Специалист технической поддержки

Глава 1

Самым сложным было не смотреть пограничнице в глаза.

Я протянул насквозь фальшивый паспорт гражданина КНР старого образца, который годился только на то, чтобы подняться на борт самолета в стране третьего мира. Любая маломальская проверка моментально вычислит липу, но это мне и было нужно. Я не являлся шпионом Севера, я наоборот хотел сдаться. За спиной успешный переход границы с Монголией, покупка билета на самолет и уже через четыре часа я оказался здесь, на стойке пограничного контроля аэропорта Кимпхо в Сеуле. Конечно же, маршрут через Юго-Восточную Азию был в разы популярнее, но там меня могли ждать. Так что пришлось искать брокера, который переправит меня в монгольские степи. Но все это уже позади.

Я в Сеуле.

Едва завидев мои документы, милая на вид пограничница аккуратно подняла руку, давая кому-то знак.

— Господин, пройдемте.

Мужчина в штатском появился прямо за моей спиной и аккуратно положил ладонь на плечо, будто бы намекая, что дергаться мне не стоит. Вместе с ним, держась в трех шагах позади, пришли и несколько людей в форме, но говорил и активно действовал только этот человек, в простом коричневом пиджаке и небрежно затянутом галстуке-удавке, которые носят, судя по просмотренным мной сериалам и фильмам во время жизни в Китае, клерки и офисные сотрудники среднего звена.

Подавив желание пробежаться по лицам сопровождающих глазами, я упер взгляд в пол, коротко кивнул и покорно последовал за сотрудником службы безопасности.

Отличительная особенность всех беглецов — закрытость и недоверие, нервозность, а значит, я должен вести себя именно так. Я просмотрел сотни интервью и репортажей о беглецах, пока ждал липовый паспорт. За документы мне пришлось отвалить почти восемьдесят тысяч юаней, не говоря о стоимости перехода границы, дороги до Улан-Батора и билета на самолет до Сеула. Я хорошо изучил, как мне нужно вести себя во время прибытия в пункт назначения.

Но вот, мое долгое путешествие наконец-то подошло к концу. Впереди — дверь в тесную переговорку где проведут допрос, соберут мои данные, дадут первые наставления. А после нее мне откроется путь, к которому я так стремился. Наконец-то я сбежал на Юг и готов начать новую жизнь.

* * *

Полгода спустя, Южная Корея, Сеул, офис компании InterConnect

— Вот тут подпишите, на каждой странице.

Немолодая менеджер по персоналу подтолкнула в мою сторону внушительную стопку документов.

— Что это? — спросил я, пытаясь вчитаться в мелкий шрифт, не касаясь при этом листов.

— Дополнительное соглашение о неразглашении коммерческой тайны, — терпеливо ответила женщина, хотя по ее надменному выражению лица я видел, что она едва сдерживается. — Как только вы получите ключ-карту и станете сотрудником компании, все, что происходит внутри здания, является тайной и разглашению не подлежит. Вам понятно, господин Кан Ён Сок?

— Предельно понятно, — ответил я, пододвигая к себе документы.

Женщина смерила меня высокомерным взглядом, но ничего не сказала. Я же погрузился в чтение.

— Вы что делаете⁈ — воскликнула менеджер.

— Читаю то, что буду подписывать, — бесхитростно ответил я, поправляя на носу очки в тяжелой роговой оправе. — А что?

— Мы тут до конца дня просидим! Берите и подписывайте! — приказным тоном скомандовала менеджер и постучала ногтем по стопке бумаг. — На каждой странице!

— Простите, уважаемая госпожа Чхои, но в учебном центре нам твердили, чтобы мы не подписывали бездумно документы, даже если нас будут заставлять… — честно ответил я, сложив руки на коленях и как можно ниже опуская голову и плечи.

Я просто беглец из Северной Кореи, который устраивается на свою первую в жизни настоящую работу. Полгода обучения и адаптации были похожи на курорт, но все рано или поздно заканчивается.

— Это что еще за вздор! И что же вам такого надо беречь, господин Кан⁈ Хотите сказать, наша компания жулики⁈ Вы что себе позволяете!

— Ничего такого, Аджума, пожалуйста, вы не так все поняли… Нас учили в центре. Мне же положена выплата, про нее много говорили. Каждый месяц, как беглецу. Правительство обо мне заботится и вот, чтобы я не стал жертвой мошенников…

Я понял, что сказал лишнего. Лицо менеджера Чхои пошло пятнами, а сама она стала похожа на разъяренную рыбу фугу. Только что иглы не полезли во все стороны.

— Ты как меня назвал… — прошипела менеджер Чхои, пропустив мимо ушей слова о мошенниках. — Я что тебе, старуха⁈

— Простите, пожалуйста, госпожа Чхои, простите!

Я вскочил со своего места и согнулся в уважительном поклоне, ожидая, когда же женщина успокоится. Странно, в учебном центре объясняли всю эту запутанную систему обращений юга, но я не мог подумать, что допущу такую промашку. На севере все было проще — все друг другу товарищи. Госпоже Чхои точно было больше сорока, о чем говорила и сетка морщин на шее, и состояние ее рук, вот только мое почтительное обращение к ней, как к женщине намного старше меня самого, привело ее в бешенство. Неужели так можно называть только откровенных старух? Или она посчитала указание на ее возраст издевкой с моей стороны?

— Чего еще ждать от беглеца из Ибука…

Ее слова резанули мой слух, будто бы она говорила о безродной собаке.

— Садись и подписывай, — уже менее гневно скомандовала госпожа Чхои. — Никто тебя тут не ограбит. Твой успех в интересах этой компании. Все же, ты первый, кого прислали по программе интеграции. У тебя и свой куратор будет, и поможем. И может быть, когда-нибудь ты сможешь стать полноценным членом общества.

Опять она говорит обо мне, словно я мусор. Но за время своего пребывания в Намджосоне я уже почти привык к тому, что слишком многие видят в беглецах нахлебников, шпионов или даже врагов. Никогда не знаешь, протянут ли тебе руку или плюнут в лицо, когда узнают, что ты выходец из Пукчосона.

Оформление на работу заняло у меня подозрительно много времени, почти два часа. Госпожа Чхои наконец-то выбила из меня подписи под документами о неразглашении, после чего бросила в душной переговорке почти на сорок минут.

Все это время, пока я ждал возвращения HR-менеджера, я размышлял о том, как же так получилось, что моя жизнь будет опять связана с компьютерами и сетью.

Я не избегал интернета или техники, но старался как можно меньше соприкасаться с высокими технологиями и сферой IT. Просто чтобы не вызвать у своих кураторов лишних вопросов. Я прекрасно понимал, что среди этих доброжелательных мужчин и женщин, которые занимались адаптацией беглецов с Севера и старались вложить за полгода в наши головы знания, которые прочие южные корейцы получают с самого детства, затесались люди из Национального агентства разведки или, если коротко, из NIS. Эти люди были обучены подмечать странности и нестыковки в поведении беглецов, чтобы выявлять шпионов, диверсантов и прочих агентов Севера.

Глупо считать, что моя родная страна не вела активную деятельность на Юге. Конечно же тут работала целая агентурная сеть, с которой неустанно боролись агенты из NIS. Вот только я не имел к ним никакого отношения и сознательно не интересовался этой темой, чтобы не бросить на себя тень подозрений со стороны бывшего командования. Просто прилежно учился, выполнял партийные задания и пользовался теми немногочисленными привилегиями, которые давала служба в кибервойсках.

Мне нужно быть осторожным. Неброская, дешевая одежда. Всю зиму я отходил в невзрачном китайском пуховике и таких же туфлях-галошах, хотя взгляд нет-нет и падал на модную и качественную обувь, которую тут предпочитала молодежь. Но мне нельзя было выходить из образа. Рубашка, застегнутая на все пуговицы, безразмерный свитер, хорошо выглаженные бесформенные брюки из грубой ткани темно-синего цвета. Стрижку пришлось выбрать уставную — под машинку. Мне был недоступен даже привычный полубокс, потому что в исполнении местных мастеров он выглядел слишком стильно и смущающе для недавнего жителя Севера. Апогеем моей внешности были очки с толстыми стеклами на −7 и тяжеловесная оправа из уже чуть пожелтевшего дешевого пластика. Я одевался так же, как и большинство жителей нашего района, где расположились общежития для тех, кто проходит реабилитацию и еще не встал на ноги.

Из-за всего этого я выглядел намного моложе своих двадцати четырех лет, ведь даже вчерашние школьники казались более крепкими, рослыми и уверенными, нежели я. Но пока я учился, все это играло мне на руку. Ни у кого не возникало дополнительных вопросов, никто не обращал на меня внимания.

Так как же я оказался в переговорке этого огромного офисного здания? Когда мне только сообщили о том, что моим первым местом работы станет IT-компания, а меня самого определят в техническую поддержку первой линии, я подумал, что это какая-то шутка. Следующей мыслью было, что мой куратор из NIS решил таким образом пошутить перед арестом. И только потом я понял, что все мои попытки не выделяться с треском провалились.

Чуткие наставники и волонтеры заметили отголоски моих знаний и способностей. Хватило мелочей. Тут я чуть быстрее освоил печать на клавиатуре, там — справился с сенсорным интерфейсом и приложением KakaoTalk. Как мне в итоге сказали, у меня — талант, а нет лучше школы, чем работа по специальности. Так что каким-то невероятным усилием директор моего реабилитационного центра, господин Ли Сун-Хо, умудрился найти для меня место в IT-компании. Как сказал сам старик, так сошлись звезды: буквально недавно InterConnect не принимала стажеров из числа северян, но месяц назад они вступили в ассоциацию ради поддержания своего имиджа. И вот, первое же место, которое появилось по квоте для центра, досталось мне, невзрачному беглецу Кан Ён Соку, хотя очередь на работу передо мной составляла не меньше двух десятков человек.

Иронично, что жизнь, от которой я старался сбежать, сама нашла меня на юге.

Выход на работу в понедельник, сегодня четверг. Я оказался посреди района Каннам, серым невзрачным пятном застыл посреди тротуара, зажатый между людским потоком спешащих по своим делам горожан и железобетонными стекляшками офисных зданий.

Широкая прямая улица, будто двумя стенами, она была огорожена линией офисов, взмывающих ввысь на десятки этажей. В отличие от привычного и теперь такого далекого Пхеньяна, тут ключом била жизнь; перегруженная улица едва вмещала автотранспорт, люди нетерпеливо сновали через пешеходные переходы, вот-вот должны были зажечься фонари.

Я аккуратно поправил лямку рюкзака, застегнул ветровку под горло и уверенно повернул в сторону метро. До района Хондэ, где мне выделили малюсенькую комнату, отсюда ходил поезд. По расписанию — пятьдесят пять минут, хотя с учетом наплыва людей, хорошо, если я доберусь домой за полтора часа.

Отказаться от трудоустройства я не мог, просто не имел права. Такой шанс выпадает раз в жизни, а отказом я бы привлек к себе ненужное внимание наблюдателей из NIS. Сейчас мне нельзя отсвечивать. Должно пройти несколько лет, мне нужно окончательно ассимилироваться, выучить язык, возможно, сменить внешность. И только потом я смогу жить так, как я захочу.

Переполненный вагон поезда метро кое-как доставил меня на другой берег реки Ханган, я же привычно вышел на станции «Университет Хонгик». Тут тоже царило стекло и бетон, но величие Хондэ да и всего района Мапогу было обманчиво; шаг в сторону от центральных улиц и вот ты попадаешь в совершенно другой Сеул. Малоэтажная застройка, паутина проводов и кабелей, которые тянутся от каждого столба, гул кондиционеров. Ноги сами вынесли меня к небольшому магазинчику, который расположился прямо по соседству с такой же микроскопической кофейней.

Неизменно стоящая за прилавком тетушка Ли внимательно посмотрела на выбранный мной набор продуктов.

— Что-то отмечаешь Ён-кун? — спросила старая женщина, взглядом указывая на небольшую упаковку вакуумированной свинины.

— Праздник сегодня, тетушка Ли, — ответил я женщине, нервно поправляя очки и не глядя старой владелице лавки в глаза. — Взяли на работу. Сразу в крупную компанию, сонсэнним постарался, выбил мне теплое местечко.

— Такой он у нас, господин Сун-Хо! Заботится о своих подопечных! — улыбнулась женщина. — Отлично! Главное старайся, Ён-кун, старайся! Ты парень умный, пробьешься!

Я невесело улыбнулся тетушке Ли, но отвечать не стал. Она прекрасно знала, как обстоят дела у северян, которых активно расселяли недалеко от университета Хонгик, к которому был частично приписан мой учебный центр по адаптации. И господина Ли Сун-Хо она тоже знала в лицо.

Без сдачи сунына ни о какой учебе, даже в самом захудалом заведении, речи и идти не могло. Вот только куда мне готовиться к экзаменам? Скоро стипендию выплачивать перестанут. Конечно, кое-какие подъемные у меня останутся, но ни один беженец в здравом уме не пойдет учиться, если он сбежал в одиночку. Сейчас мне дорога одна — на работу. В этом беспощадном мире иначе мне никак не выжить, если я не хочу привлекать внимание цепных псов из NIS.

— Спасибо, Аджума, — поклонился я женщине. — Обязательно прорвусь.

Уже уходя, я заметил, как тетушка Ли незаметно сунула в мой пакет маленькую бутылочку самой дешевой соджу. Когда женщина увидела, что от меня этот жест не укрылся, только заговорщицки подмигнула. Мол, отметь сегодня, как положено, Ён-кун, а о том, как не вылететь с нового места, будешь думать потом.

Меня же беспокоило совершенно другое. Все еще не покидало чувство, что на моем горле медленно сжимается лапа контрразведки и ищейки из NIS просто играют со мной, ждут, когда я проколюсь. Поэтому и подсунули такую работу.

Но как бы то ни было, я только в понедельник начинаю свою работу в техподдержке компании InterConnect, а сегодня — поем мяса. В моей жизни не слишком много поводов для столь богатой трапезы, надо пользоваться случаем.

Глава 2

К концу первой рабочей недели я понял, что все мои опасения касательно слежки NIS были совершенно несостоятельны. Если контрразведка и следила за мной, то уж точно не она была причиной того, что я оказался в InterConnect.

А вот сама работа оказалась сущим кошмаром. Главная проблема — мой непосредственный начальник, господин Сим, лысеющий мужчина лет сорока, который почему-то считал себя не только величайшим специалистом в сфере, но и крайне остроумным человеком. Вот только его остроумие в основном заключалось в том, что он оскорблял меня и явно изводил стажерку Джи Су, которая устроилась в компанию немногим раньше меня.

— Эй! Хубэ! — голова господина Сима появилась прямо за моим монитором. — Ты чего тут прохлаждаешься⁈

— Учу протокол общения с клиентами, господин Сим, — сдержанно ответил я, глядя начальнику прямо в глаза.

Признаю, не удержался. Этот паразит уже порядком меня достал и только и делал, что искал, к чему бы придраться. Но все тесты проводились через форму опросника, так что повлиять на результаты моего допуска к работе он при всем желании не мог. Хотя бы это в InterConnect было построено грамотно.

От такого дерзкого поступка Сим моментально вспыхнул. Лицо начальника искривилось в злобной гримасе, а сам господин Сим моментально перешел на ставший уже привычным ор, которым обычно сопровождалось его общение с сидящей за соседним столом Джи Су.

— Глаза в пол, щенок! Ты что себе позволяешь! — заорал господин Сим, замахиваясь на меня рукой.

Взгляд пришлось отвести, так как устраивать драку с этим паразитом у меня не было никакого желания. А ведь он настолько агрессивен и самоуверен, что без сомнений полезет на меня с кулаками, а потом все выставит так, что это я на него сам напал, потому что северянин и дикарь. Вообще поток оскорблений касательно моего происхождения со стороны господина Сима не стихал уже неделю, и каждая вторая реплика была на тему того, что я должен ползать в ногах у всего народа Юга за то, что позволили мне прикоснуться к цивилизации. И, конечно же, я должен целовать пятки непосредственно господину Симу, который взял надо мной наставничество.

Но по-настоящему в этой ситуации было жаль Джин Су. Если я привык к крикам и даже побоям, то эта маленькая девочка сжималась в комочек буквально каждый раз, когда господин Сим показывался в пределах нашего опенспейса. При этом Джин Су уже почти стала личной служанкой менеджера отдела, постоянно носила ему кофе, верстала и перепечатывала отчеты и занималась прочей работой, которая никак не относилась к ее основным обязанностям. Неудивительно, что уже дважды она провалила первичную аттестацию и следующая попытка может стать для нее последней.

— Давай, учи! — стукнул кулаком по столу господин Сим, да так, что у меня закачался монитор. — Через три дня аттестация.

— Но господин Сим, на изучение материалов дается три недели… — начал я.

— Ты что, считаешь себя умнее меня⁈ — взревел господин Сим. — Через три дня! И ты, Джин Су! Тоже будешь сдавать! Поняла⁈

Я покосился на сидящую через небольшую перегородку девушку. Круглое лицо, испуганный взгляд, нелепая, будто у ученицы средней школы, короткая челка и собранные в два хвостика волосы. Джин Су носила серую безразмерную кофту и от этого еще больше была похожа на мышь.

— Тц. Никакого от вас толку! Молодежь, как же! Тупица и дикарь! — цыкнул Сим. — Принесешь мне кофе через полчаса. И не с кухни, а из кофейни снизу! И сливок побольше! Поняла⁈

Джин Су опять затряслась, но ничего не ответила, а господин Сим цыкнул еще раз и наконец-то свалил в свой закуток в углу этажа, из которого открывался вид на весь опенспейс.

— Он тебе деньги хоть отдает за кофе? — тихо спросил я девушку, но в ответ Джин Су только испуганно уставилась на меня, будто бы я был демоном, а не человеком.

— Не говори со мной! Господин Сим тебя не переносит! — вскрикнула Джин Су и, зачем-то вскочив со своего места, застыла прямо передо мной. Через мгновение что-то в голове девушки щелкнуло и, нелепо тряся хвостиками, она устремилась в сторону кухни.

Я проводил Джин Су взглядом, после чего пробежался глазами по местам других сотрудников отдела, поймав пару раздраженных и недоброжелательных взглядов. Два десятка человек безмолвно наблюдали за тем, как один возрастной неудачник, застрявший на бесполезной работе, издевается над молодыми людьми. Но их ответ был только один — продолжать стучать по клавиатуре, отвечая на тикеты клиентов. Никто не хотел подставляться за неудачницу, которая скоро вылетит с работы, и северянина, который вообще оказался тут по квоте от ассоциации.

Пока я ходил в пятидневку, но как только сдам аттестацию — получу постоянный ключ, полноценную учетную запись в системе и меня закрепят за одним из рабочих мест. Пока же мы с Джин Су ютились на двух «общих» компьютерах, которые толком ни за кем не были закреплены и поэтому даже не обслуживались. Старая двадцатилетняя рухлядь, они стояли тут с момента открытия офиса, а софт был настолько старый, что Джин Су даже не сразу поняла, с чем имеет дело.

Для меня же такое оборудование было вполне привычным. Младших чинов кибервойск Севера топовыми конфигурациями не баловали, и к нормальному оборудованию я получил доступ только на третий год службы. А до этого момента имел дело как раз с похожими раритетами.

Включается, открывает текстовые документы и базу знаний отдела — уже хорошо. Большего от этого компьютера мне было и не нужно, тем более с рабочего места даже не было доступа в интернет.

Рука непроизвольно потянулась к карману, в котором лежал простенький дешевый смартфон, который выдали в ассоциации. Я подсел на чтение новостей и всяких статей, то есть пялился в экран каждый свободный момент, и сейчас мне захотелось немного полистать ленту, но я вовремя остановился.

Эта лысеющая крыса, господин Сим, только и ждет, когда я допущу какую-нибудь мелкую ошибку, чтобы публично распять «северного дикаря». Такого удовольствия я ему не доставлю, не дождется.

А вот и привычный уже марш позора. Джин Су, опустив голову, несет стакан недешевого кофе из кофейни на первом этаже. Я заглядывал туда разок, исключительно ради проведения разведки на местности. Место приятное, светлое, там пахло кофейными зернами и сладкой выпечкой, но оно было ни мне, ни Джин Су не по карману. Даже если бы я залез полной лапой в свою стипендию, это место могло с легкостью пустить меня по миру. Ведь где дорогой кофе, там и новая одежда. Где новая одежда, там походы в заведения с коллегами, а где походы в заведения — там праздный образ жизни. Нет уж, лучше пару раз в неделю покупать в магазинчике тетушки Ли мясо, чем спускать заработанные тысячи вон на кофе. Тем более на кухне отдела была кофемашина. Зерна дешевые, кофе получался кислым, но если добавить порошковых сливок и побольше сахара — пить можно. А зачем тогда платить?

Я бы солгал, если бы сказал, что мне не хотелось каждый день брать стаканчик кофе навынос из кофейни на первом этаже. Быть как менеджеры в белоснежных рубашках с дорогими часами на руках, которые небрежно несут свои сумки с ультрасовременными ноутбуками и распечатками квартальных отчетов. Перекидываться парой слов с коллегами, с улыбкой кивать членам правления, которые так же, как и прочие, спешат на работу. Эти люди были за пределами моего мира, совершенно на другом уровне, и я хотел бы стать таким же небожителем. Вот только возможно ли это для беглеца с Севера?

Мысли сами собой устремились к флешке холодного кошелька, которую я надежно припрятал за одной из стенных панелей в своем доме. Нет, нельзя. Не сейчас, и даже не в ближайшие годы. Деньги, которые я унес с собой, трогать смертельно опасно, в ближайшие пять-семь лет так точно.

Мне нужно пройти аттестацию. Вся надежда была на то, что господин Сим не сможет повлиять на результаты электронного тестирования и я пройду первичную стажировку и буду допущен к основной работе. Не хотелось бы подводить куратора моего потока, он очень многое сделал для того, чтобы именно я получил это место.

Не знаю, чем был вызван интерес господина Сун-Хо к моей персоне. Как он сам сказал мне — он разглядел талант, который нельзя загубить. Проницательность этого человека была за гранью моего понимания. Во время учеты в центре я изо всех сил старался делать вид человека совершенно обычного, недалекого и напуганного, но он все равно, даже сам того не зная, сумел разглядеть мою настоящую личность. Сумел увидеть во мне мое истинное призвание.

Драконы Красной Звезды. В мире информационной безопасности наше имя внушало страх и уважение. Мы были ночным кошмаром белых хакеров, примером и иконой для черных. Мы, лишенные самого мощного инструмента взлома — социальной инженерии — атаковали компании и правительства по всему миру. Мы ограбили десятки бизнесов Южной Кореи и через сотни операций, десятки миксеров и несколько подставных фирм в офшорных зонах мы в итоге перевели эти активы в криптовалюту. Которую я в итоге прихватил с собой на флешке, когда ударился в бега.

Я был уверен, что показываю уровень знаний и навыков где-то на одной ступеньке с трехлетним ребенком. Не так сложно все делать совершенно неправильно, когда знаешь, как все устроено на самом деле. Но господин Сун-Хо все равно разглядел мое темное прошлое. Пусть и принял его за врожденный талант.

Я не могу разочаровать своего сонсеннима! Ни в коем случае!

Полный решимости, я опять погрузился в чтение документации и даже не заметил, как Джин Су вернулась за свое место. Девушка откинулась на спинку стула, пару секунд посмотрела на меня, будто бы набираясь смелости что-то спросить, но только мотнула головой и спряталась за перегородкой. Я же сделал вид, что этого ее движения совершенно не заметил, а если и заметил — не придал ему значения.

Захочет поговорить — начнет беседу сама. Я уже пытался выйти с ней на контакт, но в ответ получил только полный испуга взгляд. Нет уж, подружка, больше я эту ошибку допускать не стану. Я даю людям один шанс, а дальше как-нибудь сами.

Уже вечером, возвращаясь домой после посещения магазинчика тетушки Ли, я нарвался на своих бывших соотечественников.

— Эй, Ён Сок!

Группа из пяти человек во главе с Ким Аран, тощей злобной сукой двадцати шести лет, которая подмяла под себя всю нашу диаспору и сейчас занималась тем, что вместе со сколоченной шайкой отжимала часть стипендий других беглецов на «северокорейский общаг». Ходили слухи, что Аран дочь какого-то высокопоставленного партийного чина или даже генерала, который впал в немилость из-за выходок своей дочурки во время трудовой командировки в Китай. Еще тогда она не работала, а занималась мелким разбоем и всячески позорила отца, а после — улизнула из-под надзора сопровождающих ее группу офицеров и перебралась на юг как беглянка.

Хоть Аран сбежала, старые привычки остались. Наглая, дерзкая, она довольно быстро подмяла под себя не слишком активных соотечественников и устроила круговые поборы. Как говорила сама Аран — это был коллективный фонд на случай, если кто-то угодит в беду, что южанам верить нельзя, но все прекрасно понимали, что деньги шли в карман наглой генеральской дочери и ни о какой поддержке речи быть и не могло.

— Чего вам? — спросил я, замирая посреди улицы.

Время было позднее, сегодня я чуть задержался в офисе, а потом решил прогуляться, так что людей вокруг не было. Район Хондэ на слишком жалуется коренными сеульцами, но мне, как северянину, было совершенно плевать на возможные проблемы. Что такого со мной могут сделать местные, чего не делал со мной старшина? После наказания палками и недельного карцера на одной воде, сидение в котором прерывалось только короткими выводами на «разъяснительную беседу», начинаешь совершенно иначе реагировать на опасность.

— Смелый стал? — сплюнул один из подручных Аран. — Зарплату получил уже?

— Я еще на стажировке, — ответил я. — И со стипендии в этом месяце я уже платил.

— Мало заплатил, — продолжил подручный, а другие участники банды оскалились.

Пять человек, не считая генеральскую дочурку, которая сейчас стоит за спинами своих бычков в дешевой курточке из темно-красного кожзама, сложив руки на груди и ехидно улыбаясь.

— Мы слышали, в твоей фирме даже стажерам платят по четыре миллиона вон, а то и больше, — наконец-то подала голос Аран.

— Не знаю, где вы это слышали, но я сижу на минималке, как любой стажер, — ответил я. — И платить с зарплаты не собираюсь, это мои деньги.

— Ты еще не понял, Ён Сок? Нет смысла отпираться, — улыбнулась Аран, делая шаг вперед. — С тебя миллион вон с зарплаты и полмиллиона со стипендии. Ты должен помогать своим, разве нет?

Тц! Гадство! Стипендия для перебежчиков составляет миллион четыреста тысяч вон в месяц. Это минимальная сумма оплаты труда в Южной Корее, установленная законом. Выплачивают ее на протяжении года за счет подъемных, которые выделяются правительством в размере шестнадцати миллионов вон на каждого беглеца. То есть мне осталось получать выплаты еще пять месяцев, а после — я сам по себе. У меня и так отбирали треть от этой суммы ежемесячно, еще треть шла на частичное погашение жилья, связь и другие расходы. В итоге у меня на руках оставалось чуть больше четырехсот тысяч вон или всего триста долларов США, а на эти деньги в Сеуле особо не разгуляешься, особенно, если у тебя нет даже одежды. Спасало только то, что в адаптационном центре была своя столовая, где нас кормили на завтрак и обед, а ужин был на совести самих беглецов. Хотя кормили там так, что и ужинать не надо — каждый наедался до отвала, северяне умели ценить еду.

Если Аран и ее банда прогнут меня и начнут отжимать и еще миллион из моей стажерской зарплаты — я просто не выживу. Аренда комнатушки, в которой я сейчас живу, стоит мне шестьсот тысяч вон в месяц, я и так думал перебраться из Хондэ в какой-нибудь более далекий район, но до работы и так был минимум час езды на метро и еще двадцать минут пешком в одну сторону. С такими темпами у меня просто не останется времени на что-то кроме сна.

— Повторяю, мне будут платить там минималку, полтора миллиона в месяц, — процедил я, глядя на стоящих в пяти шагах подонков. — Мне за жилье платить.

— Ты отобрал перспективное место у одного из наших и еще смеешь дерзить? — подняла бровь Аран.

— Лучше бы сдала секреты своего папаши национальному агентству, я слышал, за ценные сведения платят до миллиарда вон, — парировал я. — Или ты уже пыталась, да они признали тебя пустышкой?

— Гаденыш! — взвилась Аран. — Как ты смеешь⁈ Проучите его!

Бугаи Аран только шагнули в мою сторону, а я уже запустил руку в пакет с продуктами, судорожно нащупывая горлышко бутылки соджу. Едва пальцы нащупали стекло, я рванул руку и одним ударом разбил бутылку о стоящий рядом столб. Ладонь обожгло попавшим в порез алкоголем — бутылка была дешевой и тонкой, и треснула до самой пробки, порезав кожу. Но сейчас это было неважно. Важно — дать отпор этим ублюдкам.

— Сдохнуть хотите⁈ По одному! — крикнул я, бросая под ноги пакет, в котором осталась лежать упаковка кимчи, рис и бутылочка соевого соуса.

Разбитая бутылка соджу ощетинилась тонкими острыми краями. Я знал, что на юге все решают с помощью кулаков и очень редко — с помощью дубинок и ножей, но мы не южане. На севере все средства хороши, я понимал, с кем имею дело. Даже если сейчас они вытащат самодельные кастеты и короткие палки, одного или двоих за собой я прихватить успею.

— Ну чего встали, собаки⁈ — крикнул я еще раз, делая перед выпад «розочкой». — Давайте! Покажите свою преданность хозяйке!

Лицо Ким Аран перекосило от гнева, она уже готовилась выкрикнуть какой-то приказ, как тут из окна одного из домов высунулась голова пожилого мужчины.

— Вы чего тут устроили⁈ Я сейчас полицию вызову! — прокричал мужчина.

— Не лезь не в свои дела, старик! — крикнул один из бугаев.

— Это что тут, пукчосонцы буянят⁈ — мигом завелся дед. — С вами разберутся! Мигом разберутся!

— Валим, — сквозь зубы прошипела своим подручным Аран. — Мы вернемся за тобой, Ён Сок! Готовь деньги! Теперь ты должен полтора миллиона каждый месяц!

— Ага, жду с нетерпением, — ответил я, поднимая разбитую бутылку повыше. — Обязательно приходи.

Ким Аран цыкнула и, развернувшись на каблуках, моментально скрылась за поворотом улицы. За ней исчезли и ее подручные. Я остался стоять посреди пустой улицы в одиночестве, сжимая в руках разбитую бутылку, с которой капали остатки соджу вперемешку с моей кровью.

— Парень! Ты там как⁈ — крикнул мужик.

— Спасибо, дяденька! Все хорошо!

— Я вижу, поранился! Иди сюда! Поднимайся!

— Не надо, все хорошо!

— Иди сюда, юноша!

— Да не надо, говорю же вам! — крикнул я, подхватывая пакет. — Все хорошо!

— Ну и что? Есть у тебя бинт или пластырь? А чем обрабатывать будешь? А если зашивать. Знаешь, сколько стоит зашить рану в больнице? — хитро сообщил дядька. — Не артачься, северянин, не обижу. Поднимайся, подлатаем тебя.

Делать было нечего, в этом дядя оказался прав. Так что уже через пять минут я сидел на маленькой прокуренной кухоньке, а мужчина по имени Онг Бо Гён, держа сигарету в зубах, внимательно обрабатывал мою ладонь.

— Я в армии медиком служил, — сообщил дядя Бо. — На такие раны насмотрелся. То об штык кто поранится, кто подерется. Кто о разбитую бутылку, прямо как ты. Ничего серьезного, порез неглубокий, шить не надо, хватит повязки.

— Спасибо, дядюшка Бо, — я попытался поклониться, но сидя на табуретке получилось не очень хорошо. — За вашу помощь и на улице, и сейчас.

— Эти северяне совсем оборзели, — цыкнул Бо Гён. — Нет, ты тоже северянин, но я же сразу по человеку вижу, кто с гнильцой, а кто нормальный. Как учебный центр к университету приписали, так и начались на районе проблемы. Будто бы нам своих хулиганов не хватает, еще и ваши добавились.

— Так почему помогли мне, дядюшка?

Бо Гён затянулся, стряхнул пепел в небольшую грязную тарелочку, после чего взялся за кусок бинта и начал складывать тампон под повязку.

— Потому что молодой и сам по себе, так и живи, — ответил Бо Гён. — Я-то знаю, от чего ты сбежал, у меня родня есть на севере. И служил я на границе. Всякого через реку насмотрелись. Так что живи и радуйся, и не стесняйся просить помощи. На юге, конечно, тяжко, но тут и хороших людей хватает. Понял меня, северянин?

— Зовите меня просто Ён-кун, дядюшка, — тихо сказал я мужчине.

— Ой, вот только не надо глаза в пол прятать, меня ты не обманешь, — усмехнулся Бо Гён. — Я же видел все от начала и до конца. И как ты с ними разговаривал, и как за бутылку схватился. Ужимки свои для начальства оставь, ты же боец. И не смотри на меня так! Никому я докладывать не буду, больно надо. Тем более у кого голова на плечах есть, тот понимает, что до нас добираются только самые смелые и дерзкие. Трус сбежать не сумеет.

— Мой начальник так не считает, — внезапно для самого себя сказал я дяде.

— Ну, значит дурак этот твой начальник, — усмехнулся дядюшка Бо. — Теперь руку вытяни и пальцем край бинта прижми, сейчас замотаю тебя, через неделю будешь как новый.

Дядюшка Бо заставил остаться и даже накормил рисом с кимчи — мое любимое блюдо на юге, а как была замаринована капуста! — дал с собой одноразовый бинт и початый тюбик какой-то мази.

— Через три дня снимешь повязку и тампон смажешь этой дрянью, чтобы заживало лучше. Тебе руки надо беречь.

— С чего это? — спросил я.

— Так видно же, что головой работаешь, — удивился дядя Бо. — Вот, смотри.

Мужчина протянул свою ладонь. Широкая. Толстые пальцы, грубая кожа. Моя рука рядом с его лапой выглядела совсем детской.

— Видно, что даже на севере ты головой работал, а не лопатой махал, — сказал дядя Бо. — Руки аккуратные, пальцы тонкие, как у пианиста. Так что руки тебе надо беречь. Тем более знаешь как девчонки на руки внимательно смотрят, а?

Я почему-то смутился и густо покраснел от слов дяди Бо, а мужчина только рассмеялся, похлопал меня по спине и едва не вытолкал за дверь.

— Все, Ён-кун, давай, удачи!

— Дядюшка Бо! Я потом мазь вам занесу!

— Хорошо, хорошо! — согласился мужчина. — Заглядывай, на следующей неделе я в первую смену работаю.

Уже дома я, сидя на матраце, внимательно рассматривал свои ладони. Неужели это так заметно? Юг всегда казался мне ленивым и безопасным местом, но мне постоянно попадаются удивительно проницательные люди. Сначала Сонсэнним, господин Сун-Хо, который разглядел мои знания в технологиях. Теперь дядюшка Бо Гён. Вдвойне удивительно, что меня так просто отпустили агенты NIS.

Уже перед сном я подумал о миллиарде вон, которые бы я мог получить, если бы пошел в агентство национальной безопасности и рассказал даже часть того, что знаю. Но об этом можно только мечтать. Слишком высок риск вместо миллиарда вон получить путевку на пожизненное или даже пулю в затылок. Особенно с учетом того, чем занимались Драконы Красной Звезды.

Так я и уснул с мыслями о несметных богатствах. Сытый, с забинтованной рукой, в маленькой душной комнатушке, которую я уже стал считать своим домом.

Глава 3

Я стоял на пороге кофейни и гипнотизировал взглядом меню.

Стакан кофе за десять тысяч вон! За эту сумму я могу купить два килограмма риса в магазине тетушки Ли, которого мне хватит на неделю-полторы сытной и вкусной еды, а тут какой-то кофе за такие деньги. Сколько это в долларах? Семь баксов? Даже чуть больше… Дома все стоящие вещи считали или в долларах, или в юанях, с этим было довольно просто. За полгода на Юге я все старался привыкнуть к местной валюте, но перестроиться все еще было довольно сложно.

Запах обжаренных зерен манил.

Я прикрыл глаза и вспомнил момент, когда впервые попробовал этот напиток. Это было в армии, когда я прошел отбор в элитные кибервойска и наш политрук проводил первое собрание. Товарищ Ким Чо Сын был большим поклонником кофе, так что первое знакомство с нами он проводил за этим горячим напитком. Дешевый китайский кофе, заваренный в огромном эмалированном чайнике. Каждому выдали по стакану, куда залили обжигающе-горячую черную жижу. В тот момент я окончательно почувствовал себя частью элиты, а товарищ Ким Чо Сын казался самым лучшим партийцем из всех возможных. Помню, с каким восторгом я слушал о великих свершениях, которые ждут всех нас. А еще лучше я запомнил вкус того дешевого китайского кофе, что с тех пор прочно ассоциировался у меня с успехом.

Семь баксов за стакан… Сегодня мне на карту пришел аванс — шестьсот тысяч вон, а значит, вечером меня ждет свинина в дополнение к рису и кимчи. Но мне впервые захотелось выйти на обед и взять напиток здесь, в заведении на первом этаже, как это время от времени делали другие сотрудники отдела. Вон они, небольшая группа из пяти человек, заняли угловой столик и что-то обсуждают. Рано или поздно мне придется спускаться сюда вместе с остальными, так что надо провести разведку.

Мой выбор пал на флэт уайт. Довольно большой стакан, как объяснил мне гугл — это двойной эспрессо с молоком без пены. Предлагали за тысячу вон добавить сиропа на выбор, но я отказался. Не стоит портить привычную горечь этого прекрасного напитка.

Заняв место за небольшим столиком у стены, я аккуратно поставил свой стакан и, стараясь игнорировать любопытные взгляды других посетителей, погрузился в листание ленты. Я все еще выделялся на фоне других офисных сотрудников. Надо бы сходить в ближайший сэконд и присмотреть дешевой одежды. Пора ускорять ассимиляцию.

— Да что такое⁈

Девушка, сидящая за соседним столиком, с такой силой ударила кулаком по столу, что ноутбук перед ней буквально подпрыгнул, а стакан кофе едва не опрокинулся на клавиатуру.

— Работай, кусок!..

Окончание фразы потонуло в невнятном рыке, а я с некоторой опаской посмотрел на виновника этой сцены. Еще немного, и она просто сломает несчастный ноут, причем справится одним ударом.

Это было не мое дело, но любопытство взяло верх. Хакеры вообще по природе своей любознательны — цель большинства взломов не воровство, а исследование. Или проверка собственных сил. Люди моего призвания буквально были похожи на енотов, стремясь засунуть свой нос в любую цифровую щель. Скосив глаз, я заглянул в экран ноутбука девушки и увидел, что она ругается на клиент Outlook, который не мог синхронизировать почту.

Девушка несколько раз с силой ударила по клавише пробела, после чего стала открывать и закрывать программу, будто бы это могло помочь в загрузке.

— У вас подключения к сети нет… — не выдержал я истязаний ноутбука.

— Что?.. — протянула девушка, уставившись на ноутбук.

Я еще раз глянул в экран. Точно, вайфай-соединение просто отсутствует, то есть она не только не подключена к сети, но и сам модуль выключен.

Потянувшись к соседнему столу, я ловко нажал на комбинацию клавиш fn+F2, включая модуль вайфая. Тут же в трее системы появился знакомый значок, а через секунду ноутбук подхватил офисную сеть. Благо, это был компьютер на Windows. С макбуками я дела не имел, хотя их система не должна была слишком сильно отличаться от «Красной Звезды», национальной операционки Севера на базе линукса.

— Руки убери! — взвизгнула девушка, с силой оттолкнув мою руку.

Столик, за которым я сидел, качнулся, стакан кофе с неплотно закрытой крышкой двинулся вслед за точкой опоры, после чего опрокинулся, заливая мой свитер и уродливые синие брюки.

— Тебе кто разрешал чужие вещи трогать⁈ — продолжила кричать незнакомка, и я уже трижды успел пожалеть, что решил ей помочь. — Сама разберусь без советчиков!

Я напоролся на злобный взгляд девушки, попытался стряхнуть горячий кофе с собственной одежды, после чего кивнул на экран ноутбука.

— Почта загрузилась, — сказал я, вставая из-за столика, и под осуждающими взглядами других посетителей вышел из кафе.

Ноги моей здесь после такого позора больше не будет. Попил модного кофе, называется. А ведь даже пригубить не успел!

С помощью бумажных полотенец в туалете мне кое-как удалось собрать основную влагу из ткани, но свитер и рубашка под ним были безнадежно испорчены. Пострадали и брюки, кофе смог добраться даже до моих носков, и до самого конца рабочего дня я просидел за своим компьютером, не рискуя разогнуться и показаться менеджеру Симу в таком виде. Впрочем, от этой встречи меня берегла сама судьба. Высшее руководство прознало о том, что господин Сим пытался передвинуть сроки аттестации, за что неплохо накрутила хвост этой мерзкой крысе. Так что на некоторое время менеджер притих, будто затаившаяся в высокой траве гадюка.

Никогда не говори «никогда».

Вернулся я в кофейню через два дня. Опять во время обеда, опять взял флэт уайт, отвалив за стакан кофе кровные десять тысяч вон, только на этот раз напиток я держал крепко, да и крышку, которая в теории могла уберечь мою одежду от гибели, я заранее проверил. Можно было попросить налить кофе в обычную чашку, но хотелось пить из одноразового стакана с чуть подрезиненной крышечкой и специальным хлястиком, которым можно было бы заткнуть отверстие, превращая тем самым стакан в бумажный термос.

Довольный, со своей добычей, я окинул кафе взглядом и нашел единственный свободный столик. Прямо рядом с той самой девицей, которая напряженно пялилась в свой ноутбук.

В надежде осмотрев помещение еще раз, и не обнаружив свободных мест, я направился к этой офисной годзилле.

— Хватит пялиться, — холодно бросила девушка.

— Не пялюсь я…

— Косоглазие заработаешь. Что такого интересного в моем экране?

Я правда пялился в ее экран, даже про кофе забыл. Причиной было то, что девушка последние десять минут пыталась редактировать вордовский документ. Только масштаб был настолько уменьшен, что и на так небольшой экран помещалось сразу шесть страниц. Работать в таком режиме можно было только что через лупу.

— Твой документ выглядит странно, почему ты работаешь в таком режиме? — спросил я, делая глоток ничуть не остывшего из-за качественного стакана и при этом крайне вкусного кофе.

— Это не я, оно само, — произнесла незнакомка волшебную фразу, от которой у любого опытного пользователя ПК начинает дергаться глаз.

— Что само?

— Скукожилось, — спокойно ответила девушка. — Но работать надо, так что не мешай мне тут.

Я еще раз посмотрел в экран ноутбука. Очевидно, что она просто уменьшила масштаб страницы, при этом сама не осознав, что сделала.

— Вот тут в правом нижнем углу есть ползунок… — сказал я, перехватывая свободно лежащую мышь и наводя курсор. — Он отвечает за масштаб страницы.

Одно движение кистью руки и документ принял прежний вид, увеличившись на весь экран.

— Кто тебе разрешал трогать мои вещи?

От голоса девушки мне стало не по себе, а когда я поднял глаза, то нарвался на полный льда взгляд. Ее глаза, казалось, были готовы пронзить мою душу и отправить в самые глубины ада за проявленное неуважение. Никогда не встречал людей со столь тяжелым взглядом, даже у себя на родине.

— Ой… Ну я тогда сделаю, как было…

Едва я потянулся к мыши, девушка молниеносно хлестнула по моим пальцам.

— Ай! Больно же!

— Руки убери, — от ее голоса пошел мороз по коже. — Еще раз посмотришь в мой экран, и я вырву тебе глаза, понял?

Я демонстративно отвернулся, после чего подхватил стакан с кофе и вскочил со своего места. Я был не робкого десятка — не каждый может обокрасть режим Чучхе и после этого умудриться свалить из страны не по разным чемоданам, а в полном комплекте — но от этой девицы у меня по коже бегали мурашки, а волосы на затылке вставали дыбом.

Сколько раз она сказала «руки убери»? За две встречи раза три так точно… Только вот говорила она это очень властно и почти пугающе, хотя казалось бы, откуда на юге взяться людям, которые могли бы меня испугать? При этом выглядела девушка совершенно обычно. Симпатичная, да. В полный рост я ее не видел, но лицо правильное, бледная кожа, чуть пухловатые губы, аккуратный носик. До местной поп-звезды, конечно, она не дотягивала, но была буквально в одном шаге. Если бы не этот ее пронзающий душу взгляд…

Поморщившись, я пару раз тряхнул головой и пошел в сторону лифтов. Пора возвращаться к работе, скоро срок, который поставило господину Симу руководство, выйдет, и мне все же нужно будет сдавать аттестационное тестирование.

— Смотри куда прешь!

Сильный удар в плечо, от которого я роняю стакан с кофе, а остатки напитка брызгами разлетаются во все стороны.

— Этот идиот мне все брюки запачкал! — заорал парень, который сам же на меня налетел. На полголовы меня выше, с короткой стрижкой и торчащими в стороны ушами. — Эй, ты! Ты должен мне новые брюки!

— Постираешь, — бросил я, хотя внутри от напряжения все сжалось. — Сам виноват, слепошарый.

— Это же тот северянин, — толкнул локтем налетевшего на меня идиота его товарищ. — Которого в техподдержку взяли.

— Ты как меня назвал⁈ — взревел ушастый. — Сдохнуть хочешь⁈

Я бросил быстрый взгляд на других сотрудников офиса, чье внимание было привлечено криками этого идиота, после чего молча развернулся и прошмыгнул в один из лифтов. Что там было на бейджах этих двоих? Отдел маркетинга?

Свой бейдж я пока еще не получил — только безымянную белую карточку временного доступа, которые выдавали стажерам — но то, что во мне безошибочно узнали северянина, немного напрягло. Видимо мой карнавал с неброской дешевой одеждой и уставными стрижками зашел слишком далеко? Да, у меня была обветренная от сезонных работ кожа лица, да и ростом я не блистал, но, в целом, таких как я тут была добрая половина юга. Старомодных словечек, по которым южане легко определяли северян, я почти не использовал, и даже уже научился подражать интонациям местных.

В ушах еще стоял крик «Эй! Куда побежал⁈», брошенный мне в спину. Как-то слишком много проблем для мирной жизни на Юге. А еще, уже по пути домой, меня беспокоил грядущий визит моих соотечественников. Сегодня должны были заявиться парни Ким Аран и, к сожалению, приперлись они строго по расписанию.

— Денег у меня нет, — ответил я, исподлобья глядя на окружившее меня бычье. Наели хари на южных харчах, почувствовали силу. Эти паразиты сейчас считали себя хозяевами жизни.

— И без тебя знаю, придурок, — бросила Ким Аран. — Уже навела справки. Жадные южные ублюдки, полтора миллиона вон зарплата! Как на такое прожить⁈

Мы стояли в одном из переулков района Хондэ, в котором меня перехватили эти шестерки по пути домой.

— Раз не можешь заплатить, будешь отрабатывать, — продолжила Аран, бросая мне в грудь черный пакет. — Говорят, ты мозговитый, раз уж взяли в поддержку.

Глаза девицы гадко блеснули, будто бы она знает мою тайну, но я себя никак не выдал. Да и она не доросла до таких тайн, Ким Аран просто не могла знать, кто я такой.

— Что это? — спросил я, заглядывая в пакет.

Внутри лежало несколько смартфонов и один разбитый планшет.

— Дерзко базаришь! — рыкнул один из бугаев, пытаясь отвесить мне оплеуху.

Тц, медленно. Наш прапор бил оплеухи намного быстрее, да с такой силой, что потом в ушах полдня звенело. А этот увалень полчаса только замахивался. Так что увернуться не составило никакого труда.

— Что это? — опять спросил я, глядя на стоящую во втором ряду Ким Аран.

Девушка недовольно цыкнула, перемялась с ноги на ногу, но все же ответила.

— Твоя новая работа. Надо ломануть телефончики, подготовить к продаже, почистить содержимое. Фотки вытащить, если будет что интересное.

Я еще раз посмотрел внутрь черного пакета. Мобилы точно были ворованные, но начинать сейчас разборки с Ким Аран и ее бугаями желания у меня не было.

— Вот это точно минус, — ответил я, доставая двумя пальцами трехкамерный айфон в розовом чехле.

— С чего это? — спросила Ким Аран.

— Ты вообще в курсе, что его даже американцы не ломанули? А они старались, — ответил я.

— Гонишь, работать не хочешь, я тебя сейчас… — вмешался один из бойцов.

— Возьми и загугли, тупица, — осадил я бычка. — Целый скандал был, производитель отказался отдавать ключи шифрования или делать закладку.

— Какое еще шифрование? — спросил один из парней.

— Ясно… — выдохнул я, устало потирая глаза. — Короче, сделаю все, кроме аппаратов с яблочком. Тут, кстати, и планшет такой же, забирайте.

Следом за розовеньким аппаратом из пакета был извлечен и планшет, и в итоге у меня осталось четыре смартфона разной степени побитости.

Срока на подготовку товара мне дали неделю. К этому времени мне нужно вычистить устройства от чужой информации и подготовить их к перепродаже. Я догадывался, что телефоны, скорее всего, осядут в районе китайского квартала Сеула, где проживали гастарбайтеры и нелегалы из Поднебесной. Вот только как Ким Аран связалась с китайцами? И для чего?

Дела генеральской дочурки интересовали меня слабо. В ближайший выходной придется отправиться за покупками. Мне нужен ноутбук, но в первую очередь я хотел купить себе лучший бытовой прибор, который могло придумать человечество. После того, как я увидел это пластиковое яйцо в квартире дядюшки Бо, когда заносил остатки мази, я потерял всякий покой.

Мне срочно нужна рисоварка.

Глава 4

Когда настало время ехать за покупками, в голове у меня всплыли только два возможных варианта. Первый — знаменитый рынок Намдэмун, второй — рынок Ёнсан. Оба находились на правом берегу Ханганы, оба менее чем в часе езды, а значит просто выбрать ближайший не выйдет.

На Намдэмуне я уже бывал. Это довольно большой и старый рынок, на котором можно было купить что угодно, начиная от тапочек и заканчивая электроникой. Во время обучения в центре для беглецов нас возили на него в рамках обзорной экскурсии по Сеулу, да и сам уклад Намдэмуна был близок северянам. Дома тоже были рынки под открытым небом, где за валюту можно было купить почти что угодно, и хоть по размерам они значительно уступали сеульскому, атмосфера там царила примерно такая же.

С другой стороны мне хотелось посетить рынок Ёнсан. Технологическая Мекка Сеула, пять этажей, забитые различными электротоварами по категориям. Там я еще не бывал, и хоть Ёнсан был процентов на десять дороже Намдэмуна, я решил посетить именно его. Хотя бы из-за того, что мне не хотелось таскаться с рисоваркой или ноутбуком по шумным рядам в поисках второго товара подходящей мне цены и качества.

Субботним утром я плотно позавтракал, помыл посуду и, уверенно убрав небольшой ковшик для риса в самый дальний ящик кухни, начал собираться.

Цены и модели ноутбуков я уже присмотрел. Не видел смысла размениваться на бывшие в употреблении или совсем уж убогие варианты. В теории я понимал, как провести обслуживание старого ноута, для этого мне понадобится несколько отверток, туториал на ютубе и два часа свободного времени, но если я нарвусь внутри на скотч или проклейку, то без фена уже не обойтись. А фен покупать я не хотел, как не хотел зубами отдирать склеенные детали с риском что-нибудь сломать. Так что было решено, что мне необходима приятная новая печатная машинка с достаточным запасом батареи для автономной работы, хотя бы на четыре часа. Кроме этого в ноуте мне нужен полноценный Ethernet-порт, если я захочу воткнуться в сеть по шнурку, а не только через Wi-Fi, а значит, целый пласт тонких ультрабуков отпадает. Я нашел в сети модели от ASUS, в которых были раздвижные порты, которые хитро прятались в тонком корпусе, но начинка этих устройств меня не слишком устраивала, да и время работы от батареи составляло в лучшем случае три часа.

Дорога до Ёнсана заняла полтора часа, хотя я даже не перебрался на другой берег. Не понятно, то ли я выбрал неоптимальный маршрут, то ли это все виновата суббота.

В выходные дни я старался лишний раз не выходить из дома, обычно ел, спал и читал с телефона манхву. В избранное постоянно летели тайтлы, главы которых я планировал купить, когда получу нормальную ставку постоянного сотрудника, а пока приходилось рыскать по глобальному сегменту интернета в поисках пиратских сканов и анлейтов. Этого добра хватало, да и мой уровень английского позволял читать на иностранном, но был у всего этого какой-то странный привкус. Будто бы я все еще сижу на севере и тихо ворую то, за что следовало платить деньги.

Но свободных финансов у меня не было, да и пиратство наравне со стремлением «достать» так глубоко укоренились в моем сознании, что большую часть времени весь этот процесс казался мне совершенно нормальным. Отдельную боль доставляло и то, что все делать приходилось с простенького смартфона бюджетной модели, задняя крышка которого от долгой работы нагревалась так, что я едва не ронял аппарат из рук.

Вот он, рынок Ёнсан, который был, по сути, большим специализированным торговым центром, состоящим из двух корпусов. Цилиндр первого корпуса в торце длинного здания упирался в небольшой перекресток и совершенно терялся на фоне огромного здания отеля «Grand Mercure Ambassador». С того места, где стоял я, в проеме арки здания отеля выглядывала позолоченная фигура какого-то деятеля, издалека крайне похожая на фигуру Первого Лидера. Только протерев очки и присмотревшись, я понял, что это была не статуя, а какая-то арт-инсталляция, которая разместилась у входа в отель и указывала бесформенной рукой куда-то в небо, видимо, на верхний пролет «Grand Ambassador», тем самым привлекая внимание к выбранному архитектурному решению.

Вход в здание рынка Ёнсан был ничем не примечателен. Просто обычные двери входа в торговый центр, в которых едва может разминуться пара человек, недалеко от гордой вывески Starbucks. Прямо на входе разместилось огромное торговое пространство Samsung, с полным ассортиментом всех товаров конгломерата. Только грозных САУ Thunder, которые были установлены на границе и направлены в сторону севера, тут не наблюдалось. Смартфоны, ноутбуки, стиральные машины и еще сотни девайсов, мне уже показалось, что я попал в фирменный магазин, а основной вход находился где-то дальше. Но следуя за потоком людей, пройдя узкие полки, и спустившись по эскалатору вниз, я наконец-то вышел к настоящему Ёнсану.

Десятки, нет, сотни мелких торговых боксов с пестрыми вывесками, узкий проход, в котором кое-как маневрировали покупатели. От одного осознания, что это просто один из рядов этажа, а их тут целых пять, у меня перехватило дыхание. А еще стало как-то тяжело и обидно. Чтобы купить что-нибудь из техники дома, требовалось или платить втридорога и валютой, или договариваться с командированными на вахты в Китай. Был и третий вариант — рыбаки, имеющие право на торговлю с Поднебесной. У этих ребят водилась и валюта, и товары, которые они охотно привозили своим менее удачливым соотечественникам.

Немного пройдясь по рядам, я понял, почему на подземном этаже было так много мелких магазинчиков. Сверившись с картой на официальном сайте рынка, я понял, что попал в рай радиоэлектроника. Тут торговали микрокомпонентами, платами, полупроводниками и прочими комплектующими. На вывесках красовались названия компаний и фабрик — большинство магазинов в Ёнсане были фирменными, торгующими напрямую от производителя, именно это позволяло держать рынку статус культового места и низкие цены — но ни одного из них я узнать так и не смог.

Мне нужен был этаж 2F, с бытовой техникой, а после — этаж 3F с компьютерами, ноутбуками и прочими комплектующими. Если ноут я смог присмотреть заранее и определиться с характеристиками своей будущей печатной машинки, то касательно рисоварки у меня категорически не было никаких идей. Но при этом мне хотелось и насладиться духом Ёнсана, именно поэтому я спустился на подвальный этаж.

Неспешно гуляя по рядам, я с удовольствием рассматривал прилавки и витрины многочисленных магазинчиков. В душе при этом поднималась волна зависти и какой-то глухой тоски, ведь буквально в сотне километров отсюда был совершенно другой мир, мой старый дом, где было все иначе. Дом, где при покупке телевизора надо было вызывать специального мастера установить пломбы, а домоуправление после этого раз в месяц будет приходить и проверять, не снял ли ты крышку и на самом ли деле у тебя показывает только четыре государственных канала.

Здесь же, на подвальном этаже Ёнсана, было все необходимое для того, чтобы превратить свой телевизор во что угодно, хоть в космический корабль, лишь бы хватило денег, фантазии и навыков. Инструменты, компоненты, готовые печатные платы — бери все это, плати и делай, что душа пожелает.

Тяжело вздохнув, я отправился на третий этаж, за ноутбуком. Начать с рисоварки, как планировал изначально, я не рискнул. Будем повышать сложность постепенно.

— Вам чем-нибудь помочь, господин? — едва я остановился у прилавка с ноутбуками, ко мне мигом подбежал молодой парень-консультант, при этом фальшиво улыбаясь. — Интересуетесь ноутбуками? Что-нибудь подсказать? У нас есть отличные модели!

Я зашел в первый попавшийся большой магазин на этаже, коих тут было минимум штук пять. Как я понял, вся разница между ними — скидочные карты и собственные программы лояльности, а ассортимент будет плюс-минус одинаковый.

— Мне нужен ноутбук для работы и учебы, а еще… — начал я.

— Ага, для работы и учебы! — перебил меня консультант и едва не потащил за руку дальше по залу. — Посмотрите сюда! Отличная модель! Мощный процессор! Хит продаж!

Перед моим взором предстала крайне неубедительная печатная машинка среднего ценового сегмента. Одного взгляда на плашку с описанием характеристик было достаточно, чтобы понять, что за эти деньги можно купить модель вдвое удачнее. Невероятно устаревший процессор i3 в связке с единственной платой оперативной памяти и медленным HDD. Почти все приличные модели уже перешли на твердотельные накопители, но совсем уж отвратительные линейки до сих пор продолжали устанавливать жесткие диски. И это было бы оправданно, если бы объемом они были от террабайта, но четверть от этого значения…

— А еще с этим ноубуком отлично было бы купить мышь, внешнюю клавиатуру, коврик и смотрите, у нас сейчас по акции зарядно-охлаждающие док-станции, если оформить все вместе в рассрочку то получится крайне…. — не обращая на меня внимания, продолжал тараторить продавец.

Во время обучения нам рассказывали о таких мошенниках. Тебя пытаются лишить возможности вставить и слово, после чего грузят таким потоком информации, что ты теряешь способность здраво рассуждать. А потом пытаются втюхать какой-нибудь совершенно бесполезный товар, например, набор кастрюль. Вот только не ожидал я встретить подобного мошенника в качестве продавца на Ёнсане.

— Извините, мне эта модель не подходит, — начал я, стараясь отделаться от назойливого консультанта.

— Подождите! Посмотрите тогда вот на эту прелесть! — сразу же переключился продавец и, словно фокусник, указал на соседний ряд, к которому до этого мы стояли спиной.

В этот момент я понял, в чем заключалась его тактика.

Передо мной стоял топовый ноутбук этого года выпуска. Флагманский процессор от Intel последнего поколения, огромный объем памяти, твердотельный накопитель на террабайт, высокогерцовая матрица, почти девятнадцать дюймов диагональ, QHD-разрешение и даже какая-то навороченная стереосистема. Стоил этот красавец неприлично много — три с половиной миллиона вон, что почти втрое превышало мой бюджет, но при этом выл при запуске, как тот истребитель, работал от батареи всего полтора часа и весил четыре килограмма.

— Хит продаж! Последнее слово техники! — улыбнулся продавец, уверенный в том, что такой простак, каким казался я со стороны, обязательно клюнет.

— В разработке дизайна этой серии принимали участие лучшие корейские киберспортсмены, — продолжал заливать продавец, — высококлассный пластик и усиленная крышка, которая защитит ноутбук от…

— Спасибо, но у меня нет столько денег! — вскрикнул я. — Я пойду!

На курсах говорили, надо сбить таких мошенников с толку, чтобы они растерялись, а потом делать ноги.

— Можно в кредит! — внезапно нашелся продавец, хватая меня за рукав. Ему очень хотелось мне что-нибудь продать. — Деньги не проблема, господин!

— Но я пока только стажер! У вас не получится дать кредит стажеру! Я пойду!

— Постойте! Доходы не важны! Мы обязательно оформим вам этот ноутбук!

— Не стоит! Не стоит! — начал я кланяться, уверенно пятясь на выход. Другие продавцы и посетители уже стали коситься в нашу сторону, так что пора сваливать. — Благодарю за консультацию!

— Молодой господин, постойте! Мы сделаем скидку! — достал последний свой аргумент продавец-консультант. — Специальную скидку!

— Спасибо! Хорошего дня! — уже у самых рамок детекторов крикнул я, и чуть ли не бегом ретировался из магазина.

Ох, еле вырвался. После разговора с этим типом в голове гудело так, будто бы кто-то огрел меня по макушке палкой. Я был довольно устойчив к подобным вещам, но какой же этот продавец все же был настырный! Какое-то чудовище от мира продаж…

Даже не знаю, задержись я там чуть дольше, может, ему бы и удалось бы убедить меня оформить ноутбук в кредит.

Пока я убегал от настырного продавца, ноги вынесли меня куда-то вглубь этажа, к магазинчикам помельче. Заглянув в один из таких, я, просто чтобы перевести дух и не привлекать лишнего внимания, стал рассматривать выставленные за стеклом ноуты. На удивление, тут были выставлены неплохие машины за адекватные деньги. Никаких перекосов в конфигурации, никаких лишних наворотов.

— Вот этот хорошо берут, — послышалось за спиной.

Обернувшись, я увидел мужчину средних лет с помятым лицом, который, видимо, тут работал и продавцом, и кассиром. Указывал он на брата-близнеца того ноутбука, который пытались мне впарить пять минут назад.

— Мне он не очень подходит, — ответил я, отводя глаза и не желая вступать в новый виток противостояния с местными демонами торговли.

— Согласен, не самая удачная модель, — задумчиво кивнул мужчина. — Что ищете, юноша?

Не поворачиваясь, я пробежался глазами по ноутбукам, которые были выставлены на полке.

— Мне нужна рабочая машина с высокой автономностью. Хотя бы четыре часа от батареи при минимальной яркости экрана, больше — лучше. Твердотельный накопитель, тридцать два гигабайта памяти, вменяемый процессор… Хотя бы на четыре ядра, но лучше, конечно, больше.

— Что-то еще? — уточнил мужчина.

В противовес предыдущему продавцу, этот человек говорил спокойно и я почувствовал себя довольно комфортно для того, чтобы выложить весь перечень своих требований.

— Вес до двух с половиной кило, обязательно порт Ethernet можно и на сто мегабит, но лучше гигабитный. По видео пожеланий нет, подойдет и процессорная встройка, но можно и простенькую дискретку…

— На экран и внешний вид плевать?

— Совершенно. Было бы неплохо, если бы он был неброский, чтобы можно было брать на работу в офис, — ответил я.

— А где вы работаете, юноша? — спросил мужчина.

Опасный вопрос. Внутри все напряглось, но потом я понял, что мужчина просто интересуется моим родом деятельности, чтобы подобрать модель и производителя под стать компании.

— Я стажер в InterConnect.

— Техотдел? — усмехнулся продавец.

— У меня на лбу написано? — удивился я.

— Скорее выдает толщина линз в очках и ваши предпочтения, — рассмеялся мужчина. — У меня есть для вас отличный ноутбук, юноша, пойдемте.

Оставив меня у прилавка, продавец нырнул куда-то в подсобное помещение, а через несколько минут вышел с коробкой без опознавательных знаков.

— Вы какие модели присматривали изначально? Каких производителей? — спросил мужчина, укладывая коробку на прилавок.

— Lenovo или Dell, у них есть неплохие рабочие решения, — ответил я. — Но у первых не очень сбалансированные модели, а Dell слишком дорого, да и руками надо трогать…

— Вот, красавец, смотрите, — сказал продавец и вытащил на свет ноутбук, о котором я совершенно забыл.

Он держал в руках ThinkPad.

— Последняя «настоящая» модель ThinkPad после того, как их выкупили Lenovo, — начал мужчина, аккуратно кладя ноутбук на стойку и разворачивая его экраном ко мне. — Как и хотели, есть полноценный RJ-45 для подключения к сети по проводу, две съемные батареи в комплекте различной мощности, хорошая система охлаждения.

— А какого он года? — уточнил я.

— Модель T480, это 2018 год, — уверенно ответил продавец. — Но у него очень удачный процессор Intel 8-го поколения, конкретно в этом ноутбуке флагманский i7–8650U. Хороший процессор, в турбо-частоте на первое ядро до четырех гигагерц, на все ядра, если не изменяет память — три с половиной гигагерца.

— А память? — уточнил я.

— Всего лишь DDR4–2400, но сразу на борту 16 гигабайт и есть еще порт для монтажа второй платы. Да и такому камню больше не надо.

— Сейчас такую сложновато будет найти, — ответил я.

— Плата поддерживает модули вплоть до DDR-3200, но работать будет в частоте 2400, вот и все, — ответил продавец. — Но что самое важное, эта модель соответствует духу корпорации, в которой вы теперь работаете. Хотите произвести впечатление на девчонок — купите макбук, хотите впечатлить начальника — берите эту машинку, не ошибетесь.

Я еще раз внимательно посмотрел на реинкарнацию корпоративной легенды. ThinkPad, даже тот самый красный сосочек трекпада на месте, притаился между клавишами «G» и «H».

— А есть вариант просто с процессорным видео? — спросил я, указывая на наклейку на коробке. Там значилась дискретная видеокарта.

— Лучше брать с дискреткой, — ответил продавец. — Тогда система охлаждения будет получше и сам радиатор больше, две медные трубки вместо одной, а значит весь ноутбук будет меньше греться. Да и всегда можно переключиться на процессорную графику. Также на борту сразу же идет SSD. По объему всего 256 гигабайт, но для рабочих задач хватит.

— А он не сгнил за столько лет? — неуверенно спросил я.

Черный строгий прямоугольник манил. На фоне игровых и популярных ноутбуков на прилавках, этот ThinkPad выглядел как что-то из мира большого бизнеса. Тяжелый люкс на фоне ширпотреба, вещь, которой хочется пользоваться, потому что она была создана для того, чтобы за ней работали.

— Два года гарантии, — улыбнулся продавец.

— И сколько стоит?

— Один миллион сто тысяч вон, — ответил продавец.

— Дорого…

Это на самом деле было дорого, практически предел моего бюджета, за который я получал довольно старый ноутбук… Который при этом идеально подходил под мои задачи. Даже если я покажусь с ним где-нибудь на улице, люди подумают, что мне его просто выдали на работе. А что может быть безобиднее молодого человека в очках с толстыми стеклами и рабочим ноутбуком?

— Оформляем в кредит, первый взнос всего сто тысяч вон, — сказал мужчина.

Этот продавец оказался намного коварнее, чем торгаш из большого магазина, ведь он идеально меня прочитал. Было совершенно очевидно, что без этого ноутбука я из магазина уже не уйду.

Глава 5

— Уважаемый покупатель, мы скоро закрываемся.

Голос сотрудника магазина бытовой техники слышался издалека, будто сквозь огромную толщу воды. Я даже не видел его, как не видел сейчас стеллажей, света ламп, вывесок, снующих вокруг людей, хоть к вечеру покупателей стало и меньше. На часах — двадцать минут восьмого, а значит, времени у меня оставалось всего ничего. Рынок Ёнсан проработает еще десять минут.

За десять минут мне придется совершить один из сложнейших выборов в моей жизни.

— А покажите еще раз рисоварку от Xiaomi.

По тому, как закатились глаза консультанта и как долго он проводил инспекцию собственной черепной коробки в ходе этого процесса, я был готов поставить все свои битки на то, что он хочет уже забить меня этой рисоваркой насмерть. После сесть в тюрьму, отсидеть свои десять-пятнадцать лет, потом выйти и прожить остаток жизни без единого сожаления. Но парень удержался, как сдерживался и я от необдуманных решений.

Обычно я не страдал от нерешительности или неспособности найти выход из сложившейся ситуации. С утилизацией стресса и контролем эмоций у меня тоже все было неплохо, но вот покупка рисоварки почему-то виделась мне крайне важным шагом.

Символизм ситуации. Сегодня я покупал свою первую в жизни бытовую технику. Не гаджет, а именно бытовую технику.

Дома бытовая техника была признаком статуса. Когда-то в большой моде была покупка холодильников, даже если свет давали только на два часа в день. После — телевизоров, пусть в стране показывали всего четыре канала. Это все были предметы роскоши, способ показать, что в этом доме живет обеспеченный, даже богатый человек. Холодильники ставили так, чтобы вечером их было видно в окно с улицы, телевизор — включали погромче, чтобы слышали соседи. Не настолько громко, чтобы пришли из домоуправления, но достаточно для того, чтобы напомнить окружающим, что у тебя-то телевизор имеется.

Крупная бытовая техника в моем сознании всегда была уделом более зрелых и успешных людей. То, чем я пользовался в Китае и сейчас, живя в Корее, моим не являлось. Это аппаратура на съемных квартирах, это мне не принадлежало.

Но совсем другое дело — своя собственная техника. Эта треклятая рисоварка не давала мне покоя.

Иронично, ведь если прикинуть стоимость украденных у режима битков по курсу, я беглый мультимиллионер и прямо сейчас, по всем канонам жанра, должен наслаждаться жизнью где-нибудь на пляже под пальмой, с коктейлем в одной руке и знойной эскортницей в другой. Но я выбираю рисоварку на рынке Ёнсан, и не могу решить, какая же из трех моделей-финалистов лучшая.

Передо мной стояло три прибора. Квадратная рисоварка от Xiaomi, рисоварка Galaxy в форме кастрюли и то самое яйцо, которое я увидел на кухне дядюшки Бо, рисоварка Cuckoo. Все три имели свои плюсы и минусы.

У китайской версии было множество программ, чаша на полтора литра и подключение к умному дому Mi Home через домашнюю сеть с приложением для телефона. Рисоварка Galaxy имела функции пароварки, более классический дизайн и за ней стоял концерн Samsung. Ну и, конечно же, то самое яйцо от Cuckoo, которое и сподвигло меня на эту покупку…

— Давайте эту, — сказал я наконец-то, указывая пальцем на яйцеподобный прибор с красной крышкой.

— Мы уже закрываемся, кредит не… — начал усталый продавец.

— У меня наличные! Наличные! — воскликнул я, потянувшись за деньгами.

По лицу всего персонала магазина было видно, что они были согласны на любой исход моей внутренней борьбы. Я все еще сомневался, может, стоило взять китайскую модель? Но зачем мне Mi Home, если у меня только одно устройство? Но когда на кассе все же пробили чек на двести двадцать тысяч вон, а ко мне в руки перекочевала коробка с рисоваркой, сомневаться было поздно. Да и к чему эти терзания? В комплекте с Cuckoo шла прекрасная удобная лопаточка для риса, намного лучше, чем у Xiaomi или Galaxy. Так что тут я определенно выиграл.

Я провел на рынке целый день, хотя думал обернуться за четыре часа. Сегодня я планировал начать чистку смартфонов, которые передала мне Ким Аран, но пакет с рисоваркой просто прожигал ладонь.

В свою маленькую квартирку я не зашел — забежал. Кое-как сбросил обувь и сразу устремился к небольшой кухоньке, на которую гордо водрузил свою покупку. Коробка с ноутбуком осталась стоять у входной двери, этим аппаратом я займусь позже. Сейчас же будет самое веселое.

Распаковка!

Новенький агрегат в заводских пленках, книжечка с инструкцией, лопаточка для риса с пупырчатым покрытием, чтобы не налипали зерна. От розетки я сразу же протянул заранее приготовленный удлинитель, водрузил красно-белое яйцо рисоварки на столешницу, после чего погрузился в чтение мануала.

Жизнь хакера — это чтение документации и чужих отчетов. Новые технологии, протоколы, отчеты об уязвимостях, которые официально публикуют компании и белые хакеры, так называемые «белые шляпы» или по-английски White Hat. На специализированных форумах и в даркнете — репорты коллег о проведенных атаках. Я настолько привык читать инструкции, что сейчас, погрузился в чтение мануала по рисоварке буквально с головой. Тут же из кармана был извлечен смартфон, и хоть от батареи осталось меньше двадцати процентов, я все равно полез в сеть в поисках рецептов и советов других потребителей. Проплаченным отзывам я не слишком верил — слишком хорошо укоренилось в сознании понимание, что такое пропаганда.

Ни один северянин не верил тому, что говорило ему государство. Все насквозь пропитано ложью и пропагандой, все строится на посыле, направленном на оболванивание своего народа. Мы понимали, что информационно живем в параллельной реальности. Говори то, что от тебя хотят услышать, делай то, что позволит тебе выжить, верь в то, во что сказано верить. Не задавай лишних вопросов, не делись своими мыслями. Понимай, что все вокруг — альтернативная реальность, иллюзия и мираж, построенный для чьей-то пользы. И это помогало выживать. Но в тоже время это понимание сыграло со мной и другими беглецами дурную шутку.

Мы совершенно не умеем верить рекламе или обзорам, мы в принципе не умеем доверять людям. Поэтому я и не смотрел обзоры блогеров на топовые модели рисоварок, не особо доверял и комментариям в интернет-магазинах, не мог на слово поверить продавцам. Приходилось искать форумы, где общались живые люди, проверять аккаунты, насколько давно человек зарегистрировался. Так что лучшим отзывом для меня было то, что похожий агрегат стоял на кухне у дядюшки Бо. Это была осязаемая реальность, с которой я мог соприкоснуться. Рисоварка дядюшки Бо была довольно старой и потертой, а это уже говорило о том, что прослужила эта техника длительный срок. А значит — она была качественной и надежной, именно то, что мне и нужно.

Я сам не заметил, как уже набирал номер телефона своего нового знакомого. Дружить соседями — нормально, ведь так? Да и не мог я просто так оставить помощь, которую мне оказал дядюшка Бо, а сейчас появился и повод пригласить мужчину к себе.

Конечно, в глубине души, как обычный мальчишка, я хотел похвастаться новой аппаратурой. Гордо показать, что теперь у меня тоже есть это красно-белое яйцо, обязательный житель каждой южнокорейской кухни.

— Алло! — донеслось из динамика.

— Дядюшка Бо! Это Кан Ён Сок беспокоит!

— Слушаю, Ён-кун, что случилось?

— Хочу пригласить вас поужинать! В понедельник у меня аттестация, хочу отметить! — ответил я и тут же торопясь добавил, — с меня соджа и мясо! Накрою стол, все как положено!

— Ну, раз так, — я не видел лица дядюшки Бо, но был уверен, что сейчас мужчина улыбается. — Хорошо, зайду к тебе после смены. Часам к девяти устроит?

— Отлично! Договорились!

— Давай, Кан Ён Сок, и не волнуйся там сильно. Все сдашь. Ты парень умный, даже если небо рухнет, все равно дырку выбраться найдешь, так?

— Так, дядюшка Бо, все так, — ответил я.

По инструкции я подготовил рисоварку к работе, отмерил самого риса, залил воды и включил таймер. А пока стоило заняться ноутбуком.

Черный пакет, в котором лежали краденые смартфоны, будто с упреком смотрел на меня из дальнего угла комнаты. На ThinkPad уже была предустановлена система и драйвера, так что я не стал тянуть и сразу же подключил первый аппарат через USB-порт к своей новой машине.

Даже если на телефонах есть какая-нибудь гадость, ноутбук пока пустой, как барабан, и его заражение ничем мне не грозит.

Конечно, стоило бы поднять отдельную виртуальную машину, чтобы изолировать процессы и обезопасить свое новое приобретение, но я сильно сомневался что в руки Ким Аран попали подобные «бомбы» замедленного действия. Частенько хакеры специально сливали физические устройства, используя самый простой и банальный вектор атаки — эксплуатируя человеческое любопытство и желание подключить флешку или телефон к компьютеру, чтобы проверить содержимое.

Первый же телефон оказался разряжен в абсолютный ноль, а маломощный мобильный USB-порт просто не мог дать достаточный выходной ток на порт зарядки, чтобы быстро оживить батарею. Я выдернул USB-шнур, через который был подключен мобильник, и перебросил его на кубик зарядки. Телефон полежал, подумал, после чего благодарно хрюкнул и показал мне пустую «банку» со значком молнии по центру. Вот и хорошо, пусть немного зарядится.

В этот момент на кухне призывно пискнула рисоварка и, отложив в сторону ноут, я вскочил на ноги и устремился к своему ужину.

Сегодня все как обычно — рис и кимчи. Когда я только решил бежать на юг, то думал, что тут каждый день буду есть мяса от пуза, сколько бы оно не стоило. Но вот, я тут уже более полугода, а привычка есть пустой рис с маринованной капустой или какое-нибудь пшено на воде либо же отварной картофель, осталась со мной. И пусть для местных деликатесом являлась именно корейская говядина, а рыбы, курицы и свинины было в достатке, избавиться от вегетарианской диеты у меня пока не получилось. Не лезло — и все тут, пусть я был тощим, как вешалка, а размер моей одежды совпадал с таковой у учеников местной средней школы.

Вооружившись лопаткой из комплекта, я торопливо отбросил крышку и чуть не получил ожог от облачка пара, которое поднялось из чаши рисоварки. Внутри прибора меня ждал идеально сваренный рис. Вот, в моей руке пиала, в которую я с горкой нагрузил свой ужин, схватил из ящика палочки. Сейчас бы добавить яичного желтка и порубить сверху лучка… Но и просто хорошо приготовленный рис подойдет!

Выключив из розетки прибор, я, держа перед собой пиалу, устремился в свою единственную комнатушку, обратно к ноутбуку. Ничто не помешает мне одновременно поесть и поработать! Надо побыстрее разобраться с заказом Ким Аран, отдать треклятые смартфоны и сосредоточиться на работе. Мне нужно как можно скорее закрыть стажировку и искать новое жилье, там, где эти псины меня не найдут. Я прекрасно понимал, что единожды справившись с доверенной мне работой по «отмыванию» мобильников и прочих устройств, я попаду к Ким Аран в бессрочное рабство.

Едва я оказался на пороге комнаты, мой взгляд скользнул по экрану смартфона. Телефон уже успел самостоятельно включиться, загрузился и сейчас приветливо встречал меня экраном блокировки. Что-то в голове шевельнулось раз, другой…

А как же поле ввода пароля SIM-карты?

Я чуть присмотрелся и заметил в углу экрана призывно горящий значок сотовой сети. Уверенный прием, три «палки» из возможных четырех.

Плошка со свежим рисом буквально выскользнула у меня из рук и, ударившись о потертый пол, покатилась к стене. Мой ужин разлетелся во все стороны, но сейчас меня это совершенно не интересовало.

В невероятном прыжке я потянулся к телефону, сорвал аппарат с кабеля зарядки и, зажав кнопку питания, тут же выключил. После чего иголкой, которой подшивал одежду, толкнул через отверстие порт установки SIM-карт, достал маленький пластиковый чип с эмблемой сотового оператора и сломал его в пальцах.

От досады хотелось кричать. Нельзя было отходить на кухню, нельзя!

— Твою мать! — выругался я и со всей силы швырнул черный прямоугольник смартфона в стену.

Первое правило работы с украденными и сомнительными устройствами — не давать им выходить в сеть.

Второе правило работы с украденными и сомнительными устройствами — ни в коем случае не давать им выходить в сеть!

Третье правило работы с украденными и сомнительными устройствами — неукоснительно соблюдать первые два правила!

При соединении с сотовой вышкой аппарат отдает массу информации. В первую очередь, что абонент сейчас в сети. Потом идет код устройства, IMEI телефона, прочие данные…

Я не знал, насколько хорошо работает полиция Сеула и насколько силен местный отдел реагирования на киберпреступления, он же KISC, который находится под управления Корейского агентства информационной безопасности KISA. Я понимал, что обычные отжатые мобилки не входят в поле зрения этих «кисок», как не интересуют они и NIS. Но если это не простые телефончики? Если Ким Аран раздобыла эти аппараты не абы где, и не просто так сказала мне вытащить фотографии? Что тогда?

— Придурок! Идиот! Дебил! — я отвесил сам себе несколько пощечин, чтобы прийти в чувство.

Тоже хорош. Купил рисоварку! Купил ноутбук! Как последний дурачок не проверил устройства перед началом работы, не убедился, что извлечены карты! Сколько раз я объяснял эти простейшие принципы завербованным полевым пешкам? Сколько раз я повторял эти прописные истины своим подчиненным в нашей группе⁈

Всегда! Совершенно всегда нужно убедиться, что твои действия не выдадут твоего присутствия! Маскировка превыше всего! Для нас не попасться было так же важно, как и выполнить задание руководства, а зачастую не попасться — было и важнее. И вот, я только что засветил не пойми чей телефон в сети, причем засветил долго, минут на пять.

Не время раскисать. Старая привычка быстро брать себя в руки полезла наружу, пусть ее придавило полугодом сытой и спокойной жизни. Комната вокруг потеряла краски, поле зрение сузилось до небольшого тоннеля, после чего окружающие меня стены, пол и потолок качнулись, а картинка стала такой четкой, будто бы кто-то выкрутил резкость в настройках графики. Дыхание нормализовалось, даже ладони, еще секунду назад чуть липкие от пота, моментально стали теплыми, дрожь ушла.

Мое сердце сейчас билось ровно и четко, голова работала на все сто. Первым делом — покинуть квартиру, псы из NIS в компании котиков из KISA могут устроить мне SWAT-инг в любой момент. Даже кричать через дверь не будут, просто вынесут хлипкую преграду парой ударов и уложат лицом в пол.

Но самое главное для меня сейчас — выяснить, чей это был телефон.

Я быстро пересек комнату и поднял с пола устройство. Смартфон от броска немного пострадал: в углу металлического корпуса аппарата появилась небольшая вмятина, а стекло пошло мелкими трещинами. Плевать. Мне надо выяснить, чей это смартфон, от этого зависит, смогу ли я дальше оставаться в Сеуле.

Быстро обувшись, я выскользнул из квартиры, едва не забыв при этом захлопнуть дверь. Уже оказавшись на улице, я прислушался. Вроде бы, никаких посторонних звуков, черных микроавтобусов с командой захвата тоже не наблюдалось.

Поправив очки и опустив руки в карманы, я свернул налево и поспешил в сторону общежитий университета, где до сих пор проживало большинство беглецов, с которыми я проходил обучение. Именно в общежитиях разместилась база Ким Аран и ее подручных.

Нужно спросить у генеральской дочурки, что же за задание она мне подбросила, и откуда растут ноги этих смартфонов в черном пакете.

Глава 6

«Почему я вообще сорвался к Ким Аран?»

Этот вопрос всплыл в моей голове на полпути к общежитиям, где проживали северяне.

Я был на девяносто девять процентов уверен, что телефон просто краденый, так почему оставшийся один процент так повлиял на мои решения?

Небольшая прогулка по вечерним улицам района Хондэ чуть привела меня в чувство и сейчас я начал рассуждать обо всей возникшей ситуации.

То, что Ким Аран отдала мне устройства с SIM-картами, да пусть даже одно устройство и остальные телефоны пустые — уже залёт. Сейчас я чуть опомнился, эту ситуацию можно выкрутить в нужную мне сторону и попробовать соскочить с темы, в которую меня затащили насильно. Если надавить на маленькую точку внутренней паранойи, которая есть у любого выходца с севера, то можно добиться определенных результатов. Возможно, мне даже не придется бороться с Ким Аран напрямую — просто покажу, что оказывая на меня дальнейшее давление, она получит только проблемы, но никак не выгоду.

Она не стала бы заправлять рэкетирской группировкой из северян, если бы была насквозь тупой. Нет, Ким Аран если и глупа, то уж точно обладает животным чутьем, которое позволяло ей оставаться на плаву все это время и в итоге вырваться на юг, пусть и простым маршрутом через тот же Таиланд. Нужно создать достаточно убедительный образ, показать, насколько нестабильным я могу быть, она отвалится сама собой и больше не будет доставлять мне проблем.

Что для этого мне нужно? Просто следовать первому порыву, который и вывел меня из квартиры и направил в сторону общежитий. Меньше самоконтроля, еще меньше здравого смысла.

Когда я уже почти добрался до общежития, в котором проживала банда, дорогу мне перегородили несколько «охранников», которых Ким Аран оставила на стреме. У этого места был довольно строгий режим проживания, и видимо лидер группировки решила подстраховаться.

— Кан Ён Сок, давно не виделись, — выплюнул один из мужчин, имени которого я даже не помнил. — Куда собрался?

До входа в общагу оставалось всего метров пять, но мне как-то надо было преодолеть это препятствие.

— Я по делу к Ким Аран.

— К госпоже Ким Аран, говори формально, щенок, — процедил второй «охранник».

Я бросил на северянина тяжелый взгляд, но ничего не сказал. Все он понял и так. Много чести говорить о Ким Аран так, как того требуют нормы приличия юга.

— Вали отсюда, Ён-кун, пока твой сонбэ тебе морду не начистил, — продолжил первый.

— С каких пор ты себя считаешь старшим? — удивился я. — Возраст в нашем случае не показатель. Что-то я на своей шее ошейника не вижу. А вот вы оба как раз похожи на безродных псин.

— А ты суче… — мужчина уже замахнулся, чтобы ударить меня по лицу, но второй его остановил.

— Так что у тебя за дело к Ким Аран-ним?

— Не твоего ума дело, пёс, — сказал я, гадко улыбаясь.

Сейчас меня будут бить.

Кулак первого охранника попытался влететь мне в челюсть, но я успел поднять руки и заблокировать удар. Следом за ним на меня налетел и второй, и уже через пару секунд я оказался на земле, прикрывая руками и локтями наиболее уязвимые точки.

Правильно, бейте. Пару раз я громко вскрикнул, но и так был уверен, что поставленные наблюдатели уже заметили потасовку у входа. А через пару минут, когда пинки стали слабее и эти два придурка выдохлись, на поле боя появилась лично Ким Аран.

— Что тут происходит⁈ — прогремела генеральская дочурка.

Пара хлестких затрещин остудила пыл моих противников.

Я знал, что Аран остановит избиение, слишком много глаз северян наблюдали за происходящим из окон.

— Это же наш Кан Ён Сок! — деланно-заботливо сказала Ким Аран, присаживаясь рядом со мной. — Как ты, Ён-кун?

Я злобно зыркнул сначала на своих обидчиков, потом на Ким Аран. Отлично, надо все сделать при свидетелях.

— Я пришел по делу! — выпалил я девице прямо в лицо. — Обсудить касательно… Ну ты поняла! Чтобы SIM-карты доставали и…

— Тише, Ён-кун, давай не здесь… — прошипела Ким Аран, понимая, сколько людей за нами наблюдает.

Я же включил дурачка и сделал вид, что просто ее не понял.

— Так вот! Я пришел по делу, а твои псы накинулись! На, забирай!

Я вскочил на ноги и, запустив руку в карман, достал изрядно потрепанный мобильник.

Пара ударов ботинком по моему корпусу еще сильнее усугубила ситуацию с экраном, и сейчас весь смартфон был покрыт сеткой трещин.

— Ён Сок! Мы так не договаривались! — прошипела Ким Аран. — Убери сейчас же или…

— Или что? В полицию меня сдашь? — так же прошипел я в ответ, наклоняясь поближе к Аран. — Я в этом дерьме больше не участвую, пусть твои подручные сами их шьют. Забирай!

Смартфон полетел в грудь генеральской дочери, я же развернулся на каблуках и не оборачиваясь припустил прочь от общаг.

— Ничего я делать не буду! — крикнул я напоследок, чтобы все общежитие меня слышало. — Еще раз меня тронете, пожалеете!

Даже отсюда, за сотню метров, я слышал, как заскрипели зубы Ким Аран. Отличный получился концерт, мне очень повезло, что ее шестерки оказались настолько тупыми. Надо будет улучить момент и сбросить оставшиеся смартфоны, после чего необходимо сосредоточиться на работе. А еще нужно подумать о переезде в другой район. Не сейчас, но через месяца два-три, когда закончится стажировка и я получу полный оклад.

Сколько мне будут платить после завершения стажировки, я еще не знал, но подозревал, что сумма выйдет в районе двух с половиной миллионов вон. На эти деньги можно будет снять комнатку на левом берегу или где-нибудь на востоке Сеула. В любом случае, из Хондэ надо рвать когти, подальше от диаспоры и всех этих терок и поборов, которые устроила Ким Аран со своей бандой.

Я устало потянулся к очкам, чтобы снять их с лица и протереть глаза, но едва я коснулся дужки, как петля на ней хрустнула, а сама дужка осталась в моих пальцах. Очки моментально съехали с носа, лишив меня способности хоть что-то видеть вокруг себя.

Гадство! Видимо, я повредил оправу, пока валялся на земле и терпеливо ждал, когда на мою защиту явится Ким Аран. Я прекрасно понимал, что никто меня убивать не будет, как осознавал и то, что прилюдное избиение тихого и всегда спокойного Кан Ён Сока не слишком хорошо скажется на репутации генеральской дочери. Платил дань я в срок, в прямые конфликты не вступал и никому не вредил, короче, жил не отсвечивая, так что заподозрить меня в дерзости ни у кого причин не было. У Ким Аран кроме главенства над бандой был еще и негласный статус смотрящей за общежитием беглецов, и одна из ее задач — как раз решать бытовые конфликты. Но кто пойдет на разборки к смотрящей, чьи подопечные по любому поводу распускают руки?

Самый выгодный путь для этой стервы — замять произошедшее и лишний раз меня не трогать. Она-то и попыталась спихнуть на меня тему со смартфонами, потому что меня взяли на работу в техническую поддержку, а не потому, что она считает меня великим специалистом. Найдет себе другую мартышку, я был в этом абсолютно уверен.

Уже подходя к дому, кое-как удерживая на лице развалившиеся очки, я увидел в конце улицы темный микроавтобус. В груди резко перехватило, руки похолодели. Шаг, второй, я споткнулся, едва не повалившись лицом на неровный асфальт, неотрывно продолжая сверлить взглядом проклятую машину.

Кто это?

NIS?

Меня нашли?

KISA?

Что делать?

Группа захвата?

А если нет?

Наемники Севера?

Но как?

Что делать?

Каждая мысль — короткая вспышка, сопровождаемая глухим ударом сердца.

Я замер, продолжая наблюдать за машиной, пытаясь разглядеть за лобовым стеклом темную фигуру водителя в балаклаве и бронежилете.

Только подойдя к подъезду дома, я смог разглядеть надпись на борту буса.

«Лучшая ремонтная мастерская Хондэ! Починим всё!» — гласила надпись, а ниже был адрес сайта и номер телефона.

Это просто чертов рабочий бус.

Паника, которая костлявой лапой сжимала горло последнюю минуту, отступила, я снова мог дышать и думать о чем-то кроме бегства.

Поднявшись к себе в квартиру, я без сил рухнул на матрац лицом вниз, даже не переодевшись, так и уснул.

Понедельник начался плохо. Выходные были потеряны и даже рисоварка с ноутбуком не спасали ситуацию. Я надеялся, что рабочая неделя начнется как-то позитивно, но все было испорчено рожей менеджера Сима, которая появилась над моим монитором, едва я уселся за компьютер.

— Хубэ! — оскалился господин Сим. — Чего ты тут прохлаждаешься?

— Готовлюсь к работе, господин Сим.

— Работать ты начнешь, когда аттестацию пройдешь! А пока ты только штаны просиживаешь! — заорал менеджер. — Вот!

Он бросил через монитор папку, едва не сбив с моего лица очки.

— Что это, господин Сим? — спросил я.

— Твоя аттестация! — ответил менеджер. — Давай, ознакомься и начинай заполнять! Времени час!

Точно такая же папка рухнула на стол и перед Джин Су, которая уже сидела за компьютером, и по лицу девушки я понял, что видит она ее уже не в первый раз. На милом личике Джин Су сейчас отражался весь спектр негативных эмоций, от разочарования до откровенной паники.

— Но господин Сим, ведь говорилось, что аттестация будет проводиться через корпоративную систему! — окликнул я менеджера.

— Ён Сок! Закрой рот и начинай выполнять задания! Этот тест я разработал лично, чтобы убедиться, что вы двое достойны стать частью нашего славного коллектива! — воскликнул Сим, тыча в меня пальцем. — Так что давай, опустил глаза и за работу! Живо! И ты, Джин Су-ян, постарайся давай.

— Не спорь с ним, только хуже нам сделаешь, — буркнула Джин Су, а продолжила уже громче. — Конечно, сонсенним! Постараюсь!

— В техподдержке InterConnect место только лучшим! — на весь офис закончил менеджер Сим и, не дожидаясь реакции подчиненных, устремился в свой угол опенспейса.

В словах Сима чувствовался скрытый подтекст. Говорит, место только лучшим?

Я поправил съехавшие очки — скотч, которым я перемотал сломанную дужку, немного мешал и неприятно натирал висок — и окинул взглядом пространство отдела. Никто на тираду Сима даже глаз не поднял, стараясь не привлекать внимания этого припадочного локального диктатора. Джин Су уже открыла папку и заполняла свои данные на первой странице, пришло время и мне заняться работой.

Потянув ручку из маленького стаканчика, я открыл папку и взял первый бланк.

Было чувство, что кто-то просто сделал скриншоты веб-страниц учебного портала компании, вставил их в вордовский файл, добавил пару строк от себя, а после отправил все это на печать. Рядом с совершенно обычными вопросами о том, как устроена система документооборота, поддержкой и разработкой которой занимаются в InterConnect, были еще и совершенно тупые приписки от менеджера Сима. Сами формулировки были такими размытыми, а вопросы настолько не относились к рабочим обязанностям, что я даже в первый момент растерялся. Например, как зовут генерального директора одной из компаний-клиентов. А мне откуда это знать? Максимум я буду взаимодействовать с линейными сотрудниками, которые будут пользоваться нашей системой. Или дата основания InterConnect. Зачем мне эта информация? И такой дребедени — ровно половина от общего объема вопросов. Они больше были бы уместны во время какой-нибудь корпоративной викторины, но уж точно не на этапе аттестации стажеров.

Надежды на помощь от Джин Су не было. Девушка всем своим видом показывала, что крайне занята, и взгляд от листа с вопросами не отводила, так что я остался один на один с менеджерским произволом.

Если раньше я думал прикинуться недалеким и ответить только на часть вопросов, чтобы показать частичную профпригодность, то теперь ситуация изменилась. Ценность работы в InterConnect для меня резко возросла, если я хочу разорвать всякий контакт с диаспорой и съехать из района Хондэ. А значит, мне нужно пройти этот проклятый вечно орущий фильтр в лице менеджера Сима и наконец-то поменять безымянную белую ключ-карту временного пропуска на именной бейдж с фотографией, как у всех постоянных сотрудников компании.

Ровно через шестьдесят минут менеджер Сим вернулся и забрал у нас тесты. Мои ответы уже были готовы, Джин Су же отпускать свой тест не хотела — все стремилась что-то перепроверить и исправить. То, как она цеплялась за папку и краснела, уговаривая этого лысого хряка дать ей еще пару минуточек на проверку, забавляло Сима и невероятно злило меня. Хотя не удивительно, что Джин Су так себя ведет, с первого же дня она показалась мне совершенно безвольной.

Когда Сим ушел, я синхронно с соседкой встал со своего места и побрел в сторону офисной кухни. Надо сделать себе кофе, после чего еще раз пройтись по основным положениям работы с клиентами.

У нас, как у сотрудников поддержки, был некоторый доступ к коммерческой тайне. Не сказать, что мы видели слишком многое, но сама возможность просматривать заголовки и содержимое задач в публичной части CRM, доступной для внешнего сопровождения, была немалым окном для всевозможных атак на бизнес. Непонятно, куда смотрели безопасники со стороны клиентов, но учитывая, что большинство компаний, с которыми мы сотрудничали, имели государственные корни, то смотрели они, скорее всего, в потолок. Или в сериалы, видео на ютубе или куда-нибудь еще. Но только не на безопасность вверенной им инфраструктуры.

— Все будет хорошо, — сказал я Джин Су, — я видел твои ответы, у тебя почти нет ошибок в практической части, что касается работы.

— Ты что, списывал у меня? — удивилась девушка.

— Ты за кого меня принимаешь? Нет конечно, просто все выучил.

— Тогда зачем смотрел в мои бланки? — не унималась Джин Су.

— Мне было просто любопытно, вот и все, — пожал я плечами. — Хотелось бы, чтобы мы вместе прошли, ты умная. Кофе будешь?

Мой неловкий комплимент с предложением кофе чуть усыпил обычную недоверчивость Джин Су, так что девушка только коротко кивнула.

Я быстро загрузил заранее помолотый кофе в рожок, затянул его в кофемашине и нажал на кнопку, предварительно подставив маленький бумажный стаканчик. На полноценные кружки мы с Джин Су пока не претендовали.

Вообще, в офисе была дедовщина похлеще, чем в армии. Лучшие места получали старшие смены. Постоянные сотрудники могли завести на кухне свою кружку с кофе, а заваривать что-то кроме казенных зерен разрешалось только тем, кто получил прямое одобрение на подобное действие от господина Сима. Так что у тех, кто дружил с менеджером, был неплохой молотый кофе, остальные давились кислятиной.

Когда я узнал этот мелкий, даже не примечательный, но такой говорящий о царящей в отделе атмосфере факт, то даже не удивился. Такие, как Сим, были буквально царями Мидасами наоборот: все, к чему прикасались подобные люди, превращалось, но не в золото, а в смердячую кучу дерьма. Процесс этот был небыстрый, мог занимать годы, но при этом совершенно неуклонный.

— Скорей бы в отдел новый начальник пришел, — выдохнула Джин Су, насыпая в стаканчик сухие сливки.

— Новый? А разве начальник не менеджер Сим? — удивился я.

— Нет, — мотнула головой Джин Су, после чего оглянулась и, наклонившись ко мне, полушепотом продолжила, — я слышала от старших, что он только И. О. А решение о назначении нового руководителя принимают там.

И многозначительно ткнула пальцем в потолок, наглядно показывая, где находится это самое «там».

— Думаешь, будет лучше? — спросил я, отпивая мерзкой бурды, которой ощущался этот кофе после покупного флэт уайта из кафе на первом этаже.

— Говорят, это будет молодая женщина, — впервые за три недели, что я провел в InterConnect, я увидел, как Джин Су улыбается.

В улыбке девушки была надежда на то, что новая начальница сумеет поставить на место зарвавшегося менеджера Сима и пресечет домогательства и эксплуатацию, которым подвергалась бедняжка Джин Су. Вот только мне от этих новостей было немного не по себе.

Если менеджер Сим был злом для меня понятным и довольно простым, то как строить отношения с начальником-женщиной я не имел не малейшего представления.

Ладно, как-нибудь прорвемся. Ведь, как и все прочие в этом отделе, я буду для нее совершенно новым человеком и для того, чтобы спокойно заниматься своей работой, мне будет достаточно просто как можно дольше не попадаться этой барышне на глаза. А незаметным быть я умел, это было необходимой частью моей предыдущей профессии.

* * *

Примечание от автора

У некоторых читателей, знакомых с аниме/мангой, мог возникнуть вопрос, откуда в тексте про Корею взялось -кун, обращение, характерное для японского. На самом деле у корейцев тоже есть суффиксы, которые указывают на молодость собеседника.

Суффиксы «-양» («-ян») и «-군» (« -кун»):

' «-양» («-ян») присоединяется к женскому имени и, собственно, обозначает «девушка», «девочка», «-군» («-кун»), соответственно, к мужскому, и означает «парень», «молодой человек». Чаще всего используются при обращении старших к младшим.

Если у вас еще возникли вопросы по словам и обращениям, милости прошу в комментарии. Там же мы можем обсудить, как должен выглядеть потенциальный глоссарий по именам, обращениям и персонажам, если вам это нужно.

Глава 7

Результаты теста стали известны после полудня. Меня вызвали в небольшую переговорку, которая находилась на этом же этаже. Малюсенькое помещение, которое едва могло уместить шесть человек, тесное и душное, оно предназначалось для приватных бесед, а мои будущие коллеги между собой называли ее «чулан».

У чулана была дурная репутация. Не только потому что именно тут проводились персональные полугодовые ревью, на которых сотрудница HR-департамента с ничего не значащим выражением лица потрошила полгода твоей жизни и работы до уровня невнятных цифр и достижений, но и потому что переговорка использовалась для выноса официальных предупреждений и даже увольнений. В этом смысле InterConnect была компанией прозападной, а основной подход подобных организаций — разделяй и дроби коллектив. Профсоюзы и прочие объединения трудящихся в условиях капиталистической экономики были явлением вредным и даже опасным для бизнеса. Конечно, дома профсоюзы тоже работали не особо хорошо, но там они хотя бы были, и в случае совсем откровенного произвола руководителя локальный профсоюз мог встать на твою сторону. Здесь же работник был человеком таким же подневольным, как и на севере, просто немного с другим знаком: если дома тобой крутила государственная машина, то тут ты был в полной власти частника.

— Господин Кан Ён Сок, присаживайтесь, — дежурно кивнула HR-специалист, — начнем разговор.

Я послушно уселся на неудобный пластиковый стул и, сложив ладони на коленях, замер в ожидании.

Менеджер, молодая женщина лет двадцати восьми, максимум тридцати. Короткая деловая стрижка, гладкая кожа, милая родинка на левой щеке, строгий деловой костюм и ослепительно-белая блузка.

Эйчар недовольно посмотрела на дужку моих очков, перемотанную изолентой, прошлась взглядом и по невзрачной одежде.

— Если вы будете работать в нашей компании, вам придется следить за своим внешним видом, господин Кан Ён Сок, — сказала она, перекладывая какие-то бумаги.

— Я запомню ваши слова, обязательно, — поблагодарил я женщину за совет.

— Меня зовут Юн Хян Ми, я ваш курирующий менеджер по персоналу, — наконец-то представилась эйчар. — Я бы хотела обсудить с вами ваши результаты аттестации.

— Что-то не так? — спросил я, уже догадываясь, куда все движется.

— Вы провалили тестирование, — прямо ответила эйчар. — Конечно, для этого и нужна стажировка — чтобы провести эффективный лендинг и первичное обучение, но учитывая ваш статус и то, что вы попали к нам через протекцию ассоциации, мы ожидали от вас лучших результатов.

Женщина взяла из папки какой-то лист и протянула его мне. На странице я увидел сводную таблицу по набранным баллам — всего 17 баллов из 100 возможных.

— Ожидается, что на первом этапе стажер получит от 30 до 70 баллов, верхнее значение означает прохождение первого этапа стажировки и перевод в рабочий юнит под надзор назначенного ментора из линейных сотрудников, — продолжила госпожа Юн Хян Ми. — Однако у вас всего 17 баллов. Скажите, Кан Ён Сок, у вас возникли какие-нибудь трудности во время обучения? Вы получили все необходимые материалы?

— Госпожа Юн Хян Ми, послушайте, мне кажется, произошла какая-то ошибка, — прямо ответил я, чем вызвал неоднозначную реакцию.

— Не оправдывайтесь, господин Кан Ён Сок, просто отвечайте на мои вопросы, — осадила меня эйчар.

— Но я совершенно уверен, что дело в каком-то техническом сбое. Я точно должен был набрать хотя бы тридцать баллов, а то и больше, — невинно ответил я.

— Вы просто тратите время на препирательства, господин Кан Ён Сок, — устало ответила женщина. — За провал вас никто не накажет, мне нужно просто убедиться, что вы имеете доступ ко всем материалам и осознаете, что…

— У вас есть детализация по ответам, госпожа Юн Хян Ми? — перебил я женщину, за что получил прожигающий взгляд. — Задайте мне любой вопрос, я докажу, что где-то закралась ошибка.

Эйчар некоторое время помолчала, оценивая меня взглядом. Я же сидел, особо не шевелился и дерзко смотрел кадровику прямо в глаза.

— Вы либо очень наглый, либо очень смелый человек, господин Кан Ён Сок, — наконец-то ответила госпожа Юн Хян Ми.

Я видел, что смог заинтересовать эту холодную женщину.

Эйчар достала из кармана пиджака смартфон, сделала пару тапов по экрану. Видимо, подключается к корпоративному порталу. Если делать это из офисной сети Wi-Fi и помнить логин и пароль, вполне себе решаемая задача.

— Никакой ошибки нет, — повторила эйчар, — 17 баллов из 100.

— Задайте вопрос, — продолжил настаивать я. — Любой, я отвечу.

Давай, мне нужно выиграть немного времени, чтобы исправить эту ситуацию.

— Хорошо, — сдалась Юн Хян Ми. — Вопрос. Клиент просит проверить, почему в системе не создается тикет и…

— В первую очередь. Нужно подключиться по RDP к удаленной виртуальной машине и убедиться в том, что тонкий клиент системы документооборота имеет соединение с серверной частью. После надо создать тестовую заявку, после — повторить опрос клиента, — отчеканил я инструкцию.

— Странно, — протянула Юн Хян Ми. — В бланке вы выбрали совершенно иной вариант ответа.

— Это потому что закралась какая-то ошибка, госпожа Юн Хян Ми, — ответил я. — Я пока не слишком хорошо управляюсь с незнакомыми интерфейсами и, возможно, неправильно поставил галочки… Но я все выучил, читать я умею, нам преподавали хангыль.

О том, что я выучил южнокорейское письмо еще в армии я, конечно же, не заикался.

— И что мы будем с этим делать? Я обращусь к вашему менеджеру и…

— Не стоит беспокоиться, госпожа Юн Хян Ми! Уверяю вас! — воскликнул я, вскакивая с места и тут же садясь на место. — Менеджер Сим крайне уважаемый и занятой человек, не стоит его беспокоить лишний раз, я улажу этот вопрос, ведь нам надо просто перенести ответы опять в тест? Я могу прямо при вас сейчас выполнить задания на листке бумаги, даже без вариантов ответов! Я все помню! И вы сможете принять решение о моей аттестации!

— У меня нет столько времени, — ответила женщина, переговорка зарезервирована еще минут на двадцать, а потом у меня в три митинг…

— Мне хватит пятнадцати минут, — дерзко ответил я. — Дайте мне шанс, я не могу опозорить своего сонсеннима из ассоциации.

— Мне все равно потребуется пройденный тест в системе, — ответила Юн Хян Ми.

— Мы этот вопрос уладим с менеджером Симом, он тоже болеет за то, чтобы я показал себя в наилучшем свете, ведь на кону честь отдела, — без всякой застенчивости солгал я.

Эйчар клюнула. Женщина достала листок из папки, после чего положила передо мной смартфон с тестом.

— У вас пятнадцать минут, господин Кан Ён Сок, — сказала женщина. — И то, только потому, что я вижу, что вы на самом деле освоили материал. Я слышала, северяне так же старательны, как и южане.

— Когда дело касается столь важных вещей, нет людей старательнее, чем корейцы, — ответил я, умело избегая разделения на север и юг.

Единый полуостров, единый народ. Как север не признавал существование юга, так юг не признавал существование севера. Мы все были единой нацией.

— Приступайте, — кивнула эйчар, а сама погрузилась в чтение каких-то своих документов. Видимо, готовилась к следующей встрече.

Я бросил короткий взгляд на эту женщину и, поблагодарив всех богов и духов за то, что они послали мне столь адекватного эйчара, приступил к заданиям.

На переделку теста у меня ушло двенадцать минут.

— Удивительно, — протянула Юн Хян Ми, сверяя мои ответы с ответами на корпоративном портале. — Вы и в самом деле идеально освоили материал. Ни единой ошибки.

— Я улажу этот вопрос с менеджером Симом, мы перезаполним тест, — заверил я женщину.

— Поторопитесь, господин Кан Ён Сок, уже завтра я должна отчитаться по этой задаче, и если нового теста не будет, то придется прикреплять старый и отправлять вас на дообучение, — пригрозила мне женщина. — Вы уверены, что мне не стоит уладить этот вопрос с менеджером Симом?

— Пожалуйста, уважаемая госпожа Юн Хян Ми, вы и так потратили на этого стажера слишком много времени и проявили доверие, — я согнулся, едва не упершись лбом в стол, — позвольте этому хубэ сэкономить ваши силы.

— Хорошо, — кивнула Юн Хян Ми, вставая из-за стола, — жду нового теста к завтрашнему утру.

— Я не разочарую вас, госпожа Юн Хян Ми, — подскочил я следом, продолжая кланяться.

Женщина прошла мимо и на секунду положила пальцы мне на плечо, а меня при этом обдало легким ароматом парфюма. Что-то едва сладкое, с цветочными нотками, этот запах слегка будоражил и очень ей подходил.

— Приведите очки в порядок или купите линзы, у вас правильные черты лица, макнэ Кан Ён Сок.

— Благодарю за ваше внимание, — повторил я, не поднимая головы.

Когда женщина вышла, я смог выдохнуть. Даже в армии мне не приходилось столько гнуть спину, сколько я кланяюсь здесь, на юге. Но ничего, подниматься с низов всегда тяжело. Придет время, и кланяться будут уже мне.

Я смог заручиться поддержкой этой женщины, а так же убедить ее в том, что контактировать с менеджером Симом не имеет никакого смысла. Больше всего меня тревожило второе: я опасался, что едва Сим поймет, что я попытался вскрыть его махинацию, он обольет меня грязью, а как младший, да еще и стажер, я не мог противостоять такой глыбе, как этот лысеющий похотливый пёс.

Но никогда не стоит недооценивать стажеров.

Сейчас быстрее к моему столу. До конца дня нужно успеть написать простенького трояна, который вытащит из браузера менеджера Сима логины и пароли. Я был уверен в том, что этот человек слишком ленив для того, чтобы пользоваться менеджером паролей или вбивать эти данные каждый раз руками. Это было просто. В моем смартфоне давно лежала папка с заготовками червей и троянов, которыми я пользовался на заре своей хакерской карьеры. Что-то на уровне студенческой самодеятельности, ничего серьезного. Мне нужно только подключить смартфон к ноутбуку, который лежал в моем рюкзаке, закинуть все на флешку, а дальше самое сложное — воткнуть эту флешку в компьютер Сима и заставить его зайти на портал.

Я схватил свой рюкзак и направился в сторону офисной кухни. Время обеда уже прошло, так что я там никого не встретил, а у меня еще был в запасе обеденный перерыв. Из внутреннего кармашка рюкзака я достал заранее заготовленную на такой случай флешку, подключил смарт и подготовил «бомбу». Теперь нужно найти «курьера», который проведет для меня атаку.

Подходить к компьютеру Сима, да вообще, к его столу, лично для меня было гиблым делом. Этот пёс имел сверхъестественное чутье и относился ко мне чрезвычайно подозрительно.

У меня есть только один кандидат.

— Джин Су, есть минутка? — подошел я к девушке. — Пойдем, сделаем кофе.

— Давай, — улыбнулась девушка, вставая со своего места.

В последнюю неделю Джин Су чуть отошла и перестала относиться ко мне, как к врагу, а наша утренняя беседа вроде наладила между нами кое-какие отношения.

— Слушай, у меня есть к тебе дело, — начал я, загружая рожок молотым кофе.

— Что такое, Кан Ён Сок? — напряглась девушка.

— Приходил эйчар, касательно моих тестов.

— И как?

— Сказала, завалил. Семнадцать баллов из ста.

Я аккуратно затянул рожок в пазу кофемашины и нажал на кнопку пуска, параллельно наблюдая краем глаза за реакцией Джин Су. А посмотреть было на что. Сначала девушка смутилась, потянулась рукой к волосам, но быстро сама себя одернула.

— Я уверен в том, что на все ответил правильно, что было в учебных материалах — точно. Менеджер Сим сам же вносил наши ответы в систему, так он делает обычно? — продолжал я расспрашивать свою коллегу по несчастью.

— Мне тебе нечего сказать, Кан Ён Сок, ты же знаешь, как менеджер Сим относится к тебе и что вообще… — начала Джин Су.

Кофемашина закончила стучать и я подставил стаканчик под поток горячей черной жижи.

— Он же приставал к тебе, так? — спросил я прямо, поворачиваясь к Джин Су.

Девушка мигом побледнела, бросилась ко мне и стала закрывать мне рот ладонями.

— Ты что такое говоришь⁈ Совсем поехавший⁈ — зашипела на меня Джин Су, хотя в ее глазах плескалась боль и паника.

— Пока стучит кофемашина никто нас не услышит, — прошептал я, бросая взгляд с кухни на остальной опенспейс. — И ты не кричи. Не хочешь отвечать, не отвечай. Я и так все понимаю, на всякое насмотрелся там, дома.

Бледная и напуганная, Джин Су отпрянула от меня и уже собралась уйти, но я поймал девушку за руку.

— Отпусти! — пискнула Джин Су.

— Новая начальница тебе не поможет, — серьезно сказал я. — Как ты думаешь, сколько мужчин работает в InterConnect? А сколько женщин?

— Я не понимаю, что ты…

— А вот я могу тебе помочь. Я встану на твою сторону, Джин Су, поверь мне. Но сейчас мне нужно, чтобы сперва ты помогла мне. Есть одно дело…

— Я ничего не буду делать, отпусти меня! — Джин Су сбросила мою руку и уже почти убежала с кухни.

— Тебе не поверят, — холодно сказал я.

Нельзя позволить Джин Су уйти.

— Никто не скажет и слова против менеджера Сима, в отделе слишком мало женщин и они все запуганы. А все мужчины будут все отрицать. Я в том числе. Придет время, и я скажу, что ты сама вешалась на менеджера Сима, чтобы получить работу и пройти стажировку.

— Как ты можешь такое говорить⁈ — на лице Джин Су отпечаталась гримаса отчаяния.

— Сама подумай, — пожал я плечами, доставая стаканчик и отстегивая рожок, чтобы выбросить отработанный кофе и загрузить в него новую порцию. — Я главный свидетель, Джин Су. Я три недели сидел рядом с тобой, за соседним столом. Единственный способ для тебя избавиться от Сима, чтобы он больше не приставал к тебе, не заставлял тебя носить кофе и все остальное… Это делать так, как я тебе говорю.

Нажатие на кнопку, и кофемашина опять наполнила гулом кухню.

Я повернулся к бледной как полотно Джин Су. В глазах девушки плескались слезы, и я потом буду очень долго и много извиняться за этот разговор, но так надо. Она должна помочь мне заразить компьютер менеджера.

— Я не прошу от тебя ничего особенного. Тебе даже не придется прикасаться к этой свинье, — улыбнулся я, протягивая Джин Су стаканчик с кофе. — Вот, как ты любишь, одни сливки и два сахара. То, о чем я тебя попрошу, и в твоих интересах.

— И как же это мне поможет? И что я должна сделать? — обреченно спросила девушка.

Огонь в ее глазах погас. Очередной мужчина загнал ее в угол и что-то требует, как и всю ее жизнь до этого.

— Ты же хочешь наконец-то закончить свою стажировку? — спросил я, подходя к Джин Су совсем близко. — Я хочу сделать так, чтобы мы прошли тестирование, только и всего. А потом, когда придет новая начальница, я помогу тебе растоптать этого придурка. Ты отомстишь ему за все те унижения, которым он тебя подверг. Он будет ползать по полу и умолять тебя его простить. Ты веришь мне, Джин Су?

Девушка нехотя подняла глаза и наши взгляды встретились. Вот только смотрел на нее не Кан Ён Сок. Нет, она совершенно не знала человека перед собой, я четко видел смесь удивления, испуга и надежды в ее взгляде. Она верила мне.

Ведь обещание уничтожить ненавистного менеджера дал ей не стажер Кан Ён Сок, а самый талантливый хакер отдела специальных операций кибервойск Северной Кореи, капитан Кан «Серый Дракон» Гванджин.

Глава 8

— Алло, дядюшка Бо?

— Да, Кан Ён Сок, слушаю тебя, — донеслось из динамика.

— Дядюшка Бо, думаю нашу встречу надо будет перенести.

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросил мужчина.

— Ничего такого, просто придется немного задержаться в офисе, — ответил я. — Заполнить бланки, ну вы сами понимаете.

— Аттестацию-то хоть прошел?

— Конечно же прошел, — солгал я. — Давайте я вам на днях наберу, тогда сходим уже в какое кафе. Вы знаете у нас на районе хорошие места?

— Вот сразу так надо было! — рассмеялся дядюшка Бо. — Но учти, тогда каждый платит за себя!

— Так я же угощаю!

— Ён-кун, в ресторанах платят старшие, но тут особый случай, так что каждый сам за себя.

— Тогда с меня хотя бы мясо, дядюшка Бо!

— Посмотрим, — усмехнулся мужчина. — Жду твоего звонка, но учти, на следующей неделе я во вторую смену, так что не затягивай.

— Понял, дядюшка Бо, обязательно позвоню, — сказал я и, попрощавшись с мужчиной, положил трубку.

Сегодня мне на самом деле придется задержаться в офисе.

— У тебя тут есть родственники? — удивилась Джин Су, которая сидела рядом.

— Ни одной живой души, — ответил я, убирая смартфон в карман. — А что?

— Просто ты так хорошо общался с этим мужчиной, я подумала, что он твоя родня.

— Нет, просто сосед, он мне помог с одним делом, сильно помог. Дядюшка Бо хороший человек, — ответил я.

— Старики добрее к вашим, — ответила Джин Су. — Я вот не понимаю, зачем правительство принимает северян.

— Посмотрим, как бы ты заговорила, если бы оказалась на моем месте, — ответил я, бросая на девушку тяжелый взгляд.

Джин Су смутилась и тут же уставилась в монитор, понимая, что сболтнула лишнего.

— Ты все запомнила? — спросил я.

— Да, — нервно кивнула девушка. — При случае подойти к менеджеру Симу и воткнуть в компьютер флешку.

— Как USB-порт выглядит знаешь?

— Ты меня за идиотку держишь? — удивилась девушка. — Я с техникой в руках выросла, в отличие от тебя.

— Ну не знаю, недавно я нарвался на южанку, которая с трудом вордом пользуется и вайфай включить не может, — пожал я плечами.

— Я такой же стажер отдела техподдержки, как и ты, — обиженно сообщила Джин Су. — И я СНУНТ закончила, вообще-то.

— Не говори со мной аббревиатурами, пожалуйста. Что еще за СНУНТ?

— Сеульский университет науки и технологий, СНУНТ или СеулТех, — гордо ответила Джин Су. — Я была в тридцатке лучших на потоке!

— И как, помогло? — с иронией спросил я, подпирая ладонью челюсть и глядя на девушку.

Никогда бы не подумал, что Джин Су окажется выпускницей местного политеха. Конечно, это не Сеульский Национальный Университет, который входит в топ лучших ВУЗов мира, но этот ее СНУНТ уж точно входит в десятку лучших по Корее. А значит, Джин Су на самом деле умна, даже очень умна. Видимо, ей просто не хватило времени и сил развить в себе другие качества, чтобы шагать по этой жизни с высоко поднятой головой. Удивительно, что человек с таким образованием оказался в техподдержке. Хотя жизнь несправедлива к молодым, это прописная истина жизни.

— Так тяжело сейчас работу по специальности найти… — пробубнила Джин Су, подтверждая мои мысли. — Особенно девушке…

Я хотел сказать Джин Су что-то еще, как-то приободрить, но тут на этаж зашел менеджер Сим.

— Твой выход, — тихонько стукнул я пальцем по столу. — Давай, не подведи.

— Ты же помнишь, что мне обещал? — прошипела Джин Су.

Я очень внимательно посмотрел в глаза девушке, отчего Джин Су опять смутилась, но мой взгляд говорил сам за себя. Я сдержу свое слово и поддержу Джин Су, когда придет время топить Сима.

Вместо ответа я чуть приподнял брови и дернул подбородком, намекая, что Джин Су пора идти.

Раньше я контролировал подобные операции только удаленно. Перебрасывал файлы, составлял инструкции. Но никогда не оказывался в непосредственной близости от места действия.

Только дурак, пересмотревший фильмов, считает, что взлом — это сидеть в подвале и пялиться в десяток мониторов. Самый эффективный вектор атаки это всегда социальная инженерия, самая уязвимая точка любой системы — мясная прокладка между стулом и клавиатурой. Вы можете взломать даже самую защищенную сеть или вынести самые ценные данные, если у вас будет человек внутри. Причем не всегда исполнитель даже должен знать, что именно он делает. Можно найти уборщика, стажера или проворовавшегося бухгалтера, разослать фишинговые письма или развернуть фальшивую сеть Wi-Fi рядом с офисом, чтобы «подловить» невнимательного сотрудника и получить удаленный доступ к компьютеру или пароль от основной сети.

Вариантов атаки на сеть или конкретную машину масса, и чем они проще, тем они эффективнее.

Именно поэтому сейчас Джин Су шла к столу менеджера Сима, чтобы предложить ему кофе. Это было в разы проще, чем вламываться в корпоративную сеть, пытаться получить доступы и потом заметать следы по логам. Флешка в USB-порт, десять секунд, и все готово. Вошел-вышел, как в лучших фильмах об ограблении казино.

Вот только так рисковать Джин Су я заставить не могу. Мы договорились с девушкой, что она любой ценой вставит флешку, но вот ее извлечение далеко не обязательно. Камер на этаже не было, даже если менеджер Сим ее найдет, то ничего внутри не обнаружит. Я же смогу задержаться после работы и, когда будет пересменка или наоборот, когда на этаже останутся только дежурные, я сам извлеку флешку, а дальше уже дело за малым.

Подключиться к корпоративной сети можно из любой точки здания, я могу это сделать даже со своего рабочего компьютера под логином и паролем менеджера Сима. После я внесу изменения в результаты тестов Джин Су и мой собственный, а когда исправления вскроются, Сим уже ничего сделать не сможет. Для верности, Джин Су переписала свои ответы для того, чтобы у нас получилось полное совпадение с результатами, которые остались на листах у менеджера Сима.

Единственное, что меня беспокоило — это возможные логи о редактировании файла. Однако исходя из того, что я видел, корпоративный портал был написан в какие-то доисторические времена, буквально на коленке. Так что тут проблем возникнуть не должно. В тот момент, когда госпожа Юн Хян Ми «подошьет» наши результаты к аттестации, все будет кончено. А если менеджер Сим попробует как-то оспорить это решение, то факт его самоуправства тут же вскроется.

Но с другой стороны я понимал еще и то, что в тот момент, когда мы с Джин Су пройдем аттестацию, менеджер Сим окрысится на нас пуще прежнего. Он всеми силами будет стараться испортить нам с Джин Су жизнь и я очень надеялся на то, что эта маленькая застенчивая девушка не сломается под давлением этого бешеного пса. Нужно дотянуть до назначения нового руководителя и тогда — выполнить обещание, которое я дал своей коллеге. Для меня устранение менеджера Сима было столь же важно, как и для Джин Су. И если девушка просто подвергалась постоянным унижениям и, возможно домогательствам, хотя прямых доказательств последнего у меня не было, а сама Джин Су на эту тему мне так ничего и не рассказала, то в моем случае менеджер Сим мог начать задаваться неудобными вопросами. И самый главный из них: как беглец с севера сумел провернуть подобное дельце?

Мы с Джин Су еще не были настолько близки для того, чтобы девушка взяла вину исключительно на себя. Слишком она труслива по своей натуре, я не верил в то, что она сможет лгать и Симу, и вышестоящему руководству, не моргнув и глазом, лгать самозабвенно и при этом хладнокровно. Хотя ее квалификация и образование вполне подразумевают то, что она на такой финт хотя бы в теории должна быть способна.

К моему удивлению все прошло абсолютно по плану.

Джин Су пошла к столу менеджера Сима, спросить о результатах теста, а в ответ ожидаемо получила наказ для начала принести кофе из заведения на первом этаже. Едва девушка ушла, я незаметно достал из кармана смартфон, открыл KakaoTalk и отправил коллеге пару символов, чтобы начать чат.

«Не торопись, он сидит за своим столом».

«В любом случае это дело всегда занимает минимум двадцать минут Т_Т».

«Я напишу, когда он встанет».

«К».

«Что К?».

«Окей, говорю, все, не беси».

Ого. Я посмотрел на последнее сообщение. У политеховской булочки появился характер? Или Джин Су всегда была более-менее адекватной, просто ее постоянно шпынял менеджер Сим?

«Извини! Извини! Я просто нервничаю Т_Т».

А нет, показалось.

Я чуть усмехнулся, но все же ответил.

«Все хорошо, просто купи кофе и жди сигнала у лифта».

Справилась со своей задачей Джин Су на отлично. Едва менеджер Сим закряхтел и встал со своего места, направившись в сторону уборной, я написал Джин Су. Не успело дойти сообщение, в дверях нашего этажа появилась голова с двумя хвостиками, а следом в опенспейс проскользнула и сама девушка. Она что, прямо за углом караулила? А если бы Сим ее там заметил? В любом случае, все сложилось как нельзя лучше: Джин Су пронесла кофе к столу Менеджера Сима, сделала вид, что случайно сбросила с его стола какие-то бумаги и, присев рядом с системником, незаметно воткнула в USB-порт мою флешку. Конечно, если бы она еще хоть немного сгибала ноги в коленях, а не маршировала, как на параде, то вовсе не вызвала бы никаких подозрений. Но для первого раза все выглядело более-менее естественно, сойдет и так.

Мы не боялись, что Джин Су поймают. Благодаря постоянным издевкам Сима у девушки сложилась репутация недалекой дурочки, и она могла просто невинно сказать, что нашла флешку на полу, подумала, что это устройство менеджера, поэтому и воткнула ее в компьютер.

— И что дальше? — с горящими глазами спросила Джин Су, ныряя на свое место.

— Дальше ты спокойно идешь домой, — ответил я. — Больше рисковать не будем, флешку я заберу сам.

— А что на ней вообще записано? — спросила девушка.

— Простой скрипт, который вытащит логины и пароли. Повезло, что система тут такая древняя, на новых браузерах ничего бы не получилось, — спокойно ответил я.

— Ты где этому вообще научился? — спросила Джин Су, но нарвалась на мой холодный взгляд.

— Я много читал о компьютерной технике и взломе, когда перебрался на юг. Интересная тема, безопасность, — соврал я.

— Понятно… — протянула Джин Су.

Я видел, что мой ответ девушку не удовлетворил, но больше я ей сказать не мог. И так вся эта ситуация ставила под удар мою легенду, но даже если флешка попадет в руки NIS, ничего путного они там не найдут. Пара bat-файлов и скрипт на JS, который может написать любой старшеклассник. Часть кода я специально скопировал из открытых источников, которые гуглятся по первому же запросу, еще часть — написал так, будто бы у меня удалили половину мозга. Именно поэтому для работы моей «бомбы» требуется не несколько секунд, а несколько больше времени.

К сожалению, я не мог пользоваться наработками «Драконов», хотя я лично написал целую коллекцию прекрасных червей и троянов, отловить которых проблема даже для высококлассных спецов. Но как только эти зловреды попадут в руки к знающим людям, начнется обратный отсчет моей поимки. Я думаю, информация о том, что Кан Гванджин сбежал, уже дошла до спецслужб юга, таких размеров шило не сможет утаить даже Чучхе.

Официально рабочий день закончился, но из офиса я выйду еще не скоро. Сначала нужно дождаться, когда уйдет менеджер Сим, после чего вернуться в опенспейс, достать флешку, вытащить пароли и, подключившись к корпоративной сети, внести исправления в тест от лица начальника. Ну, или создать новый бланк, который на утро получит госпожа Юн Хян Ми. Неважно, насколько жирный шлейф я оставлю за собой, нужно просто прорваться через аттестацию.

Я расположился в том самом кафе на первом этаже и изредка поглядывал на входную дверь поверх экрана ноутбука, проверяя, кто выходит из офиса. На столе передо мной — огромный стакан латте за двенадцать тысяч вон и кексик. Доберусь домой я не скоро, так что самое время выпить кофе.

В голове роились мысли о том, как лучше избавиться от менеджера Сима. Конечно, самым эффективным было бы заплатить китайцам или северокорейцам, чтобы они переломали ему ноги, но это было бы слишком грубо. Надо работать тоньше, тем более на моей стороне булочка Джин Су, которая и так натерпелась от этого ублюдка. Ну и я обещал девушке возмездие, так что стоит поддерживать хорошие отношения.

Интересно, осознает ли Джин Су, что теперь мы соучастники и повязаны намертво? Если один захочет сдать другого, то пострадают оба. Если девушка начнет много болтать, я сделаю так, что ни одна крупная компания на территории Кореи больше никогда не возьмет ее на работу. Подлог документов — это серьезный проступок, который одинаково жестко карается как к северу, так и к югу от тридцать восьмой параллели. Я-то еще как-то смогу отпетлять за счет украденных биткоинов, а вот жизнь Джин Су пойдет под откос. Очевидно, что девушка хотела работать и реализоваться как специалист, да и для того, чтобы быть содержанкой, у нее не было внешних данных. Не будет, как в сериалах, в ее жизни застенчивого богатея, который посадит ее на пассажирское сидение своей люксовой тачки и увезет в светлое будущее.

Понимала это и Джин Су, поэтому и согласилась на предложенную мной аферу. Сейчас она толком ничем не рисковала — пока госпожа Юн Хян Ми не получила результатов тестирования и не перевела нас на линейные позиции, девушка совершенно не при делах. Но как только мы получим желаемое, пути назад не будет.

— Что ты тут забыл? — донеслось прямо над ухом.

— Ащщ!.. — вскрикнул я, так как совершенно не заметил, что ко мне кто-то подкрался.

Это была та самая офисная годзилла, которой я по неосторожности помог в прошлый раз.

— Чего тебе? — грубо спросил я, глядя на девицу.

— Больно ты дерзкий, — выплюнула девица, после чего перевела взгляд на мой ноутбук. — Я вижу, ты в компьютерах разбираешься, да?

— Чего тебе от меня нужно? — повторил я свой вопрос.

— Ты же северянин, так? — продолжила девица, причем рассматривала меня так, будто бы я был щенком у заводчиков, а не живым человеком. — Значит, связей у тебя в Сеуле нет… Давно приехал?

— Полгода, — ответил я, продолжая поглядывать в коридор. — Слушай, чего ты прицепилась? Иди своей дорогой, сама говорила, что вырвешь мне глаза или что ты там говорила! Вот и давай…

— И одежда у тебя обычная, а не как у всех сотрудников. Где ключ? — продолжила рассуждать девушка. — Нет ключа… Ясно, точно подходишь.

— Что бы ты там не говорила, мне это неинтересно, поищи других дураков, — ответил я, поворачиваясь к ноутбуку.

В этот момент тонкая ладошка с дорогим маникюром схватила меня за подбородок, а второй рукой девица сорвала с моего лица очки.

— Отмыть, причесать и переодеть, и можно даже будет людям показать, лицо у тебя правильное, — протянула девица.

— Я это сегодня уже слышал, — ответил я, сбрасывая ладонь девицы. — Еще раз меня тронешь и пеняй на себя.

— Какой злобный северный песик, — по-детски передразнила меня девушка. — Запомни, хозяек кусать нельзя.

— Ты кем себя вообще возомнила⁈ И что тебе нужно⁈ Говори прямо! — не выдержал я.

Девушка окинул взглядом почти пустое кафе, после чего подсела за мой столик с другой стороны.

— Мне нужен ассистент, который разбирается во всем вот этом, — девица постучала ноготком по ноутбуку. — Ты же разбираешься, так? Я навела справки. Северянин, за которого просила ассоциация. Умный, талантливый, отучился на родине в техническом вузе, работал инженером. Так?

Я молча посмотрел на незнакомку. Во время бегства я не стал скрывать факт наличия у меня образования, да и технических вузов дома хватало. Это было престижно и гарантировало хорошее обеспечение по талонам со стороны государства. Точно не пропадешь. Да и наличие кое-каких знаний упрощало трудоустройство здесь, на юге. Но я никогда не афишировал свое знакомство с миром технологий.

— Кан Ён Сок, — улыбнулась девица, — я предлагаю тебе десять миллионов вон в месяц, и ты работаешь лично на меня и только на меня. Даже в сторону не смотришь. Вот такое у меня есть предложение. И работа строго офисная, никакого криминала. Будешь консультировать.

Девушка демонстративно постучала ногтем по экрану моего ноутбука, намекая на предмет консультаций. Она что, репетиторство мне предлагает? Ну, строго говоря, наставник бы ей пригодился, навыки в общении с компьютерной техникой у девицы совершенно отсутствуют.

— Спасибо, но у меня уже есть работа в техподдержке, — холодно ответил я.

Серый Дракон всегда держит свое слово. Я не мог бросить Джин Су, да и десять миллионов вон, что это такое по сравнению с миллионами долларов, которые лежали на холодном кошельке в моем тайнике? И ведь курс биткоина сейчас опять пошел в гору… Так что эта девица может катиться ко всем демонам.

— А, ну это не проблема, — усмехнулась девушка, вставая из-за стола. — Короче, подумай, срок до послезавтра. И в следующий раз даже не пытайся хамить, я не люблю кусачих пёсиков.

— Ага, обязательно, — ответил я.

Хотелось сказать что-нибудь еще дерзкое и едкое, но тут за спиной незнакомки проскользнула бочкообразная фигура менеджера Сима, так что я резко закрыл крышку ноутбука, взял свой недопитый кофе и начал собираться. Чем быстрее я закончу с аттестационными тестами, тем лучше.

— Еще увидимся, — улыбнулась нахалка, а я в очередной раз про себя подумал, что она выглядит как-то аномально. Будто бы ей здесь совершенно не место.

— Надеюсь, что нет, — ответил я, после чего выскочил из кафе и повернул в сторону лифтов.

К моей удаче, сегодня на ночной смене осталось всего три человека, так что я без проблем прошел к своему столу, сделав вид, что что-то забыл. Половина освещения была потушена — лампы горели только над тем рядом компьютеров, за которым сейчас работали люди, так что я незаметно, скрываясь в тенях, проскользнул к столу менеджера Сима и дернул из USB-порта многострадальную флешку.

Пятнадцать минут, и все готово. С помощью логина и пароля менеджера, уже со своего компьютера я зашел в корпоративную сеть и сделал новые тесты для себя и Джин Су. После того, как бланки были сохранены, я спокойно подхватил свой рюкзак и уже отправился на выход, когда меня окликнули:

— Эй! Кан Ён Сок! Ты чего еще в офисе?

Я не знал имени этого сотрудника, но это был довольно приятный молодой мужчина. Чуть худощавый, с помятым лицом, но довольно улыбчивый. Мы всегда кивали друг другу у кофеварки на кухне и я пару раз ловил его соболезнующие взгляды, когда на меня нападал менеджер Сим.

— Готовился к завтрашнему дню, — честно ответил я. — Сегодня же эйчар приходила.

— Да, видел, — кивнул мой коллега. — А, кстати, я Ким Бон-Со.

Я поклонился, на что Ким Бон-Со только рассмеялся.

— Забей! Скоро с нами в одной упряжке будешь! Так что, все хорошо, тест прошел? Что эйчар сказала? — неформально спросил Бон-Со.

— Это и сказала, — ответил я. — Завтра меня должны перевести, так что вот, повторял инструкции.

— Ну, тогда увидимся, — махнул мне Ким Бон-Со.

— Увидимся, — кивнул я в ответ, закидывая на плечо рюкзак и выходя из опенспейса.

Этот длинный день наконец-то подходил к концу. Сейчас домой — и спать. Завтра меня ждет очередная битва, в которой надо как-то выстоять. Очень надеюсь, что у менеджера Сима хватит ума не подставляться и просто проглотить тот факт, что на этот раз стажеры оказались зубастыми.

Глава 9

Проснулся я не от будильника, а от того, что под моим локтем что-то хрустнуло. Сонно пошарив рукой в поисках очков, я понял, что это они, родимые, и пали в неравном бою с моей конечностью.

Вчерашний день оказался настолько насыщенным, что я даже не стал готовить себе ужин. Просто зашел в крулосуточный мини-маркет возле станции метро, купил себе кимбап с овощами и баночку желе, которые приговорил прямо по дороге. Съеденный в кафе на первом этаже офиса кексик проскочил мимо, будто бы его и не было, а готовить сил у меня не оставалось.

И вот теперь я столкнулся с тем, что и так пострадавшие в стычке с бугаями Ким Аран очки окончательно отошли в лучший мир. Развалились они основательно и ремонту не подлежали; мой локоть выдавил линзу и сломал оправу в районе переносицы, скотчем такие повреждения не устранить. Кое-как, наощупь, я собрался и выдвинулся в сторону станции, переходим к плану Б.

Когда на оба глаза у тебя минус семь, мир вокруг принимает причудливые размытые очертания. Благо, дорогу до метро я уже успел выучить, а крупные объекты, которые сейчас больше были похожи на мутные кляксы, я обходил без особых проблем. С людьми, уже спешащими на работу и по своим делам, было немного сложнее, извиняться этим утром мне пришлось много и очень усердно, так как я с завидной регулярностью налетал на внезапно возникающих передо мной сеульцев.

Зрение стало падать у меня еще в старшей школе, ухудшилось во время учебы в ВУЗе, а окончательно село после физнагрузок в армии, куда я, как и любой гражданин севера, пошел после окончания учебы. Точнее, куда меня загребли после того, как я с отличием закончил свое учебное заведение, досрочно сдав выпускные экзамены по протекции тех самых военных. Мой талант заметили, первичную вербовку в кибервойска я прошел, так что и дальше просиживать штаны в ВУЗе мне не позволили. Выдернули в армию, где полгода шла общая учебка, а потом я прямой наводкой отправился в расположение хакерской роты.

Именно те полгода, за которые я был обязан пройти курс молодого бойца и обучиться солдатскому делу, и нанесли наибольший урон моему зрению. Примерно с минус четырех за это время зрение улетело в минус шесть, а потом продолжило падать, остановившись на отметке практической инвалидности.

Надо было купить запасные очки, но я все еще не привык к тому, что на юге можно иметь вещи «про запас», что тут не надо стоять в очередях или «доставать» необходимое, искать, где отоварить талоны. Если бы я был чуть более предусмотрителен, то в моем доме лежали бы запасные очки, но этого не случилось. Так что сейчас я двигался почти что наощупь, пытаясь вспомнить, есть ли на моей станции автомат с линзами.

Когда я впервые увидел это достижение цивилизации, у меня это не укладывалось в голове. Вот прямо целый торговый автомат, который забит не газировками и снеками, как я привык видеть в фильмах, а таким сложным и ценным товаром, как контактные линзы? Причем на выбор были линзы на различные диоптрии, радиусы и даже на срок и способ эксплуатации. Да и цены, судя по словам южан, не сильно отличались от аптечных, или от цен в специализированных магазинах оптики. Линзы тут были расходниками, что-то вроде носков или презервативов. Общедоступный товар для всех и каждого.

Я никогда не носил линзы, даже не задумывался об этом, но, видимо, слова госпожи Юн Хян Ми стали пророческими. Был бы я недалеким крестьянином, вовсе бы подумал, что госпожа Юн Хян Ми ведьма и прокляла меня, но эта обаятельная женщина с родинкой на щеке просто обратила внимание на назревающую проблему.

Автомат я все же нашел, смог выбрать, как мне казалось, нужный радиус линз и диоптрии, а после провести оплату по NFC, приложив свой смартфон к специальному считывателю. Но вот в этот момент удача от меня отвернулась. Я никогда не носил контактные линзы, даже не интересовался этой темой, так что как запихивать их в глаз и что вообще для этого необходимо, я не знал.

Так и доехал до офиса: голодный, злой и абсолютно слепой, словно землеройка. До начала рабочего дня оставалось почти полчаса, но в опенспейсе было полно народу. Найдя свое место я обнаружил, что Джин Су еще не пришла, то есть помощи просить не у кого. Я даже толком не мог загуглить, что мне делать! Ведь даже оттягивая в сторону веко, я не мог добиться необходимой для чтения с экрана резкости, и эта беспомощность неимоверно меня бесила.

— Эй! Макнэ Ён Сок! — услышал я смутно знакомый голос от черно-белого пятна в проходе.

— Доброго утра, Ким Бон-Со, — ответил я, скорее догадавшись, что со мной поздоровался мой вчерашний знакомец, нежели разглядев собеседника.

— Чего такой кислый? Сегодня же закрывают стажировку, сам говорил! — по голосу Ким Бон-Со было слышно, что мужчина в приподнятом расположении духа.

— Я очки утром доломал, окончательно, — честно ответил я. — Мне нужна помощь.

Да, вот так, прямо. Потому что ситуация была буквально критическая.

— Что делать? — в голосе Ким Бон-Со появились деловые нотки. — У меня зрение хорошее, так что даже не знаю, что посоветовать…

— Погугли, как вставляются контактные линзы, я купил на станцию пару упаковок, — сказал я, вытаскивая из рюкзака две зеленые коробочки. — Вроде все сделал правильно, но я вообще без понятия, что мне делать!

— Не волнуйся, сейчас хён спасет тебя, — ответил Ким Бон-Со. — Дай мне пару минут.

Ким Бон-Со устроился на месте Джин Су и погрузился в собственный смартфон, я же, обняв ладонями рюкзак, замер в ожидании, с трудом различая офис вокруг себя.

— Что тут происходит? — донесся голос Джин Су.

— Макбэ очки сломал, но купил линзы, — тут же ответил за меня Ким Бон-Со. — А, извини, что занял твое место, садись, Су-ян.

— Спасибо…

Было слышно, что Джин Су смутилась от такого неформального общения со стороны Ким Бон-Со, но в отличие от менеджера Сима, каждое слово которого было пропитано ядом, Ким Бон-Со говорил ровно и в его словах не чувствовалось никакого подтекста. Он в самом деле считал Джин Су младшей, только и всего.

— Ты линзы купил? — спросила Джин Су, и я почувствовал, как мои ладони, в которых я все еще сжимал две зеленые коробочки, коснулись пальцы девушки. — Дай посмотрю, я носила линзы в старшей школе.

— А чего сейчас без очков? — спросил я.

— Родители на поступление подарили коррекцию, пока зрение держится, — задумчиво пробубнела девушка. — Слушай, а ты неплохие линзы взял, хоть они и парные. В автоматах обычно продается всякий мусор.

— Мне повезло, — честно ответил я.

— А раствор купил? — спросила Джин Су.

— Какой раствор?

— Глаза промыть, — встрял Ким Бон-Со.

— Это необязательно, — ответила Джин Су. — Раствор нужен, чтобы их хранить. И кейс еще. А вот руки помыть надо сейчас. Кан Ён Сок, ты знаешь, как вставлять линзы?

— Не имею ни малейшего понятия, — ответил я. — Знал бы, уже вставил.

— А зачем две пары?

— Чтобы наверняка, я же ничего не вижу. Вдруг испорчу линзу.

— Ты предусмотрительный, — заметила Джин Су.

— Стараюсь.

— Сколько у тебя, говоришь? — уточнила девушка. — Минус семь?

— Да.

— А почему линзы на минус шесть?

— А больше не было, или я не разглядел, — честно ответил я.

— Ладно, лучше так, чем слишком большая резкость, — сказала моя коллега. — Но тебе все равно надо будет сходить к доктору и выяснить радиус глаза, чтобы подбирать правильные линзы при покупке, иначе может быть серьезный дискомфорт.

— Потерплю, — ответил я.

— Так, пойдем руки мыть, — хлопнул в ладоши Ким Бон-Со, — я тебя провожу, а то ты еще кого снесешь по дороге.

Через пять минут мы вернулись из туалета. Джин Су за это время распечатала первую упаковку с линзами и приготовилась меня инструктировать.

— Так, сейчас ты опустишь указательный палец в контейнер и прилепишь линзу на кончик. Потом чуть оттянешь нижнее веко и опустишь линзу на глаз. Смотреть нужно прямо, по возможности. Потом медленно моргаешь, чтобы линза встала на свое место, все понял?

— А это точно делается так? — уточнил я.

— Гугл говорит тоже самое, — ответил за Джин Су стоящий рядом со мной Ким Бон-Со. — Так что давай, начинай.

Я покорно опустил палец в белый прямоугольник — именно так выглядел для меня сейчас контейнер — но ничего не нащупал.

— Попробуй двумя пальцами, — посоветовал Ким Бон-Со, — ты ее просто по лотку гоняешь.

В итоге линзу я зацепил, но просто смял ее в пальцах в трубочку, без какой-либо надежды на то, чтобы выровнять и вставить в глаз.

— Это никуда не годится, — возразила Джин Су. — Ждите меня здесь.

Через две минуты девушка вернулась, держа руки перед собой локтями вперед, словно хирург перед входом в операционную.

— Так, Ён-кун, закинь голову, — сказала Джин Су.

Я услышал звук вскрывающейся упаковки, какую-то легкую возню, после чего почувствовал, как хвостики Джин Су стали щекотать мне шею. Девушка наклонилась прямо над моим лицом, сосредоточенно оттягивая нижнее веко.

— На меня смотри, а не вверх! — скомандовала девушка. — И вылупись!

— Мне как-то не по себе… — честно признался я.

— Терпи, — ответила Джин Су.

Наша возня собрала уже некоторое число зрителей, и хихикающий Ким Бон-Со с удовольствием рассказывал коллегам, что же тут происходит. С разных сторон посыпались советы в духе «запрокинь голову сильнее», «не щурься» и «это не больно». Кто-то предложил провести процедуру вместо Джин Су, другие говорили, что меня надо держать покрепче, потому что процедура не из приятных.

В глазу нет нервных окончаний. Единственное, что ощущает глазное яблоко человека — это давление, внутреннее или внешнее. Ну и ощущение влаги, но за это скорее отвечают веки. Так что когда линза на кончике пальчика Джин Су коснулась моего глаза, я почувствовал зябкий холодок и что-то еще, что просто невозможно передать с помощью слов. Будто что-то склизкое налипло с обратной стороны века.

— А теперь медленно моргни, только линзу не вытолкни. Она сейчас должна приклеиться, — сказала Джин Су.

Я последовал данной мне команде и понял, что левый глаз внезапно стал видеть намного лучше. Ту же процедуру повторили и с правым глазом и, когда казалось, что все уже закончилось, а я безопасно обрел зрение, опенспейс разорвал рык менеджера Сима.

— Вы что тут собрались, бездельники⁈ — в своей привычной манере заорал менеджер. — До начала рабочего дня пять минут, чем вы тут все занимаетесь⁈ Эй, Ким Бон-Со, твою юнит принял смену⁈

— Сейчас все сделаем, менеджер, — спокойно ответил мужчина.

— Пошевеливайтесь! Чтобы в восемь ноль ноль смена была принята и поставлена отметка в системе учета! За работу, живо! Стоило разок прийти попозже, так устроили тут бардак!

Вот тут менеджер Сим врал и не краснел. В отличие от всех прочих сотрудников, которым по регламенту нужно было прийти за пятнадцать минут, чтобы принять смену у ночных дежурных и подготовиться к работе, менеджер Сим приходил к восьми ровно. Или, как сейчас, за три минуты до начала рабочего дня. Запускал в системе трекер учета рабочего времени, после чего шел на кухню или в кафе на первом этаже, за кофе. Хотя, как я понял, с появлением Джин Су вниз теперь отправляли строго ее, а сам Сим продолжал просиживать штаны на своем месте.

— И принеси мне кофе, Джин Су! — напоследок рявкнул менеджер Сим, прежде чем удалиться за свой стол.

Народ начал разбредаться, Джин Су же совершенно поникла, хотя еще минуту назад она была полна решимости и так увлечена моими линзами, что едва меня не оседлала. Это я понял, только когда процедура была окончена, а внезапно покрасневшая девушка как-то очень быстро вернулась за свое рабочее место.

— Джин Су, сидеть на месте, — скомандовал я, когда девушка стала собираться выполнить указание Сима. — Мне пришло письмо от госпожи Юн Хян Ми. Через полчаса она будет здесь.

— За полчаса менеджер Сим меня на куски разорвет, — смутилась Джин Су, но посмотрела на меня с надеждой.

— Это будет первым актом твоей мести, — улыбнулся я. — Ты же видела, как он лебезит перед старшим руководством? Даже спина не разгибается, будто родился кривым. Пусть специалист из HR-отдела увидит, как обстоят дела на самом деле.

— Думаешь, она за меня заступится? — удивилась Джин Су. — Эйчарам обычно плевать. У них своих дел хватает.

— Даже если не заступится, то увидит все своими глазами. И потом, когда ты дашь ход вопросу о его самоуправстве, это сыграет тебе на руку, — я наставительно поднял палец. — Проще подтвердить старое мнение о человеке, чем сформировать целиком новое. Ну и такие вопросы все равно будут решать в отделе госпожи Юн, может, даже, она лично этим займется.

— Ой! — воскликнула Джин Су. — Так если тебе написала госпожа Юн Хян Ми, то значит…

Я приложил палец к губам, показывая, что Джин Су следует вести себя тише.

— Я же обещал, что мы пройдем аттестацию, — улыбнулся я Джин Су.

Рабочий день начался, пришло время логиниться в системе и запускать таймер трекера. Мы оба повернулись к мониторам. Джин Су тоже пришло письмо от HR-специалиста и по слезам, выступившим на глазах девушки, я понял, что до этого момента она до конца мне не верила. Как не верит в чудесное спасение человек, который уже потерял всякую надежду.

Я почувствовал, как Джин Су едва заметно коснулась моего локтя.

— Спасибо тебе, оппа, — одними губами прошептала Джин Су, после чего лицо девушки залила краска и она тут же уткнулась в свой экран.

Я не имел дурной привычки заниматься благотворительностью и помогать всем подряд. Этот мир холоден и жесток, человек в нем рождается в одиночестве и точно так же умирает в одиночестве. Но от этих скромных слов Джин Су, от того, как девушка коснулась моей руки, у меня потеплело на душе.

Глава 10

— Онни, я пришла!

Юн Хян Ми оторвала взгляд от экрана компьютера и посмотрела на гостью, которую ждала уже битый час. Пак Сумин собственной персоной.

— Если бы я на самом деле решала, будешь ты работать в этой компании или нет, то даже на порог бы не пустила, — холодно сообщила Юн Хян Ми.

— У-у-у, онни такая злая! — рассмеялась в ответ вторженка.

На девушке, которая сейчас вольготно развалилась на большом кожаном диване для посетителей, был строгий костюм, состоящий из белой блузки, приталенного жакета и юбки-карандаша.

— Ты хотя бы трезвая? — спросила Юн Хян Ми.

— Когда ты стала директором по персоналу, то превратилась в зануду, Онни, — ответила Пак Сумин. — Конечно же я трезвая! Ни капли в рот, как говорится!

— Последние три года ты только и делала, что напивалась и позорила семью.

— А ты последние три года лизала морщинистые задницы и прогрызала себе путь наверх, — с издевкой ответила девушка. — Вот только за три года такую карьеру не построить, это все твой отец.

— В отличие от тебя, я здраво распоряжаюсь теми привилегиями, которые получила по праву рождения, — ответила Юн Хян Ми. — А ты ведешь себя как капризный ребенок.

— Эта девушка уже не ребенок, — тоненьким голоском передразнила директора девица. — Не видишь? У этой девушки уже и ноги выросли, и сис…

— Хватит! — Юн Хян Ми вскинула руку, заставляя девушку прекратить расстегивать блузку. По всей видимости, гостья вознамерилась продемонстрировать, что именно у нее там выросло. — Давай лучше поговорим о твоей просьбе.

— Ты все же послушала меня и решила снизойти до простых смертных и провести ревью? — удивилась девушка.

— Да, вчера я сходила и поговорила с этим северянином, как ты и просила.

— Ну скажи жуткий, да? — улыбнулась Пак Сумин, принимая какое-то более-менее ровное положение в пространстве.

— Я не разделяю твоей паранойю и не понимаю, чего ты добиваешься, — серьезно сказала Юн Хян Ми.

Гостья откинулась на спинку дивана и задумчиво посмотрела на свою старую подругу.

— Ты чувствуешь себя в безопасности? — прямо спросила Пак Сумин.

— Что ты имеешь в виду? — уточнила директор.

— Вот прямо сейчас ты чувствуешь себя в безопасности? Как много людей есть за пределами этой комнаты, к кому ты можешь обратиться за помощью? Каковы шансы того, что сюда вломятся? Или что твой водитель увезет тебя не домой, а на пустырь? — спросила девушка.

— Сумин-ян, ты преувеличиваешь.

— Нет, онни, не преувеличиваю, — ответила Пак Сумин. — Даже моя охрана… Они мне не вредят, пока не вредят, но и на помощь не придут. Все, как шакалы, только ждут моего провала.

— Может, ты сама виновата в таком отношении? Если бы ты была серьезнее…

Пустой хрустальный стакан, который до этого стоял на столике перед диваном, пролетел прямо над ухом Юн Хян Ми и вдребезги разбился о стену за ее спиной.

— Вот поэтому ты и оказалась в такой ситуации, Сумин-ян, — холодно сообщила Юн Хян Ми, даже не дернувшись со своего места. Она уже давно привыкла к подобным выходкам Пак Сумин.

— Я не просила меня поучать, — прошипела Пак Сумин, но почти сразу же взяла себя в руки. — Ты просто не понимаешь. Мне нужен человек, которого еще не купили. Кто-то новый, без бесконечных связей с семьей Пак.

— Я тоже связана с твоей семьей, Сумин-ян, — заметила директор.

— В тебе я не сомневаюсь, — устало ответила Пак Сумин. — Ладно, проехали. Так что там с северянином? Вчера я предложила ему оклад в десять миллионов вон, но он отказался.

Юн Хян Ми на этих словах только усмехнулась.

— Я думаю, тут все будет довольно непросто, — сказала директор. — Он внешне выглядит простаком, но собран и подозрителен. И довольно умен. В какой-то момент мне вообще показалось, что это не я провожу ревью, а он. Деньгами ты его точно не купишь. Чем-нибудь другим — может быть.

— Вот как?

— Он довольно ловко убедил меня в том, что в документы закралась ошибка, выгораживая при этом своего менеджера. Хотя я точно знаю, что с Симом у него не может быть теплых отношений, это еще тот фрукт. Скорее всего, он решил обставить все таким образом, чтобы у его текущего начальника не осталось пространства для маневра. Очень точный и выверенный ход.

— То есть он способен ко всей этой корпоративной змеиной возне?

— Чувствует себя он в ней прекрасно, — подтвердила Юн Хян Ми. — И что удивительно, он уже потащил за собой коллегу, стажерку, которая пришла немногим ранее. Ее менеджер отдела маринует уже третий месяц, стояла на грани увольнения.

— И ты просто за этим наблюдала? — спросила Пак Сумин.

— Нет, планировала вмешаться, чтобы прижать этого идиота, но тут появилась ты и этот Кан Ён Сок. И он, кстати, отлично справляется с этой задачей даже без моей помощи.

— Я совсем не понимаю, что ты говоришь, — пожаловалась Пак Сумин. — Хочу выпить.

— Имей совесть, девять утра, Сумин-ян, — покачала головой директор. — Тем более тебя впереди еще ждет скандал.

— Какой скандал?

— Который устроит этот твой северянин с менеджером Симом. Все к нему и идет.

— Я только приступаю к работе, а уже какие-то скандалы и офисные заговоры…

Пак Сумин устало откинулась на спинку дивана, развалившись, будто бы сидела не в кабинете директора по персоналу, а в караоке-баре.

— Все что от тебя потребуется, это занять чью-нибудь сторону, — ответила Юн Хян Ми. — Но учти, что Сим будет твоим заместителем еще как минимум месяц, пока я не найду ему замену и не утрясу все вопросы. Знаешь, увольнение управленцев даже младшего звена процесс небыстрый.

— То есть ты предлагаешь мне разругаться со своим заместителем и встать на сторону Кан Ён Сока? Ты вообще помнишь, что стоит на кону? Меня же вышвырнут из семьи, если не покажу, что хоть на что-то годна.

— Помню, — кивнула HR-директор. — Но я думаю, ты все равно не сдержишься.

— Вот как?

— Ну и если хочешь заполучить этого человека без рода и связей в свою команду, то придется встать на его сторону, — заметила Юн Хян Ми.

— Ты недавно сказала, что деньгами я его купить не смогу, — заметила Пак Сумин.

— Ты маленькая глупая девочка, Сумин-ян, — покачала головой Юн Хян Ми. — Есть вещи намного важнее денег.

— И что же это, онни? — едко спросила девушка.

— Власть и сила, — спокойно ответила Юн Хян Ми. — Предложи ему то же, что предложил твой дед моему отцу, и посмотри, что из этого выйдет.

— Твой папаша вечно ноет, что работать на моего дедулю было худшим решением в его жизни, — ответила Пак Сумин.

Юн Хян Ми только улыбнулась.

— Но при этом отец дважды получил удар ножом за твоего деда и готов сделать это снова, если придется. И твой дед платит ему такой же взаимностью.

— Они оба просто поехавшие старики, — продолжила отпираться Пак Сумин.

— Сумин-ян, послушай, — серьезно продолжила Юн Хян Ми. — Ты сама говорила, что тебе нужен кто-то вроде моего отца. Но таких людей нельзя нанять, эти люди могут только вырасти с тобой. Так что думай, что ты можешь предложить, и что будешь пропорционально требовать взамен. И давай уже собираться, нам надо быть на пятом этаже через десять минут.

Пак Сумин в ответ только закатила глаза, но спорить со старой подругой перестала. Связь отца Юн Хян Ми, господина Юн Донджина, и ее деда, главы конгломерата Pak Industries, господина Пак Ки Хуна, называли почти сверхъестественной. Выходец из низов, Юн Донджин проработал с ее дедом больше тридцати лет. Он начинал как простой охранник-водитель, в итоге дослужившись до главы внутренней безопасности. Бесплотная тень, человек, которому ее дед доверял едва ли не больше собственных детей.

Совет, который дал ей Пак Ки Хун во время последнего семейного собрания, когда все ее дядьки и двоюродные братья вышли в коридор, был довольно однозначным.

«В одиночку ты не выживешь. Найди себе человека, который станет твоим Юн Донджином».

Это был первый совет, который дал ей дед и, вполне возможно, последний. Во всяком случае, если она не выполнит поставленные семьей условия, деда она больше не увидит.

— Идем, — Юн Хян Ми уже стояла в дверях и ждала подругу.

Пак Сумин скрипнула зубами и встала с дивана. Первый день ее испытательного срока в качестве новой главы службы технической поддержки InterConnect начинался прямо сейчас.

* * *

— Ащщ!..

— Что такое, Кан Ён Сок? — спросила Джин Су.

— Ухо чешется, сил нет, — ответил я. — Будто голову сверлят.

— Это тебя кто-то вспоминает, — хихикнула Джин Су.

— Да кому я нужен-то…

От слов девушки стало немного не по себе, но волевым усилием я подавил волну липкой паники, которая стала собираться в районе живота. Спокойно, это просто глупое южное суеверие. Не умылся сегодня, вот уши и чешутся.

Джин Су хоть и хорохорилась, но тоже была как на иголках. Удивительно, но менеджер Сим до сих пор не пришел орать, где его кофе, хотя с начала рабочего дня прошел целый час. Видимо, что-то назревает, раз этот паразит притих и сидит за своим столом, не поднимая головы. Еще и HR-менеджер не пришла, хотя в письме говорилось, что она зайдет к нам в половину девятого.

Краем глаза я заметил, как Ким Бон-Со встал со своего места и пошел в сторону кухни.

— Сиди здесь, никуда не уходи, — быстро бросил я Джин Су, а сам подорвался следом за старшим коллегой.

— Хён! — окликнул я Ким Бон-Со, который сейчас стоял у кофеварки.

— Что такое? — откликнулся мужчина. — Как глаза кстати? Прозрел?

— Будто заново родился, — честно ответил я. — Хотя все еще немного непривычно.

— Смотри, может голова разболеться, в аптечке есть аспирин, — заботливо сообщил Ким Бон-Со, кивая на угловой ящик кухни, где хранился набор первой помощи и кое-какие простенькие лекарства.

— Хён, скажи, а сегодня ничего не намечается? — прямо спросил я.

— А от чего такие вопросы? — поинтересовался Ким Бон-Со.

— Ну, менеджер Сим притих, Джин Су не пошла ему за кофе, говорит, денег уже совсем не осталось, только на проезд… — начал врать я. — А он даже не почесался. Хотя в другой день уже бы рвал и метал. Странно все это.

— А ты наблюдательный, — заметил Ким Бон-Со.

— Не, просто тревожный, — отмахнулся я. — Сам понимаешь, у меня дома обстановка так себе была…

— На юге тоже расслабляться не стоит, — серьезно ответил Ким Бон-Со. — Знаешь, сколько северян стали жертвами мошенников? В свое время была целая эпидемия. Липовые кредиты, долги, азартные игры… Хотя ты вроде не такой и наивный.

Кофемашина наконец-то перестала жужжать, и Ким Бон-Со уступил мне место у аппарата. Он, как и Джин Су, предпочитал один пакетик сухих сливок и два пакетика сахара.

— Говорю же, просто тревожный, — ответил я, пристегивая рожок к кофемашине и нажимая на кнопку. — Так что думаешь про менеджера Сима?

— Значит, кто-то из начальства явится, — с прищуром отпивая горячего кофе, сказал Ким Бон-Со. — Надеюсь, сегодня представят нового начальника отдела.

— Ага… — протянул я.

Все ждали назначения нового руководителя, и только менеджер Сим мечтал, чтобы техподдержка навсегда осталась в его липких руках.

Видимо, в этом и была причина задержки госпожи Юн Хян Ми. Скорее всего, она придет вместе с новым руководителем отдела, чтобы, как говорится, и грушу съесть, и зубы почистить. А это значит, наши с Джин Су планы резко поменялись.

— Джин Су, подъем, — скомандовал я. — Срочно дуй на первый этаж и купи самый большой стакан кофе, который там только есть.

— Это же четырнадцать тысяч вон! — ахнула девушка.

— Не время считать деньги, — серьезно ответил я. — Если нету, давай я тебе скину. Срочно нужен самый огромный стакан кофе, который ты драматично выльешь на штаны менеджера Сима.

— Смерти моей хочешь? — буркнула Джин Су.

— Нет, — честно ответил я, оглядываясь на стол ненавистной лысеющей псины. — Скоро тут будет большое начальство, вот наш менеджер Сим и притих. Надо его подтолкнуть к действиям. Так что беги за кофе, а я потом пойду, подежурю у лифтов. Когда напишу, пойдешь к Симу и прольешь на него весь сраный стакан. Чтобы он визжал так, будто свинью режут.

— Мне иногда кажется, что ты какой-то демон, — честно ответила Джин Су.

— Нет, я просто из Пукчосона… — протянул я. — Все, давай, беги пока Сим не смотрит.

Джин Су оглянулась вместе со мной, убедилась, что менеджер Сим крайне занят какой-то работой в компьютере, после чего девушка быстро вскочила со своего места и чуть ли не бегом бросилась на выход с этажа, к лифтам.

Я же, как ни в чем не бывало, продолжил сидеть на своем месте. Основной поток страждущих уже схлынул, так что Джин Су обернулась меньше, чем за десять минут. Девушка несла жутких размеров XXL-стакан навынос с резиновой термокрышкой вместо обычной пластиковой.

— Это чтобы горячий был… — нервно хихикнула Джин Су.

Недавно тихая и забитая, девушка вошла в раж, а в ее глазах плясали огоньки. Было видно, что занятие подобным саботажем ей очень и очень по душе.

— Все, жди сигнала, — скомандовал я и двинул к лифтам.

Чат с Джин Су открыт заранее, сообщение подготовлено. Все, что мне нужно, едва я увижу госпожу Юн Хян Ми — нажать на кнопку отправки и задержать эйчара в коридоре буквально секунд на тридцать. Как именно Джин Су опрокинет кофе на менеджера Сима, я не знал, но догадывался, что картина будет достойна эпичного полотна.

Я очень надеялся, что все пройдет гладко. Это был идеальный момент, чтобы нанести удар по репутации менеджера Сима. Ни одна, даже самая бессердечная женщина не сможет долго выносить ор этой псины. Или же безучастно наблюдать, как этот ублюдок издевается над совершенно безобидной Джин Су. Конечно, сейчас я играл роль злого демона, который нашептывал на ушко тихоне-Джин Су всякие непотребства, но, как говорится, нам оказалось по пути. И я очень удивлен тому, как быстро мне удалось завоевать доверие этой девушки, хотя раньше наши отношения были весьма напряженными. Не зря говорят, что общие проблемы сближают людей, и этой проблемой был менеджер Сим.

Вот, послышалось пиканье лифта, двери разошлись и я увидел, как в коридор выходит госпожа Юн Хян Ми в сопровождении какой-то барышни в строгом костюме.

— Госпожа Юн Хян Ми! — мигом согнулся я в поклоне, большим пальцем отправляя сообщение для Джин Су. — Мы очень ждали вас, госпожа Юн Хян Ми!

— Кан Ён Сок! Я как раз направлялась в ваш отдел, — приветливо ответила молодая женщина.

Едва я разогнулся, моему взгляду предстала спутница эйчара. Та самая годзилла из кафетерия.

— Э-э-ы… — только и смог протянуть я.

— Кан Ён Сок, не стой! — с улыбкой подтолкнула меня госпожа Юн Хян Ми, будто бы что-то знала. — Пойдем скорее, у меня есть важное объявление.

На негнущихся ногах я проследовал за женщинами, уже догадываясь, куда это все идет. Всплыл в памяти и вчерашний разговор с годзиллой, и ее слова о том, что моя работа в техподдержке «не проблема». Да господь всемогущий, неужели…

— Ах ты тупая сучка! — пронесся по всему опенспейсу рык менеджера Сима.

Прямо сейчас перед нами разворачивалась неприглядная картина. Менеджер Сим с залитой горячим кофе рубашкой и брюками скакал перед своим столом, а рядом стояла бледная, без конца извиняющаяся Джин Су. Думаю, девушке даже не пришлось играть, в этот момент она на самом деле пожалела, что поддалась моим уговорам и засунула голову в пасть разъяренному медведю.

— Простите! Простите! — причитала Джин Су, отбивая перед менеджером поклоны.

— Безрукая! Это моя любимая рубашка! — рычал менеджер. — Даже мой кофе принести не можешь, как тебя можно до работы с клиентами допускать, скажи мне⁈

— Вообще-то я дипломированный инженер, а не ваша секретарша! — дерзко ответила Джин Су со слезами на глазах, вздернув при этом подюбородок.

Умница! Просто идеально! Это было настолько мощно, настолько эмоционально и настолько вовремя, что я едва не прослезился от восторга. Джин Су, ты просто чудо!

— Ах ты дерзкая девка! — заорал Сим, после чего замахнулся на Джин Су.

Никто даже не успел понять, что происходит. Мерзкий звук шлепка, вскрик моей коллеги, падающей на пол, тяжёлое сопение менеджера Сима, который окончательно слетел с катушек и сейчас готовился отвесить Джин Су еще и пинка.

— Ты как разговариваешь со старшими, тупая ты дрянь⁈ Я тебя научу манерам! Научу!

За криками менеджера никто не заметил, что госпожа Юн Хян Ми осталась стоять одна, не заметили сотрудники и цоканья каблуков по бетонному полу. Все внимание было всецело приковано к разворачивающейся драме и истязанию ни в чем не повинной стажерки.

— Эй ты, ублюдок!

Словно разъяренный бык, менеджер Сим повернулся на крик. В следующий момент в его челюсть влетел мощный хук с правой, который легко опрокинул его на задницу.

— Ты что вообще вытворяешь, дерьма кусок⁈ — заорала спутница Юн Хян Ми, отвешивая пинки дезориентированному мужчине, стараясь при этом попасть острым каблуком по мягким местам. — Что, сдохнуть захотел⁈ Так я тебе это сейчас устрою! Руки он тут распускает, тупая псина!

Весь отдел с ужасом и восторгом наблюдал за этим чистейшим актом ультранасилия. С виду худенькая, но как оказалось очень тренированная девушка, ни капли не смущаясь своей узкой юбки, от души пинала катающегося по полу и слабо соображающего менеджера. Там же, рядом, сидела Джин Су и держалась за стремительно распухающую щеку. Со стола медленно капал пролитый кофе.

Только когда годзилла отвела душу, а Сим мог только бессвязно мычать, девушка остановилась, одернула задравшуюся почти до пояса юбку и с улыбкой повернулась к отделу.

Невозмутимая и недвижимая до этого момента Юн Хян Ми сделала шаг вперед, и громким, хорошо поставленным голосом объявила:

— Я, как директор по персоналу, рада представить вам нового начальника отдела техподдержки, госпожу Пак Сумин. Надеюсь, вы поладите и добьетесь наилучших результатов.

Весь отдел, как по команде, согнулся в поклоне. Я тоже последовал общему примеру и, разглядывая носки собственных ботинок, успел подумать, что стоило вчера согласиться на зарплату в десять миллионов вон. Ведь, по всей видимости, теперь мне придется батрачить на эту сумасшедшую совершенно бесплатно.

* * *

Дорогие читатели! По данным АТ и метрики Яндекса я вижу, что многие из вас с удовольствием читают бесплатную часть и после уходят на пиратские библиотеки. По той же статистике, после прочтения этого сообщения на другой сайт в поисках моих книг уйдут вплоть до 97–99 человек из каждой сотни.

Мои принципы не позволяют мне вступать в какие-то союзы, литературные кланы, школы, мафии и прочие объединения взаимного продвижения, в рамках которых авторы по расписанию кормят свою аудиторию «рекомендациями» в блоке «от автора» в конце последней опубликованной главы, что является сейчас обязательным условием для выхода на главную страницу сайта. Просто потому что я не считаю такие методы честными. Так что единственный доступный для меня способ донести свою работу до читателя и при этом заработать для того, чтобы продолжать творчество — баннерная реклама, через которую вы, скорее всего, и попали на эту страницу, если это не день старта продаж нового тома цикла. Так что каждая покупка имеет огромное значение.

Спасибо за вашу поддержку.

Глава 11

Этот совершенно безумный день наконец-то подходил к концу.

После невероятно эффектного вступления в должность госпожи Пак Сумин, госпожа директор по персоналу Юн Хян Ми отдельно поговорила со мной и Джин Су, поздравив с прохождением стажировки.

Время от времени я ловил на себе какие-то загадочные взгляды, но госпожа директор мне так ничего и не сказала. Хотя, что тут можно было говорить? Я принял ее за рядового кадровика, а ревью со мной проводила лично HR-директор. Это означало только одно: меня пробивали по наводке Пак Сумин, которая почему-то возбудилась из-за моей неловкой помощи в кафе.

Сначала я подумал, что таким образом меня пытаются запугать. Я знал, что новый руководитель службы технической поддержки клиентов InterConnect совершенно, абсолютно неграмотна во всем, что касается технологий. Ее предел — зайти в KakaoTalk и написать пару SMS-сообщений. Как такой человек мог оказаться на такой должности?

Потом в голове всплыл разговор, который состоялся у меня с Пак Сумин накануне. Она предлагала мне десять миллионов вон, но за что? За ассистента? Или она хотела переложить на меня ту часть своей работы, которая касалась технологий? Тогда почему именно я?

Если подумать, способный стажер, который еще не прижился в коллективе и не обзавелся друзьями — лучший выбор. Если Пак Сумин замкнет меня на самой себе, то и вопросов не возникнет. Мы оба новички, нам стоит держаться вместе. Выдернуть же себе подручного из сплоченного и уже устоявшегося коллектива почти невозможно. Наверное, поэтому выбор Пак Сумин пал на меня.

Гадать смысла не было. Я не видел всей полноты картины и мог сейчас строить лишь предположения, основываясь на тех обрывках информации, которые у меня были на данный момент. Враг мне Пак Сумин или друг, она пыталась привлечь меня на свою сторону. А еще я однозначно ощутил угрозу со стороны госпожи директора. Юн Хян Ми, исходя из ее позиции, однозначно должна была понимать, какую игру с менеджером Симом я затеял. И что я пропаровозил Джин Су, и что тесты являются поддельными, хотя в любой момент и я, и Джин Су можем подтвердить свои знания. Эта молодая женщина с точеным лицом и короткой стрижкой была опасна, намного опаснее вспыльчивой и агрессивной Пак Сумин.

От новой начальницы я, кстати, бегал, как от огня. Это было нетрудно, учитывая то, что я смог ускользнуть от целого режима Чучхе — петлять как заяц по опенспейсу для меня не составило труда. Даже под стол не приходилось лезть, я просто выходил на кухню, когда Пак Сумин вставала из-за своего стола, проскальзывал к лифтам, если она шла на кухню, а едва девушка выходила к лифтам, то я возвращался на свое место. Пока нас с Джин Су не пересадили, так что мы досиживали последний денек в своем «лягушатнике» — закутке, куда отселяли зеленых стажеров.

Единственным хорошим событием за остаток дня стало то, что, скорее всего, нас определят в юнит к Ким Бон-Со. Точнее, мужчина спросил, хотел бы я пойти работать к нему в смену, и я согласился, при условии, что он заберет и Джин Су.

— Что, у вас там что-то?.. — многозначительно спросил Ким Бон-Со, поднимая брови.

— Хён! — негодующе воскликнул я. — Просто легче работать, когда рядом есть кто-то знакомый. Да и Джин Су умница. Ты знал, что она выпускница СеулТеха? Дипломированный инженер!

— Ого, — Ким Бон-Со выглянул из кухни и посмотрел в сторону моего и Джин Су стола, желая убедиться в реальности стажерки собственными глазами. — Это же как ее менеджер Сим зашугал…

— Поэтому и хочу попасть с Джин Су в один юнит, — ответил я.

А еще потому что мы с ней соучастники и мне следует наблюдать за девушкой, пока не разрешится мутная ситуация с госпожой Юн Хян Ми и Пак Сумин. Но вслух я говорить этого не стал.

— Как голова, кстати? — спросил Ким Бон-Со.

— А что с ней не так? — удивился я.

— У людей, которые в первый раз надевают линзы, часто болит голова, — ответил мужчина.

— Хён, вы много знаете о бедах слепых являясь зрячим, — подшутил я над Ким Бон-Со.

— Негодник, — рассмеялся Ким Бон-Со. — Но это хорошо, что ты боевой. Запомни, после работы здесь ты перестанешь быть человеком!

— А кем я стану? — удивился я.

— Специалистом службы технической поддержки пользователей, разумеется! — недобро оскалился Ким Бон-Со.

— Хён, вы меня запугиваете?

— Это каноничный ход событий, макнэ, не я его придумал, не мне в него вмешиваться, — пожал плечами Ким Бон-Со. — Хорошо, я услышал тебя, поговорю с новым начальником, чтобы вас определили ко мне в юнит.

— Спасибо, хён! — поклонился я.

— Оставь свою вежливость для клиентов, — улыбнулся Ким Бон-Со. — И поговори с Джин Су, когда будете проставляться. И учти, какой-то забегаловкой не отделаетесь!

— Только если после зарплаты… — протянул я.

Ким Бон-Со только похлопал меня по спине и пошел за свое рабочее место.

После этого разговора прошло три часа, рабочий день наконец-то закончился и я засобирался домой. Пак Сумин куда-то вышла, так что я быстро собрал рюкзак и выскользнул на пожарную лестницу.

— Оппа! — услышал я окрик, уже выходя из офиса.

Джин Су стояла чуть в стороне и махала мне рукой.

— Я уже думала, что упустила тебя, — честно сказала девушка. — Ты точно демон!

— Нет, совершенно обычный человек, — ответил я, поправляя лямку рюкзака.

Погода стояла довольно теплая, совсем скоро начнется лето, так что я даже не брал куртку. Так и ездил в одном безразмерном офисном свитере. Хотя на днях нам принесут новые пропуски, так что придется переодеться и соответствовать линейному сотруднику, то есть разжиться черными брюками и белой рубашкой.

— Оппа, ты голоден? — прямо спросила Джин Су.

— Ну, так… — неопределенно ответил я, будто бы не понимая, куда все идет.

— Пойдем поедим! — предложила Джин Су. — Сегодня лучший день за последний год, я прошла стажировку! И все благодаря тебе, оппа, так что отказы не принимаются!

Я многозначительно посмотрел на распухшую от удара щеку девушки, но Джин Су сделала вид, что ничего не заметила. Вместо слов она подхватила меня под руку, чем невероятно смутила, и потащила за собой вверх по улице, в совершенно другую от метро сторону.

В какой-то момент мы свернули с центральной улицы направо и углубились в плотную городскую застройку. Многоэтажный деловой Сеул резко сменился на Сеул более мне привычный по району Хондэ, и пусть тут почти не было лапши из электрических проводов и кабелей, опутывающих столбы на каждом углу, улицы стали узкими, а немногочисленные парковки были забиты автомобилями. В оставшихся же узких проездах колом стоял автотранспорт спешащих по делам и домой сеульцев, тротуары полнились людьми, вокруг меня ключом била жизнь. Вот, в какой-то момент Джин Су замерла у неприметного здания с разномастными, но выцветшими за давностью лет вывесками, после чего девушка потащила меня внутрь.

— Я поспрашивала, сюда постоянно из нашего отдела ходят, — смущаясь, сообщила девушка. — Здесь отлично готовят мясо! И цены невысокие! Пойдем, оппа!

— Су-ян, погоди! — я схватил девушку за локоть, заставляя остановиться.

— Кан Ён Сок! Хватит! Я сказала, что хочу отметить с тобой окончание нашей стажировки! — настойчиво ответила Джин Су. — Хватит за меня решать! Если не хотел идти — так бы и сказал!

Девушка надулась, отчего стала похожа на небольшого злобного хомячка. Сходства с грызуном добавляла ей и распухшая от удара менеджера Сима щека. Я еще раз посмотрел на свою коллегу и, в очередной раз ощутив угрызения совести, в итоге сдался.

— Пойдем-пойдем, — согласился я, самостоятельно шагнув ко входу в кафе. — Только давай без большого застолья.

— Чего так? — спросила Джин Су.

— Я столько просто не съем, непривычный, — честно ответил я.

— Ты что, не любишь вкусно покушать⁈ — ужаснулась девушка. — Ты точно демон, а не кореец!

— Люблю! Люблю! — стал я переубеждать коллегу. — Кто же не любит вкусно поесть⁈ Просто я как-то скромнее привык, а про корпоративы южан всякие байки ходят…

— А-ха! — воскликнула Джин Су. — Точно! Это наш с тобой стажерский корпоратив! Ну тогда мне точно придется наливать тебе соджу!

Удивительно, какой мощный был разрыв между внешним видом Джин Су и ее поведением. Со стороны могло показаться, что девушка вовсе в истерике или чем-то опьянена, ведь не может человек с такой распухшей щекой так оживленно себя вести.

Когда мы вошли внутрь, то сразу же заняли небольшой столик в самом углу зала. Меню тут не было — вместо него на стене висела большая доска, на которой были расписаны блюда и цены в тысячах вон. Оказывается, даже тут, в оживленном районе, можно было неплохо поужинать всего за десять-пятнадцать тысяч вон.

Конечно же, моя внутренняя жаба чуть меня придушила, напоминая, что за эти деньги можно купить большой пятикилограммовый мешок риса в магазине тетушки Ли, а на сдачу останется на свежую капусту и специи для приготовления кимчи, но я только прикрыл глаза и выдохнул. Джин Су права. Это был наш маленький стажёрский корпоратив.

— Что ты будешь? — спросила Джин Су.

— Выбирай сама, я в еде непривередлив, — ответил я.

— Ты когда вообще последний раз ел? — спросила Джин Су. — Не видела, чтобы ты обедал сегодня.

— Вчера? Да, точно вчера, — за этот день произошло столько всего, что я на самом деле потерялся во времени. — Купил вечером в минимаркете кимбап и желе. А сегодня кофе и печенье. Я же очки сломал, так что не завтракал.

— Нельзя же так! — воскликнула Джин Су. — Надо обязательно поесть! Так. Тетенька! Примите заказ!

В итоге Джин Су заказала на двоих сковородку самгёпсаля — жареную свиную грудку, очень популярное на юге блюдо — по порции пибимпапа вместо пустого риса, горячий рамён и, конечно же, по порции кимчи и бутылочку сладкой виноградной соджу.

— Не люблю обычную, слишком терпкая, — смущаясь, ответила Джин Су, объясняя свой выбор напитка. — А сладкая сойдет… И со свининой вкусно!

— Я вообще не очень жалую алкоголь, — ответил я.

Довольно быстро стол заставили тарелками. В самом конце принесли сковородку со свиной грудкой, бутылочку соджу и пару рюмочек.

Наблюдая за всем этим роскошеством, я в уме прикидывал, сколько дней после этого я не буду есть. День так точно, может быть, даже два дня.

— Оппа… — начала Джин Су.

— Ты понимаешь, что сегодня вообще произошло? — прямо спросил я у девушки, которая уже открыла бутылку и замерла с ней в руках, ожидая, что я подставлю рюмку.

— Ты о чем, Ён Сок? — окончательно перешла на неформальное общение Джин Су.

— Вот это, — я кивнул на щеку девушки, — моя вина. Причем я знал, что так оно и будет. Что менеджер Сим сорвется и побьет тебя, я таких людей вижу издалека.

Джин Су смутилась и поставила соджу обратно на стол. Было видно, что девушке неуютно. Мы сидели, молчали, рамён перед нами остывал, а лапша в нем только набухала и набухала, рискуя рано или поздно заполонить все пространство глубокой тарелки.

— Давай поедим! Не могу вести такие разговоры на пустой желудок! — заявила Джин Су, берясь за железные палочки и небольшую ложечку для бульона.

— Давай, — легко согласился я, повторяя за девушкой.

Ели в тишине. Пару раз выпили, совсем по чуть-чуть. Соджу была терпковатой и какой-то приторной, только перебивая вкус блюда, но никак его не дополняя. Джин Су, даже не доев рамён, потянулась за свининой, я последовал ее примеру.

Готовили тут вкусно. Все, начиная от наваристого бульона, который я с удовольствием черпал небольшой плоскодонной ложкой, заканчивая свининой, было отлично приготовлено и подано.

— Ты ничего не заставлял меня делать, оппа, — сказала наконец-то Джин Су. — Менеджер Сим заставлял меня ему прислуживать, постоянно напоминая, что я женщина, и мне приходилось терпеть, ведь он старший. Ты же ни к чему меня не принуждал.

— Я тебя подтолкнул к действию, — ответил я. — А потом вовсе столкнул под поезд в лице менеджера. Когда ты говорила, что я скорее демон, чем человек, то была близка к истине.

— Я сама прыгнула! Сама! — едва не закричала Джин Су. При этом девушка зажмурилась и сжала кулачки. — Я не тупая, оппа! И прекрасно понимала, к чему все идет! И я сама решила, что лучше один раз получить удар и вытерпеть все это, чем вечно таскать этот проклятый кофе! Вот что я решила! И не говори, что не понимаешь меня! Сам-то сбежал на юг! Значит — отлично меня понимаешь! Так что никакой ты и не демон, оппа…

Разлили еще по одной и по нетвердому движению рук Джин Су, я внезапно понял, что хоть стол и ломился от еды и закусок, мою коллегу капитально развезло. Девушка стала клевать носом, щеки раскраснелись и она совершенно перестала контролировать происходящее.

— А как тебе наша новая начальница? — икнула Джин Су. — Красотка, правда?

— Годзилла? — уточнил я.

— Почему годзилла? — удивилась Джин Су. — Что за неуважение⁈ Госпожа Пак Сумин самая лучшая! Я была совсем рядом и все видела! Она с такой яростью била этого мерзавца, что я аж дышать перестала! Не смей плохо говорить о господе Пак Сумин!

— Тише-тише, — поднял я руки. — Джин Су, я все понял, не кричи так. А годзилла, потому что она пролила на меня кофе. Собственно, так мой план с менеджером Симом и родился.

— А, так вы уже знакомы⁈ — удивилась Джин Су. — Теперь понятно, чего ты от нее прятался… Ах, так ты развратник, да⁈ По тебе сразу видно, что у тебя есть какие-то секретики! И одеваешься ты так, будто специально хочешь на уродца походить! А как значит на город опускается ночь, ты выходишь на охоту, да⁈ Признавайся, оппа, это так⁈

— Просто разок столкнулись в кафе на первом этаже, — спокойно ответил я. — Но я твоих восторгов не разделяю.

— Не смей плохо говорить о госпоже Пак Сумин! Или я и на тебя кофе вылью! — пригрозила мне Джин Су, а после заливисто рассмеялась.

Через некоторое время девушка попыталась заказать еще соджу, но я успел подать сигнал работнице заведения, что с нас хватит и попросил счет. Хватит, иначе мне придется тащить Джин Су на своем горбу до самого дома, а развозом пьяных стажеров мне заниматься не хотелось. Не зря я не любил выпивку, от нее одни проблемы.

Оплачивать счет пришлось мне — тут все по традициям, ведь угощает старший. Это я должен был по всем правилам южан выбирать место и вести Джин Су ужинать, как я должен был платить за выпивку и мясо. Ну, ничего, цены в кафе совсем не кусались, и я почти не сожалел о потраченных деньгах. Тем более, по телу распространилась приятная леность и тепло от вкусной и сытной еды.

На обратном пути к офису Джин Су немного проветрилась и, совершенно смущенная, сбежала от меня на автобусную остановку. Завтра ей будет стыдно и за истории об университете, и за угрозы, которыми она сыпала в сторону менеджера Сима, и за то, как мы сплетничали о новой начальнице.

Вообще, сплетничать о своих начальниках на юге было в порядке нормы. Офисные работники постоянно собирались на посиделки, чтобы перемыть кости непосредственному руководству, это было частью культуры юга, об этом нам отдельно рассказывали во время обучения в адаптационном центре. Совсем другое дело — уже посиделки с начальниками, это было целое действо, со своими правилами, иерархией и традициями, но в это я слишком сильно не вникал, так как планировал жить тихо каким-нибудь разнорабочим-водоносом, пока не представится шанс выехать из страны так, чтобы мой след потом не нашли.

Обсуждать Пак Сумин было по-своему весело, но вот чего Джин Су не заметила, так это то, что эта дерзкая девица, которая сегодня стала руководителем нашего отдела, была не так проста. Дорогая одежда и обувь, мне было даже страшно представить, сколько стоили ее туфельки на высоком каблуке, которыми она так лихо отпинала менеджера Сима. А еще у нее был четкий, поставленный удар. Такой удар не получишь в спортивном зале, так бьют только те, чей кулак имеет привычку встречаться с голой плотью противника. Что же творилось в жизни девушки, которую сегодня лично привела директор по персоналу Юн Хян Ми? Я четко уловил между ними какую-то связь, но что между ними общего? Кто такая эта Пак Сумин?

Джин Су исчезла из виду, окончательно смешавшись с людской массой. Я поудобнее перехватил лямку рюкзака с лежащим внутри ноутбуком и уже направился в сторону метро, как прямо возле меня взвизгнули тормоза дорогой черной машины. С переднего сидения вылез крепкий мужчина с прилизанной прической и, совершенно не обращая внимания на поток автомобилей, разразившийся от такого маневра гудками, открыл передо мной заднюю пассажирскую дверь.

— Садись, Кан Ён Сок, — послышалось из салона, а внутрь меня поманил тонкий женский пальчик с опрятными, но короткими ногтями.

Очевидно, спрятаться от Пак Сумин у меня не получилось.

Глава 12

— Куда мы едем? — спросил я.

— Не жмись так, нуна будет с тобой нежной, — фыркнула Пак Сумин. — Немного покатаемся, поговорим, познакомимся поближе…

— Госпожа Пак Сумин, я не думаю… — начал я.

Девушка чуть наклонилась и нажала на какую-то кнопку возле панели управления кондиционером. В тот же момент между передней и задней частью авто поднялась плексигласовая перегородка, которая отрезала нас от охранника и водителя.

— Не волнуйся, нас они не услышат, — кивнула Пак Сумин на передние сидения. — И не увидят, кстати говоря…

Девушка внезапно подалась вперед, а ее рука легла на внутреннюю сторону моего бедра, медленно поднимаясь вверх.

— Ты же понимаешь, что это значит, Ён-кун? Ни один звук не проникнет за перегородку, а еще эта машина очень устойчива даже в движении.

Я солгу, если скажу, что внутри в этот момент ничего не дрогнуло, но потом наружу буквально вырвался Кан Гванджин, который часто проходил допросы. Ничего личного, просто специфика службы человека, который имел почти неограниченный доступ к внешней информации. И не всегда эти допросы проходили в комнате с бетонными стенами. Могли подослать и девушку, которая стремилась тебя уболтать любыми возможными способами. Кто не поддавался соблазну — продолжал работать, остальных мы больше не видели.

— Госпожа Пак Сумин, — спокойно и совершенно холодно ответил я, твердо снимая ладонь начальницы со своей ноги, хотя ее поведение выходило за все границы разумного. — Я понимаю, что у вас есть ко мне дело. Давайте говорить о нем.

Пак Сумин удивленно посмотрела на меня, после чего фыркнула и вернулась на свое место.

— Права была онни, ты странный даже для северянина.

— Так в чем дело? — повторил я свой вопрос.

— Ты знаешь, почему тебя отправили на работу в InterConnect? — прямо спросила Пак Сумин.

— Распределение от ассоциации, компания только вступила в нее, и я стал первым…

— Чтобы потопить меня, вот зачем! — перебила меня Пак Сумин. — Ты как мина, Кан Ён Сок, которая должна была взорваться и окончательно отправить меня на дно.

— Не понимаю, причем здесь я, — честно ответил я.

Пак Сумин зло отвернулась и стала смотреть в окно, я же замолк, ожидая, что еще скажет мне эта странная девушка.

Связь с директором Юн Хян Мин, дорогая машина, охрана, замашки капризной фифы и неплохие навыки рукопашного боя. Чем больше я думал о личности Пак Сумин, тем отчетливее ощущал, как мою голову сдавливает обруч подступающей мигрени.

— Ты будешь моим ассистентом. Первое время посидишь на тикетах, наберешься немного опыта. Потом начнем работать вместе. Как закончим, я сделаю тебя начальником отдела, — выдала на одном вдохе девушка.

— Не хочу.

— Так вот… Что⁈ Что значит не хочу⁈ — взвилась Пак Сумин.

— Я не хочу становиться начальником отдела, — ответил я. — Мне это не нужно.

Мне нужно тихо пересидеть несколько лет и потом свалить из Южной Кореи.

— Я заплачу тебе двадцать миллионов вон. В месяц.

— Мне это не интересно, — ответил я.

Даже если она предложит миллиард, я не соглашусь. Не хочу иметь с этой историей ничего общего.

— Мне нужен помощник, — не унималась девушка.

— Попросите Ким Бон-Со, он с радостью согласится.

— Думаешь?

— Уверен. Даже с вашим первым предложением в десять миллионов… Он будет целовать ваши следы, — серьезно ответил я.

— Вот поэтому он мне не нужен, — ответила Пак Сумин. — А нужен ты.

— Не понимаю логики.

— Ты странный. Но тебя нельзя купить, у тебя нет связей на Юге. Ты человек из ниоткуда.

— Но вы же пытались.

— И провалилась. Значит, и другие провалятся. Поэтому мне нужен именно ты, — ответила Пак Сумин. — И только не говори, что ты не помогаешь людям. Сам полез ко мне в кафе, протащил за собой эту дурнушку Джин Су. Я вижу тебя насквозь, Ким Ён Сок.

— Я не позволю себя использовать. Или шантажировать, — ответил я, намекая, что если Пак Сумин попробует надавить на меня через подлог тестов, ничего хорошего из этого не выйдет.

— Значит, подумай о том, что тебя уже используют мои братья, — ответила Пак Сумин. — Ты пока разменная фигура, Ким Ён Сок. Когда настанет время, тебя поставят в такие условия, что ты из них не сможешь выбраться. Только чтобы опозорить меня.

При словах о братьях меня словно ударило током. Так значит, это семейные разборки? Если ее братья достаточно влиятельны, чтобы заставить InterConnect вступить в ассоциацию и отправить к ним стажера, то…

Я повернул голову и внимательно посмотрел на Пак Сумин.

— Теперь понял, в какой ситуации оказался, Кан Ён Сок? — с грустной улыбкой спросила Пак Сумин.

Скорее всего, меня подведут под нарушение NDA или даже уголовное преступление. Такие люди обычно не церемонятся и действуют наверняка. А как только я начну отсвечивать, на горизонте может появиться NIS. А если появится контрразведка…

Ладони резко похолодели, а мне вспомнился темный фургон, который я увидел по пути домой после встречи с Ким Аран.

— Онни сказала, что мне нужно предложить тебе что-нибудь ценное, — сказала Пак Сумин.

— Госпожа директор Юн Хян Ми? — уточнил я.

Пак Сумин в ответ коротко кивнула.

— Я сказал, мне не нужны деньги, — ответил я. — И вам нечего мне предложить.

— Если не хочешь быть начальником отдела, то пусть так, — сказала Пак Сумин. — Захочешь остаться в техподдержке обычным сотрудником — я просто буду тебе обязана. Пожелаешь, и сможем вместе пойти на самый верх, где тебя никто и пальцем тронуть не посмеет. Не посмеют даже смотреть на твою тень.

— Это мне не интересно, я уже говорил, — ответил я. — Я предпочту остаться в техподдержке.

— Тогда подумай о том, чтобы сделать меня своим должником, Кан Ён Сок, — сказала Пак Сумин. — Все, вроде приехали. Выходи.

Внезапно для самого себя я понял, что совершенно не следил за тем, куда едет машина. Выглянул в окно и увидел, что уже несколько минут мы стоим не у светофора, а на углу улицы, где я живу. Вон, виднеется подъезд моего дома.

Я молча вышел из машины и, хлопнув дверью, не оборачиваясь, пошел к себе. В голове роился десяток мыслей, красным транспарантом посреди которых висел самый главный вопрос.

«Что мне делать?»

* * *

После разговора с Кан Ён Соком ей надо было развеяться. Пак Сумин прямо сейчас сидела в элитном клубе в модном районе Сеула и одну за одной опрокидывала в себя стопки соджу. Водителя и охранника она отпустила — никогда не доверяла этим амбалам из охранной компании, ей всегда казалось, что они мигом ее продадут, едва придет достойное предложение — а домой доберется через штатных водителей клуба. Тут предоставлялись и такие услуги, и почему-то она была больше уверена в надежности этих людей, чем собственных телохранителях.

Но сейчас Пак Сумин надо было отдохнуть. Девушке хотелось выпить с того момента, как она перешагнула порог офиса, и когда она сказала об этом желании Юн Хян Ми, ее слова были совершенно искренни. Вообще большинство своих проблем молодая, но безрассудная Пак Сумин предпочитала топить в алкоголе. Так повелось с того момента, как она осталась одна.

— Нуна, хотите еще? — сладким голоском спросил Ли Кён-Сук.

Пак Сумин неопределенно махнула пальцами, наблюдая, как этот сладкий юноша трепетно наливал ей еще выпить. Молодой актер, он успел засветиться в паре телевизионных проектов, но довольно быстро ушел на дно. И сейчас зарабатывал в основном тем, что составлял компанию скучающим барышням и женщинам постарше. Красивый, спортивный, высокий. Будь он чуть умнее или чуть удачливее, смог бы стать айдолом, но судьба распорядилась иначе. Время Ли Кён-Сука стоило дорого, но Пак Сумин могла себе это позволить. Ее личный фонд был достаточно большим, чтобы ни в чем себе не отказывать.

— Хотите винограда? — спросил Ли Кён-Сук, в одной руке держа тарелочку, а в другой — двумя пальцами аккуратно сжимая крупную зеленую ягоду. — Нуна любит, когда этот Кён ухаживает за ней.

Зеленая сфера коснулась губ Пак Сумин и девушка медленно разжала зубы, позволяя вложить виноградину себе в рот.

— Хотите что-нибудь еще, нуна? Этот Кён может сделать вам массаж стоп, я вижу, как вы сегодня устали, — продолжал обхаживать Пак Сумин бывший актер. — Давайте я помогу вам снять напряжение.

Крепкие руки молодого человека скользнули по икрам Пак Сумин, мгновение, и вот одна туфля уже сброшена на пол, за ней последовала и вторая. Ли Кён-Сук спустился с дивана и, неотрывно глядя в глаза Пак Сумин, стал умело разминать ее стопы. Пальцы юноши скользили по стопе, разгоняя кровь, а его лицо почти касалось ее пальцев. Прошла буквально минута, и Пак Сумин окончательно расслабилась, откинув голову назад. Соджу теплым комом легла в районе желудка, на губах остался вкус винограда, чуть-чуть сдобренный ароматом крема, которым Ли Кён-Сук ухаживал за своими тонкими руками. Как ему удавалось сохранить ладонь такой изящной, учитывая, насколько крепкой была его спина и пресс?

Пак Сумин почувствовала, как ладонь Ли Кён-Сука скользнула по ее икре чуть выше, к бедру. Актер показывал, что вполне готов сегодня на чуть большее, нежели просто массаж ног.

— На что ты готов ради денег? — спросила Пак Сумин.

— Вы задаете сегодня странные вопросы, нуна, — улыбнулся юноша, целуя лодыжку девушки.

— Хорошо, а на что тогда ты готов ради меня? — перефразировала Пак Сумин.

— Все, что пожелает нуна, — улыбаясь, ответил Ли Кён-Сук, прижимая ногу девушки к своей щеке, будто это было величайшее сокровище.

В глазах Пак Сумин вспыхнул огонь. Чуть вывернувшись, она освободила свои ноги из рук Ли Кён-Сука, который продолжал все это время гладить ее по бедрам, и, наступив на грудь парня, повалила того на пол.

— На это тоже согласен? — спросила Пак Сумин, потянувшись большим пальцем ноги к губам Ли Кён-Сука.

— Если это нравится нуне, — все так же ослепительно улыбаясь, ответил парень, с готовностью открывая рот и обсасывая пальцы девушки.

Та готовность, с которой он выполнял все ее капризы, его податливость и услужливость пьянили. Сейчас парень нежно обхватил своими руками лодыжку и стопу Пак Сумин, с огромным удовольствием вылизывал ее стопу. Или делал вид, что ему это очень нравилось. Не важно, что он чувствовал на самом деле. Денег у Пак Сумин было достаточно для того, что она могла приказать ему практически что угодно. Наверное, она могла бы даже купить его жизнь, если бы постаралась.

Одним движением Ли Кён-Сук перехватил ногу Пак Сумин и заставил девушку опять сесть на диван. Сантиметр за сантиметром, этот угодник поднимался по ее бедру все выше и выше. Она почувствовала горячую и сухую ладонь Ли Кён-Сука на своем запястье, когда актер готовился уже подняться выше и впиться в ее шею. Он хорошо знал предпочтения Пак Сумин, и пусть сегодня все пошло немного иначе, Ли Кён-Сук прекрасно помнил, что делать дальше.

Думая о руках Ли Кён-Сука, Пак Сумин вспомнила узкую и холодную ладонь Кан Ён Сока, которой он так спокойно и почти бессердечно убрал сегодня ее руку. Почему она просто не может купить его? Почему этот проклятый северянин, на которого в итоге оказалось завязано столь многое, не может просто вести себя как верный пёс, который жаждет одобрения хозяйки? Она считала, что любого мужчину можно приручить. Деньгами, телом или обычной лаской. Но почему-то только этому северянину потребовалось нечто большее, как и предсказывала Юн Хян Ми.

Пак Сумин опустила ладонь на затылок Ли Кён-Сука и прижала его голову к себе, чувствуя как его руки поднимаются все выше и выше, а совершенно ровное и спокойное дыхание немного холодит шею. Разве оно должно быть таким? Разве он сейчас не должен задыхаться от бушующих в его молодом теле гормонов, ведь даже если ему платят, но вытворяя подобное нельзя оставаться равнодушным. Пак Сумин чувствовала, как постепенно сбивается и ее дыхание, так как Ли Кён-Сук может оставаться таким спокойным, словно змей? В твердом касании Кан Ён Сока было больше жизни, чем во всех поцелуях Ли Кён-Сука. Она почувствовала, что перед тем, как между ними взмыла ледяная северная стена, он чуть-чуть, но дрогнул. Как дрогнул бы любой живой человек. Все последующие его действия — лишь проявление воли.

Но как сдерживается Ли Кён-Сук?

— Хватит, — сказала Пак Сумин, но Ли Кён-Сук даже не отреагировал. — Я сказала, хватит!

Девушка с силой толкнула в грудь актера, который уже почти взобрался на нее сверху.

— У нас еще полтора часа, нуна, — напомнил Ли Кён-Сук.

— Я не в настроении, — ответила Пак Сумин, отворачивая в сторону голову, чтобы не смотреть в это прекрасное точеное лицо.

— Вам все равно придется оплатить это время по двойному тарифу, — мгновенно собрался Ли Кён-Сук, — ради вас мне сегодня пришлось срочно отказать госпо…

— Проваливай, — раздраженно бросила Пак Сумин.

В доказательство своих слов она потянулась к небольшому клатчу, из которого достала тугую пачку десятитысячных купюр и бросила их в Ли Кён-Сука.

Актер ловко поймал деньги, провел пальцем по краю пачки, прикидывая сумму, после чего ослепительно улыбнулся и напоследок сказал:

— Благодарю за щедрые чаевые, нуна.

— Выметайся, — не глядя бросила Пак Сумин.

Как только актер-жиголо скрылся за дверью, Пак Сумин потянулась за налитой рюмкой и, не чувствуя вкуса, опрокинула в себя соджу. Почему все стало так сложно? Зачем ее семья внезапно решила избавиться от нее?

Когда на совете объявили, что она больше не может прохлаждаться и должна заняться работой в одной из компаний конгломерата, Пак Сумин даже подумать не могла, что ее засунут в InterConnect. Это точно было дело рук ее двоюродного брата Пак Минхо. Этот ублюдок вечно ее донимал и еще с малых лет заявлял, что именно он рано или поздно заполучит место главы Pak Industries, унаследуя компанию от ее дяди, сводного брата отца Пак Сумин.

У Пак Ки Хуна было двое сыновей и два внука и внучка в лице Пак Сумин. Девушка никогда не претендовала на лидирующие позиции, оставляя всю эту возню мужчинам. Тем более, у нее был отец, который и заботился обо всех клановых вопросах. Папа всегда повторял юной Сумин, что для наследования компании она всегда может привести в семью достойного зятя, который примет дела после него.

Отца не стало, как не стало и его планов. Пак Сумин осталась с довольно большим личным фондом, а еще с долей в компании, которая причиталась отцу на правах сына главы Пак Ки Хуна.

И именно за эту долю сейчас развернулась борьба. Ее дяде и кузену было мало того, что она не вникала в дела компании. Они решили отобрать у нее все, подговорив не только деда на этот эксперимент, но и всю ближнюю и дальнюю родню, которая не претендовала на долю, но стремилась выслужиться перед новым хозяином.

Деду осталось недолго, это понимали все, в том числе и Пак Сумин. И пока он жив, она должна доказать, что чего-то стоит. Чтобы хотя бы вырваться из этой ситуации и взять свою долю Pak Industries деньгами. Но подобное решение может принять только глава компании. Если она не справится до смерти Пак Ки Хуна — останется на улице. Хотя, вполне возможно, ее просто больше никто никогда не увидит.

Вопросы о том, как ей быть, разрывали голову Пак Сумин. Не помогал ни элитный клуб, ни соджу, ни другие развлечения. Мысли роились в ее голосе, рискуя разорвать череп изнутри. Но была мысль, был вопрос, в существовании которого Пак Сумин даже не хотела себе признаваться.

Почему после встречи с Ли Кён-Суком, после этих нежных касаний и мягких поцелуев от красивого и услужливого мужчины, у нее из головы не идет грубая ладонь непокорного северянина на ее запястье?

Глава 13

Последующая неделя прошла относительно спокойно. Хоть я и купил себе новые очки, по совету госпожи Юн Хян Ми перешел на контактные линзы, да и люди относятся к человеку в очках с толстыми стеклами все же немного предвзято. В конце недели на банковский счет пришли деньги. В InterConnect платили дважды в месяц, и по-своему это было удобно. Никогда не возникало вопросов, как дотянуть до зарплаты, ты всегда был при деньгах.

Выплата пришла еще стажерская, за последние две недели, так что это были несчастные семьсот тысяч вон, большая часть из которых уйдет на оплату аренды моей коморки. Но у меня имелись кое-какие накопления даже после приобретения техники, так что я был решительно настроен отправиться за покупками.

Мне нужна была нормальная одежда, ведь я больше не дрожащий стажер, а молодой сотрудник отдела! А значит, пора прикупить пару рубашек и брюк, ремень, новые туфли и, возможно, даже пиджак. Некоторые коллеги ходили в пиджаках, хоть это было и не обязательно, и я вполне понимал этих мужчин. Пиджак крайне удобная и практичная одежда: летом в нем легко, поздней весной и ранней осенью — достаточно тепло, чтобы не носить куртку. Ты всегда выглядишь в пиджаке более презентабельно, чем в обычной одежде, даже если он сидит на тебе отвратительно.

Единственное, что я оставил неизменным — короткую стрижку. Пусть я и начал отращивать волосы, подражая южанам, но торчащие над ушами клочки бесили. Так что в парикмахерской мне чуть приподняли затылок и бока, сделав классический «горшок», который отлично укладывался двумя «шторами» на лбу. Я все больше и больше начинал походить на местного. Хотя, к моему удивлению, не все правильно восприняли мою новую стрижку.

— Я думала, ты опять подстрижешься коротко, — заявила Джин Су, когда мы вдвоем вышли на обед и попить кофе на кухне.

— С чего ты взяла? — спросил я, отправляя в рот очередной комок риса.

— Ну, у тебя же красивая голова, я думала, ты так хвастаешься, — ответила девушка.

— В смысле, красивая голова? — удивился я.

— Ну, почти у всех корейцев плоский затылок, — ответила девушка, похлопав себя ладонью по шее. — Поэтому и носят объемные прически, чтобы не показывать этот кошмар. А вот айдолы и актеры наоборот, временами стригутся коротко, чтобы похвастать головой. Особенно те, кто недавно отслужили в армии.

Я смотрел на Джин Су и не мог поверить в то, что слышу. Форма головы? Люди здесь на самом деле хвастаются формой своего черепа? Я конечно знал, что на юге все сильно иначе, чем дома, но о подобных вещах слышал впервые.

— Да ладно, — ответил я, опуская ладонь на затылок и щупая собственный череп. — Ты думала, я головой хвастаюсь?

— Угу, — ответила Джин Су. — А ты не знал?

— Не имел ни малейшего представления, — честно ответил я. — Коротко я стригусь, потому что привычно. И удобно. Да и выбор стрижек на севере не очень большой.

— Двенадцать причесок, одобренных партией?

— Они самые.

— Тогда чего передумал? — спросила Джин Су.

— Решил отращивать, чтобы больше походить на местных, вот и все, — ответил я.

— О чем печалитесь, новички?

Ким Бон-Со пружинящим шагом вошел на кухню и сразу же отправился к кофемашине.

— Хён, скажи, у меня красивая голова? — спросил я.

— Макнэ, тебе не нужно искать моего одобрения в таких вещах… — с прыгающими огоньками в глазах ответил Ким Бон-Со.

— Да я не об этом!

— Точно?

— Хён! Джин Су рассказала, что на юге стригутся коротко, чтобы похвастать формой головы! — выпалил я. — Соответственно, у меня есть два вопроса…

— Дай угадаю второй, — сказал Ким Бон-Со, протирая рожок кофемашины салфеткой, чтобы окончательно убрать следы старого жмыха.

— Так вы на первый-то и не ответили, хён…

— Форму твоей головы мы уже в отделе обсудили, — ответил Ким Бон-Со. — Все сошлись на том, что у тебя на самом деле правильной формы черепушка.

— А что второй вопрос? — спросил я.

— Какой второй вопрос? — удивился Ким Бон-Со.

В этот момент я завис, силясь понять, что сейчас вообще происходит. Джин Су, которая до этого тихо наблюдала за нашим разговором, прыснула в кулак, пытаясь сдержать хохот.

— Тебя очень просто запутать, макнэ, — улыбнулся Ким Бон-Со. — А второй вопрос в том, кто из вас хочет получить по-настоящему взрослый тикет?

Я даже среагировать не успел. Джин Су, словно тигрица, выпрыгнула вперед со своего места, едва не повиснув на Ким Бон-Со. А все очень просто — с того момента, как нас сняли с «лягушатника», мы отвечали только на типовые заявки о технических работах, что фичи находятся в разработке или о доступности обновлений. Так как софтом InterConnect пользовались по всей Корее и Азии, таких вопросов хватало с лихвой и они нас с Джин Су уже конкретно утомили. Просто потому что для ответа на них даже не надо было включать голову — просто копируй из одного окна и вставляй в другое, попутно меняя название фирмы-клиента и имена менеджеров.

— И, у нас победитель, — сказал мужчина. — Готовься, Кан Ён Сок, после обеда подойдешь ко мне.

— В смысле Кан Ён Сок⁈ — вскрикнула Джин Су. — Я же первая вызвалась!

— Да? — удивился Ким Бон-Со. — Так я думал, что победитель этот тикет брать не будет. Су-ян, откажись пока не поздно, честно тебе говорю. Пусть наш господин «красивый череп» разбирается.

Джин Су с удивлением посмотрела на старшего смены, потом перевела взгляд на меня и в ее глазах я прочитал то самое «прости». Как я столкнул ее когда-то под поезд менеджера Сима, так и она сейчас давала переехать меня загадочному тикету.

Кстати, Сим после знакомства с Пак Сумин в офисе больше не появлялся. Официальная версия — отсутствует по болезни, но все мы понимали, что больше он, скорее всего, не вернется. Госпожу Пак Сумин я тоже видел с момента нашей беседы всего пару раз. Казалось, она давала мне простор для маневра и время подумать над ее предложением, вместо того, чтобы давить и требовать ответа прямо сейчас. Тут чувствовалась незримая рука госпожи Юн Хян Ми, но утверждать наверняка я этого не мог.

После обеда, предчувствуя беду, я подошел к Ким Бон-Со.

— Ну что, готов? — спросил старший смены.

— Конечно, готов, — ответил я.

— Вот, смотри, я перекидываю тикет на тебя.

Ким Бон-Со сделал пару кликов, выбрал мое имя в списке и назначил ответственным за тикет.

— В чем подвох? — спросил я.

— Это нетипичная заявка, — сказал Ким Бон-Со, — я примерно знаю, в чем проблема, но хочется посмотреть, как ты справишься. Твое обучение все еще продолжается, пусть ты и получил этот бейдж.

Ким Бон-Со щелкнул ногтем по пластине с моей фотографией, которую я, как и все остальные сотрудники носил на фирменном шнурке на шее. Это было удобно, все датчики на этажах как раз висели на высоте болтающегося на шее ключа и иногда можно было даже руки не использовать — просто упасть на считыватель грудью, чтобы попасть на этаж.

— Что в ней нетипичного? — продолжал задавать я вопросы.

— Клиент жалуется, что перестали сохраняться задачи в системе, — сказал Ким Бон-Со. — Якобы, после прихода нового сотрудника от него в системе появляются задачи, но никакого содержания, описания или прикрепленных файлов нет, хотя новичок клянется, что все заполняет, как надо. У них работа уже частично встала из-за этого. Грешат на серверную сторону, что какой-то сбой.

— И что я должен сделать?

— Убедись, что это не мистика и не наша проблема, а трудность на стороне клиента, — ответил Ким Бон-Со. — Кстати, я тебе скинул еще и их номер телефона, позвони, пообщайся.

К телефонным разговорам меня еще не пускали, тут на самом деле все серьезно.

— А логи смотрели? — спросил я.

— Какие логи?

— Ну, изменения задачи, редактирования записей, может, это кто-то специально делает…

— Исключено. В отделе там два человека. Заявитель бага и новичок. Там просто некому заниматься вредительством. Да и логи ведутся только на открытие-закрытие задачи или при смене ответственного, сам знаешь. А те задачи дальше новичка никуда не уходили.

— Мистика какая-то… — протянул я.

— И не говори. Ну-с, разбирайся! — улыбнулся Ким Бон-Со и подтолкнул меня в спину, прочь от своего стола. — У тебя есть два дня, до пятницы. В это время делаешь только половину нормы по обычным заявкам, остальное — на расследование!

— Понял! — я чуть поклонился, чем вызвал очередной приступ смеха у Ким Бон-Со, и отправился за свой стол.

— Ну что там? — с любопытством спросила Джин Су, выкатываясь из-за своего стола в проход. Мы опять сидели рядом, только теперь спина к спине. По лицу девушки было видно, что ее снедают сомнения, и она уже успела десять раз пожалеть, что отказалась от сложной задачи.

— Какой-то триллер, — честно ответил я. — Тут или я дурак, или клиенты, или все вместе.

— Расскажи! — в глазах Джин Су загорелся огонь. — Я как раз разгреблась, есть минутка…

Я вкратце пересказал то, что поведал мне Ким Бон-Со о проблеме.

— И вправду, мистика, — согласилась Джин Су. — А так вообще бывает, что содержимое записей пропадает?

— Вот в этом мне и надо убедиться, — ответил я. — Как говорил хён? Самый правильный ответ всегда самый очевидный.

— Вообще-то он говорил, что клиентам верить нельзя, — поправила меня Джин Су.

— Это он говорил потом…

— Может быть, — согласилась девушка. — Ну, удачи, оппа!

По голосу Джин Су я понял, что для себя девушка решила, что не прогадала. Заявка и вправду выглядела странной и непонятной, и как эту проблему решать — я не имел ни малейшего представления.

Первое, что я сделал — подключился по RDP к серверу на клиентской стороне. У каждого клиента, которому компания оказывала услуги технической поддержки и сопровождения, на сервере была развернута отдельная виртуальная машина с учетной записью, которая имела доступ в большинство разделов системы учета и документооборота, за исключением бухгалтерских данных. Их обычно хранили отдельно. Эта виртуалка позволяла ставить эксперименты на «боевой» базе клиента и в режиме реального времени мониторить происходящее.

Конечно, с точки зрения информационной безопасности такая схема подключения была одним огромным решетом, потому что если бы я захотел, то таких бы дел наворотил на клиентской стороне, что никакие бы бэкапы не помогли. Останавливало только то, что подключение по RDP четко фиксировалось на нашей стороне через систему мониторинга активности сотрудника, и найти концы в случае акта кибервандализма не составит никакого труда. В какой-то момент у меня даже зачесались руки, захотелось покопаться в задачах и данных, но пришлось загнать обратно в омут подсознания внутреннего Серого Дракона и вернуться к роли Кан Ён Сока.

Я просто маленький саппортяшка, который решает маленькие проблемы клиентов InterConnect. Вот, хотя бы взять эту историю с исчезающим содержанием задач в системе.

Самый очевидный ответ — самый правильный. Первым делом я зашел в тестовый раздел системы на стороне клиента, который использовался как помойка-песочница, и попробовал создать задачу. Заполнил поля какой-то чушью, заасайнил сам на себя и принялся гипнотизировать экран, в ожидании, когда данные исчезнут, ведь сохранилось все корректно. Может, дело в слетающей кодировке? Используют какой-нибудь спецсимвол, который прикладывает на лопатки запись в БД?

Подтянув рукава, я положил руки на клавиатуру и стал строчить письмо клиенту.

' Уважаемый клиент Ли Чи А!

Благодарим вас за обращение в службу технической поддержки пользователей компании InterConnect!

Уважаемый клиент, ваше обращение было принято в работу и на данный момент наши специалисты работают над выяснением причин, по которой у вас не сохраняется содержимое недавно созданных задач.

Пожалуйста, для ускорения процесса работы над вашей заявкой предоставьте службе технической поддержки следующие данные:

— скриншот раздела с созданной заявкой;

— скриншот заполненной заявки;

— скриншот той же заявки без содержимого.

Обращаем ваше внимание, что в процессе создания снимков экрана в кадре должны находиться системные часы в углу экрана с датой и временем, когда был сделан снимок.

С нетерпением ожидаем запрошенную информацию.

Благодарим за обращение в службу технической поддержки'.

— Ну как? — спросил я у Джин Су, сбрасывая текст письма. — Что скажешь?

— Вроде неплохо, перекинь сонбэ, — ответила Джин Су.

— Думаешь, стоит показать?

— Уверена. Хотя бы, чтобы он тебя похвалил, — пожала плечами Джин Су. — По мне письмо составлено идеально.

Я послушался совета Джин Су и перекинул текст письма хёну, который сидел на соседнем от нас ряду через два компьютера.

— Ты уверен? — послышалось с места Ким Бон-Со.

Я сорвался со своего места и подошел к компьютеру хёна.

— Что-то не так?

— Нет, все отлично, — с загадочной улыбкой ответил Ким Бон-Со. — Просто хотел убедиться в том, что ты ничего не хочешь добавить. А так, если все написал — отправляй.

— Понял, — кивнул я.

Остаток дня прошел в экспериментах на виртуальной машине и в ожидании ответа от клиента. Все было бы проще, если бы я сразу позвонил, но протокол требовал вести сначала переписку и вступать в прямой контакт с клиентом по телефону только в случае возникновения задач с критическим или блокирующим приоритетом. Ким Бон-Со определил статус этого тикета как «высокий», то есть достойный индивидуального ведения одним из сотрудников, так что причин садиться на телефон у меня пока не было.

Удивительно, но весь мой опыт хакера оказался в реальной работе почти бесполезен. Мне не нужно было никуда вламываться или искать уязвимости, а наоборот, меня охотно пускали в систему. Реальная же сторона работы техподдержки была крайне непримечательна. Бесконечная рутина, однотипные заявки и ответы на одни и те же вопросы одним и тем же людям. По норме, за смену каждый сотрудник должен был обрабатывать не менее полусотни тикетов, а так как наша компания вела активную разработку, а клиентов у нее было много, то и заявки сыпались, как из рога изобилия.

Причины обратиться в техническую поддержку у людей были самые разные. Не могли найти кнопку, которую разработчики передвинули на двадцать пикселей влево или немного переименовали, проблемы с логином, вопросы по улучшению функционала и прочие обращения, временами больше похожие на спам.

Основная задача нашего отдела — выступать фильтром между разработкой и клиентами, первыми реагировать на сбои и собирать обратную связь. Так, во всяком случае, все это выглядело на бумаге и в памятках. На самом же деле мы просто вели переписку с людьми, у которых было слишком много свободного времени.

Этот новый сложный тикет интриговал меня, но и в то же время ставил в тупик. Для исчезновения информации не было никаких причин и я уже стал думать на тему того, что внутри компании завелся взломщик, который саботирует работу конкретного отдела. Но зачем? У любого взлома есть цель. Или исследовательская, или финансовая. Каков мотив на этот раз?

Эти мысли вылетели из моей головы, едва я переступил порог офиса. Уже подходя к метро, я почувствовал, как завибрировал мой карман. Это был дядюшка Бо.

— Ён-кун! Как ты там⁈ — послышалось в динамике.

— Здравствуйте, дядюшка Бо. Тружусь, все хорошо!

— Отлично! А то тебя давно не слышал, уже заволновался, как там твои дела?

— Совсем закрутился, дядюшка Бо! — я почувствовал себя виноватым, ведь я на самом деле совершенно забыл о наших договоренностях после истории с появлением в отделе госпожи Пак Сумин. — Вы сейчас дома?

— Дома, дома, Ён-кун!

— Давайте сделаем мяса! Я зайду! — сразу же предложил я.

Дядюшка Бо отказываться не стал. По голосу было слышно, что мужчине хочется с кем-нибудь пообщаться, так что он будет рад моей компании. Мне тоже стоило проветрить голову, ведь загадка исчезающих данных в задачах меня так и не отпускала.

Да и мяса я давно не ел, все по привычке давился рисом и кимчи, или перехватывал в мини-маркете каких готовых продуктов или рамёнов быстрого приготовления. Уже по пути домой, на Хондэ, я взял у палаточника четыре шашлычка на шпажках, зашел в магазин за свининой и, немного подумав, прихватил пару бутылочек соджу. Посидим, поговорим. Кроме дядюшки Бо других знакомых, с кем бы я мог встретиться за пределами офиса, в Сеуле у меня не было.

Глава 14

— Эй! Кан Ён Сок! Куда собрался⁈

Этот окрик с отчетливым северным акцентом заставил меня замереть прямо у подъезда.

Ким Аран на этот раз пришла одна, без сопровождения, что выглядело немного подозрительно.

— Домой иду, — соврал я. Домой я планировал только заскочить и оставить рюкзак с ноутбуком, а потом прямой наводкой к дядюшке Бо, благо жил мужчина вот тут, буквально в соседнем доме через улицу.

— Я за деньгами пришла, — сказала Ким Аран.

— Тогда зря пришла одна, — ответил я генеральской дочурке. — Я ничего больше тебе платить не буду.

Не успел я закончить, Ким Аран подскочила и схватила меня за шнурок бейджа, который я так и не снял со своей шеи.

— Что, сдохнуть хочешь⁈ — прорычала мне прямо в лицо девушка. — Плати как и все, Ён Сок, или я тебя…

— Что ты меня? Изобьешь? — с гадкой улыбкой спросил я. — Как дела в общежитии после того вечера? И чего не пришла за мобильниками? Мне пришлось выбросить их на помойку, не вечно же…

Ким Аран попыталась пнуть меня коленом в пах, но я следил за ее движениями и успел отодвинуть таз назад, чтобы удар пришелся на низ живота. Было больно, но терпимо.

— Думаешь, если получил этот ошейник, то теперь перестал быть одним из нас? — прошипела Ким Аран, с силой отталкивая меня. — Ты все еще бесправный северный мусор, Ён Сок! Знаешь, что о тебе думают южане⁈

— Те, с кем я работаю, довольно милые люди, получше наших будут, — честно ответил я, почему-то вспоминая при этом совершенно неуравновешенную и откровенно опасную Пак Сумин.

— Продался южанам, значит⁈

— Странно слышать это от беглянки, которая с поклоном приняла паспорт Намджосона, как и все остальные, — хлестнул я в ответ.

Эти слова взбесили Ким Аран. Девушка резко опустила руку в карман своей неизменной курточки, которую сейчас носила поверх короткого топа, а через мгновение в ее руке блеснуло лезвие ножа-бабочки.

— Точно сдохнуть захотел, ублюдок… — почти ласково сказала Ким Аран.

Это только в боевиках противника с ножом можно обезвредить парой точных ударов по запястьям, или вообще перехватить оружие. Реальность же такова, что если Ким Аран схватит меня за плечо, шею или проклятый ремешок бейджа и наклонит чуть к себе, то ничто не помешает сделать из моего брюха решето.

Я попытался отскочить в сторону, чтобы получить призрачный шанс убежать, но было слишком поздно. Девушка уже прыгнула вперед и, прижав меня всем весом к стене, прислонила лезвие к моей щеке.

— Я тебя на ремни порежу, гаденыш, — сказала Ким Аран, заглядывая мне в лицо. — Еще раз я услышу от тебя подобное неуважение, ты сдохнешь, понял меня⁈

Свою жизнь я ценил, как ценил и целостность собственного лица и тела, так что пришлось в ответ лишь коротко моргнуть.

— Семьсот тысяч переведешь мне на карту прямо сейчас, — бросила Ким Аран, с силой толкая меня в грудь. Если бы не рюкзак, то я неплохо приложился бы затылком о стену. — Еще полтора миллиона занесешь через неделю, за беспокойство. И не отпирайся, гаденыш, я вижу, что ты прошел стажировку, значит и платить тебе стали больше.

— Это слишком много, — ответил я. Нельзя молча соглашаться на всю сумму, иначе в следующий раз такса поднимется. Даже в такой ситуации мне надо торговаться. — Мне на жизнь ничего не останется.

— Пожрешь травы, не сдохнешь, — ответила Ким Аран. — Или воруй печенье на работе, у вас же там есть в офисе кухня? Ну, вот и славно. И скажи спасибо, что я такая добренькая. А, ну и ты должен еще пять миллионов за телефоны и невыполненную работу, это я записала в твой долг под процент.

— Какие еще пять миллионов⁈

— Ну, на прошлой неделе было четыре, — фыркнула Ким Аран, поднимая повыше нож. — Но ты же не выполнил порученную тебе работу, так? И телефончики выбросил. Так что должен. И за телефоны, и за беспокойство и, дай подумать… Вот! За моральный ущерб. Как тебе?

Это было плохо, очень плохо. Обычно на такой счетчик ставили тех, кто влезал в долги сам, проигрываясь в азартные игры. Тут же меня решили прокатить по отлаженной схеме с немного другим контекстом. Но результат останется тот же. Не буду платить — банда Ким Аран переломает мне руки и ноги. Пусть на словах мы были гражданами этой страны, в разборки китайской диаспоры и северян полиция не слишком влезала, считая нас недостойными траты сил и ресурсов. Все равно северная община по привычке все заминала и замалчивала, тут преступление не раскрыть и отчетность не поправить.

— Я все понял, — склонил я голову.

— Бабки переводи, давай-давай, — стала командовать Ким Аран, размахивая ножом, словно дирижерской палочкой.

Пришлось доставать смартфон и переводить ей деньги. Семьсот тысяч — почти все, что оставалось у меня на счету. Чтобы как-то прожить до следующей зарплаты, придется лезть в кубышку.

— Хорошо, — кивнула Ким Аран, заглядывая в свой смартфон. — Все, иди, и запомни этот вечер, Кан Ён Сок. Тебе некуда бежать.

Едва девица скрылась за углом, я выдохнул и вошел в подъезд своего дома. Хороший выдался вечерок, нечего сказать. Можно сказать, отделался легким испугом.

В груди поднималась ярость. Хотелось взять и растоптать Ким Аран. Моих способностей достаточно, чтобы собрать на нее такое количество дерьма, что сеульской полиции даже с места вставать не придется, чтобы засадить и Ким Аран, и всю ее банду за решетку. Но мне нельзя светиться, а если сделать все анонимно, то возникнут вопросы, кому это было выгодно. А я как раз нахожусь в состоянии публичного конфликта с этой дрянью. Вычислят меня на раз-два, если не полиция или NIS, то те выродки, которые крышуют северокорейскую диаспору на юге.

Как и всегда, надо сжать зубы и жить дальше. Герои и те, кто идут против течения, обычно плохо кончают. Я сделал свой выбор, я знал, что в бегах будет нелегко, так что нечего обесценивать все свои усилия. Я просто хочу для себя лучшей жизни, чем та, что я оставил на севере.

Когда я поднялся на свой этаж, то сразу же почувствовал, что что-то не так. Едва я вставил ключ в дверной замок, дверь в мою квартиру распахнулась, а меня схватила пара крепких рук.

— Иди сюда, гаденыш, — прорычали из темноты. — Сейчас мы закрепим урок от Аран-ним.

Как только меня затащили внутрь, я получил удар по затылку. Темная комната качнулась, пол рванул навстречу, а что было дальше — я уже не помнил.

Очнулся я, когда солнце было уже высоко, от того, что кто-то хлещет меня по щекам, пытаясь привести в чувство.

— Эй! Ён-кун! Очнись!

Комната шла кругами, а надо мной стоял Ким Бон-Со собственной персоной.

— Тут что случилось вообще⁈ — встревоженно спросил мужчина. — Ты не пришел на работу, не отвечал на звонки!..

— Не пришел на работу? — тупо спросил я. — А который час?

— Да у тебя вся голова разбита! Давай, вставай, поедем в больницу.

— Не надо в больницу, там же платно все… — пробормотал я, вспоминая все те ужасы, которые рассказывали о платной медицине за границей. Дома очень гордились тем, что всех лечили хоть и плохонько, но за счет государства.

— Дурак ты, Ён-кун! — воскликнул Ким Бон-Со. — Конечно тебе надо в больницу. И страховка у тебя должна быть, без нее на работу к нам не приняли бы! Так что давай, хватайся за меня и поехали, тут недалеко Синхонский госпиталь…

— У меня все равно денег нет, даже по страховке оплатить… — пробормотал я, мутным взглядом осматривая комнату.

Мысли двигались медленно и лениво. Мне нельзя отсвечивать, а сейчас на моем счету всего десяток тысяч вон и больше ничего. И денег взять неоткуда. Все мои вещи были вывернуты вверх дном, а небольшая сумка, на дне которой я хранил свою заначку, распотрошена с особым цинизмом. Хорошо хоть тайник с флешкой-кошельком я обустроил надежно и она в безопасности… Даже ноутбук с телефоном сломали. Выжила, как не странно, только рисоварка, хоть и ей досталось: какая-то скотина запустила бытовой прибор в стену, но красно-белое яйцо уцелело.

— Да сдались тебе те деньги, если помрешь! — вызверился Ким Бон-Со.

Я почувствовал, как крепкие руки хёна открываю меня от пола, после чего Ким Бон-Со на своем горбу потащил меня из квартиры. Он что, потащит меня вот так до самого госпиталя?

К моему удивлению, нас у подъезда ждал старенький седан, на заднее сидение которого меня и усадил начальник.

— Все, давай, поехали, поехали! Ты бледный, как смерть, Ён-кун. Посмеешь сдохнуть в моей красавице, я тебя на том свете достану! Будешь у меня вечность тикеты разребать, понял⁈

Я вяло кивнул. Ким Бон-Со выглядел конкретно напуганным, видимо, выглядел я совсем плохо.

Сраная Ким Аран со своими мутными делишками, я до тебя доберусь! Я тебя в порошок сотру, только дай выбраться из этого всего… Уже когда мы подъехали к госпиталю, я опять потерял сознание, но на этот раз я знал — со мной все будет хорошо, хён обо мне позаботится.

* * *

— Алло, — Пак Сумин сняла трубку, едва телефон моргнул экраном входящего звонка.

С самого утра, как Кан Ён Сок не явился на работу, ее терзали нехорошие предчувствия.

— Госпожа руководитель отдела, это Ким Бон-Со, — донеслось в трубке.

— Ну что там, проведал прогульщика? — спросила девушка, медленно передвигая курсор из одной ячейки таблицы Excel в другую.

Близилось время ежемесячного отчета, а у нее тут кони не валялись. Даже понимая, что ей нужно внести из данных, это было все очень долго и утомительно. Пак Сумин казалось, что она станет обращаться с техникой получше, но, как говорится, ей было не дано. Скорость ее работы все еще была крайне неудовлетворительной.

— Я завез Ён-куна в больницу, — ответили в трубке.

— В смысле, в больницу? Так напился, что на капельницу понадобилось? — фыркнула Пак Сумин. — Заварил бы ему острого рамёна, раз уж он такой непривычный к нашей соджу…

— Госпожа начальник отдела, на Ён-куна напали, — голос у Ким Бон-Со был крайне серьезный. — В его же квартире. Сильно избили, разбили голову, разгромили квартиру. Сам он говорить отказывается, а как в больнице узнали, что он северянин, даже вызывать полицию не стали. Сказали, только время тратить.

Голос в трубке затих.

— Понятно, — сказала Пак Сумин. — Хорошая работа, Ким Бон-Со, в офис сегодня можешь не возвращаться, тут пара часов осталась.

— Благодарю вас, госпожа Пак Сумин, я тогда еще побуду с Хубэ.

— Хорошо, держи меня в курсе, если что-то случится, — ответила девушка и положила трубку.

Вот это конечно были новости. Стоит ли ей вмешаться или отойти в сторону и подождать, к чему вся эта ситуация приведет? Кан Ён Сок оказался не так и прост, у него тоже были враги. Но по сравнению с противниками Пак Сумин какие-то местные бандиты это просто мелочевка. Так может ей стоит сыграть в заботливую нуну, чтобы потом выставить Кан Ён Соку счет?

Почти до конца рабочего дня Пак Сумин занималась своими делами — то есть воевала с таблицами Excel — как ее телефон опять зазвонил.

— Чего тебе? — сразу же спросила девушка, едва приняла вызов.

— Сумин-ян! Ну чего же так грубо говоришь со своим оппой?

— Ты мне не оппа, Пак Минхо, — ответила Пак Сумин. — Чего звонишь?

— Хотел поинтересоваться, как у тебя дела? Как твой стажер от ассоциации? — спросил Пак Минхо.

— А чего это тебя это интересует? — спросила Пак Сумин.

— Ну как же. Это первый северянин, которого мы приняли на работу. Ты же в курсе, каких усилий нам стоило провести этот проект через совет? На кону репутация компании и всей семьи Пак, — ответил Пак Минхо. — Я просто беспокоюсь, как ты справляешься с этой ответственностью.

— Все под контролем, не стоит волноваться, — ледяным голосом ответила Пак Сумин, хотя ее пальцы с такой силой сжимали смартфон, что, казалось, металлический корпус вот-вот начнет гнуться. — Стажер под полным контролем.

— О, ну тогда я спокоен, — в голосе Пак Минхо ощущалась насмешка. — Если будет нужна помощь, всегда звони.

— Не переходи черту, Пак Минхо.

— Счастливо, Сумин-ян, — ответил собеседник и положил трубку.

Едва вызов прервался, дорогой яблочный смартфон едва не полетел в стену. Остановило Пак Сумин только то, что в офисе было еще слишком много народу, не стоит поднимать шум.

Сделав несколько вдохов и выдохов, Пак Сумин опять обратилась к телефону.

— Алло, нуна, нужно поговорить, — не давая вставить и слова собеседнице, протараторила Пак Сумин. — Через пять минут буду у тебя в кабинете.

— Пак Сумин, послушай… — начала Юн Хян Ми, но Пак Сумин уже положила трубку.

Ей нужен совет. Этот ублюдок, Пак Минхо, уже все пронюхал. Она знала, что за ней следят, но чтобы информация доходила настолько быстро? Что могут предпринять люди Пак Минхо? Раздуть скандал с криминальными связями Кан Ён Сока? Слишком глупо, они сами приняли его на работу через ассоциацию, она пришла на свое место позже и сможет легко отбиться от подобных нелепых обвинений. Тогда что же? В любом случае, даже если Кан Ён Сок не примет ее предложения, ей следует строго следить за тем, что происходит с северянином, ведь его в любой момент могут как-то использовать против нее.

— Нуна! — ворвалась в кабинет директора по персоналу Пак Сумин.

На столе для совещаний лежали какие-то документы, на треноге стоял проектор. Было видно, что Юн Хян Ми в срочном порядке пришлось сворачивать какое-то совещание.

— Если это какая-то чепуха, то ты об этом пожалеешь… — раздраженно потирая виски, сказала Юн Хян Ми. — Что уже случилось? Не можешь составить отчет?

— Кан Ён Сока избили до полусмерти и он сейчас в больнице, а через пару часов мне звонит Пак Минхо и интересуется, как дела у северянина, — выпалила Пак Сумин, с размаху приземляясь на диван для посетителей. — Как тебе такое, нуна?

— Ладно, это звучит серьезно, — ответила Юн Хян Ми, глядя на подругу сквозь пальцы. — Ты думаешь, это подстроил Пак Минхо?

— Не исключаю. Но точно знаю, что он следит за тем, что происходит в моем отделе, — ответила Пак Сумин.

— Конечно же следит, — фыркнула Юн Хян Ми. — Ко мне-то ты зачем пришла?

— Мне нужна твоя помощь, нуна.

— Какого рода? Могу помочь советом, — махнула пальцами Юн Хян Ми.

— Если Кан Ён Сок не сможет ходить на работу, то сотрудничество с ассоциацией провалится, — ответила Пак Сумин.

— Рада, что ты это понимаешь.

— Не издевайся, нуна!

— Нет, я искренне, — ответила Юн Хян Ми. — Ты растешь, Сумин-ян.

— Надо решить вопрос с нападавшими.

— Заяви в полицию.

— Ты знаешь, как относится полиция к делам северян. Судя по словам старшего смены Ким Бон-Со, сам Кан Ён Сок не хочет давать делу ход. Как думаешь, почему?

— Потому что это дела внутри диаспоры, — мигом ответила Юн Хян Ми.

— Вот и я так думаю, — ответила Пак Сумин. — Он слишком серый и незаметный, чтобы нажить себе таких врагов за полгода в Сеуле. Это могли быть только другие северяне. Что-то не поделили.

— Хочешь в этом разобраться? — спросила Юн Хян Ми. — Я слышала, там не все так гладко, как пишут в новостях. Рэкет, поборы, бандитизм. Многие выходцы с севера в итоге оседают в китайских районах, где занимаются непонятно чем.

Пак Сумин на секунду застыла, размышляя.

— Ну и главный вопрос, — продолжила Юн Хян Ми. — Как отреагирует на это сам Кан Ён Сок? Ты же еще не отказалась от идеи приблизить его к себе? А вдруг ты накопаешь, чего тебе знать не стоит?

— Я думала обратиться к чопокам или ганпхэ, чтобы они просто переломали там всем ноги, — ответила Пак Сумин. — Они как раз обычно не в ладах с китайцами и взялись бы…

— Ох… Нельзя! — перебила ее Юн Хян Ми. — Пак Сумин, ты себя слышишь вообще? Ты головой думаешь? Какая мафия, какие банды⁈ Тебя Пак Минхо на клочки порвет за такое!

— Тогда что мне делать? — прямо спросила Пак Сумин, глядя на старую подругу.

Юн Хян Ми тяжело вздохнула, отвела взгляд, после — внимательно посмотрела на Пак Сумин, после чего потянулась к телефону.

— Я скину тебе контакт, это мой старый друг, он работал с папой. Он тебе поможет, если скажешь, что от меня.

— Старый друг? — удивилась Пак Сумин.

— Это Мун Джин, — коротко ответила Юн Хян Ми.

— Тот, которого твой отец выпер за то что вы с ним… — начала Пак Сумин, но директор по персоналу посмотрела на нее таким испепеляющим взглядом, что девушка мигом заткнулась.

— Еще слово и сама все будешь решать. А так мы просто старые друзья, вот и все. Сумин-ян он точно не откажет. Сейчас он работает в какой-то частной компании, я особо не вникала, но слышала, что берет разные заказы. И связи в нужных кругах у него тоже есть.

— Спасибо тебе, нуна, — склонила голову Пак Сумин.

— Просто не создай еще больше проблем, чем уже есть, — выдохнула Юн Хян Ми, нажимая на кнопку «отправить».

Пак Сумин была готова действовать. Как отреагирует на это Кан Ён Сок — уже дело десятое, сейчас новоиспеченного руководителя отдела технической поддержки компании InterConnect волновали не чувства стажера, а сам факт его выживания. Ведь если Кан Ён Сока в итоге забьют до смерти в какой-нибудь разборке, в первую очередь от этого пострадает сама Пак Сумин, как бы она не пыталась переложить вину на Пак Минхо. Сегодня старший братец однозначно дал ей это понять своим звонком.

Глава 15

Ким Аран устало развалилась на полу перед небольшим столиком и лениво щелкнула пультом телевизора. Хотя бы ради южнокорейских дорам стоило сбежать с этого сраного севера! Не говоря уже о горячей воде, круглосуточном электричестве и вкусной еде. Единственная проблема — деньги, их нужно было много и они нужны всегда, но и тут Ким Аран все смогла устроить как нельзя лучше.

С Кан Ён Соком все прошло гладко. Конечно, Ким Аран понимала, что этот червь отчаянный малый и если слишком сильно надавить на него, то он может начать делать глупости, как когда они вышли на него бандой и он схватился за разбитую бутылку. Но сейчас у нее получилось подловить этого гаденыша, подловить без лишних свидетелей, да и ситуация изменилась.

Ким Аран прекрасно понимала, что бесконечно доить Кан Ён Сока не выйдет. Затея подрядить его разгребаться с телефонами и прочей техникой с треском провалилась, да и по общежитию и остальной диаспоре поползли всякие слухи. Если бы она на самом деле порезала этого гаденыша, то проблем стало бы больше, чем даже можно представить. Но вот Кан Ён Сок благоразумно решил не проверять, как далеко может зайти Ким Аран, и ее призом стали семьсот тысяч вон с его банковского счета, которые обеспечат ей еще пару дней приятной жизни.

Слова о постановке на счетчик были чистой воды блефом, который, впрочем, Кан Ён Сок не захочет проверять. Ким Аран сделала все для того, чтобы заложить в голову Кан Ён Сока простую мысль: надо валить и рвать все связи с северянами. Он бы и так рано или поздно съехал с этого района куда-нибудь поближе к офису, выйдя из зоны досягаемости Ким Аран — никто в здравом уме не будет гоняться за этим придурком по всему Сеулу — но перед этим она смогла сбить с него немного денег. А история о том, что он стоит на счетчике в пять миллионов вон только ускорит переезд этого умника, а вместе с ним уйдут и разговоры о том, что Ким Аран занимается беспределом.

Конечно, все можно было бы решить мирно. Просто поговорить с этим червяком и прямым текстом заявить, чтобы он сваливал на другой берег, подальше от делишек Ким Аран. И, скорее всего, он бы даже послушался и сделал все в лучшем виде, но подобное разрешение конфликтов было не в духе Ким Аран. Если бы Кан Ён Сок уехал с района мирно и без оплаты, это бы серьезно зацепило ее гордость. А еще пошли бы разговоры в банде, что Ким Аран размякла, и ее авторитет мог бы пошатнуться в очередной раз.

Так что она немного помахала ножичком перед носом этого червяка, сделала страшное лицо и без боя получила за это семьсот тысяч вон. А все сложилось так легко, потому что для Кан Ён Сока это было дешевле, чем драться с ней, нарываясь на удар ножом, ведь он сам точно думал о переезде.

При воспоминании белоснежной рубашки и темно-коричневого пиджачка, в котором щеголял этот мусор, у Ким Аран сжались зубы. Все северяне так или иначе занимались на юге черновой работой, будь они хоть трижды специалистами на севере. В белые воротнички выбивались единицы, да и те, кто сотрудничал с разведкой и имел какую-то ценность. А вот этому выродку несказанно повезло, посчитали талантливым, заметили какие-то зачатки знаний и умудрились запихнуть в IT-компанию.

И теперь этому гаду будет достаточно просто ходить на комфортную офисную работу с кондиционером и бесплатным кофе, когда ей, Ким Аран, для жизни придется постоянно марать руки и ждать удара в спину.

— Ким Аран, можно? — поскреблись в дверь.

— Цой Чимин? Ты? Заходи давай, — крикнула Ким Аран.

Что-то он долго. Цой Чимин и еще пара парней стояли на подхвате в подъезде, на случай, Если Кан Ён Сок все же полезет в драку, и должны были свалить сразу после Ким Аран, но прошло уже почти полчаса.

— Где тебя носит⁈ — вызверилась Ким Аран, не отрывая взгляда от экрана телевизора. — Притащи мне пива!

— У меня есть кое-что получше, — по голосу Цой Чимина было слышно, что он крайне доволен собой.

Мужчина подошел к Ким Аран со спины, поставил банку с пенным, а рядом легла тугая пачка десятитысячных купюр. На глаз — миллиона три вон, не меньше.

— Это еще что такое? — спросила Ким Аран, кивая на деньги.

— Как что? Подарочек, — улыбнулся Цой Чимин, усаживаясь на свободный дзабутон.

— Ты где их взял? — продолжила спрашивать Ким Аран, чувствуя, что случилось что-то плохое.

— Как где? Нам с парнями было скучно стоять в подъезде, вот, Ли Сок квартирку нашего друга вскрыл. Там дел на пять секунд было, — улыбаясь и отпивая из банки, ответил Цой Чимин. — Ты пересчитай, тут нормально денег. И че смотришь по телеку? Это какой-то новый сериал?

— Вы что натворили? — тихо спросила Ким Аран, неотрывно глядя на деньги.

— Ты что, боишься этого сосунка? Мы его нормально так отделали, чтобы не думал рыпаться, — хохотнул Цой Чимин

— Идиот! Я хотела его припугнуть, чтобы он тихо свалил с района и глаза больше не мозолил! Эти деньги — его заначка⁈

— Ну да, — ответил Цой Чимин, искренне не понимая, в чем проблема. На плоском землистом лице северянина было написано удивление. — Он же столько проблем доставил тебе, вот, мы и подумали, что напоследок стоит потрясти посильнее… Так сказать, плата за моральный ущерб.

— Какой еще моральный ущерб, дебил⁈ — взвилась Ким Аран, вскакивая на ноги и начиная ходить по комнате туда-сюда. — Он хоть живой остался?

— Да конечно живой! Бошка у него крепкая оказалась, да и мы с парнями поработали нежно, — ответил Цой Чимин. — Через полчаса оклемается, ничего ему не будет. Мы же аккуратно. Взяли бабки, пригрозили еще разок, ну и чуть шухера навели. Никто этого червяка убивать не собирался, успокойся…

Цой Чимин попытался поймать Ким Аран за колени и притянуть к себе, но в ответ получил только хлесткий шлепок по ладоням. Сейчас генеральская дочурка судорожно решала, что делать дальше.

Отжатые бабки — это хорошо. За ними Кан Ён Сок точно не придет и ныть не будет, она уже позаботилась о том, чтобы все общежитие и диаспора были в курсе, что он стоит на счетчике. К должникам тут никакого сострадания не было, как говорится, надо жить, думая головой, во что влезаешь. Так как раньше Ким Аран никого так грубо не подставляла, то с Кан Ён Соком разок эта история прокатит. Но вот то, что у него отобрали все имеющиеся деньги, могло стать проблемой. Банда была в курсе, что Кан Ён Соку платить через неделю. О ее планах выдавить этого гаденыша с района и из диаспоры знал только Цой Чимин. Если за это время он не свалит, у Ким Аран могут начаться проблемы.

Но и Цой Чимину теперь доверять целиком нельзя. Что делать? Скинуть обратно семьсот тысяч вон, которые Ён Сок переслал ей на улице? Отправить Цой Чимина обратно с деньгами?

Нет, нельзя. С ним были и другие парни. Если бы все это сделал Цой Чимин в одиночку, то она смогла бы как-то решить эту проблему. Но слишком многие в курсе, как все было на самом деле.

— Вы пересчитывали бабки? — уточнила Ким Аран.

— Ага, — ответил Цой Чимин. — Три миллиона шестьсот тысяч. Неплохо этот червяк подкопил за год.

— Твою… — пробормотала Ким Аран.

Выхода она не видела. Единственный достойный вариант, как казалось Ким Аран — занять выжидательную позицию. В принципе, действия Цой Чимина не так и повредили ее планам. Если Ён Сок пару раз получил по шее и лишился накоплений, то это просто подстегнет его к переезду вот и все. Тем более, Цой Чимин говорит, что они все сделали аккуратно. Да и не было его всего двадцать минут — значит управились быстро и без особого шума.

Успокоившись, Ким Аран плюхнулась обратно на подушку дзабутона, потянулась к пиву, а рука Цой Чимина тут же оказалась на ее внутренней стороне бедра.

Неделька, и все решится само собой, вот к чему пришла Ким Аран. А дополнительные три миллиона вон — отличное подспорье в ее делах. Деньги никогда не бывают лишними.

* * *

Я лежал на больничной койке и смотрел в потолок.

Ким Аран перешла всякие границы. Я не стал артачиться, потому что понимал, что мне дешевле тихо заплатить, чем рисковать собственным здоровьем, которое для меня всегда было на первом месте. Вообще, я на первое место всегда ставил свою безопасность, а только потом уже комфорт и эфемерную гордость, и серьезно отступился я от этого правила лишь однажды — когда решил сбежать. Но если бы я знал, что меня ждет после того, как Ким Аран получит мои деньги, то без каких-либо затей бросился на этот нож. Тем более, в пакете с продуктами у меня была пара бутылок соджу, которые можно было пустить в ход, как я это сделал в день знакомства с дядюшкой Бо.

Вместо этого я решил занять пассивную позицию, надеясь на осторожность Ким Аран — ранее за ней не наблюдалось каких-то чрезмерно резких движений, но то, что произошло после в моей квартире выходило за все границы разумного. Она получила то, что требовала — я без боя перевел деньги. На выходных я бы занялся поиском нового жилья и к следующему визиту Ким Аран меня бы уже и след простыл, я уверен, что история с постановкой на счетчик была придумана как раз для этого. Мы выглядели как две собаки, которые перелаиваются через забор, но не нападают друг на друга. Ведь если размах разборок пересекает какую-то определенную черту, они начинают привлекать внимание игроков покрупнее. Самый худший вариант — привлечь внимание государственных структур, так, во всяком случае, было на севере. Ты можешь заниматься чем угодно, пока твоя родина этого не видит, но не дай боже тебе попасться многочисленным проверяющим. Мы с Ким Аран выросли в одной системе, и пусть генеральская дочурка и ее бандиты жили на юге дольше меня, но хоть что-то от здравого смысла в их головах должно остаться?

Я слышал, что южные бандиты не слишком опасались полицию. Было множество способов избежать правосудия или подставить под удар случайного человека или шестерку. Боссы, даже самые мелкие, почти всегда выходили сухими из воды. Неужели Ким Аран потеряла всякий страх и стала вести дела внутри диаспоры так, будто бы она южанка?

Врачи сказали, у меня тяжелое сотрясение, но уже завтра утром меня выпишут. Конечно, мне пропишут постельный режим и кое-какие лекарства, а через некоторое время надо будет снять швы — мне рассекли кожу на затылке, отсюда и столько крови, которая так напугала Ким Бон-Со — но в остальном я был в порядке. Ушибы и синяки пройдут, а переломов у меня не было. Единственное, очень болела голова.

В тот же день, когда меня привез в госпиталь Ким Бон-Со, он вернулся на квартиру и нашел кое-какие мои вещи. Чудом уцелели очки — видимо, потому что хранились в крепком пластиковом чехле. Ноутбук был сломан, но, по словам сонбэ, там только разбит экран и выломаны петли, то есть мой ThinkPad все еще подлежит ремонту и при нажатии кнопки включения подает признаки жизни. Это хороший знак. Остаться без компьютера, который я взял в кредит, было бы крайне обидно. Ну и, конечно же, меня порадовали вести о рисоварке.

Я вообще очень беспокоился о своем имуществе и технике. Это были первые вещи такого масштаба, которые я купил в своей жизни, и от одной мысли о том, что новенькие дорогие приборы были сломаны, у меня в груди все сжималось. Я прекрасно понимал, насколько мелочно подобное чувство и как смешно это выглядит со стороны, но ничего с собой поделать не мог. Я вырос в мире, где из имущества у меня была только кое-какая одежда. Даже наличные деньги не всегда водились, жизнь шла по талонам. И вот, теперь, когда я купил себе то, что на самом деле хотел получить, это сломали. Грубо, цинично и без какой-либо практической цели.

Это все Ким Аран. Это ее рук дело. Я не знаю, чего она добивалась, но я точно уверен в том, что эта девица меня капитально взбесила.

Хочет жить по южным порядкам? Эта лицемерная девка в лицо мне кричала о том, что я забыл свои корни, а сама устроила подобный беспредел? Я просто обязан ей отомстить, любыми путями, даже если мне год придется копать под нее и ее банду, собирая доказательства и информацию.

Вот только поможет ли это? Полиция не хочет связываться с разборками северян, а у меня совершенно не было контактов на юге. Кого я мог назвать здесь своим другом? Среди северян я особо знакомства не водил. Дядюшка Бо? Мы виделись два раза, после чего я общался с ним только телефону. С Джин Су мы просто коллеги, как и хён заботился обо мне, потому что я его подчиненный. У него была своя жизнь и в мои проблемы он ввязываться точно не станет. Единственный человек, который пытался выйти со мной на контакт — это Пак Сумин, но идти навстречу этой непредсказуемой годзилле не было никакого желания. От этой девушки буквально разило проблемами, и хоть я понимал расклад, который она дала мне на заднем сидении машины, как-то участвовать во всем этом бардаке семьи Пак я отказывался.

Сейчас мне было нужно решить вопрос с переездом.

Если ранее мне давали жилье через ассоциацию, то теперь нужно как-то решать этот вопрос самостоятельно. Вот только когда я погрузился в эту тему, с удивлением узнал что, скорее всего, я останусь бездомным.

Те предложения, что я нашел в сети по схеме Вонсе — когда залог меньше, а арендная плата выше, мне совершенно не подходили. Я просто не мог позволить себе отдавать за однокомнатную квартирку от трех до шести миллионов вон. По схеме аренды Чонсе цены были привычными — в районе миллиона вон плюс-минус сто тысяч, в хороших местах полтора миллиона вон. Вот только тот самый залог по Чонсе мог достигать двадцати, тридцати, а иногда и пятидесяти миллионов вон! И это еще не предел!

Когда я понял, что для переезда нужно или срочно устраиваться на вторую работу, или искать минимум двадцать тысяч долларов для внесения залога, мне стало плохо. А копнув чуть глубже в вопрос аренды по Чонсе, я еще и увидел кучу историй, когда залог удерживался целиком или частично, либо же хозяин квартиры его тратил и отказывался отдавать, предлагая жить в его квартире и дальше.

И где мне взять такие деньги? Из района Хондэ надо выезжать, тут даже обдумывать нечего. Если Ким Аран слетела с тормозов, то ее отморозки меня или прикончат, или я кого-нибудь убью и в лучшем случае сяду за поножовщину. А скорее всего — попаду в лапы NIS, а там надежды еще раз увидеть солнце у меня нет.

Если бы у меня осталась моя заначка, то я бы потянул пару месяцев аренды по формату Вонсе, а потом что-нибудь придумал. Взял бы кредит или посоветовался с хёном о том, что же мне делать. Но теперь, когда я остался без денег?

Вскрывать кошелек с биткоинами? Нельзя, слишком мало времени прошло.

Атаковать какую-нибудь фирму или организацию и через криптошифровальщика потребовать выкуп?

Я бы мог атаковать даже госпиталь, в котором сейчас лежу, да я уже нахожусь внутри. Найти точку входа и провернуть это дело не большая проблема. Правда, переговоры и торги могут занять несколько недель, а то и месяцев, а если еще и информация окажется не столь чувствительна к утере, то вся затея может вовсе провалиться. Очень часто организации предпочитали потерять свои данные, нежели платить хакерам-вымогателям. Вот только можно ли так рисковать, и хочу ли я это делать? Любая демонстрация моих навыков, любая хакерская атака сейчас для меня крайне опасны. Нельзя забывать о том, что меня ищут. Негласно, но ищут.

Вопросы роились в голове, не давая уснуть, и я просто продолжал смотреть в потолок. Завтра меня отсюда выпишут и надо срочно ехать на работу. Будут деньги — смогу перебиться посуточной арендой через airbnb или другие сервисы для путешественников. Есть хостелы. Условия ужасные, постоянно придется переезжать с квартиры на квартиру, но и вещей-то у меня особо не было. Рисоварку, чуть что, просто оставлю в офисе на кухне, там хватало пустых полок, в которые никто никогда не заглядывал.

А как только съеду со своей текущей квартиры — вплотную займусь Ким Аран. Эта дрянь еще пожалеет, что пересекла незримую черту.

Глава 16

На следующее утро, как только меня выписали, я сразу же отправился на работу. Хён привез в госпиталь для меня сменные вещи, и единственное, что доставляло мне неудобство — отсутствие в руках смартфона и привычной ленты, которую я листал, пока ехал на метро до работы. Тот старенький аппарат, который привез мне Ким Бон-Со и которым я пользовался на больничной койке, перед самым выходом из больницы моргнул экраном и испустил дух. В итоге я остался без связи.

Так как теперь гаджета у меня не было, приходилось развлекать себя, как получится. В утренней давке я оказался позади какой-то девушки и, стараясь не слишком сильно к ней прижиматься, первое время я сосредоточенно смотрел куда-то в сторону потолка, пока мой взгляд не упал на экран ее смартфона.

Конечно же, подглядывать в чужие экраны верх неприличия, но мой глаз зацепился за рисовку. Это оказалась какая-то романтическая манхва на Kakao Page, и к моему удивлению я настолько залип в сюжет о злодейке-попаданке, что чуть не пропустил свою станцию. Надо будет разобрать мою библиотеку отложенного, которую я собрал за последние полгода, и когда решится вопрос с жильем — уже начать наконец-то читать лицензионные онгоинги. Иногда хотелось обсудить сюжет на форумах или в комментариях прямо на Kakao, но этого удовольствия я был лишен. Вообще, форумы раньше были значительной частью моей жизни. Во время службы мне позволялось по работе мониторить ряд ресурсов даркнета и другие хакерские сайты, и хотя для ответа в тему требовалось согласование с командиром нашей роты и политруком, читать мне никто не запрещал.

Хакерские форумы из моей жизни исчезли, а привычка читать обсуждения и форумные треды осталась. И эту потерю требовалось чем-нибудь заменить. Сообщество манхв и новелл подходило для этого как нельзя лучше.

Когда я зашел в офис, коллеги встретили меня достаточно бурно. Даже те, кто обычно игнорировал сам факт моего существования, для вида поддакивали хёну и Джин Су, которые искренне за меня беспокоились. Как позже я узнал от своей коллеги-стажерки, все потому что за меня лично беспокоилась госпожа Пак Сумин — это она отправила Ким Бон-Со посреди рабочего дня ко мне домой, наплевав на все правила и заявив, что отдел технической поддержки своих сотрудников не бросает. Выглядело со стороны это как попытка локального тимбилдинга по совету госпожи Юн Хян Ми, а на деле — скорее всего, сэкономило мне несколько дней в больнице.

Ким Бон-Со конечно хотел надавать мне оплеух за то, что я приперся на работу, вместо того, чтобы отлеживаться дома, но я сумел как-то потушить его гнев, нагородив какой-то чепухи о безграничной ответственности и о том, что я без работы жить не могу. После этого Ким Бон-Со от меня вроде бы отстал.

Когда все поутихло и я уселся за свой компьютер, то наконец-то смог поговорить с Джин Су.

— Как тут вообще дела? — спросил я.

— Все очень хвалили госпожу Пак Сумин, что позаботилась о тебе, — довольно ответила Джин Су, будто бы успех годзиллы был ее личным достижением. — А еще…

— Я про работу.

— А, ну сегодня как раз должна была заняться твоим тикетом, но раз уж ты пришел на работу, то…

Джин Су всем видом демонстрировала, что не очень горит желанием брать на себя этот непонятный тикет с исчезающими данными, так что я быстренько заверил девушку, что разберусь сам. Тем более, хён еще во время выдачи тикета намекал, что знает, в чем проблема, и просто испытывает меня.

— Я сам с ним разберусь, — ответил я Джин Су. — Ты мне лучше совет дай.

— Что такое?

— Где денег можно заработать? — прямо спросил я.

Южные корейцы были еще теми транжирами. Обстановка на юге в некотором роде была еще более нервозная, чем на севере, и многие южане упахивались насмерть еще в школьные годы, лишь бы сдать единый экзамен и поступить в хороший ВУЗ. А взрослые южане, чтобы загасить собственный стресс, частенько предавались бессистемному шоппингу «на все бабки». Так что некоторые уловки у них должны быть. Это не поможет мне собрать залог чонсе, но перебиться квартирами-однодневками и хостелами должно хватить.

— Ты имеешь в виду, дополнительно подработать? — уточнила Джин Су.

— Ну да, — ответил я.

— Опросы, — мигом выпалила девушка. — Я прохожу опросы в интернете. Минут пять-десять времени и сто-триста вон твои. Пока доезжаю на работу или с работы — тысяча в кармане! Ну, это конечно если есть опросы в наличии.

— А что, может не быть? — удивился я.

— Ну их же кто-то оплачивает, — пояснила Джин Су. — Компания исследование проводит, ну или рекламу дают таким образом. Вот, денежки и появляются. Но я бы хотела, конечно, выиграть в лотерею!

— Я всю свою удачу уже потратил, — ответил я с улыбкой, намекая на бегство с севера, на что Джин Су только понимающе кивнула, а ее хвостики забавно качнулись. — Ссылку скинешь?

— Давай я тебе рефералку свою дам! — мигом ответила Джин Су. — И тебе бонусы, и мне! Давай! Оппа! Ну давай!

Через пять минут выяснилось, что для регистрации мне нужен не только мой персональный ID, который есть у каждого южнокорейца, но и подтверждение номера телефона, а его-то у меня сейчас и не было. Джин Су мигом поникла, я же пообещал девушке, что обязательно зарегистрируюсь по ее реферальной ссылке, как только куплю себе новый аппарат.

В итоге мне пришлось отложить вопрос подработки и заняться своими непосредственными обязанностями. За время моего отсутствия ничего не изменилось — информация в тасках как пропадала, так и пропадает. Чертовщина какая-то, будто бы в офисе клиента завелся проказник-токкэби, который стирает данные из тикетов и задач одного конкретного человека.

В моей голове что-то щелкнуло, едва я подумал о демоне из легенд.

Проказник? А что, если это не сбой, мне же намекал об этом хён? Что он там говорил? Никогда не доверять людям? Или что-то про то, что не стоит недооценивать людскую тупость?

Когда ты занимаешься взломом, людская тупость и наивность играет тебе только на руку. Люди, которые бездумно открывают странные письма и кликают на прикрепленные ссылки — буквально основа пищевой цепи всей индустрии черных хакеров. Если бы не эта глобальная уязвимость под названием «прокладка между стулом и клавиатурой», то никаких хакерских атак и вовсе бы не существовало, это была бы просто битва меча и щита на инженерно-программистском уровне. Но как только в дело вмешивается человеческий фактор…

В чем мне нужно убедиться?

Первое — что новый сотрудник не водит меня и свою коллегу за нос и на самом деле заполняет все задачи. Вот только как это сделать? Заставить его включить запись экрана или удаленный доступ, чтобы я смог за ним понаблюдать? Но тогда будет нарушена чистота эксперимента. Поехать туда лично? Тоже отпадает, тем более, выезд на объект придется оформлять через кучу бумажек и получится у меня это только через неделю, а то и две.

Но у меня есть маленькое окошко на клиентской стороне. Та самая виртуальная машина, которая подключена к клиентской сети и через которую я имею доступ к боевой базе. Так как изменения в системе учета показываются с задержкой, мне недостаточно мониторить проблемный раздел — все что я увижу, это просто исчезновение данных из таска, я этим уже занимался.

Тогда что мне остается?

Вопрос с исчезновением информации будоражил кровь. Я чуть привстал со своего стула и посмотрел через перегородку на Ким Бон-Со. Как бы все провернуть так, чтобы хён не догадался? Плевать! Если я разберусь в ситуации, то будет важен только результат, никто не будет задаваться вопросом, как я добыл эту информацию.

Если мне нужно незаметно следить за компьютером пользователя, его надо взломать. При иных обстоятельствах я бы прибегнул к социальной инженерии или фишингу, но у меня и так было окошко в сеть моего клиента. Та самая виртуальная машина. Все, что мне нужно теперь сделать — это оформить VM-Escape — «побег из виртуальной машины», один из типов хакерской атаки, который позволяет получить доступ уровня выше задуманного администратором сети. Я очень сомневался, что мою рабочую виртуалку развернули на аппаратно-изолированной машине. Скорее всего, она в тупую крутится на одном из серверов фирмы, скорее всего, на том же сервере, на котором развернута наша система, просто чтобы два раза не вставать. Ведь никому и в голову не могло прийти, что вектор атаки будет исходить из компании-подрядчика и поставщика программного обеспечения. У нас и так есть почти неограниченный доступ к их системе, зачем нам еще и сервер взламывать?

Вот только была у меня еще одна маленькая проблемка. Последний раз Virtual Machine Escape я оформлял года три назад, и особо не помнил деталей вариантов взлома кроме использования протокола удаленной отладки ядра через отладчик WinDbg. Это был довольно редкий метод, когда на стороне хоста в процесс vmware-vmx совершается инжекция dll-файла для накатки патча таблиц. В итоге хакер перехватывает ряд функций dkcom.dll и получает полноценный VMware бэкдор и, соответственно, возможность покинуть пределы виртуальной машины.

Вот только я уже напрочь успел забыть реализацию кода того самого патча таблицы. Можно было бы попробовать вломиться через подмену общего буфера обмена между виртуальной и реальной машиной, но это тоже довольно кропотливый процесс, если у тебя нет нужных заготовок. Хотя я уверен, что атака именно на общий буфер обмена была бы наиболее простой, ведь для ее пресечения надо отдельно настроить изоляцию гостевой ОС, что администраторам обычно делать крайне лениво.

Может, атаковать сеть клиента снаружи? Но у меня уже почти есть ключи от их сети, надо только выбраться за пределы виртуальной машины. Это необходимо, чтобы не вызывать подозрений, все же, атаку извне могут и заметить, а если я буду использовать существующий канал с клиентским сервером, то шансы потерять свое инкогнито стремятся к нулю. Тем более, мне и так надо подключаться к боевой базе клиента по работе.

В итоге я выбрал путь наименьшего сопротивления. Подготовил необходимые файлы, нашел в переписке номер телефона клиента и просто позвонил своей потенциальной «жертве».

— Госпожа Ли Чи А! Это беспокоят вас из технической поддержки InterConnect, меня зовут Кан Ён Сок! — бодро начал я разговор. — Уделите этому специалисту минутку?

— Наконец-то! — воскликнули на том конце провода. — А я уже думала, вы про нас забыли!

— Ни в кое разе, госпожа Ли Чи А! Расследование вашей проблемы занимает у нас все силы! Я звоню вам, чтобы сообщить хорошие новости.

— Слушаю вас, специалист Кан Ён Сок!

— Госпожа Ли Чи А, сейчас я отправлю вам письмо с прикрепленными диагностическими файлами. Скажите, вы знаете, кто отвечает за сервер, на котором установлено наше программное обеспечение? Мне будет необходимо, чтобы вы…

— Конечно знаю! Этот шкаф прямо тут и стоит. Я в одном кабинете с этим бездельником!

— Каким бездельником? — удивился я.

— Администратором! Хотите поговорить с ним? Я сейчас переключу, так что…

Вот администратор мне в этой цепочке не нужен. Он может полюбопытствовать, что же там за файлы, а мне это было не нужно.

— Госпожа Ли Чи А, не волнуйтесь! Вы справитесь и самостоятельно! Все что необходимо — перебросить файлы на флешку и подключить ее к серверу на пару минут. Файлы сами подхватятся системой, и установится диагностический патч! — сейчас я изо всех сил надеялся, что она не спросит, почему мы не можем запушить это обновление удаленно, но видимо госпожа Ли Чи А в такие тонкости не вникала.

— И все? — с недоверием спросили на той стороне.

— И все, — подтвердил я. — Мы соберем необходимую информацию и в ближайшее время устраним вашу таинственную проблему! А так же предоставим полный отчет о проделанной работе, дабы впредь таких ситуаций не возникало и вы были в курсе всего происходящего!

На той стороне трубки затихли, после чего последовал целый ряд интенсивных щелчков мыши.

— Я готова получать письмо, — решительно сообщила женщина. — Высылайте!

— Постараемся вместе! — ответил я. — Отправляю файлы!

Зачем мне ломиться из виртуальной машины через буфер, если я могу продырявить ее с обратной стороны?

Госпожа Ли Чи А оказалась очень исполнительным сотрудником. Уже через пятнадцать минут я обнаружил, что мой свежий autorun.inf заразил целевую машину, а я получил доступ к выполнению кода из-под виртуалки на реальной серверной стороне.

Если бы я был в голливудском боевике, то сейчас нужно было бы откинуться на спинку стула, закинуть руки за голову и пафосно сказать «я вошел». Но это была унылая реальность техподдержки и я просто получил маленькое окошко доступа в ту часть клиентской сети, которую мне видеть было нельзя. Вот и все. Дальше мне надо будет вломиться на компьютер нового сотрудника, а там уже пойдет рутинная установка ПО удаленного мониторинга.

Мне надо убедиться в том, что он не саботирует работу.

Были ли мои методы чрезмерными, исходя из моей должности? Да! Да! И еще раз да! Но эта проблема настолько меня захватила, а недоверие к людям было так велико, что я просто не мог пользоваться легальным способами решения проблемы. Я чувствовал, что что-то упускаю и для того, чтобы докопаться до правды, мне нужно воспользоваться своими навыками из прошлой жизни. Мне нужно своими глазами увидеть, что на самом деле происходит с этими проклятыми тасками в системе.

Так же я смогу легко подтереть почту госпожи Ли Чи А, чтобы прибрать за собой, но это будет уже потом.

Я и не заметил, как прошел почти весь рабочий день. В чувство меня привело то, что люди вокруг стали собираться домой, а Джин Су напоследок ткнула меня кулачком в спину и напомнила о том, что я обещал использовать ее реферальную ссылку. После чего девушка, махнув хвостиками, направилась в сторону выхода.

На сегодня с работой покончено. Впереди выходные, понедельник уйдет на наблюдение за моими «клиентами», а там я выясню, что происходит с тасками на самом деле. Мне нужно качественно выполнять свою работу, дабы не потерять это сладкое местечко. Где я еще найду такую работу? Северян обычно брали работать руками, и мне крупно повезло, что семья Пак решила вцепиться друг другу в глотки. Роль винтика в системе меня ничуть не смущала. Ты чувствуешь себя намного лучше, когда осознаешь свое место и расстановку сил. Все, чего бы мне хотелось — тихо поработать на этом месте пару лет, а потом вскрыть свою кубышку, и свалить на какие-нибудь тропические острова.

Мое настроение резко изменилось, когда я вошел в свою квартиру. Ким Бон-Со попытался немного прибраться, но следы разгрома были повсюду налицо. Разбросанные вещи, осколки экрана моего телефона, черный пластик крышки моего ThinkPad, вмятина на боку рисоварки и ответная ей — в стене квартиры, в месте, куда пришелся удар корпуса после броска прибора.

Пакет с купленным у уличного торговца рамёном едва не выскользнул из рук. На меня со всей силы навалилась злость и жажда крови, которую я успешно сумел подавить, поехав в офис.

Тупоголовые свиньи. Жадная мерзавка Ким Аран.

Едва я уселся поесть, за окном послышался гул мотора. Моя тревожность мигом вычленила этот густой, утробный рык дорогого мотора из многочисленного стрекота малолитражек и дизелей грузовичков. Это был благородный, низкий звук как минимум шести цилиндров, звук, который отличает дорогой автомобиль представительского класса от массовых моделей. Когда я впервые услышал этот звук еще в Китае, он запал мне в душу и больше ее не покидал. Это был звук денег, статуса и власти.

— Входите, не заперто, — крикнул я спустя пару минут, стараясь унять дрожь в руках.

Дверь плавно открылась, на пороге стояла госпожа Пак Сумин в сопровождении какого-то фантастических размеров мужчины. От одного взгляда на этого незнакомца мне становилось не по себе, ведь пусть он был сейчас в строгом черном костюме, ни одна одежда не могла скрыть ширину его плеч и мощную, словно колонна античного храма шею.

— Ты настолько грубиян, Кан Ён Сок? — спросила Пак Сумин.

Начальница отдела держала на плече большой бумажный пакет, как тот, который выдается в элитных торговых центрах. По выражению лица годзиллы я однозначно понял, что сейчас она хотела бы быть где угодно, только не в этой конуре.

— Не припомню, что должен быть любезен с незваными гостями, — ответил я, шумно втягивая в себя лапшу. — Зачем вы пришли, госпожа руководитель?

На столик передо мной встал тот самый пакет, прикрывая от моего взгляда колени начальницы. Никогда не обращал внимания на ее ноги, хотя если вспомнить, тогда она знатно отпинала менеджера Сима.

— Что внутри? — спросил я.

— Я слышала, что у тебя возникли проблемы, Кан Ён Сок, — проигнорировала мои слова Пак Сумин. — Сегодня я ждала, что ты зайдешь поговорить, но ты целый день провозился со своим тикетом, а потом уехал, как ни в чем не бывало… И не отпирайся, Ким Бон-Со обо всем мне доложил. У тебя даже телефона не осталось.

— Это временные неудобства, — ответил я.

— Когда твои северные друзья заявятся в очередной раз, ты тоже назовешь это неудобствами? — с насмешкой спросила Пак Сумин. — Хватит отпираться, Кан Ён Сок, ставки возросли, а я твой единственный потенциальный друг.

— Я уже не в том возрасте, чтобы заводить друзей, — ответил я годзилле, сосредоточенно поглощая рамён между репликами.

— Кстати, забыла представить еще одного твоего гостя, — улыбнулась девушка и в этот момент она выглядела почти милой. — Это господин Мун Джин, старый друг директора Юн Хян Ми и специалист в своей области.

— И зачем он здесь? — спросил я. — Склонить меня к сотрудничеству?

— Скорее, чтобы помочь тебе решить твою проблему, — усмехнулась Пак Сумин. — Или ты считаешь, что я сидела сложа руки, когда узнала, что моего ценного стажера чуть не прибили в собственной квартире?

Мужчина, которого Пак Сумин назвала Мун Джином, сделал шаг вперед и вытащил из кармана смартфон, после чего протянул аппарат мне.

— Два десятка человек, проживают на трех верхних этажах старого университетского общежития, — начал Мун Джин и его голос сразу же напомнил мне рык автомобиля, на котором приехали эти двое. Такой же низкий, почти утробный. — Ким Аран сожительствует с человеком по имени Цой Чимин, он принимал непосредственное участие в нападении. А так же мы заметили его связь с Pak Industries. Открой смартфон, посмотри скриншоты в галерее, там есть все, что тебе стоит знать.

Я последовал совету мужчины и на самом деле увидел не только фотографии со слежки, план общежития, но и распечатки звонков телефона Цой Чимина, его электронную почту и еще несколько файлов, которые однозначно указывали на то, что этот ублюдок не так прост, как кажется.

— Понимаешь, что произошло? — спросила Пак Сумин. — Это уже не просто рэкет, Кан Ён Сок. Тебе нанес удар кто-то из семьи Пак. А значит все серьезно.

Я отложил в сторону смартфон и опять взялся за палочки. Рамён уже совсем остыл, но все равно после больничной еды был очень вкусным.

Эти двое стояли и терпеливо ждали, я же судорожно размышлял, что мне делать дальше.

— А в пакете что? — спросил я, чтобы разбавить чем-нибудь тишину.

— Это тебе. Корпоративный бонус, — улыбнулась Пак Сумин.

Я аккуратно пододвинул к себе пакет и заглянул внутрь. Коробка с последним флагманом Samsung, еще в заводской пленке. Несколько других девайсов — часы, наушники, даже станция беспроводной зарядки. Казалось, это все было куплено просто одним махом, даже не задумываясь, нужно мне это или нет. Кроме девайсов в пакете обнаружилась черная кредитка с именем CARDHOLDER — то есть на предъявителя — и связка на пару дверных ключей.

— Я не продаюсь, — ответил я, отодвигая пакет.

— А я ничего и не покупаю, — ответила Пак Сумин. — Я же сказала, это корпоративный бонус. Как и услуги господина Мун Джина.

Годзилла указала ладонью на шкаф, который сейчас застыл у дверей.

— Информация конечно любопытная, — сказал я, поднимая телефон с данным на Цой Чимина, — но не стоило стараться. Я не коммандос, чтобы вламываться в общагу. Даже в драке один на один не уверен, что выйду безусловным победителем. Уклоняться от оплеух и ударов — да. Драться в кровь — может быть. Но не штурмовать базу рэкетиров. Так что это для меня совершенно бесполезно.

Я бросил телефон через комнату, а мужчина легко его поймал. Какой ужас, он был похож на огромного ловкого кота. Как он вообще может так плавно и быстро двигаться при подобных размерах?

— Разве мы предлагали тебе разобраться с Ким Аран лично? — удивилась Пак Сумин. — Кан Ён Сок, ты видимо немного не понял, как делаются подобные дела.

— И как же?

Я встал с пола и подошел к лениво подпирающей стену Пак Сумин. Здоровяк при этом даже не шелохнулся, но я загривком чувствовал, как взглядом он оценивает каждое мое движение.

— Когда у человека есть власть, ему не обязательно марать руки самостоятельно, — сказала девушка. — У меня власти достаточно, чтобы эту проблему решил господин Мун Джин. К слову, он был крайне заинтригован происходящим и сам вызвался нанести визит госпоже Ким Аран. Тебе достаточно просто схватиться за эту веревку, Кан Ён Сок, ведь у тебя хватает и других проблем кроме банального выживания.

— Хотите, чтобы я просил вас поделиться своей силой, госпожа руководитель отдела? — спросил я.

— Не как руководителя отдела, а как Пак Сумин, члена семьи Пак, — ответила девушка. — Это лучше, чем ждать, когда к тебе снова нагрянут эти выродки.

Она стояла прямо передо мной, скрестив руки на груди и дерзко глядя прямо в глаза. Высокий каблук нивелировал нашу небольшую разницу в росте, но даже будь я на две головы выше, я бы все равно чувствовал себя рядом с ней маленьким. Наверное, не просто так я все же стал про себя называть ее годзиллой, ведь дело было не только в том, что она вывернула на меня кофе. В Пак Сумин было нечто пугающее.

— Поделитесь со мной своей силой, госпожа Пак Сумин, — склонился я в легком поклоне.

Голос ощущался совершенно чужим, а слова застревали в горле, но я сказал это. Нет смысла отпираться, когда тебя буквально преследует молодая чеболька, надо знать момент, когда стоит сдаться. Иначе не получив желаемую игрушку, она может ее ненароком и сломать. Моя текущая ситуация была слишком сложной для того, чтобы продолжать отказывать этой взбалмошной девице. Если распечатки верны — а смысла их подделывать не было — то Цой Чимин выполнял заказ одного из родственников Пак Сумин. А с такими глыбами я тягаться в одиночку уж точно не смогу.

— Не ожидала, что это будет настолько приятно, я начинаю понимать своего деда, — сказала Пак Сумин, кладя ладонь мне на волосы. — Хорошо, Кан Ён Сок. Давай решим наши проблемы, а потом я покажу тебе твое новое жилье.

— Но я продолжу работать в качестве специалиста технической поддержки! — выкрикнул я, когда эти двое уже стояли в дверях.

— Ну, само собой! А ты думал, что теперь будешь прохлаждаться? — фыркнула Пак Сумин. — Я же руководитель отдела, а ты мой самый ценный стажер. Пойдем. И пакет не забудь, я довольно долго выбирала это телефон.

— Долго? — удивился я.

— Минут десять потратила, — тяжело вздохнула Пак Сумин, и я совершенно не понял, шутит она сейчас или говорит серьезно. — Остальное обсудим в машине. Собирайся и поехали, мы подождем внизу.

На сборы ушло неприлично мало времени. Все мои пожитки, в том числе и наполовину сломанный ноутбук, влезли в рюкзак. Флешку из-за тайной панели я тоже достал, хотя кошелек буквально прожигал дыру в моем кармане. Надо поскорее найти для него новое место хранения.

В последний момент я подхватил красно-белое яйцо рисоварки и, держа его подмышкой, спустился вниз. Господин Мун Джин помог погрузить все в багажник и даже ни слова не сказал о том, что я вышел на улицу с бытовым прибором в руках.

Уже садясь в машину, я с сожалением подумал, что так и не смог навестить дядюшку Бо, но, наверное, оно и к лучшему. Я на самом деле оказался в центре бури и неизвестно, на что еще пойдут ублюдки из числа родственников Пак Сумин.

Лучше оставить все как есть и больше с дядюшкой Бо на связь не выходить. Ведь я не имею ни малейшего понятия, куда выведет меня эта кривая дорожка.

Глава 17

Новая квартира была больше похожа на кусочек другой страны. Большая, просторная, с высокими потолками, она была обставлена исключительно в западном стиле и выглядела для меня немного непривычно. Никаких низких обеденных столиков, никаких дзабутонов или тесной кухоньки. Пол — дорогая светлая плитка, светлые выкрашенные стены, строгая функциональная мебель. В квартире была гостиная, кухня, просторный санузел и большая спальня. Идеальное жилище для одинокого бизнесмена, который приходит переночевать, а вечера коротает за работой и стаканом дорого американского виски со льдом или бокалом европейского вина.

Наибольшее впечатление на меня произвела кухня. Гранитная столешница, встроенная техника и полная, почти абсолютная стерильность во всем. Казалось, тут вовсе нельзя готовить — только стоять и смотреть, максимум — открыть ту самую бутылку дорогого европейского вина, за которой будешь проводить свой вечер.

Проверив ящики, я убедился, что тут было все необходимое для жизни. Ножи, ложки, палочки, даже европейские вилки. И еще два десятка кухонных приспособлений, о функциях которых я мог только догадываться.

Моя красно-белая рисоварка, которую я водрузил на гранитную столешницу и подключил в сеть, выглядела как насмешка над всем этим идеальным интерьером. Плебейское пятно на территории корейской аристократии, но именно вид этого невзрачного бытового прибора убеждал меня в том, что все вокруг реально.

Открыв холодильник, я убедился, что его внутренности загружены продуктами длительного хранения. Вакуумированное мясо, соевый соус, тофу, твердые сыры, какие-то нарезки и копчения, даже специально упакованные свежие овощи. В морозилке обнаружилась свиная разделка и курица, а также полуфабрикаты быстрого разогрева. В одной из полок — полугодовой запас лапши всех возможных видов. Кроме рамёна в порционных упаковках тут была яичная, удон, соба, стеклянная, рисовая и невесть какая еще лапша. Рядом — несколько упаковок итальянской пасты разных форм. Хоть прямо сейчас устраивай званый ужин. В холодильнике я также видел питьевую воду, но то, что она была расфасована в стеклянные бутылки с надписью «Evian», навело меня на некоторые мысли. Так что, покрутив ее в руках, воду я поставил на место, а сам нашел стакан и набрал воды из-под крана. Уверен, тут где-то установлены системы фильтрации и эту воду можно пить без каких-либо опасений.

В гостиной, кроме невысокого дивана и журнального столика, в углу комнаты разместился рабочий стол, а по центру — пара кресел, в стену же была вмонтирована огромная плазма. Отдернув тяжелые плотные шторы, я носом уткнулся панорамные окна и сейчас наблюдал центр Сеула с высоты двадцати этажей.

После горячего душа я попытался лечь спать, но события этого дня так подняли нервы, что сна не было ни в одном глазу, хоть время приближалось к часу ночи. Пак Сумин ничего особо мне не объяснила, сказав, что мы встретимся завтра утром, так что сейчас я был предоставлен сам себе.

Зайдя на кухню, я еще раз открыл холодильник и посмотрел на выложенные там дорогие продукты. Я не успел даже до половины доесть свой рамён, так что сейчас желудок неприятно тянуло.

Я натянул свою повседневную одежду, взял ключи, новый телефон, к которому уже успел привязать свой аккаунт. Немного подумав, черную кредитку оставил на столике. Я не буду пользоваться этими деньгами, как и брать эту еду из холодильника. Надо будет поговорить с Пак Сумин о том, что это жилье мне совершенно не подходит и только привлекает излишнее внимание. Я чувствовал себя в дорогой клетке, а просторные комнаты и высокие потолки вызывали приступы агорафобии.

Молча пройдя мимо поста охраны в фойе первого этажа, я вырвался в ночной Сеул. Приложение Mapo услужливо подсказало мне местонахождение ближайшего круглосуточного маркета, куда я и направился. Там я без проблем разжился джапагури — рамёном, который я давно хотел попробовать. Он был настолько популярен, что его даже в кино показывали, так что я давно присматривался к этой смеси лапши из черной фасоли и удона со вкусом морепродуктов. Должно быть вкусно. К рамёну я взял немного зеленого лука — мне нравилось густо посыпать лапшу зеленью — а на десерт нашлось фруктовое желе со вкусом вишни. Манговое отдавало химией, а апельсиновое мне не очень нравилось. Было бы клубничное — взял бы его, но и вишневое будет ничего.

Уже возвращаясь в новую квартиру, я столкнулся с тем, что меня не захотела пропускать охрана.

— Эй, ты! Куда прёшь⁈ — крикнул охранник, отрывая зад от стула. — Давай, вали отсюда!

Я понимал этого мужчину. Человек с моим лицом и с пакетом из дешевой круглосуточной сети маркетов вряд ли мог жить в этом роскошном здании.

— Я новый жилец квартиры «2007», — ответил я, поднимая перед своим лицом ключи.

— Эй, госпожа нас предупреждала, — внезапно включился второй охранник, хватая за плечо своего коллегу. Дежурили они тут по двое. — Парень, тебя как зовут?

— Кан Ён Сок. Я новый ассистент госпожи Пак Сумин, сотрудник компании InterConnect, как и госпожа, — ответил я.

Факт того, что я склонил голову перед Пак Сумин, прятать теперь точно не стоило. В тот момент, когда она положила ладонь на мои волосы, я буквально дал присягу, а она согласилась поделиться со мной частью своей власти, которую дает ей ее имя и деньги. Как северянин я прекрасно понимал, что это такое — прикрываться именем начальства. Если начальник что-то приказал, то тебя может остановить только тот, кто-то сильнее и влиятельнее, чем он. Так что бояться какой-то охраны мне точно не стоит. Лучше стараться улыбаться и при любой удобной возможности упоминать имя Пак Сумин.

— Точно-точно, ты же с ней и заходил… — делая вид, что вспомнил меня, пробормотал первый охранник. — Проходи! Проходи!

В ответ я только кивнул мужчинам, после чего устремился к лифтам. Не очень хотелось пересечься с кем-нибудь из других жильцов, но, думаю, все равно это будет неизбежно. Хотя поговаривали, что в таких дорогих апартаментах редко живут на постоянной основе. Они как квартиры в Нью-Йорке с видом на Центральный парк — больше инвестиция, чем реально необходимый актив. Вполне возможно, что я сейчас и вовсе единственный жилец на несколько верхних этажей.

Наевшись, я наконец-то смог отрубиться на диване в гостиной. Кровать в спальне была на мой вкус слишком мягкая и большая, будто бы проваливаешься в облако, а накрахмаленное белоснежное белье казалось слишком чистым. Наверное, я был единственным человеком в этом городе, кому подобная роскошь доставляла столько дискомфорта.

Единственное, чему я на самом деле радовался — новый смартфон. Приятный экран, чуть угловатый, металлический корпус и надежная тяжесть, мой старый пластиковый обмылок не шел ни в какое сравнение с этим флагманом. Так что, сжимая в ладони смартфон, чтобы не пропустить утренний звонок от годзиллы, я и уснул, подложив под голову маленькую декоративную подушечку для поясницы.

Утро началось с того, что кто-то хлопнул входной дверью, и не успел я поднять голову, как тут же получил в лоб не очень приятный вопрос:

— Ты чего здесь развалился? Ты что, дверь в спальню не нашел или что? — спросил голос Пак Сумин.

Пошарив рукой, я поднял с пола очки и водрузил их на нос.

Госпожа Пак Сумин стояла передо мной в кроксах, спортивках и безразмерной байке, а обычно уложенные волной волосы сейчас были собраны в пучок на макушке.

— Я тебе трезвоню уже десять минут, а у тебя телефон выключен! — продолжила годзилла.

Я рывком сел на диване, протер глаза и посмотрел на экран смартфона, который сжимал в руке во сне. Я еще не привык к аппарату, так что моя ладонь зажала боковую кнопку блокировки и, по всей видимости, во сне я его просто выключил. Надо было положить телефон под голову…

— Который час? — спросил я.

Голова разрывалась от боли, а шею я вообще не чувствовал. Все же, этот диван был слабо приспособлен для сна.

— Не «который час», а «я сейчас же принесу вам кофе, госпожа Пак Сумин», вот как надо отвечать! — капризно сообщила годзилла. — И да, уже девять!

— Я вроде в водоносы и прочие носильщики не нанимался, — ответил я, хмуро глядя на Пак Сумин.

— Но ты согласился быть моим ассистентом, — возразила девушка. — А ассистенты выполняют мелкие поручения. Давай, поднялся и бегом, бегом! Кофейня в пяти минутах от здания!

— Хорошо, — ответил я, прожигая годзиллу взглядом. — Я схожу.

— Ён-кун! Мне большой стакан латте с карамелью и плоский круасан! — крикнула Пак Сумин, когда я собрался, взял черную кредитку со стола и уже стоял в дверях. — И пожалуйста, не строй там планы, как мне отомстить, я не менеджер Сим, таким меня не взять!

От этих слов Пак Сумин я вздрогнул. Опять напомнила мне про тесты?

Пока я шел за кофе, в голове роилась сотня мыслей. Почему Пак Сумин не надавила на мою слабость с подлогом результатов аттестации? Только намекнула, но не более. Ведь эта информация значительно усиливала ее переговорную позицию, если можно так выразиться. Или она захотела меня себе, именно потому, что я провернул тот маленький концерт, который растоптал эту лысеющую псину?

Кофейня, о которой сказала Пак Сумин, была еще роскошнее чем та, что находилась в нашем офисе на первом этаже. Мне захотелось взять кофе и себе, но за заказ Пак Сумин насчитали семнадцать тысяч вон, так что цены в этом заведении было сложно назвать доступными. У меня же оставалось тысяч тридцать — на проезд и самый дешевый рамён — так что, облизнувшись на свежую выпечку и флэт уайт, с которым вышел один из посетителей, я направился обратно в квартиру.

— Я вернулся, — крикнул я с порога, сбрасывая обувь.

Не успел я развернуться, подставку со стаканом и крафтовый пакет с плоским круасаном уже выхватили из моих рук, а я стал свидетелем того, как годзилла делает огромный глоток и вгрызается зубами в выпечку.

— Ох… — выдохнула Пак Сумин. — Вот теперь день начался. Чего так долго⁈ И где твой кофе⁈

Я ничего не ответил — просто молча бросил черную кредитку обратно на столик в гостиной. Запах круасана и кофе раззадорил мой аппетит, а мозгов закупиться в магазине и на утро у меня почему-то не хватило. Придется потерпеть, пока эта припадочная не уйдет.

— Ён Сок, ты чего себе кофе не взял? — опять повторила свой вопрос Пак Сумин. — Давай, отвечай, когда к тебе обращается начальник!

Мне в нос едва не уперся надкушенный плоский круасан, который Пак Сумин сейчас использовала в качестве скипетра.

— Я не пью кофе до еды, — нашелся я с ответом. — Зачем вы пришли, госпожа Пак Сумин?

— Как зачем? — удивилась годзилла, успевшая за это время взгромоздиться в кресло, причем с ногами. — Надо поговорить. Обсудить, как будем дальше работать, чего тебе стоит опасаться и так далее. Дел много. Но как тебе квартира?

— Большая, — ответил я, оглядываясь.

— Ты не думал податься в риелторы? — язвительно спросила девушка. — Кто так о жилье говорит?

— А что тут сказать? — удивился я, аккуратно усаживаясь на диван. — Она на самом деле большая. Никогда не видел таких апартаментов. Кстати, можно задать вопрос?

— М-м-м? — промычала Пак Сумин, делая большой глоток кофе.

— Почему вы в такой одежде? Если вы приехали сюда в такую рань. Что-то срочное? Даже кофе выпить не успели…

Я не успел договорить, а Пак Сумин расхохоталась, да так сильно, что чуть не навернулась с кресла.

— Ты думаешь я покажусь кому-то в таком виде⁈ — воскликнула девушка.

— Ну, ко мне же пришли.

— Ты не человек, а ассистент, Кан Ён Сок! — важно ответила Пак Сумин.

— Так вы приехали ко мне в таком виде, потому что за человека не считаете?

— Никуда я не приезжала.

— Но вы же здесь.

— Ну да, здесь.

— Значит…

— Ён-кун, ты же вроде не дебил, но сейчас невероятно тупишь, — фыркнула Пак Сумин. — Я привезла тебя не на съемную квартиру. А к себе. Это здание принадлежит мне.

В комнате повисла неловкая тишина. Я пытался переварить услышанное, Пак Сумин продолжала пить свой кофе и терзать французскую выпечку, над которой надругалась мода.

— В смысле, здание. Вот все здание?

— Ага. Я живу прямо над тобой, в пентхаусе, — важно кивнула Пак Сумин, показывая пальцем в потолок.

— То есть вы домовладелица?

— Можно и так сказать.

— И это ваша квартира?

— Одна из, да, — согласилась девушка. — Технически, тут все квартиры мои, на часть заключены договоры долгосрочной аренды, другие в процессе выкупа будущими владельцами. Но само здание и его инфраструктура мои, если тебя это так интересует.

Мне хотелось спросить, насколько она богата, но вопрос застрял в горле. Взгляд упал на черную кредитку. Я считал себя потенциально богатым человеком, если брать в расчет биткоины на холодном кошельке, но каково же тогда состояние этой девчонки? И самое главное, насколько богата семья Пак, если даже у такой тупицы, как годзилла, было собственное здание в центре Сеула? И это я не знаю о других ее активах.

— Так о чем вы хотели поговорить? — спросил я.

— Ну, сперва убедиться, что мой новый ассистент обживается. Кстати, не волнуйся, на одном этаже с тобой размещена моя охрана. В конце коридора, квартира «2016». Там всегда находится как минимум двое охранников. Других жильцов пока нет. Так как, со всем разобрался? — спросила девушка.

— В целом, да, — ответил я. — Единственное, я не нашел стиральной машины.

— Каждый день будет заходить прачечная, — ответила Пак Сумин. — Просто оставляй вещи на стирку в специальной корзине. Также три раза в неделю уборка, завоз продуктов. Заказать все необходимое сможешь у управляющего, просто отправь ему письмо или оставь записку на столе. Если это продается в корейских магазинах, тебе это привезут. Международные заказы уж прости, пока твой корпоративный бонус не столь велик.

Я слышал в словах девушки небольшую издевку. Ничего себе у нее корпоративные бонусы! Да месяц проживания в подобных апартаментах стоит намного больше десяти миллионов вон, которые она мне предлагала изначально. Неужели решила пойти ва-банк?

— Госпожа Пак Сумин, — начал я максимально вежливо, — мне кажется, все это излишне. Я уже говорил, что я не продаюсь. И я готов со всем усердием работать на вас и помогать во всех делах, если вы просто выступите поручителем и поможете мне внести залог чонсе…

Девушка с такой силой хлопнула ладонью по столику, что у меня даже зазвенело в ушах.

— А теперь слушай сюда, — серьезно сказала Пак Сумин. — Я вижу, что происходит в твоей гордой голове, Кан Ён Сок. Считаешь, что я пытаюсь сделать тебя обязанным? Может, и пытаюсь, но это выражается точно не в деньгах, а в услугах, одну из которых, при моем содействии, окажет тебе господин Мун Джин в ближайшее время. А поселила я тебя сюда не потому что ты мне так нравишься, а просто по причине того, что мне так проще тебя охранять от моего семейства, которое спит и видит, как отдел под моим руководством развалится на части. А тебе, как ты знаешь, уготована роль вишенки на этом праздничном торте, ты это понимаешь? Если да, то хватит лепетать про залог и строить из себя недотрогу. Думаешь, я не заметила в ведре упаковку от дешевой лапши? Или повелась на твой бубнеж про то, что ты не пьешь кофе до еды? Бери, что дают, и не вставай при этом в позу. А сейчас ты поднимешься, возьмешь эту кредитку и сходишь себе за кофе и сэндвичем. Или можешь взять круасан, мне без разницы. А после этого мы поговорим о работе и займемся ежемесячным отчетом, который мне сдавать в понедельник. И больше не смей оскорблять меня подобным пренебрежением. Ты меня понял, Кан Ён Сок?

Я молча посмотрел на пышущую злостью Пак Сумин, которая вывалила на меня всю эту информацию.

— Но я и в самом деле не пью кофе до еды, — ответил я. — Но пойду, заварю рамён. Вам сделать?

— Нет, я не завтракаю, — ответила девушка. — Ешь быстрее, я схожу за своим ноутбуком и начнем работать. Ты точно все понял?

— Точно, — кивнул я.

Как только дверь в квартиру хлопнула, мой взгляд упал на черную кредитку. В чем-то Пак Сумин была права. Слишком лицемерно с моей стороны играть в недотрогу, когда у меня в кармане лежит двести миллионов причин, по которым у меня нет права на подобное поведение.

Я встал с дивана, потянулся к столику и поднял черную кредитку на предъявителя.

«Надо будет прикупить новой одежды. Будет нехорошо, если госпожу Пак Сумин начнут обсуждать из-за моего внешнего вида», — подумал я, опуская кусок черного металла в карман.

Только сейчас до меня дошло, что мы с Пак Сумин теперь окончательно и бесповоротно связаны.

Глава 18

— Слушай, а ты точно не хакер? — спросила Пак Сумин, с восторгом глядя на экран телевизора.

Она не видела Кан Ён Сока, но заметила небольшую заминку, которой, впрочем, не уделила должного внимания.

— Я много гайдов на ютубе смотрел, — ответил северокореец. — И всегда хотел смотреть кино не с телефона, а вот так, на большом экране.

Прямо сейчас ее ассистент вывел изображение экрана ее рабочего ноутбука прямо на огромную плазму, а все для того, чтобы они не толкались локтями за столом.

— Надо бы тебе нормальное рабочее место оборудовать, чтобы как в том самом кино… — пробормотала Пак Сумин.

Конечно же, она знала, что компьютер можно подключить к телевизору и использовать последний в качестве монитора. Но в смутном представлении Пак Сумин, для этого нужен был как минимум кабель, который соединит оба устройства. Северянин же справился минут за пятнадцать, просто подключившись к домовой вайфай-сети и немного покопавшись в настройках. Так что теперь Пак Сумин могла с комфортом руководить процессом, не вставая с дивана.

— Я начинаю понимать, почему ассоциация так тебя продвигала для работы в InterConnect, — сказала девушка.

Северянин ничего не ответил, просто открыл папку с рабочими документами, быстро прокликав все необходимые файлы. Минута — и перед ее глазами проклятая таблица отчета эффективности, которую требовалось сдать старшему менеджеру их департамента послезавтра в обед.

— Так, смотри сюда, — начала Пак Сумин. — Мне надо вывести средние KPI по отделу и каждому сотруднику, а также сформировать отчет по валу заявок от клиентов, сколько решенных, сколько отправилось в отдел разработки программного обеспечения и так далее. Сопроводительный текст я написала сама, но нужно подставить цифры и вывести необходимые графики, чтобы все было наглядно. Ты понял?

— И всего-то? — спросил северянин.

От этих слов Пак Сумин вспыхнула и, стянув с ноги крокс, запустила тяжелым резиновым тапком в спину северянину.

— Это что там за разговоры⁈ — взвилась Пак Сумин.

В следующий момент крокс полетел обратно и от удара по лицу девушку спасли только неплохие рефлексы и тренированное тело.

— Ты там совсем охренел⁈ Сдохнуть хочешь или что⁈

— А нечего обувью бросаться, — огрызнулся Кан Ён Сок. — Еще раз спрошу, это вся работа?

— Да, вся, — надулась Пак Сумин. — Данные выгружены в отдельный файл, но там с таблицами все сложно…

Следующий час Кан Ён Сок был погружен в работу. Что-то гуглил, читал справку на сайте Microsoft, просматривал ролики на ютубе и, конечно же, тяжело вздыхал в процессе. Когда Пак Сумин задавала вопросы, чем он занимается — только отмахивался, говоря, что ему нужно разобраться, как тут все работает.

Все, что видела на экране Пак Сумин — как туда-сюда летает курсор, пишется какая-то дребедень в ячейках таблицы Excel и как северянин переключается между тремя разными файлами и браузером, в котором была открыта вкладка с какими-то командами. В ее понимании, Кан Ён Сок просто должен был аккуратно и прилежно перенести всю информацию по нужным ячейкам и разобраться, как сделать инфографику, но сейчас он занимался какой-то откровенной чепухой.

Со временем эта чепуха стала обретать какие-то очертания. Появилась сводная таблица, но количество странных команд и формул, которые бодро вбивал на клавиатуре Кан Ён Сок, только росло. Несколько раз северянин рычал и желал кому-то там сдохнуть в мучениях, но после находил очередной ролик на ютубе и успокаивался.

— Это займет больше времени, чем я думал, — внезапно выдал северянин, вставая со своего места. — Мне нужен кофе и немного передохнуть.

Только когда Кан Ён Сок вышел из квартиры, Пак Сумин проняло. Это что сейчас было⁈ Он бросил в нее тапком, пусть и в ответ⁈ Потом сидел молча работал, а сейчас точно так же молча встал и ушел⁈ А она даже ничего не сказала⁈ Да за такое поведение она должна была из него все дерьмо выбить, чтобы знал свое место!

Что тут вообще творится-то⁈

* * *

Ноги сами принесли меня к той самой кофейне, где я утром брал кофе. Бариста уже сменился — теперь это был молодой парень с идеальными чертами лица, модной прической и выразительным, ярким взглядом.

— Что-нибудь подсказать? — улыбаясь, спросил молодой человек, но я мигом вычленил те самые недоброжелательные нотки, которые появляются, когда с тобой говорят сквозь зубы.

Удивительно, но даже в первые встречи с Пак Сумин я такого не слышал. От нее обычно исходит чистая ярость, а не вот эта вот липкая, черная злоба.

— Сделайте мне флэт уайт, большой, — сказал я, не глядя на меню над головой.

— Флэт уайт всегда делается одного размера, — наставительно сообщил юноша, — но как я понимаю, вам это все в новинку.

Я тяжело посмотрел на мальца за кассой. Совсем молодой, лет двадцать, не больше. Или по южнокорейскому подсчету ему двадцать один? Вся эта канитель с отсчетом возраста примерно с момента зачатия, вместо момента рождения, вызывала немало путаницы. Но в армию он вроде еще не ходил, я тех, кто служил, видел издалека. Удивительно, но на юге это были практически все взрослые мужчины, как и на севере. В новостях читал, что на срочную службу тут загребали даже айдолов и популярных актеров, и плевать вояки хотели, что на плечах этих парней может держаться значительный кусок ВВП страны. Когда Сеул находится в зоне досягаемости ствольной артиллерии северян, тут, как бы, не до песен и плясок, да?

— Тогда сделайте флэт уайт, который умеете делать, — холодно ответил я. — И еще мне сэндвич с говядиной.

— С вас двадцать пять тысяч вон, — мигом ответил парниша, недобро блеснув глазами.

Я так же спокойно достал из кармана карту Пак Сумин и пикнул ею на терминале. По установленным на ней лимитам, эта трата была столь незначительная, что терминал даже пин-код не попросил. Интересно, с какого момента он вообще мне пригодится? Когда я разбирал пакет, то на оборотной стороне карты увидел маленький стикер, рядом с CVC-кодом. Пин-код карты был крайне незамысловатым — четыре нуля. Видимо, госпожа Пак Сумин не очень любила заморачиваться такими мелочами.

— Подождите несколько минут, сейчас все будет готово, — сглотнул парниша, неотрывно глядя на кусок черного металла в моей руке.

Вот уж точно, страна помешанных на деньгах и потреблении ублюдков. Я не особо верил пропаганде, которую распространяли дома, особенно после того, как получил доступ во внешний интернет, но в одном режим был совершенно прав: Юг — это место без души и смысла. Единственная цель местных жителей, заработать побольше денег, чтобы тут же спустить их на сиюминутные удовольствия. Конечно же, модель потребления юга демонизировалась, но то, что основным способом снятия стресса у южан был шоппинг, говорило о многом. Особенно, если вспомнить, что этот стресс возник из-за работы, на которой они вкалывают для того, чтобы потом снять стресс через покупки… И так по кругу, словно хомяки в беговом колесе.

Я сел за столик у окна и стал наблюдать за потоком людей и машин на улице. Конец весны, скоро начнется жаркое лето. Уже сейчас чувствовалось, насколько прогрелся воздух.

Ждать мне пришлось почти десять минут. Наконец-то, на столик передо мной стал тяжелый резной стакан с кофе и тарелочка с сэндвичем, внутри которого угадывался зеленый салат, тонко нарезанная отварная говядина и какой-то кремовый соус, скорее всего, дорогой мягкий сыр. Я оценил аромат кофе, после чего аккуратно сделал глоток и потянулся за сэндвичем. Утренняя лапша хоть и легла в желудке плотным куском, как-то проскочила, и мне опять хотелось есть. Наверное, это нервы. Присутствие Пак Сумин очень давило, хотя я изо всех сил старался сосредоточиться на работе. А еще ее вопрос про хакера… Я прекрасно понимал, что это была просто невинная шутка, но первой моей мыслью было, что меня раскрыли. Следом пронеслись картины того, как мне придется своими же руками придушить молодую чебольку, после чего удариться в бега. Залечь на дно где-нибудь на побережье, там, где занимаются рыбным промыслом.

Сэндвич был выше всяких похвал. Отличное мясо, прекрасный кремовый соус и свежий салат айсберг, который добавлял хрусткости и свежести всей конструкции. Прекрасен был даже мягкий, почти воздушный хлеб, слегка обжаренный с внешней стороны. Своих денег он, конечно же, не стоил, но было очень вкусно.

— Гражданин, — послышалось над ухом.

Я медленно поднял голову и увидел пару мужчин в форме, за спинами которых стоял бариста.

— Что-то случилось? — невинно спросил я у полицейских, хотя мое сердце в этот момент пропустило несколько ударов.

— Нам сообщили о подозрительной личности, — морщась, сказал один из служителей закона. — Есть подозрения, что вы кого-то обокрали. Покажите, что у вас в карманах.

— Не обязан, — ответил я, отворачиваясь от полицейских и возвращаясь к сэндвичу. — Я не сделал ничего плохого.

— Эй, ты! — проревел один из копов. — Ты как с нами разговариваешь, щенок! Ну-ка, живо вывернул карманы!

Я еще раз посмотрел на полицейских, которые растеряли всякие остатки дружелюбия, перевел взгляд на мальчишку-бариста, стоящего за спинами мужчин. По его взгляду я сразу все понял. Он просто не мог поверить в то, что такой, как я, может владеть черной картой. Людская зависть неискоренима и неистребима.

— Мне кажется, возникло недопонимание. Давайте позвоним моему начальству и…

— Не указывай, что нам делать, северный мусор! Заливать он тут будет, про начальников! Точно ограбил кого-то! — перебил меня второй полицейский, после чего меня грубо сдернули со стула и заломали руки.

Сопротивляться нельзя, хотя крутили меня так безобразно, что даже для меня вывернуться и отпинать хотя бы одного из полицейских не составило бы никакого труда. Видимо, это те самые сытые патрульные, которые ошиваются в центре Сеула и их максимум — выписать штраф за неправильную парковку.

— Позвоните моему начальству, телефон у меня в кармане, — повторил я, когда меня уже выводили из кофейни.

— Ты думаешь, мы поверим, что это твой аппарат? — усмехнулся полицейский, держа мой новый смартфон двумя пальцами. — Да никогда! Щенок, будет тут еще заливать!

Я же окончательно успокоился, потому что видел, что происходит вокруг, в отличие от полиции.

— Господин Кан Ён Сок, что случилось? — вдруг раздалось за спинами сотрудников внутренних органов.

Над двумя патрульными сейчас всей своей массой возвышался господин Мун Джин, а на лице гигантского знакомого госпожи Юн Хян Ми было написано искреннее удивление. При этом, как и в нашу вчерашнюю встречу, господин Мун Джин был одет с иголочки, в строгий черный костюм, а в отражение его дорогих туфель можно было смотреться. Одного взгляда на этого мужчину хватало, чтобы понять, что он работает с очень важными людьми.

— Вы знаете этого человека⁈ — агрессивно спросил один из патрульных, тыча пальцем мне в грудь.

— Пожалуйста, не трогайте господина Кан Ён Сока, а лучше отпустите его и принесите свои извинения. На каком основании вы вообще хватаете людей средь белого дня⁈ — перешел в наступление Мун Джин.

— Мы задали вам вопрос, гражданин! — продолжал упорствовать один из патрульных, хотя по лицу его коллеги было видно, что тот уже струхнул.

— Еще раз повторяю, господин Кан Ён Сок уважаемый человек, или мне позвонить вашему начальнику, чтобы уладить этот вопрос?

— Какому еще начальнику? — испуганно переспросил полицейский.

— Начальнику полиции Сеула, само собой, — холодно ответил Мун Джин, глядя на полицейских сверху вниз, и уже доставая из кармана смартфон. — Думаю, он будет очень рад меня услышать.

— Но подождите, господин… Господин! — запаниковал один из полицейских, понимая, что Мун Джин не шутит. — Я думаю, это все недоразумение! Но поймите и нас правильно! Пришло сообщение, что подозрительная личность расплатилась чужой кредиткой! Посмотрите, откуда у этого северянина черная карточка⁈ Что мы могли подумать⁈

Мун Джин замер, будто бы раздумывал, что делать дальше, но смартфон убирать не стал.

— Мне кажется, это не ваше дело, как выглядит человек с черной карточкой. Уверен, если бы кто-то осмелился украсть такую вещь, ее бы мигом заблокировали через банк, вам должно быть это известно, — сказал мужчина, отчего потоотделение у полицейских только усилилось, ведь говорил Мун Джин совершенно правильные и очевидные вещи. — Просто господин Кан Ён Сок аскет, вот и все. Но прошу вас, господин Кан Ён Сок, не выходите больше без охраны.

— Конечно, господин Мун Джин, — смиренно кивнул я.

От того, что я не кланяюсь такому серьезному человеку, полицейские сдались окончательно. Браслеты, которые уже успели нацепить мне на руки, тут же сняли. Даже мою ветровку попытались поправить, но я довольно быстро вырвался и последовал следом за мужчиной. Только напоследок обернулся и посмотрел на бариста, который наблюдал за всей этой сценой из дверей кофейни. Судя по негодующему выражению лица, паренек так и не понял, что случилось.

— На вас донес тот птенчик? — спросил Мун Джин. — Мы сделаем так, чтобы его заменили.

— Вы очень вовремя, аджосси Мун Джин, — ответил я.

— Бросьте, Кан Ён Сок, мне нет даже сорока, можно просто Мун Джин, — усмехнулся здоровяк. — Тем более мы сейчас оба работаем на госпожу Пак Сумин. Я так понимаю, ваш перекус прервали?

— Откуда вы знаете?

— Госпожа Пак Сумин сказала, что вы вышли на перерыв, и я решил вас встретить, — ответил мужчина. — Но вам на самом деле нужно позаботиться о своем внешнем виде, иначе такие ситуации будут только повторяться. Как выглядит человек очень важно.

— Спасибо, сонбэ, — искренне поблагодарил я. — Как только получится, я займусь этим вопросом.

— Ничего особенного, — ответил Мун Джин. — Меня больше интересует, зачем вы забрали с собой рисоварку?

— В ней удобно готовить рис, — ответил я, пожав плечами.

— Лаконичный ответ.

— Спасибо, господин Мун Джин.

— Вы же живете один, всегда можно поесть в магазине. У нас продаются целые готовые наборы, да и микроволновки стоят, — продолжил мужчина.

— Мне это непривычно, — ответил я. — Да и выгоднее готовить дома.

— Понимаю, привычка страшная вещь, — согласился здоровяк.

Когда мы вдвоем поднялись наверх, Пак Сумин уже ждала нас. Выглядела девушка совершенно иначе — светлые брюки, свободная рубашка. Также она успела уложить волосы и сделать легкий макияж, а вместо кроксов на ногах годзиллы теперь были легкие балетки на низком каблуке. То есть, когда она сказала, что за человека меня не считает, то говорила совершенно искренне. Потому что для встречи Мун Джина все же переоделась и привела себя в порядок.

— Вы долго, — заметила Пак Сумин, отрывая взгляд от экрана смартфона.

— Были небольшие вопросы, которые нужно было уладить, — за нас двоих ответил Мун Джин. — Ничего серьезного.

На меня вызвали наряд полиции, а он говорит «ничего серьезного»! Видимо, он на самом деле знаком с начальником полиции Сеула.

От мысли, что у Мун Джина могут быть связи в NIS, у меня резко засосало под ложечкой. Я покосился на гиганта, который скромно устроился в одном из кресел. Мун Джин не создает впечатление человека, который сует нос не в свои дела, но он точно служил в спецвойсках. Без особой подготовки карьеру бодигарда и «специалиста по решению проблем широкого профиля» не сделаешь. Этот кадр как раз относился к обеим категориям. А где спецура, так и службисты и прочие контрразведчики, они ведь практически родственники.

— Давайте поговорим о госпоже Ким Аран и её банде, — начал Мун Джин, доставая из внутреннего кармана конверт, в котором было втрое сложено несколько распечаток. — Вот, я набросал предварительный план. Ознакомьтесь. Конечно, все будет делаться исходя из ваших указаний, госпожа Пак Сумин, но мне было бы интересно послушать мнение господина Кан Ён Сока. Он все же лучше понимает специфику общины северян.

Мужчина сложил пальцы домиком и внимательно сначала посмотрел на Пак Сумин, а потом на меня. Девушка, которая первой взялась за распечатки, довольно быстро передала документы мне. Это был список снаряжения, краткие характеристики на подчиненных Мун Джина, сводная таблица по расходам.

— Что вы хотите услышать от меня, господин Мун Джин? — спросил я.

— Первое, на ком именно нам сосредоточить усилия? В случае банд нападения на одного лидера недостаточно, приходится работать по всем участникам группировки, — спокойно сообщил Мун Джин. — Как это устроено у северян?

— Вам достаточно будет нанести максимальный ущерб Ким Аран и ее ближайшим помощникам, их всего четыре человека — ответил я. — Эти люди особо не связаны между собой, все, что их держит вместе — это воля этой змеи и круговая порука. Никто не хочет проблем с местными законами, но они боятся уйти.

— Понял, всего пять целей, — кивнул Мун Джин. — Тогда следующий вопрос. Вы не хотите присоединиться?

Я внимательно посмотрел прямо в глаза это «специалиста широкого профиля». Что это за вопрос? Он меня проверяет? Для чего?

— Как я говорил раньше, боец из меня посредственный. А вид крови или чужие страдания не доставляют мне никакого удовольствия. Кроме того, когда запланирована операция?

— Мы думали устроить налёт сегодня ночью, — ответил Мун Джин. — И так прошло достаточно много времени, больше нельзя тянуть. С такими делами надо решать как можно быстрее.

— У меня найдутся дела поважнее. Как минимум — подготовить месячный отчет для госпожи Пак Сумин, — ответил я.

Сидящая во втором кресле Пак Сумин только хмыкнула, а вот Мун Джин даже не шелохнулся.

— Грамотный подход, — сказал мужчина, пряча переданные ему бумаги обратно в карман. — Тогда завтра пришлю отчет и выставлю окончательный счет за наши услуги.

— Буду ждать, — с легкой улыбкой кивнула Пак Сумин.

— Господин Мун Джин, — окликнул я мужчину уже у самых дверей. — У меня будет просьба.

— Да, Кан Ён сок, слушаю.

— Не трогайте Ким Аран.

— Простите?

— Я хочу, чтобы Ким Аран не пострадала физически, — сказал я. — Но вместо этого я попрошу вас сломать минимум по две конечности каждому ее приближенному. Руки или ноги, на ваше усмотрение. Главное, чтобы Ким Аран все это видела, от начала и до конца. Вы можете это сделать?

Мун Джин на секунду замер, после чего хмыкнул и наконец-то ответил:

— Вы интересный человек, господин Кан Ён Сок. Мы все сделаем в лучшем виде.

После мужчина вышел за дверь.

— Я думала, ты хочешь переломать ноги этой паршивке, — сказала мне Пак Сумин.

— Хотел, — ответил я, вставая с дивана и направляясь к ноутбуку.

— Тогда почему передумал?

— Госпожа Пак Сумин, вы должны понимать, что нет ничего страшнее чувства беспомощности и потери власти. Особенно для таких гордых людей, как Ким Аран. Пусть ощутит все это в полной мере, — ответил я, усаживаясь перед экраном, — но давайте продолжим работу. Я бы очень хотел отправиться потом по магазинам за новой одеждой, чтобы вам не было за меня стыдно. Если вы не против, само собой.

Пак Сумин ничего мне не ответила, но краем глаза я заметил на ее лице недобрую улыбку. Девушка целиком и полностью одобряла мой выбор, в этом наши взгляды полностью совпали.

Глава 19

Весь оставшийся день я вкалывал над отчетом, а Пак Сумин всячески развлекалась, ела, пила пиво и донимала меня своими вопросами. В итоге девушка вообще на все плюнула, врубила какой-то сериал на телевизоре и под него так и уснула, держа недопитую банку пива в руках.

В принципе, я этого только и ждал, правда, изначально я надеялся, что Пак Сумин уйдет к себе. Пока же начальница спала, я вломился в домовую вайфай-сеть, если это вообще можно было назвать взломом. Ну, в самом деле, как можно настолько халатно относиться к инфраструктуре? Я находился в дорогом жилом комплексе, метр жилья в котором стоил десяток лет моей работы в техподдержке, а по всему зданию развернута общая вайфай-сеть с установленными репитерами по отдельным квартирам. Да, в эту башню было заведено десяток гигабитных каналов, которые могли покрыть любые нужды, но что толку от такого интернета, если все здание можно ломануть буквально из соседней кофейни?

Убедившись, что вменяемым администратором в сети даже не пахнет, я начал окапываться на новом месте. В первую очередь — зашел на основные маршрутизаторы, которые здесь были производства MicroTik, и наглухо закрыл порты 123 udp, 53 tcpudp, чтобы никакой умник нахаляву не достучался извне. Туда же отправился и 80 с 443 портом. Я был не слишком силен в настройке сети, но минимальные действия, где-то на уровне мытья рук после туалета, я выполнить мог. Следом за основными портами полетел и патч критической уязвимости RouterOS, которую нашли не так давно, и которая позволяла удаленно выполнять код на устройстве через специально оформленный анонс по IPv6. Почему вообще MicroTik, а не стандартное оборудование от Cisco? Или подрядчик зажмотил денег на лицензии и решил, что и так прокатит? Я ковырялся с сетью часа два, пока не залатал основные дыры, которые копились тут годами просто из-за отсутствия нормального обслуживания сети.

Конечно, идеально было бы еще ввести список уникальных устройств по MAC-адресам, которые могут подключаться к сети, но это работало бы в случае отдельной квартиры, а тут у меня было целое здание. Нельзя создавать проблемы другим жильцам.

А вот взять под контроль систему видеонаблюдения и соответствующий сервер — было правильным решением. Большинство камер работали не 24/7, а реагировали на движение, так что на диск писался не слишком большой объем данных. Я сразу же поднял на внешнем хостинге отдельный сервер, который дублировал все подключения к камерам. Благо, это были современные IP-устройства, софт которых поддерживал до пяти сетевых подключений через выделенный видеосервер. Именно с него я стал забирать картинку на свой сервак, а сам взялся писать простенький скрипт. Его задача была в том, чтобы по сети каждый раз слать мне сообщение на телефон через чат-бота, когда срабатывала одна из нужных мне камер.

Первая точка — камера возле пассажирских лифтов в фойе. Персонал тут перемещался по собственным маршрутам, так что меня интересовал именно публичный лифт. Вторая точка — камера на моем этаже перед лифтом. Третья точка — камера в конце коридора, которая пробивала дверь охраны. Четвертая — камера в моем конце коридора. Ну и последняя, пятая точка отслеживания — камера у входа в пентхаус Пак Сумин.

Так я смогу четко отслеживать перемещения людей на моем этаже. Самый тревожный сценарий — когда срабатывают камеры в обоих концах коридора от лифта — это значит, что гости направились как к комнате охраны, так и к моей двери. Еще один сценарий — срабатывание камеры пентхауса, особенно, если Пак Сумин у себя. Я не собирался шпионить за своей нанимательницей и благодетельницей, но, как говорится, голос внутренней паранойи особенно громко звучит после захода солнца. Так что, еще немного подумав, я докинул еще и простенький скрипт, который по запросу через чат-бота присылал мне четыре кадра с камеры за последние шесть секунд, с интервалом в две секунды с момента срабатывания датчика. Это позволит мне смотреть небольшое слайд-шоу при возникновении малейших подозрений, что к нам явились незваные гости.

Когда я закончил, на часах было уже три ночи. Чат-бот исправно присылал снимки с камер по запросу, сеть была более-менее защищена. Не от высококлассной атаки, но случайные люди внутрь точно не проникнут.

А вот отчет буксовал.

Какой главный девиз любого айтишника, будь это программист, тестировщик или хакер из страны третьего мира?

Если что-то приходится делать руками, то это обязательно нужно автоматизировать! И плевать, что задача занимает пару часов, ты должен это автоматизировать, даже если на это уйдут все выходные! Даже если уйдет целая неделя! Автоматизация — превыше всего!

Так как программирование в Excel было для меня в новинку, то все приходилось постигать буквально на ходу. Сначала вместо тупых расчетов KPI я обвязал всю таблицу формулами, чтобы внесение одной переменной сразу выдавало результат по нескольким параметрам и KPI. После этого на основе сочинения Пак Сумин, которое она почему-то называла отчетом, я сделал рыбу, которая подхватывала из Excel-файла данные и строила графики и диаграммы, вставляя их в необходимые места файла. Ну и самое важное — я заморочился с системой импорта-экспорта данных, которая была в этом софте, для того, чтобы вытаскивать все показатели сотрудников отдела в корневую Excel-таблицу на новый лист, вместо того, чтобы переносить данные напрямую руками. Благо, весь этот файл формировался в виде отчета в формате.txt через внутренний самописный софт компании, который был прикручен к рабочему порталу и системе учета рабочего времени и тикетов, тут ничего сложного. Если бы у меня был доступ в эту часть, то и там можно было бы навести порядок, но для этого было еще слишком рано, да и пришлось бы вламываться на рабочие сервера InterConnect. Если Пак Сумин на самом деле потребовался ассистент в моем лице, то я сумею протолкнуть эти изменения через пару месяцев, причем совершенно легально, а моя начальница сможет записать это в свое портфолио в качестве наладки рабочего процесса и сбора статистики внутри отдела.

В итоге, все, что было теперь необходимо для создания отчета — создать новый лист в книге Excel, импортировать свежие данные, после чего наслаждаться видом готового документа Word со всеми необходимыми цифрами, таблицами и графиками.

Но сказать, что во мне что-то умерло в процессе создания этой дребедени — не сказать ничего. Зато автоматизировал, и Пак Сумин не придется больше нервно потеть в конце каждого месяца.

Я встал со стула и сладко потянулся. Начало четвертого, за окном уже начало светать. Телевизор я давно выключил, и единственное, что сейчас нарушало оглушительную тишину — тихое сопение госпожи начальницы отдела технической поддержки.

Под диванчиком собралась целая горка из пустых пивных банок, которые Пак Сумин приговорила под кинцо, и сейчас молодая представительница семейства Пак без каких-либо затей пускала слюни в маленькую подушечку и видела свой десятый пьяный сон.

Оценив размах всего этого безобразия, я пожалел, что не растолкал годзиллу еще в районе полуночи и не отправил спать к себе. Пытаться поднять и перенести ее в спальню — так она не так много выпила, точно проснется, а учитывая хорошо поставленный удар, я рисковал получить по морде. Так что я сходил в спальню, в одном из шкафов нашел небольшой плед, которым укрыл начальницу. После чего отправился на кухню, где с чувством выполненного долга открыл бутылочку воды «Evian» из холодильника и, сделав пару победных глотков, побрел в спальню. Матрас все еще был для меня слишком мягким, а белье пушистым, так что я сдернул одеяло, сложил втрое и, постелив себе прямо на полу что-то похожее на традиционную постель, укрылся простыню.

Надо хоть немного поспать, ведь эта взбалмошная проспится и потащит его на шоппинг. Вчера Пак Сумин грозилась, что раз уж он заикнулся об одежде, то похода к специалисту мне не избежать.

Что это за специалист и что он будет со мной делать, я не имел ни малейшего представления. Но догадывался, что завтрашний день станет одним из самых сложных за все время жизни в Южной Корее.

Казалось, я едва успел закрыть глаза, как меня уже стали пинать в бок.

— Эй! Просыпайся! — услышал я недовольное сопение. — Разлегся тут! Спустись, встреть курьера!

— Какого еще курьера? — пробормотал я, сонно щурясь в поисках очков.

— Сулькук привезли, давай, поднимайся и топай вниз! — скомандовала девушка.

— Тебе зачем суп с самого утра? — удивился я.

— Надо подлечиться, голова трещит… — прошипела Пак Сумин. — Давай-давай, или куплю тебе сегодня клоунский костюм!

— Я не очень понимаю парные костюмы… — пробормотал я, а в следующий момент уже уворачивался от мощного пинка.

Пока годзилла меня не догнала, я кое-как выбрался из квартиры — благо рухнул спать прямо в одежде — и направился к лифтам. Доставка хэджангука на дом с утра пораньше? Интересно, эта девица хотя бы рис сварить сумеет, или даже этого базового навыка она лишена?

У курьера я забрал небольшой фирменный пакет какого-то модного ресторана, после чего отправился обратно на этаж. Пак Сумин, едва завидев еду, вырвала пакет у меня из рук и пошлепала своими кроксами на кухню — девушка переоделась «в домашнее», едва уехал господин Мун Джин — я же отправился следом. Запах наваристого свежего супчика раззадорил мой аппетит.

Пока Пак Сумин тяжело вздыхала над своей порцией супа, сваренного на говяжьем бульоне с тонкими полосками мяса, лапшой и зеленым луком, я выудил из полки упаковку сырного бульдака и поставил кипятиться чайник. В холодильнике нашлись маленькие говяжьи сосисочки и свежий лук, упакованный в газовый пакет. Пока заваривалась лапша, я порезал три сосиски, слил лишнюю воду, засыпал их с приправой в лапшу и сверху посыпал свежим лучком. Конечно, я бы еще добавил яйцо или яичный желток, чтобы получилось совсем богато, но и так бульдак был на вкус выше всяких похвал. А еще в дальнем конце холодильника нашелся порционный пакетик острой кимчи, которая тоже отправилась на стол. Я уселся напротив Пак Сумин, которая сейчас медленно, смакуя каждую ложку, втягивала в себя целительный похмельный суп.

— Ничего себе ты наготовил, — фыркнула Пак Сумин. — А я думала, ты одним рисом питаешься.

— Долго варить, — ответил я, перемешивая палочками лапшу в банке.

— Дай попробовать! — воскликнула Пак Сумин, хватаясь за свои палочки.

— У тебя свой суп есть! — крикнул я, отодвигая свое ведерко с лапшой подальше от загребущих лап чебольки, совершенно забыв об уважительном тоне.

— Ты что, совсем грубиян⁈ Ну-ка, ну-ка… Я сто лет уже не ела такой лапши…

Не успел я и глазом моргнуть, а мой завтрак уже перекочевал на сторону Пак Сумин и девушка начала успешно совмещать мой сырный бульдак со своим говяжьим супом. Немного опешив от такой наглости, я все же кое-как отбил свою порцию, но при этом потерял где-то четверть лапши и одну сосисочку.

— Госпожа Пак Сумин, может, вам вернуться к себе в пентхаус? Там бы и поели.

— Кан Ён Сок, это что за неуважение⁈ Ты что, сдохнуть хочешь⁈ — тут же заорала Пак Сумин, а после схватилась за голову. — У-у-у… Слушай сюда! Есть надо в компании! И за неимением лучшей компании я, так уж и быть, позавтракаю с тобой, мой ассистент!

— Приличные начальники не объедают своих подчиненных… — тихо пробормотал я, а в следующий момент уже уворачивался от удара ложкой.

— Точно грубиян, — бухнулась обратно на свое место Пак Сумин, осознав, что этот бой ей не выиграть и проклятый северянин в моем лице слишком юркий, а головная боль ее сейчас окончательно прикончит. — Но ничего, я сделаю из тебя человека.

— Да я вроде бы уже…

— Все! Едим молча, мой тебе приказ, как начальника! А потом поедем к стилисту.

Я закрыл рот и молча продолжил завтрак. Конечно, можно было бы достать еще сосисок из холодильника, но тогда они были бы холодными и только испортили вкус лапши, а заваривать еще одну порцию я не хотел. Пришлось смириться с потерей и самому себе сделать зарубку в уме, что всегда надо подрезать мяса чуть больше, если буду есть вместе с годзиллой.

Почему-то меня обидело то, что Пак Сумин совершенно не интересовалась тем, разобрался я с отчетом или нет. Единственное, что тревожило сейчас эту взбалмошную — похмельный суп и грядущий шоппинг, а про мою работу, из-за которой я не спал полночи, она не сказала ни слова. Ну и ладно, наверное, для этого ей и требовался ассистент, а если не спрашивает, то либо доверяет, либо ей плевать. Меня, в принципе, устраивали оба варианта.

Едва я съел половину, мой карман завибрировал. Сработала камера над комнатой охраны. Я покосился глазом в экран и отправил запрос на картинки, а через пару секунд бот вернул мне четыре кадра — как водитель Пак Сумин идет в сторону моей квартиры.

Через секунду в дверь постучали.

— Так, давай, собирайся, — скомандовала Пак Сумин. — У тебя есть двадцать минут.

Девушка встала из-за стола и, даже не убрав за собой посуду, выскочила из кухни, параллельно запустив внутрь квартиры своего водителя. Я же спокойно доел свою лапшу, сгреб весь мусор в ведро и пошел в душ и переодеваться. Если мне придется менять одежду, то стоит хоть немного освежиться, потому что этой ночью в неравном бою с формулами Excel и системой импорта от Microsoft с меня сошло десять потов.

Водитель, имени которого я не знал, проводил меня тяжелым взглядом, но ничего не сказал. Это был холеный тренированный мужчина с высокомерным лицом, и по его поведению было понятно, что он совершенно не понимает, что я тут делаю. Кисло улыбнувшись этому амбалу, я проскользнул в спальню, а оттуда — уже в душ. Голова от недосыпа была совершенно квадратная и единственное, что хоть как-то держало меня в сознании — та часть сырного бульдака, которую я сумел спасти от поползновений Пак Сумин.

Немного подумав, я все же запихнул в глаза контактные линзы, а очки просто положил в футляр и закинул в рюкзак. Туда же отправилась бутылка воды из холодильника и рабочий ноутбук Пак Сумин, который до этого смирно стоял на рабочем столе в гостиной.

Водитель еще раз смерил меня уничтожающим взглядом, после чего мы оба вышли из квартиры. Смартфон в кармане исправно вибрировал каждый раз, когда мы попадали в область действия камер, что и привлекло внимание охранника.

— Спам, — криво улыбнувшись, сказал я, доставая из кармана телефон и окончательно отключая вибрацию, чтобы телефон не стал жужжать еще и в фойе.

— Во время поездок с госпожой Пак Сумин есть несколько правил, — прогудел водитель, глядя прямо перед собой. — Никогда не заслоняйте обзор охране. Выходя из машины становитесь в трех шагах от машины, чтобы не заслонять нам обзор. Каждый раз в транспорт сначала садится госпожа Пак Сумин, потом вы. Никогда не трогайте госпожу Пак Сумин. Четко выполняйте все требования охраны, иначе нам придется применить силу. Вам понятно?

Я посмотрел на бодигарда, пытаясь понять, откуда столько неприязни, что он даже имени моего не упомянул, но просто молча кивнул.

Вышли мы на подземном этаже парковки и отправились к машине. Через пятнадцать минут в салон, в сопровождении второго охранника, плюхнулась и Пак Сумин. Девушка невероятно преобразилась. Сейчас на ней было облегающее фигуру дизайнерское платье цвета молочного шоколада, такой же легкий жакет, а в руках — небольшая сумочка, больше похожая на клатч. Обувь я не рассмотрел, но судя по легким отголоскам цоканья, резиновые кроксы Пак Сумин сменила на каблуки.

Подумав о ее преображении, меня опять укололи слова чебольки о том, что я не человек, а ассистент. Приятного в этом было мало.

— Ну что, готов? — спросила Пак Сумин, как только машина тронулась.

— К чему? — спросил я. — Походы по магазинам меня не пугают.

— По каким магазинам? — удивилась девушка. — Нас ждет мой любимый Лоренцо, или ты считаешь, я буду толкаться локтями с людьми в торговых центрах? За кого ты меня принимаешь?

Я тупо уставился на Пак Сумин, даже пару раз моргнул. Иногда я забывал, с кем имею дело. Черная кредитка в моем кармане и квартира на двадцатом этаже — вершина айсберга, лишь кусочек того, что люди называют «тяжелый люкс». И конечно же, представительница этого класса не ходит по магазинам. Это магазины — приходят к ней.

— Как скажете, госпожа Пак Сумин, — ответил я. — но нам нужно будет еще вернуться вечером к работе.

— Я уже видела отчет, — пробубнила Пак Сумин, которая уже уткнулась носом в смартфон и листала ленту. — Не знаю, как ты это сделал, но все идеально.

— Мне все равно нужно будет объяснить, что к чему, — сказал я.

— Зачем? — удивилась Пак Сумин. — Знаешь золотое правила топ-менеджмента?

— Думай головой? — предположил я.

— Делегируй всё, что можешь делегировать, Кан Ён Сок, — улыбнулась Пак Сумин. — Так что отчеты теперь твоя забота.

Девушка демонстративно хлопнула меня по плечу, окончательно закрепляя за мной новые обязанности, после чего вернулась к ленте новостей. Я же сидел и переваривал то, что услышал. Что-то мне подсказывало, что скоро я очень плотно ознакомлюсь с обязанностями главы службы технической поддержки.

Но сейчас у меня была другая проблема — пережить визит к неизвестному Лоренцо.

Глава 20

Машина остановилась в торговом районе Мёндон, на правом берегу, прямо перед офисной стекляшкой без каких-либо опознавательных знаков. Сначала я подумал, что мы все же заедем в торговый центр или остановимся у бутика, коих тут было предостаточно — за окном мелькали вывески известных западных брендов — но вот, мы тут. Как меня и инструктировали, я сам вышел из машины и отошел чуть в сторону, после на тротуар ступила и Пак Сумин. Властно подозвав меня к себе, девушка уверенно цокая каблуками направилась прямо ко входу в стекляшку.

Спустя четыре этажа на лифте и один бесконечный коридор, мы наконец-то попали в нужную нам студию, которая со стороны походила то ли на мастерскую какого-то безумного портного, то ли на склад тканей.

— Пак Сумин, девочка моя! Как я рад тебя видеть!

Лоренцо, который оказался чистокровным корейцем субтильного телосложения и неопределенного возраста, появился откуда-то из-за завалов тряпья и ткани, радостно хлопая в ладоши. Вел он себя совершенно нетипично для корейца, так что для себя я все списал на долгое время, проведенное за границей. Если этот человек был дизайнером или стилистом, наверняка он долго учился в Европе.

— Я привезла тебе манекен, — фыркнула Пак Сумин, бросая свой клатч на высокий пуфик у стены и приземляясь рядом.

— А это еще что за сухая ветвь? — поднял бровь Лоренцо, осматривая меня с ног до головы. — Девочка моя, я же говорил тебе, не подбирать на улице что попало.

— Это мой ассистент, — осадила стилиста Пак Сумин, — и весьма способный. За один день разобрался с работой, на которую у меня ушло полторы недели.

Я удивленно повернул голову на Пак Сумин и тут же нарвался на насмешливый взгляд годзиллы, в котором так и читалось «конечно же, я просмотрела отчет». Значит, пока я спал или встречал курьера, она все же залезла в рабочий ноутбук и оценила результаты моих усилий. Мне даже стало немного стыдно за мое недоверие. С другой стороны, рот Пак Сумин был дан природой не только для того, чтобы лить в него пиво или соджу. Могла бы и, как говорится, «сказать словами», что она довольна моей работой.

— Итак, что будем делать? — хлопнул в ладоши Лоренцо.

— Сделай так, чтобы мне не было стыдно, когда Ён-кун идет рядом, — насмешливо сообщила Пак Сумин.

— Значит, сегодня одеваем только мальчика?

— Именно, — согласилась годзилла.

— Один момент, — сообщил стилист. — Только метр возьму.

С этих слов началось мое путешествие к центру кошмара.

Меня измерили, после чего заставили махать руками, ходить по залу вперед-назад и стоять в разных странных позах. Пока я всем этим занимался, вернулись помощники Лоренцо, нагруженные какой-то одеждой, и начались примерки.

Бесконечные, изматывающие примерки. В последний раз я так уставал в самом начале службы в армии, в учебке, когда нас без конца гоняли по плацу без какой-либо цели и идеи, просто чтобы вымотать до состояния безвольных овощей.

Проще всего оказалось с обувью. Моя нога была привычна к туфлям, так что я без проблем запрыгивал в любую пару, которую предлагал мне стилист. Так у меня появилась пара туфель дерби, кремовые топ-сайдеры для ежедневной носки и черные оксфорды на случай официальных выходов. Лоренцо пытался сподвигнуть меня на кэжуал-стиль, даже подобрал зеленое худи, штаны и кеды, но я кое-как смог отбиться. Такая одежда была не по мне.

В итоге к обеду Лоренцо подобрал для меня, как он выразился, три базовых лука. Один — рабочий, второй — повседневный, третий — вечерний.

— Мальчик, ты не думал сделать пластику? — внезапно спросил Лоренцо, осматривая мое лицо. Когда с одеждой было покончено, пришло время стрижки и манипуляций с бровями, и этим решил заняться лично главный стилист, усадив меня в специальное кресло перед большим зеркалом. — Я тебе, конечно, порекомендую умывашки и кремики, чтобы сделать твою кожу нежной и гладкой, но если убрать нависшее веко, твое лицо заиграет совершенно другими красками…

— Я не думаю, что операция по смене внешности хорошая затея для меня, — ответил я честно.

— Почему⁈ — взвился Лоренцо. — Ведь каждый мечтает стать красивым и…

— Он северянин, Лоренцо, отстань от него, — махнула рукой Пак Сумин. — Они все параноики, а смена внешности это очень подозрительно. Так, Кан Ён Сок?

Я с удивлением посмотрел на Пак Сумин, которая так легко прочитала подтекст моего отказа. Я задумывался о пластической операции еще в Китае, но так как даже дома почти никто не знает, как выглядит Кан «Серый Дракон» Гванджин, то решил, что лучше оставить свое настоящее лицо. Меньше подозрений.

— Все так, — ответил я. — Я простой беглец, а пластические операции вызовут ненужные вопросы.

— Северянин⁈ — опять воскликнул Лоренцо. — Милая, почему ты мне сразу не сказала⁈ Это же все меняет! Нам нужен более строгий и холодный стиль! Милитаризм! Нет! Нет! Что-то по духу схожее с архитектурным брутализмом Восточной Европы! Смесь стали и бетона!

— Я хочу быть похожим на южанина, — сказал я, глядя на стилиста в зеркало.

В этот момент в моем кармане завибрировал смартфон. Извинившись, я отвернулся и проверил чат-бота. По этажу пошел обход клининга. Черт возьми, если мой карман каждый раз будет трястись, когда днем по этажу будет проходить кто-нибудь из обслуживающего здание персонала, то я лишусь ноги. С этой проблемой надо что-то решать.

Мысли были, как и идеи. Но первое — мне нужно будет время. Второе — оборудование. Третье — консультация знающих людей. Проблему псевдо-ложных срабатываний на уборщиков надо как-то решать.

— Так, мальчик мой, а теперь смотрим в зеркальце, сейчас Лоренцо сделает из тебя рокового выходца с Севера, — улыбнулся Лоренцо, поворачивая мое кресло. — Хотя тебе стоит отрастить еще волос и прийти ко мне через месяцок…

Покинули мы стилиста только после обеда. Пак Сумин была злая, как тысяча демонов, и причина была этому крайне проста — она хотела есть. Вот только проблема была в том, что до ближайшего заведения, где для госпожи Пак Сумин всегда держали столик, по послеобеденным пробкам было ехать не менее сорока минут, а то и весь час. За это время годзилла рисковала скончаться голодной смертью.

Пришлось тормозить у ближайшего минимаркета и отправляться за провиантом в качестве доставщика.

— И возьми мне зеленый чай в банке! И стакан со льдом! — дала последние наставления Пак Сумин, едва не вываливаясь при этом из машины.

— Понял-понял… — ответил я, стараясь не закатывать при этом глаза. Почему-то присутствие Пак Сумин, ее манера говорить, даже двигаться, выводили меня из состояния душевного равновесия. Молодая чеболька бесила так, что внутри все начинало трястись. Наверное, дело в том, как мы с ней познакомились в той самой кофейне. Прощение — уж точно не одна из моих добродетелей, я был человеком довольно злопамятным.

А еще сегодня нас ждала встреча с господином Мун Джином. Еще утром он позвонил Пак Сумин и договорился о встрече. Привезет подтверждение выполненной работы и отчитается о проведенной операции.

Еще ночью, когда я ковырялся с проклятыми формулами Excel, у меня было желание поискать адреса публичных камер или попытаться найти другие глаза в том районе. Думаю, переполох в общежитиях поднялся знатный, и хотелось посмотреть хотя бы на последствия налета. Но я сдержался и сосредоточился на работе. У меня и без Ким Аран хватало сейчас дел, а благодаря покровительству Пак Сумин мы сейчас находились в совершенно разных весовых категориях. Власть денег практически безгранична, и единственное, что сейчас может сделать мне Ким Аран — злобно посмотреть вслед. Если мы вообще еще хоть когда-нибудь увидимся.

Как и ожидалось, господин Мун Джин блестяще справился с поставленной задачей. Мужчина спокойно передал нам с Пак Сумин планшет, на котором хранилась запись с нашлемной камеры одного из бойцов. Он и его парни чисто вошли в общежитие, заблокировали все выходы, после чего пустили слезоточивый газ, включили пожарную тревогу и пошли работать врукопашную короткими телескопическими дубинками.

Все непричастные к делам банды успели покинуть здание, а пока прибыли экстренные службы, шестеро крепких бойцов во главе с самим Мун Джином отлично обработали северокорейских рэкетиров. Вся операция от момента входа в корпус и до выхода группы под видом гражданских заняла всего восемнадцать минут, пять из которых они потратили на то, чтобы переломать руки-ноги ближайшим подручным Ким Аран, которая в это время стояла на коленях посреди комнаты и пускала сопли.

— Как и просили, Ким Аран не пострадала, за исключением пары подзатыльников, — спокойно сообщил Мун Джин, убирая планшет с доказательством своего преступления в небольшую сумку. — С остальными поступили, как и было запланировано. Правда, Цой Чимин сопротивлялся, так что пришлось сломать ему не только обе ноги, но и правую руку. Но будем считать это бонусом от фирмы.

То, как спокойно этот человек говорил о нанесении тяжелых увечий, многое рассказывало и о самом Мун Джине. И я, откровенно говоря, вздохнул с большим облегчением, когда этот человек с давящей аурой наконец-то ушел из моей новой квартиры.

— Так, с работой покончено, так что можешь отдыхать, — заявила Пак Сумин, вставая с дивана. — И выясни маршрут до работы, но советую тебе ездить на такси.

— На метро будет быстрее, — ответил я, вставая, чтобы провести начальницу до дверей. — Но благодарю за беспокойство, госпожа руководитель отдела.

Сейчас главное не триггернуть эту взбалмошную, чтобы она наконец-то оставила меня в одиночестве. Хотелось спокойно поставить вариться рис в моем бело-красном яйце-рисоварке, открыть кимчи, достать оставшиеся в упаковке сосисочки и спокойно поужинать в одиночестве. А значит, чтобы план сработал, надо быть вежливым и даже учтивым.

— А ты чего такой вежливый стал? — с подозрением прищурилась Пак Сумин. — Я заметила, что когда мы остаемся вдвоем, ты без конца мне дерзишь. Что ты задумал, Кан Ён Сок?

— Ничего такого, — пожал я плечами и, чувствуя при этом, что мой спокойный ужин начинает от меня ускользать.

Пак Сумин еще раз с подозрением на меня глянула, после чего все же развернулась к двери.

— Я поеду в клуб, так что завтра утром мне понадобится супчик и свежий кофе. Все должно быть у меня в квартире уже к семи утра, ты понял? — спросила Пак Сумин.

— Где я возьму похмельный суп в такую рань?

— Спросишь у водителя, они знают адреса и телефоны круглосуточных доставок, — махнула пальцами чеболька. — После того, как все принесешь, можешь ехать в офис. Понял?

— Да, госпожа руководитель отдела, — я чуть склонил голову.

Проваливай уже давай, гулёна. Дай несчастному Серому Дракону спокойно поужинать и почитать манхву.

Пак Сумин еще раз с подозрением посмотрела на меня, после чего все же вышла из квартиры и направилась в свой пентхаус.

Закрыв за годзиллой дверь, я сделал пару глубоких вдохов и радостной, энергичной походкой отправился на кухню. Пакеты с одеждой, которую я получил от Лоренцо, разберу попозже. Надо поставить вариться рис! И у меня как раз был на примете отличный тайтл про злодейку-попаданку в фэнтези-новеллу, который я давно хотел почитать на Kakao. А с черной кредиткой у меня теперь нет никаких проблем с финансами.

Мысль о том, что Пак Сумин увидит транзакции за оплату манхвы, меня ничуть не беспокоила. Чем более странным и непривлекательным я буду ей казаться, тем проще будет моя жизнь. То, что она просидела у меня вчера целый день, а потом вовсе уснула пьяным сном на диване, доставило мне немало хлопот. Так что пусть лучше продолжает свою жизнь богатой капризной девчонки, чем бы она там не занималась.

Рис удался выше всяких похвал. В дверце холодильника нашелся еще какой-то странный соевый соус, который отлично подошел к рису, сосисочки были все так же хороши. Закусывая все это острой кимчи, я с удовольствием листал первые главы нового для себя тайтла, половину времени, наверное, уделяя комментариям под каждой из глав. А комментариев там была уйма! Я и забыл, насколько сильно мне не хватало подобного сообщества.

Телефон опять завибрировал, а через пару минут — еще дважды. Это вышел водитель Пак Сумин, а следом отправилась развлекаться и сама хозяйка здания. Отлично, теперь мне точно никто не помешает.

Я разобрал одежду, подготовил себе спальное место на полу, выбрал, в чем пойду завтра в офис. После всех этих приготовлений — сходил в душ, после чего завалился с телефоном на диван и залип в манхву до самой полуночи. Сегодня никакой работы! За эти дни я нехило устал, швы на затылке чуть зудели, и скоро мне ехать в больницу на осмотр, еще надо заняться личным ноутбуком и наконец-то разобраться с тем непонятным тикетом и исчезновением данных в тасках.

Еще было бы неплохо разобраться с бесконечными оповещениями, которые приходили на мой телефон. То, что написанный левой пяткой скрипт работал без осечек, конечно, меня радовало, как радовало и то, что я нигде не накосячил с настройкой синхронизации видеосервера и выделенной машины, которую я арендовал у одного из популярных местных хостеров. Но то, что любое движение в коридоре или в фойе отдавалось вибрацией в кармане, уже начинало подбешивать.

Самым лучшим решением будет развернуть систему машинного зрения и обучить систему распознавания лиц. С нынешним уровнем развития ML-систем на базе открытого исходного кода это не должно стать проблемой. Камеры снимали в FullHD, изображение будет довольно четкое. Все что мне нужно будет сделать, в теории, это собрать дамп данных из изображений жильцов и персонала, для того, чтобы скормить все это нейронке. Тогда с вероятностью 80–90 процентов я смогу без проблем распознавать лица людей, а значит, отключить оповещения на «знакомых» системе лиц в те моменты, когда мне неудобно получать уведомления. Или перевести все в текстовый формат. Все же, если подумать, то раскадровки — это огромное палево. Когда я был у Лоренцо и решил проверить, кого там засекли камеры, мне пришлось скрючиться буквально в креветку, чтобы не засветить экран своего смартфона постороннему человеку. Если же мне будет отправляться просто текстовое сообщение, то все станет намного проще. А если присвоить отдельным людям текстово-графические коды, то это вообще снимет весь вопрос с конфиденциальностью.

Правда, для реализации этого плана было несколько препятствий. Как минимум, мне потребуется не менее десяти-двенадцати часов на чтение документации, просто чтобы въехать в ML-системы на уровне новичка. Гайдов и текстов по теме хватало, я кое-чем интересовался во время службы, но это никогда не было моим основным профилем.

Всегда можно запросить помощи у сообщества, в принципе, если завести новый аккаунт на GitHub и начать проект под соусом усовершенствования системы умного дома, то должно что-то получиться. Может, даже, если я покопаюсь в недрах сети, уже найдутся подходящие реализации, но я не слишком любил ковыряться с чужим кодом, мне было проще написать свой собственный. Хотя бы потому, что если что-то не работает, я точно буду знать, кто в этом виноват.

Была еще проблема оборудования. Если я планировал развернуть полноценную нейросеть для распознавания лиц, то мне потребуется соответствующее оборудование для этих задач. Скажем, сервер с блоком из нескольких ускорителей от Nvidia. Сколько A100 или H100 мне понадобится для этой задачи? Или будет достаточно собрать кластер на обычных видеокартах? Или хватит одного довольно мощного стационарного компьютера с парой флагманских карточек? Для работы генеративных нейросетей, по типу Stable Diffusion, этого было вполне достаточно, но мне не анимешные картинки надо рисовать, а быстро и качественно распознавать лица, ведь от этого зависит моя безопасность и жизнь. В кармане у меня была черная кредитка, но как обосновать эти расходы перед Пак Сумин? Самая базовая конфигурация, по моим прикидкам, обойдется в две с половиной-три тысячи долларов или минимум три-четыре миллиона вон, и половина из этих денег пойдет на графический ускоритель. А если говорить о полноценном вычислительном кластере на базе Nvidia Ampere, с теми же Nvidia A100, то речь идет о сумме в двадцать миллионов вон. Сколько будет стоит кластер с ускорителем H100, который был вдвое производительнее A100, я даже думать не хотел. Это обойдется минимум в сто миллионов вон.

С другой стороны, может, у меня и получится протолкнуть эти расходы через Пак Сумин? Сколько она сегодня отдала за работу Лоренцо и одежду для меня? Миллионов пять, если не больше, и это я еще не знал реальных цен на собственные наряды. Может, в шкафу сейчас лежит тряпья и обуви на все десять миллионов вон. Или двадцать, я был совершенно без понятия, сколько на меня сегодня потратила Пак Сумин. А сколько дохода приносит это здание? И ведь это не единственный актив годзиллы…

От этих размышлений начинала болеть голова. Хватит! Все потом, сегодня — мой вечер! Мой и манхвы про злодейку-попаданку!

Телефон завибрировал, когда уже было хорошо за полночь. Я как раз уже собирался идти спать, но все же проверил, что Пак Сумин, пусть и нетвердой походкой, но вернулась в свой пентхаус. И как она может вести такой образ жизни? Каждый день напивается в сопли, после чего по утрам ей нужно поправлять здоровье похмельным супчиком. Может, я выбрал себе не самого лучшего покровителя, и мне стоило примкнуть на сторону ее родни?

Вот только проблема в том, что ценность я представлял только для Пак Сумин. Для всех остальных представителей семейства Пак я был просто разменной северокорейской монетой, не уверен, что они даже считали меня за человека. Годзилла же пусть и была заносчива и высокомерна, как и любой представитель элит, но при этом было в ней все же что-то от человека. Наверное, все дело было в ее молодости — Пак Сумин была моей ровесницей и, судя по обрывкам информации, которые я слышал, довольно много времени провела, учась за границей. Вполне возможно, вся эта социальная иерархия, выстроенная в Корее, ей тоже была не слишком по душе.

Завтра на работу, эти бесконечно длинные выходные наконец-то подойдут к концу.

Глава 21

Мой приход на работу не остался без внимания. Если утро прошло спокойно — я выполнил поручение годзиллы касательно супчика и кофе, после чего уехал в офис — то мое появление в опенспейсе не прошло незамеченным.

Меньше всего сдерживалась, конечно же, Джин Су. Девушка вытаращилась во все глаза и от удивления аж открыла рот, мужчины же бросали со своих мест неодобрительные взгляды, хотя некоторые из коллег оставили мой новый внешний вид вовсе без внимания.

Погода стояла уже теплая, так что из одежды я выбрал белоснежную рубашку, темные брюки с коричневым ремнем из дорогой кожи, а на плечи набросил легкий пиджак, который лично подобрал для меня Лоренцо. Казалось бы, это все не сильно отличалось от того комплекта, который я купил себе сам, но качество одежды находилось на совершенно ином уровне. Также я уложил гелем волосы, как рекомендовал стилист, и хотя получилось у меня далеко не так хорошо, но это подняло волосы и открыло мой лоб, подчеркивая, как сказал сам Лоренцо, волевую линию челюсти. Вкупе с контактными линзами и узким даже для корейца разрезом глаз, выглядел я сейчас довольно высокомерно, будто бы был не простым сотрудником техподдержки, а как минимум одним из менеджеров.

От старого рюкзака я тоже избавился. Теперь у меня был то ли рюкзак, то ли заплечная сумка на одно отделение, кремового цвета с коричневыми кожаными и тканевыми вставками по бокам. Выглядел этот рюкзак довольно стильно, и пусть он был менее вместителен, чем мой старый китайский, ноутбук Пак Сумин в него все равно влезал, и еще оставалось место. А удобная ручка сверху позволяла легко носить его как обычную сумку, в руке.

— Вау! — воскликнула Джин Су, хлопая в ладоши. — Ты совсем на себя не похож, Кан Ён Сок!

— Правда? — искренне спросил я.

— Совсем другой человек! Дай посмотреть! — Джин Су потянулась к моему рюкзаку. — Какая качественная реплика! Где заказывал?

— В смысле, реплика? — удивился я.

— Так вот же, — пальчик моей коллеги уткнулся в нашивку с латинскими буквами «HE» в правом нижнем углу рюкзака. — Это знак бренда Hermes! Да и вся сумка выглядит как оригинал! Круто!

Глаза Джин Су заблестели, я же только пожал плечами и ответил, что раздобыл обновки в нескольких секондах у себя на районе. Афишировать то, что я стал содержанкой Пак Сумин, мне не хотелось. Конечно же, утаить это шило мы не сможем и в отделе рано или поздно узнают, что госпожа начальник отдела мне покровительствует, но я изо всех сил хотел отсрочить этот момент. Слишком рано для подобных потрясений.

Кое-как вырвав из цепких лапок Джин Су свой рюкзак, я бережно поставил сумку под стол, а сам отправился на кухню за стаканчиком утреннего кофе. Думал зайти в кофейню внизу, но только на прошлой неделе я говорил Хёну, что проставляться мы с Джин Су будем только после зарплаты, то есть сейчас я должен быть на мели.

— Приоделся? — спросил Ким Бон-Со.

— Доброго утра, хён! — поклонился я. — Да, пришлось, сами мою старую квартиру видели. Ни одной целой вещи там не осталось, даже одежду порвали.

— Уже съехал? — уточнил старший, подходя к кофемашине.

— Ага, — ответил я, ожидая, пока хён заварит себе кофе. — Пришлось влезть в долги, залоги конечно неподъемные.

— Не говори. Мы с женой уже второй год съехать не можем, хозяин залог не возвращает. Говорит, так живите, — усмехнулся Ким Бон-Со. — Ну, готов к работе? Разберешься со своей сложной заявкой или нужна помощь?

Загудела кофемашина, тонкая струйка кофе ударилась о дно кружки хёна, постепенно наполняя ее живительной жижей.

— На самом деле, от подсказки не откажусь, — ответил я, хотя у меня была закладка для шпионажа за машинами клиентов, которой я сегодня планировал воспользоваться.

— Никогда не верь людям, — глубокомысленно изрек Ким Бон-Со, делая первый глоток. — Это золотое правило техподдержки.

— Но мы же должны помогать клиентам, — удивленно ответил я.

— Мы и помогаем. Но люди всегда лгут, в основном неосознанно или по незнанию, но так уж устроена наша работа, — продолжил хён.

— Спасибо! — поклонился я старшему. — Я обязательно запомню этот совет!

— Давай хорошенько сегодня поработаем, — улыбнулся Ким Бон-Со.

Только вернувшись на свое место с утренним кофе, и еще раз увидев сумку, я внезапно понял, что внутри находится ноутбук Пак Сумин. А я даже в облако свои наработки не выгрузил, весь отчет и таблицы с Excel-файлами до сих пор находились на нем. А что самое неловкое, так это то, что за этим же ноутбуком Пак Сумин работала и в офисе.

Так, главное в такой ситуации не паниковать. Если я найду пару листов бумаги или папку, то смогу замаскировать ноутбук и тихо занести его в аквариум госпожи начальницы отдела. Не думаю, что Пак Сумин закрыла дверь. Или лучше подкараулить ее у лифтов и отдать лично в руки? Но тогда она будет глупо выглядеть с ноутбуком без сумки, но больше меня тревожило то, что она может выходить на нашем этаже не одна. Занести ноутбук госпоже директору по персоналу Юн Хян Ми? То есть сделать из нее курьера вместо себя? Я в красках представил гнев госпожи директора и мне эта картина не понравилась. Юн Хян Ми ощущалась намного более опасной женщиной, нежели Пак Сумин.

Проклятье! Как я об этом не подумал? Надо было оставить у дверей ее пентхауса не только пакет с банкой супа и стакан кофе, но и ноутбук!

Оглянувшись, словно вор, я аккуратно вытащил из полки стола несколько чистых листов бумаги, которые выдавались для ведения записей, после чего полез в рюкзак за ноутбуком.

Перегородки опенспейса позволили мне спокойно проскользнуть через весь этаж в сторону кабинета Пак Сумин. Там же находилось несколько переговорок и большой МФУ, на котором можно было сделать распечатки. Именно к нему я, якобы, и направился, прикрывая тонкий ноутбук листами бумаги.

Миновав пустующий стол менеджера Сима, я немного постоял у огромного принтера, делая сканы пустых страниц. Все должно выглядеть совершенно безобидно, тогда на меня никто не обратит внимания. Улучив момент, я прошел к кабинету начальника отдела и неслышно проскользнул внутрь. Рабочий день начался, но зная Пак Сумин, в офис она явится с опозданием. Еще ни разу она не являлась к восьми, но, справедливости ради, и уходила Пак Сумин намного позже остальных, обычно засиживаясь в своем кабинете.

Я бы мог подождать ее прихода на работу, но если явиться в кабинет начальника отдела в присутствии последнего, пойдут разговоры. Пак Сумин планировала постепенно давать мне ничего не значащие поручения, чтобы публично приблизить меня к себе. Сходить за кофе, распечатать отчет, занести документы. Это все были бы обязанности менеджера Сима, но так как заместителя у Пак Сумин сейчас не было и в ближайшее время не предвидится, не удивительно, если самые простые функции сбросят на младшего сотрудника. Тем более, пока я никак не проявил себя и выполнять хоть какую-то полезную работу, даже если это разнос бумаг, подписанных госпожой начальницей отдела технической поддержки — уже мне в плюс.

Но все это должна начать сама Пак Сумин, а не я, так что ноутбук стоило вернуть на свое законное место прямо сейчас, до ее прихода в офис.

Я аккуратно прикрыл за собой дверь в аквариум и осмотрел рабочее место своего непосредственного начальника и протектора.

Это был довольно просторный кабинет, по американской корпоративной моде установленный в самом углу этажа, так что вместо двух стен тут были высокие окна. Оставшиеся две стены собраны из закаленного стекла с матовым напылением, которое было плотно подогнано к полу и потолку. Тут же, в потолке, был вмонтирован отдельный кондиционер, который позволял поддерживать комфортную температуру в любую, даже самую жаркую погоду. Хотя пользовались им редко — отдельные кабинеты имели только самые большие начальники, а менеджеры младшего и среднего звена зачастую сидели вместе с подчиненными. В случае же Пак Сумин дверь в ее стекляшку всегда была открыта нараспашку, чтобы каждый мог видеть, как трудится госпожа начальник отдела, а она в свою очередь — следить за своими подчиненными. Прямо с рабочего места Пак Сумин был виден весь опенспейс, и хотя взгляд и упирался, в основном, в перегородки, ей сразу было ясно, кто сидит и трудится, а кто валяет дурака.

Вдоль одного из стекол был установлен минималистичный стеллаж для папок с документами и отчетов, с другой стороны — стоял стол для переговоров на шесть-восемь человек с магнитной доской. Завершал картину кабинета проектор на треноге, хотя, на мой взгляд, проще бы было вести презентацию онлайн с трансляцией в Teams или Zoom, но корпоративные стандарты всегда отстают от технического прогресса, тут все точно, как в армии.

Я подошел к рабочему столу и водрузил на него проклятый ноутбук, а из внутреннего кармана пиджака был извлечен и зарядный блок. Немного постоял, подумал, после чего решил, что надо бы включить его в сеть, дабы не заставлять начальницу в ее узкой юбке ползать под столом в поисках розетки.

Заглянув вниз, я обнаружил там бесперебойник, который дружелюбно предлагал сначала воткнуться в него вместо розетки. Видимо, остался тут со времен предыдущего руководителя, который, судя по всему, как и все в отделе, пользовался обычным стационарным компьютером.

Вот только проблема была в том, что отверстие под вилку я сразу в нем и не нашел. Пришлось развалиться на полу, нырнув под стол практически целиком, а когда дело наконец-то было сделано и пришло время продевать кабель питания через специальное отверстие, я услышал, как кто-то аккуратно открывает дверь в аквариум.

Первым же моим желанием было вынырнуть из-под стола и поприветствовать Пак Сумин как полагается, но что-то в походке меня насторожило. Не было привычного цоканья каблучков, которым сопровождалось любое публичное перемещение в пространстве начальницы.

Неизвестный подошел к столу и, хлопнув стопкой каких-то документов, довольно быстро покинул помещение. Видимо, заходил кто-то из сотрудников и принес распечатки, а может это вовсе был офис-менеджер с документами из другого отдела. Документооборот в InterConnect был довольно активным, а так как старшие менеджеры, как мне казалось, еще лично застали раздел корейского полуострова, то и полный отказ от бумаги так и не случился. Иронично, учитывая то, что система документооборота, поддержкой которой я занимался, была создана именно с этой целью — перевести все приказы, справки и отчеты в цифровой вид.

Закончив с подключением ноутбука, я с чувством выполненного долга вернулся на свое рабочее место. Надо все же сказать Пак Сумин закрывать кабинет после рабочего дня, а то какой-то проходной двор. Не то чтобы кто-то в здравом уме будет вредить начальнику отдела или что-то красть из его кабинета, но моему внутреннему параноику было некомфортно.

Через пять минут, уже сидя за своим компьютером и подключаясь к машине клиента через сделанный мною бэкдор в их системе, я с удивлением поймал себя на мысли, что в границах моей персональной безопасности появилась еще одна фигура. Наверное, это и логично, ведь сейчас мое благополучие напрямую зависит от благополучия Пак Сумин. Падет юная представительница семьи Пак — на дно отправлюсь и я. И если она просто станет нищей, то меня, скорее всего, буквально отправят на дно столичного залива.

К моему огромному сожалению почти два часа наблюдения за действиями нового сотрудника компании-клиента не дали никаких результатов. Безликая фигура на том конце провода исправно заполняла все поля и формы, создавала задачи и прикрепляла необходимые документы к отчетам, если того требовала система. Я уже даже подумал, что мне придется идти на поклон к Ким Бон-Со, потому что срок разбирательства с этой задачей подходил к концу, но потом мне вспомнились слова хёна, которые он сказал мне у кофемашины.

«Никогда не верь людям».

Я еще раз внимательно посмотрел на чужой рабочий стол, после чего открыл консоль и переключился на компьютер госпожи Ли Чи А, нашего непосредственного заявителя.

Едва подключение к чужому рабочему столу прогрузилось, а я получил картинку, у меня зарябило в глазах. Госпожа Ли Чи А была поистине офисным монстром!

Скорость, с которой она переключалась между почтой, вордовскими файлами, таблицами и системой документооборота была больше похожа на страшный сон эпилептика. Окна открывались и закрывались, что-то копировалось, вставлялось, заполнялись поля тасков в системе, причем она совершенно не использовала хоткеев! Все исключительно с помощью курсора мыши, да на такой скорости и с такой точностью, что, наверное, госпожа Ли Чи А могла бы посрамить многих профессиональных игроков.

Я пытался следить за корейским киберспортом, но не смог за него зацепиться именно по причине вот такой огромной скорости происходящего. Пока я силился понять, что делает игрок, картинка на экране трансляции менялась два-три раза, превращаясь для меня в разноцветное месиво из вспышек и взрывов. Тратить на это время не хотелось, так что я это модное на юге хобби забросил и окончательно переключился на чтение манхвы.

Наблюдая за работой госпожи Ли Чи А, я будто бы опять попал на киберспортивную трансляцию. Вот только участвовала она не в турнире по популярной RPG или MOBA, а могла бы представлять национальную сборную по какому-нибудь офисному троеборью, если такое, конечно, существовало.

Посетившая меня свербящая мысль заставила потянуться за смартфоном и отправиться в гугл. Ну не может же быть, чтобы турниры по такой чепухе проводили на самом деле? Но с удивлением для себя я обнаружил, что турнир по работе в офисном софте на самом деле проводится в Лас Вегасе. Там соревнуются эксперты по скоростной работе в Excel.

— Эй! У тебя новый смартфон? — голова Джин Су появилась рядом с моей словно из пустоты. — Ого! Круто! В кредит взял?

— Ага, пришлось, — ответил я, блокируя устройство и передавая его в протянутые руки девушки. — Последняя модель.

— И под какой процент? Мне бы тоже обновиться, — без затей спросила коллега, рассматривая корпус аппарата.

— Лучше не спрашивай, — кисло ответил я, вспоминая, в какое рабство я угодил в обмен на покровительство и черную кредитку в кармане, вместе с которой шли и другие вещи.

— Ты же помнишь свое обещание, Кан Ён Сок? — мило надулась Джин Су, а после вовсе стала говорить по слогам. — Ты мне о-бе-щал! Кан! Ён! Сок! Да-вай! Ре-ги-стри-руй-ся!

— Где? — тупо спросил я.

— Как где⁈ На сервисе прохождения опросов! — Джин Су гневно стрельнула в меня взглядом, после чего вернула смартфон. — Или тебе уже деньги ни к чему⁈ Сам же сказал, в кредиты влез, так что давай! Я тебе сейчас ссылку пришлю реферальную!

— А тебе какой с это прок? — спросил я.

— Как какой? Процент с каждого пройденного тобой опроса! — девушка сложила большой и указательный палец в кольцо на уровне живота. — Легкие денежки для умницы Джин Су!

Не успел я согласиться, как на телефон пришло сообщение от Пак Сумин.

— Ого! Тебя начальство вызывает⁈ — удивилась Джин Су, беспардонно заглядывая в мой смартфон, и я в очередной раз убедился, что работу системы оповещений с камер надо пересматривать. Слишком много глазастых и любопытных вокруг меня.

— Я принял твое проклятье на себя, — вздохнул я. — Теперь я водонос.

— Водонос? За кофе пойдешь? — уточнила Джин Су.

Я совершенно искренне, с огромной печалью кивнул, за что получил целую гору утешений и соболезнований.

— А я считала, что госпожа Пак Сумин приличный человек! — стала распаляться Джин Су. — А вот она как со стажерами! Совсем как менеджер Сим!

— Джин Су, успокойся, тебя ведь услышат… — шикнул я.

— Ну и пусть! — девушка уже завелась не на шутку. — Ты вон в долги влезаешь, а она…

— Вообще-то госпожа Пак Сумин за кофе платит сама, — я стал защищать годзиллу от праведного гнева стажерки. — В этом они с менеджером Симом совершенно не похожи.

— А, да? — осеклась Джин Су. — Или ты врешь, потому что ее боишься?..

— Не вру. Честно, клянусь, за свой кофе госпожа Пак Сумин платит сама! — поднял я руки.

А еще платит и за мой кофе. И за жилье. И за еду. И за одежду. И вообще, за всё, потому что всё, что связано с InterConnect и ассоциацией по реабилитации беглецов должно пройти идеально. Но вслух я этого, конечно же, не сказал.

— Ну ладно… — Джин Су вроде бы подостыла и села за свой стол. — Но не будь, как я, Кан Ён Сок! Тебя направили сюда работать и адаптироваться, а не платить за чужой кофе! За тебя есть кому заступиться, так что не молчи, если она будет тебя как-то использовать!

Ага, есть за меня кому заступиться. Конечно же.

— Не буду молчать, — пообещал я девушке. — Ладно, я побежал…

Подходя к аквариуму я почувствовал, что что-то пошло не так, а это нехорошее предчувствие усугублялось растерянным лицом годзиллы. Пак Сумин сидела перед раскрытым ноутбуком и со скоростью, достойной госпожи Ли Чи А нажимала на клавишу пробела.

— Кан Ён Сок! — нервно выпалила Пак Сумин, но продолжила уже тише. — Прикрой дверь…

Едва я оказался в кабинете, то почувствовал едва уловимый запах. Нехороший запах, который я, впрочем, никак не мог окончательно идентифицировать.

Я аккуратно закрыл дверь в аквариум, после чего годзилла повернула ко мне выключенный ноутбук и сказала фразу, которую не хочет слышать ни один сотрудник технической поддержки или системный администратор:

— Кан Ён Сок! Я что-то нажала и всё пропало! — выдала Пак Сумин. — А отчет сдавать через два часа!

Я еще раз посмотрел на черный экран, потом — на начальницу отдела, а после — наконец-то смог сформулировать в своей голове, чем же пахнет внутри стекляшки.

Пак Сумин каким-то образом умудрилась спалить свой рабочий ноутбук.

* * *

Тот самый рюкзак от Hermes.

Глава 22

— И как это случилось? — спросил я.

— Ну… — Пак Сумин замялась, я впервые видел годзиллу настолько смущенной и растерянной. — Я работала…

— И потом?

— И потом все пропало! — выпалила чеболька.

Тяжело вздохнув, я подошел к столу и стал осматривать ноутбук.

Никаких сомнений, аппаратура испустила дух, и характерный запах шел именно от устройства. Я уже подумал, что что-то накосячил с подключением, когда мой взгляд упал на USB-порт, из которого торчала пухленькая черная флешка.

— Это что такое? — спросил я, указывая на флешку.

— Принесли с документами, — ответила Пак Сумин. — Но я посмотреть не успела. Да и какое это имеет значение⁈ Мне отчет сдавать через два часа!

По голосу девушки было слышно, что первый шок проходит и на свое место возвращается склочная и высокомерная дочь семьи Пак.

Аккуратно потянув за флешку, я извлек ее из порта, покрутил в руках. Плотно запаянный пластик, гладкая, довольно тяжелая. Странно, зачем делать такие флешки, сейчас они становились все меньше и меньше.

— Что ты там возишься⁈ Сделай что-нибудь! — взвилась Пак Сумин.

— Ноутбуку уже не помочь, — ответил я. — Меня сейчас интересует другое.

— И что же?

Мне нужно что-нибудь твердое и довольно увесистое.

Оглянувшись, и не найдя ничего подходящего, я без затей бросил флешку на пол, после чего со всего маху ударил по корпусу каблуком. Под ногой хрустнуло, а Пак Сумин от неожиданности даже вскрикнула, вскакивая со своего места.

— Ты что творишь⁈

Когда я убрал ногу, то на полу остался раскрошенный корпус флешки, а под ним показалась довольно массивная плата с напаянными на ней серебристыми квадратами, которые уж точно не подходили по внешнему виду под чипы памяти.

Наклонившись, я поднял «раздетую» от корпуса флешку и опять начал крутить в руках.

— Госпожа Пак Сумин, — начал я серьезно, — кому вы доверяете?

Годзилла, которая все это время заваливала меня бесполезными вопросами, осеклась, уставившись на меня.

— Директору Юн Хян Ми.

— Звоните ей, нам нужна помощь. Нужен будет доступ к камерам в лифте и системе пропусков. Она сможет это устроить?

— Да что случилось-то⁈

Я поднял флешку перед глазами и ответил:

— Это не USB-накопитель, здесь нет ни единого чипа памяти. Это скорее похоже на конденсаторы высокой мощности.

— Говори нормально, Кан Ён Сок! Что это значит⁈

— Это значит, что вам подбросили USB-киллера, который угробил ваш рабочий ноутбук. Как раз в день сдачи месячного отчета, — ответил я, уже доставая из кармана смартфон и заходя в гугл. Устройство в моих руках имело заводское исполнение, вполне возможно, что дядюшка Ляо балуется изготовлением и таких вещиц, ведь чего не найдешь в недрах Alibaba и Aliexpress.

Довольно быстро я нагуглил, что эта игрушка при подключении к USB-порту запускает преобразователь напряжения и начинает зарядку конденсаторов. Когда она закончена, преобразователь выключается, а запасенная энергия подается на все сигнальные линии. Если после импульса цепи остаются в живых, то цикл зарядки-удара повторяется, пока устройство не прожарит носителя USB-порта до состояния корочки.

Как итог, USB-киллер наверняка выбивает контроллер-хаб и бьет в материнскую плату компьютера, ну а дальше как повезет. Сгорает либо часть материнки, либо прожаривает вообще весь компьютер там уже как поведет себя устройство в условиях пробоя цепей.

Но в ходе пятиминутного гугления я нашел самое главное: гибель жесткого диска маловероятна. Вот только проблема в том, что обзорная статья, из которой я взял эту информацию, писалась для старых устройств, где жесткий диск был на самом деле жестким диском — HDD-гробом с механическими частями. В дорогом ноутбуке Пак Сумин HDD не было, работал он для этого слишком тихо и плавно, да и был очень тонким. Без шансов, внутри находился твердотельный накопитель m.2, который выполнял функцию основного носителя. И сейчас мне оставалось только молиться, чтобы пробой с USB-киллера не дотянулся дальше основных цепей материнской платы и не прожарил контроллер и цепи PCI-e, через которые твердотельник общался со всем остальным компьютером.

Мозги работали с огромной скоростью, расставляя приоритеты и просчитывая варианты. Комната вокруг меня поблекла, а зрение сузилось до небольшого сектора, в который едва-едва попадал экран смартфона. Но я не боялся этого чувства. Даже был рад ему. Так я ощущал себя во время самых дерзких и сложных взломов, ради этого чувства я так много времени уделял обучению хакерскому ремеслу. Ни с чем несравнимое чувство потока, когда решение проблемы рождается в мозгу еще до того, как ты сам его окончательно осознаешь. В такие моменты твои руки порхают над клавиатурой, а из-под пальцев выходит идеальный, практически гениальный код. Состояние, когда ты с легкостью делаешь за десять минут то, на что в обычных условиях у тебя уйдет полтора часа.

Если бы я писал свое реальное резюме, то первой строкой в нем бы шло слово «стрессоустойчивость». В рабочих задачах я мог не только эффективно утилизировать стрессовое напряжение, я буквально пожирал его, превращая в топливо для собственного мозга.

Пока я гуглил, Пак Сумин связалась с Юн Хян Ми, которая тут же спустилась на наш этаж и уже стояла на пороге в аквариум. Благо, к этому моменту в моей голове уже созрел план.

— Что случилось⁈ — командным тоном спросила госпожа директор по персоналу.

— Случился саботаж, госпожа директор, — отчеканил я. — Атаковали компьютер госпожи начальницы отдела Пак Сумин, техника сожжена, доступ к отчету утерян.

— Что значит саботаж⁈ И отчет! Сумин-ян, я же говорила тебе, будь внимательна! — рыкнула Юн Хян Ми. — Я сейчас же позвоню генеральному директору, мы перенесем сроки и начнем разбирательство, кто занимается подобными…

Я в последний момент выхватил смартфон из рук директора по персоналу, блокируя экран и откладывая его в сторону.

— Не надо никому звонить, — сказал я.

— Кан Ён Сок! — вскочила Пак Сумин. — Ты что творишь⁈ Тут все серьезно! Ты что, забыл, что стоит на кону⁈

— Вот именно, — я бросил на Пак Сумин короткий взгляд через плечо. — Все серьезно, а на кону наши с вами головы, госпожа Пак Сумин. Так что мы ничего никому не будем говорить. Обратиться сейчас к гендиректору за отсрочкой — проявить слабость.

— Ты что, сможешь переделать отчет за полтора часа⁈ — спросила Пак Сумин.

— Даже за три не справлюсь, — честно ответил я. — Да и задержки неприемлемы. У меня есть другой план.

— Мы можем занести ноутбук сисадминам, — Юн Хян Ми, которая до этого молча наблюдала за моими действиями, стала включаться в работу.

— Все, кому можно верить, сейчас находятся в этой комнате, — ответил я. — Сисадмины не вариант, они разнесут эту историю по всему офису. Это все должно остаться внутри отдела, госпожа директор.

— А как вообще это все случилось? — спросила наконец-то Юн Хян Ми.

— Кто-то принес устройство, замаскированное под флешку, в кабинет госпожи Пак Сумин и оставил вместе с бумагами. И тут же ушел, — отчеканил я.

— Откуда ты это знаешь? — спросила директор по персоналу.

— Я в этот момент сидел под столом, — без затей ответил я.

В кабинете повисла тишина.

— Кан Ён Сок… — страшным голосом начала Пак Сумин. — Я спрошу только один раз. Ты что там забыл?

— Я вообще-то ноутбук к сети подключал, — ответил я, подходя к двери из аквариума и выглядывая в опенспейс. — Шаги, кстати, вероятнее всего принадлежали мужчине. Очень тяжелая была походка для женщины.

— Так ты видел мерзавца⁈ — воскликнула Пак Сумин. — Я его прибью! Лично!

— Я же говорю, я сидел под столом, — ответил я через плечо. — Если вы так отреагировали на эти слова, то что бы подумали остальные? Конечно же, я сидел тихо и ничем себя не выдал. Госпожа Юн Хян Ми, вы можете устроить собрание? Нам надо очистить этаж от людей.

— Без проблем, — ответила Юн Хян Ми. — Сейчас напишу письмо.

Я тоже достал смартфон и написал короткое сообщение.

— Вам с госпожой Пак Сумин придется присутствовать там же, — сказал я, нажимая кнопку отправить. — Мне нужно около часа. Если жесткий диск не выжил, то тогда придется звонить гендиректору. Госпожа Пак Сумин, можете отправить водителя за покупками? Пусть привезет новый ноутбук из технического магазина в течение часа.

Чеболька как-то странно на меня посмотрела, но ничего не сказала, только молча потянулась за смартфоном, сделала пару фотографий погибшего ноута и отправила необходимое сообщение.

— Кан Ён Сок! Что случилось⁈ — в дверях появилась встревоженная Джин Су, которую я тут же схватил за руку и затащил в аквариум.

— Мне поможет Джин Су, — сказал я начальницам, кладя ладонь на плечо стажерки.

— Ты уверен, что ей можно… — начала Пак Сумин.

— Успокойся, Сумин-ян. Все дело в аттестации, так? — усмехнулась Юн Хян Ми, окидывая оценивающим взглядом Джин Су.

— Именно, — кивнул я. — А еще я точно знаю, что Джин Су не могла принести флешку. Она была за своим рабочим местом, и кроме того она большая поклонница госпожи Пак Сумин.

От моих слов Джин Су, которая до этого стояла, скромно опустив глаза в пол, залилась краской до самых кончиков ушей, но ничего не сказала.

— А еще Джин Су выпускница СеулТеха и очень мне поможет, — решил поддержать я коллегу.

— Я очень постараюсь! — выпалила Джин Су, склонившись перед руководительницами, хотя не имела ни малейшего представления о том, что ей придется делать.

— Все, я закончила с собранием, — сказала Юн Хян Ми, которая все это время одним глазом смотрела в экран смартфона и строчила какие-то письма. Скорее всего, резервировала большой зал для совещаний, который смог бы вместить всех сотрудников отдела. — Сумин-ян, твой выход, собирай свой отдел, нам на третий этаж в конференц-зал.

Пак Сумин бросила на меня короткий взгляд, и уже выходя из аквариума, сказала:

— Кан Ён Сок, если ты облажаешься…

— Не облажаюсь, — перебил я Пак Сумин. — В любом случае, у вас будет время сообщить о проблеме генеральному директору и получить отсрочку. Но мы должны попытаться. Я спасу отчет.

— Я доверяю тебе, — сказала Пак Сумин.

— Я вас не подведу, госпожа руководитель отдела, — ответил я и чуть согнулся в легком поклоне.

Когда обе женщины вышли из аквариума, а мы с Джин Су остались наедине, стажёрку наконец-то прорвало:

— Это что такое сейчас было⁈ — ахнула бледная от испуга Джин Су. — В каких ты с ними отношениях⁈

— А что такое? — удивился я.

— Ты вообще понимаешь, как разговаривал с госпожой начальником отдела и госпожой директором по персоналу⁈ Ты вообще себя слышал⁈

— Да что такое? — поморщился я, подходя к погибшему ноутбуку.

— Кан Ён Сок! Да ты же стоял и командовал, что им делать! Ты! Вчерашний стажёр! — продолжала причитать Джин Су. — И холодный такой, жесткий! Меня аж к полу прибило твоим тоном! И они тебя слушали! И делали! Будто бы вы ровня! Ты вообще с ума сошел так себя вести⁈

Маленькие кулачки Джин Су застучали по моему плечу. Девушка была в настоящем шоке, который плавно перетекал в некое подобие паники.

— Джин Су! — рявкнул я, хватая девушку за плечи и немного встряхивая. — Соберись! У нас важная миссия! На кону честь отдела технической поддержки и репутация госпожи Пак Сумин!

— Честь отдела?

— Именно!

— Репутация…

— Да! Репутация! Если не справимся, то сильно подведем госпожу Пак Сумин! — энергично продолжил я промывать мозги Джин Су. Пропаганда в чистом виде, но именно это сейчас и нужно девушке. — Вперед! За честь отдела!

— За честь отдела! — воскликнула Джин Су следом, вскидывая вверх кулак.

Минутка воодушевляющих речей была закончена, так что коллега тут же задала мне вопрос:

— А что ты собрался делать?

— Надо вытащить из ноутбука диск, — ответил я Джин Су. — Его материнку прожарили USB-киллером.

— Ого, — охнула Джин Су, наклоняясь над мертвой машиной и разглядывая корпус. — Это дорогой ультрабук, такие сложно разобрать. А ты уверен, что диск вообще жив?

— Там твердотельник, но вроде дальше цепей материнки и USB-контроллера импульс не должен был пройти. Пак Сумин сказала, что он сдох почти сразу.

Джин Су бросила на меня какой-то странный взгляд, и я понял, что незаметно для себя стал говорить о годзилле неформально, будто бы мы близко знакомы. Надо следить за своим языком.

— Если корпус проклеен, то мы не доберемся до диска, — заметила Джин Су.

— Это не так важно, корпус можно и выломать. Главное не повредить твердотельник, — ответил я. Если бы я знал, где он находится, я бы его вообще об колено переломил, и все дела. Джин Су, сходи пока возьми ножи, будем прорезать крепежи корпуса на живую.

— Поняла! — кивнула Джин Су, да так активно, что два ее хвостика забавно взмыли в воздух. — Сейчас будет!

Когда девушка ушла, я принялся осматривать корпус ноутбука повнимательнее. Джин Су была права, это был современный моноблок, скорее всего с проклейкой на двухсторонний скотч внутри корпуса. Но хорошо, что на целостность ноутбука мне было плевать.

— Вот! — Джин Су вернулась в кабинет Пак Сумин и протянула мне несколько ножей разных размеров.

Следующие двадцать минут мы на пару с девушкой пытались аккуратно загнать тонкое лезвие ножа в какую-нибудь щель, но только ковыряли твердый пластик корпуса.

— Да что ж это такое… — вздохнул я.

На оборотной стороне ноутбука было несколько крепежных винтов, которые стягивали верхнюю и нижнюю часть корпуса, но они были утоплены так глубоко, что подлезть внутрь можно было только отверткой.

— Ты уверен, что внутри твердотельный накопитель? — спросила внезапно Джин Су.

Девушка, как и я сам, была вся потная и красная от напряжения. Мы буквально затылками чувствовали, как уходит наше время.

— Уверен, — кивнул я.

— Клянешься?

— Я уже погуглил, у этих моделей SSD, — ответил я. — Вот только видео с разбором в интернете нет, непопулярная модель. Ну, или я плохо искал.

— Тогда у меня есть идея, — сказала Джин Су, забирая ноутбук.

После чего девушка поставила компьютер на пол ребром, словно раскрытую книгу, и пока я пытался сообразить, что она делает, со всего маху ударила ногой по боковой стороне корпуса.

Пластик жалобно хрустнул, а сам ноутбук раскрылся, словно хорошо прожаренная фисташка.

— Вот теперь легче пойдет, — сказала Джин Су, победно сдувая прядь волос со лба.

— Ага… — протянул я, глядя на раскуроченный ноут.

Грубо, но эффективно. И почему я сам не додумался так сделать?

— Иди, сними крышку с моего рабочего компьютера, — сказал я девушке, передавая один из ножей. — Проверь, есть ли там порт m.2.

— А как он выглядит? — спросила Джин Су.

Я тяжело посмотрел на девушку, всем своим видом показывая, что такого вопроса от нее я не ожидал.

— Поняла, поищу в интернете, — тут же ответила Джин Су. — Где хоть искать?

— Рядом с портами PCI-e, — ответил я, показывая большим и указательным пальцем расстояние. — Он где-то вот такой в ширину, сантиметра три-четыре, напаян на плату боком.

Джин Су только кивнула головой и выбежала из аквариума, я же продолжил терзать ноутбук.

Необходимый мне жесткий диск нашелся с обратной стороны материнской платы, недалеко от модулей оперативной памяти. Я аккуратно выкрутил малюсенький винт крепежа кончиком ножа и отщелкнул твердотельный накопитель из его слота. После извлечения я еще раз внимательно осмотрел цепи и дорожки на матплате возле SSD, после чего происпектировал сам диск. Выглядел он вполне себе рабочим, никаких оплавлений или других следов того, что его прожарило импульсом USB-киллера. Но тут мы узнаем правду, только когда подключим диск к системе.

Вообще, мне повезло. Офисные стационарные компьютеры были хоть и слабенькими, но достаточно новыми относительно того, на чем мы с Джин Су проходили первый этап стажировки. В какой-то момент порт m.2 стал стандартом для индустрии, и пусть в нашем случае бюджетных материнских плат он работал через старый и медленный SATA-контроллер вместо быстрого PCI-e, это было не столь важно. Главное — можно было подключиться и получить доступ к файлам.

Крепежного винта для того, чтобы зафиксировать твердотельник на матплате, в моем компьютере не было — админы, видимо, не стали заморачиваться и просто его не прикрутили на место, так что Джин Су приходилось стоять и держать диск пальцем, чтобы не отходили контакты, засунув руку чуть ли не по локоть в корпус. Девушка была настолько сосредоточена, что аж скрипела зубами.

— Расслабься, а то судорогу поймаешь, — сказал я коллеге, а сам сел за компьютер.

Момент истины.

Открыв проводник, я увидел еще один логический диск в списке устройств. Победа! Мгновенно зайдя на SSD от ноутбука Пак Сумин, я перебросил всю папку с отчетом на свой рабочий стол, тут же закинул файлы в письмо и отправил его годзилле, поставив в копию себя и госпожу Юн Хян Ми. Все, больше никаких складываний всех яиц в одну корзину! Многократное резервирование и копирование!

В голове уже закрутилось, как организовать всю эту инфраструктуру для себя и Пак Сумин, какие сервисы стоит использовать и как долго придется учить годзиллу всем этим правильно пользоваться. Но, думаю, стоит начать с гугл-документов, а потом повышать уровень сложности. Так и до облачного резервирования с бэкапами рано или поздно дойдем, только надо собственный выделенный сервер под это дело заиметь…

Мы с Джин Су справились за сорок пять минут.

Оставшееся у нас время мы потратили на уборку в аквариуме Пак Сумин — там по всему полу разлетелись обломки корпуса раскуроченного ноутбука. Самого погибшего вместе с USB-киллером я погрузил в мусорный пакет и затолкал в свой рюкзак, а к концу собрания приехал водитель Пак Сумин, который передал мне заранее распакованный ноутбук, который я так же незаметно пронес в кабинет начальницы. В итоге, когда отдел вернулся с собрания, мы с Джин Су мирно сидели за своими столами, делая вид, что ничего не случилось.

Когда Пак Сумин проходила мимо, наши взгляды встретились. Ресницы чебольки едва дрогнули, но и этого было достаточно. Я видел, что хоть она и сомневалась в успехе всей этой операции, я смог оправдать ее доверие. Но самое главное — никто так и не узнал о том, сработал ли подброшенный USB-киллер, как и планировалось. А значит, они попробуют выкинуть что-то в подобном роде еще раз.

Вишенкой на торте стало личное сообщение от госпожи Юн Хян Ми. После рабочего дня она ждала меня и Пак Сумин с визитом, чтобы дать доступ к системе безопасности здания.

От мысли, что мы находимся на шаг впереди неизвестных вредителей, мои губы сами собой растянулись в нехорошей ухмылке. Мой внутренний Серый Дракон тоже был доволен. Быть в роли охотника, а не жертвы, всегда приятнее.

Совершенно спокойный, я наконец-то вернулся к работе. Надо бы уже разобраться с этим проклятым тикетом и загадочным исчезновением данных, и у меня уже были кое-какие мысли на этот счет. Очевидно, проблема крылась в госпоже Ли Чи А, осталось только это доказать.

* * *

Бонус от авторской музы шизы:

Глава 23

Следующие несколько дней прошли довольно спокойно. Конечно, вечером Пак Сумин засыпала меня вопросами, но довольно быстро утомилась от подробных объяснений технической части процесса извлечения информации из ее ноутбука, на что и был расчет. Я еще получил порцию подозрительных взглядов, но в целом Пак Сумин была мной довольна, так что после того, как я спровадил годзиллу в ее пентхаус, сразу же отправился варить себе рис на ужин, после чего завалился на диван и посвятил всего себя чтению манхвы.

В целом, мои обязанности сейчас сводились к роли того самого водоноса, которым я представился Джин Су. По утрам я приносил к дверям Пак Сумин кофе и похмельный супчик, во время обеда в офисе — бегал в кофейню вниз, чтобы купить годзилле большой латте на соевом молоке и какую-нибудь вкусность. В двух случаях из трех это был плоский круасан, так что можно сказать, что я постепенно изучал вкусы и предпочтения Пак Сумин.

Остаток дня я выполнял работу сотрудника технической поддержки, разбирался с тикетами, пил кофе на кухне и трепался с Джин Су или хёном там же, пока агрегат жужжал и добывал для нас из перемолотых зерен бодрящую черную жижу.

Я ждал, что у меня с Пак Сумин и госпожой директором по персоналу Юн Хян Ми состоится непростой разговор, но пока эти две барышни затихли. Видимо, собирали какую-то информацию, или просто не посчитали нужным ставить меня в известность о своих шагах и решениях. Впрочем, оно и правильно: в их глазах я должен оставаться просто шахматной фигурой, пешкой, которую можно двигать по доске и которую надо бы беречь, но выводить в ферзи не обязательно. Да и потенциала вывода в те самые ферзи я не показывал, во всяком случае, в присутствии Пак Сумин я всем видом демонстрировал, что я на первую половину состою из риса и кимчи, а на вторую — из прочитанной манхвы.

Да и вне работы я с Пак Сумин почти более не общался. Каждый вечер она уезжала в клуб, а возвращалась за полночь если не вдрызг пьяная, то уж точно крепко выпившая. Мне эта часть ее жизни была совершенно неинтересна.

Омрачало начало недели только то, что я все никак не мог побороть тот проклятый тикет, который подсунул мне хён.

— Сонбэ! Прошу вас, помогите! Я в тупике!

Я согнулся в поклоне перед Ким Бон-Со. Загадка госпожи Ли Чи А загнала меня, Серого Дракона Кан Гванджина, в тупик. Я потратил на этот тикет еще три дня, сегодня был уже четверг, но так не пришел ни к какому результату, а наблюдение за работой госпожи Ли Чи А только породило головную боль и, возможно, я уже был на грани приступа эпилепсии.

— Сдаешься? — усмехнулся Ким Бон-Со.

— Сдаюсь… — выдавил я из себя. — Я совершенно не понимаю, что происходит.

— Эх, молодые… — выдохнул Ким Бон-Со. — Воспроизвести проблему пробовал?

— Ну… — протянул я.

Я настолько углубился в наблюдение и поиск каких-нибудь ошибок в логах, что забыл о том, что мне надо идти от простого к сложному.

— Ты к чему вообще пришел? — спросил Ким Бон-Со.

— Я думаю, проблема исходит от госпожи Ли Чи А, — честно ответил я.

— Похвальная проницательность, — кивнул старший коллега. — Значит, наша задача сделать так, чтобы повторить ее поведение. Насколько я помню, ей наняли помощника, так?

— Все так, хён, — кивнул я.

— Значит, что-то происходит с его тасками по вине госпожи Ли Чи А.

— Думаете, госпожа Ли Чи А делает это специально? — уточнил я.

— Пойдем-ка кофе сделаем, — встал со своего места Ким Бон-Со. — Нет, хубэ, я думаю, что это просто трагичное стечение обстоятельств. В котором нам надо разобраться.

После того, как мы заварили две кружки кофе, Ким Бон-Со пошел вместе со мной к моему компьютеру.

— Джин Су, поможешь нам? — спросил старший у девушки.

— Конечно! — тут же откликнулась Джин Су. — Только заявку закрою…

Через пару минут, когда все были готовы, мы начали тест. Джин Су была отведена роль «нового сотрудника», мы же с Ким Бон-Со имитировали деятельность госпожи Ли Чи А.

— Она женщина деятельная и на самом деле неглупая, — сказал сонбэ, наблюдая, как Джин Су создает тестовые заявки в нашей «песочнице». — Я как-то был в их компании на выезде. Совершенно безумные навыки работы за компьютером. Очень быстро все делает.

— Правда? — включил я дурачка, слушая Ким Бон-Со. Он не просто так упомянул скорость работы госпожи Ли Чи А. Значит, проблема кроется в ней.

— Так, Джин Су, спасибо. Пока хватит, — скомандовал Бон-Со. — Теперь давай откроем свежие задачи.

Я несколько раз кликнул мышью, и на моем экране поочередно разместилось три окна.

— Они заполняют таски по ходу поступления информации, — сказал Ким Бон-Со. — Поэтому задача может висеть пустой день или даже два дня, прежде чем уйдет с этапа обработки госпожи Ли Чи А дальше. И они очень боятся потери данных, у них двойное резервирование настроено. Так, хорошо, Джин Су, внеси какие-нибудь изменения.

Моя коллега послушно заполнила несколько полей, сохранилась и стала ждать новых указаний.

— Кан Ён Сок, теперь ты. Проверь, появилась ли информация в тасках. Закрой один, — сказал хён.

Я не мог понять, куда он клонит, но подчинился. Аккуратно кликнул на крестик в правом верхнем углу, закрывая окно, и переоткрыл задачу через список в системе.

— Неправильно, — сказал Ким Бон-Со. — Там была кнопка «закрыть». Тем более все данные на месте.

Пришлось закрывать второй таск через кнопку «закрыть» вместо крестика. Но это тоже ничего не дало.

— Как думаешь, что делает госпожа Ли Чи А, чтобы данные пропадали? — спросил Ким Бон-Со.

— Без понятия.

Я уже был морально сломан этой проблемой. Сдался. Опустил руки. Я ни на что не годен, я не имею право называться Серым Драконом, теперь я окончательно дурачок Кан Ён Сок.

Ким Бон-Со улыбнулся, после чего наклонился, перехватил мою мышь, и в окне последнего, третьего таска несколько раз нажал кнопку «сохранить», а только потом рядом стоящую с ней кнопку «закрыть».

— Вы зачем это сделали⁈ — удивился я.

— Я же сказал, госпожа Ли Чи А очень боится потери данных. И всегда сохраняется по десять раз на дню, любой символ, любое окно, любая программа, прежде чем что-то закрыть, она нажимает кнопку сохранения, — ответил старший.

От осознания, в чем была проблема, у меня едва не лопнул мозг. Да ладно⁈ Все было так просто⁈

— Как вы это поняли? — спросил я Ким Бон-Со. — Когда⁈

— В первый же день, еще до того, как передал тикет тебе, — улыбнулся Ким Бон-Со, делая победный глоток кофе. — Созвонился с госпожой Ли Чи А, она включила мне трансляцию экрана по Zoom, я эту ее особенность и заметил. Объяснил, что так делать не надо, потому что ее нажатие «сохранить» перезаписывает таск согласно содержимому окна, а так как она открывала их, когда ее хубэ их только регистрировал, то, получается, банально делала перезапись на пустые поля. А проверяла она работу подчиненного всего пару раз в день, просто перелистывая окна заранее открытых задач.

— Подождите… — протянул я. — Я связывался с госпожой Ли Чи А! По несколько раз на день писал целые поэмы, что мы упорно трудимся над ее проблемой! Даже по телефону звонил!

— И госпожа Ли Чи А тебя очень хвалила, — кивнул сонбэ. — Она знала, что я передал тикет на перепроверку стажеру.

— Подождите! Я же видел пустые таски на боевой базе клиента! Я же подключался к их системе и наблюдал!

— Так я же говорю, они не сразу заполняют информацию, — улыбка хёна была все шире и шире. — Но ты неплохо постарался, я наблюдал за вашей перепиской, ты все делал абсолютно правильно.

— И как я должен был догадаться? — хмуро спросил я, глядя в экран.

Выявить такую проблему можно только случайно или, как в случае с хёном, имея определенный контекст, который приходит только с опытом.

— Я бы на самом деле очень удивился, если бы ты справился с этим тикетом, — сонбэ похлопал меня по плечу, уже направляясь обратно за свой стол. — Но этот тикет для тебя отличный урок, Кан Ён Сок.

— И в чем этот урок заключается? — спросил я.

— Не верь людям, они лгут, я тебе уже говорил, — улыбнулся Ким Бон-Со. — И теперь ты знаешь, что даже коллегам не всегда можно доверять. Все надо перепроверять самостоятельно. Ты ведь думал, что я дал тебе всю информацию про госпожу Ли Чи А, так? А ведь в профиле ее компании есть пометка о двойном резервировании и ответственности госпожи Ли Чи А, мы на всех клиентов собираем досье и комментарии по ходу работы. Ты ими пользовался?

— Не посчитал необходимым, — ответил я, стыдясь даже посмотреть хёну в глаза.

— Вот видишь, ты доверился своему сонбэ, а оказалось — очень зря, — покачал головой Ким Бон-Со. — Техподдержка это поле боя, Кан Ён Сок, где ты сражаешься в одиночку против конкретной заявки. Мы все одна команда, но даже от своих тебе может прилететь в спину. Ненамеренно, просто в запаре.

— Я запомню этот урок, спасибо, хён, — я встал со своего места и поклонился старшему.

— Работайте, ребята. Со следующего месяца вас переводят во взрослые смены два через два, — напомнил Ким Бон-Со. — Там и закончится ваша стажировка. Ты тоже все запомнила, Джин Су.

— Всё так, господин Ким Бон-Со, — вскочила со своего места девушка.

Сонбэ только покачал головой и, больше ничего не говоря, отправился за свой стол, на ходу потягивая уже порядком остывший кофе.

Я же чувствовал себя посрамленным, но урок мне преподали довольно жесткий. Когда я только попал в InterConnect, то думал, что для этой работы мне даже мозг задействовать не придется, буду двигаться как инфузория, на рефлексах. Что может быть сложного в ответах клиентам «мы работаем над этой проблемой» или «ваше пожелание отправлено в соответствующий отдел для дальнейшей обработки»? А как оказалось, были и по-настоящему сложные задачи, где мне как раз нужны навыки социальной инженерии, которых мне так не хватало и по моему старому профилю. Таким образом, Ким Бон-Со показал мне работу в техподдержке под новым, доселе неизвестным для меня углом.

* * *

Юн Хян Ми не слишком любила элитные клубы Сеула, но Пак Сумин настояла на том, чтобы она приехала после работы. Ее младшая подруга отказалась разговаривать в офисе компании или ехать к Юн Хян Ми, чтобы не отбросить на ту еще большую тень, так что место встречи было назначено на условно нейтральной территории.

Про это заведение ходили разные разговоры. Тут ошивались молодые актеры и айдолы, профессиональные жиголо и просто смазливые юноши, которые искали себе нуну побогаче, хотя многие были готовы ублажать даже сморщенных аджумок, если у них были достаточно тугие кошельки и они делали дорогие подарки.

Когда Юн Хян Ми вошла в приватную вип-комнату, ее взгляду предстало крайне непритязательное действо. Какой-то смазливый юнец сейчас терся о Пак Сумин, всем своим видом показывая, что пару-тройку миллионов вон готов сделать для девушки что угодно. На лицо подлец был крайне хорош собой, а то, как он фривольно касался бедер Пак Сумин говорило о том, что эти двое уже давно знакомы.

— Исчезни, — бросила Юн Хян Ми, взглядом испепеляя молодого жиголо.

Парнишка надулся, щенячьим взглядом посмотрел на Пак Сумин, но увидев, что его заказчица никак слова Юн Хян Ми не опровергает, встал и, высоко вздернув подбородок, выскочил из комнаты.

— Зайди позже, Ли Кён-Сук, — бросила в спину парню Пак Сумин, после чего они с подругой остались наедине.

— Не знала, что тебе нравятся бесхребетные слизни, — покачала головой Юн Хян Ми, опускаясь в свободное кресло. — Этот съежился от одного моего взгляда.

На столике перед ней стояли фрукты, дорогие сыры и открытая бутылка дорого французского вина. Сегодня Пак Сумин сдержалась и не пила соджу, во всяком случае, до разговора с подругой.

— Ты как всегда. Ведешь себя, словно монашка. Или как моя матушка, — фыркнула Пак Сумин, закидывая ноги на диван и делая глоток вина из высокого пузатого бокала. — Видела я твой вкус на мужчин. От этого Мун Джина у меня мурашки по коже, у него холодный взгляд, взгляд убийцы.

— Любовь не во владении, а в уважении, — наставительно ответила Юн Хян Ми. — Даже если бы я сошла с ума, Мун Джин не позволил бы постороннему увидеть нас в подобном свете. Потому что он всегда относился ко мне с должным почтением. Как и любой другой из мужчин, с которыми я имела дело. А ты совсем не следишь за своей репутацией.

— Мне это ни к чему. Тем более, я просто развлекаюсь. Не будь такой серьезной, онни, я не собираюсь вести этого парня на знакомство к деду, — ответила Пак Сумин. — Скажи лучше, выяснила что-нибудь?

— Твоего первого провала определенно ждали, — ответила Юн Хян Ми. — И генерального директора неплохо обработали. Он твой отчет проверял лично, едва ли не каждый символ вычитывал.

— Всё настолько плохо? — удивилась Пак Сумин.

— Насколько я знаю, он потом отчитывался напрямую перед твоим дедом, — ответила директор по персоналу. — Ты лучше скажи, как ты сделала такой отчет? Впервые вижу, чтобы все было настолько вылизано.

Пак Сумин смутилась, но все же ответила.

— Это сделал Кан Ён Сок, его работа. Я только написала сопровождающий текст. Точнее, скопировала из предыдущих отчетов и чуть поправила.

— Ха! — воскликнула Юн Хян Ми, расплываясь в улыбке. — Значит, это все же не совпадение.

— Ты о чем?

— О том, что он дважды спас твою гулящую задницу, Сумин-ян. Или ты уже забыла, как он сориентировался в ситуации с ноутбуком? Удивительный самоконтроль.

— Он беглый северянин, — пожала плечами Пак Сумин. — Думаю, это нормально, что он быстро соображает.

— Мун Джин, кстати, сказал мне пару слов про него, — продолжила Юн Хян Ми. — Говорит, что твой ассистент не так и прост, как кажется. Что-то в нем его заинтересовало, но он так и не смог сформулировать, что именно.

— По мне так он совершенно обычный увалень, какой-то книжный червь. Мне постоянно приходят СМС о том, что он купил новую манхву на Kakao, будто бы ему двенадцать, — фыркнула Пак Сумин, показывая экран своего смартфона, на котором как раз появилось сообщение об очередной транзакции.

— Он использует твою карту, чтобы покупать себе такое чтиво? — удивилась Юн Хян Ми. — Забавно. И всё? Может, еще какие траты? Расходы человека многое о нем говорят.

— Ничего, вообще пусто, — ответила Пак Сумин. — Оплата проезда в метро, покупка манхвы и мой кофе. Все, что он купил за четыре дня. Даже доставку не заказывает, бесконечно ест рис с кимчи и сосисками. Даже рисоварку свою притащил с прошлой квартиры, красное-белое уродливое яйцо. Скучнее человека не придумать.

— Может, пока опасается, — пожала плечами Юн Хян Ми. — Но я тебе прямо говорю, тебе этого северянина послала судьба. Сделать за несколько дней такой отчет, а потом еще справиться с историей с ноутбуком…

— Кстати, нашли, кто это сделал? — спросила Пак Сумин.

Юн Хян Ми помрачнела, бросила взгляд на бутылку вина, будто бы ей резко захотелось выпить, но все же взяла себя в руки.

— Все концы в воду, ничего нет. На твой этаж никто не заходил, на камерах ничего нет. Мне кажется, или записи отредактировали, или это кто-то из твоего отдела. В любом случае, мои люди ничего в системе не нашли, так что будь аккуратнее. У твоего брата много возможностей и еще больше влияния в конгломерате. Он может посулить почти любое повышение и еще больший бонус.

Пак Сумин закатила глаза, делая очередной глоток вина. Юн Хян Ми сейчас проговаривала совершенно очевидные вещи.

— Значит, мне ходить и оглядываться? — спросила Пак Сумин.

— На твоем месте я бы держала за своей спиной северянина, — ответила Юн Хян Ми. — Он уже доказал свою ценность, а нож, чуть что, пусть уж лучше воткнется сначала в его спину.

Пак Сумин фыркнула, но ее онни была совершенно права. Если случится, удар вместо нее при первом же удобном случае примет Кан Ён Сок. Она платила ему за это деньги и поселила в шикарной квартире, этот неотесанный северянин должен понимать, что к чему. И не важно, будет этот нож в спину офисно-метафоричным или вполне реальным. Придется — она прикроется Кан Ён Соком без всяких сомнений и сожалений, потому что на кону стояло слишком многое. На кону стояло ее положение в семье.

— Значит, отчитывались напрямую перед моим дедом… — протянула Пак Сумин.

— Отец мне ничего прямо не рассказал, но по намекам я поняла все именно так, — ответила Юн Хян Ми. — Так что продолжай в том же духе, и все наладится.

Директор по персоналу встала со своего места и, поправив юбку, направилась к выходу.

— И богом прошу, Сумин-ян, прекращай водиться со всяким мусором, — сказала напоследок Юн Хян Ми. — Твои позиции были бы намного крепче, если бы ты привела в семью мужчину, которого бы одобрил твой дед.

— Сказала онни, ухажера которого ее собственный отец выпер с работы и на расстояние выстрела не подпускает, — съязвила в ответ Пак Сумин.

— Не передергивай, там все намного сложнее, — огрызнулась Юн Хян Ми. — Ты понимаешь, о чем я. И кандидаты тебе известны.

— Иди уже, совсем в старуху превратилась со своими нравоучениями, — закатив глаза, помахала пальчиками Пак Сумин, прогоняя подругу.

Юн Хян Ми недовольно поджала губы, но ничего не ответила, слова Пак Сумин все же немного ее задели. Когда ее отец узнал об отношениях с Мун Джином, в их семье состоялся огромный скандал, и в итоге ей пришлось отступить. Но все это было делом семьи Юн, и знать детали Пак Сумин было не обязательно.

Через пять минут после ухода Юн Хян Ми, в дверном проеме показалась фигура Ли Кён-Сука с очередной бутылкой дорогого вина в руках.

Пак Сумин чуть натянуто улыбнулась, но ее взгляд тут же стал мягче, едва пальцы жиголо коснулись ее плеча. Этот вечер, как и все прочие, она проведет в отличной компании послушного и услужливого мужчины, который буквально готов целовать ее пятки за небольшую подачку. Это было ей нужно, просто как воздух необходимо. Именно в стенах этого клуба, с такими вот услужливыми мужчинами, Пак Сумин чувствовала себя достаточно сильной, чувствовала себя живой.

Глава 24

Глава конгломерата Pak Industries, Пак Ки Хун, как обычно просматривал еженедельный отчет о своей внучке. С тех пор, как Пак Сумин вернулась из-за границы, его верный помощник и глава службы безопасности Юн Донджин подавал ему распечатки с подробным изложением того, чем занималась девушка в последнюю неделю. Ее визиты, контакты, расходы. С момента гибели второго сына и невестки, Пак Ки Хун предпочитал быть в курсе всего, что происходит с его единственной внучкой. Он не был глубоким стариком, но его время подходило к концу, и пока еще были силы, он пытался сделать хоть что-нибудь для этого ребенка. В меру его собственных сил и понимания того, как вообще выглядит забота о других.

— Значит, Пак Сумин все еще шляется по клубам? — раздраженно спросил глава, отбрасывая документы. — Почему она продолжает этим заниматься?

— Мои люди лишь фиксируют ее перемещения, — склонил голову Юн Донджин. Мужчина сейчас стоял прямо за плечом своего старого начальника. — Господин, вы должны понимать, что она уже взрослая женщина.

Он был почти на пятнадцать лет младше Пак Ки Хуна, но тяготы военной службы и последующей работы в качестве личного охранника и доверенного лица главы крупного конгломерата оставили на его лице неизгладимый отпечаток.

— Взрослая женщина! Вздор! Горькое дитя, которое не понимает, как устроен этот мир! — выдохнул Пак Ки Хун. — Ну, хотя бы с отчетом она справилась. Скажи прямо, это дело рук Ми-ян?

— Дочь поклялась, что и пальцем не пошевелила, чтобы подготовить эти документы, — ответил Юн Донджин. — Но ей точно помогли.

— Кто же? — спросил глава конгломерата.

— В последнее время рядом с Пак Сумин постоянно крутится какой-то стажер-северянин, — ответил Юн Донджин, ловко подкладывая на стол перед своим господином очередную папку, теперь уже с досье на упомянутого стажера. — Вот всё, что мы смогли найти.

Пак Ки Хун открыл файл, в котором лежали всего тройка страниц и пара фотографий. На первой — фото пограничников, с которого на Пак Ки Хуна смотрел тощий наголо бритый северокореец. Вторая — где этот, уже немного отъевшийся и приодетый северянин идет к машине его внучки.

— Очередной прилипала, как тот Ли Кён-Сук? — уточнил старик, пробегая глазами по сводке и более внимательно рассматривая фотографии. На северянине была дорогая брендовая одежда, которую он точно не мог себе позволить. Во всей этой моде Пак Ки Хун не разбирался, но качественную обувь и ремень всегда видно.

— Ничего особенного. Зовут Кан Ён Сок. Беглец с севера, прошел курс адаптации, жил на государственное пособие, а после буквально случайно попал в одну из ваших компаний, InterConnect, на самую низовую должность. Где его и подобрала Пак Сумин.

— Для чего он ей? — спросил глава.

— Насколько мне известно, она решила сделать этого беглеца своим доверенным лицом и ассистентом, — сказал Юн Донджин.

Кустистые брови Пак Ки Хуна взлетели от удивления вверх, после чего старик еще раз обратил свой взгляд на фотографии. Что-то во взгляде северянина ему не нравилось, но в то же время притягивало его внимание. Как будто этот человек постоянно сдерживал свой внутренний гнев, скрываясь за маской безразличия и апатии.

— Ассистентом? Чем может помочь тупица из Ибука? — удивился Пак Ки Хун. — Она может нанять любого секретаря, лучшие выпускники готовы работать на членов нашей семьи!

— Это самое интересное, — продолжил Юн Донджин. По лицу мужчины было видно, что ему не терпится все рассказать своему боссу, но он сдерживался, ожидая уточняющих вопросов. Ведь стоит говорить, только когда тебя спрашивают. — Это мне поведала Юн Хян Ми, господин. Ваша внучка не платит этому северянину. Точнее, она не смогла его нанять напрямую, хотя предлагала хорошие деньги.

— И почему он на нее работает? — спросил Пак Ки Хун. — Зная, как сорит деньгами Пак Сумин, сумма должна была быть огромной для такого, как он!

— О, тут ваша внучка проявила смекалку. Вы же в курсе системы талонов на севере? Для них привычнее содержание без денег в руках, когда ни о чем не надо заботиться, — продолжил мужчина. — Государство все дает по талонам, так они и живут, даже не держа деньги в руках. Эту схему и предложила ваша внучка. Она оказалась очень проницательна! Северянин тут же согласился! Она выдала ему служебную квартиру, карточку на карманные расходы и все решилось! Очень, очень остроумный ход как по мне.

— Ты уверен, что дело только в содержании? — недоверчиво спросил Пак Ки Хун.

Старик еще раз посмотрел на вторую фотографию. Острая линия челюсти, цепкий, умный взгляд, который прячется за пеленой безразличия и апатии. На мгновение ему даже показалось, что он смотрит на свое собственное фото из прошлого, когда еще до основания первой мануфактуры, сразу после разделения полуострова, ему, выпускнику училища, приходилось работать секретарем на одной из фабрик днем, а по ночам строить планы на собственный бизнес.

— Человек без роду и племени, какие у него могут быть проблемы на юге? — удивился Юн Донджин. — Это, кстати, моя дочь назвала одним из его преимуществ. Никаких лишних контактов, никаких старых знакомых. Человек из пустоты, которому незачем предавать вашу внучку, ведь мало кто может предложить ему больше, чем уже дала Сумин-ян.

Глава конгломерата отодвинул от себя бумаги и задумчиво постучал ногтем по столу.

— Следи за этим северянином, он мне не нравится, — сказал наконец-то Пак Ки Хун своему верному помощнику.

Юн Донджин поклонился и, собрав документы со стола своего господина, вышел из просторного кабинета, оставив старика в одиночестве.

Пак Ки Хун крутанулся в кресле, поворачиваясь к большому панорамному окну. Под его ногами лежал весь Сеул, в столице даже в столь поздний час кипела жизнь. Может, оно и не плохо, что рядом с Пак Сумин появился человек с таким взглядом, как у этого Кан Ён Сока? Но чутье подсказывало старику, что Юн Донджин судил о ситуации слишком поверхностно. Ход с полным содержанием вместо чека с большим количеством нулей — лишь часть картины. Было в этой истории что-то еще, до чего его помощник почему-то не смог докопаться. Наверняка его дочь, Ми-ян, в курсе всей ситуации, но вызывать девчонку к себе и устраивать допрос он не собирался. Одно из условий испытания Пак Сумин было отсутствие вмешательства в этот процесс со стороны Пак Ки Хуна. Глава конгломерата мог наблюдать и выступать судьей, но уж точно не имел права занимать чью-то сторону. А значит он не мог мешать девушке действовать так, как она считает нужным.

Пак Сумин должна была доказать свою пригодность в качестве члена семьи Пак, как бы он не любил эту девочку, он не мог позволить ей загубить будущее конгломерата, в особенности, учитывая, сколь большая доля причиталась ей в наследство от отца.

Сделав глубокий вдох, Пак Ки Хун вернулся к работе. В отличие от внучки, он не мог прохлаждаться по вечерам. От его решений зависели жизни десятков тысяч сотрудников компаний конгломерата Pak Industries. А за каждым человеком была еще и целая семья. За всех них отвечал непосредственно Пак Ки Хун, и он не смел своей леностью подвести даже самого последнего дворника, работающего на него.

Старик очень надеялся, что Пак Сумин осознает всю тяжесть этой ответственности и перестанет прожигать свою жизнь по клубам, осыпая деньгами всяких проходимцев. Ее проверка только началась, она пока справлялась, но кто знает, чем все обернется.

В любом случае — компания превыше всего. Таков был груз ответственности главы семьи Пак.

* * *

Пятница, вечер. Квартира, кухня, белое-красное яйцо рисоварки. На столе пиалка с соево-кунжутным соусом и острым перцем, плошка риса с горкой, заранее протушенное в соевом соусе сало, которое я без затей порезал на порционные кусочки с помощью ножниц. Это был конец очень долгой рабочей недели, которая начиналась с катастрофы, а закончилась более-менее прилично.

Мы с Джин Су уже спланировали, куда поведем коллег, и сколько на это потребуется с нашей стороны денег. Конечно же, старшие товарищи не бросят стажеров в беде, но угостить своих сонбэ просто необходимо, таковы правила отдела, да и вообще, нормы приличия. Ким Бон-Со намекал, чтобы мы не слишком беспокоились — завершение нашей аттестации лишь повод для сотрудников саппорта собраться и выпить вместе, такой же, как и окончание любой смены или просто день зарплаты.

Но сегодняшний вечер целиком и полностью был моим. Годзилла опять заехала только переодеться, после чего умотала куда-то пить. Мне же на карту упала очередная зарплата, так что я планировал плотненько покушать, после чего завалиться на диван и читать манхву, пока не вывалятся глаза. Сегодня на очереди был тайтл под многообещающим названием «Я родилась в семье нищего графа и вышла замуж по контракту, но потом вспомнила свою прошлую жизнь и теперь я злодейка». Меня ждало сто двадцать глав концентрированного фэнтези-попаданства с мэрисьюшной героиней. Прекрасный выбор.

Уже во время еды я подумал, что стоит вернуть Пак Сумин деньги, которые я спустил на чтиво. Так что, проверив транзакции в профиле на Kakao, я без всяких сомнений перевел всю сумму по номеру ее карты. Мы договаривались на жилье и еду, одежду Пак Сумин мне купила сама, потому что я постепенно занимал позицию ее ассистента и должен выглядеть достойно, но все это было содержание в рамках рабочих отношений. Эквивалент той самой зарплаты в десять миллионов вон, которую ранее предлагала мне годзилла. Очевидно, что мой работодатель не должен платить за развлечения или что-то, что не входило в перечень предоставляемых мне в пользование вещей. Это сало я, например, купил в ближайшем супермаркете по пути с работы, потому что в холодильнике такой простецкой еды не водилось.

Служебная квартира, форма, усиленный паек — все сейчас было, совсем как дома, в армии. А теми небольшими деньгами, которые мне платят в техподдержке, я, как и в случае с мизерным армейским жалованием, мог распоряжаться по своему усмотрению и тратить на всякую чепуху. Дома я спускал их на пиратское кино, сериалы и сладости, которые тащили к нам из Китая, здесь же — покупал манхву и кое-что из еды и напитков, чего не было в холодильнике или ящиках кухни.

Пусть я и готовил по этому рецепту впервые, постоянно сверяясь с роликом на ютубе, сало получилось выше всяких похвал. Нежное, жирное, каждый кусочек словно таял во рту, а вместе с рисом, кимчи и острым соусом блюдо получилось просто отличное. Автор рекомендовал употреблять все это под баночку холодного пива, но я вместо него взял себе какой-то странной газировки с кислым вкусом. Сегодня я собирался осилить минимум шестьдесят глав, а не уснуть на диване уронив смартфон на лицо.

Плотно поужинав, я завалился читать, как и планировал. Стоило конечно поискать мастерскую, которая приведет в порядок мой ThinkPad, но это пока было не критично. Новых офисных заданий у Пак Сумин для меня не было, так что и компьютер в квартире мне пока был не сильно нужен. Если я хотел посмотреть какой-нибудь фильм или ролик, я просто синхронизировал смартфон через Wi-Fi Direct с телевизором и отправлял изображение экрана на огромную плазму. Так что каких-то неудобств я пока не чувствовал. На границе сознания скреблась гаденькая мысль, что мне надо продолжить укрепление контура безопасности этого здания, надо было переписать скрипт камер, переехать на нормальный хостинг и вообще, заняться чем-нибудь полезным, но сейчас я позволял себе лениться. Отстреляюсь перед коллегами, еще чем-нибудь помогу годзилле, а потом примусь решать все эти вопросы.

Телефон уже почти привычно хрюкнул, оповещая меня о том, что кто-то подошел к лифту на первом этаже. Времени было за полночь, так что это очевидно Пак Сумин. Если через три минуты не придет сообщение с камеры пентхауса, то буду проверять, кто это шастает ночью.

Вот, смартфон завибрировал в руках второй раз, а после — и третий, и я понял, что кто-то поднялся на мой этаж. Не успел я встать с дивана, кодовый замок квартиры пикнул и дверь распахнулась, едва не слетев с петель.

— Эй! Ён Сок! — прокричала с порога пьяная в стельку Пак Сумин. — Иди сюда, подлец, объяснись перед своей госпожой начальницей!

— Что такое? — подскочил я с дивана.

Годзилла, совершенно игнорируя меня, лениво сбрасывала с ног туфли на высоком каблуке. Одна лямка ее дорого платья съехала с плеча, открывая молочно-белую кожу спины. Серый жакет, которым девушка должна была прикрывать все это неприличие, валялся тут же, на полу.

— Объяснись! — рыкнула пьяная девица, тыча мне в лицо своим смартфоном. — Это еще что такое⁈ А? Говори! Живо!

Я кое-как поймал запястье Пак Сумин и уставился на экран. Там была СМС о пополнении счета черной кредитки, те самые несколько десятков тысяч вон, которые я отправил на черную карту в счет ранее купленной манхвы.

— Это за мое чтиво… — без затей ответил я. — Вернул долг.

— Ты за кого меня принимаешь! Урод!

Девушка замахнулась клатчем, но промазала. Провалившись в удар, Пак Сумин едва не рухнула на колени, но я успел подхватить бешеную чебольку под руки, за что тут же получил удар локтем в челюсть.

— Ты кем себя вообще возомнил, придурок⁈ Ты как посмел! — кричала Пак Сумин, нанося мне беспорядочные удары своей маленькой сумочкой. — Ты думаешь, мне нужны твои подачки⁈ Думаешь самый умный тут⁈ Я к тебе со всей душой, дала все, что надо, а ты так проявляешь свою благодарность⁈ Да как у тебя руки не отвалились, когда ты это делал, ублюдок!

— Тише! Тише! — я пытался уворачиваться от ударов сумочкой, но годзилла даже в этом состоянии была как-то подозрительно проворна. Не пинается — и ладно. Больно мне не было, только немного не по себе от происходящего.

— Откуда ты вообще такой взялся⁈ — продолжала кричать на меня Пак Сумин. — Как ты посмел так со мной обращаться⁈ Я наследница семьи Пак! Любой мужчина упадет к моим ногам, стоит мне лишь поманить! Они начинают целовать мои следы, едва я на них посмотрю, а ты получил все, что можно было представить, и так себя ведешь⁈ Ты что, совсем меня не уважаешь⁈ Отвечай! Отвечай немедленно!

— Госпожа Пак Сумин! Успокойтесь!

— Ах! — в глазах Пак Сумин полыхнул яростный огонь. — Так вспомнил про уважительную речь, когда тебя колотят? Так мне что, бить тебя палкой, как собаку, чтобы ты относился ко мне подобающе⁈ Покупай свою чертову манхву сколько угодно! Хоть весь сайт там скупи, мне плевать, я даже не почувствую! Но не смей слать мне деньги, будто бы я нищенка! Или тебе противны мои деньги, противны, да? Знаешь, сколько стоит эта квартира? А твои шмотки? Знаешь? Да откуда тебе, идиоту, знать!

— Прошу, нам надо спокойно поговорить… — начал я.

Пак Сумин меня не слушала. Нетвердой походкой девушка подошла к дивану и подхватила с пола рюкзак, с которым я ездил на работу.

— Знаешь, что это⁈ Это сумка Hermes за одиннадцать миллионов вон! Дорого это для меня? Да ничто! И тоже самое с твоим ремнем, рубашкой, туфлями. На тебе каждый день надето не меньше ста миллионов, но это для меня пыль! А ты смеешь пересылать мне какие-то сорок тысяч? Или ты так показываешь свое пренебрежение⁈

Девушка подскочила ко мне с поразительной прытью и, замахнувшись уже рукой, попыталась отвесить пощечину. Я перехватил запястье Пак Сумин, второй рукой схватил ее за плечо и прижал к стене. А она сильная, удивительно сильная для человека, который каждый вечер пьет до полубессознательного состояния.

— Ты склонил передо мной голову! Я решила твои проблемы! Я твоя покровительница, Кан Ён Сок! Ты пообещал мне, что будешь следовать за мной, если я помогу тебе! А ты… Отпусти меня! Немедленно!

Она попыталась пнуть меня коленом промеж ног, но я смог вывернуться и избежать удара, а в ответ прижал пьяное тело еще сильнее к стене, навалившись на эту буйную всем весом. В нос тут же ударил запах вина, дорогого парфюма и чего-то еще неуловимого. Наверное, собственный запах девушки, аромат ее волос и мраморно-белой кожи.

— Я не ваш раб, госпожа Пак Сумин, — ответил я, когда попытки дотянуться коленом до моего паха со стороны пьяной прекратились. — Мы заключили договор и я ему следую.

— Как ты посмел… — ярость из голоса Пак Сумин ушла и сейчас в нем осталась только глухая, черная обида.

— Я не хотел вас задеть, госпожа Пак Сумин, — выдохнул я на ухо чебольке, которая опять начала вырываться из моей хватки. — Даже и не думал! И я помню и уважаю наш уговор, я на вашей стороне!

— Да⁈ Тогда почему ничего не тратишь⁈ Живешь как тень! Я же знаю, что с черной карты ты оплачиваешь только проезд и мои заказы, изредка открываешь холодильник! Я все знаю! Ты делаешь все, чтобы не быть мне обязанным, чтобы, когда выдастся шанс, без тени сомнений предать меня!

Последние слова она буквально выплюнула мне в лицо. Сейчас Пак Сумин смотрела мне прямо в глаза и ждала ответа. В ее пьяном мозгу все было просто и логично. Я затаился и жду возможности, чтобы сбежать от нее, чтобы бросить.

— Так мне начать тратить ваши деньги, госпожа Пак Сумин? — спросил я, чуть ослабляя хватку.

— Да! Будь как все мужчины! Не смей водить меня за нос! И даже не думай о предательстве! Ты первый человек, кого я наняла, кого сама выбрала, не через агентство, а лично выбрала! Так что будь добр, гордись этим и соответствуй! И больше не смей меня оскорблять подобным образом! — выпалила чеболька мне прямо в лицо, уже совершенно игнорируя тот факт, что я надежно зафиксировал ее у стены.

Она хотела сказать что-то еще, но тут взгляд Пак Сумин расфокусировался, а еще через пару секунд глаза девушки закатились, и она просто отключилась. Сначала я испугался, что она потеряла сознание, подхватил под руки, не давая упасть, но ровное и глубокое дыхание говорило о том, что Пак Сумин просто… уснула. Высказала, все что хотела, потратила остаток сил на борьбу со мной и банально отключилась, повиснув мешком у меня в руках.

Я огляделся, прикинул, как буду тащить годзиллу в ее пентхаус, куда я ни разу не заходил и, тяжело вздохнув, потащил мертвецки пьяную Пак Сумин в спальню. Думаю, на утро она даже и половины этого разговора не вспомнит, я же переночую на диване, все равно большая и мягкая кровать была мне не по душе.

Уже когда я уложил Пак Сумин в постель и накинул одеяло, девушка чуть пришла в себя, поймала меня за палец и сонно пробормотала:

— Не смей меня бросать, северянин…

Я хотел ей что-то ответить, но едва она это сказала — опять провалилась в сон, на этот раз окончательно. Было в ее последних словах что-то такое, будто бы весь мир против нее, а то, как она крепко схватилась за мой мизинец, напоминало хватку человека, который вот-вот утонет в глубоком и темном омуте. Сейчас Пак Сумин выглядела абсолютно беззащитной, а ее реакция на мои необдуманные действия была хоть и яростной, но совершенно искренней. По какой-то причине этой богатой и высокомерной девушке было крайне важно, что я, безродный беглец, о ней думаю. И это совершенно сбивало меня с толку.

Я так и не ушел спать на диван. Притащил в спальню из гостиной кресло и устроился в нем читать манхву, параллельно наблюдая за девушкой и охраняя ее беспокойный сон.

Почему-то сейчас это казалось мне очень важным.

* * *

От автора: дорогие читатели! Вот и подошел к концу первый том «Специалиста технической поддержки». Я очень рад, что моя экспериментальная работа нашла такой отклик у публики и именно вашими стараниями она, по всей видимости, теперь перерастет из конкурсного ваншота в полноценный цикл.

Как я это часто делал в прошлом, напоминаю, что прямо сейчас вы можете перейти на страницу второго тома, добавить следующую книгу в библиотеку и поставить лайк. Так же приветствуются комментарии более 100 символов, они тоже влияют на продвижение книги:) Любая помощь очень важна, потому что в жанре мне приходится бодаться с мегатопами типа Кроноса, Афанасьева или целого конгломерата авторов вселенной РОС, которые сейчас массово перешли на бояро-дорамы. Надеюсь на вас.

Также хочу предложить выгодный обмен для тех, кто чувствует в себе мощь рецензента. За развернутую рецензию, оформленную по всем правилам сайта (то есть с отработкой необходимых пунктов), могу скромно предложить в подарок промокод на второй том или любую другую мою книгу. А если материальные поощрения не нужны — буду просто очень признателен.

Спасибо за ваше внимание и поддержку! Увидимся на страницах второго тома!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Специалист технической поддержки

Content

Специалист технической поддержки

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Nota bene