Александр Сухов

Картежник 4

Вскрываем карты!

Знал бы прикуп — жил бы в Сочи.

Знал бы меру — был бы трезв.

Знал бы, что рожон заточен —

Вряд ли на него бы лез…

Любовь Сафарова

Пролог

Командующий Дальневосточной Группировкой Войск генерал-полковник Крымов Василий Кондратьевич не был по натуре гневлив или вспыльчив. К тому же, любовь к добрым застольям в исконно русской традиции, чтобы стол ломился от яств и вино рекой со временем сделали его тело весьма и весьма тучным, так что всякое беспокойство вызывало у мужчины прилив избытка крови к голове, как следствие серьезные мигрени. Генерал-губернатор Дальневосточной провинции Российской Империи Днепров-Поплавский Игорь Иванович, наоборот был человеком сухощавого телосложения, немного аскет и напоказ ревнитель христианских традиций.

Эти два абсолютно разных человека в данный момент находились в курительной комнате губернаторского дворца и смаковали душистые кубинские сигары под французский коньячок. Мужчины имели крайне недовольный вид, причиной которому стало прибытие в Восточный некоего хлыща. Молоко на губах не просохло, уже майор. Ладно бы только это, но по прибытии, непонятно за какие подвиги обвешенная высшими государственными наградами штафирка нагрубила командующему ДВО и потребовала особых полномочий и невмешательства в свои дела. Более того, столичная штучка, в самой наглой форме заявила о своей неподотчётности тем, кто считает себя хозяевами российского Дальнего Востока.

Стоит отметить, что и у Крымова, и у Днепрова-Поплавского были некоторые делишки коммерческого плана не только с местными российскими предпринимателями, но с дельцами из ближайшего зарубежья, прознай о которых в Москве, им мало бы не показалось.

Генерал-полковник сбывал на сторону, якобы списанное армейское и флотское имущество, не заботясь о том, куда оно попадет в конечном итоге. Благо ума хватало государственными секретами не торговать.

Генерал-губернатор, в свою очередь, без зазрения совести разбазаривал богатейшие промысловые запасы Охотского и Японского морей в ущерб интересам Российской Империи. Выловленные сельдь, треска, крабы и прочие виды морских организмов по большей части попадали не на внутренний российский рынок, а утекали в Китай, Японию и другие страны. Более того, с явного попустительства этого чиновника в тайге орудовали сотни ватаг ушлых китайцев. Узкоглазые нещадно вырубали строевой лес, мыли золотишко, в сезон отстреливали пушного зверя в преогромных количествах.

Разумеется, вся эта противозаконная деятельность не проходила мимо внимания общественности. Честные офицеры писали в столицу рапорты о существенных недопоставках в гарнизоны армейского имущества и провианта. Ватажники-россияне засыпали петициями соответствующие министерства и ведомства. Но как у Крымова, так и Днепрова-Поплавского были в Москве покровители в самых высоких властных структурах. Посему, жалобы на столь вопиющий чиновничий произвол не попадали в соответствующие руки, а оседали мертвым грузом в бюрократических отстойниках. Более того, прилетало самим жалобщикам. Честных офицеров под разного рода благовидными предлогами отправляли в заморские территории. А вот с гражданскими обходились куда жестче. Для этого в распоряжении генерал-губернатора была специальная группа отлично подготовленных боевиков из числа одаренных.

На протяжении нескольких десятков лет после памятного замирения с японцами и знаменитого Байченского договора, согласно которому большая часть Манчжурии отходила Российской Империи, в этой части Земного шара царили тишь да гладь и внешне полная благодать. Дальний Восток не привлекал внимания высшего руководства государства, ибо «дальний». И вот, нате вам, нежданно-негаданно, как снег на голову посреди лета, сваливается этот наглый молокосос…

— Ну и как он вам, Василий Кондратьевич? — отхлебнув изрядно из своего бокала спросил генерал-губернатор.

— Наглый мальчишка, иного определения у меня для него нет, Игорь Иванович. Это же надо, заявить прилюдно: «Внутренние дела моей группы, Ваше Высокопревосходительство, вас не касаются. Ваша обязанность, в соответствии с указаниями Его Императорского Величества, относиться с пониманием ко всем моим просьбам и своевременно их исполнять». Вот так-то, уважаемый. Это я-то заслуженный генерал должен стоять на цырлах перед каким-то без году неделя майоришкой! — О, сколько было гнева, горечи и пафоса в голосе столь заслуженного и уважаемого человека, словами не передать.

— Ну, то что нахал, понятно. Но вы, Василий Кондратьевич, обратили на его нагрудный иконостас?

— Чей-нибудь бастард, может самого… — генерал-полковник имени не назвал, лишь ткнул указательным пальцем в потолок и закатил глаза.

— А вот и ошибаетесь. Получив уведомление о приезде в Восточный особой группы во главе с майором Зубовым, я кое-с-кем из наших столичных покровителей переговорил по телефону. Так вот, никакой это не бастард, тем более, Его Императорского Величества. Обычный пейзанин из семьи сельского кузнеца… Впрочем, не совсем обычный, точнее, совсем не обычный. Вы помните месяц назад все газеты трубили о случившемся с столице прорыве иной реальности восьмого уровня опасности.

— Ну да, что-то читал об этом. Там вроде бы изрядно проявили себя гвардейцы и студенты Мажеского Университета. Если бы не эти парни, всё могло быть весьма и весьма худо.

— Это официальная версия, Василий Кондратьевич. На самом деле именно этот юноша едва ли не в одиночку избавил столицу от страшной опасности. Каким образом это ему удалось, нашему покровителю неведомо. Слухов много, конкретики — ноль. Но то, что Зубов сильный чародей, факт бесспорный. Так что выводы делайте сами. Кстати, еще один момент, этому, как вы его правильно называете «молокососу», нет еще семнадцати…

— Неужели! — удивленно воскликнул Крымов. — А я-то подумал, что ему не меньше двадцати пяти, а то и все тридцать, оглобля еще та.

— Ну да, я бы тоже точно также подумал, если бы не получил на сей счет самые верные сведения.

Утопив кончик сигары в бокале с золотистой жидкостью, командующий Дальневосточной Группировкой Войск неглубоко затянулся ароматным дымом и задал собеседнику следующий вопрос:

— Что-нибудь еще узнали о нём, Игорь Иванович?

— Разумеется, Василий Кондратьевич. Вы будете удивлены, но именно этот Зубов является автором многих новомодных песенок. Более того, его авторскому перу принадлежит столь любимый всеми нами вальс «На сопках Манчжурии».

— Неужто сам автор музыки и слов? — удивленно вскинул брови генерал-полковник и дернулся всем телом, да так, что едва бокал с остатками напитка на себя не опрокинул. — Интересно, с чего бы этой столичной штучке не сиделось в Москве? Жил бы себе припеваючи, сочинял свои песенки, тамошних барышень охаживал. Знающие люди поговаривают, пииты и композиторы на своих произведениях неплохо зарабатывают.

— Так и я на сей счет голову ломаю. Может, там в столице решили основательно под нас с вами копнуть? Непонятно. Вроде бы надлежащий бакшиш регулярно отправляем кому следует.

— Неужто кто-то затеял игру супротив самого Его Императорского Высочества Великого Кня…

Договорить он не успел ибо был тут же прерван собеседником:

— Только без имен, Василий Кондратьевич, оно ведь уши бывают не только у людей, но у стен, даже у деревьев и кустов.

— Ну да, ну да, вы правы Ваше Высокопревосходительство. Может, все-таки избавиться нам от этого Зубова. Мало ли бывает в жизни, пошел человек на охоту, обратно не вернулся.

— Так просто избавиться от человека с особыми полномочиями от самого Государя Императора?! Вы понимаете, Василий Кондратьевич, какими последствиями это чревато?

— Пардон-с, Игорь Иванович, ляпнул, не подумавши, — круглая физиономия вояки скуксилась, будто тот хлебнул из бокала не благородного напитка, а концентрированного уксуса, — но терпеть выходки этого щенка…

— … будем терпеть, господин генерал-полковник… до поры до времени. Деваться некуда. А насчет некоторых аспектов нашей не совсем законной деятельности, лично я уже предпринял все необходимые меры по заметанию следов, чего и вам рекомендую сделать в самом срочном порядке. Насколько нам свами известно, у этого, как вы выражаетесь, «щенка» прямой выход на Его Императорское Величество. Упаси Господь, что-нибудь эдакое, — генерал-губернатор покрутил кистью руки перед собственным носом, — прознает майор, да сообщит кому не следует.

— Упаси Господь! — истово перекрестился Крымов. — Благодарствую за то, что своевременно предупредили, господин генерал-губернатор. Жаль, конечно, пара-тройка весьма выгодных сделок с китаёзами у меня срывается. Да и ладно, даст Бог, еще заработаем.

— Василий Кондратьевич, — неожиданно встрепенулся генерал-губернатор, — есть у меня одна неплохая мысль. Вот только стенам даже своего жилища я бы её не доверил. Предлагаю Вашему Высокопревосходительству пред обедом прогуляться по саду.

— С превеликим удовольствием, Ваше Высокопревосходительство.

Майские погоды на Российском Дальнем Востоке оставляют желать лучшего. Конец весны и начало лета здесь практически все время небеса затянуты тучами из которых регулярно льют дожди, а сама атмосфера представляет некую смесь из воздуха и всепроникающей влаги. Б-р-р! Неуютно русскому человеку, привычному к континентальному климату средней полосы европейской части России. Вот и сейчас с небес неприятно моросило. Так что оба генерала были вынуждены поверх шинелей накинуть непромокаемые плащи с капюшонами. Когда парочка изрядно углубилась в сад, разбитый искусными китайскими садовниками при резиденции генерал-губернатора, первым заговорил Днепров-Поплавский:

— Не станем ходить вокруг да около, уважаемый Василий Кондратьевич. Ни для меня, ни для вас присутствие этой «темной лошадки» в нашей вотчине крайне нежелательно. Так вот, предлагаю обратиться за помощью к нашим китайским друзьям. «Драконы» инсценируют ограбление, заодно устранят наглого щенка. Не нравится он мне, внутренний голос подсказывает, что от Зубова следует ожидать многих неприятностей. А своей чуйке я привык доверять неукоснительно. Боле того, скажу вам по секрету, лишь один его вид вызывает в моей душе необъяснимый ужас. Поверьте, я так не боялся когда вел в атаку свою роту на позиции японцев в предгорьях Большого Хингана и даже при переправе через Тэдонган под ударами японской артиллерии во время ночного штурма Пхеньяна. А тут лишь стоит взглянуть в глаза этому, как вы верно его называете, «молокососу», аж дрожь все тело пробирает. Предчувствия у меня нехорошие.

— Мне тоже он не нравится. Исполнять прихоти какого-то юнца, пусть за его спиной хотя бы сам Государь Император, желания нет. Так что конкретно вы предлагаете?

— Сделать заказ клану «Драконов» на устранение особого представителя Его Величества Государя Императора обойдется в кругленькую сумму, чай не какой-нибудь зарвавшийся купчишка, где-то тысяч в сто рубликов серебром нам станет, может даже больше. Предлагаю расходы поделить пополам, а значит, и ответственность за содеянное. Ну, это чтобы ни у кого из нас разных глупых мыслей в голове не возникло. Надеюсь, вы понимаете, о чем речь?

— Страхуетесь, Ваше Высокопревосходительство? Впрочем, я вас вполне понимаю. Немного обидно, но деваться некуда.

На что генерал-губернатор оскалился в улыбке киношного злодея.

— Не я такой, глубокоуважаемый Василий Кондратьевич, жизнь такая. Это на всякий случай. В наше время, сами понимаете, соломки не подстелешь — больно падать приходится.

— Хорошо, я согласен, Игорь Иванович. Деньги и ответственность пополам.

— В таком случае я назначаю встречу с господином Чжао. О результатах наших с ним переговоров вам будет доложено в самое ближайшее время. А теперь, Ваше Высокопревосходительство, милости просим к столу откушать чем Господь послал.

Глава 1

Мое появление во Владике (это я Восточный по привычке из прошлой жизни так называю про себя) ничем особо интересным не ознаменовалось. В здании аэровокзала меня не встречала толпа возбужденных поклонников и поклонниц. Ну как же великий поэт-песенник в одном флаконе с композитором изволили посетить сей медвежий угол, а народ не в курсе. Шучу, разумеется, сам не люблю шумихи вокруг своей персоналии, и толпа ликующего народа стала бы для меня скорее фактором раздражающим. А вот что мне категорически не понравилось, так местные погоды. Муссонный климат, означает, что где-то до июля месяца здесь будет постоянно лить с небес, либо в воздухе висеть морось. Солнечные дни очень и очень редки. В прошлой жизни несколько раз посещал эти места, даже прожил здесь около полугода. Помнится, китайские и вьетнамские фрукты ничего так на вкус, морепродукты отменные и пивко неплохое в барах подавали под краба и вяленную корюшку, море теплое уже к началу июля. Солнце хоть и скрыто за плотным слоем слоистой облачности, загару лишь способствует, потемнение кожи происходит довольно быстро без традиционного обгорания с последующим её шелушением. В общем и целом тогда мне Владивосток показался местечком оченно даже приятственным, Один мой знакомый организовал поход в Уссурийскую тайгу с рыбалкой и ночевкой в палатке. Пока добирались до нужной речки, Жорж (так звали того парня) изрядно потешался над моими тщетными потугами отыскать женьшень.

— Тут, Илюха, — говорил он, — все участки давно поделены промеж здешних охотников, а все одинокие растения выкопаны и перенесены туда, где нам с тобой век их не сыскать.

Ладно, дела минувшие.

Итак, город Восточный, военно-морская база и сухопутный оплот Российской Империи на Тихом океане. По прямой чуть более сотни километров до Кореи и столько же до Китая. В этой реальности, как уже упоминалось мной неоднократно, большая часть Маньчжурии отошла России. Её плодородные черноземы постепенно обживают сибирские казаки и выходцы из европейской части. Пашут землю, выращивают скотину, обеспечивая дешевыми продуктами питания практически весь российский Дальний Восток, в Китай и Корею много чего продают. Заодно следят за тем, чтобы хунхузы из сопредельного государства не сильно баловали на просторах Российской Империи. Стоит отметить, что помимо казачества вопрос с китайскими бандитами вполне успешно решается имперской пограничной стражей. При этом, насколько мне известно, услугами дешевой рабочей силы из Поднебесной беззастенчиво пользуются российские предприниматели. Информация для меня неактуальная, так для общего сведения. Впрочем, может и пригодиться. У меня здесь планов громадьё, включая кое-какое строительство. Так что для ускорения процесса будет неплохо привлечь китайских работяг. Ну, об этом после думать буду.

Пока же мне необходимо начать обживаться на данной территории. Для этого прежде всего следует представиться местному начальству. Сильно подозреваю, что явление особо уполномоченной персоны от самого Государя Императора вызовет никому не нужные брожения в умах, так что ушки держим на макушке.

Стоит отметить, что с целью соблюдения секретности, аэропорт Восточного расположен на удалении от моря примерно в семидесяти километрах от города. И правильно, негоже гражданским лицам особенно иностранным гражданам обозревать с высоты птичьего полета главную военно-морскую базу Российской Империи на Дальнем Востоке. Так что, до самого города мне еще предстояло добираться либо на поезде, либо на такси. На мое счастье, на привокзальной площади автомобилей самых разных марок обнаружилось в предостаточном количестве.

Выбрал седан неведомого мне производителя, судя по иероглифам на бампере, японец или китаец (я пока в этом слабо разбираюсь), чье техническое состояние после самого тщательного сканирования оказалось вполне удовлетворительным. Не изготовленный по спецзаказу батин «Werwolf-4000M», но и не какой-нибудь убогий «Ковровец» или «Волгарь». Жаль, что Россия этой реальности буквально повторяет ошибки моего первого мира. Боевую технику здесь делают неплохо, а вот, все, что касаемо гражданского транспорта, из рук вон, мол, работает и ладно, а обо всяких финтифлюшках типа мягких рессор, удобных кресел, кондиционеров и антиблокировочных систем — это пусть у немцев голова болит, нам вал подавай, пока спрос имеется на «ведра с болтами». Благо российские танки, бронетранспортёры, орудия, корабли всех типов и классов, а в особенности боевые дирижабли и аэропланы по качеству зачастую превосходят иноземные образцы. А ежели экипаж укомплектован одаренным, так и вовсе нет им равных.

По дороге разговорились с водителем, парнем лет двадцати пяти, представившимся Костей. Вообще-то, в основном говорил Константин, я выступал, скорее, в роли слушателя. Как оказалось, молодой человек год как «отбарабанил пятилетку» на флоте, дослужился до главстаршины на должности командира орудийной башни бронепалубного крейсера «Медведь». Предлагали остаться на сверхсрочную, но он отказался. Женился. На заработанные в армии деньги купил подержанную шестицилиндровую японку «Mitsui». На жизнь зарабатывает пассажирским извозом. Чаще колесит по городу. Сегодня отвез какого-то «важного господина» в аэропорт, чтобы не «гнать порожняка» около часа провел на автостоянке в ожидании пассажира. А еще он откровенно поведал, как сильно любит свою супругу Натаху, и что в самом скором времени станет счастливым папашкой. По заверениям гинеколога из одаренных, будет пацан. Делясь со мной радостью, Константин буквально весь светился изнутри. Короче, мне этот бесхитростный провинциал пришелся по душе.

Вообще-то по статусу мне полагается автомобиль с личным водителем из армейских фондов. Однако, перспектива набить мозоль на ягодицах с риском высыпания позвоночника в тазобедренную область, совершая поездки на тряском «Светояре» нижегородского автомобильного концерна, желания никакого. Почему бы не приобрести собственное авто, благо права на вождение любых транспортных средств имею, и покрутить баранку я бы и сам с не отказался.

— Константин, ты как здешний житель должен неплохо разбираться в местных реалиях. Короче, мне нужен хороший автомобиль, максимально комфортный и проходимый. К кому бы ты порекомендовал обратиться?

— Дык, ваш высокбродь, вам следует посетить авторынок при торговом порту. Там регулярный подгон автомобилей из Японии и Китая, так что есть из чего выбрать. Их оттуда по всей Сибири потом развозят. Хотя китайца брать не рекомендую, не знаешь на что нарвешься. Бывало, парни брали «Синомас» или «Жихуан», поначалу конфетка а через полгода начинает рассыпаться. Халтурят китаёзы. То ли дело япошки, технологические стандарты четко соблюдают, да так, что старушка-десятилетка с пробегом полмильёна верст даст фору только что сошедшему с конвейера китайцу.

К зданию штаба ДВО подкатили через пару часов. Расплатился с таксистом, сверху накинул приличные чаевые. Расстались оба довольные друг другом. Для себя решил в самое ближайшее время приобрести четырехколесного друга, дабы ни от кого не зависеть в плане логистики.

Трехэтажный особняк, в окружении серебристых елей встретил меня благостной атмосферой всеобщего умиротворения. Подобная беспечность могла бы выглядеть странно, с учетом неуклонно приближающейся войны с активно готовящейся к ней под самым нашим носом Японией. Но, насколько мне известно, для этого есть определенные резоны.

Как на Западе, так и на Востоке многие считают, что Россия в качестве «мирового жандарма» одряхлела и ей пора отправиться на свалку истории. Думаете государственное руководство, как пребывает в благостной эйфории «абсолютного всемогущества»? Абсолютное заблуждение, уверяю вас. В данный момент на обширных просторах Российской Империи происходит значительная, но незаметная для стороннего глаза движуха. Так что насчет «дряхлеющего мирового жандарма» поживем-позырим, как любил говаривать Николя Новиков, мой закадычный приятель в мою бытность Ильёй Борисовичем Муравьевым-Глинским.

Боже, как давно и в то же время совсем недавно это было! Карты, шальные деньги, острые ощущения лишь в процессе игры, да и то не всякий раз, ибо, чаще всего, ситуация за игровым столом была вполне предсказуема. В остальном скука неимоверная. Слава Богу, к выпивке не пристрастился и семьи не завел.

Столичного майоришку, как водится, изрядно промурыжили в приемной генерал-полковника Крымова. Для чего? Мне не совсем понятно, поскольку никакого важного совещания в этот момент в кабинете командующего Дальневосточной Группировкой Войск не было мною отмечено, если не считать тары-бары за рюмкой «чая» в компании нескольких высокопоставленных подчиненных о разного рода приятных материях, как то: недавняя охота на тигра, где Василию Кондратьевичу подфартило завалить здоровенного полосатого красавца-альбиноса. Тщательно выделанная эвенкийскими женщинами шкура поверженного зверя с недавних пор украшает одну из стен кабинета местного высшего военного начальника. Далее под коньячок мужчины обсудили достоинства нескольких здешних дам, ну как же без этого. Короче, за тяжелой оббитой черной кожей дверью происходила банальная пьянка крепко спаянных сослуживцев.

— Уважаемый, — я обратился в очередной раз к адъютанту в чине подполковника, — не могли бы вы напомнить Его Высокопревосходительству о прибытии особо уполномоченной персоны от Государя Императора?

На что получил вполне ожидаемый ответ:

— Ждите, совещание еще не закончилось.

Наконец подобревший после литра выпитой Крымов, соизволил вспомнить об ожидающем в приемной майоре.

— Господа, как мне сообщил мой адъютант, на Дальний Восток из столицы прибыл офицер с особыми полномочиями. Предлагаю взглянуть на него.

Вот же гнусь, сейчас в кабинет приведут обезьянку, давайте-ка вместе посмеемся над её ужимками. Ну как-то в этом духе. Ага, щаз, будет вам обезьяна, я уж постараюсь.

В кабинете Крымова стоял дым коромыслом, даже распахнутое настежь окно не сильно помогало избавлению от дымовой завесы. В кабинете, помимо хозяина, за накрытым для основательной гулянки столом пять крупных военных шишек: два генерал-лейтенанта, судя по знакам в петлицах, один от инфантерии, другой танкист, также генерал-майор от авиации и парочка контр-адмиралов. Меня, как представителя Государя Императора не смущаются. Определенно, привыкли к полной безнаказанности — эвон в рабочее время пьянствовать изволят. Все присутствующие в разной степени одаренные, но не выше младшего магистра, лишь чародейский дар летчика соответствовует грандмагистерскому. По большому счету, обычному вояке не обязательно быть чародеем, однако факт наличия мажеского дара все-таки способствует максимально быстрому карьерному росту офицера, поэтому практически вся военная имперская элита состоит из выпускников училищ, находящихся под юрисдикцией Мажеского корпуса.

Стоило мне появиться в кабинете командующего ДВО, меня тут же просканировали авиатор и моряк, обладавшие приличными ментальными способностями. Точнее, попытались просканировать. Пришлось их обломить, воздвигнув абсолютную псионическую защиту. Не успокоились, попробовали и дальше «грызть кактус». Миндальничать не стал, врезал им по мозгам, не сильно, но вполне чувствительно, дабы понимали, что Государь Император не абы кого наделяет широчайшими полномочиями. Как результат, оба поморщились будто от нехилой зубной боли, и попытки прощупать меня на астральном уровне прекратили.

— Майор Зубов-Прикаспийский прибыл для представления Вашему Высокопревосходительству, господин генерал-полковник! — Четко по уставу представился я, после чего, расстегнул полевую сумку и положил на генеральский стол конверт, опечатанный сургучной печатью с личным вензелем самого Императора Всея Руси.

Мне известно содержимое данного послания. Там каллиграфическим почерком Федора Николаевича Вяземского было выведено довольно кратко, но вполне ёмко:

Подателю сего послания категорически запрещаю чинить какие-либо препятствия. Боле того, необходимо оказывать графу Зубову-Прикаспийскому всемерную поддержку в любых его начинаниях.

Дата, подпись, заверенные печатью.

По всей видимости, суть послания не сразу дошла до затуманенного алкоголем разума командующего Дальневосточным военным округом. Ему не терпелось продолжить приятное времяпрепровождение в дружеской компании. Он небрежно сунул письмо в ящик своего рабочего стола. Мне же сказал:

— Свободен, голубчик. Приходи завтра, мы с господами генералами подумаем, куда определить столь важную персону.

На что я с ехидной ухмылкой на лице ответил:

— Ваше Высокопревосходительство, попрошу еще раз прочитать послание Государя Императора. Там черным по белому написано, что Майор Зубов наделен широчайшими полномочиями, и ваша обязанность, господин генерал-полковник, оказывать всемерное содействие любым моим… скажем, просьбам.

От подобной наглости со стороны какого-то майора, пусть и личного царского представителя у фактического хозяина огромной территории Российской Империи аж дыхание участилось и от волнения глаза полезли на лоб. Также, в следствие феноменальной тучности мужчины, морда его лица приобрела лилово-красный оттенок. Я, было, заволновался, насчет здоровья Василия Кондратьевича, но, просканировав его организм посредством магических синапсов, сделал вывод, что инфаркт или инсульт в ближайшее время ему не угрожают.

— Да как ты смеешь, щенок!.. — немного оклемавшись заорал, насколько я понимаю, в своей привычной манере главный здешний военачальник.

Однако выбранную линию поведения, продолжить я ему не позволил. Спокойным голосом произнес:

— Ваше Высокопревосходительство, смею напомнить, оскорбляя меня, вы оскорбляете в моем лице Его Императорское Величество. Так что, прошу прекратить истерику и следовать букве соответствующих уставов и уложений Вооруженных Сил Российской Империи. Также довожу до вашего сведения, господин генерал-полковник, что как лицо, уполномоченное более высшей властной структурой, я неподконтролен никаким вашим приказам и каким-либо иным указаниям. А еще примите к сведению, что я неподотчетен в своих действиях ни вам, ни кому-то еще. Посему, мой визит к вам носит уведомительный характер. В будущем от вас потребуется неукоснительное исполнение моих требований, как будто в моем лице с вами общается сам Государь Император. Сейчас же попрошу прекратить истерику, надеюсь, в дальнейшем на более продуктивное сотрудничество с Вашим Высокопревосходительством. А пока честь имею, господа генералы и адмиралы. — После этих слов я покинул кабинет главного дальневосточного военачальника. Чуйка настоятельно подсказывала мне, что в лице Крымова я приобрел непримиримого врага. Вообще-то, я вполне осознанно пошел на конфликт с этим зажравшимся боровом, ибо при первом же взгляде на него понял, что любая иная линия поведения помешала бы выполнению моей главной задачи. И вообще, хамов нужно сразу же ставить на место, пока они не сели вам на шею.

Покидая штаб ДВО, я был внутренне готов к тому, что меня попытаются арестовать и поместить на гауптвахту, а может быть и устранить «при попытке к бегству», а потом Василий Кондратьевич будет, стуча «копытом» в грудь и с пеной у рта, доказывать, что произошло досадное недоразумение. Майора Зубова-Прикаспийского случайно приняли за китайского (японского или еще какого) шпиона. Ничего, пусть только попробуют. Разметаю тут все в хлам к ипеням собачьим. Кстати, беглый анализ сознания генерал-полковника выявил кое-какие грешки с его стороны. Глубоко не копал, но в будущем, когда нам не будут мешать господа одаренные менталисты, непременно пороюсь в его голове и пошлю куда следует соответствующий отчет, ибо, в преддверии грядущих событий, вор на столь ответственном месте способен навредить больше, чем армия и флот самого сильного супостата. Кстати, у всех присутствовавших в кабинете господ генералов сухопутных и адмиралов флотских также рыльце в пушку. Значит, как только разузнаю все более подробно, сразу же отправлю отчет в столицу, пусть присылают компетентную следственную комиссию.

Игорь Иванович Днепров-Поплавский генерал-губернатор Приморья по моим ощущениям был в курсе результатов моего визита к Крымову и сделал соответствующие выводы. Так или иначе, но доверенное лицо Государя Императора (прошу прощения за тавтологию) в моем лице было принято без каких-либо задержек. Своим внешним обликом Днепров-Поплавский оказался полной противоположностью тучному генерал-полковнику. Кстати, Игорь Иванович также носил генеральский мундир с погонами генерал-полковника от инфантерии. По моим данным этот человек принимал участие еще в невысоком офицерском чине в последней русско-японской кампании, проявил отчаянную храбрость, был ранен, многократно награжден, вырос в чинах и вот уже более десяти лет является фактическим хозяином Приморья. В дела военные носа не сует, однако сферу гражданской жизни держит в ежовых рукавицах. В чем я успел самолично убедиться, проезжая по улицам Восточного. Везде порядок, улицы либо мощены диким камнем, либо заасфальтированы по новой моде, кругом много зелени, в парках и на площадях даже фонтаны имеются. На улицах, помимо военных патрулей, предостаточно следящих за порядком среди гражданского населения полицейских. Короче говоря, первые впечатления об этом человеке у меня вполне положительные.

Генерал-губернатор чваниться со мной не стал, принял благодушно. Однако, легкое ментальное сканирование с моей стороны выявило явное его беспокойство в отношении прибывшего из самой столицы «мутного майора». Опять же, «копаться» в чужих переживаниях не стал, ясен пень, чем выше должность, тем больше соблазнов урвать от государственного бюджета или провернуть какое доходное дельце, не совсем законного характера. С другой стороны, бессребреников на высоких чиновничьих постах я не наблюдал ни в той, ни в этой реальностях. Воруют-с, в полном соответствии с российскими традициями. Так что не волнуйтесь, уважаемый Игорь Иванович, писать доносы на вас не стану, если, конечно, не выяснится что-нибудь связанное с предательством государственных интересов Российской Империи. Для меня сейчас главное, чтобы некоторые мои «хотелки» воплотились в реалии в самое кратчайшее время, ибо тяжелый железнодорожный грузовой состав с людьми и необходимым оборудованием в самом скором времени покинет столицу и под грифом «литерный» помчится на восток со всей возможной скоростью. Чтобы приступить к намеченным работам, мне необходим относительно ровный участок земли минимум четыре на два километра, чтобы там можно было разместить взлетно-посадочную полосу, ангары для хранения летной техники, там же возвести ряд строений под особо секретные производства, и, разумеется, построить жильё для пяти сотен будущих моих подчиненных.

Мой план, представленный Их Величеству, до банальности прост. России следует дождаться первого удара со стороны Японии, чтобы перед всем цивилизованным миром выглядеть жертвой коварного нападения. В ответ тут же нанести сокрушительный удар по флоту микадо и основным производственным мощностям на территории островного государства. Для этого необходимо в самые кратчайшие сроки развернуть военно-воздушную базу для полусотни бортов дальней авиации. На борту каждого самолета будет находиться маг с внепространственным контейнером, максимально набитым авиабомбами. В момент «Ч» крылатые машины должны по моей команде подняться в воздух и нанести массированный удар с воздуха по намеченным целям.

Вроде бы всё ясно и понятно. Ан не совсем. Моей главной задачей является именно определение координат этих самых наземных и морских целей, поскольку территория Дай Ниппон Тэйкоку (Великой Японской Империи) практически закрыта не только от врагов, но и союзников. Если о прибрежных районах худо-бедно известно, что и где находится, что происходит в глубине островной империи, нашим разведчикам выяснить так и не удалось. Корпус безопасности японской императорской армии, именуемый как в той, так и в этой реальностях Кэмпэйтай, действует весьма эффективно, препятствуя утечке с островов любых данных, особенно того, что касается военных и военно-промышленных объектов. На флоте во всю зверствует Токкэйтай (Токубэцу Кэйсацутай) флотский корпус жандармерии. Остаются лишь дипломаты и журналисты. Однако все они плотно опекаются сотрудниками контрразведки, любые контакты иностранцев с местным населением фиксируются и тщательнейшим образом проверяются. Также в армии, на флоте и среди мирных граждан активно пропагандируется лозунг: «Будь бдителен, враг не дремлет!» иже с этим «Болтун — находка для шпиона», ну и так далее в том же духе. Ни в одном государстве мира не наблюдается столь высокого уровня шпиономании, как в Империи Нихон.

Я хоть и являюсь (по независимой оценке весьма компетентных товарищей) креатором, иначе говоря, магом, возможно, самым продвинутым на планете Земля, царь-батюшка вовсе не собирается полагаться только на мои экстраординарные способности. Насколько мне известно, в настоящий момент в городах сибирской глубинки в режиме особой секретности происходит значительная концентрация сухопутных войск, готовых в любой момент погрузиться на поезда и в течение пары-тройки суток прибыть на Дальний Восток в зону будущих боевых действий. Что же касаемо военных аэродромов их также изрядно возводят там, откуда бомбовозам, истребителям и самолетам штурмовой авиации будет достаточно быстро добраться до противника, как на суше, так и на море. Более того, на Мурмане Студеного (в той реальности Баренцева) моря готовится к скрытному переходу по Севморпути на Дальний Восток мощная ударная группировка боевых кораблей. Судя по получаемым из-за рубежа разведданным, об этих приготовлениях пока никому неизвестно.

Отчего столь высокий уровень секретности?

С этим всё просто. Коль война с Японией неизбежна, пусть будущий противник считает, что Россия к ней не готова.

Я вовсе не обольщаюсь, но все-таки тешу себя надеждой, что Его Императорское Величество воспринимает меня как некий козырь в рукаве. Что-то типа атомной бомбы, посредством которой американцам удалось окончательно сломить волю воинственных самураев во Второй мировой войне и принудить микадо к подписанию акта капитуляции. Имея в своем распоряжении полсотни самолетов, я способен нанести весьма и весьма серьезный ущерб экономике противника. Не как американцы сбросить бомбы на мирные города, а уничтожать именно объекты военного назначения, координаты которых мне еще предстоит установить самостоятельно. Каким образом? А вот это секрет, о котором до поры до времени я предпочту не распространяться, ибо болтун — находка для шпиона. Хе-хе-хе!

Впрочем, я слегка отвлекся. К моей просьбе выделить участок земли для размещения базы Особого подразделения Мажеского корпуса верстах в двадцати-тридцати от Восточного Игорь Иванович Днепров-Поплавский отнесся с полным пониманием и пообещал решить вопрос в самые кратчайшие сроки с учетом всех прочих моих пожеланий. Главным из которых было наличие неподалеку какой-нибудь более или менее спокойной Прорвы. То есть, посредством дармовой энергии, прорыва иной реальности в наш мир я планирую обеспечить охрану секретного объекта, также удовлетворить потребности подведомственного мне гарнизона в магической энергии для подзарядки магических девайсов и прочих нужд, как это было мною проделано не так давно на сто тридцать седьмой пограничной заставе.

До приезда состава с первой партией подчиненных и необходимого для начала работ оборудования у меня десять суток. Так что время пока не поджимает, главное, чтобы местное чиновничество не начало заниматься банальной волокитой с непонятными целями. Оно хоть Днепров-Поплавский и не произвел на меня впечатление уж очень надежного человека, хотя бы напрямую хамить не стал, а также пообещал выполнить все мои пожелания.

Тут, пожалуй, стоит отметить один крайне загадочный для меня факт — моя чуйка настоятельно нашептывала, что по какой-то неведомой причине Игорь Иванович панически опасается моего приезда. Скорее всего, из-за своей бурной коммерческой деятельности не совсем законного характера. Мне хотелось его успокоить, но как сказать чиновнику столь высокого ранга: «Господин генерал-губернатор, мне известно, что вы тот еще ворюга, но до тех пор, пока вы не чините мне препятствий, ваши темные делишки меня не касаются». М-да, проблема. Как бы этот патологический страх передо мной не послужил в будущем поводом для кучи неожиданных неприятностей на мою буйную голову. Вообще-то, после приснопамятного прорыва иной реальности в Марьиной Роще меня сложно чем-нибудь напугать и на чем-то подловить, но все-таки, осложнять отношения с важным чиновником на ровном месте как-то не очень хочется. Ладно, буду предельно скромен в поведении, также сдержан в речах и поступках.

После визита к Днепрову-Поплавскому, я поймал такси и попросил отвезти меня в южную часть города, где по данным, полученным в генерал-губернаторской канцелярии, продается частный дом. Вообще-то по статусу доверенного лица Государя Императора мне полагаются бесплатные апартаменты в любой гостинице Восточного. Однако, за время, проведенное в этой реальности, я привык жить вольготно, чтобы сад-огород, то есть место, где можно хорошенько размяться по утряне и чтобы никто под ногами не путался. К тому же, пока я относительно свободен, хочу провести ряд экспериментов, которые могут оказаться небезопасными для окружающих.

Владелицей дома оказалась пожилая вдова отставного капитана второго ранга Алевтина Григорьевна Постол в девичестве Ховрина. Супруг умер, дети (сын и дочь), получив мажеское образование, в родительское гнездо возвращаться не пожелали, так что одной в «огромном домище» Алевтине Григорьевне крайне не комфортно. К тому же сын настоятельно зовет в столицу, приглядеть за подрастающими внучатами, заодно и самой быть под бдительным оком любящих родственников. Единственный удерживающий до сих пор женщину в городе Восточный фактор — это добротный двухэтажный дом, перешедший ей в наследство от покойного супруга. Сама она вот уж как полгода пытается его самостоятельно продать, пока безуспешно. К брокерам обращаться не желает, «оберут черти, глазом не успеешь моргнуть». Всё это мне поведала хозяйка за чашкой отменного китайского чая под вкуснейшее варенье из японской айвы с черноплодной рябиной и плюшками домашней выпечки.

Пока распивали чаи, я самым придирчивым образом осмотрел особым взглядом домовладение и прилегающую к нему территорию. Дом построен на века. Подвал и цокольный этаж сложены из грубо обтесанного дикого камня, два верхних этажа из тщательно проконопаченных толстенных бревен лиственницы, крыша крутая крыта окрашенным суриком листовым железом. Окна большие, оконные и дверные рамы тщательно подогнаны. Отопление центральное чугунными батареями под окнами от водогрейного котла, располагавшегося в одном из помещений цокольного этажа питаемого магической энергией. Вода из вырытого в саду колодца подается насосом по трубам в двухкубовую металлическую емкость на чердаке, откуда по мере надобности забирается для нужд дома. Также в доме имеются пара современных туалетов и отдельная комната с душевой кабинкой и вместительной ванной. На кухне, наряду огромной русской печью, имеется плита, работающая от все той же магии. Комнаты просторные с высокими потолками, обставлены хоть и не очень модной, но вполне добротной мебелью. Наконец, меня порадовал слегка запущенный, сад площадью почти в гектар, окруженный ажурной чугунной оградой с пиками поверху. М-да, не миновала мода на красивые изгороди даже этот, в прямом и переносном смыслах, медвежий угол. Здесь вам не европейская скученность. Маман бы наверняка понравилось — есть где развернуться опытному садоводу-огороднику с её темпераментом и талантами. А еще здесь было несколько бревенчатых сараев, один из которых я планирую использовать в качестве гаража.

На предложение Алевтины Григорьевны осмотреть дом и окружающую территорию я сказал, что все для себя уже выяснил. Запрошенные семьдесят пять тысяч рублей ассигнациями показались мне суммой вполне приемлемой, даже несколько скромной. Но тут уж, как говорится, хозяин — барин. Так или иначе, мы с ней сразу же на пойманном мной такси отправились в адвокатскую контору братьев Юдиных, затем к нотариусу, наконец в банк, где на имя госпожи Постол «капнула» с моего счета востребованная ею денежная сумма. Так что без особых мытарств и бюрократических проволочек, к концу первого дня своего пребывания в Восточном я стал домовладельцем вполне солидного по здешним меркам дома. Не дворец, но по мне на первое время и так весьма неплохо.

Задерживаться в проданном доме госпожа Постол наотрез отказалась, сказав, что до отъезда в Москву поживет у своей двоюродной сестры. Кстати, железной леди оказалась, на её месте большинство женщин, да и мужиков непременно пролили бы потоки слез «по оставленному гнезду», но не Алевтина Григорьевна. Впрочем, вполне допускаю, что опустевший дом стал для вдовы фактором давящим на психику, по этой причине она и отказалась до своего отъезда в столицу проживать в нём, хоть я был совершенно не против.

После недолгих сборов, добрая старушка порекомендовала в качестве обслуги проживавшую неподалеку семью обрусевших корейцев по фамилии Тян. Павел Мартынович, по её словам, человек непьющий, к тому же, отличный садовник, дворник и вообще мастер на все руки. Аграфена Васильевна его супруга приготовит поесть и приберется в комнатах. В отсутствии хозяина вместе они присмотрят за домом и обеспечат домашний уют. Я пообещал непременно воспользоваться её бесценным советом. Засим и расстались, пожелав друг другу всего самого наилучшего.

Проводив бывшую хозяйку, я все-таки прогулялся по комнатам. В библиотеке надолго не задержался, поскольку большую часть книг представляли душещипательные женские романы, в основном на французском, а также прочая ерунда подобного рода. А вот в кабинете покойного Федора Емельяновича обнаружилось приличное собрание книг, относящихся к разным разделам магии. Вне всяких сомнений, сильным одаренным был капитан второго ранга. То-то многие заклинания, наложенные бывшим хозяином дома, здесь до сих пор вполне нормально функционируют.

После осмотра, перекусил тем, что хранилось в моих внепространственных закромах. Затем основательно понежился в ванне. Наконец с легкой душой упал в кровать на свежее накрахмаленное бельё, отдал устную команду магическим светильникам выключиться и через минуту уже спал сном человека с абсолютно чистой совестью.

Глава 2

Утро для меня самое приятное время суток. Ты бодр, в заднице шило от преогромного количества всяких планов. В кровати не задерживаюсь, ибо отдохнувшее за ночь тело требует движений и прочих физических нагрузок. Вот и сегодня стоило открыть глаза, накатило знакомое ощущение счастья, которое я называю «радостью бытия». Резко вскочил, посетил туалет, затем по форме номер два (штаны, спортивные ботинки, голый торс) выскочил во двор.

Погода сегодня вполне приятная. Небо хоть и затянуто облачной пеленой, но на голову не льет, даже морось не висит в воздухе. Более того, на фоне серой небесной хмари отчетливо виден бледный солнечный круг.

Сразу к физическим упражнениям не приступил. Тело требовало движений, а беговой дорожки не наблюдается. Пришлось неспешно прогуляться вдоль чугунного забора по всему внутреннему периметру участка и с помощью комплекса магоформ создать трассу шириной метра полтора: удалить растительность, отсыпать грунт и уплотнить его до каменной твердости. На случай дождя, придал дорожке слегка выпуклый профиль и проложил кюветы по обеим её сторонам. Получилась приличная беговая дорожка длиной около четырехсот метров.

Заодно навешивал на замысловатую чугунную вязь ограждения сторожевые заклинания. Что-то уж очень мощное городить не стал. Мой охранный комплекс не убьет, но мальчишек от походов в сад за ранней жимолостью и прочими плодами отвадит, заодно о визите более серьезных товарищей предупредит.

После того, как трасса была готова, намотал на радостях два десятка кругов. Хорошо! Затем извлек из сарая со всяким хламом пару заранее примеченных двухпудовых гирь, какими обычно взвешивают товар оптовые торговцы на рынках, и основательно поработал импровизированными снарядами. Не хватает нормального спортивного городка, но это дело наживное. Обживусь немного и сделаю заказ какой-нибудь строительной фирме.

После утреннего душа и плотного завтрака из домашних харчей длительного хранения, написал уведомительные письма в штаб округа и секретариат генерал-губернатора, мол, проживаю по такому-то адресу, если что, обращайтесь. Вообще-то, мог бы и лично доложиться, но желание в очередной раз видеть угрюмую харю Крымова и непонятно по какой причине перепуганного Днепрова-Поплавского как-то не возникает. Не стоит портить настроение с утра, чужими негативными эмоциями. Понадоблюсь, позовут, а за просто так к местному начальству лишний раз я не ходок. Все-таки надеюсь, что генерал-губернатор в самые кратчайшие сроки подберет для моих нужд участок земли. Не совсем для моих, разумеется, скорее, для царевых.

Прогулялся до ближайшего почтового ящика, приколоченного к фонарному столбу рядом с местным полицейским участком. Заодно сделал визит местным полицаям, вроде как оно положено представиться новому домовладельцу.

Внутри всё вполне прилично, в общей комнате дежурная смена. В ожидании своей очереди на патрулирование улиц парни азартно режутся в карты. При моем появлении народ дружно побросал на стол «фишки», повскакал с насиженных мест, и довольно слаженно рявкнул:

— Здрав желам, ваш высокбродь!

На шум из соседнего помещения тут же выскочил молоденький лейтенант от жандармерии. Едва завидев столь важную персону, вытянулся в струнку и отрапортовал:

— Начальник Восьмого околотка города Восточный лейтенант Железнов Виктор Николаевич!

— Майор Зубов-Прикаспийский Владимир Прохорович, — в свою очередь представился я и скомандовал: — Всем вольно! — Затем пояснил цель своего визита: — Прошу прощения, господа полицейские, за вызванный моим появлением переполох. Но я здесь не с инспекторскими целями, а за тем, чтобы поставить в известность полицейское начальство о том, что со вчерашнего дня являюсь владельцем дома, ранее принадлежавшего уважаемой Алевтине Григорьевне Постол.

— Ну слава Господу! — истово перекрестился на икону Христа-Спасителя полицейский офицер, — наконец-то эта добрая женщина воссоединится с родными людьми. Она ведь…

Летёха явно собирался поведать душещипательную историю о судьбе одинокой пожилой женщины, но я не позволил этому случиться:

— Прошу прощения, Виктор Николаевич, к великому моему сожалению, я по горло занят служебными делами. Насколько понимаю, в вашу обязанность входит каким-то образом регистрировать новых домовладельцев.

— Да, конечно, Ваше Высокоблагородие, извольте пройти в мой кабинет.

Процедура «прописки» много времени не заняла. Железнов достал с настенной полки гроссбух, подписанный красивым почерком от руки :

«Книга учета граждан, проживающих на территории околотка № 8 по городу Восточный».

Раскрыв «талмуд» на нужной странице, жандарм попросил предъявить удостоверение личности и переписал оттуда кое-какие мои данные. Наткнувшись на графу возраст, он был шокирован до такой степени, что на некоторое время впал в ступор.

— Не беспокойтесь, Ваше Благородие, — я поспешил развеять недоумение лейтенанта, — там никакой ошибки, мне на самом деле шестнадцать…почти семнадцать лет, хоть и выгляжу намного солиднее. — И зачем-то пояснил: — Такой вот акселерат.

Однако до самого моего ухода Виктору Николаевичу так и не удалось окончательно выйти из состояния некоторой заторможенности. Ладно, как-нибудь переварит информацию, человек, вроде бы, не глупый языком напропалую чесать не станет.

После визита в полицию вспомнил совет доброй старушки нанять прислугу и отправился по указанному Алевтиной Григорьевной адресу.

Павел Мартынович Тян оказался мужчиной под семьдесят. Типичный азиат монголоидного типа, как я их представляю: невысок, жилист, круглолиц, кривоног, лицом морщинист, узкоглаз, коротко стриженые седые волосы на голове, посеребренные возрастом жидкие монгольские усики и козлиная бороденка.

Хозяйка же Аграфена Васильевна выглядела лет едва за пятьдесят, на внешность типичная русская баба, росту хоть и не гвардейского, но едва ли не на голову выше своего низкорослого супруга.

Как ни странно, но мое появление не вызвало особого ажиотажа в русско-корейском семействе. Более того, меня здесь явно ждали. По всей видимости, Алевтине Григорьевне перед отъездом удалось каким-то образом передать весточку своим бывшим работникам о возможных переменах в их жизни.

Я был приглашен в горницу и по русскому обычаю усажен за стол, на котором с невообразимой быстротой появился пышущий паром самовар, к чаю куча разного рода домашней выпечки, розетки с вареньем и медом, тарелки с засахаренными фруктами и ягодами.

В процессе чаепития Павел Мартынович поведал некоторые моменты истории жизни своего семейства. Женаты супруги тридцать пять лет. Имеют трёх сыновей и дочь. Дети взрослые, давно разлетелись из родительского гнезда. Два старших сына закончили офицерские училища служат в армии один где-то в Бессарабии, другой на территории бывшей Польши. Младшенький, отучившись в коммерческом училище, подался по купеческой стезе, подался в столицу, особых успехов пока не добился, но пишет, что перспективы имеются и довольно радужные. Дочка выскочила замуж за солидного горного инженера и уехала с ним в Соликамск, где ныне и проживает. Старшие сыновья также женаты имеют детей, у дочери их уже четверо, только младшенький, тот, что подался по коммерческой линии пока свободен от уз Гименея.

Насчет древнеримского божества брака, к моему глубокому удивлению, выдал Павел Мартынович. Я ну никак не ожидал от типичного провинциала столь глубоких познаний. К тому же, урожденный кореец говорил по-русски без какого-либо акцента, украшая речь разного рода витиеватыми фразами и выражениями на зависть многим коренным русакам, считающим себя исконными интеллигентами. По словам Павла Мартыновича, он очень любит читать «разные книжки, а также газеты и журналы», отсюда его грамотность и завидное владение русским. Помимо Великого и Могучего, кореец свободно владеет японским, путунхуа и рядом прочих широко распространенных китайских диалектов, иже с этим французским, голландским и немецким. Удивительным человеком оказался для провинциальной глубинки. Каюсь, я заподозрил в нем сотрудника какой-нибудь иностранной разведки. Но, осторожно просканировав сознание мужчины, убедился в полной ошибочности своих подозрений. Господин Тян оказался обычным работягой. Шестьдесят лет назад его родители бежали из Кореи в Россию от притеснений японских завоевателей, прихватив единственное свое сокровище восьмилетнего Джунг-хо (именно так тогда звали их сына). Получив вид на жительство от российских властей, семья добровольно крестилась в православную веру и Призрачный Тигр (так переводится с корейского первое имя мальчика) стал Павлом в честь одного из христианских апостолов. Так что, Павел Мартынович, хоть и кореец по национальности, по воспитанию и по мировоззрению считает себя истинным русским, сугубо православным человеком и патриотом государства, принявшего под защиту его семейство.

Аграфена Васильевна оказалась типичной хранительницей очага по характеру один в один с моей маман.

При живом супруге Алевтины Григорьевны оба состояли на службе семейства Постол. После ухода из жизни кавторанга материальное положение вдовы не позволило выплачивать работникам достойную зарплату, и она была вынуждена дать им отставку. Павел Мартынович занялся мелкотоварным производством кимчхи, квашеной морской капусты и прочих традиционных блюд корейской кухни. Свою продукцию он сбывает по торговым дням на одном из местных рынков. К тому же, кое-какие деньжата присылают дети. Тем и живут. Однако с радостью вернулись бы к прежнему занятию — уходу за домом, за достойную, разумеется, плату.

Семейная пара мне понравилась. Я предложил по пятьдесят рублей в месяц каждому. Деньги достойные не только по местным меркам, но и в европейской части России мало кто из работяг столько получает. В обязанности Павла Мартыновича входит поддержание порядка в саду и на придомовой территории. Алевтина Григорьевна должна будет содержать дом в чистоте и готовить для меня завтрак по утрам, и ужин по вечерам. Обедать я планировал на своем рабочем месте. Но коль случится оказаться в обеденное время дома, еда должна появиться на моем столе в максимально короткие сроки. Особых диетических изысков не требовал, лишь бы было вкусно, питательно и в достатке, поскольку поесть люблю плотно.

Мои условия были приняты. Супруги Тян были готовы хоть немедленно приступить к своим обязанностям. Я тут же выплатил каждому зарплату за месяц вперед и выдал женщине пару сотен рублей на хозяйственные нужды. Помимо всего прочего, открыл им допуск на принадлежащую мне территорию, чтобы охранная система воспринимала этих людей как своих.

Алевтина Григорьевна тут же помчалась на рынок за продуктами питания. Павел Мартынович отправился в сад, осматривать будущий фронт работ.

Я же, удачно отловив проезжавшее мимо такси, направился в Южный порт для приобретения собственного автомобиля.

До этого времени личным моим транспортом были лишь велосипед, реквизированный у поповича Шустрова «CeZ» и подаренный танкистами-погранцами «Уралец», который по окончании производственной практики я им вернул обратно. Впрочем, велик был батин, и тот постоянно трясся над его сохранностью, так что остаются лишь мотоциклы. Предощущения в самом скором времени стать владельцем самого настоящего автомобиля, скажу вам, непередаваемые. Пусть в прошлой жизни у меня было шикарнейшее чудо германского автопрома, в этой автовладельцем я еще не был, а вот ручонки уже чесались покрутить баранку и подергать рычаг переключения передач, ноженьки также зудели в предвкушении понажимать педали.

Дорога по извилистым улицам Восточного заняла около получаса. Сам порт Южный (интересная ассоциация с Москвой моей первой реальности) раскинулся вдоль бухты Южной, на самой оконечности полуострова Антокольского-Варварина, на котором, собственно, и расположен город Восточный. Впрочем, не стану никого грузить географической терминологией, кому интересно, возьмите карту, вся информация об этих местах там наглядно представлена.

У распахнутых настежь ворот в порт скучал какой-то седобородый дедок, что-то типа охраны. На посетителей он не обращал никакого внимания. Признаться, мне стало интересно узнать, с какой целью он вообще здесь находится.

Подошел, гаркнул едва ли не во всю мощь своих легких:

— Здорово, дед!

На что тут же последовал ответ:

— Чего орешь, ваш высокбродь?! Мирон Амвросимов хоть и стар, но не глухой. Так что неча тутова горланить! Чаво хотел-то?

— Ты тут вроде как сторож, — усмехнулся я, — а от кого охраняешь вверенный объект?

— Пацанву гоняю, господин майор. Лезуть и лезуть, ну я их дрыном. — страж в качестве доказательства представил нехилый кол.

Проходя через ворота, обратил внимание, что территория порта огорожена двумя рядами колючей проволоки, между которыми бегают злющие собаки. Заботится администрация, чтобы вороватый элемент не смог проникнуть в порт и что-нибудь умыкнуть с целью дальнейшей перепродажи.

От главных ворот мне пришлось протопать по гранитной набережной около километра мимо многочисленных купеческих лабазов и прочих складских помещений, толп продавцов и покупателей, в основном оптовиков из сибирской глубинки. Также, здесь было много иностранцев. Повсюду шум-гам, споры, ругань практически на всех языках мира, рукопожатия в знак успешного заключения сделки. Торговали практически всем: бананами и прочими экзотическими фруктами, пестрыми тканями, драгоценной древесиной, стальными и чугунными чушками, в общем, всего не перечислить. Бухта размерами хоть и невелика, но около дюжины пароходов океанского класса на свои причалы под разгрузку и погрузку принимает единовременно. Также в ожидании своей очереди на якорных стоянках немного не менее двух десятков бортов под разными флагами. Так или иначе, жизнь здесь бьёт ключом, поскольку Сибирь-Матушка, хоть и не самое населенное место на планете Земля, но в товарах нуждается и кое-что сама способна предложить иноземным купцам. А еще железная дорога тут непосредственно примыкает к погрузочно-разгрузочным терминалам. Удобно.

Радостная матросня в предвкушении скорой выпивки и легкодоступной продажной любви, мелкими и крупными партиями держат курс в город. Тут же их не совсем трезвые коллеги, зачастую с побитыми физиономиями и пустыми карманами, возвращаются на свои корабли. Куда же без этого? Невольно в памяти всплыл разухабистый мотив из моего детдомовского детства:

В Кейптаунском порту

С пробоиной в борту

«Жанетта» поправляла такелаж.

Но прежде чем уйти

В далекие пути,

На берег был отпущен экипаж.

Идут, сутулятся, по темным улицам,

И клеши новые ласкает бриз.

Они идут туда, где можно без труда

Найти себе и женщин, и вина…

Наконец я добрался до самой северной оконечности бухты. Именно здесь на относительно небольшой территории выстроились для осмотра сотни, возможно тысячи авто из самых разных концов Земного шара. Глаза разбегаются. К моему великому удивлению, помимо азиатских, здесь присутствовали «колеса» от европейских производителей, даже продукция только зарождающегося северо-американского автопрома. Людей, желающих приобрести автомобили как оптом, так и в розницу, также было в изрядном количестве. Прогуливалось много праздношатающихся зевак. Впрочем, мне не было особого дела до прочих посетителей — у меня тут свой шкурный интерес и торчать здесь дольше необходимого я не собираюсь.

Где-то за час обошел весь авторынок, сканируя выставленные на обозрение экземпляры. В конечном итоге, мой выбор остановился на здоровенном «сарае» китайского автопрома, под непонятной иероглификой было прописано латиницей «tiānfān». Что это означает, узнаю у своего садовника. Реально, «ведро с ржавыми болтами и шестеренками», несмотря на мощный восьмицилиндровый двигатель и функцией включения полного привода. Даже кузов под толстым слоем грунтовки, краски и лака оказался из фанеры. Однако помимо уже перечисленных приятных опций, в автомобиле имелся качественный кондиционер, к тому же, удобство кресел водительского и пассажирских, также общая отделка салона меня просто восхитили. С металлом похуже, тут китайцы изрядно смухлевали. По большому счету, вся эта красотища должна рассыпаться после сотни тысяч верст пробега. Однако маг я или где? И, вообще, когда это меня останавливали подобные трудности? Покамест машина не изношена из-за деталей, изготовленных из некачественных материалов, она — зверь, и это меня вполне устраивает. После того, как основательно её подшаманю, таковой, надеюсь, она и останется на долгие-долгие времена.

Менеджер по продажам, похоже, здорово перетрухнул втюхивать господину майору товар столь сомнительного качества — мало ли, после первой поломки примчится и по «репе» крепко настучит, мол, подсунули откровенный брак. Он порекомендовал мне парочку более качественных моделей. Однако там не было полного привода и столь шикарного салона, поэтому я заверил мужчину, что никаких претензий к качеству автомобиля предъявлять не стану.

Оформление покупки никаких проблем не вызвало. Заплатил банковским чеком три тысячи рублей, сверху полторы сотни в качестве оплаты таможенного сбора и еще шестьдесят рубчиков ушли в жадные лапы дорожной полиции для постановки личного автотранспорта на регистрационный учет. За пять целковых все эти мудреные манипуляции лихо провернул продавец без какого-либо моего непосредственного участия. Всё-таки неплохо быть человеком обеспеченным и не считать каждую копейку.

Таким образом домой вернулся на собственной «тачке». Загадочная иероглифическая надпись на бампере, как мне объяснил Павел Мартынович, в переводе на русский означает «небесный парус». Забавно, определенно, китайцы в душе романтики. Название мне понравилось — всё по Христофору Бонифатьевичу, ну тот, что капитан Врунгель: как вы яхту назовете, так она и поплывет.

Автомобиль загнал в один из просторных пустующих сараев с подходящими по размеру воротами. Там места с лихвой хватало для воплощения в жизнь задуманных мной идей по глубокой модификации приобретенного транспортного средства.

Затем добрейшая Аграфена Васильевна накормила меня вкусным обедом. Также попробовал кимчхи от господина Тяна. Ничего так, понравилось, остренько и аппетиту способствует.

После обеда, часок посидел в кресле, выстраивая из известных мне рун и синергических символов магемы, кои станут залогом долголетия моего автомобиля.

Засиживаться долго не стал. Переоделся в рабочий комбинезон, на ноги натянул прочные ботинки из буйволовой кожи и отправился в гараж к своей «ласточке». Мне известно еще из прошлой жизни, что большинство автовладельцев именно так нежно именуют своих четырехколесных друзей. Не знаю, как в этой реальности, но тоже пусть будет «ласточка», мне нравится.

Замысел мой абсолютно тривиален, заключается в том, чтобы с помощью магии увеличить максимально эксплуатационные характеристики всех узлов и деталей автомобиля, чтобы, намотав расстояние от Земли до Марса, выглядел так, будто только что с конвейера. Для этого на каждую самую мелкую деталюшку необходимо нанести определенную магему. А это означает полную разборку транспортного средства, после чего мне предстоят занятия магической каллиграфией, дабы абсолютно все детали вплоть до самой мелкой гроверной шайбы соответствовали необходимым физико-механическим характеристикам.

Остаток дня ушел на разборку «Небесного паруса». Если бы не мои магические способности времени понадобилось бы на порядки больше. А так, где ручонками, где чародейством, но к полуночи мое авто представляло собой аккуратно разложенные на кусках брезента и в собранных по сусекам деревянных ящиках кучки того, что совсем недавно именовалось чудом китайского автопрома. Откровенно говоря, хреновым чудом. Ладно, ворчать не стану, когда-нибудь и в этой реальности китаезы научатся делать неплохие автомобили, главное начать.

Нанесением рунных цепочек решил заняться на следующий день. В очередной раз убедившись, что все детали разложены в известном одному мне порядке, со спокойной душой удалился на покой.

Следующие три дня прошли в буквально титанических трудах и хлопотах. Для начала набрал обломков разных камней из приличной кучи, складированной за одним из сараев, перемолол всё посредством воздушных заклинаний в атомарную пыль, после чего отделил от полученной массы ряд интересующих меня химических элементов, то как: марганец, молибден, вольфрам, титан и еще много чего. Вышло мало, а мне много и не нужно. Эти металлы планирую использую в качестве легирующих добавок. Только не подумайте, что я собираюсь переплавлять каждую деталь. Есть иные методы внедрения в тело изделия разного рода присадок с целью улучшения его физико-механических свойств. Из бесполезной для моих целей пыли спрессовал пару дюжин кирпичей и отнес обратно за сарай к куче камней.

Перед тем, как начать наносить магемы на ту или иную металлическую деталь, я брал необходимое количество легирующих присадок и равномерно внедрял в её тело, далее происходил процесс, напоминающий плавку в электро-муфельной печи, но без какого-либо нагрева.

Затем, вооружившись стило с зажатым в нём посредством специального приспособления острым осколком алмаза, я принялся вычерчивать рунные ряды и синергические знаки на металлические детали. С деревом, пластиком и резиной, особо не мудрил, укреплял магемами, внедряя их внутрь структуры той или иной детали. Таким образом, после активации заклинаний прочностные характеристики фанерного листа должны были стать равными соответствующим показателям броневой стали толщиной двадцать миллиметров. Покрышки и шины колес подверг процессу углубленной модификации, на порядок уменьшив их износ.

Означенные манипуляции заняли у меня два дня. Еще день ушел на сборку авто и закачку магем маной. Оно, вроде бы, работёнка не пыльная, но умаялся как галерный раб, скорее психологически, нежеди физически. И немудрено, попробуйте от рассвета до заката карябать острым стило по металлу, перед этим еще и диффундировать в деталь силой своего духа легирующие присадки. Вот такой гемор.

Слаба богу, самому себе еду готовить не пришлось. Заботами добрейшей Аграфены Васильевны я был своевременно накормлен.

Однако любая каторга когда-нибудь заканчивается. Через трое суток моя «ласточка» стояла на четырех штатных колесах, с полным баком бензина, укомплектованная необходимыми маслами и прочими жидкостями. Возложив руки на капот, я нащупал астральную связь с каждым магическим знаком, тем или иным способом внедренным в структуру моего авто и начал потихоньку наполнять их энергией из своего средоточия. Процесс нескорый, ибо маны потребовалось значительное количество. Жаль под рукой нет подходящей Прорвы — дело намного быстрее пошло бы.

Означенные манипуляции закончил глубоко за полночь. Убедившись в том, что процесс модификации авто прошел успешно, покинул сарай и с легкой душой отправился спать. По пути меня осенила одна идея, но об этом после. Сейчас спокойной ночи, российский парень и чародей, Владимир свет Прохорович. Баю-бай, глазки закрывай.

Глава 3

На следующее утро проснулся аж в восемь часов, чего со мной давненько не было, всегда просыпаюсь около шести. Вот что значит, притомился от монотонного труда по разборке, наложению магем и сборке транспортного средства. Сизифов труд, скажу вам. Результат, надеюсь, оправдает вложенные затраты умственные и физические. Насчет физических, повторяюсь, я бы не сказал, что уж очень устал, а вот нанесение руно-синергических рядов выматывает. Было бы неплохо автоматизировать процесс, и я об этом еще подумаю, поскольку есть мысли насчет использования данной методики в более расширенном виде, но об этом пока ни звука, ибо враг не дремлет, а болтун — находка для шпиона. Эко меня в шпиономанию-то потянуло, сам не ожидал.

Ну все, отставить стёб, пора работу работать. А работенка мне сегодня предстоит приятная — ходовые испытания моей «ласточки». В предвкушении будущего радостного события совершил положенные утренние дела, и только уселся завтракать, как в дверь постучался Павел Мартынович.

— Владимир Прохорыч, — бодрым голосом начал рапортовать кореец, — по вашу душу прибыл вестовой от самого генерал-губернатора. Пригласить в столовую, или пусть в гостиной подождут покамест вы откушать изволите?

— А чего ждать, тащите его сюда, заодно и накормим служивого. — До барственного «ты» со своими наемными работниками я не стал опускаться, обращаюсь к ним вежливо на «вы».

— Здравия желаю, Ваше Высокоблагородие, прапорщик Андросов! — громко поприветствовал меня с самого порога парень лет двадцати в звании пехотного прапорщика. — Господин майор, для вас послание из канцелярии Их Высокопревосходительства генерал-губернатора!

Вскакивать по-уставному не стал, ибо одет был не по форме. Приветственно махнул прапору рукой.

— Проходите, присаживайтесь. Сначала добрейшая Аграфена Васильевна нас накормит, потом и делами займемся, ибо пустое брюхо к наукам и всему прочему глухо. Может оно и наоборот, но по мне именно так. Поди, с утра маковой росинки во рту не было? Шинельку с портупеей передайте Павлу Мартыновичу, он их в прихожей на вешалку определит.

— Но Ваше Высокоблагородие, не положено-с, — обозревая голодным взглядом разносолы на столе, посыльный сделал слабую попытку отказаться.

— Да ладно, мы никому не скажем о столь «вопиющем» нарушении устава. Зовут-то вас как, господин Андросов?

— Иннокентий… — после небольшой заминки прапор добавил: — Астроблемович.

— Как, как?! Астроблемович?!

— Ну да, дед профессор геологии, признанное мировое светило геоморфологии батю назвал Астроблемом, ну а мне по наследству перепало столь… забавное отчество. Благо отец, тоже геолог, Грабеном не назвал, ну или Горстом.

М-да, чего только на Руси-Матушке не бывает. Я считал, что смешнее Акакия ничего невозможно измыслить, а тут нате вам…

Шинельку с портупеей Астроблемович все-таки снял и передал стоящему у порога Тяну. Затем нерешительно приблизился к столу.

— Присаживайтесь, Иннокентий… если позволите, по-простому без отчества.

Минуту спустя Астроблемыч наворачивал за обе щеки яичницу с беконом, вперемешку с китмчхи, блинами с икрой кижуча, пирогами с зайчатиной, грибами, капустой, визигой и прочими начинками. И когда только моя повариха успела столько всего наготовить?

После чашечки крепкого черного кофе Иннокентий вытер губы салфеткой.

— Покорнейше благодарю Ваше Высокоблагородие. Так вкусно не кормят даже в «Улиссе». — После чего расстегнул полевую сумку, с которой так и не рискнул расстаться, поставил на пол у ножки стула. — Вам пакет. Извольте принять и расписаться. — Я забрал у него довольно плотный приличного размера конверт из вощеной бумаги с надписью: «Его Высокоблагородию майору Зубову-Прикаспийскому, лично в руки» и размашисто черканул свою роспись в книге учета протянутой прапорщиком авторучкой. — Еще раз преогромное спасибо, — заулыбался посыльный, — с вашего позволения я вас покину. Дела-с, не требующие отлагательств.

— Ну что же, господин Андросов, не смею вас задерживать.

Проводив посыльного до калитки, направился в свой рабочий кабинет, не забыв прихватить послание от генерал-губернатора.

Внутри конверта обнаружились сложенная карта и письмо. В письменном послании Его Высокопревосходительство Днепров-Поплавский уведомлял о выделении под мои нужды участка земли площадью семьдесят квадратных верст в северо-восточной части полуострова Антокольского-Варварина на берегу залива Радужный, омывающего, соответственно, восточное побережье полуострова. В первой моей реальности он именовался Уссурийским. Кстати Амурский залив здесь именован в честь правившей Россией в начале восемнадцатого века императрицы Натальи Андреевны Вяземской, так и называется залив «Императрицы Натальи». Все-таки география очень интересная наука, но к великому моему сожалению, заниматься описательством современных реалий никакого времени не хватит. Как-нибудь, когда стану посвободнее, непременно отмечу на географических картах названия объектов из первой моей реальности, насколько я их помню. Не для науки, чисто для себя, ибо интересно.

Места мне были выделены довольно глухие примерно в сорока верстах от Восточного. Впрочем, судя по карте, неподалеку шла разработка запасов каменного угля в поселке Шахты. «Город Артем в иной реальности» — подсказала услужливая память. Опять же, судя по карте, оттуда до столицы Приморского края была проложена железная дорога, а еще и автомобильная трасса. От Шахт до побережья Радужного по прямой верст десять-двенадцать. При наличии достаточного количества пустой породы в терриконах, моим магам будет несложно отсыпать удобный автомобильный путь, также можно будет проложить железную дорогу. Тогда грузы для нужд моей базы станут поступать напрямую на её территорию.

А еще, на выделенном участке отмечено аж два прорыва иной реальности. Прорвы хоть и спокойные, но все-таки находятся под постоянным приглядом военных. Участок мне понравился. Аж засвербело в одном месте, так захотелось тут же отправиться в собственную вотчину и посмотреть, что там, да как. Вообще-то, не совсем в собственные владения, лишь выделенные на время. Однако отныне именно я там царь, бог и полновластный хозяин. Впрочем, что мне мешает туда отправиться? Сам же собирался испытать свое первое авто в этой жизни. Еще раз более пристально изучил присланную карту. Ага, к обеим Прорвам в тайге проложены грунтовые дороги, так что, надеюсь, не застряну на своем-то внедорожнике.

Свои задумки я привык не откладывать в долгий ящик, уже через четверть часа мой «tiānfān» выехал из ворот усадьбы и помчался в направлении северо-восточной окраины города. Когда основательно прогрелся движок, я подрегулировал прямо на ходу систему зажигания и работу клапанов. Движок карбюраторный со всеми достоинствами и недостатками данного способа. Принудительную подачу топлива посредством инжекторного впрыска в камеру сгорания здесь еще не изобрели. Ничего, и так сойдет при моих-то чудо-способностях и карбюратор будет ничуть не хуже инжектора. В результате моих манипуляций гул работающего мотора стал более ровным и менее громким. Короче, «зашуршала» моя «ласточка» во всю мощь своих пары сотен условных лошадей. Кстати, в процессе сборки я устранил множество, мягко говоря, «упущений» в механической части. Не вдаваясь в подробности, скажу, что «вылизал» все детали, как не всякий кот языком свои яйца отшлифовывает. Вспомню, с каким скрипом добирался от авторынка до дома, сердце кровью обливается. Слава Богу, теперь лишь ровный гул двигателя, коробки передач и прочих трансмиссионных элементов, иже с этим легкий шум встречного потока воздуха.

Помимо удобного салона, китайские автопроизводители обеспечили отличный обзор через большие окна. Их также обработал магией — повысил прозрачность и основательно укрепил. Теперь на вид довольно тонкие триплексы обеспечивают водителю и пассажирам высший класс защиты, то есть способны выдержать удар бронебойной винтовочной, даже пулеметной пули. Помимо магической защиты каждой детали, на авто накинут общий силовой кокон, который не пробьет даже подкалиберный или кумулятивный снаряд противотанкового трехдюймового орудия. А еще приятно ощущать себя защищенным от любых дорожных случайностей. Мало ли какому идиоту-самоубийце стукнет в дурную башку свести счеты с жизнью посредством встречного тарана. Даже в этом случае моя «ласточка» выйдет из столкновения без единой царапины. Магия, однако. Жаль, что в первой моей реальности не было столь классной опции — сколько людей в результате ДТП сохранили бы жизни или не стали калеками.

С такими мыслями добрался до северо-восточной окраины города и, выехав на асфальтированную трассу поддал газу. Иех-х-х, прокачусь!

Даже на скорости двести километров в час машина прекрасно цеплялась колесами за дорожное покрытие. Её не вело и на неглубоких ямках не кидало из стороны в сторону. Мимо проносились редкие попутные транспортные средства, будто на месте стояли, а встречные автомобили, пролетали аж со свистом. Красота и полный восторг!

Впрочем, не все в этой жизни устроено для удобства автомобилиста. Километров через пятнадцать асфальтовое покрытие постепенно сошло на нет, вместо него мой путь продолжился по гравийно-песчаному пыльнику с изрядными кавернами, кое-где глубокими лужами, которые, подозреваю, не просыхают даже в сухой сезон. Похоже у местных властей руки не доходят засыпать щебнем особо «убитые» участки. К тому же, грейдером по всей её длине не помешало бы пройтись. Ладно, с этим вопросом как-нибудь потом разберусь поскольку проживать планирую в своем городском доме, уж больно мне понравились плюшки Аграфены Васильевны, а мотаться туда-сюда по разбитому тракту никакого желания.

Ненадолго задержался в поселке Шахты. Сам хозяин этих мест купец первой гильдии Иван Петрович Сиводедов не часто посещает свою угледобывающую вотчину. В основном проживает в городе Находка (вот это диво, первый раз в этих местах полное совпадение географических названий населённых пунктов той и этой реальностей). Помимо угольного промысла купец-миллионщик держит многочисленный грузовой флот, торгует с Японией, Китаем и другими соседними государствами товарами, доставляемыми из Сибири и Европы. Всё это за чашкой чая поведал мне местный управляющий Виталий Павлович Казначеев одаренный уровня младшего магистра с уклоном в магию земли. Закончив высшее училище Мажеского корпуса в городе Тверь, Виталий Павлович по военной стезе не пошел. После обязательной пятилетней службы в армии поступил в Московский Горный институт, по окончании которого был принят на должность сначала помощника управляющего самого крупного на Дальнем Востоке угледобывающего комплекса, а шесть лет назад, после ухода на заслуженный отдых прежнего управляющего, занял хоть и хлопотную, но весьма доходную должность.

На мой вопрос о количестве добываемого в месяц угля, он назвал цифру два миллиона шестьсот двадцать пять тысяч пудов. Местный уголек поставляется не только в Восточный, но и в Находку, где его буквально с руками отрывают иностранные купцы.

Ого, сорок две тысячи тонн, я тут же перевел пуды в более понятные для меня единицы. Откровенно говоря, не ожидал таких объемов. Тут же у меня в голове возникла, не побоюсь этого слова, гениальная мысля. Батя во всю отливает корпуса авиационных бомб и вкручиваемые детонаторы, без начинки, ибо с химическим производством у него не задалось, чиновничья бюрократия вмешалась, мол, куча специальных разрешений нужна, коих собирать упаришься. В расчете приобрести взрывчатку у здешних вояк, я попросил его отправить заготовки с первым составом. Прицепил аж целых два вагона, а это в общей сложности сотня тысяч авиабомб разного калибра с запалами к ним. То есть для их снаряжения мне необходимо… ага, так просто и не сообразить (тут только чистой воды эмпирика поможет), но очень много. Еще и пороха нужны для снаряжения запалов, капсюли на основе гремучей ртути и еще много чего. То есть, намечается серьезное бодалово с армейскими интендантами, коим плевать на мой статус доверенного лица Его Императорского Величества. «Нет и точка, господин майор, требуемого вами количества взрывчатки, соответствующих порохов и капсюлей, хоть вешайте, хоть к стенке ставьте». А тут, будто Дар Небес — уголек неплохого качества, из которого мои алхимики извлекут, условно выражаясь все бензольные кольца и путем нитрования превратят в столь нужную мне взрывчатку. Откуда азотная кислота? Таки в нашем распоряжении аж вся атмосфера, большая часть которой и состоит из того самого азота. У меня в голове моментально возникли технологические цепочки производства бензола из угля, с последующей обработкой его азотной кислотой, полученной в свою очередь путем замещения серы в серной кислоте атмосферным азотом. А при наличии азотной кислоты несложно получить пороха из древесной целлюлозы. И окись этилена, иначе оксиран… Тэк-с, стопэ, товарисч прогрессор! Спички детям не игрушки, так что широко распространяться насчет технологий производства взрывчатых веществ не стану. Короче, полтора десятка отправленных в мое распоряжение царем-батюшкой алхимиков вполне справятся с задачей обеспечения нашего хозяйства взрывчаткой и прочими необходимыми веществами. По возвращении в Восточный срочно отправлю телеграмму бате, чтобы заканчивал с химическими производствами, пусть лучше максимально увеличит выпуск корпусов авиационных бомб, запалов к ним и контейнеров для зарядов объемного взрыва.

— Ваше Высокоблагородие, с вами все в порядке, — Казначеев вывел меня из состояния глубокой задумчивости.

— А? Да. да, Виталий Павлович, все хорошо, можно сказать, очень даже здорово. Вы со своим углем для нас, что та манна небесная для народа Израилева. Тут мне одна мысль в голову пришла. Короче, для нужд будущего объекта стратегического значения нам понадобится, — вперив взгляд в потолок, я прикинул примерный объем необходимой взрывчатки, — для начала, скажем, тысяча тонн угля ежемесячно, а там, вполне возможно, и больше. Не беспокойтесь, уважаемый, вывозить будем собственным транспортом, расходы по оплате возьмет на себя военное ведомство по принятым на флоте закупочным расценкам.

После этих моих слов физиономия управляющего заметно поскучнела. Министерство обороны Российской Империи явно не баловало купечество ценами на продукцию. Уголек для гражданских судов стоит раз в пять дороже, а иностранцы готовы за него давать еще большую цену. То есть, закупка мной тысячи тонн угля станет для хозяйства купца Сиводедова едва ли не чистой воды убытком. А кто окажется стрелочником? Разумеется господин Казначеев.

— Владимир Прохорович, может быть, для начала поставим в известность Ивана Петровича?

— Вы не поняли, Виталий Павлович, — я ткнул пальцем в нагрудный знак, выданный Государем Императором, — мне не нужно заниматься пустопорожней болтовней хотя бы с купцами самой наипервейшей гильдии. Условия сделки мной обозначены. Ваша задача исполнять их неукоснительно. — Затем с улыбкой добавил: — Своему работодателю можете жаловаться на произвол властей в моем лице, мол, понаехал сатрап, понакричал, ножками потопал, де, подавай ему угля ну и так далее в том же духе. В общем ругайте меня насколько фантазии вашей хватит. Я не обижусь, лишь бы дело делалось.

От этих моих речей настроение управляющего заметно поменялось в лучшую сторону. Не сомневаюсь, этот представит графа Зубова-Прикаспийского в самом черном свете, и я его вполне понимаю — деток, коих у него трое, кормить и на ноги ставить денежки нужны и немалые, да и самому с супругой нужно чем-то питаться.

Расстались с Казначеевым вполне довольные друг другом. Управляющий пообещал наладить отгрузки угля по первому моему требованию. А еще, как человек, хорошо знакомый с географией здешних мест, напоследок дал несколько ценных советов насчет местоположения моего будущего поселения с учетом строительства взлетно-посадочной полосы. Если кто-то считает, что я открыл великий секрет перед первым встречным, он глубоко заблуждается. Наличие аэродрома в этих местах станет явным сразу же после завершения его постройки, ибо летящий в небе самолет невозможно скрыть от глаз обывателей, в том числе от агентов иностранных разведок. Кое-кто под видом заблудившегося охотника, грибника или просто праздношатающегося туриста попробует проникнуть на подведомственную мне территорию. Ну что же, добро пожаловать, к тому моменту мы будем готовы принять любого гостя, а также разобраться, с какими целями тот пожаловал. Ну это пока в моих планах, поскольку секретный объект еще предстоит возвести силами пяти сотен моих будущих подчиненных. Мысль использовать при строительстве китайцев или кого-то из местных, как возникла в моей голове, так и улетучилась оттуда, поскольку не след допускать на объект посторонних лиц, мало ли чего высмотрят, а потом куда не надо утечет.

Также любезный Виталий Павлович отметил на моей карте довольно удобный маршрут к заливу Радужный. Не накатанный тракт, разумеется, но запряженная лошадкой телега с грузом рыбы вполне там проезжает, а значит, и полноприводное авто проскочит без каких-либо трудностей. Поначалу я планировал посетить лишь обе Прорвы, внутрь не полез бы, хотел просто осмотреться. Но после беседы с горным инженером мои планы немного поменялись. После осмотра локальных прорывов иной реальности, прокачусь к морю по здешней тайге, заодно взгляну на место, рекомендованное Казначеевым под базу.

Строить планы люблю, однако бывает так, что задумаешь, что-нибудь эдакое, а оно неожиданно оборачивается полным фиаско. Так случилось и на этот раз.

Отъехав около пяти километров от окраины поселка, я обнаружил перегородившую дорогу упавшую вековую ель. На всякий случай тщательнейшим образом просканировал окружающее пространство, но кроме бурундуков, белок, лисицы с выводком лисят, птичек разных превеликое множество никого поблизости не обнаружил. Само упавшее дерево не было подпилено, а выворочено с корнями из скудного лесного суглинка. Вне всякого сомнения, это случилось не так уж и давно, ибо раз в двое суток по этой дороге проезжает дежурная смена бойцов, в чью обязанность входит наблюдение за здешними Прорвами.

М-да, я хоть в случайности не особо верю, похоже, все-таки придется принять к сведению отсутствие злого умысла, ибо наличия разумных существ в непосредственной близости мои синапсы не отмечают. Дерево, хоть и в два обхвата, но особых трудностей в устранении преграды не вижу. Магия — сила!

Остановился в десятке метров от препятствия. Выйдя из салона автомобиля и подойдя к распластанной по дороге кроне, жадно втянул ноздрями смолистый запах свежей хвои.

И в этот момент моя до этого молчавшая чуйка взвыла подобно сигналу воздушной тревоги. Сразу же, буквально в нескольких шагах по кругу от меня одновременно замерцали призрачным синеватым светом пять относительно небольших портальных врат. Мгновение спустя, из их недр вышла пятерка узкоглазых парней. Все вооружены одинаковыми шестами, от которых веяло мощной смертоносной магией, облачены в халаты и штаны серого цвета, на ногах странная обувь типа онучей до колена, надетых на кожаные сандалии.

Первое, что мне пришло в голову: «Привет от местного Шаолиня!» — уж очень ребятки напоминали киношных боевых монахов. Типичные азиаты, для китайцев довольно высокого роста, но по сравнению со мной пигмеи. Головы лысые, отчего их уши кажутся преогромными лопухами. А еще от них веяло силой… Нет, не совсем верно, СИЛОЙ именно прописными буквами. Экспресс-анализ показал, что каждый из «монахов» значительно слабее меня в магическом плане, однако в совокупности им удалось создать столь мощное единение своих чародейских потенциалов, что попытайся я вступить с ними в схватку, мне бы гарантированно не поздоровилось.

Оценив ситуацию, корчить из себя героя не стал. Активировал браслет, обменянный на механические часы у одного иномирянина и рванул что было мочи в распахнувшийся в метре от меня портальный переход, да так лихо, что прибывшие по мою душу бандюки ничего не поняли.

В том, что «шаолиньцы» приперлись вовсе не ради приятного знакомства со мной, к бабке-гадалке ходить не нужно. Поэтому перед тем, как уйти в свое личное убежище, я ничтоже сумняшеся извлек из внепространственного кошелька алмаз размером с ноготь мизинца, активировал заклинание с двухсекундным замедлением и подбросил его высоко в воздух. На мое счастье, портальный переход успел вовремя закрыться за моей спиной. Иначе огненный шар двухметрового диаметра температурой в пять тысяч градусов, проигнорировав мою защиту, оставил бы от меня горстку пепла. Теперь, очень надеюсь, в пепел обратились мои недоброжелатели, точнее наемные убийцы, коим по их равнодушной реакции на мою персону всё равно, кого убивать: муху ли, или доверенное лицо Государя Императора Российского.

В моей внепространственной вотчине вечное лето. Садовники копошатся между деревьев и у клумб с цветами. Прислуга снует по двору туда-сюда. В самом доме также наблюдается шевеление. Жизнь вроде бы кипит. Изредка бываю здесь, но без особой охоты. Не очень мне тут нравится. Оно, вроде бы, здесь все создано для удобства хозяина, и в то же время ты понимаешь всю искусственность этого замкнутого мирка, поскольку в моё отсутствие ничего этого не существует, лишь с моим появлением активируется сложный комплекс заклинаний, создающих всякий раз нечто иное, что называется, под текущее настроение владельца артефакта.

— Картон, — как-то наблюдая показушную суету слуг мне пришло в голову самое верное определение данного места.

Впрочем, только что чудесный браслет буквально спас мне жизнь. К тому же, именно с его помощью мне удалось значительно увеличить объем своих внепространственных хранилищ аж до двух сотен кубических метров. Так что не стану уж очень сильно хаять изделие древних артефакторов из неведомого мне магического мира.

В дом заходить не стал. Постояв десяток минут у грушевого дерева, похрустел сладкими душистыми плодами, вполне, впрочем, материальными. Мозгами пораскинул, кому это потребовалось натравить на меня отлично подготовленную и слаженную группу убийц. Раскидывать особо не пришлось, поскольку оповещение о выделении в мое ведомство участка земли пришло из канцелярии генерал-губернатора. Значит, с одним из китайских кланов наемных убийц договорился либо он сам, либо его особо доверенное лицо. Еще один момент, насколько мне известно, подобные услуги стоят недешево, особенно в тех случаях, когда дело касается проведения специальных операций на территории иностранного государства. А кто тут у нас богатенький Буратино? Опять же к бабке-гадалке ходить не нужно. Также не удивлюсь, если к покушению окажется причастен Их Высокопревосходительство генерал-полковник Крымов.

Прав оказался генерал-майор от жандармерии Анисимов Виталий Севастьянович, разговор с которым у меня состоялся перед отъездом из Москвы. После назначения Государем меня персоной особо уполномоченной, начальник Контрразведки Российской Империи предложил мне сыграть роль эдакой наживки. Дело в том, что имена Днепрова-Поплавского, Крымова, иже с ними еще некоторых других лиц, облеченных властью в Приморье, стали частенько мелькать в докладах внедренных в местные армейские и гражданские структуры агентов контрразведки. Интуиция Виталия Севастьяновича настоятельно подсказывала, что руководство края ведет тайные переговоры с японским правительством. О чем договариваются, непонятно, но всяко не о том, как японцам вместе с русскими братьями благоустроить Россию. Скорее всего, следы загоаора ведут в Москву. Однако подозрения к делу не подошьешь, нужны неопровержимые доказательства антигосударственной деятельности высшего чиновничества. Анисимов без обиняков и экивоков попросил меня стать «приманкой» в предстоящей операции, иными словами, вызвать огонь на себя. Кстати, «необоснованные» тревоги генерал-губернатора были делом моих рук. То есть, поначалу они были на самом деле необъяснимыми, с точки зрения здравого смысла. Мне даже захотелось как-то его успокоить. А потом в мою светлую голову пришла мысль углубить и расширить у Днепрова-Поплавского, чувство неконтролируемой паники, связанное с моим прибытием, дабы спровоцировать его не необдуманные действия. Всего ожидал от недоброжелателей и того, что шмальнут по моему автомобилю из противотанкового реактивного гранатомета где-нибудь на безлюдной трассе, или в толпе попытаются ножичком отравленным пырнуть. Но то, что к делу подключат профессиональных убийц из соседнего государства, никак не ожидал. Впрочем, я был готов к любым неожиданностям.

Отправив пятый огрызок груши в недолгий полет, я активировал портальный переход в земную реальность.

Бог мой! Обстановка вокруг кардинально поменялась по сравнению с тем, что было до моего ухода. Под ногами спекшаяся до каменного состояния основательно потрескавшаяся почва. Горячо ноженькам, того и гляди подошвы прогорят. Пришлось экстренно отбегать метров на пятнадцать от эпицентра взрыва. Грозных «монасей» с шестами не наблюдается. Похоже, слабая у них защита оказалась, не приспособлена под столь высокие температуры. Ну да, жарко тут недавно было, почти как на поверхности Солнца.

Перегораживающее дорогу дерево испарилось вместе с людьми, даже пепла не осталось. Здорово тут бабахнуло, однако. Благо влажный после затяжных муссонных дождей лес не полыхнул, лишь с десяток елей лишились крон, но дальше пожар не пошел.

Больше всего мне было жалко автомобиль, точнее трудов, затраченных на его модернизацию. По идее, это он должен был защитить своего хозяина от нападения, но получилось не совсем так, как было задумано. От моей «ласточки» осталась на дороге бесформенная лужа расплавленного металла. Печаль-тоска. Придется чапать на своих-двоих обратно в Шахты.

Перед тем, как направить стопы в обратном направлении, извлек из внепространственного хранилища магический артефакт связи. После активации девайса передо мной материализовался образ полковника Мухина, официального представителя контрразведки, прибывшего в Восточный во главе группы захвата практически одновременно со мной.

— Глеб Сергеевич, только что в пяти верстах от поселка Шахты на меня было совершено тщательно спланированное нападение боевой звезды, принадлежащей одному из китайских кланов наемных убийц… — Далее я во всех подробностях поведал контрразведчику об обстоятельствах, предшествующих покушению, четко указывающих на заказчика, или заказчиков.

— Спасибо, Владимир Прохорович, вы свою задачу выполнили на все сто, — одобрительно кивнул полковник, — с этого момента операция переходит полностью под мою юрисдикцию. Теперь у Государя не будет никаких сомнений в отношении виновности некоторых господ «подтвердивших свою верность годами безупречного служения трону и Отечеству». — Мухин, не стесняясь моего присутствия, явно передразнивал самого царя-батюшку. Впрочем, никакой крамолы я в этом не усмотрел. Время от времени царственных особ, по меткому выражению Михаила Илларионовича Кутузова-Голенищева, также необходимо мордой и в говно.

Распрощавшись с полковником, еще раз с тоской посмотрел на то, что осталось от моего транспортного средства. Жарковато тут было, однако, коль наведенные защитные чары не смогли защитить машину. Завтра придется вновь отправляться на авторынок и повторить весь недавний «гемор» с разборкой, легированием, рихтовкой и наложением заклинаний на всякую мелкую деталь своего будущего авто. Время до прибытия состава у меня имеется, так что, за дело, товарищ. Еще успею прокатиться по местам, отведенным под мою базу.

Бодро топая по дороге в направлении Шахт, мысленно представлял, как боевая группа полковника Мухина в данный момент входит в кабинет генерал-губернатора и берет его «за жабры». Нападение на личного представителя Государя Императора полностью развязывает руки сотрудникам Тайной службы Российской Империи. Запоет Днепров-Поплавский, как соловей майский, всех сдаст, надеюсь, этот боров Крымов также причастен — уж очень сильное отвращение мне внушает этот герой непонятно каких войн. Надеюсь на место алкоголика пришлют не какого-то паркетного шаркуна, а по-настоящему инициативного военачальника.

При личной встрече Государь Император показался мне вполне серьезным политиком, поэтому для меня не совсем понятно, какого хера Днепров-Поплавский и Крымов делают на столь высоких государственных постах. Впрочем, мутны воды во облацех. Это я к тому, что вряд ли когда узнаю все перипетии, творящиеся в высших сферах власти. Там Сенат, Дума, при царе придворная камарилья и всяк «сверчок» норовит занять шесток повыше, сожрав конкурента едва ли не в прямом смысле. Это они называют «высокой политикой».

Ну все, прочь из головы всё лишнее! Если человеку не дано объять необъятное, займемся делами насущными, коих у меня, в связи с грядущей едва ли не апокалиптической бойней, невпроворот.

Для поднятия настроения запел Марш веселых ребят из одноименного фильма, вариант, слегка опошленный моим глубоко уважаемым наставником Ильёй Борисовичем Ананьевым:

— Легко на сердце от водки дешевой,

Она скучать не дает никогда.

И любят водку деревни и села,

И любят водку большие города…

Виталий Павлович Казначеев был вне всякого сомнения удивлен, увидев меня без автомобиля. Однако глупых вопросов не задал. Помог устроиться в отправляющемся в столицу Приморского края эшелон с очередной партией угля. Около семи вечера таксомотор подвез меня к воротам усадьбы.

В окнах большого дома кое-где горел свет. Значит, меня ждут и, может быть, волнуются за меня. От этой мысли на душе стало тепло и приятно. Как-то незаметно все треволнения уходящего дня отошли на задний план, а потом и вовсе стерлись из памяти.

Глава 4

— А, привет Илюха! Заходи. — Наставник по совместительству истопник детского дома имени Ф. С. Чумбарова-Лучинского встретил меня немного навеселе. Причиной тому была ополовиненная чекушка водки. На столе традиционный «натюрморт»: упомянутая емкость, граненый стакан и немудреная домашняя закусь, состоящая из нескольких картофелин в мундирах, нарезанных кусочков соленого сала, пучка перьевого лука, огурцов бочкового посола и горбушки ржаного хлеба. — Дело есть, точнее, задание ажно государственной важности. — Он указал рукой на вольготно растянувшегося на подоконнике кота Черныша. — Представляешь, Илья, мне этот гаденыш в опорок навалил, ну я туда сослепу и влез ногой.

— И что? — заподозрив неладное, спросил я.

— Как что? Ты — мой ученик, я — твой… как это?… ага, вспомнил!.. сенсей. Короче, нужно изловить тварюгу и свернуть ему шею, чтобы неповадно было срать в чужую обувку.

— Как это свернуть шею? — К черному как смоль котяре, проживавшему при котельной, я особо добрых чувств я не питал, поскольку несколько раз был им оцарапан при безуспешных попытках наладить близкий контакт, а один раз даже укушен. Но тут уж сам виноват — нечего было лезть к полудикому животному. Впрочем, Черныш кроме поварихи Татьяны Ивановны Чухловой, также Ильи Борисовича Ананьева и двух его сменщиков никого не признавал в качестве авторитетов. Первую за вкуснятину, коей женщина его регулярно подкармливала, остальных за предоставляемый теплый кров. Раньше я считал, что мой наставник также очень привязан к коту. И вот теперь после слов Ананьева у меня ум за разум зашел, собственным ушам не верю.

— А вот так, паря, надеваешь варежки из брезентухи, хватаешь гада. А дальше все зависит от твоей фантазии. Можешь придушить, силенки у тебя хватит, можешь утопить вон в том баке, ну или за хвост и башкой об стену, чтоб, значица, долго не мучился. — После этих слов Илья Борисович накатил в стакан немного водки, опрокинул содержимое в глотку и, смачно хрустнув соленым огурцом, посмотрел на меня нетрезвым взглядом. — Ну чё стоишь? Забыл, где варежки лежат? Так вон они на полке.

— Н-нет, — нерешительно сказал я, — не стану убивать котейку, я не живодер какой-нить. Хотите, сами…

— Как это не станешь?! — взъярился истопник. — Ты мой ученик, значит должен в точности исполнять всё, что я скажу!

— Должен, согласен, но Черныша убивать не стану, — заявил я уже более твердым голосом.

— Выходит, тот факт, что этот демон бессовестно насрал твоему… сенсею в обувку для тебя вовсе не казус белли?

Меня всегда удивляла способность учителя вставлять в свою, казалось бы, простоватую речь разного рода мудреные словечки. Впрочем, значение данного выражения мне было известно, и, на мой взгляд, объявлять войну хоть и наглому, но все-таки своему коту, как-то уж слишком. Ну нагадил, значит, было за что, скорее всего, этим опорком получил по хребтине. Заслуженно или нет, история умалчивает. Однако брать грех на душу я не намерен.

— Нет, Илья Борисович, убивать Черныша не стану.

— Выходит, честь учителя для тебя ничто и отомстить за него ты не собираешься? В таком случае, пшел нахер! Мне такой падаван не нужен.

— Как это пошел? — я уставился недоуменным взглядом на единственного человека, коего считал не только настоящим учителем, но и другом.

— Ножками, Илья… вот так, топ-топ, — Ананьев издевательски изобразил пальцами на столешнице, каким именно образом я должен покинуть котельную. — И чтобы отныне, ноги твоей здесь не было! Ну что, не передумал? Даю тебе последний шанс.

Помимо воли мои глаза наполнились горючими слезами. Ну никак я не ожидал от, как мне всегда казалось, доброго и душевного человека такой подлянки. Мне было жаль терять единственного по-настоящему родного человека на всей этой недоброй планете, но переломить себя я не мог. Мир, созданный мальчишеской фантазией, на глазах рушился. В голове помутилось. Но я нашел в себе силы развернуться на сто восемьдесят градусов и на негнущихся ногах направиться к входной двери.

Когда хрупкая мальчишеская ладошка легла на дверную ручку и уже потянула её на себя я неожиданно услышал:

— Погодь, Илья! Прости дурака старого. Не собирался я убивать Черныша ни твоими, ни собственными руками. Проверял тебя, паря. Вот если бы ты схватился за варежки, я бы точно тебя выгнал… навсегда, ибо слепой бездушный исполнитель чужой воли мне не нужен. Еще раз повторяю: прости, паря…

Вдруг, картина перед моими глазами начала искажаться и постепенно меркнуть. Я обнаружил себя лежащим в кровати. Потный как мышь, хоть спал под тонкой простыней, а в комнате было отнюдь не жарко. Чёрт побери! Приснится же такое! На самом деле увиденный во сне эпизод имел место в жизни Ильи Мурашкина. Меня на самом деле тестировал наставник «на вшивость» всякими довольно варварскими способами. Помимо той проверки, были и другие, но об этом как-нибудь потом поведаю.

Как правило, мои сны в этом мире яркие, радостные и очень теплые. Почти всегда там тропическое море, пальмы, белый кварцевый песок, стройные красивые девушки, на худой конец, стог сена, а на нем я в обществе какой-нибудь красотки. Кошмары, наподобие этого, снятся очень редко. Похоже, перенервничал вчера во время поездки по полуострову Антокольского-Варварина. Оно, вроде бы нервишки у меня крепкие, однако что там творится в подсознании одному господу богу ведомо. То есть, как сказал мудрый доктор в одном старом советском фильме: «Голова предмет темный и исследованию не подлежит».

Итак, в данный момент в городе Восточный должны происходить бурные события, возможно с битием кнутами, массовыми повешениями и расстрелами на месте. Хе-хе! Размечтался. Ну почистят местные «Авгиевы конюшни» в преддверии будущей войны с Японией — это хорошо. Моя же основная задача сделать так, чтобы эта война стала короткой, победоносной для России и по возможности менее кровопролитной. чтобы другие царства-государства, убедившись в мощи Российской Империи, перепугались до усера. Впрочем, воплощение в жизнь своих глобальных планов оставлю до поры до времени. Сегодня мне предстоит очередная поездка в Южный порт с целью приобретения… насчет модели подумаю, но японца не возьму, уж больно у них салон тесноват при моих-то могучих габаритах. Скорее всего, выберу что-нибудь производства северо-американского автопрома, там народ крупный, к тому же, предпочитает путешествовать в комфортных условиях.

Упрекнув себя в избыточной склонности к пустопорожним мечтаниям, выскочил из кровати и помчался по своим утренним делам.

За завтраком мысленно вернулся к событиям прошедшего дня. Несмотря на неожиданность появления «шаолиньских монахов» и краткость моего с ними визуального контакта, благодаря своей абсолютной памяти, я успел рассмотреть рунные цепочки, коими они пользовались. Вчера мне было как-то не до анализа магических приемов, посредством которых меня хотели банально ухайдокать. С утра голова ясная, к тому же, вкусные блины с разными начинками и без оных весьма способствуют более активному мозговому процессу. Так вот, войдя в астрал, я воссоздал подсмотренные у китайских коллег заклинания и ничего особо нового для себя не увидел. Как оказалось, каждый член боевой группы в ожидании моего появления скрывался в личном внепространственном объеме. По этой причине мои синапсы не смогли определить их присутствия. Ну если бы, конечно, копнул поглубже, непременно обнаружил засаду. Впрочем, если бы, да кабы, — как любит говаривать Прасковья Григорьевна Зубова, — во рту росли б грибы. Иными словами, история не знает сослагательного наклонения. Как случилось, так случилось. На будущее мне наука, чтобы осуществлял более глубокий анализ окружающей обстановки.

А еще меня заинтересовали шесты нападавших. Если конкретно, это были магические жезлы с кучей боевых заклинаний, записанных во встроенном внутрь древесины куске нефрита. Удивительно, но китайцы использовали для внедрения заклинаний в тело физического носителя не кристалл, а камень с волокнистой структурой. Что-то новенькое для меня, поскольку во всех учебниках артефакторики черным по белому написано, что именно кристаллы являются наиболее удобными вместилищами в особенности рунных рядов. А тут в относительно небольшом куске жадеита сосредоточено порядка сотни самых разных заклинаний. Покумекал немного над полученной информацией и вскоре понял, что именно благодаря волокнистой структуре камня в одном довольно небольшом кусочке могут храниться магемы с абсолютно противоположными характеристиками. К примеру, в кристалл алмаза или еще какого драгоценного камня невозможно запихнуть заклинание огня и воды, ибо тут же произойдет их взаимная аннигиляция. Хитроумные китайцы пошли по иному пути. Мастера, однако. Оно, хоть активация заклинаний, заключенных в нефритовом камне требует больше маны, но данное неудобство компенсируется тем, что у мага всегда под рукой комплекс магем, несовместимых друг с другом, если бы они хранились в структуре какого-нибудь кристалла. Вообще-то, для меня, как обладателя абсолютной памяти данная информация практически бесполезная, ибо мне не нужен физический носитель собственно заклинания, достаточно мысленно воссоздать нужную магему и напитать её энергией. Все равно китайцы молодцы, поскольку следуют собственным путем и никому об этом не рассказывают. За истекшие столетия с момента появления магии в этой реальности им удавалось сохранять свои секреты втайне, пока не нарвались на Вовку Зубова. Тут уж сами виноваты.

Пожалуй, отпишу-ка письмецо Константину Константиновичу Блинову, пусть возьмёт данную методику на вооружение. Пригодится, особенно артефакторам-универсалам, им не нужна скорость применения заклов, чай не боевики, а вот их многообразие в одном небольшом носителе может оказаться оченно даже востребованным.

Резко подрываться не стал, занятия эпистолярным жанром решил отложить на потом. Сейчас же у меня в планах покупка автомобиля. Обидно, дня не покатался на собственных колесах. А ведь так мечтал стать обладателем нормального транспортного средства. Велики и мотики, конечно, здорово для сельского парня. Девок в кустики и стожки возить, самое то. Но для российского майора, многажды орденоносца, графа и персоны особо уполномоченной самим Государем Императором требуется нечто более солидное.

Клерк, у которого я приобрел несколько дней назад автомобиль, при моем появлении сделал неудачную попытку ретироваться. Наверняка подумал, что клиент заявился с претензией. Однако я его успокоил:

— Не волнуйтесь, уважаемый, ваше авто пришлось по душе одному моему приятелю. Он перекупил его у меня и забрал с собой аж в Киев. — Вот так-то, вру и хоть бы чуть-чуть покраснел. Ан нет, морда лица серьезная, хоть и тянет рассмеяться от всей души. Вот таким я стал лицедеем. Можно к Вячеславу Полунину записываться на прослушку: «Blue canary di ramo in ramo[1]…». Тьфу, какая очередная хрень в башку лезет! Чур меня, чур! — Я к вам за очередным автомобилем.

После того, как торговца отпустило, он начал азартно перечислять имеющиеся на данный момент марки полноприводных колесных средств. Кстати, насчет автомобильного дизайна, в этой реальности давно уже нет кургузых уродцев, типа «Антилопы гну», иными словами, Лорен-Дитрихов, иже с ними фордов модели «t». Большинство автомобилей выглядят хоть и архаичными для двадцать первого века, но где-то на уровне конца семидесятых — начала восьмидесятых годов двадцатого столетия — уж я-то, как танкист-автомеханик в этом кое-что понимаю. Пообщались с торговцем, обсудили достоинства бензиновых двигателей и работающих на солярке. Здесь, напоминаю, они «буянами» прозываются, ибо изобретены Буяновым Артемием Захаровичем, русским инженером специально для гусеничной техники, сначала крестьянской, затем и военной. В автомобилестроении буян широкого применения не получил, однако некоторые фирмы, особенно китайские, пытаются устанавливать его на своих авто. Так или иначе, мы с продавцом были солидарны в преимуществах бензинового мотора над всеми прочими типами движков, включая также и лавель (в первой реальности — стирлинг).

Тут мой взгляд залип на угловатом, на первый взгляд, здорово похожем на «Хамви» армейском автомобиле США и никак не захотел отлипать от него. Короче, приобрел детище автопрома Североамериканской Атлантической Коалиции, сокращенно СААК. В этой реальности, десятка бывших французских, голландских и английских колоний, сосредоточенных на восточном побережье Северной Америки, объединились в некоторое подобие единого государства. Слава Богу, мировой кровосос под названием США здесь не появился, да и вряд ли когда появится, ибо западная часть континента активно осваивается поселенцами из России, и наглые наскоки колонистов, в основном англо-саксов, довольно резко пресекаются казачками и регулярными войсками Российской Империи. Так или иначе, но вшивой европейской гопоте на территории США первой моей реальности западнее сто десятого градуса западной долготы хода здесь нет. Своих людишек, жаждущих переселиться на вольные плодородные земли предостаточно, ибо благоприятная демографическая ситуация в России и политика царского правительства к этому всемерно располагают. Тема, конечно, интересная, но об этом поговорим как-нибудь после.

Домой вернулся к обеду на приобретенном «Desert Falcon» (Сокол пустыни, жаль не Тысячелетний Сокол, было бы забавно). Автомобиль производства концерна GBS (Georges Brownie and Sons). Данная модель была разработана по заказу итальянского правительства специально для ведения боевых действий в Северной Африке, при этом показала себя вполне достойно не только в песках Сахары, но и в болотах графства Миссисипи во время боевых операций правительственных войск Атлантической Коалиции против тамошних сепаратистов, также в других подобных местах.

Тщательное сканирование покупки все-таки выявило массу разного рода недоработок, свойственных, на мой взгляд, общему уровню технологического развития промышленных производств данной эпохи. Короче, мне предстоит тот же самый процесс адаптации авто под нужды избалованного комфортом землянина двадцать первого века, то есть, чистой воды гемор. Ладно, один раз пережил, второй будет намного проще. К тому же, «китаец» был более навороченным с точки зрения всяких полезных «приблуд», нежели армейский «американец». Ничего, и климат-контроль сам придумаю и воплощу в жизнь, и антиблокировочную систему измыслю, и радио с качественными виртуальными динамическими колонками у меня уже в голове, и еще много всяких интересных штучек. Креслица здесь жестковатые, придется их также сделать, достойными, так сказать, ягодиц одного крутого волшебника (эко выдал!) и будущих пассажиров. Впрочем, разборкой авто планирую заняться ближе к вечеру. А пока мне необходимо отобедать, потом навестить парочку мест в столице Дальневосточного края, на тех колесах, что есть под этими самыми многострадальными ягодицами. Я ничуть не преувеличиваю, ибо вчера около полутора часов промаялся на откидной металлической скамейке, обтянутой тонкой рогожкой, в кабине машиниста паровоза, куда мою тушку для доставки в Восточный определил добрейший Виталий Павлович Казначеев.

Для начала заглянул в резиденцию генерал-губернатора. На первый взгляд, тишь, гладь и полная благодать. Вот только народ в кабинетах какой-то пришибленный. Ну как же, еще вчера группа царских опричников ворвалась в здание управы и, предъявив ордер на арест, подписанный аж самим Генеральным Прокурором Российской Империи, увезла Игоря Ивановича в неизвестном направлении. Более того, многие из важных краевых чиновников также были арестованы и помещены в городскую тюрьму. По особому распоряжению Государя Императора должность генерал-губернатора будет временно исполняться бывшим главным прокурором Польского, Прибалтийского и Финского военных округов генерал-лейтенантом Василием Игнатьевичем Еремеевым, который со дня на день должен прибыть из столицы, разумеется, в сопровождении группы поддержки и оравы следователей. Так что ожидаемого карьерного роста для местных чиновников не предвидится, поскольку все теплые места будут заняты «варягами». Также всем местным управленцам предстоит доказать свою лояльность и непричастность к темным делишкам их бывшего руководителя, дабы не отправиться на каторгу либо вообще не лишиться головы. Вот такие дела.

В штабе Приморского военного округа после ареста Крымова иже с ним нескольких генералов, адмиралов и кое-кого из старших штабных офицеров также царило грустное уныние. На днях ждут прибытия генерал-полковника Куропаткина Святослава Кирилловича, который на неопределенное время возглавит все вооруженные силы Приморского края. С ним ряд доверенных лиц из числа военных, эти займут освободившиеся руководящие должности. Также следственная группа проведет тщательное расследование во всех войсковых частях и на боевых кораблях Тихоокеанского флота.

Насколько понимаю, результат нападения на меня явился, выражаясь языком альпинистов, «тем камешком, что вызвал горную лавину». На данный момент вышло так, что со своими нуждами мне идти особо не к кому. Хотя, у меня есть карт-бланш от Его Императорского Величества, а к нему карта с обозначением места будущей дислокации моей базы. Так что возможностей для самоуправства у меня предостаточно. Да и ни к чему мне начальство, только мешаться под ногами будут всякие мордастые генералы, считающие только себя всех умнее на всем белом свете.

Пораскинув мозгами, сделал вывод, что моей первоочередной задачей является визит на выделенную в мое распоряжение территорию с целью рекогносцировки и уточнения местоположения будущей базы. До приезда железнодорожного состава пять дней, так что успею.

С Глебом Сергеевичем Мухиным искать встречи не стал. Понадоблюсь, контрразведчики сами меня найдут. К тому же, насколько я понимаю, в настоящий момент им и без меня есть чем заняться.

Так что к четырем пополудни я вернулся домой и загнав четырехколесное чудо от концерна GBS в сарай, приступил к его полной разборке. На этот раз процесс занял у меня значительно меньше времени. Сказались приобретенный опыт при работе над «китайцем», а также значительно меньшее количество деталей у «американца».

Модифицировал авто, в общем, за пару дней. Мог бы закончить намного быстрее, однако после полной разборки мою светлую голову посетил ряд очень интересных идей. Максимальная скорость автомобиля по асфальтированной трассе составляет всего-то восемьдесят верст в час, и это меня категорически не устраивает. Люблю погонять с ветерком. Пришлось потратить толику времени на очередную поездку в порт Южный для приобретения подходящей коробки передач от какого-то более скоростного «китайца», к ней еще кое-каких трансмиссионных узлов с целью уменьшения передаточного числа, соответственно, понижения избыточных динамических характеристик двигателя при передаче вращающего момента на колеса моего «сокола (хе-хе!) тысячелетия». Ладно, не стану людям забивать головы избыточной информацией специфического свойства. Кому интересно, автомобильных справочников в книжных магазинах преогромное количество. Там вся эта сложная наука представлена в более наглядном виде математических формул, уравнений и диаграмм. Также, не стану широко распространяться о том, посредством каких приемов улучшал механические характеристики каждой отдельной детали, какие легирующие присадки внедрял и какие магемы накладывал.

Так или иначе, к концу вторых суток мой автомобиль стоял в сарае в собранном виде, выкрашенный в болотный цвет также посредством специальных магических приемов. В колдовском зрении он светился подобно новогодней ёлке — столько магии было в него влито. Обычный человек не заметит, мага моя «тачка» заинтересует, вне всяких сомнений. Ну и пусть интересуются, лишь бы не пытались запихнуть шаловливые ручонки куда не следует — оторвет, уж я то на сей счет позаботился.

И вновь мчусь по трассе Восточный — Шахты на северо-восток полуострова Антокольского-Варварина. Под капотом триста условных лошадок, но ожидаемого рева двигателя не слышно, ибо, благодаря моим маго-технологическим манипуляциям, ровненько так гудит, все остальные узлы тихонько шуршат, даже выхлопа практически не слыхать, поскольку в конструкцию глушителя внесены кое-какие инновации из моей первой реальности. Шик, блеск, красота! И защищенность моей драгоценной тушки на высоте, тяжелому танку, оснащенному дополнительной магической броней, даст фору. Люблю, понимаете ли, чувствовать себя в полной безопасности. За бортом серая воздушно-капельная мерзость, именуемая муссонным климатом¸ а на душе радость от скорости и мощи основательно модернизированного транспортного средства.

Виталий Павлович Казначеев был слегка озадачен столь скорым моим появлением на территории вверенного ему хозяйства. О том, что случилось в Восточном он был в курсе и закономерно посчитал, что участие доверенного лица Государя Императора в следственных мероприятиях должно быть обязательным. Также он мне поведал, что Иван Петрович Сиводедов поставлен в известность о предстоящих отгрузках угля по требованию военного ведомства. Радости по этому поводу купчина не проявил, но и особо не гневался, поскольку в самом скором времени горняки вскроют новый пласт, в результате добыча угля увеличится процентов на двадцать, так что все долгосрочные обязательства перед закупщиками в Находке и Восточном будут выполнены.

Новость порадовала, ибо склонность к пасквилянтству среди российских предпринимателей мне известна и вступать в противостояние с одним из местных олигархов желание как-то не возникает.

После чая с домашними плюшками и вареньем я покинул кабинет милейшего Виталия Павловича. Надеюсь, на этот раз никакие «шаолиньские монахи» не станут преградой на моем пути.

Первым делом посетил места прорывов иной реальности. Там оказалось всё на уровне. При каждой Прорве дежурный маг и два отделения обычных бойцов. Помимо штатного стрелкового вооружения, на специально оборудованных позициях полевое орудие калибра сорок пять миллиметров и пара крупнокалиберных пулеметов. Здание караулки кирпичное, помещения содержатся в должном порядке. Двое бойцов осуществляют наблюдение за порталом со специальных вышек, оборудованных телефонной связью с комнатой начкара. Случись прорыв, боевая группа готова в любой момент приступить к устранению угрозы извне.

По словам начальников караулов и дежурных магов, служба здесь скучная. За год лишь по паре десятков монстров из каждой Прорвы проникли в наш мир. По словам чародеев, чудища мамых разных видов, но все страшненькие, зубастые, противные. Согласно принятой классификации принадлежат к рептилоидам, арахнидам, йети, и летающим амебамоднако супротив фугасного снаряда или хотя бы пулеметной очереди все твари беззащитны, даже помощь мага ни разу не понадобилась.

Произвел беглый осмотр каждой Прорвы. Сторожевая система стандартная. Точно такая стояла до моего прихода на сто тридцать седьмой погранзастве. Там я её слегка модифицировал. Со временем улучшу и эти обе. А пока пусть бойцы спокойно несут службу, не стану их нервировать своими майорскими погонами, орденами и в особенности нагрудным знаком особого доверенного лица Его Императорского Величества.

Далее отправился на побережье залива Радужный. По большому счету. это все тот же самый Хашавей (по-китайски Хайшаньвэй), то есть залив Трепанга, однако у географов свои представления о том, как обозвать тот или иной участок Мирового Океана. Помнится, еще по прошлой жизни, в Средиземке этих самых морей, проливов, заливов и заливчиков хренова туча, замаешься запоминать. В этой, вроде бы, та же самая картина.

Место мне понравилось. Каменистый пляж по которому мой «сокол» буквально плыл на своих широких колесах едва ли не метрового диаметра. Сориентировавшись по пометкам на карте, сделанным рукой Виталия Павловича Казначеева, в нужном месте свернул на дорогу, по которой местные жители доставляют в Шахты улов камбалы, сельди, трески, корюшки, кальмара и прочих промысловых видов, обитающих в здешних водах. В одной из местных бухточек на якорной стоянке бортовой тральщик, осуществляющий по утрам ежедневный выход для лова рыбы. За уловом ближе к полудню приезжают телеги. Короче, схема обеспечения поселка шахтеров морепродуктами отлично отлажена и функционирует едва ли не круглый год. Особо сильных штормов здесь не бывает, летом вода неплохо прогревается, так что есть где поплавать и позагорать людям в выходной день.

Углубившись в тайгу проехал около двух километров, после чего свернул на юг и вскоре выехал на обширное ровное плато, ограниченное с севера и запада невысоким горным хребтом. Даже не горами, а цепочкой сопок, бывших миллионы лет назад действующими вулканами. Местность свободная от леса покрыта высокой сочной травой, на которой пасутся стада оленей и еще каких-то парнокопытных, вроде бы лосей. Жаль, но придется вмешаться в эту идиллию. Вряд ли травоядные станут путаться под ногами, сами откочуют куда-нибудь подальше от беспокойных двуногих. Хищников тут также хватает, этих придется отсюда турнуть магией, ибо вполне способны напасть на человека.

Итак, место под будущую базу определено. Осталось проложить сюда пока шоссейную дорогу, а потом и железнодорожный путь. Разгружать составы можно будет в Шахтах, оттуда ближе всего осуществлять подвоз всего необходимого. Уезжал обратно в Восточный в отличном настроении. Послезавтра прибудет первый состав с людьми и необходимыми для первоначального обустройства грузами. Через пару месяцев здесь будет полтысячи человек, необходимое количество жилых зданий, производственный маго-технологический комплекс, полевой аэродром и прочая инфраструктура для воплощения в жизнь моих задумок.

Когда мой «сокол» подъезжал к поселку шахтеров, небо разъяснилось, с северо-запада подул свежий ветерок. Настроение еще больше повысилось. Включил приемник, который тут же порадовал задорной песенкой про трех танкистов, моего, разумеется, авторства в этой реальности. Выжав рычаг сцепления, врубил прямую передачу, поддал газу и, распевая во всю луженую глотку: «Мчались танки, ветер подымая…», лихо рванул по отсыпанному щебенкой тракту в направлении Восточного.

[1] «Blue canary» музыка и текст Винсента Фиорино.

Глава 5

После плотного ужина от Аграфены Васильевны Тян откинулся на спинку стула. Как любит говаривать моя мама Зубова Прасковья Григорьевна: «Серёдочки сыты, кончики шевелятся». То есть хорошая еда способствует ударному труду. Поскольку дровишек наколоть или убрать прошлогоднюю листву из-под плодовых деревьев есть кому и без меня, а энергия организм так и распирает, нужно обеспечить выплеск её избытка самым приятным способом. Тем более, во время поездок по Восточному я присмотрел одно заведение, которое, вне всякого сомнения, поможет мне в этом.

«Сокола» оставил в гараже, ибо нефиг привлекать к своей персоналии излишнее внимание, да и пешочком гулять полезно.

Также для вечернего променада в «Райский Сад» военную форму решил не одевать, ограничился гражданским костюмом, пошитым в одной из лучших мастерских Москвы и хранившемся до этого вместе с остальными атрибутами одежды во внепространственном объеме одного из моих колец. Придирчиво осмотрел себя в ростовое зеркало. Ничего так выгляжу, хоть сейчас под венец…

Так, стоп! Только не к ночи подобное будет сказано! Чур меня, чур! Местное дворянство уже приглядывается к завидному жениху и строит планы, как всучить ему (то есть, мне) свою засидевшуюся в девках дочку. Оно хоть (по словам одного разговорчивого капитана из штаба округа) девки с голубыми кровями долго незамужними здесь не остаются, поскольку количество потенциальных женихов из числа недавних выпускников офицерских училищ значительно превышает предложение, но для юного майора, к тому же, особо уполномоченного от самого Государя Императора, завсегда что-нибудь да сыщется. Нет, я пока не готов заводить семью. Я еще маленький. Эвон, на письменном столе в моем кабинете более дюжины приглашений посетить какое-нибудь торжественное мероприятие. Дабы не обидеть всяких Бушуевых, Брыловых, Асмунд, Конкиных и прочих представителей местной родовитой элиты, иже с ними председателя дворянского собрания Лукоцкого Бориса Матвеевича, приходится на каждое приглашение давать ответ, мол, покорнейше прошу извинить, но принять ваше предложение пока не позволяет непомерная загруженность делами государственными, как только хоть чуть-чуть освобожусь от дел насущных, так сразу, что называется, с корабля на бал. Слава богу, из-за повального шухера, связанного с арестами множества высоких армейских и гражданских чинов, поток приглашений довольно ограничен, иначе только и занимался бы, что отписками и работать было бы некогда. И вообще, не люблю я эти высокородные гулянки. То ли дело у нас в Бобровке — выпил чуток для куражу, наплясался вволю, потом в ближайшие кустики или к стожку с понравившейся девчонкой — всё чин чинарём, без всяких полунамеков, жождений вокруг да около и прочей светской глупости.

Вообще-то, для удовлетворения плотских потребностей как мужчин, так и женщин (у нас равноправие полов) существуют вполне приличные места, где можно оченно даже неплохо расслабиться.

К вечеру распогодилось. Небо разъяснилось, плывущие редкие облачка не вызывают никаких опасений по поводу вероятного дождя. Неожиданно тепло для середины мая, градусов двадцать пять по моим ощущениям. Даже близость относительно прохладного в это время года моря никак не влияет на состояние погоды.

По случаю теплого солнечного вечера на улицы Восточного вывалили толпы народа. Дамы надели самые лучшие свои платья, но некоторые из молоденьких девушек решили щегольнуть брючными костюмами, пошитыми по последней европейской моде, и туфлями на высоченном каблуке. Эмансипе, однако, и никуда от этого не деться, повторяюсь, домострой на Руси лет как сто с хвостиком канул в Лету, так что даже на селе редко какая баба позволяет своему мужику себя побивать, даже от самой превеликой любови. Мужчины в плане одежды более консервативны. Офицеры как действующие, так и отставные непременно одеты по форме, многие с внушительными иконостасами на груди. Сухопутные, как правило, носят усы, морские — шкиперские бородки. У гражданского чиновничества непременно бакенбарды, в полном соответствии с их статусом. Представители купеческого сословия одеты в костюмы «тройка», к тому же, по древнерусскому обычаю у большинства непременные усы и бороды лопатой, обязательная трость с набалдашником «по чину». Но чаще всего на глаза попадается народ разночинный, эти одеты кто во что горазд. Матросы и солдатики (шнурки и сапоги) ходят, как им и положено, строем по проезжей части и уважаемой публике совершать променажи не мешают, зато препятствуют проезду автомобилей, водителям которых приходится притормаживать и осторожно объезжать строй военных.

На улицах процветает торговля с лотков всякими вкусностями. Не удержался, приобрел у мороженщицы большой вафельный стаканчик в который она мне выдавила из специального агрегата три слоя разных сортов мороженого: сливочного, шоколадного и сливочно-фруктового. Еще по прежней жизни я отъявленный сластена. Наверное, сказывается небогатое на разного рода сладости детдомовское детство. К мороженому отношусь с особым пиететом. Так что, со счастливым выражением на физиономии буквально за минуту схомячил вкуснятину, без опасения заболеть ангиной. Я и ангина понятия несовместимые, даже, если слопаю целый айсберг.

Временами среди русскоговорящей публики мелькали группы матросов с иностранных судов. По международным правилам все они были одеты в уставную форму, будь ты хоть военный, хоть гражданский. При встрече с находящимися в увольнении российскими морячками, группы обменивались косыми взглядами, однако наличие на улицах огромного количества военных патрулей помогало избегать «международных конфликтов локального масштаба». Короче говоря, всё тихо и чинно. Впрочем, предстоящие битвы не минуют сей город. Как только над Восточным опустится ночь и парни «примут на грудь» достаточное количество крепкой выпивки, в темных переулках непременно сойдутся в кровавом мордобое французы с англичанами, китайцы с ненавистными немцами, корейцы с не менее ненавистными японцами и так далее в самых различных вариациях. Что касаемо русских морячков, наши готовы навалять всякому, кто непочтительно взглянет на них или какое иное непотребство учинит в их адрес. То есть душу отвести можно, но только не в общественных местах и прилюдно. За порядком бдительно следят всё те же злобные комендачи. Если что, мест на гауптвахтах и околоточных «обезьянниках» предостаточно. Вообще-то, околотки предназначены для гражданских, но служивые туда нет-нет, да попадают в довольно массовых количествах.

Откуда, спросите, все это мне известно? А все от тех же разговорчивых офицеров из штаба Дальневосточного военного округа, а еще заботливый Павел Мартынович Тян предостерег меня от ночных хождений по городу, поскольку, помимо возбужденных алкоголем военнослужащих в городе хватает разного рода гопоты, готовой прибрать к рукам имущество запоздалого подвыпившего гуляки, зачастую вместе с его жизнью. Ха-ха-ха и еще миллион раз — Ха! Да чтобы Владимир Прохорович Зубов, к тому же, Прикаспийский забоялся каких-то бандитов или пьяной матросни! Короче, не смешите мои тапочки, а то подметки отвалятся.

Весна, погода отличная, девушки, також, улыбаются мне, я — им. Но знакомиться на улице с барышнями из благородных семейств моветон. Для этого существуют всякого рода званые обеды и вечера, но только не посередь улицы. Впрочем, в данный момент оном мне без надобности. У меня впереди вечер в обществе зажигательной дамы. Ну я надеюсь.

Итак бодрым шагом я добрался до Адмиралтейской площади, где в глубине приличного по размерам парка среди рододендронов, аралий, высоченных корейских кедров и прочих дальневосточных эндемиков, названия большинства которых мне не известны, стоит неприметное трехэтажное здание. Владелица «Райского Сада» (иногда заведение неофициально именуют на ветхозаветный манер «Эдемским Садом» или просто «Эдемом») Арнаутова Глафира Викентьевна свое предприятие особо не афиширует, кому приспичит, непременно найдут — все же, слухами Земля полнится. А еще, насколько мне известно, цены здесь запредельные, для офицеров младшего и даже среднего звена практически недоступные. Для таких существуют более демократичные заведения, нежели это.

«Молодой красивый господин» в моем лице был принят и тут же обласкан аж самой мадам Арнаутовой, поскольку мой стильный богатый прикид и слегка нагловатое выражение морды лица были расценены этой весьма опытной женщиной крайне положительно. Сама хозяйка оказалась статной дамой, росту под сто семьдесят сантиметров, на вид лет слегка за тридцать (но по слухам, Глафира Викентьевна значительно старше, хоть точный возраст женщины никому не известен). Ни единой морщинки на чисто славянском лице, обрамленном замысловатыми каскадами светло-русых волос. Взгляд огромных небесно-синих глаз поневоле проникает в душу, а голос низкий грудной обворожительный заставляет лиц мужского пола тут же поддаться исключительному обаянию этой женщины и едва ли не благоговейно трепетать перед ней.

— Молодой человек у нас впервые, — не спросила, констатировала мадам Арнаутова, глядя на меня своими синими-пресиними «озерами», обрамленными длиннющими в меру подкрашенными ресницами.

— Так точно, госпожа Арнаутова! — невольно отчеканил я, хоть и был одет в цивильное.

— Ну зачем же так официально, Владимир Прохорович, — чёрт, похоже, Восточный, еще та деревня, где новости распространяются со скоростью лесного пожара, — для вас просто Глафира, можно без отчества.

— В таком случае, просто Володя, — я одарил хозяйку ответной весьма лучезарной улыбкой.

— Рада видеть в своем скромном заведении столь примечательную личность. Насколько мне известно, вы, Владимир, и поэт, и композитор знатный, к тому же офицер блистательный, к самому Государю Императору вхожи.

— Полноте, Глафира Викентьевна, — назвать даму «просто Глафирой» у меня все-таки язык не повернулся, — слухи обо мне сильно преувеличены. Написал несколько вещиц на досуге. Рад, что людям нравится. На мой же взгляд, всё довольно незамысловато…

— … зато от души, молодой человек. Уверяю, ваши песни находят отклик во всех слоях российского общества…

На взаимные экивоки и обсуждения в основном моей персоналии у нас ушло минут пять. По окончании необходимого минимума обмена любезностями, Глафира Викентьевна, как человек деловой и очень занятой взяла меня под локоток и повела в «смотровую залу», где в креслах за чайными столиками и на мягких диванах располагалось около двух дюжин разновозрастных представительниц прекрасного пола, от шестнадцати, до тридцати.

— Выбирайте, Володя, — мадам Арнаутова обвела широким жестом холеной ручки комнату и находящихся в ней дам.

Чёрт, все красотки, аж глаза разбегаются.

Тут мое внимание привлекла стоящая у окна стройная довольно рослая девушка, обладательница яркой восточной внешности. Скорее всего, китаянка, насколько мне известно, японки и кореянки более миниатюрны и чаще кривоноги. У этой же на удивление и многим на зависть ножки были точеными, мне так и захотелось именно с них начать изучение заинтересовавшей меня девицы. Бедра довольно широкие для представительницы азиатской расы и грудь размера эдак третьего без лифчика приятной формы, что не совсем свойственно азиаткам. Шея высокая, лебяжья, черты лица просто идеальны, на мой искушенный взгляд. Густые черные как смоль волосы уложены в хитроумную прическу. Особенно поразили глаза — большие миндалевидные черные, как два бездонных колодца, в которых я тут же и утонул. А еще я чувствовал от нее поток ментальной энергии, направленный конкретно на меня. Интересно, девушка из одаренных, хоть и не самого высокого ранга, но до грандмага вполне дотягивает. Вне всяких сомнений, сегодняшний вечер будет весьма и весьма томным ибо одаренная в роли сексуальной партнерши — вариант для меня наиболее предпочтительный — давненько прокачкой своего дара не занимался.

Все прочие кандидатуры даже рассматривать не стал, поскольку от добра добра не ищут. Я уверенно кивнул в сторону заинтересовавшей меня девушки:

— Эта.

— Так и знала, что молодому господину понравится именно наша Чуньхуа, — заулыбалась хозяйка заведения, — в переводе с китайского её имя означает…

— … если не ошибаюсь, Глафира Викентьевна, — меня буквально что-то за язык потянуло похвастаться некоторым знанием восточных наречий (изучению японского и китайского посвящаю в последние дни все свободное время), — весенний цветок.

— Совершенно точно, Владимир! — захлопала ладошками мадам Арнаутова. — Так вы у нас, помимо всех ваших прочих талантов, еще и китайским владеете.

— Нельзя сказать, что в полной мере, — я скромно потупил глазки, — скорее на самом начальном уровне.

Впрочем, обсуждать темы хоть интересные, но к делу не относящиеся, хозяйка заведения не стала. Госпожа Арнаутова, как женщина деловая тут же перешла к делу:

— Час в обществе очаровательной Чуньхуа обойдется вам в двести рублей ассигнациями.

М-да, понимаю, почему народ не шибко ломится сюда, месячный оклад ротного командира аккурат две сотни целковых. Впрочем, для меня это не деньги. По опыту предыдущих визитов в подобные заведения я знал, что трех часов для полного освобождения организма от излишков семенной жидкости будет вполне достаточно, а задерживаться здесь более необходимого не считаю нужным, к тому же мой китайский не настолько продвинут, чтобы вести с девушкой разговоры на всякие интересные темы. Извлек из кармана внушительного вида лопатник, достал оттуда шесть банкнот достоинством в сто рублей каждая и протянул владелице публичного дома со словами:

— Надеюсь, трех часов мне хватит.

— В таком случае, милая Чуньхуа в вашем полном распоряжении.

По команде Арнаутовой, девушка подошла ко мне и, вполне уверенно взяв за руку, повела вверх по лестнице на второй этаж. Комната довольно просторная, освещение неяркое, посреди приличного размера траходром. В наличии пара бутылок вина, фрукты, салаты, мясные нарезки и еще что-то в небольших судках на стоящем у тщательно зашторенного окна столике. Поскольку перекусывать я не планировал, сразу же перешли к интересующему меня делу.

Далее случилось то, что ежедневно происходит между миллионами мужчин и женщин. Девушка оказалась вполне опытной любовницей, я бы сказал, весьма искушенной в искусстве сексуального ублажения мужчин. В отличие от прочих своих коллег по ремеслу, Чуньхуа не пыталась симулировать страсть (впрочем, со мной не забалуешь — самую фригидную штучку доведу до верха блаженства и заставлю стонать, охать и рыдать от переизбытка чувств).

Была одна странность, девушка всё время пыталась воздействовать ментально на мое сознание. Для себя выяснил, что она весьма и весьма продвинутый менталист, так что моя первичная оценка её магического дара оказалась, мягко говоря, ошибочной. Но для Владимира Зубова любой менталист, прошу прощения за тавтологию, на один зуб. После моего не столь уж давнего похода в Прорву что находилась под Малоярославцем Калужской губернии я получил абсолютный иммунитет к любым подобным штучкам. Более того, я сам стал продвинутым специалистом и в этой области магии. Так что навязчивое внимание китаянки к моей персоналии не прошло мимо меня. Минут за сорок до окончания оплаченного времени, я все-таки взял под контроль сознание Чуньхуа и заставил полностью её раскрыться.

Как оказалось, девушка работает на японскую, а заодно прусскую и голландскую разведки. Мата Хари, блин! Кстати, русским языком Весенний Цветок владеет превосходно, однако тщательно и умело этот факт скрывает. Основными объектами её интереса являются высокопоставленные военные чины, кои время от времени посещают заведение мадам Арнаутовой. Используя свой дар, Чуньхуа (настоящее её имя я выяснять не стал, поскольку информация к делу отношения не имеет) вводила своих жертв в гипнотический транс и выведывала важные секреты касательно военно-морских и сухопутных сил Дальневосточного военного округа. Что же касаемо меня, девушка знала, кем именно я являюсь, и, разумеется, главной её задачей было выведать цель моего визита в Восточный. За эту информацию она рассчитывала получить от своих нанимателей нехилую сумму денег. Затем она планировала отправиться в Москву, чтобы там блистать среди столичных куртизанок и добывать шпионские сведения для своих хозяев. Однако о моих чародейских возможностях она не подозревала, поэтому серьезно засветилась.

Допросив поверхностно китаянку, я заставил её забыть наш разговор. Напоследок она сделала мне превосходный минет. Все-таки многотысячелетняя культура Поднебесной достигла высокого уровня в самых различных сферах жизни. Подозреваю, что в сфере удовлетворения самых сокровенных желаний мужчин китаянкам нет равных.

Так или иначе, оплаченного времени мне вполне хватило чтобы полностью «разгрузиться». Продлевать сеанс не стал. Оно, конечно, можно было бы задержаться здесь и до утра, но назавтра у меня намечена куча весьма важных дел, ибо состав с людьми и грузами на подходе к станции Шахты, а у меня практически ничего не готово для его встречи. Завтра придется крутиться как белка в колесе.

Заведение мадам Арнаутовой покинул ближе к полуночи. Город Восточный не так освещен, как города первой моей реальности, поэтому рои звезд на черном бархатном небе отчетливо просматривались, подмигивая одному путешественнику по мирам, будто старались таким образом что-то донести до моего сознания. К сожалению, «азбука Морзе» ночных светил для меня равносильно китайской грамоте… Хотя зря я насчет иероглифики, благодаря моей исключительной памяти, постепенно начинаю её постигать.

Далеко отходить не стал. Затаившись в тени рододендронов, извлек из внутреннего кармана пиджака переговорный артефакт и с его помощью вызвал господина Мухина. Внешний вид начальника боевой группы Тайной службы Его Величества мне не очень понравился. Определенно полковник сильно утомился на ниве искоренения антигосударственных элементов и всяких воров и мздоимцев.

— Добрый вечер, Глеб Сергеевич, — поздоровался не по уставу, поскольку полковник был облачен в домашний халат, да и я не при мундире.

Увидев меня, полковник как-то резко погрустнел. Определенно, чуйка контрразведчика подсказала ему, что Зубов-Прикаспийский просто так, дабы пожелать спокойной ночи выходить на связь не станет.

— Вечер добрый. — вялым тоном ответил полковник.

Ладно, сейчас я его взбодрю.

— Тут такое дело, Ваше Высокоблагородие, шпионку вычислил.

При одном лишь упоминании о шпионах, матерый контрразведчик подобрался, усталости ни в одном глазу.

— Рассказывайте, Владимир Прохорович?

Я кратко, но вполне информативно изложил обстоятельства своего посещения заведения мадам Арнаутовой. Во время моего рассказа Мухин несколько раз меня перебивал, уточняя кое-какие моменты. После того, как я закончил, полковник порекомендовал мне как можно быстрее отправляться домой и навсегда выкинуть из памяти светлый образ китаянки. Ну что же, сказано — сделано. Переживать за судьбу шпионки я не собирался, несмотря на то, что минет у нее получался выше всяких похвал, и мышцы влагалища весьма и весьма натренированы. Не суждено девке отправиться в Москву и охмурять там высокопоставленных чиновников, как планировали её кураторы. Хотя, что с ней станет в дальнейшем не моё дело, но вполне допускаю, что наши специалисты завербуют Чуньхуа, и будет она слугой четырех господ.

Покончив с весьма важным делом, выбросил шпионку из башки, затем побрел неторопливо в направлении дома, продолжая любоваться темными бархатными небесами. Неожиданно мои мысли перенеслись далеко на запад Евразийского континента, туда где у меня приобретенные лишь в этой реальности родители, куча родственников и хороших (а также не очень хороших) знакомых. Вспомнилась Бобровка, ставшая для меня за столь короткий срок практически родным местом.

Постепенно ностальгический настрой сменился сугубо деловым. Послезавтра на станцию Шахты прибывает грузо-пассажирский состав с кое-каким оборудованием и первой партией моих будущих подчиненных. В основном это одаренные. Как чувствовал, попросил Блинова, как командующего Мажеским корпусом, прислать на начальном этапе как можно больше магов земли, а также опытных рабочих строительных специальностей также из одаренных. В первую очередь мою будущую базу и станцию Шахты должны связать между собой для начала нормальная автомагистраль, затем и рельсы проложим — уголёк и прочие грузы лучше всего возить именно по железной дороге. Таким образом, в ближайшее время мне понадобятся около полусотни грузовых автомобилей, чтобы в самые кратчайшие сроки доставить груз с железнодорожной станции к месту будущей базы. Оно, конечно, можно было бы воспользоваться внепространственными хранилищами, вмещающими до двух сотен кубометров, то есть пару вагонов с приличным гаком. И все-таки, до поры до времени светить столь чудесным артефактом не стану. Где гарантия, что на станции Шахты нет японского, китайского, голландского, французского и так далее шпиона? Да и наши расейские мужички весьма разговорчивы, особенно опосля пары-тройки стопок крепкого хлебного вина. А враг, насколько я сегодня успел убедиться, хитер и коварен и может встретиться в самых неожиданных местах.

Когда до дома оставалось минут десять ходьбы неспешным шагом, дорогу мне преградила парочка рослых парней, еще один нарисовался сзади. Вообще-то эту троицу я «срисовал» сразу же после того, как мои магические синапсы зарегистрировали эманации их заинтересованности к беспечному ночному гуляке в моем лице. Недоброй такой заинтересованности, скажу вам. Ребятам явно захотелось проверить содержимое моих карманов, а также приватизировать дорогую одежку, что в данный момент была на мне. Гопстоперы все без исключения оказались неодаренными. Окажись они таковыми, тут же определили бы во мне сильного мага и не совершили некоторых необдуманных действий в отношении «самонадеянного лоха».

— Эй, парень, — обратился ко мне сипловатым голосом главарь. Вне всяких сомнений, этому человеку в прошлом сильно повредили гортань, с тех пор его голос основательно осип, — гони лопатник, котлы и прочие цацки, что при тебе имеются.

— Еще клифт не забудь снять, — ощерился тот, что находился рядом с боссом, — штанишки и ботиночки у тебя тоже ништяк. Так что разоблачайся, паря, до подштаников и можешь гулять дальше, благо ночка сёдни теплая, не замерзнешь.

— А вы уверены парни, что на того напали? — в свою очередь усмехнулся я.

— Кароч, без базара. Скидывай шмотье и вали дальше своей дорогой, — после этих слов главарь, демонстративно повертел в руках внушительного вида ножичек.

Ну что же, сами определили свое незавидное будущее. Церемониться с бандитами не стал, ускорившись, выбил нож из рук главного, затем серией ударов по физиономии положил его бессознательную тушку на гранитную брусчатку. Точно также поступил с его подельниками, которые ничего понять не успели, тем более, оказать хотя бы какое реальное противодействие.

Убедившись, что враг повержен, связал руки «пленных» за спиной их же брючными ремнями. Затем с помощью несложных магических манипуляций привел бандитов в чувства и, подняв на ноги довольно жестокими пинками, направил в сторону находящегося неподалеку полицейского участка, ну да, того самого, где прописку получал.

Осознав, в какую историю влипли, парни попытались дать деру, но с завязанными сзади руками далеко не убежать. Затем дружно взмолились отпустить их за ради Бога, мол, дома семеро по лавкам голодных ртов. Даже симулировать нервический обморок пытались. Однако я был непоколебим и путем тщательно рассчитанных ударов по болевым точкам сначала заставил их визжать и корчиться в позе эмбрионов, затем активировал заклинание страха и пригрозил, коль не пойдут собственными ногами, грохнуть всех троих и оставить на месте, пусть полиция с трупами потом разбирается. Прониклись и едва ли не бегом помчались в указанном мной направлении.

На пороге полицейского участка стоял, попыхивая папироской мой недавний знакомый лейтенант Железнов Виктор Николаевич.

При виде нашей колоритной компании офицер поначалу был крайне удивлен, аж папиросу выронил изо рта на ступеньки. Однако после того, как конвоируемые мной товарищи оказались в круге света, он довольно заулыбался.

— Кислицын, Шмудько, Гольдин, какая неожиданная, но очень приятная встреча! Давненько не виделись, граждане разбойники. Я уж грешным делом подумал, что подались вы из Восточного куда-нибудь на запад. Ан нет, все-таки родные места притягивают. — Затем, обратившись ко мне, поблагодарил: — Преогромное вам спасибо Владимир Прохорович! Мы за этими гавриками давненько гоняемся, никак поймать не можем. — Открыв дверь, он заглянул внутрь и громко рявкнул хорошо поставленным командирским голосом: — Дёмин, Климов, Радченко, Шубин на выход! — После того, как рядовые сотрудники полиции увели задержанных, лейтенант обратился ко мне: — Ваше Высокоблагородие, прошу пожаловать в мой кабинет для составления протокола задержания.

На что я ответил категорическим отказом, не хватало, чтобы моя фамилия появилась в местных криминальных сводках:

— Виктор Николаевич, давайте вы уж как-нибудь сами без меня все оформите. Вам же будет лучше, благодарность от начальства получите, может, денежку какую подкинут. Ну всё, я пошел.

— Но порядок, Владимир Прохорович… — попытался слабо возразить офицер.

— Увольте, господин лейтенант, меня от полицейских разборок. Дела, понимаете ли, государственной важности. Так что поздравляю вас с задержанием опасных бандитов. Надеюсь в самом скором времени они окажутся где-нибудь на Сахалине или на Аляске в районе реки Юкон.

— Не сомневайтесь, Ваше Высокоблагородие, непременно окажутся. — Физиономия полицейского в этот момент сияла будто новенький золотой червонец. Похоже, парень успел осознать и прокрутить в голове размер преференций, кои обрушатся на него и его коллег после задержания троих, вне всякого сомнения, весьма опасных типов.

После чего я раскланялся с Железновым и удалился восвояси. Дальнейший мой путь к дому не был омрачен какими-либо неприятными событиями.

Глава 6

Пара десятков кругов на беговой дорожке, затем общевойсковой комплекс вольных упражнений № 1 и 2, плюс изрядно затратил энергии на только что отстроенном по моим чертежам спортивном городке. Короче говоря, к концу утренней разминки почувствовал себя полностью заряженным и голодным что тот волчара в зимнюю пору. После душа и прочих гигиенических процедур меня ждал плотный завтрак от Аграфены Васильевны. Однако не стану никого дразнить описанием многообразия блюд (Когда только успевает эта пожилая женщина?). После двух чашек черного, как деготь густого ароматного кофе в завершение трапезы я был готов сворачивать горы.

Вообще-то день предстоял тяжелый, поскольку сворачивать горы значительно проще, нежели что-нибудь выцыганить у армейских снабженцев. Утверждаю отнюдь не голословно, поскольку по опыту службы в танковых войсках первой своей жизни изрядно пободался с этими хитрожопыми товарищами. Помнится, поначалу каждую гайку для ремонта бронетехники приходилось буквально вырывать из их загребущих лап едва ли не вместе с этими лапами. Вроде бы человек находится на своем месте для того, чтобы обеспечить всем необходимым подразделение в составе которого его склад. Ан нет, подхожу со списком, утвержденным аж самим начальником ремонтной мастерской к какому-то сраному прапорщику Мелешко и в ответ получаю, мол, того-то и того-то, аж на половину списка, нет в наличии и когда появится одному Аллаху ведомо. При этом мне доподлинно известно от источников, заслуживающих доверие, что всё запрошенное имеется на хранении новенькое и в заводской упаковке. Поначалу напрягал голосовые связки, иными словами, ругался благим матом, грозился написать рапорты на нерадивых тыловиков. На что лишь получал язвительные ухмылки, дескать, пиши хоть самому министру обороны, нет чина выше прапорщика-снабженца в Российской Армии. На счастье мои отношения с хитроумным складским начальством не дошли до стадии взаимного пасквилянтства. Умные люди подсказали, что рапортами делу не помочь. А еще те же «умные люди» шепнули, что все у того же всемогущего прапорщика Мелешко в гараже его дома стоит хэтчбек RENAULT 11 5 DOOR аж восемьдесят шестого года выпуска. По нынешним временам седая древность, но для конца двадцатого века весьма и весьма неплохое авто. Так вот, изделие, как оказалось, турецкого автопрома никак не желало заводиться по никому неведомой причине. Короче, я взялся восстановить технику и мне это удалось, хоть и с великим трудом, поскольку найти «родные» запчасти даже всемогущий Мелешко оказался не в силах. Пришлось изворачиваться, благо токарный и фрезерный станки оказались во вполне приличном состоянии и аргонно-дуговая сварка имелась в наличии, ну и еще много чего. Сам процесс ремонта описывать не стану, главное результат оказался вполне достойным. Короче, машинка поехала, «тащ прапорщик» был безмерно доволен. С тех пор мои отношения со службой снабжения вполне устаканились, а Илья Борисович Мурашкин с легкой руки прапора Мелешко стал едва ли не штатным специалистом по ремонту частного автомобильного и мотоциклетного транспорта комсостава нашего полка. Вот такая загогулина получилась в той моей жизни.

После завтрака при полном параде я оседлал свой «Desert Falcon» и сразу не отправился на северную окраину города Восточный, где по моим данным располагалась главная автобаза местного гарнизона. Как лицо особо уполномоченное Государем Императором я вполне мог бы просто написать заявку и мне, возможно, выделили бы запрошенное количество автомобилей. Я бы так и сделал, однако все упирается в неразбериху по случаю назначения нового армейского начальства, а также в вышеописанный фактор прапорщика-снабженца. Так что лучше всего все-таки заручиться поддержкой местного военного руководства о выделении в мое распоряжение пятидесяти единиц грузовиков-десятитонников сроком на три дня.

Таким образом, перед тем, как отправиться непосредственно к транспортникам, я заглянул в штаб ДВО, где в отделе снабжения официально завизировал требование на получение означенного количества автотехники. Если бы не мои полномочия, ордена и регалии, куковать бы мне при штабе до морковкина заговенья. Однако факт недавней расправы над высшим армейским начальством Дальневосточного военного округа послужил дополнительным стимулирующим фактором, для того, чтобы как можно скорее избавиться от «настырного майора». Так что всего лишь к одиннадцати часам утра мне удалось обзавестись всеми необходимыми документами. Однако, главная «схватка», как мне кажется, была еще впереди, ибо за просто так выдавать подотчетную технику в чужие руки условные «прапорщики мелешко» не очень любят.

К половине двенадцатого мой изрядно модифицированный «Сокол» домчал меня к широким воротам гарнизонного автомобильного хозяйства под скромной вывеской «В/Ч 32456». Предъявленные документы, удостоверяющие мои особые полномочия, подействовали на начальника караула как красная тряпка на быка. Благо меня не арестовали, даже не попытались отобрать оружие, лишь приказали выйти из машины и до выяснения обстоятельств приставили ко мне аж целое отделение вооруженных винтовками бойцов. Признаться, я был буквально шокирован подобным приемом. Однако вскоре появился запыхавшийся начкар в сопровождении не менее запыхавшегося командира войсковой части полковника Михеева Василия Николаевича. Как оказалось, из штаба округа подтвердили мои полномочия, и местное начальство поспешило реабилитироваться перед доверенным лицом самого Государя Императора.

Минут через двадцать моё авто стояло под навесом на территории автобазы, а мы с полковником Михеевым, невысоким лысеющим шатеном лет пятидесяти с круглым добродушным усатым лицом, во всю гоняли чаи с ватрушками от его благоверной. За чаем Василий Николаевич поведал произошедшую вчерашним днем историю, которую можно было бы назвать презабавной, если бы её последствия не грозили полковнику огромными неприятностями.

Дело в том, что вчера в два часа пополудни на территорию в/ч 32456 заявился некто майор Зубов-Прикаспийский, по документам особо уполномоченный Его Величества Российского Императора в сопровождении дюжины вооруженных бойцов, одетых в военную форму Российской Армии. Майор Зубов потребовал в самой категорической форме выделить в его распоряжение в особо срочном порядке шесть грузовых автомобилей. Разумеется, запрошенное количество автотранспорта было выделено без лишних разговоров. Места водителей были заняты пришлыми боевиками. Далее автомобильная колонна проследовала на находящийся неподалеку склад авиационной техники, откуда им было отгружено все необходимое оборудование для сборки двух легких боевых дирижаблей серии «Мотылек», какие обычно используются в войсках для целей разведки и десантирования на территорию противника небольших террор-групп. Лишь к утру следующего дня выяснилось, что документы, предъявленные самозваным майором Зубовым-Прикаспийским ни что иное, как отлично сработанная фальшивка. Понесенные военным ведомством в результате вышеозначенной диверсии убытки предварительно оцениваются в три миллиона рублей золотом.

С утра на территории автомобильной базы работает следственная группа. Да толку никакого, поскольку это обычные жандармы и ни одного одаренного. Говорят, все представители Мажеского корпуса заняты более важными делами. Ну разумеется, заняты, поскольку я сам подкинул им работенки изрядно. Вне всяких сомнений, арест Чуньхуа вызвал шквал задержаний иностранных агентов по всему Восточному и его окрестностям. Так что этой ночью следователям от Мажеского корпуса было не до сна, да и сейчас, скорее всего, они завалены работой по самые уши.

М-да, сюрпрайз, однако. Быстро здешние урки пронюхали о появлении в Восточном моей персоны и столь же оперативно воспользовались моментом и неразберихой, царящей в городе. Дерзкие, однако, ребятки! А может, все-таки здесь замешаны не простые уголовники?

Откровенно говоря, меня подобные манипуляции бандитов покоробили. Это ж надо приплести мое ничем не запятнанное имя к банальному грабежу. Я самым подробным образом расспросил полковника о дальнейшей предполагаемой судьбе угнанного криминальным элементом автотранспорта и ценного армейского груза.

— Тут, пожалуй, всё просто, Владимир Прохорович, — с кислым видом начал свой рассказ полковник, — автомобили и дирижабли, скорее всего, где-то в городе. Армейские дирижабли — товар специфический для частных лиц не подходящий. Его можно сбагрить лишь военным структурам какого иностранного государства, дирижабли данного класса там с руками оторвут. Насчет автомобилей, их разберут и отправят теми же самыми контрабандными маршрутами в Китай, Японию, на Филиппины или еще куда-нибудь. Российский армейский транспорт пользуется широким спросом по всему миру, ибо наши автомобили отлично себя зарекомендовали, как в условиях жаркого пустынного климата, также в арктической тундре, высокогорье и других местах, малопригодных для проживания людей.

Далее Василий Николаевич рассказал о перспективах, которые грозят ему за допущенную халатность. Откровенно говоря, перспективы нерадостные. Великое чудо, что его до сих пор не арестовали и не поместили в гарнизонную тюрьму. Впрочем, всё это еще впереди. Далее суд. Казнить не казнят, но дет пятнадцать каторжных работ впаяют непременно. Такая же точно незавидная судьба ожидает майора Протасова Виктора Афанасьевича, начальника складских помещений, где хранилась авиационная техника.

— Василий Николаевич, — отставив подальше от края стола чашку с блюдцем китайского фарфора, я обратился к полковнику, — а если груз и техника найдутся?

— Владимир Прохорович, Господа молю, чтобы подобное случилось. Если автомобили и груз удастся вернуть в целости и сохранности зам по тылу генерал-лейтенант Азаров Григорий Александрович мой непосредственный начальник пообещал не возбуждать уголовное дело. Пожурят для порядка, но не осудят, даже в звании не понизят и должности не лишат.

— Хорошо, господин полковник, если похищенное еще в пределах Восточного, я его непременно найду.

Ну да, я решил поиграть в следователя. Неожиданно мне стало очень жалко этого излишне доверчивого служаку. К тому же, жулики работали под прикрытием светлого имени графа Зубова-Прикаспийского, поэтому пресечь деятельность банды и вернуть всё, что было похищено для меня дело чести. А еще мне не понравилась четкость и наглость, с которой сработали грабители. Вне всякого сомнения, в штабе округа окопался наводчик. Впрочем, так глубоко копать не собираюсь, для этого существуют армейская жандармерия и органы контрразведки.

— Дык как же, голубчик? — полковник посмотрел на меня грустным полным скептицизма взглядом. — Здесь профессиональные следователи работают, до сих пор никаких зацепок по делу не обнаружили.

Понятненько мне не доверяют. И ничего в этом удивительного. Покамест пожилой ветеран видит перед собой юного идеалиста со взором горящим и не очень верит в его способности расследовать хотя бы похищение курицы со двора какой-нибудь бабки Матрены.

Однако я тут же поторопился обнадежить отчаявшегося мужчину:

— Да будет вам известно, уважаемый Василий Николаевич, что помимо офицерского звания мой официальный ранг одаренного — младший магистр, — я продемонстрировал перстень, выданный по окончании университета. — Очень надеюсь, что это все-таки поспособствует раскрытию преступления, которое едва ли не напрямую порочит также и моё имя.

— Я вовсе не возражаю, Владимир Прохорович.

— В таком случае, как любит говаривать моя горячо любимая маман, начнем плясать от печки.

— Как это? — недоуменно выпучил глаза господин полковник.

— Как вы думаете, Василий Николаевич, явились ли в вашу часть эти ухари, если бы не были в курсе, как именно тут обстоят дела? — На что Михеев недоуменно пожал плечами. — Ладно, не стану донимать вас разного рода пустыми разглагольствованиями. У дерзких бандитов на территории вашей части наверняка имеется информатор. Так вот, если мои предположения верны, выявить гаденыша будет не так уж и сложно. У меня к вам просьба: проведите меня по всем цехам, ангарам, казармам и прочим подведомственным вам рабочим и служебным помещениям, в сопровождении отделения бойцов, разумеется.

— Не проблема, Владимир Прохорович. — Широко заулыбался мужчина, кажется, все-таки поверил в мои способности.

Через десять минут мы с полковником шли в направлении ближайшего ангара с автомобильной техникой. Если кто-то подумал, что в пылу погони за лаврами Шерлока Холмса и Эркюля Пуаро я забыл об основной цели своего визита, тот глубоко заблуждается. Заверенную в штабе округа бумажку с требованием предоставить в мое распоряжение пятидесяти единиц транспортной техники марки УАЗ — 407 (в просторечье «Урал»). Полковник клятвенно пообещал подогнать транспорт на станцию Шахты к означенному сроку, если, конечно, к тому времени останется при своей должности.

Буквально через четверть часа я выявил одного подозрительного мужичка, обрабатывавшего на фрезерном станке какую-то железяку. Что именно стало причиной душевного беспокойства парня на месте разбираться не стал, лишь шепнул Михееву на ушко, чтобы отдал команду бойцам взять товарища под белы ручки, посадить под замок и самым тщательнейшим образом следить за тем, чтобы тот ненароком не утёк.

За пару часов полковник провел меня практически по всем местам подведомственного ему довольно обширного хозяйства, и практически в каждом цеху, в каждом ангаре я обнаруживал по одному, даже по несколько чем-то серьезно обеспокоенных индивидов. Особенно много таковых оказалось на складе запчастей и на кухне.

Так или иначе, но мой «улов» составил двадцать два человека, среди которых, девятнадцать мужчин и три дамы работавших на кухне.

Задержанных допросил с применением ментальных техник. Поварихи и складские работники оказались к данному делу непричастными, а забеспокоились, потому что приворовывали по мелочам, но с этим пусть разбирается их непосредственное начальство. Искомое лицо, как ни странно, оказалось тем самым станочником, который был первым и задержан. Остальные мужички переживали из-за разного рода бытовых неурядиц. Кто-то с женой повздорил, кто-то в карты зарплату просадил, кому-то любовница в подоле принесла, теперь угрожает взыскать с него алименты по закону. Короче говоря, обстоятельств, способных выбить человека из привычной жизненной колеи, предостаточно.

После моего тяжелого ментального прессинга «фрезеровщик», представившийся Николаем Прокудиным, был вынужден поведать много интересных фактов из своей богатой на события биографии. Впрочем, подробно распространяться об этом не стану. Главное нам с полковником стало известно, что к похищению автомобилей и боевых дирижаблей причастна банда Игната Солодова, больше известного под кличкой Кныш. Но самому матерому уголовнику провернуть подобное было не по плечу. Кныш, по мнению Прокудина, выполнял заказ кого-то из высокопоставленных военных, окопавшегося в штабе округа и связанного с местной криминальной средой.

Вот так вот, господа офицеры, кто-то честно кровь проливает, а кто-то за их широкими спинами темные делишки проворачивает. Ничего, доберусь до них, мало не покажется.

Ставить в известность следственные органы о том, чего «нарыли» мы с полковником посчитали ненужным. Коль заняты важными делами, не будем им мешать. Через полчаса три тентованных грузовика, приспособленных для перевозки людей, по отделению вооруженных бойцов в каждом выехали из ворот воинской части № 32456. Я ограничился лишь одним взводом охраны, поскольку банда Кныша, по словам Прокудина состоит из трех десятков боевиков из которых всего двое одаренных на уровне дипломированных магов, максимум грандмагов. То есть, для меня никакой опасности они не представляют.

За пару сотен метров до означенного адреса приказал колонне остановиться. Использовать солдатиков для захвата банды я не собирался, мне они после понадобятся. А пока приказал никому не высовывать носа из-под брезентового тента. Сам же неторопливой походкой беспечного гуляки двинул к указанному Прокудиным зданию.

Дом номер семь по улице Адмирала Давыдова представляло собой стоящее особняком от других строений трехэтажное строение из красного кирпича, довольно обшарпанное по причине изрядного возраста и нерадивости хозяев, не желавших вкладываться в косметический ремонт хотя бы фасада. На первом этаже располагается питейное заведение под вывеской «ТРАКТИР НА ДАВЫДОВСКОЙ». Банда Кныша обустроилась не в самом трактире, а в капитальной кирпичной пристройке позади основного здания, служившей в свое время конюшней. Туда же загнали автомобили с украденным добром, сами поселились на вполне оборудованным под жилище чердаке. Через недельку-другую, по словам Прокудина, когда шухер уляжется, местные контрабандисты переправят добычу в Китай, там товар уже ждут и готовы отвалить за него кучу золота.

Обогнув здание трактира, я в одиночку направился к нужному зданию. Откровенно говоря, мне ничего не угрожало, однако из-за неконтролируемого впрыска адреналина в кровь меня начало слегка потряхивать. Интересно, когда на меня надвигалась толпа иномирных тварей, я был спокоен как удав, а тут всего-то кучка людей. Пришлось ненадолго остановиться, отдышаться и взять под контроль работу надпочечников. Заодно более тщательно просканировал здание. Ага, внутри тридцать восемь человек, семь из которых представительницы слабого пола. Часть бандитов пользуют девок по назначению, часть бухает, кто-то пребывает в глубоком отрубе. Самое интересное народ гуляет под песни Вовки Зубова в задушевном исполнении Макарского-Наливайченко, во всяком случае из динамиков радиолы лилось:

— Это было давно:

Лет семнадцать назад,

Вёз я девушку трактом почтовым.

Круглолица, бела,

Словно тополь стройна,

И покрыта платочком шелковым…

Ухмыльнулся про себя — вот им сюрприз будет, когда узнают, кто именно явился по их души. Впрочем, я вовсе не Луговская Ирина Спиридоновна, чтобы лишать людей их духовной сущности и заточать души в драгоценные камни. Сейчас моя задача обезвредить банду, допросить об их подельнике, окопавшемся в штабе ДВО, после чего доложить кому следует о мерзавце. Дальше пусть с ними разбираются компетентные товарищи. Да, еще нужно груз вернуть на место, пока зам по тылу генерал-лейтенант Азаров Григорий Александрович прикрывает подчиненных.

Долго рассусоливать не стал. В моем арсенале магических штучек имеется одно классное площадное заклинание. Без ложной скромности, чисто моя разработка, основой которой послужили полтора десятка магем заимствованных у одного специалиста широкого профиля из иной реальности по имени Улль Кхаал. Парень и не подозревал о моих чудесных способностях считывать и мгновенно запоминать нанесенные на предметы магические формулы. Ладно, не стану более хвастать, какой я умный и предприимчивый и как обвел вокруг пальца простофилю-иномирянина. Так или иначе, скомпилировав готовые магемы мне удалось создать заклинание, способное отправить в глубокий сон приличную толпу народа вне зависимости от их пола и возраста. Если кто-то считает, что усыпить человека путем ментальных или гипнотических воздействий дело плевое, тот глубоко ошибается. Сон весьма и весьма сложный процесс, состоит из многих фаз, и чтобы погрузить в него одновременно группу индивидуумов, нужно сделать так, чтобы мое заклинание оказывало воздействие на каждого отдельного человека с учетом его психологических и физиологических особенностей. Впрочем, не стану никому пудрить мозги, если ты не специалист в области менталистики, вряд ли тебе дано понять суть примененных мной магических приемов. Короче говоря, мое заклинание подействовало и буквально через минуту все находившиеся в помещении бывшей конюшни разумные дрыхли без задних ног. Также крепко уснули те, кто находились в трактире. Это я на всякий случай их усыпил, чтобы не удумали какой пакости. Чуйка мне подсказывает, трактир на Давыдовской еще то «приятное» местечко.

Зайдя во внутрь помещения, увидел шесть пропавших грузовиков в целости и сохранности, сколоченные из досок ящики в их кузовах были опломбированы. На чердаке куча тел в разных позах. Озабоченные мужички вырубились прямо на срамных девках, сами проститутки также мерно посапывали под грузом навалившихся на них тел.

Из радиолы к этому времени доносился последний куплет всё той же трогательной песни:

…Видишь, друг милым мой,

Холм высокий стоит,

Холм высокий поросший травою.

А под тем под холмом, моя милая спит,

Что взяла мои песни с собою.

Что взяла мои песни с собою.

Когда головка звукоснимателя достигла зоны свободной от звуковой дорожки из динамика проигрывателя донеслось характерное шипение. Чтобы не испортился аппарат, пришлось подойти и снять звукосниматель с пластинки.

Затем извлек из кармана трубку радиотелефона и вызвал командира взвода лейтенанта Калину, которому перед началом операции выдал аналогичный прибор:

— Вячеслав Митрофанович, у меня все нормально. Бандиты спят мертвецким сном. Подъезжайте к зданию конюшни. Также пошлите нескольких бойцов, пусть возьмут кабатчика. В комплекте с бандюками предъявим жандармам, пускай разбираются, что это за трактир такой, расчудесный, куда свозят ворованное добро, при этом никого не опасаются.

Дальше всё завертелось-закружилось. Первым делом лейтенант Калина выделил шестерых парней, обладавших навыками вождения грузовых автомобилей и отправил похищенное добро туда, где ему и положено находиться по документам. Беспредел, конечно с моей стороны. Если действовать по закону, нужно было бы предъявить похищенное армейским жандармам. Однако, как лицо уполномоченное самим Государем Императором, имею право творить беззаконие в определенных рамках. К тому же, не хочу, чтобы добрейший Василий Николаевич Михеев закончил свои дни на каторге с кайлом в руках. Честный офицер не вор, не взяточник. Ну не доглядел. С кем не бывает? А как доглядишь, если воры представили вполне достоверные документы со всеми необходимыми подписями и печатями.

Спящих бандитов приковали друг к другу наручниками. Забавное, скажу вам, получилось зрелище — три десятка мужиков лежат на заплеванном и кое-где заблеванном полу. Гулящих девок одели в их же платья и чтобы под ногами не мешались оттащили в отдельную комнату, где до этого изволил проживать отдельно от прочих своих подельников главарь банды.

Последним актом марлезонского балета был экспресс-допрос Кныша. Разбудить мужчину оказалось крайне затруднительно. Лишний раз убедился в отменном качестве созданного мной заклинания. Сначала Игнат Солодов тридцатилетний брюнет крепкого сложения наотрез отказался выдать имя своего подельника и покровителя в штабе Дальневосточного военного округа. Однако куда неодаренному супротив мозголомных ментальных практик. Буквально через пять минут нужное имя мне стало известно. Я был весьма удивлен и озадачен. Фигура оказалась довольно высокого полета, поэтому я немедленно связался с полковником Мухиным и во всех подробностях изложил ему обстоятельства расследованного мной дела. Глеб Сергеевич сначала мне не поверил. Ну да, сложно поверить в то, что сам начальник контрразведки ДВО генерал-лейтенант Разин Иван Ильич, между прочем, сиятельный князь и, вроде как, в родстве с самим Государем Императором занимается банальным крышеванием уголовного элемента и сбытом ценного военного имущества потенциальному противнику. Вот такие дела.

Подозреваю, что очень скоро прибывшей из Москвы полномочной следственной комиссии работенки существенно прибавится. Но это уже не мое дело. Итак целый день потратил на всякую ерунду, за которую мне даже медальки не дадут, а вот за самоуправство могут и по головке не погладить. Ну и бог с ними, как-нибудь отбрешусь, а то, что помог двум честным офицерам, так это здорово, автотранспорт мне еще неоднократно потребуется и на гарнизонных складах наверняка найдется что-нибудь интересное для нужд моего будущего беспокойного хозяйства.

Вскоре на место задержания преступной группы прибыло крупное подразделение военных жандармов. Помимо шайки Кныша бойцы плотно занялись постояльцами трактира, благо те всё еще пребывали в состоянии глубокого сна и разбегаться не думали. Я же вместе со взводом лейтенанта Калины отправился прочь. Неподалеку от дома попросил чтобы меня высадили из машины. По дороге размышлял о странных перипетиях своей насыщенной событиями жизни. То монахи шаолиноские нападут, то китайские проститутки попытаются выведать главную тайну «Красной Армии», то уголовники во главе главного молчи-молчи аж всего Дальневосточного военного округа попытаются опорочить мое светлое имя.

Интермедия № 1

Прибывшая пару дней назад в город Восточный Екатерина Васильевна Яровая сидела за рабочим столом выделенного ей кабинета в здании городского следственного изолятора, где под серьезной вооруженной охраной содержались основные фигуранты громкого «Дальневосточного» дела.

В полутора метрах от её стола на привинченном к полу металлическом стуле с руками, скованными за спиной наручниками сидел бывший генерал-губернатор Дальневосточного края Днепров-Поплавский. После нескольких суток, проведенных в крайне некомфортных тюремных условиях на мужчину было жалко смотреть. Вообще-то, сам виноват, не позаботился в свое время о комфорте сидельцев, теперь хлебай по полной. А все жадность, выделенные государственной казной для ремонта здания денежки были успешно «распилены» между уважаемыми людьми из краевой администрации. Впрочем, «уважаемые люди» на данный момент содержатся в соседних камерах и усиленно «стучат» друг на друга дабы по возможности смягчить свою незавидную долю.

Между тем Екатерина Васильевна закончила читать написанный от руки текст на листе бумаги стандартного формата, усмехнулась каким-то своим мыслям, после чего перевела взгляд своих огромных красивых глаз на сидящего перед ней человека. Броская внешность молодой с виду женщины не обманула бывшего генерал-губернатора, поскольку в свое время имя председателя государственной следственной комиссии генерал-лейтенанта Яровой гремело не только по всему Дальневосточному краю, но и в Манчжурии и Юго-Восточной Сибири. Теперь этот демон в юбке явился по его душу.

— Игорёк, Игорёк, — с укоризной в голосе произнесла женщина, — вот скажи мне, чего тебе не хватало по жизни, чтобы ты, человек уважаемый, не обделённый чинами, наградами и регалиями стал банальным вором? Только лишь в подвале твоего особняка было обнаружено, — Екатерина Васильевна скосила взгляд на продолжавшую находиться в её холеных руках бумагу, — одного лишь золота в слитках и монетах на полтора миллиарда рублей, помимо этого наличных денег на полмиллиарда и разного рода ювелирных украшений еще на триста без малого миллионов. Куда тебе столько, ведь ты всегда был человеком разумным и должен понимать, что не сможешь потратить и сотой доли этих богатств. Если ты надеялся вывести сокровища за пределы Российской Империи и жить в тиши и роскоши где-нибудь за рубежом, уверяю, все это пустые хлопоты у нашей Тайной службы длинные руки и еще ни одному вору не удалось укрыться от заслуженного возмездия.

— Да все я понимаю, Екатерина Васильевна, но лишь теперь пришло озарение. Оно ведь только начни… воровать… Сначала миллион — мало. Потом десять, сто. Миллиард и всё мало, мало, мало! Ты даже не задумываешься, куда потом девать всё это. А оно всё мало. Короче, виноват, что там говорить. Людишек российских обижал, преференции всякие японцам и китайцам обеспечивал не бесплатно, разумеется.

— М-да, подловили тебя вражины на золотой крючок. Я-то считала тебя мужиком стойким неподкупным, а вы тут с этим Крымовым такой бардак замутили, что теперь расхлебывать и расхлебывать. Впрочем, не стану заниматься морализмом, ты человек неглупый и знал, на что шел. Следствие по твоему делу еще не закончено, но ты уже честно заработал свою виселицу, впрочем, как и большинство остальных фигурантов по данному делу. Моли бога, Игорь, чтобы в результате следственных мероприятий не выяснилась причастность твоих близких родственников к делишкам отца и мужа.

— За это не волнуйтесь, госпожа Яровая, мои дети и жена абсолютно непричастны к моим прегрешениям.

— Эко ты себе соломки подстилаешь, — оскалилась следователь по особо важным делам, — «к прегрешениям». Говори уж конкретно — к преступлениям. — И, перейдя на официальный тон, сказала: — Засим, Игорь Иванович, наш с вами разговор закончен. Ваше дело в самом скором времени будет передано в суд. Приговор, уверяю вас, мягким не будет. На апелляцию не надейтесь. Так что замаливайте грехи, коль в Бога верите, а не верите… — Екатерина Васильевна развела руками.

Вскоре по звонку Яровой заключенного вывели из допросной парочка крепких парней.

Екатерина Васильевна откинулась на спинку кресла и зажмурила глаза. Середина дня, а впереди еще куча работы.

Неожиданно на столе затренькал телефон общегородской связи.

— Слушаю Яровая… Какое самоуправство… А… Зубов пошалил! Так ему практически все можно. Вы не в курсе его полномочий?.. Короче, Амвросий Дмитриевич, зарубите себе на носу, всё, что касается графа Зубова-Прикаспийского вне юрисдикции начальника военно-полевой жандармерии Дальневосточного военного округа. Так что рекомендую вам запихнуть свой язык куда-нибудь поглубже и не пытаться прыгнуть через мою голову. В противном случае, последствия для вас окажутся самыми плачевными… Да, полковника Михеева и майора Протасова, коль за них вступился столь оригинальным способом Владимир Прохорович, также трогать категорически запрещаю и уголовные дела в отношении означенных лиц прекратить… Хорошо, соответствующее распоряжение будет через час на вашем столе. — После разговора с генерал-майором Хоболевым Яровая в сердцах кинула трубку, едва не повредив корпус телефонного аппарата. Затем снова откинулась на спинку стула и негромко прошептала: — Эх, Володенька, навел ты тут шороху, в общем и целом, молодец, хоть и раздолбай еще тот.

Глава 7

Колонна грузовиков неспешно продвигалась по дальневосточной тайге между пологих невысоких сопок по только что отстроенной дороге. Три десятка магов земли знатно постарались. Пока шла разгрузка вагонов на предоставленные полковником Михеевым УАЗы и снятые с платформ прибывшего поезда десять «Витязей», большегрузных автомобилей нижегородского завода «Демин и Сыновья», я показал парням на карте маршрут будущей автомагистрали. Как оказалось, магов мне прислали вполне продвинутых и к моему великому удивлению всего лишь за пять часов дорога длиной десять верст была построена. Сначала «земляные» будто грейдером прошлись по маршруту, где надо срезали грунт, где надо подсыпали. В качестве строительного материала для отсыпки дорожного полотна маги использовали камень из окрестных сопок, который на месте перемалывали в мелкий гравий. Затем, воздействуя повышенной гравитацией как асфальтовым катком спрессовали дорожное покрытие, чтобы колеса автомобилей её не разбивали. Благо на пути строителей не оказалось крупных рек, а все мелкие речушки и ручьи были заключены в каменные трубы, дабы не мешали проезду.

Процесс строительства произвел на меня неизгладимое впечатление в самом положительном смысле, раньше мне как-то с данной сферой человеческой деятельности сталкиваться не доводилось. Все-таки магия значительно удешевляет, главное ускоряет многие технологические процессы. Например, в этой реальности Россия обладает более густой сетью автомобильных дорог, нежели в моей первой, что в значительной мере способствует развитию автомобильного транспорта, впрочем и железнодорожный здесь вполне на высоте. Ладно, не стану широко распространяться о чем известно из газет каждому российскому обывателю. Так или иначе, но за какие-то считанные часы шоссейная дорога была готова к выдвижению автомобильной колонны от станции Шахты к будущему месту базирования ударного воздушного кулака Российской Империи.

По прибытии на место я не стал вмешиваться в процесс строительства временного палаточного лагеря, поскольку для этого имеются более компетентные люди. В частности, исполнявший обязанности начальника поезда, а ныне комендант нашего объекта майор инженерных войск, ко всему прочему, магистр магии земли Стариков Александр Георгиевич. Буквально через час автомобили были разгружены силами прибывших военнослужащих и все тех же магов земли, прекрасно владевших психокинетическими заклинаниями. Кое что из их магического арсенала было мной подсмотрено и взято на вооружение. В университете я не то чтобы предвзято относился к данной специализации, прошелся по верхам, поскольку времени для углубленного изучения этого раздела стихийной магии у меня просто не было. И вообще, все артефакторы по своей сути верхогляды. Большинству из нас некогда углубляться в тонкие структуры магических дисциплин, Схватим по верхам готовенькие магемы и штампуем всю жизнь артефакты на их основе. Но это, вообще-то, не про меня. Я считаю себя человеком интересующимся, вот только руки сразу и до всего не доходят.

Первая партия грузов состояла в основном из каркасных домиков, оборудования для обеспечения безопасности лагеря, еще и батя подсуетился с тремя вагонами чугунных корпусов для будущих авиабомб и вкручиваемых взрывателей к ним. После разгрузки машины отправились обратно на станцию Шахты. До темноты хоть и недалеко но разок обернутся. Временная неразбериха в лагере постепенно упорядочивалась. На выровненной и освобожденной от растительности площадке устанавливались палатки, задымили полевые кухни, бойцами роты охраны были взяты под контроль и постоянное патрулирование периметр вокруг лагеря и прилегающая территория.

Пока суд да дело, мы с майором Стариковым и старшим группы магов капитаном Мажеского корпуса Купрановым Виталием Исаевичем, делали на карте местности отметки, что и где будет располагаться, а также первоочередность строительства того или иного объекта. В первую очередь, разумеется должен быть оборудован поселок для постоянного проживания пяти сотен человек, а также вся необходимая инфраструктура. Хорошо, что людей пока лишь сотня, не знаю, что бы я делал, прибудь сюда сразу запланированное количество народу. Благо десяток единиц транспортной техники отправили вместе с первой партией грузов, так что всякий раз клянчить машины у полковника Михеева не придется.

Убедившись в том, что во вверенном мне подразделении все нормально, а отцы-командиры в курсе того, чем им следует заниматься до прибытия следующего железнодорожного состава, я оседлал своего «Сокола» и отправился в Восточный. Полсотни километров не бог весть какое расстояние. К тому же, заедки от Аграфены Васильевны стоят того, чтобы лишний раз прокатиться.

На следующее утро на строящуюся базу не поехал, а отправился к одному из прорывов иной реальности. Пора взять энергию этих двух объектов под контроль и освободить бойцов от несения охранных функций. Благо опыт у меня имеется. Впрочем, к Прорве отправился также не сразу. Для начала посетил побережье залива Радужный. Там загрузил пару внепространственных контейнеров крупными обломками скал, коих на берегу и в прибрежной зоне было видимо-невидимо. Чтобы создать охранную зону вокруг Прорв и подвести от них бесплатную энергию к лагерю мне понадобятся сотни реперных точек. Так что устилавшие побережье и прибрежные участки моря камни как раз то, что нужно. Можно, конечно, выламывать необходимый материал из окрестных сопок, но для этого потребуется прилично времени и сил.

Как уже упоминалось, беглый осмотр мест внепространственных прорывов был предварительно мной осуществлен. Ничего там особо интересного нет. Вылезают время от времени из портального перехода всякие чуды-юды, коих тут же оприходуют солдатики из огнестрельного оружия, или одаренный посредством магии и зачарованного огнестрела, как это делал в Бобровке наш штатный маг Зосимов Кузьма Митрофанович.

Решил начать строить защитный контур с дальней от базы Прорвы, от нее же положить начало энергомагистрали, коей суждено обеспечить потребности будущего поселка и промышленных производств. По пути задействую и вторую Прорву, чем значительно увеличу манопоток.

Солдатики и начальник караула младший лейтенант Мажеского корпуса Тимофеев Павел Иванович встретили меня приветливо. Накормили вкусной ухой из только что выловленной рыбы в речке что неподалеку. После моих манипуляций с камнями, ушица пришлась в самый раз. А потом еще и обалденным чаем из местных трав напоили. Набив брюхо под завязку, я поблагодарил служивых за вкусную еду и обратившись к мамлею, поинтересовался:

— Павел Иванович, а что там внутри этой Прорвы?

— Дык кто ж его знает, Владимир Прохорович, — я заранее попросил начкара не величать меня высокоблагородием и по званию, чай не в официальной обстановке находимся. — Я сам себе не враг, чтобы посещать в одиночку подобные места.

— Разве не интересно?

— Разумеется, интересно, но ежели бы видели, какие твари оттуда лезут, у вас бы мигом желание отпало соваться куда ни попадя. Лет пятнадцать тому как, говорят, наведывалась в здешние места экспедиция из Москвы, дык там были сплошь магистры, грандмагистры и даже архимаг присутствовал. Короче говоря, посетили нашу Прорву, внесли в реестр и подались назад в столицу, впрочем, сигнальную систему возвели, без нее твари бывало в тайгу уходили. Впрочем, жили не долго, ибо не по нраву им наши реалии, но шухеру, говорят, успевали навести. Особливо, если на какую деревушку или ватагу золотодобытчиков натыкались. Теперь ежели какая тварь решит оттуда вылезти, раздается звуковой сигнал. Ну мы тут как тут. Либо естеством изничтожаем, то есть огнестрелом, либо колдовством, то есть магией.

— А как с тушами поступаете?

— Оповещаем по телефону начальство в Восточном. Вскоре приезжает грузовой автомобиль и увозит бестию в Центр Изучения Аномальных Явлений при тамошнем институте Мажеского корпуса. Что с ними дальше происходит, мне не ведомо.

Тэ-э-к-с, непременно посещу оба прорыва иной реальности, но не сейчас, ибо пока не до этого.

Распрощался с военными и направился прямиком к переливающимися разнообразными оттенками синего вратам в смежную пространственную реальность. По пути исследовал обустроенную полтора десятилетия назад сигналку. По большому счету, чародеи особо не заморачивались. Установили два десятка небольших реперных камней, нанесли на них посредством зубила рунные ряды и запитали систему от энергии Прорвы. М-да, от архимага ожидал более тонкой работы. Вообще-то, если архимаг не артефактор, то сойдет и так. А стоящего артефактора в той экспедиции, похоже, и не было. Прихватили с собой на всякий случай адепта пятого ранга, затем зачли ему работу в качестве дипломного проекта. Ладно, не мне судить, да рядить, да всякие догадки строить. Оно ведь опытному артефактору место не в экспедициях а в других местах, где их дар используется наиболее оптимальным образом.

Старую сигнальную систему трогать не стал, параллельно ей из двух десятков прихваченных с побережья обломков скал создал собственную сигнально-защитную систему. Теперь при появлении из портала биологического объекта размерами от мыши-полевки и далее без ограничений будет срабатывать триггер, активирующий встроенное в мой контур заклинание из школы стихийной магии, и на незваного гостя обрушится сжатое до плотности легированной стали тончайшее воздушное лезвие, способное с легкостью перерубить любое самое прочное на Земле вещество, хотя бы тот алмаз, танковую броню или еще что покрепче. Сила воздействия воздушной гильотины будет зависеть от массы существа и его размеров. То есть, моя охранная система обладает примитивным интеллектом. Люди, разумеется, для неё табу, их трогать категорически запрещено, ну если только в случае самообороны — мало ли какой вандал пожалует и пожелает переместить реперный камень в другое место, ну или разбить его баловства ради.

После того, как охранная система была запущена я запитал её энергией Прорвы и протестировал. Работает как часы, созданный мной визуальный образ белки со всеми присущими живому зверьку физиологическими параметрами успешно активировал встроенную в камень магию. Удар магического лезвия пришелся аккурат по тельцу «зверька». Следующим был визуализированный медведь. И с этим заданием моя система справилась вполне успешно. А вот на человека она никак не отреагировала, коим, как несложно догадаться, был ваш покорный слуга. Я ничуть не опасался, что меня разрубит воздушное лезвие, поскольку мощная магическая защита от архимага Блинова, к тому же, основательно мной усовершенствованная, выдержит не один самый суровый магический удар.

Убедившись в том, что мое творение действует безотказно, я вернулся в караулку, дабы предупредить бойцов о новом режиме работы сторожевой системы. Затем, оставив автомобиль под охраной наряда, двинул пешим ходом к следующей Прорве. По пути через каждые сто метров устанавливал очередной реперный камень, вкапывая его примерно на треть в землю и внедряя в его тело магическую формулу.

Монотонный труд, не требующий особых затрат ни умственной, ни физической энергии, направил ход моих мыслей в неожиданном направлении. Дело в том, что в самых высоких научных кругах маститые ученые ломали копья о том, чем именно является магия. Изначально предполагалось, что основой всему является магическая энергия или Сила. Точнее, великое многообразие этой самой энергии. То есть, всякий одаренный способен генерировать в своем средоточии лишь определенный её вид, коим и оперировать в процессе магических манипуляций. То есть предполагалось наличие специфических энергий: воздуха, огня, земли, воды а также иных проявлений Силы, касательно ментальных способностей человека и животных, а также всех прочих граней магии. Однако со временем исследователи пришли к выводу, что Сила как энергия едина, при этом её конкретному проявлению способствует тот или иной одаренный индивидуум. Именно от его таланта перерабатывать ману зависит станет ли он огневиком или каким иным стихийным магом, псиоником-менталистом, целителем, артефактором, ну и так далее.

То есть магическая энергия подобна электричеству, которое в свою очередь способно трансформироваться в любые формы других энергетических проявлений: обогревать здания, охлаждать пищу в холодильниках, двигать по рельсам тяжелые железнодорожные составы, разгонять элементарные частицы в большом адронном коллайдере до огромных энергий, генерировать лазерный луч, выполнять миллиарды математических операций в секунду. То есть сфера применения электричества практически безгранична. По факту, электричество в первой моей жизни вполне успешно заменяло магию данной реальности. Впрочем, и здесь электроэнергия довольно успешно пробивает себе дорогу. Но сейчас речь не об этом. Так вот, если посредниками, трансформирующими электричество в иные энергетические формы, в первой моей жизни являются предметы неодушевленные, в этой реальности ману превращают в конечный продукт в основном одаренные и в меньшей степени артефакты, созданные всё теми же чародеями. Вместе с тем, сама природа магической энергии столь же загадочна, как и природа электричества. Если кто-то скажет вам, что знает всё об электричестве, плюньте ему в глаза. То же самое и с магией. Мы наблюдаем явление, мы пользуемся его благами для собственных нужд, но объяснить, что это такое не способны.

Так, к чему это я? А просто навеяло, поскольку иду по богатой растительными видами реликтовой дальневосточной тайге, отпугиваю комарье и гнус иже с ними прочих любопытных местных обитателей, лишь время от времени отвлекаюсь на то, чтобы установить очередной камушек и зачаровать его, а думалка тем временем требует, чтобы её чем-то заняли. Можно, конечно, решать в уме N-мерные уравнения из курса высшей магоматики, ан нет, хочется помудрствовать лукаво и растечься мыслью по древу.

Насколько мне известно, мана вполне трансформируется во все виды энергии известные человеку. Также возможен и обратный процесс. Нерациональный, с огромными потерями энергии, но все-таки возможен. Так отчего в этой реальности магия существует, а в той, откуда забрала мою душу коварная демоница, она если и есть, лишь в сомнительных телепередачах и досужих байках якобы свидетелей разного рода чудесных проявлений? Скорее всего, магическая энергия там имеется, однако она пока недоступна людям из-за отсутствия индивидуумов, способных ею манипулировать.

В этом мире случились прорывы иной реальности и появились Прорвы. То есть внешний фактор поспособствовавший появлению магически одаренных разумных. В таком случае, каким образом иномирной бестии под личиной графини Луговской удалось проникнуть в, казалось бы, изолированную от параллельных миров реальность, еще и подельников своих протащить и замаскировать под людей? Она хоть в своем послании и уведомила, что человечество в целом демонов не интересует, но все-таки, для чего-то ей понадобилось захватить душу одного землянина посредством крайне дорогущего кристалла, затем пересадить её в тело сельского паренька.

Ну, снова-здорово, начал с глобального, постепенно скатился к личному. Я, конечно, допускаю, что каким-то образом впечатлил представительницу иной разумной расы своим брутальным обликом и непомерным умищем, вплоть до того, что мне сделали шикарный подарок стоимостью… неподдающейся подсчету в реальных деньгах, если, конечно, верить высшей дьяволице с демонического плана Шезз. А не верить ей у меня нет оснований, впрочем, также, как и верить. Тьфу ты! Совсем запутался. Ладно, плевать на демонов с их «Домами Боли» и прочими непонятками. Мне предоставили возможность кардинально перевернуть свою никчемную жизнь, вот и перевернул. Теперь стараюсь на благо своего нового-старого Отечества.

Вкопал очередной реперный камень в каменистую землю, и чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, замурлыкал под нос всплывшую из необъятных недр моей памяти старую-престарую песню оптимистического содержания, транслируемую когда-то время от времени по внутренней радиосети детского дома имени Ф. С. Чумбарова-Лучинского:

Вдоль деревни, от избы и до избы,

Зашагали торопливые столбы;

Загудели, заиграли провода, —

Мы такого не видали никогда…

А что, чувствую себя в некотором роде электрификатором. Вскоре Сила, доставленная в поселок зажжет магические светильники в домах и на улице, обеспечит водой и теплом, наконец, предоставит возможность магам более эффективно внедрять задуманные мной планы в жизнь, а простым обывателям без проблем заряжать артефакты.

…Нам такое не встречалось и во сне,

Чтобы солнце загоралось на сосне… И-ех-ха!..

Аж трепака выдал от избытка переполнявших чувств, благо никто кроме бурундуков, белок и каких-то пичуг не видел, как его высокоблагородие господин майор выдает коленца посередь дикой тайги.

Прихваченных с берега моря камней дотянуть до следующей Прорвы едва лишь хватило. Ну и ладно, завтра закончу с «торопливыми столбами», благо возиться с проводами не приходится — все-таки мана практически без потерь передается по воздуху на короткие расстояния от одного реперного камня к другому. Данное свойство магической энергии было открыто вовсе не мной и довольно давно. Насколько мне известно, существует проект переброски избыточной маны из континентальной Европы в небогатую этим ресурсом Англию через пролив Па-де-Кале, но он пока не реализован по некоторым причинам маго-технического характера. Если конкретно, применяемые чародеями для этих целей заклинания не очень стабильны, чтобы перебрасывать ману по морскому дну. А вот на воздухе все работает чики-пуки. Откровенно говоря, разработанные мной магоформы способны и в морской воде успешно функционировать. Вот только об этом известно лишь мне, и я пока не собираюсь предавать данную информацию широкой огласке. Когда-нибудь продам наглам за большие деньги. Мне еще свою весьма обширную вотчину обустраивать. Хе-хе, граф Прикаспийский! Упасть и не встать.

Домой вернулся поздно вечером. Морально и психологически вымотанный, голодный, но все-таки в прекрасном расположении духа. После ужина сразу же упал в койку. Завтра поднимусь пораньше, чтобы успеть дотянуть линию до строящейся базы.

Интермедия № 2

— Ваша Высочайшая Милость, нашим агентам не удалось практически ничего выяснить о судьбе пропавшей Звезды. Наиболее реальная версия, что задействованная для захвата Зубова группа попала в засаду и была уничтожена специальным боевым подразделением Мажеского корпуса русских.

Сидящий за чайным столиком мужчина уперся взглядом в спину распластавшегося по полу Первого советника. Ему хотелось выплеснуть гнев наружу, но тренированная воля не позволила верховному иерарху клана «Драконов» потерять лицо. Ни тени эмоции на круглой морщинистой физиономии, обрамленной редкими седыми волосами, заплетенными на затылке в жидкую недлинную косицу, в узких азиатских глазах самый опытный физиономист не смог бы разобрать истинного отношения господина Чжао к произошедшему полторы недели назад инциденту с бесследной пропажей «Боевой Звезды» клана «Драконов», больно бьющему по репутации мощной и весьма уважаемой в определенных кругах организации, созданной и тщательно выпестованной именно его заботами и трудами.

— Поднимись, Дэшен, и доложи по форме, что удалось выяснить за это время. Надеюсь, десяти дней тебе хватило.

Распластанная на полу фигура тут же подскочила будто чертик из табакерки. Внешне Дэшэн казался примерно одного возраста с Великим Драконом. Те же посеребренные временем волосы, заплетенные в косу, точно такая же козлиная бородка и ниточка усов, ниспадающих на подбородок, лишь морщин на лице немногим меньше и кожа чуть светлее, чем у патрона. Одет мужчина как и босс, в цветастый халат, подпоясанный широким поясом с богатой золотой вышивкой, неширокие шаровары, обут в сафьяновые полусапожки красного цвета, на голове шляпа с узкими полями, перетянутая по тулье лентой-артефактом с вышитыми на ней иероглифическими магемами, отгоняющими злые чары.

— Не имею информации, Великий Дракон. Заказ на устранение Зубова-Прикаспийского поступил от высших руководителей российского Дальнего Востока и традиционно был принят в приоритетную разработку. Насколько я понимаю, появление в здешних краях личного представителя Российского Императора сильно не понравилось здешним бонзам, и они решили нашими руками организовать несчастный случай, мол, отправился человек в тайгу, там на него напали злые разбойники с целью ограбления. С кем не бывает? Задача устранения была облегчена заказчиками, кои предоставили нам предполагаемый маршрут его движения. Далее все должно было произойти по неоднократно отработанному сценарию. Однако на этот раз у нас что-то не срослось. Русский жив-здоров, а о наших парнях ни слуху, ни духу, будто в воду канули. А вот дальше в Восточном началось что-то невообразимое. Непонятно откуда возник отряд российской Тайной службы с особыми полномочиями и начались повальные аресты. Заодно наших слегка пощипали, благо большей части «Драконов», контролировавших тамошний теневой бизнес удалось вовремя перебраться в Китай. Все, кто пытался затаиться и переждать террор, были выявлены и арестованы. Такова ситуация на данный момент, Ваша Высочайшая Милость.

— А что с этим Зубовым?

— Каюсь, Великий Дракон, здесь лично мой недогляд. Готов понести за это любое наказание.

— В чём конкретно твоя вина Дэшен. — Лицо патриарха хоть по-прежнему и осталось непроницаемым, однако знавший хозяина не один год Первый советник смог разобрать определенные нотки заинтересованности.

— Перед операцией по устранению означенного лица мы не провели его всестороннюю проверку, посчитав банальным бастардом российского императора или кого-то из высокопоставленных членов царского семейства. Два дня назад из Москвы от одного из наших агентов поступила крайне интересная информация. Дело в том, что где-то два с половиной месяца назад в одном из районов российской столицы случился мощный прорыв иной реальности. По оценке специалистов Прорва оказалась примерно восьмого уровня…

— Первый советник, ты повторяешь общеизвестную информацию, — перебил докладчика господин Чжен.

— Виноват, Ваша Высочайшая Милость, но нашему человеку удалось узнать кое-какие подробности о данном инциденте, и они кардинально отличаются от официальной версии, будто прорыв был закрыт армейскими и подоспевшими подразделениями Мажеского корпуса. Вы будете удивлены, но по непроверенным, слухам, главная заслуга в уничтожении угрозы принадлежит именно Зубову.

— Ерунда, — патриарху клана наемных убийц отчаянно хотелось повысить голос, дабы уличить подчиненного в абсолютной абсурдности его слов, однако голос его оставался по-прежнему ровным и эмоционально практически не окрашенным, — сам подумай, каким образом юнец, коему от роду всего-то семнадцать, смог погасить прорыв восьмого уровня? Насколько мне помнится, чтобы локализовать такой же прорыв, случившийся восемь лет назад неподалеку от Мэйчжоу, специалистам Поднебесной понадобилось мобилизовать вооруженные силы трех провинций: Гуандун, Фуцзянь и Цзянси, — а это без малого миллион солдат и пять тысяч одаренных.

— Признаю, Великий Дракон, информация выглядит сомнительной, однако подробности держатся имперской канцелярией в глубочайшей тайне даже от родственников царя. Допускаю, что роль Зубова во всем случившемся специально преувеличивается с неведомыми нам целями. И вообще, непонятно, с какой миссией прибыл на Дальний Восток этот юноша. Есть мнение, что это банальная подсадная утка, с помощью которой император России в преддверии неизбежной войны с Японией решил произвести чистку рядов здешних бонз, которые, мягко говоря, зажрались на вольных никем не контролируемых хлебах.

— Если так, Дэшен, заказ на устранение Зубова отменяется. Клан «Драконов» в политику столь высокого уровня не лезет. Однако за этим шустрым мальчишкой нужно непременно проследить. Если его миссия окажется чем-то очень важным, японцы или голландцы с англичанами за подобную информацию неплохо заплатят полновесным серебром. Главное, действовать осторожно, чтобы не засветить клан.

— Все понял, Великий Дракон. Разрешите удалиться?

— Свободен, Дэшен.

* * *

Примерно в то же самое время Москва, Кремль, Главная резиденция Государя Российской Империи.

Федор III внимательно выслушал доклады командующих военными округами. По большому счету, подготовка к предстоящей мировой бойне проходит по плану, утвержденному Генеральным штабом. Промышленность выдает максимально возможное количество оружия, боеприпасов, военной техники и всего прочего необходимого для нужд Российской Армии. В войска срочно внедряются десятки разного рода инноваций. Под предлогом переподготовки резервистов производится скрытая мобилизация войск и концентрация вновь созданных дивизий в Сибири и на Дальнем Востоке. Там же проходит их боевое слаживание. Учебные заведения максимально ускорили процесс подготовки не только боевых магов, также одаренных смежных специальностей. С этой целью российскими учеными были разработаны весьма эффективные методики обучения одаренных, позволяющие ускорить не только процесс усвоения информации, но способствующие всемерному развитию индивидуального дара каждого. Экзистенциальная опасность существования государства Россия заставила самые неповоротливые задницы военных и гражданских чиновников оторваться от насиженных мест и начать шевелить не только конечностями, но извилинами. А те, кто не осознали в должной степени размеры грозящей опасности, были отстранены от занимаемых должностей и заменены более энергичными и расторопными.

Убедившись в том, что сделано и делается многое, Государь удовлетворенно улыбнулся и задал вопрос начальнику Тайной имперской службы генерал-лейтенанту от жандармерии Толмачёву:

— Иван Иванович, доложите-ка, что у нас творится на Дальнем Востоке?

— Ваше Императорское Величество, как вам ранее докладывалось, в городе работает особо уполномоченная группа под руководством полковника Мухина. Практически всё высшее военное и гражданское руководство Дальневосточного края на данный момент арестовано, по данному делу производятся следственные мероприятия. Руководитель группы дознавателей прокурор первого ранга Екатерина Васильевна Яровая.

На что Федор Николаевич загадочно усмехнулся и переведя взгляд на присутствующего в зале Блинова поинтересовался:

— Ваша идея, Константин Константинович, послать в Восточный «Бешеную Катюшу»?

— Ваше Величество, исключительно для пользы дела. Вы же наверняка в курсе, как лихо этой неугомонной женщине удалось раскрутить дело тридцатилетней давности об особо крупных хищениях во Второй Маньчжурской армии и невзирая на чины и заслуги отправить на каторгу всех проворовавшихся интендантов «со связями и высокими столичными покровителями». Кстати, столичных покровителей ей удалось также отправить на пожизненные каторжные работы. По моим данным, одно лишь её появление на Дальнем Востоке вызвало панику среди тамошнего руководства всех уровней, а также вал жалоб на чиновничий произвол от честных офицеров и рядовых обывателей. Мы и вообразить не могли, насколько там всё прогнило. Представьте промысловые богатства Охотского моря были практически полностью отданы на откуп японским и китайским предпринимателям, а для отечественных промысловиков закрыты. Поступающие с заводов стволы для корабельных орудий и береговых батарей иже с ними боеприпасы едва ли не напрямую уходили в Китай, а оттуда к японцам. И это лишь всего пара частных случаев, Государь. Так что теперь Яровая в связке с Мухиным быстро выявят всех причастных и обеспечат им достойное наказание.

— Спасибо, Константин Константинович, — заулыбался обезоруживающей улыбкой император, — прошу прощения за «Бешеную Катюшу». Всемерно уважаю эту женщину, — и кивнув головой в сторону секретаря сказал: — Сергей Елизарьевич, напомните мне по возвращении Екатерины Васильевны из командировки, наградить её достойным орденом или еще чем-нибудь ценным.

— Прошу прощения, Ваше Величество, — обратился к Государю Императору Константин Константинович, — лучшим подарком для Яровой будет участок земли в Крыму рядом с её поместьем. Она там виноградарством занимается, лет пять, как подала заявку на покупку двух сотен гектар по соседству, но наши нерасторопные чиновники никак не могут решить данный вопрос в её пользу.

На что Федор Николаевич недовольно поморщился и выдал генералу Петрову очередное указание:

— Сергей Елизарьевич, проследите лично, чтобы вопрос о безвозмездной передаче означенного земельного участка во владение баронессы Яровой был решен по возможности самым скорейшим образом. И пусть проведут дознание, кто именно и по какой причине целых пять лет занимался волокитой и препятствовал покупке ею участка.

— Будет сделано, Государь, — щелкнул каблуками генерал-майор, после чего извлек из кармана кителя записную книжку и что-то быстро записал в ней карандашом.

— А теперь, — император перевел взгляд на генерал-лейтенанта Толмачёва, — как там поживает наш особо уполномоченный Владимир Прохорович Зубов граф Прикаспийский?

— С этим юношей все хорошо, Ваше Величество. На днях на станцию Шахты прибыл первый состав со всем необходимым. Строительство военно-воздушной базы на севере полуострова Антокольского-Варварина осуществляется по заранее намеченному плану…

Тут в разговор не очень вежливо встрял командующий Военно-воздушными силами Российской Империи генерал-полковник Щеглов Вячеслав Миронович.

— Ваше Императорское Величество, мне абсолютно непонятны цели обустройства в тех местах столь малого аэродрома. Пять десятков бортов истребительной авиации не способны как-то повлиять на ход будущих боевых действий на Дальнем Востоке. Хотя бы защитить город Восточный и его порт от налета бомбардировочных летательных аппаратов противника. Прошу прощения, но иначе как бессмысленным разбазариванием материальных и человеческих ресурсов, я всё это копошение назвать не могу.

На что Государь, одарив военачальника уважительным взглядом, сказал:

— Спасибо, Вячеслав Миронович, за прямоту. Однако цели строительства данного объекта в настоящий момент носят особо секретный характер и огласке не подлежат. — Затем он перевел взгляд на Толмачёва: — Кстати, Иван Иванович, от вашего ведомства необходимо в срочном порядке запустить какую-нибудь дезинформацию насчет строящегося аэродрома, а лучше несколько противоречивых слухов. Придумайте что-нибудь эдакое, позабористее. Впрочем, не мне вас учить. Пусть присылают туда шпионов, а специалисты вашей службы будут их выявлять и обезвреживать. Короче, загрузите Кэмпэйтай и Токкэйтай работой по самое горло — не станут лезть в другие, более важные места.

— Так это, — Иван Иванович смачно шлепнул ладонью себя по лысеющему лбу, — А я-то все голову ломал… А оно вон как получается — операция по отвлечению внимания вражеской разведки. Понятно!

На что Государь Император лишь загадочно усмехнулся и про себя подумал:

«Информация непременно дойдет до компетентных органов противника, об этом непременно позаботятся. Пускай японцы считают строящийся аэродром наживкой для их шпионов. А это значит, что Володя без лишних хлопот будет заниматься реализацией своих полезных для государства задумок».

Глава 8

Сижу в компании коменданта строящегося объекта под условным названием «Немезида» майора Старикова и старшего группы магического обеспечения Купранова в отведенном под штаб, ну или контору, недавно установленном сборном домике. Чаи гоняем с блинами и пирогами от моей домоправительницы Аграфены Васильевны Тян. Заодно разговоры ведем, как лучше всего обустроить наше хозяйство.

Комендант и главмаг возраста примерно одинакового, где-то под сорок, внешне же совершенно разные люди. Майор жгучий брюнет высок статен, носит усы, всегда внешне спокоен, умеет командовать личным составом без криков и прочих эмоциональных всплесков. Капитан — эдакий мелкий блондинистый «колобок», вечно суетящийся, неугомонный, что тот Фигаро, ну в смысле — Фигаро здесь, Фигаро там… Я их про себя Тарапунькой и Штепселем называю. Эта парочка замшелых комиков очень нравилась директрисе детского дома имени Ф. С. Чумбарова-Лучинского Наталье Сергеевне Коршуновой, поэтому частенько их выступления гоняли по внутришкольной радиосети. Нам же ученикам ближе по духу были Джим Керри и Джефф Дэниэлс из «Тупого и еще тупее», иже с ними Маколей Калкин из «Один дома». А всякие Тарапуньки с Райкиными и прочими Петросянами нам были неинтересны, тем не менее, в памяти остались.

— Владимир Прохорович, — довольно погладил себя по изрядно округлившемуся животику наш главмаг — между собой мы решили не церемониться и обращаться друг к другу по имени и отчеству, — есть предложение.

— Излагайте, Виталий Исаевич.

— Мы тут с Александром Георгиевичем немного покумекали и пришли к выводу, что в случае внезапного воздушного налета противника, ангары станут слабой защитой для самолетов от удара хотя бы пудовыми авиабомбами, а о более тяжелых боеприпасах и говорить не приходится. Представьте, что будет, если сюда наведается боевая группа дирижаблей класса «Кёдзинь» или хотя бы «Кюдзира»? Впрочем, вопрос риторический, здесь будет Ад. Так вот, мы предлагаем, как полагается, возвести ангары, на случай неожиданного нападения, пусть бомбят, а самолеты спрятать внутри гряды сопок, что примыкает к территории лагеря с северо-восточной стороны. Там же мы сможем организовать бомбоубежища для личного состава и надежные складские помещения.

— Х-м-м. — Я задумчиво почесал щеку. А идея, по большому счету, неплоха. Как это сам я до нее не додумался. Оно ведь никакая противовоздушная оборона не способна остановить прорыв боевой группы из дюжины тяжелых дирижаблей с парой сотен одаренных в составе экипажей. Так или иначе, но строящийся аэродром непременно привлечет внимание японцев, и в самом начале грядущих боевых действий враг нанесет неожиданный удар по всей прибрежной российской военной инфраструктуре. Нам повезет, если успеем поднять самолеты в воздух до подлета вражеских бомбовозов. А коль не успеем? Во время инструктажа Государь Император настоятельно предупреждал не поддаваться на любые провокации со стороны Японии. То есть, пока воздушное пространство Империи не будет нарушено, а бомбы и снаряды в массовом порядке не начнут утюжить её территорию — это не война, а всего лишь провокация. России, чтобы основательно подготовиться нужен мир, по возможности максимально длительный. А если случится как в июне сорок первого иной реальности? Тут, конечно, воля царева, перечить не моги. А вот идея моих подчиненных вполне годная. Пускай налетают, пусть сбрасывают бомбы на пустующие ангары. Даже если повредят взлетно-посадочную полосу, маги земли или, как их кличут в простонародье, «земляные» отремонтируют в момент. К тому же, будет, где людям укрыться, поскольку никакая авиабомба данной реальности и чародейство не способны пробить пару сотен метров скадльного грунта. — Это вы здорово придумали, господа. Только сначала необходимо проложить железную дорогу от станции Шахты, обеспечить поставки угля и древесины, подготовить подземные помещения для их алхимической переработки. Следующая партия одаренных будет состоять, в основном, из алхимиков и артефакторов. Иже с ними поступит все необходимое оборудование для изготовления взрывчатки в потребных нам объемах. Вот такая первоочередная задача. Уложитесь в намеченные сроки, флаг вам в руки — обустраивайте подземные ангары, бомбоубежища и склады.

— Так точно, Вашвысокбродь! — повскакав со своих мест, дружно гаркнули Стариков и Купранов.

— Отставить, господа! Мы же договаривались общаться тет-а-тет вне уставного формата. Другое дело, если бы здесь присутствовала какая важная «птица». Короче, ваше предложение одобряю целиком и полностью, но сначала необходимо довести до ума все ранее запланированные мероприятия.

— Сделаем в самом лучшем виде, Владимир Прохорович, — радостно заулыбался капитан Купранов, — благодаря вашим стараниям, энергии в нашем распоряжении теперь более чем достаточно. Это вы здорово придумали отобрать её у Прорв и подвести сюда. На мой взгляд, специализация «артефактор» все-таки весьма и весьма недооценена.

Ха-ха и еще сотню раз ха! Эти люди не подозревают о магическом потенциале своего непосредственного начальника. Дело в том, что не каждому артефактору дана способность внедрять магемы в тело материального объекта, а вырубать их в твердой горной породе посредством зубила и молота бригада хотя бы грандмагов будет до морковкина заговенья. К тому же, малейшая ошибка и начинай сначала. Напомню, креаторы, к коим мой чародейский дар отнес сам Константин Константинович Блинов, появляются на Земле отнюдь не пачками. Впрочем, о том, кем на самом деле является скромный семнадцатилетний парнишка Володька Зубов, широким массам знать не положено. В эту тайну посвящено всего лишь три человека, кроме меня, разумеется: царь-батюшка Всея Руси, ректор МУМ Блинов, и декан факультета Артефакторики Савелий Митрофанович Терновой. Что-то подозревают Николай и Валентина Жомовы, но даже самым лучшим своим друзьям я не раскрыл всей полноты своего чародейского дара исключительно ради их же безопасности. Для них я довольно продвинутый маг-артефактор на уровне магистра или даже грандмагистра. А то, что мне удается с честью выпутаться из всяких, казалось бы, безвыходных ситуаций — это благодаря природной изворотливости «настоящего пацана Зуба». Впрочем, негоже себя нахваливать, будто красная девица на выданье, но что есть, то есть и этого у меня не отнять.

На этом наше чаепитие подошло к концу. Комендант и главный чародей объекта отправились каждый по своим насущным делам. Я вышел из домика дабы подышать свежим воздухом и обозреть то, что за время моего отсутствия понастроили присланные специалисты. Стоит отметить, что раскинувшаяся перед моим взором панорама выглядела впечатляюще. Среди покрытых вековыми деревьями сопок и буйствующих разнотравьем местных пампасов распростерлась выровненная площадка размером пять километров на километр. Все спиленные деревья были очищены от коры и веток, и в виде небольших чурбаков уложены в аккуратные штабеля. В самом скором времени древесина станет сырьем для производства целлюлозы высокой степени очистки из которой впоследствии изготовят порох для запальных трубок авиабомб и других боеприпасов. Практически получается форменное натуральное хозяйство с уклоном в семейный бизнес. Батя обеспечивает подгон литых чугунных и стальных корпусов, а к ним запалов. Неплохо на этом зарабатывает, то-то озаботился аж три вагона прислал вместо обещанных двух и еще обещает миллион штук в самом скором времени. Сын планирует производство взрывчатых веществ. Единственное за что я все-таки передумал браться — это производство капсюлей для взрывателей ударного типа, благо этого добра мне недавно пообещали предоставить из необъятных закромов родины, точнее военного ведомства аж целый вагон. Железную дорогу «земляные» гарантируют проложить через неделю, аккурат к прибытию следующего состава из Европейской части России, благо неформальный хозяин этих мест купец первой гильдии Иван Петрович Сиводедов скинул по дешевке Министерству обороны в моем лице хранившиеся в поселке Шахты на принадлежащих ему складах еще со времен царя Гороха рельсы, шпалы, всякие костыли, а также паровоз иже с этим десяток вагонов, половина которых специально изготовлены для перевозки угля. Паровозик, правда, в малость некомплектном состоянии, но деповские пообещали за денежку относительно небольшую восстановить технику к моменту запуска железнодорожной ветки, то есть через неделю. С самим Иваном Петровичем мне пока не довелось лично познакомиться. Человек шибко занятой, постоянно торчит в Находке. Так что все сделки совершаем при посредстве Виталия Павловича Казначеева.

Также немного понаблюдал за тем, как бойцы из роты охраны под руководством и непосредственном участии адепта магии земли довольно сноровисто вкапывают столбы под два ряда колючей проволоки, должной опоясать охранный периметр вокруг нашего лагеря и отдельно взлетно-посадочной полосы. Помимо проволочного ограждения и контрольно-следовой полосы между двух его рядов я дополнительно обнесу территорию лагеря магическим охранным контуром, а также установлю сигналки на всех близлежащих возвышенностях. Пусть враг оборудует пункты наблюдения на сопках, а мы его цап-царап. Отвечайте, граждане шпиёны, за каким хреном ведете наблюдение за секретным объектом? Впрочем, в связи с последним предложением моих замов перенести производства и базирование самолетов внутрь окрестных гор, вражеские наблюдатели могут оказаться полезными для введения противника в заблуждение. Если на поверхности не наблюдается особой движухи, значит, это вовсе никакая не секретная база, а нечто типа хозяйства Семибаба из старого советского фильма, ну там, где наши построили фальшивый аэродром для введения фашистов в заблуждение. Хорошее кино, с летчиками французами забавной романтической линией и без слащавого патриотизма. Ладно, это дела недалекого будущего, а пока иностранные агенты даже не в курсе, что им в скором времени предстоит поход в тайгу с целью выяснения назначения строящегося объекта под загадочным названием «Немезида».

Поскольку следующий состав с людьми и грузами прибудет лишь через неделю, отправлюсь-ка я покамест… нет не Прорвы изучать, как бы мне того ни хотелось, а в город Восточный. Есть у меня одно насущное дельце, реализацию которого необходимо подготовить в самом срочном порядке.

На этот раз целью моего посещения был рыбный порт, что раскинулся вдоль побережья бухты Рог, именуемой в первой моей реальности Золотой Рог. По всей видимости, первооткрыватели данного географического объекта аналогии со стамбульским Золотым Рогом не увидели, поэтому и назвали без всякой помпезности.

Неисчислимые богатства Охотского и Японского морей издавна интересовали китайских, корейских и японских предпринимателей. Этим обстоятельством пользовался бывший генерал-губернатор края, практически полностью устранив российских рыбаков от промысла. Однако, вступивший во власть новый наместник Василий Игнатьевич Еремеев отменил выданные Днепровым-Поплавским преференции запретил иностранным рыбакам вход в Охотское море и на акваторию Японского моря, контролируемую Российской Империей. Всех нарушителей, задерживают наши бравые пограничники и доставляют в места ближайших стоянок. Таким образом, примерно за полмесяца в портах Дальнего Востока Российской Империи скопилось порядка двух тысяч задержанных в российской промысловой зоне иностранных судов. Наказание в данном случае для нарушителей закона весьма суровое — всякое иностранное судно с грузом рыбы, краба, морского котика или еще какого ценного промыслового объекта на борту доставляется, как уже упоминалось выше, под конвоем в ближайший порт, там производится оценка ущерба, нанесенного имперской экономике. Далее скорый, но справедливый суд. Владельцам судна предъявляется штраф к выплате, само суденышко становится на прикол на шесть месяцев. Если за это время сумма штрафа не будет выплачена полностью, борт будет продан с аукциона любому желающему, а его экипаж депортирован на родину.

Так вот, в самом скором времени для моих целей потребуется какое-нибудь не особо приметное суденышко под китайским либо корейским флагом, Лучше всего, все-таки корейским — эти парни и с японцами вась-вась, и с китайцами умеют ладить. Впрочем, тут свои нюансы, корейцы южной части полуострова, оккупированной Японией, экономически и политически больше зависят от островитян. Северная часть Корейского полуострова ближе к России и Китаю, хоть на словах провозглашают полную независимость от внешнего влияния. Короче говоря, для моих целей подойдет скорее южно-корейский вариант, поскольку чаще всего именно их суда отвозят добычу на острова Японского архипелага.

Ну да, вы верно догадались, с помощью и при посредстве одной из рыболовецких посудин я собираюсь посетить Страну Восходящего Волнца. Для чего? Пока, военная тайна, ибо, напоминаю лишний раз, враг не дремлет, а болтун — находка для шпиона. Вот приступлю к выполнению миссии, тогда всё и узнаете.

Целиком бухту Рог обходить не потребовалось, поскольку арестованные иностранные корабли кучковались у пирсов в её восточной части, аккурат там, где в море впадает мелкая неширокая речушка с характерным названием Шалопутная — это из-за регулярных дождевых паводков, превращающих время от времени спокойную неширокую речку в бурный поток шириной до сотни метров. Впрочем, в настоящий момент речь не о географии, так что вернемся к стоящим на приколе судам.

Прежде чем обратиться к одному из капитанов, я тщательно просканировал более полусотни суденышек. М-да, кругом царят полное уныние и абсолютная безнадёга. Экипажам даже в город выходить запрещено, а ведь впереди еще целые полгода куковать в ожидании, скорее всего, весьма неприглядного будущего. Большинство промысловых судов представляют собой покрытый ржавчиной хлам и, скорее всего, не будут выкуплены владельцами, а их экипажи брошены на произвол судьбы. Благо на время штрафной стоянки каждая посудина снабжается топливом, а экипажи обеспечиваются питьевой водой и пищей из казны Российской Империи. Скорее всего, часть моряков, в конечном итоге, подаст прошение на приобретение российского гражданства, но таковых будет немного, поскольку у большинства рыбаков на родине имеются семьи, с которыми непонятно что станет за время отсутствия кормильца. Так или иначе, царящий в этом месте гнетущий ментальный фон мне очень не понравился. Ясен пень, виноваты предприниматели до которых российским судебным органам не дотянуться, а отвечать придется простым морякам. Ну, все как обычно.

Пройдясь вдоль причалов отобрал сначала около дюжины рыболовецких посудин. Критериями отбора стали их внешний вид, техническое состояние механизмов, моральный дух экипажа, наконец государственная принадлежность траулера. Японцев сразу же отверг — эти вообще не подходят для моих целей. Подумав, китайцев также исключил из сферы своих интересов. Впрочем, здесь вполне хватает корейцев северных и южных, на них я и сосредоточил свое внимание.

Наконец посредством тщательного отсева я выделил для себя средний рыболовецкий морозильный траулер кормового траления с непонятными иероглифами в носовой части. Продублированная латиницей надпись «Dae Sung 12», не внесла ни малейшей ясности в понимание смысла названия. Как потом выяснилось из нашей беседы с господином Муном капитаном судна, Дэ Сон имя и фамилия южно-корейского владельца рыболовной компании, а цифра «двенадцать» означает порядковый номер данной серии рыболовецких траулеров. Порт приписки Пусан. Водоизмещение чуть более тысячи тонн. Автономность около пятидесяти суток, короче, для моих замыслов именно то, что доктор прописал. К тому же, при одном лишь упоминании о японцах в душе Чунг-Хи Муна тут же поднималась мутная волна ненависти к оккупантам половины Страны Утренней Свежести. Так или иначе, вариант именно с этим судном подходил для меня лучше, чем какой-либо другой.

Капитан оказался типичным представителем монголоидной расы: узкоглаз, желтолиц, невысок ростом, жидкая растительность на лице в виде бороды и усов. Откровенно говоря, даже я при всей своей абсолютной зрительно памяти не смогу отличить по внешним признакам корейца от китайца или японца и весьма удивлен, узнав, что азиаты с этим неплохо справляются. Чунг-Хи Мун говорил на неплохом русском, так что мне не потребовалось напрягать мозги в попытках как-то реализовать свое знание корейского. После краткого знакомства на европейский манер, то есть без всяких расшаркиваний, экивоков, чайных церемоний и прочих восточных мудрствований, я сделал предложение, от которого кореец, по моему глубокому убеждению, не должен отказаться ни при каких обстоятельствах:

— Господин Чунг-Хи Мун, если вы не желаете торчать полгода на приколе города Восточный, имею предложить вам одно обоюдовыгодное дельце.

Я был уверен, что в узких глазах собеседника мелькнул огонек интереса, при этом ни один мускул на его непроницаемом лице не дрогнул.

— В чем же суть вашего предложения, господин офицер?

— Дело в том, что дней через пару-тройку недель я собираюсь посетить Японский архипелаг, разумеется, нелегально. Как вы уже догадались, для этого мне понадобится ваш корабль. Не беспокойтесь, для вас и вашего экипажа никакой угрозы. Вам лишь предстоит в темное время суток пройти вдоль указанного мной участка побережья на расстоянии мили-двух, максимум трех, я покину борт, после чего вы отправитесь к Курильской гряде добывать то, что вы обычно добываете в Охотском море. После того, как трюмы вашего судна будут набиты под завязку вы отправитесь в заранее указанный мной японский порт для сбыта добытых морепродуктов. Там я тайно появлюсь на борту вашего судна. Далее будем действовать по предложенному мной плану до тех пор, пока не отпадет необходимость в ваших услугах, уважаемый господин Мун.

Приятно все-таки общаться с представителями азиатских национальностей. Эти умеют слушать собеседника не перебивая. Будь на месте капитана какой-нибудь европеец, я был бы прерван и засыпан дополнительными вопросами не менее десятка раз. Вопросы у капитана ко мне все-таки появились, но озвучил он их лишь после того, как я закончил свой монолог.

— Изволите шутить, господин майор? Судно задержано русскими пограничниками во внутренних водах Российской Империи с грузом замороженной рыбы на борту. Оно хоть всё было добыто вполне законным образом согласно договоренности между компанией-владельцем «Дэ Сон −12» и предыдущими российскими властями, однако, как мне объяснили ваши юристы, выявленная в процессе заключения сделки коррупционная составляющая делает её незаконной. Так что стоять нам на приколе определенные российскими законами шесть месяцев, после чего, я надеюсь, руководство компании выплатит полагающийся штраф и нас освободят. К тому же, насколько мне известно, добыча рыбы и других объектов промысла в российских водах будет полностью закрыта для иностранных судов.

На что я вполне авторитетно ответил:

— Уверяю вас, в случае нашей с вами договоренности, решить вопрос с отменой ареста траулера будет довольно просто. Сами подумайте, какой смысл для меня как российского офицера и дворянина вводить какого-то ранее незнакомого мне капитана промыслового судна в заблуждение? Более того, вам будет выдано разрешение на лов рыбы в российских территориальных водах. Разумеется, в глазах японских скупщиков рыбной продукции будет выглядеть весьма и весьма подозрительным тот факт, что какой-то кореец получил добро от российских властей на легальный промысел. Однако вы можете сказать, что занимаетесь браконьерством, а выданное нашими властями разрешение станет для вас индульгенцией от внимания российских пограничных и прочих контролирующих служб. Пусть японцы считают вас всего лишь удачливым «сукиным сыном», главное для них то, что именно ваше судно станет хотя бы частично компенсировать дефицит морепродуктов на их внутреннем рынке. Кстати, по данным, полученным от ваших коллег, ведущих промысел в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях, цена на рыбу и другие объекты промысла на Японских островах и подконтрольных япам территориях взлетела аж в три раза. Делайте выводы, какие прибыли вы получите от нашего сотрудничества. А тот факт, что ваше судно было задержано российскими пограничниками и доставлено в порт Восточный будет изъят из всех реестровых документов. Также наши специалисты помогут удалить некоторые записи из судового журнала «Дэ Сонг-12». Надеюсь, вашим офицерам и матросам хватит выдержки не болтать лишнего во время стоянок в японских портах?

На что господин Мун выдал довольно длинную тираду в пафосно-патриотическом стиле:

— Ну что вы, господин Зубов-Прикаспийский. Мы корейцы искренне ненавидим оккупантов. Установленный ими порядок на территории нашего многострадального государства можно назвать геноцидом корейского народа… — он говорил еще долго и крайне возбужденно, переходя иногда на родной язык и снова возвращаясь на русский. При этом махал руками, что свойственно скорее какому-нибудь итальянцу или французу, но никак не представителю азиатской нации. Этот эмоциональный выброс был воспринят мной в качестве знака согласия. Когда человек находится с кем-то в контрах, он пойдет на сделку даже с самим дьяволом, дабы хорошенько подгадить своему недругу. А если в процессе мести ему светит изрядная прибыль, так, считай, двух зайцев одним выстрелом укокошил.

Если кто-то считает, что в рыбный порт я поперся исключительно по собственной инициативе, тот глубоко заблуждается. Вербовка капитана подходящего мне рыболовецкого суденышка уже согласована со всеми официальными лицами, разумеется, при непосредственном участии полковника Мухина и одной напористой дамочки, выпытывавшей когда-то у меня, скольких девок я оприходовал в родной Бобровке за время каникул. Ну да, речь идет о мадам Яровой Екатерине Васильевне. Этого цербера в юбке прислали в Восточный во главе следовательской группы. Впрочем, у прокурора первого ранга, что согласно местному табелю о рангах, соответствует званию генерал-лейтенанта, и без меня хватает забот и хлопот, поэтому, очень надеюсь, что личной встречи с ней мне удастся избежать. Не то что я боюсь Яровую, но все-таки, стоит лишь вспомнить обстоятельства нашего с ней знакомства, мне тут же становится как-то неуютно. Вот такие дела.

— Итак, господин капитан, смею ли я надеяться на то, что мне удалось уговорить вас на сотрудничество?

На что успевший восстановить душевное равновесие господин Мун, ответил в обычном восточном стиле:

— Хотелось бы немного подумать, господин граф.

— Разумеется, думайте, за ответом, надеюсь, положительным, приду через трое суток.

На том мы распрощались.

Глава 9

— Кап-кап, кап-кап, — мерный звук падающих на пол пещеры капель уже не раздражает, как это было поначалу, потому как успел привыкнуть за те сутки, что торчу на главном японском острове в довольно просторной пещере естественного происхождения в скальном массиве на берегу Тихого океана. Сам я полулежу в удобном кожаном кресле с откидывающейся спинкой. Мое сознание в теле чайки, совершающей облет столицы островного государства. В данный момент провожу своего рода аэрофотосъёмку посредством органов зрения птицы и своих магических синапсов. После того, как отменю контроль над пернатым проведу дешифровку полученной информации. Жаль, что мои возможности контроля живых существ ограничены парой сотен километров, иначе мне и плыть никуда не пришлось бы. Валялся себе на уютном диванчике в своем доме, витал в небесах над островом Хонсю, наслаждался бы красотами Фудзиямы, к сожалению, сакура отцвела больше двух месяцев назад, я бы посмотрел на это диво дивное, еще не распиаренное в мировом масштабе данной реальности. А вот внушить японскому императору что-нибудь нехорошее во сне могу. Податлив оказался старик на дистанционное ментальное воздействие — это я еще до вылета в Восточный выяснил. Однако воздействовать на психику пожилого Государя священной Империи Нихон Арахито-гами больше не стану. Протянет ноги старичок, к власти придет принц Акира, еще тот милитарист и сторонник скорейшего начала активной фазы в противостоянии с Россией. Об этом мне полковник Мухин поведал, после того, как я предложил план физического устранения правящего императора.

Кстати, насчет моей способности брать под контроль братьев наших меньших. Хочу напомнить свой эпический забег до туалета на негнущихся ногах после дуэли с Потоцким, а также последующее валяние дурака перед Прошиным Виталием Ивановичем, личным адъютантом ректора МУМ, а потом и перед самим ректором. Так вот, одна из магем трофейного артефакта как раз таки и отвечает за управление сознанием существ, стоящих на более низких ступенях эволюционного развития. То есть взять под контроль птичку или еще какую тварюшку для меня как два пальца об асфальт. Вот такой я теперь продвинутый шпион. Нет, не шпион — разведчик, ибо шпионы плохие, а вот разведчики парни что надо. Штирлиц, например, язык не повернется назвать его банальным шпионом, или Йоган Вайс, ну и так далее. Короче, патриотический промыв мозгов воспитанников детдома имени Ф. С. Чумбарова-Лучинского был вполне налажен и работает в моем сознании до сих пор и никуда от этого не деться. Совок я в душе неисправимый, иногда по сталинской эпохе (в которой не жил ни разу) ностальгирую. Впрочем, родину нужно любить, какая бы она ни была, и всех её врагов ненавидеть, иначе никакой ты не гражданин, а так, кусок известной субстанции в проруби. Ну всё, отставить морализм! Пожалуй, вернемся к нашим «баранам», иными словами, событиям, предшествующим моему появлению неподалеку от столицы Японии города Токио.

Разумеется, капитан «Dae Sung 12» господин Чунг-Хи Мун дал свое согласие на сотрудничество с российской разведкой, при условии, что сам факт задержания судна останется для всех в полном секрете. После выхода траулера из порта Восточного мне пришлось немного поработать с сознанием членов экипажа, за исключением, разумеется, капитана, и сам факт ареста судна был навсегда стерт из их памяти. Страховкой же лояльности капитана стала пачка бумаг, подписанных Чунг-Хи Муном и хранящаяся в данный момент у полковника Мухина. Так что вербовка корейца прошла гладко и без какой-либо шумихи.

После того, как капитан корейского траулера дал согласие на сотрудничество, судно отвели в одну из укромных бухт залива Хашавей, где под завязку обеспечили мазутом, водой и харчами. Однако сразу в рейс мы не вышли. Мне необходимо было встретить второй железнодорожный состав с людьми и грузами и обеспечить вновь прибывших специалистов работой.

К означенному сроку достаточно обширные помещения были вырублены магами земли в одной из сопок. Железная дорога построена и запущена в эксплуатацию. Ремонтники не подвели, поставили паровозик на рельсы, заодно подшаманили весь прочий приобретенный мной подвижной состав. Пока специалисты будут устанавливать алхимическое оборудование и отлаживать его работу, первая тысяча тонн угля будет доставлена на территорию базы, а дровами для производства пороха мы и так надолго обеспечены за счет вырубки деревьев.

Стоит отметить, что технология производства взрывчатых веществ была мною заранее отработана в лабораторных условиях. Результат превзошел все мои ожидания. Тринитротолуол легко плавится на водяной бане, принимает нужную форму и как надо взрывается. Сжиженная окись этилена, после разрушения контейнера посредством небольшого тротилового заряда практически мгновенно накрывает аэрозольным облаком приличную площадь, через небольшой промежуток времени активируется вторая часть боеприпаса, содержащая пороховой заряд. Сначала образуется огненный шар, затем из-за выгорания кислорода происходит значительный перепад атмосферного давления. То есть, имеем эффект объемного взрыва. В этой реальности что-то подобное было доступно лишь продвинутым магам огня. Теперь в нашем распоряжении появился химический аналог магического огнешара. Ну всё, о своих технологических инновациях особо распространяться не стану, ибо военная тайна.

Очередной состав прибыл на станцию Шахты строго по расписанию. Не стану никого утомлять подробным описанием разгрузки вагонов и доставки грузов, а также прибывших людей на территорию базы «Немезида». За сутки алхимическое оборудование было установлено в отведенных для этого подземельях и обеспечено магической энергией. Далее прибывшие алхимики сами выполнили его запуск и настройку для переработки угля в необходимые для наших нужд химические вещества по предложенным мной маго-технологическим цепочкам. Еще одно подземное помещение было отдано артефакторам. В их задачу входило нанесение на корпуса авиационных бомб с помощью резцов определенных магем и их насыщение магической энергией. Оно, конечно, тринитротолуол весьма эффективен сам по себе, но усиленный магией боезаряд авиационной бомбы еще более разрушителен. Если есть возможность, почему бы не увеличить бризантные свойства боеприпаса за счет магии. Напрашивается вопрос: «Для чего понадобилось тащить на Дальний Восток дюжину артефакторов? Не проще ли было наносить руны на корпуса непосредственно на заводе-изготовителе в процессе их отливки или финишной обработки?». А вот и нет, поскольку данная магема исключительно моё ноу-хау, и запросто так разбазаривать свою интеллектуальную собственность я не собираюсь. Посвященные в тайну магоформы, повышающей боевые свойства тротила, чародеи принесли магическую клятву о неразглашении. Уверяю — данная клятва не просто шевеление воздуха губами, а вполне гарантированное средство сохранения тайны, ибо любая попытка передать информацию на сторону чревата для болтуна тяжелейшей формой атрофии мозга, причем, мгновенной. К слову, батя не подвел, подкинул еще пять вагонов с корпусами для авиабомб и боеприпасов объемного взрыва. Так или иначе, но за три дня после прибытия состава я успел управиться со всеми насущными задачами. Люди размещены по квартирам и приставлены к делу. Необходимое сырье доставлено, если не хватит, Виталий Павлович Казначеев пообещал подбросить еще угольку, разумеется, при полном одобрении своего босса. Земляные приступили к обустройству подземных укрытий для личного состава и самолетов, которые начнут прибывать со следующей партией грузов. Убедившись в том, что все работает в запланированном режиме, я с легкой душой отправился для выполнения другой не менее важной части своей миссии.

В открытое море вышли в темное время суток. Рыболовное судно имело неплохой ход порядка пятнадцати узлов. При попутном ветре команда дополнительно натягивала брезент в виде паруса на расположенный на корме траловый портал, что добавляло к скорости пару-тройку морских миль в час. Вот такие выдумщики эти рыбаки. Таким образом, мы довольно быстро пересекли Японское море и уже через сутки прошли Цугару-кайкё, иными словами Цугарский (Сангарский) пролив, что разделяет острова Хоккайдо и Хонсю. Практически все время дул попутный западный ветер, так что импровизированный парус вносил достойную лепту в скорость нашего перемещения. Откровенно говоря, это я немного помог воздушным массам осуществлять приличное давление на брезентовую поверхность относительно небольшого паруса.

Шли, в основном, в нейтральных водах. То есть вне юрисдикции пограничных и таможенных служб России и Японии. Лишь при проходе через пролив Цугару капитан посредством радиосвязи сообщил береговым службам, что «Dae Sung 12» следует в Йокогаму с целью заправки топливом и для пополнения запасов пресной воды. Поскольку на мачте судна был флаг Южной Кореи, то есть, территории, подконтрольной японской администрации, местные пограничники дали добро на проход без каких-либо проволочек. Далее наш путь был столь же гладок и безмятежен. Через трое суток мы оказались в пяти десятках километров от входа в Токийский залив. Тут я попросил капитана сбавить ход, а сам, взяв под контроль глупыша, занялся поисками подходящего убежища на берегу.

Искомое было довольно быстро найдено. Осталось лишь дождаться наступления темноты. Две мили вплавь для меня не весть какое приключение. Акул я не опасался, впрочем, таковые если даже и водятся в здешних водах, не заинтересовались тушкой одинокого пловца. Через три часа я добрался до скального обрывистого берега, где на высоте двух десятков метров от уреза воды обнаружилась небольшая пещера, довольно загаженная птичьим гуано. Споро добрался по крутой скальной стене до входа. Заклинанием «страх» шуганул крылатых обитателей. Чайки, конечно, выразили определенное несогласие с действиями наглого двуногого существа, но что могут сделать какие-то птахи супротив царя природы, к тому же, вооруженного передовыми достижениями магической науки. Следом за бывшими хозяевами вниз полетели их яйца, птенцы и весь хлам, что был накоплен за тысячелетия существования пещеры, включая толстый слой гуано. Чтобы не привлекать внимания случайных прохожих, весь мусор я отправил подальше в океан посредством телекинеза. Вскоре мое укрытие на ближайшие пару недель сияло первозданной каменной чистотой. Всякие противные запахи мне также удалось нейтрализовать посредством магии. Покричав недолго, возмущенные птицы в конечном итоге куда-то улетели. За них не переживаю, а то что гнезда порушил и птенцов отправил на корм рыбам, так жизнь такая — если сильному в этом мире что-то понадобилось, слабому бесполезно качать права. Кто-то скажет поступил с птахами негуманно. Ну и что? В прежней моей реальности цивилизованные англосаксы подбрасывали индейцам зараженные оспой одеяла, дабы освободить территории от их законных владельцев. Вот уж где «гуманизм» во всей его полноте. А я всего-то пару сотен гнезд разорил. Зато пещеру очистил от метровых наслоений вонючей гадости и множества насекомых, питавшихся птичьими какашками, заодно и самими птичками.

Затем извлек из внепространственного хранилища кое-какую мебель и превратил пещеру в уютную комнатушку площадью примерно в пятьдесят квадратов с потолком высотой до четырех метров. Перед сном основательно перекусил. Уже под утро упал на кровать и проспал пару часов. Оно, конечно, можно было бы отправиться на отдых в мой персональный замок, однако активация столь мощного артефакта непременно привлечет пристальное внимание здешних магов, а мне этого не нужно. И вообще, вопиющая рафинированность моего внепространственного поместья мне не особо нравится. Ну я, вроде бы, об этом уже упоминал. Как-нибудь сбагрю браслет кому-нибудь за хорошие деньги или подарю царю-батюшке… точно, сделаю ценный подарок Государю Императору, а он за это всемерно поспособствует с обустройством моей прикаспийской вотчины, пока еще очень малолюдной. Хотя бы, налоги уменьшит, было бы неплохо.

С восходом Солнца я был разбужен криками чаек и прочих пернатых обитателей здешних скал. Вскочил с кровати, немного размялся, принял душ — я же не дикарь какой-нибудь. Использованная вода и все прочие отходы моей жизнедеятельности были тщательно собраны и посредством психокинетического конструкта отправлены прямиком в Тихий океан. Быть обнаруженным я не опасался, все-таки используемые мной заклинания не требуют много маны и не вызывают мощных астральных возмущений, как, например, при активации браслета с внепространственным объемом в несколько десятков кубокилометров, иные Прорвы скромнее Астрал шатают.

Поскольку птичек вокруг десятки, может сотни тысяч, подобрать пернатого для моих целей не составило особого труда. Для начала заставил чайку полетать над Токийским заливом. Сходу насчитал, десяток современных линкоров, двадцать два крейсера разных типов и до сотни боевых кораблей классом пониже. Хоть сейчас лети и бомби, жаль пока нечем. Ладно, подождем, надеюсь, до особого распоряжения командующего флотом обнаруженные боевые единицы не покинут удобную гавань. Если покинут, в открытом море достанем.

Затем принудил своего соглядатая совершить беглый облет японской столицы и прилегающих к ней территорий. Само Токио меня особо не впечатлило. Типичный столичный город с богатыми особняками, вольготно раскинувшимися вокруг императорского дворца, и кривой застройкой окраин типовыми зданиями в три-пять этажей, здорово напоминавшими приснопамятные хрущёвки иной реальности. Благо совсем уж удручающих трущоб здесь нет. По внешнему виду подавляющего числа граждан несложно сделать вывод, что простой народ здесь хронически недоедает. На территории столицы и её ближайших окрестностей крупных производств тяжелой промышленности нет, если не считать судоремонтный завод в восточной части Токийского залива. А вот разного рода сборочных заводов, ткацких и пошивочных фабрик военного характера здесь предостаточно, исключительно в недоступной для посещения иностранными гражданами промышленной зоне. На приличном удалении от Токио также располагаются лагеря подготовки и слаживания различных воинских подразделений. Так же меня впечатлил огромный воздушный флот, базирующийся вокруг столицы на десятках военных аэродромах.

Стоит отметить, что Япония, хоть и значительно уступает России по площади, но для того, чтобы тщательно обследовать её полностью с помощью даже самых быстрых птиц понадобятся многие и многие месяцы. Вообще-то, я и не планировал шпионить посредством использования пернатых. Моя цель разного рода министерства, ведомства, а также генеральный штаб и прочие места, где можно получить полезную информацию, если можно так сказать, в рафинированно-сконцентрированном виде. Лучше всего для этого подошел бы замок Эдо, однако, полетав некоторое время вокруг резиденции Арахито-гами, я сделал вывод, что ловить тут нечего. Мои магические синапсы в комплексе с информацией от птичьих органов зрения не обнаружили доступных путей проникновения в святая святых Японской Империи.

Однако я не отчаивался. Не получилось с дворцом, получится в другом месте.

Следующим объектом моего пристального внимания стало здание Министерства имперской обороны, располагавшееся в центральной части столицы. Было бы неплохо туда проникнуть и основательно покопаться в текущих документах главы военного ведомства Японии главного адмирала флота Исаму Накамуро. Государство островное, поэтому вполне логично, что вооруженными силами тут рулят бывалые моряки.

Тщательный осмотр территории, примыкающей к комплексу правительственных зданий, где располагалось интересующее меня министерство поначалу не выявил возможности для скрытого проникновения. Японцы настоящие параноики в плане обеспечения безопасности военной и государственной тайны. Многочисленные патрули на улицах, состоящие из обычных бойцов, а также весьма продвинутых одаренных и куча следящих магических и технических устройств, полностью исключают возможность попадания внутрь охраняемой зоны постороннему лицу как по земле, так и по воздуху.

М-да, засада. Жаль мои телепортационные возможности ограничены посещением внепространственной усадьбы. Была бы возможность проникать куда пожелаю посредством портальных врат, было бы здорово. Мечтать, конечно, не вредно. Но мне кажется, магия переноса недоступна даже высшим демонам, иначе с чего бы им шастать по Прорвам. Впрочем, было бы неплохо пообщаться с каким-нибудь очередным иномирным торговцем. Может быть, все-таки существуют заклинания, позволяющие строить порталы внепространственных переходов хотя бы в пределах одной реальности.

Далее мои мечтания устремились к широчайшим возможностям использования локальной телепортации. Оно ведь не только на Земле всякие уголки станут доступны, Луну, Марс или еще на какую планету запросто можно посетить, а там и до звезд рукой подать…

Тьфу ты! Пока растекался мыслью по древу, потерял контроль над птичкой, она и упорхнула. Пришлось подчинять сознание очередной птахи, на этот раз помойного городского голубя. Полетал, посмотрел, хорошенько прощупал окрестности магическими синапсами. В какой-то момент в моей голове, все-таки появился план проникновения в кабинет Накамуро. Если контролю поверхности земли и неба над комплексом правительственных зданий уделяется повышенное внимание, сканирование магами канализационных стоков в постоянном режиме невозможно по ряду причин. В частности, из-за приличного расхода магической энергии. А еще, по подземным коммуникациям течет то, что обычно течет по любой канализации. Японцы посчитали, что лезть туда вряд ли пожелает даже самый оторванный вражеский разведчик ибо от миазмов задохнется через пять минут. Короче, как бы это ни выглядело препротивно, но добираться до нужного места мне предстоит под землей по реке из дерьма. На мое счастье, магическая защита способна уберечь мой организм от непосредственного контакта с фекалиями и прочими отходами жизнедеятельности жителей многомиллионного мегаполиса. А еще воздуха побольше закачаю в один из внепространственных контейнеров, чтобы было чем дышать. Знатный акваланг получится. Таким образом маго-технологическая схема, своего рода, защитного скафандра довольно быстро сформировалась в моей голове. Осталось проникнуть к одному из коллекторов для сбора канализационных стоков с последующей их перекачкой в сеть отстойников на берегу Токийского залива. Японцы все-таки не настолько тупые, чтобы сбрасывать дерьмо непосредственно в океан без предварительной очистки сточных вод. Рядом с Токийским заливом существует сеть искусственных озер, где из городских канализационных стоков извлекается значительная часть взвешенных и растворенных загрязнений, которые потом перерабатываются алхимиками и отправляются в виде удобрений на рисовые поля, овощные и фруктовые плантации. Практичные японцы в этих водоемах еще и рыбу разводят. М-да, не брезгливый народ. Хотя если не знать, что и откуда берется, слопаешь за милую душу. В мою бытность Ильей Мурашкиным по России ходили упорные слухи о том, что шаурма готовится из мяса бездомных, иногда и домашних собак. Таки не помню, чтобы это удерживало голодный люд от покупки еды столь сомнительного происхождения.

Итак, пути проникновения в нужное место определены, осталось уточнить детали. Для этого мне пришлось взять под ментальный контроль одного из обитателей местного андерграунда (пусть не обидятся на меня разного рода неформалы от искусства, в данном случае речь идет исключительно о подземном мире), а именно, довольно крупного представителя крысиного племени мужского пола.

Следующие сутки мне понадобились для того, чтобы проложить наиболее удобный маршрут к интересующему меня зданию. Как оказалось, местная крысиная братия жестко социальна, то есть разбита на группы по территориальному признаку. И эти группы частенько воюют между собой за пищевые ресурсы, извлекаемые из подземной реки. Несложно догадаться, что моему засланцу не раз грозила опасность быть банально съеденным сородичами, относящимся к другим социальным группам. Чтобы не потерять своего «воина подземелий», мне не раз приходилось транслировать через его сознание заклинание страха. Агрессивные бестии разбегались в панике, мой крысюк продолжал двигаться в нужном направлении. Помимо крыс на пути нашего исследователя частенько попадались довольно просторные пещеры, облюбованные людьми. Эти также пытались отловить разведчика с кулинарными, разумеется, целями. Людей также приходилось отпугивать, наводя на них разного рода мороки. Интересно, как этим несчастным вообще удается тут выживать? Впрочем, плевать на них. Каждый человек хозяин своего счастья или несчастья. Не хотят трудиться на благо общества, пускай бомжуют, жрут крыс и дышат миазмами.

Не стану слишком уж подробно описывать приключения моего крыса. Ему пришлось изрядно пропетлять по подземным лабиринтам, ибо главным критерием выбора пути была возможность пролезть человеческой тушке с моими габаритами. В конечном итоге, мой разведчик все-таки оказался в канализационном коллекторе, располагавшемся в непосредственной близости от пятиэтажного здания главного военного ведомства. Отсюда даже при моих нехилых габаритах имелась возможность добраться до сантехнических колодцев, поднявшись по которым, можно без каких-либо трудностей проникнуть внутрь. Один из таких колодцев примыкает к небольшой каптерке на пятом этаже, куда мне, собственно, и нужно. В это служебное помещение даже дверь имеется, посредством которой осуществляется сантехническое обслуживание здания, то есть стены ломать не придется.

Надежно зафиксировав маршрут в памяти, я все-таки не бросил на произвол судьбы своего разведчика. В знак благодарности вывел бравого парня к «родным долинам». Вот тут-то не успел глазом моргнуть, как «вернувшегося с повинной блудного сына» сожрали радостные родственники. Похоже, тот за время путешествия нахватался посторонних запахов, его и приняли за чужака. Жалко, конечно, парня, но мстить сородичам за него не стану.

Следующей ночью я покинул уютную пещеру и по заранее разведанному с высоты птичьего полета маршруту отправился в направлении японской столицы. Все следы своего пребывания тщательно прибрал. Если не предпринять никаких мер, птички очень скоро займут освободившуюся жилплощадь и загадят её. Но я все-таки еще планирую сюда вернуться. Так что пришлось городить отпугивающее заклинание. Если не появлюсь здесь в течение недели, оно само собой развеется. Вообще-то, надолго задерживаться я не собирался. Добуду нужную информацию, вернусь в безопасную пещеру, дождусь прихода «Дэ Сонг» игуд бай Япония.

Добирался до цели по неплохим дорогам, проложенным среди обширных полей, засеянных какими-то растениями и фруктовых садов. Ночью они обычно пустуют, поскольку подданные императора в темное время суток должны отдыхать, чтобы в светлое целиком и полностью посвящать себя на благо государства и его знати. Лишь нечастые жандармские патрули на автомобилях нарушали ночной покой. Впрочем, мои магические способности позволяли заранее обнаружить и избежать потенциальную опасность.

Расстояние около сотни километров преодолел за пять часов. На территории Токио пришлось воспользоваться заклинанием отвода глаз, поскольку, людей на улицах попадалось немало, и моя нестандартная для местного обитателя внешность могла вызвать кучу неприятных вопросов не только от представителей правоохранительных органов, но и рядовых граждан, поскольку шпиономания здесь процветает махровым цветом.

Оказавшись около нужного мне коллектора для сбора сточных вод, с облегчением вздохнул. Нет, не миазмами городской канализации, а свежим морским воздухом из внепространственного резервуара, куда я его закачал в избыточных количествах. Кстати, вариант покинуть японскую столицу по дну Токийского залива раньше мне в голову как-то не приходил. Теперь казался вполне реальным, поскольку я сам себе подводная лодка, еще бы винты присобачить куда-нибудь…

Блин, и чего это всякий раз, когда необходимо максимально сосредоточиться мое подсознание выдает всякого рода белиберду. Хоть насчет субмарины, оно и не чушь собачья, а вполне приличная идея, но именно сейчас не время размышлять на отвлеченные темы.

Как бы мне не хотелось нырять с головой в густую жижу, извергаемую из десятка труб трехметрового диаметра, пришлось это сделать. Благо активированная магическая защита стала, своего рода, герметичным скафандром и найти вход в нужную трубу никакого труда не составило. С километр брел по самую маковку в неприятного вида субстанции. Впрочем, не стану подробно описывать, что именно текло по подземной магистрали. Постепенно глубина начала уменьшаться, наконец выбрался на относительно сухой берег подземной реки. А вот и хозяева здешних подземелий крысы. Пользоваться какими-либо источниками света я не стал, мне магического зрения вполне хватает. Данный факт, похоже, ввел в заблуждение местную воинствующую братию — коль двуногое существо не пользуется светом, значит, оно слабое, а коль слабое, так не грех им перекусить. Чтобы не допустить резкого уменьшения крысиной популяции пришлось воспользоваться заклинанием «страх», доказавшем свою эффективность еще за время путешествия моего «воина подземелий».

Опять-таки не стану подробно рассказывать обо всех перипетиях своего продвижения по проложенному заранее маршруту. Отмечу лишь что при приближении к центру столицы мне частенько приходилось замирать и отключать все активные сканирующие заклинания, дабы избежать пристального внимания магов, контролирующих здешние подземелья.

Так или иначе, но к часам двум пополудни я оказался в непосредственной близости от нужного мне здания. Не привлекая внимания охранных служб, к концу рабочего дня поднялся по сантехническому коробу на пятый этаж здания главного военного ведомства Японии и затаился в ожидании, когда последний трудоголик покинет свое рабочее место и отправится отдыхать. Это произошло лишь к девяти часам вечера, да и то, мне пришлось внушить парочке полковников и группе офицеров рангом помельче мысль о том, что неплохо бы выпить чашку подогретого саке. Тьфу! И как только они употребляют подобную гадость?! Хотя, нагретая на солнце водка из мыльницы для русского человека вполне приемлемый напиток, особенно опосля пары литров неохлажденного «жигулевского» — ну это из армейской практики моей прошлой жизни. Ладно, вспоминать хорошее, только душу бередить.

Просканировав сознание ряда местных служащих, к своему великому удовлетворению узнал, что во всей Стране Восходящего Солнца на ближайшие двое суток назначены государственные празднования, посвященные очередной годовщине правления нынешнего императора. А что обычно делает народ во время праздников? Правильно. Бухает и жрет в три горла. Как оказалось, Япония в этом вовсе не исключение, а еще после изрядных возлияний здесь принято выходить на улицу и горланить что есть мочи какую-нибудь патриотическую песню, вне зависимости, обладаешь ты музыкальным слухом и голосом, главное, чтобы было громко и от души.

Наконец, последний ответственный товарищ покинул интересующий меня этаж. Осталось дождаться, когда шумная команда уборщиков под присмотром коменданта здания вымоет полы, протрет мебель, уберет окурки из пепельниц, короче, наведет порядок во всех помещениях этажа.

К полуночи всё успокоилось. Я потихоньку распахнул дверцу и проник в кандейку с ведрами, половыми тряпками, швабрами и прочим хозяйственным оборудованием.

Обезвредить дистанционно обнаруженные еще моим крысом-разведчиком активные охранные артефакты для меня не составило особого труда. Так что к рабочему кабинету адмирала флота Исаму Накамуро я подходил в полный рост и ничуть не таясь. Ладно, слегка преувеличиваю. На самом деле крадусь тихонько, проверяю каждый уголок на предмет скрытого сканирующего устройства пассивного действия. Обнаружил таковых аж полтора десятка. Чес-слово параноики, так нашпиговать всякой хренью участок коридора длиной всего-то метров двадцать. Интересно, что меня ждет в самом адмиральском кабинете? Я не боюсь, разумеется, но ухо постараюсь держать востро.

Легкий щелчок довольно качественного замка, с которым даже мне, как опытному механику пришлось провозиться аж пару минут, и путь открыт. Однако я не тороплюсь потянуть на себя дверную ручку. Все мое внимание в данный момент сосредоточено на внутреннем объеме интересующего меня помещения, а также смежных комнат. М-да, датчики, датчики и датчики. Пришлось вся эту маго-машинерию ввести в спящее состояние. Ни в коем случае не ломать, иначе примчится охрана для выяснения обстоятельств выхода из строя того или иного датчика, просто зафиксировать, чтобы тревожного сигнала на пульт управления не подали.

— Уф-ф-ф! — Аж пот, выступивший от напряжения, смахнул рукавом с лица, при этом все-таки старался, чтобы ни одна капелька не упала на пол или мебель.

Точно параноики эти япошки! Мало, что нашпиговали сканирующими устройствами кабинет, еще и смежные помещения, а также пол и потолок не забыли. Пришлось затратить изрядную толику времени и сил.

Ну всё, проникновение осуществлено успешно. На всякий случай еще раз просканировал окружающее пространство. Не обнаружив ничего подозрительного, смело шагнул в темноту адмиральского кабинета.

Обстановка, скажу вам, вовсе не характерная для японского минимализма. Стены отделаны панелями, сработанными из дорогих пород дерева, на полу паркет из мореного дуба, на потолке позолоченная лепнина, по стенам мягкие диваны столики с газетами и журналами. И это всего лишь «предбанник», иными словами, адмиральская приемная, где приглашенные лица томятся в ожидании встречи с главным руководителем военного ведомства. Здесь кроме рабочего места личного адъютанта для меня ничего особо интересного. Впрочем, в столе начальника адмиральской канцелярии никаких документов не обнаружилось и вообще кроме письменных принадлежностей в ящиках ничего не нашлось. Более тщательно обследовать приемную не имело никакого смысла, так что загляну-ка я лучше в кабинет господина Накамуро.

А вот в богато отделанном кабинете военного министра я обнаружил кучу разных бумаг. Сотни папок и гроссбухов, расставленных по многочисленным настенным стеллажам и шкафам, стопки карт на столах, также карты с разного рода пометками иероглифами и стрелками различных районов Японии, Китая и азиатской части Российской Империи, развешенные по стенам и на специальных стационарных стойках.

Я аж обомлел от обнаруженного богатства. И тут же задался закономерным вопросом: «Что мне со всем этим делать?». М-да, проблемка. Если географические карты с моей феноменальной зрительной памятью я «отсканирую» довольно быстро, потом где надо восстановлю, а вот содержимое папок и прочих, вне всякого сомнения, очень важных для российских разведслужб документов мне за неделю не перелистать и не запомнить, даже в том случае, если я не буду есть, спать и, пардон, посещать отхожее место. Можно, конечно, запихнуть все во внепространственный объем, и по возвращении в Восточный вывалить кучу на голову полковника Мухина. То-то человек обрадуется. Но стоит лишь представить, какой шухер здесь поднимется после обнаружения пропажи особо ценных бумаг и какими последствиями это чревато, мгновенно отпадает желание что-нибудь изъять из адмиральского кабинета.

— Так, Вован, думай! — стимулируя мыслительный процесс, я подбадривал себя словесно.

Как оказалось, идея лежала на поверхности — это я от волнения начал мудрствовать лукаво и поначалу упустил из внимания вполне очевидный выход, как рыбку съесть и косточкой не подавиться. От радости аж песню замурлыкал соответствующего содержания:

— Нам нет преград ни в море ни на суше,

Нам не страшны, ни льды, ни облака.

Пламя души своей, знамя страны своей

Мы пронесем через миры и века…

Не теряя времени, первым делом распахнул дверцы встроенного в стену несгораемого шкафа. Банально пачки денег: японские иены, китайские юани, голландские гульдены, российские рубли, много пачек. Золотые, платиновые и серебряные монеты и слитки — это уже поинтереснее, металлы пригодятся в алхимическом производстве в качестве катализаторов. Ага! А вот это совсем здорово! Объемистый мешочек, под завязку набитый огранёнными алмазами, весьма крупными. Я, конечно, не специалист по бриллиантам, но как всякий артефактор немного в этом кумекаю и уже придумал, куда их применить с максимальной пользой. Ладно, об этом как-нибудь потом.

Опустошив адмиральский сейф, начал кидать, не глядя, бумаги в то же самое кольцо внепространственного хранилища, привязанное к моей ауре.

Как же все-таки вовремя я встретил того «специалиста широкого профиля». Не знаю, какой Улль Кхаал на самом деле мастер своего дела, но то, что он оказался банальным простофилей безусловный факт. Вообще-то, допускаю, что простофилей он считает именно меня, поскольку реальная стоимость механических часов в магическом Зазеркалье мне неведома. Эх, было бы неплохо повстречать какого-нибудь путешествующего между мирами коммивояжера. У меня на этот случай пара сотен наручных часов припасено, и полторы сотни карманных «луковиц».

Через полчаса в кабинете не осталось ни одной бумажки — всё переместилось в необъятные закрома моего артефакта. Даже кое-какую мебель прихватил, уж больно она удобная. Подойдя к рабочему столу адмирала, внедрил одно простенькое заклинание в структуру богатого малахитового письменного прибора с часами, предварительно переместив означенный предмет на пол (адмиральский письменный стол вместе с креслом мне также очень приглянулись). Основательно напитал малахит маной. Однако этим не ограничился, рядом положил под завязку насыщенный энергией кристалл кварца нехилого размера и, ничтоже сумняшеся, втиснул в его структуру точно такую же магему. Не забыл синхронизировать между собой оба изготовленных «на коленке» артефакта. Закладка сработает ровно в шесть утра. Надеюсь, температура в десять тысяч градусов в локальном объеме не вызовет сомнений в том, что все хранившиеся в кабинете, бумаги, иже с ними дорогая мебель сгорели без следа. Впрочем, от здания военного министерства также мало что останется, так что ущерб потенциальному противнику нанесу знатный. Глядь, медалькой какой наградят. Ладно, шучу, нафиг ордена, пусть лучше реальных денег подкинут на обустройство моих земель.

Впрочем, уничтоженные документы непременно где-нибудь продублированы, и неоднократно. Так что в конечном итоге функционал Министерства обороны будет довольно быстро восстановлен, а о том, что секретные сведения оказались в руках российских разведчиков никто даже не подумает. То, что моя акция будет воспринята как диверсия, сомнений не вызывает. А вот на кого подумают японские аналитики, тут многовариантно, ибо помимо России у здешних самураев врагов предостаточно.

Через полчаса я осторожно шел по подземелью, тщательно контролируя окружающее пространство, дабы избежать внимание местных стражей. Впрочем, дорога назад заняла значительно меньше времени, поскольку мне уже были известны места расположения всех постов местных магов и сканирующих артефактов.

Глава 10

Покинул вонючий коллектор около пяти утра. До взрыва примерно час. Тут мне в голову вновь пришла забавная идея насчет «подводной лодки», А что? Неплохо бы прогуляться по дну Токийского залива. Тем более «скафандр» на мне, воздухом я обеспечен, остается уменьшить плавучесть с помощью заклинания школы земли. Короче, не вижу проблем. Говорят в этих местах и жемчуг добывают. Хотя вряд ли, уж больно грязна вода залива. Ну это я так про жемчуг, к слову, даже искать не стану, ибо нафиг.

Вскоре, я брел по илистому дну, выпуская время от времени мириады воздушных пузырьков над головой. В мутной воде на глубине от двадцати до пятидесяти метров меня не обнаружит ни один самый глазастый наблюдатель, даже из одаренных. Здорово придумано, и чего раньше не сообразил. Отсюда до места моей лёжки напрямую всего-то километров около семидесяти, из которых по дну двадцать пять. Выберусь на берег с другой стороны залива неподалеку от городка Содегаура, дождусь ночи и без суматохи доберусь до своей пещеры. Кстати, приход корейского траулера ожидается через неделю. Куда время девать, ума не приложу. Впрочем, забавным чтивом я обеспечен надолго, заодно и навыки чтения японской иероглифики подтяну.

За четверть часа до взрыва взял под контроль одну из множества кружащихся над заливом чаек. Сам уселся на утерянный каким-то раззявой корабельный якорь нехилых размеров и приготовился насладиться эпическим зрелищем. Солнышко взошло, но еще не очень высоко, так что интересующее меня здание находится практически целиком в тени соседнего небоскреба.

Полыхнуло, скажу вам знатно. Ярчайшая вспышка ударила по зрительным нервам моего пернатого наблюдателя, благо тотнаходился на приличном удалении и практически не пострадал. Выброс энергии оказался столь мощным, что приличная часть здания, где располагался кабинет министра обороны просто испарилась. Затем огненный вал прошелся по остальным этажам, превращая сложенное из кирпича и камня сооружение в своего рода огромный осколочный фугас. Поражающие элементы разных размеров будто артиллерийские снаряды полетели в соседние здания, сметая все на своем пути. Также нехилую разрушительную лепту внесли ударная волна и огненный вал. Спустя считанные секунды, приличный участок японской столицы пылал многочисленными пожарами, а от самого здания главного военного ведомства практически ничего не осталось.

М-да, что называется, сделал людям гадость, на сердце радость. Как любил говаривать в подобных случаях один мой знакомый из прошлой реальности: «Вот такое я говно». Вообще-то говном себя ничуть не чувствую. Наоборот, я герой, хоть сейчас орден на грудь. Помнится, одного генерала награждал царь-батюшка, там орденок с десертную тарелку был и весь в брюликах, не то что мой «Воин Света», хоть и самая престижная награда, но весьма скромно оформленная. Хе-хе! Шучу, конечно, пусть лучше мой нынешний подвиг денежкой оценят. Иначе для развития своих территорий мне придется ездить по городам и весям и обыгрывать в карты всяких простофиль. Тут в памяти неожиданно всплыл сюжет гоголевских «Игроков». Повеселило. Все-таки умел Николай Васильевич выдерживать интригу до конца повествования. Истинный гений.

Тем временем ситуация вокруг полыхающего района Токио лишь усугублялась. Горело много и ярко, а спасательные службы еще даже не приступили к своим обязанностям. Лишь через двадцать минут к месту событий начали стекаться (!) маги воды и заливать очаги возгораний.

Ну всё, далее любоваться делом рук своих смысла нет. Отчебучил, конечно на славу. Тот факт, что во время взрыва погибли люди, много людей, меня абсолютно не смущает. Во время последней войны на Дальнем Востоке японские карательные отряды за малейшее подозрение в пособничестве партизанам сжигали в Корее, Китае и на территории Российской Империи целые населенные пункты вместе со всеми жителями. Так что, будем считать нынешний пожар божьей карой за прежние их грехи, тем более, женщин, детей, стариков и прочего мирного населения в уничтоженной части города практически и не было. А тех, кому прилетело, мне совершенно не жалко, ибо реальные враги.

Ну всё, пора в путь-дорогу. Якорь, на котором сидел, с изрядным обрывком цепи я прихватил с собой — уж больно он мне понравился. Когда-нибудь водружу на гранитный постамент перед парадным подъездом своего будущего дворца и, с грустью глядя на отрастающее брюшко, буду вспоминать с ностальгией о былых своих подвигах. Отчищу, разумеется, от ракушек и покрашу в приятный глазу черный цвет.

Дальнейший мой путь к покинутой на время пещере не был отмечен ничем примечательным. Все произошло именно так, как было запланировано. Пока брел по илистому дну, в голове роились разного рода мысли милитаристского плана. Например, отправить на дно пару-тройку линкоров или еще каких боевых кораблей. Однако, хорошенько поразмыслив, пришел к выводу, что сокрушительного урона Японии своими действиями я не нанесу, а вот пристальное внимание «нюхачей» из Токкэйтай и Кэмпэйтай к району своего временного базирования непременно привлеку. А оно мне надо намного меньше, чем собаке пятая нога. Вот построю свой небольшой воздушный флот с весьма и весьма приличным боевым потенциалом, тогда и посмотрим, чей калибр длиньше и толще.

По прибытии в пещеру, для начала принял горячий душ и долго натирал себя намыленной мочалкой. Оно хоть моя кожа с японскими фекалиями в прямой контакт не вступала, однако насмотрелся в канализации всякого-разного, вплоть до наполовину обглоданных трупов людей и животных. Так что мое сознание буквально вопило: «Хорошенько отмойся от той виртуальной грязи, что налипла на тебя через органы восприятия!». Вот такие мы люди существа мнительные, к тому же, восприимчивые ко всякого рода травмирующим психику факторам и ничего с этим не поделать.

Первым делом извлек из внепространственного хранилища прихваченные из адмиральского кабинета полдюжины керамических горшков с бонсай и определил их у выхода из пещеры. Нечего им чахнуть во мраке. Прихватил мелкие деревца заодно с адмиральской мебелью, подарю кому-нибудь, хотя бы Яровой, Мухину, ну или еще кому. Эти кургузые растеньица, вроде как больших денег стоят. Самому мне за ними ухаживать влом, а вот одарить хорошего человека, самое то.

Затем обставил «берлогу» адмиральской мебелью. В каменной пещере стало сразу уютнее и как-то даже теплее. У меня еще плакатов со стен с иероглифами от каких-то именитых каллиграфов куча. Здесь такое едва ли не на вес золота, но это, опять таки, для моей будущей графской резиденции. Будет у меня специальная комната с японским колоритом.

Обустроив быт, хорошенько перекусил, прихваченными из дома продуктами, даже суп харчо приготовил, благо ингредиентов для этого блюда на Дальнем Востоке предостаточно, главное, китайский рис не уступает по качеству лучшим узбекским сортам. Вкусную жирную пищу запил ароматным китайским зеленым чаем. В прежней реальности к чаям относился пренебрежительно, в основном пил кофе. Здесь же сначала маменька приучила к традиционным вечерним посиделкам за самоваром со всякими вареньями, печеньями и плюшками. Оказавшись в Восточном, смог еще больше оценить прелесть этого напитка во всем разнообразии его сортов и вкусов.

Несмотря на проведенную в забеге к пещере ночь, спать не хотелось. Приступил к изучению трофейных бумаг, устроившись поудобнее в адмиральском кресле за столом, прихваченным из кабинета Исаму Накамуро. Первым делом разложил перед собой карты. Ничего интересного там не усмотрел, поскольку надписи иероглифами мало о чем мне говорили. Лишь названия населенных пунктов я понимал, а вот, например: «Ветер Аматэрасу» или «Спящий Полунощный Дракон», иже с ними множество других отметок ничего для меня не значащих. Впрочем, в моем распоряжении имеются местные птахи, так что чуть позже совершу инспекцию с воздуха и непременно разберусь, что скрывается за всей этими романтическими названиями. Даже если ничего там не увижу, у меня более тонны секретных бумаг, из которых специалисты разведслужб Российской Империи непременно извлекут что-нибудь полезное.

А еще на некоторых картах были нарисованы стрелки, с соответствующими комментариями. Направления будущих ударов наземных войск и флотов — вот это уже поинтереснее будет. Судя по отметкам на картах, война, как и предполагалось российскими стратегами, начнется в апреле-мае будущего года. Все зависит от готовности японской сухопутной армии, а также флотов морского и воздушного базирования, и от погодных условий, разумеется. Даже на мой неискушенный в военном деле взгляд «мясорубка» планируется знатная. Шесть ударных боевых групп, не уступающих по количеству кораблей той, что базируется в Токийском заливе должны будут в самые кратчайшие сроки уничтожить береговые батареи русских и все прочие укрепления и приступить в к обстрелу прибрежных городов. Далее в дело должны вступить морские десанты при поддержке военно-воздушных сил и окончательно сломить сопротивление наших войск. Короче, поскорее бы в Восточный попасть, а там пусть со всем этим богатством военные специалисты разбираются и разрабатывают контрмеры. А мне строить базу, и держать ушки на макушке, чтобы не проворонить начало боевых действий, дабы не позволить японцам захватить Дальний Восток.

Как мне объяснил сам царь-батюшка, именно от успеха японцев будет зависеть влезут или нет в мировую бойню все прочие давние недруги России. И если их натиск своевременно придушить, никто в нашу сторону косо глянуть не посмеет.

Оно ведь и китайцы вполне способны вступить в сговор с Японией и напасть одновременно. И пусть нынешняя Поднебесная после массовых внепространственных прорывов по численности населения не тот монстр из первой моей реальности. Но из трехсот миллионов её граждан вполне можно набрать пару-тройку десятков миллионов боеспособных мужиков, а их обмундирование и вооружение возьмут на себя западные европейцы, у которых после последнего перевооружения сухопутных армий возник переизбыток оружия и боеприпасов на складах. К тому же, Китай имеет приличное количество одаренных, и хоть развитие их магического дара не поставлено на столь же тщательную основу, как в Российской Империи или европейских государствах, кое-какие знания они все-таки получают, и для их нейтрализации с нашей стороны потребуются весьма и весьма значительные силы.

Поймал себя на том, что занимаюсь ерундой. Пусть стратегию будущих войн разрабатывают люди в штанах с лампасами, им за это деньги платят и нехилые. Моя же нынешняя задача, подготовить полсотни самолетов, каждый с магом на борту к всего лишь единственному вылету и отбомбиться по флотам, районам концентрации вражеских войск и центрам их управления. То есть, нанести удары по целям, которые обозначат головастые стратеги из Генерального Штаба. Не знаю, решится ли царь-батюшка нанести удары по Токио и Пекину, или все-таки побоится обвинений со стороны европейцев в чрезмерной жестокости. Ну да, получить прозвище «кровавый мясник» или еще какое пообиднее нашему государю будет не по душе. Лыцарь хренов! А по мне так плевать на чьё-либо «компетентное» суждение, стер полдюжины столиц с лица Земли и нет проблемы — все наши недруги банально жидко обосрутся, а то что потом начнут орать и обвинять русских в отсутствии гуманизма и пренебрежении к общечеловеческим ценностям, так вспомним США первой моей реальности. Расхерачили в пепел два мирных японских города и принесли за это хотя бы какие-нибудь извинения? А вот и хренушки, господа джапы, не дождетесь, поскольку представитель англосаксонской нации прав априори, какие бы преступления он ни совершил. Более того, благодарные за бомбардировки японцы отчего-то не любят русских и очень уважают пиндосов. В этом мире, в принципе, та же самая политическая ситуация, только населяющие Голландию потомки кельтов и германцев ничуть не лучше англосаксов, а кое в чем и похуже. Австро-венгры с пруссаками те еще высокомерные ублюдки, да и французы с итальянцами и теми же англичанами и шведами от них не отстают. Между собой грызутся постоянно, в основном из-за заморских территорий, а коль дело дойдет до дележа России, мигом объединятся и дружно попрут на нас. Так что на месте царя я бы первым делом нанес упреждающие бомбовые удары по некоторым столицам сопредельных государств. Глядишь и зауважают. Даже если и не зауважают, козни уж точно строить перестанут, ибо инстинкт самосохранения один из основополагающих для всякой твари божьей. Мысленно представил полыхающие Вену, Берлин, Амстердам, Лондон и Токио, и на душе как-то радостнее стало. Пусть все они сдохнут, если что, нам в Рай, но это потом.

Убрав карты во внепространственном хранилище, извлек оттуда радиоприемник и настроил его на рабочую частоту одной из местных радиостанций. Из динамика зазвучал какой-то военный марш. Честно говоря, для уха русского человека не очень благозвучный. Покрутил ручку настройки, поймал еще несколько токийских радиостанций. Всюду бравурные мелодии патриотического содержания о несокрушимом духе японцев, а также слабости их врагов и никакой информации о случившемся сутки назад в центре столицы в непосредственной близости от императорского дворца. Несложно догадаться, что в данный момент в правительственных кругах Японии проходят бурные совещания о том, в каком свете представить произошедшее простым обывателям. Банально отмолчаться не выйдет, ибо уж очень много людей стали свидетелями неординарного события. Я бы на месте Арахито-гами выступил перед народом и свалил бы всё на проклятых демонов, устроивших очередной прорыв в наш мир иной реальности. На мой взгляд, самое подходящее объяснение, поскольку разного рода демонических проявлений японцы не любят, особенно насылаемых этими исчадьями ада регулярных тайфунов, цунами, извержений вулканов и, разумеется, Прорв. Так что, если бы император свалил все на пресловутых демонов, для всех его подданных стало бы все предельно ясно и понятно. А контрразведка пусть копает в поисках истинного врага, устроившего диверсию, на то она и контрразведка, чтобы не доверять разного рода мистике, произнесенной даже устами человека-бога, каковым японцы считают здешнего Государя Императора. Наконец диктор одной из радиостанций объявил местное время и зачитал прогноз погоды на ближайшие сутки. Я ожидал начала информационного выпуска. Ан нет, снова из динамика полился какой-то бравурный марш и ни слова о чудовищном взрыве.

А вот на длинных волнах мне удалось поймать филиппинскую радиостанцию, вещающую на голландском. Какой-то мужик буквально захлебывался, комментируя последние события в столице Японии. По его словам, половина Токио в настоящий момент объята пламенем и буквально лежит в руинах, а гражданское население в панике покидает город. Короче, чем дальше от места события, тем о нем «больше известно» разного рода экспертам и аналитикам. Это как в моей родной Бобровке, пукнул на одном конце, на другом кричат: «Обосрался!». Покрутил ручку настройки. Неожиданно из динамика донесся приятный голос моего старого знакомого Лойко Макарского-Наливайченко:

— Жулик будет воровать,

А я буду продавать.

Мама, я жулика люблю!..

Пел мой приятель своим выразительным баритоном, с легкой напускной хрипотцой под Алешу Дмитиревича, именно так, как я ему и советовал. Все-таки приятно получить привет с далекой родины. По слухам, китайцы с японцами от моих песен едва ли не в экстазе. Ну да, по сравнению с тем, что я только что услышал, русская-воровская, как и все прочие мои песни на голову превосходят всю эту бравурщину милитаристского содержания. Вот только как бы узкоглазых заставить денежку платить за прослушивание моих музыкальных шедевров?

…Фраер будет мой страдать,

А я буду пропивать.

Мама, я жулика люблю!

Жулик будет воровать,

А я буду продавать.

Мама, я жулика люблю!

С удовольствием дослушал заводную песенку. Потом в исполнении какого-то незнакомого мне певца с весьма приятным голосом прослушал «Отвори потихоньку калитку». Далее казачий хор Забайкальского ВО душевно исполнил «Задремал под ольхой есаул молоденький». Объективно, Вовка Зубов буквально монополизировал «своими» песнями весь российский музыкальный рынок. Понимаю, почему на меня то и дело поступают жалобы в самые высокие инстанции от разного рода деятелей искусств, мол, не пущают их глубоко патриотичные и лирические песни на радио, пластинки никто не покупает, и на концерты исполнителей их шедевров народ валом не валит. А все потому, что один наглый вьюнош буквально заполонил музыкальный рынок своими «низкопробными поделками в угоду примитивным потребностям широких народных масс». Я лишь злобно хихикал, прочитав в какой-нибудь желтой газетенке очередную проплаченную понятно кем статейку. Пишите, господа пасквилянты, бумага всё стерпит, а народ сам разберется, что именно ему нужно. Илья Борисович Ананьев рассказывал в свое время, как в СССР гнобили в газетах и журналах битлов, роллингов и прочие западные группы, однако люди предпочитали слушать именно музыку из-за бугра, а не навязанных советских певцов и певичек. Кстати, в последнем присланном батей отчете о моих песенных доходах фигурировала приятная глазу цифра в семьсот с хвостиком миллионов полновесных золотых целковых. Можно подумать, что я богат, но стоит представить объемы будущих финансовых вложений в подаренные царем земли, становится грустно. Мне кажется, Федор Николаевич за номером три специально преподнес мне столь специфический подарок, дабы основательно растрясти мою кубышку. Хитер царь-батюшка. Ладно, плевать на деньги, лично мне их нужно не очень уж и много, а вот получить в свое распоряжение сильную богатую вотчину, где все по закону и народ счастлив будет очень даже здорово. Может быть я идеалист, а может, что-то у меня и получится. Кампанелла, мля! Вот только для начала нужно отвести внешнюю беду от России, а после и обо внутреннем её обустройстве думать.

За прослушиванием радио и разного рода мыслями, я перебирал трофейные папки. Пока читал лишь их названия, не распаковывая. В основном информация от разного рода министерств и ведомств, даже отдельных предприятий в виде отчетов о количестве и качестве вооружений и всего прочего, поступающего как от японских производителей, так и от зарубежных. А еще много разной информации о качестве и количестве военных подразделений, располагающихся как в самой Японии, так и на оккупированных территориях. И еще много всякого-разного, что, вне всяких сомнений, вызовет интерес у российских аналитиков. Время от времени попадались папки, с надписями на европейских языках, чаще всего на голландском, которым к этому моменту я прекрасно владею.

Неожиданно мое внимание привлек файл с надписью на французском:

NIVEAU SUPÉRIEUR SECRET.

Système d’amélioration accélérée du potentiel du magiquement doué selon la méthode Rousseau-Noiret.

Objet «Q».

В русском переводе это означает: «Высший уровень секретности. Система ускоренной прокачки магически одаренных по методике Руссо-Нуаре. Объект „Q“».

Кстати объект под означенным индексом я видел на географических картах острова Хонсю. Расположен он западнее столицы Японии на удалении, примерно, сотни километров на территории горного массива Окутитибу. Интересная папочка. Не мешает подробно ознакомиться с её содержимым, может, и мне пригодится повысить свой магический потенциал. А с линкорами, дирижаблями, танками производственными мощностями и прочей малоинтересной для меня информацией пусть разбираются другие специалисты.

Развязал тесемки, извлек на свет пару десятков бумажных листов местного стандартного формата, соответствующего примерно А4 и начал внимательно вчитываться в машинописный текст, испещренный иероглифическими пометками на полях и между строк. Несомненно, данный документ был внимательно прочитан и изучен кем-то из специалистов высшего японского военного ведомства, скорее всего, самим министром адмиралом Исаму Накамуро. И чем дальше я знакомился с содержимым папки, тем все меньше и меньше мне нравился подход французских специалистов к внедряемой на объекте «Q» методике возвышения потенциала боевых магов.

Суть метода проста до банальности. В свое время в одной из Прорв, открывшейся неподалеку от Марселя, французскими исследователями был добыт некий артефакт, позволяющий отнимать у одаренного его духовную сущность с последующим использованием полученной энергоинформационной матрицы для повышения магического потенциала другого одаренного. Все бы ничего, вот только донор после процедуры превращается в абсолютного идиота, а его душа, растворяется в чужой энергоформе и теряет возможность отправиться на очередное перерождение. Поскольку в Европе из-за гуманистических соображений данный метод был признан неприемлемым для использования, на какое-то время о найденном артефакте просто забыли. Однако, узнав о том, что Япония в массовом порядке скупает одаренных китайских детишек, парочка французских ученых-людоедов (иначе их никак не назвать) решили (с разрешения французского правительства, разумеется) предложить японцам в лице Арахито-гами услуги по повышению потенциала нескольких японских магов-стихийников до уровня «Абсолют». Цена вопроса всего-то десять миллионов французских франков золотом, и несколько сотен душ китайских детишек. Впрочем, последнее обстоятельство для цивилизованного европейца ничтожно — это же всего-навсего китайцы, коих можно без зазрения совести и душевных мук пустить на «прокорм» самураев от магии. Зато после означенной процедуры японские вооруженные силы получат восемь практически неуничтожимых воинов, способных пробить самую крепкую оборону противника мощными площадными заклинаниями «Армагеддон», «Дыхание тысячи драконов» или еще чем-нибудь не менее убойным. Почему именно восемь «Абсолютов»? Так восьмерка в Японии считается числом счастливым. Адепты нумерологии, мля!

— Суки бездушные! — зло выругался я, отложив в сторону последний листок. Это каким же нужно быть моральным уродом, чтобы ежедневно убивать десятки невинных деток?! Я вовсе не преувеличиваю, обездушенных одаренных, просто убивают, а тела прикапывают неподалеку в братских могилах. И все это под непосредственным руководством двух французов Руссо и Нуаре, именующих себя учеными. У меня тут же зачесались руки, из-за невыносимого желания свернуть шеи двум негодяям, а заодно их питомцам, коим ежедневно «скармливают» несчастных детишек, которым не повезло быть одаренными. А еще, паровозы нужно давить, пока они чайники. То есть никак нельзя допустить, чтобы восемь отморозков достигли статуса «Абсолют», чревато гибелью сотен тысяч, может быть, миллионов моих соотечественников. А это означает, что нет мне бедному покоя. Рассчитывал отсидеться в тиши пещеры до прихода траулера, ан не получается. Знать планида у меня такая, как любил говаривать один знакомый еще по прошлой моей армейской жизни прапорщик Безобразов: «Безобразия нарушать и дисциплину хулиганить».

Не стану описывать подробности своего очередного путешествия по Стране Восходящего Солнца. Лишь бегло обозначу маршрут. Сначала марш-бросок обратно до Токийского залива, стараясь избегать нежелательных встреч с аборигенами, особенно из числа одаренных. На мое счастье круче меня на моем пути таковых не повстречалось. Затем очередное путешествие по дну залива. Тут уж без приключений не обошлось. Гигантская шестиметровая акула заинтересовалась моей тушкой и возжелала её слопать. Пришлось приголубить тварь мощным разрядом электричества. Не померла, но выводы соответствующие сделала, то есть навсегда потеряла интерес к одному шагающему по дну водолазу. Дождавшись темного времени суток, выбрался на берег. Стараясь держаться неосвещенных уличными фонарями участков, добрался до западной окраины японской столицы. Дальше было совсем просто. В горных районах острова Хонсю, да и прочих островов Японии население практически отсутствует. По понятным причинам, люди предпочитают селиться поближе к океану, как источнику пищевых ресурсов, а также на низинных равнинах и речных поймах, там, где есть возможность обрабатывать землю и получать урожаи зерновых, овощей и фруктов.

К утру, преодолев, в общей сложности, около полутора сотен километров лесистой местности, я оказался в точке, обозначенной на карте индексом «Q». Обычная долина, между поросших хвойным лесом горных склонов, каких на моем пути попадалось довольно много. С возвышенного участка мне было отлично виден окруженный двумя рядами колючей проволоки периметр, к которому подходит приличная грунтовая дорога. Контрольно-следовая полоса между столбов, бодро шагающие вдоль неё часовые. Мои экстрасенсорные синапсы обнаружили параллельный магический охранный контур — мышь не проскочит. Внутри ровные ряды казарм и прочих зданий. На плацу по утреннему времени бравые японские воины занимаются физической зарядкой. Внутри охраняемого периметра опоясаны забором из колючей проволоки парочка зданий барачного типа, в которых, собственно, и содержатся одаренные китайские детишки.

А вот и будущие монстры от магии. В спортивном городке усердно машут руками и дрыгают ногами. На вид перекормленные бойцы-сумо. Выражения лиц, как у всяких перекормленных индивидов, по-детски дебильные. На телах из одежды лишь набедренные повязки, хотя, при таких жировых наслоениях этим парням никакой холод не страшен. Лично мне непонятно, для чего обременять будущих магов избыточной плотью. Им интеллект качать, а не обрастать жиром, подобно свиньям. Вообще-то, несмотря на выдающиеся габариты, толстуны демонстрировали завидную пластичность и гибкость. Во всяком случае, на шпагат садились легко и гирями здоровенными манипулировали куда там цирковым силачам.

Удачно они попались мне на глаза и не только на глаза. Тщательное астральное сканирование выявило у каждого примерно уровень грандмагистра с уклоном в огненную стихию. Всё, как я и предполагал, ибо именно магам огня по каким-то непонятным причинам проще всего удается развивать свой чародейский дар. То есть здешние маги особо мудрить со стихиями не стали, пошли по пути наименьшего сопротивления и остановили свой выбор на адептах огненной стихии. Вполне разумно.

Интересно, а где эти французские парни Руссо и Нуаре? Ага, вот они оба уровня магистра, скорее всего менталисты, или целители, пока непонятно. Находятся в персональном доме, изволят вкушать пищу, между делом ведут беседу. Что именно обсуждают, не знаю, да и неинтересно мне, ибо в самом ближайшем времени эти отягощенные грехами парни отправятся прямиком в Ад, если, разумеется, таковой существует. Впрочем… стоит подумать над их дальнейшей судьбой. Нет, убивать их не стану, пусть сначала выступят свидетелями на будущем международном суде и поведают миру о загубленных душах китайских детишек. А потом, как военные преступники, отправятся во глубину сибирских руд — вот уж где настоящий Ад. Так что непременно прихвачу их с собой.

А вот и артефакт, посредством которого происходит изъятие энергоинформационных составляющих из тел доноров с последующей пересадкой в тела «сумотори». По виду черный шар диаметром около десяти сантиметров, исписанный причудливыми знаками незнакомого мне алфавита, покоится на толстой деревянной плашке с углублением, чтобы ненароком не укатился. Меня ничуть не удивил мощный магический фон, окружающий артефакт.

Мимоходом отметил в лагере еще с десяток одаренных из числа обслуживающего персонала и охраны объекта. А вот в огороженных колючей проволокой бараках я насчитал около двух сотен совсем мелких ребятишек, к тому же, крайне истощенных хронической бескормицей. Рачительные японцы посчитали возможным предельно сократить паек для будущих вынужденных доноров. Суки бессердечные! В моей душе вновь начала подниматься мутная волна ненависти. Однако пришлось взять свой гнев под контроль. Уничтожить всю эту мерзоту мне по силам в любой момент, но могут пострадать дети. Для начала я должен спасти их, и лишь потом выжечь к ипеням собачьим это дьявольское гнездовище со всеми его обитателями. Как именно спасти невинные души я уже придумал, и пяток трофейных бриллиантов из сейфа Исаму Накамуро для доброго дела не пожалею. Однако лучше всего подобные дела проворачивать под покровом ночи. А сейчас лишь начало дня. То есть в моем распоряжении около двенадцати часов на подготовку к операции.

Чтобы ненароком не привлечь внимание одаренных наблюдателей врага, я снялся с со своей позиции и отошел поглубже в лес, где укрылся под разлапистой ёлкой. Для начала перехватил управление какой-то крупной хищной птицей и заставил её нарезать круги вокруг лагеря. Затем плотно перекусил, чем бог послал. Наконец, из внепространственного хранилища извлек пять крупных алмазов и принялся сливать в них ману из своего средоточия, при этом не забывал периодически менять усталых пернатых наблюдателей.

Так просидел до обеда. Убедившись, что камушки наполнены энергией под завязку, плотно перекусил. Затем вздремнул четыре часа, разумеется, не пренебрегая мерами личной безопасности.

В шесть вечера проснулся. Основательно размялся, заодно прогнал энергию по магическим каналам. К восьми вечера я был полностью готов к подвигу, сидя на холме, теперь уже собственными глазами и прочими органами чувств наблюдал за передвижениями обитателей лагеря. Не без удовлетворения отметил, что сегодня «жертвоприношений» не было. Похоже, существует определенный график кормежки «сумоистов» чужими душами, и на сегодняшний день прием «еды» у них не был запланирован. Вот и хорошо.

К полуночи практически всё движение внутри огороженного колючей проволокой участка прекратилось. Лишь часовые следовали по маршрутам, предписанным им режимными установками. Еще часовые на вышках внимательно вглядывались в освещенное скользящими лучами прожекторов окружающее пространство. Вне всяких сомнений, обстановка для обитателей лагеря привычная, вполне себе рутинная и расслабляющая.

К двум часам ночи я начал движение по-пластунски в направлении КПП объекта. Усыпить четырех бойцов в караульном помещении и одного с винтовкой в будке с расстояния сотни метров никакого труда не составило. Затем под прикрытием заклинания отвода глаз я проник через калитку внутрь охраняемого периметра. Дальше, короткими перебежками добрался до опоясывающего бараки с одаренными детишками ограждения из колючей проволоки. Здесь часовые маячили лишь на вышках, все без исключения неодаренные, что значительно облегчало мою задачу по их усыплению. Калитка хоть и заперта на висячий замок, взломать его не составило ни малейшего труда.

Вскоре я оказался в смрадной влажной атмосфере непроветриваемого барака. Здесь на грубых двухэтажных нарах ютилось около сотни мальчишек и девчонок. Кто-то шептал что-то во сне, кто-то всхлипывал, многие буквально давились сухим чахоточным кашлем.

Чтобы лишний раз не светить магией, я подошел к крайним нарам, потряс за плечо мальчишку лет одиннадцати и, подпитав его магией, чтобы побыстрей очухался, на китайском сказал:

— Парень, если хочешь отсюда выбраться, потихоньку буди своих товарищей. Шума не поднимать, ваша задача построиться в три шеренги в проходе между нарами и ждать моего возвращения. Скоро весь этот кошмар для вас закончится Я пока из второго барака детишек заберу. Ты меня понял?

— Вы всех нас убьёте, господин маг? — как-то равнодушно поинтересовался ребенок.

— Ты что?! — возмущенно воскликнул я. — Спасти вас пришел от жуткой участи. Короче, если хотите жить, делай как я сказал.

Получив в ответ кивок, я направился в следующее здание, где поднял с постели на лысо стриженную девчонку. Эта оказалась намного сообразительнее предыдущего пацана и глупых вопросов задавать не стала. Она довольно быстро пробежалась по рядам и негромким шепотом оповестила товарищей, чтобы побыстрее поднимались с постелей и выходили строиться в коридоре.

Все-таки китайцы с раннего мальства народ дисциплинированный не нуждающийся в дополнительных понуканиях. По моей команде каждый в шеренге дружно повернулся налево. Я активировал свой чудесный браслет и приказал колонне начать движение в направлении развернувшейся во всю ширь коридора портальной плоскости. При этом отдал все необходимые распоряжения управляющим модулям артефакта, чтобы обеспечили достойный прием для двух сотен голодных ртов. Вот оно, и браслет пригодился. Кто бы мог подумать?

К моему приходу узники первого барака стояли в коридоре между шконок и терпеливо ожидали, что с ними будет дальше. Этих также упаковал в браслет, где их накормят, отмоют, подлечат, обеспечат нормальной одеждой и обувью, предоставят возможность для отдыха. В очередной раз убеждаюсь, магия в этом мире рулит и неплохо рулит. Итак, под присмотром моих волшебных слуг, ребятишки в полной безопасности. А мне пора отсюда когти рвать, поскольку вызванные работой внепространственных врат астральные помехи уже разбудили обитателей лагеря из числа одаренных. Вскоре проснутся и все оостальные.

Выскочив из барака, я стремглав рванул в направлении контрольно-пропускного пункта. Впрочем, пока покидать это место не планировал. У меня еще одно весьма актуальное дельце, а именно, нанести визит вежливости двум французам, а также лишить возможности кого бы то ни было творить безобразия посредством разного рода сомнительных артефактов.

Господа Руссо и Нуаре были уже на ногах. Легким ментальным посылом отправил обоих в бессознательное состояние и как какую-нибудь вещь поместил во внепространственный объем одного из своих колец. До этого я никогда не проводил подобные действия на людях. Вот и проверим действие моих колечек на разумных существ, если даже выйдут оттуда в животе и здравии, передам их российской контрразведке, нехай «поют», а коль явятся на свет божий в состоянии безмозглых овощей, так и поделом этим гадам.

Артефакт я также прихватил и отправил в другое кольцо. Ну все, теперь можно приступать к следующей фазе операции.

Я довольно быстро добежал до КПП и через распахнутую настежь калитку промчался мимо мирно дрыхнущего на боевом посту часового. Тем временем народ внутри периметра пробудился от спячки. Одаренные, очухались из-за двух мощных всплесков магии, вызванных активацией портального перехода в мое внепространственное поместье, а за ними и все прочие обитатели объекта.

Вбежав на вершину холма, откуда до этого вел наблюдение за окружающей обстановкой, остановился и, нырнув в Астрал, принялся рисовать над вражеским лагерем магический знак огня. Простенькое заклинание, но не раз доказавшее свою эффективность. После того, как виртуальный образ трехмерной формулы четко обозначился в моем сознании, я направил в него мощным потоком всю накопленную в пяти алмазах ману, еще немного из собственного источника влил.

После того, как магоформа, выйдя из-под контроля своего создателя, начала наливаться нестерпимо ярким светом, я успел нырнуть в заранее присмотренную довольно глубокую траншею, и одновременно активировал на полную свой магический щит.

Вы никогда не бывали в эпицентре ядерного взрыва? Мне показалось, что именно там я и оказался. Сначала полыхнуло будто тысяча солнц. Затем жахнуло, словно комета с небес упала. Короче, Содом и Гомора в момент превращения жены Лота в соляной столп.

Слава всем богам, Апокалипсис продолжался недолго. Моя магическая защита выдержала, недаром я постоянно работаю над всемерным её улучшением. А вот от бывшей базы не осталось практически ничего.

Ух ты! Второй Армагеддон за трое суток устраиваю. Благо окрестные леса не полыхнули. Интересно, как там поживают мои французы? Впрочем, сейчас не до них. Со дня на день «Dae Sung 12» появится, мне следует поторопиться.

Еще раз тщательно просканировал окрестности и удовлетворенно хмыкнул, убедившись в том, что ни одному японскому гаду не повезло избежать заслуженного наказания. Тут мне в голову пришла одна весьма тревожная мысль, ведь до тех пор, пока в мире существует столь жуткий артефакт, есть вероятность, что в случае моей гибели, он окажется в руках каких-нибудь очередных жадных до денег беспринципных ученых. Ничтоже сумняшеся, я извлек из хранилища свое недавний трофей и положил его на ближайший валун. Легкое движение пальцами, и на «яйцо» с подставкой обрушивается мощный гравитационный импульс. Громкий треск, и артефакт превращается в невесомую пыль, а вслед за ним и сам камень осыпался кучей дресвы.

Уничтожил магический объект и на душе как-то сразу стало веселее. Вот теперь, пожалуй, и всё. Не оглядываясь более назад я направился бодрым шагом прочь от плохого места.

Глава 11

Стою на вершине одной из расположенных рядом с моей базой сопок, обозреваю раскинувшийся е её подножья вид и сердце радуется тем изменениям, что произошли за время моего отсутствия. На самом деле, снаружи сам объект «Немезида» изменился мало, вся «изюминка» внутри скального массива окрестных гор.

Положа руку на сердце, время от времени я задавался вопросом, а не сон ли это? Ну кто по здравому разумению в той первой моей реальности доверил бы шестнадцатилетнему мальчишке хотя бы стрелковым отделением командовать, каким бы он ни был гением? А тут целый секретный объект. И люди и ресурсы своевременно поступают в необходимых объемах. Как-то уж очень не похоже на столь опытных политиков как царь-батюшка. Не в правилах власть имущих столь щедро деньгами разбрасываться. Ну креатор я, по определению Константина Константиновича Блинова и что с того? По правде говоря, разработав программу строительства данного объекта, я ни разу не усомнился в том, что моя затея в конечном итоге принесет великую пользу государству. А после своего визита на японский остров Хонсю окончательно и бесповоротно в этом уверился.

Присел на выступающий из земли камень и подставил лицо лучам находящегося практически в зените летнего солнца. Лепота! В последние дни погода наладилась, лишь по утру в долине образуется туманная дымка, но по мере восхождения небесного светила она довольно быстро рассеивается.

Вольно или невольно мысли вернулись на пару недель назад, к тому моменту, когда я, дождавшись подхода корейского рыболовецкого траулера, наконец-то оставил негостеприимный японский берег. Заплыв в две мили к стоящему на якоре судну занял на этот раз около четырех часов, поскольку пришлось преодолевать довольно мощное встречное течение. На мое появление на борту отреагировал только Чунг-Хи Мун капитан «Dae Sung 12», для остального экипажа меня как бы не существовало вообще.

Первым делом попросил капитана выделить отдельное помещение для двух французов, томящихся в одном из моих артефактных колечек. Только не подумайте, что я все это время держал господ Нуаре и Руссо в относительно небольшом внепространственном объеме. Сразу же, по возвращении из похода к объекту «Q», я извлек их на свет божий. Как оказалось, пребывание в моем артефакте ничуть им не повредило. Данный факт взял на заметку. Авось, пригодится. Для начала навсегда лишил пленных возможности манипулировать магическими заклинаниями, поскольку пара одаренных под боком мне ни к чему. Словами не передать, как они верещали на своем картаво-лягушачьем, сообразив, что именно с ними собираюсь сделать. Умоляли, взывали к гуманизму и общечеловеческим ценностям, даже денег предлагали, целых пять миллионов франков. Ха-ха-ха! Это мне-то графу Зубову-Прикаспийскому, к тому же, величайшему композитору и поэту-песеннику какие-то жалкие два с половиной ляма в российских рублях! Не смешите, господа лягушатники! Пришлось прекратить балаган, доходчиво объяснив, что как военные преступники, виновные в гибели сотен китайских детей, возможности качать права они лишены. Также поведал о том, что в самом скором времени ими займутся более компетентные товарищи, которые о гуманизме и прочей придуманной либералами ерунде понятия не имеют. А лично мне от них вообще ничего не нужно, лишь бы сидели тихо, иначе отправлю обратно во тьму внепространственного хранилища и буду выпускать на прогулку раз в сутки. Прониклись и заткнулись, поскольку находиться в замкнутом объеме им не понравилось — через час там начинает дурно пахнуть, а через десять ощущается нехватка кислорода. Короче, не мудрствуя лукаво, я просто пережег им энергетические каналы и, переполнив энергией, банально порвал в клочья магические средоточия. После чего позволил пленным оправиться и помыться, затем накормил. Отгородил магическим барьером участок пещеры, обеспечил заключенных постельными принадлежностями, на всякий случай изъял из их обихода все колюще-режущие предметы, заодно исключил любую возможность самоубийства, хотя из анализа их морального состояния для меня было понятно, что эти твари будут цепляться за любую соломинку, чтобы сохранить свои никчемные жизни. Перед отбытием с полуострова Босо я вновь поместил парочку во внепространственное хранилище.

Не забыл также о спасенных китайских ребятишках. Навестил их в своем внепространственном поместье и убедился, что магические слуги о них прекрасно позаботились. Теперь вместо замка на обширной территории среди деревьев, кустарников и цветочных клумб были разбросаны небольшие раскрашенные в яркие цвета уютные домики, каждый на пятерых обитателей, разумеется, со всеми удобствами. Кормили детишек от пуза. Тем, кто нуждался в медицинской помощи, немедленно её предоставляли. Все-таки неплохой у меня браслетик, зря я гнал на него. Пожалуй, не стану продавать или дарить — такая «корова» нужна самому. Все-таки не зря бывший владелец артефакта послал вслед за похитителем весьма продвинутых поисковых големов. Вот только Улль Кхаал оказался намного хитрее, отправив тупых железяк по ложному следу. Впрочем, будь на месте големов живые маги, им бы это мало помогло. Убедившись в том, что здесь все ладно и складно, вернулся обратно в свою пещеру.

В порт Восточный решили возвращаться прежним маршрутом. Не доходя пару сотен миль до пролива Цугару, капитан испросил у меня разрешения сделать пару донных тралений на одной из богатой промысловыми ресурсами банок в японской экономической зоне. По словам господина Муна, японцы при сдаче последнего улова в Йокогаме крепко его нагрели, заплатив всего лишь треть от реальной стоимости товара. Вот от и решил компенсировать потери, совершив по-тихому парочку браконьерских ночных тралений у берегов острова Хонсю. Особо много времени мы не потеряем, зато корейским рыбакам будет на какие шиши в порту Восточного заправиться мазутом и приобрести воду и продукты питания. После окончания наших договоренностей, разрешение на промысел в территориальных водах Российской Империи будет для «Dae Sung 12» аннулировано, поэтому, получив свободу, Чунг-Хи Мун намеревался отправиться в Восточно-Китайское море. Лично я за любой кипиш, кроме голодухи, поэтому пошел навстречу капитанской инициативе. Заодно решил посмотреть, что за чудо такое донный трал. Оказалась конструкция довольно мудреная требующая слаженной работы всех судовых служб. Впрочем, подробно распространяться на эту тему не стану, кому интересно, в книгах всё есть.

Убедившись, что вокруг все тихо и спокойно, капитан отдал приказ траловой команде начать спуск промыслового оборудования за борт. Три часа траления и подъем снастей, и набитый рыбой и еще какими-то донными организмами мешок распластался толстенной кишкой по промысловой палубе. Траловая команда тут же раскрыла специальные окна, через которые пойманная добыча устремилась в бункерные накопители для последующей обработки. Среди трески, пикши и окуня я заметил много других пород рыб, иже с ними трепангов, морских ежей и звезд. Указав рукой на один из напоминающих по виду речного сома экземпляр морской фауны полуметровой длины, капитан сказал:

— Владимир Прохорович, обратите внимание, это та самая фугу, поеданием которой любят пощекотать себе нервы тщеславные островитяне.

Интересно, я и раньше слышал о культуре употребления ядовитой фугу среди обитателей Японии, На мой взгляд, никакой культурой вообще здесь не пахнет. Взяли бы револьвер, заряженный одним патроном, прокрутили барабан — те же самые приятные ощущения и выброс адреналина в случае холостого щелчка, ну а если башку разнесет, так смерть мгновенная безболезненная, не то что при отравлении ядом неправильно приготовленной рыбины. Чудные эти японцы, пьют подогретую водку, закусывают всякой гадостью, и бабы у них, насколько я успел заметить, поголовно кривоногие и на лицо корявые. Хе-хе! Зато на работу народ здесь строем ходит со знаменами и песнями. Ну да, ничуть не преувеличиваю, глазами своих пернатых разведчиков не раз наблюдал, как по утрам из какой-нибудь многоэтажки вываливает группа работяг и, развернув флаги с патриотическими иероглифами, начинают бодро шагать в направлении своего предприятия. Постепенно к ним присоединяются толпы сослуживцев и каким-то необъяснимым образом занимают в колонне места строго по ранжиру. Идут, не абы как, а ровными рядами, чеканя шаг, ну и, как уже упоминалось, песняка горланят от всей души. Гвозди бы делать из этих людей.

Вместо двух «Dae Sung 12» совершил до рассвета целых три траления. Довольный капитан, потирая ладошки, сообщил, что, реализовав улов в Восточном, он сможет закупить все необходимое для очередного рейса, а также выплатить членам команды зарплату в полном объеме, так что теперь их семьям голодать не придется.

Дальнейший переход корейского траулера до берегов России ничем особенным не был ознаменован. Где-то на середине пути я связался через артефакт с командиром боевой группы Тайной службы Его Величества Мухиным. По ряду причин, находясь в Японии, я не имел возможности общаться с кем либо на родине. Японские одаренные тщательно отслеживают характерные астральные возмущения и довольно быстро устанавливают место, откуда ведется передача. Увидев мой полупрозрачный образ, полковник аж весь засветился от радости.

— Владимир Прохорович, рад вас видеть в животе и здравии! Ждем-с, с нетерпением!

— Глеб Сергеевич, через пару суток «Dae Sung 12» подойдет к Восточному. Просьба выделить место стоянки, чтобы не сильно светить судно. А также прошу позаботиться о его полной заправке и обеспечении продуктами питания, ну и всем прочим, что попросит господин Чунг-Хи Мун. — На мой взгляд, капитан траулера полностью выполнил все наши договоренности, и я решил отблагодарить его из средств российского Министерства обороны. Авось не обеднеют. Свой браконьерский улов продадут в Корее, там морепродукты значительно дороже, нежели в Восточном. Начнут кочевряжиться господа интенданты, надавлю предоставленным царем-батюшкой авторитетом, но своего непременно добьюсь.

А еще я довольно прозрачно намекнул Мухину, что имею при себе кое-какую полезную информацию. О необходимости укромного хорошо охраняемого помещения, куда я смог бы выгрузить трофеи, не сказал, оно и так было понятно.

Через час Глеб Сергеевич теперь уже сам вышел со мной на связь. Без лишних слов он обозначил место будущей стоянки траулера, сообщил, что меня там встретят. А еще порадовал тем, что перед выходом «Dae Sung 12» из Восточного экипажу будет предоставлено все необходимое по заявке капитана Муна. Откровенно говоря, я был несказанно удивлен оперативностью береговых служб. Ну не может такого быть, чтобы какая интендантская крыса не попыталась качать права и тормозить процесс. Даже мне, личному представителю Государя Императора пытались вставлять палки в колеса, мол, Ваше Высокоблагородие, нет у нас на складах ртутных термометров, серного ангидрида, электрических генераторов или еще какой хрени, для моих алхимиков, которую из-за разгильдяйства все тех же снабженцев забыли погрузить в вагон при отправке поезда на Дальний Восток. Приходилось всячески изворачиваться, где угрозами, где лестью, а где банальным подкупом. Оно ведь что для той реальности, что для этой вполне актуальны слова Александра Васильевича Суворова: «Любого интенданта после пяти лет службы можно вешать безо всякого суда». Я не столь суров, как генералиссимус, хороший снабженец пусть даже прожженный ворюга весьма и весьма ценится командованием, ибо зело полезен. Однако всё это лирика. Так что я очень рад, что корейцы будут вознаграждены достойно.

Разумеется, встречали нас без духового оркестра, шумной радостной толпы и прочей помпы. Тихо подошли к каменному пирсу небольшой изолированной от прочих судов бухте, кинули швартовы, установили сходни. Меня тут же посадили в легковой автомобиль и куда-то повезли.

Пропетляв через весь город, добрались до его северной окраины. Еще километров пять по грунтовой дороге, проложенной в лесном массиве, и вот авто подъезжает к расположенному на обширной лесной поляне двухэтажному особняку приличных размеров, сложенному из красного кирпича без каких-либо архитектурных излишеств. Беглое сканирование окрестностей посредством моих экстрасенсорных возможностей выявило вокруг здания наличие многоуровневой системы охраны и обороны, незаметной для глаза простого обывателя и даже слабого одаренного. Надежно наши бравые представители имперской Тайной Службы здесь обосновались. Вроде бы простенько, но со вкусом, даже подземная тюрьма на дюжину койко-мест оборудована на нижнем ярусе трехэтажного подвала и там уже кто-то есть. Ждите, скоро пополнится еще двумя сидельцами.

Ага, а вот и знакомая сигнатура полковника Мухина. В одной с ним комнате еще парочка сильных чародеев. Всего внутри здания около трех десятков человек, большая часть которых одаренные.

Наша встреча с Глебом Сергеевичем прошла в теплой дружеской обстановке. Меня поздравили с возвращением на родину. Присутствующие в комнате капитаны Незлобин и Дашкевич были представлены мне как коллеги полковника, то есть штатные сотрудники тайного ведомства. После беглого сканирования я определил в них сильных менталистов уровня магистров. Значит, будут пытаться сканировать меня на предмет сокрытия каких-нибудь ценных сведений. Столь откровенное недоверие глубоко царапнуло мою тонкую душу. Однако, пораскинув мозгами, я тут же успокоил себя. Во-первых, представители спецслужб всех времен, народов и реальностей не отличаются особым доверием даже к своим товарищам. Во-вторых, флаг вам в руки, господа ментаты, все равно моя душа останется для вас потемками, то есть, нихрена-то вы не узнаете. Впрочем, мне особо и скрывать-то нечего. Документы утаивать не собираюсь, пленных сдам, одаренных китайских ребятишек также передам в целости и сохранности. Только о существовании чудесного браслета с огромным внепространственным объемом и другими удивительными возможностями никому не скажу.

Стоит отдать должное деликатности полковника Мухина. Для начала меня усадили за стол, накормили и напоили чаем.

Затем я в сжатой форме я поведал особистам занимательную историю своего пребывания на острове Хонсю. Узнав о том, что мощный пожар в центре японской столицы дело моих рук, присутствующие в комнате офицеры не смогли сдержать в узде эмоции. Я даже предположить не мог, что всего трое мужиков способны устроить гвалт, сопоставимый по громкости с птичьим базаром. После того, как народ немного успокоился, от меня потребовали более развернутого рассказа. Поскольку мне еще предстояло изложить свои приключения в письменном виде, я не стал углубляться в подробности. Вместо этого, выйдя из-за стола, выбрал свободное местечко в комнате и вывалил туда кипу добытых в Министерстве обороны Японии документов, при этом карты сложил стопкой отдельно от прочих папок. Горка получилась знатная, даже сам удивился.

Затем обернулся к онемевшим от изумления офицерам, сказал:

— Тут вся документация, изъятая из кабинета Исаму Накамуро. Надеюсь, имя этого адмирала вам хорошо известно?

— Военный министр Японии, — еле слышно одними губами произнес капитан Дашкевич. — Теперь понятно для чего был нужен мощный взрыв в центре Токио. А мы-то все думали и гадали. Оно вон как получилось. Японцы не подозревают о том, что архиважные документы уцелели, более того, попали в наши руки. Значит, каким-то образом корректировать свои планы вряд ли станут.

На что я в фальшивой миной сожаления на физиономии выдал:

— Кстати, красивое было здание главного японского военного ведомства, жаль сгорело дотла. Впредь самураям наука, тщательно проверять электропроводку и не допускать коротких замыканий.

Моя немудреная шутка изрядно повеселила присутствующих офицеров. Отсмеявшись, капитан Незлобин выдал витиеватую сугубо матерную фразу, общий смысл которой: «Какой же вы, Владимир, все-таки молодец, и какие японцы олухи, коль допустили утечку столь важной секретной информации».

На какое-то время я был оставлен в покое, поскольку все трое, сломя голову, ринулись к бумажным развалам и принялись дрожащими ручонками перебирать папки, зачитывая вслух надписи на них, а также разворачивать карты. Определенно, японский язык был вполне доступен каждому из них.

Эта своего рода вакханалия могла затянуться на бесконечно долгий срок. Однако просто так сидеть за столом у меня не было никакого желания. Пришлось напомнить разведчикам о своем присутствии:

— Господа, у меня для вас еще несколько подарков. К тому же, вы не дослушали полностью мой рассказ.

Мухину сотоварищи пришлось с великой неохотой прервать знакомство с документами и вернуться обратно за стол. В сжатой форме я рассказал об объекте «Q» и о некоторых перипетиях его уничтожения. На что полковник тут же выдал:

— Это вы правильно поступили, Владимир Прохорович, что ликвидировали базу. Восемь боевых магов уровня «Абсолют» стали бы для наших войск крайне неприятным сюрпризом. Впрочем, за документы особое спасибо. Надеюсь, Его Величество оценит ваши заслуги по достоинству. Я же со своей стороны дам самую высокую оценку вашим действиям.

И тут я как бы между прочим выдал:

— Глеб Сергеевич, тех французов мне удалось взять в плен и живыми и здоровыми доставить в Россию. А еще… я спас порядка двух сотен одаренных китайских ребятишек. Готов в любой момент передать в ваши руки обоих пленных и всех спасенных.

Мухин весьма недоверчиво отреагировал на мое заявление:

— Вы утверждаете что на судне, помимо команды находятся две сотни человек?

— Ну отчего же именно на судне, — с нескрываемой ехидцей ухмыльнулся я. — Имею напомнить, что я какой-никакой, но все-таки маг, и как у всякого одаренного в моем арсенале заклинаний имеется кое-что весьма и весьма полезное. Докладываю, что в настоящий момент все детишки находятся внутри созданного мной внепространственного объема, где они сыты, помыты и получают всю необходимую медицинскую помощь. Что же касаемо французов, для них у меня также нашлось внепространственное укрытие, вот только оно менее комфортно и содержать их там более половины суток не рекомендуется — банально задохнутся, ибо с некоторых пор лишены своего магического дара.

Поверили. А куда им деваться.

— Хорошо, французов извлекайте на свет божий, — распорядился Глеб Сергеевич. — А вот насчет двух сотен китайчат, даже не знаю, как с ними поступить. Так вы утверждаете, что в вашем внепространственном убежище им хорошо?

— Вполне, — в знак подтверждения кивнул я.

— В таком случае, пусть пока там и остаются. Я же в самые кратчайшие сроки постараюсь получить соответствующие инструкции из Центра. Скорее всего, ребят раскидают по разного рода магическим учебным заведениям, однако начальству виднее.

Ладно, мне не в тягость. Артефакт сам генерирует магическую энергию для поддержания своего функционирования, ну или откуда-то её выкачивает — я с этим пока не успел разобраться, поскольку браслет, как уже упоминалось выше, архисложное магическое устройство, слабо мной изученное из-за недостатка времени. А еще, скажу вам, после каждого погружения в структуру его магем, моя бедная головушка раскалывается будто по ней долбанули тяжеленым кузнечным молотом. Вот такая незадача.

Двух французов я тут же извлек из темницы. Едва завидев российского офицера при золотых погонах с аксельбантом и при многочисленных орденах, те принялись обвинять меня в негуманном обращении с гражданами иностранного государства. Особо сетовали на то, что я лишил их магического дара.

Полковник послушал-послушал, да как рявкнет:

— Asseyez-vous sur la bite, les chiens, les morceaux de merde! Je vous emmerde![1] — Далее на языке (не существовавших в этой реальности) Вольтера и Дидро Глеб Сергеевич доходчиво объяснил двум негодяям, какая судьба их ждет в самом скором будущем.

Если кратко, наши специалисты ментальной магии выжмут из них все подробности операции по подготовке особо сильных одаренных для японской армии. Затем эту парочку предъявят французскому послу, который непременно от них открестится, скажет, де, противозаконное сотрудничество с японскими военными, суть частная инициатива этих двух негодяев, так что делайте с ними что хотите. Далее, вариант для них один — искупить честным трудом хотя бы часть вины. И станут они махать кайлом или возить тачки в темных мрачных шахтах Сибири или острова Сахалин, заодно подтягивать у коллег-каторжан знание французского.

Прониклись речью le colonel russe[2]и вместо обвинений в мой адрес дружно хором начали давить на жалость. Мухин слушать их не стал, вызвал тюремный конвой и велел увести с глаз долой.

Я уже, было, начал собираться до дома до хаты. Ан не тут-то было, Глеб Сергеевич, нет, не приказал, поскольку прав таких в отношении доверенного лица Государя Императора не имеет, попросил в срочном порядке написать подробный отчет о моем пребывании на японской территории. Знаю, не отвяжутся, в случае моего отказа, через царя-батюшку будут давить. Поэтому пошел навстречу господам конторским.

Дабы ничто не отвлекало, мне было предоставлено отдельное помещение с письменным столом, удобным креслом и мягким диваном, на котором при необходимости я могу вздремнуть. Также здесь имелись туалет и ванная комната. Сопровождавший меня капитан Незлобин, указав на встроенную в стол кнопку электрического звонка, уведомил, что посредством этого нехитрого устройства можно вызвать прислугу, которая предоставит все необходимое, в разумных, разумеется, пределах: чайку, кофейку выпить, откушать чего-нибудь более существенного. При желании я могу прогуляться на свежем воздухе, только удаляться от здания на приличное расстояние мне было категорически не рекомендовано. Короче говоря, вроде бы не в тюрьме нахожусь, но что-то во всем этом здорово меня смущает. Ладно, переживу как-нибудь.

Перед тем, как начать заниматься писаниной вышел посредством магического артефакта на связь со Стариковым Александром Георгиевичем. Едва завидев «блудного начальника» комендант объекта «Немезида» несказанно обрадовался — все-таки каждый военный должен периодически лицезреть своего непосредственного командира, иначе приходится взваливать инициативу на свои слабые плечи, а это может быть чревато последующими неприятностями. В краткой беседе майор доложил, что за время моего отсутствия никаких особо чрезвычайных происшествий на вверенном ему объекте не произошло. Лишь было задержано и передано в ведомство полковника Мухина около двух десятков граждан, околачивавшихся с неизвестными целями в непосредственной близости от объекта «Немезида». В остальном работы продвигаются согласно намеченному плану. К настоящему времени доставлено два состава с корпусами авиабомб разного калибра и контейнеров объемного взрыва. Наряду с батей к их выпуску, благодаря заботе царя-батюшки, привлечена парочка заводов на Урале. Артефакторы работают над усилением бризантных свойств боеприпасов, алхимики производят взрывчатые вещества в необходимых количествах. Также на базу доставлено двенадцать скоростных истребителей одномоторных монопланов К-23 «Стриж». Модель самолета была мною выбрана не только из-за малых размеров, в большей степени, из соображений комплексного подхода к осуществлению вращательного момента толкающих винтов. Это означает, что «Стриж» способен летать как на керосине, так и посредством магической энергии.

Данная конструкция двигателя позволяет как можно ближе подлететь к цели для бомбометания за счет запасенной в кристалле маны, не тратя керосин. После того, как расстояние до нужного объекта сократится до минимально возможного, летательный аппарат переходит на углеводородное топливо. Для чего это нужно? Означенный прием позволяет оставаться незаметным для средств ПВО противника. Если магический след находящегося высоко над землей малоразмерного летательного аппарата, коим является К-23, способен засечь практически любой самый слабый одарённый, работу малошумного двигателя внутреннего сгорания и звук рассекающих воздух винтов зафиксировать сложно даже продвинутому чародею. Остается лишь возможность визуального контроля. Если же к цели подлетать в ночное время, да с выключенными бортовыми огнями, «Стрижа» будет просто невозможно засечь существующими средствами контроля за воздушным пространством ни магическими, ни технологическими. Вот такая, казалось бы, парадоксальная ситуация.

Впрочем, эта тема будет нами еще затронута, но чуть позже. А пока дюжина фанерных планеров, обтянутых хлопчатобумажной тканью, пропитанной специальным лаком покоятся в подземных ангарах, иже с ними все прочие прибамбасы в деревянных ящиках ждут моего появления для финальной доработки. Для начала специалисты разберут все узлы летающей машины вплоть до последнего винтика. Затем на фюзеляж и каждую самую мелкую деталь будут наложены и напитаны Силой специальные магемы. Лишь после этого я дам команду техникам приступить к сборке очередного аппарата. Как результат, получим бронированный корпус, практически бесшумный двигатель внутреннего сгорания и прочие усовершенствования, о которых можно рассказывать очень и очень долго.

Резюмируя отчет Старикова, сделал вывод, что на объекте «Немезида» все идет своим чередом, и моё экстренное вмешательство не требуется. Успокоился. Все-таки человек существо мнительное, склонное к накручиванию самого себя: «А что там, да как, а если что-то не так?». В этом плане я вовсе не исключение.

Закончив разговор с комендантом объекта, сел за стол и, вооружившись чернильной авторучкой, взялся за отчет. Интересный факт, в той реальности я писал как курица лапой, поскольку занимался этим нечасто, ибо под рукой всегда были компьютер, планшет, на худой конец, смартфон, ну и принтер, разумеется. Здесь же, благодаря навыкам реципиента, мой почерк идеален. Навыки чистописания и грамотности прививаются школярам и студентам на протяжении всего срока их обучения, а потом, за этим следит их непосредственное начальство и упаси Господь написать кому-то «пятиста, трехста, семиста» или неверно использовать мягкий знак при написании глаголов, да еще с помарками и корявым почерком. За такое можно тут же вылететь с работы с волчьим билетом и резолюцией: «Зело безграмотен и вельми неаккуратен». Это вам не Российская Федерация, где министры не отличаются особой грамотностью, а насчет большинства авторов различных самиздатов я и вовсе промолчу. Ну всё, ну всё, не буду больше ворчать, уподобляясь какому-нибудь старикашке, страдающему геморроем, подагрой и еще кучей специфических болячек, по этой причине абсолютно нетерпимого к чужим недостаткам.

Часа за три без перерывов управился с писаниной — уж больно мне хотелось откушать блюд от моей домоправительницы, по совместительству, поварихи Аграфены Васильевны. Передал записи Мухину через вестового. Сам полковник, по всей видимости, был занят по уши разбором трофейных документов. Посчитав дело сделанным, хотел, было, отправиться восвояси. Однако учтивый юноша в звании старшего лейтенанта вежливо попросил меня задержаться «до особого распоряжения начальства». Могу, конечно, залупиться и послать всех на три известных буквы. Однако, делать этого не стал, ибо ссориться с представителями спецслужб себе дороже. Тем более, полковник Мухин был со мной предельно корректен и не строил из себя высокое начальство. К тому же, награду обещался для меня выцыганить. Как тут не уважить столь замечательного человека.

От нечего делать, прогулялся по прилегающим к дому окрестностям. Разумеется, за мной следили. Я же делал вид, что слежку не замечаю, ради хохмы позволил себе помочиться на один из кустиков. Пусть та дежурная магиня, что в настоящий момент наблюдает за мной посредством специального артефакта, хоть чуть-чуть смутится, а заодно заценит размеры моего «нефритового жезла», хотя бы и в нерабочем состоянии. Хе-хе-хе! Ну да, пошляк я. А неча.

С моим письменным опусом полковник Мухин изволил ознакомиться лишь к четырем часам пополудни. К тому времени меня накормили вкусным обедом, после которого я еще и вздремнул пару часов. В общем и целом начальник специальной группы остался доволен моей писаниной. Еще раз поблагодарил за выполненную работу и в особенности за предоставленную секретную документацию, ну и до кучи двух пленных французов и спасенных детишек, коих заберут у меня в самом скором времени. Затем предоставил в мое распоряжение автомобиль с водителем, и я с легким сердцем отправился домой, где меня встретили радостные улыбки заранее оповещенных о скором приезде хозяина дома супругов Тян, ну и накрытый к ужину стол, разумеется.

На следующий лень оседлал своего модифицированного «Desert Falcon» и отправился на объект «Немезида», воплощать в жизнь свои «наполеоновские» планы.

Без малого две недели проторчал безвылазно на базе, усердно работая над первой партией «Стрижей». Спал не больше двух часов в сутки, умаялся как раб галерный. Зато вскоре технари соберут аэропланы, и первая эскадрилья приступит к тренировочным полетам. Для этого уже имеются учебные боеприпасы, изготовленные артефакторами из местного гранита с точным соблюдением аэродинамических и весовых характеристик реальных бомб. Посредством этих каменюк экипажи, состоящие из пилота и одного одаренного приступят к отработке навыков бомбометания разными типами боеприпасов в разное время суток и при различных погодных условиях. Ну это после, а пока бомберы находятся в стадии сборки, я свободен от дел насущных. Впрочем, назвать себя полностью свободным язык не поворачивается. Есть у меня одна мыслишка, как улучшить тактико-технические характеристики своих бомбардировщиков, но для этого необходимо отправиться в одну из Прорв…

Тэ-эк-с, стопэ! Чтобы не насмешить кого-нибудь из небожителей, о своих планах поведаю после. А пока меня ждет город Восточный. Давненько не общался с женским полом. Оно не то чтобы спермотоксикоз замучил, но молодое тело тоскует по женской ласке и настоятельно её требует. Жаль «Райский Сад» госпожи Арнаутовой после известных событий был прикрыт на неопределенное время. Впрочем, в Восточном не менее дюжины заведений подобного рода, в одно из которых я и отправлюсь этим вечером.

[1] Сядьте на член, собаки, куски дерьма! Насрать на вас! (франц.)

[2] Русского полковника (франц.)

Глава 12

Воплотить в жизнь свои задумки насчет посещения какого-нибудь заведения особого свойства нынешним вечером мне было не суждено. Стоило мне едва лишь приступить к слегка запоздалому обеду, как на противоположной от моего дома стороне улицы остановился «Соболь-243» легковое авто стандартного армейского образца. Из окна гостиной второго этажа, где я принимал пищу, мне было все отлично видно. На таких обычно перемещаются старшие офицеры и генерал-майоры Российской Армии. Как в любой иерархической структуре, в армии соблюдается определенный порядок в предоставлении разного рода ништяков для высшего командного состава, в том числе транспортных средств. Если ты, к примеру, летеха или старлей, то есть, обычный комвзвода или заместитель командира роты, место твое рядом с водителем транспортного грузовика или БТРа на котором перемещается вверенное тебе подразделение. Командиру роты и батальона положен штатный «Сапсан», на мой взгляд, так себе тачка, жестковато там, тесновато и прохладно в суровую зимнюю пору. Командиру полка до комдива выделяется «Соболь», тут уж вынь, да положь. А вот их высокопревосходительствам (от генерал-лейтенанта и выше) пренепременно подавай элитный «Барс», с магической защитой высшего уровня и штатным водителем из числа сильных одаренных, для дополнительного прикрытия ценного пассажира. Я бы такой и для себя приобрел, но вещь статусная, просто так даже доверенному лицу Его Величества не продадут. Вот выйду в отставку, стану полноценным графом… Иех! Развернусь! Все генералы обзавидуются. Да что там генералы, «Орлан» самого царя-батюшки будет смотреться рядом с моей тачкой, жалким цыплёнком. Вспомнил знаменитый белый «Хаммер» Киркорова и невольно заржал, едва не подавившись котлетой. Про машины, это я так, для справки. Признаться, поначалу на остановившийся автомобиль особого внимания не обратил. Ну ездють тут всякие, пускай себе ездють.

К моему удивлению, из салона «Соболя» на этот раз выскочил не полковник или генерал-майор, а обычный прапорщик. Впрочем, не совсем обычный, острое зрение позволило мне рассмотреть на петлицах знак фельдъегерской службы, а на боку кожаную сумку с тисненым двуглавым орлом. Перейдя улицу, военный направился к воротам моего дома. Ага, по мою душу, значится. Табе пакет, Владимир Прохорович. Ясен пень, не от какой-нибудь мелкой штафирки — для таких существует «Почта России».

Пришлось на время прервать трапезу и спуститься на первый этаж. К тому времени Павел Мартынович распахнул перед посыльным калитку и со всем вежеством препроводил в дом.

— Ваше Высокоблагородие, вам пакет! — Громко рявкнул бравый боец, и, недолго покопавшись в сумке, вручил мне в руки украшенный рунной вязью конверт подписанный каллиграфическим почерком:

«Графу Зубову-Прикаспийскому лично в руки».

И более ничего.

Принял, расписался в получении и, дождавшись ухода прапорщика, направился в свой личный кабинет, где, вооружившись специальным ножиком для бумаг, вскрыл конверт. Как только целостность послания была нарушена, руническая вязь высветилась бледно-зеленым, то есть абонент получил дополнительное оповещение о том, что его послание дошло до адресата.

«Уважаемый Владимир Прохорович! Имеем уведомить Ваше Сиятельство о том, что сегодня в 19.00 в здании дворянского собрания города Восточный состоится бал в ознаменование девятнадцатой годовщины восшествия на престол Государя Императора Всея Руси Федора III Николаевича Вяземского.

Присутствие строго обязательно.

Форма одежды парадная.

25.06.1925 г.

Канцелярия Наместника Его Императорского Величества генерал-полковника В. И Еремеева».

В самом низу подпись ответственного лица, какого-то полковника от инфантерии Кошкина В. В. и солидная гербовая печать.

Опаньки! Это когда же генерал-лейтенант успел получить очередное воинское звание? Вот так-то, жизнь вокруг меня кипит, а я не в курсе, национальный праздник за делами едва не прощелкал. Хотя… Я перебрал стопку писем, скопившихся на моем столе за время моего отсутствия. Ага! Вот оно.

«Приглашение на бал по случаю присвоения Василию Игнатьевичу Еремееву очередного звания генерал-полковник».

Ну да, я как раз-таки в это время гулял по вонючей токийской канализации. Оно хоть флюиды меня не коснулись, но ощущение до сих пор, будто на самом деле в говне по уши выкупался, и это чувство еще долго будет бередить сознание. Тьфу-тьфу-тьфу! Больше ни за какие коврижки… Впрочем, зарекалась свинья дерьмо жрать. Я солдат и должен быть всегда готов, хоть в общественную канализацию, хоть на бал. Хе-хе-хе!

Что же касаемо предстоящего гульбища, я хоть и не люблю подобные мероприятия и стараюсь всячески от них отбрехиваться, в данном случае деваться некуда. Очередная годовщина правления Государя Российского — это грандиозное событие в масштабах государства, ну и повод для ста пятидесяти миллионов его подданных отвлечься от забот насущных и хорошенько повеселиться в течение трех дней, плюс воскресный выходной, столь удачно присовокупившийся к праздничным дням в этом году.

Хотя мне все-таки следует развеяться, заодно на местный бомонд взгляну. Ну как же, на Дальнем Востоке второй месяц, а еще ни одну здешнюю дамочку не очаровал своим бравым видом. Всё жрицы продажной любви, никакого разнообразия в плане секса. А хочется чего-нибудь эдакого… Вообще-то посещение подобных заведений для лиц необремененных брачными узами, не является чем-то предосудительным, ибо от естества никуда не деться. Тут, главное, не светить кителем и государственными наградами. Впрочем, уже касался данной темы, посему замнем для ясности.

Кардинальное изменение моих планов на этот раз настроения мне ничуть не испортило. Откровенно говоря, сердечко затрепетало в предощущении чего-то эдакого… приключения, что ли. Может, какую красотку очарую и в койку затащу, может какому наглому хаму морду набью. Говорят морские офицеры весьма охочи задрать сухопутных и сойтись с ними на дуэли. Если что, сам на рожон не полезу, но и себя в обиду не дам.

К восемнадцати тридцати я уже сидел за рулем своего «Desert Falcon», тщательно отчищенного и отмытого от малейших следов дорожной грязи моим садовником-универсалом Павлом Мартыновичем. Надеюсь, парковочное место для автомобиля Его Сиятельства графа Зубова-Прикаспийского найдется там, куда я еду.

До здания дворянского или благородного собрания езды всего-то минут десять. Чтобы не прослыть торопыгой, пришлось немного поколесить по городу, чтобы ровно без пяти семь подъехать к парадному означенного в приглашении адресата. Раньше мне лишь доводилось неоднократно проезжать мимо окруженного ухоженным парком массивного трехэтажного особняка в стиле… ладно, не стану корчить из себя знатока архитектурных направлений. Данная тема ни в первой, ни во второй моей ипостаси меня особо не интересовала, если чуть-чуть по настроению. Отмечу лишь наличие мраморных колонн, богатой лепнины на фронтоне, а также двух трехметровых скульптур крылатых львов, охраняющих вход. Ну да, скульптурные изображения несли вполне функциональную нагрузку, встроенное в них заклинание ненавязчиво сканировало всякого входящего на предмет несанкционированного колюще-режущего, а также взрывчатых веществ, ну и входящий люд на предмет незаконной прихватизации чего-нибудь ценного. Обычный человек ничего не почувствует, одаренный до уровня магистра ощутит лишь легкий дискомфорт, для высших магов обойти данное заклинание не составляет особого труда. Впрочем, вряд ли грандмагистру, тем более, архимагу придет в голову обвешать себя взрывчаткой, чтобы совершить террористический акт, ну, или спереть позолоченный подсвечник. Высшие чародеи весьма и весьма (я бы даже сказал — чрезмерно) обласканы Государем Императором, так что причин становиться бомбистами, то есть, выражать недовольство существующей властью у них нет и быть не может, тем более, заниматься мелкими хищениями. Взять, к примеру, меня. Осыпан царскими милостями с головы до ног. Вроде бы, и желать особо нечего. Единственный момент, хочу поскорее выйти на дембель, а дальше, хоть кури бамбук, плюя в потолок, хоть развивай своё графство Прикаспийское. Но пока это всего лишь мечты.

Остановился перед самым парадным входом в паре метров от вышеупомянутых львов. Вышел из авто, чтобы поинтересоваться у здешней обслуги насчет парковочного места. Однако подскочивший мужчина среднего возраста, назвавшийся управителем, тут же решил за меня возникшую «проблему»:

— Ваше Сиятельство, не извольте беспокоиться, о вашем автомобиле позаботятся.

Забавно, я еще представиться не успел, а меня уже опознали. Перед тем, как передать управление «Соколом» стороннему лицу, внес некоторые коррективы в магическую защиту автомобиля, чтобы ненароком не пришибло мужичка электрическим разрядом. Сам же в сопровождении управителя направился внутрь здания по отделанной белым мрамором ступенькам.

Обстановка внутри здания дворянского собрания, по большому счету, не сильно меня поразила своим богатством и помпезностью: позолота, настенная и потолочная лепнина, картины, гобелены, напольные часы, мозаичные каменные полы и мраморные ступени. В этой жизни я уже успел побывать в кремлевской резиденции Государя Императора, вот уж где на отделку деньжищ не пожалели. В той жизни как-то даже специальный тур совершил с целью осмотра разного рода подобных достопримечательностей. Посетил Лувр, венский Шёнбрунн, Букингемский дворец, Зимний дворец в Санкт-Петербурге и еще кучу монарших резиденций, так что кое-какое представление на этот счет имею. Однако в архитектурных стилях разбираться так и не научился, поскольку (повторяюсь) по барабану мне все эти Барокко и прочие Рококо с Классицизмами.

Фуражку и перчатки оставил в гардеробной у входа, взамен получил лист бумаги с перечнем культурно-массовых мероприятий предстоящего вечера. Разумеется, первым пунктом программы было торжественное выступление Его Высокопревосходительства генерал-полковника Еремеева В. И. Далее по списку шел торжественный ужин. За ним, собственно бал, с танцами. Для проголодавшихся от бурных плясок в отдельных комнатах накрыты столы с выпивкой и закусками «по шведскому маниру».

Задерживаться надолго в гардеробной мне не позволил седовласый мужчина, в шикарных бакенбардах и статью истинного генералиссимуса:

— Ваше Сиятельство, прошу проследовать за мной. — Далеко идти не пришлось. Пройдя пару десятков метров по широкому ярко освещенному коридору, мы с провожатым оказались в огромном зале, размерами едва ли не на весь первый этаж, основательно заполненном расфуфыренной публикой. Дабы перекричать стоящий в помещении гул, мой сопровождающий, воспользовавшись магическим усилителем голоса, с помпой провозгласил: — Их Высокоблагородие граф Зубов-Прикаспийский, кавалер орденов: «Андрея Первозванного», «Святого князя Святослава», «Воина Света» и прочих правительственных наград Российской Империи.

Стоит отметить, что из прочих правительственных наград в моём «иконостасе» имелась всего лишь скромная медаль «За доблесть и усердие», еще особый знак, выданный Государем, но это уже не награда, просто финтифлюшка, дабы меня все уважали и слушались. Насчет уважения, этого хватает, а вот слушаться некоторые гадёныши наотрез отказываются, особенно из числа армейских интендантов. Казалось бы, увидел цацку, изволь встать на цырлы, ну или резко упал-отжался по моему велению. А вот хренушки вам: «Вашвыскбродь, при всем нашем уважении, нетути на складе ртутных термометров»… Чёрт побери, сдались мне эти градусники! А всё мои алхимики — вынь им их да положь, дескать, контроля температурного режима эндотермических процессов никакой вам взрывчатки и прочей алхимии не получим. Воспоминания о недавних баталиях с хитроумными снабженцами изрядно подпортили мне настроение. В конечном итоге, плюнул тогда и отправился в торговый порт, где через тамошних ушлых барыг за собственные кровные удовлетворил все хотелки нерадивых алхимиков, не удосужившихся при отправке на Дальний Восток проверить комплектность оборудования.

Погруженный в грустные мысли поначалу я даже не отреагировал на возникшую в зале тишину, связанную с явлением народу графа Зубова-Прикаспийского. Ну да, меня заметили. А как не заметить доверенное лицо самого Государя Императора Всея Руси. В течение двух-трех минут мою фигуру внимательно рассматривали и оценивали, дамы в возрасте через лорнеты, несмотря на то, что со зрением у них всё чики-пуки, а кое-кто из одаренных даже просканировать в Астрале попытался. Скажу вам, не очень приятно быть в роли эдакого «скакового жеребца», выставленного на продажу. Пришлось делать морду кирпичом, мол, плевать мне на ваше пристальное внимание. Для вящей убедительности взял с подноса пробегавшего мимо служки бокал с каким-то игристым вином и сделал глоток. Ничего так напиток, приятный. С фужером в руке отошел в сторонку от входных дверей. Вскоре на меня перестали откровенно пялиться, в зале воцарился прежний «белый шум», создаваемый сотнями мужских и женских голосов.

Теперь наступила моя очередь разглядывать народ. Большая часть мужчин в зале, военные в высоких чинах при высоких орденах, медалях и прочих знаках особого отличия. Морских в черной форме и сухопутных в хаки офицеров примерно поровну, также отмечается незначительное количество летунов в темно-синих парадных мундирах. Лишь изредка то тут то там среди золотопогонников мелькнет человек в кителе статского чиновника или вовсе в гражданском костюме. Ну это вполне закономерно, город Восточный является военным форпостом Российской Империи на Тихом океане, поэтому большинство его населения составляют военные. Вот только мне, по внутреннему содержанию, все-таки сугубо гражданскому человеку, то есть, не имеющему никаких амбиций армейского карьерного роста, совершенно непонятно, за какие такие заслуги практически все присутствующие офицеры горделиво красуются множеством высоких правительственных наград. По логике вещей, за просто так ни орденом, ни самой скромной медалькой не награждают. Если на груди появилась какая звезда, крест тем более усыпанное бриллиантами блюдце, значит, их обладатель, как минимум, уничтожил вражеский полк, пару-тройку кораблей, группу боевых дирижаблей, на худой конец, городишко какое освободил от супостата. То есть, суммарное количество боевых наград позволяет сделать вывод, что враг разбит по всем фронтам и Российской Империи на данный момент никто и ничто не угрожает.

Ну всё-всё, не буду больше ёрничать в адрес наших бравых военных. Надеюсь, что в годину испытаний все они не сдрейфят, и дадут достойный отпор японским и всем прочим милитаристам.

Исполнения первого пункта программы торжественного вечера, посвященного очередной годовщине правления нынешнего Государя Императора долго ждать не пришлось. В моем бокале оставалось где-то треть от первоначального объема пузырящегося напитка, когда на подиум взошла группа хорошо знакомых всем лиц: председатель дворянского собрания города Восточный Лукоцкий Борис Матвеевич, генерал-губернатор Дальневосточного края Василий Игнатьевич Еремеев и Куропаткин Святослав Кириллович, командующий всеми вооруженными силами Дальнего Востока.

Седовласый полковник от артиллерии в отставке Лукоцкий, несмотря на преклонный возраст, вполне себе энергичный старикан. Мне, как дворянину, входило в обязанность быть представленным этому человеку еще по приезде в город Восточный. Нормальный мужик без разного рода заскоков в плане: «Не то что нынешнее племя и богатыри не вы». За два месяца получил от него несколько писем, в которых тот выразил обиду полным моим игнорированием светской жизни вверенного в его попечение города. Приходилось отписываться, мол, занят по уши государственными делами, как только освобожусь, непременно стану постоянным активным участником дворянских посиделок. Внял, более не пишет, но, как мне кажется, все-таки немного обижается. Надеюсь, сегодняшний мой визит хотя бы чуть-чуть его успокоит сердце старого вояки.

Борис Матвеевич был краток, сам весьма сжато поздравил народ со знаменательным событием, затем предоставил слово наместнику императора на Дальнем Востоке.

А вот Василий Игнатьевич на слова не поскупился. В своей длинной витиеватой речи он подробно описал сакральную важность фигуры Господом данного народу российскому Государя Императора, с подробным перечнем его заслуг. Короче, излил из своих уст «сладкий мёд на сахарную патоку, со всякими карамельками и сдобрил всё это густым слоем словесной сгущенки». У меня от подобной приторности, аж скулы свело. Пришлось в срочном порядке допивать слегка кисловатое игристое и обзавестись очередным полным бокалом.

Так или иначе, но всякая официальная часть когда-нибудь подходит к своему завершению. Благо, командующий вооруженными силами Приморского Края генерал-полковник Куропаткин Святослав Кириллович ограничился всего лишь громогласным:

— Многая лета, всемилостивейшему государю Российскому Федору Третьему!

Присутствующие в зале тут же дружно подхватили:

— Многая лета!

— Многая лета!

— Многая лета!..

Вслед за этим Борис Матвеевич Лукоцкий, как главный распорядитель бала, пригласил присутствующих подняться на второй этаж, где в трапезной зале накрыты столы для торжественного ужина. Народ вовсе не ломанулся резко занимать самые лучшие места, поскольку в выданной каждому гостю памятке было отмечено его персональное место за определенным столом, так что никакого произвола, всё согласно местной системе оценок иерархической значимости того или иного индивидуума. Мне выпала честь сидеть за одним столом с самим наместником Государя Императора и главнокомандующим, чему я, откровенно говоря, не был особенно рад. По мне, так желательно оказаться меж двух симпатичных юных барышень, а еще лучше рядом со свободной от уз Гименея дамой посолиднее. Сам я в данный момент хоть и нахожусь в теле пацана с бурлящими в крови гормонами, душой и разумом все-таки сорокалетний мужик, досконально изучивший пресловутый «женский вопрос» еще в прошлой жизни. Именно по этой причине какой-нибудь юной вертихвостке предпочел бы даму бальзаковского возраста без комплексов, которая отлично знает, чего именно ей нужно от жизни и не строит разного рода ненужных иллюзий матримониального плана.

Помимо Еремеева, Куропаткина и Лукоцкого за нашим столом присутствовало еще ряд генералов и адмиралов. Разумеется, я их всех знаю поименно, но заниматься подробным перечислением не стану, ибо ни я к ним, ни они ко мне никакого отношения не имеют. Наряду с мужьями также присутствовали их жены (куда же без них?) и, разумеется, дочки на выданье. Как и полагается, за столом главенствовал громогласный и велеречивый Еремеев — все-таки по своей должности именно он первое лицо на российском Дальнем Востоке. Признаться, задолбал господин генерал-полковник. Мало что заставлял всех присутствующих мужчин пить исключительно водку, еще и частил с тостами со всякого рода прибаутками в стиле: «Между первой и второй промежуток небольшой, ну и так далее в том же духе». Благо для меня нейтрализовать избыток алкоголя в организме труда не составляет, а вот для некоторых господ командиров завидная стойкость наместника к крепким напиткам оказалась весьма тяжелым испытанием.

На меня, разумеется, обратили внимание. Пришлось поведать присутствующим за какие такие заслуги мою грудь украшают боевые имперские награды. Впрочем, в подробности я не углублялся, да и никому не было особо дела до тех подробностей, поскольку каждый из разгоряченных водкой вояк норовил порадовать присутствующих за столом каким-нибудь особым случаем из своей богатой на события военной жизни. Рассказывали, в основном, о закончившейся три десятилетия назад русско-японской войне, в результате которой Манчжурия была присоединена к России. Кто-то делился впечатлениями о серии кавказских войн двадцатилетней давности с турками и персами. Ничего нового из этих рассказов я для себя не вынес. Ну да, разорванный снарядом полевого трехдюймового орудия боец орошает ароматами крови и дерьма приличную площадь — это мне и без их подсказок известно. Рассказать бы им, что плавает в токийской канализации, да со всеми подробностями. Нет, я еще окончательно из ума не выжил, чтобы, уподобляясь одному пожилому артиллеристу в чине генерал-лейтенанта, вдаваться в описания подобного рода. Впрочем, на подвыпившего говорливого вояку тут же шикнула его благоверная, и тот покорно закрыл рот.

Да, еще один момент, за столом, к моему несказанному удивлению, присутствовала Екатерина Васильевна Яровая в черной «гестаповской» форме в чине военного прокурора первого ранга, что соответствует званию армейского генерал-лейтенанта. Её выдающийся бюст пятого размера был увешан орденами и медалями. И вообще женщина выглядела шикарно, примерно также, как выглядит готовая к прыжку на свою жертву королевская кобра. Слава всем богам, её место находилось по другую сторону от генерал-губернатора и наше с ней общение за столом ограничилось лишь легкими приветственными кивками.

Присутствовавшие за столом девушки находились на недосягаемом для меня расстоянии, так что пообщаться с ними мне не довелось. Впрочем, я ни разу не пожалел на сей счет, ибо ни одного для себя интересного объекта здесь не было. Я всегда считал и буду считать военных жадными жлобами, что в той жизни, что в этой. Денег имеют достаточно, а вот вложить лишнюю копейку в родное чадо даже мысль не приходит в их тупые головы. А ведь для их кошельков услуги целителей-косметологов не столь уж и обременительны. Вот и улыбаются генеральские и адмиральские дочки, демонстрируя зачастую кривые зубы, у некоторых со следами кариеса. А еще на лицах многих из них присутствуют родинки. Ну да, для некоторых эстетов родинка на щечке или подбородке любимой — украшение. А вот лично для меня, это доброкачественное образование на коже, состоящее из сгруппированных клеток меланоцитов (именно так в медицинском справочнике написано), то есть, банальная болячка, в перспективе опасная для жизни, от которой необходимо избавиться как можно скорее.

После того, как всеобщее внимание переместилось от меня к тому пожилому пердуну с погонами генерал-лейтенанта от артиллерии, который, кстати, и поведал народу о том, чем пахнет разорванный на мелкие кусочки боец, я наконец-то получил возможность предаться дегустации предлагаемых блюд, с частыми перерывами на очередной тост — тут уж никуда не деться. Впрочем, по моему хотению алкоголь не усваивался стенками желудка и кишечника и, не попадая в кровь, тут же расщеплялся на безобидные воду и углекислый газ. Салаты из морепродуктов, рыбные и мясные супы, а также прочие блюда оказались на высшем уровне. Так что по окончании ужина я вышел из-за стола изрядно отяжелевшим и с единственным желанием посетить одно укромное местечко. Впрочем, это уже не те подробности, на которых стоит заострять внимание.

Потихоньку праздный люд из-за столов начал перемещаться в церемониальную залу на первом этаже. На подиуме (мама, я обалдеваю!) аж целый симфонический оркестр под руководством сухощавого кучерявого брюнета со взором горящим — явно фанат от музыки. Глядя на него, вспомнил эпизод из фильма «Покровские ворота» — это когда мальчика Яшу ровесники зовут во двор играть в футбол, но его заботливый дедушка велит пиликать на скрипице на «радость» соседям. Не знаю, почему, но мне кажется, что этому юноше в свое время его дед точно таким же методом привил любовь к музыке. Ну это так, ассоциации.

Получив свою порцию предварительной ласки… то есть аплодисментов, дирижер повернулся спиной к уважаемой публике, взмахнул палочкой, и в помещении мощно грянул «На сопках Манчжурии». Вот так-то, не убежать мне, никуда не скрыться от этой самой навязчивой Gloria Mundi. Интересно, музыканты в курсе, что «автор» данного произведения находится в этом зале?

Тем временем народ разбившись на пары закружился в ритме вальса раз-два-три, раз-два-три.

Моя возвышающаяся над большинством присутствующих фигура не осталась без внимания. Ко мне устремилось сразу несколько приятных глазу особ женского пола, как раз того самого бальзаковского возраста. Однако, молодость все-таки имеет преимущество хотя бы в скорости перемещения, так что я был ангажирован какой-то юной особой. К моему сожалению, понятие «белый танец» в этой реальности отсутствует. Эмансипация в обществе достигла такого уровня, что не только «кавалеры приглашают дамов», но и слабый пол в своем законном праве танцевать с тем, к кому душа расположена.

Станцевали, пообщались. Как оказалось, девушку зовут Карина Львова, любимая и, насколько я успел заметить, крайне избалованная дочь барона Львова, одного из неформальных хозяев здешних мест, про которого я уже был изрядно наслышан. Как оказалось, Карина учится в МУМ на третьем курсе Целительского факультета. В настоящий момент находится дома на летних каникулах. Моя персоналия ей знакома, вот только подрулить для более тесного контакта в стенах Альма-Матер она не решалась по причине наличия огромного количества более именитых конкуренток. Ну да, а я-то олух царя небесного и не в курсе, что за сердце Вовки Зубова в стенах МУМ идет жестокая подковерная борьба между самыми именитыми студентками универа, которая, задержись я там еще на один год, вполне могла вылиться в форменное кровопролитие. Так что в столице Карина ни при каких обстоятельствах не подкатила бы ко мне, а тут дом родной, пенаты помогают и злых более родовитых подруг-конкуренток на горизонте не наблюдается.

Данную информацию донесла до меня довольно сумбурно моя партнерша по танцу, тем самым фактически объяснилась мне в любви. Во, блин, простота! Но нет, нам такого счастья не нать, и с отцовскими деньгами не нать — у нас свой лярд на подходе, только за музыку, а еще доходы от графских владений. То, что красотка — этого у Карины не отнять, а вот завести с ней постельную интрижку без последствий у меня вряд ли получится. Мои магические сенсоры регистрируют постоянное внимание к данной особе со стороны тройки нехилых одаренных, а также её папахена с мамахен. Так что вариант отвести в какую уединенную комнату и, задрав подол платья, поставить в позу пьющего оленя со всеми вытекающими, точнее втекающими, не прокатит категорически. Даже в том случае, если бы девушка и не находилась «под колпаком» проплаченных заботливым батюшкой магов, я бы не стал с ней связываться по причине все тех же «пенатов», кои, в конечном итоге, способны запросто довести Владимира Зубова-Прикаспийского к свадебному одру… пардон, венцу. А я, не устаю это повторять, еще маленький и к семейной жизни не готовый.

То ли дело вот та шикарная брюнетка с огромными сапфировыми глазками, бюстом приятного размера, осиной талией и точеными ножками, что лихо вальсирует в компании флотского офицера. Насчет ног, это благодаря моему зрению-рентгену, способному замечать сокрытое даже под длинными женскими юбками из плотного крепдешина. Так или иначе, прости меня Карина, но я вовсе не принц твоей мечты — обычный повеса, жаждущий большой, но чистой любви, без каких-либо последствий и обязательств. Сердцем и всем своим мужским естеством чувствую, что именно эта синеглазая красавица со слегка смугловатой бархатистой кожей и улыбкой подобной жемчужному ожерелью в обрамлении алых кораллов именно то, что мне сейчас нужно. Самое главное, испускаемый женщиной ментальный фон однозначно подсказывает, что в настоящий момент она пребывает в поисках достойного сексуального партнера. И то, что в качестве такового она не рассматривает бородатого флотского майора, пардон, капитана третьего ранга меня очень даже радует.

По окончании танца, Карина была бы рада продолжить наше общение, но мне пришлось сослаться на срочную надобность встретиться с одним из здешних военачальников по делам особой государственной важности и препроводить вообразившую себе невесть что девицу к зорко бдящим за дочкой маменьке и батюшке с их магической охраной. Кстати, на балу многих из присутствующих дворян сопровождает эскорт наемных магов-телохранителей, кои, по сути, также являются членами местного благородного собрания. Короче говоря, кто-то просто веселится, а кто-то веселится, при этом еще и подрабатывает нехило.

Избавившись от навязчивой опеки возомнившей себе невесть что девицы, я отправился искать того самого «военачальника» с которым должен порешать «особо важные дела». На самом же деле, вы наверняка уже догадались, в каком направлении я пошагал, осторожно огибая переминающихся с ноги на ногу в ожидании следующего танца гостей. Благодаря своему магическому дару, мне было несложно среди сотен астральных отпечатков присутствующих граждан вычленить интересующую меня сигнатуру.

Вновь со сцены зазвучала музыка. На этот раз желающих потанцевать ждал крутой «птиц» под названием обломинго, поскольку красивый женский голос в сопровождении фортепиано запел «Песню Сольвейг», разумеется, авторства Владимира Зубова (да простит меня Эдвард Григ) и не на каком-то там грубом норвежском, а строго на великом и могучем:

— Зима пройдёт и весна промелькнёт,

И весна промелькнёт;

Увянут все цветы, снегом их занесёт,

Снегом их занесёт…

Разумеется вальсировать или выдавать еще какие коленца под столь величественно-печальную музыку никому в голову не придет. Присутствующим оставалось с замиранием сердца наслаждаться чарующим голосом неведомой мне певицы, ну и «моим» произведением:

— … И ты ко мне вернёшься — мне сердце говорит,

Мне сердце говорит,

Тебе верна останусь, тобой лишь буду жить,

Тобой лишь буду жить…

Впрочем, ни песня, ни тем более певица в настоящий момент меня не сильно интересовали. Наконец-то я оказался в пределах визуального контакта с той очаровательной особой, на которую положил глаз еще в процессе танца с баронессой Львовой.

Наши взгляды встретились. И вот тут случилось самое настоящее чудо, о котором часто пишут велеречивые романисты, и которого (как я раньше считал) на самом деле не существует. Мы обменялись улыбками и, как будто под действием неведомых чар, подобно двум сомнамбулам двинулись навстречу друг другу, не обращая никакого внимания на окружавших нас людей. Я видел только её, и с абсолютной ясностью осознавал, что она никого кроме меня также не видит. В этот момент всё рациональное разом выскочило из моей затуманенной башки. Осталось понимание лишь того, что я хочу эту женщину, как никого и никогда до этого, но самое главное, она также хочет меня как мужчину, как самца. На глазах оторопелых граждан мы приблизились друг к другу и едва не слились в страстном поцелуе. Это непременно случилось бы, не встрянь между нами в этот момент тот самый капитан третьего ранга, в обществе которого моя королева до этого банально умирала со скуки.

— Вы что себе позволяете, Зубов! — брызгая слюной заорал едва ли не перекрикивая льющийся со сцены чудесный голос талантливой исполнительницы. — А вы, Эвелина Андреевна…

К несчастью капитана третьего ранга в данный момент я был вовсе не цивилизованным представителем общества, скорее пещерным троглодитом, возжелавшим красивую самку, на пути которого встал другой пещерный троглодит. Легкое движение рукой, и назойливая помеха, получив изрядное ускорение. врезается в группу его коллег молодых морских офицеров. Что тут началось! Вокруг шум, крики, а мы с Эвелиной ничего этого не замечаем. Я был готов впиться поцелуем в такие желанные губы, но тут меня встряхнул довольно сильный удар сзади в правое плечо. Обернувшись, я увидел злющую физиономию окончательно озверевшего соперника и движущийся в направлении моего лица кулак. Ну что за манеры ваше высокоблагородие?! Вести себя в культурном обществе совершенно не обучены. Уклониться от неуклюже исполненного боксерского приема особого труда для меня не составило, а также перехватить в запястье руку со сжатым кулаком. Далее раздался характерный хруст ломаемой кости, затем душераздирающий крик, и бородатый юноша теряет сознание и валится на пол под действием сильного болевого шока. М-да, перестарался малость, наверное, от нервов со мной такое.

Как ни странно, но произошедший инцидент, который и дракой язык не поворачивается назвать, позволил моему сознанию вернуться из каменного века к вполне цивилизованному виду. Не обращая внимания на распростертое на полу тело, я подошел к предмету своего вожделения. О, как же она прекрасна! Женщины даже самые цивилизованные и благовоспитанные на уровне древних инстинктов жаждут, чтобы за них дрались мужики ибо сильный самец гарантирует жизнеспособное потомство. Эта не стала исключением — эвон как часто задышала и глазки еще больше заблестели… Впрочем, чего-то меня не туда понесло. Только что был отмороженным троглодитом, теперь начинаю философствовать, подобно какому книжному червю.

В свою очередь Эвелина Андреевна также умудрилась взять себя в руки и, протянув ручку для поцелуя, сказала:

— А вы отчаянный молодой человек. — Её бархатистый слегка хрипловатый голос едва не вверг меня вновь в пучины первобытной дикости, но я все-таки нашел в себе силы удержаться на грани.

Прежде чем прильнуть к желанной ручке я представился:

— Владимир Прохорович Зубов-Прикаспийский. Прошу любить и жаловать. Очарован вашим видом несравненная…

— … Эвелина Андреевна Арбатова-Абашидзе княгиня, — и с деланной печалью в голосе добавила: — вдовствующая. — Хе-хе, как будто я и без этого комментария был не в курсе матримониального статуса дамы.

Тут за моей спиной поднялся какой-то шум. Это сослуживцы привели к продолжавшему валяться на полу телу одаренного целителя. На меня внимания не обращали и отомстить за поруганную честь флотского офицера не пытались. Но я не тешусь иллюзиями, мне кажется, что вся эта катавасия только начинается. Поверженный ухажер довольно продвинутый одаренный в стихиях огня и воздуха. После того, как оклемается, непременно потребует магического поединка. Придется соответствовать. Впрочем, убивать не стану, он же не в курсе, с кем связался, а еще я его вполне понимаю — за эту чудесную даму я бы и сам кому угодно навалял люлей. Хотя уже навалял и не чувствую себя виноватым хотя бы малую толику.

Пожилой чародей-целитель из приглашенных гостей внимательно осмотрел пострадавшего, приговаривая, с нескрываемым восхищением в голосе:

— Ух ты, лучевая в двух, локтевая в трех местах поломаны! И это на чистой физике! Силен, братец! — Это он что, в мой адрес дедок выразился в столь восторженной форме? Благодарить за столь явную похвалу я его не стал, сделал вид, что не услышал. Тем временем маг выполнил какие-то замысловатые манипуляции с рукой пострадавшего. В результате поврежденная конечность на мгновение осветилась неярким изумрудным светом и тут же срослась во всех пяти поломанных местах. Настоящий профи, мои глубочайшие респект и уважуха. Выполнив работу, целитель обратился к его сослуживцам: — Ну все, молодые люди, подлатал я вашего товарища. Минут через пять очухается. К завтрашнему дню все окончательно заживет, как на уличном кошаке. А покамест пусть держит руку в покое и в кулачные драки не встревает. — От себя с нескрываемой ехидцей в голосе добавил: — Коль не умеет.

Убедившись в том, что с её знакомым всё в полном порядке, княгиня с легким кокетством в продолжила наш разговор:

— И как же вас прикажете любить и жаловать, Владимир Прохорович?

Содрав беззастенчиво выражение морды лица с киношного поручика Ржевского, я тут же предложил единственный возможный вариант дальнейшего развития наших отношений:

— Для начала, обожаемая Эвелина Андреевна, предлагаю прогулку на автомобиле по ночному городу. Уж очень тут душно, к тому же всякие несознательные личности, к тому же в форме флотских офицеров дисциплину хулиганят. Мой немудреный выпад вызвал ропот в рядах присутствующих военных. Если моряки выразили откровенное недовольство, сухопутные и летуны вполне меня поддержали, мол, несдержанный морячок, сам нарвался на достойную оплеуху.

— Ну что же, вынуждена принять предложение от столь упорного и уверенного в себе мужчины. К тому же здесь действительно становится все более и более душно. Куда только смотрят маги воздуха?

Я галантно подставил локоток. Дама за него цепко ухватилась, и мы под недоумевающими, подчас завистливыми взглядами представителей бомонда мужского пола и, по большому счету, осуждающими от представительниц женской его части направились в сторону выхода. Среди кислых, унылых и завистливых физиономий, будто солнечный лучик мелькнул светлый образ Екатерины Васильевны Яровой. Прокурор первого ранга не только поощрительно улыбнулась, но показала поднятый вверх большой палец руки в знак одобрения, мол, не опозорил родной Альма-Матер. Так держать!

Интермедия № 3

В Малом зале заседаний Кремлевского дворца Его Императорского величества сегодня было непривычно малолюдно. Присутствовали исключительно доверенные и неоднократно проверенные лица, именуемые Ближним Кругом Государя. В иной реальности, это можно было бы назвать заседанием Совета Безопасности, Впрочем, как ни назови, факт тот, что в обширном помещении в данный момент находились, пожалуй самые влиятельные лица государства Российского.

Сидели довольно кучно за огромным столом, так что Государю Императору не было нужды усиливать громкость голоса посредством магии или новомодной электроники:

— Итак, господа, неделю назад, каждый из вас получил довольно полную выжимку из материалов, изъятых одним нашим агентом на Дальнем Востоке из Главного военного ведомства Японии. Прошу высказываться по данному вопросу. Начнем, пожалуй, с вас, Иван Иванович. — После этих слов он кивнул в сторону начальника Тайной имперской службы генерал-лейтенанта от жандармерии Толмачева.

— Ваше Величество, уважаемые господа, во-первых, я считаю, что герой, добывший столь ценные материалы, достоин самой высокой награды…

— Герой уже носит на груди орден «Воина Света», — не удержался от подковырки Государь, — Однако вы правы, Зубов-Прикаспийский будет вознагражден в полном соответствии с совершённым им деянием. От одной лишь мысли, какие клоаки пришлось посетить этому юноше, меня коробит, будто не с отчетов познакомился, а сам в них по уши искупался. Кстати, слог у парня неплохой и глаз наметанный насчет разного рода мелочей. — Царь, сморщил лоб, будто что-то вспоминая, и, брезгливо скривившись, процитировал из отчета талантливого борзописца: — «Основательно обглоданное крысами человеческое тело и куча налипших на него фекальных масс на какое-то время воспрепятствовали моему продвижению к намеченной цели…». Ну, или как-то так. Впрочем, мы слегка отвлеклись. Продолжайте, Иван Иванович.

— Десять дней назад в распоряжение Тайной службы поступил огромный объем бесценной информации, связанной с подготовкой Японии к предстоящей войне. Большая часть бумаг была в течение трех суток переведена нашими специалистами, после чего данные были резюмированы, размножены и по вашему указанию, Государь, переданы указанным вами лицам для последующего их анализа.

— Спасибо, господин Толмачев, — император милостиво кивнул главному «молчи-молчи» государства Российского, и, обведя взглядом присутствующих в зале, сказал: — У кого-нибудь имеются вопросы к Ивану Ивановичу?

Поскольку тема нынешнего заседания касалась государственной безопасности, следовало ожидать вопросов от присутствующего генералитета, однако вояк опередил Канцлер, иными словами, председатель кабинета министров, князь Василий Кузьмич Артемьев-Угличский:

— Уважаемый Иван Иванович, у меня к вам всего лишь один вопрос. В течение примерно какого срока ваше ведомство способно сохранять конфиденциальность полученной нами информации?

На что тут же последовал вполне исчерпывающий ответ:

— Василий Кузьмич, смею вас заверить, что все причастные к данному делу лица в настоящий момент сосредоточены в одном подмосковном поместье и взяты под охрану Мажеского корпуса и военных. Также, осознавая важность полученной нами информации, за каждым из присутствующих в этой комнате установлено негласное наблюдение.

Ожидаемых возмущений и ропота не последовало, поскольку всем было без объяснений понятно, что разрешение на догляд за высшими лицами государства Толмачев получил от Самого (указательный палец вверх). Все-таки данное известие изрядно подпортило настроение большинству присутствующих, мало ли какие грешки числятся за каждым из них. Однако, даже в том случае, если жандармы что-то надыбали, очередной поход налево кого-либо из присутствующих Государь Император не посчитал веской причиной для удаления его из Ближнего Круга. Ну с кем не бывает?

— Похвальное рвение в сохранении государственной тайны, Иван Иванович. Благодарю за службу! — Выразил свой респект Толмачеву Государь Император.

— Рад стараться, Ваше Императорское Величество! Служу Государю Императору и Отечеству! — вытянувшись по стойке «смирно», рявкнул генерал-лейтенант.

Махнув рукой на ретивого вояку, мол, служишь — молодец, а горланить в присутствии высшего лица государства вовсе не обязательно, Федор Николаевич продолжил:

— Благодаря усилиям наших разведчиков Военное ведомство получило в свое распоряжение изрядное количество бесценной информации. Хотелось бы узнать мнение начальника Генерального штаба, каким образом мы можем ею воспользоваться? Вам слово, Евграф Терентьевич.

Толмачев проследовал на свое место. На его место заступил невысокий крепыш на вид лет слегка за пятьдесят одетый в черную морскую форму с вице-адмиральскими погонами на плечах.

— Ваше Величество Государь Император, уважаемые господа, полученная информация была тщательнейшим образом рассмотрена компетентной комиссией Генштаба. Главные цели наших будущих ударов определены. Так что хоть сейчас посылай воздушные и морские эскадры для нанесения бомбовых ударов. Однако… — адмирал сделал мхатовскую паузу, возведя очи Горе, — в процессе тщательного анализа полученных данных нам удалось установить, что имеющимися в нашем распоряжении силами пробить воздушную оборону противника невозможно, даже в том случае, если мы обнажим наши западные границы и пошлем все ударные дирижабли, иже с ними истребительную авиацию на Дальний Восток. То же самое обстоит и с прибрежными крепостями противника. В случае даже самой неожиданной атаки на сконцентрированные в заливах корабли японцев, наши рейдерские группы будут попросту уничтожены на дистанции десяти, в лучшем случае, пяти миль, ибо в борьбе с кораблем всегда выигрывает береговое орудие, и я, как флотский офицер, имеющий значительный опыт в означенном вопросе, вынужден констатировать данную аксиому.

— И более никаких идей, каким образом преодолеть оборону врага? — задал вопрос Федор Николаевич.

— Идеи есть, Ваше Величество, вот только ресурсов для их реализации маловато. Единственный вариант, концентрация на острове Сахалин армейской группировки с последующей высадкой на остров Хоккайдо. Жаль, но после начала боевых действий по этому сценарию о полученной стратегической информации можно тут же забыть. Вот если бы каким чудесным образом нам удалось нейтрализовать средства ПВО, береговые укрепления стали бы легкой мишенью для наших воздушных флотов, а запертые в заливах флота мы бы отправили на дно в считанные минуты.

— Константин Константинович, — Федор Николаевич с нескрываемой надеждой посмотрел на присутствующего за столом командира Мажеского корпуса, — как у вас идут дела с реализацией «изделия № 16»?

На что поднявшийся из-за стола Блинов, бессильно разведя руками, с грустью в голосе констатировал:

— Никак, Ваше Императорское Величество. То, что довольно легко получается у креатора, самым нашим продвинутым магам оказалось не под силу.

— А если отозвать Зубова с Дальнего Востока и заставить клепать эти самые внепространственные хранилища, кои вы так амбициозно вызвались создавать тысячами?

— Боюсь, не получится, Государь. Я тут на днях связался с Зубовым и обрисовал проблему. К сожалению он ничем не сможет нам помочь в её решением, поскольку ему самому удается изготовить всего пару колец-хранилищ в сутки. Ну если напряжется получит три, максимум, четыре. Поскольку наша задача по нейтрализации милитаристских планов Японской Империи должна быть выполнена в самые кратчайшие сроки, я бы на вашем месте не стал выдергивать Зубова с Дальнего Востока. Более того, предлагаю обеспечить все его запросы в экстренном порядке, насколько я понимаю, лишь маломерные цели способны уничтожить вражескую ПВО. Ему необходимо объяснить суть проблемы и поставить задачу, а дальше он и сам всё исполнит в самом лучшем виде.

— Так, понял вас, спасибо, Константин Константинович. — Император откинулся спиной на спинку кресла и отключился от реальности. Из медитативного транса он вышел через пару минут и уже с просветлевшим лицом сказал: — Значит, снова Зубов-Прикаспийский? Многовато этого юноши вдруг стало, но деваться некуда. Хорошо, Константин Константинович, отзывать в Москву насовсем мы его не станем, он нам на Дальнем Востоке еще здорово пригодится, а вот пригласить на пару дней в столицу, для приватного разговора, по всей видимости, придется.

Глава 13

Известно ли вам, для чего люди посещают Прорвы? К примеру, мой реципиент Вовка Зубов сунулся туда по причине собственной глупости, точнее юношеской влюбленности. Он вполне мог бы там и остаться навсегда, если бы я не подсуетился, точнее, меня не подсуетила одна дама с рожками и копытцами. Ну, это, по большому счету, частный случай. В основном во внепространственные аномалии ходят ученые мужи. Им кажется, что таким образом можно основательно продвинуться на пути научного прогресса. Кое у кого получается вынести оттуда какую полезную штуковину, например: драмарин златолистый, анакампсерос, артефакт чудесный, или еще что-нибудь в этом роде. Поговаривают, что существует множество организованных групп и частных лиц, пытающихся заработать на трофеях, добытых в Прорвах. Но это всего лишь слухи, для меня ничем не подтвержденные, поскольку единственным известным мне «сталкером» в нашей Бобровке оказался Вовка Зубов, других охотников шастать по Зазеркалью, как-то не находилось. Моим селянам для безбедной жизни вполне хватает сезонных «дождевиков» из Криволесья, кои пользуются ажиотажным спросом у перекупщиков, которые их потом реализуют фармацевтам, парфюмерам и прочим алхимикам. Да, еще лендлорды, на землях которых находятся врата в иномирье, нанимают шарашки одаренных сорвиголов, которые выносят оттуда для них разного рода диковинки. Помнится, одной из таких меня попытались лишить жизни во время дуэли. Повезло мне тогда, что пан Потоцкий потерял концентрацию и не справился с управлением заточенного в магический амулет монстра. Еще, поговаривают, в Прорву лезут по дурости и по глупости отчаянные самоубийцы. Напишут что-нибудь вроде «в моей смерти прошу винить Клаву К.» и как в омут с головой в ближайший портал. Выходит, причин, толкающих человека в Зазеркалье, множество, всех и не перечислить.

Я же в настоящий момент забрался в одну из двух подведомственных мне локальных внепространственных реальностей вовсе не в погоне за разного рода чудесами и диковинками, не для того, чтобы поохотиться на монстров, и даже не ради гипотетической встречи с торговцем-иномирянином. Мой визит имеет сугубо практическое значение.

Для ясности хочу немного отклониться от основной темы повествования, и еще раз напомнить всем интересующимся, что предоставленные в мое распоряжение самолеты способны летать как посредством двигателей внутреннего сгорания, так и с помощью магии. Если после некоторой модификации ДВС, а также увеличения объема топливных баков все вопросы к данному типу силовых установок у меня отпали, то к магоприводу имеется одна весьма и весьма значительная претензия — штатный накопитель магической энергии, а именно, кристалл кварца, из-за своей малой энергоемкости совершенно не подходит для будущих боевых операций моего мини-воздушного флота. Пересечь Японское море посредством запасенной в нем Силы без проблем, потом полетать на керосине немного над островами Японского архипелага и Корейским полуостровом, отбомбиться по заранее намеченным целям. А вот для того чтобы вернуться назад на магоприводе не получится, потребуется драгоценное углеводородное топливо, коего здешние двигатели внутреннего сгорания даже после моей глубокой модернизации жрут как не в себя. Если же назначенная для уничтожения цель будет находиться где-нибудь в Тихом океане или на Формозе, получается и вовсе билет в один конец. Так или иначе, но ресурс летательного аппарата в плане продержаться в воздухе без дозаправки, в настоящий момент меня категорически не устраивает. А это означает необходимость замены штатного кристалла кварца на что-то более энергоемкое.

Обнаружив маготехнологический недостаток, я тут же хотел связаться с назначенными Государем Императором столичными кураторами, чтобы прислали хотя бы необработанные рубиновые стержни, пусть даже выращенные искусственно в алхимических лабораториях. Однако стоило мне лишь представить, сколько времени займет бумажная волокита с оформлением заявки, а потом с её реализацией, как мой мозг тут же заработал в правильном направлении. Я вдруг вспомнил об изъятом из сейфа Исаму Накамуро бархатном мешочке, в который лишь мельком заглянул в процессе прихватизации, и о котором до поры до времени удачно позабыл. Вот что значит быть богатым и не думать о деньгах. Иной на моем месте, давно бы пристроил самоцветы с пользой для своего благосостояния. Теперь наступило время и для меня распотрошить свой алмазный фонд.

Чтобы камни ненароком не рассыпались по всей комнате, позаимствовал на время у домоправительницы чугунную сковороду с высокими бортиками, куда, памятуя о хрупкости минерала, я со всеми предосторожностями и высыпал содержимое мешочка.

Никогда не считал себя великим поклонником ювелирных украшений и всего, что с этим связано. Красиво, конечно, смотрится на шее какой-нибудь прелестницы изумрудное, рубиновое или алмазное колье, также колечко с самоцветом, браслетик, медальон и так далее в том же духе. При этом никогда не понимал тяги некоторых мужиков к массивным золотым цепям и здоровенным «гайкам» с огромными «булыжниками» на волосатых пальцах, или, упаси Господь, к сверкающим серьгам в ушах, оно ведь, чаще всего обладатель столь сомнительного украшения вовсе не является последним мужчиной в казачьем роду…

Слава всем богам, в этой реальности толерантность в отношении негров и гомосексуалистов напрочь отсутствует. Педики вынуждены скрывать свои отношения от широких народных масс, ибо греховно и осуждаемо до такой степени, что можно ненароком и без причиндалов остаться. Негров здесь никому и в голову не пришло вывозить из родных мест на сахарные и хлопковые плантации Карибских островов и Американского континента. По большому счету, из Африки нынче особо и вывозить-то некого, поскольку большую часть её населения употребили в качестве пищи монстры прорвавшиеся из Зазеркалья. Лишь её северная подконтрольная арабам часть относительно безопасна для людей, иже с этим освоенный голландцами, немцами и, частично, англичанами юг материка. О том, что творится на экваторе и прилегающих к нему широтах практически ничего не известно, да интересует оно, по большому счету, никого, кроме географов-путешественников и естествоиспытателей-энтузиастов. Насколько мне известно, судьба подавляющей части исследователей, рискнувших отправиться на Черный континент остается неизвестной. Ну это так, для справки.

Так вот, я хоть и не испытываю особой тяги к разного рода драгоценным камушкам, на этот раз был впечатлен игрой света и разнообразием цветов. Создавалось впечатление, будто мириады маленьких лазеров пускают острые разноцветные лучики по всему пространству моего кабинета. Красотища!

Долго любоваться россыпью бриллиантов не стал. Оценил количество кристаллов, их размеры, а также интерескющие меня маго-физические характеристики и пришел к однозначному выводу, что адмирал Накамуро является убежденным перфекционистом. По его глубокому убеждению, всякий достойный его коллекции бриллиант должен быть непременно чистой воды, определенных размеров, иметь восемьдесят шесть граней и весить в пределах восьми карат плюс-минус одну десятую. В данный момент на дне обычной сковородки из банального чугуния лежало двести пятьдесят три особо крупных алмаза, каждый без малейшего изъяна. Интересно, где их добыл простой японский адмирал? Впрочем, об этом я вряд ли когда узнаю.

Насколько мне известно из открытых источников, стоимость одного карата ограненного алмаза колеблется от десяти до пятнадцати тысяч золотых рублей. Если камушек весит три карата и выше, его цена возрастает и, в зависимости от качества материала и его обработки, может достигать двадцати-тридцати тысяч целковых за карат. А если камушек весит более шести карат, тут и вовсе цифры запредельные до сотни и более тысяч (за один карат!). Так что каждый лежащий передо мной кристалл стоит, минимум, восемьсот тысяч, а вся куча… впрочем, прикиньте сами, арифметику в школе каждый из нас проходил.

Визуально и магически оценив груду переливающихся в солнечном свете драгоценных камней, я остался весьма и весьма доволен. Не стану скрывать, мне пришлось вступить в яростную схватку с внутренними жабой и хомяком. С трудом разжал холодные склизкие лапы земноводного со своей шее. Также пришлось долго отговаривать личного грызуна от добровольного ухода из жизни через повешение. Чтобы успокоить нервы «виртуальных питомцев», да и свои собственные пропел фразу из «Богемской рапсодии»:

I’m just a poor boy, I need no sympathy

Because I’m easy come, easy go

A little high, little low…

Короче говоря, коль надумал пожертвовать что-нибудь, пускай оно и особо ценное на общее благо, неча слезы лить, ибо легко пришло — легко ушло. Впрочем, если вспомнить клоаку, по которой пролез к этим самым брюликам, не так уж и легко пришло ко мне это сокровище. Тут в голову мне пришла весьма блестящая и успокаивающая мысля о том, что после выполнения миссии, мне ничего не помешает вернуть камушки обратно. Будем надеяться, что все мои ассы успешно вернутся на базу. После столь оптимистичных выводов мои виртуальные «хомка» и «квакуша» окончательно успокоились, мол, поступай, хозяин, как сердце велит. Ну спасибо, братцы, впредь постараюсь вас не сильно расстраивать и требовать все необходимое у снабженцев.

Для дела отложил сотню брюликов, ну чтобы с запасом, остальное вернул в бархатный мешочек и спрятал во внепространственном хранилище.

Прибыв на базу, попытался зарядить камушки от общей сети на одном из пунктов раздачи энергии. Зарядка пошла полным ходом, я уже, было, возрадовался и приготовился ждать наполнения кристаллов. Однако вскоре прибежали разъяренные алхимики, а за ними вслед строители и артефакторы и едва не с кулаками накинулись на своего босса, то есть, меня. Как выяснилось, мои камни при зарядке оказались настолько емкими, что лишили энергии все прочие производства и службы нашей базы. Даже охранный контур отключился.

М-да, засада. Пришлось в срочном порядке вытаскивать коробочку с алмазами из зарядного устройства и начать ломать голову на предмет, где достать необходимый для зарядки камней объем маны. Нехилый такой объемчик, судя по тому, с какой невероятной скоростью её впитывает кристаллически модифицированный углерод.

Долго искать варианты не пришлось. Идея позаимствовать толику магической энергии внутри одной из Прорв лежала на поверхности. Из опыта прежних посещений внепространственных локаций мне было отлично известно о повышенном там магическом фоне. К тому же, там довольно часто попадаются места, в которых манопоток превышает на несколько порядков даже общий аномальный фон, царящий внутри зоны. Благо, не радиация и не угрожает какими-либо негативными последствиями для здоровья человека. В некоторых учебниках по магии написано, что если подойти с умом и предельно осторожно, этот манопоток способен помочь одаренному прокачать внутреннее средоточие и расширять магические каналы. Но сам бы я не стал этим заниматься ни при каких обстоятельствах, поскольку накачать воздушный шарик посредством промышленного компрессора, наверное можно, но, скорее всего, он просто лопнет от переизбытка поступающего в него воздуха. Именно такая аналогия пришла мне в голову, после того, как я впервые наткнулся на мощнейший поток Силы, исходящей из практически точечного источника.

Таким образом, последовательность ближайших моих действий определилась довольно быстро.

Проникнуть в одну из Прорв не составило для меня никакого труда. Подкатил к заброшенной караулке, оставил автомобиль под охраной магической сигнализации и прогулочным шагом направился к переливчато-ртутной плоскости портальных врат.

Стоит отметить, что каждый проход в ту или иную внепространственную локальную область имеет свои особые характеристики формирующих его потоков энергии, что, по большому счету, на пропускной способности врат никак не сказывается, лишь оказывает влияние на их размеры и цветовой фон.

Теплая сухая погода располагает к прекрасному настроению. Вокруг знаменитая Уссурийская тайга со всем её разнообразием видов флоры и фауны. Птички поют, бурундуки копошатся в буреломах, белки резвятся в кронах деревьев. Более крупные хищники и травоядные предпочитают держаться подальше от портального перехода. К тому же, здесь еще совсем недавно постоянно находились люди, и еще неизвестно, чего больше боятся дикие обитатели тайги — страшных пришельцев из иной реальности, или возвращения в эти места человека. Лично я никого не опасаюсь, поскольку мои магические синапсы своевременно предупредят о появлении в радиусе пары километров какой-нибудь опасной твари. А еще у меня имеются надежные средства отбиться от практически любой вредоносной живности.

Очередная внепространственная локалка встретила меня яркими изумрудного цвета небесами. Красиво, хоть и непривычно. Кажется, что местное солнышко вот-вот выглянет из-за набежавшей тучки. Однако, насколько мне известно, никаких небесных светил в подобных местах не существует. Круговорот вещества и энергии здесь осуществляется магическими методами, точно так же, как в моем чудесном браслете, где до недавнего времени проживало без малого две сотни юных узкоглазых китайчат, не по возрасту дисциплинированных, очень серьезных и рассудительных. Я даже слегка пожалел, что детишек забрали органы опеки, будь у меня какая-либо определенность насчет сроков предстоящего дембеля, вполне возможно, дал бы им образование за свой счет и поселил бы их на своей земле, ибо хороший маг в хозяйстве завсегда пригодится. Ладно, забрали и забрали, надеюсь, государство о них лучше позаботится, нежели я.

А еще внутри Прорвы оказалось довольно жарко и душно из-за ощутимого дефицита кислорода в атмосфере. Чтобы ликвидировать дискомфорт пришлось предпринять определенные манипуляции магического характера, иными словами, как следует колдонуть.

Примерно в километре от входа маячила темная полоска леса. Просканировал окрестности своими магическими синапсами. Лес как лес: деревья, кустики, травка с преобладающей расцветкой синего и красного. Живности всякой также хватает, хищной, травоядной и вполне себе нейтральной. В паре километров левее от меня на лугу пасется стадо животных, внешним обликом здорово напоминающих вымерших на Земле мамонтов, вот только вместо одногоу каждого по паре хоботов, коими они действуют вполне независимо друг от друга. Между отдельных покрытых густой шерстью исполинов щиплют травку более мелкие травоядные, а в кучах навоза, оставляемого и теми и другими, отмечаются многочисленные копрофаги самых разнообразных видов и размеров. Неподалеку от стада под отдельно стоящим развесистым деревом устроилась группа хищников числом десятка три. Каждый покрыт острыми костяными наростами внешним обликом напоминает… Впрочем, хотя бы приблизительного земного аналога подыскать затрудняюсь, поскольку из млекопитающих с шестью конечностями мне известны только кентавры, да и те, существа мифические. При более внимательном рассмотрении выяснилось, что вся здешняя живность обладает тремя парами лап или ног. Непонятный для меня эволюционный загиб. А еще размер здешних хищников оказался весьма и весьма впечатляющим, под стать пасущимся «мамонтам» и прочим травоядным зверушкам.

Углубленно заниматься изучением местной фауны не стал. Оно, конечно, интересно, но сейчас для этого совершенно нет времени. Два с половиной десятка поставленных на крыло «Стрижей» ждут окончательной доводки, чтобы мои летуны могли начать учебные полеты с целью отработки навыков бомбометания и стрельбы из бортовых пулеметов. Парни так и рвутся в небо, особенно после того, как я объяснил им в приватной беседе, что именно им предстоит совершить в недалекой перспективе. А еще чувствует моя нежная попа, что доставленные мной документы способны ускорить начало военных действий, вот только не на условиях японцев, а исключительно на наших. По этой причине я приказал максимально увеличить выпуск взрывчатых веществ и ускорить работу артефакторов по магической модификации корпусов авиабомб. Заодно бате телеграмму отбил, чтобы как можно больше высылал этих самых корпусов, а также искал субподрядчиков для этого дела. Прохор Петрович внял, и теперь практически каждую неделю отправляет в Шахты по железнодорожному составу чугунных и стальных корпусов разного калибра и назначения.

По моему совету отец нанял около сотни «земляных», которые с помощью магических заклинаний формируют из обычного речного песка одноразовые литьевые формы в массовых количествах, только расплав успевай заливать и подожди, когда самостоятельно остынут, после того, как действие заклинания заканчивается песочек оттуда легко высыпается, и поступает обратно в формовочный цех, где из него готовят очередные литьевые формы… И-ех! Люблю порассуждать на всякие технологические темы. Попаданец я или где? А значит должен хотя бы мимоходом, но непременно заниматься разного рода заклепочничеством, иначе народ не поймет. Хе-хе-хе!

Крупные животные не обратили на двуногое существо никакого внимания, да я и сам к ним не приближался на близкое расстояние. Лишь всякая мелочь прыснула из-под ног пока я добирался до кромки лесной чащи. Метрах в пятистах от опушки мои чувствительные магические синапсы определили наличие мощного источника маны. Стоит отметить, что местная живность предпочитает держаться подальше от таких мест.

Продравшись сквозь густую чащу леса и через обросшие мхом и грибами поваленные стволы деревьев, оказался на идеально круглой по форме лесной поляне диаметром около двадцати метров. Посреди свободного от леса участка возвышался наполовину вросший в землю довольно крупный валун. В геологическом плане сам камень ничем особым не выделялся, зернистой структурой и химическим составом напоминает гранит. Единственная особенность данного объекта, из его центра бьет в небеса хорошо просматриваемый в магическом зрении столб маны, субъективно синего цвета диаметром тридцать пять сантиметров. По самым приблизительным оценкам плотность энергетического потока на три, может быть, и все четыре порядка превышает нормальный магический фон данной аномалии. Хотя тот еще вопрос: может ли что-либо быть нормальным в этих самых аномалиях? Так или иначе, для моих замыслов именно то, что доктор прописал.

Ничтоже сумняшеся, поместил коробку с алмазами в центр исходящего из камня энергетического столба. Как результат, его яркость заметно поблекла, а мои камушки начали активно впитывать в себя ману.

Следить за процессом насыщения драгоценных камней мне очень скоро надоело. Присел на мягкую голубовато-бардовую травку, произраставшую на поляне, спиной оперся на валун и мыслями вернулся к событиям последовавшим после того, как мы с несравненной Эвелиной покинули стены дворянского собрания.

Разумеется, ни о какой увлекательной поездке по ночному городу речи не могло быть. Как только мы с ней оказались в салоне «Сокола» последовал весьма и весьма горячий и продолжительный поцелуй. Впрочем, дама не позволила мне уж очень распускать шаловливые ручонки, взяла инициативу в свои руки, велев заводить мотор и двигаться в указанном ею направлении. Вообще-то мне очень хотелось овладеть княгиней тут же на парковке. Но в этой реальности столь полезной штуковины, как тонирующая пленка еще не изобрели, а заниматься сексом на глазах обслуживающего персонала и вышедших подышать свежим воздухом присутствовавших на балу дворян было бы актов величайшего неприличия. Ну сами понимаете.

Благо терпеть долго не пришлось. Небольшой, но очень уютный особнячок, доставшийся пару лет назад в наследство безутешной молодой вдове вместе с крупной денежной суммой на банковском счету и многочисленными промышленными предприятиями, разбросанными по всей необъятной России, после ухода из мира сего престарелого Ильи Афанасьевича Арбатова. Впрочем, все эти подробности я узнал позже. А сразу же по приезде в уютное гнездышко княгини мы с чаровницей, будто наскипидаренные рванули в её будуар, где предались греховному, но весьма приятному процессу взаимного познания. Эко я загнул! Прям по ветхозаветному, типа, Исав познал Юдифь. Заметьте, не банально — «вдул» этой самой Юдифь, а политкорректно и даже где-то толерантно — «познал».

Впрочем для нас обоих это был не просто секс двух чедловеческихсуществ противоположного пола, соответствующих друг другу на все сто процентов по физиологическим, психологическим и прочим параметрам. Это было нечто на грани сумасшествия. Происходящее между нами можно условно охарактеризовать, как всеохватывающее чувство эйфории, временами слегка ослабевающее и тут же стремительно взмывающее в необъятные Горние выси.

Для меня не стало открытием, что девушка оказалась сильным магом-целителем. Наш взаимообмен не только жидкостями, но энергетическими потоками — это, скажу вам, что-то! Словами не передать, насколько гармонично мы сливались с княгиней в порывах страсти. В какие-то моменты мне казалось, что нас не двое, а лишь единое весьма органичное существо. Впрочем, коль не описать словами, так и не стану далее тратить время в напрасных потугах. Так или иначе, четыре счастливых и наполненных блаженством праздничных дня, пролетели для нас незаметно подобно краткому мигу. Мы не просто занимались сексом. Между сеансами бурной любви мы много общались.

Я поведал о своей довольно интересной жизни. Узнав, что её нынешнему любовнику вскоре исполнится лишь семнадцать годков, двадцатишестилетняя Эвелина сильно удивилась. При первом знакомстве она посчитала меня, как минимум, своим ровесником, скорее, даже немного старше. Смутилась, разумеется, но я тут же нашел способ довольно быстро и убедительно унять её совершенно лишние душевные треволнения и переживания.

Сама же девушка рассказала, что является урожденной древнего грузинского рода князей Абашидзе. При этом уточнила, мол, не тех голодранцев, что через одного именуют себя отпрысками благородных родов. С её слов предки княгини ведут родословную от самого Давида Сослана второго мужа царицы Тамары. Я выразил свое восхищение по этому поводу. На самом деле, мне было плевать, кто там на протяжении тысячелетий кого трахал в их роду. Для меня на нынешний момент главное результат тех самых многочисленных любовных соитий, в образе лежащей рядом со мной на широком ложе дамы, упругая грудь которой приятно упиралась мне в бок, а вторая её грудь покоилась в моей ладони.

Итак, что касаемо самой Эвелины. В восемь лет у девочки проявился сильный целительский дар. В шестнадцать её определили в Тифлисскую магическую академию. На пятом курсе красавицу горянку увидел пятидесятилетний генерал-майор от инфантерии Илья Афанасьевич Арбатов. Бравый вид вояки и его завидное упорство в осаде непреступной прелестницы в конечном итоге сломили её сопротивление. По окончании университета девушка все-таки вышла замуж за генерала. Её брак был не то чтобы счастлив, скорее безмятежен, поскольку бурной страсти между супругами так и не случилось. Впрочем, продолжался союз «любящих сердец» всего-то около двух лет. В одной из инспекционных поездок по гарнизонам Манчжурии, генеральский кортеж наткнулся на многочисленный отряд хунхузов. В результате кровавой стычки, сопровождавшие генерала казаки бандитов посекли, а вот сам Арбатов получил случайную пулю прямо в сердце и умер на месте. А все из-за халатности и излишней самонадеянности, иными словами, из-за банальной случайности. По неизвестной причине защитный амулет генерала не был активирован. Если бы вовремя озаботился, был бы жив до сих пор. Вот только в этом случае не видать мне было бы мне моего сокровища и не обладать самой восхитительной в мире женщиной. Оно, конечно, выглядит кощунственно, но я готов поставить Господу свечку за то, что тот не уберег старого пердуна и сохранил для меня этот нежнейший цветок. Свят, Свят, Свят! Даже перекрестился по поводу столь крамольных мыслей. Вообще-то, по христианским канонам мысли грехом не считаются — лишь слова и поступки. Мне хоть определенно и неуютно, но ничего не могу с собой поделать — испытываю греховную радость от смерти, скорее всего, очень достойного и заслуженного человека.

Стоит упомянуть, что многочисленная родня почившего в Бозе генерала попыталась лишить вдову законного наследства. Вот только Илья Афанасьевич оказался человеком чести. Памятуя о том, что в любой момент может пасть от рук врага, и по причине горячей любви к супруге он написал завещание, в котором однозначно указано, что в случае преждевременного ухода из жизни все его движимое и недвижимое имущество, а также все банковские капиталы переходят в единоличное владение Эвелины Андреевны Арбатовой-Абашидзе.

Короче говоря, мои выходные прошли более чем замечательно. А вот в понедельник около девяти часов утра в жилище Арбатовой-Абашидзе поднялась суматоха. В её дом пожаловали незваные гости в лице трех флотских офицеров и, нахохлившись, будто матерые индюки, объявили о том, что некий князь Волынский-Пантуров Николай Васильевич капитан третьего ранга второй помощник капитана крейсера «Ураган» вызывает графа Зубова-Прикаспийского на магический поединок. Место схватки — Центральная дуэльная арена города Восточный, время — завтра в восемь утра. Вообще-то, случить наша дуэль не магическими средствами, я бы мог покуражиться над обиженным моряком, предложив в качестве оружия, пару батонов вареной или сухой колбасы (когда-то где-то читал или слышал о подобном казусе). Однако по существующим дуэльным канонам обиженный флотский был в своем праве назначить специфику будущей схватки. Не надеясь на свою физическую подготовку, этот хлыщ решил, что способен одолеть обидчика посредством магии. Ну-ну, Бог ему в помощь, флаг в руки и барабан на пузо. Нехай попробует.

При таких обстоятельствах мне оставалось всего лишь обозначить главное условие поединка: сражаемся до первой крови, до потери сознания или насмерть. Поскольку я вовсе не желал лишить Российский Флот грамотного специалиста, решил драться до потери сознания или до тех пор, пока один из нас не попросит пощады. Для себя решил попросту показательно отмудохать дуэлянта, дабы остальным одаренным или неодаренным офицерам экипажа крейсера «Ураган» не пришло в их буйные головушки отомстить за поруганную честь коллеги-сослуживца. Не хватало мне тратить бездарно время на укрощение дворянской спеси в масштабах крупного военного корабля. Признаться, я был абсолютно уверен в исходе будущей схватки. Ну что может противопоставить магистр-огневик магу моего уровня? Пусть даже обвешается с головы до ног артефактами, конечный результат предсказуем.

Я принял вызов, обозначил границы наносимого ущерба. И, препроводив делегатов, задал вопрос любовнице:

— Моя прелесть, а кто вообще этот самый князь Волынский-Пантуров? И какого хрена он на меня накинулся на балу?

— Видишь ли, Володя, будучи замужней женщиной я, разумеется, хранила верность мужу. Надеялась понести от него ребеночка, однако супруг, будучи сильным одаренным, по какой-то неведомой для меня причине исключил возможность зачатия. Он считал, что обзаводиться наследником стоит по выходе с воинской службы в спокойной обстановке и не на Дальнем Востоке, а непременно в Калужской губернии, где у него обширное поместье. До выхода из состава Мажеского корпуса Илья Афанасьевич не дотянул всего-то трех лет, оставив мне весьма и весьма приличное состояние. Разумеется, тут же образовалась очередь из охочих до моего добра. Ты представить себе не можешь, скольких претендентов на мои руку и сердце мне пришлось отшить. Не стану кривить душой, с некоторыми из молодых людей у меня случались кратковременные романы. И скажу честно и откровенно, того, что произошло между нами, в моей жизни еще не было. — Я ей, разумеется, верю, поскольку сам испытал с ней в постели такое, чего до этого никогда не испытывал. — Чего уж там кривить душой, — продолжала Эвелина, — до самого момента нашей с тобой встречи Волынский-Пантуров был моим любовником. Я Даже подумывала выйти за него замуж. А что? Блистательный офицер с прекрасными перспективами карьерного роста, сильный маг, к тому же его род несметно богат, так что никаких претензий на мое состояние у него не было. Однако в какой-то момент навязчивость и ревнивость князя отрезвили меня. На том балу я уже подумывала, дать ему отставку, но так чтобы не задеть дворянскую честь. А тут в качестве ангела-избавителя появился ты, мой милый. А еще я тебе хочу сказать, Володя, я была бы рада стать твоей законной супругой, но прекрасно осознаю, что ты еще не готов к принятию столь важного решения. Поэтому готова продолжать наши отношения в нынешнем их виде. Может быть, оно даже и лучше, купаться в любовном безумии, пускай и безбожном, но таком невыносимо приятном.

Ну что на это сказать? Слова здесь были совершенно ни к чему. Я подошел к ней, нежно приобнял и, взяв на руки, будто малое дитя, направился… ну вы сами понимаете куда и с какой целью.

Между любовными игрищами мне пришлось связаться посредством магического артефакта со Стариковым Александром Георгиевичем и Купрановым Виталием Исаевичем и попросить их поприсутствовать на завтрашнем поединке в качестве моих секундантов. Возражений не последовало.

К месту благородной схватки я подкатил за полчаса до её начала. У входа в здание, где располагалось главное городское ристалище нас с Эвелиной Андреевной встретили мои секунданты. Признаться, я не хотел брать с собой любимую и всячески отговаривал от поездки. Но мои увещевания на тему, что драки между озабоченными самцами вовсе не зрелище для юных благородных дам, успеха не возымели. Короче, воленс-ноленс, но мне пришлось взять Эвелину с собой. Лишний раз убеждаюсь, что, так называемый, слабый пол весьма и весьма кровожаден, любят самки вида хомо сапиенс посмотреть, как самцы за них морды друг дружке бьют.

При виде сногсшибательной красавицы оба моих офицера понимающе переглянулись, дескать, за такую красоту и сами были бы не прочь вступить в драку с самим чертом рогатым. Подошли, представил подругу своим секундантам. Без комплиментов с их стороны не обошлось, но без малейшего намека на пошлость и лихость гусарскую в стиле одного поручика из анекдотов иной реальности.

После краткого знакомства, мы проследовали в здание главного ристалища города Восточный. Несмотря на довольно ранний час, на трибунах было полно народа. Работал тотализатор, я заметил, что присутствующие делают ставки на победу того или иного участника.

— Уважаемые господа, — обратился я к своим секундантам, — если хотите неплохо подзаработать, поставьте на мою победу максимальную сумму денег, а также на то, что поединок продлится не более двух минут.

Стариков с Купрановым многозначительно переглянулись. Затем оба извлекли из кошельков по приличной стопке двадцатипятирублевых купюр, Майор вручил деньги капитану, и тот тут же отправился к ближайшему брокеру делать ставку.

О самой дуэли особо распространяться не стану. Мои сопровождающие о чем-то переговорили с секундантами князя Волынского-Пантурова. По правилам нам, разумеется, предложили закончить дело миром. Поскольку князь выставил максимальные неприемлемые для меня условия, едва ли не поцеловать его в задницу, я вынужден был отказаться в довольно грубой словесной форме. Далее Александр Георгиевич Стариков обозначил условия проведения схватки. Его слова повторил один из секундантов моего соперника Наконец меня и князя оставили на посыпанном песком ристалище, не забыв изолировать нашу парочку магическим куполом. После чего мы были в полном праве начать использовать любые заклинания и артефакты, разумеется, кроме тех, что включены в список запрещенных.

Как я и предполагал, князь был увешан подобно новогодней ёлке защитными и боевыми амулетами. Но это ему не помогло вообще. Я быстренько создал проводящий ману канал ко всем его девайсам, а также к внутреннему средоточию и выкачал оттуда всю ману. За последнее время здорово поднаторел в деле принудительного отбора Силы у объектов, значительно более мощных, нежели стоящий передо мной одаренный. Тем самым фактически лишил противника возможности оперировать какими-либо заклинаниями. После чего, широко улыбнулся, развел руками, мол, сочувствую, но такова жизнь. Калечить Волынского-Пантурова магией я не стал, хоть и был в своем полном праве. Просто подошел к нему и банально посредством кулаков повторил с некоторыми вариантами то, что недавно сотворил с его тушкой на балу. Варианты, как оказалось, произвели на всех присутствующих неизгладимое впечатление. Так или иначе, но менее чем через пару минут на песке лежала бесчувственная тушка князя, своим видом, напоминающая хорошо обработанную профессиональным шеф-поваром отбивную.

Кто-то, возможно, упрекнет меня в излишней жестокости. Я с этим категорически не согласен. Во-первых, критического для здоровья князя ущерба я не нанес. Несмотря на обширные гематомы и поломанные кости, я все-таки пощадил его внутренние органы. Во-вторых, видя подобную расправу, ни одному из самых отчаянных его сослуживцев в голову не придет повторить вызов. Короче, дуэль прошла именно так, как я и планировал…

От приятных воспоминания меня отвлек легкий звон в ушах. Это сработало следящее за наполнением камней заклинание. Ну всё, больше мне делать нечего в этой Прорве. По большому счету, мне тут понравилось. Как-нибудь вернусь сюда, «мамонта» завалю и попрошу какого-нибудь таксидермиста изготовить из него чучело. Впрочем, фигуру высотой пять метров, мне особо и поставить некуда. Пожалуй, ограничусь одной из хищных тварей — эти тоже впечатляют, хоть и размерами уступают «мамонтам». Так или иначе, на то мы и люди, чтобы строить планы. А вот сбудутся они или нет, тут лишь одному Господу Богу ведомо.

После моего возвращения на «Немезиду» майор Стариков передал мне распечатку радиограммы, поступившей пару часов до моего приезда. Развернул, прочитал и, как ни странно, не сильно удивился. Срочный вызов в Москву от моего непосредственного начальника Блинова Константина Константиновича. Ну что же, деваться некуда, слетаю, посмотрю, чем там столица дышит, глядь чего-нибудь полезное от самого командующего Мажеским корпусом выклянчить удастся. Над этим вопросом стоит хорошенько подумать. Впрочем трех суток полета на дирижабле мне вполне хватит. Хотя, нафиг «дирижопль». В моем распоряжении имеется две дюжины самолетов и полторы сотни временно сидящих без дела опытных пилотов. Так что без посадки часов за четырнадцать-пятнадцать долетим до Москвы. Нужно лишь связаться с Центром, чтобы обеспечили нашему борту достойный прием, то есть ненароком не обстреляли неопознанный летающий объект из зенитных орудий или не запулили какой убойной магией.

Глава 14

Первым из знакомых, оказавшись в стенах МУМ, я встретил… угадайте кого? Ладно, не стану вас мучить. У самого КПП меня поджидал, нетерпеливо прохаживаясь вдоль рядов голубых елей, сам Савелий Митрофанович Терновой декан факультета Артефакторики. Разумеется, случайностью здесь и не пахло, поскольку о примерном времени своего прибытия я заранее оповестил непосредственного и прямого начальника командующего Мажеским корпусом, к тому же у водителя присланного за мной на аэродром авто имелся при себе радиотелефон и при подъезде к столице он набрал неизвестного мне абонента и пробормотал что-то несуразное в «трубу». А еще Блинов и Терновой закадычные кореша, ну и собутыльники, ничего удивительного нет, в том, что о приезде Владимира Зубова-Прикаспийского Савелий Митрофанович узнал заранее. А это означает, что я очень и очень ему нужен. Я даже примерно знаю, для чего, ну, не примерно, а точно.

— Здравия желаю Ваше Высокопревосходительство! — по-военному поприветствовал профессора МУМ и одного из самых выдающихся в мире специалистов в деле создания магических артефактов.

— Пгекгати, Владимиг, эти самые солдафонские штучки, — махнул рукой Терновой, после чего крепко обнял меня. Отстранившись, взял, что называется, быка за рога: — Володя, у меня к тебе сгочное дело. Ты уже в кугсе из моих писем, что пгедложенная тобой фогмула внепгостганственного кагмана не габотает толком. Все делаем, по твоим гекомендациям, в гезультате выдаём максимум кубическую сажень, а то и того меньше. Пойдем в лабогатогию, посмотгишь, что там с этим изделием номег шестнадцать не так.

— Номер шестнадцать?

— Не обгащай внимания, наши вояки пгивыкли всё шифговать и пгочие тени на плетни наводить. Когоче, тебе необходимо посмотгеть, что там, да как.

— Но Савелий Митрофанович, по уставу корпуса я должен сначала представиться начальству.

— Ага, пгедставишься, а потом я до тебя вообще не добегусь. Возьмут в обогот, ищи-свищи тебя, будто ветга в поле. А мне пгоблему гешить необходимо. Так что полчаса-час Константин Константинович потегпит. И вообще, мы ему ничего не скажем.

М-да, видать серьезно Тернового прищучило, коль пас меня у самого входа. К тому же, что-то ему известно о ближайшей судьбе Владимира Зубова, коль не сомневается, что меня возьмут в оборот. Интересно, кому я тут понадобился? Короче, чем дальше, тем страньше и страньше, как говорила юная героиня одной фантастической истории из иной реальности. Чуйка настоятельно подсказывает, что все эти «страньше» связаны непосредственно с теми данными, которые мне удалось добыть в стенах военного Министерства Японской Империи. Ладно, уступлю бывшему декану, от начальства не убудет. Терновой всегда относился ко мне с пониманием, так что отказать ему, было бы с моей стороны проявлением черной неблагодарности.

— Хорошо, Савелий Митрофанович, я полностью в вашем распоряжении. Вот только все вопросы с моим непосредственным начальником, коль таковые возникнут, придется решать вам.

— Отлично, Володя, гешим, не пегеживай.

После этих слов декан цепко ухватился за мою руку, будто опасался, что я неожиданно растворюсь в воздухе, или попытаюсь сдриснуть и едва ли не бегом потащил в направлении здания факультета Артефакторики.

Мне потребовалось всего лишь полчаса понаблюдать за потугами одного из штатных сотрудников кафедры Маго-математического Конструирования за процессом манипулирования предложенной мною в свое время формулой. М-да, недооценил я себя и переоценил возможности прочих магов. Оно, конечно, формула весьма замысловатая, то есть очень непростая для запоминания. Но, самое главное, одновременно с её наложением на материальный объект необходимо вливать в заклинание море энергии, каковой ни у кого в этом мире (кроме меня, разумеется) нет. Парнишка весьма талантлив, по моей оценке грандмагистр по уровню развития дара без пяти минут Архимаг, а вот необходимого для принудительного воздействия на внепространственный мешок количества энергии его средоточие попросту не выдает и не выдаст, стань он хоть архи-архимагом. Чародейская конституция не позволит. Самое печальное, что внешним накопителем в процессе создания внепространственного хранилища по ряду причин воспользоваться невозможно и обойти данное ограничение не получится. Впрочем, я не стану углубляться в дебри магоматики, магофизики и прочих хреней-замудреней, коими оперируют артефакторы в процессе создания разного рода магических штучек.

— Это жопа, Савелий Митрофанович, — оценив результат потуг одного из самых сильнейших артефакторов факультета, выдал безапелляционное я, — половина кубического метра, при этом ваш маг едва не обделался от напряжения. Впрочем, если каждому бойцу выдать по такому колечку, мобильность наших войск резко повысится, поскольку солдатикам не придется тратить силы, таская тяжелую винтовку, патроны к ней, гранаты и прочий военный припас.

— Шутить изволишь, Владимиг, — физиономия Тернового выражала явное недовольство, то ли действиями его сотрудника, то ли моей незамысловатой шуточкой. — Насчет пошутить мы все тут гогазды. Ты лучше скажи, отчего у тебя внепгостганственный объем получается ого-го какой оггоменный, а у нас кугам на смех. Даже у меня Агхимага от агтефактогики больше восьми кубометгов, или кубической сажени, по-стагому, не выходит.

На что я вынужден был развести руками и с грустью в голосе констатировал:

— Сожалею, Савелий Митрофанович, но боюсь, что с вашими весьма и весьма скромными запасами Силы в средоточиях и скоростью её восстановления добиться моих результатов ни у вас, ни у кого из ваших сотрудников не получится. Также смею вас огорчить, что воспользоваться внешним источником в процессе работы с предложенной мной формулой ни у какого мага, в том числе у меня, просто не хватит концентрации. Представьте, мне для создания одно такого колечка, — я извлек из кармана артефакт с внепространственным объемом в пару сотен кубических метров, — необходимо находиться в состоянии транса, иными словами, крайне предельного сосредоточения не менее пяти-шести часов, а потом еще релаксировать приличное время, дабы восстановить психосоматику.

— Ну да, молодой человек, нечто подобное мы и пгетполагали, — с грустью в голосе констатировал декан. — Жаль, напгавление весьма и весьма пегспективное, но в нынешней ситуации для нас недосягаемое.

— Да вы не расстраивайтесь, Савелий Митрофанович, просто руководству МУМ нужно отказаться от порочной практики сливать на факультет Артефакторики всех слабосилков, тогда и результат появится. — Не удержавшись от подковырки, добавил: — А пока каждому бойцу по внепространственному ранцу̀. — в последнем слове я специально сделал ударение на букву «у», так что получилось нечто похожее на рифму.

— Тебе бы все шуточки да пгибауточки, Володя, а тут начальство… — Терновой возвел указательный палец правой руки к потолку, — и не пгостое начальство, тгебует незамедлительного гезультата, мол, обогона госудагства под уггозой, ну и так далее. По большому счету, я тебе, очень даже благодаген. Мои подозгения подтвегдились, тепегь мне есть чем отбоягиться от бесконечных пгидигок и тгебований огганизовать пгоцесс выпуска внепгостганственных хганилищ в массовом количестве.

Засим мы расстались с господином Терновым. С одной стороны, я был расстроен результатами эксперимента. С другой, моё ЧСВ взлетело на такую недостижимую высоту, аж голова немного закружилось. Ну да, слаб человек, особенно в вопросах собственной исключительности. Гордыня — грех, но как не порадоваться за себя-любимого и такого особенного. Все-таки к моменту прихода в кабинет Блинова, я вполне успел загнать чувство собственной важности и значимости в обычные рамки.

— Здравия желаю, Ваше Высокопревосходительство!

— Рад, рад видеть тебя, Владимир! — командующий Мажеским корпусом встретил меня откровенно довольной улыбкой, благо, обниматься и целоваться по исконно русской традиции не полез, всего лишь пожал крепко руку, но даже присесть не предложил. Вместо этого он меня «обрадовал»: — Нам с тобой, назначено к Государю Императору, как только ты появишся в стенах университета. Так что ценит, Зубов, сам Царь-Батюшка готов принять тебя в любое время суток. Кстати, что там с изделием номер шестнадцать? Проблему с Терновым определили? Что-нибудь решили?

— Можно сказать и так, Константин Константинович. Причину выяснили, к великому моему сожалению, устранить её в ближайшее время возможности не представляется. Если только, как выразился Савелий Митрофанович, посадить меня на цепь и заставить выпекать эти самые артефакты как «гогячие пигожки». Однако заранее предупреждаю, что приковывать себя цепями, или еще какими кандалами никому не позволю.

На что ректор громко и заразительно расхохотался. Отсмеявшись, он утер невольно выступившие из глаз слезы носовым платком, после чего придирчиво осмотрел меня со всех сторон и наконец резюмировал:

— Медаль немного не по уставу приколота, исправь, в остальном все нормально.

Чёрт, тоже мне уставник востроглазый нашелся, миллиметры на глаз ловит, ну не миллиметры, всего-то на сантиметр ошибся, когда прикалывал награду к кителю, потом лень поправить было. Ничего, мне не трудно. Подошел к настенному ростовому зеркалу и быстро устранил оплошность.

— Готово, Ваше Высокопревосходительство.

— В таком случае, времени терять не будем. Перед самым твоим приходом я позвонил в канцелярию Его Величества. Нас уже ждут.

Все-таки жуки два этих субчика: Терновой и Блинов. Разумеется, декан привлек меня к своему эксперименту при полном одобрении ректора. Однако, дабы недоброжелатели, коих завсегда предостаточно не шепнули кому следует, мол, командующий Мажеским корпусом игнорирует монаршую волю в такой мелочи, как своевременная доставка Зубова ко двору. Так или иначе, но из этой «мухи» можно раздуть такого «слона», что мало не покажется. Интриганы-политиканы, блин. Впрочем, вся эта вошкотня вокруг моей персоналии напрямую меня не цепляет, а значит, мне по барабану.

Далее всё как обычно: представительский «Орлан» точно такой, как у самого Государя Императора, недолгая поездка по Москве, и вот мы с Константином Константиновичем переступаем порог царского кабинета.

Едва завидев меня, Федор Николаевич, заметно обрадовался. Руку пожал, приобнял, слава Богу, до поцелуйчиков дело не дошло. Ну хоть убей меня, не люблю целоваться с мужиками, хотя бы у тех не было усов и бород ми даже, если бы, от них не несло густым табачным перегаром. Впрочем, кто я такой, чтобы укорять Государя в пристрастии к табакокурению, пусть этим занимается Государыня Императрица Софья Григорьевна, ну или его личный лекарь. Вообще-то в этой реальности курение табака на Руси не считается фактором вредным для здоровья, поскольку такая мелочь, как рак легких, иже с этим забитые никотином и холестерином кровеносные сосуды и все прочие негативные последствия от вдыхания табачного дыма легко устраняются магами-целителями, или целебными эликсирами, приготовленными алхимиками. В той же просвещенной Европе во всю смолят не только табак, но каннабис, опиум иже с этим еще много чего позабористее и ничего, народ не вымер, а тамошние вполне официальные драгдиллеры лишь потирают потные ручонки, подсчитывая прибыль от продажи наркотиков.

— Здравия желаю, Ваше Императорское Величество!

На что Государь лишь махнул рукой, мол, обойдемся без этой солдафонщины. Кстати, тут я своевременно вспомнил, что по воле венценосца имею право обращаться к нему по-простому «Государь». Кому-то может показаться смешными все эти условности, но, по факту, милость великая, не каждому придворному доступная.

— Словами не передать, как я рад лицезреть вас, Владимир Прохорович, что называется, воочию! — Странно, с чего бы это Император так возбудился, чай я не очередная фаворитка, чтобы радовать его глаз. А еще раньше вроде бы обращался ко мне на «ты». С чего бы такая вежливость? — Проходите, господа, присаживайтесь. Я тут собирался почаевничать, надеюсь вы разделите со мной скромную трапезу.

Вскоре заботами приснопамятной Ларисы Макаровны был организован довольно приличный стол с салатиками, кулебяками, блинами с пылу с жару, икрой (включая заморскую баклажанную, помимо банальных: красной и черной) и прочими заедками. Мне особенно понравилась жареная картошка с пряной малосольной селедкой под зеленым лучком. Получилось, то, что называется чаепитием по-русски. Чай, разумеется на столе присутствовал, изумительный китайский «бай хоа». Как уже упоминалось, с некоторых пор к этому напитку я испытываю особый пиетет.

По окончании «легкого перекуса» расторопная служанка весьма оперативно прибрала со стола и удалилась вместе со своей тележкой.

— Благодарствуем, Государь! — Сказал Константин Константинович, вытирая вспотевший лоб носовым платком.

Я со своей стороны выразил респект царской кухне:

— Было очень вкусно, я даже объелся. Особенно мне понравился чай, на Дальнем Востоке сей напиток весьма ценится и, готовить его там умеют. Ваш повар, Государь, весьма продвинут в данном искусстве.

На что царь, напыжившись, будто индюк, с гордостью заметил:

— Насчет чая, мне его заваривает уроженец Поднебесной господин Цзинсун, настоящий кудесник в этом деле. — М-да, лишний раз убеждаюсь, что тщеславие даже в мелочах свойственно человеческой натуре, хотя бы столь влиятельной и значимой. Впрочем, особо распространяться на эту тему он не стал. Лицо монарха сделалось серьезным, и он, продолжил, обращаясь лично ко мне: — Во-первых, Владимир, выражаю вам свою особую благодарность за те бесценные данные, которые вам удалось добыть для наших военных. Не сомневайтесь, ваш подвиг будет по достоинству Нами оценен и не банальным орденом, а кое-чем более для вас интересным и существенным. Но не сейчас, когда самому существованию нашего государства угрожает смертельная опасность, а потом, когда вопрос с японскими милитаристами и прочими недругами будет окончательно закрыт. Так вот, ближе к теме. На основе добытых вами сведений наш Генштаб сделал определенные и весьма нелицеприятные для нас выводы. Как оказалось, до этого наши стратеги сильно недооценивали реальную мощь будущего врага. Япония к настоящему моменту основательно мобилизована и вооружена. На месте Арахито-гами я бы начал войну уже этим летом, лишь излишняя осторожность и горькие воспоминания о той трёпке, которую устроил самураям мой покойный батюшка, заставляют императора сдерживать милитаристские устремления своих военачальников ради дополнительного наращивания боевой мощи японской армии. Таким образом, Япония вполне готова к войне. — И, поморщившись, добавил: — Победоносной войне, по оценкам наших специалистов. Единственным выходом из создавшейся ситуации стал бы наш превентивный удар по всем ключевым районам промышленной и военной инфраструктуры. Опять же, благодаря вашим стараниям, Владимир, все цели определены и обозначены на картах…

Император замолчал. Тут уж я не удержался и не совсем вежливо встрял со своим вопросом:

— Так что же нам мешает в самые ближайшие сроки под покровом ночи нанести удар по этим самым ключевым точкам, Ваше Величество?

На что царь с еще более кислой миной на лице ответил:

— Видите ли, Владимир, японцы не дураки, все наиболее важные объекты у них взяты под контроль мощной непреодолимой для нас противовоздушной и противокорабельной обороны. Любая атака наших военно-воздушных сил и флота гарантированно захлебнется. Что случится далее, вы и без моих объяснений прекрасно понимаете, ибо перед вашей отправкой на Дальний Восток я получил от вас блестящий анализ мировой политической ситуации. Насколько мне известно из ваших регулярных отчетов, а также от агентов Тайной службы, внедренных в состав подчиненной вам группы, дела у вас идут неплохо. — Вот же, блин, шпиономаны хреновы, мало им моих регулярных эпистол, еще и соглядатаев приставили. Хотя, чего я хотел? Денежки и ресурсы мне выделены немалые, так что царь-батюшка серьезно озабочен, чтобы какой-то, по сути, пацан всё это банально не профукал в погоне за реализацией каких-то своих иллюзорно-завиральных планов. Я рад, что император убедился в том, что Владимир Зубов пока оправдывает его доверие, то есть маниловские подземные ходы неизвестно куда не копает, или каменные мосты с купеческими лавками по обеим сторонам, чтобы там купцы всяким нужным для крестьян товаром торговали, строить не собирается. — Так вот, Владимир, — продолжал Фёдор Николаевич, — единственное для нас условие победы над хорошо подготовленным к войне противником на данный момент — внезапная массированная атака с воздуха и моря, которая, по ряду упомянутых только что мной причин, в настоящий момент невозможна. Была надежда на то, что нашим магам удастся создать необходимое количество внепространственных хранилищ по вашей методике, дабы нанести удар посредством огромного количества маломерных летательных аппаратов. К сожалению, как мне только что доложили, это невозможно. Что вы на это скажете, Владимир?

Ух ты, да тут сексот на сексоте и сексотом погоняет. Не успели поэкспериментировать с Терновым, кто-то из его сотрудников стуканул в имперскую канцелярию. В общем-то правильный подход, тотальный контроль за всеми сферами жизни народа рассейского помогает держать столь громоздкое государство в узде и оберегать от развала. Если бы Николай Второй, который Романов озаботился в свое время наведением внутреннего порядка во вверенном ему государстве, клике жидомасонских удальцов во главе с Ульяновым-Лениным ни в жизнь не удалось бы так легко захватить власть в России. Благо на смену Ильичу пришел Сталин и фактически отобрал власть у поощряемых и финансируемых зачастую из-за бугра партайгеноссе, толкавших страну в хаос и полную разруху. Конкретно так разобрался, что сложно сказать, насколько «лекарство» оказалось сопоставимо с «заболеванием». Впрочем, Советскому Союзу это хоть и помогло победить в войне с фашизмом, но ненадолго, экономически мы вчистую проиграли Западу, со всеми вытекающими последствиями.

Однако вопрос задан, и мне нужно на него отвечать. Все-таки я посмотрел на слегка взбледнувшего с лица Блинова и, получив его легкий кивок, заговорил:

— Ваше Величество, по приезде в университет, у меня состоялась случайная встреча с деканом факультета Артефакторики Савелием Митрофановичем Терновым. В краткой беседе выяснилось, что реализация предложенной мной формулы массового производства внепространственных хранилищ необходимого объема наткнулась на непреодолимую преграду. Данный вопрос и раньше поднимался в нашей переписке как с уважаемым Константином Константиновичем, так и с господином Терновым. Однако, находясь на изрядном удалении, я не имел возможности объективно оценить сам процесс. Лишь после посещения лаборатории, мне стало понятно, что прерогатива в создании внепространственных хранилищ большого объема на сегодняшний момент по ряду субъективных причин принадлежит исключительно мне. Вот только заранее хочу вас предупредить, что узким специалистов по выпуску таких артефактов становиться не собираюсь…

— Успокойтесь, Владимир Прохорович, — государь замахал руками на моё весьма воинственное заявление, — никто вас не собирается заточать в золотую клетку, тем более, в мрачное подземелье, где вы круглые сутки станете клепать эти артефакты. Мы прекрасно осознаем, что с магом уровня креатор подобные действия недопустимы и невозможны. В данный момент Мы крайне заинтересованы в том, чтобы в кратчайшие сроки полностью подготовить вашу боевую авиационную группу для нанесения превентивного удара по средствам противовоздушной и противокорабельной обороны противника. Более того, есть мнение, усилить вашу группу до сотни авиационных бортов. Надеюсь, за пару месяцев вы способны обеспечить каждого одаренного члена экипажа хотя бы одним внепространственным хранилищем с достаточным количеством бомб. Кстати, ваша методика магического усиления бризантной способности взрывчатых веществ крайне положительно оценена нашими специалистами и уже широко внедряется при производстве не только авиационных бомб. но и боеприпасов для орудий разного калибра, ну и в других сферах военной промышленности.

Откровенно говоря, я уже перестаю чему-либо удивляться. Вроде бы, всех своих спецов на клятву о неразглашении моих ноу-хау подсадил, а оно сифонит откуда-то со страшной силой. По приезде нужно будет непременно вычислить этих самых радетелей государства Российского, а заодно разобраться, почему это разработанная мною надежная клятва в их случае не срабатывает. Я, разумеется, не возражаю, и с удовольствием поделился бы своими знаниями с военно-промышленным ведомством. Вот только не сомневаюсь, что через месяц-другой секрет производства усиленных магией боеприпасов стал бы достоянием враждебных нам государств. Хотя теперь уж точно станет. А еще, мои внутренние земноводный с грызуном не позволяют своему хозяину за просто так передать что-нибудь ценное бесплатно в чужие руки. Ну ни разу я не альтруист-бессребреник, так что моё — это моё, извольте оплатить, а на чужое я не претендую.

— М-да, всё чудесатее и чудесатее, — я выдал неожиданно даже для себя.

— Это вы о чем? — брови царя недоуменно взлетели вверх.

— Да так, Ваше Величество, не обращайте внимания.

— Ну что, Владимир, управитесь в двухмесячный срок?

Перед тем, как дать ответ, я извлек из внепространственного кармана довольно объемную папку и положил на стол перед Федором Николаевичем.

— Государь, непосредственно перед визитом в столицу я немного подготовился. Здесь перечень всего необходимого для того, чтобы реализовать в самые кратчайшие сроки ваше пожелание по скорейшей реализации проекта «Немезида». Но с учетом увеличения штатных бортов в два раза, все цифры, обозначенные в этих документах, требуется умножить, как минимум, на два. Насчет необходимого количества внепространственных хранилищ, не сомневайтесь, каждый маг в составе экипажа будет иметь пару колечек. Тут главное, заполнить под завязку их полезный объем.

Царь схватил со стола папку с надписью «Вариант ускоренной реализации проекта „Немезида“», развязал тесемки и, мельком взглянув на первый попавшийся листок, выдал удивленное:

— Однако! Ну и запросы у вас Зубов-Прикаспийский!

— Так не для себя же стараюсь, Ваше Императорское Величество. Для общего, так сказать, блага. Уверяю, что для моих собственных нужд сто… пардон, двести тысяч тонн тринитротолуола, с учетом ваших, Государь, пожеланий, без надобности. Всё, как говорится, для фронта, всё для победы. Таким образом, готовность объекта «Немезида» к нанесению неотвратимого удара по всем указанным нашими штабистами целям, полностью в ваших, руках, поскольку я ни на мгновение не сомневаюсь, что в загашниках российского военного ведомства означенное мной количество необходимых расходных материалов найдется, более того, там ещё немало останется.

— Ладно. Мы подумаем, — задумчиво покачал головой Их Монаршее Велико. Впрочем, я не сомневаюсь, отгрузят все затребованные мной позиции с учетом двукратного увеличения количества бортов. У императора и генштабистов после ознакомления с предоставленными мной разведданными, выражаясь языком интернетовских флудодеев иной реальности, изрядно припекло пуканы. К тому же, мои хотелки в государственных масштабах не столь уж и велики.

На этом наша встреча с Императором Российским подошла к концу. Царь и командующий Мажеским корпусом остались для приватной беседы. Мне же было велено покинуть кабинет и непременно подождать Константина Константиновича на улице, благо погода на дворе располагает к прогулкам и посиделкам на свежем воздухе.

Выйдя из дворца, проследовал в направлении небольшого пруда, чтобы на одной из лавок «переварить» результаты нашей встречи с царем. Но тут неожиданно для меня, из кустов жимолости донесся звонкий девчачий голосок:

— Мужчинка, папироской не угостите даму? — Вслед за этим на свет божий показалась сначала перемазанная ягодным соком забавная детская мордашка, а за ней и вся София Федоровна Вяземская, любимая дочь правящего монарха.

— Не курю, Ваше Императорское Высочество, ибо вредно. Если бы курил, всё равно не дал бы.

— Вот и эти так говорят, — девочка кивнула в сторону безмолвных истуканов-гвардейцев, замерших перед входом в цареву резиденцию, — а еще, талдычат, мол, особам женского пола курение табака не полагается. Сексисты проклятые! Пиндосов толерантных на них бы напустить. Впрочем, о чем это я? Здесь даже Пиндостана толком нет и разного рода педики еще не в чести.

Я слушал девятилетнюю девчонку и буквально охреневал. Сексисты, Пиндостан, толерантность — откуда в столь юной головке термины, коих еще не придумали в данной реальности? По этой причине не нашел ничего лучше, как задать принцессе вполне логичный вопрос:

— Вы кто, Ваше Императорское Высочество?

На что девочка ехидно ухмыльнулась.

— А ты как думаешь, Зубов, или кто ты там на самом деле?

— Так ты… то есть вы тоже оттуда? — Я неопределенно покрутил пальцами.

— Да ты не парься Володя, обращайся ко мне по-простецки — Соня, но только наедине. Ты бы знал, Зубов, как мне надоели эти чертовы придворные условности. Щас бы в топике продефилировать перед гардами, поваляться голышом под солнышком… Впрочем, отвечая на твой вопрос, скажу сразу, духовно мы с тобой из одного мира и даже примерно одного времени — это я по твоим песням поняла. Вот только не торопилась с тобой знакомиться. Всему свое время. Вот войду в возраст и возьму тебя в мужья законные, а покамест трахай спокойно баб, рано или поздно эта лафа для тебя закончится… Ха-ха-ха! Что испугался?! Не боись, паря, тут достойных самцов окромя тебя предостаточно. К тому же, раннее замужество не в моих планах.

Я смотрел на юное создание и офигевал от её слов. Затем мой мозг наконец-то включился и осознал, что на самом деле София может оказаться значительно старше меня.

— А ты как и когда сюда попала? Если не секрет, конечно.

— Да какой уж там секрет, Володь. Баллон с пропаном на летней дачной кухне разнесло к чёртовой бабушке в паре метров от моей прежней ипостаси в тот момент, когда эта ипостась пыталась приготовить завтрак для пары своих внуков. Хорошо, что там никто кроме меня не пострадал. И знаешь, что самое премерзкое? Меня угораздило оказаться в новом теле в тот самый момент, когда мой реципиент вылезал из лона собственной матушки. Непередаваемые, скажу тебе, ощущения. — После чего София Федоровна выдала столь виртуозную матерную фразу, что у меня уши едва в трубочку не закрутились. Впрочем, продолжалось это недолго. Немного успокоившись, София продолжила: — Так вот, Зубов, мы с тобой попаданцы, значит должны держаться вместе и при необходимости помогать друг другу в разного рода щекотливых ситуациях. Покамест такой надобности нет, но у меня имеются глаза и уши и с высоты моего семидесятилетнего опыта обеих своих жизней подозреваю, что рано или поздно помощь мне твоя понадобится. Видишь ли, Вов, мой любимый батюшка забил свой большой и длинный член на моих братцев, дескать, недостойны стать его преемниками и возложил все перспективы престолонаследования на мои хрупкие плечи, ибо умница-разумница. А как не быть умницей с дипломом Истфака МГУ и двумя докторскими степенями — историка и философа, иже с этим кучей работ, опубликованных во всяких научных журналов отечественных и зарубежных. Вполне допускаю, что тебе знакомо мое прежнее имя, но я тебе его не озвучу. Может как-нибудь после. Была бы я мужиком с соответствующими причиндалами, никаких вопросов по данному поводу не возникло бы. Но, насколько тебе известно, проклятый сексизм в России этой реальности еще процветает махровым цветом, несмотря на то, что в разное время дамы не только восходили на российский престол, но весьма и весьма положительно проявили себя на этом поприще. — Тут из дверей царской резиденции вывалила кавалькада крайне озабоченных дам. Глядя на них, София безрадостно констатировала: — Ну всё, очухались от моего сонного заклинания. На этот раз около часу продержалось, я успела ягодами вволю полакомиться, к тому же, с тобой пообщались, уверяю, чисто случайно, поскольку наше будущее знакомство хотела осуществить годиков эдак через семь-восемь. Жаль, не успела спросить тебя об обстоятельствах твоего попадания в тело сына сельского кузнеца. Ведь там не все так просто и однозначно? Был мальчик, что называется, ни о чём, вдруг откуда ни возьмись появился… ладно, дальше если в рифму, то матерно, продолжать не буду.

Тем временем подоспевшие дамы окружили принцессу, и, как выяснилось, в перспективе законную наследницу короны Российской Империи. Вопросов друг к другу, насколько я понимаю, у нас накопилась куча, однако в самое ближайшее время ответов ни них мы не получим. Тут и Блинов нарисовался. Значит, возвращаемся в МУМ, где мне будут выданы некоторые уточняющие рекомендации по дальнейшим моим действиям. А к вечеру планируется мой вылет на место службы. Вот такая короткая командировка получается.

Когда я находился уже на приличном расстоянии от Софии Федоровны и её кортежа нянек и мамок до моего слуха неожиданно донесся знакомый задорный мотив в исполнении Её Императорского Высочества:

А может, там живут нескучные

Человечки сундучные,

Человечки сундучные просто так живут…

Вне всякого сомнения, посыл предназначен именно мне. Я представил, как пожилая бабуля горланит веселую песенку со своими внучатами. Улыбнулся и бодро пошагал к ректорскому авто.

Глава 15

С момента моего возвращения из столицы прошло чуть более месяца. Скажу вам, меня будто в центрифугу запихнули и раскрутили на полную, настолько часто за это время происходило что-то новенькое, аж голова в постоянном коловращении. Ладно, это я так шучу. На самом деле, у меня куча исполнителей, поэтому вся эта кутерьма, связанная с подготовкой к запланированной стратегами Генштаба операции, ограничивалась лично для меня дачей соответствующих указаний, а там уже в работу вступала «Великая Армейская Махина», ну это я так называю вверенный мне личный состав. В конечном итоге, получался нужный результат.

Помимо потребных расходных материалов, кои стали поступать с завидной регулярностью и в огромных количествах, в первую очередь, подогнали еще шесть десятков бортов легких двухместных истребителей «Стриж», по моей просьбе уже в полностью разобранном состоянии. Моя работа с аэропланами, которую я никому никогда бы не перепоручил, заключалась во внедрении необходимых магем по разработанной мной схеме в структуру каждой детали летательного аппарата, насыщение их маной и активация наложенных заклинаний. Также штатные накопители магической энергии я заменял на до предела накачанные Силой бриллианты, принадлежавшие когда-то Исаму Накамуро. Дабы никого не искушать, энергетические батарейки были заключены в специальные защищенные от любого стороннего вмешательства контейнеры, кои я лично устанавливал на каждый борт, предупредив членов экипажа, чтобы не совали шаловливые ручонки куда не следует — оторвет нахрен. Лишь после этого мои виртуальные «земноводный» с «грызуном» более или менее успокоились. Ну это я образности ради насчет хомки и жабки. На самом деле жадность в той или иной степени свойственна каждому человеку. Не всякий индивид способен выложить из собственного кармана целый лярд российских тугриков, пусть даже во временное пользование, но с риском потерять часть богатства. Поскольку самолетов прислали сто двадцать, мне пришлось еще раз посетить ту самую Прорву для зарядки недостающих двух десятков накопителей к той сотне, что у меня уже была заряжена энергией. Так что объективно я могу считаться человеком щедрым, очень щедрым.

Пока в ближайшей Порорве на том самом камушке, что находился в лесу на поляне, заряжались брюлики, в мою светлую голову (а как еще её назвать?) пришла гениальная мысля. А именно — задействовать стихийный источник маны для ускорения создания внепространственных хранилищ. Вообще-то идея лежит на поверхности. Имеем мощный поток Силы, кладем рядом колечко с заготовкой и внедренной в него магической формулой и, прогоняя через свое средоточие необходимый поток маны, подобно стеклодуву «выдуваем» нужный нам внепространственный объем. Таким образом, вместо пяти-шести часов, на создание одного артефакта у меня ушло всего лишь около получаса. Согласитесь, результат превосходный. Жаль, что воспользоваться этим приемом в этом мире имеет возможность опять таки лишь один человек, ибо предельно мощный поток маны, необходимый для создания артефакта, способен прогнать через свои внутренние каналы только я. Другого мага означенная операция просто убьет. А для меня, таки сплошная польза от подобных упражнений — средоточие расширяется и уплотняется и начинает генерировать дополнительное количество магической энергии, иже с этим расширяются и еще больше разветвляются внутренние каналы энерговодов. Стоит отметить, ощущения во время прокачки дополнительных порций энергии через внутренний каркас не из приятных, зато результат ошеломительный.

Довольно продолжительный по времени процесс зарядки кристаллов алмаза и создания внепространственных объемов, неожиданно дали мне толчок к весьма и весьма неоднозначному изобретению в плане боевой артефакторики. Если конкретно, в какой-то момент после долгого сидения на пятой точке, опершись спиной о твердый камень, меня буквально осенило — если внедрить в каждую грань кристалла по довольно простенькой рунной цепочке из школы огня, вершины соединить синергическими символами, а потом эту штуковину закачать до предела Силой, получим нехилый такой боеприпас, сопоставимый по мощности с «Малышом», атомной бомбой, сброшенной американцами на Хиросиму.

От нечего делать все пересчитал на своем внутреннем калькуляторе и получил примерный выход тепловой энергии, сравнил его с данными, почерпнутыми некогда банального интереса ради из Сети Интернет. Чёрт побери! Все сходится — всего лишь один брюлик способен нанести врагу огромный материальный и моральный ущерб. Что бы там ни говорили советские, а за ними российские пропагандисты, мол, ни к чему было бомбить мирные японские города, мы и без того побеждали в той войне, все-таки «Малыш» и «Толстяк» внесли свою лепту в победу над общим врагом, скорее, как фактор деморализующий. К тому же, через какие-то семь десятков лет японцы напрочь позабыли, кто вообще их бомбил. Многие считают, что это дело рук Сталина. Вот что значит грамотная обработка мозгов.

Преодолевая собственную жадность, я все-таки пожертвовал парочку бриллиантов для изготовления самых мощных в этом мире боеприпасов. Глядишь, пригодятся, а не пригодятся, так я их обезврежу. При этом самому себе дал клятву, что секретом производства аналога ядерного оружия ни с кем не поделюсь. Оно хоть идея и лежит на поверхности, её реализация ограничивается способностями здешних магов, поскольку (повторяюсь снова) насытить кристалл модифицированного углерода по максимуму дано одаренному уровня «креатор», иными словами — «творцу». И таковых на Земле данной реальности, насколько понимаю, покамест в наличии только ваш покорный слуга. Иех-х-х! Ща ка-а-к возомню о себе!

Ну всё, шутки в сторону. Так или иначе, в течение довольно короткого срока и в результате нескольких походов в Прорву мне удалось нарастить количество внепространственных артефактов до трех сотен штук. То есть, по три на каждого одаренного члена экипажа К-23 «Стриж», который, как уже упоминалось, состоит из двух человек: собственно пилота и мага, отвечающего за прицельное бомбометание. То есть довести общую бомбовую нагрузку каждого самолета до условных шестисот тонн в тротиловом эквиваленте, и это без учета веса корпусов и усиления могущества боеприпаса магическими способами. Если объективно, емкость трех в совокупности внепространственных хранилищ достигает двух килотонн обычного тринитротолуола. При этом общее количество боеприпасов до тысячи обычных бомб в каждом внепространственном хранилище или три сотни контейнеров, снаряженных оксираном. Впрочем, это всего лишь приблизительные цыфры, более точными измерениями заниматься нет надобности, поскольку и без этого неплохо жахнет.

Все-таки, испытания боеприпасов были проведены. Ну как же без этого? Сбросили пару десятков бомб разного типа на один из островов Радужного залива площадью два гектара. Нехило так сработало. Особенно порадовали термобарические фугасы. Распыленная на высоте тридцати метров окись этилена создала достаточно плотное аэрозольное облако, чтобы после подрыва адской смеси покрытый густым лесом кусок земли в море практически полностью лишился растительности, а то, что уцелело окончательно раздербанили мощные авиабомбы. Результат произвел неизгладимое впечатление не только на меня, но и на моих подчиненных, даже на тех, кому довелось поучаствовать в разного рода вооруженных конфликтах. Ограничились всего лишь одним испытанием, поскольку запросто так тратить столь мощный боеприпас у меня рука не поднялась. Убедились в их эффективности и хватит транжирить.

Заодно совместно с пилотами тщательно проработали тактику будущих атак на позиции врага. На первый взгляд, оно все выглядит просто: пилот ведет крылатую машину и при подлете к цели сообщает об этом своему напарнику. После чего чародей, начинает сканировать земную поверхность, дабы в нужный момент распахнуть под днищем бомбовоза магический «портал-бомболюк» и отправить в реальный мир заданное количество авиационных бомб, которые под действием планетарной гравитации тут же отправятся к поверхности земли с целью нанесения урона противнику. Напоминаю, что по приказу российского военного командования и царя-батюшки лично, задача нашей группы — сравнять с землей расположенные в заданных координатах средства ПВО и береговые батареи. Далее подоспеют наши основные силы, а именно более тысячи линейных дирижаблей-бомбовозов, иже с ними порядка двух тысяч тяжелых крылатых бомбардировщиков и, разумеется, все боевые надводные и подводные корабли. Вот тут-то и начнётся основная потеха, а именно удары по выявленным ключевым точкам военной и промышленной инфраструктуры, также центрам принятия решений.

О том, что случится дальше после тотальной бомбардировки территории противника с воздуха и моря меня не уведомили. Скорее всего, на Японские острова будут сброшены десанты воздушные и морские, а на юге Корейского полуострова вступят в бой сосредоточенные на линии соприкосновения пехотные дивизии при поддержке танков, артиллерии и летающих крепостей. Впрочем, это уже планы не моего уровня и делиться со мной ими никто и не подумает.

Пока суд да дело, то есть решается вопрос с материальным обеспечением базы «Немезида» дополнительными ресурсами и людьми, экипажи самолетов приступили к отработке учебных бомбометаний. Для этого были задействованы изготовленные нашими земляными из местного камня болванки, соответствующие по весу и форме натуральным авиабомбам и контейнерам с окисью этилена. В учебные боеприпасы внедрено простенькое заклинание огня, обеспечивающее довольно яркую вспышку и легкое задымление в точке его соприкосновения с земной или водной поверхностью. В качестве стационарных целей были определены несколько торчащих из вод Радужного залива скал, а подвижных — деревянные макеты надводных кораблей, снабженные примитивными магическими движителями и системой дистанционного управления.

Полетали-полетали аж целых десять дней. За это время наши доблестные авиаторы, отбомбились с разных высот. Если заходили на цель на высоте до одного-полутора километров, результат оказывался приемлемый. Но стоило сбросить «бомбу» с высоты хотя бы двух тысяч метров, разброс попадания в цель достигал уже сотни метров. А при бомбардировке от пяти кэ-ме и выше, результативность оказалась практически нулевой. Грусть-печаль, ибо бомбардировки с малых высот не желательны по ряду причин, главная из которых гарантированное обнаружение противником даже столь маломерной цели, как К-23 «Стриж». По моим подсчетам, самая скромная магическая защита вражеской зенитной батареи, несмотря на значительное повышение бризантных свойств наших боеприпасов, вполне способна защитить орудийные расчеты и сами зенитки на расстоянии двух десятков метров от эпицентра взрыва упавшей авиабомбы. Оно, конечно, можно компенсировать недостаточную кучность повышенным количеством сброшенных на цель бомб. Но это лишний расход ценных боеприпасов, а значит, не наш метод. Нужно найти реальный способ гарантированного накрытия относительно небольших целей, коими являются зенитные батареи и мощные орудия береговых фортов с высоты от пяти километров и выше, иначе наша миссия окажется недостаточно эффективной.

Над решением данной проблемы, мне пришлось изрядно поломать голову, но ничего путного в неё не приходило, поскольку после отрыва боеприпаса от самолета и за время его падения на него оказывает воздействие хренова туча факторов, которые невозможно заранее учесть: ветер на разных высотах имеет разные направления, влажность воздуха, также не везде одинаковая, атмосферное давление и прочее-прочее-прочее. Так что, похоже, придется нашим авиаторам для повышения эффективности бомбометания выходить на предельно низкие высоты, что очень и очень опасно даже для столь шустрой и малоразмерной цели как «Стриж», ибо враг не дремлет и недооценивать его было бы серьезной ошибкой. А при невозможности выхода самолета на малые высоты, будем давить врага с высоты нескольких километров, компенсируя разброс боеприпасов количеством сброшенных бомб на единицу площади. Вот такие наши тактические наработки. А что будет в реальном бою война покажет, ибо на бумаге завсегда выходит более или менее гладко.

Положа руку на сердце, я уже взгрустнул, но, проанализировав статистику попаданий, выявил один весьма примечательный момент. Оказалось, что в ряды откровенных мазил затесался самый настоящий снайпер. Как показал анализ статистических данных, собранных нашими воздушными и наземными наблюдателями, бомбометания борта за номером двенадцать с любых высот в значительной степени выбивались из весьма хаотичного распределения общей кучности. Иными словами, каждая учебная бомба, сброшенная этими парнями, если и не ложилась точно на указанную цель, во всяком случае, удачно вписывалась в необходимые для её гарантированного уничтожения, даже с учетом максимально мощного магического прикрытия, параметры.

Для прояснения ситуации мною были вызваны оба члена экипажа: пилот капитан Рубцов Валерий Тихонович и представитель Мажеского корпуса, отвечающий за своевременность открытия «бомболюков» и точность попадания, старший лейтенант Изюмов-Тонский Александр Розумович (очередное странное имя среди преогромного количества не менее странных имен данной реальности), маг огневик уровня магистра, к тому же, отпрыск древнего княжеского рода, насколько мне известно, к настоящему моменту, по ряду известных мне причин, фактически разорившемуся. Насчет княжеского происхождения офицера, я узнал из его личного досье, поскольку каждый попадающий на базу человек подвергается самой тщательной проверке с моей стороны на предмет «вшивости-паршивости», и некоторых неблагонадежных и психически неустойчивых кандидатов приходится отправлять обратно в столицу, ибо разного рода склоки, шатания и разброд умов мне совершенно здесь не нужны. А еще я старался определять сексотов от Охранки, выявил нескольких, изгнал обратно в Москву, но, как следует из беседы с царем, не всех. Ладно, пусть стучат имперским сатрапам, лишь бы не кому-то из наших забугорных «друзей заклятых».

После взаимного уставного приветствия экивоки и прочие заходы исподволь разводить я не стал. Задал вопрос, что называется, прямо в лоб:

— А скажите-ка мне соколы востроглазые, отчего это все прочие ваши коллеги критически мажут уже с высоты двух тысяч метров, а ваш экипаж лехко поражает цель с восьми кэ-ме?

На что Изюмов-Тонский помялся, будто решал в уме сложное математическое уравнение. М-дя, кажется, мои подозрения оправданы и у выходца из древнего княжеского рода все-таки есть за душой некий секрет. Чтобы не смущать подчиненного я велел пилоту оставить нас наедине, тем самым перевел разговор с князем в сугубо приватную плоскость.

— Видите ли, Ваше Высокоблагородие, я обещал батюшке сохранить наш семейный секрет втайне…

— Клятвенно обещали, Александр Розумович, или просто на словах? — уловив суть проблемы, задал вопрос я.

— Ну… — снова замялся старлей, — как таковой клятвы на святой иконе я не давал…

— В таком случае, — я вновь бесцеремонно перебил смущенного офицера, — имею намерение приобрести у вас ваш родовой секрет за означенную вами денежную сумму.

— Но, Владимир Прохорович, княжеская…

— … княжеская честь, — с нескрываемой издевкой в голосе продолжил я, — не помешала вашему, вне всяких сомнений, достойному батюшке, при этом заядлому картежнику пустить по ветру все то, что было нажито многими поколениями ваших трудолюбивых предков. Благо у ваших двух сестричек и матушки остался любящий брат и сын, который отсылает ежемесячно на их содержание практически все зарабатываемые им денежные средства.

— Но откуда это вам известно? — недоуменно вскинул брови Изюмов-Тонский.

На что я со слегка снисходительной улыбкой ответил:

— Как непосредственный начальник я должен знать подноготную каждого своего подчиненного. О вашем затруднительном финансовом положении и о регулярных денежных перечислениях на малую родину мне было доложено нашим финансистом. Вы уж извините, но я и только я отвечаю за моральное состояние моих подчиненных. То есть, все их проблемы, являются также и моими проблемами. Разумеется, я сделал соответствующий запрос и вскоре выяснилось, что ваше родовое имение в Нижегородской губернии в настоящий момент находится под залогом Государственного Сельхозбанка и вот-вот уйдет с торгов в качестве уплаты карточных долгов вашего отца. — Вообще-то, о беде княжеского семейства мне стало известно около недели назад из присланной на мой запрос информации из ведомства полковника Мухина. Причиной моего беспокойства стало крайне угнетенное состояние офицера, замеченное мной, а также командиром нашей летной части подполковником Ерофеевым. Я даже собирался помочь князю в решении его проблемы, выделив бессрочную беспроцентную ссуду в размере необходимых двухсот тысяч рублей золотом, с тем, чтобы тот смог выкупить из-под ареста родовое имение. Тогда его семья продолжила бы получать приличный доход от сдаваемых в аренду крестьянам сельхозугодий, а у самого офицера не будет болеть голова по поводу всякой бытовой ерунды. Благо, отец Александра объявлен судом недееспособным, то есть, возможности повторно проиграть в карты имущество семьи у него уже не будет. — Итак, Александр Розумович, сколько вы хотите за ваш секрет?

— Триста тысяч рублей, — после недолгой паузы выдал старлей, — вот только сам амулет я вам предоставлю лишь на время, вы мне должны будете его вернуть, после того, как разберетесь с заключенными в нем заклинаниями и сможете воспроизвести их для всех одаренных нашей авиагруппы. Вы же артефактор, насколько мне известно, и весьма высокого уровня.

Ага, значит, мои подозрения оправдались полностью — это именно какой-то магический девайс помогает нашему магу осуществлять эффективные бомбометания.

— Александр Розумович, об амулете, будьте добры, доложите подробнее.

— Видите ли, Владимир Прохорович, на территории нашего имения в Нижегородчине располагается внепространственная аномалия. Прорва вполне спокойная и находится под постоянным контролем специально выделенного Мажеским корпусом специалиста. — Похоже, что-то типа нашей бобровской, контроль над которой осуществляется сельмагом Кузьмой Митрофановичем Зосимовым. — Так вот, поскольку портал прорыва в иную реальность расположен на исконных землях рода Изюмовых-Тонских, владельцы земель имеют законное право нанимать шарашки отчаянных парней и посылать их в Прорву с целью поиска разного рода ценных предметов. Так случилось, что сотню с небольшим лет назад в одном из таких походов в развалинах древнего города, что находятся в нашей Прорве, был найден амулет, предназначенный для ношения на шее. Имперской комиссией магов он был определен как артефакт неопасный для окружающих, а значит, не запрещенный для использования частными лицами на территории государства Российского. Поначалу артефакт неведомой цивилизации был воспринят как некий оберег, поскольку способствовал повышению жизненного тонуса своего владельца, предохранял его от заражения инфекционными заболеваниями, способствовал скорейшему заживлению ран. Мои прадед и прабабка повесили его на шею своему любимому сыну — моему деду по отцу, дабы тот в мальчишеских забавах ненароком не свернул себе эту самую шею. Тут стоит отметить, что в селе, где находится наше поместье, издревле практикуется одна детская забава, именуемая лаптой. И, скажу вам, Владимир Прохорович, мой дед, никогда до этого не показывавший особых результатов в подобных соревнованиях, стал неожиданно первым игрком на деревне — что ни бросок, стопроцентный результат даже по самым сложным фигурам. Поначалу взрослые на это не обратили особого внимания, однако после очередного хвалебного монолога отпрыска о том, какой он востроглазый и какая у него твердая рука, его отец призадумался. Ни с того, ни с сего столь феноменальная способность у ребенка не могла проявиться, пусть даже одаренного. Кстати, у нас в роду все отпрыски по мужской линии непременно владеют Силой. Прадед решил испытать сына несколько иным способом. Он достал из загашника древний, но вполне боеспособный лук, к нему колчан со стрелами и, повесив на одном из столбов во дворе деревянный щит, на котором нарисовал круг размером с яблоко и велел отпрыску стрелять в мишень. Оно хоть и не очень сильные руки были тогда у ребенка, все-таки с десяти шагов он угодил точно в центр и не один раз, а несколько. Теперь отец смекнул, откуда у его сына столь замечательная способность. Велел снять с шеи оберег и стрельнуть без него. Результат не этот раз оказался, что называется, хуже не бывает — стрела ушла «в молоко» на сажень и едва не угодила окно маменькиной (то есть моей прабабушкиной) комнаты, которая в тот момент наблюдала за действиями обожаемого сыночка. Далее мой предок ожидаемо надел сыновий амулет на свою шею и попытался стрельнуть в мишень из лука. Из этого типа древнего метательного оружия до этого он стрелял лишь в далеком детстве, да и то из кривого самодельного. Три стрелы с дистанции в двадцать метров легли едва ли не одна в одну. Затем прадед опробовал амулет на огнестреле. Результат, превзошел все ожидания. Стрелку с артефактом на шее достаточно было навести оружие и отметить взглядом точку прицеливания, после чего пуля летела точно в нужное место. Более того, стрельба под контролем чудесного магического артефакта оказалась эффективной не только по статичным мишеням, но и по весьма подвижным, во всяком случае пращуру удавалось валить матерых кабанов, оленей, сохатых и прочую лесную живность набегу, с невиданных доселе дистанций и всего-то с одного выстрела. Разумеется, прадед отобрал ценную вещицу у малолетнего балбеса и выдал ему лишь когда тот, получив соответствующее магическое образование, вступил в ряды только что организованного по приказу тогдашнего Государя Императора Мажеского корпуса. Как оказалось, с помощью амулета можно управлять полетом любого летящего предмета, как обычной пули, так и сгустка высокотемпературной плазмы — боевого огнешара. А еще, как выяснилось совсем недавно, посредством моего амулета можно направлять падающие предметы точно в нужную цель. Погрешность, разумеется присутствует, но она, Ваше Высокоблагородие, абсолютно не критична.

— И так, Александр Розумович, я забираю вашу прелесть на сутки, за это выплачиваю вам сумму выше оговоренной вами, скажем, миллион рублей. — Вообще-то я по натуре не альтруист и не привык швыряться деньгами направо и налево, но воспользоваться бедственным положением человека мне не позволит совесть, поскольку настоящая стоимость данного артефакта, если точно, заключенных в нем магических формул, значительно превышает даже тот скромный лям, который я собираюсь выплатить его владельцу.

— Миллион?! — громко воскликнул офицер, едва не хватаясь за сердце. — Вы не ошиблись, Ваше Высокоблагородие?

— Ничуть, Ваше Сиятельство. Вы проявили изрядную скромность, запросив жалкие триста тысяч. Однако, как человек честный и щепетильный в подобных вопросах, я не могу выплатить вам меньше того, сколько стоят на самом деле ваши заклинания. Так что, если вас устраивают условия предлагаемой мною сделки, я тут же выписываю чек на ваше имя, коим вы вправе распорядиться во время ближайшего посещения Восточного, там имеется куча банков, где по вашему желанию чек либо обналичат, либо переведут деньги на ваш личный счет. После чего вы сможете распоряжаться ими по собственному разумению. Автомобиль для поездки в город будет предоставлен в любое удобное вам время.

Далее мы со старлеем пожали друг другу руки. Он снял с шеи амулет на прочной металлической цепочке и, ничтоже сумняшеся, передал мне. Я же, со своей стороны, выписал чек на миллион рублей золотом и вручил Изюмову-Тонскому. Мой изрядно повеселевший подчиненный тут же попросил предоставить ему возможность отправиться в столицу Приморского Края для окончательного оформления денег на свой банковский счет, а также немедленного выкупа из государственного залога родовых земельных угодий. На мой взгляд, вполне верный подход, ибо куй железо пока горячо.

Для того, чтобы разобраться с заклинаниями, наложенными на артефакт много времени мне не понадобилось, несмотря на то, что магические символы были до этого мне незнакомы. Проанализировав магемы, я довольно легко определил какая из них за что отвечает и пришел к выводу, что помимо повышения меткости, комплексное заклинание повышает сопротивляемость организма своего владельца к разного рода внешним негативным воздействиям и вообще оказывает положительное действие на его здоровье.

Глубоко вникать в тонкости неизвестного мне алфавита я, разумеется, не стал. В качестве материальной основы будущих амулетов я взял золотые японские монеты из коллекции всё того же адмирала Накамуро числом сто двадцать штук, удалил нанесенные на них надписи и, не мудрствуя лукаво, скопировал на них «клинопись» с амулета Изюмова-Тонского. По окончании процедуры насытил кругляши маной и проверил работоспособность полученных девайсов. Оказавшись на шее своего владельца, артефакт начнет уже самостоятельно забирать у своего хозяина необходимое количество маны, иными словами вступит в, своего рода, симбиотическую связь с одаренным.

Стоит отметить, что члены экипажей, отвечающие за бомбардировку наземных целей, довольно быстро научились пользоваться артефактом, Как следствие, точность бомбометаний значительно повысилась. Что меня, а также весь наш боевой коллектив не могло не порадовать.

Я и сам пару раз поучаствовал в учебной бомбардировке многострадальной скалы, размеры который, по понятным причинам, начали довольно быстро уменьшаться, даже при её обстреле учебными боеприпасами. Поимел интересные ощущения. При подлете к заданному объекту захватываешь его магическим взглядом и устанавливаешь на нем своего рода метку. Заклинание самостоятельно анализирует состояние атмосферы и прочие геофизические параметры окружающей среды, способные повлиять на полет бомбы к земле. В конечном итоге, одаренный на интуитивном уровне понимает, в какой именно момент нужно открыть «магические бомболюки». Точность поразительная, главное не прощелкать сам момент бомбометания. Ну в этом плане я за свои экипажи уверен — пилотов и магов-наблюдателей мне подобрали опытных грамотных и ответственных.

Ну всё, не стану далее никого мучить разного рода заклепочно-магическими тонкостями. Таким образом, лётная подготовка личного состава идет полным ходом. Иже с этим в глубоких подземных хранилищах, защищенных от любых неожиданных моментов, накапливается необходимое для удара по врагу количество авиационных боеприпасов. По моим расчетам в намеченный начальством двухмесячный срок мы должны полностью уложиться.

И, наконец, в качестве, своего рода, вишенки на торте поведаю о своих отношениях с грузинской княгиней. Вообще-то Эвелину нельзя назвать чистокровной грузинкой, поскольку в жилах каждого кавказца хватает разных кровей. Наверное, благодаря именно такому смешению и появляются на свет сногсшибательные красавицы такие, как моя Эвелина. Пожалуй, стоит лишь отметить, что наша обоюдная бурная и всепоглощающая страсть слегка успокоилась. В связи с тотальной занятостью я не имею возможности каждый день уделять должное внимание любимой женщине. Моя королевишна, как бывшая супруга профессионального военного, относится к вынужденным перерывам в наших отношениях с полным пониманием. Но, как минимум, раз в неделю я приезжаю в её уютный домик, где мы отдаемся друг другу страстно и самозабвенно. Сегодня вечером именно это и случится, поскольку завтра воскресенье и, в отличие от прочих своих подчиненных, я могу себе позволить на сутки в неделю полностью абстрагироваться от воинской службы и раствориться в объятиях любящей меня и любимой мной женщины.

Время от времени, особенно в порывах яростной страсти, задаюсь вопросом: «А может жениться на княжне и заняться активной штамповкой графьев Зубовых-Прикаспийских? Чего время-то терять?». Короче, буду думать над этим вопросом. У меня есть еще куча времени, чтобы хорошенько поразмыслить и прикинуть что к чему, поскольку, раньше восемнадцати лет мне при всем моем желании никто не позволит вступать в законный брак. Благо мне, как дворянину высокого ранга, разрешение на него от царя-батюшки не требуется, как это было в данной реальности еще полвека назад.

И еще один момент, мое семнадцатилетние мы отметили в узком кругу с княгиней. Не стану погружаться в описательские подробности, отмечу, что все было на высшем уровне и к нашему взаимному удовольствию. В качестве подарка мне был преподнесен богатый несессер с кучей разного рода ножниц, пилочек, пинцетов и щипчиков. Для чего, мне все это пока не понимаю и вряд ли когда пойму. Впрочем, в таких случаях главное не подарок, а внимание.

Сослуживцы также не забыли о моей днюхе. Купили вскладчину очень дорогие сработанные швейцарскими мастерами наручные часы в платиновом корпусе, с сапфировым стеклом и великолепной точностью хода. В свою очередь, мне пришлось «накрывать поляну» для комсостава «Немезиды». Гулянка, скажу вам, получилась на славу. Впрочем, кого на Руси можно удивить знатной попойкой? Вопрос риторический.

Поздравлений от вышестоящего начальства и местного благородного собрания не поступило. Верхнее начальство, разумеется, занято разработкой стратегических планов удара по Японии и ему не до какого-то там майора. А вот дворянство города Восточный, похоже решило игнорировать графа Зубова-Прикаспийского, ввиду его крайне эпатажного поведения на том памятном балу, где мы познакомились с Эвелиной. Во всяком случае, приглашений посетить стены столь примечательного заведения с тех пор я не получал. Ну и бог с ними со всеми. Мой принцип еще с той реальности — поближе к кухне, подальше от начальства. Благо в собственной вотчине я абсолютный хозяин. Вообще-то, поздравительная телеграмма из Москвы от одной юной прелестницы (вы наверняка догадались о ком речь) имела место быть. Оно, вроде бы, и мелочь, но на душе приятно. Что ни говори, но осознание того, что ты не один в этом мире такой исключительный, греет душу.

Глава 16

— Илюха, больше мне тебя учить нечему, — лицо моего друга и наставника было как никогда просветленным, как у директора какой-нибудь верфи при спуске на воду очередного атомного ледокола или еще какого крупного корабля. — Отныне ты мастер, ибо даже я, один из самых крутых в России специалистов игры не способен ничего тебе противопоставить. С твоей памятью и цепким глазом, парень, ты, пожалуй, самый лучший и не только в нашей стране.

От этих слов учителя у меня почему-то засвербело в носу.

— Но Илья Борисович…

— Ну что, Илья Борисович?! — хмуро посмотрел на меня мой единственный друг в этом мире и наставник, отказавшийся в свое время ради любимой женщины от карьеры профессионального шулера и осевший в кондовой российской глубинке на скромной должности истопника детского дома. — Боисся? Не стоит бояться, эвон, посмотри на птах небесных, рано или поздно даже эти божьи твари прекращают носить черьвяков в гнездо, дескать, пи…дуйте на хер. Нет, ты не подумай, я тя вовсе не гоню, заходи, поболтаем, выпьем, ты — чаю со своими любимыми сливовыми подушечками, я — водочки или чифиря. Но учить мне тебя уже нечему. Единственное, что я хотел бы сказать по завершении процесса обучения, коль сел за карточный стол, держи морду кирпичом и не гоняйся за мелочёвкой, карты вскрывай лишь в тот момент, когда на кону сконцентрированы все деньги, которые ты можешь забрать, и ты уверен в том, что они уже твои. Оно, может быть, для тебя банально звучит, но как говорили древние латиняне: «Aut Caesar, aut nihil», что по нашенски означает: либо всё, либо ничего.

Меня всегда удивляла способность наставника перемежать речь человека интеллигентного весьма образованного и начитанного разного рода жаргонизмами, грубым матом и прочими словесными перлами сомнительного свойства. Сам же Илья Борисович требовал от меня абсолютно грамотной литературной речи, и при малейшей попытке украсить её каким-нибудь нецензурным вывертом, или простонародным сленгом я получал по губам и наставление, мол, на него не смотри, такого старого пня, как он уже не перевоспитать, и популярно доводил до моего сведения, что вставлять в свою речь матерные словеса и всякую кондовую местечковую хрень, годно для дворовой гопоты с четырьмя классами и тюремным коридором за плечами, но никак не грамотному амбициозному парню, коего тот воспитывает.

Неожиданно морщинистое лицо Ильи Борисовича Ананьева начало трансформироваться в какую-то гротескную маску. В какой-то момент передо мной предстала Луговская Ирина Спиридоновна, та самая «графиня», что выиграла в штос мою бессмертную душу, а потом, находясь уже в образе демона, внедрила её в тело фактически умершего сельского парнишки. Наконец и холеное лицо Луговской начало расплываться…

Во что оно могло превратиться я так и не узнал, ибо проснулся в холодном поту и крайне расстроенных чувствах. Некоторое время лежал, не осознавая, где я и что со мной. Постепенно все-таки начал приходить в себя. Тьфу ты! Экая хрень во сне привидится, аккурат перед предстоящим вылетом нашей авиагруппы на реальное боевое задание.

Ну да, я не оговорился, мы всё-таки уложились в отведенный государем императором двухмесячный срок. Более сотни самых скоростных в Российской Армии истребителей «Стриж», каждый из которых прошел серьезную модернизацию и теперь это, своего рода, летающая мини-крепость, основательно защищенная от пуль, снарядов и магии противника, способная не только ударить по наземным целям, но дать достойный отпор вражеской авиации посредством курсовых орудия и пулемета, также модифицированных посредством магии с целью усиления пробивной способности снарядов и пуль.

Каждый одаренный в составе экипажа, отвечающий за наводку и сброс боеприпасов имеет при себе три, а кое-кто и четыре перстня-артефакта, заполненных до упора авиабомбами и контейнерами с термобарическими боеприпасами.

Кстати, я как-то раньше не упомянул о специфике применения зарядов объемного взрыва. Если обычная авиабомба летит к цели традиционным способом, то есть банально мчится вниз под действием земного тяготения, падение контейнера с оксираном замедляется специальным комплексным заклинанием магии воздуха и земли, чтобы сбросивший его борт успел уйти на безопасное расстояние от эпицентра взрыва. Оно, конечно, если бомбардировка объекта происходит с высоты пяти-восьми километров, термобарический взрыв вполне безопасен для самолета, а вот на более низких высотах «Стриж» может запросто получить такого пенделя от подрыва собственной же такой бомбы, что мало не покажется, несмотря на укрепленный магией корпус и мощную силовую защиту. Но это в том случае, если бы контейнер с оксираном падал на землю без замедления.

И еще один момент, поскольку полет намечается продолжительным по времени, мне пришлось разработать специальный артефакт-подгузник. Согласитесь, будет весьма неловко, если по возвращении героя на базу от него будет нести за версту дерьмом и мочой. А так, делай свои дела прямо в комбинезон, все испражнения тут же попадут в специальный внепространственный контейнер. Впрочем, это уже весьма специфические тонкости, о которых можно было бы и не упоминать, так что прошу прощения у рафинированных эстетов, если каким-то образом зацепил их особенное восприятие реальной жизни. В качестве же своего оправдания замечу, что на войне питающихся радугами и какающих бабочками розовых пони не бывает.

По большому счету, я мог бы еще очень и очень долго распространяться о тех инновациях, которые были применены нашей группой артефакторов при подготовке бортов к полетам. Даже в том случае, если самолет будет сбит, пилот и его напарник легко опустятся на землю или воду с помощью парашюта-артефакта. При попадании на территорию противника летчики окажутся в плену. Это не критично, поскольку в этой реальности повсеместно практикуется вполне гуманное отношение к плененному противнику, особенно к офицерскому составу, принадлежащему, как правило, к благородному сословию.

Тут стоит отметить, что и у японцев нет того боевого фанатизма, что присутствовал в первой моей реальности, поскольку, в свое время, большинство хранителей самурайских традиций полегло в сражениях с исчадьями, хлынувшими потоком из прорывов иной реальности. Справедливости ради, здешние самураи в самый критический момент не бросили своих крестьян на произвол судьбы, грудью встали на их защиту. Опять же, о перипетиях первых десятилетий после появления Прорв на Японских островах можно рассказывать очень долго и очень много, так что об этом поговорим как-нибудь в другой раз.

Удивительно, сколько мыслей появляется в голове человека после его пробуждения. Пришлось помотать головой, дабы отогнать всё лишнее и ненужное. Нечего себя заводить и нервировать перед важным событием. Всё, что можно было сделать для подготовки боевых вылетов уже сделано. Координаты целей для бомбометаний и их словесное и визуальное описание поступили в наше распоряжение трое суток назад. Время «Ч» назначено. Экипажи самолетов тщательнейшим образом проинструктированы. Для каждого борта определен индивидуальный объект атаки, точнее, группа таковых, поскольку бомбовая нагрузка «Стрижа» позволяет уничтожить не одну батарею ПВО противника или береговое укрепление, а целый укрепрайон, и еще останется для ликвидации какого-нибудь патронно-снарядного заводика. Насчет «заводика» — это я так условно, ибо после выполнения основной боевой задачи, каждый экипаж волен самостоятельно выбрать цель для атаки. Главное требование, чтобы это были не мирные города и другие поселения, а военный завод, боевой корабль, аэродром, или еще что-нибудь в этом роде.

Если подумаете, что всеми этими предполетными заморочками занимался исключительно я, вы очень сильно ошибетесь.

Как лицо ответственное за проект «Немезида» в общем, я, разумеется, принимал самое активное участие в процессе инструктажа пилотов и вторых номеров экипажей. Однако, я все-таки не профессиональный летун. Так что всей замысловатой спецификой занимался командир нашей летной части подполковник Ерофеев Степан Иванович, лётчик-асс с колоссальным багажом опыта боевых действий за плечами, приобретенным в нескольких войнах с нашими беспокойными закавказскими соседями, а также в составе российского экспедиционного корпуса в Северной и Южной Африке и некоторых странах Южной Америки, которую в этой реальности Латинской не называют, ибо говорящих на испанском или португальском граждан тут не так уж и много. Там ныне преобладает голландский, французский и английский в весьма причудливом сочетании с исконными индейскими наречиями. Я это к тому, что при общении со Степаном Ивановичем у пожилого летуна частенько проскальзывают разного рода забавные словечки и целые фразеологические обороты.

Так вот, возвращаясь к подготовке к вылету, подполковник Ерофеев ставил перед каждым экипажем его боевую задачу с указанием целей на топографических картах и показом фотографий означенных объектов, если таковые имелись — всё это было изъято мной из недр главного японского военного ведомства (тут уж без ложной скромности). Моя же задача, состояла в том, чтобы обрабатывать летчиков ментально, дабы информация укладывалась в их головах в полном объеме и верном порядке.

Итак, проснулся как обычно по выработавшейся за время военной службы привычке в шесть утра. Сегодня спал на базе в собственных апартаментах — небольшой комнатушке с кроватью при штабе. Время общего вылета авиагруппы назначено на восемь вечера по местному времени, то есть в час дня по московскому.

Как мне поведал в приватном разговоре полковник Мухин, ровно в шестнадцать ноль-ноль по Москве, когда все наши самолеты будут на подходе к целям, государь император вручит японскому послу декларацию об объявлении войны Японской Империи. Таким образом, с точки зрения международной дипломатии все будет чики-пуки, а тот факт, что всего лишь через пару минут на головы японцев посыплются авиабомбы никого не волнует, главное, буква соблюдена. Поэтому задача нашей авиагруппы подойти к объектам пусть даже с небольшим опозданием, но никак не раньше назначенного срока. Вот такие политические игрища. Даже в намечающемся кровавом замесе царь-батюшка хочет выглядеть эдаким чистоплюем-рыцарем в белых перчатках и сияющих доспехах, для которого международные законы войны святы. И не приведи Господь хотя бы одному из наших бортов ударить по японцам ранее назначенного срока, то есть дать возможность европейским горлопанам в очередной раз облить словесными помоями святую Русь-Матушку. А я так думаю, что в любом случае западники «метнут словесного говнеца на вентилятор». Оно именно так всегда и происходит. Так что пора бы привыкнуть их императорскому величеству и перестать метать бисер перед свиньями. Эвон, его покойный батюшка без оглядки на «цивилизованный Запад» взял и переселил буйных поляков и хитрожопых финнов в Сибирь-Матушку. Ничего, живут себе в отрыве от корней, в небо не улетают (как в одной песне из прошлой моей жизни пелось). Ан нет же, беспокоится Федор Николаевич о своей репутации, несмотря на то, что всякий раз стараниями западных крикунов именно мы оказываемся виноватыми даже в тех случаях, когда нападали на нас. Удивительно, но в той реальности все было точно так же, любят на просвещенном Западе, мягко говоря, искажать историю в выгодном для них свете. Хотя, чего это я вдруг расфилософствовался? Неужто от волнения?

В принципе, задача для «Стрижей», способных развивать максимальную скорость до шестисот пятидесяти километров в час, гарантированно выполнимая. Мы с своевременно подойдем практически ко всем намеченным объектам. Лишь отдельные две пары бомбардировщиков припоздают к общему празднику. Они отправятся к Формозе, дабы навести там шороху, по пути и по необходимости нанося удары по военной инфраструктуре японцев, располагающейся на гряде относительно мелких японских островов в Восточно-Китайском море. Вот такая диспозиция в угоду банальному политиканству. Для нашей группы вопрос, когда бомбить врага, в общем-то не важен. Просто мою душу нет-нет да царапнет, некое угодничество императора российского перед своими коронованными «братьями», «сестрами» и прочими иностранными «кузенами», кои, на самом деле, родней по крови ему не являются, ибо на Руси этой реальности подбирать пару для лиц императорской крови принято из граждан империи, одаренных граждан. Лишь в редких случаях некоторые члены императорской фамилии заключают браки с иностранками и иностранцами, при этом они теряют право на престолонаследие и нехилое финансовое содержание из монаршей казны. Впрочем, обо всех этих тонкостях, опять-таки, как-нибудь в другой раз.

После завтрака Степан Иванович по армейской традиции предложил занять личный состав чем-нибудь полезным, например, изучением матчасти истребителя «Стриж», или углубленным разбором армейских уставов и прочих уложений. По идее, он прав, основная задача командира развлекать подчиненного, так, чтобы у того не оставалось свободного времени на всякие ненужные и смертельно опасные для самого него и окружающих телодвижения. Но я с ним на этот раз не согласился. Люди и без того перегружены информацией, разумеется, волнуются, пусть перед вылетом развеют мозги и хорошенько отдохнут.

Сам я лечу вторым членом экипажа с подполковником Ерофеевым в качестве пилота. Чуть выше мною было уже упомянуто, что всем экипажам поставлена индивидуальная боевая задача, подробно излагать полную диспозицию я не стану. Лишь в общем еще раз упомяну, что наша главная задача — нанести сокрушительные удары по ПВО противника на всей территории Японской Империи, а также, по сосредоточенным в Южной Корее средствам прикрытия сухопутных войск и кораблей врага от ударов с воздуха. Разумеется, и про Формозу (иными словами, Тайвань) не забыли, но об этом я уже упоминал. Также в задачу шести бортов входит нанесение ударов по Третьему и Пятому японским флотам, курсирующих в Тихом океане. Если полностью уничтожить не удастся, хотя бы изрядно их пощипать, остальное довершат наши боевые группы кораблей. Пара «Стрижей» займется уничтожением кораблей, занимающихся доставкой грузов и личного состава на Корейский полуостров. Что касаемо оккупированных японцами территорий Китая, туда мы не суёмся, за исключением лишь Формозы, захват которой и оккупация русскими войсками запланированы Генеральным штабом, с царёва, разумеется, одобрения. Должна же империя прирастать землями, иначе это не империя, а какое-то недоразумение. Так что судьба острова уже определена, быть ему отныне Россией. Что же касаемо его обитателей, непримиримые будут вычислены ментатами и выселены в Китай, лояльные начнут старательно учить русский, а там и казачки подтянутся, и крестьяне из перегруженных населением европейских территорий, станут выращивать рис и экзотические фрукты со всякими «бананасами» и отправлять кораблями в Рассею-Матушку.

Что же касаемо нашего с Ерофеевым полетного задания, в первую очередь мы должны нанести удар по мощным береговым укреплениям, расположенным на полуострове Босо и побережье Токийского залива, дабы освободить подход нашим надводным и подводным кораблям и воздушным бомбардировщикам для атаки на сосредоточенную там самую мощную группировку японских боевых кораблей. Все прочие флоты Страны Восходящего Солнца значительно слабее этой, с ними относительно легко справятся российские военно-морские и военно-воздушные силы.

Откровенно говоря, по мере приближения часа вылета меня охватывал всё усиливающийся мандраж. Для успокоения нервов пришлось заняться медитативными практиками. Оно вроде бы после случившегося совсем недавно приснопамятного прорыва иной реальности в Марьиной Роще для меня любое море должно быть по колено. Ан нет, по непонятной причине эти самые предательские колени начинают вибрировать, а в душе зарождаются разного рода дурные мысли, которые даже озвучивать не хочется из-за соображений суеверного характера. Ну да, мнительный я стал в плане суеверий, признаюсь. А кто бы не стал, после всех невероятных приключений, которые выпали на мою долю за последние пару-тройку лет?

Проанализировав свои переживания, пришел к выводу, что опасаюсь все-таки вовсе не за себя, а в целом за свою лётную группу. Нет, я не сомневаюсь в способности того или иного экипажа выполнить поставленную боевую задачу, всё равно, какой-то внутренний «бес» так и старается вывести меня из равновесия, подкидывая разного рода варианты провальных атак. Осознав суть, нет, не проблемы, скорее, тревожащего фактора, выкинул прочь из башки предстоящий вылет, вооружился вовсе не мудрой, скорее, глупой книжкой о приключениях бравого земного вояки, каким-то чудом занесенного аж на Марс. Там среди аборигенов он навел изрядного шухера. Освободил народ марсианский из-под злого ига олигархической группы, нешадно его эксплуатировавшей, и, женившись на марсианской принцессе, сам, в конечном итоге, стал Асударем Анпиратором Всея Красныя Планеты. Книжка мне слегка напомнила прочитанные в детстве «Аэлиту» Толстого и цикл Берроуза про марсианские похождения Джона Картера. Мне, разумеется, известно, что на Марсе нет разумной жизни и неразумной тоже, все равно, чтиво неожиданно меня увлекло и позволило убить время до самого вылета.

К назначенному сроку все сто десять бортов были выведены техниками из подземных ангаров и впервые за все время существования «Немезиды» выстроились на обширной предстартовой площадке. Зрелище, скажу вам, впечатляющее. Ровные ряды готовых к вылету грозных воздушных машин и стоящие рядом с ними экипажи, с высоты одной из сопок смотрелись весьма и весьма внушительно.

Впрочем, долго любоваться своим воздушным флотом я не стал. Дал команду через магический громкоговоритель:

— Всем экипажам по машинам! Первой четверке начать взлет, остальным быть готовыми к вылету по команде.

Кстати, никаких «От винта!», самолет легко заводится нажатием кнопки, после чего выкатывается на взлет на определенную позицию в составе своей стартовой четверки, и по мере освобождения ВПП от предыдущей группы начинают разбег и взлет. После отрыва от земли, стартовые группы разбиваются на пары и продолжают полет к заданным целям. Летим практически все, кроме нашего с подполковником экипажа именно парами, для подстраховки и вообще, на всякий пожарный случай. На первой стадии, как уже отмечалось выше, полет осуществляется за счет магии. Непосредственно над территорией противника переходим на керосин. Оно хоть двигатель внутреннего сгорания значительно шумнее магического, но из астральных проекций, откуда осуществляют слежение за воздушным пространством японские маги-наблюдатели, самолет практически выпадает, а шум моторов с высоты пяти-восьми тысяч метров практически не достигает земной поверхности. Спускаться ниже я категорически запретил своим летчикам, поскольку прицельное заклинание от Изюмова-Тонского вполне позволяет наносить снайперские удары по наземным целям даже с высоты десяти-двенадцати километров.

Сбежав со склона сопки, я вполне успел к вылету своего борта, даже подождать минут пять пришлось. Как уже упоминалось, в отличие от всех прочих экипажей, наш с подполковником Ерофеевым самолет летел без сопровождения, поскольку, благодаря моему магическому дару, он был защищен и замаскирован на порядок лучше всех прочих аэропланов, а борт-напарник мог демаскировать нашу группу. К тому же, «бомбовой нагрузки» при мне было аж десять внепространственных двухсоткубовых контейнеров — по перстню на каждый палец, даже на оба больших.

Итак, после старта, каждая двойка ушла к своей цели в автономном режиме, с соблюдением запрета на любые виды обмена информацией, как в радио, так и в магическом диапазонах. Разрешено лишь покачивать крыльями и делать знаки руками, если самолеты находятся в пределах визуальной доступности. Выход в эфир будет разрешен лишь по выполнении тем или иным бортом боевой задачи и после его выхода в безопасную зону над акваторией Японского моря.

Через пару минут после взлета я потерял визуальный контакт со своей воздушной эскадрой. Однако еще долго имел возможность фиксировать магические сигнатуры практически всех бортов. При этом отмечал курс каждого из них на виртуальной карте, в своей голове. Во всяком случае, до тех пор, пока они находились в радиусе двух сотен километров от меня. Вообще-то я вовсе не ставил целью осуществлять за кем-то из своих орлов контроль. Отслеживал от нечего делать, поскольку в управлении полетом самолета участия не принимал, а убить время каким-то образом было нужно.

Над центральной частью Японского моря мы обогнали двигавшуюся в направлении Японии боевую армаду летающих крепостей-дирижаблей серий «Кашалот» и «Левиафан» Российских ВВС в сопровождении разного рода мелочёвки в качестве прикрытия. Эти монстры способны наносить противнику не только бомбовые удары, также вести прицельный артиллерийский и пулеметный огонь по наземным и воздушным целям. Более того, каждый из них может запросто взять на борт до пятисот бойцов вместе с бронетехникой, тяжелым вооружением и приличным боезапасом. То есть, десяток таких монстров вполне способны высадить на территорию противника пару мотопехотных полков. А сотня, аж целую армейскую группировку, способную выполнять не только тактические, но и стратегические задачи. При подлете к неровной линии коптящих сизым дымом, сгоревшего в топках мазута выхлопных труб воздушных гигантов, я убедился, что большая часть их несет на своем борту именно десантные группы. Ну да, с бомбардировкой противника вполне справятся две тысячи тяжелых самолетов-бомбардировщиков типа «Грифон» и «Феникс», каждый с сотней тонн бомбовой нагрузки на борту (я ничуть не преувеличиваю — магия в этом мире способна на многое) и успешно завершат начатый нами разгром врага. Главное, чтобы по не очень скоростным и весьма габаритным воздушным целям не ударила ПВО противника. Но это уже наша задача. Помимо зенитных батарей и береговых крепостей целями нашей группы также являются аэродромы японцев и места базирования дирижаблей, включая условно гражданские, ибо взлетной полосе по барабану какой борт с нее взлетает пассажирский или военный, то же самое про аппараты легче воздуха. Но это уже отдельные детали, подробно мусолить их мы не станем.

Спустя четверть часа после того, как наш борт обогнал воздушную армаду бомбовозов, мои магические синапсы отметили пару кильватерных колонн кораблей, движущихся в том же самом направлении, что и мы. Это уже наш доблестный флот. После того, как береговые укрепления японцев будут уничтожены нашими авиаторами, российские флоты блокируют корабли противника в местах их дислокации и задавят тяжелыми «чемоданами», именно так военные моряки как в той, так и в этой реальности называют снаряды калибром от шести дюймов (примерно 152 миллиметра) и выше. Удивительная схожесть полета военной мысли даже в таких, казалось бы, мелочах.

При подлете к острову Хонсю, Степан Иванович перевел аппарат с магического питания на керосин. Как следствие, возник ровный и довольно громкий гул самолетного двигателя. Я же со своей стороны сделал так, чтобы все активные магические артефакты, за исключением навигационных приборов, перешли в режим пассивного ожидания.

От северной оконечности полуострова Ното до восточного берега полуострова Босо, прибрежные укрепления которого нам предстоит уничтожить, по карте триста семьдесят пять километров, то есть минут сорок лету. Сверился с механическим хронометром и с удовлетворением констатировал, что аккурат успеваем к назначенному Генштабистами и государем императором сроку.

Скорее всего, именно в этот самый момент автомобиль японского посла Изаму Миядзава подъезжает к воротам Спасской башни. Не знаю, ожидает ли он такой подлянки от «длинноносых варваров», коими азиаты любят обзывать всех без исключения представителей европеоидной расы. Впрочем, хитроватый азиатский прищур вызывает в моей душе не меньшее отторжение, нежели у япошек мой и вовсе никакой не длинный, вполне себе аккуратный нос. Это они в Армении, Грузии и еще где-нибудь в Закавказье не побывали, вот уж где шнобели на каждом шагу, всем шнобелям — шнобели. Прошу прощения за тавтологию.

Над горным массивом Кисо прошли без проблем, лишь кое-де нас основательно потрясло из-за восходящих и нисходящих потоков воздуха. Однако болтанка продолжалась недолго. На береговые укрепления Босо зашли со стороны Тихого океана на высоте пяти километров. С удовлетворением отметил, что следящие за воздухом японские маги никак не отреагировали на появление такой маломерной цели, как наш «Стриж». Вот и хорошо.

Дождавшись назначенного часа, прошелся вдоль укрепленной фортами береговой линии, при этом в нужный момент открывал «магические люки» в нужном порядке. Для начала сбрасываю на голову противника пару обыкновенных авиационных бомб, в задачу которых входит подавление потенциального магического купола, тут же следом отправляю пять-шесть десятков точно таких же боеприпасов вместе с парой дюжин бочек оксирана. Пока бомбы с усиленной магией начинкой дырявят многометровые бетонные перекрытия закрытых капониров и разносят в хлам наземные вращающиеся артиллерийские башни, термобарические боеприпасы планируют в нужное место. По прибытии в назначенную точку срабатывает сначала распыляющий аэрозоль заряд тринитротолуола, а через какое-то время инициирующий. Разогретое до четырех тысяч градусов облако плазмы, накрывает все на поверхности земли и проникает внутрь фортов через до этого проделанные в бетоне фугасами многометровые отверстия. Как результат, массовая гибель личного состава из-за распространяющейся по подземным переходам огненной стихии, а также инициация боеприпасов, складированных в подземных хранилищах, а это, к общему «празднику», подрыв многих дополнительных сотен тонн качественного тротила и пороха.

Приписывать себе чужие заслуги не стану. Данную тактику разработали, с учетом специфики наших возможностей, специалисты Главного артиллерийского управления Российской Империи, более знакомые с устройством японских крепостей. За что я им искренне благодарен. Как оказалось, методика весьма эффективная, поскольку после каждого моего удара в ночной темноте на поверхности земли творились Адъ и Израиль (по выражению одного умника-писаки из первой моей реальности). Благо мы находились достаточно высоко и успевали отойти от эпицентров взрывов на безопасное расстояние.

Побережье полуострова Босо прошли на довольно низкой скорости где-то за полчаса. Выйдя на его южную оконечность, Степан Иванович направил борт вдоль также неплохо укрепленного побережья Токийского залива. Впрочем десяток батарей на входе не стали для нас уж очень сложными целями. Разбомбили в хлам. Следующей нашей задачей было нанести бомбовый удар по кораблям, сосредоточенным в акватории залива.

И вот ту-то нас ожидало серьезное разочарование. Как оказалось, экипажи линкоров застать врасплох нам не удалось. Штатным магам, коих там что блох на паршивой собаке, удалось скооперироваться и возвести над главной военно-морской группировкой противника непробиваемую магическую защиту. С болью в сердце я наблюдал, как взрывы многих сотен авиа и термобарических бомб растекаются в небесах огромными огненными пузырями без какого либо ущерба для вражеских бортов. М-да, полсотни одних лишь линейных кораблей первого класса, более сотни крейсеров и куча кусачей мелочёвки. Определенно, флот Японии на порядок превосходит по своей совокупной мощи боевой флот островной империи первой моей реальности времен Русско-Японской войны начала двадцатого века и в значительной степени современный Российский. Нашим морячкам будет сложно одолеть эдакую силищу, если такое вообще возможно.

Сверху было отлично видно, как вся эта «Непобедимая армада» уже раздувает паровые котлы и поднимает якоря, дабы выйти в Тихий океан на оперативный простор до подхода наших воздушных бомбовозов и Третьей Тихоокеанской эскадры адмирала Забирко. Не позже, чем через час, вся эта силища выскочит из ловушки в открытый океан и, приняв бой, попросту отправит все наши борта на дно морское. А с дирижаблями-бомбовозами легко управятся зенитки и боевые маги. Короче, для нас тут вырисовывается преогромная такая проблема, под названием «ЖОПА».

По идее российские линкоры и прочие корабли, воспользовавшись тем, что с побережья им ничего не угрожает, должны были уже наглухо запереть горловину Токийского залива и обрушивать совокупный многотонный залп на всё, что пытается оттуда вырваться. В этом случае никакая магическая защита не выдержит.

А вот и не случилось. Похоже, этот Забирко крайне осторожен в своих решениях и поступках и не торопится подогнать вверенную ему эскадру к японским берегам. Ладно, с этим презервативом штопанным будет разбираться компетентная комиссия. А вот группа тяжелых бомбовозов появится здесь уже где-то через полчаса. Вот тут уж, если моим сверхмощным боеприпасам не удается проломить совокупную защиту японских магов, удары по кораблям обычными авиабомбами, будут что тому слону дробина. Мало того, «Кашалоты» и «Левиафаны» будут попросту уничтожены, поскольку, еще раз повторяюсь, как оказалось, практически все штатные одаренные вовсе не рассредоточились по окрестным кабакам и не были заняты, как предполагалось нашими штабными умниками, питием подогретой рисовой водки и активным трахом гейш, а по какой-то неведомой причине все поголовно торчали на борту своих кораблей. Более того, дисциплинированные японцы успели создать непробиваемый «эгрегорный круг», значительно усиливший путем процедуры магического слияния их общий чародейский потенциал.

Вот тут-то до меня и дошло, что где-то на уровне подсознания все последние часы меня терзало подспудное желание посмотреть, как сработает парочка бриллиантов с внедренными в их структуру огненными заклинаниями и заряженных до упора магической энергией. Две Хиросимы, в совокупности, если не уничтожат все сосредоточенные в заливе японские корабли, гарантированно оставят их без магической защиты, а некоторые все-таки основательно потреплют. А там уже и наши бомбовозы подсуетятся. На флот российский я уже и не надеюсь.

— Степан Иваныч, поднимайтесь выше насколько можете! Затем прямиком к основной группе линейных кораблей, постарайтесь пройти над флагманом «Фудзи»! — Дал указания пилоту по внутренней связи.

— Есть, командир!

Наш «Стриж» задрав нос градусов на шестьдесят начал довольно споро набирать высоту, удаляясь в сторону океана. Забравшись на одиннадцать тысяч метров, Ерофеев выровнял самолет, сделал лихой разворот и направил крылатую машину в центральную часть Токийского залива.

— После того, как пройдем над группой линейных кораблей, жмите на педаль газа и постарайтесь за пять минут укрыться вон за той горой, что прямо по курсу. — Продолжал инструктаж я.

Подполковник понимающе хмыкнул и уверенным голосом ответил:

— Сделаем, Ваше Высокоблагородие, тут недалече.

Оба кристалла для начала перекочевали из кармана летного комбинезона в одно из внепространственных хранилищ, что украшали мои персты. Далее все произошло по отработанной технологии. Два боеприпаса выпали из «бомболюка» и, слегка сдерживаемые заклинанием воздуха начали свой относительно неспешный полет вниз прямиком на палубу японского флагмана. Силовое поле, развернутое над Токийским заливом, разумеется, не позволит двум моим «атомным бомбам» попасть на корабль. Однако излить накопленную в алмазах энергию в виде парочки мощнейших слитых воедино огненных шаров никакой магический купол помешать не способен.

Тем временем наш «Стриж» рванул в направлении заранее намеченной мной невысокой горной гряды, которая должна прикрыть наш борт от воздействия поражающих факторов скорого локального Армагеддона. Успели уйти в тень. При этом мое магическое зрение вполне позволило любоваться тем, что далее случилось над Японским заливом. Достигнув высоты пяти сотен метров, мои зачарованные камушки коснулись магического защитного купола. Дале сработало заклинание-активатор, синхронизирующий единовременный «подрыв» обоих боеприпасов. Эволюция процесса от светящейся точки до огненного облака произошла практически мгновенно. Как результат, небеса над самой мощной группировкой боевых кораблей Японии озарила яростная вспышка разогретого до сотни миллионов градусов плазменного облака.

С некоторым душевным трепетом я вынужден был констатировать, что малость ошибся в своих расчетах. Короче сильно занизил планируемую мощность своего «ядрён-батона». По непонятной мне причине огненный шар вместо расчетных пяти секунд продержалось аж целых пятнадцать, то есть, количество выделенной боеприпасом тепловой энергии, как минимум, на порядок превысило мощность американского «Малыша». Иными словами, вместо совокупных сорока килотонн в тротиловом эквиваленте бабахнуло около мегатонны. За световой вспышкой последовала ударная волна, которая в свою очередь, инициировала мощное цунами.

Разумеется, никакая магическая защита японского флота не была способна выдержать столь мощный комплекс совокупных поражающих факторов. Если флагман «Фудзи», а с ним еще пара десятков стоящих рядом линкоров попросту испарились, участь всех прочих боевых кораблей была не менее печальной. То, что не сгорело в пламени подверглось действию ударной волны, а также образовавшемуся локальному цунами, буквально выплеснувшему практически всю воду Токийского залива на берег вместе с уцелевшими кораблями.

В самом Токио и сосредоточенных вокруг залива прибрежных городах, таких как: Йокогама, Кавасаки, Тиба, Итихару и во всех прочих, несмотря на их частичное затопление, изрядно полыхнуло.

Что же касаемо нашего экипажа, нас также нехило «приголубило», несмотря на то, что в момент взрыва мы находились под прикрытием горы. И если бы не мои старания по всемерному укреплению корпуса «Стрижа» в процессе подготовки к полету, вряд ли обычная фанера выдержала бы столь мощные перепады атмосферного давления и вызванные ими турбулентные потоки воздушных масс. Вообще-то я также зевом не хлопал, изображая из себя пассажира, врубил магическую защиту самолета на полную мощность — тут уж не до конспирации.

На наше счастье, вся эта атмосферная свистопляска продолжалась не так уж и долго. Обогнув скальный массив, мы с подполковником Ерофеевым увидели над Токийским заливом темное грибовидное облако, из недр которого по все стороны лупасили толстенные длиннющие молнии.

— Вот это херакнули, Ваше Высокоблагородие! — Степан Иванович воодушевленно проорал в микрофон внутренней связи. Ну да, он же не следил за процессом внутренним магическим зрением. — Чем это вы их, Владимир Прохорович?

Пришлось на ходу выдумывать правдоподобную версию, дабы оградить себя от последующих претензий со стороны вояк передать в их жадные и весьма шаловливые ручонки секрет изготовления боеприпаса, эквивалентного по мощности термоядерной бомбе иной реальности.

— Нашел недавно в одной из Прорв забавный такой артефакт. Хотел воякам отдать для изучения, но не успел, нам с вами пригодился, Степан Иванович. — Ну да, ситуация вполне знакомая еще из прошлой моей жизни: шел по дороге, нашел пулемет, разумеется, тут же направился в ближайший полицейский участок для сдачи ствола, но не успел дойти, был задержан бдительной полицией.

— М-да, своевременно вы нашли этот артефакт, командир. Без него, пожалуй, нашим пришлось бы весьма и весьма несладко.

— Значит, госпожа Фортуна на нашей стороне, — и, подмигнув глазом в зеркало заднего обзора пилота, расплылся в плотоядной улыбочке. — Так что господин подполковник, в скором времени вам светит очередное, а может быть и внеочередное повышение в звании, иже с этим какой-нибудь солидный орден.

— А вам, Владимир Прохорович? Чем государь император отблагодарит Ваше Высокоблагородие?

— Ну если не отдадут под суд за использование запрещенного артефакта без согласования с вышестоящими инстанциями, пожалуй, озолотят. — Про себя подумал если даже не осудят, нервы потреплют основательно — это гарантировано, ибо не любят наши господа генералы, когда ультимативные аргументы проходят мимо их жадных загребук. Ладно, дышим спокойно с верой в будущее и с надеждой что царь наш батюшка не отдаст героев Отечества на растерзание всяким толстопузым лампасникам. — Дальше, Степан Иванович, летим на запад. В сотне верст от Токио есть крупный аэродром. Долбанем по нему остатками боеприпасов. А потом прямиком в гости к адмиралу Забирко. Есть у меня для него один смачный подарочек. — Ну да, я хоть и не злопамятный, но на память не жалуюсь.

На уничтожение аэродрома врага ушел весь оставшийся после неудачного штурма японского флота запас моих внепространственных хранилищ. К нашему обоюдному с подполковником удовлетворению вражеские дирижабли, несмотря на то, что были наполнены негорючим гелием, полыхали ярко и жарко, а заодно и вся наземная инфраструктура.

Далее наш борт повернул на восток и с максимальной скоростью рванул к только что подходившей ко входу в Токийский залив эскадре вице-адмирала Забирко. Флагманский корабль «Императрица София» выделялся среди прочих линейных кораблей своими гигантскими размерами и количеством крупнокалиберных орудий. Впрочем, тактико-технические данные флагмана в этот момент меня не особо интересовали. Главное, чтобы мой пилот не сильно отклонился от нужного курса.

Все-таки Степан Иванович не даром был пилотом, что называется, от Бога. Прошел четко на высоте полусотни метров аккурат над палубой линкора. Ну я тоже не растерялся, своевременно запулил содержимое моих «памперсов» в стекло боевой рубки. После чего наш «Стриж», помахав крыльями бравым морякам североморцам, направился в сторону Японии, которую в настоящий момент вовсю утюжили наши военно-воздушные и военно-морские флоты, а также сбрасывали на нее в ключевых точках десанты. Короче говоря, шла обычная военная работа.

Общаться с нерасторопными морячками и в особенности с их командующим желания не было, поэтому возмущенные вопли в радиоэфире по поводу моего успешного фекального бомбометания проигнорировал. Жаль, что изгадил лишь стекло боевой рубки. Было бы неплохо попасть в самого Забирко. Впрочем, я буду не я, если этого трусливого говнюка не арестуют сразу же по прибытии его в порт Восточный. Это хорошо, что при мне неожиданно оказался «запрещенный артефакт, найденный в Прорве». А если бы его не было?

Ну мы-то с подполковником уж точно уцелели бы при любых обстоятельствах. А вот нашей ударной корабельной группы, что успешно прошла по Севморпути от берегов Мурмана до острова Хонсю, пожалуй, уже не стало бы, во всяком случае, как могучей слаженной боевой единицы. Как уже отмечалось, кораблям данной группировки всего-то нужно было своевременно блокировать горловину Токийского залива в районе пролива Урага и топить массированными артиллерийскими ударами все, что оттуда пытается прошмыгнуть в Тихий океан. Не подошли своевременно из-за нерешительности какого-то там Забирко. Точно также происходило и в Русско-Японской войне начала двадцатого века той реальности. Из-за нерешительности, даже откровенной трусливости, или, как крайность, губительной самоуверенности военачальников Россия фактически проиграла в той кампании, несмотря на то, что по всем расчетам штабных стратегов должна была её выиграть.

Далее наш самолет пересек остров Хонсю уже в западном направлении. По пути следования я с удовольствием отмечал признаки массированных и весьма удачных бомбардировок. Вскоре под крыльями нашего «Стрижа» распахнулось Японское море. Надоевший гул двигателя внутреннего сгорания сменил лёгкий шелест пропеллеров, вращаемых магией.

Не удержавшись я негромко запел:

Comin' in on a wing and a prayer

Comin' in on a wing and a prayer

Though there’s one motor gone

We can still carry on

Comin' in on a wing and a praye

What a show

What a fight…

Чуткое ухо пилота уловило мое мурлыканье, и тут же Степан Иванович обратился ко мне с просьбой:

— Командир, а по-русски можно? Я англицкий плохо понимаю. А мотивчик весьма и весьма…

Ну что ж, не расстраивать же коллегу отказом, и я запел:

— Мы летим, ковыляя во мгле.

Мы ползем на последнем крыле.

Бак пробит, хвост горит, и машина летит

На честном слове и на одном крыле.

Ну дела! Ночь была,

И объекты разбомбили мы дотла…

Признаться, я не сразу заметил, как этот хитрован включил передачу на радиочастоте нашей группы. Сообразил, лишь после того как в наушниках начали раздаваться восхищенные голоса наших коллег:

— Отличная песня, командир!..

— Браво!..

— Замечательно!..

Ну и так далее в том же духе.

Впрочем, я тут же пресек этот базар-вокзал:

— Всем бортам, хватит горланить на всю акваторию Японского моря. Веселиться и петь песни будем на земле. А теперь дружно идем на базу, кто опоздал, подтянутся.

Интермедия № 4

Император священной Империи Нихон Арахито-гами сидел за своим рабочим столом и, отодвинув в сторону стопку бумаг, поданных ему секретарем для подписания, смаковал душистый чай из расписанной витиевато переплетающимися драконами фарфоровой чашки, сработанной искусными китайскими мастерами. Вообще-то государь был сторонником традиционализма и предпочитал употреблять этот воистину божественный напиток с соблюдением всех правил чайной церемонии. Но в последнее время у Небесного Хозяина катастрофически не стало хватать времени на то, чтобы встретить утренний рассвет с чашкой крепко заваренного чая в компании приятных людей, с которыми можно говорить не только на разного рода актуальные политические темы, но разобрать по иероглифу одну из свежих хайку Фумио Кухара, например:

Последний лист в моем саду,

Лёг на землю,

Зима на пороге.

Всего три сточки, а сколько в них духовной пищи для полета человеческой фантазии, сколько визуальных образов выдает воображение. Император предпочитал другим формам японской поэзии именно этот лаконичный жанр.

Размышления государя Японии о высоком неожиданно были прерваны тихонько прокравшимся в монарший кабинет личным секретарем.

— Ваше Императорское Величество, покорнейше прошу прощения за то, что отвлекаю Вас от, вне всякого сомнения, важных мыслей, но только что из нашего посольства в Москве поступила радиограмма. Разрешите зачитать?

— Разрешаю, Кичиро. Интересно, что там нам пишет Изаму Миядзава?

Послание было предельно кратким:

— В пятнадцать ноль-ноль по московскому времени Россия объявила войну Японии.

Выброшенная надпочечниками в кровь императора повышенная доза адреналина мгновенно вывела его из благостного расслабленного состояния. Вот так же три десятилетия назад Япония под его управлением объявила войну Российской Империи, как оказалось, это было крайне непродуманное решение, едва не приведшее островное государство к катастрофе. Лишь мощное политическое давление западноевропейских союзников Японии на русского царя остановило тогда войну в стадии крайне невыгодной для Страны Восходящего Солнца. Похоже, теперь ситуация перевернулась с ног на голову и абсолютно не готовая к войне Россия совершает ту же самую ошибку, которую в свое время совершил нынешний Арахито-гами.

Сохраняя лицо, чтобы не расплыться в довольной улыбке, император сказал с явной издевкой в голосе:

— Война, значит. А длинноносым варварам есть чем с нами воевать? Насколько мне известно из докладов разведывательных ведомств, общий военный потенциал русских не достигает семидесяти процентов от нашего. — Затем уже безо всякого ёрничества поинтересовался: — Может быть, наши специалисты из Кэмпэйтай и Токкэйтай все-таки чего-то не досмотрели? Как ты считаешь, мой дорогой Кичиро? Впрочем, можешь не отвечать, поскольку данный вопрос я должен адресовать не тебе, а руководителям соответствующих ведомств: генералу Кито Сигеру и адмиралу Ясухиро Ёсимуро, которые не далее, как пару часов назад в один голос уверяли меня, что Россия слаба, и войну с ней откладывать еще на год не имеет смысла. — Немного успокоившись, Арахито-гами перевел взгляд на циферблат настенных часов, показывавших четверть первого. Несложный подсчет в голове, за которым последовал очередной вопрос к секретарю: — Скажи мне, Кичиро, почему русские объявили нам войну полтора часа назад, а я об этом узнаю лишь теперь?

— Ваше Императорское Величество, — заметно дрогнувшим голосом и с кислой миной на физиономии начал секретарь, — дело в том, что после аудиенции с императором России автомобиль посла банально застрял в уличной пробке. Выйти на связь с посольством или напрямую с канцелярией Вашего Величества средствами магической коммуникации ему, по неизвестным нам причинам, не удалось. Лишь спустя час с лишним, господину Миядзава получилось добраться до здания посольства, в котором уже вовсю орудовала охранка русских. Перед арестом и помещением в изолятор, допуск для связи с нами, в соответствии с международными протоколами, ему был предоставлен. Помимо официальной радиограммы, я имел возможность кратко пообщаться по телефону с послом, после чего тут же направился с докладом к Вашему Величеству.

— Ну что же, — пафосно начал Арахито-гами, — русские хотят войны, они её… — закончить император не успел, поскольку окна его кабинета со стороны Токийского залива озарил нестерпимо яркий свет. Для того, чтобы преодолеть расстояние в пару десятков километров от эпицентра взрыва ударной волне потребовалось сорок пять секунд. Впрочем, магический купол, поддерживаемый парой сотен одаренных высочайшего ранга не нанес дворцовому комплексу никакого ущерба, чего нельзя было сказать об остальном Токио, особенно в районах, непосредственно прилегающих к акватории залива. С высокого холма взору японского императора предстал вид частично затопленной, частично горящей столицы. Вместе с этим пришло осознание, что могучего флота, способного успешно противостоять кораблям противника у него больше нет. После столь страшного удара, со всех концов империи начали поступать доклады о массированных налетах русских с воздуха и моря на ключевые военные объекты и высадке на острова многочисленных десантов морских и воздушных. При этом хваленая ПВО, на создание которой были потрачены баснословные денежные средства, оказалась не способной дать хотя бы маломальский отпор наглому вторжению врага. После доклада о переходе русских дивизий к успешным активным действиям на всем протяжении линии разграничения на Корейском полуострове, император бессильно опустил руки и безвольным голосом обратился к секретарю: — Кичиро, прикажи нашим специалистам, обеспечить немедленную связь с русским царем…

* * *

Кремлевский императорский дворец примерно через час после вышеописанных событий. В колонном зале скопление военных и гражданских лиц самого высокого ранга замерли в ожидании Его Величества Государя Императора Всея Руси. Наконец монарх появился на подиуме и через микрофон мощной электронной акустической системы в несвойственным для него игривом тоне оповестил присутствующих:

— Уважаемые господа, имею сообщить вам, что у нас есть повод незамедлительно откупорить по бутылочке шампанского. — Довольная физиономия Федора Николаевича Вяземского, третьего по счету императора с таким именем на российском престоле, сияла подобно только что отчеканенному червонцу с его же царственным профилем. И безо всяких «мхатовских» пауз он пояснил причину этой своей радости: — В результате только что состоявшейся беседы Нашего Величества с Императором Японии были устранены все существующие разногласия между нашими государствами. Более того, наш кузен Арахито-гами готов немедленно подписать «Акт о полной и безоговорочной капитуляции».

Первой реакцией на слова монарха стала наступившая гробовая тишина. О предстоящем ударе по Японии были оповещены все присутствующие в зале лица. При этом многие непосвященные в проект «Немезида» выражали на сей счет откровенный скептицизм и считали означенный шаг провальной, даже самоубийственной авантюрой, поскольку по всем расчетам специалистов Россия катастрофически отстает от Японии в гонке вооружений и вряд ли её догонит за оставшееся до начала боевых действий на Дальнем Востоке время. И вдруг, нате вам, не прошло и пяти часов со времени начала войны, а царь уже сообщает о готовности самодержца Японии к безоговорочной капитуляции. Умом основательно поднаторевшие в политике сановники осознавали, что ничего подобного быть не может, но народ в зале собрался сообразительный, и если Федор Николаевич сделал какое-либо официальное заявление, объективных оснований не доверять его словам попросту не может быть. А это означает, что снова случилось чудо, и Господь Всемогущий и Всемилостивейший в очередной раз отвел беду от народа российского.

Тишина продлилась недолго. Её нарушил сначала первый нерешительных хлопок в ладоши, затем еще несколько, и наконец все присутствующие в огромном зале Кремлевского дворца разразились дружными и продолжительными аплодисментами. Именно такими словами на следующий день было описано во всех газетах Российской Империи всё произошедшее. По мнению значительной части борцов за чистоту русского языка выражение «бурные и продолжительные аплодисменты» звучит по канцелярски топорно и полностью противоречит исконно русской языковой и грамматической эстетике. Впрочем, всякие там жеманные эстеты непонятной сексуальной ориентации, брутальным российским журналистам не указ.

Эпилог

Капитуляция Японии в результате «Четырехчасовой войны», как её впоследствии начали именовать военные специалисты, а вслед за ними и прочие граждане, охладила милитаристический пыл всех прочих государств. Более того, из-за многовековых разногласий, буквально через месяц после безоговорочной капитуляции Японии, вспыхнула кровавая бойня между Турцией и Ираном. В Европе также назревало что-то не очень для неё хорошее. Отказавшись от Drang Nach Osten, неугомонные прусаки устремили жадные взоры на «исконные немецкие земли». Попытались присоединить к своему королевству юго-западные провинции, но в этой реальности войска кайзера получили жестокий отпор и, основательно умывшись кровью, вынуждены были вернуться домой не солоно хлебавши. А там и Венгрия с Австрией что-то не поделили. Вслед за ними Испания с Францией, а заодно и Италия неожиданно нашли, за что поцапаться друг с другом. Слава Богу, все эти дрязги Россию не затрагивались. И стоит отдать должное царю-батюшке, выступать на чьей-либо стороне он не торопился, точнее, несмотря на уговоры некоторых коронованных «бро» и «систерс», не собирался.

Несмотря на обострившиеся в целом международные отношения, для Российской Империи наступила мирная пора. Оно, конечно, многим в Европе и Азии хотелось бы откусить богатый людскими и природными ресурсами кусочек России, однако опыт «многострадальной Японии» стал холодным душем на горячие головы самых отчаянных забияк. Испытать на своей шкуре печальную судьбу разрушенного до основания Токио и других городов на побережье Токийского залива ни у одного правителя желания не возникло.

Что касается «многострадальной Японии», поначалу практически все западноевропейские средства массовой информации пытались раздуть данную тему. Однако после того, как в ряде редакций случились утечки бытового газа с известным исходом, или в подвале срабатывало неизвестно откуда появившееся там взрывное устройство, все подобные поползновения как-то резко сошли на нет. И вообще писать о России в негативном свете стало опасно для жизни как отдельных борзописцев, так и владельцев издательств. Появилась пасквильная статейка в какой газетенке о том, как царь наш батюшка, опившись водки, скакал нагишом по сугробам в догонялки с медведем, глядь через несколько дней её автор обнаружен в собственной постели отравленный угарным газом или почившим от банального триппера, а главный редактор, поскользнувшись случайно на арбузной (банановой, апельсиновой и так далее) корке и насмерть разбил при падении голову.

Впрочем, меня вся это суета практически не касается. Газеты читаю, чтобы не отстать от жизни, еще иногда радио слушаю. По возвращении с боевого задания мы первым делом подсчитали потери. Таковыми оказались шесть бортов. Семь членов экипажей впоследствии удалось вызволить из японского плена. Пять человек числятся официально пропавшими без вести, поскольку их тела не были обнаружены.

А еще, буквально на следующий день мною занялись специалисты из ведомства полковника, пардон, к тому времени генерал-майора Мухина. Несложно догадаться, что все их вопросы сводились к тому, что же такое на самом деле произошло над акваторией Токийского залива. Пытались допрашивать и Ерофеева, но тот быстро отбрехался, мол, чем за его спиной занимался командир, он не в курсе, потому как магически одарен весьма и весьма скромно, а глаз на затылке у него нет. Даже насчет якобы, вынесенного мной из какой-то там Прорвы артефакта не проболтался, несмотря на все потуги штатных менталистов царской охранки вытащить из его головы хотя бы какие сведения. Кремень оказался подполковник.

Нет, арестовывать или каким-то ещё образом ограничивать мою свободу «чекисты» не рискнули. Да кто б им это позволил? Но всеми правдами и неправдами напрашивались на разговор «в любое удобное для меня время». Поначалу я вполне благожелательно отнесся к подобным просьбам, но когда вопросы дознавателей начали повторяться, а попытки магов-менталистов преодолеть мою защиту возросли до неприличного уровня, я послал всех к ипеням собачьим, о чем напрямую заявил новоиспеченному генерал-майору от жандармерии Глебу Сергеевичу Мухину.

Не думаю, что моя легенда о найденном в одной из Прорв ультимативном артефакте кого-то в государевой Тайной службе уж очень убедила, но в конечном итоге от меня отстали.

По должности я продолжал числиться командиром секретного объекта «Немезида». Вот только поставки расходных материалов из Европейской части изрядно подсократились. Таким образом, для личного состава наступила синекура, то есть, минимум телодвижений при весьма и весьма нехилом денежном содержании. Впрочем, суровый подполковник Ерофеев не позволял личному составу летунов уж очень сильно расслабиться — матчасть штука такая, её следует изучать постоянно и планомерно. Представителям Мажеского корпуса не позволял скучать Купранов Виталий Исаевич, а всем прочим сотрудникам «Немезиды» жестко, иногда жестоко вправлял мозги майор Стариков.

Несмотря на наступившее замирение, мои артефакторы трудились со всем своим старанием над производством авиационных боеприпасов. Оно хоть Министерство обороны и прекратило поставку расходных материалов, мой заботливый батя продолжал поставлять корпуса авиабомб и термобарические контейнеры в прежнем объеме, благо российское военное ведомство от своих финансовых обязательств не отказывалось. А насчет взрывчатых веществ, у нас под боком Шахты, откуда на сегодняшний момент мы берем по десять тысяч тонн уголька ежемесячно. Короче, обороноспособность Родины необходимо крепить всемерно. Именно этим мы и занимаемся.

На целых два месяца про нас как будто позабыли. Оскорбленный вопиющим невниманием со стороны государя я несколько раз пытался дозвониться до его секретаря. До Сергея Елизарьевича Петрова дозванивался легко, но на мою просьбу соединить с императором, тот лишь отвечал в традиционно-выдержанной манере, дескать, Государь занят решением важных политических задач, так что ожидайте, Владимир Прохорович, о вас и ваших людях не забыли. И так всякий раз. На самом деле, лично мне от царя ничего особенного не нужно. Единственное желание, чтобы тот наконец выполнил свое обещание насчет моей демобилизации из рядов славной Российской Армии. А дальше я стану жить уже собственным умом, и мне будет, чем заняться, тем более монарх своей волей взвалил на мои плечи заботу о нехилом таком куске рассейской землицы. Кстати, большинство моих нынешних подчиненных после демобилизации решили обосноваться на территории моей вотчины. И я очень этому рад.

Еще один момент, за два прошедших месяца наши отношения с Эвелиной Андреевной Арбатовой-Абашидзе, прекратились полностью. Так часто бывает, что физическое влечение мужчины и женщины друг к другу не позволяет в горячке страсти рассмотреть некоторые присущие им недостатки, определенно препятствующие их дальнейшему совместному проживанию. Моя любовь, которая на словах вроде бы ничего не требовала от меня, оказалась еще той частной собственницей. Тихой сапой Эвелина попыталась придавить меня своим женским каблучком, к тому же, она оказалась особой весьма и весьма ревнивой и после посещения нашей парой какого-нибудь культурно-массового мероприятия, заводила скандалы под разными, на мой взгляд, весьма надуманными предлогами. Оно, конечно, какое-то время красота и внутреннее обаяние грузинской княгини удерживали меня от разрыва с ней. Однако всему есть предел. В очередной раз после грандиозной размолвки я взглянул на ситуацию не глазами влюбленного по самые уши юнца, а вполне сформировавшегося зрелого человека, каковым, по сути, и являюсь. И прогноз развития наших отношений мне крайне не понравился. Девушка желает блистать в самом высшем обществе и после моей демобилизации и узаконивания наших отношений всеми правдами и неправдами постарается затащить меня в Москву. Разумеется, о ни о какой жизни в глухой провинции она и слышать не желает. Оно, конечно, я до сих пор её страстно желаю, но пора перестать думать головкой члена и начинать серьезно раскидывать мозгами. Пораскинул ими и пришел к выводу, что далее мне с этой красавицей не по пути. Бурный секс с красивой страстной дамой — здорово, но терпеть постоянные сцены ревности и выслушивать нереальные планы нашей дальнейшей совместной жизни, я как-то еще не готов. И вообще, по законам Российской Империи и, несмотря на все мои заслуги перед ней, я в настоящий момент являюсь существом ювенальным, а, значит, основательно ограниченным в правах. Даже собственными финансами я имею возможность управлять исключительно через своего отца, как моего официального опекуна.

Придя к данному выводу, я все-таки решил поступить вопреки велению сердца, то есть по велению разума. Подспудно начал внушать княгине, что граф Зубов-Прикаспийский для неё по жизни не самый лучший выбор, а заодно переключил её внимание на одного родовитого капитана-артиллериста, мечтавшего узаконить отношения с моей любовницей. У меня получилось. Удивительно, но внушение подействовало не только на Эвелину, но, как это ни странно, на меня также. Теперь уже и горянка казалась мне не такой уж красивой и желанной. В конечном итоге, мы с ней разбежались в разные стороны без особого шума и взаимных претензий. Княгиня к капитану княжеских кровей, я же, выражаясь морским языком, в свободное от каких-либо обязательств перед женским полом плавание. Вот такая незамысловатая картина крушения человеческих отношений, иными словами: от любви до ненависти один шаг. Все-таки надеюсь, что до ненависти ко мне у моей бывшей любовницы дело не дойдет, поскольку я обставил всё так, чтобы не она была брошена мной, а я — ею. Таким образом её женское тщеславие совершенно не пострадало. Ладно, пусть тешится, главное, чтобы былые чувства в её душе вновь не полыхнули с прежней неукротимой силой.

Тем временем я регулярно присутствовал на базе, поскольку манкировать своими начальственными обязанностями вовсе не собирался. Справедливости ради, подчиненные мне командиры намного лучше справлялись с этими «моими обязанностями», нежели я сам. Однако помозолить глаза подчиненным я все-таки считал своим непременным долгом. Убедившись в том, что летуны либо летают, либо углубленно изучают ТТХ самолетов и дирижаблей, стоящих на вооружении Российской Армии, «земляные» упорно долбят гору, алхимики с артефакторами куют оружие будущих побед для нашей славной войсковой части, а также все прочие бойцы заняты каким-нибудь не всегда полезным делом, но всё-таки заняты, я уходил в тайгу грибков пособирать, свежим лесным воздухом подышать, или отправлялся к берегу моря полюбоваться видами морских просторов.

Справедливости ради, народ на базе время от времени недовольно роптал, дескать, как бить японца — это мы, а как награждать героев — это мимо нас. Тут уж я старался проявлять чудеса гибкости и при каждом удобном случае уверял подчиненных в том, что царь-батюшка нас любит и помнит, но в настоящий момент занят по самые уши важными государственными делами. Ну да, содрать с японцев репараций на сотню миллиардов золотых рублей, фактически обескровив Страну Восходящего Солнца, работенка еще та.

Впрочем, японцев мне ничуть не жаль. Лучше бы полученные от Запада средства вкладывали в развитие мирных производств а не на усиление своей военной мощи. Хотя, кто бы позволил им так сделать? Не для того денежки были выделены, чтобы рядовой японец стал кушать чуть-чуть сытнее и одеваться чуть-чуть качественнее, а чтобы строились мощные военные флоты, создавались ударные танковые и авиационные группы, производилось в массовом количестве стрелковое вооружение и подготовка боевых магов была бы на должном уровне. А то, что часть помощи уходила на то, чтобы замечательная коллекция Исаму Накамуро регулярно пополнилась очередным красивым камешком, или у какого-нибудь придворного сановника появился еще один роскошный дворец с видом на гору Фудзи — эта убыль на фоне многих сотен миллиардов иен золотом, поступавших японцам от западных благодетелей, сущий пустячок.

Что же касаемо вестей из Бобровки, там все нормально, или чики-пуки, как любил выражаться один мой знакомый из первой моей жизни. Батя занят развитием своих многочисленных производств. На днях сообщил, что строит линию по производству ламповых телевизионных приемников. Небольшой цех по производству телекамер уже во всю шлепает «голубые глаза». Далее он планирует стать телевизионным магнатом. Признаюсь — это я запудрил бате мозги идеей массового внедрения в жизнь телевидения. Так что ждите, дамы, в самом скором будущем вас ждут «Санта Барбара», «Рабыня Изаура», также насчет Штирлица не забудем, уж очень не хватает в этой реальности анекдотов про бравого штандартенфюрера. Короче говоря, широчайшие возможности телевидения я постарался довести до батиного сознания. А также то, какие дивиденды светят тем, кто своевременно «окучит эту поляну». И как я понимаю, отца мои убедительные речи все-таки проняли по самые не балуйся.

Братаны проходят службу в различных воинских частях. Старший Петр на границе с Австро-Венгрией, дослужился до звания старшего сержанта, заместителя командира взвода технического обеспечения танкового полка. Младшенького Василия угораздило поучаствовать в атаке на японские войска в должности мехвода тяжелого танка, за что был награжден медалью «За победу над Японией».

Что же касаемо нашей горячо любимой маменьки, по оговорке отца в одном из его писем, Прасковья Григорьевна в очередной раз готовится стать матерью, на сей раз по заверению сельмага Зосимова, будет девочка. Вот и славно. Я говорил, говорю и не устану повторять, что Зубовых на планете Земля много не бывает.

Тем временем незаметно миновали два томительных месяца, на протяжении которых про нас будто забыли в главном военном ведомстве и канцелярии Государя Императора. Мы уже и мечтать перестали о наградах. Но в один промозглый ноябрьский день со мной вышел на видеосвязь по магическому каналу Сергей Елизарьевич Петров генерал-лейтенант личный адъютант и секретарь Его Императорского Величества. Интересно, не за победу ли над Японией его повысили в звании? Оно, конечно, радует, что царь-батюшка не забывает осыпать благодатью своих ближайших подданных, но тот факт, что в число осыпаемых не входят те, кто по-настоящему этого заслуживает, заставляет крепко задуматься о справедливости, благодарности и прочих эфемерных понятиях. Безо всяких лишних экивоков и глупых вопросов «насчет здоровья двоюродных бабушек, дедушек и прочих родственников», лампасник уведомил:

— Ваше Сиятельство, вам необходимо завтра в десять утра по дальневосточному времени находиться на объекте «Немезида», для передачи командования назначенному Государем лицу.

— Неужто демобилизация?! — радостно воскликнул я. — И кто же мой преемник?

На что генерал, загадочно улыбнулся.

— Все сами завтра и узнаете, Владимир Прохорович.

Ну что же, завтра, значит, завтра. Денёк как-нибудь потерплю. Иех-х! Неужели наконец-то свобода нас примет радостно у входа? Вот только не братья вручат мне меч в руки, а совсем наоборот, бразды правления над самой мощной в России, и, пожалуй, в мире военно-воздушной базой, предстоит именно мне передать достойному. Во всяком случае, я надеюсь, что мой преемник окажется таковым и не станет пихать пальцы в уже отлаженный и превосходно работающий боевой механизм под названием «Немезида».

На следующий день, в назначенный час (даже намного раньше) я стоял на пороге штаба в ожидании прибытия неведомого гостя, а вместе с ним царского указа о моей демобилизации.

Однако действительность оказалась крайне неожиданной. Вместо одного, максимум двух пассажирских «Дельфинов», в лучшем случае «Касаток» из-за окрестных сопок начали один за другим выползать массивные туши «Грифонов», «Фениксов» и «Левиафанов» — тяжелых российских дирижаблей линейного класса, не считая разного рода более мелких воздушных судов сопровождения и прикрытия.

— … Десять… пятнадцать… двадцать пять… — взволнованно считал вслух находившийся рядом комендант объекта «Немезида» майор Стариков. — Ёпрсть! Да сколько ж их привалило?! Похоже, Вашвысокбродь, сам Государь Император Российский лично пожаловали в нашу дальневосточную глухомань.

Ага, открыл Америку. Я уже и сам догадался, кто именно к нам пожаловал, ибо прочитать на борту одного из «Грифонов» сияющую начищенной латунью надпись «Цесаревич Владимир» для моего зрения не составило никакого труда. М-да, удивил, так удивил царь-батюшка. Решил-таки лично поздравить героев, преподнесших ему лавры победителя несокрушимой мощи Японской Империи.

На летное поле приземлился всего лишь этот борт, все остальные боевые крепости грамотно рассредоточились над территорией базы, обеспечивая безопасность монаршей персоны как с воздуха, так и на земле.

Благодаря своим тренированным ногам, я успел-таки добежать до трапа к самому моменту появления из недр императорского «Грифона» многочисленных важных особ во главе с самим Федором Николаевичем. Государь легко сбежал по крутой довольно высокой лестнице, тут же заключил меня в монаршие объятия трижды расцеловал в губы по русскому обычаю (пришлось терпеть запах табачного перегара и свежего коньяка), после чего громко провозгласил:

— Ну что же, герой, встречай гостей! Чествовать вас будем. Поди заждались? Ха-ха-ха! — вслед за царем громко заржала его свита. Ну тут уж все, как обычно — блюдолизы знают, когда смеяться, а когда помалкивать в тряпочку.

Широко распространяться о том, что случилось дальше не стану. В газетах по этому поводу было кратко написано:

Государь Император во время инспекционной поездки по Дальнему Востоку посетил одну из военно-воздушных частей и лично наградил героев, принявших самое активное участие в боевых действиях против Японии.

На самом деле всех нас буквально осыпали боевыми наградами, очередными и внеочередными воинскими званиями, и весьма достойными денежными выплатами. Короче говоря, личный состав «Немезиды», вплоть до последнего рядового из роты охраны не был обойден царской милостью.

Что же касаемо меня, я получил лично из рук его величества две бумажки.

Первая освобождала полковника Мажеского корпуса Зубова графа Прикаспийского от несения воинской службы. Ну да, отныне я Ваше Превосходительство. Согласитесь, головокружительный карьерный взлет для недавнего деревенского увальня семнадцати годков от роду. Ну мы-то с вами знаем, что под личиной скромного юноши таится коварный попаданец, к тому же, профессиональный карточный шулер, но об этом, я вас умоляю, никому ни слова.

Что же касаемо второго фирмана, я получаю в личное пользование десятую часть от всех репараций, которые обязана выплатить проигравшая Япония государству победителю. А вот это уже совсем неплохо, поскольку на какие-то шиши мне предстоит орошать и превращать в сад пустынные районы, примыкающие к северной части Каспийского моря. Это на Марсе яблони зацветут не скоро, скорее всего, никогда не зацветут, ибо атмосфера там жидковата, к тому же, почва отравлена какой-то гадостью. А вот мои фруктовые сады широко расстелятся от левого берега реки Урал аж до самого Аральского моря. Впрочем, это задачи будущего, надеюсь, ближайшего будущего. А еще постараюсь устроить так, чтобы людям на моей земле жилось значительно лучше и веселее, нежели где-то еще. Возможно, я неисправимый идеалист и мечтатель, но все-таки надеюсь, что это не так, и будущее в конечном итоге это докажет.

Конец четвертой книги.

Конец цикла «Картежник».

Content

Александр Сухов
Картежник 4
Вскрываем карты!

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Эпилог