой-нибудь канаве.

Возникал вопрос: а зачем, собственно, мне рассказывать Ефрему подобное? Такую информацию не доверяют тем в ком сомневаются. Пусть это и была тайна, но так нужно было. Я не хотел, чтобы старик окончательно сломался и решил самоубиться в каком-нибудь Разломе. Такие люди, как Князь, самые преданные и верные, если найти к ним подход. Заручится их признанием и заглянуть в их душу.

Встретившись взглядом с Ефремом, я кивнул ему и поднялся из-за стола.

— Ты куда, дорогой? — заинтересовалась Лилит, да и дед тоже, когда Гранд встал после меня.

— Скоро вернусь, — улыбнулся ей.

— Не задерживайся, — посмеялась Снежинка. — А то Маша съест всё мясо и тебе не достанется.

— Эй! — возмутилась рыжая особа. — Ты за собой следи! Выжрала уже две бутылки вина!

Девочки начали друг друга подначивать на потеху остальным домочадцам, а мы с Ефремом двинули в особняк. Заебос хотел пойти за нами, но увидел, как я покачал головой, и передумал. Он ухмыльнулся и продолжил доставать Арно.

Наш со стариком путь лежал в подвал, а точнее в бункер.

— Здесь пожар был, что ли? — в лёгком недоумении осматривался Ефрем по сторонам.

Ну да… Я же не так давно ставил печать Водоворота и рабочие до сих пор не отремонтировали стены. Начали, судя по мешкам и инструментам, но не успели до нашего возвращения.

— Скажи мне, Ефрем, что ты почувствовал, когда ощутил Кодекс? — встал я в центре помещения, не дав ответ на ранний вопрос старика.

— Я же говорил, что мне сложно это объяснить…

— А ты попытайся.

Он задумался и помедлил.

— Сила, мощь и незыблемость… Но и одновременно умиротворение и спокойствие. Да, наверное, именно это.

— Интересные слова ты подобрал, но не полные, — кивнул я и сказал: — Тогда позволь показать тебе ещё раз, что такое Кодекс.

Слова более не были нужны… Я высвободил всю свою силу, которую только мог. Моё тело вспыхнуло золотым пламенем, а энергия заполонила всё помещение. Ефрем отшатнулся, и его руки окутала молния, но он это сделал скорее из рефлексов. Когда же старик ощутил, что моя энергия не вредит ему, а наоборот давала чувство безопасности и силы, то он расслабился. Пламя души прекрасно знало, кто враг, а кто друг.

Сила, ринувшаяся потоком из моего тела, забурлила, и в воздухе раздался вой. Вой битвы и войны. Вой тысячи глоток, который был песнью души. Песнью, что пробирала до глубин и проникала в самую суть тех, кто слышал её.

— Н-невероятно… — выдохнул Ефрем.

После того, как энергия дошла до пика, то стал закручивать её вокруг себя, усиливая плотность. Несколько минут, и она уже распространилась, но не по всему помещению, а лишь до десяти метров вокруг меня.

Меня начало постепенно накрывать и я понял, что больше не удержу. Тяжёло вздохнув, будто толкаю гору, я хлопнул в ладоши и мир осветила яркая вспышка!

— Спасибо, Кодекс… — чувствуя опустошённость, я не сдержал улыбку. — Спасибо, что дал мне второй шанс…

Для Охотника, что проделывал подобное впервые такое сложно осознать или найти объяснение. Но я знал, что именно должно случится. Верил, что у меня получится. Верил, что Кодекс даст мне ещё один шанс на воссоздание Легиона.

Вначале появился постамент, затем каплевидный щит и крепость. Вокруг крепости стала образовываться фигура титана Краз-Ан-Гора, будто страж защищающий её. Стойка титана была таковой, словно он готовился к битве и являл собой монолит, который не сломить никому.

Ефрем понял, что происходит, ведь я рассказал ему о Легионах и штандартах. И тем сильнее были его эмоции от ощущения мощи и величия.

Повернувшись к нему и продолжая полыхать золотым пламенем, отдался своему прошлому «Я» и из моей глотки прозвучал голос того, кто когда-то вёл Легионы Ордена:

— Подойди!

Старик сделал тяжёлый шаг, а затем ещё один. Сила хоть и не вредила ему, но давила. Но даже так, Ефрем продолжал идти. Сжимая челюсть и кулаки, он боролся, пока не оказался в двух шагах от меня. Стоять ему было очень тяжело и он приклонил колено, опустив голову.

— Ты желал знаний! Желал битв и сражений! Ты совершал ошибки, а путь твой был тернист! — от моего голоса дрожали стены, а от каждого слова штандарт вспыхивал. — Ты узрел величие Кодекса! Узрел то, что недоступно многим! И теперь я, Великий Охотник Райнер, спрашиваю тебя, Князев Ефрем Михайлович, принимаешь ли ты Кодекс⁈ Готов ли ты биться за человечества⁈ Готов ли пролить всю свою кровь без остатка, защищая род людской⁈

— Да… — хрипло ответил Ефрем.

— ГРОМЧЕ!

— Да!!!

Я кивнул и положил руку на голову старика, а моё пламя окутало его.

— Отныне и впредь, твоё прошлое забыто! Теперь ты часть Легиона! Часть силы, что ведёт вечную борьбу! Встань, Ефрем! Встань, Центурион Второго Легиона!

Глава 16

Сидя в своём кабинете и разбирая бумаги, я опустошил до дна третью кружку кофе, оставив её к остальным.

За всей беготнёй по Эпицентру, разбору полётов с Эдвардом и всплывающим проблемам работы накопилось просто уйма. Терентий пусть и справлялся, а Снежинка и Маша ему помогали, но особо картина не менялась.

Итак, первый момент на повестке дня — деньги. Казна показывала дно. Прискорбно, но факт. Траты выходили за мыслимые пределы и всё то, что мы со Славиком притащили от ящеров почти закончилось. Продолжающийся ремонт поместья, здания на его территории, обустройство лесопилки, зарплата рабочим, покупка снаряжения и оружия для гвардейцев. Список можно продолжать до бесконечности, но деньги заканчивались и это факт.

Я всё ещё крутил в голове идею по поводу обработки и поставки на поток желеек в более приемлемом виде. Изжога и прочие побочные действия от приёма сырой энергии это та проблема, которая может принести кучу бабла. Всё же хорошо, что человечество этого мира слабо в алхимии, пусть и добилось определенных высот в технологиях. Синтезировать продукт не так сложно, а вот создать качественную основу и обработку сырой энергии не получалось ни у кого. И раз уж мои познания в алхимии вполне себе хороши, то это шанс. И всё благодаря моему молодому стремлению познавать всё, до чего могли дотянутся руки. Помню, как Старейшины Ордена меня чуть ли не тряпками гнали, когда я доставал их и пытался что-то узнать. А уж про библиариев и говорить нечего, ведь я был завсегдатаем библиотеки, когда не воевал и не ходил на заказы.

Кивнув своим мыслям, отложил бумаги и решил сделать короткий перерыв с делами рода. Лесопилка в Рыбачье требовала внимания из-за большого наплыва заказов, а шахта титана скоро будет готова к работе. Неврозов сдержал своё слово, а когда Тимофей победил на Играх, то вложился в дело со всей ответственностью. Так что, да, шахта почти готова, о чём Александр Павлович мне успешно сообщил, поблагодарив за успехи сына. Я был рад за Тимофея и обещал, что как только освобожусь, то встречусь с ним и отмечу это дело. Парень несколько раз писал смс-ки, что раз наставник пропустил его триумф, то отметить должен обязательно.

Но ладно, я как раз хотел кое-что посмотреть.

Мои пальцы ловко побежали по клавиатуре, а клацанье клавиш зазвучало в кабинете.

— Хм, как вариант, но аналог хреновый, — задумчиво потёр я подбородок, смотря в экран.

Создание алхимической лаборатории дело не простое и весьма затратное. Для начала, чтобы в будущем поставить на пусть и слабый, но поток, мне понадобятся как минимум двадцать печей-атанор. Далее замена ступки и пестика для размельчения ингредиентов. Как вариант можно заменить на похожие по типу механизмы. Автоматика упростит работу и сократит время, а также рабочую силу. Колбы, нагревательные элементы, резервуары и ячейки хранилища. Ну и самое главное — весы. Алхимия точная наука и ошибки в ней караются либо смертью, либо чем-то похуже.

Я примерно знал, какого размера нужно помещение для начала, но необходимо спроектировать его так, чтобы в будущем можно было расширить. На мелком производстве останавливаться для достижения хорошего заработка не получится. Для собственных нужд вполне, но не более.

Выходит, что для начала нужно подобрать само помещение для лаборатории. Бункер подойдёт, но тогда придётся решить момент с перестройкой вентиляцией. Ядовитые испарения от смесей и металлов это не то, чем хочется отравится.

Какой вариант? Хм…

Открыв смеху бункера, предоставленный Гордеевыми, я начал рассматривать его. Западное крыло, дальний сектор. Это помещение должны были оборудовать под склад с дальнейшим расширением в виде пристройки морозильной камеры. Как раз то, что нужно.

Ухмыльнувшись, я взял ручку с листом бумаги и начал схематично накидывать, где и что должно находится, попутно проверяя аналоги подходящих станков для автоматизации. Результат получался так себе и был сыроват, но это лучше, чем ничего.

Самая актуальная проблема — колбы и атанор. Одно дело расплавить и изменить исходную форму желейки, а другое — удержать утечку энергии. Закон формы абсолютен, когда дело касается энергии. Выходит, что мне нужно будет собрать атанор из моего прошлого мира? Как вариант, но тогда понадобится хороший кузнец-артефактор. С колбами сложнее, но мастеров стеклодувного дела, которые могут оперировать энергией в этом мире нет. Значит, обработка смесями, которые можно сделать заранее. Придётся поискать нужных тварей в Разломах, либо купить ингредиенты.

— Видел бы меня сейчас Алонсо, то непременно попытался бы удавить, — хохотнул я, откинувшись кресле.

Тёплые воспоминания об одном алхимике, который повстречался мне в прошлой жизни, приятно согрели душу. Пусть Старейшины и учили нас, а книги позволяли узнать много нового, но именно Алонсо Солтан дал мне те знания, что помогают до сих пор. А ведь в первую нашу встречу я его чуть не прибил. Выполнял заказ на огроподобную тварь под названием Ругару, бегая за ним по горам. Алонсо тоже был там и собирал цветочки для своих опытов. Хех, до сих пор помню, как этот старый брюзга, постоянно жалующейся на боль в коленях и спине, пытался потушить свою мантию от огня и кричал на меня. Непризнанный гений, выгнанный из гильдии Алхимиков за вызывающие идеи и опасные опыты, он старался доказать всему миру, что чего-то стоит. Алонсо желал утереть нос зазнавшимся снобам из гильдии, вот только ничего у него не получалось. Из-за изгнания с ним не желали сотрудничать и гнали отовсюду, но всё изменилось с того дня и той горы. Изменилось, когда Алонсо встретил меня и поведал свою историю у костра. Интересно, получилось ли у него открыть собственную школу, как он мечтал? Жаль, что я этого теперь не узнаю…

В дверь кабинета постучались, а затем внутрь зашёл Терентий.

— Что такое, Терентий? — помотал я головой, прогоняя воспоминания и возвращаясь в реальность.

— Вот, господин, — подошёл он к столу и положил папки. — Как вы и приказывали, я отобрал тройку подходящих кандидатов.

Ах да, помощники. Я уже и позабыл об этом, а Терентий вон, помнит. Мне же нужны были люди, которые возьмут на себе часть обязанностей и разгрузят дела.

— Хм, ну давай посмотрим, — подтянув папки к себе, открыл верхнюю. — Горшков Митяй Иванович, двадцать пять лет, холост… Ага, понятно… Чего-чего? — мои брови взлетели вверх. — Окончил МИУ в девятнадцать⁈ Диплом школы бизнеса имени Логина… Служба в армии… Стоп, кандидат химических и физических наук⁈ Ты где нарыл его, Терентий?

Дворецкий замялся и опустил взгляд в пол. Так, а вот это уже странно.

— Тут такое дело, господин, — начал он отвечать. — Я всеми силами пытался справится сам, но подходящие кандидатуры… Их сложно найти. Вы же знаете, что всех будущих специалистов разбирают рода из первой десятки, как и следующие за ними. Я пробивал по всем каналам, а также подавал заявления, в чём мне помогал ваш дедушка, но особой пользы не было. Простите меня за эти слова, но род Беловых…

— Не популярен для выдающихся умов, я уже понял, — прервал я его и спросил: — А Горшков?

— Он сам обратился к нам, — вздохнул Терентий, будто его отчитывали. — Я оставлял контактный номер и Митяй Иванович вышел на связь. Он готов работать, но есть несколько… проблем.

Не торопясь вновь задавать вопросы, я ещё раз вчитался в дело Горшкова и увидел то, что именно хотел сказать Терентий.

— Дай угадаю, парень в бегах, да?

— Да, господин, — кивнул дворецкий. — Во время своего ученичества в Московском Императорском Университете, он по случайности покалечил наследника герцогского рода Брюлловых. Митяй был стороной ответчиком и пытался не допустить дуэли, принося извинения, но как вы понимаете, дуэль состоялась. С того момента, как он потерял протекцию императорской семьи, что распространяется на студентов и проходящих службу в армии, то бросился в бега.

Дослушав Терентия до конца, я задумчиво выбивал пальцами ритм по столу. Судя по характеристике Горшкова, проблема не только в его контрах с Брюлловыми, а также характере. Парень банально не принимает авторитетов, но рассуждает логично, когда пахнет жаренным. Эдакий самоубийца, передумывающий прыгать в последний момент. В идеале мне бы отказаться от него, но вот кандидат наук… Химик и Физик в одном флаконе. Тут словно сам Кодекс привёл парня ко мне, когда он так нужен для моей будущей задумки.

— Свяжись с ним, согласуй место встречи и переговори с Григорием, — принял я решение. — Пусть его люди заберут парня и спрячут на какое-то время.

— Хотите отвести подозрения? — участливо спросил Терентий.

— Не только это, но ещё и прошерстить почву, — кивнул я. — Мне нужно будет, чтобы ты предоставил краткую сводку по Брюлловым. Чем дышат, чем заведуют и кто такие. Именно выжимку, Терентий, а не полотно информации. Особое внимание удели союзным и соперничающим с ними родам.

— Будет сделано, господин. Что насчёт остальных кандидатур?

Я опустил взгляд на две другие папки, открыл их и быстро просмотрел. Ничего особо примечательного, но в помощь Терентию сойдёт.

— Возьми их на неполный рабочий день в виде стажировки, — выдал ему новые вводные. — Закрепишь за собой и распределишь обязанности. С допуском в особняк ты знаешь, как поступить. Покажут себя — останутся, подведут — вышвырнем вон. Раз ты уже стал моей правой рукой в управленческой деятельности, то и будешь основным звеном в цепи.

— Благодарю за доверие, господин! — вытянулся Терентий по струнке. — Я не подведу вас!

— Тогда, действуй, — отпустил я слугу. — Жду от тебя отчёт по Брюлловым в течении трёх дней. Справишься?

— Вполне!

Покинув кабинет и закрыв за собой дверь, Терентий оставил меня одного.

М-да, в обычной рутинной жизни тоже как на поле боя, постоянно что-то да случается. Горшков Митяй Иванович… Что ж, если всё получится, то будущий алхимик у меня в кармане. Пусть у него знания лишь этого мира, но это ничего, поднатаскаю и не придётся самому горбатиться.

Решив проветриться и проведать Ярика с Ефремом и Славиком на грядках, увидел сообщение от Снежинки.

«Райнер, вышли пять тысяч рублей, пожалуйста!»

Эм, чего это с ней? Раньше она от меня денег не просила, а тут на тебе!

Спросил зачем ей, ведь они в втроем с Машей и Лилит поехали за покупками и у демоницы была моя кредитка, получил ответ.

«Лилит зажала и не хочет покупать мне фигурку Сейлор Мун!»

Я почесал затылок, пытаясь понять, что это за фигурка и нахера она Снежинке нужна? Впрочем, ладно, она редко что-либо просит, а помогает изрядно. Но стоит признать, что фигурка за пять косарей что-то многовато.

Переслал ей деньги, но не успел покинуть особняк и спустится по крыльцу, как пришло новое сообщение.

«Райнер, тут такое дело…»

Спросил, сколько… А потом удивился её ответу. Пятнадцать тысяч! Это что за фигурки, мать его⁈ Нет, я не ханжа, но может нахер эту алхимию и податься в скульпторы?

Вновь зашёл в мобильный банк и прислал ей нужную сумму, получив в ответ смайлик поцелуя.

Похоже, что развеяться и подышать свежим воздухом мне не дадут.

— Да, что такое? — ответил я на вызов Лилит.

— Дорогой, — подозрительно добрым голосом заговорила демоница. — Скажи мне, пожалуйста, ты зачем переслал ей деньги?

— Эм, а что?

Неожиданно на том конце провода прозвучали повышенные тона, брань и полный ярости крик Снежинки:

— ТРОНЬ МОЮ ФИГУРКУ ЕЩЁ РАЗ, КУРИЦА, И Я ТЕБЕ СЕРДЦЕ ВЫРВУ!

Мне кажется, или там драка?

— Что у вас там происходит? — твёрдо спросил у Лилит.

Демоница отчётливо вздохнула в трубку и ответила:

— Да тут в Царицынском Торговом Центре ярмарка из Японии. Сладости продают, одежду и всякую атрибутику. Ну и фигурки героев мультиков тоже. Вот наша Снежинка и захотела себе такую.

Лилит говорила так спокойно, что я как бы и сам того… успокоился. Но вот крики и ругань становились всё громче, а также зазвучал голос Маши:

— СЛЫШЬ, КРАЛЯ, ТЫ НА КОГО БЫКУЕШЬ⁈ РУКИ ОТ МОЕЙ ПОДРУГИ УБРАЛА!

— У вас там точно всё нормально? — хмыкнул я.

— Да, вполне, — тепло ответила Лилит. — Оказалось, что фигурки коллекционные и Снежинка зацепилась с какой-то смертной за одну из них. Я поэтому и не хотела давать ей денег, чтобы не было вот этого…

— Мне прислать людей?

— Нет, не стоит, — мне отчётливо показалось, что она улыбнулась. — Девочки уже сами почти разобрались. Ладно, дорогой, мне пора их разнимать. До встречи!

— Ага, давай.

Демоница повесила трубку, а я ещё какое-то время тупо смотрел на экран телефона.

— И что это было вообще?

Хм, ну раз тревогу не бьют, Терентий не бежит сюда, а дед не поднимает гвардию, то всё нормально. А если произойдёт что-то, то я об этом узнаю самым первым. Пусть девочки веселятся. Вот только… драться за фигурку? Похоже, что я всё же о Снежинке чего-то не знаю.

— Ваше благородие! — окликнул меня голос одного из бригадиров Гордеевых.

— Да, что такое? — улыбнулся ему, остановившись у крыльца.

— Вот, меня просили передать вам, что заказ на постамент сделан! Доставят в ближайшие сутки!

— О-о-о, быстро! — удивился. — Горыныч постарался, да?

Рабочий замялся, ведь речь шла о его господине.

— Да, Кирилл Григорьевич лично проконтролировал ваш заказ, но не смог сегодня приехать. Разрешите идти, ваше благородие?

— Идите.

Бригадир пошёл к своим работягам, что разгружали очередную фуру с стройматериалами, а я проводил его спину взглядом и кивнул сам себе. Заказ на постамент для меча был моей личной прихотью и об этом знали только те, кто ходил со мной в Эпицентр и вернулся оттуда. Постамент, который станет последним прибежищем для урны и клинка, расколовшегося на две части.

Воспоминание об Антоне Потёмкине или Андрее Галактионове, кем он являлся на самом деле, всё ещё были свежи. Да, прошло всего несколько дней, но я помнил их, будто это было вчера. Мой провал. Так я считал и пусть Андрей желал уйти, сам разорвав связь, сути это не меняло. Мне бы хватило сил, чтобы спасти его и исцелить душу, но… Верно ли было то решение? Спаси я его и верни домой, чтобы изменилось? Ответ: многое. Но Антон… Андрей этого не хотел. Его слова про род и семью… Он говорил не о тех, кто живёт в этом мире. Не о Потёмкиных.

Галактионовы… По возвращению домой я пробил этот род, но не нашёл ничего. Такого рода просто не существует, а значит Андрей пришёл из иного мира, как и я. Его душа переродилась здесь, в теле Антоне Потёмкина, а теперь обрела покой. Тоже самое касалось и Смелости. Как я понял из нашей короткой связи, это была крепость и Андрей защищал её. Он был последним, кто сражался за неё и отдал жизнь, чтобы люди смогли уйти. Последний его отклик, перед смертью, нёс в себе лишь сожаления и скорбь. Душа Андрея страдала и очень сильно. Её будто разрывало от воспоминаний. Отчётливое чувство утраты, вот что это было. Хотелось бы мне узнать получше, что случилось с Галактионовыми и утолить своё любопытство, но увы, этого не случится. Андрей умер и более не сможет поведать свою историю, а единственное, что от него осталось — тело и меч. Я хотел похоронить его здесь, в Царицыне, ведь отдавать его Потёмкиным было бы полной ошибкой и бредом. Не за чем трогать старые раны, тем более, что Антона-Андрея уже похоронили в Санкт-Петербурге. Но и везти его тело в Царицын тоже не было возможности. Слишком много вопросов бы возникло по дороге. Поэтому было принято решение о кремации, после чего я собрал прах Андрея в урну и привёз домой вместе с мечом, который не выдержал остаточную энергию Собирателя и сломался.

Постамент для героя Смелости и друга. Память о воине, меч которого будет хранится вместе с его прахом. Хотя бы так, но я хотел почтить память того, кто был близок мне по духу. И пусть для этого мне пришлось вновь озадачить Гордеевых, чтобы те сделали под поместьем небольшую крипту, но это того определённо стоило.

Ярик и Славик, копошащиеся на грядках и измазанные в земле, заметили меня. Мальчишка широко улыбнулся, а мелкий хотел побежать ко мне, но Ефрем окриком остановил его:

— Куда по картошке⁈

Я улыбнулся, смотря на этих троих. Мальчонку, судьба которого стать будущим Охотником. Старика, что воплотил в себе начала Легиона и стал Центурионом. И Ферокса, который влился в семью и стал её частью.

Да, пусть мой отпуск от жизни Охотника протекал так себе, но я был спокоен и рад. Рад, что меня окружали те, кто стал мне семьей в этом мире.

— Надеюсь, — посмотрел я на небо. — Что ты обретёшь свой покой, Андрей, как обрёл его я…

Глава 17

— Выше руки, Ярик! Ты меч держишь, а не мешок картошки! Следи за левой стопой, а то потеряешь равновесие!

Мальчишка тяжёло вздохнул и сделал, как нужно. Обливаясь потом и страдая на тренировочной площадке он выполняй каты уже второй час подряд без отдыха. Любой другой его ровесник уже бы упал без сил, но Гром продолжал упорно перетекать из одной стойки в другую, совершая пируэты, обманки и удары.

Его сила растёт. Пусть этого пока не видно для большинства людей, но кое-кто всё же заметил. Ефрем подходил ко мне с вопросами о Ярике, выражая обеспокоенность. Что-что, а мудрости, опыта и мозгов у старика достаточно, чтобы соотнести полученные от меня знания и то, что он видел до этой поры.

О, а вот, кстати, и он.

— Тренируешь наше молодое дарование? — присел старик рядом со мной на лавочку.

— Если эти трепыхания можно назвать тренировкой, то да, — хмыкнул я, махнул рукой Иванычу и гвардейцам, что также пришли заниматься с утра. — А ты чего так рано вылез, не спиться?

— Сложно уснуть, когда в голове крутятся столько мыслей, — покачал головой Ефрем. — Мне до сих пор тяжело осознать то, что произошло. Всё то, что ты рассказал и показал…

— Ничего, это пройдёт. Тем более, что обратной дороги нет, Центурион Ефрем.

Старик подобрался, черты его лица заострились и он кивнул.

— Я не подведу, Райнер, в этом ты можешь быть уверен.

Мои уголки губ приподнялись и я похлопал старика по плечу, после чего гаркнул на мальчишку:

— Ярик, хватит трепыхаться! Что это за танцы⁈ А ну, занять вторую позицию, верхнее положение!

Гром поморщился, остановился и заново начал выполнение каты.

— Ты не слишком суров? — улыбнулся Ефрем. — Он всё-таки ребёнок, а не солдат.

— Суров? — хохотнул я. — Старик, я в Орден пришёл будучи младше его, и наставники у меня были в разы хуже. Моё обучение Ярика больше похоже на прогулку по парку, чем на настоящую тренировку на грани.

— И эта грань ждёт его, когда дар проснётся окончательно, — правильно рассудил он. — А среди Душеловов… Есть градация рангов?

— Как таковой — нет, — помотал я головой. — Мы все универсалы, да и ранги придумали в этом мире для систематики и упрощения. Но я понял твой вопрос. Ярику предстоит пройти тяжёлый путь, но у него нет пределов. Ни у кого из нас нет.

— Звучит так, будто Охотники боги какие-то, а не люди, — криво хмыкнул Ефрем.

Я на это только плечами пожал, не желая вдаваться в философские рассуждения. За свою долгую жизнь мне множество раз приходилось слышать подобное сравнение, но я всегда считал его ошибочным. Охотники не боги, а именно люди. Да, сильные. Да, со своими принципами и взглядами на жизнь, но люди. Мы подвержены порокам, сомнениям и человеческим эмоциям. Ну а те, кто действительно верил в свою божественность, в итоге вставали на кривую дорожку. Душеловы, что поглощали человеческие души… Отрёкшиеся братья, которые сбились с правильного пути и обрели безумие. И если такова цена божественности, то это того не стоит.

— Похоже, что парень выдохся, — выбил меня из мыслей старик.

Ярик, и правда, уже с трудом передвигался. Его движения становились всё хуже, а тренировочный меч в руках подрагивал.

— Значит, пора переходить ко второму этапу тренировки, — посмотрел на Ефрема. — Скажи Иванычу, пусть выделит нам несколько молодцов.

Гранд понял суть моей затеи, улыбнулся и, встав с лавочки, козырнул.

— Как прикажете, благородный Венатор!

Хмыкнув, кивнул ему и старик бодрой походкой направился к занимающимся гвардейцам. Венатор… Давненько я не слышал этого прозвища в свой адрес, каким нас называли Легионеры. Ефрем как узнал его от меня, то сразу же зацепился. Всё же прошлое военного говорило само за себя и чувство ранга ему было родным.

Когда Ярик увидел, что от строя гвардейцев отделились трое мужчин и направились к нему, то почувствовал неладное.

— Дима, что за фигня⁈

— Не фигня, а тренировка! — крикнул ему с улыбкой и взглянул на бойцов. — Ваша задача повалить Ярика на землю и лишить его возможности сражаться! Можете себя не сдерживать!

Последняя фраза сразу же дала понять мальцу понять, что запахло керосином. Значит, щадить его не будут и против моего приказа не пойдут.

Ефрем сделал правильно, что выбрал трёх молодцов ранга Ветеран. Энергией они особо не блещут, но зато знаний и опыта у них хоть отбавляй.

Получив дополнительные вводные от старика, ребята стали обходить Ярика полукругом. Мальчишка чуть ли не застонал, понимая во что вылилась простая утренняя тренировка. Как мне доложился Иваныч, Гром регулярно занимался либо сам, либо со всеми. Не пропускал ни одного дня, вставая в рань, тренируясь и познавая науку боя. Хреново, конечно, что за всеми телодвижениями с Эпицентром и Эдвардом у меня особо не было времени на него, но теперь есть возможность наверстать упущенное.

Ефрем гаркнул начать бой и гвардейцы в едином порыве бросились на Ярика, сжимая в руках тренировочное оружие, что взяли со стоек.

Уставший и вымотанный мальчишка сразу же ушёл в глухую оборону, начав отступать. Блокировать удары он заранее не стал, чем порадовал меня, и вместо этого пытался парировать. Правильное решение. Против заведомо крупного противника, превосходящего тебя в физическом плане, глухой блок может дорого обойтись.

Полыхнуло огнем и в Ярика полетел огненный шар, от которого он ушёл перекатом. Задержался на несколько мгновений, но сойдёт. Есть над чем поработать.

— Отвали от меня! — в порыве эмоций крикнул мальчишка, парируя выпад насевшего на него шустрого гвардейца, и ударил того ногой в грудину.

— Грха! — ухнул мужик, скрючившись и явно поддавшись.

Не теряя времени, Гром шустро попытался разорвать дистанцию с ещё двумя противниками, но те не дали ему этого сделать.

— Молодец, — похвалил я его с улыбкой.

Раздался характерный «дзынь» и тренировочный клинок одного из противников ударился об вертикальную стойку турника, что рядком стояли вдоль площадки.

Не теряя шанса, Ярик покрепче сжал кулак и вдарил мужику в живот, отчего тот отшатнулся и на короткий миг согнулся.

— Вёрткий клещ! — хохотал Ефрем. — Иваныч, давай ещё двоих!

Командир гвардии улыбнулся, кивнул и ещё двое молодцов ловко перепрыгнули невысокое ограждение площадки, похватали оружие, и ринулись в бой.

Представление набирало обороты и каждый, кто находился во внутреннем дворе поместья пришёл посмотреть на тренировку. Рабочие Гордеевых вроде бы даже ставки делали, как и мои бойцы.

— Работай руками, Ярик, а не ногами! — с широкой улыбкой подсказывал парню. — Бег тебя не спасёт!

— Может сам попробуешь, раз такой умный⁈ — беззлобно крикнул он, чем вызвал смех зрителей и мой собственный.

Усталость после двух часов выполнения кат сказывалась и Гром постепенно сдавал с каждой секундой боя. Он носился как угорелый, ловко лавируя между полосами препятствий, снарядов для занятий и стоек с различным инвентарём. Мальчишка даже песок использовал, бросая его в глаза особо настырным противникам, применяя преимущество местности по максимуму. Сами же гвардейцы хоть и получили приказ не сдерживаться, но не хотели вредить парню и действовали аккуратно. То ледяной серп не там пролетит, то земляной снаряд ударит под ноги, а не в тело. Они больше старались именно схватить его, но вёрткий мальчишка не позволял этого сделать, каждый раз ускользая, будто мелкий змеёныш.

— Доброе утро, дорогой, — раздался за спиной голос Лилит. Она чмокнула меня в щёчку, присела на лавочку рядом, и передала кружку горячего кофе.

— И тебе доброе, — хмыкнул я и, сделав глоток, зажмурил глаза. — Ох, хорошо. Спасибо.

— Да не за что, — улыбнулась демоница. — Вижу у вас тут весело. Ты решил устроить Ярославу аналог вашей тренировки в Ордене? Уверен, что так нужно?

— Уверен,— коротко кивнул. — Тем более, что это лишь слабая версия. В моём случае за мной бегали не гвардейцы, а старшие ученики. И мне было в разы хуже, чем Грому.

Мальчишку почти повалили на землю, когда на него в один миг насело сразу трое бойцов, но он вывернулся и, забравшись на «ступень» полосы препятствий, начал размахивать мечом.

Забавно было наблюдать, как окружившие бойцы пытались достать мальчонку, а тот отбивался и был зажат в угол. Или наверх? Ай, да пофиг.

От такого представления смех звучал всё чаще, а вскоре к зрителям присоединились и остальные домочадцы.

— Может ему помочь? Ну, уравнять шансы? — участливо спросила Маша, уминавшая пироженку.

— Пусть сам справляется, — улыбнулся ей и сделал замечание одной особе. — Так, Снежинка, а ну не вмешивайся!

— Бу-у, — надула губки эльфийка, убравшая руки за спину. — Я вообще не приделах.

Ага, как же, а двое бойцов сами упали и замороженный песок под их ногами появился из-за резкого похолодания.

— Если хочешь помочь, то популяй в Ярика сосульками, а то он что-то расслабляется.

— И это по-твоему расслабляется? — скепсис из неё так и пёр. — Да он еле на ногах стоит. А если упадёт и сломает себе что-нибудь?

Хех, похоже, что Гром завладел не только сердцем Лилит, которая о нём заботится, как мать наседка, но и сердцем Снежинки. Да и Маша, как мне рассказывал Терентий, постоянно приносит ему всякие вкусности, когда тот делает уроки.

— Если упадёт, то проиграет, а если сломает, то отправится в лазарет. В любом случае, урок он усвоит.

Девушка на короткий миг задумалась, а потом создала перед собой несколько мелких спрессованных снежков и запустила в сторону Ярика. Вот только попали они отнюдь не в мальчонку, а в головы гвардейцев, отравив их в нокаут.

— Упс, — хмыкнула эльфийка. — Промахнулась…

Маша незаметно, как она думала, отбила пять своей подруге и шепнула: Молодца.

Я покачал головой. Женщины…

Один из гвардейцев, что не спешил подходить и кидал в Ярика огненные шары, неожиданно для мальчишки изменил тактику и пульнул слабенькой пламенной глыбой. Убить не убьёт, но брови и волосы подпалит знатно!

Вот только вместе падения и дальнейшей победы над парнем, произошло то, что удивило всех зрителей, а у меня вызвало улыбку.

Встав в стойку и с трудом держа равновесие, Гром рыкнул и произвёл удар из верхней позиции! Его меч пусть и слабо, но насытился и полыхнул красной энергией!

БАХ!

Две половинки разрезанной огненной глыбы разлетелись в стороны от поднятого ветра, а мальчишка не устоял на ногах и плюхнулся на песок.

Воцарилась тишина. Гвардейцы, что должны были одолеть Грома замерли в полном недоумении, девушки рядом со мной затаили дыхание, а мы с Ефремом расхохотались и буквально через секунду зрители подхватили наше настроение!

— Это что было? — хрипло произнесла Маша. — Он пробудился⁈

— Ага, — кивнула ошарашенная Снежинка.

Лилит открыто улыбнулась, быстро поднялась с лавочки и побежала к Ярику. Девочки также последовали за ней. Ефрем уже был там и помогал ему подняться, а бывшие противники окружили мальчонку и подбадривали его, что он молодец.

Девчата отряхивали мальчишку от пыли и песка, радуясь за него и вызывая у того стеснительную, слабую улыбку. Вопросы сыпались на Ярика, как из рога изобилия, но я видел по его лицу, что но и сам нифига не понял, как сделал подобное.

— Молодец, Гром, — ухмыльнулся я, подойдя к нему и потрепав по грязным волосам. — Первая ступенька пройдена.

— Первая⁈ — воскликнул он и поморщился от боли во всём теле. — А сколько их всего⁈

— Много, мой юный ученик, — моя ухмылка стала шире. — Очень и очень много.

Взяв парня под руки, Лилит с девочками потащили его в особняк. Гвардейцы вернулись к своим тренировкам, а народ стал расходится.

— Он же ведь не пробудился, — со странной интонацией сказал Ефрем, когда мы остались вдвоём на площадке. — Я вижу, что его дар всё ещё спит. Тогда что это было?

— Уже не спит, — дал я ответ, чем удивил старика. — Его Океан всколыхнулся и от этого толчка, он очень скоро откроется в полной мере.

— Ты уже знаешь, что будешь делать дальше, да?

Я кивнул.

— Да, но Яриком придётся заняться только после тебя.

— Печати? — с улыбкой спросил Ефрем. — И когда приступаем?

Хм… По идее мне нужно бы сегодня скататься в Рыбачье, а также проверить шахту титана. Лично посмотреть, как Неврозов там всё сделал, а не судить по фоткам. Но один день это может подождать.

— Пожалуй, сейчас и приступим.

— А? — у старика дёрнулся глаз. — Сейчас⁈ Уже⁈

— Ну да, — хмыкнул я. — Ты же хотел стать сильнее? Вот и начнём сегодня.

— Вот же ж… Я же даже не завтракал!

— Жизнь — боль, Центурион Ефрем, но деваться некуда.

* * *

Мне ни раз доводилось ставить печати на других, а потому проблем с Ефремом не возникало ровно никаких. К большому сожалению старика для подобной процедуры не существовало анальгетиков, ни здесь, ни в прошлом мире. Помнится Старый Мак ещё шутил, что это Вселенная так прикалывается, мол если ты не можешь выдержать боль от установки Печатей, то ты слабак и сила тебе не нужна. Это я, конечно, перефразировал, но суть понятна. И пусть я привыкший уже к подобным процедурам, но вот Ефрем — нет. Старик был весьма крепок телом для своего возраста, но всё равно несколько раз терял сознание, с силой сжимая деревяшку в зубах до скрипа.

— Ты как? — с улыбкой спросил его.

Гранд сморщился и наклонился к тазику, ощущая рвотные позывы и спазмы. Не зря я не дал ему время на завтрак, а то запачкал бы весь пол лазарета казармы, где мы и находились.

— Хреново… Но терпимо.

— Водички?

Он кивнул и я налил ему стакан воды, который старик осушил в один миг.

— И так будет всегда, да? — выдохнул он, вытирая пот с лица полотенцем.

— Сила не приходит без боли, Ефрем, — похлопал его по плечу. — Но это того стоит, поверь. А лучше проверь.

Не совсем понимая о чём речь, старик проследил за моим взглядом и, с трудом поднявшись с кушетки, подошёл к зеркалу над раковиной.

— Мои седины…

— Ага, они самые! — хохотнул я.

Печать Регенерации с первой ступенью встала как влитая, и уже начинала действовать. Разумеется ей понадобится время, чтобы полностью обновить организм Ефрема и привести его в полную норму, но частичный эффект был замечен уже сейчас. Его седые волосы и борода быстро приобретали тёмный цвет, как в молодости.

— Невероятно… — трогал он свои волосы и лицо. — Просто невероятно…

Неожиданно для самого себя, Ефрем вдруг схватился за раковину, его ноги подкосились и он начал оседать на пол. Молодец, старик, держался до последнего. Одним словом — кремень!

— Ох… Спасибо…

— Да ладно, — улыбнулся ему, подхватив и перекинув руку через шею. — Пошли обратно на кушетку. Тебе сейчас нужно валятся и страдать.

— В смысле страдать? — не понял он, заподозрив неладное.

— Ну, ты же старик…

— Ну спасибо! — криво хмыкнул он.

— … и поэтому твоему телу придётся хуже, чем если бы ты был молодым.

То, о чём я говорил, произошло практически сразу, как уложил его на кушетку. Ефрема резко скрутило и он закричал.

— Твою ма-а-ать!!!

— А вот это обидно было!

— Да не твою, что б тебя!

Я засмеялся и, оставив его «восстанавливаться», двинул на выход из лазарета. Предупредил дежуривших гвардейцев, чтобы ни в коем случае не беспокоили старика и распорядился принести ему поесть часа эдак через три.

Что ж, первая ступень к возрождению Легиона сделана. Но печати это печати, но не один Легионер, будь он хоть Ратником, не сможет обойтись без колодца душ. Хорошо, что я в былую молодость рвался к знаниям и был въедливым клещом, который мучал Старейшин по любым вопросам.

За секрет становления колодца отвечали три Магистра Ордена, и тайна создания его являлась, наверное, самой главной тайной Ордена. Все три Магистра не покидали пределы Первой Крепости. Рекрутов возили туда на своеобразные экскурсии, убивая сразу двух зайцев. Ратник становился полноценным ратником. Он видел первый мир Охотников своими глазами, понимая, какая сила стоит за его плечами.

Мне как-то раз посчастливилось узнать этот секрет, причём случайным образом. Один из этих Магистров любил редкие и дорогие вина, а раз пределы Первой Крепости он покинуть не мог, то ему оставалось только иногда отдавать распоряжения, чтобы нечто подобное нашли. Я как раз тогда вернулся в крепость после заказа и притащил с собой несколько бутылок отборного вина, которое нашёл в закромах одного Архимага. Редкая вещь и раритетная.

Стоит ли говорить, что Магистр про это узнал и сразу же вызвал меня к себе? Поначалу он хотел просто взять у меня эти бутылки за спасибо, но нифига у него не получилось, а потому мы начали торг. Именно тогда я и узнал, как можно поставить колодец. Разумеется он бы даже под страхом смерти не поведал мне об этом, но репутация… Она стала тем, что и сыграло конечную роль.

В общем, да… Я выменял самую главную тайну Ордена за бухло. И нет, мне не стыдно.

Проблема с Ефремом была в том, что для полного раскрытия его таланта и будущей силы мне нужно найти одну тварюшку, которую я до этого не встречал ни в одной Разломе. Более того, даже в базе данных Центра Охотников о ней не слово.

Я, как Душелов, часто сражался рядом с Легионерами, и просто машинально по привычке сканировал их души, и видел, что там было, а потому знал, что конкретно нужно.

Физикам подсаживали души на скорость, силу и защиту. Стрелкам доставались души с упором на внимательность и острое зрение. У магов выбор был, вообще, большой. В зависимости от стихии он мог получить огненного Ленточника, либо ледяного Горана.

Но если с этим вопросов не возникнет и аналоги вполне можно найти, чтобы заполнить будущий колодец Ефрема, то с одной душой, как я и говорил, возникала проблема.

Мне нужен был Миротворец, что станет связующей душой. Как ни старались Магистры, Колодец Душ имел определённый и конечный размер, в отличие от нас, Душеловов, у которых наш Океан Душ был бездонным.

Чтобы было проще понять задумку, то колодец легче представить ведром и камнями. Эдакое пространство, которое ограниченно и занимается «камнями». И в какой-то момент, когда оно становится занято окончательно, между душами ещё есть куча пространства, которое можно использовать. Так вот, Миротворец был «водой», что заполнял все пространство между «камнями», связывал их, и усиливал.

Я знал, что Миротворцев специально выращивали в Первой Крепости. Раздавали их редко, за большие заслуги, и выдающимся воинам. Но, насколько мне известно, и как парочку раз обмолвился тот самый Магистр, Миротворцев можно найти и так. Да, они будут дикими и их придётся укротить, но это уже частности.

Вот и возникал вопрос, где мне найти такую душу, чтобы усилить будущий колодец Ефрема до максимума? Надо будет подумать и ещё раз внимательно перешерстить всю базу данных Центра. Возможно даже придётся переговорить с Багратионом. Хм, а ведь он звал меня на какое-то награждение, где будет присутствовать лично… Через три дня, кажется? Похоже, что съездить всё же стоит.

Выйдя из казарм и направившись в особняк, увидел идущую в мою сторону Лилит.

— А я тебя как раз искала, — задумчиво сказал она и спросила: — Ты не занят? Мы можем поговорить?

— О чём? — приподнял я бровь.

— Кажется, — сомневалась демоница. — Я почувствовала отклик. Не уверена точно, но когда ты был в Эпицентре, то я кое-что ощутила.

— Отклик? Какой ещё отклик?

Она про Зов? Хм, вряд ли.

— Слепок знакомой энергии, — вытянула она руку и на ней появилось бордовое пламя, принимающее очертание татуировки Охотника. — Я где-то определенно его видела ранее, но не могу вспомнить где именно.

Присмотревшись внимательно, я неожиданно для демоницы засмеялся.

— Ты чего, дорогой? Ты что-то понял?

— Ага, — хмыкнул я. — Тебе этот отклик показался знакомым, потому что ты ранее уже встречалась с его обладателем, будучи вместе со мной.

— Да? Это с кем?

— С одним моим нерадивым и проблемным учеником, — покачал я головой, вспоминая юнца, которого гонял на тренировках похлеще Ярика. — Значит, не только Сандр находится в одном из миров, что не так далеко, но и Артемис… Становится всё интересней и интересней…

Глава 18

Дела, дела, и опять — дела. Пусть мне и удалось выбить день для Ефрема, а также на занятие с Яриком, но вопросы по поводу лесопилки и шахты оставались открытыми. И если с вторым особых проблем не было и мне нужно туда просто приехать, чтобы посмотреть на всё самолично, то с первым были трудности. Лесопилка не справлялась. С одной стороны это хорошо, ведь заказов становится больше, а значит есть спрос. Деньги это предприятие приносит пусть и не особо большие, но поток растёт. Особенно на Разломной древесине, но вот незадача… Объёмы росли.

Головин после своего прокола с вампирами и похищенными людьми, делал всё, чтобы больше не косячит и не подводить меня. Мужик буквально зашивался, пытаясь успеть всё и максимально наладить производство. Но его рвение ограничивалось разрешением с моей стороны, ведь он не мог действовать сам и без одобрения.

Вот и получилось, что когда я приехал в Рыбачье, то первым же делом начал вникать в суть ситуации. Требовалось расширение и автоматизация производства. С первым вопрос быстро решаем, нетронутой земли возле лесопилки много и вся она принадлежит мне. А вот со вторым требовалось время на заказ специальных станков и техники, а также привлечение нужных специалистов. Но да ладно, получив от меня одобрение и приказ предоставить Терентию все списки с нужными людьми и какое именно оборудование требуется, я задумался о моих тварюшках, которые питали лесопилку.

Вампиры успешно справлялись, но увеличение мощности производства скажется и на них. Больше затрат — больше энергии. Простая логика, а значит мне придётся либо привлечь на свою сторону ещё вампиров, что может подорвать безопасность людей, либо сделать иначе. Заказать трансформатор, который станет дополнением к моим подчинённым и уменьшит на них нагрузку. Денег за него придётся выложить не мало, но лесопилка — долгоиграющий проект и мощный выхлоп с раннего этапа ждать не стоит.

С Рыбачье разобрался, решив всё же заказать трансформатор, а пока подпитал вампиров до максимума, чем вызвал у тварюшек блаженный экстаз. Любят они энергию, этого не отнять.

Проведал и Арно, который влился в жизнь деревни и стал лесничим. Оборотень после нашего похода, как вернулся, так ему закатили настоящий приём со всеми почестями. Всё же он сопровождал господина в сам Эпицентр! В опасное место, полное тварей! Так что, теперь его уважали и почитали, как главную силу и охранника деревни. Сам оборотень был рад подобному приёму и пообещал Головину сделать всё, чтобы люди спали спокойно. Забавно, но некоторые сельчане даже пытались невзначай намекнуть ему о своих незамужних дочерях, но с Арно такой ход не прошёл. И дело тут не в этических различиях, а в расовых. У оборотней с размножением и «любовью» всё совсем иначе, как у людей. Они, как бы так сказать… встречают за свою жизнь одного партнёра и хранят верность только ему. Если этот партнёр умирает, то оборотень более не делает попыток найти другого. Но это работает только с Чистокровными, а вот дикие на подобные принципы плевать хотели. Но на то они и звери.

В общем, как-то так. Когда закончил с Рыбачье, то прыгнул в машину и поехал в деревню под названием Красновка. Именно там находилась шахта титана, на которую у меня были долгоиграющие планы. По той информации, что предоставил Неврозов, пока занимался её раскопками и подготовкой, руды оставалось не особо много. Во всяком случае так он заявил, но обмолвился, что был проверены лишь первые уровни рудника. Что находится ниже — неизвестно, но приборы при попытке сканирования начинали тупить. Вот этот факт меня в первую очередь заинтересовал. Технологии этого мира пусть и неидеальны, но хороши, и в геология развита весьма не плохо. Нужные сканеры и устройства позволяли проверять землю на наличие полезных ископаемых ещё до их обработки, а зная Александра Павловича, он не стал бы размениваться на мелочи и проделал работу на совесть.

Сама Красновка пусть и была деревней, но с натяжкой. Около тысячи- двух жителей, среди которых в основном старики. Основана она была родом Горюновых, которые и построили поместье, где сейчас живу я и моя семья. Интересно то, что ранее этот род был весьма и весьма силён, а ему принадлежал весь Царицын и Волжский, который они отстроили с нуля. По факту сам этот город был специально сделан для Горюновых, ведь их поместье находилось на этом берегу Волги. Вот только что-то эти ребята не поделили с главенствующими родам столицы и бесследно исчезли в один момент. Мутная там история, а когда я хотел её узнать, то Организация заломила такой ценник, что ну его нахер. Далее поместье перешло уже известному барону Михееву, который выкупил его на аукционе почти за бесценок. Ну и вот, мой род его нынешние владельцы.

Но вернёмся к Красновке. Горюновы основали эту деревню для добычи титана, построив и открыв шахту. А чтобы привлечь народ на свои земли, занялись обустройством самой деревни. Школа, садики, администрация и развитая инфраструктура. Всё это присутствовало, но когда Горюновы исчезли, то Красновка начала чахнуть. Без управления вышестоящей власти, они банально не знали, что им делать. Староста деревни ожидал, пока придёт новый владелец, который и решит дальнейшую судьбу шахты. Да-да, шахты, а не деревни, ведь именно от рудника титана и зависело дальнейшее будущее Красновки. Но сбылись самые худшие опасение жителей и барон Михеев просто забил на них. Приказал заниматься сельским хозяйством, но не удосужился проверить, что именно из себя представляла эта земля. Идиот, честное слово. Почва для подобного вообще не подходила, а потому люди были вынуждены жить чуть ли не впроголодь. В конечном итоге деревня окончательно зачахла. Молодые и рвущиеся к лучшей жизни жители рванули в города и к другим родам, чтобы хоть как-то наладить своё будущее, помогая заодно и старикам, что не хотели покидать дом родной.

Разумеется это мои мысли и то, что я понял по информации от нынешнего старосты деревни — Соломахина Эдуарда Сергеевича. Мужик очень воодушевился, когда приехал с другими старостами по моему зову и услышал, что я хочу вновь заняться шахтой титана. Он понимал, что если всё получится, то Красновка вновь возродится из пепла, какую он помнил в своей молодости.

— Вот это дороги, — покачал головой Захар. — Их ремонтировали последний раз лет сто назад, что ли?

Тут он прав. Асфальт от резкой смены климата и без планового ремонта пострадал очень сильно.

— В следующий раз поедем сюда на Тортике, — хмыкнул я, смотря в окно и видя прекрасные степи.

— Боюсь, господин, что даже на Тортике мы здесь не поедем, когда придёт зима, — посмеялся боец, а когда мы подъехали к съезду с горы, неуверенно спросил: — Кхм, а другого спуска нет?

Взглянув на дорогу через лобовое стекло, заметил, о чём именно говорил Захар. Красновка находилась в некой низине, от которой путь дальше лежал к большим холмам. С одного из них нам и нужно было спуститься, но спуск слишком крутой.

Сказав ему подождать, я сделал дозвон Неврозову и уточнил у него, как именно проезжала техника. Как оказалось, мы повернули на развилке не туда, а нужно было в другую сторону. Там более плавный спуск, но асфальт раздолблен ещё сильнее.

— Давай назад, — отдал приказ Захару. — Помнишь тот ржавый знак? Вот туда нам и надо.

Боец кивнул и в следующие пятнадцать минут мы уже спускались с холма, трясясь в машине, как попкорн.

Красновка вблизи выглядела так, как я себе её и представлял. Часть домиков была брошена, животина в виде гусей гуляла по улочкам между жилых домиков, здание администрации оставляло желать лучшего, как и школа с садиком. Даже магазинчики были закрыты. Несколько раз мы натыкались на жителей, которые провожали нас удивлёнными и заинтересованным взглядами, а также мелкую детвору, что махала нам руками.

Работы по разрабатыванию шахты ещё велись, а потому, когда я приехал и вышел из машины, то застал несколько бригад. Техника также стояла неподалёку, как и вагончики, где собственно и жили работяги Неврозовых.

— Здравствуйте, ваше благородие! — направился ко мне поджарый невысокий мужчина в частично пыльной форме и с каской на голове. — Моё имя Тимошкин Леонид Николаевич. Я ответственный за разработку шахты. Господин сказал, что вы приедете и приказал всё вам показать.

— Приятно познакомится, Леонид Николаевич, — кивнул ему с улыбкой и протянул ладонь, которую тот с лёгким удивлением пожал. — Ну раз господин приказал, то показывайте.

Стоит признать, что в шахту меня повели не сразу, а сначала предложили кофе или чай с дороги. У рабочих как раз был обед, но я не хотел терять времени и двинул сразу к объекту.

— Балки и штольни укрепили, — рассказывал Леонид. — Как и разгребли завалы на втором и третьем уровнях. Помимо этого установили новый лифт для спуска и переоборудовали всю спускную шахту. Вот только…

— Ниже вы не спускались, — дополнил за него.

Мужик кивнул и замялся.

— Александр Павлович чётко дал указания дойти до текущего разработанного уровня, но проблемы начались после третьего уровня шахты. Техника сбоит, как и сканирующие землю локаторы. Пробовали старым методом с помощью кирок и буров, но… Гхм… Проще показать.

Хм, становится всё интересней.

Распахнув ворота и зайдя в шахту первым, Леонид включил фонарь, выдал мне каску и повёл внутрь. Я сразу же ощутил запах пыли и масла, но более ничего не почувствовал.

А неплохо они постарались. Я видел старые снимки рудника и то, что он из себя представлял ранее, не шло ни в какое сравнение с нынешним положением дел. Деревянные балки сменились на металл, проложили железнодорожные пути из шахты на выход, для упрощения доставки руды. Даже новенькие вагонетки пригнали, а также установили автоматический контролер, который будет сам их отправлять наружу.

Первый уровень, как и ожидалось, был самым широким. Специально для рабочих, которые могли разбить здесь либо временный лагерь, либо расположить нужную аппаратуру с инструментами. Освещался он всё теми же лампами, которые горели сейчас от передвижного большого генератора, что я видел на одной из машин снаружи.

— Третий уровень, на какой он глубине? — спросил я, осматриваясь вокруг и заходя в лифт за Леонидом.

— Полтора километра, ваше благородие, — чётко ответил мужик, после чего закрыл решётчатые двери и дёрнул за рычаг. — Шахта очень глубокая. Гораздо глубже, чем мне доводилось видеть до этого. Даже жаль, что наши сканеры не могут пробиться дальше…

Я кивнул и стал ждать, пока мы доедем до низа. Леонид видел, что я задумался и не мешал мне.

Когда лифт прибыл и мы оказались на третьем уровне, где мне на глаза попалось оставленное оборудование и куча ящиком с различным снаряжением, то двинули дальше. Стальные балки здесь хоть и были установлены, но дальше виднелись деревянные.

— Вот, ваше благородие, — остановился Леонид, освещая тёмный участок фонариком. — Здесь мы и застряли. По данным и чертежам, дальше должен пролегать туннель, а за ним следующий спуск, но мы не смогли пробиться.

И правда, в этом месте лежали на земле кирки, а также была установлена немалых размеров буровая установка. На одном из ящиком лежал оставленный кем-то противогаз, каска и другое шахтёрское снаряжение.

Подойдя к преграде, что представляла из себя подобие завала, приложил руку.

Хм, энергии в камне не чувствуется, так что тогда?

Взял кирку, чем удивил Леонида, и ударил по породе, выбивая искры. Именно искры, а не каменную крошку, как должно было произойти. Глухой удар эхом разошёлся по шахте, уходя всё дальше наверх. Мои руки слабо тряхнуло от отдачи.

— Как интересно… Значит, говорите, что сканеры дальше не могу пробиться, как и буровая установка?

— Именно так, ваше благородие. Александр Павлович очень заинтересовался этим вопросом после моего доклада, но решил, что сначала перед его вмешательствам вам самому стоит взглянуть.

— Вы не могли бы отойти чуть подальше?

Мужик кивнул и отошёл метров на пять, продолжая светить фонариком.

Я вернул кирку на место и вновь приложил руки к камню. Поверх моих ладоней появились Барьеры Огня, в которые я вливал всё больше и больше энергии. Оранжевый цвет стихии постепенно сменился на синий, как и само пламя. Для Леонида мои руки сейчас полыхали похлеще промышленной печи. Температура неумолимо росла, а дышать становилось труднее. Всё же огонь требует немалое количество кислорода для горения, а в шахте его не сказать, чтобы прям много. Для безопасности мужика создал вокруг него купол Жёсткого Барьера и несколько Барьеров Воздуха, отчего он вздохнул более свободно.

Камень раскалялся под моими ладонями, но ни в какую не хотел плавиться. Температура была такая, что я мог за считанное мгновение превратить в пепел даже огненных тварей, но толку было ровно ноль.

В конечном итоге я убрал руки с камня. По логике он должен был ещё сохранять температуру и красноту, но удивительно быстро вернулся в норму, вновь став холодным на ощупь.

— Ваше благородие⁈ — крикнул мне Леонид, находившийся в куполе. Барьер исчез и мужик от неожиданности покачнулся. — С вами всё хорошо⁈

— Да, вполне, — задумчиво ответил я, а затем улыбнулся и сказал: — Ступайте наверх, Леонид, и ждите меня там.

— При всём уважении, ваше благородие, — обеспокоенно начал он. — Я не могу вас оставить здесь одного. У меня приказ… Если с вами что-то случится, то…

— Об этом не переживайте, — махнул рукой. — У меня всё под контролем и Александр Павлович вам ничего не сделает. Возможно даже наградит, но это не точно.

Леонид поколебался, но понимая, что спорить бесполезно, оставил меня одного со своим фонарём и отправился наверх, обещав спустить лифт.

Как только я понял, что лишних глаз больше нет, то вновь улыбнулся, смотря на камень, и сказал:

— Maretant ayrun shidora’u…

Поднялся тихий гул, будто сама земля тяжёло вздохнула, а затем камень дрогнул и начал меняться. Острые и неровные грани сглаживались, превращаясь в ровные блоки, которые начали складываться, словно мозаика.

Значит, не ошибся. Ещё когда я начал плавить породу, то уже испытывал догадки, но теперь они подтвердились. Каким бы крепким ни был камень, он бы не выдержал тот жар и энергию, что я пропустил через него. Да… Если только речь не шла по один знакомый мне Орден.

Взяв фонарик и двинув по туннелю, я внимательно прислушивался к треску деревянных балок, ступая по темноте. Воздух становился всё более спёртым, но терпимо.

— А вот и спуск, — хмыкнул я, найдя дыру и старую шахту лифта, но без самой платформы.

Если третий уровень уходит на полтора километра вниз, а Леонид сказал, что шахта должна быть очень глубокой, то сколько же лететь? А, пофиг, не попробую — не узнаю.

Сделав шаг, отправился в свободный полёт в темноте. Фонарь пусть и освещал, но слабо, а потому я создал вокруг себя несколько мелких Барьеров Молнии, что осветили тьму. Барьеры Огня из-за недостатка кислорода решил заранее не использовать.

Вот же ж… Я падал уже порядком десяти минут, а дна всё не было! Вылезти отсюда проблем не составит, но придётся муторно создавать Барьеры Воздуха для толчков!

Когда мне уже хотелось смеяться и в голову пришли мысли, что таким темпом я доберусь до центра мира, то увидел внизу проблески синего света. Ещё через минуту на стенах шахты лифта стали появляться мелкие вкрапления кристаллов, что его и источали. С каждым пролётом их становилось всё больше, как и света. Я развеял Барьеры Молний и выключил фонарик, а когда увидел «пол», то создал под ногами Барьер Воздуха и спокойно приземлился.

Рукотворный туннель, причём явно сделанный не бывшими рабочими Красновки, а кем-то другим, тянулся на добрых метров двести. Пойдя по нему и подмечая, что сам туннель был укреплён тем же камнем, что я видел на входе, вышел из дыры.

— Ну привет, — хмыкнул я, оказавшись в огромной рукотворной пещере и видя перед собой непередаваемое словами великолепие.

Огромный кристалл, излучающий синий свет висел на потолке пещеры, освещая собой небольшое поселение. Я видел высокие стены с воротами, что состояли полностью из камня. Небольшие домики и площадь, где находилась странно знакомая полукруглая арка.

Интересно то, что находилось это поселение на эдаком островке, вокруг которого была лишь бесконечная пустота и пропасть, а к воротам вёл каменный мост.

Спустившись и вновь создав под ногами Барьеры Воздуха для приземления, я двинул по этому мосту к воротам, но стоило мне подойти к ним, как опять раздался гул. Монотонный, эхом звучавший в пещере и становящийся всё сильнее.

Из ворот и стен, что прилегали к мосту, стали отделятся четыре каменные двухметровые фигуры. Гладкие тела без единой шероховатости и остроты породы. Мощные длинные руки, одна из которых была пятипалой, а другая оканчивалась толстой шарообразной булавой с шипами. Круглые головы и выдвинутая вперёд крупная челюсть. Сквозь их тела просвечивались синие прожилки энергии, будто вены, сияющей также и в глазах.

Големы, сомнений быть не могло. И не дикие, рождённые от стихии, а рукотворные.

Угрожающий рокот прозвучал из их глоток, а затем они двинулись на меня. Стражи… Вот, кем они были.

— Malaha tirasil oia Venator.

Стоило словам сорваться с моих губ, как они замерли, будто истуканы. Энергия в их глазах вспыхнула ещё сильнее, но вскоре потухла.

«Ст-ра-жа Оп-лота приве-ствует те-бя… Благо-родный Вена-тор…» — раздался в голове скрипучий голос, после чего големы склонили головы и отступили, вновь начав сливаться с камнем.

— Съездил проверить шахту называется, — улыбнулся я, видя как ворота медленно и со скрипом начали открываться, впуская меня внутрь.

Глава 19

Пусто и безлюдно. Чем бы ни был этот Оплот, как его назвали стражи големы, но если здесь и жили когда-то разумные, то они ушли.

Изначально, ещё только увидев это поселение, я заметил, что оно небольшое. Но это не совсем так. Внутри оно стало ещё меньше, даже с учётом одноэтажных и двухэтажных каменных домов. Архитектура была мне знакомы, а потому особо удивления я не испытывал.

Подгорный народ или гномы, как их ещё называют. Храбрые бородатые коротышки, которые относились с другим расам с недоверием и даже лёгким пренебрежением. Дома Гномов, как у них назывались семьи или кланы, топили за то, что остальные разумные уступают великому подгорному народу во многом. Не сказать, что это движение можно сравнить с расизмом, но некую исключительность коротышки о себе думали. Вот только это не было бахвальством. Лучшие инженеры, свирепые воины, непревзойдённые маги земли и металла. Они по праву своему считались одной из самых мощных рас в Многомерной Вселенной. Единственные, кого гномы ставили вровень с собой, так это Орден Охотников, силу которых уважали, и Орден Архитекторов, что превосходил их в обращении со стихией земли. Да что тут говорить, члены Ордена Архитекторов были для коротышек чуть ли не самыми почётными гостями.

Пройдя мимо двух массивных статуй гномьих воителей, что возвышались и замерли с двумя молотами над головой, я вышел на небольшую площадь.

Вязь символов на каменной плитке, фонари, внутри которых сияли мелкие кристаллы вроде того, что висел на потолке пещеры. Неподалёку стояло здание магистрата, а возле него несколько пустых постаментов под штандарт. Но если мне и хотелось зайти в магистрат, чтобы порыться в бумагах и найти что-нибудь интересное об этом месте, то я не спешил.

Портальная Арка. Каменная и полукруглая. Гномий язык сложен, даже очень. У них, как бы это сказать… Слишком много временных глаголов. Если в Русском языке их три, то у коротышек двенадцать. И это не считая около десяти диалектов, каждый из которых уходит в вечность камня, когда подгорный народ был рождён.

Даже с моим рвением к знаниям и желанию узнать всё новое, я обладал дай Кодекс четвертью этим языком, и то лишь на двух диалектах. Этого вполне хватило, чтобы разобрать часть рунной письменности и вязи символов на портальной арке, чтобы понять, куда именно вёл проход.

— Карандор… — прошептал я, проведя пальцами по последнему слову. — Значит, вы ушли туда. Но зачем?

Гномы существовали во многих мирах Многомерной Вселенной, но Карандор не принадлежал к их числу. Мир летающий островов, он не подходил для подгорников, но кто бы ни построил эту арку, вела она именно туда.

Находка потрясала. Если бы я знал, что в моей шахте найдётся такое сокровище, то сорвался бы сюда сразу же. Одна эта арка уже окупила всё затраченное время и силы. Рабочая арка портала… Единственная проблема была в том, что она полностью обесточена из-за отсутствия Путеводного Камня. Уверен, уходящие гномы забрали его с собой, чтобы никто не последовал за ними. Но это глупо по двум причинам. Первая: люди, что нашли бы этот портал, не смогли бы разобраться в нём. Точнее не так… Смогли, но прошло бы слишком много времени, пока они подберут шифр и смогут прочесть язык гномов. Вторая: даже без Путеводного Камня можно запитать эту арку. Сложно и придётся очень изгаляться, но это возможно.

Если у меня получится… Если мне действительно удастся запустить её, перенастроить вязь и вбить точные координаты, то портал не только заработает, но и откроет путь в миры Ордена. Туда, где сейчас мои братья. Звучит невероятно и от этого захватывает дух, но обнадёживаться не стоит. Как я уже сказал, моё знание языка гномов оставляет желать лучшего, а портальная магия это с чем можно ошибиться. Любой просчёт или осечка, и вместо нужного места я окажусь в лучшем на дне какого-нибудь океана. И это при учёте, что мне придётся создать аналог Путеводного Камня, который не только создаст нужный поток энергии, но удержит его и стабилизирует. Я видел, что бывает, когда такой камушек взрывается из-за нестабильности и зрелище это, скажу вам, такое себе. Огромная гора и целая империя подгорников под ней в один миг просто переставали существовать.

Так что, да, пока что возвращение домой это лишь мечты, но вполне реальные.

Закончив с аркой и испытывая подъём настроения, я всё же пошёл в магистрат. Если и сохранились какие-то бумаги, что здесь делали гномы и почему они ушли, то только там.

Хм, судя по пыли на стеллажах, столах и полу это место пустовало уже давно. Да и паутиной все успело обрасти.

Рабочие места, за которыми ранее трудились работники магистрата были пустыми. Если не считать потухших кристальных ламп, пепельниц с остатками пепла и табака, а также письменных принадлежности в виде в рунных чернил и перьев.

Интересно то, что как только я распахнул двери здания, то лампы начали светиться. Слабо, но постепенно усиливая освещение. Значит, кристалл над поселением некий аналог сырой энергии? Не желейка, а целое, мать его, миниатюрное солнце?

На моём лице растянулась улыбка, от мыслей, что догадки с каждой минутой прибывания в этом месте становятся всё правдивее. Гномы не могли вырастить такой кристалл. Для этого нужны не только обширные знания, колоссальное количество энергии, но и построение печатей, чтобы зациклить энергию. Сделать так, чтобы она не только тратилась, но и воспроизводилась.

Полное подтверждение моим догадкам я нашёл в кабинете главы магистрата. Кем бы ни был этот гном, но он словно знал, что когда-нибудь защитную стену пройдут, как и големов стражей.

Дневник, вот что он оставил на столе. Пыльный и частично обветшалый, но уцелевший и написанный не на гномьем языке, а на общем.

583 год Заката Золотой Эпохи…

1 день после падения…

Сбылось худшее, что я мог себе представить… Вначале появились глашатаи. Их сладкие речи проникали в умы поднебников, совращая их и обещая посулы. Люди пали первыми. Самые многочисленные, они не устояли против натиска Скверны, а часть их королей и императоров приклонили колени перед ужасающей силой Скверны. Далее пришёл черед остроухих древолюбов. Их леса, которые они так восхваляли и за которыми прятались, были опустошены.

А затем… Затем Скверна дошла и до нас. Я говорил нашим Танам, что грядёт, но они не слушали ни меня, ни даже благородного Отара. Сила в нашем единстве. Так мне всегда говорил отец, но это оказалось сказкой. Когда Скверна пришла в Бор-Атол-Горад наше единство распалось в один миг. Таны предали нас, предали собственный народ, когда поняли, что ни одна армия не способна остановить вторжение нежити. Как можно сражаться против тех, кто не чувствует боли? Разве можно ранить того, кого не страшит даже смерть? Но пусть враг и был неостановимой силой, больший ужас внушало самое предательство тех, в кого мы верили. Как и людские правители, Таны один за другим стали слугами Скверным, отрекаясь от Горы Матери и Отца Кузни. Именно из-за них пал Бор-Атол-Горад и лишь Последний Легион Бессмертных смог на короткий миг отбросить наступление Скверны. Великие воины… Легендарные Стражи… Помню, как ещё будучи мальчишкой я видел их марш. Сила стали, мощь пламени души и несгибаемая воля, рождённая от союза Горы Матери и Отца Кузни. Их падение стало концом всего. И пусть Бессмертные выиграли нам время, их смерть ознаменовала конец некогда великого народа.

2 день после падения…

Порталы работали. У меня были сомнения, что сделанные из палок и говна Бутрусов Путеводные Камни выдержат поток и стабилизируют арки, но мы смогли. Краткий миг радости, но отнюдь не победы… Я видел, как тысячи гномов спасались бегством через эти арки, что вели в миры, где можно найти спасения. Но те, кто понимал, что будет дальше, осознавали… Это лишь продолжение агонии. Мы пали и это неоспоримый факт. Великая Империя Железного Трона исчезла, оставив после себя куски тех, кто будет до конца жизни жить в ужасе и страхе.

Наверное, не будь у меня и остальных Сваров поддержки благородного Отара, то мы бы не стали уходить. Остались, чтобы погибнуть вместе с домом, который так любили и который потеряли. Но мой друг убедил меня, что нужно идти. Искать место, которое примет нас и станет новым домом. Место, где мы сможем жить не страхом, а чувством мести. Отар обещал нам, что поможет. Отведёт туда, где обитает не только его Орден, но и те, кого мой народ звал Венаторами.

Я слышал множество легенд и мифов об этих людях, которых уважали и возносили, как полубогов. Венаторы… Орден Охотников… Сила, которая не страшится Скверны. Мне не доводилось видеть их, а рассказы деда были похожи на сказки. Разве может человек в одиночку одолеть дракона? Сотни тон мышц, летающих на мощных крыльях и изрыгающих плавящий даже самые крепкий метал огонь? Поистине легенды и мифы… Но я верил в них. Верил, что под защитой Ордена Архитекторов и Охотников мы найдём свой шанс стать чем-то большим.

3 день после падения…

Ошибка. Мелкая ошибка в вязи рун, допущенная из-за страха перед наступающим врагом. Портал, что должен был перенести нас в мир, где по словам Отара обитал его Орден, отправил нас в совсем иное место. Молодой мир, населённый людьми. Только покинув неизвестную шахту титана, которая не была особо богата этой рудой, мы с трудом не столкнулись с людьми. Наше появление могло вызвать вопросы и проблемы. Всё же различие гномов и людей слишком… очевидны.

4 день после падения…

Отар пошёл в разведку. Он человек и ему проще, а по его возращению мы узнавали, что это за мир. Интересно то, что в нём существовала магия, но её проявление… Слишком поверхностно. Люди не используют даже сотый потенциал того, что могли бы обрести, но зато их достижения в плане технологий меня поразили. До гномов им, конечно, далеко, но что-то они все-таки умеют. Особенно мне понравилось их достижение в военной сфере. Мы, подгорники, славились своим искусством инженерии и мастерства пороха, но люди этого мира… В искусстве огнестрела они пошли дальше. Кремневы ружья в разы уступали тому, что принёс и показал мне Отар. Я сразу понял, что это был пистолет, но его строение очень сильно отличалось от того, что создавал мой народ. Дуло не длинное, а короткое и узкое, что ускоряет полёт пули и лучше влияет на баллистику. Спусковой механизм более упрощён, нет лишних деталей. Но пусть пистолет и стал для меня и остальных Сваров находкой, большее впечатление произвели сами патроны. Людям этого мира более не было нужды производить манипуляции с соплом и порохом, чтобы забить патрон в дульную коробку и это… Потрясает.

14 день после падения…

Первый контакт моего народа с людьми поверхности. Нас приняли с опаской, а некий Пётр Горюнов назвался главой рода. Я уже понял, что в этом мире существует расслойка населения, как и других мирах людей. Простолюдины и аристократы. Сильные и слабые. Удручает, что людям не знакомо единство, но кто я такой, чтобы судить их? Особенно, после нашего падения.

Горюнов обещал помочь. Сильный и волевой человек, который принял нас на своим землях, как равных. Отар стал гарантом, что за помощь с порталом и добычей нужного количества сырой энергии, мы поделимся с Горюновыми нашими знаниями.

Пётр очень заинтересовался стражами нашего оплота, но ещё больше он желал узнать о тех, кто защищал сам магистрат. Пятеро выживших Бессмертных, что защищали порталы и ушли вместе с нами. Я понимал желание Петра, но этот секрет… Слишком опасно отдавать его людям.

Услышав шорох, я поднял с дневника глаза и посмотрел на пробежавшую крысу, что заметила меня и драпанула на выход.

Даже в этом месте, защищённом и оставленном как-то смогли появится грызуны.

Но да ладно. Вновь вчитавшись в дневник, перелистнул страницу и с прискорбием заметил, что большая часть следующих пришла в негодность. Остались только последние, на которых и заканчивалась писанина гнома.

180 день после падения…

Портал почти готов. Вовремя, ведь живя в почти что изоляции, мой народ начал загнивать. Мы использовали часть руды шахты, чтобы создать основу для нового Путеводного Камня, но этот металл подходил для этого с трудом. Слишком слабая проводимость энергии, благо Горюновы предоставили золото и серебро. В сыром виде правда, но рунные кузницы гномов справятся и не с таким!

Отар помогал мне с настройкой арки. Карандор… Именно в этот мир мы отправимся, где найдём собратьев Отара, а дальше предстояло знакомство с Орденом Охотников. Что мы можем им предложить за их защиту и силу? Этот вопрос мучает меня с самого начала строительство арки. Те, кто не может принести пользу — не нужны. Простое правило, которого я всегда придерживался. Каждому по способностям. Каждому по таланту. Именно так жили гномы, но вдруг мы окажемся недостаточно достойны для благородных Венаторов? Мне не хотелось об этом думать, но мысли не покидали меня ни днём, ни ночью. Впрочем, с сиянием Глубинного Кристалл сложно понять, какое сейчас время суток. Приходится рассчитывать лишь на своё восприятие, как подгорника.

250 день после падения…

Я устал, но работа закончена… Благодаря Отару мы смогли закончить портал и синхронизировать его с Путеводным Камнем. Долгий и кропотливый труд, который отнял множество сил не только у меня, но и других гнов. Ещё по приходу сюда, мне казалось, что нас так много. Что наше единство пусть и сломлено, но мы сможем его вернуть. Но день ото дня я видел, как отчаяние охватывало наши сердца всё сильнее и сильнее. Неудачи, недостаток нужного оборудование, которое невозможно создать в условиях этого мира… Всё это давило на наши плечи и души. Наверное, не будь с нами Отара, то мы бы опустили руки. Без его помощи и сил, всё было бы в пустую.

Горюновы получили своё награду за помощь и с сжатым сердцем я видел, как их глава был этому рад. Пусть он не получил от нас знания по созданию Бессмертных, но тайну големов пришлось раскрыть. Мне тяжело осознавать, что секреты моего народа стали разменной монетой за жалкие гроши, которые для империи Железного Трона не стоили ничего. Надеюсь, мои предки не видят меня сейчас, но я не мог поступить иначе. Всё ради народа. Всё ради единства.

251 день после падения…

Последняя запись… Алчность людей не знает границ. Я понимал, что такое случится, но не желал верить.

Горюновы пришли внезапно. Вооружённые и готовые к бою, они потребовали от нас сдаться. Только теперь я осознаю, что все это время они и не хотели нас отпускать. Помогали, чтобы мы построили портал, который должен был помочь нам уйти. Вот только для людей этот портал мог стать той ступенькой, что позволила бы обрести ещё больше власти, богатств и знаний. Но помимо этого Пётру нужны были и мы, хранящие недоступные ему секреты.

В какой раз я убеждаюсь, что Отара нам послали Гора Мать и Отец Кузня. Именно он смог создать заслон, который удерживал и продолжает удерживать людей в шахте. Им не пробиться, но даже так, нам нужно спешить. Сегодня, да… Сегодня мы уйдёт в Карандор и навсегда забудем про этот мир, что пусть и стал для нас временным домом, но оказался слишком жаден.

Отар заверил меня, что лишь его братья или кто-то из благородных Венаторов сможет найти это место. Я верил своему другу и соратнику, а потому, скрепя сердце, принял решение.

Кто бы ты ни был, читающий этот дневник, ступай дальше по главной дороге, что ведёт за магистрат. Найди ангар кузни, пробуди их и спаси от вечного сна. Они достойны этого… Достойны, чтобы вновь проснутся. Я не смог их спасти… Не смог взять с собой из-за нестабильности портала и их душ… Прошу тебя, сделай это за меня.

— Балин, сын Глойна и внук Тгора, — прошептал я последнюю приписку и закрыл дневник.

Занимательное чтиво, раскрывшее все вопросы. Жаль этих гномов и их мир, куда вторгся Неназываемый. И тем сильнее жаль, что он самолично увидел падение своего народа, а также предательство тех, в кого верил до конца.

Эмиссары очень искусны в достижении своих целях и подготовки мира к вторжению. Более того, я уверен, что мир Балина был обречен ещё до того, как он осознал всю катастрофу. А его друг Отар… Мне не был знаком этот брат из Ордена Архитекторов, но он сделал всё, что мог. Достойный человек.

Интересным открытием стал контакт гномов и Горюновых, а также их последующее нападение с целью захватить коротышек. Теперь об этом роде мне захотелось узнать ещё больше, но это пока что ждёт.

Забрав с собой дневник, покинул магистрат и пошёл по дороге, какую указал Балин. Широкая, она явно строилась с упором на телеги или машины, но ни того, ни другого у гномов не было. Только големы, но те строжили вход.

Кузня нашлась практически сразу. Всё же поселение небольшое да и мне уже доводилось встречать рунные кузницы гномов. Вот только пусть я и ощутил азарт от того, что могу найти в этом месте что-то полезное и интересное, что можно использовать в будущем, но гномы забрали всё с собой.

Впрочем, без сюрприза я не остался и стоило зайти в ангар, что был совместительству и складом, нашёл то, отчего улыбка сама растянулась на лице.

Факелы слабо вспыхнули. Синий свет кристаллов осветил пять шестиметровых исполинов. Гладкая чёрная броня, мощные искусственные мышцы, выращенные из аналога живого металла. Трубки и провода, по которым должна бежать энергия и которые заменяли вены этих громадин.

Бессмертные…

Преклонив одно колено и сжимая в руках оружие в виде копий, мечей, булав и башенных щитов, они словно ожидали своего часа. Часа, когда вновь смогут проснутся.

Подойдя к тому, что был в центре и на броне которого виднелась руническая вязь регалий и заслуг, я приложил к его груди ладонь.

Холодный и безжизненный металл, внутри которого жила душа воителя гномов. Даже после смерти на поле брани, подобные воины не желали оставлять свой народ без защиты. Сталь стала их телами. Провода и трубки — мышцами и венами. И пусть внутрь этой оболочки можно было поместить лишь слепок сознания воителя, этого хватало, чтобы сделать из них грозных воинов. Последним аргументом, который стоял на страже своего народа.

— Marafat soil ame Berasat…

С каждым словом я подавал часть своей энергии внутрь брони, отчего металл начал слабо, но нагреваться. Красная энергия, словно огненная кровь, побежала по венам Бессмертного, а затем его глаза вспыхнули.

Медленно пробуждаясь ото сна, исполин начал подниматься и я отошёл, а то ещё зашибёт!

Бессмертный осмотрелся вокруг, после чего сфокусировал на мне свой взгляд. Ему не нужно было знать моё имя и прошлое, ведь моя энергия стала тем, что пробудило слепок его души. Именно по ней он понял, кто перед ним, а потому без слов ударил монструозной глефой по полу склада.

Раздался пронзительный гул, после которого остальные Бессмертные начали оживать. Командир позвал их, и они откликнулись.

Когда все пять воителей ожили, то словно замерли в ожидании. Души… Каждый Охотник способен услышать их песнь, недоступную обычному человеку, а потому я знал, что сейчас они переговаривались. Пытались осознать и вспомнить, что они здесь делают.

— Древние воины, — привлёк я их внимание, обращаясь на общем языке, а в моём голосе зазвучали командирские нотки. — Ваша империя пала, а народ бежал. Сила, что пришла в ваш мир забрала многих. Скверна лишила их душ, лишила шанса на перерождение…

Глаза Бессмертных угрожающе вспыхнули, а их руки сжали оружие до скрипа.

— … Я чувствую вашу боль, вашу ярость и желание мести. Даже придя сюда, в этот мир, вы не обрели новый дом, но продолжали защищать свой народ. Даже после того, как вас оставили здесь, вы желаете вновь лишь одного — защищать.

Моя аура высвободилась в полной мере, а золотое пламя окутало с ног до головы, освещая мрак склада ещё сильнее и заставляя души Бессмертных замереть в трепете.

— Я не могу обещать вам возвращение к своему народу. Не могу дать слова, что вы вновь увидите родной камень Горы Матери и пламя Отца Кузни. Но одно я могу вам дать, — сделал я паузу и громыхнул. — Месть! В этот мир, мой мир, однажды придёт Скверна! Придёт тот, кто уничтожил ваш народ! Это неизбежно и это свершится! Так ответьте мне, Великие Стражи, готовы ли вы остаться здесь и вновь пребывать во сне, или будете сражаться бок о бок со мной⁈ Встанете ли плечом к плечу с тем, кто бросит вызов Скверне и вашему злейшему врагу⁈

От моего голоса содрогались стены и пол ангара, а когда он утих, то на короткий миг возникла тишина. Тишина, которую в едином порыве разорвал рёв пяти душ! Бессмертные вновь приклонили колено, сжимая своё оружие, а затем в моей голове раздался воинствующий голос их командира:

«В наших сердцах горит пламя Отца Кузни! В наших венах течёт кровь Горы Матери! Мы те, кто не ведает страха! Мы — щит, что закроет стеной слабого! Мы — меч, что сразит врага! Мы — Железный Легион Бессмертных! И мы пойдём с тобой в битву, благородный Венатор!»

Глава 20

Итак, дано: пять шестиметровых Бессмертных воинов, которые одним своим видом могут внушить ужасах и трепет. Задача вывести их на поверхность, сделать это максимально безопасно и без лишних глаз? Самый лучший вариант, просто избавиться от этих самых глаз. И нет, речь идёт не про убийство.

Отдав приказ оставаться в Оплоте и ждать, я поднялся на поверхность. Работа закипела, стоило мне сделать дозвон сначала Неврозову, а потом своему деду. Александр Павлович хоть и удивился тому, что его помощь в Красновке больше не нужна, но спорить и задавать вопросы не стал. Умный он мужик, сложил два плюс два и всё понял. Это моя земля, а значит любые секреты мои секреты, а раз мы стали своего рода союзниками, то и пытаться что-то выяснить было бы… некрасиво.

Начальник работ по разработке шахты получил от него прямой приказ и быстро начал сворачивать деятельность своих бригад. Николай, в меру своей любопытности, пытался всё же разузнать, что мне удалось найти. Пришлось мужика отдёрнуть и сухо объяснить, что остальное дела рода Беловых. Глупого человека на его должность бы не поставили, а потому он сразу смекнул, что лучше в это дело не лезть. Надо будет, пусть господин сам разбирается.

Больше опасений и некого удивления вызывала не сама поднявшаяся шумиха, а моё личное присутствие. Будто стена, я встал перед входом в рудник и накрыл его тройным слоем Жёсткого Барьера. Стоит ли говорить, что такое проявление силы повлияло на рабочих ещё лучше, чем простой окрик начальства? Будто муравьи они быстро начали сворачивать работы. Оставался момент со снаряжением внутри шахты, но этот вопрос с Александром Павловичем решился быстро и я банально выкупил его. Ещё один звоночек для его любопытства, но мне плевать. Никто не войдёт в это место, пока я лично не дам тому разрешения. Отныне Оплот станет вторым по значимости активом рода, а значит и оберегать его стоит соответствующе.

Захар хоть и не знал всей информации, но сразу же смекнул, что дело серьезное. Боец занял позицию рядом со мной и для достоверности вытащил пистолет.

То, что я сейчас делал было своего рода оскорблением для Неврозовых. Недоверие к союзнику и его людям. Но на то были причины. Сколько их этих работяг истинно хранят верность своему господину и не работают на стороне — неизвестно. Если утечка информации по странной шахте ушла дальше, то заинтересованные гости рано или поздно будут здесь.

Почему я собственно так решил? Простая логика. Если что-то хорошо охраняется, значит это ценно. Сканеры пробиться не могли, буровые установки тоже. Одного этого хватит, чтобы понять — тут есть чем поживиться. Мой род входит в третий десяток списка по силе и политическому влиянию, а значит более мощные кланы и рода могут попытаться наложить руки на нужный им актив. Стоит к этому добавить Горюновых, которым ранее принадлежала эта земля. Что бы не случилось с этим родом, но их уничтожили. Кто — неизвестно. Почему — тоже. Если гномы отдали им секрет создания големов и Горюновы смогли воспроизвести хотя бы нескольких из них, то их исчезновение выглядит очень странно. Для противоборствования одной силе нужна соответствующая. И мне очень хотелось бы посмотреть, кто оказался таким сильным, против кого не помогли даже големы. Впрочем, стоит учитывать тот факт, что Горюновы могли банально не успеть их создать, но я почему-то в это не верил.

Вот и получалось, что паранойя как бы и беспочвенная, но и в то же время это отнюдь не так.

И подтверждение этому появилось очень скоро. Гораздо быстрее, чем ожидалось. Слишком долго я провёл внизу и вышел уже под глубокий вечер, а потому взрыв самоходной машины-генератора был хорошим ходом нападавших.

Свет в шахтёрском лагере рабочих потух в один момент, ударная волна раскидала проходящих рядом людей и часть из них пострадала. Вспыхнуло пламя, что перекинулось на деревянные материалы с ящиками и остальными машинами. Произошёл каскад взрывов, будто минировали не только самоходку, но и остальной транспорт, включая буровые установки.

Зазвучали крики и выстрелы. Тяжёлый смог от горящих машин бил в небеса, а запах гари и масла ударил в нос.

— Ждали, значит, суки, — холодно хмыкнул я.

Гибкий Барьер растянулся и прикрыл собой Захара. Боец удивился, но быстро смекнул, что произошло, а потом занял позицию за ящиками.

Выстрелы становились громче, как и паника шахтёров. Большая их часть попряталась в вагончиках, а кто-то разбегался в стороны, устремляясь в густой лес. Хорошее решение.

Я внимательно всматривался в завесу дыма и стоял перед входом, будто монолит. Хреново, что гвардия моего рода прибудет только через два с половиной часа в лучшем случае. Зная Иваныча на сбор они много времени не потратят, но вот дорога… Мне точно нужно купить для рода что-то быстрое и желательно летающее.

Сквозь дым появились целеуказатели винтовок и в мой Барьер прилетели антимагические пули. Ублюдки подготовились, зная с кем придётся сражаться. Да и что-то разговоров предупредительных не было, а значит им заведомо дали приказ на устранение.

Пули разбились о Жёсткий Барьер и упали на землю, после чего из завесы выбежало сразу пятеро. Физики, магистры. Быстрые.

Держа в руках холодное оружие, со спрятанными под балаклавами лицами, они ринулись на меня и Захара. Стрелки были на поддержке и продолжали точечно палить, но без особого толка.

Я приготовился вступить в ближний бой. И пусть у меня не было с собой молота, но были Барьеры. Да и к тому же, Охотнику не нужно оружие, чтобы убивать. Он сам — оружие.

Но как оказалось, за своими мыслями о возможном нападении и его скором осуществлении, я забыл про одну вещь. Пусть моя гвардия ещё далеко, но ведь теперь у меня есть не только она. Теперь у меня есть Железный Легион Бессмертных.

Физики в едином порыве застыли в шоке и неверии, когда из шахты вышло и прошло сквозь мой Барьер пять исполинов. В свете пожара и дыма их тёмная броня с красными венами-трубками смотрелась эпично, а лезвия мечей, наконечники алебард и копий полыхали в цвет огненной энергии.

М-да, я и забыл, что с этими ребятами нужно давать чёткие приказы. Оставаться и защищать слишком расплывчато, вот они и выползли, когда почувствовали угрозу в мою сторону.

«Бессмертные, уничтожить неприятеля! Защитить благородного Венатора! — рявкнул их командир, а его голос был слышан в полной мере из-за нашей связи. — Покажем этим людям мощь Железного Легиона!»

Это было… феерично.

Вырвавшись вперёд, командир Бессмертных одним ударов алебарды в моменте превратил тройку Физиков в фарш. Будто коса, он прошёл сквозь них и рванул на полной скорости в дым. Ещё двое ублюдков он банально игнорировал, зная, что его братья расправятся с ними. Так, собственно, и произошло.

Надо было видеть бледное лицо Захара и его выпученные в шоке глаза. Жаль сфоткать не получится, потом бы Ефрему и Иванычу показал.

От поступи Бессмертных дрожала земля, а своими телами они сносили горящую технику, напрочь игнорируя любые преграды. Но вот что-что, а вагончики с ещё выжившими рабочими они плавно огибали, чувствуя, что те им не враги.

— Оставайся здесь! — отдал я приказ Захару и бросил ему меч одного из убитых Физиков. — Если будет худо, уходи за Барьер в шахту!

Он рассеяно кивнул, а я сорвался на бег и прорвался сквозь дым.

Стоило догадаться, что одна из бригад Неврозовых засланные казачки. Ошибка Александра Павловича? Что ж, спрошу об этом позже.

Вооруженные отнюдь не дерьмом, а хорошими стволами последнего образца, они пытались отбиться от прущих на пролом и сметающих всё на своём пути Бессмертных. В ход даже пошла ракетница — и где только достали? — но им она особо не помогла. Что может какая-то технология, против гномьей стали и науки? Пф-ф…

Как итог, ракета взорвалась, врезавшись в грудь одного из воителей, но тот даже не почесался. Ну а затем он банально раздавил своей ногой того, кто её пустил.

Как-то их… Слишком дохера. Больше, чем находятся рабочих в одной бригаде.

Ответ на этот вопрос пришёл довольно скоро. Пусть взрывы и стрельба заглушали звуки, но я отчётливо услышал гул турбин.

— А вот это интересно.

Словно мираж, маскировка незнакомых мне летающих аппаратов начала плыть волнами. Четыре винта, чёрный цвет, без опознавательных знаков в виде гербов.

Поравнявшись с землёй, транспорт выбросил с бортов канаты, по которым вниз начали спускаться очередные боевики. Пулемёты на носу птичек повернулись на Бессмертных и дали слаженный огонь, высекая землю и попавших под раздачу «не работяг».

Бессмертные на подобное особого внимания не обратили, продолжая уничтожать ещё живого неприятеля. Один из них заметил подкрепление врага и резво стартанул на опережение, чтобы встретить высаживающихся врагов у земли.

Впрочем, я тоже прибавил ход и бежал в ту сторону, подгоняя себя Барьера Воздуха. Хлопало знатно, а в ушах свистел ветер, но зато мне удалось нагнать воителя и поравняться с ним.

Он повернул ко мне голову и кивнул.

Что-то у этих ребяток всё слишком хорошо, да и высадка проходит без проблем. Нет, так дело не пойдёт!

Шесть Барьеров молнии растянулись по рукам до плеч. Зациклил структуру, затем ускорил вращение энергии и с каждым толчком в исходной точке добавлял ещё больше энергии.

Мне надо ударить не только по бойцам, но и пташкам, чтобы не ушли. Можно было бы использовать огонь, но тогда от транспорта мало что останется, при падение может уцелеть хоть что-то. Молния выжжет электронику, а потому это был хороший вариант!

Треск стоял оглушительный. С каждым мигом структура Барьеров насыщалась всё сильнее и сильнее. Мелкие молнии слетали с моих рук и оставляли пропалены на земле.

Бессмертный понял, что я задумал и резво прибавил ход. Вены его брони загорелись столь ярко, что изнутри повалил самый натуральный пар! Вырвавшись вперёд, он занял позицию, приклонил колено и закрылся башенным щитом, создав собой эдакий трамплин.

Я хмыкнул и кивнул.

Пришлось создать и сразу же разбить структуру Барьера Воздуха, чтобы добавить себе скорости и отправиться в полёт. Первые бойцы противника как раз спустились на землю, за ними к тросам присоединилась вторая партия. Но было уже поздно.

Даже сквозь стекло вертушки мне удалось заметить офигивающее лицо одного из пилотов, который наблюдал за моим полётом. Но ещё больше он пересрал от первородной стихии, что ярилась в моих руках, направленных в его сторону.

Помнится Ярик постоянно вздрагивал от грохота молний Ефрема и с восторгом смотрел на проявление силы старика. Интересно, что он бы сказал на это?

Рёв стихии был столь оглушителен, что отрезал абсолютно все окружающие звуки. Поток зацикленной молнии вдарил не только по бойцам, что спускались по канатам и начали падать на землю, как подпаленные мухи. Но ещё и пташкам, мгновенно взрывая винты и кабины пилотов, куда пришёлся удар.

Те, что успели приземлиться и не попали под раздачу, начали усиленную пальбу по уязвимой цели в моем лице. Всё же в воздухе особого не уклонится, но с моими Барьерами это как бы не требовалось. Но они этого не знали, а также ослабили бдительность, ведь я был не один.

Их командира — если это был он, судя по рации в руке — размозжило башенным щитом. Бессмертный снёс его, будто таран, а затем принялся своей булавой за остальных противников.

Приземлившись, вздохнул полной грудью запах пороха и дыма от пожаров. Осмотрелся, слушая за спиной грохот упавших птичек и подмечая, что территория вокруг рудника стала самым натуральным полем боя.

Бессмертные планомерно уничтожали огрызающихся, даже не думая кого-то брать в плен. Пришлось отдать их командиру мысленный приказ без нужды не убивать остатки.

Услышав звонок на телефон, увидел абонента и снял трубку.

— Дмитрий, что там у вас⁈ — чуть ли не в панике начал Неврозов старший. — Мои люди докладывают, что на вас напали! Вы целы⁈ Гвардия уже едет, скоро будут у вас!

— Всё в порядке, Александр Павлович, — хмыкнул я, подойдя к одному из мертвых бойцов и задрав его балаклаву. Хм, европеец, но определенно не русский. Прусс? Нет, американец. — Напали неожиданно по моему выходу из шахты. Видать ждали, пока поднимусь на поверхность. Моя предосторожность стала спусковым крючком к началу операции.

— Мне доложили, что нападавшие были одной из бригад рабочих. Это правда?

— Да, — кивнул, хоть он и не видел.

Неврозов абсолютно неаристократично матернулся, а затем сказал:

— Я во всём разберусь, Дмитрий. Буду держать тебя в курсе и предоставлю всю информацию, которую найду.

— У вас уже есть догадки?

— Скажем так, — сделал он паузу. — Стоит кое-что проверить.Кто-то пытался пробить мою деятельность в Красновке, но действовали тонко. Ладно, я свяжусь с тобой, как что-то узнаю.

— Ага, спасибо.

Повесил трубку, убрал телефон в карман и задумался. Причастен ли Неврозов? Если и так, то он мастерски лжёт и непревзойдённый актёр. Если ему изначально нужна была шахта, а всё наше с ним знакомство одна длинная партия… Нет, не сходится. Слишком много нужно учесть факторов. Значит, кто-то другой.

И почему я уверен, что тут явно замешаны исчезнувшие Горюновы? Вот прям чую, что это звоночек из прошлого этого рода. Пожаловали те, кто их истребил? Более вероятно. Впрочем, кое-что всё же известно. Им нужен был рудник и тот, кто откроет проход. А теперь вопрос… Знали ли они, что находится внутри?

— Опять интриги, — поморщился я.

Рация одного из бойцов захрипела.

— Красный-Один, доложить обстановку! Что у вас происходит⁈ — прозвучал гнусавый голос, говоривший на амерском.

— Нет больше твоего Красного-Один, — с ухмылкой ответил я с лёгким акцентом, нажав на кнопку. — Может расскажешь, кто вы такие и какого хера вам надо на моей земле?

Тишина. Эх, а так хотелось пообщаться и возможно узнать точные цели этих ребятишек.

Неожиданно тела погибших содрогнулись, на груди каждого из них, под одеждой, вспыхнул язычок пламени, который стремительно разросся и очень быстро спалил мертвецов до пепла. Частично уцелевшие вертушки взорвались, разлетевшись обломками.

— Ну вот, улики тоже уничтожили, — почесал затылок, кладя рацию в карман. Вдруг поможет.

Так, ладно. Надо бы проверить умерли ли пленные бойцы из бригады, что скрывались под личиной работников Неврозова. И если они не сгорели, как тела боевиков, то допросить. Ну а как прибудет гвардия и бойцы Перуна, занять и укрепить позиции на руднике. Всех оставить не получится, но какую-то охрану вполне, пока остальные будут выносить и перевозить в поместье то, что осталось от гномов. В частности портальную арку, на которую у меня имелись большие планы.

Тот самый Бессмертный, с которым мы навели здесь шухер, ожидал меня. А когда я двинул обратно к руднику, то пристроился сзади, держа дистанцию и готовый в любой момент закрыть щитом.

Пусть на горизонте появился неизвестный враг, который обладает странными технологиями и добивает собственных людей, чтобы те не проговорились, но это мелочи. Действительно мелочи, когда речь заходит о том, что я нашёл в Оплоте гномов.

В свете пожаров и дыма, Бессмертные помогали выбраться из завалов и покорёженных контейнеров выжившим рабочим Неврозовых. Аккуратно, чтобы не навредить людям, они вытаскивали их и ставили на землю, либо убирали полыхающие машины.

— Господин, с вами всё в порядке⁈ — выбежал ко мне Захар, крепко сжимая меч.

— Вполне, — улыбнулся ему.

Боец поднял взгляд с моего лица и посмотрел куда-то выше головы. Его лицо вытянулось и он хрипло спросил:

— Господин… Кто это?

Я обернулся и заметил, что ступающий за мной воитель не начал помогать своим братьям, а всё также находился рядом со мной. Будто телохранитель.

— А это, Захар, наше пополнение, — открыто ухмыльнулся я, после чего подошёл к воину и похлопал по стальной ноге. — Железный Легион Бессмертных.

Вздохнув, Захар покачал головой, отбросил на землю меч врага и произнёс:

— Мне определенно надо выпить после такого…

Глава 21

Санкт-Петербург… Той же ночью…

Тяжёлые капли дождя разбирались об окна богато обставленного кабинета, стекая вниз и создавая монотонную природную мелодию. Вдалеке сверкнула молния, а за ней приглушенно прозвучал раскат грома.

Выкуривая уже десятую сигарету, владелец кабинета не обращал внимание на вонь табака и витающий дым. Находясь в своих мыслях он наматывал круги по ковру доставленному из Османской Империи.

Мужчина сделал глоток бренди из стакана с тяжёлым дном, поморщился, и подлил из бутылки, что стояла на столе вместе с кучей документов.

Вновь из густых тёмных туч сверкнула молния за окном, и пусть вслед за ней раздался очередной раскат грома, мужчина услышал отнюдь не его.

Телефон на столе зазвонил. Приятная слуху мелодия прозвучала в динамике. Поставленная на звонок младшей дочерью, эта мелодия согревала сердце мужчине, будто смывая все невзгоды и проблемы. Но не в этот раз. Сейчас она звучала, как приговор.

Номер был неизвестен, но он знал, кто именно звонил.

— Да? — мужчина старался добавить своему голосу больше уверенности, но лишь боги знали, как трудно ему это далось.

— Ты подвёл нас, — спокойный тембр раздался в динамике.

Сердце мужчины ухнуло в пятки, спину начал покрывать холодный, липкий пот страха.

— Возникли трудности…

— Мы знаем о твоих трудностях, но ты был предупреждён. Провал недопустим. Секрет Горюновых должен был достаться нам, а не Беловым.

— Они третьесортный род, — попытался вывернутся мужчина, выигрывая время и шанс. — Я всё исправлю!

— Нет, не исправишь, — голос собеседника звучал всё также спокойно, как у палача. — Ты был слишком настойчив и ошибся, оставив следы. Под тебя уже начали копать и лишь вопрос времени, когда найдут. Нам не нужна утечка информации.

— Я ни разу не подводил вас! Я всё могу исправить!..

— Верно, ни разу, но теперь — подвёл и ничего не сможешь сделать. Любое твоё вмешательство усугубит ситуацию. Ты раскрыл себя, а значит можешь раскрыть нас. Приказ хозяина был чётким и ясным — никаких провалов. Прощай, Двенадцатый, более в тебе нет нужды.

Связь прервалась, монотонные гудки сброшенного вызова эхом зазвучали в разуме мужчины.

Он понимал, что это конец. Те, кто пришёл к нему, требуя верности и обещая в будущем власть, деньги и саму вечность, отреклись от него. Кем бы ты ни был, хоть самим Императором, если эти люди выносили тебе приговор, то спасения нет. Некуда бежать, негде скрыться или спрятаться. Они слышат каждый шорох. Наблюдают оттуда, где не ждёшь. Их речи могут звучать блаженной патокой, а могут и холодным приговором.

Пусть одинокое поместье на краю культурной столицы хорошо охранялось. Не только автоматическими турелями, датчиками движения, большими отрядами вооружённой до зубов гвардией, но и наёмными Одарёнными в рангах Архимагистр, они все равно не смогли бы защитить его. От тех, Кто Приходит — нет спасения.

Вновь сверкнула молния, повернулась стрелка напольных часов из красного дерева. Громыхнул гром, словно удар молота по наковальне. Или скорее молота, что забил последний гвоздь в крышку гроба.

За окном на короткий миг появилась мелкая синяя вспышка. До того быстрая, что заметить её можно было лишь на миг. Короткий миг, после которого наступила смерть.

Стакан выпал из рук мужчины, дорогой алкоголь расплескался по ворсистому ковру. В неверии опустив взгляд, он увидел в своей груди прожжённую дыру шириной в два пальца. В нос нещадно ударил запах палённого мяса и ткани.

Тёплая кровь заполнила его рот, неся за собой вкус меди и железа. Она стекала по губам, двигаясь дорожками по шее и падая вниз.

Покачнувшись, мужчина схватился за стол, оседая на пол. Даже его укреплённый энергией организм Одарённого не мог справится с такой раной в сердце.

В последний момент, слыша громкий бег гвардейцев за дверью, что спешили в кабинет, он увидел в окне прожжённую дыру. Дыру, за которой внутрь пробивались крупные капли дождя…

— Господин! — ворвался начальник гвардии в кабинет. — Господин!!!

Его рёв был слышан на всей территории поместья. Поднялась тревога, люди забегали, словно муравьи в поисках убийцы. Вот только никто из них не мог заметить мужскую фигуру в тёмном плаще, что сидела на высоком дубе в полутра километрах от них.

— Призрак— Базе, цель устранена, — сухо отрапортовал убийца, опуская винтовку, из ствола которой шёл небольшой дым.

Его голос звучал механически и прерывисто, а каждое слово давалось с неким трудом. Будь здесь случайный гость, то он бы вполне мог подумать, что дело в шлеме незнакомца и его странном костюме. Гладком, полностью металлическом и чёрном, как сама ночь. Синие линии, тянущиеся вдоль него, слабо пульсировали, будто к такт биению сердца. А такого же цвета визоры шлема могли внушить некий трепет своей чужеродностью.

— Принято, Призрак, — ответили ему через динамики. — Пересылаю тебе следующее задание. Высший приоритет.

Убийца замер на несколько секунд, быстро обрабатывая информацию, что посылалась прямиком в мозг через специальный интерфейс.

«Ещё один аристократ… Ещё один человек… Ещё один ребёнок…» — зацепился Призрак за образ темноволосого парня с янтарными глазами по фамилии Белов.

— Призрак— Базе, задание принято. Приступаю к исполнению.

Ловким и неуловимым движением убийца прыгнул с дерева на землю. Воздух вокруг него пошёл рябью из-за работы устройства камуфляжа.

И пусть на улице вовсю шёл дождь, что могло рассекретить его маскировку, а грязь оставляла следы, но ни на то, ни на другое он не обращал внимания. Ведь призраки не оставляют следов, а законы природы над ними не властны…

* * *

Как я и ожидал, перестрелка, переросшая в небольшую войнушку неподалёку от Красновки, вызывала кучу вопросов. И не только у моих родных, но и власть имеющих в Российской Империи. Точнее одного конкретного индивида в лице начальника Службы Безопасности Империи — Долгова Сергея Викторовича.

Не успели мы с Бессмертными разобрать последствия атаки, попить чай и дождаться моих людей, как он вышел со мной на связь. По телефону, разумеется. Я даже задумался сменить симкарту, а то что-то слишком много людей стало знать мой номер, и разговор сейчас отнюдь не про банки с их великодушными кредитными предложениями.

Пришлось пересказать СБ-шнику часть событий, сгладив углы касательно моего нового пополнения гвардии. Скрывать их все равно уже нет нужды. Банально потому, что их видели рабочие из бригад Неврозова. И это не считая тех стариков, что прибежали поглазеть и задать закономерный вопрос: «Что же эта здеся творится-то, а⁈ Что за страхолюдины, детей пугающие выползи на свет божий и какого рожна так много трупов-то⁈». Разумеется это перефразированно, но суть примерно такая. И ведь стариков не упрекнёшь, что им тут как бы делать нечего. Пришлось надавить своим авторитетом, как владельца этих земель и разогнать их по домам.

Так что, да, как-то вот так. Безопасно и беспалевно Бессмертных теперь не вывезти. Такому количеству людей рот не заткнёшь, да и смысл? Долго моих новых воителей прятать все равно бы не получилось. Слишком заметны. Если только в Оплоте, но смысл? После того, как оттуда вывезут все нужное и ненужное, а также извлекут портальную арку, охрана там особо будет не нужна. На крайний случай останутся големы, которых будет питать кристалл, но этого вполне хватит. Не только для защиты Оплота, но и добычи титана.

— Вы же понимаете, Дмитрий Борисович, что после всей полученной информации, вам придётся сотрудничать со следствием? — сухо осведомился Долгов. — Очередную попытку покушение на вашу персону ещё можно спустить на дела рода, но не когда дело касается неизвестных Империи технологий и лиц западной национальности.

— Сергей Викторович, — хмыкнул я. — Под сотрудничеством можно понимать разные вещи. Ваши жандармы, специалисты и криминалисты уже в пути, так? Ну вот, доступ им на мои земли я вам уже дал. Пусть копаются, узнают, забирают трупы и технику.

— То, что вы идете на встречу — похвально, но вы, Дмитрий Борисович, прекрасно понимаете — этого мало.

— Тогда чего вы хотите?

Честно признаюсь, этого разговор начал уже утомлять. Послал бы нахер этого СБ-шника, что прилип к моему заду, как банный лист, но это будет глупостью. По нескольким причинам: первая — Долгов начнёт копать и, возможно, найдёт тех, кто решил в меня немного пострелять. Вторая — если я не создам хотя бы видимость того, что готов помогать, то он прицепится ко мне ещё сильнее. Ну и третья — мне это в плюс.

Кто бы не решил попытаться взять мою шахту и попробовать лично меня на зуб, он обладает очень интересным вооружением и технологиями. Странные летающие аппараты, которые мне ранее не доводилось встречать в этом мире. Их маскировка в виде волнового камуфляжа, а также оружие. О, да, пушки! Хотелось бы забрать несколько образцов и хорошенько в них порыться, но вот незадача… они спеклись. В прямом смысле этого слова. Похоже, что в них было установлено тоже самое устройство — или его аналог — которое спалило трупы неизвестных амерсов. Ноль следов, ноль языков, ноль инфы. Удручающе, но и не с таким приходилось работать.

Про ноль языков, кстати, полная правда. Бессмертные пусть и взяли нескольких пленных, но и те сгорели, когда организаторы миссии по захвату решили устранить возможные следы.

— Для начала — поговорить, — ответил Долгов спустя некоторое молчание. — Насколько мне известно, у вас запланирован перелёт и посещение Московского Центра Охотников с целью получения вознаграждения. Вот там и встретимся. До этого момента я бы хотел, чтобы вы не распространялись о произошедшем.

— Это просьба или приказ? — улыбнулся я. — И как вы заткнёте рабочих Невзоровых? Они видели достаточно.

СБ-шник отчётливо вздохнул в трубку.

— Просьба, Дмитрий Борисович. Пока что — просьба. А касательно рабочего персонала — об этом вам не нужно беспокоится. На этом всё, Дмитрий Борисович, надеюсь на ваше благоразумие.

Звонок сбросился, я убрал телефон в карман и задумался.

Кому же перешли дорогу Горюновы и почему именно америкосы? Похоже, что всё-таки придётся платить бабки Организации и копаться в грязном белье. Правда были и другие способы, к которым хоть и не хотелось прибегать, но ситуация обязывала. Именно поэтому в моём пиджаке сейчас лежали три склянки с кровью командира отряда америкосов. И пусть его тело сгорело, но частички остались на щите Бессмертного, который его прихлопнул. Правда пришлось брать образцы быстро, как и искать колбочки для их сбора, но слава Кодексу — у рабочих они были. Неврозов к разработке шахты подошёл ответственно и оборудование для анализа шахты притаранил добротное.

Иваныч с Перуном и молодцами приехали в точности с предполагаемым временем, а затем начали оцеплять весь рудник. Притащили даже Тортик и Мангуст, на котором глава гвардии ехал во главе колонны.

Вопросов они не особых не задавали, хотя их подмывало. Особенно, когда увидели Бессмертных. Иваныч так вообще глаза протёр и спросил: ' мне же это не привиделось, да?'.

Пришлось остаться в Красновке до утра, попутно раздавая распоряжения и вводя в курс людей. Руднику присвоили код Красный, а потому оборона была усилена. Ну а когда работа закипела и в моём присутствии особой нужды больше не было, то я нашёл старосту деревни — Соломахина Эдуарда Сергеевича — и переговорил с ним. Мужиком он был с военной закалкой, служившим в пятом мотострелковом Имперском Корпусе, а потому ситуацию выслушал, принял и осознал. Его жена накормила меня вкусной домашней яичницей с кусочками бекона, напоила чаем и предложила отдохнуть в комнате их сына, но я отказался. Спать, пока рядом могли остаться недобитки амерсов было бы максимально тупо. Так что, поблагодарив улыбчивую старушку, двинулся обратно к машине.

— На, держи, — хмыкнул я, передавая Захару бутерброд с маслом и сыром. — Всё лучше, чем сухпай.

— Спасибо, господин, — расплылся в улыбке боец. — Едем обратно?

— Да, — кивнул ему. — Дождёмся машин, заберём нужное, потом домой.

— Понял-принял, — открыл он пассажирскую дверь. — Господин, а можно вопрос?

— М-м? Какой?

— А там, внизу, — красноречиво указал Захар глазами в землю. — Нет ещё Бессмертных? Эти ребята что-то с чем… Нам бы отделение таких… Нет, лучше взвод!

Я засмеялся.

— Нет, Захар, их лишь пятеро. Но поверь, нашим врагам и этого хватит.

— Эх, жаль, — расстроился боец. — А откуда они взялись-то? Я всю голову уже сломал себе, пытаясь это понять!

— Будешь много знать — состаришься, — похлопал его по плечу с улыбкой и залез в салон. — Поехали уже.

— Вот… Хороший вы человек, господин!

Он явно хотел сказать что-то другое судя по голосу, пусть и без злобы.

— Может когда-нибудь расскажу, — посмеялся я такой реакции, а мои слова вселили в него надежду. — Но это не точно…

* * *

Встречать меня вышли все, кто сейчас находился в поместье. Не было только Кристины и Ярика, которые уже укатили на учёбу, ведь на часах время давно уже не утреннее. Да и дед тоже отсутствовал. Ему срочно понадобилось уехать в Москву, чтобы уладить вопросы касательно одного из предприятий рода — Ткацкой фабрики. Вообще Беловы уже давно крутятся в текстильной промышленности, но не сказать, что мы прям мастодонты в этом. Так, среднячки, но доход имеем с этого направления неплохой. Один из моих планов, пока мы не перебрались в Царицын, лежал в этом направлении и я хотел расширить производство, но сейчас это будет лишь головняк. Лучше сосредоточится на том, что находится близко к нашему конкретному месту проживания, а остальным заняться, как укрепимся в Царицыне. Дед сам это понимал, а потому хоть и отошёл от дел, но продолжал заниматься предприятиями рода, оставив остальной фронт на меня. Хотя бы так он хотел помочь, чтобы убрать с меня нагрузку.

Бессмертные произвели на моих домочадцев вполне разумное впечатление. И пусть Маша со Снежинкой были конкретно удивлены диковинкой пополнения войск храброго, но пока что малочисленного рода Беловых, Лилит их эмоций не разделяла. Демоница знала, кто такие гномы и знала, что из себя представляют Бессмертные. Коротышки не самый многочисленный народ, хоть и населяют множественные миры Многомерной Вселенной. Воины из них неплохие, но ещё лучше они преуспели в торговле, алхимии и инженерном искусстве. И как раз последнее выходило просто в немыслимые для многих рас пределы. У гномов были знания, секреты, богатство, а вслед за этим и куча врагов. Только вот никто на них старался не нападать, а больше дружить. Особенно, когда за спинами бородатых коротышек появлялись Легионы Бессмертных.

На моей памяти демоны как-то раз вторглись в один из миров, который населяли гномы. Причём портал открылся именно в их королевство. Так вот, рядовым демонам дали так знатно просраться, что пришлось им пришлось звать одного из Князей, а всем известно, как дважды два — толпою гасят даже льва.

Вмешательство Князя не особо помогло, когда он столкнулся с незнающими страха исполинами. Да, Бессмертных полегло знатное количество, но демона они забороли и он еле живой успел свалить в портал. Больше братия Инферно гномов не трогала.

Вообще с Бессмертными вышел некий казус на этой почве. Обитая сразу в двух «измерениях», а не только в физическом, они сразу же поняли, кто такая Лилит. Лишь мой приказ остановил исполинов от опрометчивых действий, пусть те и были направленны на защиту моей персоны и устранение угрозы в лице демоницы. Для них я теперь своего рода Тан. Предводитель, которому они присягнули и взяли ответственность за охрану, ведь изначально Бессмертные создавались именно с целью — защищать. В этом их суть и смысл существования. Всё для единства. Всё для народа.

Поняв, что Лилит не угроза и вообще моя женщина, те хоть и выказали своё неодобрение, но присмирели. Как Тан сказал, так и будет. Всё просто. Доверять они демонице сто процентов не станут и будут внимательно к ней присматриваться, но агрессию не проявят, а большего мне и не надо. Тем более, что с той задача, которую я им поручу, контактировать они будут редко.

Кстати об этом… Пришлось переговорить с Горынычем по поводу установки портала. Как мне известно, порталы пусть и редкость, но всё же некоторые рода имеют их в своих загашниках. Об этом не говорят, но об этом знают. Только их арки ведут в аналогичные арки, что принадлежат роду, а мой немного отличается. Гордеев это понял, но вопросов не задавал и без проблем — получив согласие главы рода — подписал бумагу о неразглашении. То же самое ему предстояло проделать с рабочими, но по словам Горыныча для установки портала он подрядит мало людей.

Стоит ли говорить, куда именно я решил поместить арку? Конечно же в бункер! В одно из помещений, что должно было стать гостевым залом и быстро переквалифицировалось в портальный зал. Горыныч, конечно, чуть ли не заплакал от перестройки плана и что ему опять надо проделывать кучу работы, но деваться некуда.

— Здесь будут ваши покои, — с улыбкой осмотрел я пустое отремонтированное помещение. Мебели нет, но мраморный пол, потолок и украшенные обоями стены присутствовали. — Не ахти пока что, но и не тёмный склад.

Повезло, что изначально проект бункера брался с уклоном на высокие потолки и дверные проёмы, как делали во дворцах, а иначе Бессмертные просто не смогли бы протиснутся сюда. С учётом их комплекции мне и так придётся делать второй вход в бункер, которого изначально не подразумевалось. Рабочим пришлось его вырыть для подгона нужной техники, но теперь придётся оставить и доработать. Эта новость, кстати, опять же вызвала боль у Горыныча.

Бессмертные осмотрели своё новое жилище, пройдя по помещению.

« Пусть здесь не чувствуется дух Горы Матери, но нам нравится, — раздался в голове голос Трайна — их командира. — Мы рождены под камнем и небо слишком сильно давит на наши души. Благодарю тебя, благородный Венатор. Твой жест вновь напомнил нам о доме.»

В синхронном порыве воители ударили себя кулаками в грудь, таким образом отдавая дань уважения.

Что ж, охрана для портала есть. На крайний случай — если на моё поместье кто-то вздумает напасть — они выползут из берлоги из дадут просраться неприятелю. Эдакий козырь, который влиял на безопасность моих близких.

— Я помню, как должен быть обставлен Зал Молота и Секиры, а потому сделаем здесь ещё один ремонт под стиль вашего народа, — хмыкнул я.

Бессмертные кивнули и в эмоциях их душ чувствовалась благодарность. Не, ну а что? Им приятно, а мне не жалко. Правда по карману опять траты ударят, но процесс по закупке нужного оборудования для будущей алхимической лаборатории уже запущен. Да и Ефрема со Славиком и Гримлоком дома не было, а значит эта троица уже отправилась выполнять свою дипломатическую миссию к ящерам в поисках золота и драгоценностей.

Хотелось пойти поспать, но я всё же решил уделить время делам поместья, а так же женщинам. Расспросил Машу со Снежинкой про их поездку в торговый центр, и пусть те не хотели рассказывать, Лилит их сдала. В итоге мне довелось посмотреть, покрутить в руках, и недоумевать от десятисантиметровой фигурки какой-то героини из японских мультиков. Десять, мать его, сантиметров пластика, которые стали причиной траты месячной зарплаты рабочего среднего звена и конфликта. Хорошо, что обошлось без крови, а то пришлось бы ещё и с этим разбираться. Девочки это знали, а потому доводить до крайности начавшуюся перепалку не стали, ведь в таком случае подключился бы я и прилетело бы всем.

Когда Ярик и Кристина вернулись с учёбы, познакомил их с нашими новыми гвардейцами. И если сестра испугалась при виде Бессмертных, то малец аж весь засветился!

— МЕХИ! ЭТО МЕХИ! — кричал он, с улыбкой до ушей подбегая к Трайну. — Офигеть просто! Дима, ты где их купил⁈ Я тоже такого хочу! А они говорят⁈ А что они могут⁈ А летать могут⁈ А трансформироваться в одного большого⁈

От такой реакции мальчишки даже гномьи воители растерялись. Один из них так вообще шаг назад от Ярика сделал, не дав тому себя потрогать. Причём этот жест был не некой угрозой, а банальным непониманием, какого фига человеческий ребёнок так себя ведёт и что он вообще говорит? Языка-то они русского не знали. Только общий.

Впрочем, от настроя Ярика расслабилась и Кристина. Сестра натянуто улыбнулась и спросила:

— Дим, ты, конечно, говорил, что это будет сюрприз, но такой?.. Кто они, брат? И где ты их нашёл?

От своей семьи я скрывать особо ничего не стал. Если не доверять им, то кому вообще тогда верить? Рассказал правда не всё, но большую часть. Умолчал только о гномах, дневнике и портале. В общем, о тех секретах, которыми мог поделится лишь с теми, кто знал о личине Райнера.

— Ярослав, хватит пытаться забраться на этого…

— Бессмертного, — подсказал сестре.

— На этого Бессмертного! Сейчас лоб себе расшибёшь и придётся в лазарет тебя нести!

— Ну, Крис! — заканючил мальчишка, цепляясь за броню спокойно стоявшего Трайна. — Это же МЕХИ!

Кто такие мехи я знал не только из прошлой жизни, но и текущей. Япошки и здесь отличились, придумав роботов и вплетя их в свою культуру. Те же самые мультики и фильмы. Впрочем, узкоглазые жители островов — насколько я знал — пытаются преуспеть и в военной плане с созданием механических громаден. Правда успехов они, вроде бы, не особых добились. Но Ярик ошибался, Бессмертные это не мехи, а пусть и не живые, но создания с душой. Они могут испытывать эмоции, им знакома верность, а также у них есть стремления. И пусть внутри брони из гномьей стали лишь слепок воителей, но разве их можно назвать неживыми?

Ярику всё же удалось забраться на Трайна, но стоило исполину сделать шаг, как он сорвался и упал. Кристина перепугалась и побежала, чтобы его поймать, но заведомо не успевала. Зато успел я, создав Барьер Воздуха и смягчив падение парня. Локтем он всё равно приложился, зашипел от боли, после чего начал вставать. Трайн подал ему свою руку, но мальчишка не принял её и поднялся сам.

— Громов Ярослав Михайлович! — строго начала сестра, нависнув над ним. — Я тебе что говорила⁈ Зачем ты полез на этого… Бессмертного⁈ Что за ребячество⁈

— Да всё нормально, — буркнул малец, потирая ушибленный локоть. — Я жив, голову не разбил, а значит всё хорошо.

— Это потому что Дима тебя спас, — махнул Кристина рукой в мою сторону. — А если бы не он⁈ И где благодарность, не слышу⁈

— Спасибо, Дим, — вновь пробурчал Ярик и посмотрел на меня.

— Пожалуйста, — хмыкнул я.

— Думаю, молодой человек, нам предстоит провести с тобой беседу касательно послушания. А раз меня ты слушать не желаешь, то дедушка вправит тебе мозги!

Сестра умела внушать, когда нужно. Особенно это проявилось с появлением Ярика, за которого она теперь ощущала ответственность. Меня-то нет смысла поучать, а вот мальца — вполне. Ну ничего, это даже к лучшему.

Услышав о том, что к разговору о воспитании подключится ещё и дед, Гром вообще приуныл и протянул:

— Ну, блин…

Эта парочка двинула обратно в особняк, а я остался с Бессмертными, которые внимательно смотрели в спину удаляющемуся Ярику.

Пусть Кристина и не заметила, но в момент падения Гром выплеснул небольшое количество энергии души. Проявил свой дар, который был знаком Бессмертным. Именно поэтому Трайн и желал оказать ему помощь, а также эта пятёрка находилась под впечатлением. Судя по эмоциям их душ и разговору между собой.

— Вы всё правильно поняли, — улыбнулся им, отчего они замолкли и посмотрели на меня. — Ярослав будущий Охотник, а Кристина моя сестра. В случае нападения — они одна из первостепенных целей, которых нужно защитить. Любой ценой.

Бессмертные кивнули, а в моей голове раздался твёрдый голос их командира:

«Мы поняли, благородный Венатор! И мы не подведём!»

* * *

За окном ночь, на часах — полночь. С работой почти было покончено, а хрен знает какой по счёту зевок сигнализировал о том, что пора спать. Терентий конкретно подсобил и большую часть бумаг разобрал за меня, поддерживая связь с дедом в каверзных вопросах. Эх, и что я бы делал без этого дворецкого, ставшего чуть ли не членов семьи?

Подмахнул очередной документ своей подписью, положил его поверх остальной стопки, и с выдохом откинулся в удобном кресле.

Практически все домочадцы уже спали, да мне и самому надо бы идти в кровать, но нужно было решить одно дело.

Я прикрыл глаза, сконцентрировался на «нитях», что связывали меня со Славиком, Гримлоком, Лилит и Заебосом, а затем потянул за одну из них.

Потекли минуты ожидания, за которые холодный чай в моём стакане закончился.

Лампочки в светильниках на стенах и потолке замигали, кабинет окунулся в лёгкий полумрак, а в центре кабинета начали сгущаться тени.

— А я уже думал не позвонишь и не позовёшь, — улыбнулся Кровавый Герцог, появившись передо мной. — Признавайся — соскучился?

— Конечно, — кивнул я и его улыбка стала шире, вот только сразу же погасла. — Нет.

— Эх, Райнер-Райнер, твои слова ранят больнее ножа, — наигранно расстроился демон, а затем плюхнулся в кресло напротив стола и вальяжно развалился. — Чует моё сердце, что ты позвал великого меня не просто поболтать, да?

— Да, — ответил ему и хмыкнул. — И как вижу, ты не особо занят.

Вывод я делал по его наряду, а точнее — розовому халату, мягких тапочках с кроличьими ушами, замотанному полотенцу на голове и откусанных долек огурца под глазами. Да и пахло от него… Жасмином и лавандой. Демон, который посещает СПА-салоны. Кому расскажу — не поверят.

— Вообще-то у меня через полчаса назначено обёртывание грязью, — делано посмотрел он на часы в моём кабинете. — Но я так и быть уделю тебе своё внимание.

— Перво-наперво, что там с Маркусом?

Вопрос, который всё ещё оставался открытым. Юлий Аранвальд Третий, он же Маркус Робаут Торнхольд. Отступник из Ордена Защитников(1), который переродился в этом мире и теперь обитает в Римской Империи. У меня уже происходила стычка с его псами, которых он послал, чтобы найти Заебоса. И пусть демон успешно оставляет в дураках Маркуса, вечно он бегать не мог и проблему нужно было как-то решать. Кардинально решать.

— Он всё так же меня ловит, а я всё так же убегаю, — улыбнулся Заебос. — Маркус, конечно, уже понял, что охотится не за обычным демоном, и стал посылать более… вкусные отряды. Вот только, раз я здесь и сижу перед тобой, ничего у него не получается. Но я рад, что ты спросил. Твоя забота греет мою чёрную душу.

— Сколько ты ещё сможешь сбрасывать его с хвоста? — побарабанил я пальцами по столу.

— День, недели, месяцы, годы? — неопределенно пожал плечами демон. — Я и сам не знаю. Пока что удаётся, а что дальше будет — неизвестно. В плен я не хочу, умирать тем более, и если прижмёт… Ну ты сам знаешь.

— Понятно, — покачал головой. — Ладно, пока удаётся тянуть — будем тянуть. Маркус умрёт, но пока что до него не добраться. Слишком много…

— Еретиков на один квадратный метр, — понимающе кивнул Заебос. — Я пытался одним глазком посмотреть, как он спит, ну и кое-что подлить ему в еду. Не вышло, а ты меня знаешь, я в этом деле опытный.

Следовало ожидать, что Маркуса защищают. Причём не слабо. Да что тут говорить, судя по информации за ним целая империя стоит, а у меня пока что не те силы, чтобы воевать со всем Римом. Пока что…

— Так о чём ты хотел поговорить?

Поднявшись с кресла, открыл небольшой холодильник, что был встроен в тумбочку и вытащил пробирки с кровью.

— Ух ты, кровушка⁈ — оскалился демон, а его глаза азартно блеснули. — Райнер, дружище, вот от кого, но от тебя не ожидал! Весь такой правильный и достойный из братьев Ордена решил прибегнуть к демонической магии крови! Интересно, чтобы сейчас сказал Старина Мак? Или ваш Гранд Мастер… Как там его?…

Я поморщился, положил склянки на стол и перебил его поток слов.

— Кончай дурью маяться. Меньше слов — больше дела.

Оскал демона стал шире, после чего он взял пробирки, откупорил их и залил себе в рот. Его тяжёлый глоток, казалось бы, эхом прозвучал в тишине кабинета.

Отложив пустые сосуды, он прикрыл глаза и молчал, пока не открыл их и не посмотрел на меня. И что-то взгляд Заебоса мне не особо понравился.

— Похоже, грязевое обёртывание отменяется, — глухо произнёс он. — У нас проблемы, дружище. Охренеть какие проблемы…

(1) — Во втором томе была ошибка по Лору КО, которую решил изменить именно здесь. Ошибка в том, что речь шла не про Орден Паладинов, а про Орден Защитников. Именно они помогали Ордену Охотников сражаться с тварями, но не могли убивать людей. Их дар от этого страдал, если коротко. Маркус капеллан еретиков, которые откололись от Ордена Защитников и пошли по иному пути. Более подробно об этом будет, когда дойдёт сюжет. Прощу прощения, про ранее ввёл вас в заблуждение.

Глава 22

— … с присущей мне властью и полномочиями Императора Российского, я награждаю за достойную службу, отвагу и мужество Тихомирова Романа Сергеевича Георгиевским Крестом четвёртой степени!

Торжественный голос начальник Центра Охотников громко звучал по всей территории плаца, где построились все действующие и не находящиеся на заданиях Охотники.

От ровного строя позади мужчины отделился коренастый и высокий Тихомиров. Парадный мундир чёрного цвета с золотыми линиями и вязью, короткая стрижка русых волос и гладковыбритое лицо. Командир отряда Охотником, с которыми мне довелось как-то побывать в официальном выходе. Стоит признать, что мундир на нём сидел отлично, но оно и не мудрено, ведь Центр ответственно относился не только к охоте на тварей и закрытию Разломов, но и своих бойцах.

Мне тоже досталась такая форма, хотя мундиры я никогда не любил. Неудобная одежда, как по мне, хотя и внушавшая некую строгость и уважение. Но это для местных, а мы с братьями по Ордену могли всё это внушить и своими доспехами. Как говаривал вечно улыбающийся и неунывающий Атрей — командир второй центурии моего легиона: «Враги боятся Легионов Ордена, но ещё больше они боятся появления командира, один вид доспехов которого действует лучше любого слабительного!»

Я улыбнулся, вспомнив этого юнца, который при мне вырос достойным мужчиной и легионером. Вот только улыбка сразу скривилась, когда перед глазами появилась полыхающая и захваченная Скверной Славия.

Кодекс дал мне второй шанс. Дал новую жизнь, чему я безмерно рад и благодарен. Но от воспоминаний никуда не деться. От той крови, кучи трупов, рвущихся к нашим позициям тварям и криков. Тысяч криков глоток Легионеров, которые были мне как сыновья. Мне не избавится от этой памяти, не забыть того, что происходило на Славии, но я и не желал этого. Эта память — единственное, что у меня осталось от моих названных сыновей, пусть их перерождение будет благостным и Кодекс не оставит их…

Наверное поэтому мои братья не особо рвались быть командирами Легионов. Одному проще. Ты ни за кого не отвечаешь, никого не контролируешь и предоставлен сам себе. Лишь некоторые из нас вели войска Ордена в бой, отдавая приказы и считаясь с их жизнями. И пусть Легионеры воспринимались Орденом, как регулярная армия, для нас — их командиров — всё было иначе.

Коротко повернув голову сначала направо, а затем налево, я отметил серьёзные и собранные лица тех, кто был приставлен к награде и стоял рядом со мной. Сотни глаз Охотников палились на нас с плаца, а гости аристократы — приехавшие на награждение и показавшие себя — стояли в отдалении. Оператор с камерой снимал весь процесс, а молоденькая журналистка в бежевом костюме что-то говорила, активно жестикулируя в нашу сторону.

Фарс… Но для жителей империи и детишек, которым вешали на грудь крестовидную бирюльку были рады. Знаменательное событие, отнявшее кучу времени, которое можно было потратить с пользой.

Впрочем, ладно, это просто я говнится начинаю. Есть у меня такая черта, когда на горизонте появляется проблема, которую быстро надо решать, а не сидеть на жопе ровно и чесать затылок.

Не зря я взял образцы крови амерсов, что напали на меня в Красновке. Это было пусть и не особо одобряемым решением в Ордене, ведь демоническая магия крови порицалась, но зацепку я получил.

Перво-наперво, те бойцы не были американцами в привычном понимании этого слова. Да и людьми они по сути не были, если уж на то пошло. Гомункулы выращенные в пробирках, которым в мозг закачали тонны обучающей военному делу информации — это да, но не люди. Когда Заебос мне об этом сказал, я даже сначала усомнился, но вид Кровавого Герцога говорил сам за себя. Он как и я понимал, что гомункулы это совсем иная лига. Воина можно воспитать, обучить, натаскать, но это требует времени. Гомункулы совсем иное — их выращивают, словно растения. Ещё в том столкновении у рудника я должен был понять, что с этими бойцами что-то не так. У них не было душ, лишь чёткая программа в голове. А раз у тебя нет души, то нет эмоций, чувств, инстинктов. Гомункулам не ведом страх, сострадание или гнев. У них есть лишь приказ, который нужно выполнить во что бы то ни стало.

Этот мир не дошёл до таких технологий. Генная инженерия пусть и открыта, как наука, но вырастить человека пока не способна. Выходит, что кто-то эту науку предоставил. Кто-то знающий. Кто-то имеющий власть, влияние и силу. Вполне можно списать на какого-нибудь перерожденца, ведь Маркус же оказался здесь. Вот только если Заебоса и напряг сам факт существования гомункулов, то забеспокоился он не из-за этого.

Скверна — она была в крови этих выращенных в пробирке созданий. Демон ещё долго потом блевал в тазик, после чего глотал зелья из своего схрона, чтобы очиститься наверняка. Мы оба понимали, что там где Скверна, там и эмиссар Неназываемого. И возможно не один, ведь эта падаль не действует в одиночку, а группой. На Славии их было более чем дохера и практически всех их я положил, а остальную часть сожрал Борден, чтобы иметь хоть какие-то шансы меня убить. Но даже поглощение силы своих «братков» ему не особо помогло, сдох он вместе со мной. Но, сука, жаль, что мне не удалось провести его душу через Очищающее Пламя. Надеюсь, брат Сандр исправил это недоразумение и прикончил мразь окончательно.

Стоявшие рядом Охотники начали косится на меня. Нет, они не боялись, но дискомфорт от моей слабо выпущенной ауры ощущали.

Выдохнув, расслабился и успокоил рвущуюся наружу ярость. Ни к чему будоражить народ, пусть воспоминания и накатывали с каждым мигом. Да… Всё Охотники разные, и если каждый из нас по-своему раздолбай и шутник, то и другие эмоции нам знакомы. И пусть Старина Мак иногда весело называл меня берсерком, а не щитом Ордена, я не отрицал этого факта. Злоба и ярость на врага очень хороши, когда находишься по колено в крови. А те, кто говорит, что сражаться в серьезной бою нужно с холодной головой или улыбкой на лице, лишь сдерживают себя.

Голос Багратиона всё продолжал торжественно звучать. Приставленные к награде один за одним подходили к нему и получили свои ордена, а также грамоты. Каждому из них он пожимал руку с улыбкой заботливого отца и начальника, который и правда заботился о каждом Охотнике Центра. Эмоции князя ощущались отчётливо и не были фальшью.

— … не побоюсь этого слова — рекорд! Каждый из нас знает, кто закрытие Разломов и сражение с тварям опасное занятие, сопряженное с риском! Но здесь и сейчас я хочу приставить к награде юношу, который не только исправно выполняет свой долг перед империей и защитой людей, но и сделал то, что удавалось лишь некоторым из Охотников! За одни сутки он закрыл больше шести красных и оранжевых Разломов, сделав это практически в одиночку! Белов Дмитрий Борисович, прошу ко мне!

Меня слабо пихнули локтем, выбивая из мыслей. На плаце стояла тишина, люди смотрели на меня, как и Багратион. Он широко ухмыльнулся и кивком показал подойти к нему.

Мне не в первой находится на публике, а потому какого-то волнения не было и в помине.

Начальник центра открыл чёрный махровый футляр, внутри которого на красном бархате лежал Георгиевский Крест третей степени.

Толстыми пальцами он вынул его, после чего проколол мой мундир булавкой и прикрепил орден.

Мы пожали руки и народ разразился овациями, ликуя и радуясь успеху. М-да, а я даже особо и не вникал, что закрытие большого количества Разломов за короткое время это нечто экстраординарное. Ещё больше добавляло непоняток то, что Разломы то вполне себе обычные. Красный и Оранжевый — не тот уровень, который должен вызывать фурор. Вот если бы это были Радужные, да ещё и ранга Колос, то да… Впрочем, я же до сих пор официально считался Архимагом, да и кольцо Охотника моём пальце было красного цвета. Наверное из-за этого и такой шквал эмоций.

Когда с награждением было покончено, то журналистка решила взять интервью у каждого из нас. В основном удар сразу же пришелся на Тихомирова, который и так был любимцем в Московском Центре, а теперь вообще являлся центром внимания. Мне не особо хотелось тратить время и что-то там говорить на камеру, а потому я двинул в главное здание. Не один конечно же, а в компании двух жандармов, которые любезно решили проводить меня в один из кабинетов, где ждал Долгов.

Весь наш разговор с начальником Службы Безопасности Империи крутился вокруг Красновки и тех, кто на меня напал. Служивые, что прибыли в деревню и всё там разнюхивали предоставили Сергею Викторовичу информацию, но он желал услышать всё из моих уст. Как было? Что происходило? Видел ли я что-то странное? Обычная беседа, которая больше походила на допрос. Он понимал, что я расскажу ему ровно то, что посчитаю нужным. Давить на меня с позиции силы и закона бесполезно, ведь я ничего не нарушил и вообще считаюсь пострадавшей стороной.

Особо что-то скрывать я не собирался изначально, сухо и по фактам выдав то, что заметил в америкосах и то, как они действовали.

Долгова так же заинтересовали Бессмертные, которых с удивлением заметили в рядах моей гвардии его Жандармы. В особенности его интересовало откуда у меня подобные технологии и всё в таком роде. Да-да, он принял их за роботов, как и Ярик. Разубеждать его и что-то рассказывать я не стал, обозначив, что это секрет рода Беловых. Такой ответ его не устроил, ведь само появление подобной техники в корне меняло военную картину. Сила — абсолют, а потому начальника безопасности очень интересовало возможное усиление Империи. Он даже обмолвился, что государство готово выкупить у меня Бессмертных и предложение это поступало от одного конкретного лица. Разумеется я послал его на хрен, но в культурной форме. Своих не предают и не продают, да и будь Бессмертные бездушными машинами, то все равно бы не отдал. Моё и точка. Отказ Долгов воспринял вполне спокойно и с улыбкой. Попробовать приобрести у меня подобную «технику» он должен был попытаться, но заведомо знал, что ничего у него не получится. Только обозначил сам факт того, что и другие рода тоже заинтересуются откуда у Беловых взялись такие роботы. Что ж, пусть интересуются, а с особо ретивыми и наглыми разговор будет короткий.

Да, у родов в первой десятке, а то и пятёрке, достаточно сил, чтобы надавить на мой род угрозами или чем-то ещё. Но пусть пытаются — флаг им в руки. Бункер строится, гвардии у меня пусть и не много, но достаточно после появления Перуна. Бессмертные с Гримлоком и Славиком один из факторов, который даст прикурить даже сильным Одарённым. А там, где не справятся они — есть Я, Лилит, Ефрем и Заебос. Не стоит забывать и про Безликих, нынешний глава которых вышел со мной на связь через посредника Организации и предлагал встречу. Условились через два дня в Царицыне.

Ну и на крайняк оставался Живой Лес, который только-только начал зарождаться. Привезённая мной шишка Ели Жизни была посажена, Тренты упорно занялись выращиванием, а значит вскоре весь лес вокруг моего поместья станет натуральной мухоловкой. Одно только вытянувшееся в полном шоке лицо Снежинки чего стоило, когда она уловила отклик энергии Жизни из леса. Ну оно и не мудрено, ведь она эльф а у них с Древами Жизни отдельная связь.

Но пусть все эти меры безопасности и были готовы вдарить по неприятелю, я всё же больше рассчитывал на разумность Долгова в этих вопросах. Именно его задача пресекать неофициальные стычки аристократов, а если вдруг такая произойдёт и он ничего не сделает… Что ж… Всегда можно создать своё маленькое, но гордое королевство.

Наконец-то закончив со всеми делами и пропустив пару кружек чая с Багратионом, который с усмешкой слушал мою версию истории официального выхода, я поехал в особняк Морозовых. Почему именно туда? Ну во-первых потому что Павел Алексеевич уже давно приглашал, а после того, как он столько раз помогал моему роду и лично мне, отказываться было свинством. Во-вторых там был дед, с которым они квасили уже какой день, и с которым мы должны вместе отправиться обратно в Царицын. Ну и в-третьих — знакомство и разговор с нынешним главой рода Тихомировых.

Из всех родов, что специализировались на артефактах и кузнечном деле именно Тихомировы преуспели очень хорошо. Моя нынешняя броня и молот были отменного качества, хоть и очень сильно уступали снаряжению в прошлой жизни. Знакомство с этим нелюдимым и тяжёлым на характер стариком — как его описывал Морозов — может очень помочь для одной моей задумки, да и ближайшего дела тоже.

Как оказалось, у Ярика скоро день рождения. Сказала мне об этом Кристина, пожурив, что вообще-то я должен был это знать, раз приютил мальчишку и стал его опекуном. В общем, сестра занялась этим вопросом кардинально и стала готовить Грому праздник. Он, разумеется, об этом не знает и вообще никак не показывает, что у него как бы день рождения. Молчит, словно партизан.

Вот я и думал, что подарить парню, чтобы подарок был достойным и не пылился. И у меня уже были кое-какие мысли. Главное Тихомирова уломать.

Особняк Морозовых находился в южной части Москвы, в одном из кварталов для аристократов. Обычная практика, когда благородные селились неподалёку друг от друга, разделяя свои владения немаленьких размеров территорией. Дома здесь стоили баснословных сумм, а уж квартал, где жили Морозовы и подавно.

Не успел я покинуть присланную Павлом Алексеевичем машину, оценить подстриженные кусты с газоном и трёхэтажным кирпичным особняком, как был схвачен одетым в тёмный фрак дворецким и сопровождён в гостевой зал.

— … а я тебе говорю, что не было такого! — донёсся до меня голос деда из-за двухстворчатый белый дверей.

— Да хорош тебе, Белый! Всё там было! — засмеялся Морозов.

О чём они болтали я не знал, да и конца диалога тоже не дослушал, когда дворецкий открыл двери, вошёл внутрь, сделал несколько шагов вбок и с поклоном произнёс:

— Господин, виконт Белов Дмитрий Борисович…

Договорить ему не дали.

— О, а вот и твой внук, Петь! — крякнул немного поддатый Морозов. — Заходи, Дим! Будь, как дома!

Гостиная у Морозовых была в разы богаче, чем наша. Какие-то намалёванные хрен пойми кем картины на стенах, рыцарские доспехи у стен с рядом стоявшими вазами цветов. В левой стороне помещения горел широкий камин, возле которого находился небольшой круглый столик и кресла. В центре прямоугольный большой стол с диванами, где сейчас и сидела тройка стариков. На потолке висело сразу несколько хрустальных люстр.

— Здравствуйте, Павел Алексеевич. Благодарю за приглашение, — кивок и рукопожатие с Морозовым. — Привет, дед!

Старик с улыбкой кивнул мне и приложился к фужеру с вином.

— Дима, знакомься — Тихомиров Владимир Сергеевич! — представил Морозов сидевшего напротив них старика.

Что ж, именно так я себе главу рода кузнецов и представлял. Широкоплечий, невысокий, с аккуратной бородой и коротким ёжиком тёмных волос. Волевое лицо с квадратным подбородком, цепкий взгляд серых глаз.

Тихомиров фыркнул, с прищуром посмотрел на меня, после чего поднялся и пожал руку, как следует этикету. Пусть он хоть трижды глава рода, но сейчас он гость, как и я.

— Интересно, — нахмурил он кустистые брови, разжимая рукопожатие и смотря на свою ладонь, а затем на меня. — Руки могут многое сказать о человеке. Возможно и не зря я ковал тот молот для тебя, Дмитрий.

Я приподнял бровь, но задавать вопросов не стал. Пофигу, что он там понял.

— Не обращай внимания, Дим, — хмыкнул Морозов. — Ты голоден? Если что, только скажи и я отдам приказ поварам.

— Нет, Павел Алексеевич, — покачал я головой, присаживаясь на диван рядом с Тихомировым. — Князь Багратион не только чаем напоил, но и булками угостил.

— Этот да, этот может, — фыркнул Тихомиров. — Любитель варенья…

— Хорош тебе уже брюзжать, Вов, — подлил себе вина Морозов и с хитрым прищуром посмотрел на меня. — Дим, а помнишь я тебе говорил про свою внучку?

— О, боги, — закатил глаза Владимир. — Началось! Паша, ты сваха похуже моей жены!

Морозов засмеялся, глотнул из фужера и произнёс:

— Я не сваха, а тот, кто смотрит в будущее! К тому же, Петя не против. Ведь так, Петь?

Так, я чего-то не знаю? С какого это перепуга он приплёл сюда моего деда?

— Пусть молодые сами решают, — неопределённо пожал мой старик плечами. — Но познакомится, всё же, стоит.

— Тогда решено! — встал на ноги слегка пошатывающийся Морозов. — Иннокентий!

Дворецкий ветром влетел в гостиную и склонился в ожидании приказа.

— Скажи Елизавете, чтобы спустилась к нам!

— Но, господин… Молодая госпожа убыла к виконтессе Митрофановой с гостевым визитом…

— В смысле⁈ — удивился Павел Алексеевич. — Я же запретил!

Дворецкий побледнел и замялся.

— Вот, пигалица мелкая… Ну я ей устрою! — посмотрел Морозов на меня и извиняющейся улыбнулся. — Гхм… Дим, похоже, что ваше знакомство придётся отложить.

— Ничего страшного, — хмыкнул я. — В другом раз как-нибудь.

Такой ответ Морозова не особо устроил. Почуял, что я хочу свинтить и отдал приказ вернуть внучку домой. Хитрожопый дед… Но ничего, задерживаться я не собирался, а потому сразу же пошёл в атаку и обратился к Тихомирову:

— Владимир Сергеевич, скажите, если ли возможность заказать работу из-под ваших рук?

Тихомиров бросил на меня взгляд, поджал губы. Мой старик немного удивился, а вот Морозов хмыкнул.

— У меня очередь расписана на следующие два года.

— Хорош свистеть, Вова, — прищурился Павел Алексеевич. — Нет у тебя никаких очередей.

— Всё-то ты знаешь, Морозов, — язвительно бросил Тихомиров и посмотрел на меня. — Хочешь опять молот заказать? Или броню?

— Нет, — ухмыльнулся я, достал из кармана пиджака — мундир оставил в Центре — свёрнутый лист бумаги. — Вот это.

Тихомиров развернул листок, который заинтересовал двух сидевших напротив нас стариков. Они даже поднялись, чтобы посмотреть.

— Хм, это гладиус? Не, не похоже… — задумчиво пробубнил Морозов.

— Чем-то похоже на чинкуэду… — вставил мой дед.

— Нет, у чинкуэды ширина клинка у рукояти больше, — пробормотал Тихомиров, цепко оценивая сделанный за одну ночь чертёж одноручного меч. — Похоже на смесь Римских клинков и Бриташек, но это не они. Интересненько…

Вся эта троица синхронно повернули ко мне свои лица с немым вопросом, а я взял фужер с вином и с улыбкой спросил:

— Что?

— Так, — спустя несколько секунд молчания, Тихомиров быстро сложил лист бумаги и поднялся с дивана. — Я поехал!

— Эм, и что это было? — удивился я, когда старик ураганом вылетел из гостиной, чуть не сбив дворецкого за дверьми.

Мой дед и Морозов улыбнулись, а затем Павел Алексеевич сказал:

— Похоже, парень, клинок у тебя будет и очень скоро. Давно я не видел Вову в таком воодушевлении.

— Это да, — цыкнул дед. — Готов поспорить, что он уже сыну звонит и говорит тому разжигать кузню…

Морозов отпускать нас с дедом не хотел ни в какую, а потому мы застряли на пару часов, разговаривая обо всём. И в какой-то момент за окнами гостиной послышался звук скрипа резины, будто кто-то гнал и резко дал по тормозам, а спустя несколько минут за уже закрывавшимся дверьми помещения раздался женский раздражённый крик:

— ДЕДА, ЧТО ЗА ФИГНЯ⁈

— О, а вот и моя внучка, — хитро улыбнулся Морозов и начал отчёт: — Один… Два… Три…

Двери гостиной распахнулись и внутрь влетела светловолосая невысокого роста фурия с перекошенном от злобы лицом. Вот только завидев сначала деда, а потом переключив свои карие глаза на меня, она резко замерла, как истукан.

— О, Лизочка, а вот и ты! — наигранно удивился Морозов, будто сам не отдавал приказ привезти её обратно. — А у нас гости. Ты же помнишь Петра Алексеевича?

Девушка заторможенно кивнула, всё так же продолжая пялится на меня широко раскрытыми глазами.

— Ну, а Диму представлять я думаю не надо. — ухмыльнулся Павел Алексеевич. — Всё же его фотография у тебя под подушкой лежит.

Чего⁈ Какая ещё фотография?

Елизавета побледнела после слов деда, потом стремительно начала сереть, а затем и краснеть. Ну прям черничный пирог.

В конечном итоге женская душа не выдержала и девушка пулей вылетела из гостиной, оставив меня и моего деда в удивлении.

— Хех, поделом ей, — с широкой улыбкой произнёс Морозов и спросил у нас: — Вы же останетесь на ужин?

Глава 23

— Славик, хватит играться с землёй и отлынивать от работы!

Малой замер с поднятой лапкой, в которой зажимал кусок земли и явно намеревался бросить в Ярика. Он быстро избавился от «снаряда» и сделал вид, что ничего такого не задумал и вообще просто посмотреть хотел.

— Хм, — Ефрем обратил на меня свой взор, прохаживаясь между рядками грядок. Он наклонился и тихо шепнул: — Вас в Ордене не только тварей убивать учили, но ещё и земледелию?

Я хмыкнул.

— Если я скажу тебе, что у меня была мечта о своём уютном доме с парочкой полей для завеса пшеницы, ты бы поверил?

— Тебе — да, — кивнул Центурион. — Но насколько ты мне объяснил, увольнение с вашей службы только вперёд ногами. Стал Охотником и назад дороги нет.

— Поэтому это и осталось мечтой, — аккуратно закопал лунку, залил её водой.

Крестьянская работа в поле меня пусть и не прельщала, но успокаивала. Позволяла привести мысли в порядок и подумать о делах насущных. Мало кто из братьев знал, что Великий Охотник Райнер, Щит Ордена, иногда посещал окрестную деревеньку, неподалёку от Первой Крепости Охотников. Наверное, только Старина Мак да Гранд Мастер Вульф, ведь первый застал меня с косой в руках и работой, а второй — рядом с дочкой мельника в праздник Солнцестояния. Разумеется наставник просто улыбнулся, пожурил меня, но отнёсся понимающе. А вот Мак, чтоб ему икалось, потом долго ржал на до мной, отпуская шутки, которые никто кроме него и меня не понимал.

Заметив краем глаза идущего к нам Терентия, поднялся на ноги. Ефрем передал мне бутылку с холодной минералкой, которую вытащил из небольшого переносного контейнера и спросил:

— Похоже, дуэли не будет.

— Твоя правда, — кивнул я. — В другом случае Терентий бы бежал.

Верный слуга подошёл к грядках, взлохматил волосы Ярика, который сосредоточенно работал лопатой.

— Вот, господин, — вручил он письмо, скрепленным сургучом. — Доставили от рода Покровских.

Распечатав гербовую бумагу, вчитался в текст. Славик с Яриком заинтересовались и тоже подошли. Малой залез по штанине на плечо, ухватился за мою шею и наклонился к письму.

— Плиносим извинения… — зачитал он и спросил: — Длатся не будешь, да?

— Похоже на то, — ухмыльнулся я, посмотрел на Терентия. — Посланник что-то ещё передал?

— Только то, что сожалеет о возникшем недопонимании и пожелал всего хорошего.

Ефрем выхватил у меня письмо, вытащил очки из нагрудного кармана клетчатой рубашки, и тоже прочитал.

— Трусы, — фыркнул он. — Зассали после вашего с Харальдом спарринга. Ну хотя бы контрибуцию готовы выплатить, уже хорошо. С паршивой овцы хоть клок шерсти.

Что-то подобное было ожидаемо. Так уж получилось, что из-за похода в Эпицентр я пропустил не только финал боя Тимофея, но и свою дуэль. Впрочем, срослось всё так, что сами Покровские неожиданно попросили отложить дуэль. Это было в рамках правил и дуэльного кодекса Империи, а потому я банально забил. Хотят драться? Пусть приходят сами. Бегать за ними я не собираюсь.

Собственно, вот к чему привела их заминка. Свидетелей среди аристократов было достаточно на нашем с Харальдом бое. Они видели, что Белов нихера не Архимаг, раз давал прикурить Абсолюту Северного Королевства и закончил спарринг ничьей.

Даже удивительно, что ко мне ещё не нагрянули сотрудники Бюро Контроля Одарённых для проверки ранга. В пору думать, что не обошлось без Долгова, который понимал — моя сила выросла.

— Славик, — улыбнулся мелкому и почесал его за ушком. — Ты же хотел то Французское печенье?

— Хотель, — поудобнее уселся он на моём плече. — А щито, можна? Ты зака-жешь?

Малой учился каждый день. Познавал мир не только рядом с Ефремом и моей роднёй, но и в своём личном планшете, который ему купила Лилит. Именно в нём он узнал, что есть такая штука, как маркетплейс и что можно заказать кучу вкусностей не выходя из дома. Я парочку раз уже ловил этого любителя печенек с моей кредиткой в лапках.

О легендарном французском печенье он грезил с того момента, как увидел его на первых страницах магазина. Дорогое, вкусное, с кучей положительных отзывов. Ох, сколько же он упрашивал сначала меня, а затем и всех до кого мог добраться. Впрочем, я и так хотел порадовать мелкого, ведь они с Ефремом и Гримлоком притащили из Разлома ящеров просто дохерище мешком. Я даже удивился, решив, что они их банально грабанули, но оказалось — нет, Гор-Рок сам выдал. Так что, да, с деньгами сейчас всё в порядке, а контрибуция Покровских стала приятным дополнением. Ну это если я соглашусь на отмену дуэли, а не настою на ней.

— Да, закажу, — кивнул я и обратился к Терентию: — Пришли Покровским ответ. В средней форме, без изысков. Покажи, что я принял их предложение, но второго такого фортеля не потерплю.

— Будет сделано, господин, — коротко поклонился дворецкий и быстро пошёл в сторону особняка.

— Может стоило преподать урок? — спросил Ефрем, убирая очки обратно в кармашек. — Разбил бы рожу одному хлыщу, другие бы подумали сто раз. Тактика устрашения и все дела.

— Мне лень тратить время, — пожал плечами. — Тем более, кому мне что доказывать? Кто оказался умным и внимательным, то понял, что с Беловыми связываться не стоит.

— Бриташки, да? — ухмыльнулся Гранд. — Тоже верно. Похоже, что Покровские пробили инфу и решили, что ну его на хер. Скользкие аристократы… Ты, кстати, предложение Долгова принял?

— Там скорее не от Долгова инициатива, а от Сатоши, — хмыкнул я. — СБ-шник просто обыграл иначе, решив усидеть на двух стульях.

— Ты не ответил.

Ещё одна головная боль, с которой нужно было в ближайшее время решать. Как я понял, на следующей неделе в Японии пройдёт праздник в честь богини солнца — Аматерасу Ками Сама. Один из самых важных и популярных праздников, на который приезжает куча туристов и гостей из иных государств. Император Японии по этому поводу даже турнир устраивает и если верить новостям, то призы там более чем вкусные.

Как мне объяснил Долгов, приглашение пришло на моё имя от самого Императора Акихито, скрепленное его печатью. Сопровождающим выступит Сатоши, от которого и была инициатива по словам СБ-шника. Японца очень впечатлил наш бой с Харальдом, а именно стиль боя меча, который он ранее не видел нигде.

Суть в том, что Долгов хотел вытянуть из этой ситуации любую пользу для империи. А если точнее, то направить меня в составе делегации от Российской Империи. Официально и со всему заморочками. С одной стороны — солидно, но с другой… геморрой. Одному проще было бы всё-таки, но Сергей Викторович обмолвился, что в случае моего согласия отправиться в Японию, род Беловых не останется в накладе.

Вот и думай, надо ли оно ехать куда-то… Впрочем, все равно же поеду. Хочется мне посмотреть на быт японцев, да и Снежинка уже всю плешь проела, чтобы я купил ей кучу сувениров. К упрашиванию она подошла со всей ответственностью. Да так, что даже либидо Душелова притихло! Вот оно, рвение в желании обзавестись кучей фигурок и прочей хрени!

— Сказал, что подумаю, — дал я ответ спустя недолгое время. — Но, скорее всего, поеду.

— И правильно, — ухмыльнулся Ефрем и похлопал меня по плечу. — Только смотри не зашиби япошек на этом их турнире. Ну, а мы посмотрим по телевизору. Да, мелкота⁈

Славик с Яриком наш разговор не слушали и убежали на дальние грядки.

— ДА! — крикнули они, хотя и не понимали почему.

— Ладно, — вытер руки об тряпку, торчащую в кармане штанов. — Нужно проверить Горыныча и его молодцов.

— Ты над этой аркой прям трясёшься весь, — фыркнул старик. — Нет, я понимаю, что ты хочешь связаться с Орденом, но там Бессмертные. И если из твоих рассказов о них хотя бы половина правда, то Гордеевы там по струнке ходят и дышать боятся.

— Все равно надо проверить, — засунул тряпку обратно в карман, взял холодную минералку из ящика и двинул в сторону особняка. — Смотрите на ужин не опоздайте.

— Не учите батю детей делать, благородный Венатор, — со смешком сказал Ефрем мне в спину. — Ровно в 18:00 будем, как штык!

Закончив в особняк, быстро смысл с себя пот и грязь после работы. Одежду отправил в корзину для стирки, сменив прикид на очередные серые штаны и белую футболку.

Установка портальной арки вовсю кипела. Интересно то, что для Гордеевых, как оказалось, такое не в новинку. Действовали они чётко, вопросов не задавали и не делали ошибок. Хотя Горыныч отнекивался, когда я спросил у него: «Вы раньше уже ставили порталы, да?». Его молчание более, чем понятно. Раз уж я взял у него и рабочих подпись о неразглашении, то также поступили и другие рода, которым род Гордеевых оказывал услуги. Но зарубку в памяти сделал, да.

Было забавно наблюдать, как рабочие то и дело косились на Бессмертных и были тише воды — ниже травы. Трайн и его бойцы коршуном следили за ними, отчего в воздухе чувствовалось напряжение. Слишком уж рьяно гномы относились к своих артефактам и пусть Бессмертные лишь слепки сознания с частичкой души, но гномами они быть не перестали.

— Горыныч, ну что тут у вас? — подошёл я сзади к Кириллу и похлопал его по плечу.

Мужик вздрогнул, отвлёкся от бумаг, в которые задумчиво залипал, и посмотрел на меня.

— А, Дим, это ты… Напугал!

— Могу, умею, практикую, — улыбнулся ему. — Что с аркой?

— Основу установили, — кивком указал он на каменную полукруглую арку. — Пришлось раздолбить плитку, чтобы зафиксировать. Ничего не сломали, если тебя интересует именно это.

Последнее он произнёс с некой обидой в голосе.

— Да я верю, что ты ответственно относитесь к работе, — засунул я руки в карманы штанов и кивнул Трайну. Воитель ответил тем же.

— И поэтому ты приходишь чуть ли не каждые два часа, пока ведутся работы, — ворчливо заметил Горыныч. — У меня рабочие и так на цыпочках ходят от твоих… роботов. А тут ещё и ты появляешься, отвлекаешь их.

— Могу, умею, практикую, — с ухмылкой повторил я уже сказанное ранее. — Ты мне лучше скажи — когда будет готово?

— С установкой справимся быстро, — покачал головой Кирилл. — Но вот с остальным придётся подождать. Постамент, куда вставлялось… Устройство, — бросил он на меня взгляд. — Разрушен и его придётся заново собирать. Подключать нужных Одарённых из моего рода.

М-да, хреново. Место, куда устанавливался Путеводный Камень разрушилось. Нет, не из-за извлечения арки или перевозки, а от чего-то другого. Скорее всего дело в том, что Камень — по словам из дневника — был собран из говна и палок, а когда гномы и Отар ушли, то слабо детонировал и разрушил гнездо.

— Понял-принял, — кивнул я. — Кого именно хочешь привлечь?

— Кого-кого, — вздохнул Кирюха. — Главу рода конечно же! Тут без водки фиг разберёшься, как эту байду собрать. Глава в этом плане… Умнее меня будет. Правда у него такой график, что хоть вешайся, хоть падай. Придётся ждать, Дим.

— Ну раз придётся, то подожду.

Весь последующий остаток дня я решил никуда не ездить и провёл с семьей. Посмотрел с Машей и Снежинкой турецкий сериал, который им подсказал прапорщик Романенко. Понял, что Фархат не любит Зехру, а только использует её в своих целях. В общем, было весело. Особенно, когда Маша расплакалась и пришлось её успокаивать, подавая салфетки.

Следом пообщался с дедом и выслушал от него кучу шуток. Наш гостевой визит к Морозовым был тем ещё… приключением. Особенно, когда я вдруг узнал, что Елизавета хранит мою фотку у себя под подушкой. Нафига она это делала? Ну, это долгая история. Если коротко, то род Морозовых и Беловых в своё время обсуждали договорный брак. Это случилось ещё до войны и смерти большинства членов моего рода, а меня тогда ещё в процессе не было. Потом случилась война и все договорённости как бы… забылись. Морозов понимал, что сейчас нам не до женитьбы и всего прочего, а потому история замялась. Вот только время прошло, я вырос и Павел Алексеевич вернулся к этой теме. И как я понял, давненько рассказал об этом Елизавете. Вот и получилось, что девушка как бы уже давно за мной наблюдала, а когда в сети стали вплывать ролики — бой с Харальдой и покушение возле «Капри» — то втюрилась.

Что с этим делать? Хрен знает, но я, как настоящий рыцарь, свалил вместе с дедом после ужина у Морозовых. С Елизаветой мы так и не пообщались, но от незнакомого абонента мне пару раз прилетали СМС-ки типа: «Доброе утро! Хорошего дня!». Стоит ли говорить, что Лилит их заметила и демоницу заинтересовало, кто же это мне с утра написывает и добрейшего денечка желает? Пришлось рассказать, к чему Лилит отнеслась с пониманием и даже смехом. Вот только делить меня с ещё одной женщиной на отрез отказалась.

С ещё одной… Развёл, блин, цветник дома. И ведь само как-то получилось…

Так, ладно, у меня там вечерняя тренировка с Яриком, а потом ужин.

* * *

Безоблачная ночь опустилась на Царицын, яркие звёзды и полная луна освещали небосвод. Лёгкий ветер трепал листву и кроны деревьев. Наступали холода и после девяти вечера без куртки на улице было холодно.

Но холод не мешал Призраку. Его броня сама регулировала температуру тела, а потому убийца мог действовать в любых погодных условиях.

Он занял позицию на одном из холмов, выбрав её за неимением лучшего. Изначально планировалось найти место в лесу, но когда Призрак подошёл к нему, то ощутил опасность. Весь лес… Был странным. Призрак не встречал ничего подобного, но решил не рисковать. Его смерть и срыв операции не предусмотрены. Задача должна быть выполнена.

Пришлось искать другое место и холм подошёл. Расстояние больше трёх километров, но для него это не преграда. Оптика шлема, прицел снайперской винтовки и наработанные десятилетиями навыки позволяли действовать в подобных условиях.

— Призрак — Базе, я на позиции, — сухо отрапортовал он, следуя регламенту. — Требуется подтверждение приказа.

— База — Призраку, приказ подтверждаем, — ответил ему густой бас.

Вот и всё. Приговор вынесен и обжалованию не подлежит.

Пусть Призрак и убийца, но внутри себя, всё ещё помня кем он был когда-то раньше, он наделся, что приказ отменят. Пустые мысли и надежды, но даже в этом теле… Он всё ещё оставался хоть частично человеком. Он был готов убивать политиков, важных персон, зазнавшихся аристократов и кого угодно. Но не детей…

Энергетические линии «АРС-78» новейшего образца, произведенного в Амерской Империи, слабо вспыхнули синим цветом. Ядро начало медленно крутиться, разгоняя плазму и готовя её к выстрелу.

Ветерок трепал подолы тёмного плаща и капюшон. Он проникал внутрь и обдувал Призрака, но тот ничего не чувствовал. Броня стала его кожей, а шлем — лицом. Уже давно он не ощущал прикосновение ветра…

Благодаря всё той же оптике, поместье рода Беловых выглядело так, будто он стоял прямо перед ним. Кратный зум увеличения превосходил любые аналоги этого мира.

Раздался слабый щелчок корректировки прицела, а затем Призрак всмотрелся в него. Веранда, где горел свет. Небольшой круглый стол, несколько стульев. Цель сидела на одном из них, укутавшись в плед и попивая горячий напиток.

— Molgur ona inar… — шепотом произнёс он первые слова клятвы, которую когда-то давал. Когда-то давно…

Ядро раскрутилось до критического состояния, прозвучал тонкий писк о готовности.

Выстрел.

Вот только в следующий миг, как Призрак нажал на спусковой крючок, цель поражения неожиданно заслонили. Заслонил ещё один ребёнок…

Content

Страж Кодекса. Книга IV

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23